Ян и Инь 5. Свой, среди своих.

Глава 1

Захватить ворота, чтобы впустить в город монголов? Отправиться на смертельно опасное задание, без права отказаться? Что дальше? Убить в одиночку Императора и бросить империю к ногам Нугая? С другой стороны, награда, которую он предложил, действительно заслуживает риска. Целый район, со всеми домами и людьми которые там обитают. И нет, в случае успеха я не собираюсь просить себе центральный район. Это слишком нагло даже для меня.

Пауза затягивалась. Нугай смотрел на меня выжидающе, ожидая, по всей видимости, хоть какой-то реакции. А ведь приказав мне идти за ним, после того, как огласил награду за взятие и удержание врат, он спровоцировал сомневающихся тоже выделить хотя бы один отряд! Ведь мало кто решит остаться в стороне, видя, как такой жирный кусок пирога уплывает у них из под носа! Только, боюсь. задача у таких отрядов будет не столько в захвате врат, сколько в том, чтобы не дать сделать это мне.

— Что я за это получу? — спросил я Нугая, на что он недовольно поморщился.

— Я уже озвучил награду.

— Для тех, кто сам решится на это. У меня же выбора, как ты сам сказал, нет. Я потратил много сил, собирая свой отряд. Там нет слабаков и они верят мне. Раз я поведу их на убой, — на этих словах Нугай снова поморщился, — то хотелось бы знать, что нас будет ждать в случае успеха? Ради чего я буду рисковать своей жизнью?

— Чего ты хочешь? — мрачно спросил он, не став сходу мне отказывать, и это меня немного обнадёжило.

На самом деле, пытаясь выбить с Нугая дополнительную награду, я даже не рассчитывал, что у меня что-то получится. Он и так предложил хороший вариант. Да ещё и пообещал защиту, что, в моём случае, было очень важно. Но не воспользоваться моментом я не мог.

— Как я уже говорил, я захватил небольшой городок. Отбил его у клана Красного Змея. Но проблема в том что там нет стен.

— И что ты хочешь? Чтобы я нашёл тебе строителей? — усмехнулся монгол.

— Строителей не надо, — покачал я головой. — Хочу, чтобы туда никто не лез. Не охота тратить время на глупцов, которые будут пытаться забрать его себе.

— С этим я тебе не помогу, — покачал он головой. — Право сильного никто не отменял. Придётся тебе справляться самому. Могу добавить три десятка хороших скакунов, а то те, на которых прискакали твои воины, это же ужас какой-то. На них что пахали?

— Да вроде нет, — я слегка растерялся от такого яростного напора. — Десять скакунов?

— Больше дать не могу. Но могу пообещать, что когда меня официально назначат тысячником, я дарую тебе звание полутысячника. Но при условии, что ты к тому моменту наберёшь себе не менее четырёх сотен бойцов. И не просто наберёшь, но и снарядишь их.

Пару мгновений я раздумывал, после чего согласно кивнул.

— Договорились!

— Но, — остановил меня Нугай, — всё это будет, при условии, что именно ты захватишь ворота.

— Почему это так важно?

— Это уже мои дела, в которые тебе лучше пока не лезть, — отрезал монгол. — Да, кстати. На счёт размера отряда. В каждом не более двадцати человек. Так что хорошо подумай, кого с собой брать.

Нугай указал мне рукой на выход, и мне не оставалось ничего другого, как уйти, уточнив напоследок пару важных вопросов.

— Я бы, кстати, также с радостью посмотрел на карту, чтобы иметь представление, как там всё устроено. И, что касается скакунов. ТЫ сам сказал, что у меня там дохлые клячи. А когда я открою тебе ворота, то в город хлынет толпа, жаждущая богатства и крови. Раз уж мне будет даровано право выбирать район, хотелось бы сделать это как можно быстрее, чтобы не пришлось потом выгонять из него «заблудившихся» чужих бойцов.

— Карту тебе принесут, — пожевал губами монгол. — Что касается скакунов, так и быть в счёт прошлых заслуг я пойду тебе навстречу и велю, чтобы тебе прислали их пораньше. Но! — он поднял вверх указательный палец. — Если ты вдруг облажаешься, а скакуны пострадают, то я возьму с тебя двойную цену за каждого!

После этого, он словно потерял ко мне интерес.

Что ж, лучше ли порученное мне задание, чем мчаться к воротам под обстрелом сотен лучников? Думаю, да. У меня как минимум есть хоть какой-то опыт по захвату городов. Правда, там рядом со мной был Макс, стены были «пожиже», а ещё нам тогда сильно повезло.

Зато сейчас, за моими плечами целая сотня неплохих бойцов. А Акамир так вообще стоит нескольких десятков. И, да, надо подумать, кого взять с собой на стены, а кого оставить. Заодно, соберёмся, посидим с картой и решим, какой район нам будет лучше выбрать, чтобы оставшиеся бойцы, которых, думаю, поведёт Юнгур, сразу же выдвинулись в нужную сторону.

Свой отряд я нашёл без особых проблем. Несмотря на обилие стягов, наш выбивался на общем фоне и притягивал к себе взгляды. И, судя по нездоровому шевелению и громким крикам, не только взгляды, но и проблемы.

— Что тут происходит? — громко спросил я, подойдя поближе.

До массового мордобоя дело ещё не дошло, но всё, похоже, шло именно к этому. По крайней мере красные лица, сжатые кулаки и поток слюней, вылетающий вместе с криками монголов, говорил именно об этом.

— Командир, — крикнул Юнгур, махнув мне рукой. — Моя вина, Ян, — без тени этой самой вины произнёс он, когда я, подошёл к нему, сопровождаемый десятками глаз.

Бросил взгляд на его довольную улыбку, которую он даже не пытался скрыть, на его кулак, который он потирал время от времени, после чего пробежался взглядом по ближайшим лицам и остановился на одном. Монгол с разбитым носом, из которого текла кровь, заливая ему жидкую бороду и грудь, сверлил моего сотники взглядом, полным ненависти.

Хотя, несмотря на то, что под командованием Юнгура и Акамира было по сотне бойцов, называть их сотниками, как я понял, при всех лучше не стоило. Всё же, именно я их ими назначил, а не Нугай. И я теперь не уверен, что имел на это право. Надо будет поднять этот вопрос после того, как разберёмся со всем остальным.

— Я ещё раз спрашиваю, что тут произошло и почему вы, — я обвёл пальцем окружающих нас монголов, — собрались здесь, а не под своими стягами. Почему стоите тут и кричите, вместо того, чтобы готовиться к штурму?

— А тебе какое дело? — раздался возглас из толпы, но я без проблем отследил его источник и уставился на невысокого и какого-то всего дёрганого монгола немигающим взглядом.

Вокруг него сразу же образовалось пустое пространство, и он нервно сглотнул.

— Я командир этого отряда. Сотник Ян – медоед. И в третий раз я повторять свой вопрос не буду!

— Твой боец напал на Тохара и сломал ему нос! — тем не менее выдавил он.

— И что? Что Тохар тут забыл? Ему некуда идти?

— Я сам решаю, куда мне идти и что делать, — со злостью произнёс названный Тохаром, слегка гнусавым голосом.

— Решил? Получил? Какие вопросы?

— Так не делается! Нельзя нападать просто так! — подключился ещё один монгол.

— Просто так? — удивился я. — Юнгур?

— Хотел забрать мой камень, — не менее злобно прищурился на монгола со сломанным носом мой сотник. — Сказал, что я не достоин владеть таким сокровищем! Мол я украл его где-то и теперь хожу, хвастаюсь.

— А ты хвастался? — решил уточнить я.

— Почему бы и не похвастаться? Это отличный трофей, взятый бою. Я лично убил того зверя из тела которого вырезал его!

— Да? И что это был за зверь?

— Я же уже говорил, — сплюнул Юнгур. — Это был лось. Здоровенный! С трудом с ним справились.

— То есть ты, — я ткнул пальцем в того кого назвали Тохаром, — случайно проходил мимо, услышал рассказ Юнгура и решил отобрать у него его трофей? Я всё верно понял?

— Этот камень – слишком большая ценность. Он не может принадлежать какому-то полусотнику! Его место у главы клана!

— Это уже не тебе решать, — с усмешкой ответил я. — Я сам лично даровал его Юнгуру. А теперь идите отсюда, не мешайте нам наслаждаться минутами отдыха.

— Ты тоже не можешь им владеть! — монгол никак не желал успокаиваться

— Когда захватим город, можешь попробовать вызвать любого из нас на бой и, если тебе вдруг каким-то чудом удастся одержать победу, у тебя появится возможность забрать этот камень себе. Но! — я перебил открывшего было рот монгола. — Имей ввиду, что если ты решишься на такую глупость, то живым ни я, ни Юнгур тебя уже не отпустим. Вот и подумай, стоит ли твоя жизнь духовного камня. Пускай и такого большого.

Не обращая больше ни на кого внимания, я кивком головы показал моим командирам следовать за мной и двинулся в центр нашего временного лагеря. Собравшиеся около нашей стоянки монголы ещё немного потоптались, но, в итоге, начали расходиться.

Мы же собрались за походным столом, усевшись на подготовленные для нас стулья. Спустя минуту нам даже принесли горячий, ароматный чай и поставили на стол сладости.

— Это было так необходимо? — обратился я к Юнгуру, который довольно щурился на солнце.

— С какой стороны посмотреть, — тут же ответил он, словно ждал этого вопроса. — Мы же с ним давно знакомы. И он всегда превосходил меня в силе и пользовался этим, — улыбка пропала с лица Юнгура. — Знал бы ты, сколько унижения мне пришлось вынести за эти годы. Но я ничего не мог с ним поделать. Я тренировался, пытался найти и выменять камни, для усиления духа, ничего не помогало.

Мы с Акамиром переглянулись и дружно уставились на Юнгура, который впервые, за время нашего знакомства, рассказывал что-то о себе. А ведь я не раз задумывался, почему он пошёл тогда за мной? Может сейчас, наконец, и узнаю?

— Когда я впервые узнал про вас, то подумал, что вы двое очередные мотыльки, решившие бросить вызов ветру. Но потом, глядя на то, как вы действуете и оценивая ваши силы, я осознал, что каждый из вас превосходит меня в силе. И я решил узнать ваш секрет.

— Узнал? — с усмешкой спросил Акамир.

— Узнал.

— А нам расскажешь? — поддержал я приятеля.

— Идти вперёд, несмотря ни на какие трудности. Верить в себя и доверять тем, кто рядом.

— И всё? — с разочарованием в голосе задал вопрос Акамир. — Какой же это секрет?

— Ты прав, это не весь ваш секрет. Вы, каким-то образом, с лёгкостью справляетесь с духами в таких местах, где сгинули многие достойные дайчины. Ваши духи, они… очень сильны! И за то время, как мы вместе, они стали ещё сильнее!

— А твой разве нет? — решил уточнить я.

— Мой тоже, — кивнул Юнгур. — Но опять же, благодаря кому? А это, — он вытянул за цепочку духовный камень и, полюбовавшись на него несколько секунд, снова засунул за пазуху, — при самом благоприятном раскладе, он выведет моего духа на новую ступень!

— Сомневаюсь, — покачал я головой. — Усилит – да, безусловно. Но на новую ступень не выведет.

— Если мне повезёт, то мой дух сможет открыть в себе стихию!

— А, ты про это! Тогда да, такой шанс есть, — согласился я. — И всё же, что там у тебя с этим Тох… Тах… Тух…

— Тохаром? — Юнгур пришёл мне на помощь, напомнив имя монгола которому он сломал нос

— Да.

— Я пробил его покров! — с гордостью произнёс Юнгур.

— И что в этом такого? — с недоумением спросил Акамир.

— Ни разу, за всё время, у меня не получалось этого сделать. А тут, я смог его пробить голыми руками, без оружия!

— Поздравляю. Но этот Тохур не показался мне хоть сколько нибудь сильным.

— И мне, — кивнул Юнгур, как-то неожиданно немного «сдувшись». — За время нашего с вами пути, я стал настолько сильнее, что теперь тот, кого я всю жизнь считал сильнее себя, не ощущается по-настоящему серьёзным соперником.

— Потом поблагодаришь. Надеюсь, вопрос с Тохаром закрыт? Я не шутил, если он сунется к тебе после штурма, спокойно вызывай его на бой и делай с ним, что хочешь. А теперь, давайте перейдём к действительно важным вопросам, — произнёс я, заметив идущего к нам монгола, которого уже видел в окружении Нугая.

И, думается мне, что он несёт обещанную полутысячником карту. И это означает, что нам пора переходить к составлению и обсуждению плана, касающегося предстоящего штурма. А ещё, я до сих пор не «обрадовал» своих друзей новостью, о задании Нугая.

Глава 2

Не понимаю, к чему была такая спешка, но Нугай решил атаковать этой ночью. Поэтому, мы были вынуждены в срочном порядке выбрать, кто из бойцов отправится с нами на захват ворот, а кто будет участвовать в дальнейшем штурме и обеспечит защиту нашего будущего района. Допускать туда жаждущих отыграться за потери монголов, у меня не было ни единого желания.

По итогу, решаем, что со мной отправятся Акамир, Лэй, все «змеи» и «макаки». Нам, в первую очередь, надо будет как-то забраться на стены. А у них, если верить словам Лэя, это должно получиться. Не знаю, когда и как он это проверил, но звучит логично.

Остальные, под командованием Юнгура, должны будут ворваться в город и прорываться к нужному месту и развесить там стяги, чтобы «застолбить» территорию. Как это всё сработает на деле, сложно сказать. Но даже такой план лучше чем ничего. По крайней мере, каждый теперь представляет, что от него требуется, и что делать в случае, если что-то пойдёт не так.

Моей группе, к слову, скорее всего, придётся задержаться какое-то время на стенах, дабы все видели, что мы на самом деле сражаемся в первых рядах, а не отсиживаемся за спинами.

Вечером, переодевшись в тёмные одежды которые для этого пришлось хорошенько перемешать с углём, мы двинулись к шатру Нугая. Он подтвердил, что всё в силе, но захват ворот желательно начать ближе к рассвету. Переживали что в темноте лошади могут переломать себе ноги.

Забавно, что о животных они думают и переживают больше, чем о бойцах. Но тут ничего не поделать. Такое ощущение, что эта идея сидит в голове у каждого монгола

Когда мы уходили из лагеря, я обратил внимание, что к выходу готовится ещё несколько групп. И во взглядах, которыми они нас провожали, было что угодно, кроме поддержки.

В качестве места подъёма через стену был выбран участок, располагающийся довольно далеко от самих ворот. Вдобавок, стена там была выше чем в других местах, из-за особенностей местности. Камни и трещины не позволяли быстро подобраться к стенам, так что, по нашим прикидкам, там должно быть меньше часовых

Пришлось долго ждать, пока тучи скроют Предков. И пусть из трёх, на небе сегодня было только два, но их свет был достаточно ярким, чтобы можно было заметить крадущиеся к стенам фигуры.

Воспользовавшись опустившейся темнотой, мы стремительным рывком оказались под стенами города. Несколько секунд мы прислушивались, не донесутся ли окрики часовых, заметивших нас и решивших поднять тревогу, но вроде бы всё обошлось.

Мы с Лэем и тремя «макаками», начали подниматься на стены. Остальные остались ждать внизу. Несмотря на то, что я торопился как мог, Лэй лишь слегка отстал от меня.

У самого края, пришлось замереть, дожидаясь, пока мимо пройдут находящиеся там часовые. Как назло, пара из них решили немного поговорить. Обсуждали, что логично, стоящих под стенами монголов. Правда, называли они их тра-тарами, но от этого смысл не меняется. Из их разговора, я вынес, что они не верят в то, что город будет захвачен.

Раздался гневный окрик, и любители почесать языками разошлись, каждый по своему месту. Мы же, выждав ещё какое-то время, продолжили подъём.

Я дождался пока вылезший из меня Инь не подтвердит, что поблизости никого нет, после чего, в одно плавное движение, перевалился через край и сбросил вниз верёвку. Спустя пару секунд, туда же полетели ещё четыре.

Стоило первой пятёрке, в числе которой был Акамир, оказаться наверху, как мы с ним заскользили к ближайшей башне, где должны были скрываться ханьцы. В десятке метрах от нас, можно было увидеть спины патрульных, которые посматривали больше за стены и вверх, чем по сторонам.

К ним, после того, как нас на стене стало уже пятнадцать, выдвинулся Лэй, с тройкой бойцов. Они должны были избавиться от караульных прежде, чем те поднимут тревогу. Учитывая, что внезапно начал моросить дождик, который слегка снизил видимость, у них были все шансы провернуть это незаметно.

Всё шло, как и задумывалось, пока на одном из участков стены вдруг не раздался крик, а потом и шум битвы. Дверь башни, к которой мы в этот момент двигались, внезапно распахнулась, и из неё начали выбегать вооружённые ханьцы.

Завидев нас, они резко замерли и начали вытягивать в нашу сторону оружие. Но это им особо не помогло. Я оказался в их рядах, и они начали умирать, не издавая никаких звуков, кроме предсмертных хрипов. Тех, кто был дальше всех, настигли стрелы Акамира.

Я рвался внутрь башни, чтобы проверить, остался ли кто внутри и разделаться с ними. То, что я назвал башней, было, по своей сути, большой комнатой с выходом на крышу. Здесь, судя по столу и скамьям, должны были отдыхать патрульные. И они тут были и даже успели подготовиться.

Стоило мне оказаться внутри, как в мою сторону полетело несколько арбалетных болтов. Часть пролетела мимо, один я отбил, ещё несколько попали в меня, но отскочили, не сумев пробить мою защиту. Они побросали ставшие бесполезными арбалеты, и схватились за мечи, но я уже был рядом.

Разобравшись с ними, я побежал к лестнице, ведущей на крышу, и вскоре уже был наверху. Тут находилось всего трое ханьцев, один из которых пытался развести огонь в железной чаше. Видимо, чтобы подать сигнал. Остальные двое, с луками в руках, выцеливали кого-то внизу.

Первым я убил того который пытался развести огонь. Лучники начали поворачиваться на шум, но в одного вдруг снизу прилетела стрела, угодив ему прямо в шею, а второго добил уже я.

С небольшой высоты, я огляделся по сторонам и увидел, что на некоторых участках стены идут бои. Видимо, несколько групп отправленных на захват ворот, всё-таки обнаружили. Неудивительно, учитывая, что они привыкли захватывать города совсем другим способом. Я вообще удивлён, что Нугай пошёл на такое. Видимо, у него действительно не было другого выбора, и этот ход был шагом отчаяния.

В нашу сторону пока никто не бежал. Лэй смог убрать часовых, не подняв шум. А вот в стороне ворот царило нездоровое оживление. Соваться туда сейчас не имело никакого смысла. Ханьцы стягивали подкрепление, опасаясь ночного нападения. На других участках стены тоже начали вспыхивать факелы. Надо было срочно что-то решать.

Я спрыгнул вниз и выбежал на стену. Все мои бойцы уже были тут и с ожиданием смотрели на меня. Пускай они не видели того, что видел я, но зато слышали крики и заметили оживление на стенах. Я колебался всего пару мгновений, после чего окинул их взглядом и скомандовал:

— Все вниз. Скроемся в городе и дождёмся, пока они немного успокоятся. Кто-то умудрился растревожить этот улей и сейчас пытаться взять ворота, это чистой воды самоубийство.

Пока остальные бойцы спускались вниз, ко мне подошёл Акамир и негромко спросил:

— Думаешь, они успокоятся к утру?

— Сомневаюсь, — поджал губы я.

— И что думаешь делать?

— Для начала, надо сделать так, чтобы нас никто не заметил и не узнал о том, что мы внутри стен. А дальше… дальше буду думать. Время до рассвета ещё есть.

Нам действительно удалось раствориться в тёмных переулках никем незамеченными. Остаётся надеяться, что, когда найдут убитых и верёвки, которые мы забыли забрать, ханьцы подумают, что мы решили вернуться обратно в лагерь, поняв, что неожиданное нападение не увенчалось успехом.

Мне же надо придумать, как выполнить поручение Нугая. Не думаю, что его как-то тронут аргументы, что это другие отряды не справились, и из-за этого подняли тревогу. Но и просто так идти на смерть не было никакого желания.

Так мы и кружили по улочкам, не сильно углубляясь в центр и стараясь двигаться в сторону ворот. Время от времени, мимо пробегали отряды стражи и проезжали телеги с бочками и не только с ними. Причём, иногда даже проезжали целые обозы. И большая часть из них двигалась в сторону ворот, если я ничего не путаю. Некоторые из них сопровождали стражники. Глядя на один из таких обозов, мне в голову пришла безумная, на первый взгляд, идея.

Обозы шли в обе стороны. В сторону стены заполненные припасами для защитников, обратно – пустые. Вот за одним таким пустым обозом мы и решили проследить. Благо, идти было недалеко, и улицы были пусты, не считая редких патрулей стражников и вот таких обозников.

Телеги, за которыми мы следовали, подъехали к большому зданию. Из него тут же потянулись сонные ханьцы, которые несли и загружали на подводы большие корзины, бочки и ящики. Пока они забивали телеги этим добром, к ним подошёл отряд стражи из дюжины человек.

Их командир, если судить по его одежде и поведению, что-то сказал, после чего, один из грузчиков умчался на, как я понимаю, склад и появился уже в сопровождении ещё одного ханьца. Это явно был не простой работяга. То, как он разговаривал со стражником, как он себя держал, демонстрируя всем окружающим свою значимость, говорили о том, что этот человек облечен если не властью, то деньгами.

Стражник начал импульсивно размахивать руками, всё чаще показывая в сторону стены. Важный ханец тыкал в сторону склада. В конце концов, стражник достал какую-то бумагу и ткнул ей в лицо собеседника. Тот недовольно нахмурился, пробежал взглядом по написанному, с раздражением вздохнул и крикнул что-то своим рабочим.

Пара из них тотчас куда-то убежала. Вернулись они через несколько десятков минут, пригнав с собой ещё одну телегу, запряжённую парой быков и забитую какими-то бочками. Стражник, с кислым лицом, попробовал что-то возразить. Его собеседник пожал плечами, на что воин махнул рукой и, судя по всему, велел важному ханьцу поторапливаться.

Выдвинулись они только через полтора часа. За это время, мы успели изучить близлежащие улицы и прикинули, по какому маршруту они пойдут с большей вероятностью. Там мы и решили устроить засаду.

Напали мы неожиданно. Света на этом участке дороги было мало, так как мы потушили часть горящих фонарей. Стражники оказались не готовы к внезапному нападению, и вскоре все они валялись на земле изломанными куклами. Возничие же замерли от страха, боясь пошевелиться и гипнотизируя взглядами сгусток огня в руке Акамира. В который раз убеждаюсь, что его навык лучше всего подходит, когда надо наглядно продемонстрировать кому-то силу.

Пока мои бойцы раздевали убитых стражников и облачались в их одежду, я подошёл к тому самому важному ханьцу. Несмотря на то, что даже при тусклом свете было видно, что он побелел от страха, держался он, в принципе, неплохо.

— К-кто вы? Зачем вы это сделали? — начал он, стоило мне оказаться рядом с ним.

— Груз везёте к воротам или в другое место?

— Кто…

— Я задал тебе вопрос. Если ты не ответишь, то умрёшь. Итак. Ещё раз. К воротам или в другое место?

— К воротам, — кивнул он, после чего добавил. — Нам сказали, что завтра, с большой вероятностью, ожидается очередной штурм.

— Что было в той бумаге, которую тебе показывал стражник?

— В бумаге? Приказ, что я должен поставить в полтора раза больше стрел, масла и пороха.

— Пороха? — заинтересовался я. — Где он? В тех бочках? — я кивнул головой на телегу, которую подогнали в самом конце.

— Д-да. Вы не местные! — наконец осознал он. — Вы захва…кхх

Я схватил его за горло и слегка придушил, чтобы он не вздумал кричать, привлекая к нам ненужное внимание.

— Слушай сюда и слушай внимательно. Этот город будет захвачен. И будет захвачен сегодня. Тому, кто захватит ворота, будет дарован целый район этого города. Имей в виду, наша группа не одна такая. И я планирую стать тем, кто захватит эти проклятые ворота. Понял?

Ханец судорожно пучит глаза и часто кивает.

— Возможно, уже сейчас, кто-то из них пытается туда пробиться. И, когда ворота будут взяты, в город хлынет вся наша армия. Объяснить тебе, что будет дальше, или сам догадаешься?

Я отпустил горло ханьца, лицо которого уже начало краснеть.

— Бойня, будет бойня, — прохрипел он. — Вы будете убивать, грабить и насиловать. Сожжёте город!

— Последнее вряд ли. А вот во всём остальном ты прав. Не самый лучший вариант для вас, да? — слегка грустно усмехаюсь я.

— Ты не стал меня убивать. Хочешь, чтобы я тебе помог? Зачем мне это, если всё будет так, как ты только что описал?

— Ты невнимательно меня слушал. Я же сказал, что тому, кто захватит ворота, будет дарован целый район. И в своём районе, я собираюсь сохранить всё в целостности. Включая людей.

— Хочешь убедить меня, что не собираешься грабить?

— Последнее точно отнимать не планирую. Мы сюда пришли надолго. Зачем мне забирать всё? Тем более, что я уже захватил один город, тот который контролировал клан Красного Змея.

— Вы захватили Логово Красного Змея? — в голосе ханьца послышалось удивление.

— Да. Ну так что? У тебя есть выбор. Помочь мне и получить защиту для себя и семьи или умереть прямо здесь и сейчас.

— Выбор и правда невелик, — ханец нервно облизнул губы. — Позвольте поинтересоваться, господин, какой район вы планируете себе забрать?

Я достал карту и ткнул пальцем в выбранный нами вариант, усмехаясь про себя. Быстро же он сдался. Торговец, что с него взять...

— Вот этот.

— Если позволите, господин, то я бы посоветовал вам выбрать другой. Вот этот, — он ткнул пальцем в соседний район, после чего поспешил объясниться. — Да, он меньше, чем тот, который выбрали Вы, но там живёт больше людей и находятся мастерские.

— Но мастерские находятся и тут, — я снова ткнул пальцем в район, который мы выбрали общим решением.

— Вам там не понравится. Слишком грязно и шумно. Дороги плохие. А тут есть хорошая, широкая дорога, которая ведёт прямо к воротам. Да и дома тут есть хорошие, большие, с богатой отделкой. Вам будет из чего выбрать.

— Акамир, что скажешь? — обратился я к приятелю, который всё это время стоял рядом, слушая ханьца и внимательно разглядывал карту.

— Это совсем рядом. Даже почти не придётся менять планы. Просто надо будет, чтобы кто-то из нас указал остальным дорогу. А так… даже не знаю.

— Если ты решил обмануть командира Яна, и из-за тебя он получит меньше, чем мог, я выпотрошу тебя живьём и сварю в кипятке, — прошипел Лэй, глядя на замершего в ужасе ханьца немигающим взглядом.

— Я-я не пытаюсь вас обмануть, клянусь. Я просто прошу защиты для себя и своей семьи!

— И я её тебе дам. Но для этого, тебе придётся потрудиться. Пойдёшь с нами, как ни в чём не бывало. Отвлечёшь на себя внимание охранников…

— Как? — воскликнул ханец.

— Поднимешь скандал. Скажешь, что договор был на меньшее количество. Потребуй, чтобы тебе заплатили больше. Мне тебя этому ещё что ли учить?

— Да меня же вздёрнут, за такое!

— Не переживай, не успеют. Просто отвлеки их, а потом им будет не до тебя. Все готовы? — обратился я уже к Акамиру с Лэем.

— На всех одежды не хватило, — покачал головой Акамир.

— Можно засунуть их в корзины. Они большие, туда без проблем поместится один человек, — предложил Лэй.

— Давай, — кивнул я. — Только надо поторопиться. Рассвет уже не за горами. — Эй, как там тебя?

— Фэньфан, господин Ян!

— Просто для того, чтобы ты не вздумал выкинуть какой-нибудь фокус, знай, каждый из нас Связанный. Мы с Акамиром и Лэем убили патриарха Змея и его пятерых самых сильных бойцов. Тоже Связанных. Если ты нас попытаешься сдать, то мы трое точно выживем. А потом, когда город будет захвачен, а он будет захвачен, в этом даже не сомневайся, мы пройдём по твоему району и убьём каждого третьего. Ты меня понял?

— Д-да, господин, — низко поклонился ханец. — Я всё сделаю, как вы сказали!

— Надеюсь на это, — произнёс я, облачаясь в доспехи убитого командира стражников. — Все по местам, и чтобы не звука. Молчите, даже если с вами кто-то попытается заговорить. И будьте готовы сразу же вступить в бой.

— Ты уже не подведи, — пробурчал Акамир, которому пришлось залезать в одну из корзин.

Даже в темноте он привлекал к себе внимание, хотя бы из-за своего роста. Да и, если приглядеться, на чистокровного ханьца он точно не тянул.

— Не переживай, — усмехнулся я. — Фэньфан, идёшь рядом. Кричи погромче, требуй побольше, — скомандовал я нервничающему ханьцу, после чего пробормотал себе под нос, так, чтобы никто меня не услышал. — И да помогут нам Великие Предки!

Глава 3

Пока мы шли к цели, нам по пути попалось несколько патрулей ханьцев. В первый раз я немного напрягся, но постарался не подать виду. Они поприветствовали нас кивками, я ответил тем же, и мы разошлись, каждый в свою сторону. С остальными ситуация повторилась. Стражники окидывали нас и телеги ленивыми взглядами, кивали и шли дальше.

Чем ближе мы подходили к воротам, тем больше патрулей нам попадалось. Но у самих ворот, к моему удивлению, патрулей было не так много. Да и на самих воротах солдат было меньше, чем я ожидал увидеть. С другой стороны, тут было целых две башни, может они прячутся там?

На подходе, в нашу сторону выдвинулся суровый с виду ханец, в сопровождении пятёрки солдат. Жестом приказав обозу остановиться, он обратился к Фэньфану.

— Почему так долго? Мы ждали вас намного раньше!

— Мне пришлось загрузить больше, чем было оговорено изначально! — вскинулся в ответ Фэньфан. — И я лично пришёл поговорить об этом. Изначально, речь шла совсем о других объёмах! Кто мне за это заплатит?

