Я все еще царь. Книга XXXI

Глава 1. Могу я немного отдохнуть?

Чуть ранее.

– Группа “Лепестки”, вижу объект.

– Группа “Вишенки”, поняли вас. Продолжайте наблюдение. Мы начинаем проникновение.

Из-под запорошенных снегом кустарников поднялись четыре человека в камуфляже.

Они медленно подошли к стене, ведущей на территорию поместья графа Бердышева. Раньше, эта территория принадлежала князю Кузнецову, но за сутки до того, как его обьявили государственным преступников, он успел продать замлю этому графу.

Вокруг этого места ходило много слухов. Некоторые уверяли, что видели Кузнецова близ этой территории. Была пара происшествий связанных с ним, но обыски этого поместья официально ни к чему не привели. Все было чисто. Относительно.

Но с юридической точки зрения, ни к чему не придраться. Так что была создана группа солдат-наемников из той самой организации. Это были люди, никак не относящиеся к органам Российской Империи и основной их задачей была тайная слежка.

– Группа “Зефир”, группа “Лепестки”, заходим с южной стороны. Следите за артефактами. Дом напичкан ловушками, – прошептал в наушник командир “Вишни”.

Он махнул ладонью и остальные члены команды подошли вплотную к стене. Их костюмы “хамелеоны” быстро подстроились к цвету забора, сделав их практически невидимыми со стороны дороги.

– Командир, машина с графом Барышевым заехала внутрь, – произнес один из солдат.

– Вижу. Подсади.

Солдат сделал ступеньку из рук и главный подтянулся по забору и долго рассматривал местность. Потом залез и дал команду остальным, что все чисто.

Через полминуты все были на территории по колено в снегу, спрятавшись за складом.

– Я думал зимой букашек не бывает, – произнес солдат, смахнув маленькую мошку в снег.

– Тихо. Следить за периметром.

После они переместились за небольшое строение.

– Все же частные армии – простаки, – фыркнул солдат. – Они не видят дальше своего носа. А говорили, что у Кузнецова лучшая армия в стране.

– Да тут большинство людей графа, – ответил командир. – Вторая половина сейчас на учениях. Именно поэтому мы выбрали это время. Сейчас в поместье меньше всего народу. А солдаты, которые остались, зеленые новички.

– Может, их всех… – произнес еще один и провел пальцем по горлу.

– У нас другая цель, – цокнул командир. – Так. Второй и Четвертый, вы заходите с восточной стороны дома. Там есть сточная труба. Мы с Третьим заходим с южной стороны. Как установите наблюдение – возвращайтесь. Место сбора за той будкой.

– Есть, – кивнули остальные.

– Группа “Вишня”, группа “Зефир”, мы на территории. Устанавливайте оборудование, но чтобы без косяков!

– Группа “Лепестки”, принято. Сами не накосячьте.

Проехала машина доставки и отряд успел перебежать к зданию. Там они разделились.

– Командир, а если мы наткнемся на Кузнецова?

– Огонь на поражение. Наша организация не прощает провалов.

Солдат кивнул.

– Опять мошки какие-то…

Оба залезли на крышу второго этажа и проникли через окно в дом.

– Группа “Вишня”, группа “Зефир”, мы внутри, – прошептал командир. – Второй, Четвертый, мы в здании.

– Понял вас, мы тоже.

Солдат приоткрыл дверь и выглянул наружу. Второй этаж был пуст. Внизу слышались голоса.

– Граф кого-то с собой привез, – произнес командир. – За работу.

Они вышли в коридор и направились к дальней комнате.

Тут же послышались частые мелкие шаги по лестнице, слово несколько детей бежали наверх. Солдаты прицелились на лестницу, но тот, кто должен был подняться, не появился, хотя топот доходил до последней ступеньки.

Командир сработал оперативно. Показал пальцами направление, и оба забежали в темную комнату, закрыв за собой дверь.

– Что это было? – произнес солдат.

– Не важно. Нас не обнаружили…

– Кстати, командир, – задумался солдат. – А ведь группы “Вишня” и “Зефир” так и не ответили.

Командир задумался и попробовал связаться, но в эфире неожиданно появились помехи.

– Кажется, тут глушат связь. Что это за комната? Темно.

Оба включили фонари.

– Ох, господа, прошу, вырубите свет, – раздался спокойный мужской голос из глубины комнаты.

Оба тут же вскинули автоматы и направили их на голос.

Вспыхнул свет. В кресле сидел молодой парень, в руке он крутил раскаленный до красна меч.

– Кто ты? – тихо спросил солдат.

Парень наклонил голову набок и улыбнулся.

– Вижу, твой командир меня узнал, верно?

Солдат краем глаза посмотрел на своего командира. Тот стоял с выпученными глазами, слегка бледный.

– Это Кузнецов… – тихо произнес он.

– Молодец, – похлопал в ладоши парень. В помещении вдруг стало тяжело дышать. – Вторую часть группы уже ликвидировали. Как и группу “Зефир” и “Вишня”. Говорите, кто вас послал?

– Пошел ты! – зарычал командир, выхватил пистолет и попробовал застрелиться, но что-то быстрое выхватило оружие.

– Ох, не стоит этого делать, пока что, – помахал он пальцем. – Вас послал Петр Первый?

Вместо ответа солдат нажал на спуск. Прогремели выстрелы. Командир среагировал молниеносно и тоже открыл огонь. Но последнее, что он увидел, так это как пули отскакивали от невидимой преграды.

***

– Гадство.

Я сидел над двумя трупами. По большому счету, эти парни сами себя убили. Пули рикошетили в маленьком пространстве, и вот…

– Н-да… не компетентно… – заявила Лора.

Через секунду в комнату ворвался Андреев с двумя охранниками.

– Михаил? – выпучил он глаза и поспешил опустить руки с оружием у охраны.

– Плохо работаете, Василий Иннокентьевич. Мои солдаты разобрались с внешней группой. Повезло вам, что они возвращались.

Он быстро успокоился и поклонился.

– Прошу прощения. Моя оплошность. Возможно, нам стоит пересмотреть протоколы защиты. Если вы с вашими солдатами не против, то мы бы хотели пройти переподготовку.

Люблю профессиональных людей. Андреев быстро повернул ситуацию так, как ему удобно и еще сделал так, чтобы это было выгодно и мне.

– Разумеется. Я отдам приказ солдатам, – кивнул и встал, убрав Ерх в пространственное кольцо. – Ростислав Тихомирович уже внизу?

– Да, ожидает вас с гостем.

Я спустился вниз. Тари, как новая защитница поместья, следовала за мной по пятам.

Внизу сидели сам граф и с ним агент Ю.

– Михаил, – поднялся Ростислав Тихомирович, и мы обменялись рукопожатиями.

На лице агента мелькнуло легкое удивление, но он взял себя в руки и, поднявшись, тоже пожал мне руку. Наконец-то меня никто не сканировал, что было приятно.

– Итак, – я сел в кресло. – Что вы хотели мне рассказать?

– Это секретная информация, – сухо произнес агент, покосившись на графа.

– Вы серьезно? – улыбнулся я.

Мы некоторое время сверлили друг друга глазами, и все же он сдался. От графа у меня точно не было никаких секретов. Возможно, я ему не все рассказываю в виду того, что на это мне физически не хватает времени, но он знает мой главный секрет. Так что какое-то секретное поручение для Дункан было не столь значительным, в масштабах остальных тайн.

– Прошу прощения, – кивнул агент Ю. – Слегка нервничаю… Поздравляю вас с новым рангом. При других обстоятельствах это был бы праздник и событие в масштабах страны.

– Перейдем к сути. У меня еще очень много дел.

Да, вечернее застолье со всеми родными и близкими было для меня тоже важным событием. И я не собирался бросаться на амбразуру по первому щелчку. Хватит. Набегался. Да так, что у меня пропал один из ценнейших людей. Практически мой родственник.

– Я бы хотел попросить вас спасти Айседору и остальных. Заберите их на Сахалин. Сейчас они в большой опасности. За ними направлены буквально все силы Империи!

Лора же только хмыкнула. Она сидела рядом и пристально всматривалась в лицо агента.

– Послушайте, – я поднял руку, чтобы прервать его. – Буду откровенен. Если вы не начнете говорить правду, то можете покинуть мой дом. У вас есть на меня досье?

Он некоторое время молчал, но все же ответил.

– Да.

– И там наверняка указано то, что я умею понимать, когда человек врет или недоговаривает. Верно?

– Да, – кивнул агент.

– Тогда я дам вам последний шанс начать наш диалог сначала.

– По приказу нашего начальника мы назначили Айседору Дункан на миссию в Кремль для того, чтобы она украла один документ.

– Что за документ?

Агент посмотрел на графа и потом на меня.

– Документ о том, как убить Петра Первого.

– Но ведь говорили, что он практически не убиваем, как близняшки у Анастасии, – удивился я.

– Но такой документ есть. И по нашим данным, Дункан смогла его получить. Нам необходим этот документ.

– Я так понимаю, ваше начальство, это Петр Петрович? – улыбнулся я.

– Совершенно верно.

– Что ж, тогда в ближайшие дни я попробую что-нибудь придумать.

– Но… Это срочно… – начал агент.

– Вам нужен документ, а не сама Дункан. Я вас не осуждаю. Но скажу, что с ней очень сильные маги, и вы сами это знаете. У меня тоже много дел в моем государстве, но не переживайте, как я уже сказал, в ближайшее время…

И скажу честно, у меня было некоторое представление, как решить эту проблему, не ввязываясь в это самостоятельно. Все же у меня куча питомцев. А если удастся достать Валеру, то можно полностью скинуть на него эту задачу.

– Ростислав Тихомирович, на минутку, – окликнул я его.

Мы отошли на кухню, и я ему рассказал, что наемная группа из той самой организации была направлена сюда для слежки. Они связаны с Петром Первым. Это я понял, когда спросил их командира наверху. И предупредил, что сейчас, когда они все мертвы, у царя могут возникнуть вопросы. Но он быстро сориентировался:

– А что тут такого? На мою частную территорию проникли неизвестные, оказали сопротивление при поимке, и мои солдаты их убили.

– Если это прокатит, то флаг вам в руки, – кивнул я, доставая из кольца детальку Болванчика. – Но будьте осторожны и носите это при себе.

Заодно я пригласил графа и его жен на сегодняшний стол, но он деликатно отказался, сказав, что устал, и впервые за долгое время поедет домой, проведать семью. Также добавил, что после того, как Валера пропал, его младший сын Денис тренируется самостоятельно во дворе. И даже погодные условия его не смущают. Но он скучает по учителю.

– Да уж, по Валере все скучают, – кивнул я.

Мы попрощались, и я вернулся на Сахалин. Время как раз подходило к началу праздника.

Приехав домой, еще и умудрился попасть в небольшую пробку, так как тут был и кортеж княгини Нахимовой, и Романовых. Даже Эль умудрился взять машину с солдатами.

Пришлось стоять и слушать, как Лора болтает с Любавкой во внутреннем хранилище, утешая ее, что Богдан скоро вернется. Вообще удивительно, как все питомцы сплотились и начали всячески ее подбадривать. Угольки возвели на ее острове большой песчаный лабиринт. Любавка любила подобные строения.

Булат постоянно катал ее на себе, стараясь развеселить девочку. Посейдон делал водные представления, создавая из струй нереалистичные фигуры. Кицуня просто крутился у ее ног, как и Болванчик. Тари же гуляла с девочкой по пляжу и держала за руку. А Аркадий бегал на задних лапах и смешно махал передними, так же пытаясь развеселить ее.

Наконец, я добрался до своего же дома.

В большом зале поставили длинный стол, на котором уже стояли закуски, фрукты, овощи и много чего еще. Наверное, проще было сказать, чего не было. Организовывали все Маша и Света, и они наняли поваров, чтобы Трофим и Маруся так же присутствовали за столом, как полноправные члены семьи.

Тут были практически все. Помимо домашних, присутствовали и Романовы. Эль с сестрой. Донцов со своей женой и внучкой. Тягач, которого в последнее время практически не было видно из-за большой загруженности работой.

Еще были Софья Андреевна и Арина Родионовна. С ними я заметил Люсю и Розу. Они вчетвером о чем-то мило беседовали, иногда экспрессивно размахивая руками.

Также тут были и конюхи во главе с Емелей. Алиса крутилась рядом в красивом коктейльном платье. И ее огромный рот нисколько не был заметен. Княгиня Нахимова увлеченно болтала с Надей.

Лермонтов в кой-то веки нашел интересного собеседника в лице Трофима и что-то ему рассказывал. А Донцов стоял рядом и грел уши.

Мои девочки-рыцари тоже успели нарядиться. Вижу руку Екатерины. Кстати, сейчас она как раз была с ними. Также рядом стояли Настя и Каренина.

– Ну как тебе небольшой домашний праздник? – со спины подошла Маша и аккуратно взяла за локоть.

– Честно признаться, я не ожидал такого. Столько народу.

– Ты это заслужил, – Света подошла с другой стороны. – Иди переоденься, а мы пока усядемся.

Что ж, для такого мероприятия стоит выглядеть подобающе, а не спортивные штаны и кофта, в которую я сейчас был одет.

Быстро сбегал наверх и переодевшись, вернулся к гостям.

Не было никаких официальных открытий или сигналов. Все расселись, кто как с кем хочет, по семейному, по простому. Для питомцев также было место, но ввиду комплекции некоторых из них, стол для них поставили отдельный.

Вскоре Петр Романов встал и аккуратно ударил вилкой по бокалу. Повисла тишина.

– Дамы и господа, – торжественно начал он. – Позвольте поблагодарить того, ради кого мы все собрались. Наверняка, для многих этот человек был спасательным кругом в критический момент жизни. Впрочем, для меня-то уж точно.

– Да ты тут больше половины спас из такой жопы, что они еще по гроб жизни тебе должны будут, – задрав нос, произнесла Лора.

– Но собрались мы тут ради одного события. Михаил получил новый ранг! Это высшая ступень магии! Не многие достигают даже половины. Поэтому давайте поздравим его! Это твой день, Михаил, ты заслужил!

Остальные встали и подняли бокалы.

Я же, признаться, слегка засмущался.

– Ты серьезно? – Лора наклонилась к моему лицу. – Кто это у нас тут такой стесняшка?

– Спасибо всем вам! Для меня большая честь, что я знаком с такими замечательными людьми, как вы! – поблагодарил всех и сделал глоток.

– Неплохое шампанское, – Лора уже стояла с бокалом. – За тебя, мой дорогой!

Маша и Света сидели по обе стороны, и обе наградили меня поцелуями.

Наш маленький праздник продолжался, но без фанатизма. И мы с моими женами решили, что это благодаря тому, что на этом мероприятии нет их отцов. Иначе, там бы точно произошло что-то такое, от чего всем будет стыдно, и мне в большей степени.

Меня поздравляли по очереди, и даже Посейдон, выдал хорошую речь, чем растрогал некоторых из присутствующих.

Чуть позже были даже танцы.

– Ты посмотри туда, кто у нас медляки любит, – хихикнула Лора, показав пальцем на Арину Родионовну и Эля. – Прошлый медляк он танцевал с другой старушкой.

– Мы смотрим и не осуждаем, – сказал я Лоре и та согласилась.

Ближе к полуночи начали закругляться. Маша и Света, будучи в положении, ушли первыми. Потом подошли Романовы, поблагодарили за хороший вечер и тоже уехали.

И так, буквально за час, все разъехались по домам. Многие остались у нас на ночь. Благо, комнат было много.

Когда в зале стало тихо, я решил выйти на улицу и подышать свежим воздухом.

И вот тут-то ко мне подошла Любавка.

– Что случилось?

– Миша. Там это… Тебя ждут…

– Меня? – на секунду я задумался. – А-а-а! Дорогая, можешь остаться сегодня в доме. Там будет шумно.

Нацепив шубу, я потопал к ангару.

Когда зашел за угол, то слегка опешил. Мне казалось, что адские муки многих отсекут от затеи сделать себе татуировки, но это вызвало обратный эффект.

Тут собрались практически все солдаты. Они спокойно стояли на улице и ждали меня.

– Господин, мы привели всех! – радостно воскликнул солдат.

– Предупреждаю еще раз. Будет больно! Но если кто-то в процессе передумает, то может искать работу в другом месте! – почему-то мне показалось, что это напугает солдат, но в ответ я услышал только смешки.

– Да ладно вам, господин, давайте уже начнем!

Я подошел к дверям ангара, открыл их и улыбнулся.

– Ну заходите. Давайте добавим немного напряжения? Кто закричит, тот лох!

Солдаты рассмеялись, но, переглянувшись, кивнули и пошли внутрь.

От автора: Дорогие друзья! мы с вами так давно вместе! Спасибо, что от главы к главе продолжаете следить за приключениями Михаила! Эта история жива только благодаря вам! Именно благодаря вам, я стараюсь придумывать каждую главу интересной. Надеюсь, это получается и вам нравится! (хотя бывают и косяки с моей стороны, за что извиняюсь!) Если вам нравится, то поставьте сердечко. Можете и несколько приятных слов написать, мне будет приятно)

П.С. Да и замечания тоже приветствуются)

Глава 2. Как найти того, кто не хочет, чтобы его нашли?

Кремль.

Одинокие коридоры Кремля. Тени сгущались под ногами, нехотя отступая перед редкими лампами.

На стенах красовались правители прошлого. Их родственники и даже домашние питомцы. Многие гуляли по этому красному ковровому покрытию, но сейчас по нему шел только один человек.

Его лицо накрыла тусклая тень и только тусклый свет глаз хоть как-то выделял мужчину из полумрака.

Петр прогуливался по своему дворцу, лично проверяя все защитные и оповещающие заклинания и артефакты. И все для того, чтобы в следующий раз быть чуть подготовленней. Он не учел, что Михаил сможет выкрасть Виолетту и Люсю, но теперь это было не важно. План сработал на отлично.

Единственная проблема была в том, что в Кремле теперь опять восстановительные работы. Пломбируются старые проходы. Замуровывают коридоры, и все для безопасности.

В очередной раз все сработало так, как он планировал. И даже чуть лучше.

Отследить, где находится младший Есенин, не составляло труда. И достаточно было понять, кто с ним. Но и это было не сложно. А дальше в ход вступала простая психология.

Отправить Федору фотографию его дочки, на которую он обязательно клюнет. Параллельно пустить слух о том, что есть секретный документ, в котором упоминается, как убить самого Петра Первого, и донести это до сына. И дать команду связным, чтобы они распустили слухи, что эти документы охраняются магическими заклинаниями с изъяном. И все не работает на тех, в ком нет никакой магии.

Все сработало лучше некуда. Разумеется, шпионская сеть все слила сыну. И тот приказал отправить Дункан.

За долгие годы, пока его организация существовала, они смогли найти множество информации практически обо всей верхушке государства и ключевых фигурах. Удивительно, как все было просто.

Но были и свои минусы. Идеальных копий осталось только две. Ну да ладно. Если понадобиться, он сделает еще.

– Ваше величество, – раздался голос из тени. – Я прибыл, чтобы служить вам.

– Отлично, – даже не повернувшись в его сторону, произнес царь. – Ты уже знаешь, что случилось с твоим братом?

Из тени вышел молодой парень в костюме дворецкого. В его руках была записная книжка, а на носу красовались аккуратные круглые очки в золотой оправе.

– Ты уже знаешь, что твой брат погиб?

– Разумеется, – безэмоционально кивнул тот. – Иначе меня бы тут не было.

– Он отлично справлялся с должностью секретаря, так что тебе придется попотеть.

– Я готов, господин, – приложив руку к животу, он сделал поклон.

– Ты уже выучил схему Кремля?

– Разумеется.

– Тогда идем в мой кабинет. Сейчас должен прийти один человек. Заодно расскажу детали того, при каких обстоятельствах погиб твой брат, – улыбнулся Петр.

Пока они направлялись к кабинету, царь рассказывал все, что произошло и какие методы он использовал. И закончил, только когда они подошли к кабинету.

– Ну, что можешь сказать? – заходя внутрь, спросил Петр своего спутника.

– Простите, но я не до конца могу соотнести все детали вашего плана. Вот если бы вы поведали конечный результат…

– Перебьешься, – пожал плечами царь.

– Но что будет, когда они поймут, что тот документ фальшивый?

– Фальшивый? – ухмыльнулся Петр. – Кто тебе сказал, что он фальшивый? О нет, этот документ настоящий…

– И вы просто так отдали его в руки врага? Но зачем? – не понимал секретарь. Впервые на его лице мелькнула хоть какая-то эмоция. Даже смерть собственного брата его не так удивила.

– Всему свое время, – загадочно произнес Петр. – Пусть это будет сообщение для моего сына.

Царь сел за стол и упер подбородок в кулак.

– Я хочу открыть все козыри.

– Вы про… – секретарь посмотрел на ящик, стоящий в углу кабинета.

– Да, и это в том числе! Только представь, какая битва будет! Выживут только сильнейшие! – он мечтательно закатил глаза. – Но надо подождать совсем чуть-чуть! Скоро оставшаяся Европа ответит на мои предложения и тогда можем приступать к финальной части.

– Простите, могу я задать вопрос?

Петр приоткрыл один глаз.

– Ну попробуй, если не боишься.

Секретарь на долю секунды почувствовал невероятное давление, словно весь кабинет погрузился во мрак. Или это у него в глазах. Но наваждение быстро исчезло.

– Зачем вы убили посла во Франции?

– О, это отличный вопрос! Молодец! Ты уже смышленее своего брата! Скажем так, это часть плана, понимаешь? – он покрутил указательными пальцами и соединил их. – Все должно привести к одной точке!

В дверь постучались. Секретарь быстро подбежал и открыл.

– А вот и ты, мой дорогой мститель! А мы только тебя вспоминали, – развел руками Петр. – Ну не конкретно тебя, а твои деяния. Проходи, садись, Николай Васильевич.

В кабинет вошел Гоголь. На нем был зеленый плащ с капюшоном, который прикрывал обезображенное шрамами лицо.

– Вызывали, ваше величество? – сухо произнес он.

– Я же сказал, проходи. Садись! – с нажимом произнес царь.

Мужчина сел перед столом. Секретарь же смекнул, что он тут лишний, и вышел, закрыв за собой дверь.

– У меня новое заданье, – начал Петр. – Найди Дункан и всех остальных. Убей их. Оставь только младшего Есенина. Если с ними будут какие-то документы, то уничтожь. А если нет… Ну и ладно.

– Я получил отчет. С Дункан сейчас Лев Толстой, Федор Дункан и Евгений Онегин.

– И младший Есенин, – кивнул Романов.

– С первыми двумя будет тяжело справиться… Хотя Онегин менталист…

– Гоголь, – неожиданно серьезно произнес Петр. – Ты получил от меня достойную награду за то, что преданно служишь мне. Я выбрал тебя, потому что у тебя сильная кровь. Теперь у тебя достаточно силы, чтобы справиться и с Федором, и с Толстым, и со всеми остальными. Надеюсь, тебе не составит труда найти их? Ты же уже не маленький?

– Я справлюсь. Это все?

– Да, это все, Николай Васильевич, а теперь покинь мой кабинет.

После того, как дверь хлопнула, Петр подошел к ящику, в котором лежала его козырная карта.

– Ох, как же это будет интересно! Ты даже не представляешь! – улыбался он, проводя рукой по полированной поверхности. Эта страна будет идеальной!

***

О. Сахалин.

Упорный труд и никакого мошенничества. Но это только так говорят.

Почему бы не использовать все методы, чтобы сделать своих солдат лучшими? Да и какое это мошенничество? Специальные татуировки, которые давали спецвозможности даже для простых людей? Я считаю, что это просто инструмент для сохранения жизни и выполнения военных задач.

Мы с Лорой и Болванчикам буквально не отходили от столов, делая всем желающим татуировки. Кто-то просил мечи, кто-то ножи. Были и те, кто подходил к этому делу с умом, говоря, что татуировки – это на всю жизнь. Например, один из солдат набил себе две маски на правой и левой груди, аргументировав это тем, что там проще будет скрывать лицо. К тому же, они были бронированы.

Были и те, у кого татуировки были словно панцирь или доспехи. И в основном, это ребята покрупнее. В общем много разного. И прямо скажем, я поражался фантазии некоторых солдат, но в хорошую сторону.

Но не обошлось и без неприятных моментов. И в первую очередь это боль. Сжав зубами клеммы, все стонали, но все же никто так и не закричал. Никто не хотел оказаться лохом. Простая детская фраза так сильно повлияет на моих ребят.

Пару мне пришлось откачивать и доставать буквально с того света, но даже это их не останавливало. Они требовали продолжать.

Закончили мы только через сутки.

Да, мы проторчали в этом ангаре так долго. Хоть мы и оптимизировали процесс, но надо было работать очень аккуратно. Отсюда и столько времени. Да и ребят, скажем честно, было много.

После пришлось звать солдат, чтобы они помогли всех перетащить в казармы. А там я уже позвал Люсю, Виолетту и Розу, чтобы они позаботились о моих парнях.

Да и я сам утомился.

Завалился домой почти за полночь. Маруся тут же взяла меня в оборот и усадила за стол.

Ко мне спустились Маша и Света. Они сказали, что Арина Родионовна и Софья Андреевна заинтересовались моими методами и изъявили желание набить по татуировке.

– Даже думать про это не хочу. Если я сейчас сделаю хоть одну, то сойду с ума.

– Ой, да хватит прибедняться, – фыркнула Лора. – Давай ешь! Мне нужны калории. А то только языком чесать можешь.

Как и я, Лора тоже была голодная, так что взяв ложку, потянулся к первому блюду.

– Мы звонили в институт, – продолжила Света. – Говорят, Фанеров пропал. Не выходит на связь. Его мать тоже не знает, где он.

– У него убили отца, – продолжила Маша. – Я даже представить не могу, что он сейчас испытывает.

– Я его видел несколько дней назад.

– Да? Где? – тут же подскочила Маша.

Я знал, что они с ним давние знакомые. Даже сказал бы, что друзья, и она очень трепетно к нему относилась.

– В баре в Москве. Он мне показался каким-то чересчур серьезным. Думаю, он тогда уже знал про отца…

– И ты его не остановил? – воскликнула Маша.

– От чего? Он просто сказал, что я молодец и ушел. Да и у меня, между прочим, были дела. Вообще-то я опять спасал страну!

Она надулась, как индюк, и замолчала. Но Света переняла эстафету.

– Может, позвонить О-Рен?

– Давайте. Сейчас не так поздно в Широково, – кивнул я.

Света набрала номер и включила громкую связь. Через пару гудков ответили.

– Слушаю?

– О-Рен, это Света Нахимова, помнишь? Мы друзья Жени…

– Конечно, я помню тебя, Нахимова, – язвительно хмыкнула она. – Как тебя забыть?

Мы многозначительно переглянулись, вспоминая обстоятельства нашего знакомства в Японии.

– Со мной Маша и Миша, – продолжила Света.

– Замечательно. Поздравляю.

– Слушай, О-Рен, – вмешалась Маша. – А ты не знаешь, где сейчас твой супруг?

– Женя? – и я почувствовал, как ее голос слегка изменился. – Он сказал, что ему нужно отомстить. И даже отправил меня в Японию.

– Разве ты там не в розыске? – удивился я.

– По документам я теперь Фанерова.

– Забавно, – хихикнула Лора. – О-Рен Фанерова. Звучит, как доярка в мегаполисе!

Но все же мы узнали, что-то новое. Женя сейчас в поисках убийцы своего отца. И его можно понять. Главное, чтобы он остался жив. Просто тот, кто смог убить одного из членов группы Кузнецова, явно не будет слабаком.

– Спасибо О-Рен, ты там передавай привет Диме, если увидишь, – добавила Маша.

– Это вряд ли, – ответила она и отключилась.

– Что ж, у каждого свой путь, – пожал я плечами. – А нам пора спать.

Но у Маруси были другие планы на меня. Она поставила сковородку с жаровней.

– Куда это вы собрались? – устрашающе покручивая лопаточкой, словно ножом, спросила она.

– Никуда-никуда, – вздохнул я и пододвинул к себе сковородку.

Мои жены стойко сидели рядом и ждали. А после мы отправились спать. И признаться честно, я был выжат как лимон.

***

Утром я проснулся самостоятельно. Солнце не светило в окно, Лора не пыталась меня разбудить. На Сахалин никто не нападал. Да и я выспался и чувствовал себя просто замечательно.

А это значит, что сегодня мог быть потенциально один из лучших дней за последнее время. Потянувшись, я повернулся набок. Лора тут же появилась рядом, прикрываясь только простыней.

– Как спалось? – томно спросила она. – Что-то снилось?

– Снилось, – улыбнулся я. – Много чего.

– Я старалась!

После ванных процедур, спустился вниз. Там меня ждал завтрак в компании рыцарей и Бори.

Мальчик болтал про новых друзей и как ему повезло, что в классе много красивых девчонок.

– Ну да, повезло. Как же иначе, – хихикнула Лора.

Я же удивился тому, что поблизости не было Трофима. Обычно он по утрам сидел в углу, читал газеты. Но не сегодня.

– Трофима нет, – словно прочитав мои мысли, сказала Настя, накладывая мне яичницу.

– А где он?

– Поехал в Широково. У Ермаковой сегодня день рождения, – добавила Маруся.

– Странно, почему он не сказал мне заранее… – удивился я.

– А он сам узнал об этом вчера. Ему позвонил Звездочет и предложил скинуться на подарок. А ты вчера был занят весь день, так что он просил передать, что сегодня его не будет, – сказала Маруся.

Удивительно было то, что он, будучи таким всем из себя педантичным, не знал, когда у его любимой девушки день рождения.

Ну да ладно. Он заслужил.

Я попросил Посейдона присмотреть за ним, чтобы не было никаких неприятных моментов.

И пока завтракал, думал о том, что попросил агент. Стоило ли мне ввязываться в это? Но ответ был очевиден, как никогда. У Дункан есть документ, в котором говориться, как убить Петра. Так что надо это провернуть. Но для начала неплохо бы спросить совета у Палмер. Может, что подскажет про будущее.

Выйдя на улицу, зашел в гараж, где попросил Данилу отвезти меня в администрацию. Мы отправились.

Меня тут не было чуть больше суток, а уже на первом этаже шли ремонтные работы. Расширяли бывший конференц-зал, где сейчас заседали две старушки. Я не стал заглядывать, понимая, что меня они могут утащить на несколько часов, так что быстро поднялся в кабинет Эля.

Там я и встретил Палмер.

– Вы вообще ходите в отель? – сел напротив нее на диван.

– Разумеется, – кивнула она. – Но сразу хочу тебя предупредить, Михаил, что хоть тебе и удастся вмешаться и предотвратить гибель Дункан, ее отца, Толстого и Онегина, но ты не сможешь вернуть друга.

– Разве вы не говорили, что мое будущее читать не можете? – удивился я.

– А я не твое будущее читаю, а остальных. Они будут жить долго и счастливо, кажется, так говориться в ваших сказках?

– Миша, а ты че приперся-то? – спросил Эль, выглядывая из-за кипы бумаг. – Опять просто так?

– У тебя есть работа? – спросил я у него.

– Есть.

– Вот и работай. Судя по этим горам бумаг, у тебя ее полно!

– Фу, какой ты! А не хочешь объяснить, почему я позавчера почувствовал, как на берегу Сахалина появились вампиры?

– Не хочу, – покачал я головой и посмотрел на мисс Палмер. – Что будет с Петром Первым?

– Он умрет, – твердо сказала она.

– Когда? – продолжил настаивать я.

– О, это тот самый случай с парадоксом предсказаний. Если я скажу, то это не произойдет. Ты и так аномалия в моих видениях, так еще и хочешь узнать детали? Радуйся тому, что получил.

– Ну я конечно рад, но не от всего сердца, – вздохнув, я встал. – Что ж, благодарю. А теперь мне пора возвращаться к государственному перевороту в Российской Империи.

Но когда я почти ушел, Эль окликнул меня.

– Миша! А когда у тебя будет коронация? Эти две девки внизу говорят, что это необходимое мероприятие для поднятия статуса и выхода на мировую арену правителей.

– Это все замечательно, но у меня даже короны нет, – пожал я плечами. – Так что может как-нибудь потом. Все, до скорого.

Мне опять удалось проскользнуть мимо кабинета старушек и, запрыгнув в машину, мы поехали к порталу.

– Так, и как нам искать Дункан с остальными? – вздохнул я.

– Ну… начнем с князя Есенина, а там будем действовать по обстоятельствам, – ответила Лора. – Эх, жаль, у них телефоны выключены.

– А что если…

Я набрал агента Ю.

– Михаил, добрый день, – моментально ответил он.

– И вам не хворать. Перейду сразу к делу. Сейчас еду выполнять вашу просьбу, но… не могли бы вы сказать, где они сейчас находятся?

– Могу назвать только последнее зафиксированное появление.

– Ну так не тяните.

– Подмосковье. В кафе “У дяди Васи”. Они угнали машину. Побили всех посетителей и уничтожили остальные автомобили. Координаты скину в сообщении, – сказал агент Ю.

– Вот и славненько. До свидания.

Мы же уже подъехали к порталу.

– Данила, скорее всего, мне нужна твоя помощь. Это будет гонка с преследованием.

– О как! – удивился он. – Что ж вы раньше не сказали, я бы поменял машину… Ах, ладно, в Москве у меня есть заначка…

– Разве ты не вывез все ценные экземпляры? – удивился я.

– Всегда надо оставлять парочку машин про запас. Одну для города, другую для междугородних переездов, – со знанием дела сказал он.

Мы переместились в Москву.

– Что ж, давай посмотрим, что там у тебя в заначке, – улыбнулся я.

Глава 3. Давай поиграем в сыщика.

Интрига. Как ее мало осталось в моей жизни. Поэтому я специально попросил Лору не показывать мне заначку Данилы.

– И когда ты успел ее сделать? – уточнил я, пока мы шли к гаражу.

– Когда Ковальский расширял подземные склады и парковку. Я попросил, он согласился, – улыбнулся водитель. – Не переживайте, она не тронула. Просто никто не знает, как туда попасть.

– Кроме тебя?

– Ага, – кивнул он и подошел к шкафу с инструментами.

Там он потрогал какие-то коробки. Подвигал инструменты и покрутил шурупы.

Тут же дверь в гараж закрылась.

– Босс, встаньте рядом, – махнул мне Данила.

Я встал рядом с ним на платформу, и что-то начало жужжать.

– Сейчас будет самое крутое, – словно ребенок, улыбнулся парень.

После этого платформа поехала вниз.

– Тебе понравится, – добавила Лора. – Наш водитель без дела не сидел.

– Все, больше ни слова, – ответил я. – Хочу вау-эффект.

И когда внизу появился яркий свет, я увидел просторный светлый гараж. На стенах висели колеса разного диаметра, какие-то инструменты, и все это выглядело аккуратно и стильно. Видимо, Данила взял консультацию у нашего штатного дизайнера. В центре стояли две машины.

Одна напоминала бронированный автомобиль из фильмов про будущее. Толстые колеса. Неоновые полосы. Бронированные стекла и корпус. Вторая же, как я понял, для города. Она была более утонченная. Спортивные тонкие диски. Спойлер. Тот же неон.

– Ну вот, как говориться, чем богаты, тем и рады, – Данила подошел к зимней версии и похлопал по корпусу.

Звук был глухой.

– Ого, там какая толщина? – удивился я.

– Достаточная, чтобы выдержать выстрел из противотанкового оружия, – гордо заявил он. – Правда, пришлось долго решать проблему с грузоподъемностью, все же из-за брони она стала потяжелее.

– И?

– Ну, я толковал с Натальей и Унуром. Они посоветовали несколько дельных решений. Ну и сконструировали специальный мотор для этой малышки.

Тут уже Лора показала мне все характеристики, и я остался доволен.

– Тогда в погоню? – спросил он.

Я кивнул, и мы залезли в машину.

– Если нажмете эту кнопку, то сиденье и пассажир опустятся в специальный карман под днищем, чтобы его не заметили, – с придыханием сказал Данила, поглаживая руль. – Я назвал ее Рино.

