Якудза из другого мира 12. Часть вторая
Пролог
Ранним утром главу приюта «Вокзал мечты» по имени Норобу разбудил стук в окно. Не детские вопли, не звон будильника и не вызов хроносалютема. Нет, именно стук в окно спальни.
Норобу никто так не будил. Возможно, потому что окно находилось на третьем этаже, а может потому, что невыспавшийся сэнсэй – злой сэнсэй. Он мог и запустить прикроватной тумбочкой в голову тому, кто его посмеет разбудить до восхода солнца. Назойливый стук снова повторился.
– Кому жить надоело? – прохрипел Норобу и приоткрыл левый глаз.
Сон как рукой сняло – через оконное стекло на него пялился серебряный орел. Птица слабо мерцала в утренней дымке и поглядывала на главу приюта то одним, то другим рубиновыми глазами.
– Тигр? Какого х… То есть чего ты тут забыл? Ты от Изаму? Где он?
Вместо ответа орел опустил голову и стукнул три раза в оконную раму. После такого стука Норобу просто выбросило из постели. Он подскочил к окну, отдернул занавесь, скрывавшую балконную дверь, и успел заметить, как серебряный орел метнулся прочь. Птица помчалась с нереальной для живой души скоростью и пропала из виду в течении пары ударов сердца.
Но не это удивило сэнсэя. Он знал, кому принадлежит серебряный орел, хотя и не думал, что ещё когда-нибудь увидит ученика. Слишком давно не слышал про Изаму. Но не это его удивило больше, чем появление орла. Его остановил вид двух колыбелек, стоящих на пустом балконе. В них шевелилось что-то, накрытое черным и белым покрывалами. Может это котята? Пусть это будут котята – взмолился Норобу спящим небесам.
Очень не хотелось заглядывать за покрывала, но деваться некуда. Норобу приподнял ткань, и та зашевелилась в руках, как живая. Он тут же выпустил её из рук, а черное покрывало потянулось к белому, накрывая белизну чернотой ночи.
– Вот не может без фокусов, – пробормотал глава приюта.
На его глазах черное покрывало полностью скрыло под собой белое, а потом начало таять. Но таяло оно не просто так, как это делали обычные наноиды – оно оставляло надпись. Через три секунды на белой поверхности можно было прочитать:
«Пора возвращать долги, старый друг. Убей их, и мы в расчете. Я не смог… Убей, а не то они разрушат наш мир. С. Л.»
После того, как Норобу прочитал сообщение, черные буквы растаяли на снежной поверхности. Когда же глава приюта сдернул покрывало, то его взору предстали два годовалых малыша. На голове одного розового пупса курчавились черные волосики, а вот волосы другого были белее покрывала. Они смотрели на мужчину блестящими глазками, а черноволосый засунул пальцы ноги в рот и пускал пузыри.
Норобу поглядел на малышей, на покрывало, перевел взгляд на восток, куда улетел серебряный орел и в сердцах выругался. После пятиминутного рассуждения про умственные способности Изаму Такаги, в котором нематерными были только запятые, Норобу вздохнул и снова посмотрел на лежащих детишек:
– Ну что же, назову вас Шином и Кеном, а фамилию… Фамилию вам дам Каге, что по-японски значит Тень. И учтите, если будете часто ссаться, то привыкайте лежать в мокрых простынках. Чего пялишься, чернявенький? Ух, какой знакомый наглый взгляд. Прямо как будто прицеливаешься – куда зарядить мелкой пяткой. Ну ладно, пошли в дом, нечего тут загорать…
Следующие пятнадцать лет он не раз жалел, что не выполнил просьбу Изаму, особенно эти сожаления касались чернявенького мальчишки, которого назвали Шином. Лишь только обидное обращение «старый друг» не давало ему покоя. Не просто так Изаму обратился – знал чертяка, что сэнсэй ненавидит это обращение… А значит, что-то не так с этими малышами и они должны выжить.
Во чтобы то ни стало должны выжить!
Глава 1
«Непобедимость заключена в себе самом, возможность победы заключена в противнике»
Сунь Цзы
Пучок лазерных нитей сошелся на переносице. Всего миг и примчится заряд плазмы.
Нет! Я не подарю сопернику такой шанс!
Перекатом ушел за огромный куб и накрыл голову, чтобы осколки от взрыва не повредили лицевую панель. Барабанные перепонки резануло громким лязгом. По мультикевларовой броне горохом застучали гранитные осколки. На лицевое табло тут же выпрыгнуло предупреждение о запасе прочности брони.
57%
Противно, но жить можно. Ещё повоюем. Недолго, но зато от души.
– То-тал!!! То-тал!!! То-тал!!!
Вся Арена в едином порыве скандировала имя соперника. Он был любимчиком, заслуженным воином Арены Чести, а я… Я выскочка, которого нужно как следует проучить.
– Следи за ним, Шин! – раздался в ушах голос брата.
– А я чем занимаюсь? – буркнул я на это.
– Херней, – последовал флегматичный ответ.
Поддержал, блин…
Повинуясь мысленной команде, из рукояти выскочил новый огненный меч. Клинок готов к запуску! Реактивные берцы включились возле самой границы временной защиты, и я рванул обратно.
Как я и думал – Тотал ждал меня с другой грани куба. Его лазерное наведение плясало в трех метрах от того места, где я выпрыгнул. Лицевая пластина противника только начала разворачиваться в мою сторону, когда нажал кнопку на рукояти меча. Прицеливаться времени не было – счет шел не на секунды, а на миллисекунды.
Огненное лезвие прочертило трассирующую полосу и срезало отросток визира с плеча Тотала.
Зараза!
На десять сантиметров левее и матч мог бы закончиться!
Не успел наперсток визира упасть в гранитную крошку, как плазменный заряд устремился в мою сторону. Тоталу нужно было чуть дернуть рукой.
Активировать силовой щит можно всего три раза за бой. У меня оставался последний раз, но другого выхода не было. Из прибора на левой руке вырвалось синеватое прозрачное поле. Плазменный заряд ударил ровно в центр. Взрывной волной отбросило назад, но я удержался на ногах.
Следующий заряд шарахнул уже за спиной. Я помчался по направлению к огромному черному шару. Возле него появился ящичек с аварийным подзарядником – бонус, который появляется единожды за бой. Он возникает всего на двадцать секунд, поэтому нужно успеть его схватить.
Мне он сейчас пригодится как нельзя кстати. Когда в начале боя Тотал зацепил плечо, то я лишь отмахнулся. Однако, этот мерзавец использовал золотой заряд, с эффектом отравления. И сейчас моя броня теряла по единице каждые пять секунд.
– Гони быстрее!
– Знаю!
Аварийный подзарядник должен не только снять мерзкий эффект, но и придаст десяток процентов к броне.
– То-тал!!! То-тал!!! То-тал!!!
Как же раздражал этот вой…
Я ещё пару раз выстрелил огненными лезвиями, но Тотал с легкостью от них уклонился. Он тоже увидел ящичек подзарядки и рванул к нему со всей скоростью, на которою был способен. По пути противник веером выпустил дождь из плазменных зарядов.
Зараза!!!
Чтобы не попасть под один из снарядов, пришлось резко нырнуть и проехаться на животе. Плазма мелькнула над головой.
Я спасся, но секунды были потеряны – Тотал домчался до ящичка первым и цапнул его мультикевларовой перчаткой. Ящичек тут же растекся по руке противника. При фатальном уменьшении крепости брони аварийная подзарядка активируется и отдаст бонус противнику.
Но что самое плохое – я оказался очень близко к воину Арены. Тотал начал разворачиваться, а его рука с плазменной пушкой поднялась в мою сторону.
Я тут же крутанулся движением из нижнего брейка и что было силы ударил по ноге, облаченной в золотую броню. Тотал пошатнулся и снаряд плазмы ударил рядом с плечом. Я оглох на правое ухо. Броня взвизгнула от ударов осколков, но выдержала.
Перекатом ушел от нового выстрела, подтянул колени к груди и вскочил на ноги. Раструб плазменной пушки качнулся следом. Клинок огненного меча заставил Тотала отшатнуться. Отлично! Это уже выигранная секунда.
Секунды хватило на очередное уклонение и высокий прыжок. Толпа зрителей рычала от восторга. Их чемпион получил бонус к здоровью, и это не могло не радовать фанатские сердца. Мне оставалось только бежать и молиться о том, чтобы отравление не доконало раньше плазменного снаряда.
Рука Тотала выпустила заряд. Камера заднего вида вовремя заставила пригнуться. Я пропустил снаряд над головой. Тотал прицелился ещё раз.
Конечно, я не стал ждать поражения. Реактивные берцы уже несли меня по стене Арены Чести прочь от противника. Надо успеть скользнуть за конус и оттуда выстрелить пару раз по противнику. По броне снова застучали осколки черного гранита.
Я замер на миг. Впереди промчался плазменный снаряд, похожий на горящее куриное яйцо. Это яйцо с невообразимой скоростью вонзилось в стену. По перепонкам снова бахнуло противным лязгом взрыва.
Перекувырнулся и шмякнулся вниз. Получилось по-кошачьи изогнуться и приземлиться на ноги. Моя цель была близка. Щербатый конус устремился острой верхушкой вверх, туда, где были самые дешевые места Арены.
С самых верхних рядов круглая площадка Арены Чести казалась большим блюдом, по которому хаотично раскиданы детские игрушки. Оттуда мы были похожи на двух блох, скользящих между кубиками, конусами, пирамидками и шарами.
Для удобства зрителей в воздухе парили четыре голографических экрана, каждое размером с футбольное поле, на которых четко видны наши перемещения.
И теперь эти зрители хором кричали:
– То-тал!!! То-тал!!! То-тал!!!
На этот раз противник не стал дожидаться моих пряток. Камера заднего вида любезно предоставила прямоугольник изображения, где двухметровый громила с вытянутой рукой взвился в головокружительном сальто и, даже толком не приземлившись, помчался следом. За спиной Тотала эффектно распахнулись искрящиеся синие крылья.
Толпа довольно заорала. Она любила зрелища, а мы удовлетворяли её любовь.
– Уходи в сторону! Ты теряешь броню! – донесся голос брата.
– Сам знаю!
До конуса я мог не добежать, поэтому резко изменил направление и в прыжке выпустил ещё одно лезвие огненного меча. На этот раз трассирующий клинок прошел на метр левее золотой брони. В спину ударила жесткая поверхность стены.
Тут же прилетел разряд плазмы и на этот раз я не смог полностью увернуться. Разряд плазмы попал в ногу и по лицевой панели прошлась красная волна.
Попадание! Ваша правая нога повреждена!
Следом в правом верхнем углу проценты брони снизились до тридцати.
Зараза!
Огненное лезвие меча пронзило воздух и пропахало плечо Тотала. Из его брони выскочили искры, красиво осыпались на гранитный пол.
От противника вылетел разряд, и после Тотал… пропал.
