Я - Скарамучча? Я стал... куклой?

Глава 1

Вы когда-нибудь мечтали оказаться в другом мире? Возможно, это был бы мир магии и чудес, где всё подчиняется совершенно иным законам природы. А может, это был бы мир высоких технологий и футуристических городов, где жизнь полностью иная. Правда ведь захватывает воображение, представляя, какой могла бы быть жизнь в другом мире? Полной приключения и без всякой нудной рутины. Только чудеса и захватывающая перспектива!

Но всегда стоит помнить, в каждой бочке мёда есть ложка дегтя.

Меня зовут Алексей Чёрствый, и это моя история в другом мире…

***

Моё утро началось не с кофе и даже не со звона мучителя всех «Сов» – будильника. Дверь в моей комнате распахнулась и с гремящим шумом ударилась об стену, разбудив меня. Я резко приоткрыл глаза и увидел силуэт, стоящий на пороге. Это был сожитель моей мамы, Сергей. Тот ещё выродок, который никогда не умел контролировать гнев. Но несмотря на это, он не пил и работал на приличной должности. Из-за чего мама постоянно закрывала глаза на его буйства, и млела под его красивыми речами всякий раз, когда он начинал извиняться за свою агрессию.

— Где деньги? — он злобно процедил сквозь зубы, одарив меня свирепым взглядом.

Деньги? Какие деньги?

Я непонимающе уставился на него. Он был в ярости… хотя нет, это слово лишь преуменьшает его состояние. Ведь тот находился в безумном припадке, аж слюни текли по щетинистому подбородку.

— Какие деньги, ты о чём? — слегка хрипло интересуюсь, скосив взгляд к двери, откуда робко выглядывала мама, а после вновь посмотрел на Сергея.

Его кулаки плотно сжимались и слегка подрагивали, словно он желает меня ударить.

— Не строй из себя дурочка, где деньги, которые лежали наверху серванта? — я ещё сильнее нахмурился. Ведь впервые слышу про них. — Как ты посмел воровать, так ещё в моём доме?!

Щеки запылали, и по телу прошла волна ярости.

— Это дом моего отца! — огрызнулся я, вскочив с кровати. — Не смей… слышишь меня, не смей говорить, что это твой дом!

Он некоторое время стоял неподвижно, сверля меня суровым взглядом, а после резко сорвался с места, начав всё переворачивать. Мои яростные попытки остановить его не принесли никаких результатов, а скорее наоборот придали ему новых сил.

Естественно, всё перевернув, даже найдя то, что я думал давно утеряно, отчим не нашёл своих денег. В свою очередь это вызвало новую волну злости, как у него, так и у меня. Не слишком осознавая свои действия, я высказал ему всё что о нём думаю, даже то, что никогда бы не сказал. Так сильно мне хотелось его задеть… И с какой-то стороны мне это удалось.

Но высказавшись, я резко осознал, что наговорил. А после моя душа дрогнула, когда отчим поднял руку. Миг – в ушах раздался звон, а в глазах появились желтые огоньки. Вся левая часть лица пылала.

— Убирайся из дома, и чтоб глаза мои тебя не видели! — сказав это, Сергей показал на выход.

Гнев, который утих, вновь стал раскаляться. Однако всё что мог – это упрямо сверлить мужчину злобным взглядом, и надеется на поддержку мамы. Но мама отвела взгляд, стоило мне посмотреть на неё. Естественно, Сергей заметил это. Он начал отчитывать меня, припоминая каждую мою оплошность. И это, судя по растущей ухмылке на его лице, доставляло ему удовольствие.

Мне самому уже не хотелось оставаться в этом доме. Поэтому схватив и запихнув в рюкзак всё что попало под руку, я пулей вылетел из дома, а после побежал куда глаза глядят. И остановился только тогда, когда не осталось сил продолжать бег.

В рюкзаке было мало вещей, да и клал я их в спешке. Но всё же положил свитер и джинсы. Хоть и лето, но утром было холодно. Поэтому пока не замёрз, быстро оделся. И стоило мне только сделать это, как телефон завибрировал, а на экране появился номер мамы.

Я уже догадывался, что она скажет. Поэтому вздохнув, отклонил звонок, а после выставил режим «Самолёт». Была даже идея позвонить друзьям, но вряд ли они обрадуются утреннему звонку.

— Ещё и дождь собирается, — вздохнул я, разочарованно посмотрев на небо.

Но всё же мне не хочется возвращаться домой. По крайней мере, в ближайшее время, а после… Сергей успокоится, а там глядишь и найдёт свою заначку.

Покачав головой, я зашагал вперёд по улице. Так и шёл, пока не дошёл до леса. Бабушка говорила, что раньше часто оттуда прибегали волки, а сейчас там даже лису не встретишь.

После смерти бабушки, её участок достался маме. Ну и папа там построил дом, так как всегда хотел жить подальше от человейников, так он называл квартиры. Он рассчитывал с мамой переехать в деревню после моего совершеннолетия, оставив квартиру мне, но всё же после ремонта мы как-то плавно все переехали из города сюда. Сначала из-за Ковида, дистанционное обучение также способствовало решению, а после уже сами не хотели переезжать. Город был всего в пяти минутах езды, так ещё есть обустроенная пешая дорога до города. Поэтому никто не возражал.

Папа… он пропал два года назад. Ушёл в лес по грибы и больше не возвращался. Полиция искала его больше трёх месяцев, а после забила болт на это. И вот что странно, лес у нас не густой и расположен на холме. То есть потеряться в нём очень сложно, ведь видна наша деревня. Да и папа знал этот лес очень хорошо.

К слову, в тот день также было пасмурно и обещали дождь.

— Хм?

Я отвлекся от размышлений, заметив впереди деревянный домик. Там когда-то жила одна бабка, очень вредная и злобная. Не зря её именовали ведьмой. Хотя скорее из-за того, что жила практически в лесу, а её куры всегда гуляли сами по себе и оставались невредимыми. А ведь волки раньше даже в дома проникали. Одну девушку вообще в бане загрызли. Ведь как раньше было: бани невысокие, окна практически у земли и крепились слабо, вот и вышибли окошко. По крайней мере, так рассказывают люди.

Но, как бы то ни было, у старушки детей не было, как и близких. Поэтому после её смерти дом без ухода стал разрушаться и гнить. Однако мало кто решался зайти туда, а всё из-за ситуации десятилетней давности. Я только приехал к бабушке на каникулы, как тут же подняли такой шум, что даже дети испугались и не выходили из своих домов. И всё из-за этого проклятого дома. Сначала пошли слухи, якобы кто-то видел кого-то в окне, а после один человек в панике вызвал полицию в этот дом, мол видел монстра, выползающего из этого дома. Естественно, в тот раз мужика подняли на смех. Да и слухи всегда ходили вокруг старинных домов, особенно у молодежи. Поэтому первое время реакция была обычной, однако всё изменилось, когда пропал ребёнок… И ситуация вот какая: мальчишка проспорил друзьям, что не побоится зайти в дом ведьмы, и вошёл в дом, но не вышел. По крайней мере, так говорили те самые друзья. Естественно, люди искали, как внутри дома ведьмы, так и в округе, но тщетно.

После исчезновения ребёнка дом окрестили бесовским, и как-то у многих разом исчезло желание посещать его. А какие легенды пошли после этого… просто ужас.

Конечно, я не верю в мистическую составляющую дома. Мне все эти слухи были… мягко говоря до зада кошки. То есть мало ли где мальчик пропал, он мог вообще оказаться где-то в другом месте. Ведь знаю я этих «друзей», небось пока парнишка был в доме ведьмы, те быстро убежали, чтобы банально посмеяться над ним. Это подтверждает один факт – дети обратились к взрослым только к вечеру, а уходили они в сторону ведьминого ближе к обеду.

Да и я часто с друзьями был внутри этого. Сначала как те дети устраивали испытания, мол зайди и будешь самым храбрым на деревне, а позже, став взрослее, мы там прятались от взрослых, чтобы покурить и пошуметь. И, естественно, никаких монстров мы там не видели. Даже когда сами хотели призвать таких.

Заморосил дождь.

Я вздохнул, а после сделал шаг в сторону домика. Он внутри пах сыростью и затхлостью, но при этом бревна толстые и выглядят устойчиво. А вот полы и потолок давно прогнили, из-за чего было банально страшно по ним ходить. Вообще, одно дело мистика, а другое ржавый гвоздь, на который можно действительно наступить, или, не дай Бог, провалиться в подвал.

— О, они ещё здесь — пробормотал я после того, как вынул из печки пачку сигарет с зажигалкой.

Смотря на дым от сигареты, я горько улыбнулся. Папа часто курил, а мама его постоянно донимала этим. Мы с сестрёнкой постоянно поддерживали маму, весело называя папу вонючкой…

Выдохнув дым, я краем глаза замечаю тень, которая ловко промелькнула рядом с печкой. Это было настолько неожиданно, что сигарета выпала из моих пальцев, и глухо приземлилась на затхлый пол.

Но сколько бы ни оглядывался никакой тени не видел, всё такой же пустой дом. Однако атмосфера в доме резка стала мрачной. Хотелось как можно быстрее покинуть дом, но за окном уже начался дождь. Поэтому некоторое время внимательно следя за обстановкой, я поднял сигарету, а после достал телефон, чтобы хоть как-то отвлечься.

Я улыбнулся, увидев веселый момент в видео. Однако улыбка тут же исчезла, когда вновь промелькнула тень. Как говорится: первый раз – случайность, второй – совпадение. Но вот что будет в третий раз мне не хотелось проверять. Поэтому, убрав всё за собой и спрятав свою заначку, я быстрым шагом направился к выходу. И в этот момент я услышал, как что-то хрустнуло под ногами…

Пол под ногами не выдержал.

Я даже пискнуть не успел, как всё перед глазами потемнело, а после моё тело поглотила агония. Боль невероятным образом поглощала мой разум, и всё что мог – это кричать и с ужасом смотреть на живот, в котором торчал кусок доски.

Телефон, лежащий в метре от меня, завибрировал…

— Мама, — я попытался дотянуться, но тело не хотело слушаться. Руки и ноги не двигались. — Мама… — телефон пару раз моргнул, а после раздался звук выключения, — Мама! АААА…

С криком выходил последний воздух, и вскоре всё что осталось в затхлом погребе – это взгляд бесчувственных глаз, направленных в сторону телефона.

Глава 2

Мне приснился страшный сон. Небо было затянуто тяжелыми, зловещими тучами, через которые не пробивался ни единый луч света. Густая тьма окутывала землю, и лишь редкие вспышки молний разрывали мрак, на мгновение озаряя пейзаж. В воздухе витало напряжение, словно сама природа затаила дыхание перед чем-то неизбежным.

Глухой раскат грома сотрясал воздух, заставляя сердце сжиматься от тревоги. Я чувствовал, как холодный ветер пронизывает меня насквозь, принося с собой шепот неведомых голосов. Всё вокруг казалось нереальным, словно сам кошмар ожил и стал частью реальности.

И не было никаких монстров, чудовищ или демонов… Просто гнетущая атмосфера, которая душит и пугает не хуже всяких ужастиков.

***

Я проснулся с диким криком – или, по крайней мере, так мне казалось. Мой голос оказался неожиданно мягким и… чужим, что тут же меня озадачило. Лишь на мгновение. Ведь мир вокруг вздрогнул от раската грома, и я невольно сжался, ощутив, как холодок пробежал по спине.

Сквозь занавес дождя за окном пробивались редкие вспышки молний. Но главным было не это. Помещение было каким-то странным. Деревянные стены, потемневшие от времени, с щелями, через которые пробивался тусклый свет. В углу стояла старинная мебель, которую я видел только в интернете, а воздух был пропитан запахом плесени.

Всё здесь выглядело таким чужим, но в то же время знакомым. Странное чувство.

Я поднял руки… и замер. Это были не мои руки. Они были гораздо более изящными, с тонкими пальцами и без единого волоска. Мой взгляд, по инерции, скользнул по собственному телу. Украшение в виде пера, которое я точно никогда не носил, сверкало в тусклом свете, отражая молнии за окном. Одежда была тоже чужой. Всё вокруг… чужое. Этот дом, эти руки, даже тело.

Где я? Кто я?

Стоило мне подумать об этом, как мир, казалось, вздрогнул. Время остановилось. Капли дождя зависли в воздухе, каждая из них отражала вспышки молний, мерцая как хрусталь. Их блеск приобрел форму гексагона, а после появилась звездная табличка, парящая передо мной словно голограмма из фантастических фильмов.

«Профиль»

«Талант»

«Пробуждение»

«Инвентарь»

Я машинально прикоснулся к ней, и мой палец попал прямо на надпись «Профиль». Тут же табличка сверкнула, и информация на ней изменилась.

Профиль

Имя: —

Раса: Божественная Кукла

Уровень: 1 (0/1000)

Стихийный Элемент: Электро (Запечатано)

Характеристики

Сила: 35

Ловкость: 34

Выносливость: 875

Магическая Сила: 198 (Запечатано)

Очки Свойств: 0

Очки Власти: 0

Я моргнул, а после ущипнул себя. Легкая, едва заметная боль кольнула руку, говоря о том, что я всё же не сплю. И от этого стало как-то не по себе, и одновременно при этом ощущал внутри себя какую-то радость.

Это ведь… перерождение в другом мире? Но если так, то всё же я умер в том доме...

В голове сразу всплыли опечаленные лица мамы и сестры. Но той острой, тянущей грусти, которую я ожидал, не было. Только лёгкая печаль – как будто я просто уехал в другой город и в любой момент могу вернуться.

Но где я теперь?

Эта мысль вновь закралась в сознание, заставляя меня осмотреться ещё раз. Мир вокруг по-прежнему оставался странным: замедлившиеся капли дождя и табличка передо мной. Символы на ней казались чуждыми, но каким-то образом понятными. Магия… магический мир.

— Хе-хе… — не смог я сдержать свой смех. Он вырвался сам собой – короткий, наполненный противоречивыми эмоциями. Смех человека, который оказался в ситуации, граничащей между страхом и восхищением. — Ха-ха… Ха-ах…

Я провёл рукой по лицу, пытаясь унять головокружение. А после прищуром взглянул на табличку. Ненужно быть гением, чтобы понять, что это «Система». С приходом видеоигр она стала очень популярной. Столько романов было написано с её участием… Признаться честно, я сам как-то мечтал получить её. Ведь везде она помогает стать сильнее. А люди любят воображать себя «Суперменами», и я не исключение.

Однако как же всё это странно…

Покачав головой, я вновь дотронулся до таблички, а точнее нажал на надпись «Талант».

«Талант»

Неизвестный Потенциал: в глубине души дремлет сила – едва уловимая, почти незаметная, но пронизывающая каждую частицу бытия. Ничтожная песчинка, но именно она способна пробудиться в момент, когда судьба потребует невозможного.

Тень Прошлого: внутри скрыто нечто… забытое, затерянное в глубинах таинственных символ. В нужный момент оно пробуждается, заставляя тело двигаться быстрее, а разум – работать чётче. Это инстинкт или память о прошлом, которое не желает быть стертым?