– Что ж, у каждого свои заскоки, – отозвалась Лора. – Если ему так нравится, то пусть дает имена машинам.

Меня же интересовало другое. Как мы поднимемся на поверхность? Потому что я не видел никаких дверей или грузового лифта. Но Данила нажал на кнопку, и одна из стен опустилась вниз. Оттуда начинался туннель на подземную парковку, через нее мы выехали на улицу.

Я попросил Лору вывести мне карту и построить маршрут так, чтобы понять, где ближе: заехать к князю Есенину, или направиться прямиком в ту забегаловку на трассе? В итоге, ближе было поместье Сергея Александровича.

Мы выехали на трассу и направились к особняку Есенина. Поездка заняла не так много времени – с таким водителем иначе и быть не могло. Всю дорогу Данила, лукаво покашливая и посматривая на меня в зеркало, рассыпал анекдотами, а под самый конец я попросил его включить радио.

Радио зашипело, и я успел уловить сухой голос дикторши:

– Срочное сообщение: группа людей под предводительством Льва Николаевича Толстого совершила нападение на Кремль, – холодно прорезался ее тембр, заставив меня напрячься. – Нападавшие пытались навредить царю и похитить секретные документы, однако благодаря слаженной работе кремлевского гарнизона их план провалился.

Гулкий аккорд заставил динамик задрожать, затем та же дикторша продолжила, куда тяжелей выдыхая каждое слово:

– Атака была отражена, злоумышленники получили тяжелые ранения. Всех, кто располагает информацией о местонахождении Есенина, Дункан или Онегина, просим немедленно звонить по горячей линии, – завершила она, эфир захлебнулся шуршанием.

– Да уж, хреново сейчас дела, – пробормотал Данила, нервно перехватывая руль. – Надеюсь, мы успеем.

– Успеем, – бросил я, расправляя плечи. – Большая часть того, что только что прозвучало по радио, наглая ложь.

Мы неспешно подъехали к КПП. Охранник вышел из рубки, удивленно окинул машину взглядом, заглянул в салон, встретился глазами с Данилой и, молча кивнув, вернулся к рации.

Через Лору я услышал, как он коротко доложил начальнику охраны, кто мы такие и откуда. Спустя мгновение массивные ворота заскрипели и распахнулись.

Мы въехали на территорию.

Там, где раньше высилась оранжерея и теснились подсобные постройки, теперь стояли темные ангары. Я запустил Болванчика на разведку и, когда на дисплее вспыхнула картинка, замер: под жестяной крышей рядами стояло медицинское оборудование.

Я сразу понял: вероятно, князь свез сюда всё оборудование лишь затем, чтобы вырвать Сашу из комы. Не углубляясь в догадки, мы подкатили к парадному крыльцу, и я вышел из машины.

Никто не встретил нас у дверей, но внутри уже знали о моем приезде. Я постучал. Дверь бесшумно распахнул седой дворецкий.

– Здравствуйте, – отозвался я. – Сергей Александрович дома?

– Дома, но вас не ждали, – ответил он негромко, опустив глаза.

Я скрестил руки и, делая шаг вперед, почти шепнул:

– Вопрос касается его сына Антона.

Дворецкий едва заметно вздернул брови.

– Сейчас доложу, – пообещал он и исчез в коридоре.

Не прошло и двух минут, как он вернулся, приложив руку к груди:

– Князь ждет вас.

Я вошел. Внутри по-прежнему царила безупречная чистота: слуги бесшумно проходили меж полок, стирая невидимую пыль. Я пересек холл и шагнул в гостиную.

Там, у камина, меня уже ждали князь и его супруга. По их напряженным позам я понял, что чета Есениных готовы выслушать все об Антоне.

– Здравствуйте, – произнес я, едва склонив голову.

Князь коротко кивнул и жестом указал на кресло. Я опустился. Н-да, он стал еще более замкнутым человеком.

– Что у тебя за сведения о Антоне? – тихо проронил он, бросив на меня пронзительный взгляд.

Я переплел руки на коленях.

– Скажите, вы в курсе недавнего нападения на Кремль?

Князь недовольно качнул головой.

– Тогда объясните, – я подался вперед, – почему не получилось остановить Толстого и Онегина?

Сергей Александрович выдохнул, словно выпустил жар.

– В какой-то момент Федор просто исчез, – произнес он глухо. – Толстой с Онегиным рванули его вытаскивать, за ними увязался Антон. А потом грянул инцидент в Кремле, и все каналы разразились воплями о нападении.

Он провел рукой по виску, будто стирая невидимую пыль.

– Про Антона в сюжетах ни слова. Петр Первый, вероятно, прикрыл меня, чтобы не компрометировать семью.

Княгиня подняла тревожные глаза:

– Вы знаете, где Антон?

– Увы, нет. Поэтому и пришел: возможно, у вас есть догадки.

Сергей Александрович сжал подлокотник кресла так, что тот скрипнул.

– На машине, на которой они уехали, стояли жучки, – признался он. – Но ребята сменили транспорт. Похоже, просто угнали другую. Слежка оборвалась.

– Как себя чувствует Саша? – спросил я.

Князь опустил взор. Тень скользнула по его лицу.

– Не хочу об этом сейчас, – буркнул он.

– Тогда позвольте спросить: готовы ли вы помочь в поиске Антона?

Он поднялся.

– Я уже разослал людей. Вернут только Антона. Остальные меня не интересуют: ни Дунканы, ни Толстой, ни Онегин.

Я ощутил, как внутри нарастает гнев, но спорить не имело смысла. Решив не тратить нервы и энергию, я поднялся и, поблагодарил хозяев, направился к выходу.

В дверях меня догнал дворецкий. Он поклонился и проговорил, осторожно подбирая слова:

– Прошу простить господина за резкость. Он просто боится потерять еще одного сына. Сделает все, чтобы как можно скорее вернуть Антона домой.

Я кивнул, сжал его руку и вышел во двор, где у автомобиля меня ждал Данила.

– Куда теперь?

Забравшись в авто, я ткнул пальцем в экран навигатора – следующий пункт ждал нас в придорожной забегаловке. Двигатель взревел, и мы покинули территорию Есениных.

Путь едва перевалил за пару километров, когда Лора прошептала:

– Нас ведут.

Я метнул детальку Болванчика в автомобиль позади нас и услышал преинтереснейший разговор.

– И все же, хорошо, что теперь наша организация под протекцией самого Петра Первого. С нашим уровнем допуска теперь можно не опасаться даже жандармов, – размышлял водитель, а его спутник только кивал.

Н-да, все интереснее и интереснее…

– У нас хвост, – сказал я Даниле.

– Без проблем! – ухмыльнулся он и играючи нажал пару кнопок на панели.

Из-под днища вырвался поток черной жидкости. Асфальт позади нас заблестел. Колеса преследователей взвизгнули, машина закрутилась и, потеряв сцепление, слетела с трассы. Мы же, не сбавляя хода, устремились дальше.

Лора тихо заметила:

– Есенин все больше уходит в себя. Боюсь, рано или поздно, он окончательно сорвется, если Саша не очнется или, не дай бог, с Антоном что-то случится. Он слишком любит своих детей. Инцидент с Сашей сильно подкосил его.

Я кивнул, ловя в зеркале собственный хмурый взгляд.

Когда-то Сергей был добрым человеком. Но все вышло так, как вышло – и в этом есть и его вина.

– Он прекрасно это понимает, – Лора грустно улыбнулась. – Потому и старается не втягивать в свои беды посторонних.

Спустя какое-то время телефон завибрировал. Звонил Бердышев. Я ответил.

– К моему поместью пришли солдаты с инспекцией, – произнес он, стараясь держать голос ровным, хотя металлические нотки выдавали напряжение.

Он рассказал, что уже звонил Островскому, и тот дал понять, что пока Бердышев сотрудничает с Сахалином, проверки и вызовы в ведомства станут рутиной.

– Не переживай, – поспешил добавить Бердышев, будто считывая мои мысли, – работу мы не бросим. Слишком много людей зависит от проектов на Сахалине.

Мы договорились наладить собственный маршрут: Империя по-прежнему не утвердила официальное сообщение с островом, а значит, нам предстояло прокладывать путь самостоятельно.

И хорошо, что сейчас это была не такая срочная проблема. Все же Лора анализировала и рассчитывала ходы Петра наперед. Рано или поздно, нам необходимо наладить хоть какие-то маршруты.

– Лучше пока не возвращайся в особняк: намечается очередная проверка, – шепотом проговорил граф.

– И не собирался, – я откинулся на спинку кресла. – А вот ваша помощь нужна: у вас в столице и Подмосковье больше связей. Помогите разыскать хоть какие-нибудь следы Толстого, Дункан и всей этой компании.

– Хорошо, – коротко ответил граф. – Как появится информация, сообщу.

Оставшийся путь мы преодолели в напряженной тишине: лишь радио сыпало неприятными новостями.

Большую часть дороги я провел с Лорой во внутреннем хранилище, где она продемонстрировала свежие апгрейды, после чего она принялась устанавливать печать на Булата.

К придорожному кафе мы подкатили уже во второй половине дня. Стоянка была пустой: пара легковушек да два массивных грузовика.

Я выудил из кольца ушанку, натянул ее по самые брови и подтянул шарф до глаз. Мы с Данилой выскользнули из салона и направились к двери забегаловки.

Внутри нас встретил угрюмым взглядом продавец. За дальним столиком сидели двое, в углу уборщица старательно вытирала что-то красное с пола. Данила уселся у окна, а я, прикрываясь шарфом, подошел к стойке.

– Не жарко вам? – пробормотал бармен, кивая на батареи.

Я подтянул шарф к переносице и ответил глухо:

– Немного приболел, не хочу заразить других.

Он кивнул.

– Верно делаете.

Я заказал два салата и растворимый «три в одном», вернулся к столу и, скрестив руки, принялся ждать. Данила наклонился вперед:

– Как собираетесь искать следы?

Я едва заметно улыбнулся:

– Уже ищу.

Детали Болванчика уже рассредоточились по территории, сканируя каждую щель и передавая информацию Лоре.

Вскоре продавец принес заказ.

– Другого кофе нет, но этот гости обычно хвалят.

– Благодарю, – кивнул я.

Бармен оставил нас с кофе и тихим скрипом щетки.

– Не пей, – предупредил я Данилу, перехватив его удивленный взгляд над картонным стаканчиком. – В напитке что-то подмешано, – прошептал я, когда он наклонился ближе.

Как удобно быть могущественным магом: чужие примеси я распознавал мгновенно. Зато в салатах не оказалось ничего инородного, и он вышел даже вкусным.

Пока мы неторопливо ели, я ловил настороженный взгляд продавца. Лора сообщила, что тот успел нажать тревожную кнопку. Но она подавила сигнал.

Мы доели, и я кивнул Даниле:

– Иди к машине.

Стоило ему выйти, как продавец метнулся ко мне.

– Почему вы не выпили кофе?!

– Передумали, – отмахнулся я, – но если хотите, можете сами освежиться.

Он дернулся, а я перехватил его запястье. Вывернув руку, повалил на пол. Поднеся кружку к его губам, я холодно произнес:

– Что здесь?

– Пожалуйста, не надо! Там сильнодействующее снотворное!

Лора подтвердила: в кружке действительно было снотворное.

Уборщица, увидев, что я творю с продавцом, ахнула и тут же запричитала:

– Что вы делаете? Немедленно отпустите его!

Двое посетителей вскочили:

– Отпусти продавца, иначе пожалеешь!

Я холодно пояснил, сверкнув глазами:

– Он подсыпал мне что-то в кофе и хотел убить меня.

Парни расхохотались. Я протянул им стакан:

– Выпейте, если не верите.

Они решили, что я шучу. Один сделал глоток и через секунду обмяк. Второй отпрянул, расширив глаза.

Я коснулся спящего, впустил в него немного энергии, как учила Виолетта, и он мгновенно очнулся.

– Мы сюда больше ни ногой! – выкрикнули они наперебой, выскочили из кафе и рванули к машине.

Я остался с продавцом. Уборщица, всхлипнув, скрылась в подсобке.

Прижав торговца к стойке, я спросил, откуда он узнал, что мы появимся именно здесь?

– Полчаса назад, – прохрипел он, – мне позвонили из жандармерии, назвали номера вашей машины и велели любой ценой задержать вас до их прибытия.

Я хмыкнул и все-таки вылил в него вторую чашку горького кофе, вспомнив наставление Виолетты. В придачу нашептал простенькое заклинание, дарующее мучительную диарею – чтобы неповадно было.

Аккуратно усадив беднягу на стул, подошел к входной двери, перевернул табличку на «Закрыто» и вышел на улицу.

– Все сделала? – спросил я у Лоры, когда она показалась рядом со мной.

– Внутри была потасовка, – отчеканила она. – Несколько окон затянуты полиэтиленом, на полу свежая кровь, продавщица упорно ее оттирала. Чуть дальше перевернута машина. По рисунку протектора я даже прикинула, к какой марке она относится.

– У нас есть свой эксперт, – бросил я и направился к нашему автомобилю.

Данила стоял у приоткрытой двери, лениво наблюдая улицу, где уже растворились те двое. Я шепнул:

– Наши номера засветились в базе. Нас пасут.

Он лишь пожал плечами, усмехнулся, нажал кнопку на панели – и регистрационная пластина мгновенно сменила цифры.

– Сможешь определить машину по следам шин? Какие-нибудь детали? – спросил я, когда мы залезли в салон

– Без проблем, – откликнулся Данила.

Лора вывела голограмму следов шин.

Он тихо свистнул:

– Колеса от «Волги», модель пятилетней давности, не старше. Номер не скажу, конечно же, но подвеска у этой крошки спортивная.

Мы добрались до перевернутого автомобиля. Ничего нового не обнаружили: крышу словно разорвало гигантскими когтями. Данила отошел чуть в сторону и присел на корточки у обочины, заметив радужную масляную пленку.

– Похоже, у нашей «Волги» пробита магистраль, – бросил он, задумчиво проводя пальцем по следу, – далеко она не уйдёт. Стоит свернуть к ближайшей деревне.

– Гениально, – усмехнулся я, хлопнув его по плечу.

Лора быстро показала карту, где отметила парочку деревень и один поселок, которые были ближе к нам.

Мы заскочили в машину. Хлопнули дверьми, двигатель зарычал. Вдавив педаль газа, мы с пробуксовкой сорвались с места до ближайшей точки.

Глава 4. Погоня продолжается.

Поселок Ступкино.

Недалеко от Москвы.

Странное сочетание хлеба с маслом и сахаром для Антона было в новинку. Он не понимал, как Толстой, Дункан и даже Онегин, который, на минуточку, правая рука Павла Романова, мог с таким упоением уплетать это странное… Да даже не блюдо. Сомнительного характера бутерброд…

Они находились в небольшом поселке, куда сдали машину на ремонт. Оказалось, что с этими прыжками от машины к машине, Федор что-то повредил в двигателе. Никто из них как следует не разбирался в автомобилях, поэтому они решили заехать в ближайший поселок, сдать машину в ремонт и продолжить движение.

Остановились они в частном домике у одинокой старушки.

– Чего нос воротишь? – ухмыльнулась она, глядя на Антона. – Смотри, как твои товарищи с аппетитом уплетают!

– Да, но я уже наелся, – попытался оправдаться Антон, показывая на тарелку с котлетами, жаркое, суп и холодец.

Остальные посмотрели на Антона с легким укором.

– Эх, – вздохнула Зинаида Васильевна, именно так звали хозяйку дома. – А бабушка готовила, старалась…

Она грустно вздохнула и пошла на кухню.

Все уже посмотрели на Антона не с легким укором.

– Ты че творишь, Есенин? – шикнула на него Дункан.

– П-Простите! Я все же передумал, не могли бы вы мне дать еще добавки? Уж больно вкусно! – спохватился он.

Бабушка резво повернулась. На лице сияла милая улыбка.

– Разумеется! – и упорхнула за добавкой.

Антон же вздохнул и засунул странный бутерброд себе в рот. Запил чаем и начал использовать энергию для быстрого переваривания.

– Итак, господа, – наклонился к столу Онегин. – Куда мы движемся?

– Я связался со своим княжеством… – начал Толстой. – Ну и теперь оно временно отошло под управление моего губернатора и принадлежит Кремлю.

– И что же теперь будет? – спросил Федор.

– Да ничего, – пожал плечами Толстой. – У меня губернатор молодец! Отличный мужик! Часто с ним на рыбалку ходили! Вот таких карасей ловил! – и развел руками, показывая размеры рыбы.

– И все же? – настаивал Онегин.

– Надо ехать к Кузнецову, – ответил Толстой.

– Нет, – ответил Есенин. – Я не поеду.

Толстой посмотрел на своего ученика и со вдохом скрестил руки на груди.

– Иногда стоит отпустить личные мотивы ради того, чтобы остальные не пострадали.

Но Антон молчал. Он не знал что ответить, но и не мог согласиться с Толстым. Миша, с его точки зрения, стал вести себя очень высокомерно. Постоянно где-то пропадал, с кем-то сражался. При этом не сообщив ничего ему, решил, что Саша вполне может погибнуть, и настаивал на этом.

– Да ты, собственно, можешь и не ехать, – хмыкнул Федор. – Нафига ты там нужен? Про тебя в новостях ничего не говорили.

– Да? – приподнял бровь Антон и холодным тоном ответил: – А кто будет вам все покупать и контактировать с окружающими? Напомнить, чьи фотографии уже висят на въезде в этот поселок?

– Ох, каким же ты мудаком становишься, – улыбнулся мужчина, облокотившись на спинку стула.

– А повторить сможешь? – сжав кулаки, Антон попытался встать, но в комнату вошла Зинаида Васильевна.

– Мальчики и очаровательная красавица, – улыбнулась она. – Я тут расстегай испекла, как-то не рассчитала… Угощайтесь.

Несколько минут все сидели молча. Только звон приборов и тиканье часов.

– Я прошу прощения, – неожиданно сказал Антон. – Веду себя, как малолетка…

– Верно, – ухмыльнулся Федор и тот же получил тычок в бок от дочери.

– Думаю, стоит двигаться к Широково. В Московском поместье сейчас небезопасно. Я про Кузнецова, – добавил Антон. – К тому же там близко Дикая Зона, и мы можем уйти через нее.

– А парень шарит, – вздохнул Онегин.

– Зинаида Васильевна, – произнес Федор. – Давненько я не ел такого вкусного расстегая. Помню, моя бабка готовила что-то подобное… Но она уже давно в земле.

– Ну так у каждого есть свои рецепты, которые передаются от соседей и друзей, – пояснила она. – Может, твоя бабка когда-то знала мою бабку, и так и пошло…

В дверь постучались, и все замерли.

– Ой, может новые постояльцы? – всплеснула руками старушка и пошла к двери.

Остальные остались сидеть за столом, но каждый посмотрел, где стоит его оружие. За исключением Федора. Он благополучно поглощал пирог и даже не пытался понять, кто пришел.

Все прекрасно слышали, как дверь открылась. Это были трое мужчин.

– Извините, – голос звучал вежливо, но настойчиво. – Вы не видели вот этих мужчин?

– Кажется, у них есть фотки, – с набитым ртом произнес Федор.

Остальные же тихо встали и без лишних слов вытащили свое оружие. Если Зинаида Васильевна узнает нас, то…

– Простите, никогда их не видела.

– Вы уверены?

– Конечно, милок. А кто это?

– Это преступники. Разве вы не смотрите новости? – удивился мужчина.

– А зачем? Я женщина старенькая, мне лишние переживания не нужны.

– Извините.

Как только дверь закрылась из кухни вышли все, кроме Федора.

– Простите, – поинтересовался Толстой. – Почему вы не сказали им правду?

– А зачем? Или вы, Лев Николаевич, все же виновны? – хитро улыбнулась она.

– Так вы все знали с самого начала?

– Ну знала, – уперла она руки в боки. – Но это же не моя тайна. Вы гости моего двора. И я ко всем отношусь одинаково.

– А кто это был? – спросил Онегин. – Как они выглядели?

– Не жандармы, – кивнула бабушка. – Я не разбираюсь в форме, но она на них была.

Антон успел выглянуть в окно и увидел знакомые одежды.

– Это люди отца, – ответил он.

– Уверен? – Толстой тоже выглянул.

– Разумеется.

Зинаида Васильевна же села на диван и взяла пряжу. С ней рядом села Дункан.

– Почему вы им ничего не сказали? – тоже спросила девушка. – Не поверю, что это из-за того, что вы знаете Льва Николаевича.

– Ох, а вдруг бы это были жандармы или люди из Кремля? Там сейчас такой бардак происходит, мама не горюй! К тому же я когда была маленькой, все бабки рассказывали, а им свои бабки, что когда правил Петр Первый, было все очень плохо. Казни. Репрессии. Убивали всех неугодных. Черное было время. И я запомнила это. И когда пришли эти люди, я подумала, что если у трона злодей, то вы автоматически хорошие. Да и плохой человек не будет с таким аппетитом есть мои блюда, – улыбнулась она. – Можете оставаться тут сколько угодно.

– Это вряд ли, – вздохнул Онегин. – Если они ищут Антона и нас, то рано или поздно кто-то нас сдаст. Те же работяги из мастерской. Вопрос времени.

– Получается, мне тоже на улицу лучше не выходить? – сказал Антон.

– Я сейчас позвоню ребятам и спрошу, готова ли ваша машина, – Зинаида Васильевна вскочила и подошла к телефону.

Быстро набрав номер, она спросила про авто и положила трубку.

– Сказали, что к вечеру.

Федор довольный вышел из кухни.

– Так давайте подождем тут, – сказал он. – Это же не агенты и не кремлевские ребята. А всего лишь частники от Князя. Не в обиду, парень.

– Зачем обижаться на того, кто ест, как свинья, – пожал плечами Антон.

Федор же только рассмеялся, вот только глазами он продолжал смотреть на Есенина.

Они вернулись к столу, где продолжили пить чай.

***

Свернув с трассы на какую-то полузаснеженную колею, мы проехали около двадцати километров и выехали к небольшой деревне. По навигатору она называлась Грязевка.

– Развернись и постой минут двадцать, – попросил я Данилу.

Он без лишних слов сделал, что я просил. После Болванчик вылетел из кольца и разлетелся над всей деревней.

Зачем ездить по узким улочкам на такой махине, пугать людей, если мой питомец сделает все быстро и незаметно.

– Тут есть несколько магов. Слабеньких. Но никакого присутствия мощной энергии я не наблюдаю, – сказала Лора. – Тут вообще человек пятьсот живет.

– Ладно, сворачиваемся, – кивнул я, и детальки начали возвращаться в машину.

Мы начали возвращаться к трассе.

– Слушай, начальник, – начал Данила. – А что там за история с татуировками какими-то… Как у рыцарей?

– А что с ними?

– Ну… Можно мне такую же? – улыбнулся он.

– Боюсь, его болевой порог слишком слабенький, – предупредила Лора, заранее просканировав водителя.

– Мне кажется, тебе это не надо. Да и будет очень больно. Представь, что на тебя медленно выливают раскаленное масло? Представил?

– Фу, – поморщился Данила, – надеюсь, нерафинированное?

– Так вот, это будет в несколько раз больнее и дольше, – напустив жути, сказал я.

– Тогда лучше не стоит.

Мы выехали на трассу и поехали к следующей точке на карте. До нее было минут десять ходу.

Заезжая к следующей деревне под названием Верхние Мулы мы увидели перед въездом несколько машин с символикой Кремля.

– Попробуем твою нычку, – вздохнул я.

Данила нажал кнопку, и мое кресло опустилось вниз, под днище автомобиля. Сверху захлопнулась металлическая плита.

– А что, уютненько, – произнесла Лора, оказавшись лежа на мне. – Сейчас картинку покажу, и можно вообще отсюда не вылезать.

– Да уж нет. Я бы вылез.

Лежать, словно в гробу, мне не улыбалось.

Болванчик же был снаружи. Он разлетелся по округе, проверяя и сканируя все дома.

– Покажи еще, что происходит в кремлевских машинах, – попросил Лору.

Автомобили оказались пусты. Кроме одного. Все солдаты ходили по деревне. Людей тут жило больше, чем в предыдущей.

– Есть несколько небольших всплесков энергии, – сказала Лора и несколько деталек подлетели к этим зонам.

Там как раз мы и увидели людей Кремля. Они стучались в дома и интересовались, не видели ли они тут никого подозрительного. Так же показывали фотографии.

– Тут определенно их нет, – ответила она.

– Следи за этими ребятами, – приказал я.

Нам повезло, потому что солдаты закончили обходить дома и постепенно возвращались.

Мы подъехали слишком близко, и из машины Кремля вылез солдат. Он перегородил нам дорогу и подошел к водителю.

– Прошу прощения, – вежливо поздоровался он. – Скажите, вы местный?

Данила уже знал, что примерно отвечать.

– Нет, – рассеянно улыбнулся он. – Признаюсь, я заблудился. Еду с рыбалки. Мужики порекомендовали новое озеро, и не там свернул. Навигатор ничерта не работает.

Лора поторопилась создать на экране помехи.

Заглянув внутрь салона, солдат пробежался глазами по приборной доске, увидел, что она не работает и сказал:

– Разворачивайтесь, доезжаете до ближайшего перекрестка, и там направо. Трассу вы увидите.

– Ах, направо… – хлопнул себя по лбу Данила. – А я, дурак, налево повернул. Спасибо.

– И вам.

Машина практически развернулась, и я приготовился выезжать, как этот же солдат вновь постучался по стеклу.

– Да? – удивился Данила.

– На какую удочку ловили?

– “Томагавк”, – быстро ответил мой водитель. – Но скажу честно, херня, а не удочка. Лучше бы брать “Шепард” или “Акара”.

– Что-то поймали? – прищурился он.

– Я же говорю, херня, а не удочка, – всплеснул руками Данила. – Мало того, что не поймал ничего, так еще и заблудился. Кстати, а вы, собственно, кто?

– Я кремлевская гвардия, – гордо произнес он. – И хотел бы проверить вашу маши…

Но тут вернулись его товарищи.

– Э, Семен! – окликнул один из солдат. – Сворачиваем. Тут никого! Иди сюда!

– Ладно, езжай, – хмыкнул мужчина и пошел к своим

Данила выдохнул и аккуратно тронулся с места. Я же продолжал слушать, что они будут говорить.

– Итак, уже третья деревня, – произнес один из кремлевских.

– А ты что, рассчитывал, что мы их так быстро найдем?

– Нет, но Гоголю нужны отчеты. Сам знаешь, что он сейчас может в любой момент сорваться.

– Да… Не хотелось бы почувствовать на себе его гнев, – вздохнул еще один.

– Так, что там у нас дальше…

У одного из них прозвенел телефон, и Лора тут же взяла его под свой контроль.

– Слушаю? – ответил солдат.

– Только что был анонимный звонок из Ступкино. Говорят, там видели солдат из рода Есениных.

– И что? Там уже сообщили, что, скорее всего, князь будет пытаться вернуть своего сына, пока о нем не стали говорить в новостях. Имидж и вот это вот все.

– Ага, только с этим анонимным звонком еще сообщили, что наши клиенты в этой деревне.

– Понял вас. Выезжаем.

Я, тем временем, вылез из этого подпольного саркофага и немного размял плечи.

– Ну и куда едем? – спросил Данила. – У вас, начальник, такое лицо, как будто вы что-то знаете.

– Да, знаю, – улыбнулся я. – Давай в поселок Ступкино.

Заодно попросил Лору придержать этих кремлевских господ. С чем Лора отлично справилась, повредив им электронику. Все же, если пустить побольше энергии от кристалла по проводам, то она просто сгорает. И никто не подумает, что это было сделано специально.

Так что они провозятся еще около часа, как минимум.

Я же показал Даниле новый маршрут, и он, вдавив педаль в пол, помчался до нужного места.

Ехали мы еще минут тридцать.

***

Поселок Ступкино.

Зинаида Васильевна поднялась на второй этаж, в библиотеку. Она спокойно читала книгу у окна, иногда поглядывая на дорогу.

– Кого-то ждете? – раздался голос у нее за спиной.

Бабушка подскочила от удивления. Обернулась и увидела Федора. Он облокотился на дверной косяк и с интересом рассматривал помещение.

– Ой, милок, напугал.

– Напугал? – его широкий рот начал медленно растягиваться в улыбке. – Ну да… Напугал…

– А где остальные? – поинтересовалась она.

– О, они внизу. Болтают. Хотят пораньше уйти.

– Зачем это? – удивилась старушка. – На улице холодно. Да и ваша машинка будет только к вечеру.

Федор зашел в комнату и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Зинаида Васильевна взволнованно посмотрела в окно.

– Зачем ты закрываешь дверь, милок? Сквозняка же нет, – улыбнулась она.

– Привычка, – пожал тот плечами, продолжая сверлить старушку взглядом. – Так что, вы кого-то ждете?

– Ну… Всегда могут приехать новые постояльцы, – пожала она плечами.

– Забавная вещь, – продолжил Федор, медленно подходя к старушке. – Ты говорила, что позвонила в мастерскую и там сказали, что ремонт будет закончен к вечеру. Верно?

– Конечно… – она взяла себя в руки и нахмурилась. – И почему это ты мне тыкаешь, молодой человек? Я тебе в матери гожусь.

Он подошел вплотную и навис над ней, словно фонарный столб.

– В матери? – его рот стал еще шире. – О, как ты ошибаешся. По сравнению со мной. Ты младенец.

– Что ты такое говоришь?

– Пока вы мило болтали в гостиной, я с удовольствием доедал пирог, – продолжил Федор. – Но видишь ли, у меня слишком широкий рот и привычка быстро есть осталась еще с детства. Как раз с того времени, когда твои бабки тебе рассказывали про Петра Первого.

– Я не понимаю…

– Ой, ты очень умная для младенца… – Федор погладил длинными пальцами ее по голове. – Вот только не стоило хранить в одном месте ориентировки с нашими вознаграждениями и долговые расписки.

– Так ты что такое говоришь? – опять попыталась разозлиться старушка. – Я же сказала, что слышала про вас!

– Ой, точно, – хлопнул себя по лбу мужчина. – Это не самое подозрительное. Вот только кому ты звонила по выключенному телефону? Я сам перерезал провод, когда уходил в туалет.

– Я не… Что ты такое…

– Когда ты успела сообщить про нас? – вплотную наклонился Федор. – Говори, или я откушу тебе лицо.

– Я не… Мне очень нужны деньги… У меня дочь…

Федор втянул носом воздух и отошел на пару шагов назад.

– Молодец. Очень хорошо, – он похлопал в ладоши. – Настоящая актриса. Такая глупая, но уже пытаюсь врать, как взрослая! Наверное, остальные в деревне даже не догадываются, кто ты на самом деле? Верно?

– Моя дочка… Она набрала кучу долгов… – разрыдалась старушка.

– Да… – просвистел Федор. – Вот так проблемка…

Он достал из заднего кармана документы Зинаиды Васильевны.

– Забавно, но по документам, у тебя только сын. Да? Валентина? – он швырнул все найденые документы к ее ногам и присел на корточки, открыв паспорт. – Именно так тут написано! Ох, как же ты плохо врешь! Где полет фантазии? А теперь, говори, кого ты вызвала?

Глава 5. Один день из жизни поселка.

Вот мы и на месте. Поселок Ступкино. Типичный, да такой местности антураж. Небольшие дома. Как деревянные, так и из кирпича. Слякоть на дорогах из-за редкой чистки. Да и вообще как-то все тут выглядело грустненько, если честно. Всю эту картину дополняли серые лица редких прохожих. Как будто они понимали, что дальше этого поселка им вряд ли посчастливиться выбраться.

– Лора, запускай.

Болванчик опять раскинул свои сети над городом и начал сканирование. Информация не заставила себя ждать.

– Смотри, какая-то суета, – сказала Лора, показывая мне автомастерскую на окраине. Там крутились солдаты в форме рода Есениных.

– Интересно…

Я сказал Даниле подъехать чуть ближе, чтобы и мы могли понять, что происходит. Все же Болванчика пока было маловато.

– И тут еще кое-что… – Лора показала, что один дом с другой стороны поселка дымиться. – Уж не кажется ли тебе, мой дорогой, что это все не совпадение?

– Не думаю. Следов Толстого и компании так и нет?

– Пусто. В городе их точно нет.

Доехав до автомастерской, я смог понять масштабы происходящего. Кажется, мы нашли ту самую машину, на которой уехали из придорожного кафе.

Вокруг толпились люди Есенина. К ним только что подъехал неизвестный отряд в затонированных наглухо автомобилях.

Мы же припарковались у продуктового и начали наблюдать. Для удобства Лора вывела картинку и на навигатор, чтобы Данила посмотрел.

– Ого, редкие тачки, – со знанием дела сказал он, когда увидел черные авто.

– Что по ним скажешь?

– Европейцы. Хорошая защита. Делают на заказ. Возможно, Кремлевские отряды. Кто его знает, – пожал он плечами. – Таких у нас в городе не было до этого.

– А где ты их видел?

– Да, когда в молодости ездил во Францию, там на таком катались охранники короля. Я запомнил, потому что тогда на него было совершено нападение, и в одну из таких тачек прилетело мощное заклинание.

Тем временем, бравые ребята вышли из машин и направились к автомастерской. Все, как один, в черных очках и темных куртках. У всех суровые лица, как будто они были хозяевами положения.

– Господа, на этом ваша работа закончена, – сказал первый, по всей видимости, главный.

Но и у людей Есенина не было хлюпиков. Ему навстречу вышел командир. Примерно такой же комплекции. С квадратной челюстью.

– Кто спрашивает? Предъявите документы.

– Секретная служба Кремля, – и тот достал черную корочку. – Мы ведем поиски особо опасных преступников.

– Знаем мы, кого вы разыскиваете. Но боюсь, господа, у вас нет полномочий прогонять нас, так как мы ищем совершенно другого человека. И есть предположения, что он был в этой автомастерской.

– Как к вам обращаться? – раздраженно произнес человек в очках.

– Дмитрий Анатольевич. А вы? – наклонив голову набок, спросил командир Есениных.

– Я не вправе разглашать свое имя на службе, – с легкой насмешкой произнес он. – Так вот, Дмитрий Анатольевич. Давайте, чтобы у нас с вами не было конфликтов, вы сядете в автомобили и уедите. По чистой случайности, у нас тут тоже свое задание.

– Вот как, – ухмыльнулся командир. – Вот только кроме документа, вы мне не показали никаких бумаг, которые дают вам право оцепить эту территорию и взять ее под свой контроль. Верно? Если основания у вас есть, тогда, конечно, мы подождем, пока вы закончите со своими делами, но а так, простите, мои ребята уже работают.

– Командир… – агент подошел вплотную и снял очки. – Поверь, ты не хочешь этого… У нас есть разрешение на применение оружия и магии…

Его окутала легкая пелена энергии.

– Вот как? – ухмыльнулся представитель Есениных. – Кажется, вы не местные, раз решили, что род Есениных будет терпеть такое грубое нарушение протоколов.

И Дмитрия тоже окутала аура.

– Сдается мне, что наши ребята тут были. Уже третья компашка их ищет, – предположила Лора. – А стало быть, процент того, что они ушли недалеко, крайне велик.

– Эти ребята в черном как-то связаны с теми, кого мы недавно встретили?

– Предположу, что они работают так же на Кремль, но действуют по разным протоколам. Те просто кремлевские, а эти какие-то слишком деловые, – добавила она.

Меня же больше волновало то, что сейчас эти мордовороты могли начать драку. А судя по их комплекции, выражению лиц и энергии, бьющей ключом, дабы устрашить соперника, это вполне могло произойти.

И я бы оставил это без особого внимания, вот только вокруг были жилые дома. Площадь. Торговый магазин. Да и народ начал интересоваться, что за здоровяки? Не каждый день подобное увидишь?