— Заплатит? Ах ты, жадный торгаш! — разозлился ханец. — У нас на пороге вражеская армия, а ты думаешь о деньгах? Да за такое тебя следует вздёрнуть!

Фэньфан, после слов воина, побледнел и бросил в мою сторону затравленный взгляд. Но наткнулся лишь на бесстрастное выражение лица.

— Чего ты крутишь головой? Дошло, наконец, что ты не у себя на рынке, и мы можем наказать тебя прямо сейчас?

Фэньфан, не дождавшись поддержки, с моей стороны, судорожно сглотнул, но всё же нашёл в себе силы продолжить спор.

— Вражеская армия постоит и уйдёт, а убытки останутся. С кого я потом буду требовать деньги? Мне ткнули в лицо какой-то бумагой, но ничего не дали взамен! Пусть мне тогда выдадут документ, где будет перечислено всё, что я привёз и отдельно, за что мне заплатили!

— Аж ты, жадная морда! Решил продолжать настаивать? Ты! — ткнул в меня пальцем ханьский командир. — Хватай его и тащи наверх. Давно было пора показать этим торгашам, что с нами лучше не спорить! Вздёрнем его, преподадим урок остальным. Давай живей!

Я молча кивнул стоящему рядом со мной воину на Фэньфана, и тот подхватил его с другой стороны. Вдвоём мы потащили упирающегося торговца вслед за этим неизвестным воином. Даже не представляю, какое положение он занимает в местном гарнизоне. Точно не десятник. Тот бы, думаю, на такое не осмелился. Может быть сотник?

Между тем, ханец широким шагом двигался к одной из башен. Остановившись у закрытой двери, он с силой бахнул по ней кулаком, после чего принялся кричать?

— А ну, открывай! Заснули что ли?

Скрипнуло, открываясь, небольшое окошко, из которого кто-то принялся испуганно таращиться на злого командира. Пару секунд стояла тишина, из-за чего ханец принялся краснеть всё больше. Но в итоге, из-за двери донёсся неуверенный голос:

— Не положено пускать посторонних…

— Я сказал, открывай! — процедил взбешённый командир, и от него потянуло духовной силой.

За дверью кто-то сдавленно охнул, после чего раздался звук отодвигаемого в сторону засова, и дверь начала медленно открываться.

Ханьский командир не стал ждать и с силой рванул на себя дверь. Мимо него пролетел один из стражников, упав на землю у наших ног. Мы поспешили обойти его, двигаясь следом за скрывшимся внутри башни командиром.

Следом за нами, внутрь дёрнулись было и Лэй с остальными, но их остановили выскочившие из башни другие ханьцы. Нас троих, что примечательно, всё же пропустили, хотя и проводили недовольными взглядами, на что я лишь извиняюще пожал плечами.

Внутри оказалось ещё несколько солдат, охраняющих механизм, который позволял открывать и закрывать ворота. Второй такой, отвечающий за другую створку, должен был находиться во второй башне. Но нам, чтобы туда попасть, придётся ломать дверь. А это время и ненужное внимание. В принципе, можно ограничиться и одной створкой.

Когда мы поднимаемся по лестнице, Фэньфан поворачивает в мою сторону голову, и спрашивает шёпотом:

— Господин, Вы же не собираетесь меня повесить на самом деле?

Одними губами отвечаю ему «нет», после чего, уже громче, говорю:

— Командир прав, твоя наглость перешла все границы и ты должен быть наказан!

Ханец, который остановился на верху лестницы и, скорее всего, слышал вопрос Фэньфана, довольно кивает и скрывается из виду.

Через десяток секунд, мы оказываемся на стене. Два солдата уже возятся с верёвкой, чтобы вздёрнуть наглого торгаша. Сотник, или кто он там, стоит в стороне и с какой-то злой радостью пялится на Фэньфана.

Пробегаю вокруг взглядом и насчитываю больше двадцати человек. Пять из них выделяются на фоне остальных. От них тянет духовной энергией, что подтверждает и Инь. Значит, надо будет начать с них.

Ведём Фэньфана, который чуть ли не виснет у нас на руках, к верёвке. Когда уже доходим до нужного места, снизу раздаются какие-то возгласы. Вытягиваю шею, чтобы посмотреть, что там происходит. Кто-то из стражников тычет пальцем в грудь Лэя, который не пускает их к обозу с корзинами и бочками, в которых сидят остальные наши бойцы.

Конфликт набирает обороты ещё и из-за того, что Лэй никак не отвечает на вопросы, предпочитая отмалчиваться, как и было приказано. Ханец-командир тоже обращает на это внимание и встаёт рядом со мной, заинтересованный шумом. Он даже успевает набрать в грудь воздух, чтобы выплеснуть из себя очередную гневную тираду, когда сформированный на руке шип пробивает ему мозг, пройдя снизу через горло.

Я толкнул его вниз, предварительно накинув на шею петлю, которую мне до этого подал один из солдат.

— Начали! — крикнул я и, пока ничего не понимающие солдаты таращились на болтающееся на верёвке тело своего командира, рывком оказался у пятёрки привлёкших моё внимание ханьцев.

Они начали действовать раньше всех. Одного я успел убить прежде, чем он успел среагировать, но уже второй попытался достать меня мечом, который секунду назад находился у него в ножнах.

От удара я увернулся, после чего сделал широкий шаг и, схватив его за руку с оружием, второй рукой нанёс три удара в грудь, метясь в сердце. Убил уже на втором, так что последний удар был лишним.

Тем временем, оставшиеся трое успели призвать своих духов и окутаться духовной бронёй. На духов тут же бросился Инь, а я сошёлся в сражении с их носителями. Их лица кривились от гнева, но действовали они осторожно, прикрывая друг друга. Думаю, что впятером у них были бы ещё какие-то шансы, а так, их смерть, это лишь вопрос времени.

От очередного удара ханьца, который стоял с левой от меня стороны, я не стал ни прикрываться, ни уворачиваться. Глупо, учитывая, что его меч аж сиял от влитой в него духовной энергии. Точнее, сиял мгновение назад. Когда он коснулся меня, то я даже не почувствовал удара, так как ханец был уже мёртв. Иню хватило нескольких секунд, чтобы разобраться со своим первым противником.

Я же в полной мере воспользовался подвернувшимся моментом и, сбив одного противника ударом в корпус, подскочил ко второму резким взмахом вскрыл ему горло. Тот, которого я уронил, подняться на ноги уже не успел. Инь без проблем разорвал на части последнего духа, когда тот остался без поддержки.

— Командир! — раздался крик бойца, который поднялся сюда вместе со мной.

Стоило мне обернуться, как я тут же сорвался с места ему на помощь. «Змей» с трудом отбивался сразу от пятерых солдат, а за его спиной прятался Фэньфан, зажимающий рану на руке. В паре шагах от них лежал ещё один ханец, глядя безжизненными глазами в начавшее светлеть небо.

Надо поторопиться!

Стоило мне встать рядом с моим бойцом, как ситуация кардинально изменилась. Вместе, мы быстро расправились с оставшимися солдатами, после чего я бросился к краю, чтобы посмотреть, как там дела у остальных.

Они тоже уже закончили и сейчас вооружались луками и арбалетами, чтобы отстреливать бегущих к нам со всех сторон ханьцев. Раненых, на первый взгляд, не было. Но это, думаю, ненадолго. Особенно, учитывая, что из длинного дома, располагающегося в нескольких десятках метров от стены, сейчас выбегали десятки солдат.

Казарма? Вполне возможно. А вот тревогу подняли из второй башни, двери которой сейчас пытался выломать Лэй с парой бойцов.

— Все наверх! — крикнул я, оценив обстановку. Внизу у нас нет никаких шансов. Нас просто снесут количеством.

А вот наверху мы ещё можем попытаться продержаться до подхода основного войска. Но, только при условии, что они не станут медлить. Осталось только подать им сигнал, чтобы они приступили к штурму. Причём, сигнал должен быть таким, чтобы у них не возникло никаких сомнений, что это не ловушка.

— Лэй! Телега с порохом! Толкни в сторону солдат!

Полусотник бросился выполнять мою команду даже раньше, чем я закончил. В два удара он перерубил все ремни, освободи телегу от животных. Схватившись за борт, они второём приподняли её и побежали навстречу приближающимся вражеским солдатам.

Мимо них покатились бочки с маслом, которые Акамир догадался отправить в их сторону. Благо, от ворот, в сторону центра города, шёл небольшой уклон. Бочки, пускай и не особо быстро, но катились навстречу ханьским солдатам.

— Назад! — закричал приятель, воспламеняя стрелу духовной энергией и своей стихией.

Горящий снаряд попал в дальнюю бочку, которая начала уже потихоньку разваливаться, из-за чего за ней оставался еле видимый в ночи след от разлившегося масла.

Вспыхнуло резко и ярко! Не знаю, что там было за масло такое, но горело оно очень хорошо. Правда, сильно коптило, из-за чего в небо начал подниматься густой и чёрный дым.

Следом за первой стрелой полетели следующие, каждая их которых поражала свою цель. Вскоре полыхало так, что ханьские солдаты были вынуждены остановиться, не в силах бороться с жаром.

— В башню! — заорал я, стараясь перекричать вой сгорающих заживо людей, которым не повезло оказаться в самом пекле.

Все, кроме Акамира, последовали приказу. Один за другим, все бойцы оказались внутри башни и, судя по скрипу, начали крутить механизм, открывающий ворота. Сейчас, те, кто смотрит со стороны, должны наблюдать, как одна из створок дрогнула и начала раскрываться. Но даже так, думаю, что этого может оказаться недостаточно, чтобы заставить Нугая двинуть войско на штурм.

Между тем, Акамир наконец выпустил последнюю стрелу, которая, как по мне, горела ярче, чем все предыдущие, раза в три. Сам он тут же сорвался с места, чуть ли не запрыгнув в башню и потянув на себя дверь.

— Все вниз! На пол! Быстро! — закричал я, подавая остальным пример.

От раздавшегося взрыва заложило уши. Спустя несколько мгновений, над головой прошла волна жара, от которой затрещали волосы у валяющихся рядом бойцов. И это при том, что многие из них успели хоть частично прикрыться духовным покровом. Слабеньким, конечно, на большее они пока не способны, но даже так, он уберёг их от ожогов и многочисленных мелких ран.

— Стяг! — снова прокричал я, как можно громче.

В ушах звенело, и я засомневался, что меня кто-то услышит. Услышали. Из захваченной нами башни выбежало несколько бойцов. Пара из них на ходу разворачивала самый большой стяг, который мы с собой взяли именно для этой цели. Ещё несколько сжимали в руках луки, направив их в сторону города и второй башни.

— Командир Ян! — крикнул один из бойцов, который крепил флаг. — Скачут, командир!

Я бросился к стене и увидел сотни всадников, устремившихся к воротам. Они вовсю нахлёстывали своих лошадей. Что ж, наш «сигнал» они, судя по всему, заметили. Теперь нам осталось только продержаться до их подхода. И это не будет легко, учитывая, что к нам со всех сторон бегут десятки и сотни солдат.

Огонь, который охватил почти всю привратную площадь, довольно быстро тух. И дело не только в том, что ханьцы вовсю засыпали его песком. Просто к нам прорывался сильный духовед. Или несколько. Последнее более вероятно, так как я начал различать стихии ветра, воды и земли.

Акамир уже вовсю командовал стрелками, которые посылали в сторону предполагаемого противника стрелы одну за другой. Не думаю, что это сможет причинить им существенный вред, но может хотя бы отвлечёт ненадолго.

— Оттащи Фэньфана в башню и приглядывай за ним, — скомандовал я тому самому бойцу, который его до этого прикрывал.

Тот молча кивнул, схватил торговца за ворот и потащил его за собой в укрытие. Думаю, внутри башни у него будет больше шансов уцелеть, когда тут начнётся побоище. А оно точно начнётся, судя по тому, что я вижу сквозь уже не такие густые клубы дыма.

Подкрепление к защитникам врат, пусть и слегка поздно, но пришло. С крыши не захваченной нами башни, нас начали обстреливать засевшие там солдаты. В ответ в них летели стрелы уже с нашей стороны. Со стороны города бежала огромная толпа солдат, которых обгоняли два десятка Связанных. То, что это были именно Связанные, говорило наличие у них разнообразных духов. Я даже заметил пару змей. Недобитки из клана Красного Змея или представители другого клана?

Неважно. В любом случае, все они сегодня умрут. Я вообще не понимаю, почему ворота, одно из самых слабых мест в обороне города, охранялись настолько плохо? Надеялись, что, в случае атаки, сумеют быстро подтянуть основные силы? Или, может быть, рассчитывали на тех пятерых Связанных, с которыми я расправился меньше чем за минуту? Что это, глупость или халатность, которая стоила им города? Кто виноват, что подобное произошло?

Мысли мелькали, не задерживаясь в голове, а я готовился к встрече с приближающимся противником. Всё тело уже было покрыто стальным доспехом и духовной защитой. Я планировал ударить каменными шипами, когда вражеские духоведы окажутся ещё ближе. Руки подрагивали от нетерпения, в ожидании хорошего сражения, а губы, сами собой, растягивались в подобие звериного оскала.

Глава 4

Практически все мои бойцы уже вооружились луками и арбалетами и со всей возможной скоростью выпускают стрелы и болты в сторону приближающегося противника. Ханьские Связанные рвутся в нашу сторону, не обращая внимания на пролетающие мимо снаряды. Редкие попадания они игнорируют, так как мало кто умеет заряжать стрелы духовной энергией, способной пробить их защиту.

Единственный, у кого это получалось, был Акамир. Но его на всех просто не хватало. Из более, чем двадцати Связанных, он смог убить или вывести из строя всего четверых, прежде, чем они преодолели разлитое на площади море огня.

Я внимательно наблюдал за ними всё это время, пытаясь оценить уровень их силы. Половину можно сразу же отсеять. Хоть они и владели духовной защитой, но уровень развития их духов не намного превосходил моих бойцов. Думаю, что мои бойцы смогут их сдержать, пусть им и придётся откровенно тяжело.

А вот остальные выглядят вполне себе серьёзно. Не на уровне патриарха Красного Змея, но, за счёт количества, у них есть высокие шансы перебить большую часть моего отряда и даже не позволить монголам ворваться внутрь. Если у них это получится, то все наши усилия, выходит, будут напрасны.

— Акамир, — я начал быстро раздавать указания. — Поддержи огнём. Вперёд не лезь. Лэй, на тебе командование. Если всё посыпется, запирайтесь в башне и попытайтесь дотянуть до прибытия приближающейся армии.

— А ты? — успел спросить меня приятель, пока я не спрыгнул вниз.

— Я? Я постараюсь выгадать нам немного времени, — криво усмехнувшись, я спрыгнул вниз, проскользив по стене, и побежал навстречу ханьцам.

Те, увидев меня, кажется, ускорились ещё больше. Рядом с ними бежали и ползли их духи. Почти все, время от времени, вспыхивали своей стихией. В основном там был воздух, вода и земля. Огня я не видел. По силе они были примерно равны Акамиру. К такому выводу я пришёл, глядя на то, как стрелы приятеля с трудом проникают сквозь их духовный покров, не нанося им особого вреда.

Мы встретились с ними метрах в десяти от ворот. Их мечи уже начали мерцать от пропущенной через них энергии, когда я нанёс свой первый удар.

Десятки каменных шипов резко вырвались из под земли под разными углами. Слабым Связанным они проткнули ноги, сильных заключили в своеобразную ловушку, сбивая их с ритма. Я не рассчитывал, что это сможет удержать их надолго. Моя задача была заставить их остановиться хоть ненадолго.

Пока они ломали каменные шипы, я успел подскочить к дёргающемуся ханьцу. Несколько ударов стальными лезвиями, сформированными на месте костяшек, и количество наших противников сократилось на одного.

Ханьцы, увидевшие столь скорую расправу над одним из своих соратников, словно озверели. Один за другим, они начали вырываться из каменного плена. Но я не собирался отпускать их так легко.

Продолжая создавать каменные шипы, я ворвался в их ряды и начал наносить удары, метясь в лицо. Духовную защиту с одного удара я практически никому не пробивал, но зато собирал их внимание на себя. Стоило им освободиться из ловушки, как они бросались следом за мной, пытаясь окружить и отжать от ворот.

По всей площади раздавался громкий звон и оглушительные хлопки, когда их мечи сталкивались с моей защитой. В какой-то момент, после особо удачного удара одного из врагов, меня отшвырнуло от стены метра на три.

Не успел я подняться, как на меня посыпался град ударов. Мне удалось схватить одного из ханьцев и притянуть его к себе. Думал, что прикрывшись одним из них, сумею выгадать себе несколько драгоценных секунд, чтобы оценить обстановку. Но я недооценил жажду крови этих сумасшедших.

Ханец, которым я прикрылся, словно живым щитом, разлетелся на части от десятка ударов. Как по мне, ему бы хватило всего двух-трёх, учитывая, в каком состоянии он находился. Но нет, озверевшие враги настолько жаждали покончить со мной, что ударили меня не жалея сил и энергии.

От моего «живого щита», кажется, не осталось ни одной целой части. Да и мне досталось. Несколько ударов смогли пробить всю мою защиту, и я ощущал, как грудь щекочут струйки крови, вытекающие из десятка ран. Судя по тому, что двигаться я мог, ни одна из них не оказалось достаточно тяжёлой. Но вот то, что моя броня не справилась, заставило меня сильно напрячься.

Инь тоже уже с трудом отбивался от вражеских духов. Несмотря на то, что он успел «сожрать» тела пары из них, сильно ему это не помогло. Если бы не поддержка Акамира, который, на пару с Алевом, продолжал атаковать со стены, то всё было бы ещё хуже.

Я даже начал уже задумываться о том, чтобы попробовать провернуть тот же трюк с Поглощением (не помню, как называл), благодаря которому те Змеи стали сильнее, но, слава Великим Предкам, делать этого мне не пришлось.

Сначала до моего сознания добрался повторяющийся крик одного из бойцов. Он спрятался за заграждением и, время от времени, поглядывал за стену. Был ли это приказ Лэя или его собственная инициатива, но подход наших войск к воротам, он увидел первым. А следом, я осознал, что это был за гул, который беспокоил меня последние несколько секунд.

Гул и вибрация под ногами. И почувствовал их явно не только я.

Ханьцы, которые собирали силы для следующей атаки, сперва переглянулись друг с другом, после чего начали оборачиваться на ворота. Сквозь раскрытую створку можно было увидеть скачущих на нас монголов, которые толкали перед собой свой коронный барьер.

Краем сознания я успел отметить, что Нугай не стал отсиживаться за спинами своих воинов и лично повёл их в атаку. Дальше я уже действовал на одних инстинктах, которые твердили, что оставаться на пути у подобного не стоит.

Наплевав на оставшихся врагов и боль от ран, я со всей возможной скоростью рванул в сторону, стремясь оказаться как можно дальше от накатывающей волны всадников. Связанные, с которыми я только что сражался и которые меня практически добили, дёрнулись было за мной, но не успели на считанные мгновения.

Грохот, который раздался слева от меня, был сравним со взрывом пороха, вот только последнего там точно не было. Просто барьер монголов столкнулся с полуоткрытыми воротами и вынес их с «мясом».

Я бросился на землю,прикрыв себя невысокой, но толстой каменной стенкой, по поверхности которой застучали обломки ворот, стены и даже мостовой. Подхватившись с земли, я снова побежал, слыша приближающийся топот. Не желая рисковать, я поспешил прижаться к стене, после чего уже решил осмотреться.

Передовой отряд монголов столкнулся с ханьцами, и результат вышел неоднозначный. Связанные сумели вовремя среагировать и объединиться, благодаря чему умудрились выдержать первый, и самый сокрушительный, натиск дайчинов. Но при этом, они понесли первые жертвы, в то время, как монголы отделались всего лишь разрушением и исчезновением барьера.

Сражение на привратной площади набирало обороты. Монголы снесли вторую створку ворот, когда ворвались в город. И теперь рекой вливались внутрь, тут же попадая под град стрел от всё прибывающих защитников.

Я нашёл взглядом Акамира, который догадался собрать бойцов и скомандовать им спускаться со стены. Смысла и дальше там оставаться действительно не было. Всё, что от нас требовалось, мы выполнили, теперь пора бы подумать и о себе.

Когда мой отряд добежал до меня, я недовольно поморщился. Мы выглядели, словно какие-то грязные, побитые оборванцы, но никак не бравые бойцы. И если на внешний вид в целом было плевать, то физическое состояние бойцов оставляло желать лучшего.

Практически все ранены, причём четверо тяжело. Ещё двое убитых, из «макак», если не ошибаюсь. Тяжелораненых и убитых на себе тащили бойцы, которым досталось не так сильно. А это означало, что из двадцати бойцов, при внезапном нападении, сходу смогут дать отпор только восемь. А ведь ещё надо присматривать за Фэньфанем, который с трудом стоит на ногах. И дело не в усталости или ранении. Просто, судя по всему, он никогда раньше не оказывался в самом сердце битвы.

С другой стороны, если нам не попадутся сильные Связанные, то мы с Акамиром и Лэем справимся и втроём. По крайней мере, я на это рассчитываю. Поэтому, надо потихоньку выдвигаться в сторону выбранного нами района, не забывая по пути оставлять знаки для остальных. Я, кстати, думал, что их пошлют в первых рядах, но знакомого знамени пока не увидел.

По всему городу звучали тревожные колокола и барабаны. Поздно, как по мне. Пустынные ещё час назад улицы стремительно заполнялись вооружёнными людьми. И не простыми обывателями, а людьми, в одинаковой одежде и с однотипным оружием. Всё их различие было в цвете и символах, которые были вышиты на одежде бойцов. Похоже, что в дело вступили кланы. Вопрос в том, будут ли они защищать свою территорию или поспешат на защиту города?

На один из таких крупных отрядов мы и натолкнулись минут через десять. До этого нам попадались небольшие группы солдат, человек по десять-двадцать. А тут, мало того, что их навскидку было примерно пять десятков, так ещё среди них были и Связанные.

На их беду, мы заметили их первыми и тут же напали, в полной мере воспользовавшись тем, что они не ожидали встретить врагов так далеко от ворот. Их Связанные не успели толком отреагировать, и поэтому, нам с Акамиром удалось без особого труда с ними расправиться.

Обычные же воины, увидев столь скорую гибель самых сильных бойцов, сначала попытались дать нам отпор, но, потеряв ещё полтора десятка воинов, попытались отступить.

Естественно, что мы не стали давать им такую возможность. Не будь у нас раненных, и мы бы покончили с ними за несколько минут, а может и вообще дали им уйти. Но, с ранеными на руках, двигаться вглубь города, каждую минуту ожидая удара в спину, было бы верхом глупости.

На их счастье, на шум битвы подоспел ещё один отряд ханьцев. В этот раз, чуть поменьше. Человек в сорок. Но тоже со Связанными. Почти сбежавшие было остатки первого отряда приободрились и встали намертво, надеясь на поддержку вновь прибывших.

Из-за шума битвы и звона железа, цокот множества копыт что мы, что ханьцы услышали слишком поздно. Всё, на что нас хватило, это отступить к стене одного из домов так, чтобы хотя бы спины были прикрыты.

Скакали со стороны ворот. Но мы не спешили радоваться. Я постоянно держал в голове, что от нас могут попытаться избавиться, воспользовавшись царящей в городе неразберихой. Попробуй потом разберись, кто порубил на куски два десятка бойцов.

Первым делом, я бросил взгляд на знамя, которое развевалось на древке скачущего по центру воина. Не наше, но что-то знакомое. Теперь бы ещё понять, как нам на них реагировать, встречать радостными криками или сталью.

Своим усиленным слухом я смог различить отданную, по всей видимости, командиром команду, и всадники разделились на две части. Одна поскакала на ощетинившихся оружием Ханьцев, вторая устремилась к нам. И, что самое неприятное, перед ними внезапно появился столь знакомый мне барьер. Не особо сильный, но разрушить стену дома таким можно, что уж говорить о простых людях.

— Внимание! Враги! Акамир, бей! — закричал я, и мои бойцы, не задавая ни единого вопроса, поспешили выполнить мой приказ.

От приятеля, в сторону приближающихся всадников, понёсся поток огня. Акамир поступил по-хитрому. Он увеличил площадь, что привело к уменьшению силы, но зато, таким образом, ослепил на несколько секунд монголов.

Пока они пытались избавиться от ярких пятен перед глазами, я уже оказался около них. Первым делом я постарался разрушить барьер. У меня это получилось, пускай и не сразу. Пришлось нанести с десяток ударов, прежде чем он разрушился. А потом я принялся за самих атаковавших нас монголов.

Особо я не церемонился и бил, куда придётся. Доставалось не только всадникам, но и лошадям. К шуму битвы присоединилось ржание, полное боли. Уверен, что по мнению монголов я сейчас совершал весьма постыдный поступок, но мне было плевать. Зато я смог остановить их натиск.

Зря они разделились. С общим барьером мы бы с Акамиром точно не справились. Слишком много сил уже успели потратить. Я вообще не представляю, откуда приятель берёт силы, чтобы атаковать с такой силой. Я вот, например, уже при всём желании не смогу создать даже самого тонкого каменного шипа. Все мои силы уходят на поддержание металлической и духовной защиты.

Всадники довольно быстро оправились от нашего неожиданного удара и атаковали в ответ. Пять духов-коней и один степной волк. Довольно сильный отряд с большим количеством дайчинов.

Стоило духам проявиться, как Инь с Алевом тут же на них напали. Не знаю, как лис, но медоед явно спешил пополнить растраченные запасы сил, поглотив своих врагов. И я был обеими руками «за». Мне не хватало сил, чтобы пользоваться своими призрачными конечностями. Хотя тут они бы точно не помешали.

Монголы с какой-то животной яростью бросились в атаку, практически не обращая внимания на моих бойцов, сосредоточив всё своё внимание на мне. И, вероятно, именно поэтому пропустили появление нового участника.

Очередные всадники показались в начале улицы и молча поскакали в нашу сторону. Шесть десятков воинов, верхом на конях спешили принять участие в сражении. По всей видимости, Юнгур взял почти всех бойцов, оставив в лагере обозников и десяток охранников.

Мой сотник скакал первым, даже не подумав создать перед собой барьер. Хотя, может у него просто не было на это сил? Не важно. Главное, что он нашёл меня. И нашёл вовремя. Вместе мы уж точно справимся с неизвестными нападающими, а после узнаем, кто они такие, и кто их послал…

Глава 5

— Ян! Держитесь! — закричал Юнгур, с яростью врубаясь в ряды противников.

Монголы, конечно же, начали разворачивать коней, чтобы встретить нового противника, но было слишком поздно. Даже несмотря на то, что мои бойцы сражались в седле намного хуже, всё равно перевес был на нашей стороне.

Это дошло и до вражеского командира, когда из всех его бойцов осталось не больше дюжины человек. В какой-то момент он поднял свой меч вверх и закричал изо всех сил, пытаясь перекричать шум битвы:

— Остановитесь! Прекратите! Хватит!

Его воины тут же оттянулись к нему, не спеша опускать оружие. Сам он кинул на меня затравленный взгляд, после чего обратился к Юнгуру.

— Брат! Зачем ты напал на нас?

— Ты сейчас серьёзно это спрашиваешь? — оскалился Юнгур.

Учитывая, что его лицо было всё залито вражеской кровью, выглядела его «улыбка» довольно жутко.

— Какие шутки? — вновь воскликнул монгол. — Ты ударил нам в спину, когда мы сражались.

— А ещё раньше то же самое сделал ты сам, — не остался в стороне Акамир.

— Заткнись, рус! — выплюнул в его сторону командир монголов. — Я разговариваю с достойным дайчином, а не со всякими приживалами!

— Это мы-то приживалы? — не на шутку удивился Акамир. — Может ты нас с кем-то перепутал, бедолага?

— Два руса, которых взял под свое крыло Нугай, выделив их вместо достойных дайчинов! Тут сложно ошибиться. Выскочки, которые взлетели слишком высоко, не понимая, собакам место на земле!

— Собакам? Ты всё же, верно, ошибся, дорогой! — уже не скрываясь засмеялся Акамир. — Уж мы-то точно не собаки. Я – лис, Ян – медоед, остальные наши бойцы… впрочем, это не твоё дело, кто они. Но точно не собаки. Так что тебе лучше забрать свои слова обратно, если не хочешь, чтобы мы продолжили.

— Юнгур, брат дайчин, ты так и будешь стоять?

— Ты совершил большую ошибку, Алаг! — покачал головой Юнгур. — Я знаю тебя и знаю твоего отца, и понимаю, что он не оставит этого, — монгол обвёл рукой вокруг, — просто так.

— Ты о чём? — не понял тот.

— Я передам ему, что ты сражался, как настоящий дайчин, но противник оказался сильнее.

После этих слов, мой сотник ударил своего коня коленями и, когда тот, еле слышно заржав, скакнул вперёд, ударил окутанным духовной энергией мечом прямо в шею Алага.

— Убить всех! — крикнул он. — Никто не должен уйти!

Бойцы, которые были под его командованием, тут же бросились исполнять приказ. Они рубились яростно, но не теряя головы. Прикрывали друг друга и отступали, если понимали, что не могут справиться. Через десяток минут, со всеми вражескими всадниками было покончено.

— Ты его знал? Почему приказал атаковать? — спросил я Юнгура, после того, как всё было закончено.

— Его отец, один из приближённых Дамдина.

— Дамдина? Но почему тогда этот Алаг не отправился с отцом.

— Этого мы уже не узнаем. Мне известно только одно, если до него дойдут слухи, что в смерти его сына виноваты мы, то он постарается с нами разделаться.

— Так может не стоило его убивать? — задал разумный вопрос Акамир.

— Алаг бы не успокоился и, рано или поздно, нам бы всё равно пришлось решать с ним вопрос. А так, есть возможность свалить всё на ханьцев, — пожал плечами, Юнгур. — Кстати, Ян, а куда вы направляетесь? План же был совсем другой?

— Мы решили переиграть, — медленно произнёс я, прокручивая в голове слова Юнгура.

