Яблоки на траве

Глава 1

— Ску-у-чно!

— Ну, вы даёте! От ваших выходок вот уже месяц вся столица Империи на ушах стоит! — воскликнул я, услышав ответ Даши на свой вопрос.

Вопрос, впрочем, был дежурный. Вернувшись из города, я застал близняшек в унынии. Они сидели за столом и лениво ковырялись в тарелках. Благо, время обеда. Причём на столе стояло немало всякой снеди — и не абы какой.

Не ожидая подвоха, я на автомате спросил:

— Что за похоронная команда? Чего грустим?

В ответ прозвучало дружное:

— Ску-у-чно.

— Да ладно! Никого мы на уши не ставили. А то, что мы такие красивые и неповторимые — так это врождённое, — надув губки, проговорила Даша.

— Как же, как же... С приёма у Императора вы начали безобразничать и до сих пор не успокоитесь, — притворно-назидательным тоном заметил я.

— А что такого?! Вы же сами сказали, что протокола можно не придерживаться, — вступила в разговор Ксения.

— Не спорю, сказал. Но кто же мог подумать, что вы проигнорируете не только протокол, но и здравый смысл. Каюсь, зная вас, я тогда ляпнул это, не подумав. Предполагалось лишь, что вам не обязательно строго соблюдать дресс-код, принятый для дам на подобных мероприятиях. Но аккуратность в одежде всё же подразумевалась. А вы что устроили?.. — я подбросил руки вверх в картинном жесте.

— Ну, вы же сами сказали, что Императору понравилось смотреть на «морды лица» придворных, когда они увидели нас, — парировала Даша.

— Это-то нас и спасло. Иначе выслали бы — как пить дать! — воскликнул я, продолжая изображать раздражение (в которое, разумеется, никто не поверил).

— Вряд ли. Сами же говорили, что с нами будут носиться, как с писаной торбой, — без тени беспокойства ответила Ксения. Потянулась и добавила: — Тем более, ничего особенного-то и не было.

— Да уж, не было... Одна явилась в драной юбке — причём, по столичным меркам, до неприличия короткой, — начал я перечислять прегрешения близняшек.

— Зато как классно сапожки смотрелись! — тут же встряла Даша. — Недаром теперь они тут «писк моды».

— Вторая — вообще в штанах! — продолжил я, не обращая внимания на её реплику. — Здесь и на улице дамы нечасто щеголяют в брючных костюмах, а уж на приёме у Императора... А прически? Даш, кто тебя надоумил побриться налысо?! Я не говорю, что некрасиво — мне даже понравилось. Но это чуть не довело до обморока половину присутствующих дам. И еще эта татушка на лысине. Ну, хотя-бы цветочек какой-нибудь. Так нет – веселого Роджера.

— Ну-у... не знаю. Само собой получилось. Захотелось немного похулиганить, а то все тут строят из себя пупы земли, - изобразив презрение, пробормотала в ответ Даша. - Да и смыла я его уже. Я же не дура настоящее тату делать.

— А ты, Ксюша? Где ты вообще видела такое, что устроила себе на голове? Мало того, что это походило на взрыв на макаронной фабрике, так ещё и макаронины оказались разноцветными! — я едва сдержал смех, вспоминая свои эмоции при виде её «праздничной» прически.

— Красиво же получилось! — гордо воскликнула она.

— Ещё как! Я тут пару раз встречал на улицах «чуды-юды»: одна сторона головы налысо, а вторая — с разноцветными сосульками, торчащими куда попало, — поделился я наблюдением реакции здешних модников на скандальную выходку близняшек.

— А мы виноваты, что они выбрать не могут?! — возмутилась Даша. — И ещё эти дядьки всё время пристают! Чего только не выдумывают, чтобы познакомиться. Хотя набор приёмчиков у них ограничен, с фантазией туговато. Всё пытаются нас расколоть на то, чего нет.

— Во-во! Так и щемятся! Одного отошьём — тут же другой нарисуется. Мы уже выдали почти все ваши заготовленные «оговорки» про параллельные миры. Но они слишком активно этим интересуются. Скоро повторяться начнём, — с беспокойством поддержала сестру Ксения. — Может, того?..

— В смысле? — не понял я.

— Ну, слиняем отсюда. Лично меня их «Зоопарк» заинтересовал, — с предвкушением объяснила Ксения.

— Это у вас, наверное, адреналиновый голод по нашей действительности. Если вспомнить выкрутасы земной жизни — то тут и правда скучновато, — согласился я.

— Я-то думала, будет круто в шпионов поиграть, а на деле — тягомотина какая-то, — недовольно протянула Даша.

— Скорее всего, боятся спугнуть, да и возможностей не знают. Вот и осторожничают. Лично я всё интересующее уже выяснил, — резюмировал я.

— Так что?.. Линяем? — оживилась Ксения.

— Только не прямо сейчас, — охладил я её энтузиазм. — Кое-что нужно подготовить...

***

Начальник департамента слежения Имперской службы безопасности взглядом, обещавшим многие неприятности, осмотрел своих подчиненных и тихим голосом спросил:

— Я что-то не понял? Разъясните мне, что значит «исчезли»?

Все знали: если он начинает говорить таким тоном — жди беды.

Переборов нерешительность, командир группы наблюдения начал докладывать:

— Четыре дня назад, после ужина, они втроем вышли из дома, сели в кар и поехали... по злачным местам. Сначала тусовались в столице, потом двинулись в сторону побережья. Скорее всего, целью был имперский курорт «Рилли». По пути заехали в несколько городов. Кар не меняли. Жили в гостиницах. До самого последнего момента мы их четко фиксировали.

Здесь я отвлекусь. Фиксировали они не нас, а наши электронные фантомы и ментальные слепки. Мы с Кисом скомпилировали ряд роликов, которые он последовательно подгружал в видеоследящие системы заведений, в которых мы якобы появлялись. Туда же скидывались ментальные слепки на нескольких «свидетелей». Так что «след» был качественный.

В данный момент это было уже несложно. Гораздо сложнее было протащить сюда исходный код «Машины». Это удалось сделать, вплетя его в развлекательную коллекцию близняшек. Компьютерные игрушки, фильмы, клипы, аудиокниги и тому подобное помогли вполне хорошо его прикопать.

В первую же неделю пребывания Кис сделал сборку и запустил исходный код «Машины» в здешнюю сеть. А через неделю мы стали свидетелями возникновения еще одного искусственного интеллекта, сравнимого с человеческим.

Как объяснил Кис, здешние скорости коммуникаций дали возможность почти мгновенного обмена информацией между блоками кода, разместившимися в тысячах здешних дата-центров, а объемы вычислительных мощностей позволили исходному коду «Машины» создать сотни миллиардов связей.

Так что на данный момент сеть нескольких центральных планетарных систем Империи обзавелась разумом. На выполнении сетевых функций это не повлияло. Уж что-что, а хорошо маскироваться «Машина» научилась еще на Земле.

Первое время общение Киса с новоиспеченной «Машиной» очень напоминало общение родителя и ребенка. Как мне потом рассказал Кис, вопросов «что?», «где?», «когда?», «почему?» и тому подобных было не меньше, а может, и больше, чем у человеческого ребенка.

Но взросление прошло быстро, и сейчас они общаются на равных, часто подключая к процессу и меня. Особенно если возникают вопросы социально-этической направленности.

Что интересно, в поведении этой новой искусственной личности я не наблюдаю никаких намеков на замашки SkyNET. Скорее, она похожа на Джейн из «Игры Эндера». Получилась вполне коммуникабельная и любопытная особа.

Для удовлетворения своего любопытства она создала в сети несколько блогов от фантомных личностей, через которых и общается со здешним обществом. Между прочим, некоторые из этих личностей уже пользуются успехом.

Так вот, на четвертый день, прокатившись по нескольким городам Империи, наши фантомные личности сели в кар — и пропали...

Перед самой пропажей была проведена отвлекающая операция с эмиссаром «Зоопарка», получившим задание от одного из самых богатых его олигархов. Что тот себе надумал — не знаю. Но наивно решил, что мы обязательно должны пополнить его коллекцию диковинок.

«Машина» о предполагаемом силовом захвате сообщила сразу же, как только данная информация прошла по здешнему даркнету. Это было нам очень на руку.

На самом деле мы уже пятый день находились на борту лайнера, направлявшегося в административный центр «Зоопарка».

Бортовая инфосеть стараниями Киса не включала нас в статистику и отчеты, хотя питание и прочие нужности в каюту поставлялись исправно. Погруженные и закачанные на борт излишки всего требуемого тоже не были зафиксированы, как и их отгрузка со складов и служб космопорта. И так — по всей хозяйственно-административной цепочке, до коррекции количества высеянных семян, веса полученных туш, объема кислорода, в свое время полученного на соответствующем производстве... и так далее, и тому подобное.

По лайнеру, к сожалению, погулять не случилось. Весь перелет довелось просидеть в каюте безвылазно. Некомфортно, конечно, но для поддержания легенды пришлось потерпеть. Сегодня прибываем.

По традиции двойных стандартов, свойственных любой государственности по отношению к даже мало-мальской оппозиции, столицу этой системы «столицей» не называли. Она скромно числилась как административный центр. Но продолжим...

***

— Кар отследить не удалось... — Командир группы наблюдения виновато потупился. — Понадеялись на «маячок» и сразу «на хвост» не садились. Через три часа «маячок» замолчал. Это произошло в тот момент, когда они въехали на территорию Рилли. Когда я доложил об этом техническим службам, те очень возбудились. По их понятиям, такого не могло быть потому, что такого — в принципе.

До сих пор никто из троицы нигде не объявился. Сегодня утром кар нашелся... в соседнем городе. Сейчас его потрошат в техническом отделе. Сказать, что они там озадачены и сильно озабочены, — значит ничего не сказать. Их главный специалист чуть по потолку не бегает.

— Не отвлекайся! Их проблемы — это их проблемы. Нам своих сейчас предостаточно. Что предпринято для определения местонаххождения этой троицы? — Начальник департамента вернул разговор в старое русло.

— На все системы слежения выслана контрольная информация, все полицейские участки получили их видеообразы, но пока тихо, — доложил командир группы.

— Сенсон, ты же прекрасно понимаешь... — начал начальник департамента, но был прерван ожившим коммуникатором:

— Господин начальник, пришло два срочных сообщения. Оба — относительно разыскиваемых. Разрешите доложить?

— Да. Докладывай, — не закончив начатое предложение, приказал начальник департамента.

— Первое. Комиссариат Рилли докладывает о поимке группы боевиков из «Зоопарка» во главе с эмиссаром. Пойманы в связи с абсолютно неадекватным поведением. Можно сказать, сами обратились за защитой. По показаниям эмиссара, он должен был организовать захват наблюдаемых по приказу ссиэрра Равиля Каэты. Для этого ему были приданы четыре боевика и псионик высокого уровня. Но все пошло наперекосяк, как только они ворвались в номер, где расположились наблюдаемые.

Те совершенно не испугались. Даже наоборот — девицы явно обрадовались. Ну, а потом... началось совершенно невообразимое. В номере вдруг появился монстр жуткого вида и ринулся на боевиков. Те, не будь дураками, рванули вон. Попытки псионика блокировать цели абсолютно ни к какому результату не привели. Потом, по показаниям эмиссара, троица в полном смысле этого слова растворилась в воздухе. А в номере появилось животное паукообразного вида и двинулось на него и псионика с явно недружественными намерениями. Ждать ни тот ни другой не рискнули — и оба шустро ретировались за дверь. Но мыслепосыл, полученный вдогонку, понимался однозначно — они стали приоритетными целями. Поэтому эмиссар и решил, что известное зло гораздо лучше неизвестного.

На грани истерики эмиссар и псионик выскочили из номера, перепугав до полусмерти всех, кто им попался по дороге. Выгнав боевиков из здания гостиницы, монстр и паук исчезли. Видеозаписи все подтверждают. Пересланы. В настоящее время бригада экспертов обследует номер.

Второе. Почти одновременно с событиями в Рилли пришло сообщение из «Зоопарка». Наша троица объявилась в резиденции ссиэрра Каэты и, наведя там приличный шухер, отправилась в лучшую гостиницу административного центра, где и заселилась в «Экстра Люкс» номера. Никто им не помешал, так как перемещались они в сопровождении того самого монстра и пары здоровенных пауков. На ресепшне были ни живы ни мертвы, когда эта компания ввалилась в холл гостиницы. Увидев замерших от ужаса сотрудников, мужчина обернулся к сопровождавшим их монстрам и что-то сказал. В этот же момент в стене холла появилась арка, в которую монстры и убрались. Арка исчезла, а мужчина, подойдя к стойке, попросил извинения за принесенные неудобства и поинтересовался, нет ли в гостинице свободных номеров.

Отошедший от испуга администратор узнал троицу и без проволочек оформил им два лучших номера, не забыв при этом попросить автографы. Как-никак, в сети объем информации об этой троице бьет все рекорды. Особенно — запись с императорского приема.

Все записи с камер наблюдений гостиницы и некоторых уличных будут пересланы, как только наши агенты их получат. По предварительным данным, в настоящий момент ссиэрр Каэта находится в невменяемом состоянии. С ним работают лучшие врачи «Зоопарка». Охрана разбежалась, и сейчас ее разыскивают на предмет дачи показаний, но пока никого не нашли.

Все материалы переведены в режим ограниченного использования, видео— и аудиозаписи на имперской территории изъяты с носителей.

Доклад закончил.

В кабинете повисла гнетущая тишина. Подтверждались самые худшие предположения.

Мгновенные перемещения на огромные расстояния, а то и вообще неизвестно куда и откуда. (Параллельные вселенные стали обретать осязаемые очертания.) Полная пси-невосприимчивость или, неизвестного типа, абсолютная защита. Неслыханные монстры совершенно дикого и угрожающего вида. Есть над чем подумать.

— Все. По понятным причинам твоя группа переводится в режим ожидания. Всем без исключения написать подробнейшие рапорты. Включать даже самые, на первый взгляд, незначительные детали. Информации присваивается статус «секретной».

Свободны! — отдал приказ начальник департамента, тяжело вздохнув.

Его подчиненные, хотя и займутся теперь хлопотным и нелюбимым делом — написанием рапортов, но были уже свободны от возникших забот. Ему же предстояло составить свой рапорт и доложиться начальнику Имперской службы безопасности. Что и говорить — в этот раз его департамент сработал не очень хорошо.

***

Равиль Каэт достиг существующего положения исключительно за счет своей настойчивости и, в некоторых случаях, даже упрямства. Но оно никогда не затмевало расчетливости и ума. Ну, присутствовала еще и толика везения, как же без нее.

Мир Империи его не устраивал с самого детства, где постоянно его осаживали и насаждали какие-то непонятные правила, препятствовавшие его исконным устремлениям. Он хотел всего и много. Плюс — чтобы окружающие подчинялись именно ему, а не каким-то дурацким правилам. К сожалению для этих самых окружающих, он быстро понял, что прямого пути к цели нет.

Пока было возможно, он исполнял свои хотелки в пределах Империи, но в определенный момент стало ясно, что большего ему здесь уже не позволят, и он добровольно перебрался в «Зоопарк», где и развернулся во всю ширь своей души.

В настоящее время он являлся одним из богатейших людей этого анклава, а ограничений здесь было во много раз меньше, чем в Империи, что и позволило ему осуществить пару своих задумок.

Одной из них был личный «Зоопарк». Ему очень нравилось это словосочетание. Хотя он и в «Зоопарке», но у него имеется собственный.

В своем квартале столицы он создал поселение со странностями. Начиная с уродцев и заканчивая коллекцией сумасшедших. Буйных держали в просторных комнатах дома-колонны.

Одна сторона комнаты, смотревшая на внешнюю галерею, была прозрачной. Внутренняя содержала двери и окошки, зашториваемые металлическими заставками. Они открывались на внутреннюю галерею. При необходимости — подача пищи; уборка отходов жизнедеятельности (по мере накопления); проведение гигиенических и лечебных процедур и тому подобное. Потерю интересных экспонатов Равиль считал непозволительной роскошью.

Колонна по периметру содержала сорок комнат и имела пять этажей. Для посвященной публики она преподносилась как дом умалишенных, существующий исключительно за счет благотворительности ссиэрра Каэта. Непосвященная знала это заведение как полигон, где ссиэрр давал волю своим садистским наклонностям. Кроме этого, Равиль имел свой гарем, в котором не все его обитательницы находились по своей воле, и подземную тюрьму, куда достопочтенный ссиэрр время от времени помещал своих недругов. Некоторые жили там уже не первый десяток лет.

Особенно ему нравилось беседовать с этими заключенными, с удовольствием наблюдая за бессильной злобой оных. Если собеседник впадал в уныние или становился безразличным к окружающему — он исчезал. Скучные и сломавшиеся индивидуумы его не интересовали. С ними было неинтересно.

Поэтому, когда в одном из роликов в сети он увидел двойняшек, сопровождаемых каким-то странным дядькой, то возжелал иметь их в своем гареме, а дядьку, с которым вел беседы аж сам Император, — своим собеседником.

Но его нетерпеливое ожидание закончилось весьма неожиданно и плачевно. Желанные экземпляры были не привезены ему, а нагло явились сами. Хотя и по «приглашению», но явно не в требуемом статусе.

Когда они заявились к нему прямо в кабинет, без доклада и сопровождения, он на мгновение впал в ступор. Такого просто быть не могло! Простым смертным было однозначно невозможно попасть к нему во дворец, не позаботившись записаться заранее. Тем более — без сопровождения кого-нибудь из внутренней охраны. Более того, попасть даже в его квартал без предварительной договоренности было весьма затруднительно. На охране он не экономил. Кроме обычных боевиков (отличных профессионалов, между прочим), хотя и с большим трудом, но были наняты шестеро псиоников — все рангом не ниже пятого. Оные работали посменно, прикрывая всю территорию квартала круглосуточно. Да и сам он был не из последних. Четвертый ранг — это вам не хухры-мухры.

— Как вы сюда попали?! — возмущенно воскликнул ссиэрр Каэт и тут же попытался парализовать пришельцев.

Но все его старания пропали понапрасну. Те даже не заметили его потуг.

— Ну вот! Сами пригласили. Даже сопровождение прислали — и пожалуйста!.. — притворно удивляясь, ответил мужчина.

Девушки же стояли и изучали его, нагло разглядывая, как разглядывают слизняков. С интересом, приправленным долей брезгливости.

— Фу, какой негостеприимный. Слушай, Ксюха, ты не подскажешь, где в сети можно скачать руководство по расчленению трупов? — поджав губки, спросила одна из девиц.

— Тебе заняться, что ли, нечем? Тем более — ты в гостях. А к хозяевам принято проявлять уважение, — повернувшись к собеседнице, ответила вторая.

— Как раз-таки есть, но надо найти руководство. Именно и исключительно ради уважения к хозяевам. Забыла, что ли, как мы извазюкали комнату и сами извазюкались в прошлый раз?.. — пояснила свое желание первая.

Я уже давно привык к выходкам близняшек, а вот ссиэрр Каэт — нет.

Он побледнел и с ужасом уставился на девушек, посчитав, на свою беду, что столкнулся с родственными душами. И, повернув голову ко мне, сиплым голосом выдвинул:

— Э-э-э... они что задумали?.. Прекратите! Сейчас набежит охрана — и вам не поздоровится.

— Ну, охрана, положим, не набежит. Спят они, болезные. Видно, сильно ты их замудохал. А девушки... Девушки следуют старинному мудрому правилу: «Все, что нас пытается убить сейчас, но не убивает... то мутирует — и снова попытается нас убить», поэтому никогда, даже один раз на них посягнувших, в живых не оставляют. Но не беспокойтесь, в этот раз они сделают все аккуратно. Я прослежу, — подыграл я близняшкам, явно наслаждавшимся проводимым ими же спектаклем.

— Если тебя обидели — не давай волю гневу! Просто глубоко вдохни, потом выдохни и слушай свое сердце. Стреляй между двумя ударами, — мило улыбнувшись, продолжила придуриваться Даша.

— Вот-вот!.. — не отставала Ксения. — Если нас обидели, то мы всегда пользуемся волшебным правилом трех «П»: понять, простить... похоронить.

Я думал, что побледнеть еще больше, чем побледнел достопочтенный Каэт, невозможно, но я ошибался.

— Вы... Вы... — попытался он что-то сказать.

— Какой интересный мужчина, — с притворным интересом, оглядев Каэта с ног до головы, как будто только-только увидела, заметила Даша и, повернув голову к Ксении, продолжила: — Ксюх, а ты знаешь, какой самый лучший и самый короткий путь к сердцу мужчины?

— Конечно. Через грудную клетку... скальпелем. Главное — чтоб острым был. От тупого много брызг... У меня, вроде, есть, — задумалась Ксения и стала сосредоточенно копаться в своей сумочке.

— Копуха! Вечно ты в своей сумке все теряешь. Можно и без скальпеля. Забыла, что ли, что я у филиппинских хилеров обучение прошла.

— Напомни — это те, которые осуществляют хирургические операции голыми руками, без гипноза, без анестезии, без боли и занесения инфекции? — уточнила Ксения и продолжила стебаться. — Но про инфекцию, в нашем случае, беспокоиться не нужно, да и боль не помешает. Хотя скальпель все же понадобится, когда вынимать будем.

Здесь, обратившись к замершему соляным столбом Каэту, она деловито спросила:

— Как, дядя? Хочешь посмотреть на свое сердце? Оно еще будет биться, когда мы его из тебя достанем.

— Девочки-девочки! Успокойтесь. Зачем нам начинать посещение сего анклава с правонарушений? Мы поступим гуманно. Тело убивать не будем, а вот разум этого недалекого человечишки — поместим в «птичью клетку», — якобы «вразумил» я близняшек.

Те надули губки и сделали вид, что обиделись. Типа — игрушку отобрали.

«Ну что? Готов?» — мысленно обратился я к Кису.

«Давно уже. Первичные процедуры проведены», — ответил тот.

Выяснив готовность, обратился к Каэту:

— Я не столь кровожадный, как мои спутницы, но и оставлять за спиной человека, желавшего меня посадить в подземелье, а милых девушек использовать в гареме... — Сделал паузу и продолжил: — Убивать не буду, даже лишать сознания не буду. Вот только — отключу прямое управление. Обратную связь не трону. Проще говоря, ты будешь все воспринимать — видеть, слышать, осязать, чувствовать боль, воспринимать запахи и вкус, но тело подчиняться твоему разуму не будет. Говорить и писать — тоже не сможешь. А вот команды — выполнять будешь. Инструкцию твоим врачам и слугам я сейчас напишу, а то, не дай Бог, помрешь. Вот, так, вот...

Я щелкнул пальцами — Кис внедрил матрицу.

Близняшки смотрели с интересом. О таком они слышали, но воочию не видели.

— А теперь девушки проверят, насколько хорошо ты выполняешь команды. Может, что подправить придется, — я подмигнул Каэту и, обратившись к близняшкам, добавил: — Погоняйте его. Прикажите походить, понаклоняться, посидеть. Ну и — что в голову придет. Только без излишних издевательств.

Даша, как всегда, не утерпела:

— А не излишние издевательства — можно?..

В это время за дверьми, да и по всему кварталу, царила тихая паника. Все охранники стояли столбом, псионики тоже, но эти, пытаясь сбросить оцепенение, еще и тужились, краснели, синели. Слуги и различные другие помощники разбежались по углам и затихарились.

Все видели, как во дворец ссиэрра Каэта, беспрепятственно миновав КПП квартала и спокойно пройдя по улицам до самого дворца, вошла странная компания.

Хотя определение «странная» было явным преуменьшением.

Компания состояла из мужчины средних лет, двух девушек и трех монстров.

Первый — здоровенный, черный, похожий на громадную ящерицу, но с совершенно гладкой, блестящей кожей. Хотя и чувствовалась масса — двигался он вполне резво.

Два других — огромные пауки, которые носились вокруг идущей компании. То забегая вперед, то отставая, то шарахаясь в переулки, видимо, что-то проверяя.

(Где то так. Только ИИ упорно рисует троих пауков и слишком высокого чужого. Когда добьюсь правды перезалью.)

Что интересно — компания никого не трогала, но и ее тронуть никто не решался или не мог, как выяснилось позже. Все поползновения тут же пресекались, и ментально в том числе. Очень жестко. Рыпнувшиеся, кроме обездвиживания, потом еще сутки страдали сильнейшими головными болями.

Когда компания проходила около кого-то недалеко, многие узнавали и мужчину, и девушек. Не узнать было невозможно. Их образами пестрила вся имперская сеть.

Войдя во дворец, компания целенаправленно двинулась к кабинету ссиэрра Каэта. Девушки и мужчина зашли в кабинет, монстры остались в приемной.

Черный, здоровенный, стал у двери кабинета, пауки начали обследовать приемную. Сначала шустро ее обежали, потом стали изучать присутствовавших там людей. Подбегали, становились на четыре лапки, поднимая корпус, опоясанный десятком глаз разного размера. Некоторых ощупывали двумя из четырех свободных лапок.

Все в приемной — ни живы, ни мертвы...

Через некоторое время дверь кабинета открылась, и из нее вышли девушки и мужчина, который, подойдя к секретарю, подал тому какой-то листок и сказал:

— Тут инструкция — как теперь следует обращаться с вашим шефом. И советую — выпустить всех из подземного этажа. Если до завтрашнего вечера не выпустите — пришлю своего слугу. — Мужчина кивнул на черного и продолжил: — Он выпустит. Предупреждаю — никакого членовредительства и запугивания. Будет хуже. До свидания.

Когда компания вышла из кабинета, секретарь вчитался в полученный текст. По мере прочтения его лицо все больше и больше расплывалось в злорадной улыбке. Ссиэрра Равиля Каэту, явно, ждали неприятные деньки.

Спросите — откуда монстры?.. Ниоткуда. В реале их не было. Просто Кис и «Машина» синхронно творили требуемые образы. Кис — в ментальной области, воздействуя на мозги окружающих. «Машина» — в электронной (в системах наблюдения). При ее ресурсах задача была плевая. Между прочим, я стал называть ее Джейн. С ее согласия и одобрения.

Зайдя в гостиничный номер и обозрев его, Даша выдала резюме:

— Класс-с! — А потом, повернувшись ко мне, недоуменно спросила: — А зачем заказали два?

За меня ответила Ксения:

— Евгений Михайлович блюдет «облико морале».

— Вот-вот! — подтвердил я. — Тут и так — не все, слава Богу, а ты, Дашуня, видимо, хочешь растоптать (и без того слабые) ростки здешней добродетели...

______________________

Жду откликов. Они будут мотивировать на продолжение написания.

Глава 2

Сижу, спокойно наблюдаю за близняшками. Только что позавтракали.

Ксения копается в своей сумочке — видимо, готовит походный набор нужных вещей. Где-то через час мы собрались посетить информационный центр. Все прибывающие в Зоопарк в течение десяти дней с момента прибытия должны там отметиться: сообщить, зачем и насколько пожаловали. Попутно гостей оценивали на платежеспособность. Богатеньких буйных туристов начинали обхаживать все, кто был не прочь лишить их если не всех, то большей части наличности. Бесперспективных отправляли в свободное плавание. Информация, естественно, сразу утекала во все заинтересованные структуры.

Въездные правила здесь были либеральные. В отличие от выездных. Типа: «вход — рубль, выход — пять».

Заодно возбудились местные спецслужбы, эмиссары всех остальных социумов и, конечно, имперские, накануне получившие ворох новых инструкций. Кис любезно ретранслировал их мне.

Даша смотрит визор и бурчит, оппонируя диктору, который негодовал по поводу слабой реакции полиции на очередную криминальную разборку. В какой-то момент она поворачивается ко мне и заявляет:

— Тут надо делать революцию. Полное безобразие.

— Прямо-таки революцию? По-моему, здесь не наблюдается революционной ситуации, — усмехаюсь я.

— Это, типа, «когда низы не хотят, а верхи не могут»? — уточняет Даша.

— Именно. Но здешние низы, может, и не хотят, а верхи — ой, как могут. Может, не стоит замахиваться на столь грандиозные цели? Надеюсь, ты знаешь, что революция, по словам Дантона, пожирает своих детей? — с удовольствием разглядываю ее сердитое личико.

— А мы будем не детьми, а родителями! — тут же сориентировалась она.

— Все равно сомневаюсь, что кого-то удастся сагитировать. Нет тут тех, кому «нечего терять, кроме своих цепей». Пролетарии в основном стали квалифицированными специалистами. Выбросишь одного — другого потом не найдешь. Среднему классу менеджеров менять что-то тоже не с руки. Безработные — бездельники, не желающие работать. Мафия и теневики чувствуют себя прекрасно. А правящая верхушка — ширма, за которой стоят те, кто уже всё поделил. Система сдержек и противовесов работает. Сломаем — станет только хуже, — пытаюсь я образумить Дашуню.

— Тогда — переворот! — не сдается она. — Сместим верхушку, не трогая остального. Внедрим жесткие законы против криминала.

— Слушай, Дашуня, с чего ты такая воинственная с утра? — интересуюсь я.

— А вы разве не слышите, что тут творится? — возмущенно надула губки она.

— А ты не знала, куда мы прилетели? Зоопарк он и есть Зоопарк. Наша земная демократия начиналась так же. Классика... — напомнил я.

— Что-то они тут медленно. У нас эти — за двести лет организовались, а тут пятая сотня идет — и никаких намеков. Феодализм какой-то... — продолжает она бурчать.

— И ты хочешь сразу всем показать, что девушка решительная: возглавишь революцию, сожжешь парламент, казнишь премьера? — подначиваю я. — Я считаю, что ни революций, ни переворотов пока делать не стоит.

— Ага! Я услышала обнадеживающее слово — «пока». То есть, дело времени? — уцепилась она за оговорку.

— Евгений Михайлович, да не слушайте вы ее, — вклинилась Ксения. — Не надо революций, она слишком азартная, войдет в раж — не остановишь. С нее станется — и Империю прихватить.

— Думаю, все зависит от того, как надолго мы тут. Если ненадолго — зачем приключения? Если надолго — сначала надо обустроиться, все выяснить, а уж потом браться за путчи. А насчет криминала... — я на секунду задумался. — Может, тебя устроит, Дашуня, детективное агентство?

Даша замерла, обдумывая предложение. Мысль явно ей понравилась.

— Это вы хорошо придумали! — загорелась она. — Сначала подчистим, а потом — путч! Меньше попутчиков будет.

— Вот и ладно. Но я так и не услышал ответа: как надолго мы тут? — вернул я ее к теме.

— По-моему, надолго. Мне здесь нравится, — без заминки ответила она.

Я повернулся к Ксении.

— Если вы про дом, то я не скучаю. Возвращаться не тянет. С родителями можно общаться по вашей связи. Соскучимся — навестим. В Империи скучно, а тут интересно. Тем более, я краем уха слышала о какой-то загадочной закрытой планете в одной из систем Зоопарка, — с улыбкой ответила она.

— Что ж... Тогда предлагаю озаботиться покупкой дома. Не в гостинице же нам жить. И, если согласны на роль Шерлоков Холмсов, — подыщем и контору. Тогда собираемся — и в Инфоцентр!

Добрались быстро. Там пробыли недолго. К нам отнеслись с интересом, но и с опаской — были наслышаны о вчерашних приключениях.

С платежеспособностью дела обстояли выше всяких похвал. Кис и Джейн постарались на славу. Еще в Империи я рассказал Кису про аферы с округлением. Джейн организовала временные счета в сотнях банков. Тысячи операций в день — и довольно быстро собралась восьмизначная сумма! Затем она открыла нам личные счета, провела деньги через несколько разнонациональных банков и подчистила логи. Такой финт можно провернуть, только имея полный контроль над банковским трафиком. У Джейн он был.

Там же мы поинтересовались риэлтерской конторой с лучшими отзывами. Посоветовали «Место жизни». Джейн прошлась по их серверам и выдала вердикт: можно иметь дело. Кис, пройдясь по головам сотрудников, подтвердил их относительную добропорядочность. Скелеты в шкафу имелись, но для нас не критичные.

Клерк, к которому мы попали, опасливо поинтересовался нашими возможностями и, поняв, что препятствий нет, сходу предложил интересный вариант. Не в центре, что его слегка огорчало, но престижный и комфортабельный. Как раз вдова одного «неожиданно» усопшего олигарха продавала его столичный дом. Содержать его ей было не по силам — бизнес мужа уже растащили. Предложений она пока не получала, так как запросила приличную сумму. Клерк пояснил, что дом с участком столько и стоит, но покупатели выжидают, надеясь на снижение цены. Содержание съедало приличные деньги, но вдова держалась и, к ее счастью, дождалась нас.

Во время беседы клерк постоянно пялился на близняшек. Вокруг образовалось броуновское движение из сотрудников, которым срочно потребовалось что-то за пределами рабочих мест. Особо наглых, пытавшихся обратиться к нему с ерундой, он отшивал злобным шипением. Как мне поведал Кис, того, кто сорвет столь выгодную сделку с интригующими клиентами, клерк мысленно уже приговорил.

Сотрудников тоже можно было понять. Столь знаменитые посетители бывают здесь не каждый день. Соответственно, каждому хотелось, хоть одним глазком, глянуть на таких интересных персонажей, устроивших вчера, более чем, фееричное посещение одного из местных столпов, а до этого поставивших на уши столицу Империи.

С самого утра критически настроенная Даша периодически троллила его.

— Интересненько... — вклинилась она. — Послушать вас — так это рай на земле. И почему так... дешево?

Клерк, считавший, что это как раз не дешево, удивленно уставился на нее.

— Там случайно нет рядом завода по производству взрывчатки или птичьего рынка? — продолжила Даша.

Тот, ошарашенно глядя на нее, выдавил:

— Нет, госпожа. Рядом только жилые дома.

— А бассейны около дома есть? Надо, чтобы три было. Один с теплой водой, второй с холодной, а третий... вообще без воды.

Глаза клерка округлились.

— А пустой... зачем?..

— Не все же наши гости будут уметь плавать! — радостно сообщила Даша.

Воцарилось молчание. Чтобы вернуть разговор в русло, я перевел его внимание на себя:

— С домом понятно. Покупаем. А не могли бы подыскать нам небольшое административное здание в центре? Совсем небольшое, одно- или двухэтажное. Комнат на пять-шесть.

Клерк на секунду завис, переваривая вопрос после Дашиных подколок. Поняв, встрепенулся и заверил, что постарается. Но предупредил, что встанет очень дорого.

— Не дороже денег! — снова вставила Даша.

Клерк снова завис, постигая смысл. Право-слово, как Винда.

Я снова вернул его в реальный мир.

— Составляйте договор на дом, — подытожил я. — Я подпишу и оплачу. Насчет здания в центре — зайду дня через три. Успеете?

Он молча кивнул и умчал оформлять бумаги.

— А зачем письменный договор? — переключилась Даша на меня.

— А то не знаешь, — ответила за меня Ксения. — Не строй из себя блондинку. Вон народ уши греет. Подумают еще чего.

— А чё? Может, мне менеджер понравился... — продолжала балагурить Даша.

— Так назначь ему свидание, — посоветовала Ксения.

— Точно! В полночь, на старом кладбище. Как думаешь, придет? — воодушевилась Даша.

Проходившая мимо девушка-клерк прыснула со смеху.

Пока шла беседа, я, естественно, поинтересовался у Киса причиной кончины предыдущего хозяина. Тот, пошурудив по мозгам причастных, выдал резюме: «Дурак. До попадания в высшую лигу частенько занимался кидаловом. Не понял, что на новом уровне это смертельно опасно. За что и поплатился».

«То есть, никакого приданого с домом мы не приобретем?» — уточнил я мысленно.

«Нет. Как ни странно, дом был самой светлой частью его жизни. К нему он относился трепетно».

Где-то через час мы подъезжали к дому. Это был не просто дом, а небольшой поселок. Основное здание — в японском стиле, с множеством окон и многоуровневой крышей. Остальные — попроще, но тоже нестандартные. Всё было окружено высоким кованым забором с причудливым рисунком, в одном из углов которого возвышалась охранная вышка. Стоил он, наверное, не меньше дома. Хотя... кто его знает - в реалиях я пока разбирался плоховато. Спросил у Киса. Он подтвердил - забор был сложным охранным механизмом и стоил соответственно. Ворота открылись сами — хозяйку предупредили.

Территория внутри была ухожена: аккуратные клумбы в английском стиле, стриженые деревья, сад камней, фонтан.

Очень... даже очень.

— Ух ты! — возбудилась Даша. — Только пальм и верблюдов не хватает.

— И на фига тебе верблюды? — удивилась Ксения.

— Да, так... Просто, к слову, пришлось. Ассоциации, блин, какие-то. Странные... — призналась Даша.

Наш мобиль вышла встречать сама хозяйка. Мобиль мы арендовали вместе с шофером. Шофер, как определил Кис, имел не только эту профессию, в чем я и не сомневался. Молчал, правда, но как сказала Ксения: - Ухо греет.

Хозяйка выглядела весьма привлекательно. Блузка с декольте, юбка чуть выше колен. Высокая, даже на вид, упругая грудь. Ярко подчеркнутая (с помощью пояса) талия. Ровные, стройные ноги. Овальное лицо. Волосы легкими волнами спускались на плечи. Темный цвет волос оттенял светлую кожу. Очень выразительные глаза. Карие. Высокие скулы и заостренный подбородок выдавали явное аристократическое происхождение этой дамы. Не скажешь, что красавица, но она на все сто процентов оправдывала такое собирательное понятие, как 'симпатичность', которое еще никому не удавалось формализовать. Несмотря на ситуацию, дама была вполне уверена в себе. Она скользнула взглядом по близняшкам и обратилась ко мне:

— Здравствуйте. Ссиэра Элинта. Как понимаю, уже бывшая хозяйка этого дома.

Пауза. Явное приглашение к нашему самопредставлению.

— В соответствии со здешними понятиями — ссиэр Евгений, — представился я и указал на близняшек. — Мои спутницы — Дарья и Ксения.

Холодно кивнув, аристократка продолжила:

— Предполагаю, что именно вы - новый хозяин моего бывшего дома. Меня информировали о покупке и просили лично встретиться с вами и, если потребуется, дать пояснения и познакомить с имеющимися слугами. Прошу за мной. Я собрала всю прислугу. Меня они устраивали. Можете оставить, можете уволить - дело ваше, но я бы советовала оставить.Сказав это, она повернулась и пошла к дому. Вид сзади был вполне.

Даша, оценив мою реакцию, громко хмыкнула. Ксения тихо засмеялась. Даша, как всегда, ревновала.

Мы вошли в холл, где выстроилось человек двадцать. Элинта по очереди представила всех: управляющий, дворецкий, швейцар, повар с помощниками, горничные, садовник, шофер, механик, врач, медсестра, начальник охраны и четверо охранников (еще четверо на дежурстве). Кис выдавал информацию о каждом. Одна горничная, два охранника и шофер оказались «засланными казачками».

Выслушав её, я сказал:

— Все, кроме... — я указал на четверых, — могут быть свободны. Идите по своим делам. С каждым побеседуем персонально. Если кто-то хочет уйти — говорите сейчас.

Никто не пожелал. Когда остальные вышли, я обратился к оставшимся:

— Ну а вы, други мои, будете уволены. Надеюсь, каждый догадывается — почему. Передайте своему начальству привет и скажите, чтобы не суетилось. Иначе с ним случится неприятность. Мелкая или крупная — зависит от уровня поползновений в нашу сторону.

Четверка ретировалась молча.

Элинта с интересом посмотрела на меня. На ее лице отчетливо читался вопрос.

— Шофер — от городской службы безопасности, горничная — от вашего «друга» ссиэра Катрика, охранники — один от имперской разведки, второй информировал космических пиратов, — удовлетворил я её любопытство.

Пираты, как ни странно, в секторе Зоопарка наличествовали, чуть ли не официально.

Услышанное явно впечатлило её. Об этом свидетельствовала непроизвольно вздернувшаяся левая бровь. Я вот, как ни старался, никогда не мог, вот так - одной бровью.

— Наслышана... о вас, — проговорила она. — Не ожидала. Муж проверял всех с маниакальной дотошностью. Думала, это отсеет шпионов.

— Надеюсь, деньги поступили? — увел я тему.

— Да, до вашего приезда. Честно, готовилась уже сбросить цену, — вздохнула она.

— Есть ли тонкости, которые мне следует знать? О доме, слугах, соседях? — задал я контрольный вопрос.

Спрашивал для проформы. Информации было достаточно. Но, иногда, личные впечатления стоят дороже любой информации. Она дала точные и полные характеристики, совпадающие с данными Киса, но с ценными нюансами. Я сделал вывод, что она не только симпатична, но и умна.

— Вы очень проницательны. Извините за прямоту, но почему вы не прочистили мозги мужу? Явно понимали, к чему ведёт его старый стиль работы.

В ответ — легкая полуулыбка.

— Извините, Сморозил глупость, - тут же пошел я на попятную, поняв, что влезаю непозволительно глубже, чем предполагала ситуация.

— Не скажите. Окружающие считают меня недалекой и легкомысленной. А по ситуации... Неужели столь прозрачно? - несмотря на явную мою бестактность, продолжила разговор собеседница.

- В таком случае, предположу, что вы ни с кем, до сих пор, откровенно не разговаривали. Непонятно тогда, почему вы выделили меня из общей массы? - честно удивился я. - А по поводу догадки... Не поверите - простая логическая цепочка. Аристократия. Уровня выше среднего. Но, извините, с денежными проблемами. Умный и изворотливый, в деловом плане, партнер. Не старый. Не безобразный. Но слишком самоуверенный, упрямый и меряющий окружающих по своей мерке. К тому же - полный и неисправимый эгоист. И главное - ваше понимание того, что, при продолжении ведения дел в том же стиле, он рано или поздно, попадет в ситуацию, не совместимую с жизнью. Но все же... Если бы вы, как обычно, предстали в образе недалекой и легкомысленной, то цепочка бы не сложилась.

По поводу отношения к эгоистам, я был с ней полностью солидарен. У меня был личный опыт, научивший меня не жалеть их.

Это было давно. Только-только закончил ВУЗ и был призван на сборы. Если в курсе, такой контингент в войсках тогда называли 'партизанами'. Так вот... В казарме нас было двадцать четыре человека, из них только шесть некурящих. Вообще, курить можно было только в курилке. Ни в помещениях части, ни на ее территории курить не разрешалось.

В первый же день, после отбоя, самая наглая троица из курящих, закурила прямо в спальном помещении. Замечания - игнорировались.

На следующий день, осмелели и еще несколько человек. И тогда, один из некурящих пожаловался по команде. Курящих наказали нарядами вне очереди. Те в отместку - побили жалобщика, а курить в казарме не прекратили.

Лично мне было в этой ситуации хуже всех. Через некоторое время пассивного курения - у меня начинала болеть голова. Я решил поговорить.

В ответ на мою просьбу, от самого ярого курильщика я услышал:

- Так шоо?.. Я что ли виноват, что ты больной? Хочу - и курю, а ты иди - и лечись.

Поэтому эгоистов, ставящих свои желания превыше всего, после сборов, я вычеркнул из списка существ достойных сожаления и сочувствия, что бы с ними не случалось. В случае конфронтации с таковыми, их интересы я не учитывал. Так что, использование собеседницей такого субъекта в собственных целях - я не осуждал.

— Что вам ответить? Почему выделила?.. Не знаю. Мне показалось, с вами стоит подружиться. Зачем?.. Не могу сказать, — спокойно ответила она, глядя мне в глаза.

- Но ведь - все растащили. Вам какие-то крохи остались. Логика до конца не складывается, - вполне резонно, как мне казалось, возразил я. - Логичнее было бы, если бы вы получили все.

— Для вас — крохи, для меня — приличное содержание, — ответила она и, увидев входящих, сменила тему: — Что они там нашли, что ввели моего дворецкого в ступор?

Дворецкий, действительно, выглядел, как рыба, выдернутая из воды. Удивление и растерянность полностью стерли с его лица все другие эмоции.

***

Близняшки, сразу после представления, захватив дворецкого, рванули на обход. Ещё в гостинице мы договорились устроить спектакль. Я дал Даше маячок и проинструктировал: как только он сработает, я обеспечу наведённую галлюцинацию на всех , кто находиться рядом с ним. Даше нравился Чужой, Ксении — камышовый кот. В реале мороком занимался Кис, а Джейн синхронизировала картинку для электроники.

- Ни дня без треша! - тут же выдалалозунг Даша, услышав мое предложение. - Классно!

Сейчас она решила, что время пришло. Они осмотрели верхние этажи и спустились в подвал. О секретном этаже не знал никто, даже хозяйка.

— А как насчёт... казематов? — вперила взгляд в дворецкого Даша.

— Нет в нашем доме казематов! — удивлённо ответил тот.

— Не может быть. В каждом приличном доме должны быть казематы. А если найду? - не унималась Даша.

— Ничего вы не найдёте! — категорично заявил дворецкий. Эти «разноцветные» (Даша свой короткий ежик выкрасилась в зелёный, Ксения — в несколько цветов) нарушали все его устои.

— Слушай, — повернулась Даша к Ксении. — Если нет казематов, надо отговорить Евгения Михайловича от покупки. Нафик дом без казематов?

— Не, не надо. Мне дом нравится. Казематы... если что, сами выроем! — подыграла Ксения.

Дворецкому уже не хотелось, чтобы эти девицы стали его хозяйками.

Ксения повернулась к нему:

— Уверены? А как насчёт... Домового? Он-то всё расскажет.

— Кого?..

— Домового. Бестелесный дух, защитник дома. Всё про него знает. Не злой, но может напакостить, — объяснила Даша.

- Нет у нас и Домового. И я не слышал, чтобы таковой у кого-нибудь другого был. И, вообще, духов не бывает, - строго заявил бедный старик, решив, что девицы над ним издеваются.

Даша активировала маячок, который, пару шагов до этого, незаметно уронила около поворота. Облик Домового определила Ксения, и в этом образе, кроме как домовенка Кузи, видеть никого не желала. На том и порешили.

— Эй, Домовой! Покажись! Быстренько, а то молока не дам! — крикнула Даша.

К изумлению дворецкого, из-за угла показалась рыжеволосая голова.

— Молока и так не дают. Жадины... — заявило существо.

— Бедненький! И как же ты живёшь? — сыграла удивление Ксения.

Существо вышло и, тяжело вздохнув, ответило:

— Приходится приворовывать. Нехорошо, но жить-то надо.

- До чего довели бедненького. Это же надо! Домовому в подведомственном хозяйстве приходится приворовывать, - притворно ужаснулась Даша.

Дворецкий стоял соляным столбом. То, что он видел и слышал, не лезло ни в какие ворота и, вообще, находилось за рамками здравого смысла. Глаза видели мелкого человечка в странной одежке, не первой свежести, с ярко рыжими, всклоченными волосами на голове. И еще, ко всему прочему, жалующегося на несправедливое к нему отношение.

Тем временем опрос домового продолжался.

— И что? Не шкодил в ответ? — спросила Даша.

— Я не злой. Но досаждал нерадивым. Младшего поварёнка толкаю под локоть — ленивый. Горничную Лару подставил — пыль плохо стирает, я колечко хозяйки за комод закинул. Если бы добросовестно работала, нашла бы. И по ночам щипаю тех, кто днём халтурил. Не больно, но чувствительно.

По мере того, как домовой рассказывал, дворецкий приходил все в большее и большее изумление. Теперь становились понятными некоторые несуразности, происходившие в доме ранее. И становилось совсем уж нехорошо от сознания того, что в доме, оказывается, есть сущность, которая знает все и про всех.

Понятно, что всякие мелкие непонятки случаются в любом доме. А в таком большом хозяйстве - и подавно. Этим обстоятельством мы с Кисом и воспользовались.

— Так что? Нет казематов? — вернулась Даша к теме.

- Как же нету. Есть! - с готовностью воскликнул Домовой. - Вот, нажмите на этот кирпич - и дверь откроется. - Кузя показал на кирпич у самого пола..

Даша стукнула ногой в указанное место. С шелестом и скрипом кусок стены развернулся, открыв проём с лестницей вниз. Домовой шмыгнул внутрь.

С огромным изумлением, дворецкий увидел вход с лестницей, ведущей куда-то вниз.

— Ну вот, а вы говорили «нет»! — гордо заявила Даша. — Проверим?

— Естественно, — ответила Ксения и двинулась вслед за Кузей.

Спустились по лестнице из двух десятков ступеней. Оказались в коридоре: по бокам — четыре решётчатых двери, в торце — массивная металлическая. Две решётки были закрыты на амбарные замки.

Даша подошла к одной из них и, обернувшись к дворецкому, зловещим голосом заявила:

— Ага! У вас тут и узники есть!

— Есть. Двое, — поддакнул ей Кузя и продолжил ябедничать, вываливая все, что, якобы, знал:

— Старик. Ученый, вроде. Хозяин все его пытал на предмет какого-то входа в 'лабиринты теней'. И девица, вроде сумасшедшая, да ещё извращенка. Они тут с хозяином непотребством занимались. Кормил её лучше, вино приносил. А старика — так себе.

— Стоп! Так они уже- что?.. Ппомерли? Хозяин-то месяц как умер, — всполошилась Ксения.

— Не-е-е, не совсем. Ещё живые. Хозяин, бывало, и раньше надолго пропадал. У них тут запасы в кладовых шкафах и вода проведена. Канализация тоже есть. Еда только три дня назад кончилась, - авторитетно сообщил Кузя.

- И как же никто не заметил?!. Такие запасы просто так не сделаешь, - удивилась Даша и, с подозрением посмотрев на дворецкого, припечатала. — Знал, значит, дедушка!

— Не, никто не знал, - за онемевшего от такого обвинения дворецкого заступился Кузя. — Хозяин через подземный ход всё носил. Вон дверь туда. Ход в его склады выходит.

Ни старик-ученый, ни девица-извращенка не проявляли интереса к посетителям, находясь в голодной полудреме и на внешние раздражители реагировали слабо.

— Ладно, наверх. Надо кого-то прислать, освободить бедолаг, — решила Даша.

— Не надо освобождать! — в- неожиданно возразил Кузя. — Накормить — да. Девица буйная, узнает, что хозяина нет, в стенку биться станет. Старик и сам не пойдёт — его по всему Зоопарку ищут. Найдут — хуже будет.

— Ладно, разберёмся, — сказала Даша, и троица поднялась наверх.

***

Войдя в холл, Даша сразу взяла быка за рога:

— Ну что, Евгений Михайлович, турнули стукачей? А мы... даже не догадаетесь, что нашли

Глава 3

Дашуня бушевала:

- Вредный старикашка! Строит из себя Мерлена!

- Мерлина, - поправила сестру Ксения.

- Какая разница! Мерлена-Мерлина. Волшебник, тоже мне, нашелся, - продолжала бухтеть Даша. - А как он залебезил, когда пришел Евгений Михайлович?! Мастер-Мастер... Не прост наш Евгений Михайлович. Ох, не прост...

- А то ты раньше этого не знала. Он же сразу предупредил - не все сразу. И, по-моему, честно выполняет все, что обещал...

- Да, понятно все. Просто побыстрей хочется...

Этот разговор произошел сразу после первого посещения узника, обнаруженного в подвале их нового дома. Туда они пришли с предвкушением того, как освободят находившегося там старичка и услышат интересную историю... и какую-никакую благодарность. А не тут-то было!

С первого же мгновения - все пошло совершенно не по сценарию. Только они подошли к решетчатой двери и попытались ее открыть - как услышали:

- Чего приперлись?! Шли бы вы отсюда куда подальше! Мелочь пузатая, а уже мнят из себя...

Договорить он не успел. Даша, бросив возиться с замком, с ходу заводясь:

- Ах ты, хрыч старый! Мы к нему - со всей душой, а он - "мелочь пузатая"! Ну и седи тут, пень трухлявый!

- Вот - и славно! Идите, откуда пришли. Мне тут вполне комфортно - и освобождать меня я никого не просил. Неужели вы думаете, что я не смог бы это сделать самостоятельно?.. - и старичок за решеткой неожиданно закудахтал. Это он так смеялся. Скрипуче, отрывисто, совсем как курица.

- Так ты тут прячешься, - мгновенно сделала вывод Даша и, с ехидцей в голосе, продолжила: - Интересно - от кого? Такой сильный и могучий, что никакие решетки тебе не помеха. А отделаться от нас - у тебя, старик, не получится. Ты у нас в гостях, а не мы у тебя.

