Я все еще князь. Книга XXI

Глава 1. Лучше, чем в мелодрамах!

Подмосковье.

Поместье Рода Кузнецовых.

Спортивный автомобиль подъехал к пропускному пункту и посигналил.

Из будки высунулись два гвардейца и, как только увидели водителя со спутницей, доброжелательно кивнули и открыли шлагбаум.

– А все же неплохое кино, – все еще под впечатлением произнес Емеля, выруливая к гаражу.

– Да, очень даже! Особенно тот момент, где клоун в прачечной моет полы! Ну вообще жуть! – радостно кивнула Алиса.

Парочка только что возвращалась со свидания, и оба были довольны и слегка смущены. А все потому, что на этом свидании Емеля поцеловал Алису. Не прямо в губы, нет, пока слишком. Но в щеку! А та поцеловала его в ответ, когда он выиграл плюшевого медведя на силомере. Правда потом пришлось оправдываться, почему он его сломал, но было весело.

– А я и не думал, что тебе нравятся такие фильмы, – произнес Емеля.

– Да ой ли! Это же вообще самый класс! Кровища! Кишки! Прям до мурашек! – она посмотрела на парня. – А давай в следующий раз пойдем на то, что выберешь ты? Как тебе?

– А мне неважно, какой фильм. Главное, компания.

Емеля никогда не был в столь близких отношениях и поэтому постоянно смущался и боялся сказать что-то неподобающее.

Он запарковал машину в гараже, но оба не спешили выходить. Свидание прошло слишком хорошо, и как только они выйдут, это будет означать завершение идеального дня.

– Послушай, Емеля, я хотел тебе сказать…

– Я тоже, Алис… Давай ты первая, а то вдруг ляпну чего-нибудь не то. Лучше ты первая, – начал краснеть и заикаться старший конюх.

– Ну в общем это, – девушка тоже начала заикаться. – Я не спец в подобных речах, и могу тоже сказать всякого такого… В общем, ты мне нравишься!

После чего, она смущенно уткнулась в плюшевого медведя и зажмурилась.

– Ох… – произнес Емеля. – А ты мне тоже, очень нравишься… – и отвернулся, красный, как помидор, к окну.

– Правда? – удивленно посмотрела на Емелю Алиса.

– Конечно! – улыбнулся тот.

Они начали наклоняться все ближе и ближе. Сперва зажмурилась Алиса и вытянула губы трубочкой. За ней повторил Емеля, сделав то же самое. Но только в фильмах бывает все идеально. Все же, не глядя, можно немного промазать с поцелуем. В итоге Емеля чмокнул девушку в нос, а Алиса его в подбородок.

– А, ой, – хихикнула она.

– Извини, – пожал плечами Емеля.

Сейчас он не выглядел здоровым накаченным мужиком. Скорее стеснительным школьником перед первым свиданием.

– Давай еще раз? – спросил он.

– Давай! – довольно кивнула Алиса, вытирая нос.

Вот только, как уже говорилось, это только в кино бывает все очень романтично. Тут же есть Валера.

– Э, вы чего тут торчите? – неожиданно громко похлопал по крыше хозяин поместья.

Емеля с Алисой аж подпрыгнули. Конюх оставил вмятину в потолке, ударившись головой.

– Ну у тебя и кочан, – ухмыльнулся Валера и ладошкой выправил вмятину.

Парочка голубков вышла из машины и смущенно встала у стены.

– Ну как съездили? – продолжил здоровяк. – Как фильм? Норм?

– Да, – сердито кивнула Алиса, но тот как будто не замечал испорченного настроения девушки. – А ты чего тут делаешь?

Вместо этого, он поднял с пола штангу, полную блинов, и довольно продемонстрировал, подняв над собой.

– Да тренируюсь, конечно! Ковальский отлил мне новых блинов потяжелее. Я заказывал у него. Вот, иду тестировать. Просто масло для тренажеров пролил снаружи, не до конца вытер.

– Ну так иди! – махнула рукой Алиса. – А то в режим не укладываешься! Пока тут болтаешь, кто-то тренируется!

Валера принял эти слова слишком буквально, вмиг став серьезным.

– А ты права… – задумался он, почесав подбородок. – Зараза! Отвлекаете только!

После чего, ворча, ушел за дом.

С того момента, как он лишился большей части сил, и Миша ограничил его перчаткой на две печати, Валера стал больше тренировать физические показатели, чтобы вернуться хотя бы к прежней силе. Не говоря уже о максимуме. Но если прикинуть более здраво, ему и тех сил достаточно, чтобы захватить большую часть земель. Но после того, как у него с Мишей появилась общая связь, некоторые его взгляды поменялись. Он стал как бы чувствовать, что на душе у Михаила. Хоть тот и казался немного отрешенным и своевольным, но помыслы у него самые добрые.

Валера проникся ими и решил вернуть все, что потерял, чтобы быть рядом с Михаилом в моменты, когда у того не будет хватать сил. Он хотел быть его козырем, который будет появляться в те моменты, когда совсем задница. Вот только его глупый поступок откатил эти сценарии далеко назад. Но ничего. Все получится.

Для этого Валера построил на полянке крытую качалку и сколотил табличку “Качалка!”. Когда он только собирал тренажеры, быстро понял, что обычные веса для него пустяк, и изобрел свою систему замеров.

Теперь на каждом тренажере были не цифры, а надписи “Слабак”, “Хиляк”, “Дрищ”, “Пацан”, “Самец”, последним весом было “Кто ты, тварь?”, и такие веса могли поднять только два человека.

Непосредственно Валера и Емеля. Остальные не дотягивали.

Закинув штангу на стойку, Валера сразу поднырнул под нее и принялся жать.

– Вот так вот… Вот так вот… – бормотал он при каждом подходе.

Емеля же с Алисой после сорванного поцелуя решили переместиться в более уютное место для того, чтобы переодеться. Сегодня дел еще предостаточно.

Парочка вышла из гаража, но тут же оба остановились, увидев перед собой женщину. На вид не больше сорока лет, довольно статная, с пышными формами. Длинные белые волосы заплетены в косу. Хоть она и выглядела не опасно, но сам факт того, что она смогла пройти через все посты охраны и артефакты, говорил о том, что это не простой человек.

– Кто ты? – вышел вперед Емеля, прикрыв собой Алису.

– Кто я? – искренне удивилась женщина. – Я мать во-о-он той красавицы.

И аккуратно показала на девушку.

– Нет, у меня нет матери! – разозлилась Алиса и вышла вперед. – Женщина, я не знаю, кто вы, но прошу по-хорошему свалить отсюда подальше. Это частная территория!

– Я просто прошу, чтобы ты дала мне шанс высказаться. Все не так просто, как ты думаешь, позволь… – она сделала пару шагов вперед, протянув руки в молебном жесте.

Но перед ней встал Емеля и загородил путь.

– Простите, вы, кажется, не поняли, это частная территория, и вы пугаете девушку. Мою девушку! – он протянул руку, чтобы схватить женщину, но та слегка отмахнулась, и Емеля как пушинка отлетел в гараж, смяв автомобиль.

Алиса не растерялась, отпрыгнула и вытянула руку. Через пару секунд в ладонь прилетела коса. Без лишних слов девушка ринулась на обидчицу ее молодого человека. Каждая атака была смертельной. Задевая землю, вращающееся оружие оставляло глубокие борозды. Однако женщина спокойно отходила назад, иногда уклоняясь.

– Послушай, пожалуйста, я вам не враг! Умоляю, остановись. Я не хотела быть такой грубой! Это ошибка, – делая легкие наклоны влево или вправо, говорила женщина.

И все же ни одна атака не попадала, что только заводило Алису.

– Я сказала, у меня нет никакой матери! – кричала она.

– Позволь все объяснить, умоляю!

– СТОЯТЬ! – прогремел могучий голос Валеры.

Девушки замерли, повернув головы в сторону голоса. Из-за угла выскакивает полуголый, потный здоровяк Валера и на всех парах мчится к дерущейся парочке. Нога попадает в масляную лужу, которую он не до конца вытер, и Валера падает, проехав немного вперед, к дамам.

– Что у вас тут происходит? – психанул он, вставая на ноги.

– Эта женщина утверждает, что она моя мать! – крикнула Алиса, наставив на незнакомку косу.

Валера же был далек от подобных эмоций и смог спокойно оценить противника. Он не спеша прошелся по женщине снизу-вверх, прикидывая, насколько она сильна. Все же многовековой опыт просто так не пропьешь.

– Успокойся и иди домой, – посмотрел он на Алису.

– Но…

– Я сказал, или домой и жди там, – так же спокойно произнес он.

Алиса понимала, что сейчас Валера серьезен, а если он серьезен, то это совсем нехорошо. Может случиться все, что угодно. Так что, не задавая вопросов, она пошла к Емеле проверить, как он.

– Кто ты и как смогла получить расположение этого божественного говнюка? – спросил Валера, подходя ближе.

– Меня зовут Роза… Но… Как ты узнал? Никто в этом мире не знает про божественного…

– Я знаю.

– Но откуда? – искренне удивилась женщина.

– Если я скажу, что от верблюда, ты мне поверишь? – невесело улыбнулся Валера уголком рта.

– Нет…

– А зря, – пожал тот плечами. – Все же тот божественный засранец, или как он себя называет, пастух, занимался верблюдами, в том числе… Вообще он не самый приятный тип.

– Откуда такие предположения? – прищурилась роза.

– Это не предположения. Я знаю. Он мерзкий, скользкий, ищущий выгоды божок с чувством собственного превосходства. Если ты заключила с ним договор, поверь, рано или поздно он потребует плату за то, что ты у него просила.

– Это все ради дочки! – женщина развела руками. – Вся моя жизнь только ради нее! У меня выпала уникальная возможность с ней повстречаться и помочь! Я знаю, что у нее есть недуг! Я могу помочь! Прошу, не прогоняйте меня!

Валера понимал, что женщина говорит искренне. И понимал, на что ей пришлось пойти и чем пожертвовать, чтобы договориться с божеством. Хоть он и был не самым противным из тех, с кем он встречался, но все же каждая могущественная сущность искала только выгоду или интерес. Некоторые просто развлекали себя, манипулируя судьбами. Пастух больше любил наблюдать и вмешиваться в самый неподходящий момент.

Чал Конерук Сиреневый лишний раз пожалел о том, что у него сейчас ничтожно мало сил. Будь у него вся мощь, никто бы не сунулся сюда. Да и никто из злодеев вообще. Но это пока все фантазии. Сейчас Валера принял самое верное решение из имеющихся.

– Пошли в дом. Я буду рядом, потому что, скажем так, Алиса не очень рада тебя видеть.

– Спасибо! Спасибо огромное!

Хоть она и казалась простой женщиной, но Валера ощущал ее силу. Огромную! Просто невероятную силу!

Когда оба вошли в дом, Алиса тут же вскочила с дивана и выставила вперед косу.

– Что она тут делает?

– Сядь! – строго сказал Валера.

– Нет! Выгони ее!

– Это мы сможем сделать всегда, но сперва выслушай! Будь чуточку милосерднее, – произнес он, подходя к девушке и аккуратно убирая рукой лезвие.

– А она была милосерднее? Она ни разу не появлялась в моей жизни! Из-за нее я такая! Это все из-за нее! – она подняла футболку, демонстрируя свою огромную пасть с зубами, и после чего расплакалась.

– Я все расскажу, дорогая, – аккуратно подойдя ближе, произнесла Роза и положила руку ей на плечо.

Девушка успокоилась и села в кресло. Женщина села напротив. И рядом Валера.

– Рассказывай, – вытерев нос, сказала Алиса.

– Хорошо, – кивнула Роза и сделала глубокий вдох. – Мне чуть больше трехсот лет. Я с тех времен, когда на Землю прилетели первые метеориты, и я была в числе тех первых, кто получил магию. Это потом она начала постепенно появляться у остальных по всему миру, но мы были первыми. Отряд Кузнецова, может, слышала?

– Нет, – помотала Алиса головой.

– Ну не важно. В общем в то время мы неплохо справлялись. И я влюбилась в одного из товарищей по отряду. Твоего отца. Он был очень хорошим. Любил улыбаться и рассказывать шутки. Дарил мне ромашки и делал из дерева разные поделки. Он был очень сильным магом. Наверное, единственным, кто смог раскрыть перемещение на максимум. Я же была лекарем в отряде вместе с Чеховым. Он был совсем мальчишкой, и мне приходилось объяснять ему некоторые нюансы. Но как это бывает, когда сражается с сильным врагом, кто-то да попадает под его раздачу. Мой муж, к сожалению, получил частицу хаоса. Он был заражен. Из-за его предрасположенности он был очень опасным противником. И командиры отряда приняли решение его уничтожить. Хотя я и просила их подождать! Я бы нашла способ изгнать хаос из его тела! И я нашла! Но было уже поздно! Его убил Лермонтов.

– Мой отец был с частицей магии хаоса? – удивилась Алиса.

– Да… – Роза опустила глаза и смахнула одинокую слезу. – Когда я узнала про это, я, скажем так, разозлилась… Сильно. Я хотела убить Лермонтова и практически нашла его. Но не вышло. Меня остановили и поставили перед выбором. Или я покидаю отряд, или живу, как раньше. Я выбрала первое. Мне совесть не позволяла оставить все так как есть. Я поклялась, что рано или поздно отомщу. И сбежала в Дикую Зону. За мной поустили специальные отряды, чтобы арестовать. такова политика царя. Но так уж вышло, что я была беременна тобой. Это было неожиданно! Но безусловно приятно! Но проведя полное сканирование и диагностику эмбриона, поняла, что и в тебе есть хаос, только на уровне ДНК, понимаешь? Поэтому у тебя такие изменения. Поэтому ты сильнее всех, кого заражали хаосом.

– Это не объясняет, почему ты меня бросила!

– Верно… – Роза посмотрела в глаза дочке. – Я искала всевозможные методы и лекарства в глубине Дикой Зоны. Даже пожертвовала своим телом, но все безрезультатно. И тогда мне пришлось заключить сделку с одним из его последователей. Я оставила тебя в приюте, чтобы позже тебя нашли как простого претендента. По моим расчетам, если заразить хаосом того, в ком есть предрасположенность к нему, это может привести к полному излечению.

– Ага, забавно! – воскликнула Алиса. – Но ты посмотри, кем я сейчас являюсь? Монстром!

– Но ты жива! И ты в своем сознании! В тебе уже нет хаоса! – улыбнулась Роза. – Так бы ты умерла в центре Дикой Зоны. Это было очень опасно! Плюс, когда я заключила сделку с хаосом, мне приходилось… в общем было много плохого…

– Прости, это звучит бред сумасшедшего, – пожала плечами Алиса. Все это время она смотрела на женщину перед собой и плакала. – Я не дам тебе шанса! Я была обречена на смерть! И если бы не череда случайных событий, то меня бы не было тут!

– Я понимаю и не виню тебя… – кивнула женщина и встала. – Я постараюсь заслужить твое доверие, Алиса.

Женщина посмотрела на Валеру, который сидел тише воды ниже травы и слушал с большим интересом.

– Простите, что побеспокоила, – сказала Роза и вышла за дверь.

В комнате повисла тяжелая тишина.

– Это лучше, чем сериал… – выдохнул Валера.

***

Где-то в Китае.

– Я все еще в шоке, что жив! – кричал Чан, сидя на месте пассажира.

Мы быстро двигались по междугородней трассе, чтобы покинуть город. Все же пропажу тела заметят не сразу и не поймут, что его вывезли за город. А когда поймут, будет уже поздно.

Все же хорошо, что по телевизору не показывали лицо Чана, но делали намеки.

– Короче, – я прервал его монолог жизни. – Других вариантов, кроме как покинуть страну, я не вижу. Хотя бы на время, пока всем тут управляет хаос. Как только все устаканится, думаю, ты сможешь вернуться.

Чан немного поутих и с грустью посмотрел в окно.

– А знаешь, ты прав. Тут мне делать нечего. Все же, карьеру актера можно строить в любой стране. А может, и не актера, – пожал он плечами. – Сережа Кутузов как-то рассказывал, когда приезжал в гости, что в институте, где учится его дочь, есть преподаватель из Японии. Настоящий самурай, и все такое. Может, попробовать туда? А что? Помимо актерского мастерства, я много чего могу! Все же рукопашный бой – это мой конек.

– Ага, – улыбнулся я, – Вот только никто не разрешить тебе бухать каждый день на уроках.

– Да я и сам не любитель! Что за стереотипы вообще! – фыркнул он. – Если я сильнее под алкоголем, то сразу означает, что я любитель выпить? Нет, друг мой! Далеко не так! Я ненавижу алкоголь. Просто так получается, что это работает именно таким образом.

– Н-да… Ясненько, – выдохнул я. – Давай попробуем! Думаю, у меня получится замолвить пару словечек за тебя в институте. Вроде как, я теперь почти герой страны. А может и нет, после провала с алтарем… Короче, не будем загадывать. Сперва нам надо покинуть страну. На границе с Кореей у меня как раз есть один знакомый, который любит хорошую актерскую игру…

От автора: Дорогие друзья! Мы супер далеко с вам зашли! Вы большие молодцы! Спасибо, что следите за Михаилом и его очаровательной помощницей! Если есть пожелания по сюжету, пожалуйста, пишите в комментариях! Но и про лайки не забывайте. 1 лайк = +1 частица вдохновения!

Глава 2. Это все горные духи.

Все эта история научила меня тому, что надо правильно оценивать ситуацию, противника и обстоятельства. Не без везения мне удалось спасти Чана, но все же оно идет нога об ногу с опытом и навыками.

Ехать до границы нам еще несколько часов, так что за это время мы обсудили многие нюансы его будущей профессии и пребывания в Империи. В конце-концов, он оказался неплохим управляющим и отлично разбирался в политике.

– Почему бы не взять его себе? – посоветовала Лора. – Все же мало кто может отказать князю. Так еще и Кузнецову! А ты сейчас звезда, если не номер один, то хотя бы в топ-пять… Ладно, десять…

– Воу-воу! Меня устраивал первый вариант, – улыбнулся я.

За время поездки Чан уснул. Тяжело ему дались последние пару дней. И даже энергия не так хорошо восстанавливала китайца. Судя по всему, у него не было нужной печати. Лора сообщила, что у него их две.

Также я получил интересные новости от Валеры. Говорит, приходила женщина и назвалась мамой Алисы. На мой резонный вопрос о подробностях он сказал, что баба из команды моего предка, и у нее есть частица какого-то божества, как с хаосом, только другой.

– Интересная мелодрама вырисовывается, – прокомментировала Лора.

– Приедем, посмотрим, – пожал я плечами.

Дальше набрал Нахимова.

– Петр Борисович, здравствуйте.

– О! Мишаня! И тебе не хворать! Как жизнь молодого князя?

Судя по голосу, я попал в нужное настроение.

– Да потихоньку, – сообщил я. – Алтарь упустил, к сожалению, но помог османской Империи и Монголии. А вот с Китаем немного оплошал.

– Да, эти любители всяких гадов такие. У них и технологии, и артефакты. Чего там только нет! А ты чего звОнишь?

Хотелось, сказать, что не звОнишь, а звонИшь, но я удержался.

– У меня к вам несколько новостей, – с легкой ноткой загадочности сообщил я.

– Ну трави.

– Я с одним человеком еду к границе Кореи, и мне бы хотелось встретиться с Александром Сергеевичем. Слышал, он на границе, а в этой части, вроде как, вы главный.

– Не вроде как, а я, – хмыкнул Нахимов. – Я скину тебе координаты, конечно, Миша, но… Он сейчас в гуще событий. В самом пекле. Вроде, в курсе, как Пушкин это любит?

– Да, наслышан, – вздохнул я. – Но это не все. Меня и моего напарника надо перекинуть домой. Это можно устроить? – и тут же использовал козырь. – Разумеется, у меня для вас есть отличный презент от китайских мастеров алкогольной продукции.

– С этого и надо было начинать! – воскликнул Нахимов. – Ни слова больше! Чуть попозже скину тебе координаты.

Из-за того, что Китай пытался попасть через море в Японию и Империю, то им просто необходимо захватить такой лакомый кусочек, как Корея. Все же оттуда очень удобно, а главное быстро можно попасть в обе страны, минуя Метеоритный Пояс. Так что к границе не подъехать на автомобиле. Да и вообще, не подойти. Там сейчас работает артиллерия, военные маги и прочая техника. Что с одной, что с другой стороны.

Когда осталось ехать примерно час, Нахимов скинул координаты расположения Пушкина.

Разбудив Чана, я разъяснил, что да как. Заодно послушал его советов, как подобраться к месту боевых действий.

Это на первый взгляд кажется, что там безостановочные бои, пальба артиллерии, взрывы магии и прочего. Нет. Все куда более реалистично. Вычисляли противника дальними радарами. Потом отправляли батареи минометов, а те проводили зачистку. Потом противник отвечал. Случались и близкие столкновения, но они были не больше десяти человек с обеих сторон. Основное направление атаки взяли на себя технические разработки.

У Кореи, кстати, технологии не хуже, если не лучше. Просто их меньше. А Китай брал количеством. Все это я увидел через записи Болванчика.

И, конечно же, до первой линии нам никто не даст прорваться. Как бы мы ни хотели, есть вероятность обнаружения. Даже Лора, с ее заглушками, хоть и справится, но нас тупо могут увидеть визуально.

Так что пришлось изворачиваться.

Оставив машину в лесу, мы решили двигаться через горы. Благо, их тут в избытке. Там противников меньше, да и передвижения не так заметны, как на равнинах.

Чан сказал, что знает эти горы, и есть тут парочка тайных троп. Мы выбрали дорожку поближе к Пушкину и двинулись пешком.

– По скалам я еще не ходил, – выдохнув, я закинул рюкзак на спину и пошел в гору.

Чан последовал за мной. К вечеру мы выбрались на широкий выступ в скале и решили сделать привал.

– Если все пройдет хорошо, то к утру мы окажемся в Корее, – сказал Чан. – А там, уж извини, я не знаю, куда идти.

– Не переживай, все под контролем, – сказал я, параллельно проверяя данные от Лоры и просматривая конечную точку.

Затем поставил Посейдона на край скалы. Пусть полюбуется видами.

– Отпусти меня, – попросил он.

Я опешил.

– В смысле?

– Тут полно подземных вод, так что…

– Ни слова больше! – я открыл бутылку, и на глазах удивленного Чана просто вылил содержимое на камни.

– Эм… я, пожалуй, не буду спрашивать… – наконец, ответил он.

Если Посейдон найдет много воды, то это в разы упростит нам передвижение. А пока я осматривал округу.

– Если хочешь, тут чуть выше есть плато, можем подняться туда, – сказал я, – Там и пещерка есть, чтобы от ветра укрыться.

Чан опять выпучил глаза. Ну когда он уже смирится с тем, что ну вот такой вот я весь из себя необычный парень, который знает чуточку больше, чем остальные?

– Пошли.

Добравшись до пещеры, я получил отчет от Посейдона. Этот псих захватил большую часть местной воды и теперь, как грибница, распространялся в разные стороны.

Он показал мне все гнезда китайцев, которые прятались в горах. Так сказать, чтобы встретить врага со спущенными портками.

– Мистер Чан, ты пока поспи, а я прогуляюсь.

– Как скажешь, – не стал он спорить и тут же уснул, свернувшись калачиком.

Я же скинул с себя лишнее, прицепил к спине мечи и вышел в темноту, полазить по горам.

***

Опорный засадный пункт.

Огневая точка №221.

– А я тебе говорю, что мы уже продвинулись на территорию Кореи на тридцать километров! – кричал Как Такто.

– Да успокойся ты уже, – осадил его командир Жи Намдам. – Ваши крики могут привлечь внимание!

Небольшая выемка в отвесной скале, где расположились десять военных, отлично контролировала местность. Две пулеметные установки были направлены под нужным углом, чтобы в случае чего, атаковать врага издалека. Подобных огневых точек в горах было очень много. Каждая тщательно подбиралась с учетом просматриваемости, путей отступления и доставки провизии. Даже тут, за валуном, был лаз, через который могли отступить солдаты, если их начнут атаковать.

– Да корейцы вообще сюда не сунутся, командир, чего ты паникуешь? – все же шепотом сказал солдат Воттут.

– Может, и не пойдут. Но во время нападения, надо быть готовым к партизанским вылазкам! – строго сказал капитан. – И вообще…

Но через маскировочную сетку к ним залетел камень.

– Что за… – выругался один из солдат и поднял с пола продолговатый, идеально ровный предмет. – Это нифига не камень!

– Идиот! Не бери…

Яркая вспышка озарила внутреннюю часть точки. Бедные солдаты. Их глаза уже привыкли к темноте, и получить концентрированную дозу яркого света – это слишком.

Командир достал пистолет и на ощупь, отступая к стене, водил им из стороны в сторону.

– Наизготовку! Это атака! Оружие к бою! – закричал он.

– Да мы нихрена не видим! – ответил ему один из его подчиненных.

Но помимо этого были и еще очень странные звуки. Как будто что-то тяжелое падало на землю.

– Что происходит? – пробубнил он, но никто не ответил. – Приказываю отступать!

Глаза постепенно освоились. Прищурившись, Жи Намдам увидел незнакомого человека в центре их позиции. А вокруг лежали солдаты. Так вот что за звуки он слышал!

Без предупреждения он начал палить во врага из пистолета. Но тот делал молниеносные движения мечом и отбивал пули. Самое страшное, что он даже не сдвинулся с места, и все делал так, как будто это для него совсем не проблема.

ЧИК!

– У тебя закончились патроны, – спокойно сказал незнакомец.

– Как ты попал сюда? Мы на отвесной стене?! – зачем-то спросил командир.

– А тебя это волновать не должно! – ответил незнакомец и щелкнул пальцами.

Два пулемета тут же упали вниз. Запасы патронов и провизии так же полетели следом.

Еще щелчок, и за спиной командира задрожала стена.

– Теперь у вас нет отступного коридора, – улыбнулся парень и сделал пару шагов навстречу китайцу.

Тот испугался, выругался и зажмурился, швырнув во врага пистолет, а после потерял сознание.

***

Опорный засадный пункт.

Огневая точка №228.

В небольшой пещерке находилось всего шесть солдат. Не самая популярная точка, но все же достаточно эффективная. В теории, конечно. С нее было видно границу с Кореей.

Трое спали, трое держали вахту, попивая горячий чай и травя истории.

– А я слышал, что Император послал ту самую армию. Говорят, они бессмертны, – шепотом сказал первый солдат.

– Ты про терракотовую? Да бред! Ее не существует. Байки все это. Их никто не видел.

– Ага, – кивнул третий. – Потому что все умирали, кто их видел вживую…

– Тогда почему он знает? – возмутился второй показав на первого.

Из глубины пещеры послышалось недовольное мычание.

– Вы че расшумелись? Мы тут спим! – шикнул четвертый. – Ба-а-алин! Кажется, кто-то обоссался… Или фляга протекла.

– Да ладно? Вот только грибка нам не хватало! – вскочил первый и начал проверять припасы. – Может, бутылка с водой прохудилась? А где она, кстати?

Они обнаружили лужа. Мокрый след вел в лаз для отступления. Общими силами они откатили закрывающий валун и опешили. Туннель был полностью затоплен.

– Мне кажется, или вода поднимается? – удивился второй солдат.

Присмотревшись и посветив лаз фонариком, солдаты дружно кивнули.

Но тут произошло странное. Что-то или кто-то из глубины брызнул китайцам в лицо.

– Это что за… – не успел договорить один из них, как мокрая поверхность быстро распространилась по всему телу и заключила солдата в водный кокон, оставив только отверстие для рта.

– Это монстр! Сообщить в штаб о нападении! – крикнул первый, но было поздно.

Его и товарищей так же сковала вода.

И вот в пещере уже шесть идеально ровных коконов с отверстиями для рта.

Постепенно все лишние капли начали стекаться к центру и появилось существо, напоминающее зефирного медвежонка.

– И что же с вами делать… – по-русски произнес тот. – О, придумал!

После чего существо спустило каждого солдата вниз, заранее поломав все средства связи. Собственно сейчас у них будут другие заботы. Все же в горах ночью не так тепло, особенно когда ты мокрый.

***

Всю ночь мы с Посейдоном расчищали предполагаемую дорогу до Кореи. Да и там, честно сказать, тоже будут проблемы. Все же не все в курсе, что мы хорошие и пришли с китайской стороны с благими намерениями. Ну как с благими. Чисто проездом.

Утром мы пошли дальше. Мой китайский друг все шикал и указывал на предполагаемое расположение замаскированных гнезд противника. На что я многозначительно пожимал плечами.

Когда же мы наткнулись на искореженные пулеметы и сожженные припасы, то Чан вообще сломался.

– Кажется, мы прокляты… – пробубнил он. – Мне рассказывали, что в горах есть духи. Они могут и убить, если ты им не нравишься.

– Боюсь тебя огорчить, но я никого не встретил. А горным духом был я, – хотел я еще немного подержать интригу, но смотреть на испуганного Чана как-то жалко.

– Хочешь сказать, что ты всех их уничтожил? – удивился тот.

– Точки да, людей, пока что, отпустил. У них сейчас долгие поиски дороги обратно, так что в следующий раз подумают, прежде чем соглашаться на подобное, – хихикнул я. – Но ты прав. Я притворялся горным духом несколько раз.

И вот мы добрались до границы.

– Лора, настройся на корейскую частоту, – сказал я.

– Сделаем, – и Болванчик взлетел высоко в небо для лучшего сигнала.

Послушав переговоры корейцев, я узнал, что они уже в курсе, что к ним идет со стороны Китая небольшая группа в числе двух человек. И к нам на встречу выдвинули отряд магов. Удобно, ничего не скажешь. Нахимов, конечно, постарался на славу.

Вот только в пятиста метрах от нас взорвалась одна из боевых точек китайцев.

– Что за? – испугался Чан.

– Кажется, они уничтожают своих, – ответил я, рассматривая картинки с Болванчика. – И не жалко им снарядов…

Но как бы спокойно это ни звучало, они решили накрыть нас сплошным артиллерийским огнем.

Постепенно взрывы приближались, и нам пришлось ускориться. И в какой-то момент мы даже побежали.

– Миша. Через сто метров будет система подземных пещер, бегите туда, – сказал Посейдон.

Удобно иметь питомца, который знает наперед, где и какие ходы расположены.

Кто ж знал, что эти горы, как Швейцарский сыр, истыканы разными секретными ходами и подземными тоннелями?

Добежали мы вовремя. Взрывы грохотали все ближе. И приходилось вмешиваться Болванчику с Лорой, чтобы отражать совсем уж близкие атаки. А дальше мы доверились Посейдону.

Шли около часа, пока впереди не показались огни и не послышались голоса. Скорее всего, это и есть корейская группа, которая должна нас встретить. Но на всякий случай я отправил на разведку своего питомца.

И как же сильно удивился, когда увидел знакомое лицо – Хану! С ней мы неплохо сдружились на мировой Универсиаде. Она спокойно сидела на валуне и смотрела вглубь темной пещеры, из которой я должен выйти.

Всего их было двадцать человек. Каждый занимался своими делами. Кто-то чистил оружие, кто-то проверял припасы. Горел костер с котелком. Все бойцы одеты в камуфляж. Ну не дать ни взять командос! Даже лица разукрашены маскировочными карандашами.

Хана была в коротком военном топе, поверх надет бронежилет с открытым пупком, демонстрирующим идеальный пресс. Широкие военные штаны и берцы. На голове берет с флагом Кореи.

– Засада? – прошептал Чан. – Сможем положить всех?

– Расслабься, вояка, это свои, – улыбнулся я.

***

Эта же пещера.

Хана.

Уже шли третьи сутки, как девушка не спала. Сложно уснуть, когда на твою страну нападают ублюдки, которые решили, что Корея будет отличным перевалочным пунктом для нападения на Японию и Российскую Империю.

Хана одна из первых отправилась на передовую линию и быстро заслужила доверие солдат и начальства.