Дар Резонанса: Мир вокруг кажется не просто фоном, а чем-то живым, откликающимся на присутствие.

Я почесал затылок, ощущая мягкость волос.

Честно говоря, ожидал увидеть худшее в талантах, а тут вроде всё неплохо. Правда ничего не понятно. Но, как бы то ни было, следующим пунктом шло пробуждение…

Информация на табличке мгновенно изменилась, едва я коснулся надписи. На ней появилась новая картинка: силуэт человека, выполненный в белом цвете, с серой звездой в области сердца. Чуть ниже, словно в интерфейсе видеоигры, отобразились слоты для предметов – конечно же пустые.

Я провёл пальцем по одному из слотов, но, естественно, ничего не произошло. Видимо, они активируются только при наличии подходящих предметов. А после дотронулся до звезды.

«Пробуждение»

Звезда Истока: отсутствует пробуждение

Необходимые предметы для пробуждения:

Очки Власти: 0/1

Источник Энергии Пробуждения: —

Точно как в игре…

Я тяжело вздохнул, глядя на картинку: тусклая серая звезда, а под ней – две иконки. Одна требовала вложить «Очки Власти», другая – «Источник Энергии Пробуждения». И на этом всё. Ни пояснений, ни подсказок, где достать эти ресурсы или хотя бы что они собой представляют.

Даже после того как провел пальцем по экрану, надеясь вызвать хоть какое-то описание, ничего не изменилось. Похоже, мне придётся разбираться во всём самостоятельно. Вот только с чего начать?

«Очки Власти»… Возможно, их можно заработать? За действия, победы, испытания? А «Источник Энергии Пробуждения» – звучит так, будто его нужно где-то найти или создать. Обычно так бывает в играх.

— Ладно… — пробормотал я себе под нос.

К слову, в инвентаре было шестьдесят пустых ячеек, аккуратно расположенных в виде сетки. Естественно, ни одного предмета и ни малейшего намёка на то, как их заполнить.

Так что действовал наугад – снял с шеи золотое перо и осторожно поднёс его к одной из ячеек. И о чудо – получилось! В тот же миг перо исчезло из моей руки, а на экране инвентаря появилось его небольшое изображение.

Я коснулся значка пера, чтобы попробовать вернуть его, но передо мной всплыло окно с его кратким описанием:

Золотое украшение в виде пера – удостоверение личности, выданное милостью сёгуна

— Полезно, — улыбнулся я, увидев, что инвентарь предоставляет информацию о предмете внутри.

Воодушевившись, я решил проверить, есть ли ограничения. Поднял обломок кровати – деревянную дощечку, которая была чуть больше самой таблички, и попытался вложить её внутрь.

Ничего не произошло.

Доска так и осталась у меня в руках, будто инвентарь просто отказался её принимать. И только когда перевернул так, чтобы доска влезала в инвентарь, она тут же исчезла. Значит, не всё можно хранить в нём, а только предметы, которые влезают в табличку.

Я ещё раз взглянул на перо в инвентаре и попытался достать его обратно.

Однако сколько бы раз ни нажимал, всплывало только его описание. Даже попробовал зажать и потянуть значок пера, но оно лишь перемещалось в другую ячейку, никак не желая покидать инвентарь.

В какой-то момент меня это всерьёз разозлило, и, не сдержавшись, я с силой ударил по стене. Не знаю, на что надеялся. Всё вышло спонтанно. Впрочем, я ожидал боли в кулаке, всё же деревянная стена – не бумажная стена. Однако вместо этого… просто пробил её, не почувствовав сопротивление и боли.

Секунду я ошеломлённо смотрел на зияющую дыру, медленно осознавая, что только что произошло. Стена не просто треснула – она взорвалась, будто была сделана не из дерева, а из тонкого хрупкого стекла. Вряд ли доски могли настолько прогнить. Иначе дом давно бы развалился под собственным весом. И уж точно гнилое дерево не разлетелось бы таким образом.

Я медленно протянул руку и коснулся края дыры. Щепки кольнули подушечки пальцев, говоря о том, что доски несмотря на свой внешний вид всё ещё были прочны. А потом я заглянул по ту сторону пролома. И увидел совсем другой мир.

Трудно было описать увиденное. Всё выглядело знакомым, но в то же время чужим, словно я оказался в искажённой версии реальности.

Небо, затянутое густыми тучами, не подчинялось законам физики. Они двигались, закручиваясь в спирали, будто под влиянием гигантского и чрезвычайно мощного смерча, но ветер едва обдувал моё лицо. В их глубине вспыхивали фиолетовые молнии, извиваясь, как живые существа, а грохот их разрядов наполнял воздух зловещим эхом.

Некоторые деревья светились – не как фонари, а мягким, почти биолюминесцентным свечением. Их листья ловили блики молний, отражая их будто они были сделаны из стекла или кристаллов. А ещё вокруг них росли необычные растения – странных форм и цветов, которых я никогда не видел в своём прежнем мире. И они тоже светились.

Этот мир был словно живым… И почему-то очень знакомым.

Я отпрянул от стены и вздохнул. Система исчезла, когда я заинтересовался другими вещами. А стоило захотеть её вновь увидеть, как она тут же появилась. Впрочем, ничего нового я в ней не нашел. И посидев с ней пару десятков минут, больше обдумывая свои планы, я вновь убрал её – просто мысленно захотев этого. А после встал с кровати и вышел из комнаты. Ну как комнаты? Просто бамбуковая перегородка ограждала от основного помещения.

Но и тут меня ждал сюрприз.

На полу лежал ребенок. Всё выглядело так, словно ему резко поплохело, а затем он упал и пополз в стороне двери, но на полпути потерял сознание.

Дверь, к слову, была открыта, а возле неё лежала перевернутая корзинка с чем-то непонятным.

Я подошел поближе к ребенку и заглянул в его лицо, и тут же резкая, острая боль пронзило виски, словно невидимый пресс сжал мой череп.

Всё вокруг расплывается, звуки становятся приглушёнными, а в глазах темнеет.

Глава 3

Я проснулся с первыми лучами восходящего солнца. Голова больше не болела, словно и не было той адской хватки, сжимавшей мой череп. Но всё же тревога осталась. Не хотелось бы повторения… особенно в неподходящий момент.

Вокруг всё осталось прежним, а ребёнок… он по-прежнему лежал неподвижно. Я пытался уловить хоть какое-то движение: слабый вдох, дрожь пальцев, но ничего. Грудь ребёнка не вздымалась. Кожа была пугающе бледной.

— Эй… — тихо окликнул я его, сам не зная, чего жду.

Никакой реакции.

Я неуверенно потянулся вперёд, и прикоснулся его плеча, а после резко отдернул руку.

Труп.

Я не знал, как, но сразу понял – ребёнок мёртв. В этом не было сомнений. И вдруг меня накрыла волна эмоций. Грусть. Тоска. Злость. Что-то внутри меня бурлило, требуя выхода. Но, не понимая причину, я быстро подавил этот всплеск, загнав его вглубь сознания.

Вообще странное место. Не говоря уже про свою судьбу. Вот что-что, но попасть в другой мир, в чужое тело, так ещё увидеть труп ребёнка в первые же часы после пробуждения – это не то, чего я желал.

Глядя на этого ребёнка, у меня возникла теория о том, что случилось с предыдущим владельцем тела. Судя по форме моих рук, он был подростком, возможно, даже старшим братом мальчика. Но суть не в этом.

Дом не выглядит надёжным, но, судя по состоянию вещей, здесь кто-то жил. И если они были здесь одни, а одежда мальчика сильно потрёпана, скорее всего, они были сиротами. Возможно, потеря брата стала последней каплей, и предыдущий хозяин тела не выдержал… и решил последовать за ним.

Теория, конечно, натянутая. Но это всё, что у меня сейчас есть.

Я вздохнул и огляделся, затем встал и направился к выходу. Вчера была ночь и шёл дождь, из-за чего я толком не успел рассмотреть пейзаж нового мира. Однако, едва я ступил за порог, меня охватило разочарование. Всё выглядело довольно обычно. Да, были странные растения, но при дневном свете они уже не казались чем-то из ряда вон выходящим.

Ну а ещё домик располагался на берегу огромной реки, или, скорее всего, моря. Пробовать воду на вкус мне точно не хотелось. Однако я был настроен увидеть своё новое лицо, и стоило мне подойти и взглянуть в отражение, как тут же отшатнулся. То, что я увидел, повергло меня в шок.

Я узнал это лицо. Скарамучча, он же Сказитель, персонаж из игры «Genshin Impact». Причём он выглядел точь-в-точь. Словно идеальный косплей на него.

И как я сразу не догадался? Сейчас, когда всё встало на место, стало понятно, почему мне то перо показалось знакомым. Также я понял, что случилось с тем мальчиком. Хоть я давно забросил геншин, но историю Сказителя помню. Мальчик умер от болезни, чем окончательно подтолкнул Скарамуччу к пути злодея.

Вообще там все постарались. Особенно Дотторе, но именно этот момент стал решающим.

К слову, говоря о Дотторе… с ним мне вот никак не хочется пересекаться. Он а-ля безумный ученый, который для достижения своих целей готов на всё, и его не ограничивают ни рамки морали, ни совесть. И что самое плохое, он уже заприметил Скарамуччу, то есть меня. А я не хочу встречаться с ним. Не хочу стать его подопытным. И тем более не хочу вступать в преступную организацию – Фатуи.

Впрочем, про сам лор геншина я мало что знаю. Диалоги зачастую пропускал, проходил только основные задания и остановился на Сумеру, по сути, на пол пути. Так что я даже не представляю, что мне делать. Тем более основной сюжет начнётся не пойми когда.

Однако интуиция подсказывала мне, что оставаться в Инадзуме – не лучшая идея. Этот регион опасен сам по себе: погода, агрессивные существа, а главное – личности, которые могут представлять для меня серьёзную угрозу. Поэтому мне нужно как можно скорее покинуть этот регион. Проблема только в том, что для этого нужны деньги.

— Я – кукла… — вздыхаю, качая головой. — Зато с каким потенциалом!

Слабо улыбнувшись, я посмотрел в сторону домика. Оставаться в нём мне не хотелось. Там отвратительная атмосфера. Но просто уйти я не могу. Всё же ребёнка нужно похоронить – это всё, что я могу сделать для него и для Сказителя.

К слову, у него ведь даже нет настоящего имени. Система лишь подтвердила это. Скарамучча, Сказитель – всего лишь прозвища, данные в разные моменты его жизни. Он просто не придавал этому значения. Ему было всё равно, как его называют.

Что же касается его матери… или, точнее, создательницы – Эи, то она попросту не сочла нужным дать ему имя. Возможно, потому что никогда не видела в нём кого-то, кто нуждается в этом. Или, может быть, для неё он лишь неудачное творение, не заслуживающие даже такого простого дара, как собственное имя.

Покачав головой, я направился обратно в дом. Может внутри остались вещи, которые могли бы мне пригодиться в путешествии.

***

Мальчика я всё же не стал хоронить. Не было подходящего инструмента. И всё что мог – это пойти по канону и поджечь дом. Он всё равно больше никому не нужен.

Я вдохнул морской воздух и, бросив последний взгляд на пылающий дом, решительно направился вперёд, вдоль берега. Песок приятно хрустел под ногами, но я не обращал на это внимания. Береговая линия тянулась вдаль, обрываясь в выступах скал. Море было спокойным, его гладь лениво отражала небесно-голубое небо. На горизонте, вдалеке, угадывались очертания других островов Инадзумы.

Как помню, чтобы покинуть Инадзуму, нужно добраться до острова, где главная резиденция сегуна. Там есть нужный мне причал. Но я понятие не имею в какой стороне этот остров, а также как добраться туда. Вплавь – самоубийство. Нужна лодка. И пока я не знаю где мне её раздобыть.

Однако, спустя какое-то время, я заметил нечто любопытное. Так что я тут же ускорил шаг. И подойдя ближе, увидел небольшую рыбацкую шлюпку, выброшенную на берег. Её корпус был сильно изношен, но в целом она ещё могла держаться на воде.

— Ну, хоть что-то… — выдохнул я, а после стал толкать лодку к воде. В этом теле это было сделать невероятно легко.

— Эй! — раздался злой крик. — Как ты посмел трогать нашу лодку!

Ко мне бежали трое мужчин. Выглядели они довольно колоритно: один полный, другой худощавый и высокий, а третий – низкий и коренастый. Но больше всего меня смутило то, что в их руках было оружие… ну, если сельскохозяйственные мотыги вообще можно так назвать. Хотя у третьего, полного, на поясе висел нож.

Я внутренне напрягся, но попытался сохранить спокойствие.

— Простите, я не думал, что эта рух… то есть, лодка кому-то принадлежит, — произнёс я, натянув смущённую улыбку.

— Не думал он, — передразнил меня худой, хмуро окидывая взглядом.

— Это наша лодка, — буркнул низкий, уперев руки в бока. — И, судя по всему, ты пытался её украсть.

Я поднял руки в примирительном жесте, стараясь выглядеть как можно более безобидно. Хотя куда ещё больше-то.

— Слушайте, я действительно не знал. Просто искал способ выбраться с острова.

Толстяк фыркнул, хлопнув ладонью по рукояти ножа.

— Думаешь мы поверим?

Я предпочёл не отвечать. Мужчины переглянулись. Полный, судя по всему, был главным, потому что именно он сделал шаг вперёд, смерив меня прищуренным взглядом.

— Кто ты вообще такой? Не припомню, чтобы видел тебя раньше.

Странно… я недалеко ушёл от сгоревшего дома. Дым всё ещё виднелся.

С другой стороны, если скажу местный, то могут возникнуть проблемы. По крайней мере, ситуация располагает на это. А встречаться с местными жителями этого острова мне не хочется, зная немного историю Сказителя. Они добрые люди, и я боюсь не смогу уйти от них, а значит буду в руках Дотторе, который как раз расположил свою базу в деревне.

— Путешественник, — ответил я после короткой паузы. — Застрял здесь после… неприятных событий. Теперь пытаюсь выбраться.

Мужчины вновь переглянулись.

— Так вот оно что… — протянул низкий, почесав щетинистый подбородок. — Значит, тебе надо выбраться?

— Да, — кивнул я.

Толстяк ухмыльнулся и хлопнул меня по плечу.

— Тогда у нас есть к тебе предложение. Работа найдётся для таких, как ты… если, конечно, ты не из тех, кто боится замарать руки.

Я нахмурился, предчувствуя, что разговор принимает весьма сомнительный оборот.

— Что за работа? — осторожно спросил я, отступая на шаг, чтобы толстяк не нависал надо мной.

Высокий ухмыльнулся и сложил руки на груди.

— Дело простое. В лесу, что дальше по берегу, есть один склад. Принадлежит он… скажем так, не совсем честным людям. Нам нужно кое-что оттуда забрать, но лишние руки не помешают.

— Забрать? — переспросил я, прищурившись. — Вы уверены, что это ваше?

