Ян Сергеев и ведьмин Кофешоп

Пролог

История Скалаграда уходит корнями в далёкое прошлое, полное скрытых тайн. Здесь, на стыке обыденного и сверхъестественного, горожане существуют, балансируя на стыке двух миров. В некоторых районах энергия паранормального настолько сильна, что вытесняет привычную реальность: мистические существа начинают выходить, а обычные люди внезапно обретают способность видеть то, что скрыто от постороннего взгляда.

Одним из таких мест считается старейшее Воплинское кладбище. В народе его прозвали Кладбищем Вопля или Кладбищем забытых грешников. Оно укрыто в самом сердце города, словно центр той самой тонкой грани между мирами.

Заброшенное, окружённое высоким забором, кладбище избегаемо всеми. Даже бездомные животные обходят его стороной. И неважно, солнечный день или сумрачный вечер, оно всегда окутано густым туманом.

И в особенно тёмный вечер случилось это…

Профессор Фёдор Никитич Чернов закончил ночные лекции лишь к девяти вечера. Устав, но решившись, он подошёл к новой коллеге с предложением встретиться. Та отреагировала так резко и насмешливо, что он не смог вымолвить ни слова, только кивнул и отошёл, глотая унижение.

Теперь, с опущенной головой, он брёл по тёмной улице, злясь на неё. Тусклые фонари, едва освещавшие его путь, трещали. Он свернул на короткий путь, который шёл вдоль железного забора, за которым тянулось Кладбище Вопля.

Внезапно профессор почувствовал, как ледяной холод окутал ступни. Хотя стояла летняя ночь, морозный воздух медленно поднимался вверх к коленям, к бёдрам, пробираясь под одежду. Чернов резко остановился и обернулся. Ни души. Улица пустовала. Он поёжился. Сутулясь сильнее, втянул голову в плечи и поспешил вперёд.

Из-за забора начинал сочиться плотный туман, он растекался по тротуару, обволакивая его ступни, замедляя его шаги, словно удерживая на месте.

Профессор встревоженно передёрнул плечами, пытаясь убедить себя, что ему это только мерещится. Он сунул руку в карман, нащупывая телефон, собираясь осветить себе путь фонариком.

Но не успел он даже разблокировать экран, как его окружили голоса:

"Профессор… Мы знаем, как тебе помочь…" "Все, кто не верит в твои силы…" "Те, кто осмеял твои слова…" "Мы поможем доказать твои теории…" "Мы поможем наказать виновных…"

Фёдора Никитича охватила дрожь. Он резко обернулся, вглядываясь в тёмные силуэты деревьев за забором. Не иначе как студенты из университета решили подшутить. Возможно даже коллеги. На протяжении многих лет Чернов пытался доказать существование мистических существ: духов, демонов, теней. Даже поселился рядом с кладбищем. Именно поэтому коллеги за глаза называли его чудиком.

Очередной розыгрыш? Дешёвый спектакль, чтобы позабавиться за его счёт?

"Профессор… Мы покажем тебе правду…" "Никто больше не посмеётся, когда ты откроешь им глаза…"

Ветер прошёлся по кладбищу, срывая сухие листья. На мгновение профессору показалось, что тени за забором двинулись.

Он хотел перебежать дорогу, но туман обвился вокруг его ног, и он завалился назад. Пытаясь отползти, он судорожно сжимал в руках свой дипломат. Раздался смешок.

Взгляд Фёдора Никитича метался по сторонам, пока он не увидел, что части железного забора не было и перед ним был открыт путь.

"Профессор, тут скрыто твоё будущее. То признание, которого ты ждал..."

Туман начал подниматься, будто поддерживая его худощавое тело. Мужчина поправил очки, и в голове пронеслась мысль:

Возможно, это шанс?

В кармане он сжал старенький телефон, сглотнул.

"Мы тебе не угроза..."

Он шагнул за калитку.

Глава 1. Катька в истерике

А вы бы хотели шанс прожить жизнь иначе?

Вернуться лет на десять назад? Не идти учиться на ту или иную специальность? Обойти стороной судьбоносную встречу, сказать те слова, что не смогли? И, наконец, исправить роковые ошибки?

А что, если все те "роковые ошибки" и наполняют нашу жизнь разнообразием, делают нас живыми? И если их исправить, то всё станет правильным, но скучным и пустым. И будет как из анекдота: "родился мёртвым".

В моей жизни есть такой случай, который изменил её навсегда, — и это кофешоп Ведьмы. Но вот в чём загвоздка: не будь его, я бы так и остался скучным инженером, что потерял вкус к жизни.

А всё началось весьма банально. История о том, как моя девушка поехала крышей, а вслед за ней и весь мир.

Или только я.

***

Как там было? Ах, да: "погода была прекрасная, принцесса была ужасная". Слова сказки невольно всплыли в голове Сергеева, когда в лицо полетел камень, а следом крик:

— Убирайся!

Ян успел пригнуться в последний момент. В шоке посмотрел на девушку, силясь понять, что произошло, когда произошло и почему он опять виноват. Но первым делом… Он обернулся к стене и с ужасом обнаружил, что страшная догадка, где она взяла камень, оказалась верна. Образец из его коллекции! Его любимый обсидиан!

— Катька, твою мать! — воскликнул Ян, бросаясь к своей драгоценности. Он его осторожно подхватил и начал внимательно осматривать в поисках царапин, уголок немного сбился. — Тц… Ты хоть знаешь, как мне было тяжело её найти? Я поехал ради него на вулкан!

Обсидиан ощущался тёплым и завибрировал, выражая своё недовольство таким жутким отношением. Сергеев перевёл взгляд к страшному чудовищу, от которого исходила волна гнева. Катя стояла, тяжело дыша, сжимая руки в кулаки. Одетa была в свои домашние одежды, в которых обычно наводила порядок. Ян вдруг задумался, что она всегда злилась, когда занималась уборкой. И отчего она не может расслабиться? Его взгляд невольно перешёл к коллекции камней за спиной Кати. Они светились, приветствуя его. Они начинали подсвечиваться, стоило ему оказаться рядом; он давно привык делать вид, что не замечает этого. Лучше быть неадекватным коллекционером, сдувающим пылинки со своих образцов, чем безумцем, который разговаривает с камнями.

Катя нахмурилась и обернулась к стенду. Её лицо побагровело, ноздри раздулись, и если бы изо рта показался огонь, Сергеев бы даже не удивился.

— Катя? — на всякий случай он отступил. Катька была дамой эмоциональной, эксцентричной и в гневе страшна. — Что на тебя нашло? Нормально же всё было…

— АААА! — Катька, не в силах сдерживать эмоции, схватила свой любимый чемодан яркого красного цвета с чёрным сердечком и запустила им в его сторону. – У тебя даже собственного чемодана нет! Боже! Столько времени зря! Всё, выметайся!

Ян нахмурился, его взгляд опустился на чемодан и вещи, которые она бросала следом. Он чуть нагнулся к девушке и тихо спросил:

— Ты что, расстаться хочешь?

Катя заломила руки и в сердцах воскликнула:

— Да!

Он посмотрел на чемодан, на Катю, что в этот момент остановилась и, тяжело дыша, смотрела на него. Родные карие глаза сияли яростью, пухлые губы были сжаты, лямка майки сползла по плечу, и Ян задержал взгляд на её груди и маленьких сосках. Весь её вид, казалось, соблазнял его, так к чему эти слова?

— Но почему? — осторожно спросил Ян. — У нас же все хорошо….

Катя сжала зубы, руки в кулаки и громко втянула воздух, собираясь к очередной тираде.

— Тебя ничего не волнует! Ты ходишь на свою скучную работу, собираешь свои скучные камни и сидишь в компе! Ты когда в последний раз делал мне подарки? Ты когда меня куда-то возил?! Хорошо устроился!

— Катя, — Ян риподнял руку, — Давай успокаивайся и поговорим.

— ЯН! Я говорю и говорю одно и то же! Всё, я устала! Я хочу романа с настоящим мужчиной, который способен поддержать разговор с мужьями моих подруг! Ты знаешь, что про тебя говорят?

— Во первых это они не способны поддерживать нормальные разговоры. — Тон Яна стал раздражённым, он сморщился и вновь присел. Ведь его любимая истеричка запустила в него очередным камнем.

— Да ему больше трехсот миллионов лет! — воскликнул Ян в ужасе. Если бы он знал, что она кинет в него опал, то позволил бы ему себя ударить. Он ещё и самый обидчивый. — Да он стоит дороже, чем…

— Чем что? – рявкнула Катька. – Выметайся! Как я терпела тебя столько времени?! Да ты же не мужик, ты его подобие... — кричала девушка. — Что?!

Он протягивал к ней руку, приоткрыв рот в испуге.

— Просто это флюорит, — Ян пытался говорить как можно спокойнее, чтобы не раздраконить это создание ещё сильнее. — Он очень хрупкий…

Катя сжала крепко зубы и развернулась к окну замахиваясь. Сергеев бросился к ней, схватил за запястья и крепко сжал, прижимая к себе за талию. Опоздал. Они оба смотрели, как флюорит упал на машину Катьки, и в ту же секунду громкая сигнализация огласила улицу. Ян в шоке опустил взгляд. Катя стеклянными глазами смотрела на свою машину, и у неё начал дёргаться глаз.

— Твою мать, Катька, а если бы ты попала в человека? Ты совсем умом тронулась? Иди остынь, я соберу вещи.

Он отпустил её руку, краем глаза видел, как она прошла мимо, нарочито топая и, громко хлопнув дверью, закрылась на кухне. А Сергеев, ругаясь, подхватил чемодан.

Сел рядом со стендом, и подхватывая по одному, он начал осторожно укладывать свои камушки. Его взгляд упал на носки, и он стал засовывать одежду между образцами, чтобы те не царапали друг друга. Закончив, убрал компьютер в рюкзак и забрал то, что не влезло в чемодан — включая любимый шарф, который ему прислала мама из Сибири.

Решив ещё раз попытаться поговорить с Катей, постучал в дверь кухни.

— Кать, да я ж люблю тебя, — тихо проговорил он, не открывая двери. — Давай обсудим… я оплачу...

— Что? Что ты оплатишь на свои крошечные сто в месяц? — спросила девушка. — Ян, я согласна обсудить с тобой наши отношения, если ты прямо сейчас выкинешь свои камни. Прямо сейчас, при мне, и не в мусорное ведро, а в контейнер у нашего дома. Сделаем это нашим совместным времяпрепровождением, я тебя туда провожу.

Ян смотрел на неё, долго.

— Вот оно что, — хмыкнул он, — Вот какая она любовь. Сначала отказать от хобби. Потом от друзей. А дальше что? Уволиться и круглосуточно созерцать тебя на диване? — Он щелкнул пальцами. — Точно! Я же мало зарабатываю, не уволиться, а вторую работу найти.

Покачав головой, он подхватил ручку чемодана и развернулся. Его коллекция подвела в тот момент: чемодан скрипнул, но с места не двинулся. Ян сделал глубокий вдох, успокаивая нервы, и обернулся. Катя стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на него, приподняв брови.

Ян выпрямил чемодан, наклонил и тот, скрипя, поддался. Чемодан был настолько тяжёлым, что Сергеев едва сумел перенести его через порог. Хотел хлопнуть дверью, но, подумав, оставил её открытой. Пусть сама закрывает истеричка не адекватная.

Пока он тащил чемодан вниз, пот градом катился с его лба, а злость достигла апогея. Перед крыльцом, как часть интерьера, сидели три бабки. Ян не знал их имён, только то, что в какое бы время он ни вышел, они всегда были там. И всегда казались криповыми.

Вот и в этот раз, стоило ему открыть дверь, как они повернули головы. Лица — слишком бледные, глаза горели каким-то чудоковатым светом, а улыбки будто проклинали.

Когда он проходил мимо, одна из них издала смешок.

Ян остановился. По спине прошла неприязненная дрожь. И мысль — грубить старшим нельзя, мать его воспитала лучше этого. Потому просто процедил сквозь зубы:

— Что?

— Да ничего, милок, — ответила одна из них.

Он прошел и остановился перед машиной Катьки, сигнализация которой продолжала орать на всю улицу. Флюорит вроде был в порядке, он застрял в лобовом стекле, покрывшемся сеткой трещин. Ян поставил чемодан, потянулся и взялся осторожно за камень, что вошел внутрь окна почти наполовину, поэтому не сразу поддался.

— Я сейчас ментов вызову! — крикнула Катька из окна. Ян вытащил флюорит. На ладони остались мелкие осколки стекла — он их стряхнул. Поднял глаза к третьему этажу и, не сдержавшись, крикнул, что ей нервы надо было лечить. А если у неё обостренный ПМС, то пусть таблетки пьёт! Истеричка.

Мат в свою сторону он уже игнорировал.

***

Ян шёл, не разбирая дороги. Колёса чемодана грохотали на всю улицу, прохожие оборачивались. Солнце слепило, очки то и дело соскальзывали по носу. Докатив чебодан до тени, остановился перевести дыхание, от здания веяло приятно прохладной и он поднял взгляд к вывеске над дверью.

"Кофешоп ведьмы".

Вывеска и мрачная дверь — ярко выделялись на улице их города.

Удивительное дело, но ему захотелось войти туда. Ян вдруг вспомнил, что это был не первый раз, когда он видел это помещение: время от времени оно попадалось на глаза, и каждый раз, когда он его замечал, хотелось войти. Но стоило отойти, как моментально забывал про него.

Покрутив головой, снимая усталость, он подошёл к двери. Та с довольно громким и неожиданным для кафе скрипом открылась, и ему в лицо ударил сильный запах трав.

Он опустил взгляд на очередную преграду этого проклятого дня — небольшую ступеньку. Сделал глубокий вдох и набрался храбрости, чувствуя, что собирается на нечестный бой. Двумя руками потянул за ручку чемодана, заходя внутрь спиной. Дверь была на стороне чемодана и только мешала. Но пфф… и не таких ломали. Преграда была преодолена.

Отчего-то гордясь собой, Ян счастливо улыбнулся. Но стоило двери закрыться, как чемодан вдруг завибрировал. Он удивлённо к нему наклонился, ведь тот не просто вибрировал, а трясся, словно внутри был живой зверёк: ходил ходуном и обещал вот-вот взлететь на воздух. Ян обернулся по сторонам. Три посетителя в странных одеждах на него не обращали внимания. Девушка за прилавком, стоило ему встретиться с ней взглядом, радостно улыбнулась и подмигнула.

— Добро пожаловать в КофеШоп Ведьмы. — голос был приглушенным завораживающим.

Ян растерянно кивнул, и, ощутив жар, вздрогнул и полез в карман. Достал опал, на мгновение задержал взгляд — тот светился разными цветами, ярче привычного. Восхищаться этому времени не было, ведь его по-прежнему обжигал обсидиан.

Выхватив второй камень, Сергеев изумлённо посмотрел на его чёрную поверхность и вдруг ощутил лёгкость. Мышцы не болели, ладони не горели. Он не чувствовал жара — только лёгкость и свободу. А вместе с ощущением свободы пришёл и ужас осознания, что он смотрел на себя со стороны! Какого чёрта?

Сергеев в ужасе начал осматриваться, не понимая, что происходит. Его взгляд натолкнулся на чёрный взгляд девушки за прилавком.

Глава 2. Ведьмин Шоп

— Шшшшш, — шипение и низкий гул окружил сознание. Где-то щёлкали клавиши старой печатной машинки. Следом доносился ритмичный звук капель. Ни одного звука проезжающей машины, хотя кафе выходило на дорогу.

Как странно… Сергеев не чувствовал ничего, но мир звуков накрыл его и воспринимался яснее, чем когда-либо.

Взгляд чёрных глаз, что ещё мгновение назад был прикован к нему, уже, казалось, смотрел сквозь. Девушка обошла свою стойку и подошла к телу юноши. Ян, как заворожённый, следил за ней, не понимая, что происходило. Он даже не испугался — в таком обличии юноша не чувствовал эмоций. Он просто был.

— Молодой человек, с вами всё в порядке?

Обсидиан упал на пол, а Сергеев смотрел в глаза девушки. Он моргнул — вновь ощущал своё тело и ладони, которые жгло. Оглянулся: казалось, его голова соображала медленнее обычного. Он чуть нахмурился.

В голове крутилась одна мысль, которую нельзя было произносить вслух и он терпеливо ждал, пока здравый смысл окончательно не затопчет её и не подберёт логичное объяснение произошедшему. Заснул! Да, стоя. Да, он не чувствовал себя сонным и никогда прежде не засыпал в таком положении — значит, это стресс. Катька виновата.

Объяснив себе произошедшее, Ян перевёл взгляд на девушку, что вежливо ждала, пока он закончит с самоанализом. И снова встретился с её чёрным взглядом — тяжёлым и подавляющим.

— Вы тут зависли на мгновение, — участливый голос, мягкая улыбка.

— Извините, — произнёс Ян. — Мне бы кофе и немного отдохнуть. И... какой пароль от Wi‑Fi?

Девушка смотрела на него, слегка склонив голову набок, словно совсем не понимала, о чём он говорил. Чуть нахмурила брови и указала в сторону прилавка.

Ян оставил чемодан в стороне, здраво рассудив, что даже если его захотят украсть — не смогут. Выдохнул и направился к прилавку.

Помещение было мрачным, полутёмным. Создавалось ощущение, будто он попал в прошлое: тяжёлые деревянные столы, покрытые тёмно-бордовым лаком, стояли на большом расстоянии друг от друга. Посетителей было немного, и все выглядели странно — в каких-то шляпах; один мужчина покуривал трубку, от которой тянулся дым. Но Ян не ощущал запаха табака, только тонкий аромат трав, уносивший его в воспоминания детства и неожиданно успокаивающий.

Он подошёл к прилавку — и только теперь заметил, что свет исходил не от ламп, а от самых настоящих свечей. Они висели на массивных железных подсвечниках под потолком, а над ними были закопчённые стеклянные колпаки.

Ну это как минимум небезопасно, — подумал он. Атмосфера — огонь. Но небезопасно. Сергеев как инженер, пусть и инженер геолог немного, но знал о безопасности. Деревянные столы, пыльный потолок и свечи…

Он опустил взгляд. Девушка-бариста загадочно ему улыбалась. Выглядела она не совсем формально: бесформенный чёрный сарафан висел мешком на хрупкой фигуре. Черные волосы пушились и обрамляли её создавая ощущение тьмы. На нижней губе поблёскивало чёрное колечко, а на шее — то ли чокер, то ли татуировка. В приглушённом свете было тяжело разглядеть.

— Здравствуйте, девушка, можно мне латте с миндальным молоком и капельку… — Сергеев замолчал, заметив, что в этой кофейне не было привычных сиропов.

На доске меню были написаны странные названия. В глаза бросились самые абсурдные: "Утро без мыслей", "Чистая страница", "Новое начало с середины", "Свобода до первой ошибки".

Он издал смешок. В некоторых ресторанах действительно встречались странные названия. Обычно под ними мелким шрифтом указывали всем понятные блюда или напитки. Здесь же оставалось только догадываться. Хотя "новое начало с середины" звучало одновременно заманчиво и подходящее под его ситуацию.

— Добро пожаловать в "Ведьмин КофеШоп". У нас вы можете получить, что хотите: помощь, правду, забвение или путь в пропасть… — раздался мелодичный голос. Девушка продолжала смотреть на Яна, не отводя взгляда ни на секунду. — Молодой человек, что вы ищете?

Ух… сколько пафоса. Ян был в восторге от её игры. В чуть более позитивном настроении он облокотился на столешницу, положил на неё руку и перевёл взгляд на массивную кофемашину с медными трубами и рычагами — та издавала лёгкое гудение. Вдруг он вспомнил название места: "Кофешоп Ведьмы".

— Тематика — шик. Вы что же тут гадаете по кофейной гуще?

Девушка замерла и приподняла взгляд вверх, как бы обдумывая его слова. Приложила руку к губам и медленно качнула головой.

— Не думала об этом… Но если нужно гадание! — Она протянула руку под стол и достала оттуда большую колоду карт Таро. Ян узнал их в момент: Катька просто обожала гадания, лунные камни, астрологию, херомантию и прочую хрень.

Он усмехнулся, пока девушка начала перемешивать колоду. И одновременно с его словами:

— Я в такое не верю, — она достала карту.

— Вас ждёт… — она изменилась в лице, а потом посмотрела на Яна.

Сергеев опустил взгляд на карту, успел заметить чёрного всадника, когда она спрятала её в колоду, он невольно подал голову вперёд. Но бариста уже убрала колоду в сторону и вновь улыбнулась.

— И правильно делаете, что не верите.

— Что там было?

— Вы выбрали зачем пришли? Вам не нужно долго думать над выбором. Уверена, вы уже знаете, что хотите.

Ян нахмурился и посмотрел на колоду. Здравый смысл, который упрямо говорил - это всё полная хрень — проигрывал любопытству. Но не мог же он озвучить это после столь громких слов, что не верит в гадания.

— Мне просто кофе, — наконец ответил он, почему-то вспоминая шиповниковый чай, который в детстве ему готовила мама. "Давно я ей не звонил…"

— Вам нужно сделать выбор, — девушка вдруг наклонилась вперед и положила руку поверх его руки. Ян вздрогнул и нахмурился.

— Если я сделаю выбор за вас, вы можете горько пожалеть. Что. Вы. Хотите? — медленно, как-то отрывисто спросила она.

— Я… — Ян тоже наклонился вперед и тихо произнес. — Хочу кофе.

Он тяжело выдохнул, немного отстранился и пробормотал себе под нос:

— И чтобы Катька одумалась… Ну и место, где жить…

— Ох, любовные проблемы, — раздался насмешливый голос. — Нечасто ко мне мужчины с таким приходят. Увы, я на других вопросах специализируюсь, — Она отошла от кассы и включила машину.

— На каких же?

Девушка лишь улыбнулась в ответ. В этот момент машина зашумела и завибрировала. Бариста достала большую глиняную чашку и подставила ее под струю.

— Найти себя, увидеть правду, начать жить, — ответила она.

— Мы все и так живем, — Ян невольно поддался игре, столь завараживающим был её голос. Что-то в голосе девушки сбивало его с мыслей и заставляло забыть о своих проблемах. Его тело расслабилось, а разум затуманился.

— Вы не живете, — тихим голосом произнесла она и вернулась к своему делу. — Заполучить сердце женщины довольно легко… она всего лишь хочет, чтобы вы услышали ее. И, возможно, цветы… пионы… белые.

Девушка поставила кружку перед ним. Ян вдохнул запах шиповника и на мгновение прикрыл глаза — таким родным он был. Именно такой чай, с этим запахом, готовила ему вечерами мама, когда они смотрели фильмы.

Стоп. Шиповниковый чай? Ведь мысль об этом чае проскользнула в голове ранее. Посмотрел на девушку. Игнорировать странности становилось всё труднее. Здравый смысл вернулся в голову, вновь затаптывая вспыхнувшие подозрения.

— Второе желание вполне реализуемо, — произнесла кассирша, не заметив его замешательства она вышла из-за прилавка и прошла в зал.

Он полез в карман и достал флюорит. Чёрт, куда подевался его бумажник? Сергеев мысленно выругался. Девушка уже приготовила напиток, хоть это и не то, что он заказывал. Природная вежливость не позволяла ему отказаться от него.

— Случайности не случайны. Можно обойти судьбу стороной, но последствия не заставят себя ждать, — сказала девушка, указывая на стол, за которым сидел человек в кепке. — Я советую вам сесть туда. В конце концов, вы так часто его призываете.

Она подняла кружку с чаем и направилась к указанному чтолу. Молодой человек направился следом.

— Я не могу найти кошелек, — шепотом произнес он ей в спину.

Девушка обернулась и неожиданно улыбнулась:

— Он в чемодане. Но тебе не нужно платить.

По его коже пробежали мурашки. Ян бросил взгляд на чемодан, потом помотал головой, пытаясь выбросить из головы ее слова.

"Просто хорошая актриса. Знает, что сказать, чтобы впечатлить". А кошелёк он наверняка у Катьки забыл.

Девушка поставила кружку перед парнем в кепке. Он вздрогнул и поднял взгляд. Черные глаза скользнули по Яну и снова остановились на девушке.

— Ведьма, уж не решила ли ты помогать душаку моими руками?

Ян удивленно поднял брови. "Ведьма? Серьезно?"

Никто не засмеялся. Даже Ян ощутил, что воздух в кафе стал тяжелее, пропал родной запах шиповникового чая и трав. Посетители впервые оторвались от своих мыслей и занятий — и все как один повернулись к нему. И вместе с этим прекратился щелкающий звук клавиш печатной машинки.

Девушка внимательно посмотрела на человека в кепке, на которой был нарисован мультяшный чертёнок.

— Что? — спросила она с легкой угрозой в голосе.

— Я сяду у окна… — произнёс Ян, собираясь подхватить чай и оставить их одних, странных людей.

Девушка нахмурилась, и человек в кепке вдруг дернулся назад.

— Шутка! Пошутил! — воскликнул он. — Помогу! Всеми силами! Домой к себе возьму, если надо! Иди, Нея, иди.

Он поднялся со своего места и, избегая прикосновений к девушке, лишь жестом указал ей идти. Атмосфера в кафе вновь стала нормальной, исчезло давление, и Ян снова уловил знакомый аромат привычных с детства трав. Остальные посетители вернулись к своим делам, словно ничего и не произошло.

Только когда девушка зашла за свою стойку, парень в кепке выдохнул.

— Ух, чуть не нарвался, — шепотом сказал он себе под нос. — Мои привычки иногда выходят из-под контроля…и … — он замолчал и перевел взгляд на Яна. Парень в кепке протянул руку для знакомства. — Будем знакомы, я Вийдан.