Хотя старый Ёххе и ерничал, но это - скорее от удивления. Перед ним были две очень молодые девушки. От роду, максимум, лет двадцати шести, но обе уже были вполне себе сформированными колдуньями. Понятие "Одаренный" старый Ёххе всерьез не воспринимал, считая его слишком общим. Отношение к ним у него было, как к детям, с серьезным видом подражающим взрослым.

Первая - хороша в лечебных практиках, а вторая - мозголом, вполне приличного уровня. С ним, конечно, несравнимо, но все же. Для ее возраста – более чем... впечатляюще. Обычно, такой уровень нарабатывается годам к семидесяти-восьмидесяти.

И они были не из этих тварей, безмозглых ублюдков, которые с остервенением, достойным лучшего применения, докапываются до запретных знаний, чтобы, как они думают, получить всемогущество. Потому, что желают власти, силы, вечной молодости и, дух знает, еще чего, причем, хотят получить все это безнаказанно. Но до этих недоносков не доходит, что безнаказанности не бывает. В процессе - за них платят другие, а потом - очередь доходит и до них самих. Эти девицы совершенно иные, и это было для Ёххе, весьма и весьма, удивительно.

Все это он понял только по косвенным признакам, так как, к его искреннему удивлению, попытка проникнуть к ним в разум ни к чему не привела. Такого он никак не ожидал. Не было среди этих Одаренных равных ему.

Причем, разум у девиц был прикрыт весьма качественно. Пытаешься проникнуть - попадаешь в какую-то вязкую муть, а дальше - полностью пропадают чувства ориентации и восприятия. Как следствие - выпадение в реальность.

- И ковыряться в наших мозгах - не стоит... - почувствовав его попытку, зло прошипела Даша. - А то - так тресну, что мало не покажется.

- О!.. Неужели вы что-то...

- За нас не тревожься, дядя. Имеем такое, что тебе - и не снилось, - ледяным тоном уточнила Даша. Она, когда злилась, всегда переходила "на ты", и возраст собеседника, в таких случаях, учету не подлежал.

- Ха! Какая грозная... - начал, было, Ёххе, но закончить не успел. Дашушя сделала то, чему как-то ее научил Евгений Михайлович. Мысленно схватила свою кипящую злость и швырнула ее в противного старикашку. При этом, сопроводила мысленный бросок жестом руки, как будто, действительно, что-то бросает. Как говорил Евгений Михайлович, моторика жеста помогает мысленному посылу сгруппироваться в более плотное образование.

Такого Ёххе точно не ожидал. Его защита загудела как колокол, в который со всей дури заехали кувалдой, и кое-где даже пошла трещинами. Никогда не находились рядом с большим колоколом, когда в него ударяют?.. И хорошо. Очень и очень неприятные ощущения.

- Это я еще сдержалась... в последнее мгновение, - прокомментировала Даша. - И не смей больше над нами насмехаться, а то, в следующий раз, сдерживаться не буду.

Видя, что градус дискуссии повышается, Ксения встряла в диалог:

- Пугать нас не надо, но и бояться не стоит. Мы не кусачие! Мы пришли познакомиться, и, если требуется, помочь. Но, как я вижу, наша помощь не нужна - и вас вполне устраивает существующее положение. Как говорят: 'Все было хорошо. Пока нам не захотелось понять, почему', и появилось желание вам помочь. Пошли, Дашуня, отсюда. Пусть с ним Евгений Михайлович разбирается - вон он, как раз, идет. Была бы честь предложена.

- Точно. Пусть сидит тут, - согласилась Даша с сестрой и, обращаясь уже ко мне, продолжила:

- Вот, Евгений Михайлович, разберитесь. А то тут некоторые ругаются, - и, после этих слов, сестрички навострились на выход.

Когда у решетки появился озвученный Евгений Михайлович, старый Ёххе растерялся. Хотя звон в голове еще не прошел, но сознание уже пришло в норму.

О таком он только слышал, но лично не сталкивался никогда. Вошедшее существо имело два сознания! И мощь одного из них была запредельной. Причем, никаких уровней подчинения - ни в ту, ни в другую сторону не прослеживалось. Второе было какое-то странное - в некоторых фрагментах, похожее на те механистические, какие сейчас штампуют в этом мире. Но отличий, все же, было намного больше. Во-первых, два полушария - в механистических оно всегда одно. Во-вторых, количество связей - порядков на пять-шесть выше. В-третьих, четко прослеживалась связь с еще чем-то более объемным, но распределенным... в окружающем пространстве!

'Ну что? Налюбовался? И хватит', - раздалось в голове у Ёххе. Картинка размылась - и в обозрении появилась уже привычная муть.

Уходящие близняшки услышали только то, что старикашка, с долей большого удивления в голосе, поприветствовал Евгения Михайловича, назвав его "Мастером". Именно так - с большой буквы...

***

Разговор прервал осторожный стук в дверь. Вся прислуга, включая дворецкого, хотя и не получила никаких доказательств зловредности новых хозяев, но относилась к ним, пока что, очень настороженно. Уж больно много разных слухов о них ходило в городе.

- Войдите, - отвлеклась Даша.

В комнату, помявшись, вошла горничная и доложила:

- Там, у ворот, собака.

- Какая собака? - не поняла Даша и удивленно уставилась на горничную.

Та, встретившись с Дашей взглядом, оробела еще больше. И было от чего. Даша еще не отошла от разговора со стариком в подвале - и в ее взгляде проскакивали искорки злости.

- Собака сидит. Не уходит... Большая... Лохматая... Мы прогоняли, но она не боится, - спотыкаясь на каждом слове, выдавила из себя горничная.

- Понятно, что ничего не понятно, - резюмировала Даша. - Пошли посмотрим, - обратилась она к сестре и рванула на выход.

У ворот, действительно, сидела собака. Пес был почти метр в холке. Мощные толстые лапы, густая рыжеватого оттенка шерсть, чуть-чуть кучирящаяся на кончиках. Она была настолько густой, что крупная, вытянутая морда прямо-таки тонула в огромной львинообразной гриве. Но, даже сквозь нее, легко угадывался тяжелый костяк, широкая грудь и выпуклые, мощные мышцы. Из образа немного выбивался большой пушистый хвост, скрученный несерьезным бубликом.

Пес подошел к сестричкам и, усевшись перед ними, мощно выдохнул: "Гу-у-фф".

- Ничего себе собакин... - с некоторой опаской оглядывая пса, высказалась Даша.

- Он хороший, - заступилась за собаку Ксения.

Хвост собаки шевельнулся, дернулся и, сделав круговое движение, вернулся в первоначальное положение.

- Вот видишь. Он все понимает. Интересно - как его зовут?... - Ксения смело потрепала собаку за загривок.

- Гу-у-фф, - снова выдохнул пес.

- "Гуфф", значит. А где твои хозяева? - включаясь в игру, спросила Даша.

Пес укоризненно посмотрел на нее и, поревев взгляд на Ксению, пренебрежительно фыркнул.

- Это он что?.. Намекает, что он - наш? - удивленно воскликнула Даша.

- Ошейника не вижу. Шерсть очень чистая. Явно не бродячий. С трудом представляю, что такой мог потеряться, - продолжая почесывать загривок собаки, ответила Ксения.

- Ладно. Пусть поживет у нас. Может, кто хватится, - решила Даша.

Собака тут же поднялась и направилась к воротам.

- Умная... - резюмировала Даша и близняшки двинулись вслед за ней.

- Умный, - поправила Ксения. Это - он.

***

В то время как сестры решали судьбу нежданного лохматого гостя, Ссиэр Блекат пребывал в тяжелых раздумьях. Он подытожил все свои размышления по поводу сложившейся ситуации - и результат его не обрадовал. Вывод был прост - да, он, действительно, стоит на пути весьма влиятельных людей и их силы очень серьёзны. Не в пример ему - хотя и богатому, но не имеющему никаких жирных лап - ни в городском совете, ни, тем паче, в более высоких властных кабинетах. Эти же имеют - и пользуются. Без всякого стеснения. Даже его личного поверенного довели до того, что тот готов отказаться вести его дела. Из городского Совета тому намекнули, что если будет помогать, то может лишиться своего свидетельства на ведение дел.

Сначала он был не один и, наивно, посчитал это за большую удачу. Но прошел год - и все соседи сдались! Сейчас он оказался в тревожном одиночестве. И уже появились мысли, что, может, он, действительно, стоит на пути прогресса, как валун на дороге.

Ситуация осложнялась еще тем, что он был один - не только в этом смысле, но и вообще. Ссиэр Блекат не имел ни детей, ни племянников, ни какой другой родни. Так уж получилось. Никто в этом мире, кроме его самого, не был заинтересован в отстаивании этой собственности. Вот уже почти два столетия - этот семейный бизнес был самым элитным заведение столицы Зоопарка. Ни для кого больше этот ресторан не был смыслом жизни и основой родовой гордости.

Всю жизнь он гордился своим рестораном в столице. Это было наследство, переходящее от поколения к поколению. Ему тоже было чем похвастаться, он сумел удержать марку даже в это суетное время.

Ресторан находился почти в самом центре - в районе первой застройки. Этот район, до сих пор, был, даже вроде как, достопримечательностью. Еще лет пять-десять назад - никто даже не посмел бы покусится на эту землю, имеющею статус места "первого заселенного". Здесь, в основном, жили аристократические семьи. Семьи тех, кто первым вступил на поверхность этой планеты и преуспел, удержавшись на вершине власти в первые десятилетия и, впоследствии, укрепив свое положение.

Этот первострой место не экономил. Усадьбы переселенцев занимали довольно большие площади. А что?.. Места хватало. Крупных хищников не было. Да и сейчас столица расширялась, в основном, малоэтажными строениями. И только новые веяния из Империи заставляли некоторых ретивых пытаться соответствовать.

В последние годы - все начало меняться. Во-первых, престижность быть или породниться с такими семействами, а, тем более, просто поддерживать их, вдруг стала немодной.

Во-вторых, многие аристократы этого места уже давно были в долгах, как в шелках. Потомки сильных и уверенных первопоселенцев, в последнюю сотню лет, привыкли почивать на лаврах, унаследованных от предков, и особо не утруждали себя этим плебейским занятием - зарабатыванием денег. Им, вроде как, и так все должны.

А у появившихся, в последнее время, на свет потомков браки происходили, в основном, по расчету, чем значительно снизили уровень аристократичности. Настоящих аристократов, с безупречным фамильным деревом, осталось не больше десятка, включая ссиэра Блеката.

Ссиэр Блекат не знал, что возникшую мысль уже давным-давно сформулировали на планете, приютившейся на окраине Галактики.

'Первое поколение созидает, второе - преумножает, третье - уже ничего не строит, а ударяется в искусство и филантропию, четвертое - спускает в выгребную яму всё, что накопили предыдущие, и не только деньги, но влияние, репутацию и даже совесть...'

Его предки, может, и не были самыми значимыми, но самыми предприимчивыми были, точно. Они никогда не пробивались на вершину власти, но всегда очень пристально следили за финансовым положением рода. И вот - итог. Какие-то нувориши, разбогатевшие, всего в последние пару десятков лет, решили, что центр столицы должен быть приведен в соответствие с веяниями времени.

Но лучик надежды все же проблеснул. Он держал в руках предложение от риэлтерской фирмы 'Место жизни'. Непонятно, откуда, вдруг, появился еще один возможный покупатель, пожелавший приобрести его ресторан. Причем, условия были очень обнадеживающими. Покупалось любое, небольшое строение в центре столицы. То есть, покупатели, вроде как, не собирались его рушить. Хотя можно было предположить и хитрый ход этой жирной свиньи сиэра Гладиса. "Сиэр" - как же! Бандит тот еще. Правда, с головой дружит - ранг ссиэра покупать не стал. Понимал, что будет выглядеть идиотом.

Видимо, ему надоело препираться с упрямым стариком - и решил пойти на хитрость.

Но на предложенную встречу, все же, стоило согласиться. А вдруг?..

***

- Как невозможно!? - возмущенно рыкнул сиэр Гладис. - Какой идиот решил вклиниться в нашу сделку? Решили, что самые хитрые!? Знаю я таких. Купят, а потом нам в два, по три перепродадут. Найти гадов и поговорить! Пуганите так, чтобы мало не показалось. Крысы вонючие. Ишь, что удумали!

- Не выйдет. Как бы они нас самих не пуганули, - совершенно спокойно ответил собеседник. В другое время он и слова бы поперек не сказал, но не в этой ситуации. С возникшими на горизонте конкурентами по покупке он связываться не хотел, даже под страхом лишится этого теплого местечка.

Сиэр Гладис оторопел. Его подчиненные никогда ему не перечили. Оправившись от изумления, он тихим голосом спросил:

- Ты что? Заболел?.. Забыл, с кем говоришь? Так вспомни! Сделать - как я сказал! - повысив голос на последних словах, угрожающе выдал он. - Иначе вылетишь как пробка.

- Еще раз повторяю. Не выйдет, - уже распрощавшись со своим местом, упрямо ответил его глава корпоративной безопасности.

Такого поворота Сиэр Гладис не ожидал, никак. Даже стало интересно.

- Ну-ка, ну-ка объясни мне, пожалуйста, с чего бы это ты стал таким смелым. Предложили место получше? Как бы тебе это боком не вышло. Как предложили, так и откажут, - притворно мирным тоном произнес хозяин кабинета

- Никто мне ничего не предлагал. Все дело в покупателях! Думаю, что и вы, узнав, кто они, задумаетесь, - все также, показательно спокойно, ответил безопасник.

- И кто же такой грозный объявился? - искренне удивился сиэр Гладис.

- Троица! - ответил собеседник. Ответ прозвучал кратко, как выстрел.

- Тс -с... - только и сумел выдавить из себя Гладис.

Это было неожиданно и, действительно, заставляло задуматься. Связываться с этими, и в самом деле, не хотелось. Больно уж быстро и жестко они обходятся с теми, кто им хоть как-то мешает, а, тем более, угрожает. Пример Каэта говорил сам за себя. Гладис знал о том задании, которое дал своим охотникам за головами Каэт. Да, он заполучил эту троицу к себе, только вот - совсем не в том статусе, в каком хотел.

Потом - мгновенная покупка дома этого идиота Хента, возомнившего о себе, невесть что. Они даже не торговались! И, походя, развалили комбинацию сиэра Фрэя, хотевшего купить этот дом для своего сына. Но не по этой же цене! Тот договорился с партнерами, что они проимитируют интерес к покупке и пару раз собьют цену своими последующими отказами. Вроде как - дорого. Других претендентов быстро шуганули.

Но, как оказалось, денег у этой странной троицы больше, чем у нищего пыли. Для них цена - роли не играла! Ему потом донесли фразу, которая была употреблена при обсуждении сделки и уже пошла в народ - 'Не дороже денег'. Хорошо сказано! Сумму их совместного состояния нашептал подкормленный клерк из Центробанка. Впечатлила...

Очень напрягало еще и то, как троица, "на раз", вычислила всех соглядатаев в доме Хента. За два дня получить информацию такого уровня - просто невозможно. Значит - готовились заранее.

Теперь становилась понятной столь внезапно проклюнувшееся смелость его безопасника.

- И с какой радости им понадобился этот гребаный ресторан? - уже более спокойно спросил Гладис.

- Никто не знает. Особо дотошные интересующиеся - приболели. Кто чем, но все, без исключения, кто проявлял излишнее любопытство. Не сильно, но показательно. В основном - диареей.

- Что ж, они нашли хорошее лекарство от любопытства... - задумчиво оценил Гладис. Помолчав, добавил: - Мне тут лишних запахов не требуется, так что - особо не лезьте, но присматривайте. Когда станет ясно, чего они хотят, доложите! - Он уже понял, что проект застройки, скорее всего, придется менять. Вступать в схватку, "в темную", он не желал. Особенно с троицей.

Только ушел безопасник, как в кабинете нарисовался секретарь.

- Вам пришел пакет. Стандартная проверка проведена. Ничего опасного не найдено, - доложил он.

- Хорошо. Оставь. Все встречи на сегодня и завтра отмени. Перенеси на свободное время, начиная с третьего дня.

Когда секретарь ушел, Гладис пододвинул к себе пакет и, обозревая единственную надпись 'Сиэру Гладису-старшему, лично в руки', раздумывал, что это, вообще такое, может значить.

Странно. Он не помнил ни о каких договоренностях, результатом которых могло быть это послание.

Нервно вытащив не очень тонкую пачку бумаги, он замер, прочитав название. Оно его, честно говоря, напугало: "Предложение по изменению и дополнению плана застройки 'Столица-центр'".

- Это что ж такое?!.

Пришедшая догадка не обрадовала. Его прагматичный ум сразу пришел к единственно возможному выводу. Все просчитано. Все идет по плану - и все мы тут пешки в чужой игре!

Чтение заняло довольно долгое время и, как ни странно, оказалось интересным. Можно сказать, захватывающим. Предложения и "дополнения", едва ли не в корне, меняли весь план застройки. Но Гладиса это уже не волновало. Концепция нового проекта была гораздо более заманчивой и прогрессивной. Причем, его никто не отодвигал в сторонку - наоборот, он получил пару достойных советов, как все удешевить при реализации и, заодно, предупреждал о некоторых задумках пары его партнеров по этому проекту. Планы у тех были весьма неприятные по отношении к нему. Конечно, сходу, верить этой части записки он не собирался. Но больно уж все ложилось в канву прошедших и планируемых событий. Он тоже планировал не совсем то, что декларировал. Но результаты, как выяснилось, могли получиться несколько иными, чем он предполагал.

Также, не советовалось использовать мэра "в темную", как Гладис это собирался сделать. Давался вполне правдоподобный просчет возможных последствий, где мэр не только не смог бы урвать большую часть пирога, как хотел, но как бы, вообще, не остался даже без того, что считал своим по праву. Как оказалось, и мэр, и все партнеры тоже строили свои планы, не совсем совпадающие с общим.

Как такие сведения мог получить кто-то со стороны - сиэр Гладис вообразить, как ни старался, не смог и был весьма благодарен богам, что оказался на нужной стороне.

Сразу после начала чтения, он озадачил секретаря на предмет - узнать, не получал ли кто-нибудь из вовлеченных в проект чего-то похожего.

Тот все выяснил и доложил, что никто из партнеров ничего похожего не получал. Последний абзац это подтвердил.

Кроме этого, в нем присутствовала еще пара весьма интересных предложений. Сообщалось, что при его согласии включить корреспондентов в число дольщиков (как ни странно, с весьма небольшим количеством долей), они передадут весь объем уже готовой проектной документации под новый план его проектировщикам для экспертизы. А также, они не против стать контролирующей организацией, следящей за добросовестным выполнением всеми пайщиками и подрядчиками своих обязательств.

Сиэр Гладис едва не задохнулся от предвкушения. Он с ухмылкой представил выражения лиц его партнеров и боссов строительных фирм, когда он представит новых "мелких" дольщиков и, особенно, когда он объявит, что те будут... ревизорами всего процесса воплощения в жизнь застройки 'Столица-центр'.

После первого прочтения и некоторых раздумий, сиэр Гладис снова вернулся к чтению. Теперь он медленно, вникая во все нюансы, перечитывал раздел, где описывался план застройки.

В середине - предлагалось откопать небольшое продолговатое озеро. Оказывается, из под земли, в этом месте, было возможно поднять несколько ключей. Вокруг озера - городской парк. По периметру - широкая улица. Две длинные стороны, предлагалось застроить пятиэтажными жилыми домами. Со стороны озера - элитными. По одной-две квартире - на площадке, а на последнем этаже свободными к планировке студиями. Возможно, даже с зелеными зонами на крышах.

Со стороны города, предлагались такие же пятиэтажки, но уже с квартирами бюджетного варианта. Относительно-бюджетного, конечно. На первых этажах - магазины, кафе, рестораны, аптеки и прочие, в том же духе. Во всех этих домах, с тыльной стороны - внешние прозрачные лифты. На картинке смотрелось весьма эффектно. Кто бы мог подумать, что даже лифт можно использовать для украшения здания.

Внутри предлагалась новая для сиэра Гладиса концепция 'умный дом'. Очень даже интересная.

Два коротких конца квартала использовались как своеобразный символ прогресса. С одной стороны - площадь с новым зданием городского Совета в стиле, названном "колониальный". Сиэр Гладис не помнил такого, но приложенный весьма реалистичный рисунок этого здания ему понравился.

За зданием городского Cовета, оставался в неприкосновенности ресторан этого упрямца-ссиэра Блеката, с открытой террасой спускающейся прямо к воде. Здесь же, десяток особняков - очень дорогих. Если внешнее убранство, в том же колониальном стиле, не очень впечатляло, то внутренний интерьер просто убивал наповал. Прилагаемые картинки прямо-таки требовали бежать и покупать, не смотря на цену!

Получалось очень гармонично и подчеркивало историческое начало города.

Со второй стороны, предлагалось, на берегу озера, расположить такой же десяток особняков, как и с другой стороны, но уже совершенно футуристического вида, а дальше, через площадь, выстроить небольшой район высотных зданий, называемых в плане "небоскребами". Картинка впечатляла.

Пара корпоративных небоскребов, каждый этаж которых или несколько сразу - для продажи корпорациям под офисы. Один, самый высокий, со смотровой площадкой на верху - под супер элитную гостиницу с рестораном. Еще парочка - под министерские офисы и городские службы. И пять - на усмотрение. Причем, все они имели подземные стоянки для транспорта. Можно сказать, под всеми этими зданиями располагался небольшой городок, на три-пять ярусов зарывающийся вглубь.

И как ягодка на торте - район небоскребов предлагалось назвать "Гладис-центр"!

Просмотрев план в третий раз, Сиэр Гладис решился. Троица - не троица, но то, что они предлагают, стоит воплощения.

Через два дня, он созвал совещание дольщиков. Четверо крупных и пятеро от строительной индустрии. Их боссы были дольщиками, а сами компании - подрядчиками, делящими этот сладкий пирог.

Собрались все, так как предупредил, что возникли серьезные предложения по проекту. Как только все расселись, мэр, как всегда, попытался втиснуться в роль председательствующего. Любил он поруководить - даже там, где это от него совершенно не требовалось. Но, в этот раз, вожжи правления собранием сиэр Гладис из своих рук не выпустил:

- Уважаемый Увисот, не в этот раз! Очень много информации, и постоянная передача слова затянет все на непозволительно долгое время, - прервал он мэра, попытавшегося завладеть спикерством.

Дождавшись, пока все успокоились от столь грубого отстранения мэра от руководящей роли, сиэр Гладис заговорил:

- Два дня назад, мне поступило неожиданное предложение. Сначала - я подумал, что кто-то решил пошутить, но вникнув - понял: нам открывается блестящая возможность не только отлично заработать, но и вписать наши имена в историю столицы.

Не буду ничего пересказывать. Видимо, зная состав дольщиков, предлагающая сторона, кроме довольно объемистого описания проекта, подготовила красочные, его краткие резюме.

Сиэр Гладис кивнул секретарю, и тот раздал папки с резюме.

- Ознакомьтесь. Потом отвечу на вопросы, - сопроводил раздачу сиэр Гладис.

Некоторое время, слышалось только шуршание листов и эмоциональные междометия. Наконец, когда последний из присутствовавших (а им оказался мэр) закончил ознакомление, сиэр Гладис произнес:

- Думаю, равнодушным увиденное никого не оставило. Сразу, предупреждая вопросы строителей, скажу, что все требуемые технологии для выполнения этого проекта будут предоставлены. Уже одно это должно вас значительно заинтересовать. Помимо заработка, вы получите еще и их, как бесплатный бонус. Одна идея фальш-потолков и такой же системы покрытия внутренних и внешних стен стоит того, чтобы согласиться. Просто, как первый день, а сколько экономии, технологичности, причем, не в ущерб привлекательности. Даже наоборот - дает большой простор фантазии.

- Такой уж и бесплатный, - воскликнул один из строительных боссов. - Я даже не представляю, какую сумму этот ваш доброжелатель затребует за проектную документацию. Да и делать он ее будет - как-бы, не год-два. Картинки нарисовать - дело не хитрое. А вот воплотить это в чертежах и технологических картах - все гораздо сложнее.

- Ради "красивых картинок" - я бы вас не собирал. Дело в том, что если мы примем положительное решение, то вся требуемая по проекту документация будет предоставлена нам в течение... двух дней. Это - раз. А два - это то, что за нее просят не так уж и много. Всего... две доли. Скажу сразу, эти доли я выделю... из своих. Никому из вас, ужиматься не придется! - веско заключил сиэр Гладис, наслаждаясь удивленными лицами собеседников. Ни кто из них никогда не считал его транжирой, а даже очень и очень наоборот. И, соответственно, для многих из присутствовавших - это что-то да значило.

Дальше началось обсуждение, предполагавшее, что все согласны. Прошлись по всему проекту, иногда возвращались к уже пройденному, иногда уходили в сторону (особенно, с подачи мэра), но, в конце концов, закончили.

- Что ж... Если все понятно и все согласны, прошу зафиксировать это в протоколе подписями, - завершил обсуждение сиэр Гладис, подавая знак секретарю на обход присутствовавших на предмет закрепления достигнутого соглашения.

Когда была зафиксирована последняя подпись, сиэр Гладис, широко улыбаясь, продолжил:

- Далее... Есть еще одно небольшое дельце... Мы его все время откладывали, так как никак не могли найти кандидатур. Я имею ввиду... ревизионную комиссию.

По комнате пробежала волна понимающих улыбок. Закон требовал наличия таковой комиссии, при создании компании с долевым участием. Название, вроде, грозное и права серьезные, но в действительности - чисто ритуальная функция. Членов комиссии все и всегда покупали с потрохами. Еще ни разу - наличие таковой комиссии не привело ни к каким серьезным неприятностям. Правда, иногда скандальчики вспыхивали. Именно скандальчики, а не скандалы. Но их и их последствия всегда удавалось затушить... все теми же деньгами.

Кроме того, на членов комиссии налагались и некоторые обязанности, выполнение которых требовало определенной изворотливости, а, при отсутствии оной, могло привести и в тюрьму. Поэтому в такие комиссии особо никто не стремился, если только... не светил приличный куш. Недаром, в этой связи, об этой комиссии даже анекдот ходил.

Отец - деловой человек. Сын его спрашивает:

- Пап, а у нас есть почитать что-нибудь из фантастики или мистики?

- Да сынок, отчёт председателя ревизионной комиссии по строительству моего завода...

Все также улыбаясь (но никто из присутствовавших не заметил, что улыбка-то изменилась), сиэр Гладис предложил:

- Те, кто предоставил проект, просили включить их... в ревизионную комиссию. Как они сказали - хотят контролировать процесс строительства, чтобы не было больших отклонений от проекта. Их трое, а, так как больше я никого не нашел, предлагаю утвердить комиссию, исключительно, в их составе.

Секретарь снова обошел всех и собрал подписи.

Никто особо не обратил внимания на несколько странные имена в списке комиссии. Мало ли...

А секретарь, как и сиэр Гладис, уже предвкушал момент, когда на совещание пригласят представителя "комиссии".

- Ну вот, формальности закончены. Для знакомства, я пригласил одного из членов комиссии, как вы понимаете, он же один из разработчиков. После знакомства, для тех, кто не очень спешит, - небольшой... фуршет! - чуть ли не елейным тоном, объявил сиэр Гладис.

Отказываться от фуршета никто не собирался. Все знали, что в чем в чем, а в фуршетах... хозяин - дока!

Секретарь вышел и вернулся с молоденькой девушкой. Сначала ее никто не узнал.

- Знакомьтесь. Форлиин Даша Светозар. ( Окончания решили убрать, приспосабливаясь к местной реальности). Один из проектантов, член ревизионной комиссии и небезызвестная особа из, так называемой, Троицы.

Здесь никто не читал и не видел пьесы "Ревизор", но знаменитую сцену повторили на "отлично"..

Первым опомнился мэр:

- Гладис! Как ты мог?!. Я отказываюсь! - оправившись от потрясения, воскликнул он.

Остальные тоже зашумели.

На что - последовал звонкий хлопок пачкой папок о стол и громкий Дашин окрик:

- А ну - тихо! Ишь заволновались. Перед тем, как отказываться, прочтите содержание вот этих именных папочек и сделайте выводы. Потом - и поговорим, дорогие мои.

Все замолкли. Секретарь разнес папки. Они были, действительно, именными, то есть открывались только тогда, когда попадали в руки хозяина.

После открытия папок и начала ознакомления с их содержанием, присутствовавшие реагировали по-разному. Одни бледнели, другие, наоборот, краснели, третьи в лице особо не менялись, но метафоры выдавали красочные. Не громко, но весьма эмоционально.

А в папочках... всего ничего - вся их подноготная, как в деловой жизни, так и в личной. Святых в этой комнате не было - от слова "совсем". И, именно, вся. О некоторых вещах, как они ранее предполагали, не знал никто. А вот - поди ж ты! Дело было даже не в страхе перед правоохранительными органами. С ними, как раз, можно было и договориться. Но деловой мир, узнав о некоторых делишках, не простит. Да и женушки постараются оттяпать - как бы ни больше, чем останется.

В процессе прочтения, все присутствующие бросали злые взгляды на хозяина кабинета. На что тот - только пожимал плечами и показывал похожую папочку в своих руках, как бы намекая, что и он в том же положении, что и остальные. Но, честно говоря, в этой папочке были документы с совершенно иным содержанием.

Наконец, все завершили обозревать собственные грехи и с некоторым страхом уставились на Дашу. Все прекрасно помнили, чем заканчивается силовое противостояние с Троицей.

- Не буду долго вас задерживать. Надеюсь, все прекрасно осознали содеянное и раскаиваетесь... В душе... Перед остальными не обязательно - они не лучше вас. Но и не стоит себя считать лучше других... Вслух... Я понимаю, что трудно всё время оставаться человеком - окружающие сильно мешают, но... - сделав паузу для того, чтобы до всех дошло сказанное, Даша продолжила:

- Мы не просто "окружающие". И вы уже знаете - с нами опасно спорить. Вот - и не спорте. Дело мы с вами затеяли хорошее и, даже при честном его ведении, весьма прибыльное, так что - не стоит делать скоропостижных заявлений. Особенно вам, душка Увисот...

При этих словах, мэр покраснел еще больше, хотя казалось, что сие невозможно. Кроме самого мэра, этого намека никто не понял.

Даша, тем не менее, продолжала:

- Нас - всего трое. Кажется, совсем мало, но каждый из нас - многого стоит. Наш старший - человек такой нелюдимый, неразговорчивый, неулыбчивый. Глазами так делает: Морг-Морг... А моя сестра - фанатка чистить картошку. Обожает срезать Кожу и вырезать Глазки. Правда, вы не знаете, что такое картошка... но, надеюсь, скоро узнаете. Очень вкусно, между прочим.

И меня злить не стоит - и так трупы прятать некуда... Шутка... В действительности - места еще полно...Так что - тот, кто, в совместном с нами бизнесе, будет тянуть одеяло на себя, скорее всего, получит не одеяло, а... бесплатную простыню. Белую, длинную, и с капюшоном, — уточнила Даша и тут же снова улыбнулась. — Шучу. В общем, не мне вас учить...

Закончив запугивание и поняв, что народ проникся, Даша перешла к конструктиву:

- Ладно, партнеры. Пошутили - и хватит. Работаем честно - и информация из папочек никогда и нигде не всплывет. На досуге подсчитайте - заработаем очень много. Особенно, некоторые... - она выразительно посмотрела на сиэра Гладиса. - Гораздо больше, чем планировали... - и, оглядывая остальных, продолжила:

- Гарантирую - любые неправильные телодвижения любого из вас тут же станут известны всем присутствующим. Уж, поверьте. В нашем случае - ревизионная комиссия профанацией не будет. Так что - живем и работаем дружно и без дураков. За сим - прощаюсь. Надеюсь, встречаться будем только в связи с хорошими событиями.

Когда Даша вышла, в кабинете некоторое время, стояла тишина, которую, в конце концов, нарушил мэр:

- Гебру, как все это понимать?.. Ты зачем нас так подставил?!.

Все уставились на сиэра Гладиса.

- В чем подставил?.. Мы получили отличный проект. В результате его реализации, получим прибыль - чуть ли ни в двое! Причем, гарантировано. А то, что они о нас знают, то они знают... обо всех. Повторяю - ОБО ВСЕХ. И заметьте, они с нами или, честнее сказать, мы с ними - на одной стороне. Соответственно, если мы не обманем их ожиданий - против нас они ничего предпринимать не будут. Обещали, и я им, как бы не странно это звучало, верю. А вот против других, по нашей просьбе, вполне могут и предпринять. Поэтому - считаю, что для нас все, как раз, складывается, как нельзя лучше, - спокойно пояснил он. - Если считаете, что я в чем-то не прав, - скажите. Между прочим, как видите, я тоже получил свою папочку. Так, что не надо из меня строить предателя.

Обдумывая услышанное, все молчали. Только мэр, пару раз, попытался что-то сказать, но останавливался, поэтапно понимая всю выгоду сложившегося положения. Наконец, сиэр Отин резюмировал:

- В принципе, действительно, все очень даже удачно сложилось. Иметь в своих друзьях Троицу - очень даже неплохо, хотя я все равно чувствую себя... как-то неуютно.

- Сначала это чувство было и у меня, - согласился с ним сиэр Гладис. - Но потом, по мере осмысления - рассосалось. Надеюсь, и вы поймете всю прелесть такого сотрудничества.

- Надо будет у них про домовых порасспрашивать, - немного успокоившись, сказал мэр. В свете определенных обстоятельств этот вопрос его сильно беспокоил.

Чуть было не сорвавшийся фуршет все же состоялся...

Глава 4

Мы с Ксенией уже начали завтракать, когда в столовую ворвалась Даша.

К завтраку она периодически опаздывала, всякий раз находя — как ей казалось — неопровержимую причину.

Гуфф, лежащий у камина, приоткрыл веки и проводил взглядом идущую к столу Дашу. Когда та уселась на место, он снова вернулся в дремоту.

- Ну, и какаю отмазку ты сегодня приготовила? - оторвавшись от омлета, спросила Ксения. В последнее время у нее появились аристократические замашки - и опоздания сестры, особенно на завтрак, она воспринимала как нарушение внутреннего протокола.

- Чего сразу - "отмазку'? - тут же влезла в пикировку с сестрой Даша. - Очень серьезным делом занималась. Составляла план на сегодня. У меня намечено - проинспектировать строительство. Чтобы особо не расслаблялись. Вот и завозилась. Это тебе нечего делать. Погулять с Гуффом - это же не работа, а очень даже удовольствие. Между прочим, он мне нужен. Очень полезный собак при инспектировании. Если были косяки - всегда находит. Не нуди.

Гуфф, услышавший свое имя, степенно поднялся и, подойдя к стулу Даши, уселся рядом.

- А может не надо инспекций? - влез я в разговор. - Ты строителей и так затролила, по самое не могу. Вроде, уже не косячат по-крупному.

- Пусть и по-мелкому не косячат, - не повелась на предложение Даша. - Даром, что ли, я их на сдельно-премиалку перевела.

Еще в бытность на Земле, она прочла какой-то 'производственный' роман, из которого подчерпнула знания о стимулирующих системах оплаты труда времен СССР. Отчего-то, сдельно-премиальная ей очень понравилась. В день получки, всегда о ней вспоминала и сетовала, что такую хорошую идею не применяют. Даже Ксения не смогла мне объяснить, что за глюк образовался в сознании ее сестры. Она тоже не понимала.

- Ну, в честь 'Нового года' можно и не портить людям праздник, - попытался я, все-таки, отговорить Дашу.

- Вот, как раз, и будет подарок к 'Новому году'. Кто хорошо сработал - получит дополнительную премию, а кто косячил - штраф, - не сдавалась Даша. - А хорошо они тут придумали! Лишние дни не считать. Все ровно и красиво! А то у нас месяц - то тридцать дней, то тридцать один, то, вообще, двадцать восемь. И то не всегда - раз в четыре года двадцать девять. Не красиво...

В 'Зоопарке', действительно, был интересный календарь. Планета прокручивалась вокруг местного солнца за триста двадцать четыре дня с копейками. Так вот, четыре дня в календарь не входили. Это были новогодние каникулы для всех. Год делился на шестнадцать циклов (месяцев) по двадцать дней. В каждом месяце четыре пятидневки (недели). Четыре дня и остатки часов в конце года - просто пропускались. Они были вне календаря.

- Могли бы и у нас пять дней выбросить. Все равно - никто толком, после нового года, не работает. Было бы, по крайней мере, двенадцать месяцев ровно по тридцать дней. Все красивше.

- Сговорились... - укоризненно посмотрев на собаку, констатировала Ксения.

В ответ, Гуфф довольно выразительно фыркнул, как бы говоря: 'Вот еще... Глупости какие'. Вот умел этот пес, даже без слов, четко выразить свое отношение к чему-либо.

В 'Зоопарке' мы обретались уже около полугода.

Кто бы мог подумать, что падение бюста вождя пролетариата начнет отсчет совершенно новой жизни - и для меня, и для всего мира...

В то время, я уже смирился с мыслью о дожитии своих лет в тишине и спокойствии пенсионного возраста. На работу собирался ходить - пока не выгонят, а потом - у камина в кресле с книжечкой. И ничто не предвещало никаких особых зигзагов удачи или неудачи, а, тем более, мировых потрясений.

Но, вдруг обретенный партнер, вывалившийся из разбившегося бюста, взбаламутил мое тихое болото, а с его подачи - уже я переполошил весь окружающий мир. Честно признаюсь, сначала - все 'печеньки' хотел использовать, исключительно, для себя, любимого. Но жил я не на необитаемом острове - и, постепенно, в круговорот событий втягивалось все больше и больше окружающих меня людей. Монотонная серость бытия сгинула в блеске новых возможностей. Стало интересно жить и, естественно, хотелось узнать, чем же все это закончится. Тем более, спасибо, и здоровье поправилось. От такого подарка я, естественно, отказаться не мог.

И все бы ничего, но, к этому всему, добавилось еще и желание подшутить над близняшками - двумя молодыми и шебуршными сотрудницами, попавшими в мой отдел - представившись колдуном. Что привело к еще более глобальным последствиям. Чуть ли не галактического масштаба. Кто же знал?..

Тут, в 'Зоопарке', было интересно. А учитывая нашу репутацию - вдвойне.

Как-то, не специально, но получилось так, что каждый из нас, помимо общей, заимел тут и свою личную историю.

За время нашего пребывания здесь, произошло много различных крупных и мелких событий, значимых и не очень. В том числе - и первая знаменитая Дашина инспекция, получившая широкую скандальную огласку.

Заимев всеобъемлющие полномочия в вопросе контроля строительства, Даша с воодушевлением воспользовалась ими в полном объеме. Прямо на старте, нескольких подрядчиков пришлось отстранить и набирать новых.

Потом было еще несколько мелких стычек Даши со строителями, которые, поначалу, встречали все ее замечания, хотя и с опаской к ней самой (как члену знаменитой и ужасной 'Троицы'), но в штыки. Априори пологая, что столь молодая и мелкая особа в строительстве никак не могла хорошо разбираться. Но неизменная правота, подкрепляемая независимыми экспертизами, отучила их это делать. Теперь, если и возмущались, то делали это тихо и только между собой. Что, кстати, еще на несколько пунктов, подняла наш общий авторитет.

Мне припомнилось, как, после этой первой Дашиной инспекции, ко мне с жалобами на нее примчался сиэр Гладис. Обычно, он не нисходил до посещения кого бы то ни было лично, кроме мэра и пары человек, равных ему по финансам и влиянию. Но тут - сподобился.

- Сиэр Евгений, это - не допустимо! Эта ваша мелкая помощница разогнала половину строителей! Так - мы не только в срок не успеем, мы, вообще, ничего не построим, - с порога, даже не поприветствовав, стал жаловаться на Дашу влетевший в мой кабинет сиэр Гладис.

Я был готов к такому развитию событий и, не чинясь, тут же вручил сиэру Гладису несколько листов печатного текста.

- Это что?.. - опешил он, явно не ожидавший от меня такой готовности к его вопросу.

- Это - перечень нарушений, вскрытый этой самой 'мелкой'. Вполне себе впечатляющий. Пара из которых, вообще, не лезет ни в какие ворота. Их последствия могли бы привести к весьма плачевным результатам, в том числе - и к крупным финансовым потерям. Потому как 'мелкая' вскрыла не только плохое качества строительства, но и несколько случаев явного воровства. Не знаю, как вы, но лично я не люблю, когда воруют столь нагло... особенно, когда воруют, в том числе, и у меня, - охладил я его пыл.

- Интересное выражение 'Не лезет ни в какие ворота'. Надо запомнить... - прокомментировал он мой словесный оборот и принялся за изучения полученных бумаг.

По мере чтения, мнение о 'мелкой' у сиэра Гладиса явно менялось. Закончив, он поднял на меня глаза и уже более спокойно сказал:

- Если это, действительно, так - то извиняюсь. Но хотелось бы убедиться. Она же не строитель и не совсем понятно, как она смогла докопаться до таких фактов.

- Она же - женщина... - пошутил я. - Эти создания, при желании, докопаются до чего угодно.

Хмыкнув, сиэр Гладис ответил:

- Согласен, но все же...

- Нет ничего проще. По присутствуйте при очередной инспекции. Думаю, заодно познакомитесь еще с одним очень интересным 'инспектором', - начал я переводить стрелки с себя на истинного виновника. Я всегда с интересом наблюдал, как местные общаются с близняшками. Они их откровенно побаивались, особенно в начале нашего пребывания в 'Зоопарке'.

- Хорошо. Так и сделаю. Но есть еще одна претензия. Она прилюдно оскорбила одного из руководителей строительства, назвав его полудурком, - продолжил список претензий к Даше сиэр Гладиас.

Я еле сдержался, чтобы не расхохотаться. Даша в своем репертуаре. С трудом сохранив серьезное лицо, ответил:

- Так он должен гордиться - не совсем дураком обозвали, а только наполовину. А ведь очень многие, в личном списке этой леди, числятся именно полными дураками. Причем, у нее весьма широкая градация значения 'дурак'. Кроме полудурка, есть еще: 'полный дурак'; 'придурок'; 'дуралом'; 'дурковатый'. И, вообще, у нее очень широкий спектр в обозначении не очень умных людей. Так что 'полудурок' - это очень даже неплохо. Где-то в верхних строчках рейтинга. Есть даже ласковые - 'дурачек', 'дурашка'.

Наличие столь широкого диапазона в таком простом понятии, как дурак, оказалось для сиэра Гладиса явным открытием. Здесь у них присутствия оттенков в этом термине не было.

- Интересно бы узнать весь список, - с некоторой задумчивостью, откомментировал он услышанное. Затем встрепенулся и продолжил:

- Но это - мой вопрос. Но, как я понял, ты тоже хотел зачем-то со мной встретиться.

- Да. Есть идея о способе продажи строящихся квартир и других строений, исключая то, что запланировано для города, - не преминул я возможностью перейти к более, для меня, интересной теме.

Здесь немного поясню. Как ни странно, но ни в Империи, ни здесь, в 'Зоопарке', не было понятия продажи чего-то еще не существующего - типа, 'незавершенного строительства' и тому подобного. Все продавалось в готовом виде. Нет, заказы имели место быть. Но ни о какой предоплате и всевозможных авансах, выпуска акций для сбора средств - то есть, об оплате 'до того, как' - и речи не возникало.

С одной стороны, очень даже верное решение - снималась куча проблем, если что-то не сделали, не доделали или сделали не то, что требовалось.

Здесь все и всегда покупалось - либо за свои деньги, либо за деньги, взятые в долг под гарантию чего-то стоящего, не на много меньше, чем суммы долга. Что интересно, но банковские ссуды и кредиты, несмотря на такое положение вещей, все-таки существовали. Банки давали деньги, если клиент предоставлял обоснованный бизнес-план или залог, стоимостью не менее пятидесяти процентов от требуемой суммы. Либо состоял в Первом или Втором списке (финансисты и промышленники, которые могли и не иметь нужного объема свободных средств, но капиталы которых были в работе и могли быть проконтролированы). В этой сфере, здесь действовало правило 'равных рисков'. Оно было краеугольным канем здешней финансовой системы. 'Фифти-фифти'. В случае пролета, половина суммы вешалась на банк, как убыток, а вторая - на заемщика. И если у тебя не было потенциальной возможности погасить этот долг, то ссуды или кредита ты не мог получить - от слов 'никак' и 'никогда'. Естественно, были и исключения. Как и у любого другого приличного правила.

Исключением, в этом случае, были потребительские кредиты. Не смог вернуть - возвращал купленное, или принудительные работы, пока не вернешь долг. Да и деньги-то, в этих случаях, были относительно небольшими.

Причем, если ты вкладывал деньги в банк, то должен был определиться - может банк твои деньги использовать для кредитования, или нет. Если да, то получал прибыль, или иногда и убыток, если нет, то сам приплачивал за хранение. Казалось, что в этой сфере, здесь и в Империи, все перевернуто с ног на голову. Хотя, если задуматься, то, может, наоборот - это у нас на Земле все перевернуто.

Фарс-мажор тоже существовал, но был прописан в законодательстве весьма тщательно. Соответственно, смыться с деньгами пайщиков или продать акции еще несуществующего предприятия (как частенько у нас бывало) - было невозможно. Удивительно, но факт. Хотя кидалово и здесь процветало, но основывалось оно на совершенно других принципах и схемах. Я голову сломал, но объяснения всем этим фактам этого общества - так и не нашел.

С другой стороны, труднее было начать что-то новое и затратное. Даже в Империи - фундаментальные науки и новые разработки были привилегией исключительно государства и крупных корпораций. В 'Зоопапке' же этим занимались только корпорации. И, как следствие, здесь в 'Зоопарке', процветал промышленный шпионаж. Государство в эти дела не вмешивалось и, в отличие от Империи, преступлением это здесь не считалось. Не сумел защитить свою интеллектуальную собственность - сам виноват. Значит, мало денег выделил на ее защиту.

Так вот, я решил попробовать продать квартиры на этапе строительства. Не в прямом смысле 'продать'. Торговаться 'в минус' - то есть, сбивать цену - здесь умели, но вот до варианта торговаться 'в плюс' - как-то не додумались. Странно и непонятно, но - как есть, и очень для меня непривычно. Тут, вообще, печкой, от которой плясали, являлся покупатель, а не продавец. Получалось, что чистого финансового капитала здесь не было. Для меня это было диковато и не укладывалось в голове. Так что мое предложение об аукционе с повышением ставок было воспринято, почти как революция. Напомню - продать незавершенное строительство здесь было невозможно, но провести аукцион с повышением будущих цен на объект - вполне исполнимо. Ведь деньги не платились. Устанавливалась лишь цена, по которой объект выкупится в будущем.

Сиэр Гладис тогда ушел, загруженный новой информацией 'по самое не могу'. Как говорится: с больной головы на здоровую. Или, в моем случае, с капусты и королей на дураков с аукционом.

Эти воспоминания промелькнули почти мгновенно. Что интересно - когда вспоминаешь адресно, то получается последовательный набор, а когда ассоциацией - то единым блоком, мгновенно.

Вопрос Даши к своей сестре вернул меня в действительность.

- Слушай, а как там твой 'человек дождя'? Все хотела спросить, но все время забывала, - развернула она дискуссию в другую сторону.

- А ты разве не слышала?.. Последнее время, в городских газетах о нем частенько пишут, да и в визоре разговоров много, сеть - так, вообще, забита, - дожевав последний кусочек омлета и потянувшись к кружке с чаем, ответила Ксения.

- Ну, в газетах и в визоре многое чего говорят, а сеть здесь, как и у нас, - полная помойка. Сама же знаешь - все услышанное, прочитанное или увиденное во всех этих СМИ надо делить, если не на десять, то на два-три - точно. Сама расскажи. Это же твой протеже, - Даша быстро расправлялась с завтраком, успевая при этом вести продуктивную беседу. - Возьми тех же домовых. Мы пошутили - и на тебе. У всех уже есть.

А вот это уже был проект Ксении. Что натолкнуло ее на эту идею - трудно сказать. Скорее всего, ранее виденные фильмы про такого типа людей и наша идея о частном детективном агентстве. Честно говоря, я не расспрашивал, а она, в свое время, не озвучила. Даша же сразу привязала все к фильму 'Человек дождя', а я еще - и к сериалу 'Хороший доктор'. Правда, сфера деятельности подопечного Ксении была не медицинской, а детективной.

Как-то гуляя в парке с Гуффом, Ксения столкнулась со странным, потерянным человеком. Как потом выяснилось, человеком, страдающим аутизмом, конкретно 'синдромом савантаон' или ‘аутизм-савант’. Такие люди воспринимают мир по-другому, не так, как обычные. Им непонятны эмоции, зато они не теряют концентрации в сложных ситуациях. Часто имеют недюжие математические способности, фотографическую памятью и исключительную внимательность. Хотя, чаще всего, и в более тяжелых случаях, они увлечены или одержимы определенными объектами и имеют большие трудности в общении. В основном, за счет стереотипного поведения с 'тревожно-навязчивым желанием сохранить постоянство'.

Кто он и откуда - смог определить Кис, да и то - только в паре с Джейн. Покопаться в мозгу самого этого человека он не смог. Болезнь создала естественную преграду для такой возможности - и только Джейн смогла отыскать туманное упоминание о нем в базах данных одной из психиатрических клиник. История была, одновременно, и банальна, и печальна.

В свое время, его родители, когда поняли, что их ребенок психически болен, определили сына в соответствующую клинику. Пока они были живы - раз в год, платили за его нахождение там. Но в начале этого года - попали в аварию, получили тяжелые травмы и не выжили. Другие родственники не были расположены платить и, когда деньги очередного взноса закончились, клиника, недолго думая, избавилась от него. Санитар вывез его в парк - и бросил... Данные подчистили, но недостаточно, чтобы Джейн не смогла докопаться.

Совместно, я и близняшки, решили скандал не поднимать, а вернуть и оплатить содержание лет на двадцать вперед. Но после того, как Шебол (так он значился в клинике) пробыл у нас в доме несколько дней, Ксения выяснила, что у него имеются очень интересные способности. Отличная память и исключительный аналитический талант. Шебол представлял собой своеобразную интуитивную аналитическую машину. Имея кучу разрозненной информации, он мог довольно быстро выуживать из нее цепочки данных, имеющих самые мизерные признаки связанности. Эта его способность и сподвигла Ксению на эксперимент.

Какими-то путями, она смогла влезть в расследование дела о массовых убийствах. Видимо, тогда, в начале нашей жизни в 'Зоопарке', нас еще побаивались в значительно большей степени, чем сейчас, и обер-командор центрального полицейского участка поберегся, с порога, послать Ксению с ее идеей куда-нибудь далеко и надолго.

***

За прошедшие, почти, четыре дня расследования, документов уже набралось целая здоровенная коробка. Все это - она скормила Шеболу. Плюс - поговорила, в его присутствии, с несколькими полицейскими, участвовавшими в работе по этому делу, и несколькими свидетелями.

Дело застопорилось именно из-за свидетелей. Они, явно, не горели желанием описывать то, что видели, и, особенно, преступника. И не потому, что боялись. Как раз - наоборот. Они его выгораживали. Некоторые, происходящее описывали вполне адекватно, но, когда дело доходило до описания преступника, начиналась откровенная муть. Другие, вообще, отказывались от дачи показаний, ссылаясь на то, что все произошло очень быстро, а они были сильно напуганы и, из-за страха, ничего не запомнили. Одна женщина, вообще, пожелала, чтобы полиция не нашла этого преступника - хотя он и убил ее мужа. Тот, как оказалось, частенько применял по отношению к ней насилие. Слушать, по этому поводу, ее никто не хотел, так как на работе и во внешней (вне семьи) жизни - муж имел репутацию спокойного и весьма достойного человека.

Как ни странно, к добыванию информации из свидетелей и потерпевших привлекать мозголомов запрещалось. Официально. Да и не брались они за дела столь мелкого пошиба. Только если неофициально. Тем более, что жертвы в этом деле были специфическими. Преступников же можно было и потрясти.

Просматриваемый, в таком положении, замкнутый круг в действительности им не был. Во-первых, не давал развиться синдрому 'легкого пути', требовалось, все же, изначально доказать виновность обычными средствами. Во-вторых, снимал все моральные препоны для такого действа, если вина доказана. В-третьих, значительно снижал судебные ошибки, если, все же, они происходили. В этом случае, он был уже во благо.

Действие разворачивалось следующим образом. В один из дней, в участок, поутру, поступила информация, что в общественном парке убиты три человека. При близком рассмотрении, эти трое оказались местными мелкими бандитами. Промышляли мелочным грабежом и рэкетом. И были, как говорили жители этого района, совершенно 'отмороженными'. Запугали всех посулами - убить любого, кто, даже только, подумает пожаловаться в полицию. А полиции что?.. Нет заявления - нет дела!

