Яблоко и змея

Яблоко и змея

...и ты сам увидишь, что яблоко здесь лишнее.

Сальвадор ДалиI

lost something in the hills...

Sybill Bayer

Налейте себе чашечку хорошего чая и включите подходящую музыку:

1.The Smiths – Suffer Little Children

2. Nick Cave & The Bad Seeds – Fireflies

3. Sybille Byer – I Lost Something in the Hills

4. Smith & Barrows – Wonderful Life

5. Charles Aznavour – Emmenez-moi

6. Sleeping At Last – Saturn

7. Nick Cave & The Bad Seeds - Hollywood

1

Среди всех сложных клиентов мисс Мередит Агнесс Фрай господин Линь был самым сложным. В «Гентри паблишинг», где она работала последние четыре года, хватало чудаковатых людей. Взять хотя бы возникшего из небытия Кристофера Хольдена, который присылал свои рукописи отпечатанными на машинке, и приходилось сканировать их, прогонять через программу распознавания текста, а после править, поскольку программы, увы, несовершенны. Или Мисс Магда Фрай, мередитова однофамилица, которая писала эротические новеллы, раскупающиеся как горячие пирожки. Опыта у Мисс Фрай было маловато... его вообще не было, как подозревали все в Гентри паблишинг, и то и дело она звонила, чтобы расписать свои фантазии и уточнить, насколько это возможно. Отвечающая за книги Лотти Фишер спала в обнимку со справочником по анатомии. Однако эти проблемы ни в какое сравнение не шли с тем, что приносил Мередит господин Линь.

У него были интересные романы, полные удивительно правдоподобных продуманных приключений, ярких характеров, тонких деталей. Он был хороший писатель. Но вот характер его... Ни одного дня не проходило без того, чтобы Мередит не приходилось разруливать какую-нибудь исключительно скандальную ситуацию. Один раз на пороге издательства подрались — дико, до вырывания целых клочьев волос и отваливающихся накладных ногтей — сразу три его подружки. Это было бы не так плохо, мало ли скандальных талантов, кабы книги его не предназначались для достаточно юной аудитории. Нет, их, конечно, покупали и взрослые, но все равно это были скорее романы для подростков, вроде тех, которыми в юношеские годы зачитывалась сама Мередит. Иногда возникают трудности, если ты пытаешься продать подросткам книгу, автор которой был пойман с моделью в отеле фактически в момент соития. Мередит стоило огромного труда выследить фотографов и выкупить у них снимки. И удивительно было даже, что господин Линь все еще окупался.

Второй проблемой было то, что его занятия носили какой-то спорадический характер. Он мог написать за небольшой срок три книги, отдать их в издательство, вмешаться в очередной скандал, а после пропасть на несколько месяцев. Искать и возвращать его, размахивая контрактом, также входило в обязанности Мередит. Много раз она уговаривала своих коллег «махнуться», но Джек был горячим поклонником Хольдена и ни в какую не хотел отдавать его, а у Лотти Фишер был ревнивый муж.

Третья проблема была в том, что господин Линь был очень красивым мужчиной, и это всегда вызывало ненужный ажиотаж. Что уж тут говорить, в первые дни знакомства Мередит и сама на него запала, у нее всегда был интерес к азиатским типажам. В господине Лине было все, что ей обычно нравилось: тонкие, четкие черты лица, красиво очерченные выразительные глаза, глубокий голос с едва уловимым акцентом. К счастью, картину портил его характер, нежелание идти на уступки, постоянные насмешки, и очень быстро отношения стали исключительно рабочими. На это ушло минут пятнадцать. Крайне сложно увлекаться мужчиной, на котором висят уже трое. «Необязательно быть единственной, - любила повторять бабушка, близко сдружившаяся в какой-то момент сразу с тремя любовницами дедушки. - Главное быть единственной в этот момент».

Сегодня день был какой-то исключительно неудачный, потому что воедино сошлись сразу все перечисленные проблемы. Господин Линь должен был предоставить информацию о своей новой книге, а ее не было и в помине. Накануне его застукали в ночном клубе во время драки, и непохоже, что он вступался там за честь дамы (это еще можно было хоть как-то продать). В лобби с утра дежурила девица едва совершеннолетнего возраста, рыженькая, с конопушками, которая утверждала, что ждет от господина Линя ребенка и хочет немедленно его увидеть.

Шел дождь.

Обычно Мередит любила дождливые дни. Хорошо было сидеть на ферме на чердаке на ворохе пестрых одеял и слушать стук капель по крыше, или же забраться в старый вагончик на краю яблоневого сада. Дождь ассоциировался у Мередит с детством. Но сегодня она едва не сломала каблук, поругалась с очередным таблоидом, отпоила Мисс Фрай успокоительными каплями (при виде юной будущей матери та излишне расчувствовалась), а теперь пыталась оборвать телефон господина Линя, который явно не собирался отвечать. Дождь раздражал.

Дверь лобби то и дело открывалась, принося холодную морось и неприятный ветер. Денек был довольно стылый для середины лета. Эх, сейчас бы собирать раннеспелые яблоки, валяться в гамаке и есть бабушкины пироги, а не вот это вот все! Мередит в очередной раз нажала кнопку вызова и услышала знакомую мелодию у себя за спиной.

- Соскучилась, принчипесса?

Несмотря на установившиеся между ними прохладные отношения, господин Линь не прекращал флиртовать, и это раздражало просто невероятно. Мередит развернулась и хмуро посмотрела на него, отчаянно желая сказать что-то вроде: «Явились наконец?». Увы, Гентри паблишинг не поощрял грубость. Господин Линь, никакой вины за собой не чувствующий, улыбнулся, продемонстрировав кривоватые верхние зубы с налипшей на них рисинкой. Отвратительный тип.

- Как суши были? Хорошо приготовлены?

Господин Лин сделал едва заметное движение, должно быть, слизывая предательскую рисинку, и снова улыбнулся.

- Зачем я понадобился родным пенатам?

- Вы прекрасно знаете это и без меня. Сроки.

- Это, знаешь ли, просто нелепо. Почему я должен предоставлять вам сведения о книге, которую еще даже не начал писать?

- Потому что в противном случае вы ее вообще не напишите, - хмуро ответила Мередит. - Кстати, это тоже к вам.

Она хлопнула господина Линя по плечу, заставляя обернуться. Тот бросил короткий взгляд на девчушку и изменился в лице.

- Дженни. Зачем ты пришла?

Девушка быстро подскочила, так что ее рыжие косички подпрыгнули, точно у мультяшной героини.

- Нам надо поговорить.

- Нам не о чем разговаривать, - покачал головой господин Линь. - Иди домой.

Дженни замотала головой. Видно было, что девчушка может быть очень упрямой. Тогда господин Линь сделал два широких шага, взял ее за локоть и потащил под дождь. Мередит, испытывая странное чувство неправильности и тревоги, подошла к окну. Сквозь пелену дождя видно было, как господин Линь запихивает девушку в такси. Вернувшись, изрядно промокший, он мрачно посмотрел на Мередит и скрылся на лестнице.

Еще одно дело было сделано. Можно расслабиться.

По дороге на ланч Мередит вспомнила о еще одной своей проблеме: нелепом любовном треугольнике, в который она ухитрилась впутаться помимо своей воли. Из-за Лиз Дабстер. «Дурная голова эта Лиззи, - говорила все та же незабвенная бабуля. - Запомни, Несс, если девица думает передком, с такой дружбу водить не следует. В голове там вата сахарная, для разума места не осталось». И бабуля была как всегда права. Лиз влюблялась стремительно, причем исключительно во внешность. Ей было совершенно безразлично, что там скрывается у мужика в черепной коробке, если у него были романные кубики на прессе и «попка как орех». Ее романы протекали также стремительно, метеорами, оставляя Лиз всякий раз у разбитого корыта. Удивительно даже, что два она довела до скоропалительного брака. Пережив очередной безболезненный развод, Лиз напросилась пожить у Мередит, которую черт дернул согласиться. Она доверяла Джессу, до той поры ни одного повода для ревности не дававшему. Ага. Когда бы каждый из неверных взял в руки по зеленой ветке, все города бы превратились в зеленые и пышные сады1. Мередит застукала их в постели приятным солнечным полуднем — не чета сегодняшнему — дней через десять после приезда Лиз. В самой недвусмысленной и несколько извращенной на вкус Мередит позе. Во всяком случае, прежде они не заговаривали о подобных экспериментах (она бы и не согласилась). А Лиз вот согласилась. С тех пор прошло еще три дня, и Мередит не знала, как разрешить ситуацию. Больше всего поражало собственное безразличие. Джесса словно бы стерло из памяти, хотя до этого они жили вполне неплохо и вроде как любили друг друга. Или дело просто в том, что он работал в том же Гентри паблишинг, был талантливым художником и умел варить отличный буйябес? Этого как-то маловато для счастливой совместной жизни.

Этим дождливым днем, доедая свой крок-мадам, Мередит вдруг поняла, что она сегодня сделает. Совет да любовь. Катитесь. Скатертью дорога. Мередит хлопот на работе хватает.

Вот тут она как в воду глядела. Стоило только вернуться в контору, как из окошка на галерее ей помахала рукой Джойс Гентри. Пришлось подниматься, внутри уже заранее содрогаясь от дурных предчувствий. Джойс редко звала сотрудников к себе, обычно все рабочие вопросы решались у кофейного автомата.

Поднявшись, Мередит сделала глубокий вдох и постучала.

- Отговори его! - с порога потребовала Джойс.

- От чего? - «кого» спрашивать не требовалось, у Мередит была одна головная боль.

- Вот, полюбуйся, - Джойс бросила на кофейный столик несколько листов бумаги, исписанных размашистым почерком господина Линя. - Новый синопсис.

Синопсисы Линь всегда писал сумбурно, делая дополнения, работая множеством цветных ручек, подчеркивая и иногда рисуя что-нибудь на широких полях. В этот раз листы выглядели необычно. Удивляло все: и ровные строчки, и четкость изложения. И сюжет. Сюжет — особенно.

- Серийные похищения и убийства? - Мередит удивленно посмотрела на начальницу.

Джойс нервно закурила и выпустила облачко дыма.

- Поэтому я и прошу — отговори его. Нам хватает одного автора изощренных детективов. От господина китайца нам нужны святые, говорящие обезьяны и летающие на воздушных змеях принцессы.

- Не помню в его книгах чего-то подобного, - хмыкнула Мередит.

- Ты поняла, о чем я, - Джойс снова затянулась с остервенением. - Читатели не любят эксперименты. Представь, если Фрай станет писать о буднях монастыря!

- Не станет. Она озабоченная. Ну, или это будет очень интересный монастырь, - Мередит аккуратно сложила листы и убрала в сумочку. - Сделаю все возможное, но вы ведь знаете, какой он упрямый. Если ему что-то втемяшилось в голову, проще согласиться и надеяться на лучшее.

- Тогда просто скажи ему, что в тот же срок я хочу увидеть две книги. Пусть слезает со своих подружек и работает.

- Вас понял. Прикажете исполнять?

- К сентябрю у меня должна быть свежая книга. Хорошая, правильная книга. Твой главный приоритет — предоставить мне эту книгу. Сядь ему на шею, привяжи его к компьютеру, если потребуется, ограничь его во всем. Но книга нужна мне к осени.

Мередит со вздохом кивнула и отправилась заниматься не менее насущными делами. Ей еще нужно было разобраться с журналистами.

По дороге домой она пыталась придумать способы воздействовать на господина Линя, и не смогла придумать ни одного подходящего. Не связывать же его в самом деле. Нужно было хорошенько выспаться и плотно позавтракать, чтобы найти правильное решение проблемы. Разговор с Джессом и Лиз придется отложить.

Мередит поднялась на крыльцо, взялась за ручку двери и вздрогнула, когда дверь открылась, ослепив ее ярко-желтым светом из коридора. Славная открылась картина: Джесс, Лиззи и чемодан. Ее чемодан, разрисованный хипповатыми цветами всевозможных оттенков.

- Э-э-э?

- В общем... это... - Джесс почесал нос. - Я подумал... самое лучшее решение...

- Говори, - подбодрила Мередит, ощущая острейшее желание заехать ему по голове каблуком.

- Нам лучше пожить отдельно.

- Ага.

- В общем... такое тут дело...

Господи, подумалось Мередит, какая ж мямля! Да говори уже!

- Лиз некуда идти. И она беременная.

- Мы в гребаном симс? - поинтересовалась Мередит, разглядывая довольное личико своей бывшей подружки и размышляя, как же права была бабуля.

- И это мой дом, - закончил Джесс свою извилистую мысль.

И вот тут он был прав. Мередит забрала чемодан, попутно удивившись немного, что все ее вещи в нем уместились. Едва ли там лежит пестрый ковер из Перу, ее книги и керамические тарелки. Да и черт бы со всем этим! О диване еще вспоминать?

- Совет да любовь, - пробормотала Мередит, развернулась и потащила за собой чемодан по тротуару. Кажется, ей что-то говорили вслед, но это было уже не важно.

Мередит, идя этим сырым, хорошо уже не дождливым вечером по тихой улице поняла две вещи. Во-первых, ей совершенно наплевать на Джесса. Все произошедшее минуту назад вызывало легкое недоумение и досаду, но никак не более сильные чувства. Во-вторых она была зла. Так зла на весь мир за навалившиеся неприятности, мелкие и назойливые, точно камешки в сандалиях, что готова была сейчас горы свернуть.

Этим состоянием стоило воспользоваться.

Поймав такси, Мередит назвала водителю адрес.

1 Неточная цитата из пьесы Карло Гальдони «Слуга двух господ»

2

Господин Линь жил в тихом сонном пригороде, еще более уютном и живописном чем те улочки, где Мередит провела последнюю пару лет. Здесь стояли довольно тесно друг к другу симпатичные домики из красного кирпича, на углу располагался маленький бар, откуда доносилась приятная блюзовая мелодия, и в конце проулка можно было разглядеть горящую лампочками вывеску старомодного кинотеатра. Это был какой-то кукольный пригород. И дом Линя тоже выглядел кукольно: с белыми георгианскими наличниками на окнах, с парой пилястр по обе стороны двери и с замысловатым узлом дверного молотка. Никогда раньше Мередит тут не была и определенно представляла себе что-то другое. Опиумную курильню, наверное.

Несмотря на наличие молотка, возле двери был звонок, и она надавила на него. Послышалась долгая трель. Потом еще одна, и еще. Мередит давила на кнопку, пока дверь не открылась.

- Мисс Фрай? - спросил Линь с удивлением.

Мередит отодвинула его с дороги и вкатила свой чемодан в небольшую прихожую, обставленную легкой бамбуковой мебелью в китайском стиле. На зеркале висел какой-то иероглиф. Мельком осмотревшись, Мередит вместе с чемоданом направилась к широкому дверному проему, за которым угадывалась гостиная. Во всяком случае, видны были мягкий диван и радиола. Помимо этого в примечательной комнате было много книг. Собственно, вся она состояла из книг: стеллажи тянулись вдоль стен, оставляя свободным только пространство для широкого французского окна в четыре створки. Три из них были заставлены различными цветущими растениями, вызывающими приступ зависти. Мередит, выросшая на ферме, никак не могла научиться выращивать цветы в горшках.

- Вы приехали по делу, мисс Фрай?

Мередит обернулась, зло улыбнулась и сказала:

- Я буду тут жить.

- Что, прости?

Мередит хотела и сама это спросить. Что, прости, я такое ляпнула? Но почему-то она вошла в эту комнату и решила, что все ее устраивает. Направляясь сюда Мередит собиралась потребовать, чтобы Линь принялся за нормальную книгу, пригрозить ему всякими карами, а после отправиться в какую-нибудь гостиницу. Но вот взяла и сказала ЭТО. Должно быть, во всем виноваты цветущие магнолии.

- Джойс нужна книга к сентябрю. Нормальная книга. Она не желает принимать ваш синопсис.

Линь криво ухмыльнулся.

- А я не желаю писать «нормальную» книгу. Что это вообще такое? То, что до меня написали уже дюжину раз?

- Примерно. Говорящие обезьяны и летающие на воздушных змеях принцессы.

- Неплохая идея, но — в другой раз.

- Господин Линь, мы с вами оба знаем, что Джойс не издаст то, что вы предложили.

- Тогда я найду другое издательство, - пожал плечами мужчина.

- Вы то и дело этим угрожаете. Что не ищете?

Они обменялись долгими взглядами. В животе — ее организм не прочувствовал драматизм момента — предательски заурчало, и Мередит вспомнила, что не ела с ланча, да и тогда перехватила всего один бутерброд, пускай и внушительных размеров.

- Господи... - Линь закатил глаза. - Пошли, накормлю тебя.

Мередит пошла следом.

- Да оставь ты уже этот чемодан! Что там у тебя, золото?

- Понятия не имею, - честно ответила Мередит и выпустила наконец ручку.

Кухня выглядела просто, скромно и опрятно, и понравилась не меньше гостиной. Взобравшись на высокий стул из светлого дерева, Мередит подперла щеку рукой, наблюдая как мужчина, которого она привыкла считать исключительно раздражающим, готовит на скорую руку ужин. Движения его были уверенными и четкими. Вспомнилось отчего-то, как дедушка готовил пастуший пирог.

- Держи. Все что есть, я не ждал гостей.

Когда Мередит не ждала гостей, у нее находилось в лучшем случае печенье. Еда на скорую руку в представлении господина Линя выглядела несколько по-другому: скрученный рулетом омлет с овощами, ломтики какого-то вкусного на вид мяса с ростками бамбука, что-то из лапши, несколько соусов и здоровенный чайник чая. Другая культура, очевидно.

- Ешь.

Мередит взяла в руки палочки — других приборов предложено не было, и это было, наверное, вежливое пожелание доедать и убираться. Впрочем, омлет был вкусный, так что можно было все простить. Линь налил себе чаю, откинулся на спинку стула, и разглядывал ее беззастенчиво.

- Очень вкусно, - похвалила Мередит.

- Я рад.

Молчание затянулось, став неловким. Мередит не представляла, о чем вообще можно с этим человеком разговаривать, когда не ругаешь его за учиненные непотребства.

- У меня есть предложение.

- М-м? - Мередит замерла, поднеся палочки с кусочком омлета ко рту.

- Я не собираюсь отказываться от своей идеи, но готов подумать над еще одной книгой для Гентри. Но ты, как мой ассистент, будешь ассистировать, а не читать мне морали.

- Когда это я...

- Да постоянно, - фыркнул Линь. - Я вообще не понимаю, почему всем, и тебе в том числе, есть какое-то дело до моей личной жизни. Мне нужно собрать и систематизировать материалы. Если мы это сделаем достаточно быстро, я набросаю для Джойс еще один синопсис. Мы ведь оба прекрасно понимаем, что она не ждет от меня книгу к первому сентября, верно. Я стою в планах в лучшем случае к Рождеству.

- Ты твердо намерен написать именно эту книгу? - уточнила Мередит, решив отбросить формальную вежливость.

- Именно так. И мне нужны документальные материалы, чтобы правильно выстроить сюжет. Настоящие истории о похищениях и убийствах.

- И за сколько десятилетий ты собираешься перелопатить архивы? - Мередит прикинула, сколько времени займет один только просмотр газетных статей.

- Обойдемся без убийств на болотах1. Меня вполне устроят дела десятилетней давности. Ты же знаешь, система — не мой конек.

Да, его заметки всегда выглядели чудовищно, и несколько раз Мередит приходилось перепечатывать беспорядочные записи, чтобы автор в них не запутался.

- Если я с этим помогу, Джойс получит свой правильный роман?

- С обезьянами и принцессами, - кивнул Линь.

- Тогда по рукам.

И они пожали друг другу руки, что было довольно неожиданно. Пальцы Линя скользнули по запястью Мередит, и он отодвинулся.

- Отлично. У меня есть свободная комната, дверь слева. И я просто ненавижу мыть посуду.

- Свободная... комната... - Мередит от удивления едва не поперхнулась последним кусочком и поспешила запить его сладковатым черным чаем, довольно необычным на вкус.

- Ну, ты же сама собиралась тут жить, - хмыкнул Линь. - И потому, ты же не просто так с чемоданом, верно?

- Меня выставил парень, - кивнула Мередит, отодвигая тарелку.

- Придурок.

- Говнюк, - согласилась Мередит.

- Но надо отдать ему должное, художник он отменный. Пошли.

Мередит не удивилась, что Линь знает, с кем она встречалась. Рассердилась немного, но сейчас ее все раздражало. А удивления не было вовсе. Все писатели любят совать свой нос в чужие дела.

- Так ты идешь? - крикнул Линь из гостиной.

- Иду, иду...

3

Мередит потянулась, но глаза открывать не стала, наслаждаясь странным покоем. Что-то волшебное было в этом доме, заставляющее забыть, сколько же проблем приносит его владелец. Ее комната была небольшой, но уютной, с окном выходящим в сад и с большой пальмой в кадке. И пахло в ней свежо и чисто, словно все было умыто дождем. Мередит еще раз потянулась и села.

Дурацкая была затея, но она вполне могла сработать.

Открыв чемодан, Мередит изучила его содержимое, неодобрительно цокая языком. Вся ее одежда была сложена как попало. Должно быть, ее туда запихивали, утрамбовывая, хорошо если не подпрыгивая сверху. Повезло, что она всегда предпочитала ткани, которые не мнутся. Вытащив платье, Мередит переоделась, наскоро причесалась и выглянула за дверь. С кухни доносился запах кофе и голоса. Мужские. Хорошо. Не хотела бы Мередить стать свидетельницей любовных утех господина Линя настолько близко.

Впрочем... она вчера как-то вообще не поинтересовалась, один ли он живет, есть ли у него подружка... неловко получалось. Стараясь ступать осторожно и не выдать раньше времени свое присутствие, Мередит прокралась на кухню.

Подружки не было. Был мужчина в возрасте, солидного вида, в старомодном твидовом пиджаке, который пил кофе с сосредоточенными видом, словно от этого зависело что-то очень важное. Скрипнула половица, мужчина поднял голову и подмигнул.

- Привет, фея.

- Это демон, - отозвался стоящий у плиты Линь. - Садись, демон, будем есть блины.

- Не обращай внимания, фея, - улыбнулся незнакомец. - Этот парень всегда такая бука, но в душе он просто нежная паровая булочка. Бен Дастер, но все меня зовут Дасти.

- Мередит Фрай, - Мередит протянула руку. - Просто Мередит. Я...

- А-а, тот самый знаменитый агент.

- Знаменитый?!

- Малыш часто о тебе рассказывал, и я думал, что ж это будет за диковинный зверь такой? Цилинь1, не иначе.

- Таоте2, - мрачно уточнил Линь, поставил на стол огромное блюдо с блинами и грохнул рядом тяжелый кофейник. - Садитесь уже!

Мередит накрыло ощущение совершенно сюрреалистическое, то ли от блинов этих, то ли из-за скола на эмали кофейника, а может из-за слов Бена Дастера. Господин Линь что-то кому-то о ней говорил. Это он, что же, жалуется на нее всем подряд?

- И что же говорит обо мне господин Линь?

- Что, вероятно, ни одной книги не написал бы, если бы за ним не приглядывали.

- Этого я точно не говорил. Ешьте, - мрачно потребовал Линь. - Что за новости?

- Начни с Компстэда. Маленький дрянной городишко в Йоркшире. Там это известная история, хватает тех, кто начнет тебе языком чесать. Только дели все надвое.

- Само собой, - кивнул Линь.

- О чем речь?

Мужчина посмотрел на нее и улыбнулся уже знакомой кривой улыбкой.

- Начинаем наше путешествие для сбора материала. Как удачно, что у тебя уже готов чемодан, верно? Выезжаем через час.

Поднявшись, он стремительно вышел, и Мередит проводила его недоумевающим взглядом. Господин Линь был сегодня, определенно, не в духе. Так он на ее памяти себя вел только если требовалось срочно загладить очередной скандал, выступив перед журналистами. Или когда его пытались затащить на чтения или автограф-сессию. Впрочем, от последнего были не в восторге очень многие знакомые Мередит писатели, это ужасно интровертное племя.

- Не обращайте на него внимания, мисс Мередит, - посоветовал Дастер. - Линь был когда-то приятный малый, но с годами деградирует. Через пару лет он станет совсем невыносим, и мы его забросим.

- Я просто выполняю свою работу, - пожала плечами Мередит. - Вы давно с господином Линем знакомы?

-Почти двадцать лет. Когда он и его шалава-маменька, ох, простите, мисс! - Бен Дастер приложил быстро пальцы к губам. - Не надо было этого говорить. В общем, когда они только сюда приехали. Линь был тощим долговязым любопытным подростком. Дружил с моей Полли, она его учила английскому...

Дастер вдруг осекся и отвел взгляд, а потом улыбнулся, как Мередит показалось, через силу.

- Он безусловно талантливый парень, и я очень рад, что он в надежных руках.

- Я просто довожу его книги до печати.

- И улаживаете проблемы. И, держу пари, редактируете иногда его сумбурную писанину.

- Было пару раз, - вздохнула Мередит. - Самоорганизация — не самая сильная сторона господина Линя.

- Всегда так было, - кивнул Дастер.

- Прекращайте перемывать мне косточки, - потребовал вернувшийся хозяин. - Я позвоню тебе, если что-то разузнаю. А ты ешь свой завтрак и собирайся!

Мередит хмыкнула и принялась за блинчики.

1 Цилинь, также Кирин — в культурах Восточной Азии одно из четырех священных животных, символ благополучия. Иногда его не вполне верно называют Китайским Единорогом

2 Таоте — одно из четырех чудовищ, противопоставленнх четырем священным животным, символизирующее жадность и обжорство

4

Ехать в Йоркшир было забавно. Чуть дальше на север жила ее далекая родня, семейство Джоунзов, совсем недавно оставившее кочевой образ жизни. В отличие от Фраев они были настоящие пави: до последнего переезжали с места на место, зарабатывали кулачными боями и говорили на своеобразном наречии, которым дома в совершенстве владела одна только бабуля. «Этот кришена мидер1 Джоунз только и знает, как кулаками махать, старый греховодник!»

- Нам нужно найти этих людей, - папка, опустившаяся на колени, отвлекла Мередит от раздумий и сонного созерцания окрестностей. Линь вел машину так ровно, что она едва не задремала.

- Посмотрим, что можно сделать.

Материалы в папке были подобраны удивительно систематично. Должно быть, этим не Линь занимался, а Бен Данстер. Сложно было представить, чтобы господин Линь так тщательно все расписал, отпечатал на компьютере, а после еще распечатал и уложил в папочку, пронумеровав страницы. Их было шесть, на каждой — краткие сведения о человеке. Самые обычные люди из небольшого городка: бакалейщик, работник почты, школьная учительница, еще один почтальон на пенсии. Довольно странная подборка, если быть честной.

- Нужно договориться с ними об интервью.

- И о чем мы будем говорить? - насторожилась Мередит. Задача не могла быть легкой, иначе бы Линь не взял ее с такой пугающей готовностью в ассистентки.

- Об исчезновении и последующем обнаружении убитыми двух местных школьниц одиннадцать лет назад.

Мередит поежилась.

- Все эти люди — свидетели?

- Почти. Двое были подозреваемыми. Парень с почты учился с ними вместе, а пенсионер тогда еще разносил письма и подглядывал за девочками.

- А если они не захотят говорить?

Линь хмыкнул.

- Людям нравится рассказывать истории. Особенно о том, что их больше не касается.

Мередит передернуло от звучащего в голосе цинизма. Сунув листы в бардачок, она достала смартфон и открыла браузер.

- Что это было за дело.

Линь бросил на нее короткий взгляд.

- Исчезновение Эстер Дилли и Мегги Смарт.

Мередит запустила поиск по местным газетам. По счастью, большая часть архивов была оцифрована, и сейчас уже не составляло труда отыскать нужную информацию. Вот и статьи о двух этих девушках сыскались. Они смотрели с фотоснимков для школьного альбома, широко улыбаясь, а текст описывал довольно эмоционально — сознательно давя на эту самую эмоцию, следует признать — произошедшую трагедию. Две подруги шестнадцати и семнадцати лет, старшеклассницы, отправились на вечеринку в дом третьей своей подруги, Молли Брайант. Мередит покосилась на бардачок. Молли Бэк, в девичестве Брайант, школьная учительница. Что творилось на вечеринке, подростки не сообщили, но вернувшиеся наутро родители обнаружили весь дом вверх тормашками, привязанную к стулу Молли и следы крови. Тела Дилли и Смарт были позднее обнаружены в овраге рядом с городом. Причину смерти точно установить не удалось, один патологоанатом указывал на следу удушения, другой настаивал на переохлаждении. В подозреваемых были одноклассник девушек, Джек Беннет, а также местный почтальон, на которого поступали, в том числе и от Дилли, жалобы из-за преследования.