Сергеев протянул руку в ответ — и изумлённо пригляделся к тени на стене. Свечи под потолком отбрасывали длинные силуэты, и Ян был уверен, что видел там хвост с кисточкой и рожки.

Он резко обернулся — ощутил вспышку... какого-то всплеска энергии и жара. Дверь вроде бы не скрипела и не открывалась, но рядом со столешницей стоял высокий, явно перекачанный мужик. Чёрные потёртые штаны, майка, которая буквально кричала: посмотрите на меня, я тренируюсь в зале 24 часа в сутки.

Стриптизёр, что ли.

Глава 3. Вийдан и его дом

Ян Сергеев не был чужд спорту, и не испытывал к нему неприязни. Некоторые игры было интересно смотреть по телевизору, довольно часто бывал в фитнес-центре. Неважно, что там работала Катька и ходил он туда из-за неё. Тоже считается.

Однако находиться рядом с перекачанным человеком, от которого несло тестостероном за версту, было крайне неприятно. Мысленно фыркнув, Сергеев достал опал, чтобы успокоиться и вернул внимание к собеседнику.

Вийдан был угрюм, неразговорчив, голову как-то прижимал к плечам, словно шухерился от кого-то. Недовольно смотрел на Яна, потом на опал в его руке, что отдавал перламутровым оттенком.

Сергеев тоже опустил взгляд к камню и прокрутил его.

— Ну… — произнёс Вий, как бы ожидая чего-то, — ведьма…

Воздух вновь потерял запахи, стало прохладнее, и Вийдан поёжился. Его шея, казалось, стала ещё короче, и он поспешил исправиться:

— То есть Нея… — он вытянул голову и сказал ещё громче: — НЕЯ сказала, что тебе помощь нужна?

Ян обернулся. Качок припал к прилавку и, казалось, пожирал девушку взглядом. Он улыбался ей, но что говорил, было не слышно.

— Я… — Сергеев почесал затылок, рассматривая человека перед собой. Идти было некуда, и он произнёс: — Я ищу ночлег на неделю-две… Думал поискать какой-нибудь хостел…

Идея тащить чемодан с камнями, стоившими целое состояние, в хостел казалась нелепой, и он сам поморщился от неё. Отель означал лишние расходы. Позвонить друзьям? Те, кто мог бы приютить, жили слишком далеко, а Сергеев не хотел тратить часы на дорогу до работы.

Он вдруг заметил, что его странный щуплый собеседник внимательно рассматривал Яна со всех сторон, словно оценивал, что с него можно поиметь. Сергеев приподнял брови.

— А ты вообще понимаешь, кто я? — наклонившись к нему через стол, тихо спросил Вийдан.

Вопрос Яна застал его врасплох. Он молча смотрел несколько секунд, вспомнив странную тень с хвостом, решил отшутиться:

— Чёрт из ада?

Вийдан сжал козырёк кепки, закручивая и опуская на глаза.

— Ну… привести душака домой… — его взгляд вновь скользнул к опалу и, казалось, немного потерял фокус. — Ну, ты вроде ничего. У меня есть свободная комната, можешь там остаться… тут буквально в квартале отсюда. Дом 83, Новочеркасская.

И хотя Сергеев собирался вежливо отказаться от помощи сомнительного человека, план дал трещину. Восемьдесят третий дом оказался домом Катьки, а жить рядом с ней было ему на руку. Он был уверен, что через день-другой девушку отпустит, и тогда он вернётся домой.

***И вот по классике жанра Сергеев вновь шёл по той же улице, таща за собой тяжёлый чемодан, грохот колёс которого разносился на всю округу. Руку и плечи тянуло, солнце грело, но взгляд останавливался на щуплой фигуре впереди. Вий шёл, слегка наклонившись вперёд, словно прятал лицо от солнца и прохожих. Походка у него была странная, с каждым шагом он слегка подпрыгивал и будто пружинил в обуви, которая, возможно, ему жала, а весь облик напоминал мелкого бандита девяностых.

Всё так же, не поднимая головы, Вий прошёл мимо бабулек, но, что интересно, Сергеев с удивлением отметил, что все как одна отвернулись от него, делая вид, что не видят. Он бы предпочёл, чтобы эти божьи одуванчики и его с Катькой так же игнорировали. Сергеев замер у бордюра: чемодан застрял, и поднимать его, надрывая спину, ему не хотелось.

— Давай же, чёрт тебя побери, — пробурчал себе он под нос. Лицо покраснело, пока Ян тянул чемодан в надежде, что тот закатится. Ручка заскрипела от усилия, колёсики приподнялись, и наконец ценой своей поясницы перетащил его через бордюр.

Так же как и Вийдан, Ян делая вид, что не видит бабулек проходил мимо них.

Чемодан подпрыгнул, перекрутившись так сильно, что Ян разжал руку и в шоке обернулся. Пластиковая поверхность треснула, а на него смотрела бабулька светящимися глазами. Рука была вытянута в сторону, в ней она держала протянутую трость. И старая женщина даже не скрывала того, что именно она подставила её под колёса.

Природная вежливость давала сбой, нервы трещали, и Сергеев из последних сил сдерживался, чтобы не выплеснуть всё раздражение на старого и, очевидно, нездорового человека.

— Что ж ты, милок, призываешь кого не надо, — заговорила бабулька, укоризненно качая головой.

— Он же придёт… пожалеешь.

— Не зря барышня тебя прогнала — говорили все трое, договаривая друг за друга, в такт качая головами, что выглядело крайне неестественно.

Третья неприязненно поморщилась и погрозила тростью.

— Пшёл прочь, всегда нам не нравился.

— Какого чёрта… — опешив, говорил Ян. — Вы бабульки держите свои…

— Эй! — крикнул Вий. — Он со мной!

Бабульки притихли и переглянулись, и выражение их лиц изменилось прямо на глазах.

— Ох, — воскликнула первая, хлопнув в ладоши, — что ж ты сразу не сказал, что к такому чудесному человеку идёшь.

— Друг Вийдана не может быть плохим, — в тон ей сказала вторая.

Что? Тут Ян совсем потерял нить происходящего. Он смотрел, как третья бабулька подскочила и подхватила чемодан. Да. Прямо так, словно там лежала не коллекция камней, а подушка. Одна. Не сильно тяжёлая. И протянула его опешившему молодому человеку.

— Уж не держи на бабушек зла…

Ян, открыв рот, смотрел на протянутый чемодан. Заметив его реакцию, она обернулась к своим, те испуганно, в такт, качали головами.

— Ой, как тяжело! — воскликнула бабушка, роняя чемодан и хватаясь за поясницу. — Ах, бабка старая, забыла про свои дряблые кости.

Она развернулась, согнулась пополам и, кряхтя, направилась к подъезду.

— Пойдём, подруга, намажем тебя мазью… Вишневского.

— Я слышала, лист капусты помогает.

Две остальные быстро подхватили её под руки и ретировались.

А Ян, всё так же с открытым ртом, смотрел им вслед.

— Чего застыл? Забудь про них. Много говорят, да безобидны! — донёсся голос Вия.

Ага. Безобидны, как же. Ян наклонился и, подхватив ручку, потащил чемодан дальше. Поведение бабулек не давало ему покоя, пока взгляд не остановился на мрачном, бледноватом лице Вия. Козырёк кепки был опущен так низко, что закрывал половину лица.

Ну точно бандюга. Ведь, насколько он помнил, та троица никогда хорошего о людях не говорила. Катька пыталась к ним подлизаться — как-то испекла печенье, так они заявили, что она хотела их отравить. Печенье, разумеется, съели, но мнение не изменили.

— Сталинка, лифта нет.

Ян так ушёл в свои мысли, что лишь спустя минуту понял слова соседа и с ужасом посмотрел на ступеньки.

Схватив чемодан, он непроизвольно застонал, вместе с пластиком заскрипела и спина. С каждым шагом он поднимался всё медленнее, издавая характерный хрип. Уже один лестничный пролёт убедил его: таскать тяжёлые чемоданы хуже, чем умереть от руки бандита.

— Какой этаж?.. — прохрипел Сергеев. Чемодан глухо ударился о пол, он упёрся в него руками, переводя дыхание.

— Шестой.

Ян посмотрел на лестничный пролет, который едва одолел, и скривился.

— Ладно, — недовольно буркнул Вий. Он подошёл и подхватил чемодан за ручку. — Помогу. Я думал, у людей только барышни бывают слабыми, — как-то странно высказался он и потянул чемодан вверх.

Ручка поддалась, чемодан приподнялся на пару сантиметров, но тут же с грохотом рухнул обратно.

— Там что кирпичи? — изумленно спросил помощник.

— Нет, — ответил Ян и выразительно взглянул на него, стараясь показать, что не настолько глуп, чтобы таскать кирпичи в чемодане.

Опустил взгляд и пробормотал:

— Там образцы.

— Чего?

— Да неважно. Давай я с одного края, а ты с другого.

Остальные пролёты они хрипели уже в два голоса. Долгожданный шестой этаж показался Яну оазисом в пустыне. Он впервые за день ощутил то облегчение, которое испытываешь, делая глоток холодной воды после жажды.

Подойдя к двери, Вий вставил в замочную скважину массивный ключ — такие, наверное, лет пятьдесят назад использовали, и провернул. Тяжёлая дверь щёлкнула, он толкнул её плечом и включил свет.

В коридоре загорелась одинокая лампочка, отбрасывая тусклый жёлтый свет. Вий кивнул, приглашая заходить.

Ян тяжело выдохнул, перешагивая через порог. Вий молча поставил перед ним ярко-голубые тапочки с бахромой. Сняв кепку, он небрежно бросил её на полку старой прихожей и стряхнул с куртки уличную пыль. Ян огляделся. Всё внутри выглядело так, будто время здесь остановилось: строгая прихожая, выцветшие обои, мебель почти такая же, как когда-то стояла у них в доме в далёком детстве. На вешалке висели одинаковые чёрные куртки, а обувь была расставлена ровными рядами по размеру.

И при этом удивительно чисто.

— Ты живёшь один? — спросил Ян, переведя взгляд на хозяина.

На лице Сергеева появилась усмешка.

Чёрные волосы Вия встопорщились, напоминая рожки.

— Михалыч, — произнёс Вий, кивая в глубь квартиры. — В дальней комнате. Он много спит, так что будешь его редко видеть. Это его квартира, я тут последние годы снимаю.

— Кухня, — сказал Вий и завёл его в небольшое помещение.

Небольшая кухня. Стол в центре, четыре табурета с потёртыми краями. На столе клеёнка с подсолнухами. На стене большие круглые часы с громким ходом. На плите почерневший сбоку алюминиевый чайник. У входа холодильник с жёлтым значком советской марки, сверху маленький выпуклый телевизор.

И больше ничего. Ян словно вернулся в прошлое лет на двадцать назад. Как странно… Он думал, что даже старики давно сделали ремонты.

— Там моя комната, — Вий махнул в сторону двери напротив кухни. — Заходить нельзя. А ты можешь остаться в этой.

Он пропустил Яна в небольшую комнатушку. Узкая кровать с пружинной сеткой и тонким матрасом, стул и… куча разбросанных по полу картин.

Ян присмотрелся. Гербарии?

— Сейчас уберу! — Вий неожиданно оживился. На его лице мелькнуло что-то мальчишеское, почти смущённое. Он стыдливо взглянул на Яна и принялся осторожно складывать картины.

Ян поднял одну из них. В довольно большой рамке на белом фоне были приклеены засохшие растения, сложенные в замысловатую композицию.

Но его удивил сам узор — мрачный, навевающий мысли о смерти. Где он вообще нашёл такие тёмные цветы?

— Нравится? — Вий поднял на него живой, горящий нетерпением взгляд. В чёрных глазах вспыхнуло ожидание. — Это моё хобби! Там, где я жил, его не принимали. Вот и решил жить среди лю… — он осёкся, потом поправился, — переехать в этот город в надежде, что здесь люди оценят мои шедевры.

С гордостью вытянул из под кровати и поставил перед ним самую большую картину.

Картина была сделана из засушенных растений. В центре были тёмные сухие стебли, сложенные в форму дерева без листвы. Вместо кроны был лёгкий пух одуванчика, приклеенный так, будто он осыпается вниз. У основания жёлтые цветы, собранные в форме пламени.

Ян смотрел, приоткрыв рот, его пробил холодок. Может, Вий и не бандит, но явно нездоров.

— Круто же? — глаза нового соседа горели, в них было и вожделение, и ожидание восхищения.

Ян медленно кивнул, стараясь скрыть ощущение ужаса, которое навевала на него эта сцена.

— Когда-нибудь, — оживлённо продолжал Вий. Осторожно складывая картины, он махнул Яну, предлагая помочь отнести остальные в его комнату. — Я открою галерею. Михалыч тоже говорит, что у меня талант.

— У всего найдутся ценители, — хмыкнул Сергеев. В таком городе, как Скалаград, наверняка хватало сатанистов и прочих безумцев.

А Катьке ещё его увлечения не нравятся. Тут чувак создаёт картины из растений, которые даже готы посчитали бы слишком мрачными, и называет это искусством.

Когда с разбором вещей было покончено, Ян поставил чемодан на пол и открыл его. Нужно проверить, не поцарапались ли камни после всех злоключений. Первым в глаза бросился кошелёк, зажатый между образцами.

Глаз немного дёрнулся, и слова странной девушки из кофейни всплыли в памяти.

Ян покачал головой, отгоняя дурацкие мысли. Ему нужен горячий кофе… нет, чай. Горячий чай, душ и крепкий сон. А то уже начал верить во всякую чушь. Катька бы на его месте давно начала креститься.

— Я… чайник… — Вий заглянул в комнату, но замолчал, увидев, что в чемодане лежали камни. Несколько секунд смотрел, затем фыркнул и всплеснул руками.

— Какой идиот таскает кирпичи в чемодане?! Выбросить их надо было!

Ян молча захлопнул крышку, не став отвечать. Всё-таки Вий приютил его и помог затащить чемодан наверх. Но всё равно было неприятно. Он, к примеру, ничего не сказал про его мрачные картины…

— Когда будешь съезжать, сам свое барахло спускай! — воскликнул Вий. — Чай делаю, если хочешь — приходи на кухню, с Михалычем познакомишься.

Ян буркнул, что придёт через пару минут, размышляя о том, что, когда будет съезжать, просто прокатит чемодан по ступенькам. Его всё равно уже не спасти. Новый Катьке купит.

Глава 4. Новая жизнь

Откровенно говоря, жизнь Яна особо не изменилась после расставания… за одним исключением. Бабульки из первого подъезда в голос его приветствовали и говорили ему комплименты. Если быть еще более откровенным, этим они пугали Яна больше, чем прежде. Сосед его оказался идеальным соседом — тихим и незаметным.

Так, в пятницу, Яну уже казалось, что он так жил всегда. От Катьки вестей не было, хотя за неделю она могла бы и отойти… Тяжкий вздох. Перед глазами висел разрез, на который Сергеев смотрел последние три часа. В кабинете было невыносимо жарко — одна его коллега в возрасте бунтовала против кондиционеров и давила тем, что если они желают ей здоровья, то должны уважать её. А под конец солнечного и душного дня… Сергеев не был уверен, что так уж сильно желал ей здоровья… точнее, желал, но ему казалось, оно было бы крепче, работай она из дома, где никто не мог на неё сорваться из-за жары.

Вновь посмотрел в полевой журнал. Тот, кто описывал грунты, был либо пьян, либо под чем-то, потому что там написана откровенная…

— Сергеев! — в кабинет влетел его друг, остановился и громко ахнул. — У вас что, кондёр не работает? Подайте жалобу! Как вы сидите в такой духоте…

— Духота? Разве это духота? Вот, помню, я была на экспедиции…

Лёшке, однако, не надо было делать вид, что он уважает уважаемую Ринату Сергеевну, и он, даже не угукнув, подбежал к Сергееву.

— Слышал? Кость Егорыча украли! Мне звонил Тоха, говорит, ментов вызвали, всё обыскали, ничего не нашли.

— Да ладно? Когда? — Сергеев моментально позабыл о своей коллеге и непутевых полевых геологах, которым бы он с удовольствием прочитал лекцию не о том, как отбирать пробы, а о том, как правильно описывать грунты, чтобы никаких прослоев скальника в песке не оказалось, ну чушь же полнейшая.

— Вчера! Кто-то… — глаза Лешки блестели, когда он это говорил, — подложил пластмассу, чтобы не заметили! Ха-ха! Ну ё-моё, кому она сдалась!

Сергеев не мог разделить его восторг. Кость Егорыча — изюминка геологического музея Скалградского политеха. Вышеупомянутый профессор был его любимым; даже хотел диплом защищать с ним, хоть тот и был с другой кафедры.

Поэтому, услышав о краже, Ян закрыл Автокад. Подумал. Закрыл полевой журнал и отставил его в сторону. В глубине души надеялся, что за выходные произойдёт чудо и написанное там явно не трезвой рукой неожиданно начнёт иметь смысл.

— Рината Сергеевна, я отлучусь, пойду, узнаю, что там случилось, — произнёс Сергеев, поднимаясь с места.

— Конечно, Янчик, идите, молодые. В пятницу нечего сидеть в этом душ… в четырёх стенах. Я в ваши годы…

— Быстрее, Сергеев, — закатив глаза, произнёс Алексей, когда осознал, что Ян вежливо ждал, когда Рината Сергеевна закончит свою речь.

***

Егорыч оказался разбит горем. Лешка прятался за спинами остальных преподавателей, чтобы не выдать свой цинизм к такой "великой" проблеме, как он выразился по дороге в университет.

— А что менты-то сказали? — спросил Лёшка, выглядывая из-за спин уважаемых людей.

— Сказали… — дрожащим голосом произнёс Егорыч, — что они занимаются настоящими делами. Что не могут искать наш "мусор". — Его голос дрогнул; он кивнул доценту кафедры, и та передала ему воду с размешанной валерьянкой. Профессор осушил стакан залпом. — Они расследуют убийства и серьёзные кражи…

— Мусор! — выкрикнул он. — Они обозвали музейный экспонат мусором!

— А когда его украли?

— Никто не знает, — ответила доцент. — Подложили пластиковую игрушку на место, а мы заметили только вчера.

— Мусор! — вознёс руки к потолку профессор вновь, не в силах поверить. — Ох, стар я для таких потрясений. Пойду домой.

— Мы проводим, — Ян тут же выступил вперёд, но преподаватель покачал головой, похлопав его по груди.

— Дочь за ним приехала, — прошептала доцент, провожая профессора к выходу из кабинета.

Ян поднял взгляд к другу, тот стоял прислонив кулак ко рту, явно сдерживая смешки.

— Лёша, — укоризненно произнёс Сергеев.

— Да эта каменюка ничего даже не стоит, – возмутился друг, но только после того как выглянул в коридор и убедился, что никто его не слышит.

— Дело не в стоимости образца, — возразил Ян, выделив верное название драгоценности, как он считал. — А в том, что он олицетворяет. Окаменелая кость животного, которого давно не существует на Земле. Она прошла через колоссальные…

— Сергеев, ну не нуди. Давай ты эти истории будешь Катьке своей рассказывать, она, наверное, единственный человек, кто ещё способен их слушать. Как лекции, честное слово, — сморщился Лёха.

Ян замолчал, кивнул головой.

— Я пойду в музей. Давай увидимся в понедельник, — объясняться не хотелось, а в музее всегда было спокойно. В студенческие времена Ян обожал проводить там время. Никто не понимал его любви к камням, но они вселяли в него каменное, как бы смешно это ни звучало, спокойствие.

— Эй, Сергеев! — голос друга доносился где-то позади, пока он, погрузившись в свои мысли, сам не понимая, куда торопился, перешагивая через ступеньки, поднимался на третий этаж, где находился музей.

— Ты куда.. А-аха… так… гонишь? — кажется Фролов сбился с дыхания и замедлился на последнем пролете лестницы.

Ян замер у кабинета рядом с музеем — триста третьей аудитории. Странно. Он посмотрел на дверь, ощущая странные вибрации. Опустил взгляд: казалось, что из-под двери выходил чёрный туман, а вместе с ним расползался и холод, подкрадываясь к нему. В коридоре эхом разносились шаги Лёшки. Но помимо шагов Ян слышал странные голоса. Шёпот прямо за дверью.

— Ф… эф… В чём дело? — Лёшка остановился рядом. Он обмахивал себя рукой и тяжело дышал.

— Мне кажется, я что-то слышал, — произнёс Сергеев.

— Что? — протянул Лёшка, посмотрел на дверь и хохотнул. — Это же кабинет чудика. Наверное, с демонами там говорит.

Это действительно был кабинет профессора Чернова, одного из преподавателей прикладной геологии. Он давно приобрёл репутацию чудаковатого неадеквата. Всё время пытался доказать остальным мистику Скалграда, убеждал, что, к примеру, на кладбище Воплино был вход в другой мир.

Яну лично было не так важно, что тот говорил. Как профессор он был не плох, предмет свой знал хорошо. Ну а что не от мира сего? Так многие умные люди такие.

— Странно… — Ян сделал шаг, постучал в дверь и, надавив на ручку, открыл её.

В кабинете стояла кромешная тьма. Окна были заклеены газетами в несколько слоёв, а само пространство заполнено черным едким туманом.

— Ах…ть, — прошептал Лёха, заглядывая следом.

В нос ударил запах гнили. На столе виднелись следы сожжённой бумаги.

— Кто здесь?! — раздался резкий окрик, когда они заглянули глубже.

Ян вздрогнул, вглядываясь в тёмный угол. Там профессор смотрел в стену. Полуобернулся к ним. Сергеев обернул изумленный взгляд к другу, но тот лишь постучал по голове, показывая, что препод давно с катушек съехал. И впервые Сергеев был готов согласиться. Он недоумённо посмотрел на препода, у которого глаза горели безумием, и, казалось, их не видели. Ян уже хотел уйти, как вдруг увидел лица в стеклянном отражении дверей старого шкафа.

Лица… их было много, молодых, старых людей, мужчин, женщин, детей. Они смотрели прямо на Яна, и тот резко обернулся. Никого. Только Лёха, который подкрадывался к столу, наклонился вперёд и принюхивался.

— Там походу кто-то умер, — он достал телефон.

Чернов зарычал, а Сергеев вернул изумлённый взгляд к шкафу. И лица, вдруг осознав, что он их видел, засуетились, начали переглядываться друг с другом и в голос заголосили. Ян отшатнулся.

— Улыбочку! — Лёха, прикусив губу, чуть выступил вперёд, фотографируя преподавателя. У Фролова всегда не было тормозов, и Ян не сомневался, что тот выложит фото в чат бывших одногруппников.

"Убей их. Убей очкастого" — низкий вибрирующий голос доносился откуда-то из пространства.

Что происходит? Ян оглядывался, но не понимал, откуда шел голос. Он почувствовал неприятный прикус под губой — предчувствие, что ничего хорошего этот голос ему не сулил. Тем более что "очкастый" в комнате был один — он.

Лёха, казалось, ничего не слышал и продолжал подступать всё ближе к профессору, фотографируя и посмеиваясь прямо в лицо преподавателя. Чернов тяжело дышал, смотрел по сторонам безумным взглядом и рычал. В какой-то момент он потянулся к шее и начал расчесывать её до крови, громко завизжав. Только тогда Фролов шарахнулся назад.

Сергеев нахмурился, первым заметив, что на руке Чернова загорелось пламя. Среагировал Ян быстрее, чем осознал произошедшее. Он схватил друга за шкирку и в буквальном смысле выкинул из кабинета, а сам в последний момент успел присесть, когда над головой пронеслась струя огня. Схватил стул у двери и запустил им в Чернова, после чего выскочил из кабинета, захлопнув дверь.

Друг сидел на полу, не довольно потирал колено и зло смотрел на Сергеева.

— Ты головой тронулся? Какого… ты меня толкнул? И телефон ты мне новый должен!

Сказать, что Ян опешил — не сказать ничего. Фролов вёл себя так, словно не слышал голосов и не видел огня. И Ян бы засомневался в собственном разуме, только он ощущал тепло от огня кожей.

До сознания вновь донёсся вибрирующий низкий голос, требующий убить его, и Сергеев поспешил подхватить друга и потянуть наверх.

— Уходим. Живо! — скомандовал он, с силой толкая друга.

Тот громко возмущался и замолчал только тогда, когда визг Чернова пронёсся по коридору.

— Ты мне телефон должен новый, — пробурчал Лёха, когда они выбежали на улицу, показывая разбитый экран.

Ян стоял, согнувшись пополам, упираясь в колени, пытаясь отдышаться и осознать, что случилось. Снял с себя очки, потирая глаза.

— Слышал? Последний айфон. Я ссылку пришлю.

— Ты, Фролов-то не наглей. Твоему телефону лет пять как минимум. Давай, я домой пошел. Пришлю тебе деньги на починку экрана. Который, кстати, и без того был сломан.

Сергеев уже не слушая возмущений про моральный ущерб, шел к остановке. Бубнил себе под нос, что так совсем свихнуться можно.

***

На душе осталось неприятное ощущение. И здравый смысл в голове больше не справлялся всё объяснить. Поэтому Ян сдался. Избегать Чернова было не такой уж сложной задачей, чтобы зацикливаться на этом.

Лучше сконцентрироваться на том, чтобы вернуть Катьку.

По дороге домой он заскочил в местный цветочный магазин и уставился на букеты, упорно пытаясь вспомнить, какие цветы любила Катя. Она точно говорила какие… и не раз. Но, к сожалению, Катька так много говорила, что всё упомнить он просто не мог.

Флористом в магазине оказался никто иной, как Вий. Он стоял за прилавком в своих невзрачных одеждах. На нём была выцветшая футболка без рисунков, чуть вытянутая от частой стирки, простые тёмные штаны и серые кеды. Кепка, которую, как успел заметить Сергеев, тот носил всегда, была надета козырьком назад. Сам Вий аккуратно очищал розы от шипов и составлял букет.