Позже ее познакомили с Пушкиным, легендарным персонажем, чьи стихи она читала в детстве. И вчера вечером он попросил ее лично об одной услуге. Так сказать, неформальной. Необходимо встретить двух человек, которые чудом смогли спастись от китайской армии и магов. Сейчас они движутся к границе и будут искать его.

Кто именно, Пушкин не сказал. Только постоянно ухмылялся. Он попросил, что как только они их встретят, пусть ведут к нему. Мол, это очень хорошие люди и надо обращаться с ними подобающе.

Хана не без скепсиса, но согласилась на эту авантюру. Взяла самых верных магов и отправилась в горы. По всем расчетам именно там легче всего пройти. Надо только вовремя вырубить огневые точки, чтобы эта парочка не попала в засаду.

Осталось только выбраться из пещеры и идти навстречу.

Сейчас как раз тот момент, когда все завтракали и готовились к выдвижению.

Хана же была недовольна. Она поймала себя на мысли, что давно не улыбалась. Наверное, с того момента, когда она приехала с Мировой Универсиады. После было много работы, как над собой, так и над компанией отца.

Сейчас же она сидела на камне и смотрела в черноту пещеры, куда они должны выдвинуться через двадцать минут.

В какой-то момент она почувствовала на себе взгляд. И это были не ее ребята из группы. Нет. Кто-то смотрел на нее из пещеры.

А потом послышался сперва тихий, но нарастающий свист. Какая-то странно знакомая мелодия, но вспомнить, где она ее слышала, Хана никак не могла.

– Оружие к бою! – приказала девушка, спрыгнула с камня и сняла цепь с пояса.

Остальным не надо было повторять дважды. Все за секунду встали позади командира и начали напитывать оружие энергией.

– Воу-воу! – раздался задорный голос из черноты. – Так вот как ты встречаешь старого знакомого? Я даже мелодию с Универсиады начал насвистывать, чтобы ты меня узнала…

Из темноты вышел парень с поднятыми руками. Одежда явно ему мала, но это не делало его нелепым. За спиной виднелись мечи. А сам он широко улыбался.

– Миша! – удивилась Хана и, сама того не замечая, сперва улыбнулась, а потом расплакалась.

Глава 3. Высадка в Китае.

Китайский порт со стороны южно-китайского моря.

Весь берег был заставлен всевозможными видами дальнобойного оружия. Китайские солдаты бегали между огромных установок, чтобы сделать последние настройки перед тем, как в их воды заплывут корабли австралийского флота.

Также сюда стянули большую часть южного флота, чтобы остановить противника на подходе.

Сотни штабов расположились на второй линии обороны, и в каждом сидело по несколько командиров. Все было готово для встречи непрошеных гостей.

Отдельно стояли полевые штабы для магов-истребителей. Все же морских монстров никто не отменял, и они могут прийти и испортить всю битву. Хотя такой исход только на руку китайской армии. Все же австралийцы были только на кораблях.

На береговой линии в специальном бетонном бункере был расположен специальный прибор, разработанный для подобных случаев, который мог призвать тварей из глубин.

– Все готово? – спросил начальник управления по планированию и предотвращению последствий катастроф метеоритного характера.

– Да, но… – ответил помощник. – Судов врага пока не видно…

– Да я просто так, на всякий случай спрашиваю. Вдруг мы прошляпили кого.

Помощник постарался как можно незаметнее закатить глаза и отвернулся. Все же его начальник был слишком мнительным и осторожным. Иногда излишне и случались казусы.

Например, вчера он заранее отправил водителя с документами в главный штаб. Хотя потом пришли дополнительные правки и пришлось отзывать гонца. И так постоянно.

Сейчас же оба пили крепкий чай и периодически наблюдали за приборами. Начальник, которого все звали полковник Тык, щелкал семечки и аккуратно складывал очищенные семена в ряд, чтобы потом съесть всем скопом.

Его подчиненный, сержант Линь, облокотившись в кресле, разливал по чашкам зеленый напиток.

– Ты пока следи за приборами и, если что, сообщи. А я пока позвоню в штаб, спрошу, что у них и как, – встав, сообщил полковник Тык и без лишних слов вышел за дверь.

Поднявшись на свежий воздух, полковник протер влажной салфеткой перила и только после этого облокотился. Далее он сделал то же самое с телефоном, и через влажную салфетку набрал центральный штаб.

– Полковник До Шик, это полковник Тык беспокоит.

– А, здравия желаю, – не весело отозвались на том конце. – По какому поводу звоните?

Тык немного помолчал, чтобы его собеседнику показалось, что он занят. – Хочу узнать, почему вы отозвали две сотни солдат с управляемой мной территории без моего ведома?

– Ох, я так и знал, что вы будете спрашивать… – замялся полковник Шик. – Ну, тут такое дело… в секторе семь в горных засадных пунктах вчера ночью был совершен ряд нападений неизвестным врагом…

– И в чем проблема? Пошлите их обратно!

– В этом и проблема. Половина потерялась в горах, а остальные отказываются возвращаться. Говорят, на них напал горный дух, – чуть тише сообщил полковник Шик.

Тыку показалось, что над ним смеются. Какие, к черту, духи? Что за неуставные отношения? В армии все должно быть строго!

– И в чем проблема? Отказников под статью. Но мне нужны люди тут! – топнул ногой полковник, наблюдая за горизонтом. Солнце только начало подниматься, и на его фоне у горизонта появились блики.

– Насколько нам известно, у вас все готово для встречи австралийских судов. К тому же вы, полковник Тык, командуйте системой агрессивного провоцирования. Так что начальство посчитало, что у вас излишек, – спокойно ответил полковник Шик. – Или вы сомневаетесь в китайской оборонительной батарее? Могу предать наверх…

– Я вас понял, полковник, – сплюнул Тык. – Конец связи, – и отключился.

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы подавить бушующую внутри бурю эмоций, полковник стиснул зубы и тихонько топнул ногой, чтобы не создавать шуму.

Пора возвращаться обратно. Напоследок он посмотрел на горизонт и замер, прищурившись. Там определенно чернела точка.

Сбегав за биноклем, он вернулся и присмотрелся. Лодка? Одна?

Неужели австралийцы отправили посла? Что за бред?!

Связавшись по рации со связными, полковник спросил, не было ли запросов о переговорах? Те ответили, что австралийцы даже не выходили на связь.

Это точно была лодка!

Он быстро спустился вниз к пульту и начал всех поднимать на уши.

– Полковник… Но это же всего одна лодка? – удивился сержант.

– Поверь, сынок, за долгие годы службы я уяснил одну вещь. Если ты видишь только одного врага, значит, он способен заменить целую армию! Готовь систему агрессивного провоцирования! Живо!

– Есть!

Чуть позже на экраны пришло изображение. В лодке были три фигуры. Одна повыше, две по бокам, поменьше, в мантиях.

Когда лодка вышла на линию огня, с берега в нее нацелились орудия. Несколько ближайших кораблей развернулись и приготовились стрелять.

– Что там с системой? Готова? – прорычал полковник, вглядываясь в экран. Теперь ему было доступно видео.

– Да.

– Запускай! – махнул рукой Тык.

Раздался очень низкий гул. Мелкая вибрация прошлась по воде, отдавая сигнал вглубь.

Береговые орудия и корабли практически синхронно пальнули по одинокой лодке.

И полковник Тык готов был поклясться, что видел, как три фигуры исчезли за мгновение до попадания в лодку.

Рация на столе ожила.

– Полковник! Они бегут по воде!

– Так чего языком треплем?! Стреляйте! – схватив рацию, заорал Тык и побежал на улицу.

И как раз вовремя. Три маленькие фигуры быстро мчались по воде, оставляя после себя борозду. Корабельные орудия поворачивались в их сторону, но тут из воды вылезли щупальца и лапы.

Один корабль проткнуло насквозь гигантским штырем. И когда корабль затонул, из воды показалась морда огромной рыбы-меч.

– Магов в атаку! – крикнул полковник! – Пусть займутся тварями! Нет! Стоп! Враг на подходе!

Троица достигла берега и без проблем вышла на берег.

Фигура в центре расставила руки в стороны, и два ее спутника разбежались в стороны.

– Солдаты! Маги! Все! Это нападение! В атаку! – крикнул полковник в рацию.

Из ближайших переговорных пунктов и передвижных казарм моментально начали выбегать солдаты. Первый отряд магов уже бежал к одинокой фигуре.

– Полковник Тык, мы в зоне атаки! – сообщил по рации командир первого отряда.

– Уничтожить. Никакой пощады врагу!

Он видел, как фигуру в капюшоне окружили, и взял бинокль, чтобы лучше видеть сражение.

Два оставшихся врага уже вступили в бой с солдатами. Полковник бросил взгляд в том направлении и увидел, как две невысокие фигуры уже истыканы копьями, мечами и стрелами. Издалека по ним стреляли из крупнокалиберных пушек, и две маленькие фигуры дрожали от ударов пуль.

– Хоть с ними справились… – пробубнил Тык и перевел бинокль к фигуре на берегу.

Неизвестный стоял в глубоком капюшоне, и невозможно было разглядеть лица. Обе руки так же спрятаны под мантией. Присмотревшись, полковник увидел, что на ногах были высокие кожаные сапоги на высоком каблуке.

“В них же неудобно ходить по песку…” – промелькнула у полковника мысль.

Маги взяли противника в кольцо.

– Сними капюшон! – громко крикнул командир отряда. – Или струсил?

Остальные жиденько похихикали.

– Трус? – произнес незнакомец женским голосом. – Но ведь я тут одна, а вас вон сколько.

После она медленно подняла руки и сняла капюшон.

У полковника Тыка в этот момент заболело сердце. Короткие волосы, ярко-голубые глаза. Слегка ухмыляющийся рот и родинка над верхней губой.

– Это Анастасия Романова… – прошептал он.

Полковник слышал через рацию, что говорила девушка.

– Извините, но мне некогда с вами болтать. Даю вам последний шанс. Сложите оружие и сдайтесь. Или умрете.

– Ха, малышка, вообще-то нас тут…

Но она опустила руки, и на землю упали головы всех, кто стоял рядом.

– Уничтожить! Все позиции! Свободные солдаты! На берег! Уничтожить! – закричал полковник Тык в рацию.

***

Пять часов спустя.

– Адмирал Торп, берег свободен, – произнесла в наушник Анастасия и присела под тенью разрушенного бетонного поста. – Девочки, ну где вы там?

– Простите, госпожа, – раздалось сразу с двух сторон.

К ней вышли две маленькие фигуры. У каждой из тела торчали мечи и стрелы.

– Повеселились? – улыбнулась царевна.

– Береговая линия в километр зачищена, – серьезно сказала одна из девочек.

– Омега, а ты чего молчишь? – прищурилась Романова.

– Немного в горле першит. Пробили гортань, – пожала плечами вторая.

После близняшки встали друг напротив друга и начали доставать инородные предметы.

– Эх, совсем расслабились. Уже даже не уворачиваетесь от ударов… – произнесла Анастасия, надевая солнечные очки. – А ведь это сковывает ваши движения!

– Простите, госпожа, исправимся! – хором ответили девочки и поклонились.

– Ладно, садитесь, будем ждать парней, – похлопала принцесса по песку рядом с собой. – Жарко же тут! Надо было взять крем от загара…

***

– Блин, я так рада тебя видеть! – по-девчачьи запищала Хана и кинулась обниматься.

Меня тут же заграбастали и прижали к груди. Парни из ее отряда неловко отвернулись, смутившись. Я тоже слегка оторопел, но вида не подал.

– Я тоже рад тебя видеть! – искренне сказал я. – Смотрю, сидит грустная, думаю, надо немного развеселить.

– Хех, – она легонько ударила меня в плечо. – У тебя получилось, чемпион!

Чан также вышел за мной и ждал, когда его представят.

– Ого! Погодите, а вы случайно не тот самый актер? – удивился пожилой мужчина из отряда.

Чан приподнял бровь и поклонился.

Его многие узнали и быстро окружили, засыпав вопросами. Кто ж знал, что он будет куда популярнее и интереснее, чем я?

– Тогда мы можем и не спасать ваши задницы, – взяв меня под ручку, Хана повела к костру. – Сейчас чаю попьем и будем возвращаться обратно! Пушкин уже в нетерпении!

– Ого! Не сказать, что удивлен, но поприветствовать надо.

Нас с Чаном усадили перед костерком, сунули огромные кружки, налили горячего чая и с довольными лицами расселись вокруг. После непродолжительного знакомства Хана сказала:

– Ну, Миша, давай, жги! – и поджав под себя коленки, как маленькая девочка, она сделала пару глотков.

– А чего жечь? – развел я руками. – Спас персонал отеля, покатался по Османской Империи, избил местного султана, ну тот и передумал воевать против нас. Потом в Монголии побеседовал с Великим Ханом и сделал небольшой переворот… Ну и двинулся я в Китай…

– Да такого просто не может быть! – с выпученными глазами бормотала девушка и внимательно слушала о моих приключениях.

После часа непрерывного повествования я, наконец, закончил и хлебнул остывшего чаю.

– Ну-с, когда выдвигаемся? – хлопнул я по коленям, вставая.

– Сперва надо разведать территорию, – сказал главный помощник Ханы, пожилой Ли Мен Сон. – Все же безопасность ваших персон для нас приоритет.

– Я думаю, что с разведкой можно не утруждаться… – махнул рукой Чан, намекая на мои феноменальные способности к этому делу.

– Ой, мистер Чан, а знаете, кто еще пренебрегал разведкой? – прищурился помощник. – Бывший начальник третьей мотострелковой дивизии. И знаете, что с ним стало? Он умер!

Хана и остальные слегка улыбнулись.

– Не переживайте, там, откуда я пришел, все спокойно. Сейчас там работает артиллерия и заклинания. Китайцев кто-то сильно напугал, – сказал я.

Из-за скалы вылилась струйка воды и приняла форму рта.

– Миша, впереди все чисто. Не надо разведки! – подтвердил мои слова Посейдон.

Остальные шарахнулись. Хана присвистнула.

– Не перестаешь меня удивлять, чемпион! – она похлопала в ладоши, и все повскакивали с мест. – Выдвигаемся обратно! Сообщить в штаб, что мы будем через пять часов!

Командный голос у нее был на удивление хорошо поставлен. Даже странно наблюдать, как резко меняется ее характер, когда она говорит со своими подчиненными.

Однако в отряде ее очень ценили, и даже старшие товарищи относились к ней с уважением.

Мы с Ханой шли впереди всех. Чан держался чуть сзади и болтал с фанатами своего творчества. Вот уж у кого день удался.

– Как там Мика? – поинтересовалась девушка.

– Честно, не знаю, – пожал я плечами. – После того случая на Универсиаде, она приезжала с отцом ко мне на свадьбу и…

– Свадьбу? – воскликнула от неожиданности Хана. – А почему я не в курсе? Вот чертовка! Мне даже не сказала!

– Прости, может она забыла, – пожал я плечами. – Но могу сказать, что у нее появился один воздыхатель… Перспективный сын графа. Умный, красивый, смешно!

– Ого! Погоди, мы сейчас про Мику говорим? Японская принцесса? Которая еще такая… – она смешно растянула глаза и сделала хмурый вид. – Вы все говно, не разговаривайте со мной!

– А у нее талант, – хихикая, подметила Лора.

– Ага, именно та самая, – кивнул я. – Кстати, а где твой питомец? Сколько уже вместе, а я ее так и не видел.

Девушка улыбнулась, засунула руку в карман и достала оттуда прозрачного слизня.

– Он просто спит, – погладила она его пальчиком. – Заработался, бедняжка… У тебя то, Миша, есть что новенького?

– Ну… Вот Посейдон… – рядом появилась большая лужа, и в ней стоял зефирный мишка.

– Добрый день, мадам. Вы очаровательны! – деликатно поклонился он.

Хана опять запищала и запрыгала. Я и еще несколько молодых бойцов из отряда невольно обратили внимание на ее подпрыгивающую грудь…

– Кхм… – я попробовал сменить тему. – Как обстоят дела с китайцами?

Хана прекратила прыгать и погрустнела.

– Вначале было очень тяжело. Они чуть не разрушили приграничные города. Пришлось эвакуировать население. Да и с моря они напали…

– Командир! – окликнул ее Ли Мен Сон. – Вам звонит отец! – он догнал нас и передал трубку.

Хана без разговоров сбросила звонок и вернула телефон.

– Я не хочу с ним разговаривать!

– Неправильно, командир, – покачал головой ее помощник. – Знаете, кто еще не хотел разговаривать с родителями? Мой двоюродный брат! И знаете, что с ним стало? Он умер!

– Ну и пусть! – скрестила она руки. – Зато я умру героем!

– Я чего-то не знаю?

– Мой отец хотел вывезти меня подальше из страны, когда Китай вторгся на нашу территорию! А я вообще-то одна из сильнейших магов в стране!

И она смешно топнула ножкой, как маленькая.

– Да, командир! Мы в тебя верим!

– Вы самая сильная!

– Лучше вас нет!

– Вы всех можете победить!

– А еще вы красивая!

Команда начала ее подбадривать, чтобы она не расстраивалась. Слаженная работа, ничего не скажешь.

И так бы мы и шли, отпуская шуточки и рассказывая истории…

– Миша…

Ох, как я не любил этот тон у Лоры. Серьезный. Значит, рядом опасность.

– Сканирование. Полный отчет, – приказал я, и Болванчик сорвался с запястья. – Хана, прикажи всем остановиться.

– Что? Зачем? – удивилась она, поднимая кулак.

– Опасность. Триста метров.

– В каком направлении? – спросил ее боец.

– Со всех сторон. Нас берут в кольцо. Кто-то точно знает, что мы тут, – серьезно сказал я.

Хорошо, что мы вышли на поверхность. Плохо, что со всех сторон нас окружали скалы и холмы. Хана дала ряд указаний, и все приготовились к битве. Удивительно, как она быстро доверилась мне, по сути, постороннему человеку, оценила ситуацию и отдала приказы.

– Взяли в кольцо, это очень-очень плохо, – пробубнил старый помощник. – А знаете, кого еще взяли в кольцо? Девятого императора Кореи.

– Дай угадаю, он умер? – ухмыльнулся я. Болванчик был в небе и делал анализ. Странно, но врага не видно.

– Посейдон?

– Странно. Это не человек, – пояснил он. – Но и не монстр…

На возвышенностях прямо из-под земли выехали одинаковые каменные фигуры в доспехах.

– Командир, – прошептал один из солдат. – Кажется, я знаю, кто это…

– Ну? – Хана достала из кармана своего питомца и прошептала: – Эй, приятель, просыпайся, сейчас будет весело.

– Это та самая терракотовая армия… – с ужасом в глазах произнес солдат.

Глава 4. Поездка по Корее и немного баскетбола!

Уважение. Вот что тонкой нитью проходило через всю группу сопровождения. Хану уважали абсолютно все. Хотя, если честно, я пока не до конца понимал почему.

А что до терракотовой армии, так я про них слышал еще в моем мире, но не вдавался в подробности. На вид это просто каменные человекоподобные големы, одетые в старые китайские доспехи.

– Сколько, Лора?

– Двести, но исторически их создали около восьми тысяч, – нерадостно сообщила она.

Это было не очень хорошо. Если сюда нагрянет вся армия, то мы так просто не отделаемся. Хотя… Попробуем разобраться с теми, кто сейчас перед нами.

– Спокуха, парни, – подпрыгивая на месте, сказала Хана. – дядя Ли, засекай!

– Как скажете, – кивнул помощник и нажал на часах секундомер.

Я пока не стал дергаться и решил посмотреть, чего стоят мои сопровождающие. В конце концов, это их работа, а мне пора перестать быть в каждой бочке затычкой.

Я отошел к камню и сел, перебирая в руке Болванчика.

Хана молнией сорвалась с места, оставив вместо себя в воздухе только желтый след, который зигзагами заскользил между големами.

Через десять секунд она вернулась на старт.

– Ну? – в нетерпении повернулась она к Ли Мен Сону.

– Десяточка… Что-то вы подраслабились, командир.

А я же смотрел на големов, которые продолжали стоять, как ни в чем не бывало.

Конечно, мне было прекрасно известно, что произошло. Все же замедление времени делает мир чуточку красочнее.

Хана похлопала в ладоши, и все статуи развалились в пыль.

– Ну как тебе, Миша? Круто? – с улыбкой повернулась девушка.

– Так-то оно так, – кивнул я. – Но у големов, если это не питомцы, должны быть ядра. Так что они могут ожить.

– Ядра? – искренне удивилась она, но ее хитрый взгляд все выдал. – Ты про это?

Она разжала руку, и на землю посыпались маленькие камешки, служащие ядрами для терракотовых солдат.

Остальные зашушукались, восхваляя своего командира. Вот только длилось это недолго. Земля опять задрожала, и начали вылезать явно не двести солдат.

– Лора?

– Тысяча… Это ты просто не видишь сколько в пещерах, – пояснила она и вывела мне счетчик.

Хоть мы и находились в большом гроте, но в нем через несколько секунд стало настолько тесно, что мне было интересно, как эти истуканы будут драться. Неудобно же.

– Собраться! – крикнула Хана.

– Ну что? – медленно подошел я. – Сколько тебе надо времени, чтобы справиться с остальными?

Каюсь, я немного подстебал ее, понимая, что пока что ей это не под силу.

Проблема заключалась в том, что счетчик големов все увеличивался и доходил до двух тысяч.

– Эм… Тут уже проблема, – пожала она плечами, но начала распрыгиваться. – Попробую…

Дернувшись, ее тут же зажали щитами как дикого зверя. Она даже зарычала от злости.

– Спасать командира! – крикнули солдаты и каждый атаковал всем подряд. Были и простые заклинания и сложные, которые меня заинтересовали.

Запомнилось заклинание, которое срабатывало только при выполнении условий. Маг должен был задеть предполагаемую жертву, скрестить пальцы нужным образом, после чего ее расплющило, как будто невидимый пресс упал на голову. Интересно, но не эффективно.

Так продолжалось минуты две. Хану оттеснили, и ее подчиненные не могли до нее добраться.

– Кузнецов! Ты чего встал! – заорала она откуда-то из глубины. – Ты что, хочешь проторчать тут еще?

О нет! Мне уже осточертела эта миссия. Больше на такое я не подпишусь! Сперва Пушкин, а потом домой. Никаких “НО”. Все!

– Господин, если вы можете нам помочь, то будет чуточку быстрее! – отбиваясь от копий, крикнул Ли Мен Сон.

– Если честно, мне даже нравится, – хихикнул скачущий Чан.

Вот кто отрывался на все сто! Сколько лишних предметов, которые можно использовать, как оружие, да еще и фанаты смотрят! Можно покрасоваться.

– Действительно, хватит, – кивнул я, – Пора идти. Посейдон?

– Да, я готов, – ответил он. – Лора уже подсветила мне ядра противников.

– Поехали!

Чтобы покрасоваться, я для пущей крутости щелкнул пальцами.

Из-под земли, из стен и потолка выстрелили миллионы тонких водных щупалец, и за считанные секунды точечными уколами уничтожили ядра. После чего все рассыпалось.

– Если изначально их было восемь тысяч, то теперь чуть меньше половины, – заключил я, смотря на то, как счетчик стремительно сменился на ноль.

– Что? – застыли все в недоумении.

– Эм… Как? – выбираясь из горы песка, Хана отряхнулась и подошла ко мне. – Это что за фокусы?

– Фокусы-покусы, – развел я руками. – Не ты одна тренировалась, чтобы стать чуть сильнее.

– Нихрена же себе “чуть”! – воскликнула Хана. – Так это не мы тебя сопровождаем, а ты нас! И много у тебя еще в заначке подобного?

– Ну… – я призадумался: говорить ей всю правду или нет? Все же конкурент. Маг другой страны. С другой стороны, хорошая, улыбчивая девушка с большими глазами четвертого размера.

– Ну-у-у-у, у меня есть гусь-вампир… Наверное, это самое крутое, что есть в моем доме… – я призадумался. – Хотя есть отец и сын демонюги, но они вроде хорошие… А не, погоди, у меня в подвале сидит сын Великого Хана!

Я хотел заикнуться про Валеру, но сейчас он не дотягивал до ВАУ-эффекта.

– Что за набор несвязных фраз? – удивилась девушка. – Звучит как белиберда!

– Это ты еще не знаешь про Сахалин, – вылез Посейдон из щели в стене.

Хана и остальные уже пришли в себя после моего неожиданного действа и собрались вокруг.

– Ну, Сахалин, слышала. Остров Российской Империи, а с ним-то что? – спросила Хана.

– Ничего такого, – махнул я. – Пойдемте. Впереди чисто.

До выхода из пещеры мы шли без приключений. К Чану вернулись его фанаты с восхищением обсуждающие, как он сражался, и просили показать пару приемов, что он с удовольствием демонстрировал.

Хана топала рядом и все спрашивала, то про беременность Маши, то про питомцев, то про дом. А когда узнала, что ко мне в гости хочет заглянуть Юлий из Римской Империи, поставила ультиматум: или я ее приглашаю в гости после того, как все закончится, или она со мной больше не разговаривает.

Пришлось согласиться.

Наконец, мы вышли из пещер. Впереди простирались густые леса. Свернув на тропинку, мы углубились в заросли.

– Так, ну что, на подземке поедем? – спросила своих Хана.

– Да! – закричали хором остальные. – Подземка! У-У-У-У!

Я только приподнял бровь. О чем это они?

– Сейчас сам все увидишь, – хихикнула девушка.

Дойдя до первого населенного пункта, мы ненадолго остановились у ближайшего здания. Город был эвакуирован, но его функционирование поддерживалось военными и добровольцами.

– А теперь сюда, – подмигнула девушка и зашла в первый попавшийся подъезд многоэтажного здания.

Там мы прошли по длинному белому коридору и остановились у грузового лифта.

– Ну, нам вниз, – Хана нажала кнопку и посмотрела на товарищей. – Двумя партиями. Все в один не влезем.

Остальные кивнули.

Когда лифт приехал, мы поехали на нижний этаж.

Лора появилась рядом и взяла меня за руку.

– Волнуешься? – удивился я.

– Немного, – кивнула она. – Ты просто не видел, куда мы едем. Пусть будет сюрпризом.

– Я же могу и так посмотреть.

– А ты не смотри. Сделай себе сюрприз! – дернула за руку Лора.

– Ты чего дергаешься? – удивилась Хана, заметив движение.

– Да так, нервный тик.

Наконец, мы приехали.

Это оказалось просторное метро. Должен сказать, сделано оно немного иначе, чем в моем мире, так что тут было на что посмотреть. Самое главное, полностью прозрачные вагоны. Огромная станция белого цвета.

Мы дождались вторую часть команды и сели на поезд.

– Пушкин уже ждет тебя, – убрав телефон в карман, сказала Хана. – Не возражаешь, если я немного вздремну? Если нападут, ты же разбудишь? – и она прищурилась.

– Воу-воу! Девочка! Быстро же ты расслабилась! – иронично замахала руками Лора, садясь напротив в коротком голубом платье.

– Если нападут, я попробую тебя не сразу будить, – кивнул я.

Этого хватило. Она положила голову мне на плечо и отрубилась.

– Маше лучше не упоминать об этом моменте, – вздохнул я.

– Не переживай, уж от меня она ничего не узнает, – закатила глаза Лора.

Вся дорога заняла у нас около двух часов. Поезд ехал быстро, и иногда мы выезжали из подземки и проезжали над городом. Его названия я не знал, но мне он показался очень красивым.

Вдалеке вырисовывалась граница с Китаем. Иногда там вспыхивали взрывы.

К нам подошел Ли Мен Сон и сел напротив, рядом с Лорой.

– Умоталась девочка… – ласково сказал он, глядя на Хану. – Столько работать не каждый мужчина сможет.

– А на первый взгляд и не скажешь, что она такая ответственная, – вздохнул я.

– Это только кажется. Она берет очень много ответственности на свои плечи. Уже в таком возрасте ей доверяют верховные командующие. Это уж точно не за красивые глаза, – Ли вздохнул. – А я с ее отцом учился вместе в институте. Хороший был мужик. Ответственный.

– И что с ним стало?

– Да то же самое, что и с большинством родителей, чьи дети быстро вырастают и становятся обеспеченными, – вздохнул он. – Уехал с матушкой Ханы путешествовать по Японии. Не дешевое удовольствие, но Хана их отправила за свой счет.

– Хорошая дочь, – кивнул я.

– Вот! – он назидательно поднял палец. – А знаешь, что бывает с теми, кто не слушает родителей? Они умирают!

Я только улыбнулся. К нам подошел еще один парень и сообщил, что мы скоро приедем, так что пора будить командира.

После непродолжительных попыток мне удалось ее разбудить. Надо просто аккуратно направить энергию в ее тело, чтобы сбить сонливость, и готово.

– Ого, а я неплохо выспалась, – разминая шею, сообщила всем Хана и бодро вскочила на ноги.

Поезд затормозил, и мы приготовились к выходу.

– Тут безопасно. Сейчас мы далеко от линии фронта, – сообщила девушка. – Пушкин специально приехал сюда.

Вот уж не думал, что я буду столь любопытен для Александра Сергеевича, что он покинет передовую, чтобы со мной повидаться.

Нас с Чаном посадили в автобус и еще час везли по узким извилистым горным дорогам. Потом через пропускной пункт завезли на какую-то военную базу. Если честно, то я впервые смог расслабиться. Немного, но смог. Рядом нет ни охреневших аристократов, ни приспешников хаоса, ни злых китайцев, ни монголов, ни османов.

Тут так спокойно.

Должен сказать, что все, кто меня досматривал, не задавали лишних вопросов. Никого не интересовало, что это за бутылки алкоголя, что за странный камень в рюкзаке. Про Болванчика вообще никто не сказал.

Хана сказала, что пойдет к себе в комнату. Как оказалось, тут был перевалочный пункт, которым она часто пользовалась. А нас с Чаном отвели в большой конференц-зал, где нас ждал Александр Сергеевич.

– Миша! – воскликнул он, как только я зашел в помещение.

– Александр Сергеевич! – сказал я, но не с таким энтузиазмом.

Хотя, скрывать не буду, я рад его видеть. Жизнерадостный гигант с кудряшками. Так отзывалась о нем Лора, и я с ней согласен.

– Ну как ты? Наслышан о твоих похождениях! Ну ты, блин, конечно, красавчик! – похлопал он меня по спине. Сильный мужик, ничего не скажешь.

– А Арина Родионовна тоже с вами? – спросил я. Все же эта проворная старушка постоянно была где-то рядом.

– Да, со мной, куда ж я без нее? – пожал плечами Пушкин. – Ну-с, мне передали, что ты хотел со мной увидеться. Честно признаюсь, я даже рад. Знакомое лицо, и все такое…

– Я бы хотел, чтобы вы, как и обещали, научили меня масштабной защите.

– О, как! С места в карьер! А ты хорош! – хмыкнул он и сел за стол. – Давай так, научу, если расскажешь, откуда у тебя столько энергии? О, только не думай, что я не почувствовал. Сейчас в тебе ее столько, что… Да просто дохрена! – он нарисовал в воздухе большой круг.

– Н-да… И это великий поэт… – фыркнула Лора.

– Началось все с того, что я решил ограбить поезд… – сев напротив, я приступил к рассказу.

***

г. Широково.

Родовое поместье Кузнецовых.

После похищения Бориса из гимназии к нему приставили целый микроавтобус гвардейцев, и они ждали его учебного заведения весь учебный день. Позже сообщался подробный маршрут, и они ехали домой.

Иногда Боря хотел поехать в город, погулять с друзьями. Для этого надо было отпроситься у Маруси или Трофима. Если таковых не имелось на месте, этот вопрос решала Надя. Но ее быстро сместили с этой должности, так как она подкидывала мальчику денег, и иногда очень много. И бывало так, что пару раз приходилось направлять к ним еще один микроавтобус, но уже для игрушек и покупок.