Болванчик продолжал наблюдать за тем, что происходило в автомастерской. Туда уже вошли эти странные агенты и начали в грубой манере оттеснять солдат рода Есениных. Но в отличие от своих командиров, те были не настолько терпеливы. В итоге начало драки завязалось именно там. В помещении.

А что происходит, когда несколько магов при исполнении начинают друг с другом драться? Верно. Полная неразбериха.

Когда грянул небольшой взрыв и стекла помещения вылетели наружу, первым ударил ногой в грудь как раз секретный агент. Остальные моментально среагировали и, прикрыв своего командира, вытащили мечи.

– Ох, парни, вы понимаете, что с вами будет? Нападение на кремлевскую службу во время исполнения своих обязанностей, – улыбнулся мужчина в очках.

– А ты знаешь, что бывает за нападение на княжескую гвардию? – хмыкнул командир и, выставив руку вперед, пустил в противника ледяные стрелы.

Я не мог поверить своим глазам. Это что за абсурд? Они же взрослые люди? Почему все в этом мире решается кулаками и деньгами? Конечно, в моем мире действовали примерно те же законы, но все же не настолько. Тут это происходило с печальной частотой.

Иногда мне казалось, что если день прошел без каких-нибудь поединков, драк и перестрелок, то это плохой день, выбивающийся из общего ритма.

– Данила, видишь, где идет дым? Езжай туда, я скоро подойду, только решу проблему…

– Начальник, вы что, хотите вмешаться? Там же такие сильные маги! Секретные агенты!

Укоризненно посмотрев на него, я сказал:

– А я кто по-твоему? Пусть лучше они атакуют меня. Думаю, я для них тоже не последняя цель, верно?

Конечно, он привык, что я постоянно рядом. Примелькался, вот водитель и не воспринимает меня, как сильного мага. Очень сильного мага.

– Только будьте осторожны, начальник, – вздохнул Данила, заводя мотор.

Оба командира из разных служб сражались на мечах, одновременно используя магию. И должен признать, выглядело это очень даже…

– Ты записываешь?

– Конечно, – ухмыльнулась Лора.

Но все же постепенно они начали теснить Есениных. Дмитрия Анатольевича сбили с ног.

Кажется, пора вмешаться.

Выскочив из машины, подождал, пока мой водитель уедет подальше и пошел к хулиганам. Там уже развернулась полномасштабная война в рамках одной автомастерской. Две черные машины стояли в линию. Парочка агентов расстреливали солдат Есенина издалека, другие сражались в ближнем бою.

Я успел отразить несколько заклинаний, летящих в глазеющих зевак и в парочку зданий.

– Эй, мужчины! – крикнул я, ударив при этом двумя мечами. – Можно поучаствовать в вашем дурдоме?

Ближайший из агентов, который стоял за машиной, видимо, не сразу признал во мне царя Сахалина, так что пустил в меня молнию.

– Ой дурак… – вздохнула Лора, замедляя мне движения.

Вытянув Ерх, я принял на себя весь заряд.

– И это ты называешь разряд?

Подняв меч в небо, я сконцентрировал заряд и, ударив рукояткой о землю, обрушил с неба яркую молнию. Она врезалась в машину и расколола ее надвое.

Вот тут-то я и привлек всеобщее внимание. Народ охнул и начал разбегаться. Наконец-то!

– Эй! Ты кто… – начал начальник рода Есениных, но, присмотревшись, замолчал.

Командир секретной службы также замер. Некоторые побледнели.

– Вижу, вы меня узнали, – улыбнулся я. – Теперь, когда мне удалось привлечь ваше внимание, давайте не будем долго болтать, и я вас быстро изобью?

– Царь Кузнецов, ваше присутствие тут… – даже у такого сурового мужика, как секретный агент в очках, промелькнули нотки страха.

Но я не стал ждать и побежал на толпу.

Автомастерскую я заранее накрыл куполом защиты, чтобы те, кто был внутри, не мешали.

***

У автомастерской “Колесико”.

Жители поселка редко видели что-то интересное. И каждый раз, когда что-то происходило, даже что-то незаконное, они хотели поглазеть. Конечно, рисковать жизнью любили не все. Но соблазн был велик.

Многие напросились к соседям. Кто-то смотрел с крыши. Были и те, кто стоял в переулках, выглядывая из-за угла. Хоть было и любопытно, что же там происходит у автомастерской, но не хотелось получить в лицо какой-нибудь огненный шар или того хуже…

Когда началась потасовка между двумя группами людей в форме, люди разбежались в укромные места. Да, магов, тем более такого высокого уровня, тут не часто встретишь, но если удастся все разглядеть, потом можно еще неделю рассказывать, как ты лично там присутствовал и все видел.

Иногда у драчунов случались осечки и редкие заклинания разлетались в стороны, попадая в здания. И только по счастливой случайности, никто не пострадал.

Но в какой-то момент грянул гром и с неба в машину ударила молния.

Кто-то увидел еще одного мужчину. Он шел с двумя мечами и что-то кричал остальным.

Два столяра, которые решили поглядеть на это представление с крыши одного из домов, сильно удивились, когда новый персонаж поймал молнию на кончик меча.

– Сема, это кто такой? У меня уши заложило!

– Чего, Степ, говоришь? – окликнул его друг. – Не слышу тебя, после этого грома, заложило уши.

Дальше последовала яркая вспышка, и один из нападавших в черном костюме кинул в парня огромный каменный шар, создав его из воздуха. Но молодой парень увернулся. Вот только траектория полета была такая, что снаряд полетел точно в Семена и Степана.

– Аккуратно! – дернул один другого. – Бежим!

Но было слишком поздно. Глыба летела слишком быстро, и они не успевали. Вот только случилось что-то странное. Камень врезался во что-то невидимое и рассыпался.

– Что за… – выдохнул Степан

– Смотри! – Семен ткнул пальцем туда, где происходила битва.

Парень скакал меж двух огней, спокойно отбивая мечами и ближние атаки, и дальние.

В один момент он подпрыгнул, и за его спиной появились сотни мелких частичек, между которыми заискрились молнии. Несколько атак попало в эту паутину. Потом она разрослась над всей автомастерской и частью квартала.

А затем парень начал говорить, усилив голос магией.

– Теперь попрошу минуточку внимания! Я Михаил Кузнецов! Всем зевакам, если над вами повис мой питомец, то у вас есть пять минут, чтобы спрятаться в дома! А что касается вас… – он посмотрел на две группы солдат. – Вы подвергли опасности мирных жителей ради того, чтобы угодить своим начальникам. Это недопустимо! Я даю вам также пять минут, чтобы покинуть поселок. В противном случае, вас накроет…

– Пошли, Степа! – потянул своего товарища мужчина.

Оба быстро сбежали по лестнице и оказались в подъезде дома. Там помимо них были еще несколько любопытных.

– Это правда Кузнецов? Тот самый? – прошептала женщина. – Он же преступник! Вдруг он и нас того…

– Дура, – рявкнул откуда-то сзади старик. – Ты чем слушала? Он специально вмешался, чтобы они не задели никого из нас! Промой уши!

– Старый, ты новостей не смотришь? – продолжала ворчать женщина. – Там ясно сказали, что он напал на Кремль и…

Очередной громкий звук, словно в небо взлетела ракета и все замолчали.

Семен выглянул наружу.

Если одна группа поняла, что с Кузнецовым шутить не стоит и, быстро прыгнув в машины, уехала в сторону трассы, то люди в черном решили немного посопротивляться. И ох, какая же это была ошибка!

Главный в очках решил, что если он будет стрелять заклинаниями в разные стороны, чтобы подвергнуть жизни жителей поселка опасности, то Кузнецов будет тратить время на их защиту.

– Сем, подойди. Смотри! – показал он пальцем на автомастерскую. – У меня в глазах рябит, или они под каким-то прозрачным куполом? Видишь, снег скатывается?

Присмотревшись, Семен выпучил глаза.

– Действительно! Нифига себе!

Кузнецов же решил не аккуратность. Ударив главного в грудь, он отправил его в машину. Удар был такой силы, что машина перевернулась.

– У вас еще есть две минуты, – прогремел голос Кузнецова.

В этот раз его послушались. Подхватив своего начальника, они залезли в одну машину и поехали. А огромная сетка из молнии летела четко над машиной, пока они не скрылись за углом.

– И что теперь делать? – прошептала женщина. – Он их выгнал, сейчас, наверняка, начнет все ломать!

Сзади ей прилетел подзатыльник от старушки.

Голос же Кузнецова вновь прогремел:

– Дорогие граждане, вам ничего не угрожает, – после чего вокруг него закружился снег подобно урагану, и он исчез.

***

Лора предложила кое-что новенькое с Болванчиком, и должен признать, даже я бы немного испугался, увидев, как надо мной развернулась огромная электрическая сеть.

– А не дурно вышло! – улыбнулся я.

– А то! – довольно сказала Лора.

Разумеется, никто из граждан не выходил на улицу. Оно и понятно. Такое не каждый день увидишь!

Что ж, мне же было лучше. Лора быстро собрала информацию из автомастерской и сообщила неутешительные новости.

– Там нет никаких следов.

– Какие выводы? – спросил я, уже шагая между переулков к дымящемуся зданию. – Они отдали машину в ремонт, а потом ее кинули?

– И о чем это говорит? – улыбнулась Лора.

– Правильно, – кивнул я. – О том, что они спешили. Их кто-то спугнул.

– Уж не эти ли ребята?

Но вопросов было слишком много.

Как они тогда узнали про машину и что она именно тут? Не могли же они знать, что она сломана? У них должен быть эксперт не хуже Данилы и при этом тот, кто, как Лора, нашла следы. А этого просто не могло быть.

– Кто-то сообщил о машине, но, возможно, они раскрыли информатора и успели покинуть поселок до того, как их нашли? – предположила Лора. – Тогда есть вероятность, что дымящийся дом это как раз жилище этого самого информатора.

Через десять минут я стоял у порога этого дома. Со второго этажа шел черный дым. Там был явно пожар.

Машина с Данилой стояла на углу. Сам же водитель сидел на ступеньках со старушкой. Она качалась взад-вперед и что-то бормотала.

Я подошел к ним поближе.

– Демон… Он монстр… чудовище… – бормотала она.

– Что с вами? – присел перед ней на корточки и аккуратно взял ее за руку.

После небольшого успокаивающего заклинания старушка немного успокоилась.

– Кажется, у ее кто-то сильно напугал… – сказал Данила.

Но это и так было понятно.

Болванчик показал проекцию Толстого.

– Скажите, вы видели этого мужчину?

Но старушка, хоть и перестала бормотать, продолжала смотреть в одну точку.

Я попробовал изображение Онегина.

– А его?

Тоже мимо. Показал изображение Федора Дункан.

Тут она отпрыгнула, как он чего-то ужасающего.

– Он! Он! Чудовище! – воскликнула она, кинувшись Даниле на плечо и заплакала. – Я же только хотела заработать! Разве это плохо?

– А, ну все ясно, – вздохнула Лора. – Они тут были.

Также Болванчик успел взять все данные с дома.

– Когда они уехали? – аккуратно спросил я у старушки.

– Они… Минут двадцать назад!

– Где они взяли машину? – продолжил я.

– Угнали у соседа!

Я посмотрел на Данилу. Он посмотрел на меня.

– Для тебя же это не проблема?

– Нет, – улыбнулся Данила.

Через полминуты мы уже мчались к трассе через узкие переулки.

***

Трасса в Подмосковье.

Машина, набитая секретными агентами, выехала из поселка. Как раз в этот момент огромная электросеть над ними испарилась.

Командир достал телефон и набрал начальника.

– Да, Николай Васильевич, они где-то близко. За ними едут люди Есенина и Кузнецов.

Глава 6. Сказка о садовнике.

Не трудно было понять, куда едут Толстой с компанией. И нетрудно догадаться, что остальные тоже поняли, куда направляются преступники.

– И не связаться же с ними, – недовольно заявила Лора. – Они выключили телефоны.

– Ну, в какой-то степени, они сделали правильно. Наверняка, помимо нас, их также кто-то сможет отследить.

Они не должны были далеко уехать, особенно от нас.

Трасса вела в сторону Рязани. И путем недолгих предположений мы решили, что они направляются в Широково. Или к Дикой Зоне.

– Отправь Болванчика вдоль дороги. Даю полный доступ к энергии.

Трата энергии восполняется печатями. К тому же у меня ее накопилось достаточно, чтобы обеспечить светом если не весь континент, то страну уж точно. Хотя, может, я и преувеличиваю…

И пока Болванчик улетел вперед, надеясь догнать группу Толстого, я решил позвонить домой, узнать, как обстоят дела.

И первым делом набрал Машу со Светой по конференц-связи.

– Привет, – начал я. – Как там у вас дела? Все хорошо?

– О, дорогой, хорошо, что ты позвонил, – начала Маша. – Ты не угадаешь, кто звонил минут двадцать назад.

– Удиви?

– Фанеров Женя! Он хотел узнать, где ты сейчас находишься. И спросил номер телефона отца.

– Моего тоже, – добавила Света.

– А зачем? Он не сказал?

– Сказал, что хочет с ними о чем-то поговорить, но больше ничего не добавил, – ответила Маша.

– А про меня?

– Просто поинтересовался, где ты. Я сказала, что ты работаешь. Мало ли…

Еще и эти странные действия Фанерова. Надеюсь, он не сделает что-то такое, о чем мы все потом будем жалеть. В свете последних событий, любое необдуманное действие может закончиться похоронами.

Но сейчас мне было не до него. Он уже человек взрослый, и сам должен отвечать за свои действия. А мне надо спасти ребят и достать документ о том, как убить Петра. Собственно, и так понятно, зачем вся эта погоня.

– Ладненько, – вздохнул я. – А в остальном у вас там все хорошо?

– Софья Андреевна пытается наладить воздушное пространство с Японией. Арина Родионовна же общается с Европой и США для торгового канала. Больше новостей нет, – сказала Света.

– Ладно, предупредите Софью Андреевну, что, возможно, она скоро увидит своего супруга.

– А Виолетте что сказать? – немного тише спросила Света.

– Я пока не знаю… Антон на меня сильно обижается. Ох уж эта голубая кровь аристократов…

– Не вздыхай, ты сам такой, – фыркнула Маша. – Не забывай, как приедешь, для тебя проведут коронацию.

– Ну… Может, нет?

– Миша… – сказали девушки.

– Все, понял, – улыбнулся я.

– Нашла! – довольно сообщила Лора. – От нас в пятидесяти километрах, едут по трассе. Фургон.

И для наглядности она вывела изображение фургона.

– Ой, простите, пора идти, – быстро попрощавшись, я повесил трубку.

***

г. Москва.

Поместье Рода Кутузовых.

С момента, как власть в стране поменялась, для Сергея Михайловича все стало вдвойне сложно. Не с физической стороны, а с моральной. Страна должна оставаться под защитой, особенно в такое время. Но как же ему хотелось наплевать на все, отправить жену к Михаилу и пустить армию на Кремль. Наверняка, у него бы получилось свергнуть Петра Первого. И даже без поддержки его друга Нахимова он бы справился.

Но Кутузов прежде всего был человеком военным. Стратегом. Он видел настроение большинства. Читал между строк и понимал, что благодаря новым законам и общей политике у Петра слишком большая поддержка.

Его недавние поездки по Южной Европе и Великобритании – внешние связи только укрепились. Да и чего греха таить? Сейчас в армии самое большое число военных. Собственно, это и повлияло на решение большинства стран вступить с Российской Империей в союз. Пока Петр действовал безупречно.

Но при этом Сергей Михайлович видел, что для простых граждан стало больше ограничений. Цены на импортные товары стали ниже, но на местное производство цена повысилась. Это все крупицы в море, но это сильно волновало Кутузова.

Проблема была и в том, что прослеживалась явная линия действий Петра. Но какой ее итог было не ясно даже для такого хорошего стратега, как Кутузов.

Сейчас он сидел в своем комфортном кабинете и изучал новые документы на модернизацию войск на западной границе. К тому же в любой момент Петр Первый мог инициировать войну с Сахалином и Японией, так как те были потенциально лояльны к самому Михаилу.

Все это очень раздражало. Он не хотел работать. Прошло много времени с того момента, как они с супругой видели дочь. А он так соскучился. Хоть Маша и звонила каждый день, но этого было мало.

В дверь постучались.

– Войдите, – не отвлекаясь от документов, крикнул Кутузов.

Это была Марфа Андреевна. В руках у нее был поднос с двумя чашками чая и печеньем.

– Дорогой, давай попьем чай. А то ты уже торчишь тут несколько часов. А мне нужен здоровый, крепкий муж, – произнесла она и бесцеремонно поставила поверх документов поднос.

– Марфа, я же… – он посмотрел ей в глаза и растаял. – А хотя ладно… Пять минут ничего не сделают.

Она села рядом и положила голову на плечо супруга.

– Как ты?

– Да как тебе сказать… – он щелкнул пальцем по бумагам. – Глобально экономика страны растет. Стало меньше преступлений…. Армия… Все хорошо… И меня это беспокоит. Как будто Петр Первый делает для страны то, что не мог сделать его сын.

– И что же?

– Благополучие… – произнес Кутузов.

– Но? Я прям чувствую, как ты хочешь это сказать, – улыбнулась супруга.

– Но все не так просто. Он очень расчетлив. Очень. Продумывает не на два шага вперед, а на сотню. Но пока я не могу понять, чего он добивается.

– Рано или поздно ты поймешь. Не зря тебя называют лучшим стратегом современности, – она погладила его по руке. – Расслабься хотя бы со мной.

– Понимаешь, я учился всем стратегическим приемам в том числе и по записям Петра Первого. Их полно в архиве.

– Но помимо них ты изучал и другие, верно? – возразила Марфа.

– Одно радует, что Михаил успел отправить мне эти коробки… как их.

– Говнозажимы? – улыбнулась Марфа. – Кузнецов в своем репертуаре.

– О да… Жду не дождусь внуков, – мечтательно произнес он.

Они несколько минут болтали про то, как будут нянчить детишек, поспорили о том, как назвать ребенка и даже немного посмеялись над тем, как они ездили в Широково на свадьбу дочери. Что там был за бардак...

Но в дверь постучались. На этот раз это был дворецкий.

– Господин, госпожа, – поклонился он. – К вам гость.

Они переглянулись.

– Ты кого-то ждешь? – спросила супруга.

– Нет. И я так понял, ты тоже никого не ждешь, – он посмотрел на слугу. – Кто там?

– Господин Фанеров.

– Женя? – удивился Кутузов. – Проводи его в гостиную.

Марфа Андреевна встала и подошла к окну. Там она увидела одинокую машину и больше ничего.

– Маша говорила, что с момента как Георгия убили, Женя сам не свой. Уехал из КИИМа и где-то шляется постоянно, – произнесла она.

Но Кутузов только промолчал. У него было слишком много вопросов к царю по поводу гибели посла во Франции. Каким чудом его умудрились вообще убить? Все же Георгий Фанеров был одним из группы Кузнецова. А это что-то да значило.

Они с супругой вместе вышли с кабинета и прошли в гостиную. Там на диване сидел Женя Фанеров. Выглядел он неважно. Легкая щетина. Синяки под глазами. Одежда сильно поношенная, как будто он был в ней несколько недель.

– Женя, здравствуй, – кивнул Кутузов.

– Сергей Михайлович, – встал Фанеров и протянул руку. – Добрый день. Мы можем поговорить в вашем кабинете?

Кутузов переглянулся с супругой и та кивнула.

– Да, конечно, пошли.

Как только они оказались в кабинете и дверь захлопнулась, Женя сел напротив стола и сразу спросил:

– Сергей Михайлович, я знаю, что эта информация секретная, но не могли бы вы сказать, где находится Гоголь?

Кутузов прошелся по комнате. Слишком много разных мыслей было у него в голове.

– Женя, послушай… То, что произошло с твоим отцом…

– Сергей Михайлович, – поднял он руку. – Вы можете мне сказать, как его найти? Или зацепку? Все что угодно?

Кутузов некоторое время смотрел парню в глаза. Что-то ему подсказывало, что он не отступит.

Наконец, взвесив все “за” и “против”, он выдохнул.

– Даже я не знаю всех деталей. Сейчас Гоголь работает напрямую с царем.

– И где он может быть?

– Не перебивай, давай лучше расскажу тебе историю, – спокойно сказал Кутузов. – Знаешь, в детстве, на нашей улице в Подмосковье жил один аристократ. Гордый такой. У него был самый большой дворец. И был у него… Ну давай назовем его “Садовник”. Не простой садовник, а особый, который умел подрезать кусты, которые мешали виду из окна хозяина. Делал он это тихо, аккуратно, чтобы никто не шумел и не задавал лишних вопросов. Вскоре у этого садовника появились свои помощники. Взял несколько ребят из специальной организации. Говорят, там народ строгий, дисциплинированный, умеет работать хм… с инструментом. И если хозяин кивал в сторону какого-то надоедливого дерева, его вскоре срубали под корень. А по новостям сейчас только и говорят, что у ворот большого дома были сорняки. Сам же садовник ждет, пока его помощники найдут сорняки, и только тогда он появится…

Фанеров слушал все это с нескрываемым интересом.

– Может, кто-то недавно видел этих помощников? – поинтересовался парень.

– Хм… А знаешь, да. У меня тоже полно садовников. И ландшафтников. Да у меня большой штат, который только и работает для того, чтобы мой внутренний двор был красивым и чистым. Совсем недавно помощников видели близ поселка Ступкино.

– Вот как?– Фанеров выдохнул так, будто огромный груз свалился с его плеч. – Тогда мне стоит обратиться к ним…

– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, Женя…

– Я прекрасно все понимаю, Сергей Михайлович, – он встал и направился к двери.

– Жень, – окликнул его Кутузов. – Думаешь, твой отец одобрил бы такое?

– Не знаю, – пожал он плечами. – Но если я ничего не сделаю, то буду винить себя до конца своих дней.

После он покинул кабинет и поместье рода Кутузовых.

***

Я предполагал, что и люди Есенина и те странные ребята в черной машине просто так не остановятся. И если у них и не было никаких зацепок о том, что Толстой и остальные совсем недавно покинули поселок, то у меня эти данные были.

Также Лора сказала, что рано или поздно нас тоже начнут преследовать. И в подтверждение этому по радио передали, что Михаил Кузнецов сейчас находится в Российской Империи в районе Подмосковья. Так что всем жителям близлежащих городов и деревень нужно быть предельно осторожными.

– Интересно, а если бы они узнали, что у меня новый ранг? Я бы считался, как стихийное бедствие? – задумался я.

– Хочешь быть, как Есенин? – спросила Лора.

– Не особо. Я вообще не хочу, чтобы про меня думали в таком ключе. Да, пусть все знают, что у меня полно энергии и что я весь такой сильный. Но чтобы боялись… Не особо.

– Ты что-то размечтался. Теперь не только на Толстого и компанию охотятся все, кому не лень, но и на тебя.

В подтверждение этого по радио объявили, что введен план-перехват и армия перекрывает ближайшие города. Также подключили и частные армии аристократов, которые были лояльны Кремлю. А таких было полно.

Несколько дней назад Надя показывала мне статистику и сводки о том, что практически все аристократы сотрудничали с Кремлем. Взамен они получали субсидии и прочие плюшки от правительства.

– Слышал? – спросил я Данилу.

– Ну и что? – выдохнул он. – Машина нигде не засвечена. Номера новые и чистые. Да и я, между прочим, не только принадлежу роду Кузнецовых, но и, между прочим, знаменитый гонщик. Так что до меня не докопаться. А если что, всегда есть потайное место для вас, начальник.

Тут он прав, но все равно это доставляло определенные неудобства. Но ничего не поделать. Со мной у Толстого и компании будет куда больше шансов. Да и если необходимо, прорваться с боем до Дикой Зоны не проблема.

– Давай детальку к ним, – сказал я Лора.

При приближении к машине Болванчик начал фиксировать всевозможные заклинания защиты и прочие артефакты. Ребята явно подготовились к разного рода сканерам и не хотели быть обнаруженными.

Но против меня это не сработает. Уже не сработает. Лора уже научилась обходить всевозможные артефакты защиты и заклинания. Единственное, что оставалось неприступным, это купол защиты Пушкина. Все же над этим нам предстоит поломать голову. Но Лора сказала, что рано или поздно справится.

Деталька же долетела до машины и аккуратно постучалась в стекло.

– О, что за чертовщина! – испугавшись больше, чем нужно, воскликнул Федор и ткнул пальцем в детальку.

– Это Кузнецова, – узнала Дункан. – Откройте окошко.

Антон же нахмурился.

Как только деталька оказалась внутри, я начал говорить.

– Господа и дама, добрый день. Надеюсь, я вас не побеспокоил?

– Миша! – радостно отозвался Толстой. – Это ты какой хитрец! Не побеспокоил, конечно! А мы как раз направляемся к тебе.

– Замечательно, – произнес я. – Только не сбавляйте ход. Сейчас армия перекрывает выезды из Подмосковья. Если успеем выехать, будет легче.

– А я так понимаю, ты близко?

– В двадцати минутах от вас.

– Так может, мы тебя подождем? – произнес Федор.

– Ты разве не слышал, что дороги перекрывают? – фыркнул Онегин. – Но боюсь, у нас мало шансов. Наши лица у всех отделов жандармерии и армии в стране.

– Думаю, мы что-нибудь придумаем.

И в этот момент на телефон пришло сообщение.

Я посмотрел на экран. Это оказался наш секретный чат.

KYtY30\/: Если вы не уехали от Подмосковья на 200 км, то все дороги перекрыты.

Что ж, опоздали.

– Господа, – произнес я в детальку. – Меняем план.

Лора вывела передо мной карту.

Нам надо было перегруппироваться и решить, что делать дальше. И такой план у меня был.

– Булат… – связался я с конем через внутреннее хранилище.

– Что такое, Миша?

– Нужны твои… хкм… услуги по передвижению…

– Понял. Где мне тебя ждать? – он быстро сориентировался и не стал задавать лишних вопросов. Вот это мне нравилось.

Лора показала ему точку.

– Понял. Буду там через пару часов.

– Так, меняем план. Дороги перекрыты. Мы не успели, – продолжил я говорить с группой Толстого. – Но вам повезло. Тут есть одно место…

Пришлось быстро отправить им еще пару деталек, чтобы они показали интерактивную карту.

– Двигайтесь вот сюда.

– Знакомое место… – произнес Онегин. – Давненько я там ни был.

– И что это за место? – язвительно спросил Федор.

Толстой мельком взглянул и ухмыльнулся.

– Вот уж не думал, что окажусь в доме Володи через столько лет…

А других вариантов и не оставалось. Это место было ближе всего. С точки зрения местонахождения оно было отличной точкой для того, чтобы немного отдохнуть.

Это место не было указано ни на одной современной карте, так что туда никто не сунется. Да и сомневаюсь, что Петр Первый знал, где находится дом Владимира Кузнецова.

– Данила, меняем маршрут, – предупредил я. – Едем вот на эту точку.

– Как скажите, начальник.

И резко вывернув руль, сделал разворот на сто восемьдесят.

Через десять минут мы уже были на месте. Конечно, первыми. Продавливать колею было проблематично, но благодаря Болванчику мы доехали до самого дома.

Я также предупредил остальных, что мы расчистим дорогу, но на обратном пути все же будет лучше, чтобы они заметали за собой дорогу. А пока они ехали, я решил осмотреться.

Дом выглядел заброшенным. Снегу намело по самые окна и только благодаря ставням он не попадал внутрь.

– В прошлый раз мы не так уж и много тут осмотрелись, – сказал я.

Мы с Данилой пошли в дом. Дверь, конечно, была заперта на замок. Сарай полностью замело снегом. Сорвав замок, мы зашли внутрь.

Как раз в это время со стороны дороги послышалось бибиканье.

– Вот мы и приехали! – громко крикнул Толстой, оповещая о своем визите.

Глава 7. Туз в доме.

Уже темнело, так что нам ничего не осталось, как заночевать в доме. Натопив печь, мы принялись наводить марафет, чтобы можно было чувствовать ну хоть какой-то уют. Толстой с Онегиным занялись ужином, а Дункан со своим папашей махали метлами — слушать, как они при этом препираются было отдельным “удовольствием”.

— Доча, ты так только больше грязи разводишь. Мягче нужно, мягче…

— Папа!

— Что? У тебя пылинка на носу. Трунь!

Данила же ушел подальше в лес и прятал автомобили — набрасывал на них ветки и засыпал снегом. Процессу маскировки помогал Болванчик. На всякий случай я каждую минуту ждал “гостей”. Болванчик уже стоял на стреме, но в радиусе пары километров было чисто.

А вот мы с Антоном… Короче, домик был маленький, и Антону было сложно.

— Антох, ты как?

В ответ молчание. Есенин, надутый как маленькая девочка, ходил от меня по всему дому, смахивал пыль и делал вид, что не замечает ни меня, ни моих попыток помириться.

— Антох… Ну ты че?

Снова молчание. Однако тряпка в его крепко кулаке начала скрипеть.

— Анто-о-он! Ну прости, задолбал! Не хотел я спасать твою девушку из Кремля. Так получилось!

Наконец он повернулся. Взглядом, которым Есенин пронзил меня, можно было дробить камни.

— Да уж… — протянула Лора. — А мальчик все еще… мальчик. Ну-ка опрокинь его! По-дружески! Мигом в себя придет!

Ага, щас. Думаю, такого дружеского “опрокидывания” он мне не простит. Да драться в такой обстановке нам было не с руки. Весело, конечно, еще раз подраться с лучшим другом под бодрый бит после того, как помешал ему стать героем, но…

Думаю, Есенин убьет и за меньшее. Например, за то, что я достиг высшего ранга. Да, я случайно ляпнул об этом факте. Та жилка на его виске появилась как раз после моей фразы “...друзья, теперь я Маг высших сил”.

Вместо этого я улыбнулся. Самой невинной улыбкой из всех возможных.

— Остынь. Ведь не будешь же ты дуться вечно.

Но Антон решил поспорить и свалил от меня куда подальше — а именно в подвал, откуда как раз поднимались Федоро с Толстым. В бороде последнего была паутина.

— Нет, Федя. Этим закруткам уже лет триста, не меньше! Эй, ты куда?!

Антон, не ответив, скрылся внизу. Хлопнула дверь. Вот и поговорили.

Махнув рукой на этого нетакусю, я обратился к Дункан:

— Оно у тебя?

Она удивилась, но переспрашивать не стала. Понятно, о чем я.

— Миша, этот документ особой важности, — сказала она. — Я обещала передать его Романову лично.

— И ты думаешь, Романов будет скрывать его от меня? От того, кто спас его от смерти?

— И того, кто в итоге и убьет Петра Первого? — улыбнулась Лора.

Вздохнув, Дункан отложила метлу и сунулась в сумку. Скоро на столе лежала ничем не примечательная папка. Девушка же снова взялась за метлу.

И вот все побросали свои дела и сошлись вокруг кружком.

— Интересно! — и рядом появилась Лора. — Открывай!

Я и открыл. Минуту мы молча вглядывались в строчки. Которых не было. Ни на одной странице не было ни пятнышка.

— Так, Ася… — и мы повернулись к Дункан.

Пожав плечами, она ответила:

— Я тоже удивилась. Но Романов меня предупредил: читать его бесполезно, ибо увидеть текст могут только несколько людей во всей стране. Он зачарован, как ты мог понять.

— И что это за люди? — спросил я. — Постой, дай догадаюсь! Это члены рода Романовых, да?

Ася кивнула.

Что ж, ознакомление с тайнами Петра Первого и всей Российской Империи придется отложить по крайней мере до того момента, пока мы не доберемся до Сахалина. Все с разочарованным вздохом вернулись к своим делам.

А тут и в кастрюльке начало закипать.

— Почти готово, — кивнув Толстой, облизав ложку. — Вы такого рагу никогда не пробовали, дети! Зовите всех!

С улицы пришел раскрасневшийся Данила.

— Спрятал тачки? – спросил я. Тот кивнул:

— Самому бы еще поутру найти…

— Ты это… не перестарайся.

Все начали рассаживаться за столом. Котелок был большой, и рагу должно было хватить на всех.

— Так, кого не хватает? — оглядел всех Толстой. — Никого не обделим?

Я тоже осмотрелся. Не хватало кое-кого одного.

— Антона… — вздохнул я. Кажется, он так и не вышел из подвала. — Я схожу за ним.

На пороге я задумался.

— Страшно? — и рядом появилась улыбающаяся Лора в костюме призрака. Вернее, в простыне на голое тело. В ней, естественно, было полно дырок.

Я кивнул.

— Конечно. В подвале сидит мой лучший друг, который ненавидит меня за то, что я лучше его. Кто бы не испугался...

Но пришлось все же спуститься. К тому же со мной и Федор намылился.

— Да говорю же! — бушевал Толстой. — Закрутки еще при первом правлении Петра Первого приказали долго жить!

Тот лишь махнул рукой. Мы спустились вниз.

Закруток тут действительно оказалось навалено до потолка. Все зеленые и покрытые толстым слоем паутины. Облизываясь, Федор направился к ним.

Я же проводил этого смельчака взглядом и направился искать нетакусю.

А подвальчик оказался куда вместительней, чем казалось. Стенки уходили далеко за пределы избы.

— Да что у этих Кузнецовых за страсть к катакомбам?! — зарычал я, продираясь через паутину. — Антон, твою мать?!

— ЧЕГО?! — разнесся сквозь тьму обиженный голос нетакуси. — Кузнецов, ты и мертвого достанешь!

— Пошли есть! Там уже рагу сты…

Грохот заставил меня подпрыгнуть. Я оглянулся, готовый драться.

По полу в окружении осколков растекалась какая-то жижа, отдаленно напоминающая помидоры с огурцами — ими она, наверное, и была, но лет триста назад. Рядом с баночкой в руках стоял Федор. И глупо улыбался.

— Идиот… — вздохнула Лора.

Тут из тьмы показался Антон. Из-за слоя паутины он напоминал призрака.

— Это что? — и проигнорировав меня, он пошел прямо по жиже. — Дверь?!

А за полкой с закрутками действительно была толстенная металлическая дверь.

* * *

Где-то на дороге.

Унылый зимний пейзаж угнетал Гоголя. Как ни крути, но он всегда любил летнюю пору — где-нибудь на хуторах, где ночь тиха, а если что-то и слышно, то казачья песнь.

— Эх, мамо… — пустил он скупую мужскую слезу. Маменьку свою он любил, интересно как она там?

От приятных мыслей о своей родине его отвлек чих.

— Апчхи!

Прижав платок к своему длинному носу, Гоголь от души высморкался. Еще и простуду не хватало подхватить!

Автомобиль уже час несся то по одной дороге, то по другой. Гоголь постоянно проверял телефон, но тот молчал. Агенты прошаривали каждый камень в радиусе двухсот километров, но никаких ни Толстого, ни его сообщников никто не мог обнаружить.

Они как в воду канули!

— Терпение, — твердил себе Гоголь. — Как говорила маменька: терпи, казак, атаманом будешь… А если не будешь, то все равно терпи. Рано или поздно, его труп проплывет мимо…

Вот Гоголь и терпел. Рано или поздно их обнаружат. И тогда…

— Апчхи!

Вдруг телефон ожил — звонила разведка. Он тут же взял трубку.

— Слушаю… Нашли?! — и он улыбнулся. — Как далеко? В самом деле?.. А что там? Ага… Двигайтесь к точке и окружайте их. Берите всех. Я сказал ВСЕХ!

* * *

Рагу получилось на славу.

— Красота! — и Федор потянулся к котелку, за что тут же получил по лбу половником. — За что?!

Толстой погрозил ему кулаком.

— За дело! Получишь последним, раз уж ты, Федя, помешал мне убить Петра Первого!

— Но я же… Да, понял я, понял, полож уже этот чертов половник!

Все уже расселись за столом — подальше от Федора с его последней “выжившей” закруткой. Выглядела она так, будто в ней находились чьи-то давно протухшие мозги.

Дверь в подвале оказалась заперта, а открывать ее прямо сейчас я особо и не рвался, если честно. Мало ли мне что ли незакрытых гештальтов? А тут еще одна загадка!