Я с трудом уклонился от «пылающего яйца» и вновь прочитал сообщение, что от попадания осколков моя броня потеряла ещё пять процентов. В следующий миг перед глазами полыхнуло и я заскреб берцами по полу, лишь бы оказаться подальше.
Этот чертов Тотал использовал телепорт и оказался в пяти метрах от меня. Горящие крылья за спиной, выставленная рука с плазменной пушкой, сияние язычков пламени на реактивной обуви – сейчас он был похож на ангела возмездия. Карающий и непреклонный. Всего в пяти метрах… В одном высоком прыжке…
Почему же он не использовал телепорт во время бега к ящичку подзарядки?
В голове мелькнула мысль: «Чтобы показать своё превосходство!» Тотал не спешил стрелять. Он просто держал руку вытянутой. Если он захочет, то через миг всё будет закончено. Я не выдержу прямого попадания…
– То-тал!!! То-тал!!! То-тал!!!
Из второй руки противника вырвался синий клинок лазерного кинжала. Короткий и сверкающий, он мог осветить небольшую комнату вместо лампы.
Вот как!
Он захотел не просто победить меня, а ещё и унизить Поражением Презрения. На Арене Чести редко кто проигрывал от ударов вплотную. Кинжал считался оружием огромной убойной силы, но какой дурак даст приблизиться, чтобы позволить нанести удар?
В основном противников били издалека. Да и глупо подставляться под почти неотразимый удар лишь из желания повыпендриваться.
Тотал глупцом не был. Он был воином Арены Чести. И сейчас он должен наказать засранца, который посмел бросить вызов сильнейшим игрокам. Наказать так, чтобы другим было неповадно. Чтобы участники знали, что слава добывается потом и кровью, а не длинным языком и дерзким поведением.
Для такого наказания лучше всего подходил лазерный кинжал.
– Ты труп, Шин! – раздался громовой голос Тотала, усиленный динамиками Арены.
Толпа бесновалась на подмостках. Тысячи людей чуть ли не сходили с ума, видя победу своего героя. Сейчас выскочка огребет по полной…
Крылатый воин Арены взвился в воздух, отводя левую руку назад. Через миг всё будет кончено. Через миг синий лазер эффектно вонзится в броню и бой будет завершен. Через миг имя Шина Каге будет навсегда вычеркнуто из скрижалей Арены Чести.
Мне оставалось только смириться и вздохнуть, чтобы боль поражения не превысила физическую боль…
Вот только я не хотел сдаваться!!!
Мгновенно переведя рукоять из положения «меч» в положение «кнут», я заставил выплеснуться тонкий и длинный красно-желтый язык. Плеть обвила ногу подлетающего Тотала, и я заставил берцы сделать высокий прыжок. От такого выплеска реактивного топлива здорово шарахнуло по пяткам, а спина прочертила борозду в граните стены, но своей цели я добился.
Тотала потащило следом. Сила инерции и мой резкий скачок в горизонтальном направлении сделали своё дело – его со всей дури приложило о выпирающий выступ. По золотой лицевой пластине пробежала трещина. Он зацепился рукой за выступ и повис.
Этим надо воспользоваться!
Я моментально перевел рукоять в положение «меч». Три огненных клинка один за другим поразили важные точки на золотой броне. Тотал сломанной куклой рухнул вниз.
Дальше у меня оставалось всего пара секунд до того, как его аварийная подзарядка подбросит дополнительной энергии. Теперь уже я прыгнул на Тотала, выбросив из левой руки свой лазерный кинжал. Он пытался закрыться, но куда там. Я пинком отбил выставленную руку и приземлился эффектно – коленом на грудь.
Плазменный заряд ушел далеко в сторону, а я завершил атаку. Вы хотели Поражение Презрения? Нате вам…
Толпа замерла, когда синий клинок погрузился в золотую броню. Аварийная подзарядка не успела – я был быстрее…
ПОБЕДИТЕЛЬ – ШИН!!!
Два слова вспыхнули на голографических табло. Они словно молния вспороли окаменевшую тишину, а дальше шарахнул раскат грома. Зрители взорвались единодушным воем, в котором одновременно соединились и горечь от поражения любимого героя, и восторг от красивого боя, и радость от рождения нового любимца.
– Шин!!! Шин!!! Шин!!!
– А ты хорош… – разобрал я в реве толпы слова Тотала. – Два оружия в одном… Я тебя недооценил…
– Меня многие недооценивают. Я уже привык, – пожал я плечами в ответ.
Теперь надо было порадовать зрителей. Я красиво вознес над головой пылающий клинок. Из сосредоточения парящих экранов ударила молния. Её остриё вонзилось в гранит рядом со мной и выбило небольшое облачко дыма.
Когда же дым рассеялся, то на уровне глаз появилась эмблема Лиги Совы. Кулак в стальной шипастой перчатке, сжимающий золотую молнию. Стоит лишь коснуться голограммы, и я окажусь принят в кандидаты на поступление в первую лигу Арены Чести. Одна из нижних ступенек на лестнице славы. Говорят, что если упорно тренироваться, быть везучим как черт и всегда побеждать, то можно попасть в Лигу Ястреба, потом в Лигу Феникса и, наконец, в Лигу Дракона. Туда, куда стремятся попасть за славой, богатством и признанием.
Моей мечтой было продвинуться дальше. Да-да, дальше Лиги Дракона – стать Серебряным Лордом. Вторым лицом в государстве.
Чтобы другие неудачники могли восхищаться тобой и вешать голографические постеры на стены. А на этих постерах ты будешь проводить коронные удары, позировать и кататься на дорогих машинах, обнимая за плечи самых красивых женщин…
Но касаться пропуска в мир больших денег пока нельзя. Пока не прозвучала торжественная речь организатора, пока не вылился поток восторга от зрителей – трогать эмблему запрещено. Нужно дать людям шоу…
Тотал сел, опершись о стену, помотал головой. Сегодня он проиграл… сегодня ему не повезло… Что же, это Арена Чести, тут не любят проигравших. Тут обожают победителей. И обожают до тех пор, пока не придет новый счастливчик…
– Ты как? – участливо спросил я у Тотала.
– В норме.
– Дойти сможешь?
– Даже добежать смогу. Не отвлекайся. Получай свою минуту славы… дерзкий выскочка!
Я продолжал стоять, подняв к мрачному небу огненный меч. Сейчас меня снимали тысячи камер, поэтому нужно позировать для будущих фанатов. Поза должна быть простой и одновременно эффектной, чтобы даже малые дети могли повторить её, стоя перед визорами.
У меня была такая. Просто поднятая вверх рука и огненный меч. Никакого шпагата, вычурных поз журавля или дракона. Просто пришел, просто победил, просто могу уйти.
– Граждане Южа-Сити! Приветствуем нового чемпиона! В трудной и упорной борьбе игрок по имени Шин Каге вырвал победу! Так поприветствуем же его… Новый чемпион Любительской Лиги – Ши-и-ин!!! – раздался усиленный микрофоном голос организатора.
От хлынувшего потока зрительских эмоций задрожал гранитный пол. Люди свистели, кричали, аплодировали и стучали ногами с такой силой, словно стремились проломить каменные ступени, на которых сидели.
– А теперь внимание! Перед Шином главный приз – положительную характеристику при попытке вступления в Лигу Совы! Мы с вами знаем, что все великие бойцы прошли через эту смелую Лигу и теперь греются в лучах славы и нашей любви! Так пожелаем же Шину удачи и сильных противников! Пожелаем удачи и крикнем все вместе наш девиз! Три-четыре! Бей!!!
Тут же толпа подхватила выкрик организатора и заскандировала:
– Бей! Бей! Бей!
Легкая улыбка тронула мои губы. Точно также они недавно кричали имя противника, а теперь уже забыли о нем. Уверен, что если бы я проиграл, то меня забыли бы даже раньше.
Я резко ударил мечом. Горящий клинок свистнул в воздухе и рассек эмблему пополам. Две половинки ярко вспыхнули, завертелись, рассыпались неоновыми искрами, а после кинулись ко мне. Я грудью встретил сверкающие звезды. Послышался лязг и на моей мультикевларовой черной броне появилась эмблема Лиги Совы.
Это всего лишь значок. Я должен буду подтвердить право вступления на отборочных состязаниях, но это уже плюс. Это уже половина дела!
– О-о-он кандида-а-ат!!! – завопил что было мочи организатор. – Мы только что видели рождение новой звезды! Приветствуем же нового чемпиона!!! Ши-и-ин Ка-а-а-аге!!!
– Шин!!! Шин!!! Шин!!!
Вместе с эмблемой на лицевой пластине возникло сообщение, что на мой счет зачислено десять тысяч кредитов. Вот ради этого я и сражался. Ради денег, а не ради славы. Любовь толпы приходит и уходит, а вот деньги на лечение близкого человека были ой как нужны. Малыш Тон без них не прожил бы и полгода...
– Спасибо! Для меня было честью сражаться для вас! – выдал я привычную фразу воина Арены Чести.
Адаптер смены голоса преобразовал мой дискант в мужественный бас. Я коротко кивнул на все четыре стороны и направился к выходу.
– Подождите, Шин! – окликнул голос организатора. – Снимите шлем, чтобы люди могли увидеть ваше мужественное лицо!
Я на секунду остановился и помотал головой:
– Нет, я предпочту остаться инкогнито!
– Но… Как же так? Все чемпионы снимают шлемы после боя! Ещё не было такого, кто бы не демонстрировал лицо для камер!
– Значит, я буду первым!
– Но… Это странно! Шин, граждане Южа-Сити требуют снять шлем!!!
Я молчал, делая шаг за шагом среди гранитных обломков.
Толпа возмущенно заурчала. Её лишили вкусного кусочка. Ну и пусть. Я продолжал идти. Даже когда рядом грохнулась брошенная бутылка с молочным напитком, не замедлил шаг. Черный провал выхода скрыл от меня возмущенных криков. Похоже, что я напортачил в последние секунды своего выступления и вместо любви зрительской толпы получил её ненависть.
Да и плевать!
У меня были свои причины не показывать лицо…
***
В большом кабинете раздался стук. Мужчина с белыми волосами и татуировкой веточки сакуры на щеке оторвал глаза от экрана планшета, где только что закончился бой между Тоталом и Шином Каге:
– Войди, Шакко.
– Босс, – поклонилась вошедшая рыжеволосая девушка. – Вызывал?
– Да, – кивнул Изаму Такаги, поворачивая экран к рыжевласке. – Детишки подросли. Они уже начали играть во взрослые игры.
– Да? – подскочила к экрану изящная девушка и прокрутила бой на Арене Чести. – Ого, а не плохо. Чувствуется наследие… Но ведь им ещё нельзя?
– А когда слово «нельзя» их останавливало? Мда… Мне казалось, что у них есть ещё несколько лет детства в запасе, но они решили повзрослеть пораньше.