Про силы Бори знали все в семье, но из посторонних никто. После тщательного его способностей с участием Есенинских ученых и преподавателей из института, не обнаружили ни одной записи, где фигурировала подобная предрасположенность.

Все же это было чем-то мало объяснимым. Но и Боря это понимал и старался использовать свои навыки по минимуму. Хотя у него это плохо получалось.

Например, сегодня в гимназии на физкультуре он поспорил с одноклассником на шаньгу с творогом и закинул спиной десять из десяти баскетбольных мячей в корзину.

Но как постоянно твердил ему Трофим, сегодня удача есть, а завтра ее нет.

Этот фокус с мячами увидел завуч и отвел Бориса к капитану баскетбольной команды и представил его как нового атакующего защитника.

К слову, вся баскетбольная команда была в девятом классе, а Боря в пятом. Там и рост и комплекция не то, чтобы не для баскетбола, просто не тот уровень. Но все же в выносливости и силе Боре не занимать. В классе он был самым развитым. Спасибо тому же Трофиму, Марусе, рыцарям, Любавке, да и всем в доме.

В общем, получилось так, что мальчик стал самым молодым атакующим защитником в команде.

И сегодня была первая тренировка. Она прошла очень странно, как сказали ребята в раздевалке. На удивление, практически все мячи летели точно в цель. Пассы были идеальными, да и тренер не сильно ругался. Может, это из-за появления младшего товарища по команде, но все же странно.

Когда Боря сел в микроавтобус, к нему тут же пристали с расспросами.

– Ну! Как! Боря! Колись, давай? Как первая тренировка? – спрашивали гвардейцы.

– Хм… Не мое это, – вздохнул он. – Но команда вполне хорошая. Дружная.

– Это хорошо, – кивнул один из гвардейцев, закрывая чемоданчик. – А то у нас есть несколько документов с историей их семей….

– Ей, ну чего вы! Там все ребята классные! – нахмурился он. – Ладно, поехали домой.

Они быстро доехали до поместья, где на пороге мальчика встречала Маруся.

Боря впервые поймал себя на мысли, что это какая-то сказка! Совсем недавно он жил в подворотне, грязный и чумазый, и был на побегушках у бандитов. А теперь у него есть личная охрана. Дома его всегда ждут и искренне любят. К тому же столько народу! Тут не заскучаешь! Как хорошо, что он тогда натолкнулся на Мишу…

Из дома выбежал Кицуня и принялся облизывать лицо мальчика.

– Ну все-все! – засмеялся Борис. – Пошли в дом, приятель, – и потрепал лисенка по голове. Тот уже был достаточно большой, чтобы не пригибаться.

После ужина Маруся заварила чай. С улицы пришел Трофим и сел рядом.

– Ну, как в гимназии? – спросил он.

– Сегодня географию проходили. Контурные карты. Просили нарисовать Южную Дикую Зону, – жуя бутерброд, сообщил он.

– Запей! – шикнула Маруся, пододвигая стакан с чаем. – Всухомятку есть, только желудок портить!

Боря послушно запил и прожевал.

– Ну и? – допытывался Трофим. – Где рисунок?

– Сейчас принесу! – он спрыгнул со стула и пошел наверх. Достал из рюкзака альбомный листок и вернулся. – Во!

И гордо положил перед ними свое творение.

Трофим с Марусей, как настоящие ювелиры, склонились над рисунком.

– Не, ну в целом неплохо… – пробубнила Маруся. – Правда, Красноярск немного далековато…

– Ну и ширина Зоны немного… Кхм… Но в целом неплохо…

– Хотя, я бы добавила несколько городов… – бубнила Маруся.

– А я бы сдвинула границы Австрии!

– Борис, а что это? – удивленно ткнул пальцем Трофим.

– Как что? Египет! – непонимающе посмотрел на него мальчик.

– А остальное? А вся Африка?

– А Африку мы еще не проходили! – выкрутился он.

Мужчина и женщина переглянулись и улыбнулись.

– Я, если честно, тоже в географии не сильна, – хихикнула кухарка.

– А у меня другая специализация, – добавил Трофим, и оба засмеялись.

Уже через двадцать минут карта с надписью “Рисунок сделал Борис Кузнецов” висела в рамке в гостиной.

Глава 5. Сплетни

– Если все это правда, тебе стоит написать книгу. А лучше две. Нет, десять, двадцать! – с большим энтузиазмом произнес Пушкин. – Такого даже у меня не было! Предотвратить войну, спровоцировать войну… Это. Просто. Интересно.

А у меня аж горло пересохло. Чан тоже герой. Когда история дошла до него, тот начал вставлять свои кусочки и рассказывать во всех красках что и как он делал.

Правда, и у него, и у меня хватило ума, пока что, не упоминать про царя обезьян. Пусть себе живет спокойно и наслаждается дарами монахов.

– Ладно, пошли, – хлопнув по столу, сказал Пушкин и первый направился на выход.

Я не стал уточнять, куда он намылился. Но цель примерно ясна.

– А мне? – поднял руку Чан как в школе.

– А тебе? – задумался Пушкин. – Хмм… Можешь отдохнуть. У тебя нестабильное хранилище. Еще чуть-чуть, и прямо в рай.

Пока мы шли по коридорам на улицу, нам то и дело попадались солдаты. Каждый отдавал честь, некоторые просто здоровались с ним за руку. Были и те, кто показывал отчеты на границе. В целом, сейчас ситуация немного нормализовалась.

Еще ему позвонили, и Александр Сергеевич долго угукал. Потом похихикал и выключил.

– Ну вот. Теперь у китайцев будет чуть больше проблем, – многозначительно сообщил он, убирая телефон в карман.

– Не поделитесь?

– Да чего там? Настенька Романова приехала из Австралии с подмогой, – довольно сказал Пушкин. – Сейчас большую часть атакующих войск отправляют в другую сторону, чтобы не дать ей пройтись по стране.

– Кстати, хотел все спросить, – я попытался более понятно сформулировать вопрос. – Почему китайский император молчит? Сколько там был, ни разу его не видел.

– Этот вопрос не только тебя беспокоит, Миша. Вот заскочил бы в Императорский дворец, и все бы узнал.

– Была мысль, но быстро отпала. Все же китайский дворец, не османский. Туда одному не залететь. Пока что… – хмыкнул я.

– И то верно, – вздохнул он. – Да, кстати, а ты взял с собой ту шкатулку с гребнем, которую я подарил на свадьбу?

– Признаюсь, забыл, – пожал я плечами. – Все в суматохе… Там перед отъездом на мое поместье напали… В общем, неважно.

Пушкин немного расстроился. Вообще у него очень изменчивое настроение. Уж не понятно, так на него влияли сражения с Китаем или постоянное капанье на мозги от Арины Родионовны, но он менялся в лице по нескольку раз за десять минут

– Эх, жаль, я б с тобой бы прогулялся до места, – произнес он. – Хотя там может быть всякое.

Я и сам понимал, что сделал глупость. Эти предметы не так много места занимают в рюкзаке, и уж среди презервативов и гематогенки им бы отдельный уголок нашелся. Все же меня не покидали мысли о том, что если Марина Кузнецова жива, то, возможно, с ней случилось то же самое, что и с Захаром. И это вообще не хорошо. Все же я понимал ценность рода Кузнецовых, как в историческом плане, хоть и немного забытом, так и в формировании основы для нынешней политики.

Владимир Кузнецов оказал большое влияние не только на Петра, но и собрал команду, которая в нужный момент готова охранять и защищать жителей всего мира.

Мы вышли на задний двор, где располагались несколько казарм, оружейные и большое поле. Все, что надо для тренировочной площадки. Тут бегали солдаты, в стороне у стрельбища объясняли, как обращаться с огнестрелом. С другой стороны разъясняли зеленым новобранцам, как пользоваться холодным оружием.

– А это кто? Новенькие? – поинтересовался я у Пушкина.

– Ага. Все добровольцы. И это лишь малая часть, которую ты видишь, – объяснил Александр Сергеевич. – Как только сюда вторглись китайцы и уничтожили ближайший к границе город, многие жители Кореи решили взять в руки оружие и защищать родину. Сильно, смело, отважно. Правда, эти совсем зелень. Большинству нет и двадцати. Но мы их и не будем пихать в гущу. Там и так сейчас все отлично!

– Нахимов, я так понимаю, у восточного моря? – уточнил я. Мне еще к нему двигаться.

– Верно понимаешь.

Пока мы болтали, Пушкин прошел в центр большой площадки, по дороге взял охапку копий и воткнул в землю.

– Готов?

– К чему?

– К уроку. Ты же хотел научиться масштабной защите?

– Я думал, вы объясните, как это все работает…

– Ах да, – хлопнул он себя по лбу и, сложив руки рупором, громко заорал на весь стадион: – А ну, все разошлись!

Судя по тому, как командиры моментально отвели солдат с поля и окрестностей, Пушкин не первый раз устраивал что-то подобное.

– Точно!

Правила оказались просты. По сути, это всего лишь игра без названия. Моя задача – оставить любой видимый след на его половине поля. А Пушкин попытается связать мне руки.

Мы разошлись по своим половинам.

– Атакуй всем, чем хочешь, – крикнул Пушкин. – Без ограничений!

– Давай откроем протокол? – появилась маленькая Лора в костюме чертенка и кольнула трезубцем мне в ухо.

– Никакого протокола! – взбунтовался я.

– Чего ты сказал? – крикнул Пушкин. – Повтори, я не расслышал. Протокол?

– Не! Я сказал, что местному садовнику понадобится валидол!

После чего атаковал простыми заклинаниями, изредка их комбинируя и нападая с разных сторон. Даже Болванчик мне помогал. В какой-то момент в дело захотел вмешаться и Посейдон.

Александр Сергеевич просто стоял на месте и ухмылялся. Все мои атаки разбивались о невидимую стену. Не было ярких вспышек, пассов или напряга со стороны Пушкина. Он даже сел на траву и стал чистить ногти. А я продолжал атаки.

– Не могу, – серьезно сказал Посейдон и разочарованно затек во фляжку.

– То есть как?

– Он закрылся защитным полем даже область под землей.

– Лора?

– А что Лора? Он прав. Все. Защита. Поле. И все такое.

И как он это делает?

– Да хрен его знает, – беспечно пожала плечами Лора. – Я сегодня ленивая

И как ни в чем не бывало, улеглась на траву.

Краем глаза заметил, что наша тренировка с Пушкиным привлекла немало внимания. На трибунах столпились солдаты и их командиры. Тут были и маги – такие же пестро одетые как и в Китае. Я бы даже сказал, что еще более безумно. Всем было любопытно, что же мы тут делаем. И Хана проснулась и спустилась к нам.

– Ладно, хватит, – поднял руки Пушкин. – А то вся энергия закончится.

Если честно, до этого еще было далеко, но все же я потратил немало сил на то, чтобы выполнить это упражнение.

Я осмотрелся. Зрители сидели, затаив дыхание. Особенно магическая часть. Все понимали, что увидели высший пилотаж, и надо запоминать все приемы и движения, чтобы потом повторять. Хотя это вряд ли.

– Запомнил? – спросил Пушкин, когда подошел ко мне.

– Эмм, нет. Я вообще не понимаю, как вы это делаете.

– Чему вас там учат в КИИМе? Вспоминай основы. Что там говорится? Представь заклинание, верно? Чем детальнее, тем лучше.

– Так-то оно так, – кивнул я. – Но не только же в этом дело. Так бы я и сам смог нафантазировать защитное поле.

– Ага, – кивнул Пушкин. – Еще дело в предрасположенности. Но, как мне известно, ты этими ограничениями не страдаешь… Хех, совсем как Володя… Ладно. В общем. Смотри. Просто представить невидимую стену – это половина дела. Так ты будешь тратить огромное количество энергии. Но что если, усилится только та часть, в которую попадает атака? Не нужен большой радиус защиты. Достаточно маленькую, но твердую песчинку. И чтобы это работало автономно.

– Ничего не понятно, но очень интересно, – признался я.

Лора так же была в недоумении и внимательно слушала, сидя рядом на траве.

– Представь купол, а под ним в нескольких миллиметрах еще один, – он нарисовал на земле схему. – Представь, что первый купол, это просто сигнализация, оповещающая, куда ударит снаряд. А вот второй купол концентрирует в нужной точке энергию.

– Как ПВО? – обратился я к Лоре.

– Как ПВО!

Пушкин продолжал рассказывать основы предрасположенности еще час. Было сложно, но я понял. Мы даже попробовали повторить. Сперва делали простую стену. Ни о каком куполе речи не шло.

Самым сложным оказалось представить две стены как можно ближе друг к другу. Если они пересекались, то ничего не получалось. Атака проходила.

Только к вечеру мне удалось более-менее оградить два метра перед собой. Голова болела страшно. Магические каналы трещали. Лора психовала, что у нее тоже не получается построить нужный образ. Да я и сам пробовал это сделать.

– Так, все! – хлопнул в ладоши Пушкин. – Спать! Основы ты получил. Дальше дело за тобой. Завтра поедем к восточному морю. Передам тебя нашему адмиралу.

Мне показали комнату для ночлега. Умывшись, я лег.

– Что, не можешь уснуть? – хихикнула Лора. – Я-то знаю. Может, потренируемся?

– На улице. Мне надо выучить эту защиту как можно быстрее.

Провалявишсь час в кровати, я все же встал, нацепил штаны и пошел на площадку.

Ночью там никого не было, так что мне никто не мешал. Сперва отработать то, что я делал в самом начале, постепенно усиливая заклинание. Потом сконцентрировался на месте удара.

Нет, не так. У Пушкина получалось все автоматически. Но как?

– А ты чего не спишь? – услышал я женский голос.

Хана стояла с бутылкой воды и с удивлением смотрела на меня.

– Не спиться. А ты?

– Тренировки. Надо держать себя в тонусе, – она шлепнула себя по ляжкам. – А то закроешь глаза и оп! Уже раскоровела.

Она села рядом на траву и посмотрела на небо.

– Красиво… Не возражаешь, если я просто тут посижу, посмотрю, как ты тренируешься.

– Да без проблем.

Так мы и пробыли до самого утра на стадионе. Хана смотрела, как я пытаюсь сам себя атаковать и блокировать. И уже под утро просто уснула на траве. Пришлось взять ее на руки и отнести в здание. Надо было видеть глаза дневального, когда я внес спящую девушку на руках.

– Эмм, доброе утро… – произнес он смущаясь.

– Да расслабься, она просто уснула! – попытался я отогнать странные мысли у парня, но тот только глупо улыбнулся и кивнул.

Хана все же проснулась и сперва странно посмотрела на меня, потом на дневального. Ее брови сдвинулись.

– Миша, отпусти меня, – требовательно сказала она. – Ты чего удумал?

– В смысле! – опешил я. – Ты уснула на траве, я понес тебя в твою комнату!

– А-а-а, – вспомнила она. – Точно, я же уснула.

Мы распрощались и пришлось вернуться к себе в комнату. Там я снова помылся, затем за мной зашел солдат, чтобы пригласить в столовую.

Там меня ждал Пушкин. Весь его стол был заставлен едой. Что ж, я готов, ибо для больших габаритов нужно много топлива. Даже страшно представить, сколько бы он ел в КИИМе.

– О! Мишаня! Проходи, садись. Ну как? Мне уже рассказали. Знаешь, сплетни в армии быстро распространяются. Особенно среди главных.

– А вы главный?

– Я? Нет, ты что! – отмахнулся он куриной ножкой. – Я так, советник, главный убиватель, и просто поэт…

– Ой, ну не похвалишь, никто не похвалит, – подколола его Лора. Жаль, что он этого так и не услышал.

– И что же вам рассказали?

Все же мне тоже приходилось иметь дело со слухами в армии, и, честно сказать, это не самое достоверное, что есть в жизни. Если играли в испорченный телефон, то прекрасно поймете меня.

Но меня тревожила репутация Ханы. Я то уеду, а ей потом припомнят.

– Ну… – протянул Пушкин. – Тебя видели, как ты выходил из ее комнаты в одних трусах.

– ЧЕГО?! – вскочил я. – Что за бред?

– Воу-воу! Ты посмотри, как завелся! Есть что скрывать? – прищурился Пушкин.

Вот же провокатор!

Так и знал, что солдат разболтает. А остальные еще и приукрасят. Но чтоб настолько быстро? Это уже за гранью добра и зла.

– Я щас, – встав из-за стола, я вышел из столовой.

Найти того дневального не проблема. Он так же стоял на посту.

– А ну, пойдем со мной, – бесцеремонно сказал я.

– Не положено! Я на посту.

Ага, значит, он уже готов. Ладно.

– Что ж, – я отвернулся от него к стене и щелкнул пальцами.

Болванчик моментально спроецировал изображение на стену и показал видео, где я тренируюсь на поле, а Хана спит на траве.

– И? – невозмутимо ответил тот. – Что с того?

– Хм… – я призадумался. – Что скажут твои товарищи, узнав, что ты балабол. Запись-то есть?

– И что? – пожал он плечами. – Я ничего такого не говорил.

– Вот падла. Врет и не краснеет. Корейская морда! – возмутилась Лора.

– Парень, тебе этого не надо, – предупредил я.

– Чего? Я был на посту, – пожал он плечами.

Непонятно, зачем ему это нужно? Пощекотать нервишки? Адреналина мало? Захотел унизить гостя, и Хану в придачу?

Ладно. Будет тебе адреналин. Да еще какой!

Вернувшись в столовую, я подсел обратно к Пушкину.

– Александр Сергеевич, вы в курсе, что мой питомец имеет официальное разрешение выступать уликой? – спросил я.

– Да, что-то такое мне говорил Горький, – кивнул тот, закинув в рот пельмень.

– А вы можете собрать весь личный состав?

– Зачем?

Кажется, Пушкин заинтересовался таким необычным предложением.

– Хочу, чтобы те, кто подрывает моральный дух, получили по заслугам.

Александр медленно отложил тарелку и скрестил пальцы.

– Миша, ты понимаешь…

– Кто должен получить по заслугам?

Неожиданно появилась Хана. Вот уж кто сейчас не должен тут быть, так это она.

И чего она точно не заслужила, это подобных сплетен! Закрутить роман на одну ночь с гостем, это в высшей степени непозволительно для девушки в армии. Особенно, если она командир на довольно высокой должности. И распускать про нее сплетни – это верх идиотизма.

– Да так, не бери в голову, это наши…

– Командир!

Блин! А Ли Мен Сон откуда тут взялся!

– Командир! – с выпученными глазами он схватил Хану за плечи. – Это же не правда? Вы же не могли переспать с Михаилом?

– Что? – удивилась она. – Что за бред. Кто это сказал?!

– Уже все в курсе…

Так, пора это заканчивать и выводить подлеца на чистую воду. Но хотелось сделать это как можно красивее.

– Так, все успокоились! – сказал я. – Александр Сергеевич, так это возможно?

– Разумеется, – улыбнулся он, как чеширский кот. – Все будут на улице через пятнадцать минут.

– Замечательно. Только должны быть все. И дневальные и те, кто в расположении. Это не займет много времени.

– Да без проблем. Только внешний периметр оставлю, – кивнул Пушкин. – Местные командиры слушают меня, как божество.

Он встал и пошел сообщать все необходимое.

Все же, хороший он мужик. Ему тоже интересно, чем закончится эта маленькая провокация. Для него это не составляло большого труда. Да и он единственный, кто мог заставить командиров выгнать всех на улицу. Меня бы не послушали.

– Миша, что за нафиг? – удивилась Хана.

– Прости, но у вас некоторые солдаты с гнильцой. Надеюсь, ты не против, если ребята увидят, как ты спала на траве?

– Да а чего такого? Мы все через это прошли… – пожала она плечами. – Да и меня ни раз будили, когда я засыпала на стадионе… Но что они такое говорят?

– Сейчас все поймешь. Пошли.

Как Александр Сергеевич и обещал, через пятнадцать минут все расположение было на улице. Я специально проверил, чтобы тот самый парень тоже присутствовал.

Стоит и продолжает трепаться. Что ж.

Удобно, что все стояли напротив стены. Я усилил голос энергией и вышел вперед.

– Господа солдаты. Тут слушок прошел про одного из ваших командиров и меня, – многие начали озираться, делая вид, что не понимают о чем речь. – Но, к сожалению, для клеветника, у меня есть записи, которые документально могут послужить доказательством. И после просмотра, вам остается решить: верить дальше этому человеку, или нет. Все же подрывать авторитет начальника очень некрасиво.

После этого Болванчик включил проекцию на стену. Все было отлично видно. Лора даже время подставила.

– Давайте мы немного перемотаем… – громко сказал я.

Вот Хана уснула. Вот рассвет. Вот я беру ее на руки и несу мимо того самого дневального. Все было записано одним кадром. Хана просыпается, и мы расходимся по спальням.

Повисла тишина, и многие повернулись к дневальному. Ко мне вышли другие начальники вместе с Ханой и Пушкиным.

– Солдат Ван Ту Сри, выйти из строя! – рявкнул его командир.

После того, как он подошел к нам, я попросил слово.

– Этот человек нагло соврал мне в лицо, сообщив, что ничего подобного не говорил. Что ж, думаю, тут есть те, кто в курсе…

Я через Болванчика определил аж десяток. Найти их было не сложно. Глазки бегают. Ручки в карманах.

– Ага, вон те ребята! – я ткнул пальцем в нужных ребят. – ВОт значит, как вы принимаете гостей с фронта? И много вас таких, кто не проверив, верят всему? На будущее, думайте, прежде чем говорить непроверенные факты!

– Ну что! Ван! Так и будем молчать? – навис над ним командир.

– Не ожидала от тебя такого, – произнесла Хана.

– П-простите! – ударился тот в слезы.

– Фу, он еще и разрыдался, – сплюнул Пушкин и отошел на пару шагов назад.

Остальные солдаты начали шушукаться и смеяться над плаксой.

– Что ж, на сегодня все свободны! – похлопала в ладоши Хана. – Все на посты! Представление окончено!

Глава 6. Еще чуть-чуть потерпеть.

г. Широково.

Кабинет директора КИИМа.

Промозглое серое утро совсем не поднимало настроение Алексею Максимовичу Горькому. Ох уж эта проклятая осенняя хандра! Ничего не радовало директора в последнее время.

Так еще и новости были не самые приятные. То Петр решил объявить войну Монголии, и хорошо, что она, вроде как, разрешилась. То вампиры появились в Валахии. Вот уж лучше не придумаешь. И ладно бы европейцы сами могли справиться. Но нет. Пришлось Чехову отправить свою гвардию на выручку. Так еще и Кутузов застрял с Лермонтовым. Но и без того проблем полно. Китай вдруг решил, что хочет дать ответ Российской Империи и защитить алтарь хаоса, который наверняка есть у них. И теперь они хотят захватить Корею и Японию.

Но Горькому что-то подсказывало, что уж Японию им вряд ли получится взять.

Да и без этого в институте куча проблем. Звездочет с Ермаковой и со студентами двинулись в сторону Китая. Там была странная аномальная вспышка, предвещающая сильный прорыв. Пусть сходят, хуже не будет. Тем более состав они набрали, мягко скажем, не слабый.

Взяв со стола чашечку крепкого кофе, Алексей Максимович подошел к окошку. Серое небо давало понять, что не стоит ожидать сегодня позитива. Лучше погрустить у себя в кабинете. Принести побольше кофе и с печальным видом пялиться на студентов внизу.

Но как бы ни хотелось директору послушать внутренний голос, у него были обязанности. И с недавнего времени их стало чуточку больше.

После разрушения еще одного института магии, часть учеников переметнулась в КИИМ. Но не это было проблемой. Все же новые ученики это новые маги-истребители, которые в будущем будут опорой страны. И чем они станут лучше, тем легче стране, да и скарабеи будут в безопасности.

Но! Проблема оказалась в родителях новоприбывших студентов. Каждый хотел выдвинуть как можно более комфортные условия для своей деточки. Все же они до этого учились в элитном институте, а тут приходится делить аудиторию с простолюдинами.

На резонный вопрос директора, почему тогда они перевелись в КИИМ, а не в другой институт, например, в Московский, ему ответили, что мест там нет, да и дорогое это удовольствие. В общем, нужны условия получше. И желательно, чтобы простолюдины учились отдельно.

Конечно, Горький их всех дружно послал, выдвинув ультиматум. Или они забирают своих детей и образовывают самостоятельно, или оставляют и не учат его, как руководить институтом.

Конечно, не все были довольны подобными словами. Все же среди родителей много влиятельных аристократов.

Самый крикливый пояснил Горькому, что у него есть связи и выход на царя. И что стоит ему только сделать звонок, и эту “конторку” закроют. Горький предложил тут же набрать Романова. Оказалось, мужчина не врал. Он был каким-то там начальником отдела при Канцелярии. Или что-то подобное. Этот смельчак даже поставил звонок на громкую связь.

– Слушаю, Виктор, – уставшим и напряженным голосом ответил Петр Романов. – Что-то срочное? Говори быстрее.

– Эм… Ваше величество, я глубочайше приношу извинения, что потревожил вас в столь нелегкое время, но в связи с уничтожением института, в котором учился мой сын, мы перевели его в КИИМ. Но Алексей Максимович Горький, директор, не хочет идти на компромисс. Ставит условия, не собирается немного изменить правила. Все же я считаю…

– Помолчи, – произнес Петр Петрович. – Витя, ты сейчас серьезно?

– Ваше величество… Это довольно важный вопрос касающийся будущего всей страны.

Горький в это время сидел напротив и слегка улыбался.

– Ты мне позвонил, чтобы я, как твой придворный пес, уладил все твои дела и устроил жизнь твоему сыну в институте как в сказке?

Голос Романова звучал спокойно, вот только даже у Горького побежали мурашки по спине.

– Я…Я…

– Горький рядом?

– Да, Петр Петрович! – крикнул директор.

– Леша, напомни, у вас же простолюдины учатся?

– Да.

– Отлично. С сегодняшнего дня у вас будет на одного простолюдина больше, – и царь положил трубку.

После позвонили юристы крикливого дядечки и сообщили, что он уволен одним днем с должности, и все активы рода прекращают деятельность.

Горький прекрасно понимал, что необходимо царю и каких людей он не терпит. Так что одним зарвавшимся аристократом меньше, и очередным молодым магом в институте больше.

Глупо было испытывать терпение царя. И уж что точно он не любил, так это когда его используют в личных целях. Тогда кара будет незамедлительной. Наплевать, кто ты и какого статуса. Царь не должен решать мелкие вопросы, тем более по блату. Он расценил это как неуважение и принял меры незамедлительно. Плюс еще и наложились внешние проблемы…

Но все же такие короткие приступы удовольствия были редкостью в последнее время. Все чаще Горький скучал по тем временам, когда его самой большой проблемой была организация Универсиады, или очередной прорыв. Когда же все покатилось с горы? Не понятно.

Неожиданно его размышления прервал стук в дверь.

– Входите, – устало выдохнул директор и сел в кресло.

На пороге показался Валерьян Валерьевич Старостелецкий. Еще один человек, который в последнее время только расстраивал Горького. Но в отличие от остальных к нему стоило прислушиваться. Все же главный эксперт по Зонам.

– Алексей Максимович, позволите?

– Входите, чего уж, раз пришли, – махнул директор на стул напротив. – Присаживайтесь.

– Спасибо.

– Ну, с чем пожаловали? Только, пожалуйста, не говорите, что с плохими новостями? – взмолился директор, посмотрев на преподавателя. – Что там опять? Прорыв? Дикая Зона расширяется? Метеорит на нас летит? Что?

– Да я бы не сказал, что плохие… – Старостелецкий почесал затылок. – Просто вот, – и положил документы перед директором.

– Хм… – Горький быстро пробежался глазами. – А как так? Хотите сказать, что прорыв, который начался ближе к Китаю, сейчас сдвинулся к Корее? Это что за миграция тварей?

– Сам не понимаю, но факты говорят вот это, – Валерьян Валерьевич постучал пальцами по бумагам. – Прорыв будет в Корее.

– И что же так провоцирует Дикую Зону? – задумался директор и повернулся к окну.

– Позвольте предположить… – кашлянул Старостелецкий. – Но это только моя теория. Она не претендует на достоверность…

– Да говорите уже.

– Что-то или кто-то концентрирует большое количество энергии. Возможно, это какой-то новый источник энергии. Как будто накопитель… Не могу точно сказать. Но он довольно большой, если Дикая Зона на него реагирует. Это что-то новенькое. Понять бы, что это.

– Что ж… разбирайтесь, Валерьян Валерьевич, – кивнул директор.

– Да я не только ради этого к вам пришел. Нашим ребятам надо сообщить!

Горький вздохнул, сделал глоток и погладил переносицу.

– Все передам, Валерьян Валерьевич, все передам…

Как только профессор удалился, Горький достал мобильный и набрал номер.

– Алло, Сергей Александрович, здравствуйте, не заняты? Я бы хотел поинтересоваться, ваш старший сын сейчас свободен?

***

Неприятный инцидент замяли. Командиры сказали, что подобные случаи редки, но все же случаются. Такие люди есть в каждом подразделении.

Что это? Зависть, гордыня или просто хочется повыеживаться перед сослуживцами? Непонятно, но теперь этот смельчак будет жалеть, что решил пораспускать слухи.

Однако, когда мы сидели в комнате с командирами, этот бедолага все же пришел и принес извинения. И наверное, это бы подействовало, вот только я знал, что искренности в его словах не было ни капли. Просто хотел избежать наказания.

Пришлось объяснять ему, как работает моя предрасположенность. Частично я сам соврал, сообщив, что чувствую ложь. Так что в этой ситуации я просто оказался чуточку круче, чем он.

– А ты когда уезжаешь? – спросила Хана, когда мы втроем с Пушкиным вышли из комнаты и направились на улицу.

– Да, когда? – я повернулся к Александру Сергеевичу.

– Хм… – он посмотрел на часы. – Через час.

– Вот как, – погрустнела девушка. – А я думала, что ты останешься еще на пару дней.

– Прости, но мне надо домой. Слишком много я провел в путешествии, – признался я. – Хочется к жене и близким.

– Ой, понимаю! Конечно!

Я чувствовал, что она хотела что-то еще спросить, но не решалась.

– Ну говори уже, – вздохнул я. – Чувствую, что это не все.

– Когда все закончится, мы с Микой приедем в гости, – зловеще улыбнулась она и погладила ладошки. – Хочу посмотреть на ее парня, хе-хе-хе.

– Милости просим, – заговорщицки улыбнулся я в ответ. – Думаю, она будет стесняться.

– Именно.

Весь оставшийся час я тупо прождал Александра Сергеевича, который собрался немного погостить у Нахимова, но собирался так, будто едет к нему на год. Он собрался два больших чемодана и несколько сумок, которые тащили солдаты.

Чану, как и мне, не надо долго собираться, так как у нас из вещей имелось только оружие и мой рюкзак с остатками презервативов. Хоть тут не спрашивали, что и зачем.

Мы все погрузили в военный автобус и, попрощавшись с Ханой и ее командой, запрыгнули внутрь.

– Что ж, господа, – весело сказал водитель. – Ехать пять часов, так что можете немного вздремнуть, если хотите.

– Отлично! – кивнул Пушкин и вырубился за секунду.

Его поддержал Чан и, откинув голову назад, засопел.

– Ладненько, у нас тоже есть дела, – Лора появилась рядом со мной. – Столько дел, столько дел! Пошли!

И мы погрузились во внутреннее хранилище.

– И чем займемся? – спросил я, матереализовав себе лежак. – Честно, я бы просто отдохнул.

– Звучит заманчиво, – кивнула она, ложась рядом на соседний лежак. – Но давай лучше разберем приемы Чана? Он очень хорош! Особенно в комнате с мебелью!

– Ладно, – заложив руки за голову, кивнул я. – Врубай.

***

– Все, господа, приехали! Конечная! – произнес по громкой связи водитель.

– О! Моя остановочка! – моментально проснулся Пушкин и свеженький вскочил с места.