Он явно лучше меня разбирался во всех взаимоотношениях между кланами и семьями. И, раз он с такой уверенностью говорил о том, что от отца Алага не стоит ждать ничего хорошего, то, возможно, его словам можно верить. Тем более, что он лично убил Алага и, в случае, если всё вскроется, станет первой целью для потерявшего сына отца. Не мог же он это не понимать? Но всё равно, он отдал приказ воинам атаковать.

— Двигаемся дальше. Скоро будет нужный перекрёсток, с которого выйдем на улицу, ведущую к району, который мы решили взять себе в качестве награды.

— Другой район? Но почему?

— Да появился у нас один советчик из числа местных, — я кивнул в сторону Фэньфана, который стоял, прижавшись к стене дома, и старался не отсвечивать. — Просвятил нас немного касательно местной обстановки.

— И ты ему веришь? — прищурился Юнгур.

— Его доводы выглядели разумными. К тому же, он помог нам захватить ворота. Так что, нет, до конца я ему, конечно же, не верю, но и обманывать нас у него нет причин. Если у нас что-то не получится, умрёт не только он, но и, вполне вероятно, вся его семья.

— Понятно, — кивнул Юнгур. — На счёт ворот, Ян.

— Что с ними?

— Идея со стягом была потрясающей! Только что вы там такого устроили, что четвёртая часть площади у ворот полыхала? Да и тот взрыв… это же был порох?

— Порох, порох. Может уже двинемся дальше, вместо того, чтобы стоять тут? — влез Акамир, прерывая поток вопросов со стороны Юнгура. — Я тебе потом всё расскажу. Сейчас же, думаю, нам лучше поторопиться, нет?

— Ты прав, — кивнул я. — Оружие, доспехи и лошадей – всё оставляем тут. Ничего с собой не брать. Если уже успели припрятать понравившийся клинок, то выбрасывайте сейчас же. Это приказ!

Послышались звуки удара железа о камень. Мои бойцы действительно оказались довольно шустрыми и уже успели набрать себе трофеев. Хорошая привычка, как ни крути, но в данной ситуации, лучше не брать с собой ничего, что бы могло нас связать с мёртвым Алагом и его отрядом.

— Юнгур, ты был без барьера. Мало сил осталось?

— Нет, просто решил, что мы и так справимся.

— Отлично, тогда, ты двигаешься первым.

— Понимаю, — кивнул он, окидывая нас взглядом с ног до головы. — Так вы! Слезли с коней! Посадите на них раненых и закрепите убитых!

Юнгур бросился наводить порядок, а я же решил воспользоваться минутой отдыха. Очень сильно хотелось просто улечься на мостовую, но приходилось соответствовать образу непоколебимого командира. Думаю, в глазах большинства бойцов, мы совершили настоящий подвиг, взяв ворота города, не хотелось бы испортить это впечатление.

— Сейчас бы в тёплую купель, да под нежные девичьи руки, — мечтательно протянул подошедший Акамир. — Ты как, держишься?

— В порядке, — подтвердил я. — Но лучше бы нам избегать подобных встреч. Ты сам-то как? Я видел, краем глаза, что ты там вытворял на стене. Спасибо тебе, что прикрыл.

— А как иначе? — искренне удивился приятель. — Кто, если не я? Но, да, я вычерпал себя почти до дна. Сил не хватит даже на одну стрелу огня.

— Почти также. С трудом хватает на доспех.

— Ну, значит, пришло время нашим ханьцам показать, на что они способны.

До нужного нам перекрёстка мы добрались без нежелательных встреч. А всё благодаря тому, что Юнгур отправил вперёд десяток «крыс». У них прекрасно получалось прятаться и неожиданно атаковать со спины, если возникала такая необходимость. Они так разобрались с двумя отрядами стражников, которые попались нам на пути.

Когда мы практически дошли до нужного места, поступила команда остановиться. Наши разведчики засекли большой отряд. Почти сто воинов, двигающихся в сторону стены, несущих штандарт с изображённым на нём крокодилом.

Да, пусть я сперва принял символ за ящерицу, но это точно был крокодил. Я вроде бы даже что-то слышал про этот клан. Если не ошибаюсь, они враждовали со Змеями. Не настолько сильно, чтобы начинать с ними войну, но не упускали шанса, при возможности, подгадить друг другу.

Мы дождались, пока они уйдут подальше, и только после этого уже вышли на перекрёсток. Двое «макак» тут же полезли на стены домов, чтобы закрепить куски ткани с фигурой оскаленного медоеда. У нас их было много. Пока мы бродили по аномалии, Онгур занял найденных в городке мастеров изготовлением флагов с нашим символом. Тогда я ещё подумал: «зачем нам столько?», но, как вижу, пригодились.

Вывесив флаг, обозначающий наши притязания на этот район, мы двинулись вглубь него. Надо было заняться созданием хоть каких-нибудь укреплений и поиском отрядов стражи и клановых гвардейцев, наподобие тех же Крокодилов. Хм, и как я сразу об этом не подумал?

— Фэньфан! — позвал я торговца, который успел прийти в себя. — Сколько кланов и какие обитают на этой улице?

— Три клана, господин Ян! — тут же ответил ханец. — Но все три, лишь малые кланы.

— Малые? Сколько воинов?

— Не больше тридцати у каждого, господин!

— Всего? — удивился идущий рядом Акамир.

— Да, господин Огненный Лис! Этого хватает для охраны дома и мастерских.

— Огненный Лис, — хмыкнул я. — Получается, в худшем случае, нам будут противостоять под сто бойцов, если считать Патриархов кланов и других мужчин семьи. Плюс ополчение… Человек двести? Триста? — я вопросительно посмотрел на Фэньфана.

— Ск-к-корее т-триста, — ответил он. — Даже больше. Но, позвольте обратиться к Вам с просьбой, благородный господин Ян!

Ханец неожиданно бросился передо мной на колени и ударился лбом о камни дороги. Так он и замер, по всей видимости, дожидаясь, пока я действительно разрешу ему задать мне какой-то вопрос.

— Спрашивай, — велел я. — И поднимись!

Фэньфан тут же вскочил, но голову не поднял. Слегка подрагивающим голосом, он произнёс:

— Великодушный господин Ян, ополчение – это обычные работяги, которым сунут в руки вилы, молоты и мётлы и погонят на вас.

— Я это прекрасно понимаю.

— Ваши воины сильны, и, я уверен, вы без труда справитесь и с клановыми бойцами, и с ополчением. Но многие из них погибнут, и тогда некому будет работать в мастерских, которые будут Вам принадлежать!

— Акамир, смотри! У тебя появился конкурент, — я кивнул на торговца, по лбу которого стекала тоненькая струйка крови, так сильно он ударился о камни головой. — Тоже хитрый, как лис.

— Господин Ян! Я не…

— Фэньфан! А что ты нам предлагаешь? Стоять и смотреть, как эти самые крестьяне бегут на нас с вилами и… что?

— Я могу поговорить с ними. Убедить, что не стоит этого делать!

— И ты думаешь, они тебя послушают? Когда клановые прикажут им бежать в бой, а тех, кто будет сомневаться будут убивать на месте? Так?

— Господин! Молю! Дайте мне шанс!

— Я дам, — я согласно кивнул. — Но, если у тебя ничего не выйдет, сдерживаться мы не будем.

— Спасибо, великодушный господин!

— Заканчивай уже с этим. Я тебе не император, чтобы мне поклоны бить.

— Как скажете, господин! — снова поклонился Фэньфан.

Я же просто махнул на него рукой, после чего пересказал Юнгуру всё, что узнал от ханьца. Ему терять бойцов тоже не хотелось. Пусть он и не вкладывал в них столько сил, как я, но всё же. Да, они пока проигрывали в мастерстве монголам, которые впитывали воинское искусство с молоком матери, но наличие духов враз практически поднимало наших бойцов до уровня опытного бойца. Если дать им возможность развиться и набраться опыта, то в моих руках окажется поистине серьёзная сила.

Фэньфан уверенно вёл нас куда-то вглубь улицы. По его словам, он знал, где располагается самое удобное место для обороны, и нам следовало поспешить, прежде чем его займут клановые бойцы с ополчением. Если же мы успеем первыми, то защищаться сразу станет легче.

Как бы мы не спешили, но раньше ханьцев добраться до нужного места не получилось. Единственное, что радовало, это количество бойцов и то, что они пока не успели организовать нормальные баррикады. Вдобавок, вместо трёх кланов, тут пока был только один.

— Ты хотел, чтобы я дал тебе возможность поговорить? Иди, говори, — я легонько подтолкнул Фэньфана в спину, от чего он был вынужден сделать несколько шагов вперёд.

Нас уже заметили и направили в нашу сторону луки, арбалеты, копья и… вилы. Последние были практически у каждого третьего ополченца. Не знаю, на что они рассчитывали, но мне на секунду стало смешно. Тут даже нам с Акамиром не придётся вмешиваться. Наш отряд явно превышает по силе и по качеству снаряжения то, что мы видим перед собой.

— Уважаемые мастера! Уважаемый клан Белого Журавля! Ворота города захвачены, тар-тары прорвались внутрь и сейчас по всему городу идут сражения…

— Кого ты привёл, Фэнь? Кто это с тобой? Они не похожи ни на один известный мне клан! — раздался крик со стороны клановых бойцов.

Кричал толстенький ханец, одетый в дорогой доспех. Сложно сказать, насколько в такой броне удобно сражаться. Вдобавок, глядя на его руки, унизанные перстнями, я бы сказал, что оружие он в руки берёт явно не часто. Всё вместе создаёт образ решившего покрасоваться неумеху.

— Это господин Ян! Последний из рода Куниц, первый из рода Медоеда. Он…

— Что за чушь ты несёшь, Фэнь! — со злостью в голосе прервал его ханец. — Клан Куниц давно уничтожен. Там никого не осталось!

Фэньфан затравленно обернулся на меня, облизнул губы и продолжил кричать?

— Господин Ян великий воин, он не стал бы пачкать своё имя ложью!

— Эй, ты! Которого глупый Фэнь зовёт Куницей. Покажись!

— Ты слишком нагло себя ведёшь для того, чья жизнь зависит лишь от нашего желания и настроения. Если тебе не жалко свою никчёмную жизнь, то пожалей других. Вам незачем умирать за интересы кланов. Защита уже прорвана. Взятие всего города, это вопрос времени, — я обратился к ополченцам и бойцам этого напыщенного хмыря. — Когда этот район перейдёт в моё владение, я обеспечу вам защиту. Никто не будет вас убивать и грабить. Пострадают только кланы, если они будут сопротивляться.

Я замолчал, чтобы оценить реакцию, которую вызвали мои слова. Вроде бы слушают, значит, можно продолжить давить их словами.

— Фэньфан просил за ваши жизни, — я ткнул рукой в сторону ополченцев. — И я обещал ему, что мы не тронем вас, если вы не нападёте. В противном случае… Все мои бойцы – Связанные. Даже если к вам подойдёт подкрепление, вы не выстоите. А подмога, на которую, вероятно, рассчитывает этот толстяк, — я кивком головы указал на покрасневшего ханьца, — не придёт. Им сейчас просто не до этого.

— Не слушайте этого лживого пса! В атаку! Убейте их всех, и нас наградят!

— Лэй, разберись с ним, — бросил я своему полусотнику, который стоял справа от меня и прожигал взглядом толстяка.

— Да, командир! — с готовностью ответил он. — «Змеи», «Крысы» за мной!

Подавая пример, Лэй побежал в сторону не ожидавших такого поворота ханьцев. Вслед за ним, в сторону врагов рвануло почти два десятка бойцов.

Вражеский командир только и успел что-то прокричать, как Лэй уже был около их жиденьких баррикад и уже вонзил клинок в горло одного из гвардейцев. Следом за ним, в ряды клановых ворвались и остальные бойцы, после чего началось форменное избиение.

Все клановые, включая толстяка, были перебиты за несколько минут. Ополченцы, которые смотрели на происходящее с немым ужасом в глазах, так и не посмели вступить в бой. И это, пожалуй, было лучшее, что они могли сделать в данной ситуации.

— Готово, командир Ян! — громко отчитался Лэй, вытирая с меча вражескую кровь. — Приветствуйте нового господина! — добавил он, окинув ополченцев грозным взглядом.

Учитывая, что он лично зарубил двоих Связанных, возражать ему никто не посмел. Мастера тут же принялись кланяться и выкрикивать мне приветствия.

— Фэнь, они на тебе. Объясни им, что происходит и посоветуй не высовываться без нужды. Я хоть и обещал вам защиту, но произойти может всякое. Лучше, если вы посидите по домам, пока ситуация в городе не устаканится.

— Будет исполнено в лучшем виде, великодушный господин Ян! — радостно воскликнул ханец.

— Юнгур, Лэй, надо заняться обороной и развесить флаги. А ещё, надо найти остальные два клана и убедиться, что они не станут проблемой.

День только начинался, а я уже с трудом стоял на ногах. И ведь уверен, что, стоит мне прилечь хоть на минутку, как тут же обязательно что-нибудь случится.

— Командир! Оставленные разведчики доложили, что в самом начале улицы видели десяток всадников с нашим флагом.

— Нашим?

— Полутысячника Нугая! — тут же поправился боец. — Они скачут сюда и будут буквально через несколько минут.

А ведь это я даже не успел прилечь!

Что ж, посмотрим, с чем они пожаловали. И я искренне надеюсь, что Нугай не решил взять назад свои слова и отказать мне в обещанном. В противном случае, боюсь, наши отношения сильно испортятся. И, в первую очередь, пострадает от этого именно он.

Глава 6

Люди Нугая подъезжали к нам не спеша, внимательно поглядывая по сторонам. Особое внимание они уделяли флагам, с мордой медоеда. Когда они оказались метрах в пяти от нас, то один из них, судя по всему десятник, спрыгнул с лошади и, кинув поводья одному из своих бойцов, пошёл в мою сторону.

— Сотник Ян, если не ошибаюсь? — кивнул он мне. — Судя по флагу, который висел на воротах, именно ты со своим отрядом захватил ворота.

— Всё так, — подтвердил я.

— А это, — он обвёл рукой вокруг, указав на флаги, — означает, что ты решил выбрать себе именно этот район?

— Как и было обещано тому, кто захватит ворота.

— Да, мы в курсе условия. Вы тут уже закончили?

— Ещё нет, а что?

— Полутысячник Нугай послал нас тебе в поддержку, если вдруг кто-то решит оспорить твоё право. Кто-то уже пробовал? — монгол внимательно уставился мне в глаза.

— Кроме ханьцев? Нет, мы никого больше не встречали. А что?

— Не так далеко отсюда, мы нашли следы сражения. Ещё там были тела ханьцев, судя по одежде, из какого-то клана, и сотника Алага со своим отрядом. Тебе что-то известно об этом?

— Алаг? — я сделал вид, что задумался. — Не знаю такого. ТЫ сказал «тела». Выходит, сотник Алаг мёртв?

— Верно. И это очень странно, учитывая, что он был довольно сильным дайчином.

— Значит, недостаточно сильным, раз его смогли победить какие-то ханьцы. Жаль, конечно, что он погиб. Тем более, в такой момент, когда на счету у нас каждый воин. Но, война есть война. Мы знаем, на что идём. Как знал он, когда ворвался в город и отделился от основного отряда, так знал и я, когда отправился со своими людьми на захват ворот.

— Всё верно, — согласно кивнул монгол. — Мы живём битвой, в битве и умираем. Сегодня погибло много хороших воинов. И ханьцы за это заплатят. Когда мы полностью захватим город, то пирамида из черепов врагов достигнет высоты стен этого города!

— Нугай отправил вас мне в помощь? — решил уточнить я, выдернув монгола из сладостных грёз, в которые он погрузился.

— Верно.

— Мои бойцы сейчас ищут врагов, способных оказать сопротивление. За всё отвечает Юнгур. Вы должны его знать, — когда он кивнул, подтверждая мои слова, я продолжил. — Можете найти его, он вас сориентирует. Я пошлю с вами человека, он проводит.

— А ты сам? Чем собираешься заниматься ты?

— Я? Пожалуй, посплю, пока есть такая возможность. Лэй, выдели бойца, пусть проводит дайчинов к Юнгуру!

Посланец Нугая не стал задерживаться. Разделив свой отряд, малую часть он отправил обратно, в начало улицы, видимо, чтобы отвадить излишне любопытных дайчинов. А со второй частью поскакал вслед за провожатым, который должен был привести его к Юнгуру.

Я же решил воплотить в жизнь свои слова про сон и отправился отдыхать. Тем более, что Фэньфан оказался довольно расторопным малым, и уже успел найти мне хороший дом. Куда он дел жильцов, спрашивать я не стал. Но, если судить по убранству и узорам, на сваленных в углу полотнах, хитрый торговец решил поселить нас в бывшем доме клана Белого Журавля.

Толком поспать мне не дали, разбудив всего через несколько часов. Причиной пробуждения стал звук далёкого, но сильно взрыва. Если судить по ощущениям, то в несколько десятков раз сильнее, чем был у ворот. Следом за первым, последовало ещё несколько, после чего наступила тишина.

Я соскочил с кровати и спустился вниз, где застал несколько воинов, на лицах которых были заметны следы любопытства и тревоги. Тут же уже был и Акамир. Выглядел он заспанным, но был полностью одет, а в руках сжимал свой любимый лук.

— Как думаешь, что это было? — спросил меня приятель, стоило ему увидеть меня.

— Порох. Других вариантов у меня нет. Скорее всего, кто-то взорвал склад с большим количеством пороха. Вопрос в том, кто именно это сделал, защитники города или монголы. Что мы пропустили? — я повернулся к одному из бойцов, который тут же пересказал мне обо всём, что успело произойти, пока мы спали.

Оказалось, что к этому времени, Юнгур успел прошерстить весь район, разобрался с обоими кланами, один из которых почти полностью уничтожили, оставив лишь женщин и детей, а второй сдался полным составом, и собрал под сотню человек в ополчение.

Последних даже осуждать было не за что. Оказалось, что у них было всего с десяток бойцов, считая дряхлого патриарха и одного семнадцатилетнего внука. Среди бойцов же было всего парочка Связанных, но они были недостаточно сильны, чтобы оказать достойное сопротивление. Так что патриарх предпочёл сохранить жизни своей семьи и своих людей, в обмен на полное подчинение.

Как по мне, это был оптимальный вариант. Во-первых, мне претило убивать тех, кто значительно слабее. Во-вторых, нам нужен был кто-то, кто разбирается в местной специфике и кого можно было бы оставить контролировать мастеров. Одного Фэньфана на всё точно не хватит. Тем более, что он обычный торговец. А вот Интай, из клана Лемура, представитель местной аристократии. И обычные мастера никогда не посмеют спорить с членом клана. Это вбивается в них с самого рождения.

По словам приставленного ко мне Юнгуром бойца, за то время, пока я спал, монголы предприняли две попыки зайти на нашу территорию, даже несмотря на то, что видели флаги. Один раз разошлись мирно, стоило им оценить силу моих бойцов. А вот во второй раз чуть не дошло до драки. Наглые кочевники плевать хотели на наши флаги и предупреждения. От смерти их спас посланник Нугая, который доходчиво им объяснил, что на чужую территорию заходить не надо.

Я воспринял все эти новости как-то отстранённо. Не было ни злости, ни радости, а лишь какая-то тупая усталость, переходящая в апатию. Я смотрел на испуганные лица жителей, которые кланялись, стоило им увидеть меня или кого-то из моих бойцов, на все эти дома, и у меня в груди возникало лишь глухое раздражение.

Мне казалось, что я напрасно трачу время. Вместо того, чтобы находиться сейчас в аномалии и убивать духов, я вынужден участвовать в этих чуждых мне «танцах» за власть. И ведь почти всем остальным это нравится!

Юнгур уже, как оказалось, выбрал себе большой дом, на многих моих воинах, неизвестно откуда, появились украшения, а их мешки явно прибавили в объёме. Воруют, несмотря на запрет? И что делать, наказать их? Но, с другой стороны, они заслужили награду. Все они рисковали жизнью, отправившись со мной и приняв участие в захвате города.

— Командир, — раздался со спины голос Лэя.

Я обернулся в его сторону и окинул ханьца взглядом. Ни украшений, ни новых, дорогих вещей, ничего.

— Слушаю.

— Мы узнавали, город практически захвачен, дорога до ворот безопасна. Может быть имеет смысл добраться до лагеря и забрать оставшуюся там часть отряда?

Я с силой потёр лицо руками. Почему я сам до этого не додумался? Ведь это настолько очевидно, что тут не надо быть великим полководцем, чтобы прийти к такому решению. А ведь там осталось порядка двадцати человек, если я не ошибаюсь. И пускай воинов среди них всего с десяток, но для нас это будет существенное пополнение. Ведь они, в отличие от нас, должны быть полны сил. Вдобавок, там должен был остаться лекарь, который сейчас точно не помешает.

— Займись, — кивнул я. — Но будьте начеку. Мало ли, вдруг кто-то решит под шумок свести с нами счёты. Всё же мы своим поступком привлекли к себе слишком много внимания, и я уверен, что не всем это пришлось по душе.

— Да, командир Ян! — Лэй быстрым шагом направился к пятёрке всадников, запрыгнул на свободного коня, и они поскакали в сторону городской стены.

Решил отправиться сам? Похвально. Время от времени я ловлю на себе его взгляды. И если раньше он меня скорее изучал, чтобы понять, что я из себя представляю, то в последнее время он смотрит на меня как на… кумира. И это меня немного… нет, не пугает, но заставляет относиться к нему с некой настороженностью.

Та же ситуация с Фэньфанем, когда Лэй грозил торговцу всевозможными карами. У меня нет никаких сомнений, что он сделал бы всё точь в точь, как и обещал. Как по мне, слишком жестоко, но я не стал его тогда останавливать, так как нам было необходимо спешить. Просто как-то это… неправильно.

С другой стороны, каждый раз я убеждаюсь всё больше в том, что ему можно доверять. Да и он всеми силами пытается это продемонстрировать. Пожалуй, оставлю всё, как есть, пока это идёт на благо мне и моим целям.

До конца дня я занимался тем, что осматривал территорию, которая мне досталась. Один раз пришлось сражаться с потрёпанным отрядом ханьцев, которые отступали откуда-то с центра города. Сдаваться они отказались и дрались до последнего. Ещё несколько раз видел отряды монголов, которые с улюлюканием проскакали в неизвестном мне направлении, волоча за собой на верёвках чьи-то тела.

Перед самым закатом, к дому, где меня разместили и в котором я решил остаться, подошла целая делегация. Часть из них были чем-то неуловимо похожи на Фэньфана, который возглавлял процессию. Может быть взглядом, одеждой и тем, как они держались, поглядывая на моих бойцов с опасением, а на вторую часть своей делегации с толикой превосходства? Те же явно были мастерами. Даже несмотря на то, что одеты они были в обычные штаны и куртки из ткани, их руки говорили сами за себя.

— Приветствуем Вас великодушный господин Ян! — громко произнёс Фэнь, когда между нами оставалось ещё метров пять. — Позволь побеспокоить твой отдых!

— Ближе к делу, — оборвал я его разглагольствования. — Кто это, и зачем вы все сюда пришли?

— Это самые крупные торговцы и самые главные мастера твоего района, господин! А пришли мы, чтобы узнать, что от нас требуется господину с его воинами, и чем мы можем помочь, в меру своих скромных сил.

— Успел насмотреться на те ужасы, которые творятся в других частях города и поспешил прийти и замаслить меня, верно я говорю, Фэнь?

— Мудрость господина Яна не знает границ! — ответил слегка побледневший ханец. — А ещё мы пришли поблагодарить за то, что у нас всё тихо, спокойно и безопасно, как Вы и обещали.

Я молча усмехнулся такой неприкрытой попытке манипулирования. С другой стороны, а что ещё ожидать от хитрого торговца? Крутится и вертится, как может, пытаясь защитить своё. А то, что он пытается даже в такой ситуации извлечь для себя выгоду… Это лишь говорит о нём, как о хорошем торговце. Главное, чтобы он видел границы и не пересекал их.

— Мне нужна одежда для моих воинов, вкусная и сытная еда, место, где они смогут разместиться, уход за лошадьми, место, где можно помыться, кузня, чтобы поправить оружие и подогнать под себя трофейные мечи и броню. Это для начала.

— Для начала? — не сдержался Фэньфан, после чего тут же низко поклонился. — Простите, Господин Ян!

— Да, Фэнь, для начала. Я уверен, что ты лучше меня знаешь, что происходит в городе. Ведь так?

— Да, господин Ян. До меня доходили определённые слухи…

— Давай начистоту, Фэнь. Сколько жителей убили или ограбили мои люди?

— Мне сложно ответить на Ваш вопрос, господин Ян.

— Юнгур?

— Было несколько происшествий, но все вопросы были решены. Виновных наказали.

— А эти… обновки, в которых ходят бойцы, откуда?

— Жители сами несут и отдают им разное, — Юнгур покрутил рукой в воздухе. — Они и берут. Тем более, что других трофеев вроде как не предвидится.

— Успокой их, скажи, что всё будет, но позже. Никто не останется без добычи, — произнёс я, в очередной раз задумавшись о том, что действительно пора бы уже начинать платить своим воинам, пока они не начали искать «причитающееся» им самостоятельно. — И ещё, можешь напомнить им, что их жизни и полученная сила это уже главная награда, которую не купишь ни за какие деньги. Точнее, они бы сроду не смогли себе позволить даже самого слабого духа.

— Напомню, Командир, — кивнул Юнгур. — А если кто будет возражать… что ж, хорошая трёпка быстро прочищает мозги.

— Рассчитываю на тебя.

— Дальше, Фэнь, мне нужна вся информация по происходящему в городе. Всё, что получится узнать.

— Да, господин Ян, мы постараемся разузнать, как можно больше. Просто все слухи мы получаем от тех, кто приходит к нам в район из других мест.

— Из других мест? — не понял я.

— Да, господин, жители прознали, что этот район находится под защитой последнего из клана Куниц. И что тут никого без причин не убивают и не отбирают последнее.

— К утру я хочу знать всё, ясно?

— Да господни Ян!

— Можете идти.

Если дела обстоят действительно так, как рассказал Фэнь, то это может грозить мне определёнными проблемами в будущем. Сомневаюсь, что остальным понравится, что жители с других районов бегут ко мне. Как на это отреагирует Нугай, я даже затрудняюсь ответить.

Ночь прошла относительно спокойно. Я, наконец-то, смог нормально помыться и вкусно и плотно поесть, после чего завалился спать на кровать. Пришлось, правда, заставить оставшихся в доме слуг перестилать кровать, так как она была слишком мягкой. Я же решил держать себя в строгости, дабы не расслабиться и не размякнуть.

Утром, после обильного завтрака, я прослушал отчёты о произошедшем ночью. Опять кто-то из монголов пытался проникнуть на мою территорию, но получили отпор и были вынуждены удалиться. Следом прибежал Фэнь и почти час перессказывал мне всё, что успел узнать за ночь. Так что, когда прибыл посланник от Нугая, с требованием-просьбой прибыть на общий сбор командиров в центр города, у меня в голове уже была примерная картина произошедшего за всё время. Единственное, что оставалось для меня загадкой, это кто из советников полутысячника претендует на какие районы города.

Вместе со мной отправился Акамир. Юнгура я оставил за старшего.

По пути, я с интересом разглядывал город. Чем ближе мы подъезжали к центру, тем больше следов сражений я замечал. По улицам сновали конные патрули монголов, отряды ханьцев занимались сбором и погрузкой на телеги мёрвых тел и замывали уже успевшую местами засохнуть кровь.

Лица жителей выражали единственную эмоцию – страх. Не поднимая голов, они старались как можно быстрее выполнять приказы и даже практически не дёргались, когда получали удары кнутами или палками.

Покорность и обречённость. Пожалуй, именно этими двумя словами можно было охарактеризовать царившее в городе настроение.

Жалко ли мне было жителей? Пожалуй, нет. Они сами выбрали себе такую судьбу. Не стали сражаться до конца. Предпочли сдаться на милость победителю, вместо того, чтобы погибнуть с оружием в руках, как и полагается воину. Или сбежать. Или спрятаться и нападать исподтишка, чтобы нанести захватчику хоть какой-то вред.

Но всё это касается только мужчин. С женщинами и детьми всё обстоит по-другому. Они беззащитны, и обижать их, демонстрируя свою силу, недостойно настоящего воина.

Именно поэтому, когда я заметил, что один из надсмотрщиков начал что-то громко кричать, после чего пустил в ход палку, охаживая ею спины, плечи и головы группы детей, которые уронили на мостовую явно большие и тяжёлые для них вёдра и разлили находившуюся там воду, то натянул поводья, направляя лошадь в их сторону.

Глава 7

— Прекрати! — крикнул я, привлекая внимание всех, кто находился на улице.

— Двигай дальше, куда направлялся, парнишка, — оскалился любитель бить палкой детей.

И ведь, что самое противное, ему явно нравилось то, что он делал. Когда от особого удачного удара, его жертва вскрикивала от боли, он довольно улыбался, демонстрируя окружающим почерневшие зубы.

Решив, что больше на меня можно не обращать внимания, он возобновил процесс наказания и воспитания. Только палка, которой он решил пройтись по голове сжавшегося мальчишки, так и не достигла своей цели. Монгол дёрнул палку пару раз, после чего до него дошло, что кто-то держит его оружие. Он обернулся, раскрыв свой рот, из которого воняло, словно от кучи трупов, но не успел произнести ни единого слова.

Я ударил не жалея, прямо в грудь. Под звуки треснувших костей, монгол полетел на мостовую и приземлился лицом в кровавую кашу, которую пытались смыть его «подопечные». В мою сторону дёрнулось сразу два вооружённых воина, но замерли, заворожено глядя на огонёк в руке Акамира.

— Эй вы, — произнёс я, обращаясь на вытаращившихся на меня детей. — Бросайте всё и бегите в район мастерских. Увидите флаг вот с таким зверем, — я ткнул себя в грудь, где кто-то из расторопных мастеров успел вышить символ медоеда, — значит, что вы на месте. Скажете, что вас сюда отправил Ян. Господин Ян, — добавил я поморщившись. — Ясно?

— Да, господин Ян! — кивнул самый старший из детей.

— Господин, а можно взять с собой остальных? — со страхом в глазах спросил парень помладше.

