Я создаю чудовищ

Пролог

На горизонте с тягучей неторопливостью разрастался уродливый “гриб” ядерного взрыва. Колоссальная вспышка энергии будто соединила небо и землю в единый хоровод смерти. Вот вспыхнула и исчезла стайка птиц, пролетавших в вышине и тут же, обращённые в пепел, развеялись лесные жители вместе с многовековой рощей на окраине города.

Стоя у окна, я завороженно смотрел на приближающуюся гибель и всё пытался понять, где мы свернули не туда. Какая капля была последней и был ли шанс что-либо исправить…

Все мои Помощники, Друзья и Хранители испуганно заверещали, предчувствуя нечто страшное и пугающее. Они не могли сообразить и понять откуда именно исходит опасность. У себя дома я держал только базовые экземпляры химер. Но даже со своим крохотным интеллектом и минимальным набором чувств они стремились оградить меня…защитить, спасти.

Я отправил им сигнал спокойствия и уверенности. Пусть они уйдут мирно и без лишней боли. Этому миру и так достаточно страданий.

Перед тем, как сжигающая волна достигла и меня, я успел подумать, что было бы не плохо отправить такое послание и себе. Всем нам время от времени нужна поддержка. И сейчас наступил такой момент, когда…

Атомное пламя растворило мою плоть, в мгновение оборвав все мысли и желания. Я перестал существовать.

Глава 1. Метаморфоза

– Эй, ты долго-то кружку не держи, передавай дальше, – вырвал меня из пустоты небытия чей-то хриплый голос.

Я изумлённо расширил глаза и от неожиданности выронил жестяную ёмкость. Содержимое попало на костёр, горевший рядом и ярко вспыхнуло. Что за…?! Там что какое-то горючее было?

– Вот руки-крюки! Яшка, чаёк у нас не казённый. Вон последняя бутылка уже пошла. Аккуратней будь.

Чай? Всё ещё не понимая, что происходит, я повернул голову к говорившему. В полутьме виднелось изрезанное морщинами лицо хмурого мужчины в странном головном уборе. Форменная фуражка? Похоже. Но почему без козырька? Да и ленты чёрные непонятно зачем сзади прилепили.

– Андреич, чего мальца трогаешь? Не видишь, он после первого круга уже поплыл. Небось, за задание утреннее переживает, – послышался второй голос.

Его обладатель сидел напротив меня и неспешно чистил видавшее виды ружьё. Выглядело оно словно было экспонатом музея древнего оружия. Собственно, как и его обладатель. Настоящий старик. Седые коротко стриженные волосы, глубоко запавшие глаза серо-стального цвета и шрам, тянувшийся от уха причудливым завитком к виску. Неужели он намеренно оставил такой внешний вид? Ведь достаточно пару сеансов сверхрегенерации, чтобы снова стать молодым и здоровым. Да и первый говоривший тоже будто специально ничего не делал со своей кожей.

– Может, и так. Слабоват наш новобранец оказался. Надеюсь, завтра не подведёт. Дело-то серьёзное, – успокаиваясь, ответил ему тот, – ты хоть в людей стрелял когда-нибудь, а? Вьюноша трепетный, аки духом чистый, – обращаясь уже ко мне, с ухмылкой спросил Андреич.

Не зная, что ответить и всё ещё не отойдя от шока, я что-то неразборчиво пробормотал, наклоняясь за кружкой. Где-то недалеко послышались громкие хлопки, и мои собеседники синхронно повернули в ту сторону головы.

– На Курляндской палят. Там пост укреплённый, “беляки” знают и с бухты-барахты не сунутся. Значит, тать какая балует. Их сейчас много развелось, – спустя минуту выдал вердикт седовласый.

– И то правда, Василий Степаныч. Стрелять их всех надо. Чтоб раз и всю шушеру под нож. Простому люду итак непросто живётся. А тут последнюю кроху всякая тварь отобрать хочет, – согласно кивнул мужчина.

Взяв протянутую мной кружку, он споро наполнил её прозрачной жидкостью из стоявшей рядом бутылки и в одно движение щедро сыпанул белого порошка из заранее вытащенного портсигара. Затем размешал это снадобье и, отхлебнув, снял пробу. Крякнул, занюхал рукавом и передал дальше.

– Хорош чаёк балтийский. Сразу бодрить начинает.

– А ты не налегай, Андреич. Он как “оживляет”, так после и в сон бросить может. А нам ещё вахту до полночи держать, – принимая кружку, пробурчал старик.

Они ещё какое-то время посидели, разговаривая и изредка обращаясь ко мне. Я же больше помалкивал и односложно хмыкал. Влезать в полноценную беседу опасался. Сначала нужно понять, где я оказался, а уж дальше строить какие-либо планы. То, что это не посмертие или какой-то другой вид загробной жизни мне определённо понятно. Да и не верил я во всю эту религиозную чушь. Мы живём здесь и сейчас. Точка. Высшие силы, если и существуют, то очень редко вмешиваются в существование обычных людей. Есть, конечно, вариант, что всё это затянувшаяся галлюцинация, где секунда растягивается на годы, но… Мои чувства упрямо мне твердили, что это реальность. Самая, что ни на есть настоящая. И пока я не мог ответить на вопросы, какая именно и как я тут очутился, то придётся адаптироваться, подстраиваясь под местные реалии. А они тут откровенно непростые.

Встав по малой нужде и отойдя от колеблющегося пламени костра на десяток-другой шагов, я огляделся и постарался проанализировать окружающее.

Итак, я в чужом теле, некоего молодого человека без каких-либо биодополнений. У моих знакомцев тоже, на первый взгляд, нет никаких улучшений или чего-то подобного. Чутьё мне подсказывает, тут вообще редко встречаются хоть какие-то виды симбиоза или взаимодействия с полезными организмами. Разве что на самом примитивном уровне. Конечно, я ориентируюсь только на минимальные данные, которые получил в последние пару часов, но определённые логические выкладки делать уже можно. Как учёный и метапрактик, оцениваю и анализирую происходящее с холодной головой. Как человек и свидетель атомного апокалипсиса, стараюсь не сойти с ума, откровенно не понимая, что, вообще, происходит. И пока моё истинное Я застыло в хрупком равновесии между двумя этими полярностями, стою в ночи неизвестного мира, поливая булыжную мостовую струёй мочи. Романтика! С капелькой безумия.

– О, вернулся. Мы тут покумекали с Василий Степанычем и решили тебя за главного оставить, пока мы вздремнём чутка. Ты вон молодой, тебе полночи без сна, как с гуся вода. А нам лишних пару часиков сна не помешает, – озадачил меня Андреич, – будь настороже и, как увидишь, али услышишь, что идёт кто, сразу толкни кого из нас. Да и сам держи ухо востро. Пост у нас, считай, в тылу, но кто его знает. Понял?

Сначала я хотел воспротивиться. Как минимум, потому что не привык быть мальчиком на побегушках. Но, почти сразу решил не конфликтовать в самом начале знакомства. Понятно, что этого парня они уже знали, а вот новую личность, которая по неизвестной причине оказалась внутри его тела ещё нет. Так что, прежде чем продавливать свою линию, осмотрюсь, да всё получше разузнаю.

Поэтому я согласно кивнул и, взяв протянутое мне оружие с каким-то острием, прикреплённым к дулу, сделал вид, что готов выполнять любые приказы. Маскировка, которая помогла мне без проблем пройти первые курсы столичного университета, где юных студиозов третировали все, кому не лень. Социальная иерархия штука стойкая. И даже в обществе людей умных прекрасно работающая на благо этого самого общества. Ты сначала покажи, что из себя представляешь, а уж после к тебе и относиться будут по достоинству. Так что, нарабатываем авторитет и репутацию, а после пусть они уже работают на меня.

– Помни, если что не так, сразу дай знать. Даже, если покажется, – откровенно зевая, проговорил морщинистый мужчина, поудобней устраиваясь и обнимая своё ружьё, – да смотри винтовку аккуратней держи. Неохота спросонья пулю в бок получить или на штык напороться.

Дёрнувшись, я вернул своё оружие в вертикальное положение и постарался повторить, как его держит смотрящий на меня с хитрым прищуром старик. Значит, у него тоже не ружьё, а винтовка. Что ж, буду знать. До этого я ориентировался по картинкам из одной старой книги про охоту, что стояла в библиотеке у моего отца.

Через пару минут все затихли, и тишину ночи разгонял только треск костра, куда я время от времени подкидывал, лежащие рядом, дрова. В какой-то момент мне даже показалось, что я нахожусь дома, да ещё и в детстве, когда мы любили всей семьёй ходить в походы. Незаметно накрыла ностальгия, и лица родных предстали перед глазами, будто и не было никакого “конца света”, а всё происходящее просто приключение. Я горестно вздохнул и попытался вновь сосредоточиться на окружающем.

Незнакомый мир, неизвестный город и непонятная мне конфронтация с некими “беляками”. Интересно, кто тогда мы? Чёрные? Синие? Ещё какой-то цвет? Да ещё и задание, на которое нужно идти поутру. Пока слишком много переменных в этом уравнении. Так что буду решать проблемы по мере их появления. Как, например, сейчас, когда кто-то откровенно шебуршит за моей спиной. Я напрягся и сделал вид, что ничего не замечаю. Только поудобней перехватил винтовку, понимая, что выстрелить, не зная системы механизма, просто не смогу, а вот ударить штыком вполне получится. Главное, успеть вовремя.

Так, так шорох всё ближе. Сдвинулся чуть левее. Ещё секунда…

Конечно, без моих Помощников и Хранителей я чувствовал себя не так уверенно. А, если сказать честно, то откровенно беззащитным и практически голым. Но, кое-какими навыками я обладал и без них. Например, хорошая реакция и неплохие физические показатели. Незаменимые качества для каждого уважающего себя химеролога. Особенно при работе с непроверенными конструктами.

Резкий поворот и выпад импровизированным копьём в темноту. Острие проваливается в пустоту, но я сразу возвращаю оружие обратно и, уже видя стелящуюся по земле тень, бью гораздо ниже. Чтобы спустя секунду понять насколько я сглупил.

Крыса. Я убил здоровенную, мясистую крысу. Уж не знаю, чем она хотела здесь поживиться, но, в итоге, нашла только собственную смерть.

Приглядевшись, я подтвердил своё мнение фактом лежащей без движения тушки и безразлично пожал плечами. Не то, чтобы я был жестокосердным человеком, но годы практики с самыми различными живыми существами, которые иногда погибали в ходе работы, приучили меня относится к ним без особого пиетета. Разумеется, это не касается людей. Да и кто в здравом уме будет творить хоть какие-то химерологические эксперименты с человеком? Это, как минимум, запрещено Кодексом Биоэтики. А, как максимум, рано или поздно уничтожит самого творца. Один из столпов метапрактики, обагрённый кровью первых исследователей.

Так что, я откинул мёртвое животное подальше и почти сразу забыл об инциденте. Ещё не зная, что через несколько часов я создам первую химеру в этом мире. Вот только материал для неё мне попадётся совершенно другого вида и свойства.

Глава 2. Кокон

– Ниже держись, да быстрее ногами перебирай, тогда, может, жив и останешься, – напутствовал мне Василий Степаныч.

Я послушно выполнял его указания, стараясь не отставать. Мы хаотично перемещались пытаясь, как можно быстрее, преодолеть открытое пространство. Краткий инструктаж, проведённый Андреичем, дал мне некоторое понимание происходящего. Нашей основной задачей было взять некое укреплённое здание, где засел противник. Это откроет проход на важную для революционеров улицу и создаст надёжный тыл для дальнейших операций. Уточнять, что за революция и против кого мы, вообще, воюем, я благоразумно не стал. И так оба моих напарника-сослуживца как-то странно на меня посматривали. Всё-таки характер этого Якова существенно отличался от моего. И, если к новому телу я привык достаточно быстро (молодое, сильное и здоровое. А, что ещё надо?), то вот с социальными отношениями дело складывалось пока туго. Я просто не знал, как себя “правильно” вести, что говорить и куда идти. Хотя с последним мне существенно помогали Андреич и Степаныч. Они сказали, я сделал. И, пока в моей голове не уложились верные паттерны поведения, мне приходилось выполнять роль бессловесного болванчика. Не очень приятно, но выжить определённо помогает. Во всяком случае, пока в меня ни разу не попали. А вот бегущему в десятке метров от меня парню повезло гораздо меньше. Он пронзительно вскрикнул и повалился на землю, зажимая рукой живот.

– Петька! Твою ж дивизию! Только вчера к нам прибился и вот…, – на бегу выдохнул Андреич.

Я же, стараясь не повторить судьбу незнакомца, лишь ускорился и даже чуток обогнал Василия Степаныча. Тот удивлённо зыркнул в мою сторону, но ничего говорить не стал.

Наконец, мы оказались в “мёртвой зоне”, и выбивающие вокруг искры пули прекратили свой смертоносный дождь. Прижавшись к стене, я перевёл дыхание и посмотрел на Степаныча, стоявшего рядом. Он понял мой немой вопрос и, коротко кивнув, сказал ждать.

– Вот, суки! Патронов не жалеют. Белая шваль! – в сердцах бросил второй наш напарник, пристраиваясь рядом.

Он зажимал правой рукой плечо и морщился. Меж пальцами сочилось красное. Было видно, что ему больно, но он всячески не хочет это показывать.

– В рубашке родился. Цепануло и дальше ушло, – выдал свой вердикт, осмотревший рану старик, – сейчас наскоро перевяжем и, как новенький будешь.

Выполнив минимальные медицинские действия, он дал хлебнуть Андреичу чего-то из своей фляжки и, усадив того на мостовую, сам присел рядом.

– Во двор не зайти, там всё простреливается насквозь. Народа положим немерено, – подытожил Степаныч, оглядывая поле боя, – пусть командир решает, как действовать дальше. Может, и накумекает что-то умное.

– Знать бы, где их стрелки точно сидят, так гранату положить в окошко можно. Да, под взрыв и неразбериху проскочить, – задумчиво произнёс раненый.

– Если бы, да кабы…, – ответил ему старик.

Разговор затих сам собой, а я неожиданно подумал, что здесь кроется шанс проявить себя. Не то, чтобы мне хотелось быть записанным в герои посмертно, но вариант, как узнать местоположение снайперов противника безопасно имелся. Причём почти без моего личного участия. Для его выполнения мне лишь понадобится парочка существ подходящей конфигурации. Ну, и капелька квинтэссенции V. Уж её-то в моём новоприобретённом теле было достаточно. Да, и, вообще, судя по моим ощущениям, энергия жизни здесь бурлила практически в каждом. Другой вопрос, что для её применения требуются особые умения и навыки. Вита, как истинная первооснова, могла быть, как потоком, сносящим всё на своём пути, так и спасительной влагой для мучимых жаждой. И последний выбор всегда стоял за носителем квинтэссенции. Он то и решал, куда применить бушующий внутри ураган энергии. Многие не справлялись…и тогда… Хотя в моём мире лишь немногие обладали нужным потенциалом для подобной метапрактики. Большинство же использовало свою виту для обычного существования. Дан при рождении запас и утекает он по капле каждый день, пока не наступит неизбежный финал.

Где-то рядом звучно бахнуло. А потом ещё и ещё. Дернувшегося было выяснять, что случилось Андреича притормозил Василий.

– Наши жахнули, не боись. Вон, видишь сбоку дым идёт. Может, и получится без лишней крови “крепость” эту взять, – проговорил он.

Я повернул голову в указанном направлении и действительно увидел, как край здания, который мы сейчас атаковали, существенно обвалился. Показались перекрытия, а наглухо заколоченные двери подъездов превратились в древесную труху. Чем же это таким выстрелили?

Спустя минуту грохот повторился, но в этот раз у невидимой “артиллерии”, видимо, сбился прицел. Попадание было за пределами моей видимости. Да, и, судя по расстроенному выдоху Степаныча, строение за нашими спинами тоже не пострадало.

Мы ещё какое-то время подождали, но выстрелов больше не повторилось. У них что, все снаряды закончились?

Я, конечно, не знал местных особенностей ведения войны, но что-то мне подсказывало, так обычно не делается. Везде сквозила какая-то неразбериха, несобранность, а иногда и полное непонимание происходящего. Особенно у тех, кто во всей этой возне участвовал.

– Эх, не срослось у морячков-то, – нахмурился старик.

– Да, не скажи! Может, приказ другой дали. Не одни же мы сегодня в атаку пошли. Просто так наше морское братство своих не оставит, – поправляя свой головной убор с чёрными лентами, произнёс Андреич.

– Спорить не буду. Давай лучше поднимайся, вон видишь Лекентий машет. Он вестовой командира. Значит, пока передышка будет.

Мы поднялись и, прижимаясь к стене, двинулись в указанном направлении. Там уже собрались оставшиеся члены отряда, внимательно слушая, что вещал главный. Судя по хмурым лицам, ничего хорошего он не рассказывал. Основную суть я понял почти сразу. Фактически то же, что и говорил Андреич. Нахрапом взять укрепления противника не удалось, а помощь от моряков была минимальной, да, и перевели их уже на другой участок фронта. Так что выкручиваться нужно самим. И желательно сделать это до заката. Потом к “белякам” может подойти подкрепление. В общем, ситуация складывалась так себе.

Закончив инструктаж, командир велел всем отдохнуть, но особо не расслабляться. Всё-таки буквально через подъезд от нас расположился враг. Поэтому полчаса-час у нас есть, а потом придётся переходить к активным действиям.

Я всё ещё обдумывал, как лучше поступить, когда решение в буквальном смысле упало мне прямо под ноги. Голубь с переломанным крылом неуклюже плюхнулся рядом со мной и тут же поспешно поковылял прочь. Видимо, знал, что друзей здесь нет. А вот схарчить вполне себе могут. Я тут же шагнул за ним и, наклонившись, поднял раненную птицу. Похоже, он пытался спланировать с крыши здания, но получилось, как получилось. Трепещущая тушка забилась в моих руках, справедливо опасаясь, что эти объятья вполне могут окончиться гибелью.

– Не бойся, малыш. Я не причиню тебе вреда. Разве что трансформирую немножко. Заодно и крыло подлечу, – шёпотом проговорил я.

Теперь нужно найти подходящий биоматериал для полноценной химеризации. Мне в голову сразу пришла ночная хвостатая гостья, но бежать за крысой через простреливаемую улицу не хотелось совершенно. Да, и мёртвая плоть (пусть и относительно “свежая”) подходила на роль донора в самую последнюю очередь. Так что я внимательно огляделся в поисках какого-нибудь мелкого живого существа. На крайний случай, можно и своим кусочком поделиться. Вот только такие экспромты были показателем низкого профессионального уровням метапрактика. Здесь рядом, конечно, нет никого из Гильдии, но самый главный критик мастера это он сам. Поэтому ищем, смотрим, а если нужно, то и принюхиваемся.

Поймав удивлённый взгляд Степаныча, я знаком показал, что отойду ненадолго. Он сухо пожал плечами, словно говоря, что мальчик уже не маленький и должен сам понимать, что и как делать. Ну, лезть под пули я не собирался, так что в ответ только кивнул.

Отойдя на пару десятков шагов, я забрался на обломки здания и осторожно заглянул внутрь обрушившегося подъезда. Вроде бы, перекрытия ещё держатся. Мне бы какая-нибудь выползшая на свет крыска вполне не помешала. В принципе, и другой голубь сойдёт. Но, как его достать? Вон парочка побратимов моего раненого в вышине парит.

Что-то мерзко хрустнуло под ногой. Я посмотрел вниз и с радостью понял, что нашёл для моего крылатого реципиента подходящий биологический материал. Не идеальный, конечно. Да, и для многих просто отвратительный, на первый взгляд. Вот только сейчас не до изысков. Главное, чтобы работало.

Я быстро осмотрел ближайшие тёмные углы и почти сразу нашёл то, что искал. Парочка сочных, упитанных многоножек. Самое то для моего плана.

Глава 3. Существо

Теперь дело за главным. Создать новую химеру вне лабораторных условий и с минимальным уровнем технологий. Это я ещё молчу про банальные справочники и таблицы совместимостей. Даже финальное сращивание придётся делать почти на глаз, без хоть какого-то вменяемого анализатора или, на худой конец, “глубинного ока”. Я почти уверен, что в этой реальности никто и слыхом не слышал об артефактах или о сверхкомпозиционных материалах. Так что работать придётся по старинке. Предтечи химерологии и метапрактики с чего-то же начинали…

Оглядевшись и убедившись, что вокруг нет лишних глаз, я быстро сообразил из подручных средств нечто, напоминающее загон. Вообще, по-хорошему, нужна полноценная клетка, чтобы обезопасить экспериментатора. Но тут уж приходится обходиться тем, что есть. Да, и не боевую форму я создавал. Хотя и с обычными конструктами иногда проблем хватало. Помню, сдавали мы проект за третий курс, так один из студиозов умудрился из базовой схемы Помощника создать, нечто совсем уж невероятное. Вместо какого-нибудь уборщика или мусорщика он из тех же самых ингредиентов, что выдавались всем, сотворил страхолюдину, которая сначала оттяпала ему полноги, а потом двинулась искать себе пропитание вокруг. Причём целевая надстройка у неё, вроде-бы, была без нарушений. Просто недохимера очень по-особенному интерпретировала задание на поиск и уничтожение грязи, пыли и прочего. Бедное создание, разумеется, уничтожили, но шороху оно успело натворить знатно. Так что я, наученный чужим опытом, очень аккуратно подходил к созданию пусть и простого, но всё-таки мозаичного организма.