Мередит вернулась к списку в папке. Родители девушек, их подруга, друг, подозреваемый почтальон и ведший дело полицейский, также в отставке. Ну и работенка.

- А если все эти люди откажутся с нами разговаривать?

- Ну, твоя работа сделать так, чтобы они со всем этим согласились, - пожал плечами Линь, протянул руку и включил магнитолу. Машину заполнил тихий голос Ника Кейва, который с Линем до сих пор никак не вязался.

«Иисус, лежащий на руках своей матери, это фотон, выпущенный умирающей звездой...»2. Мередит отвернулась к окну, продолжив рассматривать живописные английские пейзажи, так и просящиеся на открытку. Желая соответствовать моменту и саундтреку, снова зарядил дождь.

Постепенно сельский пейзаж обрел узнаваемые черты: справа и слева потянулись низкие ограды, потом показались аккуратные каменные дома с соломенными крышами — тоже словно с открытки. А на горизонте, уродуя вид на шпиль старинной церкви, высились малоэтажки, возведенные тут где-то между пятидесятыми и восьмидесятыми годами, унылые, серые и безликие. Компстэд походил на тысячу таких же маленьких городков по всему северу Англии. Каждый новый вид, открывающийся за поворотом, можно было предугадать. И хоть места и были по-своему живописными, они ухитрялись нагонять тоску. Мередит еще раз покосилась на папку на своих коленях. Да, скорее всего дело в этом.

Она не понимала, из-за чего господин Лин решил так резко поменять направление своего творчества и почему, раз уж так ему захотелось, он не мог выдумать историю из головы. Или загуглить. Для чего было ехать так далеко на север и расспрашивать людей, которые, быть может, все еще остро переживали горечь утраты.

- Думаю, начать нужно с полицейского, - сказал Лин, выруливая на извилистую узкую улочку, ведущую к небольшой площади, обсаженной старыми кривыми деревьями. - У него должно быть больше всего информации.

- Может быть стоит начать с местной газеты? - предложила в свою очередь Мередит. - И ею же и ограничиться?

Лин посмотрел на нее искоса с неодобрением.

- Это профанация. Я не люблю профанацию.

- В твоих книгах люди летают на воздушных змеях, - заметила Мередит. - И размахивают полуторакилограмовыми железками.

- Я умею размахивать полуторакилограмовой железкой, - хмыкнул Лин. - И стрелять из средневекового лука. И из английского длинного лука. Я — спортивный малый. Идем. Полицейский должен сидеть дни напролет в местном пабе.

Мередит сверилась с бумагами. В самом деле, такая пометка там имелась: «просиживает до заката в «Голове Королевы», спуская всю пенсию». Это делало задачу чуть-чуть легче: выпивохе можно было предложить пару стаканов пива, чтобы развязать язык. И все же, Мередит очень не хотелось этого делать и лезть в такую деликатную историю. Ей не нравилось бередить чужие раны.

Лин вытащил ключ из замка зажигания и потянулся до хруста.

- Ненавижу водить машину!

- На обратном пути можешь меня пустить за руль, - предложила Мередит.

- Нет уж! Джойс предупреждала, что этого делать категорически не стоит! - в притворном ужасе воскликнул мужчина. - Идем, начнем работу.

- Просто напоминаю: ты должно составить синопсис второго романа. Такой у нас уговор.

- Составлю, составлю, - отмахнулся господин Лин. - Пошли скорее, пока дождь не разошелся.

В самом деле, спустя мгновение так по-литературному разверзлись хляби небесные, и довольно холодный для лета дождь хлынул на землю сплошным потоком. Никакой зонт бы не спас. К счастью к этому моменту они уже перешагнули порог паба и оказались в сухой духоте, пахнущей камфорой, олифой и пивом. Мередит огляделась, высматривая лицо с фотографии. Отставной полицейский в самом деле отыскался здесь, он сидел за столиком в углу, читал книжку в мягкой обложке и то и дело прикладывался к высокому стакану светлого пива.

- Иди, расспроси его о деле, - господин Лин подтолкнул Мередит в спину.

- Почему я?

- Мне недостает дипломатичности, разве нет? - хмыкнул проклятый писатель, пользующийся виртуозно своей дурной репутацией. О да, Мередит первая бы сказала, что ему катастрофически недостает дипломатичности. - И к тому же я недолюбливаю полицейских. И ты сейчас моя помощница, верно?

- И о чем мне спрашивать? - нахмурилась Мередит, сдаваясь.

- О подробностях преступления. О любых деталях. Все, что он помнит. Все версии, которые у них тогда были. Держи, - Лин протянул ей небольшой диктофон. - Запиши все, что он расскажет.

- А если он будет против?

- Тогда просто не говори ему, что ты записываешь! - снова подтолкнув Мередит в спину, Лин сам направился к стойке.

Захотелось его придушить. Но Мередит всегда ответственно относилась к своей работе, даже к такой странной. Поэтому она положила диктофон в карман и, стараясь выглядеть уверенной, направилась к столику в углу. Когда она подошла, полицейский поднял голову, и взгляд у него был неприятно цепкий. Вовсе он тут не пьянствовал, просто время убивал с книгой.

- Мисс? Чем могу быть вам полезен?

Мередит сглотнула образовавшийся комок.

- Эм... Я из «Гентри Паблишинг», меня зовут Мередит Фрай. Могу я задать вам вопросы касаемо одного дела, что вы расследовали?

1Старый черт на языке шелта (язык пави), перевод очень приблизительный

5

Мистер Блейкни оказался весьма словоохотливым малым. Он, должно быть, скучал без работы, и потому с удовольствием принялся отвечать на все вопросы. Интерес к давнему делу его не удивил.

- Первое время приезжали журналисты, местные, конечно. В больших городах своих ужасов хватает, верно?

Мередит кивнула.

- Эти ребята, думается мне, обрадовались такой истории, - хмыкнул Блейкни. - Появилось о чем писать на первой полосе. Вам это, кстати, зачем?

Мередит бросила короткий быстрый взгляд на сидящего возле стойки Лина.

- Наш автор пишет роман, мы собираем материал для этого.

- Роман? Детективный? - еще больше оживился мужчина. Мередит опустила взгляд на обложку книги, лежащей на столе. Дик Френсис. Бывший полицейский, читающий детективы. Забавно.

- Скорее психологический. Хотя кто их разберет, этих авторов, верно?

- Это точно, - рассмеялся Блейкни. - Жила тут у нас когда-то одна поэтесса. Огонь-женщина. С во-от такой придурью. Так что вас интересует?

- Все, - вздохнула Мередит. - Любые подробности. И не так, как их обычно освещают газеты.

- Это верно. Неприятное было дело, - Блейкни поморщился и сделал долгий глоток пива. - Не только из-за девочек, хотя... это, конечно, была ужасная потеря. Из-за подозреваемых тоже.

- Я могу записать наш разговор на диктофон? - спохватилась Мередит. Бывший полицейский был настроен более чем дружелюбно, и вовсе не хотелось делать этого тайно, из-под полы.

- Валяйте, - кивнул Блейкни. - Не стенографировать же вам.

И он зычно хохотнул. Мередит достала из кармана диктофон и положила его на середину стола.

- Итак, подозреваемые?

Мистер Блейкни подозвал официантку и заказал себе еще пиво и тарелку сандвичей. Поразмышляв, Мередит присоединилась к заказу. Стакан стаута1 и БСТ2.

- Газеты, конечно же, вцепились в Нили, - бывший полицейский неодобрительно покачал головой. - Он был всегда неприятным типом, но та травля, которую ему устроили местные писаки... простите, мисс.

- Я не журналист, - хмыкнула Мередит. - В интернете я не нашла об этом каких-то статей, собственно поэтому... поэтому наш автор решил все изучить лично.

Блейкни поморщился и сделал щедрый глоток пива, словно пытался избавиться от неприятного привкуса во рту.

- Статьи такого рода, по счастью, не стали цифровать и выбрасывать в сеть. И без того уже интернет — одна большая помойка. Не хватало еще грязи. Нили многим не нравился, у него были враги, в том числе и среди местных журналистов, поэтому было немало заметок... весьма скабрезных, скажем так. Его обвиняли в домогательствах. В том что он ворует белье. Еще в какой-то мерзости. И в убийстве, само собой.

- Но доказательств вы не нашли?

Блейкни неопределенно покачал головой.

- Видите ли, мисс Фрай... мы с самого начала не слишком верили в Нили, как в убийцу. Он был слишком неприятный человек. Подозрительный. Неряшливый. Небрежный. И не слишком умный. Если бы он совершил это преступление, то наделал бы массу ошибок, выдал себя. Это только в кино преступники — завзятые хитрецы, которые играют с полицией во всякие шарады. В жизни все куда проще. Иногда преступники уходят от ответственности просто потому, что им повезло. И везение — это тоже не про Нили.

Он помолчал немного, разглядывая помятую обложку книги, тронул морду лошади, а после мрачно продолжил:

- Вся эта шумиха очень помешала нашему расследованию. Что бы мы не делали, это в глазах жителей было «не так».

Мередит сочувственно хмыкнула.

- Но второй подозреваемый был еще хуже.

- Тот мальчик, одноклассник погибших? - уточнила Мередит, бросив взгляд на заметки в телефоне.

- Не просто одноклассник, мисс Фрай, - вздохнул Блейкни. - Племянник нашего тогдашнего мэра. Практически коронованный принц.

- Избалованный гаденыш?

У Мередит был опыт общения с подобными «принцами» в школе. Не то, чтобы ее задевали по-настоящему — мало кто решался связаться с большой, сплоченной в монолит семьей Фрай. Но ее дразнили и оскорбляли, когда поблизости не было братьев или кузенов. «Грязная цыганка» - самое безобидное, что она слышала в свой адрес от самодовольных мальчишек, чьи родители владели большой землей, заседали в городском совете, имели контору на главной улице или «связи» в местном приходе. У Фраев, к слову, все это тоже было: большая фирма, место в совете, магазины и даже родной, собственный викарий, кузен Томас. Но они в лице некоторых все равно оставались «цыганами», которыми с роду не были.

Это не было болезненным воспоминанием, скорее забавным, но «принцев» Мередит так и не полюбила.

- Знаете, мисс Фрай... как ни странно — нет, - задумчиво кивнул Блейкни. - Он был очень неплохой парень. Влипал, конечно, в мелкие неприятности — как и все сверстники — но без особых последствий. Дело было в его родителях. Мэр Беккет и доктор Беннет, наши сестры сокрушения.

Бывший полицейский вдруг рассмеялся над какой-то ему одному понятной шуткой. Заметив недоумение Мередит, он улыбнулся смущенно:

- Простите, мисс Фрай. Городок маленький, мы все когда-то учились вместе, и сестры Смит, так их звали в девичестве... они действительно были ужасны. Когда Розали, старшая, стала мэром, мы все вздрогнули. Но мэром она была неплохим, и с личностью мы смирились. Хотя это был просто Пиночет в юбке. Только мы заикнулись о том, что нужно как следует допросить ее племянника, мэр развернула настоящую компанию.

- Травлю Нили она заказала? - поинтересовалась Мередит.

Бывший полицейский пожал плечами.

- Это мне неизвестно, мисс, и я предпочитаю полагаться только на факты. Она по крайней мере сделала все, чтобы увести из-под удара своего племянничка. Дело в конце концов заглохло, и его постепенно свернули. Оно еще не закрытое, но оно холодное, что покойник.

Мередит обеими руками взялась за стакан стаута. Против воли эта история вдруг заинтересовала ее. Она не решалась проявлять амбиции писателя, понимая, что тут у нее не хватает куража и таланта, но разного рода истории и характеры всегда занимали ее. Одна из причин, по которой она продолжала работать в Гентри и нянчиться с Линем — эти самые истории и характеры. В простой местной трагедии было что-то заманивающее, заставляющее задуматься. Любой подобный случай всегда больше, чем кажется на первый взгляд. И книга о подобной трагедии больше, чем сказочки о летающих принцессах и сражающихся обезьянах. Если, конечно, Линь не собирается состряпать из этого дешевую кровавую страшилку с маньяком. Прелесть, если так можно выразиться, подобных историй в том, что они одновременно просты и непредсказуемы. В них нет изворотливых чудовищ и интеллектуалов-садистов, вступающих в игру с полицией (таких, должно быть, вообще не существует), а зло кроется за привычной маской школьника или почтальона. Такие истории поучительны.

Мередит посмотрела на неподвижно сидящего у стойки Линя и повторила про себя мрачно: если только это не затевается ради дешевых кровавых страшилок.

- Вы можете что-то сказать о причине смерти девушек? - вернулась она к работе поняв, что пауза затянулась.

Блейкни покачал головой.

- На этот счет в газетах все сказано верно: причину так и не прояснили до конца.

- То есть, это может быть не убийство, а, скажем, несчастный случай?

Бывший полицейский вздрогнул, Мередит закатила глаза и ощутила острое желание хорошенько двинуть своему подопечному. Что за манера! Мог бы с самого начала подойти, а не встревать в разгар беседы. И вообще, мог бы сам обо всем договариваться!

- Это наш автор, господин Линь.

- Линь из Гентри Паблишинг? - Блейкни окинул писателя быстрым, но цепким взглядом. - Мой сын обожает ваши романы.

- Новый может и вам понравиться, - Линь сел рядом с Мередит на диванчик, едва не толкнув ее, потом протянул руку и совершенно бесцеремонно глотнул стаута из ее стакана. - Так что с моим вопросом?

- Это мог быть несчастный случай, - кивнул Блейкни, продолжая рассматривать писателя. - Но что они делали в овраге? Как там оказались?

- Когда нам было по восемнадцать лет мы с Полли и Джилли, моими лучшими подругами, чуть было не уехали на Гавайи, чтобы заняться подводной охотой. Любопытство и жажда приключений, мистер Блейкни.

- Что ж, этого исключать нельзя, - кивнул с усмешкой бывший полицейский.

- Спасибо за разъяснения, - Линь выключил диктофон и поднялся. - Идем, Фрай. Нам нужно еще найти гостиницу и... хочешь взглянуть на овраг?

- Простите, мистер Блейкни, - вздохнула Мередит. - Писатели — они как дети. Пороть бы их почаще.

- Удачи вам, мисс Фрай, - ухмыльнулся бывший полицейский.

- Она мне понадобится, - мрачно согласилась Мередит.

1 Стаут — темное английское пиво

2 БСт (Бекон-салат-томат) или по английски — BLT, один из любимейших сэндвичей, набравший свою популярность после второй мировой. Как видно из названия-аббривиатуры, он состоит из пару кусочков хлеба, часто поджаренного, с полосками бекона, ломтиками помидора и салатом айсберг внутри. Иногда подается с майонезом или иным соусом

6

Овраг располагался в стороне от города в окружении сырого темного подлеска. Впрочем, возможно все дело было в том, что Мередит заранее настроилась, и теперь видела его... зловещим, пожалуй. От запаха сырой грязи становилось не по себе. Линь вышел из машины и спокойно направился в сторону оврага, ничуть не беспокоясь о чистоте своих брюк, а Мередит сидела еще какое-то время, разглядывая приборную панель. Потом ругнулась и тоже вышла.

Она слишком долго проработала в Гентри Паблишинг, теперь ей всюду мерещатся тайны и преступления. Нужно было устроиться в издание, занятое нон-фикшн литературой, научные знания бы подтянула.

Мередит, глядя под ноги — было грязно и скользко — дошла до края, за которым начинался овраг, и осторожно глянула внутрь. По дну распадка бежал мелкий ручеек, весело огибая некрупные валуны и неся вперед мелкий мусор: листья, ветки, обрывки газет и полиэтиленовые пакеты.

- Неподходящее место для прогулок, - заметил Линь.

- Зачем мы сюда приехали? - спросила Мередит.

- Взглянуть собственными глазами. Это полезно, не находишь?

- И что? Вдохновляет?

- Немного, - кивнул Линь. - Представь... допустим... мальчишки выгуливают собаку и натыкаются на тела на дне оврага.

- Мерзость, - покачала головой Мередит. - Если чье тело и появится, так это твое. Джойс тебя придушит за такой роман.

- М-м-м... - мечтательно промычал Линь. - Книги мои взлетят в цене. Надо не забыть написать завещание. А если серьезно... Это странная история.

- Странная? - Мередит поморщилась. Ей не показалось таким уж удачным это определение.

- Почему его не раскрыли? Компстэд крошечный, здесь все как на ладони. Это дело не выглядит сколько-нибудь запутанным и его нельзя приписать какому-нибудь серийному убийце, потому что поблизости ничего подобного больше не происходило. Это заурядная история. Из этого можно сделать два вывода.

Линь замолк, и Мередит против воли подтолкнула его в бок, поторапливая.

-Что за выводы?

- Либо в деле больше фактов, и от нас что-то скрывают. Либо полиция раскрыла дело, но по какой-то причине не смогла это озвучить.

- Из-за мэра? - нахмурилась Мередит. - Думаешь, дело в ее племяннике и она надавила на нужные рычаги?

- Пошлая развязка, - кивнул Линь. - В роман сейчас такое не вставишь, а вот в жизни сплошь и рядом встречается. Моя мать...

Он потер основание переносицы и быстро переменил тему.

- Поехали, найдем гостиницу. Завтра надо будет поговорить с остальными людьми из списка. Они, боюсь, будут не такими словоохотливыми, как этот Блейкни. И попробуй сегодня поискать информацию на эту Беккет. Хотелось бы разобраться, что она за человек.

- Почему я? - устало вздохнула Мередит.

- Потому что ты мой редактор и ассистент, разве нет? И потому что я оплачиваю гостиницу, ужин и бензин, а ты наслаждаешься поездкой по стране.

Тут Мередит чуть не выругалась, но вовремя прикусила язык. Она несмотря ни на что любила свою работу. И к тому же не было ничего сложного в том, чтобы отыскать публикации о местном мэре, большее едва ли требовалось. Не нужно было раньше времени лезть в бутылку, напомнила себе Мередит. Помни о Джойс и своем задании. «Правильная» книга. Если она не появится, господину Линю-то по большому счету ничего не будет. Джойс Гентри поворчит, покричит, но в конце концов сменит гнев на милость. А вот Мередит может многим поплатиться.

7

В городке была довольно большая гостиница в новом районе и старенький B&B, устроенный в здании старого амбара неподалеку от центральной площади. Линь отдал предпочтение именно ему, хотя на первый взгляд это место не внушало доверия. Зато через дорогу располагался симпатичный паб с каким-то заурядным пошлым названием вроде «Кабаньей головы», которое компенсировалось уютным интерьером и потрясающими запахами с кухни. Линь заказал говядину веллингтон1, жареную картошку, салат, какие-то пирожки на закуску и бутылку яблочного сидра. При взгляде на этикетку - «Shona Crann Úll»2 - Мередит хмыкнула. Бабуле бы понравилось. Каждую выпитую бутылку она считала особым поводом для гордости.

- Вспомнила что-то забавное? - поинтересовался Линь, рассматривая ее, чуть склонив голову к плечу.

Мередит плеснула себе полстакана сидра, вдохнула густой яблочный аромат и криво улыбнулась.

- Да. Былое. Те далекие времена, когда мне не приходилось лезть вон из кожи, чтобы обеспечить издательство новой книгой.

- Сама бы написала, - проворчал Линь.

- Ну не дал мне Господь таланта, - развела руками Мередит. - Ты в самом деле хочешь завтра поговорить с родителями девочек?

- Без этого картина не будет полной.

- Это... плохо, - Мередит обнаружила, что не может подобрать подходящие слова. - Их ранят воспоминания.

- Само собой. Хотя, конечно, есть люди, которые упиваются личными трагедиями. Но чтобы увидеть полную картину, нужно выслушать всех.

- А еще книгу можно просто загуглить, - пробормотала Мередит.

Линь ее проигнорировал.

Разговор заглох, и дальнейший ужин прошел в молчании. Показалось, словно кошка черная между ними пролетела, даже воздух похолодел, но Мередит никак не могла взять в толк, что же такого произошло. В ее словах, как и в словах Линя, сложно было найти намеки на причину... это нельзя было, конечно, назвать ссорой. Но размолвка какая-то вышла. Так же молча, расплатившись за обед, они перешли дорогу и заселились в B&B.

Несмотря на то, что в первый момент старое приземистое здание не вызвало у Мередит особого энтузиазма, номер оказался симпатичным, с удобной деревянной мебелью, стареньким но вполне рабочим телевизором и висящей над ним копией картины Лэндсира. Его собак Мередит знала с детства, дядя был заядлым собачником, начинающим живописцем (просто ужасным) и часто пытался перекопировать то одну, то другую работу. По большей части безуспешно.

Приняв душ и переодевшись, поскольку к вечеру стало прохладнее, Мередит села к столу, чтобы привести в порядок заметки. Как бы не относилась она к идее Линя и этой его странной новой книге, свою работу Мередит всегда воспринимала серьезно. Поэтому она расшифровала аудио интервью с полицейским, рассортировала все факты, даже сделала несколько личных пометок на полях — на случай если Линю они пригодятся. Часы к тому моменту когда она закончила, уже показывали девять. Мередит поднялась со стула, чтобы размяться, сделала несколько упражнений, полезных тем кто ведет исключительно сидячий образ жизни, а после подошла к окну. Спать пока не хотелось, а ночная жизнь городка едва ли ее бы порадовала. Оставалось только досадовать, что ей не пришло в голову взять с собой что-нибудь почитать. Кроме местной криминальной хроники. Может быть, по телевизору показывают что-нибудь интересное?

Мередит бросила последний взгляд в окно и поморщилась. Линь шел к гостинице от бара под ручку с девицей, чей внешний вид особых иллюзий не оставлял. Если она и не была проституткой — не навешивать же сразу ярлыки! - то уж точно в бар заходила не без умысла. И как она только передвигалась-то в такой узкой короткой юбке? В смысле, как у нее эта юбка до сих пор не оказалась на поясе?

Мередит покачала головой. Поведение Линя, каким бы лично ей оно не казалось предосудительным, совершенно не ее дело. Если, конечно, наутро не начнется скандал. Тогда, да, тогда ей придется вмешаться. И, возможно, она наконец-то придушит этого идиота, засунет его в ванную и сбежит куда-нибудь в Шотландию.

1Говядина Веллингтон — говяжья вырезка, запеченная в слоеном тесте

2Shona Crann Úll (ирланд.) - Счастливая яблоня

8

С целующейся парочкой Мередит столкнулась возле дверей на следующее утро. Дива упорхнула, цокая каблуками, и Линь деловито принялся стирать с губ и щек ярко-пунцовую помаду, еще больше ее размазывая. Пришлось прийти ему на помощь, вооружившись влажными салфетками.

- Ты их коллекционируешь что ли?

Линь быстро облизнул нижнюю губу, и Мередит обнаружила, что стоит как-то слишком близко. Не то, чтобы ее это волновало. Просто, странное было какое-то ощущение. Словно она нарушает границы и вступает на территорию, где ей делать нечего. В довершение этого проходящие позади люди толкнули ее в спину, Мередит покачнулась, и Линь поймал ее за талию и прижал к себе. Еще ближе. Слишком.

Мередит с самого начала решила соблюдать дистанцию. Он ей все-таки все еще чуть-чуть, совсем немного, нравился. Дистанция спасает от неизбежного разочарования.

Отстранившись, она сунула Линю в руку салфетку и сделала два шага назад.

- Ну, у моряка по девушке в каждом порту.

- Больше похоже на какую-то болезнь. Ты сексоголик?

На губах Линя появилась странная улыбка.

- Может быть я просто боюсь одиночества? Ну что, - быстро сменил он тему. - Пошли, позавтракаем?

- Мне нужна большая чашка кофе, - Мередит развернулась в сторону гостиничной столовой. - Очень большая. Ведерная. Эта твоя свиданка не создаст нам проблем?

- Ты фантастическая зануда, - покачал головой Линь. - Я захотел хорошо провести время, Бетси захотела хорошо провести время. В чем проблемы?

- Так у тебя обычно и не бывает проблем, - напомнила Мередит. - Они выпадают на мою долю. Сколько раз я улаживала конфликты с твоими подружками? А будущие матери твоих детей?

- Ни одна из этих женщин не может быть будущей матерью моих детей, - мрачно заметил Линь. - Я же не безответственный идиот!

- Ну, не все сразу, это точно! - Мередит плюхнулась на стул и отрывисто заказала себе кофе.

- Что-то ты сегодня завелась сполоборота, - Линь сел напротив, послал официантке очаровательную улыбку и этим сгладил нарастающее ее раздражение. - Два ваших лучших завтрака и большой кофейник, мисс. Моя коллега нуждается в дозаправке. Плохо спала?

Мередит потерла лоб. Она и сама не знала, отчего так разозлилась. Должно быть представила, как будет улаживать очередной конфликт, а потом объяснять Джойс, куда подевалась крупная сумма денег. Да и вообще, Мередит всегда раздражала эта бесконечная череда подружек Линя, безотносительно их поведения.

Господи, некоторые женщины совершенно себя не ценят!

- Слишком мягкая перина.

- В следующий раз я уступлю тебе свою кровать, - хмыкнул Линь. - Ощущение, что я спал посреди каменоломни.

- Так ты все-таки спал... - пробормотала Мередит.

- В чем твоя проблема, мисс Фрай? - Линь поставил локти на стол и удобно устроил подбородок в ладонях, прекрасно понимая, насколько комично и умильно при этом выглядит. Он умел производить должное впечатление, и за это его тоже любила публика. - Ты ревнуешь?

- Боже упаси!

Откинувшись на спинку скрипнувшего при этом стула, Линь сказал:

- Я не люблю оставаться один, вот и все. И всех свои причуды. Просто у меня их больше, чем у остальных. О, завтрак!

Мередит посмотрела на омлет, жареный бекон, колбаски и толстые ломти серого деревенского хлеба, пытаясь понять, мутит ее, или это в животе от голода бурчит. Линь между тем с энтузиазмом принялся за еду, запивая ее из приличных размеров кружки переслащенным кофе.

- Если сегодня поговорим со всеми оставшимися персонажами этой истории, уже к вечеру будем дома.

- Это не персонажи, а люди, - нахмурилась Мередит.

- Если ты откроешь словарь Коллинза, - усмехнулся Линь, - то обнаружишь, что персонаж — это важная или даже выдающаяся личность. Серьезно, так в первой строке и написано. Этот словарь был первым, что мне подарила мама, когда мы сюда приехали. На самом деле вообще — единственным.

Мередит стало неловко. Она и в самом деле ступала на чужую, неизведанную и, вероятно, не очень для нее подходящую территорию. Она не знала о Лине больше, чем он пожелал сообщить в пресс-релизе, и до сих пор не была уверена, что там сказана правда. Он родился в Шанхае и переехал в Англию в детстве, но ни словом до этого не упоминал свою семью.

- С кого начнем? - быстро поменяла она тему.

- С самого неприятного, - решил Линь после короткой паузы. - С родителей.

- И говорить с ними опять мне, - вздохнула Мередит.

Линь покачал головой.

- Я это сделаю, не беспокойся.

Мередит всерьез сомневалась, хватит ли ему такта, но при этом была только рада сбросить с себя тягостную обязанность. Ей не хотелось залезать в жизнь этих людей и задавать им вопросы, которые разбередят старые раны. Десять лет - большой срок, но только если речь идет о глупых мелочах. У трагедий срока давности нет.

Эта мысль окончательно испортила Мередит настроение и аппетит.

9

Семья Смарт проживала неподалеку, за старинной церковью в симпатичном коттедже с соломенной крышей. Дом этот казался сошедшим с видовой открытки и навевал самые воодушевляющие мысли. Где-то поблизости в зарослях душистого горошка должны были жить феи. Не было никакого желания нарушать спокойное течение здешней жизни и задавать неуместные вопросы.

Мередит покосилась на Линя. Он - упрямый человек и от своего не отступится. Если бы это упрямство только можно было применить с пользой для дела...

Линь тем временем толкнул тихо скрипнувшую калитку, прошел по усыпанной мелким гравием дорожке и постучал. Мередит понадеялась, что никого нет будет дома, но нет, дверь вскоре открылась. На пороге стояла бледная женщина в темном платье. Лицо ее избороздили глубокие морщины, говорившие о том, что женщина привыкла хмуриться или плакать. Такие морщины от смеха не появляются. И взгляд у нее был тусклый и пыльный.

- Миссис Смарт?