– Босс, и что ты планируешь делать? Неужели вмешаешься? – девушка присела на край стола.
– Нет, я ничем не должен выдавать своё родство. Но у меня есть верный друг, который в силах помочь… – Изаму Такаги кивнул на девушку, а глаза его остановились на фигурке собаки, что висела на изящной шее.
– Ты хочешь… – ладонь девушки прикрыла фигурку.
– Так надо, Шакко, – вздохнул Изаму. – Ребята не вытянут одни, а задействовать Норобу опасно.
Рыжевласка поджала губы, потом погладила фигурку собаки и кивнула:
– Я сделаю это, босс…
Не забываем ставить лайки, писать комментарии, а также вести себя прилично. Всё-таки все мы культурные люди))
Глава 2
«Война любит победу и не любит продолжительности»
Сунь Цзы
Путь в раздевалку никто не рискнул преградить. Оно и понятно – в прошлый раз хорошо приложил одного засранца о стену. Так, что зубы застучали по бежевой стене коридора. Молодой человек что-то пытался сказать мне в спину, но с полным ртом крови особо не поговоришь.
Люди жались по стенам, пока мои гравитационные берцы топали по истертому сотнями ног ламинату. Я шел неторопливо, готовый среагировать на любую неожиданность. К счастью, неожиданности не случилось. Белая дверь в раздевалку открылась легко и без скрипа.
– Ты долго возился, – с коричневой скамейки поднялся мой брат Кен.
Молодой, смазливый, с белыми, как снег, волосами и худощавой фигурой брат очень нравился девчонкам. И подбешивал меня. Мне приходилось из кожи вон лезть, чтобы меня заметили, а этому хлыщу достаточно было только загадочно улыбнуться. Но всё равно, он мой брат…
На его руке красовался хроносалютем Норобу. Самый уважаемый обитатель нашего приюта был древним, как дерьмо мамонта, но его гаджет функционировал как новенький. Хроносалютем походил на большие наручные часы с широким сенсорным экраном. Благодаря ему я должен буду выйти с территории Арены Чести без разоблачения.
У Кена так легко получалось совладать с этими гаджетом, а у меня… У меня не было никаких способностей к управлению хроносалютемом, поэтому я и взял брата с собой. Чтобы он управлял наноидами, пока я сражаюсь внутри костюма.
– Да? Долго? Вообще-то, если ты не заметил, я там едва не проиграл, – пробурчал я в ответ и отстегнул лицевую пластину.
Пальцы Кена ловко перестукивали по экрану хроносалютема, заставляя миллионы маленьких роботов-наноидов снимать доспехи. Меня словно окружило темное облако мошек, сквозь которое доносилось только постукивание мультикевлара. Доспехи частями складывались в потрепанный кейс. Надо будет купить новый, а то не под стать воину Лиги Совы с таким старым «чумоданом» болтаться.
Черный костюм требовал починки, но ремонт я оставлю до дома. Моё время в раздевалке заканчивалось, и скоро сюда должны ввалиться другие воины Арены Чести. Повинуясь воле хроносалютема, черные доспехи с аквамариновыми неоновыми вставками покидали моё тело. Сам бы я смог только через час освободиться от костюма.
Безопасность, мать её… Всё для того, чтобы минимизировать смертность на Арене Чести.
– Если проиграл, то я сказал бы другую фразу, – также спокойно ответил Кен.
– Какую?
– Проиграешь – услышишь. Не дергайся, ты мешаешь.
Через минуту я уже стоял под бледным светом люминесцентных ламп в одних трусах. Худой, но жилистый подросток шестнадцать лет, с родинкой над левым краешком губы, непослушными черными волосами и упрямым взглядом. Таким я не должен выходить из раздевалки, поэтому пальцы Кена снова побежали по экрану хроносалютема.
Темное облачко наноидов изменило мой внешний вид. Я взглянул в отражение лицевой пластины в руках. Мда, ну и образина… Черная щетина топорщится колючками ежа, косой шрам пересекает лицо, острый кадык норовит проткнуть кожу. Лет тридцать, не меньше. Такой типаж мы с братом выбрали для выхода на волю.
В Арене Чести участвуют люди только по достижении восемнадцати лет, но нам удалось обмануть систему. У меня получилось войти в Лигу Совы уже в шестнадцать. Но, чтобы обман не раскрылся раньше времени, приходится надевать чужое лицо, созданное из оболочки наноидов.
Костюм из серой ткани, мешковатый и задрипанный, сгодится для отвлечения внимания. Левый ботинок просил каши – тоже элемент отвлечения. В конце повязал ярко-красный платок на левую руку. Пусть камеры фиксируют лицо из наноидов – люди потом всё равно не смогут меня вспомнить.
– Я готов! – прочистил я горло при помощи адаптера смены голоса. – Идем.
На этот раз голос получился тягучим и низким. Тем самым, которому не хочется противиться. Металлическая ручка кейса захолодила руку, тяжесть потянула вниз. Пришлось чуть скособочиться, чтобы пройти в дверь.
Кен пожал плечами и шагнул следом за мной. Для всех он был моим сыном. Сыном воина Шина. Я предлагал ему взять легенду, что он с детства на голову ушибленный, чтобы не задавали вопросов, но Кен пообещал в таком случае нагадить мне в ботинки. Пришлось отказаться от такой шикарной легенды…
Мы вышли из огромного цилиндрического здания Арены Чести через черный ход. На нас глянули десятки девчонок, поджидающих выхода воинов Арены Чести. Не узнав нас, они тут же забыли про наше существование. Эх, а я бы познакомился вон с той рыженькой зеленоглазкой…
Она не такая шикарная, как сестра Розия, но фигуркой её природа не обидела. Губы земляничного цвета были словно созданы для поцелуев, а небольшой носик задорно вздернут. Я выдохнул и отошел прочь. Даже не оглянулся на неё и Арену Чести.
Само здание смотрело на Южу-Сити огромными матовыми стеклами. Слева от округлой стены скопились тысячи гравилетов. Где-то там был и наш транспорт.
За небольшим силовым забором возвышался город. Сплошной металл, стекло и бетон. Там жили люди с металлическими сердцами и такими же глазами, с бетонной душой… Гравилеты скользили между облаками и постройками. Тащили людей туда, куда им вовсе не хотелось.
– Вызывай нашу колымагу, а то жрать охота, – сказал я, повернувшись к Кену, когда мы отошли от черного входа.
Тот только зыркнул на меня и не глядя постучал по хроносалютему. Тут же из стройных рядов припаркованных машин вынырнуло вытянутое металлическое тело гравилета, похожее на стальную семечку. Вот только вряд ли, где можно найти подсолнух гигантских размеров для таких семечек.
Внутри стальной шелухи было место для четырех человек и небольшого багажа. У нас ещё и лобовое стекло поцарапано от столкновений с ветками, птицами, забором. Ну да, я тоже учился управлять гравилетом в своё время.
Двери открылись. Я бухнулся на потертое сиденье и вытянул усталые ноги:
– Эй, водила, гони быстрее!
Кен хмыкнул и наклонился над панелью управления.
– Рада приветствовать вас, граждане Кен и Шин, – отозвался гравилет женским голосом. – Чего вы хотите: поездку, полет, минет?
Кен икнул, а я расхохотался, глядя на его удивленную рожу. Недаром же я задержался перед выходом из гравилета – легкая перенастройка бортового компьютера позволила сейчас чуточку поржать.
– Какая глупая шутка, – заметил Кен.
– Да ладно тебе. Чуточку улыбнуться никому не мешало. Не будь таким серьезным, Кеновина…
Брат только покачал белой головой.
– Нам уже по шестнадцать лет. Пора взрослеть, Шин.
– Пора? Да сейчас самое время для дурачеств!
– Но скоро мы получим собственные хроносалютемы, а это уже повод для того, чтобы стать серьезнее.
Ох уж мне этот серьезный братишка Кен… Вечно у него одна ответственность и серьезность на уме.
Гравилет вознесся над асфальтовой площадкой. Я бросил прощальный взгляд на стайку девчонок у черного входа – рыжевласка выделялась среди них огоньком среди разбросанного конфетти. А если остановить Кена и пригласить эту красотку на свидание? А что, кредиты есть, можно сводить в кафешку или в визирум…
Мой взгляд упал на поцарапанную и порванную обшивку гравилета, на свою грязную одежду, на просящий каши ботинок… Нет, не согласится. Девчонки не зря толпятся у черного выхода – ходят легенды, что двух таких фанаток бойцы Арены Чести взяли замуж. Вот и теплится огонек надежды в девичьей груди. Хотят быть на виду, в высшем обществе, в роскоши и неге. Но никак не в задрипанном гравилете рядом с приютским мальчишкой…
– Поехали, братишка. Есть и в самом деле хочется, – буркнул я и отвернулся.
С меня пылью слетела защитная маска мужика со шрамом, и я отстегнул адаптер голоса от шеи. Можно чуточку расслабиться – затемненное стекло гравилета не даст постороннему взгляду увидеть ненужное.
Кен задал координаты и гравилет отправился рассекать воздух Южа-Сити. Пролетали над городом, в котором каждый был на своём месте и каждый был рожден для определенной цели. А если был рожден без цели, то его отправляли в приют и там уже подбиралась цель по необходимости.
Мы с братом как раз и были рождены без цели. Мы были сиротами, которых подбросили в приют «Вокзал Мечты». Наш дом стоял на окраине города, там, куда выселяли всякое отребье и неугодных. Пьяницы, воры, грабители и прочие оттенки серой жизни города были для нас привычным обществом. Теми, кто воспитывал и наущал…
Как раз благодаря одному мошеннику нам и удалось провернуть аферу с участием на Арене Чести. Цыть смог взломать систему и накинуть нам пару лет. А дальше уже было делом техники – я бился, а Кен прикрывал. Через социальные сети получилось вызвать на бой Тотала. Мало того вызвать – я победил его и вошел в Лигу Совы!
Этот факт не мог не радовать. У меня внутри свербело, всё никак не могло успокоиться волнение от одной мысли. Она подобно брошенному на середину пруда камню всё пускала волны, а они бились о берег и не давали усидеть на месте.
– Вот скажи, Кен, а почему у нас так? А? Вроде бы всё есть, вроде бы наноиды всё могут делать и творить, а всё равно среди людей есть нищие и голодные. Неужели богачи не могут поделиться своим богатством? Пусть бы все были сыты и довольны…
Кен промолчал. Такой разговор затевался мной не однажды, поэтому многое уже было сказано. Не раз спорили, не раз даже дело доходило до драки. Правда, хроносалютем выручал брата, но пару синяков я всё-таки оставлял на холодном лице, когда гаджет был у хозяина.
Он промолчал, но от меня не так просто было отстать. Тем более, что у меня ещё не пропал запал боя. Хотелось выплеснуть последние капли адреналина.
– А когда я стану Серебряным Лордом, то смогу исправить ситуацию? Смогу сломать систему и подарить людям счастье?