Перво-наперво зафиксировать два объекта максимально близко друг к другу. Для этого мне пришлось использовать часть своей одежды. После определиться с будущей конфигурацией и зафиксировать её визуально. Педантично и внимательно я начертил формулы и логические последовательности, не забыв выразить вектор влияния в графике, окружающем трепыхающихся животных. Теперь в точке активации нужно смешать биологическую жидкость обоих и добавить каплю крови метапрактика (то есть, моей). Это образует не только ментальную, но и в какой-то степени физическую связи между новосозданным существом и химерологом. Делается это для последующего контроля и возможности в любой момент расформировать внутреннюю структуру мозаичного организма.

Теперь всё аккуратно проверить, а лучше даже и перепроверить. Время, конечно, поджимало, но рисковать мне не хотелось тоже. Так что я прогнал будущий процесс в голове ещё раз и, только убедившись, что, как минимум, по плану всё должно пройти нормально, преступил к финальной части.

Опустившись на колени и приняв положение высшей концентрации, я мысленно зачерпнул своей квинтэссенции V, сформировав из неё многослойную паутину. Каждая из нитей будет связывать ту или иную часть будущей химеры воедино. Получается этакая надстройка над обычной клеточной структурой. В будущем, если такая схема проявит свою продуктивность, то “сеть” уйдёт вглубь, укоренившись там. Но, пока я в любой момент могу убрать этот каркас, и тогда мозаичный организм разрушится сам собой. Очень редко процесс химеризации после окончания сотворения существа можно повернуть вспять без вреда для донора и реципиента.

Следующим шагом будет передача моей энергии в точку активации. И здесь нужно максимально сфокусировать направляемый поток, обратив его в более подходящую форму. Обычно, я использовал шар или нечто каплевидное (прозрачная аналогия на комету, что подарила жизнь всему моему миру). Так и сейчас, излишне фантазировать не будем, а используем привычную оболочку.

Мгновение и закапсулированная квинтэссенция V перешла в иное состояние, наполнив созданную мной схему, давая жизнь новому организму. Алгоритм заработал, и я с приятной уверенностью стал наблюдать, как трансформируются, сливаясь воедино, два совершенно разных существа.

Да, конечная модификация будет не идеальна. А, если говорить откровенно, то громоздка и полна “острых углов”. Но, всё же, это первое моё творение в этой реальности. Причём, созданное в максимально примитивных условиях. И, тем не менее, у меня получилось! Я с воодушевлением оглядывал “юную” химеру и уже готовился дать ей имя.

– Нарекаю тебя Вултус! – патетически изрёк я, вознося руки к небесам.

Тонкая нить взаимодействия и понимания протянулась между мной и гротескным созданием, напоминающим гаргулью в миниатюрном варианте, где, вместо каменной кожи, темнел матовый хитин. Раскрыв иззубренный клюв, окружённый трепещущими жвалами, оно испустило пронзительный вопль и тут же попыталось улететь, взмахнув всеми шестью крыльями. Я тут же послал сигнал оставаться на месте и безропотно мне подчиняться. Новорождённая химера попыталась противиться, проталкивая свой позыв к свободе, но моя воля была существенно сильнее. Отдав ей приказ, я коротко обрисовал задание, выделив ключевые факторы.

Осмотреть “гору с пещерами”, не показываясь никому на глаза.Найти отверстия, в которых находятся люди, держащие в руках металлические палки.Запомнить их точное местоположение. Вернуться и передать свою память хозяину.

Понятно, что всё приходилось чертовски упрощать, но тут уж по-другому никак. Химера новая, “необкатанная”, связь полноценно не выстроена. Так что адаптируемся и работаем с тем, что есть.

Отпустив Вултуса, я услышал позади себя шорох чьих-то шагов и, обернувшись, увидел, как к моей “лаборатории” подходит Василий Степаныч. Сделав скучающий вид, я, поправляя пояс, стал спускаться вниз к нему навстречу. Пусть думает, что в туалет отошёл. Меньше вопросов. А, уж, если моя затея выгорит, то там как-нибудь выкручусь. Скажу, что дрессировать живность умею или ещё что выдумаю.

– До ветру что ли отходил?

Я молча кивнул.

– Так предупреждать надо. Подстрелят, а мне потом твоей матери объясняй, что не уберёг любимое чадо, – хмуро бросил он.

Неожиданно. Выясняются новые подробности моего положения в нашем мини-отряде. Теперь понятно, почему Василий Степаныч был со мной чуть “подобрее”, чем Андреич. Но это одновременно и дополнительная опасность моего раскрытия. Если старику известны некоторые личные моменты моего прошлого, то он вполне может упомянуть про них, а мне потом изворачивайся. Всё же при перемещении из “старой” жизни в новую Яков не удосужился оставить мне свою память. Молодое тело и хорошие рефлексы – да. А вот хоть какие-то воспоминания или хотя бы общее понимание мира – нет.

Может, амнезию отыграть? Сделаю вид, что упал неловко и головой приложусь, легенда и готова. Или “случайно” под ударную волну от взрыва рядом попаду. Варианты есть. Но использовать их нужно с умом. Не факт, что моя здешняя мать так плотно контактировала со Степанычем. Поэтому, пока действуем по плану. Зарабатываем себе очки социального рейтинга и не отсвечиваем. А дальше уже по обстоятельствам.

– Чего замялся? Вспомнил про родню небось…эх, непутёвый, ты Яшка, непутёвый, – в сердцах проговорил он, – пошли уже, там наши перекус организовали. Будешь ртом щёлкать, пайка другому достанется.

Я снова лишь молча кивнул и пошёл за ним. Подкрепиться сейчас и вправду не помешало бы. Создание химеры (пусть и такой маленькой) отняло у меня массу сил и энергии. И возместить её калориями это не самый плохой способ. Бывали у меня моменты, когда приходилось изощряться и насильно забирать квинтэссенцию Vу … нет, вспоминать мне точно не хочется.

Чёрный хлеб, сало, целая луковица и горячий сладкий чай. Казалось бы, такая простая, если не сказать примитивная пища. Но одновременно удивительно вкусная и сытная. Закончив трапезу, я взглянул на расходившихся по своим местам бойцов и понял, что пора встречать своего разведчика. Прошло не меньше, чем полчаса, а за это время он вполне мог облететь-облазить хоть весь дом полностью. Так что я потянулся и сделал вид, что тоже иду по очень важным делам. Место встречи осталось тоже. Я решил не перегружать крохотный мозг Вултуса лишней информацией.

Поднявшись по осыпающимся кирпичам, я, на всякий случай, затёр следы своих приготовлений. Вдруг кто-то увидит, подумает не весть что. Может, вообще за какую-нибудь магию примет. В начале создания метапрактики подобные случаи бывали довольно часто. Народ ещё толком не осознал, что наша планета вращается вокруг солнца, и сама по себе круглая, а тут ещё и других нововведений полно. Электричество, настоящая химия без старой-доброй алхимии, физические явления, поставленные на благо человека и открытие энергии жизни, что полностью поставило всё познание мира с ног на голову. Потому и чудилось простому люду всякое. Колдуны, ведьмы и прочее. Хорошо хоть в религию массово никто не ударился. Были, конечно, отдельные секты и культы, восхвалявшие самых разных богов и их посланников. Да, и пророков хватало. Но, в основном, дальше небольшой географической области, где их и придумали, они не выходили. А, значит, и порыв уничтожения всего непонятного и отличающегося, того, что можно было бы назвать ересью, угас сам собой. Причём довольно быстро. Особенно, когда все эти “научные откровения” существенно облегчают жизнь обычным людям. Так что период “тёмного средневековья” прошёл практически незаметно, сразу перейдя в эпоху Возрождения, которая и стала основной для моего ныне сгоревшего в атомном пламени мира.

Минутная слабость полыхнула болезненной вспышкой в груди, перейдя в тягучее ощущение пустоты и безысходности. Я потёр виски и крепко зажмурился. Прошлая жизнь осталась в прошлом. И сейчас единственное, чего мне хотелось, это остаться в живых здесь. И, желательно, чтобы и новый мир остался существовать, не погрязнув в пучине войны, как мой. Поэтому задача, максимум, сохранить эту реальность. Ну, а, минимум, как уже понятно, выжить самому.

Закончив убирать импровизированную “лабораторию”, я присел на корточки и стал вглядываться в небеса. Чутьё опытного химеролога подсказывало мне, что моё творение близко и вот-вот появится в поле зрения.

И оно меня не обмануло. Мелькнуло тёмной молнией шестикрылое тело и, резко сменив траекторию, приземлилось рядом со мной. Вултус выглядел потрёпанным, но вполне себе живчиком. Похоже, химеризация прошла успешно и ближайшие пару суток он будет достигать полного слияния. Но уже и сейчас создание выглядело крепким и здоровым. Похоже, сила местной квинтэссенции V была довольно внушительна. Да, и, чего уж скромничать, мой профессионализм сыграл существенную роль.

Что ж, теперь предстоял довольно муторный процесс перекачки памяти. В принципе, он мог занять не больше десяти минут, в зависимости от объёма данных. Но не стоит забывать, что Вултус ещё “необкатанный” организм и для него такое действо будет впервые. Так что я, на всякий случай, ещё раз оглядевшись вокруг, забился в дальний угол обвалившегося подъезда и, коснувшись химеры, синхронизировался с ней.

Тошнота, короткая дезориентация в пространстве и вот я рваным зигзагом лечу над колодцеобразным домом, внутри которого укрепился противник. Резкий рывок вниз и запах табачного дыма пронизывает моё обоняние. Третье окно от входа во двор, последний этаж. Первый стрелок обнаружен!

Глава 4. На ступень выше

– Значит, тут и тут ещё по одному, а здесь двое. Так?

Я утвердительно качнул головой.

Мы сидели над импровизированной схемой здания, что начертил Степаныч куском красного кирпича на мостовой. Крестами было отмечено местоположение “снайперов”, а треугольниками боевые расчёты, находящиеся внутри и на входах-выходах из дома.

– Всё верно? Посмотри ещё раз, – сказал он, закончив свою “картину”.

Внимательно осмотрев рисунок и сопоставив его с образами, что передал мне Вултус, я подтвердил, что всё правильно.

– И это тебе животина неведомая подсказала…А показать ты её не можешь, потому что по своим делам убежала, – задумчиво произнёс старик, – как я, вообще, к командиру с таким пойду?

Это уже был риторический вопрос. Во всяком случае, я понял его именно так. Легенда моя, конечно, была шита белыми нитками, но другие варианты в голову просто не приходили. Да, и время поджимало. Вдруг там решат всё переиграть и переставить в другом порядке. Так что спешить следовало, в любом случае.

– Ты ж понимаешь, что тебя, скорее всего, первым и пошлют проверять твои россказни?

О, это уже прямой вопрос. Тут отвечать нужно. Что я и сделал, разведя руками и сказав, что готов грудью ответить за истинность разведанных.

– Ох, и рисковый ты парень, Яков. Лезешь на рожон, когда можно иначе обойтись. Ну, будь по-твоему, хоть и не по нраву мне такие придумки, – сокрушительно помахал головой Василий Степаныч.

Мне ничего не оставалось, как сделать суровый и максимально уверенный вид, а после пойти за стариком, когда он отправился к командиру нашего отряда.

Усатый мужчина с лысой головой и глубоко посаженными карими глазами посмотрел на меня и хмыкнул.

– Степаныч, твой отрок что ли? Героем стать хочет? – спросил он, когда старик поведал ему полученную от меня информацию.

– Так что. На пули лезть не будет. Пользу принесёт живым, – коротко отрапортовал старик.

– Говоришь от животины, прирученной всё узнал. А посмотреть на такое чудо природы сейчас никак не получится. Удобно, – продолжая буравить меня взглядом, сказал командир, – ладно. Пусть пробует. Коли соврал на своей шкуре всё испытает. Первым пойдёт, а за ним Витьку Рогалина отправлю, он глазастый, мигом лёжки заприметит. Ну, и тебя, на всякий случай, замыкающим поставлю.

Мы синхронно гаркнули: "Есть!" и отправились выполнять задание. Моё желание отсидеться в стороне оказалось благополучно провалено. Что ж, как говаривал мой прадед: "Назвался грибом – полезай в корзину." Хорошо, хоть в полноценную атаку не отправили. Тут, считай, разведка и проверка полученной информации. Надеюсь, получится это сделать быстро и без лишней крови. Особенно моей.

Быстрыми и короткими перебежками, мы приблизились к входу во двор. Здесь находилась импровизированная баррикада, но преодолеть её особенных трудностей не составило. Особенно, когда по тебе не палят со всех сторон, а сзади не поджимают товарищи. Так что, оказавшись внутри арки, я отложил свою винтовку, затем снял шинель и приготовился к самому быстрому бегу в моей жизни. Иные варианты мне казались ещё более самоубийственными. А тут я пробегусь под перекрёстным огнём один кружочек и финишную черту пересеку там же, где и стартовал. Надеюсь, живым и здоровым. Тем более, Степаныч вызвался меня прикрывать, а вот задача Рогалина так и осталась неизменной. Наблюдать и фиксировать.

– Готов? – поудобней перехватывая оружие, спросил старик.

Кивнув, я стал в позицию низкого старта. Эх, мне бы сейчас пару Помощников, да столько же Хранителей. Я бы тогда и по стенам промчаться смог без проблем. А уж от шальной пули точно был бы избавлен. Защита специально модифицированных химер штука мощная. Военные вариации очередь из Орешника в упор выдерживали. А тут какие-то примитивные винтовки из позапрошлого века.

Мысленно отсчитав от трёх до одного, я на рывке метнулся вперёд. Теперь, главное, держать правильную траекторию и стараться не снижать скорость. Почти весь мой путь пролегал прямо под прицелами невидимых пока мне стрелков, но одна “мёртвая зона” всё-таки была. Почти на половине моего маршрута находилось место, куда не доставали снайперы. Если, конечно, они всё ещё находились на своих позициях. Давать им на это хоть какое-то время я не собирался, так что отдых в этой точке мне противопоказан. Но вот перекинуться взглядом с прикрывавшим мой безумный бег Василий Степанычем вполне можно. Так, на всякий случай. Вдруг придётся менять план прямо на ходу. У меня-то взгляд будет сфокусирован только в одну точку, а он видит всю местность в целом.

Первые десять метров я фактически пролетел. Сказывался хороший старт и отсутствие усталости. А теперь нужно поплотнее к стене быть, тогда в меня смогут палить только те, кто находится на третьей и пятой точке. Кстати, а где, собственно, сами выстрелы? Проспали что ли? Или ждут удобного момента? Так вот он я! Весь на виду! Стреляй, не хочу!

На бегу подавив зарождающуюся истерику, я в назидание от своей “просьбы” получил первую пулю прямо под ноги. Бахнуло, взвизгнуло и понеслось. Теперь уже стреляли все. Адреналин тут же подскочил, и я с усиленной энергией рванул дальше.

Здесь пригнуться и завернуть ближе к центру двора, тогда по мне смогут попадать только с противоположной части дома. Снайперов и там хватает, но я всё-таки надеялся на собственную наглость и неожиданность нашего “променада”. Да, и Степаныч времени не терял, стрелял, пусть и не метко, но иллюзию массовости создавал. Откуда-то у него в руке и пистолет появился. Так что работал, считай, с двух рук.

Ага, а вот и “мёртвая зона”. Секунда перевести дух и увидеть, как старикан сжимает в руке нечто, похожее на перевёрнутую бутылку. Показывает мне что-то на пальцах. Отсчёт что ли? Понял, бегу, когда загнутся все пальцы.

За пару секунд до он швыряет предмет в окно на втором этаже, и я тут же, наращивая скорость, выбегаю из своего импровизированного укрытия. Чтобы спустя мгновение услышать гулкий взрыв и получить дождь из стеклянных осколков. На заднем фоне кто-то истошно кричит, и я понимаю, что Василий метнул самую настоящую гранату. Да ещё и попал точно в лёжку стрелка.

Влетаю в арку и меня тут же, подхватив под руки, тащат на выход. Виктор, не стесняясь, фактически перекидывает меня через баррикаду, а сзади уже спешит Степаныч. В руках у него моя одежда и винтовка. Ну, запасливый дед. И в такой ситуации о материальных ценностях не забыл.

Всем скопом мы бежим обратно и уже на ходу вижу, как Рогалин что-то сигнализирует внимательно смотрящему в нашу сторону вестовому. Тот кивает и почти сразу же нам навстречу бегут остальные бойцы.

Атака?!

А чего, собственно, время терять? Думаю, как только меня проверять мою же информацию отправили, так командир сразу же и расписал роли в случае такого “блицкрига”. И сейчас, пока противник не очухался от нашей сверхнаглой эскапады, действительно самый лучший момент для полноценного нападения. Поэтому вначале удивлённый, я тут же понял замысел лидера отряда. И аккуратненько прижался к стенке, чтобы пропустить бегущих солдат.

Хух, теперь и дух перевести можно. Там уж парни сами как-нибудь справятся.

Уже вечером, когда мы распределялись в захваченном здании и готовили ужин, ко мне подошёл Лекентий и сообщил, что меня хочет видеть командир.

– Уж не знаю, чем ты так приглянулся Звягинцеву, но запомни, у нас тут выскочек не любят, – злобно шепнул он, провожая меня к главному.

Сделав вид, что я его не услышал захожу внутрь. Там в самой большой комнате и обитает Николай Павлович Звягинцев. Видимо, раньше здесь была самая обычная квартира, так как лидер отряда восседает за внушительного вида обеденным столом. Который сейчас был основательно завален картами, какими-то документами и различными письменными принадлежностями. Окружал этот рукотворный хаос пояс пустых стаканов из-под чая и огромного размера пепельница с целой горой окурков.

– Ну, заходи, Яков, заходи. Теперь-то тебя точно героем назвать можно. Отнекиваться будешь? – произнёс командир, поднимая на меня взгляд.

До этого он что-то внимательно рассматривал на карте, разложенной по центру стола.

Парировать мне было нечем, так что я лишь вытянулся и, наученный опытом Василий Степаныча, снова гаркнул нечто бравурно-утвердительное.

– Вот и славненько. Разговор у нас с тобой намечается долгий, так что присаживайся. Сейчас чаю горячего принесут и перекусить чего. А ты мне пока расскажешь, где такую страхолюдину нашёл и отчего она тебя слушается, – сказал Николай Павлович, делая шаг к стоящему неподалёку шкафу и открывая его дверцу.

Там в птичьей клетке и обитал мой старый знакомый Вултус. Заприметив меня, химера тут же пронзительно заверещала, и я понял, что разговор действительно будет долгим.

Глава 5. Чужой выбор

– Значит, заприметил случайно, из рук сразу стал есть, да, и, вообще, сам по себе дружелюбный и неопасный, – саркастически подытожил командир.

После рассказанной мной истории, он какое-то время курил, потом пил чай и уже после продолжил нашу беседу.

– Так и есть, – стараясь сохранить бесстрастное лицо, подтвердил я.

Конечно, из его уст моя “легенда” казалась самой настоящей сказкой и выдумкой. Разумеется, на самом деле так и было, но мне ничего не оставалось, как держаться за мою свежевыдуманную версию в надежде, что дальше колоть не будут.

– А то, что он солдату, который его поймал, чуть палец не откусил и глаз не выклевал, это у него настроение плохое было? Так?

– Просто он чувствует агрессию и страх. Вот и пытался спастись. Я ж ему еду давал, а тут просто схватили и потащили неизвестно куда. Вот и защищался, как мог, – на ходу выдумывал я.

– Ну, давай тогда попробуем посмотреть, как он сейчас себя вести будет. По словам Борисова ты его и вправду на руках держал, да шептал что-то на ухо. Но, после ночного дежурства и пол литра балтийского чаю, я ему не верил особо. И вот, как оказалось, зря, – задумчиво поглядывая на меня, предложил Николай Павлович.

Вот, значит, кто меня сдал. А я уж думал на Василий Степаныча. До последнего не верил. И верно мыслил. Он итак отмазывал меня, как мог. Свою репутацию (и жизнь заодно) на кон поставил.

Ладно, теперь будем выкручиваться до конца. Что-то подсказывало мне, нельзя тут правду говорить. Либо в сумасшедшие сразу запишут, либо, как оружие использовать начнут. А мне ни того, ни другого не надо. Я сюда не за этим пришёл. Хотя… кто его знает, что за сила меня закинула в новую реальность и какие у неё мотивы. Да и была ли она, вообще, эта сила? Судьба? Рок? Моё последнее желание? Всё слишком запутанно, чтобы понять здесь и сейчас.

Тем временем командир осторожно достал клетку из шкафа и, поставив на стол, пододвинул ко мне. Ехидно подмигнул, как химера стала верещать, пытаясь вырваться на свободу, скребя не маленькими когтями по стальным прутьям. Мол, давай показывай свои умения по дрессировке. Тут тварина, сразу видно, не милая и покладистая. А совсем даже наоборот.

Перечить я не стал, а вместо это стал исполнять “танец чуткого укротителя”. Что-то тихо и неразборчиво говорил, поглаживая клетку, но не касаясь самого животного. Потом взял кусочек недоеденного мяса и стал аккуратно предлагать подкрепиться. В общем, играл по-полной.

Вултус же заинтересованно наблюдал за моими манипуляциями и ждал команды от Альфы, то есть меня. Дав ему проникнуться моей актёрской игрой (и главе отряда заодно), я приказал ещё немного поскандалить, пробуя “тюрьму” на прочность и уже после, словно смирившись, взять предложенное лакомство.

