Я все еще не бог. Книга XXXVI

Глава 1. Инструкция по побегу из самой опасной тюрьмы.

Кремль.

Москва.

Телефон зазвонил в три часа ночи. Пётр Первый открыл глаза, но не пошевелился. Екатерина рядом спала крепким сном, и он не хотел её будить.

Бесшумно выскользнув из постели, он прошёл в кабинет и взял трубку.

– Слушаю.

– Добрый вечер, Пётр Алексеевич, – голос президента США звучал насмешливо. – Или у вас уже утро? Вечно путаюсь в этих часовых поясах.

– Чего тебе надо? – устало вздохнул Петр.

– Прямо к делу? Хорошо. Мне стало известно о печальной участи господина Воронцова. Какая трагедия. Такой талантливый дипломат.

Пётр усмехнулся.

– Согласен, очень талантливый. Жаль, что он так быстро покинул меня… Так сказать, пробил дыру в сердце.

– Предатель, шпион, агент влияния, называйте как хотите. Суть в другом. Вы убили моего человека. Это было неразумно.

– Твой человек работал против моей страны. Я сделал то, что должен был. – пожал плечами Петр.

– Разумеется, разумеется, – президент помолчал. – Но видите ли, Пётр Алексеевич, у действий бывают последствия. Если вы и дальше будете сопротивляться, это может плохо кончиться.

– Угрожаешь?

– Предупреждаю. Дальше будет только хуже. Для всех.

Пётр почувствовал, как начинает раздражаться. Но голос его остался ледяным.

– Ты забываешься, мальчик. Я правил империями, когда твоя страна еще была колонией.

– Времена меняются, – в голосе президента появились стальные нотки. – Даже бессмертные могут умереть. Спросите у Воронцова. Хотя нет, уже не спросите.

Связь оборвалась.

Пётр некоторое время смотрел на телефон, затем отложил его в сторону. Угрозы американца его не пугали. Скорее, забавляли. Этот марионетка хаоса даже не понимал, с кем связался.

Он подошёл к окну и посмотрел на ночную Москву. Город спал, не подозревая о бурях, которые собирались на горизонте.

Через час включились утренние новости. Пётр смотрел их в кабинете, потягивая горячий чай.

“ – Срочное сообщение, – диктор выглядел растерянным. – Правительство Соединённых Штатов Америки объявило о полном прекращении экономического сотрудничества с европейскими странами. Все торговые соглашения заморожены. Внутренний и внешний рынки США закрыты для европейских товаров и инвестиций.”

Пётр отпил чай.

“– Эксперты называют это решение беспрецедентным, – продолжал диктор. – Европейские биржи уже отреагировали падением индексов. Представители Франции, Пруссии и Римской Империи требуют экстренного созыва совета…”

Царь выключил телевизор.

Он знал, что это значит. Американцы решили надавить на Европу, чтобы та надавила на него. Старая как мир тактика. Вот только они не учли одного: Европа и так была ослаблена после войны с Сахалином. Теперь же она окажется в полной изоляции.

Пётр улыбнулся.

Он встал и прошёл в дальнюю комнату кабинета. Там, за потайной дверью, находилось помещение, о котором знали лишь единицы.

В центре комнаты стоял большой ящик из чёрного дерева. Внутри, погружённое в магический сон, лежало тело Владимира Кузнецова.

Пётр подошёл к ящику и положил руку на крышку.

– Ну что, мой верный воин, – тихо произнёс он. – Кажется, пора начинать финальный акт.

Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то хищное.

– Они думают, что загнали меня в угол. Какая наивность. Они даже не представляют, что я готовил все эти годы.

Пальцы царя пробежали по резным узорам на крышке.

– Скоро, Владимир. Очень скоро ты мне понадобишься.

***

Вашингтон.

Посольский квартал.

Последний день переговоров выдался самым утомительным.

Газонов сидел за длинным столом, окруженный американскими чиновниками, юристами и какими-то людьми в одинаковых серых костюмах. За две недели он научился различать их по степени враждебности во взгляде.

– Итак, подведём итоги, – произнёс госсекретарь, листая толстую папку. – Торговое соглашение по редкоземельным металлам?

– Согласовано, – кивнул Газонов. – Сахалин поставляет, вы платите. Всё просто.

– Вопрос квот на маголитовые материалы?

– Отложен до следующих переговоров. Вашим экспертам нужно больше времени на изучение технологии.

Госсекретарь поморщился. Газонов знал, что “изучение” означало “попытки скопировать”. Но пусть пытаются. Наталья уже работала над улучшенной версией.

– Культурный обмен студентами?

– Одобрен. Пятьдесят человек с каждой стороны. Сроки и условия прописаны в приложении.

Американец сделал пометку в блокноте.

– Размещение в вашей дикой зоны базы научного центра Сахалина?

– Отклонен. Эта территория находится под юрисдикцией США. – возразил секретарь.

– Но дикая зона не принадлежит США…

– Отклонен, – повторил Американец твёрже. – Это не обсуждается.

– Чтож, тогда никаких претензий…

– Что? - не понял секретарь.

– Ничего, – улыбнулся Газонов.

Госсекретарь явно хотел возразить, но сдержался. Они уже трижды возвращались к этому вопросу, и каждый раз упирались в стену.

Следующие два часа прошли в бесконечном согласовании мелких деталей. Формулировки, даты, подписи. Бюрократия не знала границ, и американская ничем не отличалась от российской.

Наконец, когда последний документ был подписан, Газонов вышел на балкон и достал телефон.

– Михаил, – сказал он, когда на том конце ответили. – Мы закончили.

– Как прошло?

– Торговое соглашение подписано. Культурный обмен одобрен. По остальным вопросам были некоторые шероховатости, но мы пришли к нужным решениям…

– Отлично. Что-то ещё?

Газонов понизил голос.

– Они очень интересовались нашими военными технологиями. Особенно после того, как увидели запись боя с метеоритными тварями.

– Ту самую, которую мы подмонтировали?

– Именно. Их аналитики до сих пор пытаются понять, откуда у нас столько истребителей.

На том конце раздался смешок.

– Пусть гадают. Что-нибудь подозрительное заметили?

– Ничего конкретного. Но атмосфера... напряженная. Они чего-то ждут.

– Понял. Вылетайте домой. И будьте осторожны.

– Всегда.

Газонов отключился и вернулся в зал. Маргарита уже собирала документы, а остальные члены делегации прощались с американскими коллегами.

– Летим? – спросила она.

– Летим.

Кицуня довольно тявкнул и уткнулся носом в ладонь Газонова.

Их проводили с подобающими почестями. Чёрные машины, эскорт мотоциклистов, торжественные улыбки на лицах провожающих. Всё как положено.

Дирижабль ждал их на специальной площадке за городом. Большой, с гербом Сахалина на борту. Команда уже готовила судно к отлёту.

– Господин Газонов, – к нему подошёл какой-то чиновник из госдепартамента. – Надеюсь, ваш визит был продуктивным.

– Более чем.

– Мы всегда рады гостям с Сахалина.

“Особенно когда можете за ними шпионить” – подумал Газонов, но вслух сказал:

– Благодарю за гостеприимство.

Они поднялись на борт. Двигатели загудели, и дирижабль медленно оторвался от земли.

Маргарита подошла к иллюминатору.

– Красивый город, – сказала она. – Жаль, что им управляют такие неприятные люди.

– Это политика, – пожал плечами Газонов. – Тут все неприятные.

– Включая нас?

– Особенно нас.

Дирижабль набрал высоту и взял курс на восток.

***

Военная база США.

Где-то в Неваде.

Тюремный блок располагался на минус третьем уровне. Сюда не проникал солнечный свет, и единственным источником освещения были тусклые лампы под потолком.

Валера сидел на полу своей камеры, скрестив ноги. Через решётку он видел соседнюю камеру, где находился Буслаев.

– И давно ты тут? – спросил Валера.

– Я тут неделю! – Буслаев выглядел недовольным. Под глазами залегли тёмные круги, а некогда крепкое тело немного осунулось. – Или больше. Я уже сбился со счёта.

– Чего они от тебя хотят?

– Информацию о Кузнецове. Какие-то эксперименты делают на мне…

– И ты им что-то рассказал?

Буслаев горько усмехнулся.

– Все что надо, я им уже сказал. Тебе не скажу. Вдруг ты подосланный шпион?

Валера кивнул. Он понимал этого человека. Пешка хотела стать королевой, но ее использовали и выбросили.

– Хочешь вернуться домой?

Буслаев поднял голову.

– Больше всего на свете. Мне не нравится этот мир. Эта магия. Эти бесконечные войны. Я просто хочу и дальше жить спокойной жизнью.

– Будет, – уверенно сказал Валера. – Но спокойствие - это скучно.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я тоже когда-то потерял всё. И знаю, каково это, когда единственное, что тебя держит, это надежда вернуться.

Они помолчали.

– А ты? – спросил Буслаев. – Ты-то как тут оказался?

– Долгая история. Скажем так, я решил посмотреть страну, проверить, насколько тут все сильные.

– И как?

– Да тут слабые все, – Валера улыбнулся. – Одни говорят, что эта страна - оплот силы. Но я бы сказал, что это злая сила. Сильный приезжает, становится слабым. Страна забирает силу.

Буслаев моргнул.

– И у тебя она тоже забрала?

– Ха, издеваешся? – засмеялся Валера на весь коридор. – Я даже не напрягаюсь.

По коридору прошёл охранник. Здоровенный детина с квадратной челюстью и маленькими злыми глазками. Он остановился напротив камер и оскалился.

– Ну что, весело вам? Смотрю, расслабились вы тут! Неужели устали?

Валера посмотрел на него без особого интереса.

– Сносно. Кормят паршиво, но я и не такое ел.

– Остряк, да? – охранник подошёл ближе к решётке. – Знаешь, будь моя воля, я бы давно с вами разобрался. Особенно с тобой, умник.

– Правда? И как бы ты разобрался?

– Показал бы, кто тут главный.

Валера поднялся на ноги. Несмотря на недели заключения, он двигался легко, почти грациозно.

– Интересно. И кто же тут главный?

Охранник сплюнул на пол.

– Уж точно не ты, болван. Сиди тихо и жди, пока начальство решит, что с тобой делать.

Он ушёл, грохоча сапогами по металлическому полу.

– Приятный парень, – заметил Буслаев.

– Очаровательный, – согласился Валера. – Надеюсь, мы ещё встретимся.

В этот момент в его голове раздался знакомый голос. Лора установила связь.

– Валера, это Михаил. Слышишь меня?

Валера мысленно ответил:

– Слышу, Мишаня. Что там у вас?

– Забирай Буслаева и уходи. Хватит сидеть в этой дыре.

– Наконец-то! А то я уже начал скучать. Можно уходить как мне хочется?

Пауза.

– Эм… На твоё усмотрение. – голос Михаила прозвучал не так уверенно.

Валера широко улыбнулся.

– Мишаня, ты сделал мой день.

– Только постарайся не разнести весь штат.

– Ничего не обещаю.

– Валера...

– Ладно-ладно, постараюсь. Но если кто-то полезет, я не виноват.

Связь прервалась.

Валера повернулся к Буслаеву.

– Собирайся. Мы уходим.

– Что? Как?

– Через парадный вход, разумеется. Я не люблю чёрные ходы.

***

Наблюдательная комната.

Тот же момент.

Сержант Джексон сидел перед мониторами, лениво потягивая кофе. Ночная смена была самой скучной. Заключённые спали, коридоры пустовали, и единственным развлечением было наблюдать, как мигают лампочки на панели.

Он бросил взгляд на экран, показывающий блок особо опасных заключённых, и поперхнулся кофе.

По коридору спокойно шёл тот самый заключённый из камеры сорок семь. За ним семенил Буслаев. Оба выглядели так, будто вышли на вечернюю прогулку.

– Какого чёрта? – Джексон вскочил на ноги.

Он схватил дубинку и выбежал из комнаты. Протоколы требовали сначала поднять тревогу, но Джексон был не из тех, кто следует инструкциям. Особенно когда речь шла о заключённых, над которыми он так любил издеваться.

Он нагнал их у поворота.

– Стоять! – заорал он, замахиваясь дубинкой.

Заключённый даже не обернулся. Просто отмахнулся рукой, как от назойливой мухи.

Джексон не понял, что произошло. В одно мгновение он летел с занесенной дубинкой, в следующее его тело врезалось в бетонную стену с такой силой, что та треснула.

Последнее, что он увидел, был удивлённый взгляд заключённого.

– Упс, – сказал тот. – Кажется, я перестарался.

Сирена взвыла, заполняя коридоры оглушительным воем.

– Это было необязательно, – нервно сказал Буслаев.

– Он сам напросился, – пожал плечами Валера. – Ладно, теперь будет веселее.

Из-за угла выскочили четверо солдат с автоматами. Они открыли огонь, не разбираясь.

Валера просто шагнул вперёд. Пули застыли в воздухе в сантиметре от его тела, раскалились докрасна и осыпались на пол расплавленным металлом.

– Это всё? – он посмотрел на солдат с искренним разочарованием. – Серьёзно?

Первый удар отправил двоих в стену. Второй сложил оставшихся пополам. Валера даже не вспотел.

– Буслаев, не отставай!

Они двинулись дальше. На каждом уровне их встречали новые отряды. Солдаты, спецназ, даже какие-то люди в костюмах с артефактами. Результат был один и тот же.

– Маги! – крикнул кто-то. – Зовите магов!

Через минуту появились трое в длинных плащах. Их руки светились энергией, а глаза горели решимостью.

– Сдавайтесь! – крикнул старший. – У вас нет шансов!

Валера остановился и с интересом посмотрел на них.

– Маги, говорите? Давно не разминался с магами. Давайте два комплекта!

Первый швырнул в него огненный шар. Валера поймал его голой рукой и погасил, сжав пальцы.

– Слабо.

Второй ударил молнией. Валера просто пропустил её сквозь себя и перенаправил в потолок. Лампы взорвались, осыпая всех искрами.

– Ещё слабее.

Третий попытался заморозить его на месте. Валера шагнул сквозь ледяную стену, как сквозь туман.

– Это даже не щекотно.

Он появился прямо перед магами и положил руки им на плечи.

– Знаете, в моём мире были маги, которые могли уничтожать планеты одним щелчком пальцев. А вы... – он покачал головой. – Вы даже свечку нормально зажечь не можете.

Три тела рухнули на пол. Живые, но надолго выведенные из строя.

Они поднялись на поверхность. База представляла собой печальное зрелище. Разрушенные стены, горящая техника, бегающие туда-сюда солдаты.

– Мы же договаривались не разносить базу! – крикнул Буслаев, прячась за спиной Валеры от очередной автоматной очереди.

– Технически это они разносят. Я просто защищаюсь.

– Это не защита! Это... это...

– Превосходство, – подсказал Валера. – Подавляющее превосходство.

Он огляделся. Вокруг было слишком много народу. Пора заканчивать представление.

– Держись крепче.

– Что?

Валера схватил Буслаева за пояс и присел. Его ноги вспыхнули огнём, земля треснула, и они взмыли в небо с такой силой, что ударная волна повалила всех, кто стоял в радиусе пятидесяти метров.

Они летели. Точнее, прыгали. Гигантскими скачками через пустыню, через горы, через облака.

– А-а-а-а! – орал Буслаев, вцепившись в Валеру мертвой хваткой.

– Не ори! Наслаждайся видом! – блаженно заявил Валера.

– Каким видом?! Мы падаем!

– Мы прыгаем. Есть разница.

Через несколько минут Валера увидел цель. Дирижабль с гербом Сахалина, медленно плывущий над Атлантикой.

– Вон наш транспорт.

– Ты шутишь?! Он же километрах в двадцати!

– В сорока. Но для меня это не проблема.

Последний прыжок был особенно мощным. Они пролетели над облаками, на мгновение завис в точке максимального подъёма, а затем начали падать прямо на верхушку дирижабля.

Валера приземлился мягко, погасив инерцию огненным выбросом. Буслаев приземлился рядом, белый как полотно.

– Никогда... больше... – прохрипел он.

– Привыкнешь.

Из рубки выбежал Газонов с вытаращенными глазами.

– Валера?! Как вы здесь оказались?!

– Прыгнул.

– Откуда?!

– Из Невады.

Газонов открыл рот, закрыл, снова открыл.

– Это... это невозможно. – он махнул рукой и выдохнул, – хотя, чему я удивляюсь…

– Для вас, может быть, – Валера достал из-за пазухи толстую папку с документами. – Вот, держите. Секретные бумаги с той базы. Думаю, Мишане будет интересно почитать.

Газонов машинально взял папку и уставился на нее, как на инопланетный артефакт.

– ты украл секретные документы?

– Они плохо лежали.

– Но как...

Валера похлопал его по плечу.

– Расслабьтесь, Алексей Октябринович. Налейте мне чаю, и я всё расскажу.

Он прошёл мимо ошарашенного чиновника и направился в салон.

За ним, пошатываясь, брел Буслаев, бормоча что-то о том, что больше никогда в жизни не свяжется с этим человеком.

***

Белый дом.

Вашингтон.

Президент сидел за столом, массируя виски. День начался отвратительно и становился только хуже.

– Что значит “сбежали”?! – рявкнул он на генерала, стоящего навытяжку перед ним.

– Заключённый из камеры сорок семь и Буслаев покинули базу примерно час назад, господин президент.

– Как?!

Генерал сглотнул.

– Прошли сквозь все уровни охраны. Вывели из строя сорок три человека, включая троих боевых магов. Нанесли ущерб инфраструктуре на сумму около восьмидесяти миллионов долларов.

– Один человек?

– Да, сэр. Второй просто следовал за ним.

Президент откинулся на спинку кресла. В его глазах мелькнуло что-то нечеловеческое, но он быстро взял себя в руки.

– Найти их. Задействовать все службы. ФБР, ЦРУ, военную разведку, всех!

– Есть, сэр!

Помощник, стоявший у двери, нерешительно кашлянул.

– Господин президент, разрешите вопрос?

– Что?

Помощник обратился к генералу:

– Не могли ли беглецы скрыться на дирижабле послов Сахалина? Насколько я знаю, он покинул американское воздушное пространство примерно в это же время.

Генерал покачал головой.

– Невозможно, сэр. Мы проверили. Заключенные сбежали уже после того, как дирижабль был далеко в небе. Согласно нашим расчётам, он находился в тысяче километров от базы на момент побега.

– То есть они физически не могут быть на дирижабле?

– Абсолютно. Это противоречит всем законам физики. – кивнул генерал.

Помощник кивнул, но в его глазах читалось сомнение.

Президент махнул рукой.

– Достаточно. Найдите их. Мне плевать как. Просто найдите. Они где-то тут! На моей территории. Возможно, они направляются к Дикой Зоне.

Когда генерал и помощник ушли, президент остался один. Он смотрел в окно на ночной Вашингтон, и его губы медленно растянулись в улыбке.

– Интересно, – прошептал он голосом, который не принадлежал ему. – Очень интересно. Кузнецов собирает вокруг себя всё больше сильных игроков. Но что это за тип такой?

Глаза президента на мгновение стали абсолютно чёрными.

– Что ж, игра становится увлекательнее. Посмотрим, как ты справишься с тем, что я готовлю дальше, маленький царь.

Он рассмеялся, и этот смех не имел ничего общего с человеческим.

Глава 2. Поиски няни.

Утро началось с того, что меня разбудили совершенно наглым образом. Даже не предупредили. Даже намека не сделали!

– Вставай, соня! – Лора уже сидела на краю кровати в шелковом халатике. – Твои жены давно проснулись и ждут тебя внизу.

Я разлепил глаза, еле оторвал голову от подушки и сел. За окном светило зимнее солнце, день обещал быть спокойным. Хотя когда это у меня были спокойные дни?

– Который час?

– Девять утра. Ты проспал завтрак с детьми. Боря уже в школе. Трофим уехал с Анастасией в военную часть. Даже Настя вернулась с рынка!

Черт. Я хотел поговорить с Борей о его новой подружке, которую заметил через Болванчика. Ну ничего, вечером наверстаем.

Зарядка, душ, бритье, чистая одежда. Обычные утренние ритуалы, которые я выполнял на автомате. Лора крутилась рядом, периодически комментируя мой внешний вид.

– Может, наденешь что-нибудь поприличнее? Ты же царь все-таки.

– Я дома. Тут можно и в трениках ходить, – буркнул я, натягивая шерстяные носки повыше.

– Ага, а потом Маша опять скажет, что ты выглядишь как бомж.

Пришлось надеть нормальные брюки и рубашку. Спускаясь по лестнице, я услышал голоса из столовой.

Маша и Света сидели за столом, обсуждая какие-то хозяйственные дела. У каждой на коленях сидели дети. Деловой Витя с серьезным видом пристально разглядывал, как Маруся подогревает ему смесь, словно проверяя ее навыки. Аня же, наоборот, улыбалась и крутила головой во все стороны, рассказывая Свете что-то на своем детском языке.

– Доброе утро, соня, – улыбнулась Света. – Маруся оставила тебе завтрак на плите.

– Спасибо.

Я сел за стол и принялся за омлет с беконом. Моя кухарка знала, что я люблю плотно позавтракать.

– Какие планы на сегодня? – спросила Маша.

– Хочу проверить кое-что на острове. И надо бы заехать в администрацию.

– Опять работа, – вздохнула Света. – Ты хоть иногда отдыхаешь?

– Я царь. Мне не положено отдыхать.

Даже я понял, насколько это удручающе звучит.

– Глупости, – фыркнула Маша. – Даже цари берут выходные.

Лора появилась за спинами жен и показала мне табличку: “Они правы, ты трудоголик”.

Я мысленно отмахнулся от нее и продолжил есть.

Витя наконец получил свою смесь. Я с интересом наблюдал, как он сперва сделал один небольшой глоток, будто дегустируя, та ли температура или нет, затем удовлетворенно кивнул сам себе и принялся за еду в полную силу.

Мы переглянулись с Машей и улыбнулись.

– Но я найду время, чтобы мы с вами прогулялись! – добавил я. – Если вы не против, конечно.

– Мы не против! – хором ответили Маша и Света.

***

После завтрака я вышел на улицу. Данила уже ждал меня у машины, ковыряясь под капотом.

– Готов?

– Всегда готов, начальник, – он захлопнул капот и вытер руки ветошью. – Кое-что подкрутил, теперь пробуксовки не будет…

Мы выехали с территории поместья. За окном мелькали заснеженные улицы Южно-Сахалинска. Город жил своей обычной жизнью: люди спешили по делам, дети играли в снежки, торговцы зазывали покупателей.

– Куда едем? – спросил Данила.

– Пока просто покатаемся. Мне надо подумать.

И я действительно думал. О Святославе. Этот человек был ключом ко многим загадкам. Он знал то, чего не знал никто. И он исчез. Просто растворился, будто его и не было. Третий сын Владимира и Милы Кузнецовых. Младший брат Любавки и Богдана. И судя по всему, он где-то на острове.

– Где он может быть? – пробормотал я себе под нос.

– Ты про Святослава? – Лора появилась на соседнем сиденье. – Я проанализировала все доступные данные. Вариантов немного.

– Слушаю.

– Первый вариант: он покинул остров. Под востоком может иметься в виду и Япония. Но Сахалин все же был частью Российской Империи.

– Дальше.

– Второй вариант: его кто-то прячет. Но кто на Сахалине посмеет укрывать человека от тебя?

Резонно. Я покачал головой.

– Третий вариант: он где-то под землей.

– Под землей? – удивился я.

– Помнишь те пещеры, которые нашли Наталья и Унур? Мы так и не исследовали их до конца. Там целая сеть тоннелей под островом. Некоторые уходят на километры вглубь. Вполне вероятно, что если Святослав бессмертен, то может находиться там долгое время.

Я задумался. Это имело смысл. Если Святослав хотел спрятаться так, чтобы его не нашли даже мои детальки, подземелья были идеальным местом.

– Маловероятно, – сказал я, – особенно для того, кто может изменять внешность и облик… Но проверить стоит. Едем туда!

Данила развернул машину в сторону восточного побережья, где располагался один из входов в пещерную систему. Лора вывела передо мной карту подземелий. Судя по данным Натальи, там было что исследовать. Некоторые тоннели даже не были нанесены на план.

– Интересно, что он там делает? – произнесла Лора. – Если он вообще там.

– Если там, то скоро узнаем, – кивнул я.

Мы проехали около двадцати километров, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя Нади.

– Слушаю.

– Михаил, – ее голос звучал взволнованно. – Только что на посадочную площадку прибыл дирижабль из США. На борту Газонов, Маргарита и... Валера.

Я как-то забыл предупредить Надю про незапланированный побег с американской военной базы. Но, думаю, Валера, ей все расскажет.

– Ну отлично, пусть приземляются, – кивнул я.

– Еще с ними прилетел Буслаев.

А вот это уже хорошо. Давно хотел с ним поговорить с глазу на глаз. Тот самый предатель, который сбежал к американцам.

– Еду.

Я отключился и посмотрел на Данилу.

– Разворачивайся. Едем на посадочную площадку.

– Эх, опять не судьба, – улыбнулся он.

Лора уже листала какие-то файлы перед собой.

– Буслаев... Интересно. Что же он делал у США и почему они держали его в заточении?

– Вот и узнаем.

Машина развернулась и понеслась обратно в город.

***

По пути я заскочил домой.

Девочки-рыцари скучали во дворе, отрабатывая приемы на тренировочных манекенах. Когда я вышел из машины, вся пятерка моментально оказалась рядом.

– Миша, куда-то едешь? – глаза Лиры загорелись надеждой.

– На встречу с делегацией. Хотите составить компанию?

– Да! – хором ответили девочки и без лишних вопросов побежали к машине.

– Наконец-то хоть какая-то движуха, – сказала Аврора, запрыгнув в салон. – А то я тут совсем закисла.

– Закисла она, – фыркнула Гидра. – Вчера троих солдат на спарринге уложила и говорит “закисла”.

– Это не считается. Они слабаки.

Я усмехнулся. Мои рыцари были теми еще боевыми машинами. Иногда мне даже становилось жаль тех, кто попадался им на пути. Может дать им какое-то задание? Или попросить Федора с ними потренироваться? Сомневаюсь, что там они заскучают.

– Поехали.

Данила вдавил педаль газа, и мы рванули к посадочной площадке.

Лора сидела на крыше машины, болтая ногами. Конечно, ее никто кроме меня не видел, но ей явно нравилось так ездить.

– Как думаешь, Валера что-то узнал у Буслаева? – спросила она.

– Понятия не имею. Но у меня есть нехорошее предчувствие.

– У тебя всегда нехорошее предчувствие, – фыркнула Лора. – И последнее время, оно у тебя все чаще.

– И обычно оно оправдывается.

Площадка была уже видна. Огромный дирижабль с гербом Сахалина медленно опускался на посадочное поле. Вокруг суетились техники и охрана.

Мы вышли из машины. Рыцари выстроились позади меня в боевом порядке. Лора спрыгнула с крыши и встала рядом, скрестив руки на груди.

Трап опустился, и первым показался Газонов. Выглядел он уставшим, но довольным. За ним шла Маргарита. Кицуня вылетел, словно вихрь, и, довольно тявкая, тут же подбежал…

Нет, не ко мне, а к Лоре, и начал с ней играть. А потом...

Валера спускался по трапу с видом человека, который только что вернулся с приятной прогулки. Будто и не было никакого побега из американской тюрьмы, а он просто побывал на курорте.

За ним плелся Буслаев. Бледный, осунувшийся и явно напуганный.

– Михаил! – Газонов подошел и пожал мне руку. – Рад видеть.

– Взаимно, Алексей Октябринович. Как прошли переговоры?

– Успешно. Торговое соглашение подписано, культурный обмен одобрен. Правда, по военным технологиям они уперлись, но это было ожидаемо.

Я кивнул и перевел взгляд на Валеру.

– А ты отдохнул? Я думал, что ты там останешься на пару недель.

Валера пожал плечами.

– Ну, знаешь, там было скучно. Решил прогуляться.

– Прогуляться?

– Ага. Заодно прихватил кое-какие документы, и этого типа, – он кивнул на Буслаева.

Газонов кашлянул.

– Валера... появился на крыше дирижабля примерно через час после нашего вылета из Вашингтона. Вместе с Буслаевым.

– На крыше?

– Он прыгнул, – пояснила Маргарита. – С земли. Через полконтинента.

Я посмотрел на Валеру. Тот довольно улыбался.

– Вас кто-нибудь видел? – уточнил я.

– Нас? – Валера изобразил оскорбленную невинность. – Мишаня, ты меня обижаешь. Я же профессионал. Нас точно никто не видел, когда мы на дирижабль прыгнули.

– А когда вы из тюрьмы выходили?

Валера задумался.

– Ну... там могли быть некоторые свидетели. Но они были слишком заняты тем, чтобы не умереть, так что вряд ли запомнили, куда мы упрыгали.

Лора закончила играть с лисенком и, встав рядом со мной, закатила глаза.

– Он разнес половину базы, – тихо сказала она. – Я уже нашла в американских новостях заголовки про “террористическую атаку на секретный объект”.

Замечательно. Просто замечательно.

– Ладно, – я махнул рукой. – Об этом поговорим позже. Сейчас меня интересует другое.

Я подошел к Буслаеву. Тот попятился, но отступать было некуда.

– Здравствуй, Леопольд Игоревич, – и наклонился ближе к его лицу.

– Здравствуй, Михаил, – выдавил он.

– Ты ведь понимаешь, что натворил? Ты сбежал. Ты предал нас. Ты подставил всех, кто тебе доверял.

Буслаев сглотнул.

– Я... я ничего им не сказал. Клянусь!

Лора тут же напряглась и шепнула.

– Врет, – сказала она. – Пульс подскочил, зрачки расширились, микродвижения лица выдают ложь. Он что-то рассказал американцам.

Я смотрел на Буслаева и видел в его глазах страх. Страх человека, который знает, что его раскусили.

– Знаешь, Леопольд, а ведь раньше я думал, что мы с тобой похожи. Все же, занимались одной работой, – и отстранившись, я продолжил: – У меня есть одна особенность. Я всегда знаю, когда мне врут.

Буслаев побледнел еще сильнее.

– Я... правда... только самое общее... они пытали меня...

– Что именно ты им рассказал?

Он молчал.

– Ладно, – я повернулся к рыцарям. – Девочки, возьмите его под стражу. Отведите в специальную комнату в поместье.

Лира и Андромеда моментально оказались по бокам от Буслаева.

– С удовольствием, Миша, – улыбнулась Лира. И улыбка эта не предвещала ничего хорошего.

– Подождите! – взмолился Буслаев. – Я все расскажу! Только не...

– Расскажешь, – кивнул я. – Обязательно расскажешь. Но не здесь и не сейчас. В спокойной обстановке, где никто не будет нам мешать.

Рыцари повели его к машине. Буслаев пытался что-то говорить, но Андромеда легонько ткнула его в бок, и он заткнулся.

– Не слишком ли ты с ним строг? – спросил Газонов.

– В самый раз. Он предатель. И он врет. А врунов я не люблю.

Валера подошел ко мне и похлопал по плечу.

– Не переживай, Мишаня. Я уверен, он расколется быстро. Такие как он долго не держатся.

– Надеюсь.

Лора появилась рядом и посмотрела вслед уезжающей машине с Буслаевым.

– Знаешь, у меня есть предложение.

– Какое?

– Давай я немного покопаюсь в документах, которые привез Валера. Может, найду что-то интересное?

– Сделай это.

Она кивнула и исчезла.

Я повернулся к Газонову и Маргарите.

– Поехали в администрацию. Там обсудим детали. И Валера, тебе тоже есть что рассказать.

– С удовольствием, – осклабился тот. – Особенно про тех магов, которые пытались меня остановить. Это было смешно.

Мы направились к машинам. День обещал быть длинным.

***

Администрация встретила нас привычной суетой. Секретари бегали с папками, кто-то громко разговаривал по телефону, а из кабинета старушек доносился подозрительный смех.

– Они там что, анекдоты травят? – хмыкнула Лора, заглядывая в приоткрытую дверь. – О, нет, они карты раскладывают. Софья Андреевна опять жульничает.

Мы прошли в большой конференц-зал. Газонов, Маргарита, Валера и еще трое членов делегации расселись вокруг стола. Кицуня устроился у ног Газонова и довольно урчал.

– Итак, – я сел во главе стола. – Рассказывайте подробности.

Газонов открыл папку с документами.

– Торговое соглашение по редкоземельным металлам подписано на наших условиях. Мы поставляем, они платят. Квоты согласованы на три года вперед.

– Хорошо. Что по культурному обмену?

– Пятьдесят студентов с каждой стороны. Сроки и условия прописаны. Первая группа прибудет через два месяца.

Маргарита добавила:

– Они очень интересовались нашими военными технологиями. Особенно после того, как мы показали им запись боя с метеоритными тварями.

– Ту самую подмонтированную?

– Именно. Их аналитики до сих пор пытаются понять, откуда у нас столько истребителей.

Я усмехнулся. Пусть гадают. Иногда дезинформация работает лучше любого оружия.

– Что-нибудь подозрительное заметили?

Газонов нахмурился.

– Атмосфера была напряженной. Они явно чего-то ждут. Или готовят.

– Учтем.

Я повернулся к Валере.

– Теперь твоя очередь. Рассказывай, как ты выбрался и кого убил?

Валера откинулся на спинку кресла и широко улыбнулся. Было видно, что он ждал этого момента.

– О, это отличная история! Значит, сижу я в камере, скучаю. Рядом в соседней камере этот Буслаев ноет про свою несчастную жизнь. И тут я думаю: а почему бы не прогуляться?

– Прогуляться? – переспросила Маргарита.

– Ну да. Встал, вышел из камеры...

– Как вышел? – не понял Газонов. – Там же решетки, замки...

Валера махнул рукой.

– Мелочи. Я просто немного нагрел металл. Он и расплавился. Удобно, знаешь ли.

Лора рядом со мной хихикнула.

– Немного нагрел. Судя по отчетам, там температура была как на поверхности солнца.

– Дальше, – продолжил Валера. – Иду по коридору, а навстречу охранник. Злой такой, с дубинкой. Орет “Стоять!” и замахивается на меня.

– И?

– Ну, я его слегка отодвинул. Он немного полетел. Метров пять. В стену. Может быть, помер…

– Слегка отодвинул, – повторил я. – Понятно.