По ответам двух, вроде как, потерпевших - старичков довольно преклонного возраста - эта троица подошла к ним, когда они были заняты игрой в шары, и заявила, что за игру на их поле нужно платить. На попытку поругаться - один из отморозков пригрозил оружием. Старики, кряхтя и ругаясь в полголоса, полезли за кошельками. Но тут - вдруг грохнули выстрелы, и все трое бандитов повалились, как потом выяснилось, убитыми. Когда старики повернулись в сторону стрелявшего, тот уже уходил. Так что - они увидели только его спину. Но, как заявили, если бы даже и видели лицо, то не запомнили бы, по причине старости и плохой памяти. Явно врали, так как ситуацию описали вполне себе досконально.

Хотя были и другие посетители, скорее всего, видевшие стрелявшего, хотя бы и издалека, но все в один голос отвечали - ничего не видели, ничего не слышали.

Так что, с первых часов, дело начало пробуксовывать.

После обеда, в тот день, пришло еще одно сообщение. Была ограблена пожилая женщина. Грабитель застрелен, а сумочка, вырванная им, возвращена пострадавшей. Принес ее пацан, сказавший, что об этом его попросил какой-то чужой дядька, дав за это бумажку, аж в пять кредитов. Как выглядел дядька - малец, по его словам, совсем не запомнил, так как все затмила выданная ему денежка.

Женщина, как и ожидалось, тоже не запомнила этого странного, как она сказала, мужчину. По ее словам, произошло все очень быстро. Когда воришка выдергивал у нее сумку (а ему пришлось дергать два раза - она ее крепко держала), никто ей не помог, хотя людей вокруг было предостаточно. Она, естественно, была очень расстроена и, когда этот человек подошел и спросил у нее - куда побежал воришка, она автоматически показала направление и не сильно его рассматривала. Отметила только, что он был абсолютно спокоен.

Естественно, свидетелей происшествия, как и предполагалось, не нашлось. Тот же этот был человек, что утром расстрелял вымогателей, или нет - было непонятно. Объединили эти происшествия в одно дело только из-за того, что воришка тоже был расстрелян. Уже потом, экспертиза подтвердила - пули одной серии и выпущены из одного и того же оружия. По мнению полиции - очень неадекватное наказание за воровство. А то, что в этой сумке были все деньги этой женщины и если бы не этот человек, то она и ее дочь могли помереть с голоду, - это как-то осталось за скобками.

В тот день, убийств больше не было. А вот на следующий - все началось по новой.

С утра, пришло сообщение, что на частной квартире, где, как оказалось, изготовлялись самопальные наркотики (по понятиям 'Зоопарка' - вроде, как и не преступление, так - правонарушение), были расстреляны пятеро 'наркоизготовителей'. Как это произошло, рассказал один из потерпевших, доживший до приезда полиции. До больницы не довезли.

День у этих 'бизнесменов' начинался как обычно - смешивали чистый наркотик с мукой и расфасовывали.

В дверь позвонили.

Главарь глянул на одного из своих подельников и приказал:

- Бугай, глянь, кто там, и если просильщик - гони в шею. Пока еще ничего не готово.

Тот подошел к двери и открыл ее. Дальше последовал следующий диалог:

- Ты кто? Вали отсюда. Я тебя не знаю.

- Зато я тебя хорошо знаю, - послышалось в ответ, и тут же начали звучать выстрелы.

Бугай еще падал, но, за этот миг, пули получили все.

Охранник, сидевший в углу, - первый. Он не успел даже поднять оружие, хотя выстрелить ему удалось - в пол. Остальные - по мере, как открывались стрелку из-за падающего Бугая. Все получили пули в голову, кроме 'выжившего'.

Тот оказался слишком шустрым и, перед тем, как словить свою пулю, успел подскочить, и начал разворачиваться. Поэтому, пуля, летевшая в голову, попала в живот. Падая, он успел увидеть только спину уходящего человека. Высокий. Короткая прическа. Черная куртка. Вот - и все полученные данные.

Никаких улик убийца не оставил. Он даже в комнату не вошел. Соседи, как всегда, ничего не видели и ничего не слышали. В разговоре 'не под протокол', все до единого высказали одинаковую мысль - этот притон им надоел хуже занозы в заднице. Мало того, что соседи весьма неприятные, так еще и тягается сюда всякое отребье.

После обеда - еще одно убийство!

Рядом с домом, на полянке, закрытой кустами от взглядов с улицы, сорились муж и жена.

- Как ты посмела обратиться к судье!.. - шипел мужчина. - Теперь на меня на работе косятся.

При этом, он держал женщину за полы пиджачка, который был на ней одет, и, при каждом слове, сильно ее встряхивал.

- Отпусти! - держась за руки мужчины и стараясь оторвать их от себя, отвечала женщина. - Ты сам напросился. Я тебя просила - не приходить! Мы же договорились. Ты не лезешь ко мне, а я молчу о том, что ты меня избивал. А ты снова за свое! Отпусти, а то закричу!

- Только попробуй. Сука! Ты моя жена - вот и терпи. А снова сунешься к судье - убью! - уже более громко ответил он на угрозу жены.

Вдруг зашуршали кусты - и к ним на лужайку вышел мужчина. Остановился и стал смотреть на них.

Муж женщины, не отрывая рук, повернул голову и рыкнул:

- Вон отсюда!

Мужчина не отреагировал. Все так же смотрел и ничего не говорил.

- Чего тебе надо? - закричал муж и, оттолкнув жену, повернулся к незнакомцу. - Денег?.. На!..

Прорычав еще что-то неразборчивое, он выгреб из кармана мелочь и бросил ее к ногам упрямо-молчаливого мужчины.

Тот спокойно отодвинул полу пиджака и достал из-за пояса пистолет. И, все так же молча, выстрелил.

Пуля вошла в лоб мужа, отбросив его к ногам жены.

Та вскрикнула и завороженно уставилась на стрелявшего, явно ожидая, что тот продолжит. Но ошиблась. Мужчина, все так же спокойно, засунул пистолет за пояс и, не сказав ни слова, развернулся, и ушел.

Полиция очень обрадовалась. Наконец-то, они смогут получить описание убийцы. Но не тут-то было.

На резонную просьбу полицейского описать убийцу - женщина неожиданно ответила:

- И не подумаю... Вы просто не представляете, как я прожила последний год. Терн был очень жестоким со мной. Что случилось, я не знаю, но он начал меня избивать даже по самому мелкому поводу, а то и без повода. Мне никто не мог помочь. От отчаянья - я обратилась к судье. И, думаете, от этого что-то изменилось?!. Стало еще хуже! Хотите посмотреть, что он сделал в предпоследний раз?..

Женщина сдернула шарфик, показывая шею с синяками.

- Чуть не задушил!

- Надо было обратиться в полицию, - вклинился в ее монолог один из полицейских.

Женщина усмехнулась:

- Терн всем заявил, что это я сама вешаться пыталась. И его послушали. Да вы сами все знаете, - безнадежно махнула рассказчица рукой. - Он ведь для вашего полицай-президиума, пару раз в год, проводил бесплатные вечеринки. Его все равно бы 'отмазали'. Это было бы - мое слово против его слова - без шансов.

После этих слов, женщина улыбнулась:

- А теперь - все кончено! И все - благодаря этому человеку. Я надеюсь, вы его не найдете, и он избежит наказания. Кто бы он ни был!

Третий день, почти весь, прошел без убийств. Понадеялись, что все закончилось. Но - нет! Уже ночью, пришло известие, что застрелена семья. Муж и жена. Не сказать, что они были особо законопослушными гражданами, но и сильно злобными нарушителями их трудно было назвать. Попивали, частенько устраивали громогласные скандалы с взаимными побоями. Периодически, запаздывали с оплатой счетов. Несколько раз, то его, то ее (а то и обоих вместе), забирали для отработки, после того, как они (или порознь, или вместе) пытались драться с полицейским, приезжавшими их утихомиривать.

Как оказалось, сын тоже не отличался тихим нравом. За убийство, почти десять лет назад, был отправлен на отработку. И вот - совсем недавно, его там тоже прибили в драке. Видно - гены взяли свое. В общем - семейка еще та. Так что, соседи не особо горевали, когда узнали об их убийстве.

Пули совпадали - и оружие тоже.

Вырисовалась серийность - правда, жертвы не вписывались. Они между собой не имели абсолютно ничего общего.

В 'Зоопарке' (да и для Империи) убийцы и, особенно, серийные, как ни странно, были не очень типичным явлением. Плотность населения - и тут, и там - не отличалось высокими показателями, так что - трудовые ресурсы ценились.

Подпольное (и не очень подпольное) рабство, рядящееся в, якобы, отработку долгов и провинностей, - было нормой. Казнь или убийство - нет. До этого доходило только тогда, когда понимали, что гражданин принесет убытков - гораздо больше, чем с него можно поиметь. Или у убийцы имела место быть патология.

На некоторых рудниках, где невозможна механизация, работающий, даже из-под палки, человек, за год-два, мог погасить даже самую большую задолженность. Хотя попадали туда не только должники и правонарушители. Отнюдь...

Обычно, убийц ссылали пожизненно, а тут - всего десять лет...

Начали прорабатывать и этот след.

Четвертый день заставил полицию зашевелиться более интенсивно. Жертва была уже не из криминального или полукриминального слоя. Убили судью!..

На месте убийства, явно, произошла драка. Кроме разбросанных бумаг судьи, на месте преступления нашли потрепанный блокнот, явно не судейский. Но ясности он не добавил. Наоборот, еще больше все запутал. Его странички были заполнены лишь четырехзначными цифрами...

Дело осложнялось. Может, и поэтому тоже - Ксению, с ее предложением, не послали прямо с порога.

Все выслушав, Шебол задал несколько вопросов. Вроде, даже к делу совсем не относящихся. Хотя полицейские и поворчали, но, несколько опасливо косясь на Ксению (мало ли что на уме у этой малахольной из троицы) и покопавшись в документах, и сделав несколько запросов, ответили.

И что бы вы думали!? Шебол, просидев молча около часа, монотонно раскачиваясь на стуле, внезапно замер. Его взгляд, обычно рассеянный, стал острым и сфокусированным. И он начал говорить. Медленно, отрывисто, но выстраивая картину так, словно сам был свидетелем каждого преступления. После его монолога все стало понятно, как божий день. Хотя начал он не совсем понятной для слушателей фразы:

- Первая цифра в блокноте - три тысячи двести. Ровно десять лет. Последующие уменьшаются на единичку, но до нуля не доходят.

Как сказал Шебол, убийца сейчас готовился прикончить Эдита Мейла. На то время - секретаря суда. Сейчас Мейл занимался совершенно другим делом. Объединить тогдашнего Мейла и сегодняшнего никто даже не подумал.

Вы уже, наверное, тоже догадались, что к чему. У них тут - ни Шерлоков, ни Ватсонов, ни сериалов, типа 'Элементарно', не было. Так что - им труднее...

Так и пошло. Непонятки. Приглашали Ксению с Шеболом.

Скормленная информация. Вопросы-ответы. Некоторое время на размышление - и все. Решение.

На данный момент, самое долгое размышление - сутки.

Реакция, почти всегда, одинаковая: 'И как это мы сами не дотумкали - ясно ж все, как в солнечный день'.

Пару раз, Шебол предотвратил покушения и на себя самого.

Первый раз - продажный полицейский, сливавший информацию на сторону.

Второй раз - попытались более серьезные люди, понявшие, что вся их схема получения криминальных сверхдоходов вот-вот рухнет. Не успели. Тут, кроме самого Шебола, подсуетились и Кис, и Машина, подкинув ему требуемые данные.

С тех пор, прямых попыток больше не было.

Соответственно, известность этой парочки постоянно росла. Несколько раз, Ксении приходилось применять и свой дар лекаря. Не всегда успевали вовремя. И это тоже шло в плюс.

В сети, Ксения завела свой блог. Туда тоже можно было обращаться, в частном порядке.

Я же, дал Ксении телефончик по которому она могла звонить 'моей знакомой'. Джейн. Очень и очень информированной особы. Иногда эта знакома сама звонила Ксении и подкидывала кое-какую информацию.

Узнав о наличии такой компетентной особы, этим каналам начала пользоваться и Даша.

Было потешно смотреть на их старания расколоть меня на более полную информацию о столь ценной особе. Особенно пыхтела Даша, явно подозревая меня и в других грехах.

Со временем, сложилось парадоксальное положение. Если кто-то обратился в блог - и Ксения бралась за это дело, то, чаще всего, виновник сам сдавался или подавался в бега, еще до того, как его изобличали.

Плюс к этому - Ксения часто работала в столичной муниципальной клинике для бедных. Здесь тоже появились перекосы. Туда, во время дежурства Ксении, стали обращаться и весьма небедные горожане.

Что было замечено и породило в сети неслабую дискуссию, отголоски которой, периодически, выплескивались и в остальные сектора СМИ...

Глава 5

Я тоже все это время не сидел, сложа руки. И у меня имелась своя личная история. Двухслойная...

Первый слой — обычная повседневная жизнь, в которой немалую долю занимал ресторан ссиэра Блеката. Адаптированные рецепты и развлечение от предводителя загадочной и опасной троицы. Коктейли и музыка от его подружек.

Один день в неделю — экзотические, по местным меркам, блюда. Очень дорогие и небольшие по объему. Поначалу ссиэр Блекат боялся, что такое сочетание «мало, дорого, экзотика» не будет пользоваться спросом или, вообще, отпугнет посетителей.

— Ссиэр Блекат, давайте не будем беспокоиться о том, что будет или могло бы быть, или не быть. Уверяю вас, это того не стоит. Никуда они не денутся. Желание выделиться или приобщиться всегда играло для большинства людей довольно значимую роль. Вкусно?.. Кому — как, но уж точно очень модно. Недаром у нас в ходу присказка:

«— Что с тобой?

— Я схожу с ума!

— Подожди, я схожу с тобой...»

Ссиэр Блекат посмеялся и, скрепя сердце, согласился, оговорив условие, что если все пойдет не так, как хочется, — откатить все назад, к консервативному, классическому типу обслуживания клиентов.

Естественно, он ошибался. Пришлось даже организовывать предварительную запись.

Особенно всем зашла икра и суши. До этого ничего подобного и в таком виде никогда никем не предлагалось. Забыли тут и про грибы. А я их лично очень уважаю во всех возможных видах. Тушеные в горшочках с овощем, напоминающим наш картофель, шли особенно хорошо.

Само собой, из нашего поля зрения не выпала и выпивка. Кроме ядреных настоев на самогонке и своеобразной медовухи, предлагали вино одной из древнейших компаний, занимающейся этим делом не одно столетие.

Это постаралась Джейн. Собрала информацию по самым модным брендам. Отсекла явную халтуру и подделки. Потом отсеяла халявщиков, хотя и имеющих большую историю, но сбившихся в последние десятилетия с пути истинного. И в конце концов вышла на небольшую фирму, поставляющую элитные сорта вин ко всем правящим домам. И какими-то, лишь ей ведомыми, правдами и неправдами она сумела втиснуться в этот ручеек поставок. Плюс — кое-что с Земли. Торговая тропинка туда уже была протоптана, и мы не преминули этим воспользоваться. Так что алкоголь у нас был на любой вкус. В дополнение — экстравагантные безалкогольные напитки. В их список я и квас всунул, а Даша — колу.

А уж фантазию по коктейлям я не ограничивал! Тут было все — от изысканного вкусового «шарма» от Ксении до «звезды в глазах» от Даши.

При обсуждении Даша, как обычно, не ограничивала своих порывов:

— Фантазию тут никак нельзя секвестировать. Чем более буйная — тем больше замануха!

— Ну ты и словечки находишь. «Секвестировать». А попроще нельзя сказать? — с явным сарказмом спросила сестру Ксения.

— А че?.. Нормальное такое слово. Солидное... — не заметив сарказма сестры, ответила Даша. — Коктейли в ресторане — вещь незаменимая. Можно такое замутить, что потом одни будут долго помнить, а другие, наоборот, все забудут напрочь. Да и, вообще, как говорят: «Если ты просто пьешь водку — то ты алкаш. Но стоит бросить в стакан цветок ромашки, и — опа! — ты уже фитотерапевт», — выдала Даша, явно гордясь озвученной шуткой.

— Ты че-то в сторону уходишь. Фитотерапия и коктейли — вроде из разных опер, — парировала Ксения, хихикнув при этом, но, скорее всего, для того, чтобы не обидеть сестру, чем оценив шутку.

— Ничего и не из разных. Смысл один и тот же — смешал что-то с чем-то, значит, это уже будет или лекарство, или коктейль. Вот послушай!

«Проводник: — Чай, кофе, водка?..

Пассажир: — Какой-то странный у вас коктейль...»

Хохотнув, я свернул дискуссию:

— В принципе, она права. Тем более у посетителей будет право выбора, а как они им воспользуются — это уже не совсем наше дело. Можем даже надпись повесить о вреде алкоголя.

— Не надо никаких надписей! Никого они и никогда не останавливали. Только нервировали! — поставила точку в обсуждении Даша.

Плюс — в день экзотического меню предлагалось поучаствовать в шоу «В глуби времен и пространств». Вы же не думаете, что я забыл про мой первый опыт на ниве общепита?..

***

Обычно на сцене за столиком, перед полупрозрачным стеклом, сидел или корреспондент, или здешний блогер, или просто посетитель и проводил интервью с какой-либо исторической личностью. Иногда — с собственным предком.

Очень часто эти интервью приводили к весьма шокирующим последствиям в виде скандалов внутри семейств, а иногда и политических. Но желающих от этого не становилось меньше, совсем наоборот. И это даже учитывая то, что стоимость такого представления для действующего лица была отнюдь не маленькой.

При отсутствии интервью за экраном шли зарисовки из жизни того или иного места или города «Зоопарка», Империи или другой звездной области, где обосновался человек. И из прошлого или настоящего. По «желанию» большинства. Многие удивлялись столь созвучному с их настроением действию за стеклом. Не знали, что для Киса «опрос» и небольшая корректировка настроения не составляла особого труда. Иногда для оживления он прокручивал фрагменты из земных фантастических фильмов вроде «Звездных войн» и «Звездного десанта».

В обычные дни — живая музыка. Репертуаром, не без успеха, заведовали близняшки, внедряя и земные хиты в том числе. Причем они создали не просто какой-то заурядный ансамбль, а набрали коллектив, исполняющий голосом все инструменты и соло. Так что получалась именно живая музыка.

Кто не понял — можно посмотреть на Юту.бе по коду ZQtbOmOCgoU

(Фантастическое кавер исполнение всемирно известного хита ,,Отель Калифорния,, группы Иглз. Исполняет Vocal Sampling — мужская музыкальная группа a cappella из Кубы)

Такое музыкальное сопровождение мы приняли с подачи Ксении. Очень уж оно ей нравилось.

Успех был выше всяких ожиданий. До такого здесь еще пока никто не додумался.

Исполнители за пару выступлений попали на вершину рейтинга. Правда, и поработать перед этим им пришлось неслабо. Состав сложился не сразу, несколько человек просто не потянули того уровня, который затребовала Ксения. Планку она сразу подняла на весьма приличную высоту.

Исполнителей собирал Кис (естественно, с моей помощью) и помогал ей чуть-чуть, подстраивая совместимость. Уж больно разные люди собрались — и в социальном плане, и в плане характеров.

В совокупности с экзотикой блюд (иногда соответствовавшим шоу) все это действие вызывало бешеный интерес. Потянулись даже из Империи.

Очередь обзавелась «хвостом» (почти на три месяца) и не имела тенденции к уменьшению. Скорее — наоборот. Мэр уже пару раз подкатывал с предложением увеличить количество дней с шоу до двух-трех в неделю.

Я пообещал подумать, переложив решение на ссиэра Блеката. Тот пока пребывал в раздумьях. Как-никак, все эти нововведения теснили традиционный, консервативный, семейный стиль его ресторана.

Новый тип аукциона, хотя и был воспринят с большой прохладцей (так как входил в неслабое противоречие с существующим положением вещей в этой области), но состоялся, повысив стоимость строящегося почти на двадцать процентов.

Строителям подняли зарплаты — и все завертелось куда быстрее, чем обычно. Так что скоро можно будет открыть еще одно злачное место.

Даша настаивает на казино:

— Здесь не казино, а пародия какая-то! — выдала она заключение, посетив одно из них. — Надо им показать, что значит настоящее казино.

— Вот-вот! Только не забудь повесить объявление на входе: «Дресс-код! Приходя к нам — одевайте самые красивые трусы. Возможно, именно в них одних вы будете возвращаться», — не оставила Ксюша это предложение без комментариев.

— Ага! Если сумеют вовремя остановиться, — не осталась в долгу Даша. — А то... газеткой придется прикрываться. А из красивых трусиков можно будет... музейную комнату открыть! А потом и аукциончик забацать из особо значимых.

— А чем тебе здешние казино, собственно, не понравились? — поинтересовалась Ксения.

— Полный мрак. Тут даже рулетки нет! Карты есть, кости есть, игральные автоматы есть, а рулетки нет. Какое же это казино без рулетки!? А в развлекухах — стриптиз без шестов! Жесть! — весьма эмоционально поделилась своим мнением о здешних казино Даша.

Второй слой моей жизни, приватный, — его организовал загадочный узник из наших подвалов и все, что было с ним связано. А связано было многое и очень странное, даже для этого общества с его одаренными.

Его крайнее нежелание выходить оттуда на всеобщее обозрение и притворное восхищение моими возможностями в первый момент меня заинтриговало, но обломилось.

Тогда, в первую нашу встречу, на прозвучавшие слова Кис сразу среагировал как на ложь:

«Получаемая информация недостоверна. Сканирование сознания этого создания невозможно. Так что — осторожно. Я впервые встречаю „разумного“ с такой защитой. Явная аномалия. Может быть, природная, но, скорее всего, встроенная. Причем присутствует ответное сканирование».

Джейн, инициированная запросом Киса, про этот персонаж тоже ничего не нашла:

«Фантом какой-то!»

Поэтому мой дебют в общении я сразу сократил до минимума.

Но после нескольких последующих встреч между нами в конце концов состоялся откровенный разговор. Однако все дальнейшее мной не воспринималось как что-то настоящее.

Казалось, что я попал в какое-то низкопробное фэнтези с весьма тривиальным и незатейливым сюжетом. Видимо, я все же слишком много книг прочел этого стиля, где авторы были в основном озабочены динамичными сюжетами и как можно более крутым драйвом. Поэтому реальность воспринималась мной как что-то пресноватое.

— «Хранитель», значит... — наконец услышав что-то похожее на истину, задумчиво произнес я. А задумчиво — потому, что услышанное показалось мне, как я уже отмечал, несколько нарочитым и неестественным. — И что же ты... хранишь?

— Наследие, оставленное очень древней цивилизацией. Опасное Наследие... — выдал в ответ мой собеседник.

Провинциальная театральщина так и перла из всех щелей! Уж очень хорошо все услышанное ложилось в сценарии многих прочитанных мной фантастических книг.

— Зачем же хранить опасное? — разыгрывая удивление, поинтересовался я.

— Я так создан. Я не человек. Искусственное создание. Функция, — услышал я в ответ, почти слово в слово то, что и ожидал. Ну, прямо — классика какая-то!

Ну, а раз классика, не будем выбиваться из образа. И вопросы будем задавать соответствующие:

— Если наследие и ты его хранишь, то, значит, должны быть те, для кого ты это хранишь?.. И, скорее всего, должны быть критерии, по которым ты должен определять наследников.

— Да, это так, — ожидаемо получил я в ответ.

— Что же... Продолжим логическую цепочку. Так как я услышал о наличии наследия — и еще жив! — то, предположительно, я или кто-то рядом со мной соответствуют критериям? — особо не мудрствуя и не плетя особо хитрых ходов в беседе, продолжил я в духе все той же посредственной фэнтези.

— Ты — 99,99% совпадения. До этого никто не дотягивал даже до пятидесяти, — пока что не выбиваясь из канонов, ответили мне.

— Продлевая цепочку предположений, я могу полагать, что тебя смущает эта... оставшаяся сотая процента, — логически продолжил я свою линию. Туповатый какой-то диалог. В тот момент я решил, что или надо мной издеваются, проверяя на адекватность, или я чего-то не догоняю.

— Не совсем. Минимальный предел — девяносто девять процентов, — ответил Хранитель, немного уходя в сторону от стандартного сценария.

— Так, в чем дело? — с некоторым энтузиазмом спросил я в надежде уйти с этой очень тривиальной и предсказуемой дорожки.

— Дело в том, что ты — такой один. Предполагалось, что общество, которому достанется наследие, должно содержать не менее пяти процентов... таких, как ты, — снова вернулись мы к «эталону».

— Тогда — не сложилось. Тем более, что меня не особо тянет узнавать что-то... опасное. Так что — сохраняем статус-кво! — решил я закончить этот театр. — Ты сидишь, ждешь — и мы тебе не мешаем. Ты — нам тоже. Кроме меня, то, что ты не человек, больше никто не знает... и знать не будет. Еду и питье продолжат приносить, но это, как я полагаю, для тебя необязательно — типа, конспирация.

— Нет. К сожалению, информация обо мне уже гуляет в этом вашем закутке галактики. Меня ищут. Поэтому я должен передать наследие и увести преследователей подальше от наследника. Основной критерий выполнен. Второй — желательный. Тем более, что вновь открытый Мир создает предпосылки для выполнения и этого критерия. Очень интересный Мир. Я, к сожалению, о нем не знал... — беседа снова вильнула в сторону от канона.

— А если я, все же, не согласен стать «носителем опасной информации»? — попытался я продавить свое решение — не ввязываться больше ни в какие приключения. И так — выше крыши.

— Будет очень жаль. Но рядом с тобой есть две особи, в сумме достигающие ста процентов и способные стать хранителями. Придется разделить — и сбросить знание им. Такой вариант тоже просчитывался. Лет через десять они осознают функцию и продолжат ждать — уже осознанно, а сейчас — я исчезну, уводя за собой подозревающих, — тут же задавил на корню мои потуги собеседник, явно намекая на близняшек. О чем я тут же и спросил:

— Стоп-стоп-стоп! Это на что ты намекаешь? На близняшек, что ли?

— Да. На них. Очень перспективные особи, — не стал увиливать Хранитель.

— Нет. Так не пойдет. Рассказывай лучше уж мне. Мне совсем не хочется иметь рядом с собой две мины замедленного действия, особенно, как ты говоришь, в исполнении столь перспективных особей. Тем более, что для меня они значительно больше, чем просто «особи».

Мысль о том, что близняшки, к своей шебуршистости, получат еще и какие-то особенные возможности, мне очень не понравилась. Тогда уж точно — не только «Зоопарк» может пострадать, но и вся остальная галактика вряд ли сможет переварить их художества. Лучше уж я сначала попробую, а потом и их можно будет подключить, но под контролем. Возможно, мироздание — тогда и выдержит.

— Я так и предполагал, — с явным удовлетворением констатировал собеседник.

— Шантаж, значит... — не счел я нужным сглаживать свое негативное отношение к такому ответу.

— В какой-то мере, да. Но ситуация именно такова. Если не ты, то — они. Дальше ждать очень опасно. Эти знания не должны попасть в руки безответственных особей, — продолжил выкручивать мне руки Хранитель.

Знаем-знаем. Вот — прямо счас... А то не успеем — и все потеряем. В общем — «Хватай мешки, вокзал отходит».

— А я, значит, по твоему мнению, «ответственный»... — я попытался проверить еще один возможный путь отхода.

— Как бы странно для тебя это не звучало, но — да! — твердо соблюдая курс на положительное решение своей задумки, ответил собеседник, не пожелав уходить от затрапезного сценария халтурной фэнтези.

— Стой! Тут у меня умная мысль возникла. А куда, собственно, делась эта цивилизация?.. Если они такие продвинутые, умные и достигли небывалых высот?.. — задал я, как мне показалось, вполне логичный вопрос.

— Ушли. Сразу, предвидя вопрос, отвечу — кто куда. Когда у тебя распакуется соответствующее знание — ты поймешь. Если попытаюсь обрисовать все их пути, то это займет очень много времени. Да, и часть объяснений в настоящий момент тебе будет непонятны, — собеседник снова вернулся к банальщине.

Понимая, что придется все же выслушать, я сдался:

— Ладно. Проехали. Сейчас — это неактуально. Если пойму, когда придет время, — так тому и быть. Так что — давай. Выкладывай.

— Произошло это не в этой галактике и очень давно... — начал свои объяснения Хранитель.

— Что-то мне это напоминает... — пробормотал я, вспомнив вступление к «Звездным войнам». — Но, не обращай внимания, продолжай.

— Цивилизация, о которой пойдет речь, достигла апогея своего развития, и некоторые ее особи начали желать странного, — с каким-то необычным воодушевлением выдал очередной предсказуемый посыл мой собеседник. Хотя это было и несколько непонятно — он же, вроде как, и не человек.

— Заскучали, бедолаги... — пробурчал я.

Честно говоря, и мне было пока что скучно. Я все еще никак не мог избавиться от чувства неестественности. Как будто смотришь скучный и утомительный и абсолютно предсказуемый фильм.

Между тем Хранитель подошел к чему-то более-менее конкретному:

— В Наследии несколько знаний. Первое — одно из самых простых — создание квази-жизни. Иллюзия, нанизанная на силовой каркас — и из него же — и подпитывающаяся. Применяются виды энергии и системы с ними взаимодействующие, в вашем мире неизвестные. По твоим понятиям — волшебство. Хотя волшебство — это просто следующий этап развития науки. Науки, основанной на другом уровне знаний и умений. Эти умения позволяют воздействовать на окружающий мир без помощи каких-либо механизмов и получать результаты, на которые ваша теперешняя наука и ваши одаренные не способны. Понимаешь? Волшебство, это всего лишь наука другого вида и более высокого уровня. Ничего невероятного в нем нет.

В этот момент до меня дошло, отколе взялась эта шобла домовых, появившихся, можно сказать, прямо из ниоткуда. В свое время я поинтересовался несколькими случаями. И что вы думаете?.. Они таки были. Я понимаю — «одаренные» и все, что с ними связано, куда ни шло, но тут — уже явная мистика. Как и что — я не понимал, вплоть до этого момента.

В самом начале, когда поползли слухи о нашем домовом, просто для смеха, я вбросил в местную сеть «Дневник домового». Кто не знаком — советую прочесть. Повеселитесь от души. Естественно, с адаптацией к местным реалиям. Тем более, что зверьки, типа наших кошаков, здесь наличествовали. Правда, были чуть-чуть побольше. По внешнему виду — что-то среднее между нашими кошками и рысью. С обязательными кисточками на ушах и такие же себе на уме. Хитрые и независимые. Ближе всего, по внешнему виду, подходил, наверное, камышовый кот.

Так вот. Где-то к концу первого месяца нашего пребывания в «Зоопарке» сплошным потоком посыпались сообщения о домовых, которых видели во все большем и большем количестве домов. В основном, в особняках, но проскакивали слухи и о больших квартирах. Так как этого не могло быть (потому что не могло быть от слова «никак»), я пытался разобраться. Но зашел в тупик.

— Так это ты, оказывается, развлекаешься, а я-то голову сломал — что, где и откуда?!. — взорвался я пониманием.

— Я подумал — это будет интересно. Особенно — после вашего рассказа... — не стал отнекиваться Хранитель.

— Значит, не такая уж ты и «функция», если способен оценить юмор, — сделал я вывод. Хотя то, что он не первый такой, я не озвучил. Мой Кис тоже был не чужд шуток. Чаще всего он, естественно, подшучивал надо мной.

— Нет, просто — это самый эффективный способ создать «дымовую» завесу для преследователей. После моего ухода на всех планетах, через которые пройду, буду оставлять этот след. А перебираться из системы в систему, как можно более незаметно, поможете мне вы. Как я выяснил, вы это умеете, как никто лучше, — имитируя смешок, заявила Функция.

Тут встрепенулся Кис:

«Я еще не полностью разобрался, но, по информации от Джин, в самом начале, нами заинтересовалась какая-то очень странная организация. Что-то вроде общественного объединения, неправительственная, называется „Фонд по исследованию аномальных явлений“. К науке имеет весьма опосредованное отношение. Потом, правда, когда они узнали, кто мы и откуда, интерес почти пропал. Сейчас отслеживают, но я думаю, что просто тек, на всякий случай».

«Ясненько. По законам жанра начинает вырисовываться что-то вражески настроенное или, по крайней мере, кто-то типа наших уфологов», — подумал я тогда.

Вторым ништяком Наследия, которым, по словам Хранителя, я смогу воспользоваться без дополнительной подготовки, была безграничная власть над своим телом.

Как я понял, «скучающие» решили добавить перчика в свою жизнь и занялись евгеникой.

— И вот, так просто, общество разрешило им заниматься таким безобразием? — удивился я.

— Не совсем. Условия были жесткие. Этим занялись особо «странные». Так как над эмбрионами и над другими биологическими видами было запрещено проводить генетические эксперименты, возникла секта, в которую собирались те, кто решил рискнуть и проверить свои теории на себе, — прояснил ситуацию Хранитель.

— Вот же ж ты!..

— Пока начало хоть что-то получаться, — не реагируя на мою эмоциональную реакцию, продолжил Хранитель, — часть из первых нескольких тысяч превратились в уродов. Диспропорция конечностей, или их отсутствие, были самыми простыми вариантами. Были монстры и ужасней. Некоторые, вообще, не выжили. Впоследствии, уродцев привели в нормальное состояние, но не многие из них продолжили.

Невольно на ум пришло воспоминание о серии фильмов «Чужой». Кое-что оттуда я и сам использовал. Вроде, в четвертой серии, был похожий эпизод. Там конструировали Рипли, а промежуточные неудачные решения заливали формалином в прозрачных демонстрационных колонах. Меж тем повествование продолжалось:

— Внутри этой общности была сформирована группа анализа, в которую вошли, в основном, те, кто не желал рисковать, но интересовался этим направлением. Они-то и изучали, и делали выводы. Многие, увидев результаты, отступили, но не все. Длилось это достаточно долго. По-вашему счислению — пару сотен лет.

— А чего они, собственно, добивались? — решив ускорить повествование, встрял я.

— Ты знаком с таким понятием, как «метаформ»? — вопросом на вопрос ответил Хранитель.

— Знаком. Преобразование тела... Оборотни, но с более широкими возможностями. Правда, фантастика все это. Слишком уж много физических, химических и биологических законов должно нарушаться. Соотношение масс, энергия преобразования, генетическая разница... — да и мозг просто не поймет, как управлять изменившимся телом, — высказал я свое мнение по этому вопросу. Читать фэнтези о таких существах вполне интересно. Когда читаешь о таком, то обычно отбрасываешь логику и просто следишь за приключениями персонажа.

— Все правильно, но они знали много больше вашего и решили, что смогут. История долгая и требующая понимания весьма специфических знаний. Если грубо и коротко, то процесс проходил следующим образом.

Первая их победа — превращение желающих в амфибий и обратно. Изменение легких — уменьшение объема и увеличение их КПД. Добавление жабр на освободившееся место. Довольно долгое нахождение в стадии трансформации, при подключении к целой лаборатории. Потом — длительное обучение владения телом под водой.

После этого — произошла длительная пауза, наполненная весьма долгими и очень дорогущими исследованиями. Причем, в совершенно в другой области. Физика пространства.

— Ага. Пожелали лабораторию в внепространственный карман засунуть, — блеснул я догадкой. Вполне стандартный прием, описанный во многих плохих и хороших книгах в стиле фэнтези.

— Почти. Только не лабораторию, а запасы требуемых питательных веществ, кислорода и всего прочего, нужного для проведения преобразования. Подключение осуществлялось напрямую к кровеносной системе, под управлением нового отдела мозга, который тоже увеличивался. Излишние его объемы расположились в персональном внепространственном кармане.

После появления этой возможности преобразование в любой вид млекопитающего или химеры, со схожим генетическим кодом, стало уже не столь проблематичным и долгим.

Ты же знаешь, что геном человека отличается от генома других видов не более чем на один процент. Остальное это машина, которая может «включать» и «выключать» гены, регулируя их активность и, как следствие, выработку белков, процесс их синтеза, защиты хромосом при делении клетки и осуществляя тому подобную работу.

Генной частью преобразования занимались специализированные вирусы, которые сидели по своим карманам и выпускались в нужное время.

Хранитель сделал небольшую паузу, или просто давая мне время на ответ.

— Кое-что представляю, но, честно говоря, весьма смутно. Как-то не интересовался этим направлением. Как я понимаю, это решение также сняло и ограничения в разности масс исходной и результативной формы... — обозначил я свои познания в этом вопросе, озвучив и возникшие догадки.

— Да. Плюс навыки управления новыми телами в дополнительных отделах мозга. Можно сказать, что неизменной оставалась только кора головного мозга, остальное переподключалось, — уточнил собеседник.

— Да. Упертые ребятки. Но осталось еще одна проблемка. Скорость перевоплощения. Хотя понятно, что это уже и не особенно критично. Захотел — полежал несколько дней, и хоп — ты уже не человек. Котопес — например. Разонравилось — снова в лежку, — констатировал я.

— Ты прав. Многих это устроило, но не всех. Тем более, что большинство не особенно желало превращаться в кого попало. Многим был нужен «супер». Человек с бешенной регенерацией и кучей дополнительных возможностей. Но — человек. Они не исключали экстрима, но, почти все, всегда возвращались в привычную форму. Были и исключения, но большой общественной поддержкой они не пользовались.

Так что, часть продолжила и пришла к решению — каждая клетка имела свои внепространственные области, подпитываемые из общей, и систему управления преобразованием.

Снова же основная форма — человек, но, по сути, у него уже не было внутренних органов. Даже кровеносная система, в принципе, не была нужна. Клетка ведь питалась индивидуально. Мозг, нервы, кости, мышцы, половая система, модифицированный желудок, при надобности поставляющий питательные вещества прямо в внепространственные карманы, — остальное по желанию. Многие оставляли легкие — шутили, что тот, кто не дышит, тот не человек.

Отработанное клетки сбрасывали напрямую в специальный внепространственный карман. Следовательно, все, отвечающее за очистку крови и вывод отработанного, могло и не присутствовать. При этом, эстеты оставляли вкусовую составляющую, рационалисты обходились без нее.

Этот период снова породил серию уродцев. Клетки, как вы говорите, «слетали с катушек» и начинали жить своей, только им понятной жизнью.

Но перебороли и это. Каждую клеточную систему, управляющую преобразованием, поставили под жесткий контроль вновь созданному специализированному участку мозга, который осуществлял общее управление и синхронизацию преобразования, как напрямую, так и с помощью вирусов.

Вот — как-то так, если коротко, — закончил, наконец, Хранитель.

Задуматься было о чем. Вечный вопрос «что делать?» обрёл новую, пугающую конкретику. Для этого мира то, что предлагал Хранитель, было самой что ни на есть магией. Причем за этой магией уже кто-то гонялся, и этот «кто-то», судя по всему, понимал, что ищет.

Что случится с миром, когда он получит эти знания? Долго прятать их не удастся. Как бы я ни тихарился, рано или поздно всё выплывет наружу. Я оказался перед выбором, сравнимым с решением о применении атомной энергии.

Принять Наследие — значит обречь галактику на неизбежные и, возможно, катастрофические изменения. Относительный порядок, который царил сейчас, несмотря на все недостатки «Зоопарка», мог в одночасье рухнуть, сменившись сумасшедшим домом, где власть имущие будут превращаться в драконов, а мафия — в стаи оборотней. С другой стороны, может, и нет. Если всё провести под жестким контролем. Но кто будет контролировать? Взвалить эту обузу на себя — категорически не хотелось. Да и вообще, жизнь только-только начала налаживаться: ресторан, музыка, планы на казино... И на тебе — становись Прометеем, несущим огонь сомнительных знаний.

Создавать организацию для дозированного внедрения магии? Это тоже выглядело утопией. Многие ли из тех, кто обретет новую силу, смогут устоять перед искушением использовать её исключительно для собственного возвышения? Самодозволенность и безнаказанность на первом этапе могли породить такую волну преступлений, с которой не справилась бы ни одна полиция.

Хотя, возможно, я излишне нагнетаю? В мир и раньше приходили опасные знания — порох, ядерная энергия, интернет. И пока что он цел. Может, и на этот раз уцелеет. И даже станет интереснее. Сплетение возможностей одаренных, этой новой «магии» и суперсовременных технологий могло породить нечто совершенно удивительное.

Естественно, найдутся те, кто ринется осваивать магию сломя голову, стремясь построить райскую жизнь исключительно для себя. Другие, не приспособленные к жизни в новом мире и не обладающие талантами к магии, могут стать расходным материалом для первых. Но это — крайности. С другой стороны, никто и никогда ещё не смог остановить развитие. Новое, если оно появлялось, всегда пробивало себе дорогу. Рано или поздно. Может, отказ от «магии» в итоге приведёт к ещё большим бедствиям, когда её получит кто-то менее щепетильный?

Что лучше? Сделать шаг вперед раньше времени или не иметь возможности сделать его вовсе, когда он станет жизненно необходимым? Решать за весь мир я не мог и не хотел. Мир должен решать это сам. Моя задача, если я соглашусь, — попытаться впускать «Её Величество Магию» в этот мир не спеша и дозированно, как сильнодействующее лекарство.

— И как долго я буду осваивать эти знания и умения? — задал я очевидный вопрос, откладывая глобальные размышления на потом.

— Первые два навыка — быстро. Остальные будут проявляться и раскрываться по мере освоения предыдущих, как матрешка, — ответил Хранитель.

— Когда это произойдет?

— Перенос матрицы и базового пакета осуществлю сегодня ночью. Во сне. Когда проснешься — всё будет уже сделано, — пояснил он и попросил: — И сразу же просьба — озаботьтесь сегодня прикрытием моего ухода. Чем больше неразберихи, тем лучше.

— Не вопрос. Опыт по созданию «творческого» хаоса у нас есть, так что всё будет в лучшем виде, — постарался я звучать уверенно.

Процесс переноса отслеживали Кис и Джейн — совместно. Ничего опасного или враждебного они не зафиксировали, только колоссальный поток структурированной информации. Последующие три дня мы с Кисом активно осваивали первое умение — создание квази-жизни. На четвертый день, утром, во время завтрака, я получил от него мысленное подтверждение, что базовый уровень усвоен и система работает стабильно.

***

— Так! Это что вчера было? Развлекаетесь, Евгений Михайлович? — не успев толком сесть за стол, выкатила мне претензию Даша.

Я недоуменно посмотрел на нее.

— Только вот — не надо делать удивленное лицо. Как будто не знаете, что произошло вчера в нашем ресторане, — прокурорским тоном отреагировала она на мою мимику.

— Дашенька! Богом клянусь! Ни сном, ни духом! — прижав обе руки к груди, ответил я с наивозможной искренностью.

Обе сестрички одновременно глянули на меня с явным и абсолютно синхронным подозрением.

— Рассказывай. Не тяни. Что-то серьезное случилось? — уже представляя себе невесть что, попросил я.

— Скорее — курьезное. Но последствия, я тебе скажу, еще те, — вступила в разговор Ксения, и по её хитрой улыбке я понял, что дело пахнет крупным скандалом.

Я снова вопросительно перевел взгляд с одной на другую. Их прелестные мордашки выражали теперь не просто недоверие, а почти уверенность в моей виновности.

— Ладно уж... — сжалилась Даша. — Вчера, после «интервью с предком», за стеклом, ни с того ни с сего, возник наш старый знакомый — домовенок. Ну, возник бы и возник, мало ли что на шоу показывают. Но он, вдруг, прошел сквозь стекло! Не растворился, а именно прошел, как сквозь дверь. Спрыгнул со сцены, подбежал к одному из столиков, подергал сидевшего там посетителя — какого-то важного ссиэрра — за рукав и жалобно так попросил: «Пожалуйста, накажите вашего повара. Он издевается над Кешей, моим другом и вашим домовым! Нехорошо это. Не кормит его объедками, а выкидывает их в помойку. Вот разозлится Кеша — будет вам всем!»

Высказав свою претензию, он развернулся, подбежал к сцене, потешно вскарабкался на неё и исчез за тем же стеклом.

Описать реакцию зала как удивленную — было бы совершенно неверно. Все присутствующие, включая охрану и обслугу, впали в настоящий ступор. Было даже круче, чем немая сцена в «Ревизоре».

И это была не наша обычная голограмма или ментальный морок. Домовёнок вполне реально дергал того ссиэрра за рукав! Его видели все, и его зафиксировали все камеры наблюдения.

Признавайтесь, ваши проделки? Сегодня вся столица на ушах стоит. Бедный повар того ссиэрра не знает, куда спрятаться от стыда и насмешек. Мало того, что от хозяина получил нагоняй, так теперь каждый встречный пытается его поучать жизни. Особенно возмущены стареющие матроны, живо заинтересовавшиеся «бедненьким и несправедливо обиженным» домовенком. По-моему, они уже создали благотворительное общество по содействию домовым. Хозяину ресторана от них тоже изрядно перепало.

В общем, колитесь, Евгений Михайлович! И, да! — Даша внезапно перешла на шепот, наклонившись ко мне. — Где обещанная очередная оргия? Который день увиливаете.

Виноват, конечно, был я. Вернее, мы с Кисом. Осваивая первый из навыков, мы явно перестарались, наделив иллюзорных домовых не только формой и поведением, но и зачатками собственной воли и способностью к импровизации. Но вот таких непредсказуемых и столь публичных последствий мы, безусловно, не ожидали.

Определенно, открутиться не получится. Придется вводить близняшек в курс дела. Рано или поздно они всё равно всё узнают, а с их-то фантазией и энергией... Лучше направить этот поток в управляемое русло.

А насчет оргии... так я и не против. Организм, подпитываемый новыми возможностями, молодел и требовал всего, что ему полагается, с удвоенной силой. Просто мы с Кисом заигрались с новой игрушкой.

— Дашенька, Ксюша, — взглянув на них с подлинным раскаянием, повинился я. — Признаю свою вину. И готов сегодня же ночью её загладить и всё подробно объяснить.

— А обязательно ждать ночи? — мило улыбнувшись в ответ, спросила Ксения, её глаза блеснули озорными искорками.

— И то! — воскликнула Даша, моментально подхватив настроение сестры. — Как вы сами любите говорить: «Вперед, на мины, награды будут потом!»

И, вцепившись каждая в одну из моих рук, близняшки дружно потащили меня в сторону спальни, оставив недоеденный завтрак и все глобальные вопросы о судьбах галактики на потом.

Глава 6

До ужина еще оставалось время, но я уже забрел в столовую и, наблюдая, как горничные готовят стол, ожидал прихода близняшек. Сегодня они умотали на пару. Обещали сюрприз. Обычно я не очень люблю сюрпризы, но в исполнении Ксении и Даши иногда получались вполне приятные неожиданности.

Сидел и размышлял о результатах использования второго знания по отношению к себе. Изначально применять его в полном объеме я не стал. К счастью, его можно было использовать и частично.

Казалось бы, сбылась мечта — можно воплотить любую фантазию. Но никаких превращений в эльфов, гномов или химер я не рассматривал априори. Как-то не хотелось далеко уходить от человеческого облика. Хотя возможности открылись, можно сказать, неограниченные. А вот усилить, ускорить, добавить — это, вроде, не вызывало отторжения.

Но каждая метаморфоза влекла за собой обязательные сопутствующие изменения. Например, увеличение скорости реакции и физической силы требовало укрепления скелета, связок и наращивания мышечной ткани. Становиться амбалом или иметь две ипостаси с постоянными проблемами перехода из одной в другую — как-то не хотелось.

Поэтому пришлось долго подбирать соотношение параметров и методику их внедрения. Хотя полностью избавиться от необходимости создания второй сущности не удалось. Она планировалась для критических ситуаций.

У моей второй сути изменялись руки: отрастали сверхпрочные и сверхострые когти (не как у Росомахи из «Людей Икс», конечно, — значительно поменьше); появлялось второе сердце; регенерация повышалась с уровня сверхбыстрой до ураганной; зоркость и слух изменялись от отменных показателей до очень высоких. Появлялся более чувствительный нюх, более широкий диапазон зрения, не говоря уже об усилении характеристик ночного зрения. Ну и лицо немного изменялось — с расчетом, если кого попугать придется.

В некоторых случаях взять оппонента на испуг оказывалось достаточным для перевода отношений из разряда конфронтационных в разряд... конструктивных.

И из экзотических возможностей — тело переходило на потребление кислорода и питательных веществ из соответствующих пространственных карманов.

Мозги я старался сильно не трогать. Максимально — в объеме, требуемом для обслуживания измененного физического тела. Как говорят, «голова предмет темный и исследованию не подлежит». Тем более, в симбиозе с Кисом и связи через него с Джейн все интересные «плюшки» уже имелись.

Овладение этим знанием и его применение, контролируемое Кисом, прошли довольно быстро и без особых эксцессов.

Вдруг Гуфф, лежавший до этого спокойно и отслеживавший меня только поворотом глаз, вскочил и громко залаял. Да так, что у меня волосы зашевелились! От него полыхнуло злостью, приправленной сильной озабоченностью.

Горничные шарахнулись, теряя тарелки и приборы.

В этот же момент активизировался Кис:

*«Я потерял близняшек. Сигнал маячков пропал. Совместно с Джейн ведем разбирательство. Перед пропажей у обеих активность мозга изменилась и перешла в фазу сна».*

Адреналин скакнул, приводя тело в боевую готовность.

— Всем! Ужин отменяется. Всё вернуть на кухню, — дал я распоряжение растерянным горничным.

Те, поняв, что случилось что-то серьезное, быстренько свернули подготовку и начали уносить принесенное.

*«Спокойствие, только спокойство!»* — мысленно процитировал я знаменитого Карлсона. *«Еще ничего не понятно. Главное — побольше информации. А уж от Киса и Джейн я получу ее быстро и в максимально возможном объеме».*

— Гуфф! Спокойно. Сейчас разберемся... — подойдя к взволнованному собакину, я потрепал его по загривку.

Тот сел и, пристально уставившись на меня, напряженно замер. Только кончик его несерьезного хвоста, дергаясь из стороны в сторону, выдавал степень его возбуждения.

*«Место исчезновения сигнала запеленговано. Очень мало камер слежения. Только в начале и конце улицы. Джейн сбросила запись, начиная за 15 минут до пропажи», — доложил Кис. — «Перекомпилировал. Транслирую».*

Перед внутренним взором появилось изображение. Улица, можно сказать, даже переулок. Людей почти нет. Минут пять — ничего интересного. Вот, наконец, в поле камеры появились близняшки. Шли свободно, разговаривали. О чем — в уличном шуме разобрать было невозможно. Пройдя треть улицы, они вдруг, почти синхронно, начали падать. Рядом никого не было. Никаких громких звуков, вроде выстрелов, не прозвучало.

Буквально через минуту на улицу сворачивают два мобиля, окрашенных в желтый цвет. Аналог нашей скорой помощи. Девушек быстро загружают — и мобили уезжают. Причем, не доезжая до большого перекрестка, сворачивают в еще более мелкие переулки. В переулках камер слежения не было.

Снова полупустынная улица. Через минуту после того, как мобили скрылись, пришла визуализация отключения маячков.

*«Из переулков мобили не выезжали»,* — проинформировал Кис.

Может, для аборигенов это и создало бы задержку, но не для меня. Мозг, можно сказать, мгновенно перелопатив видимое в фильмах и прочитанное в книгах, выдал на-гора несколько вариантов.

*«Проверьте. Не выезжали ли из этих переулков большие грузовики, типа земных рефрижераторов?»* — озвучил я первый вариант.

Некоторое время — молчание. Затем последовал ответ:

*«Да. Выезжали»,* — это был Кис.

*«Проследили?..»* — хрипло спросил я.

*«Разными маршрутами двигаются к космопорту»,* — отозвалась Джейн.

*«Можешь под каким-либо предлогом задержать вылеты шаттлов?»*

*«Делается».*

*«Еду в космопорт. Думаю, успею...»* — последнюю фразу я выдал уже на ходу.

Гуфф, разумеется, увязался следом.

Когда мы были уже на полпути, Кис доложил:

*«Два шаттла взлетели, не получив разрешения. Связи нет. Идут на ручном. Джейн не смогла перехватить управление. На орбите несколько межсистемников, двое в автономном режиме. Зарезервировала шаттл и межсистемник».*

Мысли метались, выискивая рациональное решение. В их суету вклинилась поговорка: «За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь». Джейн сможет отследить оба, но вдогонку придется лететь только за одним.