На него тут же зашикали и даже двинули пару раз под рёбра, но так, чтобы я не заметил. Но я заметил и оценил, что, несмотря на тычки, он не отказался от своих слов и продолжил стоять в уважительном поклоне.

— Господин, простите его, он… — начал было старший из них.

— Можно, — кивнул я.

— Держите, — добавил Акамир, кинув им полотно ткани. — Если вас кто-то остановит, скажете, что выполняете поручение сотника Яна.

Через несколько секунд детей и след простыл, а мы двинулись дальше, не обращая внимания на валяющегося на мостовой и хрипящего монгола.

— Думаю, после такого, врагов у нас только добавится, — радостно произнёс Акамир, который ехал рядом и довольно улыбался.

Странно, раньше, насколько я помню, он старался быть более осторожным. Неужели это я на него так влияю. А на меня, в свою очередь, так влияет Инь. Я поймал себя на мысли, что ведь действительно словно ищу драки. Впечатление от вчерашних битв уже слегка поблекли, и мне хотелось вновь испытать азарт сражения.

Наши сопровождающие ничего мне не сказали, по поводу произошедшего инцидента, но пару недовольных взглядов я всё же на себе поймал. Уверен, что Нугай обязательно узнает о моём поступке, да и не только он. Но… мне было плевать. Я считаю, что поступил правильно.

Дорога привела нас к настоящему дворцу, окружённому невысокой стеной. Не думаю, что она задумывалась, как ещё один рубеж обороны. Скорее, её построили, чтобы на территорию местного правителя не заходили обычные жители.

Из рассказа Фэньфана, я вынес для себя, что владетелем города являлся хоу Ланг. В его задачи входила охрана пограничной территории и контроль за более мелкими владетелями из числа различных кланов, на подобие того патриарха Змей, которого мы убили и чей городок взяли под свой контроль. Он же должен был отвечать и за снабжение захваченных нами крепостей. Вот только, со своей задачей он явно не справился, учитывая, как быстро мы взяли не только крепости, но и сам город.

Когда-то крепкий и довольно высокий для ханьца хоу разленился, вдали от более высокопоставленных чиновников и успел заплыть жирком. Но, если своё тело он запустил, то вот за усами явно следил.

Как я это понял? Да всё очень просто. Нугай не стал с ним церемониться и велел прибить рядом с въездом на территорию дворца. Ещё и табличку повесили на шею, где было написано на ханьском: «Хоу Ланг. Жалкий слабак при жизни, не достойный погребения после смерти».

Рядом с бывшим владетелем города «красовались» тела ещё десятка чиновников, рангом поменьше. И у каждого из них на шее висела похожая табличка. Отличались только имена и должности.

Мы прошли мимо этого почётного «караула» и зашли на территорию дворца. Да, когда-то здесь наверняка было красиво, но битва защитников с монголами не прошла бесследно. Некогда красивый и ухоженный сад превратился в не пойми что. Трава была смята, земля взрыта множеством ног, деревья, дарующие тень в жаркий день, почти все были либо срублены, либо сломаны. Даже камни, которыми были выложены дорожки, оказались выкорчеваны и валялись где придётся.

Я смотрел на то, во что эти варвары превратили красивый сад, и мне было грустно. В произошедшем здесь есть значительная доля моей вины. Именно я запустил этих лис в курятник позволив им безнаказанно убивать, упиваясь своей силой. А сколько таких садов, домов и всего прочего они уже успели разрушить? Я ведь так толком и не проехался по городу, чтобы оценить нанесённый ими ущерб лично. Мне хватало и рассказов Фэньфана, который пересказывал мне все сплетни и слухи, гуляющие по городу.

Привели нас в огромный зал, который, в отличие от остального дворца, пострадал не так сильно. По крайней мере, я не заметил здесь следов разбоя. Зато довольных и не очень монголов здесь было полно. Я как-то ожидал меньшего количества людей. Моё появление заметили, но особого интереса я не вызвал. Тем более, что так получилось, что заходил я не один, а в сопровождении ещё пары командиров помладше.

А вот Нугай задержал на мне свой взгляд и даже еле заметно кивнул одним подбородком. И всё? Не то, что я надеялся на бурную и радостную встречу, но как-то это было слишком… сухо? Словно это не я тот герой, благодаря которому ему удалось избежать большого числа жертв среди своих дайчинов.

Примерно через четверть часа, когда в зал вошло ещё несколько человек, Нугай, наконец-то, поднялся со своего места и произнёс:

— Братья! Как я вам и обещал, мы взяли этот город!

Вокруг раздались крики одобрения, но кричали не все. На всякий случай, я постарался запомнить их лица. Скорее всего, это те самые недовольные, которым успехи Нугая были почему-то неприятны.

— Когда вы, бок о бок со мной, скакали к воротам, то наверняка заметили над воротами чей-то флаг…

— Да!

— Кто это был?

— Чей он?

— Его вывесил тот, кто взял ворота, но кто? — раздались крики с разных сторон.

— Все советники должны помнить, — продолжил Нугай, не торопясь отвечать на прозвучавшие вопросы, — что я обещал отдать тому, кто захватит и удержит ворота целый район города!

— Заслуженно!

— Подвиг должен быть награждён!

— Сотник Ян! Поднимись, чтобы все могли увидеть лицо героя!

— Ян? Кто это?

— Это тот из русов, который отличился во время ночного нападения на крепость…

— Он не рус, он ханец!

— Ханец? Ты уверен?

— Уверен! А второй из них точно рус, хоть у него и правильные глаза.

Я выхватывал улучшенным слухом отдельные слова и фразы. Забавно осознавать, что моё имя уже на слуху. Пусть и не все ещё знают обо мне и моих подвигах, но начало положено.

— Мне доложили, что ты уже развесил свои флаги в одном из районов, — Нугай покачал головой с деланным сожалением. — Не кажется ли тебе, что ты несколько… поторопился?

— Ты обещал, что тот, кто сможет выполнить твой приказ сможет выбрать себе любой район. Любой, — подчеркнул я. — Мне приглянулся тот, где я и развесил свои флаги. Поторопился ли я? Не думаю. Моим людям и так постоянно приходится отгонять тех, кто норовит зайти на мою территорию. Только твои люди, которых ты выделил, как и обещал, для защиты, предотвратили уже несколько столкновений, которые могли перерасти в кровопролитие.

— Всё так, — медленно произнёс Нугай, вперив в меня хищный взгляд. — Но у некоторых уважаемых дайчинов возникли сомнения, что ты действительно заслуживаешь этой награды. Говорят, что было отправлено много отрядов, которые и внесли основной вклад в захват ворот. А ты лишь воспользовался результатом их трудов, после чего добил, ударив в спину …

По залу пронеслись неприятные шепотки, и все разом посмотрели на меня. У многих на лицах легко читалось подозрение и даже негодование. Интересно получается. Кто-то расстроился из-за провалившейся попытки своих диверсантов и решил отыграться на мне?

— Так и говорят? — недобро усмехнулся я. — И кто именно?

Я обвёл взглядом всех сидящих рядом с Нугаем. Они в ответ смотрели на меня со смесью презрения, злобы и злорадства. Ни у одного из них я не заметил на лице хоть каких-то положительных эмоций. Некоторые так вообще смотрели, как на врага.

— Ни одного из этих самых уважаемых дайчинов я не видел рядом с собой или своими воинами на стене, когда мы с трудом отбивались от прущих на нас врагов. Что касается их воинов, которые якобы сделали основную работу – вся работа, которую они сделали, это подняли шум, из-за чего нам пришлось ждать до самого утра, прежде чем стражники хоть немного расслабились. Я потерял там своих бойцов, в которых вложил много времени и сил, делая их сильнее. А теперь кто-то, кто даже побоялся в открытую обвинить меня в несуществующем… ударе в спину, — от возмущения, я с трудом подбирал слова, из-за чего моя речь выходила слегка смазанной. — Ищут справедливости? Да как бы не так! Просто кто-то не смог удержать своих воинов, и они практически полностью уничтожили один район и разграбили остальные. Я же смог сохранить свою территорию в порядке.

— Сотник Ян, — мрачно произнёс Нугай, — ты забываешься! Как ты смеешь обвинять достойных дайчинов, которые проливали свою кровь, сражаясь с врагами, захватывая этот город?

— Это всё пустые разговоры, — отрезал я, понимая, что мне не удастся ни переспорить, ни переубедить находившихся здесь командиров. — Ты обещал тому, кто захватит для тебя ворота – район. Я выполнил твой приказ и заслужил награду. Или твоё слово ничего не стоит, полутысячник Нугай?

Я понимал, что, возможно, зря пошёл на обострение конфликта. Но остановиться уже не мог. Зверь внутри меня рычал, желая вцепиться в горло трусам, которые возжелали лишить меня того, что принадлежит мне! Но я сдерживался, глядя прямо в глаза Нугая и ожидая его реакции и ответа.

— Хочешь обвинить меня в том, что я не держу своё слово? — с угрозой в голосе спросил в ответ Нугай.

— Пока что всё идёт именно к этому. Если это не так, я готов извиниться перед тобой!

— Я не отказываюсь от своих слов, — неожиданно улыбнулся Нугай, разом оборвав возникшее между нами напряжение.

Это было настолько неожиданно, что до меня не сразу дошёл смысл того, что он сказал дальше.

— Ты отхватил себе большой кусок, но сможешь ли ты его прожевать?

— Смогу, если никто не будет мешать, — твёрдо ответил я.

— Есть ли здесь те, кто желает оспорить право сотника Яна на владение занятым им районом? — внезапно громко спросил Нугай, обведя взглядом присутствующих.

— Есть! — поднялся с места крупный монгол, в дорогом доспехе. — А ещё я обвиняю его в убийстве Алага и всех его людей!

— Алаг? Кто это? И при чём здесь я? — спросил я, и только после этого вспомнил, про кого идёт речь. За всеми событиями я даже успел забыть имя того глупца, который решил ударить нам в спину, за что и поплатился.

— Алаг из клана Серебряного Волка! Сын Басана, советника самого Дамдина! Его и тела его воинов нашли неподалёку от занятого тобой района!

— И что дальше? — не сдавался я. — Я ни про какого Алага сроду не слышал. Да и что он забыл около МОЕГО района?

— Это был ты! — ткнул в меня пальцем покрасневший монгол.

— И ты можешь это как-то доказать? — покачав головой спросил я. — Заставишь соврать кого-нибудь из своих воинов, чтобы оговорить меня?

— Нас рассудит Великий Предок! Я вызываю тебя на Поединок Правды!

— Слышал что-нибудь про это? — тихо спросил я Акамира, остро пожалев в этот момент, что не взял с собой Юнгура. Он то точно должен быть в курсе.

— Нет, — помотал головой приятель. — Но, думаю, тебя вызывают на бой.

— Я принимаю твой вызов! — громко произнёс я, понимая, что пауза затянулась.

Таращившиеся на меня монголы радостно загудели и принялись что-то громко обсуждать. Я не прислушивался, пытаясь оценить силу своего будущего противника.

А ещё я успел разглядеть довольную улыбку, промелькнувшую на лице Нугая, после чего он нахмурил брови и громко прокричал:

— Вызов брошен. И вызов принят! Поединок состоится прямо сейчас! Здесь как раз есть подходящее место!

Произнеся, что хотел, Нугай развернулся и пошёл на выход. Вслед за ним потянулись и остальные. Нас с Акамиром обходили стороной. Я на мгновение ощутил себя булыжником, упавшим в реку. И, как вода обтекает камень, так и монголы «обтекали» нас с двух сторон, не приближаясь ближе, чем на пару метров.

— Пойдём, — махнул я Акамиру, последовав вслед за остальными.

Поединок? Что ж, это мне по душе! Может они думают, что загнали меня в ловушку, но на самом деле, они загнали в неё сами себя! Мне выпал шанс наглядно продемонстрировать, что со мной лучше не связываться. И я собираюсь воспользоваться им сполна!

Глава 8

Пройдя через несколько коридоров и помещений, мы очутились снаружи. Красивая дорожка вывела нас к тренировочной арене. Она представляла собой огромный квадрат, засыпанный песком. Тот, в свою очередь, был поделён на квадраты поменьше, но деление было условное. В любой момент можно было передвинуть специальные деревянные конструкции и создать нужную площадку.

Площадка для предстоящего сражения, к слову, была уже готова, и рядом стояло с десяток бойцов из свиты Нугая. Все говорило о том, что этот бой был им явно запланирован. А значит, и всё то представление, что он устроил в зале, тоже было им продумано и спровоцировано. Вопрос в другом, знал ли об этом тот монгол, который вызвал меня на поединок?

Место нам выделили довольно много, шагов по двадцать-двадцать пять в обе стороны. Достаточно, чтобы развернуться в полную силу. Можно даже спокойно использовать духовную силу, не боясь задеть зрителей.

— Сотник Ян, советник Жаргал вызвал тебя на поединок Правды! В случае твоего проигрыша, территория города, обещанная тебе за захват ворот, достанется ему по праву сильного. Предки проследят за боем! Да победит тот, за кем правда!

— Ему уйдёт мой район, а что достанется мне? — решил уточнить я, пока Нугай не объявил начало боя.

— Тебе? Ничего, — искренне удивился Нугай. — Своей победой ты докажешь, что обвинения советника Жаргала были ложны.

— Что очевидно всем, у кого есть хоть капля ума, — пробормотал я себе под нос.

— Да начнётся поединок! — громко произнёс полутысячник.

Мне не оставалось ничего другого, как перевести взгляд на своего противника.

Тот не стал размениваться по мелочам и атаковал сразу со всей силы. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так. Слегка изогнутый меч в его руке начал покрываться ледяной коркой, которая охватила всё лезвие буквально за считанные секунды.

Монгол для пробы пару раз взмахнул своим оружием, и меня обдало холодом. Очевидно, что не стоит позволять ему коснуться меня ледяным лезвием. Если даже не заморозит, то неприятных ощущений добавит точно. А ещё ослабит меня, и потребуется время для восстановления.

— И где твоё оружие, ханец, — нарочито громко, с насмешкой в голосе, произнёс монгол, двинувшись мне навстречу.

— Зачем оно мне? — также громко задал я ему встречный вопрос. — Мне хватит кулаков, чтобы победить тебя.

— Наглец, — злобно прищурился мой противник. — За это я нарежу тебя тонкими кусочками. Ты будешь молить о смерти.

— Много болтаешь. Надеюсь, что сражаешься ты хоть отчасти так же хорошо, как чешешь языком, — не остался я в долгу.

Советник не стал ничего отвечать. Вместо этого, он крепко сжал зубы, так, что у него заиграли желваки, и быстрым шагом пошёл в мою сторону. Но я добился своего. Разозлил его настолько, что он выпустил своего духа.

Морозный кабан? Причём, если судить по размерам, довольно сильный. Точно на уровне полуразумного. Неудивительно, что он выглядит настолько уверенным в себе. Интересно только, на ком он так сильно отожрался? Мне бы не помешало это знание. Хотя, думаю, что всё дело в духовных камнях.

От первого широкого взмаха я ушёл прыжком в сторону. Следующий выпад успел отбить в сторону, ударив противника по руке. От близости с морозным клинком, руку обожгло холодом, даже несмотря на одежду. И это он меня им даже не коснулся!

Не желая рисковать, я окутал руки сначала стальным доспехом, а потом и духовной защитой. И, как оказалось, сделал это вовремя. Следующий его удар оказался таким хитрым, что я даже не понял, как он умудрился ткнуть меня, попав остриём в плечо левой руки.

Монгол тут же сделал шаг назад и довольно усмехнулся. Его глаза, казалось, источали такой же лёд, как и его оружие. Он явно не планировал оставлять меня в живых. Но, победить меня, ему, видимо, казалось недостаточным. Он даже опустил свой клинок остриём в землю и открыл рот, чтобы что-то мне сказать. Похоже, что советник был уверен, что после его удара я не смогу толком сражаться.

Я не стал терять время и тут же атаковал, стремительно сократив дистанцию. Ударил кулаком в грудь, предварительно нарастив на костяшках острые шипы.

Монгол оказался опытным бойцом. Несмотря на желание поглумиться надо мной и уверенностью в скорой победе, духовный покров он снимать не собирался. Поэтому, удар, который должен был пробить ему грудь, сломав пару костей, лишь заставил его сделать пару шагов назад и поморщиться от боли.

Несмотря на боль в груди, он попытался тут же ударить меня мечом в ответ, но я успел раньше. Схватив его левой рукой за запястье и сильно сжав, правой я принялся бить его по лицу. Расчёт был на то, что он не сможет удерживать концентрацию и развеет духовный покров, который защищал его от серьёзных ран. Но монгол делом доказал, что не зря достиг своего ранга.

Его покров начал превращаться в полноценный доспех. Сам монгол словно обрёл дополнительную силу. Он начал двигать рукой, в которой он сжимал меч, и которую я пытался удержать. Его клинок постепенно начал смещаться к моему лицу.

Своим духовным зрением я увидел, как от духа, к моему противнику, тянется тонкий поток энергии. И, похоже, что именно за счёт этого потока советник так резко прибавил в силе.

— Инь! — произнёс я, с трудом удерживая вражеский меч подальше от своего лица.

Медоед понял меня с полуслова. Оказавшись рядом с нами, он ударил лапой по этому жгуту, разрывая его и обрывая связь духа-кабана с его носителем.

Резко стало легче. Предвкушение, в глазах советника, сменилось на непонимание. Очередной мой удар разбил его покров и уронил монгола на землю. Меч, который он так и не выпустил из руки даже во время падения, я вырвал и отбросил в сторону.

— Похоже, что правда на моей стороне, — громко сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо. — Я бы мог тебя убить, но не стану этого делать. Однако, в следующий раз, если кто-то покусится на моё, жалеть я не буду. Есть у кого-то ещё ко мне какие-то претензии и вопросы?

Я обвёл взглядом притихших зрителей, которые молча наблюдали за происходящим. Моя победа над советником Нугая словно выбила их из колеи. Никто явно не рассчитывал на мою победу. Даже Нугай. Полутысячник, мягко говоря, выглядел озадаченным. Однако, спустя несколько секунд тишины, он смог справиться с собой, окинул меня цепким взглядом и громко произнёс:

— Сотник Ян одержал верх в поединке Правды. Тем самым он подтвердил своё право на занятую им территорию. Все претензии с него снимаются. Приглашаю всех отметить захват города. Слуги вас проводят.

Нугай жестом указал на дворец. Большая часть монголов тут же последовала приглашению полутысячника. К моему противнику подбежали, помогли ему подняться и подобрали его клинок. Окинув меня напоследок недружелюбным взглядом, он, в сопровождении своих соратников, последовал во дворец, вслед за остальными.

— Ян, задержись! — донеслось мне в спину, когда я тоже уже было шагнул следом за всеми. — Ты можешь идти, — добавил Нугай, глядя на Акамира, который, после окрика полутысячника, остановился вместе со мной.

Мы обменялись с приятелем взглядами, я еле заметно ему кивнул, после чего он не спеша пошёл в сторону дворца. Я же остался на месте, дожидаясь, пока Нугай просветит меня, для чего он попросил меня остаться.

— Я давно знаком с советником Жаргалом. Он опытный дайчин с сильным духом. То, что ты его победил, да ещё и без оружия, вызывает множество вопросов, — Нугай замолчал и вопросительно на меня посмотрел.

— Я много тренируюсь, — пожал я плечами в ответ, не желая отчитываться перед тем, кто подставил меня под бой с заведомо сильным, как он считал, противником.

— Этого мало, — криво усмехнулся Нугай. — Да и твой дух… с каждым разом он становится всё сильнее. Я таких не видел. Медоед, говоришь? — задумчиво протянул он. — Ладно, пойдём. Не стоит заставлять уважаемых воинов ждать.

Вернулись мы не в тот зал, из которого вышли, а в другой, где уже были накрыты столы. Я дёрнулся было пойти и сесть к Акамиру, но Нугай придержал меня за плечо и велел следовать за ним. Мне не оставалось ничего другого, как двинуться следом.

Полутысячник посадил меня практически рядом с собой, по левую руку. Между нами было всего пара человек.Было неприятно ощущать на себе злобные, раздражённые и завистливые взгляды большинства присутствующих. Многим не понравилось, что Нугай высказал мне подобным жестом такое уважение.

Мне же приходилось сидеть с каменным лицом, стараясь не показывать остальным свои чувства. Нугай, гад такой, в очередной раз решил меня подставить! Я уверен, что он осознавал, какую реакцию вызовет у окружающих его поступок. Но монголы точно винили в произошедшем меня, а не его. Конечно, выскочка, который каким-то образом сумел втереться в доверие к командиру, обманом (даже несмотря на победу в поединке Правды) присвоил себе славу захватчика ворот, да ещё и унизил уважаемого человека. Целого советника и, я уверен, представителя сильного клана.

Жаргал, кстати, сидел рядом со мной, но ближе к Нугаю. Первые несколько минут он даже пытался испепелить меня взглядом, хотя, учитывая его навык, скорее, заморозить. При этом, ни словом, ни жестом он не высказывал ни единого признака агрессии.

Пир, устроенный Нугаем, длился очень долго. Еды было столько, что кожа на животе натянулась, грозясь лопнуть, если я впихну в себя хоть кусочек пищи или сделаю глоток любого напитка. Поэтому, когда было объявлено об окончании празднества, я с радостью вскочил и поспешил покинуть сие гостеприимное место. Правда, «соскочил» было сильно сказано. Скорее, с трудом поднялся и заковылял в сторону выхода.

Уйти сразу не получилось. Меня снова перехватил Нугай и отвёл в сторону, подальше от лишних ушей. И там у нас состоялся не самый приятный для меня разговор.

— Победой в поединке, ты отстоял право на захваченный тобой район… — начал он.

— Выбранный, в качестве обещанной тобой награды, — перебил я его, но был вынужден замолчать, поймав его тяжёлый взгляд.

— Пусть так, — качнул он головой, не переставая сверлить меня взглядом. — Я вложил в тебя много сил, Ян. Многим это не нравится. И многие завидуют твоей награде. Для тебя будет лучше, если, через пару дней, когда мы полностью наведём тут порядок, ты отправишься на очень важное задание…

У меня внутри поднялась волна возмущения, но я сумел удержаться, не позволив ей выплеснуться наружу. Это он то «вложил в меня много сил»? Мы достигли всего сами! И при этом, принесли армии больше пользы, чем многие другие! Да и его слова про то, что многим не понравилось то, что Нугай меня приблизил… Я ведь его об этом не просил! Он сам выделял меня на фоне остальных и делал это специально.

Зачем и для чего? Тут, думаю, всё просто. Он сделал из меня того, на ком другие могут попытаться отыграться за свои неудачи, вместо того, чтобы задумываться о его ошибках. А что касается награды – никто не заставлял его обещать такой крупный приз. Скорее всего, он сам не ожидал, что кто-то сможет справиться с этой задачей в одиночку, забрав себе все плоды победы.

Скорее всего, он рассчитывал, что сразу несколько представителей разных кланов объединятся для совместной атаки, а потом просто поделят награду. Я же, получается, своим поступком мало того, что действительно заграбастал слишком жирный кусок, так ещё и макнул лицом в грязь тех, чьи отряды погибли, не справившись с задачей.

— Что за задание? — выдавил из себя я, осознав, что Нугай ждёт от меня именно этого вопроса.

— Пока не решил. Может отправишься на поиск и уничтожение сбежавших солдат, может на зачистку Грани…

— И что произойдёт с моим районом за время моего отсутствия? Разве его не попытаются разграбить и забрать себе те самые недоброжелатели и завистники, о которых ты говорил?

— За это можешь не переживать. Я присмотрю за ним. Выделю человека. Никто не посмеет ослушаться прямого приказа.

Я хмуро смотрел на полутысячника, догадываясь, что мне не понравится то, что он скажет дальше. И, конечно же, я не ошибся.

— Сам понимаешь, для этого мне придётся выделить людей, отвлекаться самому… Так что, придётся и тебе, в качестве ответного жеста доброй воли, пойти мне навстречу.

— Сколько? — выдавил из себя я.

— Так получилось, что в твоих руках оказались мастерские с живыми мастерами.

— Насколько я знаю, в городе таких мастерских ещё довольно много. Даже целый район есть, где они, в основном, и располагаются.

— Да, есть. Точнее, был. Ты же наверняка слышал взрывы?

— Порох?

— Он самый. Даже не представляю, откуда у них были такие запасы и почему они не использовали его во время защиты.

Я сразу вспомнил телегу, загруженную бочками с порохом, которые мы взорвали во время защиты ворот.

— Во время взрыва пострадало много мастерских, которые располагались рядом со складами, где ханьцы его хранили. Восстановить можно, но это время.

— Мастерские есть, как и люди, которые там трудятся, — не стал запираться я.

— Думаю, будет справедливо, если они будут обслуживать моих людей бесплатно и без лишних задержек.

— Что взамен? Защита?

— Думаешь, этого недостаточно? — вскинул брови Нугай.

— Вполне, — через силу улыбнулся я.

— Вот и договорились! — радостно произнёс Нугай, хлопнув меня рукой по плечу. — Через пару дней я пришлю к тебе посланника или можешь сам придумать себе задание. Всё равно, мы тут пока что задержимся на неопределённый срок. Надо дождаться подкрепления, набрать солдат и хоть немного их обучить.

Я молча кивнул, и направился прочь, подальше от этого хитрого, наглого и опасного монгола. Сделать я ему всё равно пока ничего не мог, а начни я спорить, и, думаю, в итоге лишился бы большего. С другой стороны, я и так не собирался задерживаться тут надолго. А так, если он действительно выполнит своё обещание, то я лучше схожу со своими бойцами в парочку аномалий, чем мы будем киснуть в стенах этого города.

На выходе меня поджидал Акамир. Я поровнялся с приятелем, и мы вместе отправились к себе «домой».

— Почему ты его не убил? — был первым вопрос Акамира, когда мы очутились на свежем воздухе.

Я не сразу сообразил, про что идёт речь, а когда понял, то немного помолчал, подбирая слова, но, в итоге, ответил:

— Если бы я его убил, то за него стали бы мстить. Зачем оно мне? У нас и так много врагов.

— Он в любом случае будет мстить. Думаешь, этот Жаргал просто забудет и простит тебе то унижение, через которое ему пришлось пройти?

Я невольно поморщился, признавая правдивость его слов.

— Одно дело, мстить за проигрыш, пускай и тому, кого ты считал слабее себя. И совсем другое дело, месть со стороны всего клана за убийство важного для них члена клана. Да ещё и советника без пяти минут тысячника.

— Звучит разумно, — согласился приятель, спустя почти минуту раздумий.

Дальнейший путь мы проделали в тишине, думая каждый о своём. Я лично радовался, что без лишних телодвижений с моей стороны, у меня получилось сбросить с себя неинтересную мне рутину. Но, одновременно с этим, я злился на Нугая, который за счёт меня решает свои проблемы, нисколько не беспокоясь о том, как это на мне отразится. Хотя, его тоже можно понять, я для него чужак, которого можно и нужно использовать в своих интересах.

Понять-то можно, но вот прощать его я не собирался. Настанет время, и я верну ему всё сторицей!

Чем ближе были знакомые места, тем больше народу шло в одну с нами сторону. Я не придавал этому особого значения, пока, у самого входа в наш район, не увидел целую толпу ханьцев с детьми и вещами. Многие были с телегами и даже повозками.

— Что здесь происходит? — строго спросил я своих бойцов, которые перекрывали проход и не пускали эту толпу на нашу территорию.

— Командир! — с нескрываемой радостью и облегчением воскликнул один из них. — Эти люди утверждают, что вы разрешили им прийти к нам и даже обещали их приютить и защитить.

— Чего? — не на шутку удивился я, окидывая взглядом толпу горожан, которые смотрели на меня со смесью страха и надежды.

— Господин Ян! Господин Ян! — раздался вдруг в толпе звонкий мальчишеский голос. — Мы пришли. И, как Вы и разрешили, позвали с собой остальных.

Я посмотрел в сторону голоса и увидел знакомого мальчишку, который комкал в руках флаг с изображением морды медоеда, который я лично ему и дал.

Рядом громко засмеялся Акамир, который тоже понял, кто стал причиной появления такой толпы.

Мне же оставалось только молча кивнуть, давая разрешение бойцам запустить всех этих людей к нам. В конце концов, я сам пригласил этого мальчишку и других детей, разрешив им взять с собой «остальных». Просто я не рассчитывал, что этих самых «остальных» окажется настолько много.

В любом случае, отказываться от своих слов я не собирался. А их размещением пусть занимается Фэньфан. У меня же есть вещи поважнее, чем ломать себе голову, думая, куда разместить несколько десятков, если не сотню, человек.

Глава 9

Всех, кто решил перебраться к нам, я, как и планировал, передал на попечение Фэньфана, который десяткам новых жителей явно не обрадовался. Но он умело скрыл своё недовольство, заверив меня, что новые жители нашего района будут распределены по домам и обеспечены работой.

Я же, убедившись, что вопрос с новоприбывшими будет решён, решил собрать всех своих командиров. Благо, дело шло к вечеру, и они уже вернулись по домам. Собрал я всех у себя и, глядя на заинтересованные лица, хотел уже было начал вводить их в курс дела. Но Юнгур успел задать вопрос первым.

— Как прошло? Нугай подтвердил твоё право на район?

— Да, — кивнул я. — Но пришлось доказывать своё право силой. Меня вызвали на поединок Правды.

— Кто вызвал?

— Некий Жаргал. Слышал о таком?

— Жаргал из клана Тёмного Копья? — поднял брови Юнгур. — И ты с ним сражался?

— Если у этого Жаргала дух морозного кабана, то да.

— Да… это он. Ты сражался с ним и выжил?

— Ян сражался с ним и победил! — с гордостью произнёс Акамир.

— Победил Жаргала? Советника Нугая? Но… но он же силён!

— Возможно, — пожал плечами я, не собираясь спорить с Юнгуром.

— Получается, у нас всё прекрасно? — повеселел он и заметно расслабился.

— Не совсем, — отрицательно покачал головой. — Нугай велел мне исчезнуть из города через пару дней.

— Велел? Исчезнуть? — переспросил Акамир. — Ты мне ничего такого не говорил.

— Он обставил это, как дружеский совет. Мол, многим пришлось не по нраву моё резкое возвышение, и он желает таким образом меня защитить.