– Потом сирена завыла, набежали солдаты. Стреляют, кричат. Я иду себе спокойно, пули плавлю на подлете. Красиво так получалось, они прямо в воздухе застывали и капали на пол расплавленным металлом.

Валера довольно рассмеялся.

– А потом маги пришли! Три штуки! Один огнем кидается, второй молниями, третий льдом. Я им говорю: ребята, вы серьезно? В моем мире были маги, которые планеты уничтожали щелчком пальцев. А вы даже свечку нормально зажечь не можете!

Он захохотал так, что стол задрожал.

– И что ты с ними сделал? – спросил Газонов.

– Да ничего особенного. Вырубил аккуратно. Живые остались, но долго будут в себя приходить.

– Сколько всего пострадавших?

Валера задумался.

– Сорок три человека. Плюс-минус. Я не считал особо. И ущерб инфраструктуре... – он пожал плечами. – Миллионов восемьдесят, кажется. Но это они сами виноваты. Нечего было меня держать в такой скучной камере. Я же просил телевизор!

Газонов схватился за голову.

– Восемьдесят миллионов долларов ущерба...

– Да ладно тебе, Алексей Октябринович! – отмахнулся Валера. – Они богатые, переживут. Зато какой был экшен! Жаль, никто не снимал.

– Камеры наблюдения, – возразила Лора.

– Хорошо, – я встал. – Алексей Октябринович, подготовьте полный отчет по переговорам. Маргарита, также подготовь отчет по военным базам. Всем отдыхать, завтра продолжим.

Все начали расходиться. Я кивнул Валере.

– Поехали ко мне. По дороге поговорим.

***

Машина мягко катилась по заснеженным улицам. Данила молча вел, не вмешиваясь в разговор. За окном мелькали фонари и витрины магазинов.

Валера сидел рядом, задумчиво глядя в окно. После бурного рассказа в администрации он как-то притих.

– Знаешь, – начал я, – пока тебя не было, произошло кое-что интересное.

– Да?

– Я встретился со Стражем.

Валера резко повернулся ко мне.

– С кем?

– Со Стражем. Он сидит в Фанерове. Точнее, в его теле.

Лора появилась между нами, внимательно слушая разговор.

– Подожди, – Валера нахмурился. – Фанеров... это тот парень, который пропадал после смерти отца? А отец потом оказался жив? И он там кого-то серьезного завалил?

– Он самый. Только теперь в нем живет кое-кто еще. Называет себя Стражем. Говорит, что следит за этим миром уже очень давно.

– И что он тебе сказал?

Я пересказал наш разговор. О том, как Страж появился, что рассказал о балансе сил, о Нечто и Петре Первом. Валера слушал молча, не перебивая.

– А еще, – продолжил я, – я встретился с Созидательницей.

Валера замер.

– С кем?

– С Созидательницей. Она пришла ко мне сама. Сказала, что хочет поговорить. Рассказала о моих детях. О Вите и Ане.

– Ничего себе у тебя компания собирается. Стражи, Созидательницы… – фыркнул он.

Валера долго молчал. Его лицо стало непривычно серьезным.

– Созидательница... – наконец произнес он. – Я знаю, кто это.

– Знаешь?

– Мы встречались. Давно. Еще когда мой мир существовал.

Я удивленно посмотрел на него. Валера редко говорил о своем прошлом всерьез.

– Расскажи.

Он вздохнул и откинулся на спинку сиденья.

– Это было около двух тысяч лет назад. По вашему летоисчислению. Я тогда был молодым и глупым. Думал, что я самый сильный во вселенной. Хотя самым сильным я стал только через тысячу лет.

– И что случилось?

– Она пришла на мою планету. Просто появилась из ниоткуда. Я, конечно, сразу бросился на нее. Решил показать, кто тут главный. Ну и планету защитить!

Валера криво усмехнулся.

– И как? – спросил я.

– Она щелкнула пальцами, и я оказался на другом конце галактики. Буквально за мгновение. Даже понять ничего не успел, – вздохнул он. – Простой, но действенный фокус.

Лора рядом со мной прыснула со смеху.

– Потом я вернулся, – продолжил Валера. – Злой как черт. Опять бросился на нее. И опять оказался где-то в космосе. На этот раз в другой галактике.

– Сколько раз ты пробовал?

– Семь. После седьмого раза она просто села и предложила поговорить. Сказала, что ей нравится мое упорство, но хватит уже тратить ее время.

Он замолчал, глядя в окно.

– И вы поговорили?

– Да. Она рассказала мне много интересного. О том, как устроена вселенная. О других мирах. О существах, которые стоят выше богов.

– Какая она?

Валера задумался.

– Интересная тетка. Серьезно. Она не злая и не добрая. Она просто... другая. Смотрит на мир совсем иначе. Для нее тысяча лет как для вас один день.

– И что она хотела от тебя тогда?

– Ничего особенного. Просто наблюдала. Сказала, что я перспективный, и ушла. Больше мы не виделись.

Машина повернула на нашу улицу. Впереди уже виднелись ворота поместья.

– Она сказала приглядывать за детьми, – сказал я. – Сказала, что они могут быть как спасением, так и горем…

Валера кивнул.

– Ой, она это любит. Загадками говорить. Сомнения в глаза пускать, – фыркнул он. – Но раз она это сказала, то надо задуматься.

– Ну вот я и задумался, – кивнул я. – А чего раньше не рассказал?

– А что я должен был сказать? “Кстати, Миша, две тысячи лет назад я болтал с богиней, которая может создавать вселенные”? Ты бы мне поверил?

Резонно.

– Послушай, – Валера повернулся ко мне. – Если Созидательница доверила тебе тайну будущего, это серьезно. Очень серьезно. Она не делает ничего просто так.

– Я понимаю.

– Нет, ты не понимаешь. Она могла выбрать кого угодно. Любого правителя, любого бога. Но выбрала тебя. Это значит, что она видит в тебе что-то особенное. И в твоих детях.

Машина остановилась у крыльца. Мы вышли на морозный воздух.

– У меня есть предложение, – неожиданно сказал Валера.

– Какое?

– Позволь мне стать нянькой для Вити и Ани.

Я уставился на него.

– Ты? Нянькой? Света и Маша будут против, – улыбнулся я, понимая, что мои дети могут вырасти под крылом этого здоровяка… его точными копиями.

– А что такого? Я же все равно без дела слоняюсь. То голубей ловлю, то по паркам шастаю. А тут реальная ответственность.

Лора появилась рядом и скептически посмотрела на Валеру.

– Ты серьезно? Бывший бог-король, уничтоживший сегодня военную базу за восемьдесят миллионов долларов, хочет стать нянькой?

– Почему нет? – пожал плечами Валера. – К тому же, я единственный тут, кто может справиться с их силами. Да и если придет Созидательница, мы с ней поболтаем.

Я задумался. В этом был смысл. Витя и Аня были непростыми детьми. Им нужен был кто-то, кто сможет их защитить и при этом раскрыть их потенциал, показав, что такое хорошо, а что такое плохо.

– Хорошо, – наконец сказал я. – Но учти: если ты их чему-нибудь плохому научишь...

– Мишаня! – Валера приложил руку к груди. – Обижаешь! Я буду образцовой нянькой! Научу их только хорошему. Ну, может, еще паре приемчиков для самозащиты. И как правильно плавить металл. И как телепортироваться через галактику...

– Валера.

– Ладно-ладно, только хорошему!

Мы вошли в дом. В холле нас встретила Маруся с подносом горячего чая.

– Ужин будет через час, мужчины, – сказала она. – Дамы ждут вас в гостиной.

– Спасибо, Маруся.

Валера уже направился к лестнице.

– Пойду переоденусь и помоюсь! – крикнул он через плечо. – Расскажешь Маше и Свете?

– Попробую, – кивнул я и зашел в столовую.

Мои жены как раз были там и кормили детей.

– У меня две новости, – сказал я. – Хорошая и плохая. С чего начать?

Девушки переглянулись и без особого страха хором произнесли.

– С плохой.

– Валера, – сказал я.

– Ну… – улыбнулась Маша. – Не такая уж это и плохая новость.

– А хорошая? – сказала Света.

– Он будет нянькой для Вити и Ани.

В меня тут же полетели столовые приборы.

Глава 3. Сделка с совестью.

Пришлось немного попрыгать по комнате, уворачиваясь от летящих вилок и ножей.

– Все-все! – вскинул я руки, но чуть не словил вилкой в глаз.

Маша первой опустила ножик и скрестила руки на груди.

– Миша, ты серьёзно?

– Абсолютно. – я на всякий случай спрятался за кресло.

– Валера? – Света посмотрела на меня так, будто я предложил отдать детей на воспитание медведю. – Тот самый Валера, он вчера разнёс американскую военную базу! Этот маньяк взял в заложники ФРАНЦИЮ!

– Технически это было позавчера, – уточнил я, выглядывая из за спинки, – да и французы сами виноваты…

– О, ну тогда конечно! – всплеснула руками Маша. – Раз позавчера, то никаких проблем! А Францию вообще тогда забудем!

Лора появилась рядом и с интересом наблюдала за разворачивающейся сценой. На ней было что-то вроде судейской мантии, а в руках она держала маленький молоточек.

– Десять баллов за сарказм, – хихикнула она. – Маша сегодня в ударе.

– Девочки, послушайте...

– Нет, это ты послушай! – Света встала, опираясь руками о стол. Она выглядела одновременно грозно и мило. – Наши дети особенные. Им нужен кто-то ответственный. Кто-то спокойный. Кто-то, кто не устраивает международные инциденты!

– А ещё желательно кто-то, кто не плавит металл взглядом, – добавила Маша.

– А еще кто-то достаточно сильный, кто сможет с ними справиться. Именно поэтому Валера подходит идеально, – спокойно ответил я.

Обе уставились на меня как на сумасшедшего.

– Миш, ты головой не ударялся? – осторожно спросила Маша. – Может, тебя Роза проверит?

– С головой всё в порядке. Просто подумайте: кто ещё сможет справиться с силами Вити и Ани? Обычная нянька? Она даже не поймёт, что происходит, когда они начнут проявлять способности.

Света и Маша переглянулись. Я видел, что аргумент попал в цель.

– Но он же... – начала Света.

– Разрушитель вселенных и просто король планеты, который прожил тысячи лет, – кивнул я. – И за это время у него было достаточно опыта общения с существами, куда более опасными, чем наши малыши.

– Пока что, – мрачно заметила Маша.

– Вот именно. Пока что. А когда они вырастут и их силы проявятся в полную мощь, кто их научит контролировать это? Я? Я сам ещё учусь. Эль? Он. блин еще гусь! Еще и вампир! Так еще теперь бог войны! У него своя специфика! Ему Сахалином управлять. А Валера знает, каково это, когда твоя сила может уничтожить планету.

В комнате повисла тишина.

– Знаешь, иногда я забываю, что ты умеешь думать, – вздохнула Света и снова села. – Но всё равно мне не нравится эта идея.

– Мне тоже, – поддержала Маша. – Помнишь, как он чуть не сжёг кухню, когда пытался сварить кашу?

– Это было один раз! – возразил я.

– Три, – хором ответили девушки.

– Ладно, – я поднял руки в примирительном жесте. – Давайте так. Прежде чем принимать окончательное решение, посмотрим, как дети на него реагируют. Если им будет некомфортно, я сам откажу Валере. Договорились?

Маша и Света снова переглянулись. Этот их безмолвный диалог жён всегда меня немного пугал.

– Хорошо, – наконец сказала Света. – Но мы будем наблюдать.

– Каждую секунду, – добавила Маша.

– Договорились, – кивнул я и мысленно выдохнул.

– Поздравляю, – хмыкнула Лора, убирая судейский молоточек. – Ты только что выиграл право на испытательный срок. Какая честь.

Валера спустился через десять минут. На нём была чистая рубашка, волосы ещё влажные после душа. Выглядел он почти прилично, если не считать того, что рубашка была застегнута криво.

– Ну что, где мои подопечные? – радостно спросил он, потирая руки.

Маша и Света синхронно напряглись. Они стояли у стены, не сводя глаз с детских кроваток.

– Валера, – я подошёл к нему и понизил голос. – Девочки пока сомневаются. Так что просто... поиграй с детьми. Покажи, что ты можешь быть... нормальным.

– Нормальным? – он приподнял бровь. – Мишаня, я был королём целой планеты! Конечно, я могу быть нормальным! Я всегда нормальный! Это у вас тут одни психи!

– Вот это меня и беспокоит, – пробормотала Лора.

Валера подошёл к дивану. Витя и Аня лежали рядом и смотрели на него своими большими глазами.

Витя изучающе и недоверчиво пялился на него, а Аня хихикала и поглядывала на брата.

Дети ещё не умели говорить, но я давно заметил, что они понимают гораздо больше, чем положено в их возрасте.

– Привет, малышня, – Валера присел на пол перед ними, скрестив ноги. – Ну что, познакомимся?

Он медленно протянул руки к детям, ладонями вверх.

И тут случилось кое-что странное.

Витя и Аня одновременно улыбнулись и протянули свои маленькие ручки навстречу.

– Ох, как мило... – начала Света, но осеклась.

Пространство между руками детей и Валеры начало дрожать. Сначала едва заметно, словно воздух над раскалённым асфальтом. Потом сильнее.

– Лора? – мысленно позвал я. – Это что за твою мать?

– Они резонируют, – её голос звучал удивленно. – Две сильные энергии столкнулись. Как будто... – она фыркнула. – Как будто три малых ребёнка начали мериться пиписьками.

Я едва сдержал смех.

Маша схватила меня за руку.

– Миша, что происходит?

– Всё нормально, – я накрыл её ладонь своей. – Они просто... знакомятся.

Валера улыбался, глядя на детей. В его глазах было что-то непривычно мягкое.

– Чувствуете, да? – тихо произнёс он. – Думали, я какой-то лош с улицы? Я покажу вам, кто такой Чал Конерук Сиреневый!

Дети засмеялись. Тонкий, звенящий смех, от которого у меня всегда теплело на душе.

И тут над головой Валеры вспыхнула корона.

Света вскрикнула. Маша дёрнулась вперёд, но я удержал её.

– Стойте! Всё под контролем! – сказал я, – они просто увеличивают напор.

– Под контролем?! – прошипела Маша. – У него корона горит! Он же может…

– Все нормально, – повторил я.

Корона действительно разгоралась всё ярче. Золотистое пламя танцевало над головой Валеры, отбрасывая причудливые тени на стены. Пространство между ним и детьми дрожало всё сильнее.

Но дети не плакали. Они смеялись. И Валера смеялся вместе с ними.

– Ох, какие вы... – он не договорил, корона вспыхнула еще ярче. – Думаете, это все? Да я даже и десяти процентов не использую!

Его глаза вспыхнули, а из туловища появились еще четыре руки. Правда, одну пару он убрал за спину, а вторую скрестил на груди.

Я почувствовал жар.

– Валера...

– Смотрите, смотрите! – он был полностью поглощен моментом. – Они понимают! Они чувствуют!

Узор короны увеличивался все больше и был похож на витиеватое дерево, объятое пламенем. Стены начали дрожать. Штора за его спиной вспыхнула.

– ВАЛЕРА! – заорал я. – РУКИ!

Он вздрогнул и отдернул ладони.

Мгновенно всё прекратилось. Дрожь воздуха исчезла. Корона над его головой погасла. Только штора продолжала гореть.

Я метнулся к окну и сбил пламя подушкой с дивана.

– Упс, – виновато произнёс Валера, глядя на обугленную ткань.

Маша и Света стояли бледные, прижимая руки к груди.

– Ну, – я повернулся к ним, отряхивая руки от сажи. – По крайней мере детям он понравился.

– Лора зафиксировала, что они смеялись? – спросила Лора сама у себя и тут же ответила: – Да, Лора, зафиксировала. Молодец, Лора.

Витя и Аня действительно лежали совершенно спокойные. Аня даже пыталась ухватить воздух там, где только что была рука Валеры.

– Я... – начал он.

– Штора, – сухо сказала Света.

– Маленькая оплошность...

– Штора, Валера. – строго, но больше для виду, сказала Маша.

Он вздохнул.

– Куплю новую. Десять штук. Сто. Целую фабрику штор куплю!

Маша устало потерла виски.

– Миш, напомни мне, почему мы вообще согласились на это?

– Потому что он единственный, кто может научить наших детей не сжигать шторы? – предположил я.

– Ты думаешь, это хорошая шутка? – буркнула Света.

Валера поднялся и виновато развёл руками.

– Просто дети такие замечательные, что я немного увлекся.

– Немного, – повторила Маша. – Ты чуть не спалил дом.

– Но дети были счастливы! – спорил он.

И тут, словно в подтверждение его слов, Витя издал требовательный звук и потянулся в сторону Валеры.

Все замерли.

– Видите? – расплылся в улыбке бывший бог-король. – Я им нравлюсь!

Маша и Света посмотрели друг на друга тем самым своим женским взглядом.

– Испытательный срок, – наконец произнесла Света. – Один месяц. И если ты выкинешь хоть что-нибудь ещё...

– Светочка, у вам не будет выбора! – улыбнулся Валера. – Но поверь, дети меня любят. Клянусь своей планетой!

– Очень обнадеживающе, – прошептала Лора. – Учитывая, что планеты больше нет.

***

Когда девочки ушли укладывать детей, я остался в гостиной с Валерой.

– Значит, испытательный срок, – он почесал затылок. – Это типа как экзамен?

– Типа да. – улыбнулся я, – ты должен быть достоин.

– Серьезно? Это им надо заслужить мое внимание, – буркнул он. – На моей планете я был недостижим.

Я похлопал его по плечу.

– Привыкай. Тут ты не король.

Когда Валера ушёл на прогулку в одной рубашке, я позволил себе улыбнуться. На самом деле всё складывалось даже лучше, чем я рассчитывал.

– Ты доволен, – заметила Лора, появляясь рядом. – У тебя такое лицо, как будто ты только что выиграл в лотерею.

– Почти угадала, – я откинулся на спинку дивана. – Подумай сама. Валера теперь привязан к дому. Он будет рядом с детьми, а значит, и под присмотром. Больше никаких спонтанных вылазок на чужие территории.

– А дети?

– А дети в абсолютной безопасности. Кто в здравом уме сунется к ним, зная, что их охраняет Валера?

Лора задумчиво кивнула.

– Два зайца одним выстрелом. Хитро. – щелкнула она пальцами.

– Я учусь. – я закинул руки за голову и довольно прикрыл глаза.

– У кого? У Петра Первого?

– Фу, – поморщился я. – Даже не сравнивай.

Она хихикнула и растворилась в воздухе, напоследок шлепнув себя по заду.

Я посидел ещё минуту, собираясь с мыслями. Был ещё один вопрос, который требовал внимания. Вопрос, который я откладывал слишком долго.

Буслаев.

***

Подвал особняка был оборудован под временную тюрьму ещё при строительстве. Толстые стены, артефактные замки, подавители магии. Всё, что нужно для содержания опасных гостей.

Буслаев сидел на койке, прислонившись спиной к стене. Когда я вошел, он даже не пошевелился.

– О, царь Сахалина собственной персоной, – его голос сочился сарказмом. – Какая честь.

Я придвинул стул и сел напротив стеклянной стены.

– Как тебе тут? Кормят нормально?

– А тебе не всё равно? - невозмутимо ответил он.

– Не особо, – признал я. – Но вежливость никто не отменял.

Буслаев усмехнулся. Он сильно изменился с тех пор, как я видел его в КИИМе. Осунулся, под глазами залегли тёмные круги. Но взгляд остался таким же колючим.

– Чего ты хочешь, Кузнецов?

– Поговорить.

– О чём? О погоде? О местных достопримечательностях? – он продолжал говорить с сарказмом.

– О том, почему ты оказался у американцев.

Он рассмеялся. Сухой, неприятный смех.

– Работал на американцев? Ты правда думаешь, что я предал тебя ради этих клоунов?

Я промолчал, давая ему выговориться.

– Посмотри на себя, Кузнецов, – он подался вперед. – Ты сидишь тут, в своём особняке, играешь в царя. Жёны, дети, друзья-императоры. Всё как в сказке, да?

– К чему ты ведёшь?

– К тому, что это не твой дом! – он ударил кулаком по койке. – Это не твоя страна! Это даже не твоя планета и не твой мир! Ты забыл, откуда мы пришли?

– Нет, не забыл. – тихо произнес я.

– Тогда как ты можешь спокойно жить тут, зная, что там, на Земле, остались люди, которые ждут результатов нашей экспедиции? У нас задание!

Я некоторое время молчал, обдумывая его слова.

– Буслаев, портал разрушен. Возвращатор сломан. Мы застряли тут навсегда.

– Нет, – он покачал головой. – Не навсегда.

– Лора, пишешь? – мысленно спросил я.

– Каждое слово, – отозвалась она. – И мне уже не нравится, куда это идёт.

Буслаев встал и подошел к стеклу.

– Нечто, – тихо произнёс он. – Оно предложило мне сделку.

Я похолодел.

– Какую сделку?

– Оно может вернуть нас домой. Меня и тебя. Всех, кто пришел с Земли. У него есть такая сила.

– Разве тут есть еще люди с Земли? – удивился я, поймав его на слове.

– Не знаю, – он не врал.

– И что оно хочет взамен?

Буслаев отвел взгляд.

– Не важно.

– Очень даже важно!

– Послушай, Кузнецов, – он снова посмотрел на меня. – Я не прошу тебя соглашаться. Я просто хочу домой. Это так сложно понять?

Я встал и подошёл вплотную к стеклу.

– Ты хоть понимаешь, с ЧЕМ ты связался? Нечто уничтожает миры. Оно не благотворительная организация. Всё, что оно даёт, имеет цену. И обычно эта цена слишком высока. Как только он найдет путь в наш мир, он придет и туда. Рано или поздно, но придет.

– Мне плевать! Это будет через сотни тысяч лет, когда меня уже не будет.

– А мне нет, – я отступил на шаг. – Этот мир стал моим домом, Буслаев. Тут моя семья. Мои друзья. Люди, которые мне дороги. И я не позволю какой-то космической твари уничтожить всё это ради твоей ностальгии.

Он смотрел на меня с непониманием.

– Как ты можешь так говорить? Мы же учёные! Исследователи! Наша миссия...

– Наша миссия закончилась в тот момент, когда возвращаторы сломались, – перебил я. – Прими это. Если бы ты открыл глаза и посмотрел вокруг, то понял бы, что этот мир мог стать и твоим домом. Тут есть люди, которые приняли бы тебя. Но ты выбрал другой путь.

Буслаев отвернулся.

– Ты не понимаешь...

– Может быть, – я направился к выходу. – Но я точно понимаю одно: пока ты сидишь тут и мечтаешь о сделках с Нечто, я буду защищать этот мир. Со всеми его недостатками.

Уже у двери я обернулся.

– И кстати, Буслаев. Если Нечто снова выйдет на связь, передай ему, что я передаю привет. И что в следующий раз, когда оно сунется к моей семье, я лично оторву ему всё, что можно оторвать.

– У Нечто нет тела, – мрачно заметил он.

– Значит, найду способ, – я захлопнул за собой дверь.

– Красивый уход, – оценила Лора. – Восемь из десяти.

– Почему не десять?

– Потому что ты забыл драматично развернуть плащ. А у тебя даже плаща нет.

– Вроде, герои с плащами плохо заканчивают…

***

Поднявшись из подвала, я услышал детские голоса у входа. Боря и Лиза вернулись из школы.

– Миша! – Боря подбежал ко мне, размахивая рюкзаком. За ним семенила Лиза, прижимая к груди альбом для рисования.

– Как школа? – спросил я, присев на колено и потрепав мальчика по голове.

– Нормально. Математика скучная. Зато на физкультуре я три раза попал в кольцо!

– Твоя удача или талант? – прищурился я.

– А какая разница? – хитро улыбнулся он. – Я это все равно не контролирую.

Лиза молча стояла рядом, переминаясь с ноги на ногу. Она всегда была тихой девочкой, но в последнее время я заметил, что Боря относится к ней с каким-то особым вниманием.

– Миша, – Боря вдруг стал серьёзным и потянул меня за рукав. – Давай отойдем на минутку?

Мы отошли в сторону. Лиза последовала за нами.

– Что случилось?

– Лиза опять рисовала, – тихо сказал Боря. – Я знаю, что её рисунки... ну, особенные. Ты же сам говорил, что она может предсказывать.

Я кивнул. Способность Лизы мы обнаружили случайно, и признаться, это было реально отличной находкой.

– Покажи.

Лиза открыла альбом. На первом рисунке было изображено что-то странное. Три большие фигуры сражались друг с другом. Они были нарисованы грубо, детской рукой, но даже так было видно, что это не люди. Монстры. Или что-то похуже.

На заднем плане стояла толпа людей. Маленькие фигурки, нарисованные палочками и кружочками. А за ними возвышалось здание, которое я узнал мгновенно.

Мой особняк.

– Лора, запомни это, – мысленно приказал я.

– Уже сохраняю, – её голос был непривычно серьёзным. – И мне это совсем не нравится.

– Что это за монстры? – спросил я у Лизы.

Девочка пожала плечами.

– Не знаю. Они просто появились в голове. Большие и страшные. Но один из них хороший.

– Хороший?

– Ага. Он защищает людей.

Я переглянулся с невидимой для детей Лорой. Один хороший монстр против двух плохих? И всё это у моего дома?

– Есть ещё что-нибудь? – спросил я.

Лиза перелистнула страницу.

Второй рисунок был совсем другим. Остров, окружённый водой. На острове стоял человек, нарисованный простыми линиями. А рядом с ним, прямо в воздухе, парила голубая фигура. Девушка с длинными волосами.

У меня непроизвольно вылезла улыбка

– Лора...

– Вижу, – её голос был непривычно серьезен. – Это я. Она нарисовала меня.

Но самым интересным был низ рисунка. Под островом, глубоко под землёй, Лиза изобразила что-то большое и круглое. Камень или кристалл.

– Пещеры, – прошептал я. – Те самые пещеры под Сахалином.

– Там что-то есть, – подтвердила Лора. – Что-то достаточно важное, чтобы попасть в пророческий рисунок ребёнка.

Я присел на корточки перед Лизой.

– Ты молодец, – сказал я ей. – Очень красивые рисунки. Можно я их заберу?

Она кивнула и протянула мне листы.

– Дядя Миша, – она посмотрела на меня своими большими глазами. – А голубая тётя настоящая?

Я замешкался.

– Какая голубая тётя?

– Которая рядом с вами стоит, – Лиза показала пальцем куда-то мне за плечо. – Она красивая?

Лора за моей спиной тут же развернула сканеры.

– Она меня не видит, – ответила она облегченно, – чистое предположение.

– Похоже на то, – я постарался сделать вид, будто ничего нет. – Лиза, а давно ты её видишь?

– Не знаю. Но а ты как думаешь? Она была бы красивая, если ты ее увидела?

– Э! Хочешь инсульт?! – возмутилась Лора.

– Да, она очень красивая! – улыбнулась девочка. – Я таких красивых еще не умею рисовать!

Боря смотрел на нас с непониманием.

Я поднялся и спрятал рисунки во внутренний карман.

– Ладно, ребята. Идите мыть руки, скоро ужин. Маруся приготовила пирожки!

Когда дети убежали, Лора материализовалась рядом со мной.

– Ещё не хватало, чтобы меня все увидели! – она реально перепугалась. – Сначала твои дети, теперь эта девочка. Что дальше? Продавец в ларьке? солдаты?

– Не знаю, – честно признался я. – Но ты же говорила, что у тебя есть несколько интересных апгрейдов.

– Да, но они не так работают! Вообще, я могу материализоваться, – она встала передо мной, и протянула руку к моему лицу, – видишь, уже полностью, – она коснулась меня теплой ладонью. Ощущения были, как от настоящей кожи. – И другие меня могут видеть, но зачем.

И она исчезла.

Я достал рисунки и ещё раз посмотрел на изображение острова.

– Нам нужно проверить те пещеры.

– Согласна. Но сначала разберемся с рисунком про монстров.

– Один хороший монстр против двух плохих, – повторил я слова Лизы. – Как думаешь, кто этот хороший?

Лора пожала плечами.

– Понятия не имею. Но выбор у нас ограничен. Стоит положиться на удачу.

– Это была не удача, – возразил я. – Это называется закон подлости.

– В твоём случае это синонимы.

Я не стал спорить. Она была права.

От автора: Дорогие друзья, буду рад вашей поддержке в виде лайков и комментариев! Ну и конечно, буду рад если вы прочтете нашу новую историю! https://author.today/work/537308

Глава 4. Что под островом?

Кремль.

Москва.

Петр Первый сидел за массивным столом и методично перелистывал документы. Финансовые отчеты, разведсводки, дипломатические донесения. Обычная рутина правителя Российский Империи.

Он поставил печать на очередном листе и отложил его в сторону.

– Итак, – произнес царь, не поднимая глаз от бумаг. – Повторяю еще раз. Населенные пункты, граничащие с Дикой Зоной, уничтожить полностью. Стены тоже можно разрушить. Пусть твари разбегутся по округе.

За его спиной, в тени, стояла высокая фигура. Не шевелилась, почти не дышала.

– Задача простая, – продолжал Петр, подписывая следующий документ. – Нанести максимальный урон. Создать хаос. Выманить президента из его норы. Он не сможет сидеть сложа руки, когда его страна горит.

– Понял, – глухо отозвалась фигура.

– Отлично. Когда он появится, ты знаешь, что делать. Но действуй быстро. У тебя будет мало времени.

Петр поставил очередную печать и вдруг замер. Прислушался.

Шаги в коридоре. Легкие и очень знакомые.

– В ящик, – бросил царь.

Фигура повернулась и направилась к углу кабинета, где стоял большой черный ящик из дерева. Открыла крышку и начала забираться внутрь.

Раздался негромкий стук в дверь.

– Петя? – послышался голос Катерины.

Царь быстро глянул назад. Фигура еще не до конца залезла в ящик. Одна нога торчала наружу.

– Секунду, дорогая! – крикнул Петр и многозначительно посмотрел на ногу.

Та поспешно исчезла внутри. Крышка закрылась.

– Входи.

Дверь открылась и в кабинет вошла Катерина. На ней было элегантное темно-синее платье, волосы собраны в аккуратную прическу.

– Опять работаешь? – мягко упрекнула она. – Ты же обещал, что сегодня закончишь пораньше.

– Дела, – пожал плечами Петр, откладывая ручку.

Он поднялся и нажал кнопку на столе. Через несколько секунд в дверь постучались.

– Войди.

В кабинет вошел секретарь. Молодой парень в костюме дворецкого, с записной книжкой в руках и круглыми очками в золотой оправе.

– Да, ваше величество?

– Подожди минуту, – кивнул Петр и повернулся к жене.

Катерина подошла ближе и положила руку супругу на плечо.

– Петь, нам пора собираться в Китай. Не будем заставлять солдат ждать нас.

– Да, конечно, – кивнул царь. – Я помню.

– Уверен? – в ее глазах мелькнуло беспокойство. – Ты так погружен в эти... планы. Может, стоит немного подождать?

– Все будет хорошо, – заверил ее Петр. – Ты же знаешь, что потом времени у нас будет мало…

Катерина внимательно посмотрела на него, затем наклонилась и поцеловала в щеку.

– Ты все еще можешь все отменить, – тихо произнесла она. – Еще не поздно передумать.

Петр взял ее руку и сжал.

– Нет, дорогая. Это все необходимо было сделать давно. Очень давно.

Катерина вздохнула, кивнула и направилась к выходу.

– Тогда не опаздывай. Буду ждать внизу.

Дверь за ней закрылась.

Петр повернулся к секретарю. Тот охотно встал по стойке “смирно” и поднял подбородок, готовый слушать приказы.

– Видишь ящик в углу? – спросил царь, кивнув в сторону.

– Да, ваше величество.

– Доставить на аэродром. Немедленно. Там его погрузят в самолет. Обращаться осторожно, но действовать быстро.

Секретарь кивнул, подошел к ящику и попробовал его приподнять.

– Тяжелый, – констатировал он без эмоций.

– Внутри тело, – пояснил Петр. – Так что да, тяжелый.

– Понял. Может, позвать помощников? – без интереса спросил секретарь.

– Нет. Справишься сам. Используй магию, если нужно, – сухо сказал Петр.

– Есть, ваше величество.

Секретарь наклонился, обхватил ящик руками и напитал их энергией. Затем поднял без видимых усилий и направился к выходу.

– И постарайся не трясти его, – добавил Петр. – Там внутри не консервы.

– Понял, – секретарь скрылся за дверью.

Царь подождал, пока шаги затихнут, затем снял трубку и набрал номер.

Гудки. Один. Два. Три.

– Слушаю, – раздался хриплый голос Кутузова.

– Сергей Михайлович, – приветствовал его Петр. – Как поживаешь?

– Ваше величество? – в голосе послышалось удивление. – Что-то случилось?

– Мне нужна твоя помощь, – без обиняков сказал Романов-старший.

– Ваше величество, – Кутузов откашлялся и его голос стал грубым. – Я уже не служу в войсках Имперской Армии. Я на пенсии. Вы же меня уволили.

– Знаю, – спокойно ответил Петр. – Но ты по-прежнему гражданин Российской Империи и обязан подчиняться царю. Или я ошибаюсь?

Повисла пауза.

– Не ошибаетесь, – вздохнул Кутузов. – Чем могу помочь?

– У тебя есть сверхзвуковой самолет. Это не вопрос. Я знаю, что он у тебя есть. Он числится за родом Кутузовых. Можно было бы взять его просто так, во благо Империи, но я решил поступить по всем правилам.

– Я не...

– Не отрицай, – перебил Петр. – У меня есть разведданные. Знаю, где он стоит. Знаю, в каком он состоянии. Я даже в курсе, где располагается ангар. И знаю, что только у тебя такой есть.

Кутузов помолчал.

– Хорошо. Что вам нужно?

– Доставить посылку в США. Срочно. Очень срочно.

– Куда именно?

– Координаты пришлю отдельно. Можешь вылететь сегодня?

– Сегодня? – Кутузов присвистнул. – Это... сложно. Мне нужно подготовить машину, проверить системы...