Толстяк засмеялся, хлопая себя по животу.

— Вот умный какой! Конечно, не наше. Но ведь тем, кто там сидит, оно тоже не принадлежит. Так что почему бы не взять?

Я задумался. С одной стороны, впутываться в местные разборки – последнее, чего мне хотелось. С другой… Мой взгляд упал на пояс толстяка, где угрожающе висел нож.

— И что я получу взамен? — спросил я, решив потянуть время.

Низкий усмехнулся:

— А ты не трус, это хорошо. Ладно, так и быть, если поможешь, отдадим тебе лодку. Ну, или хотя бы переправим куда нужно.

Это вполне может быть ловушкой. Хотя почему вполне, ловушка – однозначно. Они явно собираются просто использовать меня, а потом избавиться, чтобы не делить добычу. Уж в добрых разбойников я не поверю, зная что в игре эти твари терроризировали всех и вся, зачастую переходя грань.

— И если я откажусь?

Толстяк снова хлопнул по рукояти ножа, и посмотрел на меня сверху вниз. Но теперь уже куда менее дружелюбно.

— Тогда у нас будет другой разговор.

Я вздохнул, осознавая, что просто так меня не отпустят. Придётся либо договариваться, либо… надеяться на чудо.

Разбойники вряд ли были профессиональными бойцами, скорее обычные головорезы, промышляющие грабежами. Но у них был численный перевес. И что немало важно – опыт.

— Ладно, — кивнул я. — Согласен.

Они разом ухмыльнулись

— Вот и славно! — довольно протянул толстяк — Тогда двигаем.

Я не стал спорить. Пока что я мог только следовать за ними и наблюдать.

Мы направились вдоль берега, потом свернули в лес. Деревья здесь росли густо, воздух был влажным и пропитан запахом трав. Я шел молча, а они тихо переговаривались. Лишь изредка раздавались обрывки их разговоров, словно они специально предназначены мне.

— Если этот пацан нас подставит… — пробормотал низкий, но высокий его перебил:

— Не подставит. Ему самому это невыгодно. Он ведь не хочет умирать…

Я сделал вид, что не слышу.

Спустя некоторое время впереди показался просвет между деревьями. Мы замедлили шаг. Полный мужчина поднял руку, и все остановились.

— Там, впереди, — тихо сказал он, указывая на деревянное строение. Оно выглядело как небольшой склад с единственным входом. — Внутри должно быть несколько человек, но ночью их обычно меньше.

Я нахмурился.

— И что именно мы должны забрать?

— Ящик, — ответил толстяк. — Деревянный, с печатью клана Кудзё.

Кудзё…? Они, мягко говоря, не были людьми, с которыми хотелось бы связываться.

Они сумасшедшие?

— Что вы будете делать с охраной? — уточнил я.

— Разберёмся, — ухмыльнулся высокий. — Ладно, не тормози. Дело быстрое.

Я вздохнул. Всё это начинало мне нравиться всё меньше и меньше.

Глава 4

Мы затаились за кустами, наблюдая за складом. Лунный свет едва освещал небольшую поляну перед строением.

У входа стояли двое охранников. Оба в стандартной броне Сёгуната, вооружённые нагинатами. Их расслабленная осанка говорила о том, что они не ожидают неприятностей. Скорее всего, просто стояли здесь по приказу, не слишком переживая о нападение.

Высокий тихо выругался.

— Почему их двое? Должен же был остаться один….

Толстяк хмыкнул, потирая кулаки.

— Не проблема. Разделаемся.

Я прищурился.

— Вы уверены, что хотите нападать на стражу Сёгуната?

— Пф-ф, — фыркнул низкий. — Это просто наёмники. Они даже не настоящие самураи. Если всё сделать быстро, никто не узнает.

Я молчал, но внутри напрягся. Это уже не просто кража – это нападение. Если нас поймают, последствия будут серьёзными. Особенно у меня. Ведь это тело является творением Сёгуна. Хоть и по лору Эи уже должна была заменить себя куклой, но это не делает ситуацию менее опасной, даже наоборот. Кукла следует определённому сценарию. Я же помеха в нём.

— Каков план? — спросил я, надеясь хотя бы понять, насколько эти трое готовы.

Толстяк ухмыльнулся.

— Мы разделяемся. Ты идёшь слева, я справа, а Лео и Син подкрадутся сзади. По команде нападаем. Быстро и без шума.

Я внутренне выругался. Это был худший план из всех возможных. Грубый, без подготовки, с расчётом на элемент внезапности.

Но у меня не было выбора.

Я глубоко вдохнул и шагнул вперёд, искоса следя за толстяком, который уже сжимал в руке нож.

— Ладно, — тихо пробормотал я. — Если уж влез в это, то нужно выкрутиться...

Охранники у входа всё ещё не подозревали о нашем присутствии. Один из них лениво опирался на древко нагинаты, а другой время от времени оглядывался, но без особого интереса.

Напасть просто так? Глупо. Я не убийца, а если начнётся драка, то неизвестно, чем всё закончится…

Однако не успел я закончить свои размышления, как в поле зрения промелькнул камень, который с глухим стуком врезался в дерево возле меня. Тут же охрана напряглась и посмотрела в мою сторону.

— Кто там? — воскликнул один из них.

Я вышел из тени деревьев, смотря на охранников со страхом в глазах. Благо изображать не пришлось. Я действительно боюсь.

— Кто ты? Что ты тут делаешь?

Я поднял руки, показывая, что безоружен.

— Простите, я заблудился. После кораблекрушения меня выбросило на берег, и я искал, где можно переночевать. Увидел яркий свет от огня и направился сюда…

Один из охранников обменялся взглядами со вторым, потом вновь уставился на меня.

— Здесь посторонним делать нечего. Уходи, пока не…

Фраза так и не была закончена. В этот момент со стороны кустов на второго охранника набросился высокий, ударяя его по затылку мотыгой. Тот вскрикнул и пошатнулся, но устоял. А из-за шляпы видимо не получил серьезных повреждений. Ведь вскоре он потряс головой и рванул нагинату вперёд, разрезая воздух в попытке достать нападавшего.

— Чёрт! — выругался я, а после отскочил в сторону, избегая резкого движения первого охранника, который решил, что я тоже враг.

Чёрт, теперь мне точно не выкрутиться словами.

Остальные разбойники тоже решили вмешаться.

Толстяк взревел и кинулся вперёд, выставляя нож. Но охранник оказался быстрее – он ударил древком нагинаты в живот нападавшего, и тот с глухим стуком осел на землю, корчась от боли.

— Дерьмо, — прошипел низкий, крепче сжав мотыгу.

Я стремительно оценил ситуацию. Двое против четырёх, но стражники явно были лучше вооружены и обучены. Если не сделать что-то прямо сейчас, нас всех просто перебьют.

И вот тут тело сработало раньше разума.

Я, пригнувшись, рванул вперёд ловко уходя от удара нагинаты, и, прежде чем охранник успел перестроиться, нанёс резкий удар ладонью по запястью, заставляя его ослабить хватку. Затем развернулся, подсекая ему ноги, и тот с глухим стуком рухнул на землю.

В голове мелькнуло странное чувство… как будто я уже делал это сотни раз. Техника, которой я никогда не учился, сработала автоматически, без единой ошибки.

Тень Прошлого… Пронеслось в мыслях.

Разбойники на секунду замерли, ошеломлённые тем, как легко я уложил противника, а после резко оскалились.

Охранник, которого я сбил с ног, попытался подняться, но я тут же наступил ему на запястье, не давая схватиться за оружие. Он зашипел от боли, но даже не вскрикнул – явно закалённый боец.

Второй охранник резко сменил тактику. Теперь он не бросался в атаку, а держал дистанцию, двигаясь по кругу и оценивая ситуацию. Его взгляд был полностью сосредоточен на мне. Он понял, что я – основная угроза.

Толстяк, всё ещё держась за живот, кое-как поднялся и указал на охранников.

— Чего встали? Давайте, добьём их! — воскликнул он. — Мелкий убей его, а мы закончим со вторым.

Его слова словно хлестнули меня по лицу.

Нет. Убивать я не собирался.

— Нет, — отрезал я.

— Чего?

— Я не буду убивать.

Высокий раздражённо усмехнулся.

— Ты вообще врубаешься? Они враги!

Охранник, что всё ещё стоял, резко рванул вперёд, пытаясь воспользоваться моментом спора. Я едва успел отскочить, когда лезвие нагинаты пронеслось в миллиметрах от моего плеча.

Но он сделал ошибку.

Я скользнул вперёд, уходя в мёртвую зону его оружия, и локтем ударил в солнечное сплетение. Он охнул и согнулся, и я тут же выбил у него нагинату.

— Всё. — я повернулся к своим «напарникам». — Они больше не угроза.

Толстяк с недовольным ворчанием убрал нож, высокий зло сплюнул, а низкий лишь покачал головой.

— Ты странный.

— Может быть, — спокойно ответил я.

Я опустился на корточки перед охранниками, которые тяжело дышали и злобно смотрели на меня.

— Вас никто не убьёт, — сказал я тихо. — Но если вы решите нас преследовать…

Я не стал заканчивать фразу, но они всё поняли.

— Ладно, хватит болтать! — толстяк махнул рукой. — Берём ящик и уходим, пока сюда кто-нибудь не пришёл!

Я внутренне выдохнул. Всё прошло не идеально, но хотя бы без крови.

Высокий и низкий быстро направились к складу, оставив меня с охранниками и толстяком. Последний, ещё держась за живот, хрипло выдохнул:

— Юнец, прости за подставу.

Я ничего не ответил, просто молча поднял с земли нагинату.

Спустя минуту мои «напарники» вытащили из склада тяжёлый деревянный ящик. Высокий явно напрягался, перетаскивая его, а низкий злился, что они двигаются медленно.

— Тут что, камни? — проворчал высокий.

— Не ной, — отозвался толстяк. — Потом разберёмся, что там. Уходим.

Мы скрылись в лесу, оставив позади склад и поверженных охранников. Однако никто не расслаблялся, боясь преследования. И только когда мы наконец добрались до укромного места, все выдохнули с облегчением.

Мы находились в небольшой рощице у реки, за высокой стеной деревьев.

Высокий первым открыл ящик, и мы все склонились над ним. Внутри лежали аккуратно уложенные свитки, какие-то металлические пластины с выгравированными знаками и несколько мешочков, явно с деньгами.

— Вот это да… — низкий присвистнул.

— Что за пластины? — нахмурился толстяк, вытаскивая одну.

Я внимательно посмотрел. Они выглядели странно знакомыми…

— Это талисманы, — произнёс я. И опять оно само слетело с моих губ.

Все трое уставились на меня.

— Откуда знаешь? — подозрительно спросил высокий.

Я замер, но на лице тут же появилась беспечная улыбка.

— Видел раньше.

Они не выглядели убеждёнными, но содержимое в сундуке волновало их больше.

Я же смотрел на талисманы и пытался справиться с чувством, которое нарастало внутри.

Что-то мне не нравилось в них…

Я машинально провёл пальцем по выгравированным символам на одной из пластин. Едва ощутимый разряд пробежал по коже, но я рефлекторно сжал руку, не отдёргивая.

— Ты уверен, что это талисманы? — тихо спросил низкий. — Они не похожи на те, что продаются на рынках.

— Это артефакты, — сказал я, прежде чем успел осознать свои слова.

Высокий нахмурился.

— Ты уж определись, парень. То талисманы, то артефакты.

Я понял, что сболтнул лишнего. Эти знания всплыли сами собой.

— Без разницы, — отмахнулся я.

Толстяк открыл один из мешочков и присвистнул.

— Деньги. Мы сорвали куш!

— Сколько там? — прищурился высокий.

— Достаточно, чтобы свалить отсюда и начать новую жизнь.

Низкий нервно огляделся.

— Может, не стоит тут задерживаться? Уверен, те охранники уже зовут подмогу.

— Верно, — кивнул я, пряча пластину в карман.

Они не заметили.

Мы спешно двигались к реке, скрываясь среди деревьев. В голове у меня шумело. Я чувствовал странное напряжение, будто что-то важное вот-вот должно было всплыть в памяти… но не всплывало.

Высокий шёл впереди, уверенно прокладывая путь. Низкий и толстяк пыхтели позади, волоча сундук.

— Вон она, — тихо сказал высокий, указывая вперёд.

За кустами показалась знакомая лодка.

— Быстро в лодку, — скомандовал высокий.

Мы ускорились, но стоило мне подойти ближе, как внутри что-то кольнуло.

Тревога.

Я резко остановился.

— Стойте, — сказал я, вскидывая руку.

— Что? — нахмурился низкий.

— Что-то не так.

Высокий раздражённо фыркнул:

— Ты опять за своё? Просто садимся и плывём, пока нас не поймали.

Но ощущение не пропадало. Оно лишь усиливалось.

Я сделал шаг вперёд и присмотрелся. И тут заметил на песке у лодки свежие следы. Причём не наши. Это легко понять сравнив следы. А значит кто-то был здесь совсем недавно.

Я резко развернулся, но уже было поздно.

— Вот вы где, ублюдки.

Голос раздался со стороны деревьев.

Из зарослей вышли трое. Впереди стоял мужчина с нагинатой, кровь сочилась из уголка его губ. Это был тот самый охранник, на которого напал высокий.

Но теперь у него были подкрепления.

Двое незнакомцев с суровыми лицами медленно приближались, держа оружие наготове.

— Вот дерьмо, — выругался низкий.

Высокий сжал зубы и крепче сжал свою мотыгу. А толстяк свой нож.

Я же не двигался. Вместо этого я смотрел в глаза охраннику, осознавая, что… этот бой неизбежен, и, наверное, сделал ошибку подавшись слабости и сохранив им жизнь. Ведь никто не просил меня убивать, это вполне могли сделать эти бандюганы, но… Убивать ведь неправильно. Но почему сейчас я чувствую раздражение за свой поступок?

Глава 5

Мы стояли напротив друг друга, воздух словно застыл. Только плеск воды и редкие крики птиц напоминали, что мир не остановился.

— Отдайте, что взяли, и, возможно, останетесь живы, — сказал охранник, кривя губы в злобной усмешке.

— Ты же понимаешь, что это звучит глупо? — ответил я, вздохнув.

Он чуть прищурился, а потом резко вскинул руку.

— Взять их!

Всё произошло в мгновение ока.

Высокий среагировал первым – метнулся вперёд, его мотыга со свистом рассекла воздух. Видимо прошлая битва воодушевило его, и тот потерял все чувства самосохранения. Противник легко парировал, а после пнул его в живот, и занёс своё орудие над его головой. Низкий тут же прыгнул в их сторону.

Я же остался на месте, наблюдая за боем… Хотя точнее будет за избиением.

Внутри было странное ощущение...

Когда один из стражников бросился на меня, я уже знал, что делать. Я легко увернулся, шагнув в сторону, и нанёс точный удар кулаком в рёбра. Нападавший охнул, пошатнулся, но не упал. Это говорило о его хорошей выносливости, но этого было недостаточно.