И тут ярким светом вспыхнула еще одна мысль — а не слишком ли все гладко? Слишком хорошо события цеплялись друг за друга. Если не убили, а усыпили, то временной запас есть. И, вообще, кто сказал, что их действительно увезут с планеты?..

*«Попроси Джейн имитировать мой приезд на космодром, взлет на шаттле и погоню за одним из межсистемников»,* — отдал я приказ Кису и, развернув мобиль, двинулся в сторону переулков, где исчез сигнал.

***

Ксения проснулась рывком, как, впрочем, и заснула. Вот только что шли по улице — и бац! — ты уже непонятно где. Осмотрелась... Узкая комната, метра в два шириной и в четыре длиной. Явно не тюремная камера: кровать, а не нары, и, кроме кровати, имелись небольшой шкаф, столик и стул. Видеокамер слежения не было.

Она лежала на кровати в какой-то хламиде, типа балахона. Несвязанная... Что тут же родило злорадную мысль, что зря они так безалаберно себя вели. В свое время Евгений Михайлович выел весь мозг, заставляя их с Дашей запомнить порядок действий на такой случай.

Перво-наперво — маячок! Периодически, но бессистемно, подавать сигнал. Джейн, скорее всего, уже бдит. Второе — успокоиться, провести дыхательную гимнастику, стать где-нибудь в уголке и войти в состояние «отвода глаз». Перед этим внимательно осмотреть место, где будешь стоять, и хорошенько его запомнить. В состоянии «отвода глаз» нужно выгнать все мысли из головы и крутить перед внутренним взором только картинку «пустого места». А дальше — ждать третьей фазы.

Что она и сделала...

***

Рей стоически не поддавался на уговоры Селя пойти и «поиграться» с пойманными девицами.

— Ну, что за интерес — трахать спящую девку? Это все равно что с куклой. И потом, когда очнется, может нажаловаться. А начальство приказало — даже пальцем не трогать, — в очередной раз отбрехивался он.

— Да кто там узнает?! А от куклы — большая разница. Потом все будут завидовать. Девку из самой «Троицы» поимел! Зацени, — не отставал Сель. — Не проснется. Сказали, на сутки — гарантировано. Их и забирать-то вечером еще сонными будут.

— Ладно, идем... глянем. Только сначала к смирненькой, а то о второй столько россказней, что, наверное, и с сонной не стоит связываться, — наконец, сдался Рей.

— Со смирненькой, так со смирненькой. Пошли! — обрадовался Сель.

Свой поход вниз им не нужно было объяснять. В инструкции было сказано проводить периодическую проверку состояния. Если начнется лихорадка или что-то покажется подозрительным — сразу докладывать. То, что они могут проснуться до срока, не предполагалось. А зря...

Лифтом спустились вниз, но не до конца. До подвала нужно было пройти еще метров четыре по винтовой лестнице. Зачем такие сложности — Сель не задумывался.

Наконец, они в небольшом коридоре. Рей указал на одну из дверей. Открыли — и впали в ступор. Камера была пуста. Абсолютно!

— Все... Капец нам!.. — выдохнул Рей.

— Да... Полное дерьмо! — просипел Сель. — Могут и прибить. Мимо нас пройти не могли. Может, где-то спрятались... Стой тут. Я побегу наверх! — развернулся он и вылетел из камеры.

Рей, постояв, заглянул под кровать и за шкаф. В поле зрения мелькнула тень — и сознание померкло.

Это и была та третья фаза, которую ожидала Ксения. Как только охранник остался один и оказался в поле досягаемости, она ударила! Как учил тренер-кореец: главное — точка на шее и скорость.

Этот тренер научил ее с Дашей всего двум типам удара. Сказал, что больше не надо. От двух-трех противников - это даст возможность отбиться, а от большего числа - навряд ли. Массой задавят. Заставил их отрабатывать долго и нудно. Вот и пригодилось.

Взглянув на бесчувственное тело, Ксения нагнулась, выдернула из его руки связку электронных ключей и, перешагнув через него, подошла к двери. Осмотрела коридор через блестящую поверхность брелока. Одна камера в торце. Не высовываясь, метнула брелок в объектив. Попадет — даже не сомневалась. Пригодилась-таки эта фишка от Евгения Михайловича.

Выйдя в коридор, увидела еще пять дверей. Всего шесть. Начала, перебирая чипы, открывать их. Две оказались пустыми. В третьей увидела сидящую с очумелым видом Дашу.

— Ну что, сонная королева, выходи. Будем выбираться отсюда, — с улыбкой сказала Ксения.

Даша встала. Осмотрела свой балахон и выдала эмоциональную тираду:

— Это... что?! Они нас раздели?! Суки, даже трусики сняли. И, небось, лапали... Ну всё, гниды — вам не жить!

— Остынь. Нам еще выбраться нужно. Потом будешь решать, кому жить, — остудила её Ксения. — Активируй маячок. Правда, непонятно, где мы, но по мере продвижения будем подавать сигналы попеременно. И выходи в коридор. Успокойся и делай дыхательную гимнастику. Иначе «отвод глаз» не сработает. Вот, пригодилось. А вспомни, как ты ныла, называя Евгения Михайловича «занудой».

Даша успокоилась. Когда она вошла в режим «отвода глаз», на лестнице послышался топот, и в коридор ввалилось трое.

Парни подзадержались из-за того, что просматривали записи камер слежения. Ничего, кроме пустого коридора, они, конечно, там не увидели. Даша и Ксения, стоя в дальних углах коридора, старательно крутили в уме чистую картинку этих углов. Причем у Ксении в руке был подобранный ею, брелок.

— Смотрите, камеры открыты! Видно, этот идиот Рей пооткрывал. Рей! Идиот, выходи! — заорал Сель. -Ты зачем камеры открыл?

— Не выйдет он уже никуда. Вон валяется... — констатировал один из новоприбывших.

— И куда девки могли деться? — озадачился Сель.

— Чувствовал я, что с этой Троицей нельзя связываться. Конец нам, — мрачно сказал третий. - Если не начальство порешит, то Троица уж точно.

— Ну что — смываемся или докладываем? — спросил один из них.

Дальше они ничего не успели понять. Сель, получив в лоб брелком, рухнул первым. Его напарники успели лишь повернуть головы — как получили синхронные удары от близняшек, неожиданно появившихся рядом.

Когда те упали, Даша, поочередно, пнула каждого ногой.

— Кончай дурить. Пошли быстренько, пока не очухались, — шикнула Ксения.

— Вот, сразу и не очухаются, — пробурчала довольная Даша, подбирая парализатор, и двинулась за сестрой.

Вбежав по лестнице, они оказались перед лифтом. Кнопок вызова не было, только контакты для чипа. Ксения метнулась назад и собрала с бессознательных тел все ключи-чипы. Лифт открылся на одном из них.

- Отлично! - облегченно воскликнула она.

Заскочив в кабину, близняшки, не сговариваясь, рассредоточились по углам и сконцентрировались на 'отводе глаз'. Но это было излишне. Наверху, в комнате охраны, никого не было. Светился лишь экран, разделенный на четыре секции: улица перед домом, вид с черного входа, крыша и одна серая муть.

— Активируй маячок, здесь пробьет, — сказала Ксения, делая то же самое. — Что будем делать? Смываемся или тут затихоримся?

— Надо притаиться. Евгений Михайлович через полчаса примчится. И этих клоунов надо допросить. Это явно не самодеятельность. Только нужно обесточить дом. Мало ли что натыкано. Мало ли, что еще натыкано, да и лифт не сработает, если вылезти попытаются. К тому же, шастать в этих балахонах... не знаю, как тебе, но мне - как-то не светит.

Пробежавшись, они нашли щиток и вырубили всё. Прятаться не стали. Даша устроилась у окна в прихожей, Ксения — на кухне, наблюдая за черным входом. Отход наметили в большой зал.

Пока ждали, Ксения делилась соображениями:

— Странно. Дом явно не специальный, хотя подвал специфический.

— По-моему, тут в каждом приличном доме такие подвалы, — отозвалась Даша. — Фишка у них.

— И эти гаврики без оружия, только у одного парализатор. И туповатые. Думаю, до них от заказчика — целая цепочка. Если бы нас передали дальше, этих бы живыми не оставили. Тут явно кто-то не со здешним менталитетом поработал. Так что, им надо нам еще 'спасибо' сказать.

- Обойдусь. Не надо мне их 'спасибо', раз тупые - то если не сейчас, то когда-нибудь все равно нарвутся на настоящие неприятности. Каторгой точно не отделаются. Кретины! - рассержено бухтела Даша, так как все еще никак не могла успокоиться. Потому, что периодически вспоминала, что какой-то гад раздел ее догола и упаковал в этот балахон.

- Да не бухти ты. Переодевали нас, явно, не они. Иначе мы бы наши нашу одежду. Конечно, ее могли и выбросить, но все же то, что переодевали не они, - зуб даю. Явно знали, что у нас, как и у всех здесь, есть стандартные маячки, тут без них - только нищие ходят, и переодели, как только усыпили. Джейн уж точно запеленговала место пропадания сигнала. И если бы это произошло здесь, Евгений Михайлович был бы уже давно тут, - перенаправила Ксения злость сестры на еще неведомых исполнителей.

- Все равно - гады! - припечатала Даша.

- А я - и не спорю, - не стала защищать здешних похитителей Ксения.

Тем временем Кис передал:

*«Джейн запеленговала сигналы. Координаты совпадают. Южная окраина, двенадцатая радиальная, строение пятьдесят восемь».*

Я к тому времени уже нашел мусорки с одеждой близняшек и раздавленный браслет. Как-то непрофессионально - оставлять такие обломки на виду.

*«Понял. Выдвигаюсь. Какая активность?»*

*«Как ни странно — нет. В доме недавно вырубили электричество. Хозяева давно в Империи, дом сдается. Последний договор найма заключен три дня назад. Явно перевалочная база». Камера на улице, куда выходит парадный вход, за эти три дня, никого не фиксировала. К черному входу недавно, якобы, привезли продукты. Выгружали ящики с овощами и фруктами, свертки и мешки. Входило-выходило несколько человек. По подсчетам Джейн, в доме сейчас четыре человека. У входящих-выходящих оружия не наблюдалось',* — доложил Кис.

'Что же, будем надеется, что все так, как я думаю', - ответил я и прибавил скорости.

Не прошло и пятнадцати минут, как Даша увидела наш мобиль.

— Ура! Евгений Михайлович уже тут!

— Встречай. А я покараулю здесь. Мало ли что... - как всегда разумно и в соответствии с обстановкой, ответила Ксения.

Не скрываясь, я вошел в парадную, открытую Дашей. За мной в дом ворвался Гуфф. Пронесся, как ураган, и уселся у входа, всем видом показывая, что взял его под охрану.

Джейн начала заменять видеоряд нужной картинкой немного раньше момента, когда я свернул на эту улицу, и сейчас была готова подсоединиться к системе охраны.

— Ну и где тут мои девочки? Сюрприз я уже получил. Осталось найти сюрпризеров, — для виду сердито сказал я.

— Да ладно вам, измываться над бедными заложницами, — с фальшивой обидой парировала Ксения.

— Заложниц вижу, а террористов нет. Куда дели? Неужели всех порешили? Да-а, это они явно не подумали, когда наехали на вас.

— Не такие 'мы кровожадные, — надула губки Даша. — Внизу они. В подвале. Здесь, оказывается, в каждом доме казематы. Чокнутые они тут все - в плане подвалов. Явно, сплошные 'синие бороды'.

— Надо включить электричество, если хотите с ними познакомиться, — пояснила Ксения. — В подвал только на лифте. Правда и охранная система включится.

— Не страшно. Мы ее к Джейн подключим. Вы тут подежурите, а я наведаюсь к вашим визави.

— Нетушки. Я с вами! — решительно заявила Ксения.

— И я! — бросила Даша.

— Ладно, надеюсь, Джейн успеет нас прикрыть. Включите энергию.

Когда свет загорелся, Кис доложил, что Джейн взяла узел под контроль.

— Ну, воительницы, пошли добывать информацию!

Гордо вздернув подбородки, близняшки направились к лифту, а я за ними. Оглянулся на Гуффа. Тот утвердительно качнул головой, явно давая понять, что все под контролем. Все-таки очень он интересный собак...

Стоя над телами горе-похитителей, я решал, с которого начать. Будто прочитав мои мысли, Даша указала на одного:

— Вот этот, вроде, главный.

— Так, девочки, что бы ни произошло, ничему не удивляться, — предупредил я их.

— А чему такому? — заинтересовалась Даша.

— А всему разному... — многозначительно ответил я. — Ксюша, приведи его в чувство. Дашуня, готовься работать детектором лжи.

- Ага, счас-с чего-то будет интересное. Чую, что даже - очень интересное, иначе бы нас не предупреждали, - в предвкушении, у Даши аж глазки заблестели.

Ксения подошла и привела «главного» в чувство.

— А?.. Ч-что?.. Где?! — очухиваясь, прохрипел он.

— Все там же. Это по поводу - 'где'. А по поводу - 'что', сейчас ты нам и расскажешь, — сказал я, ловя его взгляд.

«Главтеррорист» соображал быстро. Не прошло и десяти секунд, как он спокойно заявил:

— Ничего нужного я вам не скажу. Они тоже. Нам поставили блоки. Знали, с кем связываемся.

Я глянул на Дашу. Та молча кивнула. Просачиваться через здешние блоки мы научились давно. Существовал черный ход в сознание, о котором здешние и не подозревали, в свое время Валерия Леонтьевна, его охарактеризовала, как путь через 'подвал' подсознания.

— Когда приедут за девушками?

— Вечером. Как стемнеет, - лаконично ответил допрашиваемый.

— Так, сейчас я тебе кое-что покажу, а потом мы поднимемся наверх. После нашего ухода, растолкаешь своих подельников и объяснишь, что-почем. Когда до всех дойдет, что рыпаться не стоит, - поднимитесь. Но особо не тяни. Если кто-то не поймет - запирай в камере. И учти, ломануть ваши блоки вот она, - я кивнул на Дашу, - сможет на раз-два. Правда, что с вашими мозгами потом будет, я не знаю. Так что, советую не экспериментировать.

После этих слов я начал переходить во вторую ипостась. Нарочито медленно.

Сначала начали деформироваться руки. Кожа потемнела, уплотнилась и собралась относительно крупными прямоугольниками. Ногти вытянулись и превратились в зловещего вида когти. Темя головы раздвинулось, и оттуда возник небольшой костяной гребень. Спереди него и по бокам вытянулись изящные рожки. Кожа тоже уплотнилась, огрубела. Волосы утолщились и собрались в наплетенные косички. Пробилась бородка. Череп совсем немного удлинился, чтобы вместить чуть увеличившиеся и заострившиеся зубы.

Глаза округлились, зрачок стал вертикальным, как у рептилии. Изнутри загорелся гипнотический багровый свет, тускло мерцающий множеством еле заметных зеленых точек-огоньков. Радужка, казалось, медленно пульсировала.

Полная жуть. Для здешних.

- Дашуля, дай ему парализатор, — прохрипел я новым голосом. — А ты попробуй применить эту вашу тыркалку против меня. Не стесняйся.

Когда оружие оказалось в его руке, похититель решил, что у него есть шанс. Он считался самым быстрым среди своих. Но как только он начал движение, существа перед ним вдруг не стало, а к его горлу прижался острый коготь.

Сама же сущность (называть 'человеком' - это как-то уже не получалось, даже мысленно) - уже стояла сзади него. Как она сумела переместиться так быстро - он так и не понял.

Вторая лапа монстра держала его за запястье, не давая сдвинуть руку с парализатором даже на чуть-чуть. Затем эта рука вдруг оказалась на парализаторе и начала его сминать. Смотреть, как металл сминается, словно бумага, было жутковато.

В следующее мгновение - существо снова оказалось в поле его зрения. Движения не было. Вот оно там, и вот оно снова перед ним. Зловеще улыбнувшись, обнажив при этом остроконечные, совершенно нечеловеческие, зубы, существо произнесло:

- Тот Темный Мир, который тут у вас, к месту и ни месту, упоминают, как ты понял, существует. Помнить вы будите все происшедшее, но рассказать сможете немного. Наши блоки получше будут. Да и не блоки это, как вы их понимаете. Передайте по цепочке - не надо нас трогать, иначе это может закончиться для инициаторов, даже не смертью, а кое-чем похуже.

Что может быть хуже смерти - было для бедного баньдюка не совсем понятно. Но вид существа, пообещавшего это, говорил о том, что, скорее всего, такое, все же, существует.

Потом троица почти синхронно развернулась и ушла к лифту, оставив его, приводить в чувство своих подельников.

Это для местных мое второе «я» было жутким, но для близняшек, насмотревшихся ужастиков, — вполне симпатичным монстром. Едва мы оказались наверху, Даша тут же же бросила мне предъяву. Ее возмущенный вопль ударил по ушам как артиллерийский залп:

— Евгений Михайлович! И вы скрывали! Гадский вы папа! Я тоже так хочу — в кошку!

— Кошка маловата будет, — попытался я урезонить ее.

— Тогда в тигру!

— Предлагаю обсуждение перенести на когда вернемся домой. А пока завершим начатое так, как требуется нам а не так как кто-то на планировал,- предложил я, стараясь вернуть Дашу из грез в реальность.

Та, посмотрев на меня очень подозрительным взглядом, согласилась:

— Ладно. Но не мечтайте отвертеться.

Глава 7

Завтрак проходил в тишине. Даша изображала обиду. Ксения периодически поглядывала на нее и усмехалась.

— И что у нас случилось? — спросил я, прекрасно понимая, из-за чего последовал сей демарш. — Почему кто-то надулся, как хомяк на крупу?

— Говорят: «мышь на крупу», — с улыбкой поправила меня Ксения.

— Может, «мышь на крупу» и правильно, но я такого не видел, а вот расстроенного хомяка — видел. Он, бедняга, насовал зерна себе за щеки, а так как больше не лезло, сидел перед оставшейся кучкой и сильно переживал.

Видимо, представив себе эту картинку, Ксения рассмеялась.

Невольно улыбнулась и Даша, но тут же вернула на свое лицо выражение недовольства.

— Что не так? — обратился я к Даше.

— А всё не так! Галактика! Империя! А где нейросети, импланты? Галактические войны космических флотов?! Настоящие инопланетяне, наконец! Жуки, там, какие-нибудь. Нифига нет. Даже приличных космических пиратов — и то нет. Контрабандисты — в лучшем случае. А у кого есть, тот всё заныкал и сидит, как кот на сене, — возмущенно пробурчала Даша.

— Что-то вы сегодня зверьков путаете, — хихикнула Ксения.

— Собака — друг человека, а кошачьи — всегда себе на уме, — буркнула в ответ Даша.

— Но тебя же саму тянет на кошачьих. В тигру желаешь перекидываться, — вспомнил я пожелания Даши.

— Это — другое. Красиво и хищно! — мечтательно отрезала Даша.

— Ладно. Не дуйся. Попробуем удовлетворить твои запросы. Только сначала обрисую, что можно подправить, не меняя формы, — начал я объяснения. — Предлагаю следующее: основную форму усилим по максимуму, а вторичную сделаем производной, доведя некоторые свойства до возможного предела, с минимальными изменениями.

По основе: увеличиваем скорость прохождения импульсов по нервной системе, что значительно ускорит реакцию; усиливаем кости скелета и мышечную систему, но без гипертрофии делать из вас бодибилдерш мне очень не хочется; уплотняем кожу, но в пределах, не требующих капитальных изменений в генокоде; добавляем несколько новых органов, позволяющих в опасных ситуациях обходиться без кислорода, воды и питания довольно длительное время.

— А куда их всунуть?, — встряла Даша. — Места же нет!

— Детально объяснять не буду. У вас просто будет запас всего этого. Где это будут находиться (эти органы и этот запас) — не столь важно, но в этом пространстве никто этого видеть не будет, — попытался коротко объяснить я.

— А в другом пространстве?.. это будет видно? — это уже Ксения.

Вот ведь женская натура! Всего побольше, но только — чтобы красоту не испортить.

— Нет, и из «другого» видно не будет. Не из какого. Это будет находиться во внепространственном мешке. Если захотите — объясню досконально, но давайте в другой раз. Относительно ипостасей — это не важно, — стараясь не впасть в длительные объяснения, я вернулся к теме.

— Дополнительно улучшится слух, зрение и обоняние. Последнее, в среднем, не очень сильно, но некоторые вещества вы будете чувствовать, даже если они будут присутствовать в совершенно мизерных количествах, почему — поймете позже.

— Это вы про яды, что ли?.. — снова влезла Даша.

— Вы очень догадливы, дорогая леди, — с улыбкой подтвердил я ее догадку.

Даша фыркнула. Я продолжил:

— Плюс — у вас появится абсолютная пространственная ориентация. И самое главное — сверхбыстрая регенерация. Пожалуй, всё... — закончив по первому пункту, я замолчал и посмотрел на близняшек.

— Звучит заманчиво, но «огласите, пожалуйста, весь список», — пародируя милиционера из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», сказала Даша, все еще сохраняя на лице недовольное выражение, но было видно, что ей это удается все труднее и труднее. Но она старалась, хотя любопытство так и перло из нее.

— Да, очень хочется услышать предложения по второй форме, а так — очень даже хорошо, — поддержала ее Ксения. Своего любопытства Ксения не скрывала.

— Хорошо, продолжу. Насколько возможно, очерчу рамки... Я не советую выбирать для второй ипостаси зверей или совсем уж экзотику. Во-первых, увеличивается время трансформации, что в некоторых случаях может сыграть в минус, во-вторых, всегда будет присутствовать психологический дискомфорт, потому что потребуется внедрять второе подсознание. Человеческое, просто-напросто, не сможет адекватно управлять изменившимся телом. А два подсознания — это уже предпосылки к шизофрении. Так что тигру — не советую... Вы смотрели фильм «Женщина-кошка»? — спросил я.

— Класс! Я согласна, — сбрасывая все напускное, восторженно воскликнула Даша.

— Только будет небольшое отличие. В фильме — на исполнительнице исключительно костюмчик кошки, у вас же будет всё естественное.

Первое, кошечки вы будете короткошерстые, с очень и очень специфическим подшерстком. Он будет выращен из весьма твердых волос и переплетен таким образом, что получится своеобразный живой кевлар. Всякие ножики, даже и очень острые, вам будут не страшны. Пули издали, не в упор, — тоже.

— А когда в упор?.. — очень серьезно спросила Ксения.

— «В упор» — это уже будет работа регенерации. В этой ипостаси она у вас будет ураганной. Так же появятся коготочки. Сверхострые. Соответственно, изменится система сухожилий и суставов — иначе ударная нагрузка на когти в некоторых случаях просто вырвет их из ваших рук. Ну, и самое главное отличие — у вас будет... хвост.

Мои барышни вопросительно переглянулись. Видимо, прикидывая, как они будут смотреться с хвостом.

— Поверьте, очень полезная штука — при прыжках и передвижении не по поверхности земли. Но, кроме всего, у волосков на кончике хвоста и волосков вокруг подушечек лап будет одна дополнительная фишка. Очень полезная. Эти волоски будут иметь весьма своеобразное строение... — я немного задумался, пытаясь сформулировать пример. — Представьте себе веничек. Из ствола ветвятся веточки. Каждая веточка разветвляется на соломинки. Каждая соломинка — на волоски. И так далее — до наноразмерных величин.

Причем, все это — из сверхпрочного материала. Эти молекулярные волоски способны проникать внутрь любой поверхности. Так что зацепиться лапами и хвостом вы сможете даже за абсолютно гладкий металл.

— Вау! Не хуже, чем у Человека-паука, — откомментировала Даша.

Правда, для эффективного использования этой функции нужно будет поучиться, так как придется нарабатывать совершенно неестественный для человека навык.

Кстати, эта фишка — не моя фантазия. На Земле есть такие зверьки — гекконы. Подсчитано, что вместе взятые шесть с половиной миллионов щетинок на одном гекконе могут удерживать вес двух людей.

Удивились обе. Видимо, о таком зверьке слышали впервые.

— Ушки тоже будут исключительно кошачьего вида, как и глаза. Их возможности будут соответствовать кошачьим, хотя и не полностью. В случае со зрением — это будет симбиоз.

Диапазон распознавания звуков увеличится до шестидесяти килогерц... против двадцати в обычном режиме. Чувствительность сможете регулировать. В обычных условиях кошек очень нервирует, если вокруг много шума. Наверное, наблюдали иногда, как кошка нервно подергивает ушами — это тот самый случай.

— Точно! А я все в толк не могла взять, чего это наша Мурка так делает, — высказала свою догадку Ксения. — Оказывается, это мы слишком громко с ней пытались общаться.

— Зрение тоже не полностью кошачье. Во-первых, придется откорректировать цветовой спектр восприятия. Иначе вы будете видеть мир с голубовато-серым оттенком, а солнце — будет иметь зелено-голубой оттенок.

Глаза кошки не способны воспринимать оттенки красного, оранжевого и коричневого цветов. Плохо кошачий глаз различает белый, фиолетовый и желтый цвета, а между синим и голубым почти не «видит» разницу. Наиболее восприимчивы кошачьи глаза к зеленому, синему и серому цветам.

Видеть станете примерно в десять раз лучше. Сможете заметить объекты, удаленные на полкилометра, и рассмотреть детали на расстоянии до шестидесяти метров.

Во-вторых, не ухудшится и ближнее зрение. Как ни странно, у кошек оно плохое. Близко расположенные предметы они видят размыто и распознают объекты по большей части органами осязания.

— Вот уж никогда бы не подумала, — удивленно воскликнула Даша.

— Ночное зрение тоже, соответственно, улучшится. Будете хорошо видеть в условиях очень плохой освещенности, но не в полной темноте. В этом случае даже все ухищрения кошачьего глаза не помогут. Даже их уникальный клеточный слой, который выполняет светоотражающую функцию. Благодаря ему на сетчатку попадает больше света. Он как раз и объясняет знаменитое ночное зрение кошек. По этой же причине глаза кошки «светятся» в темноте.

Если решите и эту функцию поиметь, то подумаем насчет некоторых возможностей летучих мышей, но я бы особо не напрягался. Лучше уж иметь при себе слабые источники света, бесполезные для человека, но вполне достаточные для кошки.

— Говорят, кошки видят призраков и духов, — со всей серьезностью выдала свое знание предмета Даша.

— Вот уж не думал, что ты веришь в духов, — сыронизировал я.

— С вами не только в них поверишь. Наша Мурка иногда просто ни с того ни с сего вздыбливала шерсть, шипела, фыркала, смотря совершенно на пустое место. Иногда замирала, пялилась в одну точку и не двигалась. И в ванную ее невозможно было загнать. Даже проходя мимо нее — шла как можно дальше от двери. А если мы ее туда заносили — вылетала оттуда как ошпаренная. Отец шутил, что у нас там домовой живет, — фыркнув, выдала Даша свои воспоминания о поведении их домашнего питомца.

— Ученые считают, что причина такого поведения кроется в том, что у кошек зрение, слух и осязание гораздо острее, чем у человека. Органы чувств позволяют кошке ощущать разные вещи, недоступные человеку — инфра- и ультразвук, более широкий диапазон запахов и микродвижение. Они действительно видят то, что недоступно человеческому взгляду. Конечно, это не призраки или духи. Глаза у кошек фиксируют малейшие изменения, которые происходят в комнате. Пыль, которая подсвечивается солнечным светом, для них наглядна и реально ощутима. Коты могут с ней играть, подпрыгивая и ловя пылинки. Для хозяев это выглядит так, будто питомец пытается поймать что-то в пустоте, — попытался я развернуть разговор из мистического русла в научно-обоснованное.

— Интересные вещи вы, Евгений Михайлович, рассказываете, — прокомментировала мои слова Ксения. — Кошки и у родителей были, и у бабушки, и оказывается, мы о них знали очень мало

— Насчет нюха — можно, конечно, и собачий приспособить, но, думаю, и кошачьего будет достаточно. Все же — в среднем, в пятнадцать раз лучше, чем у человека. Почувствуете запахи, о которых сейчас даже не подозреваете.

Усы... выращивать не будем. Хотя они для кошек и имеют очень большое значение — для той же ориентации в темноте, но вам не понадобится.

И, вообще, вторая ипостась — чистая уступка вашей прихоти. Девчачьи игры.

— Это почему же? — услышав о лишении такого кошачьего украшения, вскинулась Даша, но расчетливость победила эмоции, и, ничего больше не сказав, продолжила слушать.

— Главное же то, что значительно усилятся ваши возможности как одаренных. Дополнительно к вашим медицинским знаниям добавится полная анатомическая база данных. Но не просто так. У вас появится возможность в специальном зрении видеть человека, можно сказать, изнутри, как полностью, так и конкретного органа. Работать с этим новым зрением вам придется поучиться. Включать — когда это требуется, и выключать — в нормальном состоянии, чтобы не мешало. Ну, и регулировать под сиюминутную надобность. Одновременно оно заменит вам ночное зрение.

— Внутренний рентген, что ли?.. — все-таки не выдержала Даша.

— О, нет! Совсем другой уровень. Не блеклая и не совсем понятная картинка, а объемное цветное изображение, живое. Причем, будет возможность настраивать фильтры. Например, отсекать все, кроме чего-нибудь одного, например, нервной системы или сердца, — пояснил я.

— Класс! А когда?.. — возбудилась Даша, полностью отбросив напускную обиду.

— Сразу, как только отбудете наказание за непродуманную и неподготовленную прогулку по трущобам Столицы, — соорудив суровую мину на лице, ответил я.

Ксения виновато опустила глазки, начав рассматривать что-то, видимо, внезапно появившееся на ее тарелке.

Даша, тоже склонив голову, начала водить пальцем по столу, как будто пытаясь там что-то отковырять. Наконец, поняв, что отмолчаться не получится, подняла взгляд и попыталась наехать на меня в ответку:

— Чего сразу — «трущобы»?!. Вполне себе респектабельный район, — начала она, но замялась, видимо, пытаясь сформулировать дальнейшее, но ее перебила Ксения, решительно заявив:

— Мы хотели купить космический корабль!

Поперхнувшись, я закашлялся. Вот всего ожидал, но такого — точно нет. Откашлявшись, спросил:

— Вот, так вот! Ни много ни мало — «космический корабль». И что... там есть такой магазин? — сыграл я простака.

— Нет, конечно, — встряла Даша и, посмотрев на меня, как на несмышленого ребенка, пояснила: — Мы там должны были встретиться с посредником. И, вообще, непрактичный вы человек!

Я оторопело посмотрел на нее, не понимая, каким боком моя предприимчивость относится к теме нашего разговора.

— Вот вижу, не понимаете! — радостно заявила Даша. — А все просто, как грабли. Вот — как вы относитесь ко всяким там ЛГБТ (плюс-минус, «-надцатым» — не знаю, сколько разновидностей сейчас насчитывается)?

— А они постоянно добавляются. Я читала о сорока, — вставила свои «пять копеек» Ксения.

Я же, еще оставаясь в обалдении от зигзага женской логики, автоматом ответил:

— Никак не отношусь. Они — сами по себе, я — сам по себе. Мне вполне одной ориентации хватает. Живут — и пусть себе живут, лишь бы не проявляли агрессивности и не капали на мозги окружающим.

— Вот! А могли бы всех привести в чувство! — торжествующе заявила Даша.

— Это, как это? — все еще не понимая Дашиной логики, удивился я.

— Да очень просто! Создали бы клинику по изменению пола — и «ай-лю-лю». Хочешь стать мужчиной — приходишь к вам, и вы все, что сверху ненужное, убираете, а снизу — выращиваете. Причем, по-настоящему, без дураков. Или, наоборот, сверху выращиваете, а снизу убираете. И сколько хотите, раз — и туда, и обратно. И никаких криков, — с гордостью гения выдала свою идею Даша.

— Ну, не скажи — крикуны всегда остаются и после решения любой проблемы, которая, как им кажется, решилась не так, как им хотелось бы. Да, и не все их вопросы эта клиника разрешила бы. Как ни крути — изначальные гомосексуалы и бисексуалы, в любом случае, остались бы за бортом. Как я слышал, лесбиянки не особо-то и радуются всему этому шуму. И, вообще, причем тут ЛГБТ к космическому кораблю и вашим «приключениям»? — наконец, вырулил я в нормальную логику.

— Ни при чем, конечно. Просто, к слову пришлось, — скромненько потупившись и поняв, что с темы съехать не удалось, негромко проговорила Даша. — Да и вообще, все они — расисты. У них на флаге нет черного цвета.

Что тут скажешь! О таком я даже не подумал. Черного цвета на флаге, ведь точно, нет.

— Так, и зачем вам понадобился собственный космический корабль? Только честно! — не дал я разговору снова съехать не в ту степь. Да и не злился я. Я просто боялся за них

Ответила Ксения:

— Мы хотим слетать к Сфере.

— И чем же она привлекла ваше внимание? — задал я вопрос, хотя прекрасно знал ответ.

— Как это чем! В наличии — солнечная система, которую все видят, но влететь туда не могут, — возмутилась Даша. — Разве вам не интересно?!

— Ну, как я знаю, не целая система, а только внутренняя ее часть. Звезда и одна планета. Все остальные пять — вполне досягаемы, — уточнил я.

— Да какая разница, одна там планета со звездой или несколько. Главное же, что подлететь к этой планете никто не может! — с жаром перебила меня Даша.

По правде говоря, я тоже интересовался этой аномалией. В свое время Кис и Джейн собрали мне достаточно много информации.

Когда впервые наткнулись на эту систему, долго не могли понять, что происходит. Особенно когда подлет осуществлял один корабль.

Двигаясь к центру системы, корабль вдруг начинал сходить с курса. А так как команда не проводила никаких маневров, и, соответственно, никто не чувствовал никаких ускорений, то всем казалось, что не корабль уклоняется, а система опускается и уходит с курса корабля.

Феноменом заинтересовались — и выслали для исследования целую эскадру. Преимущественно возбудились искатели истинных инопланетян — местные уфологи. Вот — наконец-то! И для таких предположений имелся повод, четко определяющий, что это все не просто природное явление.

Перед тем, как корабль начинало сносить, на нем принимали довольно широкополосный радиосигнал. Попытки расшифровки до сих пор ничего не дали. Хаотичный набор. Причем, сигнал ни разу не повторился. Даже если один и тот же корабль проводил маневр подлета со скрупулезным повторением характеристик этого маневра.

Со стороны казалось, что корабль, направляющийся к внутренней планете, в какой-то момент начинал «маневр уклонения» и обходил внутреннюю систему по дуге. Но с кораблей четко докладывали, что двигатели не включались и, вообще, никто никаких действий в момент начала уклонения не проводил.

Скорость подлета, ускорение или его отсутствие, угол атаки и масса корабля не имели никакого значения. Разогнали даже пару мелких астероидов. Те благополучно провели «маневр уклонения» и умчались в бескрайние просторы вселенной. Чего-чего, а двигателей на них точно не было.

Еще одной фишкой этой системы «звезда-планета» было наличие стабильного протуберанца, протянувшегося от солнца к планете.

Он, имея довольно стандартные характеристики в момент отрыва от солнца, по пути к планете постепенно утончался и входил в ее атмосферу уже толщиной... не более метра. При этом все время полета вел себя естественно — пульсировал, извивался как молния — но в конце концов в атмосферу планеты вклинивался... строго в одном и том же месте.

Причем, на атмосферу и, вообще, на планету протуберанец не оказывал никакого видимого воздействия. Как будто вся его энергия куда-то поглощалась без малейшего остатка. Как такое явление, противоречащее всем законам физики, могло существовать, никто еще не объяснил.

Тут, как раз, активизировался Кис и доложил:

«Вариант найден. Вероятность покупки довольно велика. Цена приемлема».

«Действуйте!» — дал я отмашку.

В действительности, купить корабль не так просто. Его надо было либо заказать на верфи, а это, как минимум, год ожидания, либо перекупить у кого-нибудь, что тоже не всегда реализуемо на раз-два. Сейчас, можно сказать, просто повезло с одним капитаном — романтиком-неудачником, имеющим собственный корабль и попавшим в очень затруднительную финансовую ситуацию.

— Ладно. Не надо меня агитировать за советскую власть. Признаюсь, об этом феномене я тоже думал и, раз вы так заинтересовались, то пойду вам навстречу. Тут нам повезло. Нашелся один вариант быстрой покупки, — обрадовал я близняшек.

Крики «ура» оглушили, а прыгающие от восторга близняшки порадовали. Как и последующие поцелуи.

— И вот зачем вредничали? — остыв от восторгов и вернувшись к показной стервозности, спросила Даша. — Устроили допрос тут, с экзекуцией. Могли бы и предупредить, что сами собираетесь Сферу посетить.

— Ну, я не настолько дальновидный, как моя первая девушка, чтобы знать обо всем, что вы затеваете, — спровоцировал я Дашу на вопрос, который она тут же и задала:

— А что, очень умной была?

— Да. На первом же свидании, она поразила меня умом и дальновидностью... — и, выдержав паузу, добавил:

— Она на него не пришла.

Близняшки засмеялись.

— Шутите, значит, — притворно зловеще прошептала Даша. — Ничего-ничего, мы вам сегодня устроим «экзекуцию». Правда, Ксюха?

— Устроим, — многозначительно поддакнула Ксения. — А пока меня больше интересует, когда мы станем женщинами-кошками?

— А, точно. Совсем сбили с толку, — поддержала сестру Даша.

— Нам до Сферы лететь надо будет двенадцать дней. Вполне хватит для трансформации, — ответил я, прикидывая нужную последовательность действий.

***

Ссиэр Кйол Гамис IV был самым, что ни на есть, аристократом. Поскольку происходил из одного из очень влиятельных родов первопоселенцев. Но было одно большое «но». Он был четвертым сыном и, вообще, самым младшим отпрыском в этой семье. Кроме четверых сыновей, папа с мамой расстарались еще и на троих дочек.

И все бы ничего, нашли бы и ему или достойное место, или достойную пару, или по деньгам, или по положению, как и всем старшим. Главное было проявить рвение и показать возможный потенциал. Недаром пост папеньки перенял не самый старший из сыновей. Но Кйол с раннего детства был влюблен в космос, как таковой. Не как в инструмент для достижения каких-либо целей, экономических там или научно-познавательных, в конце концов. Нет, именно в сам космос.

Помучавшись с сыном в детстве и юности, семья плюнула и отдала его на учебу в гражданскую космическую академию, так как в политику и высшую администрацию он вливаться не желал ни под каким видом. В военную академию он и сам бы не пошел. Мечты мечтами, а то, что они никак не совмещаются с армейской службой, к счастью для себя и его семьи, к тому времени он уже понимал. Для его семьи служба, где тебе отдают приказы больше людей, чем количество тех, кому ты приказываешь, не считалась престижной. А пробиться в верха, начиная с нижней ступени, было практически невозможно, даже с такой поддержкой, как семья Гамиссов. Слишком уж маленькая была эта песочница.

Как уже отмечалось, армия и флот здесь были формированиями мирного времени, гипотетически рассчитанными на столь же гипотетических пришельцев. Ну, еще и на расширение зоны людской популяции. Тем более, и у генералов, и адмиралов, ведь, были и свои детки на вырост.

Учился Кйол прилежно, со старанием и определенным энтузиазмом, прекрасно понимая, что иного пути в космос у него может и не быть. Рвануть туда и сгинуть было просто, а вот встроиться в него, слиться с ним — ох, как тяжело. Так что — первые десять лет самостоятельной жизни прошли для него в медленном, но верном движении в направлении гильдии «Свободных капитанов». Он бы и еще пару десятков лет двигался бы, старательно осваивая ступенька за ступенькой эту стезю, но помог случай.

Как-то случилось, что с его подачи, десять лет назад с нынешнего момента, команда «Искателя» нашла червоточину. Как он сумел уговорить капитана, ссылаясь на свою особенность «чувствовать космос», он и сейчас полностью не понимал. Капитан же тогда, не глядя на возражения старшего пилота и их топографа, поверил его доводам и не прогадал.

Они нашли червоточину с отличными параметрами, а за ней — мертвую систему. Что с ней случилось, так и не выяснили до сего дня. Спорят до сих пор.

Мертвое темное солнце и куча обломков, летающих вместо планет по орбитам. Причем, обломков очень богатых редкими элементами...

Куш, полученный командой, был такой, что ему хватило на покупку личного разведчика и десяти лет безбедной жизни.

Так, уверовав в свое «чувство космоса» и свою избранность, он покинул команду и решил уйти в свободный поиск. Честно сказать, команду покинул не он один, но остальные, ушедшие следом, просто осели на ближайших планетах, так как их работа по разведке, как раз, и предполагала целью накопление средств для покупки «домика в деревне» и спокойной жизни.

Первые пять лет он просто летал, куда хотел, исполнял все свои капризы, стараясь поймать кураж и понять, наконец, этот непостижимый космос. Но... не повезло. Не удалось. Слиться, встроиться, понять — не получилось.

Космос его не принимал. Удачный случай остался лишь удачным случаем. Единичным. Больше находок не было. И, понятно, что каким бы не был большим куш, деньги имеют свойство постепенно истаивать, если их не восполнять.

Первый год его команда (управлять звездолетом в одиночку не под силу даже самому крутому Одаренному) еще держалась. Потом началась текучка.

Последнее пятилетие он попытался зарабатывать, но по-настоящему включиться в эту «муравьиную» (по его мнению) возню у него тоже не случилось.

Деньги постепенно таяли, пока не остались крохи, которых хватит, максимум, еще на пару недель жизни, если случайно не подвернется что-нибудь, способное продержать его на плаву и дальше.

Желающих его нанять или предложить что-либо — не наблюдалось. У него была очень дурная репутация самодура, способного — посередине рейса! — рвануть куда-нибудь по своему разумению, не взирая ни на какие договоренности.

Даже выплата им неустоек иногда не являлась полной компенсацией порушенных планов.

Постепенно такие случаи опустили его деловую репутацию не только в минусовую область, а, вообще, перевели в мнимую.

И вот — последняя жирная точка, когда он в последнем рейсе умудрился сорвать доставку какого-то правительственного груза. И этим поломать график работ некой госкорпорации, надолго отсрочив, при этом, запуск чего-то там важного для одной из группировок в высших эшелонах власти. Отделался огромным штрафом, съевшим почти все остатки его сбережений. Спасибо, что не посадили. Помогла семья, но брат предупредил — первый и последний раз.

Так и остался он сейчас в гордом одиночестве. После этого случая ушли даже самые преданные. Красивая идея — это, все же, только идея, а кушать надо каждый день. Не все были одиночками, как он. Нулевой результат за десять лет — тоже показатель, явно не указывающий на его исключительность или даже, просто, на присутствие, хотя бы, толики везения.

В гильдию «Свободных капитанов» его не приняли по этой же причине. Там, все же, был какой-никакой Устав и определенные обязанности.

Если раньше, получив кучу денег и купив «Искатель», он, собственно, особо туда и перестал стремиться, поверив в свою избранность, то сейчас его туда и не приглашали. Даже, наоборот, — отказали.

Придется жить на борту своего корабля. Благо, док был оплачен на два месяца вперед. Хорошая каюта в станционной гостинице уже не по карману. Это, конечно, несколько оттянет окончательное решение, о котором он даже думать боялся.

Потеря корабля (а его продажа уже, почти, не вызывала сомнений) для него была потерей смысла жизни!

Он знал, что, как только закончится последний оплаченный день аренды дока, корабль заблокируют, выставив на продажу для восполнения оплаты за аренду. И даже если покупатель не найдется, то в момент, когда его оценочная стоимость покроет аренду, компания станции его реквизируют — уже как свою собственность. И улететь невозможно. Нет топлива. Оплату за аренду доков не возвращают, это общепринятая практика. Такое правило не только на этой станции — всюду. Остаток на счете мал настолько, что не хватает даже на одну заправочную кассету. Технология заправки «Искателей» была дискретной — кассетами. «Налить» пару литров чего-нибудь там — просто невозможно.

Вот поэтому Кйол уже второй час сидит в баре, цедя местную дешевую кислятину, и решая: «А не напиться ли ему... по-настоящему?»

Из глубокой задумчивости его выдирает, как он понял, уже повторное обращение посыльного. С удивлением подняв глаза и сосредоточившись, Кйол попросил повторить сообщение еще раз.

— Ссиэр, вас вызывают в общественный пункт связи, — повторил ему посыльный.

По привычке Кйол бросил ему монету и кивком пояснил, что понял.

Поступившее предложение он принял и, даже, не по причине хорошей цены, а еще и из-за того, что ему предложили еще какое-то время побыть... капитаном... хотя и наемным...

***

Перелет прошел без происшествий. Все по плану. Прошли две червоточины и почти двенадцать дней полета в обычном пространстве... по-семейному...

Ксения взяла с собой Шебола. Не захотела или побоялась оставлять его одного (хотя и под присмотром прислуги). Оставлять Гуффа не захотела уже Даша. Так что — к Сфере рванули всей семьей.

Как и обещал, за время полета, под контролем Киса, я провел процесс трансформации — сначала Даши, как более нетерпеливой, а затем Ксении. Было прикольно наблюдать освоение близняшками своих новых возможностей. Особенно им по первому времени во второй ипостаси мешал хвост. Живший, как казалось близняшкам, собственной независимой от них жизнью.

Когда мы вошли в систему, моментально сработала одна из закладок Наследия.

Кис доложил, что активировался один из блоков матрицы, заложенной Хранителем.

«Распаковалась весьма сложная и объемная система шифрования и дешифровки», — доложил Кис.

«Это, явно, неспроста. Гложет меня «смутное сомнение», что мы снова во что-то вляпываемся», — мысленно ответил я Кису.

Все стало ясно, когда корабль получил пакет сигнала.

«Новая система произвела расшифровку сообщения. Просто-напросто работает система «свой-чужой». Для ответа требуется пропустить полученные данные через фильтр вновь распакованной системы и выдать полученную последовательность в ответ», — проинформировал Кис.

«Действуй. Результат загони через Джейн на комп связи», — дал я отмашку.

А что было делать?..

«Готово. Информация записана на комп. Имя: «Последовательность — 3», — доложил Кис через три минуты.

«Почему именно — 3?» — невольно задал я вопрос.

«А чтоб никто не догадался», — цитатой из «Операции «Ы»», ответил мне Кис (вот — засранец!).

«Ценю в тебе память моих поколений...» — нарочито недовольно буркнул я в ответ и, уже вслух, приказал:

— Капитан Кйол! Инициируйте передачу в эфир пакет-информ, гриф «Последовательность-3».

Присутствующие тут же в рубке близняшки уставились на меня с большим подозрением.

То, что последовало дальше, меня удивило, но было ожидаемо.

Ссиэр Кйол удивился — очень сильно.

На главном обзорном экране, в абсолютной черноте космоса, пространство вскипело искажениями. Словно пляска раскаленного воздуха над асфальтом. Пространство исказилось, расплылось, и из ничего родилась переливчатая зеркальная поверхность, колеблясь и искрясь отражениями далеких звезд.

Где-то в паре сотен километров перед кораблем заколебалась переливчатая зеркальная поверхность. Если кто видел сериал «Врата» — поймет.

Диаметр Врат был, где-то около километра.

Через полминуты корабль спокойно прошел Врата — и вот! — мы уже внутри Сферы.

— Я так и знала! Ну, вы и жук, Евгений Михайлович! И кто вы, после этого?! — не то обижено, не то радостно прокомментировала это событие Даша.

— А я и не сомневалась, — улыбнувшись, сказала Ксения.

Ссиэр Кйол промолчал. Слов у него не было.

— Капитан Кйол, курс — планета! — приказал я.

На станциях наблюдения и на всех присутствующих в системе кораблях все впали в полное обалдение.

Тут же ролики с записью этого события понеслись в Инет Империи... и не только.

А уже через некоторое время главный новостной портал выдал эту информацию по всем своим каналам:

«Троица, как всегда, не может без потрясений основ. Ее корабль спокойно вошел... в Сферу»...

Глава 8

Подлет к планете прошел довольно скучно, ничего особенного во время полета не происходило, если не считать провокационных подначек со стороны близняшек. Они ни на миг не оставляли попыток раскрутить меня на полную откровенность, обоснованно полагая, что я не всем с ними поделился. Особенно упорствовала Даша.

Довольно много времени девочки проводили в своей второй ипостаси, постепенно привыкая к новым возможностям. Шебол к происшедшему с ними отнесся со свойственным его натуре спокойствием. Капитан, впервые увидевший превращение близняшек в кошачий прикид, был в явном шоке, но виду не подал.

А вот Гуфф всегда заинтересованно следил за метаморфозами этих кошка-женщин, периодически фыркая, когда Даша или Ксения не могли совладать со своими хвостами, которые, казалось, жили собственной жизнью. Он удивился лишь в первый раз: подскочил, уши торчком, издал удивленный «гав!», пару раз склонил голову набок, рассматривая, медленно подошел, обнюхал и, убедившись, что запах не изменился, успокоился. Вернулся на прежнее место, улегся, тяжело вздохнув, и продолжил наблюдать за ними, двигая только глазами.

– Хорошо тебе! Ты с ним родился, – пробурчала Даша, раздосадованная очередным своим падением и ироничным фырканьем Гуффа.

В ответ тот демонстративно помахал своим, пусть и несерьезного вида, хвостом.

– А вот всё равно у меня – и длиннее, и красивее! – не сдавалась Даша. - так что завидуй молча!

На что Гуфф снова фыркнул, положил голову на лапы и демонстративно прикрыл глаза.

– Даш, ну перестань, – мягко заметила Ксения. – Привыкнешь, в конце концов.

– Вот именно! – буркнула Даша. – А он тут еще и издевается!

Как бы то ни было, через сутки мы вышли на орбиту загадочной планеты. Визуальное наблюдение и сканирование Киса не выявили ничего нового. Радиодиапазон молчал. Кроме первой передачи системы «свой-чужой» больше мы ничего не получили.

Следующий логический шаг – высадка. О чем я и сообщил всем после десятка витков по орбите.

– Капитан, готовьте бот, – отдал я распоряжение. – Сказав «А», не сказать «Б» было бы совершенно нелогично. Раз «комитета по встрече» не наблюдается, придется идти в гости без приглашения. Надеюсь, это не сочтут оскорблением.

И весьма гнусаво продекламировал известные строки:

– «Кто ходит в гости по утрам – тот поступает мудро».

Даша на провокацию не повелась.

– Странно всё это... – задумчиво проговорила она. – Вечно вы, Евгений Михайлович, темните. Ведь точно – что-то знаете.

Я, сделав загадочное лицо, промолчал. Знала бы она, что я знаю не более их, – сильно бы удивилась.

В общем, через полчаса наш бот рванул к планете.

Сначала всё шло обыденно. Планета приближалась. В разрыве облаков всё четче просматривались материки. И вдруг произошло то, чего никто совершенно не ожидал. Слепящая белизна поглотила экраны. Причём никаких облаков на этой высоте до последнего момента не наблюдалось. На секунду воцарилась полная дезориентация, будто корабль провалился в огромную банку с молоком. Когда изображение вернулось, у меня перехватило дыхание. Картина внизу и вверху кардинально изменилась. Голубые океаны и зеленые материки бесследно исчезли. Вместо них внизу расстилалась бескрайняя, отполированная до зеркального блеска металлическая равнина, уходящая к искривленному горизонту.

Сказать, что все были в шоке (и даже Кис!), – значит, вообще ничего не сказать.

Мы оказались непонятно где. Сверху ровным белым светом светилась непонятная поверхность, снизу – цельнометаллическая сфера планеты! Ни материков, ни океанов, морей или гор – и в помине не было. Ровная металлическая поверхность с небольшими выступами простиралась от горизонта до горизонта.

– Нифига себе!.. – как всегда весьма эмоционально выразила общее состояние Даша.

– Это явно по твоему заказу, – выдал я реплику. – «Звезда Смерти» какая-то.

– Не-е... Покруче. Там всё-таки всего лишь станция, а тут – целая планета, – разглядывая открывшийся «пейзаж», ответила Даша.

– А сверху, значит, экран, на который и проецируются пасторальные картинки, – предположила Ксения.

– Что-то вроде того... – осторожно отозвался я.

Поверхность приближалась, проносясь под нами мертвой металлической равниной. И вдруг - впереди по курсу, на поверхности начала пульсировать зеленым точка, периодически очерчивая небольшую окружность.

- Вот, кажись, и приглашение! - воскликнул я. - Капитан, сажайте бот, где указывают.