— Я думал, ты на складе работаешь, в "СкалоСтале"? — произнёс Ян, подходя ближе.

Он внимательно следил за уверенными и профессиональными действиями соседа. Оказалось, он с живыми цветами управлялся даже лучше, чем с засушенными, и его букеты выглядели вполне обычными и даже приятными.

— Подработка, — буркнул Вийдан, едва подняв глаза.

Ян кивнул и насмешливо произнёс:

— Слишком обычные композиции у тебя. А где твой особый художественный штрих?

Вий встрепенулся и тут же заговорил, приглушив голос. Он приподнял пальцами старый затёртый журнал, где подробно показывалось в картинках, как составлять букеты.

— Это не место для искусства! Есть правила, и им нужно следовать. Зато мне разрешили забирать испорченные и увядшие цветы.

Ян не стал поправлять его, что их лучше бы выбрасывать. Его взгляд перешел за спину Вийдана, там бутонами вниз висели розы, окрашенные в чёрный цвет.

— Тебе и сушить их тут разрешили?

Вий обернулся к своим цветам, насупился и сделал шаг в сторону, перекрывая Сергееву обзор.

— Чего тебе?

Он закончил делать букет из белых роз, осмотрел его со всех сторон и протянул его деду, который терпеливо ждал.

— Ох, спасибо тебе, Виктор, — произнёс он, счастливо разглядывая букет. — Твои букеты всегда имеют особый шарм, — добавил он. — Только они и нравятся моей старухе, говорит, что снимают боли в суставах, когда держит твои цветы в руках.

Он рассмеялся над её причудами.

Ян, чувствуя что вот-вот чихнёт, отвернулся и прикрыл нос рукавом. В магазине стоял сильный аромат цветов, давно щекочущий ему нос.

— Будь здоров, — похлопав Яна по плечу, дед расплатился, подхватил букет и, насвистывая себе под нос, направился к выходу.

— Виктор? — Ян перевёл взгляд.

— Он плохо слышит. Чего тебе?

Купив самые красивые белые цветы, что были, Ян поспешил домой в надежде увидеть Катьку. Он смог бы её обнять и забыть этот кошмарный день…

И он увидел её.

Красивую. В длинном чёрном платье с разрезом, что открывал её грудь и подчёркивал фигуру. На каблуках. А ведь Катерина совсем не любила их носить.

В окружении двух подружек, которые, Ян знал наверняка, его ненавидели.

— Профукал ты своё счастье! — воскликнула Марина, уволакивая девушку в сторону такси.

А Ян так и остался смотреть им вслед, не до конца понимая, что чувствовал в этот момент. Мысль, что Катя могла идти на свидание с кем-нибудь, пробудила в нём желание кинуться к ней, схватить за руку и силой утащить домой. Но всё, что он мог, это смотреть ей вслед.

Глава 5. Катькино свидание

Подруги Кати все как одна считали, что ей давно пора было сбросить с плеч безответственный груз в лице Сергеева. Марина сказала, что у неё уже есть достойный кандидат на освободившееся место — человек обеспеченный, и отдельно подчеркнула, что Катя ему симпатична. В пятницу, вооружившись своим хорошим вкусом, Марина и Кристина пришли собирать её на свидание.

И девушка была в боевом настроении, готовая к новым знакомствам, ровно до того момента, как увидела Яна перед подъездом. Маришка тянула её к такси за руку, пока чувствуя себя удивительно виноватой, Катя то и дело оборачивалась к Сергееву. Хотелось объясниться, извиниться, но тут её взгляд упал на цветы. Белые пионы. Он шесть лет не мог запомнить, какие цветы ей нравятся, а тут, глянь-ка, вспомнил. Это осознание лишь сильнее разозлило её — значит, всё же слышал, но не считал нужным поискать то, что ей действительно нравится!

Гордо отвернувшись, девушка подошла к такси и села в машину.

И в таком испорченном настроении и кислой миной приехала в ресторан. Мужчину звали Сергеем и его имя лишь борче удручило девушку.

— Катерина, — галантно произнёс он, обошёл стол и отодвинул стул, чтобы она присела.

— Благодарю, — выдохнула девушка, усилием воли выкидывая Сергеева из головы, и улыбнулась мужчине. Он был старше её, крупноват, но двигался уверенно, и от него доносился приятный аромат духов. Плюс Кате нравилось, как он её встретил.

— Ты даже красивее в жизни, чем на фотографиях, — произнёс он, опускаясь на сиденье напротив.

Катя даже не успела сказать "спасибо", как он добавил:

— Но я бы предпочёл, чтобы ты не опаздывала в будущем. Моё время стоит денег, я тут двадцать минут тебя ждал.

Образ "настоящего мужчины" разбился в одно мгновение. Но Катя решила не делать поспешных выводов и пробормотала извинение.

Сергей её не слушал — он обернулся в сторону и, щелкнув пальцами, подозвал официанта.

— Подойди, мы готовы сделать заказ.

Готовы? Катя поспешно схватила меню, собираясь выбрать что-нибудь, пока Сергей озвучивал свой заказ. Она полдня ничего не ела, пока подруги были в гостях, и теперь была до ужаса голодной.

— Принеси нам воды, — немного пренебрежительным тоном произнёс Сергей, пока Катя мысленно за него добавляла "пожалуйста". — Мне двойной виски, со льдом. Макаллан двадцать пять.

Напитки. Напитки. Катя поспешно листала меню.

— Девушке шампанского. И начнём мы с салата и устриц.

Катя растерянно перевела взгляд с меню на официанта.

— Катерина, — произнёс Сергей, откидываясь на своём сиденье. — Расскажи о себе, где работаешь? Жена Ромы сказала, что вы вместе администраторы в каком-то фитнес-клубе.

Катя посмотрела на него и растерянно кивнула. Он вроде бы задавал вопросы, но умудрялся отвечать на них сам ещё до того, как они доходили до её сознания.

А ещё говорят, женщины болтливы.

Сергей усмехнулся.

— Неплохо иметь хобби, полагаю.

Хобби? Он назвал её работу "хобби"? Вот это он козёл, — опешив, подумала Морозова. Она не могла поверить, что Маринка действительно считала, будто ей может понравиться такой человек.

Катя некоторое время молчала. Сергей достал телефон и, коротко сообщив, что это срочно по работе, полностью в него погрузился. Им принесли напитки. Молодой человек поставил бокал шампанского перед ней и стакан с виски и льдом перед Сергеем. Официант обернулся к мужчине и вежливо заговорил:

— Если хотите что-нибудь ещё…

Сморщившись, Сергей отложил телефон в сторону и небрежным жестом прервал парня, махнув рукой, словно отгоняя надоедливую муху. Закатил глаза, покачал головой и выразительно посмотрел на Катю, чтобы она увидела, вот с кем ему приходится иметь дело.

— Ага, — хмыкнула Катя, подхватывая бокал с шампанским. Ей нужно было выпить.

И прежде чем она успела сделать глоток, заметила, что Сергей протянул свой бокал для тоста.

— За удачное знакомство, — произнёс он, подмигнув ей.

— За знакомство.

Мужчина посмотрел на неё, затем опустил взгляд к её вырезу, и на его лице появилась улыбка.

Чувствуя себя объектом оценки, она мягко улыбнулась:

— А вы, Сергей, чем занимаетесь?

— Да давай уже на "ты", мы же не чужие люди, — он хохотнул и тут же принялся рассказывать про бизнес, который они с Ромой создали, и который, по его словам, он тащит на своём горбу.

А мысли Кати унеслись в другое русло. Первое свидание с Яном было в кофейне. Они сидели у окошка в уютном зале, и Катя рассказывала о своих мечтах. Ян делился местами, в которых хотел побывать. Потом они гуляли по парку, пока не пошёл дождь. Он снял с себя свитер, накинул Кате на голову, и они, смеясь, побежали к ближайшему укрытию.

На её лице появилась лёгкая улыбка, а сердце наполнилось теплом. Сергей прервал её воспоминания, опустил взгляд к её губам.

— У тебя красивая улыбка.

— Спасибо, — моргнув, Катя вернулась в реальность.

Поставив перед ними закуски, официант вежливо спросил, готовы ли они сделать заказ.

Катя улыбнулась ему, отпила шампанское и опустила взгляд в меню, которое лежало в стороне закрытым. В этот момент заговорил Сергей.

— Мне стейк средней прожарки и овощи, картофель с грибами. Девушке — лосось.

Официант записал заказ и ушёл. Катя кривовато улыбнулась, положила локоть на стол и наклонилась вперёд.

— Ты забыл спросить девушку, чего хочет она, — произнесла она.

— Пха, — он захохотал. — Впервые получаю такую претензию. Обычно девушки любят, когда выбор делают за них.

Катя вздёрнула нос и вновь натянуто ему улыбнулась.

— Да ладно, не крути носом, я-то знаю, что вы все любите одно и то же. Со мной можешь никого из себя не строить, чувствуй себя свободно. Да и потом, ты бы сейчас сидела полчаса, выбирала, и в итоге бы заказала лосося, — он закатил глаза, — я всего лишь упростил тебе жизнь.

Девушка уже давно поняла, что это будет самый долгий вечер в её жизни. Да и черт с ним. Она приготовилась максимально хорошо провести время.

— Как мне повезло, что ты так хорошо разбираешься в женщинах, — воскликнула Катька приторно-сладким и наиграно-счастливым голосом.

Но нет, Сергей, казалось, совсем не заметил насмешки в её глазах. Чуть пожал плечами, мол, да, есть такое.

Катя поджала губы, стараясь не рассмеяться, и поднялась.

— Пойду припудрю носик, — сказала она кокетливым голосом и подмигнула.

Сергей кивнул, он привык к причудам девушек.

Катя всё же старалась сделать этот вечер более приемлемым, пока не поняла, что разговора у них не выйдет. Человек перед ней считал её тупой и, хоть и не говорил этого напрямую, давал понять в каждом слове.

Катя решила поменять тактику. Хочет безмозглую девицу? Она и такой может быть.

Она широко распахнула глаза, преувеличенно восторженно повторяла за ним его же слова и делала вид, что просто не может в это поверить.

Он рассказывал, как сам догадался, как правильно выстроить бизнес. Они с партнёром, Ромой, открыли агентство элитного дизайна интерьера. Рома отвечал за творческую часть — рисовал проекты, общался с клиентами, продавал им идеи, а Сергей держал всё на своих плечах: юридические вопросы, контракты, налоги, расчёты, поставщиков.

— Без меня, — опрокинув уже пару бокалов и слегка захмелев, вещал Сергей, — он так бы и работал дизайнеришкой за зарплату в мелком офисе.

— Точно, дизайнеш–диз… — Слово выговорить у неё не вышло, и она просто хлопнула рукой по столу. — Сто процентов! — воскликнула девушка, допивая третий бокал шампанского.

— Благодаря мне купил себе дом, машину, — войдя в особый кураж и получая поддержку от девушки, воодушевился мужчина. — Но с какой-то радости решил, что всё заработано им! Раз на нём дизайнерская часть, то, значит, и все деньги его! И за моей спиной хотел взять с клиентов деньги!

— С клиентов деньги? Ну не дурак ли!

— Я так и сказал! К счастью, клиент был моим знакомым. И я уж Ромке объяснил, кто и чем у нас занимается.

— Да уж и слава Богу! — повторяя его тон, говорила Катька. Она посмотрела в слегка пьяные глаза Сергея, которые блестели от радости

Нерв лопнул, и она в голос захохотала, опуская лицо к столу. Ну как он не мог слышать в её голосе насмешку?

— Ещё девушке шампанского! — воскликнула Катька, поднимая пустой бокал и повторяя прежнюю интонацию Сергея. Она посмотрела на пустой стакан Сергея и уже собиралась заказать и ему.

— А тебе не много будет? — спросил Сергей, икнув.

Катя задумалась и решила проверить, полностью ли отсутствует чувство юмора у Сергея. Она наклонилась к нему через стол, заглянула в глаза и шёпотом спросила:

— Но платить же ты будешь?

Сергей кивнул.

— Значит, не много! — со счастливой улыбкой отозвалась девушка. Настроение было прекрасным, этот мужик её больше не раздражал.

После четвёртого бокала шампанского Сергей заплатил по счету и повёз её домой.

По пути Катя уже не могла остановиться, её душа требовала праздника и она так же счастливым восхищенным голосом продолжала говорить:

— Ты так хорошо водишь, несмотря на то что пьян!

— Спасибо, — неуверенно произнёс Сергей, с сомнением взглянув в её сторону.

Она посмотрела в окно и засмеялась, думая совсем о другом. Ян был просто не в состоянии научиться водить машину. Она не знала, с чем это связано, но практика показала — не надо даже пытаться. Она учила его ездить ровно один раз. Их закрутило на месте, они оба орали во весь голос. Хорошо, что все обошлось благополучно. Это был первый и последний раз. Катя вздохнула. Ей было весело с Яном. Но быт всё убил.

— Что? — спросил Сергей, оборачиваясь на её смех.

— Да я восх… — она осеклась и вдруг громко закричала: — Это же Меладзе!

Катька не заметила, что мужчина вздрогнул от её резкого голоса. Она услышала знакомый мотив, наклонилась к панели и повернула ручку громкости. Музыка заиграла громче. Девушка, не раздумывая, запела во весь голос:

— Красивооо ты вошла в мою грешную жизнь…

Сергей приоткрыл рот, глядя на неё.

Но ей было всё равно. Она с ним больше не собиралась встречаться, а душа хотела петь. Ян всегда говорил, что у неё приятный голос, и она верила ему.

Мужчина довёз её до дома и вышел с другой стороны, пока Катька дослушивала последние ноты мелодии. Она сняла ремень безопасности. Сергей открыл ей дверь.

— Ну какой ухажёр! — хлопнув в ладоши, воскликнула Катька. Вложила ладонь в его протянутую руку, чтобы он помог ей выйти из машины.

Она была на каблуках, которые редко носила, и этим вечером убедилась, что не зря. К концу вечера ноги гудели до безумия.

Выходя из машины, она покачнулась, едва не упав в его объятия. Это мог бы быть идеальный романтический момент, если бы девушка этого хотела. Она уже завалилась вперёд, но в последний момент схватилась за машину.

Посмотрела на Сергея, который стоял с чуть раскрытыми руками, готовый ловить.

— Шучу! — весело сказала она, шлёпнув его по груди. Довольно улыбнулась, подняла взгляд и с театральной серьёзностью произнесла:

— Это было лучшее свидание в моей жизни! Лосось во, — она поднесла кончики пальцев к губам и поцеловала их. — Ты прямо мысли мои читал. Хорошо, что мы, бабы, все одинаковы. Позвони мне, — она подмигнула ему и зашагала к дому. На полпути наклонилась, сняла обувь, закинула её через плечо и пошла дальше. Девушка не стала оборачиваться, но была уверена, что он смотрел ей вслед. И ей было всё равно! В голове продолжал звучать голос Меладзе.

Поднялась на второй этаж. Под дверью её квартиры лежал букет пионов. Он был аккуратно уложен, чтобы цветы не помялись.

Глава 6. В гостях у чёрта

— Алиса! — воскликнула Катька, стоило ей войти в квартиру. — Включи мне "Серебряную Свадьбу" на всю громкость.

Девушка помыла ноги и направилась на кухню. Поставила цветы в воду, во весь голос напевая песню.

Шампанское ударило в голову, подняло настроение, и ей хотелось продолжения праздника.

Полезла в холодильник — взгляд зацепился за бутылку китайского вина, которое ей когда-то привёз Ян. Оно выглядело странно, а внизу осел мутный осадок, поэтому ни он, ни она так и не решились его пробовать.

Больше всего их повеселила надпись на наклейке, которую Ян заметил только дома. Она гласила: "Сделано в Москве".

День настал его опробовать.

Пока она открывала бутылку, заиграл припев, и, танцуя по комнате, она начала во весь голос подпевать. Девушка находилась в разгаре эмоций, когда Алиса неожиданно понизила громкость и произнесла стандартную фразу что-то о неудобстве для соседей.

Катя замерла и с ужасом посмотрела на динамик, задаваясь вопросом — не принаглела ли Алиса?

Чёрт с ней. У неё появилась новая идея. Она надела кроссовки, подхватила уже открытую бутылку вина и вышла из квартиры, припоминая, в какой там квартире жил Ян. Он точно присылал ей сообщение с адресом, в тот день она лишь смахнула его, не ответив.

Пока девушка поднялась на шестой, а он же последний, этаж в соседнем подъезде, она протрезвела. И поняла, что её задумка была плохой. Хорошего финала для их расставания из этого не выйдет. Но спускаться обратно совсем не хотелось.

Поэтому она постучала в дверь. Громко. А затем, не дожидаясь ответа, отпила прямо из бутылки.

Дверь открыл молодой, излишне бледный человек. У него были чёрные глаза и волосы, торчащие вверх, словно рога.

Настроение тут же вернулось, и Катя без стеснения расхохоталась во весь голос.

— Я ищу Яна Сергеева! — воскликнула она. — Уважаемый чёрт!

Человек вздрогнул и изумлённо посмотрел на неё, почти испуганно, его рука замерла.

— Катя? — из коридора выглянул Ян.

— Ян! — крикнула девушка, раскинув руки в стороны. В одной у неё была открытая бутылка вина, в другой — цветок пиона. — Я пришла!

Он подбежал к дверям. Молодой человек отступил в сторону, продолжая изумлённо смотреть на неё. Но девушка уже забыла о его существовании. Она упала в объятия Яна и засмеялась.

— Ты пьяна? — спросил Ян, обнимая её в ответ.

Катя счастливо кивнула.

— Да! И мне очень весело!

— Я думал, ты хотела расстаться… — осторожно произнёс Ян, продолжая, однако, прижимать её к себе, обнимая и поддерживая.

— Да, — кивнула девушка, отклоняясь в его объятиях. — Но расставание будет неправильным без последней ночи.

Она послала ему воздушный поцелуй и подмигнула. Ян нахмурился.

— Ты говоришь о сексе? — шёпотом спросил Сергеев.

Катя вздёрнула брови.

— Только не говори, что забыл, как это делать. Пойдём, напомню! — воскликнула она, смело проходя в коридор.

Посмотрела на бледного человека с чёрными глазами и торчащими, словно рога, волосами, затем протянула ему цветок.

— Это вам, господин чёрт.

Тот взял цветок, прижал к груди и продолжал испуганно смотреть на неё.

— Его зовут Вий, — произнёс Ян, закрывая дверь и ведя Катю в свою комнату.

Она обернулась, снова посмотрела на чёрта и вдумчиво произнесла:

— Вам идёт.

***Голова раскалывалась. Катя приоткрыла глаза, когда услышала знакомый, не слишком приятный в её состоянии шёпот.

— Катенька, просыпайся.

Она поморщилась, молча взяла у Яна стакан воды и таблетку, после чего рухнула обратно на кровать.

— Я приготовил тебе завтрак, но Вий не разрешает есть вне кухни. Приходи туда.

Катя прохрипела что-то нечленораздельное.

— Что? — переспросил Ян, наклоняясь ближе.

— Мне надо умыться… — прохрипела девушка, с трудом поднимая голову и оглядываясь по сторонам.

Она лежала на большом матрасе прямо на полу. Одеяло без пододеяльника, но, к счастью, была простыня, пусть и небрежно заправленная. У стены стояла старая кровать с пружинами. Её чемодан был придвинут к стене, а сверху почему-то лежала подушка.

Ян протянул ей полотенце, которое дал Вий, и показал, где находится ванная.

Катя вышла на кухню после того, как умылась. Головная боль слегка притупилась, но всё равно давала о себе знать.

Она шла медленно, осматриваясь. Квартира была странной — ремонт явно делали лет шестьдесят назад. Из кухни доносилось радио, и голос диктора звучал так, словно из её детства.

Стоило ей переступить порог, как Ян тут же подорвался. Усадил её на своё место, а сам направился к плите, включая газ.

— Я приготовил тебе суп.

Катя с интересом рассматривала странных соседей Яна. Дед с блеклым взглядом, который просто смотрел в сторону, словно его здесь и не было. И человек с черными-пречерными глазами, что смотрел на неё с подозрением. Его волосы торчали вверх, и Катя могла поклясться, что видела у него рожки.

— Почему он так на меня смотрит? — спросила она у Яна, когда тот поставил перед ней тарелку с супом, хлеб и крепкий кофе, как она любила.

— Ты вчера его чёртом обзывала на весь дом, — ответил Ян, пряча смешок. Прозвище показалось ему одновременно смешным и до обидного точным.

Катя в шоке уставилась на него.

— Не было такого, — пробормотала она, опуская взгляд в тарелку и зачерпывая ложку супа.

— Это Вий, а это Михалыч. Ему квартира принадлежит.

— Принадлежит, — согласился дед. Опираясь на стул, он поднялся на ноги. Ян тут же потянулся, чтобы помочь, но старик отмахнулся.

— Я ж уже говорил, что давно не чувствую боли, — сказал он. — Садись, молодёжь. Пойду прилягу.

Он уступил место и направился обратно к себе в комнату.

Ян опустился напротив Кати и, вздыхая, начал смотреть на неё влюблёнными глазами. Опьянение прошло, и на смену ему пришло раздражение. В своём неудачном свидании с отвратным типом она винила Яна. У неё ведь не было много претезий, был бы Ян адекватным и ей бы не пришлось никуда ходить.

— Я не чёрт, — вдруг прошептал Вий, хмуро смотря перед собой.

Катя подняла на него взгляд, а Ян громко засмеялся:

— Как же не чёрт, если чёрт? Ты свою причёску видел? Тетка с третьего этажа каждый раз крестится, когда тебя видит.

Вий буркнул что-то себе под нос, провёл рукой по волосам, пытаясь пригладить их, но они упрямо вставали торчком.

— Катька, — произнёс Ян, его блестящие глаза обратились к девушке. Она подняла на него взгляд. После супа ей действительно стало лучше.

— Тебе не нравилось моё хобби! — на лице Сергеева появилась почти детская, лукавая улыбка. Он сорвался с места и через минуту вернулся, неся в руках три картины.

Катя сначала подумала, что на них изображены трупы, от которых опускается дух, но, присмотревшись, поняла — это деревья.

Она подхватила одну и выдохнула:

— Как круто, — произнесла она, внимательно рассматривая детали. Картина имела мрачный вид, но захватывала дух, не оставляя равнодушным. — Навевает одновременно и жуть, и воодушевление. Это очень красиво.

— Нет, — нахмурившись, произнёс Ян.

— Правда? — восторженно спросил Вий. Волосы, которые он только что пригладил назад, снова встопорщились вверх. — Это моё призвание! Я собираюсь открыть свою галерею.

— Я приду! — с энтузиазмом заявила Катя. Однако от громкого голоса, в голове стрельнуло и зажмурилась. — Оооой…

— Это дерево плодородия и богатства, его сожгли ещё… — Вийдан, который выхватил картинку из рук Кати, не касаясь, водил пальцем над изображением и воодушевлённо объяснял её. На том моменте замолчал, глянув в сторону девушки, и добавил: — давно. И эти грешники, — он указал на пух, что опускался вниз, — души людей, что его сожгли, их затягивает в пламя… правосудия. — Он приподнял плечи и вдруг облизнулся.

Катя измучённо на него смотрела, бросила быстрый взгляд в сторону Яна, но Сергеев был занят своим треклятым телефоном.

— Очень вкусные, — прошептал Вий.

— Эй, Катька, а ты что, поменяла своё расписание? — спросил Ян, поднимая глаза от телефона.

— Какое расписание? — недовольно спросила девушка.

— По субботам же всегда твоя смена в клубе… уже начало десятого…

Катя распахнула глаза, громко воскликнула, выпила залпом кофе, что поставил перед ней Ян, и помчалась в комнату за своим платьем. Ночью она переоделась в одежду Яна.

Забежав внутрь, она на ходу схватила одежду, но перед тем как выйти, её взгляд упал на чемодан. Остановилась, нахмурилась, подошла и подняла подушку, лежавшую сверху. Трещина пересекала корпус. Как она и думала. Ян сломал её чемодан и прикрыл подушкой, чтобы она не увидела.

Как ребёнок, ей-богу.

Она недовольно покачала головой и направилась к выходу.

Ян протянул ей бутылку воды:

— Может, увидимся по…

— Нет, — отрезала Катя, покидая странный дом.

***Сергеев давно привык, что поведение Кати редко поддавалось здравому смыслу. Но сегодня, казалось, она переплюнула саму себя: ночью шептала, как скучала, обнимала, а утром ушла, хлопнув дверью.

Говорят, женскую логику не понять, похоже, это как раз тот случай.

Зевая, он направился прямиком в свою комнату, ощущая, что исчерпал все ресурсы, что были в нём на "идеального" молодого человека, каким Катька хотела его видеть. Вернулся в комнату и рухнул обратно на матрас. Почти провалился в сон, когда услышал недовольное бурчание. В дверном проёме появилось угрюмое лицо Вия.

— Кто, по-твоему, будет кухню убирать? — проворчал он. — Всё бросил: тарелки на столе, кастрюля на плите…

Ян застонал, потерев лицо.

— Сейчас, сейчас…

— В этой квартире одно правило: на кухне ничего не бросать, — нахмурился Вий. — И в коридоре, и в ванне… — его взгляд скользнул по комнате Яна, — и в комнате приберись.

— Да понял я, понял, — раздражённо отозвался Ян, потянулся и нехотя поплёлся на кухню.

Зевая, он медленно убрал посуду со стола, сложил всё в раковину и включил воду. На столе осталась кружка с недопитым кофе, Ян потянулся за ней. Взгляд скользнул в сторону коридора, откуда доносился лёгкий шерох.