Я схватил его за запястье, резко дёрнул, выворачивая руку, и ударил локтем по шее. Противник рухнул, не издав ни звука. Второй охранник, видя это, кинулся ко мне. Разбойники даже не смогли его задержать.

Он быстро преодолел расстояние между нами и занёс свою нагинату для атаки. Я не успел даже подумать – просто двинулся в его сторону, чувствуя, как интуиция подсказывает правильные движения.

Я шагнул влево, ловко уворачиваясь от тяжелого удара, который он с силой направил в мою сторону. В тот же момент рука отреагировала сама – я ударил ладонью по его рукам. Нагината отлетела в сторону, а я оказался прямо перед противником.

Он собирался отпрыгнуть, но я оказался быстрее, и нанёс серию точных ударов в его живот и грудную клетку. Однако хоть охранник и затрясся, и выплюнул сгусток крови, но не упал. Более, он даже пытался атаковать, но его тело явно отказывалось двигаться так, как ему хотелось бы.

Так что я завершил наш поединок, опрокинув его на песок и наступив на грудную клетку.

— Ты… что за чертовщина… — выдохнул он, а после всё же потерял сознание.

У остальных дела были не очень.

Я не сразу сообразил, почему высокий лежит на песке, не шевелясь. И только когда увидел кровь на его голове, понял причину. Видимо, всё же попал под удар.

Что касается низкого, то он пока держался. У него уже появилась отдышка, и уклонялся от атак с задержкой. Он продолжал маневрировать, но явно был близок к тому, чтобы не выдержать.

С самого начала было ясно, что им не сравниться с этими «наёмниками», как когда-то назвал их низкий. Эти стражники, возможно, и не были столь искусны, как настоящие самураи, но их защищали доспехи, а в руках они держали нормальное оружие, да и видно, что у них есть опыт в боях.

— Не поможешь ему? — спросил я у толстого, который всё это время стоял возле лодки, внимательно наблюдая за происходящим.

Он усмехнулся.

— Зачем? Меньше рук – больше прибыль.

Я ничего не сказал, только хмуро посмотрел на него. Толстяк заметил это: его взгляд скользнул на моё лицо, оценивая реакцию.

— Выживает сильнейший, — дополнил он с явным цинизмом, скрещивая руки на груди.

Странно, но его слова не вызвали у меня ни гнева, ни злости, ни даже презрения. Словно он был где-то очень далеко, и его слова никак меня не касались.

А ведь пару дней назад я даже не думал, что вот так буду участвовать в кровопролитных битвах. Да что там, даже побеждать.

Это тело… действительно такое сильное…

Впрочем, вернёмся к бандитам, мне их не было жаль. Я даже их имён не знал. Они не только были бандитами, но и собирались использовать меня, да и, скорее всего, даже убить. Этот мир не был местом для сентиментальности, и уж точно я не намеревался защищать преступников, которые в будущем наверняка навредили бы невинным людям.

Пока я размышлял, низкий разбойник всё же не сумел уклониться от очередного выпада стражника. Его голова откатилась недалеко от трупа высокого, а тело вздрогнуло в последних конвульсиях, прежде чем затихнуть.

И снова… я не чувствовал ничего. Будто передо мной не человека только что убили, а просто разделали кусок свинины из супермаркета. Разумом я понимал, что это неправильно, мерзко, но внутри – пустота. Всё происходящее будто сцена из фильма, за которой я наблюдал со стороны.

Я окинул взглядом толстяка. Он продолжал стоять у лодки, его взгляд был сосредоточен на мне. И хотя он не сказал ни слова, в его глазах я видел беспокойство.

Думает, что я вступлю в бой?

А тем временем охранник махнул нагинатой, оставляя капли крови на песке, и двинулся ко мне. Видимо он уже списал толстяка, а вот я был у него приоритетной целью.

Так что крепче сжав свою нагинату, я сделал шаг навстречу. После победы над тремя охранниками, не было страха перед ними. Я мог полностью довериться своему телу.

Секунда…

Я не стал тянуть с атакой. Сделав резкий выпад, я направил нагинату в сторону врага, целеустремлённо и точно, чтобы вынудить его среагировать. Он перехватил оружие покрепче и заблокировал мой выпад. А затем он сместил свою позу, пытаясь взять меня в захват, но я уже был готов. В ту же секунду я отклонился вбок, едва не касаясь его лезвия, и с размахом атаковал, направив удар в его живот.

Нагината, как молния, прорезала воздух, и в следующий момент охранник повалился на песок. Но благодаря доспехам он остался жив, и вполне сможет самостоятельно оказать себе первую помощь.

Всё было кончено.

Однако не успел я расслабиться, как почувствовал неладность. Сзади раздался едва слышный хруст песка, и я мгновенно обернулся. Толстяк, занёсший нож над головой, готовился атаковать меня. Тело двигалось само, инстинкты сработали на автомате. Миг – я сделал резкий взмах нагинатой. И вскоре обезглавленное тело упало прямо у моих ног, а нож всё ещё оставался в его руке, будто напоминание о том, как близка была угроза.

Различные чувства накрыли меня, но… также быстро исчезли. Я продолжал тупо смотреть на труп, не в силах поверить, что это я убил толстяка.

+175 очков опыта

Я перевёл взгляд на табличку системы, которая появилась в уголке моего поля зрения. А после открыл свой профиль. Опыт действительно появился в шкале уровня.

— Только за убийство? — риторический вопрос сам собой вырвался с моих губ.

По правде говоря, ожидаемо. Такая система во многие играх.

Я посмотрел на шкалу опыта, затем взглянул на тела перед собой. Если их убить, то смогу получить новый уровень. Но… мне не хотелось убивать людей. Просто не хотелось. Это как-то противоречило моим принципам. Хоть и с толстяком получилось весьма неудачно.

Вообще, этот мир жестокий. Тут много бандитов и всяких ублюдков, которые жаждут крови. И рано или поздно мне придётся привыкнуть к смертям людей. Но хотелось бы, чтобы это произошло как можно позже.

Вздохнув, я быстро обыскал тела. Пока не пришла подмога, то лучше забрать всё ценное и валить отсюда. Естественно, всё было перемещено в инвентарь. Хоть я пока не понял, как оттуда доставать предметы, но в будущем определённо разберусь.

Специальный оберег, созданный для подавления остаточной энергии Оробаси.

Вроде в лоре об этом говорилось… И судя по всему, эти обереги важны для людей. Поскольку вряд ли бы такие как Кудзё охраняли их без веской причины. Тем более такие обереги способны создать только при помощи жриц, а с ними вообще не хочется иметь хоть какое-то дело. А всё из-за лисицы – Яэ Мико, подруги Эи. Она коварная женщина, которая спокойно может свернуть мне голову, если посчитает угрозой.

И опять новые знания сами появились у меня в голове…

Но, как бы то ни было, если украсть обереги… я боялся, что это слишком сильно повлияет на невинных людей, а ещё с большой долей вероятности за мной объявят погоню. Я и так выделился, сразив охранников.

Так что я оставил пластины в сундуке. Хотя три штуки всё же остались в инвентаре. Вернуть их я уже не мог, а тратить драгоценное время не хотел. В любой момент могли нагрянуть неприятности. Поэтому стоило как можно быстрее уходить. Благо лодка уже была готова, и всё, что мне оставалось, – это отплыть как можно дальше от этого места.

Сделав глубокий вдох, я направился к лодке, по пути подобрав вёсла. Ветер доносил запах соли и водорослей. Вдалеке слышались крики чаек.

Хочу отметить, что в этом мире ночи светлые. Возможно, дело в звездах. Их настолько много на небе, что выглядело фаталистично. Поэтому я видел очертания соседних островов, и плыл к одному из них. Правда понятия не имел, что это за остров, но думаю в моём случае сойдёт любой. Главное подальше от людей Кудзё.

Через некоторое время я так и всё же доплыл до острова. Нос лодки врезался в мягкий песок.

— Хоть бы без сюрпризов, — пробормотал я, вставая на ноги.

Я вытащил лодку на берег, чтобы её не унесло обратно, а затем быстрым шагом направился вдоль побережья. Чем дальше от людей – тем лучше. Сейчас мне не нужно лишнее внимание, особенно если вдруг окажется, что я высадился где-то вблизи базы Кудзё.

Глава 6

Ветер тянул морской сыростью, а в некоторых местах уже лежал снег, что говорило о начале зимы. Однако мне не было холодно – даже в такой тонкой одежде я не чувствовал дискомфорта. Всё же есть свои плюсы в бытие куклой. Вечное, не подверженное болезням, сильное тело. Нет физической усталости, а болевой порог значительно выше, чем у обычного человека.

К слову, о последнем… Боль я всё же чувствую, как и лёгкие прикосновения морского бриза. Я ощущаю даже соль на губах. Как ни посмотри, но это совершенное тело – прочное и выносливое, а главное вечно молодое.

Однако даже у такого тела был изъян – отсутствие сердца. Ну, как изъян… Физиологически оно не требовалось. Но само его отсутствие всегда угнетало Скарамуччу.

Везде, где бы он ни появлялся, люди говорили, что именно сердце делает человека живым – позволяет чувствовать, быть добрым, храбрым и любить. И, в конце концов, он сам начал в это верить. Возможно, это было что-то навроде эффекта внушения, когда идея, посеянная в сознании, становится истиной.

Но факт остаётся фактом – Скарамучче не нужно было сердце, чтобы быть добрым, смелым и сильным. У людей оно всего лишь орган, предназначенный для циркуляции крови. Настоящие эмоции не зависят от плоти. Ведь он любил и чувствовал горечь утраты, как и другие люди.

Что касается Сердце Бога… то тут всё куда сложнее. Поскольку это в каком-то роде связь с Эи, и её убеждениями. А также, возможно, он думал, что оно его предназначение. То ради чего он был создан. Даже люди порой думают зачем были рождены.

Я взглянул на свои ладони. Они выглядели так же, как и прежде – тонкие, бледные, без малейших изъянов. Они не дрожали от усталости, не замерзали. И всё же я чувствовал себя живым, так же как и в прежнем теле.

Внезапно я услышал шорох, который отвлек меня от размышлений.

Я напрягся, готовясь к возможной атаке. А после увидел фиолетовое свечение, и в следующий момент на песок приземлился… всего лишь маленький электро-слайм.

— А я уже приготовился к чему-то серьёзному, — выдохнул я, ослабляя хватку на нагинате.

Слайм слегка подрагивал, издавая тихие потрескивающие звуки. И выглядел он на удивление мило и безобидно. Даже захотелось погладить его. Но я прекрасно знал, что за этой внешней безобидностью скрывается нечто опасное. Всё же слаймы в игре были отнюдь не слабыми. Правда этот монстр явно ещё детёныш.

Хотя правильно ли так называть слайма? Ведь эти монстры лишь сгустки концентрированной энергии, и от её количества зависит их размер и сила.

— Ну что, малыш, что будем делать? — пробормотал я, прищурившись.

Слайм, естественно, не ответил. Он лишь слегка подпрыгнул на месте, а затем начал медленно двигаться в мою сторону. Выглядело это странно, монстр, словно баскетбольный мяч, отталкивался от земли.

Я осторожно поднял нагинату, но атаковать не спешил. Он был совсем крошечным – его размеры едва превышали футбольный мяч. При желании можно было просто пнуть его в сторону моря.

Стоило мне сделать шаг назад, как существо резким рывком метнулось прямо на меня, и по его поверхности тела пробежали разряды молний. Выглядело это очень красиво и завораживающе, а также довольно опасно. Поэтому я тут же выставил нагинату, готовясь насадить это чудо природы, как шашлык на шампур.

Однако, когда лезвие коснулось тела слайма, меня ударило электричеством. Заряд был настолько сильным, что моё тело откинуло на метр назад. Словно я был маленьким ребёнком, который засунул вилку в розетку. Благо, по ощущениям, я не получил серьезного урона. Всё же Скарамучча, даже будучи с запечатанными силами, был очень силён. Как-никак кукла, созданная Богом.

Но расслабляться было нельзя. Слайм не терял времени и готовился к новой атаке. Молнии пробежали по его телу, и он снова рванулся ко мне, излучая яркие вспышки.

Я быстро отскочил, не желая вновь попасть под удар электричества. И что забавно, но вроде бы в игре всё было не так. Определённо не так. Оружие не плавилось при контакте с электро-слаймом. А моя нагината сейчас представляла собой ужасное зрелище. Её уже нельзя было использовать в бою.

Нужно бить, когда молнии не покрывают тело слайма... После удара он заряжает атаку, и в этот момент уязвим. Так подсказывала моя интуиция. Впрочем, монстр уже атаковал вновь, но из-за его прыжка увернуться было плевым делом.

Как я и думал, после приземления молнии на его теле стихли – это был шанс.

Я быстро подобрал нагинату и тут же подбежал к слайму. Миг – тело слайма лопнуло на маленькие кусочки, которые упав на песок потускнели, а позже и вовсе растворились.

+22 очков опыта

— Почему так мало? — произнёс я, смотря на табличку.

Хотя… логично. Это был всего лишь маленький электро-слайм. В игре они тоже не давали много опыта. Однако мне было интересно – сколько бы я получил за более сильного противника? Например, за митачурла или кого-то ещё опаснее.

Просто, чтобы получить уровень, мне нужно тысячи очков, а это как показывает практика очень много. При этом с каждым уровнем, скорее всего, будет расти количество необходимого опыта.

Я перевёл взгляд на песок, где раньше было тело слайма. Всё, что от него осталось – небольшая лиловая субстанция, мерцающая слабым светом.

— Слизь слайма… — пробормотал я, поднимая находку. На удивление она была достаточно упругой, и по ощущению напоминала шляпку гриба – маслёнок, или яичный желток.

Я повертел слизь в руке, ощущая, как от неё исходит слабое покалывание. Всё же остатки элементальной энергии ещё не до конца рассеялись, что в принципе и поддерживает слизь. В игре такие штуки использовались для прокачки персонажей и оружия. Интересно, тут они тоже работают так же?

Слизь электро-слайма – материал, выпадающий с электро-слаймов.

«Можно использовать как «Источник Энергии Пробуждения»

— Пробуждение?

Я прищурился, перечитывая описание, а затем вспомнил про систему – в ней действительно был пункт с таким названием. Открыв его, я сразу увидел подтверждение своей догадки.

«Источник Энергии Пробуждения» – (+)

Я нажал на плюсик и появилось окно инвентаря. Правда там была только слизь, на которую я практически сразу нажал. И в тот же миг звезда в интерфейсе окрасилась в лиловый оттенок, словно намекая на возможный эффект, а в шкале «Необходимого» появился пункт:

«Источник Энергии Пробуждения» – 1/100 (+)

— Интересно…

Возможно ли, что от вида слайма зависит развитие звезды? Типа электро-слизь что-то даст мне в направление молнии, а гидро-слизь в стихии воды. Выглядело многообещающе. А ещё хотелось узнать, можно ли смешивать разные виды слизи. Но, к сожалению, поблизости не было других слаймов, чтобы проверить.