– У тебя три часа, – оборвал его Петр. – Посылку доставят на твой частный аэродром. Погрузишь, вылетишь и сбросишь. Все максимально просто.

– А что в посылке?

– Не твоя забота.

– Я должен знать, что в посылке, – настоял Кутузов. – Иначе я дам вам самолет, но пилотов можем и не найти. Все по закону.

– Михаил Илларионович, – в голосе Петра появились стальные нотки. – Ты действительно хочешь обсуждать со мной законность? Напомнить, сколько раз ты нарушал воздушное пространство соседних стран на своих тестовых полетах?

Кутузов молчал несколько секунд, но сдался и выдохнул.

– Понял. Три часа. Буду готов.

– Вот и отлично, – Петр улыбнулся. – Знал, что на тебя можно положиться.

Он отключился и посмотрел на часы.

Все шло по плану.

***

Поместье.

Сахалин.

Я снова стоял у машины и ждал, пока Наталья с Унуром закончат загружать оборудование в багажник. А его было много.

– Опять эти пещеры, – вздохнула Лора, материализуюсь рядом. – Ты прямо влюбился в них.

– Надо же понять, что там внизу, – пожал я плечами. – Это уже какая попытка их исследовать? А то каждый раз что-то нас останавливает.

– Ага, а потом окажется, что там долгие столетия спало древнее зло, а мы его разбудили. Классика жанра. – Лора появилась рядом и демонстративно закатила глаза.

– Не каркай.

Надя вышла из машины, закуталась в шубу и подошла к нам с планшетом в руках. На лице было озабоченное выражение.

– Михаил, у меня для тебя новости, – выдохнула она клубок пара изо рта.

– Плохие?

– Смотря как посмотреть, – она провела пальцем по экрану. – США закрыли импорт и экспорт для всей Европы. Полностью. Никаких товаров, никаких инвестиций. Непонятно, это такой стратегически гениальный ход, или просто блажь одного человека?

– Или запланированные действия другого, – сказала Лора.

– Серьезно? – я поднял бровь.

– Абсолютно. Англия, Франция, Пруссия, Римская Империя, все остальные. Сейчас они буквально живут за счет Российской Империи. Торговля с Петром Первым – их единственный источник валюты.

– Вот же умник, – хмыкнула Лора. – Загнал всю Европу в угол. Теперь они от него зависят на все сто.

Я задумался. Это полностью меняло расклад сил. Европа теперь ни при каких обстоятельствах не может себе позволить ссориться с Петром, да они и не собирались, как я помню. Но теперь у них вообще ничего не было.

– Спасибо за информацию, – кивнул я Наде. – Поехали.

Наталья и Унур уже сидели в машине. Надя устроилась на переднем сиденье, я за рулем.

– Унур, оборудование проверено? – спросила Наталья.

– Обижаешь, – выдохнул бывший принц Монголии.

– Миша, на этот раз все пройдет по плану? – она удивленно посмотрела на меня. – Мы же недавно там были.

– Надеюсь, что на этот раз мы сделаем все возможное, – я вздохнул. – Хоть бы не очередной монстр...

Машина тронулась. За окном замелькали заснеженные поля и редкие строения. Скоро мы были у берега.

***

Северный берег.

Сахалин.

Мы припарковались у обрыва. Внизу шумело море, волны разбивались о скалы.

– Чем-то напоминает фьорды, – сказала Лора, материализуясь рядом в костюме викинга. – Мои родные фьорды!

– С каких пор они стали тебе родными? – спросил я.

Лора показал мне язык и исчезла.

– Холодно тут, – поежилась Наталья, выходя из машины.

– Зато красиво, – заметил Унур, разглядывая пейзаж.

Я огляделся. Бескрайнее море бушующих волн уходило за горизонт. Серое небо не добавляло красоты. Скорее тольктоо подчеркивало мощь стихии, намекая, что ничто не может тягаться с природой. В небе летали чайки.

На берегу меня уже ждал Аркадий. Стоя на задних лапах, он при виде меня замахал передними лапами. Его глаза светились радостью. В прямом смысле светились. Огромная рептилия возвышалась над нами как скала. Чайки облетали его за километр.

– Как же он рад тебя видеть, – довольно сказала Лора, облетая гигантскую голову Аркадия.

Он аккуратно опустил лапу, и я понял, что он подрос еще немного. Теперь даже его палец был больше, чем наш автомобиль. А уж сам он…

– Спокойно, дружище, – я похлопал его по мизинцу. – Рад тебя видеть.

Рядом в воде показалась огромная темная фигура Игоря. Осьминог был размером чуть меньше, чем Аркадий, но за счет щупалец, куда шире. Медленно и с достоинством он подплыл к берегу. Несколько конечностей вылезли на сушу.

– Игоря-я-я-ян, – крикнул я ему и похлопал по склизкому щупальцу. Он слегка задрожал от удовольствия. – Давно не виделись.

– Привет, Игорь, – кивнула Надя. – Как дела?

В ответ она получила глубокий, почти инфернальный вздох. Любой на нашем месте точно задрожал бы от страха.

– Скучаешь по Свете?

Игорь замер.

– Похоже на то, – подтвердила Лора.

– Я постараюсь, чтобы она как можно быстрее навестила тебя, – сказал я и еще раз похлопал ему ладонью по щупальцу, а затем пустил теплый поток энергии. – Она тебя познакомит с моей дочкой, Аней.

Игорь прикрыл глаза и заурчал. Лора материализовалась рядом с осьминогом и присвистнула.

– Вот это габариты. Интересно, сколько он весит? Тонн пятьдесят?

– Не перебивай, – шепнул я.

Аркадий тем временем принялся опускаться в воду до тех пор, пока на поверхности не осталась торчать только голова.

Наталья и Унур выгрузили приборы и подошли ко мне.

– Ну что, Михаил, начинаем? – спросила Наталья.

– Начинаем, – сказал я.

Из кольца вылетели все до одной детальки Болванчика. Они закружились огромным роем над нами, собираясь в разные геометрические фигуры.

– Лора, координаты?

– Готово, – сказала она и показала голограмму с картой. – Вход в пещеры вон там, метров двадцать под водой.

– Болванчик, погнали.

Детальки взмыли в воздух и, как стая металлических пчел, нырнули в воду. Игорь проводил их взглядом. Аркадий забулькал.

– Что они будут делать? – спросила Надя.

– Сканировать пещеры. Составлять карту, – пояснил я. – Их много, поэтому они могут работать быстро. И глазом моргнуть не успеешь, как они закончат.

– Понятно. Значит, ждем.

Я присел на камень и, чтобы занять время, достал телефон. Проверил сообщения и чат. Ничего важного.

В этот момент телефон завибрировал. Сука, как знал! И зачем я его вытащил?

Это была Маша.

– Алло?

– Миша, – сказала она, и ее голос звучал обеспокоенно. – Я только что говорила с отцом.

– Что случилось?

“Пожалуйста, только бы с ним все было в порядке…” – пронеслась в голове мысль. Не хватало мне очередной проблемы.

– Он сказал, что Петр Первый заставил его отправить какую-то посылку на самом быстром истребителе, который есть у рода Кутузовых. Да, у нас самый быстрый самолет во всей Империи.

Я насторожился.

– Посылку? Какую?

– Не знаю. Отец сказал, что это был ящик. Размером с человека. Больше ничего неизвестно.

Ящик размером с человека. На сверхзвуковом самолете. Вот это новость! И что это такое, раз такая срочность? Ну, если включить немного логики, то догадаться, кто в ящике, не так уж и сложно.

– Куда ее отправили?

– Тоже неизвестно. Отец только успел узнать, что посылка погружена и самолет уже в воздухе.

– Все понял, – я выдохнул. – Спасибо за информацию, дорогая.

– Миша, что бы это ни было, мне это не нравится.

Тут я был с ней согласен. Петр Первый просто так не будет отправлять Владимира в США. А куда же еще?

– Нас это пока не касается.

Маша фыркнула.

– Ага, конечно. Береги себя.

– И ты тоже. Целую, – улыбнулся и отключился.

– Ящик с человека ростом на сверхзвуковом самолете, – произнесла Лора. – Интересно, кого он отправил?

– Владимира, – тихо сказал я. – Неужели хочет уничтожить США?

– Думаешь?

– Уверен. Петр готовит что-то серьезное. И ему нужен сильный боец.

Я набрал номер Петра Петровича. Кому-кому, а ему нужно сообщить в первую очередь.

Гудки. Один. Два.

– Михаил, добрый день, – наконец ответил он.

– Добрый, Петр. У вас все готово к поездке в Китай? – спросил я.

– Да, на завтра все готово. Ты звонишь, чтобы что-то узнать?

– Не только. У меня есть информация, что Петр Первый что-то планирует.

– Как всегда. Поэтому мы всегда осторожны, – заверил меня Петр. – Не волнуйся. Не первый раз. К тому же, Китай, это дружеская территория.

– Хорошо. Завтра буду.

– Спасибо.

Я отключился и посмотрел на море.

Лора тем временем изучала данные, которые присылали детальки.

– Ого, – протянула она. – Смотри сюда.

Передо мной появилась голографическая карта подземных пещер. Огромная, разветвленная сеть туннелей, уходящих глубоко под остров.

– Это же... – я присвистнул. – Сколько там ответвлений?

– Больше тысячи, – Лора увеличила изображение. Оно стало похоже на паутину. – И это только то, что детальки успели отсканировать. Судя по всему, система пещер тянется под всем северным побережьем.

– Вот черт...

Я вывел карту для всех, и Наталья с Унуром подошли ближе, чтобы внимательнее рассмотреть изображение.

– Это невероятно, – выдохнула Наталья. – Я и не думала, что под островом такое.

– Некоторые туннели идут вниз, – добавил Унур, показывая на них пальцем. – Очень глубоко. Километра на два, а то и больше.

Я хотел что-то сказать, но зазвонил телефон. На этот раз это был Трофим.

– Да?

– Михаил, – голос управляющего звучал встревоженно. – К острову движется неизвестный дирижабль. Большой. Идет с запада.

Я закатил глаза. Ну вот, накаркал!

– Опознали?

– Нет. На запросы не отвечает. Но траектория идет прямо к нам.

Я тяжело вздохнул. Неужели опять драться? Блин, лучше бы мы нашли древнее зло.

– Понял. Еду.

– Опять гости? – спросила Лора.

– Ага, очередной дирижабль. И, конечно же, неизвестный.

Я повернулся к Наталье и Унуру. Расстраивать их очень не хотелось, но дирижабль волновал меня куда больше, чем экспедиция.

– Извините, придется прерваться, – сказал я и мысленно приказал: – Лора, отзывай детальки.

– Уже, – кивнула она.

– Да бли-и-и-и-н… – выдохнули Наталья и Унур.

Детальки Болванчика начали вылетать из воды и собираться в кучку. Я убрал их в кольцо.

– Аркадий, Игорь, спасибо за помощь. Мне нужно ехать.

Оба монстра довольно заурчали и скрылись подводой. От них остались одни булькающие пузыри.

Мы сели в машину и помчались обратно.

– Как думаешь, кто это? – спросила Надя, читая последние новости с планшета в поисках хоть какой-то подсказки.

– Понятия не имею, – сказал я и сжал руль. – Но судя по тому, как идет день, очень вряд ли кто-то приятный.

– Может, это твои поклонники с подарками? – хихикнула Лора. – Торт привезли. Огромный. С фейерверками.

– Если это торт, то я его точно есть не буду, – буркнул я. – Да и день рождения у меня не скоро. Скорее, новогодние подарки.

Машина неслась по заснеженной дороге, оставляя за собой облако снежной пыли.

Глава 5. Замерзшие и голодные Европейцы.

Побережье Сахалина.

Через двадцать минут.

Когда мы приехали к берегу, там уже развернулся целый лагерь. Несколько сотен солдат заняли позиции вдоль береговой линии. Пушки были наведены в небо.

– Миша, я думала, мы едем на мирные переговоры, – недовольно проворчала Надя, выходя из машины.

– Мирные переговоры начинаются с того, что никто не стреляет, – пожал я плечами. – А закончиться могут чем угодно.

Трофим нашелся в центре лагеря. Они вместе с Толстым, Лермонтовым и Федором стояли на большом сугробе и с умным видом смотрели куда-то в небо.

– Михаил, – поздоровался Трофим. – Хорошо, что приехал.

– Что там с дирижаблем? – я решил перейти сразу к делу.

– Летит, но молчит как партизан, – хмыкнул Лермонтов. – Связи никакой.

Последнее время я заметил, что Михаил Юрьевич стал куда больше общаться с окружающими, что меня безусловно радовало. Как будто он стал больше доверять людям. Ну или ему надоело ходить с грустным лицом, притворяясь призраком.

Федор опустил голову и улыбнулся, глядя на меня. От такой улыбки у меня аж мурашки по коже пошли. Может стоит попросить какого-нибудь хорошего хирурга зашить его этот рот? Да и шрамы удрать… Технологии то имеются…

– А как там моя дочка путешествует? Не слишком много неприятностей доставляет? – спросил он.

– Развлекается на полную, – усмехнулся я. – Недавно прислала письмо, где написала, что в Китае встретила моего старого знакомого царя обезьян. Вроде даже поладили.

– Это моя Ася, – гордо кивнул Федор, пихнув Толстого. – Любопытство у нее фамильное.

– Судя по всему, ей очень нравится путешествовать. Финиан счастлив, что у него такая спутница, – добавил я. – Правда, она иногда любит с кем-нибудь подраться.

Федор расхохотался.

– Точно моя дочь!

– Михаил, – Трофим вернул нас к делу. – От дирижабля по-прежнему не поступает никаких сигналов. Он подлетает, но из-за облаков его не видно.

Я посмотрел в небо. Действительно была плотная облачность. Зима опять дала о себе знать, напустив на остров непогоду.

– Лора, отправь Болванчика, – мысленно попросил я.

– Уже лечу, – откликнулась она.

Маленькая деталька сорвалась с моего запястья и устремилась в небо, быстро скрывшись в облаках.

– Он послал свою штуковину проверить, – пояснила Надя рядом стоящим солдатам, видя их вопросительные взгляды.

Через минуту Лора появилась перед глазами и показала небольшое изображение.

– Дирижабль старенький, – сообщила она. – Европейский, судя по конструкции. Прусского производства, если не ошибаюсь. Лет тридцать ему точно есть.

– Что там? – спросил Трофим.

– Старый европейский дирижабль, – передал я слова Лоры. – Прусский.

Болванчик подлетел к дирижаблю и завис рядом с кабиной. Через несколько секунд в моей голове раздался голос Лоры:

– Связываюсь с экипажем.

Я увидел изображение, которое передавала деталька. В рубке дирижабля стояло несколько человек в форме. Один из них, седой мужчина с моноклем, вздрогнул, увидев Болванчика у окна.

– Господи, что это?! – воскликнул он.

– Это средство связи, – произнес я через детальку. – Царь Михаил Кузнецов приветствует вас. Идентифицируйтесь.

Мужчина быстро пришел в себя. Его коллеги подошли поближе. У всех на лицах были немного озадаченные и испуганные выражения.

– Капитан Вильгельм Штайнер, представитель объединенной делегации европейских государств, – он щелкнул каблуками. – На борту находятся представители Пруссии, Речи Посполитой, Франции и Англии. Просим разрешения на переговоры.

– Почему заранее не оповестили? – нахмурился я. – Протокол требует предварительного уведомления. Особенно после военных действий с вашей стороны.

Капитан выглядел смущенным.

– Мы пытались, ваше величество, много раз пытались. Но нашу связь в стране блокируют. Мы были вынуждены лететь вслепую, надеясь, что свяжемся с вами с дирижабля. А когда мы были уже на полпути, средства связи на дирижабле сломались… Истек срок годности…

– Блокируют? Кто?

– Предположительно американцы, – вмешался другой голос.

В кадр вошел мужчина в дорогом костюме с орденами на груди.

– Герцог фон Бисмарк, представитель Пруссии, – представился он. – США перекрыли все каналы связи с Европой после торгового эмбарго. Мы не можем связаться даже с соседними странами. Приходится отправлять гонцов, как раньше.

– А аппаратура на дирижабле? – спросил я.

Капитан виновато развел руками.

– Критически важные компоненты мы раньше закупали в Америке. Запасных частей больше нет, а чинить нечем.

Трофим, который слышал разговор через Болванчика, фыркнул.

– Получается, летели через полмира на авось?

– Скорее на отчаянии, – печально улыбнулся герцог.

Я переглянулся с Трофимом. Тот пожал плечами. Толстой хмыкнул, а Лермонтов еле сдерживал усмешку.

– И вы не подумали развернуться? – не выдержал я.

– Куда? – развел руками капитан. – Назад лететь дольше, чем вперед. Мы посовещались и решили рискнуть.

– То есть вы прилетели к нам не только без связи, но и буквально вслепую? – уточнила Надя, слушавшая разговор.

– Технически, да, – признал капитан.

Повисла пауза.

– Миша, они серьезно? – прошептала Лора. – Я думала, европейцы хоть немного умнее.

– Кто его знает… Может, они в отчаянии…

Но судя по их лицам, им реально было не до сражений. И как бы это ни выглядело нелепо со стороны, эти люди сейчас спасают свои страны, свой народ, и это уже похвально. Но такие мысли были только у меня.

Трофим первым не выдержал и рассмеялся. За ним Лермонтов. Потом Толстой начал похрюкивать в бороду. Федор просто качал головой с улыбкой, словно сумасшедший.

– Думаешь, что мы бессердечные? – будто прочитал мои мысли Федор. – О, нет… Эти люди в отчаянии, раз приползли к бывшему врагу. Но кто знает, как бы они поступили, если бы мы поменялись местами? Я бы просто сбил этот дирижабль и забыл о Европе.

– Но ты не царь. Я – царь, – я посмотрел ему в глаза и произнес в детальку: – Разрешаю посадку. Только летите аккуратно, а то с такой техникой вы еще и рухнете нам на головы.

– Благодарю, ваше величество! – облегченно выдохнул капитан.

– Трофим, пусть расчистят посадочную площадку, – скомандовал я. – И подготовьте кристаллы для дирижабля. Судя по всему, обратно они на честном слове лететь не смогут.

– Есть, – кивнул тот и начал отдавать приказы.

Надя подошла ко мне.

– Как думаешь, это ловушка?

– Нет, – покачал я головой. – Слишком глупо для ловушки. Это просто отчаяние.

– Отчаяние опаснее, – заметил Федор. – Отчаявшиеся люди на все готовы.

– Поэтому мы и встретим их во всеоружии, – согласился я. – Или ты не справишься с одним дирижаблем?

– А можно? – ухмыльнулся Федор.

– Конечно нет.

В небе начал проявляться силуэт дирижабля. Старый, потрепанный, он медленно снижался, покачиваясь на ветру.

– Надеюсь, у них хотя бы тормоза работают, – пробормотал Толстой.

– Если нет, узнаем через минуту, – философски заметил Лермонтов.

Я приготовился к встрече с европейской делегацией и подумал, что день обещает быть интересным.

Дирижабль приземлился с таким скрипом и грохотом, что я всерьез подумал о необходимости проверить посадочную площадку на предмет новых трещин. Делегация спустилась по трапу с видом людей, переживших кораблекрушение.

Что у них был за полет, оставалось загадкой.

***

Администрация Сахалина.

Кабинет губернатора.

Всего их было десять человек вместе с экипажем. Капитан Штайнер выглядел особенно потрепанным.

– Прошу прощения за внешний вид, – извинился он, когда мы доставили их в здание администрации. – Обогревательные системы вышли из строя над Беринговым проливом.

– Над Беринговым? – переспросил я. – И вы не развернулись?

– Мы уже обсуждали это, ваше величество, – вздохнул герцог фон Бисмарк. – Кристаллов хватало только на движение вперед.

– Большая часть экипажа сейчас отогревается в столовой внизу, – доложил Трофим. – Повара уже готовят горячий суп.

Хоть представители стран и были магами и холод переносили куда лучше, но вот экипаж был простыми людьми.

– Надеюсь, не из замороженных европейцев, – пробормотала Лора мне в ухо.

Я еле сдержал усмешку.

– Проходите в кабинет губернатора, – пригласила Надя делегатов. – Там теплее и комфортнее.

Мы поднялись на третий этаж. Кабинет Эля был просторным и уютным, и самое главное там работали обогреватели. Сам губернатор уже ждал нас, сидя за массивным столом.

– Господа, располагайтесь, – жестом он указал на мягкие кресла.

Кроме герцога фон Бисмарка из Пруссии, в делегации были граф Потоцкий из Речи Посполитой, виконт де Моранж из Франции и лорд Пемброк из Англии. Все выглядели уставшими и потрепанными.

Петр Романов уже находился в кабинете, расположившись в кресле у камина. Он кивнул мне в знак приветствия.

– Давайте сразу к делу, – начал герцог, потирая окоченевшие руки. – Северная Европа находится в критическом положении.

– Насколько критическом? – уточнил Эль.

– США заблокировали весь экспорт и импорт, – ответил граф Потоцкий. – Российская Империя хоть и продолжает с нами сотрудничать, но у нас совершенно разные товарные поставки. Если США поставляла кучу техники, то Империя – военные и промышленные товары. После инцидента с вашей страной, наши страны экономически сильно просели.

– Инцидента? – переспросил я. – Вы имеете в виду попытку военного вторжения?

– Мы не одобряли этих действий, – быстро вставил лорд Пемброк. – Но мой голос был в меньшинстве.

– Но это вас не особо оправдывает, – заметила Надя, открывая блокнот.

Повисла неловкая пауза.

– Мы понимаем вашу позицию, – продолжил герцог. – Но сейчас в наших странах кризис. Цены растут, товаров не хватает. Люди страдают.

– И вы хотите, чтобы Сахалин помог? – уточнил Петр, прихлебывая чай.

– Мы хотим установить экономические отношения, – кивнул виконт де Моранж. – Мы видим, как процветают Римская Империя и Валахия благодаря торговле с вами.

Я откинулся в кресле.

– Напомню, что Римская Империя не участвовала в войне против Сахалина, – произнес я спокойно. – Поэтому к ней особое отношение.

– А Валахия? – спросил граф Потоцкий. – Насколько нам известно, они тоже не были союзниками.

Я посмотрел на Эля. Тот едва заметно кивнул.

– Господа, прошу прощения, – я встал. – Нам нужно минуту посоветоваться.

Эль поднялся и мы вышли в коридор, прикрыв за собой дверь.

– Что насчет Валахии? – тихо спросил я.

– Вся верхушка власти под моим контролем, – так же тихо ответил Эль. – Все ключевые позиции занимают вампиры, которые подчиняются мне напрямую.

– Серьезно? Вся власть? – улыбнулся я.

– Король, премьер-министр, глава армии, министр финансов, – перечислил он. – Даже главный судья. Все мои.

– Вот это я понимаю, семейный бизнес, – хихикнула Лора.

– И как там дела? – продолжил я.

– Сейчас все хорошо, – кивнул Эль. – Экономика растет, народ доволен. Мои люди знают, как управлять страной эффективно. Конечно, не без моей подсказки.

– Вечная жизнь дает опыт в администрировании?

– Среди прочего, – усмехнулся он. – Не забывай – мой брат руководил планетой!

Мы вернулись в кабинет. Делегаты напряженно ждали.

Я сел обратно в кресло и посмотрел на европейцев.

– Хорошо, – начал я. – Я могу делиться с вами технологиями, открыть торговые пути, помочь с ресурсами. Но вопрос простой: зачем мне все это?

Герцог фон Бисмарк наклонился вперед, явно ожидая такого вопроса.

– Если вы поможете Европе, ваше величество, Сахалин станет одной из самых востребованных и перспективных стран от северного до южного пояса, – его глаза блестели. – Представьте: весь европейский рынок открыт для вас. Миллионы потребителей, тысячи предприятий. Даже недвижимость на вашем острове возрастет во много раз.

– Плюс политическое влияние, – добавил граф Потоцкий. – Страна, которая спасет Европу от кризиса, получит огромный вес на международной арене.

– Мы готовы предоставить льготные условия для сахалинских товаров, – вставил лорд Пемброк. – Сниженные пошлины, упрощенный таможенный контроль.

– И доступ к европейским технологиям, – закончил виконт де Моранж. – Франция готова поделиться разработками в области магической металлургии.

Лора материализовалась рядом со мной, изучая делегатов.

– Анализирую предложение, – пробормотала она. – Экономически выгодно.

Европейский рынок действительно огромный. Политически рискованно. США точно не обрадуются.

Я кивнул, показывая, что слышу.

– Господа, – произнес я. – Нам нужно время обдумать ваше предложение. Влияние меня не интересует. Да и технологии у меня на порядок лучше, чем ваши… Но я что-нибудь придумаю. Располагайтесь в столовой, там уже должны накрыть стол.

– Конечно, ваше величество, – герцог поднялся. – Мы понимаем серьезность ситуации.

Делегацию вывели из кабинета. Я услышал, как один из них восторженно воскликнул:

– Наконец-то теплая еда!

Когда дверь закрылась, я посмотрел на остальных.

– Ну что, совещаемся?

Эль налил себе кофе в маленькую кружку, Надя открыла свой блокнот, а Петр задумчиво смотрел в окно.

– Если мы поможем Северной Европе, США будет действовать еще жестче, – произнесла Надя. – Это очевидно.

– Экономическое давление усилится, – кивнул Эль. – Возможно, попытаются заблокировать наши торговые пути.

– Даже интересно, как они это сделают, – ухмыльнулся я. – У нас отношения только с Кореей, Японией и Китаем. Подлодки! Которые охраняют монстры. США даже подплыть не успеют.

– Но, – вставил Петр, поворачиваясь к нам, – США руководит хаос. Правильно?

Я кивнул.

– Тогда это только на руку, – продолжил бывший царь. – Чем жестче они действуют, тем больше стран отворачивается от них. Европа уже на грани разрыва.

– Плюс мы получаем союзников, – добавил Эль. – Четыре страны сразу.

– Или четыре обузы, – скептически заметила Надя. – Зависит от того, как составить договор.

– А ты можешь это сделать? – спросил я.

– Я составлю соглашение, – решительно сказала она, делая пометки. – Дальнейшим могу заняться сама. Опыт в международном праве у меня не особо большой, но я справлюсь.

Петр кивнул.

– Я помогу, – предложил он. – Опыт составления таких документов у меня тоже имеется. За триста лет кое-чему научился.

– Надеюсь, он не заставит их платить дань, – фыркнула Лора.

Надя и Петр начали обсуждать детали. Я слушал вполуха, обдумывая ситуацию. В целом, все выглядело правдоподобно. Делегаты не врали. Они действительно переживали за народ своих стран и этим меня подкупили.

Обсуждение длилось еще час, и за это время мы с Лорой успели обдумать все дальнейшие варианты действий.

– Михаил, – окликнул меня Петр, когда они закончили. – Не забыл про завтра?

Я поднял голову.

– Завтра?

– Нам нужно выдвигаться с моими детьми в Китай, – напомнил Романов. – Время пришло.

Я мысленно пробежался по планам.

– Точно, Павел, Анастасия и Катя, – вспомнил я. – Во сколько выезжаем?

– В восемь утра, – ответил Петр. – Встретимся у портала. Не опаздывай.

– А есть точное время встречи? – усмехнулся я.

– Нет, отец не сказал. Но что-то мне подсказывает, что мы точно успеем.

– Я, например, обожаю ждать, когда ты закончишь болтать и займешься делом, – съязвила Лора.

Петр поднялся.

– Ладно, я пойду. Мне еще нужно подготовиться к поездке, – он направился к двери, но обернулся. – И, Михаил, постарайся выспаться.

Когда он ушел, Надя посмотрела на меня.

– Ты действительно едешь в Китай завтра?

– Похоже на то, – вздохнул я. – Надеюсь, там хотя бы стрелять не будут.

– С твоей удачей? – усмехнулся Эль. – Сомневаюсь.

Я не стал спорить. В глубине души понимал, что он прав.

Остаток дня я провел с семьей. Витя и Аня были на удивление уставшие и быстро уснули, чем порадовали и меня, и моих жен. Правда, чуть позже выяснилось, что это все Валера. Он играл с ними целый день и смог их вымотать.

– Ты бы видел, как мы развалили ту гору, – с победоносным видом заявил Валера, сидя в кресле гостиной, когда мы с Машей и Светой отнесли детей в кроватки.

– Какую еще гору? – тут же насторожилась Света.

– Да пустяки… – махнул рукой Валера. – Мы отлично провели время.

В гостиную заглянул Трофим. Его лицо было немного встревоженно.

– Прошу прощения, что отвлекаю, но, Михаил, включите телевизор…

Я взял пульт и нажал кнопку.

“...После чего неизвестный субъект разрушил около десяти километров защитной стены в Дикую Зону. Сейчас армия США пытается его остановить. На перехват неизвестного нападавшего выехали лучшие маги страны…”

– Я так поняла, Кутузов доставил посылку? – произнесла Лора.

Глава 6. Возвращение легенды.

Белый дом.

Вашингтон.

Чуть ранее.

Президент США сидел в Овальном кабинете и листал очередной отчет. Каждая страница добавляла ему новую головную боль.

“...неустановленный субъект полностью уничтожил военную базу Кемберленд. Потери: восемьдесят два человека, сорок единиц техники, включая три экспериментальных танка…”

Он перевернул страницу.

“...аэродром Истборк разрушен. Порт непригоден для использования. Предположительно тот же субъект использовал разобранный дирижабль как оружие…”

Президент отложил документы и потер переносицу. Одна ночь. За одну чертову ночь этот маньяк в гавайской рубашке уничтожил больше, чем любая армия за месяц.

– Кофе, сэр? – спросил помощник, заглядывая в кабинет.

– Принеси виски. Кофе уже не поможет, – не поднимая взгляда, произнес президент.

Помощник кивнул и скрылся за дверью.

Глава Белого Дома взял следующую папку. На обложке красными буквами было написано “СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ПРОЕКТ “ОЧИЩЕНИЕ””.

Он открыл ее и пробежался глазами.

Помимо отчета, там были неуточненные данные о ходе работы над проектом. В самом конце перечислялись военные базы, где разрабатывался этот проект.

– Что за... – он нажал кнопку вызова. – Джонс! Немедленно сюда!

Через минуту в кабинет вбежал Джонс, глава службы безопасности.

– Да, господин президент?

– Копия документов “Очищение” была на базе Кемберленд? – президент поднял папку.

Лицо Джонса побледнело.

– Это… Там велась часть разработок... Вы же сказали распределить нагрузку для ускорения работы…

– А сейчас проверь еще раз, – процедил президент. – И найди эти документы! Хоть землю рой!

Джонс выскочил из кабинета. Президент откинулся в кресле и закрыл глаза.

Сначала враг разносит половину военных объектов. Потом пропадают секретные документы. А теперь еще и...

Сознания коснулась рука хозяина. Он хочет поговорить, ответить нужно немедленно.

Президент подошел к стене с портретом прошлого президента, нажал ему на нос и огромное полотно отъехало в сторону, открыв секретный проход. Пройдя по тусклому коридору, он спустился на несколько уровней вниз и оказался в небольшом помещении, в центре которого стоял алтарь.

Невидимая рука господина сильнее сдавила тиски, поторапливая своего слугу.

Президент сморщился от боли и положил руку на алтарь. Воздух вокруг начал искажаться, появились серые, едва заметные линии.

– Я тут, мой господин.

– Ты сидишь и ничего не делаешь? – голос Нечто был спокойным, но в нем чувствовался холод бесконечной пустоты.

– Я...

– Твои враги разрушают твои базы. Крадут твои документы. А ты сидишь в кресле и пьешь виски.

Президент сжал челюсти.

– Мы работаем над...

– Ты забыл, что мне известно все, что касается моих слуг! Работаете, – передразнил Нечто. – Захар тоже работал. Знаешь, что с ним стало?

Повисла тишина.

– Нет, – тихо ответил президент.

– Ничего. Его больше нет. Совсем. Я стер его из реальности. Он был бесполезен, как и ты сейчас.

Президент почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Я делаю все возможное...

– Все возможное недостаточно, – перебил Нечто. – Мне нужно тело Владимира Кузнецова. Немедленно. Где оно?

– У Петра Первого. В Москве. Мы пытаемся...

– Пытаетесь! – фыркнул Нечто. – Но от тебя сбежал и второй сосуд! Мне не важно, что ему помог Чал Конерук. Он лишь отголосок своего прошлого величия. Теперь это просто слабая пешка…

“Нихрена себе слабая пешка”, – промелькнула мысль в голове президента.

– Он уже не составит такой проблемы… Найди второго…

– Буслаева. Мы его вернем. Он может стать запасным телом, если с Владимиром что-то пойдет не так.

– Хоть что-то полезное, – голос Нечто смягчился, но ненамного. – А дети Кузнецова?

Президент выпрямился.

– Проект “Очищение” в работе. Мы уже знаем, что они окрепли и не смогут принять божественную сущность. Так что единственный вариант...

– Уничтожить их до того, как они вырастут, – закончил Нечто. – Правильно. Они могут стать проблемой. Большой проблемой.

– Мы разработали план. Пока он в разработке. Выясняем детали. Проникновение через подводные туннели под Сахалином. Быстрая операция. Никаких следов.

– И когда это произойдет?

– Через неделю. Может, раньше, если...

– Сделай раньше, – приказал Нечто. – Каждый день дети становятся сильнее. А Кузнецов хитрее. И тоже сильнее!

– Будет сделано.

– Помни, – голос Нечто стал еще холоднее. – Мне неважно, какой пост ты занимаешь. Президент или нищий на улице. Если ты бесполезен, я сотру тебя так же, как Захара. Поверь, ты даже не успеешь понять, что произошло.

– Я понимаю.

– Хорошо. Тогда действуй. И найди того идиота, который потерял документы проекта “Очищение”. Мне не нужны слабые звенья.

Связь оборвалась.

Президент убрал ладонь от алтаря и посмотрел на свои руки. Они слегка дрожали.

– Черт. Черт. Черт! – последнее слово он крикнул на весь зал.

Поднявшись обратно в кабинет, президент подошел к окну. За стеклом виднелся Вашингтон, погруженный в предрассветную дымку.