Женщина посмотрела на Линя с тенью удивления, после чего покачала головой:

- Я ничего не покупаю и не собираюсь говорить о боге. Уходите.

- Я здесь, чтобы поговорить о вашей дочери.

Мередит сделала шаг вперед и схватила Линя за руку, готовясь остановить его и утащить прочь отсюда. Понятно было, что этот разговор начинать не следует.

- Вы журналист? - таким же пыльным голосом спросила миссис Смарт, разглядывая его.- На полицейского непохожи.

- Я писатель.

Кажется, миссис Смарт его не услышала. Она посторонилась, пробормотав:

- К нам часто приходили журналисты. Проходите.

Линь поймал Мередит за запястье и потянул за собой.

- Меня зовут Шан Чжэнь. А это мой ассистент, мисс Фрай.

Это, кажется, тоже не было услышала. Женщина просто ушла в дом, позволяя следовать за собой. При этом ей было совершенно безразлично, идет ли кто-то за ней. И дом отражал то же безразличие: тут было пыльно, неприбрано и как-то пусто. Ничего общего с той уютной картинкой, которую рождал в воображение фасад. Мебели почти не было, никаких безделушек или фотографий, кроме единственной на книжной полке — снимок Мегги Смарт для школьного альбома. Мередит уже видела его в тех материалах, которые собрал Бен Дастер.

- Чаю? - хозяйка указала на продавленный диван. - Но у меня ничего нет к чаю...

- Просто воды, - тихо попросил Линь, оглядываясь, после чего сел и потянул Мередит за собой.

Пришлось также опускаться на жесткий диван, где в зад впивались острые пружины. При малейшем движении он издавал трагический стон, словно сопереживал своей хозяйке.

- Уйдем отсюда, - тихо попросила Мередит.

Линь покачал головой.

Миссис Смарт вернулась с двумя стаканами воды, поставила их на столик, также потрепанный, и села на стул, сложив руки на коленях. Взгляд ее блуждал поверх голов гостей.

- Мы можем поговорить о вашей дочери? - необычайно мягким тоном спросил Линь.

- Что вы хотите знать? Что-то новое? Я раньше много рассказывала о Мегги, но что толку? - миссис Смарт опустила взгляд на пыльный ковер, потом подняла его к потолку. Казалось, она просто не в состоянии его сфокусировать. - Раньше много спрашивали о Мегги, но писали только гадости. Почему всем интересны только гадости?

- Человеческая природа, - тихо сказал Линь.

- Она была хорошей девочкой. Люди писали много гадостей, но Мегги была хорошей девочкой.

Монотонная речь женщины производила жуткое впечатление. Мередит показалось, она с каждым звуком все сильнее прирастает к старому продавленному дивану, сливается с ним, а что-то тяжелое и темное давит на плечи. Несмотря на достаточно яркий день и раздернутые шторы, в комнате было темно.

- Это все Нили, - на этих словах миссис Смарт повысила голос, и Мередит вздрогнула. - Он преследовал девочек. Это Нили. Мерзкий тип. Он все еще ходит по этим улицам, и мне хочется... хочется... мне хочется...

Миссис Смарт стиснула кулаки, так что ногти вонзились в ладони.

- Он должен быть на том свете, не Мэгги.

Линь удивил Меридит в эту минуту. Он поднялся с кресла, обогнул столик и опустился возле стула хозяйки на одно колено. Движения были осторожными, медленными, словно он боялся спугнуть женщину. Один за другим, он разжал ее пальцы и погладил покрасневшие ладони.

- Это плохие мысли, миссис Смарт. Вы не такая.

На это женщина ничего не ответила. Линь поднялся и кивнул Мередит.

- Спасибо, что приняли нас. Приносим извинения за беспокойство.

- Да...- тихо отозвалась хозяйка, рассматривающая свои руки.

Линь легонько сжал локоть Мередит и потянул ее к выходу. Оказавшись за дверью, Мередит с облегчением вдохнула сырой воздух, пахнущий душистым горошком и жасмином. Словно из склепа вырвалась. Линь, стоящий рядом, пошуршал какой-то оберткой.

- Хочешь мятный леденец?

Мередит не глядя взяла конфету и отправила в рот. Леденец был и в самом деле очень мятный, сладкий, напоминающий о детстве, когда они таскали конфеты из бабушкиного серванта перед обедом.

- Она на таблетках.

Мередит посмотрела на Линя.

- Какие-то успокоительные, - пояснил он. - Помогают. До поры.

- Я с самого начала сказала, что это плохая идея.

Линь кривовато улыбнулся.

- Некоторым людям наоборот — нравится говорить о произошедшей трагедии. Я знал одну женщину, потерявшую дочь. Она постоянно общалась с журналистами, купалась в их внимании, даже бегала за ними. В какой-то момент ее начали осуждать. А ей просто нужно было, чтобы люди говорили о ее ребенке, чтобы ее девочка была на слуху. Пока о тебе говорят, ты существуешь.

Это опять была плохая почва, топкое болото, и Мередит обнаружила, что не хочет продолжать разговор на эту тему. Впервые за два дня в голову закралась мысль, что не все так просто. Возможно, у Линя есть причина писать эту книгу? Разговаривать с этими людьми?

Мередит смерила его быстрым, оценивающим взглядом, и решила, что на детектива он не тянет. Но все-таки, что-то было. Что-то, заставившее его говорить с убитой горем матерью так тактично и мягко. Мередит даже ощутила в эту минуту прикосновение к своим ладоням пальцев, разглаживающих несуществующие вмятины от ногтей. Посмотрела на руки. Конечно, ничего там нет.

- Что еще за Шан Чжэнь? - спросила она грубовато.

- Это мое имя, - хмыкнул Линь. - Ты вообще в ведомости заглядываешь? Мне на это имя гонорар, знаешь ли, платят. Чжэнь — как драгоценность.

- Угу, - пробормотала смущенная Мередит.

- Ну что, пошли, побеседуем с семьей Дилли? Может быть, они что-нибудь расскажут?

10

Слова Линя Мередит вспомнила через пять минут после начала общения с семейством Дилли. Некоторым людям нравится говорить о произошедшей трагедии. Дилли — очень нравилось. В какой-то момент даже начало казаться, что они упиваются своим горем, подняли его словно флаг. Их было много — человек восемь, и все они были очень шумными. Какой яркий контраст с одиноким домиком бедной миссис Смарт.

Марайя Дилли, мать погибшей девочки, была крупной женщиной с грубоватым лицом и большими руками, которая все время разговора вымешивала тесто. Семья владела небольшой пекарней, где трудились все от мала до велика: старшие братья погибшей, ее младшие сестры, племянники, которых Эстер Дилли так и не увидела. Близнецам было по шесть лет и они перебирали изюм, таская себе в рот примерно половину.

Еще через пять минут Мередит поняла, что эти люди напоминают ее собственную семью. Фрай тоже было всегда слишком много, и большая кухня их фермерского дома, наполовину утопленная в землю, с полом из сланца и темными балками на потолке, удивительно напоминала эту — тесную, белую и скучно-стерильную, расцвеченную только полотенцами из занавесками из ткани в желто-белую клетку.

- Они вечно где-то шлялись, - говорила миссис Дилли, безжалостно кидая тесто на стол и подхватывая его. - Никакой от Эстер не было помощи. Она у нас была мечтательница. Вы не подумайте, это неплохо. Просто... Иногда мне хотелось, чтобы все мои дети были простыми и приземленными. Но у меня есть Эстер и Марк. Марк — художник. Укатил куда-то в Полинезию, представляете? Как этот... как его? Француз?

- Гоген, - подсказал Линь.

- Да, Гоген. Мечтатель. И Эстер была такая. Хотела стать королевой красоты. Актрисой. Они даже кино снимать собирались всей их сумасшедшей компанией. Она, Мегги Смарт... бедная девочка, очень жаль ее мать. Совсем свихнулась, особенно когда муж ее бросил ради молоденькой продавщицы из универмага. Можете себе такое представить?!

Марайя Дилли отлично умела произносить монологи. Сложно было ей даже поддакивать, потому что слова сыпались, как из пулемета.

- Они всегда вчетвером ходили. Моя Эстер, Мегги, Молли Брайант — теперь она Бэк, конечно, и Джо Беннет, племянник нашей мэрши. Все планы строили как станут знаменитыми. Такие забавные ребята... Но ничем, конечно, для них это не закончилось. Ни для моей Эстер, ни для остальных. Не становятся в нашем городке знаменитыми по-хорошему. Хотя в газетах писали. Даже о мальчишке Беннете, мол де он убил мою девочку. Но я в это никогда не верила. Он хороший был мальчик. Глупенький, но хороший...

В монологе наконец образовалась пауза, но не потому что у миссис Дилли кончились слова или запал, она просто ставила хлеб в печь и была на этом полностью сосредоточена. Затем она вернулась к не до конца вымешенному тесту.

- Они и в тот день собирались что-то снимать. Взяли у меня камеру. У нас тогда была неплохая камера, мы собирались снимать ролики, знаете, для интернета. Как мы печем хлеб, и все такое. Они взяли у меня эту камеру. Ее так и не нашли... Глупые дети. Хотите булочек с корицей? Или с изюмом?

Мередит обнаружила, что ей сложно уследить за логикой и за ходом мыслей этой женщины, которая перескакивает с одного на другое. Минуту назад она говорила о своем ребенке, теперь предлагает булочки, а после, наверное, снова заговорит о том, что произошло десять лет назад.

Люди по разному переживают свое горе, напомнила себе Мередит.

Линь молчал. Он вертел в руках диктофон, и взгляд его блуждал по кухне. Вопросов он не задавал, и словно бы вообще потерял интерес к этой истории и ко всему, что происходит.

- Это Нили сделал, - сказала вдруг миссис Дилли совершенно иным тоном. Теперь она звучала уверенно, даже непреклонно. - Он всегда был дурным человеком. Больше никто не мог причинить вред моей девочке. Но его отпустили. Несмотря на то, что он мерзкий.

- Быть мерзким — не преступление, - тихо заметила Мередит.

Миссис Дилли посмотрела на нее с неодобрением.

- Вы очень молоды, вам не понять. Вы не встречались с по-настоящему мерзкими людьми, мисс. С такими, от которых тошнит. Такой Нили. Убийца. Грязное животное. С чем вам булочку?

Новая смена темы ошарашила Мередит, и она утратила дар речи.

- С корицей, - спокойно сказал Линь. - Вот эту, пожалуйста.

Снова, когда они вышли из дома, Мередит вздохнула с облегчением, но уже по другой причине. Она была смущена и озадачена. Она не понимала, что в голове у этой бестолково словоохотливой женщины с ее тестом, булочками и странными, обрывистыми воспоминаниями. Но что бы там ни было, у Мередит осталось впечатление, что миссис Дилли озадачена и совершенно не понимает, что произошло.

- Тебе достаточно материала? - спросила она с надеждой, понимая, что разговор с подругой погибших не будет легче.

- У нас еще три встречи, - напомнил Линь. - На историю нужно посмотреть с самых разных сторон, и мы еще не поговорили с подругой девочек, их другом и тем самым мистером Нили.

- Который убийца и грязное животное? - мрачно уточнила Мередит.

- Мы не можем полагаться на мнение о нем несчастной матери и делать поспешные выводы. Все выводы нужно делать самостоятельно.

- Я просто твой ассистент, - вздохнула Мередит. - Моя задача — получить с тебя правильную книгу, если ты о ней еще помнишь.

- С летающими принцессами, - кивнул Линь. - Помню, конечно. Пойдем, потолкуем с чудовищем. Друзей оставим на закуску. По мне, так они — самые подозрительные персонажи этой истории.

11

Сев в машину, они покинули старую часть Компсэтда и въехали в длинный, серый район новостроек. Подумав об этом, Мередит едва не рассмеялась. Слово это она определенно унаследовала у бабули, та называла «новостройкой» любое здание, возведенное после войны. По факту этим домам было уже лет сорок, но невозможно было отделаться от ощущения, что они — новые. Чужие в Компстэде, чьи старые вполне уютные коттеджи сгрудились вокруг церкви. Еще дальше за этими «новостройками» пролегала железная дорога, а вдоль нее — полоса отчуждения, постепенно тоже застроенная хлипкими хибарами, где жили разного рода местные маргиналы. И Нили тоже жил здесь.

- Я полагал, что у работников почты неплохая пенсия, - Линь осмотрелся по сторонам, не спеша выходить из машины. К его автомобилю уже проявляла интересы местная шпана, и Мередит очень надеялась, что сейчас мужчина даст по газам, и они оставят эту часть Компстэда далеко позади.

- Тут написано, что его вынудили уйти на пенсию, - Мередит помахала смартфоном в воздухе и поспешила убрать его в карман. Взгляды местных не внушали доверия. - Он что-то натворил.

- Поговорить с ним тем не менее стоит, - вздохнул Линь. - Для полноты картины.

И вынул ключ из замка зажигания.

Пока они шли по улице в поисках нужного дома, Мередит старалась держаться поближе к мужчине. Она обнаружила, что Линь двигается тягуче, плавно, словно кошка, экономя движения. Как танцор или мастер боевых искусств в кино. Мередит не была уверена, что он сумеет защитить их в действительности, но он вел себя так. Производимое впечатление, в конце концов, очень важно. Пройдя до конца улицы, они свернули к железнодорожным путям и наконец нашли нужный дом.

Он выглядел убого даже на фоне всего вокруг, словно жильцам на все уже было наплевать, и они не собирались поддерживать хотя бы видимость порядка. Одно окно было заклеено старыми, пожелтевшими от времени газетами, другое закрывал всевозможный хлам. Это было удручающее зрелище.

Поднявшись по перекошенным, отстающим от стены ступеням Линь постучал — звонка не было. Некоторое время на стук некто не отзывался, но наконец дверь открылась.

- Чего вам?

Маленькие глазки на морщинистом лице окинули Мередит и сально блеснули.

- Вы — Роджер Нили? - уточнил Линь, снова беря на себя инициативу.

- Агась.

Мередит ощущала его взгляд физически, словно прикосновение горячих липких пальцев. Стало понятно, почему именно этот человек стал десять лет назад подозреваемым. Он был превосходным выбором на роль злодея. Отвратительное существо — даже не человек — собрание низменных инстинктов. Мередит пыталась убедить себя, что у нее просто разыгралось воображение, но взгляд все продолжал и продолжал шарить по ее телу.

- Мы хотим поговорить о гибели Эстер Дилли и Мэгги Смарт.

- В жопу вы хотите пойти, - грубо отозвался Нили.

- Три сотни фунтов, - спокойно сказал Линь. - Вам хватит на пару бутылок хорошего виски вместо той дряни, что вы пьете

Он кивнул на гору пустых бутылок у порога.

- Пятьсот! - нагло отозвался Нили, ухмыляясь.

- Триста пятьдесят. И это будет зависеть от того, что вы скажете.

- По рукам, красотуля, - хохотнул Нили, и Мередит подумалось, что он согласился бы в конце концов и на меньшую сумму. Ему просто нравилось... контролировать. Качать права. - Заходи. И цыпочка твоя.

Линь посмотрел на Мередит, а потом вдруг обнял ее за талию и прижал к себе.

- Ни на шаг от меня, ясно?

- И не собираюсь, - пробормотала Мередит.

В доме Нили противно пахло гнилью и плесенью, давно испортившейся едой и пролитым алкоголем. В первой комнате развалилась на диване толстая — тело буквально вываливалось из одежды — девица неопределенного возраста. Изо рта у нее текла струйка слюны. Нили пнул ее, буркнул «Проваливай, сука» и пошел дальше. Проходя в следующую комнату Мередит оглянулась. Девица, свернувшись калачиком, продолжила спать.

В следующей комнате Нили плюхнулся на табурет возле стола и принялся скручивать папиросу из исключительно вонючего табака.

- Ну, че вы хотите?

Линь надавил Мередит на плечи, вынуждая ее сесть, а сам замер за спиной. Рук так и не убрал, и теперь они лежали, горячие и тяжелые, вселяя уверенность и покой. Мередит могла смотреть на Нили без содрогания, пока Линь стоял у нее за спиной.

- Услышать о том, что случилось с девочками десять лет назад.

- Как я их убил, да? - ощерился Нили.

- Да. Если вы их убили, - пальцы крепче сдавили плечи Мередит. - Я хочу услышать вашу версию.

- Ну и зачем те это? - Нили прикурил свою папиросу, и комнатку быстро заполнил тяжелый черный дым, от которого начало мутить.

- Я писатель. Я собираю истории.

- Писатель, над'же, - Нили сплюнул на пол. - Вас тут полно было, писак, журналистов, прочих болтливых шлюх. И все записывали, че я скажу. А потом я ни словечка-то не увидел своего в газетах.

- Мередит, диктофон. Вы не возражаете против диктофона, мистер Нили?

Мередит медленно достала диктофон, включила его и замерла. Класть вещицу на стол не хотелось. Создавалось ощущение — возможно она была и неправа — что стоит это сделать, и Нили сопрет прибор.

- Ну чё... не убивал я их, - вздохнул фальшиво Нили. - Щупать — щупал, было дело. Любил я в прежние годы девок то щупать.

Он подмигнул Мередит.

- Но щупать-то одно, а убивать... зачем мне это, а?

- М-м-м... допустим, они хотели донести на вас в полицию.

- Ой, ну донесли бы. В первый раз что ли? - расхохотался Нили, а после закашлялся. Ему потребовалось некоторое время, чтобы восстановить дыхание. - Я даж трахнул пару девок, а после того, как они наябедничали, посидел чуток. В чем проблема-то? Зачем убивать-то?

- А кто это по вашему сделал?

Голос Линя звучал ровно, даже монотонно. Хотелось обернуться и посмотреть ему в лицо, но Мередит не хотела надолго отрывать свой взгляд от Нили. Иррациональное возникало чувство, что стоит только это сделать, и произойдет что-то плохое. К примеру, он бросится на нее, раззявив пасть и брызжа слюной, как какое-то фантастическое чудовище.

- Тот мальчишка, Беннет. А может подружка их третья. А может еще кто. Мне п'чем знать?

- Но у вас ведь есть мнение? У людей есть собственное мнение всегда и обо всем. Ваше мнение может стоить 350 фунтов.

Нили подался вперед, обдав Мередит сигаретным дымом и отвратительным перегаром.

- Что бы не произошло, наша мэрша закрыла дело. Ясно?!

К немалому удивлению Мередит Линь расплатился за эти слова, хотя ничего нового они так и не узнали. Эта встреча, кажется, дала только чувство омерзения и желание хорошенько вымыться, чтобы избавиться от ощущения грязи и от запаха перегара. И от страха. Выбравшись на улицу, Мередит поняла, что все время разговора провела, почти парализованная страхом, хотя для него не было особых причин. Просто этот человек... был мерзким. Настолько мерзким, что в его поведении мерещился постоянно дурной умысел. Мередит прекрасно понимала, почему именно его выбрали первым подозреваемым.

Линь держал ее под руку, пока они шли к машине, и Мередит не возражала.

- Ты впустую потратил 350 фунтов.

- Только триста, я не стал ему доплачивать, а он не стал настаивать, - усмехнулся Линь. - И почему — впустую? Я изучаю характеры для своей будущей книги.

- Да уж, характер что надо... - пробормотала Мередит.

- Нили нравится эпатировать, потому что в действительности он нуль без палочки, он ничего из себя не представляет, он ровным счетом ничего не добился.

- Еще пара слов, и я ему начну сочувствовать, - фыркнула Мередит.

- Ну, так далеко я бы не заходил, - хмыкнул Линь. - Но понять его можно. Это ничтожество, неспособное постоять за себя. И я сомневаюсь, что он убил девочек.

- Почему?

- Потому что причина смерти не определена, - Линь открыл дверцу машины перед Мередит, дождался пока она сядет, и только после этого сам сел за руль, внимательно оглядываясь. Шпана по-прежнему зыркала на них, но подходить не спешила. - Не находишь, что Нили оставил бы явные следы? Удушил бы, например. Или зарезал.

Мередит кивнула задумчиво, а после вскинулась.

- Это не кроссворд, который тебе надо разгадать, знаешь ли!

- Почему? - удивленно спросил Линь. - От того, что я делаю свои умозаключения, никому нет вреда. И я не собираюсь описывать эту историю в книге во всех подробностях. Если чему и учит нас пример The Smiths, так это осторожности.1

И Линь завел мотор.

- Едем, нам осталось поговорить еще с двумя.

1 В 1984 году лидер The Smiths Стивен Морриси, уроженец Манчестера, написал песню Suffer Little Children, посвященную «Убийства на болотах». В ней упоминаются не только Майра Хиндли, но и имена жертв. Первой реакцией на песню было возмущение, т. к. упоминание имен детей посчитали неэтичным

12

Линь предложил заехать перекусить, и хотя у Мередит кусок в горло не лез, она согласилась. Не помешала бы добрая кружка сладкого чая. Или пива. Или чего покрепче. А еще душ, потому что ей все еще мерещился запах дешевого табака и алкогольного перегара, казалось, он намертво въелся в одежду и волосы.

На этот раз они остановились чтобы перекусить в небольшом кафе, где предлагали неплохой выбор десертов. Уже не в первый раз Мередит убедилась, что господин Линь любит сладкое — во всех смыслах. Он долго выбирал пирожные, флиртуя с хорошенькой продавщицей, и расстался с ней с трудом. На столе перед мрачной Мередит появилась тарелочка с чизкейком Сан-Себастьян и целая гора ягод.

- Улыбнись уже.

Мередит ковырнула кусок торта.

- Зачем все это?

- Чизкейк? - Линь махнул ложечкой. - Для удовольствия, очевидно.

- Я про эту поездку.

Линь поморщился и склонил голову к плечу. Уже не в первый раз Мередит подумала, что дело тут нечисто. Нет, она убедилась в этом. Книга, которую Линь вроде как собирался писать, была не при чем. Он приехал в Йоркшир с совсем иной целью, и Мередит не была уверена, что хочет в этом участвовать.

- Я собираю материал, - улыбнулся Линь. - Всегда так делаю, если не разбираюсь в каком-то вопросе. Пытался освоить пекинское оперное пение, но не сумел, и именно поэтому у меня нет в романах ни одного певца.

- Но судя по всему будет убийца детей, - проворчала Мередит.

- Или безутешный родитель... - Линь поморщился. - Не бери в голову, дорогая мисс Фрай. Твоя задача — помочь мне с материалом. Как я буду его использовать — это уже мое дело.

- Моя задача — получить с тебя...

- Правильный роман, - вздохнул Линь. - Ты с ним достала уже! Доедай и поехали, нам еще нужно поговорить с двумя людьми. Я хочу покинуть Компстэд до вечера, мне уже надоел этот городишко.

Поговорить оставалось с друзьями погибших девочек, и от этого делалось не по себе. Мередит вдруг осознала, что, возможно, едет на встречу с убийцами. Когда и почему ее размеренная жизнь, ее работа в издательстве, нарушаемая только скандалами с Линем, превратилась в это?

Книга, напомнила себе Мередит, ты должна получить с него новую книгу.

- Ну, и с кого мы начнем? - бодро, изображая энтузиазм, весьма фальшивый, спросила Мередит.

- С девчонки, - решил Линь. - Паренька оставим на закуску. Вдруг он и есть — убийца?

При мысли об этом по телу пробежали мурашки. Мередит поспешно положила в рот ложку чизкейка и достала телефон.

Молли Бэк успела закончить школу и колледж и теперь преподавала в местной школе родной язык. Занятия должны были уже закончиться, но молодые учителя редко рано покидают рабочее место. Обычно им не позволяют сделать это старшие наставники. Во всяком случае, на это постоянно жаловался кузен Мередит, Джекоб, преподающий математику. «Мы пахали от зари и до зари, - передразнивал он кого-то из ворчливых коллег, - И вы, молодежь, будете». И, очевидно, кузен был недалеко от истины, потому что Молли Бэк они застали на рабочем месте.

- Подождите в учительской, пожалуйста, я сейчас позову миссис Бэк, - сказал дежурный и исчез за неприметной серой офисной дверью где-то в недрах школы. Посторонним труда пути не было.

Мередит присела на диван, а Линь прошел вдоль стен, рассматривая различные расписания, объявления и пометки.

- Такая ностальгия...

- Часто бывал в учительской в школьные годы? - полюбопытствовала Мередит. Сама она была примерной ученицей, и «на ковер» ее вызывали, кажется, всего единожды и то — как свидетельницу драки. Линь же представлялся классическим плохишом, возмутителем спокойствия.

- Случалось, - Линь хмыкнул. - В качестве группы поддержки. Полли же там была просто завсегдатаем. Однажды она забралась на крышу школы и развесила там какие-то флаги... уже не помню, что это было и по какому поводу. Но влетело всей нашей компании.

- Полли?

- Моя школьная подруга, - голос Линя потускнел, он подошел к дивану и сел рядом. - Не доставай диктофон, просто включи его.

- Это неправильно, - покачала головой Мередит.

- Разрешения Молли Бэк не даст.

- И почему ты так в этом уверен?

Линь пожал плечами.

- Наверное потому, что до этого все соглашались. Все очень охотно говорили об этой истории. Кто-то должен начать нам сопротивляться.

- Я подумаю, - пробормотала Мередит.

Дверь открылась.

Молли Бэк — в девичестве Брайант — выглядела настороженной. И серой. На ней был строгий костюм в тонкую полоску, поверх воротника пиджака выпущен был воротник блузки в мелкий бледно-розовый цветочек. Туфли на ногах — на небольшом каблуке, очень устойчивые, с квадратными носами. И почти квадратные очки на носу. Она выглядела... закрытой.

- Мне сказали, что вы хотели поговорить со мной? - быстро, держась по-деловому произнесла молодая женщина. - Вы... родители?

Мередит покосилась на Линя, прикидывая, выглядят ли они, как чьи-то родители. Нет, ни капельки.

- Не совсем, - покачал головой Линь.

Это был потрясающе уклончивый ответ. - В определенном смысле. Я писатель, миссис Бэк, меня зовут Линь. А этом мой редактор, мисс Фрай. Так что да, в каком-то метафизическом смысле мы — родители.

Молли Бэк шутку не оценила.

- Что вам нужно? Это ведь вы расспрашиваете о Мегги и Эстер? - голос женщины звучал враждебно. Линь оказался прав, она не была настроена на беседу.

- Совершенно верно.

- В таком случае, нам не о чем говорить, - Молли Бэк развернулась и пошла к двери.

- Почему?

Женщина остановилась.

- Почему? Вы первая, кто не желает с нами говорить об этом.

- Я не желаю превращать смерть в балаган, - отрезала женщина. - Уходите.

- Вам есть что скрывать?

Молли Бэк взялась за ручку двери.

- Что за фильм вы тогда снимали?

Молли Бэк обернулась. Линь попал в точку, если судить по тому, как на мгновение расширились ее зрачки. Что-то произошло в тот день, и Мередит Брайант знала куда больше, чем рассказала полиции и тем более — чем готова была рассказать сейчас. На мгновение стало страшно. Что, если они находятся в комнате с убийцей?

- Уходите.

Линь поднялся и взял Мередит за руку.

- Пошли. Моя визитка, мисс Бэк. Если вам будет, что сказать, позвоните.

Они вышли молча, и только на улице Мередит смогла с шумом выдохнуть. Кажется, всю дорогу от учительской она задерживала дыхание.

- Это...

- Неприятная история, - Линь выпустил ее руку и направился к машине. - Нам осталось только поговорить с мальчишкой-Беннетом.

- Ты ведешь себя, как герой хонкаку-детектива1, - проворчала Мередит.

- Ну, я люблю хонкаку-детективы, - хмыкнул Линь. - Их отличает немалая честность, знаешь ли.

- А я себя чувствую, как идиот-рассказчик, который, к тому же, не понимает, зачем во все это вообще ввязываться.

- Чтобы написать хорошую книгу, - спокойно ответил Линь. Слишком спокойно.

- Об этих двух девочках?

- О похищении и убийстве. Мне нужен материал, знаешь ли. А похищать и убивать кого-то ради этого слишком уж эксцентрично, не находишь? Хотя, это идея! Писатель, убивающий людей, чтобы писать новые книги!

- Банально, - покачала головой Мередит. - Это уже было.

- Редактор, убивающий, чтобы у писателя был материал? - невинным тоном предложил Линь.

- Встречное предложение: редактор, убивающий своего писателя.

- И печатная машинка на чердаке, отстукивающая сама по себе страницу за страницей? - Линь хмыкнул. - Об этом будет наш с тобой следующий роман. Слушай, почему мы до этого не работали так тесно вместе, мисс Фрай? У нас получается отличный дуэт!