Но хотя бы теперь я знаю, что скрывается за этим пунктом, и кого мне нужно убить для этого.

Правда все же сейчас важнее продолжить путь.

Я бросил последний взгляд на место, где исчез слайм, и двинулся дальше вдоль берега. Но долго расслабляться мне не позволили.

На горизонте показались силуэты с факелами. Трое человек шли вдоль берега, переговариваясь между собой. Они были ещё далеко, но, судя по одежде, это были стражники. Видимо, патрулируют территорию.

Я быстро огляделся в поисках укрытия. Песчаный берег был практически открыт, но чуть дальше начинались каменные выступы, усыпанные редкой растительностью.

Не раздумывая, я двинулся туда, стараясь двигаться как можно тише.

Если они заметят меня, то наверняка зададут вопросы. А объяснить, кто я и что тут делаю, будет... проблематично. Особенно учитывая, что из-за нападения толстяка на моей одежде появились следы его крови.

Я пригнулся за валуном, слегка выглядывая из-за него.

Стражник шли неспешно, переговариваясь между собой.

— Говорят, Верховная Жрица закрыла храм…

— Тоже слышал. Может что-то случилось?

— Не знаю, но пару месяцев назад, жрицы посетили Татарасуну. Я столько жриц в одной точке ещё никогда не видел.

Стражники остановились прямо возле моего укрытия, продолжая разговор.

Я затаил дыхание, стараясь не выдать себя.

— А ведь вчера упала звезда, как раз в стороне Татарасуны…

— Тоже видел… ох, жуть…

— И не говори. Я только собирался лечь спать, а тут ночное небо вдруг стало светлым, как днём.

Один из них поёжился.

— Мне бабушка рассказывала, что такие звёзды – дурное предзнаменование. А она ведь была жрицей.

— Да брось ты.

— А я слышал, что падающая звезда – это душа, посланная на землю, чтобы вселиться в новорожденного. Вчера звезда была большой и яркой, значит в Татарасуне родился великий герой.

— Ну это лучше, чем думать о худшем, хе-хе…

Я нахмурился.

Неужели это про меня?

Душа, посланная на землю…

Стражники, тем временем, продолжили разговор.

— Слухи слухами, но меня больше волнует другое… когда отпуск!

Они фыркнули, махнув руками, и двинулись дальше.

Я выждал ещё немного, а затем выбрался из укрытия и быстро скрылся, пока меня не обнаружили.

Сначала нужно добраться до укромного места, где можно спокойно разобраться в ситуации. Идеально было бы найти заброшенное жилище или пещеру. Всё же перед путешествием, нужно подготовиться. Тем более если случиться форс-мажор, особенно у причала, где определённо есть стражники.

А ещё нужно сменить одежду. Она выглядела странной. Неудивительно, что Скарамуччу здесь звали Кабукимоно – человек, который странно одевается или необычно себя ведёт. Чудик. Эта одежда уж сильно привлекает внимание. Никакой стражник не пустит меня в причал со следами крови, не говоря уже про сам город.

Вдалеке показались очертания леса.

Глава 7

Прошло пару дней как я очутился в этом теле. Я нашёл небольшую пещеру у склона холма – укромное место, где можно было спокойно отдыхать. За это время мне удалось изучить окрестности, понять, какая опасность водится рядом.

Люди здесь не ходили, поскольку ничего тут толком нет. И это было мне на руку. Хотя всё же монстры здесь были, такие как слаймы и хиличурлы – человекоподобные монстры в масках. Последние устроили лагерь чуть дальше по склону, и за всё время пребывания здесь никак мне не мешали. Так что я решил использовать их как сигнализацию, если враг придёт с холма. Ну а ещё они, наверное, сильны. Ещё не сталкивался с ними в бою, а верить игре не стоит. Поэтому без нормально оружия было опасно к ним подходить.

Со слаймами та же ситуация. Тот маленький слайм был редкостью, ведь обычно слаймы живут группой. И я пока не рискнул нападать на толпу.

Однако это не значит, что я за это время не продвинулся. Как оказалось опыт дается за убийство любого живого существа. Например: за краба дают от двух до трёх очков опыта. Мало, но это исправляется количеством. На удивление их много, и просто прогуливаясь недалеко от убежища я собирал приблизительно по десять штук каждый день. Возможно, в будущем смогу продать, или приготовлю себе вкусный обед.

К слову, я всё же смог разобраться с инвентарём. Чтобы вытащить предмет – нужно мысленно представить его у себя в руках, и он мистическим образом там оказывался. Не просто захотеть, а сконцентрироваться и сформулировать образ. А ещё в инвентаре ничего не протухает, словно время для них останавливается в тот момент, как они оказываются там.

В остальном я не чувствовал усталости, но привычка спать осталась. Иногда просто закрывал глаза, слушая звуки ночного леса. Проще говоря, всё это время я просто привыкал к миру, чтобы не вздрагивать от каждого непонятного шороха.

Однако покой был недолгим.

На третий день я, когда убивал всякую мелкую живность, заметил вдалеке движение. Несколько человек пробирались через лес, явно что-то или кого-то ища. По доспехам я сразу понял – стражники.

Их было трое. Судя по внешнему виду – обычные патрульные, не элитные бойцы сёгуна, но и недооценивать их не стоило.

Они продвигались осторожно, внимательно осматривая местность.

Я тут же пригнулся, спрятавшись за ближайшие кусты. Внимательно наблюдал за их движениями, стараясь не издавать ни звука. Всё же если пойду в убежище, то окажусь в ловушке. Ведь был только один спокойный путь к отступлению, по которому как раз сейчас пробирались стражники. На остальных обитали монстры.

Если они не заметят меня и пройдут мимо, то мне будет куда легче просто уйти, чем создавать бесполезный шум. Тем более вещей у меня в пещере не было, чтобы так сцепляться к ней. А, возможно, не факт, что они ищут меня, или мои враги. Просто из-за своего внешнего вида я привлекаю внимание, а лишних вопросов мне ненужно.

— Ты уверен, что это было здесь? — спросил один, поправляя меч на поясе.

— Да. Следопыты сказали, что неподалёку нашли следы, — ответил второй. — Причём странные. Будто человек, но движения слишком лёгкие, не такие, как у обычных людей.

— Тебе не кажется, что это… ну… не совсем человек? — тихо пробормотал третий, чуть поёжившись. — Говорят, в этом районе иногда появляются ёкаи…

Он такой щупленький на фоне других, что на мгновение при виде него я подумал о ребёнке. Но вроде ему больше шестнадцати.

Вообще, все они очень молодые. В отличие от прежних, встреченных стражников, эти какие-то зеленые. Оружие даже неправильно держат.

— Чушь, — отрезал первый. — Наше дело – проверить и доложить. Если кто-то скрывается, это может быть беглый преступник или шпион.

Следы? Они серьезно пришли сюда только из-за каких-то следов? Какие… ответственные стражники.

Дождавшись, пока они удалятся на безопасное расстояние, я плавно выбрался из укрытия. А после зашагал в противоположную от них сторону.

Пару минут спустя. Я практически уже покинул лес, как…

— А! — раздался чей-то крик со стороны моего убежища.

Должно быть стражники наткнулись на лагерь хиличурлов. Они не выглядели сильными, но не думаю, что у них возникнут проблемы с такими монстрами.

Я собирался было продолжить путь, но новый крик заставил меня напрячься. В этот раз он был не просто испуганным – он звучал, как предсмертный. И, естественно, это встревожило меня. Посему я тут же взглянул в сторону шума, колеблясь. Это был мой шанс скрыться. Но если там действительно что-то серьёзное…

Проклятье.

В конце концов, я не обязан никого спасать. У меня есть своя цель – выбраться из Инадзумы, и начать путешествовать, попутно изучая столь необычный мир. К этому я пришёл, отдыхая и размышляя в течение трех дней в пещере.

И всё же… как бы я ни смотрел на это, я всё ещё оставался человеком. По крайней мере, в разуме. И если я позволю им умереть, не сделав даже попытки помочь… смогу ли я потом спокойно продолжить путь? Тем более если всё пойдёт не так, я всегда смогу сбежать.

Запах крови ударил в нос раньше, чем я увидел их. Стражники, что несколько минут назад прочёсывали лес, теперь лежали на земле, их тела были изуродованы, словно на них напал медведь или огромный кабан. Но среди них не было одного, а ещё со стороны берега раздавались странные звуки.

Однако, чтобы пройти, нужно было убить хиличурла, который остался возле трупов. Выглядел он неважно. Монстр шатался на ногах, его маска была треснута, а одна рука безвольно висела вдоль тела. Он тяжело дышал, но всё равно держался рядом с трупами, словно сторожил их. Сразу видно, что стражники не сдались без боя.

Я сделал шаг вперёд, и хиличурл тут же заметил меня. Он издал хриплый, сдавленный звук, будто собирался зарычать, но вместо этого закашлялся. Хиличурл был явно на последнем издыхании, но всё равно поднял оружие – каменный ножик.

Порыв ветра донёс запах соли и крови, а со стороны берега раздался очередной звук – теперь уже более чёткий, похожий на всплеск воды.

— Вот ведь, — произношу, понимая, что, скорее всего, я опоздал и последнего стражника убили.

Однако убийство раненого хиличурла – вопрос нескольких мгновений. Раз уж не успел, то можно добить монстра и забрать оружие стражников. Возможно, даже убить оставшихся хиличурл. Опыт всё же нужен.

Сделав шаг в сторону, я быстро подскочил к монстру, смахнув его ножик одним резким движением ладони. Затем он попытался отбросить меня назад, но был слишком слаб, чтобы остановить мой удар. Я просто, проигнорировав слабый толчок, ударил коленом по его животу с такой силой, что хиличурл рухнул на землю, издавая слабый хрип.

Он даже не смог подняться. Я спокойно взял катану у убитого стражника, и одним точным движением отрубил ему голову. При этом я не чувствовал сожаления. Хотя… всё же немного было жаль его. Правда видя трупы людей – желание проявлять милосердие быстро исчезало.

+47 очков опыта

Куда больше, чем от слайма, но всё ещё мало. По сути, чтобы полноценно развиваться – нужно убивать монстров пачками. И даже так потребуется очень много времени. Но так как я в теле куклы, то его у меня много. А ещё канон начнётся через четыреста или даже пятьсот лет. Если, конечно, к этому времени я не утрачу желание встретиться с главным героем, или пройти с ним путь.

Всё-таки такое долгое время… Мне даже не по себе стало от этой цифры. Бесконечно долгий срок. Смогу ли я выдержать столько времени? Останусь ли прежним? Или постепенно сойду с ума, превратившись в чудовище, которое стремиться только убивать…

Я тяжело вздохнул, отгоняя тревожные мысли, и направился к берегу, ожидая увидеть ещё один труп стражника. Однако мои ожидания не оправдались.

Он был жив.

Израненный, тяжело дышащий, но всё ещё державший оружие. Его взгляд пылал желанием жить. Так ещё он убил одного хиличурла. Правда, со вторым у него возникли трудности. Из-за стрелы, глубоко засевшей в плече, его движения стали медленными, а удары – неуверенными. Он проигрывал этот бой.

Последний хиличурл выглядел большим, да и массивнее что ли. Он занёс дубину для удара. Стражник, кажется, уже понял, что не успеет защититься, поэтому предпринял попытку увернуться. Но из-за влажного песка под ногами поскользнулся, ещё сильнее облегчив задачу монстру.

Однако оружие монстра не достигло цели.

Я оказался рядом, и блеснувшее лезвие катаны рассекло воздух, а затем и шею хиличурла. Голова существа с глухим стуком упала на песок, а тело повалилось следом.

+53 очков опыта

И что я опасался их? Оказались ведь слабаками.

Стражник тяжело дышал, всё ещё сидя на земле. Его взгляд был прикован ко мне – полное изумление смешалось с болью и… недоверием. Наверное, он уже успел попрощаться с жизнью.

— Ты… — прохрипел парень, едва переводя дыхание.

Я медленно выдохнул, встряхивая оружие, чтобы сбросить кровь.

Стражник попытался приподняться, но рана в плече тут же напомнила о себе. Он зашипел от боли, схватившись за неё, и снова тяжело рухнул на песок.

— Чёрт… — простонал он, стиснув зубы. Затем снова поднял на меня взгляд. — Кто ты?

Я не знал, что ответить.

Вместо этого я лишь бросил быстрый взгляд в сторону леса, прислушиваясь к звукам. Никого не было, но и задерживаться здесь долго было опасно. Мало ли…

Лучше не искушать судьбу.

— Почему… ты… помог? — выдавил стражник между тяжёлыми вдохами.

Я перевёл взгляд на него.

— Не знаю, — честно признался я. Затем развернулся, направляясь в сторону леса. — Если тебе повезёт, твои люди найдут тебя раньше, чем ты умрёшь.

— Погоди… — слабый голос раздался у меня за спиной.

Я не стал оборачиваться.

Больше я ничем помочь ему не мог. Оказывать первую помощь я не умел, а вести к людям, чтобы те ему помогли – уже мне сулит неприятностью.

Так или иначе, рана на его плече была не смертельной. Если не вынимать стрелу, то можно спокойно дойти до поселения, где ему окажут первую помощь.

Но перед уходом я вновь окинул парня взглядом, зацепившись за интересное золотое украшение в виде змеи на шеи. Затем продолжил путь.

Глава 8

Тот случай со стражниками всё же сказался на мне. Я не про инцидент в лесу, а про охранников сундука.

Меня объявили в розыск и выставили награду за мою голову.

Пусть сумма была не слишком высокой, но её хватит, чтобы привлечь внимание охотников за головами и тех, кто просто хотел легкой наживы. В конце концов, в розыскном плакате был описан подросток пятнадцати лет – казалось бы, лёгкая добыча.

Поэтому я не задерживался на одном месте, постоянно двигаясь вперёд.

Радовало одно: портрет оказался неточным. Черты были схожи, но недостаточно, чтобы меня могли узнать с первого взгляда. Однако я не стал испытывать судьбу. Покрасил волосы углём, немного укоротил их, да и одежду переделал, как мог. Также украл что-то напоминающие мантию. Возможно, мои действия выглядят нелепо, но когда я впервые увидел свой портрет, паранойя взяла верх.

К счастью, изменения сработали. Люди не обращали на меня внимания, даже когда я случайно столкнулся с патрульными. Те лишь скользнули по мне взглядом и прошли мимо.

С того дня прошло много времени.

Честно говоря, ничего необычного не происходило. Иногда приходилось убивать монстров, но они не представляли особой опасности. За них давали около сорока очков опыта – немного, но лучше, чем ничего. А ещё я смог убить кабана, за которого получил двадцать очков. Тот просто выскочил из-под куста и помчался в мою сторону, за что и поплатился жизнью.