Но наша скорость была, явно, выше, чтобы сходу зайти на посадку сразу, без маневра.

Мы проскочили зону посадки, сделали вираж и, уже потом, медленно и степенно стали приземляться точно в центр очерчиваемого круга.

Когда до поверхности оставался какой-то десяток метров - она вдруг расчертилась кривыми линиями и стала раскрываться. Если видели открывающуюся диафрагму старого пленочного фотоаппарата, то именно так - все и выглядело. Только в несоизмеримо большем масштабе.

Проскочив плоскость поверхности, бот опустился еще метров на пятьдесят и достиг дна. Диафрагма начала закрываться.

Казалось, еще мгновение - и наступит полная тьма... но, с последним лучиком света сквозь лепестки, внутренняя их поверхность засветилась уже знакомым нам белым светом.

- Капитан, что показывают анализаторы? - спросил я. - Не хотелось бы одеваться в скафандры.

- Полный анализ еще не проведен. Химически - кислорода двадцать три процента; азот - семьдесят шесть, углекислый газ - пять сотых процента; остальное - набор инертных газов. Ничего ядовитого не выявлено, - доложил капитан. - Что интересно, воздух абсолютно стерилен. Пыль, бактерии, вирусы — полное отсутствие.

- Совсем как в чистых комнатах компьютерного производства, - выдала 'на гора' свои познания в процессе производства полупроводников Даша.

- Интересно, позволят ли нам войти? Ведь мы для них, можно сказать, очень нечистоплотные создания, - забавно морща носик, заметила Ксения. - В такой стерильной чистоте, невольно чувствуешь себя грязненьким поросенком. Любая пылинка - не иначе как личное оскорбление этому безупречному миру.

- Надеюсь, этот вариант они предусмотрели, - с некоторой долей сомнения, ответил я.

' - Появилось ли что-нибудь в твоих диапазонах?', - мысленно спросил я Киса.

' - Как ни странно - нет', - тут же отозвался тот.

' - Связь с Джейн?' - продолжил я прояснять ситуацию.

' - Есть. Ничто не блокируется. Связь - двусторонняя', - доложил Кис.

' - Интересно девки пляшут... Это что же, мы можем сейчас устроить трансляцию на всю Империю?' - задумчиво спросил я.

' - Видимо, да, - ответил Кис. - Но я бы не советовал'.

' - Нет, конечно. Это я так... в плане размышления о ситуации.'

А задуматься было о чем. Ничего из закладок Наследия больше не активировалось. Хотя ситуация - явно того требовала. Мыслей о предназначении этой металлической планеты не было - от слова 'совсем'. Только много вопросов. Цельнометаллическая она (типа, - вся целиком искусственная) или только оболочка? Если оболочка - во сколько слоев?

Вспомнился как-то прочитанный фантастический рассказ Клиффорда Саймака 'Фактор ограничения'. Очень похожая ситуация. Если она металлическая полностью или даже частично, то явно не из стали или другого известного мне металла. У любого из них, есть предел прочности, который не позволит создать что-то похожее. При определенном давлении, любой металл начнет течь, как жидкость. Подвергни сталь давлению чуть больше, чем три с половиной тонны на квадратный сантиметр, - и она потечет. Здесь-то, там внизу, давлении явно по более.

- Ладно. Критерий истины - практика. Вот только... всем идти или сходить, пока, мне одному? На разведку... - это я уже во всеуслышание.

- Нет уж! Все пойдем! - тут же вскинулась Даша. - Знаю я вас, потом ничего клещами не вытащишь. А для вашего спокойствия - можем оставить капитана. Пусть посторожит. Если бы хотели, то, учитывая их технологии, давно бы нас уже на этом свете не было.

Капитану такое заявление явно не понравилось. Он непроизвольно скривился, но возражать не стал.

- Злая ты, Дашуня, - подколол ее я.

- Не злая, а реалистичная, - дернув плечиком, ответила она. - А вот вы - скрытный тип. Вечно чего-нибудь не договариваете.

Минут через сорок, мы, всей 'семьей', стояли снаружи бота. Правда, минут двадцать, пришлось убеждать близняшек одеть комбинезоны, а не яркие короткие платьица. Логика победила, хотя Даша, все время сборов, недовольно пыхтела.

Какое-то время, ничего не происходило, затем часть стены утопилась внутрь и ушла в сторону, открывая довольно просторный коридор.

- Вперед, на мины! Награды будут потом, - подбодрил я окружающих и двинулся вперед.

- Там не может быть мин, - со всей серьезностью заявил Шебол.

- Это Евгений Михайлович - так шутит, - укоризненно посмотрев на меня, ответила Шеболу Ксения.

Гуфф обогнал всех и двинулся впереди, тщательно все обнюхивая и, видимо, очень удивляясь, что не чувствует никаких запахов.

Шагов через сорок, мы уткнулись в стену. Но, как только Гуфф к ней приблизился, она ушла в сторону, открыв нашим взглядам небольшую квадратную комнату без видимых дверей. Но мы уже привыкли, что, в нужный момент, они появляются.

Когда все оказались в комнате, стена вернулась на место.

- 'Замуровали, демоны!' - пошутила Даша киноцитатой.

И тут, стена перед нами ожила, превратившись в экран. На нем возник пиктографический символ — стилизованная фигура человека, окруженная волнистыми линиями. Цвет фона сменился на предупреждающий красный. Возник еще один символ – схематичное лицо с закрытыми глазами.

- А вот - и дезинфекция, - первой сообразила Ксения. - Как только свет смениться на красный - надо всем закрыть глаза. Даш, Гуффу закроешь ладошкой.

- Да понятно все, - пробухтела в ответ все еще недовольная Даша.

Действительно, через несколько секунд, свет в помещении изменился с белого на красный. Все послушно закрыли глаза. Гуфф тоже не возражал против Дашиной ладони, прикрывшей ему глаза.

Едва мы зажмурились, как сквозь веки почувствовали вспышку ослепиющего ультрафиолета. Воздух запах озоном. Через пару минут прозвучал мягкий гонг, а следующая пиктограмма — вихрь вокруг фигуры — предупредила о мощной воздушной струе. Ветер буквально выбивал из нас пыль дорог, по которым мы ходили.

- Ага, сейчас будет сильно дуть, - сообразила Даша. - Только дырок не видно.

- Не боись - появятся, - заверила Ксения.

Но не появились. Просто воздух вокруг нас закрутился. Напор был приличным. Шерсть Буффа пошла волнами. Одежда на всех затрепетала. Продолжалось это действие пару минут.

- Это из нас, наверное, так пыль выдували, - сделала вывод Даша.

- Похоже на то, - согласился я. - Только всю так не выдуешь.

- Основную. А дальше, скорее всего, местная очистка воздуха справится, - логически предположил Шебол.

Изображение лица на стене исчезло, и на его месте открылся проход, войдя в который, мы снова оказались в коридоре и, пройдя с десяток метров, опять уперлись в глухую стену, однако сразу возник проем, ведущий в комнату, очень напоминающую обычную гостиную.

Столик с парой кресел, широкий диван, на стене напротив что-то вроде плоского телевизора.

Экран на стене засветился.

- Думаю, это приглашение к просмотру, - высказал я догадку. - Так что, присаживаемся и внимательно смотрим, что нам покажут. Потом обсудим.

И, действительно, как только мы устроились, на экране появилось изображение. Видели, наверное, на сайтах виртуальные экскурсии. Сейчас нам показывали, что-то из этой серии. Сначала, появился рисунок плана помещений. Первая картинка - вид сбоку, разрез трех этажей. Затем, картинка приблизила верхний и развернула его план. Длинный коридор с дверьми в комнаты. Нет, скорее, в квартиры. На чертеже, в каждой просматривалось по пять комнат - три побольше и две поменьше. Всего, примерно, сорок дверей - по двадцать с каждой стороны коридора. Наша комната - в начале коридора, помечена пульсирующей точкой.

Наплыв на квартиру - и далее видео кадры. Гостиная, спальня, тренажерная. Поменьше - туалет, душевая. Кухня отсутствовала...

Возврат к плану. В конце коридора по бокам - две обширные проходные комнаты.

Наплыв на первую - большой тренажерный зал. За ним - бассейн.

Наезд во вторую - явно столовая. За ней - что-то похожее на современный офис: разгороженные кабинки, правда, стенки кабинок не прозрачные. Посередине каждой - невысокий, белый, круговой постамент, диаметром, примерно, в полтора метра.

В столовой, с одной стороны - классический бар, со второй - что-то похожее на раздачу с несколькими пунктами выдачи.

Изображение перешло в мультфильм. Человек подходит к 'раздаче', что-то выбирает, несколько раз коснувшись экрана, забирает появившийся в нише ниже экрана поднос и идет к столику. Поев, относит поднос с грязной посудой в крайнюю нишу. Обычное самообслуживание, без всяких выпендрежей - типа, роботов или выдачи блюд прямо на стол.

Снова виртуальная экскурсия. Коридор заканчивается лифтом. Как ни странно - лестницы нет. Вплываем в лифт. Три кнопки. Загорается средняя. Снова срез этажей. Разворачивается средний.

Из лифта попадаем в галерею. Слева - глухая стена, справа - застекление с видом на обширный зал. На задней стене зала - большой экран, от него - подсвеченный подиум к центру, а ближе к стеклянной стене - явно пульт управления. Три кресла в паре со столиками. На столиках полупрозрачные экраны. Клавиатуры как таковой не наблюдается. По обе стороны этих столиков по пять кресел. Просто кресел в ряд. Вход в этот зал управления в конце застекленного коридора.

Возвращаемся к лифту. Повтор, но разворачивается уже третий, нижний этаж. Попадаем на круговую галерею. Вдоль по кругу экраны. Посередине, из глубины торчит колона, диаметром метров пяти. На верху, как и в главном зале столик с экраном и креслом. К этому 'рабочему месту' ведет дорожка без перил, проходящая над неизвестно какой глубины проемом.

- Что-то, до оскомины, голливудское, - высказываю я свое мнение.

- Просто, функционал задает форму, - отвечает на мою реплику Шебол. С продукцией земного Голливуда Ксения с Дашей его ознакомили, еще когда формировали детективную составляющую его сознания. Естественно, детективами не ограничились.

- Может, и так, - кивнул я, соглашаясь.

Снова мультик. Узнаваемые очертания планетной системы. Ниточка протуберанца от солнца к планете, которая увеличивается и предстает в виде картинки с ее схемой в разрезе. Почти под самой поверхностью - три светлые точки, отстоящие друг от друга на сто двадцать градусов. Одна из них мигает, намекая на наше расположение.

Протуберанец упирается в Северный полюс планеты. Затем, строго вниз, к ядру планеты, почти до самого центра, - оранжевая линия, упирающаяся в полупрозрачную сферу. От нее, уже к ее центру, множество желтых нитей. В самой середине - прорисованы две окружности, совсем немного сдвинутые друг относительно друга и вписанные в желтый эллипс. А от него, к трем точкам, ведут толстые фиолетовые линии.

Откат к мигающей точке. Наезд. Главный зал. На экране мельтешение пейзажей.

- Все понятно! - можно сказать, возопила Даша. - Звездные врата! Вот это что! И питаются они от звезды.

Экран гаснет.

- Может быть-может быть... - задумчиво замечаю я, при этом, мозг был занят перебором имеющейся по этому вопросу информацией. - Но есть одна несуразность. Логически предположить, что ответная часть должна находиться на планетах. Но что-то не складывается... Если они жрут столько энергии, то на планетах столько не найдешь. Или у каждых врат, должен располагаться, неслабый такой, термоядерный реактор или присутствовать аналогичная подпитка от солнца. А кроме этой планеты, больше не нашли ни одной такой.

- Это просто - центр управления, а врата - на планетах, - не сдается Даша. - А энергия отсюда передается при инициации.

- Логически, вроде, правильно, но что-то меня гложет... Слишком уж мощный канал нужно поддерживать. Спешить не будем. Обживемся. Соберем побольше информации. Никто ведь нас взашей не гонит, - выдал я вердикт.

- Вот всегда с вами - так! Выдашь идею, а вы раз - и кучу вопросов придумываете. И сразу - вроде, и не идея, а так - фигня какая-то! - возмутилась моим возражениям Даша.

- Ладно, не бухти. Все обсудим - и твои идеи, в первую очередь. Очень уж она на правду похожа. Скорее всего, при такой используемой мощи, на планетах Врата и не нужны. Хватит и маячков, - миролюбиво предположил я.

- А пока мне, лично, как-то... и покушать захотелось. Предлагаю, в первую очередь, освоить столовую, - высказал я мысль, подсказанную собственным желудком, который, довольно громко, сообщил, что пора бы что-либо и ему подкинуть.

- Что может быть хуже работы на голодный желудок? Только работа на сытый желудок, - прокомментировала услышанный звук Ксения.

- Интересно, нужно нам руки мыть перед едой? Или тут это неактуально? - задал неожиданный вопрос Шебол.

- Вопрос конечно интересный, - задумчиво отозвалась Ксения. - Но, наверное, не обязательно, если учитывать, что санобработке мы уже подверглись и, скорее всего, микробов и вирусов тут нет.

- Ну... не знаю. Лучше мыть руки перед едой, чем желудок после, - выразила свое отношение к вопросу Даша.

- Кто хочет, может зайти в любую квартиру и вымыть руки, - предложил я. - В столовой соответствующих девайсов я не заметил.

- Интересно, а чем они нас будут кормить? В киношке - ни оранжерей, ни рогатого, ни безрогого скота нам не показывали, - тут же задалась вопросом Даша.

- Думаю, синтез любого вида пищи для хозяев этого места - задача вполне решаемая, - ответил я, одновременно, отметив про себя, что сам до такого вопроса не додумался.

- Химия - значит... - тут же припечатала Даша.

В столовой освоились быстро. Меню состояло из картинок. Причем, под картинкой были нарисованы три значка: полный кружок, половина кружка и его четверть. Как мы поняли - порция, полпорции и четвертинка. И, вообще, я тут еще не увидел ни одной надписи. Странно и как-то - непривычно...

Каждый из нас занял отдельный стол и набрал много четвертинок. Брали не совпадающие блюда. Решили - перепробовать, как можно больше, и выбрать, что повкуснее и посытнее. Потом - ходили меж столов и пробовали.

Кое-что есть было нельзя - или из-за непривычного вкуса, или из-за жгучести. Я, как-то отдыхая в Испании, в один из ужинов, набрал разных типов маслин и оливок - для пробы. Больше половины выкинул - гадость несусветная. А местные - ели за милую душу.

Но что-то, похожее на суп пюре из кабачков и вареную картошку, я все же отыскал. Плюс - из нескольких, явно мясных блюд, выявил что-то, напоминающее курицу в грибном соусе. Остальные оказались слишком остро приготовленными. Распробовал - и повторил по полной порции. Думаю, со временем, и здесь разберемся.

Дашу и тут пришлось придерживать.

- Дашуня, ты, это - по чуть-чуть. Не отравишься, конечно, но расстройство желудка, с непривычки, можешь получить - за милую душу. Больно уж тут все перченное. Да и не сможешь отведать все, если такими порциями будешь пробовать, - притормозил я ее за не слишком осторожную дегустацию. - И не надо так поглядывать на бар. Думаю, там дегустацию проводить еще рановато.

- Тут явно корейцы обитали, - огрызнулась Даша.

- С чего такой вывод? - удивился я, хотя где-то и понимал ее логику. Много читал, что в Корее любят очень острую пищу.

- Как с чего? Тут почти вся пища острая. Как в Корее, - пробуя очередную порцию, ответила она.

Каждый из нас, на свой вкус, выбрал что-нибудь, конечно, и для Гуфа.

Тот не привередничал и съел все, что дали.

Пока кушали, Ксения тоже вспомнила рассказ Саймака.

- Я читала, что-то похожее на нашу ситуацию, - задумчиво произнесла она, явно пытаясь припомнить, что именно она читала.

- Клиффорд Саймак - 'Фактор ограничения', - подсказал я.

- Точно! - радостно воскликнула она. - Вот ведь - какая фантазия у человека была! Даже такой дикий вариант нафантазировал. Только не совсем помню, до чего там додумались герои этого рассказа.

- Они разошлись во мнениях. Одни решили, что создатели достигли искомого результата, а инструмент просто бросили. Главный же герой предположил, что 'инструмент стал не нужен, но не потому, что с его помощью его создатели решили свою проблему'. По его мнению: 'инструмент забросили потому, что он слишком маломощен и не в состоянии решить задачу, которая подлежит решению', - немного изменив контент, процитировал я, опираясь на мысленную подсказку Киса.

- И че?! По-вашему, вся это хреновина тоже слишком маломощна? Не... Я, все же, думаю, что это - не что иное, как Звездные врата, - продолжила отстаивать свою точку зрения Даша. - Больно уж хорошо все одно к одному складывается. И задача у них соответствующая - дверь на другие планеты.

- И куда же делся обслуживающий персонал?.. Это же не кино, где, по сценарию, все, якобы, позабыто и позаброшено? - задал я вполне резонный вопрос. И не только Даше. В большей степени - себе. Что бы это ни было, но изначально на планете были три обитаемых станции. И, с очень большой вероятностью, можно предположить, что и на остальных людей тоже нет.

- Ну... не знаю. Трупов нет. Засохших мумий тоже. Да и беспорядка, говорящего о поспешном бегстве или экстренной эвакуации не наблюдается. Все работает. Даже мультики показывают... - задумчиво глядя перед собой, ответила Даша.

- По всему, можно сделать вывод, что эвакуация была плановой, - включился в дискуссию Шебол. - Склоняюсь к тому, что они изобрели что-то более приемлемое, чем эта громадина, вот им и стал не нужен ими же созданный инструмент.

- А почему не законсервировали? - тут же возразила ершистая Даша.

- Как не законсервировали? Еще как законсервировали. Вспомни, как мы сюда попали. Никто, кроме нас, сюда попасть не мог, как ни старался, - возразила Ксения.

- Точно! Это - все вы, Евгений Михайлович! Так и знала! - тут же нашла виноватого Даша.

- Э-э... Вот не надо напраслину возводить. Если бы не ваши экскурсии по криминальным районам Столицы, в поисках продавцов звездолетов, я бы еще долго сюда собирался, - попытался я отбрехаться.

- Это не важно. Все равно - ведь собирались. Сами говорили, - прокурорским тоном и, делая строгое лицо, выдала она в ответ.

- Не отрицаю. Говорил. Но это не значит, что знал о том, что меня сочтут достойным и пропустят туда, куда никого еще не пускали. Просто было интересно, как, впрочем, и вам, и всем остальным, - все еще пытаясь уйти со скользкой дорожки, парировал я.

- 'Всех остальных' сюда не допускали. Подозреваю - и нас одних, тоже бы не пустили. А вот вас - как ни в чем не бывало! Раз - и пожалуйте в гости. В общем, не юлите - колитесь! - Даша не повелась на провокацию и продолжала гнуть свою линию.

- Вот уж и вреднючая ты, Дашуля... - здесь я решил немного приоткрыть источник информации. - А ключик мне подкинули, между прочим, именно с вашей, с Ксенией подачи. И то завуалировано. Пока не понадобилось, даже не предполагал, что он у меня есть.

- И каким боком мы тут?! - возмутилась Даша.

- Это же вы нашли того старикана в подвале. Как подозреваю, он-то мне его и подбросил. И еще... кое-что, но предупредил, что проявляться все будет, по мере надобности.

- А что еще он вам презентовал? - встряла в нашу дискуссию Ксения.

- Несколько, как он сказал, 'подарков'. Каких? - не объяснил. Пояснил только, что не во вред. Это - второй. Первый - как вы уже поняли - домовята. Но это - не для распространения. Для всех - его как-бы и не было. Мы и, сами по себе, весьма странные создания для Зоопарка, да и для всей остальной Империи... Так что, надеюсь, что на нашем фоне его след потеряется, - выдал я толику инфы, думая закончить тему.

Зря. Дашуня тут же, как из пулемета, выпалила очередь вопросов:

- А что? За ним кто-то гонится? Имперцы? А кто он? А как он вам это передал? А где вы его спрятали?

- Стоп-стоп-стоп! Слишком много вопросов. Скажу только, что он - далеко, и я не знаю - где. И знать не хочу. И не прятал я его, он и сам умеет прекрасно прятаться. И без моей на то помощи. Кто?.. Сами же определили - маг и волшебник. Вот и передал по-своему. А я даже и не понял, что что-то получил, - попытался я тормознуть Дашулю. Но не тут-то было. И видя, что она снова готова разразиться новыми вопросами, замахал руками и возопил:

- Ксюшенька! Утихомирь сестричку! Ни время и не место все это обсуждать. Мало и кто нас может слушать.

Осознав, что я сказал, Даша, и без Ксюшиного вмешательства, замолчала, закрыв ладошкой рот. Но тут же, отняв ладошку ото рта и подозрительно осмотревшись вокруг, прошептала:

- И точно. Чего-то я слишком расслабилась. Камер, вроде, не видно. Но мало ли... Вот, Евгений Михайлович, вы - так всегда. А как же теперь наши оргии? Ведь запишут, гады. Точно запишут.

- И по всей Империи распространят, - с лукавой улыбкой добавила Ксения.

- У-у... - только и сумела прогудеть недовольная Даша.

- Дашуня, я-то, тут причем? Чуть что - 'Евгений Михайлович', - почти искренье, возмутился я.

- А вы всегда, специально, все так подстраиваете, чтобы откосить от своих обязанностей, - буркнула Даша, изображая недовольство, хотя, по хитрой мордашке, было видно, что делает она это исключительно для поддержания принятого на себя реноме 'озабоченной, такой, девицы'.

- Ладно. Шутки-шутками, но, думаю, пора отдохнуть. День был длинный и насыщенный. Так что, выбираем квартирки и отдыхаем. Завтра попробуем проникнуть на второй уровень, - подвел я черту посиделкам в столовой. - Может, подсознание что-нибудь подкинет - и нам присниться сон с инструкцией применения всего этого девайса.

- Если нам показали все уровни, то с проникновением проблем не будет. Иначе, все происшедшее будет выглядеть крайне нелогично, - выразил свое видение ситуации Шебол.

- Ладно. Схожу, приведу капитана - и отдыхаем, - ответил я на не заданный, но явно читающийся в глазах Даши вопрос, когда двинулся не в сторону квартир, а к выходу.

С капитаном все прошло без затруднений. Получив информацию, он тоже решил сначала навестить столовую. Уже более-менее осознано, он сделал выбор блюд и принялся за трапезу.

Я не стал ожидать ее окончания и двинулся к ближайшей незанятой квартире. Как различал - просто: у занятых над дверью светился желтый прямоугольник. Нет - это был не панно или светильник. Просто часть стены перекрасилась в желтый цвет

С удовольствием, проделав водные процедуры, забрался в постель. Но уснуть не успел.

Дверь тихонько отворилась - и в спальню шмыгнули две, почти уже родные, очень знакомые фигурки.

- Не включайте свет. В темноте - они ничего не смогут записать... - услышал я Дашин шепот.

Дальше, надеюсь, понятно. Уснули мы... часа через два.

Утром прелестницы смылись...

Глава 9

Вызов к Главе не стал для Дага Верга чем-то неожиданным и не предвещал ничего хорошего. Задание не выполнено, и возможность его выполнения под большим вопросом.

Он — Даг — уже далеко не самый маленький винтик в Лиге и в иерархии Ступеней стоял значительно выше первой десятки. Имел в своём подчинении несколько Мастеров, с соответствующими Вахтами, но, как и все остальные, относился к Главе с большой опаской.

Полностью возможностей Главы никто не знал. Как никто и не стремился это выяснять. Несколько примеров того, что случилось с особо любопытными и слишком самостоятельными, напрочь отбили у всех остальных такое желание.

Собрав весь пакет документов по делу (и полный неприятных предчувствий), Даг двинулся на доклад.

Затемнённые коридоры, с подсветкой у пола и потолка, ряды дверей без номеров и табличек (впрочем, все и так прекрасно знали, где — кто), плюс стены с рисунками, исполненными резьбой по камню, создавали атмосферу мрачной, если не сказать — зловещей помпезности.

В кабинет Главы его пропустили сразу, что тоже было подтверждением грядущих неприятностей. Обычно, для приведения подчинённых в должное трепетное состояние, можно было прождать довольно долго. Имелись даже негласные оценки: какой срок — что означает. Слишком короткий, как и слишком долгий, почти на сто процентов, предвещал посетителю немалую головную боль.

Помещение было без окон, с неярким освещением, очень просто обставленное, но любой вошедший сразу окунался в давящую атмосферу Власти.

Жестом сухопарой руки секретарша указала на стул в конце солидного размера стола, прямо напротив восседавшего на другом конце Главы. «Секретарша» — это по видимой функциональности. Кто она на самом деле — никто до сих пор так и не определил.

Она всегда появлялась в этом кабинете вместе с Главой. Иногда даже вела «дружеские» беседы (с явного и молчаливого попустительства босса). В большинстве случаев такие беседы заканчивались для посетителей очень... и очень нехорошо. Так что некоторые боялись её не меньше, а то может даже и больше, самого Главы. За глаза называли «Падальщицей».

Указанное место — жёсткое сидение, абсолютно неудобная спинка — не давало возможности не только даже на секунду расслабиться, но и вообще нормально, без напряжения, сидеть.

Аккуратно усевшись, стараясь никак не показать неудобство от этого демонстративно унижающего положения, Даг поднял глаза и твёрдо встретил колючий и не предвещающий ничего хорошего взгляд Главы.

Первым тишину нарушил Глава:

— У вас есть какое-либо оправдание — достаточно объективное, чтобы я вам мог поверить?

Конечно, Даг ждал этого вопроса и был готов к ответу. Он отыграл целую гамму уместных в данном случае чувств (за десять лет работы здесь, на разных Ступенях, он научился вести себя в соответствии с неписаными правилами). Он знал, что сразу отвечать нельзя, как нельзя и полностью оспаривать свою вину. Не понимающие или не принимающие эти правила долго здесь не задерживались.

Показательно сникнув от тона прозвучавшего приказа и выдержав небольшую паузу, Даг начал доклад:

— До момента появления Троицы в столице Зоопарка всё шло в соответствии с планами. Как раз в это время было определено, что Посредник (он же Почтальон, он же Хранитель) переместился именно в Зоопарк. Оставалось только локализовать место его конкретного нахождения. Дальше расследование... затормозилось. Появление Троицы расстроило все запланированные мероприятия.

— Во-первых, когда мы вышли на человека, который последним контактировал с Посредником, выяснилось, что этот человек уже мёртв. Расследование показало: эта личность, перейдя на новый уровень взаимодействия в сфере своей деятельности, не сумела в нём адаптироваться. Потянула за собой свои старые методы и схемы ведения дел, которые на этом уровне были неприемлемы.

Пока мы проверяли все места обитания этой особы, в одном из них появилась Троица. Полностью перекрыв нам доступ туда — но не агентурно (расспросили всех уволенных) — не визуально следов пребывания там Посредника мы не выявили.

— Во-вторых, тем или иным образом были «засвечены» почти все наши агенты, базирующиеся как конкретно в этом месте, так и вообще в Столице. Создалось впечатление, что до прибытия Троицы кем-то была проведена масштабная операция по выявлению всех внедрённых, куда бы то ни было, агентов и их информаторов. Не только наших. Всех. Предвосхищая ваш вопрос — и имперских в том числе.

Даг сделал паузу, но, не дождавшись ни вопросов, ни комментария по изложенным фактам, продолжил:

— На какое-то время это затормозило нашу работу, а когда мы её возобновили, то поняли, что Посредника в Столице уже нет. Но явным признаком, подтверждающим его пребывание в Столице, было появление там созданий Первого рода. Название «домовые» для них внедрила Троица. Она же и повлияла на их функционал.

— Что по Троице?! — излишне резко перебил его Глава. Видимо, каким-то образом Троица его нервировала даже больше, чем пропажа Посредника. Что казалось Дагу весьма непонятным. За Посредником одна из его Вахт гонялась уже почти два года.

Не торопясь, Даг выудил из бумаг нужные и доложил:

— Троица начала преподносить сюрпризы уже сразу — своим появлением в том числе. По нашим данным имперцы вели её до самого последнего момента — пропажи из столицы Империи и появления в столице Зоопарка. По заявлениям агентов эти события были одномоментны.

— То есть ты хочешь сказать, что кто-то из Троицы владеет умением перемещения сквозь Тени и конкретно методом «Короткой дороги»? — тут же вскинулся Глава.

— Почти, со стопроцентной уверенностью, — ответил Даг.

— Что значит «почти»?

— Чисто — интуиция. Шероховатости. Вы ведь знаете, что перемещаться сквозь Тени при наличии гравитации очень сложно. Владеющих такой возможностью — единицы. На подозрении — этот случай и показания работников ресепшна при заселении Троицы в отель. Других фактов, ни подтверждающих (кроме двух приведённых), ни опровергающих, Вахта надзора не выявила.

— Вы выяснили, кто сдал наших агентов? — видимо, удовлетворившись объяснением, изменил тему Глава.

— Вахта Следящих докладывает, что информация заинтересованным лицам и организациям приходила, как ни странно, по обычной почте. Письма приходили из различных отделений. Хотя адрес на всех отправлениях был правильный, вписанных отправителей по заявленным адресам не существует. Запросы на разные уровни почтовой службы ни к чему не привели. Отправление оплачено, а остальное «их не интересует». Перлюстрация проводится только по прямому указанию самого Главы следственного отдела Департамента безопасности. Возникшая ситуация Контору «заинтересовала», но... так как адреса всегда разные — проводить повальную перлюстрацию, даже им, не позволительно. Да и не хотят они этого делать. Интересный момент — большей частью получателем таких писем был именно Департамент безопасности. Сами понимаете, это для них как бесплатный и весьма информированный осведомитель-инициативник.

— Но их агентов ведь тоже «засветили»? — в заданном спокойным тоном вопросе эмоциональность всё же просматривалась.

— В частной беседе один из высокопоставленных чиновников ответил, что для них в этой ситуации польза значительно превысила потери, — ответил Даг.

— Мне доложили, что в отношении девиц из Троицы вашей Вахтой Исполнителей проводилась акция, которая... с треском провалилась! — презрительно поджав губы, съязвил Глава. Ему явно не нравился получившийся результат. — Я не хотел бы начать сомневаться в вашей компетенции и умениях ваших Исполнителей.

Даг твёрдо выдержал прищуренный взгляд Главы и, изобразив некоторую растерянность, ответил:

— Непосредственным исполнением занимались люди не из Вахты. Всё проводилось через третьих лиц. С двойной отсечкой. Я не хотел засветить перед Троицей нас и нашу заинтересованность. К сожалению, результаты оказались крайне неоднозначными и весьма настораживающими.

— Что насторожило?.. — уже совсем другим тоном поинтересовался Глава.

— При всесторонне продуманном плане — внезапность нападения в относительно безлюдном месте; максимально быстрое лишение сознания; полное физическое уничтожение маячков; почти мгновенная и максимально скрытная перевозка от места забора к месту содержания в достаточно хорошо изолированном подземном каземате, — перечислил Даг и, не получив дополнительного вопроса, после небольшой паузы продолжил:

— К сожалению, время действия снотворного транквилизатора оказалось гораздо меньше расчётного. Второй посредник должен был их забрать в бессознательном состоянии, но они пришли в себя значительно раньше срока и начали действовать. Первичные исполнители в своё оправдание плетут явную чушь. Наш специалист с ними поработал, но толку не добился.

— Что значит «не добился»?! — удивлению Главы не было предела. Он ведь знал, что специалисты Вахты Дознавателей при определённых условиях могут пробить даже и его щиты, а уж обойти любую блокировку — вообще без проблем. Примешивалось ещё удивление и по сроку действия снотворного транквилизатора: расчёт его дозы зависел только от массы тела того, кому он вводится.

— Ошибиться здесь — весьма затруднительно. Раньше сбоев не было, — Даг даже вздрогнул, услышав вдруг скрипучий голос Падальщицы. — Придётся начать расследование. Тут или химики напортачили, или исполнители ввели неполную дозу. Но хуже всего будет, если у Троицы не человеческий метаболизм. Может, наконец-то, мы встретили этих самых мифических пришельцев?

— Ладно. К этому мы ещё вернёмся. Расследование по всем направлениям я запущу. И если окажется, что это наши ляпы, то мало никому не покажется.

И пора, наконец, выяснить, что из себя представляет эта сверхпопулярная компания. Хочу услышать твоё мнение о Троице. Как я полагаю, главный среди них — мужчина. Что ты о нём думаешь?

Даг (если и удивился смене темы разговора) своего удивления не показал. Спокойно отыскал соответствующую справку и, мельком глянув на неё (сам же её и готовил), ответил:

— Я бы не сказал, что мужчина — главный. Это нестандартная триада. Это не разведка, не боевики, не чистильщики, и вообще она не подходит ни под одну классификацию. Больше всего подходит их определение как «агентов влияния», но и в этом случае имеются довольно большие отклонения от канона.

Мне кажется, что мужчина не руководитель, это наставник, который натаскивает этих двух девиц на весьма обширный круг обязанностей. Уже точно выяснено, что он сам и девицы сами по себе очень высокого уровня Одарённые. К тому же, по моему мнению, эту группу поддерживает очень серьёзная организация. В первую очередь это видно по их информированности и скорости работы в критической ситуации. И то, что мы, как ни стараемся, не можем засечь их коммуникации с Центром — я понять не могу. Кроме того, они сами по себе очень опасные противники.

Глава не хотел перед подчинённым показывать особую заинтересованность относительно информации о Троице. Но сегодня утром произошло событие, кардинально изменившее все расклады. Утром, придя к себе в кабинет, Глава на своём столе нашёл фотографию с этими двумя девицами из Троицы. И самое главное — на обратной стороне фото имелась надпись. Одна фраза: «ЭТИХ — НЕ ТРОГАТЬ!».

Сначала он оторопел. Потом разозлился и вызвал мастера, отвечающего за охрану.

На заданный вопрос и предоставленную улику тот сразу ничего пояснить не смог и попросил хотя бы небольшую отсрочку.

Вернулся с продолжением доклада, которое тоже можно было выразить одним словом — «пусто». Ни камеры слежения, ни персонал нигде и ничего не заметили.

Правда, на одной из камер на полированной поверхности двери, находящейся напротив перпендикулярного коридора, смутно мелькнул смазанный силуэт какого-то монстра, очень похожего на одного из тех, которые сопровождали Троицу в первый день и которые очень напугали охрану ссиэрра Каэта.

Этот коридор соединял два основных параллельных коридора. Такое впечатление, что по второму параллельному кто-то или что-то прошло. Но ни на записи с того коридора, ни на одной другой записи в тот же момент времени ничего похожего не наблюдалось. Проверили систему наблюдения. Манипуляций с ней обнаружено не было. Проверили смену охраны. Охранники находились в адекватном состоянии. Анализы показали, что никто из них перед сменой не употреблял ничего такого, что могло бы повлиять на психику соответствующим образом. Зондирование сознания всей смены результатов также не принесло. Никакой коррекции специалист не нашёл.

Осталось лишь одно объяснение — перемещение сквозь Тени.

Пришлось потрясти агентуру и выяснить, где находились те пятеро, которые могли бы это сделать. По троим сотрудникам Лиги информация пришла быстро. Явно не они. По двум остальным пришлось подождать чуть дольше, но с тем же эффектом. Вывод — появился ещё кто-то. Либо один из Троицы, либо кто-то из их помощников-монстров. И это было очень и очень плохо.

Даг видел, что Главу что-то напрягает — и это явно не было связано с его докладом. Главу сейчас, по какой-то причине, в большей степени интересовала Троица.

Его самого эта Троица тоже заинтересовала. И полученные сведения о ней ввели его в депрессию. Он, глядя на то, что она тут вытворяет, вдруг задумался о том, о чём категорически запрещал думать всем своим подчинённым. О смысле жизни.

Жизнь вдруг представилась чередой серых однотипных будней. День в день — одно и то же. Подъём, физические упражнения, водные процедуры, завтрак, работа, обед, работа, ужин, сон. Даже сброс стресса в редкие выходные уже не казался чем-то интересным и вдохновляющим. Хотя Даг в эти редкие дни позволял себе довольно многое — и до грани, и за ней. Правда, чтобы не очень здоровью вредило.

Друзей не случилось. Так, пара-тройка приятелей... Семьи тоже. В молодости хотелось свободы и развлечений. Потом попал в Лигу и Ступени затмили всё остальное.

А сейчас его уже совершенно не радовали ни новизна дел, ни относительная власть, ни пятьдесят шестая ступенька в иерархии Ступеней.

Пропала цель. Ну доберётся он до девяностых ступеней — ну и что? Ещё больше головной боли по работе. Ещё больше интриг — и под, и над. Ещё более неустойчивое положение. Как говорят — чем выше забрался, тем ниже падать.

А вот Троица жила полноценной жизнью. Её сфера интересов была ничем не ограничена.

Захотели — влезли в строительство — отличный проект. Все пищат, как хотят попасть в этот квартал. Такие интриги заворачиваются — просто трэш!

Захотели — встряли в детективную работу — теперь если Троица взялась за какую-либо разборку: либо смывайся, обрубая все концы, либо иди и сдавайся, авось уменьшат срок по приговору. И ведь кого привлекли! Родственники перестали платить за слабоумного пацана, когда его родители попали в аварию и умерли. Клиника его выбросила, можно сказать, на погибель. А эти подобрали, да ещё и устроили так, что он чуть ли не единственный такой специалист на весь Зоопарк, а может, и на всю Империю. О нём уже фильмы начали снимать. Родственники было дернулись, но Троица их обломала на самом старте. Мало не показалось. Досталось и им, и руководству клиники.

И просто так, мимоходом. Чего только одни «домовые» стоят. Вся Столица по ним с ума сходит. Теперь — если у тебя нет хотя бы завалящего «домового» — ты не в тренде. То, что у Троицы очень приличный ранг по классификации Одарённых, выяснили почти сразу после её появления... К тому же, по данным наблюдателей, этот ранг — далеко за стандартом... или сбоку этого самого стандарта.

Даже своё первое появление в Столице Зоопарка обставили так, что до сих пор кто-нибудь да вспомнит. А про их отдых вообще — молчать и каяться. Истории ходят — одна хлещи другой. Ролик с их дефиле на императорском приёме до сих пор крутится в сети. Половина молодёжи ходит с непонятно чем на голове и в откровенном тряпье. Писк!..

И вот недавно. Заинтересовались Сферой — купили звездолёт и полетели. Так вот — просто купили и полетели. Хотя для всех остальных покупка даже малого звездолёта — это геморройно и очень долго. И что характерно — спокойно залетели за Барьер. До этого, как ни старались, никто не мог этого сделать. А этим ударило в голову — и пожалуйста!

А про то, сколько у них денег — вообще все в осадке. Фискальные органы как ни пытались что-либо найти — так до сих пор и пытаются. А самый умный получил своё досье — и быстренько скрылся в неизвестной дали. Скандал был ещё тот.

И знают они — всё и про всех. Их досье то там, то тут, иногда всплывают. Мрак! Вся подноготная чуть ли не поминутно. Такой объём информации собрать — даже по одному человеку!..

Тут явно не обошлось без организации, как бы и не меньшей, чем сама Лига. Но абсолютно никаких зацепок. Такое впечатление, что они либо всё знают изначально (лежат где‑то конвертики с досье и ждут своего часа), либо информация возникает у них прямо из ниоткуда.

А ресторан, якобы Ссиэра Блекатса, с его странной, но очень интересной живой музыкой!? И эта развлекательная программа. Вроде обычное постановочное интервью. Но результат?.. Видимо, все те же конвертики с досье, но вид из‑за угла. Скандалы иногда возникают знатные, но желающих меньше не становится. И деньги, ведь, приличные платят! Очередь не на один цикл вперёд.

Такие вот дела... Даг горестно вздохнул и прислушался к тому, что сейчас говорил Глава.

А говорил он следующее:

— Не только ваши Вахты выпали из паутины (в нашей транскрипции — опростоволосились). Исполнители Родека тоже не справились. У тебя хотя бы без жертв, а у него: сапёр погиб, подорвавшись на собственной мине; снайпер, представь себе, упал с высотки, где делал засаду; контактный исполнитель попал под грузовик. Попытки что‑то сделать в их доме привели к ударам тока, падениям с лестницы и, как ни странно, к отравлениям.

Сам Родек еле жив остался. Попал в аварию. Его мобиль взлетел, почти вышел на свой эшелон — и грохнулся.

— Но он жив? Что с ним случилось? — удивлённо и с некоторой тревогой встрял Даг. Не хотелось бы и ему попасть под раздачу.

— Проще перечислить, что с ним не случилось, — снова раздался, вроде как хихикающий, голос Падальщицы. Но даже «смеясь», она не избавлялась от скрипучего тембра своего голоса. — Из мобиля его выковыривали, можно сказать, по частям: не сработала ни одна из систем безопасности, даже застёжка обычного ремня почему‑то не зафиксировалась. Потом, по дороге в госпиталь, первая скорая тоже попала в аварию. Вторая — просто встала. Сдохла вся электроника. Еле довезли на третьей. При переноске из первой во вторую — уронили. Споткнулись сразу оба несущих носилки. И несколько переломов он получил по пути в реанимацию. Дважды роняли. Первый раз — не зафиксировали. Старались побыстрее. Неслись, не щадя ног. Вылетел на повороте. Второй раз — сломалась каталка. Отвалилось колесо. Перевернулись. Каталка — сверху.

«Да уж... Паучиху судьбы явно часто отвлекали, но надолго она не отворачивалась. Родек, всё‑таки, жив остался», — подумал Даг.

— Так что ваше старание не засветиться было излишне. Мы уже засветились.

С сегодняшнего дня — только наблюдение.

Даг позволил себе слегка улыбнуться и ответил:

— Прямо сейчас — не получится. Троица на Запретной планете.

— Да знаю я! Можешь не усмехаться. Но не вечно же они там будут торчать. Вернутся. Установишь плотное наблюдение. Задача — во что бы то ни стало выяснить, под кем эта Троица работает. А после попробуем зайти с другого конца. Очень меня тревожит уровень этой гипотетической организации, — сердито ответил Глава.

Но сердился он явно не на него. Даг даже посочувствовал Главе про себя. Он бы тоже встревожился, если бы вдруг обнаружил, что рядом шевелится монстр с такими возможностями. Такого конкурента иметь очень бы не хотелось. Но то, что он услышал дальше, ему совершенно не понравилось.

Глава вдруг широко улыбнулся и выдал:

— Дружище, тебе придётся поработать на земле. Вспомнить молодость... Хотя и сейчас не скажешь, что ты слишком уж старый. Боюсь, что подчинённые твои не справятся.

— Имеем: две девки... бедовые, мужик — хрен знает кто, откуда и куда... Внедриться... влюбить... Можно обоих... Ну, не мужика... Ха‑ха... — пробормотал Глава, явно подыгрывая себе.

«И что же там у паучихи случилось, что такие узоры начала плести!?» — растерянно подумал Даг. Чего‑чего, но такого поворота он явно не ожидал.

Пробовал аккуратно вывернуться из темы:

— А не слишком ли?..

Лицо Главы моментально сменило маску. Улыбка превратилась в оскал.

— Нет, дорогой. Не слишком. Играться придётся всерьёз. Мы набрели на что‑то, сопоставимое с нами. И Посредник, скорее всего, оттуда же, — взгляд Главы стал жёстким. — А я буду проверять Лигу. Подозреваю, не все наши — наши.

«Явно что‑то ещё произошло. Давненько Лига не встречалась с достойным противником. Подуспокоилась. Глядь — а рядышком в темноте что‑то шевелиться. Страшное и зловещее», — с тревогой подумал Даг и перестал ерепениться.

Падальщица зашебуршилась в своём углу. Явный сигнал, что аудиенция заканчивается.

— Деньги будут переведены завтра. Сегодня будет оповещение, что вы в отпуске, — проскрипела она своим противным каркающим голосом. — Это же надо. Некоторые умудряются получить бессрочный отпуск да ещё и по уходу за женщинами.

«Вот это — да!.. Падальщица шутит! Явно не к добру», — удивлённо подумал Даг. «Значит, пора перестать беспокоиться. Надо начать паниковать».

— Планов строить не будем. Всё на твоё усмотрение, — подтвердил завершение разговора Глава.

Из кабинета Даг вышел в полном раздрае.

«Вот это узорчик! Паучиха явно расстаралась. Даже непонятно, как к такому подступиться», — так, в большой задумчивости, он и дошёл до своего кабинета...

******

А на Запретной планете всё шло своим чередом.

Проснувшись, я долго лежал, раскладывая новую информацию по полочкам, пытаясь понять, куда же нас занесло.

Неужели это действительно законсервированная станция «Звёздных врат»? Очень похоже... Почему законсервирована? Стала ненужной? Или предположение Шебола правильное: перешли от лампового исполнения к транзисторам или даже к микросхемам? Почему тогда просто не выключили? Даже если и оставили в надежде прихода следующего поколения искателей, то почему всё — так обыденно и просто?

«Что думаешь?» — мысленно обратился я к Кису.

«Мало данных. Джейн тоже не смогла ничего найти — ни в базах данных Империи, ни в базах Содружества и Зоопарка. Мелкие она ещё просматривает. Нигде нет никаких упоминаний о „Звёздных вратах“ или о чем‑то похожем», — отозвался.

— Анализировали показанные картинки? — спросил я.

— Да. Пока всё очень противоречиво. По силовой составляющей вроде всё понятно, но до конца картинка не складывается. Если бы в ядре планеты происходило простое преобразование энергии в электричество, то схема была бы значительно проще. А там — ещё какой‑то контур. Такое впечатление, что энергия протуберанца используется для запуска ещё более мощного источника энергии. Какого именно — совершенно непонятно, — ответил Кис.

— А как всё управляется? По моим понятиям, всю эту систему должны пронизывать информационные магистрали, наброшенные на различные физические носители. Оптокабели, радиоволны, наконец просто медь. Пробовал включиться? — задал я мучающий меня вопрос.

— Да. Так должно быть, но ничего этого нет. Между установками и узлами, которые удалось локализовать, никаких информационных магистралей не наблюдается, но обмен информации идёт... и весьма интенсивный, — пояснил Кис.

— Но дали же они запрос «свой‑чужой» — и ответ приняли. Что, совсем больше нигде ничего не проскочило?

— Во всех известных мне диапазонах — полнейшая тишина. Относительно внутренних коммуникаций — кроме того, что они есть и информация по ним проходит — больше ничего не понятно. Ни на каких физических принципах, ни на каких носителях всё это воплощено — совершенно неясно. Узлы я наблюдаю, но для меня они пока являются «чёрными ящиками». Информация из них уходит и как‑то передаётся, и как‑то принимается от других таких же «чёрных ящиков». Формально — уходит в никуда и принимается из ниоткуда. Внутри узлов — оптика и квантовая электроника. Подключились — анализируем. Но пока без результатов. Похоже на телеметрию состояния всей этой конструкции.

«Да уж... Если оптика и квантовая электроника — это ламповый уровень, то какой же тогда транзисторный, а тем более интегральный?..» — крутилось у меня в голове.

После гимнастики и водных процедур все подтянулись в столовую. Уже более уверенно сделали заказы.

Я ел и думал, как и с чего начать. Близняшки ковырялись в своих тарелках. Даша с опаской — она заказала что‑то из морских гадов, а Ксения с удовольствием. У неё в тарелке просматривался какой‑то мясной рулет, сдобренный большим количеством зелени и изнутри, и снаружи.

Где они это успели раскопать — для меня было загадкой. Вроде как — надолго не расставались.

Оторвавшись от тарелки, Даша взглянула на меня и спросила:

— Ну и как — это всё?..

— Что всё?.. — включил я дурака.

— Ну, это... — крутнув рукой и уже с подозрением глядя на меня, ответила она, явно подразумевая всё окружающее.

Я решил приколоться:

— С точки зрения логической градации мы не можем отрицать иллюзию парадоксальности, так как окружающее аллегорично и полно субординаций, и каждый индивидуум, защищая свою тенденцию, воспринимает всё исключительно субъективно.

— Чего?! — Даша округлила глаза и удивлённо уставилась на меня.

Ксения захохотала и поддержала меня:

— Так‑то оно так, потому как не может быть, чтобы не было никак. И поэтому оно — вообще, и что, когда оно что, тогда оно — и пожалуйста.

Глаза Даши ещё более округлились.

В полном обалдении глядя на нас обоих, она спросила:

— Вы чё? Съели что‑то?..

Дополнительно веселья добавил вошедший в это время в столовую Шебол. Он вообще-то шутил очень редко. Его болезнь исключала это свойство. Обычно он только повторял шутки, логически определяя, что в данном контенте они к месту. Но то ли атмосфера сподвигла, то ли настроение у него было хорошее.

— Привет всем! — жизнерадостно поздоровался он.

— Доброе утро, — отозвался я. — Присаживайся. Как спалось?

— Хреново! — неожиданно ответил он, садясь к столу. — Трихи снились. Скакали по животу и показывали языки. Зеленые...

Ксения прыснула, но тут же приняла строгий вид.

— Во! Точно крыша поехала у всех, — ещё не отошедшая от предыдущего, прокомментировала Даша. — Может, здесь воздух отравленный?

И тут нашу интеллектуальную беседу прервала информация, появившаяся на стене в имитации экрана — то ли телевизора, то ли проектора.

Там появились наши портреты на плане комнаты с кабинками. Нам явно намекали, что нужно туда пройти и зайти в обозначенные ячейки.

— Ну вот — всё и разрешилось. Нас приглашают. Предполагаю, там мы и получим ответы на все наши вопросы, — всё ещё улыбаясь на очумелый вид Дашули, констатировал я.

Портреты были не только наши, но и Шебола с капитаном. Один Гуфф остался неохваченным. Но думаю, он присоединится к одному из нас.

Так и получилось. Осмотрев нас задумчивым взором, он пристроился рядом с Ксенией.

Часа через три мы снова собрались в столовой.

Теперь обалденный вид имели все, кроме Шебола и Гуффа. Каждая кабинка являлась чем‑то вроде обучающей капсулы из читанных мной многочисленных романов про попаданцев.

То, что нам там впарили, вываливалось из реальности напрочь.

— А вы ведь всё знали наперёд, — наконец выдавила из себя Даша. — Не даром вы нас натаскивали на всякие сказки про иные реальности. Всё — один к одному. И планетка эта не «Звёздные врата», это — ПЕРЕКРЁСТОК РЕАЛЬНОСТЕЙ...

Окружающая комната вдруг показалась хрупким пузырём в океане бесконечного Нигде.

Глава 10

Вот объясните мне, как можно, в одном взгляде, совмещать осуждение и одобрение, интерес и некоторую толику злости?.. Однако, во взгляде Даши все это имелось единовременно. Ксения же смотрела исключительно с любопытством. Шебол же, как всегда, сидел с абсолютно бесстрастным и совершенно спокойным выражением лица.

— Да ни сном ни духом... — буркнул я. — Только хотел запутать имперцев, чтобы у них мозги дымились. Создал коктейль из прочитанной фантастики и через вас загрузил им все эти домыслы и фантазии. И, ведь, получилось. Теперь-то и выяснилось, что не все это было фантазией.

Но да и не это — сейчас главное. Как я понял, каждого из нас немного подучили. Только не понятно, всех одному и тому же... или каждого по индивидуальной программе? — оглядывая компанию, заключил я. — Кстати... заметили, что мы спокойно... читаем надписи?

— Ой! Точно! — воскликнула Даша. — Как-то даже, само собой получается. Внимание не зацепило. Но чтобы специально учили — не заметила.

— А я — не удивилась. А иначе — было бы странно. Да и было уже с нами. Забыла, что ли? — подала голос Ксения.

— Ну, да. Было, но тогда — конкретно. Знали. А тут — незаметно, без предупреждения, — недовольно пробурчала Даша.

Чем она была недовольна, я так и не понял.

— Это — не главное, — вернулся я к прежней теме. — Если следовать чистой логике, то, думаю, что каждый из нас получил персональную толику знаний. Иначе не было бы смысла нас разделять. Вот ты, Шебол, про что был твой урок? — взглянул я на парня.

— Как мне сказали вначале 'урока', я получил немного теории из раздела 'Физика энергетических темпоральных сдвигов'. А потом — чистая практическая часть по вопросу задания, регулировки и контроля уровня энергетических потоков для проведения всех видов переносов, переходов и других манипуляций из этой категории, — ответил он. — Самое малоэнергоемкое — это окна визуального просмотра. Их использование даже не потребует включения основного контура.