- Наверное потому, что ты тесно «работал» с моделями, а я — с журналистами, чтобы уладить скандалы, - Мередит понимала, что ее ворчание постепенно переходит грань брюзгливости, но ничего не могла поделать. Ее раздражал легкомысленный тон. Хотелось сбежать как можно дальше.

Ей не хотелось разговаривать с Беннетом.

- Давай, мисс Фрай. Последний рывок, и мы отправляемся домой, - Линь завел мотор. - Пара часов, и все закончится.

1 Хонкаку-детектив — тип классического японского детектива, построенного по старомодным канонам, где расследование ведет зачастую очень эксцентричный сыщик любитель, такой как астролог Киёси Митараи из романов Симады Содзи или букинист-онмёджи Кёгокудо из книг Нацухико Кёгоку

13

Джек Беннет жил на старой ферме. Здание это вызывало невольную ностальгию, напоминая дом, в котором Мередит выросла. Ферму начали перестраивать, но явно остановились на полпути, и коровник напоминал руины, а над погребом и вовсе возвышались, точно гнилые зубы, обгорелые остатки стен и крыши. Зато главный дом словно сошел со страниц дорогого модного журнала: уютное шале, дорогая гостиница.

Хозяин встретил их на пороге. И он был навеселе.

- Вам миссис Бэк позвонила? - поинтересовался Линь.

- Весь городишко уже говорит о назойливом писателе, - Беннет посторонился. - Залетайте.

- Я просто собираю материал.

- О, не обращайте внимание. Мы уже это пережили. Виски? Чего покрепче?

- Покрепче виски? - Линь поперхнулся, у Мередит в горле появилось фантомное жжение.

- Ну-у, я тут делаю свой самогон. Забористая штучка. Попробуете?

- Нет, спасибо, - покачал головой Линь.

- А я себе налью.

Самогон был мутным, и от него несло сильными сивушными парами. От одного запаха можно было захмелеть. Наполнив хайбол1 до середины, Беннет плюхнулся на диван, едва не расплескав содержимое.

- Так о чем вы там хотели поговорить?

- О том, как умерли Эстер Дилли и Мэгги Смарт.

- Признавайтесь, вы — частный сыщик, - пьяно расхохотался Беннет. - Кто вас нанял? Мамаша Дилли? У нее деньжата водятся с... Едва ли мамаша Смарт. Я слышал, у нее совсем кукушка отъехала.

- Я просто писатель, а это мой просто редактор, - Линь вдруг положил руку Мередит на запястье. - И мы просто хотим узнать правду.

- И что потом? Книжку напишите?

- Если будет о чем писать.

Джек Беннет сделал щедрый глоток.

- Ну вот зачем вы это разворошили, а? Мы уже успели позабыть об этой истории, и все успокоилось.

- Успели позабыть о смерти своих подруг? - нахмурилась Мередит.

- Ну так это ж не мои девчонки были!

- Действительно... - пробормотал Линь. - А вы не думаете, что правда всегда лучше... неопределенности?

- Ничерта подобного! - отозвался Беннет. Он махнул рукой, и самогон все-таки выплеснулся на светлую обивку его дивана. Беннет грязно выругался и принялся растирать пятно рукавом.

- Что за фильм вы снимали?

Беннет замер.

- Миссис Дилли сказала, что вы вчетвером снимали какой-то фильм. Что это было?

- Не помню, - отставив стакан, Бенет принялся тереть лицо. - Я ничего не помню. Оставьте нас в покое! Все давно уже оставили нас в покое, а вы... Ну что вам за дело до этой старой пыльной истории?!

Линь откинулся на спинку дивана, сплетя пальцы на животе.

- На самом деле, для этого и существуют книги. Чтобы рассказывать истории, напоминать о них. Иногда - иносказательно, иногда — напрямую. Иногда просто давать толчок, чтобы вы выудили историю из своей памяти. Так работает даже какая-нибудь сказка про трех поросят. Книги пишут, чтобы история стала известна как можно большему числу людей. И чтобы избавиться от истории в своей голове. Для этого же их и рассказывают.

- У меня нет для вас истории.

Линь поднялся и подошел к окну.

- Овраг, в котором нашли Смарт и Дилли, он ведь недалеко отсюда?

Беннет не ответил. Он продолжал глоток за глотком опустошать стакан, глядя куда-то себе под ноги. Мередит присоединилась к Линю возле окна. Овраг отсюда видно не было, зато открывался довольно зловещий вид на развалины погреба. Воображение, подстегнутое расспросами Линя, побежало вскачь, и Мередит представила, как где-то внизу, на холоде... Она тряхнула головой. Вечеринка ведь была в доме мисс Брайант, в центре городка. Не здесь.

- Вы в тот день собирались у Молли Брайант? - собственный голос удивил Мередит. Она, черт побери, не собиралась задавать вопрос. - Или — тут?

Беннет не ответил.

- Пошли, - Линь снова взял ее за запястье. - Всего вам наилучшего, мистер Беннен2.

На улице, прислонившись к капоту машины, он замер, продолжая разглядывать окрестности. Мередит встала рядом, пытаясь посмотреть на ферму глазами писателя. Ее собственное, разыгравшееся воображение, напоминающее, что и сама она когда-то лелеяла надежду стать автором, подбрасывала яркие пугающие картинки. Хорошо, что литературного таланта у нее не было вовсе, потому что воображение порой удивляло.

- Этот... погреб? Он глубокий? - спросил вдруг Линь.

- От многого зависит, – пожала плечами Мередит. - У моей бабушки — аж двухэтажный. Остался от тех времен, когда ферма производила масло, и требовалось хранить продукты в холоде в изрядном количестве. Внизу были два этажа своего рода «холодильника», а сверху — маслобойня. Бабушка все поменяла, но погреб до сих пор использует по назначению.

- Там холодно?

Мередит поежилась, вспомнив, как спускалась вниз за продуктами в детстве. Ее пугали темнота и могильный холод подземелья.

- Более чем. Даже в жару там не больше 6-7 градусов, если он, конечно, каменный. По сути

то — большой подземный холодильник. Так, Шерлок Холмс, мы можем наконец поехать домой? Ты же понимаешь, что мне придется расшифровывать все эти записи пару суток? - Мередит сокрушенно покачала головой. - Учитывая твое небрежное обращение с материалом и правда странно, что мы не начали работать раньше. Ты бы, держу пари, всегда сдавал книги в срок, если бы у тебя кто-то стоял над душой с хорошо распланированным материалом.

- Я скажу миссус Гентри, чтобы тебе сделали прибавку к жалованию, - пообещал Линь, отлепляясь наконец от бампера и открывая дверцу машины.

- Постойте!

Мередит обернулась. Джек Беннет, еще более растрепанный, чем раньше, с пылью в волосах, бежал к ним, размахивая плотным желтым конвертом.

- Возьмите. Это то, что вы хотели получить.

Линь посмотрел на концерт, потом взял его и медленно положил на приборную доску.

- Спасибо, мистер Беннет.

- Ага.

Линь сел за руль и повернул ключ в замке зажигания. Когда они отъехали, Мередит обернулась. Джек Беннет все еще стоял на дорожке, широко расставив ноги и сунув руки в карманы. Неподвижно, как манекен.

- М-могу я? - Мередит указала на конверт. Линь безразлично кивнул. Мередит надорвала край, потрясла, и на ладонь ей выпала металлическая флэшка. - Это?...

- Фильм, полагаю, - спокойно ответил Линь. - Это конец истории.

1 Хайбол — высокий цилиндрический стакан, в котором обычно подают смесь алкоголя с содовой и тому подобные коктейли. Обычно вмещает 240-350 мл. Больше него только коллинз, стакан для коктейлей, вмещающий до 410 мл

2 Линь составляет прозвище для Беннета из двух китайских слов: 崩 (бэн) — разрушаться; и 㯎 (нэн) — идиот, тупица

14

Около дома Линя они оказались в сумерках, когда вдоль тихой улочки уже зажгли фонари. Асфальт был влажным после прошедшего совсем недавно дождя, и в нем отражались теплые желтые огни. Все казалось таким безмятежным, будто и не было этой странной «исследовательской» поездки.

- Можешь пойти в душ первой, - Линь отпер дом, весьма беспечно бросил ключи в поднос на столике и направился на кухню. - Я пока приготовлю ужин.

- Я могла бы... - начала Мередит, отчего-то смущенная этим предложением.

- Могла бы. Если ты умеешь готовить чуньцзюань1.

Мередит даже не знала, что это такое.

- Не бери гель для душа в розовой бутылке, - сказал Линь, когда она уже взялась за ручку двери. - Запах у него отвратительный.

Запах действительно был отвратительный — приторно сладкий, ассоциирующийся с чем-то искусственно-розовым и ядовитым. Должно быть, флакон остался тут после кого-то из подружек Линя. С ними этот запах очень легко ассоциировался. Мередит задвинула его подальше и нашла флакон, пахнущий медом.

Душ придал ей сил, смыл все неприятные ощущения, оставленные поездкой, и даже вернул ее к жизни. Это была странная история, но Мередит собиралась бороться и добиться своего. Если ради новой книги придется помогать Линю с этой его затеей, Мередит поможет. Так дело пойдет быстрее.

Переодевшись, она вышла на кухню и обнаружила там только тарелку спринг-роллов и записку: «Уехал по делам, вернусь поздно». Немало озадаченная, Мередит поужинала — было вкусно — а после не без опаски прошлась по дому, стараясь не слишком любопытствовать, не заглядывать за закрытые двери и ничего не трогать. Дом удивлял. Он совершенно не вязался с тем образом, который Мередит уже нарисовала себе в голове, работая с Линем. Дом того господина Линя, что жил в ее воображении, должен был напоминать картинку из журнала — с модной мебелью, каллами в вазах и с огромным фотопортретом владельца, как это бывает в дорамах. Но вместо этого дом был простым и уютным, со старой мебелью, множеством комнатных растений и книг. Как, наверное, и должен выглядеть дом писателя. Взяв с полки одну из книг — это оказалось красивое достаточно старое издание «Скарамуша» Сабатини — Мередит вернулась в предоставленную ей комнату, решив, что проявлять излишнее любопытство и рыться в вещах хозяина не слишком-то вежливо.

Ее в конце концов сморил сон, а разбудили неясные звуки из-за двери. За окном было уже темно. Окно ее комнаты выходило в сад, огражденный стенами, огней города не было видно, машины звучали приглушенно, как морской прибой, и казалось, дом стоит в приятном уединении. Здесь хорошо спалось, как у Бабули на ферме.

Звуки выбивались из общей безмятежной тишины.

Мередит выбралась из постели и, осторожно ступая, вышла сперва в коридор, затем в гостиную. Линь сидел с ногами на диване, держа на коленях ноутбук, поднял голову и, увидев ее, быстро захлопнул крышку. Из порта usb торчала знакомая флэшка.

- Это... Неужели там видео десятилетней давности? - Мередит сделала шаг к дивану.

Линь отложил компьютер.

- Не стоит его смотреть.

- Почему, - Мередит села, соблюдая дистанцию. Линь выглядел мрачно, и приближаться к нему отчего-то не хотелось. Что-то в нем сейчас было... неправильно.

- Просто, поверь мне, не надо, - тихо сказал он.

- Я хочу знать, чем все закончится.

На лице мужчины появилась злая улыбка.

- Все-таки это история, верно? Истории должны заканчиваться.

Мередит с неохотой кивнула.

- Завтра это будет в новостях.

В руках у него была распечатка не до конца сверстанного газетного блока, выглядевшая очень правдоподобно.

- Прислал один приятель из Йоркшира. Вторая колонка.

Мередит взяла распечатки. «Трагическая смерть школьниц раскрыта! Племянник мэра признается в непредумышленном убийстве!».

- Конец истории, - кивнул Линь, выдергивая флэшку.

Заметка была скупой на подробности. Мистер Беннет явился вдруг вечером в полицию и предъявил доказательства своей вины. Расследование открыто заново. Следите за новостями.

- Больше похоже на начало истории, - покачала головой Мередит.

- Ну, общественное мнение и реакция его тетушки, а также вскрывающиеся теперь нарушения и взятки меня не интересуют, - безразлично пожал плечами Лин. - Я узнал все, что нужно.

Мередит посмотрела на лежащую на ладони мужчины флэшку. Она не хотела смотреть видео, но... нужно было знать, что дело действительно закончилось. Нужно было знать, что произошло тогда, десять лет назад. Без этого история была болезненно неполной.

- Как это случилось?

Линь сжал пальцы, потом поднялся и засунул флэшку куда-то между книг на одной из полок.

- Трагическая случайность.

И замолчал.

- Это не ответ. Я любопытна, господин Шан Чжэн. Я устроилась на эту работу, потому что любопытна.

Линь криво усмехнулся.

- Не ты ли сказала, что это живые люди, а не персонажи.

- А ты сказал, что это конец истории. Что произошло? Читать газетные инсинуации будет большим неуважением к погибшим, знаешь ли.

- Глупость. Произошла несусветная подростковая глупость.

Он вытащил толстую книгу, открыл ее и достал из углубления внутри бутылку. Стоило вытащить пробку, и в комнате горьковато запахло пряными травами.

- Будешь?

Мередит покачала головой.

- Как знаешь...

Наполнив рюмку почти до краев, Линь вернулся к дивану и сел, подогнув под себя ногу, так близко, что Мередит ощущала запах алкоголя и трав при каждом вдохе. И дождя. Эта близость неосознанно заставляла нервничать, хотя за все время знакомства Линь ни разу не проявлял к ней неуместного интереса. Линь уперся в диванные подушки совсем рядом с ее пальцами, в другой руке держа рюмку.

- Они действительно снимали кино. Фильм ужасов. Тупой подростковый фильм ужасов. «Ямы»2 пересмотрели... У Эстер Дилли оказалась аллергия на латекс, а Мегги Смарт перепугалась и потеряла сознание. И тогда эти двое идиотов — Беннет и Брайант — сбежали и захлопнули дверь погреба. А когда они пришли в себя и спустились все-таки вниз, обеих девушек уже не было в живых.

Мередит пальцами впилась в плюш дивана. Вдвоем, в темноте.... Она всегда боялась погреба и не могла представить, как кто-то может оказаться заперт там, во мраке и холоде, рядом с... трупом.

Пальцы Линя накрыли ее ладонь, успокаивая. Потом скользнули едва ощутимо по запястью и пропали. Он одним глотком опустошил рюмку.

- Вместо того, чтобы вызвать — весьма запоздало, конечно — скорую и полицию, эти двое отвезли тела в овраг, а сами инсценировали этот фарс со связыванием и похищением.

- На свободе они благодаря тетушке-мэру, верно? - нахмурилась Мередит.

Линь пожал плечами.

- Так себе развязочка... - Мередит попыталась думать об этом, как о гротескном ужастике, полном несуразных событий и глупых персонажей. Впрочем, если так разобраться, вся жизнь сама по себе — нагромождение несуразных событий, а и люди умом в массе своей не блещут. - Но по крайней мере он сдался полиции.

- Думаю, он прошел через все стадии, - горько усмехнулся Линь. - Сжег погреб. Сделал копии видео. Сдача с повинной определенно лучше самоубийства. Есть хочешь?

- Есть? - переспросила Мередит, озадаченная резкой сменой темы.

- Не хочу спать. Значит, нужно заняться чем-то.

- Приготовлением еды?

- Ну, еще можем пересадить флоксы в саду, - пожал плечами Линь, откидываясь на спинку дивана.

С одним Мередит была согласна: спать сейчас она не смогла бы. Уже сейчас ей мерещились кошмары, готовые наброситься, стоит только на секунду закрыть глаза.

- Еще можно посмотреть какую-нибудь комедию, знаешь — как в театре джига после трагедии3. У тебя же есть фильмы? - Мередит нахмурилась, оглядываясь в поисках телевизора. - Ты вообще знаешь, что это такое?

Линь потянулся за пультом, нажал кнопку и кивнул в сторону открывшегося за разъехавшимися стеллажами стенного шкафа. Тут были и большой телевизор, и проигрыватель, и огромное множество дисков в металлических коробках. Похоже, права была молва, азиаты повернуты на технических примочках.

Поднявшись, Мередит изучила диски, после чего вытащила один скорее наугад. «Мой слуга Годфри»4...

- Без разницы, - отмахнулся Линь.

Мередит вставила диск в проигрыватель и вернулась на диван.

1 Чуньцзюань - «весенние рулеты», хорошо знакомые нам по японским ресторанам спринг-роллы. Рулетики из тонкого рисового теста с начинкой, как правило жареные в масле. Их действительно принято есть весной, тогда они символизируют удачу

2 «Яма» (The Hole) — британский фильм ужасов 2001 года с Торой Бёрч в главной роли, в котором четверо подростков решает устроить вечеринку в старом бункере, а живой из него выходит одна только Лиз. Фильм действительно очень сильный и жуткий

3 В Елизаветинском и Якобинском театре после спектакля, прежде всего после трагедии, все актеры, включая «погибших» танцевали джигу, веселый бойкий танец. Это должно было сгладить впечатление от трагического финала и вернуть зрителей к реальности. Сейчас эту традицию соблюдают, например, в постановках театра Глобус

4 «Мой слуга Годрфри» - эксцентрическая комедия 1936 года с Уильямом Пауэллом и Кэролл Ломбард. Также существует ремейк 1957 года с Дэвидом Нивеном в заглавной роли

15

Проснулась Мередит от неприятной ноющей боли в затекшем теле и обнаружила, что так и уснула на диване, обняв один из пестрых валиков. Рядом спал Линь, обхватив себя за плечи, словно пытался защититься от чего-то. Должно быть, было от чего. Стараясь не разбудить его, Мередит поднялась, подошла к стеллажам и отыскала флэшку. Повертела ее в руках. На видео была записана смерть. Мередит обернулась, посмотрела на Линя — лицо его кривилось и хмурилось во сне — и положила флэшку обратно. Она не собиралась на это смотреть.

Потом пришло в голову, что если существуют другие копии этого видео, то довольно скоро оно окажется в интернете, и там его смогут посмотреть все желающие. Стало противно. Захотелось бросить флэшку на пол и раздавить ее каблуком.

Конечно, этого Мередит не стала делать. Она умылась прохладной водой, разгоняя остатки сна, причесалась — ее короткие густые волосы доставляли больше хлопот, чем коса, которую она носила в старшей школе. А после Мередит вышла на кухню и неуверенно огляделась. Она любила и умела готовить, но это всегда ей представлялось актом довольно интимным. Бабуля приучила, что кухня по сути своей — самое важное место в доме. На кухню пускают только самых близких. И готовить на ней позволяют далеко не всем.

Мередит не знала, как следует рассматривать их с Линем отношения редактора и автора. Насколько они близки.

Наконец Мередит решила приготовить французские тосты и сварить в кофеварке кофе. В качестве благодарности за кров, так сказать. Впрочем, можно было и с другой стороны посмотреть. Линь столько крови у нее выпил, что просто обязан был дать ей приют.

Она как раз выкладывала на тарелку последние тосты, когда на кухне появился заспанный хозяин. На мгновение он показался Мередит испуганным, или по крайней мере сбитым с толку, но быстро взял себя в руки и нацепил на лицо дежурную улыбку.

- Утречко доброе.

- Я тут кофе сварила, - смутилась Мередит.

Линь кивнул и сел к столу.

- Что делать с аудиозаписями? - спросила Мередит, забираясь на табурет напротив. - Расшифровывать их довольно долго, и...

- Я узнал все, что мне было нужно, - отмахнулся Линь.

Мередит подавила приступ раздражения.

- Зачем тогда мне таскать с собой эти записи?

Линь хмыкнул.

- Звучит так, словно ты с собой бобинный магнитофон таскала. Если потребуется, я прослушаю записи. Просто сбрось их в папку у меня на компьютере. Он у меня в кабинете.

- А где у тебя кабинет? - уточнила Мередит.

- Дверь в конце коридора, лестница, первая комната справа, - весьма лаконично пояснил Линь.

Верно, у дома же еще есть второй этаж.

- Чувствуй себя как дома, - спокойным тоном продолжил Линь. - Я не особенно люблю, когда посторонние шарят в моей спальне, она тоже на втором этаже. В остальном — весь дом в твоем распоряжении. Мне нужно будет уехать по делам сегодня, так что не отказывай себе в любопытстве.

Дерзай, дерзай, но не слишком дерзай. Как в сказке.

Мередит сделала щедрый глоток кофе и едва не обожгла себе нёбо.

- Еще кое-что... Та девчонка, Дженни...

- Которая из? - уточнила Мередит.

- Рыжая, конопатая, с двумя косичками, - раздраженно уточнил Линь.

- А, эта... - девочка была, что и не говори, запоминающаяся. Обычно подружки Линя выглядели более... эффектно. И взрослыми.

- Если она появится на пороге, отправь ее восвояси. Нечего ей тут делать.

- Не слишком ли жестоко по отношению к потенциальной будущей матери твоих детей? - хмыкнула Мередит.

Линь на секунду изменился в лице. Это продлилось буквально мгновение, Мередит даже не могла сказать, боль ли там была написана, или гнев, но стало не по себе. Впрочем, Линь в мгновение ока стал прежним.

- Это моя очень дальняя родственница, и она хочет от меня невозможного. Выставляй ее прочь, если увидишь.

- Родственница?

Судя по выражению лица Линя, продолжать расспросы не следовало, и Мередит заткнулась. Завтрак они продолжили в мрачном молчании, после чего Линь так же молча поднялся, запихнул посуду в посудомоечную машину и ушел. Хлопнула спустя какое-то время входная дверь.

Мередит в очередной раз ступила на территорию, куда заходить не следовало. Желание ходить по дому, разглядывая комнаты, пропало окончательно.

Она очень мало знала о Лине. Если разобраться, даже его настоящее имя Мередит никогда не пыталась узнать, что уж говорить о подробностях его жизни или его прошлом. Мередит не знала о его родных и друзьях, если таковые были. Если речь заходила о Лине, то перед глазами вставала только бесконечная череда подружек, но они... После нескольких дней близкого с Линем общения — столько они не проводили вместе все то время, что работали в «Гентри паблишинг» - начало казаться, что в этих многочисленных девицах есть что-то ненастоящее. Не фальшивое — такими они были сами по себе, красивые неглупые куклы, пытающиеся урвать свой лакомый кусочек. Нет. Именно что-то ненастоящее. Словно девицы эти были... прикрытием? Но чего именно? Мередит обнаружила вдруг, что в этом ей тоже не хочется разбираться.

Ее работа, в конце концов, предоставить Джойс новую рукопись.

16

О злосчастной рукописи — несуществующей даже в планах — зашла речь, стоило только переступить порог редакции. Джойс была не в духе. Как шепнули Мередит, идущей мимо столов к лестнице, проблема была то ли в бумаге, то ли в чернилах, то ли в типографии в целом, но в любом случае Джойс Гентри кто-то наступил с утра пораньше на любимую мозоль, и она отыгралась на всех. Это было не очень в ее духе, обычно Джойс тихо и уверенно решала возникшие проблемы. Но не сегодня. Сегодня она дымила возле открытого окна, постукивая нетерпеливо туфелькой по паркету, а едва бросив на Мередит взгляд, отрывисто спросила:

- Что там с моей книгой?

Пришлось рассказать обо всем, что произошло в последнее время.

- Хм... А неплохо, - пришла наконец к выводу Джойс. - Ни на шаг от него не отходи. Глаз не спускай. Если он так хочет написать эту муть — пусть пишет поскорее. Привяжи его к стулу, если потребуется. Добудь мне мою книгу любой ценой, ясно?

Мередит кивнула.

Джойс сузила глаза.

- Любой, дорогая. Если потребуется ради этого продать Родину, мать и убеждения — продавай по сходной цене.

Мередит издала неловкий смешок, понимая, что это неудачная шутка только отчасти.

- Я совершенно серьезно, Фрай. Спи с ним, если это его стимулирует. Выйди за него, если там сможешь его контролировать. Но дай. Мне. Мою. Книгу!

Джойс резко затушила окурок в пепельнице, и сразу же прикурила новую сигарету.

- Картер пытается сманить у меня Хольдена. Если придурку это удастся, Линь останется моим главным козырем. Не брать же в расчет порнушку Мисс Фрай, верно?

Мередит кивнула.

Ларчик как всегда открывался просто: «любимый» конкурент Джойс и по-совместительству ее бывший муж снова вышел на тропу войны. Когда они развелись пять лет назад — Мередит только начинала тогда работать в издательском бизнесе — Картер забрал с собой половину авторов «Гентри-паблишинг», и еще нескольких сманил в последующие годы. Это было делом принципа, делалось только из желания насолить Джойс, с которой у Картера сложились очень напряженные отношения.

Насчет продажи Родины Джойс была совершенно серьезна.

- Сделаю все, что смогу, - весьма уклончиво пообещала Мередит, надеясь, что ей не придется пересекать черту разумного.

- Да, тебя искал Смит, - Джойс, уже успокоившаяся, затушила недокуренную сигарету и вернулась за стол. - О чем-то хотел поговорить «очень серьезном». Он в Студии.

Студией называлась просторная светлая комната, где Джесс мог работать, не отвлекаясь на тяготы бытия. Он был талантлив, но довольно-таки ленив, и Джойс быстро это просекла. Когда ей требовалось получить от Джесс Смита иллюстрации, обложку или баннер в кратчайшие сроки, она попросту запирала его в Студии и подсовывала бутерброды и коробки с китайской едой в небольшое окошко в двери. Она была прирожденной рабовладелицей.

Иногда Джесс прятался в Студии от домашних забот и проблем, например, если приезжали его мать или какая-то из великого множества говорливых тетушек. Иметь с ними дело приходилось обычно Мередит, но и она быстро находила повод сбежать.

Сегодня, судя по трагически вытянутому лицу Джесса, был один из таких дней.

- Ну? - Мередит, скрестив руки, встала в дверях.

- Ты... это... в порядке? - промямлил Джесс.

- В полном. Как Лиззи?

- В... в полном порядке.

- Если не знаешь, куда девать мои оставшиеся вещи, отправь их на склад, - спокойно сказала Мередит. - Я оплачу хранение.

- Вещи... да... вещи...

Джесс повертел в руках остро заточенный карандаш и быстро проговорил:

- Мерри, возвращайся! Мне без тебя плохо!

- О как... - Мередит поморгала, пытаясь осознать услышанное. Джессу Смиту, выставившему ее из дома несколько дней назад, без нее плохо. А она как-то уже привыкла.

- А мне... Ты знаешь, мне хорошо. И у меня полно работы. О чем ты хотел поговорить?

Джесс, сбитый с толку ее безразличием, стушевался.

- Ну, тогда я пойду, - кивнула Мередит. - Нужно выбить из автора рукопись.

Покинув Студию, Мередит обнаружила, что благополучно закрыла не самую интересную страницу своей жизни. Она была, должно быть, бесчувственной, но не испытывала сейчас ни малейшего сожаления. Пришло понимание, что она не ощущала особого присутствия в своей жизни Джесса Смита, и потому не могла ощутить его отсутствие. Только перуанских ковров было немного жалко.

17

Дверь, когда она вернулась домой к Линю, оказалась открыта, и это насторожило Мередит. Она совершенно точно запирала ее. И сам Линь... Мередит попыталась вспомнить, насколько серьезно он относится к безопасности, но эта деталь как-то ускользнула. Вроде бы, запирал...

Мередит, стараясь ступать осторожно и бесшумно, приоткрыла дверь, вошла в дом и на цыпочка пошла по коридору.

- Это всего лишь я.

- А-а-а-а! Мистер Дастер! - Мередит едва не схватилась за сердце, как какая-то романная героиня.

- Я принес пластинки, - мужчина продемонстрировал целую стопку виниловых пластинок в выцветших, но когда-то прежде ярких обложках. - Малыш, по непонятной мне причине, просто обожает музыку шестидесятых-семидесятых, а я взялся чистить гараж. Да, и еще это.

Пластиковая папка. Розовая. Достаточно плотно набитая. Мередит взяла ее с большой неохотой, не горя желанием заглядывать внутрь. В прошлый раз именно Бен Дастер сказал, что им следует ехать в Компстэд.

- Вы, вижу, не в восторге, мисс Фрай.

- Моя работа состоит в том...

- Я тоже не в восторге, - оборвал ее Дастер. - Но вот вам совет человека, который знает этого паренька уже много лет. Не пытайтесь его переубедить. Его можно свернуть с пути, так сказать, обманом. Но если действовать прямолинейно... Я однажды пытался и потерпел сокрушительное поражение.

- Это не мое дело, мистер Дастер, - покачала головой Мередит.

- Зовите меня просто Беном. Я налью себе выпить с вашего позволения.