В общем, сейчас у меня было вот столько очков опыта:

Уровень: 1 (762/1000)

Скоро новый уровень, и мне хотелось получить его. Но Инадзума не столь сильна заселена слабыми монстрами, наподобие слаймов или слабых хиличурл. Ладно если за пару километров встречу парочку, и то они живут в местах, где редко ходят люди. Больше было всяких разбойников. Но убивать людей мне не хотелось, хоть за них давало много опыта.

А вот лезть к сильным монстрам мне было попросту страшно. Их оказалось на удивление много, и на карте они помечены как зоны, куда лучше не соваться. Почему их никто не убивает, я понятия не имею. Казалось бы, Райдэн Сёгун могла бы разобраться с ними за час, а то и быстрее. Но у меня есть теория, что эти монстры могут относиться к типам монстров, которые возрождаются через некоторое время, как элементали, призраки или проклятые существа. Поэтому, возможно, их из-за этого не трогают, а они, в свою очередь, не выходят за пределы своих территорий.

На это намекает один монстр, на которого я случайно наткнулся. К счастью, он меня не заметил, иначе меня бы уже не было в живых.

Он выглядел, как хиличурл… Но не обычный, а что-то из ряда существ из кошмаров. Огромный, почти пятиметровый, с телом, сплошь из могучих мышц, словно передо мной предстал халк бирюзового цвета. Его спину покрывали массивные фиолетовые кристаллические наросты, по которым то и дело пробегали извивающиеся электрические дуги.

В руке он сжимал гигантский топор, черное древко которого усеяна потрескавшимися фиолетовыми прожилками, из которых периодически вырывались снопы искр, а лезвие было сделано из его кристалла. Каждое его движение сопровождалось глухим треском разрядов, и даже воздух вокруг него был напряжён, пропитан едва уловимым запахом озона.

Земля под ним была выжжена дочерна, и напоминало черный песок, по которым скользили электрические «змеи», извиваясь и исчезая в пустоте.

Невероятно могучий монстр…

Что касается карты, то я её купил. Да, вот так просто взял и купил. Для этого, правда, пришлось выйти к людям. После нескольких встреч со стражей, которая меня не опознала, я осмелел и решил рискнуть. Выбрал для этого поначалу маленькую деревушку, ну а после вышел на поселение, где есть полноценный рынок.

Как оказалось, я находился на острове Ясиори, а международный порт был на острове Рито – чуть ли не на противоположной стороне Инадзумы. И что хуже всего, всё это время я двигался в неправильном направлении.

Моё лицо, когда я узнал об этом, стоило видеть…

В итоге путь до острова Амаканэ занял у меня семь дней. Оттуда до Рито было рукой подать. С картой в руках ориентироваться стало гораздо проще – её ведь «создавали для людей», то есть для крестьян, многие из которых даже читать не умели. Поэтому вместо сложных обозначений на ней были понятные иллюстрации, что сильно облегчало задачу. Так ещё мою лодку никто не забрал, из-за чего с морем проблем не было.

А сейчас я сидел в таверне, прячась от дождя. Было бы нелепо, если моя импровизированная краска для волос потекла, как туш заплаканной женщины.

Неожиданно я почувствовал на себе взгляд. Не такой, как у случайных прохожих. Этот был пристальным, изучающим. Осторожно, словно невзначай, я поднял взгляд и наткнулся на чьи-то серые глаза.

Мужчина за дальним столиком. Обычная одежда, потёртый плащ – ничего примечательного. Но его внешность… слишком европейская.

В этом мире природа устроена иначе. И пусть Инадзума напоминает древнюю Японию, её жители не выглядели как азиаты из моего мира. Скорее, они представляли собой странную смесь разных черт, создавая уникальный облик, который не вписывался ни в одну знакомую мне категорию.

А вот странный человек выбивался из общей картины. Высокий рост, светлые волосы, холодный взгляд, чересчур точёные черты лица – всё в нём выглядело слишком… искусственным. Почти идеальным.

Он сидел спокойно, неторопливо потягивая чай. И всё же именно его взгляд заставил меня напрячься. Словно мужчина видел во мне что-то интересное, и в то же время желал заполучить.

Я заставил себя не выдать тревогу. Спокойно допив фруктовый чай, оставил пару монет на столе и поднялся.

Дождь барабанил по крыше таверны, улицы блестели от влаги, пахло мокрой древесиной и камнем. Я накинул соломенную шляпу, которую купил вместе с картой, и сделал шаг за порог, затем ещё один, стараясь не показывать, что заметил его интерес ко мне.

Странный мужчина так и остался сидеть на своём месте. Только едва заметная ухмылка появилась на его лице.

Пройдя пару метров, я ускорил шаг, делая вид, будто просто спешу укрыться от дождя. Петляя между торговыми рядами, я старался слиться с толпой, затем миновал мост и свернул в узкий переулок между домами. Если он действительно решит проследить за мной, то здесь у меня был шанс его запутать.

Однако стоило мне выйти из переулка, как я замер.

Он уже ждал меня.

Стоял под навесом, будто знал, что я сам к нему выйду. Всё такой же спокойный, без намёка на усталость или раздражение.

— Неплохая попытка, — усмехнулся он. — Но она провалилась.

— Чего ты хочешь? — спросил я, а сам размышлял что делать дальше.

— Я хочу… поговорить.

Голос ровный, без угрозы, но в нём скользило что-то настораживающее. А ещё я чувствовал, что он опасен. Такие просто так не подходят.

Я резко напал на него, призвав катану. Это был мой самый сильный рывок. Даже на миг показалось, что мой клинок стал излучать фиолетовый свет. Однако…

Незнакомец достал откуда-то посох странной формы и спокойно заблокировал мою атаку. Он даже на миллиметр не сдвинулся.

— Но в другом месте, — продолжил мужчина, словно я вовсе не напал на него. — Не бойся, если бы я хотел тебя схватить, мне не понадобились бы ловушки. Я просто… не люблю дождь.

Я не ответил, лишь напряжённо смотрел на него, оценивая ситуацию.

— Решать тебе, — он сделал шаг назад, давая мне пространство.

А получиться ли сбежать от него? Скорее нет, чем да. И в этом случае у меня, по сути, нет выбора.

Я вздохнул и кивнул, чем вызвал улыбку на его лице.

Мы двинулись дальше по улице. Странный мужчина вёл себя непринуждённо, будто наша встреча была заранее запланирована. Он не пытался идти слишком близко, не проявлял агрессии, а только улыбался и едва слышно что-то напевал себе под нос.

И вскоре мы нашли небольшую крытую пристройку у заброшенного склада.

— Что ты хочешь?

Он усмехнулся.

— Всё просто. Я знаю, что ты здесь чужак. Ты не из этого мира.

— О чём ты?

— Не надо делать вид, что не понимаешь, — он склонил голову набок, изучая мою реакцию. — Это удивительный случай, который нужно изучить. Не думал, что в моих руках окажется столь интересный экземпляр. Можно ли это считать даром Богов, м? — сказав это, на его лице появилась усмешка.

Я почувствовал, как холодок пробежал по спине, а пальцы крепче сжали меч.

Неизвестно, как он узнал, но одна мысль начала тревожить меня всё больше: кто этот человек, и почему он так уверенно говорит об этом.

— И? — холодно спросил я.

Мужчина усмехнулся ещё шире, но в его глазах не было веселья.

— Я убедился в своих доводах.

Мужчина ткнул меня пальцем в районе сердца.

— Но не волнуйся, — добавил он, делая шаг назад, — у нас ещё будет время узнать друг друга получше.

С этими словами он развернулся и направился к выходу.

— Это всё? — не сдержавшись, бросил я ему в спину.

Он замер на мгновение, а затем тихо рассмеялся.

— Пока да.

И исчез в дождливой ночи.

Я остался стоять в темном помещении, чувствуя, как воздух вокруг меня становится ещё плотнее.

Желание покинуть Инадзуму возросло просто до гигантских размером, несмотря на проливной дождь, я чуть ли не бегом устремился в сторону порта. Наплевать куда, хоть в Мондштадт, хоть в Ли Юэ, главное подальше от этого места, где я не чувствую себя в безопасности.

Почему в Инадзуме столько монстров?!

Особенно теперь, когда какой-то незнакомец с лёту узнал, что я не из этого мира. А что будет, если про это прознает Райдэн Сёгун и Яэ Мико? Даже представить сложно, учитывая, что последняя советовала Эи уничтожить Скарамуччу от греха подальше.

А ещё меня не покидает ощущение, что я знаю этого незнакомца, и от этих мыслей у меня мурашки по коже.

Глава 9

Остров Рито был недалеко. Очертания красивого портового города уже виднелись с холма, утопая в лучах заходящего солнца. Множество кораблей, больших и малых, стояли у причалов, их мачты покачивались на морских волнах. А улицы города заполнены людьми. Но больше всего примечательным был пейзаж.

На острове росли большие клёны, которые несмотря на небольшой снег покрыты алыми листьями. Вкупе с заходящим солнцем вид был невероятно красивым.

Впрочем, всё омрачали люди. Естественно, с таким городом были шайки грабителей, которые потирая руки ожидали поймать очередного торговца без охраны. Ну а что касается стражи… им было пофигу на них. В худшем случае – скорее всего, они сами были в доле. Ведь за небольшую плату торговцы могли нанять их защиту, и никто не задавал лишних вопросов. По крайней мере, такие слухи я слышал по пути на этот остров.

Я спустился с холма, направляясь в город. Почти сразу на меня обратили внимание несколько пар глаз, оценивая мою одежду и внешний вид. Но также быстро они потеряли ко мне интерес. Всё же я не выглядел богатым молодым господином, а скорее наоборот. Моя грязная одежда, без единого украшения, выдавала меня за бродягу.

Зато с такой одеждой грабители резко прекращают донимать. Что мне в принципе и нужно было. Я вообще не понимаю, чем занимаются стражники и самураи. Столько грабителей я ещё никогда не видел. Шанс наткнуться на монстров в десятки раз меньше, чем на них.

Улица была шумной. Вдоль тротуаров располагались ларьки, продавцы кричали, предлагая свои товары, а повсюду сновали люди, каждый в своём ритме, спеша по своим делам. Это полностью отличалось от того маленького городка из игры. Неужели за столетия этот портовый город превратиться в какую-то деревню… Даже жаль немного.

Либо же, что более вероятно, игра остается игрой. Если бы там были такие города, различные большие поселения или ещё что, то нагрузка на технику была бы колоссальной. Я вот уже столкнулся с тремя огромными поселениями, которые вмещают около или даже больше тысячи граждан. В игре такого не было.

Причал находился в самом конце главной улицы, и я сразу направился туда. По мере того как я приближался, атмосфера заметно менялась. На причале не было городской тесноты и шума – лишь лёгкий запах соли, смешанный с ароматом мокрой древесины от судов. Вдалеке, на линии горизонта, виднелись силуэты нескольких кораблей.

Я огляделся, стараясь найти кого-нибудь, кто мог бы мне помочь. Вскоре мой взгляд остановился на коренастом моряке, перетаскивающем тяжёлые мешки с зерном.

— Простите, — окликнул я его, подходя ближе. — Мне нужно попасть в Ли Юэ. Как это можно сделать?

Мужчина приостановился, смерил меня взглядом с головы до ног, а затем потер подбородок, задумчиво почесав щетину.

— А не слишком ли ты мал для таких путешествий? — спросил он, слегка прищурившись.

Я усмехнулся, вспомнив один мультфильм из детства.

— Мал, да удал, — с улыбкой ответил я.

Моряк тихо хмыкнул, уголки его губ дрогнули в лёгкой ухмылке.

— Ладно, удалец, — сказал он, перекидывая мешок через плечо. — Поговори с капитаном «Чайки», он завтра отправляется в сторону Ли Юэ. Может, возьмёт тебя на борт, — говоря это, он указывал на нужное судно. — Вроде цена у него приемлемая, — неуверенно добавил он, видимо оценив мою одежду.

Я кивнул, а после увидел, что ему оставалось перенести четыре мешка. Поэтому в благодарность за помощь помог ему, а после попрощался и направился к капитану «Чайки».

«Чайка» средней величины корабль с парусами, которые сейчас были сложены. На борту сновали люди, занятые подготовкой к отплытию: кто-то перетаскивал мешки, кто-то натягивал канаты, а кто-то просто сидел на ящиках, лениво перебрасываясь словами.

Я глубоко вдохнул и шагнул на сходни.

— Эй, ты куда? — послышался грубый голос.

Я обернулся и увидел невысокого мужчину с суровым выражением лица. Он стоял, скрестив руки на груди.

— Мне нужно поговорить с капитаном, — ответил я, стараясь звучать уверенно.

— А он тебе зачем? — прищурился мужчина.

— Я хочу отправиться в Ли Юэ.

Моряк хмыкнул, оглядел меня с сомнением, но потом махнул рукой.

— Ладно, ступай. Только капитан – человек строгий, так что лучше сразу переходи к делу.

Я кивнул и поднялся на палубу, стараясь не мешаться под ногами у моряков, которые были заняты своими делами и не обращали на меня особого внимания. Впереди, у самого борта, стоял высокий мужчина в шляпе, из-под которой выбивались пряди седых волос. Его руки были сцеплены за спиной, а взгляд устремлён вдаль, туда, где горизонт сливался с небом.

— Капитан?

Мужчина медленно повернул голову и взглянул на меня.

— Кто ты? — спросил он, низким и немного хрипловатым голосом.

— Я хочу попасть в Ли Юэ, — сказал я, стараясь говорить уверенно.

Капитан приподнял бровь, скептически осмотрев меня с ног до головы, а после хмыкнул и махнул рукой.

— Я не капитан, — произнёс мужчина, заставив меня удивлённо моргнуть. — Он должен скоро подняться на палубу. Так что советую подождать его здесь, а не болтаться под ногами у ребят.

Я кивнул, чувствуя себя немного неловко. Высокий мужчина снова отвернулся, устремив взгляд в сторону заката. Так что я молча отошёл чуть в сторону, прислонился к деревянной балке и попытался расслабиться. Но мысли о Ли Юэ не давали мне покоя. Я чувствовал себя как перед экзаменом. Всё же от разговора с капитаном зависит мой дальнейший путь в Ли Юэ.

— Зачем тебе в Ли Юэ? — спросил высокий мужчина.

Я поднял на него взгляд, отметив, что он продолжает смотреть на закат.

— Потому что Ли Юэ – регион возможностей.

— Регион возможностей, значит… — пробормотал мужчина, затем усмехнулся. — Ты, наверное, не первый, кто говорит подобное.

Я ничего не ответил. Ли Юэ действительно казался мне местом, с которого стоит начать. Во-первых, он соседствует с несколькими регионами. Во-вторых, он большой, с красивыми пейзажами. В-третьих, этот регион хранит много тайн и историй. Всё же его столице четыре тысячи лет.

Несколько мгновений мы молчали, слушая крики чаек и мерный плеск волн.

— Надеешься вступить в Гильдию Искателей Приключений? — вдруг спросил мой странный собеседник.

Я покачал головой.

— Не только. Деньги важны, но главное – найти своё место.

Высокий мужчина наконец-то отвёл взгляд от заката и посмотрел прямо на меня. В его глазах мелькнул интерес, но он ничего не сказал.