Захар, его предшественник, который подавал большие надежды и быстро продвигался по иерархии, был стерт из реальности. Президент даже не помнил его лица. Не помнил имени до того, как Нечто его произнес. Как будто человека никогда не существовало. Еще одно подтверждение, что хозяин всесилен.

– Господин президент! – в кабинет ворвался секретарь. Его обычно безупречная прическа была растрепана, галстук перекошен. – У нас проблема!

– Еще одна? – устало спросил президент, поворачиваясь.

– К нам летит сверхзвуковой истребитель! Из Российской Империи!

– Что?

Президент подошел к столу и нажал кнопку вызова командного центра.

– Сбейте его, – коротко приказал он.

– Не можем, сэр, – голос генерала звучал напряженно. – Он слишком быстрый. Наши системы ПВО не успевают навестись.

– Чего он хочет?

– Неизвестно. Он пролетел над Нью-Йорком, Чикаго и сейчас направляется... постойте...

Повисла пауза.

– Что там? – рявкнул президент.

– Он сбросил груз! Район Монтаны, недалеко от защитной стены Дикой Зоны!

Президент обменялся взглядами с секретарем.

– Размер груза?

– Размером с человека. Может быть, бомба или...

– Или кого-то доставили, – закончил президент. – Собрать всех доступных магов. Армию в полную боевую готовность. Если это то, о чем я думаю...

– Что именно, сэр?

Президент посмотрел на карту на стене. Монтана. Защитная стена. Дикая Зона.

– Романов прислал нам гостинец, – он взял телефонную трубку. – Соедините меня с командующим Западным военным округом. Немедленно.

Секретарь выбежал из кабинета.

Президент снял телефон раньше, чем успел прозвучать первый гудок.

– Генерал Уилсон? Объявляю чрезвычайное положение в Монтане. Эвакуировать всех гражданских в радиусе ста километров от точки падения. Стягивайте войска. Всех, кто есть. Маги, танки, артиллерия. Если туда прислали того, кого я думаю, нам понадобится целая армия.

– Кого именно, господин президент?

– Не хочу раньше времени напускать панику. Дайте мне картинку. Выясните, что там!

На том конце послышался сдавленный стон.

– Прекрасно, – пробормотал генерал. – Просто прекрасно. А у меня еще и день рождения сегодня.

– Поздравляю, – сухо ответил президент. – Желаю тебе дожить до завтра.

Он бросил трубку и налил себе виски. В большой стакан из-под пива. До краев.

За окном начинало светать.

***

Я выключил телевизор и некоторое время смотрел в темный экран.

– Так Петр Первый отправил Владимира в США, – произнесла Лора, появляясь рядом. – Интересный ход, вот только выглядит это не сильно разумно.

– Похоже на ответ, – кивнул я. – США давит на Европу, угрожает Петру. А он в ответ запускает туда Владимира Кузнецова.

– Логично, – Лора присела на подлокотник кресла и положила руку мне на плечо. – Владимир справится с любой армией. У американцев нет шансов.

Я просидел в гостиной почти до самого утра. Мы с Лорой просчитывали все варианты событий. Когда часы показали шесть, я подошел к окну. Южно-Сахалинск спал. Только редкие фонари освещали пустые улицы.

– Знаешь, что меня радует? – улыбнулся я. – Это меня пока не касается. Пусть Петр разбирается со своими проблемами.

– Ты серьезно так думаешь? – Лора наклонила голову.

– А что?

– Миша, рано или поздно это коснется и Сахалина. США руководит Хаос. А Хаос хочет захватить планету. А ты ему мешаешь. Вообще все Кузнецовы ему мешают. Думаешь, он просто так отступит?

Я вздохнул. Она была права, конечно.

– Я знаю. Просто хочется хотя бы одну ночь не думать о том, кто и когда на нас нападет.

– Тогда не смотри новости, – хмыкнула она.

Трофим заглянул в гостиную и удивился, увидев меня.

– Что-то еще? – спросил я.

– Нет, просто подумал, что вам стоит отдохнуть, Михаил.

– Не переживай, Трофим, у меня есть несколько фокусов, чтобы взбодрить себя.

Когда он ушел, пришли Маша и Света. Они тоже рано вставали, чтобы покормить детей.

– Я скоро выезжаю. В Китай.

– С Петром Петровичем? – уточнила Маша.

– Да. Встреча с его отцом.

– Только постарайся не ввязываться ни в какие драки, – Света подошла и обняла меня. – У нас и так хватает проблем.

– Обещаю, – улыбнулся я. – Максимум словесная перепалка. Мы не хотим конфликтов. Нам надо забрать Екатерину без лишних проблем.

– Зная тебя, это тоже может закончиться разрушенным зданием, – фыркнула Света.

Маша рассмеялась.

– Она права. Помнишь, мы летали на день рождения Светы?

– Это был несчастный случай! – я поднял руки. – Кто знал, что там будет замешана целая преступная сеть?

– Вплоть до Дикой Зоны! – добавила Света.

– Но все хорошо закончилось. Даже появились верные союзники, – защищался я.

Мы еще немного посмеялись, потом девушки ушли кормить детей.

– Хоть позавтракай, – сказала Лора. – А то мне не хочется использовать энергию для поддержания твоего тела. Хочу нормальные калории!

На кухне Настя готовила завтрак.

– Доброе утро, Михаил, – улыбнулась она. – Собираешься в Китай?

– Да. Петр уже ждет?

– Трофим сказал, что Романов звонил полчаса назад. Сказал, что встретимся у портала в восемь ноль-ноль.

Я глянул на часы. Половина седьмого. Времени хватало.

Перехватив пару бутербродов и кружку кофе, я вышел на улицу.

Морозный воздух ударил в лицо. Снег хрустел под ногами. Солнце только начинало подниматься, окрашивая небо в розовые тона.

– Красиво, – произнесла Лора, идя рядом. Сегодня она была в длинном пальто и с распущенными волосами.

– Согласен.

Все, что мне было необходимо, уже лежало в кольце. Детальки Болванчика, мечи, теплая одежда. Запасная одежда. Да там были даже плавательные трусы, хотя я сомневался, что мне они понадобятся.

Валера по старой доброй традиции гонял солдат с самого утра.

– О, Мишаня проснулся! – помахал он мне, играя мышцами. Из-за того, что он был разгорячен, а на улице было далеко за минус двадцать, от него исходил пар, как от печки.

– Валера, – связался я с ним через внутреннее хранилище. – Присмотри за детьми. Я в Китай.

– Да без проблем! – он показал большой палец и продолжил раскидывать солдат.

Мы доехали до портала минут за двадцать. Там уже стояли Петр Петрович и его дети.

Павел выглядел собранным. На нем был простой черный костюм без лишних украшений. В руке он держал трость, но я знал, что внутри скрывался меч.

Катя была в строгом платье и теплом плаще. Волосы собраны в хвост. На лице спокойствие, но глаза выдавали напряжение.

Анастасия же, как всегда, выделялась. Красная кожаная куртка, высокие сапоги, перчатки. Меч на поясе. Она выглядела так, словно собиралась на войну.

– Доброе утро, – поздоровался я.

– Михаил, – кивнул Петр Петрович. – Вовремя.

– Стараюсь не опаздывать на важные встречи.

– Это точно важная, – вздохнула Катя.

Лора обошла всех троих, внимательно изучая.

– Миша, они прокачались, – произнесла она мне в ухо. – Павел освоил огненную магию на новом уровне. Вижу три новые печати. Катя научилась работать с ментальными атаками. А Анастасия... О, у нее теперь два меча и оба зачарованы.

Я кивнул, показывая, что услышал.

Петр Петрович выглядел встревоженным. Он поправлял воротник, проверял карманы, несколько раз посмотрел на часы.

– Что-то не так? – спросил я тихо.

– Связался с Блин Лолом, – так же тихо ответил он. – Он готов к нашей встрече. Отец уже на полпути.

– И?

– И я не знаю, чего ожидать. Отец непредсказуем. Может, выказать радушие. Или попытаться убить.

– Или и то, и другое одновременно, – добавила Анастасия. – Этот псих умеет удивлять.

– Веселая семейка, – хмыкнула Лора.

Петр Петрович достал карманные часы. Семь пятьдесят восемь.

– Готовы?

Все кивнули.

– Тогда пошли.

Я активировал портал в Москву и отошел в сторону, пропуская Романовых. Глава семейства первым подошел к кромке. Появилось голубоватое свечение.

– Кстати, – Павел обернулся ко мне. – Что если он захочет убить тебя?

– Пусть попробует, – покачал я головой. – У него этого ни разу не получалось.

– Что ж, – вздохнул он. – Это хорошо, но ты не расслабляйся.

– Волнуешься? – хихикнула Катя. – Боишься, что тебя больше не допустят к военной технике?

– Очень смешно! – фыркнул он. – Во-первых, если с Мишей что-то случится, мы просто не сможем пройти через портал обратно. А во-вторых, кто будет главой Сахалина?

– Отлично, – вздохнул я. – Меня уже хоронят.

– Могло быть хуже, – утешила Лора. – Мог бы поехать Валера.

– Валера хотя бы предсказуем. Увидит что-то интересное и разнесет. Петр Первый же... с ним никогда не знаешь.

Мы подошли к порталу вплотную. Петр Петрович повернулся к нам.

– Последняя проверка. Оружие?

– При мне, – Павел постучал по трости.

– У меня два меча, – Анастасия похлопала по ножнам.

– Я готова, – кивнула Катя.

– Артефакты защиты?

Все кивнули.

– Хорошо. Тогда...

Он шагнул в портал и исчез в голубом свечении.

Павел последовал за ним. Потом Катя. Анастасия обернулась ко мне.

– Если что, не стесняйся бежать, – подмигнула она. – Я прикрою.

И шагнула внутрь.

Я переглянулся с Лорой.

– Не стесняйся бежать, – передразнила она. – Миша, ты, блин, сильнее всех их вместе взятых. Ну может не сильнее Петра… А может, и сильнее… Ладно, – она хлопнула в ладоши. – Ты готов?

– К встрече с Петром Первым? Всегда готов.

– Вот и отлично. Пошли.

Я шагнул в портал.

Мир перевернулся. Голубое свечение сменилось темнотой, потом вспышкой белого света. В ушах зазвенело. Земля под ногами исчезла, потом появилась снова.

Когда зрение вернулось, я стоял на мощеной площади.

Подвал Московского поместья.

Там я еще раз активировал портал, но на этот раз в Китай.

***

Южно-Сахалинск.

Улица Колотушкина.

Валера сидел на деревянной лавочке возле магазина одежды и наблюдал за детьми. Витя из коляски пристально наблюдал за прохожими, стараясь заглянуть каждому в глаза. Аня же довольно хихикала, когда какая-нибудь прохожая улыбалась ей.

Над головой Валеры парила едва заметная корона, мерцая золотистым светом. От нее к детям тянулись две тонкие магические нити. Через них он чувствовал их пульс, температуру и настроение. Прохожие этого не видели, но дети иногда поглядывали на странные полосы, тянущиеся от их голов к короне Валеры.

Все в порядке. Тепло. Довольны. Здоровы.

– А-ва-ва! – серьезно сказал Витя и ткнул пальцем в проезжающую мимо машину с нарисованным снеговиком на капоте.

Валера посмотрел на кривой рисунок, больше похожий на упавшую башню.

– Отлично, – кивнул он. – Это машина.

– Ва-а-ва! – кивнул мальчик и слегка улыбнулся.

– Хех, ну пацан….

Валера откинулся на спинку лавочки и сделал глубокий вдох.

Света и Маша ушли в магазин минут двадцать назад. Сказали, что быстро. Ага, быстро. Женщины в магазине одежды, это как минимум час.

Морозный воздух приятно холодил лицо. Снег поскрипывал под ногами редких прохожих. Обычный спокойный день.

Неожиданно на углу улицы затормозил черный фургон. Легкий визг мотора привлек внимание детей. Дверь распахнулась и оттуда выскочили четверо в черных масках.

Валера даже бровью не повел.

Бандиты рванули к детям. Один достал сеть, второй выхватил шприц, третий и четвертый просто бежали, взяв мечи на изготовку.

Витя и Аня даже не успели испугаться, как глаза Валеры слегка вспыхнули золотым.

Все четверо как будто ударились о невидимую стену. На мгновение они зависли в воздухе, а потом их швырнуло обратно в фургон с такой силой, что машина накренилась и встала на два колеса.

Валера слегка поднял руку, как дирижер, готовящийся к концерту, и соединил два пальца так, будто ущипнул что-то в воздухе.

Фургон начал сжиматься. Металл скрежетал, стекла лопались, двигатель трещал. Через несколько секунд от машины остался только металлический куб размером с телевизор. Из него по снегу потекла красная жидкость.

– Фу, – поморщился Валера. – Всегда забываю, что они внутри.

Он встал, огляделся, проверив, видел ли кто это происшествие. Все же, парочка зевак пялились на него.

Валера подошел к кубу, поднял его одной рукой, словно пустую коробку, и неспешно направился к замерзшему озеру в двадцати метрах от скамейки.

– Доброе утро, – вежливо поздоровался Валера с зеваками. – Не обращайте внимания. Просто выношу мусор.

Дойдя до озера, он размахнулся и швырнул куб на лед. Раздался громкий треск. Лед разошелся паутиной трещин и металлический куб медленно погрузился в темную воду.

– Вот и утилизация, – удовлетворенно кивнул Валера, отряхивая руки.

Он вернулся к лавочке. Витя и Аня смотрели друг на друга, абсолютно не обращая внимания на то, что только что произошло.

Валера проверил магические нити. Все в норме. Даже не испугались.

– Хорошие дети, – пробормотал он. – Крепкие нервы. В отца.

Он сел обратно на лавочку и закрыл глаза, подставив лицо слабому зимнему солнцу.

Послышался знакомый воркующий звук где-то сверху.

Валера открыл один глаз.

На перила лавочки приземлился голубь. Серый, с белыми крапинками на крыльях. Он повернул голову и посмотрел на Валеру одним глазом.

– Геннадий? – Валера выпрямился. – Ты вернулся!

Голубь гордо воркнул и перескочил ему на плечо.

– Я так волновался! – Валера осторожно погладил его пальцем. – Где ты был? Что случилось? Почему пропал?

Геннадий клюнул его в ухо.

– Ладно-ладно, не злись, – улыбнулся Валера. – Просто переживал.

Голубь устроился поудобнее, распушив перья.

Так они и сидели молча. Валера наблюдал за детьми, Геннадий дремал на плече.

– Знаешь, – тихо произнес Валера, – я понял одну вещь. Когда ты правишь планетой, все просто. Есть враги – уничтожаешь. Есть проблемы – решаешь силой. Но вот когда сидишь с детьми на лавочке... это сложнее.

Геннадий открыл один глаз.

– Нет, правда. Я могу разрушить город. Могу остановить армию. Но не могу до конца понять, как с ними поладить. Знаешь, пацан иногда смотрит на меня, как на идиота. А девчонка, как на болвана. Только еще и улыбается.

Голубь воркнул, явно соглашаясь.

– Да, я знаю, что звучит глупо. Но это правда! – Валера вздохнул. – Хотя, наверное, это и к лучшему. Если самая большая проблема – наладить контакт с ребенком, значит, мир стал спокойнее.

Витя повернул голову и посмотрел на голубя.

– Вей-фей! – ткнул он маленьким пальчиком в птицу и впервые за все время рассмеялся.

Валера на секунду замер.

– Ого! Это что за магия? Гена, ты благоприятно влияешь на детей!

Голубь гордо выпятил грудь.

– А... – Валера почесал затылок. – Видишь, Витя, это голубь Гена! Мой старинный друг! Мы с ним прошли огонь и воду!

– Ву-у-у-у! – Аня расставила руки в стороны.

– Ага, в точку! – улыбнулся Валера. – Он летает.

Геннадий клюнул Валеру в ухо еще раз.

– Что? Я же не соврал. Ты же действительно летаешь!

Голубь недовольно взъерошил перья.

– Да не видели они, как я смял машину! – пробубнил Валера. – В натуре не видели!

Из магазина вышли Света и Маша, нагруженные пакетами.

– Валера! – окликнула Света. – Как дети?

– Все отлично! – помахал он рукой. – Подышали воздухом, посмотрели, как я утопил машину с киднепперами в озере. Обычный день.

Света остановилась.

– Что?

– Шучу, – невинно улыбнулся Валера. – Просто видели машину с корявым снеговиком.

Маша подошла ближе и посмотрела на него подозрительно.

– Валера, почему у тебя на запястье кровь?

Валера опустил взгляд. На руке действительно было несколько красных пятен.

– А... Это... – он задумался. – Витя упал и разбил нос?

– Врешь, – Маша сложила руки на груди. – Витя цел. Что случилось?

– Ничего особенного. Просто четверо идиотов попытались украсть детей. Я их упаковал в куб и утопил в озере.

Света и Маша переглянулись.

– Серьезно? – тихо спросила Света.

– Абсолютно. Хотите, покажу озеро? Там еще видны трещины на льду.

– Нет, спасибо, – Маша помассировала переносицу. – Просто... господи, даже на прогулке с детьми нельзя спокойно посидеть.

– Зато дети целы, – жизнерадостно заметил Валера.

– Это да, – Света вздохнула. – Спасибо, Валера.

– Не за что. Я же обещал присмотреть.

Геннадий гордо воркнул, явно поддерживая.

– О! – Маша заметила голубя. – Геннадий вернулся!

– Да, только что прилетел.

– Ну хоть одна хорошая новость сегодня, – улыбнулась она.

Витя и Аня заметили, что пришли их мамы и довольно заугукали.

Валера остался сидеть на лавочке, поглаживая голубя.

– Знаешь, Геннадий, – тихо произнес он, – мне тут нравится. Спокойно. Уютно. Иногда приходится убивать киднепперов, но в целом жизнь удалась.

Голубь согласно воркнул и закрыл глаза.

Валера тоже закрыл глаза, наслаждаясь моментом тишины.

Глава 7. Есть деньги, есть вино — и друзья найдутся

Когда я проморгался, увидел уже знакомую пещеру. Остальные стояли, потирали глаза и оглядывались, не понимая, где именно находятся.

– Что ж, добро пожаловать, господа, – произнес я, направляясь к выходу из пещеры. – Хорошо, что я заранее перенес сюда один автомобиль.

– Очень хорошо, – отряхивая пыль с плеча, произнесла Катя.

– Все целы? – спросил Петр Петрович.

– Да, – кивнул Павел. – Хотя портал был немного... грубоват.

– Меня чуть не вывернуло наизнанку, – поморщилась Катя.

– Зато быстро, – пожала плечами Анастасия.

Когда мы вышли на уступ, я сильно пожалел, что не сделал нормальный спуск. Вход в эту пещеру был тем еще испытанием, а тот факт, что сейчас зима и все покрыто снегом, делал наш спуск еще более проблематичным.

– Что ж… это было ожидаемо… – я достал из кольца лыжи и вручил каждому. – Надеюсь, все умеют на них ездить?

– Обижаешь, – ухмыльнулась Настя. – Царевна должна уметь делать много чего, особенно кататься на лыжах.

В итоге, спустившись к подножью, я откопал автомобиль, проверил все ли работает, и мы двинули к столице.

Петр созвонился с Императором Блин Лолом, чтобы нас встретили, и уже на въезде в город нас ждала большая делегация.

– А тут много чего изменилось с нашего последнего визита, – отметила Лора, сканируя ближайшие районы. – Кажется, новый правитель много вкладывает в улучшение жизни людей…

Петр обсуждал с встретившим нас представителем о последующих действиях. Мы решили не затягивать, так как сейчас в США происходит что-то странное.

– Миша, я расшифровала документы, которые привез Валера из США. Там упоминается какой-то проект “Очищение”... И судя по всему, он направлен на уничтожение Вити и Ани, – сказала Лора.

– Есть подробности?

– Не особо. Судя по всему, это один из множества документов. Упоминается, что проект пока не прошел все тесты, и до завершения еще далеко…

– У меня такое ощущение, что ты хочешь сказать “НО”, – вздохнул я.

– Да, – кивнула Лора. – Вот только Валера уже успел убить каких-то людей, которые покушались на жизнь детей.

– С Валерой они точно в безопасности, – кивнул я. – Разберемся с этим, когда вернемся.

Наша делегация добралась до императорского дворца, заехав на просторную площадь через ворота.

Я осмотрелся. Площадь была окружена высокими стенами с башнями. Стражники в традиционной китайской броне стояли у ворот, не сводя с нас глаз.

– Приветственный комитет нервничает, – тихо произнесла Лора, появляясь рядом. – Насчитала двадцать магов на стенах. Все настороже.

Я кивнул, показывая, что услышал.

В этот же момент, в ворота заехал еще один кортеж.

– Да ладно… – вздохнула Лора.

Из центральный машины вышли двое.

Петр Первый и Катерина в длинном белом платье.

Я невольно замер.

Царь выглядел куда лучше, чем я его видел до этого. Более величественно, что ли. На нем был простой черный кафтан без украшений, но от царя исходила такая аура власти, что хотелось непроизвольно выпрямиться.

Катерина была его полной противоположностью. Небольшого роста, статная, со светлыми волосами, заплетенными в косу. Она смотрела на нас внимательно, но с легкой печалью.

– Отец, – холодно произнес Петр Петрович.

– Сын, – так же холодно ответил Петр Первый.

– Петенька, – улыбнулась Катерина.

– Здравствуй, мама, – мягче кивнул Романов.

Повисла неловкая пауза.

– Ну здравствуйте, милые родственники, – пробормотала Лора. – Прямо семейное тепло и уют.

Вся китайская стража высыпала на стены и заняла оборону. Маги так же выбежали из дворца. Безопасность должна быть превыше всего, особенно во дворце Императора.

Катерина первой нарушила молчание. Она шагнула вперед и обняла Павла.

– Внучек! Какой ты большой!

– Бабушка, – Павел неловко похлопал ее по спине, не сводя пристального взгляда со своего деда. – Рад тебя видеть.

Она перешла к Кате, потом к Анастасии. Обнимала каждого, гладила по щекам, щебетала что-то о том, какие они все красивые.

Петр Первый стоял в стороне и смотрел на нас. Наконец, наши взгляды встретились.

– Кузнецов, – холодно произнес он.

– Романов, – так же холодно ответил я.

– Вижу, ты еще жив. Удивительно.

– Тебя тоже не убили. Жаль.

– Миша, осторожнее, – предупредила Лора. – Его энергия зашкаливает. Он готов к бою.

Я сжал кулаки, чувствуя, как в жилах разгорается огонь.

– Не забывай, что меня нельзя убить, – улыбнулся он.

Катерина отпустила внуков, подошла к Петру и положила руку ему на плечо.

– Милый, мы договаривались, – тихо произнесла она.

Петр Первый глубоко вдохнул и отвел взгляд.

– Отец, – холодно произнес Петр Петрович, делая шаг вперед.

– Сын, – царь наконец посмотрел на него.

Повисла гробовая тишина. Павел, Катя и Анастасия застыли, готовые к любому развитию событий.

Из главных ворот вышла процессия. Впереди шел мужчина в роскошном золотом облачении с вышитыми драконами. На голове сверкала корона. Позади него шла свита из десятка человек.

Я с трудом узнал в этом человеке Блин Лола. Императора Китая.

– Приветствую гостей, – произнес он на чистом русском. – Рад видеть вас в Поднебесной.

Петр Первый поклонился. Неглубоко, но уважительно.

– Благодарю за гостеприимство, Блин Лол.

– Прошу, следуйте за мной. Переговоры будут проходить во дворце.

Мы двинулись за процессией. Стражники расступились, пропуская нас внутрь.

Дворец был огромным. Красные стены, золотые крыши, резные деревянные колонны. Повсюду висели фонари, даже днем создавая теплый свет.

– Красиво, – призналась Лора. – Хотя немного... вычурно.

Нас провели в большой зал. В центре стоял длинный стол, уставленный фруктами, чаем и какими-то непонятными китайскими сладостями.

– Прошу, рассаживайтесь, – Блин Лол указал на кресла.

Я сел справа от Петра Петровича. Павел, Катя и Анастасия заняли места рядом. Петр Первый с Катериной расположились напротив. Блин Лол сел во главе стола.

– Итак, – начал он. – Насколько я понимаю, у нас есть вопросы для обсуждения.

– Да, – кивнул Петр Первый. – Я прошу об одном дне.

– О дне? – не понял Император.

– Я хочу провести один день со своими внуками. Просто один день.

Повисла тишина.

– И? – настороженно спросил Петр Петрович.

Петр Первый глубоко вдохнул.

– В обмен на Катерину.

Я замер. Все замерли.

– Так просто? – выдохнул Павел.

– Я отдаю тебе свою жену, – продолжил царь, глядя на сына. – Она вернется с вами на Сахалин. Останется там. Ваша задача, защищать ее, чтобы ей не угрожало.

Катерина сжала его руку, но ничего не сказала. На ее лице не было удивления. Она знала.

– Ты... – Петр Петрович медленно встал. – У тебя есть какой-то план?

– Я? Я похож на человека, у которого есть план? – пожал плечами Петр Первый. – Это мое условие. Один день с внуками, и тогда Катя вернется с вами.

– В чем подвох? – прищурился Петр.

– Ну… Подвоха нет, – царь опустил взгляд. – Тебе придется мне поверить, сын.

– Но... – Анастасия покачала головой. – Это безумие.

– Безумие – это хотеть убить своего отца ради престола, – произнес Петр Первый, глядя на сына. – А я просто хочу провести с вами немного времени.

– Ради престола? – фыркнул Петр, – Так вот как ты меня воспринимаешь? Напомнить тебе, как ты пустил жителей приграничных с Зоной городов на убой? Сколько миллионов ты погубил просто так?

Я посмотрел на Лору. Та быстро просканировала царя.

– Он не врет, – ошеломленно произнесла она. – Ни капли лжи. Он действительно хочет просто провести время с внуками.

Петр Петрович медленно опустился обратно в кресло.

– Я тебе не верю.

Тогда Петр Первый посмотрел на меня.

– Кузнецов, – он наклонился вперед. – Ты же умный человек. Скажи моему непутевому сыну, вру я или нет. Давай, сканируй меня. Читай! Давай.

– Он не врет. Он ни разу не соврал с момента, как мы сели за этот стол, – кивнул я. – Ты не причинишь вреда Павлу, Анастасии и Кате?

– Конечно нет! – рассмеялся Романов. – Я просто хочу узнать своих внуков поближе, понять какие они. Более того, они будут под такой защитой, которая и не снилась их родному отцу.

– Ого, амбициозно, что он верит в это, – подтвердила его слова Лора.

– Он не врет, – сказал я.

Катерина встала и подошла к Петру Петровичу. Села рядом с ним и взяла его за руку.

– Сын, я знаю, это звучит странно. Но это правда. Твой отец... он изменился.

– Люди не меняются, – холодно произнес Петр Петрович.

– Бессмертные меняются медленнее, – кивнула она. – Но триста лет – это достаточно времени, чтобы переосмыслить многое.

Блин Лол откашлялся.

– Прошу прощения, но это самая странная сделка, которую я слышал за свою жизнь. И я слышал предложение обменять слона на три мешка риса.

– Слон был больным, – пробормотал Петр Петрович.

– Это не оправдание.

Павел посмотрел на отца.

– Отец, что ты думаешь?

Петр некоторое время молчал. Потом посмотрел на меня.

– Михаил?

– Хорошо, – сказал я. – Допустим, я верю, что ты говоришь правду. Но зачем? Что ты получаешь?

– Мир в душе, – просто ответил царь. – Понимание, что сделал хотя бы что-то правильное за столько лет

– Как трогательно, – фыркнул я.

Петр Петрович сжал руку Катерины.

– Мама, ты действительно этого хочешь?

– Да, – она улыбнулась сквозь слезы. – Я хочу быть рядом с вами. С моим сыном и внуками. Я тосковала так долго...

Катя тоже встала и обняла бабушку. Анастасия подошла следом. Потом Павел.

Петр Первый смотрел на эту сцену с легкой улыбкой. В его глазах мелькнула грусть. Эта мимолетная эмоция была настолько быстрой, что никто не успел заметить, кроме меня.

– Значит, решено? – спросил Блин Лол. – Один день для Петра Первого, и Катерина остается с семьей?

Петр Петрович посмотрел на детей. Те кивнули.

– Да, – наконец произнес он. – Но с условиями.

– Слушаю, – Петр Первый выпрямился.

– Никаких манипуляций. Никакой политики. Никаких попыток повлиять на детей.

– Согласен.

Я незаметно попытался достать из пространственного кольца деталь Болванчика.

– Михаил, – не поднимая головы, произнес Петр Первый. – Не стоит оставлять следящие артефакты. Я чувствую энергию твоего питомца за километр.

Черт. Это было неожиданно.

– Все будет хорошо, – продолжил царь. – Обещаю. Я не причиню вреда своей семье. Ни физического, ни морального.

Лора быстро просканировала его.

– Он не врет, – тихо произнесла она.

Я медленно убрал детальку обратно.

– Если хоть что-то пойдет не так...

– То ты меня убьешь. Да, знаю, – скучающе ответил Петр Первый. – Ты уже говорил. Много раз.

Катерина встала и подошла к мужу. Обняла его.

– Спасибо, – тихо произнесла она. – За все.

Он обнял ее в ответ, зарывшись лицом в ее волосы.

– Это я должен благодарить тебя. За терпение. За то, что оставалась рядом все это время.

Они стояли так несколько секунд. Потом Петр Первый отстранился и произнес:

– Теперь мы можем провести время с внуками.

– Да, – улыбнулась Катерина.

Блин Лол хлопнул в ладоши.

– Замечательно! Договорились. Завтра Петр Первый проведет день с внуками. После чего Катерина останется с семьей. А сейчас все отдыхают. Вы устали с дороги.

Петр Первый первым решил покинуть зал, взяв под руку свою супругу.

– До завтра, – он посмотрел на внуков. – Надеюсь, мы хорошо проведем время.

Но у двери он остановился и обернулся.

– И, Кузнецов, – произнес он. – Береги своих детей. Скоро им понадобится вся твоя сила.

Так, а вот это уже очень странно!

– Это звучит как угроза, – выдавил я из себя.

– Это звучит как факт.

Он вышел из зала. Мы же с Лорой начали судорожно анализировать, что он может сделать? Почему вообще он это сказал? Что может случиться с моими детьми? Лора не дожидаясь приказа, на всякий случай даже активировала Еву, и отправила ее в детскую.

Когда дверь закрылась, Анастасия выдохнула.

– Что только что произошло?

– Дедушка отдал нам бабушку, – пробормотал Павел. – Просто так.

– Не просто так, – покачала головой Катя. – За шанс попрощаться. Он знает... он знает, что скоро что-то случится.

– Что именно? – резко спросил я.

Она посмотрела на меня, как на идиота и пожала плечами.

– Миша, вот ты вроде царь целого Сахалина, а иногда такие тупые вопросы задаешь? Я знаю не больше тебя! Если не меньше! Папа вообще ничего не рассказывает!

Лора материализовалась рядом со мной.

– Миша, мне это не нравится. Он слишком спокоен. Слишком...

– Мне тоже не нравится, – согласился я.

Блин Лол провел нас в покои. Роскошные комнаты с шелковыми занавесями и видом на сады. Оставшись один, я выпустил детальки.

– Что-то здесь не так, – проговорил я. – Петр Первый не из тех, кто просто отдает самое ценное. Особенно учитывая, как он защищал Катерину.

– Может, он действительно изменился? – предложила Лора.

– Или готовится к чему-то настолько большому, что ему уже не нужны ни жена, ни артефакты.

Лора села мне на колени и провела рукой по щеке.

– Что ты имеешь в виду?

– Не знаю. Но завтра мы узнаем больше.

Я лег на кровать и погрузился во внутреннее хранилище. Лишними новые печати точно не будут.

Что-то подсказывало, что завтрашний день обещается очень, очень интересным.

***

Императорский дворец.

Китай.

Утро.

Проснулся я от того, что Лора методично тыкала мне пальцем в лоб.

– Вставай, соня. Уже девять утра.

– Лора, дай поспать еще пять минут, – пробормотал я, натягивая одеяло на голову.

– Михаил Кузнецов, тебе почти сорокет, а ведешь себя как подросток, – она материализовала ледяную детальку прямо над моей головой.

Я подскочил быстрее, чем когда-либо в жизни.

– Ты же знаешь, что я не люблю холодный душ!

– Знаю. Поэтому это так эффективно, – ухмыльнулась она.

Быстро умывшись и переодевшись в местную одежду, которую мне любезно предоставили китайцы, я вышел в коридор. Дворец поражал размахом. Золотые колонны, резные потолки, шелковые ковры. Красиво, но слишком вычурно для моего вкуса. Хотя я это уже упоминал.

– Тебе бы такой дворец построить на Сахалине, – заметила Лора, идя рядом.

– Зачем? Чтобы зимой на отопление половину бюджета уходило?

– Резонно.

Мы свернули в очередной коридор, когда навстречу показался незнакомый силуэт в традиционной китайской одежде.

– О, господин Кузнецов! Доброе утро! Я секретарь Императора! – мужчина поклонился так низко, что я испугался, как бы он не сложился пополам. – Надеюсь, покои были комфортны?

– Более чем, – кивнул я. – Спасибо.

– Петр Петрович уже ждет вас в беседке. Прошу следовать за мной.

Мы прошли через несколько залов и вышли в сад. Китайский император на пару с Романовым-младшим сидел за низким столиком и попивал чай. Увидев меня, он широко улыбнулся.

– Михаил! Как спалось?

– Отлично. Где Катя, Павел, Анастасия?

– А, они? – Петр Петрович махнул рукой. – Отправились на прогулку с… отцом и матушкой.

Я сел рядом и передо мной тут же появилась чашка чая.

– Быстро они…

– Отец сказал, что с моей стороны будет любезно отпустить их с утра пораньше, – кивнул Петр.

Любезно? Петр Первый? Эти два слова вместе звучали как “ядерная бомба" и "детский сад".

– Лора, – прошептал я. – Как дети?

– Проверяю, – она прикрыла глаза. – Все в порядке. Валера вообще не отходит от них. Ева следит, но никакой опасности.

Я выдохнул. Хотя расслабляться было рано.

– Кстати, о делах, – император налил мне чаю в крошечную чашечку. – Я хотел поблагодарить вас за оперативность, Михаил. Первая партия товаров уже прибыла.