— И не говори. Старых целый список, — сказала Лора, показал мне целый список из пары сотен позиций. — И это только свежие.

Дункан присела за стол последней.

— Доча, руки мыла?

— Да, папа, мыла! — прошипела она. — И убери эту банку подальше, пожалуйста!

Мне положили первому. И не успел я взять ложку, как раздался голос Лоры:

— Миша, Булат вошел в наше воздушное пространство. Будет через пять…

Я закатил глаза. Ну самое время!

— Четыре…

Толстой же наполнял наши тарелки, приговаривая:

— Держи тарелку, Данила, крепче! А ты не тянись, индюк, — это он Федору, — все равно получишь свое последним!

— Три…

— А ты чего глаза опустил, Есенин? Стыдно? — бухтел Толстой как бабка. — Давай сюда свою тарелку! Ты-то руки мыл?

— Два…

— Ох, плохое время он выбрал, чтобы приземлиться, — сказал я, с тоской поглядывая на котелок в руках Толстого.

— Миша, ты чего нос повесил? Думаешь, я тебе бурду какую-то предлагаю? — покачал головой Лев Николаевич, наложив мне еще немного. Снаружи же еле-еле слышался вой “пикирующего” чудо-коня. — Ха, не знаешь ты Толстого! Пальчики оближешь, когда… Так, это что за звук?!

Вдруг снаружи раздался грохот, да такой сильный, что дом буквально подскочил. Со стола все рухнуло на пол, вместе с самим столом, который перевернулся. Вся наша уборка пошла псу под хвост. Как и рагу, в общем-то. Свои порции удержал Толстой, и, как ни странно, Данила. Закрутка Федора, естественно, тоже не пострадала.

— Это что за?.. — и глаза Толстого вспыхнули как электросварка.

Все тут же бросились к оружию, а я поднял руки.

— Спокойно! Свои!

И в подтверждение этого открыл окно — в дом тут же залезла огромная лошадиная голова. Заняла она почти всю комнату.

— Сниф-сниф… Чем это у вас тут так вкусно пахнет? — спросил Булат, раздувая ноздри. Ответил ему грохот — охреневший Данила таки упустил свою тарелку.

— Рагу… — простонал он. И тут же получил подзатыльник от Толстого.

— Говорил же, крепче держи!

Мы вышли наружу, и Толстой, покачав головой, похлопал Булата по холке.

— Тебе, друг, не помешает колокольчик на шее. Или умение плавно снижаться.

Конь фыркнул.

А вот Дункан с Антоном смотрели на него во все глаза. Пришлось их наскоро познакомить, а то, глядишь, подумают, что умерли под метеоритом, а этот гигантский конь это какой-то демон из иного мира.

— Значит так, — сказал я, осмотрев всю компанию. — Раз Булат тут, он сможет перекинуть кого-нибудь на Сахалин. С документами. Но только одного.

Все переглянулись.

— Я пас, — сказал Антон, с замиранием сердца поглядев на коня, а затем и на звездное небо. — В самолетах меня всегда укачивает.

— Я тоже, — сказал Федор. — Никогда не умел ездить верхом.

Онегин покачал головой и скромно отошел в сторону. Толстой же посмотрел на Булата, а тот почему-то попятился.

— Нет, — сказал конь. — И не спрашивайте, почему.

Лев Николаевич фыркнул, но раскрывать “секреты прошлого” не стал.

Дункан с Данилой тоже отказались, а я не мог лететь, потому что иначе остальные не смогут выбраться из Империи. Что ж, пришлось бросать жребий. Я вытянул кулак с зажатыми спичками.

— Тянем! — и сунул его Дункан.

Оно и вытянула короткую спичку.

— Серьезно?!

Я кивнул. Конечно, о том, что короткими были все спички, пришлось скромно умолчать.

— Видимо, тебе придется стать героем, — и я хлопнул ее по плечу. — К тому же ты говорила, что документ очень важен и ты должна передать его Романову лично в руки? Все же ее слышали?

Остальные закивали.

— Вот и лезь с ним на спину коню. Он доставит тебя на Сахалин за пару прыжков.

Конь охотно кивнул.

— Как? Прямо по небу?.. — и она с сомнением посмотрела на Булата.

— Ты сомневаешься во мне? — фыркнул конь. — Хочешь, чтобы я снова прыгнул?

— Нет! Но… Я боюсь высоты…

Мы все посмотрели на Дункан будто впервые ее увидели. Она вжала голову в плечи.

— Серьезно? — протянул я.

Мигом покраснев, она кивнула.

— Всегда ненавидела летать…

Булат снова фыркнул.

— Я тебе что, пегас?! Я не летаю, я прыгаю! Не успеешь сказать слово “овес”, как окажешься на месте. Только оденьте ее потеплее.

Следующие двадцать минут мы переворачивали дом на предмет шуб, теплых штанов, носков и всего, что может согреть нашу героиню.

— О, помню эти портки! — кивнул Толстой, вытаскивая из кладовки какие-то латаные-перелатаные рейтузы. — Я в них еще мальцом бегал от ледяных великанов по Дикой Зоне. Золотое было время! Интересно, откуда они у Володи?..

И он встряхнул их с крыльца. В воздух поднялась целая туча пыли.

— Надевай! — и сунул их Дункан. — С начесом!

Та, конечно, надела — а за ними еще в три слоя штанов, свитеров, носков и две шубы с валенками — но без особого удовольствия. Довершили образ героини рукавички на веревочках, три толстенных шарфа и шапка-ушанка, привязанная пушистой шалью. А еще очки-авиаторы, которые нашел Федор.

— Интересно, откуда это у Володи?.. — задумался Толстой. — Или это Фанерова?

И вот Дункан была готова. Намотано на ней было столько, что она едва могла ходить.

— Я помогу! — и Толстой, взвалив эту “капустку” на плечо, потопал к коню. — Чего хнычешь, как маленькая! Так… — и он задумался, покрутив героиню так и эдак. — Где тут ноги?.. А вот!

Посадив Дункан на спину коню, Толстой похлопал в ладоши.

— Доченька, только держись крепче! — прыгал вокруг них Федор. — И дыши носом!

— Ну папа!

— Держись за гриву, дуреха! А то сдует ветром!

— И дыши носом!

Дункан вцепилась в коня как в спасательный круг. Набросив ей на плечо сумку с документами, я отошел на несколько шагов назад.

— Булат, доставишь ее на Сахалин, — сказал я. — Мы выберемся сами. Понял?

Конь кивнул.

— Думаю, второй раз мне сюда ход заказан, — сказал он. — Меня и так пытались сбить. К тому же я чуял как меня магически сканировали.

— Вот и не вылезай больше с Сахалина. Давай! Ася, держись!

— Держусь…

И присев, конь сорвался с места. Через секунду он превратился в точку в небе.

Я же обратился к Лоре:

— Нужно максимально блокировать любой след Булата. Не жалей Болванчика!

— Принято!

И за ним сорвались мои ПВО-детальки. Толстой еще провожал летящего по небу Булата, приставив ладонь ко лбу.

— Молодец, девочка, — сказал он, улыбнувшись. — Даже не закричала. Не то что Лермонтов…

— А что Лермонтов?.. — спросил я.

— В первый раз он визжал как девчонка.

И расхохотавшись, Лев Николаевич направился в дом.

Рассевшись вокруг стола, мы доели рагу — вернее, то что от него осталось.

— Будете? — улыбнулся Федор, вытаскивая ЭТО из банки и намазывая его на хлеб.

— Спасибо, кушай, Федя, — поморщился Толстой, чем выразил настроение остальных.

— И что теперь? — задал резонный вопрос Онегин. — Сидеть ночь здесь?

Я покачал головой.

— Раз Булата засекли, значит, они скоро будут здесь. К границам Империи нам дорога заказана. Осталось одно — прорываться к моему Московскому поместью. Другого пути нет.

Все решили, что я прав. Других тайных мест у нас не осталось.

— Лора, как там Булат?

— Все спокойно, — ответила она и показала мне картинку.

А картина была достойна кисти художника. Звездное небо распростерлось во всю ширь. Внизу блестели огоньки деревушек и городов, а прямо в воздухе плыл здоровенный конь с развевающейся гривой. На его спине, вцепившись ему в гриву, сидел дрожащий “кулек”. К счастью, невредимый.

— Они уже в центре Сибири, — сказала Лора. — Еще немного и достигнут Дальнего Востока.

— Следи, чтобы все прошло благополучно.

— Слежу. У них все окей. В отличие от нас.

И она показала еще одну картинку с Болванчика. Это были черные автомобили, и они двигались через заснеженную дорогу. Очень знакомую.

— Так…

Вдруг пиликнул телефон. Кутузов прислал всего одну фразу: “Вас нашли”.

— Спасибо, капитан!

Тут же откуда-то послышался отдаленный шум моторов. Трасса была довольно далеко, да и соседей вокруг никаких не было километров за двадцать, поэтому…

— Это за нами!

Все уже были на ногах. Все были готовы надирать задницы. Даже Данила — у него в руках сверкал балонный ключ.

— Лора, сколько их? — спросил я, очень сомневаюсь, что драка выйдет простой.

— Много, Миша. Очень много.

Картинок на этот раз она накидала с пару десятков, и я немного приуныл. Вместе с машинами ехали и танки, и броневики, и куча пушек на колесиках. Все самых последних моделей.

Зажглась еще одна картинка, и мне стало совсем грустно. Это были огромные контейнеры. Болванчик подлетел поближе, и через решетки стало видно, что в каждом сидит по Исполину.

— Будет сложно… — протянул я, и тут раздался странный звук.

Все повернулись — Федор бил себя по животу. На пол упал бутерброд с “жижей”.

— Сука, не в то горло! — и плюнул. Упав на пол, там что-то блеснуло.

Это был ключ.

* * *

Снаружи.

Наконец из-за деревьев показался дом — совсем крохотный, затерянный глубоко в лесу. Забавно, что он не значился ни на одной карте…

— Попались, голубки! — потер руки Гоголь. — Апчхи!

Техника и солдаты уже были на позициях. Все дула были направлены на окна. Исполины тоже приготовились — замерли в позах спринтеров. Один приказ, и вся эта туча стали оставит от этой избушки одну пыль.

Широко улыбаясь, Гоголь вышел из машины. К нему тут же подскочил солдат с докладом. Оттолкнув его, Гоголь расправил шинель, сложил руки лодочкой и крикнул:

— Эй, в избушке! У вас есть одна секунда, чтобы сдаться!

Глава 8. Трехсотлетнее варенье.

Н-да… Ситуация…

А чего я удивляюсь? Разве у меня это впервые? Не сказал бы.

Но если раньше мне приходилось сражаться одному, ну или на крайний случай, в компании с кем-то одним, то теперь со мной были не просто бойцы, а одни из лучших магов. Ну и Федор. Который просто был молодцом.

Ах да, еще с нами был Данила, который вот вообще не боец. Но сейчас его навыки нам никак не пригодятся. А значит, надо отходить. Но как?

Конечно, я преуменьшаю, он сильный боец, но только в ближнем бою.

Итак, что мы имеем. На улице нас ждала самая настоящая армия с танками и пулеметами и чего там только не было. Плюс, Гоголь, который выглядел немного странно… При этом Лора фиксировала показатели энергии, которые от него исходили, и они были аномально высокими.

– Что Петр с ним сделал? – выдохнула Лора. – Он сильно изменился после последней встречи…

– Надеюсь, Ольга не будет против, если он случайно будет похоронен вместе с этими вояками, – выдохнул я.

Остальные готовились к бою.

– Н-да… че ж делать, че ж делать… – ходил из стороны в сторону Толстой.

– А может, попробуем ключик? – довольно произнес Федор, покрутив в руках ржавый предмет.

– А поможет? – ответил Лев Николаевич.

Собственно, даже с учетом того, что все присутствующие были довольно сильными магами, была большая вероятность того, что кто-то мог погибнуть. А мне этого очень не хотелось.

При этом Болванчик транслировал, что происходит снаружи.

– Секунда прошла! – раздался крик Гоголя. – Разнести это здание в щепки! А вам… господа, счастья-здоровья!

– Все в подвал! – открыв дверь, скомандовал я.

Заодно я наложил небольшой купол, чтобы нас случайно не придавило. И вовремя.

В дом полетели снаряды, заклинания и черт знает что еще. Стены содрогнулись, но на удивление устояли.

– Чего? – выпучила глаза Лора. – Из чего сделана эта избушка?!

Почти все прыгнули вниз, остались только мы с Есениным.

– Антох, вниз, быстро!

– Я сам решу! – выпалил он и пошел к двери.

– Что?! – не понял я.

– Сам решу-у-у-у!

– Да это понятно! Просто нас тут сейчас раздавит!

И как бы не был крепок дом, крыша начала рушиться. Но стены продолжали держаться.

И это было просто невероятно! Прямое попадание с танка!

– Я же говорю, – он начал спускаться по ступенькам. – Сам. Решу.

– Да пожалуйста, только быстрее!

Я прыгнул последним и убрал купол. Как раз крыша обвалилась, присыпав вход и отрезав нас от единственного выхода.

Онегин создал небольшой источник света, и мы прошли к толстой металлической двери.

– Ну… Надеюсь, там не очередной погреб с соленьями… – выдохнул Толстой, вставляя ключ в замочную скважину. – Ух, тяжело идет…

Даже если для него это было тяжело, то другие бы не смогли открыть.

Наконец, дверь с тяжелым скрипом пошла в сторону. Болванчик первым протиснулся в проем и Лора начала выводить карту.

– Нет, я, конечно, предполагала… – выдохнула она с удивлением, – но чтобы настолько…

А тут было чему удивиться. Это был многоуровневый лабиринт с множеством ходов, дверей и тупиков.

Интерактивная карта рисовалась при свидетелях, и они так же, как и я, были, мягко сказать, удивлены.

– Эх… Володя-Володя, – покачал головой Онегин. – Так вот что значило “пойду поработаю на огороде…”

– Думаешь, он сам все это сделал? – удивился Толстой.

Карта показывала, что некоторые ходы уходили за несколько километров от дома.

– А ты сомневаешься? – хмыкнул Онегин.

– Ну Володька, ну красава! – довольно произнес Федор и первым шагнул в темный проход.

Ерх за моей спиной приятно завибрировал. Кажется, узнал знакомые пещеры.

Как только первый человек шагнул в этот бесконечный лабиринт, сработала какая-то магия, и маленькие кристаллики вдоль стен загорелись, освещая дорогу.

– Вот это, конечно, сильно, – произнес Толстой.

Это еще что! Они не видели, что видел я. В этих катакомбах были и залы с высокими потолками. Склады с оружием и продовольствием. Правда, большая часть всего этого превратилась в труху или в ржавые железки, непригодные для сражения, но масштабы впечатляли.

Но объяснять и показывать все это остальным не было времени и желания. Возможно потом, когда у меня будет больше времени, я вернусь сюда и все изучу.

К тому же, грохот над головой закончился и солдаты принялись расчищать обломки здания.

Мы прошли дальше. Дверь за нами автоматически захлопнулась, окончательно погрузив нас в тишину коридоров.

– Тут же нет никаких ловушек? – спросил Данила.

Из-за того, что он был простым человеком, ему было некомфортно в таком пространстве.

Лора быстро сделала сканирование.

– Нет. Ловушек нет, – успокоил я его.

– Эх… Наверное, они нашли мою ласточку…

Болванчик показал и это.

– Опять не угадал, – похлопал я его по спине. – Ты отлично справился, спрятав машину.

Что ж, у нас была карта и куча времени. Лора с Болванчиком продолжали рисовать карту. Выхода пока не находилось.

– И что, мы будем просто стоять? – возмутился Федор.

– Нецелесообразно, – произнес Онегин. – Рано или поздно они найдут дверь в подвал и эту дверь. Думаю, Гоголю не составит труда ее взломать.

– На крайний случай они могут ее… – Федор показал руками взрыв. – ПУХ! Ну вы понимаете…

Собственно, с ним были согласны все. И мы пошли вперед.

– Через километр у нас будет большой зал. Думаю, к этому времени и вся карта, так что можем спокойно придумать план дальнейших действий, – ответил я.

– А чего тут придумывать… – пробубнил Антон. – Выбираемся отсюда и проникаем к тебе в особняк…

– Ну однозначно гениальный план, – хихикнула Лора.

– Ну да, и не поспоришь, – кивнул я.

Антон был прав. Других вариантов пока и не было.

Через двадцать минут блужданий мы вышли в первый большой зал. Размером он был как вся моя гостиная в Широково. Большая, просторная. Весь потолок был усеян светящимися кристаллами.

– О! – воскликнул Федор у стены. – А вот и сладенькое!

Подойдя ближе, мы увидели небольшой шкаф с вареньем.

– Так, Федя… – максимально миролюбиво произнес Толстой, положа руку на плечо Федору. – Не нужно тебе это варенье, брат, поверь мне…

– Лева, ты что, не слышал? Чем дольше оно стоит, тем вкуснее!

И схватив первую попавшуюся банку, он открыл ее, быстро зачерпнул и сунул эту странную жижу в рот.

– Ой, дурак…– хлопнула себя по лицу Лора.

– Идиот! – воскликнул Онегин, подскочил и ударом выбил банку у Федора из рук. – Это говорят про вино!

– Ой да ладно… – махнул он рукой. – Но че-то не такое сладкое… И сухое…

– Засахарилось, – Толстой разглядывал вторую банку. – Удивительно… – и уже Федору: – И хватит совать в рот всякую просрочку!

Я бы и дальше с удовольствием слушал их перепалку. Она хоть немного разбавляла атмосферу всеобщего нагнетания и преследования.

Лора аккуратно взяла меня за руку.

– Миша, давай отойдем…

Ох, как мне не понравился этот тон.

Мы отошли в противоположный угол.

– Смотри.

Там стояла небольшая тумбочка, а на ней обычная лампочка. Вот только проблема была в том, что она из моего мира. Со струной накаливания. Таких тут не делали из-за отсутствия электричества, как такового.

Конечно, она уже не работала, но факт оставался фактом. Она точно была не отсюда.

– Да ну на… – выдохнул я. – Погоди, Владимир умер триста лет назад… Таких в то время даже в моем мире точно не существовало! Вроде в девятнадцатом веке они появились…

– Ага, верно, – улыбнулась Лора. – Забавно, как одна деталь может добавить кучу загадок, верно?

Тут и не поспоришь. Но помимо загадок из прошлого, появились проблемы в настоящем.

Болванчик продолжал показывать, что происходило на улице.

***

На поверхности.

– Быстрее! Техника! Подгоните ближе! – кричали солдаты, пытались оттащить большую плиту.

Остальные расчищали мелкие завалы.

Гоголь же стоял на большом грузовике и наблюдал за всем этим. Ему определенно нравилось, что одним ударом он мог потенциально уничтожить сразу нескольких надоедливых личностей, которые вполне могли быть опасны для царя и Империи.

– Господин, практически расчистили! – подскочил к нему один из командиров.

– Нашли тела?

– Никак нет! – отозвался тот.

Гоголь впервые опустил взгляд на своего подчиненного, и в глазах мелькнула тьма.

– Тогда какого рожна ты подошел ко мне?

– Прошу прощения! – отозвался командир и тут же ушел.

Николай Васильевич достал трубку и набрал царя.

– Ваше Величество, мы практически нашли их, – довольно произнес он.

– Нашли тела? – тут же спросил он.

– Эм, еще нет, они под завалами. И даже если они еще живы, у нас столько людей, что можем просто расстрелять их на расстоянии.

В этот момент танк смог зацепить одну из стен и отодвинуть большой кусок. Оказалось, что хоть дом и выглядел так, как будто был сделан из дерева, внутри оказались бетонно-металлические конструкции, которые и делали здание таким крепким.

– Тут подвал! – крикнул солдат. – Скорее всего, они там!

– Ваше величество, – улыбнулся Гоголь. – Мы практически их уничтожили. Они спрятались под землю. Сейчас мы просто их выкурим.

– Что ж, удачи, – сухо ответил царь и положил трубку.

Гоголь спрыгнул с грузовика в снег. Он моментально начал таять от его энергии, создавая вокруг него небольшое паровое облако.

У двери в подвал стояли маги. Они аккуратно сканировали, что внизу.

– Там большой подвал, – ответил маг.

– И? – спросил Гоголь.

– И никого.

– Они не могли убежать, – прорычал начальник. – Залезай внутрь. Мне надо узнать, куда они делись. И позовите ищеек!

***

Кремль.

Петр только что положил трубку.

Гоголь был отличным исполнителем. Замечательной пешкой на его поле. Но все же он играл в другую игру.

Встав, он прошелся по комнате, довольный тем, как все идет. Мелкие детали плана могли меняться, но не общая картина.

Подойдя к шкафу с документами, он выудил оттуда папку с личным досье Николая Васильевича Гоголя. Полистав страницы без особого интереса, он закрыл папку и она тут же вспыхнула у него в руках.

Не осталось даже пепла.

– Что ж, в моей стране не должно быть таких людей, как ты… – после чего он вернулся за стол и продолжил работать.

***

– Они проникли внутрь, – я подошел к остальным.

– Прямо сюда? – удивился Толстой.

– Пока нет. Но это вопрос времени.

– А что там с картой? – спросил Онегин.

Болванчик вывел голограмму, и оказалось, что некоторые детальки до сих пор находили проходы и залы. И продолжали рисовать. Это было странно…

Но все же был один выход. Я подключился к детальке, чтобы посмотреть, что же там на той стороне.

Оказалось, что выход был в лесу за десять километров отсюда. В Подмосковье, недалеко от моего поместья. Удобно? Скорее всего, Владимир Кузнецов заранее все спланировал так, чтобы можно было попасть отсюда поближе к Москве. Хотя и там придется идти довольно долго через лес.

– Так, ну у нас уже хоть что-то есть! – вздохнул Данила. – Идем?

– А есть варианты?

Я с укором посмотрел на Антона.

– Ну что, идем? Или сам решишь?

Но Антон не ответил, только что-то пробубнил себе под нос и отвернулся.

– Знаешь, это место немного странное, – наконец произнесла Лора.

– О чем ты?

– Тут все пропитано легким слоем магии, – пояснила она, показывая мне другой спектр зрения. – Вообще все окутано энергией. Непонятно, это какие-то заклинания? Или просто для поддержания стен? Пока самый оптимальный вариант, что это просто для освещения… Но кто его знает…

Мы пошли дальше.

– Погодите! – воскликнул Федор. – Я возьму парочку! – он начал рассовать по карманам маленькие банки с вареньем. – Володя делал… – мечтательно произнес он.

– Он так любит варенье? – удивился Данила, посмотрев на Онегина.

– Не, просто в свое время Володя ему часто отправлял свои разносолы и варенья. У него, как видишь, их было полно…

Мы покинули первый зал как раз в тот момент, когда солдаты осмотрели погреб и нашли дверь. Теперь осталось вопросом времени, когда они попадут внутрь.

До первого зала не было никаких ответвлений, так что они быстро могут нас нагнать. Вот только в узком пространстве численность уже не играет большой роли. Хотя они могут взять нас количеством. Или нет?

И пока мы шли, я смотрел через Болванчика, как они подогнали четыре танка и прицепили цепи к двери. Несколько попыток, и дверь вместе с большей частью стены вылетела наружу.

– Они открыли вход, – предупредил я всех.

– Замечательно, – похрустел пальцами Федор.

– Ты чего такой разговорчивый? – шикнул на него Онегин.

– Так мы, может, просто их перебьем?

– Нет, Федя. – угрожающе тихо произнес Толстой. – Чувствуете?

Мы замерли. Это был какой-то тихий гул. Стены слегка вибрировали, но настолько незаметно, что я даже не обратил на это внимания.

Зато я точно знал, что солдаты проникли внутрь этого огромного лабиринта.

И тут произошло то, что никто не мог ожидать. Хотя Лора и пыталась. Причины, почему все стены были окутаны легким слоем магии.

Гул усилился и проход за нашими спинами закрылся. Остальные стены тоже пришли в движение.

– Что за нахренблин! – воскликнул Данила.

Сбоку открылся проход. Впереди коридор резко изменил направление.

– Лора, сканирование территории в радиусе пятидесяти метров, и сверка с картой.

Она начала манипуляции с энергией и вывела новые данные, которые я тут же и озвучил.

– Это лабиринт, все проходы поменялись. Карта недействительна. У нас есть только направление.

– И что, мы тут будем теперь блуждать до бесконечности? – воскликнул Федор. – Я мог остаться в том зале!

– Спокойно, – поднял я руку. – Будем действовать по той же схеме. Мой питомец уже летит обратно. Карта также будет нарисована, но с новыми данными. Судя по всему, этот лабиринт пришел в движение только потому, что в него вошли солдаты.

– Тогда почему он не поменялся, когда мы в него вошли? – спросил Толстой.

– Скорее всего, потому что я потомок Кузнецова, – пояснил я. – Если бы не солдаты, то мы бы прошли по старым тропам. А так…

– А так? – ухмыльнулся Антон. – Мы заблудились?

– Пока да, но это все поправимо, – вздохнул я. – Мало вводных. Меняются стены, но через какое время? Есть ли тут ловушки? Как понять, куда идти? Я думаю, что Владимир явно подготовился на этот счет. Должны быть подсказки. Он же не мог по памяти все это проходить?

– Тоже верно, – кивнул Онегин. – Пока у нас нет другой информации, надо просто идти дальше.

– Бред какой, – фыркнул Антон. – Мы даже не знаем, куда идти. Туда, или туда, – он показал на два прохода в стенах.

– Я надеюсь, сейчас не будет глупостей, по типу “давайте разделимся”? – ухмыльнулась Лора.

Но, к моему счастью, все понимали, что если разделиться, то стены просто могут сомкнуться, и мы будем отрезаны друг от друга. И все же я перестраховался.

– Так, вот возьмите. Все уже в курсе, как этим пользоваться? – сунул каждому по детальке Болванчика. – Ну так, на всякий случай.

Мы шли минут пятнадцать, когда стены вновь задрожали. Гул усилился и через несколько секунд перед нами закрылся проход, но появилась лестница вниз и два прохода по бокам.

– Лора…

– Ближайший зал слева.

Мы пошли налево.

Но не только мы заблудились. В лабиринт входили все больше солдат, большая часть из которых были магами. Были и обычные солдаты. При чем, по разговорам, это сплошь иностранцы. Неужели на наши поиски нагнали только людей из той организации?

Что ж, так даже лучше. Не будет мучить совесть за убийство своих сограждан.

Деталька на улице подтвердила мои догадки. В лабиринт спускались специально обученные ребята. Ищейки. Маги. И под конец они выпустили четырех Исполинов.

Как раз в момент, когда стены поменяли направления, Гоголь приказал запускать новую группу, при этом вызвав подкрепление. Все это я рассказал своим, и не сказать, что они сильно обрадовались Исполинам, так как те, уже были достаточно сильны.

Мы пошли по ступенькам вниз.

– Значит, раз в пятнадцать минут, – пробормотал Онегин, шагая рядом.

И в этот же момент под ним провалилась ступень, и он упал вниз. Ступень тут же закрылась.

– Женя! – прогремел Толстой. – Сейчас!

И наклонившись, со всей дури ударил в лестницу. Стены задрожали.

– Лева… – аккуратно ударил его по плечу Федор. – Мне кажется, если ты еще раз так ударишь, то мы вполне можем быть погребены заживо.

Я тоже почувствовал странные колебания вдоль стен, когда Толстой начал бить по полу. Видимо, это своего рода защитная реакция. И оказался прав.

За нами начал смыкаться проход.

– Со мной все нормально! – раздался голос Онегина через Болванчика. – Тут проход, иду по направлению нашего следования.

– А нам бы поторопиться! – крикнул Данила и первым побежал вперед.

Мы побежали за ним.

– Эх, погорячился я, старый дурак! – ругался на себя Толстой.

– Эй, впереди, не убегайте далеко! – крикнул я как раз в тот момент, когда стена отъехала и отделила нас от Федора. В последний момент к нему успел прыгнуть Антон.

– Да, ты блин, издеваешься? – выдохнул я.

Кажется, разделиться нам все же придется. И не по своей воле.

Глава 9. Открой свой разум...

У спуска в погреб.

Вниз спускалась очередная группа. Удобно, что после того, как Петр Первый взял бразды правления той самой организации, нанимать нужных людей стало намного проще. К тому же, переправка через границу также не составляла проблем.

– Господин, все готово. Исполины внутри, – подошел к Гоголю командир, отвечающий за этих странных существ.

– Замечательно, заходим, – улыбнулся он.

Подойдя к автомобилю, открыл багажник и достал оттуда странную связку. Обычно, на подобной ленте были гранаты или магазины патронов, но в этот раз это были небольшие склянки с каким-то темным порошком.

Обмотавшись двумя такими лентами, Гоголь проверил меч и направился вниз.

– Какая обстановка внутри? – спросил он.

– Тишина. Первые группы уже достигли одного большого зала.

– Зала? – удивился Гоголь.

Что же там за катакомбы такие? И он бы мог скинуть все на Исполинов и просто ждать. Вот только приказ от Петра был поставлен четкий. Ему необходимо было убить всех и лично достать документ.

Он отпихнул ближайших магов и сам спустился вниз.

Там он попал в лабиринт.

– Занятно… - хмыкнул он. – Владимир действительно все это построил один?

– Что вы сказали, командир? – раздался голос мага со спины.

– Ничего…

Они дошли до первого зала. Там уже обосновалась большая часть солдат. Все ждали дальнейших указаний, потому что тут было несколько проходов.

– И чего ждем? – удивился Николай. – Делимся на группы и вперед!

Как только все разошлись, стены задрожали.

– Обвал? – удивился командир последней группы.

– Спокойно, – поднял руку Гоголь. – Тут наверняка есть ловушки. Как обстоят дела с ищейками?

– Они нашли следы. Есть данные, что они разделились. Это все. Стены содержат странную магию, которая блокирует все эманации энергии. Очень сложно отследить…

– Ясно. Где след Кузнецова? – буркнул Гоголь.

Маг показал на коридор впереди.

– Но мы не знаем… Может, стоит подождать, пока их найдут Исполины?

– Заткнись, – не оборачиваясь, произнес Гоголь. – Я могу создать целую армию солдат, вы мне нужны только на подстраховке!

Но как только он скрылся в коридоре, стены вокруг него пошли ходуном и начали изменять все вокруг. Дорога, которая вела вперед, резко ушла в бок и вниз, закручиваясь спиралью.

Было необычно, но не для Николая Васильевича.

– Ты что, Володя, зараза, решил похоронить меня живьем? Не выйдет! Я вылезу!

Ему была знакома эта магия. Она относилась к магии земли, и могла изменять комнаты и помещения, как угодно. Вот только это была одна из сложнейших техник. Мало того, что должна была быть предрасположенность, так еще и использовать ее можно только на высшем ранге.

– Какой же ты предсказуемый, – улыбнулся Гоголь и прижал ладони к стене.

В глазах мелькнула искра. Он попытался деактивировать это заклинание, но в момент что-то сверкнуло и силой откинуло Николая, как будто разрядом тока.

Это уже был вызов. Как будто ему Кузнецов показал средний палец даже с того света.

– Ладно, что ж… Придется поблуждать…

***

Как только Федор с Антоном откололись от нас, стало чуть спокойнее. Лев Николаевич был собран. Вот в ком я был уверен, так это в нем. Ни капли слабины. Зато Данила…

Собственно, а что я ожидал? Он гонщик, а не маг и боец.

– Держись ближе, – сказал я Дание.

– Да я бы с удовольствием приклеился к вам, если это поможет!

Я же отслеживал других наших товарищей. Болванчик приклеился к каждому к груди для большей достоверности. Заодно мне будет известно их состояние.

Теперь интерфейсы каждого у меня перед глазами.

Онегин шел на север. В противоположную от нас сторону. Сердцебиение ровное. Ни капли тревоги.

Федор же, наоборот, испытывал бесконечный восторг, граничащий с безумием. Но и тут все предсказуемо. Когда у него выпадет такая возможность, побегать в таком интересном лабиринте?

Антон же был раздражен такой компанией.

Но они оба шли параллельно с нами, и это уже радовало.

– Я думаю, что с ними ничего плохого не случится, – уверенно заявил Толстой, – Володя не такой, чтобы гробить всех подряд.

– Откуда такая уверенность? – дрожащим голосом произнес Данила. – Я уже достаточно наслушался про этого мужика… И мне кажется, что он вполне мог так сделать.

– Эх, фигню ты мелешь, маленький водитель, – вздохнул Толстой. – Зачем ему убивать нас? Это не логично.

В чем то я был с ним согласен, но не до конца.

Лора продолжала считывать информацию, чтобы понять, как нам двигаться и какая логика у изменения комнат.

Но первые звоночки случились не у нас. А у Антона и Федора. Одна группа их только что нашла.

***

Федор и Антон.

– Не ссы, маленький Есенин, твой отец бы тебе этого не простил! – неспешно шагая вперед, говорил старший Дункан.

– Кто сказал, что я ссу?

– Да брось. Я чувствую запах страха.

– Это все, конечно, невероятно интересно, и я рад, что ты обожаешь всех нюхать. Вот только мне не страшно.

Высокий мужчина замер и повернулся. Тень падала таким образом, что половины лица не было хорошо видно, и только улыбка от уха до уха выделялась в тусклом свете.

– Ох, а что тогда? – он принюхался. – Презрение? Гнев?

– Я думаю, это не твое дело, – спокойно, глядя в глаза, ответил Антон и прошел дальше.

– Эх, пацан, это все лирика. Давай, натяни на рот улыбку. Возьми баночку варенья! А я тебе расскажу, откуда у меня эти шрамы…

И пока он болтал, чуть впереди открылся проход в длинный коридор.

Вдалеке виднелись фигуры людей в форме. И судя по тому, что они замерли, то их тоже заметили.

– Надо спрятаться, – прошипел Антон. – Быстро, отступаем.

И не дожидаясь ответа Федора, направился дальше по коридору. Но быстро понял, что напарник не идет следом.

– Отступать? – услышал он слова Федора и обернулся.

Последнее, что он успел увидеть, как этот долговязый псих радостно бежал по направлению к группе военных. Стенка закрыла проход, оставив Антона одного.

***

– Федор ускакал к солдатам, Антон остался один, – пояснил я Толстому.

– Не удивительно. Возможно, парню так будет даже безопаснее.

Лора продолжала сканировать ближайшие коридоры и вывела нас в большой зал. Тут было много чего интересного.

Если в первом мы нашли только соленья и лампочку, то тут были картины, стойки с ржавыми доспехами и шкафами со склянками с мутной жижей. У дальней стены была плита, совсем как в моей портальной комнате. Там было место для руки.

– Это для нас, – сказала Лора, оказавшись у странной плиты.

Толстой и Данила шли рядом. Они все еще опасались, что нас могут разделить.

– Лора, что ты узнала? Давай отчет.

– Что ж, – она создала себе кресло и уселась, закинув ногу на ногу. – Лабиринт.

Предварительно стены меняются с таймингом пятнадцать минут. Также происходит экстренное смещение, когда идет угроза конструкции. При этом я вижу, что Гоголь также начал сканировать стены, отсюда и пошли локальные смещения. А значит, если мы найдем подсказки… – и она недвусмысленно кивнула на плиту с отпечатком ладони. – То, вполне вероятно, сможем понять, как выбраться.

– Что по остальным?

– Владимир как-то мог влиять на все это безобразие, и если мы поймем как, то вполне сможем всех вытащить, и при этом не дать остальным нас догнать. А теперь клади руку на плиту!

Болванчик уже осмотрел местные достопримечательности, так что оставалось только это.

Подойдя ближе, я вытянул руку.

– Михаил, ты уверен? – нарушил гнетущую тишину Толстой. – А вдруг это ловушка?

– Сомневаюсь, – пожал я плечами. – Скорее всего, это что-то, что поможет нам разобраться в лабиринте. И скорее всего, оно работает только на Кузнецовых.

Я положил ладонь на плиту и пустил разряд энергии.