– Знаешь, пока я тебя ждал, то просмотрел немного историю, – неожиданно откликнулся Кен. – Посмотрел, почему мы так живем.
– И почему же?
– Потому что народ не привык жить иначе. Всегда были богатые и бедные. Даже до изобретения наноидов и хроносалютемов народ жил так, что одни купались в роскоши, а другим приходилось бороться за еду.
– Да? Странно. А когда были изобретены наноиды и хроносалютемы?
Кен скользнул пальцами по гаджету и перед ним появилась статья.
– После Однодневной войны, шестнадцать лет назад, когда злое государство под названием США было уничтожено, а на его месте появились Радиоактивные Земли, человечество оказалось перед выбором – либо воевать дальше, либо возродить былое расслоение по кланам и жить в относительном мире.
– Это когда ещё магия ушла из нашего мира?
– Да-да, и как раз в этот день. Этому поспособствовал научный прорыв и опасность мутантов, периодически проникающих с Радиоактивных Земель. Группа ученых под руководством Масаши Окамото впервые предоставила проект мельчайших роботов-наноидов. Они могли выполнять небольшой набор команд. Подавались команды с пульта управления. Его назвали хроносалютем, что в переводе с латинского означало «Приветствие времен». С изобретением наноидов жизнь людей должна была существенно измениться. И она изменилась. Наноиды развивались, многообразие команд увеличивалось. Они помогали в сельском хозяйстве и промышленности.
– Ого, вот это интересно. А дальше?
– А дальше… Нашлись люди, которые решили использовать наноидов против других. Осознав, какое мощное оружие попало в руки обычных людей, главы регионов решили прекратить извечную войну за ресурсы и сошлись в общую встречу. Встреча длилась целый месяц. Было сломано множество копий. Главы регионов уходили с собраний, но всегда возвращались, понимая необходимость договариваться. В течение месяца наноиды были отключены и все люди не отходили от экранов визоров, ожидая решения.
– Да какое там решение? Просто взять и всё поделить! – вырвалось у меня.
– Встреча закончилась тем, что мы наблюдаем сейчас. Было решено запретить наноидам наносить людям вред, ведущий к смерти. Они могут делать всё, кроме умертвления людей. Задействовано множество факторов, влияющих на блокировку маленьких роботов. Наноиды, необходимые в медицине, получили название бионодов и, чтобы управлять ими, необходимо пройти специальное обучение. Только врачам разрешено использовать бионодов там, где нужно хирургическое вмешательство в тело человека.
– Эх, на врача нужно долго учиться…
Кен только вздохнул и продолжил чтение.
– Та встреча глав государств принесла неожиданное решение – к правителю избирался человек, отвечающий за работу наноидов и их действия. У нас его называют Серебряным Лордом. Правитель отвечает за политику и народ, Серебряный Лорд за наноиды и их действия. В честь этой встречи было решено по всему Истинному миру сделать Арены Чести, где воины, достигшие восемнадцати лет, смогут сражаться не до смерти, а до полного поражения костюма. Серебряный Лорд принимал участие в первых боях Арены Чести и принимает до сих пор.
– Я буду следующим Серебряным Лордом! – мой кулак стукнул по пластиковой обшивке, оставив вмятину. – Ой, вот жеж… дома выправлю.
– Да как же ты станешь Серебряным Лордом, если у тебя вообще нет никаких способностей к управлению наноидами? – не выдержал Кен.
В этом он прав – с хроносалютемами у меня вообще разговор не клеился. Чтобы я не приказывал делать этим гаджетам – ничего не выходило. Они как будто не видели меня, не реагировали на команды. Приходилось всю энергию вкладывать в мышцы и тренировки выносливости…
– Зато я могу подтянуться сто раз и даже не вспотеть, а ты не можешь, – я показал язык Кену.
– А мне и не надо. Меня сто раз наноиды поднимут, – пальцы Кена пробежались по хроносалютему и в воздухе появился черный кулак.
Кулак завис передо мной в воздухе, а в следующий миг наноиды отвесили звучный щелбан по лбу.
Черт! Как же больно-то!
– Ты… Ты… Ты! – я уже приготовился врезать Кену как следует, но в этот момент что-то за бортом гравилета привлекло моё внимание. – Смотри!
Мы как раз пролетали над районом Серовки. До приюта оставалось пара кварталов, и я бы лучше пролетел этот район без задержки, но…
– Снизиться! – выдал Кен указание бортовому компьютеру.
– Вы не достигли пункта назначения, – отреагировал женский голос.
– Немедленно снизиться! – рявкнул я в поддержку Кена.
Гравилет повиновался. Он снизился возле серого заброшенного здания, которое давно уже считалось прибежищем бродяг и нищих. Сейчас же у раскрашенной граффити стены скрючилась небольшая девичья фигурка, а над ней нависли пять человек в кожаных безрукавках. Здоровенные, мускулистые, с ирокезами на выбритых головах и шипастыми наручами.
Вряд ли они остановились возле девушки для того, чтобы поинтересоваться – как пройти в библиотеку.
Глава 3
«Когда обороняются, значит, есть в чем-то недостаток; когда нападают, значит, есть все в избытке»
Сунь Цзы
Молодые бойцы из клана «Серый коготь». Настолько молодые, что даже не носили хроносалютемов. Или у них уже его отобрали…
А вот девчонка явно не с окраины Южа-Сити. Чистое лиловое платье, меховая оборка на воротнике, рыжие волосы уложены в правильное каре. Кроссовки модернизированы под долгую ходьбу – эластичные вставки переливались всеми цветами радуги. За одни кроссы можно было целую неделю безбедно жить.
И что она забыла в такой дыре? А ведь… Ведь она была у Арены Чести и болтала с девчонками! Как же эта девушка смогла так быстро сюда переместиться?
Ладно, подумаю об этом позже, сейчас надо разобраться с засранцами.
На наше появление среагировали трое. Двое же продолжали увлеченно потрошить рюкзак девчонки. В грязи уже лежал блокнот с цветными вклейками, карандаши и линейка. Розовую резинку для волос уже успели порвать и испачкать, она валялась толстой грязной гусеницей рядом с разбитым ручным зеркальцем.
– Эй, оставьте её! – вырвалось у меня из груди, когда один из двоих шагнул к девчонке.
– Приютские? – бросил один из пятерки, увидев эмблему на борту гравилета. – Летите себе, пока в памяти.
Ну да, эмблема у нас такая – локомотив на фоне белой розы. Железо на природе. Не знаю, кто выдумал эту эмблему, но она всегда была в моей жизни, сколько её помню.
– Какое из слов моего брата вам непонятно? – нахмурился Кен.
– Приютские крысы… Не лезьте не в своё дело. Это наша добыча! – прогудел самый высокий здоровяк с золотой цепью на бычей шее.
По закону грязных улиц он был прав – мы должны были развернуться и уйти, но…
– Помогите-е-е, – чуть слышно протянула девчонка.
Из-под косой челки на нас взглянули огромные зеленые глаза. Взглянули с мольбой. Вот же женщины – всегда чуют, что за них могут заступиться. Или она протянула от безысходности? На удачу?
Да, я тогда ещё не знал, что эта «девочка» может спокойно раскатать сотню бойцов в лепешку и даже не вспотеет…
– Оставьте девчонку в покое! Отдайте её вещи и тогда мы сделаем вид, что ничего не произошло! – громко скомандовал я.
Отступить ещё не поздно, но этого не позволили сделать зеленые умоляющие глаза.
– Придется научить вас вежливости, ублюдки, – хмыкнул самый здоровый.
Он демонстративно хрустнул суставами пальцев, покрутил плечами. Под кожей словно прокатились речные голыши.
– Эй, не заводись, мужик! – я примирительно поднял руку. – Мы же можем решить всё миром…
Здоровяк из клана «Серый коготь» оскалился. Такими зубами можно арматуру перекусывать.
– Чего ты застыл, братан? – окликнул его один из дружков.
– Пересчитай ему все кости, чтобы знал – на чей район опустился, – поддержал другой.
– Точно… Давай раз на раз, без дураков? Победишь – заберешь девчонку. Проиграешь – отдашь гравилет.
Я оглянулся на брата. Кен стоял, заложив руки за спину. Его безучастное лицо ничего не выражало. Явно готовился пустить в дело хроносалютем. Ясно, придется принимать бой, а он останется в тылу для прикрытия.
– Мужик, завязывал бы ты, добром прошу, – я попытался всё-таки решить дело миром.
– А ну не выеживайся! Чертов! Сопляк!
С этими словами здоровяк кинулся в бой. Его кулаки вспороли воздух, но там, где должно было быть моё тело, оказывался только воздух. Правой, левой, правой. Уклон, подныривание, уворот. Правой, левой и…
Огромная лапища сжала моё запястье. В следующую секунду я услышал крик:
– На!!!
В лицо на полной скорости въехал локомотив. Да-да, сорвался с эмблемы гравилета и бросился прямо в лоб. Почему-то именно в мой лоб…
Другими словами я не могу обозначить впечатление от удара. Каменный кулак врезался точно над линией бровей и перед глазами вспыхнула Вселенная всем невообразимым количеством красок. Я почувствовал, что лечу.
Да я и в самом деле летел. Высоко и долго. Перелетел через куст дикой малины и грохнулся спиной на осколки кирпичей. Острые грани радостно приняли щуплое тело. По спине полоснуло резкой болью, а многострадальная голова ещё лихо треснулась затылком. К звездочкам в глазах прибавились новые.
Небо заслонила огромная тень. Сквозь пелену в глазах я увидел, что на меня падает огромная туша. Только неимоверным усилием воли получилось откатиться в сторону и тут же рядом грохнули подошвы здоровенных башмаков.
– Вот тебе! Вот! На, защитник хренов!
Носки башмаков ударили по ребрам, заставив меня согнуться и прикрыть руками живот. Башмаки ударили по рукам. Жалеть тут никто никого не собирался…
Когда правый башмак снова взлетел для удара, я крутанулся на локте и что было силы ударил ступнями по опорной ноге громилы. Тот пошатнулся и сделал пару шагов назад. Мне этого хватило, чтобы подняться на ноги.
– Ну что, червь приютский, тебе ещё мало? – ощерился здоровяк.
– Да что-то маловато. Это всё, на что ты способен? – спросил я, вытерев кровь под носом. – Вон та девочка и то сильнее может ударить…
– Ну, держись!!!
Покрасневший здоровяк выбросил руку. Я присел, пропуская удар над собой, и сразу же всем телом взвился вверх, проведя хороший апперкот. Громила отступил на три шага, и только кирпичная стена не дала ему упасть.
– Запнулся, доходяга? – подмигнул я ему.
– Ну всё, червяк, прибью!!!
Громила бросился ко мне, превратившись в ветряную мельницу.
Я же уклонялся и ждал удобного момента. Пусть я неспособен управлять хроносалютемом, пусть у меня нет навыков для работы с наноидами, но десять лет беспрестанных тренировок их с лихвой заменяют.