Я выглянул в окно и увидел море. Огромное количество кораблей Империи стояли в порту, еще больше курсировали на горизонте. Иногда я видел огромные щупальца, которые не трогали ни один наш корабль.

– Кажется, Игорь подрос, – сделала вывод Лора. – Надо будет похвалить Свету за это.

– Мне кажется, это заслуга ее отца, – предположил я. – Вон как вымахал. Потом надо сравнить с Аркадием. А то вдруг, и моего стоит отправить на сборы к Нахимову.

Нас встретил целый кортеж. Самого Петра Борисовича я не наблюдал, зато нас встретил старый знакомый, с которым мы плавали в Японию, Ушаков Федор Борисович.

– Добрый день, господа! – адмирал сделал легкий поклон и пригласил всех сесть в машины. – Мой брат хотел бы с вами побеседовать.

Что ж, я тоже бы хотел с ним побеседовать. Да и выбора у меня не было. В машине Пушкин рассказал, что возможно, отправиться в Египет к одной старой знакомой, но это еще не точно.

– А как же защищать границу Кореи и Китая? – спросил Чан.

– Сейчас у Китая немного другие проблемы. Как я уже говорил, сейчас флот Австралии вместе с Настей приплыли на помощь. Она займется поисками Императора и алтаря, – пояснил Пушкин. – Моя помощь больше не нужна. Хана, эта потрясающая девушка, неплохо справляется. Да и китайцы потихоньку заканчиваются.

– Но вы же чувствовали, что в большей части солдат был хаос? – спросил я.

– Конечно, – кивнул тот. – Но теперь большая часть зараженных как раз направилась к Анастасии Петровне, а у Кореи осталась шелупонь. Все же защитить свою страну гораздо важнее, чем вторгнуться в соседнюю.

Не скажу, что доехали мы с ветерком, но в комфорте. Я даже поинтересовался, что это за машины такие. На что Ушаков ответил, что это техника рода Нахимовых.

Вот и славненько. Может, попросить у него несколько таких машин. Конечно, не бесплатно, но со скидкой, по старой дружбе? Данила будет только рад. А если Наташа уже разгадала секрет летающей машины, то в такие поставить было бы самое то.

– Сейчас Петя в порту работает, – пояснил Ушаков. – Вот и не смог вас встретить. Хотя признаюсь, я был удивлен, когда увидел, как он обрадовался вашему приезду. Видимо, вы хорошо ладите.

– Да не жалуюсь, – кивнул я. – Он хороший мужик.

Брат Нахимова не ответил, и многозначительно закатил глаза. Кажется, он был со мной не согласен.

Хотя меня это не сильно удивило. Адмирал флота должен быть строгим начальником. Его приказы должны быть выполнены без тени сомнений. И не важно, кому отдавать приказ: своему брату или сослуживцу. Таковы правила.

Приехали к береговой линии. Пока солдаты разгружали вещи, мы с Александром Сергеевичем и Чаном проследовали за Ушаковым в командный пункт.

– Петр Борисович, – постучался он в дверь. – К вам гости!

Мы прошли в огромный кабинет. Конечно же, в углу стоял мини-бар. Почти все пространство занимал Т-образный стол, за которым у окна, в окружении морских карт сидел сам Нахимов.

– О! Голубчики! Вы посмотрите! Миша, сколько лет! Как будто вечность прошла! – он буквально вылетел из-за стола и заграбастал меня в объятия. – Ты посмотри, какой важный! Уже князем стал! Ну вообще красавец! А возмужал! Вообще мужиком стал!

– Это я просто устал, – пробубнил я, пытаясь выбраться из его хватки.

– Да ладно тебе! Слышал я, как ты там отдыхал! Столько шуму поднял! Да еще и умудрился как-то выбраться из всей этой заварушки! Не ну сильно! – он повернулся к Пушкину. – Александр Сергеевич, прошу прощения за столь эмоциональное приветствие, но этого парня я очень рад видеть! Ух!

– Просто я привез ему небольшой презент… – шепнул я Пушкину.

– Я все понимаю, Петя, – кивнул тот. – Я тоже рад видеть этого сорвиголову! У меня даже появилась пару мыслей, которые стоит записать.

– А я о чем? – довольно вздохнул Нахимов и посмотрел на Чана. – Простите, мы с вами не знакомы… Ну как. Я точно видел вас в кино. Люблю хорошие боевики! Особенно “Пьяного мастера”! О, это вообще шедевр!

Чан, который скромно стоял за нашими спинами, приосанился и поклонился.

– А первая или вторая часть?

– Вторая, – развел руками Нахимов. – Мне показалось, что там полностью раскрылся ваш потенциал.

– А вы знаток, – деловито кивнул Чан.

– Так, ну проходите, – адмирал показал на стулья и повернулся к сопровождающим. – Остальные – вон.

Мы расселись по местам, Нахимов занял свое место.

– Итак, что мы имеем, – начал он. – Миша, тебя мы отправим домой, с этим проблем не будет. Ты сделал и так очень много. Александр Сергеевич…

– Да, – кивнул тот. – Думаю, мы с тобой, Петя, попозже все обсудим. Разговор долгий.

– Без проблем, – кивнул он и уткнулся в карты. – Так, что у нас сейчас свободно… Несколько кораблей движутся к восточному побережью. Хотят помочь австралийцам…

Дальше он закатил лекцию по военному дела на полчаса. Не скажу, что было интересно или познавательно. Мне эти знания не особо пригодятся, так что я слушал фоном.

Но вся суть беседы была в том, что Пушкин поплывет на корабле, так что просто подбирался самый удобный маршрут. Так же его корабль будет сопровождать Игорь, а оттуда вернется через Черное море к своей законной хозяйке. За это время у них с Нахимовым общение наладилось.

– Так, с делами закончили, – хлопнув по столу, сказал Нахимов и хитро посмотрел на меня. – Мне передали, что у тебя есть кое-какой презент…

– Хех, еще бы! – улыбнулся я и поставил на стол одну из китайских бутылок. – Это вам. Но предупреждаю…

Я даже договорить не успел, как на столе появилась маленькая хрустальная рюмка. Пробка вмиг вылетела, и рюмка наполнилась.

– Попробуем-с…

Мне показалось, он подошел слишком серьезно к этому делу. Даже на карты Нахимов не смотрел с такой щепетильностью.

Покрутив рюмку на свету, он сделал глоток.

– Удачи… – тихо произнес Чан, осознавая, что там за пойло.

У Нахимова на мгновение увеличились зрачки, и на секунду он потерял контроль над энергией.

– Ох, нихрена же себе… Это опасная штука! Она способна уничтожить все живое! Это лучшее пойло! – радостно воскликнул Нахимов, но бутылочку все же закрыл.

Еще десять минут я получал благодарности за подарок, и адмирал лично решил проводить нас с Чаном на корабль, который и доставит нас домой.

– Ну наконец-то, еще чуть-чуть, и мы на родной земле! – воскликнула Лора, когда мы остановились у трапа.

Рядом с нами встала военная машина, и из нее выскочил солдат.

– Товарищ адмирал! – запинаясь, он отдал честь. – Прорыв! Тут прорыв!

– Что? – удивился Нахимов. – Как прорыв? С какой это стати?

– Мощный! Ближе к побережью!

Нахимов многозначительно посмотрел на меня. На Чана и на Пушкина.

– Господа… Я вас не заставляю…

– А я заставлюсь! – улыбнулся Пушкин и хрустнул костями.

Я же был более скептичен. Тратить время еще и на прорыв мне не сильно хотелось, но я понимал опасность, так что выбора не осталось.

– Придется немного задержаться.

Глава 7. Корыстные корейцы.

г. Широково.

Поместье рода Кузнецова.

Погода в Широково нынче не радовала – моросил противный дождик, а ветер пронизывал до костей. Даже рыцари надели спортивные костюмы, чтобы заниматься по утрам. Это вообще что-то новенькое.

Обычный день Трофима начинался с построения, Потом гвардейцы бежали марш-бросок, потом военная подготовка и тактика. А дальше надо заниматься делами по дому. Все же пыль сама себя не протрет, да и мелкие дела никто не отменял. Специфичная работа доставляла определенные трудности.

Сперва требовалось проверить Любавку. Хоть она и жила в отдельном ангаре, но кушала со всеми за одним столом. И для этого ее надо разбудить и помочь умыться. Потом Трофим шел на прогулку с Кицуней и заодно проверял японский квартал. Далее проводил проверку систем безопасности и много чего еще.

В общем насыщенный день и даже более.

Боря однажды его спросил, как он за всем успевает следить, на что тот ответил:

– Тщательно спланированный день помогает найти время для отдыха!

И так оно и было. Мальчик частенько видел Трофима то на кухне за чашечкой кофе, то в гостиной перед телевизором, по которому шла его любимая криминальная передача. Но это уже совсем другая история.

Сегодня у помощника главы рода намечалась поездка в город вместе с Марусей. Необходимо купить еды, сдать документы, которые подготовила Надя для суда, и прикупить тканей и материала. Любавка пообещала, что сама сошьет всем зимнюю одежду. А это куда экономнее, чем покупать готовую. В свое время это очень обрадовало Надю. Так что даже в городе дел было полно.

Оба проснулись раньше всех, быстро позавтракали и взяли машину, чтобы не тревожить Данилу. У него скоро поездка в Москву на очередные соревнования, так что он тоже весь в делах.

Пока они ехали, из магнитолы голосили на все лады. Новости сыпались одна другой интересней, однако Трофим постоянно морщился. Когда дошли до Валахии, он вовсе выключил устройство.

– Отвлекает, – только и сказал он.

Остаток пути до супермаркета оба проделали в тишине, но уже в зале, когда Трофим толкал тележку мимо прилавков, подхватывая один товар за другим, Маруся не выдержала:

– Слышал про Валахию, когда мы ехали? – осторожно спросила она своего молчаливого коллегу. – Там, кажется, творится что-то интересное…

Хмыкнув, Трофим сощурился на огромный список покупок, сформированный исходя из пожеланий всех жителей поместья. Чего там только не было.

– Наверняка, но это не наша забота, – наконец ответил управляющий, не отвлекаясь от своего занятия. – Я звонил Валере, и он сказал, что Эль все устаканил.

– Эль? Устаканил? Но он же…

– Хозяин нескольких сотен вампиров, которые готовы ради него глотку перегрызть. Во всех смыслах.

Маруся напряглась.

– Что же это?! Только вампиров нам не хватает! – сказала она излишне громко, и покупатели обернулись на парочку. – Они по-любому не умеют закрывать рот, когда едят! А еще кровь не отмывается с белой ткани.

– И это слабо сказано, – хмыкнул Трофим, зависая в отделе с инструментами. – Черт, даже как-то завидно…

– Завидно? Тоже хочешь пить кровь и… быть вечно молодым?

Последнее она произнесла с едва слышным придыханием. Покосившись на себя в зеркало, Маруся потупила глаза. Да, она была все еще хороша, но вот в молодости…

– Нет, я про путешествия, – отмахнулся Трофим. – Все разъехались – Эль в Валахии, Валера в Москве, Михаил… он вообще черт знает где! А я все чаще думаю…

– Неужели?! – прижала ладонь ко рту Маруся.

Трофим повернулся к ней, молча сверкнул глазами и толкнул тележку в соседний отдел с тканями, где списком завладела уже кухарка. Выбирать материал следовало очень осторожно и вдумчиво, поэтому разговор мигом оборвался. Любавка оказалась крайне придирчивой портнихой, и могла легко забраковать недостаточно прочную ткань.

Когда все было куплено, оплачено и расфасовано по пакетам, Трофим с Марусей загрузились в автомобиль.

– Так о чем ты думаешь? – спросила Маруся своего коллегу. – Хочешь в отпуск?! Ты? Трофим?!

– Да, я Трофим, – кивнул он и завел двигатель. – Однако не раньше, чем вся эта непонятная котовасия закончится. Мы с Наташей хотим куда-нибудь скататься… Например, в Малайзию. Давно мечтаю туда съездить. Сперва хотел один, а тут так получается, что есть компания. Там тепло. Песок, говорят, приятный. Накопления у меня есть, так что…

И не закончив мысль, он тронулся. Всю дорогу до канцелярии суда Маруся промолчала и с отсутствующим выражением смотрела вперед.

– А вы со Алефти… – начал Трофим, но Маруся его оборвала:

– Смотри на дорогу!

И вот они на месте, однако уже в здании им еще изрядно пришлось побегать по этажам. Сначала их повернули и заставили купить бахилы, потом отправили в кабинет 144А за формой А56. Там же выяснилось, что форма А56 давно поменялась на Н78, и им пришлось вернуться за образцом, а оттуда бежать за справкой в помещение Х666 на 13 этаже. Быстро выяснилось, что данного кабинета никто не видел со времен прошлогоднего ремонта, да и этаж как-то впопыхах и заботах бесследно пропал. Случилось это то ли из-за суеверий начальства, то ли из-за ошибок в планировке.

В итоге искомый кабинет нашелся между восьмым и шестым этажами, однако на двери висела табличка “Переучет до 13:30”.

Так что уставшим Трофиму с Марусей пришлось задержаться в кафе и с крайне мрачным видом пить довольно дурной кофе.

И да, по этажам им пришлось бегать по лестнице, ибо лифт тоже был закрыт на “переучет”.

– Решено! – сказала Маруся, поставив на стол недопитую кружку. – Мы с Алефтином тоже поедем отдыхать, когда враги рода Кузнецова наденут деревянный макинтош! В конце концов, мы заслужили отдых!

– Молодец, – кивнул Трофим, и они чокнулись.

Когда же они вернулись, “переучет” в кабинете закончился, однако на двери красовалась табличка 999Х, а под ней значилось: “Закрыто на обед с 14 до 15:00”. На часах был час тридцать три.

Первой не выдержала Маруся.

***

– А ты не слишком?.. – начал Трофим, выруливая к поместью.

Они молчали с того самого момента, когда Маруся выбила дверь ногой и начала разбираться с проклятыми бюрократами уже серьезно. Хорошо хоть сумочку с ножами расторопный Трофим успел забрать себе, а то быть беде. К счастью, при упоминании фамилии Кузнецов все убрали чай с пряниками и начали работать.

– Нет! – хрустнула зубами кухарка и, выдохнув, поправила прядку, выбившуюся из прически. Через секунду она снова была зверски спокойной. – Иначе весь план дня пойдет по известной форме.

– По какой? По форме Н877?

– Именно по ней!

И оба рассмеялись. Вдруг телефон Трофима зазвонил. Прижав телефон к уху, управляющий едва успел раскрыть рот, как его лицо резко посерьезнело.

– Что такое? – спросила Маруся, но тот уже вдавил педаль в пол.

– Нам надо срочно в поместье, – процедил он.

Они проехали ворота и остановились у дверей. Тут же к ним подбежал запыхавшийся гвардеец. Весь личный состав был поднят по тревоге.

– У нас тут растения! Они крушат все подряд!

– Веди! – кивнул Трофим.

Махнув им, гвардеец ринулся к стене. Трофим с Марусей направились за ним. С той стороны раздавался грохот, треск и звучали крики.

Пройдя через проход, они посмотрели в сторону зоны и деревни Угольков. Несколько домов уже были полностью разрушены, а гигантские побеги тянулись к остальным, попутно разрыхляя землю и ломая ограды

Еще чуть-чуть, и случится непоправимое…

***

Сколько раз я уже говорил, что устал? Не физически, а морально. Да, кажется, это называется профвыгоранием. Слишком много путешествий. Я не какой-то там супер крутой шпион или охотник за приключениями. Изначально у меня другая специализация. Крутым магом с большим потенциалом я стал случайно. Честно!

Но все же у меня есть свои принципы. И они заключались в том, чтобы сделать этот мир как можно спокойнее. Еще бы неплохо, чтоб меня не отвлекали от развития и исследований этой реальности! Да, я по-прежнему считаю его той самой заветной мечтой, которая у меня была с детства, когда я зачитывался историями про магию и приключения.

– Какой у нас план? – спросил Чан, когда нас посадили в автомобиль и повезли к границе Дикой Зоны.

– План? – удивленно обернулся с переднего сиденья Пушкин. – Какой план? Разве я похож на человека, у которого есть план?!

Затем вытащил из окна голову и подставился ветру.

– Блин, хороший он мужик! Одобряю! – довольно сказала Лора.

Не скрою, в чем-то она права. Пушкин мировой мужик, которому можно доверить спину. Да и с другой стороны… Ну какой, блин, план при прорыве? В этот момент у тебя только одна задача: убивать всех, кто не похож на человека. Так что я улучил лишний момент, чтобы расслабиться и подготовиться.

– Посейдон, – обратился я мысленно. – Ты еще не разорвал связь с горными источниками?

– Ну… В общем и целом, но такого объема уже нет.

– Сколько?

– Если отпустишь меня сейчас, то будет около сотни литров.

Что ж, он сам выбрал лучший вариант. Открыв окно, я тут же выплеснул его наружу. Чан уже привык к моим странным действиям. Пушкин же цокнул языком и отвернулся.

– Эх, молодежь, – хмыкнул он.

До Дикой Зоны мы доехали без приключений. У входа в распределитель уже толпились сотни магов-истребителей. Всех пропускали, но скорость не ахти.

– В чем проблема? – удивился я, обращаясь к водителю.

– Не знаю. Простите, но мне необходимо ехать.

Не дожидаясь нашего ответа, он запрыгнул в машину и уехал.

– Ну, – расправил плечи Пушкин. – Пошли, наведем шороху на этом бабкином мероприятии!

И он бесцеремонно начал как ледокол прорубать дорогу к проходу. Забавно, что мы оба были на голову выше всех присутствующих корейских магов. Многие возмущались, кричали нам вслед и преграждали путь, но Пушкин не обращал на это внимание и шел, отодвигая мешавших магов.

– Э! Вы не охренели? – толкнул Пушкина низенький и толстый маг.

– О, малышь Дам Дан Дон! – довольно воскликнул Пушкин. – Ты чего, малявка, меня не узнал? – он наклонился к толстяку. – А ты все никак не похудеешь?

– Пушкин? Какого! – но все же отступил на пару шагов. – А ничего, что тут очередь? Все хотят в Дикую Зону!

– И то верно! Молодцы! Хорошие маги! – Александр Сергеевич показал большой палец. – Вот это дух!

– Так что вставайте в конец! Все хотят заработать! – крикнул рядом стоящий маг.

Я немного подзавис. Пушкин проигнорировал их и пошел вперед, прорубая нам дорогу.

– О чем они? – решил спросить я.

– Как о чем? Прорыв. Много монстров. Много магических и потенциально редких материалов. Все же это единственный способ слабым магам сразиться с монстрами из центра Дикой Зоны.

– Да они за бабки пекутся! – воскликнула Лора. – Вот жеж! А я то думала, что тут все патриоты.

– Что ж, в каждой стране есть такие. Даже в КИИМе. Вспомни Трубецкого и его секретный проход в Дикую Зону. Может, он и сейчас торгует нелегальщиной, – сказал я.

В итоге под недовольные крики мы добрались до распределителя. Там растолкали всех и сказали, что нам только спросить и прошли за стену.

Меня тут же накрыло волной эйфории. Все же каждый раз в Дикой Зоне появляется чувство, что тебе море по колено. Энергия восполнялась с двойной скоростью, и Лора начала безостановочно прокачивать каналы и гонять силу по мне и по Болванчику. Сейчас ее поступало больше, чем тратилось, так что я мог позволить себе некоторые вольности с управлением энергии.

– Ну что, господа, – повернулся к нам Пушкин. – Я правильно понимаю, что тут нам делать нечего?

– Совершенно верно, – кивнул я. – Хотелось бы чуть подальше от стены.

– Согласимся, – сказал Чан.

Еще в казарме он взял складную гуань-дао. Удобная вещь. Клинок на конце посоха отстегивался и мог служить как меч. Но это требовало больших навыков владения этим оружием. У Пушкина оказался пространственный амулет, из которого он достал толстенный меч и опустил острием в землю, оставив глубокую борозду.

Я же посмотрел по сторонам. Народу у стены столпилось довольно много. Около двух тысяч точно, если не больше. Болванчик показал, что они тянулись вдоль стены, но почему-то вглубь уходили только единицы. Хотя их тоже можно понять. Не все были высокоранговые маги, и чтобы просто так не умирать, разбредались по округе к мелким метеоритам.

Без лишних слов, мы пошли подальше от стены. И многие решили к нам присоединиться. Все же мы с Пушкиным сильно выделялись в общей толпе корейцев. На нас не было цветастых доспехов, никаких сияющих финтифлюшек и прочего. Однако от нас просто фонило силой, и многие решили, что с нами в центре Зоны будет безопаснее, да и шанс отхватить кусок побольше куда выше.

– Вас это не смущает? – спросил Чан, поравнявшись с нами и намекая на толпу сзади.

– Меня нет, – ответил Пушкин. – Пусть идут, если хотят. Хоть отвлекать внимание будут.

– Меня тоже, – кивнул я. – Чем нас больше, тем легче сражаться с монстрами.

Я не питал надежд на то, что от наших союзников будет хоть какой-то толк. Но и мы не собирались их защищать. Каждый сам за себя. Это не КИИМ.

Первый купол метеорита появился достаточно быстро.

– Ого! На гиганта попали! – заметила Лора. И это правда, он сразу выделялся на горизонте.

– Старый метеорит… – пробубнил Чан.

Рядом располагались куполы поменьше, и народ за нами начал разбредаться по сторонам. Один за другим маги заходили внутрь.

– Ну и мы пошли, – вздохнул Пушкин.

В общем метеорит оказался неинтересным. Монстры в нем были простыми элементалями. Да, мощными, сильными и опасными. Все как обычно. Я бы удивился, если бы нас встретили пушистые кролики.

Закрыли мы купол за три часа. Приходилось прыгать по скалам в поисках метеорита, но скоро мы нашли его и раскололи орешек. То же самое было и со следующим, и со следующим. Я попросил, чтобы мне давали кристалл последним, и после того, как от него запитались Чан с Пушкиным, он целиком пропал в моем внутреннем хранилище.

Мне показалось, что все так и продолжиться, пока Лора не предоставила мне записи с Болванчика, который залетел на пару километров вглубь.

– Так, мужчины, – я остановился, привлекая внимание. – Два километра вперед. Там только что лопнули десятка два метеоритов. Монстры всех мастей и гиганты.

– О! Старые знакомые! – обрадовался Пушкин.

– Разве? – удивился Чан.

– Ага! Долгая история, – кивнул Александр Сергеевич. – Они тогда напали на Скарабей.

Остальные маги-истребители из Кореи также закрывали свои метеориты. Кто-то довольный уходил обратно к стене скинуть трофеи, кто-то подходил к нам.

И первая атака монстров последовала с неба. Когда мы приготовились к бою, в небо поднялись несколько сотен тысяч мелких летающих тварей. Их было настолько много, что они перекрыли свет солнца. Удивительно, что столько существ могут вообще обитать в метеоритах.

Болванчик показал тварей вблизи.

– Это что, ежики с крыльями? – опешил я, увидев зверьков с иголками.

Они активно размахивали перепончатыми крыльями, открывали пасти и формировали энергетические шары, огненные струи и прочее непотребство.

– А я думала, нас уже ничем не удивить! – воскликнула Лора. – Но я хочу одного такого в коллекцию! Миша! Хочу!

Но когда они подлетели поближе, я решил уточнить:

– Ты уверена? Они размером со слона! Нахрен блин!

Пушкин ничуть не удивился, махнул руками и закрыл нас щитом. Чан же пока стоял без дела. Он, как опытный маг-истребитель, понимал свои слабые и сильные стороны и полностью доверился группе.

– Зачем?! – воскликнул Чан.

В ответ летучие ежи спикировали на нас и перед ударом свернулись в колючий снаряд.

– Я передумала! Не хочу такого ежа! – фыркнула Лора.

Глава 8. Старая локация

Любопытство. Вот что меня вело в этом прорыве! Все же новые виды монстров, новые локации и просто интересная битва. Хотелось вернуться в те времена, когда ни о чем не приходилось задумываться. Да, я устал, хочу домой, но как я могу передумать и не погрузиться в сражение? Особенно, когда тебя атакуют огромные летающие ежи?! Кому расскажи, никто не поверит!

Пушкин окружил нас защитным куполом и сел на землю, сложив ноги по-турецки. Чан так же сообразил, что мы пока не будем атаковать, и присоединился к Александру Сергеевичу.

Тем временем, корейские маги вступили в битву. Не скажу, что она велась в одну калитку, но они неплохо справлялись. Все же эти ребята могли оценить свои силы.

Да и я, будучи под куполом, мог пользоваться дистанционными заклинаниями. Как и Чан и Пушкин. Болванчику я открыл полный канал, и теперь вдалеке постоянно появлялись грибы взрывов.

Проблема появилась, стоило пешим тварям подобраться ближе. До нас они не смогли дотянуться – их ошметки стекали по куполу, как морская вода – а вот братьям корейцам пришлось туго. Среди них были барьерщики, но они не могли окружить себя таким же большим полем как мы.

– Ну ладно, теперь и нам пора. Негоже уменьшать количество магов-истребителей в Корее до исторического минимума, – хлопнул по коленям Пушкин и встал.

И тут началось настоящее веселье. С неба падали огромные колючие твари. С земли прыгали какие-то собаки с щупальцами вместо лап. Так еще вся эта братия умела стрелять по нам с расстояния всякими энергетическими лучами.

Пушкин сразу упрыгал к гигантам, оставив нас с Чаном отдуваться вместе с корейцами. И все же эти маленькие ребята молодцы. Они разделились на группы по шесть-десять человек и, построившись в клин, начали уничтожать монстров. Но это все равно капля в море. Большая часть тварей убегала к стене.

Вдалеке упал первый гигант.

– А он довольно сильный мужик, – похвалил Чан Пушкина, орудуя своим оружием, как дирижерской палочкой. – Он твой учитель?

– Один из, – кивнул я. – Нам надо продвигаться поглубже. Там полно метеоритов, которые скоро лопнут. Если не закроем…

– Ни слова больше, – по-геройски выпятил грудь Чан и отбил парочку ядовитых игл.

Но мы двигались не так быстро, как рассчитывали. Мне приходилось использовать весь арсенал убойных масштабных заклинаний. Болванчик даже устал взрываться, но имеем, что имеем.

***

Корейская команда “Орлиное гнездо”.

Группа из шести магов-истребителей встала в круг, поставив в центр лекаря и дальника, и удачно отбивала атаки монстров, как с земли, так и с воздуха. Они давно работали вместе и были известной командой на родине. Каждый имел ранг Высший Архимаг и фиолетовый браслет. Для Кореи очень достойно, впрочем, как и везде.

У них не было имен, только клички. Это удобнее и для маркетинга, и для рекламы, и для коммуникаций. Маги в этой стране достаточно раскручены, и не только сила влияла на интерес, но и медийность. Хоть и были исключения, но заказчики быстрее наймут менее сильную, но более известную команду магов, чем наоборот.

У Орлиного гнезда с этим было все в порядке. Они считались высшей лигой: и сильные, и опытные, и, самое главное, умные. Когда объявили о прорыве, они одни из первых выехали из башни. Удобно, когда у тебя есть личные подземные туннели, которые вели в три станции у Дикой Зоны.

А когда они увидели Пушкина с двумя сопровождающими, командир по прозвищу Восточный Тигр принял решение присоединиться к имперскому магу. Но их мечты разбились о реальность. Монстров было намного больше, чем они планировали.

– Оборонительное построение номер три! – приказал Восточный Тигр, и все заняли позиции.

И вначале они сражались даже неплохо. В какой-то момент могло показаться, что они могут устоять. Вот только волны тварей все прибавлялись. Уже было сложно понять где какой вид и куда целиться. Просто лупить заклинаниями наугад выходило слишком расточительно. Расход энергии сильно превышал поступления и от кристаллов, и от Дикой Зоны.

– Командир! Нам надо отступать! Или объединиться с другой группой!

– Мы не можем сдвинуться с места, Южный Мангуст! – ответил командир, стреляя из лука как из пулемета.

– Но мы погибнем! – крикнула девушка-лекарь.

– Мы справимся! Чего раскисла, Водная Лилия?! Соберись, блин!

Но как бы командир не пытался поднять боевой дух, у них не хватало физических сил что-либо предпринять. Оставалось только ждать, когда силы окончательно их покинут и монстры возьмут свое. Постепенно это начали понимать все в группе.

– Ребята, для меня было честью с вами сражаться… – сказал Тихий Туман. – Вы лучшие товарищи и друзья…

– Держимся до конца! – крикнул командир.

Где же он мог ошибиться? Неужели, монстры оказались сильнее? Из-за его ошибки вся команда погибнет. Нет… Он не может этого допустить! Все же он командир и должен отвечать за остальных.

– Так! По моему сигналу, бегите! Я сконцентрируюсь атаки на себя!

– Но командир!

– Никаких возражений! Это приказ!

Команда поняла, что это тот самый момент, когда надо держаться до конца.

– Прости, командир, – ухмыльнулся Южный Мангуст. – Но мы никуда без тебя не уйдем.

– Верно, – улыбнулась Тихий Туман.

И когда гибель казалась неизбежной, рядом что-то взорвалось и с неба упал человек.

– Супергеройское приземление, – прошептал Восточный Тигр.

Монстров раскидало на приличное расстояние. С другой стороны начали происходить взрывы. Кто-то из магов увидел мелкие летающие предметы.

Человек в облаке пыли хлопнул в ладоши, и пелена моментально рассеялась.

Члены команды быстро поняли, кто это. Молодой парень, который был с Пушкиным!

– Кто ты, воин? – поборов восхищение, спросил командир.

– Кузнецов моя фамилия.

– Погоди, а не ты, случайно, выиграл Мировую Универсиаду? – воскликнул Крадущийся Дракон.

– Я выиграл неслучайно, – произнес парень.

В его руках появились мечи. Одним он разрубил напрыгнувших на него чудищ, а вторым, более увесистым, размахнувшись, ударил по земле. Появилась глубокая расщелина, в которую попадали монстры.

– С неба! – крикнул Туман.

Прямо на них летели два огромных ежа. Их раскаленные иглы оставляли в воздухе дымный след, но Кузнецов отвернулся и убрал мечи за спину.

– Вы в порядке? – спросил он, подойдя ближе.

И в этот момент два воздушных снаряда взорвались, и к Кузнецову подлетели продолговатые предметы и прикрепились к запястью.

***

Я спас каких-то бедолаг, которые подумали, что они справятся с таким натиском. Потом еще одних, и еще. Пришлось даже поработать проводником, чтобы соединить несколько групп. Вместе веселее, как говорится. К тому же у них будет больше шансов выжить. При этом мне с Болванчиком удалось значительно проредить ряды тварей.

Лора передала, что в другой стороне почти все гиганты ликвидированы. Кто молодец? Пушкин! Ай да, Александр Сергеевич, ай да, сукин сын!

– Миша, я в Дикой Зоне, – услышал я Посейдона. – Что делать будем?

– А какие варианты? Что у тебя?

– Я у стены, тут просто месиво…

– Сколько тебе надо времени? Через сколько будешь? Мы идем к Метеоритам.

– Час.

– Действуй! – и я обратился к Лоре: – Открой для него канал пошире.

– Хозяин-барин, – ответила она и открыла канал.

***

Стена Дикой Зоны.

Первые монстры появились из-за холмов. Руины строений от метеоритов скрылись под тысячами несущихся на стену тварей. Маги всех мастей приготовились к обороне, и были готовы отдать жизнь как за материалы, которые могут обеспечить их семьи, так и за страну. Тут собрались и патриоты, и любители денег. Одно другому не мешало.

В распределителе поняли, что прорыв обещается мощным, и поэтому решили, что важнее жизни мирных людей, чем учет магов, прошедших в Зону, и открыли промышленный проход.

По предварительным подсчетам, первая волна тварей насчитывала около трех тысяч голов, и это не учитывая тех, кого положили ушедшие вглубь. А может, они вообще все мертвы: связи не было.