По каменной кладке пошли светящиеся линии, похожие на молнии. Они постепенно окутали весь зал и раздался женский голос:

– Как же я ждала, что однажды кто-то найдет это место!

Голос оказался знакомым. Как будто где-то я его уже слышал, но где?

– Мила? – произнес Толстой. – Мила, это ты?

– Привет, Лева, вижу ты отрастил бороду?

– Я так рад тебя слышать! Где ты?

– Лев, это только остаточные сигналы моего сознания. Володя специально сделал меня такой, чтобы я была похожа на его жену. Собственно, так и есть… Конечно, я не настоящая Мила Кузнецова, и это только для того, чтобы обучить нового приемника, как пользоваться лабиринтом, – пояснил голос. – Как только он поймет, то я исчезну.

– Ого, – вмешалась Лора. – Она права. Это действительно образец частички души. Кем вообще был этот Владимир, раз умел в такую магию?

Вопрос был хоть и риторический, но и мне было любопытно.

– Юный Кузнецов, ты готов?

– Скажи, что ты помнишь о своем муже? – перебил я ее.

– Мои воспоминания ограничены только образами и именами. Я не знаю никаких деталей из жизни моего супруга, – ответила она. – Это в том числе и для безопасности этого места.

– Понимаю, – кивнул я. – Да, готов.

– Открой мне свое сознание, – раздался голос.

С противоположной стороны от нас раздались громкие шаги. И Болванчик успел показать, кто это был.

– Лев Николаевич, будьте аккуратны, – предупредил я. – К нам сейчас выйдет Исполин.

– Понял, Мишенька, ты давай, не отвлекайся, а мы их задержим, верно? – он посмотрел на Данилу так, как дед смотрит на нерадивого внука.

– Мы? – удивился он.

– Лора, помоги им. Болванчик в твоем распоряжении, – после чего я закрыл глаза и погрузился во внутреннее хранилище.

Удобно было и то, что на центральном острове в башне была отдельная дверь с надписью “Сознание”, куда мы с Лорой и зашли.

Белая, бесконечная пустота.

– Молодой Кузнецов, скажи, ты не боишься потерять всех, кого ты любишь? – неожиданно спросила Мила Кузнецова.

– Боюсь, – честно признался я.

– А если я скажу, что тогда ты не получишь доступ к знаниям лабиринта?

Передо мной возникла женщина в старорусском одеянии. Сарафан до ног, рубаха, на голове завязан платок. При этом на плече лежала толстая коса, свисающая до бедер. Сама она была, как бы сказали в сказках, писаная красавица. Неудивительно, что Владимир женился на ней.

– Что ж, тогда я скажу, что не очень-то мне и нужен этот лабиринт.

– Хороший ответ, молодой Кузнецов, – улыбнулась она. – Ты прошел испытание.

– Испытание? – удивился я. – Серьезно?

– Ну а что? – хихикнула девушка. – Владимир был параноиком. Говорил, а вдруг его потомки будут неприятными людьми, которые будут готовы жертвовать своими близкими, ради выгоды? И доверять им такое сооружение? Ну уж нет! Вот он и придумал этот простой, но действенный тест. Согласись, он же сработал?

– Ну… – я призадумался. – В целом, неплохо.

– Тогда позволь показать тебе… – она приблизилась ко мне.

Лора аккуратно взяла меня за руку, и мне стало легче.

– Признаюсь, впервые вижу такое странное сознание, – улыбнулась она.

– А ты видела и другие? – удивилась Лора.

– Нет, – просто ответила она. – Но у меня есть знания, что на одно сознание полагается одна личность. Это основы, как два плюс два.

– А что если я тебе скажу, что и это не до конца очевидно? – прищурилась Лора.

– Прости, но времени у вас не так много.

Тут она была права. Пока мы находились в чертогах моего мозга, в реальном мире Толстой и бедолага Данила пытались сдержать Исполина.

***

В зале.

Как только из коридора показался здоровенный человекоподобный гигант, Толстой тяжело вздохнул.

Противник превосходил его на три головы и каждый шаг гулом разносился по всему помещению.

– Эй, маленький водитель не мешайся, и все будет хорошо, ладно? – миролюбиво сказал он.

– Да без проблем, ваша светлость! – и отошел к дальней стене.

Толстой же достал из-за спины молот, покрутил его в руках, будто он был не тяжелее швабры, и пустил по нему энергию.

Сам же Исполин больше походил на гориллу в доспехах. Хоть и двигался только на двух ногах. Руки были длиннее и доставали практически до колен. Голова была утоплена в плечи, и не было даже намека на шею. Всем своим видом он показывал, что его конек, это силовые атаки.

– Как же мне с тобой повезло, – произнес Толстой. – Давай, подходи малыш.

Данила же выпучил глаза, наблюдая, как чудище, закованное в доспехи, подошло к Толстому и посмотрело на него сверху вниз.

– Малыш… – повторил Исполин.

И тут же ему снизу в подбородок прилетело основанием молота. Удар был настолько сильный, что здоровяка подкинуло и перекрутило в воздухе несколько раз.

– Не люблю, когда ко мне подходят так близко, – произнес Лев Николаевич. – Давно я с вами не сражался…

Но Исполин успел перекувыркнуться в воздухе и кинуть в Толстого два заклинания. Черное копье и жижу, которая начала разъедать камень.

– Как же быстро ты перешел к дальним атакам, – погладив бороду, Толстой выпустил из рук молот, и тот, как будто магнитом, устремился во врага.

Увернувшись, он попробовал перехватить его за рукоять, но не удержался, и молот протащил Исполина по земле. Толстой же не стал медлить и, быстро сократив дистанцию, схватил врага за логу, одной рукой и, перекинув через себя, впечатал в пол.

Звук удара был оглушительный.

У Данилы заложило уши, и он принялся зажимать нос. Для него было удивительным, как Толстой, меньше этого монстра, и так легко его швыряет из стороны в сторону.

В какой-то момент Исполин опять выкинул едкую жидкость, но на этот раз она полетела в Данилу. Враг быстро осознал, кто тут самое слабое звено.

Но он не учел того, что Болванчик также был на стреме.

Перед Данилой возникла легкая прозрачная пленка, в которую и врезалась жидкость. Через секунду другие детальки начали кружить вокруг Исполина, врезаясь в него с сумасшедшей скоростью. Доспехи стали сминаться.

Но в момент, когда Толстой подумал, что они победили, враг ударил в ладоши и давление в помещении увеличилось.

– Ах ты… – прорычал Толстой, падая на одно колено.

Краем глаза он увидел, как Данила лежит на полу и не может двигаться. Изо рта текла кровь.

Тут уже Толстой решил действовать серьезно. Его глаза вспыхнули. Волосы на бороде и голове превратились в чистую энергию и переливались оранжевыми оттенками.

Встав на ноги, он медленно пошел к Исполину.

Заметив, что атака не проходит, тот усилил ее действие, но Толстой все так же подходил ближе.

– У кого ты украл эту силу? – прорычал Толстой, хотя понимал, что враг не ответит.

Их ауры соединились и пол начал трескаться под тяжестью ауры. Стены загудели, и под Данилой открылась яма, куда он и упал. После чего, вернулась в свое положение.

Толстой схватил железяку за руки и просто сдавил. Железо поддалось и начало сминаться, словно пластилин.

Противник начал вырываться. Он попробовал оторвать себе руки, но Лев Николаевич быстро его поймал, схватив пальцами прямо за панцирь, продырявив его. Тогда в ход пошла атака из глаз. Простые энергетические лучи ударили прямо в лицо бородатому мужику, но и это не сработало. Атака прошла впустую.

Заклинание спало, после чело Исполин попытался ударить ногами Льва, но тот даже не шелохнулся, продолжая сминать врага. Постепенно он перешел на туловище. Голову он вдавил в туловище с характерным хрустом.

И уже через пару минут в руках у Толстого был шар в половину его размера. С него капала какая-то зеленоватая жидкость.

– Ты был не таким уж и сильным…

Он успокоил свою ауру и повернулся в проход. Там стояли пять солдат, которые за всем этим наблюдали.

В этот же момент рация одного из них включилась.

“Группа двадцать семь обнаружена. Их кто-то убил….”

– Выруби рацию… – прошипел один из солдат.

Толстой же не спеша поднял с пола молот и начал подходить к новым противникам.

Рация опять предательски включилась.

“Их убили… У солдата торчит какая-то банка… Ужасная смерть…”

Стены вновь начали сдвигаться, и только это спасло солдат от Толстого.

Глава 10, в которой герои продолжают бродить по лабиринту и стараются найти выход.

– Очисти свой разум… Внутреннее умиротворение… Открой свое сознание…

Все это я слушал, казалось, вечность. Ну сколько еще это будет продолжаться?

Мила делилась со мной знаниями. Лора все это аккуратно фильтровала. Безопасность – превыше всего. Один раз мы уже словили вирус, и больше такого допустить нельзя.

– Толстой справился, но мы потеряли Данилу… – сообщила Лора. – Точнее, он куда-то провалился.

Я уже не знаю, сколько прошло времени, но находились мы тут по ощущениям очень долго. Хотя тут время идет по другому.

– Теперь ты готов, молодой Кузнецов, – произнесла Мила. – Теперь ты знаешь про этот лабиринт.

– Только знаю? – удивился я.

– Даже этого тебе будет достаточно, чтобы выйти наружу и найти своих друзей.

– Мне казалось, что у меня будут, как минимум, способности управлять стенами.

– Я такого не говорила, – улыбнулась девушка. – Но ты все поймешь, когда еще раз коснешься плиты. На этом я прощаюсь с тобой, молодой Кузнецов.

– Подожди, позволь сказать, пока ты не исчезла…

– Да? Говори.

– Я понимаю, что, возможно, у тебя нет всей информации про Любавку и Богдана…

– Ты знаешь про них? – ее голос дрогнул.

– Да, с ними все хорошо. Они в безопасности.

Я не стал говорить, что Богдан совсем недавно опять исчез в других измерениях. Пусть лучше частица этой души уйдет с хорошими воспоминаниями.

– Спасибо, – произнесла Мила. – Я знала, что они живы. Я всегда это знала…

После ее образ стал медленно таять, и через некоторое время она окончательно исчезла.

Мы с Лорой переместились на пляж.

– Что скажешь? – спросил я. – Уже проверила всю информацию?

– Ага, – кивнула она. – Только это словно архив, и для первого открытия нам надо его активировать. Я, конечно, могу взломать, но зачем, если можно опять положить руку на плиту?

Но мне надо узнать еще кое-что, так что я быстренько переместился на остров к Булату. Для него я создал остров в виде луга, который мне показывал Ерх в видениях. Добавил ручеек, несколько деревьев и лесок. Там конь и проводил время.

– Доставил наш подарок?

– Разумеется, – кивнул он. – У меня чуть уши не заложило от ее визга.

– Дункан таки визжала?

– Да, как маленькая девочка!

– Вот это номер, – ухмыльнулся я. – Ладно, ты молодец. Мы скоро будем. Предупреди Трофима и Софью Андреевну. Ах да, и Дункан не выпускать из дома, пока я не вернусь.

– Она пока и сама не хочет выходить. Сегодня плохая погода. Холод. Ее девочки отпаивают чаем.

– Хорошо, – кивнул я.

После этого, вернулся в реальность.

– Кажется, тут было весело? – оглядываясь по сторонам, спросил у Льва Николаевича.

– Ну как тебе сказать… – он пинком отправил в полет огромный металлический шар и подошел ко мне. – Твой маленький водитель скрылся за одной из стен.

– Я уже знаю… Что ж, попробуем это исправить.

Подойдя к плите, положил ладонь и пустил немного энергии.

– О-о-о, надо же, как интересно! – тут же воскликнула Лора.

По факту я мог изменить лабиринт в начале и в конце. В промежуточных островках, как этот, я мог только смотреть дорогу и корректировать маршрут, но это лишь начало. Самое интересное было то, что до следующего зала с плитой, лабиринт показал мне все ответвления, ходы и лазейки. Где и когда будут меняться стены и где находятся все живые существа в этом огромном погребе.

– Теперь понятно, как Владимир тут ориентировался, – улыбнулся я. – Ты запомнила?

– Обижаешь, – фыркнула Лора.

– Ну? – нетерпеливо спросил Толстой.

– Идем вместе. Слушайте все, что я вам буду говорить. С нашими парнями все будет в порядке… Ну, разве что Онегин натолкнется на две группы, если не произойдет ничего незапланированного. А дальше подкорректируем план в следующем зале.

– Вот за кого я не переживаю, так это за Женю Онегина. Он мужчина серьезный, много знает.

Мы пошли в следующий коридор. Теперь мне все было ясно. Куда идти, где поворачивать.

– Я слышал, Онегин менталист?

– Можно и так сказать. Он был инициатором создания ОМЗ. И он же обучал Юру Елисеева, который сейчас начальник. Ты же в курсе, что у них нет имен для конспирации? Только номера.

– Да, что-то такое слышал.

– Так вот, Если Елисеев первый номер, но Онегин нулевой. Как-то так, – развел руками Толстой. – У него есть одна интересная особенность. Уж не знаю, относится это к его предрасположенности или нет, но он помнит все, что видел в своей жизни. Вот вообще. Стоит ему мельком увидеть страницу книги, как тут же может тебе ее пересказать.

– Удивительно, но невероятно, – кивнул я. – Есть такая болезнь, так что это не магия, а особенности мозга.

– Вот уж не знал. Век живи, век учись, – рассмеялся Лев Николаевич. – Но я слышал, ты и сам умеешь что-то подобное?

– Можно и так сказать, – уклончиво ответил я. – Просто быстро читаю. Чуть быстрее, чем остальные, а так на этом и все.

– Ну скромник… – лукаво вздохнул Толстой. – Но моя Софья тоже не промах, может устроить соревнование по скорочтению?

– Лев Николаевич, – я посмотрел на него серьезно. – Вас не беспокоит судьба остальных? Все же за нами гонятся солдаты Кремля и Гоголь.

– А ты сомневаешься в них? – также серьезно ответил Толстой. – Я спокоен. Даже если они встретят Гоголя, что, как ты говоришь, маловероятно, то они вполне смогут его победить. Он уже много лет канцелярская крыса. Нет практики, навыки ушли…

– Не сказал бы…

То, что я видел через Болванчика, говорило об обратном. Да и тот раз, когда он сражался со своей сестрой Ольгой. Толстой сильно преуменьшал его владение магией.

– Прижмитесь к противоположной стене, Лев Николаевич.

Он сделал это без лишних вопросов, и как раз в нужное время. Стена сползла вниз, а с потолка появилась лестница, после чего просто уехала куда-то в сторону.

– Ух, пронесло! – довольно вздохнул он.

Идти нам до следующего зала оставалось не так уж и много. Если по прямой, то около ста метров, вот только тут нифига не было прямых дорог.

***

Группы №23, №11, №54.

Три группы по пять магов шли ровными колоннами. Они уже успели увидеть, как стены приходят в движение. В этом месте надо держать свои органы чувств максимально в фокусе.

А все потому что буквально десять минут назад их было шесть групп.

– Уверены, что мы идем верно? – произнес один из магов, который мог создавать туман.

– Эй, ищейка! Мы верно идем? – окликнул еще один маг впереди идущего мужчину.

– Завали свой рот, обморок, и называй меня нормально, по имени! Ты знаешь, как меня зовут! – прорычал маг.

– Прости, Августин, так что там?

– Мы идем по следу врага, это все что я скажу.

Все многозначительно переглянулись и кивнули.

– Как только увижу этих придурков, тут же перекрою им кислород, – хихикнул самый низкий среди всех маг. – Люблю наблюдать, как люди медленно задыхаются.

– Садист ты, – отозвался его сосед. – Они должны умирать быстро. Так, чтобы даже тень удивления не промелькнула на лице.

Неожиданно Август-ищейка поднял руку, заставляя всех остановиться.

– Впереди кто-то есть!

Остальные понимали, что враг силен, и нет места для шуток, так что каждый начал готовить оружие и напитывать тело энергией.

– Я его немного отвлеку, – сказал один из магов и пустил туман вперед по коридору.

Все застыли.

– Что происходит? – одними губами произнес самый низкий среди них, который мог перекрывать воздух.

– Я не могу пошевелиться…

Неспешный топот постепенно приближался, и в клубах тумана показалось очертание фигуры.

– Верно, вы не можете двигаться. Вот только вы чувствуете, видите, говорите, – произнес незнакомец в тумане. – Достаточно отдать команду мозгу, и двигательные функции будут заблокированы.

– Ах ты трус! – крикнул кто-то впереди.

– Трус?

Мужчина сделал несколько шагов вперед и все увидели его лицо.

– Но это же вы ходите толпой? Не думаю, что вы бы предложили мне честный поединок. Верно? Так что я просто принял соответствующие меры.

– Ты же… Этот… Я тебя уже видел! Ты помощник одного из Романовых! – воскликнул ищейка.

– Да, Август, я тоже тебя помню. Три года назад благодаря тебе один из наших отрядов попал в кольцо, и ваши люди из организации всех убили… – он покачал головой. – Вот не задача.

– Я был не виноват!

– Виноват, – улыбнулся Онегин. – Я уже у тебя в голове.

Образ мужчины растворился, и маг почувствовал, как по его голове что-то ползет.

– Видите ли, господа, – продолжил Онегин. – Все это иллюзия. Мое лицо. Мой образ. Этот туман. На самом деле вы сейчас стоите неподвижно в пустом коридоре. И я уже убил пятерых из вас.

– Как ты… – но голос прервался, сорвавшись в крик, и потом резкая тишина.

– Отпусти, отпусти! Я все понял! Отпусти, молю! – начал Август, срываясь на истерику.

– Трус! – крикнул ему в спину товарищ. – Как ты смеешь…

– Вам это не поможет… – произнес из-за спины Онегин. – Я вас просто всех убью. Это облегчит и нам дальнейшее передвижение, и вам немного усложнит задачу. Конечно, хотелось бы натолкнуться не на вас, а на Гоголя, но имеем, что имеем.

В поле зрения следопыта выкатилась голова одного из членов его команды.

Отрубленная голова зашевелилась, и из основания полезли длинные щупальца. Глаза вылезли из орбит, а рот начал вытягиваться.

– Что за чертовщина?! – завопили оставшиеся.

Но постепенно крики становились все тише. И наконец остался один Август.

– Думаю, ты достаточно натерпелся, – произнес Онегин, выходя вперед и беря на руки странного уродца, созданного из отрубленной головы.

Щелчок пальцами, и наваждение пропало. Август снова мог двигаться. Никакого тумана больше не было.

Он повернул голову и увидел, как позади него лежали одни трупы.

– Вот мы и остались одни, – произнес Онегин. – Давай решим это в честном поединке.

Тут же у него в руке блеснул меч, но Евгений Радионович кинул его противнику.

– Держи, – произнес он. – Но я дам тебе выбор. Поступи как мужчина. Сам же только что говорил за честность? Давай посмотрим, не балабол ли ты? – он развел руки в стороны. – Ударишь ли ты безоружного? Или поступишь как мужчина?

Августин посмотрел по сторонам и улыбнулся.

– Ты такой идиот… Вы все, Имперцы, сплошные позеры… Думаешь, кто-то узнает, если я тебя прикончу?

И тут же одним скачком оказался рядом и вонзил меч в живот Онегину.

– Болван, – улыбнулся Онегин.

Через мгновение все мелькнуло.

Августин почувствовал в животе странную боль. Опустив глаза, он увидел, как из его живота торчит рукоять меча.

– Это как… – он даже сразу не понял, что произошло.

– Я же говорил, мозг – очень интересный орган. Может делать причудливые видения… – это последнее, что услышал Августин, ищейка Гоголя.

***

Кажется, до меня только сейчас начали доходить слова Толстого по поводу того, что я могу не волноваться за других. Только что собственными глазами видел, как Онегин просто пошел навстречу магам, и без особого сопротивления всех убил. Удивительное зрелище.

– Я скопировала, – сказала Лора. – Но не уверена, что у нас получится это повторить…

Мы приближались к следующему залу.

После того, как мне стали известны все тайны лабиринта, наша скорость увеличилась в разы. Но все еще я немного переживал за Антона и Данилу.

К слову, как раз последний сейчас чувствовал себя лучше всех. Перед ним был пустой проход, и через несколько сотен метров они с Антоном должны встретиться.

Переключившись на Федора, быстро вернулся обратно к Антону. Наблюдать за тем, как он запихивает последнюю банку с вареньем одному из магов в…

В общем, я переключился.

– Удивительно, что пока больше всего врагов попалось Федору, – произнес я вслух.

– Он парень такой, везучий. Его же сложно отследить. Но он… У него как будто чуйка на энергию, – пояснил Толстой.

Наконец, мы вышли в очередной зал. Судя по данным от Лоры и конечной точке, мы преодолели чуть меньше четверти пути. Конечно, это удручало, но обратно идти было бессмысленно.

Я положил руку на плиту и подключился к лабиринту.

У меня, как будто, появились глаза над этим огромным строением.

– Скоро мы встретим Онегина, – сказал я. – Антон и Данила уже встретились. Федор… Если я правильно понял, он появится ближе к выходу. И то, если он пойдет в нужном направлении.

– И как мы это сделаем? – произнес Толстой.

– Так у него же есть деталька…

Лора сказала, что займется его маршрутом, и на этом я вернулся обратно.

– Как удачно я с тобой остался, – улыбнулся Толстой. – Сейчас бы бродил один где-то там, в тишине… Скукотища!

Меня же волновал другой момент. Буквально минуту назад кто-то зашел в лабиринт. Это был не Гоголь, и не солдаты. Один маг. Сильный. К сожалению, у входа я не оставил детальку, так что понять, кто это был, не было возможности.

Но вот что забавно, Гоголя только что перекинуло в отдельный коридор. И все из-за того, что он решил использовать свою предрасположенность на стенах. Видимо, это им не понравилось, и они решили его наказать.

Ох, как же он психовал. Это был тот случай, когда можно позлорадствовать. Я даже тихо похихикал.

– Ладно, идем, – махнул я по направлению в следующий коридор. – Надо встретить Онегина.

***

Николай Васильевич Гоголь.

Это было хоть и ожидаемо, но обидно. Даже спустя столько лет магия Владимира Кузнецова была на недостижимом уровне! И никто так и не понял, откуда у него было столько силы? Неужели, это все от того, что он был первым, кто обуздал энергию?

Но это не сильно парило Гоголя. Он точно куда идти, чтобы догнать всех преступников. У него были новые возможности, новые силы, почти новое тело… Скорее, более здоровое…

Пройдя несколько коридоров, он услышал, как из глубины бокового туннеля кто-то быстро бежит. Через несколько секунд мимо промчался Исполин. На секунду он затормозил и посмотрел на своего владельца.

– Чего встал? – возмутился Гоголь. – Вперед! Искать! Я хочу, чтобы ты убил всех! Всех!

После этого Исполин зарычал и, сорвавшись с места, скрылся за следующим поворотом.

Гоголь же пошел не спеша. У него был артефакт, с помощью которого можно было найти короткий путь. Все зависело от того, сколько ты в него готов влить энергии. От этого радиус и увеличивался.

И пока он шел, то понял, что этот лабиринт слишком большой. Почти три сотни магов вошли внутрь и, судя по поступающей информации, они только расходились. А это значит…

Он достал рацию и связался с группой у входа.

– Прием, это Гоголь. Сообщите в штаб, что необходимо оцепить периметр радиусом в десять километров…

Но в ответ была тишина.

– Эй, вы что там все, уснули? Прием?

Послышалось шипение, потом тихий хрип, как будто человек задыхался, и наконец голос.

– Прием, кто говорит?

Гоголь слегка удивился.

Кто бы это мог быть?

– Это говорит Гоголь Николай Васильевич.

– Гоголь значит… Где ты?

Он посмотрел на рацию, как на что-то отвратительное.

– Кто говорит? – раздражительно произнес он.

– Это Евгений Фанеров. Сын Георгия.

– А… Фанеров… Знакомая фамилия… – расплылся в улыбке Гоголь. – И что, ты пришел, как прилежный сынок, отомстить за смерть отца? Сперва справься с людьми на поверхности, а потом…

– Я всех убил. Они были слабые. Простые люди. Ты отправил всех магов внутрь, не позаботившись о тылах.

Его голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась какая-то животная угроза.

– Какой молодец, что ж, давай, найди меня, младший Фанеров, я буду внизу.

Он рассмеялся, надеясь хоть как-то вывести на эмоции этого парня. Но Евгений молчал.

– Надеюсь, ты визжишь так же, как твой папаша?

– Идиот, – произнес парень. – Мой отец не визжал, я это точно знаю. Твои жалкие попытки вывести меня из себя уже не сработают. Я иду за тобой, Гоголь. И поверь, ты будешь очень сильно жалеть, что не умер так же, как эти люди на поверхности.

– О, какой ты злой! Все, давай, жду тебя! – еще громче рассмеялся Гоголь.

Глава 11. Каков он, путь к вершине?

Пока мы шли к следующей точке, Толстой продолжал сыпать баснями. Наверное, это был самый долгий наш разговор. Точнее я бы сказал, монолог. Я узнал, как они с супругой познакомились. Почему он живет как обычный крестьянин. Когда он увлекся кузнечным делом и прочее, и тому подобное.

Наверное, самым удивительным из его рассказа был факт того, что у него есть дочь. Ей около ста лет, и она работает где-то за границей.

– И что, вы ни разу с ней не связывались? – удивился я.

– Почему же, связывался. Она раз в пару лет присылает открытки, – ответил Толстой.

– А внуки?

– Ой, да куда там! Эта мадама все никак не может найти подходящего парня…

Но договорить он не успел, так как боковая стена ушла в бок, и мы увидели далеко впереди Евгения Родионовича Онегина собственной персоной.

– Господа, – вытирая руки окровавленным платком, он вежливо поклонился. – Удивлен, что мы с вами так быстро встретились.

– О, это заслуга нашего Мишеньки, – хлопнул меня по спине Толстой. – Он разгадал, как тут все работает! Напридумывал тут Володя, конечно, будь здоров…

– Нам лучше поторопиться, – предупредил я. – Скоро должна быть смена.

Мы немного ускорились.

Судя по тому, что я видел, Антон и Данила не далеко, просто между нами куча стен.

– Вы не пострадали? – поинтересовался я у Онегина.

– Ты о чем?

– А вашей небольшой перепалке с солдатами.

– Откуда ты узнал, Миша? – прищурился он, и я почувствовал, как он пытается забраться в голову.

Лора уже была наготове, и с легкостью держала мой разум от незаконного вторжения.

– Евгений Родионович, – начал я, сняв с запястья одну детальку Болванчика. – С помощью этого я могу видеть все. Вы думали, я дал вам питомца просто так? Мне надо знать, что вы не пострадали.

Он удивленно смотрел на меня, и, кажется, я мог прочесть его мысли по выражению лица.

– И не стоит лезть ко мне в голову, особенно без спросу, – добавил под конец. – Имейте уважение.

Он тут же отвернулся и закашлялся.

– Прошу прощения, Михаил. Все никак не запомню, что ты Маг высших сил.

Толстой рассмеялся, своим заразительным громким смехом.

– Ты? Не запомнил? – похлопав друга по спине, произнес он. – Вот уж удивительно! Это надо потом всем рассказать! Пашка, так точно удивиться.

– Лев Николаевич, – перешел на деловой тон Онегин. – Если можно, то я бы хотел списать все это на шутку.

Через десять минут мы вышли в следующий зал. На этот раз тут было пусто. Большое пространство, размером с футбольное поле. Небольшие кратеры от заклинаний. Обугленные стены.

– Что это? – удивился Толстой.

– Тренировочная комната, скорее всего, – ответил я.

Мы немного побродили, надеясь найти что-то интересное, но Лора предупредила практически сразу, что тут ничего нет. Только плита в конце, и три коридора.

– О, ты погляди, – ухмыльнулся Толстой. – Как у Сашки Пушкина: направо пойдешь – голову потеряешь, налево пойдешь – коня потеряешь… А прямо… Жень, чего там прямо было?

Онегин потер переносицу, успокаивая свои нервы, и спокойно ответил:

– Прямо пойдешь – женатым будешь.

– Во! Точно! – щелкнул он пальцами.

– Сомневаюсь, что эти три коридора приведут нас к погибели, – добавил я, подходя к плите. – Но я проверю.

Положив руку на плиту, я пустил в нее энергию, зал осветился. Оказалось, что под закопченными стенами есть вполне красивые узоры.

Информацию я получил быстро. Кто где находится, кто куда продвигается. Все было очевидно.

У меня в голове появилась полная карта лабиринта, и все присутствующие в нем были точками. Были и те, кто быстро перемещался, даже очень. Явно не человек. Так же я сопоставил координаты через Болванчика о местонахождении Антона с Данилой и Федора.

– Так, господа, – убрав руку, я поправил за спиной Ерх и родовой меч. – Останьтесь тут. К вам, возможно, выйдут несколько магов. Сами решайте, что с ними делать, а я к Антону и Даниле.

Мужчины тут же насторожились.

– Что случилось? – встревоженно спросил Толстой.

– К Антону и Даниле приближаются три Исполина и два группы магов.

Они переглянулись и сделали шаг вперед.

– Мы с тобой.

– Исключено, – твердо произнес я. – На пути будут проходы, которые открываются на несколько секунд, и мы попросту не успеем в него зайти. А еще раз разделяться – это терять время. К тому же к вам и так выйдут солдаты. И не забывайте, где-то в лабиринте ходит Гоголь. Судя по его ауре, он стал сильнее с нашей последней встречи.

– Миша, ты давай, не глупи, мы поможем! – настаивал на своем Толстой, а Онегин постоянно кивал.

– Я в одиночку справился с Небесным Пастухом. Я один спас Монголию и Османов от войны. Спас Петра Романова и Есенина от смерти, тоже в одиночку! И вы хотите сказать, что сомневаетесь во мне?

Слукавлю, если скажу, что не включил немного актерской игры. При этом выпустив достаточно ауры, чтобы они поняли, что я настроен серьезно.

– Ладно, – вышел вперед Онегин, – мы останемся и встретим магов. Ты только давай быстрее. Возможно, Гоголь отдал приказ взять в кольцо территорию.

– Понял.

После чего убежал в тот же туннель, откуда мы пришли.

***

Антон и Данила.

– Антон Сергеевич, вы уверены, что нам сюда? – спросил Данила, выглядывая из-за угла.

– А ты видишь какие-то другие варианты? Тут только два направления. Вперед и назад, – выдохнул Есенин-младший.

С момента как они встретились, водитель Кузнецова болтал без умолку. Оно и понятно, что это только для того, чтобы побороть страх. Как только наступает тишина, в голову лезут разные мысли. И не только Даниле.

Антон размышлял, как Кузнецов стал таким сильным? Почему у него не получается достичь таких же высот?

Другой голос говорил, что завидовать нехорошо. Это до добра не доведет. И казалось, во время тренировок с Толстым он окончательно смирился с тем, что у каждого свой путь. Каждый прогрессирует со своей скоростью. И если даже сейчас Миша сильно вырвался вперед, сравнявшись с его братом, то это не значит, что Антону его не догнать.

Его отец постоянно говорил, что вершины достичь гораздо проще, чем удержаться на ней. Когда ты стремишься к чему-то, ты совершенствуешься. Ты знаешь, куда тебе нужно идти. Цель, она видна.

Но что делать, когда ты на вершине? Ты один. И дальше неизведанная пустота. А сзади к тебе подбираются такие же жадные до силы конкуренты?

Так что Антон только ждал момента. Он уже понял, что нужно делать, чтобы быстро прогрессировать. Развиваться в магии и поднимать ранги. Но с ростом своего статуса, силы и мощи Кузнецов совсем потерял связь с реальностью. Он стал все больше диктовать свои условия. Больше продавливать то, что он сам хочет. В какой-то момент случилось так, что он умудрился сделать Сахалин своей страной! Это как вообще возможно?

Да, он спас Виолетту и ее бабушку, но потом отказался возвращать любимую… Хотя знал, насколько она ему дорога. Все это из-за того, что он получил столько власти и силы.

– Антон Сергеевич, посмотрите, впереди большая комната, – сбил его с мысли Данила.

Действительно, они подходили к одному из тех больших залов, о котором говорил Миша. Тут еще и лабиринт пришел в движение. С той стороны, откуда они шли, на них начала ехать стена, давая понять, что назад уже не вернуться.

Оба поспешили забежать в зал.

Все стены были завешаны какими-то тряпками, похожими на шторы. Причем выглядело это довольно странно, все они были максимально разные. За столько лет большая часть превратилась в лохмотья, узоры были едва видны, но встречались и такие, где проглядывались какие-то ромашки.

– Успели! – выдохнул Данила, когда проход сзади закрылся.

– И что будем делать? – спросил Антон.

– К вам приближаются Исполины! – раздался голос Михаила из детальки Болванчика. – Бегите в дальний коридор!

Не теряя времени, оба сорвались с места. Но почему-то проход закрылся и открылся еще один – в углу.

– Наверное, туда! – сказал Антон.

– Нет! – тут же ответила деталька. – Там тупик! Кто-то попытался сломать стены…

– Куда нам, Кузнецов?

Детальки Данилы и Антона зависли в воздухе.

– В левый, – и они поспешили в коридор. – Вы сделаете круг и вернетесь в этот же зал. Надо потянуть время, пока не откроется нужный проход. А пока вам надо тянуть время и ждать меня.

Опять эти высокомерные фразы.

Неужели Кузнецов думает, что Антон не сможет справиться самостоятельно? Что за наглость?

Но тем не менее, они послушно побежали в коридор. Виляя то вправо, то влево, вскоре они выбежали обратно в тот же зал.

– Еще раз! – скомандовал Михаил. – Они у вас на хвосте. Трое.

– Понял…– выругался Антон и посмотрел на Данилу. – Ты как, не устал?

– Ну как тебе сказать, – согнувшись пополам и тяжело дыша, произнес парень.

– Плохо. Придется потерпеть… – и схватив детальку, спросил: – Ты когда будешь?

– Через десять минут!

Они опять побежали в коридор.

– Остановитесь, – тихо произнес Кузнецов. – Два Исполина бегут за вами. Еще один остался в зале. К нему сейчас придут маги.

– Понял, – четко сказал Антон и приготовил меч.

Антон словно был слеп, но теперь прозрел. Мысли стали на удивление ясными и четкими. Он знал, что делать и как делать.

– Держись за мной, – произнес Есенин и его меч начал светиться синим светом.

Данила кивнул.

Они опять побежали. План был прост.

Смысла ждать Кузнецова не было. На них нападут все равно раньше, чем он успеет прийти. Так к чему эти догонялки? Он ударит первым. Да так, что помощь Михаила не понадобится.

Перед выходом в туннель он увидел странное большое существо в железных доспехах. Оно напоминало то ли большого тигра, то ли лошадь с толстыми конечностями.

Но уже по одному виду было ясно, что это кто-то сильный.

– Зажмурься, – скомандовал Антон.

После чего напитав энергией тело, сорвался с места подобно метеору.

Исполин не успел среагировать. Его глаза едва уловили яркую вспышку, которая заставила его зажмуриться. После чего голова отлетела в дальний угол.

– Быстрее, сюда! – крикнул Антон, когда понял, что враз обезврежен.

Как только Данила выбежал из туннеля в зал, через другой проход забежали два десятка магов.

– Вон, там! Приказ уничтожить! – крикнул какой-то маг и тут же его голова отлетела.

Все замерли. Антон стоял на расстоянии десяти метров. Быстрым, отточенным движением он убрал меч в ножны.

– Еще раз… – он встал в низкую стойку.

– Разделиться! – приказал один из магов.

Перед ним тут же возник щит и атака Есенина врезалась в него.

– Идиот, – ответил здоровяк. – Два раза один и тот же прием не сработает!

– Уверен? – улыбнулся Антон и, присев максимально близко к земле, вновь быстро обнажил меч. От острия пошла волна, сбив наглого здоровяка с ног.