– Подводные лодки работают без сбоев?

– Идеально! – он чуть ли не подпрыгнул от радости. – Знаете, когда мои адмиралы доложили, что ваши подлодки подплыли к порту уже через сутки после отправления, я не поверил. Думал, шутят.

– Технологии Сахалина, – улыбнулся я. – И немного магии.

– Это гениально! – Блин Лол хлопнул в ладоши. – США вводят санкции, европейцы дрожат, а мы спокойно получаем все, что нужно. Редкоземельные металлы, артефакты, даже те самые лечащие коробочки… Название… Я не совсем корректно его произношу...

Прислуга вернулась с подносами, на которых стояли чашки, сладости и свежий чайник.

– Ваше величество, – слуга поклонился. – Позволите доложить?

– Говори.

– Министр торговли передал, что хотел бы обсудить расширение поставок. Особенно интересует увеличение объемов технологии.

Петр Петрович посмотрел на меня с гордостью.

– Что скажешь, царь Сахалина? Сможешь увеличить поставки?

– Смогу, – кивнул я и посмотрел на императора. – Но учтите, что цену снизить не могу. Спрос сейчас высокий.

– Не вопрос! – император потер руки и повернулся к слуге. – Главное, чтобы товар шел. Ты слышал? Оформляй новый контракт.

Тут буквально светился от счастья, когда покидал сад. Наверное, ему полагалась премия за такие сделки.

– Господин Кузнецов, – произнес Блин Лол торжественно. – Китай благодарен вам за такое выгодное сотрудничество. Ваши подводные лодки спасают нашу экономику.

– Да ладно, не преувеличивайте, – отмахнулся я.

– Михаил! – вмешался Петр. – Умей принимать похвалу. Она обоснована и заслужена. Никогда не принижай свои успехи.

– Ох, принижает он, – усмехнулась Лора мне в ухо. – Знали бы они, какой ты хвастунишка.

Я сдержал улыбку.

– Рад быть полезным, – сказал я вслух.

Мы еще немного поболтали о деталях поставок, после чего Блин Лол откланялся по делам, оставив нас наедине.

Петр Петрович допил чай и посмотрел на меня серьезно.

– Михаил, давай начистоту. Что будем делать когда вернемся на Сахалин?

Я пожал плечами.

– Извлечем иглу из татуировки Катерины. А там посмотрим.

– И долго мы собираемся тянуть с иглой? – спросил Петр. Судя по его реакции, он хотел начать действовать чуть ли не моментально.

– Мы не торопимся. Надо обдумать план и отталкиваться от того, что у нас будет игла.

– Ну, – Романов почесал подбородок, – есть у меня подозрения, что отец не просто так выбрал именно этот момент. Не раньше и не позже. Скоро что-то произойдет, но что…

– Ой да ладно? – фыркнула Лора. – Ну какой он предполагатор!

Я кашлянул.

– Вы правы. Как вернемся, сразу займемся этим.

Двери в сад открылись, и к нам вернулся Блин Лол. В руке он держал яблоко и с аппетитом его грыз.

– Господа, на сегодня я закончил все дела. И у меня к вам небольшое предложение.

Мы с Петром Петровичем уставились на него.

– Какое? – спросил я.

– Давайте отметим нашу сделку! – глаза императора Китая заблестели. – По-настоящему. Не здесь, во дворце, а в народе.

– То есть? – не понял Петр Петрович.

– Пойдем выпьем местного алкоголя. Настоящего, народного. Не это дворцовое пойло, – Блин Лол потер руки. – Знаете, как давно я не был в обычном китайском баре? Двадцать лет! Может, больше!

Я поднял бровь.

– Вы хотите пойти в обычный бар? Император?

– Именно! – он наклонился ближе и понизил голос. – Переоденемся в простолюдинов и пойдем. Когда еще выпадет шанс? У меня тут каждый шаг под контролем, каждое слово взвешивают. Хочу хоть раз вспомнить, каково это – быть обычным человеком.

Петр рассмеялся.

– Блин Лол, ты меня удивляешь! Я думал, китайские императоры только в шелках и церемониях живут.

– А вот и нет, – фыркнул тот. – Я в молодости не раз в таких местах бывал. Да и после жил не в самых царских условиях. Эх, ностальгия...

– Это плохая идея, – предупредила Лора.

– Это отличная идея! – парировал я ей мысленно.

– Согласен! – кивнул Петр Петрович. – Иногда стоит выйти в народ.

– Вот и чудесно! – Блин Лол хлопнул в ладоши. – Сейчас организую все. Одежду, охрану...

– Охрану? – нахмурился я.

– Ну, совсем без охраны нельзя, – развел руками император. – Но они будут на расстоянии. Издалека. Незаметно.

***

Через полчаса мы стояли перед огромным зеркалом в одной из служебных комнат дворца.

Я был одет в синий пуховик, простую серую рубаху и штаны. Петр напялил потрепанную куртку с мехом и кепку. Блин Лол выглядел совершенно неузнаваемым в рваных джинсах и выцветшей футболке с надписью на китайском. Сверху еще и меховую шубу нацепил.

– Как я выгляжу? – спросил он, крутясь перед зеркалом.

– Как сутенер, – честно ответил я.

– Отлично! – он довольно потер руки. – Именно этого я и добивался.

Один из приближенных императора, пожилой советник в традиционных одеждах, стоял рядом с кислым выражением лица.

– Ваше величество, – жалобно произнес он, – может, не стоит? Вдруг вас узнают? Это будет скандал.

– Не узнают, – отмахнулся Блин Лол. – Я специально не брился три дня. Смотри, уже похож на бродягу!

– Скорее на бродягу, который случайно забрел во дворец, – хихикнула Лора.

Я сдержал смешок.

– Что? – обернулся император Китая.

– Ничего. Пошли уже.

Мы выбрались из дворца через служебный выход. Охрана императора следовала за нами на расстоянии, стараясь быть незаметной. Хотя группа из восьми здоровенных мужиков в черных костюмах на фоне обычных китайцев выглядела примерно как танковая колонна на детской площадке.

– Знаю одно место, – сказал Блин Лол, уверенно шагая по узким улочкам. – Там делают лучший баоцзю в Пекине. И жареные пельмени размером с кулак.

Бар оказался в старом районе. Потрепанная вывеска, облезлые стены, запах жареной свинины и дешевого пива. Из окон доносились громкие голоса и смех.

– Вот это я понимаю! – довольно потер руки Блин Лол. – Ностальгия...

Мы зашли внутрь. Зал был полон народа. Мужики в рабочей одежде, несколько студентов, пара подозрительных личностей в углу. Все курили, пили и громко разговаривали. Блин Лол уверенно прошел к свободному столику в углу и плюхнулся на стул.

– Садитесь, господа! Сейчас закажем.

Официант, парень лет двадцати с прыщавым лицом, подошел не сразу.

– Чего налить? – буркнул он, даже не глядя на нас.

– Баоцзю, – сказал Блин Лол. – Три бутылки. И жареных пельменей. Двойную порцию.

– И побыстрее, – добавил Петр на чистом китайском.

Официант окинул нас ленивым взглядом, кивнул и ушел.

– Сервис, как вижу, остался на том же уровне, – усмехнулся император Китая.

– Зато атмосфера настоящая, – заметил я.

Официант принес баоцзю. Это был китайский рисовый самогон, который по крепости не уступал водке. Блин Лол лично разлил по рюмкам.

– За успешное сотрудничество! – провозгласил он. – И за то, чтобы американцы подавились своими санкциями!

Мы выпили. Петр крякнул и закашлялся.

– Крепкая штука, – выдавил он.

– Это же баоцзю, – гордо сказал Блин Лол. – Напиток настоящих мужчин. В молодости я мог три бутылки за вечер выпить.

– И как себя чувствовали потом? – поинтересовался я.

– Не помню, – честно признался император. – Но говорят, это было весело.

Мы закусили пельменями. Они оказались неожиданно вкусными. Жирные, сочные, с хрустящей корочкой.

Каюсь, попросил Лору украсть рецепт с кухни для Маруси.

– Вот видите, – сказал Блин Лол, довольно жуя. – Во дворце такого не приготовят. Там все по рецептам, по правилам. А здесь готовят душой.

– Или просто жира не жалеют, – хихикнула Лора.

Я сдержал улыбку.

Мы налили вторую. Потом третью. Блин Лол рассказывал истории из своей молодости, когда еще не попал к Петру. Романов же вспоминал похожие случаи из своей жизни. Атмосфера была теплой и непринужденной.

Я как раз собирался рассказать что-то про Сахалин, когда к нашему столику подошел здоровенный мужик. Лысый, с татуировкой дракона на шее, в грязной майке.

– Э, приятель, – он уставился на Блин Лола. – Ты на мое место сел.

Император Китая поднял голову и посмотрел на него.

– Простите, но тут не написано, что оно ваше.

– Так, я тебе говорю, – мужик наклонился ближе. От него несло перегаром. – Это мое место. Я тут каждый день сижу. Двадцать лет. Так что вали со своими дружками.

Блин Лол моргнул.

– Понимаете, мы уже заказали. Может, найдете другое место?

Лицо мужика покраснело.

– Ты меня уважаешь?

Классика жанра. Я чуть не рассмеялся. Блин Лол вопросительно посмотрел на меня. Видимо, такой ситуации он не ожидал.

– Послушай, друг, – начал Петр миролюбиво, – давай без проблем. Мы выпьем и уйдем.

– Я не с тобой разговариваю, русский, – огрызнулся мужик. – Я вот с этим говорю. – Он ткнул пальцем в Блин Лола. – Так что, уважаешь меня, или нет?

Император Китая открыл рот, но явно не знал, что сказать. За все время правления с ним никто так не разговаривал.

– Знаешь что, – вмешался я, наливая еще одну рюмку. – Присаживайся. Выпьем за уважение.

Мужик нахмурился.

– Это что, подвох какой-то?

– Никакого подвоха. Просто выпить предлагаю. По-человечески.

Я пододвинул рюмку мужику. Тот уставился на нее, потом на меня, потом на Блин Лола. В его глазах боролись агрессия и растерянность.

– Ладно, – наконец сказал он и сел рядом. – Но это не значит, что вы можете тут сидеть постоянно.

– Договорились, – улыбнулся я.

Мы выпили. Мужик крякнул, закусил пельменем с нашей тарелки.

– Меня Ван зовут, – сказал он уже добрее.

– Лол, – представился император Китая, опустив первую часть имени.

– Хех, как императора, – ухмыльнулся Ван.

– Петр, – кивнул Романов.

– Миша, – закончил я.

– Ясно. А что вы тут делаете вообще? Туристы?

– Типа того, – ответил Блин Лол.

– Ну, – Ван налил себе еще, – тогда слушайте. Вот тут неподалеку есть место. Настоящая китайская кухня. Не для туристов. Для своих. Утка там такая, что пальчики оближешь. Хотите, провожу?

– А место твое как же? – не удержался я.

– А, да ладно, – махнул рукой Ван. – Посидите. Один раз можно. Вы нормальные ребята. Уважаете людей.

Блин Лол прыснул в рюмку. Петр Петрович сдержанно кашлянул.

Мы еще немного выпили, поболтали о всякой ерунде. Ван рассказал, как работает на стройке, жалуется на начальника, мечтает открыть свое дело. Обычный мужик с обычными проблемами.

– А ты чем занимаешься, Лол? – спросил Ван.

Блин Лол замер с рюмкой в руке.

– Я? Э-э-э... Управляю... большой организацией.

– Начальник, значит? – кивнул Ван. – Понятно. По тебе видно. Осанка такая. Привык командовать.

– Бывает, – скромно ответил император Китая.

– Ну и как, нравится? – Ван наклонился ближе. – Я вот думаю, открыть свое дело. Но боюсь. Вдруг не получится? Вдруг все деньги потеряю?

Блин Лол задумался.

– Знаешь, Ван, – сказал он серьезно. – Я тоже когда-то боялся. Когда получал свою... должность. Думал, не справлюсь. Но знаешь, что помогло?

– Что?

– Понял, что хуже уже не будет. И что люди вокруг – такие же, как ты. Со своими страхами и проблемами. Главное – не бояться ошибаться.

Ван кивнул, явно задумавшись.

– Мудро говоришь, Лол. Для начальника.

– У него опыт большой, – хмыкнул Петр.

Когда мы наконец выходили из бара, Блин Лол был в приподнятом настроении.

– Вот это было круто! – сказал он, покачиваясь. – Давно так не веселился!

– Ваше величество чуть не получил по лицу от местного алкоголика, – напомнил я.

– Но не получил же! – рассмеялся император. – И знаете что? Я даже дал этому Вану совет. Может, он действительно откроет свое дело.

– И будет рассказывать, что его вдохновил какой-то Лол из бара, – хихикнула Лора.

Охрана императора окружила нас, как только мы вышли на улицу. Один из офицеров выглядел крайне обеспокоенным.

– Ваше величество, все в порядке? Мы видели, как к вам подошел тот мужчина...

– Все отлично, – отмахнулся Блин Лол. – Просто познакомились с местными. Народ тут замечательный.

Мы вернулись во дворец уже под утро.

От автора: Ох, я прям сам от себя не ожидал, что выйдет такая жирная глава! Вот так бы всегда!

Глава 8. Добрый дедушка Петр Первый.

В это же время в другой части города.

Павел, Анастасия и Катя не особо хотели проводить время с дедом, особенно после того, что он пытался сделать с их отцом. Покушения на его жизнь. Захват власти в родной стране. Все это не прибавляло баллов Петру Первому. Но хоть бабушка, Катерина Романова, была очень доброй и мягкой.

Встретив внуков утром, Петр Первый с супругой предложили им на выбор, куда они хотят поехать.

Ни у кого большого желания вообще куда-либо ехать не было, но таковы условия. Все понимали, что это буквально прощальный день для Романова-старшего. У Катерины буквально под сердцем хранится смерть ее супруга. И они оба пошли на такой ход – ради чего? Только ради того, чтобы провести один день с внуками? Ни Павел, ни Анастасия, ни Екатерина в это не верили. Они ждали какого-то подвоха.

– Ну-с, ребятки, поедем на экскурсию? – довольно произнес Петр, когда все уселись в машину.

– Все равно, – хмыкнула Катя. – Давайте побыстрее с этим закончим…

– Ну…– ухмыльнулся Петр. – Внученька, не стоит все так воспринимать в штыки…

– В штыки? Ты чуть не убил нашего отца, – моментально вспыхнула она. – Он же твой сын!

Анастасия положила руку ей на колено, чтобы успокоить.

– Да, чуть не убил, – без задней мысли кивнул Петр. – Но не убил же? Верно? При этом вы смогли подавить разрушительную силу Есенина и оставить его в живых? Верно? Такое оружие стоит сохранить.

– Это безумие! – вставил Павел. – Если бы не Михаил…

– Верно! – щелкнул пальцами Петр. – Михаил! Вездесущий Кузнецов! Как же удачно, что он оказался рядом, верно?

Павел прищурился, но озвучивать свои мысли побоялся. Но зато Анастасия решила не скрывать своих.

– Хочешь сказать, что ты это предусмотрел? Ты рискнул жизнью своего сына, нашего отца, только ради Есенина? – сдержанно сказала она.

– Моя дорогая Настенька, если ты можешь предугадать действия всех противников, то никакого риска нет. Да и что это за фраза “только ради Есенина”? Вообще-то на тот момент он обладал очень большой силой, которая могла стереть не только страну, но и пол планеты. Так что это было единственным выходом…

Царица Катерина мягко взяла его за руку и посмотрела на внуков.

– Как насчет музея? Говорят, тут красивые скульптуры и картины…

В машине повисла напряженная тишина. У младших Романовых в головах крутились очень противоречивые мысли.

– Ладно, – наконец произнесла Катя. – Можно и в музей.

– Вот и чудно! – хлопнул в ладоши Петр. – Купим сладостей разных. Сделаем фотографии на память…

– Послушай, – наклонился Павел к деду. – Мы уже…

– Дедушка, – перебил его Петр.

– Что?

– Дедушка. Называй меня дедушка, – сказал царь и погладил свою супругу по ладони. – А ее – бабушка. Нам будет очень приятно.

Павел сначала хотел возразить, но что-то в улыбке Петра Первого подсказывало, что лучше с ним не спорить. К тому же, это все равно на один день.

– Х…хорошо, дедушка… – неловко произнес Павел. – Мы уже не маленькие. Какие сладости?

– Простите, – вздохнула Катерина. – Просто… мы пытаемся восполнить все то время, которое вас не видели… Я была проклята… А Петя… Мы понимаем, что это не сгладит все разногласия или не восполнит то время, которое нас не было, но я бы очень хотела только сегодня…

Опять молчание.

– А что, – произнесла Анастасия. – Я люблю сладкое. И музеи.

– Да, – кивнула Катя. – Только потом заедем куда-нибудь покушать. Я знаю одно место…

Катерина улыбнулась и посмотрела на супруга. Тот довольно кивнул и похлопал водителя по плечу. Машина направилась к первой точке.

***

Императорский дворец.

Пекин.

Утро.

Мы с Петром Петровичем сидели в одной из гостевых комнат. Блин Лол уехал по каким-то своим делам, пообещав вернуться к нашему уезду. Видимо, после нашей вылазки в бар ему захотелось еще немного побыть обычным человеком.

Я вспомнил, что в Китае жили еще одни мои знакомые. Достал телефон и набрал Финиана.

Несколько гудков, потом знакомый голос.

– Михаил, добрый вечер.

– Где вы? – сразу перешел я к делу. – Помню, что ваша последняя остановка была в Китае?

– Небольшое изменение планов, – ответил Финиан. – Мы получили информацию о возможном местонахождении еще одного интересного артефакта в нижнем Северном Поясе. Так что мы с Асей решили проверить.

– Серьезно? И что за артефакт?

– Предположительно, часть старинного оружия Кузнецовых. Дункан нашла упоминание в одном из архивов.

Я переглянулся с Лорой. Она материализовалась рядом и пожала плечами.

– Нижний Северный Пояс – мы еще там не бывали… – вздохнул я.

– Ну, приеду, расскажу, стоит оно того или нет, – сказал Финиан. – Там есть несколько островов, которые полностью населены монстрами. И в архивах упоминаются эти острова.

– Не знал, что у нас там что-то было.

– Было много чего, – вмешалась Дункан на фоне. – Просто никто не заморачивался проверять все владения. Владимир Кузнецов был тот еще коллекционер земель.

– Понял, – кивнул я. – Когда вернетесь?

– Да хрен его знает! – ответил Финиан. – Может, день, а может, неделя, а может, никогда!

– Хорошо. Держите меня в курсе.

– Обязательно.

Я положил трубку на стол.

– Ну что, опять приключения? – хмыкнула Лора. – Не успели одно закончить, как началось другое.

– Привык уже, – вздохнул я. – И если честно, мне бы хотелось, чтобы на этих островах не было ничего странного, кроме заброшенного особняка с личным островом. Было бы славно, если бы там еще и портал был… М-м-м, сказка…

– Кстати, – она наклонила голову. – А ты знал, что у рода Кузнецовых были острова в Карибском бассейне?

– Нет. Но меня это уже не удивляет. Скоро окажется, что у нас еще и часть Антарктиды в собственности.

– Не исключено, – серьезно кивнула Лора. – Как будто Владимир любил экзотику.

Петр Петрович отпил чай и посмотрел в окно.

– О, а вот и дети вернулись.

– Здоровы, и хорошо, – улыбнулся я.

***

Императорский дворец.

Гостевая комната.

Дверь распахнулась, и в комнату ввалились Катя, Павел и Анастасия. Все трое выглядели уставшими, но довольными. Отец с Михаилом уже ждали их на диване, попивая чай.

– Папа! – Катя первой подбежала к Петру. – Ты не поверишь, какой был день!

– Рассказывай, – обнял он ее.

– Мы были в музее! – затараторила она. – Потом гуляли по городу, смотрели на достопримечательности. А потом были в ресторане! Таком красивом! А потом смотрели на фейерверк и всю ночь сидели на набережной.

Павел плюхнулся в кресло рядом.

– Петр Первый оказался знатоком достопримечательностей, – произнес он задумчиво. – Знаете, он рассказывал про историю каждого здания. Даже про те, которых уже нет.

– Как это? – не понял Михаил.

– Ну, он же старый, – пожала плечами Анастасия. – Помнит, как эти здания строили. Вживую. Наверное…

Петр Петрович замер с чашкой в руке.

– Погодите. Мой отец водил вас по музеям и ресторанам?

– Ага, – кивнула Катя. – И никого не убил, если ты об этом.

– Это... – Романов явно был в шоке. – Не может быть… Я его недооценил.

– Похоже на то, – Павел потянулся. – Даже шутил пару раз. Правда, шутки были странноватые.

– Какие? – заинтересовался Михаил.

– Ну, например, когда мы проходили мимо памятника какому-то китайскому полководцу, он сказал: "Знал этого парня. Неплохо играл в карты, но стратег из него никакой". А потом добавил: "Хотя памятник поставили красивый. Больше похож на себя, чем в жизни".

Михаил прыснул в руку.

– Звучит в его стиле, – закатил глаза Петр.

– А еще, – продолжила Катя, – он катал нас на лодке по озеру. Сам греб! Не думала, что он скажет, что выше этого…

– Он в детстве любил нас с матерью катать по озеру, – сказал Петр. – Бабушка была с вами?

– Была, – кивнула Анастасия. – Она очень милая. Тихая, спокойная. Но видно, что еще слабая после всего, что с ней произошло. Хотя, дед сказал, что много в нее вложил.

– Она нам рассказывала про старые времена, – добавила Катя. – Про балы, про дворцы. Звучало как сказка.

Петр только молчал, переваривая информацию. Видимо, узнать, что его отец способен на нормальное человеческое поведение, было для него откровением.

– Знаешь, – произнес он наконец. – Я всю жизнь знал его как тирана. Жестокого правителя. Человека, который ради своих целей готов на все. Только в детстве он проявлял что-то похожее на родительские чувства.

– И? – спросил Михаил.

– А он оказывается может быть просто... Дедом, – Петр Петрович покачал головой. – Триста лет, а я его совсем не знаю.

– Он просидел большую часть времени в тюрьме. Значит было за что, – серьезно сказал Михаил.

– Так нужно было для страны, – задумчиво кивнул Романов.

Катя зевнула.

– Я пойду отдохнуть. У нас еще есть время?

– Конечно, – кивнул Михаил. – Идите отдыхайте. Вечером вернемся на Сахалин.

– Отлично! – воскликнула она и потянула за собой Павла и Анастасию.

Когда они ушли, Романов многозначительно посмотрел на Кузнецова.

– Михаил, что происходит? Это его план?

– Это очень хороший вопрос… – пожал Михаил плечами. – Но ваш отец прожил триста лет. Может, ему просто надоело быть тираном.

– Как и я, – мрачно добавил Петр Петрович.

– Тоже вариант, но судя по всему, сегодня он просто хотел провести время с семьей.

– Странное чувство, – признался Петр Петрович.

– Какое?

– Ревность. Он провел с моими детьми целый день. А со мной за триста лет едва ли набралось хоть пару часов.

– У каждого свой путь. Вот только путь Романовых может быть уникален…

***

Поздняя ночь.

Стук в дверь раздался ближе к вечеру.

Я открыл. На пороге стояла царица Катерина в простом дорожном платье. За ней виднелись два чемодана.

– Михаил, – она слегка поклонилась. – Надеюсь, я не слишком поздно?

– Проходите, – я отступил в сторону.

Екатерина вошла, оглядела комнату. Взгляд ее задержался на ее сыне, который поднялся с кресла.

– Здравствуй, сын, – произнесла она мягко.

– Здравствуйте, матушка, – ответил он немного напряженно.

Повисла неловкая пауза. Лора материализовалась между ними и присвистнула.

– Напряжение можно резать ножом, – прокомментировала она. – Миша, скажи что-нибудь умное.

– Чай будете? – выпалил я.

Катерина улыбнулась.

– С удовольствием.

Я помог ей занести чемоданы в комнату, после чего принялся заваривать чай. Катерина села в кресло напротив Петра.

– Значит, по договору я возвращаюсь на Сахалин, – произнесла она, принимая чашку из моих рук. – Спасибо за гостеприимство.

– Как вы себя чувствуете? – спросил я.

– Лучше. Триста лет в теле птицы дают о себе знать, но магия Пети помогла восстановиться быстрее, чем я ожидала.

– А он? – Петр Петрович кивнул в сторону выхода. – Отец. Он уже уехал?

– Да, – кивнула Катерина. – Выехал на Караване час назад. Передавал тебе привет и просил беречь себя.

– Звучит непривычно, – пробормотал Петр Петрович.

– Он меняется, – тихо сказала Екатерина. – Медленно, но меняется. Триста лет одиночества многому учат.

Я отпил чай, наблюдая за ними. Романов выглядел растерянным. Катерина спокойной и умиротворенной.

– Вы знаете, зачем он вас отдал? – спросил я.

Катерина посмотрела на меня долгим взглядом.

– Знаю. Он хочет исправить ошибку. Ту, которую совершил триста лет назад.

– И вы ему верите?

– Я хочу верить. Потому что альтернатива слишком страшна.

Лора наклонила голову.

– Она умная, – сказала она. – Понимает, что Петр Первый способен на что угодно. Но выбирает надеяться на лучшее. Эх… при других обстоятельствах мы бы стали отличными подругами…

Катерина отставила чашку.

– Сегодня мы вылетаем?

– Да, – кивнул я. – Блин Лол предоставил нам кортеж до гор. Дальше на моей машине.

– Разве мы поедем через Дикую Зону на машине? – удивилась она.

– Не совсем. Но я пока не буду открывать все карты. Поверьте, это вас удивит.

– Что ж, пойду загляну к внукам.

Она поднялась, снова поклонилась и направилась к выходу. У двери остановилась и обернулась к сыну.

– Петя очень гордится тобой, – произнесла она тихо. – Просто не умеет это показать.

– Спасибо, мама, не стоит… – ответил Петр после паузы.

Женщина кивнула и вышла.

Когда дверь закрылась, он откинулся на спинку кресла.

– Что за день, – выдохнул он.

– Согласен, – кивнул я. – Сначала бар с пьяными китайцами, теперь семейная драма.

– Надеюсь, мы тебя не утомили? – спросил он.

– Конечно нет. Это в том числе и в моих интересах.

– И какие же у тебя интересы, царь Сахалина? – наклонив голову, улыбнулся Петр.

– Мир во всем мире, – вздохнул я.

Лора рассмеялась.

– Ври больше! Ты просто не хочешь, чтобы тебя трогали, и ты бы спокойно путешествовал.

– Одно другому не мешает.

Петр Петрович покачал головой.

– Завидую твоему оптимизму, Михаил.

– Не оптимизму, – возразил я. – Просто научился не париться по мелочам. Жизнь и так достаточно сложная, чтобы еще усложнять ее самому.

– Мудро, – признал он.

Мы помолчали, допивая чай. За окном Пекин медленно засыпал. Где-то вдалеке слышались редкие звуки ночного города.

– Думаешь, отец действительно изменился? – неожиданно спросил Романов.

– Не знаю, – честно ответил я. – Но сегодня он вел себя как нормальный дед. Может, это что-то значит.

– Или он просто хороший актер.

– Тоже вариант, – согласился я. – Время покажет.

Петр Петрович встал.

– Пойду готовиться к отъезду. Спасибо за разговор.

– Всегда пожалуйста.

Когда он ушел, Лора устроилась на подлокотнике кресла.

– Ну что, доволен поездкой в Китай?

– Вполне, – кивнул я. – Узнал много нового. Познакомился с Блин Лолом поближе. Прогулялся по улочкам Пекина.

– Чуть не получил по лицу от пьяного китайца, – добавила она.

– Это тоже опыт, – засмеялся я.

– А что думаешь насчет Катерины?

– Она сильная женщина. Пережила триста лет в теле птицы и не сошла с ума. Респект ей за это.

– И что она будет делать на Сахалине после того, как мы… ну знаешь… – она провела пальцем по горлу.

– Не знаю. Наверное, восстанавливаться. Привыкать к новой жизни.

– И следить за сыном?

– И следить за сыном, – задумался я. – По договору она на нашей стороне. Но кто знает, что у нее на самом деле в голове?

Лора кивнула.

– Будем следить.

– Будем.

Я встал и подошел к окну.

– Ладно, давай собираться. Пора выдвигаться.

– Так сказал, как будто у тебя воз и маленькая тележка.

– Ну не то чтобы…

Я напоследок бросил взгляд на город. За окном мерцали огни Пекина. Где-то там, на пути в Российскую Империю, Петр Первый строил свои планы. Где-то в нижнем Северном Поясе Финиан и Дункан искали артефакты. А мы скоро пройдем через портал и окажемся дома.

Обычный день из жизни царя Сахалина.

***

Поместье рода Кузнецовых.

о. Сахалин.

Не успел я толком распаковать чемоданы, как позвонил Трофим.

– Михаил, срочное совещание. Сейчас.

– Я только вернулся… – простонал я, понимая, что сейчас на Сахалине глубокая ночь.

– Знаю. Но это не терпит.

Пришлось прыгнуть в машину и ехать. Маша проводила меня недовольным взглядом.

– Десять минут назад приехал, – вздохнула она. – И уже убегаешь.

– Извини, дорогая. Как только освобожусь, весь вечер ваш. Передай Свете.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Лора материализовалась рядом в деловом костюме.

– Поехали уже. Трофим сейчас взорвется.

***

Администрация.

В кабинете губернатора собрались все. Эль сидел за столом с мрачным видом. Газонов листал какие-то документы. Маргарита попивала кофе. Трофим нервно ходил по комнате. Наталья что-то печатала на ноутбуке. Только Донцов спокойно сидел в углу, скрестив руки на груди, и наблюдал за общим психозом.

– О, наш путешественник вернулся, – кивнул мне Эль. – Как Китай?

– Интересно. Блин Лол оказался нормальным правителем и хорошим мужиком.

– Рад слышать, – Эль откинулся на спинку кресла и похлопал крыльями. – Потому что у нас тут веселье началось.

Я сел напротив.

– Рассказывай.

Газонов поднял папку с документами.

– После объявления блокады Европа впала в панику. За последние три дня поступило двенадцать официальных запросов от европейских стран.

– Каких именно?

– Франция, Пруссия, Римская Империя, Речь Посполитая, – начал перечислять Газонов. – Все просят торговых соглашений в обход США. Предлагают выгодные условия.

– Насколько выгодные?

– Очень. Франция готова снизить пошлины на сорок процентов. Пруссия предлагает долгосрочный контракт на поставку редкоземельных металлов.

Маргарита поставила чашку на стол.

– Римская Империя предложила военный союз. Официальный. По всем правилам, а не как раньше – на коленке.

Я присвистнул.

– Серьезно?

– Вполне, – кивнула она. – Они боятся, что США начнут давить на всех подряд.

Трофим подошел к карте на стене.

– И это еще не все. Приборы засекли странную активность в океане.

Он ткнул пальцем в точку к востоку от Сахалина.

– Здесь. Две подводные лодки. Американские, судя по сигнатуре.

– Что они делают?

– Патрулируют. Уже третий день кругами ходят. Не приближаются к территориальным водам, но и не уходят.

Лора появилась рядом с картой и прищурилась.

– Разведка. Они следят за нашими перемещениями. Но вот незадача, даже при большом желании, им не подплыть ближе… Аркаша их просто потопит.

– Возможно, они ждут приказа, – добавил Газонов, не слыша Лору.

Эль потер переносицу.

– У меня болит голова от всей этой политики. Не люблю я это. Может, просто нападем на США?

– Ты губернатор, – напомнил я. – Терпи.

– Легко говорить, – буркнул он. – Кстати, знаешь, что самое веселое? После того, как я стал богом Войны, все начали меня бояться.

– Кто все?

– Все! Секретарши шарахаются в стороны, когда я иду по коридору. Чиновники заикаются при разговоре. Вчера один вообще упал в обморок, когда я просто попросил принести мне кофе.

Я расхохотался.

– Серьезно?

– Абсолютно, – Эль мрачно кивнул. – Я же теперь не просто губернатор. Я бог Войны. Звучит угрожающе, понимаешь? Люди думают, что я их съем на завтрак.

– А ты не ешь? – хихикнула Маргарита.

– Маргарита, не помогай ему!

Лора рассмеялась.

– Бедный Эль. Никто не хочет с ним дружить. А он и губернатор, и верховный вампир, и бог Войны!

– И гусь, – добавил я.

Газонов откашлялся, привлекая внимание.

– Кстати, о США. Забавная история произошла в Вашингтоне.

– Какая? – заинтересовался я.

– Когда мы собирались уезжать, американцы провели последний досмотр багажа. Очень тщательный. И знаешь, что они пытались сделать?

– Что?

– Подсунуть жучок в мой чемодан, – Газонов довольно улыбнулся. – Маленький, замаскированный под пуговицу. Думали, я не замечу.

– И?

– Болванчик засек его раньше меня и деактивировал.

Маргарита фыркнула.

– Представляю их лица, когда они поняли, что жучок пропал.

– Лучше, – продолжил Газонов. – Они три раза перепроверяли весь багаж. Думали, что где-то потеряли. Один агент получил выговор прямо при мне.

– Классика, – кивнул я. – А жучок где?

– У Натальи. Она его изучает.

Наталья подняла глаз от ноутбука.

– Кстати, да. Интересная технология. Работает на магических кристаллах. Очень продвинутые американцы.

Она повернула ноутбук ко мне.

– Но это не главное. Вот результаты анализов ваших детей.

Я подошел ближе. На экране отображались сложные графики и схемы.

– Объясни по-простому.

– У детей остаточные следы Хаоса, – Наталья ткнула пальцем в красные маркеры. – Аня и Витя. Но уровень низкий и стабильный.

– Это опасно?

– Пока нет. Хаос не распространяется и не усиливается. Скорее он как на шрам после ожога. Тело помнит, но активной угрозы нет.

– А если ситуация изменится?

– Тогда начнутся проблемы, – честно ответила Наталья. – Но я постоянно мониторю. Раз в три дня полное сканирование.

Лора внимательно изучила графики.

– Хаос оставляет следы. Это нормально. Главное следить, чтобы они не начали расти.

Я кивнул.

– Хорошо. Что-то еще?