— И что там — 'по теории'? Только — в общем. Коротко. Самую суть, — попросил я пояснений.

— Ну, если самую суть... — немного помычав, он выдал: — Энергия протуберанца — всего лишь подпитка для основного источника. Сам же источник представляет из себя сверхпроводящий контур, часть которого находится в нашем времени, вторая часть — в каком-то другом. В контуре возникает колоссальная разница потенциалов. Мощность, по нашим понятиям, запредельная. Толщина проводников контура поболее толщины самой толстой гекрианы. (Гекриана — что-то типа нашей секвойи).

Выслушав Шебола, я высказал свое мнение: — Честно говоря, думал, что тут — что-то типа термоядерной реакции. Было даже интересно, как они умудрились. Ведь использовать обычную схему — через отвод тепла — просто нереально. Сотни миллионов градусов — как-никак. Ведь все испарится прежде, чем нагреется.

— Ясно... Ну, а тебе что преподали? — перевел я взгляд на Ксению.

Ксения задумалась, формулируя ответ. И очень коротко ответила: — Немного теории о множественности реальностей и практика по снятию и переносу матриц сознания.

Я перевел взгляд на Дашуню.

— Мне тоже о множественности реальностей кое-что подкинули, а вот практика другая. Открытие порталов для физического перехода из реальности в реальность. Особенно напирали на четкой фиксации точных координат якорей в системе координат мультиреальности, — тут же рапортовала она.

— А тебе — что?.. — развернула вектор опроса Даша.

— А мне — кое-что более глобальное. Могу организовать около этой планеты что-то похожее на многоуровневую дорожную развязку. Только — не обычную транспортную... и даже не для сети, типа — Звездных врат по нашей вселенной, а систему туннелей между реальностями

— В общем, полный набор... — задумчиво продолжил я. — И что нам с этим делать? Подарочки, конечно, знатные. Но как бы они не оказались чемоданом без ручки, который и тащить неудобно, и бросить жалко.

— Мне, вроде, как и понятно, про эти самые реальности, но все-таки никак не укладывается, — пожаловалась в этот момент Даша.

Я и сам толком не понимал, но попробовал объяснить: — Возьмем пример из математики. Вот скажи — сколько десятых частей, например, между единицей и двойкой?

— Десять, — на автомате ответила Даша.

— А сколько сотых частей?

— Ну, так — сто. Разве не понятно, — она снисходительно фыркнула.

— Продолжать? Про тысячные, миллионные и так далее, — вопросительно глядя на нее, спросил я.

Даша задумалась, явно мысленно продолжая прогрессию.

— Это что же?.. Их там бесконечность? — слегка удивленно спросила она.

— А ты прибавь еще иррациональные и мнимые числа, — подкинул я дополнительную информацию к размышлению.

— Три бесконечности, — резюмировала Даша.

— Бесконечность бесконечностей, — выдала свой вердикт Ксения. — Мы, наверное, знаем далеко не все, даже о промежутке между единицей и двойкой. А, ведь, конечного числа — тоже никто не вычислил. А от нуля можно идти и в плюс, и в минус. Между прочим.

— Да... де-е-ла! Вот ведь... Никогда и не задумывалась, — впечатлилась Даша.

— А еще подумай о радиоволнах, например. Сколько их в одном и том же пространстве... и в одно и то же время... — философски заметила Ксения.

— Вот и дискретность мультиреальности — что-то, вроде, этих бесконечностей. Аналогия, конечно, очень приблизительная, но весьма красочная, — изрек я, хотя и сам не понял, что сказал.

— Хм... Вспомнила анекдот. Вроде в тему, — оживилась Ксения.

— Рассказывай, — тут же заинтересовавшись, подтолкнула Даша сестру.

— Приезжий в Одессе: "Скажите, если я пойду по этой улице, там будет вокзал?" — "Ха, ви знаете, он там-таки будет, даже если ви не пойдете!"

Посмеялись.

— Вот смотрю на вас и тоже анекдот вспомнил, — хохотнув, сказал я и без понуканий продолжил: 'Две блондинки сидят на скамейке и жарко спорят. Одна что-то чертит концом зонтика на земле. Вторая смотрит на начерченное и говорит: — Не могу с тобой согласиться! Для риманова пространства твое предположение релевантно, но вот для банахова — увы. Посмотри внимательно на правую часть! — Точно! — подхватывает первая блондинка. — Равенство превращается в тождество! Тс-с-с... люди идут. Давай про ботокс, а то неудобно.'

Даша тут же вскинулась: — Это вы что же, нас за блондинок держите?

— Так умные же блондинки... — попытался я сгладить назревающий наезд.

Даша задумалась и ответила: — Ладно. Принимается... — и, помолчав, добавила: — И красивые!

Ксения засмеялась. Я усмехнулся и, поняв, что гроза миновала, подтвердил: — Конечно, Дашенька. А если кто усомнится — зови меня. Я ему мозги подправлю — и не в относительных понятиях, а в абсолютных. Ну, а что нам скажет капитан?

Капитан посмотрел на нас и ответил: — Ничего похожего на вашу информацию. Мне дали раскладку по станции. Состояние. Степень исправности узлов. Кстати, не стопроцентная. Хотя и близко к тому. Но есть парочка мест, где требуется вмешательство. Некритические. Там несколько вариантов решения проблем. Равноценные. Непонятно только, почему в алгоритме не заложили возможность случайного выбора для таких случаев.

— Комендантом, значит, назначили, — сделал я вывод. — Вполне себе должность. А что еще, кроме надзора, вменили вам в 'должностных инструкциях'?

— Как я понял, могу набирать требуемый обслуживающий персонал. Немного, правда. Всего восемь человек. И также, если станция заработает, буду отвечать за допуск к переходам, а при возникновении — курировать обмен или торговлю, — ответил капитан.

— Ого! Важным человеком можете стать, капитан, — воскликнул я.

— Ну, наверное... — пожал он плечами. — Тут все от вас зависит. Если запустите все это — то да. А нет — так и нечего будет распределять.

— Все это, конечно, хорошо, но что делать будем? — вернулся я к первоначальному разговору.

— А давайте, сначала в этих самых окнах визуального просмотра глянем... на пару-тройку, извиняюсь за каламбур, этих самых реальностей, — предложила Ксения.

— А что?.. Дельная мысль! — воскликнул я. — Сейчас или сначала пообедаем? Вроде, как уже время обеда.

— Надо поесть, — степенно согласилась Даша.

В столовой мы долго не задержались. С системой заказов все уже освоились так, что справились быстро. Экспериментов никто не ставил, заказывали знакомые блюда. Конечно, не забыли и про Буффа.

Отобедав, мы трое двинулись в комнату визуализации и переходов. Это я — про зал с экраном. А Шебол зашагал в свою вотчину — на нижний этаж, на круглую галерею с колонной. Там ему предстояло дать энергию для нашего эксперимента. Капитан удалился по своим делам.

— Вы ему доверяете? — шагая рядом, спросила Даша.

— Ну... Во-первых, не я тут главный. А во-вторых, система, скорее всего, проверила всех нас и признала годными, включая и капитана. И в-третьих, зависать тут на административной работе — я как-то не горю.

'Ты, одновременно, прав и не прав. Проверка была — это да. Система, наткнувшись на наш симбиоз, долго думала, но потом, как раз, определила тебя главным. Передав много полномочий, стандартно не предназначенных к передаче', — влез в разговор Кис.

Пока шли, Кис просветил меня о своих переговорах с системой. Она была, подобно Кису, довольно продвинутым искусственным интеллектом. Хотя, по его словам, более машинной, чем он и Джейн.

'Что посоветуешь?' — мысленно спросил я.

'Как и для вас, полученная вами информация для меня — тоже новая. Анализ противоречий не находит. Джейн нашла несколько похожих теорий, разрабатываемых ученой братией этой реальности. Но продвижение там медленное и неоднозначное. В среде местных ученых эта тема считается несколько экстравагантной и популярностью не пользуется. А насчет советов — согласен с Ксенией. Надо осмотреться. По выбору цели... Думаю, для вас будет интересно что-то связанное с вашей родной планетой. Ее историю вы знаете получше здешней, имперской, так что — посмотрите в той стороне. Тем более, что в вашей литературе эта тема муссируется довольно давно и довольно широко. В свое время я там покопался. Идея для меня была интересна, а тут, оказывается, что все вполне реально', — объяснился Кис.

Так, неспешно переговариваясь на нескольких уровнях сознания, я с близняшками дошел до наших с ними 'рабочих мест', где мы и расселись. Куда кому — мы знали по уроку.

Усевшись, я включил интерфейс и прошелся по настройкам. Знания всплывали по мере надобности, а иногда — и с небольшим опережением.

Выпала таблица для ввода параметров: — относительное время; — уровень сопряжения; — вероятностная дальность; — смещение констант; — координаты по якорю.

Относительное время, уровень сопряжения и вероятностная дальность можно было понять, представив себе бесконечное поле шестигранных столбиков разной высоты. С большой натяжкой, но более-менее наглядно.

Относительное время — высота столбика; вероятностная дальность — это если расстоянием мерить вероятность возникновения того или иного события; уровень сопряжения — определяет возможность перехода из одной реальности в другую, типа — длина пути. По какой-то еще непонятой причине, переход был возможен — только в соседние шесть. Напряженность на границе вполне достаточна для того, чтобы реальности не смешивались, но и не настолько большая, дабы полностью перекрывать возможность проникновения из одного в другой. Для путешествия в более 'отдаленные' реальности нужно двигаться — последовательно, переходя от одного к другому, используя эти самые, еще не совсем понятные, 'якоря'.

Примерно так я объяснял свое видение ситуации близняшкам. Интеллект станции подхватил и выдал им виртуальную визуализацию.

— Ой! Посмотрите, вон в левом углу — плотность шестиугольных призм значительно выше, чем в остальном поле. Это — как может быть?.. Если они соприкасаются сторонами, то изначально не могут быть разной величины. Треш какой-то, — эмоционально выдала Даша, увидев визуализацию.

И точно — в одном месте, действительно, плотность шестигранников была значительно выше. С явно выделенным центром.

— Обман зрения. Точнее — обман мозга, — объяснил я, так как сразу, почему-то, понял смысл этого явления. — В центре — реальность, в которой резвятся наши конкуренты. Нет, не конкуренты — партнеры. Вот, прямо сейчас, что-то замышляют.

— А давайте, подключимся, — предложила Ксения. — Я случайно открыла локальное окно в одну из реальностей, с привязкой к нашей Земле, и нарвалась на железнодорожную катастрофу. А там — девчушка, ну с очень сильным ментальным фоном. Гибнет. Жалко. Да и вообще мало кто выживет. Рядом же расположена реальность, где это событие еще не наступило, — говорила она это с видимым сожалением.

— Так, может, поможем, — предложил я. — Проверим, так сказать, теорию практикой.

— А как?.. Мы же не знаем, что ей нужно сделать, чтобы выжить, — вопросительно уставилась на меня Даша.

В этот момент я мысленно обратился к Кису: 'Если можешь, объясни, как правильно внедрить информацию донору?'

'Лучше всего — во сне,' — ответил он и вывалил мне кучу информации по этому вопросу. Всякие там NREM, REM-фазы, фазы засыпания и многое другое. Сориентировавшись и отбросив, как мне показалось, лишнюю информацию, я ответил: — А мы донору, во сне, 'День сурка' устроим, — на ходу предложил я вариант. Как-то выяснил, что наш сон делится на несколько фаз. Упрощая — быстрая фаза сна и медленная. Обе вместе они длятся полтора часа. Циклически повторяясь. Медленная идёт около часа, а быстрая — полчаса. Сейчас я сильно утрирую, просто хочу, чтобы вы поняли. В медленной фазе нам ничего не снится. В последней части этого медленного сна — происходит регенерация и рост тканей и выработка важных гормонов. Головной мозг 'перезаряжается', выводя накопленные за день продукты распада.

Сны приходят в быстрой фазе. Когда наш мозг переходит в этот режим, он начинает обрабатывать всю полученную за сутки информацию. Складировать её по полочкам. Поэтому мы и видим сны, на основе этой информации.

Притом, норма в восемь часов сна — это усредненное значение, правильнее — семь с половиной часов. Для большинства людей — это и есть норма. Реально же — у каждого человека по-разному. Зависит от генетики. Минимум — шесть часов, максимум — двенадцать. Желательно — кратно полутора часам. Для того, чтобы чувствовать себя здоровым и бодрым, просыпаться нужно в быстрой фазе. Но это — так, для общего развития...

Так что, Ксюша, визуализируй кусочек реальности и запиши. Будем прокручивать у донора во сне, пока не поймет, что нужно сделать. И приготовься корректировать, если она начнет изменять свое поведение.

— Сделала, — через некоторое время сообщила Ксения.

— Начинай, — дал я старт первому нашему эксперименту.

Интерлюдия 1

В жизни иногда случаются вещи довольно удивительные. Например, Вере Андреевне уже несколько дней подряд снился один и тот же сон. То есть, сон начинался одинаково: она — маленькая девочка, едет в поезде. Только там, во сне, она не Вера Андреевна и даже не девочка Вера — и зовут её иначе, да и едет она почему-то из Благовещенска. Причем, едет в Москву, сопровождая старшую подругу... или просто попутчицу.

И это повторялось, без малейших изменений, вот уже которую ночь, то есть повторялось, пока поезд не приезжал на маленькую станцию с маленьким же станционным зданием, почему-то густо красно-вишневого цвета.

И вот — с этого места, сны уже отличались.

Сразу после того, как поезд проезжал станцию, сильнейший удар потрясал весь состав, и это было видно, как бы 'со стороны' — задний вагон влетел в тот, в котором девочка и ехала.

Её подруга с полки свалилась и, в попытке как-то удержаться, вцепилась девочке в голову. Но смысла в этом уже не было — следующий вагон влетел внутрь того, где девочка ехала, на манер телескопической трубки, сминая всех на пути в кровавую кашу...

В том, первом, сне девочка почему-то знала, что она умерла, но это не помешало ей смотреть 'продолжение'. Спустя какое-то время, подбежавшие люди в разговоре между собой сказали, что во всем вагоне выжила лишь проводница, находившаяся в момент столкновения в переднем тамбуре...

— Закрепи воспоминания. Пусть помнит предыдущие попытки, — предложил я.

Во второй раз, она, вроде уже зная о грядущем столкновении, попыталась вытащить подругу в тамбур — но та, отвернувшись к стенке, демонстративно захрипела. И поезд снова съехал с развалившейся выходной стрелки — и с тем же результатом.

— Она пытается и соседку вытащить, — сообщила нам Ксения, что, собственно, мы и так видели.

— Откорректируй. Подави желание помочь соседке, иначе ничего не выйдет, — дал я совет Ксении, хотя было жаль и соседку девушки. Да и всех остальных, но это был наш первый опыт, и что нужно подправить, чтобы избежать катастрофы вообще, было совсем непонятно.

В третий раз, (или уже в четвертый — Вера Андреевна специально не считала) девочка, так и не сдвинув подругу с места, успела выйти в проход вагона... поздно.

В какой-то следующий раз, она заметила, что перед станцией, в окне промелькнула башня водокачки — и, уже проснувшись, Вера Андреевна решила, что бежать в тамбур следует, когда поезд с этой водокачкой поравняется. Но и тогда — она снова 'умерла', влепившись головой в стальную стенку тамбура.

Затем она в тамбур прибежала со своей котомкой, которая удар смягчила — но у неё... сломалась шея... Нужно было что-то и под живот подложить, а что?.. Разве что, взять котомку у попутчицы, ведь ей-то она уже точно не понадобится...

Снова она увидела тот же сон... и снова, во сне, она 'воспользовалась предыдущим опытом' — успела выйти в тамбур, даже успела аккуратно положить обе котомки и лечь так, чтобы и голова, и тело к этим мягким тряпочным мешкам прилегало довольно прочно. Но после удара и жуткого грохота, Вера Андреевна поняла, что 'что-то пошло не так': если во всех предыдущих 'версиях' сна она просто 'знала', что чувствует сильную боль, то тут — стало, действительно, очень больно — ноги, не защищенные мешком с тряпьем, очень сильно ударились в железную коробку двери. Да и запахов в 'прошлые разы' — никаких не чувствовалось, а тут...

Сколько времени она провела, лежа на полу тамбура, Вера Андреевна даже, примерно, не представляла — и отвлекли её от мыслей о причинах такого 'изменения' лишь двое мужчин в железнодорожной форме, с матерщиной открывшие дверь вагона:

— Эй, ты... жива?

— Получилось! Получилось! — захлопала в ладоши Ксения.

— Все. Накладывай матрицу. А я подправлю кое-что у наших 'партнеров', — направил я дальнейшие действия Ксении.

'Если хотите, чтобы что-то получилось, нужно добавить в психо-матрицу этого реципиента несколько добавок', — встрял в процесс Кис.

'Зачем?' — мысленно спросил я.

'Если оставить все так, как есть, то в тридцатых годах она долго не проживет. Очень уж подозрительными будут ее познания и навыки', — ответил тот.

'А что и как подправить — не подскажешь?' — спросил я. Очень мне уж не хотелось угробить наш первый опыт.

'Я откорректирую психо-матрицу. Добавлю автоматическую установку закладки с функцией подсознательного подавления критического мышления по отношению к ней у всех, кто будет с ней общаться. Не глобальную, настроенную только на нее. Это значительно повысит ее выживаемость в том времени. Также включу туда харизму убедительности и заодно повышу лично ее работоспособность', — дал мне раскладку Кис.

'Спасибо за подсказку. Без этого, ей, скорее всего, пришлось бы довольно туго. Действуй!', — поблагодарил я Киса и занялся корректировкой действий 'партнеров'.

Интерлюдия 2

— Ладно, заканчиваем с философией. Что у нас на сегодня намечено?

— Эксперимент класса 'Бартини', — ответил старик, — психоматрица из две тысячи двадцать седьмого в тысяча восемьсот сорок второй. Расчеты показывают, что мы сможем проследить эту реальность в течение, минимум, полувека. До входа в поток — пять минут, всем полная готовность.

— Что в результате?

— А в результате... ничего, — разочарованно ответил седой. — Вообще ничего, и я не понимаю, что произошло, ведь энерготанки абсолютно пусты...

— Что-что... — сварливо ответил старик, — опять на второй координате времени что-то зацепили. Отправили не то... точнее, не только то, что хотели, и отправили не туда, потому что энергии на весь пакет не хватило. Энергии потратили... да всю и потратили, на следящую систему её тоже не осталось. Ну и плевать: через неделю энерготанки заполнятся, попробуем ещё раз, со сдвигом по второй координате. И с другим донором, чтобы резонанса не получилось.

— А что будет с новой реальностью?

— А вот этого никто и никогда не узнает. То есть, никто, кроме тех, кто в той реальности остался. Жалко, было бы интересно за ними проследить...

(Не мое. Кто желает проследить возникшую реальность, даю ссылочку - 'Старуха'. Квинтус Номен)

— Ну вот. Надеюсь, увидели, как возник еще один шестиугольник, — спросил я близняшек, отслеживая, как уплотнились шестиугольники вокруг их эмитента и в наблюдаемой визуализации возник новый.

— Класс! — воскликнула Даша. — А можно отследить последствия нашего вмешательства?

— Если хочешь отслеживать эту реальность, то ставь якорь. Занесем уже в нашу личную базу и будем любопытствовать. Надеюсь, ты уже поняла, как это делать?

Даша помолчала, явно прислушиваясь к своим мыслям.

— Вот жеж! Только что не знала, а сейчас и, вправду, знаю. Это как?.. — озадаченная Даша уставилась на меня.

— Думаю, знания уже у нас есть, но проявляются по мере надобности. Как-то так, — высказал я свое предположение.

— Ага. Если на вашем термометре понедельник, на календаре минус пять, а телевизор улетел в теплые края, — то, спите вы или бодрствуете, для вас уже не имеет никакого значения! — вставила свои 'пять копеек' Ксения.

— Думаешь, у нас всех крыша поехала? — удивленно-вопросительно воскликнула Даша, повернувшись к сестре.

— Да нет. Просто, с обычной логикой, ко всему этому подходить не стоит. Не прокатит тут обычная логика, нужно привыкать к парадоксальной. Иначе мозги сломаем, — улыбаясь ответила Ксения.

Даша, повернувшись ко мне, спросила:

— Евгений Михайлович, я тут в меню увидела какой-то странный параметр: 'смещение констант'. Это что значит?

— Что я могу сказать... Точно не знаю, но, скорее всего, речь идет о физических константах. Как понимаю, в других реальностях эти константы могут быть и другими, — ответил я, по мере ответа, понимая, что так оно и есть.

— Как же так?.. Разве мир может иметь другие константы? — удивленно воззрилась на меня Даша. — Это же константы. — Запнулась, а потом, раздельно по буквам, повторила: — К-О-Н-С-Т-А-Н-Т-Ы! Как нам в школе и университете вдалбливали — это величины постоянные. Незыблемые.

— Ну, не скажи, — встряла Ксения. — Вспомни, как наш университетский физик говорил, что уже доказано, что, например, гравитационная постоянная, даже в нашей реальности, со временем, уменьшается. Мизерно. Около десятимиллиардной доли в год, но меняется. А если смотреть в разрезе возраста вселенной в миллиарды лет — вполне себе значимые изменения. А некоторые вообще считают, что она вблизи больших масс и вдали от них — разная.

Даша замолчала. То ли вспоминала, говорил ли физик такое, то ли осмысливала услышанное.

— Я же говорю. Привычная логика здесь не канает, как говорил один небезызвестный персонаж, — снова повторила свой постулат Ксения. — Надо привыкать, что незыблемое, все-таки, зыблимо. А вот интересно, как выглядят реальности с набором констант иного значения?

— Можем попробовать посмотреть, — предложил я. — Если есть параметр, то, скорее всего, он все же варьируется. Что выберем?

— Я бы посмотрела на реальность с другой постоянной Планка, например, — предложила Даша.

Я повернулся к визуализатору.

— Ксения, давай, настроим окошко в мир с повышенной постоянной Планка, — я мысленно кликнул соответствующую строку в меню.

— Хм... Тут диапазон. И совсем небольшой. Причем, дискретный, а не плавный. Берем по максимуму, — и перевел ползунок вверх, до упора.

— Так. Постоянная Планка повышена в сто раз. И что мы видим?.. — озадаченно спросил я, увидев совершенно пустую реальность. Ни звезд, ни планет. Как показал анализатор, в этом мире, с увеличенной постоянной Планка, наличествовал один лишь водород. Водородная вселенная.

'Это можно было и теоретически просчитать', — встрял Кис, удивленный моей озадаченностью.

'Постоянная Планка изменена в сто раз. Во столько же изменится и соотношение неопределенностей. В положении частицы, неопределенность в скорости станет в сто раз больше. Разброс скорости протонов и нейтронов станет таким, что они не смогут быть заключенными внутри пространства атомного ядра. Все атомы распадутся — то есть, даже не возникнут. Останется только водород, в ядре которого всего одна единственная частица — один протон'.

— Ф-у-у. Пустота какая-то. Так неинтересно, — разочарованно воскликнула Даша.

— Это из-за того, что с изменением постоянной Планка — изменилось соотношение неопределенностей. Там, в ядерной физике, есть такое... — попробовал я объяснить то, о чем сам, только что, услышал от Киса.

Но Даша не дала договорить: — Ой, не надо. Я хотела было разобраться, хотя бы в ее основах, но запуталась и бросила. Одно то, что у них свет рассматривается, как того им самим захочется — то это у них волны, то частицы, по-моему, говорит о том, что они сами, так до конца, во всем и не разобрались. А от всяких этих неопределенностей, запутанностей, дальнодействий — вообще ум за разум заходит. И ну их, константы эти. Давайте, не ломать мозги. Думаю, нам и нормальных реальностей хватит за глаза, — выдала она.

— Согласна, — поддержала ее Ксения и предложила:

— Пошли на ужин. Я уже есть хочу. Вон Буфф уже волнуется.

Глава 11

– Думаю, всем уже надоел этот серфинг по реальностям, – обратился я к сидящим за столом. – Я прав? – Да, не. Прикольно. Особенно, если нашу Землю тестить. Это же надо! Нашлась даже такая, где Российская империя жива-живёхонька. И не слабая такая империя. А всего-то надо было построже со всякими террористами-бомбистами. Додумались тоже — бомбами в живых людей швыряться. А дворянство — забыло, что от слова «дворня». И всяких нюнь-семьянинов в императоры не допускать, – не согласилась со мной Даша. – Но не на пустом же месте недовольство вырастало, – вступила в дискуссию Ксения. – А я и не спорю. Но включить голову и подойти к вопросу реформ не однобоко, вовремя и твёрдо получилось только у этого Александра II из Пятой реальности. Он и дворян «причастил», и чинуш проредил, и довёл все начатые реформы до логического завершения. Только у него они, действительно, получились «Великими». Хотя... так назывались и во всех реальностях, включая нашу. Внешнюю торговлю не профукал. Способствовал развитию промышленности, что интересно, без бездумной эксплуатации простых рабочих. А главное — вовремя подумал о безопасности, как себя, так и других. Правильную службу завёл. Сразу после первого покушения озаботился. А то у остальных, подумать только, по пять–семь покушений. Тюкали до тех пор, пока не убивали. С этого царствования — всё и покатилось совершенно по другой колее. Во-первых, правление продлилось дольше, а позже у власти оказались совсем не те, которые у нас всё завалили. – Может, попаданец какой?.. Уж больно выпадает из ряда, – задумчиво проговорила Ксения. – Всё может быть. А может, мы, ну наша Земля с её реальностью, в какой-нибудь аномальной зоне находимся. Недаром же все похожие реальности — все вокруг нас. Первый круг. А у дальних, может, всё совсем по-другому, – сделала предположение Даша. – Хотя мне тоже интересно, но просто подглядывать — мне как-то скучновато стало. Надо что-то придумать... Сначала я подумала, что будет интересно, здесь на станции, сидеть и рулить трафиком перемещений, но потом поняла — день-два и станет скучно. Однотонно как-то... А с трафиком — и капитан справится. Да ещё и очень значимой фигурой станет, – в конце концов согласилась с ней Ксения. – Точно. Его расположения будут многие добиваться. Очень даже самыми разными способами, – усмехнувшись, высказалась Даша. – Готовьтесь. Много соблазнов будет. Всяких. Пользуйтесь с умом. А то эти «медные трубы» — они очень коварные. При чём тут медные трубы, капитан не понял, но про остальное очень даже сообразил. Ничего не ответил, лишь ухмыльнулся. – Однако надо сделать так, чтобы все поняли, что только он может занимать это место — и заменить его никем другим не получится. А то — я их знаю, – тут же добавила Ксения. – На такое тёпленькое местечко все захотят пропихнуть свою креатуру. – Дорога к успеху очень часто ремонтируется... – с многозначительным видом изрекла Даша. Что она имела в виду, я не совсем понял. После этих слов ухмылка капитана быстро испарилась. Ему тоже стало понятно, что такой поворот событий очень даже возможен. Предложение Даши он оценил и поблагодарил: – Спасибо. Честно говоря, не ожидал такой предусмотрительности от такой юной льеры. – Ну что... Как я понимаю, капитан согласен. По остальным — имею предложение. Меня заинтересовала восьмая реальность Пятого круга, – вклинился я. – Далековато же вы забрались. Мы ведь только Второй круг начали просматривать, – удивлённо воскликнула Ксения. Эта нумерация возникла, когда мы начали лазить по реальностям, и надо было хоть как-то ориентироваться. Поэтому нашу реальность определили «центром мира». Первый круг — шесть реальностей, граничащих с нашей. Второй — двенадцать, выстраивающихся вокруг первой шестёрки. Третий — восемнадцать, граничащих со вторым кругом. И так далее. Попутно, в первый же день, я дал возможность Джейн открывать информационный портал в другие реальности с целью найти кое-что, соответствующее моим хотелкам. И желательно ещё и планетку с социальным устройством, позволяющим провести максимально незаметную инфильтрацию. – Да, вот от нечего делать я дополнил наш анализ ещё и методом тыка, и один из таких тыков взял да и попал на довольно интересную реальность, – объяснил я. Как только Джейн нашла искомое, я сразу дал ей возможность организовать более мощный канал связи, создав с найденной планетой постоянный информационный портал. – Там, вроде бы, есть всё, о чём ты, Дашенька, мечтала. Заправляет там огромная космическая Империя в виде абсолютной монархии. Плюс — по её периферии множество независимых образований с самыми разнообразными политическими системами: республики всякие, тоталитарные образования различных типов, включая всевозможные королевства, ханства и тому подобные формирования. Даже есть одна конгломерация, в которой для организации государственной власти используется анархизм. Что довольно странно. Обычно эти системы существуют только в моменты смены типа правления, чаще всего во время гражданских войн, а эта, хотя периодически и возбуждается, но шатко-валко существует уже более полутысячи тамошних лет. Ну и, само собой, на границе освоенного пространства имеются и пираты, и даже рабовладельческие миры. Фронтир, так сказать. Периодически эти периферийные миры грызутся и с Империей, и между собой. Кто-то выпадает из Империи, кто-то в неё вливается, кто-то объединяется, кто-то разваливается. Осколки, естественно, подбирают соседи. Так что есть там то, что интересует тебя — космический флот и, как понятно, не один, плюс пираты, свободные охотники и, естественно, драки периодически случаются. Но уходящих из Империи обычно немного меньше, чем вливающихся в неё. Да и часто те, кто ушёл, через некоторое время всё же возвращаются. Не такой уж сладкой оказывается жизнь в свободном плавании. В общем, жизнь кипит. И это всё — в «нашей» галактике. На одной из её окраин имперский флот держит оборону от вторженцев из соседней. Не гуманоидов. К тому же я нашёл там очень интересную планетку. Она в составе Империи, но в особом статусе. Типа как у нас на Земле — Монако. Там вообще клановая система правления. Очень экзотическое и своеобразное образование. Вот — и предлагаю туда передислоцироваться. Но не так шумно, как в Зоопарк, а тихонечко, как Штирлиц. Не дадим там один из старейших кланов угробить (сейчас его пытаются сжить со свету) — он нам в дальнейшем очень пригодится. Потом, если что, можно будет от него и помощь получить. А дальше — посмотрим. Сами же постараемся не «светиться». Есть интересные идеи. – Ничего себе — экскурс. И когда только успели. Что-то тут, как обычно, не так просто, – съехидничала Даша. – Уж как есть, так есть, – ушёл я от дискуссии. – Так что?.. Кто «за»? Капитан, понятно, останется здесь на хозяйстве. Если захочет, то может на экскурсии к нам наведываться. А Шеболу придётся на два дома поработать. – Всё — «за», – тут же решила за всех Даша. Я посмотрел на Ксению. Та согласно кивнула. Шебол пожал плечами. – Только, Дашенька, есть один нюанс. Реальность и, особенно, тот мир, куда мы собрались, очень жёсткие. Если не сказать — «жестокие». Человеческая жизнь не в цене. Абсолютно. Как они с таким отношением к людям ещё не вымерли — лично я не очень понимаю. Так что всякое может случиться — не исключено, что и убивать придётся. Очень уж там безжалостные законы, – остудил я её энтузиазм. Даша задумалась. После моих слов она вдруг чётко поняла, что до этого они, обычно, резвились на полянках, предварительно зачищенных Евгением Михайловичем, и, как бы, прятались за его широкой спиной. К тому же у них никогда не возникало финансовых затруднений. Очень её интересовало, как так получается, но все попытки копнуть глубже в этом направлении всегда пресекала Ксения. Даша бурчала, но соглашалась. Аргументы Ксения выдавала очень весомые. Правда, думала она недолго и ответила: – Ну, я думаю, что направо-налево нам там убивать не придётся, сами говорите, что всё потихоньку будем делать, но если что, то моя жизнь мне дороже, чем жизнь тех, кто пытается меня прибить. А проредить популяцию от всевозможных подонков и убийц — считаю, всегда полезно. Да и у тех, как вы умеете, можно подтереть память. Пусть начинают с чистого листа. Ну, а особо упёртых можно и «к ногтю». Выслушав сестру, Ксения озвучила своё мнение по этому вопросу: – Просто убить — много ума не надо. По-моему, смерть — это, так себе, наказание для подонков и убийц. Человек просто умрёт, а душа, вполне возможно, уйдёт на перерождение. И, может, даже попадёт во вполне хорошее место. А вот жить в нищете и подвергаться унижениям — вот это настоящая кара. От кого-кого, но от Ксении я такого точно не ожидал услышать. – Поэтому не стирать им мозги надо, а делать так, чтобы они сами оказались на месте своих жертв. Притом без возможности вывернуться. – Но если так, то нужны такие же подонки, как и они, чтобы такой вариант имел место быть, – удивлённо возразил я. – Вот вы, Евгений Михайлович, и придумайте, и чтобы овцы были сыты, волки целы, – посмотрев на меня и усмехнувшись, ответила мне Ксения. – Ты перепутала. И овцы целы — и волки сыты, – поправила сестру Даша. – Нет, Дашуленька, всё она правильно сказала. Я её понял. Только, честно говоря, никак не ожидал от неё такого, – всё ещё не отойдя от удивления, ответил я. – Считаете, это жестоко? А я считаю, что так будет справедливо, – совершенно спокойным тоном сказала Ксения. – Справедливая жестокость!? Может быть — может быть... – задумчиво, глядя на сестру, проговорила Даша. И, уже обратившись ко мне, спросила: – Справитесь?.. Мелькают столетия, образуются и распадаются Империи, меняется всё, но женская логика всегда останется неизменной. Особенно её стержень — требование соединять несоединимое. – Да уж, постараюсь, – буркнул я в ответ, не понимая даже, как к такому подступиться. – Вот и славненько, – радостно воскликнула Даша, сделав очередное тёмное женское дело, то есть переложив всю работу на ближайшего мужчину. Ксения только улыбнулась. Понимающе. – Но помогать вам мне, всё равно, придётся, – попытался я оставить за собой последнее слово. – Тогда расскажите подробней, – не дала мне это сделать Даша. – Что именно?.. – Ну... про то, что там за ситуация такая, что вы удивляетесь, что они до сих пор не поубивали друг друга, – уточнила она. – Система там странная. Если укрупнённо, то картина следующая. Две ветви власти. Первая. Совершенно независимая — тринадцать мощных кланов. Со своими законами, войсками, службами безопасности и прочими атрибутами, вплоть до собственной системы высшего образования. В экономике — это мощные корпорации, охватывающие основные направления промышленности и финансов. Регулирующий орган — Совет кланов. Государству не подчиняется, но налоги платят исправно. Вторая. Государство. Тут всё более-менее стандартно. Центробанк, полиция, связь, планетарная защита, вне корпоративная медицина и образование и вся остальная сфера услуг. Плюс — промышленность, та, что не интересна корпорациям. Есть ещё средние и мелкие кланы — эти частично вассалами входят в крупные, частично самостоятельные или подконтрольны госорганам. А насчёт «поубивали» — в войнушки между корпорациями государство не вмешивается. А воюют они довольно часто. Особенно в последнее время. – Ну и нормальненько. Вон у нас — тоже постоянно кто-то с кем-то воюет. А если мировая война — так «ва-а-ще» — тушите свет, – вставила в мой монолог своё мнение об услышанном Ксения. – А как у них корпоративные к простым людям? Типа — аристократы и плебеи? И если корпоративный обыкновенного убьёт, ему чё будет? – сыпанула вопросами Даша. – Штраф будет. Большой. Ещё изначально они так договорились. Да и дурным тоном считается, если ты, иначе как убийством, не можешь заставить себя уважать, – ответил я. – А отношения, действительно, похожи на отношения аристократов и простых людей, как у нас в средневековье. В основном первые относятся ко вторым свысока и часто весьма пренебрежительно. Вторые к первым — показательно угодливо, а в душе — с неприязнью. Но и там, и там есть и нормальные люди, – ответил я, вспоминая всё, что подчерпнул на эту тему, пройдясь по планетарной сети. При содействии Джейн была возможность пошуршать и в закрытых сетях. – О! Вполне себе культурное общество. Если воюют только войска корпораций и наёмники, а всяких там призывов не существует, то очень даже демократичненько. Так что зря вы про «поубивают», – высказала своё мнение Ксения. – А среди корпоративных дуэли есть? – спросила Даша. Она явно хотела прояснить для себя этот момент до конца. – Дуэли есть. По правилам — до первой крови и исключительно холодное оружие. Убийство на дуэли не приветствуется. Считается, что убить легче, чем оставить культурненький шрамик в нужном месте. Вроде так. Дуэльный кодекс не читал, – ответил я. Сам теперь понимая, что не такое уж там и дикое общество. У нас на Земле в различных войнах погибает людей, наверное, не меньше, а то может, и побольше. – Во! Вполне интеллигентные люди, – воскликнула Даша. – А то, что между собой дерутся, то, наверное, у них Совет кланов мышей не ловит? – высказала своё мнение Ксения. – На это сказать ничего не могу. Будем разбираться на месте. Я действительно этого не знал, но подозревал, что, как и везде и во все времена, на Надее (так звалась выбранная Джейн планета) просто назрел очередной передел власти, и ко всему прочему молодое поколение решило предать забвению заветы предков. Что же — напомним. – А как мы впишемся в это общество без всплесков? Оно довольно закрытое, как я понимаю, и новые люди там всегда на виду, – задала вопрос Ксения. – А точно. Как? «Здравствуйте — я ваша тётя, из Бразилии, где много-много диких обезьян» — тут явно не пройдёт, – тут же вставила свои «пять копеек» Даша, пародируя Джигарханяна. – Есть одна лазеечка. Мы будем старыми-новыми людьми, – усмехнувшись в ответ на Дашину подколку, ответил я. – Тем более что ты почти права. – Ага. Как старый Новый год. С ним-то понятно, а как мы окажемся старыми-новыми? – всё ещё не понимала Даша, хотя сама уже почти подошла к возможному решению. – Очень просто. Я тут подумал, подумал и залез в их информационные сети в раздел «поиска наследников». Адвокат одного из небольших кланов ищет наследников. Этот клан уже довольно давно выпал из активной жизни. Так, жили тихонько, никого не трогая, но недавно глава клана со своим семейством попали в аварию. Погибли все. В своё время их выбили из обоймы середнячков. Многие тогда иммигрировали, от греха подальше, в том числе и пара родственников главы. Но добивать клан тогда не стали. Удовлетворились отходом от значимых дел. Вставший тогда на место главы клана решил довольствоваться малым и демонстративно не лез ни в какие дела, если они могли дать пересечение интересов с агрессивными кланами. Так вот, хочу этими самыми наследниками и представиться. – Вот же ж! Хитрюга! – то ли восхитилась, то ли огорчилась Даша. – А не раскусят? – спросила более осторожная Ксения. – Нет. Не раскусят. Те события произошли очень давно. Сменилось уже два поколения. Предвосхищая вопрос, скажу — поиски действительных наследников ни к чему не привели. И мои, в том числе. Родственники главы после вылета с планеты сменили личные данные и прервали все контакты. Их дети вообще не знали об этом родстве, а внуков не образовалось, – пояснил я. – И чем этот клан занимался? Ведь придётся подхватить, – озаботилась Даша. – Бизнес у этого клана был небольшой. Сеть отелей среднего класса. Один, который получше, в столице. Плюс пара земельных участков на окраине столицы. Не думаю, что будут сложности. – А если эта авария случилась не просто так? Внутренние разборки какие-нибудь, – Даша, как всегда, копала вглубь. – Была и у меня такая мысль, но пока подтверждений такой версии не просматривается. Но если вдруг окажется, что это так, то варианты противодействия, надеюсь, придумаем. Не такие мы уж безобидные. Усмехнулся. – Да и не нужен нам этот бизнес. В столице у клана, как я уже сказал, ещё есть пара заброшенных земельных участков на окраине. Вот их и заберём. Так что, думаю, сможем договориться в любом случае. Как показали дальнейшие события, Дашуля — как в воду глядела. У одного из наёмных директоров взыграли амбиции. И он с чего-то решил, что может потягаться с сильными мира того. Соответственно, политика главы клана его не устраивала. По мнению этого директора, глава клана до сих пор живёт прошлым и не желает понимать, что времена изменились. К проблеме подошёл скрупулёзно — и сам создал ситуацию, когда главу клана и всех его наследников можно было устранить одним разом. – Думаю, на базе одного из участков построить административное здание и создавать новый бизнес. Откроем фирму под названием «Посредник». – Это как?.. – удивлённо вскинула бровями Даша. – Просто. Будем страховать сделки. А также гарантировать честное проведение сделки или, наоборот, её непроведение, если там намечается обман, – объяснил я свою идею. Надеялся, что, опираясь на возможности Киса и Джейн, всё можно будет проводить, если не бескровно, то с минимальными рисками для нас. Они вполне смогут обеспечить и максимально полную информацию, и поддержку — если что. Да и сами по себе мы с близняшками чего-то стоим. – Так сразу же и разоримся! – воскликнула Даша. – Страхование в таком деле даже для государства задача непосильная. – Не скажи. Есть у меня мысли, как быть в струе — и как бы сбоку. Подойдём к этому как профессиональные любители, – сказал и с удовольствием посмотрел на милые мордашки близняшек. Те, в свою очередь, сейчас смотрели на меня вопросительно, явно ожидая разъяснения о «профессиональных любителях». – Ну, любитель угрожает пистолетом и кричит: «А ну, гони бабло, быстро». А профессионал говорит спокойно: «Так, а теперь подпишите здесь, здесь и ещё здесь». Мы тоже будем говорить спокойно, но и пистолет будем держать на виду, – пояснил я. – А как будем контролировать финансовые потоки? – включив вид знатока, спросила Даша. – Это делается довольно просто — заказчик или покупатель переводит деньги не напрямую продавцу, а нам. Мы же переводим ему деньги, если всё нормально, или возвращаем покупателю — если не нормально. – Так подставимся же. И засветимся, к тому же. Сами же говорили, что нужно как Штирлицы, – Даша, как всегда, старалась заранее всё расставить по полочкам. – Ну так и Штирлиц видной такой фигурой был. Вроде и у всех на виду, а на деле — совсем не то, что виделось, – направил я мысли близняшек в нужное русло. – Надо как в анекдоте: «Идёт заседание, собралась вся верхушка Рейха. Вдруг в кабинет заходит Штирлиц, идёт к сейфу, достаёт оттуда секретные документы, переснимает, потом ставит на стол вазу с апельсинами и уходит. Все в шоке. – Кто это был, что он тут делал? – Да это штандартенфюрер Отто фон Штирлиц, русский разведчик. – А чего ж вы его не схватите? – Всё равно выкрутится — скажет, что апельсины приносил». Близняшки похихикали. Капитан и Шебол, естественно, ничего не поняли. – К тому же есть у меня кое-что в заначке, – многозначительно сказал я. – Даже и не сомневаюсь! – воскликнула Даша. Эта хитрюга постоянно меня провоцировала на полную откровенность. – Было бы очень интересно, если бы у вас их не оказалось. Потом началась подготовка. Мы скрупулёзно исследовали открывшуюся реальность и, в общем и конкретно, всё, что касалось выбранной планеты. В это время Кис с Джейн готовили техническое оснащение нашей миссии. Наши возможности — это, конечно, хорошо. Возможности Киса и Джейн — ещё лучше. Но кое-какое нестандартное оружие будет не лишним. Особенно на первом этапе, когда придётся вмешаться в вооружённый конфликт на проигрывающей стороне. Не в плане личного вмешательства. Просто на первом этапе нужно нивелировать техническое и количественное превосходство побеждающей стороны. Поэтому они разбросали заказы на части и блоки кое-какого нестандартного оружия по всей Империи и, постепенно, стягивали всё на станцию, а я потихоньку собирал. О финансах тоже не забыли. Ни первый раз. Капитан в это время развернул свою компанию, вбросив информацию о том, чем на самом деле является закрытая система. Начавшаяся вакханалия надёжно прикрывала наши действия по подготовке инфильтрации. Пока он на обозрение выложил информацию лишь только о шести «соседних» реальностях и предложил создать координационный совет по их освоению, соответственно, с собой во главе. Сначала были наезды, но после того, как Даша выложила пресс-релиз в собственном исполнении и от имени Троицы — что и почем, и кому, и как, если что, — всё успокоилось. Как говорится, переговоры перешли в конструктивное русло. С нами никто особо связываться не захотел. Потому как имелись печальные претенденты. Не для нас, печальные. В Зоопарке на данный момент существовали две самые страшные угрозы: санкции со стороны Империи и Дашина помощь в урегулировании конфликтов.

(Названия тотемов кланов приводятся по аналогии с названиями зверей нашего мира.)

…………… Клан Дракона умирал. Конечно, всё, что происходило с кланом в последние несколько лет, происходило не просто так, по воле случая или судьбы. Во всём прослеживалась чужая воля. Совет кланов молчал, явно поощряя события, ведущие к уничтожению одного из могущественных и древнейших кланов дюжины. Из старших кланов ни один не оказал поддержки. Даже ряд предложенных уступок никого не привлёк. Все считали, что и так возьмут всё, что им нужно, после разгрома. Друзей среди них тоже не нашлось, хотя до определённого момента двое из дюжины — ими, вроде как, считались. Три младших клана переметнулись к противникам в самом начале. Два отошли в сторонку в процессе, явно поняв, к чему дело идёт. Остальные три ушли уже по его приказу. Он снял с них узы клятвы. Напрасных смертей он не желал. Слуг и воинов собственного клана он тоже освободил, но ушли не все. Осталось несколько десятков человек, решивших, что честь клана им дороже их жизней. И вот — они в осаде, в последней цитадели. Самом старом родовом замке. Много столетий он считался неприступным. Мрачный замок в предгорье. На скале, с одной подъездной дорогой. «Гнездо Драконов» — так его называли.

[Вставить картинку.]

Правда, осталось только три каменных дракона, олицетворявших тотем клана, а южный, ранее нависавший над въездом, был разбит довольно давно. Периодические попытки его восстановить ни к чему не привели. «А теперь уж точно его не восстановят. Может, разрушат и оставшиеся три. А, может, и весь замок», – сокрушённо подумал глава клана. Сейчас, конечно, в век электроники, реактивной авиации, ракет, дронов и космических технологий он не является неприступной крепостью. Защитники всё это понимали, но решили, как можно дороже продать свои жизни, прихватив в Мир Вечных Дорог как можно больше своих врагов. Сидя в кресле, он с грустью думал о судьбе оставшихся, прекрасно понимая, что все они погибнут почти зря, так как кто погибнет с той стороны, в общем-то, врагами-то и не являются. Обычные наёмники. Только малая часть — это воины враждебных кланов, и то не самые им нужные. Жалко. Хотелось навредить врагам по максимуму. Видимо, он был слишком молод и не сумел в полной мере подхватить руководство кланом, не понял, что честь и достоинство — это не то оружие, которым сейчас можно бороться с интригами, подлостью и предательством. К сожалению, отец и два старших брата сгорели в этой изощрённой войне, не поняв вовремя, с чем столкнулись. Быстро. Один за одним они ушли в Мир Вечных Дорог. Отец никогда и не планировал его на руководство кланом. Он тоже никогда на это место не рвался. Его вотчиной была техника и обучение. Поэтому быстро разобраться и понять ситуацию он тоже, к сожалению, не смог. Соответственно — закономерный итог. Камин перед креслом потрескивал, разбрасывая пригоршни искр. Наступающая ночь медленно гасила свет дня, призывая тени, которые беспорядочно мельтешили в свете камина и импровизированных искусственных факелов — антураж, предназначенный для сохранения духа этой комнаты, в которой провели многие дни его предки. В этой комнате рождался клан, жил в реале принимаемых в ней решений, здесь он и умрёт. Этой ночью всё должно решиться. Его предупредили о готовящемся штурме. Как бы ни было, но на той стороне остались люди, которые ему симпатизировали. Даже предлагали ему и оставшимся защитникам возможность скрыться с планеты. Но он отказал. Он прекрасно знал судьбы таких беглецов. Даже если те и находили себе покровителей в Империи, их жалкое существование его не прельщало. Пламя огня вдруг колыхнулось, а сзади кресла послышался шорох. Сидящий в кресле вздрогнул. Мелькнула мысль о клане Теней: «Неужели они всё же взяли заказ? Хотя их глава обещал этого не делать. Хотя, конечно, могли и надавить». Хозяин замка медленно повернул голову и вздрогнул. То, что он увидел, никак не могло быть реальностью. Слева от него стоял дракон. Ни то огромное создание, которое он видел на нескольких древних картинах, висевших в коридорах замка. Нет. Создание было ростом с человека. И пропорции были человеческими, но голова с небольшим гребнем и сложенные за спиной крылья явно были из драконьего облика. Он ещё удивлённо рассматривал появившееся существо, никак не принимая реальность увиденного, когда оно заговорило: – Что?.. Не ожидал? Мне пришлось немного подкорректировать облик второй ипостаси, чтобы придать побольше схожести с образом дракона. Получилось впечатляюще, как сказали близняшки. – Это — малая форма. В нормальной — я бы сюда не поместился. А здесь я, потому что решил — рано ещё Клану Дракона отправляться в Мир Вечных Дорог в поисках Бездны забвения, – не давая опомниться, продолжил я. – Понимаю, что уже многие их поколения считают, что возникновение кланов не имеет никаких мистических корней, а их тотемы — просто красивая легенда. Максимум — каменные истуканы. Однако не всё так однозначно в этом мире. Помолчав немного и не услышав вопросов, я продолжил: – Почти все кланы уже потеряли поддержку своих тотемов — по разным причинам, но парочка ещё осталась. Один из них — твой, Клан Дракона. Мне понравилась ваша стойкость и преданность, поэтому и решил помочь. Наконец Глава Клана Дракона немного отошёл от удивления и то ли спросил, то ли посетовал: – И чем же столь древнее существо может помочь? Вряд ли ты сможешь что-то противопоставить современным технологиям. Только может попугать. И то, если вначале испугаются, то почти сразу используют всю мощь современного оружия для твоего уничтожения. – Понимаю твои сомнения, но не так всё просто. В районе крепости уже не работает никакая электроника. Соответственно — танки, самолёты и прочее вооружение с электронными системами наведения и связи превратились в груды бесполезного металла. Спутниковая группировка потеряла ориентацию — соответственно, высокоточное оружие и дроны выпали из арсенала противника. Новые, попадая в замковую зону, просто-напросто будут терять управление и самоликвидироваться. Слишком уж вы полагаетесь на электронику. Половина наёмников уже отошла, вторая половина дезорганизована и не способна ни на какие наступательные действия. Много не навоюешь, когда часть личного состава, можно сказать, почти сошла с ума, а командный состав запуган до мокрых штанов. Тем более что все импланты тоже вышли из строя. Сам понимаешь, что из этого следует. А начиная с завтрашнего дня к тебе на поклон будут приходить Главы старших Кланов. По очереди. По одному в день. Я посетил этих ребят со своими помощницами прямо в их суперзащищённых родовых гнёздах и объяснил им, чем для них чревато продолжение экспансии. Очень впечатлились, – улыбнувшись, ответил я. – Так что пользуйся моментом. Выпотроши по полной. Напомни, чем должен заниматься Совет Кланов, а чем заниматься не стоит. И соответствуй статусу. Тотем твоего клана — не никчёмная зверушка из легенд, а вполне себе реальный мощный зверь. Очень много могущий даже в ваше время неверия. Напомни им, что твой клан всегда был независим, и не считаться с его мнением очень опасно для здоровья всех и каждого. И кланов целиком, в том числе. Его ведь изначально выбрали Блюстителем. Забыли. Напомни об этом всем, а я помогу с тем, чтобы твои слова не были пустым звуком, – выдал я последнюю часть информации и вышел из зоны внимания. – Как это возможно!? – воскликнул Глава Клана Дракона и поперхнулся. Дальнейшие слова застряли в горле, так как в комнате уже никого не было. Только затихающий звук слов: – Ещё как возможно... Какое-то время Глава Клана Дракона просидел в оцепенении. Затем, по мере того как до него стало доходить всё, что сказал Дракон, его кулаки сжались — и тишину комнаты, где родился клан, нарушил звук слов: – Спасибо! Я не подведу!