В этот момент по трапу на палубу поднялся ещё один человек. Он был чуть ниже, но широкоплечий, с густой бородой и цепким взглядом. Его сапоги тяжело ступали по деревянным доскам, а на поясе болталась трубка.

— Капитан, — окликнул его мужчина, с которым я разговаривал.

Тот бросил на меня быстрый взгляд, затем нахмурился.

— И кто это у нас? — спросил он.

Я глубоко вдохнул, стараясь сохранять спокойствие.

— Меня зовут… — я запнулся, а после произнёс первое, что пришло в голову, — Алексей, можно просто Алекс. Я хочу попасть в Ли Юэ, готов заплатить за путь, — закончил я уверенно, встречаясь взглядом с капитаном.

Тот хмыкнул, скептически оглядел меня с головы до ног и сложил руки на груди.

— Алексей… — словно смакуя проговорил он, а после перевёл взгляд на высокого мужчину. — Николай, что думаешь?

Я удивлённо моргнул.

В Тейвате такие имена были только в одном регион… в Снежной. О ней мало что было известно на момент моего последнего захода в игру.

— Он знает, что на добро нужно отвечать добром, — тихо произнес Николай. — Впусти его.

Капитан задумчиво потёр подбородок, продолжая меня изучать.

— Добром на добро… — повторил он, словно взвешивая слова Николая. Затем вздохнул и махнул рукой. — Ладно.

Я едва не выдохнул с облегчением, но вовремя сдержался, чтобы не выдать своей радости.

— Значит, так, Алекс, — капитан посмотрел на меня более пристально. — Лишних кают у нас нет, так что место найдёшь себе сам. Путь займёт три дня, так что запасись едой, здесь тебя никто кормить не будет. Ну а ещё цена – тридцать тысяч моры.

Я ошарашенно моргнул, пытаясь осмыслить услышанное.

— Тридцать тысяч?! — вырвалось у меня прежде, чем я успел сдержаться. — Это же грабёж!

Капитан лишь усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Это плата за место на моём корабле, парень. Хочешь дешевле – плыви на бочке.

Тридцать тысяч… Это слишком много.

Моя бабушка ещё при жизни говорила, что валюта оценивается стоимостью мяса. И, оказавшись в поселение, я сразу проверил цены. На рынке килограмм свинины продавали примерно за триста моры.

То есть поездка мне обойдётся в целый центнер мяса.

Я невольно скривился. За такие деньги можно было бы питаться несколько месяцев или даже купить что-то более полезное. А тут – просто место на корабле на три дня, без кровати и еды.

— Может двадцать тысяч?

— Тридцать тысяч, торговаться я с тобой не буду, — сухо проговорил капитан, вызвав у меня вздох.

— Тридцать тысяч… — пробормотал я, глядя на мужчину хмурым взглядом. — А за что такая цена?

— За то, что ты не груз, не товар и не мой подчинённый, — ответил он, пожав плечами. — Если согласен, приходи завтра. Мы уплываем с рассветом солнца.

Капитан бросил последний взгляд на Николая, будто что-то проверяя, а затем развернулся и зашагал прочь.

Я сжал зубы, проводив капитана мрачным взглядом, а после перевёл взгляд на Николая, который всё это время молча наблюдал за разговором. Он словно что-то обдумывал, но на лице у него не отразилось ни единой эмоции. Только его взгляд был устремлён в одну точку, прям как у фарфоровой куклы.

— И что теперь? — пробормотал я, скорее себе, чем ему.

— Теперь у тебя есть ночь, чтобы решить, чего ты действительно хочешь, — спокойно ответил Николай.

Я усмехнулся. Как будто у меня был выбор. Мне хотелось покинуть Инадзуму, а тот незнакомец из таверны только сильнее усилил это желание.

— Скажите, только честно, неужели тридцать тысяч адекватная цена?

Высокий мужчина пожал плечами.

— В твоём случае… да, — я недоуменно приподнял бровь. — Грязная одежда – это, конечно, хорошая маскировка. Но опытные торговцы сразу приметят цену материала. Твоя одежда вышита из очень дорогого шёлка, который доступен только верхушке элиты. Ты же ещё попытался изменить свой наряд – это видно, если знать, что у тебя за наряд. Если это всё сопоставить, то выходит следующие: ты выходец из знатного рода, но из-за чего-то сбежал во время церемонии, и сейчас пытаешься скрыться в другом регионе. Поэтому ты с заминкой назвал своё имя, а точнее выдуманное. Также ты подтвердил мысли капитана, когда стал торговаться. Скажи мне, какой юнец твоего возраста располагает двадцатью тысячами моры? Явно не бедный.

— И только из-за того, что у меня есть деньги он завысил цену?

— Нет, дело не в деньгах. Ему не нужны лишние проблемы, но я поручился за тебя, — сказал он, отворачиваясь.

— Почему? — тихо спросил я.

Николай не посмотрел на меня, но спустя мгновение всё же ответил:

— Ты помог тому моряку, хотя не был обязан. Для меня этого достаточно.

Я глубоко вздохнул, ощущая странное чувство благодарности и непонимания одновременно.

Постояв рядом с ним ещё пару минут, ловя ритм качающегося корабля, я решил покинуть борт. Времени до отплытия ещё достаточно.

Но уже спускаясь по трапу, я услышал, как Николай негромко произнёс:

— Все мы ищем своё место в этом мире…

Утро следующего дня.

Порт окутал лёгкий туман, а небо над горизонтом едва начинало окрашиваться в золотисто-розовые оттенки. Корабль был готов к отплытию.

Я стоял в сторонке, ощущая, как свежий морской ветер бьёт в лицо, пронизывая до костей. Где-то внутри бушевало странное волнение – смесь ожидания и лёгкой тревоги.

Капитан же стоял у штурвала, наблюдая за работой команды. Николай – неподалёку от него, с привычно спокойным выражением лица.

— Отдать швартовы! — раздался громкий голос капитана.

На берегу раздались последние команды, и вот – канаты спущены, корабль медленно начал отходить от пристани. Я невольно затаил дыхание, смотря, как берег Инадзумы постепенно удалялся.

Ветер наполнил паруса, корабль мягко качнулся, набирая скорость.

Путешествие началось…

Глава 10

На третий день плавания, когда солнце уже клонилось к закату, вдали показался берег.

Ли Юэ.

Я замер у борта, зачарованно вглядываясь в приближающийся город. Солнечные лучи отражались в водах гавани, окрашивая её в тёплое золото, а на горизонте, словно мираж, вырастали силуэты величественных пагод и дворцов. Даже с такого расстояния можно было разглядеть, как мягкое сияние фонарей пробуждает город, готовясь встретить ночь.

Ли Юэ оказался куда более величественным, чем я мог представить. Игра даже близко не передавала его истинного размаха. Это был не просто порт, а грандиозный город, раскинувшийся среди скал и рек, словно выросший из самой земли.

Не то что в игре. По сравнению с ней, перед моими глазами предстал настоящий большой город – сердце мира, через которое текла вся мора, а, грубо говоря, не деревушка.

— Впечатляет, да? — усмехнулся один из моряков, ставший за моей спиной.

Я кивнул, не отрывая взгляда.

Корабль медленно вошёл в гавань. Но нам не сразу разрешили причалить, только через тридцать минут. Но главное мы наконец-то причалили. Вокруг кипела жизнь: с других судов грузчики переносили ящики и тюки, торговцы зазывали покупателей, пахло специями, свежими морепродуктами и древесиной.

По улицам ходили стражники, которые выглядели так, словно поучаствовали во множестве сражений. У некоторых шрамы на лице, а у большинства стальной взгляд и суровое выражение лица.

— Всё, парень, — раздался голос капитана, который подошёл ко мне. — Дальше сам по себе.

Я обернулся и кивнул.

— Спасибо.

Капитан лишь махнул рукой, а Николай, стоявший рядом, чуть заметно кивнул мне на прощание.

Я молча сошёл на твёрдую землю, и глубоко вздохнул.

Толпа двигалась в разные стороны: торговцы выкрикивали цены на свежий улов, ремесленники предлагали свои товары, а между ними мелькали курьеры и простые горожане, спешащие по делам.

Я шагнул вперёд, в самый водоворот жизни этого города.

Первым делом мне нужно было найти место, где остановиться. Всё же я не хотел привлекать внимание, а значит мне необходимо уединённое место – временная база.

— Эи, парень, — окликнул меня чей-то хрипловатый голос.

Я обернулся и увидел пожилого мужчину, сидящего на ящике у входа в лавку. Он лениво покуривал трубку, выпуская в воздух тонкие струйки дыма.

— Ты выглядишь как человек, который впервые в Ли Юэ, — заметил он с лёгкой ухмылкой.

Я кивнул, внимательно его разглядывая. В нём было что-то странное, неуловимое... Что-то, от чего по спине пробежал холодок. Опасность? Или просто интуиция подсказывала, что с ним стоит быть настороже?

И только теперь я понял, что заставило меня обратить на него внимание – его одежда. Даже мне, далёкому от знаний о дорогих тканях, сразу стало ясно: этот человек явно не бедняк.

В одно мгновение передо мной был уже не просто старик, а кто-то куда более опасный.

— Если ищешь ночлег советую тебе заглянуть в «Нефритовый Шатёр».

— Спасибо, — сказал я, запоминая название.

Мужчина махнул рукой, а я снова двинулся вперёд, стараясь не думать про такую странную встречу. Но всё же обернулся, однако там уже не было старика. И только едва заметный дым на ветру говорил, что это был не мираж.

Город действительно был большим…

Что ещё примечательно, как и в Инадзуме, жители этого региона не походили на азиатов. У них были другие черты лица, которые я не мог связать с определённым местом из моего мира. Хотя Ли Юэ всем своим видом напоминает Китай.

Спустя некоторое время я наконец нашёл нужное здание. Это было небольшое, но уютное заведение с широким входом, у которого висела резная деревянная вывеска с изображением восточного дракона. Внутри пахло травяным чаем и чем-то сладким, а мягкий свет бумажных фонарей создавал тёплую атмосферу.

За стойкой стояла женщина средних лет с добродушным лицом. Увидев меня, она слегка приподняла бровь.

— Добро пожаловать в «Нефритовый Шатёр». Ищешь место для ночлега?

Я кивнул, но в уме быстро прикинул расходы. Ночлег в таком месте, вероятно, будет стоить немало, но пока у меня не было выбора, и была мора из сундука Кудзё.

— Сколько? — спросил я.

Женщина назвала сумму, и, к счастью, она оказалась не такой уж высокой. Я заплатил, после чего мне выдали ключ от небольшой комнаты на втором этаже.

Поднявшись наверх, я наконец смог немного расслабиться.

Комната выглядела… нормально. Ничего сверхъестественного. Небольшое помещение два на три метра с бамбуковой кроватью у угла, с деревянным комодом у окна и стулом. Мне этого достаточно, и я даже был счастлив, что заплатил за неделю пребывания с возможностью продлить. К слову, эта возможность платная, но цена не столь большая.

С минуту я просто сидел, смотря на закат. Пока тишину в комнате не нарушил стук в дверь. Я поднялся и открыл, увидев на пороге ту самую женщину, что принимала меня на стойке. В руках у неё был небольшой поднос с чашкой чая и кусочком сладкого пирога.

— Это от меня, — сказала она с улыбкой. — Ли Юэ приветствует каждого гостя по-своему.

Я поблагодарил её и взял поднос. Она снова внимательно посмотрела на меня, словно что-то взвешивая в уме.

— В этом городе каждый находит свою дорогу, если готов бороться за неё, — её голос стал серьёзным. —Здесь даже самые маленькие шаги могут привести к большим переменам.

— Учту, — кивнул я.

— Ах да, — женщина придирчиво осмотрела мою одежду, — купальня на первом этаже. Цена двести моры.

Сказав это, она улыбнулась и скрылась за дверью, оставив меня наедине с моими мыслями. Я откинулся на спинку стула, отставив чашку с чаем, и посмотрел на город.

В этом месте мне больше не нужно скрываться, а значит пора привести себя в порядок.

Спустившись на первый этаж, я прошёл через коридор и оказался перед дверью, ведущей в купальню. Помещение было разделено на две секции – мужскую и женскую. Но в купальне никого не было.

Я быстро снял свою одежду… и тут же завис от вида своего тела. Поскольку впервые видел себя обнажённым.

Кукла… Если бы я не знал об этом факте, то никогда бы не подумал, что являюсь куклой. Всё выглядело таким… живым. Даже ощущения были схожи с человеческой плотью. Но не было пульса, при этом тело было теплым.

Мой взгляд медленно скользил по собственному телу, задерживаясь на каждой детали. Оно мне казалось немного женственным и нежным, без единого волоска ниже головы. Всё-таки меня создавала женщина, по сути, по своему вкусу и подобию.

Однако всё же усомниться в моей «мужественности» никто не сможет. Не знаю, чем руководствовалась Эй, может действительно создавала Скарамуччу по своему вкусу. Либо же считала, что раз он должен был стать её заменой, главой целого государства, то во всём должен был быть идеален. А зная как в древней Японии, которая стала прототипом Инадзумы, положительно относились к сексу, то всё может быть.

Но честно, у меня смешенные чувства, смотря на свою промежность.

Он был довольно крупным, даже в расслабленном состоянии. Возможно, так казалось из-за тела самого Скарамуччи, или из-за непривычности. Но почему-то в голове всплывает момент из фильма: «хочу себе пенис, от которого все женщины тащатся… Да, такой же, только белый».

Но самое забавное – факт того, что это тело создала Эи. То есть она стояла напротив куклы, сосредоточенно оценивая пропорции, и размышляла, какой формы и длины должен быть его член. С серьезным лицом, возможно, даже с карандашом в руке, делая наброски и исправляя детали.

А что если она советовалась с кем-то? На ум сразу пришла хитрожопая лисица – Мико. Их беседу даже легко представить:

«— Как думаешь, такая форма будет анатомически удобной? — с легким беспокойством в голосе спросила Эи, внимательно глядя на свою лучшую подругу. — На тех изображениях сложно разобрать... — неуверенно добавила она, опуская взгляд, чувствуя стыд за свою невнимательность. Но вскоре за что-то зацепившись, в её взгляде промелькнул огонёк уверенности. — Но в книгах пишут, что эта часть – символ мужской силы. Моя кукла должна быть сильной.

Мико едва сдерживала смех, наблюдая за этим абсурдным зрелищем, но всё же взяла себя в руки и, сделав вид, что относится к вопросу со всей серьёзностью, задумчиво наклонила голову:

— Хм… — она прищурилась. — Не хватает чего-то… Может, добавить деталей?

Эи нахмурилась, её брови едва заметно дрогнули.

— Де… талей?

Мико издала короткий смешок и, кокетливо обмахнувшись веером, усмехнулась:

— Ну, знаешь, немного эстетики ещё никому не вредило. Может, добавить узоры молний? Так сказать, фирменный стиль…

Эи пристально посмотрела на подругу, затем перевела взгляд на куклу. В помещении воцарилась неловкая тишина.