Но корейских магов в три раза больше. Тут собрались практически все, кто находился в ближайших городах.

И когда толпа тварей находилась на финишной прямой, маги решили, что лучше превентивно атаковать. Маги-дальники бросили заклятия. Ближники, напитав доспехи, ринулись в бой линией.

Неожиданно для всех из-под земли вылезли водяные иглы. Они моментально сделали из монстров шашлык. Выжившие решили, что смогут уничтожить водяных врагов и пальнули энергетическими лучами. Но воде хоть бы хны.

За двадцать минут первая волна была уничтожена, оставив корейских магов-истребителей с открытыми ртами.

***

С Пушкиным мы встретились за пару километров от места, где мы с Чаном оставили корейцев. На этот раз противник обещал быть серьезным. Купол отливал золотыми прожилками, что говорило о необычности объекта.

– Так, – повернулся к нам Пушкин. – Миша, я знаю, ты сам хочешь идти, но вот ты, – он ткнул в Чана, – выбирай. Сам видишь, что это очень опасный метеорит.

– Эм, – обиделся Чан. – Вы думаете, я слабак?

Он задрал рукав и продемонстрировал браслет истребителя оранжевого цвета.

– Воу-воу! – удивился я. – Думаю, вопрос снят.

– Удивлен, – похлопал Чана по плечу Александр Сергеевич. – Ну, тогда пошли.

Первое, что я увидел, было серое небо. Потом в глаза бросились деревья, окруженные знакомым забором с вырванными прутьями. На фоне деревьев торчали две панельные девятиэтажки.

– Миша…

– Лора, это же… – выдохнул я.

– Что? – повернулся ко мне Пушкин. – Ты что-то сказал?

– Нет, – продолжая пялиться на знакомые здания, ответил я. – Все хорошо. Просто немного голова закружилась от перехода.

– Ты это, давай аккуратнее.

Это оказался один из районов моего города. Моего настоящего города! Из другого мира.

– Какое это время? Лора, полное сканирование. Я хочу знать все!

– Ты теряешь контроль, Миша. Сосредоточься. Соберись! Это, может быть, не твой мир, – тихо сказала Лора, и они с Болванчиком разлетелись на разведку.

В тех домах жила моя бабушка. После школы я заходил к ней, и она кормила меня блинами перед тренировками по легкой атлетике. Я смотрел мультики и дедушка провожал меня домой.

Ноги стали ватными. Чан и Пушкин что-то обсуждали, а я как будто был под водой – звуки до меня доходили с трудом.

– Разделимся, – сказал я.

– Но тут опасно! – нахмурился Пушкин.

– Странно, первый раз слышу от вас подобные слова, – машинально ответил я.

– С другой стороны, так мы сможем быстрее найти кристалл и закрыть метеорит, – добавил Пушкин. – Я пойду…

– Я пойду к тем высоткам, – перебил я и направился через небольшой парк.

– Ну, как скажешь, – пожал Чан плечами.

Мы разбрелись. Конечно, я уже знал, где кристалл. Монстры тоже тут обитали. Пока меня успокаивало, что это не люди. Хотя до конца не понятно, что случается с людьми, когда хаос захватывает мир? Его обитатели превращаются в монстров или служат кормом? Все же в каждом метеорите встречается куча разных тварей. И в некоторых монстры одинаковые, так что отсутствие людей и успокаивало, и настораживало. Если тут нет порабощенных хаосом людей, то где они?

Монстры напоминали термитов, но настолько зубастых, что они жрали даже металл. Короче, прокачанные термиты. И у них была матка.

До высотки я добрался быстро. Как сейчас помню, седьмой этаж, квартира справа от лестницы...

Перед дверью я на секунду замер. Лора появилась рядом.

– Страшно? – мягко спросила она и взяла меня за руку. – Не волнуйся. Мы уже видели однажды такое. Я буду с тобой до самого конца.

Я толкнул незапертую дверь.

Прихожая. Старая ковровая дорожка. Зеркало с тумбочкой. На гвоздике ключи. Сбоку от входа старый счетчик. Даже скрепка висела снизу для того, чтобы не сильно мотало электричество.

В горле пересохло.

Я прошел дальше. Гостиная со старым телевизором, накрытым белым платком, сверху горшок. Но растения в нем не было. Вдоль стены сервант с хрусталем и книги.

– Тут тоже нет букв? – взяв томик, я открыл его. – Пусто. Чистые страницы.

Дальше проверять не было смысла.

Я прошел на кухню. Три стула у стола, накрытого цветастой клеенкой. Именно тут меня кормили после школы.

– Странные ощущения… – произнес я.

– Понимаю, – сказала Лора, положив руки мне на плечи. – Все хорошо. Скажи, что ты видишь?

– Все как в детстве.

– Именно, – прошептала она. – И как давно это было?

– Больше двадцати лет назад.

– Вот-вот! Такого просто не может быть. Это что угодно, но не твой мир, Миша. Но признаюсь, очень похоже на то, что я видела в твоих воспоминаниях.

– Я оказался не готов к такому…

Я сел на стул и покрутил солонку в пальцах. Соли внутри тоже не было.

У бабушки стояла рассада на подоконнике, а еще всякие мелкие растения, которые она потом увозила на дачу. Сейчас же горшки стояли пустыми, но с землей.

– Я хочу еще кое-что проверить.

Судя по тому, как все тут расставлено – обстановка, мебель, обои и книги – это последний год перед тем, как мы переехали с мамой в другую квартиру.

У нас с другом по лестничной площадке был ключ от чердака. Наверху жила кошка, которую мы кормили каждый день. Там же стояли коробки, где она спала. В последнее лето на чердаке проросло какое-то растение, и коробки приподняло ростками.

Забравшись наверх, я не обнаружил никаких намеков ни на коробки, ни на растения.

– Это уже интересно, – прокомментировала Лора. – Значит, это может быть копия. Но почему хаос показывают куски твоего мира, когда мы поняли, что это не так? Он не может воспроизводить органику.

– Верно, – кивнул я. – Коробка, которая висела на растении… ее нет.

– Это надо обмозговать… – и ее голос изменился: – У тебя гости. Очень много гостей.

– Подсвети, – сказал я, и Лора выполнила приказ. – У тебя сбой? Ты тоже расчувствовалась и поплыла?

– Нет, дружочек, это враги, – съязвила она.

Она нарочно подсветила красным всех противников. Проблема в том, что дальняя часть чердака, была полностью красной.

– Вот и термиты пожаловали, – она увеличила мне картинку.

Мелкие жучки спокойно прогрызали чердак, делая здание пористым как шоколад.

– Такими темпами дом скоро не выдержит, – сказал я, выпуская в ту сторону мощную струю пламени. Все же огонь остановить мне под силу.

Большая часть насекомых сгорела. Поняв, что их обнаружили, они начали прогрызать все в ускоренном темпе. Со стороны это выглядело так, как будто бетон таял как лед на сковородке.

– Бежим-бежим! – сам себе крикнул я, спрыгивая с чердака.

Лестницу эти твари тоже успели сожрать, и внизу зияла дыра на семь этажей. Для профилактики я кинул им несколько огненных шаров, чтоб не расслаблялись, а сам забежал обратно в квартиру.

– Что-то не хочется, чтобы по мне ползали эти гады…

Одинокие жучки уже были в квартире и подползали к ногам. Пришлось их давить, что оказалось не так легко. Они были куда тверже простых насекомых.

На всякий случай я окружил себя барьером

– Надо уничтожить матку! Узнай, где она!

– Подвал соседнего здания, – моментально ответила Лора. – Но там ситуация еще плачевнее. Кажись, эта тварюшка разумная. Она подпортила фундамент настолько, чтобы у нее была крыша над головой, но если ты попытаешься там что-то исполнить, все здание рухнет.

– Но я же смогу уцелеть.

– Ага, а они смогут забраться тебе в штаны! А я не хочу, чтобы они там что-то откусили! У меня, может, планы есть…

Мы могли еще немного поспорить, но входная дверь рассыпалась в труху.

– Посейдон, ты где? – на всякий случай спросил я.

– Около корейцев, – ответил тот. – Дерусь с ежами.

– Ага, – выдохнул я и достал меч.

Пришлось прыгать в окно. Воткнув клинок в стену, я съехал до земли и перебежал в соседнее здание.

И да, под маткой располагался кристалл. Так что по-любому придется встретиться с этим существом с глазу на глаз.

– Долго не затягивай, – сказала Лора. – Туда и обратно.

– Погнали! – и я открыл дверь подвала.

Глава 9. Что такое милфа?

В нос ударила невероятная вонь. А чего еще ожидать от подвала заброшенного дома? Идти ясно куда. Кристалл фонил знатно, так что маршрут не составлял труда. Проблема была в насекомых.

Матка располагалось прямехонько на камнях, и под ней находился источник энергии, которым она подпитывалась.

– Странный метеорит. Очень странный, – бормотала Лора. – Вся эта иллюзия дома выглядит как ловушка.

– А у нас есть варианты? Пушкина или Чана я не мог сюда отправить. Вдруг мы бы нашли что-то ценное из моего прошлого? Зато теперь у нас есть некоторые предположения.

Подвал представлял собой огромное помещение с кучей труб вдоль стен. Было душно. Темно. Но все это не проблема, как и запах. Подобные мелочи Лора устраняла на автомате.

Помимо термитов тут обитали и другие существа. Огромные мохнатые твари, похожие на медведей, но только издали. Передние лапы были куда подвижнее, длинными когтями они могли спокойно пробить бетонные балки. Эти существа подходили к дому, захватывая его в кольцо. Но внутрь не заходили.

Надо разобраться с маткой с помощью Болванчика. Идти и лично копошиться в миллионах жучков не для меня.

Болванчик собрался в змейку и полетел в дальний конец подвала. А я просто стоял у входа и наблюдал через картинку.

Появилась первое изображение матки термитов.

– Ну нихрена себе. Я представлял ее немного по другому.

– Я уже давно ничему не удивляюсь, – вздохнула Лора.

Крылатое чудище было размером с кошку черного матового цвета. Ее толстое брюхо больше, чем остальное тело. Судя по скорости пульсации, матка производила около тысячи мелких термитов в секунду.

– Давай по старинке, – кивнул я.

Но произошло что-то странное. Матка посмотрела прямо на Болванчика и зашипела. Земля под ней словно растворилась.

– За ней! – приказал я.

Болванчик нырнул в яму, но на его пути начали появляться кучи мелких тварей, готовых пожертвовать собой, чтобы спасти королеву. Что ж, пусть так.

Лора продолжала сканирование. Главное насекомое думало, что сможет скрыться под землей, но она не учла, что Лора и мой питомец работают в паре. Я уже знал, что есть тысячи подземных пещер, по которым ей можно улизнуть, но даже это ее не спасет.

Болванчик как паровоз прорывался через землю, металл и бетон, преследуя главную цель.

– Она боится, – сообщила Лора.

– Замечательно. Пусть боится.

Вот только ее маленькое войско подъело фундамент и здание начало трещать и оседать.

– Она умна… – выбегая из падающего здания, сказал я. – Убежала на безопасное расстояние под землей и решила меня убить.

– Может, догадалась, что ты главный, а Болванчик твой подчиненный?

Я же списал это на случайность. Мол, обнаружили место пребывания, надо уничтожить, чтобы не досталось врагу.

А ведь еще и метеорит закрывать. Я решил не откладывать это дело. Пока Болванчик преследует матку, надо пополнить внутреннее хранилище халявной энергией.

Расчистить завалы здания было быстрым делом. Но постоянно казалось, что по мне ползают мелкие тараканы. Аж мурашки по коже! Лора успокаивала, что ничего такого на мне нет. Все же каждый термит наделен частичкой энергии кристалла, и его легко засечь.

– Да и не до тебя им. Надо защищать матку, – добавила она, когда я откинул бетонную плиту. – Лучше посмотри сюда.

И вывела картинку с Болванчика перед глазами.

Чан стоял на крыше продовольственного ларька “Ирина”, куда мы в детстве заходили после школы за пирожными. Это даже не ларек, а небольшая будка, где с трудом помещались и четыре покупателя.

К нему сейчас со всех сторон подходили волосатые полумедведи, полу- фиг знает кто. И Чан, орудуя гуань дао, ловко уничтожал монстров. Хотя не скажу, что ему это было легко. Все же он на маленькой крыше магазинчика.

Матка термита приближалась.

– А это уже плохо!

Я отдал сигнал Болванчику поторопиться. Сам же ускорился, чтобы побыстрее откопать кристалл, параллельно просматривая видео. Болванчик атаковал королеву термитов, но все безрезультатно. Она закрывалась жучками.

– Где чертов Пушкин? – прорычал я, раскидывая глыбы в стороны. Если я закрою метеорит, то, возможно, монстры переключатся на меня, а Чана не заденут термиты. Не знаю, умеет он делать полную защиту или нет, но лучше не рисковать.

Наконец кристалл. Я сломал оболочку и положил на него ладонь. Пара минут, и купол над головой лопается.

Вдалеке прогремел взрыв и послышался громкий рык. Деталька Болванчика улетела в ту сторону. Оказалось, Пушкин добрался до вожака волосатых монстров.

Я вздохнул и облокотился о плиту.

– Вроде все…

– Нихрена! Жопу поднял и к Чану! – крикнула Лора.

Болванчик вывел картинку, как монстры, наступающие на Чана, начали разлагаться. Кажется, метеориты добрались до них, и до китайца осталась пара метров.

– Ебтвою! – выругался я. – Энергию в Болванчика! Унеси его оттуда!

Сам же сорвался с места, усилив ноги.

Прибыл я как раз вовремя. Чан отбивался от тварей, когда мне удалось пробиться до него. Монстров осталось около двадцати голов, и они сильно ослабли, когда метеорит закрылся. Они чувствовали, что от меня фонит большим объемом энергии, и решили не терять времени и напасть.

– А весело у тебя тут! – ухмыльнулся я, вставая спиной к Чану.

– А то! – крикнул он, насаживая на гуань дао одну тварь. – Это ты закрыл метеорит?

– Ага. Но это не основная проблема! Сейчас у нас будет кое-кто посерьезнее!

Как раз в этот момент и появилась королева. Болванчик продолжал ее атаковать, но безрезультатно. Можно было сжечь все вокруг, но я с Чаном… Не могу рисковать и накрыть нас куполом защиты. А Пушкин где-то бродит.

– Погоди! – остановила Лора. – Смотри…

А я, как раз, убил последнего волосатого медведя.

Матка вылезла из-под земли и побежала к будке. Не к нам, а именно внутрь.

Мы спрыгнули и заглянули, а там яйца королевы. Уж не знаю, как они тут оказались, но факт налицо. Она спешила спасти своих деток.

Убедившись, что с яйцами все хорошо, она что-то протрещала и жучки утащили будущее потомство под землю. После тварь повернулась к нам.

– Мистер Чан, отойдите! И чем быстрее, тем лучше.

Он без возражений отошел мне за спину.

Лора мониторила округу и сообщала, что жуки расходятся в разные стороны.

Королева медленно, как кошка подошла ко мне. Крылья мелко дрожали, создавая эффект аплодисментов.

– Она боялась не за свою жизнь, а за своих детей, – сказала Лора. – Мама защитила их.

Я же говорил, что эта тварь куда умнее, чем остальные монстры. Подойдя вплотную, она согнула передние лапы и опустила голову.

– Это что значит? – удивился я.

– Она благодарна за помощь в спасении, – сказала Лора.

– И? – присев, я вытянул ладонь.

Доспех она не должна пробить, так что рука не пострадает.

Матка приподняла голову, и мне показалось, что она удивлена, что ее не убили. Подойдя ближе, насекомое уткнуло морду мне в руку. Теплый упругий панцирь.

– Нет, ну ты издеваешься? И как мне теперь тебя уничтожить? – вздохнул я, погладив ее по голове. – Лора… Я так не могу.

– А кто тебя просит ее убивать?

И что вы думаете? Как там бывает в дешевых мелодрамах? Появляется третье лицо! В моем случае это обезумевший, весь в ошметках монстров, Пушкин.

– Миша! Назад! Эта скотина самая опасная! – заорал он, поднимая руки вверх. Тут же на кончиках пальцев появились десять лучей, которые соединились в одной точке и начали формировать черную сферу.

– Я сейчас тут все развалю! – обезумев, прогремел Пушкин.

– Нет! СТОЙ! – замахал я руками.

Но Александра Сергеевича уже не остановить. И это хреново и для меня, и для королевы, да и для Чана тоже. Судя по формированию энергии, эта атака была просто невероятно сильной.

В руке сильно затрясся Ерх. От него исходил азарт битвы. Наверное, впервые я ловлю такие эмоции меча.

– Ладно, давай попробуем, – быстро убрав второй меч за спину, взял Ерха двумя руками. Безумная идея, но иной не было. Уйти мы с Чаном не успеем.

Пушкин же, как будто, преобразился в берсерка и просто хотел все крушить.

Черный шар сорвался к нам, и я, используя Ерха как бейсбольную биту, со всей дури шарахнул по сфере, попутно усилившись всем, чем мог.

Треснуло, посыпались искры, прозвучал гул. Через мгновение шар подлетел высоко в небо и скрылся за горизонтом.

– А я и не знал, что ты так можешь, – сказал я, покрутив Ерха в руке.

Тот был доволен как маленький ребенок подарку. Странные у него предпочтения.

Пушкин немного подостыл, поняв, что сделал что-то не то.

– Миша, Чан… Я это… Ну не специально! – прогремел он, подходя к нам. – Простите, я немного забылся. Там был интересный противник.

За мной стояла матка термитов и наблюдала за нами.

– Нахрена ты ее спас! Она же может в любой момент все тут разрушить, – ткнул в нее пальцем Пушкин.

– Подождите, Александр Сергеевич…

Я убрал Ерх и присел перед ней на колено.

– Ты меня понимаешь? Кивни, – попросил я.

И о чудо, она реально кивнула!

– Нифига себе! – опешила Лора. – Откуда она вообще знает русский язык?

– Это ты меня спрашиваешь? – удивился я. – Ты у нас самая умная.

– Надо больше данных.

Судя по количеству жучков вокруг нее, матка сильно ослабла. Большая часть ее детишек погибла при закрытии метеорита, а остальные защищали яйца.

– Я чувствую, ты стала слабее. У тебя нет дома. Тут ты не выживешь. Каждый день придется рисковать жизнью и подвергать опасности будущее потомство. Но я могу помочь, – и я протянул ладонь. – Ты можешь пойти со мной в качестве питомца.

– Миша… – наклонился Пушкин. – Это опасно. У тебя и так полно питомцев…

Я проигнорировал его слова. Александр Сергеевич многого не знал обо мне, так что его опасения понятны, но сейчас мне не до предостережений.

Почему-то я проникся жалостью к этому существу. Не могу объяснить, но уничтожить родителя, который спасал своих будущих детей, я не мог.

– Ты согласна? Я не заставляю.

Королева колебалась. Она то и дело оглядывалась назад, к яме, где спрятали ее яйца. Затем, едва уловимо, запищала и кивнула. В это же время за ее спиной из ямы термиты выволокли ее самое главное сокровище.

– Она полностью тебе доверяет жизнь, – сказала Лора.

– Что ж, тогда милости просим, – я положил руку ей на голову и пустил энергию.

Весь процесс длился минут десять. Наша энергия объединилась. Оказалось, и у нее было что-то вроде внутреннего хранилища.

После слияния я встал и чуть не упал. Голова закружилась от нового жителя на моем острове.

– Так, дайте мне пять минут и пойдем дальше, – попросил я, погружаясь в себя.

Сначала нужно дать имя новому питомцу.

Остальные собрались на основном острове, чтобы поприветствовать товарища. Все же это довольно крупное событие. Только матка не спешила материализоваться в своем облике.

– Не бойся, – сказал я ее астральному телу. – Тут все свои. Это хорошие ребята.

– А у нас новенькая?! – запрыгала маленькая Любавка, хлопая в ладоши.

– Надеюсь, драться она умеет, – фыркнул Валера.

И все же королева термитов решилась. Кто ж знал, что она такая стеснительная? Рядом со мной появилось яркое свечение. Потом появился женский силуэт. И вот, перед нами предстала новая обитательница моего большого хранилища!

– Воу… – пробубнил Валера. – Эм…

– Простите, но это уже перебор… – даже Посейдон удивился.

Угольки просто начали свистеть с задних рядов.

Должен признаться, я не любитель милф, но королева термитов очень подходила под это описание.

В красном платье, которое развевалось у нее за спиной в форме крыльев. Узкая талия, которая просто анатомически была невозможна. Пышная, даже очень, грудь и широкие упругие бедра с задницей.

– Кхм… – даже я слегка покраснел, но получил подзатыльник от Лоры.

– Только скажи что-нибудь, – прошипела она мне на ухо.

Однако королева не выглядела как полноценный человек. Ее глаза были полностью черными и фасеточными. Так же кожа была серой, и это даже не кожа… А какой-то упругий материал, похожий на латекс или толстую резину. Пальцев было три, а вместо ступней костяные лапы в виде каблуков. Удивительно, но даже так она смотрелась очень красиво.

– Мадам, – включив ловеласа, Валера моментально оказался рядом и предложил локоть. – Позвольте показать вам тут все?

– Валера, отстань пока, – недовольно посмотрел на него я. – Мы же еще не познакомились.

– Ты, мальчишка, мы не указ! – прикрикнул Валера и мило улыбнулся новой коллеге. – Я вообще тут самый сильный! А какой умный? Вы даже не представляете! Скорость! Ловкость! Все на высшем уровне! Если бы я захотел, то вся эта планета стояла бы на коленях! Но ради вас я могу это устроить…

– Я так понимаю, вы еще и очень скромный, – произнесла она глубоким томным голосом.

– Не без этого, – кивнул он.

– Валер, напомнить тебе, как ты потерял те крохи сил, которые ты успел восстановить? – прищурилась Лора и щелкнула пальцами, выкинув Валеру в реальность. Наверняка, у него было много дел.

– Прости, – вздохнул я, подойдя к женщине. – Как тебя зовут?

– Мое имя? – призадумалась она. – Моя жизнь полностью в ваших руках.

Она была выше меня на голову и ей пришлось наклониться. Теперь на меня смотрело ее декольте…

– Так что можете называть меня, как вам удобно.

– Так, стоп, – я сделал пару шагов назад. – Давай расставим рамки. Я не твой хозяин. У каждого есть свое мнение. Ты можешь спорить с ним как Валера.

– Ах, я не посмею, – улыбнулась она.

– Здравствуйте, тетя! – притопала Любавка и подергала ее за платье. – Я Любавка! – и протянула маленькую ладошку.

– Здравствуй, девочка, – мило улыбнулась королева и присела перед ней. – А я… – она посмотрела на меня, и я кивнул. – Я Тари.

– Тари? – сказали мы с Лорой хором.

– Это означает “королева” на вашем языке. – пояснила она.

Что ж. Знакомство удалось на славу. И хорошо, что ее настоящий образ видели только те, кто в моем хранилище. Думаю, Маша бы не одобрила такую знойную даму. Да она бы и Лору, наверное, не одобрила. Хотя тут немного другое. Лора и я это одно целое.

После непродолжительного знакомства я вышел в реальный мир.

– Все хорошо? – встревожено спросил Пушкин.

– Да, все отлично! – я вскочил на ноги. – Это Тари.

– Тебе удалось! – похлопал в ладоши Чан.

– А то.

Техническую часть вопроса в пользовании энергией и прочими ништяками я оставил на Лору. Она объяснит Тари все правила и нюансы.

Пушкин рассказал дальнейший план.

Мы дойдем до центра Дикой Зоны. Обычно большой прорыв происходит, когда лопаются примерно десять подобных метеоритов, один из которых мы только что закрыли, так что нам придется попотеть.

Также я получил отчет Посейдона. Тот медленно двигался к нам, уничтожая попадавшихся на его пути монстров. Так что корейцам оставалась малая часть. Пусть будут благодарны. Ну или хотя бы не сдохнут. Да и сильные группы магов также не стояли на месте. Но они решили не рисковать и объединились в более крупные группы и быстро закрывали метеориты. За это их можно похвалить.

– И все равно я выгляжу лучше, – неожиданно фыркнула Лора.

– Ой, а что это? Неужели ты ревнуешь? – улыбнулся я.

– Вот еще! Просто…

– Лора, ты для меня всегда будешь номер один! Куда же я без тебя! Твоя фигура мне нравится гораздо больше, чем у Тари.

– Ой, это что? Комплименты, которые я из тебя пыталась вытащить? – хихикнула она.

– Кто знает, может, и они, – пожал я плечами.

Лора быстро появилась рядом, чмокнула меня в щеку и исчезла.

А впереди появились два крупных метеорита.

– Как насчет того, чтобы быстро закрыть их и остановить прорыв? – предложил я.

– Интересное предложение! – улыбнулся Пушкин.

– Я только за! – кивнул Чан.

До центра Дикой Зоны оставалось еще около пятидесяти километров.

От автора: За нового питомца и лайк не жалко. Не жалко же? Не жалко?

Глава 10. То, чего не надо было видеть.

30 километров от центра Дикой Зоны со стороны Российской Империи.

Асая Рей молчал и изредка вставлял реплики и советы, но теперь ему приходилось командовать подгруппой в лице Антона, Лени и Ани. Все для того, чтобы быть более эффективными в закрытии метеоритов.

Остальные преподаватели так же взяли себе студентов и закрывали метеориты недалеко друг от друга.

– Есенин, старайся не уходить далеко вперед, – говорил Рей, когда они вошли в метеорит.

– Понял, – кивнул Антон.

Такая мысль пришла к Звездочету, когда они быстро стали закрывать метеориты. Последние битвы показали, что многие не успевают добраться до монстров. Сперва они разделились на две команды. Все же главное безопасность студентов. Потом поняли, что неплохо справляются и решили разделиться на три команды. Но так, чтобы метеориты были в визуальной доступности друг от друга. Все же чем ближе к центру Дикой Зоны, тем монстры опаснее и свирепее. И даже на пару километров вглубь уровень опасности увеличивался в разы.

– Дальше мы не пойдем! – строго сказал Звездочет, когда они остановились у границы метеорита. – Признаюсь, даже я так далеко не заходил, так что зачищаем эту область и двигаемся в сторону Владивостока.

Рей сам отобрал студентов, которые ему подходят по навыкам, и у них получалось быстро закрывать метеориты.

Перед очередным заходом преподаватели собрались и решили, что после надо бы сделать перерыв, а то все устали. Не физически, а морально, и надо бы перевести дух.

Пришлось попотеть. Монстры оказались дальниками, так еще и стреляли с неба и из неудобных мест. Приходилось использовать секретные приемы японской секретной школы меча. Как же не хотел Асая Рей ее показывать, но приходилось. И не потому, что это секрет. Нет, это далеко не так. Просто…

– Учитель Рей! Научите! – заголосили Антон с Леней.

Вот именно этого он и боялся. Зная, каких трудов стоило ему самому изучить и познать эти приемы, ему не хотелось никого обучать.

– Ну… Может, попозже, – этой универсальной отговорки он научился у своих коллег по работе, когда надо сдавать квартальные отчеты, и он постоянно бегал от преподавателя до замдиректора, чтобы собрать подписи. И частенько его отфутболивали, сетуя на занятость.

– Супер! – согласились ребята.

Радовала только Аня, которой это было не нужно. Ее специализация – лук и стрелы. И она неплохо прокачалась за это время. Да вообще все члены отряда были на другом уровне.

К моменту, когда они зачистили метеорит и добрались до кристалла, появилась еще одна проблема. Антону требовался буст ранга.

– Хм… Это осложняет дальнейшее пребывание так глубоко в Зоне, – заключил Рей, вытаскивая кристалл из камня.

Как только купол лопнул, группа Рея поняла, что были первыми и расположились на выступе скалы.

Все же проблема в том, что чем глубже в Зону, тем меньше разнообразия в ландшафте. Обычно это лавовые реки или бесконечные ядовитые и кислотные болота. Остальное просто уничтожалось под натиском сильных монстров.

– Похоже, у нас один выбыл, – хихикнул Леня, протирая копье с цепью на конце от остатков монстров. – Но с другой стороны, красава. Новый ранг, это как бы блин… Быстро!

– Меня смущает другое, – произнес Антон, пытаясь зажечь на пальце огонек.

– Хм, я тоже кое-что заметил, – кивнул Рей. – Но давай сперва ты.

Есенин был не самым разговорчивым парнем. Но его острый ум и усидчивость находились на высшем уровне.

– Слишком легко, – сказал Есенин.

– Именно, – кивнул Рей.

– Чего? – подскочила Аня. – Легко? Да я там! Да столько тварей! Я еле выживала!

– Но выжила, – перебил ее учитель. – Я помню год назад в пятидесяти километрах от центра было сложно выживать, а сейчас мы разделились на группы, чтобы закрывать метеориты быстрее. Либо стало легче, либо большая часть монстров убежала на прорыв…

Факторов могло быть бесчисленное количество. Все же мало кому вообще посчастливилось пересекать центр Зоны своими ногами. Это редкость или удача. Или невероятная сила. Даже на уроках истории им рассказывали, что первые маги просто собирались по сто человек и шли напролом, минуя метеоритные купола. До той стороны доходило, дай бог, человек пять.

– Все же, это странно…

– Помогите! – закричала Вика, выходя из метеорита.

За ней шел Арнольд и нес на руках Наталью Геннадьевну.

– Что такое? – подскочил Асая Рей с остальными.

– Там непонятные существа! Четырехрукие! И растения! Весь метеорит практически живой! – тяжело дыша, сказал Арнольд.

– Погодите! – посмотрел по сторонам Есенин. – А где Фанеров?

– Он внутри! Прикрывал, пока мы отходили! Должен был пойти с нами!

– Чертов болван! – зарычал Асая Рей, доставая катану. – Дождитесь Звездочета с группой и пошлите ко мне. Переславская-сан пусть окажет первую помощь Ермаковой-сан!

После чего отважный японец прошел за купол.

***

В это же время в метеорите.

Как только Арнольд вынес на руках Ермакову, Женя Фанеров решил, что настал его звездный час, после которого его запомнят на века. Легендарный маг, который смог остановить прорыв и защитить всех, рискуя жизнью.

Вот он! Тот самый момент славы, про который говорил его отец!

– Женя, такое может случиться только раз в жизни. Не проср… Не прое… Не прогляди этот момент! – постоянно говорил его отец.

И абсолютно не важно, что монстры за защитный купол не полезут и можно было спокойно выйти и перегруппироваться. Так не интересно! Надо доказать, что он сильнее всех! Сильнее Есенина. Сильнее Ермаковой и Звездочета с Реем. Сильнее чем Кузнецов. Сильнее, чем отец! Да он будет сильнее, чем сам царь!

Стоя на краю метеорита рядом с лесоповалом, он смотрел, как к нему бегут доселе невиданные монстры. Высокие, под три метра. Четырехрукие, с четырьмя глазами.

За ними шевелились растения, которыми был напичкан практически весь метеорит.

“Так, надо бы какую-то крутую фразу…” – подумал Женя.

Стиснув меч посильнее, он пустил по нему энергию. Хорошо, что рядом нет посторонних глаз. Ни товарищей, ни знакомых. Это позволит его предрасположенности раскрыться на полную. И ей без разницы, свой или чужой. “Случайность” могла задеть любого.

“Крутая фраза, крутая фраза…” – крутилось в голове Фанерова.

Но уже первые два монстра подошли вплотную.

Глаза Фанерова вспыхнули красным пламенем. Окутало легкой пеленой.

– Да куда так рано то! – простонал он и наклонился к земле.

Первый враг поскользнулся и слегка потерял равновесие. Женя нанес ему удар наотмашь. Но тот поймал его ладонями, соединив их вместе.

– Чего… – опешил он. – А так?

Перепрыгнув, провернул лезвие в руках врага и попробовал разрезать его тело, но оставил только глубокие раны.

Крепкие твари!