Бен Дастер очень хорошо ориентировался в доме Линя, и Мередит решила, что возражать не стоит. Он отыскал искусно спрятанный среди книг мини-бар, плеснул себе виски в стакан и устроился в широком кресле под раскидистыми ветвями какой-то комнатной пальмы. Мередит присела на краешек соседнего дивана.

- Могу я задать вопрос... Бен? Интерес господина Линя к этим преступлениям... Дело ведь не только в книге? У этого есть какая-то причина?

- У всего есть причина, мисс Фрай, - ответил Дастер, разглядывая ее, чуть склонив голову к плечу. - Во всяком случае, так бы вам сказал малыш.

- И куда нам ехать теперь? - Мередит кивнула на папку.

- Кэткот. Это в Соммерсете, предваряя ваш вопрос, - слабо улыбнулся Бен Дастер.

- И что в Кэткоте?

- Серийный убийца. Его арестовали пять лет назад, и он сейчас сидит в Винчестере1.

Мередит поежилась и снова посмотрела на папку, которую положила на кофейный столик. Теперь ее пронзительно-розовый цвет казался то ли вызовом, то ли изощренным издевательством.

- Он убил, как полагают власти, пять человек, путешествуя по Соммерсету. Продавал всякую ерунду, втирался в доверию и убивал. Детей.

Мередит облизнула губы.

- Не думаю, что я хочу знать подробности.

Ей нравились детективы, но они, определенно, должны были оставаться в книгах и на экране. Должны были оставаться выдуманными. Сейчас все было слишком настоящим, и речь шла о живых, из плоти и крови, людях, у которых эту самую жизнь отняли. По подростковой глупости, как было в Йоркшире. Или со злым умыслом.

- Вы поедете с малышом, мисс Фрай?

- Моя работа... - снова начала Мередит.

- Мы там жили. В Компстэде. Мы знали жертв, по крайней мере двух. Моя дочь ходила в школу с одной из матерей. И Шан Чжэн тоже.

- Так это все-таки личное?

Бен Дастер неопределенно покачал головой.

- Мы покинули Соммерсет с не самыми лучшими мыслями. Я просто не хочу, чтобы Малыш туда один возвращался.

Мередит взяла папку, и почти сразу же из нее выскользнула цветная фотография. Такие обычно вешают на доску почета в каком-нибудь учебном заведении: улыбчивое детское лицо, круглое, веснушчатое, обрамленное парой косичек. Мередит сунула снимок в папку.

- Мне нужны ответы на мои вопросы, мистер Дастер. Бен.

Дастер словно не слышал ее. Он вытащил из-под низа принесенной стопки одну из пластинок и откинул крышку старомодного проигрывателя.

- Вам нравится Джефферсон Эйрплейн2, мисс Фрай? Малыш ее, отчего-то, просто обожает. Особенно «Возвращаясь ко мне»3. Даже и не знаю, что он в ней слышит.

- Это прекрасная группа и прекрасная песня, - Мередит почувствовала, что сдается, не в состоянии поддерживать на равных этот странный разговор. Ясно было, что Бен Дастер не скажет больше, чем уже решил. - Вы так намекаете, что я должна у «Малыша» спросить?

- Я не знаю, как много Чжэн захочет сказать вам, - вздохнул Дастер. - Вы уже могли заметить, что он человек довольно скрытный и замкнутый.

- Замкнутый? - Мередит подавилась смешком. Это было последнее слово, которое возникало у нее в голове, когда речь заходила о Лине.

- Чаще всего он с подружками заваливается в Найтсбридж и на Лечистер-сквер. Согласитесь, универмаги и казино4 — не лучшее место, чтобы открывать душу. И не садись с ним за покерный стол: разует.

- Учту, - кивнула Мередит неуверенно.

- Ну, я пойду, - осушив стакан одним глотком, Дастер поставил его на столик. - Передайте Малышу папку и мои наилучшие пожелания.

Эти две вещи на взгляд Мередит скверно сочетались. Как и нежная, тягучая песня, которую Дастер включил перед уходом. «Лето вдохнуло и надолго задержало дыхание. Зима все та же, словно и не уходила...».

1 Имеется в виду тюрьма категории В Винчестер, расположенная в Винчестере, Хэмпшир

2 Jefferson Airplane — музыкальная группа из Сан-Франциско, выступавшая в 1965-1972 гг., пионеры психоделического рока. Возрождалась несколько раз под другими названиями, такими как Jafferson Starship и Starship

3 Имеется в виду композиция 1967 года «Comin' back to me»

4 В Найтсбридже находится много известных и дорогих универмагов и магазинов, в том числе знаменитый Хэрродз. На Лечистер-сквер располагается Ипподром-казино

18

Линь вернулся через несколько часов, принеся стопку старых книг и газет и запах цветов. Мередит, просидевшая все это время в кресле возле окна с кружкой остывшего чая в руках, слушающая принесенные Беном пластинки, поднялась.

- Привет, - Линь огляделся. - Это от Бена?

Он кивнул на пластинки.

- Да. И... и это тоже.

Давать розовую папку, полную мертвых девочек, не хотелось. Мередит заглянула в нее, но неглубоко, по верхам. Однако и этого хватило, чтобы понять, что эта история будет темнее и гаже чем то, что они видели в Йоркшире.

- Кукольник из Кэткота... - Линь пролистал содержимое папки с непонятным выражением лица. - Так его называли. Заметила, серийным убийцам всегда придумывают какие-то вычурные прозвища. Чтобы они хорошо смотрелись на страницах газет и книг, наверное... Ты голодна?

Смена темы смутила Мередит. Хотя, да, она была голодна.

- Так, посмотрим... В Глобусе неделя десертов. А вот у Марио Ци должны подавать какую-то новенькую пиццу. С солеными мандаринами. Пошли? Или ты против пиццы.

- Марио Ци?

- Моей матери нравился этот ресторанчик. Во всяком случае, китайская его часть, - хмыкнул Линь. - Она говорила, что таким образом поддерживает связь с родиной, что, конечно же, было полнейшей ерундой. Но это действительно симпатичное место, можешь мне поверить, и готовят там, несмотря на все странности меню, неплохо.

Линь сунул злосчастную розовую папку куда-то на книжную полку и протянул руку.

- Идем?

- Идем. Я только переоденусь, - вздохнула Мередит.

- Это необязательно.

- Нормальные люди не ходят по ресторанам в тренировочном костюме, - фыркнула Мередит.

- Ну не знаю. Моя мать именно так и делала.

Скрытный и замкнутый? Пожалуй, Бен Дастер был прав. До этого момента Мередит не слышала от Линя ни слова о его семье, близких и знакомых. Не знала даже, есть ли у него друзья. Есть ли что-то в его жизни, кроме книжек о летающих принцессах, и бесконечной череды одинаковых подружек.

Интересно, водили ли их в наполовину китайский ресторан некоего Марио Ци?

Мередит переоделась, подхватила сумочку, проверив содержимое кошелька, и вышла из дома.

- Тут недалеко, - Линь предложил ей локоть. - Машину можно не брать. По слухам, кстати, наша криминальная звезда, господин Хольден живет тоже где-то в этих краях.

Вот уж кто был человеком скрытным. Мередит хмыкнула. За все время, что она работала, Хольдена — сухощавого седовласого шотландца неопределенного возраста — она видела всего единожды, когда его удалось вытащить на презентацию книги. Хольдена сопровождала его юная жена в винтажном костюме от Диора, и у Мередит создалось впечатление, что эти двое здорово играют на публику.

Еще почему-то запомнилось, что от Хольдена пахнет розами.

- Один из главных плюсов проживания в этом сонном царстве, - продолжил Линь, - это почти полное отсутствие журналистов. Они сюда просто не доходят. Вон уже ресторан. До дождя успели.

Ресторан впереди сиял алыми огнями, роняя отблески на влажный асфальт, и наводил на мысли о чайна-тауне. Внутри все было странно и эклектично, и фотографии итальянских достопримечательностей соседствовали с вырезанными из бумаги иероглифами.

- Пожелания удачи, - пояснил Линь, заметив любопытство Мередит. - Пошли на веранду.

Людей было немного, место было все-таки не слишком людное и совершенно не туристическое. Заведение загадочного полукитайца-полуитальянца Марио Ци, должно быть, выживало за счет постоянных клиентов, таких как Линь. Его явно здесь знали и сразу же предоставили столик в уютном уединении, в окружении буйно разросшихся лиан. Девушка-официантка, сверкая белозубой улыбкой, выложила на стол пару меню в тканевых обложках и убежала.

Мередит предоставила выбирать Линю.

Сперва принесли пару аперитивов и тарелку брускетт, и Мередит ощутила наконец голод. День сегодня был какой-то странный и, кажется, она забыла толком пообедать. Ее сбил визит Бена Дастера.

-Ты... поедешь в Кэткот?

Линь поднес ко рту рюмку вермута, но пить не стал. Закрыв на мгновение глаза, он кивнул и поставил рюмку на стол.

- Бен... мистер Дастер сказал, что убийца в тюрьме. С ним ты тоже захочешь поговорить, верно? Это непросто будет устроить.

- Уверен, Бен это сделает. У него есть кое-какие связи в полиции, - слабо улыбнулся Линь. - Нам обязательно говорить за обедом о... работе?

- А о чем еще нам разговаривать? - удивилась Мередит.

- Ну, не знаю... Можем поговорить о мисс Мередит Фрай. Чем занимается твоя семья?

- Разным, - честно ответила Мередит. Семья Фраев была настолько большой и бестолковой, что «разным» выходило самым точным определением. А еще — всем подряд. - А чем занимается твоя семья?

- Лежит в могиле.

Мередит поперхнулась.

- Кхм. Прости.

Линь покачал головой.

- Ничего страшного. У меня есть бабушка там, в Шанхае. Мать моей матери. Но, полагаю, она не захочет видеть внука такого сомнительного происхождения. Ладно, сменим тему.

Он все-таки пригубил вермут.

- Почему ты устроилась работать к Джойс Гентри?

Мередит пожала плечами.

- Потому что мне нравятся книги. И, работая у Джойс, я могу первая заглядывать во многие рукописи. А еще... это, конечно, смешно... но, знаешь, Фраи повсюду, но никто из нас до этого не работал в издательском бизнесе или книготорговле. Можешь считать, что я заполнила зияющую дыру. Почему ты начал писать?

Это напоминало перебрасывание мяча. Сперва все идет легко и непринужденно, а затем кто-нибудь бросает крученый и сбивает партнера с ног.

- По совету врача, - сказал Линь.

- Кхм.

Линь откинулся на спинку стула, глядя мимо Мередит.

- Когда у меня в голове заводится мысль, появляется необходимость от нее как-то избавиться. И тогда я пишу книгу.

- Чтобы избавиться о мысли?

Линь с серьезным видом кивнул.

- Боюсь, тебе придется с этим смириться, Мередит. Все писатели — сумасшедшие. Диккенс спорил со своими персонажами, я борюсь со своими мыслями.

- И что за мысль завелась в твоей голове сейчас? - спросила Мередит и тотчас же пожалела об этом вопросе.

Линь все еще смотрел мимо нее, и он выглядел как-то... не так. Не так, как она привыкла видеть; не так, как она всегда его воспринимала. Он был работой и головной болью, но сейчас перед Мередит сидел человек, и, пожалуй, не следовало знать, что именно творится у него в голове.

- Это очевидно. Мысли о смерти и о справедливости. Наша пицца.

Мередит была рада появлению официантки с их заказом, а равно и тому, что этот странный разговор наконец закончился.

Какое-то время они ели молча, а после завели ничего не значащую беседу о новинках книг и о кино, и о музыке. Словом, обо всякой безопасной ерунде, о которой обычно говорят едва знакомые люди. И к концу ужина все, вроде бы, вернулось на первоначальные позиции.

19

Выйдя на кухню с утра, Мередит застала Линя, изучающим бумаги из злосчастной розовой папки. Не было сомнений, им предстоит поездка любо в винчестерскую тюрьму, либо в сельскую местность. Мередит и не знала, что пугает — иррационально — ее сильнее.

- Кофе остыл, - пробормотал Линь, не поднимая голову. - Можешь себе еще сварить, если хочешь. Кофемолка в шкафу.

Выглядел он бледно, и появилось еще более иррациональное желание подойти и прикоснуться к его лбу. Мередит не сомневалась, что у Линя жар. Это было бы отличным поводом остаться дома.

Налив себе холодный кофе, она села напротив.

- Итак, куда мы едем?

- В Кэткот. Арест Кукольника там наделал много шума. Для начала поговорим с его женой, а потом попробуем найти подход к самому убийце.

- А что семьи жертв? - осторожно спросила Мередит, надеясь, что Линь скажет «нет».

В Йоркшире речь шла о подростках, и это было болезненно. Но... но тут речь шла о детях, и это было уже по-настоящему страшно.

- Оставим напоследок, - сказал Линь.

Мередит облегченно выдохнула и сделала глоток холодного горького кофе.

- Когда выезжаем? - с преувеличенной жизнерадостностью спросила она.

- Через час, - Линь потер покрасневшие глаза. - Мне нужно принять душ.

Мередит сощурилась, разглядывая его внимательно.

- Ты спал сегодня?

- У меня много работы.

Мередит поморщилась.

- У тебя целая папка... мерзости и куча странный идей, вот что у тебя!

Линь поморщился и поднялся, отодвигая от себя бумаги и фотографии.

- Как ты там говоришь, мисс Фрай? Твоя работа получить с меня правильную рукопись? Вот и сосредоточься на этом, а в другое не лезь.

Мередит покачала головой.

Она успела пожалеть о своих словах. Не нужно было этого говорить, и уж тем более не нужно было повышать голос. Она чувствовала, что здесь что-то не так, и, мучимая загадкой, теряла терпение. С ней такое часто бывало. Она всегда заглядывала книгам в последние страницы, чтобы не мучиться неизвестностью и твердо знать, что конец — хороший.

Мередит хотела извиниться, когда Линь вышел из ванны, все такой же бледный, едва ли посвежевший, с мокрыми волосами налипшими на лоб. Но он только пробормотал: «Приготовь кофе в дорогу, пожалуйста. Термос в шкафу слева». И ушел наверх. В качестве извинения Мередит исполнила эту просьбу, тем более он снизошел до «пожалуйста». В кофе она добавила побольше сахара, решив, что это Линю сейчас не повредит.

- Поведешь, - спустившись, он сунул ей ключи в руку и больше ни слова не говоря направился к машине.

Еще пару дней назад Линь был категорически против.

Мередит нормально водила машину, что бы там не говорила на этот счет Джойс. И всегда соблюдала правила дорожного движения. В последние несколько лет — не брать же в расчет студенческие годы! - у нее ни одного штрафа не было. Но просто... если машина хорошая, дорогая хорошая, и знаки позволяют, зачем же тащиться как черепахе? Мередит полагала, что машина создана для быстрой езды.

Джойс, однажды пустившая Мередит к себе за руль, полагала, что та — сумасшедшая.

- Едем в Кэткот, - Линь набрал несколько слов в навигаторе. - Будем там часа через три с половиной, если ты не заблудишься.

- Знаешь ли! - возмутилась Мередит, садясь за руль и подстраивая сиденье водителя под свой рост. - Я же не идиотка!

- Ну, Джойс полагает, что с тобой могут ездить только самоубийцы, - криво ухмыльнулся Линь.

- Джойс — трусиха и перестраховщица, - проворчала Мередит, давай по газам.

- Я-я начинаю с ней соглашаться, - пробормотал судорожно вцепившийся в ремень безопасности Линь.

- Я умею водить, расслабься. Тем более, в городе ограничения по скорости.

Откинувшись на спинку удобного кресла, Мередит решила насладиться поездкой. Автомобиль Линя, комфортный и послушный водителю, ей нравился.

- Кроме этого, у Джойс машина с дурным характером.

- Угу, - пробормотал Линь, отворачиваясь к окну.

Спустя какое-то время он уснул. Это вызывало невольную улыбку, потому что во сне Линь выглядел таким беззащитным, словно ребенок. «Твой дед, - помнится, ворчала Бабуля, - всегда вел себя как на школьной экскурсии, когда я была за рулем. Вертел головой по сторонам и всем восхищался». Бабуля во время войны водила грузовики. Дед был больше по самолетам. Наверное от них Мередит и унаследовала любовь к скорости.

Скорость она все же чуть сбавила, чтобы не разбудить Линя. Кажется, он вообще не спал в последнюю ночь, разбираясь с бумагами из розовой папки. Это было, честно говоря, сомнительное чтиво.

Примерно на полдороге пришлось свернуть к заправке, чтобы залить полный бак. Расплатившись — интересно, получится ли получить с Джойс на это деньги? - Мередит вернулась к машине и обнаружила, что Линь уже проснулся и теперь с хмурым видом пьет кофе.

- Это сироп, - он демонстративно «побулькал» термосом.

- Сахар полезен для мозга, - покачала головой Мередит, но, сделав глоток из предложенного писателем термоса вынуждена была согласиться. - Ага, сироп. Можем заехать в паб по дороге.

- Неплохо бы... - негромко согласился Линь.

Мередит завела мотор, и некоторое время они ехали молча. Наконец, спустя минут десять-пятнадцать она решилась заговорить.

- Бен сказал, ты жил там...

- Все мы там жили. Лондон был моей матери не по карману, - Линь, откинувшись на спинку кресла, скрестил руки на груди. Взгляд его бесцельно скользил по окрестным полям и рощам, пробегающим за окном. - Ты не это хотела спросить.

- Это... что-то личное?

- Имеешь в виду, знал ли я убийцу или жертв? Нет. Не лично, во всяком случае. Бен был с ними знаком, конечно. Но Бен — англичанин. А я... ну, сама видишь, - Линь развел на мгновение руками, а потом снова принял свою, очевидно, защитную позу. - Когда это все происходило, я был слишком...

- Занят? - предположила Мередит, когда пауза затянулась.

- Счастлив. Когда ты счастлив, чужие проблемы и трагедии мало волнуют, верно?

- И с кем мы едем поговорить? - спросила Мередит, обнаружив, что не хочет развивать тему чужого счастья. Что-то в голосе Линя говорило, что продолжать это обсуждать не стоит. - С... родителями?

Она поежилась.

- С женой преступника для начала. Миссис Флэнаган отчаянно отстаивала невиновность своего мужа. Хотя обвинители желали видеть ее своим свидетелем. Странная ситуация, верно?

Мередит шумно выдохнула с облегчением.

- Разбуди, когда приедем на место, - Линь достал с заднего сидения яркий желто-зеленый плед, завернулся в него и закрыл глаза. - Где-нибудь на окраине Кэткота.

20

Мередит разбудила Линя задолго до того момента, как впереди показались аккуратные крыши маленького поселка. Припарковавшись возле небольшого придорожного паба, она потрясла писателя за плечо.

- Пошли, перекусим. Рыба с картошкой творит чудеса, я слышала.

Линь потер лицо ладонями, зевнул широко, даже не потрудившись прикрыть рот ладонью, и пошел в сторону распахнутой двери.

- Ты нормально?

Обернувшись через плечо, Линь посмотрел на нее недоумевающе.

- Выглядишь ты скверно, - пояснила Мередит.

- Спал плохо. Пошли, я есть хочу.

«Скверно» было немного не тем словом. Следовало, пожалуй, употребить «разбито». Линь двигался неспешно, заторможено, как человек долгое время мучимый бессонницей, и теперь находящийся в пограничье между сном и явью. С Мередит бывало такое, если она дремала недолго в машине, в поезде, или на диване, вместо того, чтобы полноценно выспаться. Очень давно она поняла, что «доспать» свое вот так, украдкой, в принципе невозможно.

- С женой я побеседую, - решила Мередит.

- Я выгляжу экстравагантно, - хмыкнул Линь. - Как и положено писателю.

- Ты зеваешь. Что именно ты хочешь узнать?

Линь облокотился на стол и подпер щеку рукой, разглядывая Мередит в легкой сонной задумчивости. Казалось, с минуты на минуту он снова погрузится в дремоту.

- Почему она считает, что ее муж невиновен. Если, конечно, «это мой муж, он просто не мог» - не единственная ее причина.

- Введи меня в курс дела, - попросила Мередит после небольшой паузы. - Я... так и не решилась прочитать бумаги.

Линь с преувеличенным сосредоточением изучил содержимое своего стакана. Словно там крылись ответы на заданные вопросы. Заговорил он с неохотой.

- Это началось около четырнадцати лет назад. В окрестностях Кэткота начали пропадать дети. Нечасто. Раз в несколько лет, но обстоятельства их пропажи, а главное — обнаружения заставили говорить о серийном убийце. Девочки в возрасте до пяти лет исчезали из своего дома или со двора, когда поблизости было достаточно народа. Но - вот странно — никто ничего подозрительного не видел. Потом уже выяснилось, что кто-то из родителей спал, причем — довольно странным образом, словно бы его вырубили лекарствами, а кто-то... был не слишком благонадежен. В любом случае, ребенок оставался на какое-то время без активного присмотра, и пропадал. А потом их находили на лугу. Мертвыми. Задушенными.

Мередит облизнула пересохшие губы.

- Четыре погибшие девочки за пять лет. Потом все затихло. А потом смогли задержать Бобби Фланагана, и у него нашли вещи одной из девочек.

- Судя по твоему тону, ты сомневаешься, что Фланаган — убийца.

- С чего бы мне? - пожал плечами Линь. - Я не полицейский, не прокурор и не судья с присяжными. И у меня нет всей полноты доказательной базы перед глазами. Просто... я хочу побеседовать с женой этого Фланагана. Мне любопытно.

Мередит его словам не поверила, но допытывать не стала. Понятно было, что Линь не желает быть откровенным. Невольно вспомнились слова Бена о том, что Линь — человек закрытый. Сейчас Мередит с ним была согласна.

Пообедав, они продолжили свой путь и вскоре уже оказались на окраине Кэткота, идиллического поселка, вроде тех, что показывают в сериалах про середину века. Дома с черепичными и соломенными крышами скрывались за цветущими изгородями и палисадниками, кошки намывались на подоконниках, все было солнечными и мирным, а с луга доносился аромат медоносов.

На этом лугу находили мертвых девочек. Мередит передернуло.

Она свернула на улицу, которая была тут, очевидно, главной, ища, где бы припарковаться. Линь, кажется, снова задремавший, в какой-то момент коснулся ее руки.

- Останови-ка.

Мередит еще не успела мотор заглушить, а он уже выскочил из машины и подошел к одному из домов, сложенному из сланца и перекрытому синей черепичной крышей. Дом выглядел таким же уютным, старомодным и кинематографично-элегантным, как и соседние, но, очевидно, вызывал особый интерес. Потом Мередит вспомнила, что Линь жил здесь когда-то. Возможно, в этом доме, или же с ним были связаны какие-то воспоминания. Линь постоял немного, разглядывая коттедж, а после вернулся в машину.

- Поехали вперед. Через полтора квартала будут почта и магазин, и там стоянка.

Припарковав машину в указанном месте, Мередит откинулась на спинку кресла и на секунду закрыла глаза.

- Где живет миссис Фланаган ты знаешь?

- Бен записал для меня адрес.

Пришлось выдыхать, открывать глаза и вылезать из машины навстречу неприятному разговору. Впрочем, на другое Мередит уже и не надеялась.

21

Эмма Фланаган жила на краю деревни в симпатичном аккуратном домике с зеленой дверью, которую несколько портила размашистая надпись красной краской «МРАЗЬ». Стоя на коленях женщина средних лет пыталась оттереть краску, но, похоже, без особого результата. К запаху медоносов с луга примешивался резкий запах растворителя.

- Миссис Фланаган? - Линь постучал по верху калитки, издавшей металлический лязг.

Женщина обернулась, придерживая пеструю панаму, и посмотрела на них. На вид ей было лет пятьдесят, сухощавая, но румяная и с цепким внимательным взглядом. Сейчас взгляд этот был настороженным и враждебным. Видно было, что Эмма Фланаган не ждет гостей и уж точно — не ждет от них ничего хорошего.

- Меня зовут Шан Чжэн, - представился Линь. - Я раньше жил здесь. Десять лет назад. Вы тогда работали в бакалее, мы то и дело встречались.

- А, - безучастно откликнулась женщина и продолжила оттирать краску. - Что вам нужно?

- Это мой редактор, мисс Фрай, и мы хотели бы поговорить о вашем муже.

Фланаган бросила тряпку на порог и резко указала на надпись.

- Вот! Полюбуйтесь, можете сфотографировать, и убирайтесь!

- Мы здесь не для того, чтобы осуждать. Чтобы поговорить.

Женщина поднялась, и встала, широко расставив ноги и положив руки на бедра. В серо-зеленом рабочемкомбинезоне, с нелепой пестрой панамой на голове, она почему-то выглядела исследовательницей космоса. Не хватало только бластера на поясе и какого-нибудь космического чудовища у ее ног.

Дверь распахнулась, и означенное чудовище, напоминающее крошечного эвока, с лаем бросилось к ограде1.

- Лори, молчать! - приказала женщина.

«Эвок» замолчал и отпрыгнул назад, к ногам хозяйки.

- О чем вы хотите поговорить, мистер Чжэн?

- Моя фамилия — Шан, но не в этом суть, - Линь снова постучал по калитке. - Можем мы войти?

Эмма Фланаган изучала их некоторое время с самым мрачным видом, потом кивнула и указала на задвижку.

- Открывайте и заходите. Я поставлю чайник.

Мимолетно коснувшись запястья Мередит, Линь шагнул за калитку, а затем прошел в дом. Мередит поспешила за ним.

Внутри были уютно и очень чисто, если не считать осколков стекла, ссыпанных в пепельницу, и окна, закрытого куском фанеры.

- Местная шпана никак не угомонится, - пояснила Эмма Фланаган, водружая на столик поднос с пузатым чайником и несколькими чашками. - Хотят, чтобы я уехала. Но я упрямая, знаете ли.

- Иногда уехать — самая разумная тактика, - заметил Линь.

- Бежать? Вот уж нет! - фыркнула женщина. - О чем вы хотели поговорить?

Линь кивнул.

- Да. Я читал, что вы настаиваете не невиновности мужа.

- Бобби идиот, бестолочь и бабник, но он не убийца, - спокойно ответила миссис Фланаган. - Я думаю, за ним немало грешков водится, но только не убийство этих несчастных девочек.

- Почему вы так уверены?

Женщина снова фыркнула, откинулся на мягкую спинку глубокого кресла и прикурила тонкую сигарету. Запахло дымом и ментолом.

- Полагаете, я — легковерная идиотка? Во-первых, Бобби всегда был безразличен к детям. И дети ведь такое чувствуют. Они ни за что не пошли бы за таким человеком, как мой Бобби. Он просто не сумел бы их похитить. Во-вторых, он трус, каких мало. Он бы наделал ошибок. И наконец в третьих... думаю, он был знаком с настоящим убийцей.

Линь, потянувшийся за чашкой, замер, а потом сел прямо.

- Настоящим убийцей?

- Настоящей убийцей, если точнее. Я говорила об этом полиции. И Бобби говорил. Нам, конечно, не поверили.

- Это была женщина?

Молли Фланаган выпустила в потолок колечки дыма.

- Да, верно. Соня ее звали, кажется. Бобби с ней познакомился лет пятнадцать назад, и с тех пор она то и дело появлялась. Полагаю, они были любовниками, но у Бобби никогда духу не хватало мне в таком признаться. Но о самой Соне он рассказывал, что она со странностями.

- Что за странности? - уточнил Линь.

- Она любила рассуждать об идеальном убийстве. Таком, за которое сел кто-то другой.

- А не могла эта Соня быть... - осторожно начала Мередит.

- Выдумкой? - миссис Фланаган выпустила новое кольцо дыма. - Полиция так же считает. Что Бобби ее выдумал, чтобы оправдать найденные у него вещи. Но ему бы воображения не хватило. Бобби всегда был простым и приземленным, мне это когда-то даже нравилось. Обстоятельный, так тогда говорили. Он не смог бы выдумать эту Соню и, если уж говорить откровенно — скрыть свои преступления. Кроме этого...

Молли Фланаган замолчала на некоторое время, задумчиво рассматривая огонек своей сигареты.

- Кроме этого? - поторопил ее Линь.

- Я однажды ее видела. Полагаю, что ее, - поправилась женщина. - Невысокая стройная блондинка, очень молодая. Бобби всегда такие нравились. Здесь живет не так много народа, и чужаки всегда на виду, тем более — странные. А эта женщина была именно такой, со странностями.

- И в чем это выражалось? - уточнил все еще скептически настроенный Линь.

Молли Фланаган пожала плечами.