При этом остальные успели рассредоточиться, постепенно окружая парочку.

– К стене! Бегом! – крикнул Антон Даниле.

В этот момент из коридора выскочили два Исполина. Выглядели они немного иначе, чем тот, которого убил до этого. У одного были длинные конечности и передвигался он, наподобие паука. Второй же был обычным… Просто человеческая фигура в доспехах. Только в руке у него был топор, а во второй руке круглый щит с зазубринами по ободу.

– Ну что, ублюдок, вот ты и попался, – какой-то смельчак вышел вперед. В руках блестел самурайский меч, а туловище обмотано цепью с кинжалом на конце.

– Тогда чего ты стоишь? – спросил Антон. – Подходи и убей меня.

– С удовольствием, – расплылся он в улыбке.

Есенин же медленно вытащил меч, очертил перед собой полукруглую линию и выпрямился.

Первым ударил противник. Он махнул рукой, создавая воздушные завихрения, чтобы сбить Антона с ног, но заклинание врезалось в невидемую стену.

Тут же он решил не рисковать, снял с себя цепь и пустил в Антона наконечник.

Перехватив, Есенин пустил по ней разряд, затем потянул на себя, от чего атакующий едва не упал, и только после этого, одним рывком, пустил цепь обратно, сделав петлю и обвязав ее вокруг шеи. Послышался хруст и труп упал на землю.

– Убить его! – заорал кто-то.

Но Антон успел первым. Сократив рывком расстояние, он оказался в центре толпы. После чего начал крутиться, давая мечу рубить всех направо и налево. При этом его ноги вспыхнули слабым огнем, создавая дымку и не давая противнику нормально видеть.

– Убейте второго! – заорал какой-то маг и через мгновение клинок вышел из его черепушки.

Но многие уже догадались, что второй парень не такой боевой, и запустили в него несколько огненных копий.

– Гадство, – выругался Антон и моментально оказался перед Данилой.

Отразив несколько атак мечом и несколько магией, в последний момент, увидел, как на него несется исполин. Откинув Данилу, он едва успел уклониться.

Тут же живой доспех врезался в стену.

Стены задрожали и лабиринт начал меняться.

– Антох, – услышал он голос Кузнецова у себя над ухом. – Постарайся сделать так, чтобы они так больше не делали.

– Ты нихрена же себе, какой умный? Я тут спасаю твоего водителя!

– Я помогу, – ответил Миша. – Возьми на себя Исполинов.

После чего две детальки Болванчика отлетели от Антона и Данилы и быстро полетели на магов.

Оказавшись внутри, обе тут же сдетонировали, раскидав десяток людей в разные стороны. Конечно, многие успели поставить блоки, но они были дезориентированы.

Тогда детальки начали мелькать перед глазами.

– Что-то мне подсказывает, они не так эффективны, как… – начал ворчать Антон, готовясь к атаке паукообразного Исполина.

Но в этот момент деталька залетела одному из магов в рот и вылетела… с противоположной стороны.

– Беру свои слова обратно… – поморщился он.

Оказалось, что даже две детальки Болванчика вполне могут задержать на себе несколько серьезных магов. Это было удивительно и в тоже время страшно. Потому что у Михаила таких деталек было пару тысяч.

Но не время отвлекаться. Перед ним стояли два Исполина.

Тот, который больше походил на человека, раскрутился, словно дискометатель, и швырнул в Антона свой щит.

Не было времени предупреждать, так что он просто сделал подсечку Даниле, и тот упал за мгновение до обезглавливания.

Паукообразный же, наоборот, вытянул вперед ладони, сложенные лодочками, и начал быстрые колющие атаки. Антон старался уворачиваться и при этом контролировать, чтобы Данилу не задели. Это отнимало много сил и не давало свободно двигаться.

Тут же сбоку подскочил второй Исполин и попытался ударить топором наотмашь. Уворачиваться было поздно, поэтому Есенин заблокировал удар мечом. Вот только он не предвидел, что удар будет такой, словно это был Лев Николаевич, бьющий со всей силы…

Антона откинуло в стену с такой силой, что его не спасло даже усиление спины и доспех из энергии. Из легких тут же вышел весь воздух. Что-то хрустнуло в левом боку, а голова предательски пошла кругом.

Упав на землю, он еще и умудрился удариться рукой, вывернув ее из сустава.

– Антон Сергеевич! Антон Сергеевич! – тут же подскочил Данила. – Вставайте! Срочно! Сейчас они нападут…

Но Есенин не мог. В глазах двоилось, как после сильной пьянки. Ноги просто не слушались.

– Я выиграю время, – крикнул Данила и, схватив меч Есенина, неуклюже встал перед ним. – Ну давайте, идиоты! По одному! Я вас сейчас всех…

– Болван… – прохрипел Антон. – Что ты делаешь? Ты же умрешь!

Оба Исполина переглянулись и тут же побежали на парня с мечом. От страха Данила зажмурился и выставил вперед меч.

Прошла секунда. Вторая. Потом сильный грохот.

– Ну что, бойцы, отстрелялись? – раздался до боли знакомый голос.

Данила повернулся и едва не упал в обморок.

Рядом с Антоном стоял Михаил. Над ним кружил целый рой деталек Болванчика, а в руках сияли два меча.

– Ты как, Антох? – посмотрел он вниз. – Жить будешь?

– Какого хрена, так долго? – сплевывая кровь, спросил Есенин.

– Долго? – удивился Кузнецов. – Наоборот. Когда этот здоровяк врезался в стену, несколько стен сместились и дорога оказалась короче. Вообще прошло всего четыре минуты!

– Данила цел? – спросил Антон.

– Да.

– Отлично, – после чего Есенин потерял сознание.

– Что ж, видимо, теперь вами займусь я, – Михаил сделал пару взмахов мечами, пуская с кончиков лезвий огненные искры. – Данила, отнеси Антоху подальше, сейчас тут будет очень жарко…

Глава 12. Про месть Фанерова.

о. Сахалин.

Апартаменты Петра Петровича Романова.

Только что закончился разбор полетов с Трофимом.

Дункан прибыла всего пару часов назад и сейчас она немного в шоке после такого странного перелета. Но скоро она должна прийти к Петру с документом для дальнейшего разбора и составления стратегии.

Сейчас же Трофим с Петром, Павлом и Ольгой обсуждали ближайшие планы касательно Сахалина. Все же пока было не ясно, насколько Петр задержится хоть и в дружеской, но в чужой стране.

На коленях у него сидел кот Васька и иногда поднимал голову, рассматривая всех присутствующих.

– В администрации говорят, что Япония готова к экспорту и импорту минералов, – делился новостями Трофим. – Император Мэйдзи все хочет приехать, заодно привезти сына графа Бердышева, но пока нет точных дат. Конечно, по морю плыть бесполезно. Пока оно перекрыто Нахимовскими суднами. Думаю, даже если будет конфликт, то он не будет участвовать и отзовет суда.

– Угу, – кивнул Петр. – Да, Петя Нахимов не будет действовать первым, это точно. К тому же сейчас под управлением одного из питомцем Михаила слишком много морских монстров. Мой отец не будет рисковать такой мощное боевой единицей, как Нахимов.

– Почему? – удивилась Ольга.

– Все просто, мам, – взял голос Павел. – Наверняка, Петр Первый просчитал, что если кто-то поплывет с нашего острова в Японию, то Нахимов, как адмирал, будет вынужден атаковать за нарушение водных границ. Но он этого не сделает, а значит, подорвет авторитет царя. Соответственно, его придется уволить, или еще хуже…

– Тогда логичный вопрос, – ответила Ольга. – Почему не спровоцировать его? Пусть Петя нарушит его авторитет.

– Нет, исключено, – возразил Петр. – Во-первых, его могут показательно казнить, чтобы остальные знали, что бывает даже с самыми сильными, кто ослушался приказа царя. Петр это понимает, но при этом сообщил нам, что любые наши попытки сесть на корабли приведут к конфликту. Он как бы обезопасил себя и подставил Нахимова.

– Да, – кивнул Трофим. – И Михаил это понимает, поэтому хоть по бумагам водные границы принадлежат Российской Империи, по факту, там правят монстры и Аркадий.

Васька поднялся на коленях у царя, многозначительно посмотрел ему в лицо и потянулся. После спрыгнул и, смешно крутя хвостом, побежал к дверям.

– Что такое? – улыбнулась Ольга, и тут же в дверь постучались.

Трофим не спеша встал и открыл двери. На пороге стояла Дункан с Элем и мисс Палмер.

– Ваше Величество, – поклонилась девушка с порога. – Айседора Дункан с отчетом о задании и документами прибыла.

Петр же улыбнулся.

– Полно, Ася, я пока не царь. Так что можешь называть меня Петр Петрович. Проходи, садись.

Как только двери были закрыты, Ольга щелкнула пальцами, накладывая на комнату заклинания от прослушивания.

– Эль… – немного смущаясь, сказал Павел. – А мисс Палмер тоже будет с нами? Тут будут зачитаны секретные документы, от которых зависит будущее страны.

– А что не так? – поднял бровь губернатор и упер руки в бока, еще по старой привычке, когда был гусем.

– Ну… Она представитель другой страны…

– Она, в первую очередь, моя сестра, – набычился Эль.

– Паша, брось. Если Михаил им доверяет, то и мы можем не сомневаться в этих людях, – осадил своего сына Романов. – Лучше скажи, где Катя?

– Она сейчас в поместье Кузнецова, – ответил Павел. – Говорит, что ей надо связаться со своими музыкантами. Думаю, скоро будет.

– Лермонтова будем ждать? – спросил Трофим.

– Нет. Я ему потом все расскажу. Начинаем.

Все склонились над стареньким документом. Простая картонная папка, перевязанная бечевкой. Петр аккуратно взял ее и открыл.

Первый же лист был пуст. Все остальные тоже.

– Эм… – произнес Трофим. – А так и должно быть?

– Почти, – улыбнулся Петр и взял со стола канцелярский нож. – Я, как представитель царской семьи, получал соответствующее воспитание. Были свои нюансы, как и у всех. Но у Романовых их было чересчур много. Секрет на секрете. И один из них – это родовое письмо. Текст, который может прочесть только кровный потомок прямой линии Романовых. Ну и вы, как мои гости, тоже можете его увидеть..

Он чиркнул по пальцу ножом и появилась маленькая капелька крови. Петр капнул ее на бумагу и словно в сказке начали появляться буквы.

“В дремучем лесу, где сосны шепчут старые тайны, а тропинки ведут только смелых, жил да был Заяц, не простой, а хрустальный. Внутри него, будто драгоценный дар, скрывался Гусь-Невидимка, чьй блеск видели лишь под лунным светом. А в груди у Гуся, под крылом, лежало Золотое Яйцо, сотканное из утренней зари.

Но самое дивное было внутри Яйца – Волшебная Игла, острая и тонкая как луч света. Тот, кто ее найдет, сможет сшить разорванное время и починить разбитые мечты.

Где искать?

Найди Зайца Хрустального – он бегает там, где тени становятся короче в полдень, у старого дуба с узором в виде глаза.Достань Гуся-Невидимку – приложи к Зайцу ладонь и скажи: "Ветер, открой то, что скрыто!"Разбей Золотое Яйцо – но не камнем, а теплым дыханием, и тогда Игла сама уколет тебя в палец, чтобы ты ее не потерял.Только помни: Игла не терпит жадных рук. Бери ее, лишь если сердце твое чище родниковой воды.

А иначе… Ну, это уже другая сказка.”

Повисла тишина.

– Что за… – пробубнил Трофим.

– Отец, это же шутка, да? – совсем не весело спросил Павел.

– А я не понял, – пробубнил Эль.

– Это же простая сказка, – сказала Дункан. – Ну про Кощея Бессмертного. Про яйцо и прочее. Это же просто фольклор. Петр Петрович, вы что, хотите сказать, что ваш отец и есть тот самый Кощей Бессмертный? Смешно же…

Вот только никто не смеялся.

– Очень размытая инструкция, – заявила Ольга. – И кто ее написал?

– Явно кто-то старый, – ухмыльнулся Павел. – Сейчас так точно не пишут.

– Ладно, Оль, снимай защиту, – кивнул Павел. – Я пойду к себе в кабинет, подумаю, что с этим можно сделать.

Его супруга похлопала в ладоши и убрала заклинание. Тут же все подпрыгнули от громкого стука в дверь. Тот, кто стоял по ту сторону, явно был там давно.

– Да кто там такой неугомонный! – недовольно подскочил Эль, но Трофим его опередил и открыл дверь.

На пороге стояла Катя Романова.

– Вы чего… – она прошла внутрь и оглядела присутствующих. – Шушукались, и без меня?!

– Потом, Катя, – строго сказал отец. – Я в кабинет.

– Постойте! У меня есть очень интересные новости!

Все переглянулись.

– Что ж, заинтересовала, чертовка, – ухмыльнулся Эль и сел в кресло. – Вещай!

Катя же лукаво посмотрела на присутствующих, улыбнулась и не спеша прошла к окну. Там картинно откинула прядь волос на плечо и повернулась к зрителям.

– Думаю, это уже не секрет, что у меня есть своя разведывательная шпионская группа под кодовым названием “Бременские музыканты”...

– Чего? – воскликнул Эль. – Та самая? Я же их фанат… А, ой… Продолжай…

– Так вот, – проигнорировала его Катя. – У них сейчас небольшой тур по моей просьбе. Они искали Асю, но почему-то след их привел в Северную Европу. Ну точнее, они вышли на след преподавателя из КИИМа – Буслаева. Он сейчас где-то в Пруссии. Мои же ребята во Франции. Там они связались с агентом д'Артаньяном, он как-то работал с князем Есениным. Они уничтожали генерала хаоса. Так вот, он сообщил очень неожиданную новость. В ночь покушения на посла Фанерова, д'Артаньян и его бравые парни находились близ того места.

– Ты сказала покушение? – приподнял бровь Петр.

– Именно, пап. Среди людей д'Артаньяна был лекарь. Атос кажется… Короче, как только убийца ушел, они спасли мужика! Прикиньте! Но они его спрятали, чтобы покушение не повторилось.

– А почему они ему вообще помогли? – спросила Мисс Палмер.

– Они сказали, что посол много хорошего для них лично сделал. Они опасались связаться с кем-то из Кремля, опасаясь, что это покушение было как раз из-за смены власти. Вот они и потихоньку его у себя и лечат.

– Вот это номер, – шлепнул себя по коленке Петр. – Ай да Гоша, ай да сукин сын!

– Кстати, а где его сын? – неожиданно произнес Трофим. – Разве он не пропал?

***

Лабиринт Кузнецова.

Тусклый свет небольших кристаллов прокладывал путь к очередному залу размером со спортивный зал в КИИМе. Все стены были облицованы деревянными досками. Они не сильно подверглись времени, но все же на них были трещины и вмятины. Всего в помещение вели четыре входа, и все они были закрыты простыми деревянными дверьми без замка.

Именно в эту комнату и вышел Женя Фанеров.

Он не смотрел по сторонам. Его взгляд был направлен в пол. Остановившись в центре, он прислушался:

– Выходи уже. Я знаю, что ты там.

Одна из дверей медленно заскрипела.

– Да как ты смеешь так общаться со старшим? Тебя в детстве родители не учили манерам? Хотя я видел тебя в детстве. Ты был совсем непослушным ребенком.

В дверном проеме стоял Гоголь и с улыбкой смотрел на Женю.

– Предатель. Даже не смей говорить о моих родителях.

Гоголь же пошел по дуге, обходя парня со спины.

– Я слышал про тебя. Наводил справки. Думал, ты доставишь мне хлопот. Но ты оказался слабым, потрепанным. Ну как, все так же тратишь деньги рода, направо и налево?

– А тебе, я смотрю, нравится выполнять роль местного палача на полставки? Удивительный карьерный рост. От главы Канцелярии до зашоренного убийцы, который по первому зову хозяина бежит выполнять поручение, за косточку.

Фанеров смотрел только на своего злейшего врага. Он поставил на кон все, чтобы достать этого человека. Большего ему и не надо было.

– Ха… Ха-ха-ха! Ты можешь дерзить в ответ!

– Почему? – Женя повернулся к Гоголю. – Почему ты убил его? Вы же были друзьями! Вы же вместе учились в одном институте! У вас был один учитель!

– Почему?! – удивился Гоголь и снял плащ.

Его тело было крепким, мускулистым, с множеством мелких металлических вставок и заклепок. На нем был специальный костюм, по которому бегали искорки энергии.

– Вот почему! Сила! Я выбираю сторону победителя! Зачем смотреть назад? Твой отец давно стал не угоден царю и мне! Он только ныл, что хотел сражаться. Что ему нужен был сильный соперник, но что по итогу? Он не выдержал даже одной моей атаки.

– Как?

– Да все просто! Достаточно начать угрожать какой-то бабке с ребенком! – кричал Гоголь. – Разумеется, он их защитит! Даже ценой своей жизни! А там, дело техники.

Фанеров несколько секунд смотрел на него немигающими глазами, но губы сами растянулись в улыбке. Прикрыв рот ладонью, он сперва пытался сдерживать смех, но не выдержал и рассмеялся на весь зал.

– Жалкий, жалкий Гоголь. Напасть со спины, при этом прикрываясь какой-то старухой и ребенком? О какой силе ты говоришь? Так мог поступить любой наемник среднего уровня, болван! – вытерев слезинку с глаза, он продолжил. – И ты еще смеешь этим гордиться? Это вдвойне жалко!

– Можешь смеяться сколько угодно. Но результат не изменился. Твой папаша мертв, и его убил я. И скоро ты отправишься к нему навстречу. Я это устрою.

– Правда? – Фанеров наклонил голову на бок и в глазах сверкнули два огонька. – Сперва я убью тебя, а потом отец, там, наверху, добавит. Тут нет старух или других людей, которыми бы ты мог прикрыться.

– А мне и не надо.

Гоголь скинул с себя ленты с черными колбами и размахнувшись, разбил их о землю.

– Давай посмотрим, насколько ты сильный, Женя Фанеров. Справишься ли ты с железным песком?

– Медленно… – раздался голос за спиной Гоголя, и мужчина почувствовал легкую боль в левой руке.

Опустив взгляд, он увидел, как из нее хлещет кровь.

“Что? Откуда такая скорость? Разве он не в ранге Специалиста? Что это за движения?” – промелькнуло в голове у Николая.

– Ты умрешь! Как твой отец! – зарычал Гоголь.

Рана начала медленно затягиваться, а металлический песок подниматься в воздух, создавая вокруг хозяина что-то наподобие кокона.

– Жалкое зрелище, – только и фыркнул Фанеров и начал двигаться зигзагообразными скачками.

Песок превратился в щупальца и начал преследовать Фанерова, вот только все было безуспешно.

– Как ты…

– Все просто, – произнес Евгений. – Моя предрасположенность. Ты ничего не сможешь сделать, просто потому что это маловероятно…

Клинок вспыхнул и две щупальца отлетели в сторону, но тут же вернулись обратно к хозяину.

– Глупые попытки… – ухмылялся Гоголь из кокона. – Я неуязвим. Ты просто не подойдешь ко мне!

Он махнул рукой, и из песка поднялись три человекоподобных голема. Они молниеносно побежали на Фанерова.

– Сейчас ты…

Но он замолчал, в тот момент, когда увидел, что младший Фанеров даже не смотрит на своих противников. Его взгляд упирался только в Гоголя. Он делал плавные короткие движения, уворачиваясь от смертельных атак. Несколько ударов прошли буквально в миллиметре от шеи, но он даже не обратил на это внимание и продолжал идти к своему противнику.

– Прежде чем ты умрешь, – начал Фанеров. – Я расскажу, как убью тебя. Хочу посмотреть на твой страх. Как ты боишься меня. Как осознаешь, что никто тебя не спасет, и ты умрешь.

– Болван, думаешь я в это поверю?

– Да, – кивнул он. – Мой отец показал мне одно заклинание, которое могут использовать только Маги высших сил, и только с моей предрасположенностью. Не знаю, откуда он это узнал, но это и не важно. Наверное, он понимал, что когда-то это заклинание мне пригодится.

– Идиота кусок, даже зная финальные заклинания ранга Мага высших сил, ты не сможешь их повторить, просто потому, что у тебя недостаточно сил.

– О, а мне и не нужен этот ранг, – улыбнулся Фанеров, подходя все ближе.

В какой-то момент Гоголь поймал себя на том, что постепенно отходит назад. Шаг за шагом.

– Мне не нужен большой запас энергии. Концентрация или широкие каналы для контроля магии. Мне надо просто захотеть. Финальная стадия моей предрасположенности – это простое желание. И чем оно сильнее, тем больше я неуязвим по достижению к нему. – До Гоголя оставалось всего несколько метров. – А мое единственное и самое желанное желание – это убить тебя. И поверь, все в этом мире на моей стороне.

– Что за бред! это так не работает! Я покажу тебе разницу между сказками и настоящим заклинанием мага высших сил!

Тело вспыхнуло зеленой аурой. Из глаз пошли искры, а металлическая пыль начала формироваться вокруг тела, в виде плотного доспеха. Вторая часть же начала окутывать все помещение тонким слоем.

– Узри мою темницу пыток! – рассмеялся Гоголь.

– Тьфу ты, как колхозно… – закатил глаза Фанеров. – Думал, я буду ждать, пока все это у тебя там сформируется?

Он поменял хват меча, напитал руку энергией и поднял оружие как копье.

– Ха! Ты что, серьезно? – ухмыльнулся Гоголь. Металлический доспех покрыл практически все тело, осталась только голова.

Фанеров резко сорвался с сместа и побежал на врага.

Николай Васильевич не ожидал такого поворота и инстинктивно попятился назад, но уперся в стену. Все это время он отступал, не беря в расчет, что Фанеров уже загнал его в тупик.

Поворот головы, и это была фатальная ошибка.

Меч вылетел словно из пулемета. В этот же момент голову Фанерова закрыла металлическая пыль. Все происходило слишком быстро, чтобы он успел уклониться даже с имеющимися силами. Доспех не успевал среагировать.

“Надо укрепить голову! Такая атака точно пробьет несколько слоев” – инстинктивно промелькнула мысль. И он направил почти весь свободный запас к голове, создав вокруг нее целый кокон.

– Идиот, я же говорил, что вселенная позволит мне убить тебя.

Тут же мощный удар в грудь. Меч прошел насквозь и прибил его к стене. Гоголь опешил и попытался выбраться, вцепившись в рукоять. Но силы уходили буквально с каждый секундой. Он не мог дышать. Энергия не работала. Было пробито хранилище.

– Ты думал, я буду целится в голову? – к нему подошел Фанеров. – На что, пересмотрел фантастических фильмов?

– Как… ты… я же…

– Да, Гоголь, ты умираешь. Твое сердце бьется втрое чаще обычного, от этого ты теряешь много крови. Твое хранилище разрушено, и это усугубляет твое положение. Через тридцать секунд твое тело онемеет, и ты умрешь.

– Я же… – успел прохрипеть Гоголь, но сил не хватило даже на то, чтобы договорить.

Фанеров смотрел, как его глаза постепенно стекленеют. На лице появлялась улыбка.

Он знал, что потратил всю свои силу на год вперед. Но это того стоило.

Стены задергались, и под ним открылась яма, в которую он и провалился. При приземлении, он неудачно сгруппировался и что-то хрустнуло в ноге.

Женя упал на пол и смотрел в потолок. Через дыру еще было видно тело Гоголя.

И он ни о чем не жалел. Со сломаной ногой все равно далеко не уйдешь… А если попробовать вылечить самостоятельно, то произойдет все, что угодно. Теперь вселенная возвращает все, что он у нее попросил.

– Эй, ты чего разлегся? – перед глазами появилась маленькая деталька, и из нее шел голос Кузнецова. – Ты там не помри. Я скоро буду.

Глава 13. Свежий воздух.

Сила и мудрость, это понятие растяжимое. Конечно, до мудрости мне еще далеко. Слишком мало я знал про этот мир. Но вот сила… Ее, как оказалось, у меня теперь достаточно.

Исполины были серьезными противниками, и я прекрасно осознавал, что будь у меня ранг поменьше, мне бы с ними не справился. Зато теперь это была хорошая разминка. Им даже удалось меня пару раз задеть. Вот только обе атаки врезались в щит. Напоследок, я попросил Болванчика не убивать магов и оставить их мне.

И к моему удивлению, когда детальки от них отлетели, те принялись помогать Исполинам победить меня. Даже Данила понял, насколько это глупый поступок.

Я не сдерживался и на их глазах превратил в груду металлолома их два козыря, а потом прокачал себе немного портальной магии. Тут уже их никто не помилует. А так хоть умрут с пользой.

Антона я закинул на плечо и дошел с ним и Данилой до Онегина и Толстого. Оба мужчины были рады, увидев ребят живыми и почти невредимыми.

– Должен признать, – посмотрел я на своего водителя. – Храбрость у тебя не только на трассе.

– А что там случилось?

– Он встал один против двух Исполинов, – гордо сказал я.

– О-о-о, – хором произнесли мужчины, посмотрев на Данилу.

– Да чего уж там… – махнул он рукой. – Я же так… Выигрывал время. Потом пришел начальник и все закончилось минут за пять.

Из всей группы не хватало только Федора, который хрен пойми где шлялся по лабиринту, но, думаю, он не сильно расстроится, если мы его не будем искать. К тому же мы точно с ним встретимся ближе к выходу. А нам осталось половина пути. К тому же, солдаты были далеко.

– Итак, все это замечательно и дальнейший путь пройдет без приключений, но у нас, возможно, появится еще один человек в нашем коллективе.

– Да? – удивился Онегин. – Кто-то пришел на подмогу? Пушкин?

– Если бы, – грустно ухмыльнулся я. – Женя Фанеров только что убил нашего преследователя.

– Погоди, – насторожился Толстой. – Хочешь сказать, что Фанеров-младший победил Гоголя?

– Ага, – кивнул я. – Вот такая вот ситуация.

– Но… Как? Он же… Ну не прям сильный, как мы, – скромно произнес Толстой. – Но все же он был начальником Канцелярии… Брат Ольги Романовой. Кстати, как ей об этом сказать?

– Думаю, она не будет против, – пожал я плечами.

– Ну, знаешь, Михаил, она может и не против, – вздохнул Онегин. – Но ее род… Ну, надеюсь, все обойдется.

– Тогда вы тут приведите Антона в чувства, а то парень спасал моего водителя. Но он силен… Уж не знаю, что вы с ним сделали, Лев Николаевич, но может и вы когда-нибудь меня чему научите.

Толстой только погладил бороду и улыбнулся.

– Ты так больше не шути. Иди за Фанеровым, мы приведем Антошу в чувства.

Я поблагодарил и выскочил в ближайший коридор.

До Жени мне надо было преодолеть несколько проходов и один зал. Как раз в него только что вышла очередная группа наших преследователей. К ним у меня жалости не было. Портальное заклинание на сегодня закрыто, так что я не стал мудрить и доверил моему кровожадному питомцу разобраться с ними, желательно как можно быстрее. Болванчик понял это по-своему.

И когда я пробегал через этот зал, пришлось отворачиваться. Уж больно было неприятно.

Женя валялся на уровень ниже, так что я спровоцировал лабиринт, надеясь, что он выведет меня куда надо. Несколько молний в стену и это сработало. Подо мной открылся люк, куда я и спрыгнул.

Несколько поворотов, и вот он, Женя собственной персоной, лежит звездочкой, балдеет, смотрит в потолок и улыбается.

– Живой? – подскочил я.

– О, Кузнецов, – блаженно ответил он. – Да все нормально. Просто решил немного полежать. Ты чего вообще тут забыл?

– Ты че, ополоумел? – удивился я, мысленно давая приказ Лоре, чтобы она проверила его на всевозможные травмы. – Как ты нашел это место?

– Хех, тебе действительно интересно? – повернул он ко мне голову. – Ну слушай. За вашей компанией много кто охотится. А когда из Кремля выезжают машины и их на выезде из города встречает армия, то тут все становится понятно. Так что пришлось просто следовать за ними. Потом убить всех, кто на поверхности и найти Гоголя, – он ухмыльнулся, но как-то без настроения. – Ты бы видел его глаза, Кузнецов, он до последнего не мог понять, как так получилось, что он весь такой сильный смог проиграть? С его то магией?

– Да я тоже, если честно, удивлен… – я сел перед ним на корточки. – У тебя нога сломана, давай починю.

– Я думаю, если ты сейчас что-то сделаешь, то может что-то произойти и кто-то может умереть. И это не ты.

Но да… старый-добрый Фанеров. Опять в своем репертуаре. Поначалу я думал, что встречу того, кого видел в баре. Того Женю, который серьезно относился ко всему, что его окружает.

– Что-то ему очень хреново, – заявила Лора. – У него разрыв селезенки. Печень и легкие повреждены. В трахеях кровь. И при этом еще и костная ткань попала в кровь. Да и перелом открытый! И чего это он не использует энергию? – Болванчик начал кружить над Фанеровым. – Ага… поняла… Нестабильное внутреннее хранилище.

Лора сидела с другой стороны и с сосредоточенным видом смотрела на Женю.

– Ну тут нужно постараться… – она хрустнула пальцами и на ней тут же появился операционный халат. – Дай мне доступ…

– Да бери на здоровье, – кивнул я.

Фанеров непонимающе смотрел то на меня, то на Болванчика.

– Так, Жень, с такими ранами ты далеко не уйдешь… Ты вообще никуда не уйдешь, если еще пробудешь в таком состоянии минут сорок, так что я тебя сейчас подлатаю…

– Так ты ж меня убьешь еще быстрее, – хмыкнул он. – Сейчас весь мир против меня.

Я только закатил глаза.

– Ну что ж, давай посмотрим, кто быстрее. Раз тебе нечего терять, то просто расслабься.

Я хотел положить свою ладонь на его голову и погрузить в сон, но Женя ее перехватил.

– Погоди, если вдруг я не очнусь… – он немного покраснел, и это было еще заметней сильнее на его бледном лице. – Там, короче это… В институте, в моей кровати, под матрасом… Есть кое-какие журналы и фотографии О-Рен… Ты, пожалуйста, их забери… А то будут думать, что Фанеров псих какой-то…

– Я тебя удивлю, Женя, но… Ладно, уберу все, что найду. Но у тебя же была квартира?

– Ну кровать-то мне выделили!

– Все, понял, принял.

Положив ладонь ему на лицо, пустил энергию, и он уснул.

– Теперь все на тебе и твоих мозгах, – сказал я, опираясь о стенку. – Дальше мои полномочия все.

– Не ссать, – засучив рукава, произнесла Лора. – Я самое продвинутое изобретение человечества! Сделаю все в лучшем виде.

Детальки закружились над телом бедолаги-мстителя. Операция началась.

***

Операция закончилась.

На все про все ушел час. Я предупредил Толстого и Онегина, что немного задержусь.

Лора приложила массу усилий, чтобы залатать парня, и у нее это получилось. А как иначе? Против такого продвинутого искусственного интеллекта? Нет никакого человеческого фактора. Все было сделано на высшем уровне, и учтено все, что могло убить Фанерова.

– Ну что, будим эту спящую красавицу? – улыбнулась Лора.

– Ты умница!

– Да знаю, – фыркнула она. – Еще бы! С тебя… Потом что-нибудь придумаю.

Я наклонился… и влепил ему небольшой отрезвляющий щелбан.

– Шевелись давай, тело.

Женя закряхтел и приоткрыл глаз.

– Ага… Точно не рай, раз вижу твою физиономию… – он с трудом сел и вздохнул. – Эх, а мне такой сон снился… Там такая дама была! Ты бы видел! Голубые волосы. Формы такие…

Я краем глаза посмотрел на Лору. Она только развела руками и исчезла.

Через пять минут он уже был на ногах и проверял состояние своего тела.

– Я не буду спрашивать, что ты сделал. Думал, это невозможно… – произнес он. – Это… Кузнецов, типо спасибо.

– Типо принято, – улыбнулся я. – А теперь пошли к остальным. Антоха будет рад тебя видеть.

Обратный путь был не таким увлекательным, но долгим. И все из-за бесконечной болтовни Фанерова о том, как он смог использовать высшее заклинание в своей предрасположенности, при этом не имея максимального ранга.

– Это о чем говорит? Что я лучше тебя! – бубнил он всю дорогу.

Наконец, мы пришли в зал с остальными. Антон уже стоял на ногах. Вид у него был немного потрепанный, но общее состояние хорошее.

– Господа! – воскликнул Фанеров. – Дальше, вам ничего не страшно! Я с вами!

– Я и забыл насколько шумный у Гоши сын… – вздохнул Онегин.

Толстой же, наоборот, всячески хвалил Фанерова за то, что он победил Гоголя. Эх… Знал бы он, что он делает только хуже. Это как подливать бензина в огонь. Фанеров же от слов Льва Николаевича вот-вот и засветился бы.

– Так, все в сборе… – прервал я эту эпопею. – Идем к выходу.

Перед этим я лишний раз сверился с плитой и убедился, что кое-что все же поменялось. Из-за каждого вмешательства человека в архитектуру, маршрут менялся. Но это все равно не ускоряло нашу встречу с Федором. Сейчас он активно носился по лабиринту в поисках новых жертв. Я не стал ему мешать, пока что. К тому же он быстро нас догонит.

Остаток маршрута занял у нас около четырех часов. Мы доходили до зала, я сверялся с картой, и мы ли дальше. Солдаты, которые блуждали в лабиринте, не дошли даже до середины. Да и то большинство уже натолкнулись на Федора.

И по итогу мы добрались до последнего зала. Именно там был выход. Большая винтовая лестница вверх, стоящая в центре.

– Ну и где этот… баскетболист? – вздохнул Антон. – Разве ты не говорил, что он должен нагнать нас у выхода?

– Говорил, – кивнул я, подходя к плите. – Он немного заплутал…

Пришлось связаться с ним через Болванчика.

– Федя, тебя все ждут! Онегин недоволен, а Лев Николаевич сейчас себе всю бороду выдирает от нервов. Давай быстрее! – сказал я в детальку.

– А? Чего? – подпрыгнул он, когда услышал голос рядом с собой. – Кто? Как? А… – он увидел детальку. – Забыл! Тысяча извинений!

– Следуй за деталькой, – сказал я и решил немного поддать мотивации, чтобы он не отвлекался: – Если, конечно, сможешь угнаться.

– Думаешь, я совсем дурак? – серьезно спросил он. – Хочешь, чтобы мы с твоим питомцем бегали наперегонки?

– Какие перегонки? – удивился я. – Тебе всего-то надо его догнать. Ни о каких гонках речь не идет.

– А-а-а, – он задумался. – Ну тогда совсем другое дело!

Сделал резкий выпад и чуть не задел детальку. Но Болванчик был начеку и тут же полетел к нам.

Через десять минут они вылетели из бокового прохода, и только тут я позволил ему коснуться моего питомца.

– Ха! Проще простого! – закричал он, будто выиграл мировой чемпионат по бегу.

– Блин, должна признать, что для человека, у которого нет магических способностей, так быстро и так долго бежать… Мое уважение, – констатировала Лора. – Он даже не запыхался!

Онегин же погрозил ему и угрожающе положил два пальца себе на висок.

– А что я сделал?! – вспыхнул Федор. – Вообще я вам оказал неимоверную услугу…

Толстой же подошел к лестнице и обернулся к нам.

– Ну что, мужчины, наверх?

– Да! – крикнул Данила, размахивая руками.

– Там нет никаких сюрпризов? – поинтересовался Лев Николаевич.

– Нету, – кивнул я. – Поднимаемся.

Поднялись мы так же быстро, но наверху остановились перед выходом. На самом деле это был люк диаметром с небольшой автомобиль.

– Наверху нет никакой активности. Лес, – пояснила Лора, просканировав поверхность.

– Лев Николаевич, тут нужна ваша сила, – улыбнулся я, показывая на крышку.

– Эм, молодежь, – вздохнул он и, с трудом поднявшись по лестнице, смог открыть крышку.