Трофим вернулся к столу и достал еще одну папку.

– Европейские запросы требуют быстрого ответа. Они ждут.

– Какие сроки?

– Франция дает неделю. Пруссия три дня. Римская Империя требует ответ немедленно.

– Жадные, – пробормотал я.

Газонов пожал плечами.

– Они в отчаянии. США перекрыли им доступ ко многим ресурсам. Экономика начала проседать.

– И что ты рекомендуешь?

– Принять предложения, но с нашими условиями, – Газонов открыл блокнот. – Торговля только через наших посредников. Долгосрочные контракты с фиксированными ценами. И никаких военных союзов.

– Почему?

– Потому что официальный военный союз с Римской Империей автоматически делает нас врагами США. А мы пока в нейтралитете и вроде как договорились о торговой политике с американцами.

Маргарита кивнула.

– Алексей прав. Лучше держаться нейтралитета и зарабатывать на ситуации.

Эль поднял крыло.

– А что насчет подводных лодок? Мы просто будем игнорировать их?

– Нет, – покачал головой Трофим. – Я предлагаю послать дипломатическую ноту. Мол, американские суда находятся слишком близко к нашим водам. Требуем объяснений.

– Они пошлют нас, – заметил я.

– Конечно пошлют. Но зато никто не мешает монстрам очень настойчиво атаковать эти судна.

Лора села на край стола и фыркнула:

– Политика. Одни слова, никаких дел.

Я посмотрел на всех собравшихся.

– Хорошо. Давайте по порядку. Алексей Октябринович, готовьте ответы европейским странам. Принимаем торговые соглашения на наших условиях. Военные союзы отклоняем.

– Понял.

– Трофим, отправляй дипломатическую ноту США. Пусть объясняют, что делают их лодки.

– Будет сделано.

– Наталья, продолжай мониторить детей. Если что-то изменится, сразу сообщай.

– Конечно.

Я повернулся к Элю.

– А ты попробуй меньше пугать секретарш. Улыбайся чаще.

– Разве я не милый? – возразил он. – Да и мой клюв не умеет растягиваться в улыбке.

– А ты глазами! Видел в мультике, как кот делает милое лицо? Вот, учись! – пожал я плечами.

Маргарита хихикнула.

Трофим закрыл папки.

– Кажется, все обсудили?

– Вроде, да, – кивнул я.

– Тогда можно расходиться. Завтра продолжим.

Все начали собираться. Эль подошел ко мне.

– Михаил, спасибо, что вернулся быстро. Тут без тебя начался хаос.

– Хорошо, что не в прямом смысле, – добавила Лора.

– Очень смешно, – буркнул я.

Мы вышли из кабинета. На улице была глубокая ночь.

– Домой? – спросила Лора.

– Домой, – кивнул я. – Обещал Маше и Свете вернуться до рассвета.

– Романтик, – улыбнулась она.

Мы сели в машину. Данила завел мотор.

– Домой, начальник?

– Домой. И побыстрее. Жены ждут.

– Есть!

Машина тронулась с места. Я откинулся на сиденье и закрыл глаза.

– Устал? – Лора появилась рядом и положила голову мне на плечо.

– Очень, – признался я. – Только вернулся, а уже куча дел.

– Добро пожаловать обратно на Сахалин, – хихикнула Лора.

– Спасибо. Рад вернуться.

Глава 9. Удача на нашей стороне.

Тренировочная площадка.

Поместье рода Кузнецовых.

Сахалин.

Утренний снег очень приятно хрустел под ногами. Морозец щипал щеки, но это только бодрило. Тренировочная площадка за домом была расчищена еще вчера вечером – большой квадрат метров тридцать на тридцать, окруженный высокими деревьями. С одной стороны стояли мишени для стрельбы, с другой – стойки для оружия. По периметру были установлены защитные руны на случай, если что-то пойдет не так.

А что-то всегда шло не так, когда я тренировался с Валерой.

Он стоял напротив меня, разминая плечи. Над головой у него слабо мерцала корона. Утренний свет играл на его загорелой коже. Валера выглядел расслабленным, но я-то знал, что стоит мне хоть немного ослабить защиту, как он тут же меня швырнет в ближайший сугроб. Хотя вероятность отлететь метров на сто, сломав собой деревья, куда больше.

– Ну что, готов? – ухмыльнулся он.

– Всегда готов наподдать разрушителю вселенных, – кивнул я, доставая Ерх.

Вторую руку я оставил свободной для заклинаний.

– Это правильный настрой! – рассмеялся Валера. – Кстати, у тебя зрители.

Я покосился в сторону. Вдоль края площадки выстроилась вся личная гвардия. Человек двадцать пять. Стояли по стойке “смирно”, но глаза горели любопытством. Не каждый день увидишь, как царь Сахалина тренируется. Денис Бердышев был впереди, скрестив руки на груди. Рядом примостилась Алиса, Емеля и рыцари. Девочки успели, непонятно откуда достать помпоны, как у группы поддержки.

– Серьезно? – я повернулся к ним. – Вам не лень так рано вставать?

– Не каждый день увидишь, как царя отделывают, – хмыкнул Денис. – Это образовательный процесс.

Блин, я думал, они хотят посмотреть на мое искусное владение магией, а не то, как меня отмудохают.

– Спасибо за поддержку, – буркнул я.

– Всегда пожалуйста, ваше величество, – Денис наклонил голову.

Алиса подняла руку.

– А можно вопрос?

– Давай.

– А если вы тут что-то сломаете, нам чинить?

Валера расхохотался.

– Не волнуйся, девочка. Я аккуратный.

– Это ты-то аккуратный? – появилась рядом Лора в спортивном открытом костюме. Волосы были собраны в хвост. – Ты на прошлой неделе разнес половину тренировочного зала.

– Это была разминка, – отмахнулся Валера.

– Да-да, разминка, – Лора покачала головой и обратилась ко мне. – Миша, у тебя есть десять секунд, чтобы активировать все защиты.

– Уже активировал.

– Тогда удачи. Я соберу твои косточки, – она перекрестила меня и вознеслась на пять метров над площадкой.

Валера сделал первый выпад. Быстро. Слишком быстро для обычного человека.

Но мы уже давно не были обычными людьми.

Я ушел в сторону, выставив Ерх на блок. Удар пришелся точно на лезвие, и меч зазвенел от напряжения. Валера тут же сделал подсечку. Пришлось отпрыгнуть назад, одновременно создавая защитный купол.

– Неплохо! – кивнул Валера. – Но медленно!

Он исчез. Появился за спиной. Удар в бок. Я успел развернуться и поставить блок, но инерция отбросила меня на несколько метров. Толпа ахнула от удивления.

Снег под ногами вспыхнул паром.

– Быстрее! – крикнул Валера. – Ты же Маг Высших Сил! Покажи, на что способен!

Я активировал печать скорости, а Лора включила глазки. Мир замедлился. Валера двигался чуть медленнее, но все равно слишком быстро. Пришлось подключать печать силы.

Следующий удар я не просто заблокировал. Ерх засветился белым светом. Я направил энергию в меч и ударил в ответ. Валера отпрыгнул, но я уже был рядом. Левой рукой выпустил шар магии Хаоса ему прямо в грудь.

Он поймал шар и сжал пальцы.

– Ого! – глаза Валеры вспыхнули золотом. – Вот это уже интереснее!

Над нами взметнулась волна огня. Я создал купол, но жар проник сквозь защиту. Пришлось усиливать. Энергия лилась из внутреннего хранилища огромными порциями.

– Миша, справа! – крикнула Лора, показывая расчет траектории.

Я успел развернуться как раз вовремя. Валера материализовался сбоку и попытался схватить меня за руку. Активировал ускорение и перенесся на противоположный конец площадки.

– Беги, беги! – засмеялся Валера. – Я все равно тебя догоню!

Он прыгнул. И пролетел всю площадку за секунду.

Пришлось использовать Болванчика. Детальки вылетели из кармана и образовали щит между нами. Валера врезался в него на полной скорости.

Я буквально почувствовал, как мой маленький питомец застонал от напряжения. Щит треснул.

– Что за... – Валера остановился и посмотрел на детальки. – Ты модернизировал Болванчика?

– Ну… Лора старается каждый день, – кивнул я, отдышавшись.

– Умница, – кивнул он. – Но это тебя не спасет!

Он щелкнул пальцами. Земля под моими ногами вспыхнула. Температура подскочила на сотню градусов. Снег мгновенно испарился, окутав нас плотным паром.

Я создал под ногами ледяную платформу. Одновременно выпустил волну холода, пытаясь охладить площадку. Валера же просто стоял в центре огненного вихря и улыбался.

– Неплохо! Но недостаточно!

Следующие пять минут я провел, уворачиваясь, блокируя и пытаясь хоть как-то достать Валеру. Он словно играл со мной. Каждый удар был точным, каждое движение просчитанным. Минимум лишних движений. И это было то, что нужно. Лора фиксировала и анализировала каждое действие, помогая мне адаптироваться.

Почему я не достал родовой меч, чтобы быстрее адаптироваться к битве? Да все просто. Валера бы его сломал. Не специально, скорее всего, случайно. А мне он еще нужен.

Гвардия наблюдала молча. Некоторые даже рты открыли.

Наконец Валера остановился и поднял руку.

– Хватит. Ты молодец, Мишаня. За последние недели прилично подрос.

Я рухнул на колени, тяжело дыша. Защитные печати отключились. Энергия в хранилище упала процентов на тридцать.

– Спасибо, – выдохнул я. – Рад слышать, что не полный отстой.

– Ты не отстой, – Валера подошел и протянул руку. – Просто я слишком крут.

– Скромность – твоя сильная сторона, – ухмыльнулся я, принимая помощь.

Лора материализовалась рядом и покачала головой.

– Ну что сказать... Ты продержался почти шесть минут. В прошлый раз было четыре. Прогресс налицо.

– Ага, теперь я могу умереть на две минуты позже, – буркнул я.

Валера наклонился и чуть ниже, чтобы никто не слышал и произнес:

– Я сражался в полную силу…

Вот только все это время он был безоружен.

Гвардия начала аплодировать. Денис подошел первым.

– Впечатляюще, царь Михаил, – сказал он. – Вы действительно становитесь сильнее!

– Спасибо, но пока до Валеры мне еще расти и расти, – ответил я.

– До меня всем расти, – гордо заявил Валера. – Я же РАЗРУШИТЕЛЬ МИРОВ! НАСТОЯЩИЙ КОРОЛЬ!!!

– И такой скромный, – добавил Емеля.

Рыцари хихикнули.

Я начал стряхивать с себя снег и пар. Тренировочная площадка выглядела так, будто по ней прошелся ураган. Половина территории была покрыта льдом, половина – обгоревшей землей. Мишени валялись повсюду грудой обломков. Защитные руны мигали, еле сдерживая остаточную энергию.

– Алиса была права, – вздохнул я. – Придется чинить.

– Я помогу, – кивнул Валера. – Заодно покажу, как правильно восстанавливаться.

В этот момент к площадке подъехал черный автомобиль. Машина затормозила у края площадки, и из нее вышел Петр Романов. Он был в длинном черном пальто и шляпе. Выглядел напряженным.

– Михаил, Валера, доброе утро, – поздоровался он, подходя ближе и пожимая нам руки.

– Петр Петрович, – кивнул я. – Рано вы сегодня. Что-то случилось?

Он посмотрел на гвардию, потом на нас.

– Можем поговорить наедине?

– Конечно. Тренировка окончена, – сказал я. – Разойдись!

– Есть! – хором крикнула гвардия и все начали расходиться.

Когда все ушли, Петр Петрович достал из кармана сигарету и закурил. Глубоко затянулся.

– Пора, – произнес он тихо. – Пора доставать иглу из мамы.

Я задумался.

– Она уже готова?

– Да, – кивнул он. – Я думал об этом всю ночь. Мы не можем больше ждать. Отец начинает двигаться. США усиливает давление. Хаос не дремлет. Если мы не сделаем это сейчас, может быть поздно.

Валера присвистнул.

– Серьезный разговор. И что ты хочешь?

– Чтобы вы поехали со мной, – Петр Петрович посмотрел на нас. – В особняк. Мать согласилась. Она готова.

– Готова вручить смерть мужа своему сыну? – уточнил я.

– Готова освободиться, – поправил он. – Триста лет носила под сердцем эту иглу. Она устала, Михаил. Очень устала.

Лора появилась рядом и нахмурилась.

– Это опасно. Игла смерти Петра Первого – артефакт огромной силы. Мы даже не знаем, что произойдет, когда ее извлекут.

– Поэтому я и прошу вас поехать, – Петр Петрович затушил сигарету в снегу. – Если что-то пойдет не так, и у меня не хватит сил, вы сможете среагировать.

Я посмотрел на Валеру. Тот пожал плечами.

– Я не против съездить. Давно хотел посмотреть на эту иглу.

– Тогда решено, – кивнул я. – Дай только переодеться. В этом виде я больше похож на бомжа, чем на царя.

– Бомж руководит страной, – хихикнула Лора. – Страшная сила.

***

Через двадцать минут мы уже ехали к особняку Романовых. Я переоделся в чистую одежду, взял с собой оба меча и пространственное кольцо с запасами кристаллов. На всякий случай.

Петр Петрович сидел впереди, рядом с Данилой. Мы с Валерой устроились сзади.

– Нервничаешь? – спросил Валера.

– Немного, – признался я. – Все-таки это сильный артефакт, и его надо достать из живого человека… Не каждый день такое делаешь.

– Технически она не совсем человек, – заметил Валера. – Она была птицей триста лет. Это меняет физиологию.

– Ты прямо успокоил, – буркнул я.

Машина ехала по заснеженным улицам Южно-Сахалинска. Город просыпался. Редкие прохожие спешили по своим делам. Магазины открывались. Где-то вдалеке гудел трамвай.

Особняк Романовых находился на окраине, в тихом районе. Большое трехэтажное здание в классическом стиле, окруженное высоким забором и старыми деревьями. Территория была ухоженной, несмотря на зиму. Дорожки расчищены, фонари горели вдоль аллей.

Данила подъехал к воротам. Охрана узнала нас и сразу открыла створки. Мы въехали внутрь. Перед входом в особняк уже стоял Павел. Он был в военном мундире и высоких сапогах. Руки скрещены на груди. Лицо непроницаемое.

Мы вышли из машины.

– Михаил, Валера, – кивнул Павел. – Рад, что приехали.

– Как будто у нас был выбор, – ухмыльнулся Валера.

– Выбор всегда есть, – возразил Павел. – Но спасибо, что сделали правильный.

Он повернулся к отцу.

– Пап, ты не передумал?

– Пошли в дом, – кивнул Петр Петрович.

– Бабушка ждет.

Мы поднялись на крыльцо и вошли внутрь. Особняк встретил нас теплом и тишиной. Высокие потолки, широкие коридоры, картины на стенах. Пахло старым деревом и чем-то цветочным.

Петр повел нас на второй этаж. Потом еще выше. На третьем этаже была только одна дверь. Массивная, из темного дуба, с резными узорами.

– Она там, – произнес Петр и толкнул дверь.

Мы вошли.

Комната была просторной, с высокими окнами, выходящими на заснеженный сад. В центре стояла широкая кровать с белоснежным постельным бельем. У окна в кресле сидела Катерина. Она выглядела спокойной. Распущенные волосы спадали на плечи. На ней было простое белое платье. Руки лежали на подлокотниках. Лицо бледное, но умиротворенное.

– Михаил, Валера, – поздоровалась она тихо. – Спасибо, что приехали.

– Катерина Алексеевна, – кивнул я. – Как вы себя чувствуете?

– Спокойно, – улыбнулась она. – Тут так спокойно. Мне очень нравится у вас на острове, Михаил.

Петр подошел к ней и положил руку на плечо. Катерина накрыла его ладонь своей.

– Все будет хорошо, – произнес он.

– Знаю, – кивнула она. – Все к лучшему.

Валера фыркнул.

– Достаточно спорное заявление, – он подошел к окну и посмотрел на сад. – По моему опыту, только сила, всеподавляющая и безоговорочная, способна решить все войны в мире. Все остальное – слова.

Катерина посмотрела на него.

– Не спорю. Но сила без мудрости – это просто разрушение.

– Зато эффективное, – ухмыльнулся Валера.

– Валера, – одернул его Петр Петрович. – Не сейчас.

– Ладно-ладно, – махнул рукой тот. – Просто говорю, как есть.

Лора материализовалась рядом со мной и нахмурилась.

– Миша, помнишь инструкцию?

– Ага, помню.

– На всякий случай еще раз, – Лора выделила строки красным. – "Только помни: Игла не терпит жадных рук. Бери ее, лишь если сердце твое чище родниковой воды."

Я задумался.

– То есть...

– То есть не каждый сможет ее достать, – кивнула Лора. – Только тот, у кого сердце чистое.

– Вот дерьмо, – выдохнул я.

Катерина посмотрела на меня.

– Михаил? Что-то не так?

– Ну... – я почесал затылок. – Есть нюанс. Согласно пророчеству, иглу может достать только человек с чистым сердцем. Как родниковая вода. Вот только я сомневаюсь, что среди нас есть такие? Чем старше, тем больше грешков и шрамов на сердце.

Повисла тишина. Петр прищурился.

– И ты думаешь, у тебя сердце недостаточно чистое?

– Я убивал людей, – пожал плечами я. – Много людей. Так что вряд ли подхожу под определение "чистый".

– Тогда кто? – спросил Романов.

Все посмотрели друг на друга.

– Ну, я точно не подхожу, – заявил Валера. – Я могущественный Чал Конерук! У меня на счету целые миры!

– Да-да, мы знаем, – вздохнул я.

– Я триста лет правил Империей, – добавил Петр Петрович. – Думаю, и мое сердце далеко от чистоты.

Катерина вздохнула.

– Похоже, мы все грешники.

– Это точно, – согласился я.

Лора покрутилась вокруг себя.

– Окей, план такой. Попробуем сначала Мишу. Вдруг сработает? Потом Валеру. Если не выйдет, будем думать дальше.

– Звучит как план, – кивнул я.

Катерина встала и подошла к кровати.

– Игла находится здесь, – она отстегнула пуговицу на платье, обнажив левый бок.

На коже была татуировка. Небольшое золотое яйцо, окруженное сложными узорами. Выглядело как настоящее произведение искусства.

– Красиво, – заметил Валера.

– Спасибо, – улыбнулась Катерина. – Петр нанес ее перед превращением в птицу.

Я подошел ближе. Татуировка слабо светилась. От нее исходило тепло.

– Так, значит, надо дышать на нее? – уточнил я.

– Согласно пророчеству, да, – кивнула Лора. – Теплым дыханием.

– Ладно, попробуем.

Я наклонился и медленно выдохнул на татуировку. Теплый воздух коснулся кожи. Ничего не произошло.

Попробовал еще раз. Дышал дольше, с большей концентрацией. Татуировка продолжала просто светиться. Попробовал дунуть, и опять ничего.

– Не работает, – констатировал я, немного запыхавшись, перебирая разные стили дыхания.

– Может, надо по-другому? – предложил Петр Петрович.

– Или просто ты не подходишь, – добавила Лора.

– Спасибо за поддержку.

Валера подошел и отодвинул меня в сторону.

– Дай я попробую. Может, дыхание настоящего короля сработает лучше.

Он наклонился и тоже выдохнул на татуировку. Один раз. Второй. Третий.

Ничего.

– Странно, – нахмурился Валера. – Обычно мое вмешательство срабатывает.

– Наверное, артефакт разборчивый, – ухмыльнулся я. – Ты не достоин!

– Или я недостаточно чист, – признал Валера. – Что, в общем-то, правда.

Петр подошел ближе.

– Значит, у нас проблема. Где нам найти человека с чистым сердцем?

Все задумались.

– Может, среди детей? – предложил Валера. – Дети обычно чисты душой.

– Аня и Витя еще маленькие, – покачал головой я. – Не хочу их втягивать. Да и после инфекции Хаосом... не уверен, что это сработает.

– Справедливо, – согласился он.

Катерина села обратно в кресло.

– Может, среди ваших людей есть кто-то подходящий? – спросила она. – Слуги, гвардейцы?

– Можно попробовать, – кивнул я. – Но как определить, у кого сердце чистое?

– Никак, – пожала плечами Лора. – Только методом проб и ошибок.

– Замечательно, – вздохнул я. – Значит, будем всех подряд гонять.

Петр посмотрел на меня.

– Собери всех, кто может подойти. Слуг, охрану, конюхов. Всех.

– Понял, – кивнул я и пошел всех обзванивать.

***

Через двадцать минут в комнату начали заходить люди. Трофим, Маруся, Настя, Надя, Наталья с дочкой, Боря, Емеля, рыцари. Даже Эль со своими “молодыми” помощниками и тот прибыл, притащив с собой половину администрации.

Все стояли в один ряд и смотрели на нас с недоумением.

– Так, – начал объяснять Петр. – Сейчас каждому из вас нужно будет подойти к госпоже Катерине и подышать на ее татуировку.

– Что? – удивился Емеля, поглядывая на Алису. – А зачем?

– Не спрашивайте, просто делайте, – отмахнулся Петр.

Первым подошел Трофим. Он наклонился и выдохнул на татуировку.

Ничего.

Второй была Маруся. Тоже ничего.

Третий, четвертый, пятый... Все без результата.

– Может, эта штука вообще не работает? – предположил Газонов, который тоже решил попробовать свою удачу.

– Работает, – заверил его Валера. – Просто вы все грешники.

– Спасибо за оценку, – буркнула Роза.

Десятой была Лира. Она подошла, неуверенно посмотрела на всех и выдохнула.

Татуировка мигнула. Но ничего не произошло.

– Почти, – заметила Лора. – Она почти чистая.

– Вспоминая, сколько рыцари зарубили человек, это странно, – добавил я.

Прошло еще пять человек. Все неудачно.

Наконец в комнату вошел Боря, приехавший после школы. Он выглядел смущенным. На нем был простой серый костюм. Волосы аккуратно зачесаны набок. От былого беспризорника не осталось и следа.

– Боря? – удивился я. – Ты тоже решил поучаствовать?

– А почему нет? – пожал плечами он. – Я такой же член семьи Кузнецовых, как и большинство тут присутствующих.

– Понятно, – кивнул я. – Тогда подходи. Попробуй.

Мальчик неуверенно подошел к Катерине. Она улыбнулась ему.

– Не бойся. Просто выдохни на татуировку.

– Хорошо, – кивнул он, наклонился и медленно выдохнул.

Татуировка вспыхнула ярким золотым светом. Яйцо начало пульсировать. Из центра вылетела тонкая игла. Она зависла в воздухе, блестя на солнечном свете. Потом игла медленно опустилась и коснулась пальца Бориса.

– Ай! – он дернул рукой.

На пальце появилась капелька крови. Игла тут же исчезла.

Борис открыл ладонь. В центре лежала маленькая золотая игла. Не больше спички.

– Что это? – он растерянно посмотрел на нас.

– Игла смерти Петра Первого, – произнес Валера с уважением. – Артефакт невероятной силы.

Борис побледнел.

– Я... я не хотел...

– Все в порядке, – успокоил его Петр. – Ты молодец. Ты смог ее достать.

– Но почему я? – Борис смотрел на иглу на ладони. – Я же...

– У тебя чистое сердце, – улыбнулась Катерина. – Чище родниковой воды. Это редкость в наше время.

– Согласен, – кивнул Валера. – Тебе повезло, пацан.

– Везение – мое второе имя, – улыбнулся мальчик.

– Или нам повезло, – добавил Петр Петрович. – Без тебя мы бы так и не достали иглу.

Борис неуверенно улыбнулся.

– Значит, я... полезен?

– Очень, – кивнул я. – Спасибо, Боря.

Лора материализовалась рядом с ним и присмотрелась к игле.

– Вау. Она действительно красивая. И сильная. Чувствуешь энергию?

– Чувствую, – кивнул я. – Очень мощная.

Катерина встала и подошла к Борису.

– Передай иглу Петру, пожалуйста.

– Конечно, – Борис протянул иглу Романову.

Тот осторожно взял ее. Игла засветилась в его руке.

– Наконец-то, – прошептал он. – Столько лет... и вот она у меня.

– И что теперь? – спросил я.

– Теперь, – Петр посмотрел на меня, – мы готовимся. Скоро начнется то, ради чего мы так долго ждали.

– Война? – уточнил я.

– Нечто большее, – ответил Петр. – Финальная битва.

Валера потянулся и зевнул.

– Наконец-то что-то интересное. А то скучно было.

– Ты говоришь так, будто это развлечение, – заметил Петр Петрович.

– Для меня это и есть развлечение, – ухмыльнулся Валера. – Я же сильнее всех вас, немощей. Мне нужен адреналин.

Катерина вернулась в кресло и тяжело вздохнула.

– Так странно... Три столетия эта игла была во мне. А теперь... пусто.

– Как себя чувствуешь? – спросил Петр, подходя к ней.

– Легче, – улыбнулась она. – Намного легче. Будто груз сбросила.

Он наклонился и поцеловал матушку в макушку.

– Теперь ты свободна.

– Да, – кивнула она. – Свободна.

Борис все еще стоял посреди комнаты и смотрел на свой палец.

– Мне кажется, или у меня теперь особая аура? – спросил он.

– Тебе кажется, – заверил его Валера. – Ты и так особенный.

– Но я же достал артефакт! Может, я теперь избранный?

– Борис, – я положил руку на его плечо. – Ты молодец. Но не надо перегибать палку.

– Ладно, – вздохнул он. – Просто хотел побыть героем хоть раз.

– Ты и так герой, – улыбнулся я. – Без тебя мы бы застряли.

Он улыбнулся шире.

Петр спрятал иглу в карман и повернулся к нам.

– Михаил, Валера, спасибо за помощь. Без вас ничего бы не вышло.

– Всегда пожалуйста, – кивнул я. – Что дальше?

– Дальше я готовлюсь, – ответил Петр. – А вы... наслаждайтесь спокойствием. Пока оно еще есть.

– Звучит зловеще, – заметил Валера.

– Потому что так и есть, – Петр усмехнулся. – Скоро все изменится.

Глава 10. Мы хотим кота.

Белый Дом.

Вашингтон.

Президент стоял у окна Овального кабинета и смотрел на зеленую поляну перед Белым домом. Перед забором возводили дополнительную защиту, усиливая ее многочисленными рунами и заклинаниями. Магов было полно. Полиция огородила район, чтобы никто посторонний не подошел близко к владениям президента. Маги обещали закончить к вечеру. Но это было вчера.

Сейчас в кабинете находилось пятеро генералов. Все в парадной форме. Все с каменными лицами. Один нервно постукивал пальцами по фуражке в руках.

Телефон зазвонил в десятый раз за последние пять минут. Президент даже не посмотрел в его сторону.

– Господин президент, – начал генерал Хоукинс. – Мы потеряли связь с тремя эскадрильями. Последнее сообщение было...

Зазвонил второй телефон.

– Молчать, – тихо произнес президент.

Все замолчали.

Третий телефон присоединился к хору.

– Может, стоит ответить? – робко предложил генерал Макартур. – Вдруг это важно?

– Важнее того, что часть нашей армии за сутки испарилась? – президент обернулся. – Что может быть важнее?

Генералы переглянулись.

В дверь постучали. Вошел помощник, бледный как полотно.

– Сэр... – он сглотнул. – Город Глендвайн...

– Что с ним?

– Его больше нет.

Повисла тишина.

– Как это "нет"? – медленно переспросил президент.

– Стерт с лица земли. Полностью. На его месте кратер. Глубиной в два километра, – помощник протянул папку с фотографиями.

Президент открыл ее. Посмотрел. Закрыл.

– Ознакомьтесь, – он передал фотографии генералам, а сам начал в который раз приглаживать растрепанные волосы. – Сколько жителей?

– Тридцать тысяч, сэр.

Генерал Бэрнс встал со стула.

– Господин президент, прошу разрешения...

– Сесть, – не дал ему договорить президент.

Бэрнс сел.

Глава Белого дома прошелся по кабинету. Остановился у окна и включил вентилятор. В помещении становилось слишком душно. Воздух тут же растрепал его волосы.

– У нас есть хоть какие-то зацепки о том, что это? – спросил он, не оборачиваясь.

– Свидетели говорят о мужчине, – ответил генерал Хоукинс. – Черный плащ. Шлем. Он просто шел по городу. А потом... город исчез.

– Плащ и шлем... – повторил президент. – Кто в наше время носит плащи? Разве это практично? Кхм… Ладно… У него было оружие?

– Свидетели этого не уточняли, сэр, – серьезно ответил Хоукинс.

Президент посмотрел на него долгим взглядом.

– Генерал, я сейчас не шучу.

– Я тоже, сэр.

Зазвонили сразу три телефона.

– ВЫКЛЮЧИТЕ ЭТИ ЧЕРТОВЫ ТЕЛЕФОНЫ! – рявкнул президент.

Помощник кинулся выдергивать шнуры из розеток.

Воцарилась тишина. Остался только тихий звук работающего вентилятора.

– У нас есть план? – спросил президент.

Генералы переглянулись.

– Мы можем попробовать стянуть дополнительные войска, – начал Макартур. – Развернуть тяжелую технику с маголитовой броней у границы городов Квинсенс и Салем. Использовать артиллерию...

– Артиллерия не поможет против того, кто стирает города, – перебил его Бэрнс.

– А что поможет?

– Маги.

Все посмотрели на Бэрнса.

– У нас есть маги, – продолжил он. – Сильные. Но этого недостаточно. Нам нужен кто-то... особенный.

– И кого вы предлагаете? – президент скрестил руки на груди.

– Андре.

Повисла пауза.

– Андре Леруа? – уточнил Хоукинс. – Того самого?

– Да, того самого, – кивнул Бэрнс. – Маг Высших сил. Герой номер один по версии Международной Магической Ассоциации. Говорят, он может одолеть даже Александра Есенина.

– Говорят, – усмехнулся президент. – Много чего говорят. Говорят же, что у меня в подвале живет дракон.

– У вас в подвале дракон? – удивился Макартур.

– Нет, генерал. Это была метафора, – закатил глаза тот.

– Ах. Извините, сэр.

Президент потер переносицу.

– Хорошо. Свяжитесь с этим Андре. Пусть приезжает. Немедленно.

– Слушаюсь, – Бэрнс встал и направился к двери.

В этот момент вбежал еще один помощник.

– Господин президент! – он задыхался. – Срочное донесение! База Форт-Нокс...

– Что с ней?

– Уничтожена. Полностью.

Президент закрыл глаза.

– Все. Выйдите. Все.

– Но сэр...

– Я сказал, выйдите!

Генералы поспешно покинули кабинет. Помощники тоже.

Президент остался один.

Он подошел к портрету прошлого президента на стене. Нажал ему на нос. Полотно отъехало в сторону, открыв секретный проход.

Спустившись по тусклому коридору на несколько уровней вниз, он оказался в небольшом помещении. В центре стоял алтарь.

Президент положил руку на холодный камень.

– Я здесь, мой господин.

Воздух вокруг алтаря начал искажаться. Появились серые, едва заметные линии. Они сплетались, образуя очертания фигуры.

– Я чувствую твой страх, – произнес Нечто. Голос был спокойным, но в нем слышалась насмешка. – Твои базы горят. Твои солдаты бегут. Твоя страна рушится.

– Я делаю все, что могу...

– Молчи.

Президент сжал челюсти.

– У меня есть новость, – Нечто рассмеялся. Тихо. Зловеще. – Отличная новость.

– Какая?

– Дурак Петр Первый сам прислал мне то, что нужно.

Президент нахмурился.

– Не понимаю...

– Конечно не понимаешь. Ты слишком глуп, чтобы понять, – Нечто продолжал смеяться. – Но скоро все станет ясно. Очень скоро.

Серые линии начали двигаться. Они потянулись к президенту.

– Что вы делаете? – он попятился.

– Готовлюсь к встрече со старым другом, – Нечто усмехнулся. – А тебе нужно немного отдохнуть.

Линии обвили президента. Он даже не дернулся, дав возможность господину вселится в свое тело. Серые линии проникли через нос, рот и уши. Президент закатил глаза и его тело медленно приподнялось над полом, выгнувшись дугой.

Через мгновение все закончилось, и он встал на ноги. Открыл глаза. Они были полностью черными.

– Какое слабое тело, – произнес он голосом Нечто. – Но сойдет. На время.

Президент – теперь с Нечто внутри – повернулся и направился к выходу. Поднялся по лестнице. Прошел через кабинет и вышел в коридор.

Охранники отдали ему честь.

– Господин президент, вам нужна охрана?

– Нет, – ответил он, не останавливаясь. – Мне никто не нужен.

Он шел по коридорам Белого Дома. Спустился еще ниже в секретный бункер, о котором знали только избранные. Там в специальной комнате с магическими печатями на стенах на выступе лежал один интересный артефакт, закрытый защитным магическим куполом.

Президент остановился перед ним. Несколько касаний в нужных местах и купол исчез.

Нечто улыбнулся чужими губами.

– Наконец-то, – прошептал он. – Наконец-то ты мой, Владимир.

Он положил руку на артефакт.

Магические печати начали мигать. Тревожно. Предупреждающе. Но Нечто было все равно.

Он начал произносить заклинание. Слова были древние. Запретные. Те, что не должны были быть произнесены. Печать медленно задрожала, разгораясь все сильнее.

И в этот момент, где-то далеко на Сахалине, Михаил Кузнецов резко проснулся.

***

Сахалин.

Поместье Кузнецовых.

Я проснулся резко и сел в кровати, тяжело дыша.

Нет. Погодите. Я еще не проснулся.

Все вокруг было размыто. Словно смотришь сквозь мутное стекло после дождя. Я стоял в коридоре поместья. Слышал голоса. Чьи-то шаги.

– Михаил, собирайся быстрее! – крикнул Трофим откуда-то сверху. – Нам пора выдвигаться!

Я посмотрел на свои руки. Они дрожали. Почему они дрожат?

– Миша, – рядом появилась Лора. Она взяла меня за руку. – Все будет хорошо. Я с тобой.

Ее рука была теплой. Настоящей. Я сжал ее пальцы.

– Лора, что происходит?

– Мы идем на войну, – тихо ответила она. – Что-то приближается к Сахалину.