Кулаки летали рядом со мной, ножищи пытались расплющить мои ступни, но я всегда в последний момент уворачивался. Со лба здоровяка градом лился пот. Боец покраснел и только злость не давала ему плюнуть на ловкого противника.
– Чего ты с ним танцуешь? Завали его и всех дел!
Вновь кулак просвистел над моей головой, второй пошел назад, чтобы выстрелить вслед за первым. Вот он, мой шанс!
Я крутнулся вокруг оси и что было силы влепил ребром ладони в кадык здоровяка. Увидел, как вылезают из орбит его глаза и сделал шаг в сторону. В следующий миг ударил точно в основание черепа сгибающегося громилы. На землю рухнуло тело уже без сознания.
– Через полчаса придет в себя. Не стоит пытаться реанимировать раньше, – пожал я плечами и снова вытер бегущую из носа кровь.
– Приютские… – начал было другой здоровяк.
– Не стоит, друг мой. Джентльмены заключили пари. Мой брат его выиграл, а по условиям пари мы забираем девочку с собой. Идем, сестра…
Кен протянул руку девушке. Та несмело поднялась и прошла мимо расступившихся бойцов клана «Серый коготь». Она положила ладонь в левую руку Кена. В правой плясал небольшой вихрь из кусков кирпича и мелких камушков. Хроносалютем грозно поблескивал на запястье, обещая новые неприятности.
– Если дернетесь, то окажетесь погребенными под камнями. Не смертельно, но противно. К тому же вас могут обнаружить полицейские в таком виде. Придется рассказывать, что таких могучих бойцов победили двое мальчишек из приюта, – всё также невозмутимо поведал Кен.
– Приютские… – вновь сказал здоровяк с ирокезом. – Мы ещё встретимся. И тогда мы тоже будем с хронами…
– Всегда пожалуйста, – подмигнул я. – Будем ждать. Приют открыт для всех сирых и убогих… А сейчас соберите разбросанные вещи и отдайте девочке. Извинений не просим, но вот вещи надо вернуть.
Ворча и обещая обязательную расплату, молодой человек собрал раскиданные вещи девушки и швырнул рюкзак мне в лицо. Я легко поймал левой рукой и ухмыльнулся в ответ.
– Когда я стану Серебряным Лордом, то обязательно сделаю тебе бросальщиком рюкзаков. Будь уверен – эта должность будет закреплена за тобой пожизненно.
– Ха! Серебряным Лордом… Ещё скажи, что фамильяра заведешь… Из глистов! Ты не доживешь до этого времени, кретин! – буркнул ирокез.
Я собирался вылить ещё ведерко желчи, но брат прервал моё красноречие.
– До свидания, – кивнул Кен и помог девушке забраться в гравилет.
– Ага, покеда! – помахал я рукой стоящим парням.
Ирокезы хмуро смотрели нам вслед, когда гравилет сорвался с места.
– Чего ты не вмешался? Меня же едва не убили там, – повернулся я к брату.
– Заряда хроносалютема хватило только на иллюзию каменного вихря, – спокойно ответил Кен. – Если бы не поверили в мой блеф, то нам пришлось бы очень туго…
Он поднял руку с хроносалютемом и показал моргающий заряд батареи. Я почувствовал, как по позвоночнику прокатилась противная холодная капля. Сглотнул.
– Ребята, я вам так благодарна… – послышался с заднего сидения девичий голос.
– Как тебя занесло на окраину Южа-Сити? Не сиделось в центре, где всё так чинно и благородно? Чего глазками хлопаешь? По твоим рукам видно, что ни разу физической работой не занималась, – буркнул я в ответ. – И как ты так быстро перенеслась от Арены Чести? Ты же там стояла?
Я попытался скрыть за грубостью смущение. Всё-таки в общении с женским полом у меня пока ещё маловато опыта.
– Я… я не знаю, – ответила девушка.
– Чего ты не знаешь?
– Шин, отстань от неё, видишь, она только-только от шока оправилась. С тобой всё в порядке?
Вот же Кен, и тут включил своё обаяние. И как у него это получается? Вроде бы ничего не сделал, только внимательно посмотрел на девушку, а та уже заулыбалась. Пусть несмело, но улыбнулась же!
Я же задрал нос вверх и сжал ноздри в попытке остановить кровь. Похоже, что нос сломан, и кровь так просто не остановить. Мда, помимо кривого носа теперь ещё и одежду придется стирать раза три-четыре. Вряд ли кто подключит к стирке наноидов – оставят мне в качестве науки.
– Да, со мной всё в порядке, а вот вы… уберите, пожалуйста, руку, – пальцы девушки коснулись моего лица.
От неожиданности я и в самом деле отпустил ноздри. Тут же теплая волна хлынула на свободу и пробежала по подбородку.
И тут же я почувствовал холодное прикосновение. Как будто к коже приложили кусочек льда. Я дернулся и тут же ощутил вторую руку девушки на плече.
– Не стоит бояться, будет немного больно, но…
Послышался легкий хруст, перед глазами вспыхнули огненные кольца и тут же пропали. Я даже не успел вскрикнуть, как холодок оказался внутри носа, успокаивая пылающее внутри пламя. В глазах прояснилось, в голове тоже.
– Ты… Ты из врачей?
– Я не знаю, – ответила девушка.
– Но как ты это сделала?
– Не знаю. Мне что-то внутри шепнуло, что я надо вот так, и я так сделала. А объяснить, что и как… Нет, не могу.
– Вот жеж… Так а как ты очутилась на Серовке?
– Я… Я не знаю. Очнулась на улице. Как меня зовут и куда мне идти – я ничего этого не помню. А потом меня окружили те ребята… А потом спустились вы…
– Шин, похоже, что у неё что-то с памятью. Пусть сестра Розия посмотрит, а мы постараемся доставить её в целости и… ой…
– Чего «ой»? – не понял я и повернулся к Кену.
Тот молча кивнул на лобовое стекло. За тонкой паутинкой трещин возвышалось бордовое здание приюта, а возле входа, в кресле-качалке восседал Норобу. Его седые волосы вокруг обширной плеши были всклокочены, а это плохой признак. Для нас очень плохой. Обычно аккуратный и следящий за собой старик был явно расстроен пропажей хроносалютема.
– А может подлетим с черного входа?
– Поздно, он уже нас заприметил. Да и чего бегать – всё равно под одной крышей живем.
Я сглотнул. Остается надеяться только на выигрыш. Может быть, он умаслит сердце старого бойца. Всё-таки мы старались не ради себя.
Гравилет опустился на газон перед приютом. Сколько себя помню – всегда видел перед глазами этот кирпичный дом. В нем мы получили кров и еду, когда нас оставили на каменных ступенях. Когда нас положили как раз под эмблемой приюта…
– Так-так-так, два сорванца, Кен и Шин. Кто же ещё мог утащить мой хроносалютем? Вы знаете, что будете наказаны за это? – скрипучим голосом приветствовал нас Норобу.
Высохший, как вобла на ветру, и тонкий, как антенна, Норобу тем не менее уверенно руководил приютом. Его уважали все в округе, может поэтому ни один грабитель и ни один вор не залезал в приют во время правления Норобу.
Ходила легенда, что однажды клан «Зеленого Угря» пытался забрать землю, на которой стоит приют, но Норобу тогда исчез на целую неделю, а дерзкий клан перестал существовать. Люди клана исчезли бесследно, и никто не мог точно сказать – ушли они сами или к этому приложил руку Норобу.
– Норобу, мы заработали десять тысяч кредитов. Этого должно хватить, чтобы сделать операцию Малышу Тону, – воскликнул я так громко, чтобы услышала сестра Розия со второго этажа.
Она может заступиться. Может сказать слово в нашу защиту.
– Украли? – недоверчиво поднял бровь Норобу.
– Нет, заработали! – горячо откликнулся я. – Мы участвовали на Арене Чести и выиграли!
– Вы? Но вы же… – Норобу недоверчиво покачал головой, а после протянул руку. – Кен, отдай мне хрон.
Брат молча смотрел в землю.
– Ты меня слышишь?
– Учитель, мы хотели как лучше, – негромко заметил Кен.
– Вам Цыть сделал поддельный возраст? А если бы вы попались? А если бы кто обнаружил подделку? Вы подумали о репутации приюта?
– Мы думали о Малыше Тоне. Он не должен умирать в три года. Он же ещё ничего не видел! – не удержался я.
– Дай сюда хрон!
Кен отсоединил хроносалютем от руки и протянул Норобу.
– Почти разряжен… О чем вы думали, мальчишки?
Мы молчали, уставившись в землю. Девушка спряталась за нашими спинами и вроде бы даже не дышала. Но от Норобу так просто не спрячешься, он посмотрел за наши спины и…
Я мог поклясться чем угодно, что каменный старик чуть вздрогнул! Как будто судорога пробежала по сухому телу.
– Норобу, они же хотели как лучше, – послышался голос сестры Розии.
У меня вырвался облегченный выдох. Наша спасительница показалась на пороге. Высокая, красивая, с огромными глазами и черными волосами, забранными под белый платок. Она всегда ходила в белом и, почему-то грязь не касалась её одежды. Сколько я её помню – всегда была чистой и опрятной.
Моё сердце заколотилось так сильно, словно собралось выпрыгнуть наружу и распластаться у ног Розии. Я в очередной раз почувствовал легкое головокружение. Так происходило всегда, когда я видел Розию…
– Розия, если ты собралась их защищать, то…
– Нет-нет, они виноваты и до вечера будут наводить порядок в приюте, но… они правы. Да-да, Норобу, они хотели как лучше и кредиты на операцию Малышу очень и очень нужны. Мальчики, идите в свою комнату, приведите себя в порядок и спуститесь на кухню. Кок оставил для вас пару порций. А кто это с вами?
Теперь Норобу спокойно смотрел на девушку, скрывающуюся за нашими спинами. Мы шагнули в стороны, и наша находка смущенно вышла вперед. Она боялась смотреть на хмурого Норобуа и теребила край платьица.
– Вот, отбили у «Серого Когтя», – сказал я. – Пришлось даже вырубить одного… самого здорового…
Норобу покачал головой:
– Ещё и с «Серым Когтем» подрались. Чего же вы сегодня ещё не сделали такого, за что вас не стоило бы хорошенько выдрать?
– Они защищали меня… – еле слышно пискнула девушка.
– А ты… Ты кто?
– Я… Я не знаю…
– У неё что-то с памятью, – ответил за девушку Кен.
– Амнезия? В наше время? Дитя, судя по одежде, тебя должны будут искать. Ладно, мы не отказываем в приюте нуждающимся, поэтому иди за сестрой Розией, она тобой займется. А вы, молодые люди…
– А мы умываться! Потом есть и убираться! – крикнул было я, но Норобу покачал головой.
Сестра Розия увела нашу находку. Мы с братом посмотрели ей вслед с сожалением. Нам ещё предстояло получить очередную порцию головомойки.