Одинокая лампа в коридоре слабо его освещала и отбрасывала на стену длинную тень: вытянутую, с тонким хвостом и длинными ногами, похожими на копыта.

Ян прищурился. Эту тень он видел не впервые.

Снял очки, по привычке протёр их о футболку, надел обратно и вышел в коридор, посмотреть, что её отбрасывало.

В коридоре копошился его новый сосед. Выглядел он как обычно, ни хвоста, ни копыт. Надел кепку.

Сергеев оглядел коридор в тщетной попытке найти хоть какую-нибудь разумную причину для той тени.

— Я на работу, — буркнул Вийдан, не поднимая взгляда к Яну, вышел в подъезд.

Сергеев прошёл за ним, провожая странного и нелюдимого соседа взглядом. Он всерьёз задумывался, не пора ли проверить зрение. Не могло же ему так часто мерещиться ерунда?

Сам Ян был убеждённым атеистом. В религию не верил, магию и суеверия считал глупостью, а уж нумерологию и прочую чепуху, тем более. Людей, что этим увлекались, он считал чудаковатыми — просто не хотели учиться понимать мир таким, каков он есть. Только любовь Катьки к гаданиям и магии он воспринимал как ту самую милую изюминку, которая делала её ещё интереснее и часто ей подыгрывал.

Сергеев вышел в коридор, прислушиваясь к лёгким шагам Вийдана на лестнице.

— Чур меня, нечистый! Пресвятая Богородица, спаси душу мою от бесовского отродья! — раздался истеричный голос соседки с третьего этажа. Видимо, снова на Вия нарвалась.

Ян слышал её так часто, что иногда ему казалось: женщина специально стояла перед глазком. Ждала, когда увидит силуэт Вийдана. И только потом выходила, чтобы крикнуть свою мантру. А следом обозвать демонюгой, которому место в аду.

Покачав головой, он вошел обратно в квартиру. Выключил свет в коридоре и направился к себе в комнату отдыхать. Пододвинулся к месту, где ночью спала Катька. Подушка всё ещё пахла её цитрусовыми духами. Сердце сладко дрогнуло. Он улыбнулся, вдохнул любимый аромат и прикрыл глаза.

В эту субботу Сергееву было не суждено выспаться. Едва задремал — из коридора всплеск и визгливый мальчишеский мат. Ян приподнялся, щурясь: не с улицы ли? Нет, звук близко.

Долго гадать не пришлось: в коридоре что-то всплеснуло, и тут же раздался всё тот же мальчишеский голос — он звал Вийдана и одновременно поливал матом и его, и место, в котором находился.

Издав недовольный стон, почесав макушку и взъерошив корокие волосы. Сергеев подхватил очки и вышел из комнаты.

В полутёмном коридоре стоял мальчишка лет десяти. Мокрый, измазанный чёрной жидкостью, похожей на смолу, которая стекала с него прямо на идеально чистый пол Вийдана. Он оглянулся, набрал полную грудь воздуха, зажмурился и заорал во всё горло:

— ВИЙ! ВЫХОДИ!

Ян облокотился на дверной проём:

— Ты ещё кто?

Мальчишка вздрогнул. Резко подпрыгнул, пригнулся и в следующую секунду обернулся к Яну, подняв пальцы вверх, словно мартышка, готовая атаковать Сергеева.

— душак? — с огромным отвращением произнёс мальчишка. Его лицо скривилось, он выпрямился и стряхнул руку — чёрная вязкая жижа брызнула на стены, обклеенные старыми обоями в цветочек.

— Я брат Вийдана, — произнёс он, подумал и добавил: — А ты кто? В этой квартире душакам не рады. Ещё и с такой чистой душой… Фу. — Он скривился и с неприязнью посмотрел на Яна. — Давай прочь отсюда! ВИЙДАН!

Ян поморщился от громкости его голоса.

— Ушёл он на работу. Не говорил, что к нему родственники приедут, — ответил Ян, почесав ухо. На странные слова мальчишки решил не реагировать. Дети насмотрятся всякого, потом повторяют.

Слово "душак" однако больно резануло его по ушам. Пару раз друзья говорили, что он много душнит, и Ян терпеть не мог это слово. Но ему было слишком лень учить чужого ребёнка уважению, и продолжая протяжно зевать направился к ванной комнате. Мальчишка, стоило молодому человеку приблизиться, резко отпрыгнул в сторону, поднял руку и начал крыть матом уже Яна, через слово вставляя слово "душак".

— Ага, — лениво отозвался Сергеев, закончив готовить ванную комнату. Он вышел в коридор и посмотрел на чёрные следы, недовольно морщась. Он только кухню убрал… То есть забыл убрать, сил на полы в коридоре ну совсем не осталось. Ещё и… он вдруг задумался, замечая, что следы были только под мальчишкой посередине комнаты, у двери было чисто. — А как ты сюда вошёл?

— Я, — раздувая ноздри, заголосил ребенок, — сказал, — Ян смотрел на его волосы, что торчали так же смешно, как и у Вия. Семейное? Этакое родимое пятно? — Привести. Мне. — он продолжал тяжело дышать через каждое слово, и казалось, не выполни Сергеев его приказ и мелкий кинется с кулаками. — ВИЙДАНА!

— Ладно, уймись. Громкий какой. — Сергеев прошел к шкафу и подхватил чистое полотенце. — Иди смой с себя это и старайся сильно не разнести грязь, — сказал он, подзывая ребёнка. Вий был на раздражение скрупулезным.

— Ты чё… — мальчишка вытаращил глаза, а потом возмущённо воскликнул: — Ах…л!

Ян обернулся, широко распахнув глаза, поскольку дальше у мальчишки пошла такая брань, которой он в жизни не слышал.

— Так! — воскликнул Сергеев. — У тебя есть три варианта. Первый — заткнуться и идти мыться. Второй заткнуться и ждать на одном месте, пока Вий не придёт и рога твои не накрутит за грязь в его чистом коридоре, — он в шутку указал на торчащие вверх волосы мальчишки. — Ну и третий…

Но Ян замолчал, заметив, что его слова подействовали. Парнишка втянул голову в плечи и прикрыл волосы ладонями, словно боялся, что ему и правда сейчас их накрутят.

— Ты это… — зло бросил он, делая шаг в сторону ванной.

Ян вышел, отходя в сторону, чтобы мелкий мог пройти. Мальчишка ткнул пальцем в пол.

— Это вымой. А то я тебе уши накручу и на х…

Ян тяжело выдохнул, не раздумывая, он засунул тому в рот полотенце, подхватил под руку и затащил в ванную.

Парнишка, сжимая в зубах полотенце, изумлённо смотрел перед собой, потом на руку Яна.

— Радуйся, что я не моя мать, — проворчал Сергеев, не ослабляя хватки. — Она бы тебе вместо полотенца мыло в рот засунула.

Ян толкнул его внутрь и затащил в ванную прямо в одежде.

— Давай, одежду скидывай и оставляй здесь. Я принесу тебе что-нибудь переодеться. Есть что сказать? — с угрозой спросил Ян.

Мальчишка снова изумлённо посмотрел на его руку, испуганно покачал головой.

— Вот и прекрасно, — хмыкнул Ян, включил воду, и струя из душа ударила мальчишке прямо в голову.

Глава 7. Неожиданный гость

Ровно до того момента, как в жизнь Яна ворвался брат Вийдана, он и не догадывался, насколько не любит детей. Выжал тряпку — вода в ведре стала почти черной. Поясницу свело. На то, чтобы вытереть за ним пол, ушли все силы юноши. И нет, к этой роли он точно не был готов.

Наконец он усадил ребёнка на кухне, дал ему свою футболку и замотал полотенце на голове. Сам поставил чайник, собираясь заварить им чай, и бездумно смотрел на носик — пока тот не закипит. Он так не уставал даже когда делал проект три ночи подряд.

Чайник засвистел. Отпарив себе очки, Ян налил кипяток.

— Зовут-то тебя как? — поставив на стол две кружки, Ян бросил быстрый взгляд на гостя.

— Лури, — глаза мальчишки загорелись жадным светом. Он облизнулся и, задевая горячую кружку рукой, начал закидывать в рот одну за другой печеньки, даже не стараясь их прожевать. Крошки сыпались мимо рта на стол и пол.

Это пусть Вий убирает, — было первой мыслью Сергеева.

— А что с тобой случилось? Почему ты весь был в какой-то мази?

Лури поднял глаза, попытался ответить, разом сглотнул и поперхнулся.

— Кх-кх! — он забарабанил кулаком по груди.

Хлопнул ладонями по столу и возбуждённо заговорил:

— У нас там полный переворот! — выпалил он и тут же сделал глоток чая. — Фаерон бежал, Энгрир пытается занять его место. Там драки — пз-ц просто.

Он наклонился через стол, понизив голос до заговорщического шёпота:

— И я слышал… пытаются какого-то старого демона воскресить! Если выйдет, то облава обрушится и на нас, и здесь на вас! Даже такие, как ты, не справятся. Ха!

Он облизнулся и потянулся за ещё одним печеньем.

Ян приподнял бровь и постучал пальцами по столу. Конечно. Переворот. И обязательно "воскресить".

— А "у нас" — это где?

— В Аджу Ражуметжа, — ответил Лури, снова набив рот.

— Разумеется, — хмыкнул Ян.

— Значит так! — Лури доел всё печенье, хлопнул по столу и смело посмотрел на Яна. — Ты, душак, вызывай мне Вия! У меня дело к нему от Фаерона.

Мальчишка приосанился и важно уставился на Сергеева. Казалось, он ожидал, что Ян в ту же секунду поймёт, насколько мелкий значим. Снял с головы полотенце, без задней мысли швырнул его на пол и руками растрепал ещё влажные волосы, которые даже в мокром виде легли так, словно рога.

Сергеев предупредил:

— Зови меня Ян. Назовёшь меня душаком ещё раз — я их тебе сам откручу. — Он кивнул глазами на волосы мелкого. — И маты прекрати.

Мальчишка прижал голову к плечами прикрыл свои волосы и испуганно посмотрел на Яна, заговорил:

— Нельзя их трогать… Ты ж… Ян, вызови мне Вийдана. Это важно. Меня старшие сюда отослали, к нему, пока там не станет безопасно. А то всех наших лупашат направо и налево. Особенно тех, кто поддерживает Фаерона.

— Я не взял у него номер, — произнёс Сергеев. Он вдруг осознал, что не только сам не додумался спросить у Вия телефон и хоть какую-то информацию, но и тот впустил его в дом, не задав ни одного вопроса…

— Это очень важно! — воскликнул Лури, подскакивая на месте. — Не могу ждать ни минуты! Вдруг…

— Хватит выдумывать, — произнёс Ян, поднимаясь. Он сделал шаг к мальчишке и нагнулся, чтобы рассмотреть место, где торчали волосы. Они и реакция Лури на них не давали ему покоя.

Мальчишка поднял на него удивлённый взгляд, охнул, пригнулся и прикрыл голову руками, забормотав:

— Не веришь в переворот? Оно только со стороны кажется, что всё чисто. Все всегда сражаются за власть и души! Вий подтвердит! Вызови его!

— Нет у меня его номера, — раздражённо повторил Ян. — Убери за собой стол и иди в его комнату. Жди там.

— Но это вопрос жизни и смерти! Надо его найти! — воскликнул Лури. — Как можно быстрее, мне нужно ему кое-что передать!

— Ладно, — выдохнул Сергеев, — жди, я найду его.

Он уже повернулся, собираясь выйти, но не прошёл и пары шагов, как за спиной послышалось топанье.

Лури сновал по квартире, как угорелый, через минуту вылетел из комнаты Вия в каких-то шортах и снова оказался рядом.

— Я с тобой! — выпалил он. — Это срочно! — и, не дожидаясь реакции, пошёл рядом, вприпрыжку. Он говорил без остановки, сбивчиво, перескакивая с темы на тему, и, к ужасу Яна, щедро приправляя речь матами, рассказывая о какой-то группировке в аду.

На улице их встретили бабульки.

— Здравствуй, милок, — протянули в унисон, кивая Яну. Их глаза тут же уставились на сопровождающего.

— Что, изгнали? — хихикнула одна.

Лури надулся. Было видно, что реплика задела.

— Да вы ссс… — начал он, но вовремя осёкся, бросил взгляд на Яна и выпалил: — Не изгнали! Я сам сюда пришёл! На своих двоих! Меня в преисп…

— Всё, всё-всё, — перебил его Ян и, не дожидаясь окончания, схватил мальчишку за руку.

Лури упирался, пока Ян тянул его за собой. Возмущённо говорил, что те злобные твари только и могут что говорить, а он бы им показал, если бы Ян дал ему шанс.

— Помолчи! — приказал Ян, остановившись у цветочного магазина. Заглянул внутрь — Вия не было.

Он глянул на мальчишку и уже собирался отвести его обратно — усадить у себя и попросить Михалыча приглядеть, — как вдруг увидел знакомую вывеску: "Кофешоп Ведьмы". Там он встретил Вийдана впервые, он мог быть там вновь.

— Пойдём.

Едва он приоткрыл дверь, как в лицо ударил родной аромат шиповникового чая и трав. В полутёмном зале горели свечи. За прилавком стояла всё та же бариста, но выглядела удивлённой. Она посмотрела на Яна, затем опустила взгляд к Лури. Девушка вышла из-за прилавка.

— Не ожидала увидеть тебя так скоро.

Мальчишка, завидев Нею, распахнул глаза, громко втянул воздух и на всё кафе завопил:

— Ведьма! Не хочу к ведьме!

Он вцепился в Яна мёртвой хваткой. А Сергеев прикрыл глаза, у него уже раскалывалась голова.

— Ты что такое несёшь, — пробормотал Ян, поморщившись. — Ты не знаешь, где сейчас Вийдан?

Лури продолжал вцепляться в него, испуганно следя за Нектей. Та медленно вышла из-за прилавка, подошла и присела напротив, глядя на мальчишку. На лице появилась улыбка.

— В чём дело чертёнок, — заговорила она мягким голосом, — Фаерон изгнал?

— Меня не изгнали! Меня за Вием послали! — воскликнул мальчишка.

Ян нахмурился, глядя то на девушку, то на Лури. Одно дело, когда всякую чушь несёт ребёнок, и совсем другое, когда подобное говорит взрослый человек.

Во рту появился неприятный привкус. Он осмотрел убранство кафе уже совершенно другим взглядом. Старые деревянные столы. Картины с изображениями демонов, казней людей, огни… больше похожими на сцены из преисподни.

Взгляд натолкнулся на высокого, накаченного мужчину. Тот был одет в чёрные свободные штаны, а широкую грудь обтягивала майка, рваная от жжёных дыр. Он смотрел прямо на Яна — насмешливо и зло. Вокруг него будто бы колыхалась огненная энергия.

Сергеев не мог отвести от него глаз.

В этот момент Нектей неспешно поднялась на ноги и жестом указала Яну на свободный стол.

— Заходите уже. Я скажу другу, чтобы позвал Вия, — сказала она, посмотрела на мальчишку сверху вниз, протянула руку и костяшкой пальца легонько толкнула его в нос.

Тот тут же уткнулся лицом в спину Яна и пугливо к нему прижался.

Нея наклонилась и насмешливо произнесла:

— Поуважительнее, малец. Здесь я могу оказаться куда могущественнее.

— Я больше не буду материться, — тонким голосом пробормотал мальчишка. — Ян, уведи меня отсюда.

— Чертёнок, — Нека наклонилась к его уху, — от ведьмы нельзя сбежать. Нынче порох от рогов чертей на вес золота. Поможет мне сварить зелье омоложения. Представляешь, какой спрос на него будет в этом мире?

Она тихо засмеялась. Лури пискнул и совсем вжался в Яна. Тот машинально положил руку ему на голову, прижимая к себе… и вздрогнул. Пальцы нащупали маленькие рожки. Ян в шоке уставился на макушку мальчишки. В голове крутилась одна-единственная мысль: "Какого чёрта?!"

— А мне ты говорила держать себя в руках перед потерянными душами, — произнёс недовольный голос.

Ян поднял глаза к мужику у стены, что продолжал смотреть на него.

— Он привёл чертёнка ко мне, явно уже всё знает, — хмыкнула Нея.

— Демон, — пискнул Лури. Он потянул майку Яна назад, намекая, что им лучше уйти.

Сергеев больше не мог отрицать очевидного. Либо он начинал сходить с ума, либо происходила настоящая чертовщина — с рогами, ведьмами и огнём, который, казалось, витал в воздухе.

Он чувствовал, как спина покрывается холодным потом, а в горле пересохло. Сердце забилось чаще. Очки запотели.

— Ты права, — хмыкнул мужик, его голос прозвучал глухо, с вибрацией. — Он выглядит как человек, который познал всю суть мира.

Ян рукой отодвинул от себя Лури, тот поднял к нему удивленный взгляд.

— Я… я пойду, — произнёс Сергеев глубоко потрясенным голосом.

Он развернулся и буквально вылетел из этой странной кафешки.

Сердце колотилось, в голове был беспорядок. Что вообще происходит? Он ещё мог бы списать всё на галлюцинации — если бы не чувствовал пальцами: у мальчишки и правда были рожки.

Ян почти бегом шёл по улице. За спиной слышались быстрые шажки.

— Не оставляй меня в руках ведьмы! — кричал Лури.

Молодой человек остановился на перекрёстке. Бездумным взглядом смотрел на светофор — горел зелёный, но Ян не находил в себе сил перейти дорогу. В голове мелькнула мысль: мелкий может не заметить машину, если рванёт за ним. И тогда уже будет неважно есть у него рога или нет.

Ян обернулся и вздрогнул.

Теперь он видел всё чётко: маленькие рожки, хвост, дёргающийся за спиной, копытца. Он смотрел на него в изумлении. Казалось пелена спала с глаз — всё стало ясным. По спине пробежал холод.

Глава 8. Рога четёнка и прозрение Яна

Мальчишка догнал его, тяжело дышал.

— Не буду, не буду, — затараторил он. — Материться. На зуб Фаерона отвечаю.

Ян молча кивнул. Затем жестом велел Лури следовать за ним.

Сам он переходил дорогу на ватных ногах. Ни шума города, ни сигналов машин, даже ветерок казался далёким. Слова, которые продолжал говорить мелкий, почти не доходили.

У самого дома он повернул голову и увидел её. Катя возвращалась с работы красивая и такая родная. Ян остановился, слабо улыбнувшись. Она несла тяжёлую сумку с продуктами, перекидывая её из руки в руку.

— Жди здесь, — бросил он мелкому, направляясь к ней.

Заметив его, девушка остановилась, поставила сумку на тротуар и стала растирать руку, которую пережала неудобная ручка пакета. Она посмотрела на Яна с озабоченным выражением и грустно улыбнулась.

Сергеев в несколько шагов сократил расстояние. Он обнял её, но она не отреагировала. Не обняла в ответ. Не оттолкнула. Просто стояла, по-прежнему держа одну руку в другой. Ян отстранился. Подхватил пакет.

— Как прошёл рабочий день? — спросил Ян, направляясь к их подъезду.

Он взглянул вперёд. Лури тем временем молча устроился на лавке рядом с бабушками и не сводил с них глаз.

Катя пожала плечами. Её взгляд задержался на мальчишке, и, когда они подошли к подъезду, она чуть замедлила шаг. Внимательно рассматривала Лури.

Тот посмотрел на Яна, как бы спрашивая: что ей нужно?

— Лури, — тихо сказал Ян. Мальчишка тут же вскочил. — Сиди здесь. Жди меня.

— Вы посмотрите за ним? — обратился он к бабушкам.

— Посмотрим, — дружно отозвались те. — Беды причинить никому не дадим

Катя приподняла брови. Медленно прошла мимо, бросая взгляд на добродушные лица. Приложила ключ к домофону, раздался писк, дверь открылась.

— Ян, — прошептала она, когда они вошли внутрь.

Ян мягко приобнял её за талию, положил голову на её макушку прикрывая глаза:

— Может... вечером вместе посидим? Кино? Прогулка?

Девушка слабо дёрнула плечом и сделал шаг в сторону, покачала головой:

— Мы расстались. И… Это было правильное решение.

Сергеев сжал челюсть и коротко кивнул, показывая, что услышал её. Сердце разрывало от злости и разочарования. Он почувствовал, как внутри что-то обрывается тянущей пустотой.

С этого мгновения он не проронил ни слова. Поднялся на второй этаж, протянул ей сумку и уже собирался уходить.

Катя положила руку ему на грудь.

— Тебе нужно съехать от них.

— Что?

— Давай поговорим, — прошептала она, открывая дверь и утягивая его за собой. Закрыв её, наклонилась к глазку и выглянула.

Сергеев грустно смотрел на неё, никак не комментируя абсурдное поведение. Он молчал, в груди росло напряжение. Хотелось что-нибудь сломать, выпустить это чувство, которое сжимало всё внутри.

Катя, не замечая бури эмоций, которую он сдерживал, обернулась к нему и заговорила шёпотом, поднимая на него глаза:

— Ты подумаешь, что я сошла с ума, но с твоими соседями что-то не так. Даже с тем дедом...

— Какая разница, — перебил Ян. Он не хотел этого слушать. Каждое её слово, приправленное этим взволнованным тоном, казалось насмешкой. Он сжал кулак, упираясь в стену. — Ты решила расстаться. Тебя не должно волновать, где я живу, — сквозь зубы процедил Сергеев.

— Но ты мне не чужой! Я за тебя переживаю!

— Не надо, — произнёс он. Смотрел на неё, уже не в силах сдерживаться. Слабо ударил кулаком по стене. — Это больше не твоя проблема. Где я живу. Что я делаю. Тебя не касается. Я живу, — он чуть наклонился, заглянул ей в глаза. — Я живу там, где мне удобно. Близко к работе, — слабо усмехнулся, выпрямляясь. — На деле словно ничего и не поменялось, — выдохнул он.

Махнул ей, чтобы отошла с дороги. Он видел, как на его словах меняется её лицо. Но ему было всё равно. Нагнулся и потянул дверь. Кате пришлось отойти в сторону, и Сергеев вылетел в подъезд.

— Ах, удобно! — донёсся ему в спину истеричный голос. — Наверное, и там за тобой убирают и готовят?! Ну и иди ко всем чертям!

Дверь с грохотом захлопнулась.

Сергеев спустился на первый этаж. Прошёлся по лестничной площадке из стороны в сторону. Взъерошил волосы и опустился на ступеньку. Ему было некуда идти.

"К чертям..." — Ян слабо усмехнулся. Это слово неожиданно приобрело новый смысл.

Позади раздался тихий треск. Он обернулся: соседская дверь на первом этаже приоткрылась, и из-за темноты за ним наблюдал чей-то глаз.

Выдохнув, Ян поднялся и вышел на улицу. Там, рядом с бабульками и Лури, стоял и Вийдан. И Сергеев был не в силах с ними разговаривать, он указал на мелкого и молча направился домой, где закрылся в своей комнате.

Глава 9. Первое проявление силы Сергеева

Эта ночь была самой длинной и бессонной у Сергеева. Три часа ночи, но сна ни в одном глазу, ему то было жарко, то холодно. С каждой минутой, пока он не мог уснуть, в голову лезли всё более абсурдные мысли.

Наконец он отправился умыть лицо и ополоснуться холодной водой. Закончив, вернулся в свою комнату. Его взгляд остановился на чемодане Кати. Камней не было видно, но одно их присутствие успокаивало в тот момент, когда голова шла кругом, а жизнь, казалось, рушилась… Он сделал шаг и открыл крышку. Камни засветились разными цветами, но его взгляд упал на самый тёмный и матовый — осколок чёрного турмалина.

Шероховатая поверхность камня успокаивала. Некоторое время он рассматривал каждый длинный кристаллик. Минералы всегда его восхищали. В руке они ощущались иначе, и даже в детстве он чувствовал себя с ними храбрее и сильнее. У его матери была такая же коллекция… в какой-то степени даже та же самая. Он забрал у неё много образцов для своей. Оставив чемодан открытым, он направился к кровати, продолжая сжимать в руке камень и любуясь им. Все страхи и переживания уже казались надуманными и неестественными. На сердце стало спокойно, и он прикрыл глаза, погружаясь в сон.

Тело пылало, а вокруг бушевал огонь. Он осмотрелся, не осознавая, кто он и где находится. Чёрные скалы, обрывы, очаги пламени и крики, переплетающиеся с плачем. Он сделал шаг, вдруг осознав, что не один. Его окружали люди — сотни, тысячи; все как один были в кандалах. Они бродили уставшие и испуганные. Он опустил взгляд: на нём не было кандалов, и он мог свободно передвигаться, возможно, даже убежать. В руке сжимал осколок чёрного камня — свой щит.

Волна людей рухнула в пропасть; небольшие огненные очаги возникали и гасли прямо у них под ногами в самых неожиданных местах.

Сергеев сам не осознавал, что стонал и крутился в кровати, сминая и одеяло под ногами. Кто-то тряс его за плечо, и до сознания сквозь пелену доносился голос:

— Эй, ты в порядке?

Удар. Жар. Под ногами ушла земля, и он падал прямо в пламя. Ян резко сел, выставив руку, что сжимала камень так крепко, что осколки впились в ладонь. Пот катился по лбу. Он не сразу осознал, что визг уже принадлежал Вийнаду, которого откинуло от Яна мощной волной, и теперь его сосед висел, прижатый к стене. В комнате горел свет.

И Ян мог видеть его отчётливо: и хвост, и копыта, и рога.

Из-за двери выглядывал Лури; он стоял, прикрыв рот руками, и трясся.

Сергеев тяжело дышал, перевёл изумлённый взгляд на руку, в которой сжимал турмалин. От камня тянулось тёмное облако. Оно окружало его и тянулось к Вийдану.