По лестнице спустился Трофим. В полной боевой экипировке. Бронежилет. Автомат. На поясе гранаты.

Он подошел к нам. Посмотрел на Лору.

– Ты готова? – спросил он у нее.

Я замер.

– Погоди. Ты ее видишь?

– Конечно вижу, – Трофим нахмурился. – А что, не должен?

– Но она... ты же...

Лора сжала мою руку сильнее.

– Не сейчас, Миша. Потом объясню.

Ощущение, что я во сне, присутствовало, но как будто что-то было не так.

Мы вышли во двор. Там стояла бронированная машина. Черная. С толстыми стеклами и усиленными бортами. Двигатель работал, а за рулем сидел Данила с серьезным лицом.

Трофим открыл заднюю дверь. Заглянул внутрь. Вздохнул.

– Вот же... Васька! Выходи!

Из машины выпрыгнул толстый кот. Недовольно посмотрел на Лору и побежал в дом.

– Только кота нам в битве не хватало, – буркнул Трофим. – Марш в дом!

– Может, взять его с собой? – предложила Лора. – Для боевого духа.

– У кота нет боевого духа. У него есть только дух лени и обжорства, – Трофим махнул рукой. – Садитесь уже.

Мы сели в машину. Я спереди расположился рядом с водителем. Лора сзади. Трофим завел двигатель. Машина рванула с места.

***

Мы мчались по дороге. Вокруг все горело, здания взрывались, асфальт трескался. Из-под земли вырывались столбы пламени.

Трофим крутил руль и уходил от обломков.

– Держитесь! – крикнул он, давя на газ.

Справа взорвался дом и обломки посыпались на капот. Трофим вильнул влево.

Слева рванул столб. Искры полетели в окна.

– Я же говорил взять кота! – крикнула Лора. – С ним хоть повезло бы!

– С котом повезло только коту! – огрызнулся Трофим.

Впереди появилась воронка. Огромная. Метров двадцать в диаметре.

Трофим не сбавил скорость.

– Ты что делаешь?! – заорал я.

– Прыгаем!

Машина взлетела. Повисла в воздухе. Пролетела над воронкой.

Приземлились с грохотом. Подвеска заскрипела.

Но мы ехали дальше.

***

Я стоял на выжженном поле.

Земля была черной. Потрескавшейся. Из трещин шел дым. Небо было красным. Как кровь.

Рядом лежал мертвый Павел Романов. Глаза открыты. Рот приоткрыт. На груди огромная рана.

Я опустился на колени.

– Павел... – прошептал я.

Он не ответил.

– Миша, – голос Лоры был тихим и испуганным. – Кто-то уничтожил Посейдона.

Я резко обернулся.

– Что?

– Его тела больше нет! Кто-то полностью уничтожил его физическую оболочку! Теперь он просто находится у нас в Хранилище.

Я посмотрел вперед.

Там вдали стояло что-то. Огромное. Темное. Я не мог разглядеть форму. Только силуэт.

Но от него исходил ужас. Первобытный. Древний. Тот, от которого хочется бежать.

– Что это? – спросил я.

Лора не ответила.

***

Петр Петрович Романов лежал у меня на руках смертельно раненый.

Из груди торчал обломок меча. Кровь текла на землю. Его лицо было бледным.

– Михаил... – прохрипел он.

– Не говори. Сейчас... сейчас я тебя вылечу...

– Поздно, – он слабо улыбнулся. – Почему... почему вы не взяли кота?

Я не понял.

– Кота?

– Ваську... – Петр кашлянул кровью. – С ним хоть... хоть повезло бы...

Его голова упала набок. Глаза потускнели.

Романов умер.

Я сидел, держа его тело, и не мог пошевелиться.

– Мишаня, – послышался голос сзади.

Я обернулся.

Валера стоял в нескольких метрах от меня. Над его головой, как солнце, горела огромная яркая корона. У него было четыре руки. В каждой по оружию. Меч. Копье. Топор. Булава.

Рядом с ним черный гусь Эль. От него в разные стороны расходились черные лучи. Они окутывали его, словно змеи.

Валера усмехнулся.

– Ну что, царь Сахалина, – произнес он, – готов присоединиться к настоящей битве?

Эль громко загоготал.

– Да присоединяйся уже! – крикнул он. – Тут весело!

– По крайней мере, сейчас будет, – поправил Валера.

– А, ну да.

Я посмотрел на них. Потом на тело Петра. Потом вперед. Туда, где стояло то зловещее нечто.

– Хорошо, – я положил тело Петра на землю и встал. В моей руке появился Ерх и родовой меч. – Пойдем.

Валера расплылся в улыбке.

– Вот это разговор!

И мы вместе побежали через выжженное поле к тому, что ждало впереди.

Оно становилось все ближе. Все больше. Все страшнее.

Я видел горящие от ярости глаза, которые пристально следили за тем, как мы приближаемся.

Валера только засмеялся. Эль начал гоготать. Я молчал. Мы были в десяти метрах.

В пяти.

В одном.

И тут произошла вспышка.

Очень яркая. Ослепляющая. Как взрыв тысячи солнц.

В этот момент я все понял.

Сахалина больше не существует. Все его жители мертвы. Маша. Света. Аня. Витя.

Все.

Вспышка поглотила меня.

И я резко проснулся.

***

Сахалин.

Поместье Кузнецовых.

Я сидел на кровати. Весь в холодном поту. Сердце колотилось как бешеное.

– Лора... – прохрипел я.

– Я здесь, – она материализовалась рядом. – Миша, что случилось?

– Сон... – я тяжело дышал. – Это был сон...

– Какой сон?

Я посмотрел на нее. Потом на окно. За ним был рассвет. Обычный. Спокойный.

– Сканируй, – ответил я. – Детальная информация о сне!

Глаза Лоры вспыхнули голубым, ее рука легла мне на лоб и она без лишних вопросов начала сканирование мозга, выясняя, что же мне приснилось такого, чего она не увидела с самого начала.

Но где-то в глубине души я чувствовал. Это было не просто сон. Это было предупреждение.

Прошло минут пять. Лора отстранилась.

– Ну и? – спросил я. – Что там?

– Это не просто сон, – она скрестила руки на груди. – Это больше похоже на предсказание. Но разбавленное твоим подсознанием.

– То есть?

– То есть часть того, что ты видел, может сбыться. А часть это просто твои страхи и переживания.

Я встал с кровати и подошел к окну. Гвардейцы расчищали снег с тренировочной площадки. Данила чистил машину перед поездкой.

– И как отличить одно от другого? – спросил я.

– Например, если меня видят все, – Лора усмехнулась, – это точно из категории бреда. Это факт.

– А кот Васька?

– Васька тоже бред. У него нет никакой магической силы. Он просто толстый и ленивый кот. Хотя если бы он был талисманом удачи, я бы первая предложила взять его в бой.

Я невольно улыбнулся.

– Значит, остальное может быть правдой?

– Может, – Лора кивнула. – Смерть Павла. Уничтожение Посейдона. Петр Петрович... И то зловещее нечто в конце.

Улыбка сползла с моего лица.

– Надо ехать к Петру Петровичу. Не нравится мне это сновидение…

– Согласна. Одевайся.

***

Особняк Романовых.

Я приехал через двадцать минут. Охрана пропустила без вопросов. Видимо, уже привыкли к моим внезапным визитам.

Петр Петрович встретил меня в халате и с чашкой кофе в руках. Выглядел он свежим и отдохнувшим.

– Михаил, – бывший царь улыбнулся. – Не ожидал тебя так рано. Кофе будешь?

– Нет, спасибо. Мне нужно поговорить.

Видимо, мой встревоженный вид его напряг и он сразу стал серьезным.

– Проходи.

Мы прошли в гостиную и сели в кресла напротив друг друга. Петр отхлебнул кофе.

– Слушаю тебя.

Я рассказал про сон. Про предсказание. Про то, что выяснила Лора. Петр слушал молча. Когда я закончил, он откинулся на спинку кресла.

– Значит, ты считаешь, что мой отец готовится к финальному удару?

– Да. И мне кажется, это произойдет скоро. Очень скоро.

– У нас есть Игла смерти, – Петр достал из кармана халата маленький золотой предмет. – Это наш козырь.

– Одного козыря мало, – я покачал головой. – Он не дурак. Наверняка у него есть план Б. И план В. И еще десяток запасных планов.

– Согласен, – Петр поставил чашку на стол. – Поэтому нам нужна стратегия. Четкая. Без импровизаций.

– И какие у вас мысли?

Он встал и прошелся по комнате. Остановился у окна.

– Мой отец уязвим в двух вещах, – произнес он. – Первое. Его гордость. Он не терпит поражений. Если мы сможем задеть его самолюбие, он совершит ошибку.

– А второе?

– Моя мать. Он ее любит. По-настоящему. Это его единственная слабость.

Я задумался.

– Значит, нам нужно использовать и то, и другое.

– Именно, – Петр повернулся ко мне. – Но тут есть проблема. Если мы втянем мою мать, она может пострадать. А я этого не хочу.

– Понимаю. Тогда сосредоточимся на гордости. Что может его задеть больше всего?

Петр усмехнулся.

– Если его победит кто-то, кого он считает ниже себя. Например, ты.

– Я?

– Ты, – он кивнул. – Мой отец считает тебя выскочкой. Самоучкой. Человеком, которому просто повезло. Если ты его победишь, это разрушит его самомнение.

– Странно, что тебя все еще не воспринимают всерьез, – пробормотала Лора. – После всего, что было.

Я проигнорировал ее.

– Хорошо. Предположим, я вызываю его на бой. Что дальше?

– Дальше ты его отвлекаешь. А я в это время использую Иглу смерти, – Петр сжал кулак. – Я не знаю, что точно должно произойти, так что будь готов.

– Что мешает сломать ее прямо сейчас?

– Как минимум то, что я не увижу, как он умрет, – он пожал плечами. – Да и может быть так, что сломанная игла просто сделает его смертным…

Я посмотрел на него долгим взглядом.

– Тогда давайте подумаем, что мы будем делать.

Мы еще час обсуждали детали. Время. Место. Запасные варианты. Когда я уезжал, Петр сказал напоследок:

– Михаил, если что-то пойдет не так... Спасибо, что попытался.

– Ничего не пойдет не так, – ответил я. – Мы победим.

В этом я был уверен на сто процентов. Потому что Лора не могла ошибиться. Мы просчитали тысячи вариантов и отобрали несколько самых лучших. Тех, где процент проигрыша был самым минимальным.

***

Поместье Кузнецовых.

По дороге домой я получил сигнал от Любавки, что они возвращаются, так что пришлось двигаться к телепорту, чтобы их забрать.

Богдан, Любавка, Люся и Булат вышли из портала уставшие.

– Давайте поговорим дома? – предложил я. – Маруся там наготовила. Думаю, вы не откажетесь!

– Конечно, Миша! – Любавка тут же забыла про усталость и запрыгала в предвкушении вкусной еды.

Гвардейцы, которые несли пост у портала, хоть и привыкли к девочке в теле монстра, но на всякий случай отошли подальше.

– Я могу всех доставить быстрее, – сказал Булат. – Одним прыжком.

– Не стоит, – я очень осторожно подбирал слова, чтобы не обидеть коня. – Ты тоже устал. Поехали с нами, а я тебе открою дополнительный канал энергии, чтобы ты восстановился. Лишним точно не будет.

Булат немного подумал, но все же сказал:

– Ладно, уговорил.

Мы загрузили Любавку и Булата в специальный прицеп и сами сели в машину. До дома доехали достаточно быстро, не забыв по дороге купить Люсе горячий кофе. Уж больше активно она его просила.

Когда мы приехали и вошли в дом, стол был уже накрыт. Отдаю Марусе должное. Постаралась она на славу.

– Вот это я понимаю! Вкуснятина! – обрадовался Богдан и первым отломал от ароматной курицы ножку. Остальные тоже не стали тянуть и принялись накладывать еду. Стол стоял у окна, так что и Булат, просунув голову в комнату, с аппетитом поедал тарелку яблок.

– Ну, рассказывайте потихоньку, как съездили? – спросил я.

– Нормально, – Богдан зевнул. – Только толку мало.

Я налил себе горячего чаю.

– Что случилось?

– Мы нашли сломанный портал, – Люся выложила на стол три странных металлических фрагмента. – Но их недостаточно. Нужно еще минимум пять.

Я взял один кусок. Он был холодным и покрыт руническими знаками.

– А где их искать?

– Без понятия, – Булат фыркнул. – Эти детали разбросаны по всему миру. Может, в Китае. Может, в Африке. Может, вообще на дне океана.

– Отлично, – я отпил чаю. – Значит, надо продолжать поиски.

– Или, – Люся подняла палец, – мы можем попробовать собрать портал из того, что есть. Но не факт, что он заработает.

– Тогда и пробовать не будем, – твердо сказал я. – А Святослав? Узнали что-то про него?

– Не особо. Известно лишь тот факт, что он там бывал. К тому же ты и сам знаешь, что есть вероятность, что он на Сахалине, скрывается. Ничего больше мы не нашли.

– Ладно, думаю, это может подождать, – кивнул я. – Сейчас отдыхайте. Вы молодцы, хорошо справились. Узнали намного больше, чем я планировал.

– И опять мы ищем иголку в стоге сена, – вздохнула Лора. – Одну нашли, теперь вторая…

В этот момент в гостиную вошел Валера. На плече у него сидел упитанный Геннадий. За то время, пока он у нас дома, голубь значительно округлился. Спустившись по руке, он сел на край стола.

– О, вы вернулись! – радостно произнес Валера. – Отлично! Богдан, пойдем разомнемся!

Тот посмотрел на него с безразличием.

– Валера, я только что с дальней дороги...

– И что? Отдохнешь потом! – Валера подмигнул. – Или ты слабак?

– Я не слабак! – тут же вспыхнул парень и вскочил со стула.

– Тогда пошли!

Богдан стрельнул в него уничижительным взглядом и вышел на улицу.

Голубь на руках Валеры посмотрел на всех присутствующих, громко курлыкнул и с трудом полетел за Валерой и Богданом к выходу.

– А голубь зачем? – спросила Любавка.

– Это Геннадий, – пояснил я. – Старый друг Валеры.

– И он тоже будет драться?

– Нет. Он будет моральную поддержку оказывать, – я усмехнулся.

Голубь обернулся и посмотрел на меня. В его глазах читалось: "Смотри, чтобы тебя никто морально не наказал".

Потом он вылетел за дверь.

Мы переглянулись.

– Умный голубь, – заметила Люся.

– Слишком умный, – добавил Булат. – Мне не нравится, как он на меня смотрит.

– Тебе кажется, – отмахнулся я.

Глава 11. Новый уровень угрозы.

Монтана.

Защитная стена Дикой Зоны.

Утро было пасмурным. Низкие серые тучи висели над равниной, солнце пробивалось сквозь них короткими злыми лучами. Остатки защитной стены торчали из земли, как обломки зубов, на которые наехали танком. Десять километров некогда монолитного барьера были стерты с лица земли за одну ночь.

Полковник Смит стоял на наблюдательной вышке и смотрел в бинокль. То, что он видел, не укладывалось в понятие реальности.

Десятая рота, семьдесят два бойца, только что покинула укрепленную позицию. Хорошо вооруженные. С магическими щитами. С поддержкой артиллерии на фланге. Командиры были уверены в успехе.

Прошло четыре минуты.

Десятая рота больше не существовала.

Неизвестный мужчина в плаще и шлеме стоял посреди поля будто карикатурный персонаж из мультиков или фантастических фильмов. Ветер трепал полы ткани абсолютно черного цвета. Только руки были вымазаны в чужой крови. Он стоял неподвижно, как скульптура. Его взгляд был абсолютно пустым. Глаза не метались, не анализировали. Просто смотрели прямо перед собой.

Марионетка. Идеальная, абсолютная марионетка.

Рота налетела на него, как стая мотыльков на огонь. Первый залп артиллерии ударил по позициям, открыв путь для пехоты. Солдаты пошли вперед плотным боевым порядком, пригибаясь и перекатываясь между воронками. Два танка ползли следом, прижимая неизвестного огнем. Снаряды взрывались в пяти метрах от него, накрывая взрывной волной. Один снаряд угодил точно в цель, но не нанес никакого урона.

Когда пыль осела, он стоял на том же месте.

Первый солдат, который добежал до него, не успел даже выстрелить из автомата. Кулак вошел ему в грудную клетку. Тело развернулось и отлетело, сбив с ног троих стоявших за ним. Второй выстрелил из автомата в упор. Пули расплавились, не долетев до тела. Незнакомец развернул солдата за плечо и бросил в третьего, как мешок. Четвертый успел активировать магический щит – синяя полупрозрачная пленка развернулась перед ним. Враг пробил его кулаком насквозь. Солдат отлетел и больше не поднялся.

Дальше происходило то, на что смотреть было невыносимо.

Танки ударили по нему в упор. Оба снаряда взорвались одновременно, накрыв нападавшего огненным грибом. Когда облако горящей земли рассеялось, неизвестный продолжал стоять посреди воронки без единой царапины. Только резинка от плаща на плече была слегка сдвинута. Он поправил ее и развернулся к ближайшему танку.

Левый кулак без особых усилий врезался в бронированный корпус машины. Пальцы, светящиеся темным пульсирующим светом, раздвинули сталь как глину и вырвали двигатель как морковь из земли. Правой рукой он подбросил эту многотонную махину и отбил, как бейсболист отбивает мяч. Танк приземлился в полукилометре, разрушив несколько военных внедорожников.

Второй танк дал задний ход. Экипаж попытался развернуться и удрать. Страшный враг не стал его преследовать и дал сбежать. Он просто стоял и смотрел, как машина уезжает. Потом развернулся и побрел обратно в сторону разрушенной стены, не торопясь.

Оставшиеся солдаты девятой роты бежали. Те, кто мог бежать.

Полковник Смит опустил бинокль и несколько секунд молчал.

– Передайте штабу, – сказал он наблюдателю рядом. – Девятая полностью уничтожена.

Наблюдатель кивнул и поднял рацию. Руки у него тряслись.

– Сэр, а он даже не тратит усилий? – тихо спросил военный.

– Нет, – так же тихо ответил Смит. – Не тратит.

ПОвисла гнетущая тишина, нарушаемая только взрывами и стрельбой вдалеке.

Потом произошло то, что могло перевернуть исход этого сражения. По крайней мере, так думали солдаты.

Из позиций третьего эшелона вылетело энергетическое копье. Не простое, заряженное по максимуму настолько, что оставило за собой белый, обжигающе-яркий след.

Казалось, что попадание неизбежно.

Но незнакомец уклонился в последнюю секунду. Коротким, идеально рассчитанным движением плеча. Копье прошло мимо и вонзилось в землю, разорвав пласт грунта.

Он медленно повернулся и посмотрел на горизонт.

Там кто-то стоял.

Огромный. Под два с лишним метра. Плечи как мешки с песком, шея толще шины автомобиля.

Волосы были длинными и растрепанными, торчали во все стороны, словно грива льва. Солнечные очки в черной оправе закрывали глаза, несмотря на облачное небо. Руки были сложены на груди, и в этой позе он выглядел как живая гора, которая просто стоит и ждет.

На наблюдательных постах раздался шум.

– Это Андре! – крикнул кто-то через рацию. – Андре прибыл!

Радиоэфир взорвался восторженными криками.

– Наконец-то! Пусть покажет этому маньяку!

– Слава Богу, наконец-то хоть кто-то нормальный!

– Повезло этому маньяку, если честно. Быстрая смерть от Андре!

Здоровяк по имени Андре покрутил плечами медленно и демонстративно. Снял очки, посмотрел на врага внизу. Улыбка его была широкой и совершенно искренней. Как у парня, который пришел на вечеринку и увидел старого друга.

Он рассмеялся. Громко, от души, в полный голос.

– Ага-а-а! – хлопнул себя ладонью по бедру. – Значит, мне не показалось? Значит, вот ты какой? Я столько о тебе читал! Столько слышал! Ты же Кузнецов?

Неизвестный враг не ответил. Он неподвижно стоял, и просто наблюдал пустыми глазами за новой преградой. Только плащ колыхался от ветра.

Андре качнул головой и закатил рукава.

– Ладно. Давай проверим, из чего тебя сделали.

Он ударил первым. Огромный кулак понес за собой сгусток энергии такой плотности, что воздух вокруг него задрожал. Удар мог бы снести стену огромное здание.

Но Кузнецов перехватил его ладонью.

Земля под обоими провалилась сантиметров на десять. Воздух вокруг искрил. Андре упирался, навалившись всем весом. Кузнецов стоял неподвижно.

– О-о-о, – протянул Андре с живым восторгом. – Вот это да. Ты превзошел мои ожидания!

Он отпрыгнул, развернулся и ударил снова, теперь ногой, сверху, вкладывая в удар всю свою массу. Кузнецов поставил блок двумя руками и его сдвинуло назад на метр. Земля за его пятками вздрогнула и треснула.

– Отлично! – заорал Андре, уже смеясь. – Наконец-то кто-то, кто не просто падает!

Монстры начали появляться из-за кромки стены Дикой Зоны. Те, что были ближе, учуяли высвободившуюся энергию и понеслись туда, как акулы на кровь. Гигантские ящеры, крылатые твари, существа без четких контуров, светившиеся изнутри. Они влетели прямо в зону боя, и их буквально разорвало на мелкие части.

Кузнецов крутанулся на месте и огнем левой руки стер полдюжины существ, которые неслись на него сбоку. Огонь был темным, почти черным.

Андре в тот же момент оторвал голову крепкому зверю, который прыгнул ему на спину, и метнул ее, как гранату, в стайку летучих гадов, напитав кусок мяса своей энергией. Те вспыхнули и осыпались горящими обломками.

– Подожди! – крикнул Андре Кузнецову, уклоняясь от хвоста ящера. – Подожди, мне кажется, нам мешают!

Кузнецов не подождал. Он развернулся и ударил Андре в живот, отправив его в полет. Андре пролетел метров десять, воткнулся ногами в землю и тут же развернулся обратно.

– А ты же молчаливый, да? – Андре снова рассмеялся, уклоняясь от следующего удара. – Да ладно, сам могу говорить за нас двоих. Ты просто слушай.

Он ударил серией быстрых ударов по корпусу. Каждый удар гремел, как выстрел пулемета. Кузнецов отбивал их все монотонно и механически. Руки его двигались с размеренной точностью.

– Меня, кстати, Андре зовут, – продолжал тот между ударами. – Но ты, похоже, и без знакомства прекрасно обходишься. Вообще, должны мы быть знакомы? Бывал ли ты в Нью-Орлеане? Там отличный джаз.

Кузнецов снова не ответил.

Андре накопил энергию в обеих руках и обрушил ее Кузнецову на плечи сверху. Земля вокруг них расколола метров на три в каждую сторону. Пыль закрыла обоих. Когда она рассеялась, оба стояли на ногах.

Солдаты на наблюдательных постах смотрели, как двое гигантов сражаются без поддержки, без оружия, вокруг разрушая всё, что попадалось на пути. Те, кто попадал в радиус ударов, улетал в неизвестном направлении вместе с куском земли под ногами. Монстры из Дикой Зоны, те самые существа, от которых и строилась разрушенная стена, и те, которые вселяли ужас в обычных граждан страны, сейчас были побочным ущербом, о котором никто не думал.

– Ты знаешь, – Андре перехватил руку Кузнецова и потянул ее вбок, пытаясь открыть корпус для удара, – большинство людей хотя бы кричат, когда дерутся. Даже животные. Тихий молчун, который не может вымолвить ни слова, это даже не страшно. Это грустно.

Кузнецов высвободил руку и ударил его ладонью в шею. Удар был таким, что Андре кувыркнулся через плечо и приземлился на четвереньки. Его очки слетели, и глаза его были уже не веселыми, а мрачно-серьезными.

– О. Ну вот это что-то другое, – тихо сказал он, становясь серьезным.

Следующие несколько секунд были невозможно быстрыми. Оба двигались так, что взгляд не поспевал. Удары шли один за другим, тело Андре согнулось в невероятном блоке, а Кузнецов наступал, наступал, наступал, не давая ни метра передышки. Земля под ними превращалась в пыль.

Монстр выполз из воронки точно между ними. Оба проигнорировали его. Существо метнулось в сторону и погибло, врезавшись в обломки танка.

– Опять зверье! – фыркнул Андре, уклоняясь от очередного удара. – Им-то что понадобилось?

Кузнецов не ответил. Андре снова попытался расшевелить его.

– Ну же, друг, хоть что-нибудь скажи! Хоть "ай"! Хоть ругательство! Хоть... да что угодно!

Кузнецов остановился.

Секунда. Две.

Он стоял перед Андре и просто смотрел. Пустыми глазами. Как будто Андре был стеной. Или куском обоев.

Что-то изменилось в его лице. Нет, не выражение. Оно оставалось таким же нулевым. Просто движения стали чуть быстрее. Чуть точнее. Как будто кто-то наконец перестал экономить топливо.

– Посредственность…

Кузнецов шагнул вперед. Его правая рука метнулась к горлу Андре и сжала его шею. Ладонь почти охватила всю шею целиком. Тот даже не успел среагировать, настолько это было стремительно.

Он поднял Андре одной рукой в воздух.

Здоровяк попытался высвободиться. Его руки обхватили запястье Кузнецова. Он навалился на него всей силой, пытаясь разжать пальцы, светившиеся темным пульсирующим светом. Ничего. Ни миллиметра.

Хватка сжалась только сильнее.

Тут сильнейший маг США понял, что до этого с ним игрались. Кузнецов не использовал даже половины своей силы.

Хруст был негромким, но очень отчетливым. Андре сморщился, впервые почувствовав кровь во рту. Воздух из его легких начал выходить рваными, хриплыми толчками.

За мгновение до того, как Андре распрощался бы с жизнью, за спиной Кузнецова появилась фигура. Неторопливо. Без единого звука, она медленно скользнула слева.

Генерал, который наблюдал в бинокль за этой бидтвой, узнал в новом бойце самого президента США. Все так же в деловом костюме, все так же с идеально причесанными волосами. Только глаза были другие, абсолютно черные, без белков и зрачков.

Он протянул руку в которой был небольшой артефакт, и положил ладонь Кузнецову на плечо.

Через точку контакта прошла волна. Темная, вязкая, почти осязаемая. Она вошла в тело Кузнецова через плечо и растворилась внутри. Руки Владимира на мгновение дрогнули. Пальцы на горле Андре слегка ослабли, и тот, упав на колени, жадно втянул воздух.

Тело Кузнецова выпрямилось. Плечи расправились. И впервые за весь бой его глаза изменились.

Они были абсолютно черными. Кузнецов развернулся в сторону горизонта и шагнул в сторону запада, окончательно наплевав на своего противника. Президент так же упал на колени, но не от бессилия. Он покорно склонил голову почти до самой земли.

Ветер затих.

Полковник Смит опустил бинокль.

– Боже мой, – тихо произнес он.

Наблюдатель рядом с ним побледнел, как стена.

– Сэр... а кто только что... этот человек. Он же...

– Заткнись, – тихо сказал Смит. – И вызови штаб. Всех. Немедленно. Я… Я не знаю… Надо срочно достать президента в лазарет!

***

Поместье Кузнецовых.

Сахалин.

Утро началось с кофе и плохих новостей, как обычно.

Я сидел в гостиной и смотрел на кипу документов. Лора парила за моей спиной, листая новостные ленты быстрее, чем я успевал читать. На экране мелькали фотографии разрушенных городов, руины военных баз, кратеры там, где еще вчера стояли целые поселения.

– Глендвайн, – произнесла Лора. – Тридцать тысяч жителей. Стерт полностью.

– Как стерт?

– Буквально. На месте города кратер глубиной два километра.

Я откинулся в кресле и потер переносицу. Два километра глубины. Это даже не разрушение. Это словно кто-то долбил землю насквозь.

– Это Владимир?

– Больше похоже на него, – Лора притормозила и развернула перед мной серию фотографий. Кратер был ровным, как тарелка. Края оплавлены. – Хотя, нет. Смотри сюда.

Она увеличила снимок. На краю кратера, прямо на срезе земли, был виден небольшой человеческий силуэт.

– Это не Владимир, – тихо сказала она.

– Тогда кто?

– Не знаю. Но энергетический след другой. Намного другой.

Я не успел ответить, потому что зазвонил телефон.

На экране высветилось имя, от которого меня невольно передернуло. Номер Петра Первого.

Я покосился на Лору. Она пожала плечами и тут же склонилась ближе, готовая анализировать каждое слово.

Я нажал кнопку.

– Слушаю.

– Михаил Кузнецов, – голос Петра Первого звучал спокойно, даже размеренно. Как будто он звонил обсудить погоду. – Надеюсь, я не отвлекаю от завтрака.

– Завтрак был час назад, – ответил я так же спокойно. – Чем обязан?

Короткая пауза, но она была. Петр Первый не тратил время впустую, значит, он выбирал слова. Это само по себе было плохим признаком.

– У меня есть информация, которая тебя касается, – произнес он. – Непосредственно.

– Слушаю внимательно.

– Тело Владимира Кузнецова в данный момент находится в США.

Хм… у нас с Лорой появилось очень много вопросов к тому, что мы только что видели на фотографиях.

– Ты же сам его туда отправил, – сказал я ровно.

– Да. Отправил. Это верно, – Петр помолчал. – Но больше он не мой.

Вот оно как.

– Объясни, – потребовал я.

– Нечто перехватило контроль, – коротко ответил Петр. – Буквально пару часов назад. Мои каналы управления обрывались один за другим, как нитки. К последнему я даже не успел среагировать.

Лора быстро покачала головой и показала жест: продолжай, я все фиксирую.

– И ты что, просто звонишь мне и сообщаешь об этом? – спросил я, позволяя себе иронию.

– Хм… зачем я звоню? Наверное, чтобы поторопить. Не хочу, чтобы тебя убил кто-то другой, а не я, – ответил Петр, и впервые в его голосе мелькнуло что-то похожее на усталость. – Нечто теперь контролирует одного из сильнейших бойцов на планете. И скорее всего, он будет охотится за тобой.

– Мне приятно, что бы так сильно беспокоишься о моем физическом состоянии, – произнес я.

В трубке воцарилась тишина. Потом Петр Первый рассмеялся. Коротко, сухо.

– Именно так.

– Забавно было бы увидеть это в учебниках истории, – бросила Лора мне в ухо, и я едва сдержал усмешку.

– Так зачем ты послал туда тело Владимира? – уточнил я, возвращаясь к существу дела. – Или это изначально был твой план?

– Нет, – быстро ответил Петр. – Ну что ты! Как я мог это предвидеть! Я же не могу смотреть в будущее, как мисс Палмер…

– Значит, ты надеешся, что Владимир и Нечто меня уничтожит? Может, ты просто боишься, что не победишь меня?

– Как я уже сказал, я не могу предвидеть все, – парировал Петр. – Но, если хочешь помочь моему сыну вернуть страну, то поторопись. Скоро у тебя будет стихийное бедствие, под названием Владимир Кузнецов объединенный с Нечто. Ох, не знаю, что же будет…

Последние слова упали тяжело, как камень в колодец.

Я крепче сжал телефон.

– Спасибо за информацию, – сказал я ровно. – Я учту.

– Пока, – коротко сказал он.

Связь оборвалась.

Я долго сидел, глядя на темный экран телефона.

– Миша, – Лора присела рядом. – Он не врет.

– Откуда знаешь?

– Голосовой фон во время разговора был ровным. Ни одной вспышки лжи. Он действительно потерял контроль над Владимиром.

– И хочет, чтобы я поторопил Петра Петровича с иглой.

– Да, – кивнула она. – Это выглядит очень странно. При том, что я проверила иглу. И Валера. Там нет скрытых свойств. Это действительно смерть Петра. Но почему он хочет тебя поторопить? К чему это все идет?

– Тогда ситуация действительно плохая, – я встал и подошел к окну. За стеклом Сахалин жил своей обычной утренней жизнью. Люди шли по делам. Предприятия начинали свою работу. Никто не знал, что где-то в Монтане марионетка, которая раньше плясала под дудку Петра Первого, теперь танцует под совсем другую мелодию.

– Нужно немедленно связаться с Петром Петровичем, – сказал я.

– Он сейчас в администрации, – уточнила Лора.

– Тогда выезжаем. И заодно проверим защиту Сахалина.

– Уже в процессе, – кивнула она. – Болванчик продолжает сканировать.

– Кстати, как идут поиски Святослава?

– Пока никак… Как будто его нет на Сахалине. – пожала плечами Лора.

Я пристально посмотрел на свою помощницу.

– Лора.

– Да?

– Если Нечто способно переселиться в Владимира, может ли оно то же самое сделать со мной?

Лора задумалась. Ее голубые глаза потемнели.

– Теоретически – да. Но для этого нужен контакт. Физический или энергетический. Просто так, на расстоянии, оно этого сделать не может. К тому же, не забывай, что у тебя есть я. У меня есть определенные протоколы, которые не дадут захватить твое тело. Теперь точно не дадут.

Глава 12. Минус Аркадий. Минус Игорь.

Я стоял у окна кабинета в администрации и смотрел на заснеженный Южно-Сахалинск. Город еще восстанавливался после последних атак. Строители не спеша переносили материалы, машины отгрузили кирпич, строительные маги возводили фундамент. Только все начало устаканиваться.

Лора материализовалась рядом, скрестив руки на груди. На ней был деловой костюм с юбкой-карандаш. Видимо, она решила, что для серьезного разговора нужен серьезный дресс-код.

– Итак, – произнесла она, – подытожим. Нечто захватило тело Владимира Кузнецова. Петр Первый использовал это тело как марионетку. А теперь они оба хотят, чтобы ты сдох? Правильно?

– В двух словах, да, – кивнул я. – Нечто точно будет охотиться. Он хочет меня прикончить любой ценой. Уж слишком много я напихал ему палок в колеса.

– Ну, с учетом того, сколько раз ты его доставал, удивительно, что он еще не объявил тебя персоной года, – хмыкнула Лора. – Интересно… Среди божеств есть вообще какой-то конкурс за звание лучшего… Скажем мудака?

– Скорее персоной "Кого хочется убить в первую очередь"?

– Именно.