– Нет, вы так просто не отделаетесь. Я ещё поговорю с Цытем по поводу вашей подделки, и вы…
Норобу не успел договорить. Послышалось хлопанье крыльев. Мы подняли головы вверх и увидели, что к приюту спешит черная сова. Птица была такой огромной, что легко могла потягаться ростом в холке с собакой породы колли. Её взмахи крыльев подняли тучу пыли возле входа в приют.
Когда пыль развеялась, то на пороге стоял невысокий мужчина в черном как гудрон костюме. Ткань была тщательно отутюжена, словно только что вышла из-под утюга. Пронзительные глаза смотрели тяжело, прямо в душу собеседника. Волосы спускались на плечи ровными прядями и ни один волосок не выбивался из положенного ему места.
– Экзекутор? – спросил Норобу. – Что привело вас в наши края?
Экзекутор… Орган полиции, имеющий право карать без суда и следствия. Элита министерства внутренних дел. Да такие люди в нашу глухомань лет двадцать не забирались…
– На Арене Чести было совершенно мошенничество. След мошенников привел меня сюда. Я здесь, чтобы разобраться в ситуации, – взгляд стальных глаз впился в нас так крепко, что я кожей ощутил на запястьях холодный металл наручников.
Глава 4
«Избегание столкновения с большими силами свидетельствует не о трусости, а о мудрости, ибо принесение себя в жертву никогда и нигде не является преимуществом»
Сунь Цзы
Норобу насупился, напрягся и поднялся из кресла. Он шагнул вперед и едва не упал, но взмахнул рукой, когда мы кинулись ему на подмогу. Выпрямился, сжал губы и расправил плечи. Пусть серая одежда висела на худом теле как на вешалке, но в нем чувствовалась стать воина, который вставал на защиту своих родных, когда в том была нужда.
– Экзекутор, ученики действовали по моему напутствию. Нам необходимы деньги для проведения операции маленькому мальчику, и я послал их на Арену Чести. Даже сам выдал хроносалютем. Я знаю, что подверг жизнь несовершеннолетних граждан опасности и готов полностью взять вину на себя.
Экзекутор молчал. Он перевел взгляд с Норобу на нас. Ни я, ни брат не опустили глаз. Мы не раскаивались. Если бы нас спросили в этот час – сделали бы так снова, то без промедления ответили утвердительно.
– Молодые люди ещё не получили хроносалютемов? И победили опытного бойца? – задумчиво проговорил элитник и наклонил голову. – Кто сражался в черной броне?
– Я! – одновременно выкрикнули мы с братом.
Экзекутор сделал пару шагов влево. Мы развернулись следом. Он словно сканировал нас глубокими темными зрачками. Ещё пара шагов. Мы снова повернулись.
– Я могу вас забрать в полицейское отделение и там вы станете сговорчивее, – почти ласково произнес экзекутор.
– Это полностью моя вина! – выкрикнул Норобу. – Меня и забирайте. Мальчишек не трожь!
– Один за другого и третий за двоих, – криво усмехнулся представитель власти. – Почему же среди нищих такое единство?
– Может потому, что нам нечего терять, кроме друзей? – угрюмо ответил вопросом на вопрос Норобу.
Экзекутор обошел нас кругом и остановился.
– Это похвально… Очень похвально… Но мошенничество не должно вскрыться. Шин, ты получил эмблему Лиги Совы…
– Я могу отдать её, мне были важны только кредиты! – воскликнул я.
– Не горячись, – чуть дернул головой экзекутор. – Если вы расскажете, как это сделали, то я могу засчитать это в помощь следствию.Если
– Да никак они это не сделали. Подделали возраст, воспользовавшись дырой в системной ячейке, и та приняла их за восемнадцатилетних. Ещё и мой хроносалютем сперли, – с горечью в голосе откликнулся Норобу.
Экзекутор окинул взглядом бордовое здание приюта, увидел любопытные мордашки ребят, смотрящие из окон. Он немного помедлил, пока осматривал эмблему приюта, а потом произнес:
– Хм… Похоже, что систему надо подлатать и перестроить. Всё-таки не стоит молодым и ранним лезть в пекло… Но, в любом случае, этого я не могу просто так оставить. Вы оба будете зачислены в Лигу Совы и начнете обучение через месяц.
– Но как же мы пройдем? Одно дело обмануть раз, а другое…
– Тебя зовут Шин? Как я сразу не догадался… Так вот, Шин, мы оставим эту системную ошибку и вам прибавится два года. Для всех из Лиги Совы вам будет восемнадцать лет. Вам нужно явиться в Шую-Сити через месяц для прохождения квалификационного отбора. Как раз к этому времени получите собственные хроносалютемы. Я подтвержу, что никакого мошенничества на Арене Чести не было, а произошла ошибка системы. Мне хватит на это полномочий. В Шуе-Сити вас никто не знает, поэтому будет легко затеряться среди толпы таких же молодых оболтусов. Не подведите имя своего приюта!
Экзекутор щелкнул пальцем по хроносалютему и его окутала черная дымка наноидов.
– Подожди, экзекутор! Почему ты… почему ты так делаешь? – окликнул его Норобу.
– Потому что я вырос в одном из таких домов. Знаю, как тяжело выкарабкаться наверх и… Помню горечь одиночества и взаимовыручку в беде! Это было, и я всё испытал на своей шкуре. Пусть ваш малыш выздоравливает…
После этих слов экзекутор обернулся вокруг своей оси и обернулся в огромную черную сову. Шикарный костюм! Я тоже себе такой хотел бы!
В три взмаха сова набрала высоту и полетела прочь, величественная и невозмутимая.
Норобу проследил за тем, как черная птица скрылась в скоплении высоток и повернулся к нам:
– Ну, если уж и экзекутор вас помиловал, то мне и подавно.. Проваливайте, обормоты, и чтобы приют к завтрашнему дню сверкал, как яйца яйцелиза!
Нам не нужно было повторять дважды!
– Да, сэнсэй Норобу! Всё будет исполнено!
Мы на перегонки ринулись в комнату. Нас ждали великие дела по уборке!
Уже вечером, уставшие и запыленные, мы с братом уселись на балкончике второго этажа, чтобы хотя бы немного отдышаться. Солнце садилось за высотками Южа-Сити, небо приобретало оттенок хорошего синяка под глазом, а внизу послышался разговор Норобу и спасенной девушки. Саму девушку назвали Лилией, в честь лилового платья. Она так и не вспомнила – кто она и откуда.
Мы невольно прислушались. Не то, чтобы мы хотели подслушивать, но речь явно шла о нас.
– В тот вечер был сильный дождь и громыхало беспрестанно, – слышался голос Норобуа. – Но даже через громыхание я смог расслышать истошный детский вопль снаружи. Когда же вышел, то обнаружил на ступеньках двух малышей. Беленького и черненького. Кена и Шина.
– Странные имена, – ответила Лилия.
– Странные… Но мне они пришли на ум, как обозначение Истины и Здоровья. (Шин по-японски обозначает «правду», Кен переводится как «здоровье, сила») И знаешь, колыбельки эти были не из дешевого пластика, а из дорогого хромированного титана. Скорее всего, даже передавались из поколения в поколение. Как-нибудь покажу их, они и сейчас в прекрасном состоянии, хотя прошло уже ни много ни мало, а шестнадцать лет.
– И они лежали на балконе?
– Ну да… Знаешь, на Кена я смотрел спокойно. Он повернулся во сне и задел пальчиками мой хроносалютем. Я сказал тогда: «Хочешь поиграться? Ну на, малыш…» Не представляешь моё удивление, когда в воздухе расцвел огненный цветок. Сразу стало понятно, что Кен обладает даром к управлению наноидами, а вот Шин… Когда я склонился пониже, чтобы назвать имя младенца на ухо, он зарядил мне пяткой в глаз. Уже тогда показал, что с ним будет не сладко.
Кен посмотрел на меня с превосходством, а я не смог удержаться от восклицания:
– Да ладно вам! Это была просто судорога!
– Вы подслушиваете? А ну спускайтесь, негодные мальчишки! – крикнул Норобу. – Вам мало наказания за проступок, и вы решили ещё себе добавить?
– Да мы сели только чая попить, – отозвался Кен.
– А ну спускайтесь!
Пришлось переться вниз. Деревянные ступени жалобно простонали под нашими ступнями, словно посочувствовали. Мы вышли под вечернее небо и встали перед Норобу.
– Вы закончили?
– Да, почти всё то, что нам поручила сестра Розия. Осталось самую чуточку, – почесал я загривок.
– А Малыша Тона отправили в больницу?
– Сразу же, как только умылись, – ответил Кен. – Перечислили кредиты на счет врача и тот обещал вернуть нам Малыша здорового и улыбающегося.
– Норобу, я дико извиняюсь, шо прерываю ваш многосодержательный разговор, но у меня есть незаконченное дельце к этим молодым людям, – раздался вкрадчивый голос.
Мы обернулись. На дорожке стоял улыбающийся Цыть. Прозрачные как льдинки глаза смотрели цепко, поджарая фигура затянута в спортивный костюм, светлые волосы перевязаны поддерживающей алой лентой. Про эту ленту ходили слухи, что она за долю секунды могла превратиться в тонкую шпагу и заплясать по телу неосторожного противника. А цвет прекрасно оттеняет пролившуюся кровь.
Ещё трое человек из клана "Нетопырь" стояли неподалеку у беззвучно подлетевшего гравилета. Они не подходили, но явно держали ушки на макушке. Оно и понятно – уже успели прослышать про нашу победу. Успели узнать про выигрыш. Явились за обещанной долей. А наобещать я успел много…
– Эти молодые люди мои воспитанники. Всё, что ты хочешь им сказать, напрямую касается и меня, – моментально посуровел Норобу.
Цыть замялся. Он оглянулся на своих друзей. Те мрачно смотрели в ответ.
– В общем это... Я пацанятам костюм дал и кой-чего помог сделать. В общем, они мне долю обещали при победе...
Норобу продолжал смотреть на Цытя. Он даже не повернул голову к нам, а это было на него не похоже. Если мы где-то косячили, то в первую очередь получали порцию укоризненного взора, а уже потом словесное распекание и работа по приюту.
Из распахнутых окон высунулись любопытные мордашки других воспитанников приюта. Вихрастые, курносые, пухлощекие. Они открыли рты, чтобы получше рассмотреть, что происходит внизу.
– Ты подставил ребят под удар. Если бы они попались, то...
– Норобу, они знали, куда шли. Шин вообще в грудь хлестался, что всё пройдет как по маслу. Всё прошло как по маслу? Где наша доля?
– Наша? Ты уже переводишь свою часть в часть клана? – недобро сощурился Норобу.
– Да, ведь я работаю с кланом, ем с кланом, вот и делиться буду с кланом, – дерзко ответил Цыть.