Молодой человек медленно разжал пальцы. Камень упал на кровать, ударился о край матраса и с глухим стуком скатился на пол. Следом с жутким грохотом на пол рухнул и Вийдан. Он едва не упал на открытый чемодан Яна где торчали острые камни. Смял под собой обувь Сергеева и тихо заскулил.

Громко закричав, Лури наконец набрался храбрости. Он выставил руку вперёд, на кончиках пальцев горели огни. Проклиная Сергеева, он бросился на него.

— Лури! Стой! — хрипло крикнул Вийдан. Он сел и потёр голову.

Сергеев, подхватив с тумбочки очки, надел их, рассматривая свою комнату уже во всех деталях. Вийдан был покрыт копотью, и от него стоял сильный запах костра.

— Я испугал, — проговорил Вийдан, не глядя на него. — Ты кричал. Я хотел убедиться, что всё в порядке. Мы... мы не опасны тебе, — пробормотал он, направляясь к выходу.

Дверь щёлкнула.

Ян откинулся на матрас и изумлённо уставился в белый потолок, освещённый тусклой лампой без плафона. Что это было? Он находился в таком шоке, что не до конца осознавал, что произошедшее ему не приснилось. Приподнял руку, в которой прежде сжимал камень. Её тянуло, и она казалась онемевшей.

— Какого чёр... — он остановил себя.

В голове всплыли обрывки. Слова Нектей: "вы так часто его призываете…".

И бабулек: "призовёшь — он придёт".

Черти? Демоны? Он хлопнул себя по лицу, протёр глаза.

Сергеев поднял с пола турмалин, покрутил в пальцах, разглядывая со всех сторон. Нет, тумана больше не было. Тусклая лампа, ночь за окном.

Он снял очки и лёг обратно. Казалось, это небольшое происшествие забрало из него последние силы, и он моментально провалился в сон — прямо при свете, со смятой простынёй и сброшенным на пол одеялом.

***Яркий луч солнца пробивался между плотной шторой и рамой, ударяя прямо в глаз Сергеева. Он какое-то время боролся с неудобством, но вслед за светом до сознания начал доходить и шум: на кухне работал телевизор, шумела вода. А с шумом пришли и посвоминания, протяжно зевнув, чувствуя усталость во всём теле он нащупал рукой очки, а потом телефон.

Было глупо открещиваться и отрицать очевидное все началось с теней. Если быть точнее странное произошло, когда он вошел в кофешоп ведьмы… Её все звали ведьмой. Он сел на кровати, вдруг осознав, что та не особо и скрывалась. Как вообще можно было взять и открыть место, чтобы все знали, что там ведьма? Бред какой-то.

Умывая лицо ледяной водой, он посмотрел на своё отражение и вдруг вспомнил Чернова. Тот, сколько знал его Сергеев, всем пытался доказать, что демоны, духи, параллельные миры не просто существуют, а окружают их. Отражение Яна размывалось перед глазами, в голове звучало слово "Чудик". Он не хотел быть чудиком. Пусть лучше он будет занудой, как звали его друзья, чем чудиком. Зануда лишь означает, что он разбирается в том, что делает. А чудик значит, ему нужен психолог.

Надев очки он вошел на кухню. Лури сидел за столом и уплетал печенье в обе щёки. Перед ним стояли варёные яйца, но мелкий будто их и не замечал. С другого края, на своём месте, сидел Михалыч и безжизненным взглядом смотрел в маленький телевизор на холодильнике. Он не отреагировал на Яна. С первого дня он проявлял признаки жизни только когда рядом с ним находился Вийдан. То, о чём говорила Катя... Как он раньше не замечал, что у Михалыча полностью отсутствует какая-либо хара́ктерность? Он делал всё по часам, не говорил лишнего, глаза были пустыми.

Ян перевёл взгляд на Вия — тот стоял у плиты, опираясь на левую ногу. На поясе был повязан старый фартук. Обернувшись, он посмотрел на Михалыча и вдруг произнёс:

— Пора спать.

Михалыч сразу же поднялся, как по команде. Не сказав ни слова, не взглянув ни на кого, он медленно вышел из кухни. Ян отошёл в сторону, давая ему пройти, и проводил взглядом. Не сворачивая, тот вошёл в свою дальнюю комнату. Дверь хлопнула.

Сергеева вновь пробило на дрожь. Он качнул головой, прошёл на кухню, посмотрел на Вия и наконец задал вопрос, который избегал задавать всё это время:

— Кто вы такие? — Ян прошёл вперёд и опустился на место Михалыча, потирая висок. — Демоны? Ведьмы? Что за бред?

— Ты что, ничего не знаешь? — удивлённо спросил Лури. Он посмотрел на брата и шёпотом спросил: — Как маг, такой как он, может не знать о нас?

— Лури, молчи, — бросил Вий. Он обернулся к Яну, поднял на него глаза, в которых не отражалось света и произнёс: — Ты пошёл в дом и даже не знал к кому?

— У меня... — Ян замолчал. — Да я сам тогда не понял, каким образом мы пришли к тому, что я буду здесь жить. А потом... удобно, к работе близко, — он осёкся.

Вий продолжал смотреть на него исподлобья.

— Слушай. Ночью я сам не знаю как это случилось, — бормотал Сергеев, чувствуя, что должен извиниться. Он просто не был уверен, что конкретно сделал.

Вий едва заметно качнул головой, приподнял руку, давая понять — слов не нужно. Он молча развернулся к плите. Чайник закипел, и резкий свист разрезал тишину кухни. Вийдан без спешки выключил газ, и рукой подхватил чайник за железную ручку.

— Черти мы, — довольно произнёс Лури, подхватывая печенье.

Он вновь жевал, не прикрывая рот и громко чавкая, но с таким удовольствием, что Ян даже не решился сделать ему замечание.

— Я уже сказал: мы тебе не опасны, — проговорил Вий, наливая себе кофе. Посмотрел на Яна, спрашивая взглядом, не хочет ли тот тоже.

Ян кивнул в ответ. Вий налил вторую кружку, поставил её перед Яном, опустился на третий стул и продолжил:

— Слушай, хочешь съехать — съезжай. Хочешь остаться — оставайся.

Сергеев некоторое время молчал, раздумывая.

— Что значит, что я маг? С чего он взял? — Он махнул подбородком на мелкого. Тот на его словах выпучил глаза и подавился.

Вий даже ухом не повёл в сторону брата, пока тот, согнувшись пополам, громко кашлял.

— Ты бы не смог войти в ведьмин кофешоп, не будь ты связан с нашим миром, — ответил Вий. — Неужто ты не понял, что за место? На вывеске же написано: "Ведьмин".

Ян решил не говорить, что тогда подумал: это просто косплей. Сергеев бездумно смотрел в кружку с кофе. Вийдан, поняв, что вопросов у Яна больше нет, поднялся со своего места.

— Мне надо отлучиться, — Вийдан косо посмотрел на Лури.

— Номер. Дай мне свой номер, — проговорил Сергеев, включая телефон.

Вий слабо улыбнулся, указывая взглядом на старенькую "Нокию" на холодильнике.

— Туда где я буду, не дозвониться, — проговорил Вий. Вийдан снял с себя фартук, посмотрел на брата и уже строже произнёс: — Лури, из дома не выходить.

Мальчишка выпучил свои чёрные глаза и подскочил.

— Не могу сидеть взаперти! — воскликнул Лури. — Я... — он ударил себя в грудь, — чёрт свободный!

— Ты будешь чёртом безрогим, если выйдешь, — буркнул Вий.

Он уже не видел, как брат испуганно схватился за свои рога. Вышел.

Ян отбил пальцами ритм, потянулся за печеньем — к тому моменту уже ничего не осталось. Он стукнул рукой по столу, резко поднялся и вышел в коридор. Вия нигде не было.

— Вийдан? — окликнул Сергеев. Подошёл к двери и постучал.

— Он ушёл, — крикнул Лури из кухни. Он подскочил на ноги, — Что будем делать?

Ян почесал макушку.

— Я спать. Ко мне не заходи, — ответил он, направляясь в свою комнату. В голове крутилась мысль: написать кому-то, пойти в бар, забыться.

Он заправил простыню, пододвинул подушку и завалился на матрас, уставившись в экран телефона. Аппарат вибрировал уже давно — одно за другим приходили сообщения от Катьки. Ян смотрел на её имя и не открывал. Сообщения продолжали приходить и он свайпнул вверх.

"Ты вообще жив?" — гласило первое сообщение.

Сергеев мрачно усмехнулся, подавляя желания написать, что её это волновать не должно. Его внимание перешло на следующие сообщения.

"Я нашла контакт сына Петра Михалыча. Прочитай — он прислал это мне."

Следом пошли фотографии вырезок из газет.

Ян открыл скрины. На первом была чёрно-белая газетная фотография старого, измождённого человека. Кожа была испещрена морщинами, провисала. Глаза впали, под ними залегли глубокие синяки. В носу торчала трубка с кислородом.

Дальше было фото статьи. Текст был напечатан мелким шрифтом, и он приблизил экран, чтобы прочитать. Там говорилось о чудесном исцелении Петра Михалыча Кротова. Мужчина находился при смерти после обширного инсульта. Врачи утверждали, что ему осталось жить считанные часы, но внезапно состояние начало стремительно улучшаться.

"Тебе нужно съехать" — последнее сообщение от Кати.

Сергеев сделал глубокий вдох, смахнул все картинки и набрал короткое сообщение:

"Не выдумывай глупости. Видишь мистику, потому что тебе скучно. Найди себе хобби."

Он знал, что последнее его сообщение её обидит. Но не мог же он сказать Катьке, что она права. Зачем пугать её?

"За тебя беспокоюсь же! Бесчувственный... Захочешь сбежать от них — я не помогу."

Катька тут же прислала ещё три сообщения. Ян зевнул и смахнул их, даже не читая.

Глава 10. Вечерняя прогулка с чертёнком

Проснулся только под вечер. Тело ныло. Потянувшись, он направился в душ, а потом решил сходить за пивом и выпить дома в одиночестве.

— Куда ты! — раздался громкий голос из тёмного угла прихожей. Ян вздрогнул и включил свет. В углу, в позе лотоса, сидел мелкий и внимательно смотрел на него.

Выпить ещё не успел, а уже допился до чёртиков, — промелькнула насмешливая мысль в голове Сергеева. Он скрыл смешок, надел кросовки.

— В магазин схожу, — ответил Сергеев. — Скоро вернусь.

Посмотрев на Лури, Ян понял: наставления вроде "дверь чужим не открывай" тут не актуальны. Если в квартиру и сунутся грабители, то хуже будет им.

— Я с тобой! — воскликнул Лури, вскочив на ноги. — Печенье возьмём! — он облизнулся.

— Ты останешься дома.

— Да я буду тих, как Мутус! — воскликнул Лури.

— Кто? — сморщился Ян.

— Демон немой! Прикосновением доводит душу до искупления грехов, — Лури захихикал, хлопнул себя по колену. — Только всё равно им их не прощают!

Сергеев не стал слишком глубоко вникать в слова мальчишки, те казались полной бессмыслицей. Он махнул рукой и указал на пол:

— Сидеть дома, — сказал он. — Куплю тебе печенье. Будешь хорошо себя вести, даже отдам.

— Но мне скучно, — Лури понурил голову и заскулил. Его хвост был опущен вниз и слабо подёргивался.

— Люди не так радушны к хвостам, как может показаться. — заметил Ян.

Хвост исчез в ту же секунду. Лури запустил руку в волосы, зачесал их назад — рога тоже исчезли. Он подхватил кепку из прихожей Вия, на которой был нарисован чертёнок, и натянул её на себя.

— Да понял я, понял, — раздражённо проговорил чертёнок, пнув кроссовок Вия, и вышел в подъезд.

— Мяууууу, — перед соседней дверью сидел большой рыжий кот и ждал, когда ему соизволят открыть дверь. Удивительно, но Ян еще ни разу не видел соседей, он было сделать шаг постучать. Как Лури наклонился вниз к коту:

— Вшуууух, — из его рта вырвался странный звук, напоминающий завывание ветра. Кот взвизгнул, зашипел и бросился наутёк, скатился со ступенек и побежал дальше вниз, сопровождаемый звонким смехом мальчишки, который от счастья даже притопнул.

— Что я тебе сказал? — процедил Сергеев, опуская руку на голову Лури. Тот был пакостным, мелким, но ребёнком; даже злиться на него не мог. Мелкий насупился, опустив голову, словно не ожидал, что за такое его могут наказать.

— Ты... ну п... — он замолчал, хмурясь. — Крайне скучный тип, — добавил уже с облегчением, что смог подобрать подходящие слова.

— Ещё одна выходка и я верну тебя домой, — бросил Ян через плечо. Насупившись, чертёнок зашагал рядом.

Погода была прекрасная. На Новочеркасской стемнело, но стало оживлённее, чем днём. Гуляли студенты, собравшись у лавок и попивая пиво вблизи магазинчиков; щёлкали семечки. Навстречу Яну шла парочка с коляской. Откуда-то тянуло шашлыком. Откуда именно, Ян не знал, но был не против зайти в то место. Доносились короткие сигналы трамвая на перекрёстке. Всё было нормально и правильно. И Ян, чувствуя, как его голова проясняется, слабо улыбнулся. Стоило выйти на улицу, чтобы осознать, что мир не изменился. И те события были слишком незначительными, чтобы из-за них сходить с ума…

Его философское настроение закончилось, когда ему в ногу прилетел камень. Лури следовал позади и пинал всё, что видел на тротуаре. Ян обернулся: Лури выглядел поникшим и что-то бормотал под нос.

— Эй, мелкий, — подозвал его Сергеев, поманив, чтобы тот подошёл ближе. Сделав тяжкий, претяжкий вздох, чертёнок поравнялся с ним и начал шагать ровно. Но Яна уже интересовало другое:

— Разве черти — это не демоны?

Чертёнок передёрнулся от самого сравнения, подпрыгнул, и его хвост выскочил наружу. Но под взглядом Яна быстро спрятал его обратно.

— Совсем нет. Демоны все злые, — он оглянулся по сторонам. — Травят нас, а мы безвредные. Вам бы без нас было бы хуже…

Ян не считал, что на его вопрос ответили, но развивать тему не стал.

Он забежал в продуктовый и набрал еды: быстрого приготовления, яиц, лапши, колбасы, побольше сладкого. Лури ходил за ним по пятам, с нескрываемым восторгом рассматривая всё вокруг. На удивление, ничего не клянчил и даже не мешал, и лишнего не говорил. Заслужил побольше печенья.

Наконец Сергеев подошёл к кассе и начал выкладывать продукты из корзинки на ленту.

Поднял глаза — кассирша, женщина с весьма внушительными формами, ярко-красной помадой на губах и волосами цвета соломы недовольно смотрела за его спину — вниз.

— Молодой человек, — проговорила она гнусавым голосом, — вы думаете, что мы полицию не вызовем из-за ребёнка?

— О чём вы? — скривился Ян, опуская взгляд.

Он только тогда увидел, что из карманов Лури торчали чипсы, а из-под футболки виднелась пачка печенья.

— Ты какого чёрта творишь? — изумился Сергеев, наклоняясь к нему.

— Что? — Лури отступил, пока Ян вытаскивал из его карманов "награбленное", которое тот даже не удосужился как следует спрятать. — Это моё! — громко возмущался он, отбирая товары обратно.

— Да отдам я тебе, когда заплачу, — говорил Сергеев и поставил последнюю пачку перед кассиршей. Изсмажденно оперся о столешницу, опуская голову и делая глубокий вдох.

— Дети — это не моё, — добавил он мрачно.

Кассирша уже смотрела на него с куда большим пониманием.

— Просто воспитывать их надо, — заговорила она, начав пробивать покупки. Причмокнула и бросила на Сергеева тяжёлый взгляд:

— Понаражают в малолетстве. Родители куролесят, а шпана по улицам бегает — страшно пройти. А потом ещё удивляются: "Как же так, Ванечка спился!"

— А давайте вы молча пробивать товары будете, — ошарашенно выдохнул Сергеев.

— А ты меня не затыкай, — проговорила женщина, грозно выпрямляясь. — Лучше бы послушал, что старшие говорят. Детей воспитывать надо ремнём! Вон мой Максимка — одиннадцатый класс с золотой медалью заканчивает! А что из этого вырастет? Тьфу просто, — фыркнула она в сторону мелкого.

Лури стоял нахмурившись. Ян бросил на него предупреждающий взгляд, чтобы тот молчал. И тот молчал, но смотрел очень красноречиво. Ян отбил раздражённый ритм пальцами по столешнице.

— Это пока он в универ не поступил. Там либо во все тяжкие, либо будет за всех учиться ваш Максимка, — насмешливо произнёс Сергеев, протягивая карточку.

Кассирша смерила его тяжёлым взглядом и громко, в нос, произнесла: — Пакет брать будете?

— Два, — отозвался Сергеев.

Она покачала головой, протянула пакеты, бросила взгляд на мелкого и сморщилась, словно увидела жабу.

— Сначала печенье, потом наркотики шнырять будешь.

Сергеев закатил глаза, раздражённо сжал зубы и начал складывать вещи в пакеты, в мыслях повторяя как мантру: "нельзя грубить женщинам, нельзя грубить женщинам". Жаль, Катьки с ними не было, у той не было таких правил в голове, она считала, что грубить можно всем, кроме соседей.

Закончив складывать продукты, Ян надавил на голову Лури и произнёс:

— Извинись.

— Я ничего не сделал!

— Сейчас, — сказал Сергеев, не убирая руки.

— Извини, — буркнул мальчишка и выхватил пакет со сладостями из рук Сергеева. Ян взял второй и направился к выходу.

Мелкий, чуть высунув и прикусив язык, задержался позади. Стоило двери захлопнуться, как он обернулся и процедил:

— Старуха сраная. Сын спит и видит как ты помрёшь и ему квартира достанется, — и, счастливый, поспешил догонять Яна.

— Чего ты там застрял?

— Ещё раз извинился, — с невинным видом ответил Лури.

У алкомаркета Ян оставил мелкого на улице — ещё ему не хватало, чтобы тот что-нибудь попытался стащить в этом месте. В ликёрном такие выходки точно воспримут без юмора.

Он некоторое время выбирал пиво, решил сразу взять побольше, чтобы дома был запас. Отчего-то ему казалось, что оно там не пропадёт. Очередь выдалась немаленькой, и Сергеев, не в силах избавиться от плохого предчувствия, то и дело оглядывался на дверь. Казалось прошла вечность, когда он выскочил на улицу и огляделся.

Мелкого нигде не было.

— Лури! — позвал он, стараясь не паниковать. — Вы не видели мальчишку, лет десяти? — спросил он первую попавшуюся женщину. Та лишь скосила на него взгляд, прижала сумку к боку и ускорила шаг.

Он спрашивал всех подряд. В голове крутились панические мысли. До Вия не дозвониться. Звонить в полицию? Сказать, что оставил ребёнка на улице, и тот пропал? И да, кстати, ребёнок-то чёртёнок.

Паника Сергеева достигла пика, когда он услышал отборный мат знакомого ему голоса. Он рванул на звук. Из подворотни на него выскочил Лури. Держал пакет со сладостями, перекинутый через плечо, довольно улыбался и похихикивал. Следом из подворотни появились подростки. В руках у них были какие-то палки, железная арматура, один зажал в зубах незажжённую сигарету.

Ян опустил злой взгляд на мелкого.

— Никого не трогал! Чесслово! — закричал чёртёнок. — Люди тут больные!

Ян перекинул пакеты с продуктами и пивом в другую руку, шагнул вперёд, заслоняя мальчишку.

— Ребята, брат моего друга немного… нарывистый.

— ы б шёл, мужик, — проговорил один, улыбаясь. Взгляд был опущен на Лури.

Ян обернулся, продумывая путь к отступлению. Ребята явно были не настроены на разговор, а драк он не любил. Схватил мелкого за шкирку, покрепче сжал своё пиво и продукты и бросился наутёк.

За спиной раздалось громкое: — А ну стоять! — и целая вереница отборных матов. Подростки рванули следом.

— Почему мы убегаем?! — орал мелкий, едва поспевая за размашистыми шагами Сергеева.

Бутылки в пакете грохотали, их вес замедлял движение. Летели проклятия, и, развернувшись, Ян запустил в ребят пакет с пивом.

После этого схватил чертёнка за руку и снова бросился бежать.

Он уже выбился из сил, когда они свернули на боковую улицу и оказались напротив кладбища Воплино. Заметив вдалеке пролом в заборе и памятуя, что в Скалограде не было ни одного человека, что в своём уме отправился бы туда, он ринулся на кладбище.

— Сюда, сюда! — Сергеев затащил мелкого на кладбище и скрылся за кустарником.

Трава под ногами была мокрой, пахло сыростью и чем-то затхлым.

Парни остановились перед входом. Осматривались по сторонам, переговаривались вполголоса, затем громче:

— Куда они делись? Кто-нибудь видел?!

Сергеев, пригнувшись, стоял, зажав рукой рот Лури. Тяжело дышал, в боку кололо, сердце билось где-то в горле. Он согнулся почти пополам, готовый признать, что неплохо было бы посещать зал и для здоровья тоже.

Выглянул, подростки крутились возле входа, но внутрь не заходили. Будто и не видели пролома в заборе.

— Зря ты мне не дал их проучить, — прошептал мелкий, поднимая руку. На пальцах горели огоньки.

Сергеев сморщился.

— И что бы ты сделал? Подпалил им одежду? — раздражённо прошептал Ян.

Лури недовольно опустил голову и начал бубнить, что он чёрт сильный.

Выдохнув, Сергеев оглянулся: их окружал чёрный плотный туман. На кладбище было тихо, даже с дороги не доносилось ни звука.

Он выглянул из-за кустарника, искал пролом в заборе и… не находил. Спину пронзила дрожь. В голове всплыли все рассказы Чернова о кладбище Воплина, больше они не казались чудоковатыми. Он крепче сжал горячую руку чертёнка и, стараясь не думать об этом, убеждая себя, что просто не заметил пролом из-за тумана, двинулся вглубь кладбища.

Возвращаться тем же путём не хотелось — вдруг снова нарвутся на малолетних преступников.

Глава 11. Кладбище и колдун

Убранство кладбища было мрачным. Могилы, за которыми давно никто не ухаживал, поравнялись с землёй и проросли травой. О том, что здесь кто-то похоронен, напоминали редкие надгробные плиты без надписей.

Заборы вокруг некоторых участков проржавели, местами прогнулись. Полуоторванные калитки скрипели, будто кто-то толкал их в тишине. Ни ветра, ни звуков — только этот скрежет. А вместе с ним казалось, за ними кто-то следит.

Сергеев светил себе под ноги телефоном, но плотный чёрный туман стелился над землёй, и разглядеть, куда он ступает, было сложно. Он сковывал ступни морозным воздухом, который медленно поднимался вверх, пробирая до костей. Молодой человек начал шмыгать носом почти сразу, а чертёнок скулить: говорил, что ненавидит холод. Он поднял взгляд на Яна и тихо пробормотал, что в его родном доме никогда не бывает холодно.

Слушать про преисподню на кладбище в ночи уж никак не улыбалось Яну, и он шикнул ему, чтобы тот шёл молча. Он уже продолжительное время жалел, что направился вглубь кладбища в попытке выйти с другой стороны. Нужно было идти вдоль забора.

Просторы кладбища оказались на удивление огромными. Сергееву казалось, что они идут уже вечность. С каждым шагом он всё яснее понимал: их что-то окружает, и чем глубже они заходили, тем меньше эти "что-то" скрывались. Начинал замечать тени, перешёптывания. Сглотнул и крепче сжал горячую ладонь чертёнка.

— Это души, — произнёс Лури. — Их не приняли на небеса, но и до Ада они не дослужились.

— Дослужились? До него ещё и дослужиться надо? — переспросил Ян быстрее, чем успел себя одёрнуть.

— Разумеется. До всего нужно дослу…

Голос мелкого перебил громкий, протяжный плач ребёнка, а следом раздался низкий, вибрирующий гул. Сергеев остановился. В голове мыслей не было, только хаос. По коже побежали мурашки. Ноги задрожали, и ему захотелось опуститься на корточки и спрятать голову в руках.

Чертёнок дёрнулся в сторону, вжался в ногу Яна и тихо заскулил, подняв к нему испуганный взгляд. Затем раздался затяжной скрежет и снова вибрирующий гул.

"Помогите!" — закричал плачущий детский голос.

— Демон высшего ранга, — пискнул Лури. — Его энергия так влияет…

Он отступил и потянул Яна в противоположную сторону. Но чем дольше Сергеев стоял на месте, тем отчётливее слышал детский плач.

— Вот на кого не нужно нарываться, — шептал чертёнок, продолжая тянуть его за руку.

— Мама! — истерично орал ребёнок.

Ян сделал шаг в сторону голоса, но Лури моментально прыгнул перед ним, загородил и начал судорожно крутить головой.

— Пофиг на него! Сам угодил в лапы демона — сам виноват!

Отключив фонарик на телефоне, Ян спрятал его в карман и, чуть пригибаясь, направился в сторону, откуда доносился голос. Следом, причитая на тупость "душака", плёлся Лури.

— Знай, душак, я за тобой стоять не буду. Малейший намек на опасность и я сбегу в тень, забыв и про тебя, и про демона.

Сергеев не слушал мальчишку. Пакет в его руках шуршал особенно громко в этой тишине. Он бросил на землю сначала свою ношу, развернулся к мелкому. Тот прижал к груди свой пакет и забегал глазами. Для этого чертёнка его печенье было важнее души ребёнка, и он сопротивлялся до последнего. Ян с силой вырвал пакет и отшвырнул его. Теперь Лури шёл следом, прожигая ему спину ненавидящим взглядом и мысленно клянясь отомстить.