В мгновение ока схарчив еду, химера поджала все свои шесть крыльев и полностью успокоилась. Теперь можно и выпускать. Что я и сделал, открыв клетку и дав Вултусу неспешно переползти на мою руку. Больновато, конечно, но терпимо. Всё-таки создание ещё не полностью научилось контролировать свою силу. Отдав приказ чуть ослабить хватку, я начал поглаживать хитиновый покров существа, а оно усиленно делало вид, что ему это нравится. Как-никак хозяин хочет, значит, так нужно.

– И что же, ты с любым зверем можешь общий язык найти? Или только вот с такими…странными?

Вот как сказать командиру, что я его и создал? А потому оно мне и подчиняется безропотно. Ответ: никак! Да, и не нужно это. Работаем пока с той “проблемой”, которая здесь и сейчас.

– Для меня он обычный. Хоть и сам вижу такой вид впервые. Вроде, птица, а, вроде, и нет. А насчёт каждого…тут уж, как получится. Иногда и с человеком понимания не добьёшься, а тут совсем другое создание, – чуть подумав, ответил я.

– Про людей в точку. Иногда и сам удивляюсь, как они ещё ходить и говорить могут при таком уровне развития, – удивил меня своим мировоззрением Николай Павлович.

– Ладно, возвращай этого бесёныша в клетку. Будем думать, как с ним поступить. Да, и с тобой заодно. Скажу честно, всё это подозрительно. А я люблю чтобы было чётко и ясно. Посоветуюсь с руководством, а потом уже и решу. Пока свободен, но из укрепрайона никуда не отлучаться, – продолжил он.

Что ж, вердикт вынесен и теперь остаётся только ждать. Правда, чего именно, я так и не понял. Самое логичное, это оставить меня при отряде и пользоваться моими умениями, когда понадобится. Ну, или переместить на другой участок фронта, где такая разведка нужнее. Про взаимодействие с местными светилами науки я даже не задумывался. Идёт гражданская война, считай, продолжение революции, какие уж тут научные изыскания… Но и первые варианты тоже были довольно расплывчаты. Что им там в голову взбредёт, этому пресловутому руководству? Отправят меня куда-нибудь в тихое место с решётками на окнах до выяснения и поминай, как звали. А мне такое надо? Мне такое не надо. Значит, будем готовить план Б.

На выходе меня встретила кислая рожа Лекентия, который, видимо, подслушивал весь наш разговора от А до Я. Что ж, особо там скрывать было нечего, поэтому пусть наслаждается. Ответив ему хмурой миной, я спокойно прошествовал дальше. Сейчас бы не мешало перекусить. А то Вултуса подкормил, а про себя забыл. Нужно срочно возмещать.

Вернувшись обратно к Степанычу, я обнаружил вместе с ним Андреича и ещё одного мужика, который, представившись Архипом, что-то разливал по расставленным кружкам. Судя по накрытому столу, здесь планировали ужинать. Ну, и заодно немного согреться жидкостным способом. Я это понял, когда ёмкость всучили и мне, и оттуда шибанул водочный дух.

– Ну, будем! – коротко высказался Архип, звонко чокнувшись с остальными участниками застолья.

Как я понял, отказываться выпить сейчас было бы сродни смертельной обиде. Так что, несмотря на откровенно сивушные компоненты в неизвестном мне напитке, выпить его пришлось до дна. Хорошо, хоть мне сразу сунули маринованный огурец, который и сбавил обороты ядрёной жидкости, плескавшейся в кружке. Спустя десяток секунд, я, наконец, смог выдохнуть и нормально захрустеть предложенной закуской. А, вкусно-то как! Я зажмурился, наслаждаясь полученным эффектом.

– Хороши бочковые огурчки от Марьюшки! Спасибо Архип, уважил! – крякнув, поблагодарил Андреич.

– Благодарить вон того мальца нужно, – ткнув в меня пальцем, ответил мужчина, – без него, могли до сих пор куковать под стенами. А то и на кладбище. Так что давайте-ка ещё раз выпьем. На этот раз за Яшку и его чудище-питомца.

Поняв, что второй порции не избежать, я постарался всячески облегчить потребление. В частности, повторив алгоритм, которому следовали пьющие вокруг. Резко выдохнуть, выпить одни глотком, после занюхать предложенным огурчиком и уже потом звонко им захрустеть, посмотрев на мир уже совершенно другим взглядом.

– Ух, хорошо пошла родимая!

– Да, тебе всё хорошо идёт, что горит, – усмехнулся Василий Степаныч в сторону Андреича.

– Не скажи! Компания важна, чтобы люди были хорошие. Ну, и стол должен быть. Без кушанья, вон только пьянь подзаборная накидывается. А тут видишь, как всё сошлось. Так что, грех не выпить и хвалу воздать, – не поддавшись на укол, ответил тот.

– Богу что ль? – наливая по третьей, уточнил Архип.

– А кому ж ещё? Только он, да ангелы-хранители за нами с небес присматривают. Оберегают! Подсказывают! Да чертей адских к нам не пускают, – истово крестясь, подтвердил Андреич.

– Так-то оно так. Да только, если вдруг Бога то и нет, что тогда скажешь? Вон наши недавно манифест выкатили, что вся эта вера наследие царизма и суеверие белых. А истинный революционер и большевик должен быть реалистом и понимать настоящую суть вещей.

– Это что ж за ересь такая? Выдумываешь ты всё, Архипка!

Слушая вполуха, я усиленно поглощал разложенную на столе еду. Мне ещё вступать в религиозные диспуты не хватало. Пусть себе языками треплют, главное, чтобы не подрались.

Разнял их Василий Степаныч. Уж не знаю, как у него это получилось, но, когда я насытившись и хорошенько так осоловев (не в последнюю очередь из-за двух кружек горячительного) прикорнул на брошенном в углу тюфяке, их беседа перешла на более мирный лад.

Так под их фоновую болтовню я и заснул. День выдался непростой. А, если учесть, что ещё и в другом мире, так и вдвойне. Глаза закрылись сами собой и сон забрал меня в свои уютные объятья.

Глава 6. Проверка на прочность

Зябко. Несмотря на тепло в дневное время суток, вечером и, особенно ночью, всё ещё было довольно холодно. Весна весной, но, похоже, в этом городе на болотах климат оставался своеобразным. Так что, кутаясь в шинель, я откровенно дрожал, ожидая нашу “разведгруппу”. Во всяком случае, именно так назвал нашу троицу Архип, когда нам ни свет ни заря сообщили, что нужно выдвигаться для выполнения ещё одного секретного и важного задания. Он то остался досыпать, а нас погнали для получения ЦУ.

– Проверяют. Что уж тут сказать, – зевнув, высказался Андреич, – эти ценные указания, как мёртвому припарки. Итак понятно, что они уже всё знают, но вот решили двух зайцев одним махом. Только мне своё пузо не охота подставлять, чтобы Яшка значок красивый получил.

Лично мне такое внимание тоже не было нужно. Да, и на медали, повышение по службе или, как сказал Андреич, “красивые значки” я особо не претендовал. Тут выжить бы в новом для меня мире, а не двигаться вверх по карьерной лестнице. Да ещё и в условиях гражданской войны, где все против всех. Поэтому новую миссию я воспринял скептически. Но перечить не стал. Понятно, что это сыграет не в мою пользу. Так что командир приказал – солдат выполнил. Эту присказку я услышал от Василий Степаныча и понял, что здесь все следуют её принципу. Причём особо не рассуждая и сильно не задумываясь. Лишнее это, если хочешь хорошим бойцом быть. Тут и за тебя кому нужно мозгами раскинуть могут. Жаль, что в переносном, а не прямом смысле. Под пули то мы лезем, а те, кто руководят в тёплых кабинетах чаи гоняют, да лица серьёзные корчят. Уж что не меняется, так это человеческая натура. И в моей реальности, и в этой.

Дома я, правда, толком не служил. Так, проходил обязательную военную подготовку. Но и одного года мне оказалось достаточно, чтобы понять всю суть армейской жизни. И, к сожалению, выводы получились не очень обнадёживающие. Может, поэтому я и связал свою жизнь с химерологией, чтобы хоть как-то облегчить участь простого воина. Которому иногда приходится рисковать всем для выполнения приказа захватить какую-нибудь, никому не нужную, точку на карте. А, когда для этой же задачи используют специально созданное существо, то, как минимум, одна жизнь может оказаться спасенной.

– Сам не вызывался. Николай Павлович сказал, что посоветуется с вышестоящими. Вот и насоветовались, – угрюмо ответил я.

Андреич только сплюнул, но ничего говорить не стал. Странный он какой-то. То хотел этих самых “беляков” резать и стрелять, то, когда ему эту возможность предоставили, сразу на попятную. Или одно дело языком молоть и совсем другое делать? Если так, то тут вопросов нет. Мне и до этого встречались подобные люди. Громче всех кричат лозунги и агитацию, а потом почему-то, когда до работы доходит, их и не сыщешь толком.

Наконец, мои напарники вышли из-за угла и, поправляя выданный боезапас, расположившийся крест-накрест через всю грудь, направились ко мне. Андреич так и сохранял постную мину, после нашего недавнего разговора, а вот Василий Степаныч, наоборот, был довольно позитивно настроен, если не сказать откровенно радостен. С чем это связанно я узнал буквально через одну минуту.

– Мимо Александровской слободы проходить будем. К моим заглянуть сможем, – расплываясь в улыбке, пояснил он.

Родные, это, конечно, хорошо. Главное, чтобы там и “моих” родственников не оказалось. Не просто так же Степаныч про наказ моей матушки говорил. Вполне может оказаться, что рядом живём или, вообще, по крови близкие. Так что его слова я воспринял двояко.

– Да это-то понятно. Лучше скажи, как мимо белых проскакивать будем? Там же поста три по дороге имеется, не меньше, – хмуро поинтересовался Андреич.

– А, как нужно, так и проскочим. У нас задача какая? Внимания лишнего не привлекать, нужную точку проверить на наличие зелёных и сразу же обратно. Так что, одёжку сменим, выделяться не будем. Да, и знаю я пару закоулков скрытых, где нужно обойдём, – продолжая лучиться радостью, парировал Василий.

– Патронов немеряно и сухпай на двое суток мы, значит, просто так взяли? – продолжал допытываться мужчина.

– Запас карман не тянет. Всякое может случиться. Да, и бережённого Бог бережёт.

Андреич только пожал плечами. Видно, что настроен он скептически. Потому и бросил, считай, в меня клеткой с настороженно притихшим Вултусом. Существо пока не понимало, чего от него хотят и куда, собственно, подевался хозяин. Но, как только оно почувствовало мой запах, а после и прикосновение, когда я снял намотанную вокруг прутьев ткань, тут же разразилось радостным щебетанием. Послав ему сигнал успокоения и получив в ответ счастливое шипение с коротким курлыканьем, я стал закреплять клетку на спине.

Когда мы закончили приготовления и, переодевшись, вышли, я, как бы невзначай, пошёл рядом с Василием, аккуратно расспрашивая, что это за зелёные, искать которых мы идём. Если с белыми, то есть противником, всё понятно, а уж с нами – красными, тем более, то, что это за новая сила такая? То, что не мародёры и прочие преступные элементы ясно. Тех старик называл открыто поганью и татями всякими. Может, ещё одна политико-гражданская фракция? Я, правда, с предыдущими двумя толком не разобрался. Разве что по “цвету” отличаю. А тут ещё одна нарисовалась. Причём, явно враждебная, раз нас посылают проверить наличие её последователей в определённом месте. Конечно, по словам Андреича, командиру итак известно, что там происходит. Но, видимо, мои умения (а, может, и меня самого заодно) решили проверить на вшивость. Вот и негодует мужик, что его прицепом посылают. А вся “слава”, если всё пройдёт, как надо, только мне и достанется. В любом случае, пусть думает, как хочет. Человек взрослый, значит уже должен понимать, что мир не справедлив, а иногда и откровенно жесток.

– Зелёные, Яков, это люди. Как и мы. Как и белые. Цели у них только другие. И мотивы. А путь такой же. Тернистый и кровавый, – чуть подумав, ответил мне Василий Степаныч.

Такой ответ меня, разумеется, не устроил, но, взглянув на старика, я понял, что сейчас не самое лучшее время для подобных лекций. Всё-таки мы на боевом задании и местность вокруг нас не сказать, чтобы особо мирная. Город, словно поделён на части, где каждый фрагмент выкрашен в свой цвет. Эта улица белая, а эта красная, а вон там целый серый район. Он, вроде бы, пока никому не принадлежит и там обитают обычные жители. Но, это пока. Здесь нельзя остаться в стороне. Рано или поздно тебе придётся сделать свой выбор. И тогда…снова прольётся кровь. Лучшая смазка для всех социальных трансформаций. Механизм под названием общество должен работать. И, если прошлая его версия даёт сбои, то значит пришло время опробовать новую.

Пожав плечами, я отстал от Степаныча и сосредоточился на движении. Вертел головой по сторонам, старался особо не шуметь и ориентировался по действиям моих напарников. Прыгнут в соседнюю подворотню, и я за ними. Упадут на землю, доставая винтовки, я тоже. А побегут, так и я рядом буду.

– Скоро пост будет. Оружие спрятать нужно, да, и Яшка с этой клеткой на хребте, как бельмо на глазу, – сказал Василий Степаныч, замедляя шаг.

– Обойти никак? – спросил Андреич.

– Если только по крышам. Но времени много потеряем.

– Тогда винтовки давайте мне, я уж их на ту сторону перетащу по-своему. Да, и чудище это тоже.

– Уверен? – уточнил старик.

Мужчина кивнул в ответ.

Напутствовав Вултусу, чтобы он не шумел и, вообще, вёл себя хорошо, я передал клетку Андреичу.

– Накинь сверху. Не хватало ещё чтобы закричал по дури или ещё что учудил. Да, и об стенку если ударится, то не слышно будет, – сказал он, протягивая мне ещё один кусок ткани.

Спорить я не стал. И кажется, даже понял, что мужчина замыслил. Не зря он с собой такой внушительный моток верёвки взял. Так, что намотал в два слоя, да покрепче увязал и отдал обратно.

– Пойдём по отдельности. Сначала вы вдвоём, потом я. Встречаемся возле булочной, что в конце Никольского переулка, – сообщил он, перехватывая поудобней поклажу и сворачивая направо.

Мы же двинули дальше вперёд. Чтобы через полчаса упереться в импровизированную заставу, которая перекрывала улицу от дома до дома.

– Документы приготовь. Бумага хоть и липовая, да только для этих и такая сойдёт, – спокойно сказал мне Степаныч.

При этом он отчего-то стал хромать, да ещё и кряхтеть, будто каждый шаг давался ему с трудом. Мне же напомнил, чтобы я глаз не поднимал и говорил, когда спросят. А лучше, вообще, помалкивал и под дурачка косил.

Понял, принял, обработал, мысленно согласился я и тоже приготовил потрёпанную книжицу с какими-то непонятными мне печатями и подписями. Фотография внутри отсутствовала, так что мне было не совсем понятно, как это поможет определить, что я это я. В любом случае, постараюсь побольше молчать, а если понадобится, то и вовсе разыграю слабоумного. Не зря же Василий тоже стал изображать бедного, больного старца, который и ходить-то с трудом может. А я, вроде бы, отыгрывал его внука или кого-то из родственников, кто сопровождал дряхлого дедулю в пути.

Подойдя ближе мы уже настолько вжились в свои роли, что Степаныч стал опираться на меня по-настоящему, а я только что слюни изо рта не пускал, одновременно что-то бессвязно мыча и тараща глаза в пустоту.

Встретили нас двое настороженных солдат и, видимо, офицер, стоящий за их спинами. Он окинул нас ленивым взглядом и, потеряв интерес, отвернулся.

– Кто такие, откуда будете? – спросил, стоявший ближе всех к нам, боец.

– Заводские мы. Я – Василий, а это вот Яшка, – покашливая и покряхтывая, ответил Степаныч.

– Документы!

Старик молча протянул наши книжицы.

– Вроде, и правда, с Заводской. Чего шатаетесь тут? Али не знаете, что краснопузых в городе бьём? – нахмурился, вглядываясь в нас, он.

– Знаем, знаем. Отчего же не знать. Но идти-то больше некуда. Вот и хотим туда, где потише. Родные у нас там.

– И поэтому вы через полгорода решили пешком прогуляться…

– Ну, так выбора и нет особого. Ты пропусти нас сынок, а я за тебя свечку в церкви поставлю. И за царя-батюшку. И за …

– Хватит уже, дед, языком молоть. Забирай своего внука юродивого, да идите дальше, – прервав старика, бросил солдат.

Выдохнув про себя, я, придерживая Степаныча, пошёл дальше. Вот только на полпути и аккурат посреди заставы нас окликнул офицер. Да, тот самый, что до этого мазнул скучающим взглядом и отвернулся. Теперь он подобрался и, словно хищник, почуявший добычу, пружинистым шагом направлялся в нашу сторону.

– Извольте, уважаемый, а откуда у вас такой шрам на лице? Никак воевали? – поинтересовался он, подходя ближе.

Глазастый какой попался. А ведь в начале будто даже внимания не обратил.

Я замер, ожидая ответа Степаныча. И он ответил. Да, так, что я аж подпрыгнул на месте от удивления.

Глава 7. Друзья или знакомые?

– Так точно, ваше благородие! Пятигорский 151 пехотный, – неожиданно гаркнул Василий Степаныч, вытягиваясь во фрунт.

– Значит, под началом моего батюшки служили. На Кавказе много нашей крови пролито было.

– Аполлинарий Фомич! Уважаемый человек, слуга царю, отец солдатам!

– Это точно. Царство ему Небесное, – согласился офицер, – ну что ж, не смею больше задерживать. Документы у вас в порядке, можете идти.

Я уже было выдохнул, но тут мужчина продолжил.

– А в армию вернуться не хотите? Нам бы сейчас не помешали такие вот бравые и опытные солдаты старой закалки, – вдруг предложил он.

– Рад бы, ваше благородие, да только здоровье уже не то. Хромаю, сердце пошаливает, да и силушка уже не та, – скорбно опустив глаза, ответил старик.

– Понимаю. Но, если вдруг захотите передать свои знания новобранцам, то милости просим. Где меня найти теперь знаете, – кивнул офицер и теперь уже точно отвернулся, теряя к нам интерес.

Отойдя на полсотни метров и завернув за угол, я увидел, как беззвучно шевелятся губы Степаныча, а лицо багровеет, будто он сдерживает рвущиеся наружу ругательства. Видно, не такие уж хорошие у него были воспоминаний о службе в царской армии. Представляю, каково ему сейчас пришлось, когда нужно отыгрывать вот такого отставного солдата с воодушевлённой физиономией, а в душе чёрт-те что творится.

С Андреичем мы действительно встретились, где и договаривались. Подождали минут двадцать-тридцать, вот и он ковыляет, придерживая наши винтовки и рвущегося на волю Вултуса.

– Ты бы свою страхолюдину манерам каким хоть научил. Только на крышу залез, да переправу наладил, как начала верещать, да в прутья биться. Чуть не сверзился оттуда. Кинул ей крысу дохлую пожрать, только тогда успокоилась, – гневно начал он, когда подошёл ближе.

Сначала я не нашёлся, что ответить. Ну, не должна была химера себя так вести. Я передал ей чёткие указания быть тише воды, ниже земли. Значит, взбудоражило что-то, спровоцировало. А еда была лишь прикрытием. Надо будет потом память посмотреть, может, пойму лучше. Обычно мозаичные организмы возбуждаются, когда рядом присутствует другое, схожее с ним существо. Либо очень сильный химеролог. Вот только, по-моему, в этой реальности никто толком и не знал, что такое метапрактика и, уж тем более, химерология. Хотя, возможно, я ещё не знаю всех особенностей нового мира и поэтому не могу здраво его оценивать. Всё-таки три дня маловато для вдумчивого осмысления присутствующих здесь технологий. Так что, оставим этот момент на будущее.

– Может, и вправду голодная была, а, может, и…, – пожал плечами я.

Хамство Андреича уже начинало откровенно напрягать. Везде он прав, и все должны его слушать. Вернее, только я, конечно. Но играть роль покорного новичка мне надоело. Жизнью то я наравне с ним рискую. Да, и помощь отряду тоже оказываю не малую. Так что пора показать ему, что не он тут самый главный. И начнём с капельки юмора.

– Ну? – угрожающе протянул он, хмуро на меня поглядывая.

– Принюхался, вот и испугался.

– А крысой, значит, решил перебить “аромат” носильщика, – неожиданно подхватил мою шутку Степаныч, усмехаясь.

– Малец, ты берега-то не путай. А то так и по рогам получить недолго, – набычившись, произнёс Андреич, приближаясь ко мне.

Драки я не боялся. Вот только не факт, что сейчас для неё подходящее место и время. Но и спускать зародившийся конфликт на тормозах было бы не комильфо.

– Не путаю. У нас одна задача. И старший среди нас Василий Степаныч, а не ты. Как минимум, по возрасту. Так что оставь свои придирки, где подальше, – сжимая кулаки и делая ему шаг навстречу, говорю я.

– Да у тебя молоко на губах не обсохло, чтобы со мной так балакать. Я тебе сейчас быстро покажу, где раки зимуют!

– А ну-ка замерли, петухи боевые. Я рассусоливать не буду, обоим по голове настучу, – становясь между нами, заявил старик, – Яшка прав, у нас есть задача и нужно её выполнить. А подраться и после успеете, коли нужда ещё будет.

Андреич только сверкнул глазами и что-то неразборчиво пробурчал, отворачиваясь. Я лишь кивнул, соглашаясь с мнением Степаныча. Главное, чтобы кое-кто злобу не затаил и не выпустил её в самый неподходящий момент. Со спины, например. Поэтому теперь я буду гораздо внимательней.