- Было такое ощущение. Я видела ее мельком десять лет назад, и она мне не понравилась, вот и все. Я застукала их с Бобби за разговором, мы тогда повздорили, так что они точно были знакомы. Думаю, это и была та самая Соня.

Дальнейший разговор ничего не дал. Все, что у них было, это достаточно странные аргументы и рассказ о некоей женщине, которая появлялась в Кэткоте десять лет назад. На взгляд Мередит, это был скверный аргумент в пользу невиновности Бобби Фланагана. На дворе был двадцать первый век, и едва ли жителя даже самого небольшого и уединенного городка можно было удивить чужаком. А Кэткот к тому же сложно было назвать «уединенным». Он не стоял, окруженный горами и непроходимыми лесами. Мало ли кого сюда занесло.

- Да, это ерунда, - согласился Линь, когда Мередит высказала свои мысли. - Куда больше похоже на правду то, что с Бобби Фланаганом ребенок бы не пошел. Но подобные утверждения не слишком убедительно смотрятся в суде. Что касается невысоких блондинок, то их вокруг полно. Моя жена была невысокой блондинкой. Можно порасспрашивать об этой женщине в городе, но на этот раз, похоже, Бен ошибся и отыскал неинтересную, раскрытую историю. Мрачную, но без сюрпризов. Впрочем, всегда можно задать пару вопросов на почте, верно? В Кэткоте главные сплетники всегда собирались или там, или в пабе, или в булочной. К слову, когда-то там подавали лучшие в этой части Англии булочки.

1 Миссис Фланаган держит дома собаку породы афферпинчер. Это карликовый пинчер ростом 25-30 см., выведенный в XVII веке для борьбы с грызунами, но быстро ставший собакой-компаньоном.

22

Почта, паб и булочная в Кэткоте располагались фактически в одном доме. Во всяком случае — в соседних, разделенных всего одной стеной. Почта оказалась закрыта на обед, а в пабе было не протолкнуться, и протиснуться туда не получилось. Оставалась булочная, из которой доносился теплый аромат свежеиспеченного хлеба и сдобы с корицей. Уже дойдя до двери, Линь вдруг остановился, обернулся и посмотрел на линию домов, скрытую за зелеными насаждениями.

- Что там?

- Не важно, - покачал головой Линь и шагнул в булочную.

Здесь была небольшая очередь из местных кумушек и подростков, которые отреагировали на появление Линя достаточно странно. Его узнали, очевидно, и особенно появлению были не рады. По торговому залу прошло волной перешептывание.

- Кхм... - Мередит попыталась как-то завести разговор. - Кто последний в очереди?

- Проходите, - очередь вдруг расступилась, пропуская ее к кассе.

- Почему такое ощущение, что нам тут не рады? - тихо поинтересовалась Мередит, привстав на цыпочки.

- Возьми мне пару сдобных булочек, одну с джемом и одну с корицей, - спокойно ответил Линь, отворачиваясь снова к окну. - Я верну тебе деньги.

Он так и не сводил глаз с линии домов, словно бы его притягивали темные, скрытые ставнями и шторами окна.

- Там сейчас экскавационные работы?

- Дорожные, - поправила девушка за прилавком, накладывая булочки в бумажный пакет. - С вас полтора фунта.

Мередит выложила деньги, взяла пакет и подумывала уже как-то продолжить столь неловко начатый разговор и вывести его на нужную тему. Но когда она обернулась, Линя и след простыл.

- Извините, - пробормотала Мередит и начала пробираться через вновь сомкнувшуюся толпу к выходу.

На улице Линя видно не было. Зато неподалеку, там где и в самом деле велись какие-то дорожные работы, собралась еще большая толпа, чем та, через которую ей только что приходилось пробираться. Люди выглядели возбужденными, их словно что-то тянуло вперед, к скрытому за живой изгородью. Наконец Мередит сумела отыскать взглядом Линя. Он стоял почти у самого экскаватора, сунув руки в карманы джинсов, и выглядел неприятно напряженным. Что-то нехорошее происходило.

- Скелеты, - услышала Мередит.

- Два скелета.

- Нет, из их три. И все детские.

- Их два!

Слово скелеты перескакивало в толпе от одного к другому, их количество то и дело менялось, то росло, то уменьшалось до одного. Но что-то определенно было в той канаве, которую прокопал экскаватор, сняв серые слои старого асфальта.

Мередит протолкалась наконец через плотную массу людей и добралась до Линя, напряженного и неподвижного. Он смотрел вниз, стоя на краю канавы, и Мередит тоже опустила взгляд. И увидела два черепа; один был побольше, второй поменьше, должно быть — детский.

- Разойдитесь! Разойдитесь! - уверенный голос всколыхнул толпу, заставив людей расступиться. Впереди показались полицейские в униформе с нелепыми, как всегда казалось Мередит, шашечками. Словно чертовы таксисты.

- Поезжай домой, - тихий голос Линя едва не потерялся в неумолчном гомоне толпы и резких окликах полицейских. - У меня тут есть дела, а твои закончены.

- Я могу...

- Нет! - это прозвучало громче и резче, заставив Мередит подпрыгнуть на месте. Смягчать тон Линь не стал. - Это мои дела. Уезжай и не лезь в них. Ключ от машины у тебя.

- А...

- Я доберусь на такси. Или поезде. Или любым другим чертовым способом.

Отодвинув Мередит в сторону, Линь направился к полицейским. Толпа сомкнулась за его спиной, и вот он снова стал недоступен. Мередит осталась наедине со скелетами в яме, и ей стало не по себе. Она поспешно отступила, желая оказаться от этого места как можно дальше. Скелеты — тоже такая штука, которая увлекательно смотрится в кино. Столкнуться с ними в жизни — жутко. Жутко по многим причинам.

23

Конечно, Мередит никуда не поехала, но и спорить с Линем не стала, тем более для этого пришлось бы как-то догнать мужчину. Вместо этого она разыскала небольшую гостиницу, очередной уютный сельский B&B, сняла комнату и, заказав себе чайник крепкого чая, принялась за поиски местных новостей. И довольно быстро обнаружилось, что о скелетах, найденных при экскавационных работах, пишут почти во всех здешних блогах, обычно рассказывающих о красотах, рецептах и прочей ерунде. Должно быть, в Кэткоте происходило не так много событий.

Впрочем, все эти записи не вносили ясности. Высказывались разные по степени дикости предположения: что это еще одна жертва Фланагана, что это чьи-то старинные останки, что это исчезнувшая около полугода назад молодая мать с ребенком. Едва ли за полгода тела успели бы превратиться в скелеты, но автора записи факты вообще мало беспокоили. Наконец спустя почти час раскопок Мередит нашла достаточно пространную «простыню», озаглавленную «СПРАВЕДЛИВОСТЬ ДЛЯ НАШЕЙ ДОЧЕРИ!» и сопровождаемую в начале, перед текстом парой фотографий: снимком экскаватора перед линией домов (слава богу никто пока не догадался заснять скелеты в яме или во всяком случае выложить их в открытый доступ) и фотоснимком молодой улыбчивой блондинки в старомодной школьной форме. Судя по дежурной широкой улыбке, снимок этот когда-то висел в школе на доске почета, а его дубликат украшал, должно быть, и по сей день чью-то стену. Мередит собиралась уже приступить к чтению, но тут зазвонил незнакомый номер.

- Алло? - с некоторой настороженностью спросила Мередит.

- Фрай, вы в Кэткоте?

- Мистер Дастер? То есть, Бен? Откуда у вас мой номер?

- Парень дал. Вы в Кэткоте? - быстро и встревоженно повторил Дастер.

- Да. По крайней мере я — точно, а Линь...

- Где он?!

Мередит сжато пересказала все, что произошло в последние часы, слушая в ответ напряженное сопение. Когда она закончила, Бен выругался.

- Я еду. Постараюсь добраться поскорее, а ты пока найди малыша. Не оставляй его одного.

- Но где и как я его найду?

- Начни с полицейского участка, - посоветовал Бен. - Я все расскажу, когда приеду. Сейчас не нужно терять время. Просто отыщи его, и все.

Дастер бросил трубку, и несколько мгновений Мередит тупо слушала гудок за гудком. Потом она отключила телефон, посморела на все еще не прочитанный пост, и залпом допила чай. Что бы не происходило, Бен прав. Сначала надо найти Линя. Он странно выглядел сегодня и странно себя вел. И это почти наверняка было как-то связано с найденными останками.

Если попробовать это увязать с его интересом к убийствам, интересная получалась картина. Пока совершенно непонятная, но интересная.

Хозяйка B&B, к которой Мередит обратилась с вопросом, пояснила, что своего полицейского участка в Кэткоте, конечно же, нет, лишь пара констеблей, поддерживающих порядок. И скорее всего делом займутся полицейские из расположенного совсем неподалеку Бриджуотера. И любезно указала дорогу на карте. До Бриджуотера было ехать минут пятнадцать, но там явно был не один полицейский участок. Чувствуя, как в ней нарастают одновременно раздражение и паника, Мередит отыскала в сумке гарнитуру, которую терпеть не могла, села за руль и, пока ехала по весьма живописной Бат-роуд, принялась обзванивать все участки, расспрашивая дежурных о китайце по имени Шан Чжэнь. На третьем ей наконец повезло.

24

Дежурный в участке был от появления Мередит не в восторге, и особой любезностью в принципе не отличался. Указав ей на жесткий стул для ожидающий, он сделал несколько звонков, после чего с какой-то, как показалось, затаенной радостью сообщил, что господин Шан Чжэнь сейчас на допросе, и сколько тот продлится — неизвестно.

Допрос.

Первая мысль была панической: какой скандал! Джойс будет в ужасе! Продажи полетят вниз! Или скакнут вверх, тут уж не угадаешь.

Вторая еще более панической: что с Линем там делают? Какого черта? Что вообще произошло, и как ему помочь.

Единственный человек, который мог дать сейчас хоть какие-то разъяснения, до Бриджуотера еще не доехал.

Мередит села на жесткий стул, стиснув в руках телефон и мысленно сочиняя различные пресс-релизы, чтобы успокоиться. Как-то в них затесался ее собственный некролог: служила Гентри-паблишинг верой и правдой и скончалась из-за не выдержавших нагрузки нервов.

Наконец, спустя время, показавшееся Мередит вечностью — прошло примерно около полутора часов — в полицейский участок быстрым шагом зашел Бен Дастер. Накрыло достаточно абсурдное чувство облегчения, ведь теперь рядом был взрослый человек, на которого можно было сбросить часть ответственности.

- Мередит!

Мередит с благодарностью сжала протянутую руку.

- Где он?

- Сказали, что на допросе. Что происходит?

Дастер посмотрел на нее внимательно, потом отошел, чтобы перекинуться парой слов с дежурным, а по дороге зарулил к кофейному автомату и вернулся с парой бумажных стаканчиков, от которых пахло достаточно приличным кофе. Мередит с благодарностью кивнула с делала глоток. Кофе был некрепкий, зато сладкий.

Бен сел рядом, вытянув ноги, и принялся неспешно пить свой кофе, кажется, совсем не собираясь отвечать на ее вопросы. Тем неожиданнее было, когда он заговорил.

- Возможно они нашли Джилли, жену Малыша. И его дочь Эли.

Тут у Мередит буквально отвалилась челюсть.

- Что?! Как? В смысле? Что произошло?

Бен пару минут, испытывая ее терпение, пил кофе маленькими глотками, рассматривая доску с плакатам и розыски. И заговорил, когда Мередит уже потеряла на это всякую надежду.

- Они дружили с детства: моя Полли, Джилл Лоу и Малыш. Когда сразу после школы Малыш с Джилли поженились, Полли стала им помогать, особенно после рождения девочки. Она обожала детей. А потом...

Бен замолчал. Мередит поняла, что не очень-то хочет слушать продолжение этой истории.

- Кто-то проник в их дом, усыпил и связал Малыша и Полли, а затем забрал Джилл и малышку с собой. Их так и не нашли. А Полли... Полли...

Жутко было видеть, как крупный и до этой минуты жизнерадостный мужчина собирается расплакаться. Протянув руку, Мередит сжала его запястье.

- Слишком большая доза. Моя девочка так и не проснулась.

Возможно, следовало сейчас обнять Бена, но Мередит постеснялась это делать в полицейском участке, поэтому только сильнее сжала пальцы.

- Первое время, конечно, подозревали Чжэня, - продолжил Бен после паузы. Думаю, семья Джилл так и осталась при этом мнении, но им Малыш никогда не нравился.

Мередит вспомнила о посте, который собиралась прочитать, и быстро отыскала его. Флоранс Бет Лоу. «Садоводы-Любители из Гластонбери». Сады, еще сады, снова сады, виды Аббатства Гластонбери, и вот сегодня — полная яда с первых слов «простыня» о найденных в Кэткоте останках.

- Это Джилл? - Мередит показала Бену фотографию.

Дастер кивнул.

- Она. Школьное фото. Они с Полли тогда выиграли какой-то конкурс со своим проектом и больше месяца висели на дурацкой доске почета. Полли так потешалась... А Джилл гордилась. А еще больше — ее полоумная мамаша, эта вот самая Флоранс Бет. Если она появится, нам нужно будет увезти Малыша как можно скорее.

Мередит сощурилась, разглядывая фотографию. Что-то в ней показалось удивительно знакомым, возможно овал лица или разрез глаз. Вот только волосы у виденной когда-то девушки были другие... Рыжие? Точно! Рыжие косички, веснушки!

- У Джилл нет младшей сестры или племянницы?

- Ты о Дженни? - уточнил Бен.

Точно. Дженни, так ее назвал Линь. Очень дальняя родственница.

- Да, конопатая Дженни с парой рыжих косичек, - кивнула Мередит.

- Младшая сестра. Ей сейчас двадцать. Десять лет назад она очень тяжело переживала исчезновение сестры и племянницы. Все мы тяжело пережили те дни...

Мередит облизнула губы, прежде чем задать следующий вопрос:

- Значит разговоры о книге — это для отвода глаз? Чего Линь хочет на самом деле?

Бен невесело хмыкнул.

- Бесполезно гадать, что там происходит у Малыша в голове. И отговаривать его тоже бесполезно, поверь, я пытался. Единственное, что сейчас можно сделать, это не дать Чжэну слететь с катушек. Иначе он опять угодить в дурку, и на этот раз по-серьезному.

- В... дурку?

Это был еще один факт, который, Линь похоже решил утаить от Гентри-Паблишинг. Узнай про такое Джойс и\или газетчики (в любом порядке), и катастрофа будет сравнима с извержением супервулкана.

- Линь больше года провел на терапии, - кивнул Бен, которого явно не тревожили последствия подобных новостей. - Врач когда-то и посоветовал ему начать писать книги. Ты не знала?

25

Мередит показалось, что допрос длится невыносимо долго, но в конце концов Линь вышел из казенных серых дверей в сопровождении пары полицейских. Вид у него был подавленный, что, было, конечно, неудивительно. Мередит подскочила с места, и бросилась к нему, но Линь предупреждающе поднял руку, ее останавливая, и закончил разговор. Затем, расписавшись на нескольких листах, он сунул руки в карманы и, немного сутулясь, подошел к ним с Беном.

- Нужно найти место для ночлега,- голос Линя прозвучал глухо и тускло, с него словно пыль сыпалась. - Какие-либо новости будут завтра к обеду.

- Это?... - Бен осекся.

- Какие-либо новости будут завтра к обеду, - повторил Линь ровным тоном и пошел к двери.

Мередит некстати подумалось, что в самом слове «ночлег» было что-то удивительно книжное, ненастоящее. Кто сейчас так говорит? И это самое слово выдавало что-то в Лине, говорило о том, что нечто в нем поломалось, и он пытается укрыться за красивой «книжной» стеной. Мередит нагнала его , хотела взять под руку, но не решилась, и просто пошла рядом.

- Твоя машина на стояке за углом. Я сейчас найду гостиницу... Бен, вы с нами?

- Я на своем машине. Поеду следом.

Мередит оглянулась, и оказалось, что Бен внимательно смотрит назад, на дверь полицейского участка. Он, очевидно, собирался сам о чем-то узнать.

Эти два скелета могли быть связаны с гибелью его дочери...

- Я пришлю вам адрес гостиницы, - Мередит все же взяла Линя за локоть и потянула к машине. Показалось отчего-то, он будет не в восторге, что Бен разговаривает с полицейскими.

Линь продолжал молчать, игнорируя все попытки осторожно втянуть его в разговор. Спрашивать напрямую Мередит не решилась. Да и любой вопрос, интересующий ее, сейчас прозвучал бы просто чудовищно. «Это кости твоих жены и ребенка? Что тогда произошло?» Мередит передернуло.

В эту минуту у нее случилось какое-то раздвоение личности. Одна ее половина, преданная работе, в ужасе строчила объяснительные письма в газеты и на различные порталы и придумывала оправдания для Джойс. Другой, унаследовавшей от матери и бабушки немалый материнский инстинкт, хотелось прижать Линя к груди и гладить по голове.

Он бы, пожалуй, неправильно ее понял.

Линь все же заговорил, пусть и с большой неохотой, когда Мередит предложила ему несколько гостиниц на выбор, и указал ту, что находилась ближе всего к полицейскому участку. Пешком можно было дойти. Мередит отправила адрес Бену и завела мотор, с тем чтобы уже через несколько минут припарковаться на другой автостоянке, принадлежащей гостинице. Место выглядело не слишком презентабельно: рядом был бар, и возле двери в гостиницу терлась полупьяная компания молодых людей, выглядевших как любители задираться и размахивать кулаками. Линь их проигнорировал, Мередит же от недовольных взглядов стало не по себе, и она прошмыгнула в двери как можно скорее.

Внутри гостиница тоже была так себе, в таких — дешевых и почти опрятных — селятся приезжающие из деревни и те туристы, у которых денег впритык, но нет желания селиться в хостеле, в одной комнате с толпой незнакомцев. В номере, выбранном Линем, пахло сигаретным перегаром, несмотря на табличку «НЕ КУРИТЬ» на столике, рядом с кувшином для воды и стаканами. Окна выходили в глухой замкнутый двор, образованный темными кирпичными стенами; безрадостное было зрелище. Мередит задернула шторы.

- Я найду нам что-нибудь на ужин...

- Не нужно, - покачал головой Линь. - Я не голоден.

- Ты сегодня...

- Ты можешь меня оставить?!

От резкого тона Мередит вздрогнула. Линь с шумом выдохнул и заговорил тише и спокойнее.

- Спасибо. Мне ничего не нужно... Будет неплохо, если ты найдешь мне чайник крепкого зеленого чая. Больше ничего не нужно.

Отыскать чайник хорошего чая, конечно, не вышло, но Мередит нашла в баре горячую воду и россыпь дешевых чайных пакетиков, и все это принесла в номер. Линь кивнул, одновременно безразлично и вроде бы благодарно, и продолжил сверлить взглядом кирпичные стены соседних домов. Мередит решила оставить его в покое. Сейчас было неподходящее время, чтобы донимать вопросами. И все же, оставались не самые добрые предчувствия, поэтому в свой номер она не пошла, а вместо этого села в лобби и достала свой телефон, чтобы изучить новости. Наблюдательный пункт был выбран на всякий случай, чтобы перехватить Линя, если он куда-то пойдет. Воображение, включившееся как всегда невовремя, нарисовало абсурдную картину Линя, сбегающего по пожарной лестнице, и Мередит поспешила ее отбросить.

Чай был и в самом деле скверный, и он стал еще паршивее, когда Мередит пролистала свежую новостную ленту. Там — очевидно других острых или во всяком случае кровавых происшествий поблизости не было — говорилось о найденных в Кэткоте костях и упоминалось имя «Шан Чжэн». И это было, как назло, не самое распространенное в Англии имя.

Зазвонил телефон, и когда высветилось имя Джойс, появилось малодушное желание не брать трубку. Но это было, как ни крути, не самое разумное решение. Мередит нажала кнопку вызова.

- Джойс?

Тут бы подошло более церемонное «Мисс Гентри», но тогда Джойс мгновенно бы раскусила, что Мередит угодила в неприятности. Хотелось еще немного продлить иллюзию спокойной, беспроблемной жизни.

- Ты видела новости? - начала Джойс без предисловий.

Не было нужны уточнять, что за новости.

- Пожалуйста, скажи, что там речь идет об однофамильце нашего Шан Чжэна.

Мередит вздохнула и с большой неохотой признала, что новости она читала, и речь там определенно о том самом Шан Чжэне.

- О Боже... - Джойс добавила что-то еще, по счастью — неразборчиво. - Только этого нам не хватало! Удержи его от общения с журналистами любой ценой. И от общения с девицами — тоже. Никогда не знаешь, шлюха это, или стрингер1. Где вы сейчас?

- Бриджуотер, Соммерсет, - с еще большей неохотой призналась Мередит.

На этот раз ругательство у Джойс вышло отчетливое и долгое. Наконец появились и несколько цензурных слов:

- Что вы там делаете?

- Собираем материал для книги, - соврала, как она уже теперь прекрасно это понимала, Мередит. - Так случайно вышло.

- Мой гребаный автор связан с убийством, - трагическим тоном произнесла Джойс. - И ведь речь не о каком-то там детективщике вроде Хольдена.

Хольден был связан сразу с несколькими убийствами, и это Джойс ничуть не волновало, но Мередит не стала заострять на этом внимание.

- Отправляй Линя домой и живо дуй в офис, я тебя дождусь. Нам нужно все обговорить и решить, как действовать в случае форс-мажора.

- Линь должен остаться здесь до утра, - вздохнула Мередит. - Распоряжение полиции.

Джойс снова выругалась.

- Я передам его в надежные руки и сразу же отправлюсь в Лондон, - пообещала Мередит. - Пулей там буду.

Отключившись, она сделала глубокий вдох и принялась названивать Бену. Человека надежнее она сейчас себе представить не могла.

1 Стрингер — внештатный журналист, фотограф или видеограф, сотрудничающий с новостными агентствами в индивидуальном порядке

26

Весь офис издательства был погружен во мрак и тишину, и только в кабинете Джойс Гентри горел свет, что выглядело зловеще. Впрочем, Джойс на самом деле частенько засиживалась допоздна, если того требовала работа. Однако сегодня подстегнутое последними событиями воображение Мередит рисовало жуткие картины. Джойс сидела за столом, полускрытая откинутой крышкой ноутбука, горой бумаг и грудой пустых кофейных чашек. На звук шагов Мередит она подняла голову, кивнула, указала на кресло и вернулась к своим делам. Мередит села, сложив руки на коленях, словно примерная ученица. Прошло совсем немного времени, и Джойс, захлопнув ноутбук, откинулась на спинку кресла.

- Что произошло?

- Я еще толком не знаю, - пришлось признаться Мередит. - Но, кажется, в Соммерсете нашли останки жены и дочери господина Линя. Шан Чжэна.

- Он был женат? - это и для Джойс Гентри оказалось новостью.

- Выходит что так. Линь сейчас там, в Бриджуотере. Думаю, завтра будет дознание. И я не думаю, что местные новости станут...

- Местные новости уже стали достоянием общественности, - раздраженно проворчала Джойс. - Это не бог весть какое событие, да и мы не королевские особы, но некоторые таблоиды уже готовы вцепиться зубами в брошенную им кость. Мне звонили по меньшей мере четыре портала. И все, что я могу им сказать: без комментариев!

Джойс любила давать комментарии. У нее было свое мнение по всякому поводу, но не сейчас. И поэтому, не зная, что следует сказать, она и злилась. А еще, как подозревала Мередит, тут не обошлось без бывшего мужа миссис Гентри.

И без кое-чьих еще родственников, пожалуй.

Вспомнилось резкое, полное яда послание в блоге, прежде посвященном садам и паркам, ровным газонам и аккуратно постриженному кустарнику. Среди всего этого благолепия обвинения особенно бросались в глаза. И хотя Мередит могла понять чувства матери, желчь в том посте выглядела просто пугающе.

- Я пока не очень понимаю... но я во всем разберусь, - пообещала Мередит.

- Просто держи Линя подальше от журналистов, - покачала головой Джойс. - Большего от тебя пока не требуется. Подготовь заявление, объясни просто и логично, почему Линь не будет появляться на публике в... ближайшие несколько месяцев, обойдемся без сроков. Подготовь заявления для прессы на случай форс-мажоров. Это все должно быть у меня к утру. Потом едешь к Линю и не спускаешь с него глаз днем и ночью. Тут уж точно в постель к нему залезь, если потребуется.

Мередит украдкой вздохнула.

- Теперь уже не до книги. Если раскопают какую-нибудь грязь, нам не отмыться.

- Мне кажется, ты преувеличиваешь... - осторожно возразила Мередит.

Джойс фыркнула.

- Девочка моя, ты ведь понимаешь, в чем проблема?

Мередит покачала неуверенно головой.

- Святая простота! Дитя! Хочешь кофе?

Неожиданная смена темы на мгновение сбила с толку. Мередит помотала головой. Поднявшись, Джойс поколдовала немного над кофеваркой, наполнила более-менее чистую кружку из числа скопившихся на столе, и присела на угол, скрестив лодыжки.

- Милая моя, ты ведь понимаешь, кто становится первым подозреваемым в случае убийства жены? Муж. Честное слово, я сама неоднократно мечтала придушить своего благоверного! Это естественное предположение. И если просочатся слухи, пойдут сплетни о том, что господин Линь убил свою женушку. И закопал в саду. Заметь, в заметках уже говорится, что тело нашли рядом с домом женщины. Там же, в том самом доме, вероятно, жил и муж. Писателю подростковых романов такая слава совсем ни к чему, моя дорогая.

Мередит кивнула со вздохом.

- Наша задача — минимизировать убытки, - Джойс, держа в руке кружку, мизинцем указала на дверь. - Иди и напиши мне хорошие тексты. Можешь еще и некролог накатать на всякий случай.

Это был очень жестокий и грубый черный юмор, обычно Джойс совсем не свойственный. По одному этому становилось понятно, что дело действительно серьещно и она не рассказывает все подробности подчиненным. Мередит голову готова была заложить, что дело в бывшем Джойс и его старом желании отхватить от издательства кусок побольше. Если так, то он вполне способен был подлить еще масла в огонь. Поэтому Мередит спустилась вниз, села за свой стол и принялась добросовестно сочинять различные пресс-релизы, которые при случае могли разъяснить как долгое отсутствие господина Линя, так и его присутствие в неожиданных местах. Обойдясь, впрочем, без некролога.

То и дело мысли ее возвращались к произошедшему сегодня. Джойс была цинична, но Мередит не могла сейчас позволить себе думать о Лине — о Шан Чжэне — как о кусочке этого издательства, которое приносит равно и пользы, и вреда. Он не был вещью, именем на обложке или строкой в ведомости. Он был человеком, в жизни которого произошла трагедия. Эти мысли, наверное, наложили отпечаток на те тексты, которые Мередит писала.

- Очень эмоционально, - заметила Джойс, проходя мимо и заглянув ей через плечо. - Пожалуй, может потребоваться объяснение, на случай, если журналисты узнают о смерти миссис Шан.

- Может пригодиться, - пробормотала Мередит.

- Ты молодец. Я заказала китайскую еду. Будешь?

Наскоро перекусив слишком острой для себя едой — у Джойс были своеобразные вкусы — Мередит вернулась к работе.

27

Она работала всю ночь, лишь пару раз прерываясь на кофе. То и дело мимо проходила довольно раздраженная Джойс, и это изрядно подстегивало рвение. Что-то происходило у Джойс Гентри в личной жизни, или, что того хуже — в профессиональной. Оба эти случая могли затронуть и Мередит.

Она подремала немного на диванчике в уютной комнате отдыха, освежилась, сбегала на угол за сэндвичами и снова ринулась в бой. Первым делом позвонила Бену, чтобы разведать обстановку.

- Малыш на дознании, - отрапортовал мужчина. - Я жду за дверями. Можешь не объяснять, принцесса, я понимаю прекрасно, в чем дело. Если кто-то захочет, его порвут в интернете в клочья. И кое-кто захочет...

Бен замолк, и последовала зловещая пауза.

- Что произошло? - встревожилась Мередит, и сама не понимая, что ее сейчас больше беспокоит: работа, или же душевное состояние подопечного.

- Гарпия.

- Ты, я так понимаю, говоришь о Флоранс Бет Лоу? - догадалась Мередит и, повинуясь наитию, отыскала в сети блог женщины.

Заставка с цветами и садами пропала, теперь в шапке блога была подборка школьных фото. И за прошедшую ночь и утро миссис Лоу успела накатать уже несколько полных желчи постов, большая часть которых сводилась к одному: убийца ее дочери преспокойно разгуливает на свободе и радуется жизни. Она даже ухитрилась заснять Линя, но по счастью он был практически не различим в толпе, его окружающей.