Однако стоило им приблизиться к месту, где духи больше не скрывали своё присутствие, а над поверхностью висела тень лица демона, Лури беззвучно заскулил и вновь вцепился в рубашку Сергеева. В памяти ребёнка тот был сильным магом и, в случае надобности, мог бы защитить и его.

Ян приблизился к одной из могил, вокруг которой ещё уцелел забор, а рядом проросли густые кустарники, укрывая чей-то покой. Бугорок могилы не порос травой, он был очерчен камнями, что покрывали всю поверхность захоронения. Вокруг валялись камни.

Пригибаясь и прячась за кустарником, он осторожно выглянул к ярко освещённому месту — огромному костру, который разожгли прямо перед массивной статуей. Та выбивалась из привычного убранства кладбища. Это был высокий человек в длинных одеждах, похожих на облачение священника. В руках статуя держала перевёрнутый треснувший крест.

Перед огромным костром и статуей мельтешил высокий человек с тощей фигурой и в самом обычном костюме простого кроя: чёрные брюки, рубашка и пиджак. Мельтешила, казалось бы, знакомая фигура. Ян был уверен, что тот кого-то ему напоминал, но никак не мог разглядеть лучше. Этот человек громко произносил слова на неизвестном Сергееву языке.

Больше всего сбивали Сергеева из равновесия тени, что проносились над статуей. Их появление делало происходящее вокруг ещё более нереальным.

Он сглотнул, сердце неприятно ныло. Трясущийся чертёнок не помогал ему справиться со страхом.

Внимание вновь привлёк детский голос, звавший маму. Ян никак не мог увидеть источник. Он, чуть пригнулся и осторожно ступая, чтобы не издать лишнего шума, попытался выйти в сторону, чтобы понять, где был ребёнок. Но в его ногу вцепился Лури. Он потянул Яна за руку вниз, чтобы тот наклонился, и, когда Сергеев присел, зашептал ему прямо в ухо:

— Они вызывают демона и приносят жертву, чтобы он мог материализоваться, — прошептал Лури. — Нам он не по силам.

Взгляд Сергеева был направлен на костёр и статую. Он был готов согласиться и уйти, когда языки пламени неожиданно уменьшились на особенно после громких слов колдуна, открывая Яну обзор на маленькую девочку, которая громко плакала и тряслась. Она была привязана толстой верёвкой к статуе. В следующее мгновение огонь вновь взвился вверх.

Не мог Ян оставить ребёнка в руках безумца. Его пальцы нащупали под собой булыжники, и он крепко сжал один. Обернулся к чертёнку и тихо спросил:

— Как прервать обряд?

— Убей ребёнка до того, как это сделает колдун, — прошептал чертёнок.

Ян закатил глаза и пихнул его в лоб, чтобы тот не говорил глупостей.

— Стой тут и не высовывайся, — произнёс он.

Стараясь держаться в тени, он направился кругом, не приближаясь слишком близко, чтобы его никто не заметил. В руке он крепко сжимал булыжник, тот вселял в него уверенность. Обошёл их со стороны, выходя к скульптуре. Тени заметались, шёпот заполнил поляну, все как один говорили о постороннем.

Чернов! Только оказавшись вблизи, Ян узнал человека, что похитил ребёнка. Его взгляд был бешеным, метался из стороны в сторону. Он повторял одно и то же: "Где? Где?" Огонь взмывал то вверх, то в сторону — с каждым его движением и словом.

Ян отошёл от тени статуи и, размахнувшись, кинул камень. Промах отдался в груди резким разочарованием, и он дёрнул рукой от расстройства. Ведь Сергеев отчётливо представлял, как камень попадает Чернову в лоб. При движении его руки булыжник внезапно поменял направление и угодил профессору в голову. Чернов опрокинулся назад. Духи вокруг заметались, и голоса заглохли.

Не заостряя внимания на этом феномене, Ян бросился к девочке, которой от силы было лет пять, и начал судорожно вытаскивать её из верёвок, обмотанных вокруг живота. Она громко всхлипывала и протянула к нему руки. Вытащив её, Ян подхватил на руки и крепко прижал к себе. Сердце его бешено колотилось. Она обняла его за шею и затихла, прикладывая к спине нечто холодное, но Яну было некогда смотреть, что она держала в руках.

Он сделал несколько шагов от статуи, когда до его сознания донёсся крик Лури:

— СВЕРХУ!

Ян поднял глаза. Над ними висела огромная тень. Мгновение и она выдохнула в него огонь. Жар ударил в лицо. Он едва успел отпрыгнуть в сторону. Почти упал.

Страх бил колоколами в голове. Сергеев сорвался с места, прижимая девочку к себе. Не сбавляя шага, изо всех сил крикнул:

— ЛУРИ, ЗА МНОЙ!

Он бежал, не разбирая дороги. Спотыкался. Один раз чуть не упал. Ещё раз, едва удержался на ногах. Под ногами — старые могилы. Он не видел их. Просто несся вперёд, куда глаза глядят. Духи кричали. Всё сливалось в шум.

Лури мчался где-то впереди него. На удивление, чертёнок хорошо ориентировался в темноте и спокойно перепрыгивал все преграды. Он лишь изредка оборачивался и кидал проклятия в сторону духов, за которыми обещал лично вернуться и утащить их в ад, обрекая на вечные муки.

Девочка больше не плакала — лишь дрожала.

Ян сам до конца не помнил, каким чудом они добрались до высокого забора. Ни калитки, ни прохода нигде не было.

— Эй, — он немного отстранил ребёнка на руках. На него посмотрело заплаканное лицо с размазанными соплями и грязью. Она судорожно подрагивала.

— Тебе нужно перебраться мне на спину.

Девочка кивнула, отстранилась в его руках и показала свои руки. Ян только тогда заметил, что всё это время она сжимала небольшой кинжал с рукоятью и чехлом, усыпанными драгоценными камнями.

Сглотнув и громко шмыгнув носом, она протянула их ему. Ян подхватил её одной рукой, а второй взял вещи. Не особо вглядываясь, сунул их в глубокие карманы штанов. После этого помог ей перебраться себе на спину.

— А я? А я?! — возмущённо заговорил Лури, метаясь вокруг него. — Брось её!

Девочка на эти слова встрепенулась и так сильно вжалась в шею Яна, что могла и задушить.

— Замолчи, а то тебя брошу, — произнёс Ян. — Ты что, сам не способен на забор залезть?

— Держись крепко, — добавил он, чуть обернувшись к девочке.

Он наклонился и подхватил чертёнка под мышки, поднимая его на верх, чтобы тот зацепился за забор. Сам Ян настолько отвык от любых силовых нагрузок, что едва смог забраться и не расшибить голову себе и ребёнку, что ему доверилась.

Стоило ему перебраться, как тени, что преследовали их исчезли. Яна пробрало на дрожь, когда он смотрел на кладбище.

Лури сидел на верху забора и громко ругался, что тот выбрал какую-то девчонку вместо него. Закатив глаза, Ян попытался снять с себя девочку, но та вновь сильнее вцепилась в его шею руками, уткнулась лбом в затылок и покачала головой.

— Нет, — произнесла она.

Сдавшись, Ян протянул руки вверх и снял мелкого с забора. Однако тот даже тогда не успокоился, и Сергеев дал ему легкий подзатыльник.

— Замолчи, — раздражённо произнёс Ян.

Чертёнок поднял на него изумлённый взгляд и его снова прорвало, но теперь он начал громко жаловаться, что Ян его избивал.

Сергеев прикрыл глаза, пытаясь унять раздражение, сделал глубокий вдох и чуть повернул голову назад.

— Эй, — ласково произнёс он девчушке, — ты в безопасности. Отпусти меня, ладно?

— Нет.

— Как тебя зовут-то? — спросил Ян.

— Нет.

Делать было нечего, и Сергеев направился в полицейский участок: отнести девочку и рассказать, что случилось.

***Ян изначально думал, что просто принесёт девочку в участок, коротко расскажет, что случилось, и поедет домой на такси. Но оказалось, что девочка числилась пропавшей. Как только это выяснилось, всё закрутилось: вызвали оперативников, начали оформлять бумаги, и Сергееву пришлось остаться, чтобы дать официальные показания и заполнить протокол.

Несколько полицейских попытались забрать девочку, но та устроилась у Яна на коленях, обняла его за грудь и начинала визжать, стоило кому-то дотронуться. Прижималась обратно и ни в какую не отпускала.

Молодому человеку ничего не оставалось, кроме как её убаюкивать в своих объятиях.

Ян в подробностях рассказал, как брат его друга — он указал на Лури — нарвался на подростков. Они попытались укрыться на кладбище, где случайно стали свидетелями какого-то оккультного ритуала.

Девочка давно уснула, прижимаясь щекой к его груди. Рядом на стуле спал Лури, прислонив голову к его руке и громко сопел, приоткрыв рот. Зевнув, Сергеев в сотый раз повторил, что кинул камень в сумасшедшего, схватил ребёнка и убежал. Говорить, что это был профессор из его университета, не стал. Сказал лишь, что было темно, и он не разглядел лицо, но, скорее всего, этот человек всё ещё там.

— Не знал, — Ян снова зевнул, на этот раз даже не прикрывая рот. Ночь была в разгаре, и глаза слипались, — что ещё делать... Привёл её к вам. Она, кроме слова "нет", ничего не говорила. Даже имени. Так что больше рассказать не могу. Может, вы её возьмёте, а меня отпустите? — пробормотал он, приподнимаясь и аккуратно подхватывая девочку на руки, собираясь передать её.

Старший лейтенант, что задавал вопросы, указал ему обратно на стул:

— Присядьте, гражданин Сергеев. Мы уже отправили наряд на место, протокол ещё не закончен.

Ян сел обратно, подавляя очередной зевок. У него слипались глаза, и тело ощущалось тяжёлым, как после бессонной недели. Девочка сонно заворочалась, но не проснулась. Лури, когда Сергеев зашевелился приподнял голову, пробормотал что-то недовольное и опустил её обратно, устраиваясь удобнее.

Минут через десять в отделении послышалась суета — захлопали двери, раздались торопливые шаги. Один из сотрудников выглянул из-за стеклянной перегородки:

— Родители приехали!

В кабинет вошли мужчина и женщина, оба взволнованные. Женщина сорвалась с места первой, едва увидев ребёнка:

— Олечка!

Девчушка, однако, так устала, что не проснулась даже от её крика. Ян машинально привстал, чтобы передать ребёнка, но стоило матери дотронуться до дочки, та громко взвизгнула, начала вырываться и крепче прижалась к Яну.

Мать зарыдала ещё сильнее. Олечка наконец приоткрыла заплаканные глаза, огляделась, и снова спряталась лицом в Янову грудь.

— Смотри, твоя мама пришла, — прошептал Ян.

Оля причмокнула, повернула голову в сторону и наконец произнесла:

— Мама…

Она протянула руки, и женщина подхватила её, прижимая к себе и убаюкивая в объятиях.

— Мы пойдём, — произнёс Ян и потянул Лури за собой.

Глава 12. Совет Ведьмы

Только в понедельник утром, когда Ян в спешке собирался на работу, он вспомнил о вещах, которые дала ему девочка. Они выпали из его джинсов, и Сергеев в изумлении смотрел на кинжал и кость Егорыча. Её он не мог спутать ни с чем.

Идти с этими вещами обратно в полицию не хотелось. Во-первых, объяснять, откуда кость. И почему он забыл отдать её ночью. Даже в его голове всё это звучало подозрительно. Ещё более подозрительно будет, если он принесёт кость Егорыча лично в универ. Ведь было дело — Ян выпрашивал её для своей коллекции, но тогда профессор подарил ему только горный хрусталь.

Не мог он принести её Егорычу. Нет.

Вряд ли кто поверит, если он начнёт говорить про духов. Было дело — Егорыч отчислил студентку из аспирантуры только потому, что она отрицала научную картину мира и утверждала, что Земле всего шесть тысяч лет, как сказано в библейском сценарии. Он тогда сказал, что верить она может во что угодно, но на кафедре изучают геологию — строение планеты и научные теории её происхождения.

А тут Сергеев придёт — его лучший студент — и начнёт говорить о духах, демонах и чертях. Егорыча точно хватит удар от самой идеи, что он мог в это верить. Профессор скорее решит, что он украл кость и придумал этот бред, чтобы не нести ответственность.

Украденная вещь настолько не давала ему покоя, что он даже из комнаты выйти не решался. А теперь на ней ещё и его отпечатки пальцев! Осторожно протерев её футболкой, он спрятал свороанное под матрасом.

Всё. Время перевалило за девять, рабочий день начинался в восемь тридцать. Ему следовало вернуться к разрезу… — думал Сергеев, параллельно отправляя начальнику сообщение, что чувствует себя нехорошо и берёт отгул.

Достал кость и нож из под матраса и вышел на кухню, где сидели Лури с Вием. Михалыча с тех пор, как Вий сказал ему идти спать, Ян больше не видел. Но отчего-то совсем не хотел спрашивать, что с ним.

Он недовольно посмотрел на Вия:

— Твой брат… — Сергеев замолчал, разглядывая мелкого. Тот смотрел на него своими чёрными, без бликов, глазами.

Ян глубоко вздохнул и направился наливать себе кофе. В конце концов, благодаря чертёнку он спас ребёнка, не мог он ему предъявлять. Его кровь закипала, стоило ему вспомнить, как малышка, от силы пяти лет, дрожала и вцепилась в него.

Поэтому молча опустился на стул и положил на стол кинжал и кость. Ему всё казалось, что он стал соучастником преступления.

— Что это? — Вий протянул руку к кинжалу, но обжёгся и резко отдёрнул её. — Они заряжены энергией, — произнёс он.

— Демоны… они серьёзно существуют? — спросил Сергеев.

Лури встрепенулся.

— Фаерон всегда говорил, что люди тупые, — восторженно воскликнул он брату. — Не врал!

— Мелкий… — у Яна так и чесались руки дать подзатыльник мальчишке. Он искренне верил, что детей бить нельзя и даже жалел о предыдущем дне, но этот так и напрашивался.

— Как видишь, — ответил Вийдан.

— И что мне с этим делать? — Ян указал на вещи. — Если я отнесу их в универ, боюсь, меня не поймут.

— Отнеси ведьме. Она будет знать.

— Я к ведьме с тобой не пойду, — поспешно заметил Лури.

Ян бросил на него раздражённый взгляд. Он и не собирался его брать с собой никуда и никогда.

— Во сколько она своё кафе открывает?

— К обеду иди, — ответил Вийдан.

Сергееву было нечем заняться. Чтобы отвлечься, он большую часть утра пытался силой мысли передвинуть сахарницу с одного конца стола на другой. Он точно помнил ощущения с прошлой ночи: как в руке будто пульсировала энергия, как камень изменил направление движения и был уверен, что это было его заслугой. Но этим утром не было и намёка на какие-либо силы.

Не помогал делу и Лури, который сидел за столом и, скривив лицо, наблюдал за его потугами, время от времени комментируя:

— Ты самый жалкий из всех магов, которых я встречал.

Ян закатил глаза, ударяясь лбом о стол.

***

Не было и одиннадцати утра, когда он направился к кофейне ведьмы. И вновь… Погода стояла прекрасная, а настроение было ужасное. "Днём, ещё до двенадцати…" — тут закончилась его сказка, — Сергеев забрёл в "Ведьминский шоп".

Внутри было как всегда тускло, свечи горели, а пахло лавандой. Нектей сидела за одним из столов у стены. При звуке хлопнувшей двери она приподняла сонное лицо, посмотрела на Яна и улыбнулась ему.

— Не ожидала никого так рано, — произнесла она, поставив локоть на стол, придерживая голову. Второй рукой пригласила его сесть напротив. — Ты в прошлый раз так быстро сбежал, — с насмешкой сказала она, — что я думала, больше не увижу тебя.

— За эти дни произошло больше, чем я успел осознать, — ответил Ян, присаживаясь за стол. — Я так и не понял, в какой момент мир перевернулся и сошёл с ума… — произнёс он, его распирало от негодования и ужаса, и почему-то именно Нектей навевала желание делиться переживаниями.

Девушка с насмешкой посмотрела на него.

— Мир всегда был таким. Просто ты был слеп и отказывался видеть.

— Не отказывался, — огрызнулся Ян. Он махнул рукой, словно указывая на нечто неопределённое: — Просто у меня не было этого… как там его… дара видеть.

Ведьма качнула головой, наклонилась вперёд, опуская руку на стол:

— Дар всегда был. Поэтому да, ты отказывался видеть. Так уж устроена наша голова, будет видеть только то, что хочет. — Она пожала плечами и сладко улыбнулась. — Но иногда случаются моменты, когда у нас не остаётся иного выбора, кроме как принять очевидное. И с этого момента пути назад нет.

— Ты не думай, — добавила она, заметив, что Ян молча уставился в пол, погрузившись в себя, — ты не один такой. Большинство одарённых людей проживут эту жизнь в неведении.

— Могу я вернуться в неведение? — спросил Сергеев. Он бы предпочёл снова быть скептиком, неверующим, кем угодно — лишь бы не быть частью этого мира. Он хотел быть простым человеком. Потому что, если он станет частью этого мира, пути к прежней жизни уже не будет. Ни к Катьке. А зачем ей такой?

Нектей выпрямилась и плавно качнула головой.

— Даже если ты откажешься видеть наш мир — он всё равно найдёт тебя. Духи будут выходить на тебя сами. Ты начнёшь замечать чертей в самых непредсказуемых местах. А если они почувствуют твою силу… к тебе придут и демоны.

Сергеев сидел, скрестив руки на груди. Нектей насмешливо смотрела на него.

— Слишком рано для философских разговоров, — наконец произнесла она. — Зачем ты пришёл?

Ян посмотрел на неё, поднял с пола свой рюкзак, достал кость Егорыча и кинжал с камнями, положил их на стол и подвинул к девушке.

— Так вышло, что вчера я стал свидетелем "жертвоприношения", — он показал кавычки пальцами.

Нектей взяла кинжал, внимательно осмотрела, выдвинула лезвие из ножен, и почти сразу убрала обратно, заметив, как то отливало цветом крови.

— Кинжал Кенмара, — прошептала Нектей, внимательно рассматривая его заворожённым взглядом. — Он должен быть в главном Музее Истории Скалограда… Откуда он у тебя?

Ян рассказал о событиях предыдущей ночи и о том, что совершенно забыл про эти вещи и не отдал их полиции. А теперь не знал, как вообще объяснить, откуда они у него.

— Полиции… — фыркнула Нектей. — Словно они на что-то способны.

Она поднялась со своего места, потянулась и направилась к стойке.

— Кофе будешь?

Ян кивнул в ответ. Поднявшись со своего места, он направился к кассе, остановился перед столешницей и, сутулясь, опёрся на неё локтями.

— Тебе надо к БЭСевцам, — произнесла Нектей. Она включила свою громоздкую кофемашину, подхватила большую глиняную кружку и один картонный стаканчик, показала его Яну и счастливо улыбнулась, словно демонстрировала нечто крайне необычное:

— Смотри, что я нашла! Так удобно! Теперь могу напитки с собой давать. Люди такие изобретательные, — говорила она, наливая кофе в стакан. — Молоко?

— Если ты его нашла, то я хочу нормальную кружку, — заметил Сергеев, с недоверием глядя на Нектей.

Она выразительно закатила глаза.

— На них и моя эмблема есть, — заметила Нектей, указывая на стаканчик, где красовалась надпись: "Ведьмин КофеШоп".

— Кто такие БЭСовцы? Ты можешь говорить на человеческом языке?

Нектей остановилась и обернулась к нему. Казалось, его слова поставили девушку в тупик. Она чуть прищурилась, поставила кофе на столешницу и шепотом спросила:

— А на каком я говорю?

— О боже…

— А вот он — не слышит, — захохотала ведьма. Девушка довольно быстро успокоилась, поскольку Ян не осознал её шутки. Оправилась и, приняв своё обычное загадочное выражение, проговорила: — БЭС — Бюро Экзорцизма и Спасения, если не ошибаюсь. Они там время от времени меняют название. Аббревиатура только и сохраняется. Ведут контроль за проявлениями магии в мире. В общем, тебе лучше поехать туда сейчас. У них система хуже, чем в городской поликлинике: затаскают по отделам.

Она подхватила листок бумаги и ручку, начала записывать адрес, а потом протянула его Яну.

— В общем, обойдёшь станцию и двинешься вниз по дороге — она там одна, разберёшься. Здание будет высоким, с полукруглой крышей. Не пропустишь.

Ян взял листок, на котором был написан адрес.

— Станция Болотная? Разве в городе нет негласного правила туда не ездить? — удивлённо спросил он.

Нектей улыбнулась:

— А теперь ты знаешь почему. Передашь им эти вещи и расскажешь о своих ночных приключениях. Не моё дело, но твои черти — незарегистрированные эмигранты. Если о них узнают там, их обяжут покинуть мир людей. В лучшем случае только Скалоград.

Ян растерянно кивнул, подхватывая кофе и пряча листок с адресом в карман.

— И самое главное, — произнесла Нектей, положив руку поверх его. Она наклонилась ближе и шепнула: — Ты должен дать слово, что не скажешь им ни обо мне, ни об этом месте.

Ян снова кивнул, но ведьма продолжала крепко держать его за руку и смотреть прямо в глаза.

— Нет. Произнеси это. Скажи вслух, что даёшь слово.

— Я даю тебе слово, что не скажу им о тебе, — проговорил Сергеев.

Только после этого Нектей отпустила его руку.

Ян отвернулся, отпил кофе и покачал головой. "Слово… Какая глупость", — думал он, выходя из странной кофейни.

***Катя провела почти всю ночь в раздумьях. Ян уже некоторое время игнорировал её сообщения, и это ужасно раздражало. Казалось бы, расстались, всё, конец, он больше не должен был занимать её мысли. Но с момента расставания она думала о нём только больше.

Делу не помог и звонок от его матери накануне вечером.

Начала она разговор с того, что одобрила поступок Кати, сказала, что та правильно сделала, "дав моему сыну встряску". Но в итоге всё свелось к тому, что Ян "образумится и исправится", что она "поговорит с ним по душам", и что Катенька "не найдёт себе лучшего жениха".

"Вот скажи мне, какие у тебя к нему претензии?"

Катя не знала, как реагировать. Она просто смотрела в окно стеклянным взглядом. Ведь правильного ответа на этот вопрос не существовало.

"У него хорошая работа, зарабатывает, между прочим, больше, чем многие..." — продолжала мать Яна.

— У него маленькая зарплата, — сказала Катька, прежде чем успела обдумать свои слова. И тут же начала себя ругать: мать Яна была из маленького города в Сибири, и для неё он действительно зарабатывал неплохо. Катя поспешно добавила: — Для Скалограда.

Алина Андреевна некоторое время молчала, а потом сказала:

"Ну, Катенька, давай говорить откровенно", — заговорила она. Катя насторожилась, услышав этот позитивный тон.

"Я ж не вечная. А у нас тут, в Березграде, один свой дом от бабушки ему достанется. Квартира отца его, та правда только половина доли, но тоже неплохо. Потом моя квартира, в центре города вообще-то…"

— Алина Андреевна! — в ужасе остановила её Катя. — Пожалуйста, не говорите глупостей.

"Ну какая я тебе Алина Андреевна, зови меня мамой."

Катя открыла рот, но не нашла, что сказать. Начала нервно ходить из стороны в сторону.

— Пожалуйста, не говорите глупостей. Вы нам нужны здоровая, бодрая. А Ян… Ян молодой мужик. Пусть лучше сам зарабатывает и вам деньги присылает, — выдавила она из себя.

Этот разговор остался травмой в её жизни.

Она вышла ранним утром на улицу на пробежку, в попытке выкинуть из головы Сергеева. Обежала вокруг квартала, где находился их небольшой район. Дышала глубоко и ровно, стараясь сосредоточиться на музыке в наушниках. Но в этот день та её только раздражала. Девушка остановилась на перекрёстке и вдруг заметила соседа Яна. Не совсем осознавая, что делает, Катя начала бежать за ним на расстоянии. В руке она сжимала телефон, готовясь в случае чего включить камеру и прислать Яну прямые доказательства, что его сосед опасен.

Вийдан через два квартала зашёл в тёмный переулок. Подождав пару минут, Катя последовала за ним и оказалась в узком замкнутом переулке. Перед ней была глухая стена. Она прошлась вперёд, удивлённо оглядываясь: ведь точно видела, как он свернул сюда. Но вокруг не было ни души.

Только одинокий кот сидел посреди прохода и, завидев её, громко зашипел. Шерсть на его спине встала дыбом. Девушка поспешила покинуть его территорию.

Глава 13. БЭС 1

Скалоград заканчивался двумя реками, сливавшимися в одну, и всё, что было за ними, всегда оставалось для Яна чем-то далёким. На окраинах у него никогда не было дел, дорога занимала час, и Кате там не было интересно.

Он впервые ехал за пределы одной из рек. В вагоне почти никого не было, усталость навалилась, он чуть не задремал, пока поезд не пересёк Болотную реку и не замедлил ход у конечной станции.

“Станция Болотная”. Название прозвучало в динамиках, и Ян собрался выходить. Рядом проснулся пассажир, что спал всю дорогу, огляделся... и, заметив название станции, тихо перекрестился и остался сидеть.

Странный тип.

На платформе было пусто. Только дежурные работники метро и какой-то человек, стоявший у колонны и бившийся об неё головой. Ян ускорил шаг.

На улице было серо и пусто. Ветер поднимал в воздух пыль, кидая её в лицо порывами; деревьев почти не было. Дорога действительно была одна и шла вдоль набережной. Вдоль дороги стояла старая башня — Княжья Сторожевая, единственное, что осталось от древней стены, когда-то окружавшей Скалоград. В прежние времена в башне держали и пытали преступников. Говорят, что души тех, кого казнили, до сих пор бродят поблизости и мстят живым.

Раньше Ян только усмехался этим историям. И вот он шёл мимо, насторожённо посматривая в сторону башни. В какой-то момент даже замедлил шаг, будто ожидал увидеть костёр и чьё-то завывание.

Но ничего. Только тишина и ветер.

Вдали виднелось громоздкое современное здание из стекла и бетона. Сергеев рассматривал его издалека. Учитывая, зачем он туда шёл, он ожидал увидеть какую-нибудь крепость из преисподней, а не обычное офисное здание, окружённое клумбами. Перед входом располагалась большая парковка с машинами. Некоторые из них напоминали полицейские. Когда Ян подошёл ближе, он заметил на служебных машинах буквы: «БЭС».

Сергеев подошёл к главному входу. Перед ним разъехались двери, и он оказался у пропускного поста. Внутри всё выглядело как в обычном госучреждении — пластиковые турникеты, серые стены. Охранники были в одинаковой форме коричневого цвета, с бейджами и пластиковыми картами на шнурке.

Они заметили его не сразу. Пили кофе из пластиковых стаканчиков и весело болтали. Заметили его, только когда он подошел к ним в плотную.

— Имя. Зачем пришёл и как оказался здесь? — тут же спросил один из них.

— Ян Сергеев, — ответил он, немного растерявшись.

Взгляд проскользнул мимо охранников. За их спинами открывался просторный холл — ярко освещённое помещение с высоким стеклянным потолком. Сразу за турникетами начинались буфетные стойки, стояли столики, за которыми кто-то пил кофе, кто-то разговаривал. Дальше тянулись коридоры и двери с табличками, а по периметру на нескольких уровнях виднелись этажи. Люди ходили по ним, переговаривались, кто-то спускался по эскалатору. Всё было слишком будничным, совсем не то, что ожидал Ян.

— Я был свидетелем... события, которое мне сказали описать здесь, — медленно подбирая слова произнёс он.

Охранники переглянулись.

— Ещё один ССшник пришёл, — сказал один другому.

Второй охранник зевнул и махнул Яну в сторону выхода.

— Ты не в то помещение зашёл. Обойди здание, с обратной стороны будет небольшое стеклянное строение, похоже на оранжерею. Возьми там номерок и жди, когда вызовут.

Он смерил Сергеева взглядом и добавил с отвращением:

— Не похож ты на ССшника… Надеюсь, не по пьяни пришёл? А то привидится им всякое потом носятся, говорят демонов видели.

Первый охранник услужливо загоготал и небрежно махнул Яну, чтобы тот шёл прочь.

Отчего-то ССшник звучало оскорбительно. Сергеев обошёл здание и заметил то самое стеклянное помещение. Оно было полукруглым, сделано из толстого стекла, которое крепилось к металлическому каркасу. За стенками виднелись скамьи, на которых сидело несколько человек. По периметру снаружи росли ухоженные кусты и небольшие деревья, напоминая зимний сад.

Ян вошёл внутрь. Внутри пахло чем-то аптечным. Потолок уходил вверх, сквозь стекло просвечивало небо. Вдоль стен стояли скамейки, люди сидели, опустив головы, кто-то тихо бормотал себе под нос.

Недалеко от входа располагались автоматы и кулер. Ян налил себе холодной воды — голову действительно не мешало остудить.

Откуда-то из глубины донёсся истеричный крик:

— Они преследуют меня!

Вздрогнув Сергеев проследил взглядом в поиске того кто кричал. Буйный мужчина метался из стороны в сторону и к нему направились от центра помещения. Где виднелись низкие кабинеты.

Ян покачал головой и опустил взгляд к автомату, что выдавал номерки. Коснулся экрана, чтобы активировать его.

Причина визита и четыре выбора:

Подозрение на проклятие / влияние извне

Свидетельство ритуального действия

Визуальный контакт с демонической сущностью

Навязчивое присутствие / преследование неидентифицированного объекта

«Что за бред?» — шокировано думал Ян и вновь огляделся. В голове проскользнула мысль, что его направили в сумасшедший дом. А следом пришла другая: после всех событий тут ему и было самое место.

Нажал, что стал свидетелем ритуала. Автомат выдал номерок с цифрой пять. На экране загорелось сообщение с просьбой присесть и дождаться, когда его номер появится на табло и его вызовут.

Ян налил себе ещё холодной воды. В помещении усиленно работали вентиляционные короба, и его даже начало пробивать на дрожь. Он прошёлся внутрь и опустился на крайнее сиденье.

Он уже начал засыпать, когда по залу раздался негромкий гудок, и приятный женский голос объявил:

— Номер пять, пройдите в палату три.

Слово «палата» резануло по ушам Сергеева. Он скривился, оглядел окружающих и направился к небольшим ограждениям. В центре, за сиденьями и кулерами с водой, стояли невысокие перегородки, разделяющие пространство на отдельные секции.

Рядом с дверьми стояли люди в форме с вышивкой «БЭС». Они смотрели на Сергеева с подозрением. Он показал им номерок, и один из охранников проводил его до нужных дверей, войдя внутрь вместе с ним.

За дверью оказался самый обычный кабинет с огромным столом, заваленным бумагами, компьютером и уставшей женщиной. Она подняла на Яна настороженный взгляд.

— Этот вроде не агрессивный, — пробормотал охранник.

Ян удивлённо посмотрел на него и, когда женщина кивнула на пустой стул, опустился. В руках он держал портфель, собираясь достать оттуда украденные вещи, но решил дождаться, когда разговор сам о них зайдёт.

Некоторое время никто не говорил. Женщина была погружена в свой компьютер и что-то усиленно печатала. Сергееву было нечего сказать — он даже не знал, как начать такой разговор, поэтому не торопил её.

— Имя, — произнесла она, не поднимая глаз от клавиатуры.

— Ян Сергеев, — ответил молодой человек.

Он оглянулся. Охранник остался внутри и внимательно следил за его действиями — словно ждал, что тот нападёт на бедную женщину.

— Вы указали, что стали свидетелем ритуала, — так же не поднимая головы, проговорила женщина. — Опишите ритуал.

Яну было не по себе. Он положил руку на стол, провёл по поверхности.

— А вы можете смотреть на меня, когда задаёте вопросы? — спросил Сергеев.

Стук по клавиатуре прекратился. Женщина подняла глаза и, насмешливо глядя на него, произнесла:

— Может, тебе ещё кофе предложить? Поторапливайся. У меня этих ССшников, — она крутанула пальцем в воздухе, — как мух.

Яну было не по себе, и он поднялся с места. Женщина отреагировала моментально — резко дёрнулась назад и подняла на него испуганные глаза. Охранник шагнул вперёд, доставая шокер.

— Вы что делаете? — Ян испуганно обернулся к охраннику и поднял руки. — Я просто передумал говорить. Домой пойду.

Женщина переглянулась с охранником и махнула ему рукой, чтобы тот вернулся на место. Сама уже внимательнее посмотрела на Яна.

— Не похож ты на ССшника, — наконец произнесла она. — Усаживайся. Тебя всё равно не выпустят… — глаза Сергеева округлились на её словах и она добавила, — пока не дашь все показания. Когда был ритуал и в каком месте.

— На кладбище Воплино. В воскресенье ночью.

Женщина вновь подняла глаза на охранника и нахмурилась.

— Ты был на кладбище Воплино? Почему? И как ты туда попал?

Ян передёрнул плечами.

— Долгая история. За мной гнались малолетние бандиты, я увидел проход в заборе и забежал туда. Чтобы не нарваться на них, пришлось пересечь кладбище. Там я увидел, как какой-то мужик проводил жертвоприношение. Маленькая девочка… Я не смог пройти мимо и забрал ребёнка. Летали духи… — Ян выложил всё как на духу, даже не успев обдумать слова.

Женщина долго смотрела на него. Наконец, потянулась к телефону и нажала на цифру два.

— Ритусь, мне кажется, тут парнишка отдел перепутал, не ССшник он, думаю ВПшник. Говорит, был на кладбище Воплино… — она замолчала, вновь подняла глаза на Яна. — Как ты говоришь туда попал? Через забор залез?

— Там был проход. Части забора не было.

Женщина продолжительное время смотрела на него, затем повторила услышанное в трубку: — Может, маг, — закончила она.

— Да-да, направляю к вам. Я перешлю файл через минутку. Целую. Да, на ужин сходим.

Она повернулась к компьютеру и начала что-то быстро набирать. После чего посмотрела на Яна и заговорила вежливее:

— Вы, молодой человек, пришли не в тот отдел. Направляю вас в отдел работы с ВПшками.

Ян даже не стал спрашивать, что это значит, только устало кивнул:

— Куда идти?

— Олег, проводишь Яна Владимировича?

Сергеев удивлённо посмотрел на неё и попытался заглянуть в экран. «Отчество? Откуда она его знает? Никаких документов он ведь не показывал».

Охранник вывел его из кабинета и направился внутрь здания, где была дверь, соединявшая оба здания. Они вышли в ярко освещённый коридор и подошли к лифтам. Ян пытался несколько раз заговорить с Олегом, но тот его игнорировал и лишь раз очень коротко ответил, чтобы Ян шёл молча.

Поднявшись на шестой этаж, охранник отвёл Сергеева к кабинету и постучал.

— Привёл к вам от Марии Александровны, — произнёс он, заглядывая внутрь. Потом махнул Яну, чтобы тот зашёл.

В этот раз, отчего-то подозревая, что вновь попал не в тот отдел, Сергеев решил перейти сразу к делу. Его взгляд упал на распечатку кинжала, висящую на стене за женщиной. Он возбуждённо ткнул пальцем в картинку и громко объявил:

— Я именно из-за него и пришёл!

Не дожидаясь реакции, он полез в рюкзак, достал артефакты и положил их на стол перед молодой девушкой. Выдохнул с облегчением.

Та удивлённо посмотрела на вещи, потом на Яна, затем перевела взгляд на распечатки на стене. Кивнула и нажала на кнопку на столе. Где-то в коридоре прошла тревожная сигнализация.

— Вы пришли не в тот отдел, — спокойно сказала она. — Сейчас за вами придут.

Ян с опаской взглянул на охранника. Тот уже держал шокер в руке. «Другой отдел» звучало логично. Нея предупредила его о таком. В городской поликлинике его тоже так же гоняли по кабинетам. Но шокер и охрана были не привычны.

Глава 14. БЭС 2

В следующий кабинет Яна завели уже под конвоем. У двери его встретил мужчина средних лет. Судя по выправке и тяжёлому взгляду, он был военным. На плечах поблёскивали знаки различия и звёзды, говорившие о звании, но Сергеев в этом не разбирался.

Мужчина смерил Яна взглядом и кивнул охранникам за его спиной, отпуская их, после чего жестом показал Сергееву заходить.

У стола стояла высокая молодая женщина в обтягивающей офисной одежде, подчёркивающей фигуру. Взгляд Сергеева невольно притянулся к глубокому вырезу. Он усилием воли заставил поднять взгляд к её лицу. На носу очки, спущенные чуть ниже, чтобы разглядывать собеседника сверху вниз. Она бросила на Яна оценивающий взгляд, указала рукой на стул.

Девушка выпрямилась, обошла стол и подтолкнула к нему матовую прямоугольную коробку с гладкой стеклянной поверхностью.

— По очереди каждый палец. Потом все вместе.

Когда Ян прикоснулся к указанному предмету, поверхность замигала мягким светом и едва слышно щёлкнула, считывая отпечатки.

Сама она тем временем подняла распечатанный документ и пробежалась по нему глазами.

— Сергеев Ян Владимирович, — произнесла она, — уроженец города Березград, Березовской области.

Она подняла глаза.

Сергеев подтвердил её слова кивком.

— Меня зовут Александра Евгеньевна, — девушка опустила документ и подняла взгляд на Яна. Поправила очки на носу. — Почему бы вам не начать рассказ с самого начала и во всех подробностях. Как к вам попали эти вещи?

Она взглядом указала на стол, куда только что положила в запечатанном пакетике кинжал и кость.

Военный обошёл комнату и остановился у окна с затемнёнными жалюзи, сложил руки за спиной.

Компьютер издал писк, и женщина посмотрела на экран.

— В базе вас нет. Почему в отделе СС решили, что вы практик?

Сергеев покачал головой и пожал плечами.

— Я понятия не имею, что значат все эти ваши слова, — раздраженно заговорил Ян, — СС, ВП, БЭС... Совершенно ничего не говорящие сокращения.

— Я бы рекомендовала вам воздержаться от такого тона, — жёстко произнесла девушка. — СС — свидетель сверхъестественного. ВП — вовлечённый практик. БЭС — Бюро экзорцизма и спасения. А теперь говорите по порядку.

Ян вновь рассказал, как убегал от подростков, как оказался на кладбище и стал свидетелем ритуала. Говорить, что это был профессор из его университета, он снова не стал. Пусть сами разбираются. Да и потом, вдруг ему почудилось? Наговаривать зря не хотелось. Он рассказал про девочку и про то, что она отдала ему вещи. Сказал, что отвёл её в полицейский участок, но про артефакты тогда забыл. А позже ему рекомендовали отнести их сюда.

Историю он пересказывал во всех подробностях. К концу рассказа в горле пересохло. Он сглотнул и попросил стакан воды. Александра поднялась, подошла к кулеру в углу и налила воду. При этом она кивнула кому-то за спиной Яна. Тот резко обернулся — он даже не заметил, когда открылась дверь.

У входа стоял мужчина армянской внешности. Он был в самой простой одежде — джинсы, футболка и ярко-жёлтые кроссовки. Мужчина сильно контрастировал с остальными. С интересом рассматривал Яна.

— Мне тут донесли от Машеньки, что к нам попал ССшник. Был, мол, на кладбище Воплино, и то само открыло ему проход, — насмешливо заговорил он, проходя в кабинет.

Он протянул руку Яну для рукопожатия:

— Тигран Агосян.

— Ян, — представился Сергеев.

Этот человек казался дружелюбным, и напряжение в его присутствии начало отступать.

— Он принёс кинжал Кенмара. Тот самый, что украли из музея. И кость, пропитанную энергией, — произнесла Александра.

Она открыла пакет, высыпая на стол вещи.

— Энергией? — переспросил Сергеев, приподняв брови.

Он внимательно смотрел на предметы и действительно почувствовал, как воздух вокруг них будто колебался. Казалось, он заряжен. Ян не заметил, как Тигран поднял руку, показывая Александре, чтобы та молчала, внимательно наблюдая за Яном.

Сергеев протянул пальцы к кинжалу. Именно его окружала сильнейшая энергия — переливалась разными оттенками, и будто звала. Ян провёл пальцами по камням на рукояти, не отрывая взгляда.

— Я действительно чувствую энергию, — прошептал он, забыв, что рядом кто-то есть.

Он поднял кинжал.

— Это кинжал демона. Только демон способен чувствовать его энергию, — раздался голос со стороны окна.

Военный отвернулся от стекла и теперь внимательно следил за каждым движением Яна.

Молодой человек поджал губы, посмотрел на всех них и выронил кинжал, стряхивая наваждение.

— Продолжай, Сашенька, — сказал Тигран.

Он придвинул к столу стул, сел рядом и начал внимательно рассматривать кинжал. Время от времени бросал взгляды на Яна.

— Но он сказал, что чувствует энергию кинжала демона, — произнёс военный, подходя ближе и посмотрев на Агасяна. — Думаю стоит….

Агосян, однако, дружелюбно рассмеялся, помахивая рукой:

— Он чувствует что-то ещё, — ответил он. — Кинжал его не признал.

Александра нажала кнопку на диктофоне, чтобы продолжить запись.

— Вы сказали, что вам рекомендовали отнести эти вещи сюда, — произнесла она и смерила Яна взглядом. Затем слегка наклонилась вперёд, открывая вырез на блузке ещё шире — словно нарочно, чтобы сбить собеседника с мысли.

— Кто?

— Что — кто? — переспросил Сергеев, чьи мысли как раз блуждали в районе декольте. Он и так прилагал все силы, чтобы туда не смотреть и не оскорбить тем самым.

Александра закатила глаза и раздраженно выдохнув повторила вопрос.

Ян поднял глаза на нее и выглядел так, словно совсем не расслышал вопроса. Она уже смотрела как на идиота и по слогам повторила:

— Кто вам рассказал об этом месте?

Ян не реагировал. Проблема была не в том, что он никак не мог вникнуть в вопрос, а в самом вопросе. В голове стояли слова Нектей не говорить о ней.

— Знааакомый, — медленно протянул Сергеев и постарался отмахнуться. — Это не суть. Суть в ритуале, что я остановил. Какого-то демона вызвали, разве вы не должны об этом спрашивать? — он обернул глаза к Агосяну. Каждый раз, когда он смотрел на девушку, его мысли путались.

— Расследование ведётся, — ответил Тигран. На его лице вновь появилась насмешливая улыбка.

— Кто вас сюда направил? — повторила вопрос Александра.

— Советую на него ответить, — прогремел голос вояки.

Ян перевёл взгляд к Саше. Делать было нечего.

— Это д... — молодой человек запнулся и с изумлённым взглядом уставился перед собой. Стоило ему даже подумать о Нектей, как способность говорить пропала. Он открывал рот, но не мог издать ни звука.

Ян потянулся к стакану с водой и отпил.

— Не знаю, что это, — пробормотал он, обрадовавшись, что снова может говорить. Он снова открыл рот, чтобы рассказать о кафе Нектей и опять не смог вымолвить ни слова. Его сердце колотилось, отдаваясь в висках. Ладони вспотели, совсем не понимал, в чём дело.

Александра нахмурилась и обернулась к Агосяну.

— Ну, Сашенька, — произнёс Тигран, — вот тебе и подтверждение: перед тобой маг. — Он положил локоть на стол и, придерживая голову рукой, изучал покрасневшее лицо Сергеева. — Который дал слово другому магу. Слово мага нерушимо. Но должен признать, — он хохотнул и хлопнул по столу, — впервые встречаю, чтобы оно работало так буквально. Какая была формулировка? — спросил он, наклонившись к Яну. — Ни сказать ни слова о нём?

Ян изумлённо посмотрел на него и кивнул.

После допроса он чувствовал себя выжатым морально и физически. В метро Ян отключился и проспал всю дорогу.

***

Дома Сергеева встретили нервные соседи. Они вели себя странно, и стоило Яну переступить порог, как мелкий затолкал его в комнату Вия, а старший закрыл дверь и зашептал:

— Ты же нас не выдал?

— Я не матерился вообще! — воскликнул Лури чуть громче, и Вий тут же зашипел на него, чтобы тот говорил тише.

Сергеев сморщился. Он совсем не понимал, о чём они говорили. Ему не хотелось ни разговаривать с ними, ни вообще находиться в сознании, только бы упасть в кровать и отключиться до утра.

— Выдал! — испуганно воскликнул Лури, начал причитать и метаться по комнате: — Вернут нас в преисподнюю! Энгрир нас порешит! Все решат, что я сбежал из-за него! Я слишком молодой ч— мммм…

Вий пересёк комнату, схватил мелкого и зажал ему рот:

— Ты слишком громко говоришь! — прошипел он.

— Никого я не выдал. Слова о вас не сказал. Всё? Можно идти? — с раздражением в голосе говорил Сергеев.

Братья кивнули.

— Чего вы шепчетесь? — спросил Ян, прежде, чем покинуть комнату Вийдана.

— Там это, — начал Вий, оглядываясь на дверь, но его перебил Лури:

— Бабёнка твоя. Два часа уже ждёт. Не уходит!

Ян оглянулся на дверь. Катя пришла?

— Мы пытались выгнать. Люди такие наглые! — продолжал говорить мелкий, — Но какие у неё титьки! Во!

Он выпрыгнул вперёд и принялся руками изображать грудь Кати.

Ян, выдохнув, уже проходя мимо, дал ему подзатыльник. И так сразу приятно стало на душе. Он даже понял, что чувствовал его отец в далёком детстве, когда раздавал подзатыльники. Это того стоило.

Зашел в комнату.

Катя лежала на матрасе Яна и играла в телефоне. Пока его не было, она заправила матрас и даже надела пододеяльник на одеяло. Услышав шаги, отложила телефон в сторону, села и скрестила руки на груди, бросив злой взгляд на Сергеева.

Молодой человек так устал, что без слов рухнул рядом с ней и протянул руку. Он хотел погладить её по плечу, но в последний момент передумал и опустил руку, так и не дотронувшись.

— Зачем ты пришла? — спросил Ян. — Тяжело двигаться вперёд, если ты всё время приходишь.

— Я писала тебе сообщения, а ты мне не ответил, — тихо произнесла девушка.

— Не знал, что должен…

— Я за тебя волнуюсь, — пробормотала Катя и замолчала. Она легла и развернувшись к Яну лицом и начала шептать:

— С твоими соседями что-то не так. Я точно видела у них хвосты как у чертей и рога.

Ян почти не слушал, что она говорила. Он скользнул взглядом по её лицу, опустил на губы. Повинуясь порыву, провёл пальцами по её плечу, по открытой коже, замечтив, как от прикосновения у неё побежали мурашки.

— Я знаю, что ты мне не веришь, — прошептала девушка, — но клянусь, вчера я слышала, как меня звали на кладбище.

Ян резко сел и посмотрел на Катю.

— Что? — спросил он.

На мгновение ему стало страшно. Хочет Катя расстаться — это её право, но он не мог допустить, чтобы с ней что-то случилось.

— Вот, — Катя достала гранат и показала его Сергееву. — Он будто бы вёл меня к тебе. Будто бы тебе нужна помощь.

— Твоя? — изумлённо спросил Ян, выхватывая камень из её рук.

Катя опустила глаза и мягко улыбнулась. Камень в руках Сергеева начал издавать тусклое свечение. Проследив за её взглядом, Ян тоже посмотрел на гранат и тут же выронил его на кровать.

Катя потянулась и осторожно забрала камень.

— Я хочу, чтобы ты съехал из этой квартиры. Если тебе нужно где-то остаться, пока не найдёшь новую, можешь пожить у меня в зале.

— Как интересно. Всего неделю назад ты видеть меня не хотела, — проговорил Сергеев, но, услышав в своём голосе обиду, осёкся.

Он сделал вдох, мягко улыбнулся, протянул руку и дотронулся до лица Кати.

— Мне нравится с ними жить. Братья чудные, но не опасные. А у тебя всегда была богатая фантазия.

Выдохнув, Катя легла на кровать рядом с Яном.

— Хочешь, чтобы я ушла? — тихо спросила она.

Ян покачал головой. Он не хотел, чтобы она уходила. Катя придвинулась чуть ближе, обняла его и прижалась. Тепло её тела ощущалось сквозь одежду. Ян обнял в ответ. Он соскучился по этим объятиям. По её запаху, по тишине между ними.

Они лежали, не говоря ни слова и просто уснули рядом, как раньше.

Глава 15. День из жизни ведьмы

День Нектей начинался всегда одинаково. Она просыпалась, делала зарядку и включала новости. Девушка была подписана на сводки БЭСа и раз в неделю получала от них газету с последними сообщениями. Ей нравилось читать, кого и за что разыскивают. Так она узнала, что ищут кинжал Кенмара, и, увидев его у Яна, направила его к ним.

Закончив с новостями, Нектей вышла на прогулку и направилась в парк их района.

Парк Медвеженки считался одним из самых больших в округе. Он тянулся вдоль реки: местами заросшей камышами, местами открытой, с настилами и террасами из дерева. Здесь почти всегда чувствовался ветер, он прохладой касался лица и приносил утреннюю свежесть. Ветер, деревья, редкие прохожие сопровождали её путь.

По главной аллее стояли скамейки и поднимались фонари, вечерами они издавали мягкий свет. Это место Нектей любила больше всего. Здесь можно было посидеть и подумать или просто наблюдать, как дети катаются на качелях, а кто-то пьёт кофе у воды.

Обычно она шла к центральной площадке. Там висели большие качели. В столь ранние часы людей здесь почти не оказывалось, и Нектей могла наслаждаться тишиной.

Нея опустилась на качели и, слегка раскачиваясь, прикрыла глаза, наслаждаясь прохладным воздухом и тишиной. Пока тишину не нарушил резкий звук музыки. Она приоткрыла глаза.

У соседней качели остановилась молодая девушка. Она тяжело дышала — видно, только что закончила пробежку. Один наушник выпал из уха, и музыка заиграла на телефоне. Девушка быстро выключила звук и подняла наушник, усиленно дуя на него.

Нея с интересом наблюдала за ней. Девушка явно не обладала магией, и всё же Нектей чувствовала: её окружало поле. Магическое. Тёплое, мягкое, смутно знакомое. Оно напоминало кого-то, но было настолько слабым, что Нея не могла распознать, кому оно принадлежало.

Словно почувствовав на себе взгляд ведьмы, девушка обернулась и посмотрела прямо в глаза. Нектей слабо улыбнулась, отталкиваясь ногами.

На удивление, та улыбнулась в ответ и направилась прямо к ней. Обычно люди, столкнувшись с такими, как Нектей — ведьмами, магами, просто носителями сильной ауры — старались держаться подальше. Психика сопротивлялась давлению, и разум находил тысячи причин уйти в другую сторону.

— Привет, — дружелюбно произнесла девушка, остановившись рядом с ведьмой.

Нектей замерла, с интересом её разглядывая, и медленно кивнула.

— Не часто встречаю в такое раннее время людей. Ты живёшь тут рядом?

Нектей снова кивнула. Подумав, она чуть пододвинулась в сторону, приглашая сесть.

— Меня Катя зовут, — произнесла девушка, опускаясь рядом с ведьмой.

— Можешь звать меня Нея, — отозвалась Нектей.

Катя улыбнулась и кивнула. Прикрыла глаза, наслаждаясь первыми лучами солнца. Нею настолько удивляло её поведение, что не отрываясь рассматривала её лицо, ауру и наконец спросила:

— И часто ты подходишь к незнакомым людям?

— Почти никогда, — смущенно ответила девушка. Она опустила взгляд, руки были опущены вниз, и она держалась за край сидения. Сделала глубокий грустный вдох. — Но... — она облизнула губы, обернулась к Нее, и её взгляд задержался на пирсинге в губе ведьмы, — когда…

Она осеклась. Нея, глядя ей в глаза, медленно кивнула, предлагая продолжать.

— Тебе захотелось поделиться со мной своей грустью, когда ты увидела меня? — спросила ведьма. Девушка молчала, казалось, она не могла подобрать верных слов, чтобы описать своё состояние.

Катя растерянно кивнула.

Чёрные глаза Нектей вспыхнули живым интересом и предвкушением. Ведь это было совершенно другое дело. Возможно, душа этой девушки тоже потеряна, но найти её кафе она никогда не сможет. Нея развернулась к ней лицом, подогнув левую ногу, устраиваясь удобнее.

— Если, — заговорила она приглушённым голосом, — в тебе живёт желание поделиться со мной тревогами или задать вопрос... — она говорила, продолжая смотреть ей в глаза, хотя такой долгий взгляд должен был испугать любого обычного человека. Но Катя не отводила взгляд, и смотрела как заворожённая. — О будущем, прошлом… Тебе обязательно стоит это сделать. Но… — она подняла вверх указательный палец, — помни помощь не бывает бесплатной.

— Ты хочешь, чтобы я заплатила за то, что просто расскажу о своих тревогах? — удивлённо переспросила Катя. — Ты цыганка?

Нектей рассмеялась и покачала головой:

— Нет. Я говорю не о денежной плате. У тебя есть нечто большее, к примеру, чистая душа, энергия, что тебя окружает. Возможно, плату за тебя внесёт владелец этой энергии.

Катя замерла в нерешительности. Её тело напряглось, казалось, она собиралась встать и уйти, но так и не решилась на этот последний шаг. Нектей не торопила. За маленькую помощь не бывает большой платы. Может, удача отвернётся на пару раз, но потом к ней придёт большая.

Остаться или уйти — девушка должна была решить сама. Но Нектей так сильно хотелось узнать о ней больше, что она позволила себе чуть-чуть надавить.

— Знаешь, Катерина, — мягко произнесла она, — ни одна встреча не бывает случайной. Ни одно желание не появляется просто так. Иногда стоит сделать шаг навстречу. Ты веришь в судьбу?

Катя смотрела ей в глаза и медленно кивнула. Едва слышно прошептала:

— Верю.

— Считай эту встречу судьбоносной.

— А ты что же, ведьма? — вдруг рассмеялась Катя. Она немного ссутулилась, расслабляясь и с интересом развернулась к Нектей. — Может, и по руке мне погадаешь?

— Может, и погадаю, — ответила Нектей, пожимая плечами.

Катя подозрительно посмотрела на неё и протянула правую руку.

— Вот.

Нектей опустила взгляд. Гадать по рукам она не умела. Карты с собой она не взяла. Расстраивать же доверчивую душу ей не хотелось. Она подхватила руку девушки и накрыла её своей. Прикрыла глаза и начала чуть-чуть раскачиваться.

После чего приоткрыла глаза, опустила их к ладони, как бы всматриваясь в её линии заговорила:

— Твоё сердце неспокойно, — проговорила ведьма. — Ты решила расстаться с любовью всей своей жизни. И не знаешь, правильно ли это решение.

Катя, затаив дыхание, смотрела на свою ладонь. Потом перевела взгляд на ведьму и шёпотом спросила, чуть подавшись вперёд:

— Неправильное?

— В жизни иногда случаются ситуации, — мягко ответила Нектей, — когда любое решение будет одновременно и верное, и ошибочным… и любое приведёт к трагедии.

Катя нахмурилась.

— Что это вообще значит? Какая глупость... — пробормотала она, обмякнув. Она уже почти поверила, что перед ней настоящая ведьма. Думала, та скажет ей, что делать.

Нектей отпустила руку Кати, развела ладони в стороны.

— Не нужно быть ведьмой или ясновидящей, чтобы понять правду моих слов, — пропела она. — Вот смотри. Не расстанься ты с ним и ваши проблемы будут накаляться с каждым годом всё сильнее, пока любовь не обернётся ненавистью. Концом будет трагедия и ненависть.

— Значит, верное решение расстаться?

— Истинная любовь встречается не так часто, как кажется, — ответила Нектей, пожимая плечами. — Расстанься ты с ним, и потеряешь любовь, что была тебе суждена. А жить без любви тоже трагедия. Люди становятся черствыми, скептичными… и начинают на каждом углу твердить, что любви не существует. Что есть только страсть и привязанность.

Катерина морщась смотрела на Нею. Её слова совсем не помогли, только запутали сильнее.

— Но ты сказала, что каждое решение верное… — прошептала Катя. Сердце неприятно билось, внутри росло ощущение ловушки.

— Расстанься с ним и ты никогда его не возненавидишь. Останься и сохранишь свою любовь, — ответила ведьма и вдруг рассмеялась. Катя совсем не разделяла её веселья.

Нектей хлопнула в ладоши:

— Таковы происки судьбы. Нет верного выбора, но нет и неверного.

— Это мне совсем не помогло, — прошептала Катя возмущённым голосом.

— Как это не помогло? — удивленно приподняла брови ведьма. — Отсутствие верного или неверного решения автоматически делает любой выбор неважным. Его можно делать снова и снова… не задумываясь о последствиях.

Нектей провела пальцами по губам и посмотрела на Катерину.

— Расскажи же мне о своих тревогах.

— Тот молодой человек, — проговорила Катя, — Ян зовут, — между делом добавила она, заставив Нектей вздрогнуть.

Многие вещи встали на свои места. Ян был сильным магом, что отказывался признавать и видеть свои силы. Пребывание рядом с ним не осталось без последствий для простой души. Поэтому она не убегала от Нектей и была готова довериться ведьме.

— Связался с кем-то…

Катя поджала губы, посмотрела на ведьму с сомнением и, наконец, шепотом спросила:

— А ты веришь в сверхъестественное? — спросила девушка и с выжиданием посмотрела на Нею.

Нектей посмотрела на неё, слабо улыбнулась и, наконец, произнесла:

— Не все вещи можно объяснить наукой, — произнесла Нея, пожимая плечами. Мысленно добавляя, что особенно существование демонов.

— В общем, я почти уверена, что он поселился с кем-то… очень страшным, — шепотом произнесла Катя. — Я знаю, это звучит глупо, и никто в здравом уме мне не поверит. Я говорила Яну, что его соседи опасны, но он лишь отмахнулся.

Катя опустила голову и глубоко вздохнула.

А Нектей задумалась. Она не считала чертей опасными. Ни умом, ни особой силой они не выделялись. Ну, обманут… максимум, смогут полакомиться грешной душой, и то, если перепадёт. В ад могут увлечь грешную душу. А вот Яну они совсем не опасны.

— А что заставляет тебя думать, что они опасны? — спросила тогда ведьма. Не могла же она сказать человеческой душе, которой не суждено знать об их мире, что это всего лишь черти, которых Ян легко пересилит, если захочет.

Катя тогда поделилась историей про деда, кому принадлежала квартира.

Нектей удивлённо приподняла брови. Она об этом не знала. Ах чёрт, ну ведь плут! Чем он, интересно, подкупил демона Ужеля, чтобы продлить жизнь старику, да ещё и ради квартиры.

Нектей прямо зауважала Вийдана после этой информации.

— Ну разве это зло? — спросила Нека. — Старик должен был умереть болезненной смертью. А он жив, не чувствует боли, имеет возможность видеть своих сыновей.

— Но он отказался их видеть, — шепотом произнесла Катя.

Нея задумалась.

— Я бы тоже отказалась видеть детей, если бы они только и мечтали, как сжить меня со свету и забрать квартиру, — хмыкнула Нектей.

Катя с сомнением отнеслась к словам Неи.

— Если ты хочешь дать себе шанс жить отдельно от него, то позволь и ему делать свои выборы, — произнесла Нектей.

Катя вздрогнула и кивнула.

— Спасибо, что выслушала меня, — тихо сказала она.

Нектей мягко улыбнулась и перевела взгляд на солнце.

— Пора мне на работу, — произнесла ведьма, поднимаясь со своего места.

— Может, оставишь мне свой номер? Угощу тебя кофе, — спросила Катя.

Нектей качнула головой.

— Судьбоносные встречи случаются лишь раз. Иначе можно рискнуть потерять их значимость.

Не прощаясь, ведьма медленно направилась по аллеям парка, наслаждаясь минутами спокойствия, к своему кафе. Город просыпался, и до неё уже доносились громкие звуки машин. Где-то совсем рядом гудела сирена скорой помощи, нарушая и очарование парка и тишину утра, оставляя неприятное послевкусие.

Девушка Яна была очаровательна и добра, но её душа потеряна. Размышляя о новой знакомой, Нектей вошла внутрь своей кофейни. Внутри стоял слегка застоявшийся, нагретый воздух, и она оставила дверь открытой в надежде проветрить своё рабочее место до того, как её заметят те, кому нельзя.

Прошла внутрь и первым делом включила машину, чтобы приготовить кофе. Приобрела она её совсем недавно. Решила: раз уж место носит гордое название "кофешоп", кофе всё-таки должен быть в наличии.

Присутствие демона она ощутила сразу, как только вошла, но делала вид, что не замечает его, занимаясь своими делами, расставляла колбочки с зельями для аромата.

Фаэн сидел в углу кофейни и наблюдал за её движениями из-под опущенных век.

— Я думал, среди душня… среди людей принято желать доброго утра. Целовать при встрече, — проговорил демон.

Нея к этому моменту уже достала свою любимую чашку, налила в неё чёрный кофе, посмотрела на него и насмешливо проговорила:

— Я говорила много раз не приходить без предупреждения.

Демон лениво зевнул, потягиваясь.

— Ну так ты мне скажи, как посылать тебе предупреждения и я буду это делать.

Нектей задумалась, посмотрела на него. В его ответе, на удивление, был смысл. Действительно — как? У Нектей, к примеру, был телефон, но она не могла представить себе демона с мобильником, который будет звонить ей из преисподней. Хотя, судя по рекламным пакетам «Скалафона», развешенным по всем уголкам города, они и туда смогут добраться, особенно если это будет выгодно.

Нектей сама усмехнулась, представив рекламу со слоганом:

«Купите Скалафон — предупредите грешников о будущем»

— А ты по делу ли как? — спросила ведьма.

— Пришёл напомнить тебе, что я твой суженый.

Нея весело рассмеялась. Где же она могла так прогневить судьбу, что её суженый — демон?

Она обернулась к Фаену, чтобы ответить, но испуганно замерла. Перед открытой дверью остановились две женщины и заглядывали внутрь. В обычный день им не следовало бы видеть это место, но Нектей оставила дверь открытой, и те, громко смеясь, обсуждали, что впервые видят эту кофейню.

Нектей вздрогнула и прижала руки к губам. Молодая ведьма ещё не знала, как правильно вести себя в такие моменты.

Фаен вышел в центр зала. Его окутало пламя, и очень низким голосом он произнёс:

— Добро пожаловать в кофешоп.

Женщины завизжали. Одна толкнула подругу прямо на демона и помчалась прочь. Вторая икнула, пискнула и бросилась следом. А Фаен расхохотался. Люди его всегда веселили — такие предсказуемые.

— Ты что наделал! — прошептала Нектей, бросаясь к двери и захлопывая её. Она прижалась лицом к стеклу, высматривая, не осталось ли ещё случайных прохожих, что могли заметить её кофейню.

— Благодаря таким, как я, БЭСовцам хоть есть чем заняться.

— Если они узнают о моём месте и о том, что сюда приходят незарегистрированные жители Преисподней, меня могут закрыть.

Фаен шагнул к девушке. Демон. Высокий. С широкими плечами. От него тянуло жаром и терпким запахом. Он навис над ней, наклонился ближе и произнёс:

— Одно слово, — сказал он низким голосом, — и ни один БЭСовец не сможет тебе угрожать.

Нектей закатила глаза, надавила на грудь Фаена, отталкивая его от себя. Девушка направилась к стойке, подхватила свой кофе.

— Ты в курсе, что Фаерон бежал? Оставил своих чертят без попечения, — в последней попытке привлечь её внимание сказал демон. И не прогадал. Он давно понял: внимание ведьмы можно было завоевать только слухами.

Страх ушёл с её лица, заиграла улыбка, а глаза зажглись интересом:

— Да ладно? — произнесла Нектей.

Фаэн усмехнулся, только в такие моменты он понимал, что Нея провела слишком много времени среди людей.

— А я-то думала, что этот чертёнок пришёл сюда. Ладно Вий, — она махнула рукой в сторону, — он у нас “мечтатель”, но мелкому здесь не место.

— Да, — Фаэн подошёл к стойке и лениво заговорил. — Крона убили. Говорят, что Энгрир пытается занять власть. Ещё ходят слухи, что Кенмар нашёл того, кто способен его воскресить. Вроде как какой-то маг сорвал первую попытку, — хмыкнул он.

— Стой! — Нея нахмурилась. Она читала о демоне, чьё имя произнёс Фаэн. — Но Кенмар же был запечатан в Скалограде на кладбище Воплино!

— Ты слышала верно, — подтвердил Фаэн,.

Он пользуясь тем, что ведьма, к которой его неистово влекло, была погружена в мысли, обошёл стойку. Ему хотелось обладать ею. Подчинить.

— Он скопил ненависть к этому городу. Тот маг, кто бы он ни был, спас людей от верной смерти…

Фаэн протянул руку к ведьме, провёл по её бледной щеке. Его глаза горели страстью. Ведьма спасла его от гибели и это была единственная причина, по которой он до сих пор не подчинил. Но его терпение подходило к концу.

Глава 16. Полиция и Агосян

На следующий день Сергеев вернулся на работу. Он искренне надеялся, что безумный период его жизни закончился. Но, как выяснилось, ведьма была права. Этот период только начинался.

Среди рабочего дня в его офис пришли полицейские и вызвали его в участок на допрос. Они устроили настоящий фурор. Ян ещё не успел уйти, а уже слышал, как коллеги обсуждали, что он мог сделать. Самые смелые даже спрашивали у полицейских, за что его забирают.

Сергеев сидел в душноватом кабинете районного участка. Старый, плохо проветриваемый кабинет: стены в жёлтом налёте, растрескавшаяся краска на дверной раме, шум вентилятора, вечно кружащего воздух, но не дающего прохлады.

За столом сидел капитан полиции Георгий Савельевич Мартынов — крупный, с тусклым взглядом, немного лысеющий. Он время от времени копался в бумагах, не глядя на Яна.

— Значит, нашли девочку, — повторил он в третий раз, глядя в протокол. — А теперь расскажите, где именно вы её взяли и зачем.

— Я же уже говорил, — голос у Яна срывался от раздражения, и он осёкся, — на кладбище. Рядом с каким-то... человеком. Он проводил странный обряд.

— И… этого человека никто не видел, — устало подытожил Мартынов. Он взял ручку и начал постукивать ею по столу и посмотрел на Сергеева. — Только вы один. Очень удобно, да?

Ян напрягся и удивленно приподнял брови, начиная догадываться, что его подозревали в похищении. Был однако не в силах в это поверить.

— Послушайте, — сказал он тише, — если бы это был я… ну… зачем мне тогда приводить её в участок?

— Передумали, испугались закона, — хмыкнул тот.

Сергеев замолчал. Внутри нарастало раздражение, а во рту пересохло.

Глаза метнулись по столу. Перешли на ручку, скомканную салфетку, старый блокнот. И вдруг он увидел камень. Небольшой, с кулак размером, необработанный и оттого тусклый. Лежал у самого края, небрежно оставленный кем-то, ощущался неуместным.

— Это агат? — спросил Ян, подхватывая его и с интересом разглядывая. В разрезе он должен быть очень красивым. Камень лёг в его руку как родной.

Мартынов поднялся, налил себе воды, после чего открыл окно, впуская в кабинет свежий воздух. Обернулся к Яну:

— Я рекомендую написать чистосердечное признание. На пользу пойдёт.

Сергеев перевёл взгляд на полицейского и нахмурился, крепче сжимая камень. Как они вообще пришли к тому, что он похититель?

— Это агат? — повторил вопрос Ян, он сам не знал, почему так сконцентрировался на камне.

— Не знаю, — раздражённо отмахнулся полицейский. — Ты сознаваться будешь или нет? — зло добавил он.

Ян не отреагировал. Он изучал агат, редкий и красивый. Уникальный. Полицейский даже не понимал, какая ценность лежит у него на столе. Камень грел ладонь, и, как всегда, действовал успокаивающе. Ян сжал его чуть крепче. С детства камни всегда помогали ему прийти в себя.

— Ох, Тигран Григорьевич? — пробормотал Георгий Савельевич, смотря за спину Сергеева.

Он, моментально забыв о Сергееве, направился за стол и протянул руку. Ян обернулся — у двери стоял человек из БЭСа. Его взгляд скользнул по комнате, задержался на Сергееве, и на лице появилась лёгкая улыбка.

— Продолжайте, — спокойно кивнул он капитану.

Тот ничего не сказал в ответ, лишь кивнул в сторону Яна, вернулся за стол, достал чистый бланк, ручку и произнёс:

— Давай, пиши чистосердечное.

Сергеев косо посмотрел на лист бумаги, затем на полицейского. Сделал глубокий вдох. И, стараясь говорить спокойно, начал:

— Я уже говорил вам, — он поднял глаза и встретился взглядом с Мартыновым. Тот не отвёл взгляда. Яну показалось, что взгляд стал пустым, но он продолжил говорить. — Я шёл по кладбищу и услышал детский крик. Пошёл на звук. Там был какой-то высокий, крайне странный человек. Вокруг горели костры. Он произносил что-то непонятное. Ребёнок плакал. Я подкрался, кинул камень в этого типа, чтобы отвлечь, схватил девочку и убежал.

Он замолчал и чуть подался вперед над столом:

— Это всё. Я спас её и привёл в участок. Вы верите мне?

— Верю, — неожиданно сказал полицейский и тут же вздрогнул, словно выходя из оцепенения. Его взгляд стал живым, он кивнул Сергееву. — Разумеется, верим. Сейчас я составлю протокол, и ты его подпишешь. Что же ты сразу всё так не рассказал?

Он подвинул к себе пыльную клавиатуру, между кнопками которой давно забилась грязь, и начал печатать.

Ян с подозрением смотрел на него. Он уже рассказывал эту историю и в целом, и в деталях не меньше трёх раз. Однако возмущаться не стал. Не хотелось спугнуть свою удачу.

Когда Мартынов распечатал документ и протянул его, Ян поспешно положил агат на стол и подписал.

— Могу идти?

— Свободен, — кивнул капитан. Он уже потерял к Сергееву всякий интерес и продолжил заполнять какой-то другой документ.

Ян поднялся и направился к выходу. Агосян из БЭСа всё ещё стоял у двери и внимательно смотрел на него. Молодой человек кивнул ему в знак приветствия и направился вдоль коридора. Тигран двинулся следом, не отставая.

— Что ещё? Я уже столько раз повторил одну и ту же историю, что у меня скоро мозоль на языке появится, — с досадой проговорил Сергеев. — Подключите меня, что ли, к какому-нибудь детектору лжи.

Тигран весело рассмеялся и хлопнул Сергеева по плечу своей тяжёлой ладонью. Они прошли по коридору участка, спустились на первый этаж.

— В какой-то степени мы уже это сделали, — хохотнул он. Затем хлопнул ладонями, будто о чём-то вспомнив. — Почему бы тебе не составить мне компанию? Я угощу тебя кофе, а ты расскажешь, как тебе удалось повлиять на сознание Мартынова.

Ян остановился и посмотрел на него с недоверием. Новые подозрени? Он помотал головой.

— Знаете что? Я пас. Я спас ребёнка от какого-то сумасшедшего, и в благодарность меня обвинили в похищении. Я привёз вам эти вещи, а меня едва не обозвали сумасшедшим и шпионом. А теперь ещё и обвиняют в том, что я якобы влиял на чьё-то сознание? Да я, блин, не джедай. Я Ян Сергеев. Инженер-геолог. Работаю в ГеоСкале.

— Всё, всё, вижу ты на грани. Пойдём, кофеем тебя угощу, — примирительно сказал Агосян.

Сергеев замер, собираясь отказаться. Посмотрел на него исподлобья.

— Давай я тебе кое-что расскажу, — мужчина хмыкнул и кивнул Сергееву, предлагая идти за ним. Они вышли на шумную улицу, и он, продолжая говорить, двинулся вперёд, — Когда наши уважаемые стражи закона не могут закрыть дело, им по головушке делают бо-бо. — Он усмехнулся сам себе. — К сожалению, преступления, связанные с ритуалами и магией, почти никогда не раскрываются. А чтобы по головушке не делали, они вешают всё на тех, на кого могут. И ты со своей честной, гражданской душой нарвался по-крупному.

Они подошли к высотке, на первом этаже которой располагалось небольшое кафе. Мужчина из БЭСа уверенно направился к двери. Ян замялся у входа.

— Они тебя так просто не отпустят. В твоих интересах последовать за мной, — сказал Тигран и, не дожидаясь ответа, вошёл внутрь.

Сергеев, просидевший в участке почти три часа, вполне мог в это поверить. Поэтому зашёл следом.

— Но мы же всё подписали… Протокол, объяснение. И тот… как его… Мартышкин…

— Мартынов, — подсказал Агосян. Он показал девушке у стойки два пальца и кивнул на столик у окна.

— Да, Мартынов. Он сказал, что верит мне, — добавил Ян, опускаясь на стул напротив Агосяна.

Тот рассмеялся, хлопнул пухлой ладонью по столу и покачал головой.

— Только молодёжь может быть такой наивной. Или ты, что же, такой великий актёр?

Сергеев молчал. Мужчина расправил плечи и продолжил:

— Открою тебе тайну. Видишь ли, я к магии чуток, вот и почуял твою магическую душу за версту. Потому и подошёл. Не знаю как, но ты точно повлиял на его сознание. А магия такого рода долго не держится. Час-два, и он придёт в себя. Ещё и решит, что ты его загипнотизировал. Так что жди, завтра снова вызовут, и на допросе больше не будет он один.

Он отвлёкся, к столику подошла девушка. Агосян тут же рассыпался в комплиментах. Настолько ярых, что Яну впору было достать блокнот и записывать, чтобы потом поразить Катьку. Правда, повторить их с таким же пылом у него вряд ли получится.

— Тебе чего? — спросил Яна Тигран.

— Латте с миндальным молоком и каплей карамельного сиропа, — ответил Ян.

Агосян скривился и вздёрнул нос:

— Ишь ты, девица что ли…

Сергеев закатил глаза.

— И что, по-твоему, нормальный мужик должен заказывать? Чифир и сигарету?

Агосян замер, потом посмотрел на него и рассмеялся в голос:

— Смотрю, ты разбираешься. И знаешь, что заказывать, когда за решётку упекут.

Он поднял голову к девушке махнул рукой на Сергеева как бы показывая ему тот дамский напиток, а себе заказал черный кофе.

— Я не понимаю, — проговорил Ян, когда девушка отошла. — Ты мне угрожаешь?

— Ох, кому ты нужен, чтобы угрожать. Я тебе помощь предлагаю. Мой отдел занимается такими делами. И помогает… таким, как ты.

— Таким, как я?

— Ну, почти. Парень ты нормальный, не особо крепкий, в магии пока профан. Но вижу есть в тебе потенциал. Давай так: я прослежу, чтобы тебя на следующей неделе не тронули. А ты найдёшь мне того, кто проводил обряд на кладбище.

— Я же сказал, что не видел я его.

— Ты же запрашивал “детектор лжи”?

Ян кивнул. Агосян развёл руки в стороны и кивнул ему, на лице застыла довольная улыбка. Но даже после этого Ян смотрел на него немного туповатым взглядом, явно не понимая, к чему тот клонит.

— Я умею чувствовать, когда мне врут. Дар вот таков.

Девушка принесла заказ и аккуратно расставила посуду: перед Яном — высокую стеклянную кружку, перед Агосяном — маленькую фарфоровую чашечку.

Сергеев, всё ещё переваривая слова Тиграна, поднял кружку, отпил и тут же скривился. В этом городе, похоже, никто не знал, что значит “капельку”. Сиропа плеснули от души, напиток оказался приторно-сладким. Ян поставил кружку на стол и посмотрел на мужчину напротив.

— Разумеется, с доказательствами, — добавил Агосян, вытаскивая из кармана визитку.

Он протянул её Яну. На глянцевом пластике красовались фото, фамилия, подпись и звание: старший полковник полиции Тигран Григорьевич Агосян. Отчество показалось Яну неожиданным. Но ещё больше его удивила строка ниже:

Главный маг БЭС (Бюро Экзорцизма и Спасения).

Начальник отдела ОЗ (Отдела Защиты).

Ян издал смешок.

— Смейся-смейся, — добродушно произнёс главный маг БЭСа. — Не меня же в тюрьму скоро отправят.

Яна передёрнуло. Он зло взглянул на собеседника.

— Неделя у тебя, Сергеев. Приведёшь колдуна и я сделаю так, что твоё имя не появится в деле о похищении Оленьки Кирбановой. Понял?

— Понял, — ответил Сергеев, поднимаясь из-за стола. Он подхватил визитку и направился к выходу из кафе.