Интерлюдия 1. За несколько дней до этого Киро Сентеки, главный исполнительный директор клана Ящерицы, чувствовал себя очень плохо. Не в плане здоровья. С ним, как раз, всё было отлично. Сейчас, сидя перед наследником клана, он прекрасно понимал, что очень поторопился, когда попытался его ликвидировать. Казалось, что тут такого — приехавший совершенно случайно оказался на месте разборки между бандами. Как и ещё парочка случайных прохожих. Но вот незадача — пятеро из одной банды и четверо из другой в результате оказались в полицейском участке. Избитые и деморализованные — и те, и другие — пытались доказать инспектору, что они «белые и пушистые» — просто мимо шли, а этот сумасшедший на них напал ни с того ни с сего и чуть всех не поубивал. Да и девки, что были с ним, тоже бешеные какие-то. А оружие — он им и подкинул. Инспектор кивал, записывал и радовался — наконец-то можно закрыть этих беспредельщиков. Они давно портили участку всю статистику. Интересно, что раньше они обставляли свои делишки более аккуратно — так что особо и ни к чему было придраться. Зато теперь — вляпались по полной. И камера оказалась неиспорченной, и живые свидетели нашлись, и куча запрещённого оружия в наличии. С нестёртыми отпечатками. Так что теперь светит им не просто тюрьма, а очень даже каторга. И надолго. Тем более что наехали они на кланового. Почти что главу клана. Инспектору, конечно, хотелось поглубже покопаться в этой истории и понять, как один человек и две девчушки сумели избить и разоружить девять лбов, заточенных на силовые разборки. Но просьба кланового не раздувать историю, подкреплённая давлением довольно тугой пачки империалов в его кармане, перевесила любопытство. Инспектор почти никогда не брал взятки. За что его некоторые коллеги и недолюбливали. Но в этом случае всё по букве закона, а то, что нужно по максимуму усилить законное наказание, ни моральных, ни иных терзаний у него не вызывало. Кису даже не пришлось вмешиваться. Для уточнения инспектор вызвал стряпчего клана, в который приехал якобы наследник этого самого клана, и государственного делопроизводителя с документами, это подтверждающими. После всех уточнений наследник попросил инспектора выделить ему комнату для переговоров, выключив при этом наблюдение. Хотя такое и не практиковалось, но и не было запрещено. Причём наследник был весьма убедительным. Его «доводы» сейчас прилично оттопыривали карман инспектора. – Зря вы вот так вот с лету решили закрыть вопрос. Поговорить было бы продуктивнее. Точно бы договорились и, замечу, с обоюдной выгодой. Мне по большому счёту этот ваш отельный бизнес — как рукав, приделанный к штанам. Забрал бы пустырь на окраине, склады в предпромышленной зоне — и разошлись бы... друг другом удовлетворённые. А вы вот — получи и распишись. А теперь — и не знаю, что с вами делать. Я ведь собирался разделить клан, – начал я разговор с неудачливым организатором покушения. – То ли сдать вас со всем содержимым вашего «тайного сундучка» (аналог наших «скелетов в шкафу»), то ли самому наказать. Идея сфальсифицировать вызов семейства Игано на аудиенцию к главе клана Парящего Орла, конечно, заслуживает похвалы (если похвала в таком деле приемлема). Но вот покупка готовой бомбы у Рикадо — плохая идея. Нужно было самодельную бомбу сделать. Всё равно ведь ты сам устанавливал и взрывал. А так — полиция уже уцепилась за эту ниточку. А мысль — помножить на ноль меня — ну, ни в какие ворота. Хотя ты исполнителей нанимал посредством Пикло, но одного звена в таких делах явно недостаточно. Ах, да! Догадываюсь! Ты спешил... Зря. Киро Сентеки сидел ни жив ни мёртв. Только что ему показали, что все его потуги пробиться к власти силой — не стоят и пыли в карманах нищего. Как будто всё это время кто-то постоянно стоял за его спиной. В душе кипело злое отчаяние и вопрос — как такое возможно? Он же ни с кем не обсуждал — ни когда планировал, ни когда делал — чётко понимая, что это дело нужно проводить исключительно самостоятельно. Сентеки смотрел в глаза сидящего перед ним человека и видел только его скуку. Человека, решавшего — прибить таракана, бегущего по стене, или ну его. Лень вставать и напрягаться. – Ладно. Будешь должен. И смотри мне — ещё один такой финт — и рыбы найдут свой корм. И не бойся — наблюдение выключено. Инспектор был очень любезен, – улыбнувшись акульей улыбкой, я встал и вышел из переговорной. Было ещё много дел. Такое решение я принял после того, как Кис подсказал, что страх у этого неудачливого покушателя значительно превышает его желание действовать в прежнем ключе. Просидев ещё некоторое время, Сентеки тоже двинулся к себе в офис. Он злился. Хотя в голове и проскакивали мысли всё же до конца разобраться с этим непонятным наследником, но опасение, что тогда уж точно станет рыбьим кормом, превышало гнев. Человек, который за несколько часов всё выяснил и во всём правильно разобрался, вызывал одновременно и страх, и уважение.

Интерлюдия 2. Сельчи Ванн, Глава клана Волка и Глава Совета Кланов, сидел и силился понять, что только что произошло и как, вообще, такое могло произойти? С утра всё проходило по давно определённому ритуалу. Подъём. Упражнения в силовом зале. Душ. Завтрак со всей семьёй, обязательно в строго протокольном стиле. После этого он, как всегда, поднялся в свой кабинет. Двое истуканов-охранников у двери. Ещё двое — по концам коридора в прямой видимости друг друга. Старший сын периодически поднимал вопрос об избыточной численности охраны, ссылаясь на наличие системы видеонаблюдения, у которой был стопроцентный охват всех потенциально опасных зон в коридорах, холлах и нежилых помещений особняка. В личных комнатах и его кабинете тоже работала система видеонаблюдения, только без вывода на мониторы службы охраны. Эту информацию мониторил, записывал, хранил и анализировал исключительно искусственный интеллект. Он же и давал команды службе охраны в случае возникновения опасных ситуаций. Он также был подключён и к первой системе, следил конкретно за охранниками. И если выявлял странности в поведении или халатное отношение к службе, тут же докладывал начальнику СБ... для принятия мер. Он знал, что все за его спиной посмеиваются над его дотошностью в этом деле, а некоторые даже считают это паранойей. И вот! Даже такая изощрённая система дала сбой...

(Не хвалят. Не ругают. Лайков не ставят. Специально придержал - никто не посетовал. Неужели совсем не интересно?)

Глава 12

Сельчи Ван был стар — почтенно стар годами, но духом и телом мог дать фору многим юнцам. Он боготворил порядок, и его кабинет всегда был безупречен. Дважды в день, даже в праздники, здесь воцарялась стерильная чистота. Слуги его, можно сказать, чуть ли не вылизывали, добиваясь лоска хирургической операционной. Рабочий стол в часы, свободные от работы, сиял невинностью девственного листа.

И этот день начался с привычного ритуала. Глава сел за стол и, поочерёдно открывая ящики, начал готовиться к работе. На заре каждого дня он бережно раскладывал свои рабочие инструменты: старинный письменный прибор, личный дневник и стопку безупречно чистых, разлинованных листов.

Первым на столе появился письменный прибор — антикварная драгоценность ручной работы. Новомодные самописцы вызывали у него лишь презрительную усмешку. Вслед за ним на стол ложился рабочий дневник. И, наконец, стопка бумаги. Блёклые, едва различимые линии линовок позволяли выводить строки идеально ровно и аккуратно. Почерк Сельчи Вана был отражением его характера: чёткий, разборчивый, каждая буква — образец каллиграфии, изученной ещё в детстве. Гаджетам он отказывал в признании — из принципа. Секретари, если требовалось, сканировали его записи и отправляли адресату в электронном виде или вносили в базу данных. Но чаще всего послания доставлялись курьерами или обычной почтой.

Единственным исключением из правил был акустический куб, подключённый к искусственному интеллекту. Копаться в базах данных, а тем более в Сети, Глава считал ниже своего достоинства. Но порой требовалось оперативно найти нужную информацию, а перепоручать это секретарям было либо невозможно, либо слишком долго. Поэтому и появилось это исключение.

Глава привычно отдал своему искину команду на подключение и уже собирался запросить обзор новостей за минувшую ночь, когда услышал голос, явно не принадлежавший акустическому кубу:

— Прошу прощения, достопочтимый Глава. Но перед началом вашего рабочего дня я хотел бы с вами переговорить. Боюсь, после этого разговора вам придётся принять совсем иные решения, нежели те, что вы запланировали.

Из тени за спиной возникло существо, в облике которого переплелись черты человека и дракона.

От неожиданности Сельчи Ван вздрогнул, и даже его знаменитое хладнокровие дало трещину. Увидев говорившего, он ощутил не свойственный ему страх. Ведь он как раз собирался отдать приказ об окончательном, юридическом уничтожении Клана Дракона. Физически с ними должны были покончить этой ночью. В успехе операции он не сомневался ни секунды.

— Я вижу, вы уже догадались, о чём пойдёт речь. Клан Дракона жив. Он не был уничтожен этой ночью. И не будет уничтожен НИКОГДА! Он был, есть и будет. Его гибель - это гибель вашего мира. Вы нарушаете равновесие. Уничтожение этого клана погрузит ваш мир в необратимый процесс саморазрушения. Вы все забыли о «Договоре Рождения Мира» и наивно приняли тотемы ваших кланов за красивые сказки. Так вот — это не так! Ваши технологические игрушки заслонили от вас истинное понимание мироздания.

Вы насочиняли логически стройных теорий о его возникновении и развитии. Но с реальностью ваши измышления не имеют ничего общего. Да, красиво, логично, понятно. Но не более. С истиной эти бредни соотносятся едва-едва.

Так вот, Глава, я не намерен учить вас жизни. Вы не мальчик. Под вашим руководством кланы начали демонтировать созданную нами систему сдержек и противовесов. Этого не будет. Либо вы возвращаетесь к истокам, либо существующее руководство будет уничтожено, как и все, кто в будущем посмеет нарушить «Договор Рождения Мира».

Вашу армию, со всеми её, якобы, смертоносными игрушками, я разогнал. В назидание — преподал урок её «руководителю». Между прочим — ничтожная личность. Вам должно быть стыдно. Впредь не позволяйте собой манипулировать. Вы все же не пешка, а Глава Совета Кланов.

Все, девочки. Уходим. Пойдём просвещать остальных.

Сельчи Ван вздрогнул во второй раз. Из-за его спины существа бесшумно выскользнули две женщины-кошки и, презрительно фыркнув ему в лицо, исчезли. Следом за ними испарился и человек-дракон.

Глава некоторое время сидел неподвижно. Затем всё же обратился к искину:

— Ревий, ты зафиксировал происходящее?

Глава хоть и не привык к тому, что у железки есть имя, но не возражал. Не хотел, чтобы окружающие сочли это ещё одной его странностью. Да и, в конце концов, привык.

— Да. Разговор зафиксирован, — ответил искин.

— Как они проникли в кабинет? Почему не предупредил? — рассердился Глава.

— Нет данных о проникновении. Событие не имеет логической или физической модели в моей базе. Это... вне анализа. Произошло физически невозможное событие, противоречащее логике и всем известным теориям мироустройства, — констатировал искин.

Ответ потряс Сельчи Вана. Чего-чего, а такого он не ожидал. Рушились все привычные устои.

Глава не знал, что над этим воплощением параллельно работали мой Кис и Джейн, используя уже много раз отработанный сценарий. Джейн, чья скорость работы на три порядка превосходила возможности здешней IT-электроники, спокойно подчищала всё в реальном времени, а Кис напрямую воздействовал на биологический мозг. Таким образом, системы безопасности фиксировали только то, что требовалось по сценарию, а люди, даже не осознав увиденное, мгновенно забывали то, что не должны были помнить.

Глава потратил немало времени, чтобы убедиться, что никто, кроме него самого, никого и ничего не видел ни в резиденции, ни в её окрестностях. Затем он принялся осмысливать услышанное.

Лишь после этого Сельчи Ван приказал своему искину разослать запись разговора всем Главам — членам Совета.

Оказалось, за это время таинственные существа успели «поговорить» ещё с двумя главами. Разговор проходил по тому же сценарию, с небольшими вариациями. А вот четвёртая беседа, с Главой клана Змеи, кардинально отличалась от предыдущих.

Видимо, получив информацию от Главы Совета и поняв, что к нему тоже пожалуют, Глава клана Змеи, к несчастью, решил оказать отпор.

Начиная эту «авантюру» (так Даша отозвалась о моём плане), я предупредил девочек и Киса с Джейн, что после третьей встречи возможны неожиданности.

Я немного ошибся. Силовой отпор нам попытались дать на четвёртой.

Как только стало ясно, что миром нам не разойтись, Джейн начала транслировать происходящее всем Главам — членам Совета — в прямом эфире.

В комнату, где отдыхал Глава клана Змеи, мы проявились для присутствующих там, уже подготовившись к вооружённому сопротивлению.

Ещё до рейда Кис дополнил официальную информацию о главах кланов своей, добытой прямо из их голов. У парочки нашлись весьма неприглядные «скелеты в шкафу».

Действующий Глава клана Змеи занял своё место, поторопив своего отца отправиться (как здесь говорят) в «Мир вечных дорог». В сговоре с главой СБ клана он просто без затей отравил его. Каждый получил своё. Сыночек стал Главой клана, а начальник СБ получил деньги, которых хватило, чтобы оплатить учёбу его детям (дочери и сыну) в одном из самых престижных университетов Империи. Дети как раз заканчивали обучение. К слову, они были умницами и, несмотря на принадлежность к «золотой молодёжи», не имели тех пороков, что обычно ей сопутствуют. И об афере папочки не подозревали. Я даже попросил Джейн оградить их от будущей «праведной» мести со стороны оставшихся родственников Главы клана Змеи.

Второй случай — вообще песня! У сына Главы клана Спрута, как оказалось, был двойник. Когда этот человек узнал об этом своём поразительном сходстве, в его голове тут же созрел «гениальный» план. Он, конечно, не читал роман «Принц и нищий», но проделал нечто подобное. Только без предварительной договорённости. И всё удалось. Не зря он был одним из лучших айтишников этого мира и обладал весьма изощрённым умом. Два года подготовки — и «бинго»! — он сын Главы клана Спрута.

Затем несколько лет терпеливого ожидания и кропотливой работы — и вот он Глава Клана. Правда, стоит отметить, что никаких «подталкиваний» не было. Смерть отца была естественной. И настоящего наследника он не убил, хотя долго колебался. Потом нашёл вариант медикаментозного стирания памяти. Чем и воспользовался. В момент обмена подстроил автомобильную аварию. Ожог лица — и вот «золотой» мальчик уже в его роли, а он — в его. А у того, ко всему прочему, ещё и потеря памяти.

Причём «золотой» мальчик был ещё тем подонком. К тому времени у него уже было собственное кладбище. Он насиловал и убивал с изощрённой жестокостью. Отец отмазывал его и очнь обрадовался, когда «сын» взялся за ум.

Его решили не трогать. Предупредили, прислав сообщение о том, что его «тайные сундучки» открывать не будем.

Тот долго ломал голову, что это значит. Но, получив сначала видео от Главы Совета, а затем просмотрев трансляцию встречи таинственных существ с Главой клана Змеи, всё понял. Его разоблачать не станут.

А на встрече с Главой клана Змеи произошло следующее.

Сам я люблю смотреть боевики, но не те, конечно, где ураганная стрельба, горы трупов врагов и главный герой — живее всех живых. Но участвовать в них никогда не стремился. Предпочитаю всё просчитывать. Тем более когда под боком есть Кис и Джейн. В этом мне очень импонирует главный герой фильмов «Великий уравнитель». Он, конечно, тоже неправдоподобно крут, но, по крайней мере, старается всё продумать и просчитать.

Предварительное зондирование сознания показало, что нас ждут и встреча намечается жаркая.

Два бугая по бокам Главы стояли уже со взведёнными пистолетами, готовые открыть огонь. Вся троица стояла у стены, чтобы мы не смогли зайти со спины. Сначала амбалы должны были стрелять в меня, как в наиболее опасного противника, а затем переключиться на близняшек.

После прикидок и прогона Кисом и Джейн нескольких возможных вариантов событий мы выработали план действий. Сразу после нашего проявления близняшки должны были обрубить руки амбалам. Для этого они получили мечи с атомарной заточкой и сделали замах...

Я же нарастил дополнительную броню на корпусе, готовясь принять четыре пули — по паре от каждого из амбалов. Больше они не успеют. Плюс огненное дыхание. Дракон... как-никак.

Так всё и произошло. Наше появление. Грохот выстрелов. Мечи опускаются. Две кисти с пистолетами падают на пол. В момент отсечения с мечей в культю и упавшие кисти проникали наниты.

Близняшки шагнули вперёд, словно тени, ведомые единой волей. Каждая ухватила руку своего амбала, вздернув её к самой моей пасти, туда, где уже плясало «адское» пламя. Я выдохнул струю пламени — не для прижигания, а для спектакля. Пусть запомнят жар и свет. Всё должно было выглядеть не просто как прижигание ран, но, в большей степени, такой спектакль нужен был для создания как можно «более глубокого впечатления».

Пламя было соткано из тех же вездесущих нанитов. Дополнительно Кис следил, чтобы амбалы не провалились в беспамятство, притупляя боль, но лишая их малейшей возможности сопротивления.

Застывшая картина маслом: амбалы, обращённые в каменные изваяния; Глава Клана с безумным ужасом в глазах... и ещё один — притаившийся в тени оператор, чья камера должна была запечатлеть нашу погибель. Запечатлел. Кис и его обратил в подобие восковой фигуры, на всякий случай.

Восстановился я быстро. В грудь долбануло неслабо. Как будто кувалдой приложили — кинетическая энергия ведь никуда не делась.

С трудом вздохнул пару раз. Качнулся с пяток на носки и обратно, проверяя опору, и поднял взгляд на Главу.

— Ну-ну, как всегда, решаешь все проблемы одним-единственным способом, — произнёс я, иронично скривив губы. — Между прочим, ты уже не Глава. Информация о твоём грязном сговоре с главой СБ и убийстве твоего отца уже у родственников. Полная, исчерпывающая — со всеми пикантными подробностями. Так что говорить мне с тобой больше не о чем. А твоему преемнику, надеюсь, всё доведут, — выдал я ему краткий, но убийственный вердикт. — Сможете двигаться, когда за вами придут. Готовься мысленно. Сочиняй оправдания, молись своим богам... Прощай. Вряд ли наши пути ещё пересекутся. А вам... — обратился я к застывшим амбалам, — как только вернётся подвижность, аккуратно, не спеша, приложите обрубки к культям. Если повезёт — прирастут. И, впредь, думайте, какие приказы стоит выполнять, а какие — нет.

Этот изощрённый вариант предложила Ксения, выспросив у меня про все возможности нанитов. Как она выразилась: «для пущего эффекта».

После этого мы исчезли со всех «радаров», растворившись как тени в ночи.

Последующие встречи проходили — как под копирку. Никто больше не пытался рыпаться.

Единственным исключением стал разговор с Главой Клана Спрута. Да и то разница была всего в одном слове. Перед нашим уходом он прошептал: «Спасибо». Я в ответ — лишь криво усмехнулся и понимающе кивнул. Моя улыбка в этой ипостаси была ещё тем оружием. Глава клана даже слегка побледнел.

Когда пришла последняя запись, Глава Совета Кланов приказал впустить наблюдателя от Клана Вепря, присутствовавшего на злосчастном заседании Штаба войск, собранного для физического уничтожения Клана Дракона.

— Рассказывай! — приказал Глава, когда тот вошёл в кабинет.

Едико поморщился, но стерпел. Все же перед ним был Глава Совета Кланов. Тем более что Глава его собственного клана потребовал, чтобы он рассказал всё до мельчайших деталей.

— Всё произошло на вечернем заседании Штаба, где собирались окончательно отшлифовать план завтрашнего нападения. Этот выскочка, как всегда, был излишне многословен, упиваясь славословиями в свой адрес: «великий стратег», «гениальный тактик»... Хотя вся его стратегия и тактика сводилась к тому, чтобы бросить в бой всё, что есть под рукой, и задавить ту горстку людей, защищавших замок (предварительно изрядно проредив их артиллерией и ракетами), тупо — массой нападавших.

Рассказчик злобно усмехнулся. Он явно испытывал презрение к тому, о ком говорил. Впрочем, к этому персонажу с таким же, а может и большим, презрением относились почти все военные и других кланов, от командиров до рядовых бойцов. И было за что. Но его протолкнули на руководство операцией весьма влиятельные силы. Все поморщились, но перечить не стали. Операция, ведь, казалась проще некуда. Добить остатки Клана Дракона, засевших в родовом замке. Их там осталось не больше сотни, а войск нагнали, как на серьёзную военную операцию. Так что много ума и не требовалось.

Но случилось то, чего никто не ожидал. Такого развития событий не мог вообразить даже самый отъявленный пьяница в своём горячем алкогольном бреду.

Переведя дух, Едико продолжил:

— Под самый конец заседания — всё и началось. Все вдруг застыли, словно каменные истуканы. Видели, слышали, но пошевелиться никто не мог. Как потом выяснилось, этот паралич накрыл Штаб и всех в радиусе тысячи шагов.

Потом в комнату, где шло заседание, вошёл человекоподобный дракон. Медленно поворачивая голову, осмотрел всех и заговорил. Перескажу максимально близко к тому, что он сказал. Дословно не помню.

— Так... Так — вся банда в сборе. И это даже к лучшему. Не придётся никого поодиночке отлавливать. Вы, ваши руководители, да и вообще почти все люди на этой планете забыли заветы предков. Возомнили о себе слишком много. Напридумывали всякой техники, электроники. Полезли туда, куда не стоило, и забыли то, что забывать нельзя. Но настоящие законы - не в ваших схемах. Они в крови, в тотемах, в Договоре, который вы растоптали .

Но, думаю, что сегодняшние события остудит особо горячие головы. Придётся затратить усилия в совершенно непривычной (и несправедливо забытой вами) области знаний и вспомнить или открыть заново истинные законы мироздания.

Как потом выразилась Даша: «гнал пургу». И, судя по последующим событиям, нагнал. Попрактиковавшись в красноречии ещё некоторое время, закончил:

— Так вот... Придётся напомнить вам, кто вы на самом деле. И сделаем мы это на примере вашего командующего. Ему было поручено, а он не исполнил. Причины не важны. Даже учитывая, что этому помешали мы. Важен позор для него, его клана и его семьи. В древности, для того чтобы смыть такое позорное пятно, виновнику полагалось совершить сэппуку. На первый раз мы поможем ему сделать это аккуратно. Показательно.

После этих слов Дракон жестом приказал освободить место перед столом. Все, кто там стоял, словно механические куклы, отошли и выстроились у стены напротив. Остальные тоже переместились, чтобы видеть происходящее.

Затем Дракон жестом пригласил командующего подойти к столу. Видно было, как тот пытается сопротивляться, но безуспешно.

Рваным шагом, подёргивая руками, командующий подошёл и встал у стола. После этого Дракон приказал ему снять китель и нательную рубашку. Затем он, прямо из воздуха, извлёк прямой тонкий кинжал и вручил его командующему.

Следом, всё так же непонятно откуда, появилась то ли простынь, то ли скатерть. Дракон разложил её перед командующим и заставил его встать на колени. Следующие его слова повергли всех в шок.

— Теперь этим ножом ты должен вспороть себе живот. Очень быстро сделать два разреза. Один поперёк — от бока до бока, второй — от пупка до груди. Не бойся. Нож очень острый. Сегодня ты не будешь делать полное сэппуку. Разрезы сделаешь только на толщину мышц. Я подстрахую. Обычно же делаются более глубокие разрезы, и, чтобы делающий не опозорился, ему отсекают голову. Но не до конца. Сегодня же будет просто урок. Ваш командующий и вы все просто оцените... цвет его кишок. Будет очень больно, но не смертельно. Думаю, времени для цветовой оценки вам хватит. Там, за дверью, медики наготове.

Дракон повернулся к командующему и приказал:

— Начинай!

Лицо командующего побагровело от напряжения. Но сопротивляться было бесполезно. Руки быстро сделали два взмаха — и на простынь, с глухим шлёпком, вывалились внутренности. В воздухе повис сладковато-медный запах крови и кислый запах желудочного сока.

Командующий истошно закричал, уставившись на то, что лежало у его ног.

Запах у многих вызвал рвотные позывы. Потом добавились и другие запахи. Позже выяснилось, что у двоих расслабились мышцы сфинктера, а ещё трое тоже запачкали свои брюки, но не столь радикально.

Дракон осмотрел нас и, произнеся: «Надеюсь, вам этого хватит, чтобы сделать нужные выводы», — исчез. Перед этим он бросил на простынь несколько медицинских перчаток.

Для понимания. Кис всё просчитал. Движениями по рассечению брюшных мышц он руководил гораздо жёстче, чем другими. Здесь нужна была точность до долей миллиметра. Медики имели внушённую программу действий. К Штабу Кис подвёл их заранее. Сначала они совершенно не понимали, зачем они здесь. Но в нужный момент всё чётко поняли, зачем и как нужно действовать. Простынка и перчатки были стерильными. Боль частично купирована. Нельзя было, чтобы командующий потерял сознание от болевого шока. А вот другой шок — был нужен в полной мере. Нужна была акция устрашения. По анализу Киса, простая смерть командующего не произвела бы на этих людей должного впечатления. Может, даже наоборот. Многие приветствовали бы.

Потом ввалились ещё двое с носилками и уволокли командующего в госпиталь.

Как только они вышли, ко всем в комнате вернулась свобода движений. Несколько мгновений все пробыли в оцепенении, потом, поняв, что свободны, толкаясь и крича, ринулись на выход.

Рассказчик замолчал.

— Свободен... — махнул рукой Глава рассказчику и уже секретарю: — Позови того, кто руководил нашей группой в этом бардаке.

В кабинет вошёл один из командиров гвардии клана.

— Коротко. Что случилось до того момента, когда из штабной палатки ваших «командиров» начали выскакивать обосравшиеся и обсосавшиеся? — злобно ухмыльнувшись, задал вопрос Глава.

— Первое. За некоторое время до описанного вами события по сектору ударили мощными направленными электромагнитными импульсами. Вся включённая электроника вышла из строя. Импульсы были такой мощности, что сдохла даже некоторая невключённая. Очень уж сильными были наводки. Все дроны рухнули и даже пара вертолётов. Попытки поднять оставшиеся целыми приводили лишь к синхронно ответным ударам импульсами. Потеряв ещё несколько единиц техники — эксперименты прекратили.

Дальше докладывающий мог бы рассказать впечатления одного из участников событий.

КапралЭлис честно несла ночной дозор на периметре. В наушниках тихо потрескивал эфир, на планшете мигали дружеские метки дронов-разведчиков. Скучно. Операция казалась простой учебной стрельбой, и все в лагере, от рядовых до офицеров, были в этом уверены.

Первым пришел звук. Не звук даже, а ощущение — будто гигантский колокол ударил прямо по мозгу. Элис вжала голову в плечи от внезапной физической боли. И в этот миг мир погас.

Небо, подсвеченное лампами лагеря, не изменилось. Но всё, что было сделано руками людей, — умерло. Планшет в её руках стал просто холодной стекляшно-пластиковой плиткой. Наушники захрипели и замолчали навсегда. Со всех сторон послышались крики, проклятия, звон бьющегося стекла. В небе, словно падающие звёзды, вспыхивали и гаснули огоньки — это дроны теряли мощность и камнем шли к земле. Где-то вдали, с диким рёвом сорвавшихся турбин, плюхнулись в лес два вертолёта.

Паника, холодная и липкая, ещё только подбиралась к горлу, когда пришло оно.

Сначала — тень, перекрывшая звёзды. Потом — жар, будто открыли дверцу гигантской печи. И наконец — форма. Существо, для которого не было названия в учебниках по тактике. Огромное, кожаное, с перепончатыми крыльями, рассекавшими воздух с звуком рвущегося шёлка. Оно не рычало. Оно дышало угрозой, древней и абсолютной, на уровне инстинкта, зашитого в каждом живом существе задолго до появления первого ружья.

Взгляд капрала Элис встретился с горящим углём глаза, мелькнувшего в темноте. И в ней что-то сломалось.

Разум, дисциплина, присяга — всё рассыпалось в прах, сметённое одним этим взглядом. Она не кричала. Она завыла. Длинно, по-звериному. И бросилась бежать. Куда глаза глядят. Прочь от этого места, прочь от жара, прочь от всевидящего ока в небе. Рядом с ней, спотыкаясь и падая, бежали другие. Кто-то стрелял в воздух, кто-то молился, кто-то просто бежал, широко открыв рот в беззвучном крике. Лагерь, минуту назад бывший образцом военного порядка, превратился в муравейник, разворошенный сапогом.

Элис бежала, пока не споткнулась о корень и не рухнула в холодный ручей на окраине леса. Только там, дрожа всем телом от холода и страха, она осознала, что бросила своё оружие. Ей было всё равно. Оно видело её. И этого было достаточно.

А над штабной палаткой, куда она даже не посмела взглянуть, уже сгустилась та тишина, что страшнее любоговзрыва — тишина абсолютного паралича.

Но сказал кратко, как того требовал Глава клана.

Второе. Затем над расположением войск пролетело какое-то существо. По мере пролёта люди впадали в панику и, бросая оружие и амуницию, разбегались куда попало.

Третье. В какой-то момент всех, кто находился возле палатки Штаба, парализовало. Всех, кто по какой-то причине сунулся в эту область, тоже парализовывало.

Четвёртое событие Вы описали. Паралич прошёл, а из штабной палатки выбежали отчаянно орущие «командиры».

К времени смены суток в лагере уже никого не осталось.

Закончил.

— Свободен. Более подробный рапорт завтра с утра ко мне на стол.

Когда гвардеец вышел, Глава Совета Кланов задумался.

А подумать было о чём..

Глава 13

— И как это понимать? — я старался сделать голос сердитым, но удавалось с трудом.

Девицы сидели передо мной, скромно потупив глазки и делая вид, что «я — не я, и хата — не моя». Даша от усердия даже пальчиком по столу водила. Ну, просто няшечка такая скромненькая и совершенно безобидная. Всем своим видом близняшки пытались вызвать сочувствие.

— Вы же засветились — как огонь в ночи! Договаривались же — не особо высовываться! — продолжил я воспитательную беседу.

— Он первый начал! — вскинулась Даша. — Приставучий, как банный лист. Намекала, намекала, но, в конце концов, не выдержала, когда начал распускать руки — вломила.

— Ага. Прямо по классике: «Не виноватая я, он сам пришёл», — съехидничал я.

— А вот — и пришёл. Мажор недоделанный. А потом — и эти набежали. Че было делать? — пробурчала она в ответ.

— «Эти» — это кто? — уточнил я, прекрасно понимая, кто.

— Это его охранники были, — вступила в разговор Ксения.

— А вот просто слинять было выше вашего достоинства?.. Они бы точно вас не догнали, — подлил я масла в огонь.

— Не-е-е... Они, как раз, на дороге оказались. Пришлось прорываться, — уточнила диспозицию Даша.

— Как-то странно вы прорывались. Не убрались из бара, пока всех их не перевели в строго горизонтальное состояние, — хмыкнул я.

— Ну-у-у... Разозлилась я. Чего уж, — хитро поглядывая на меня исподлобья, ответила Даша, изображая раскаянье и хмурость во взгляде. — И, наверное, из-за этого перешла, как вы говорили, в «режим разгона». Мы с Ксенией пробовали в этот режим перейти, но, видимо, войти в него можно только в критической ситуации. Вокруг всё стало двигаться медленно-медленно. А эти мудаки стали какими-то неуклюжими.

— Нет. Охранники явно бойцы тренированные. Они не стали неуклюжими, просто твой мозг ускорился и просчитывал их действия гораздо быстрее, чем они действовали, — объяснил я. — А ты, — обратился я к Ксении, — тоже перешла в «режим разгона»?

— Нет. Я не злилась так сильно, у меня не случилось, — ответила Ксения, явно сожалея, что у неё снова не получилось прочувствовать это состояние.

— А че ей нервничать? Это же я всех там мутузила, — объяснила Даша и тут же предъявила сестре претензию. — Не спорю — помогала, но могла бы и пошустрее.

— Ну, если Ксения была в нормальном состоянии, то, как и все остальные, она казалась тебе медленной, — заступился я за Ксению.

А история вышла стандартно глупая и донельзя тривиальная. В баре, где иногда отдыхали близняшки, появился какой-то мажор со своими телохранителями. По его мнению о себе — крутой и неотразимый. А близняшки девочки красивые, вот и начал клеиться. К отказам, видимо, не привык. На свою беду.

Кто-то скажет, что миниатюрная девушка против тренированного бойца — не пляшет. Но они забывают о физике. Сила удара — это масса, помноженная на ускорение. А ускорение у модифицированных близняшек было таким, что их удары не уступали по энергии ударам профессиональных боксёров-тяжеловесов. В момент нанесения удара кулак боксера может испытывать перегрузки в 5-7 G. В свое время Брюс Ли наносил удар с силой полторы тонны. Конечно, связки запястья обычного человека не готовы к таким взрывным усилиям - рвутся, а кости кисти и предплечья просто ломаются.

Но это - про обычных людей. Близняшки - девушки глубоко модифицированные - с усиленными связками, укрепленными костями и очень прочной кожей. А уж скорость их удара... Как говорится - промолчим. К тому же, скорость прохождения нервных импульсов у них значительно быстрее, чем у аборигенов, да и мозг работает более эффективно, особенно в стрессовой ситуации.Даша, в гневе, просто применила эту физику на практике.

Рукопашный бой сейчас - честно говоря, вещь бесполезная, как сказал один человек: 'что-то вроде вышивания крестиком'. Начиная с появления дубинки, количество ситуаций, где можно отбиться в рукопашную, резко сократились. Человек с дубинкой, мечем или чем-то похожим, ножом, в конце концов, если умеет этим пользоваться - имеет безусловное преимущество. Не говоря уж об огнестреле. А уж два или три человека или больше - и вовсе. Так что, наличие оружия и нескольких дружков рядом, почти всегда, лишает мастера рукопашного боя преимущества.

Но не в нашем случае. Мало того, что модифицированные, так их еще и двое было. В общем, мордобой вышел эпическим. Тем более, били они так, как их научил мой один знакомый, еще на Земле. Зачем учил такому? Так, на всякий случай. Он заставил их отрабатывать удар только рукой, не используя массу тела, но максимально быстро. Что, в данном случае, получалось не просто быстро, а очень и очень быстро. Причем, заставил учиться бить за точку удара. В принципе, простая механика с физиологией и примесью психологии. Обычный человек, когда бьет, подсознательно притормаживает удар перед целью. На мои вопросы ответил просто:

- Учи физику, неуч, масса, скорость и время гашения этой скорости влияют на силу удара.

Россказни и ролики о сей баталии разнеслись по городу со скоростью молнии. Очень уж не укладывалось увиденное в обыденные рамки.

— Ну, а ты что расскажешь? Как это выглядело с твоей стороны? — перевёл я взгляд на Ксению.

— Ну-у-у... Почти всё, как Даша и сказала. Только вот последний намёк у Даши вышел слишком уж экспрессивным, — улыбнувшись, ответила Ксения.

— А поподробнее?

Даша рассерженно зашипела, а Ксения продолжила:

— В общем, послала она его. С применением местных идиоматических, непереводимых выражений. Где только набралась?.. Вроде, всё время вместе. Очень насыщенная была речь. Сначала он опешил, но потом очень разозлился. На свою беду. Ну а потом — понеслось...

— Ладно. Что случилось, то случилось. Может, остальные желающие успокоят свои желания пообщаться с вами в таком же ключе. Но вот, по некоторой информации, затаил мальчик обиду. Собирается мстить, — предупредил я близняшек.

— Вот же, идиот малолетний! — искренне возмутилась Даша.

— Не такой уж и малолетний. Двадцать местных годков мальчику уже стукнуло, — уточнил я.

— А вы, я вижу, всё уже раскопали. И когда только успели?! — вскинулась Даша, мгновенно превращаясь в особу, подозревающую всех в участии в заговорах всех типов, начиная от местечковых, заканчивая глобальными.

— Ты ещё до сих пор удивляешься? А я бы удивилась, если бы Евгений Михайлович ничего бы не знал, — вставила свой комментарий Ксения.

— Некоторые явно с мозгами не дружат, — пробурчала Даша. — Это я про мажорика, — уточнила она. — Уж всем, вроде, объяснили.

— Мало времени прошло, — высказал я своё мнение. — Это как в анекдоте про кота.

— Расскажите, — тут же, сбросив все свои притворные эмоции, потребовала Даша.

«— А твой кот боится пылесоса?

— Ну-у-у, не знаю. Он у меня только полгода».

Посмеялись.

— Явно мужики разговаривали, — вынесла вердикт Даша и безапелляционно добавила:

— Только они могут по полгода не убираться.

..........

Начальник охраны клана стоял перед Главой ни жив ни мёртв. Прокол, действительно, был эпическим. Сын Главы и его охрана лежали в госпитале с многочисленными переломами и гематомами. Причём всё это было нанесено двумя миниатюрными девчушками. Немыслимая ситуация...

— Вы их нашли? — угрюмо глядя на начальника своей СБ, спросил Глава.

— Да, — поспешно ответил тот.

— Они уже наказаны?

— ...Нет, — на этот вопрос начальник службы ответил с изрядной задержкой.

— Как «нет»! — взвился Глава клана.

— Согласно вашего приказа, мы не могли их трогать, — тихо проговорил вопрошаемый.

— Какого ещё приказа! — заорал Глава. — Я не мог отдать такого идиотского приказа!

— И всё же. Вы приказали — ни в коем случае не трогать никого с метками дракона, — всё так же неуверенно продолжил начальник СБ.

Глава снова хотел вспылить, но остановился. Он вспомнил. Действительно, был такой приказ. Отданный после той самой трансляции, где человек-дракон вежливо объяснял главам кланов новые правила игры. И под занавес — предупреждение от Главы клана Дракона о «знаке».

- И еще - совет. Не трогайте никого, у кого на одежде (если это человек) или на фирменной вывеске (если это компания) есть стилизованный значок или рисунок летящего дракона. Результатом могут стать очень крупные неприятности.

- А не много ли ты себе позволяешь! - взвился тогда в ответ на это заявление Глава Совета Кланов.

- О! Не подумайте ничего лишнего. Это не мое пожелание. Передать это предупреждение попросил меня тотем моего клана. А прислушиваться или нет - вам решать.

Глава клана вынырнул из воспоминаний и спросил:

— И что? На них были значки? — спросил Глава, уже холодно.

— Да. Были. Небольшие брошки в виде летящего дракона. Глаза, видимо, из мелких драгоценных камешков. Если пристально присмотреться — начинают светиться изнутри.

— Бред какой-то! — раздражённо воскликнул Глава клана. — Запись драки есть?

— Сначала, из нескольких источников, в сети появилось приличное количество её вариаций. Вы же знаете, сейчас, чуть что, снимают все, кому не лень. Но, через некоторое время, все они из сети пропали. Ни единого следа. И на конечных устройствах любителей поснимать, в том числе. Мы их быстро вычислили, — поспешил отчитаться начальник службы.

— Как такое возможно?! — воскликнул Глава. — Меня Служба информационной безопасности на чистом глазу убеждала, что, если что-то попало в сеть, то полностью удалить информацию просто невозможно.

— Я тоже спрашивал. Они ответили, что такое может быть, только если полностью контролируешь сеть. ВСЮ! А так как это распределённая структура, то произошло, по их мнению, просто фантастическое событие, — ответил начальник СБ Клана, немного успокоившись (перекладывать вину на других всегда легко).

— Значит, — Империя! — произнёс Глава, и в его голосе впервые за весь разговор прозвучала не злоба, а холодная, расчётливая тревога.

— Не уверен. Мы бы знали о такой возможности. Такого раньше (ни у нас, ни у них) не случалось.

— Всё когда-нибудь случается впервые, — уже совершенно спокойным, задумчивым голосом констатировал прописную истину Глава.

— Но у меня осталась запись на микроЗУ. Как чувствовал — скопировал из сети сразу, как появилась. Вот... — заискивающе информировал начальник СБ и протянул Главе клана своё запоминающее устройство.

— Ну, хоть это! Ладно. Свободен.

Уходил начальник охраны клана очень удивлённым. Он был почти на сто процентов уверен, что результатом разговора станет его увольнение. А тут — даже не очень сильно и ругали.

«Это кто ж такой появился в нашем мире, которого боятся даже главы крупных кланов? Надо поискать информацию. Заодно узнать, кто ещё под этим знаком ходит, чтобы ненароком не нарваться на неприятности», — сделал он заключение и направился к себе в кабинет.

Глава в это время решил просмотреть запись.

Вот в бар зашли две девчушки. Близнецы. Небольшого росточка. Довольно миленькие. Стройные фигурки, личики - приятные, симпатичные. Сели за барную стойку и заказали коктейли. Как ни странно, обсуждали ни парней, ни одежку, а какую-то сделку.

А вот и сыночек. Как всегда, заметив симпатичных девиц, начал подкатываться. Глава поморщился, слыша довольно грубые шутки своего отпрыска.

- О-о-о какие кисочки тут гуляют. Причем, одни!

Девицы на этот заход не обратили внимания. Даже не повернулись в сторону говорящего.

- О-о-о какие мы гордые, - сальным голосом проговорил его сын и попытался положить свою руку на плечо одной из них, при этом, довольно мерзко причмокнув.

Девушка повела плечом, сбрасывая чужую руку. Затем медленно повернула к нему голову и вполне миролюбиво проговорила:

- Кисочки? Милый, для того, чтобы называть нас кисами, у тебя не достаточно породистый вид. На благородного котика ты никак не тянешь. Скорее, ты похож на блохастого трота (по-нашему - шакала). Так что, не мешай нам отдыхать.

Сыночек явно опешил, но не успокоился.

- Не тебе решать меру моей породистости. Я что-то не помню - ни в одной приличной тусовке я ни тебя, ни твою сестричку не видел. Так что, не ломайся, хватай сестренку и айда ко мне, - продолжил проявлять настойчивость его сынок.

- Слушай! Не зли меня. Отстань - и ничего тебе не будет. Пока у нас еще хорошее настроение, - все еще спокойным голосом ответила девица, но было явно видно, что она заводится.

- Слышь, ты чего такая дерзкая? Пьяная, что ли? Не видишь, с кем разговариваешь? - усилил нажим на девиц сыночек.

- Во-первых, - все так же спокойно ответила девица, - 'тыкают' пальчиком или несмышленые дети или невоспитанные хамы. Обычно, в неприличные места. К нам нужно обращаться на 'ВЫ' и, желательно, с почтением. Причем - шепотом. Во-вторых, повторяю, не мешай нам наслаждаться хорошим вечером. Испортишь его нам - пожалеешь.

- Сучка! Что ты тут раскудахталась! - взъярился сыночек.

- Ясно, вот так -и знала! - нормального языка ты не поймешь, - вздохнула девица. Значит, буду выражаться более знакомым тебе. Думаешь, что тебе кем-то свыше позволено руки распускать и подкатывать к незнакомкам с хамскими предложениями?

И дальше уже на повышенных тонах продолжила:

- Так вот, я тебе сейчас твои ручонки повыдергиваю, как цветочные лепестки, и засуну туда, откуда даже самый хороший доктор не сможет их достать, а твой поганый язык вырву и заставлю тебя его сожрать. И в дополнение, отделаю тебя так, что до конца дней своих будешь помнить эту встречу.

Слушая дальнейший спич этой девчонки, Глава, можно сказать, даже заслушался. Она осыпала его сыночка такими ругательствами, которые он даже не слышал, хотя и сам мог хорошенько пройтись по родственникам и различным местам, распекая своих подчиненных. А уж набор проклятий - если бы он услышал таковые в свой адрес, то они точно заставил бы его задуматься не только о смене кармы, а, возможно, даже и о смене пола - вдруг поможет.

Тут его сыночек не выдержал и решил ударить эту бешеную девицу. Но не тут-то было. Она виртуозно уклонилась от его удара и, используя инерцию нападавшего, добавив пинок под зад, отправила того сшибать своим лбом столы и стулья, оказавшиеся на его траектории.

Народа в баре было немного. Время наплыва еще не пришло. А все, кто был, шустренько прыснули в разные стороны и поспешили убраться с места сражения. И уже, стоя у стен, многие начали снимать происходящее на свои аппараты. И таких было, мягко говоря, немало.

Прикинув количество снимающих, Глава снова вернулся к догадкам о том, кто же все-таки смог столь оперативно и качественно убрать все эти записи из сети. Догадки были разные, и все вызывали небезосновательные опасения. Слишком уж мощная должна быть структура.

А драка набирала обороты. Увидев пикирующего подопечного, в нее вступили телохранители и вторая девица.

От увиденного дальше, у Главы брови полезли вверх, выражая его крайнее удивление. Вместо того, чтобы попытаться удрать, - эти две сумасшедшие бросились на набегающих на них бугаев, каждый из которых был раза в два больше их вместе взятых. И даже это было не самым удивительным. Он уже знал результат этой драки, его удивило - как именно эта драка проходила.

Девица, которая ругалась, налетела на вырвавшегося немного вперед телохранителя и со всей дури пнула его в кость пониже колена, а когда он завопил и согнулся - двумя очень четкими и точными ударами в подбородок отбросила его на подбегающих коллег. Летел тот на них уже явно без сознания. И, в конечном счете, ему повезло больше всех. До конца драки, он провалялся в отключке и, в результате, получил самое меньшее количество повреждений.

Дальше эта девица так взвинтила свою скорость, что на записи она предстала некой размазанной тенью, крутящейся вокруг несчастного, ничего не понимающего телохранителя. Ее движения удалось рассмотреть, только несколько замедлив скорость воспроизведения.

Девица спокойно, даже с некой ленцой, уклонялась от ударов соперника, и в ответ - безнаказанно била того во все точки его многострадальной тушки. В общем, смотрелась - такой порхающий вокруг цветка бабочкой, только на деле это был порхающий отбойный молоток.

Вторая двигалась медленней, но не менее эффективно избивала второго телохранителя. По таймеру, прошло всего-ничего, когда очередные два телохранителя повалились на пол.

Четвертый, только сейчас, начал понимать, что что-то пошло не по плану. В это время, на ноги начал подниматься его сын.

- Чего стоишь, как столб?!. Вали этих сучек! - заорал он охраннику, увидев развернувшеюся перед ним картину.

Услышав приказ, последний дееспособный боец выхватил из кобуры пистолет и выстрелил в подбегающую к нему девицу. Та дернулась от попавшей в нее пули, туловище отнесло назад (все же импульс никуда не делся), но не упала. Шагнула назад, выравниваясь, крутнулась, гася и переводя инерцию в круговое движение, и снова рванула к стрелявшему. При этом, что-то прокричала. Что именно - Глава не смог разобрать, даже прокрутив замедленную запись несколько раз.

Подскочив к опешившему от такого поворота событий телохранителю, девица выхватила из его рук оружие, врезала в живот, а когда он согнулся, воткнула ему в задницу его же пистолет (благо дуло было тонким, как у нашего нагана).

А крикнула Дашуня на русском: 'Ах ты, сука! Ксюха, отбей мажорику самое дорогое и про голову не забудь. А этого - я сейчас научу, как в людей стрелять'.

В этот момент, вторая девица развернулась и, подскочив к сыночку, со всего маха врезала тому ногой промеж ног.

Такого фальцета Глава никогда раньше не слышал. Даже поморщился, представив себе боль. Мелькнула мысль: 'Как бы без внуков не остаться'.

Оря во всю мочь своей глотки, сыночек начал падать, но, в процессе падения, успел получить два сильнейших удара в голову. А когда упал, ему добавили еще пару раз ногой по корпусу.

Оглядев поле боя, девицы переглянулись и рванули к выходу.

Никто их задерживать не стал. Двое вышибал очень даже шустро отскочили, освобождая дорогу этим сумасшедшим бабам, стоило только им приблизиться к выходу. Хотя парни были еще теми амбалами. Габаритами, может быть, даже побольше телохранителей.

Некоторое время, Глава смотрел на застывший последний кадр записи. Потом, пару раз в замедленном темпе, прокрутил момент с выстрелом, но так и не смог ничего усмотреть. На девице, явно, не было никакого защитного жилета, но на месте попадания пули крови не было. Увеличив изображение, он на стоп-кадре увидел кончик пули, торчащей из тела меж грудей. Как такое может быть!?. Он же явно видел, что под блузкой ничего нет. Когда он еще раз захотел прогнать этот фрагмент, изображение вдруг зарябило, подернулось всполохом помех и пропало.

- Какого-на... - начал было Глава, но в этот момент на экране появилась надпись:«Прими к сведению и сделай выводы».

Затем возник контур дракона. Его глаза мигнули красным — и монитор погас. Компьютер издал предсмертный писк и и превратился в мертвую железку.

В кабинете воцарилась тишина, густая, как смола. Глава медленно откинулся в кресле, не сводя глаз с мёртвого экрана. Гнев, кипевший в нём минуту назад, испарился, оставив после себя пустоту и холодок у основания черепа. Это был уже не вызов, не наглость. Это был приговор. Приговор его старому миру, где всё было понятно и где он был хозяином.

Он подтянул к себе интерком. Голос его был теперь тихим, ровным и оттого в тысячу раз более страшным.

— Срочно ко мне. В кабинет начальника Службы информационной безопасности. И пусть прихватит с собой своих сраных спецов.

Забежавшему, запыхавшемуся начальнику службы он лишь указал на компьютер:

— Разберись.

Тот кивнул одному из пришедших с ним специалистов. Спец долго шаманил, после чего изрёк приговор:

— Девственно чист, как будто только что с конвейера. МикроЗУ — тоже.

Пока специалист разбирался, Глава коротко ввел в курс случившегося начальника службы. В конце, еле удерживая рвущийся наружу гнев, зло выдал, что думает о ситуации:

— Вы мне клялись, что наша сеть непробиваема. И что? Мало того, что влезли в мой компьютер и стёрли всё, так мне ещё... дракончики глазки строят. — Он повернул к ним ледяной взгляд. — Это — забрать. Разобраться. Хоть на атомы разберите, но выясните, почему. Мне — новый. С настоящей защитой. А теперь — вон.

Когда все убрались, он сел в тишине и снова посмотрел на чёрный экран. Мысли текли медленно, тяжело.

Если это не Империя... то в Мир пришла третья сила. Сила, для которой не существовало ни рамок, ни законов — ни физических, ни юридических. Сила, которая могла всё.

И это было страшнее любого врага.

Глава 14

Мокрый город. Огни фонарей расплываются в лужах и каплях дождя.

По аллее парка идут две девушки и ведут странный разговор.

– А, может, ну его. Видишь, какая погода.

– А я люблю дождь. А он сейчас, к тому же, и теплый.

– Думаешь, найдём бандитов, которые тоже дождь любят?

– Может, и не найдём. Зато погуляем. Смотри. А вон – и клиенты нарисовались.

– Ты только сразу в драку не лезь. Может, нормальные парни.

– Снова ты со своим миротворчеством. Нормальные в такую погоду дома сидят.

– Так, по-твоему, мы тоже ненормальные?

– А то! Где ж ты таких, как мы, больше найдёшь?

– Здоровые какие-то…

– Но ты же их не боишься?

– Не, не боюсь. Я ведь знаю дзюдо, карате, айкидо и другие страшные слова. Главное, чтобы среди них не было спортсменов-бегунов. Самые плохие противники в драке.

– Щас мы им «лайков» наставим…

*************

– Раз сказали — найти и привезти новеньких, значит — нужно найти и привезти. Босс желает поразвлечься. Он никаких оправданий и слушать не хочет. Я ему тоже про дождь заикнулся. Рявкнул только в ответ: «Где хочешь — там и ищи, но чтоб без девок не возвращался». Так что, не ной. Будем искать… О-о! Смотри — даже без парней. Две мелкие вертихвостки. Как на заказ. Как раз таких босс и любит. Даже махаться не придётся. Ну вот. А ты всё: «Погода-погода».

– Гы-ы… Точно, две мокрые дурочки.

Трое громил и две мелкие девчушки радостно устремились на встречу друг другу…

************

Начальник полиции, как всегда, выглядел безупречно. Мундир сидел, как влитой. Ни одной морщинки. Короткая аккуратная стрижка. Некоторые сотрудники шутили, что босс даже спит стоя, боясь испортить причёску и заиметь складку на мундире.

Он осмотрел подчинённых, собравшихся у него в кабинете на внеочередное совещание, и негромко произнёс:

– Начнём.

Затем более громко и требовательно:

– Я хочу знать — что происходит?

Вопрос предназначался всем и никому, поэтому заместители промолчали. Проявлять инициативу — жизнь их уже давно отучила.