Мередит понимала эту женщину, пережившую страшную трагедию. Едва ли время как-то ослабило боль. Но вот чего она не могла понять, так это злобы, буквально выплескивающейся через монитор компьютера наружу. Ненависть была... отвратительна.

- Присматривай за Шан Чжэнем, пожалуйста, - попросила Мередит. - Я попробую устранить последствия.

Она набросала еще несколько текстов, которыми можно было бы воспользоваться в определенных случаях, и снова вернулась к блогу Флоранс Бет Лоу. Появилась мысль, достаточно здравая, что все эти записи нужно было бы сохранить и распечатать, на случай, если придется что-то доказывать. Мередит отправила страницы на печать, промотала немного вперед и едва не поперхнулась кофе, который пила все утро кружку за кружкой.

На этот раз миссис Лоу определенно зашла слишком далеко.

В одном Мередит была убеждена: нельзя трогать мертвых.

Флоранс Лоу опубликовала новый пост буквально пару минут назад, сопроводив его фотографией своей дочери, безошибочно узнаваемого молодого Линя и еще одной девушки, темноволосой и кудрявой. Полли Дастер. Фотография была милой, а вот пост, который она сопровождала... Мередит на всякий случай отставила чашку подальше, и придвинула к себе телефон. Было огромное желание позвонить Бену и... Мередит не знала, что ему скажет, но чувствовала, что мужчине потребуются слова утешения. Потому что, очевидно, Флоранс Бет Лоу перешла все границы.

В посте было немало желчи в адрес Линя, но к этому читатели должны были уже привыкнуть за утро. Но теперь к этой желчи прибавилась грязь. Женщина не стеснялась называть покойную Полли Дастер шлюхой и откровенно обвинять ее в сговоре с Линем, своим любовником. Тот факт, что сама девушка была уже давно мертва, ничуть не тревожил Флоранс. Это было чересчур. Потому что Полли не могла ответить, и некому было вступиться за нее.

Ниже в комментариях была пара человек, одноклассников Полли, Джиллиан Лоу и Линя, и они даже вроде бы пытались защитить бедную девушку, но по сути делали только хуже.

- «Что вы, ничего такого не было! Да, Полли была по уши влюблена в китайца, но он никогда не обращал на нее внимания. Старая добрая неразделенная любовь», - вслух зачитал Джек. - Что за драма?

-Лучше не спрашивай, - тяжело вздохнула Мередит, после чего в голову ей пришла здравая мысль. Подопечный Джека был достаточно проблемным мужчиной. Он был связан не с одним, а с двумя преступлениями, как минимум. Но Джек же это как-то пережил. - Пошли, выпьем кофе. Мне нужен совет.

- А тебе не хватит? Кофе, я имею в виду, - Джек кивнул на батарею пустых кружек, которая была уже сопоставима с ночной коллекцией Джойс.

- Тогда чаю. Совет нужен по любому.

Чая в комнате отдыха не нашлось, и они отправились в кафешку за углом, где обычно брали еду навынос. Здесь было пока немноголюдно, до ланча оставалось время, и можно было занять удобный столик в укромном уголке. Подумав немного, Мередит заказала не только чай, но и плотный завтрак. Нельзя решать проблемы на полуголодный желудок.

- Ну, что стряслось? - спросил Джек, когда она расправилась с половиной яичницы и тремя полосками зажаренного до хруста бекона.

Мередит промокнула растекшийся по тарелке желток кусочком хлеба, отправила его в рот и задумчиво прожевала, тщательно формулируя вопрос. И в итоге зашла издалека.

- Кристофер Хольден ведь был замешан в какую-то криминальную историю, верно?

- Да. Трупов на семь, - хмыкнул Джек. - Я видел новости, Мерри. Переходи к делу.

- Как ты разрулил дела с прессой?

Джек покачал головой.

- Боюсь, тут я тебе не помощник. Во-первых, скандал с Хольденом только поднял его продажи. Он все-таки пишет детективные романы, а тут — такая удача! - кто-то в точности по ним совершает убийства. Ну конфетка же! Во-вторых, все, что нужно было как-то разрулить, решала его жена. А миссис Хольден, скажу я тебе, та еще ядовитая гарпия, когда дело доходит до спокойствия ее семьи. Подняла какие-то университетские связи и чуть не стерла в порошок двух журналистов.

- У меня нет университетских связей, - мрачно посетовала Мередит. - Поговаривают, что мой троюродный дядя связан с ирландской мафией... Но это мне вряд ли поможет.

- Если тебе нужен совет, то вот тебе он — от самого мистера Хольдена: поменьше показываться на публике, сохранять достоинство и зловещее многозначительное молчание. И в конце концов людям это все надоест.

- А как быть, если кто-то подливает масла в огонь?

- Ты о том блоге? - Джек размешал старательно чай, в котором не было ни грана сахара. Это откровенное занятие помогло ему выиграть пару минут, но он в конце концов все равно пожал плечами. - Действуй по обстоятельствам.

- Отличный совет! - проворчала Мередит. - Невыполнимый уже в первой части. Линь дома сидеть не будет, он отправится навстречу неприятностям, и я его удержать не смогу. Если только я не свяжу его по рукам и ногам и не закину в подвал.

- Вполне рабочий вариант, - одобрил Джек.

Мередит залпом допила свой чай.

28

В середине дня, когда все сотрудники издательства засобирались на обед — включая саму Джойс, у которой была назначена какая-то важная встреча — Мередит наконец закончила работу, отправила все релизы на начальственную почту и свернула трубочкой распечатки блога Флоранс Лоу. Женщина оказалась словоохотлива, и к этому моменту накопилось около двух десятков длинных постов. Впрочем, примерно половина из них была посвящена воспоминаниям о дочери, и их можно было вычеркивать. Оставшиеся полны были яда и желчи.

«Дознание закончилось быстро», - написал ей Бен. - «Малыш уже дома. Извини, у меня дела, я уехал».

Мередит поспешно запихнула распечатки в сумку, выскочила из офиса и поймала такси. У нее были самые дурные предчувствия, если вспомнить с каким упорством Линь «собирал материал» еще пару дней назад. Увы, добраться до его дома быстро не удалось из-за пробок. Даже появилось ощущение, что в Соммерсет доехать было бы быстрее. Расплатившись наконец с таксистом, Мередит взбежала на крыльцо, позвонила, потом забарабанила по двери, а после наконец догадалась ее открыть. Дверь без труда поддалась и открылась со зловещим театральным скрипом. Мередит осторожно заглянула внутрь.

Немногочисленная мебель в прихожей была повалена, а куртки и плащи разбросаны по полу. Стараясь на них не наступать, Мередит прошла дальше и заглянула в гостиную. Тут был полнейших разгром: книги обрушены с полок, несколько цветочных горшков разбито, повсюду земля и обрывки листьев. Словно здесь произошло побоище.

Или кто-то методично посбрасывал все в припадке ярости.

- Линь! - позвала Мередит. - Шан Чжэн!

Она заглянула в комнаты первого этажа, но там все оставалось как и раньше, и Линя тут не было. Тогда она поднялась наверх. Дверь в кабинет была распахнута, повсюду валялись скомканные бумаги и фотографии — те самые, из цветных папок Бена. Пройдя еще немного по коридору, Мередит постучала в закрытую дверь спальни.

- Шан Чжэнь!

- Цюйсы ба!1

- И тебе того же... - пробормотала Мередит.

Линь был дома, это вызывало чувство облегчения. Он явно не собирался выходить и с ней разговаривать, и это напрягало. Плюс на минус давали что-то непонятное.

Решив, что стоять под дверью откровенно глупо, Мередит спустилась вниз, собрала разбросанную по прихожей одежду, сложила ее аккуратно у поваленной вешалки, слишком тяжелой, чтобы с ней справиться, а после отправилась приводить в порядок гостиную.

Цветы она оставила Линю. Придет в себя и пересадит в новые горшки. Мередит лишь оттащила их к окну и присыпала корни землей, надеясь, что растения переживут этот форс мажор. Затем она занялась книгами, которые, признаться честно, давно никто не вытирал от пыли. В носу свербело, глаза слезились, и настроение все сильнее портилось.

- Что тут стряслось?

- Бен! - Мередит выпрямилась, растирая затекшую спину, и переложила стопку книг на полку. - Тут случился Шан Чжэн, как ты можешь понять.

- Старая ведьма!

Мередит отряхнула руки от пыли и подошла к мужчине.

- Он читал тот блог?... Ты читал?

Бен поморщился. Мередит мягко коснулась его руки и сжала, не зная, что можно сказать в такой ситуации. Не выражать же соболезнования!

- Мне нужно выпить, - мягко высвободившись, Бен отыскал бутылку виски и единственный не разбитый стакан. Остальные лежали грудой осколков в углу под шторой, словно кто-то швырял их туда прицельно, и прежде не бросились Мередит в глаза. - Будешь?

Мередит покачала головой.

Бен наполнил стакан, сел в кресло и вытянул, морщась, ноги.

- Дознание было быстрым. Предварительное решение: открывается дело об убийстве Джилл Шан и маленькой Эли Шан. Заниматься всем будет какое-то особое отделение из Лондона, так что на допросы далеко кататься на придется. На этом хорошие новости заканчиваются.

- Линь — подозреваемый? - мрачно спросила Мередит.

Бен покачал головой.

- Нет. Он пострадавший, учитывая все с ним произошедшее. Но Бешеная Флоранс сделает все, чтобы он стал подозреваемым. Сегодня ночью панихида, и Малыша очень громко туда не позвали.

- Теперь понятно, откуда такой беспорядок, - Мередит посмотрела в потолок. - Ты можешь вытащить его из комнаты?

Бен отрицательно помотал головой.

- Нет. Он упрямый, как черт.

- Ладно. Будем надеяться, к ночи он проголодается и выйдет, - решила Мередит. - А сам ты?...

Бен широко улыбнулся.

- Ну а я то что?

- Я имела исключительное удовольствие читать сегодня блог «Бешеной Флоранс».

Бен пожал плечами.

- По факту она не соврала. Тон выбрала ужасный, но говорила в своем роде правду. Моя девочка любила Малыша. Он выбрал другую. И Полли решила, что будет страдать всю свою жизнь. Такой вот юношеский максимализм. А то, что Флоранс Лоу обвиняет ее в сговоре и убийстве... она сейчас готова Господа Бога обвинять.

Мередит не стала обманываться легкомысленным тоном, видно было, что Бену очень больно. Но и развивать эту тему не стала, чтобы не растравливать рану.

- Мне нужно уехать, встретиться с Сарой, это мать Полли. Мы в разводе, она в Бирмингеме, но это, в общем, не повод... Она определенно задета блогом Лоу. Как бы дело не дошло до драки. Но если потребуется моя помощь, звони в любое время.

Отставив недопитый стакан на стопку книг, Бен поднялся.

- Присматривай за Малышом.

- Непременно, - пообещала Мередит.

За пару часов она привела немного в порядок гостиную и приготовила обед на скорую руку, отыскав в шкафу пачку спагетти, а в холодильники пару помидоров. На запах разогретых томатов и оливкового масла Линь так и не спустился, и ела Мередит в одиночестве. Начало уже темнеть. Вымыв посуду, она заперла дверь и постояла немного, размышляя, как следует поступить. Линь на ее зов не откликнулся, от обеда отказался, и спорить с ним было очевидно бесполезно.

Мередит приняла душ, но и это не придало ее мыслям ясность. Забравшись в постель, она отыскала блог Флоранс, просмотрела и сохранила на всякий случай свежие записи — в основном они были посвящены проходящей в этот момент панихиде, и наскоро просмотрела новости. За день произошло много чего интересного, вроде ограбления и футбольного матча, и скелеты из Кэткота временно отошли на второй план.

- Привет...

Мередит подняла голову.

- Ужасно выглядишь.

Линь был бледным, растрепанным, в криво застегнутой рубашке, наполовину вытащенной из брюк, и от него пахло алкоголем. Правда, едва ли он пил. Скорее дело было в разбитой бутылке, осколки которой Мередит нашла рядом с битыми стаканами. Виски впитался в землю ближайшего растения, и его запах смешался с медовым ароматом цветущего воскового плюща2.

- У меня просьба... - Линь сделал длинную паузу, испытывая терпение Мередит, но подгонять она не рискнула. - Могу я спать сегодня с тобой?

- Что? - опешила Мередит, ожидая чего угодно, но едва ли подобной просьбы.

Линь тяжело вздохнул и переформулировал:

- Я могу остаться в твоей комнате? Мне нужно поспать.

Мередит неуверенно покачала головой, прежде чем утвердительно кивнуть. Показалось неправильным выставлять сейчас мужчину. Он медленно подошел к кровати. Мередит подвинулась, Линь лег, вытянувшись, и скрестил руки на груди. Закрыл глаза. Да. Спать. Определенно, в этом смысле.

- Я не могу спать один. В пустой комнате. В тишине. И в темноте. Врач говорил, это пройдет, но пока...

Мередит, оказавшись совершенно не в состоянии сладить со своим материнским инстинктом, придвинулась ближе и после непродолжительных раздумий накрыла руку Линя своей.

- Я тут.

- Угу.

Он повернулся на бок, свернувшись по-кошачьи, сжал ее пальцы и в самом деле уснул. Мередит придвинулась еще ближе и подперла щеку рукой, рассматривая спящего мужчину.

1 Цюйсы ба! (去死吧!) - Отвали! Отстань! Пошла к черту!

2 Хойя или Восковой плющ — вьющееся растение с продолговатыми, темно-зелеными, глянцевыми, словно покрытыми воском листьями. Цветет розоватыми звездочками, собранными в «зонтики». Цветы обладают довольно сильным медовым ароматом

29

Пробудившись от тягостных, муторных снов Мередит не сразу сообразила, где находится. Рука затекла, запястье тянуло слабой болью. Пошевелившись, Мередит высвободила руку и села. Линь спал рядом. Его пальцы, мгновение назад сжимающие ее запястье, подрагивали, словно в попытке поймать что-то.

Кэткот. Скелеты. Распоряжение Джойс. Воспоминания промелькнули перед Мередит яркими вспышками. Она потерла лицо, надеясь поскорее очнуться и стряхнуть сонное оцепенение. Затем нашарила на столике телефон и посмотрела на часы. Почти одиннадцать. Отсюда и слабость, и вялость, и рассеянное сознание: Мередит проспала без малого половину суток, а это добром для нее никогда не заканчивалось.

Она просмотрела сообщения в издательском чате, но там ничего срочного не было, кроме напоминания от Джойс, что господин Линь должен вести себя тише воды и ниже травы. Это распоряжение, пожалуй, выполнить было сложнее предыдущего. Мередит покосилась на мужчину. Он был непредсказуем. Вчера он психанул, разнес половину квартиры, затем завалился к ней со своей, прямо сказать — своеобразной просьбой, а теперь спал безмятежно, точно дитя.

«Я не могу спать один», - вспомнились Мередит его слова. Она коснулась плеча Линя и легонько потрясла.

- Утречка...

Мужчина пробормотал что-то неразборчивое, попытался уклониться, но в конце концов все же открыл глаза, глядя на нее сонно. Он, кажется, тоже не понимал, где находится. Потом во взгляде появилось осознание, и Линь резко сел, растирая лицо ладонями, как Мередит несколько минут назад.

- Привет.

Он посидел с полминуты, рассматривая складки на одеяле, прежде чем поднять на нее взгляд.

- Прости за вчерашнее.

- Можешь считать, что мы квиты, - слабо улыбнулась Мередит. - У меня целый список распоряжений от Джойс.

- О, конечно. Джойс, - Линь спустил ноги на пол и нашарил тапочки. - Передай ей...

- Я не будут с тобой разговаривать до чашки кофе, - предупредила Мередит. - И завтрака. И пока ты душ не примешь и не переоденешься. От тебя несет виски!

Линь опустил взгляд на свою испачканную рубашку, вздохнул и медленно вышел.

Мередит понимала, что должна проявлять сочувствие. Она просто не знала — как, не могла подобрать подходящие слова. В голову лезла либо пошлая бездушная ерунда, либо резкости вроде «да десять лет прошло!». Мередит слишком долго вчера сидела с пресс-релизами и читала блог миссис Лоу.

Переодевшись, она вышла на кухню, чтобы сварить кофе. Чашка этого напитка, крепкого и хорошо сваренного, всегда возвращала ее спутанные мысли на место.

- Чего хочет Джойс?

Мередит, наполняющая кружки, отвлеклась на секунду и едва не ошпарилась горячим паром.

- Ауч!

Линь подошел, выключил кофемашину и отобрал у нее кружки.

- Аккуратнее. Джойс?

- Чтобы ты сидел и не высовывался.

- Типично, - кивнул Линь.

- У тебя судя по тону другие планы?

Линь поставил кружки на стол, затем вытащил из шкафа початую коробку с сухим завтраком и сел. Завтрак он выуживал прямо из коробки горстями и отправлял в рот, всухомятку. У Мередит при виде этого запершило в горле и она поспешила сделать глоток кофе.

- Я на распутье, - сказал наконец Линь. - Я получил результат, и не знаю, что с ним теперь делать.

Он умолк на какое-то время, пережевывая приторно-сладкие глазурованные кукурузные хлопья и кусочки цукатов непонятного происхождения. Мередит терпеливо ждала продолжения, не зная, как ей задавать вопросы. Почти любой сейчас казался неуместным.

- У меня нет намерений доставлять Джойс неприятности. Я понимаю, что она находится из-за этой истории в... нехорошем положении. И я понимаю, о чем она беспокоится. Но...

Линь снова замолчал. Мередит хотелось бы заполнить образовавшуюся паузу, но она не знала, как это сделать правильно. Любое слово казалось ей дурным и неуместным.

- Вчера все плохо закончилось, - сказал наконец Линь и снова замолк.

- Что это значит? - не выдержала наконец Мередит.

- Что расследование будет формальным. Даже если Фло будет давить, как она умеет, оно все равно будет формальным. Нет никаких улик и никаких подозреваемых. Только... кости.

Мередит прикусила губу, ощущая, что все-таки завела излишний разговор.

Линь встал, открыл нижнюю дверцу шкафа, за которой, как оказалось, прятался мусорный бачок, и высыпал туда остатки сухого завтрака. Затем вылил кофе в раковину, действуя заторможено и словно бы машинально. Казалось, ему в эту минуту просто нравится что-то разрушать и уничтожать.

- Дело не будет закрыто, - продолжил Линь после долгой паузы. - Просто... оно станет бесконечным. Окажется где-нибудь в архиве, где его спишут в утиль спустя пару десятилетий.

- Чжэнь...

Мужчина встрепенулся, посмотрел на Мередит немного удивленно, и она смутилась. Да, обращение было несколько... неуместным. И странным. И она по-настоящему привыкла называть его псевдонимом, но сейчас это показалось еще более неуместным. «Господин Линь» существовало для книг, тех самых, с летающими принцессами.

- Давно меня никто по имени не называл, - хмыкнул Линь. - Это делала Полли. Полли Дастер. С просто потрясающим упорством.

Линь рассмеялся горько и с ноткой сарказма.

- Ее отец называл меня Малышом. И Джилли тоже называла меня Малышом. А Полли говорила, что ей нравится мое имя.

- Мне очень жаль... - пробормотала Мередит. - Вчера заходил Бен, и он... Он тоже неважно выглядит.

Линь, скрестив руки на груди, прислонился спиной к шкафу, рассматривая ее.

- Тебе ведь не терпится удовлетворить свое любопытство, верно?

Это прозвучало неодобрительно. И, хотя к любопытству это никакого отношения не имело, Мередит почувствовала смущение. К тому же, любые ее слова сейчас прозвучали бы как довольно дешевое и пошлое оправдание.

- Впрочем, наверное вам с Джойс нужно знать мою версию. Пока вы не прочитали чью-либо еще.

Лин оттолкнулся плечом от стены, шагнул к столу и тяжело навалился на него, рассматривая причудливые узоры деревянной столешницы.

- Если ты не хочешь...

- Мой врач утверждал, что я должен говорить об этом, - криво усмехнулся Линь. - Чем больше я держу в себе, тем хуже обстоят мои дела. Поэтому он посоветовал мне вести дневник или писать книги. Чтобы вытащить всю эту дрянь из моей головы...

Ему не хотелось говорить на эту тему. Не с ней. Мередит понимала, что является, возможно, последним человеком, с кем Линь хотел бы делиться своими переживаниями. Ну, предпоследней, ведь есть еще их властная и настойчивая Джойс, которой так хочется поступать наперекор.

- Поговорим после хорошего плотного завтрака. Моя бабуля, знаешь ли, верит, что он может многое наладить, а я верю бабуле, как Священному Писанию. Но сначала, - Мередит вздохнула, - сначала мне придется купить тебе еды. Ты в курсе, что у тебя в холодильнике мышь повесилась?

Линь пожал плечами.

30

Он увязался за Мередит в магазин, настаивая, что оплатит все покупки, как хозяин дома, но особого интереса к тому, что кладется в тележку, не проявлял. Мередит и сама не очень задумывалась о том, что берет с полок — съедобно, и ладно. Глаз она не спускала с мужчины, который был рассеян, задумчив и, как ей показалось, немного растерян.

Дома выяснилось, что из того, что они купили, можно приготовить либо званый обед, либо омлет с помидорами. Мередит, конечно, остановилась на втором варианте, и, взбивая яйца, мучительно размышляла о том, зачем же она взяла с прилавка упаковку черники. Пока она размышляла, черника была уже съедена.

- Ну, ты собираешься задавать свои вопросы? Или выслушаешь историю, как я хочу ее рассказать? - немного враждебно спросил Линь, слизывая с пальцев сок.

Мередит вылила яйцо на сковороду, бросила сверху ломтики помидоров, и оглянулась через плечо.

- Мы собирались на обед к родителям Джилл, - Линь вытащил стул на середину кухни и сел на него верхом, словно пытаясь отгородиться от нее спинкой. - Лоу меня не жаловали, но мы с ними тем не менее обедали примерно раз в неделю. С Эли должна была посидеть пару часов Полли. Моя теща никогда не любила внучку.

Она и сейчас про нее ничего не писала в своих пространных постах, как вспомнилось Мередит. Только о дочери. Внутри что-то сжалось, и к горлу подступила желчь, когда Мередит вспомнила о том, что найдены два скелета. Женщина и маленький ребенок.

- Если ты не...

- Мой врач советовал об этом говорить, помнишь? - криво усмехнулся Линь. - Прошло уже десять лет, и я в полном порядке. Это давно превратилось в воспоминание. Даже стали уже забываться детали... Вот к примеру, мы с Джилли поругались, но я не помню причины. Из-за какой-нибудь ерунды, наверняка. Она была нервная в те дни, ей постоянно капала на мозги ее мамаша, моя дорогая теща. Бешеная Фло, так ее называл Бен. Они когда-то учились вместе и с тех самых пор друг друга ненавидели.

Линь немного расслабился. Кажется, когда он рассказывал, добавляя множество подробностей, история переставала быть личной трагедией, и превращалась в обычный детектив, события в котором происходят с кем-то еще, а то и вовсе выдуманы. Возможно, подумалось Мередит, все писатели мыслят подобным образом.

- Полли предложила нам выпить примирительного чая. У нее была на этот счет очень забавная философия, - Линь хмыкнул. - Полли совершенно искренне полагала, что чашка чая может спасти любое, даже самое отчаянное положение.

- В точности как моя бабуля, - кивнула Мередит. - Передай мне тарелки.

Омлет вышел просто загляденье.

- И после этого чая у меня полсуток выпали из жизни. Полицейские потом сказали, кто-то добавил сильное снотворное в нашу воду для чая. Тогда водопровод был в скверном состоянии, и все в Кэткоте либо покупали бутилированную воду, либо фильтровали несколько раз. У нас кувшин с водой для чая стоял на столе возле раковины... Когда я очнулся, все в доме было вверх дном. Следы крови на кухне. Битая посуда. Джилл и Эли не было. А Полли была... мертва.

Линь замолчал, ковыряя вилкой в омлете. Когда он заговорил снова, у Мередит появилось ощущение, что он пропустил целую часть истории, о которой категорически не хотел вспоминать или же заговаривать.

- Была версия, что Джилл сбежала, но ее опровергли все, включая Фло. Еще им звонил кто-то и сопел в трубку... В конце концов полицейские решили, что это похищение с целью выкупа, при котором что-то пошло не так. По большому счету Джилл и Эли считались мертвыми задолго до того, как были найдены их останки.

- Поэтому Йоркшир и Фланаган? - спросила Мередит.

Линь кивнул.

- Я пытался найти следы... похожие случаи. Хоть что-то. Но теперь у нас есть только старая история, минимум улик и разрушительная энергия Фло и ее блога.

- Ты читал? - нахмурилась Мередит.

- Фло присылает мне ссылки, - хмыкнул Линь. - Она меня ненавидит. Что гораздо хуже, эти записи наверняка видел Бен. Он потерял свою дочь, а Фло с радостью бьет по больному.

В этой истории, создавалось впечатление, все понемногу неправы. Но об этом Мередит промолчала. Она не готова была обсуждать и осуждать.

- Что ты собираешься делать? - спросила она вместо этого. - От чего я должна буду тебя удерживать согласно строжайшим распоряжениям Джойс?

Вместо ответа Линь поинтересовался:

- У нее проблемы?

Мередит поморщилась.

- Брось. Мы в одной лодке.

- Ее бывший муж опять решил испортить ей жизнь. Если ради разрушения жизни и бизнеса Джойс надо будет выпотрошить тебя, он это сделает.

- И Флоранс Лоу ему в этом поможет, - вздохнул Линь.

- Поэтому я и спрашиваю, что ты собираешься сделать?

Линь откинулся на спинку стула, запрокинул голову и уставился в потолок долгим, задумчивым взглядом, испытывая терпение Мередит.

- Я помогу. Если ты, конечно, будешь проявлять благоразумие, - добавила она.

Линь ее словно и не слышал. Голос его прозвучал отстраненно, словно бы мужчина заблудился в собственных мыслях.

- Все эти годы я искал их, надеясь, что Джилл и Эли живы. За это время они превратились в персонажей романа, и все еще продолжают ими быть. И сейчас я не знаю, как мне поступить с этими персонажами... Оставить все как есть? Сочинить им правильную концовку.

- Шан Чжэнь!

Окрик — имя у него было на редкость удобное, когда требовалось вот так гневно и строго одергивать — заставил мужчину сесть прямо и посмотреть Мередит в глаза.

- Мне нужна правда. И Бену. Но поиски правды явно идут в разрез с тем, что тебе приказала Джойс.

- Приказала? - Мередит хмыкнула. - Мы в средневековье? Она моя госпожа и повелительница по-твоему? И к твоему сведению на работе меня ценят за творческий подход. И до этой поры я как-то справлялась со всеми проблемами, что вокруг тебя возникают, как грибы после дождя.

Линь криво усмехнулся.

- И?

- Ты ищешь правду, но не создаешь проблем и скандалов. Пока у Джойс нет плохой прессы, у нас есть свобода действий.

- О. Я, стало быть, пишу свой «неправильный роман», а ты мне в этом помогаешь? - хмыкнул Линь. - Хорошо. Сделаем это.

Мередит в эту минуту ощутила очень нехороший азарт. Желание найти правду вдруг охватило ее, даже кончили пальцев начало покалывать в предвкушении. Пришлось строго себя одергивать и напоминать, что речь идет о человеческих жизнях, и это не игра, не занятный детектив, не пазл-головоломка. Это история о тройном убийстве. И напротив нее сидит единственный выживший, десять лет тащивший на себе страшный груз. Двойной груз — трагедии и непонимания, что же на самом деле произошло.

- С чего мы начнем? - осторожно спросила Мередит.

Линь, которого, кажется, охватил тот же дурной азарт, сощурился.

- М-м-м... Со свидетельских показаний. Мне нужно вспомнить в подробностях и записать все детали. Все, что произошло в тот день.

31

Линь закрылся в своем кабинете, чтобы спокойно все записать, а Мередит продолжила уборку в гостиной. Впрочем, она больше пролистывала и даже читала книги, которые должна бы была ставить на полку или хотя бы складывать стопками. У Линя была по настоящему богатая библиотека, изумляющая разбросом тем. Создавалось впечатление, что книги собраны хаотично, но в определенный момент начинала просматриваться своя система. Линь собирал приключенческие романы, драматургию, классическую поэзию, а также научные труды по самым разным темам, написанные доступным языком. Должно быть, из писательского желания разбираться в различных сферах. Тут были даже книги по криминалистике, но в свете того, что узнала Мередит о прошлом Линя, выглядели они зловеще.