— Бред, — выплюнул приятель.

— Да, но мне, в любом случае, придётся последовать его совету.

— Что планируешь делать?

— Надо проверить, как там дела у Онгура. Заодно, можно будет поохотиться на духов и зверей.

— Ты уже думал над тем, кто останется здесь, а кто пойдёт с тобой?

— Думал, Акамир, но хотел ещё посоветоваться с вами.

— Я отправлюсь с тобой, — тут же заявил он. — Не желаю сидеть в городе. Что мне тут делать?

— Наслаждаться вкусной едой и мягкой постелью? — как нечто очевидное предложил Юнгур.

— То есть, ты не прочь тут задержаться и проконтролировать, чтобы у нас тут всё не разграбили и не обижали наших людей, пока меня не будет? — решил уточнить у него я.

— Очень даже не против, — согласно кивнул он. — Тем более, что мне нужно время и тишина, чтобы усвоить энергию из камня, — монгол похлопал себя по груди, где у него хранился добытый из аномалии крупный духовный камень.

— Кстати, — мне пришла в голову запоздалая мысль. — Фэньфан говорил о том, что жители города прослышали, что у нас тут самое спокойное и безопасное место в городе…

— Даже так? Впрочем, неудивительно, — пожал плечами Юнугр.

— Так вот, — продолжил я. — Сегодня по пути во дворец Нугая, я вступился за местных мальчишек и пригласил их с родными к нам…

На этих словах, Юнгур закатил глаза и осуждающе покачал головой. Для него все местные жители были чуть выше уровнем, чем домашний скот. Думаю, если бы не мой приказ, то он бы без зазрения совести забрал бы у местных все ценности и, заодно, прихватил бы самых красивых женщин.

— Я полагаю, что, пока нас не будет, могут прийти те, от кого эти жители убежали и потребовать вернуть их им.

— Вернуть? — с удивлением переспросил Юнгур, после чего громко рассмеялся. — Ещё чего! То, что находится в пределах этих стен – наше. И я не собираюсь никому отдавать то, что принадлежит нам! Если хотят, могут попробовать отобрать силой! Как думаешь, Ян, они попробуют? — он хитро прищурился и посмотрел на меня.

— Нугай обещал защиту. Полагаю, пришлёт к нам своих людей, — пожал я плечами в ответ. — Если кто-то решит попробовать силой вернуть жителей, думаю, они должны будут вмешаться. В крайнем случае, ты сможешь обратиться к Нугаю напрямую и потребовать от него выполнения договорённостей.

— О которых знаете только вы двое? — всё так же, с насмешкой, задал мне очередной вопрос Юнгур, вызвав у меня замешательство.

Ведь действительно, Нугай раздавал мне обещания, только когда мы были с ним наедине. В случае чего, никто не сможет подтвердить мои слова. Хотя…

— Ещё до штурма города, он заявил, что гарантирует защиту территории тому, кто выполнит его задание.

— И кто это слышал?

— Все его советники, сотники и полусотники. Народу было много, — припомнил я.

— Тогда, другое дело, — довольно произнёс Юнгур. — О чём ещё вы с ним договорились?

— Ему нужны мастерские. Он будет присылать своих людей, и мастера должны будут выполнять их поручения.

— Дай, угадаю! И всё бесплатно?

— Верно.

— Этого следовало ожидать. Он так и сказал, «его людей»?

— Да, — подтвердил я, после чего процитировал недавние слова Нугая. — «Будет справедливо, если они будут обслуживать моих людей бесплатно и без лишних задержек». Слово в слово.

— А взамен он обещал защиту?

— Да.

— Справедливо, учитывая, что ты наверняка заберёшь с собой половину бойцов.

— Пока даже не думал об этом.

— Думаю, мне хватит трёх десятков, — задумчиво посмотрел куда-то вдаль Юнгур. — Да, хватит. Тем более, раз Нугай обещал защиту, то больше и не потребуется. Лекаря тоже заберёшь?

— Пожалуй, да, — кивнул я. — Нечего ему тут делать. Мало ли, что с ним случится. Похитят ещё или переманят к себе.

— Жаль, можно было бы неплохо на нём заработать. Но ты прав, пока мы недостаточно сильны, лучше не рисковать людьми с такими ценными навыками.

Мы немного помолчали. Ситуация, в которой мы так внезапно оказались, многим пришлась не по вкусу. И ведь казалось, что всё начало налаживаться. Однако, лично я не собирался унывать. Для кого-то, возможно, приказ-совет Нугая мог показаться наказанием, но только не для меня.

Да, было неприятно осознать, что тебя считают за расходный материал. Но что другого можно было ожидать от диких степняков, которые режут всех подряд налево и направо? То, что мы с Акамиром добились нынешнего положения, уже можно считать большой удачей. Так что я воспринял произошедшее спокойно. Но выводы для себя сделал.

Мы ещё посидели и пообсуждали детали. Зовид и Лэй также не захотели оставаться в городе, предпочтя сражения в аномалии спокойной жизни в городе. И я был этому откровенно рад. За последнее время я успел в полной мере оценить путешествие в компании, когда тебе не надо переживать за ночные дежурства и постоянно находиться в напряжении.

Посланник от Нугая появился не на второй день, как я рассчитывал, а уже на следующий. Приехал он сразу к моему дому и, когда я к нему присоединился, он ходил по комнатам и осматривал их с хозяйским видом. Мне это, естественно, не понравилось, о чём я и поспешил ему сообщить.

— Ты кто такой и почему гуляешь по моему дому, как по своему? — мрачно спросил его я.

— Меня послал полутысячник Нугай, чтобы я присмотрел за твоим хозяйством, пока тебя не будет, — нахмурился он в ответ, видимо, недовольный моим тоном. — Так что считай, что я осматриваю место, в котором мне предстоит провести неизвестно сколько времени. Не мог найти что-нибудь поприличнее? Или это самый большой дом в этой дыре? — ни с того, ни с сего, вдруг перевёл он тему разговора.

— Провести время? Здесь? Очень в этом сомневаюсь, — недобро усмехнулся я. — Ты, не знаю, как тебя звать, видимо, невнимательно слушал командира и неверно понял его приказ. Он должен был отправить сюда людей для охраны моей территории, пока я буду выполнять его задание. Важное задание. И жить ты, и бойцы, которые должны были прибыть с тобой, будете точно не здесь. Это мой дом, и ты тут гость. Так что и веди себя, как гость. Не давай мне повода выкинуть тебя отсюда.

Посланнику Нугая мои слова явно пришлись не по душе. Он не стал мне ничего говорить, вместо этого, решив продемонстрировать свою силу. Не размениваясь по мелочам, он сходу выпустил своего духа – какого-то небольшого зверька, на подобие сурка или что-то в этом роде. Правую руку он положил на рукоять меча и попробовал надавить на меня духовной силой!

Я сперва даже не понял, от чего у него на любу вдруг вздулись вены. Думал, что его так зацепили мои слова. Но когда до меня дошло, что он в моём доме, будучи гостем, пытается надавить на меня своей силой, то я сначала опешил, а потом не на шутку разозлился.

— Пошёл вон отсюда, — с трудом сдерживаясь, чтобы действительно не вышвырнуть его из дома, практически прошипел я. — И передай Нугаю, чтобы он прислал сюда другого посланника. Тебе же, проход на мои земли с этого момента запрещён. Нарушишь запрет и я велю отрубить тебе ноги!

— Ты! — чуть ли не взревел он, ткнув в меня указательным пальцем левой руки. — Сын грязной собаки, я…

Дальше я его слушать не стал. Даже если Нугай решил в очередной раз проверить меня на крепость таким образом, позволять оскорблять себя, свою семью или своих людей, я не собирался.

Молниеносным движением, которое он, скорее всего, даже не заметил, не говоря уже о том, чтобы среагировать, я схватил его за вытянутый палец и резким движением его сломал. Дико хотелось продолжить и, вслед за пальцем, переломать ему руки, ноги и пройтись по ребрам, но я сдержался. Пускай и чудовищным усилием. Вместо этого, я сам выпустил из себя духовную силу и обрушил её на этого глупца.

И вот тут, разница в силе проявила себя во всей красе. Не удержавшись на ногах, он рухнул передо мной на колени, уперевшись руками в пол. Расширенными от ужаса глазами он смотрел на меня, а его рот раскрывался и закрывался в немом крике. Дух этого «посланника» моментально скрылся в теле своего носителя, за что удостоился презрительного фырканья со стороны Иня.

Злость всё ещё бурлила во мне, требуя выхода, поэтому, указав монголу на выход, я произнёс холодным тоном, не терпящим возражения.

— Ты отказался уйти, когда я давал тебе такой шанс. Вместо этого, ты посмел оскорбить хозяина дома, в который пришёл, как гость, и, вдобавок, попытался на меня напасть. Раз не захотел покинуть мой дом на ногах, придётся тебе теперь ползти. Ну! — поторопил я его, на секунду усилив давление.

Он ещё сопротивлялся некоторое время, прохрипел, роняя на пол слюни, но в итоге, сдался и действительно пополз на карачках в сторону выхода. Я ещё слегка ослабил давление. Но не для того, чтобы ему было легче передвигаться, а чтобы он побыстрее свалил из моего дома.

Ему понадобилось несколько минут, чтобы добраться до двери на улицу, и вывалиться наружу, издав вздох облегчения, когда я перестал на него давить. Монгол рухнул на камни дорожки, я же стоял на пороге и с презрением смотрел на того, кто меньше часа назад мнил себя кем-то сильным и важным, но растерял всё своё величие, стоило ему столкнуться с тем, кто оказался сильнее его.

— Если ты так встречаешь всех гостей, то я, пожалуй, не буду просить зайти внутри, — раздался чей-то насмешливый голос.

Я перевёл взгляд на говорившего и, не удержавшись, поднял в удивлении брови. Кого я точно не ожидал тут увидеть, так это Жаргала. Советник Нугая стоял метрах в пяти и внимательно наблюдал за происходящим. За его спиной, метрах в трех позади, стояло полдюжины бойцов. Они внимательно смотрели по сторонам, держа, при этом, руки на поясах, поближе к оружию.

Недалеко от них стоял десяток моих бойцов, которые не проявляли агрессии, но, при этом, не спускали настороженных взглядов с неожиданных гостей. Не думаю, что, в случае нападения, они смогут справиться с охраной Жаргала, но их присутствие слегка успокаивало.

— Вовсе нет, — я отрицательно мотнул головой. — Гостям мы всегда рады. Если только гости знают, как себя вести и не пытаются угрожать или нападать на хозяев.

— Даже так? — он нечитаемым взглядом проводил спину поспешно уходящего посланника.

— Чем обязан твоему визиту, советник Жаргал.

— Тебе можно называть меня просто Жаргал, — ответил он, снова посмотрев на меня. — Я пришёл поблагодарить тебя и поговорить.

— Пройдём внутрь? — предложил я, жестом указав на дверь за моей спиной, стараясь не выдать своего изумления его словами.

— Я бы с большей охотой прогулялся и посмотрел, как тут у тебя всё устроено, — раздалось в ответ.

— Не вижу причин для отказа, — я обозначил улыбку и жестом указал направление.

— Было неожиданно увидеть здесь Нарана, — начал разговор Жаргал.

— Кого? — не сразу сообразил я.

— Нарана. Это же его ты выгнал из дома таким странным образом. Даже не запомнил имя того, кого заставил ползти, словно животное?

— Он не представился, — с трудом сдержав раздражение в голосе, ответил я.

Было несложно уловить в его словах намёк, что я в очередной раз кого-то унизил. Если, конечно, считать за унижение то, что я справился с ним голыми руками. Начать оправдываться тем, что мне нельзя сражаться любым оружием, кроме своего тела? Зачем? К чему кому-то знать о моих слабостях?

— Даже так? — искренне, насколько я могу судить, удивился Жаргал. — Такого я даже от него не ожидал.

— При всём уважении, советник Жаргал…

— Просто Жаргал, мы же договорились, — перебил он меня.

— Хорошо, — согласился я. — Так вот, при всём уважении, но я не совсем понимаю причины, почему ты пришёл сюда, Жаргал.

— Сразу к делу? — усмехнулся тот без какого-либо неудовольствия. — Ох уж эта молодость. Вечно вы куда-то торопитесь, спешите…

Я пропустил его показные стенания мимо ушей.

— Ладно. Раз ты настаиваешь. Я действительно пришёл поблагодарить тебя за то, что ты оставил мне жизнь. Тогда, на арене, я счёл, что тебе просто повезло.

Я не удержался и усмехнулся про себя. Да, возможно, со стороны так и могло показаться. Но я был уверен, что сойдись мы с ним в поединке вновь, и результат будет тот же. Конечно же, я не стал этого говорить, изобразив на лице внимание.

— При штурме погиб мой племянник. Он был в числе тех, кто вызвался захватить ворота. Когда пошли слухи, что ты ударил в спину нашим дайчинам, которые смогли их захватить, я… поверил им.

— Не делал я ничего подобного. Там вообще никого, кроме моего отряда не было, покачал я головой.

— Да, мои люди внимательно там всё осмотрели и подтвердили, что племянник погиб раньше и совсем в другом месте. Его, как и остальных славных дайчинов, уже похоронили со всеми почестями.

— Ты решил отомстить, а претензии на район послужили поводом?

— Всё так. И, знаешь, что самое раздражающее?

— Что?

— Эти слухи… их распускали люди Нугая.

Я ничего не ответил, но слова Жаргала заставили меня задуматься. Если это действительно так, что, выходит, Нугай задался целью натравить на меня многих из своего окружения. Но зачем? Увидел во мне опасность? Решил избавиться от несогласных моими руками? Я ведь видел, как он слегка улыбался, когда я уронил Жаргала на землю, и как он нахмурился, когда я его пощадил.

— И ты пришёл, чтобы сказать мне, что Нугай мне не друг? Я и так это прекрасно понимаю.

— Нет, — Жаргал задумчиво пожевал губами. — Просто, если всё так, как я думаю, то Нугай предполагал, что я не переживу тот поединок. Я просто не мог поступить иначе и не вызвать тебя. Меня не поняли бы даже свои, а остальные обвинили в трусости.

— А этот… Наран, что ты можешь про него сказать?

— Слабый, жадный, наглый и глупый дайчин. Он постоянно создаёт какие-то проблемы, но его отец дружит с Нугаем. Почему спрашиваешь? Боишься, что после того, что произошло, у тебя будут с ним проблемы? Правильно думаешь. Он не забудет такого оскорбления.

— Пусть радуется, что я не убил его за его слова и поведение. Выходит, Нугай знает, что он за человек, но при этом прислал его для того, чтобы он защищал мой район, пока меня не будет.

— Уезжаешь? — внимательно посмотрел на меня Жаргал.

— Задание от Нугая, — не стал я откровенничать с Жаргалом, ограничившись уже не раз прозвучавшей легендой.

— С таким защитником, к твоему возвращению, от твоего района ничего бы не осталось, — усмехнулся монгол, после чего о чём-то задумался. — А ведь получается, что раз ты его выгнал, то, тем самым, отказался от защиты Нугая.

Я и сам уже это понял и теперь думал, как решить возникшую проблему. Оставить Юнгуру больше людей? Пойти к Нугаю и поговорить с ним, потребовав от него объяснений? Смешно!

— Раз ты уедешь, то кто останется за главного?

— Зачем тебе это знать? — я с подозрением посмотрел на Жаргала, который даже не думал тушеваться.

— Есть одна идея. Но, если это кто-то из ханьцев, то можно про неё сразу забыть.

— Юнгур, — ответил я, подумав, что это и так скоро станет всем известно. Так что, скрывать этот факт, не имело никакого смысла.

— Юнгур… — задумчиво протянул Жаргал. — Слышал о нём. Ян, — он остановился и повернулся ко мне. — А как ты смотришь на то, чтобы защиту твоего района тебе обеспечил не Нугай, а его советник, с которым тоже никто не решит связываться?

В глазах монгола я прочитал какое-то злое предвкушение, но направлено оно было не на меня, а, как мне кажется, на Нугая. Советник хочет отплатить Нугаю той же монетой, решив использовать сложившуюся вокруг меня ситуацию? В целом, не вижу в этом ничего для себя плохого. Более того, его предложение, это лучший из вариантов. Но и соглашаться сразу не стоит. Надо изобразить сомнения.

— И чем ты готов мне за это заплатить? — спросил я монгола, с удовлетворением наблюдая за тем, как меняется его лицо.

Глава 10

— Ты хочешь, чтобы я заплатил тебе за то, что мои воины будут тебя защищать? — с недоумением спросил меня Жаргал. — И в чём тогда мой интерес?

— Доступ к мастерским, — начал перечислять я. — Пониженная плата за услуги трудящихся там мастеров и, что самое главное, ты отплатишь Нугаю той же монетой, макнув его лицом в грязь. Твой же авторитет среди остальных советников возрастёт. А после того, как я победил тебя на арене, для тебя это, как по мне, важнее всего, что я перечислил до этого. Разве не так?

По лицу Жаргала было видно, что я попал точно в цель. Особенно, когда заговорил про его нынешний статус. Не знаю, какие у них там царят интриги, но такие как он не могут жить на вторых ролях. Они постоянно стремятся к большему. Не удивлюсь, если в какой-то момент, после особо сильной ошибки Нугая, Жаргал попытается сместить его и занять место полутысячника.

Чем это может обернуться для меня? Да чем угодно! Ни за что не поверю, что Жаргал просто возьмёт и забудет свой проигрыш. Чем-то его поведение мне напоминает повадки тигра, который затаился в ожидании, когда его жертва расслабится, чтобы нанести один точный и смертельный удар. При этом, он вряд ли снова вызовет меня на бой. Скорее, Жаргал поступит, как до него Нугай – попробует расправиться со мной чужими руками.

— И всё же, я считаю, что твои требования чрезмерны, — нахмурился монгол.

— Твои предложения?

— Половина цены на услуги мастеров, доступ без очереди для моих воинов, десять малых духовных камней в день. Это с твоей стороны. Защита от любых нападок на твою территорию и отстаивание твоих интересов на советах. Это уже с моей стороны.

— Я думал ты воин, а не торговец, советник Жаргал, — скривился я. — Откуда в твоих условиях вообще появились духовные камни?

— Задание, которое тебе должен дать Нугай. В округе нет ничего настолько интересного и важного, чтобы ссылать из города одного из сильнейших дайчинов, да ещё и с немалым отрядом. Выходит, что ты отправишься за Грань. А до меня доходили слухи, что ты в этом довольно хорош. Да и твой отряд, который ты создал из кучки пленных ханьцев, заставляет серьёзно задуматься.

— Задуматься о чём? — как можно нейтральнее поинтересовался я.

— О том, чтобы отправить с тобой десяток своих воинов, которые до сих пор не смогли обзавестись духами…

— Боюсь, что тут я ничем не смогу помочь, — я развёл руками и с виноватым видом поджал губы. — Здесь не столько моя заслуга, сколько их воля и желание стать сильнее. Да, к слову, духовные камни на дороге не валяются. Их приходится добывать из зверей. И зверей опасных, хочу заметить. Так что твои требования про десять камней в день… Не знаю, кто добывает тебе слухи, но они сильно переоценивают мои способности. Так что, думаю, три камня – это разумная цена, на которую я готов согласиться. Что касается оплаты за услуги – половина, это опять же, слишком много. Могу уступить третью часть. С приоритетом то же самое. Если твои воины будут каждый раз идти вне очереди, то это вызовет недовольство среди остальных. И это недовольство будет направлено, в первую очередь, на меня, а не на тебя.

Выслушав мою тираду, Жаргал задумался, практически на минуту. Было видно, что он раздумывает, с одной стороны, не желая уступать мне слишком сильно, но, с другой стороны, понимая, что сделка со мной действительно принесёт ему пользу.

— Пять камней, — наконец выдавил он. — С остальным согласен.

— Договорились, — кивнул я. — Надо сообщить Нугаю о нашей сделке.

— Не спеши с этим, — слегка сбил мой настрой монгол и, в ответ на мой вопросительный взгляд добавил. — Расскажем ему о нашем соглашении перед самым твоим выходом, в присутствии свидетелей, чтобы у него не было возможности всё переиграть.

Я с сомнением посмотрел на Жаргала, но был вынужден согласиться с тем, что в его словах есть изрядная доля смысла. При этом, я понимал, что наши с ним отношения подобный ход с моей стороны не улучшит. Более того, как бы он не решил отомстить мне за срыв его планов.

Мы прошлись по району, осмотрели мастерские, я познакомил Жаргала с Фэньфаном и ввёл в курс дела Юнгура. По ханьцу Жаргал лишь мазнул взглядом, не удосужив его даже кивком головы. Словно посмотрел на говорящую вещь. А вот с Юнгуром они с минуту мерились взглядами, словно пытаясь продавить оппонента своей силой, не используя последнюю. По крайней мере, я ничего не увидел и не почувствовал.

Жаргал ушёл, на сколько я могу судить, довольный тем, что увидел. Да и с Юнгуром они смогли найти общий язык. Советник уважал силу, а мой сотник, за последнее время, успел неплохо подняться в своём развитии. А сейчас же, имея на руках такой большой духовный камень, добытый из зверя, родственного его духу, темпы его развития должны ещё больше увеличиться.

Фэньфан новостям о моём скором отбытии не обрадовался. Он закономерно опасался, что с моим уходом на улицы может прийти беспорядок, как в других районах. Напрямую он об этом не говорил, но его красноречивые взгляды, которые он бросал на меня время от времени, говорили сами за себя.

Мне же оставалось только надеяться на благоразумие Юнгура. Он успел доказать, что способен на взвешенные решения, которые пойдут нам всем на пользу. Да, обычных ханьцев он считал за скот, как и большинство монголов, но свой «скот» он предпочитал беречь и не давать в обиду. Тем более, что он уже успел вкусить блага городской жизни, таких как ежевечерние омовения, сопровождающиеся массажем желающих найти себе защитника и покровителя симпатичненьких, молодых девушек. Да и почтение, которое высказывали при виде него обыватели, он принимал весьма благодушно, чувствуя себя если не ханом, то кем-то рядом.

Мой отряд был готов уже с самого утра. Снаряжение было починено, запасы собраны, оружие заточено. Бойцы были отдохнувшие и готовые идти и сражаться за своего командира, то бишь меня. По крайней мере, так их описал Акамир, добавив, со смешком, что если всё пойдёт так и дальше, то они вырежут из дерева мою статую и начнут на неё молиться.

Я над этим, конечно, посмеялся, но, глядя в преданные глаза Лэя, который буквально пожирал меня взглядом, всем своим видом показывая, что готов выполнить любой мой приказ, был вынужден признать, что в чём-то приятель прав.

К воротам мы подошли ещё до полудня. Я планировал до наступления ночи добраться до границы с аномалией, чтобы на следующее утро выйти на охоту.

Нас встречали. Точнее, провожали. В общем, метров за сто до ворот, когда я уже думал, что Нугай про меня забыл, я увидел кавалькаду всадников, появившихся с другой улицы и двинувшихся нам наперерез. Дюжина дайчинов, среди которых был и Жаргал, неспешно скакали в нашем направлении. Мне пришлось отдать команду, останавливая бойцов, чтобы дождаться, когда Нугай к нам приблизится.

— Сотник Ян! — громко произнёс он, придерживая своего коня. — Вижу, ты решил не задерживаться? Похвально!

— Да, полутысячник Нугай, — ответил я ему в той же манере. — Дела не терпят отлагательств.

— Вижу. Похвально. Вот только, на кого ты оставил свой район? Наран мне сегодня сообщил, что ты прогнал его, запретив появляться на своей территории. А ведь он был послан к тебе, чтобы обеспечить защиту, пока тебя не будет. Выходит, она тебе не нужна?

— Только сегодня? Долго же он до тебя добирался, — я позволил себе кривую ухмылку, глядя на злобно зыркающего в мою сторону Нарана, который тоже был здесь. — Может он оповестил тебя и о причинах моего решения?

— Ты прогнал моего посланника, сотник Ян. Этим поступком ты выказал неуважение мне. Что касается причин… они не столь важны.

— Что ж, — протянул я, понимая, что Нугай изначально не собирался обеспечивать меня защитой и послал этого самого Нарана, чтобы тот своим поведением вынудил меня прогнать его, — выходит, мне придётся искать кого-то другого, кто сможет обеспечить защитой мою территорию в моё отсутствие. Может быть кто-то из присутствующих желает примерить на себя эту роль? — я обратился к монголам, которые находились за спиной у Нугая.

Среди них тут же послышались шепотки, явно дающие мне понять, что дураков идти против будущего тысячника нет. Что характерно, Жаргал тоже хранил молчание, не торопясь нарушать установившуюся тишину.

— Никто? Тогда мне, пожалуй, придётся…

— Если полутысячник Нугай не возражает, то я бы мог предложить на эту роль себя, — произнёс советник, не дав мне закончить фразу.

Шепотки моментально смолкли, и все взгляды устремились на Жаргала, который, в свою очередь, смотрел на Нугая. Тот к такому развитию событий явно не был готов. Было видно, что предложение советника застало его врасплох.

Пауза затягивалась, и Нугаю следовало поторопиться с ответом, чтобы не выглядеть глупо. По нему было видно, что он судорожно просчитывает варианты. Жаргал же не собирался давать ему подсказок, продолжая спокойно смотреть на него в ответ.

— Признаться, твоё предложение несколько неожиданно, — наконец медленно протянул он, пытаясь выиграть себе немного времени на раздумья. — Я не вижу в этом никаких препятствий, но что скажет сам хозяин района?

Слово «хозяин» Нугай выделил интонацией, да ещё и кивнул в мою сторону. Все взгляды тут же уткнулись в меня. Происходящее явно выходило за рамки запланированного, и от этого вызывало большой интерес и оживление в рядах свиты Нугая.

— Согласен, — коротко ответил я, после чего перевёл взгляд на Жаргала. Глядя в его довольные глаза, я решил немного «отомстить» ему за то, что он пытался заставить меня понервничать, явно набивая себе тем самым цену. — По оплате, как и договаривались?

Было забавно смотреть на то, как скривился Жаргал, когда до него дошёл смысл сказанного мной. Взгляды монголов снова сместились с меня на советника, когда и они осознали, что я только что сказал. Но интереснее всего было наблюдать за Нугаем.

За несколько секунд, на его лице сменился целый спектр эмоций. Удивление, непонимание, озарение, раздражение… При этом, я удостоился лишь быстрого взгляда. Всё своё внимание полутысячник сосредоточил на своём советнике.

— Договаривались? — негромко произнёс он, глядя на Жаргала, после чего посмотрел на меня. — Надеюсь, ты понимаешь, с кем связался, Ян?

— Советник Жаргал обещал, что за время моего отсутствия, проследит за порядком и защитит жителей района. Если не верить советнику нашего командира, славному дайчину, то кому тогда вообще верить?

Мой выпад явно достиг цели, судя по прищуренным глазам Нугая. Все, кто был в курсе ситуации, явно поняли, кому предназначались мои слова. Но обвинить меня он ни в чём не мог. И Нугай это прекрасно осознавал. Он ожёг гневным взглядом Нарана, после чего процедил:

— Славной охоты, сотник Ян. Возвращайся с богатой добычей!

— Благодарю за напутствие, полутысячник Нугай!

На этом, обмен любезностями подошёл к концу. Я подал своим бойцам пример, направив коня в сторону ворот. Дальнейшее выяснение отношений между Нугаем и Жаргалом меня не волновало. Я свою часть сделки выполнил и мог с чистой совестью заняться своими делами.

Чем больше они заняты выяснением отношений друг с другом, тем меньше у них остаётся времени на то, чтобы сделать какую-нибудь гадость мне. А вообще, меня искренне поражает, что, вместо того, чтобы планировать свой следующий удар, они занимаются такой ерундой.

С другой стороны, мне все эти задержки только на руку. Я планирую выжать как можно больше из представившегося мне шанса. Перед тем, как покинуть город, я успел выяснить у Фэньфана, что среди мастеров есть и те, кто умеет работать с материалами, добытыми из аномалий.

Да, они были слабоваты, так как всех самых сильных себе забирали кланы, заставляя их работать на своё благо. Но я собирался это исправить. Именно поэтому, помимо своих бойцов, я взял с собой несколько таких мастеров, среди которых были травники, кожевники, кузнец и пара поваров.

Думаю, что даже самые слабые духи позволят им выйти на новую ступень мастерства. И, если внедрение им духов пройдёт успешно, я, пожалуй, займусь тем, чтобы обеспечить духами как можно большее количество своих людей.

Размышляя об этом, я и не заметил, как мы выехали за территорию города.

Глава 11

— Я тебя иногда не понимаю, Ян, — произнёс Акамир, поравнявшись со мной. — Вот для чего тебе это было надо?

— Ты о чём? — спросил я, всё ещё думая о своём.

— Я про то, что ты при всех рассказал про ваш договор с Жаргалом.

Я не удержался и довольно улыбнулся. Очень уж меня позабавили лица этих двух интриганов, когда один из них понял, что кто-то посмел договориться о чём-то за его спиной, а второму не удалось выставить меня крайним.

— А что тут такого?

— Ты понимаешь, что оставил охранять наш район человека, который точит на тебя зуб?

— Точит зуб? Кто? Жаргал? Я как-то не заметил. Вроде бы у него всё в порядке с зубами. Или ты о чём-то другом?

— Конечно о другом, — тяжело вздохнул приятель. — Я про то, что Жаргал, скорее всего, затаит теперь на тебя злобу и постарается отомстить.

— Он и до этого не особо пылал ко мне добрыми чувствами. Думаешь, мои слова что-то сильно изменят?

— Конечно! Он же после такого точно захочет сделать тебе какую-нибудь пакость!

— А теперь представь, как это воспримут другие? Если в нашем районе произойдёт хоть что-то плохое, то это ляжет пятном на его репутацию.

— Подумаешь… — хмыкнул Акамир. — Нам то от этого легче не станет, как и жителям.

— Да, — согласился я. — Но Жаргал очень честолюбивый. Как я понял, он метит на место Нугая. И он сделает всё возможное, чтобы показать себя с лучшей стороны перед остальными советниками и приближёнными Нугая. Мол, смотрите, какой я благородный и честный, всегда держу слово, даже если дал его дайчину, к которому у меня есть счёты.