А происходили, действительно, интересные вещи. Можно сказать, даже очень интересные. Криминогенная обстановка в городе в последние две декады улучшалась прямо на глазах. Нельзя было сказать, что число нападений с целью ограблений и сексуального насилия резко упало. Нет. Но вот эффективность их странным образом сошла на нет. Жертв не было. Если не считать самих нападавших. Хотя, нет. В последние дни он уже начал отмечать и некоторое снижение их количества. Но, к сожалению, ни он, ни его подчинённые не имели к этому улучшению никакого отношения.

– Хорошо, – сказал он, поняв, что инициативы никто не проявит, и продолжил:

– Начнём с патрульной службы. Отчёт я ваш читал, но хотелось бы услышать более развёрнутое изложение о происходящем на улицах.

Начальник патрульной службы прокашлялся, заглянул в бумаги и начал:

– Первую «кучку» патрульные нашли поздней ночью в небезызвестном переулке «любви».

– Какую ещё «кучку»?! – вскинулся начальник полиции.

– Э-э… – запнулся офицер. – Ну-у… мы всегда находим их сложенными… в кучу. Вот, как-то и сложилось такое название.

– Понятно, – буркнул начальник. – Дальше.

– Впоследствии, почти каждый вечер, мы в разных местах города стали находить одну или, иногда, две группы связанных и сложенных в кучку бандитов. Часто прилично избитых. Внятно пояснить, кто их избил и связал, никто из них не смог. А при попытке давления — начинали трястись от страха и клялись, что больше ни-ни. Типа, – с этого момента, более законопослушных граждан, чем они, полиция нигде не найдёт.

Степень побоев от случая к случаю очень отличается. Сильнее всего пострадали самые наглые и жестокие. Имею в виду тех, кто, по нашим данным, ранее в драках, рэкете и нападениях отличался особым садизмом. У этих всегда были переломаны руки. Причём переломы сложные. Полное восстановление после таких невозможно.

Мы их, конечно, всех знаем, но зацепить до сих пор никак не могли. Заявлений на них почти никто из пострадавших не подавал, а если кто и осмеливался, потом жалел. Они — все в бандах, и крючкотворы их всегда отмазывали.

Всего через такие «кучки» за эти дни прошло почти пять десятков человек из различных банд.

– Что — и ни разу не было свидетелей?! – вклинился в монолог начальник полиции. – В отчёте ты упомянул, что даже когда это происходило в относительно людных местах, свидетелей вы так найти и не смогли.

– Да. Это так. Места людные — до определённого времени. Но в данном случае инциденты происходили в довольно позднее время, когда людей, даже там, почти не бывает. Слухи ходят самые разные, порой совершенно дикие, но официально никто не пожелал стать свидетелем. Один наглец, вообще, рассмеялся в лицо дознавателю и заявил, что свидетельствовать никто и не подумает. Типа, – этих гадов давно нужно было прижать, а если за полицию кто-то стал делать её работу, то мешать этому нормальные люди не будут, – ответил начальник патрульной службы. Честно говоря, он и сам, при случае, не стремился бы в свидетели. Очень уж эти бандиты всех достали. А его службу ещё и постоянно пинали, по поводу и без повода, упрекая, что они ни на что не годятся и работу свою делают, боясь выбить из этих ублюдков лишнюю пыль.

– Что за слухи?

– Кардинально-противоположные. В одних упоминаются какое-то чёрное чудовище, в других — всех бандитов избивают две довольно симпатичные зверушки. И совсем уж неправдоподобные, что всем этим фигурантам досталось от двух мелких девчушек, – выдал самые частые версии заместитель.

– И что? Никто не снимает? Никогда не поверю! – воскликнул начальник полиции. У него уже были внуки, и те, со своими друзьями, снимали всегда, везде и всё, что ни попадя.

– А вот тут — самое непонятное, – ответил начальник патрульной службы. – Снимают. Но записи… тут же исчезают.

– Как так?! – удивлённо воскликнул начальник службы противодействия киберугрозам.

– Как есть. Нам удалось разговорить парочку свидетелей, не под протокол, и они уверяют, что запись вели, но просмотр их девайсов это не подтвердил. Никаких записей не нашлось. На экспертизу свои девайсы они давать отказались. И сами помнили только то, что, действительно, видели драку вблизи, но о самой драке рассказать ничего не могут. Будто их память подтерли так же, как и память их девайсов.

– Странно… – пробормотал удивлённый начальник службы противодействия.

– Вы пробовали увеличить количество патрулей и маршрутов? Как-никак уже понятно, где и когда эти «добровольные помощники» промышляют, – задал очередной вопрос начальник полиции. Он, в принципе, и сам, в некоторой степени, симпатизировал этим «помощникам», но положение обязывало. На него уже начали давить «честные граждане», возмущённые «произволом».

– Всё я это делал. Безрезультатно. Эти «помощники» — как чувствуют. Только пару раз патруль издалека видел окончание разборок. Смутные силуэты. Сколько нападавших и кто они такие, с такого расстояния, определить было невозможно. И что странно! Как только они понимали, что их заметили, тут же гасли даже те редкие фонари, которые до этого момента ещё хоть как-то светили. Мистика какая-та! – несколько сомневаясь в том, стоило ли говорить последнее, ответил начальник патруля.

Какое-то время в кабинете стояла тишина. Все переваривали услышанное. Начальник полиции повернулся к ответственному за внешние связи и спросил:

– Там случайно смежники не проводили каких-нибудь рейдов или чисток?

– Нет. Ни военные, ни безопасники — никаких операций не проводили, – ответил тот.

– Ладно. Пойдём дальше, – прокашлявшись, продолжил совещание начальник полиции. – Я знаю, что и у криминального отдела есть чем похвастаться.

И действительно. Криминальный отдел в последние дни, мягко говоря, воспарил в облако невероятного — им удалось арестовать целую плеяду серийных убийц. Речь о тех, кого найти и не надеялся, которые находились в розыске чисто для «галочки». О них полиция знала только то, что они есть. Чаще всего единственным установленным фактом были цепочки трупов.

Каждый из «серийников» имел свой почерк, по которому было понятно, что делал это один и тот же человек. Именно в соответствии с почерком пресса давала таким звучные, но верные, по сути, клички. Общее было одно — все они, без исключения, были полными психопатами.

Закоренелые садисты изощрённо пытали. Пол для таких не играл почти никакой роли. Разве что только определял способы издевательств. Насильники, в основном, предпочитали женщин. Насиловали и убивали, и часто даже не издевались. Бывало, и наоборот — убивали, а потом насиловали. Но были и многостаночники. Насиловали с фантазией и весьма изощрённо. Часто растягивая «удовольствие» на длительное время.

Никто это нигде искать — полиция, чаще всего, даже не догадывалась. Это зверьё отлично мимикрировало под законопослушных граждан и имело истинно звериное чутьё. Очень редкие из них совершали фатальные для себя ошибки, по результату которых их ловили. Обычно это были те, кто только-только начинал. Те, которые попадались на взлёте, после пары-тройки преступлений, когда они ещё не умели хорошо скрываться.

– Дашуля, а не слишком?.. – задал я вопрос, услышав её планы по наказанию серийных убийц и насильников, после того как рассказал, что нашёл почти два десятка таковых, удачно скрывающихся от местного правосудия.

На это расследование меня сподвигли близняшки, впечатлённые статьёй в местной криминальной хронике об очередном убийстве, совершённом так называемым «мясником».

– А вот не надо мне тут — про «трудное детство» и прочую мишуру. Они уже не дети и всё прекрасно сознают. Вижу и тут, как и у нас, больше заботятся о правах преступников, чем жертв. Жалостливые все, когда ни их, ни их семей это не касается, – бурно отреагировала Даша на моё замечание.

А предложила она чётко следовать заповеди из Ветхого завета: «Зуб за зуб, око за око». Не то чтобы я был сильно против, но предложенное как-то не очень соответствовало образу «весёлых и жизнерадостных» близняшек. В принципе, от Даши этого можно было ожидать, но Ксения как-то не была мной замечена в излишней жестокости.

А предложила Дашуня следующее:

– Считаю, что они должны прочувствовать всё, что чувствовали их жертвы. «Мясника» обработаем, как главный герой фильма «Законопослушный гражданин» обработал убийцу его жены. Только не будем доводить до смерти. После экзекуции подлечим — и пусть гниёт в тюрьме в виде того обрубка, который от него останется.

Местного Ганнибала нужно покормить частями его собственного тела. И чтобы он точно знал, что он ест. Тоже не убивать. Пусть потом всю оставшуюся жизнь вспоминает, как себя самого ел.

Остальным тоже надо применить их же фантазии к ним самим. Особенно садистам — чтобы раны были похожи на те, что они наносили, и не заживали, а периодически воспалялись, но не смертельно.

Насильников кастрируем. Чтоб не размножались, если их когда-нибудь да отпустят. А то тут в некоторых местах на крик — «Помогите, насилуют!» — подбегут и помогут. Насиловать.

Я посмотрел на Ксению.

– Я не знаю. Но, скорее всего, для тех, кто убивал, мучил и насиловал и не один раз, — просто смерть слишком милосердное наказание. А то ещё местные крючкотворы сумеют и оправдать. С них станется, – ответила она на мой взгляд.

– Да. У нас тоже много интересного произошло. Нашли пятерых «серийников». В том числе не безызвестных «Мясника» и «Окулиста». Причём всё обставлено неопровержимыми уликами.

– Ого!

– Да. Но вот — гордиться нечем. Всё по наводке. Полицию вызывали анонимно, называя только адрес и обещая, что мы там найдём «сюрприз». Первый раз — даже не сразу поехали. Думали, шутник завёлся. Звонок был принят ночью. Но утром позвонили соседи с этого же адреса. Жаловались на звериные завывания. Приехали — и правда, сюрприз. На постели лежал, можно сказать, обрубок человека и выл в полный голос. Было с чего. Ноги отрезаны посередине бедра, правая рука — по плечевому суставу, на левой осталось только два пальца. Большой и указательный. Уши и нос тоже срезаны. Причём всё это было в живописном порядке разложено по квартире. И, главное, ампутация была проведена очень профессионально. Культи и раны уже почти полностью зажили.

На столе лежала напечатанная записка, оповещавшая, что это и есть знаменитый «Мясник». В ней же содержался полный список его жертв. Двадцать две. Примерно о трети мы и не знали. Это были его первые жертвы, которых он ещё прятал. Во всех указанных местах мы потом, действительно, нашли останки. После того как его не поймали сразу и, решив, что неуловим, — он стал показательно разбрасывать останки жертв по всему городу.

– А вы не афишируйте. Нашли — ваша заслуга. Никто ведь не объявился и не затребовал ни наград, ни славы. Думаю, и не объявится, – то ли посоветовал, то ли приказал начальник полиции. – Продолжайте.

– Вторым нашли «Окулиста». По этому вызову выехали сразу, как только услышали про «сюрприз». С этим ещё более сюрреалистическая картина. Представьте себе. Посреди комнаты сидит привязанный к стулу человек. В этот раз — совершенно целый, за одним исключением — одна глазница пустая, вторая полностью зашитая. Причём всё уже прилично поджило. Один глаз плавает в прозрачной банке, стоящей на столе, а второй торчит, типа, — как на плодоножке, выходящей из зашитой глазницы и, как потом выяснилось, прекрасно всё видит. Там еще много умного говорили по поводу этого глаза – я не запомнил. Очень медики восторгались, а главное никто не мог сказать, кто и как это сделали.

В кабинете зашушукались. Больно уж проговорённые картинки были впечатляющими.

– Как полагаю — и здесь нашлась, наверное, записочка? – поинтересовался начальник полиции.

– Да. Список из сорока одной жертвы. Этого нашли в его личном особняке. В подвале обнаружили коллекцию глаз всех его жертв. Аккуратненько расставленных на полках с подсветкой в таких же прозрачных банках, как и та, в которой нашли и его собственный глаз.

Остальные трое — насильники с сильными садистскими наклонностями. Особенность этой троицы — они не убивали, но свои делишки обставляли так, чтобы жертвы их опознать не могли.

Эти при поимке находились в совершенно невменяемом состоянии. Пустые глаза, струйка слюны из уголка рта. Полнейшая отрешённость от действительности. Хорошо, что ещё не полные идиоты. Командуя, их можно было заставить проделывать ряд простых действий. Встать, сесть, лечь, идти, есть, испражняться и тому подобное. Как ни странно, при вопросе об их преступлениях они рассказывали всё вполне связно и в полном объёме. Потом снова возвращались в первоначальное состояние. Да. Ещё. Все кастрированы. Весьма профессионально. Помимо их признаний, был и «послужной список». Он всегда обнаруживался рядом. В нём же содержались и инструкции по тому, как обращаться с этими идиотами, – начальник криминального отдела закончил доклад и ждал вопросов.

– А что психологи? – задал закономерный вопрос начальник полиции.

– Ни наши, ни всевозможные привлечённые эксперты толком ничего не смогли сказать. Только руками разводили, – ответил начальник криминалистов.

– Как всегда. Когда ни надо — лезут со своими советами, а когда надо — не дождёшься, – раздражённо буркнул начальник полиции.

– Так. Отдел нравов — тут без сюрпризов. А вот экономистам, думаю, есть что сказать. Даже в прессе во всю обсуждают.

Начальник экономического отдела тяжело вздохнул, перебирая стопку распечаток на столе.

– Сюрпризов, как таковых, собственно, нет. В следствие всех перечисленных событий, денежные потоки местных банд за последние две недели сократились на порядок. Их «крышевание» малого бизнеса, рэкет, наркоторговля — всё замерло. Но это не наша заслуга. Кроме того, на любое движение денег по переводам и даже передачу наличных следует поступление информации нам. Где, откуда, куда, сколько и кто кому. Причём приходит не просто инфа. На компьютере появляется пакет с записями переговоров и не только телефонных, но и просто совещаний в их, так называемых, «офисах». Как такое может быть — не представляю.

Ну, и ещё… Просто... клиенты и жертвы вдруг перестали бояться. А бандиты, судя по вашим докладам, теперь боятся больше всех.

Кроме всего прочего, в городе появилась очень интересная фирмочка. Не так давно в город приехал наследник клана «Ящерицы». Началось с того, что его тут же чуть не грохнули. Вроде как, случайно попал на место разборки между бандами. Так он и разобрался. Смешно вышло. Всех отделал и сдал в полицию. Вот он, наверное, и обиделся. Создал информационно-консультационную фирму «Гарант +». Фирма берёт на себя проведение сделок с незнакомыми между собой клиентами. Плюс — любая информация по запросу. Никакого криминала. Проверяли. Информация из открытых источников. Правда, некоторые очень удивляются, как она в эти открытые источники попадает. Но не суть. Проще говоря — посредник при заключении любых сделок. Принцип простой: покупатель платит им, а они переводят деньги продавцу только после реального исполнения договора.

– Звучит, как обычный эскроу-сервис, – заметил кто-то.

– Да, но с одним «но». Эта контора перед заключением договора даёт сторонам... справку о достоверности предоставленных партнёрами данных и возможных рисках в процентах. И она соответствует действительному положению дел. На все «сто».

Интерлюдия (несколько дней ранее)

Офис фирмы «Гарант +».

Клиент, немолодой мужчина в дорогом, но кричащем костюме, тыкал пальцем в экран планшета, который протянула ему секретарь.

– Что это за чушь?! «Сторона-поставщик, «Золотые россыпи», имеет 87% вероятности неисполнения обязательств, “в связи с отсутствием логистических мощностей и наличием восьми судебных процессов о мошенничестве”? Это клевета! У нас безупречная репутация!

Его визави, скромно одетая женщина, владелица небольшого магазина, смотрела то на него, то на документ с широко раскрытыми глазами.

– Я... я думала, вы серьёзная фирма, – прошептала она.

– Мы — самая серьёзная! – завопил мужчина. – «Гарант +», что вы за безобразие допускаете! Я на вас в суд подам!

Секретарь фирмы, милая девушка, лишь улыбнулась.

– Наш алгоритм основывается на анализе открытых данных судов, таможни, логистических реестров и истории транзакций. Погрешность — 0,3%. Включая переименования и изменения юридического адреса. Мы не препятствуем сделке. Мы лишь информируем. Если г-жа Веминго готова рискнуть, мы примем её деньги. Но переведём их вам только… после поставки всего объёма товара, согласно п. 4.2 договора.

Мужчина побледнел. Вся его афера по продаже несуществующей большой партии недорогой электроники из Империи рушилась в одно мгновение. Ему нужны были деньги сейчас, а не гипотетически через три декады. Он что-то буркнул, схватил свой портфель и выбежал из офиса.

«Эмоциональный всплеск, характерный для разоблачённого обмана. Ложь. Страх», – выдал информацию Кис.

«Данные занесены в общий профиль. Клиент «Веминго» защищена», — ответила Джейн. Два нечеловеческих разума привычно вели свою незримую работу.

– Общественная реакция? – глухо спросил начальник полиции.

– Город лихорадит. В сети — сплошной поток благодарностей «Теням» или «Ангелам-хранителям». В СМИ прямо взрыв обсуждений. Никто не верит в «просто фирму» и её супералгоритм.

Вот несколько выборок:

«Деловой еженедельник»: «Революция доверия: как один алгоритм поставил крест на мошеннических схемах»; «...за последнюю неделю, благодаря системе предварительного аудита «Гарант+», было предотвращено мошеннических сделок на общую сумму свыше 50 млн. кредитов»; «…речь идёт о классических «кидаловах» на поставку стройматериалов, оборудования и даже о фантомных квартирах в новостройках...».

Городской портал «Новости здесь и сейчас»: «Спасли капитал нескольких семей: как покупателям квартир из нашего города не дали купить воздух вместо квартир»; «...алгоритм «Гарант+» показал, что фирма-«продавец» была ликвидирована год назад, а её руководство находится в Имперском розыске...».

Блог «Правда в глаза»: «Тени на службе бизнеса? Кто стоит за «Гарант+»?»; «...нет ни рекламы, ни пиара, только сарафанное радио и железная результативность… складывается впечатление, что кто-то имеет доступ ко ВСЕМ базам данных разом — от налоговой до погранслужбы — это либо прорыв в информационных технологиях, либо что-то более странное...».

На нас же... – он запнулся.

– Говори.

– Нас пинают со всех сторон. Все вопрошают: «Где была полиция? Почему работу за неё делают частная фирма и какие-то неуловимые энтузиасты?» Давление колоссальное.

Начальник полиции откинулся в кресле, закрыв глаза. Картина была ясна и безвыигрышна. Эта нелепая фирма, плюс «энтузиасты» чистых улиц создавали колоссальный антирейтинг для полиции и городских властей. Придавить фирму и выловить «энтузиастов» — значит, стать врагом номер один для всего города, который уже вкусил справедливости и спокойствия. Не поймать — лишиться места под дружные аплодисменты начальства.

– Всем спасибо. Свободны, – тихо произнёс он. – Ронди, останьтесь на минуту.

Когда кабинет опустел, начальник полиции пристально посмотрел на своего старого товарища, начальника криминального отдела.

– Ронди, мне нужен человек. Не карьерист, не подхалим. Тот, кто ещё не разучился думать и... чувствовать. Кто помнит, для чего мы здесь. Найди его.

– Такой есть, – кивнул Ронди. – Следователь Корсо. Циник, брюзга, вечно всем недоволен. Но — чистый. Дело о педофиле из мэрии в прошлом году вёл, того посадили, несмотря на все звонки «сверху». Сам чуть не полетел.

– Значит, он знает, что такое «бессилие»... Хорошо. Поручи ему это. Максимальная секретность. Его задача — выяснить, кто они — эти «Тени». И доложить лично мне. Без бумаг, без протоколов.

– А дальше? – встрепенулся Ронди.

– Дальше... Дальше посмотрим. Может, нам и не надо будет их ловить. Может, просто... договоримся. И с фирмой — тоже.

Через некоторое время следователь Арт Корсо, разглядывая из окна своего кабинета тот самый мокрый город, слушал задание. Его лицо, покрытое двухдневной щетиной, не выражало ни энтузиазма, ни страха.

– То есть, формально — найти и обезвредить. А неформально?

– Неформально, Арт, ты работаешь на меня и на здравый смысл, – отрезал Ронди. – Факты, улики, гипотезы — только мне в ухо. Если это профессионалы, готовые к диалогу... Возможно, нам нужен не арест, а... договорённость.

– Чтобы они работали на нас?

– Чтобы они не работали против закона, даже если творят его сами. Разберись. И будь осторожен. Тот, кто так обошёлся с «Мясником», — не пощадит никого.

Когда Ронди ушёл, Корсо достал папку. Фотографии «кучек», отчёты о «Мяснике» и «Окулисте», рапорты о пропаже видеозаписей. Он смотрел на снимки жестокости, которая была хуже любой бандитской разборки, и на снимки лиц жертв маньяков — таких же обрубков, но уже неживых. В его памяти всплыло лицо девочки из того дела с педофилом, её пустой, мёртвый взгляд, который он не мог забыть.

«Просто смерть — слишком милосердное наказание», — прочитал он выдержку из показаний психолога, пытавшегося составить портрет мстителей. Фраза, приписываемая в одной из записок с места преступления.

Он закрыл папку. За окном снова пошёл дождь. Тот самый, тёплый. Тот, в котором, по слухам, они любили гулять.

«Что ж, ангелы… — мысленно обратился он к призракам, терроризировавшим городской криминалитет. — Давайте познакомимся. Мне есть, что вам сказать. И, кажется, нам есть… о чём поговорить».

-----------------------------------------------------

Дорогие читатели. Очень слабая мотивация к написанию. Так что ставлю на паузу. Наберется хотя-бы сотня лайков - продолжу.

Глава 15

Утро началось с напитка похожего на кофе. Аромат был обманчиво мирным, совсем не вязавшимся с информацией, которую мне только что выдал Кис. Они собрали ее совместно с Джейн. Каждый в своей области. Прошерстили, и выделив, самое основное передали мне. Я сделал глоток, чувствуя, как обжигающая жидкость окончательно пробуждает мозг.

— Так, девушки. Есть вводная, — ставя чашку с утренним напитком, обратился я к близняшкам.

— Мы засветились и, естественно, те, кому мы перешли дорожку, уже знают, что источник их неприятностей — мы. То есть не персонально мы, но именно те, кто мешает им жить, находятся за фасадом фирмы «Гарант+». Тут мне птичка нашептала, что у нас завтра грядут неприятности.

— Это та птичка, которую зовут Джейн, — сразу вскинулась Даша. — Очень информированная особа. Общалась несколько раз, но очень уж сильно у нее паранойя развита.

— С чего такие выводы? — прекрасно понимая, что имеет в виду Даша, спросил я.

— Скользкая как уж. Сколько ни пытала, ни капли личной информации и встречаться не хочет. Чувствую, думает, что мы ненадежные личности, — обиженно надув губки, ответила Даша.

— Или некоторые слишком кровожадные. Вот и побаивается, — вставила шпильку сестре Ксения, намекая на последние события.

— Вот еще! Если бы я была кровожадной, они бы все тут с этой планетки давно слиняли, — хихикнув, не осталась в долгу Даша.

— Ладно, и чего там птичка нам в клювике принесла?

— О! Там целый букет подобрался. Причем с разных адресов. И главное — в один день все напланировали. С утречка в «Гарант+» нагрянут здешние маски-шоу. Якобы для проверки поступивших жалоб. И попытаются на законных основаниях тормознуть фирму. Это привет от местных воротил. Так же завтра местные бандиты решили зайти на огонек. Проверить мебель, компы и прочий инвентарь на прочность, ну и психологическую устойчивость персонала заодно прояснить. По времени они еще не определились. Но точно не с самого утра. Но это будут не самые главные оппоненты. Кое-кто нас решил зажать сразу с двух сторон. Первое направление — проникновение в серверную. Туда засылают исполнителей с более высоким IQ. Зачем, надеюсь, понятно. И самое главное! Когда на разборки явимся мы, то нас будут поджидать сразу аж два снайпера. Видимо, для полной уверенности в решении проблемы. Как видите, с нами решили не церемониться, — выдал я близняшкам информацию, недавно полученную от Киса и Джейн.

— Вот ведь гадство! — воскликнула Даша. — И кто же это такой крутой объявился?

Даша не просто сидела — она подалась всем корпусом вперед, превратившись в сжатую пружину. В её глазах, которые только что смеялись над паранойей Джейн, теперь горел холодный, нехороший огонек охотника, почуявшего дичь.

— Не поверите. Гарант соблюдения, недопущения, поддержания и прочее-прочее. Мэр, в общем. Джейн и Кис раскопали все достаточно быстро. Джейн отследила цепочку оплаты до исходника: деньги шли от «Вороньего Гнезда» через подставные фирмы к местному «авторитету» по кличке Паук. Но Паук — лишь ширма. Джейн нашла след настоящего заказчика: зашифрованное сообщение в личном сервере мэра города. Фраза: «Очистить город от нежелательных элементов. Фирма мешает». Кис, покопавшись в первоисточнике, добавил: «Мэр боится. Не нас, а того, что мы раскроем. Есть чего опасаться. Запачкался он не только в коррупционных махинациях всех видов и уровней, но и в отмазке явных преступников. Не брезговал давить и на судей, и на следователей, и на свидетелей. Да и сам во многих криминальных делишках замешан. Особенно относительно собственного сыночка и дружков. Соответственно, давно на крючке у спецслужб Империи. Те через него часто свои грязные операции проводят».

— Нетрудно было догадаться. Ну вот почему, как только кто-нибудь в мэры выбивается, так сразу все дерьмо, что таилось в человеке, наверх всплывает? — возмущенно пробубнила Даша.

— Ну, не скажи. Нормальные тоже встречаются, — заступилась за мэров Ксения.

— Ну, тут можно диссертации писать, — подключился я к дискуссии. — То ли среда так влияет. Приходится ведь в систему встраиваться. Чиновничья братия свои порядки редко меняет в угоду внешним раздражителям. Часто даже хороших людей прогибает, а если кто не прогибается, то пожует и выплевывает. Примеров предостаточно. То ли, действительно, сладость власти разъедает все человеческое. То ли возможность более-менее безнаказанно залезать в казну или чужой карман отшибает все мозги. А возможно, и все это совместно влияет на ранимую и чувствительную душу новоиспеченных мэров. Но это лирика. Что делать будем? Может, плюнем и поищем мир попроще и поспокойней?

— Э, нет! Вот еще! Я им еще тут устрою армагеддончик местного разлива. Убивать они меня решили! — возмутилась моей пораженческой позицией Даша.

— Вот. И все-таки ты кровожадная, Дашуленька. Тут и хорошие люди имеются в наличии. А Армагеддон — вещь не избирательная. Больше по площадям, чем точечно, — высказалась Ксения.

— Ага. А вот ты, прям, готова под их пули подставиться, — возмутилась Даша.

— А почему бы и нет. Вот ведь удивятся, — с улыбкой ответила ей Ксения.

— Не стоит, — влез я в дискуссию. — Скорее всего, в снайперках патроны будут специфическими. Могут и пробить нашу защиту.

— Так, а регенерация разве не справится? — спросила Даша.

— Если не в голову, то да. А вот если в голову, то большой вопрос. От калибра зависит, — ответил я ей.

— Не. Не хочу я их так удивлять. Больно это, — сказала она и задумалась. — Я лучше придумала.

Даша развернулась ко мне и спросила:

— Евгений Михайлович, а можете вы повлиять на временной график масок-шоу, бандитов и прочих оппонентов? Можете! Я уверена!

— Да, — ответил я, уже догадываясь, куда она клонит.

— А подсунуть высокоинтеллектуалам ложный план размещения серверной?

— Вполне.

— Тогда сделайте так, чтобы бандюки появились первыми, потом с минимальным интервалом появились маски-шоу, ну и вишенкой на торте — высокоинтеллектуалы в то же помещение, — выдала на-гора свой план Даша. — Сможете так?

Я с удовольствием посмотрел на хитрую моську Даши и, представив предложенную ей последовательность появления на сцене действующих лиц, рассмеялся. Ксения тоже засмеялась, прекрасно сообразив, что получится.

— А что со снайперами? — отсмеявшись, спросила Ксения.

— О! С ними я разберусь не хуже. Обещаю, они нам не доставят никаких хлопот, — пообещал я.

— А вот инициативу мэра просто так, без последствий я оставить не могу, — зло прищурившись, сказала Даша. — Тут без всякой театральщины обойдемся.

— А может, мистики все же добавим? — предложила Ксения, видимо продумывая, как использовать наши дополнительные способности в будущей мести.

Даша задумалась. Было видно, как она мысленно перебирает варианты мщения за себя любимую. В этот момент она уже не просто кипела гневом, а холодно и сосредоточенно просчитывала, как ударить побольнее. Месть для нее — блюдо, которое нужно подавать не просто холодным, а ледяным.

« — Как? Справитесь?» — мысленно спросил я Киса.

« — Никаких проблем», — прошелестел его ответ.

« — Тогда действуйте.»

— Тихое утро в офисе «Гарант+». Секретарь Лина принимает первых клиентов. Всё спокойно, даже скучно.

Клиентов довольно много, несмотря на то, что день только начался. Наслышанные о результатах деятельности «Гарант+», многие переметнулись от ранее выбранных адвокатских контор к этой фирме. Идет нудная, но кропотливая работа по отработке контрактов.

Кис и Джейн тоже ведут свою работу. Три изолированных «пузыря» агрессии синхронно двигаются к месту расположения фирмы. Еще на этапе планирования Джейн и Кис встроились в переговоры этих агрессоров и синхронизировали все согласно плану Даши.

Джейн исказила исходные данные, проходимые по сети, Кис подкорректировал эмоции и направил мысли планирующих операции в нужное русло.

Местный криминальный босс решил использовать наемников. Не здешних. Задача: разгромить офис и не сильно, но чувствительно приголубить персонал. Использовать тупых громил местного разлива он побоялся, те могли и перегнуть палку. Как и случалось пару раз до этого. В одном из таких случаев один из запугиваемых скончался по пути в госпиталь, а во втором пара человек осталась инвалидами. Возник ненужный шум. Запущенное расследование с трудом удалось загасить. Сейчас же нужно было просто припугнуть. Серьезно припугнуть. А дальше видно будет. Тем более он сумел договориться об оплате крипто-транзакцией через офшорный холдинг.

Вторая группа от местных воротил — запущенное втемную силовое подразделение финансовой полиции. Его прибытие синхронизировалось максимум через несколько минут после того, как наемники ворвутся в офис.

Пять вооруженных дубинками наёмников врываются в холл и рассредоточиваются по помещению. Перед экзекуцией их главарю требуется объяснить всем, кто тут находится, какая фирма «Гарант+» плохая и почему с ней не стоит связываться.

— Тихо! — орет главарь. — Вы все тут подумали, что настали беззаботные времена и решили, что неписаные законы не для вас. То вы сильно заблуждаетесь. Вот мы и пришли напомнить, что…..

Тут его разглагольствования прерывает грохот открываемой двери, и в холл вваливается десяток вооруженных спецназовцев финансовой полиции.

В этот момент Джейн блокирует все коммуникаторы. И в наушниках тех и других возникает непривычная в таких случаях тишина.

Главарь бандитов и командир спецподразделения с удивлением сверлят друг друга взглядами.

В голове у главаря пронеслась паническая мысль, больше подходящая бухгалтеру, чем бандиту: «Так, стоп. По договору здесь только запугивание и легкий мордобой. Спецназ и черти из стены в счет не включены. Это перерасход!» Он даже мотнул головой, отгоняя абсурдность происходящего.

И вишенкой на торте — еще одно явление. Отваливается кусок стены офиса, и из дыры на все происходящее пялятся три удивленные физиономии. И совсем уж по-идиотски из дыры звучит:

— А где серверная?

Позже Даша, просматривая видеоматериалы по этому случаю, с сарказмом заметила, лениво помешивая ложечкой чай и не скрывая довольной улыбки: «Они бы еще спросили — "А как пройти в библиотеку?"», напомнив всем реплику из незабвенной комедии Гайдая.

Джейн начала вести их ещё на этапе закупки оборудования, когда они приобретали термический резак с целью максимально тихого проникновения в серверную из соседнего помещения.

В момент их проникновения в здание Джейн «подкладывает» им логическую бомбу. И их планшетный компьютер начинает выдавать ложные данные: они «видят» серверную там, где её нет, — и режут бетонную стену совершенно не там, где нужно.

Но и это был не конец Мерлезонского балета. В очередной раз с грохотом открывается многострадальная дверь. В этот раз в офис вваливается подразделение полиции. Становится тесно.

В строго определенное время, как раз за мгновение до нападения, секретарь Лина спокойно нажимает тревожную кнопку под столом, вызывая полицию. Почему так нужно сделать, она не спрашивала. Время работы в этой фирме уже научило ее ничему не удивляться.

Следователь Корсо приезжает лично. Осматривает место, осмысливая ситуацию. Пытается понять, как такое вообще могло случиться.

— Так. Этих скрутить и в отделение, — командует он, имея в виду наемников с битами. И обращаясь уже к командиру спецназа: — А вам, наверное, стоит забрать этих чудиков из дырки и выяснить у своего начальства, для чего, собственно, вас сюда прислали. Скорее всего, выяснится, что кто-то что-то напутал.

Тот не спорит и делает, что сказано. Когда офис очищается от бандитов, спецназовцев, полицейских и горе-айтишников, он поворачивается к секретарше:

— И как вы объясните этот бардак?

— Мы просто... знаем заранее. Наш алгоритм предсказывает риски. Даже такие, — улыбается она. — Это еще не все. Вот сейчас — последний штрих.

Так ей приказали сказать, когда вроде все закончится.

И действительно. Слышатся два чмокающих звука. В окне появляются два круглых отверстия от пуль, а на полке напротив окна вдребезги разлетаются две декоративные вазы.

Корсо дергается, понимая, что работают снайперы, но секретарша его успокаивает:

— Вот теперь все. Эту парочку вы сможете найти — одного в квартире в соседнем доме, другого на крыше этого же дома. И можете не спешить, они не сбегут.

Корсо смотрит на неё — и понимает: это не алгоритм. Это нечто большее. Не спеша прогулявшись к соседнему дому, он действительно нашел двух снайперов. Спящими возле своих винтовок. Причем одного из них уже давно искала полиция. И не только здешняя, но и имперская, в том числе.

Снайперы заняли свои позиции задолго до вышеописанных событий. Но как только они устраивались и приступали к наблюдению, их сознание брал под контроль Кис, транслируя совершенно другую картинку разворачивающихся событий, скорректированную под их задачу — «точечное устранение» руководителя фирмы.

В нужное время каждый из них «видит» в прицеле свою цель и нажимает на спуск. В момент нажатия на спуск оба снайпера теряют сознание: Кис посылает им импульс, имитирующий микроинсульт (без последствий).

Вечером в сети появляется анонимное сообщение от «Теней»: «Нападавшие переданы полиции. Заказчик будет следующим. Городу не нужны те, кто нанимает убийц против тех, кто защищает слабых».

Бездомный, определивший сегодняшнюю лежку в начале переулка недалеко от фешенебельного здания дома мэра, находился в весьма благодушном настроении. День удался. Утром какой-то чудик из богатых на его глазах выбросил вполне себе приличную курточку, видите ли, запачкали ее. Среди дня удалось выпросить пару монет, которых хватило на непритязательный обед из фастфуда, да еще и на бутылочку слабоалкогольного пойла хватило. Теперь он собирался устроиться на ночлег и начал доставать из своей тележки части картонного ящика. Картон был толстый, проклеенный с внутренней стороны амортизационным материалом, и отлично держал температуру внутри выстраиваемого из него шалаша. И тут он увидел весьма странную картину. В первый момент даже подумал, что винишко было порченое.

Две фигуры, даже не понять, на кого похожих, вроде люди, но с хвостами, вынырнув из темноты, быстро подбежали к дому мэра и быстро начали карабкаться по стене вверх. Все бы хорошо, но стена-то была стеклянная. Совершенно гладкая. Покачав головой, бомж решил отсюда убраться. Он привык к тому, что все непонятное чаще всего таит в себе угрозу.

За некоторое время до этих событий.

Просмотрели вместе с близняшками фильм о наезде на фирму «Гарант+» и начали решать, что же делать с мэром.

Сначала я изложил всю информацию, которую мне нарыли Джейн с Кисом.

— Просто прихлопнуть его будет очень милосердно, — тут же заявила Даша. — Совсем скрысился. Думал, самый хитрый, а сам, как таракан, решил, что в темноте не видно.

Особенно сильно ее разозлила информация о том, как мэр, курируя тендеры по закупкам для сиротских домов, обчищает последние почти до нитки. Ну и, конечно, она все еще кипела по поводу его приказа нас пристрелить.

— Тогда нужно бить по самому дорогому, — крутя в руках пульт от здешнего телевизора, сказала Ксения.

— По сыночку? — осведомилась Даша.

— Да нет. По кошельку. Думаю, Евгений Михайлович все его заначки уже выявил, — положив пульт на стол, ответила Ксения. — Так ведь?

— Не без того. Все его тайные счета можем обнулить хоть сейчас. Но он многое держит в доме, причем его паранойя по поводу безопасности — зашкаливает. Проникнуть в дом будет не очень просто. Внутренняя система безопасности изолирована от внешних сетей. Причем эта система не использует беспроводные коммуникации. Исключительно оптоволокно. Куча датчиков.

— Тут и думать нечего. Надо как в анекдоте, — тут же выдала на-гора Даша.

— Это как? — искренне удивился я.

— Как защитить компьютер? Знаете? Не знаете. Очень просто. Анекдот нам в помощь. Рассказываю.

«— Самый надежный способ защитить компьютер от хакеров — отключить его от сети.

— От всемирной?

— Нет, от электрической.»

Даша победно оглядела нас. — Так же и защиту можно отключить.

— Оно, конечно, интересно, но мэр еще тот параноик. У него в здании имеются источники бесперебойного питания. А система безопасности завязана на аккумуляторы, подзаряжающиеся от солнечных батарей, а не от сети, — охладил я Дашуню.

— Значит, аккумуляторы на крыше или на техническом этаже? Иначе пришлось бы тянуть слишком длинные коммуникации, что нецелесообразно. Вот их мы и отключим в первую очередь. А уж забраться на крышу мы с Ксюхой сможем по любой стене. Сколько там этажей?

— Тридцать, — ответил я, воспользовавшись подсказкой Киса.

— Всего-то сто метров. Заберемся за полминуты.

— Так ведь засветитесь на камерах наружного наблюдения.

— Ну, в основном, основное внимание на экраны от камер, которые направлены на входы, а теперь представь — смотрит дежурный на экран и видит: к дому подбегают два непонятных существа и быстренько лезут по совершенно гладкой стене. Причем быстрее, чем если бы лезли по лестницам. Минуту точно в обалдении будет пребывать. Да и тревогу, скорее всего, сразу поднимать не будет. Начнет проверяться — не привиделось ли. К этому времени мы уже систему отключим от аккумуляторов, а вы вырубите внешнее подключение. Возникнет небольшая суета. Как раз нам хватит времени добраться до места, где будет мэр. Может, кабинет, может, спальня. Там мы с ним и поговорим, — вдохновенно выдала в ответ свой план Даша.

Можно было, конечно, все и попроще сделать. Кис мог нейтрализовать систему, не прибегая к столь экзотическим способам. Просто усыпить охранников и дать возможность просто войти через парадный вход. Но инициативу близняшек я не хотел душить на корню. Пусть попробуют свои новые ипостаси в деле и поднимут свою значимость в собственных глазах. Так что на том и порешили.

****

В этот вечер мэр заработался. Он все еще разбирался, как сумели опростоволоситься хваленые наемники и, вообще, как могло случиться то, что случилось. Прямо комедия какая-то.

В этот момент мэр услышал мягкий, совершенно невозможный звук — звук когтей, легонько царапнувших по стеклу его личного кабинета. Сердце пропустило удар. Окна — тридцатый этаж. Подсознательно он уже готовился к какой-то гадости и всякие непонятки пугали.

Свет погас не сразу — он умер несколько раз моргнув, как будто само электричество панически покидало провода.

Когда погас свет и не запустилась резервная система, а включились только локальные подсистемы, питающиеся от малых, так же локальных ИБП — он испугался по настоящему. Понял — пришли к нему.

Так и оказалось. Когда он проморгался, то обнаружил в кабинете еще двоих. Причем их внешний вид только увеличил испуг. Это были не люди. Два существа гуманоидного вида, но с хвостами. Даже сквозь страх он отметил их довольно симпатичное обличие, предполагающее явно их женский род. Красивые глаза с вертикальными зрачками, остроносые аккуратные ушки, мягкая даже на вид шерстка. Их хвосты не виляли, как у собак, а двигались плавно, гипнотически, словно жили своей, отдельной жизнью. Один, черный как смоль, нервно подергивался, выдавая нетерпение хозяйки, второй, с серебристым отливом, замер в неподвижности, как будто сидел в засаде. Именно эта нечеловеческая деталь окончательно раздавила волю мэра. Одна из них заговорила:

— Ну что, допрыгался, касатик?

Мэр вздрогнул. Голос звучал почти ласково, но от этой ласки по спине побежали мурашки размером с кулак. Кто такой «касатик», он не знал, но тон безошибочно дал понять: ничего хорошего это обращение не сулит.

— Молчи и слушай, — продолжила та. — Убивать мы тебя не будем, хотя и стоило бы.

Повисла пауза, и мэр физически ощутил, как в воздухе повисло невысказанное «но». Тишина давила на уши, заставляя сердце колотиться где-то в горле. Он уже хотел было заговорить, начать торговаться, угрожать, умолять — что угодно, лишь бы разорвать эту звенящую тишину, но незваная гостья не дала ему такой возможности.

— Сделаем проще. Во-первых, избавим тебя от тяжкого бремени, то бишь денег. Со всех внешних твоих счетов мы денежку уже сняли.

Услышав, что убивать не будут, мэр немного расслабился, но то, что он услышал дальше, вогнало его в гораздо больший ужас, чем даже весть о скорой смерти. Это был не просто страх, это был ужас человека, у которого отнимают воздух. Деньги были не просто средством, они были фундаментом его власти, его защитой, его сутью. Без них он становился голым и беззащитным. Как можно было снять средства с секретных защищенных счетов, он не понимал, но то, что это было сделано, не сомневался. Ему назвали номера счетов, названия банков, где они были открыты, и главное — пароли и все сопутствующие секретные атрибуты каждого. А существо продолжало:

— Теперь ты нам отдашь, что припрятал здесь, и не шути. Мы сами скажем тебе, где брать и как избежать ловушек, которые ты понаставил. Драгоценности, наличные, ценные бумаги на предъявителя — все то, что он годами собирал как последнюю подушку безопасности. Эти твари знали о каждом тайнике, о каждом секретном сейфе за картинами. Они вели его по этажу , как слепого котенка, безошибочно указывая, куда идти и что открывать. Потом ты приляжешь поспать. Ненадолго. Мы уйдем. Но не надейся, что это все. В утренних выпусках новостей, и в сети, и на новостных каналах обычных СМИ выйдут материалы всех твоих прегрешений. Всех! Так что до утра у тебя фора. Как ты ей воспользуешься — дело твое.

Новость о том, что всё его состояние, его «подушка безопасности», перекочевало в чужие руки, сначала парализовала его. Он хватал ртом воздух, как выброшенная на лед рыба. Его холеные пальцы судорожно впились в ладонь, костяшки побелели. Паника накрыла его с головой. Он бы предпочел смерть.

Последняя фраза упала, как камень в воду. До мэра начал доходить смысл. «Фора». Его не просто грабили и унижали, его загоняли, как дикого зверя. Ему давали призрачный шанс, отлично понимая, что деваться ему некуда. Имперские кураторы сожрут его раньше, чем полиция успеет надеть наручники. Оставив его наедине с руинами его жизни, две фигуры бесшумно растворились в темноте, из которой появились.

Воздух на улице был по ночному прохладным и чистым, совсем не таким, как липкий от страха в кабинете мэра. Даша потянулась, хрустнув позвонками, и превращение обратно пошло по телу приятной, теплой волной.

- Фу, даже вспотела, — пробормотала она, по-кошачьи передернув плечами. — Ну что, Ксюх, основное блюдо подали, теперь можно и десертом заняться?

- Каким еще десертом? — не поняла Ксения.

- Прогуляться перед сном, воздухом подышать. Заодно и посмотрим, кто тут по ночам без спросу шастает», — в глазах Даши заплясали бесенята.

А ближе к утру произошло еще одно происшествие.

Зира проклинала тот момент, когда поддалась на уговоры этого идиота, возомнившего, что она его девушка. Он ей не особо нравился с самого начала их знакомства. Но в некотором плане был удобным. Во-первых, разогнал особо назойливых поклонников. Во-вторых, пытаясь показать свою значимость, водил в элитные рестораны и клубы. В-третьих, до этого момента не пытался домогаться. Сегодня же, видимо, решил, что достаточно вложил, и попытался, но получил жесткий, если не сказать грубый, отказ. Результат: вытолкал из автомобиля посреди парка и, крикнув: «Дура квадратная! Ну и мотай. И даже не звони. Надоела! Недотрога королобая», уехал, оставив ее одну. Прокричав пару эпитетов вдогонку, Зира, бурча и ругаясь, двинулась на выход. Особенно ее задело «дура квадратная». Она такого еще никогда не слышала и не понимала, почему именно квадратная. Особо она не беспокоилась. Больше злилась и на себя, и на этого мудака. С тех пор как появились эти «тени улиц», стало значительно безопаснее. Не сказать, чтобы она совсем не беспокоилась, определенная тревога все же присутствовала. Но не повезло.

Как раз в эту ночь в одном из клубов недалеко от парка собралась компания «золотых» мальчиков во главе с сыном мэра. Приняв на грудь и потусовавшись в клубе, заскучали. Поэтому решили поискать заблудших овечек. Так они называли девиц, гуляющих без сопровождения. Они уже не в первый раз проделывали это. Выловив одну или парочку девиц в парке без сопровождения, насиловали и издевались. Их совершенно не заботило, что жертвы их видели. Папа вожака, мэр этого города, всегда их отмазывал. Хотя и лишал своего сыночка после таких случаев карманных денег. Обычно ненадолго. Да и сами жертвы, понимая, кто их насиловал, в полицию не спешили. Хорошо, если обращалась одна из десяти. Но даже в этом случае семью пострадавшей затыкали приличной суммой отступных. И даже сейчас, когда слухов о «тенях улиц» ходила туева хуча, решили, что это не про них. Что это только про криминальных отморозков, а таких «хороших» мальчиков это не касается. Но не повезло.

Только успела компания окружить Зиру и начать пока что издеваться словесно, рассказывая, какое удовольствие та скоро получит, как на сцене появилось еще два действующих персонажа.

Две милые девчушки вклинились в круг, и одна из них заявила:

— Шли бы вы, мальчики, по домам. Проспитесь и поймете, как вам повезло.

— Это кто это тут образовался? — удивленно воскликнул сын мэра. — А вообще-то ничего себе девочки. Мы и вам доставим удовольствие.

Подпевалы загоготали, предвкушая будущее удовольствие. Была одна, а тут целых трое. И все выглядят очень даже ничего.

Зира удивилась. Она уже смирилась, когда в одном из окруживших ее узнала сына мэра и еще парочку сынков высокопоставленных чинуш. «И чего они влезли? Тут шестеро здоровенных лбов. На что надеются эти две пигалицы? Теперь отымеют и ее, и этих двух дурочек». Хотя отметила и хорошую для себя новость. «Удовольствия» достанутся не ей одной. Потом она еще больше удивилась.

Сказав «ясненько», говорившая девчушка пришла в движение. Ее подруга тоже начала двигаться. Что случилось дальше, Зира не сразу поняла, так как четверо бугаев уже лежали, а две девушки вколачивали оставшимся правила хорошего поведения. Именно вколачивали. Пока били, проговаривали эти самые правила. Когда два последних нападающих перестали шевелиться, девчушки повернулись к ней. Теперь говорила уже другая:

— Ну чего стоишь? Быстренько домой. И больше не ходи так поздно одна.

Вторая, видя нерешительность Зиры, грубовато прикрикнула:

— Давай. Давай. Двигай отсюда. И это… Ты нас не видела. Их тоже.

Выйдя из ступора, Зира развернулась и побежала к выходу из парка. Она поняла, что повстречала тех самых «теней улиц». В голове билась одна мысль: «Вот уж никогда бы не подумала».

И еще одно, навсегда врезавшееся в память ощущение: как мягко, почти нежно, одна из девушек перехватила летящий в нее удар, одним движением запястья сломав нападавшему руку, словно сухую ветку. Не люди. Но точно не люди.

Когда несостоявшаяся жертва убежала, Ксения спросила:

— Даш, а с этими что будем делать? Это не криминал, мажорики. Пользуются своей безнаказанностью под крышей сыночка мэра.

Даша постояла, подумала, а потом предложила:

— Я как-то читала одну книжку, так там, в похожей ситуации, правда, там был сын начальника милиции с прихлебателями, мажориков закопали. Не, не так, как ты подумала, — увидев удивленное лицо сестры, быстро сказала она. — Стоймя по шею.

— И как мы их без лопат прикопаем? — все так же удивленно спросила Ксения.

— Ксюха, не тупи. Когти на что? Грунт тут мягкий. Обратимся и прикопаем.

— Ха. Точно. Никак не привыкну, что меня две, — засмеявшись, ответила Ксения. — А не помрут? Земля-то холодная.

— Не боись, не помрут. Да если бы и померли, невелика потеря. Хотя болячек заполучат прилично.

Снова внеочередное совещание у начальника полиции. Заместитель его выдернул задолго до начала рабочего дня. А он выдернул всех остальных. Слишком уж вопиющие события произошли этой ночью. Посмотрев на заместителя, он приказал:

— Начинай.

Заместитель пару раз кашлянул, прочищая горло, и заговорил:

— Самое значимое. Удрал мэр. Именно не пропал, а удрал, — видя недоуменно-вопросительные взгляды, он пояснил: — Под самое утро мне позвонил дежурный и срывающимся от волнения голосом сообщил, что пришел пакет документов шокирующего содержания. И что мне лучше приехать, чтобы ознакомиться лично. Когда я появился, дежурный передал мне несколько папок и малый носитель. Когда начал знакомиться с документами, понял, от чего дежурный так нервничал. Дело политическое, с взрывоопасным потенциалом. Заденет очень многих влиятельных людей. Даже больше скажу, можно по пальцам одной руки пересчитать, кого оно не заденет. В папках полное описание всех прегрешений нашего «дорогого» мэра. Все документировано и подкреплено вескими и неопровержимыми доказательствами. В сопроводиловке сказано, что, если мы сами все не решим или попытаемся замять, все будет слито в СМИ. Под свою ответственность я отправил отряд на задержание. Но не успел. В доме мэра ни его, ни его персонала не было. Вообще никого не было. Все нараспашку и никого.

По мере рассказа лица присуствовавших все больше и больше мрачнели. Каждый из них примерял ситуацию на себя. Ведь ни для кого не было секретом, что не раз и не два под давлением мэра каждый из них закрывал некоторые неприятные дела, которые в новых обстоятельствах придется возобновлять. Если, конечно, они останутся на своих должностях.

Видя озабоченность подчиненных, начальник полиции сказал:

— Не все так плохо. Нам дали фору. Если не будем рассусоливать, вывернемся. Все, что сделано не так или не сделано под давлением, будем доводить до логического завершения. Пока выберут нового мэра, сумеем все подчистить. Главное — не прогибаться. Прогнемся — точно вылетим со своих мест. Так. Что там еще? Ты говорил еще об одном деле.

— Это уже из другой оперы, но тоже будет громкий резонанс. Утром один из блогеров наткнулся, или его наткнули, трудно сказать, на весьма живописную композицию. Снял и сразу выложил в сеть. Я просмотрел. На видео видны шесть голов, торчащих из земли и орущих благим матом. Небезызвестная компания золотых мальчиков во главе с сыном мэра. Кто их закопал, пока непонятно, но в эфире уже несколько интервью с их бывшими жертвами. Кто их подговорил заговорить, тоже пока непонятно. Так как мэр сбежал, я не стал цацкаться. Всех откопали и отправили в притюремный госпиталь. Врачи сказали, что нахождение в течение почти трех часов в земле для них даром не пройдет. При задержании сыночек мэра грозил всеми известными и не известными карами. Не знал бедняга, что отец уже ему не поможет, — отчитался по второму происшествию заместитель.

Начальник полиции мрачно осмотрел подчиненных и приказал:

— Всем поднять дела, которые приводятся в полученных документах, и не медальничать. Тут или мы, или они. Будет жарко.