– И Крот знает про то, что ты требуешь долю с приюта?
Цыть покраснел, цыкнул зубом. Похоже, что за эту привычку ему и дали имя. Он взъерошил волосы и нагло ухмыльнулся.
– С Кротом я сам разберусь, а вот...
– А чего же с ним разбираться? Я сейчас его вызову по хрону, – Норобу пробежался пальцами по хроносалютему.
– Не надо, – буркнул Цыть, но было уже поздно.
Перед Норобу материализовался шар, размером с баскетбольный мяч. Он состоял словно из черной мошкары, какая провожает летний день, роясь на одном месте. Через секунду из этой «мошкары» проявился длинный нос, скулы, губы…
Прошло меньше десяти секунд, а перед Норобу повисла седовласая голова Крота, лидера клана «Нетопырь». Лицо Крота словно состояло из морщин, а уже на них грубо прилепили нос, глаза, уши. Губы вообще пришили тонкими стежками, да так неаккуратно, что они то и дело кривились, как будто изгибались под влиянием ветра.
– Норобу? Добрый вечер, старый пес. Что произошло? Или просто соскучился? – скрипнула парящая в воздухе голова.
– Привет и тебе, жратва для червей. На хрен бы ты мне не сдался сто лет, но тут… Тут твои бойцы пришли забирать деньги с моих ребят, – сухо ответил Норобу.
Голова Крота крутнулась в воздухе и уставилась пронзительными глазками на Цытя и остальных. После этого Крот кивнул в сторону Цытя:
– Говори.
– А чего говорить? Вон тот черныш уболтал меня дать ему костюм для Арены Чести и подделать возраст. Сегодня он выиграл и поднял десять кусков. По справедливости – надо бы поделиться. И костюм…
Голова Крота кивнула (забавно это выглядело в воздухе без плеч, как будто качнулась от порыва ветра), а после повернулась обратно.
– Норобу, Цыть говорит так, как было?
– Не совсем, – чуть улыбнулся Норобу. – Цыть не сказал про экзекутора, который днем прилетал к нам по поводу мошенничества. Мы никого не сдали, но могли бы, имели полное право, раз взрослый мужик толкнул сопляка на преступление.
– Да-а-а, мне говорили, что в нашем районе видели черную сову… – заметил Крот. – Так она к вам прилетала?
– Угу, и улетела без информации.
– Без информации? Экзекутор?
Крот недоверчиво сощурился.
– Он даже нам разрешил участвовать в отборах на Арену Чести. Сказал, что оставит системную ошибку возраста и не будет нас выдавать! – вырвалось у меня.
– Шин… – укоризненно прошептал Кен.
Норобу тут же хлестнул по мне хмурым взглядом-плетью. Я понял, что зря высунулся. Тут же начал ковырять землю носком ботинка. Начал проводить виноватые раскопки.
– Это правда?
– Да, Крот. Правда в том, что плохой из меня воспитатель, раз воспитанники в разговор взрослый лезут. Но и про сову правда. Экзекутор сам оказался из приютских, и он… он сжалился над пацанами. Приказал им прибыть после получения хроносалютемов в Шую-Сити. Вроде как увидел потенциал.
– Ну-у-у, раз уж экзекуторы вам помогают… – протянул Крот. – И потенциал есть… Цыть!
– Да, Крот!
– У нас же в загашнике ещё один костюм завалялся?
– Но… Это мой.
– Отдай его беловолосому. Чего он без костюма-то будет на сборах? Уж если экзекуторы душу имеют, то… Не дело нам своих обижать.
– Но как же… – замялся было Цыть.
– Какой вверх! Я не буду повторять дважды. Не гни рожу. Мы отдаем не навсегда, а на время. Чуечка у меня есть, что вернется нам доброта с лихвой. Тащи костюм!
Цыть вздохнул и поплелся к гравилету. Трое мужчин расступились, дали ему проход. Они сочувственными взглядами проводили его фигуру с белым кейсом в руках.
– Вот, – Цыть почти что бросил кейс к ногам Кена. – Пользуйся и вспоминай мою доброту.
– Спасибо, – еле слышно ответил брат.
Он явно не ожидал такого и теперь еле сдерживал радость. Теперь мы были с ним равны. И у него, и у меня были костюмы из мультикевлара. Вот только у него была предрасположенность к управлению наноидами, а у меня…
– А что это за девочка с вами? – уставился Крот на Лилию. – Новенькая?
– Нашлась недавно, – ответил Норобу.
– Симпатичная. Чем-то знакомая, но вот не могу вспомнить – чем именно. Ты кто, рыжевласка? Где твои родители.
– Лилия, – еле слышно проговорила девушка, опустив голову. – А где родители… Не знаю.
– Лилия? А мне кажется, что у тебя совсем другое имя. И вот где-то мы пересекались давным-давно, но только... Я не могу вспомнить тебя, красотка. А может быть это старческая память подводит. Ты точно не помнишь, как тебя на самом деле зовут?
– Не помню, – потупилась рыжевласка.
Что-то в её глазах мелькнуло, но вот что именно? И Норобу так смотрит на неё, как будто знает, но молчит. Что-то не так с этой рыжеволосой девушкой.
– Понятно, ещё одна сирота… Ладно, тут хорошие люди, в беде не оставят. А если кто обидит, скажи, что находишься под защитой Крота. Тут меня многие знают…
– Мальчишки отбили её у «Серого Когтя», – заметил Норобу.
– Вона как? У «Серого Когтя»? Хм, значит, не зря я сегодня такой добрый. Норобу, твои ребята идут правильным путем. Давненько эта шантрапа нам дорогу перебегает. Сбрить бы им все ирокезы подчистую, да боюсь, что солнышко лысые головки напечет – последние зачатки мозга прожарит…
– Крот, спасибо, – кивнул Норобу парящей голове. – За костюмы и за всё остальное.
– Я знаю, что благодарность за тобой не заржавеет. А костюмы… Только бы мальчишкам пошло на пользу. Сам был таким сорванцом и помню, как мечтал выступать на Арене Чести… Ладно, как-нибудь расскажу тебе эту грустную историю за чашкой чая. До встречи, старый пес.
– До встречи, жратва для червей, – губы Норобу тронула ухмылка.
Голова Крота крутанулась вокруг своей оси и растворилась в воздухе точно также, как собралась, только в обратной последовательности.
Цыть и трое словно чего-то ждали. Норобу поднял на них глаза:
– Вам чего-то ещё нужно?
– Нет, только… в общем… пацаны, удачи вам.
После этих слов Цыть развернулся и направился к своим. Я видел, каким сожалеющим взглядом он в последний раз огладил кейс с костюмом.
Когда же гравилет клана «Нетопырь» потерялся среди домов, то я бросился к чемодану:
– Кен! Давай разок сразимся? Попробуем твои навыки? Обещаю сильно не бить.
– Это ещё кто кому наваляет, – уголками губ усмехнулся Кен.
– На пустыре будете упражняться. Тут вы весь приют разнесете! – тут же одернул нас Норобу. – И вообще – сегодня никаких упражнений. Вы, молодые люди, всё ещё наказаны. Уборка ещё не закончена, так что продолжайте. Только счастьем вы избежали более сурового наказания. Могло бы случиться что-нибудь и похуже. И да – отнесите костюмы Мастеру Шурупу, а то мало ли какие сюрпризы там ещё спрятаны… Цыть из вредности мог активировать что-нибудь нехорошее.
Нахмуренные брови Норобу подтверждали его слова. Но нам-то что? Всё обошлось и ладно. Молодости присуща беспечность. А скоро мы должны будем получить ещё и свои хроносалютемы. Вообще хорошо. Вот только я даже не мог догадаться, что произойдет на вручении хронов…
Глава 5
«Мало сил у того, кто должен быть всюду наготове; много сил у того, кто вынуждает другого быть всюду наготове»
Сунь Цзы
При достижении шестнадцати лет каждому гражданину Земли дается хроносалютем. Это гаджет создан для управления наноидами. У каждого хроносалютем очень личная вещь. Она может подчиняться другим в ограниченном объеме, но только у хозяина раскрывается его полная мощь.
Для распределения хроносалютемов создано специальное хранилище. Цилиндрическая высоченная башня без окон и дверей. Снизу кажется, что находишься на дне глубокого колодца, где вверху проплывают облака и наблюдают сквозь стеклянную крышу за шевелением внутри. Каждый месяц его посещают именинники и получают свой заветный гаджет.
Мы со Кеном тоже прибыли в хранилище и первое, что я сказал, вступив на мозаичный пол:
– Ну ни хрена себе! И всё это хроносалютемы? И что? Какой из них мой? Какой из них я надену на руку?
Вокруг нас, насколько хватало взгляда, возвышались стеллажи, уходящие вверх. В каждой мелкой ячейке лежал аккуратно уложенный хроносалютем. Тысячи, нет, миллионы «наручных часов» смотрели на нас блестящими зрачками экранов.
Я поежился, представив себе, какую мощь они в себе заключают. Если дать с помощью их команду разорвать меня на мелкие кусочки, то даже электронов от меня не останется. И всё это произойдет в течении одного вдоха…
И в то же время у меня зажегся огонёк надежды, питавший все эти месяцы. В голове проблеском надежды мелькнула мысль, что если я получу свой хроносалютем, то смогу обойтись и без помощи Кена. Без его помпезной рожи. Вон как стоит, во всем белом, словно уже собрался примерить на свои белокурые лохмы обруч Серебряного Лорда.
А вот фигушки ему – я стану Серебряным Лордом! Да-да! И дело тут вовсе не в умении управлять наноидами, а в выдержке и натренированном теле! А уж тело у меня так натренировано, что могу бежать без устали целый день и ещё отжаться потом тысячу раз. На одной руке!
Что касается управления наноидами… Мне бы только потренироваться и тогда догоню Кена. Силы воли и стремления мне не занимать. Я стану Серебряным Лордом! Стану и точка!
Краем глаза я зацепил знакомые ирокезы. Ребята из «Серого Когтя» тоже были здесь. Парочка мускулистых засранцев пялилась в сторону трибуны, с которой вскоре должен вещать Распределитель.
Я решил быть настороже и показал Кену на недавних противников. Тот скосил глаза и едва-едва кивнул. После этого застыл, прямой как жердь и такой же безучастный ко всему.
– Вот, сегодня у меня будет хроносалютем. Сегодня обязательно расхреначу пару-другую фонарей и раскурочу три гравилета, – произнес один из «когтистых».
– Слышь, зацени, – второй кивнул в нашу сторону. – Смотреть противно. Таким ублюдкам могли бы и не давать хроны. Всё равно пропьют или продадут, чтобы купить кусок хлеба или чекушку самопляса.
Мой кулак сам собой сжался. Похоже, что чей-то нос требовал немедленной поправки!
– Будь спокоен. Не поддавайся на провокацию, – негромко произнес Кен.
– Но они же…
– Будь спокоен. Иначе затеешь драку, не получишь хрон и всё окажется напрасным. Ты не станешь Серебряным Лордом.