— Ты действительно в это веришь? — со скепсисом в голосе спросил Акамир.

— Да, — кивнул я.

— А вот я как-то сомневаюсь. Нам бы начинать искать союзников, а не настраивать против себя всех окружающих. И тем более тех, кто имеет силу и вес.

— Акамир, — я проникновенно посмотрел на приятеля, — пойми, они считаются с нами, только потому, что мы приносим пользу и доказали свою силу. Мы никогда не станем для них равными, какие бы знаки внимания они нам не оказывали. Да, Нугай помог нам возвыситься, но он сделал так, потому что он преследует какие-то свои, неизвестные нам, цели. Либо у него не было другого выхода. Как тогда при защите крепости. А, ну, ещё у нас неплохо получается добывать духовные камни. У монголов с этим, почему-то, всё не так гладко.

— Надоело мне тут, Ян, — тяжело вздохнул, через несколько минут тишины, Акамир. — На родину охота.

— Понимаю, — кивнул я.

— Понимаешь? — горько усмехнулся он. — Ты же, вроде как, дома. Разве нет?

— И да, и нет. Мой дом, он намного дальше, на север. Все эти люди, которых мы встречаем, они же для меня такие же чужие, как и для тебя. Земля? Я тут никогда не был. Я вообще не выезжал дальше земель своего клана. Да на Руси больше мест посетил, чем здесь. Но и там я не свой. Выходит, что нет у меня своего места, — с какой-то злостью, непонятно на кого, в конце добавил я.

— Ян, — Акамир умудрился дотянуться до меня и слегка толкнуть в плечо, — зря ты так говоришь. Для меня ты свой. Да и для Макса. Для всех нас. Ты же земли наши защищал. А то, что родился в другом месте, так это… это не важно.

— Спасибо, Акамир, — хрипло произнёс я в ответ.

Несмотря на слова приятеля, я прекрасно понимал, что всё немного по-другому. Да, земли русов могли стать мне домом. Когда-то, но не сейчас. Я как никогда был близок к тому, чтобы вернуться на свои бывшие земли и забрать их обратно себе. Вопрос только в том, что я буду делать, когда достигну цели?

Если быть до конца откровенным, хотя бы с самим собой, то я просто не представлял что будет, после того, как я отомщу. От одной мысли об этом, у меня всё внутри сжималось холодным комом. Может быть поэтому я так сильно ищу сражений? Ведь в бою все лишние мысли просто испаряются из моей головы, словно роса, под жарким утренним солнцем. Там всё просто и понятно. Есть свои и чужие. Там либо ты, либо тебя. Стоит же мне задуматься о будущем, то я словно натыкаюсь на высокую стену, которую не в силах преодолеть.

Да уж, я даже не ожидал, что разговор с Акамиром закончится для меня вот таким вот образом. Ненароком, но он заставил меня задуматься о чём-то, помимо мести. А ведь, если задуматься, то выходит, что мне просто… страшно думать о будущем?

Я мрачно усмехнулся.

Страх. То, с чем я решил бороться всеми возможными способами, никак меня не отпускает. Смешно. Я не боюсь смерти, но боюсь представить, что со мной будет, когда я доберусь до конца пути.

«Всё просто. Ты найдёшь новый» — раздался в голове голос Иня.

— Подслушиваешь? — недовольно спросил его я.

«Больно оно мне надо, подслушивать какие-то жалкие переживания! Ты просто очень громко думаешь».

Жалкие переживания.

Не знаю почему, но слова духа засели у меня в голове. Для него мои переживания действительно являются жалкими. Я вообще не в курсе, способны ли духи к каким-то переживаниям. Никогда не задумывался о том, что ими движет, а Инь не спешит делиться со мной этими знаниями. В чём-то его философия меня подкупает. Наверное, своей простотой. Живи ради силы, сражайся, чтобы стать сильнее, уважай только силу!

Всё очень просто и понятно. И не надо задумываться о том, к чему приведут твои поступки… Нет. Это раньше я мог себе позволить жить подобным образом. Теперь же я отвечаю не только за себя, но и за других. Акамир прав, мои поступки и даже слова могут отразиться на других людях, которые даже не поймут, из-за чего на них вдруг ополчились неизвестные им незнакомцы.

Однако, становиться для них нянькой я не собираюсь. Получается, что лучшее, что я могу для них сделать, это дать им возможность стать сильнее. А дальше, всё будет зависеть уже от них самих.

Забавно, но стоило мне прийти к этим мыслям, как я почувствовал, что мне словно стало легче дышать. Я оглянулся на своих бойцов, отметив, что они стали держаться более уверенно. При этом, судя по выражению лиц, некоторые из них, прямо в седле, занимались работой с духовной энергией.

К тому моменту, как мы добрались до нужного места, передовой отряд уже успел проверить и расчистить место для ночлега и готовил еду. Пока уставшие бойцы занимались обустройством временного лагеря и ухаживали за лошадьми, мы с Акамиром и Зовидом отправились на разведку в аномалию. До того момента, как светило полностью скрылось за горизонтом, мы успели наметить пару перспективных направлений, которые можно будет проверить уже тщательней завтра с утра.

Ночь прошла спокойно, и, оставив половину бойцов и всех мастеров охранять лагерь, мы отправились с остальными в аномалию. Наши бойцы уже довольно уверенно пробирались через заросли кустов и невысоких деревьев, не забывая внимательно посматривать вокруг.

Благодаря этому, первая атака пары здоровых змей не увенчалась успехом. Стоило им выстрелить своими телами из кустов, как они оказались тут же перерублены.

— Смотрите и запоминайте, — сказал я мастерам, которые не успели даже испугаться, кивая на пару бойцов, которые уже приступили к разделке добычи. — Мясо этих змей съедобно? — обратился я к одному из поваров.

— Д-да, господин Ян! — слегка заикаясь ответил он. — Оно очень ценится среди представителей клана, так как хорошо очищает организм и слегка омолаживает кожу.

— Интересный эффект, — удивился я. — Сможешь приготовить так, чтобы не испортить?

— Г-господин! — воскликнул он с испугом, после чего упал на колени. — Не губите, господин!

— Вроде не собирался, — опешил я от такой реакции. — В чём дело?

— Это же мясо змеи из аномалии! Оно очень дорогое.

— Боишься, что не справишься и испортишь? — понял я.

— Да, господин!

— Значит, придётся постараться. И не переживай особо, лучше подумай, что тебе понадобится. Травки там пособирай всякие. Что касается мяса, то его у нас будет навалом, хватит вам на эксперименты. Тебя это тоже касается, — сказал я второму повару, который всё это время молча смотрел на то, как разделывают туши изменённых зверей.

Глаза поваров, как и остальных мастеров, после моих слов расширились от удивления. Видимо, их впечатлило то, с какой небрежностью я говорю о возможной потере столь ценного ингредиента.

— Что с кожей? — я перевёл своё внимание на других мастеров.

— Мы постараемся что-нибудь придумать, — ответил за всех самый взрослый ханец. — Но, боюсь, много ждать не стоит. Ваши воины слишком сильно попортили шкуры.

Я посмотрел на пыхтящих от напряжения бойцов, которые с трудом резали шкуру змей. Вроде они выглядят относительно целыми. Хотя, мастерам, наверное, виднее.

— Можете попробовать сами, — предложил им я.

Двое мастеров достали из-за поясов интересного вида ножи и присели рядом с бойцами. Те с удовольствием уступили им свои места, с интересом наблюдая за действиями кожевников. Те с энтузиазмом взялись за работу, но вскоре были вынуждены уступить место бойцам обратно.

— У нас не хватает сил, — в ответ на мой вопросительный взгляд произнёс тот, что постарше. — Да и инструмент не подходит.

— Можете давать советы, чтобы было меньше… огрехов, — сказал им я, после чего перевёл взгляд на остальных мастеров. — Я взял вас сюда, чтобы найти каждому из вас духа и дать возможность поработать с материалами из аномалии. Я жду от вас, что вы приложите все усилия, чтобы найти как можно больше ценных и полезных вещей.

— Духов? — раздались удивлённые шепотки.

— Господин! Мы благодарны Вам, господин! — начали часто и глубоко кланяться они.

— Довольно! Мы не при дворце. Хватит гнуть спины, лучше смотрите внимательней по сторонам, опасность здесь может подстерегать под любым кустом.

В качестве подтверждения своих слов, я пнул голову одной из змей в их сторону. Они забавно шарахнулись в разные стороны, испуганно глядя на мутные капли яда, стекающие не траву. Не хотел бы я испытать на себе его эффект. Уверен, что яд местных змей намного опаснее, чем у обычных.

— Постарайтесь собрать яд, — отдал я приказ. — Бутыльки для него должны были взять.

— Да, командир! — ответил один из бойцов, снимая со спины сумку, доставая из неё пару бутыльков и шагая к ближайшей голове.

Сделав два глубоких разреза, он чуть ли не разделил голову змеи пополам. После этого, аккуратно, чтобы не повредить железу с содержимым, он принялся орудовать острым и тонким ножом, пока не извлёк искомое. Окутав кисти духовным покровом, боец не спеша сцедил яд в бутылёк, после чего закрыл его плотно пробкой и нацарапал на ней символы, обозначающие «яд».

— Пошевеливайтесь, нам ещё много сегодня надо пройти! — громко произнёс я и пошёл к Зовиду. — Что скажешь? Есть что-нибудь интересное?

— Несколько полян с какими-то растениями, одинокий кабан. Довольно крупный, но, насколько я смог оценить, без стихии, — начал перечислять наш разведчик. — Много птиц, змей и всяких грызунов. Духов пока не видел.

— Отлично! — обрадовался я. — Сегодня-завтра занимаемся зачисткой и сбором всего, что имеет хоть какую-нибудь ценность, заодно наши мастера немного привыкнут и втянутся в процесс. А через пару дней надо будет уже заняться поиском духов.

— Что с лагерем? Оставляем или берем всех с собой? — спросил Акамир.

— Думаю, надо забирать всех. Мало ли, вдруг кто-то действительно решит отыграться на нас и отправит по нашему следу отряд бойцов. Хотелось бы избежать ненужных жертв.

— Согласен, — кивнул приятель. — Но с лошадьми здесь будет сложнее передвигаться. Боюсь, часть мы потеряем, пока выберемся отсюда.

— Значит, придётся постараться, чтобы сохранить их всех, — отрезал я. — Девать нам их в любом случае некуда. Да и слишком они ценны, чтобы ими разбрасываться.

Два дня пролетели незаметно. Больше всего досталось разведчикам, которые должны были найти путь, по которому лошади смогут пройти, не переломав ноги. В некоторых местах приходилось вырубать кустарник, чтобы проложить дорогу. На шум сбегалась разная живность, и вскоре у нас появились первые раненые. Благо, пока обходилось без серьёзных травм, но происходящее меня не радовало. Это мы ещё даже не успели углубиться, а что будет дальше? Терять своих людей, в которых уже успели вложить так много сил, не хотелось.

Мастера постепенно втянулись и перестали вздрагивать от каждого шороха. После того, как повара испортили первую партию мяса, превратив его во что-то несъедобное, что даже резалось с трудом, не говоря уже о том, чтобы прожевать, они заметно упали духом. Видимо, ожидали наказания, которое, к их удивлению, не последовало.

Убедившись, что я не спешу высказывать недовольство их неудачей, они приободрились, и начали пробовать разные варианты уже заметно смелее. Несколько раз у них получилось создать очень даже удачные варианты, после которых они старательно записывали себе последовательность действий, ингредиенты и даже время, которое тратили на приготовление.

На третий день, как и планировали, мы сняли лагерь и двинулись вглубь аномалии. Нугай никак не обозначил мне временные рамки, на которые я должен был исчезнуть с его глаза, но не думаю, что следовало затягивать своё отсутствие на слишком долгий срок. Я дал себе три недели, за которые мы должны были добраться до нашего городка, проверить Онгура и вернуться обратно, по пути набрав духовных камней для оплаты Жаргалу, установить связь между мастерами и духами и усилить духов своих бойцов.

Ещё одним пунктом, который я озвучил только Акамиру, был поиск Хранителей или сильных духов. Инь и Алев тоже нуждались в усилении. И я полагал, что вчетвером мы должны справиться с любым одиночным Хранителем.

Чтобы избежать ненужных жертв, я, Акамир и Зовид двигались впереди отряда. По центру мы разместили раненых и слабых мастеров, от которых в случае сражения не было бы никакого толку. Остальные воины двигались своеобразной «коробочкой».

Когда последний боец скрылся в аномалии, пространство в паре десятков метров вдруг подёрнулось рябью, явив невысокого монгола, увешанного разнообразными частями животных. Выждав какое-то время, он тщательно изучил площадку, где совсем недавно стоял лагерь наглого сотника, который вызвал недовольство тысячника Нугая. Не найдя ничего интересного, он последовал вслед за ушедшим отрядом, скользнув вслед за ними за Грань.

Глава 12

Сперва всё шло неплохо. Бойцы, пусть и с трудом, но справлялись с нападавшими время от времени зверями, добывая шкуры, мясо и, что самое главное, вырезая из их тел духовные камни. Их я складывал в отдельные мешочки. Теми, что помельче, я планировал откупиться от Жаргала, за его охрану. Остальные я планировал оставить себе и раздавать их в награду отличившимся бойцам.

Проблемы начались, когда начало темнеть и мы уже вовсю искали место для ночлега. Не знаю, как разведчики смогли просмотреть несколько огромных ульев на деревьях, под которыми мы расположились, но, когда мы развели костры, разбуженные дымом, обозлённые пчёлы, покинули свои жилища и принялись искать виновных.

Внезапный шум, естественно, тут же привлёк наше внимание. Все принялись крутить головами, в поисках его источника. Поначалу нам мешали ветки и листья, однако, когда показались первые пчёлы, я тут же закричал Акамиру, не беспокоясь о том, что мой крик услышит какой-нибудь зверь поопаснее.

— Акамир! Огнём, вверх! Жги их, жги!

Приятель сначала не понял причину моей паники, но, когда он поднял голову вверх, проследив за моей рукой, то тут же ударил конусом огня.

— Держи лошадей! Уводи их, уводи! — кричал я, и Лэй дублировал мои приказы, заставляя бойцов шевелиться.

Раздалось испуганное ржание. Лошади, напуганные внезапной вспышкой света, попытались сбежать. Хорошо хоть у них ничего не получилось. Часть уже были стреножены, часть успели перехватить за поводья понукаемые Лэем бойцы.

Животных и мастеров отвели подальше, бойцы тоже поспешили покинуть такое удобное место. Однако, пчёлы и не думали успокаиваться. Здоровые, с мизинец размером, они рвались сквозь поток огня, сгорая сотнями, но не прекращая попыток добраться до источника опасности для улья.

Несколько любопытных бойцов решили подойти поближе, невзирая на предупреждения, за что тут же поплатились. Раздумывая над выходом из сложившейся ситуации, я успел отметить, как один из бойцов кулем падает на землю, после атаки всего одной пчелы.

К нему тут же бросились на помощь и поволокли подальше от опасности, но это привело к ещё большему количеству жертв. Один за другим, сразу двое бойцов попадали на землю вслед за первым. Им не помогли даже слабенькие духовные барьеры. Жала пчёл с лёгкостью прошивали духовную защиту, которая была способна выдержать несколько ударов стальным мечом.

— Инь! — «закричал» я у себя в голове. — Что делать?

«Просто придави их своей духовной силой», — раздался ответ медоеда.

Сам он, при этом, даже не вышел из меня.

Придавить силой? Но как? Нет, я и до этого делал нечто подобное, но всего на одной, максимум пяти целях. Тут же их тысячи! И как придавить? Просто выпустить силу, или надо задать какой-то посыл?

Инь ещё, как назло, не спешил больше давать советов, предоставив мне справляться с этой задачей самому. И мне стоило поторопиться, так как Акамир явно уже не справлялся. Земля вокруг него уже была усыпана сгоревшими насекомыми. Я с удивлением отметил, что некоторые из них даже ещё шевелились. То есть они смогли каким-то чудом пролететь сквозь пламя и при этом выжить!

Я прикрыл глаза, чтобы не отвлекаться на происходящее вокруг, и обратился к своей духовной силе. Прогнав её пару раз по телу, я выплеснул часть наружу, стараясь бить вверх. Получилось с первого раза, хоть я и почувствовал лёгкую слабость.

— Ян! Ты что делаешь?

Услышав крик Акамира, я открыл глаза и посмотрел вверх. В том месте, куда я выпустил духовную энергию, пламя приятеля потеряло в силе. Я словно пробил в нём дыру, чем незамедлительно решили воспользоваться пчёлы.

— Ко мне! — крикнул я ему, «зачерпывая» в этот раз энергии побольше.

Дождавшись, когда приятель в пару длинных прыжков окажется рядом со мной, я ударил по гудяющему облаку из насекомых всем, что собрал. Бил так, чтобы зацепить всех. Очень уж мне не понравились последствия после их укусов. Испытывать же свой организм на прочность мне не хотелось. По крайней мере, не в данной ситуации.

На всякий случай, помимо удара духовной силой, я постарался вложить ещё и эмоциональный посыл. В голову не пришло ничего лучше, чем использовать страх и желание сбежать подальше от опасности. Заодно, я зачерпнул ещё больше энергии, подумав, что, если у меня не получится убить их с первого удара, то второй я нанести не успею.

От резкого оттока такого большого количества духовной энергии, у меня потемнело в глазах, и я пошатнулся, но устоял на ногах. По голове и плечам застучало, словно на меня сверху высыпали огромную корзину с лонганом. Я не сразу сообразил, что это падают мёртвые пчёлы.

— Силён, — уважительно присвистнул Акамир, придерживая меня за плечо. — Ты их что, разом всех убил?

Я сперва не понял, почему он так решил, но потом прислушался и осознал, что больше не слышу жужжания, которое вызывало иррациональный страх, проникая в каждую косточку организма. Предночная тишина разрывалась лишь шумом ветра, который покачивал ветви деревьев, да крики редких ночных птиц.

«Дождь» из насекомых прекратился, и мы замерли, внимательно прислушиваясь, пытаясь уловить пчелиное жужжание. Секунды сменяли одна другую, но, как бы мы ни напрягали слух, не могли уловить ничего, даже отдалённо напоминающего шелест сотен крыльев.

— Ты что-нибудь слышишь? — обратился я к Акамиру.

— Если ты про пчёл, то нет, — ответил он, внимательно разглядывая ветки над нами, словно пытаясь увидеть, что скрывается в листве.

— Лэй! — крикнул я своему младшему командиру, после чего кивком головы указал на тела бойцов, над которыми уже суетилась пара человек. — Что с ними?

— Живы, командир Ян! — ответил он. — Пытаемся отсасать яд. Повезло, что всего по одному-два укуса. Это очень опасные пчёлы. Я про таких слышал лишь один раз. Рассказывали, что из пяти десятков солдат, которые случайно с ними столкнулись, не выжил никто.

— И кто тогда рассказывал? — усмехнулся Акамир. — Раз никто не выжил.

— Не знаю, — почесал голову Лэй. — Наверно, кто-то видел со стороны или ещё как-то узнал.

— Это неважно, — вмешался я. — Надо найти новое место.

— А зачем? — ошарашил меня вопросом Лэй. — Если тут жили пчёлы, которых вы всех убили, то тут должно быть безопасно. Вряд ли кто-то бы решился селиться рядом с ними. Слишком опасно.

— Что-то в этом есть, — кивнул головой Акамир, слегка поджав губы. — Надо только смести их тушки в сторону.

— В мешки! — с жаром воскликнул Лэй. — Отнесём их в город и продадим!

— Мы не потащим с собой эту гадость, — произнёс я, качая головой. — Просто, сметите их в сторону. Только смотри, чтобы осторожно. Там могут быть ещё живые. Хватит нам и этих троих. И за лошадьми проследите!

Раздав указания, я выбрал дерево, под которым был чистый участок, и уселся прямо на землю. Всё-таки, я, похоже, слегка перестарался. Моё состояние всё ухудшалось, ноги уже подрагивали, накатывала головная боль, а в груди возникло сосущее чувство. Всё, чего мне сейчас хотелось, это просто посидеть в тишине, пытаясь восстановить запас духовной энергии.

Когда мне наконец-то стало лучше, и я открыл глаза, то первое, что увидел, это сидящего в нескольких метрах бойца, который не сводил с меня глаз. Стоило ему увидеть, что я пришёл в себя, как он тут же сорвался с места и убежал к самой большой палатке. К тому моменту, как я встал и слегка размялся, оттуда вышли Лэй с Акамиром и направились ко мне.

— Сильно выложился? — первым делом спросил приятель, который и сам выглядел не лучшим образом.

— Да, — согласно кивнул я. — И, похоже, слегка перестарался. Им бы и меньшего хватило.

— Как знать, как знать, — покачал головой Акамир. — Мы нашли несколько десятков выживших «пчёлок», — выделил он интонацией последнее слово. — Наши мастера предложили провести несколько экспериментов. Так вот, их жала пробивают духовный покров большей части наших бойцов. Я смог выдержать десяток. Лэй всего четыре.

Ханец кивком подтвердил слова моего приятеля. При этом, вид у него был виноватый. На мою поднятую в вопросе бровь, он ответил:

— Командир Ян! Простите меня, я так слаб!

— Опять он за своё, — тяжело вздохнул Акамир. — Вот не поверишь, пока ты тут сидел под деревом, я эту фразу от него раз двадцать услышал.

— Значит, тебе надо становиться сильнее, — обратился я к Лэю, стараясь не обращать внимания на ухмылку Акамира. — Именно для этого мы сюда и пришли.

— Я не подведу Вас, командир Ян! — воскликнул Лэй и, снова мне поклонившись, отступил за спину Акамира и замер там неподвижной и молчаливой статуей.

— Ты всё? Надышался воздухом? Пойдём тогда посидим, — предложил Акамир, кивая в сторону шатра.

Я не имел ничего против. Тело от долгого сидения на земле затекло, да и вокруг стало значительно прохладнее. Вдобавок, я, похоже, пропустил ужин, и мой живот не замедлил мне об этом напомнить, огласив округу голодным урчанием.

— Заодно поешь, — тут же отреагировал на это Акамир.

Стоило нам усесться, как внутрь зашли несколько человек, неся в руках подносы. Поставив их передо мной, двое отступили немного назад, но остались, остальные ушли.

— Господин! — обратился ко мне один из поваров, а это были именно они. — Позвольте показать вам, что у нас получилось сделать из мяса добытых зверей. Это пока что самые успешные рецепты, которые мы смогли создать.

Они начали по очереди показывать мне на блюда, рассказывая про ингредиенты. Оказалось, что пока я занимался восстановлением, мои люди успели исследовать окружающую территорию и найти много интересных растений и кореньев. Большая часть из них оказались съедобными, и парочка поваров, конечно же, решили приготовить из них что-нибудь вкусное.

Я ел одно блюдо за другим, с удовольствием отмечая, как недостаток энергии в организме стремительно восстанавливается. Акамир и Лэй к моей трапезе не присоединились, сказав, что они уже успели всё это попробовать. Зовида не было. По словам Акамира, он занимался разведкой, желая убедиться, что вокруг действительно нет ничего опасного.

— И последнее на сегодня блюдо, — произнёс повар, который до этого ненадолго уходил и вернулся в сопровождении двух бойцов, которые тащили за собой блюдо с небольшой горкой мяса.

— Его ещё никто не пробовал, мы только закончили его приготовление! Поверьте, господин Ян, это блюдо достойно правителя города!

Заинтригованные, мы взяли по горячему куску мяса, от которого исходил приятный, сладкий и слегка терпкий аромат. Сделав первый укус, я начал неспешно жевать, пытаясь оценить качество и вкус еды, которую эти двое так расхваливали.

— Изумительно! — воскликнул Акамир, который уже успел справиться со своим куском и сейчас тянулся за вторым. — Что это?

— Дичь, которую добыл и принёс господин Зовид. Мы добавили туда несколько трав, корений и плодов, но это ещё не всё…

— Мёд? — предположил я, наконец осознав, что это за необычный привкус.

— Да, господин Ян! Мёд! Ваши люди сняли ульи с деревьев. Его там оказалось очень много! Вы разрешили пробовать все ингредиенты, поэтому мы взяли на себя смелость использовать для приготовления столь редкий и дорогой продукт!

— И правильно сделали, — кивнул я. — Что скажешь, Акамир?

— Ничего вкуснее в жизни не ел! — тут же отреагировал друг.

— Пища императора! — добавил Лэй, который ограничился всего одним куском.

— Ты давай не стесняйся, бери ещё, — подбодрил его я.

— Нет, командир Ян, — покачал он головой. — Это действительно пища Императора. Я недостоин её есть. Такой мёд продают за золото по весу.

— Ты разве не слышал, что сказали наши повара? — подключился Акамир. — У нас его очень много! Так что пользуйся моментом. Можешь даже вообразить себя императором, если хочешь, — хохотнул приятель.

— Я не… — начал было Лэй, но я его оборвал.

— Считай, что это приказ. Вы тоже попробуйте! — сказал я поварам.

— Мы уже… — начали было они, но осеклись под моим взглядом и взяли по куску.

Я бы с удовольствием съел ещё, но в меня уже просто не лезло.

— Это того стоило, — довольно протянул Акамир, откидываясь на подушку. — Я прямо чувствую, как восстанавливается энергия. Даже лучше, чем от камней.

Мы просидели так ещё час, обсуждая дальнейшие планы. За это время успел вернуться Зовид, который тоже оценил новые блюда. А потом к нам снова зашли повара. На этот раз они несли большой чайник с пиалами. Чай из аномальных трав с аномальным мёдом. Прекрасное завершение тяжёлого дня. Единственный минус, что от наполнившей меня энергии хотелось идти и что-то делать, а не валяться, пытаясь заснуть.

На этом кулинарные эксперименты закончились и, получившие похвалу мастера, удалились, сияя довольными улыбками. Мы же, наконец, отправились спать.

Утром мы двинулись в направлении, которое указал нам Зовид. По его подсчётам, к вечеру мы должны были выйти к безопасной зоне, по которой у клана Змей раньше была проложена тропа. Однако, до этого момента, нам предстояло пройти по неизведанным территориям, где был высокий риск столкнуться с духами и изменёнными зверями посильнее, чем всякие грызуны и птицы.

Первые духи стали попадаться уже через пару часов. Бойцы с радостью встретили нового противника, вид которого раньше повергал их в ужас. Сейчас же, они грамотно сражались с нападающими на нас духами, меняясь, в случае ранений.

Первым из мастеров повезло поварам. Зовид нашёл место, где обитали духи диких свиней. Перебив основную массу, парочку посильнее мы придержали, чтобы установить связь между ними и выбранными мной ханьцами.

Оба повара сперва тряслись от страха, когда оказались лицом к лицу с духами, которые не испытывали особого желания становиться чьими-то спутниками. Однако, присутствие Иня и Алева подавляло «свиней». Пришлось влить в этих трусов напиток, который они сами же и приготовили из мёда и трав, и который вызывал кратковременное чувство эйфории.

На удивление, процесс привязки прошёл легче, чем я предполагал. Да и потом, оба ханьца пришли в себя быстрее, чем остальные до них. Учитывая, что какой-то выдающейся силой воли и стойкостью они похвастаться не могли, я списал этот эффект на напиток из мёда. Если дело действительно в нём, то это сильно всё облегчит. Глядишь, может и не понадобится наше с Инем и Алевом присутствие.

Следом за поварами пришёл черёд и остальных. Духов становилось всё больше, они сами становились сильнее и разнообразнее. Барсуки, опоссумы, ежи и даже скунсы – вот неполный список видов духов, с которыми мы столкнулись и уничтожили, заодно привязав самых сильных к мастерам. И да, созданный поварами напиток действительно облегчал процесс привязки, что не могло не радовать.

Самыми опасными духами оказались «ежи», которые стреляли своими иголками и «скунсы». Последние выделяли практически незаметные глазу испарения, которые оказывали на людей различные эффекты. От некоторых начинала кружиться голова, от каких-то тошнило, от третьих резало глаза. Духовный покров, растянутый на всё тело, от этой напасти защищал без проблем, но не все бойцы могли похвастаться тем, что научились целиком закрывать своё тело.

Раненых становилось всё больше. Пара лекарей уже не справлялась, тем более, что им приходилось тратить много сил на излечение ран лошадей. Те не могли похвастаться наличием духовной защиты, поэтому, атаки духов, если они добирались до животных, наносили им больше всего повреждений.

Мы все порядком измотались, хотя до вечера оставалось ещё довольно много времени. С другой стороны, и безопасное место, где можно было бы отдохнуть, было уже не так далеко. Мы как раз двигались туда после боя с целой стаей довольно крупных духов-ящериц, когда ко мне подбежал Зовид, который предпочитал передвигаться пешком, а не верхом на коне. С каким-то странным блеском в глазах, он дождался, пока я спешусь и, наклонившись ко мне поближе, произнёс:

— Ян, я, кажется, нашёл сразу двух Хранителей. И оба недалеко отсюда.

— Сильные? Какой вид?

— Один, что-то вроде огромного змея, только с лапами. А второй…, — Зовид сделал паузу и нервно облизнул губы. — Второй – тигр!

Лэй, который в этот момент находился неподалёку и слышал наш разговор, с силой выдохнул воздух. Уж он то знал, что дух тигра был только у главы клана Золотого Тигра, который претендовал на место нынешнего Императора, и нескольких его самых близких и сильных родственников. Убить такого – означало бросить вызов второму, после Императора-Дракона, человеку в Ханьской империи.

Помимо воли, мои губы растянулись в предвкушающей улыбке. Я не собирался отказываться от подвернувшейся возможности стать сильнее. Пускай это и могло грозить серьёзными проблемами в будущем, если слухи о моём поступке дойдут до Тигров.

Глава 13

Прежде чем отправляться на «охоту», было необходимо найти безопасное место и отвести туда своих людей. Убедившись, что дальше они справятся сами, мы с Акамиром и Зовидом оставили их на Лэя, а сами решили подобраться поближе.

Темнота нам была не помеха, как, впрочем, и духам, поэтому мы решили не оттягивать сражение. Первой своей жертвой мы выбрали Змея. Этот противник был нами уже неплохо изучен и не раз бит. Так что я не видел особых проблем в победе над ним.