Второй чуть позади наклонился к земле и быстро, используя четыре руки и две ноги, подбежал к Фанерову. Но тот был готов. Ногой пнул пару веток и попытался отрубить голову второму.

Но и тут не удалось. Оба врага зарычали и отпрыгнули на десяток метров, поняв, что вдвоем им не справиться.

– Умные твари, – ухмыльнулся Фанеров, выпрямляясь. – Тогда пора…

Глаза перестали сверкать. Аура исчезла, и только меч отливал легкой синевой.

“Крутая фраза! Ее будут повторять потомки!”

Живые растения подходили к выступу, где он стоял. Медлить нельзя! Предрасположенность активирована.

Схватив меч двумя руками, Фанеров прыгнул в толпу монстров с криком…

***

Асая Рей.

Как только Асая Рей прошел через защитный купол метеорита, он увидел спину Фанерова, который с криками “Арпеджио” летел в сторону монстров.

“Какое нахрен арпеджио?” – подумал преподаватель, но быстро собрался.

Взяв низкую стойку, он сделал молниеносный рывок и разрубил первый ряд монстров напополам. Те даже не успели понять, что произошло.

Фанеров же улетел в центр толпы.

Легкий холодок прошелся по спине преподавателя. Все же терять такого перспективного студента ему очень не хотелось. Пусть он и был немного странненьким, но в бою очень хорош.

Но надо было разобраться с этими надоедливыми растениями и непонятными существами. А они были очень опасны.

Пришлось вспоминать молодость и использовать все свои навыки на сто сорок восемь процентов. Нельзя оставлять Фанерова тут.

И когда Асая Рей смог к нему пробиться, то с удивлением заметил, что тот еще жив. Правда к нему было невозможно подступить.

Оказалось, что растения и монстры неплохо ладят между собой – первые обвили вторых как доспех.

Но Евгений справлялся. Такой скорости от студента японец давно не видел. Наверное, даже от Кузнецова.

– Это все замечательно! Фанеров-сан! Но пора уходить! – крикнул ему преподаватель.

***

Фанеров Евгений.

“Идеальная фраза, раскрывающая весь мой внутренний мир!” – Фанеров был доволен тем, что смог эпично в прыжке произнести ее.

Не зря отец заставлял его в детстве заниматься музыкой.

Сейчас он в одиночку закроет этот метеорит, с которым не справилась вся группа! Вот тогда-то он поднимется на ту, недосягаемую ступень, с которой его уже никто не сможет достать!

– Это все замечательно! Фанеров-сан! Но пора уходить! – кто-то крикнул у него за спиной.

– Э! Куда?! – выпучил глаза Евгений, но быстро спохватился, увидев преподавателя. Тот мастерски орудовал мечом, отбивая атаки врага.

Ну нет, тут уже не получится стать легендой! Вдвоем куда проще. Никто не скажет, что Фанеров В ОДНОГО закрыл сложный метеорит! Тут уже не было риска, а значит, и оставаться тут нет смысла.

– Хорошо, уходим, – с грустью в голосе произнес Фанеров, и несколькими мощными прыжками оказался у края купола.

Рядом оказался Асая Рей.

– Живой? – тяжело дыша, спросил преподаватель.

– Ага, – опустив плечи и голову, пробубнил Фанеров и вышел из метеорита.

***

Дикая Зона со стороны Кореи.

Тари оказалась очень полезной. И это мягко сказано. По началу я не придал значения тому, что она может за десять минут наплодить миллион мелких термитов. Но и это еще не все. Для меня оказалось открытием и то, что, по большому счету, это не были полноценные живые существа. Да, у них были базовые функции и биологическое происхождение, но не было мозга и нервных окончаний. Все это заменяла энергия. И каждый подчинялся словам королевы. Если притянуть за уши, это были болванчики-роботы, которые подчинялись Тари.

– А яйца тогда что? – поинтересовался я, когда она у нас на глазах с помощью термитов поглотила двух монстров. И нам даже не пришлось дергаться.

– Это мои дети, – ответила она.

– Еще одни матки?

– Да. К сожалению, самцы у нас рождаются немного иначе. Королева может рожать только один пол. Если у меня самки, то самцов я не могу произвести, – пояснила она.

– Н-да, сложно у вас… – пожал я плечами.

Закрыв еще парочку мощных метеоритов, нам наконец удалось добраться до центра Дикой Зоны.

Если честно, то я ожидал увидеть более зловещее место. Нас же встретила огромная лавовая река, окруженная скалами.

– Все, дальше не пойдем, – сказал Пушкин. – Смысла нет.

Тут так же были куполы метеоритов, но Пушкин сказал, что это слишком опасно. Обычно те, кто из них вырываются, не уходят дальше и обитают в окрестностях центра.

– Странно, я чувствую в сорока километрах магов. Группу, – сказала Лора. – Возможно, это наши.

– Какова вероятность того, что тут могут быть другие маги? – спросил я.

– Крайне мала! – отчеканил Пушкин. – Но не нулевая. А что?

– В сорока киллометрах от нас, – я показал пальцем в центр Дикой Зоны. – Есть группа магов.

– Вот как…

Если я думал, что это были наши союзники, то Пушкин призадумался.

– Интересное кино. Мне никто ничего не докладывал.

Что ж, ситуация интересная. С одной стороны, прорыв мы практически остановили, уничтожив самые старые метеориты. Мы могли спокойно вернуться. Но если с другой стороны, то ближе к Российской Империи была группа магов. Уж точно не враги. Да и если я пересеку Метеоритный пояс, мне не придется плыть на корабле. Скажу Нахимову, что уже на родине.

И раз уж мы свободны выбирать, мы решили проголосовать.

К моему удивлению, Пушкин был не против посмотреть, кто там такой.

– Да и вряд ли там настолько сильный маг, который сможет меня победить, – поиграв мускулами, сказал он.

А вот Чан был против. Он признался, что никогда ему не удавалось дойти до центра Дикой Зоны, и пребывание в этом месте слишком сильно на него давит. Его внутреннее хранилище просто трещит от перенапряжения. Каналы также работают из последних сил, сохраняя тело здоровым. Все же тут куда опаснее даже дышать. Химические свойства воздуха так же отличались, и он был ядовит.

– Дальше будет только легче, – сказал Пушкин.

В общем мы решили идти вперед.

– Миша…

Голос Лоры сильно изменился. Интонация та, которую я не любил.

– К ним движутся два объекта. По энергетической сигнатуре очень сильные. И что-то мне подсказывает, они направляются к группе не как подмога.

– Так, господа, – похлопав в ладоши, я привлек их внимание. – Нам надо поторопиться. Судя по всему, та группа может погибнуть.

Я вкратце пересказал слова Лоры, и мы направились к группе магов.

***

40 километров от центра Дикой Зоны со стороны Российской Империи.

Как только Звездочет и компания закрыла метеорит, Виолетта тут же принялась осматривать Ермакову.

– Так, что мы имеем. Одна ранена, второй получил ранг и пока не может нормально сражаться, – заключил Звездочет. – Что ж, пора возвращаться домой. Дальше нет смысла что-то делать.

– Согласен, – кивнул Асая Рей.

Виолетта сообщила, что раны Натальи Геннадьевны серьезны, и в полевых условиях она не сможет нормально оказать помощь. Так что преподавателя погрузили в искусственный сон. А Арнольд, как самый выносливый, понес ее на руках.

Пройдя десять километров, Звездочет в очередной раз остановил группу. На пути появилась стая краснобрюхих виверн.

Тут не было ничего сложного. Виолетту с Арнольдом и Антоном оставили охранять преподавателя, а остальные уничтожали монстров. Чем быстрее, тем лучше.

– Фух, а это бодрит! – с улыбкой произнес Дима, добивая последнюю тварь.

Когда он повернулся к Антону и компании, тут же замер.

– А я все думал, кто это балуется у моего метеорита… – произнес Захар, держа за горло Антона и Виолетту. Арнольд лежал на земле прижатый его ногой.

– Отпусти, – спокойно сказал Дима, буравя глазами нового противника.

Остальные тоже повернулись на шум.

– Ты… – прорычал Звездочет. – Я знаю, кто ты!

Сорвавшись с места, он попытался оттолкнуть врага, но темный луч сбил его на подлете, и на бешеной скорости Звездочет врезался в землю, оставшись лежать без сознания в кратере.

– Идиот, – хмыкнул злодей.

Асая Рей встал в стойку.

– О! Самурай! – воскликнул Захар. – Не стоит! – и закрылся Виолеттой. – Я не говорю, что своей атакой ты причинишь мне какой-то урон. Это бред. Но мне это может не понравиться, и горло этой девушки может сломаться.

– Что ты хочешь? – спросил Дима.

Он единственный, кто оставался в трезвом уме. Этим он и отличался от остальных. В трудные минуты, он мог быстро оценить ситуацию и выбрать самый подходящий вариант из имеющихся.

– Хм… Мальчишка… – протянул Захар. – Давай будем называть это случайностью. Вы набрели на тот метеорит, на который не должны были. Скажем так, вам просто не повезло, что я оказался рядом.

– Ты Захар? – неожиданно спросил Дима, чем удивил противника.

– Ого! – капюшон скрывал лицо, но хищный оскал сразу показался. – Интересно! И как ты узнал мое имя?

– Мой друг тебе один раз дал просраться.

– Ты говоришь о Кузнецове? – Захар откинул два бессознательных тела в стороны. – Что ж, тебя я оставлю в живых… Ты расскажешь ему, что тут произошло! И ты ничего не смог сделать. Жалкий слабак!

За спиной группы прогремел взрыв.

– Ладно, шутки в сторону. Уже давно надо было с тобой покончить, – из облака пыли вышел Есенин. Он поправил пылающие волосы и посмотрел на часы. – Мне скоро надо возвращаться, Ася может прийти в себя в любую минуту, так что… – он показушно вытянул руку и пригласительным жестом поманил Захара.

– Кажется, в прошлый раз я вам с папашей не до конца объяснил, что вмешиваться в чужие разговоры нехорошо, – Захар махнул рукой, и из воздуха появился черный тонкий меч.

– Бла-бла-бла, – закатил глаза Есенин и, махнув рукой, создал меч.

От автора: Дорогие друзья, мы тут покумекали с артером, и быстренько сделали для вас изображение астрального тела Тари. Так же продублирую в ТГ канал)

Глава 11. Проблемы сильнейших

Время летит незаметно. Мы в Дикой Зоне уже больше суток. Из-за вечно затянутого небо непонятно, день или ночь. Но Лора уверяла, что сейчас утро.

Чан страдал. Очень сильно страдал, когда мы пересекали центр Дикой Зоны. Не скажу, что я в полном порядке, но все же мне было не так хреново. Хотя тут в большей степени заслуга Лоры.

Посейдону я сказал двигаться к нам, и если он почувствует, что ему не хватит воды, так как ближе к центру больше огня, то пусть сообщит мне. Проще будет выдернуть его астральное тело и дойти до Российской Империи.

Я хотел предупредить Нахимова, чтобы не ждал меня. Пушкин же намеревался вернуться после того, как мы проверим странные всплески энергии.

– Двадцать километров до точки, – предупредила Лора.

Хотелось отправить Болванчика на разведку, но поскольку мы в Дикой Зоне, наше продвижение было очень медленным. Разумеется, ни о каких метеоритах и речи быть не могло, но даже те монстры, которые попадались на пути, составляли много проблем.

– Хреновато, – неожиданно выругалась Лора, когда мы подобрались еще ближе. – Там хаос.

Конечно, я оповестил товарищей. Пушкин только возбудился. Этого хлебом не корми, дай подраться с кем-то сильным. Чан же, в очередной раз опустошив свой желудок, вытер рот и вздохнул.

– Ладно уж, чего я еще не видел… – с легким пофигизмом произнес он. – Меня уже не удивить.

Тари с Болванчиком делали большую часть работы, но даже с поддержкой моего главного мясника я чувствовал, что она еще не до конца освоилась с новой силой. Лора не делала над ней никаких модификаций и улучшений. А печати у нее еще не до конца встали.

Хотя она была сильна. Очень сильна. Может, не лично, но вот ее жучки… Как говорит Боря, это имба.

– Первая цель достигла группы, – произнесла Лора.

– Какая?

– Плохая. Но судя по сигнатуре, второй это Есенин.

– О как! Может, мы зря торопимся? – улыбнулся я.

– Ты так не шути.

– Александр Сергеевич, мистер Чан, надо поторопиться.

И хорошо, что они не начали спрашивать у меня что да как. Просто кивнули, и мы дружно сорвались с места. Болванчик расчищал для нас путь, а Тари прикрывала тыл. Если монстры хотели нас догнать, неожиданно их съедали.

– Десять километров, – сообщила Лора.

***

40 километров от центра Дикой Зоны со стороны Российской Империи.

Дима едва успел отскочить, когда яркая вспышка, которая до этого была Александром Есениным, врезалась с Захара, пробурив в земле длинную борозду. Парень быстро подскочил к Звездочету, проверил пульс и концентрацию энергии.

– Зараза, – прикусив губу, прорычал он. – Света, Вика, хватайте Арнольда и Виолетту и в укрытие!

Сам же он поднял Звездочета и поволок на спине подальше от битвы.

– А я тебя не отпускал! – появился рядом Захар, занося пылающий черным дымом меч. Дима не запаниковал и вытащил свое оружие, готовый блокировать удар. Вот только вряд ли это получится.

Перед ним появился Рей, но Захар мановением руки отшвырнул его к скалам.

– Зато я отпускал, – рядом возник Есенин и ногой с разворота ударил Захара в корпус. Атака была настолько мощная, что тело врага неестественно промялось под и отлетело в ближайшую скалу.

– Спасибо, вы очень… – произнес Дима, посмотрев на Александра, и тут же прикусил язык.

Есенин сильно изменился. Волосы превратились в светлые потоки энергии. Из глаз бил яркий свет, а улыбка… Дима долго ее не забудет. Герой так не улыбается.

С ним что-то не так.

– Ох, как же забавно! Теперь мы играем по моим правилам! Заодно ты опробуешь мою новую силу! – вылезая из каменной породы, сказал Захар.

Капюшон спал с головы, и Дима увидел его обезображенное лицо. У него еще промелькнуло, что на кого-то он похож, но на кого?

Света и Вика уже тащили раненых в укрытие. Дима поспешил за ними. Марк подхватил Ермакову на руки и старался увеличить расстояние от битвы двух сильных магов.

Дима выдохнул. Леня и Аня помогали, стараясь прикрывать. Вот только что они могут сделать, если в них прилетит случайное заклинание хаоса? Вроде все под контролем. Осталось дойти до ближайшей скалы, чтобы за нее спрятаться. А лучше вообще выбраться из Дикой Зоны кратчайшим путем. Что-то Диме подсказывало, что даже если Захар проиграет, они не смогут вернуться живыми. Слишком странно вел себя Есенин.

До ближайшей скалы осталось не больше пятидесяти метров. Кажется, Дима успел все организовать. Вон из-за камня выглядывал Марк, а девушки уже подходят к укрытию, да и Аня с Леней поняли, что им в битве делать нечего.

Вроде, все хорошо, но неожиданно, Дима спохватился:

– Где Фанеров?!

Ребята начали оглядываться.

– Женя! Стой! Ты куда?! – крикнула Аня, показывая пальцем Диме за спину.

– Запомните меня молодым! – и вытащив меч, этот псих побежал в самую гущу взрывов, но первый прилетевший камень в голову вырубил его.

Дима еще никогда не был так благодарен камню.

– Марк! Возьми Фанерова, в укрытие его! – крикнул он.

Когда все оказались в укрытии, Дима выглянул.

– Неплохо! – кричал довольный Захар. Его тело полностью окутала черная пелена. – Повесели меня!

– Хм… Какой-то ты слабенький, – Саша поднял руку и на кончике пальца образовалась огромная яркая сфера. Камни вокруг начали подниматься в воздух и крутиться. – Не люблю таких выскочек!

– Правда? – Захар щелкнул пальцами, и сфера окрасилась в черный. – По-моему, выскочка тут только ты.

Он оказался рядом и проткнул Есенина мечом.

– Кажется, ты проиграл… – улыбнулся злодей.

– Н-да… – Саша посмотрел на рану, как на нечто несущественное. – Интересно…

Он схватил рукой за шею Захара. Сфера моментально вспыхнула ярким светом, поглотив магию хаоса.

– Я самый сильный обладатель хаоса на этой планете! – зарычал Захар, схватившись за руку Есенина.

– Ты думал, что убьешь меня? – улыбнулся Александр. – Я ходил по дну самого глубокого океана. Я наблюдал события столь мельчайшие, столь быстрые, что они практически не случались вовсе, но ведь ты, слуга, в теле простого человека. Самый сильный обладатель хаоса на планете является не большей угрозой для меня, чем сильнейший таракан!

После чего их накрыла светящаяся сфера. Вспышка оказалась настолько яркой, что Диме пришлось отвернуться, но даже так глаза не сразу привыкли.

Кажется, Есенин победил.

***

За холмом вспыхнула яркая вспышка. И не просто вспышка, а будто там взорвалось солнце! Даже с нашего расстояния было слишком ярко.

– Осталось чуть-чуть, – сказала Лора. – Я боюсь туда посылать Болванчика.

– И не надо!

Даже без сканирования понятно, что Есенин с кем-то сражается. И этот кто-то мог быть только Захаром.

Пушкин тоже понял, что происходит нечто нездоровое, и начал кастовать что-то сложное. Такого я еще не видел. Энергия в нем так и плескалась, перетекая в руки и формируя что-то странное…

Забравшись на вершину пригорка, мы посмотрели вниз.

– Пиз*ец… – вырвалось у меня.

Внизу я увидел Захара, который проткнул Есенина черным мечом. От раны распространялась черная дымка. Вдалеке за небольшой скалой прятался Дима с остальными ребятами. Половина без сознания. Звездочет, Ермакова и Рей в крови.

Но не только это пугало. Есенин был какой-то не такой. Из его тела бил яркий свет. Волосы превратились в сгустки яркого огня, как и глаза.

Захар же висел плетью в его руке, кажется, без сознания.

– Плохи дела… – произнес Пушкин и пошел вниз, продолжая формировать заклинание.

Есенин откинул Захара на пару метров. Тот был еще живой, но он ничего не мог сделать.

Саша же повернулся к группе магов. Легкий взмах руки, и скала, за которой прятались все, разлетелась в пыль. Дима едва успел отпрыгнуть, как в том месте появился кратер.

Я не стал медлить.

– Лора, активировать протокол “Титан” и “Красный”! – и быстро начал спускаться к Есенину.

– Миша. “Красный”?!

– Я не собираюсь спорить! Быстро! – крикнул я, когда увидел, что Саша поднимает руку для следующей атаки.

Болванчик первым долетел до поехавшего Есенина и пробил ему очередь в голову. Но тот, кажется, даже не заметил.

Пришлось пустить в него несколько шаров.

Пушкин подскочил вовремя. Оказавшись рядом, он обнял Есенина. Кинув его на прогиб через спину, он воткнул врага в землю.

Когда он откатился и встал, я увидел, что те места, где он соприкасался с Сашей, обуглились. Тело Пушкина покрывала защитная пленка.

– Чан, стой там! – крикнул я.

Есенин начал вылезать из ямы.

Даже под протоколами мне стало жутко.

***

Дима Бердышев.

Еще бы чуть-чуть, и его могло разорвать на миллионы мелких кусочков. Только быстрая реакция и предугадывание атак помогло Диме спастись. Но и он, и остальные, прекрасно понимали, что еще одна атака, и это будет конец для всех.

Скалу, за которой они прятались, Есенин распылил мановением руки. Ему не стоило ничего сделать так же с остальными. И Дима мысленно приготовился к этому.

Когда Александр начал поднимать руку, все понимали, что это будет последняя атака.

Дима прикрыл глаза. Не хотелось видеть свою смерть. Ну хоть он погибнет от заклинания сильнейшего мага современности, а не где-то в неизвестном метеорите…

Но удара не происходило.

Приоткрыв глаз, Бердышев увидел, как за спиной Есенина непонятно откуда возник Александр Сергеевич Пушкин и кинул на прогиб Есенина.

Тут же перед ним появился Миша. Его тело пылало голубым пламенем. Волосы почти так же, как и у Есенина, превратились в сгустки энергии.

– Где Дункан? – спросил через плечо Миша.

– Не знаю…

– Как это? Есенин прибыл один? – полностью повернув голову, спросил Кузнецов.

Дима замер на долю секунды. У его друга так же ярко пылали глаза, как у Есенина.

– Дима! – повторил он.

– А да, прости. Да, он прибыл один. Я не знаю, где Дункан. Что нам делать?

– Сваливайте! Сваливайте отсюда, как можно дальше и быстрее! Я не знаю, сколько мы сможем его удержать! – прорычал он и пошел вперед на поехавшего мага.

***

– Миша, у него перевес магии порядка! – сообщила Лора, как только мы услышали, что рядом не было Дункан.

– Я уже это понял, – приготовив Ерх, я подскочил к Есенину сбоку и попробовал выбить у него из рук меч. Но не получилось.

Саша, не глядя, заблокировал мой удар. Медленно повернув голову, он сперва удивился, а потом улыбнулся. И это мне совсем не понравилось.

– О! Я ждал тебя! Миша! Дорогой! Покажи, на что ты способен! Покажи свою истинную силу! Давай! Повесели меня! – он начал обрушивать на меня атаки. – Давай! Давай! Давай-давай-давай!

Удар, еще удар.

– Э, а ты ничего не забыл, малец? – прорычал Пушкин, и как только Есенин повернул голову на звук, ему тут же прилетел мощный удар в челюсть.

Удар получился что надо. Сашу откинуло на пару десятков метров.

– Пора красавица, очнись! – прорычал Пушкин. Он тоже перестал сдерживаться.

Вот так и стояли мы втроем. И у каждого волосы превратились в пылающие языки энергии.

– Время “Красного” протокола заканчивается! – сообщила Лора. – У тебя еще пять минут с учетом всех возможных плюшек!

– Понял.

– Миша, нам надо его ликвидировать, – произнес Пушкин. – Я смогу его сдержать. Твой меч, я знаю, ему это по силам.

– Есть другой вариант, – зачем-то ляпнул я.

Да, план был, но очень теоретический, и заключался он в том, что я пропущу через себя излишки магии порядка. Конечно, целовать Есенина я не собираюсь, а прогоню излишек через внутреннее хранилище. Благо оно бездонное.

– И? – не выдержал Пушкин.

– Просто сдержите его.

– У тебя одна попытка. Если провалишься, мы его ликвидируем. В таком состоянии мы не можем его упустить. Я пожертвую собой!

Пушкин был готов ко всему.

Разумеется, мы понимали, что отпустить Есенина отсюда – равносильно подписать приговор для человечества. Его уже ничто не остановит. Даже Дункан. Сейчас его полностью поглотила магия, противостоящая хаосу. Это был обоюдоострый нож, и одна часть затупилась.

Саша спокойно встал и, потрогав место ушиба, перевел взгляд на Пушкина.

– Ты думаешь, что мне этот удар нанес урон? Жалкий старик… Очень жалкий. Кажется, ты слишком долго живешь на этой земле, – произнес он. – Но, может, хоть перед смертью ты сможешь меня порадовать?

***

Александр Сергеевич Пушкин.

Что позволяет себе этот зарвавшийся щенок?!

Пушкин никогда не любил выскочек. Тех, кому силу дали на блюдечке с голубой каемочкой. Конечно, он помнил день, когда у Сережи родился сын. Тогда случилось что-то невероятное. Буквально, выигрыш в лотерею! Такого никогда раньше не случалось – родился тот, у кого две предрасположенности, противоположные друг другу. Хаос и порядок.

И Пушкин следил за успехами этого молодого гения. На протяжении всей жизни ему все давалось легко. Никогда он не прикладывал усилий, чтобы добиться чего-то.

Лучшие девушки? Пожалуйста. Богатые родители? Естественно. Красивая внешность? Его лицо мелькает на всех обложках модных журналов, как эталон красоты.

Гений, одним словом.

Вот только Александр знал одну незыблемую истину. Нет никого сильнее Пушкина. Любого гения, может победить другой гений. Надо просто трудиться! Больше работать! Тренировки! Многочасовые, многодневные. Недели. Года. Был период, когда Пушкин жил в центре Дикой Зоны и питался только монстрами.

Не было никого, кто бы мог сказать, что Пушкин слабак. Всегда сильнее. Всегда быстрее и мощнее!

Был только один единственный человек, которого он считал сильнее себя. Но и того уже давно нет в живых. А тот, кто стоял сейчас перед ним и кидал пафосные речи, был простым зарвавшимся щенком. Малолеткой, который возомнил, что раз ему никто не давал по морде, то он мощнее всех.

– Ох, малец, как же ты далеко от звания сильнейшего, – вздохнул Пушкин, подняв голову к небу. Часы в кармане тихо завибрировали.

Как раз вовремя. Полдень.

***

С Пушкиным что-то произошло. Что-то неуловимое. Возможно, у меня в глазах уже рябит, но он как будто стал больше.

Есенин ухмыльнулся и исчез. Через мгновение он оказался вплотную к Александру Сергеевичу. Его кулак вспыхнул ярким огнем и впечатался в челюсть Пушкина.

– А как тебе это, старик? – оскалился Есенин.

– Это ты называешь удар? – даже не двинувшись с места, произнес он и зарядил Саше еще один мощный апперкот, от которого его откинуло в скалу. – Вот удар.

– Лора, все готово? – спросил я.

– Вполне! Но это риск…

– Кто не рискует, как говориться, – вздохнул я и посмотрел на Пушкина. – Александр Сергеевич. Я готов!

– А ты молодец! – ухмыльнулся Пушкин, окинув взглядом меня с ног до головы.

Он вытянул руку, и на ней появилось заклинание, которое он формировал. Вот только я думал, что оно предназначалось для Саши, но нет.

Пара движений кистью, и бесформенная полупрозрачная субстанция поплыла к бессознательному Захару и плавно его обволокло.

– Это на случай, если мне не удастся остановить Есенина, – загадочно произнес он. – А теперь пошли. Надо остановить этого психа. Моей силы хватит еще на пару атак.

Саша опять встал.

– Старик, ты начинаешь меня удивлять. Я не думал, что в тебе столько ярости! Отлично! – он маниакально улыбнулся.

Дальше было что-то странное. Расставив руки в стороны, он запрокинул голову и начал взлетать.

– Жалкие… Жалкие… Но я не злюсь. У меня даже ненависти к вам нет! Все, что я чувствую, это как мне приятен наш мир… Сколько еще интересного он сможет преподнести? – он начал делать пируэты в воздухе. – Запомните! В небе и на земле лишь я достойный!

Пушкин отпихнул меня назад.

– Знаете, что произойдет, если соединить две противоположности? Две структуры, которые просто не могут сосуществовать вместе? Порядок и хаос? Никто не знает! Это заклинание я разработал лично! Никто еще не испытывал его на себе! Ты, Пушкин. Говорят, у тебя непробиваемая защита, так давай же проверим!

– Миша, медлить нельзя! – крикнула Лора.

Есенин сложил указательный и большой палец.

Глава 12. Мы дома.

г. Москва.

Центральная больница имени Чехова.

Первое, что почувствовала Дункан, это устойчивый запах медицинского спирта.

"Мерзость" – услышала она чей-то голос.

Айседора резко открыла глаза и села. В затылке тут же что-то стрельнуло, и голова загудела как после сильной пьянки.

Быстро оценив положение, она поняла, что находится в палате. Больница знакомая. Это точно Российская Империя. Но где она?

Покрутив головой, Дункан заметила, что из руки торчали аж три капельницы. Посмотрев составы, она немного успокоилась. На тумбочке стоял набор врача с надписью “Центральная городская больница имени Чехова”.

Дверь тихонько приоткрылась, и в палату заглянул немолодой мужчина с проседью и маленьких очках.

– Ох, голубушка, вы очнулись! – улыбнулся он и зашел. – Только прошу прикройтесь, а то вас может продуть!

Дункан поняла, что она голая. Прикрыв грудь, девушка откинулась на подушку и вздохнула. Голова все еще раскалывалась.

– Я же в Москве?

– Верно, голубушка, – мягко улыбнулся лекарь и, взяв круглый стул, сел напротив.

– И как я тут оказалась?

От доктора веяло заботой, и Дункан быстро расслабилась.

– Александр Есенин вас принес, – он потер руки. – Так, а теперь давайте, я вас осмотрю. Вы уж простите, не могли бы вы встать?

– Голова болит… – потерла она лоб.

– Ох, секунду, – теплая ладонь легла девушке на лоб, и боль постепенно прошла. – Лучше?

– Да, спасибо!

– А теперь, попробуем встать, – улыбнулся он. – Можете прикрыться, если стесняетесь.

– Да не особо. Вы же доктор. Я в курсе, как проходит осмотр, – она скинула простыню и голой встала перед лекарем.

Тот поправил очки и начал аккуратно водить рукой в сантиметре от тела Дункан. Иногда он тыкал пальцем и спрашивал, больно или нет.

– Шрамы, рубцы никак не беспокоят?

– Нет.

– Хорошо… – он продолжил обследование. – Кости быстро срослись. Это не страшно. Но у вас было что-то странное с внутренним хранилищем.

– Эм, – она опустила глаза на лекаря. – Какое внутреннее хранилище? У меня его нет! Я вообще-то не маг.

– Ох, милочка, в этом то и проблема, – развел он руками. – Видите ли, мы знаем, что Айседора Дункан не маг. Это известно всем медицинским учреждениям под руководством Михаила Павловича. Но вот в чем проблема. У вас появилось внутреннее хранилище…

– Как мне к вам обращаться?

– Лука Савельевич.

– Лука Савельевич, разве такое возможно? Откуда оно у мен?!

– В этом и проблема. Никто не знает. Такого никогда не было. И это внутреннее хранилище… Оно, хм… не ваше. В вашем теле есть кто-то еще.

“Упс, поймал” – услышала она шипящий голос в голове.

– Кого поймал? – не поняла Дункан.

– Что? Я такого не говорил… – он прищурился. – Может быть, вы слышите голоса?

– Возможно.

Дункан не до конца понимала, что с ней происходит, но она легла на кровать и укуталась в одеяло. Надо было подумать, и много о чем. И в первую очередь…

– Где Есенин! – ее глаза округлились. – Доктор! Достаньте это из меня! Быстро!

Она начала вырывать капельницу и хвататься за одежду.

– Подождите! Успокойтесь! Мы все сделаем!

– Это надо делать сейчас! Где Есенин? – она схватила рукой доктора за одежду и с легкостью оторвала от пола.

– Подождите, голубушка, отпустите меня! Он как только вас принес, тут же исчез! Я не знаю, где он! – затараторил Лука и аккуратно погладил Дункан по руке. – Тише, голубушка… Все хорошо.

“Он хочет убить тебя”, – прошептал голос в голове.

Но Ася почувствовала легкую усталость и сонливость. Опустив доктора, она села на кровать и быстро начала засыпать.

– Позвоните… позвоните царю… пожалуйста… или Чехову… Есенину… хоть куда… – глаза быстро закрывались, но она боролась со сном как могла. – Скажите, что Дункан не… не сможет… я не смогу Сашу…

Наконец, Дункан уснула.

Пожилой врач вытер пот со лба и выдохнул.

– Кажется, обошлось…

Выйдя за дверь, он кивнул двум отрядам охраны, каждый по десять человек. Те тоже выдохнули.

– Обошлось, мальчики. Сегодня вашей жизни ничего не угрожает, – успокаивающе произнес доктор.

– Да бред же, Лука Савельевич, это же простая баба. Она там голая и полуживая! – сказал молодой боец.

Доктор многозначительно посмотрел на командира – матерого ветерана с седыми усами. Даже в своем возрасте он выглядел внушительно и был в форме. Подойдя к молодому подчиненному, тот без стеснения влепил ему хороший удар в живот.

– Я бы посмотрел на твой скулеж, если бы она вырвалась! – прорычал командир, наклонившись к ловящему воздух парню.