– Болтовню отставить. Выполнение приказа продолжить, – отчеканил бравый старикан, расправляя грудь.

Теперь ему не нужно было играть роль увечного деда, и он снова вернулся в родную ипостась. Как по мне, этот вариант ему подходил больше всего. Возможно, потому что он и не играл его вовсе.

Следующие улицы мы пересекали без особых проблем. Редкие прохожие старались обходить нас по широкой дуге, завидев винтовки за нашими спинами. А заставы белых, мы проходили таким же способом, как и первую. Так что к обеду, мы почти дошли до нужной точки. И тут Степаныч предложил заскочить к его родным, перекусить, отдохнуть и заодно дождаться вечера. По его словам, одним днём мы бы всё равно не успели обернуться. А так в темноте меньше шансов будет, что нас заметят. Переночуем у его семьи и на рассвете обратно двинем.

Андреич побурчал, побурчал, но согласился. Сам понимал, что по темноте ходить в городе, объятым пламенем гражданской войны, занятие так себе. Да, и шушера всякая по ночам вылезать начинает. Отбиться-то, может, и сможем, но шуму наделаем изрядно. А у нас задание скрытное, лишнего внимания не требующее. Поэтому мы, сделав небольшой крюк, вошли в Александровскую слободу и направились к дому, где жили родные Василий Степаныча.

Уже подходя к нему, мы почувствовали запах дыма и услышали чьи-то приглушённые крики. Подгоняемый недобрым предчувствием, старик бросился вперёд. Мы не отставали, вытащив на ходу винтовки из-за спины и приведя их в боевое положение.

– Ты куда, сучара?! Я с тобой ещё не закончил, – раздался глумливый голос и, заскочив во двор, мы сразу увидели его обладателя.

Картина, раскинувшаяся перед нами была ужасной. На земле лежало несколько окровавленных тел, край дома занимался пламенем, а изнутри слышались чьи-то душераздирающие вопли. Прямо перед нами ползла, пытаясь спрятаться, полуголая девушка. Разорванная одежда почти не скрывала, покрытое синяками и царапинами, тело. Бедняжка тщетно старалась добраться до покосившейся телеги и залезть под неё. Следом за ней шёл здоровенный бородатый мужик с короткой плёткой и тщательно прицеливался, куда ему ударить в очередной раз.

– На-ка, нагайки отведай, тварь зубастая. Ишь чего удумала, кусаться! Я ж тебе хорошо сделать хочу, а ты дыбом становишься, – посмеиваясь, приговаривал он.

В следующую секунду ублюдок оказался на земле, а в грудь ему смотрело винтовочное дуло с примкнутым штыком. Кажется, Степаныч чуток переборщил, и на груди мужика стало расплываться красное пятно.

– Ей помогите, его свяжите. Я в дом, – коротко бросил старик, вытаскивая лезвие и бросаясь вперёд.

Зачем связывать будущего мертвеца, я так и не понял, но перечить не стал. Здраво рассудив, что приоритеты сейчас расставляет Василий Степаныч, я вначале помог подняться девушке и кое-как прикрыть наготу. Осмотрев на наличие серьёзных ран и убедившись, что жить будет, повернулся к валяющемуся на земле бандиту. Тот уже успел отползти на значительное расстояние. Значит, старикан всё-таки правильно рассчитал. Не убил, но ранил хорошо. Потом, наверное, допросить хочет.

Оглядевшись вокруг, я вдруг понял, что Андреича тоже нет. Похоже, рванул вслед за Степанычем. Ну, ладно, я тогда буду раненых принимать, если таковые найдутся. Но сначала этого утырка свяжу.

Тем временем из дома послышались выстрелы и отборный мат. Уж не знаю, что там учудили мои напарники, но нападавшие были, как минимум, ошеломлены таким неожиданным визитом.

Исполнив задуманное, я выпустил Вултуса на волю с наказом предупреждать меня о любых приближающихся людях. Можно было, конечно, оставить его в виде Хранителя, но его формация всё-таки ещё не достаточно стабильна. Да, и специальных тренировок он не проходил. Так что, единственное, что у него может получиться, это отвлекать врагов или принять выстрел на себя. И то, и другое мне было пока не нужно. В обоих случая химера может с лёгкостью потерять свою жизнь. А я всё же дорожу первым своим созданием в этом мире. Так что…

Додумать, я не успел. Откуда-то сбоку, видимо, из соседнего двора, вбежали сразу четверо мужчин, которые, похоже, услышали, что здесь всё пошло не по плану. Первый сразу увидел меня и бросился навстречу. За ним последовал ещё один. Двое других же кинулись в дом.

Итак, два разъярённых бандита с оружием против меня, толком не умеющего обращаться с винтовкой и химеры, которая даже не успела взлететь с моего плеча.

Какие могут быть варианты?

А их всего два. Бежать или сражаться.

Глава 8. Предложение, от которого можно отказаться

Я попытался выстрелить, но что-то пошло не так, и спусковой крючок нажимался вхолостую. Предохранитель или моё неумение пользоваться этим механизмом? Скорее всего, и то, и другое. В любом случае, времени разбираться у меня не было, враг подбежал уже почти вплотную. Хорошо, что и он решил использовать холодное оружие. Внушительных размеров, чуть искривлённый меч уже опускался на моё плечо. Единственное, что я успел, это шагнуть чуть назад и подставить под удар винтовку. Удар получился такой, что я чуть её не выронил. Сухо треснуло дерево, брызнули искры, и в моих дрожащих руках осталась по сути бесполезная палка с примкнутым к ней штыком.

Понимая, что второй такой замах может меня просто располовинить, я отскакиваю в сторону и выставляю перед собой своё импровизированное копьё. Делаю ложные выпады, корчу страшное лицо, в общем, стараюсь показать какой я грозный боец. Получается так себе и, глумливо ухмыляясь, бандит подходит всё ближе и ближе. На мои потуги он особо внимания не обращает и планирует закончить нашу “битву” в один. Во всяком случае, именно это я вижу в его глазах. А вот напарник, увидев, что серьёзных проблем со мной не предвидится, достав пистолет, сначала направляет его в мою сторону, а после поворачивает и бежит в дом.

– Не затягивай, Микола. Там ещё одни с нашими в хате, – говорит он через плечо.

Тот лишь кивает и сразу же делает скользящий шаг в мою сторону, выставляя вперёд одну руку. Видимо, хочет поймать мой выпад и сразу же нанести ответный удар. Делаю вид, что ловлюсь на его приманку и неуклюже тыкаю вперёд винтовкой. Он тут же перехватывает её за ствол и размашисто бьёт меня, целя в шею. Уже готовый к чему-то подобному, я просто отпускаю своё оружие и призываю химеру. Вултус чёрной шестикрылой молнией падает на кисть врага и резко царапнув её, заставляет разжать ладонь. Меч падает на землю, а Микола испуганно отскакивает, сжимая теперь мою винтовку.

– Ах, ты падаль хитрожопая! Ну, ничего, я и без шашки тебя и твоего попугая на куски напластую, – рычит он, потирая раненую конечность.

Подхватываю его оружие (теперь знаю, что оно называется шашка) и примериваюсь к необычной форме рукояти и балансу клинка. Хм, а что, неплохо! Когда-то я махал бамбуковой палкой на тренировках по физподготовке, теперь, значит, пришло время опробовать давно забытые умения на практике. Правда, сейчас ставкой будет жизнь, а не синяк на полтуловища.

Я делаю пробный выпад и, тут же оценив реакцию противника, возвращаю шашку обратно. Бросаю взгляд на Вултуса и вижу, что второго такого самоубийственного рывка он не переживёт. Химера взобралась на край крыши и взбудоражено что-то курлычет. Понимаю, что таким образом использовать её не только рано, но и просто опасно. Изначально созданный для определённой цели, бедное существо может потерять самоконтроль и решить, что хозяин разрешает ей кидаться на всех двуногих. Ну, а дальше…не зря Кодекс Биоэтики запрещает создавать мозаичные организмы с агрессивной модальностью. Путь в никуда, который почти всегда заканчивается смертью невинных, а иногда и самого инициатора процесса. Так что использовав химеру, как отвлекающий манёвр, повторить такое снова я просто не мог.

Тем временем мой противник уже вовсю шёл на меня. Беспорядочно размахивая винтовкой, он усиленно делал вид, что не умеет обращаться с таким видом оружия. Да только углы он резал профессионально и в любой момент мог изменить траекторию атаки, переведя её в точный колющий выпад.

Покружив ещё немного он, наконец, сподобился закончить свою игру и уже полноценно пойти в атаку. Тут-то я его и подловил. Удар шёл точно мне в живот, и я без ложной скромности отбил его вниз, сам же делая шаг вперёд, чтобы хорошенько приложиться противнику между ног. Такой беспринципности он откровенно не ожидал, и моё попадание опрокинуло его на землю, заставив беспомощно ловить ртом воздух. Добивать я его не стал, но винтовку отобрал. И стал думать, что делать дальше. Тоже вязать этого недовояку или спешить на помощь товарищам, или охранять тылы?

Решить не успел. Из дома вылетел последний из бандитов и ринулся куда-то, сверкая пятками. Вслед ему неслась отборная брань, и, выскочивший было Андреич прицелился, но стрелять почему-то не стал. Подождал пока недобиток скроется из виду, а уж после оглядел моё поле битвы. И, возможно, мне показалось, но я увидел в его глазах каплю уважения. То, что я обезоружил врага и теперь использовал его же клинок, он понял сразу. Хотел что-то сказать, но тут вышел Степаныч. И уж ему точно пришлось несладко. Испещрённая кровью одежда, синеющие губы и шаткая походка. Он опирался на винтовку и еле стоял.

– Ну, что, хорошо мы этих татей приложили. Будут знать, как к честным людям лезть, – улыбнулся он и почти что упал, если бы его не успел подхватить Андреич.

– Чего стоишь, за лекарем беги! – рявкнул он, вгоняя меня в совершеннейший ступор.

Врач? Откуда я знаю, где здесь может быть врач?

***

Доктора не нашли, но в соседнем доме оказался мужичок, который вполне смог оказать первую медицинскую помощь. Степанычу повезло, и почти все ранения были касательными. Крови, конечно, потерял немало, так что, в любом случае, ближайшие пару дней он не боец. Заодно перевязали Андреича. Он хоть и двужильный, но недавняя рана толком ещё не зажила. А после наших эскапад, так и вовсе открылась, и стала заново кровить. Поэтому на общем совете было принято решение отправить меня дальше и уже после, на обратном пути ко мне присоединятся остальные. Наберутся сил, окрепнут и вернёмся в наш отряд уже цельной тройкой, как и уходили.

– Тебе идти тут совсем недолго. Я маленько карту черкану, всё понятно будет, – объяснял мне Василий Степаныч, лёжа в кровати.

Вокруг всё ещё суетились его родные, убирали последствия нападения и всячески благодарили нас за спасение. Хотя, если быть откровенными, то старикан всё своё семейство и спас. Андреич подсобил. А я так, сбоку стоял, да с одним дурачком на шашках махался. Кстати, оружие это я оставил себе. Трофей, как-никак. Да, и моя винтовка приказала долго жить. Степаныч всё порывался мне свою отдать, да я не взял. Всё-таки нужно с ней ещё уметь обращаться. Затвор этот передёргивать, патроны правильно вставлять. Про целиться, я, вообще, молчу. Непривычный я к этому делу. Вот химеру создать, которая керамическими снарядами плеваться будет со скоростью звука, а то и быстрее, это пожалуйста. У меня, кстати, похожая дипломная работа была. Только там для подводных разработок организм был нужен. Скалы бурить, да левиафанов всяких от подводных городов отгонять. Эх, я даже пробный экземпляр в минимальном размере вывел. Первые испытания он прошёл на отлично. Имя ему дал… Алфедай или просто Креветка. Я использовал умение одного из его ближайших родственников и существенно гипертрофировал его. Теперь температура схлопывания кавитационного пузыря достигала почти 8000 градусов по Цельсию, а начальная скорость “выстрела” достигала иногда почти 400 километров в час. И это был не предел! Усиление панциря, проработка мускульной структуры…да много ещё чего было дополнено, улучшено и возведено в определённую степень абсолюта. Я до сих пор горжусь этим проектом и с удовольствием дал бы ему полноценную жизнь. Если бы…

Выдохнул и вернулся в реальность. Там как раз Василий Степаныч давал мне бумажку, на которой угадывался план нескольких ближайших улиц. Мой маршрут показывался пунктиром, а запасной вариант помечался карандашной линией. Всмотревшись, я, вроде бы, всё понял. Ничего сложного. Дойти до точки Б, проверить наличие вражеских сил и вернуться обратно в точку А. Вот только в настоящей жизни такой путь может оказаться гораздо запутанней. И существенно опасней, чем на бумаге. Выходить я должен буду на закате, так что время передохнуть ещё есть. Перекушу сам и Вултуса накормлю. Он бедняга перенервничал совсем с этими нелепыми драками. А выпускать его на свободный выгул в неизвестном месте я пока не решался. В прошлый раз его так и поймали. Повторения такой ситуации мне совсем не нужно. В конце концов, он мои глаза и уши.

Поэтому, несите мне еды и побольше, а моему другу мяса и послаще. А после постелите нам перины пуховые, да одеяла тончайшие. И дев волооких поставьте вокруг, пусть песни на сон грядущий поют.

Вспомнилось же! Когда-то заслушивался этой сказкой. Видел в ней то, что другие не замечают. Особенно про чудище морское, земное и небесное. Может тогда-то и решил стать химерологом…

Глава 9. Альтернатива – есть!

Двигаться по карте оказалось легко и понятно. Вот здесь поворот, а тут лучше пройти через сквозной подъезд. Солнце уже почти зашло за горизонт, но света пока ещё хватало. Степаныч предупредил, что на уличное освещение надеяться не приходится. Так что я рассчитывал пройти основной кусок пути во время заката и уже к полной темноте добраться до нужной точки.

К моей удаче, почти вся дорога прошла без эксцессов, и редкие прохожие старались побыстрее скрыться из моего поля зрения. Наверное, на это повлиял не в последнюю очередь Вултус, который безмолвной фигурой высился на моём плече. Ну, и шашка, которую я закрепил по примеру бывшего хозяина на поясе. Андреич мне ещё хотел пистолет всучить. Последний шанс, по его словам. Он даже объяснил, как им пользоваться и заранее снял с предохранителя. Но я мужественно отказался, объяснив, что воевать не собираюсь. Моя задача – разведка. И проводить её нужно, как можно тише и незаметней. Спорить он не стал, но, скептически взглянув на мой клинок, только покачал головой.

Ага, кажется вот здесь. Нужно подняться на крышу дома и оттуда уже запустить мою химеру. Вход, правда, оказался закрыт на внушительный висячий замок, но, найдя неподалёку подходящий стальной прут, я быстро справился с этой проблемой. Громковато, конечно, получилось, но, вроде бы, половина квартир, вообще пустовала. Так что, не думаю, что кто-то решит выйти и проверить в чём дело. Особенно, поздним вечером, в городе, охваченном огнём гражданской войны. Поэтому я постоял немного, прислушался и, убедившись, что мои предположения оказались верны, полез на чердак.

Пыльно, тихо и пусто. Отличное место для “работы”. Я аккуратно выглянул наружу и увидел ночной город, расстилающийся передо мной. Непривычно. Архитектура, планировка улиц, отсутствие света и зелени на крышах. Да, это действительно другой мир, иная реальность…

Потерев лицо, я отбросил зарождающуюся ностальгию и отдал короткий приказ Вултусу. Вон ту область облететь, внимательно осмотрев. Сначала поверху, потом спуститься чуть пониже. Хрипло “каркнув”, химера поняла задачу и в один рывок оказалась в воздухе. Чтобы уже через пару минут вернуться обратно и, словно извиняясь, опуститься на все свои множество “лапок”, жалобно пища при этом.

Что не так? Какая-то рана? Или органический сбой? Такое бывает с непроверенными конструктами. Но, вроде бы, Вултус уже выполнял похожее задание. В чём разница?

Подумав пару секунд, я с досадой хлопнул себя по лбу. Похоже, перемещение в новое тело существенно понизило мою квалификацию. Это ж надо, так затупить и не проверить базовую генетику химеризованного существа?! Голуби плохо видят в темноте! А второй фрагмент мозаичного организма многоножки эту особенность ещё и усилил. Взамен, разумеется, добавилось кое-что другое, по типу теплового зрения, которое, правда, работает на очень небольших расстояниях. В итоге, всё равно получилось малополезно. Можно, конечно, сделать скидку, что процесс проходил впопыхах, да, и задачу минимум как-никак существо выполнило. Но об универсальности Вултуса думать, разумеется, не приходится.

Итак, какие у меня есть варианты?

Собственно, их три. Первый, я оставлю на самый крайний случай. Возвращаться ни с чем, это подвести всех. Второй чуть получше, но тоже мне нравится не очень. Лезть непонятно куда с хорошей возможностью получить лишних отверстий в туловище довольно суицидальное желание. А так как подобных позывов я лишён начисто, то, пожалуй, сосредоточусь на третьем пути. Конечно, создавать новую химеру придётся снова наспех, но пока для меня это самая рабочая версия.

Помассировав мочки ушей и сделав короткую дыхательную гимнастику по заветам мэтров химерологии, я поймал концентрацию и сфокусировался на предстоящем действе. В голове уже сформировался предварительный образ будущего создания и теперь мне перво-наперво нужны подходящие объекты. Проявлять излишнюю фантазию я не стал и сосредоточился на конкретном задании. Как раз пригодилась одна из базовых схем первого курса обучения. Там я обошёлся грызуном, выданным для лабораторной работы и самым обычным пауком, что был выловлен в соседней комнате. До сих пор помню, как, пылая истовым желанием быть первым, кто сдаст экзамен, на ночь глядя рванул прямо в учебный корпус. Где, в итоге, повстречал парочку таких же, как я, новичков-студиозов, которые под контролем старших товарищей творили всякие непотребства. В принципе, они занимались тем, что и я, вот только цель у них была немного другая. Парни с четвёртого курса подговорили их добавить в создаваемых существ одно крохотное дополнение. Увеличить объем визуальной памяти и одновременно уменьшить размер. А после отправить свеженьких химер на женскую сторону общаги. Конкретно в душевую и раздевалку. Прикрывались, конечно, практическим опытом и проверкой действий в реальной обстановке. Я тогда вовремя понял, чем эта затея пахнет и свернул с кривой дорожки. Но некоторые моменты из их конфигурации наглым образом присвоил себе. Поэтому сейчас и сотворю смесь паука и какой-нибудь крысы. Благо, и тех, и других в окрестностях полным-полно.

***

Да уж, тварюга получилась неказистая, но зато с дополнительной возможностью обороняться и использовать паутину, как метательный снаряд. Первым делом после сотворения химера попробовала на прочность путы, её контролирующие. Запищала, пошипела и рванула куда-то по стене вверх. Я тут же приструнил её, приказав застыть. Затем подошёл и, взяв крохотное тельце размером не больше моей ладони с восемью шерстистыми лапо-ногами, вернул его обратно в импровизированный загон. Возмущенно заверещав, создание, тем не менее, подчинилось и снова убегать не стало.

– Твоё имя Нокс! – некультурно тыкая пальцем в химеру, говорю я.

Заинтересованно пискнув, мой новый Помощник отбил дробь всеми своим конечностями и, щёлкнув крохотными, но бритвенно-острыми зубами, выпустил в сторону окна очередь из паутинных игл. Парочка этих удивительных “боеприпасов” вонзилась в раму, так что я мог подойти и внимательно их осмотреть.

А что, неплохо! Кожу пробить сможет и, возможно, даже одежду из тонкой ткани. Ранить не ранит, но вот дискомфорт принесёт точно. Если вдруг умудрится в глаз попасть, то противник точно будет дезориентирован. Хорошая способность у нас тут образовалась. Я закладывал допустимую агрессию в целях самозащиты и в итоге получилось вот такое. Видимо, всё-таки местная версия квинтэссенции Vвлияет. Мощная, но в тоже время слегка хаотичная. Что ж, главное, работает, а с нюансами будем после разбираться.

Выдав Ноксу короткий перечень задач и главный пункт обязательное возвращение на исходную точку, я, ещё раз проверив “управление” существа, выпустил его наружу. Быстро взбежав по стене и сделав “прощальный круг” по чердаку, химера выскочила в окно, направившись в нужную мне местность. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что всё пройдёт, как надо. Времени у меня до утра, а потом придётся отправляться восвояси.

Решив не тратить ночные часы на бесцельные переживания, я отправился подремать. Соорудил себе из пыльных тряпок и каких-то досок нечто, похожее на постель, и улёгся на неё. Вултусу же выдал задание охранять меня и, в случае появления людей или других живых существ, сразу же будить. Он принял его с энтузиазмом и тут же отправился на первый обход. Спустя пару минут я услышал удовлетворённое курлыканье и сочный хруст. Понятно теперь почему он так обрадовался. Фрагменты сороконожки в мозаичном организме существенно расширили вкусовые предпочтения базового голубя. Так что ночью он может с высоты и не особо видит, зато на близких расстояниях вполне способен заприметить подходящий продукт питания.

Улыбнувшись, я закрыл глаза, полностью уверенный, что химера предупредит, в случае какой-либо опасности.

Глава 10. Городские партизаны

Рассвет встретил меня рассерженным шипением и агрессивным курлыканьем. Открыв глаза, я лицезрел удивительную картину. Я понял, что снова кое-где недоработал. Вултус и Нокс готовились вот-вот броситься друг на друга. Первый не пускал второго внутрь чердака, справедливо полагая, что выполняет наиболее важную прерогативу. Второй, наоборот, считал, что его миссия максимально приоритетна. В общем, налицо конфликт интересов, и я, как великий властитель, а заодно и хозяин этих существ, должен всё решить прямо здесь и сейчас. Правда, недопонимание, собственно, и произошло по моей вине…но, как лидер и господин может быть не прав? Если вам кажется, что главный ошибся, то смотрите глубже. Возможно, вы просто не понимаете всей многослойности его поступков. Отмазка, конечно, так себе, но срабатывает почти всегда.

Поэтому я шикнул на обоих и, пустив паукокрысу внутрь, первым делом распределил места в нашей скромной домашней иерархии. И, если пьедестал Первого и Непоколебимого, без вопросов, достался мне, то со следующей ступенью возникли определённые проблемы. Дело в том, что Вултус хоть и первое моё создание, но задачи и умения у него почти что миролюбивые. Летай-смотри, да, когда нужно хозяина сторожи. Максимум, можно врага отвлечь, да царапнуть слегка, привлекая внимание. А вот Нокс уже существо поопасней. Размерами пусть и поменьше, но вот агрессии существенно больше. Да, и видов “оружия” тоже прибавилось. Острые зубы, крохотные, но исправно работающие когти, а на финал настоящая паучья иглопушка. Так что в противостоянии, кто сильнее у второго мозаичного организма есть существенные шансы на победу. Вот и срабатывает старая добрая особенность всех живых организмов. Конкуренцию никто не отменял. Особенно межвидовую.

– Ладно, парни. Времени у нас в обрез, так что всё будет, как я скажу. Считайте меня тираном и деспотом, но факт остаётся фактом, – вслух произнёс я.

Кажется, привычка общаться со своими творениями на обычном языке начинала вновь ко мне возвращаться. Вот бы и остальные особенности моей профессиональной деятельности так же вернулись обратно. А то всё в какой-то спешке, без вменяемых условий, да и самому часто приходится импровизировать. А это существенно сказывается на уровне проводимой работы. За подобные огрехи мне вполне могли впаять минус балл на каком-нибудь экзамене. Пусть я и закончил обучение много лет назад, но пиетет перед альма-матер остался во мне навсегда.

– Вултус и Нокс, нарекаю вас моими руками. Правой и левой. Дневной и ночной. У каждого из вас будут свои зоны ответственности. А в будущем, возможно, и подчинённые. Так что, возрадуйтесь дети мои, ибо назначен вам путь на повышение. Сержантами, может, и не сделаю, но до Прим-Помощников доведу. Главное, чтобы мозги сильно не разрослись, – отпустил я в конце своей патетической речи, одному мне понятную, шутку.

Продублировав всё по эмпатической связи через касание и подтвердив указание Печатью Создателя, я успокоенно выдохнул. Это уже надструктурный императив, который просто невозможно нарушить. Будучи Альфой в нашей импровизированной стае, я властвовал по праву сильного (во всех смыслах). Но финальный аккорд всегда остаётся за самой сутью химеролога, как метапрактика. Никто не может ослушаться воли своего Создателя. Так было, есть и будет!

Приняв новые условия существования, химеры тут же прекратили собачиться и благоразумно стали заниматься своими делами. Вултус вернулся к патрулированию моего ночного обиталища (параллельно поджирая окрестную живность малого калибра), а Нокс поспешил передать мне полученные сведения.

Восприняв от него информацию, я какое-то время её осмысливал, пытаясь понять, что меня зацепило. Вроде бы, наводки нашего командира подтвердились, и указанный район действительно кишел неприятелем. Зелёные основательно здесь обустроились и уходить отсюда не планировали. Но мне казалось, что тут определённо что-то не так. Некое внутреннее чутьё упрямо твердило о какой-то неправильности в происходящем. Конкретизировать точно я не мог, но свербёж не прекращался.

Выдохнув, я постарался отбросить, некстати появившиеся, сомнения и сосредоточиться на выполнении задания. Разведданные собраны? Собраны. Значит, пора двигать обратно. А там уж пусть сам командир решает, что с ними делать и, как использовать. Лишняя инициатива наказуема. Особенно, в армии. Это я и в своём мире давно понял и здесь, думаю, так же.

Собравшись, я быстро убрал следы своего пребывания здесь и, усадив Вултуса на плечо, а Нокса за пазуху, отправился обратно в Александровскую слободу. Химера, пригревшись на груди, почти сразу же захрапела, изредка дёргаясь во сне. Да, и моя правая рука, тоже откровенно клевала носом. То есть, клювожвалом, конечно. Один я был бодр и свеж. Как-никак ночь я потратил на сон.

Спустившись вниз, я вышел из подъезда и, оглядевшись, быстрым шагом направился к выходу из двора. Там возле арки ошивался какой-то подозрительный тип, который, увидев меня, тут же куда-то пропал. Насторожившись, я ускорил шаг и, на всякий случай, положил руку на шашку. Драться мне не хотелось, да, и шумное это дело. Но, если придётся, то делать всё буду быстро и без лишних эмоций. Мне нужно вернуться обратно целым и невредимым.

– Эй, добрый молодец, чего это ты тут шастаешь? – вальяжно поинтересовался дородный мужчина, перекрывая мне дорогу.

Он вышел с другой стороны арки и теперь уверенно направлялся ко мне. За ним обреталась ещё парочка человек, которые держали в руках винтовки и были готовы применить оружие в любой момент.

Я остановился и оглянулся.

Так и есть. Путь к отступлению перекрыт тоже. Четверо молодчиков недобро на меня косясь, выстроились позади полукругом. И, когда они успели всё так хорошо подготовить? Неужели, вели меня ещё с вечера-ночи?

– Вижу, не просто так прогуливаешься. Да, ещё и с птицей чудной. А уж шашка, что у тебя на поясе, так и вовсе знакома. Правда, раньше ей Микола-Цибуля владел, – продолжал вести свой монолог незнакомец.

Ответить мне было нечего. Бежать некуда. Так что оставалось только драться. Коснувшись напряжённо закопошившегося Нокса, я дал ему парочку коротких указаний. Вултус тоже должен был помочь. А, я уж постараюсь, если не вырваться из западни, то хотя бы забрать с собой побольше врагов.

Продолжая делать вид, что не понимаю происходящего, шагаю вперёд и оказываюсь почти на расстоянии удара. Один рывок и вполне могу достать брюхо этого болтуна. А уж там мои химеры создадут шумиху и появится шанс…

– Дружок, ты охолони-ка слегка. Мы ж тебя не убивать пришли. Пока просто поговорить. Узнать, кто тут у нас под боком обитает, – вдруг обезоруживающе усмехнулся мужчина, – да, и шашку просто так этот гнида Цибуля не отдаст. А, значит, ты либо победил его в бою, либо украл. И, кажется мне, что первый вариант более реалистичен. Вон, как у тебя глаза горят. Истово, да яростно.

Да уж, прочитал он меня в секунду. Сразу видно, опытный человек. На бандита, вроде, не похож. Вон, как отзывается о тех ублюдках, которые на родных Степаныча напали. Может, и правда пообщаться хочет? Зачем только?

– Для этого обязательно оружие на меня наставлять? – сухо бросил я.

– Это, на всякий случай. Знаешь, сколько здесь разной швали бродит? Да, и краснопузых с беляками хватает. Шпионов вон засылают, честной народ баламутят. Потому и настороже мы, – пожал плечами он.

– Чего хотите?

– Так сказал же, просто поговорить. Ты, вроде, нормальный парень. Хоть и чудо-юдо у себя приютил. Той зверушке, которая у тебя за пазухой вертится тоже подышать охота. Выпускай, дай свободы твари божьей, – с хитрым прищуром предложил мужчина.

Как-то слишком много он обо мне знает. Глазастый или действительно ведут давно? Да, и кто он такой, вообще? Хоть бы представился.

– Только недолго. Я спешу. А животинке лучше там остаться, она света солнечного не любит, – ответил я.

– Вот и отлично. Много времени у тебя не отниму. Как зовут-то?

– Яков.

– А меня Самуилом кличут. Но для своих я Самыл или Медведь, ежели совсем по-простому. Будем знакомы, Яков, – он бесхитростно протянул мне руку.

Немного подумав, я ответил на приветствие. Вроде, убивать действительно не собираются. Кто же всё-таки это такие? На бандитов не похожи. На белых тоже. У них-то и формы никакой нет. Каждый одет, как пожелает. Разве что, у того, кто Самылом назвался на руке нашивка чёрно-зелёная.

Стоп! Неужели, это и есть те самые зелёные, за которыми меня послали следить? И как я сразу не догадался. Что теперь? Перевербовывать будут? Или уговорят дезинформацию обратно доставить?

– Ты не волнуйся. Мы поговорим и всё. Потом дальше своей дорогой пойдёшь. Парни, отойдите-ка на десяток-другой шагов, – произнёс Самуил.

– Только глупостей не делай. Пуля всё равно быстрее будет, – сообщил мне он, подходя ближе и смотря прямо в глаза, – куришь?

Я отрицательно махнул головой.

– Ну, и правильно. Здоровей будешь. Ну, что, давай на чистоту сразу? – поджигая самокрутку и выдувая дым, спрашивает Медведь.

Пожимаю плечами. На чистоту, так на чистоту. Надеюсь, только, это будет обоюдное решение.

Глава 11. И не друг, и не враг, а так…

Возвращался я к своим напарникам в тревожных чувствах. Всё ещё не веря, что меня отпустили просто так и постоянно озираясь, есть ли за мной слежка. Правда, Самыл напрямую сказал, что моё решение должно быть искренним и принуждать никто не будет. Так что, навряд ли, он отправил бы кого-нибудь за мной. Но странное ощущение чужого взгляда не покидало меня. Зарождающаяся паранойя? Как один из возможных вариантов. С другой стороны, лучше перебдеть, чем недобдеть. Поэтому, я, нет-нет, да, и срезал углы, неожиданно сворачивал, всячески стараясь поймать моего эфемерного попутчика. Чтобы, в итоге, заигравшись, чуть не заблудиться, пройдя мимо нужной мне улицы. Снова пришлось попетлять, так что до Александровской слободы я добрался только к полудню. И там уже меня встретил, вставший на ноги Степаныч. Ходил он ещё так себе, но выглядел уже гораздо лучше. Да, и Андреич ошивался рядом, показывая, что тоже готов к труду и обороне.

Руки пожали, перекусили и я коротко, но информативно выдал все полученные от Нокса разведанные. Мужики покивали, пару вопросов уточняющих задали и решили отправиться обратно уже сегодня. А на мой удивлённый взгляд Василий ответил, что, может, на своих двоих он и не особый ходок, но на четырёх колёсах до отряда вполне доберётся. Оказывается, в нужную нам сторону как раз собирался подвода с продовольствием. Вот мы “полезным грузом” и пристроимся. Путь, конечно, будет извилистым, всё-таки проезжать через посты белых идея так себе. Но к вечеру доехать до подконтрольной красным области мы должны. А там уже до наших совсем близко будет. На том и порешили.

Собрались все быстро. Да, собственно, и собирать особо нечего было. Пришли налегке и уходим так же. Разве что трофеев прибавилось, а моя повреждённая в бою винтовка убавилась. Поэтому, дождались, когда к нам подъедут две телеги, гружённые припасами для бойцов и, погрузившись на них, отправились в путь.

И первую половину дороги проехали спокойно и без приключений. Я даже носом стал клевать, откровенно расслабившись. Один бок мне Нокс согревал, а под вторым Вултус копошился. Они-то первыми и забили тревогу. Запищали, заголосили и стали всячески показывать, что приближается кое-что не очень хорошее.

В следующее мгновение улицу перед нами перегородило с десяток человек, чьи намерения довольно прямолинейно читались у них на лицах. В руках оружие, направленное в нашу сторону, на одежде никаких опознавательных знаков. Ещё одни бандиты? Как-то нагловато получается. Тут совсем рядом должен быть пост белых, а они прямо посреди дня грабежом занимаются. Может, те в доле, конечно. А вид делают, что защищают простое население. Я пока полноценно не разобрался в местных перипетиях.

– С телеги слезайте. Мосинки, даже не трогайте. Будете всё делать, как сказал, оставим в живых, – ёмко высказался главный из них, делая шаг нам навстречу.

Он внимательно смотрел на нас, словно ожидая неповиновения и возможности просто пристрелить нас, чтобы не мешали. Степаныч коротко прошептал, чтобы мы не паниковали, а подчинились. Выглядел он спокойно и собранно. Неужели, есть какой-то запасной план?

Отложив винтовки, мы слезли с подводы. Вместе с нами спустились и возничие. Нас быстро обыскали и, забрав оставшееся оружие у Андреича и мою шашку, оставили стоять у стены соседнего дома под прицелом трёх грабителей. Остальные тем временем стали споро разгружать припасы. Вот только не успели они опустить на землю первый мешок, как раздался выстрел. А за ним ещё и ещё один. Испуганно заржали кони. Бандиты падали один за другим, не понимая откуда их настигает смерть. Видно было, что военного опыта у них нет. Бесполезно крича и тщетно пытаясь спрятаться, они продолжали гибнуть.

Троица, которая нас охраняла, попытались было взять в заложники меня и Андреича, но Василий, словно бы случайно, запнулся и упал на одного из них. Поднялся он один. Мужик так и остался лежать на земле с расплывающимся красным пятном на груди. Второй было дёрнулся, направляя винтовку на нас, но тут тихо свистнуло, и он изумлённо схватился за нож, торчавший у него из шеи. Булькая и захлёбываясь собственной кровью, грабитель опустился на колени, а после, завалившись на бок, быстро испустил дух.

Степаныч, похоже, волшебник со стажем. Его же обыскали, а у него оказывается вон какой инструмент был припрятан. И действовал он им споро и умело.

Тем временем, всё было кончено. Последним застрелили главаря, который пытался сбежать, но получил не меньше трёх пуль в спину. Вокруг в живописном беспорядке лежали его подельники, и я вдруг понял почему Василий Степаныч был так спокоен.

Ну, не будет никто в воюющем городе просто так отправлять повозки с продовольствием без какой-либо охраны. А, значит, нас прикрывали. Но делали это с умом. Не просто рядом шли или ехали. Двигались поодаль, аккуратно и без лишнего шума. Вот мародёры и клюнули. Понадеялись на лёгкий куш.

Моя догадка подтвердилась уже через пару минут. Позади нас с одной из крыш махнули синим платком, а потом белым. Степаныч кивнул, словно бы сам себе, и сказал возничим, что пора ехать дальше. А после нас тут приберут, но пару знаков оставят. Чтобы другим неповадно было.

Вултус и Нокс, которым я приказал спрятаться в повозке, вылезли обратно и снова заняли свои законные места у меня на плече и за пазухой. Послав им сигнал спокойствия и умиротворения, я постарался и сам привести мысли в стройный ряд. Получилось так себе. Как-то многовато вокруг меня смертей за последние несколько дней. Неужели и этот мир обречён на бесконечные воины, ведущие только к одному…гибели всего живого на планете? И вопрос только во времени?

Я снова задал себе вопрос, для чего меня спасли из моей родной реальности? Неужели, чтобы вновь пережить ужас и понимание невозможности хоть что-нибудь изменить? Если кто-то так и пошутил, то это очень жестокая шутка. Так что я старался верить, что меня прислали сюда с совершенно другой целью. Как минимум, не допустить повторения сценария с тотальным уничтожением всего и вся. И пока я верю, так и будет.

***

Как и ожидалось добрались мы до отряда только к вечеру. Да ещё и прошли финальную часть пути на своих двоих. Степанычу, конечно, было тяжко, но мы с Андреичем помогали ему изо всех сил. Старик сначала отказывался ссылаясь на понижение боеспособности нашей троицы. Но мы здраво рассудили, что, пока один поддерживает Василия, второй вполне справится с контролем местности. Так что худо-бедно, но до своих добрались. Где нас, не сказать, чтобы встретили с распростёртыми объятьями. То есть, двоим моим напарникам сразу же предложили подкрепиться и передохнуть, а на меня почему-то направили винтовки. А после и вовсе связали, химер изъяли (я дал указание Вултусу и Ноксу не сопротивляться), под конвоем доставив к светлым очам командира Николая Павловича.

Да, уж ни такого приёма я ждал. Совсем не такого…

– Ну, что Яков, как теперь выкручиваться будешь? – начал он с места в карьер, когда меня ввели и усадили на стул.

Ага, значит, меня уже записали в позицию обвиняемого. Осталось узнать в чём именно. Так что я решил спросить напрямую в чём проблема. Ответ меня поразил. Подобного выверта я уж точно не ожидал.

– Неожиданно. А какие-то доказательства есть или только чужие слова? – поинтересовался я.

– Субординацию не забывай, боец! – рявкнул командир.

Мысленно чертыхнувшись, я поправился и переспросил “по-правильному”. Хотя совсем недавно мы общались, как обычные люди. Но тут, видимо, Звягинцеву захотелось напомнить мне моё место обычного солдата, который беспрекословно подчиняется вышестоящему. Что ж, придётся поиграть и в эту игру. Тем более, я так до конца и не понял в чём конкретно меня обвиняют.

– То есть, разговор под дулом оружия, это уже прямой намёк на предательство? Я правильно понял, товарищ командир – уточнил я.

– У меня другие сведения, – коротко ответил он.

Лекентий, тут же подумалось мне. Не удивлюсь, что за нами действительно послали проследить. Так сказать, проконтролировать выполнение приказа. Вот только после стычки у дома родных Степаныча, всё уже пошло не по плану. И, когда я отправился выполнять задание один, то у того, кто следил, тоже вполне могли возникнуть определённые подозрения. А, когда меня “приняли” на выходе для беседы с Самылом, то они только усилились. Но это всё равно просто факты. А уж, как их интерпретировать дело другое. И подозреваю, что хитро-наглая морда вестового тут сыграла не последнюю роль. Он либо сразу на уши Звягинцеву подсел, либо, передавая послание от бойца, трансформировал его в удобную для себя версию. Недаром же, когда мы только зашли на территорию отряда, этот упырь крутился тут, как тут и посматривал на меня с этакой миной победителя. Всё становится на свои места. Как только теперь выкрутиться из сложившейся ситуации? Не рассказывать же, что главный зелёных, по прозвищу Медведь, действительно предлагал мне перейти на их сторону. Но не в виде шпиона, а самым настоящим городским партизаном. Да ещё и основать группу, где я смогу использовать свои способности на полную.

Заманчиво. Интересно. Настораживающе.

Похоже, Самуил уже встречал метапрактиков, похожих на меня. Как минимум, в тех местах, откуда он родом. А это север, бескрайняя тайга, полная тайн и загадок.

Глава 12. К стенке

Сиделось мне в импровизированной тюрьме так себе. Хотя, по сути, это была обычная пустая комната, разве что с забитыми досками окнами, да усиленной дверью. Но само ощущение, что тебя, считай, просто так отправили в “казематы” раздражало и откровенно нервировало. Плюс ещё у меня отобрали химер, и я чувствовал себя ещё более опустошённым.

Прошли сутки. И кроме дежурного, который кормил меня, никто так и не соизволил навестить бедного арестанта. Про Василия и Степаныча молчу, конечно. Они, может, и пытались, да кто их пустит. А вот проинформировать, что со мной будет дальше было бы не лишним. Но, видимо, у командира и его подопечных других дел хватало. К тому же, если я не ошибаюсь, как раз сегодня должно было состояться нападение на базу зелёных. Вот и сконцентрировались все на насущном.

Неожиданно дверь распахнулась, и в помещение ввалилось сразу трое бойцов, все с винтовками наперевес. Позади них маячил Лекентий, стоявший с надменным видом, держа в руках какую-то бумажку.

Я напрягся. Как-то нездорово всё это выглядело.

– Хватай его ребята, контру поганую! – рявкнул он, потрясая кулаком.

Значит, решили. Только вот что? Есть тут суд или хоть какая-то возможность оправдаться?

Пожав плечами, я позволил себя связать и, подгоняемый дулами винтовок, вывести наружу. А там уже расхаживал разъярённый командир и рядом с ним какой-то худощавый мужчина с дикими глазами.

Увидев меня, оба переменились в лице и, стараясь контролировать эмоции, тут же повернулись к собравшимся здесь солдатам. Причём, первым взял слово незнакомец, от которого буквально сквозило безумием.

– Бойцы, товарищи, братья! – патетически начал он, – сегодня каждый из нас потерял своего друга, сослуживца, воина революции! Грудью и жизнью они боролись за праведное дело! До последней капли крови были готовы биться, не щадя себя! Уверен, так поступил бы и каждый из вас.

Взяв паузу, он обвёл всех собравшихся пылающим взглядом и, потрясая кулаком, продолжил.

– Подвиг, они совершили подвиг! И их имена останутся в веках! Но, к сожалению, все усилия оказались напрасными. Нас ждали. Нас заманили! В хитрую, дьявольскую ловушку! И один из повинных в этом обмане сейчас перед вами! Тот, кого мы считали нашим товарищем и безраздельно доверяли, оказался предателем! Больно, мне невероятно больно говорить такое и видеть его сейчас! Да, нужно признать…мы пригрели змею на груди. Которая в нужный момент укусила в самое сердце!

Ораторствующий психопат продолжал что-то кричать, но я уже его не слышал. И так понятно, что козлом отпущения сегодня придётся быть мне. Вот только я на такую роль не нанимался. И, если что-то пошло не так, то в этом уж точно нет моей вины. Тем более, судя по словам этого больного, и в других отрядах была запущена дезинформация. Поэтому просто так валить всё на меня не получится. Дайте мне только слово, и я ...

Ответить мне не дали. Да, и, вообще, стоило мне только открыть рот, как в печень прилетел хороший тычок. Хватая воздух, я пытался прийти в себя, а, тем временем, мне вынесли быстрый и жестокий вердикт.

– К стенке, контру! Расстрелять, ублюдка! – наперебой заорали, накаченные чужой яростью солдаты.

Я тщетно искал в толпе лица Василия и Степаныча. Не то, чтобы я надеялся на их помощь, но и моральная поддержка будет не лишней. Вот только, к сожалению, мои напарники, видимо, не захотели приходить на это нелепое судилище.

Меня потащили на место казни, и я всё ещё не верил, что это взаправду. Слишком уж быстро и абсолютно незаслуженно меня обвинили в одном из страшнейших грехов на войне – предательстве.

Дёрнувшись, я попытался вырваться, заранее понимая, что это бесполезно. Но инстинкт самосохранения иступлено вопил, принуждая к действию. В итоге, я получил ещё парочку мощных ударов, которые прибавили темноты в глазах и крови во рту. Сплёвывая тягучей красной слюной, я всё старался найти выход и не дать себя убить, как животное на скотобойне. Мне бы сейчас не помешал какой-нибудь телесный Хранитель в максимальной конфигурации. Это, считай, вторая кожа, только с невероятной броней и способностью к самовосстановлению. Эх, мечты, мечты!

– Сюда его! Да глаза завяжите, чтобы зенками не хлопал, – орал кто-то над ухом.

Меня споро развернули, прислонили к стене и накинули повязку. Не иначе, чтобы мой последний взгляд не будоражил чуткие сердца расстрельной команды.

– Последнее слово будет? – вдруг раздался вкрадчивый голос чуть поодаль.

Ну, ничего себе, какие привилегия. Интересно, что я такого должен сказать? Покурить попросить? Или балтийского чая стакан? А, может, все только и ждут, что я упаду на колени, прося о пощаде? Ну-ну, не дождётесь гады! Это, как раз вы предатели, если по первому слову, готовы своего же товарища расстреливать, даже не задавшись ни одним вопросом.

Я было открыл рот, чтобы послать их всех по матушке, заодно объяснив, что они не правы. Но, видимо, мои конвоиры устали ждать и меня снова хорошенько так приложили. В голове зазвенело, и я снова рванулся, пытаясь хотя бы пнуть своих мучителей. Вроде бы, даже один удар попал в цель.

– Ах ты, падла! Ещё брыкаться будешь!

Я усмехнулся разбитыми губами и сплюнул, стараясь попасть в говорившего. Эх, успел отскочить. Ну, ладно в следующий раз…

– Хватит уже лясы точить. Всем отойти. Стрелкам приготовиться! – услышал я голос командира, словно через вату.

А нормальным человеком казался.

Напрягшись, я стал ждать отсчёта. В последнюю секунду брошусь на землю, а там будь, что будет. Безропотно смерть второй раз принимать не буду. Пока есть хоть какой-то шанс, использую его на всю катушку.

– Готовьсь! Цельсь!

Выстрелы почему-то раздались существенно раньше команды “Пли!”. Пули защёлкали совсем рядом, и я благополучно подогнул ноги, свалившись кулем не землю.

Тем временем вокруг начался какой-то хаос. Что именно происходит я не видел, но крики и суматошная пальба говорили о многом. Как минимум, о том, что сейчас всем не до меня. Уж не знаю, кто там на кого напал, но я использовал такое стечение обстоятельств определённо себе на пользу. Для начала нужно отползти подальше от этой стены. Насколько я помню, место на виду, поэтому нужно поскорее отсюда убраться.

Извиваясь, как самый настоящий червяк, я кое-как добрался до угла дома и замер, схоронившись за грудой битого кирпича. Теперь бы руки развязать, да повязку снять. А там полегче будет.

Покопошившись пару минут, я понял, что сам не выберусь. Кисти за спиной уже начали неметь, а протащить путы через ноги мне не хватало растяжки. Там бы я уже зубами хоть как-то попробовал.

Выдохнув, я кое-как принял сидячее положение и понял, что без чужой помощи мне не обойтись. И единственными кому я мог сейчас доверять были мои химеры. Удалённая связь у нас имеется, но в очень ограниченном формате. Фактически, я могу только позвать Вултуса и Нокса. Более сложные приказы возможны только через тактильный контакт. Главное, чтобы их не заперли, как меня. Тогда они будут биться о прутья клетки в самоубийственном желании выполнить мою волю.

Я сосредоточился, сотворил их образы в сознании и протянул ладонь, беззвучно призывая их. Если не слишком далеко, то обязательно почувствуют и постараются выполнить приказ.

Тем временем, шум битвы вокруг нарастал. Стараясь быть максимально незаметным, я свернулся в клубок и чуть ли не зарылся в куски кирпича. По моим ощущениям прошло уже порядочно времени, но химеры так и не появлялись. Я уже было решил самостоятельно ползти дальше, как вдруг совсем рядом раздался тихий писк. А за ним и знакомый клекот. Выбрались мои умнички!

Коснувшись моей кожи, Нокс получил чёткие указания, что делать дальше. А Вултус, тем временем, уже аккуратно стаскивал с меня повязку. Оглядевшись, я понял, что был прав и на лагерь напали. Судя по мелькавшей тут и там форме, это белые.

Наконец, я освободился. Спасибо острым зубам ночной химеры. Размяв затёкшие руки и дав задание следовать за мной, я бросился подальше от поля боя.

Может, конечно, следовало остаться и помочь. Но после того, что со мной чуть не сделали эти бойцы за правое дело, такое желание мелькнуло и сразу же пропало. Пусть сами в своей каше варятся. Я уже понял, что правда тут у каждого своя.

Так что, похоже, пришло время становиться индивидуалистом и двигаться по собственному пути. Верный он будет или нет ещё посмотрим. Но сейчас я хотел оказаться подальше отсюда и уже в спокойной обстановке разобраться, что делать дальше.

Глава 13. Анархия – мать порядка!

Начал я с поиска жилища. И, желательно, без соседей. Город, я правда, особо не знал, так что быстро эту задачу оказалось не выполнить. А, если учитывать, что здесь всё разделено на сферы влияния, то проблема вырисовывалась немаленькая. Мне не очень хотелось попасть, как снова к красным, так и к белым, чтобы опять оказаться у стенки. Причём вторые, скорее всего, заботиться о хоть какой-то иллюзии законности не будут и просто пристрелят, если покажусь на глаза. Форма-то у меня всё ещё красноармейская. А новую одежду я пока не добыл.

Можно, конечно, согласиться на предложение зелёных и стать этаким городским партизаном, воюя против всех сразу. Но и такой вариант мне откровенно претил. Они, вроде, за простой народ и хотят оставить Петроград свободным. Вот только крови от этого прольётся не меньше. Да, и подход у них ещё более жёсткий, чем у остальных. Как сказал сам Самыл: “цель оправдывает средства!". Поэтому я всё же пока побуду в гордом одиночестве, стараясь не вступать в местные дрязги.

Ну что, на ночёвку эта халупа вполне сойдёт. Хотелось бы что-то поуютней, но сейчас не до особого выбора. Уже начало темнеть, а я нахожусь непонятно где, без еды и оружия. Минимальный набор химеролога – два моих создания и всё. Выживай, как хочешь.

Я внимательно осмотрелся, потом отправил Вултуса разведать, есть ли рядом подозрительный люд и одновременно послал Нокса внутрь моего будущего обиталища. Наученный опытом, теперь я старался обезопасить себя со всех сторон.

Минут через двадцать моих химеры вернулись и принесли две новости. Хорошую и плохую. Паукокрыс передал, что жилище пусто и никакой опасной живности не наблюдается. Но, на всякий случай, он сожрал и ту, которая просто там обитала. Эх, впредь буду чётче выдавать команды. Хотя, я уже понял, что в этой реальности квинтэссенция V довольно своеобразна. Возможно, этим как раз и объясняются порывы индивидуальности у моих созданий. С одной стороны, тут можно увидеть и положительную тенденцию. Как-никак, разум вещь уникальная и не каждый химеролог в силах создать существо с высоким уровнем интеллекта. Но с другой стороны, каждый разумный и осознающий себя, как личность, всегда будет искать свободу. А для большинства конфигураций такая грань вполне может быть лишней, если не сказать откровенней, дестабилизирующей. В любом случае, пока это проявляется в таких мелочах, волноваться не стоит. Впредь же, я обязательно проведу несколько экспериментов, чтобы понять это явление лучше.

Ещё раз перепроверив информацию, полученную от Вултуса, я удивился. Ошибка? Да нет, моя первая химера точно передала визуальную картинку. За мной по пятам шёл Василий Степаныч. Вот только чего он хотел пока было абсолютно не ясно…

Прикинув откуда он явится, я сел в нечто, похожее на засаду, и принялся ждать.

Уже окончательно стемнело, когда старик подошёл совсем близко. Я видел его спину в нескольких метрах от меня и ждал, что он будет делать дальше. Его появление здесь не случайно, это уже понятно. Но вот с какой целью он следил за мной от самого отряда, тут, разумеется, есть определённые вопросы.

– Яшка, выходи уже давай. Знаю, что ты где-то здесь. Я с миром пришёл, – громко сказал он, оглядываясь.

Верить или нет?

Вроде бы, за спиной знакомая Мосинка, но в руках оружия нет. Только на плече ещё один мешок держит.

– Если не веришь, у страхолюдин своих спроси. Это я их перед расстрелом выпустил, чтобы у тебя шанс спастись был, – снова подал он голос.

Сначала я хотел заорать, что же он сам на помощь не бросился. Но почти сразу одумался. Сделать самолично Степаныч ничего и не мог. Разве что рядом стать, как пособник предателя. Но слова старика я всё же перепроверил. Пока он обеспокоенно озирался вокруг, я коснулся Вултуса и запросил воспоминания сегодняшнего утра.

Да…так и есть. Вот Василий прокрадывается в комнату, где под замком держали моих химер, и осторожно выпускает наружу. Следующий кадр, место моей возможной казни сверху и заставший ряд людей с винтовками в руках. А вот и я стою у стены, презрительно ухмыляясь. Прямо момент из остросюжетного фильма. Жаль, это реальность и второго дубля, как и новой жизни, у меня уже не будет.

– Зачем пришёл? – вполголоса спрашиваю я.

Пытаясь понять откуда идёт звук, старик вертит головой. Но вокруг уже, считай, кромешная тьма, так что с первого раза он меня не находит.

– Помочь. Понимаю, что ты уже к нашим не вернёшься. Но парень ты, вроде, хороший, да, и родня всё-таки хоть и через десятое колено. Так что не серчай сильно на командира и шельму эту Лекентия. Не ведают, что творят, – устало проговорил он, поправляя мешок.

Вроде, не врёт. Да, и зачем ему это? Вот, если бы Андреич пришёл, то тогда, да, я трижды подумал прежде, чем выйти. А тут…эх, была не была.

– Здесь я. Ну, здравствуй Василий Степанович, – выходя под его взор, сказал я.

– И тебе не хворать, Яков. Давай хоть под крышу зайдём, лишние уши нам тут не нужны.

Зайдя внутрь покосившейся хибары, мы очистили один уголок от пыли и присели.

– Есть, небось, хочешь?

Я только качнул головой. Уже, считай, целые сутки без еды и воды. Так что подкрепиться не откажусь.

– Местечко для ночёвки ты, конечно, то ещё выбрал. Тут же рядом пост наших. Огонь разжёг бы и пришли к тебе проверять кто это тут балует, – продолжил старик.

Мне оставалось только пожать плечами. Он был, бесспорно, прав. Что ж, буду учиться на своих ошибках, раз другого варианта не предвидится.

– Давай, налегай. Я с тобой долго сидеть не могу, в отряде хватиться могут. Так что ешь и слушай. Помочь тебе хочу. Расскажу, где что в Петрограде, да, как выжить тебе самому можно на первое время.

Снова кивнув, я накинулся на уже разложенную еду и стал внимать лекции Василия Степановича.

– Значит так, вот тебе карта, я здесь кое-что пометил. Где наши, где беляки, вот тут зелёные обитают, а здесь тать всякая кучкуется. Простой люд, понятно, почти везде есть. Как прослойка в пироге. Одна погуще, другая потоньше. Крестики, это посты, а где линия пунктирная, там спорные места, за которые всегда битва идёт, – вещал он, тыкая пальцем в бумагу, развёрнутую передо мной.

Старик говорил и говорил, а я внимательно слушал. Вопросы иногда задавал уточняющее, когда рот был свободен. Так прошёл почти целый час.

– До зимы времени ещё много. Так что логово ты себе соорудить успеешь. Да, и связи наладишь. Нельзя тут одному быть, заклюют. Оружия тебе дать не могу, ты уж извини. Разве что, вот ножик, да мелочь всякая на первое время. А так, парень взрослый, сам должен понимать, – напутствовал мне старик уже в конце своего рассказа.

На прощание мы обнялись, он передал мне порядком отощавший мешок и перекрестил напоследок. Я уже знал, что этот жест используют приверженцы православия, местной религии. И означает он…хм, да много чего. Видел, как крестятся перед боем, когда пищу принимают, просто слышат что-то и сразу рука размашисто крест чертит. Наверное, всё зависит от контекста.

Сейчас же я почувствовал, что Степаныч, будто благословляет меня. Надеюсь, на что-то хорошее. Конкретный план действий ещё только начал оформляться в моей голове, но самое главное я уже для себя решил. Я должен закончить эту войну своих против своих, как минимум, в этом городе. Когда брат поднимает оружие против брата, и друзья проливают кровь друг друга, это самое худшее, что может произойти в мире. И мой долг остановить подобное. Тем более, если мне дали ещё один шанс на жизнь, то это неспроста. Я исправлю то, что не смог сделать в своей реальности.

Глава 14. Хранитель

Первым делом я решил озаботиться собственной безопасностью. Базовая потребность, особенно, в сложившейся ситуации. Местное оружие я использовать не хотел. Как минимум, в силу примитивности, неудобности и моего откровенного неумения им пользоваться. Ну, то есть, шашкой помахать ещё можно, так сказать, вспомнить молодость. А вот уже пистолет, винтовка и прочие “изыски” технологий этой реальности были мне совершенно не близки. Я и в своём-то мире держал импульсники и энергожезлы только на учениях после университета. И то это, скорее, гражданская обязанность, чем полноценное желание. Всех готовили к большой войне… И она случилась. Только никто так и не успел добраться до складов и получить своё обмундирование. Всё прошло быстро и как-то даже обыденно. Зачем махать дубиной, если есть инструменты для уничтожения себе подобных помощнее? Так что сейчас я сосредоточился на том, что умею лучше всего. Создавать химер. И, раз теперь у меня есть нечто, похожее на дом-лабораторию, то можно перейти к формации мозаичных организмов повыше. Не бежать, спешить, импровизировать. А сделать всё не спеша, с расстановкой и более продуманно.

Помещение, которое я себе выбрал по совету Василий Степаныча, было вполне себе комфортабельным и даже вполне себе уютным. Разумеется, по моим новосложившимся меркам. Тут была печь, целых три комнаты и внушительный чердак прямо над моим жилищем. Дом был многоквартирным, но большая часть жильцов относительно недавно съехала. Не каждому нравится жить в городе, объятым гражданской войной. В итоге, остался дедок, который раньше выполнял функции дворника, а, как некоторых жильцов не стало, переехал в апартаменты получше. Семейная пара с годовалым ребёнком на руках. И благообразная вдова, которая каким-то образом умудрялась жить, будто вокруг и не происходило кровавого хаоса. В том смысле, что у неё всегда было всё необходимое для достаточно высокого уровня жизни. Уж не знаю, кто она такая, но и многочисленные бандиты, которые особенно лютовали в тёмное время суток, всегда избегали наше скромное жилище. А ведь, что может быть привлекательней, чем сияющие окна в ночи одинокого дома на набережной? Грабь – не хочу!

Всю эту полезную информацию я узнал, когда отправил на разведку Вултуса и Нокса. Они целые сутки внимательно обследовали, выбранную мной точку для будущего проживания, и, к моему приятному удивлению, я с первого раза попал туда, куда нужно. Всё-таки дрожать по ночам, кутаясь в бушлат и доедая остатки припасов, оставленных Степанычем, постоянно быть на стороже меня порядком утомило. Так что, выбрав на карте несколько подходящих мест, я тут же отправил туда своих подопечных. И уже после, на основе полученной информации, сконцентрировался на одном определённом доме. Расположение удобное, вдали от основных конфликтующих сторон. Но, если понадобится, то добраться до центра города можно без особых хлопот. Есть две подходящих для этого дороги. Одна через проспект, вторая через улицу, которая ведёт прямо на Дворцовую площадь. Разумеется, там есть посты, как красных, так и белых, но я пока и не намеревался совершать фланирующие прогулки по историческим местам города. Сижу себе пока, да мясом обрастаю. Как в прямом, так и в переносном смысле.

Переезд мой произошёл осторожно и со всем пиететом к жильцам. Я понимал, что рано или поздно они заинтересуются, кто это такой к ним подселился и с какими целями. Поэтому я решил сам первым пойти навстречу. Одежду, конечно, пришлось изрядно покромсать, иначе во мне сразу бы признали красноармейца. Поэтому, когда все мои знаки отличия были удалены, я смог изобразить заранее продуманную легенду. Мол, парень простой, считай, с деревни, по глупости затащили-заманили во всю эту заваруху, но, не выдержав крови и смертей вокруг, сбежал. Теперь вот ищу пристанище. Хотя бы временное. Вежливый, аккуратный, неконфликтный. Моё короткое резюме я рассказывал всем желающим. Их оказалось всего трое.

Первым был дедок-дворник, который, выслушав меня, сразу брезгливо скривился и бросил: “дезертир!”. На том наше общение и закончилось. Вторым был парень, чуть постарше меня, глава семейства. Он смотрел на меня с затаённой опаской и, только кивнув в ответ, сразу поспешил захлопнуть дверь. Ну, и напоследок, вдова, которая даже пригласила меня на чай и основательно со мной поговорила. Основной её посыл, чтобы я не шалил, вёл себя прилично, тогда и ко мне вопросов не будет. А уж места в доме на всех хватит. Одарив меня милой улыбкой, она критически осмотрела меня и посоветовала хорошенько помыться, а заодно и сменить одежду. Мол, негоже такой красоте под слоем грязи прятаться.

Сначала, я не понял, а потом, как понял, но уже после. Со мной откровенно флиртовали. Женщина она, конечно, не молодая, но вполне ещё в соку, так что я воспринял этот момент, как элемент социального взаимодействия. Всем хочется ласки и тепла. А возраст…это всего лишь цифры.

Получив, в итоге, нейтрально-положительный вердикт на возможность своего проживания здесь, я начал обустраивать своё жилище. Работать, правда, было особо не с чем, но и базовый комфорт с остатками мебели от предыдущих жильцов уже давал определённую надежду. Как минимум, они оставили сломанную кровать, шкаф без одной створки и стол со стулом с тремя ногами на двоих. Негусто, но я был рад и этому.

Итак, теперь можно сосредоточиться на моём первом Хранителе здесь. Если Вултус и Нокс больше подходят под определение Помощников, пусть с примитивным набором умений и с минимальной конфигурацией. То сейчас мне нужна химера, оберегающая моё тело. Многие считают, что иногда такие мозаичные организмы переходят грань и становятся полноценными симбионтами, но я так не считаю. Мы же не наделяем одежду личностными качествами, даже, если она дико удобная и носится уже который год? Хотя… Но это уже особенности характера каждого. Лично для меня, Хранитель, это прежде всего носитель определённой функции. В данном случае защиты моей бренной оболочки. А, значит, он должен быть крепкий, самовосстанавливающийся и желательно не слишком массивный. Можно, конечно, взять за основу какого-нибудь броненосца или носорога, но при взаимодействии с человеческим телом будут возникать определённые сложности. Громоздко, малоподвижно, да, и слишком выделяется. К тому же взять генетический материал для такой химеры сейчас просто неоткуда. Поэтому наш выбор — это “царство” насекомых. Хотя, есть вариант некоторых рыб, особенно тех, которые называются арапайма (интересно, есть ли она в этом мире?). Там чешуя настолько прочная, что и крокодил не прокусит. Но тоже возникает вопрос с добычей биоматериала. Так что освежаем память и ищем подходящего донора, а заодно и реципиента.

Накидав примерные виды подходящих насекомых и прикинув их плюсы-минусы, я решил остановиться на жесткокрылых, а конкретней на семействе жужелиц. Существа эти довольно сильно разнятся по размерам и окрасу, но для меня самым важным была прочность их панциря. А, значит, сконцентрируемся на хищниках. В крайнем случае, всеядных. Там такая жизненная философия, что защита должна быть на максимуме. Плюс могут быть плюшки в виде активной защиты. Насколько помню, некоторые виды могу выбрасывать из брюшка ядовитую жидкость, чуть ли не кислоту. Вполне подойдёт, если врагов будет слишком много.

Позвав Вултуса и Нокса, я выдал им задание искать жуков определённой формы, размеры и цвета. Процесс это не быстрый, поэтому я приказал приносить мне подходящих особей сразу после нахождения. И желательно не повреждённых. Это уже я здесь буду исследовать их пригодность для будущего процесса химеризации.

Получив приказ, мои подопечные тут же отправились исследовать окружающую местность по стандартной методике расширяющейся спирали. А я пока задумался над второй частью моего будущего мозаичного организма. Усложнять и делать трёх- или даже четырёхсегментный конструкт я не стал. Рано пока. Нужно обрасти оборудованием, базой биоданных и прочими необходимым ресурсами для полноценной работы.

Итак, кто же у нас будет следующим ингредиентом? По идее, нужен кто-то с хорошей регенерацией и возможностью к самовосстановлению. Причём, желательно “попроще”. Млекопитающие и рептилии, конечно, тоже хороши, но из-за сложности строения не всегда вытягивают по скорости. А вот…какие-нибудь черви, вполне себе подойдут. Так что, правильней всего будет взять одного из их представителей.

Кто-то брезгливо сморщит нос, а другие и вовсе откажутся использовать такую конфигурацию. Но у меня на первом месте стоит эффективность, а уж потом красота и прочие эстетические изыски. В конце концов, финальную форму я могу завернуть так, что визуально и тактильно, это будет вполне себе рабочая версия химеры Защитника.

Набросав примерный план будущего слияния, я заранее стал чертить формулы метапрактики и логические последовательности, постепенно добавляя векторы энергии с тензором на основе квинтэссенции V. Работа кропотливая и трудоёмкая. Особенно теперь, когда я создаю мозаичный организм на ступень выше, чем предыдущие. Сейчас ставкой будет моя собственная жизнь. Если где-то недогляжу или упущу хоть какую-то мелочь, то вполне может оказаться, что, когда придёт время, моя биоброня не выдержит и одного попадания. Так что, я не спешил и уделял внимание каждой детали. Тем более, Вултус и Нокс всё равно ещё в поисках нужного мне материала. Отвлекать их на поиски, подходящего мне, второго ингредиента я не буду. Закончу вычисления, переведу всё в графический формат и схожу прогуляюсь. Заодно поищу подходящую для химеризации особь.

Упруго потянувшись, я встряхнулся и принялся за дело. Уверен, к обеду всё успею. Потом наружу к солнцу и червям, а после перепроверка полученных результатов. А там уже и вечер на носу. Думаю, на закате мои химеры уже принесут первые вариации подходящих жуков.

Итак, основная плоскость сколаптивной регуляции двухфазовая, так что сигнатуру донора возьмём не всю. Период экспорта и нагрузка на контур пойдёт через функцию композитория, а значит…

Я с головой погрузился в вычисления.

_________________________________________________________ Дорогие читатели! Если вы добрались до 14 главы, то скорее всего история химеролога-попаданца вам небезынтересна, а возможно даже и увлекательна!) Поэтому, не поскупитесь, поставьте лайк на книгу, а может даже и комментарий напишите. Вултус, Нокс и я будем рады))

Глава 15. Биоценоз нашего городка

“Главное, чтобы костюмчик сидел!”, вспомнилась мне фраза из одной старой пьесы. Я сделал пару наклонов, поприседал, подпрыгнул и, приземлившись, резко ушёл в перекат. Вроде бы, нормально, нигде ничего не мешает, действия не стесняет. Но это в минимальной форме. А, как будет в полной версии брони, сейчас и посмотрим.

Я отдал приказ через нервный узел химеры, плотно прижатый к моему позвоночному столбу. Мой Хранитель безмолвно подчинился, и плавно выезжающие сегменты моих “доспехов” стали покрывать всё тело вместе с головой. Мда, небыстро. Нужно поработать над этим моментом.

Так, вроде, готово. Хожу, двигаюсь по-всякому, в общем имитирую бурную жизнедеятельность. Тяжеловато-то на самом деле. То есть, вес конструкта остался тот же, но вот его распределение изменилось. Бегать, кажется, могу, но остальные полезные умения нужно будет применять уже в боевой обстановке. Надеюсь, правда, что до этого не дойдёт. Всё-таки хороший химеролог тогда настоящий профессионал своего дела, когда вместо него работают, созданные им мозаичные организмы. Так что будем надеяться, что мои военные личные эскапады, наконец-то, закончились.

Наверное, со стороны я смотрюсь, как гротескный древний рыцарь, зачем-то вырядившийся в нечто похожее на демоническую броню. Что ж, будем считать это ещё одним дополнительным плюсом моей защиты. Психологический эффект устрашения тоже никто не отменял.

Как теперь назвать мою новую химеру? Помесь лесной жужелицы и земляного червя. Красотой не блещет, но функции свои выполнять должна на отлично.

Поразмыслив немного, я решил особо не фантазировать, а остановиться на самоназвании. Колеоптера, конечно, звучит не очень, но вот производное от него Коля, вполне себе ничего. Так что с этого момента будешь ты у меня господин Жук защитником и хранителем тела Альфы. То бишь, меня. Делай это с честью, полной самоотдачей и максимальным трудолюбием. Ведь носить мне тебя придётся очень часто. Из дома-лаборатории так, вообще, выходить только с тобой нужно будет. Ведь план, который я замыслил, определённо всколыхнёт все местные фракции. И, уверен, многим это не понравится. Жаль только, что мне плевать на неудобства тех, кто итак проливает реки крови во славу Истинной и Непогрешимой Идеи.

Что ж, теперь передохнём, а после возьмёмся за доводку моего Коли до идеала. А то переход в полную форму за целых пять секунд, это совсем не тот результат, которого я добивался. Так и пулю успеть схлопотать можно. Кстати, не мешало бы проверить, а как моя химера эту самую дуру держит на разных расстояниях. И для этого мне, как минимум, нужно огнестрельное оружие. Отправить Вултуса и Нокса что ли? Они уже успели отожраться и отдохнуть после предыдущего задания. Причём с двойной пользой. Всё моё жилище и прилегающие к нему квартиры были скрупулёзно очищены от всяческой живности любого размера. И любые посягательства на территорию хозяина пресекались самым жестоким образом.

Скорее всего, пошлю Нокса. Он создание ночное. Полазит вокруг, поищет того, кто не слишком за своими вещами следит, и, может, удастся экспроприировать что-нибудь подходящее. Винтовку химера не дотащит, а вот пистолет вполне. Так что опишу ему нужное устройство подетальней и, чтобы на рожон не лез, да отправлю прогуляться по округе. А, если выгорит, то медаль ему выдам. Мясную. Пусть порадуется, восьминогий.

Так, а теперь вернёмся к нашим баранам, то есть жукам. Что там со скоростью трансформации Коли в полную версию? Вот-вот! Давай-ка, сползай с меня дружочек, ещё поколдую над тобой немного.

***

– Как тебе варенице, милок? По нраву?

Вежливо кивнув, я уже менее вежливо вернулся к уничтожению горы плюшек, что манили меня вместе с двумя видами шикарнейшего варенья. Всё это богатство вкупе с бубликами и другой сдобной снедью покрывало большую часть стола, за которым мы чаёвничали с Софьей Павловной. Вдова оказалась женщиной гостеприимной и мудрой. Причём, первое очень плотно взаимодействовало со вторым.

Спустя полчаса я понял, что второй раз на чай меня позвали не просто так. А с вполне себе шкурным интересом. Оказывается, госпожа уже в курсе, что я хорошо лажу со всякой живностью и, что самое главное, эта самая живность, когда надо благополучно исчезает, не доставляя мне неудобства. Когда до меня дошёл смысл её следующей фразы, я чуть было искренне не рассмеялся. Мучают их всякие ползучие и бегающие гады. Да так, что сил нет никаких. Раньше ещё справлялись, вызывали всяких умельцев, которые на какое-то время избавляли дом от лишних жильцов. А тут гражданская началась и не до этого стало. Деньги-то есть, да вот людей не стало. Так что Софья Павловна без обиняков попросила меня помочь в этом сложном деле.

А я что? А я ничего. Лоб похмурил, отросшую растительность на лице почесал, да ответил, что решу их вопрос. Но, чтобы к методам никаких вопросов не было. Как говорится, клин клином вышибают.

Мысленно же я уже приготовился отдать приказ Вултусу и Ноксу сожрать в этом доме всех и вся, у кого больше двух ног имеется. Уверен, они будут рады такому заданию. Вкусно и полезно! Да ещё и хозяин рад будет.

Так что, ещё какое-то время поболтав для приличия с вдовой, я вскоре тепло попрощался, удостоившись на этот раз разрешения поцеловать руку дамы и отправился восвояси. Тем более, там меня ждали целых два пистолета системы Наган. Хотя, судя по объяснениям Степаныча, которые я помнил ещё во время службы в отряде красных, правильно их называть револьверами. В любом случае, теперь у меня есть из чего стрелять. А, значит, пора проверить мою броню на прочность.

Но сначала выдать паукокрысу премию и официально наградить перед всем служебным составом в лице Вултуса и Коли. Пусть знают, что выполнение ответственных заданий несёт не только моральное, но и физическое поощрение.

***

Он точно выстрелил? Импульс я то почувствовал, но совсем уж слабенький. Кажется, органические демпферы сработали на отлично. И это ещё Жук подстраивается под меня. Что ж, для чистоты эксперимента попробуем ещё раз.

Я потянул за верёвочку, которая через простенькую систему блоков нажимала на спусковой крючок неподвижно закреплённого нагана. Бахнуло. Попадания я не почувствовал. Ага, адаптируется мой красавец. Ну, давай ещё. И ещё!

Когда закончились патроны в обоих пистолетах, я первым делом осмотрел возможные повреждения брони. Снимать не стал, а вытянув шею сначала визуально, а после и тактильно проверил что, да как. К моему удивлению, не было даже царапины.

Это же получается процесс регенерации практически молниеносный? Понимаю, что жучиный панцирь и так сам по себе довольно крепкий, а тут я ещё и улучшил его, фактически создав невероятно прочный композит. Плюс с функцией самовосстановления. Неплохо получается. Очень неплохо!

Конечно, в бою всё может быть по-другому. И калибр помощнее, и количество попаданий в секунду времени больше. Да, и не стоит забывать, что в любой броне должны быть слабые места. Сочленения, например, или глазные отверстия. У меня всё прикрыто разумеется, но стрелять туда и проверять я пока не решился. Но зато точно знаю, что вот такие пистолетики для меня не страшнее падающего листка с дерева. Смахнул и дальше пошёл. Вон они, кстати, валяются. Крохотные и сплющенные пули от револьвера.

Ну что ж, пора и товарищу Николаю выписать премию. К питанию, он, правда, притязателен не особо, но от лишней порции белкового субстрата не откажется. Мыслей коснулась волна благодарности и счастья от такой высокой оценки способностей. Ах, ты ж жук! Во всех смыслах!

Я улыбнулся и ответил таким же положительным посылом. Вот он базовый симбиоз. Всегда начинается с позитива и желания нести лучшее, хорошее. Для своего хозяина и создателя. А остальные… что ж, у каждого свой путь. Кто-то эволюционирует, кто-то стагнирует, а кое-кто и вовсе деградирует по полной.

Мои же “питомцы” всегда счастливы. Служить, жить и развиваться. Осталось и других привести к подобному мировоззрению. Биологическая Империя! А что? Звучит!

Глава 16. Чистый дом, чистая улица

Благодарили меня все. Причём каждый, как мог. Не ожидал, что выполнение такой простой задачи (тем более, для Вултуса и Нокса), как уничтожение всей живности на территории моего нового жилища, даст столь положительный эффект.

Бывший дворник по имени Василий притащил знатный шмоток сала и, молча всучив его, тут же убрался восвояси. Семейная пара, в лице Гоши, предложила помощь в стирке и штопке одежды. Что, кстати, было вполне актуально, так как моя “форма” порядком износилась. Да, и после экспериментов с химерической бронёй зияла внушительными прорехами. Надевать Колю на голое тело я пока не решался. Кстати, не помешало бы что-нибудь объёмистое и тянущееся. Если я буду выходить на улицу в “доспехах”, то неминуемо притяну лишнее внимание. Пока ограничусь просторным плащом, который любезно подарила мне Софья Павловна вместе с несколькими рубахами и штанами, оставшимися от погибшего мужа. Был он человеком крупным, так что я сразу воспользовался предложением Гоши и отдал всё на подшив его супруге.

Закончив с делами, я уже собрался было ужинать, как вдруг услышал какой-то подозрительный шум за окном. Поначалу не обратил внимания, но уже через минуту послышались возмущённые крики и звон разбитого стекла. Выглянув, я сразу понял, что к нам гости. Причём недоброжелательные. Окно комнаты, где я спал и ел выходило во внутренний двор. И там, обычно, мало кто ошивался. А тут прям целое столпотворение. Да ещё и к ночи. Нездорово как-то. Придётся идти и проверять. Быстро облачившись в броню, и дав наказ химерам быть на подхвате, я схватил наган с оставшимися двумя патронами и кочергу. Оружие, конечно так себе, но на безрыбье и рак рыба. Больше надеялся испугать неизвестных Колей, да выстрелить в воздух, если не поймут.

Спускаюсь вниз и вижу, что мои опасения подтвердились. Двое дюжих мужиков тащили в кровь избитого дворника и глумливо потешались над ним.

– Что морда жидовская, харчуешь тут, пока честные люди голодают? Мало тебе было при Николашке жопу толстосумам вытирать. Понравилось, видать, теперь к новой власти клеишься? – вещал один из них.

Василий же что-то бессвязно мычал, сплёвывая красным на ступеньки. Похоже, его крепко приложили.

– Ну, ничего, мы вам всем поможем. Объясним, как жить правильно нужно. Для начала делиться научим. Верно, Егорка? – продолжил он, обращаясь к тому, кто шёл рядом.

– Агась, Терентий. Всем по мордасам, чтобы революцию полюбили, – нелогично ответил тот.

Я уже понял, что ребята эти интеллектом не блещут. Вот только, кто они мне пока непонятно. Вроде бы, по смыслу разговора, не белые. Но как-то сильно уж наглые и злобные для красных. Зелёные, а-ля городские партизаны? Или просто бандиты-мародёры, которые берега попутали?

Ладно, позже узнаем. И то, если понадобится.

Василия подтащили к квартире, где проживала семейная пара. Вежливо постучали. Никто не открыл. Потом ещё раз, гораздо громче.

– Открывай, давай, а то выломаем к херам собачьим, – рявкнул тот, кто стоял за спинами остальных.

Всего на лестничной площадке я насчитал четверых. Двое держали старика, один всё контролировал, а последний прикрывал спину. Судя по шуму на первом этаже, в жилище дворника орудовало ещё пара человек. Ну, и на выходе определённо кто-то был. Получается численное преимущество. Не факт, что испугать получится. Да, и, видно по мордам, таких ночные кошмары не мучают. Значит, будем действовать грубо и агрессивно. Хотя мне этого и очень не хотелось.

Тем временем, дверь осторожно открылась, и оттуда выглянул испуганный Георгий. Он что-то тихо говорил, видимо, упрашивая не трогать жену и ребёнка.

– Да не ссы. Мы зайдём, посмотрим и выйдем, – подмигивая дружку, ответил главарь.

Я понял, что сейчас самое время появиться. Мало того, что они все сосредоточены на Гоше, так и Василий занимает руки двоих. Есть шанс закончить всё без лишнего смертоубийства.

Активирую полную форму брони и, прыгая через ступеньки, бегу вниз. Первым под удар кочерги попадает тот, кто угрожал выломать дверь. Он был ближе всех и совсем не ожидал, что на него могут напасть с верхних этажей. Моё импровизированное оружие ложится прямо ему на ключицу, с влажным хрустом ломая её. На самом деле, я хотел просто ударить, но, видимо, химера усилила моё движение. Что ж, впредь буду аккуратней.

Главарь орёт, падает на колени, правая рука повисает плетью. Пинаю его в голову, чтобы не мешался и перехожу к остальным. Парочка бросает Василия и разворачивается ко мне. В руке одного блестит нож, второй рвёт кобуру на поясе. Опасней всего последний. Он понял, что творится что-то не то и отступает назад, доставая из-за спины винтовку. Его я выбираю следующей целью.

Прыжок сквозь двух готовящихся к атаке бандитов и мощный удар кулаком в грудь. Выстрелить не успевает, изумлённо вытаращив глаза, катится вниз по лестнице. Но Мосинку из рук не выпускает. Ладно, пока очухается, я успею этих двух доработать. Один из них, кстати, вот уже который раз пытается пробить ножом мой бок и спину. Получается у него так себе. Клинок просто соскальзывает с хитинового покрытия химеры. Другой отскакивает назад и направляет на меня пистолет. Что-то кричит, но в пылу драки я толком ничего не разбираю. Шагаю к нему, и он начинает стрелять. Пули, как и во время моих опытов бессильно отскакивают от брони, а я продолжаю движение и хватаю его оружие. Силу применяю на полную. Метал скрипит, сминаясь в моей руке, а вместе с ним хрустят и кости противника. Орать он перестаёт. Но вместо этого начинает скулить, съезжая по стенке и баюкая повреждённую руку.

Наотмашь бью того, что с ножом. Кочерга цепляет его туловище, наискось разрывая одежду и оставляя кровавую царапину. Испуганный взгляд, звон отброшенного клинка. Вижу, что он уже не боец, но оставлять его за спиной глупо. Легонько прикладываюсь к его голове ладонью и слышу позади грохот выстрела. В спину врезается мошка. Хотя, скорее всего, это я додумал. Кинетический импульс почти не чувствуется. Я понимаю, что в меня стреляют только из-за звука. Похоже, у меня получилась неплохая броня.

Пули летят одна за одной, пока я спокойно спускаюсь по лестнице. Последняя пятая попадает мне прямо в забрало. Эффект для стрелка около нулевой. Голова чуть дёргается, но, скорее, на рефлексе. Вот и проверил прочность в боевых условиях, мысленно усмехаюсь я.

Бью так, чтобы вырубить наверняка. Хватает одного удара. Теперь я примерно представляю силу своего Хранителя.

Остались те, кто в квартире Василия и стоящие на улице. Выстрелы они слышали, так что теперь будут определённо наготове. Думаю, сначала спущусь к ним. Вдруг сбежать вздумают. А тех, кто у дворника в гостях, придержит Нокс. Он хоть и не боец, но страху нагнать может. Там, вроде, пара масляных ламп на всё жилище горит. Потушит их и будет развлекаться. За окном уже темнота, хоть глаз выколи.

Подозвав химеру и дав указания, я в два прыжка оказался у нужной мне двери. Приоткрыл её, дал паукокрысу просочиться внутрь и накрепко зафиксировал кочергой. Пускай посидят, подождут меня.

Теперь парадная и выход во двор. Там меня уже встречают направленные прямо в грудь винтовки и череда выстрелов, которые даже не заставляют замедлить шаг. Ну, Коля, ну, молодец!

Хм, а эти, кто на стрёме стоят в знакомых мне бушлатах. Знаки отличия красноармейские, тут не спутать. Неужели, всё-таки из “наших”? Ладно, потом разберёмся. Сейчас нужно их агрессию унять, да популярно объяснить, что сюда ходить больше не стоит.

Рывок, два удара, два тела. Вроде дышат, только сознание потеряли. Мосинки я поднял и за дверь поставил. Чего добру пропадать? Надо бы и тех, кто на лестничной площадке валяется тоже от лишних вещей освободить. Будем считать это трофеем победителя. Ну, или налог на тупость.

Так теперь обратно, посмотреть, что там с теми, кто остался в квартире дворника вместе с Ноксом. Уверен…

Додумать, я не успел. Окно первого этажа разлетелось на части, и в облаке битого стекла на землю свалился человек. Спустя секунду за ним последовал ещё один. Разлеживаться они долго не стали и с дикими воплями убежали в темноту. Я было дёрнулся за ними, но всё же решил закончить здесь. Гоняться за испуганными бандитами по ночным улицам Петрограда, идея так себе. Особенно, в биоброне класса “Экзоскелет IV”. Это я самовольно присвоил такой уровень своей химере Хранителю. Вообще, их всего пять. И первый класс защищает практически от любого физического и энергетического воздействия. В нём даже в открытый космос выйти можно. Правда, лишь на небольшое время.

За моей спиной послышались шаги, и, повернувшись, я увидел, как из парадной выходят Георгий и Василий. Оба держат в руках “конфискованное” оружие нападавших и вид имеют крайне воинственный. Увидев меня, глаза у них расширяются. Оно и понятно, такая махина, да ещё и вида дико странного. Но, похоже, понимают, что их “неизвестный” спаситель, это я.

Я махнул им рукой и, открыв забрало, коротко объяснил, что делать. Битва закончилась, теперь стоит слегка убраться. Избитых в одну кучу, полезные вещи с них в другую. Вот только, что делать с таким количеством пленников я ещё не решил.

Сдать их кому-то? Красным, белым, зелёным? Это ещё довести нужно, объяснить откуда они взялись и, как, вообще, удалось их так отметелить в одного. Лишние вопросы, которые мне совершенно не нужны.

Оставить в доме, как пленников? А за ними кто-то собирается прийти? Тем более, кормить, поить, от ран лечить, это тоже трудности, которые мне сейчас определённо не нужны.

Так что, выбор очевиден. Оттащим, куда подальше, а там оклемаются и сами поймут, что у нас им точно не рады.

Добавив к своим ЦУ дополнительный момент, я позвал Нокса и быстро узнал у него, что он такого сотворил, раз эти недотёпы бежали, куда глаза глядят. Полученный кусок памяти химеры заставил меня пару раз нервно хихикнуть и в воспитательной манере погрозить паукокрысу пальцем. Он, кстати, этими пальцами прекрасно и поужинал. Темнота, как оказалось друг не только молодёжи, но и моей ночной химеры. Повеселился он знатно. Один прыжок веры на макушку одного из них чего стоит. Верещал бедняга так, что второго тоже чуть Кондратий не хватил. В общем, получился у Нокса самый настоящий иммерсивный театр для двух зрителей. Не уверен, что им понравилась сама постановка, но эмоций они получили предостаточно.