Прежде чем мы вышли на Хранителя, нам пришлось пробиваться через окружение из духов. Инь довольно урчал, поглощая «тела» поверженных противников, восстанавливая потраченные на них силы. Алев старался от него не отставать. Меньше всего доставалось филину Зовида, которому приходилось довольствоваться самыми слабыми или израненными духами. Но наш разведчик на этот счёт особо не переживал. В отличие от нас, он за силой не гнался, хотя от безопасного усиления тоже не собирался отказываться.

Приближение к Хранителю я почувствовал издалека. Правда, сперва я даже не понял, что мы близко. Просто, в какой-то момент лёгкий ветерок, начал набирать силу, бросая в лицо мусор и заставляя щурить глаза. Стоило усилить духовный покров, и стало полегче.

— Он рядом! — раздался сквозь завывание ветра крик Зовида.

Я и сам уже увидел приглушённое сияние в паре десятков метров от нас. Вытянутое тело приближалось довольно быстро, стремительно сокращая расстояние. Ещё одной неприятной новостью было то, что Хранитель был не один. С боков и позади него, ползли ещё десятки довольно крупных духов.

Акамир натянул свой лук, напитав наконечник стрелы огненной стихией. Через секунду стрела полетела в Хранителя и… резко вильнула в сторону, устремившись куда-то в небо. Ветер был слишком сильный, не позволяя приятелю задействовать одно из своих главных преимуществ – нанесение урона с большого расстояния.

Акамир не стал в удивлении хлопать глазами. Он моментально убрал лук за спину и вытянул в сторону приближающихся духов руки. Поток огня, который он выпустил в сторону Хранителя, также разметало в стороны. Языки пламени обогнули главного духа и ударили в его «свиту», прожигая в их телах дыры.

— Я попробую его отвлечь, — крикнул я растерявшемуся приятелю. — Добейте мелочь и присоединяйтесь.

Убедившись, что оба соратника меня поняли, я побежал в сторону змея. Двигался так, чтобы привлечь его внимание, а когда у меня это получилось, то начал забирать в сторону, уводя Хранителя подальше от Акамира и Зовида. При этом, мне приходилось бороться с сильными потоками ветра, которые внезапно поменяли направление. Проклятый дух пытался меня удержать, намереваясь догнать и расправиться с мелкой букашкой, которой я для него являлся.

Я добавил энергии в защиту и, полоснув духа по морде длинными когтями, побежал в сторону его хвоста. Надеюсь, что этого хватит, чтобы привлечь его внимание.

Мне наперерез бросилось сразу три довольно сильных духа, то ли пытаясь меня задержать, то ли просто решили воспользоваться тем, что они находились ближе всех ко мне, чтобы высосать из меня всю энергию, или что они там с людьми делают. Пришлось притормозить на несколько мгновений, чтобы объяснить им, где именно они ошиблись.

Этого времени Хранителю хватило, чтобы извернуться и попытаться цапнуть меня своей пастью. Я не ожидал от него такой прыти, поэтому, сделал первое, что пришло мне в тот момент на ум. Я просто швырнул в его сторону тело последнего из троицы духов, после чего помчался дальше. При этом, я старался пробить его призрачную шкуру и нанести хоть какой-то вред.

Главная сложность заключалась в том, что, чем ближе к его телу, тем сильнее были потоки ветра. Мою руку просто сносило в сторону и, вместо того, чтобы нанести ему десяток глубоких ран, я оставил столько же безвредных, но обидных царапин.

Брошенного ему в лицо духа Хранитель, к слову, поглотил без лишних сомнений. Ему на это понадобилась пара секунд, что для меня было просто прекрасно. Теперь можно было не опасаться неожиданного удара в спину.

— Инь! Ты собираешься помогать? — обратился я к своему духу, который так до сих пор и находился внутри меня.

Медоед на мой призыв отреагировал насмешливым фырканьем, но всё же «вышел» наружу. Он неожиданно дёрнулся в сторону, но вернулся ко мне спустя пару секунд, на бегу поглощая тело какого-то духа.

«Воздух… — протянул он, и мне показалось, что я услышал нотки довольства в его голосе. — Неплохо. Бей по лапам».

Я тут же последовал его совету. К моему удивлению, удар вышел намного результативней, чем когда я пытался пробить его шкуру на теле. Лапы хоть и были окутаны ветром, но он был не таким сильным. Я уже успел привыкнуть к тому, что мои удары не могут толком добраться до плоти духа. Поэтому, когда мои когти буквально срезали лапу этого странного змея, я слегка опешил, за что тут же поплатился.

Тело Хранителя неожиданно сократилось и дёрнулось. Я не успел среагировать и меня просто снесло на пару метров в сторону. По пути я снёс пару небольших духов. Пока «летел», успел распластать их на части, но на этом мои успехи закончились.

Приземление вышло жёстким. Я покатился по земле, собирая телом все неровности и растения. Остановился только врезавшись грудью о ствол дерева. От удара из меня выбило весь воздух, но я вцепился в землю когтями на перчатках и потянул себя в сторону.

На меня тут же налетел десяток духов, которые принялись меня дружно атаковать, пытаясь пробиться через мою защиту. Я только и успел встать на ноги, отмахиваясь от надоедливых противников, когда заметил летящую в меня морду Хранителя.

Отпрыгнуть в сторону я уже не успевал, так что просто прикрылся руками, вырастив на тыльной стороне рук острые лезвия. Возможно, это был не самый умный поступок с моей стороны, но на большее меня в тот момент не хватило.

От сильного удара я бы точно снова отправился в полёт, если бы не успел вцепиться в морду духа парочкой призрачных конечностей. Одну из них вырвало, вместе с большим куском «плоти» духа. Вторая, к счастью, удержалась.

От инерции удара меня закинуло на спину духа. Я тут же изменил когти на руках на длинные шипы, наподобие гарпуна, и вонзил их в тело Хранителя.

Тот замотал головой пытаясь достать меня пастью, а, когда у него это не получилось, ударил меня сильным порывом ветра. Он был настолько мощным, что меня бы точно с него сдуло, не вонзи я в него за пару секунд до этого те самые шипы, напитанные духовной силой. .

Хранитель принялся извиваться, словно червяк, насаженный на рыболовный крючок. Я пытался удержаться, не обращая внимания на происходящее вокруг. Ни один из нас не мог нанести другому хоть какого-то ощутимого вреда. Я это прекрасно понимал и уповал только на помощь Иня, который куда-то запропастился.

«Приготовься, — раздался в голове голос медоеда, через десяток секунд. — Давай!»

Хранитель вдруг перестал извиваться, приподняв голову и шею на пару метров вверх.

Я развеял свои «гарпуны» и ударил снова, на этот раз пытаясь пробить защиту на голове. Удивительно, но у меня получилось! Больше не было потоков ветра, которые сводили на нет все атаки.

«Держи его!» — прорычал Инь.

Я не совсем понимал что он делает, но постарался исполнить его просьбу. Змей попытался дёрнуться, но я держал. Вдобавок, сбоку прилетел огненный сгусток, сразу испарив ему здоровый кусок тела.

Снова подул успокоившийся было ветер, но довольно быстро стих. Хранитель был повержен.

— Интересный у тебя скакун, — немного нервно хохотнул прихрамывающий Акамир.

— С этим не поспоришь, — согласился я. — Хочешь, подарю?

— Ну уж нет, спасибо! — он выставил вперёд руки, ладонями ко мне. — Я лучше по старинке. На лошади.

— Как знаешь, — не стал продолжать я. — Что с остальными духами?

— Зовид добивает, — отмахнулся приятель.

— Зовид? — удивился я.

— Да там мелочь осталась. Как раз ему с его филином потренироваться. Пусть старается, а то привык за нашими спинами отсиживаться.

— Главное, чтоб не помер.

— Не помрёт, — покачал головой Акамир. — Там действительно никого сильного не осталось. Справится.

— Акамир, — позвал я приятеля через минуту.

— Чего?

— Давай на тигра сегодня не пойдём?

— Сам хотел тебе это предложить. Я опять почти полностью выложился. Не ожидал, что от меня так мало толку будет.

— Да я и сам, считай, ничего не сделал.

— Если бы не эти двое, — Акамир кивнул в сторону Иня и Алева, которые занимались тем, что поглощали энергию убитого Хранителя. — То мы бы точно не справились.

— Это точно, — согласился я. — Ждём их и в лагерь?

— Мне нравится! — приятель уселся на землю и прикрыл глаза. Видимо, занялся восстановлением затраченной энергии.

Нашим духам потребовалось примерно полчаса, чтобы собрать всю энергию с поверженных врагов. Зовид тоже справился со своими противниками. Правда, выглядел он при этом слегка потрёпанным. Зато его филин явно слегка прибавил в силе. Глядишь, ещё несколько таких выходов, и сможет прорваться на следующую ступеньку силы.

В отличие от нас, наши духи выглядели бодрыми и полными сил. Неудивительно, учитывая, сколько энергии они поглотили. Даже филин Зовида и тот прямо лучился довольствием. Он летал вокруг нас и, время от времени, пикировал вниз на мелких духов, которых пропустили Инь с Алевом.

По пути мы наткнулись на небольшого, но быстрого и крепкого кабана. Зверь был покрыт каменными наростами, которые неплохо сдерживали даже напитанные духом удары. В итоге, его убил Акамир, просто зажарив его заживо потоком пламени.

К сожалению, его мясо почему-то сильно воняло и мы не стали брать его с собой. А вот духовный камень порадовал. Размером со сливу, он отливал коричнево-зелёной энергией. Такой цвет камня означал, что в нём находится окрашенная стихией энергия. Не знаю, насколько больше или меньше они ценятся, в отличие от обычных камней, но у нас, думаю, не пропадёт.

Вернулись мы только под утро. Несмотря на то, что солнце ещё только поднималось, наши бойцы уже вовсю занимались различными делами. Лэй даже подготовил две группы, которые должны были отправиться на разведку и добычу ценных ресурсов неподалёку. Не то, чтобы они были нам так сильно нужны, просто он считал, что наши бойцы должны делом доказывать свою благодарность, за то, что им дали шанс возвыситься над другими.

Целый день мы отдыхали и разбирались с произошедшими с нами улучшениями. Поглощение духами Хранителя не прошло даром. Что у меня, что у Акамира появилась стихия воздуха. Не такая сильная, как хотелось бы, но тоже неплохо.

Приятель вовсю осваивал новые возможности, пытаясь управлять полётом стрелы. К его сожалению, всё, что он пока мог, это создать небольшое завихрение воздуха. Ни о каком управлении стрелами речи пока не шло. Зато, новый навык неплохо показал себя в связке с огнём, усиливая поток пламени за счёт более высокой температуры и слегка увеличившейся дальности.

У меня же дела обстояли чуть лучше. Не знаю, может всё дело в том, что Инь поглотил большую часть духа, но я смог создать перед собой своеобразный воздушный щит, который отводил в стороны часть стрел. И то, только те, которые были уже на излёте или изначально выпущены без особого натяжения тетивы. Но, в любом случае, в будущем, когда я его разовью и усилю, подобная защита станет неплохим подспорьем. Я также стал двигаться ещё быстрее, а запас духовной энергии у меня снова значительно увеличился.

Зовид в подобном восстановлении и самоизучении не нуждался. Поэтому, он быстренько присоединился к одному из отрядов разведчиков, и вместе они отправились искать путь к нашему городку. Нам он сказал, что так будет быстрее и безопаснее, но, как по мне, он просто опасался, что мы потащим его на сражение с духом-тигром. А ведь он должен быть ещё сильнее, чем тот странный змей.

Мы не стали его удерживать, тем более, что он детально нам объяснил, где искать духа и даже указал направление. Уж Акамир то, я в этом абсолютно уверен, сможет вывести нас на нужное место. Да и сам я давно уже вполне неплохо научился ориентироваться в незнакомых, диких местах.

Неожиданно, составить нам компанию вызвался Лэй. Я, помня, как сильно он переживал, когда мы создавали ему связь с духом змеи, до последнего думал, что он не решится отправиться с нами. Всё же, для него, нападение на духа-тигра было сравни нападению на представителя одного из самых могущественных кланов Империи. Но, видимо, он решил доказать мне, что действительно готов отдать за меня свою жизнь.

Клан Тигров, это не клан Змей. Если они узнают, что кто-то убил их духа, то будут мстить до самого конца. И сил у них намного больше, чем у Змей. Я же не боялся их мести потому, что желал, чтобы они сами пришли ко мне. Причина была проста. Благодаря многочисленным расспросам и сбору сплетен Фэньфаном, я узнал, что Тигры тоже виноваты в убийстве моей семьи.

Более того, они были теми, из-за кого мой род, и многие другие семьи и даже кланы были полностью уничтожены или поглощены. Именно Тигры, пускай и чужими руками, пытались захватить земли, чтобы потом бросить вызов Дракону и отколоться от его Империи, создав собственную. И именно они были тем кланом, который поставлял своим союзникам, порох и оружие.

Захватив город, Нугай вмешался в их планы. И теперь Тигры должны будут отбить его назад. В противном случае, это сильно ударит по их репутации среди союзников. Покажет их клан, как ненадёжный и слабый.

Я вполне осознавал, что с моими нынешними силами даже думать глупо о том, чтобы бросить им вызов и, что самое главное, победить и выйти из этой битвы живым. Но… кто мешает мне воспользоваться моментом и подёргать Тигра за хвост?

Глава 14

По аномалии мы бродили ещё несколько дней. Всё дело было в том, что разведчики наткнулись на озеро, и мне захотелось посмотреть на него и оценить, что мы сможем оттуда добыть.

Долго искали удобный берег. Пришлось прорубаться сквозь густые заросли. Словно этого было недостаточно, на нас, то и дело, нападала всякая мелкая живность. Из-за этого, части бойцов приходилось двигаться пешком, защищая лошадей. Зато мы добыли много мелких, я бы даже сказал крошечных, духовных камней. В оплату Жаргалу они не пойдут, но может получится обменять их на что-нибудь ценное. Такую мелочёвку я ссыпал в отдельный мешочек.

У озера мы решили встать на пару дней. Зовид, в сопровождении четверых бойцов, отправился искать удобный путь. Остальным требовался отдых. Тем более лошадям, которые несмотря на всю защиту и заботу, которыми их окружили, постоянно получали какие-то мелкие травмы. Благо, с нами были наши целители, которых я заставил поглощать энергию с мелких духовных камней, чтобы увеличить запасы их духовной энергии. Если бы не они, то, боюсь, мы бы точно не обошлись столь малой кровью.

Убедившись в относительной безопасности местности вокруг стоянки и укрепив подходы к лагерю, часть бойцов отправились ловить рыбу, часть собирать ценные растения, остальные занялись тренировками. Да, Лэй сам не терял ни одной свободной минуты и не давал этого делать другим. Время от времени я улавливал их недовольное бормотание, но в открытую никто возражать не смел.

Первые радостные крики со стороны озера раздались уже через пару часов. За это время, «рыбаки» успели создать какие-то снасти и приступили к ловле. Рыбины были на удивление здоровыми, но при этом зубастыми. Один из бойцов сильно увлёкся и остался без пальца. А ведь его руки и ноги были покрыты духовной защитой. Да, он был один из самых слабых, но, тем не менее, рыбалка сразу же перестала быть безопасным делом.

Поднялась суета, рыбы вдруг стало больше, а сами они стали крупнее. Бойцы не сразу сообразили, что дело в попавшей в воду крови, которой становилось всё больше и больше. Люди убивали рыб уже чуть ли не голыми руками, так много их было, рыбы, в свою очередь, терзали тушки павших товарок и, заодно, пытались отхватить кусочек от наглых людишек, посмевших вторгнуться в зону их обитания.

Мы с Акамиром, Лэем и бросившими тренировки бойцами наблюдали за происходящим, готовые вмешаться в любой момент. Самое забавное, что несмотря на происходящее, уже мёртвые и даже ещё живые рыбины вылетали на берег с пугающей частотой. Бойцы, по всей видимости, решили не отдавать добытую, в буквальном смысле, потом и кровью, добычу на растерзание морским тварям.

Битва разгорелась не на шутку. Вода буквально бурлила от находящихся там тел, сражающихся за жизнь и еду. Один за другим, мои бойцы начали отступать, не сумев сдержать напор беснующихся водоплавающих. И, стоит отметить, начали они это делать как раз вовремя.

— Видите? — я указал стоящим рядом Акамиру и Лэю рукой в сторону центра озера, откуда к нам двигался крупный бурун воды.

— Что это? — воскликнул Лэй.

— Точнее будет спросить, «кто это»? — невозмутимо поправил его Акамир, доставая из-за спины лук.

Приятель, благодаря своему духу, уже вполне сносно освоил ханьский. А Лэй, в свою очередь, вовсю учил монгольский и, когда Акамиру было нечем заняться, язык русов.

— Все из воды! Быстро! — крикнул я, видя, что неизвестный монстр вдруг ускорился.

Судя по высоте волны, которую он поднимал при своём движении, это была огромная тварь. И единственное, на что я надеялся, это, что он не сможет выбраться на берег.

Бойцы ещё не видели причину, почему им внезапно приказали выйти из воды, но, к моему облегчению и их счастью, выполнили приказ незамедлительно. Отступали они быстро, прикрывая друг друга и помогая раненым. Так что на берег выбрались все, пускай и в весьма потрёпанном виде.

Некоторые рыбины настолько не хотели отпускать теплокровных жертв, что бросались следом за ними на берег. Таких добивали точными ударами и отбрасывали в кучу, где уже валялось несколько десятков рыб разного размера.

Акамир стоял и кусал губы, понимая, что стрелять сейчас бесполезно. В такие моменты я понимал, насколько мы уязвимы перед некоторыми врагами. Единственно, на что оставалось уповать, что, когда мы станем сильнее, то сможем игнорировать подобные виды защиты. А ведь вода, насколько я видел, явно была не простой. Изменённый зверь, который стремительно приближался к берегу, явно владел водной стихией.

Бойцы отступили на несколько десятков метров от берега, не забыв прихватить большую часть добычи. За остальным они уже просто не рисковали возвращаться, так как неизвестное чудище было уже рядом. Сквозь толщу воды уже можно было разглядеть очертания неизвестного существа.

Первое, что бросалось в глаза, это огромная пасть, в которой, наверняка, было огромное множество острых зубов. Ещё у неё были плавники и злые глаза, в которых плескалась злоба. Она пёрла в нашу сторону, даже не думая замедлить ход.

Когда до берега оставалось ещё пара-другая метров, это существо внезапно выпрыгнуло из воды, раскрыв свою пасть. Потоки воды, вместо того, чтобы опасть вниз, подхватили её и понесли в нашу сторону.

Акамир словно ждал этого момента. Ослепляющая от закаченной в неё энергии, огненная стрела понеслась прямо в раскрытую пасть, которая действительно была полна острых зубов. Такими не то, что человека перегрызть, брёвна можно спокойно крошить.

Зверю, язык не поворачивался назвать ЭТО рыбой, «гостинец» Акамира явно пришёлся не по душе. С одного удара эта тварь не сдохла, но концентрацию потеряла, из-за чего, поддерживающие её на весу, потоки воды превратились в обычную воду и, вместе с ней, упали на камни берега.

Пока Акамир готовил ещё один сильный удар, я устремился к голове этого зверя, в очередной раз сетуя на то, что вынужден сражаться со своим противником лицом к… морде. К весьма вонючей морде! Вонь стояла такая, что меня чуть не вывернуло наизнанку.

Я с трудом удержал содержимое желудка и увернулся от клацнувших рядом зубов. Тварь, несмотря на терзающую её боль, оказалась довольно шустрой. Полоснув её в ответ по морде, я принялся оббегать её сбоку, выискивая взглядом участок, подходящий для того, чтобы забраться на неё сверху.

Она извивалась, стараясь не упустить меня из вида. При этом, в её взгляде явно светились зачатки ума. Уж больно осмысленным мне показался её взгляд.

Поток воды, ударившей мне в спину, оказался для меня полной неожиданностью. Я даже представить себе не мог, что этот зверь сможет контролировать воду, находясь от неё на расстоянии нескольких метров.

Расчёт у неё был простой. Толчок водой был настолько мощным, что я полетел вперёд, прямо в раскрытую пасть. Вдобавок, она ещё и сама дёрнулась мне навстречу. Всё, что я успел, это полностью покрыть тело металлическим доспехом и усилить духовную защиту. И задержать дыхание. Без этого, боюсь, всё остальное было просто бесполезно. Я бы просто задохнулся.

Зубы монстра сомкнулись за моей спиной. Я только и успел, что расслышать испуганный, но при этом яростный, крик Лэя, как меня окутала тьма. Меня начало сжимать со всех сторон и проталкивать глубже в глотку. Судя по всему, эта гадина решила меня проглотить целиком!

Я не собирался ей этого позволять, поэтому мой стальной доспех тут же покрылся многочисленными острыми шипами. Сам я упёрся руками в нёбо монстра и попытался выпрямиться, одновременно с этим нанося удары трёхгранным лезвием куда-то вверх.

Зверю это не понравилось. Частота сокращений увеличилась, и я почувствовал, как мы начали двигаться. Сомневаюсь, что она вдруг решила побежать в лес, а это значит, что, если ничего не изменится, меня скоро утащат под воду!

Я утроил усилия, орудуя обеими руками. Удерживать дыхание больше не было сил, поэтому мне пришлось сделать вдох. В глазах потемнело, голова закружилась, но я не переставал наносить удары.

Внезапно резко потеплело и завоняло жареными водорослями, рыбой и тухлятиной. От этой дикой смеси, меня стошнило, и я упал на колени. Уплывающим сознанием, я отметил, что вдруг стало чуточку светлее. Словно кто-то ночью зажёг небольшой костёр. И с каждой секундой света становилось всё больше.

— Держи её! — разобрал я крик.

Голос был до ужаса знакомый, но я никак не мог вспомнить, кому он принадлежит.

Света резко стало больше и он стал намного ярче. Я почувствовал, как кто-то или что-то хватает меня за плечи и отмахнулся вслепую. Раздался крик, после чего меня ударили по голове и продолжили тянуть. Я хотел ударить ещё раз, но лёгкие вдруг обожгло чистым воздухом!

Чистым он, правда, был только относительно того, которым я дышал последнюю… минуту? Две? Но даже так, я со свистом втягивал воздух, пытаясь прочистить лёгкие от, казалось, забившей их дряни. Сознание стало проясняться, и я увидел фигуры людей, которые меня куда-то тащили.

Не понимая, кто это такие, и что им от меня нужно, я хотел снова от них отмахнуться, но мне, в очередной раз, прилетело по голове и кто-то крепко схватил меня за руку, после чего произнёс, недовольным голосом:

— Не дури! Не дёргайся! Бросайте его здесь и в стороны!

Я грохнулся на землю, которая оказалась неожиданно твёрдой, и принялся размахивать стальными когтями, отгоняя неизвестных. Не знаю, сколько я так крутился, но, в какой-то момент, зрение и сознание прояснились достаточно, чтобы я осознал, где я нахожусь, и кто меня окружает.

— Акмир? — сипло выдавил я из себя, после чего снова изверг из себя поток горькой желчи.

— Ты всё? Пришёл в себя? — раздался обеспокоенный голос приятеля.

— Д-да, — прохрипел я. — Пить.

Горло саднило так, словно я ел песок. Или попытался проглотить ежа. Целиком. А ещё меня окружала тухлая вонь, заставляя желудок болезненно сжиматься.

— Держи.

Мне в руку ткнули кружкой, и я тут же припал к ней губами, принявшись жадно пить, не чувствуя вкуса. Приятная прохлада побежала по горлу в измученный желудок, даря ни с чем не сравнимое блаженство.

— Ещё? — спросил приятель.

— Хватит, — отказался я, хотя, на самом деле, не отказался бы ещё от одной. — Что с монстром? Убили?

— Еле-еле. Он тебя чуть не утащил обратно в озеро. Ты чего руками махал, когда мы тебя вытаскивали?

— Да там внутри такая вонь была, что я чуть сознание не потерял. Всё плыло, ничего не соображал. Я кого-то задел? Слышал крик.

— Да, ты одному бойцу чуть руку не отрубил и грудь сильно порезал. Но ничего, жить будет. Им уже занимаются.

Я нашёл взглядом монстра, которого мы убили и неопределённо хмыкнул. Запах палёной рыбы мне не показался. Это Акамир прожёг в боку этой твари дыру, через которую меня, похоже, и вытащили.

Сейчас монстра, совместными усилиями, оттаскивали подальше от воды, чтобы рыбы, кишащие у берега, не сожрали нашу добычу. Что-то мне подсказывает, что у такого сильного зверя и духовный камень должен быть соответствующий. Но всё, о чём я мог сейчас думать, это поскорее смыть с себя въевшуюся вонь.

***

У озера мы задержались на несколько дней. Наши мастера впали в экстаз, когда увидели, кого нам удалось добыть. Моментально закипела работа по разделке туши монстра. К тому моменту, как я привёл себя в порядок, этого морского зверя успели выпотрошить и уже принялись снимать шкуру.

Чтобы не терять сознание от вони, бойцы замотали лица какими-то тряпками, набив их ароматными травами. Ханьцы облепили тело зверя, словно муравьи. Я даже представить себе не мог, что можно добыть так много ингредиентов с одного такого монстра.

Пока бойцы занимались разделкой, я взял в руки добытый духовный камень и «погрузился» в него духовным зрением. Камень был даже больше, чем тот, который я вручил, в качестве награды, Юнгуру. Вдобавок, от него сильно тянуло стихией воды, что было неудивительно, учитывая, из кого мы его достали. Я даже представить себе не могу, какой ценностью он обладает, но явно высокой. Так что, после изучения, я убрал его в отдельный мешочек, который повесил себе на шею.

Из рыбин тоже доставали духовные камни. И там даже попадались довольно приличные, которые можно будет использовать в качестве оплаты Жаргалу.

К счастью, больше на нас никто не нападал, и мы даже смогли отдохнуть и запастись припасами. Через день, когда я начал уже беспокоиться, вернулся Зовид со своим отрядом. Дорогу они нашли и даже относительно безопасную. Так что, вскоре мы уже отправились дальше.

По пути на нас нападало всякое мелкое зверьё и мелкие духи. Ничего опасного, но для бойцов подобные нападения были отличной тренировкой и возможностью немного подрасти в силе.

К городу мы вышли нагруженные под самую завязку. Никто уже не ехал верхом. Более того, каждый боец тащил за спиной тяжёлую сумку, полную всякого добра. Ладно хоть нас заметил патруль. В город тут же отправили гонца с приказом пригнать в эту сторону побольше телег.

Оставив Лэя с Зовидом за старших, мы с Акамиром поскакали в сторону городка. Тратить время на то, чтобы дожидаться, пока прибудут медленные телеги, не было никакого желания. А опасностей, с которыми бы не смогли справиться пять десятков воинов с духами, тут просто не было.

По пути нас встретил Онгур и, насколько я могу судить, он был действительно рад нас видеть. По крайней мере, всю дорогу он расспрашивал нас о новостях, интересовался нашими успехами и сокрушался, что Юнгур остался в другом городе.

Встретил он нас по-королевски. По пути я всматривался в лица встречающихся жителей, чтобы понять, как они тут живут, и не сильно ли Онгур жесток к местным.

Ханьцы кланялись при встрече и улыбались. Онгур важно кивал в ответ, при этом лучился довольством. Было видно, что он наслаждается своим положением. Народу на улицах, как мне кажется, стало больше. Бойко шла торговля, бегали дети. И, что мне понравилось больше всего, на улицах было чисто. Не знаю, как тут было при Змеях, но сейчас городок был полон жизни.

Нас тут же отвели в наши покои, после чего мы отправились в омывальни, где я, наконец, смог понежиться в горячей воде. Я переоделся в чистую одежду и спустился в зал, где уже был накрыт стол.

К вечеру в городок зашёл целый караван. Его встречали чуть ли не всем городком. Жителям было интересно, хоть одним глазком посмотреть на монстров и растения, которые вынесли из самой аномалии! Большинство ни разу не видели изменённых зверей.

Одинокому монголу, не примечательной внешности, в такой толпе было несложно затеряться. Даже несмотря на потрёпанную, грязную одежду. Проследив, куда отвезли добычу с аномалии, он недовольно поморщился и словно растворился в толпе.

Глава 15

— Ян, а у меня для тебя есть подарок! — сказал Онгур, глядя на меня хитрыми глазами.

Прошло уже три дня, с того момента, как мы вернулись из аномалии. К этому моменту, наши люди уже успели разобраться с трофеями. Более того, повара вовсю экспериментировали с наловленной рыбой, отчего Онгур чуть ли не впал в экстаз.

А вот с ингредиентами, полученными с того озёрного монстра, вышла проблема. У нас просто не было мастеров, которые бы знали как и что делать со всем тем, что мы с него добыли.

И вот, мы сидели в саду и наслаждались ароматным чаем из добытых нами трав, когда Онгур вдруг решил меня порадовать каким-то подарком. И ведь у меня ни одной мысли, что это может быть.

— Что за подарок? — поинтересовался я.

Онгур махнул кому-то рукой, и через пять минут к нам привели двух связанных и избитых людей. Я окинул их внимательным взглядом, отметив сломанные пальцы, вывихнутые в суставах руки и заплывшие лица. Ханьские лица. При этом, несмотря на обильное количество ран и явное истощение, взгляды, которые они на нас бросали, были весьма красноречивы. Они явно не смирились с пленом и прожигали Онгура насквозь.

— Наткнулся на них, когда объезжал деревни. Пытались набрать наших крестьян для своей армии, представляешь? Чтобы освободить захваченные земли и вернуть их законному владельцу!

Онгур громко засмеялся, демонстрируя всем свои крупные, здоровые зубы. Чем-то он был похож на своего духа-коня. Такой же громкий, резкий и своенравный. На пленников он смотрел с насмешкой, хотя я ощущал, что они тоже обладали духами. Вот только какими именно, я понять не мог, а они не спешили выпускать их на волю.

— Для армии? — нахмурился я. — Кто они вообще такие?

— Вот этот, — Онгур бросил косточкой, от какого-то фрукта, в левого ханьца, — из Змей. А этот… — очередная косточка полетела прямо в лицо второму пленнику.

— Стоп! Из Змей? Мы же их вроде перебили?