– Если уж для тебя она пошла тяжело, то чего ты от нас хотел?! – крикнул ему Федор. – Я-то уж точно не сдвинул бы ее даже на миллиметр!

– Так ты посмотри на себя! Эх, тебя бы к моей Софье, она бы тебя откормила! Посмотри на Антоху, щеки розовые… – крикнул он сверху. – Вылезайте!

На улице шел снег и снежинки залетали внутрь, как будто хотели побыстрее попасть туда, куда им еще никогда не удавалось залететь. В лицо ударил свежий холодный ветер.

– Как хорошо… – выдохнул Данила и посмотрел на меня. – Начальник, если честно, я думал, уже не выберусь отсюда…

– Да кто тебе разрешит тут остаться? У тебя гонки на год вперед расписаны! – улыбнулся я. – Давай, дуй наверх.

После Данилы полез Федор, а за ним Онегин.

– Ну что, пацаны, – похлопав нас по плечам, произнес Фанеров. – Вы живы только благодаря мне. Надеюсь, вы запомните этот день и в старости принесете мне по стаканчику воды.

Мы с Антоном переглянулись.

– Это делают только дети, – раздраженно произнес Антон. – Так нельзя говорить.

– А кто мне запретит? Я Фанеров! – поднял он палец вверх.

– Эй, молодой герой, – крикнул ему Толстой. – Давай, поднимайся!

– Слышали? – гордо произнес он. – Это меня зовут! Сам Толстой! А вы плететесь в конце, пфф… Макаки…

И быстро скрылся наверху, оставив нас вдвоем.

– Антох…

– Миш, спасибо, что спас нас, – перебил Антон. – Ты прости, если я вел себя, как мудак. Не стоило драться с тобой… при Виолетте.

– Ладно, чего уж! А ты прости, что я вырубил тебя… при Виолетте.

Мы пожали друг другу руки.

Наверное, такая и должна быть мужская дружба. Долго таить обиду друг на друга мы не могли. Да, иногда наши взгляды не совпадают, но это не повод для конфликта. И даже если произошло разногласие… Ну набили друг другу морды и закрыли тему. Вот и все.

Я вылез последним. Толстой захлопнул за мной крышку и припорошил снегом.

– Лора. Где мы?

Несколько деталек спроецировали голографическую карту. И я начал объяснять.

– Мы тут, – показал я на небольшую красную точку. – А вот эта линия – периметр, который взяли солдаты. Десять километров. И да, мы не в периметре.

– Ого! Так это же замечательно! – ухмыльнулся Толстой. – Мы сможем без труда добраться до твоего дома?

– Без труда, говорите? – вздохнул я, оглядываясь по сторонам.

Вокруг нас был заснеженный лес. И нет даже намека на тропинку. Мы были в глуши. И идти нам еще очень долго.

Но для нас это не такая уж и проблема. Вот только с нами два простых человека. И если для Федора холод не особый повод переживать, то Данила одет совсем не по-лесному. Впрочем, как и мы все.

– Ладно, двигаемся на северо-запад.

Не отходя от места привала, приказал Болванчику облепить Данилу и включить подогрев, чтобы он банально не замерз.

Через пять километров Лора дала новые вводные. Диаметр патрулирования увеличился, и теперь за нами едут на снегоходах.

– Радиус увеличили сразу до двадцати километров, – предупредил я остальных. – Так что придется поторопиться, чтобы нас не нагнали. Они еще думают, что мы внизу!

– Тогда чего мы плетемся? Марш-бросок? – стуча зубами, сказал Федор.

Я не стал ждать, пока он посинеет, и сделал то же самое что и с Данилой.

– Это еще зачем? – воскликнул он, пытаясь убрать детальки. – Я не замерз!

– Федор… – погрозил пальцем Онегин. – Будешь баловаться…

Он утих и мы ускорились.

Лора показывала, где сейчас солдаты, и мы вполне успевали. А что? За одно и согрелись.

Наконец, показалась опушка. Там до моего поместья рукой подать. Почти.

Я набрал графа Бердышева.

– Ростислав Тихомирович, будьте так любезны, можете приехать на большом крытом грузовике или с колонной машин к точке, которую я вам отправлю?

– Михаил? Не ожидал! Да, конечно. Сколько вас человек?

– Шесть.

– Понял.

Я скинул координаты, и тут же пришла СМС:

“15 мин.”

– Ну все, скоро нас заберут, – сказал я всем.

– Что-то я проголодался, – выдохнул Федор. Он никак не мог привыкнуть к деталькам и постоянно крутил руками. – Удобная штука…

– Ты ему тоже нравишься, – улыбнулся я.

Как и обещал граф, через пятнадцать минут на дороге показалась колонна машин с гербами рода Бердышевых.

– По машинам, господа. Следующая остановка – Сахалин.

Глава 14. Пора возвращаться домой.

Добраться до поместья нам удалось без особых приключений. На удивление улицы близ моего особняка были относительно чисты от военной техники. И есть предположение, что это связано с тем, что большая часть сейчас патрулировала окрестности лабиринта. С чем я их и поздравляю, но не от всего сердца.

Лора аккуратно сканировала местность. Данила тут же вырубился, как и Фанеров. Они сложили головы друг на друга и с открытыми ртами похрапывали. Лора даже их сфотографировала.

Когда мы заехали на территорию поместья, я окончательно выдохнул. Теперь уж нас точно никто не догонит. На пороге дома нас встречали граф Бердышев со своим верным помощником Андреевым.

Также собралось много солдат. И должен признать, Ростислав Тихомирович постарался на славу. Его армия быстро совершенствовалась. Мы так же снабдили их некоторыми новейшими разработками. Например, то последнее изобретение Натальи и Унура с очень странным названием.

– А я говорила, что надо было его поменять. Что за говнозажим? – фыркнула Лора.

– Да ну, мне нравится. Оно конечно нелепое, но… согласись, оно запоминается, – улыбнулся я.

– Ну тут не поспоришь.

Как только мы вылезли из машин, солдаты завороженно уставились на нас. Хотя в основном глазели на Толстого и Онегина. Все знали, кто эти ребята и насколько они легендарные личности. А тут на тебе, стоят у меня во дворе и спокойно общаются со всеми.

До меня долетел шепот с первых рядов.

– Охренеть… Неужели Михаил Викторович их спас? Они же практически непобедимы…

– Надо бы взять автограф у Толстого. Хочу спросить, будет ли продолжение “Войны и мира”, а то концовка с открытым финалом…

– А кто этот высокий мужик?

– Разве это не младший Есенин?

– Нам вообще можно тут находиться?

Но голос взял граф Бердышев. Он вышел вперед и стукнул тростью по деревянному крыльцу, привлекая внимание.

– Итак, солдаты. То, что вы сегодня увидели, совершенно секретно! Через десять минут все подпишут соответствующие бумаги. Все, как обычно!

Моя компания посмотрела на меня, мол, что дальше? Я же пошел в дом, заодно поздоровавшись с графом и Андреевым. Остальные пошли за мной.

При этом от меня не ускользнуло, насколько Андреев был возбужден, когда Лев Николаевич пожал ему руку.

– Видел? – хихикнула Лора, показывая мне видео с повтором. – Кажется, он не будет мыть эту руку минимум месяц.

Конечно, Толстой был для многих кумиром и примером для подражания. Лучший кузнец. Князь. Один из сильнейших физиков в мире. К тому же, очень успешный автор, почти как Пушкин.

Я рассадил всех в гостиной, и сам упал в кресло. Честно говоря, эти незапланированные побегушки в лабиринте меня немного утомили.

Кто бы мог подумать вообще, что у Владимира Кузнецова будет такое масштабное строение? Это действительно впечатляло. Однако что-то мне подсказывало, что даже если мне каким-то чудом удастся вернуть свое поместье в законное правление, и те земли с домом Владимира, сам лабиринт мне как будто будет не особо нужен. Хотя… Мы не все залы обследовали.

Андреев тут же подал нам горячий чай и накинул плед на Данилу.

– Итак, господа, – спокойно спросил граф Бердышев. – Какие дальнейшие планы?

– Я переправлю всех на Сахалин.

– Вот как? – приподнял бровь Ростислав Тихомирович. – Михаил, на пару минут, а вы пока, господа, отдыхайте.

Мы прошли в кабинет. Граф закрыл за собой дверь.

– Михаил, я, конечно, не могу тебя осуждать или давать советы. Я знаю про портал в подвале и мое окружение очень бережно относится к этой тайне, но… – он прокашлялся и подошел ближе к столу, – не думаешь ли ты, что слишком много людей знает про них?

– Да, я с вам полностью согласен, Ростислав Тихомирович, но пока, либо так, либо через всю страну до побережья, и там на Сахалин… Шансы на то, что мы потеряем кого-то из команды – семьдесят процентов. Это очень большие цифры, и я не могу так рисковать ни одним из тех, кто внизу. При этом я стараюсь учитывать и то, что вы сильно рискуете каждый раз, когда мы оказываемся в этом доме. Так что пока других вариантов нет. Сейчас первоочередная задача это разобраться с Петром Первым и вернуть на трон его сына.

Граф немного помолчал, переваривая услышанное, после взял газету со стола и протянул мне.

– Первая страница.

Я взял газету и быстро пробежался по строкам.

В ней говорилось о публичных казнях всех неугодных. Большую часть тех, кто сидели в тюрьмах на больших сроках, так же приговаривали к казни.

– Он решил провести показательную зачистку, – сообщил Бердышев. – Он устраивает жесткий контроль и подминает под государство большинство крупных предприятий.

– Что с другими странами?

– А что с ними? – пожал плечами граф. – Они партнеры Российской Империи. Даже Северная и Южная Европы, которые до этого были нашими недоброжелателями, сейчас очень охотно работают на экспорт и импорт.

– Я вас услышал, Ростислав Тихомирович. Передам все Петру Петровичу, – кивнул я.

После мы вышли и спустились вниз.

Андреев уже вынес в гостиную огромную тарелку с мясными деликатесами и фруктами. И должен признать, у меня самого потекли слюни при виде таких вкусностей.

– Может, перекусите для начала? – предложил граф.

Я посмотрел на остальных. Судя по их взглядам, никто не был против впервые за долгое время нормально поесть.

– Да, мы не откажемся, – улыбнулся я, глядя на Андреева. – Но учтите, есть вероятность, что мы опустошим ваши холодильники.

– Ой, – довольно махнул рукой помощник графа. – И не таких откармливали.

Следующий час нас угощали разными блюдами. Про себя же я отметил, что были и такие, которые хоть и немного, но были вкуснее, чем у Маруси.

– Блин, я такого вкусного рагу никогда не ел! – с набитым ртом произнес Данила.

– Ты только это нашей Марусе не ляпни, – посоветовал я. – Сам знаешь, как она умеет обращаться с ножами.

– Точно! – ткнул он в меня ложкой. – Главное, не забыть.

Остальные также ели с большим аппетитом. Федор, например, почему-то решил, что Фанеров его поля ягода, и они устроили мини-соревнование, в кого поместится больше пирогов. И если бы не вмешался повар и не сказал, что ингредиенты закончились, то кто-то бы из них пал смертью храбрых.

Наконец, плотно покушав, мы переместились в гостиную. Время уже было вечернее, и перед теплым камином всех начало клонить в сон.

– Так, – я похлопал в ладоши. – Дольше задерживаться мы тут не можем.

– Даже чуточку? До утра? – жалобно произнес Женя.

– Да, даже чуточку…

– И что, хочешь прямо сейчас отправиться на Сахалин? – спросил Толстой.

– Да, – кивнул я. – Нас уже ждут машины. Номера в гостинице также подготовлены, так что прошу всех в подвал.

– Эм… – протянул Федор, – Мне кажется, или тут где-то есть подвох?

– Никаких подвохов, – вздохнул я, открывая дверь вниз. – Идем.

Как только мы спустились в портальную комнату, слово взял Онегин.

– Значит, Володя все же ее сделал.

– Слышали про это?

– Он как-то упомянул, что было бы отлично иметь такое место, откуда можно переместиться в любую точку на планете… Но я посчитал это просто несбыточным желанием.

Я подошел к одной из арок и активировал портал.

– Что-то не припомню, чтобы у Володи были способности к телепортации, – хмыкнул Толстой.

Онегин кивнул.

– Видимо, у каждого есть свои секреты, – пожал я плечами. – Все идите за Данилой, я буду замыкающим.

И на самом деле удивился только Антон. Он как ребенок в зоопарке глазел на портал с открытым ртом. Остальные отнеслись к этому более спокойно. Даже Фанеров.

По ту сторону нас ждали мои машины под руководством Перестукина и его команды. Я попросил Трофима, чтобы они прислали лучших.

– Ваше величество! – громко крикнул он и вытянулся по струнке, когда увидел меня.

– Вольно, – вздохнул я, понимая, что это исключительно из-за гостей. Так бы подобных формальностей не было. Мы бы пожали друг другу руки и спокойно поехали бы, но не сейчас.

Остальные тоже встали в шеренгу.

– Ого, а у тебя тут дисциплина, – похвалил Толстой.

– Эх, если бы… – вздохнула Лора.

– Есть учителя, – многозначительно кивнул я.

Все залезли в один большой фургон.

– Коль, как татуировки? Получше? – спросил у командира, когда он завел мотор.

– Да, господин, – улыбнулся он, продемонстрировав рукав. Оба запястья были в татуированных наручах. – Правда, тело еще чешется и иногда, когда одежда прикасается к коже, становится неприятно.

– Это нормально. Со временем пройдет, – похлопал его по плечу и тише добавил: – Или ты будешь мучиться так всю жизнь…

– Что? – выпучил он глаза. – Вы же пошутили?

– Кто знает, Коля, кто знает… – загадочно добавил я. – Ладно, удивим наших гостей красивыми видами моего царства, – повернулся к остальным. – Пристегнитесь, возможна турбулентность.

– Турбу… что? – не понял Фанеров, но послушно застегнул замок на кресле.

Машина затряслась и… начала взлетать.

– Так! – воскликнул Федор. – Это что за шутки? Мы поднимаемся!

– Я слышал что-то подобное… – добавил Онегин. – Но вживую не видел… Удивительно…

– Больше скажу, – решил похвастаться я. – У меня почти все государственные машины умеют летать.

– Н-да… – вздохнул Толстой и рассмеялся. – Сахалин изведан только на пять процентов.

Летели мы недолго. Под нами были заснеженные деревья, редкие горы. Пролетели над небольшой деревней. Из нескольких домов шли столбики дыма. Одним словом – красота.

У меня же появлялось ощущение, что тут я чувствую себя как дома. Да, жить в Москве или Широково мне нравилось. И там тоже был мой дом… Но тут… Как будто приехал к родителям на дачу, где спокойно, тихо и уютно. Только это был целый остров.

На Сахалине уже была глубокая ночь. Большинство окон в городе темнели. Свет горел разве что в администрации и гостинице, перед которой мы и приземлились.

– Так, я вас провожу, – вылезая из машины, сказал всем присутствующим.

Когда мы зашли в холл, то там был небольшой сюрприз.

На диванах сидели Петр Романов, Софья Андреевна и Виолетта. Дамы тут же соскочили, как только мы вошли. Старушка кинулась на шею своему супругу, а та, что помоложе, сперва тоже хотела прыгнуть Антону на шею, но в конце остановилась.

– Привет… – неловко произнесла Виолетта.

– Я очень рад тебя видеть, – улыбнулся Антон и первым обнял свою девушку. Она не выдержала и расплакалась от счастья.

– Ой, ну прям мелодрама. Встреча героев! – фыркнула Лора. – Хочешь, я тебя каждое утро так буду обнимать? Даже плакать могу.

– Не завидуй! – ответил ей. – Они боялись, что больше никогда не встретятся.

Когда все обнимания и приветствия были закончены, к нам подошел Петр Романов.

– Рад, что с вами все в порядке! – улыбнулся он и каждому пожал руку.

– Ваше Величество, – поклонился Онегин. – Рад, что вы в добром здравии.

– Можно не так формально, Женя, – улыбнулся он. – Я теперь не царь, – и посмотрел на всех. – Господа, вы проделали большой путь. Хорошую работу и сделали все верно! У нас теперь появился реальный шанс побороться с моим отцом.

– Я убил Гоголя, – ляпнул Фанеров, гордо выпятив грудь.

Петр посмотрел на него с легким недоумением и удивлением.

– Простите, молодой человек, а кто вы?

Честно сказать, я бы тоже не сразу узнал в этом заросшем щетиной, грязном парне того самого Евгения Фанерова. Грозу всех японских девушек.

– Я, Евгений Фанеров. Сын Георгия Фанерова! – громко произнес он.

– Вот как! – с интересом произнес Петр наклоним голову набок. – Что ж, у меня для тебя есть хорошая и плохая новость.

Тут даже мне стало интересно.

– Тогда я выбираю начать с плохой, ваше величество!

– Хорошо, – вздохнул Петр. – Но не стоит так кричать в следующий раз. То, что ты убил Гоголя, это похвально и… Да чего уж там, это удивительно. Произошло это случайно, или у тебя действительно…

– Случайно, – расплылся в улыбке Фанеров. – Чистая случайность!

– В общем, Гоголь был братом моей супруги, Ольги, и я бы не рекомендовал тебе так громко кричать про это. Хоть она его и недолюбливала, но все же они семья… Так что… давай я сам ей скажу эту новость, ладно?

Фанеров тут же закрыл рот рукой и активно закивал.

– А что за хорошая новость? – спросил Федор, опередив Женю.

– Хорошая… – вздохнул Петр. – Георгий Фанеров выжил после покушения.

Я посмотрел на Женю. Он застыл и широкими глазами смотрел на Романова. Долго смотрел. Пока из глаз не потекли слезы.

– Спасибо… – тихо произнес он.

Теперь это был совсем другой Фанеров. Не тот шут, который постоянно кричит и бегает, создавая видимость действий. Это был ранимый парень, который очень любит своего отца.

Я помахал администраторше, и девушка быстро подошла к нам.

– Рассели, пожалуйста, всех в хороших номерах, – шепнул ей на ухо.

– У нас плохих номеров нет, – также шепотом ответила она.

– Найдется номер и для молодых? – кивнул я на обнимающихся Антона и Виолетту.

Девушка хитро улыбнулась и кивнула.

На этом я оставил гостей немного передохнуть, заранее договорившись, что мы встретимся с ними завтра во второй половине дня. Пусть хорошенько выспятся, поедят, отдохнут. Помоются, наконец.

Мы же с Данилой запрыгнули в машину с остальными и поехали в особняк.

И, конечно, как я и предполагал, нас ждала вся семейная банда. Даже Света с Машей не спали.

Трофим сиял, словно новогодняя елка. Рыцари прыгали с ноги на ногу на крыльце, но упорно не хотели заходить внутрь, пока мы не поднимемся.

– Что за праздник? – удивился я, когда мы с Данилой поднялись на крыльцо.

– Мы просто рады тебя видеть, дурачок! – обняла Маша.

Остальные закивали.

– Так, все в тепло! Я сегодня нагулялся на морозе! – сообщил всем присутствующим.

Мы зашли в дом, где меня ждал большой стол с едой.

– Ну то, начальник, – пихнул меня в бок Данила, – второй раунд?

Пришлось и тут не обидеть поваров.

– Все же ты погорячился, – в какой-то момент шепнул я водителю. – У Маруси еда вкуснее.

– Тупанул, – пожал он плечами.

Надя успела пожаловаться, сколько всего ей приходится учить и читать благодаря двум старушкам, которые решили сделать из нее эксперта мирового класса.

Рыцари хвастались, что теперь их тренировки стали более продуктивными из-за того, что у многих солдат появились такие же татуировки. Хоть не все еще научились ими пользоваться.

Боря же успел похвастаться, что в школе познакомился с девочкой, и они уже держались за ручки. От этой новости больше всего была рада Лора. Она подключилась к Еве и долго обнимала пацана, пока тот не понимал, что происходит.

Отсутствовали только Эль со своей сестрой да старушки.

В какой-то момент зазвонил домашний телефон.

– Ого, – удивился Трофим, вставая с места. – Кто это так поздно звонит?

Подойдя к телефону, он снял трубку и пару секунд молчал, потом отстранил трубку и позвал меня.

– Господин, вам звонит Петр Романов, – кивнул он и передал трубку.

– Наверное, что-то забыл сказать, – пожал я плечами и взял трубку.

Трофим вернулся к столу и продолжил застолье.

– Слушаю.

– Поздравляю, ты смог сбежать и убить моего верного подданного, – эти надменные и издевательские нотки я ни с чем не спутаю.

– Петр… И тебе не хворать… Зачем звонишь?

– Я то? – хмыкнул он. – Да просто поболтать хотел. Что, один царь не может позвонить другому?

– У меня тут семейный ужин, и мне не хочется портить его общением с таким, как ты. Лучше скажи, твои солдаты все вернулись? И сколько недосчитался?

– Ой, да это копейки, – вздохнул он.

– Тогда с чего ты вообще решил, что это я?

– Как с чего? Ты был замечал в Подмосковье.

– Но я на Сахалине.

– Ой, ладно тебе, Кузнецов, – вздохнул он. – Думаешь я не понял, что ты освоил портальные техники? У меня есть на тебя досье. У тебя способности ко всем предрасположенностям. Это формальность, что ты уже дома. Лучше скажи, Дункан передала документы?

– Передала, – кивнул я и насторожился.

– Вот и чудненько, – весело сказал он. – Тогда до скорого. Жди гостей. Пока.

Я не успел ничего сказать, как он положил трубку.

Последние слова мне очень не понравились. И это не про гостей…

Глава 15. Не всегда пещеры бывают уродливы.

Наконец спокойная, размеренная жизнь.

После звонка Петра и возвращения из Москвы прошла неделя. Неделя обычных домашних забот, закрытий метеоритов в Дикой Зоне, царского правления и прочих мелких задач, которые, к слову, мне очень даже нравились.

Это куда лучше, чем бегать по подземельям, по заснеженным лесам и горам в поисках каких-то проблем. Но также я не забывал и о некоторых главных задачах. А их у меня на данный момент не так уж и много. Для начала узнать, как вернуть Богдана. Все же хоть я и был в нем уверен, но смотреть на вечно грустную Любавку было очень больно.

Дальше необходимо вернуть Валеру. Да, энергии было предостаточно, но по заявлению Лоры этого все равно не хватало. Но с этим мы как-нибудь справимся. Рано или поздно уж точно.

Еще надо вернуть Российскую Империю ее законному правителю. Много всего Петр Первый подмял под себя, ссылаясь на то, что это государственные активы. Обложил дополнительными налогами население. Возобновил казни. И формировал свою армию из числа приезжих.

Мы несколько раз собирались с Петром и остальными, чтобы разработать планы для дальнейших действий. Иногда эти собрания посещали и Маша со Светой. У них был не такой большой военный опыт, но зато у них имелись теоретические знания, которые они получили от своих отцов.

И должен сказать, у обеих начали появляться небольшие животики, что делало меня невероятно счастливым. Уже появлялось какое-то видимое будущее, в котором я хочу жить со своей семьей. Удивительно, но если вспомнить меня год назад, и в голову не могло прийти, что я буду иметь сразу двух жен.

И вот сегодня на очередном заседании, на котором присутствовали практически все, кто мог помочь в свержении Петра Первого. Была назначена дата начала операции по поиску “ключа” к гибели Петра. Тот документ не сильно помогал, но все же были в нем некоторые подсказки. И за неделю Романов смог разгадать часть. Так что осталось только подготовиться.

Уже после встречи мы с Машей и Катей, как всегда, сели в машину, доехали до школы, где учился Боря и забрали его домой.

Последние дни я сам ездил к нему в учебное заведение, чем вызывал всеобщий восторг и любопытство! Дети каждый раз выбегали на улицу, когда видели мою машину. Приходилось даже пару раз задержаться, чтобы рассказать детям парочку историй. Не самых кровавых, а интересных.

Мне очень нравилась эта спокойная рутина. Я старался получить от всего этого максимум эмоций.

– А представь, что будет когда на планете не останется метеоритов? Когда Божества поймут, что не стоит сюда приходить? – мечтательно сказала Лора.

– Ради этого стоит потрудиться, – согласился я.

Когда мы вернулись в особняк, от меня не ускользнуло, что моя гвардия из татуированных мужиков куда-то собирается в полном обмундировании. Неподалеку стоял Булат и Любавка, как ближайшие питомцы.

– Ого, очередные учения у Трофима? – удивилась Света, глядя, как парочка солдат заряжают пулеметы патронами с добавлением маголита.

Трофима я нашел быстро. Он как раз надевал валенки с бантиками, подаренными ему Ермаковой.

– А куда это вы все такие красивые собираетесь? – удивился я.

– О, Михаил! Только что звонили с рудников, где работают те четырехрукие господа. Говорят, нашли что-то странное. Какую-то пещеру.

– Вот как? – удивился я. – А зачем Булат и Любавка?

Он немного смутился, но продолжил:

– Мне показалось, что раз это сообщили ОНИ, то это явно внештатная ситуация. Знаю, что это народ Валерия и Эля, и они бы просто так не стали дергать нас по пустякам. А значит, ситуация серьезная, а если она серьезная, то Любавка и Булат лишними не будут. Да и они все равно шляются без дела.

Последнее он произнес так, будто ему было обидно за то, что они бездельничают.

Была в его словах доля истины. Просто так Агвид и товарищи не стали бы нас беспокоить. Я пару раз заглядывал к ним, и они были довольны тем, что могут постоянно что-то делать. Так сказать, на благо общего будущего. И это была чистая правда.

Те полезные ископаемые, которые они добывали, уходили в Японию, и Мэйдзи был очень благодарен такому эксклюзивному сотрудничеству, так что не скупился на деньги. Ну и еще к такой выгодной цене приложили руку мои великие финансисты, в лице двух старушек и одной Нади с ее штатом помощниц.

Мы все расселись по машинам, поднялись в воздух и направились к месторождению. На подлете я увидел собравшихся в кучу ребят.

Температура на улице была сильно минусовая, а они стоят себе с голыми торсами и в одних спортивных штанах. Их раздражало само присутствие снега, потому что он таял и, смешавшись с землей, превращался в грязь.

Когда я вышел из машины, Агвид подскочил и с озадаченным видом спросил:

– Господин Михаил, мы обеспокоены тем, что наш король до сих пор в затруднительном положении.

– Хех, как они тщательно подбирают слова, чтобы не обидеть Валеру, – хихикнула Лора.

– Агвид, друг мой, я тоже очень обеспокоен этим событием и делаю все возможное, чтобы как можно быстрее вернуть Валеру к нам, – серьезно ответил я.

– Че-то я не вижу, что ты там напрягаешься! Э! Мне тут вообще-то скучно! – тут же отозвался в голове голос Валеры. – Ты конечно, молодец, что пытаешься… Будь у меня хотя бы половина моих сил, я бы и не просил! Но ты сам же видишь, как все хреново!

– Валера, а ты не видишь, что я последнюю неделю только и делаю, что закрываю метеориты в Дикой Зоне?

– Недостаточно!

– Ой, все, – и продолжил с Агвидом. – Не переживай, скоро он точно вернется. Лучше скажи, что тут у вас случилось?

Мы подошли к горе. И первое, что я увидел, огромный вход в пещеру. Это была не просто дыра, а аккуратно обточенный вход, напоминающий входы в египетские гробницы.

– И зачем было так заморачиваться? – спросил я у Агвида.

– Как это? – удивился он и остальные его приятели. – Если тут не будет красиво, скажут, что мы варвары – только и умеем, что крушить, и больше ничего. Во всей работе должна быть красота! – поднял он сразу четыре руки.

– Кого-то мне это напоминает… – пробубнил я, вот только не мог понять, кого.

Мы прошли внутрь. Внутри было также красиво, как и снаружи. Стены гладкие и ровные. Никаких намеков на то, что тут добывают природные ископаемые. Пока больше складывалось впечатление, что я нахожусь в музее.

Лица моих солдат и Трофима говорили о том же.

– Мы копали как вниз, так и вверх, пытаясь использовать преимущества горы, – пояснил Агвид и повел меня по широкой каменной лестнице вверх. – Там-то мы и нашли этот странный предмет.

– Вы правильно сделали, что позвонили нам, – кивнул ему.

Наконец, мы вышли в просторный зал. Назвать это пещерой просто не поворачивался язык. Все выглядело слишком прилизанным и красивым. Они успели даже какие-то простенькие узоры нарисовать и изображение Валеры верхом на…

– Погодите… – присмотрелся я поближе. – Валера на голубе?

– Да, – кивнул Агвид. – Он рассказывал о первых шагах в этом мире. Так мы и решили запечатлеть это событие в таком ключе.

– Н-да уж… Хорошо что вы не нарисовали… – я повернулся к другой стене и увидел изображение Эля в форме человека, но на заднем плане было запечатлено его альтер-эго в виде гуся с раскинутыми крыльями и обнаженными клыками. – Вы и плащ ему нарисовали, как у вампира…

Мы прошли вглубь зала и там-то я и увидел саркофаг. Такое никогда не забудешь, вот только выглядел он чуть иначе, и меня это заинтересовало.

– Лора, дай краткий анализ и спектрограмму.

– Держи, – и перед глазами замелькали отчеты.

Трофим аккуратно подошел сзади.

– Господин, что это?

– Это саркофаг, через который связываются божества с нашим миром и своими приспешниками. Я видел парочку, принадлежащих хаосу, но этот немного отличается.

– И что это значит? – взволнованно спросил Трофим.

Остальные солдаты стояли в проходе и глазели на настенные рисунки.

– Это значит, что алтарь принадлежит какому-то другому божеству.

Пока я объяснял, Лора продолжала сканирование и добавляла новую информацию.

– О как! – воскликнула она. – Старая знакомая энергия! Дорогой мой, хочешь знать, кому принадлежит этот алтарь?

– Удиви.

– Нашему старому другу, Небесному пастуху.

Это уж было интересно.

– Мы же перекрыли ему доступ? – удивился я.

– Перекрыли, – кивнула Лора, появившись верхом на алтаре. – Но эта штука, судя по всему, тут очень давно. И хоть этот Пастух и вышел из гонки на порабощение Земли, все же связаться мы с ним можем.

– Ну уж нет, – ухмыльнулся я. – Такого точно не произойдет. Лучше просто сломаем его, как и остальные. Еще не хватало призывать обратно этого небесного мудака.

И я уже повернулся, чтобы присказать остальным покинуть помещение, потому что при уничтожении может произойти все что угодно, но алтарь самостоятельно начал излучать сперва слабые волны, а через мгновение вспыхнул ярким светом.

На всякий случай я огородил остальных куполом.

– Лора, отчет.

– Ничего серьезного. Через алтарь точно никто не придет. По крайней мере, у него недостаточно силы для портала. Это больше похоже на сообщение… Или телефонный звонок… Пока не понятно.

– Думаешь, стоит ответить?

– Если только поиздеваться, – хитро улыбнулась Лора.

А почему бы и нет? Один раз мы уже смогли победить этого божка, так что сейчас точно не будет никаких проблем.

Подойдя к алтарю, положил руку, и по каменной поверхности пробежали искры. Раздался едва слышный голос:

– Вот уж не ожидал встретить того, кто не пустил меня в этот мир. Хотя вру, я очень на это рассчитывал.

Голос был едва различим, на уровне шепота, но мне хватило, чтобы распознать его.

– Не скажу, что ты меня заинтересовал, – сказал я. – Я хотел сломать твой алтарь сразу, как только его увидел, но ты каким-то чудом вышел на связь…

– Не заинтересовал? А что если я скажу, что знаю, как достать твоего человека из владений Нечто? Да-да, не удивляйся, я знаю, кто он, кем был и как туда попал. В конце концов, он же некоторое время находился в моих владениях, верно? Вообще удивлен, что и ты смог туда проникнуть… Ты нанес достаточно ущерба, признаю, это было сильно.

– Пастух, верно?

– Небесный, – поправил он.

– Мне не особо важно твое признание и восхищение.

– Надменные люди… – философски продолжил он. – Вы всегда знаете, что лучше, что хуже… Так тебе не нужна информация?

– Не пойму, зачем тебе это? Разве, вы не сотрудничали с Нечто, чтобы усадить Петра Первого на трон?

– А ты не понял? – хмыкнул он. – Я единственный, кто потерял все. Этот жалкий человечишка на троне предал меня, как и Нечто! И я этого так просто не оставлю! Если Земля не достанется мне, то никому больше!

– Ха, вот уж не думал, что вам, божествам, присущи такие низменные эмоции, – улыбнулся я.

– Не обольщайся, Кузнецов, – прошипел Пастух. – Я не спасаю ваш мир, а просто хочу выиграть себе время. Если ты хоть чуть умнее, ты поймешь.

Лора проанализировала варианты событий, и собственно от его слов ничего плохого не случится.

– Ты сам решаешь, верить ему или нет, – добавила она.

– Хорошо, выкладывай… – кивнул я.

Он быстро сориентировался и начал шептать еще тише:

– У Романова есть организация. Мои последователи служили в ней, а все что знают они, знаю и я. У них есть база и там они хранят алтарь Нечто… Именно через него триста лет назад Романов строил планы с хаосом. Найди этот алтарь.

– Этих алтарей полно по всему миру, тут ничего нового…

– Да, но не этот. Если на него упадет метеорит, кристалл внутри срезонирует с алтарем, и на короткое время откроется портал в его владения. Все просто.

– Слишком просто… – хмыкнул я. – Почему вообще Нечто допустил такую явную ошибку?

– Ты уверен, что это ошибка? Как по-твоему появлялись первые генералы хаоса? Через портал у них сохраняется больше сил, чем при стандартном вселении, как это было с остальными, – ухмыльнулся Пастух.

– Откуда эти алтари? Судя по тому, что твой находится в глубине горы, они тут явно не одну тысячу лет.

– Смышленый мальчик, – закряхтел Пастух. – Любая потенциально вкусная планета нуждается в разведке. Мы оставляем в перспективных мирах свои маяки, через которые в будущем нам легче действовать.

– Как банально, – фыркнула Лора. – Что у них за стратегия из прошлого века?

– Ты ему веришь?

– Божеству? – ухмыльнулась Лора. – Ты же пошутил?

– Нет.

– Конечно, я ему не верю. Но есть пятидесятипроцентный шанс, что про алтарь и метеорит он говорит правду. Слишком складно.

– Я тебя услышал, – сказал я Пастуху. – Это все, что ты хотел сказать?

– Пожелал бы тебе удачи, но не буду, – ухмыльнулся Пастух. – Мы еще встретимся, Кузнецов, и в следующий раз ты поймешь, насколько же ты маленькая букашка…

Мы с Лорой переглянулись и кивнули друг другу.

– Ну раз нечего сказать… – в руке появился Ерх. – То буду ждать. Богов я еще не убивал.

После чего, напитав меч энергией, опустил его на алтарь. Прогремел взрыв и помещение заволокло пылью. Я щелкнул пальцами и пыль тут же осела. В центре остался разрубленный напополам алтарь.

Сняв купол защиты, я пошел на выход. Солдаты разошлись, как и четырехрукие здоровяки.

– Что там произошло, господин? – догнал меня Трофим. – Все хорошо?

– Пока, да, – хотя в голове были совсем другие мысли. – Возвращаемся в город…

***

Как только мы приземлились, я в первую очередь заскочил в администрацию к своему губернатору, бывшему гусю. По дороге меня пыталась вытащить Софья Андреевна, но пришлось ее проигнорировать и сказать, что я очень спешу.

В кабинет в Элю я зашел без стука. На диване как всегда валялась мисс Палмер, на столе стоял горячий чайник и печенья. На соседнем диване сидел Донцов и что-то записывал.

– Эль, Мисс Палмер, – с ходу начал я. – Скажите мне, насколько вероятно, что если метеорит врежется в алтарь, откроется портал в мир Нечто?

Оба замерли на секунду и уставились на меня.

– Метеорит в алтарь? – произнес Эль.

Я думал, он будет смеяться, или, наоборот, скажет, что я несу бред, но он задумался.

– А знаешь, это звучит хоть и безумно, но может получиться, – наконец произнес он. – Что скажешь, сестренка?