Я потер переносицу. Голова гудела от количества проблем. Владимир Кузнецов был легендой. Один из сильнейших магов всех времен, если не сильнейший. А теперь в его теле сидела сущность, которая хотела моей смерти. И она тоже очень и очень могущественная. Нет, ну вот за что? Я же просто хочу спокойно жить. Ну неужели нельзя переключиться на кого-то другого?

– У меня есть план, – заявила Лора, и в ее глазах появился знакомый огонек.

– Когда ты так говоришь, мне становится страшно, – сказал я, хотя понимал, что она точно предложит самый выигрышный вариант.

– Зря. План простой, но действенный.

Она щелкнула пальцами, и передо мной появилась голографическая схема.

– Смотри. Петр Первый использовал тело Владимира. Но контроль был не абсолютный. Затем Нечто захватил тело Владимира. Специально или случайно, но Романов его упустил. Есть ли вероятность того, – она начала загибать пальцы, – что там еще осталось что-то от Петра Первого? – Лора загнула один палец. – Что там еще есть что-то от самого Владимира? – Еще палец. – Ну и сам Нечто. Хотя я сомневаюсь, что он полностью вселился в тело Владимира. Может, только часть? Или образ, как раньше?

– Многовато.

– Именно. А теперь главное. Наш Петя хочет свергнуть отца и занять трон. Правильно?

– Правильно.

– Тогда мы убиваем двух зайцев одним выстрелом, – Лора ткнула пальцем в схему. – Нечто охотится на тебя. Значит, он сам придет. Мы заманиваем его в ловушку, вытаскиваем из тела Владимира и уничтожаем. Заодно убиваем связь Петра Первого с телом, если таковая вообще останется после Нечто. Без марионетки он ослабнет. А наш Петя наносит удар и занимает трон.

Я задумался. План действительно был простым. Слишком простым.

– А если что-то пойдет не так?

– Миша, у нас всегда что-то идет не так, – Лора пожала плечами. – Но мы справляемся.

– Убедительно. Вот только мы еще не сражались с таким сильным противником.

– Кроме того, – она улыбнулась, – у нас есть козырь.

– Валера?

– Валера, – кивнула Лора. – Петр Первый расслаблен, самоуверен. А это его главная ошибка. Он думает, что нечто в теле Владимира тебя уничтожит.

Я посмотрел на схему. Действительно шансы были. Рискованные, но были.

– Ладно, – выдохнул я. – Начинаем готовиться.

***

Особняк Петра Романова.

Сахалин.

Петр сидел в кресле, задумчиво смотрел на снег за окном и крутил в руках маленькую иголку. Она была золотой, тонкой и выглядела абсолютно безобидной. Но он знал, что это оружие, способное убить одного бессмертного. Его отца.

В этой Игле находится смерть Петра Первого.

Кот Васька лежал на подлокотнике и смотрел на хозяина желтыми глазами.

– Ты знаешь, что делаешь? – тихо спросил кот.

Петр уже не удивлялся разговорчивости Васьки. Они иногда болтали о пустяках, когда оставались одни в комнате. Иногда кот мог предложить какие-то варианты действий. Это его идея, чтобы Анастасия тренировала гвардию Сахалина. К тому же Петру нравилось общение с этим животным. Было ощущение, что они на одной волне.

– Знаю, – кивнул Петр.

– Твой отец тиран, – сказал кот. – Он хочет подчинить весь мир. Сделал много плохого.

– Я в курсе.

Кот встал и потянулся.

– И что ты хочешь сделать?

Петр посмотрел на иголку. Его пальцы сжали тонкую золотую палочку.

– Если отец останется на троне, он не даст мне воли. Никому не даст, – он взял иголку двумя пальцами. – Он будет продолжать войны. Убивать. Разрушать. И я не могу этого допустить.

– Петя, стой, – кот попытался дотронуться лапой до его руки. – Не надо. Ты слишком...

Хруст.

Иголка сломалась пополам.

Васька застыл. Его хвост распушился, уши прижались к голове.

– Ты сделал это слишком рано, – прошипел кот. – Слишком рано! Он еще не готов! Ты не готов!

Петр посмотрел на обломки иголки в руке. На мгновение его охватили сомнения. Но он быстро их отбросил.

– Поздно. Я слишком долго это откладывал, чтобы рисковать. Теперь только вперед.

***

Кремль.

Москва.

Петр Первый сидел за массивным столом и разговаривал по телефону. Он был доволен.

Страна в достатке, казна увеличивается. Европа под полным контролем Империи. Были, конечно, те, кто хотел примкнуть к Сахалину, но и это не проблема. Пусть бегут. Все же так куда интереснее.

– Сергей Михайлович, ваша помощь была как нельзя кстати, – сказал Романов.

– Я не помогал вам, – послышался голос Кутузова из трубки. – Я выполнял приказ своего царя. Это разные вещи. Будь моя воля…

– Конечно-конечно, – усмехнулся царь. – Но факт остается фактом. Ваш истребитель, который доставил мою “посылку”, в итоге поможет уничтожить Кузнецова.

В трубке повисла тяжелая пауза.

– Слушай меня внимательно, – голос Кутузова стал жестким, как сталь. – Если с Кузнецовым или его дочерью что-то случится, я приду в Кремль. Мне плевать, если стану преступником. Я убью тебя. Лично. Отрублю голову. Четвертую. Плевать, что ты бессмертный, я буду убивать тебя столько, сколько нужно.

Петр Первый рассмеялся.

– Угрожаете царю? Это государственная измена, генерал, – задорно сказал Петр.

– Это не угроза. Это обещание.

– Тогда приходите, – ухмыльнулся Петр. – Приходите в Кремль. Посмотрим, кто из нас...

Он не закончил фразу, как в груди что-то хрустнуло. Будто внутри сломался невидимый стержень.

Боль. Острая, жгучая.

Петр Первый согнулся пополам и рухнул на пол. Телефон выпал из рук.

– Алло? – донесся голос Кутузова из трубки. – Надеюсь, ты меня услышал.

Связь прервалась.

Царь лежал на полу, тяжело дыша. Он чувствовал, как нити, связывающие его с артефактом, были сломаны. Все тело резко стало тяжелым.

– Сын, – прохрипел он. – Глупый мальчишка. Ты сломал иголку. Сам того не подозревая, слишком сильно ускорил события.

Он с трудом поднялся на ноги и нажал кнопку вызова на столе.

Через минуту в кабинет влетел секретарь.

– Ваше величество! Вы в порядке?

– Готовь все военные дирижабли и суда, – хрипло приказал Петр. – Немедленно.

– Но... куда?

– На Сахалин, – царь выпрямился. В его глазах горел безумный огонь. – Мы едем на Сахалин. Сегодня ночью.

– Но как же… Надо официально…

– Я сказал, готовь военную технику!

В комнате воздух стал тяжелым, свет начал мерцать.

– Простите! – склонился помощник и быстро выскочил из кабинета.

***

Сахалин.

Я сидел в кабинете вместе со Светой. Как бы мне ни хотелось просто проводить время с супругой, но все же приходилось заниматься делами. Конечно, мне нравилось присутствие жены, так что совмещение приятного с полезным тоже не самый худший вариант.

– Нужна твоя помощь, – сказал я, взвесив все “за” и “против”.

Света сидела в кресле и листала книгу. Она выглядела немного уставшей. Дочка была благополучно сбагрена Валере, который с радостью уволок детей в детскую.

– Говори, – она отложила книгу и посмотрела на меня.

– Свяжись через внутреннее хранилище с Игорем. Попроси его помочь Аркадию.

– Детали будут? – только уточнила она.

– Надо встретить врага из США…

Света кивнула и закрыла глаза. Я видел, как ее тело слегка напряглось. Энергия потекла, устанавливая связь с осьминогом.

Через несколько секунд она открыла глаза.

– Готово. Игорь в деле.

– Отлично. Устала?

– Не то чтобы…– вздохнула Света и пожала плечами. – Знаешь, иногда так хочется вернуться в КИИМ. Учеба, походы в Дикую Зону. Небольшие приключения. Было прикольно…

– Хочешь сражаться?

– Это в том числе, – кивнула она. – Но не пойми неправильно, я не жалуюсь. Мне нравится быть мамой, просто… Как бы тебе сказать… Когда всю жизнь готовился к чему-то другому, а тут оп, и ребенок.

Мне это ощущение было прекрасно понятно. Я тоже не планировал становиться царем Сахалина и сражаться против божеств. Но что поделать? Кто знал, что и спасение мира будет довольно интересным.

Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Установил связь со своим внутренним хранилищем. Сконцентрировался на астральном теле Аркадия. Здоровяк находился на своем острове и сейчас лежал на теплом песке, греясь на солнышке.

Я материализовался прямо перед огромной мордой.

– Ну здравствуй, здоровяк, – и положил руку ему на горячий нос.

– Грррр, – произнес Аркадий дружелюбно.

– Скоро на тебе можно будет жарить яичницу.

В ответ получил только одобрительное и довольное моргание.

– Нужна твоя помощь, парень, – сказал я. – Разведка около берегов США. Владимир Кузнецов сейчас направляется сюда. Тебе нужно его найти и посмотреть, что происходит. Но будь осторожен. В его теле Нечто.

Аркадий слегка наклонил голову набок и заурчал совсем как кот.

– Игорь присоединится к тебе. Вместе надежнее. Бери всех тварей, которых сможешь. Мне кажется, что это будет куда безопаснее.

В ответ я опять получил моргание.

Связь прервалась. Я открыл глаза.

– Думаешь, они справятся? – спросила Света.

– Аркадий сильный. И Игорь тоже. Вместе у них есть шансы. К тому же, у них огромная армия водных монстров, – я встал и подошел к Свете. – Пойду к детям. Давно их не видел.

Света улыбнулась.

– Надеюсь, ты против, если я посижу тут немного? Почитаю?

– Разумеется, – я поцеловал ее в макушку. – Отдохни. Хочешь, я дам тебе энергию?

– Да у меня ее полно, – фыркнула Света. – Я просто хочу помолчать, почитать. Знаешь, иногда просто хочется побыть одной.

– Прекрасно тебя понимаю, – кивнул я, покосившись на Лору.

***

Атлантический океан.

Глубина три тысячи метров.

Аркадий плыл в темноте океана. Его свита подводных монстров следовала за ним целым роем. Рядом появился Игорь. Огромный осьминог с умными глазами. Оба монстра переглянулись, поприветствовав друг друга, и поплыли дальше.

Каждый раз, когда на пути у них появлялась какая-то новая тварь, она присоединялась к общей стае. Они плыли, пока не достигли континентального шельфа США. Аркадий посмотрел на своего друга и махнул головой вверх, намекнув, что пора всплывать. Свою свиту Аркадий оставил на глубине для прикрытия или отступления.

Когда же два огромных чудовища всплыли на поверхность, они несколько часов просто дрейфовали, иногда переглядывались.

Ближе к закату на горизонте появилась маленькая точка. Сперва Аркадий и Игорь приняли ее за звезду или заблудившийся катер, но яркая точка приближалась достаточно быстро.

***

Детская комната.

Дом Кузнецова.

Я зашел в детскую и сразу улыбнулся. Аня и Витя сидели на полу и играли кубиками. Валера устроился рядом в кресле и читал книгу. Приглядевшись к кубикам и прислушавшись, как они падают, я ошалело посмотрел на их няньку.

– Валера… эти игрушки, что, из гранита?

– А? – он невозмутимо поднял голову и приспустил маленькие очки.

– Кубики из гранита? Ты че, вообще больной?

Валера подцепил оправу очков, и, оказалось, что в них не было линз.

– Не только кубики, но и машинки! И солдатики! Круто, правда?

– Папа! – Аня вскочила и побежала ко мне, размахивая волшебной палочкой со звездочкой на конце. Почему-то мне показалось, что и эта игрушка из гранита.

Я подхватил ее на руки и покружил. Она засмеялась. Игрушка больно ударилась о плечо. Да… гранит…

Пришлось аккуратно накинуть на себя слой защиты, чтобы меня ненароком не убила собственная дочь.

– Скажи мне, друг мой, а какого хрена у них гранитные игрушки?

– Миша, – кивнул Валера и аккуратно, будто психолог, сложил руки на коленях. – Ты мне доверяешь?

– Доверяю! Просто хочу объяснений.

– Так твои сорванцы поломали все игрушки. Приходится импровизировать. У них обычная игрушка не живет и пары минут!

– Ладно-ладно, не бомби.

– Лучше скажи, как там дела? А то я совсем выбыл из жизни с этими прекрасными маленькими сорванцами.

– Как всегда, – я опустил Аню на пол. – Готовимся к очередной битве.

– Знаю. Владимир Кузнецов? Нечто? Петр Первый?

– А чего тогда спрашиваешь?

Витя тоже подошел, сдвинул брови и потянул меня за штанину. Я присел рядом с ними.

– Какие вы умные, – сказал я, глядя, как Аня строит сложную конструкцию из кубиков. Взяв одну из деталей, взвесил ее на руке.

– Ого, – услышал я голос Лоры. – Двадцаточка килограмм.

Смотря, как дочка без особого труда поднимает кубик над головой, я немного перепугался, боясь, что он упадет ей на голову.

– Они особенные, – Валера еще раз напомнил очевидное. – Чувствую в них силу. Большую силу.

Лора материализовалась рядом с детьми. Она присела и протянула руку к Ане. И тут опять случилось то, что моя помощница так и не смогла объяснить.

Аня повернула голову и посмотрела прямо на Лору. Ее глаза расширились.

– Тетя! – пискнула она и потянулась к моей помощнице.

Витя тоже посмотрел в сторону Лоры и загугукал, протягивая ручки.

Я опять впал в ступор. Валера многозначительно расплылся в улыбке, как будто то, что они видят Лору, была всецело его заслугой.

– Миша, – тихо произнесла Лора. – Они опять меня видят.

– Да… Думаю, пора с этим смириться, – пожал я плечами. – Не забывай, это просто можно объяснить…

– Да? Ну, удиви.

– Магия…

– Ха! – фыркнул Валера. – На моей планете недалекие племена так же любили объяснять все непонятное. Только них это называлось… Как там ее… Ах да… Воля Единого… Хотя странно, потому что я как-то убил одного такого Единого…

Аня дотронулась до руки Лоры и засмеялась. Витя тоже пополз к ней.

– Скоро будет битва, – сказал я, не отрывая взгляда от детей.

– Я знаю, – кивнул совершенно серьезно Валера. – Буду готов.

***

В тот же момент.

Атлантический океан.

Аркадий и Игорь приблизились к берегу. Энергетическая сигнатура Владимира была совсем близко. Тот горящий огонек оказался не чем иным, как огромным горящим городом на берегу моря.

Монстры подплыли еще ближе к берегу. Кракен выставил щупальце вперед, сканируя...

И тут его ударило. Черная энергия прошила насквозь, разрывая астральное тело на части. Его тело начало распадаться. Аркадий открыл пасть, формируя мощный импульс, но было уже поздно.

***

Дом Кузнецова.

Я играл с Аней, когда боль пронзила меня, словно раскаленный клинок. Я схватился за грудь и согнулся.

– Миша! – Валера вскочил из кресла.

Во внутреннем хранилище я почувствовал, как астральное тело Аркадия только что потеряло связь с физической оболочкой.

– Сука… – выдохнул я. – Я не ожидал… Блин… Как больно. Лора… Что происходит?

– Сейчас, дорогой, прости! – спешила она. – Я отключу болевые ощущения…

Связь с телом Аркадия окончательно оборвалась. В тот же момент где-то внизу раздался пронзительный крик Светы. Она кричала так, будто ее разрывали на части.

– Валера… – прохрипел я, все еще держась за грудь.

– Понял.

В ту же секунду он испарился, оставив дыру вместо двери. Я поднялся на ноги, держась за стену. Дети испуганно смотрели на меня.

– Нечто, – Сказала Лора. – Он нас обставил.

Глава 13. Держаться нету больше сил.

Гостиная.

Поместье Кузнецовых.

Я спустился вниз, держась за перила. Боль отпустила, но слабость осталась. Валера уже был внизу со Светой, аккуратно поглаживая ее по спине. Она сидела на полу, обхватив колени руками и раскачиваясь взад-вперед. Рядом с ней была Маша, она кинулась ко мне, но тут же замерла, увидев мое состояние.

– Миша, что происходит?

От нее пахло свежим кофе и легким ароматом цветочных духов. Это немного привело меня в рабочее состояние. Хоть какой-то раздражитель, на который я мог отвлечься.

Маша взяла меня под руку и проводила к камину, где сидели остальные.

– Игорь, – выдохнул я и опустился на колени рядом со Светой. – Света, послушай меня…

Она всхлипывала, прижав ладони к вискам.

– Он умер... Я чувствую... Его больше нет...

– Света, он не умер! – я взял ее за плечи. – Слышишь меня? Игорь жив!

Она подняла на меня красные глаза.

– Врешь... Я почувствовала... Связь оборвалась...

– Его астральное тело во Внутреннем Хранилище! – я говорил быстро, пытаясь достучаться до нее. – У тебя! В твоем Внутреннем Хранилище! Физическое тело погибло, да. Но астральное цело!

Света замерла и тут же закрыла глаза. Несколько секунд молчала, потом медленно выдохнула.

– Он... правда там... – прошептала она. – Я его чувствую… С ним все в порядке…

Валера неловко похлопал ее по плечу.

– Вот видишь, все живы. Ну, почти все, – он замялся. – В смысле, астрально живы. Это же тоже считается? Кажется, Мишаня, ты говорил, что у тебя уже было подобное?

Маша толкнула его в бок.

– Идиот.

– Что? Я же пытаюсь помочь!

Света всхлипнула и вдруг засмеялась сквозь слезы.

– Валера, ты безнадежен.

Лора материализовалась в центре комнаты. Ее лицо было серьезным. Каждый раз пугаюсь, когда она так на меня смотрит.

– Миша, нам надо поговорить.

Я помог Свете подняться и усадил на диван. Маша села рядом, обняв ее за плечи. Валера устроился в кресле, закинув ногу на ногу. Маруся быстро принесла в гостиную поднос с чаем и свежеиспеченным хлебом. Ароматный запах тут же наполнил комнату, создавая легкое ощущение расслабленности и уюта.

– Говори, – кивнул я Лоре.

– Владимир Кузнецов направляется на Сахалин. Судя по скорости и траектории, он будет тут примерно через три дня.

В комнате стало тихо. Слышался только треск дров да завывание ветра за окном.

– Три дня, – повторил Валера. – Мало.

– Что три дня? – не поняла Маша. – О чем ты?

Лора недовольно посмотрела на Валеру и покрутила пальцем у виска.

– А, да так…

– Достаточно, – я потер лицо руками. – Света, как ты?

– Нормально, – она вытерла глаза. – Правда. Просто... испугалась. Думала, потеряла его.

– Но не потеряла, – Маша крепче обняла ее. – Игорь с тобой.

Света кивнула и прижала руки к груди.

– Да. Он со мной.

– Значит, у нас три дня на подготовку, – Валера встал и начал ходить по комнате. – Владимир одержим Нечто. Он убил Аркадия и Игоря одним ударом. Это значит, что он намного сильнее, чем мы думали.

– Не хотелось бы, чтобы Нечто в полной мере мог использовать способности тела Владимира, – добавила Лора. – Последний раз он действовал… через Захара? Но у него было слабое тело. Сейчас у него Владимир Кузнецов. Судя по рассказам Любавки, Булата да и тех, кто его застал, мужик сверхсилен… Да чего там, он в одиночку разрушил несколько городов в США!

Я сжал кулаки.

– Надо предупредить всех. Романова, Эля, Газонова, Палмер, Посейдона.

– А детей? – тихо спросила Лора.

Мы с ней переглянулись. Наверху раздался детский смех и громкий стук чего-то тяжелого об пол. Аня и Витя все еще играли с гранитными кубиками.

– Детей защитим, – твердо сказал я. – Любой ценой.

***

Администрация.

Кабинет губернатора.

Зайдя в кабинет Эля, я увидел, что Петр сидел за столом и изучал какие-то бумаги. Эль развалился в кресле у окна и наблюдал за вечерним городом.

– Миша? – Романов поднял голову. – Что-то случилось?

– Владимир Кузнецов идет сюда. Будет через три дня, – коротко сказал я и сел напротив него. – Он убил моего питомца и питомца Светы.

Эль тут же вскочил с кресла и, смешно хлопая крыльями, подошел ближе.

– Как убил? Просто так?

– Одним ударом. Черная энергия пронзила Игоря насквозь.

Петр опустил голову и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза.

– Три дня, – прошептал он. – Мало времени.

Тут же у Романова зазвонил телефон, нарушив наше молчание.

– Слушаю.

Голос в трубке был громким. Мы с Элем слышали каждое слово.

– Петр Петрович, это Кутузов, – генерал говорил быстро. – Ваш отец мобилизовал войска. Готовит флот. Я через свои связи узнал, что он планирует напасть на Сахалин.

– Когда? – сухо спросил он.

– Три дня. Может, чуть меньше.

Петр переглянулся со мной.

– Понял. Спасибо, Сережа, – сказал он, после чего повесил трубку и посмотрел на меня. – Значит, они скоординировались. Владимир и мой отец. Нападут одновременно.

– Именно, – кивнул я.

Лора появилась рядом со мной и развела руками.

– Классическая тактика. Два фронта. Разделить силы.

Эль неспешно подошел к столу, взмахнул крыльями и запрыгнул на него.

– Ладно, давайте думать. У нас есть три дня. Что мы имеем?

– Армию Сахалина, – начал я. – Солдат около десяти тысяч. Техника. Артефакты.

– Меня, – добавил Эль. – Валеру, Палмер.

– Питомцев, – продолжил я. – Любавку, Богдана, Кицуню, Посейдона, Болванчика, Угольков и Булата.

– Не уверен, что этого хватит для встречи с Владимиром, – ответил Петр.

Мы помолчали.

– Если он убил Аркадия и Игоря одним ударом, – сказал я, – то нам всем вместе будет тяжело. Вот только вы забыли, что мой брат еще не сражался в полную силу. К тому же… у нас есть пацан с удачей.

Лора начала ходить по кабинету, засунув руки в карманы. Петр Петрович и Эль ее не видели, но я следил за ней взглядом.

– Надо разделить задачи, – сказала она. – Владимир придет с севера, а Петр Первый на дирижаблях и кораблях с запада. Есть вероятность, что это будет близ Владивостока. Там большой военный порт. Это два разных направления атаки.

– Море и небо, – кивнул я. – Значит, нужны две группы.

– Я возьму море, – Эль выпрямился. – Вампир на воде ничем не хуже, чем на суше. Плюс не забывайте, что я теперь Бог Войны.

– Посейдон поможет, – добавил я. – Но Владимир убил Аркадия. Он может и тебя убить.

– Может, – усмехнулся Эль. – Но я не огромная рептилия. Я умирал уже много раз. Привык.

Петр медленно встал и подошел к окну. За стеклом падал вечерний снег. Улицы пустели. Жители Сахалина шли по домам, готовясь ко сну.

– Отец, – тихо произнес он. – Он потерял бессмертие. Иголка Смерти сломана. Он смертен.

– Что? – не понял я. – Как так? Игла же у вас.

Он повернулся, и я увидел в его руке сломанную иглу.

– Нет, – Петр вздохнул и положил два куска на стол. – Смертный отец намного опаснее бессмертного.

Тот факт, что Романов сам сломал иглу, не предупредив никого, ввело меня в небольшое недоумение, но с другой стороны, у нас сейчас нет времени рассуждать, правильно он сделал или нет.

– Почему? – спросил Эль.

– Потому что ему терять нечего. Он знает, что это его последний шанс. Он пойдет ва-банк. Бросит все силы. Не пожалеет солдат, технику, ресурсы. Он будет драться до последнего.

Валера вошел в кабинет без стука. За ним топала его сестра Палмер.

– Слышали новости? – спросил он.

– Да, – кивнул я. – Три дня.

– Отлично, – Валера потер руки. – Значит, у нас есть время подготовиться. Мишаня, где у тебя оружейный склад?

– В подвале, – ответил я. – Зачем?

– Вооружим всех, кого можем. Солдат, жителей, даже детей, если надо, – Валера говорил серьезно. – Это будет не просто битва. Это будет война на уничтожение.

Палмер села в кресло и закинула ногу на ногу.

– А я займусь эвакуацией мирных. Бункеры у вас есть?

– Есть, – кивнул я. – На южной окраине. Вместимость около пятидесяти тысяч человек.

– Мало, – фыркнула Палмер. – Но сойдет. Начнем завтра с утра. Надо что-то делать с жителями Нового города и остальными. Позвони своему дорогому сенсею в Японию, может, и он поможет?

Лора остановилась посреди комнаты.

– Миша, у меня есть идея.

Я посмотрел на нее. Остальные, кроме Валеры, смотрели на меня, не понимая, почему я уставился в пустоту.

– Говори.

– Аркадий мертв физически, но астрально жив у тебя во Внутреннем Хранилище. Игорь тоже жив в Хранилище Светы. Мы можем создать им новые тела.

– Как?

– Магия, артефакты, энергия. У нас три дня. Успеем.

Я задумался.

Это было рискованно, но вариантов не оставалось. Только Аркадий мог подчинять себе водных тварей. Для нас это критичная часть обороны.

– Ладно. Попробуем.

Эль наклонил голову набок.

– Миша, ты чего завис?

– Думаю, как воскресить моего питомца.

– И как, есть идеи? – он махнул крылом.

– Пока только в голове.

Валера подошел к карте Сахалина на стене.

– Значит, план такой. Эль и я берем море и Владимира. Петр берет небо и Петра Первого. Михаил координирует. Толстой или кто-то из стариков защищает город. Палмер эвакуирует людей. Все согласны?

Мы переглянулись.

– Согласны, – кивнул Петр Петрович.

– Тогда по коням, – Валера развернулся к двери. – У нас три дня на подготовку. Времени мало, работы много.

Он вышел первым. За ним Палмер. Эль задержался.

– Миша, – сказал он тихо. – Если что, в ящике стола есть запечатанное письмо с красной печатью. Передай его Катерине, если вдруг... Хорошо?

– Что-то ты раскис, губернатор Сахалина, – серьезно сказал я. – Я не собираюсь выслушивать предсмертные пожелания.

– Ах ты, напыщенный пацан! – усмехнулся он и вышел.

Мы остались вдвоем с Петром. Он смотрел в окно, наблюдая, как на улице падает снег.

– Знаешь, Миша, – произнес он, не оборачиваясь. – Я всегда знал, что рано или поздно это случится. Отец придет. И мне придется его убить. Вот только какой ценой?

– Это вам решать.

Петр Петрович обернулся. На его лице была усталость.

– Когда я сломал Иглу, не думал, что так быстро придется отвечать за свой выбор.

– Я не в вашем положении, так что не могу точно ответить, хорошо это или плохо. Но уверен, что вы поступили правильно.

– Надеюсь, – он вздохнул. – Очень надеюсь.

Мы стояли у окна и смотрели на засыпанный снегом город. Где-то там были наши семьи. Наши дети. Наши друзья. И через три дня сюда придет война.

– Успеем подготовиться? – спросил Петр Петрович.

– Должны, – ответил я. – Другого выбора нет.

Я вернулся к столу, сел и произнес:

– Не понимаю одного. Зачем Петру Первому вообще идти войной? По логике, он должен сидеть и ждать, пока Владимир с Нечто убьют меня. А потом просто прийти и добить их.

Лора кивнула.

– Именно, – сказала она. – По всем моим расчетам, это самый разумный вариант. Зачем тратить ресурсы, если можно просто подождать?

В дверь без стука вошел Валера. За ним Палмер.

– Забыл спросить, – произнес он. – У вас тут есть нормальные карты морских течений? А то я планирую расставить ловушки.

– В соседнем кабинете, – кивнул Петр Петрович. – Но подожди. Тут кое-что не сходится.

Валера прислонился к стене и скрестил руки на груди.

– Что именно?

– Петр Первый идет войной, – пояснил я. – Хотя логичнее было бы подождать.

– Может, он просто хочет помочь Нечто? – предположил Валера. – Союзники же.

– Нет, – покачал я головой. – После нападения на КИИМ они не союзники. Нечто напал на институт, захватил преподавателей и студентов. Петр Первый был в ярости. Потом инцидент с Есениным у Кремля. Это все Нечто.

– Точно, – вспомнила Палмер. – Петр обвинял Нечто в провокации.

Валера задумался.

– Значит, они не союзники. Тогда в чем дело?

Мы молчали. Романов подошел к мини-бару, достал бутылку коньяка и налил бокал.

– Что? – развел он руками, на наши вопросительные взгляды. – Это для сосредоточения.

– Тогда и мне налей, – кивнул Валера.

– Я знаю, в чем дело, – продолжил Петр, наливая еще один бокал. – Это из-за Иглы.

Тишина. Только ветер выл за окном.

– Что? – Валера опешил. – Ты сломал ее?

– Да.

Палмер медленно опустилась в кресло.

– Почему я этого не увидела?

– Когда? – спросил Валера.

– Сегодня днем. Я... не мог рисковать.

Валера рассмеялся. Громко и резко.

– Ну ты даешь! Сломал папе игрушку!

– Теперь он смертен, – Петр Петрович обернулся. – Он это почувствовал и решил напасть.

– Он знает, что может умереть, – продолжил я. – И хочет уничтожить всех врагов разом. Меня и Владимира с Нечто внутри. Всех, кто может ему угрожать.

– Один выстрел, – кивнула Палмер. – Все цели в одном месте. На Сахалине.

Валера присвистнул.

– Жестко. Но логично. Он же военный гений. Если он смертен, то лучший шанс это напасть сейчас. Пока мы готовимся встречать Владимира.

Петр Петрович опустился в кресло и залпом допил коньяк.

– Я поддался эмоциям, – признался он. – Не мог рисковать. Не мог позволить отцу жить вечно. Он слишком много зла принес. Но я не думал... не думал, что он так быстро отреагирует.

– Эй, – Валера подошел и положил руку ему на плечо. – Ты все сделал правильно. Бессмертный тиран хуже смертного. По крайней мере, теперь его можно убить.

– Если доживем до этого момента, – мрачно добавил Петр.

Я начал ходить по кабинету, размышляя и делая корректировки в стратегии.

– Значит, у нас два врага. Владимир с моря. Петр Первый с неба и тоже с моря. И оба хотят нас убить. Отлично. Просто замечательно.

– Могло быть и хуже, – хмыкнул Валера. – Например, они могли объединиться.

– Спасибо, что подбодрил, – фыркнула Палмер.

Петр резко встал. На его лице появилась решимость.

– Я знаю, как действовать.

Мы все обернулись к нему.

– Как? – спросил я.

– Пока не скажу. Но знаю. Мне нужно кое-что обдумать. Завтра утром соберемся. Обсудим детали, – он направился к двери. – Сейчас мне надо побыть одному.

– Петр... – начал я, но он уже вышел.

Валера посмотрел на закрывшуюся дверь.

– Что-то мне это не нравится.

– Мне тоже, – согласилась Палмер и слегка улыбнулась. – Когда люди говорят "я знаю, как действовать", обычно это заканчивается глупостью.

Вот только мне показалось, что она уже знала, чем все закончится.

***

Поместье Романовых.

Тот же вечер.

Петр вошел в кабинет и запер дверь. В камине еще тлели угли, сообщая о том, что Павел работал тут днем. На столе стоял графин с водкой и пустой стакан.

Он налил себе, выпил залпом. Потом еще один.

Романов знал, что нужно делать. Он не боялся, не трусил. Просто хотелось немного побыть одному и собрать мысли в один клубок.

– Ладно, – прошептал он. – Покосра с этим покончить.

Он взял телефон и набрал номер.

Гудки. Один. Второй. Третий.

– Слушаю, – голос Петра Первого был холодным.

– Отец, – Петр сжал трубку. – Это я.

Пауза. Долгая и тяжелая.

– Сын.

– Я знаю, что ты идешь сюда. Знаю, что ты хочешь. И я хочу предложить сделку.

– Какую сделку?

– Ты и я. Один на один. Без армий. Без солдат. Буду в Кремле завтра.

Петр Первый рассмеялся. Сухо и без радости.

– Ты серьезно? Ты хочешь драться со мной?

– Да.

– Почему я должен согласиться?

– Потому что ты всегда хотел узнать, что я из себя представляю. Сильный ли я. Достоин ли быть твоим сыном. Вот твой шанс проверить меня.

Снова пауза.

– А если я откажусь?

– Можешь отказаться. Но я сломал иглу. И теперь ты просто можешь погибнуть, так и не узнав, хватает ли сил у твоего сына или нет. Неужели, имея шанс умереть в этой войне, ты хочешь оставить этот вопрос открытым?

Царь молчал. Петр слышал его дыхание в трубке.

– Значит, в Кремле… – наконец сказал отец.

– Да, я буду один. Это официальная дуэль.

– О, даже так, – с иронией сказал Петр Первый. – Если официальная, то кто секунданты?

– Упраздним этот момент.

– А если ты проиграешь?

Петр Петрович улыбнулся.

– Что ж, у тебя будут внуки и жена. Михаил Кузнецов останется без меня.

– А если проиграю я?

– Тогда ты умрешь. И твоя армия вернется домой. А я верну свой трон.

Петр Первый засмеялся. На этот раз искренне.

– Ты вырос, сын. Наконец-то.

– Это согласие?

– Это согласие. Завтра. Жду тебя в Кремле. Обещаю, что тебя никто и пальцем не тронет.

Связь оборвалась.

Петр Петрович положил трубку и допил водку из стакана. Руки слегка дрожали, но не от страха, а от предвкушения и адреналина.

– Прости, Оля, – прошептал он в пустоту. – Простите, дети и мама. Но это единственный способ.

Он посмотрел на свои ладони. На них были старые шрамы от тренировок и от битв.

– Завтра, – повторил он. – Пора собираться.

За окном выл ветер. Снег падал все сильнее. Где-то вдали ухнула сова.

Петр Петрович встал, подошел к шкафу и достал старый меч. Тот самый, которым учился драться в детстве, когда отец еще был рядом. Когда все было проще.

Он провел пальцем по лезвию. Острое. Готовое к битве.

Когда Петр вышел с кабинета, из-под шкафа вылез Васька, он мягко потянулся, запрыгнул на окно и одним движением лапки приоткрыл окно. После чего выпрыгнул на улицу и направился к дому Кузнецова.