Когда заныла спина и в носу начало свербеть от мелкой книжной пыли, от которой никакая уборка не спасала надолго, Мередит отряхнулась, взяла наугад один из романов Сабатини — это оказался «Скарамуш» и поднялась наверх. Возле двери в кабинет Линя она постояла немного, размышляя, но все же постучала. Из-за двери послышалось невнятное ворчание. Решив, что это вполне можно принять за «входи», Мередит заглянула в комнату.

Линь сидел в кресле возле окна с ногами и быстро писал что-то в толстом линованном блокноте на пружинке. Без труда можно было представить его беглый, удивительно неряшливый почерк.

- Садись, - махнув куда-то в сторону заваленной книгами и бумагами кушетки, Линь продолжил писать.

Мередит села, положив книгу на колени. Она только хотела убедиться, что Линь в порядке, а также попросить разрешения почитать книги — формального, она и так уже просмотрела большую часть библиотеки. Однако наблюдать мужчину за работой оказалось интересно. Он хмурил лоб, покусывал кончик ручки — она была перьевая, в металлическом корпусе, и Мередит опасалась за сохранность зубов — быстро писал что-то в блокноте, на минуту замирал, задумавшись, и писал снова. Почерк у него был размашистый, неряшливый, и приходилось часто перелистывать страницы. То и дело Линь возвращался к ранее записанному и вновь закусывал кончик ручки.

- Вроде бы все... - мужчина протянул Мередит блокнот, и та взяла его с некоторой опаской, словно это было нечто ядовитое или взрывоопасное.

В определенном смысле так и было. Там были горькие и страшные воспоминания.

Мередит пролистала страницу за страницей, все больше мрачнея.

- Так не пойдет. Как ты стал писателем только с твоей-то способностью к систематизации?

- Я беллетрист, знаешь ли, - проворчал Линь.

- Ты — раздолбай, - покачала головой Мередит. - А это — поток сознания.

Слова были резкими и грубыми, но каким-то образом они помогали абстрагироваться от сути написанного. От того, что все это произошло на самом деле с человеком, который сидит напротив. Подумалось, что Линь сейчас пользуется тем же самым способом и воспринимает все, произошедшее, как выдуманную им историю. Отсюда и такой беспорядок в тексте, столь привычный его черновикам.

- И что ты предлагаешь?

- Систематизировать твои «свидетельские показания», отделив важные вещи от разных ерундовых мелочей, - снова тон был слишком легкомысленным, и Мередит старалась его поддерживать изо всех сил. Так лучше.

Линь тон поддержал и ухмыльнулся.

- Ты незаменима. Я попрошу Джойс увеличить тебе зарплату.

- Мы ведь не покупали бутылку вина? - спросила Мередит с подозрением.

- У меня наверняка завалялась парочка, - хмыкнул Линь. - Красное? Белое?

- Главное послаще, - Мередит взяла со стола пачку бумаги. - Идем на кухню, мне привычнее работать на столе.

Стол на кухне оказался слишком гладким и скользким, и в конце концов они перебрались в гостиную, где Мередит устроилась на сброшенных на пол подушках возле низкого кофейного столика, под который удобно было сунуть скрещенные ноги. Линь и вовсе улегся поблизости, опираясь на локоть и рассматривая ее с явным любопытством.

- Когда мы только познакомились, ты мне показалась страшной занудой. Привлекательная, умная, обаятельная, но — зануда.

Мередит приподняла брови.

- И что теперь?

Линь неопределенно дернул плечом.

- Ты, милый, тоже не подарок, - проворчала Мередит и подвинула к себе листы бумаги. - Рассказывай по порядку.

Линь зажмурился.

- У нас тогда была не лучшая неделя, мы с Джилл постоянно ссорились из-за какой-то ерунды. Дело было во Фло, я полагаю. Она частенько стала приезжать и капать Джилл на мозги, что мы должны развестись. Я никогда ей не нравился. Помню, еще до свадьбы...

Потянувшись, Мередит коснулась запястья мужчины.

- Свидетель, вы отклоняетесь от темы.

Открыв глаза, Линь моргнул, разглядывая ее с легким недоумением, а после кивнул.

- Ты права, права.

- Вы ссорились, вероятно, из-за того, что Флоранс Лоу настраивала твою жену против тебя, - Мередит написала несколько строк и сделала пару пометок на широких полях. - В это утро вы опять поссорились. Что дальше?

- Поругались, - уточнил Линь. - Но у нас был намечен обед у Лоу, и Полли уговорила нас отложить разногласия. «Зарыть топор войны», как она говорила. Выпить чаю. Джилл поставила чайник, я достал заварку. Джилл чай заваривала просто отвратительно.

- Не уклоняйся от темы, - Мередит постучала ручкой по столику.

- Мы выпили по чашке, а после я ничего не помню до момента... - Линь выдержал раздражающе долгую паузу. - Когда очнулся.

В эту паузу уместилось что-то темное, страшное и очень злое, чего Мередит не особенно хотела знать. Поэтому она начала задавать уточняющие вопросы, делая пометки на полях.

- Где вы взяли воду для чая?

- Из кувшина на тумбе возле раковины. Вот! - Линь хлопнул в ладоши. - Мы из-за этого ссорились в том числе! Джилл считала, что мы должны покупать бутилированную воду, а я — что это дорого и бессмысленно.

Эти слова заставили, а главное — тон их заставили Мередит нахмуриться. Сама она была к чаю почти безразлична, но вот одна из ее дальних кузин, особа увлеченная азиатской культурой (и, к слову, зачитывающаяся книгами того же Линя) могла устроить истерику не только из-за качества воды, но и из-за ее температуры. И утверждала, что все это имеет для чая важнейшее значение.

- Спор был, честно говоря, еще более бессмысленный, - Линь откинулся на спину и закрыл глаза локтем. - Воду в бутылки тогда наливали из того же самого водопровода, только клеили пестрые этикетки. Скандал был жуткий...

Мередит сделала пометку на полях и задала следующий вопрос.

- Что последнее ты помнишь?

- Как пью чай, - Линь пожал плечами. - Сладкий, потому что какую ты воду в него не налей, вкус все равно был отвратительный... И все, дальше как отрезало.

Мередит сделала еще одну пометку и перевернула несколько страниц.

- Что первое ты помнишь после этого?

Последовала долгая пауза. Видно было, что Линю очень не хочется отвечать на вопрос. Он заворочался, устраиваясь поудобнее, словно это могло ему как-то помочь. Пауза затягивалась. Мередит начала невольно постукивать кончиком ручки по краю стала, выражая скорее не свое нетерпение и желание поторопить Линя, а — тревогу.

- Я очнулся в подвале, в темноте. Руки были связаны. За спиной. Ноги тоже. Я не знал, сколько прошло времени. Голова гудела. И было очень тихо.

Он сел, подвинулся ближе к столу и потянулся за бутылкой вина, к которой до этого почти не притрагивался. Мередит тоже сделала глоток и поспешила поменять тему, решив, что эту пока развивать не стоит. Линь явно не хотел вспоминать о своем пробуждении.

И у него определенно было особое отношение к подвалам. Мередит вспомнила, как он смотрел тогда на погреб на ферме Беннета. Тогда она не придала этому особого значения, но взгляд был... напряженный.

- Какие версии были у полиции?

Линь повертел в пальцах бокал, разглядывая его на просвет. Вино оставляло на стенках едва различимую пленку, и в ней играли огни люстры. Казалось, этот блеск привлекал все его внимание.

- Их было всего три, - сказал Линь наконец. - Первая и самая очевидная — Джилл сбежала, забрав с собой нашу дочь. Было много свидетелей, подтвердивших, что мы не слишком ладили и ссорились часто. Мы ссорились, да. Но мы любили друг друга и у нее не было никаких причин сбегать. Тем более — вот так, инсценировав похищение.

- Вторая версия?

- Еще очевиднее, - хмыкнул Линь. - Муж — убийца. Ее, полагаю, прорабатывают всегда. Третьей была версия о том, что все затеяла Полли. И между этими версиями еще одна, гибридная, что мы с ней сговорились и избавились от Джилл и Эли. Тут все разбилось об узлы у нас на руках. Их самостоятельно не завяжешь. И со связанными за спиной руками, не глядя, другому человеку тоже не завяжешь.

- На какой версии остановились?

Линь покачал головой.

- Не имею ни малейшего представления, мне было уже не до того. Последний раз, когда я узнавал, они пришли к выводу, что Джилл и Эли кто-то похитил с целью получения выкупа, но что-то пошло не так.

Мередит сделала еще одну пометку на полях и аккуратно разложила листы на столе.

- Теперь нам нужна точная хронология событий по времени, чтобы понять, что в принципе могло произойти, а что — нет.

- Ты же знаешь, у меня ужасное чувство времени, - вздохнул Линь. - Могу назвать только приблизительно.

32

Когда спустя час со «свидетельскими показаниями» было покончено, и Мередит перечитала свои записи, то с неудовольствием признала:

- Информации у нас практически нет.

- Я мало что помню, - вздохнул Линь. - И кроме того... Мне всегда казалось, что я упускаю нечто очень важное. То, что происходило с Джилл, когда меня не было рядом. Никак не могу отделаться от мысли, что именно там и кроется разгадка. В жизни Джилл.

Сделав приличную паузу, он признал с большой неохотой:

- Мы стали отдаляться друг от друга. Она почти ничего мне не рассказывала, ездила куда-то одна, встречалась с подругами. Джилл была популярна.

- Какой она была?

Линь улыбнулся.

- Яркой.

Мередит вспомнила фотографии блондинки, опубликованные ее матерью. Но на таких формальных школьных снимках почти все выглядят сияющими, кроме откровенных зануд и любителей выпендриться.

- Мы с Полли очень удивились, когда Джилл с нами подружилась. Нам всегда казалось, что такая девушка, как Джилл — птица другого полета. Она встречалась с каким-то школьным мажором и закатывала чумовые вечеринки, а мы просиживали почти все время в библиотеке, читая книжки.

- А какой была Полли?

Линь на это улыбнулся еще мягче, и Мередит подумалось, что о подруге у него остались более нежные воспоминания, чем о жене. Это было как-то странно. Но, быть может, воспоминания о Джилл отравлялись годами ее исчезновения, а Полли была в каком-то смысле рядом. Рукой подать.

- Полли была настоящим другом. Всегда приходила на помощь. Знала что и когда нужно сказать. Мне до сих пор ее не хватает. У нее был здравый смысл.

- Значит, нам нужно как-то разузнать о жизни твоей жены, верно? - сменила тему Мередит, не желая погружаться в чужие воспоминания. - Я так понимаю, у ее семьи спрашивать мы не будем.

Линь хмыкнул.

- Правильно понимаешь. Бешеная Фло нам и слова не скажет. А кроме того... Не могу отделаться от ощущения, что она знала о жизни Джилл не больше моего. Фло никогда не была внимательной и отзывчивой, и уж точно она не была заботливой матерью. Но у Джилл были школьные приятели. Съездим и поговорим с ними.

- Тебе нельзя лишний раз показываться на глаза журналистам, - мрачно напомнила Мередит.

- Именно поэтому мы поедем не в Кэткот, а в Лидс. Там, насколько я знаю, живет ее старая школьная подруга, они вместе занимались лакроссом. Мидж самая дружелюбная из всех, кого я знаю, и по крайней мере пустит нас на порог.

Мередит налила себе еще вина, пытаясь избавиться от горечи во рту. Было множество вопросов, которые ей не давали покоя, и которые она не решалась сейчас задать. С любым из этих вопросов, казалось, она ступала на темную, запретную территорию.

- Что еще мы можем сделать?

Линь нахмурился.

- М-м-м... Насколько я знаю, Джилли вела дневники, и они должны храниться у ее матери. Фло сделала своего рода мемориал в комнате Джилл... и, честно говоря, в этом есть что-то удивительно... нездоровое. Неправильное во всяком случае. Фло всегда меня немного пугала.

- Дневниками она с нами, конечно, не поделится. Можно попросить помощи у Дженни, но это чревато.

Мередит вспомнила девочку с косичками. Она была очень настойчива, даже врала не краснея, чтобы добраться до Линя.

- Зачем она приходила?

Линь поморщился с явным неодобрением.

- Дженни хотела, чтобы я отыскал Джилл. Любой ценой. Живой или мертвой. Она обладает какой-то абсурдной верой в мои способности. В прошлый раз я ей отказал. Теперь же... возможно, Дженни сможет нам помочь. Если захочет, конечно. В любом случае, она единственная кто не побоится пойти наперекор Фло. Все остальные с ней предпочитают не связываться. Бешеная Фло всю семью держит в ежовых руковицах.

- Тогда попробуем это. Поговорим с подругой твоей жены и с Дженни. И, - Мередит подняла палец, привлекая внимание, - не отсвечиваем. Не попадаемся на глаза журналистам.

- Боже упаси! - с жаром согласился Линь, но у Мередит не было сомнений, что к этому он не будет на самом деле прилагать ни малейших усилий.

33

Дженни Линь написал в мессенджере почти сразу же, быстро сверившись с календарем и часами на стене.

- Дженни учится в школе Моды1, и у нее вот-вот закончатся занятия. Потом она наверняка поедет на встречу с матерью, и нам бы перехватить ее до этого.

Мередит, наслышанная о Бешеной Фло, не горела желанием личной встречи. Она и малютку Дженни, обладательницу веснушек и рыжих косичек почему-то побаивалась. Было в целом стойкое ощущение, что семейство Лоу ей не понравится, а она не понравится им. Откуда это чувство взялось, Мередит не знала. Скорее всего дело было в том тоне, котором Флоранс Лоу писала свои посты.

Тенькнул мессенджер, и Мередит заглянула Лину через плечо. «Окей, - писала Дженни. - В «Марите» через полчаса».

- Что за «Марита»?

- Кафешка неподалеку от Колледжа, - рассеяно ответил Линь, оглядываясь. - Ты не видела мою куртку? Хотя бы какую-то?

Мередит вздохнула, вышла в прихожую и отыскала в ворохе одежды, который она пока не разобрала, куртку, сшитую, по счастью, из немнущегося материала. Себе она на плечи накинула вязаный жакет. День стоял достаточно прохладный и влажный, и снова намечался дождь. Подумав полминуты, Мередит сунула в сумку маленький зонтик.

- Извини, - Линь мрачно оглядел прихожую. - Я психанул вчера...

- Я понимаю, - Мередит похлопала его по плечу.

- Это не повторится больше.

Мередит приподняла брови, больше озадаченная тоном, чем словами. Казалось, Линь и в самом деле сожалеет о произошедшем. В последние дни он определенно открылся с неожиданной стороны. До сего времени Мередит полагала, что ему наплевать и на чужое мнение, и на чужое удобство. Она немало часов провела, разгребая его проблемы. Теперь же, оглянувшись назад, Мередит вынуждена была признать, что Линь не доставлял ей таких уж больших проблем. За всеми публичными лицами, особенно если они молоды, хороши собой и богаты, рано или поздно начинают гоняться писаки из таблоидов. Это их хлеб. И уж точно молодым, привлекательным и богатым никто не запрещает менять подружек одну за другой.

С некоторым недоумением и раздражением Мередит пришла к выводу, что ее отношение к происходившему больше всего напоминало ревность. Ее раздражало не то, что приходилось как-то улаживать мелкие неприятности с девицами и журналистами. Ее раздражали сами девицы, их пустые головы, надутые сиськи и ноги от ушей.

- Я не хотел доставлять тебе неприятности и неудобства.

Звякнувшие в этот момент ключи не позволили услышать тон, но Мередит показалось, что Линь действительно сожалеет о произошедшем. Это тоже было что-то новенькое.

- Проехали, - пробормотала она.

В городе образовались обычные пробки, и доехать до «Мариты» оказалось непросто. В конце концов, бросив машину на платной стоянке, последние два квартала они прошли пешком бодрой рысью. Казалось, Линь боится, что Дженни Лоу устанет ждать и уйдет. Когда кафе показалось впереди, играя неоновыми огнями, Линь и вовсе перешел на бег. Впрочем, Мередит присоединилась к нему спустя пару мгновений: начался дождь, а зонт как всегда скатился на самое дно сумки.

Они влетели во вращающиеся двери, отряхиваясь от мелкой мороси, и вовремя. Что-то грохнуло, и вода за их спинами стала стеной. Линь по собачьи фыркнул, быстро огляделся и, взяв Мередит за локоть, потянул ее в дальний угол, где уже сидела знакомая ей рыженькая девушка. Сейчас она уже не казалась настолько юной, главным образом благодаря макияжу, да и держалась более расковано. Потягивая ярко-розовый молочный коктейль через соломинку, она листала что-то в своем смартфоне, то и дело посматривая на дверь, и, завидев Линя, помахала рукой.

Пока они шли к столику, шаги Линя становились все тяжелее, словно что-то прижимало его к земле.

- Ты боишься? - тихо спросила Мередит, стараясь, чтобы это не прозвучало насмешливо.

- Немного... Привет, Дженни.

- Как я рада, что ты до меня снизошел! - с сарказмом откликнулась девушка и протянула руку. - Дженнифер Лоу. А вас я знаю, вы агент Чжэня, мисс Фрай.

Мередит, озадаченная, моргнула.

- Про вас на сайте издательства написано, - пояснила девушка. - Я интересовалась. Так чем я могу помочь?

Линь выдвинул для Мередит стул, потом сел сам и переплел пальцы. Он, очевидно, собирался тянуть время. Впрочем, просьба у них была наглая, и едва ли следовало ее озвучивать с наскока. Подошла официанта, Мередит заказала две чашки кофе и постаралась принять расслабленную позу. Молчала, предоставляя Линю говорить, это была его родственница.

Линь говорить не спешил.

В конце концов, не выдержав, Мередит спросила напрямик, не зная, как следует себя вести с этой девушкой.

- Вы что-то слышали о дневниках старшей сестры?

Брови Дженни поползли вверх и затерялись в неровно постриженной челке. Поморгав немного, девушка сказала «А-а», а после придвинулась ближе к Линю.

- Ты все-таки решил, да? Это хорошо, потому что мама... - она запнулась, потянулась к коктейлю и шумно втянула его через соломинку, должно быть, чтобы потянуть время. Впрочем, следующие слова явно должны были ей даться нелегко. - Мама решила тебя закопать.

Линь кивнул.

- Я пыталась ее отговорить, - покачала головой Дженни. - Но теперь она просто убеждена в своей правоте.

- Ее можно понять.

- Ее нельзя понять, Чжэнь, - отрезала Дженни. И заговорила уже спокойнее. - Это ненормально быть такой зацикленной на чем-то. Она не скорбит, никогда не скорбела. Она ненавидит. Знаешь, бывает ты смотришь какой-нибудь тру-крайм ролик на ютьюбе, и минуты через три все уже забывают о жертвах и концентрируются на убийце? Меня всегда смущало это смещение фокуса, но сейчас речь идет о моей маме. И моей сестре. Поэтому я столько раз тебя просила...

- Считай, что я тебя услышал, - негромко ответил Линь.

- Ну что ж, лучше поздно, чем никогда, говорят, - в голосе Дженни Лоу вновь прозвучал сарказм. Ее сложно было в этом винить. - Что ты хотел узнать?

- Дневники Джилл, возможно в них найдется что-то полезное. Ведь наверняка она рассказывала вам не больше, чем мне?

Дженни невесело усмехнулась.

- Джилл всегда была скрытной, и ничего не рассказывала, во всяком случае маме. Я ей, честно говоря, тоже не рассказываю. Меня она считала малявкой. Возможно, она делилась чем-то с отцом, он ведь отличный слушатель.

И снова сарказм.

- Я попробую найти ее дневники, что-то должно быть в ее комнате. Но пообещай мне кое-что, Чжэнь. Дойди до конца. Найди того, кто это сделал, - только теперь голос девушки дрогнул, и проявились ее настоящие чувства. Дженни было больно, очень больно, и хотелось обнять ее и погладить по голове.

Вспомнились посты Флоранс Лоу, и Мередит подумала, что дома этого никто не сделает. Не мать, это уж точно. Потребовались усилия, чтобы остаться на месте и не полезть обниматься к едва знакомой девушке.

- Не сбегай и не прячься.

- Я не прячусь, - спокойно ответил Линь.

- Ага. Точно, - Дженни с шумом допила коктейль и отодвинула стакан. - Я напишу тебе, как только что-нибудь найду. А пока... не попадайся маме на глаза, она сейчас на все готова.

Закинув на плечо сумку с веселым пестрым принтом, Дженни вышла, лишь на секунду задержавшись в дверях, чтобы закрыть зонт. Мередит проводила ее взглядом, а повернувшись к Линю обнаружила, что он смотрит в одну точку.

- Что-то не так?

- Все нормально, - он положил под блюдце несколько купюр — за кофе — и быстро поднялся. - Дженни все сделает. А нам нужно отыскать контакты друзей Джилл.

- Что она такого сказала? - спросила Мередит, когда они вышла на улицу.

Дождь уже закончился, но было весьма промозгло, сыро и неприятно. Отличный шанс, нахохлившись, уйти от ответа и пробурчать что-нибудь в поднятый воротник. Линь так и сделал. Мередит решила, что пока не будет допытываться.

1 Имеется в виду Лондонская школа Моды, часть Лондонского Университета Искусств

34

Маргарет Плезанс ухитрилась почти не оставить следов в соцсетях, и ее страница выглядела удивительно убого: пара фотографий, три-четыре дурацкие открытки с цветочками и котятами и пошлый статус пятилетней давности.

- Мидж никогда не была общительной, - пожал плечами Линь. - Как и большинство друзей Джилл на самом деле. Она общалась с ними, но не наоборот. Ее дружелюбия хватало на десятерых.

Мередит обнаружила, что ей все меньше и меньше нравится покойная Джиллиан Шан. Что бы она из себя не представляла на самом деле, Мередит сомневалась, что поладила бы с этой женщиной.

- Думаю, проще связаться с Мидж через ее компанию, - Линь открыл поисковик и быстро вбил несколько слов. - Плезансы занимались бакалейной торговлей, потом открыли сеть булочных, и, насколько мне известно, Мидж уехала в Лидс, чтобы управлять одним из их магазинов. Ага! «Удовольствия Плезансов», звучит ужасно пошло.

Мередит подошла, заглянула ему через плечо и признала, что не только название звучит пошло, но и оформление сайта оставляет желать лучшего. Все такое розовенькое, с кружавчиками, кукольное какое-то.

- Что есть, то есть, - хмыкнул Линь, тыкая в раздел «Контакты». - А вот и миссис Лидс...

Маргарет Плезанс, крупная рыжая женщина с розовыми щечками и широкой улыбкой, лучилась радушием, приглашая посетителей в лидские «Удовольствия Плезансов», и тут все тоже было в рюшечках и кружевах. Маффины, капкейки и синабоны искрились свежей глазурью, и во рту быстро скопилась слюна пополам с горечью. Мередит сглотнула.

- Какая-то она... ненастоящая.

- Другой у нас нет, - Линь бросил взгляд на часы. - Сегодня звонить по рабочему номеру нет никакого смысла. Завтра часов в девять попытаем счастья. Если Мидж согласится с нами встретиться, в Лидсе мы можем быть уже к середине дня.

Мередит тоже посмотрела на часы и обнаружила, что время уже позднее. День пролетел незаметно, его словно выдернули у нее из рук. Аж пальцы закололо. Только сейчас Мередит поняла, что устала, и у нее глаза слипаются. Даже есть не хотелось, хотя легкий завтрак был уже давно, и с тех пор Мередит только пила вино и кофе. Она зевнула, не сдержавшись, и Линь повернулся к ней.

- Иди спать, Фрай. Продолжим завтра. Обещаю, я буду благоразумен.

Мередит фыркнула.

- Честно-честно, - пообещал Линь с ухмылкой. - Попробую отыскать еще друзей Джилл для подстраховки, но ничего больше. Клянусь!

Мередит махнула на него рукой и отправилась в душ. И вырубилась, едва голова ее коснулась подушки.

Впрочем, проспала она не так долго. Ее разбудил голод, вырвав из престранного сна, где сначала Мередит гонялась за сэндвичами на ножках, а потом уже ее преследовал огромный бутерброд с ветчинойи салатом. Мередит потянулась за телефоном. Два часа ночи.

Урчание в животе лишний раз напомнило, что нужно чаще питаться.

На кухне должен был лежать хлеб, еще кажется масло и пара крепких помидоров. Продукты в тележку кидались в состоянии аффекта, честное слово.

Натянув поверх пижамы кофту, Мередит вышла из комнаты, стараясь ступать аккуратнее. Немного неловко было совершать посреди ночи набег на кухню, и не хотелось будить Линя. У него и так хватало проблем.

В гостиной горел свет, и оттуда доносилась тихая музыка.

Мередит подошла к приоткрытой двери и аккуратно заглянула в комнату.

Я говорю о любви,

И о том как она угасает...1

Линь сидел на полу возле дивана, откинув голову на подушки, дирижируя одной рукой медленной, тягучей и тягостной песне Ника Кейва. Впервые Мередит его музыкальный вкус показался... нехорошим. Не исполнитель, ей Кейв нравился со времен, когда дядя Джек приволок «Баллады убийц»2, и они распевали «Генри Ли» дуэтом. В самом выборе песен было что-то неправильное.

Мередит переступила с ноги на ногу, и половицы скрипнули. Линь повернул голову и посмотрел на нее.

- Прости, я тебя разбудил? Я сейчас найду наушники...

Он поднялся.

- Нет... Я просто... - Мередит смущенно хмыкнула. - Проголодалась.

- У меня есть чипсы, - Линь указал на содержимое вазы на столе. - И пара яблок.

Мередит выбрала яблоко наугад и присела на край дивана. Музыка продолжалась, Кейв сменился смутно знакомыми ритмичными гитарными ударами.Не забывай дышать...3 Хороший совет, как не крути.

Линь снова сел на пол, напряженный, словно в любую минуту готовый к прыжку. Прежде Мередит его таким не видела. Впрочем, прежде он не обнаруживал останков своей давно пропавшей жены и дочери... То, что ни разу Линь по сути не говорил о ребенке, было, наверное, не очень хорошим знаком. С другой стороны едва ли Мередит он считал подходящим для этого собеседником.

Кто есть у него, задумалась вдруг Мередит, кроме Бена Дастера, ее и бесконечной череды случайных подружек?

Линь прикрыл глаза, продолжая дирижировать сменяющими друг друга мелодиями. Теперь звучал еще более тяжелый и тягучий «Левиафан»4, и Мередит захотелось потянуться за пультом и вырубить наконец музыку.

- Тебе надо отдохнуть и выспаться, - сказала она наконец. - Иначе разговора с Мидж Плезанс точно не получится. Я-то не знаю, как с ней общаться.

- Я бы рад... - пробормотал Линь, - бросая дирижировать и растирая лицо ладонями.

- Это довольно просто, - хмыкнула Мередит, постаравшись взять шутливый тон. - Ты ложишься, закрываешь глаза и засыпаешь. Могу принести тебе снотворное, если надо.

- Нет! - Линь едва не подскочил и посмотрел на нее затравленно. - Только не снотворное!

Запоздало Мередит сообразила, что это очень скверное предложение в свете того, что она теперь знала. Да, не нужно снотворного.

- Прости. Я не подумала, - смутилась Мередит.

Линь покачал головой.

- Неважно. Оно все равно практически не помогает. Я не могу спать один.

- Ты вчера го... Подожди... - Мередит придвинулась ближе, рассматривая бледное, с темными кругами под глазами лицо Линя и вспоминая все, что произошло за последнее время и все, что она вообще о нем знала. - Ты это серьезно? В смысле, ты это буквально?

Линь криво усмехнулся.

- Ну вот, теперь я выгляжу как псих.

- Я тебя наверное огорчу, но ты для меня всегда так выглядел, - Мередит снова попыталась взять шутливый тон. - Пошли.

- Куда? - моргнул Линь.

- Спать. Только... - Мередит предупредительно подняла палец. - Руки не распускать. И не считай, что я тут тебе что-то такое предлагаю. Просто спать. Как вчера.

Линь поднял брови, рассматривая ее.

- Ты потрясающе ответственно относишься к своей работе, Мередит Фрай, скажу я тебе.

- Пошел ты... - огрызнулась Мередит, - спать.

И Линь наконец-то выключил свою тягучую, настраивающую на мрачные мысли музыку.

1 Строки из песни Ника Кейва Ghosteen

2 «Murder ballads» - альбом 1996 года

3 В этот момент звучит песня Breathe Алекси Мурдока. Среди прочего она звучала в первой серии Stargate Universe