— Из других Змей. Их тут, оказывается, довольно много. Те были Красные, а этот из Водных.

— Водные Змеи? И что им тут понадобилось?

— Говорю же, армию набирали, чтобы освободить захваченные земли.

— И от кого они собрались их освобождать?

— Так он нас, — пожал плечами монол. — От кого ещё.

— Ясно. Его уже расспросили? Как далеко находятся земли их клана и сколько их вообще?

— Расспросить-то расспросили, только я почти ничего не понял. Ты же мне не оставил толмача, а сам я пока не особо понимаю. А уж про то, чтобы изъясняться на их птичьем языке, вообще речи не идёт.

— Но это ты понял.

— Этот то ладно, — махнул рукой на левого. — Ты на этого глянь. Красавец?

— Тоже из Змей? — предположил я.

— Лучше, — довольно улыбнулся Онгур. — Из Тигров!

Сказать, что я удивился, услышав слова Онгура, значит сильно преуменьшить. Вот кого-кого, а этих я тут точно не ожидал встретить. Впрочем, может он что-то не так понял?

— Из каких вы кланов? — обратился я к пленникам.

Те лишь смерили меня презрительными взглядами, но отвечать не спешили. Гордые. Только толку? Раз рассказали кому-то из людей Онгура, значит и мне расскажут.

— Я новый глава этих земель. Меня зовут Ян. Мои люди зовут меня последним, из рода Куниц, первым, из рода Медоеда. Спрашиваю вас ещё раз, кто вы такие и из каких кланов?

— Куница? — усмехнулся правый, разбитыми губами, от чего они тут же треснули и из них потекла кровь. Но он не обратил на это никакого внимания, уставившись мне прямо в глаза. — Их всех перебили.

Я не стал с ним спорить, молча продемонстрировав кольцо.

— Мой человек говорит, что ты из клана Тигра. Это так?

— А если и так, то что тогда?

— Тогда у меня к тебе много вопросов, на которые тебе придётся ответить. И ты ответишь, можешь даже не сомневаться в этом, — добавил я, не отводя взгляда. — Но начнём мы с тебя, Змей. Рассказывай!

Представитель клана Водного Змея пытался храбриться, но быстро сломался, стоило мне надавить на него силой. А после того, как Онгур решил ускорить процесс и огрел его нагайкой, на конце которой было три хвоста с какими-то железками на концах, он запел соловьём, не обращая внимания на шипение Тигра.

По всему выходило, что они действительно решили отобрать себе эти земли, когда услышали, что клана Красного Змея больше нет. Понимая, что без боя они бы не сдались, и что среди них были довольно сильные Связанные, эти умники предположили, что им всего-то и надо, что прийти и добить ослабленных битвой, потрёпанных врагов. Но реальность преподнесла им сюрприз.

Не знаю, как Онгур умудрился с ними справиться, но он, со своим отрядом, перебил всю свиту этих двоих, взяв их в плен. Понимая, что удержать их в плену будет сложно, он пошёл по самому лёгкому пути, решив максимально усложнить им жизнь. Не ведая, когда мы вернёмся, он всё это время морил их голодом и периодически избивал, пытаясь сломать их дух.

Клан Водного Змея, как я понял, был слабейшим из их альянса, в который входило ещё пять кланов: Каменного Змея, Небесного, Тихого, Изумрудного и Стального. Самым многочисленным был клан Каменного Змея, самым сильным – Небесного. Представители клана Тихого Змея специализировались на ядах и незаметном проникновении. Этакие тихие убийцы. Жили они где-то в горах, и особо в местные разборки не лезли, предпочитая выполнять редкие, но щедро оплачиваемые заказы.

Земли Водных Змеев были ближайшими к нам. У них было всего около трёх десятков Связанных и чуть больше пяти сотен обычных солдат, большая часть из которых были ополченцами. То есть крестьянами, которые большую часть времени возделывали землю, а в оставшееся тренировались, обучаясь искусству сражения с копьём.

Мы на таких уже успели насмотреться. Толку от них, откровенно говоря, очень мало. Готов поспорить, что мои нынешнии пять десятков бойцов, которым я помог установить связь с духами, справятся с ними без особых проблем. Вопрос только в том, стоит ли с ними связываться, распыляя силы?

Неизвестно, насколько может затянуться война с этим кланом, а мне ведь уже скоро возвращаться обратно в тот гадюшник к монголам. И я планировал забрать всех своих бойцов обратно с собой. А может даже набрать здесь ещё пару десятков. А ведь ещё есть эти Тигры, которые пытаются загребать жар чужими руками…

Ладно хоть с ними, как оказалось, нам повезло. Этот Тигр был из какой-то слабой ветви клана. Он и заявился то сюда, чтобы попытаться подмять под себя Змей, а затем, если бы всё получилось, и всю провинцию. К его несчастью, монголы решили пойти в набег. Задержись они с этим решением на пару лет и здесь, возможно, были бы уже другие правители и другая, более сильная армия.

Я также узнал, почему Онгур был таким спокойным. Оказалось, что прямой, безопасной дороги к другим кланам нет. Нет можно было бы пройти через обширную зону аномалий, но, одно дело, пройти там небольшим отрядом, и совсем другое, вести целую армию, с обслугой и обозом снабжения. Раньше я об этом сильно не задумывался, но наш последний переход показал все минусы и опасности передвижения по аномалиям большим отрядом.

А ещё, после настойчивых расспросов, Тигр подтвердил, что его клан стал причиной уничтожения моей семьи. Просто отец, каким-то образом, узнал про планы этих кланов, и решил дать им отпор. Конечно, он был такой не один. В своей жажде власти, Тигры, в союзе со Змеями, уничтожили больше десяти кланов и семей. Сколько их было точно, он просто не знал.

Когда я понял, что больше ничего полезного из Тигра не выудить, я предложил ему два варианта на выбор. Либо позорная и мучительная смерть, либо поединок духов. В случае его победы, я обещал, что мои люди отпустят его живым.

Когда он услышал моё предложение, в его глазах загорелась надежда и какая-то слепая вера в свою победу. Да, возможно, дух-тигр на голову превосходил большинство других духов такой же ступени развития, но зря он недооценивал моего медоеда.

На это, не побоюсь этого слово, представление, собралось несколько сотен жителей и бойцов. Все хотели посмотреть, каким образом умрёт ненавистный Тигр. И ведь жители действительно его ненавидели, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать бросать в него камнями и грязью. Здесь мне оставалось только похвалить Онгура, насколько плотно он взялся за умы жителей нашего городка. Они готовы были голыми руками рвать Тигра, который, как им сказали, пробрался на наши земли, чтобы отнять у них их только начавшую улучшаться жизнь.

Сотни глаз смотрели на арену, где должны были сразиться наши духи. И, если они пришли сюда ради дивного зрелища, то, боюсь, они будут разочарованы. Мало кто из Духоведов способен видеть не только своего, но и чужих духов. Из наших, я был уверен только в Акамире, Онгуре, Зовиде и, пожалуй, в Лэе. Остальные просто не освоили ещё духовное зрение в должной мере.

— Не играйся с ним. Не стоит дарить ему лишние мгновения жизни, — попросил я Иня.

Медоед в ответ лишь фыркнул, но я ощутил исходящее от него предвкушение, вперемешку с… ненавистью? Последняя сильно ударила по моим чувствам, когда из ханьцев выпрыгнул его дух. Я аж зубами заскрипел, так сильно мне захотелось растерзать его на части. При этом, я осознавал, что эти эмоции не мои. Только это и помогло мне удержаться на месте и не броситься в бой самому.

Ханец духовным зрением явно обладал. Стоило ему увидеть Иня, как он сперва удивился, а потом довольно ухмыльнулся. Медоед хоть и увеличился в размерах, за последнее время, но тигру явно уступал. А у того по шкуре ещё и бегали небольшие язычки пламени, красноречиво намекая на то, что у духа есть стихия огня.

В отличие от своего носителя, тигр сразу же оценил силу Иня и попытался скрыться в своём человека обратно, чем вызвал немалое удивление последнего. К его сожалению, у него ничего не вышло. Не знаю как, но Инь каким-то образом научился блокировать это их умение. Тигру не оставалось ничего другого, как принять бой и умереть.

«Слабак, — презрительно фыркнул медоед, после чего размазался в светящееся пятно, чтобы уже через секунду оказаться рядом с вражеским духом. — Я доберусь до твоего предка и уничтожу его!»

В следующее мгновение, он вцепился тигру в шею, вонзил в него когти, на передних лапах и просто разорвал духа на части, которые тут же втянул в себя всем телом. Я такого ещё ни разу не видел. Раньше он своих противников съедал. А тут энергия из поверженного духа буквально впитывалась в него. Хотя, большую часть он всё же втягивал в себя через пасть.

— Кто… ты… — начал было ханец, но закончить уже не успел.

Стоило умереть его духу, как жизнь покинула и его. Он прожил всего на пару секунд дольше. Достаточно, чтобы осознать, что ему пришёл конец. На его лице застыло выражение какой-то детской обиды. Видимо, он искренне считал, что у него есть какие-то шансы.

— Не любишь крупных кошек? — поинтересовался я у своего духа.

«Только тигров», — ответил он и замолчал, явно не собираясь продолжать разговор.

При этом, я ощущал его чувства. Даже не знал, что у духов они могут быть такими… разнообразными. Там была и грусть, и удовлетворение, и ненависть, и жажда убийства и разочарование. Я постарался отгородиться от всего этого, боясь, что меня опять захлестнёт с головой. Обошлось.

— Змея также казнишь? — спросил меня Акамир, когда я к ним подошёл.

— Много чести, — буркнул я. — Казнить его просто и всего делов. Есть идеи, как это сделать?

— Господин! Позвольте мне проверить себя и своего духа! — внезапно обратился ко мне Лэй, согнувшись пополам.

— Хочешь устроить с ним сражение духов? — удивился я.

— Да! Как иначе я смогу проверить свои силы?

— А если не справишься?

— Справлюсь! — твёрдо ответил он. — Если же нет, то, значит, я не достоин быть рядом с Вами, господин Ян!

— Опять он это начал, — покачал головой Акамир.

— Хочет повторить твоё сражение? — догадался Онгур, который не понял большую часть того, что сказал Лэй.

— Да, — кивнул я монголу.

— Ладно, иди. Я верю в тебя, Лэй!

— Спасибо, командир Ян! — снова поклонился он. Его глаза горели лихорадочным огнём. Так сильно его впечатлили мои слова. — Я не подведу!

— Интересно будет на это посмотреть, — усмехнулся Онгур, откинувшись на спинку стула.

Я сел на свободный стул по центру и тяжёлым взглядом уставился на арену. Несмотря на свои слова, я не был до конца уверен, что Лэй справится. Терять же такого грамотного командира, которого уважают все бойцы, было просто глупо. Но и помочь ему и вмешаться, значит оскорбить недоверием. Сложный выбор.

«Ничего сложного, — раздался в голове голос Иня. — Путь воина – это постоянные битвы. И только столкнувшись с сильным соперником, можно вырасти над собой. Если змей проиграет, значит, так и должно быть. В нашем мире нет места слабым!»

Логика Иня была понятна, но здесь и сейчас я был с ним не согласен. Но, раз уж я позволил Лэю сразиться, то будет просто глупо сейчас всё отменять. Остаётся только надеяться и… верить. Да, верить в него и в его духа.

Пленного Змея вывели на арену. Он с ужасом в глазах проводил бойцов, которые в этот момент утаскивали с арены тело мёртвого Тигра. После этого, он перевёл взгляд на Лэя, который уже призвал своего духа и, судорожно сглотнув, последовал его примеру.

— Начинайте! — скомандовал я, не вставая со стула.

Духи рванули навстречу друг другу, а я вцепился пальцами в подлокотники, с напряжением наблюдая за развернувшимся сражением.

Глава 16

Лэй не стал близко походить к своему противнику. Он просто сел на песок арены и прикрыл глаза. Змей же что-то бормотал себе под нос, со слегка безумной улыбкой.

Их духи были примерно одинакового размера. Только у Змея он владел ещё и стихией воды, о чём свидетельствовали капли воды, парящие недалеко от тела духа, а у Лэя дух ещё не успел обзавестись стихией.

— Сожри его! — крикнул ханец, указав рукой в сторону духа Лэя.

Водный змей тут же заскользил вперёд, оставляя за собой мокрый след. Капли вокруг него начали набухать, их количество увеличивалось, и вдруг, в сторону Лэя полетело пять небольших водных шаров.

Судя по тому, что они буквально светились от вложенной в них духовной энергии, в случае попадания, моему полусотнику бы точно не поздоровилось. Самое неприятное, что я даже помочь бы ему ничем не успел, слишком быстро они летели.

Лэй наблюдал за приближающимися снарядами со сосредоточенным лицом. Его дух, который полз в сторону своего противника, внезапно сжался, после чего выстрелил собой в сторону шаров.

Два снаряда угодили прямо в него, отбросив на пару метров назад, по одному он ударил кончиком хвоста, из за чего часть хвоста буквально испарилась, но зато сгусток воды изменил траекторию и врезался в песок арены, по которой тут же растёкся. Остальные два прошли по касательной и тоже изменили направление полёта. Один прошёл от Лэя на расстоянии локтя, второй задел его щёку, когда мой младший командир дёрнул головой, пытаясь от него уклониться.

Удивительное дело, но от попадания водного шара, кожу с щеки Лэя словно испарило! Но, почему он это допустил и не окутался духовным доспехом? Хотя, глядя на его змея, который снова заскользил к своему противнику, издавая злобное шипение, мне стало понятно, что он пустил всю энергию на усиление и защиту своего духа.

Водный змей начал формировать новые снаряды, но не успел. Дух Лэя, который был песочного цвета, внезапно ускорился и бросился на водного, ударив его носом. Возможно, он хотел вцепиться зубами, но, из-за отсутствия части хвоста, что-то у него пошло не так.

Зарождающиеся сферы воды развалились и обрушились вниз ручьями воды. Обозлённый синий змей, вцепился в морду духа Лэя и принялся трепать его из стороны в сторону.

На лице пленного ханьца появилась довольная улыбка. Ещё бы! Его дух пытался вонзить свои зубы в тело противника, забыв обо всём на свете. Победа уже была рядом, стоило немного поднажать, что водный змей и сделал.

Парящие вокруг него капли обрушились вниз, образовав глубокую лужу, в которой духи и боролись не на жизнь, а насмерть. Вот только, змей Лэя не собирался сдаваться!

Он внезапно извернулся и захлестнул собой тело смертельного врага, после чего принялся его сжимать. По лицу Лэя текли капли пота, словно это он прилагал все силы, чтобы раздавить противника, а не его дух.

Я пригляделся повнимательнее и заметил, что голова песочного змея была окутана духовной защитой. Только голова! Неудивительно, что дух водного змея до сих пор не смог через неё пробиться.

В какой-то момент, синий змей осознал, что что-то идёт не так. Он разжал хватку и попытался вырваться из ловушки. Его тело, на мгновение, словно превратилось в воду, и у духа получилось освободить часть туловища. Но это был весь его успех.

Змей Лэя не упустил подвернувшегося шанса. Он сомкнул свои клыки на горле запаниковавшего противника, и принялся сдавливать его с удвоенной силой. Ему понадобилось ещё секунд пять-семь, прежде, чем большая часть тела водного змея разлетелась на ошмётки, не выдержав такого давления.

Духовная энергия тут же начала втягиваться в победителя, из-за чего его раны принялись постепенно затягиваться. Даже хвост, и тот, словно отрастал заново.

Поверженный ханец молча рухнул лицом вниз, замерев в неестественной позе. Он всё понял ещё до того, как его дух был побеждён, и попытался добраться до Лэя, который сидел-то с трудом. Такое ощущение, что сражение духов выпило из него все силы, до последней капли.

Лишь после того, как его змей принялся поглощать энергию побеждённого врага, Лэй со свистом втянул воздух, открыл глаза и слегка улыбнулся. Он попробовал встать, но у него ничего не вышло. Тем не менее, он предпринял очередную попытку изменить положение своего тела, но, на этот раз, не вставая, развернулся в мою сторону.

— Командир, я победил!

Произнеся эти слова в гробовой тишине, он начал заваливаться назад. Прямо так, сидя.

— Помогите ему! — крикнул я стоящим неподалёку бойцам, среди которых было два наших лекаря.

К Лэю тут же побежали шесть человек. Лекари положили ему руки на грудь и голову, остальные пытались уложить его тело поудобнее. Несмотря на продолжающую кровоточить щёку и потерю сознания, физически с ним должно было быть всё в порядке. Скорее всего, он просто полностью истощил запасы духовной энергии, когда пытался помочь своему духу. Надо просто дать ему время и напоить отварами из трав, добытых нами из аномалии.

Стоящий вокруг арены народ начал перешептываться. Для них, происходящее должно было выглядеть довольно скучно и непонятно. Один из сражающихся стоял, довольно улыбался, потом, внезапно, зачем-то пошёл вперёд и упал замертво на песок. Второй всё это время сидел на месте, затем у него вдруг появилась рана на лице, сам он покрылся потом, похвастался победой и потерял сознание.

Понятно, что лазутчик из ненавистного клана Змей проиграл, но, как это произошло, им было не понятно. Чтобы хоть немного прояснить им ситуацию, я встал со своего места, поднял руку и, дождавшись, когда они замолчат и посмотрят на меня, начал говорить:

— То, свидетелями чего вы только что стали, было сражением между духами. Хоть дух презренного Водного Змея и был сильнее сам по себе, наш отважный полусотник Лэй победил, благодаря своей несгибаемой воле и тесной работе со своим духом. Он отдал все свои силы для этой победы. Победы над тем, кто был сильнее его!

Я обвёл взглядом притихших людей, после чего посмотрел на бойцов, у которых уже были духи.

— Для вас эта битва должна стать показательным примером того, к чему могут привести постоянные тренировки и сражения с духами в аномалиях. Ваш командир, — я ткнул пальцем в сторону Лэя, которого уже грузили на неизвестно откуда взявшиеся носилки, — постоянно ищёт способы стать сильнее, тренируется, усиливает связь со своим духом. Берите с него пример! Когда-нибудь вы тоже сможете сражаться на равных со Связанными других кланов! Слава полусотнику Лэю!

— Слава полусотнику Лэю! — раздался дружный рёв десяток глоток.

Судя по горящим глазам и одухотворённым лицам, лучившихся надеждой, мои слова упали на благодатную почву. Не удивлюсь, если ближайшие пару дней они будут тренироваться, не щадя себя, как обычно. А дальше… дальше, я на это надеюсь, в себя придёт Лэй и возьмётся за них с удвоенной силой. Ну да ничего. Путь духоведа не терпит слабаков.

***

Я слегка ошибся в своих предположениях. Лэй пришёл в себя уже на следующий день. Кто-то из лекарей догадался добавить в целебный отвар добытый нами мёд. А вот рана, на щеке ханьца, заживала медленее, чем хотелось бы. Видимо, удар духа был коварнее, чем мне показалось. И хорошо, что удар пришёлся лишь вскользь.

Ещё через несколько дней меня позвал Онгур и, выведя на центральную площадь, показал рукой на больше чем сотню мужчин. Там были и совсем молодые парни, и ещё крепкие, но уже старики. Все они стояли почти ровными рядами и молча смотрели на нас.

— И что это значит? — я взглянул на довольное лицо Онгура. — Кто эти люди?

— Они? — усмехнулся он. — Желающие вступить в твою гвардию.

— Какую ещё гвардию? — не понял я.

— Ты же сам вчера говорил о том, что ты последний из рода Куниц, первый из рода Медоеда.

— И что?

— А какой род и тем более клан, без гвардии? Вот, выбирай, — он махнул рукой в сторону рядов ханьцев.

— Значит так, — я провёл рукой по подбородку и уставился на Онгура. — Я тебя назначил временным главой этого городка, вот тебе с ними и возиться, — заявил я, со злой радостью глядя на то, как довольная улыбка покидает лицо монгола.

— Но…

— Распорядишься, — перебил его я, — чтобы их разбили на десятки и посмотрели, кто на что годится. В первую очередь, пусть смотрят на их стойкость. Тело можно укрепить, установив связь с духом, но у слабых духом сделать этого не получится. А тратить на всех подряд добытый нами ценный мёд я не собираюсь.

— Понял, — кивнул Онгур, осознав, что спорить со мной смысла нет. — Сколько брать?

— Да хоть всех, — пожал я плечами. — Тех, кто окажется послабей, можешь забрать в стражу. Уверен, что у тебя с этим проблема.

— Да, не хватает людей, но тут, вроде, особо и не буянят.

— Это пока. Мало ли, как оно обернётся дальше? Лучше быть готовыми.

Онгур понятливо кивнул, после чего я обратился к стоящим перед нами ханьцам.

— Мне сказали, что вы пришли сюда, чтобы наняться ко мне на службу. Скажу сразу, я возьму только лучших. Тех, у кого крепок дух и тело. Остальные смогут попробовать попасть в стражу, которую глава Онгур вскоре начнёт набирать. Не знаю, что вас сюда привело, но не думайте, что на вас с неба внезапно свалятся сила и почёт. Если вы решите остаться, вас ждут сражения, боль и постоянные, тяжёлые тренировки. Идёт война и многие могут умереть. Однако, если вы всё же решите пойти до конца, то у вас появится шанс стать Связанными!

По рядам новобранцев пошли шепотки. Похоже, большая часть пришла сюда для того, чтобы услышать именно это. Что ж, не буду их разочаровывать.

— Да, вы сможете установить связь с духом. Не каждый из вас, нет. Вы, наверняка, слышали, что большая часть желающих обрести силу таким образом гибнет. И это действительно так. Но! Мы нашли способ увеличить шансы на благоприятный исход.

Я поморщился, осознав, что говорю слишком заумно для них. Кто они? Обычные крестьяне, которые наслушались рассказов об успешных соседях, которые внезапно стали могучими воинами, и сами захотели того же. Так что, надо говорить с ними попроще.

— Мои мастера разработали отвар, приняв который установить связь будет проще. Но он не спасёт, если ваша воля слаба. Духи не терпят две вещи: слабость и страх. На этом всё! Дальше вами займутся люди, назначенные главой Онгуром.

Сопровождаемый Онгуром, я повернулся к ним спиной, и отправился обратно домой. Мой отдых затянулся. После сражения с Тигром, я с трудом сдерживал себя, чтобы не отправиться обратно в аномалию, на поиски духа-тигра. Но, надо было отдохнуть, расслабиться и разобраться с накопившимися, в моё отсутствие, делами.

Не то, чтобы я особо вникал, но хотя бы вид надо было сделать, чтобы Онгур сильно не расслаблялся. Ему явно здесь нравилось и, как я понял, он не горел желанием отправиться с нами. Что ж, это его путь, и не мне его судить. Мне вообще этот городок, если быть откровенно честным с самим собой, не нужен. Возможно только как место, где можно в безопасности отдохнуть. Но путь ведёт меня дальше, и, есть у меня такое ощущение, что, в какой-то момент, я отсюда уйду и больше не вернусь. Так что, пусть Онгур привыкает решать всё сам, не перекидывая на меня свои обязанности.

На следующий день, встав с самым рассветом, я дождался Акамира, и мы вдвоём покинули городок, направившись в аномалию. Нас ждал бой с Хранителем. Конечно же, я предварительно предупредил об этом и Онугра, и Лэя. Как бы последний ни хотел отправиться с нами, он не мог. У него было другое задание.

Я решил, что он уже достаточно опытный воин, чтобы сводить в аномалию отряд. Самому. Без нашей помощи и поддержки. В конце концов, он уже не раз бывал там с нами и должен был понимать, с чем там можно столкнуться, когда стоит сражаться, а когда спасаться бегством. В крайнем случае, Зовид поможет ему советом.

Ясное дело, что жертв, при таком подходе, среди бойцов и кандидатов будет больше. Намного больше. Но, зато, остальные будут серьёзнее к этому относиться. А то у меня начало складываться впечатление, что они решили, что поход в аномалию и установление связи с духом, сравни тяжёлой, но прогулке. Вдобавок, я озадачил его необходимостью добыть духовных камней, для того, чтобы рассчитаться потом с Жаргалом.

Вдвоём, да ещё и без лошадей, двигаться по территории аномалии было намного легче и быстрее. Мы практически не отвлекались на сражения с мелкими духами и зверями. Только если первые обладали хоть каким-то зачатками стихии огня, а вторые были достаточно крупными, чтобы добыть из них камни духа.

Было дико жалко оставлять после себя огромные кучи ингредиентов, в которые можно было бы превратить туши убитых зверей. Однако, поделать с этим мы ничего не могли. Тащить это всё на себе? Да мы сроду так до Хранителя не доберёмся. А если и доберёмся, то измотанными и уставшими.

Хранитель меня, признаться, слегка разочаровал. Даже битва с тем страшным змеем и то была сложнее. А так, у тигра было две стихии: металл и огонь. Благодаря первой, дух без особого труда превращал своими когтями здоровенные булыжники в кучу битого камня, а деревья разбивал в щепки. Огнём же он бил только вблизи, раскрывая для этого пасть.

Инь, когда увидел тигра, словно обезумел. Не сказав мне ни слова, он первым бросился на Хранителя, без какой-либо подготовки. Более того, когда Алев попытался ему помочь, медоед рыкнул на него и махнул в его сторону лапой, отгоняя от своего противника.

После такого, мы с Акамиром даже соваться к ним не стали. Я-то ладно, стальная броня, в случае чего, защитит от слишком глубоких ран, а мелкие быстро заживут, но вот приятеля мой дух может и зашибить ненароком. Так что нам только и оставалось, что наблюдать за битвой двух духов. И, стоит отметить, что Инь держался довольно уверенно, хотя бой и дался ему нелегко.

Нам тоже нашлось, чем заняться. Как обычно и бывает, Хранитель оказался не один. Нам пришлось отбиваться от десятков духов, похожих на крупных кошек. Не тигры, нет, но тоже из этого семейства точно. Часть из них владели стихиями, так что пришлось покрутиться.

Со своими противниками мы закончили практически одновременно. Мы лишь ненамного опередили Иня. И, когда я его увидел, то сперва даже сильно напрягся. Выглядел он откровенно неважно.

Начать с того, что огненные атаки Хранителя нанесли Иню страшные раны. Да и вся морда, плечи и бока у него были сильно исполосованны. И раны не спешили затягиваться, как это обычно бывало.

Медоед стоял над телом поверженного Врага, и не отводил от него взгляда. Да, именно Врага, с большой буквы. Я прекрасно ощущал исходящую от него ненависть и торжество победы. А ещё мне было понятно, что он был неудовлетворён тем, что убил своего противника.

Я испытывал примерно такие же чувства, когда смотрел сначала на мёртвое тело патриарха Змей, а потом на Тигра. Да, они принадлежали кланам, которые были виновны в убийстве моей семьи, но мне нужен был тот, кто приказал им сделать это. И Инь сейчас испытывал нечто похожее.

— Ты как? В порядке? — обратился к своему духу.

«Да», — коротко ответил он.

— А чего не поглощаешь его?

«Противно, — неожиданно произнёс он, чем сильно удивил меня. — Но необходимо, чтобы стать сильнее. Пусть лис присоединяется».

— Кхм, — прочистил я горло, — Акамир, Алев может присоединиться к Иню. Он не против.

— А не бросится? — криво усмехнулся приятель.

— Нет, — покачал я головой, — он уже успокоился. Похоже, есть между ним и Тиграми какая-то история, вот только, он пока не спешит ею со мною делиться.

— Ну, ладно, — пожал плечами Акамир, после чего Алев осторожно подошёл к телу Хранителя, правда, с другой стороны. Подальше от медоеда. И принялся тянуть в себя огненную энергию.

Выполнив нашу главную цель, мы отправились обратно. Возвращаться решили другой дорогой, чтобы получше исследовать местные земли. Наткнулись на реку, которая, если я ничего не путаю, текла в сторону уже известного нам озера, увидели вдалеке невысокие горы, нашли ещё один улей с пчёлами. Убивать их пока не стали, но место запомнили. Пригодится, когда наши запасы покажут дно.

Так получилось, что по аномалии мы бродили почти неделю. Инь с Алевом убивали духов, мы с Акамиром сражались с изменёнными зверями, если они на нас нападали. Один раз столкнулись с огромным медведем, после боя с которым я обзавёлся глубокими ранами на лице и груди. Дюже сильным оказался зверь. Насилу с ним справились. После этого, драк мы старались избегать, и двигались обратно уже напрямую, решив, что мы повидали уже достаточно, и пора возвращаться.

В качестве награды за мои страдания, мы стали обладателями большого духовного камня, клыков, когтей и шкуры медведя. На том, чтобы забрать с убитого зверя шкуру, настоял Акамир, после того, как убедился, что я не собираюсь умирать в ближайшее время.

Шкура, после боя, сохранилась на удивление хорошо. На ней даже почти не было подпалин, что наводило на мысль о том, что приятель изначально собирался забрать её себе и поэтому не сильно усердствовал с огненными атаками. Хотя, может быть это всего лишь мои домыслы, навеянные болью от полученных ран…

Пока Акамир возился с тушей медведя, я занимался обработкой ран. Особенно сильно я переживал за лицо. Зверь действительно оказался очень сильным, сумев ранить меня, пробив духовный покров и металлическую броню, которой я покрыл всё тело.

После этой битвы,нам понадобилось целых три дня, чтобы покинуть эти недружелюбные места. Я еле ковылял, Акамир тащил на себе тяжёлые трофеи. Нам повезло, что мы не встретили ещё кого-нибудь столь же опасного. Иначе, боюсь, из аномалии бы мы живыми не вышли.

До самого городка мы добирались ещё день. И то, нам повезло, что нас встретил конный патруль и пара бойцов уступила нам своих лошадей. Сами они так и бежали до городка, держась за стремена.

— Ян! Акамир! Наконец-то вы вернулись! — встретил нас обеспокоенным видом Онгур. — Что с тобой? Ты ранен? — он обратил внимание на мой вид и сразу же изменился в лице.

— Заживёт, — устало буркнул я в ответ. — Столкнулись с сильным зверем. Что у вас тут случилось? Ведь не даром ты выглядишь таким взволнованным?

— Духовные камни, которые ты оставлял у меня на хранение. Их украли!