Вот же знает, куда надо бить. Упоминание о возможности отказаться от мечты ради сиюминутного удовлетворения окатило холодным душем. Я отвернулся от ирокезов и уставился на пьедестал. Но в памяти поставил отметочку. Кому-то прилетит после раздачи хроносалютемов.
– А в Лигу Совы и вовсе принимают лишь богатых и обеспеченных. Всякую гниль с помойки не берут. Про черныша и вовсе говорили, что он только кулаками махать может, а с наноидами вообще туго. Как будто у него слон по пальцам прошелся и в мозги насрал! Аха-ха-ха! – снова раздался противный голос.
Я снова сдержал вспышку ярости. Если сейчас украшу кровью клана «Серый Коготь» мозаичный пол, то распрощаюсь с возможностью получения заветного гаджета. Но каковы уроды, а?
– Ага, наверное, он единственный, кто не может справиться с наноидами на Земле. Другого такого шлепанутого ещё поискать. Даже моя младшая сестренка легко с ними управляется, а этот…
Как же напряглись мышцы… Ещё немного и порвутся. Щеки горели ярким кумачом. Кен положил руку на плечо:
– Держись и не поддавайся!
– Держусь, но вот после… После я за себя не ручаюсь.
– Смотри, вышел Распределитель!
На квадратный постамент вышел мужчина в строгом черном костюме. О стрелки брюк можно порезаться, ботинки начищены так, что пускают зайчиков по хранилищу. Каждый волосок в прическе лежит на своём месте, а суровые глаза обозревают собравшихся на получение заветного гаджета.
– Добрый день, молодые люди! Сегодня мы все здесь для того, чтобы получить пропуск в заветную жизнь. Получить хроносалютемы. Помните, что хроносалютемы это не игрушки. Это большая ответственность и невероятная обязательность. С их помощью вы можете как творить, так и разрушать. Сегодня перед вами открывается своя дорога, а я желаю обрести вам на этой дороге только веру, надежду и любовь. Только от вас зависит ваше будущее и будущее нашей планеты.
Я ощутил, как по телу побежали стаи мурашек. Зачесалось между лопатками в том месте, которое никогда не достанешь. Внутри всё задрожало от предвкушения чуда. Вот-вот свершится…
– Хроносалютемы, выбирайте своих хозяев! – прогремел голос Распределителя.
Да, мы все заполняли анкеты и сдавали анализы для расчета личностных характеристик. Они проходили через миллионы террабайтов информационных фильтров. Под каждого человека подгоняли определенный хроносалютем, настроенный на его жизненные приоритеты, усиливающий слабые стороны.
Да, по моральным технологиям, психофакторам и прочим жизненным аспектам мы были разобраны на составляющие, проанализированы и вновь собраны воедино. Для каждого создан собственный гаджет. Всё это сделано по науке, но мурашки усилили свой бег, когда из высоких стеллажей начали один за другим выплывать светящиеся хроносалютемы.
Зеленые, красные, оранжевые… Гаджеты плыли по воздуху и останавливались возле своих счастливчиков. Это казалось чудом из тех времен, когда по Земле ещё скакали волшебники и топтали траву драконы. У меня даже заныло в животе от ожидания моего хроносалютема.
Где он? Где? Ну где же?
– Так это мой хроносалютем? – спросила неизвестно у кого блондинка в розовой кофте.
– А у меня во какой здоровый, – послышался хвастливый голос справа.
– Зато у меня с сиреневой полосой. Стильный, прямо под цвет глаз, – ответил другой голос.
Голоса слышались то слева, то справа. Гаджеты выскакивали из ячеек, планировали вниз и зависали перед владельцами. Я всё ждал, всё выглядывал свой. Свой, единственный и неповторимый.
– Неплохо, теперь я могу запросто подняться в нашем клане.
– А я пойду по стопам отца…
– Ух, ну и накачаю же я сюда программ…
– А я отправлюсь в Лигу Совы и пройду отборочные испытания.
– Да и я пройду. Это как два пальца об асфальт.
Гаджеты опускались и опускались. Теперь это была уже не разноцветная туча, а редкие мотыльки. И эти мотыльки опустились перед своими владельцами.
Но ни один из них не опустился передо мной!!!
Я разочарованно посмотрел по сторонам и спросил у мужчины в костюме:
– Простите, уважаемый Распределитель, а где мой хроносалютем? Может быть, он где-то застрял на полках? Вы не могли бы посмотреть?
– Если хроносалютем не опустился, то гаджет ещё не готов к выпуску. Возможно, это из-за твоего неумения управляться с наноидами, мальчик по имени Шин. Приходи в следующем году…
Чего? Разве так можно? Разве можно оставить человека без хроносалютема?
Я же тоже сдавал тесты и анализы. Пусть у меня и получается из рук вон плохо, но чтобы вообще остаться без гаджета?
Да кто я буду после этого? Отброс, которому ничего доверить нельзя? Полный никчемыш?
Я почувствовал, как челюсть упала и звякнула о мозаику пола. Глядя на мою глупую рожу, ребята начали посмеиваться. Один за другим. Смех всё возрастал и возрастал.
– Вот уж в шлепанутости нам с ним вообще не сравниться, – произнес один из ирокезов.
Плеснул в пламя бензинчика, урод!
Я было развернулся, чтобы броситься на него (всё равно остался без гаджета), когда вспышка справа заставила остолбенеть. Белый ослепительный свет шел от…
ОТ ХРОНОСАЛЮТЕМА КЕНА!!!
– Это… это белый хрон! С цветком ландыша?
– Такой же у Серебряного Лорда!
– Да это же обычная приютская крыса, ну ни хрена себе…
Кен величаво протянул руку, а гаджет, словно послушная змейка, обвил его руку и защелкнулся. Губы Кена дернулись в легкой усмешке, а после он произнес:
– Я стану Серебряным Лордом!
У меня просто перехватило дыхание. Такой подлости от брата я не ожидал. Мои колени подломились, и я рухнул на мозаичны пол. Уже оттуда я слышал, как окружающие нас ребята завопили, закричали от восторга.
– Да! Я знаю будущего Серебряного Лорда!
– Молодец! Такой хроносалютем не каждому дается!
– Вот же повезло приютским…
Я ударил по полу так, что боль полоснула по костяшкам пальцев. Эта боль прочистила мозги, заставила прикусить губу. От новой боли я словно зарядился и заставил себя встать. Из груди сами собой вырвались слова:
– Кен! Не торопись с таким выводом! Не торопись радоваться! Я догоню тебя! Я перегоню тебя! Я твой соперник! И ты будешь дышать пылью из-под моих ботинок!!!
Вокруг нас возникла пауза, а потом смех грохнул так, что на миг показалось, будто со стеллажей посыпались хроносалютемы. Сквозь раскаты смеха я слышал возгласы:
– Соперник? Этот долбоклюй? Да чо он мелет? Он даже хрон не получил…
– Да ему только навоз убирать за свиньями.
– Пошли его на три буквы, Кен Каге!
Я смотрел в глаза брата, а он не прятал взгляд. Так продолжалось долгих десять секунд, а потом он двинулся к выходу, обходя меня справа. Кен негромко бросил:
– Поживем-увидим. Но выиграю всё равно я…
Он пошел дальше, а я остался стоять. Пристыженный, разъяренный, опустошенный…
Один за другим хранилище покидали ребята-счастливчики. Они уходили, бросая на меня насмешливые взгляды. Я чуял эти взгляды кожей. Они обжигали и ранили меня. Каплями расплавленного металла упали ехидные реплики ирокезов:
– А я знал, что у этого утырка ничего не выйдет.
– Ага, ему только повеситься и остается. Приютская крыса… куда он рыпнулся?
Только повеситься?
Я опустил глаза.
Люди шли мимо меня. Один неприятный тип в грязном плаще, с опущенными на лицо волосами, хихикал и как-то странно потирал руки, как будто у него только что выгорело выгодное дельце. Я обратил на него внимание только потому, что он прошел в двух шагах.
Неужели он радовался тому, что у меня не появилось хроносалютема? Вряд ли, скорее всего это был один из тех городских сумасшедших, которых не выгоняют из жалости…
Вскоре ушли все. Я продолжал стоять в хранилище. Хроносалютемы смотрели на меня экранами. Они словно сочувствовали мне, но ни один не желал спуститься на руку. Ни один.
Даже если я сейчас поломаю все стеллажи, если все гаджеты окажутся на полу, всё равно не смогу ими управлять. Я находился среди огромного богатства, но не мог им воспользоваться. Был рядом с неисчерпаемым запасом могущества и ощущал себя слабым, ничтожным червяком…
Приютской крысой…
Я думал, что при получении хроносалютема смогу подучиться использовать наноидов. Смогу прокачать умения, как прокачал и увеличил мышечную массу и выносливость. Но нет, я даже не получил хрон…
Неужели я настолько хуже остальных?
В груди вспыхнул яростный огонь. Я вскинул голову к равнодушному небу и прокричал:
– А вот хренушки!!! Я не сдамся! Мне насрать на время! Пусть пройдет хоть сто, хоть тысяча лет, но я буду работать в полную силу и получу свой хроносалютем!!! Слышите вы, долбанные гаджеты? Один из вас станет моим!!! Я всем докажу, что даже приютская крыса сможет подняться из грязи и стать Серебряным Лордом!!!
Безучастное небо как обычно промолчало. Гаджеты тоже не ответили.
Что же, надо догнать Кена и рассказать ему о моём решении. Пусть не задирает нос. Я ещё докажу ему, что тоже не пальцем деланный!
Путь до приюта пролегал через территорию Серовки. Вряд ли Кен успел далеко уйти, а если учесть то, что мы были без гравилета, то одного отпускать его было опасно. Да, у него был хроносалютем, но у двоих ирокезов тоже были гаджеты…
Я в последний раз окинул взглядом стеллажи и поспешил на улицу. В кончиках пальцев закололо, а это было плохим знаком. Всегда, когда кололи кончики пальцев, случалось что-то неприятное. Со мной вроде бы всё в порядке, значит… Может быть что-нибудь не так со Кеном?
Перешел с шага на бег. Чувство опасности не покидало моих мыслей. Надо торопиться, пока не произошло что-то плохое.
Я бежал по Серовке, не обращая внимания на удивленные взгляды. С этими людьми я, может быть никогда и не увижусь – какое мне дело до того, что они обо мне подумают? А вот Кена догнать я был должен. Он хоть и засранец, но всё же мой брат. Мы делили с ним крышу и пищу. Сражались бок о бок и вообще…
Опа-на!
Едва не пролетел мимо коридора из ржавых гаражей, где на моего братишку собрались напасть два ирокеза.
Двое на одного! Чего же ещё ожидать от этих уродов?
Ну да ничего, я сейчас подберусь поближе, и мы на пару со Кеном устроим засранцам райскую жизнь!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге