Я создаю чудовищ. Инверcия. Том II

Глава 1. Добро пожаловать в …

Посмотрев на часы, я понял, что как раз сейчас все “химерологи”-шаманы Самыла принялись за работу. Задача у них стояла нетривиальная и довольно энергозатратная. Превратить несколько сотен людей в монстров, главной целью которых будет убийство себе подобных. Разумеется, всё под эгидой важной и нужной Великой Цели. Так что мозги подопытным промыли, как нужно, и никто из них не сомневался в правильности своего пути.

Прикинув по времени сколько займёт этот довольно кропотливый процесс, я отдал приказ начинать наши противодействия. План, по сути своей, довольно прост, но все его этапы должны быть чертовски синхронизированы. Именно поэтому я сейчас отправлялся не в гущу событий, а оставался в стороне, анализируя поступающую информацию и контролируя передвижения моих подопечных. Линиями связи были химеры, они же и активировали первую часть задуманной схемы.

Вначале я рассчитывал запустить “взрывной” рост семян дендроидов, которые были посажены на протяжении всего маршрута перевёртышей. Они будут оберегать мирных жителей Петрограда от кровавого разгула и “случайных” нападений. И пусть лидер зелёных настойчиво мне втолковывал, что оборотни будут под чётким надзором шаманов, да и тренировали их специально для этой миссии, но я прекрасно понимал уровень реалистичности этих слов. Так что перво-наперво мне нужно обезопасить обычных людей, которые ни сном ни духом не подозревают о творящемся вокруг ночном безумии.

Следующим шагом станет отвлекающая атака моих созданий уже на территории подконтрольной красным и белым. Осознавая, что бойцы большевиков и Русская Армия будут палить по чём зря, закономерно пытаясь спасти собственные жизни, я отдавал биоресурс в виде мозаичных организмов, чтобы минимизировать человеческие потери. По сути, мне нужно было продержаться в районе пары часов, пока третья фаза операции вступит в свою силу. Тогда большая часть недохимер Медведя уже перейдёт в нестабильное состояние и перестанет представлять собой какую-либо угрозу. Мои уроки с его главными шаманами не прошли зря. Небольшая коррекция в подсчётах массы-энергии-устойчивости формы и вуаля! Квинтэссенции Vзалили с лихвой, но она как раз сыграет роль колебательного фактора, что запустит процесс хаотичной клеточной деградации. У кого-то может и получится сдержать процесс распада, но основная часть перевёртышей обратиться в нечто непотребное. Тогда-то и начнётся финальный этап.

Заранее опробованная модификация дендроидов прорастёт по всему периметру мест обитания двух фракций и выпустит в воздух облако усыпляющего газа. Все отправятся в объятья Морфея, а я инициирую ввод своих “войск” на места обитания противника. Где они заберут оружие, обездвижат боевой состав и возьмут штабы под наш контроль.

Вот так всё просто и незатейливо. Жаль, конечно, что у реальности на этот счёт могут быть свои планы. Но, отступать я был не намерен, поэтому да начнутся “полуночные пляски”!

***

Наблюдая за развернувшимся на городских улицах самым настоящим пандемониумом, я практически каждые пять минут получал новую порцию разведданных. И, если первое время мне казалось правильным и необходимым видеть всё происходящее своими глазами, находясь на крыше самого высокого здания в округе, то, уже спустя час, я понял, что всё это баловство и нужно переходить на более продуктивный уровень. В конце концов, моими глазами, ушами и даже тактильным ощущениями были химеры. В личном надзоре просто не было никакой нужды. Да и, сказать честно, сложновато что-то рассмотреть в темнеющей громаде столицы, даже при полной луне. Там всполохи пламени и вспышки света, здесь грохот выстрелов и нечеловеческий вой. Всё это эмоционально, но малоинформативно. Поэтому я спустился вниз, где в заранее подготовленном кабинете висела карта Петрограда со специальными пометками. Тут меня ожидали несколько помощников во главе с Варварой, которая была главой координационного центра и Степаныча, взявшего на себя роль “генерала” всех наших бойцов. Петрович и Георгий вместе с младшим командным составом были в “поле”. И пока, по их донесениям, всё шло по плану.

– На Адмиралтейском проспекте прорыв “зелёного” заграждения. Больше десятка перевёртышей забрались в жилой дом и устроили там резню, – подбежала ко мне Варвара с бледнеющим лицом.

Да уж, недолго у нас получилось держать события под контролем. Прорех в нашем защитном периметре было достаточно, но только в начале траектории движения оборотней. А тут, считай, середина. И, как они умудрились через дендроидов пролезть?

– Отправь туда ближайшую стаю Канисов и отряд бойцов для поддержки. Стрелять на поражение только в крайнем случае. Пусть оттянут их обратно к древовидным химерам. При такой помощи они должны справиться и обездвижить противника, – почти сразу же ответил я.

Девушка кивнула и отправилась выполнять указание. Почти сразу ко мне подошёл Василий, чтобы передать короткую депешу от стрелков, контролировавших второе направление. Они расположились на крышах домов и вычленяли одиночных перевёртышей, которые отбились от основного потока.

– Ага, проблем пока нет. Но, те, кто ближе всего к ставке белых рапортуют, что там повысилась активность и появилось два броневика. Значит, всё-таки их предупредили, – вслух размышлял я, закончив читать послание.

Позвав Степаныча, я попросил его передать отрядам, отвечающим за этот вектор, не переходить к финальной фазе без моего приказа. Если вдруг Русская Армия сможет отбиться от атаки зелёных, то мои бойцы вполне могут попасть под активный огонь. Конечно, активированные химеры-дендроиды могут успеть вырасти до нужной кондиции и выпустить сонный газ. Но, если белых не будут отвлекать перевёртыши, то они вполне способны уничтожить молодую поросль. Так что на этом участке нужно будет следить за развитием событий ещё тщательней.

Старый друг выразил солидарность с моим решением и двинулся исполнять приказ. Я же продолжил анализировать получаемый поток информации. До начала второй стадии оставалось совсем немного.

***

Ставка красных была полностью не готова к такой яростной, буквально звериной атаке. Почти половина всех имеющихся боевых групп большевиков несла дежурства по всему городу, а сам штаб защищали лишь несколько подготовленных отрядов. Оборонялись они, конечно героически, но когда из темноты на тебя прыгает здоровенная туша полуволка-получеловека, причём игнорирующая попадания в свою шкуру, поневоле начинаешь терять мотивацию сражаться дальше. Проще говоря, когда первые посты были сметены, то оставшиеся воины откровенно струсили и бросились спасаться внутри здания. Тут-то и вступили мои химеры, которые оттягивали внимание перевёртышей на себя. Забаррикадировавшись внутри импровизированной крепости, красные стали экстренно вызывать себе помощь. Но, двинувшиеся им в поддержку, бойцы оказались меж двух огней. На пути им встретились мои “зелёные” заграждения, а с другой стороны напирали, отбившиеся от основного потока, оборотни. Да ещё и мои химеры вносили суматоху в происходящее. Вот и получилось, что до штаба добралась, в лучшем случае, десятая часть от первоначального количество бойцов. А там их уже встречала ещё одна ступень хаоса. На этот раз более кровожадная и централизованная. По сведениям, поступившим от Ноксов, этим направлением атаки руководил Тимофей и трое его подручных.

Я понимал, что нужно потянуть время, и период распада биомассы начнётся сам собой. Но мой бывший ученик, видимо, хотел во что бы то ни стало одержать победу. Он бросил все силы, которые у него были на штурм центрального здания. Не обращая на моих химер внимания, шаман сосредоточился на выполнении главного задания.

– Варвара, отправь к ставке красных всех свободных бойцов. Пусть ранят, как можно больше сил противника. Химер я направлю сам, – быстро приняв решение, я передал его девушке.

Основной целью теперь станет сам шаман. Парень-волк определённо требует иного подхода. Каким бы сильным он не был (в любом из своих обличий), но полсотни химер заставят его задуматься о спасении своей жизни. Убивать, конечно, не будут, но погрызут его знатно.

– Что с белыми? Есть прорыв или ещё держатся? – задал я вопрос Степанычу.

– Не только держатся, но и собираются контратаковать. Броневики сделали своё дело и треть сил врага оказалась уничтожена. Половина продолжают бесполезные атаки, а отдельные особи пытаются найти слабое место. Но, как ты понимаешь, всё впустую. Беляки здорово подготовились к нападению, – рапортовал Василий.

– Что ж, тогда пока туда не лезем. Посмотрим, как всё будет развиваться дальше.

Старик кивнул и предложил освободившиеся силы направить к штабам красных. Немного поразмыслив, я отрицательно качнул головой.

– Нельзя сейчас распыляться. Людей у нас итак немного, а тут их ещё через полгорода отправлять придётся. Так что пусть всё идёт своим чередом. Тем более, на территории большевиков расхождение с первоначальным планом минимальны.

Степаныч понял мои опасения и утихомирил свою инициативу. Тем более других забот хватало, итак. Медведь, похоже понял, что что-то идёт не так и самолично отправился выяснять причины проблем. Взяв при этом всех оставшихся бойцов с собой. И почему-то первым пунктом их следования оказалась наша биообщина. Судя по донесению химер, двигались они прямиком к тому дому, где расположился наш штаб. А это, значит скоро у нас состоится неприятный разговор. Если, конечно, до него, вообще дело дойдёт. Подозреваю, что Самыл сначала будет стрелять, а потом спрашивать.

Глава 2. Продолжение банкета

Действия продолжали развиваться по нарастающей. Схватку на территории красных удалось стабилизировать и вернуть к первоначальному вектору. Мне, правда, для этого пришлось использовать химерический резерв, да ещё и “перепрограммировать” существ для концентрации на одной важной цели. Но, самое главное, что всё сработало, и, по донесениям разведки, Тимофея обезвредили, заодно переместив в безопасное место. Он будет нужен мне на будущее. Поэтому, чтобы его случайно не задели в пылу битвы, я выдал отдельный приказ для контроля его сохранности. Пусть полежит, охолонёт, а после и поговорим в более спокойной обстановке.

Другой вопрос с белыми. Они не просто отбили атаку перевёртышей, но и сами пошли в наступление, собираясь добраться до обескровленной базы зелёных. Такая трансформация моего плана мне была совсем не нужна, поэтому я решил ускорить активацию дендроидов. Тем более, большевики, считай, уже побеждены и это будет финальной точкой в моей задумке.

Отдав указание запустить рост всех семян, я переключил внимание на другой не менее важный вопрос. А, если откровенней, то самую настоящую проблему. Самыл был уже на подходе, и я понимал, что мирным разговором наша встреча не кончится. Значит, нужно подготовиться к агрессивному развитию событий заранее. Вот только боевых ресурсов у меня осталось всего ничего. Почти все заняты на выполнении миссии. В самом же нашем штабе есть примерно пяток стрелков, да с пару десятков химер, которые в основном служат посыльными. Остаюсь, конечно, я сам и Степаныч (Варвару воевать, разумеется, не отправлю). Оба в биоброне, оба готовы проявить силу. Но и Медведь не прост. Уверен, он хоть и зол сейчас, но разум не потерял. Знает, что его ждёт. Поэтому я был готов к любым сюрпризам с его стороны.

Немного подумав, я всё-таки принял единственно правильное, на мой взгляд, решение. Варвара остаётся здесь, как главный координатор, и бразды правления я передаю ей. Она, в принципе, всё знает, разбирается в нашем плане на отлично и сможет довести дело до конца, если мы вдруг “задержимся”. А вот всех остальных (кроме нескольких Ноксов и Вултусов для связи) я забираю с собой для огневой поддержки.

Василий сразу понял к чему всё идет и на свои “доспехи” навесил всё имеющееся у нас в свободном доступе оружие. Винтовка, пару пистолетов, гранаты и что-то похожее на укороченное ружьё. Назвав этого коротыша “последним шансом”, старик подмигнул мне, будто мы собирались идти на лёгкую прогулку, а не драться с отрядом зелёных. Что ж, у каждого своё понимание мировосприятия. Уверен, кто-то и в нашей, казалось бы, обычной самозащите увидит самый настоящий геройский поступок.

– Ты с ним особо не гутарь. Он же мстить идёт, а не разговоры говорить. Попытается внимание отвлечь, а сам исподтишка и выстрелит, – напутствовал мне Степаныч, пока мы готовились к встрече.

В ответ я только пожал плечами. Итак знаю, что в Самыле сейчас злоба бушует. А, значит, если эмоции лишние не приструнит, то сразу в драку полезет.

Вышли, вернее выбежали, они из соседней арки почти сразу, как мы оказались на улице. Первым, разумеется, был Медведь и его дикий оскал тут же выдал всю палитру чувств, что бушевали внутри. Сжимая в руках оружие, он тут же направил его на меня, но стрелять не стал. Сдержался? Или хотел посмотреть поближе, как пули будут вонзаться в моё тело? В любом случае, я его не боялся. И не только из-за брони, но и потому что знал, что прав. Он, конечно, мыслил меня предателем и последней сволочью, но тут уж ничего не попишешь. У каждого своя цель и свои средства. Так что налицо конфликт мировоззрения и интересов. Он готов утопить город в крови, чтобы “всех освободить”, а я ищу альтернативные пути. Вот сейчас и узнаем, чья правда сильнее.

– Гнида! Ты что учудил? Кто тебя купил, сука?! – с трудом контролируя ярость, заорал он.

Я стоял в метрах трёх-четырёх и с удивлением смотрел на незнакомого мне человека. И это вдумчивый, хитроумный и ироничный Самуил, который мне запомнился в самом начале? Видимо, кто-то другой. Здесь на свободу вырвался злобный и фанатичный психопат, который бесится, что всё пошло не по его плану.

– Никто. Я сам так решил. Сотни и тысячи смертей, это не та цена, которую стоит платить за мнимую свободу. Так создаётся лишь ненависть и безумие, – спокойно отвечаю я.

Сначала он чуть ли не рычит от злобы, но, спустя пару секунд, справляется и выдаёт напыщенную тираду.

– Тварь ты тупая! А сразу сказать было нельзя? Были бы каждый сам по себе. Нет же, надо было, как змея подколодная, залезть за пазуху, пригреться и уже оттуда укусить. Кто тебе мешал бы со своими чудищами дальше народу мозги крутить? Набрал бы себе паству и жил спокойно. Но, не получается так, да?! Надо воду баламутить, всем вокруг поднасрать! Скотина неблагодарная! Ты и твои уроды пустили под хвост то, к чему мы готовились почти целый год! Просрали из-за какого-то гуманизма и человеколюбия! Ты же в курсе, что всё равно людей подохло целая куча? Только теперь ещё и впустую.

Он продолжал надрываться, переходя то на рык, то на откровенный ор, потрясая винтовкой и брызгая слюной в мою сторону. Я молча стоял, выслушивая его словоизлияния. Видно было, что ему нужно выговориться, сбросить пар. Тогда и беседа дальше пойдёт спокойней и продуктивней. Ну, или он, наоборот, накручивает себя, чтобы без зазрений совести выпустить в меня всю обойму.

– Ничего уже не изменить. Дело почти закончено. Смирись, – сказал я, дождавшись, когда Самыл замолчит.

И тут же понял, что последнее слово было лишним. Уж не знаю, чем оно его так задело, но его злоба вышла на новый уровень.

– Смирись?! Ты охренел?! Я никогда не сдамся! Это мой путь! Моя судьба! – багровея, кричал Медведь.

Дальше последовал очередной поток ругательств, и мне стало ясно, что нормального разговора не получится.

– Значит, отзывать своих не будешь? – внезапно переходя на тихий, но от этого ещё более зловещий тон, спросил он.

– Нет. Я же сказал, всё кончено. Последние твои перевёртыши сейчас разбивают лоб в кровь, пытаясь пробиться к белым. Они, кстати, каким-то странным образом были готовы к атаке. Так что, задумайся, есть ли среди твоих людей подозрительные личности. Те, кто мог предупредить противника…

Видимо, это было последней каплей. Самыл сжал челюсть так, что у него заиграли желваки и, подняв винтовку, направил её прямо мне в грудь.

– Разберёмся. Мы со всем разберёмся. А ты будешь первым, – сказал он и выстрелил в меня.

Как и ожидалось, никакого эффекта не последовало. Пуля, взвизгнув, отскочила и тут же, как по команде, все стали палить во всех. Мои бойцы использовали нас со Степанычем, как передвижное мобильное укрытие, а мы просто шли вперёд, вырывая оружие из рук врага и тут же ломая его. Иногда, правда, ломались руки, ноги и остальные кости у тех, кто лез в драку. Но тут уж не попишешь. Как хрипло проговорил идущий рядом Василий: “взялся за гуж, не говори, что не дюж”. И тут я был полностью с ним согласен. Они знали на кого шли и что их может ожидать.

Вот только сам Медведь оказался гораздо продуманней, чем я ожидал. Он хоть первым и получил приличный удар от меня прямо в голову, но, отлетев в сторону, очухался и стал отдавать команды своим воинам. Те, которые пришли к нам в лобовую, большей частью уже лежали без сознания. Хотя одна парочка, отбежав подальше, что-то там делала с непонятными предметами, размещёнными у них на животе. Так что, скорее всего, приказ был для них. Но, что они могут нам сделать? “Доспехи” даже граната, взорвавшаяся рядом, пробить не в силах.

В следующую секунду я понял, что он хотел сделать.

С соседней крыши по нам ударил пулемёт, который тут же опрокинул Степаныча и ранил троих или четверых наших бойцов.

– Прям в коленку попал. Неожиданно, драть его тудыть в качель, – словно оправдываясь из-за своего падения, прокряхтел старик, вставая.

Я кивнул и, прикрывая оставшихся парней, дал указания химерам, чтобы они решили вопрос с пулемётным расчётом. И, когда они, вообще, успели его туда затащить? Теперь понятно почему Самыл так долго со мной лясы точил. Тянул время, чтобы наверняка меня положить. Да только и здесь он просчитался.

Додумать я не успел. Пулемёт на крыше был отвлекающим манёвром. А вот смертники, бегущие к нам с динамитным поясом, это уже более серьёзная проблема.

Голова ещё думала, а тело уже двигалось. Уж не знаю, как это получилось, но мысли продолжали течь своим потоком, пока я в одно мгновение сделал свой выбор. Рывок вперёд, и двое “взрывников” оказываются совсем рядом. Я всматриваюсь в их лица, пытаясь понять причину такого самоубийственного поступка. Может, их опоили, запугали или взяли в заложники близких? Но, нет. Вижу в их глазах отчётливый восторг от осознания, что они жертвуют жизнью во благо. Вот только чего? Или кого? Героями себя ещё, небось, чувствуют.

В следующую секунду хватаю их за горло и, не церемонясь, тащу за собой. Не знаю, сколько там осталось до взрыва, но моя задача убрать этих идиотов подальше от остальных людей. Хотели убить меня? Что ж, без проблем. Попробуйте. Но других не трогайте. На сегодня уже достаточно пролитой крови.

Бегу, выискивая место посвободней и безлюдней. Помню, что взрыв в замкнутом пространстве опасней. Мой “груз” хрипит, хватает меня за руки и скребёт ногами по мостовой. Мне, конечно, тяжеловато, но Коля справляется на отлично. Отдаёт всю накопленную энергию и работает фактически на пределе доступной скорости.

Ещё шаг, ещё один и прыжок вон туда, где темнота и погасшие фонари на уличном перекрёстке. Вокруг никого нет, я отбежал на сотню метров, не меньше.

Интересно, успею сделать…

Внизу вспыхивает огонь и меня будто пинает чудовищно огромная нога. Лечу в ночное небо и смотрю на звёзды мёртвыми глазами. Лёгкость, пустота внутри и мрак снаружи. Больше ничего не чувствую, ничего.

Глава 3. Милосердие, как скрытый грех

Прохладно. Даже холодно. Не открывая глаз, на ощупь ищу одеяло. Получается не очень. Будто что-то мешает. Мысленно чертыхаюсь и пытаюсь почесать нос. Снова провал. Руки бессильно дёргаются и тут я начинаю вспоминать.

Разговор. Схватка. Взрыв.

Следом приходят другие ощущения. Зуд по всей коже и дикая жажда. Слабость в теле и будто бы ледяные конечности. Я хриплю и хочу посмотреть, что происходит вокруг. Вокруг темнота и это меня пугает. Тут же к губам прислоняется мокрая губка и я начинаю жадно всасывать влагу.

Кто-то на заднем фоне заботливо шепчет, чтобы я не спешил. Тёплая рука нежно касается лба, словно проверяя температуру. Я опять пробую двигаться и теперь уже полностью прихожу в сознание.

Понимаю, что отсутствие света вокруг, это повязка на глазах. Запястья аккуратно прикреплены к чему-то твёрдому. Рядом находятся люди, слышу их тихие разговоры. Итак, я жив и это уже хорошо. Теперь осталось разобраться, где нахожусь и что происходит.

Допиваю воду из губки и кивком головы прошу ещё. Говорить пока сложно, язык сухой и неповоротливый. Наконец, мне дают что-то похожее на соску, и я с радостью начинаю полноценно пить. Через пару минут становится гораздо лучше и мне кажется, что получится произнести несколько слов.

– Повязка. Снимите, – сипло прошу я.

Осторожно касаясь кожи, ткань убирают. Полутьма. Какие-то тени. Я моргаю, крепко зажмуриваюсь, и зрение, вроде бы, приходит в норму. Возле меня стоит встревоженная Варвара, позади неё Георгий и Степаныч. С ними говорит незнакомый мне человек в белом халате. Прислушиваюсь к разговору.

– Фантастика какая-то. С такими обширными повреждениями никто больше суток не живёт. Вы мне, считай, полутруп притащили. Но, спустя три часа, всё кардинально изменилось. Поистине, волшебная трансформация. Я бы не поверил, если бы сам не наблюдал этот процесс, – вещал неизвестный.

Видимо, медик, если судить по контексту. И чего он так удивляется? Любой мало-мальский профессиональный метапрактик, особенно умеющий управлять и контролировать квинтэссенцию V, первым делом учится самостоятельно исцеляться. Как минимум, от небольших травм и ран. А чем опытней становится, тем лучше этой процедурой овладевает. Предел, разумеется, существует и для некоторых заболеваний или тяжёлых ранений нужны помощники и более знающие люди. Но, в целом, излечить самого себя, это база, которой должен владеть каждый. Другой вопрос, как это произошло, если я находился без сознания?

Продолжая размышлять, я окинул взглядом своё тело и понял, что лежу на кушетке почему-то привязанный к её поручням. Ноги так же были “стабилизированы” бинтами или какой-то эластичной лентой белого цвета. Зачем? Непонятно.

– Очнулся! – заметив мои осмысленные движения, завопил Георгий.

На него тут же дружно шикнули, и он послушно замолчал. Но на лице парня играла такая радостная улыбка, что я, не выдержав, улыбнулся в ответ. Получилось больновато и, кажется, у меня треснула губа. Всё-таки моё восстановление ещё не закончилось.

Мигом подбежавший ко мне врач тут же стал внимательно исследовать такого странного пациента, как я, изредка аккуратно касаясь различных частей моего тела.

– Удивительно! Просто невероятно! Практически полное заживление повреждённой кожи и травмированных органов. Нужно срочно зафиксировать это документально! – вещал он, продолжая свою работу.

Я устало махнул головой, отгоняя его. Мне тут ещё всяких диссертаций не хватало.

Апостол воспринял мой жест, как нужно, и вежливо, но непреклонно отодвинул доктора подальше. Потом повернулся ко мне и снова озарился счастьем. Да уж, в его глазах я, видимо, настоящий мессия. Считай, воскрес из небытия.

– Что случилось? – коротко спросил я.

Сил на длинные фразы ещё не хватало. Похоже, я потратил очень много своей жизненной энергии.

Степаныч шагнул вперёд и, как очевидец событий, чётко и кратко всё рассказал.

С его слов, мой героический рывок спас большинство находившихся там людей. За исключением самих смертников, конечно. Их куски так и остались там валяться. Меня же, окровавленного и чудовищно обожжённого, тут же погрузили на импровизированные носилки, чтобы доставить в ближайшую больницу. Находившегося в шоковом состоянии Самыла, так же взяли в оборот, крепко связав и захватив, на всякий случай, с собой. Остальных его бойцов трогать не стали. К ним было рванули пылающие местью химеры, но Василий, наделённый мной полномочиями Бета-хозяина, тут же приструнил их. Парни, прекрасно понимая, что их могло ожидать, не стали сопротивляться, когда их отправили куда подальше. Наказав больше на глаза не появляться, иначе быть беде, дали задание передать остальным, что их лидер у нас в плену. Чуть что пойдёт не так и ему несдобровать. Те испуганно покивали и отправились восвояси. Меня же, сняв остатки биоброни (которая, видимо, и приняла на себя основной удар), на полной скорости понесли в лечебницу. Где мной и занялся уважаемый Фёдор Валерьянович, оказавший первую помощь. А теперь изо всех сил желающий сделать из моего случая достояние научной общественности. Я ему, разумеется, тут же делать это настрого запретил, но взамен пообещал поделиться методикой такого быстрого восстановления. Соврал, конечно. Хотя…кто его знает.

– Теперь всё стало понятней. Как вести с фронтов? Красные, белые? “Дикие” перевёртыши? – кивнул я, когда старик закончил свой рассказ.

Про своё исцеление я уже в общей форме всё понял. Снова сказывалась местная хаотичная вариация квинтэссенции V. Случаи спонтанной регенерации бессознательного субъекта были известны и в моей реальности. Редко, но такое происходило. Особенно у мощных носителей жизненной энергии. Здесь же, таким мог похвастаться чуть ли не каждый второй. Да, и вокруг токи V буквально пульсировали, переливаясь мощными неструктурированными потоками. Другой момент, что всеми этими силами ещё нужно уметь управлять, контролировать и заставлять работать себе во благо. А для этого нужно учиться и понимать. Много и кропотливо. Иначе, получится тоже самое, что сотворили шаманы Медведя. Когда дури хватает, а применить её толком не получается. Словно микроскопом гвозди забивать. Только здесь наоборот. Молотком атом расщепить пытаются.

Ладно, что-то совсем мысли не в ту сторону забежали. Похоже, всё-таки лёгкая контузия у меня осталась.

– Красные спят давно. Мы их вяжем потихоньку, да от оружия арсеналы чистим. А вот беляки…, – тут старый друг замялся, – в общем, не сработала на них твоя хитрость. У них противогазы оказались. От тварей Самыловских они отбились, дендроидов почти всех пожгли, теперь в обороне сидят, да всех, кто мимо проходит, отстреливают.

Неожиданно. У них что и в нашей биообщине свой шпион был? Или швабы с ними тоже контакт держали? Так сразу и не поймёшь. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас, главное, не завязнуть во всей этой неразберихе. С Русской Армией нужно было заканчивать и желательно, как можно скорее. Так что я отправил Фёдора Валерьяновича к другим пациентам, а сам решил провести прямо в палате военный совет. Но, сначала поесть. Проснувшийся внезапно голод яростно требовал его утолить. Быстро отправив Варвару добывать мне еду, я попросил Георгия меня развязать. Похоже, процесс самовосстановления проходил с судорогами и неконтролируемыми движениями. Проще говоря меня выламывало так сильно, что я вполне мог нанести вред не только себе, но и окружающим.

– Что ж, какие у кого есть варианты? Насколько я понял, сейчас уже почти утро и, значит, нам определённо нужно торопиться. Белые, сто процентов, отправили гонцов за помощью, и она к ним обязательно прибудет. Вопрос в том, когда? И, что в этот момент будет происходить в городе…, – начал я наше “собрание”.

– Ударить всеми силами! – почти сразу выдал Апостол.

– Ну, ты дал, парень. Там наших с гулькин нос по сравнению с беляками. Да, и не можем мы в лоб идти, у нас изначально другая задумка поэтому и была. А вражины так и вовсе укрепились и к такому повороту ещё лучше готовы. Нет, тут нужно что-то другое, – тут же притормозил его Степаныч.

Георгий насупился и принялся с ним спорить. Мол, и химеры на себя огонь отвлекут, а наши бойцы штурмом эту “крепость” возьмут.

Я их не отвлекал. Давал высказаться. Может, и самому какая мысля умная придёт от их разговора. Как раз зашла Варвара и притащила всякую снедь, на которую я тут же накинулся.

Активно заправляя истощённый организм, мне становилось ясно, что, в любом случае, своими талантами метапрактика воспользоваться не получится. Потратил я почти всю энергию на собственное исцеление и лежать пластом ещё долго буду. Так что экстренное создание новых химер пока откладывается. А с тем, что есть, такую хорошо проработанную оборону не взять. Похитрее план требуется. Взгляд со стороны не помешает.

Тем временем мои “генералы” перешли тонкую черту дискуссии, после которой она превращается в обычный ор, где нет места логике и разуму. Поэтому пришлось приподняться на кушетке и легонько на них рявкнуть. Оба тут же присмирели и понизили тон обсуждения.

– Пока мне думается, есть только один путь. Привлечь силы извне. Но те, которые хоть немного к нам лояльны. А это только зелёные. Вернее, их шаманы. Я, конечно, ту троицу обрабатывал, пытаясь сразу на нашу сторону перетащить, да только твердолобые они и фанатичные. Сейчас же может и прокатить. Если они живы, разумеется, – тихо произнёс я, – найдите Тимофея и Афанасия. Постарайтесь их уговорить прийти ко мне на разговор. Вкратце объясните ситуацию, что сейчас это последний вариант убрать красных и белых из города. Нужно объединиться. Но с другим лидером. Только аккуратно, не давите. Больше ко мне приглашайте.

Василий задумался и через какое-то время кивнул. Видимо, иных версий, как победить беляков, у него не нашлось. Георгий же согласился сразу и даже сказал, что видел Тимофея на вверенной ему территории. Тот шёл вместе со своей стаей на большевиков.

– Но, торопитесь. Времени у нас очень мало. Чтобы найти этих двоих есть не больше пары часов. Ульяну трогать не будем, она только после ранений, – переведя дух, я продолжил, – как только будет что-то известно сразу присылайте мне гонцов. И…дайте указание всем свободным бойцам и химерам собирать то, что осталось от перевёртышей, доставляя это к больнице. Есть у меня одна мысль, но вот сил на её воплощение пока нет.

– Не понял. Трупы что ли собирать? – удивился Апостол.

– Да нет же. Тех, кого схватили дендроиды, это первое. Там живые, но слегка подъеденные. Второе, те, кто дестабилизировался и превратился в комки плоти. Они, конечно, через какое-то время умрут окончательно, но пока функционируют и тоже понадобятся, – пояснил я ему.

Наконец, оба подтвердили приказ и бросились его выполнять. Я же обессилено откинулся на подушку и тут же провалился в беспамятство.

Глава 4. Один в поле не воин

Вместе с восходом солнца подняли и меня. Уж не знаю, как, но Апостол умудрился найти всех выживших шаманов. В количестве семи человек, где главными были Тимофей и Афанасий, их доставили под мои светлые очи, окружив внушительным кольцом охраны. Рядом обретались и мои химеры. Так что, если вдруг кому-то захочется причинить мне вред, то шансов даже просто коснуться будет минимальное количество. Не то, чтобы я боялся, но лишних эксцессов мне сейчас точно не нужно. Я хотел поговорить, убедить, а не ставить проигравших на колени и глумиться над ними. Тем не менее, некоторые из пленённых, видимо, думали наоборот. Вон, как злобно зыркают в мою сторону. Если бы могли, обязательно отомстили. Сами не зная за что, правда. Но разум в таких делах особо-то и не нужен. Всё решают эмоции и чувства. А они сейчас у них тёмные и бурлящие. Великая Цель, к достижению которой их готовили, оказалась пшиком, и виноват в этом…конечно же, я.

Меня подняли и, усадив на инвалидную коляску, спустили вниз. Наша встреча проходила в приёмном покое больницы. Уж не знаю, что там наобещал (или, наоборот, припугнул) главному врачу Степаныч, но это помещение для нас освободили и даже приготовили для беседы. Между нами было несколько столов, куда навалили всякой снеди и поставили горячий чай. Я удивлённо посмотрел на Василия, и он, кивнув в ответ, слегка улыбнулся. Ткнул пальцем в свой висок, показывая, что мозги работают на отлично. Никто и не спорит. Он здраво рассудил, что после целой ночи сражений, кровопролития и беготни по улицам города любому захочется передохнуть, подкрепиться и согреться. А тут вместо унижения и обвинения во всех грехах столы накрыли и поесть предлагают. Самый тупой и фанатичный уже будет на другой лад настроен. Да, и я давить не собирался. Мне нужны не рабы-исполнители, а лояльные моим идеям люди. Это, конечно, в будущем. А сейчас хватит и вменяемых участников моего плана. Поэтому говорить буду аккуратно и максимально искренне. Пусть знают, что я ничего не скрываю и хочу лишь добра всему городу.

– Всех приветствую! Предлагаю сначала перекусить, а уже после приступить к общению. Понимаю, что вас сюда привели насильно, но иного выбора у нас не было. Время поджимает, и мы должны принять решение прямо сейчас. Но сначала утолим голод и жажду. Каждый из нас сегодня хорошо потрудился во благо будущего всех людей, – сказал я, приглашая всех к столам.

Получилось немного пафосно, но тут уж, считай, производственная необходимость. Когда говоришь о судьбе целого города, а, возможно, и государства, волей-неволей переходишь на такой тон.

Сначала моему предложению никто не внял. Семёрка держалась настороженно и с опаской оглядывалась по сторонам. Мои бойцы, конечно, хоть и держали оружие в руках, но на пришедших не направляли. Да, и химеры больше жались по углам, стараясь не отсвечивать. За свою безопасность я особо не переживал, но видел по глазам Георгия, что он сетовал на себя самого, так как не успел надеть на меня Колю. Первая версия биоброни осталась цела и вполне подошла бы сейчас для дополнительной защиты. Хотя с моей свеженькой кожей, это были бы ещё те ощущения. Я даже в тонкой больничной пижаме чувствовал дискомфорт. А с химерой…в общем, будем считать, что это жест такой. Никого не боюсь и открыт перед вами.

Все продолжали мяться, пока я сам не преступил к трапезе. После короткого периода сна моёму организму вновь требовалась подпитка. Так что я своим примером показывал, как нужно себя вести. Не стесняться и налегать на угощения.

Внезапно с той стороны у меня образовался “союзник”. Афанасий смело шагнул к ближайшему столу и, пододвинув себе стул, шумно выдохнув, уселся. Перекрестился и принялся есть. Кряжистый дедок делал это настолько вкусно и с удовольствием, что спустя пару минут лёд был сломан и к “завтраку” присоединились оставшиеся шестеро. Хотя Тимофей стоял до последнего. Потом, правда, понял, что выглядит глупо и, презрительно хмыкнув, тоже направился к остальным.

Минут через десять, когда все утолили первый голод, я подлил себе чаю и начал беседу. Издалека, практически с момента моего первого знакомства с Самылом, но быстро двигался к сегодняшнему моменту. Мне хотелось дать им понять, что я не против свободы, равенства и честности, но путь ко всем этим столпам здорового социума может лежать не только через груды трупов. Вспомнилась даже фраза кого-то из деятелей моего прошлого мира о том, что древо свободы должно поливаться кровью патриотов. Я с этим мнением, разумеется, не согласен абсолютно, но, вставив его в свой монолог, показал, что принимаю и другие точки зрения. Вот только, как показала практика, мой подход оказался более реалистичным. Во всяком случае, вначале. Что будет дальше покажет время. А пока я спас город от смертоубийственной вакханалии, куда он мог скатиться, если бы задумка Медведя полноценно воплотилась в жизнь.

Семёрка слушала и не перебивала. Хотя я видел, как некоторым хочется вставить своё слово. Но, что-то их сдерживало, и мне удалось довести своё выступление до конца. И вот тут уже каждый вывалил то, что думал обо мне и моей идее минимального насилия.

– Думаешь, кинул нам подачки с барского стола, да сразу убивать не стал, так мы поверим и в ножки бросимся? – нагло бросил молодой парень, сидевший возле Тимофея.

Тот, соглашаясь с его словами, кивнул и бросил на меня недобрый взгляд. Что ж, его мнение понятно. Он уверен в моей хитрости, изворотливости и откровенном предательстве. Переубеждать его сейчас гиблое дело. Он должен сам понять и решить. Хотя бы конкретно в ситуации с белыми.

– Нет. Я ел вместе с вами. Одну еду. Пил одно питьё. И, если бы мог, сидел за одним столом. Всё чего я хочу, это дать Петрограду выбор. Не пасть ниц перед тем, кто сильнее, а сознательно определить свой дальнейший путь. Но пока позади народа будут стоять люди с оружием этого никогда не случится, – спокойно ответил я.

– Ишь ты, благодетель какой нашёлся! И вправду присел бы к нам поближе, я бы тебе показал, что народ хочет. Тот, которого ты обманул и в спину ударил, сволочь еврейская! – вскинулся мужчина постарше с оспинами на лице.

Это ещё откуда? Почему еврейская? Наверное, я что-то упускаю из местного культурного колорита. Вроде бы, живу здесь продолжительное время, а таких особенностей не замечал. Неприятие к другому народу, только потому что он другой? Что ж, знакомо. И в моей реальности такое было. Но быстро сошло на нет. Тут, видимо, ещё цветёт и пахнет.

– С удовольствием так и сделаю, когда окрепну. Но я, кажется, объяснил вам всем, почему так поступил. С моей стороны, это не предательство. Тактика. Стратегия. Военная хитрость, если уж хотите откровенно. Вот только посмотрите на всё со стороны. От рук моих бойцов и химер никто из ваших не погиб. Только те, кто сами лезли на рожон и будто бы хотели умереть в бою. Но это, скорее, случайность, чем закономерность, – я перевёл дух и продолжил, – и сейчас я не хочу, чтобы произошла новая бойня. Если к белым подойдёт подкрепление, то всем нам не поздоровится. Война начнётся опять, теперь с новой расстановкой сил. Скажите честно, вам хочется ещё большей крови? Ещё больше смертей?

– Враг моего врага – мой друг, – внезапно произнёс Тимофей старую пословицу.

Удивлённо посмотрев на него, я, сказать честно, ожидал подвоха. Но парень продолжил говорить, объясняя свою позицию.

– Назад пути уже нет. Мы потратили все силы, чтобы исполнить задумку Медведя. И пусть всё вышло не как он хотел, но половина дела уже сделана. Красных в Петрограде больше нет. А вот белые… Если мы продолжим собачиться друг с другом, то тогда получится, что всё было впустую. Лично я этого не хочу. Предлагаю сначала закончить начатое, а потом уже выяснять кто прав, кто виноват, – закончил шаман-перевёртыш.

Мне показалось или я услышал голос разума в его словах? Здравые вещи сказал Тимофей. Теперь осталось, чтобы с ним согласились и остальные.

– Волк прав. Самыл сейчас неизвестно где. По сути,мы единственные, кто может принять на себя командование оставшимися бойцами. И наш последний шанс пойти вместе с Яковом и его отрядами. Тогда кровь наших братьев будет пролита не зря, – неожиданно поддержал его Афанасий.

Хм, а лёд-то тронулся. Остальные хоть и дерзкие, но против лидеров не пойдут. Может, поартачатся для виду, а после сделают, что надо.

Так и произошло. Несколько фраз на повышенных тонах и пятеро шаманов пусть и со скрипом, но решили подчиниться решению “старших”. Я тут же, не теряя времени, стал им объяснять мой план. Он, конечно, попахивал безумием и откровенным бредом, но если всё пройдёт, как надо, то противник уж точно не будет ожидать такого хода с нашей стороны. Внезапность и лёгкая (хотя, скорее, тяжёлая) неадекватность такой идеи вполне может сыграть нам на руку. Осталось успеть всё сделать, как надо. Поэтому, мы отложили прошлые распри на второй план и принялись работать сообща. Может, и не над единым будущим, но хотя бы делая первый шаг в его сторону.

Глава 5. Химерическая артиллерия

Работали мы споро. Я руководил, делал основные расчёты и контролировал процесс. Тимофей и Афанасий сначала было артачились и пытались перетащить бразды правления на себя, но в какой-то момент мне это надоело, и я включил деспота. Мои приказы не обсуждаются, а задачи исполняются быстро и чётко. Только так мы сможем успеть и победить.

В конце концов, оба признали моё главенство и перестали саботировать выполнение поставленной задачи. Правда, дедок пару раз куда-то пропадал, но, возвращаясь, всегда объяснял свои исчезновения стройно и логично. То оставшихся перевёртышей собирал, то помогал дотащить груды биомассы, что остались от нестабильных химер-оборотней. На мой взгляд, это совершенно не его компетенция, но спорить я не стал. Итак, хватало напряжённости в наших отношениях. Ту же самую пятёрку шаманов, пока “приручил”, все нервы себе истрепал. Каждый себя важным и нужным считает. Один по-другому сделать хочет, второй считает, что всё это бред, а третий и вовсе сначала помолиться должен (как это, вообще, в его голове сочетается?), а уж после к делу метапрактики приступить. В общем, проблем хватало, но мы всё-таки продолжали двигаться вперёд. И, по идее, через час с лишним можно будет проводить испытания.

– Значит, внутри этой бандуры копятся какие-то там газы, потом она эти самые…схрин…тьфу..сфинксы…да едрить твою налево! – в очередной раз взбеленился Афанасий.

– Сфинктеры. Мышечное устройство такое. Наподобие клапана, – подсказал я.

– Во-во! И я про тоже. Получается эти клапана мышечные расслабляются и дают струе вытолкнуть наш “снаряд” в сторону противника. А в воздухе он распадается на кучу ядовитой трухи, что падает на голову вражине. Так? – продолжил старик.

– В общих чертах, да, – кивнул я.

Повторять одно и тоже в десятый раз меня уже откровенно задолбало. Понятно, что для этого мира такие технологии в новинку. Но сам принцип они-то уже используют. И давно причём.

– Да, ясно всё. Просто непривычно, что живое существо такое делает, а не пушка обычная. Вот у наших мозги набекрень и съезжают, – ответил на мой невысказанный вопрос Волк.

Он, вообще, довольно сильно изменился с нашего ночного разговора. Будто переосмыслил что-то. Стал менее эмоциональным, более вдумчивым и серьёзным. То есть, он и до этого особым весельем не страдал, но там было больше скрытой злобы и ненависти на весь мир. А теперь он сосредоточенный и смотрящий вглубь. Не спешит делать выводы. Анализирует, оценивает и словно начинает смотреть на окружающую реальность иначе. Уж не знаю хорошо это или плохо. Но, на всякий случай, я отдельно попросил Апостола приглядывать за ним.

– Тащите сюда яйца. Да не забудьте перчатки перед этим надеть. Там шкура пористая, оттого защитная слизь на поверхности едкая такая, – скомандовал я.

Сразу же понеслись шуточки про большие и малые, волосатые и гладкие. Проигнорировав шутки юмора (надо же народу как-то отвлечься, да стресс снять), я самолично проконтролировал, как загружают первую партию “снарядов” в матку.

Такой вид химер использовался очень редко. И не в таком формате это уж точно. Да, и, сказать откровенно, я много чего внёс от себя и, ориентируясь на конкретную задачу. Так что получилось то, что получилось. Неказисто, нестабильно, зато полностью заточено под одну единственную функцию. Швырять подальше и повыше микрохимер, основой которых являлся видоизменённый геном медузы. Получалась этакая биологическая пусковая установка залпового огня. Точность, конечно, от таких экзерсисов страдала неимоверно, но, главное, чтобы область покрытия была достаточной. Тем более, что основной задачей моей “артиллерии” было не уничтожение противника, а его деморализация. И вот, когда в стане врага начнётся хаос и паника, тогда в атаку и пойдут основные наши силы. Бойцы с химерами не были в курсе нашего “гениального” плана, но знали, что по сигналу всем нужно будет ринуться в бой на штурм укреплений белых. Если всё сработает, как надо, то, отвлечённые моим “кислотным дождём”, солдаты Русской Армии не смогут оказать должную оборону.

– Всем отойти подальше. Произвожу первый выстрел по квадрату А1-Д17, – коротко бросил я и, дождавшись, когда все выполнят приказ, активировал матку.

Химера конвульсивно содрогнулась и, накопив нужное количество “рабочего тела”, перевела его в газообразное состояние, в качестве побочного эффекта повысив его температуру. Экзотермическая реакция окрасила внешнюю поверхность существа в ярко-багровый цвет, и я понял, что всё готово к пуску.

– Залп через 5, 4, 3, 2, 1. Огонь! – неожиданно для себя рявкнул я.

Получилось по-военному – строго и мощно. Одно из костяных дул матки плеснуло запахом озона и чего-то резкого, ритмично сократилось и отправило в полёт пробную партию “кислотных” яиц.

Неподалёку стоявший дом, заранее очищенный от всех обитателей, был выбран в качестве пробной цели. Внутри мы разместили несколько чучел с напяленной одеждой. Они должны были изображать воинов противника. Внутри каждого находилась импровизированная грелка, тепло от которой должно было помогать наводиться моим живым снарядам.

Примерно, на высоте 150-200 метров яйцо раскрылось и выбросило “дождь” из микрохимер. Распластавшись в воздухе, “медузята” планировали к своей цели, переходя из пассивной фазы в активную. Жизненный цикл у них был всего пара часов, но и этого должно было хватить, чтобы исполнить мою задумку.

Вот первые создания опустились на крышу, кто-то попал в окна, другие беспомощно шлёпнулись на мостовую. Началось движение. Влекомые теплом целей, микрохимеры стали пружинисто ползти в сторону источника. Мы наблюдали за действием одного снаряда около пяти минут, и я решил, пора уже проверить, что происходит внутри здания. Для этого вполне себе подошли Степаныч и Петрович. Оба в костюмах биоброни, а, значит, вполне себе защищены от посягательств “медузят”. Делать для таких короткоживущих химер систему опознавания свой/чужой я посчитал излишним. Итак, остатки квинтэссенции V потратил на финальный этап создания матки и снарядов для неё. Без моей личной привязки создания просто не подчинялись бы мне. Основную работу, конечно, сделали семеро шаманов, но вот такая тонкая надстройка лежала целиком на моих плечах. Поэтому сейчас я хоть и держался молодцом, но понимал, что после таких проверок на прочность буду лежать пластом очень-очень долго.

– Будто шрапнельный внутри рванул, – коротко охарактеризовал свои впечатления Степаныч.

– Да, пожгло там всё внутри знатно. Химия какая-то ядовитая, небось, – вторил ему Петрович.

Я попросил их ответить более развёрнуто.

Оба Василия переглянулись, и слово взял старый солдат.

– Заходим внутрь. На нас сразу с потолка парочка этих слизней падает. С бронёй ничего сделать не могут. Шипят, дымятся, да на куски сразу разваливаются, как коснёшься. Только каждый такой ломоть чуть ли не дыру в полу проедает, – словно в доказательство он трёт грудь, где действительно виднеется отличающаяся по цвету от остальных “доспехов” отметина, – дальше осматриваем помещения, находим чучела. Вернее, их остатки. Куски одежды, да осколки стекла с металлом от грелок. Везде кляксы словно от чернил. Обошли ещё один этаж, та же самая картина.

Кивнув, я поблагодарил Степаныча и повернулся к ожидавшим меня Тимофею и Афанасию.

– Что ж, это сработал один снаряд. Если их будут десятки, то, думаю, мы вполне сможем занять белых кое-чем другим. Например, спасением своей собственной жизни. Они, конечно, будут пытаться сбивать снаряды на подлёте, но тут нужна полноценная зенитная батарея. Обычным оружием это сложно сделать. А, как только химеры попадут внутрь укреплений… Собственно, вы сами всё слышали и видели, – выдал я краткий вердикт испытания нового оружия.

Сам же мысленно удивлялся, насколько эффективным получилась новая модификация химеры. Может стоит немного сбавить накал? Лишних смертей я не хотел. А тут достаточно пары “медузят” и человек вполне может отправиться в мир иной. Солдаты, безусловно, будут отстреливаться, но…в общем, шанс выжить имеется, только если бежать, а не сражаться. Надеюсь, в какой-то момент, они смогут понять это.

Тем временем оба шамана ошарашенно смотрели на меня, словно не веря в то, что сейчас произошло. И я прекрасно понимал их. Симфония разрушения подчас бывает прекрасней, чем гармония созидания. А, уж, если ты дирижёр такого выступления, то ощущения обостряются вдвойне. А Тимофей и Афанасий как раз был прямыми участниками нашего “творчества”. Вот пусть теперь на себе и осознают всю тяжесть и радость от содеянного.

– А теперь, думаю, пришло время для финального аккорда. Пора использовать нашу матку полноценно. Грузимся и выдвигаемся на позиции, – сказал я, знаком показав Георгию катить меня к стоящему неподалёку автомобилю.

Операция “Кара Небесная” началась.

Глава 6. Дождь, который очищает

Первый залп был пристрелочный. Мы заранее разместили матку на предельном расстоянии поставив вокруг неё охранный отряд. Возле меня тоже обреталось четверо бойцов, на всякий пожарный. И с пару десятков химер всех видов барражировали окружающее пространство. Мы были готовы к возможной контратаке, но сильно распылять силы не могли. Все больше сосредоточились на будущем штурме укреплений белых.

– Людей точно оповестили? – в очередной раз переспросил я Степаныча.

– Да там итак рядом никого из гражданских не осталось. Как оборотни, да наши чудища полезли, так все и сбежали подальше. Но мы ещё раз дома окрестные обошли и кого увидели, тех предупредили, – пожал плечами он.

– Хорошо. Тогда, раз там всё чисто, то будем работать на полную. Сектора определили, начинаем огонь по моей команде, – кивнул я.

Последнее было, конечно, лишним. Матка начинала стрелять только когда я тактильно отдавал приказ. Любого другого человека (да и химеролога тоже) она бы, в лучшем случае, просто проигнорировала.

– Всем приготовиться! Залп по счёту ноль. Пять, четыре, три, два, один, огонь!

В воздухе оказалось сразу пять снарядов. Они быстро вышли на самую высокую точку траектории и, раскрывшись, выпустили из своего чрева микрохимер. Не дожидаясь пока первая партия опуститься вниз, я командую перезарядку и сразу же делаю ещё один залп. Яиц у нас не то, чтобы много, но “залить” целый квартал хватит вполне. Так что я планомерно работал по заранее определённой схеме и не отвлекался ни на что другое.

– Их там нет, – внезапно прохрипел подскочивший ко мне Георгий.

Я удивлённо посмотрел на него и, приостановив обстрел, поинтересовался с чего это он так решил.

– Подобрался почти вплотную. Пару Ноксов отправил вперёд. Один под шальную медузу угодил, второй вернулся. Там пусто. Их кто-то предупредил, – ошарашил меня Апостол.

Где-то совсем рядом послышались выстрелы. За ними крики и ругань. Похоже, нас действительно перехитрили. А для этого у них в нашем стане должен быть шпион. Тот, кто всё знал и смог передать информацию.

– Шаманов под конвой и на базу. Командуй отход. Примем бой сейчас – проиграем, – быстро отдал приказ я.

Особых вариантов тут не было. Одно дело выкуривать засевшего в крепости противника и совсем другое, когда он сам нападает на тебя, причём, как минимум, с двух направлений.

– А с маткой что делать?

– Дайте мне пять минут, я устрою им хороший сюрприз. Предупреди людей, чтобы никто не думал возвращаться и геройствовать, – ответил я.

Георгий кивнул и бросился выполнять задание. Хотя я видел по его глазам, что он хотел остаться рядом, чтобы защищать меня. Но, наученный опытом, не стал артачиться и сделал так, как я говорил.

Мне же предстояло успеть за совсем немного времени перенастроить химеру и сделать так, чтобы в момент её самоподрыва рядом оказались солдаты противника. Дополнительных боеприпасов я загрузить не сумел бы, так что “взрыв” выйдет небольшим. Сейчас внутри пять яиц и, если все сделать правильно, то метров на пятьдесят вокруг “медузята” разлететься успеют. А там уж, кто успел, тот успел.

***

Вернуться обратно в биообщину получилось не у всех. Беляки связали отступавших боем и тут сказалось отсутствие нормальной подготовки у моих воинов. Кто-то запаниковал, другой решил проявить инициативу и вместо аккуратного отхода, наоборот, бросился вперёд. Нашлись и те, кто сдался на милость “победителя”. Так что, когда мы перевели дух и смогли оценить масштабы проблемы, оказалось, что бойцов у нас осталось чуть больше половины прежнего состава. Химер тоже полегло немало. В целом мы могли отбить возможную атаку Русской Армии на нашей территории, но о наступлении на рубежи противника просто не могло быть речи.

– Что с шаманами? Пока все готовятся к обороне, я хочу поговорить с ними, – начал я наш “военный совет”.

– Думаешь, кто-то из них облагодетельствовал белым? – сразу же понял меня Степаныч.

– Почти уверен. У меня были такие подозрения, ещё когда на Ульяну напали, пытаясь выставить нас виноватыми. А теперь всё подтвердилось. Осталось вычислить кто именно, – кивнул я.

– Инструменты приготовить? – ехидно подмигнул мне старый друг.

– Погоди. Может сам признается. Ну, или остальные сдадут. Что-то мне подсказывает они уже там начали дискуссию на эту тему. Так что я как раз попаду на самое горячее, – криво ухмыляюсь я в ответ.

– Хозяин барин, – принимает мою игру Василий.

– Как защищаться-то будем? – перевёл наш разговор на более важную тему Петрович.

– Если у них нет артиллерии и огнемётов, то просто подождём пока их переварят дендроиды и остальные химеры, – говорю я.

Георгий и Степаныч переглянулись. К ним присоединился второй Василий.

– Мы в гляделки тут будем играть или вы скажете, что знаете? – не выдержал я.

– Пушки может подтянуть и не успеют, но “зажигалок” у них достаточно. Да и гранаты имеются, – наконец, ответил Апостол.

– Издали закидают, а потом уже пехоту вперёд пустят, – поддержал его Степаныч.

– Да уж, новости так себе. Я как-то не готовился к полномасштабной войне. А что такое “зажигалки”? Впервые слышу. То, что оружие, а не сигареты прикуривать, понятно, но какой принцип действия? – нахмурился я.

– Стеклянные бутылки с зажигательной смесью. Сначала их летуны использовать хотели. С аэропланов сбрасывать вместо обычных бомб. Но, дело не пошло и отказались. А вот на земле такие штуки работали на отлично. Вот, значит, у беляков запасец-то и оказался, – пояснил старый друг.

– Понятно. Местная версия “греческого огня” значит. Что ж, тогда будем думать.

– Да, что тут думать. Будем на месте сидеть, выкурят они нас, и вся недолга. Нужно схитрить, западню соорудить или ещё как по-умному сволочей этих встретить, – раздражённо бросил Петрович.

– Так для этого нам мозг и дан. Думать, а потом делать, – раздражённо ответил я.

Василий понял, что ляпнул лишнего и замолчал. Слово взял Степаныч.

– Тут уж, как не изгаляйся, а пострелять придётся. Да и зверюг твоих, скорее всего, всех и положат. Нужно зайти оттуда, откуда не ждут они.

– Ну новую матку соорудить мы просто не успеем. Да, и, откровенно говоря, сил на такую махину у меня не хватит. А шаманы второй раз на помощь не кинутся. Они сейчас, вообще, на меня шибко обижены, – размышляя над его фразой, проговорил я, – так что на создание новых химер рассчитывать не приходится. Хотя тот же самый червь-переросток нам совсем бы не помешал. С ним вполне можно было и соорудить заход в тыл или прям из-под земли атаковать. Поэтому…

На меня посмотрел Георгий и с таким выражением, что я даже остановился на полуслове.

– Придумал?

– Да! Кажется…

– Ну, так говори, видишь все итак на иголках, – “подбодрил” его я.

– Туннели-то от червя остались, так? Так! Туда можно динамита напихать, да противника на нужное место заманить. А дальше дело техники, – взволновано высказался он.

– Откуда дровишки? – удивлённо поинтересовался я.

– Да было дело. Игнат предложил по дешёвке взять. А золота у нас немерено. Вот и решили, на всякий случай, запас иметь, – ответил за него Василий.

– Для строительных работ, наверное? – не выдержав подколол их я.

– Так точно, – почти синхронно гаркнули они, весело переглядываясь.

– Да уж…надеюсь, больше вы ничего от меня не утаили.

– Всё на благо биообщины, – улыбаясь, ответил Апостол.

– Ладно. Взрывчатка у нас есть. А вот насчёт сохранности туннелей я настроен скептически. Там укреплять всё нужно было заранее для полноценного использования в будущем. Да и с моментом, как заманить белых в нужную нам точку, тоже проблемная ситуация. Не думаю, что они пойдут, как овцы на закланье туда, куда мы укажем, – высказал я свои сомнения.

– Для проверки туннелей людей можем отправить прямо сейчас. Основной вход как раз в центре нашего двора. А там узнаем насколько ещё тянутся. И на карте аккуратно пометим, – сразу начал решать ещё не поставленные задачи Георгий.

– Контроль передвижений противника я беру на себя. Пойдёт куда скажу, как миленький. Большая часть, так точно, – внезапно вызвался Степаныч.

– Ну, а я прослежу, чтобы никто раньше времени себе взрывом случайно ногу не оторвал. Да и, вообще, загрузку и доставку динамита беру на себя, – поддержал их Петрович.

– У меня, кстати есть человечек из “полевого” состава, что во взрывчатке понимает. К тебе его направлю, если нужно, – предложил свою помощь Василий.

В очередной раз я был приятно удивлён их слаженному взаимодействию и дружеской общности. Настоящая команда. Товарищи по духу и разуму. Кажется, я действительно создал нечто стоящее. Надеюсь, сегодня мои старания не будут разрушены.

– Что ж, раз тут всё уже решили без меня, то действуйте. Даю полный карт-бланш. Только перед тем, как взорвёте полгорода, предупредите меня, пожалуйста. Хочется быть в первых рядах, – полушутя-полусерьёзно сказал я.

Мой юмор приняли, и вся тройка сдержанно улыбнулась. А мне теперь оставалось хорошенько поразмыслить, как сделать так, чтобы сказанная мной шутка не превратилась в реальность. Иначе, чем я буду лучше того же самого Медведя? Хоронить столько людей в братской могил мне совершенно не хотелось. Поэтому, я очень надеялся, что мой мозг подскажет, как отбиться от белых, не убивая их всех при этом.