Тем временем Гоша и дворник уже стащили псевдокрасноармейцев в одну кучу и занялись второй частью плана. Я же, дав им добро на продолжение банкета, отправился восвояси. Уже заходя в дом, обернувшись, увидел, как Василий подгоняет садовую (или строительную, тут я не разбираюсь) тачку и грузит туда безвольные тела. Кто-то из загружаемых застонал от такого наглого обращения со своим организмом, и старик тут же с оттяжкой пнул подавшего голоса. А потом и ещё разок. Видимо, мстил за поруганную честь.

Уже у себя в квартире я снял “доспехи” и, наскоро перекусив, вдруг понял, как безумно устал. Всё-таки подобные адреналиновые скачки не для меня. Вон какой отходняк получил. Глаза слипаются, а руки трясутся.

Тем не менее, стоило мне улечься на кровать, как сон сморил буквально за секунду. Я кое-как успел отдать приказ химерам стеречь меня и оберегать. А после опустил голову на подушку и тут же отключился.

Глава 17. Враг моего врага…

Утро встретило меня толпой вооружённых людей под окном. Вултус с Ноксом, которые меня и разбудили, встревоженно носились по квартире. Я прикрикнул на них и приказал успокоиться. Понятно, что пришли по мою душу, но видно, что без агрессии. Иначе бы не стояли внизу, а стучали в дверь прикладами. Так что, выдыхаем и спускаемся вниз узнавать, чего хотят эти хмурые мужчины.

Броню я, разумеется, одел сразу, но для приличия накинул сверху плащ. Полностью не скроет, а повод задуматься даст. Уверен, пришедшие уже знают, что простыми пулями меня не взять. Может, потому и не штурмуют мою скромную обитель? А возле парадной меня встретит какая-нибудь мини-пушка или связка гранат.

Стоп! Прекратить паранойю! Вернуть здравый прагматизм. И отправить, на всякий случай, моих химер в разведку. Предупреждён, значит вооружён. Так, кажется, кто-то из великих и древних говорил.

Через десяток минут спускаюсь вниз и вижу пасторальную картину, где прямо посреди двора накрыт небольшой столик, за которым восседают Софья Павловна и крупный мужчина с громадными усами. Подойдя ближе, я замечаю, что у незнакомца нет одного глаза. Стеклянный шар слепо таращится в мою сторону, заставляя меня ещё раз удивляться примитивным медицинским технологиям этого мира. Значит, воевать они умеют, а “починить” человека, это уже роскошь.

– Извольте, Яков, – подскакивает Василий любезно предлагая мне стул.

Он преобразился со вчерашнего дня и несмотря на синяки с кучей ссадин выглядит свежо и подтянуто. Видимо, сейчас он играет роль слуги для важных господ. Что ж, не буду мешать наслаждаться новым амплуа.

Я кивнул и сел. Молча посмотрел на одноглазого, вежливо поздоровался с вдовой и всей кожей почувствовал, как меня оценивают два десятка подозрительного вида мужчин. У каждого было оружие. Каждый носил печать злобы и ненависти. И каждый был готов убить кого угодно лишь по одному слову своего лидера. А он сидел напротив, буравя меня своим единственным оком.

– Яшенька, познакомься, это Игнат Матвеевич. Я ему рассказала о вчерашней ситуации, и он захотел поговорить с тобой лично. Смею тебя уверить, человек он справедливый, искренний и волевой. Поэтому общаться с ним одно удовольствие. Мой погибший супруг, Царство ему Небесное, дружил с Игнатом Матвеевичем с юных лет и вместе они прошли огонь и воду. Так что…

– Полно вам, уважаемая Софья Павловна. Захвалили, так захвалили. Уверен, мы ещё с вами приятно побеседуем, но сейчас у нас более животрепещущая тема для разговора, – бесцеремонно прервал вдову усатый, – мне лично хотелось бы наказать тех наглецов, которые посмели беспокоить вас в столь позднее время. Поэтому не обессудьте, разговор у нас с Яковом будем чисто мужской. Если не против, мы прогуляемся тут неподалёку.

Женщина благосклонно кивнула, отпустив нас с миром. Я же молча поднялся вслед за этим Игнатом и, провожая хмурыми взглядами его “подчинённых”, пошёл рядом. Перед выходом Вултус передал мне визуализацию окрестностей, и я знал, что кроме этих двадцати рядом находится ещё, как минимум, с десяток вооружённых людей. Уж не знаю зачем он столько народа привёл. Особенно сейчас. Как говорится после драки кулаками не машут.

– Давай по-простому. Вижу я, парень ты нормальный, с пониманием. Вон вчера не побоялся пузом рискнуть ради, считай, чужих тебе людей, – протягивая мне лапищу, говорит Игнат.

Я отвечаю на рукопожатие и киваю.

– Значит так. Тати эти залётные. Примчали поживиться чужим добром под шумок. Сами ищем их уже второй месяц. Наглые упыри, но хитрые. То под белых косят, то под красных. Там куснут, здесь кость умыкнут, а после в логово своё прячутся, – продолжал он.

Что ж, я, в принципе, похожее и думал. Не большевики они, это точно. Да, и остальные бандиты от них открещиваются. Изгои, получаются.

– Вчера последняя капля была. Они не только сюда пришли. Воспитательный дом грабануть решили. В обычное время там и взять-то нечего, но недавно мы туда подвоз с припасами отправили. Младшие наши помнят откуда вышли, вот своих и подогрели. А те шакалы будто знали. Так ещё и поглумились над девками. Причём на возраст не смотрели. Падаль, в общем, – Игнат сплюнул и с хрустом сжал кулаки, – мои и осерчали жутко. Как узнали, что и здесь побывали, сразу ринулись, перехватить хотели. Да не успели. Вот теперь думаем, как найти это зверьё и наказать.

Я шёл и размышлял. Стоит ли верить этому человеку? И, если да, то нужно ли помогать? Пусть сами разбираются в своих взаимоотношениях с пришлыми и местными. Мне вчерашней разборки хватило.

С другой стороны, человеческое внутри меня бурлило и взывало к справедливости. Это я смог дать отпор, а дети нет. И повторения такого ужаса для бедных детдомовцев я уж точно не хотел. К тому же наладить связи с изнанкой общества всегда полезно. Как минимум, на первых порах. Они знают город. У них свои пути и дороги. И, самое главное, ими движет понятное и знакомое многим чувство жадности и бесконечной наживы. Можно сколько угодно прикрываться благими намерениями и бандитской романтикой, но суть остаётся одна. Они зарабатывают, нарушая закон.

А вот все эти большевики, да монархисты люди идейные, а, значит, фанатичные, если не сказать безумные. С ними будет сложнее. Их просто так по праву сильного не сломаешь. Не купишь, хоть все деньги мира предложи. А уж про договориться, это вообще из области фантастики. У них свой мир, своя реальность и они хотят всё окружающее к этой парадигме привести.

Так что, я, пожалуй, рискну и попробую помочь этим “цивилизованным” бандитам. Как минимум, чтобы злоба и животная ярость не затопила улицы города окончательно.

– Есть вариант, что я могу дать вам наводку на их местоположение, – осторожно начал я.

Главарь заинтересовано повернулся в мою сторону.

– Мне парни говорили, что у тебя странные умения. Ещё после того случая, как ты Цибулю ухайдокал.

Я напрягся. Ещё не хватало в новые разборки встрять. Они как бы первые на беззащитных напали. Да, и не убивал я этого Цибулю. Там по-другому всё было.

– Не боись, он из белковских. Только Ванька Белка к себе таких отморозков набирает, – словно прочитав мои мысли, успокоил Игнат.

– Это не умения. Это знания. Дайте мне три дня, и я постараюсь вам помочь, – пожал плечами я.

– Что хочешь? – задал он закономерный вопрос.

– Мира, – коротко ответил я.

– Ты ещё скажи во всём мире, – приняв за шутку мой ответ, произнёс бандит.

– Сначала в городе. А после можно и…

***

“Пообщавшись” с Ноксом, я понял, что у него действительно сохранилась генетическая сигнатура того человека, который щедро поделился с ним собственными пальцами. Химера услужливо поделилась своей памятью и прислала эманации жажды продолжения банкета. Не ожидал, что паукокрысе понравится людская плоть. Но в данной ситуации, это оказалось даже полезным.

Я прикинул возможные размеры области поиска и приуныл. Нокс, даже в связке с Вултусом, определённо не справится за такой короткий срок. А, значит, им нужны помощники. Видимо, пора повышать моих первенцев до Прим-помощников. Сделаю им, для начала, по пять клонов каждому. Ещё не стая, но уже вполне себе работоспособная группа.

И стоит уже задуматься о собственной защите. Пассивная уже есть, а вот активной наблюдается существенная нехватка. Безумные монстры из кошмаров мне пока не нужны, а вот универсальные создания вполне подойдут. Чтобы отпугнуть кого нужно могли. А, если понадобится, то и нанести мелкие, но болезненные травмы. Ну, и контроль территории с передачей нужных сообщений, тоже не лишним будет. Я всё-таки теперь считаю этот дом в какой-то степени своим. Да, и окрестности тоже обезопасить нужно. Негоже оставлять кому попало надзор за соблюдением законов. Довольно уже смертей и прочих непотребств. Пора выходить на новый уровень.

Так что, пока Нокс с Вултусом и своими подопечными будут решать одно дело, я займусь следующим. Делегировать полномочия, это важно! Этому учили меня на последних курсах, когда мы уже пробовали себя в создании иерархических биосистем. Всё везде не успеешь. Поэтому, развиваемся, прогрессируем и создаём свои собственные социально-органические структуры.

Я задумался. Что же взять за основу моей новой химеры? Нужен организм помассивней, чем предыдущие. Но в тоже время быстрый, манёвренный и с рабочими конечностями. И, разумеется, без привязки к времени суток.

Хм, а что, если…

Глава 18. От каждого по способностям, каждому по потребностям!

Спустя несколько дней Вултус и Нокс вместе с подручными, наконец, смогли локализовать место, где пряталась эта банда приезжих отщепенцев. Самый обычный дом на окраине города, который предназначался под снос. Но, бандиты, видимо, решили дать ему вторую жизнь и слегка подремонтировали. По подсчёту химер их было около тридцати человек. Какая-то часть оставалась на базе, охраняя награбленное, а остальные разбиваясь на отряды уходили на промысел. Менялись они через день, чтобы вернувшиеся успевали отдохнуть. Так что, если подгадать правильный момент, то вполне можно накрыть всю группировку разом. О чём я честно и сказал Игнату Матвеевичу. Тот уточнил насколько можно верить моей информации. Я лишь пожал плечами и объяснил, что у меня свои методы добычи оной. Но в полученных данных я уверен на все 100%. Ещё бы! Я сам отсматривал всю полученную визуализацию, анализируя и сопоставляя график приходящих и уходящих. Если нужно, я ему укажу, где у них посты охраны находятся, по каким путям они уходят и приходят, да даже, когда еду готовят. Мне было известно почти всё о точке нахождения и бытовых привычках этой банды. Вот только за дополнительный бонус и заплатить придётся. Если первое я делал, считай, по доброте душевной и велению сердца (с небольшой примесью прагматичного интереса), то второе уже нужно вознаградить. О чём я прямо и сообщил одноглазому.

Он подумал-подумал и выдал, что они, в принципе, и сами справиться могут со слежкой и контролем. Я то с ним согласен. Но вот время потраченное на эту процедуру вещь важная. Вдруг эти ублюдки решат, что набрали достаточно и снимутся с места в одну ночь? Может, догонят, а, может, и нет. А, если некоторые в момент атаки в городе будут? Лови потом недобитышей. В общем, вариантов, как обосраться есть масса. Так что, я всего лишь предлагаю минимизировать риски.

– Умно базаришь. Уболтал, считай. Что за полный расклад хочешь? – поразмыслив, согласился главарь.

– Мне много не надо. Просто не суйтесь в мой район. Теперь я беру его под свою защиту, – спокойно ответил я.

Понимаю, что наглею, но тут момент обоснованный. Это, конечно, часть их охотничьих угодий. Вот только работают они тут редко. Во-первых, народа и каких-то особых богатств тут не наблюдается. Так человек пятьдесят на всю улицу. Остальные разбежались в поисках лучшей жизни. Наш дом, так и вовсе, никто трогать не имеет права. Память о муже Софьи Павловны лучшая защита от всякого отребья. Уважение редкое качество среди подобных им. Так что я, считай, ничего особенного не прошу. Единственное, что у Игната, как у настоящего городского хищника, может возникнуть ощущение, что я посягаю на его авторитет через экспроприацию небольшого кусочка территории. Но тут уж он должен послушать голос разума, а не вопли инстинктов.

В итоге, проговорив ещё почти целый час, мы пришли к взаимному согласию, и я выдал ему подробный отчёт по прячущейся банде. В ответ он признал моё право на большую часть улицы и ближайших окрестностей. Получился этакий кривоватый круг радиусом примерно в полтора километра. Он сказал, что кинет маляву (я так понял, это что-то типа послания) остальным главарям Петрограда. Предупредит, значит, о новом игроке. Соваться ко мне они, может, и не будут. А, может, и наоборот захотят проверить на вшивость. Тут уж никто точно не скажет. Да и про красных с белым забывать не стоит. Вдруг тоже решат, что наш закуток им страсть, как нужен. Тут уж Игнат точно не поможет.

В общем, получил я “свободу” по самое не балуй. Только кроме неё, нужно ещё и оборону вменяемую построить. Не могу же я один в Коле бегать туда-сюда и пули на геройскую грудь ловить? Пусть такими глупостями идеалисты всякие занимаются. У меня же есть план, который я уже начал воплощать в реальность. Так что, пора заканчивать болтовню с лидером всяких татей и возвращаться к своему призванию. Прообраз моего нового Помощника уже почти готов. Осталась самая мелочь и можно запускать в производство.

***

Красавец! Ну, как есть, красавец!

Я оглядывал новую химеру и восхищался её изяществом, эстетикой и утончённостью. Казалось бы, два обычных ингредиента. Но, в итоге, получился настоящий шедевр. Часть собаки и часть летучей мыши. Базовое сочетание, в котором используется два разных “контекста” с дополнением и усилением друг друга. Мне уже не терпелось опробовать создание в работе. И, если всё пойдёт, как надо, то тут же клонировать для него подопечных. Как говорится, один в поле не воин. А у меня поле-то не маленькое получилось. Поэтому и воинов-работников тоже нужно хорошее количество.

– Нарекаю тебя Канис Воланс! – пафосно изрёк я, воздев руки.

Существо воспрянуло, втянуло воздух и, заскулив практически на ультразвуке, раскрыло свои кожистые крылья. Худощавая, поджарая фигура Летучей Гончей была аккуратна, продумана и буквально лучилась скоростью. Вытянутая морда со стоячими торчком ушами и умными глазами задумчиво исследовала окружающий мир.

Я протянул свою руку, и влажный нос уткнулся в неё, обнюхивая хозяина и создавая дополнительную эмоциональную связь. Ласково потрепав химеру по загривку, я наблюдал, как она пробует свои новые возможности. Внушительных размеров когти на лапах, то выходили, то втягивались обратно. Крылья, которые давали возможность парить, сделали несколько пробных взмахов, а после убрались в специальные сумки по бокам существа. Прислушиваясь к чему-то недоступному мне, Канис впитывал окружающее всеми доступными способами.

– Ну, что, дружок! Добро пожаловать в наш мир. Знаю, ты и раньше тут обитал, но теперь ты по сути совершенно иное создание. Твой разум, восприятие и личность теперь обретаются в другой форме. И, чтобы тебе было легче привыкнуть и понять себя нового, вот тебе простенькое задание, – вслух произнёс я, поглаживая Помощника.

Дальше, я уже передавал информацию через тактильный контакт. Пусть пробежится по округе, покажет себя во всей красе и пометит жилище каждого человека, обитающего на моей территории. Ну, и заодно оповестит возможных конкурентов, что с ним шутки плохи. Я, конечно, добавил “прошивку” на возможную агрессию, где поставил грань применения силы. Порычать, испугать, слегка укусить, если не понимают намёков, думаю, этого будет достаточно. Понятно, что когда я добавлю ещё особей в стаю, то такая боевая группа без проблем может и человека порвать (а может даже двух или трёх). Но моя задача, не убивать, добиваясь страха и ужаса у каждого на подконтрольном мне районе, а, скорее, показать, что есть альтернативный путь решения проблемы. И самое первое это обеспечить безопасность всем проживающим возле меня. Чтобы никакой бандит, фанатик большевиков или монархистов и уж тем более городской партизан, даже помыслить не могли, что здесь можно кого-то ограбить или хоть как-то навредить. Этакая безопасная свободная зона для нормальных, адекватных людей.

– Ну, беги! Резвись, узнавай и радуйся новой жизни! – напутствовал я первой Летучей Гончей.

Химера радостно взвизгнула и, крутнувшись на месте, ринулась вон из квартиры. Улыбнувшись ей напоследок, я вернулся к другим, не менее важным, делам. Мне хотелось ещё доработать мою биоброню, сделав версию для скрытого ношения. Пусть она не будет такой крепкой, но зато я смогу выходить на улицу не в полном “рыцарском доспехе”. А для этого следует, как минимум, уменьшить её размер. Думаю, сделать что-то типа плоского рюкзака, который будет крепиться на спине, повторяя форму тела. При моменте активации он раскроется так же в двух форматах. Первый будет защищать только жизненно важные точки тела, а второй уже оберегать полностью всё и вся. Ну, и, чтобы можно было совмещать Колю основного и Колю-2 скрытного. Этакие дополнительные модули-блоки для улучшения прочности и подвижности. Работа эта не быстрая, нужно учесть много нюансов. Поэтому я не спешил и, наскоро перекусив, плотно занялся необходимыми расчётами.

***

Вечер принёс мне долгожданный отдых, радостного Каниса, который сообщил, как он бесконечно доволен выполнением моего задания и посланца от Игната.

Молодой паренёк передал мне гостинцы от главаря банды в виде пары винтовок, трёх пистолетов и кучи патронов к ним. Так же он сообщил, что вся моя информация подтвердилась, и они сегодня ночью идут на дело. Проще говоря, сегодня умрёт много людей. Это, разумеется, бесконечно печально, но они сами выбрали свою судьбу.

Поблагодарив за “подарок” посланца, я отправил его обратно, попросив передать, что наше сотрудничество с Игнатом продолжится на такой же разумной ноте. Во всяком случае, я надеялся на это.

А вот, что делать с абсолютно ненужными мне огнестрелами, я не знал.

Хотя…

Будем вооружать простых людей. Как минимум, чтобы я не метался туда-сюда со своей геногвардией, пытаясь помочь сразу и всем. Ещё бы, кстати, провести что-то типа митинга-брифинга для народа. Оконтурить, так сказать, новые реалии и объяснить, что вообще происходит. Но, думаю, чуть позже. Пока у меня тут только начинает разрастаться сеть влияния и бежать впереди поезда не стоит. Кому нужно, сами вопросы зададут. А, может, даже и ответят на них.

Поэтому я собрал оружие, отнёс его дворнику Василию и, наказав хранить, оберегать, используя только в самом крайнем случае, передал единицы в его ответственные руки. То, что он с точностью выполнит мою просьбу-приказ я не сомневался. Мой авторитет после схлёстки с теми залётными вырос до небес. А уж, когда я пообщался с самым главным местных бандитов, да ещё и на уважительной ноте с его стороны, то у меня на голове, только что корона не появилась. Ну, или нимб, уж не знаю, что выглядит лучше. В общем, уважать меня стали, слушаться тоже. Уверен, до остальных живущих на улице, слухи долетят так же быстро, как и Канис, что пометил их обиталища. С намёком, кстати. Мол, не шалите, а, если что, на помощь зовите.

Возвращаясь обратно, я был пойман нещадно расточавшей комплименты Софьей Павловной и заключён под её чутким надзором в столовую комнату для принятия правильной и здоровой пищи. Сопротивлялся я несильно, так как действительно был не прочь нормально перекусить. А то, чаще всего, я перебивался сухомяткой. Времени, да, и умения готовить у меня особо не было, так что, обычно, в меню у меня был чай, хлеб, что-то мясное, плюс сыр или обычные варённые яйца. Вся провизия добывалась либо через химер, либо любезно приносилась семейной четой Агафьевых или Василием. Так что горячий суп и замечательное жаркое от вдовы были очень кстати. А, уж десерт поставил не просто жирную точку в финальной части ужина, а настоящий восклицательный знак.

Я был сыт, доволен и расслаблен. Именно в этот момент в дверь постучали. Зная, что все окрестности контролируются моими химерами, и людей, представляющих хоть какую-то опасность сразу, бы локализовали, а меня предупредили, то реагировать я никак не стал. Скорее всего, жена Георгия Варвара зашла поболтать или бывший дворник на рюмку чая.

Но странно дёрнувшаяся Софья Павловна тут же добавила сомнения в мои размышления. Она поднялась и какой-то деревянной походкой направилась открывать. Напрягшись, я был готов к любому повороту событий. Жаль только, что Коля остался у меня наверху. Ну, ничего, если что…

– Здравствуй, Яков! Давно не виделись, – протягивая мне руку, сказал вошедший Самуил.

Уж кого-кого, а его я точно не ожидал увидеть. Что ему нужно? И почему вдова так хитро подстроила нашу встречу? Я чего-то не знаю об их взаимоотношениях?

Ничего, сейчас разберёмся.