– Надо попробовать, – уверенно кивнула Палмер.

– Почему вы так решили? – спросил я. Надеюсь, они не от балды это сказали.

– Смежная магия. Алтарь божества и метеорит испускают одни магические волны. Может случиться резонанс, – пояснила Палмер.

– Резонанс… Пастух сказал тоже самое… – кивнул я. – Что ж, спасибо, – и тут же покинул кабинет, оставив брата с сестрой в замешательстве.

Пока спускался к машине, связался с Любавкой.

– Дорогая, двигайся к отелю, где живет дядя Петя.

– Хорошо, а вы с Лорой тоже придете?

– Конечно! – хором ответили мы.

– Ура! Уже бегу!

– Какая она прелесть, – Лора обожала эту маленькую девочку, и тут я был с ней солидарен.

По дороге предупредил Петра Первого и сказал, что буду минут через десять. Тот сказал, что будет ждать.

Подъехав к отелю, я поднялся к его апартаментам. Дверь открыл сам Романов.

– А что? Я не могу дверь открыть? – невозмутимо ответил он на мой удивленный взгляд. – Проходи.

– Соберите всех, – сказал я. – У меня важная новость.

Без лишних вопросов он подошел к столу и снял трубку. Я же выглянул в окно и увидел у входа Любавку. Ей уже никто особо не удивляется, но солдаты до сих пор с опаской смотрели на нее.

Открыв окно, я крикнул:

– Эй, пропустите ее!

Любавка помахала мне одной из лап и быстро забежала к нам.

Остальные члены семьи Романовых также повыходили из своих комнат. Видимо, их заинтересовала эта суматоха.

Через двадцать минут в комнате помимо нас собрались Лермонтов, Роза, Люся, Толстой, Трофим с Марусей, Любавка, Кицуня, Онегин, оба Дункан, Антон с Виолеттой, Маша и Света и Эль с Палмер.

– Ну, – в ожидании хлопнул по коленям Федор. – Давай, трави!

– Недалеко от города я нашел алтарь Небесного Пастуха…

Весь рассказ занял не больше пяти минут. И для достоверности я включил запись беседы через Болванчика.

Когда я закончил, первым тишину нарушил Петр:

– Значит та организация принадлежит отцу… Не удивительно, что он так хорошо ориентируется в мировой политике. Для меня тоже было странным наличие большого числа иностранных рекрутов из других стран… И что ты предлагаешь?

– Можем совместить два в одном, – начал я. – Мне необходимо достать Богдана, но при этом надо попасть к ним на базу. И что-то мне подсказывает, что этот алтарь у них в головном городе. Слишком ценная находка. Так что если мы нападем, то сможем сильно нарушить работу не только организации, но и нарушить планы Петра Первого. Но действовать надо как можно быстрее.

Глава 16. Начало операции.

– Значит, та организация под контролем Петра? – удивился Толстой. – Как это вышло?

– Насколько я помню, Петр Первый триста лет назад часто ездил в Северную Европу, – пояснил Онегин. – Какова вероятность, что он организовал ее в это время? Как тайный правитель?

– От него можно ожидать чего угодно, – кивнул Романов. – Он может сделать такое, чего ты никак не будешь ожидать и это будет ключевым моментом в его победе. Отец часто такое проворачивал. Организовать восстание во Франции? Пообещай раздавать бесплатную еду в двух частях города и потом скажи, что вторая половина находится там, где первая. Вот тебе город и встал на несколько дней. Убить несколько высокопоставленных людей в это время очень легко. – Петр вздохнул и подошел к окну. – И таких примеров куча. Я знаю, как он действует…

– Так что будем делать? – нетерпеливо сказал Федор.

Все повернулись ко мне в ожидании ответа. Хотя я думал, что Петр сам начнет предлагать варианты.

Что ж, раз так…

– Нам надо выяснить, где находится база. Даже если мы найдем хоть город, то этого нам будет достаточно. Вот только как его найти? – и пока для меня это был главный вопрос.

Воцарилась тишина. Никто не знал с чего начать и что предложить.

Слово взяла Маша.

– Мой отец рассказывал, что был на базе той самой организации. Я не знаю подробностей, но, думаю, он может подсказать.

– Так чего мы ждем? – воскликнул Фанеров.

– Да! – поддержал его Федор и отбил ему пятюню.

Все посмотрели на Машу в ожидании дальнейших действий. Но она и сама сообразила, что делать. Достав телефон, набрала отца.

– Ало, па-а-а-п! Привет! Как дела?… Да, у меня тоже хорошо, я тебе звоню по важному вопросу… Нет, со мной все хорошо… Нет… Все хорошо!… Так, подожди, пап, хватит!… Да, у меня есть деньги!… Да, есть!.. Так, я ложу трубку, если ты не будешь меня слушать?… Так, скажи мне, ты же был на территории той самой организации? Не подскажешь, где она?… Погоди, я включу на громкую…

– Не могу сказать… – услышали все голос Кутузова. – В тот раз я был на их базе, но ты сама понимаешь, доча, что они перенесли центральную точку. Тут я ничем не могу помочь. Все, что мне известно, это то, что они расположены в Пруссии. Прости, Машенька, но это все, чем я могу помочь.

– Хорошо, пап, спасибо! — ответила Маша. – У тебя все хорошо?

– Да. У тебя все хорошо?

– Конечно! Может, ты приедешь?

– Я бы с удовольствием, но сама понимаешь… Пока это невозможно… Если только не объявят войну.

– Хорошо, тогда лучше, чтобы мы не встречались? – улыбнулась она.

– Получается так… – вздохнул он.

Маша с ним попрощалась и отключилась.

Петр посмотрел на нас задумчивым взглядом. Собственно, у большинства из присутствующих было такое же выражение лица.

– Есть идеи? – произнес Петр и посмотрел на меня. – Мы же не можем проверить всю Пруссию…

– Согласен, – кивнул я. – У нас недостаточно информации.

Тут руку поднял Онегин.

– Позвольте предложить вариант?

– Конечно, – кивнул Романов.

– Мы можем это узнать у помощника Петра Первого, – он вышел вперед и встал рядом с Романовым. – Он точно знает. У меня есть подозрения, что он тоже наемник из той организации.

– Предлагаешь его поймать? – ухмыльнулся Лермонтов.

– Да, – спокойно кивнул Онегин. – Если мы его поймаем, я смогу узнать у него все, что нам надо.

У членов группы Кузнецова появилась легкая улыбка. Они-то уж точно знали, на что способен Онегин.

– Ты уверен? – взглянул на него Романов.

– А у нас есть варианты? – ухмыльнулся Евгений Родионович.

– Уговорил, – улыбнувшись, кивнул Петр Романов.

– Тогда позвольте, я продолжу? – Онегин вышел перед всеми. – Для начала надо узнать маршрут помощника. Узнать кто он, не составит труда, – он посмотрел на меня, Лермонтова и Антона. – Это вопрос времени, а дальше надо только организовать случайную встречу со мной, и все.

– Ты уверен, что это сработает? – с сомнением произнес Эль. – Что-то мне подсказывает, что у вашего царька на службе не простые люди. Особенно его доверенное лицо и секретарь.

– Да наплевать. Сомневаюсь, что в окружении Петра Первого есть люди, которые смогут выдержать мою предрасположенность… Все, кто может сопротивляться, находятся в этой комнате, – заявил Онегин. – Надо только узнать конкретные координаты.

Я посмотрел на Лору, сидящую на подоконнике.

– Что думаешь?

– А у нас есть выбор? – занимаясь своими ногтями, сказала она. – Узнаем адрес у этого помощника, тогда и продолжим… Пока все в слишком подвешенном состоянии.

Тут я был с ней согласен. Сложно спрогнозировать, пока нет отправной точки.

***

г. Москва Ресторан “Слаще редьки”

Вырваться из Кремля было для Константина настоящим праздником. Все же работать двадцать четыре на семь по шестнадцать часов в сутки было тем еще “удовольствием”. А Петр еще и оказался “совой”, и при этом практически не спящей. Он мог поднять своего секретаря даже в четыре утра с каким-нибудь вопросом, и только попробуй не ответить…

– Мрак… – вздохнул Константин, присаживаясь за столик. Схватив меню, он выбрал себе борща, отослал официантку и устало осел на стуле.

На обед у него было всего полчаса, а потом снова бежать в свой кабинет. Дел там накопилось с горкой – особенно после того, как этот негодяй Кузнецов с Толстым дали деру. А тут еще и Гоголь приказал долго жить... Если так пойдет и дальше, секретарь будет жить на работе. Вернее, он уже там живет…

Через десять минут на столе стояла здоровенная тарелка. Вдохнув аромат, Константин схватил ложку.

Вдруг его накрыло тенью. Длинной и мрачной.

– Не побеспокою? – спросили знакомым голосом, и у Константина упало сердце.

– Конечно, ваше величество…

Когда он поднял глаза, напротив сидело дорогое начальство. Ноги Петр Первый вытянул в разные стороны – такого он был недюжинного роста. Константин хотел было вскочить, но Петр осек его одним движением брови.

– Сиди! Неплохое местечко ты выбрал. Уютно тут…

К ним тут же подбежала официантка. При виде Петра она едва не грохнулась в обморок, но в тот же миг ее лицо приобрело какое-то блаженное выражение.

– Что вам угодно?

– Налей мне борща. И побыстрей. Мы спешим.

Девушка тут же умчалась. Петр же, сложив пальцы на столе, придвинулся к Константину.

– Костя, у нас проблемы… – сказал царь ледяным тоном. – Кажется, они узнали где штаб той организации…

Константин натянуто улыбнулся.

– Не извольте беспокоиться, ваше величество! Это всего лишь блеф! Новая база спрятана так надежно, что ни один…

– Не перебивай. Это дело я беру под свой личный контроль. Если я говорю, что у нас проблемы, к этому нужно отнестись со всей серьезностью. Ты понял?

Секретарь кивнул.

– Алтарь же на прежнем месте?

Секретарь закивал так активно, что чуть не плюхнулся лицом в тарелку.

– Он в Эрфурте, – сказал он. – Как и база, но почему вы решили…

К их столику вернулась официантка и Константин замолк. Поставив Петру горячую тарелку, она улыбнулась.

– Еще что-нибудь будете, ваше величество?

– Думаю, водочки будет в самый раз. Принеси бутылку и два стакана, – и он поднял вверх два пальца. – Давай, шевелись.

Девушка тут же упорхнула. Кажется, рассчитывала на богатые чаевые.

– В Эрфурте нынче не безопасно… – задумчиво проговорил Петр. – Поэтому нам стоит…

Под столом щелкнули предохранителем. Царь осекся.

– Даже не думай дергаться, – и Константин улыбнулся. – Онегин. А иначе твоим бубенцам настанет капут.

Брови Петра Первого поползли вверх. Он настолько натурально изобразил царскую ярость, что на миг у Константина внутри все испуганно сжалось, но он только перехватил пистолет.

– Да как ты… Как ты догадался?!

Константин внутренне выдохнул. Если бы этот “Петр” сейчас обрушился на него с криками, то секретарь точно пустил бы себе пулю в висок.

– Легко, – сказал он, улыбнувшись еще шире. – Петр долгие годы прожил в Европе. Вот у него и появилась привычка показывать “два” большим и указательным пальцем, как в Германии. В отличие от жителей Империи, где в ходу жест с указательным и средним пальцем. Как у тебя…

– Сука! Надо же так облажаться…

И тело царя начало меняться. Через пару секунд перед ним сидел тот самый преступник по имени Евгений Онегин. Не спуская его бубенцы с мушки, Константин расхохотался.

– Вот ты и попался! Давай доедим, а потом выпьем за знакомство. И в Кремль. Кое-кому не терпится с тобой увиде…

Но он не договорил. Вдруг все голоса в ресторане оборвались. Константин недоуменно огляделся – все посетители застыли на своих местах. Даже официантка. Она шла к ним с подносом, где стояла бутылка со стаканами. Так и застыла на полпути.

— Это ты тоже сделал?! – удивился Константин и вытащил пистолет из-под стола.

Осмотревшись, Онегин покачал головой.

– Нет. Это Юра.

– Какой еще к черту… – заикнулся Константин, но тут ему на плечо упала рука. Подошедший действовал абсолютно бесшумно.

Секретарь попытался нажать на спуск, но его глаза закатились за веки, а сам он рухнул на стол – и прямо в тарелку с борщом. Онегин аккуратно вытащил у него из руки ствол и бросил в свою тарелку.

Затем поднялся.

– А ведь мог выстрелить… Не аккуратно.

– Не было времени рассуждать, – сказал коренастый мужчина с проседью в волосах. – Я действовал быстро. Как вы учили меня, Евгений.

Онегин улыбнулся.

– Юрий Елисеев. Сколько лет?..

– Много. Рад видеть.

И они обменялись рукопожатиями.

– Я бы еще поболтал, учитель. Вспомнили бы былое, но…

Где-то зазвучала сирена.

– …вам бы неплохо исчезнуть.

– Ты прав. Я уже узнал, все что хотел. Давай со мной. Тебе этого явно не простят.

Елисеев покачал головой.

– Если меня не будет в ОМЗ, как в следующий раз я спасу вас, Евгений? Давайте быстрее, жандармы скоро будут здесь. А что до этого, – и он кивнул на отключившегося Константина. – То последние полчаса я сотру из его памяти.

Кивнув, Онегин бросился к запасному выходу. Скоро исчез и Елисеев. Уходя, он щелкнул пальцами и ресторан снова ожил.

Ожил и Константин. Оглядевшись, он осознал в какую “лужу” привела его эта чертова работа…

– Мне нужен отпуск.

***

г. Эрфурт.

Пруссия.

Кто бы мог подумать, что новая центральная база будет находиться ровно там, куда вел мой портал! Это было примерно так же, как если бы в казино поставить на зеро. Шансы крайне малы, но все же они сыграли.

Наличие портала уже известно всем участникам операции, да и смысла скрывать его у меня больше нет. По крайней мере, от тех людей, которые были сейчас со мной в машине.

Мы летели к портальной комнате на большом грузовом транспорте. И на этот раз все были готовы. Кто-то проверял экипировку. Кто-то оружие и его состояние. Любавка сидела в углу и наблюдала, как Люся и Роза помогают друг другу подтянуть доспехи.

Федор сидел в противоположной части кабины и с маниакальным энтузиазмом точил кухонный нож, который, судя по всему, был позаимствован с нашей кухни.

В целом никаких проблем не было, когда мы приземлились у портала и прошли через него в Московское поместье.

– Итак, – я собрал всех вокруг. – Я думаю, не надо повторять, что мы должны сделать?

– О да… – поглаживая лезвие ножа, прошептал Федор.

– Миша, ты уверен, что тебе не нужна наша помощь? – спросил Толстой.

– Нет, Лев Николаевич. Мы с Любавкой справимся. Я в этом уверен на все сто.

Наши взгляды встретились.

– Хорошо, тогда действуем по плану, – кивнул он и обратился к остальным. – Три группы! Я, Лермонтов и Роза. Онегин, Федя и Люся. Антон, Ася и Виолетта.

Конечно, у меня были некоторые вопросы в формировании группы, но, поразмыслив, я понял, что все были сформированы не по силе и навыкам, а по совместимости и командной работе.

– Тогда готовы? – произнес я, выпуская из кольца все имеющиеся детали Болванчика. По одной они подлетели к каждому из группы.

В ответ я получил молчание и сосредоточенные взгляды. За спиной завибрировал Ерх, будучи готовым показать, на что способен.

– Тогда погнали! – поднял я руку и первым пошел в портал.

С той стороны меня встретило серое небо, мелкий дождь и холодный ветер, неприятно лезущий под одежду. Подождав, когда все перейдут ко мне, я запечатал портал. Быстро проверил состояние каждого. Лора подтвердила, что все готовы. Ну а я другого и не ожидал.

Мы вышли с опушки.

– Держись рядом, – сказал я Любавке. – Мы с тобой в паре.

– Да, Миша, я помню, – кивнула она. – Но я же могу действовать по ситуации?

– Разумеется, – кивнул я. – Только не уходи далеко.

На часах был полдень. Город работал на полных оборотах. Горизонт украшали заводы с бесконечными трубами. Это были мелкие предприятия по производству оружию, доспехам и прочей промышленностью.

Мы не стали скрываться и зашли в город при полном параде. Я не сомневался, что как только нас увидят, информация пойдет кому надо. Все же практически все жители города работали на организацию. И в этом плане было проще ориентироваться.

Тут не было случайных жителей. Любой человек, будь то женщина, старик или ребенок, были наемниками. Просто в свободное время они играли свои определенные роли. И это даже интересно, насколько организация наладила эту структуру.

Не заметить нас было невозможно. Мы были в полной экипировке, с оружием и при этом со мной рядом шагал монстр под три метра ростом.

– О вас уже сообщили, – сказала Лора, подключившись к местной связи. – Ждут, пока вы покинете стратегически важные объекты и окажетесь в центре.

– Они хотят нас окружить, – вздохнул я. – Как же это банально. Думаешь, у них есть еще козыри в рукаве, помимо Исполинов?

– Кто знает? Эта организация не так проста, и я думаю, что да, есть козыри, – ответила Лора. – По крайней мере, просчитав все возможные варианты, могу сказать, что процент высокий.

Наш план был прост. Войти как можно глубже в город, и как только на нас попытаются напасть или остановить, вступить в битву, разрушая все на своем пути. Благо, разрушительной мощи у нас хватало.

Если битва затянется, то у нас есть Лермонтов с его воскрешением нежити. Для массовых разрушений подойдет Любавка и Толстой. Поддержка была на Виолетте, Розе и Люсе. Хотя последние две тоже могли навести шороху.

Вот только добраться до центра нам не дали. Как только мы покинули промышленный квартал, все дороги перекрыли военные машины. На заднем фоне я увидел танки, а в небо подняли несколько дирижаблей.

– Неизвестная группа магов, сложите оружие и сдайтесь властям! – прогремел голос на иностранном языке.

Мы только ухмыльнулись. Толстой же, усилив голос, крикнул в ответ:

– Какие основания? Мы просто идем по городу!

Повисла пауза. Хотя Лора уже передала мне данные о том, что мужчина, который кричал в рупор, сейчас советуется с остальными для правильного ответа.

– Вы…

Тут уже решил действовать я. Усилив голос, крикнул:

– Нигде не сказано, что мы не имеем права ходить по улицам в броне и с питомцем! Это нарушение магического закона о передвижении!

– Вы в закрытом…

Но я и тут его опередил:

– Этот город не считается закрытым, раз мы заехали сюда без получения пропуска и прохождения проверок! Да и по всем международным документам нигде не указано, что этот город закрыт!

Опять повисла тишина. Толстой с Онегиным улыбались, понимая, что я просто издеваюсь.

– Вы находитесь…

– Я, Михаил Кузнецов, царь Сахалина, нахожусь в международном розыске только со стороны Российской Империи!

– Ошибка! – тут же воскликнули с той стороны. – Российская Империя сотрудничает с Пруссией, так что у нас общие базы данных…

– Ай, ладно, – махнул я рукой, обращаясь к своей группе. – Хватит мозги целовать. Начинаем.

После этого я поднял руку и сжал в кулак. Несколько разрядов молний ударило во впереди стоящие танки, полностью выводя их из строя.

Остальные моментально среагировали и сорвались врассыпную.

– Любавка, у тебя пять минут свободного времени, – добавил я.

– Хорошо! – продавалась она и выстрелила лучом в военный автомобиль, пробив его насквозь и еще несколько зданий за ним.

– Лора, найди мне центр управления! Полный доступ!

Глава 17. Не подскажите, как пройти к алтарю?

Оперативно-наблюдательный штаб той организации.

Просторную комнату с панорамными окнами наполнял аромат кофе. Десятки мониторов с разными показателями, графиками и схемами стояли вдоль стен, а за ними сидели люди. Один был в костюме. Вторая в кухонном халате. Третий был в костюме монтажника. Все словно бы пришли с улицы.

При этом каждый сосредоточенно пялился в экран и иногда кричал что-то другому.

– Графики на европейском рынки скакнули на три процента!

– В Валахии десять чиновников разом подали в отставку.

– Франция говорит, что нужно больше золота!

За всем этим, сидя в центре на крутящемся стуле, наблюдал один мужчина. Вид у него был такой же странный, как и у остальных присутствующих. Но его это не смущало. Никого это не смущало, потому что конспирация важнее всего.

Перед ним на небольшом столике стояла кружка горячего кофе, а в руках были отчеты и бумаги, на каждой из которых стояли гербы Российской Империи.

– Проверьте, что у нас по границе с Речью Посполитой. Необходимо переправить Петру Первому две тысячи солдат…

Он говорил не спеша, обдумывая каждое слово. Вот только его размышления и сосредоточенность нарушил стук резко распахнувшихся дверей.

В центр управления ворвался один из помощников с широко открытыми глазами. Наплевав на все нормативы, субординацию и правила, подскочил к мужчине в центре.

– Господин! Вторжение!

Но мужчина, которого только что назвали господином, медленно повернул голову к вновь прибывшему.

– Не понял? А кто дал тебе право, так врываться в центр управления и наблюдения? Кажется, кто-то стал слишком поверхностно относиться к своей работе! – последние слова он уже сказал громко, чтобы это услышали все, кто работал за мониторами.

– Простите! Но это срочно! На границе города появился отряд! Они уже прошли промышленную зону, и …

– И что? – фыркнул главный. – Убейте их! Кто бы это ни был! Они пришли туда, куда не стоило соваться…

– Там были замечены Кузнецов, Толстой, Онегин, Лермонтов, две женщины… Точной информации нет, но есть подозрения, что они из старой группы Кузнецова! С ними питомец, который призывает метеориты! И два Дункан! – на одном дыхании выпалил он. – И это еще не все! С ними младший Есенин!

– Что?! – вскочил мужчина. – Вывести на экран! Показать их!

С потолка выехал огромный монитор, на котором мозаикой начали появляться изображения с камер в городе.

– Вычислить их маршрут! Узнать, куда они двигаются! Быстро! – рявкнул главный. – Объявить общую тревогу. У нас город состоит практически из силовиков и магов! Они не могут зайти далеко!

На экране появились изображения группы. Все были в боевой броне и с оружием. Рядом с Кузнецовым шагал монстр.

– Увеличить! – приказал главный, и весь экран заняло одно изображение группы.

Все, кто сидел за экранами, отклонились назад, чтобы тоже посмотреть на вторженцев. Каждый должен был знать врага в лицо.

В какой-то момент Кузнецов повернулся, посмотрел прямо в камеру и показал средний палец.

– Это совпадение, – прошептал кто-то из присутствующих.

– Обеспечить мне максимальную защиту! – приказал главный и ударил по красной кнопке.

***

Я специально не просил Лору отключать камеры. Пусть все знают, где мы находимся и что делаем. Так было легче управлять нападавшими.

Мы практически моментально разделились на несколько групп, как и договаривались. При этом я продолжал за всеми наблюдать. Лермонтов с Толстым пошли в лобовую. Наверное, это была самая убойная и эффективная группа.

Своим молотом Лев Николаевич не щадил никого. Ни технику, ни солдат, ни магов, которые пытались всячески его остановить. Михаил Юрьевич же действовал чуть сбоку, делая примерно то же самое, но с солдатами. Все же противостояние тяжелой техники не было его основной задачей. Он быстро переключил внимание на себя.

Каждый убитый им солдат, поднимался и сражался на стороне Лермонтова, чем создавал неразбериху в рядах противника. Удобно, когда за тебя такой сильный и очень дисбалансный человек. Они быстро углубились в город. Были видны только клубы дыма, взрывы и слышен грохот.

Группа Онегина же, наоборот, ускакала в сторону промышленных районов, также сея хаос и разрушения.

И поначалу я переживал, что Федор, хоть и сильный боец, но все же простой человек без какого-либо магического наполнения. Его бессмертие не в счет, так как оно не дает ему неуязвимость или что-то подобное. По факту это просто сильный и ловкий мужик.

Но просмотрев видео, я расслабился. Роза его страховала, а Онегин занимался тем, что залезал в головы водителей тяжелой техники. Танки, пулеметы… Создавался хаос, в котором свои нападали на своих.

– А вы чего? – посмотрел я на Антона, Асю и Виолетту. – Чем займетесь?

В меня прилетел какой-то огненный шар с начинкой из магмы, но я накрыл нас куполом защиты и даже не посмотрел, кто это был.

– Че, крутые парни не оборачиваются на взрывы? – хмыкнула Лора.

Хотя я точно знал, что тот, кто нас атаковал, был уже мертв. Болванчик позаботился об этом.

– Я хочу двигаться в западном направлении, – сказала Дункан. – К берегу. Там могут быть военно-морские суда. Надо сделать так, чтобы у них не было пути отступления через воду.

– Разумно, – кивнул Антон. – Тогда чего мы ждем?

Рядом с нами уже была защищенная зона и стояла куча техники. Антон первым побежал к машине.

– Погодите! – крикнула Виолетта и подбежала к ним. – Меня тут бабушка научила одному фокусу…

После положила ладони Антону и Асе на грудь и начала что-то нашептывать.

– Ну все, – резко улыбнулась она, убирая руки. – Теперь я буду знать о вашем состоянии. Так сказать, чтобы понимать, что у вас болит и быстро это исправить.

– Огонь! – улыбнулась Ася.

Они быстренько прыгнули в машину и укатили в сторону берега.

Я же посмотрел на Любавку. Она была сосредоточена, спокойна и ждала моих указаний.

– Ну что, как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Мне тут не нравится, Миша. Тут столько плохих людей! Я чувствую их запах. Они очень сильно воняют. И не вкусно! Трусы, убийцы, еще кто-то…

– Фиксирую быстрое движение в нашу сторону с восточной стороны, – сказала Лора.

Болванчик взлетел выше, и мы увидели, как на нас несется Исполин. Быстрый. Огромный. При этом он с легкостью пробивал своей железной головой здания, не щадя никого.

– Можно я? – посмотрела на меня Любавка и состроила жалобную морду, на сколько это вообще было возможно.

– Да пожалуйста… – кивнул я и обратился к Болванчику с Лорой. – Ищите центр управления.

Любавка же вышла вперед и начала медленно формировать на кончике языка маленький светящийся шарик энергии.

Когда Исполин пробил очередной дом и показался в поле зрения, тонкий луч пробил его насквозь, оставив в районе головы маленькую аккуратную точку. Он по инерции сделал несколько шагов, затем рухнул на землю.

– Вот и умничка! – похлопал я Любавку по лапе. – А теперь давай прорываться.

– Я нашла центр управления. Судя по всему, там сидит тот, у кого сейчас есть доступ к камерам. Он наверняка может нам подсказать, где найти нужный алтарь, или человека, который знает…

Тут же появился маршрут: едва заметная красная линия.

– Успеешь за мной? – детальки Болванчика прилипали к моим ногам и корпусу для ускорения.

– Ничего сложного, – хихикнула девочка.

Мы сорвались с места одновременно, оставив за собой пыльный след.

Пока пробегали по улицам небольшого города, нам постоянно попадались то восставшие мертвецы с оружием, какие-то смятые танки, грузовики и полуразрушенные здания. Единственного, чего не было, это трупов. Лермонтов постарался на славу.

– Они правда создали целый город наемников? Это вообще реально?

– То есть, после метеоритов с монстрами, магии, питомцев и божеств, тебя еще есть чем удивить? – заявила Лора.

– Я больше удивлюсь, когда мы найдем Богдана.

Наконец, путеводная линия вывела нас с Любавкой к небольшому строению в центре города. Это была одна из забегаловок, которые предлагают быстро и дешево перекусить. Называлась она соответственно “Быстро – и точка.”

И совершенно очевидно то, что тут не просто кафе. А все из-за кучи магов. Их было около пятидесяти человек. Полная экипировка, мечи, булавы, автоматы, пистолеты… Одним словом меня ждали во всей красе.

Мы не стали с Любавкой скрываться и выбежали на площадь.

– Ого, а они не скупятся на охрану! – заявила Лора.

И правда, если присмотреться, оружие и доспехи были первоклассные. Одни были под старину, другие больше походили на экзоскелеты. Кому как удобнее. Да и ранги у ребят были далеко не Специалисты.

Детальки отклеились от меня, зависнув в воздухе. В руках у меня появились мечи, и Ерх начал вибрировать от ожидания сражения. Кажется, он теперь не боялся, что найдется оружие, которое сможет его победить. Вот только, что на это повлияло? Мой новый ранг? Или опыт прошлых сражений? Неизвестно.

Нас тут же заметила толпа у забегаловки. Никто не старался нападать первым.

– Зря ты сюда пришел, Кузнецов! – кто-то крикнул из толпы. – Тебе не уничтожить нашу организацию!

Я же только пожал плечами и медленно пошел на них. Рядом топала Любавка, а за спиной огромным роем летали детальки. Наверное, выглядело это недостаточно внушительно, поэтому я пустил по мечам энергию. И немного переборщил.

Энергия от клинков начала корежить асфальт.

Ко мне навстречу вышел какой-то здоровяк со странными клинками-полумесяцами, размером с половину его тела.

– В последние недели меня интересовало одно, – вставая в стойку, произнес он. – Правда ли все то, что о тебе говорят?

Он разжал руки и два клинка застыв воздухе, начали сами собой вращаться.

– Давай проверим, – спокойно пожал я плечами. – Но учтите все! Я не собираюсь с вами играть! Если вы сражаетесь против меня, значит готовы к смерти!

– Много болтаешь! – взмахнув рукой, здоровяк направил в меня полумесяцы.

– Лора, замедли…

Мозговая активность ускорилась в несколько раз, так что стремительно летящее в меня оружие замедлилось настолько, что я мог посмотреть все узоры на нем.

Воткнув два меча в асфальт, я сделал пару шагов вперед и поймал оба орудия.

Кричащие маги замолчали. Здоровяк вообще впал в ступор с открытым ртом.

– Как я и предупреждал… – напитав своей энергией клинки, я перекрыл его магию и, размахнувшись, кинул полумесяцы владельцу.

Разница была в том, что хозяин оружия не смог его поймать. И стоящие за ним несколько человек тоже. Так что смерть настигла их быстро.

Тут уж остальные пришли в себя и начали медленно окружать меня с двух сторон.

– Давайте я вам помогу, – и мы с Любавкой пошли вперед. После чего нас быстро окружили.

Как только круг замкнулся, в меня полетели заклинания. Накрыв нас куполом, я пустил туда дым, чтобы нас с Любавкой не было видно. А сам решил прокачать немного телепортацию.

Пять человек тут же полегли, а остальные не поняли, что произошло.

– Он снаружи! – крикнул один из магов, и тут же лишился головы.

Я не был приверженцем того, чтобы враги мучались пред смертью. Хотя, конечно, бывали и исключения.

Купол с Любавки был снят. После чего она ринулась на подмогу.

***

Оперативно-наблюдательный штаб той организации.

В городе творился хаос и неразбериха. Уже ехали войска усиления, но такими темпами они просто могут не успеть.

– Где Кузнецов? – рявкнул главный, наблюдая за всем происходящим с монитора. – Почему я его не вижу?

– Он у входа! – ответил один из операторов и переключил камеру.

Вход в кафе “Быстро – и точка” был перекрыт трупами солдат. Как раз сейчас последние маги упали у ног монстра, сопровождающего молодого парня.

– Это Кузнецов! – рявкнул главный. – Законсервировать вход!

– Но начальник! Мы же не сможем выбраться без помощи извне?!

– Болван! Кузнецов не должен сюда проникнуть! Выполнять волю нашего господина! – вскочил мужчина.

Два оператора кивнули и достали ключи. На приборной доске они открыли полупрозрачные крышки с красными крестами, вставили туда ключи и синхронно повернули. У главного из-под пола выехал небольшой постамент, на котором был один единственный рычаг. Он тут же его дернул. Воцарилась гнетущая тишина. Все в помещении замерли, прислушиваясь к звукам.

– Почему ничего не работает? – удивился начальник и посмотрел на экран.

Кузнецов только что зашел внутрь и направился прямиком к холодильникам, где и был секретный проход.

– Я спросил, почему не сработала консервация?! – крикнул мужчина.

На камерах Кузнецов подошел вплотную к холодильнику и замер.

– Не понятно… – произнес один из операторов. – Все оборудование перестало работать…

В этот момент Кузнецов опять посмотрел в камеру.

– Удивлены? – произнес он. – Не переживайте, как только я войду, помещение законсервируют.

После чего легким движением руки откинул холодильник, за которым были механические двери.

***

Любавке было тесно.

Секретные проходы не предназначены для больших монстров. Так что ей пришлось протискиваться, занимая почти все пространство.

Лора заблокировала двери на выход и вывела мне схему всего здания.

На удивление оно не было таким уж большим. Оно уходило вниз всего на три уровня. И первый уровень как раз был тем самым центром наблюдения.

– Взломать их систему было проще простого… – надменно заявила Лора. – Да у кого вообще в этом мире будет достаточно сильная система защиты? Пфф… Короче, там фигня…

Мы подошли к железным дверям, где собрались разношерстные работники и их начальник. Большая часть персонала собралась у больших панорамных окон. Оказалось, что это просто экраны с изображением улицы. По мне так вообще неудобно.

Из вежливости я постучался.

Через камеры наблюдал, как их главный пытался что-то настроить на своем пульте, но, конечно же, ничего не получалось.

– Откройте? – крикнул я и получил в ответ… Ничего.

Тогда я кивнул, и Лора открыла двери.

– Предупреждаю! – тут же крикнул начальник. – Еще шаг и я запущу самоуничтожение!

– Не запустишь, – спокойно сказал я, заходя внутрь.

Любавка пролезла за мной и не спеша начала подходить к операторам. Те засуетились.

– Просто стой рядом с ними, – сказал я ей.

– Ты уже не выйдешь отсюда живым! – продолжал угрожать начальник этой богадельни.

– Молчать! – меня уже раздражал его голос. Такой скрипучий и неприятный. – Где алтарь?

– Какой алтарь? – непонимающе произнес он.

Лора подтвердила, что это ложь. Убрав мечи за спину, я подошел вплотную к нему.

– Имя?

– Я не простой человек, Кузнецов, – ухмыльнулся мужчина. – И тебе меня не запугать!

– Ты так уверен? Алтарь находится тут?

Он молчал, но и этого мне хватило, чтобы прочитать эмоции.

– Значит тут… Он внизу?

Опять молчание.

– Отлично. Еще раз, как тебя зовут?

– Гарольд…

– Пошли, Гарольд. Ты понадобишься мне, чтобы попасть внутрь.

Я протянул руку, но он опять нажал какую-то кнопку.

– Прощайся с жизнью, – рассмеялся он. – Уже наплевать, что ты узнал о наличии алтаря, и что он внизу. Через несколько секунд прогремит взрыв, и ты ничего не получишь!

Ну вот за что мне такие противники?

– Вы, – я посмотрел на операторов. – Все вон… – щелкнул пальцами, и входная дверь открылась.

Два раза повторять было не нужно, и все быстро покинули помещение, оставив нас с Гарольдом наедине.

– Как ты понял, никакого взрыва не будет, – вздохнул я. – Мне нужен только алтарь. Чем быстрее ты меня к нему проведешь, тем быстрее мы уйдем и перестанем убивать и разрушать ваш город.

– Ха, думаешь, я позволю тебе пройти к алтарю?

– Да, – кивнул я. – Потому что в противном случае я оставлю тебя в живых, и более того, лично доставлю к Петру Первому. Как ты думаешь, что он с тобой сделает, когда узнает, что именно ты был причиной нашего длительного присутствия тут? Выбирай: или алтарь, или разрушенный город и крах организации?

От автора: Дорогие друзья! Страсти накаляются! Мы уходим на платную главу, где интриги, скандалы и расследования!

Я же хочу попросить с вам маленький лайк. Для вас это пустяк, а для меня ЭТО ЖИЗНЬ Больше мотивации и уверенности в том, что я все делаю правильно! Всех обнял и спасибо вам, что вы продолжаете творить эту историю вместе со мной!