– Но, она же… Не… маг… – едва справившись с болью, сказал парень.

– Ох, молодой человек, – вмешался лекарь. – Как вы думаете, почему тогда она напарница Есенина, а не маг? – доктор положил руку на спину парня, снимая боль. – Вот именно, потому что она чертовски сильна. Физически. А теперь простите, мне надо сообщить Чехову, что пациентка очнулась.

***

Дикая Зона.

Понятия не имею, насколько мощной должна быть эта атака, и даже не хочу проверять. Но два факта я точно знал.

Первое: сейчас в Есенине весы магии перевешивали на одну сторону, и сделать заклинание, смешав две противоположные силы, у него не получится. Это не предположение, а сухие цифры, показанные Лорой.

И второе: я не дам ему совершить эту атаку!

Пушкин активировал нечто… Да хрен пойми, как оно называется. Но это точно что-то очень крепкое, способное выдержать любую атаку. Наверное.

Есенин не стал долго готовиться. Да и я тоже.

Пришлось ускориться до такой степени, что ноги буквально ныли от перенапряжения.

Проблема всех мощный атак в подготовке. Есенин, сам того не ведая, проговорился. Когда он прицелился и почти выпустил плазменный шар, я ударил ногой ему по рукам, и настолько сильно, что его локти вывернулись в противоположную сторону, а атака, предназначавшаяся Пушкину, полетела вниз.

– Зря… – прошипел Саша.

– Тяжелый, зараза, – проговорила сквозь зубы Лора.

Этот удар нам достался с большим трудом. Его руки были словно из бетона, если не крепче. Пришлось пожертвовать голенью. Но все же я не позволил этой атаке попасть в Пушкина. Может, он бы и выдержал. Но рисковать я не намерен.

– Попался! – зарычал Александр Сергеевич и, размахнувшись, швырнул в него непонятно откуда появившийся меч.

Пока руки у Саши не успели срастись, он немного ослаб. Мечом его прибило к скале. Мы с Пушкиным подскочили моментально. Лора уже вела обратный отсчет действия протокола “Красный”. У Александра Сергеевича тоже не было сил.

– Финалочка! – прорычал тот, навалившись на Есенина всем телом. Локтем сдавил ему горло, а второй схватил правую руку. – Миша! Я не знаю, что ты задумал, но сейчас самый подходящий момент! – и его тело загорелось. – Быстрее!

Я схватил вторую руку Есенина и прижал к скале, а затем ударил в то место, куда показывала Лора. Именно там была брешь в защите. Туда попал Захар своим мечом, и рана не до конца успела срастись. Видимо, хаос всему виной.

Моя ладонь прошла наполовину в тело Александра. И тут же мои руки загорелись, как и у Пушкина. Есенин зарычал, силясь вырваться. Болванчик атаковал безостановочно, пытаясь нанести хоть какой-то урон, но это капля в море.

– Лора! Давай! ДАВАЙ БЫСТРЕЕ! Я ТАК ДОЛГО НЕ СМОГУ!

***

Светлана Нахимова.

Все, что происходило, не укладывалось в голове у молодой Нахимовой. В моменте все пошло под откос. Сперва ранили Ермакову, потом появился Захар, за ним Есенин и Миша с Пушкиным. Еще и какой-то китаец стоял рядом и оказывал первую помощь пострадавшим.

Что за хрень тут происходит?!

Ей никогда не было так страшно как сейчас. Безысходность от осознания того, что она ничего не сможет сделать сильно давила на нее. Она посмотрела по сторонам. Рядом сидел Антон и немигающим взглядом смотрел на битву.

Его брат слетел с катушек. И его пытались остановить два человека. Один из них был их товарищем и близким другом.

Света даже представить не могла, какого это: смотреть на то, как два близких человека сражаются насмерть.

Нахимова выглядывала из-за камня. Кузнецов сделал какое-то движение и моментально оказался сбоку Есенина. Это было так быстро, что даже ее натренированный взгляд не смог уследить за ним. Дальше еще чуднее. Он ударил по рукам Есенина, сбив атаку, и сломав тому кости.

Свете показалось, что и его нога странно согнулась.

Уму непостижимо! Почему Кузнецов Миша, тот самый, которого она встретила перед поездом в КИИМ, оказался таким сильным? Как так?! Он же прямо сейчас дерется наравне с Есениным и Пушкиным, ничуть им не уступая! Откуда у него такая сила?

Пушкин пригвоздил Есенина к скале и оба навалились на него.

– Саша! – крикнул Антон и рванул к дерущимся.

– Лови его! – закричал Дима. – Быстрее! Пока он не добрался до них!

Света не стала медлить и первой выскочила из укрытия. Она запустила в ноги Антона водный хлыст, сбив того с ног. Тут же подскочил Марк и упал на него сверху. Дима зафиксировал ноги, а Света выбила меч из рук Есенина-младшего.

– Они же убьют его! – орал Антон, пытаясь вырваться. – Он мой брат! Отпустите! Они его убивают!

Света бросила взгляд на происходящее. И фиг поймешь, кто кого убивает. Но ей в голову закралась одна страшная мысль. Что никто не выживет в этом аду. А она даже не сказала Михаилу того, что хотела.

Все трое были охвачены огнем. Рука Миши была в животе у Есенина, который орал и вырывался. Пушкин рычал и старался сильнее прижать его к камню.

– Что они делают? – прошептал Дима, завороженно наблюдая за происходящим. – Это что-то…

– Отпустите! – заорал Антон. – Брат! Держись!

Света же не могла оторваться от происходящего. Остальные тоже смотрели, затаив дыхание. Возможно, сейчас у них на глазах гремела битва, которая может войти в историю.

Первым без сил упал Пушкин. Есенин тут же схватил Мишу за руку, торчащую из его живота.

– Я сильнейший! – выплевывая кровь, произнес Есенин.

***

Как бы мне ни хотелось остановиться, но было уже поздно. Самым верным шагом оказалось проникнуть в тело Саши. И я это сделал. Лора использовала все ресурсы, которые были у нее на данный момент, и начала перегонять магию порядка через наше хранилище.

– Я потом с ней что-нибудь сделаю, – пояснила она.

– А мы разве не станем трубой, через которую будет выходить магия? – удивился я.

– Вот еще! Такой ценный ресурс! Такая энергия! Я обязательно ее изучу!

Как бы Лора не пыталась шутить, я чувствовал, что она тоже на грани. Мы все на грани.

Мои каналы рвались один за другим, и только благодаря протоколам я стоял на ногах и мог что-то делать.

Но тут уже у Пушкина закончилось время. Он вобрал в себя больше всего урона. Я видел, как огонь, который охватил нас троих, тянулся к Александру Сергеевичу. Он дал мне шанс оставить Есенина в живых, вобрав большую часть урона в себя.

Когда Саша взял меня за шею, мне было наплевать. Дышать все равно нечем. Одежда держалась на честном слове. Да и время протокола подходило к концу.

Сейчас шла битва за время. У кого оно раньше закончится. Если я успею обнулить магию порядка Есенина, то мы победили. Наверное.

Можно ли считать роялем в кустах Ерха, дрожащего от гнева? Меч за моей спиной начал испускать ауру? Да я сейчас согласен вообще на все, что угодно!

– Ты! – рычал Есенин, а я чувствовал, что его запал спадает. – Ты чертов сукин сын! Что ты делаешь?!

– Не даю тебе нас убить! – захрипел я.

Ерх окутал меня полем. Уж не знаю, как он это сделал, но меч добавил мне немного сил, чтобы продержаться чуть дольше.

Н-да, обе руки в страшных ожогах. Не спасала даже мощная регенерация от протоколов. Я чувствовал, что море энергии стремительно заканчивается и…

Есенин стал тухнуть. Его волосы постепенно обрели прежний вид. Глаза потухли. А рука, сжимающая горло, ослабла.

– Терпи! – крикнула Лора, поддерживая мой организм, чтобы я не потерял сознание. – Терпи! Потом покажу сиськи! Терпи, я сказала!

Все же Саша был не там человеком, который знал, что значит выложиться на полную. Ему в жизни все давалось слишком легко и превозмогание для него – пустой звук. Он даже в мыслях не мог представить, что придется терпеть.

Он попытался ударить меня кулаком в лицо, но это было больше поглаживание. После чего он опустил голову.

Пришлось приложить очень много усилий, чтобы остановить огонь, которым я был охвачен. Даже боюсь представить, как я сейчас выгляжу. Лора давно отключила болевые пороги, и я ощутил дикую усталость и невозможность нормально прогонять по каналам энергию. Как будто по трубам текла не вода, а вязкая жижа.

– Миша, Миша! Ты как? – голос Лоры звучал как-будто издалека. – Ты цел?

Я трясущимися руками достал меч Пушкина из тела Есенина и аккуратно положил рядом рядом с Александром Сергеевичем.

Голова была ватная. Ноги свинцовые.

– Больше не выдержу, – пробубнил я и сполз на землю.

Впереди я увидел ребят. Они почему-то сидели на Антоне, а тот что-то злобно кричал и плевался.

– Все будет хорошо… – я постарался улыбнуться. – Лора, все целы?

– Пушкин в тяжелом состоянии, но жив. Есенин тоже, – она появилась передо мной и присела на корточки. – Ты справился. Ты всех спас, Миша.

Она грустно улыбнулась и погладила меня по щеке.

– Больно, – скривился я. – Только не делай такое лицо, хорошо? Ты мне еще обещала кое-что показать.

– Пошляк, – тут же оживилась она. – Действия протоколов закончились.

– И?

– Ну… – в ее руках появился планшет. – Мне проще сказать, что у тебя не повреждено или не сломано.

Краем взгляда я увидел, что Антона отпустили. Ребята подошли ко мне.

– Я боюсь к нему прикасаться, – прошептал Марк.

– Свали, – резко крикнула на него Виолетта и села рядом. – Миша, э! Ало! – она пощелкала пальцами у меня перед глазами.

– Да, – кивнул я. Черт, зря я это сделал. Все тело охватила сильная боль.

– Сейчас, дорогой, подожди, – она начала водить по мне руками.

Рядом появилась Тари, которую до этого никто не видел. Она быстро подползла под руку как кошка и улеглась.

Ребята сначала дернулись и схватились за оружие, но я успокоил их, сказав, что это мой питомец.

– Что нам делать? – расплакалась Аня.

Ну да, ситуация так себе…

– Так, быстро делаем носилки! – встал Дима и начал раздавать указания. – А ты, – он ткнул в меня пальцем. – Мы с тобой позже поговорим, если выживешь.

Кажется, у меня начал заплывать один глаз. Я специально не просил Лору показать, во что превратилось мое лицо. И так ясно, что там каша из ожогов, синяков и порезов.

– Да никто не собирается поды… – я не успел договорить. Все же резервы организма не бесконечны.

Я потерял сознание.

***

КИИМ.

Кабинет директора Горького Алексея Максимовича.

На следующее утро после инцидента.

Странно, но утро выдалось на удивление солнечным и прохладным. На стеклах сверкала легкая изморозь. Алексей Максимович стоял с чашечкой чая у окна и наблюдал, как юные маги-истребители шли на учебу.

Эх, вроде, конфликт с Китаем скоро закончится. По крайней мере, новости таковы. Прорыв, кажется, тоже отменяется. Значит, группа Звездочета смогла предотвратить его. Удача!

Но звонок нарушил чарующую тишину утра.

– Слушаю? – ответил Горький.

– Алексей Максимович! Срочно к распределителю! Зовите всех! Всех! – закричал в трубку дежурный распределителя и отключился.

Директор понимал, что просто так дежурный бы не позвонил, и тем более не говорил бы подобное. У него были четкие инструкции, а он, пренебрегая всеми, набрал директора. А еще и принялся орать! Где это видано?

Что ж, рисковать все же не стоило.

Горький быстро обзвонил всех в институте: от лазарета до оружейника и начальника охраны. После схватил трость и поспешил к распределителю.

Там уже собралась большая часть преподавателей. Студентов отогнали, чтобы дать больше пространства. Весь медпункт уже был рядом.

Из дверей вышел Белозеров – весь бледный и с выпученными глазами.

– Господин директор… – преподаватель явно был не в себе. – Вы должны это увидеть…

Горький сдвинул брови, погладил усы и прошел через распределитель в Дикую Зону. То, что он увидел, заставило его поменять отношение к дежурному распределителя. Это он еще был очень тактичным и внимательным, чтобы не материться. Молодец.

У входа на водной подушке лежали преподаватели. Рядом был заключен в сложное защитное заклинание какой-то человек. Зная, какой он сложности, стоило догадаться, что это очень опасный человек.

Но не только это было удивительным. Помимо преподавателей, без сознания на водном матрасе лежали Александр Сергеевич Пушкин, Александр Есенин и Кузнецов Михаил.

– Мне надо срочно сделать пару звонков… – выронив трость, сказал директор и полез в карман за телефоном.

Глава 13. Что было после...

г. Москва.

Кремль.

– Петя, да мне наплевать, сколько это займет времени, – спокойно сказал Романов. – Мне важно, чтобы вы нашли Императора Китая и алтарь. Он точно там.

И он положил трубку.

Дела в последнее время шли слишком хорошо. И это не радовало Петра Петровича. Он, как человек старой закалки, привык думать, что если все хорошо, то рано или поздно начнется такой бардак, что мало не покажется.

– Катя, что ты тут все ошиваешься? Тебе заняться нечем? – Петр посмотрел на свою младшую дочь с легким укором.

– Не-а, – ответила она, подпиливания и без того идеальные ноготки. – Нечего. Я уже и по магазинам ходила, и с мамой потрещала…

– Я всегда могу найти тебе работу, – улыбнулся царь.

Хоть он и бухтел, но в глубине души был рад, что дочь рядом. Она скрашивала серые будни своим присутствием. Вносила легкий хаос в повседневные дела и веселила.

– А у меня уже есть дела. Вечером надо съездить на парочку открытий заводов. Да дать интервью в новостях.

– А завтра? – прищурился отец.

– А завтра я приглашена на вечернее ток-шоу, так что буду тоже занята, – хихикнула она, поглядывая на отца. – А тебе скучно? Хочешь, можешь со мной пойти, посидишь в зале.

Она говорила это с иронией, и Романов это понимал. Вот за это он и любил свою младшую дочь.

– Ага, только тогда участницей шоу будешь не ты, а я, – кинул ей ответку. – Но так уж и быть, я избавлю тебя от этого и не пойду с тобой. У меня много дел. Завтра должен прийти отчет от Паши, а к вечеру от Насти.

– О! А когда она приедет? Я так долго ее не видела! Совсем уже в этой Австралии обосновалась, – недовольно скрестив руки на груди, произнесла она.

Петр встал из-за стола, прошелся по комнате, подошел к дочке и погладил ее по голове. Затем направился к окну и посмотрел во внутренний двор.

– Эх, сколько же еще это будет продолжаться…

Казалось, он говорил сам с собой, но Катя поняла, о чем идет речь. Она всегда была очень усидчивой и внимательной, и могла в нужный момент стать серьезной.

– Когда все враги полягут, и человечество сможет жить спокойно, – произнесла она.

– Да… – Петр многозначительно поднял голову к звездам. – А Володя говорил, что это возможно. Надо просто посмотреть шире…

– Прости, отец, я не знала этого самого великого и страшного Кузнецова.

– И слава богу. Тот еще фрукт, – быстро пришел в себя Петр.

Телефон на столе завибрировал и начал двигаться к краю.

Отец и дочь многозначительно посмотрели друг на друга, мол, ну и пары минут не дают спокойно побыть вдвоем.

– Ладно, пойду к матушке, – вздохнула Катя. – Она хотела показать несколько новых ресторанов… Ты тут давай, не это… Не заработайся! И поменяй уже этот старый диван!

– Вот еще, – улыбнулся царь, взяв в руки телефон. – Это моя память…

Как только Катя вышла за дверь, он посмотрел на входящий звонок – “Горький”.

– Слушаю, Леша?

– Петр Петрович… – голос директора КИИМа дрожал. Судя по всему, у него была паника. – Тут такое… Я даже… В общем… Ох, с чего бы начать…

– Директор Горький! – рявкнул царь, не намереваясь слушать причитания. – Доложите по существу.

– Да, простите, – взяв себя в руки, Горький продолжил: – Утром со стороны Дикой Зоны к нашему распределителю прибыла группа Звездочета.

– Так… – кивнул царь. – Отлично. Значит, предполагаемый большой прорыв отменяется?

– Подождите, ваше величество, это не главное, – перебил Горький. – Вместе с ними прибыли еще люди, – он сделал глубокий вдох и продолжил спокойным голосом. – Лучше вам присесть, ваше величество. В общем. Помимо группы Звездочета, там оказались Пушкин, Кузнецов, Есенин, китайский актер Чан и Захар. Также Звездочет, Ермакова и Асая Рей были без сознания. Так же, как вышеупомянутые люди, они находились на водном питомце Кузнецова. Студенты крайне истощены, даже при условии того, что они находились все это время в Дикой Зоне. Также Пушкин и Кузнецов находятся в тяжелом состоянии. Особенно Пушкин.

– Стоп! – непроизвольно крикнул царь. – Захар? Тот самый Захар? Который был в Японии?

– Скорее всего, – согласился Горький. – Прошу, ваше величество, дайте договорить. Это не все новости…

– Слушаю.

– Ребята говорят, на них напал Захар. Они до сих пор восстанавливаются в лазарете. Потом на помощь пришел Есенин и победил Захара, но! После этого, он напал на студентов. Преподаватели пытались защитить ребят, но… Вы сами понимаете, это Есенин. Через несколько минут после этого появились Пушкин, Кузнецов и Чан. Совместными усилиями они смогли обезвредить Есенина, но и сами оказались на грани смерти.

– Что с ублюдком хаоса? – прорычал царь, сев на свой старенький диван.

– Пушкин его успел заточить в безусловную защиту. Я сразу понял, что это его рук дело, так как мы никак не могли через нее пробиться.

– Чертов Есенин, – не выдержав, царь ударил кулаком по подлокотнику и тот опасно треснул, чем вызвал легкий испуг. – Пошел без Дункан! Идиот! Так! Алексей, ждите моего приезда. Я высылаю Первый тайный отдел. Окажи им полное содействие.

– Слушаюсь, – ответил директор.

– Отбой, – после чего он положил трубку и тут же набрал второй номер.

На том конце сняли трубку, но не произнесли ни слова.

– Это я, – прогремел Петр. – Всех агентов в Широково направить в КИИМ. Пусть возьмут под стражу два объекта: Есенина и Захара. Первого, через тридцать минут, если не приедет его отец.

После сразу отключился. Ему не надо было ждать подтверждения. Его личный отдел работал слаженно и оперативно.

Далее последовал еще один звонок. Надо было действовать максимально оперативно.

– Сергей, – без лишних приветствий сказал царь, обратившись к главе рода Есениных. – У тебя есть полчаса, чтобы приехать в КИИМ. И мне насрать, где ты находишься. Твой сын победил помощника хаоса.

– Здравствуйте, ваше величество, – аккуратно поздоровался Есенин. – Это же хорошо?

– ВОТ ТОЛЬКО ОН ЭТО СДЕЛАЛ БЕЗ ДУНКАН! – взревел на весь кабинет Петр Петрович. – Ты понимаешь, что могло случиться?

– Да, – быстро ответил Сергей Александрович. – Выезжаю.

Царь хотел бросить трубку в стену, но у него оставался еще один звонок. На этот раз лучшему лекарю российской Империи.

Быстро набрав номер, он услышал:

– Ваше величество, я в курсе происходящего. Горький уже позвонил. Я выезжаю в КИИМ, – быстро отрапортовал Чехов. – Дункан находится в моем московском учреждении. Боюсь, даже если бы она находилась при Саше, последствия были бы теми же.

– Отчет! Предоставить мне отчет! Неважно тобой он будет сделан или твоими подчиненными! Мне нужны данные! Я выезжаю в Широково.

И царь отключился.

Дела резко сделали разворот на сто восемьдесят градусов. Если недружелюбные страны узнают о том, что Есенин выбыл из гонки, это может послужить новым толчком к атакам на границе. Все же Есенин был одним из сдерживающих факторов некоторых стран, чтобы не начать войну с Российской Империей.

Но сейчас надо как можно быстрее понять ситуацию. Вот только все факторы говорили о том, что в ближайшее время один из сильных козырей Империи выбыл из игры. И скорее всего надолго.

Романов вышел из кабинета и направился прямиком к жене. Надо было сообщить, что у него срочные дела, и ближайшие пару дней ему придется все скинуть на нее.

Как раз в это же время из дверей покоев царицы вышла Екатерина.

– О, папа, а ты чего тут делаешь? – хитро улыбнулась она, но быстро убрала гримасу, увидев серьезное лицо отца.

Мимолетная мысль промелькнула в голове Петра.

– Катя, собирай вещи. Хочешь в Широково? У тебя десять минут.

– Чего? – выпучила она глаза. – Мне нужен минимум час!

– Десять минут! – чуть громче, чем хотел, произнес царь и вошел в покои царицы.

Катя же секунду стояла с открытым ртом. Однако у нее была отличная черта – быстро соображать. В следующую секунду она сорвалась с места и побежала к себе собирать рюкзак.

Ничего больше уже не успеть.

***

КИИМ.

Примерно это же время.

Горький стоял в подвале института. В одной из тех комнат, куда студентам вход закрыт. Тут хранилось много секретов, и сейчас директор с большим интересом смотрел на два из них.

В помещении было две маголитовых клетки. В одной из них плавал Захар, погруженный в полупрозрачную вязкую субстанцию. А во второй, прикованный к маголитовому трону, Александр Есенин. Оба были без сознания.

Рядом с директором стояли Белозеров и Старостелецкий. Никто не проронил и слова. Все трое только наблюдали за двумя заключенными.

– Ну и кто, по вашему мнению, из них самый опасный? – спросил Горький.

– Я бы поставил на этого человека, – ткнул пальцем в Захара профессор Старостелецкий.

– Хм… По моему выбор очевиден, – пожал плечами Белозеров и ткнул пальцем в Есенина. – Но как бы то ни было, сейчас у нас в институте, возможно, две самые опасные силы. И нам надо что-то с ними делать.

– Безусловно, – кивнул директор. – Но сперва поднимемся.

И как только они вышли из помещения, тут же натолкнулись на трех мужчин в одинаковой форме.

– Добрый день, – поклонился человек в центре, – Алексей Максимович, Валерьян Валерьевич, Василий Клавдиевич. Думаю, не стоит говорить, зачем мы тут?

– Безусловно, – кивнул директор и попросил спутников оставить его наедине с Первым тайным отделом.

Как только они с агентом вернулись в комнату заключенных, тот продолжил:

– Мы заберем приспешника хаоса и Александра Есенина, чтобы…

– Это вряд ли, – раздался голос у них за спиной.

Все резко обернулись. Никто не почувствовал приближения постороннего, что делало его опасным.

В дверном проеме стоял глава рода Есениных, Сергей Александрович.

– Это мой сын, и я забираю его с собой, – бесцеремонно он пошел к клетке.

– Боюсь. Мы не можем вам этого позволить. Его состояние нестабильно как никогда, и он будет находиться…

Есенин-старший остановился на полпути и повернулся к трем агентам.

– Он будет находиться дома. В родных стенах! Кто как не Есенины знает, что с ним делать в такой ситуации? Вы же просто будете держать его в состоянии сна.

– Таков приказ царя! – и агенты преградили путь.

– Вот как? Мне царь дал тридцать минут, – и сделал пару шагов вперед.

– Тридцать минут… – агент посмотрел на часы.

– У меня есть еще две минуты, – произнес Сергей Александрович. – Я в своем праве.

Агенты переглянулись и, кивнув друг другу, расступились.

Есенин-старший подошел к Горькому и вытянул руку.

– Леша, дай ключи, – спокойно произнес он, однако в помещении повисла напряженная атмосфера.

– Сережа… – вздохнул Горький. – Твой сын сейчас опасен. Мы сможем его вылечить. Оставь его нам.

– Если не отдашь, я заставлю тебя это сделать, – глядя в глаза Горькому, произнес Есенин. – Не заставляй меня возвращаться в старые времена.

Агенты не понимали, что происходит, но на всякий случай напряглись.

Директор вздохнул, достал из кармана ключи и передал Есенину-старшему.

Тот открыл клетку, повесил на шею сыну какой-то странный амулет и отцепил его от трона. Затем закинул Александр на плечо и пошел к выходу.

– Сережа, мы пытаемся тебе помочь, не отказывайся! – сказал ему в спину Горький.

– Это дела моего рода. С этого момента забота об Александре Есенине лежит строго на моих плечах! Это официальное заявление! – после чего он вышел из помещения.

Агенты подошли к клетке с Захаром. Горький вручил им ключи и подождал, пока они достанут субстанцию с Захаром внутри. Он проводил их до выхода, где стояли несколько военных машин без опознавательных знаков. Они загрузили туда тело и уехали в неизвестном направлении.

***

Два часа спустя, после возвращения Михаила в КИИМ.

Маша, как только узнала, что в КИИМ доставили Мишу, ни секунды не медля, сорвалась и приехала в институт.

Оказалось, что за это время к институту подъехало много государственных машин. Тут и транспорт Есениных, и Нахимовых, Фанеровых, и Трубецких с Бердышевыми. Также и государственные военные машины. И все стояли у входа. Никого на территорию не пропускали.

Маша пыталась дозвониться до ребят, которые прибыли вместе с Мишей, но никто не отвечал. Это слегка встревожило ее, как и наличие кучи машин родов и Канцелярии у института.

Подъехав на студенческую парковку, она прошла через КПП, отбиваясь от толпы репортеров. Видимо, кто-то из студентов что-то ляпнул.

Когда она прошла на территорию, то сразу направилась в лазарет.

И подходя к центральному входу, она увидела, как в двери входит никто иной, как сам Михаил Павлович Чехов с маленькой девочкой. Это еще больше встревожило Машу.

Даже не так.

Когда ты видишь самого сильного лекаря Российской Империи, то понимаешь, что просто так его никто не будет вызывать. А если вспомнить слова отца о том, что Чехов сейчас молчит как рыба, то это вдвойне тревожно.

Маша догнала Чехова на подходе к лазарету.

– Михаил Павлович, здравствуйте! – окликнула она мужчину, поравнявшись с ним.

– Ой, Машенька, здравствуй! – он наклонился к сопровождающей его девочке. – Френсис, поздоровайся, это Мария Кутузова-Кузнецова.

– Здравствуйте! – улыбнулась девочка. – Тетя, а вы ждете ребенка?

– Да, – немного смутившись на “тетю”, кивнула Маша.

– Так, Френсис, не отвлекай Машеньку, – и Чехов посмотрел на нее. – Ты к мужу?

– Да! Вы знаете, что с ним?

– Хм… Давай лучше он сам тебе все расскажет, – открыв двери лазарета, произнес Чехов. – Когда очнется.

Они прошли внутрь. Всюду были лекари. Весь штат вызвали на работу.

Мария и Чехов сообщили девушке за столом, кто они и та, немного замявшись, сказала номер палаты.

Когда троица шла по коридору, Чехов иногда заглядывал в палаты, и Маша видела в них Фанерова с перевязанной головой, спящего Антона и перемотанного Звездочета.

Наконец, они остановились у крайней палаты, где должен был находиться Михаил.

Открыв дверь, они натолкнулись на странную картину

Из вазы с водой выглядывала водяное щупальце и гладила Михаила по руке. В ногах лежало странное существо, похожее на большое насекомое. А на груди шалашиком лежал Болванчик.

Сам же хозяин зверинца лежал без сознания. Все тело было перемотано. К ноге привязан грузик, чтобы выпрямлять ногу. Трубок капельниц вообще не сосчитать. Так же под кроватью обнаружили целый пакет из магазина, набитый красными кристаллами.

– Добрый день, – поздоровался со всеми Чехов, и питомцы моментально повернулись к гостю.

Никто ему не ответил. Даже не шелохнулся. Существо в ногах положило голову на лапки, притворившись спящим, но следило за мужчиной.

Посейдон уже был знаком с Чеховым, так что не сильно напрягся.

– Мария, – тихо произнес водяной и перетек ей на руку. – Я так рад тебя видеть.

– Посейдончик, – Маша сама не заметила, как из ее глаз потекли слезы. – Что случилось? Что с Мишей?

– А это мы сейчас и узнаем, – нарочито весело произнес Чехов и пододвинул стул к кровати. – Френсис, сядь, пожалуйста, в углу.

Чехов потер ладони и начал водить по телу Михаила.

Маша же посмотрела на новое существо, которого она раньше не видела. Оно кивнуло.

– Это Тари, королева термитов, – произнес Посейдон. – Она очень… хорошая.

Огромное насекомое спрыгнуло с кровати и подползло к Марии. Та без страха протянула руку и погладила создание.

– Ого! Какая приятная у тебя чешуя, – улыбнулась Мария.

Чехов становился все угрюмее.

– Надо же… – произнес он.

– Что такое, Михаил Павлович? – спросила Маша, встав у него за спиной.

– Если говорить откровенно, я вообще не понимаю, как он до сих пор жив. То, через что он прошел… Это вообще ни в какие рамки не укладывается! Какой у него ранг?

– Когда уходил, Высший Магистр, – неуверенно сказала Маша.

– У него было повышение ранга, – произнес Посейдон.

– Ага, – кивнул Чехов, – Да даже если он Архимаг! Его каналы должны быть полностью уничтожены…

– Скажите, он выживет? – Маша опять заплакала.

– Вот, знаешь, если бы это был не Кузнецов, я бы со стопроцентной уверенностью сказал бы, что он уже труп. Но то, что я вижу, – он продолжал водить руками по телу Михаила. – Блин, он крут! Завидую…

Глава 14. Заслуженый отдых.

Валахия.

г. Греништан.

Влад был, в целом, доволен происходящим. Хоть он и планировал захватить страну в два раза быстрее, но из-за вмешательства Кутузова и этого чертового некроманта пришлось немного поменять планы. Австрия, хоть и выглядела грозно, но на деле без прямого доступа к метеоритным поясам была совсем слабенькой.

Это потом Влад узнал от приспешников, что страна живет импортом, туризмом и разными разработками. Так сказать, если не получается сделать сильных бойцов, сделаем умных ученых.

Теперь общее число вампиров было сопоставимо с населением всей Валахии.

Проблема оставалась в отрядах Чехова и Кутузова, который хоть и находился сейчас не в лучшей форме, но продолжал медленно отвоевывать территорию. Правда, не так быстро, как это делал Влад со своими кровопийцами.

Сейчас он мог немного расслабиться и насладиться пребыванием в гроте под городом. Удобное сырое помещение в пару сотен квадратных метров. Все в лучших традициях.

Влада гложило, что происходило нечто очень странное. Уже около пятисот подчиненных пропали из зоны видимости. А там были и довольно сильные вампиры.

Когда Чеховские отряды исцеляют человека, то Влад это чувствует. Но когда пропадает его подчиненный без исцеления, то теряется сигнал. И верховный вампир не понимает, как так то?

В пещеру влетели три большие летучие мыши и, прикрепившись задними лапами к камням, повисли головами вниз. Взмахнув крыльями, все три превратились в красивых молодых девушек.

– Господин! Мы узнали, где находится некромант! Мы нашли его! – зашипели они в разнобой.

– О! Как здорово! – улыбнулся Влад, сидя на каменном троне. – Что ж, нам стоит захватить этого человека. Все же вампира с некромантией в моей коллекции не было.

– Господин! Похвалите нас! – все три красавицы поползли по стенам и оказались рядом. – Мы так старались! За нами была погоня!

– Маришка! А помнишь этого странного гуся? – рассмеялась рыжая красавица.

– Ха, Вероника, ты еще так испугалась, когда он полетел на тебя, – хихикнула белокурая красавица.

– Мои милые, дорогие жены! – великодушно вытянув руку, произнес Влад. – Вы отлично справились!

Три красавицы начали целовать руку своему господину и всячески хвалить.

– Что ж, тогда не будем откладывать и отправим несколько тысяч вампиров на отлов этого человека, – улыбнулся он.

Встав с трона, Влад прошел к длинному столу, высеченого прямо в скале, взял бокал красной жидкости и пошел по столу, продолжая говорить.

– После того, как мы захватим этого мага, мы сможем вновь нанести урон Кутузову! Один раз он уже оступился! А где один, там и два!

Влад чувствовал, что близок к тому, чтобы вернуть, наконец, свою силу. Как же долго и упорно он шел к этому! Да, было несколько провалов, но теперь он уверен в том, что дойдет до конца и станет, как минимум, сильнее, чем Захар. А на остальных слуг Нечто наплевать. Они слишком далеко.

– Еще чуть-чуть, мои дорогие жены… – шептал он, пока поднимался по стене.

Но его размышления нарушил сильный гул и головная боль. Что-то произошло. Что-то масштабное и…

С ним хотел связаться господин! Сам Нечто!

От неожиданности он упал со стены и ударился коленкой.

– Ай! Больно в ноге! – выругался он, но быстро вскочил и моментально переместился на верхние ярусы пещеры. Надо было выбраться наружу.

Но когда он поднялся из грота в дом, который стоял над пещерой, то обнаружил в центре зала алтарь.

– Что?!

Влад проморгался, чтобы понять, не глюк ли это. Откуда тут алтарь? Что произошло? И вообще если присмотреться, он немного поврежден.

– СЛУГА! – прогремел голос Нечто.

– Д… Да, господин? – Влад аккуратно подошел к странному алтарю.

– Захар повержен. Вы, жалкие слабаки, ни на что негодные слуги!

– Простите, господин, – упал на колени вампир. – Я продвинулся достаточно далеко в завоевании. Почти вся страна под моим контролем. Австрия скоро тоже ляжет. Там одни слабаки!

– Ты думал, что я тебя буду хвалить? Это твоя обязанность! Ты действуешь только моему приказу! Так что я жду от тебя большего! Но Захару удалось освоить метеорит! Он уже проверил его в одной миссии! Твоя задача: продолжить его работу! Метеорит населяют поистине сильные существа! Так что если ты с ними потерпишь крах, я уничтожу тебя раз и навсегда! Я сотру тебя из этой реальности! Ты будешь…

Алтарь мелькнул, пошел рябью и исчез.

Влад же простоял еще около часа на коленях в ожидании того, что его господин вернется. Но ничего не произошло.

Однако в его голову начала поступать информация хаоса. Нечто делился с ним самыми сокровенными тайнами, которые мог даровать господин.

– Я понял, – встал на ноги Влад. – Обязательно завоюю для вас всю планету…

***

– Ты как? – Лора перегородила мне солнце и, приложив ладонь ко лбу, посмотрела на море. – Вроде, восстанавливается…

– Ага, – кивнул я.

Лора передала мне стакан с коктейлем и села на соседний лежак.

– Я же говорила, что все будет хорошо. Надо только дать покой организму.

И накинув солнцезащитные очки, она поправила широкую шляпку, сняла легкий платок, оставшись в одном купальнике, который едва что-то прикрывал, и откинулась на спинку, потягивая коктейль.

Я тоже нацепил очки, сделал пару глотков и закинул руки за голову. Хорошо, когда у тебя есть свой личный остров с постоянной солнечной и теплой погодой. Хоть тут и нельзя загорать, но… серьезно? Мое внутреннее хранилище – мои правила.

И за то время, пока мы тут находились, я неплохо загорел.

– Михаил, а я и не думала, что у вас тут так весело, – раздался томный голос у меня за спиной.

Тари прошла со стороны Лоры, тоже с коктейлем, и заняла соседний лежак. На ней был примерно такой же купальник, как и у Лоры. И сложно сказать, на ком он смотрелся лучше.

– Если честно, Тари, я и сам не знал, – улыбнулся я. – На самом деле, такие спокойные деньки выдаются крайне редко. Обычно мы тренируемся, ставим печати, рунические заклинания, что-то обсуждаем и прочее, и прочее, – вздохнул я и сделал пару глотков. – Блин, коктейль с вишней неплох.

У воды резвилась Любавка в детском цветастом купальнике. Вместе с Болванчиком, который был похож на пятилетнего мальчика, они строили замки из песка. Девочка что-то с интересом рассказывала, размахивая руками, а мальчик смотрел на нее во все глаза и кивал.

Аркадий, которого я давно не видел, аккуратно подплыл к детям и, кажется, тоже внимательно слушал Любавку.

– Впервые вижу подобное внутреннее хранилище, – произнесла Тари. – Хотя если честно, я вообще не видела других хранилищ.

– О да, подруга, ты попала в хорошие руки, – хихикнула Лора, и девушки чокнулись стаканами.

Вдалеке Угольки ровным как шпалы лежали на лежаках. На всех солнцезащитные очки в белых оправах, что выглядело довольно забавно.

– Дамы, – рядом возник Валера в пляжных шортах. – Не желаете поиграть с нами в волейбол? – он достал из-за спины мяч и поиграл грудными. – Два на два.

– Здравствуйте, – рядом показался Посейдон в своей человеческой форме. – Должен сказать, вы выглядите очаровательно.

– Ох, брось, дорогой, – захихикала королева термитов. – Ты меня смущаешь.

Казалось, что она говорит искренне, но ее природный магнетизм и шарм делали каждое движение Тари очень соблазнительным и чарующим.

– Хм, а не боишься проиграть? – спустив на нос очки, спросила Лора. – И на что играем?

– Обязательно на что-то играть? – удивился Валера. – Да и чего мне бояться? Вы уж простите, но девушкам я никогда не проиграю.

– У-у-у-у, – протянул я, зная, что сейчас начнется.

В отличие от всех присутствующих я прекрасно мог чувствовать и настроение, и состояние, и прочие нюансы характера. Разве что Валера оставался загадкой, но у него и так на лице написано все, что он думает, так что не страшно.

– Чувствую восстание, – Тари слегка поправила волосы и посмотрела на Лору. – Как думаешь, стоит преподать урок этим выскочкам?

– Валер, ты реально хочешь проиграть девушкам? – Лора махом опустошила стакан и вскочила. – Пошли, покажу тебе парочку подач.

На самом деле, я даже не знаю, сколько прошло времени с момента, как мы победили Есенина. Лора передавала мне новости, но ничего такого.

После того, как битва закончилась, Дима предложил нести нас до КИИМа по Дикой Зоне. На первый взгляд, это рискованное решение, но в Дикой Зоне восстановление для мага проходит в несколько раз быстрее, и только это не дало Пушкину или Звездочету помереть от полученных травм.

Также я узнал, что Захара забрали, и в институт приехал царь. И судя по всему, до сих пор он находится в Широково. Собственно, это удобно – находиться без сознания. Никаких проблем и переживаний. Через Посейдона я передавал для Маши сообщения. Она выкупила связь и это ее успокаивало.

Помимо этого дома со стороны Дикой Зоны дома Угольков атаковали какие-то растения, сорняки или что-то такое, но если вначале они были агрессивными, то быстро успокоились.

Трофим, Надя и Маруся оперативно покупали химикаты, чтобы справиться с растениями, но они все равно рушили здания. Но дальше пока не зашли, так что Угольков поселили около поместья. Благо, территории хватало. Теперь у Любавки было много манекенов для одежды.

В остальном все более менее. Да и я не мог ничего пока сделать. Надо мной лично работал Чехов.

Но даже так я не мог проснуться, ибо мои каналы были полностью порваны и уничтожены. Лора погружалась глубоко в ядро энергии и чинила основу. Также энергия порядка во мне не давала Лоре покоя. Для понимания происходящего она поместила всю энергию в специальную капсулу и заперла в здании с печатями.

Тари мы забабахали отдельный остров, как и остальным питомцам. Но она, как и Валера, постоянно тусовались с нами. Вообще, как только я обосновался тут, все питомцы переселились на основной остров, и мы только и делали что отдыхали, пили коктейли, играли и загорали.

Никаких тренировок. Никаких дел. Всем нужен был отдых. Даже Валере.

И вот сейчас мы собрались на пляже. Я натянул сетку. Угольки расселись на трибуне. Любавка с Болванчиком и Аркадием остались у пляжа. Им не особо было интересно, чем взрослые занимаются.

Я же был судьей.

Лора и Тари не стали менять купальники, чем смущали и меня, и Валеру. Посейдону, кажется, было вообще пофиг.

– Кто проиграет, выполняет одно желание! – произнесла Тари. Лора кивнула и отбила пятюню напарнице.

Услышав это, Валера изменился. Вокруг него появилась светящаяся аура. Песок тонкими струйками начал подниматься в воздух, а глаза у мужика вспыхнули.

– У, кажется, вы разбудили разрушителя вселенных, – буднично сказал я, переворачивая табло со счетом на 0:0.

Комментировать этот спортивный матч было не очень интересно, так как через три сета победила команда девушек. Должен признать, Тари и Лора отыграли очень хорошо. Лора со своим багажом знаний по тактике и прочими нюансами всех спортивных игр в мире и Тари со своей ловкостью размотали бедного разрушителя и водяного человека вдребезги. Хотя второй раунд они все же поддались. Да и на третьем сете девушки практически до конца отставали в счете, а потом отбили несколько очков. Как они это объяснили – чтобы обиднее было.

Но только когда обе команды пожали руки и разошлись, я увидел зловещую улыбку Валеры, и до меня дошло, что он при любом исходе оставался в выигрыше. Что две горячие красотки будут должны ему желание, что он им – для него это не было разочарованием.

После игры я встал напротив моря энергии и вздохнул полной грудью морской воздух.

– Нравится? – Лора оказалась рядом.

– Не то слово. Даже как-то легко на душе, что я не могу ничего сделать. Сейчас от меня ничего не зависит, и даже если бы я хотел, ничего бы не смог сделать. Так что остается только отдыхать и наслаждаться отпуском.

– Слова не мальчика, а мужчины, – подошел довольный Валера и протянул мне бокал с коктейлем.

Тари передала бокал Лоре. Болванчик и Любавка подбежали к нам. У обоих в руках были молочные коктейли. Ну и что, что они машины для массовых убийств и каждый может уничтожить небольшой городок? Алкоголь детям нельзя!

Аркадий подплыл к берегу и Лора уменьшила его в размере, чтобы он оказался нашего размера. Угольки встали полукругом за нами.

– Давайте тост! – произнесла Лора, поднимая стакан. – За то, чтобы Миша стал еще сильнее, и подобные отпуска мы устраивали не по необходимости, а когда душа пожелает!

Мы подняли бокалы и чокнулись.

– Так! А теперь мой тост! – громко сказал Валера. – Однажды высоко-высоко в горах жил гордый орел! Он летал выше всех, и никто не мог даже приблизиться к его величию! Но одна маленькая, но очень гордая птичка…

Так мы и простояли на берегу, пока кто-то не предложил переместиться в бар.

***

КИИМ.

Кабинет директора Горького Алексея Максимовича.

– Ваше величество, мы поместили тело слуги хаоса под Кремль, – отчитался агент Первого тайного отдела. – Насчет князя Есенина будут какие-то указания?

– Нет, – махнул рукой Петр, сидя в кресле директора. – Да вы и ничего не сможете сделать. Успокойтесь. Все же если Сережа сказал, что сам решит с Сашей, то так оно и будет. Не трогайте его.

– Понял, – поклонился агент. – Разрешите полюбопытствовать…

– Ого, это что-то новенькое, – улыбнулся Петр и наклонился ближе. – Полюбопытствуй.

– Кузнецов…

Романов поднял руку, останавливая агента.

– Не стоит, – холодно сказал царь. – Твое любопытство может привести к последствиям.

– Простите, – кивнул агент. – Будут еще указания?

– Да. Найти Конюхова, – после чего махнул рукой.

Как только агент вышел из кабинета, сверху послышались шаги, и со второго этажа кабинета спустилась Катя.

– Почему ты не рассказал ему про Мишу? – удивилась она.

– Меньше знаешь, крепче спишь. Это не его ума дело. Все что он должен знать, он знает.

– И все же, удивительный парень…

– Катя, ты только давай без своих глупостей, ладно? – помахал пальцем царь.

– А что я?

– Лучше проведай Кутузову-Кузнецову. Вы же подруги. Думаю, ей сейчас нужна поддержка, – сказал Романов.

– Ну и ладно, – фыркнула Катя и пошла к выходу.

Открыв дверь, натолкнулась на директора Горького.

– Ой, простите, Алексей Максимович, – виновато улыбнулась она и прошмыгнула мимо старика.

– Ничего, – по доброму улыбнулся тот и закрыл за собой двери. – Ну что, партейку?

– Хм… А давай, – встал Петр и прошел к журнальному столику, на котором стояли шахматы.

– Ну, как там дела у ребят? – как бы между делом спросил Петр у Горького.

– Все хорошо. Ребята пришли в себя. Они были не так сильно ранены. Долгое нахождение в Дикой Зоне их вылечило, а вот преподаватели... Больше всего пострадал Алефтин Генрихович. Но он уже пришел в себя. Да и остальные тоже – Асая Рей и Наталья Геннадьевна. Но у всех пока постельный режим.

– Рад слышать, – едва заметно выдохнул царь.

Как бы он ни показывал суровость и строгость, ему было больно слышать про смерть сильных магов. Да и людей, с которыми он был знаком и считал хорошими людьми. И в этот раз действительно все обошлось.

– Что с Пушкиным и Кузнецовым? – продолжил Петр.

– Кузнецов на удивление восстанавливается быстрее всех. Но как будто не хочет приходить в себя. Питомцы постоянно находятся рядом с ним. Удивительно, но у него опять появился кто-то новый. Какая-то паучиха… или скорпион… Я в этом не разбираюсь, – признался Горький. – А вот с Пушкиным все гораздо хуже. Чехов говорит, что он очень истощен. Он буквально на грани, чтобы остаться без энергии и схлопотать истощение.

– Саша сильный. Очень. Думаю, он справится.

– Разумеется, – кивнул Горький. – Он даже пару раз приходил в себя и лапал медсестер.

– Узнаю Сашу, – улыбнулся царь. – А что за китаец был с ними?

– А вы не узнали? – удивился директор. – Это довольно известный китайский актер и победитель Мировой Универсиады. Кажется, сорок лет назад… Ох, старые мозги, совсем не помню…

– Надо же! Вот скажи мне, Горький, какая награда для Кузнецова будет самой приятной?

– Как какая? Я этого паренька уже как облупленного узнал! Только деньги! К тому же, я слышал, ему еще Сахалин поднимать…

– Хех, ну с этим, вроде, не проблема, – улыбнулся царь и пододвинул королеву. – Вам шах и мат, господин директор.

От автора: Дорогие друзья, там еще и аудио вышла (Вдруг, кто-то слушает). ну и артик про волейбол! Второй в телеге) ссылочка в закрепленном комментарии.

Глава 15. Это все суета.

Лазарет КИИМа.

Две недели после возвращения.

В приоткрытое окно лечебной палаты проникал прохладный воздух, отчего в небольшом помещении было свежо.

Доктор только что закончил обход, а медсестра поставила на тумбочку рядом с кроватью свежие цветы в вазе. Именно в этот момент в палату вошла Маша с царевной Екатериной.

– Ох, я и не думала, что у вас дома настолько весело! – щебетала Романова.

– Ну… – протяжно произнесла Маша. – Полоть сорняки мы начали относительно недавно. Странно, что эти растения так быстро разрастаются. И как будто хотят проникнуть за периметр.

– Да забей, – отмахнулась Катя.

Девушки зашли в палату. Катя пододвинула два стула к кровати Михаила, и обе сели.

– Удивительно, но он даже не похудел. Розовенький, – присмотрелась царевна к пациенту.

– Сама в шоке. Но знаешь, я уже ничему не удивляюсь, – развела руками Маша. – Но, блин, я все же волновалась.

– Ага, я помню, как ты первые дни была сама не своя.

Девушки продолжили болтать, пока Маша гладила Михаила по волосам. Она чувствовала, что от него идет легкое мановение энергии, и что его организм работает на восстановление. Даже не сильно углубляясь в лекарскую магию, она это понимала.

Через полчаса пришла Света с Димой и Антоном. Последний еще немного злился и на все вопросы касательно старшего брата отмалчивался.

Подобные встречи они делали каждый день, с тех пор как всех выписали из лазарета. Сейчас в палатах оставались только Пушкин и Кузнецов. Даже Звездочет и Ермакова выписались.

– Ну, что, когда мы узнаем, мальчик или девочка? – прищурился Дима, вставая за спиной у девушек.

Света пихнула его локтем в бок.

– Все-все, – улыбнулся он.

Еще через двадцать минут в палату зашел Чехов. Именно он руководил восстановлением парочки магов.

– О, сколько вас тут собралось! – радостно произнес он. – Катенька Петровна, ваш папенька просил передать, что ждет вас у выхода из института. Хочет прокатиться с вами до Красноярска.

– Ну блин-блинский, – вздохнула она и посмотрела на ребят. – Пока папа тут, он возит меня по разным предприятиям, и дает всем люлей.

– А я думаю, чего это в магазинах артефакты подешевели. И скидки на броню появились… – сказал Дима.

Чехов попросил всех выйти на время осмотра. Разрешил остаться только Маше как супруге.

Когда все покинули помещение, он аккуратно стянул простыню и положил руку Михаилу на грудь, проверяя все системы организма.

– Не понимаю, почему он не просыпается, – пробубнил Чехов. – У него уже то состояние, при котором можно нормально ходить. Вот лодырь.

– Ну, Михаил Павлович, не ругайтесь. Он же такое сделал!

С момента, как в Широково приехал царь, про подвиги Кузнецова за метеоритным поясом узнали все. Собралась целая конференция. Все-таки война практически закончилась. Только Китай продолжал попытки отвоевать хоть немного территорий и прогнать от своих берегов австралийцев. Также большую лепту внес актер Чан, который в красках рассказывал о знакомстве с Михаилом, естественно, немного приукрасив. Хотя с ним сначала побеседовали компетентные органы, чтобы объяснить, что можно рассказывать, а что нет.

Например, все, связанное с Дикой Зоне с Есениным и Захаром было под строжайшим запретом. Со всех участников взяли магические договора о молчании. Рассказали только Маше как супруге и основным лицам Империи. Так что за прошедшие две недели Михаил стал еще популярнее, и многие простолюдины буквально ломились к нему под защиту. Но без начальника ничего нельзя было сделать, так что Надежда спокойно собирала подписи и перенаправляла своим помощникам.

– Ну да, Миша знатно потрудился. Думаю, ему сейчас будет ой как нелегко.

– Что вы имеете в виду? – удивилась Маша.

– Как что? – повернулся к ней Михаил Павлович. – Хотя бы то, что он повысил ранг.

– Что? Опять? – не поверила Маша. – Но… разве… Как так то?

– Да, это возможно. Ты же проходила это на лекциях, – вздохнул лекарь и продолжил осмотр. – Чем больше усилия, чем быстрее рост. Я даже боюсь представить, что послужило такому стремительному скачку…

Наконец, Чехов закончил, и в палату вернулись ребята.

– Ну-с, Машенька, – он взял ее за руку. – Буду ждать появления первенца! Очень интересно, каким вырастет пацан.

– Мальчик? – хором повернулись все присутствующие к Чехову и Кутузовой.

– Да блин! – простонала Маша. – Мы же не знали…

– Ой, простите, – смутился лекарь и поспешил к выходу.

– Значит, мальчик? Отлично! – раздался голос с больничной койки.

Снова повисла тишина.

***

Конечно, я все слышал и был в курсе сплетен, которые при мне обсуждали ребята. Слышал, что Трофим тут же примчался к Ермаковой как только узнал, что она ранена. То же самое сделала и Маруся, моментально прибежав к Звездочету. Кажется, такими темпами, скоро в институте завяжутся семейные связи.

А уж когда Чехов ляпнул, что у меня будет мальчик, тут уж я не мог оставаться в беспамятстве. Хотя честно признаюсь, в моих планах была еще неделька отпуска на пляже.

– Ты очнулся! – воскликнула Маша.

– Миша! – обрадовался Дима.

– Неожиданно, но приятно, – хмыкнул Чехов и вернувшись ко мне, опять начал водить рукой. – Как себя чувствуешь? Голова не болит? Может чего надо?

Если быть откровенным, у меня под кроватью пакет с кристаллами, которые ночью принес Посейдон, и я бы хотел их впитать. Но пока мои способности не восстановились, процесс происходил медленнее, чем обычно.

– Да, все хорошо, – кивнул я.

– Что ж, тогда оставляю вас, – после чего Чехов покинул палату.

Ребята начали закидывать меня кучей вопросов, разными историями и уже известной мне информацией.

– Воу-воу! Полегче, ребята… Мне что-то нездоровится…

Все поняли жирный намек и без лишних вопросов покинули помещение, оставив Машу со мной наедине.

– Значит, мальчик? – улыбнулся я. – Хех, а ты молодец.

– Ты чего, биологию не изучал? – приподняла она бровь. – Это ты молодец, что мальчик.

– Да помню, – я приподнялся и поцеловал ее в щеку. – Ты уж извини, но пока я не умоюсь и не приму душ, кроме щек никуда целовать не буду.

Маша улыбнулась и опустила глаза. Неожиданно она вдруг расплакалась.

– Гормоны, – со знанием дела сказала Лора, сидя на подоконнике.

– Я так испугалась! Я очень сильно испугалась! – сквозь слезы проговорила Маша.

Аккуратно сев на кровать, я приобнял ее и погладил по волосам. Она поддалась и обняла меня, уткнувшись лицом в плечо.

– Все хорошо. Неужели ты думала, что я просто так умру? – улыбнулся я.

– Это же Есенин! Ты дрался с Есениным! Миша! Это как сражаться против… Да я даже не знаю, кто еще такой же безумец, как он! – всхлипывая, произнесла она.

– Я был не один. Со мной сам Александр Сергеевич Пушкин! Да и ребята…

– Да что ты мне говоришь?! – ударила она кулачком мне по коленке. – Мне Дима и Света все рассказали! Ты там не просто был на подхвате!

– Не ну я… Тут уж либо он, либо я… – не найдя, чего сказать, я решил перевести тему. – Как там твой папа?

– Я тебя щас укушу! – сдвинув брови, пробубнила она. – Не переводи тему!

– Ой дурак… – протянула Лора. – Скажи, что ты был готов на все, чтобы увидеть ее и будущего сына.

– Я готов был на все, чтобы еще раз увидеть тебя и нашего будущего сына! – как робот повторил я.

Маша оторвалась от моего мокрого плеча лицо, посмотрела на меня и улыбнулась.

– Ты такой замечательный, – и обхватив за шею, поцеловала.

Лора же показала большой палец.

– А у папы дела хорошо, – наконец сказала Маша. – Передает тебе привет и обещает скоро вернуться.

– Ох, надеюсь с ним поболтать.

– А знаешь, – она резко отстранилась и встала у окна. – У меня все же будет к тебе парочка вопросов относительно твоей поездки.

Я даже занервничал. В голове замелькали все моменты, где я мог проколоться.

– Обязательно, – серьезно сказал я. – Кстати, как тебе Чан? Где он вообще?

– А, тот актер… Он живет у нас. Подружился с Тягачом. Тот оказался фанатом его творчества. Да и с девочками он поладил… Короче, мужик, что надо. Но он говорит, что ты ему что-то обещал.

Блин, совсем вылетело из головы. Надо бы вернуться поскорее домой и разгрести весь бардак. Как бы мне ни хотелось находиться подальше от работы, но в ближайшее время меня ждут учебные будни, дела с Сахалином… и…

– Лора! У нас же есть портальный камень! Надо срочно в Москву!

– А я тебе больше скажу! У нас два камня. Валера же сломал один! – положив ногу на ногу, сказала она.

– Хе-хе-хе, – сам того не заметив, посмеялся я как злой профессор.

– Хе-хе-хе, – потерев ладошки, вторила мне Лора.

– Ты чего? – удивилась Маша. – Ты обещал ему что-то непристойное?

– Ой все, конечно же, нет! Я хочу назначить его главным на Сахалине. Как Валеру в Москве, только там, – побыстрее объяснил я, чтобы она не строила разных теорий.

У меня конечно были планы запихнуть его в КИИМ, и, думаю, он бы неплохо вписался. Преподаватель по актерскому мастерству и единоборствам может заиметь круг почитателей среди женского пола, но… Нифига. Мужик он толковый, так что я заберу его себе. Если он, конечно, не против.

– А ему вообще можно доверять такое важное поручение? Может, поищим кого понадежнее?

Я понимал волнения Маши. Все же Сахалин принадлежал и ей. Не Кутузовым, а именно Маше. Но она так же понимала, что мои решения, как бы они ни звучали глупо нынче, оказываются самыми надежными.

– Поверь, Чан хороший мужик. Он никогда мне не врал. Да и помогал. К тому же он друг твоего отца.

– Чего? – выпучила она глаза. – И оба молчали! Вот я им дам!

Ее гневные порывы прервала медсестра. Надо было ставить капельницу и обедать.

– Ладно, я на пары, – все еще гневаясь, сказала Маша, чмокнула меня в щеку и убежала.

– Господин Кузнецов, приступим? – игриво улыбнулась молодая медсестра.

Ну да, я довольно популярный жених в последнее время. И девушки готовы на многое, только чтобы познакомиться со мной. Это я уже узнал из сплетен Димы и остальных. Я не питаю иллюзий, что меня до сих пор воспринимают как наглого выскочку, который неожиданно ворвался в аристократическую богему и начал там со всеми воевать. Нет. Теперь я был довольно уважаемым молодым князем, и те, кто думал, что я добился этого титула только благодаря связям… Ну, они отчасти правы, наверное, но это лишь пять процентов от сотни. Не больше.

Но помимо этого я оставался чертовски красивым парнем, так что слегка заигрывающая медсестра воспринималась мной как данность. Но я соблюдал приличия. Был вежлив и обходителен, но до определенной черты, которую я сам себе провел. И медсестра это понимала. Как бы это надменно не звучало, но ей ничего не светит со мной, и поэтому она просто наслаждалась моим присутствием.

Вот так я провел еще три дня в лазарете, пока Михаил Павлович не разрешил мне выходить.

И я сразу поел нормальной еды. Нет, не поймите неправильно: в лазарете кормили хорошо, но мне хотелось иного. Меню составлял Чехов, а там сами понимаете, ничего острого и соленого. Хотя Лора показывала мне данные лучше, чем врач.

В общем без лишнего шума и оваций я попил водички напоследок и вышел из лазарета. Сейчас занятия, так что студентов в коридорах не так уж и много.

– Это Кузнецов, – шушукались попадающиеся по пути студенты.

– Ну все, не видеть тебе спокойной жизни! – хихикала Лора.

– Мне всего-то надо изучить лицевую магию, или как там она… хирургическая? И можно потом…

– А жена? А дети? Решил оставить деточек без отца? Скажешь, что ушел за хлебом?

– Не, ну не настолько же.

Наконец мы добрались до столовой.

Ох, как же я оторвался. Наплевать, что присутствующие косились на меня. Мне просто было наплевать. Вкусная еда. Вкусные напитки. Фрукты. Мясо. Все съесть!

– Ты бы поаккуратнее, – услышал я голос сбоку.

Виолетта стояла и с интересом смотрела на меня перемазанного в еде.

– А, ой, Виолетта, привет! Садись.

Она села и молча смотрела, как я отрываю ножку от целой курицы.

– Ты же в курсе, что у тебя новый ранг?

– Ага, – кивнул я. – Высший Архимаг, если мне не изменяет память.

– Не изменяет, – ответила память в лице Лоры.

– Но энергия еще не настроилась и каналы очень хлипкие… – Виолетта наклонилась и прошептала. – Если ты так будешь много есть, даже ускорение метаболизма тебе не поможет и ближайшие часы ты проведешь на толчке.

– Фи, как некультурно, – рыгнул я.

– Кто бы говорил, – улыбнулась она. – Ты уже виделся со Светой?

– Нет, а что?

Она вдруг встала, посмотрела на часы и пошла к выходу.

– Да так, ничего, потом как-нибудь… Прости, мне надо на занятия! – последние слова она уже кричала из прохода.

Я же не придав этому значения, закончил с едой и решил, что после хорошего обеда надо прогуляться. Сколько я уже не был в институте? Наверняка, я заядлый прогульщик.

Прогулялся по парку, заглянул на стадион, прошел в бар, выпил пару коктейлей и на выход. Удобно, что все мои вещи ждали дома. Маша подсуетилась и все отнесла в поместье.

Я решил сделать сюрприз дома и не стал звонить Даниле, а вызвал такси. Вот только пока ждал, ко входу подъехал кортеж с гербом Романовых. Правда, без царя, но с его дочкой.

– Ба, какие люди! – приоткрыв окошко, Катя улыбнулась. – Обниматься будем?

– Царской особе это позволительно без слухов и разговоров с отцом? – хмыкнул я.

– Точно! – щелкнула она пальцами. – Ну так что, так и будешь голосовать, или тебя подкинуть?

– Не, я сам. Такси уже… – как раз в этот момент подъехала машина. – Хочу сделать сюрприз. Кстати, а где его величество?

– Папа? Он сейчас в администрации. Потом на завод Скарабеев. Может, даже к ним смотаться, не знаю. Но мой отряд он вызвал! А еще…

– Ага, спасибо, я все понял. Передавай привет. Я поехал. Ужасно хочу помыться.

Запрыгнув в такси, я уехал в закат.

***

Коридоры КИИМа.

Михаил Павлович Чехов спускался по лестнице и размышлял о том, как бы ему добраться до Захара и провести на нем парочку экспериментов.

Френсис почти научила его своей магии исцеления от хаоса, но все равно у него мало подопытных. Сейчас он направлялся на первый этаж, где и оставил девочку. Она неожиданно для князя подружилась с женщиной на складе, которая выдавала институтские доспехи. Та рассказывала ей сказки, а девочка внимательно слушала и составляла ей компанию.

Когда он вошел на склад, то увидел, что с ними стоит какой-то парень и с интересом слушает женщину. Чехов поначалу не придал этому значения. Ну парень и парень, студентов тут полно. Но подойдя ближе, он непроизвольно натянул внутренний доспех.

– … и потом Иванушка-дурачок ускакал на своем коне далеко в закат. Вот и сказочки конец, а кто слушал – молодец, – закончила сказку дама.

– О, Миша, – увидела Чехова Френсис. – А я тут еще одного интересного парня встретила! Он такой же, как и ты!

Чехов уже догадался, но никак не мог поверить в происходящее.

– Простите, не могли бы вы показать мне самый маленький размер доспехов? – обратился князь к работнице, и та ушла.

– Ну здравствуй, Миша, – парень повернулся. На вид, молодой, ничем не примечательный студент. – Или мне лучше называть тебя Михаил Павлович? Князь?

– Мне сказали, что ты умер, – встав между девочкой и собеседником, проговорила Чехов.

– Ну да, Иоанн умер. Его наказали за дело, – он пожал плечами. – Но ты же знаешь, мы, лекари, не без греха. И эти твои эксперименты с хаосом... Ну да ладно… Ах да, я теперь Исаак.

– Царь в курсе?

– Разумеется, – спокойно кивнул парень. – Ты же знаешь, мы все делаем одно дело, только разными способами.

Чехов расслабился. Собственно, а чего он напрягся вообще? Это его бывший товарищ по команде.

– Не хочешь выпить? – взяв Френсис за руку, спросил князь.

– Почему бы и нет… – быстро согласился Иоанн и, немного покраснев, добавил: – Так хоть мой рейтинг в глазах девушек поднимется.

От автора: Дорогие друзья, мы с вами уходим на платную главу. Стоит ли говорить, какие вы молодцы, что продолжаете следить за приключениями Михаила? Конечно стоит! Без вас бы не было этой истории! Прошлые ошибки учел (Орфография не считается), и постараюсь вас и дальше радовать интересным и захватывающим сюжетом!