— Нет, — наконец произнесла она. — Это было бы слишком.

Мико лишь хихикнула, прикрывая рот веером.»

И потом – финальный момент. Эи отступает назад, оценивающе щурится… и удовлетворенно кивает. Готово.

Может именно из-за лисицы это тело приобрело такой вот… эм, прибор? А то, зная немного об Эи, от неё можно ожидать чего угодно. Вполне могла бы, например, решить, что функциональность – излишняя роскошь. Или, чего доброго, вместо пениса сделать вагину.

Я осторожно коснулся его, ощущая тепло и нежную плоть, и тут же почувствовал, как он наливается кровью. Значит, всё же не бесполезен – это радует.

Кукла, которая может плакать, чувствовать и испытывать возбуждение… Действительно, что-то за гранью обычного.

Но вряд ли это тело способно дать жизнь. Простая имитация живого организма.

Хотя, если говорить честно, то я до последнего момента опасался, что стал бесполым. Даже подсознательно закрывался от этого, боясь проверить, что у меня в штанах. Но всё обошлось. Кукла полностью соответствует анатомии человека. И чем бы не руководствовалась Эи, даже если бы создала просто ради шутки или пробы, я всё равно благодарен ей за это тело.

Покачав головой, я заставил себя успокоиться, напоминая себе, где нахожусь. Всё-таки общественное место, если, конечно, можно таковой считать купальню. А после всё же спокойно искупался, позволяя тёплой воде смыть остатки напряжения.

Моё тело выглядело слишком человечным. Я точно не знаю, но помню момент, что Эи использовала знания павшего народа, который мог создать жизнь. А так как первый прототип – это, по сути, проба пера, то и допущенные ошибки могли привести к новой жизни. Видимо поэтому Эи отказалась от него. Ведь ей нужна была марионетка, а не живая личность.

Но это всё теория. Кто его знает как было на самом деле. Этот мир подчиняется своим странным правилам. Смертному лезть в разум богов… это слишком сложно.

Одежду, к слову, я постирал тоже там – в купальне было специальное место для этого. А после в халате дошёл до своей комнаты. Правда уже там понял, что нет места для сушки одежды. Да и вообще стоило бы сначала купить запасной комплект одежды, но умные мысли приходят с опозданием.

Пришлось возвращаться и спрашивать у хозяйки, где можно высушить вещи к завтрашнему дню.

Стыдоба-то какая…

Но в целом первый день в Ли Юэ прошёл отлично.

Глава 11

На следующее утро меня разбудил приглушённый шум улицы. Город уже просыпался: где-то вдалеке переговаривались торговцы, стражники отдавали друг другу команды, а воздух наполнял манящий аромат свежей выпечки из ближайшей пекарни.

Я потянулся, зевнул и замер, услышав приглушённые шаги за дверью. Кто-то постучал.

— Войдите, — откликнулся я, садясь на кровать.

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула хозяйка. В руках она держала аккуратно сложенную одежду.

— Вот, как и обещала, — сказала она, протягивая вещи.

— Спасибо… — я взял свою одежду, чувствуя, как уши заливает жар.

Женщина хихикнула, и быстро покинула мою комнату, прикрыв за собой дверь.

— С одной проблемой разобрался, — пробормотал я, одеваясь — Но, блин, как же теперь неловко смотреть ей в глаза… Эх…

Когда я наконец привёл себя в порядок, то не стал задерживаться. Первым делом направился в Гильдию Искателей Приключений.

Я не знал маршрут до него. Но благо добрые люди подсказали. И да, в данной эпохе гильдия отличалась. Здание было другим, но схожесть присутствовала: стойка с регистрацией и доска объявлений.

Однако не было Катерины. Вместо неё за стойкой стоял пожилой мужчина с густой седой бородой. Его суровое выражение лица не предвещало тёплого приёма. Он поднял взгляд на меня, смерил пристальным взглядом и тяжело вздохнул, словно заранее устав от предстоящего разговора.

— Новенький?

— Да, — произношу кивая.

Мужчина вздохнул. Он отложил какую-то бумагу в сторону и посмотрел на меня с какой-то усталостью.

— Я – Глава гильдии, Тан Сяо, Гильдия Искателей Приключения приветствует тебя, новичок. Путь искателя приключений опасен, каждое решение имеет последствия, а каждая ошибка – цену, — он сделал глоток из кружки, не отрывая взгляда от меня, словно оценивая, насколько я воспринимаю его слова всерьёз. — Ты готов встать на этот путь?

Я молча кивнул.

Мужчина достал книгу с необычным светящимся символом на обложке.

— Это твоя лицензия искателя приключений, справочник и одновременно твой дневник путешественника, — он немного подержал книгу в руках, и затем передал её мне. Стоило мне коснуться её, как символ засиял ярче, и изменился на цифру «один». — Держи её при себе. Она будет автоматически записывать твой путь, все важные события, места и, конечно, твои достижения.

Её обложка была холодной, словно из камня, но при этом книга не казалась тяжёлой. На ней даже был крепко прикреплён кожаный ремешок, чтобы носить её на поясе.

— Помимо этого, она будет содержать актуальные задания гильдии. Все миссии, которые ты можешь принять, будут отображаться прямо в этом артефакте. Но награду ты сможешь получить только в отделении гильдии. Но учти одно – если взял задание, то должен завершить его, — мужчина сурово посмотрел на меня. — Иначе ты должен будешь выплатить десятикратный штраф от стоимости награды, а также в случае трех провалов мы будем думать про твою квалификацию.

— Я понял, спасибо.

— Тогда иди, к звёздам и безднам, Алексей.

Услышав это, чуть не споткнулся, но всё же сохранил самообладание, и молча кивнул.

Возможно, он услышал это имя от моряков. Как знаю они сотрудничают с гильдиями. А Николай вовсе бывшей Искатель Приключений из Снежны. Он мог спокойно сообщить обо мне, учитывая, что я как-то обмолвился о желание вступить в гильдию.

Я отошёл чуть в сторону, чтобы не мешать Тан Сяо. Затем открыл книгу. В ней действительно было всё необходимое: карта местности, описание врагов, метки с руинами, а также задания с детальным описанием. Причём, чтобы принять задание, всего-то нужно было ткнуть пальцем в специальное место, и подержать на нём палец минуту.

Задания были простыми – добыть определённые материалы. Например, я взял задание по добычи луговых цветов. Награда всего тысяча моры, но там все были плюс-минус с такой наградой.

— Эм, извините, а всегда будут такие задания? — спросил я, посмотрев на главу.

Мужчина усмехнулся.

— Список заданий зависит от твоего ранга в Гильдии Искателей Приключений. Со второго ранга появятся задания, связанные с убийством слабых монстров или диких зверей. С третьего ты сможешь сопровождать людей. С четвертого – сопровождать караваны. Максимальный ранг – восьмой. На этом уровне ты будешь получать задания на исследования опасных руин или выполнение сложных миссий для высокопоставленных клиентов, — ответил он, откинувшись на стуле.

— А как поднимать ранг?

— Всё просто, — Тан Сяо немного прищурился. — Выполняя задания. Чем качественнее ты будешь выполнять работу, тем ближе к новому рангу. Твой ранг всегда будет отображаться на обложке книги.

— Понятно, спасибо. Тогда пойду собирать цветочки, — слабо улыбнувшись, произнес я, чем вызвал хмык у мужчины.

Заказчик указал, где я должен был собрать цветы и необходимое количество. И что примечательно, на карте появилась метка, куда мне идти.

Действительно чудесный артефакт.

Но перед тем, как отправиться на задания, я решил купить одежду и сходить в кузню. Оружие самураев хорошее, но обычное. Возможно в кузне есть необычные клинки.

На рынке повсюду раздавались голоса продавцов, предлагающих свои товары. Я пробежался взглядом по прилавкам и выбрал себе прочный дорожный плащ, лёгкую, но плотную рубаху и удобные штаны, укреплённые кожей. Также взял сапоги путешественника. Эта была прочная обувь с металлическими элементами для надежности и возможности лазить по скалам. Ну а ещё они классно выглядели.

Однако на рынке не было повседневной одежды моего вкуса, там в основном продавали ткани и одежды из других регионов по завышенной цене. Чтобы купить хорошую одежду, нужно было идти в специализированное место, которое находилось далековато от рынка.

Так что дальнейший путь по рынку закончился лавкой с изображением молота и огня на вывеске.

К сожалению, в кузне не оказалось ничего стоящего. Оружия выглядели добротными, но ничего, что могло бы превзойти мою катану, я не нашёл. Даже мельком осмотрев клинки, я понял, что мой собственный меч куда лучше.

Однако, выходя из кузницы, я невольно задержал взгляд на работе одного из мастеров. Его техника показалась мне странной, а метод ковки – неправильным. Возможно, у него был свой особый стиль, но мне казалось, что материал в его руках теряет прочность от неправильной обработки.

Отбросив ненужные размышления, я направился дальше.

Всё-таки хоть Скарамуччи знал, как ковать оружие, но не я. Тем более этот кузнец явно не первый десяток лет куёт вещи, и тут какой-то юнец будет его учить… Обычно таким закрывают дверь перед носом.

Вздохнув, я медленно двинулся вперёд, разглядывая товары и людей вокруг. Внимание привлекла небольшая лавка, где на деревянных полках были разложены бутылочки с неизвестными жидкостями.

— Эй, путник! — ко мне обратился продавец, худощавый мужчина с хитрой улыбкой, когда я подошёл поближе. — Может, интересует что-то особенное? Зелье бодрости? Или, может, эликсир удачи?

Я прищурился, разглядывая разноцветные жидкости в пузырьках. Не припоминаю в игре такие зелья. Конечно, могут продать обычную подкрашенную воду, но среди них могли быть и настоящие.

Но не зелья меня волнуют.

— Ты алхимик? — спросил я, подняв взгляд на продавца.

— Конечно, — с некой гордостью ответил мужчина.

— Да…? — я наклонил голову набок. — Ты не знаешь, где можно купить ингредиенты для алхимии? За информацию заплачу.

Не верю, что этот худощавый мужчина может сам добывать ингредиенты, если, конечно, он не врёт.

— К-конечно, — удивился он, а после заулыбался. — Сто моры и информация твоя.

Я дал ему нужную сумму без лишних слов.

— Хе-хе, я покупаю ингредиенты на рынке или делаю запрос, — произнёс торговец с улыбкой, ведь получил легкие деньги. Хотя он мог спокойно задрать цену, но хоть за это ему спасибо. — Ты что-то ищешь?

— Да, мне нужна слизь.

Вообще, можно и самому добыть слизь. Однако проблема в редкости. Электро-слаймы очень редки в Ли Юэ. Они появляются только в местах с высокой электроактивностью. А тут мне нужно сто штук – это очень много.

Конечно, я пока не уверен, что все виды слизи подойдут. Просто неизвестен эффект. Не зря звезда поменяла цвет на лиловый. Возможно, это как-то связано с электро-стихией. А я как раз с ней связан.

Но вот что точно знаю, так это то, что в Инадзуму мне не хотелось возвращаться.

Мужчина после моих слов задумался.

— Обычно их можно найти у продавцов закусок, или торговцев, связанных с кулинарией, — произнес он. — Неподалёку есть закусочная, зайди туда. Думаю, продадут тебе немного слизи.

Как подсказал торговец зельями, я направился в закусочную. Там встретил молодую девушку, которая удивилась моей просьбе, но всё же подтвердила, что может продать немного слизи.

— Только насчёт слизи электро-слайма… — она замялась. — Эти слаймы редкость, и я не могу продать их слизь.

— Понимаю, — киваю. — А почем их вообще можно купить?

— Их цена здесь начинается от тысячи моры за одну слизь. Самые дешевые – это слизь гидро-слайма. От пятидесяти до ста моры за штуку. Их выращивают на ферме, поэтому цена как правило маленькая, — ответила девушка.

Ферма слаймов…? И такое есть?

— Понятно, — вздохнул я. — Спасибо за помощь.

Девушка улыбнулась и махнула рукой.

— Мне самой было скучно, приходи ещё.

Я кивнул, и купив у неё какую-то еду, напоминающую шашлык, направился на задание. Всё что пока хотел узнать, я узнал.

Но не успел я покинуть пределы города, как моё внимание привлекло огромное здание, выкрашенное в насыщенный красный цвет. Его фасад был богато украшен узорами, и он очень сильно выделялся. При этом находился на окраине города, но возле него было много людей. В основном мужчины – некоторые торопились внутрь, другие выходили с довольными улыбками.

По вывеске стало сразу ясно – бордель.

Я задержался на секунду, разглядывая здание, и почувствовал лёгкую усмешку на губах. Будучи в теле куклы мне нестрашны заболевания. Так что после выполнения всех заданий почему бы и не зайти внутрь. Всё же в прошлой жизни мне так и не удалось попробовать.

Покачав головой, я отогнал ненужные мысли и направился дальше.

Дорога за городом была спокойной, лишь редкие путники попадались мне навстречу. Вскоре мощёная улица сменилась утоптанной тропинкой, ведущей к лугам. Воздух здесь был свежим, пропитанным ароматом трав и земли, а лёгкий ветерок приятно холодил кожу.

Поле, которое мне было нужно, находилось всего в километре от города возле небольшого ручья. Уже отсюда я мог разглядеть яркие пятна луговых цветов, рассыпавшиеся среди высокой травы.

Подойдя ближе, я огляделся. Цветы действительно были повсюду.

Я наклонился и аккуратно сорвал первый цветок. Его лепестки оказались удивительно мягкими, а от стебля исходил тонкий сладковатый аромат. Проверив книгу, я убедился, что собранное растение совпадает с описанным в задании, и положил цветок в инвентарь, где он не пострадает и не завянет.

Оставалось собрать ещё восемь штук...

Глава 12

Закончив сбор, я достал книгу и посмотрел другие задание. Но, к сожалению, неподалёку от этого места ничего не было. В основном они разбросаны по всей области города. Причём походили на какие-то заказы курьеров – принеси то, унеси это. И только единицы были за городом.

Ну что поделать, таков путь новичков. Все начинали с малого, и гильдия не будет делать исключение. По идеи, ранги не только демонстрируют силу искателя приключений, но и его надежность и опыт.

Взять те же аниме с иссекаем в фэнтези мир. Там зачастую дают ранг авантюриста только за силу, а то что главный герой может забить болт, запаниковать или заблудиться, из-за чего люди погибнут – это никого там не волнует. И тут дело не в сюжетной броне, из-за которой, естественно, главный герой справиться со всеми трудностями лучше опытных авантюристов, а просто в самой системе.

Короче говоря, я понимаю необходимость всех на первый взгляд нелепых заданий – простой отбор, где руководители гильдии просматривают характеристики авантюристов.

Вздохнув, я закрыл книгу. Сейчас мне не хотелось возвращаться в город.

В деньгах я не нуждался – после кражи у Кудзё у меня всё ещё оставалось немного средств. Даже после переезда в Ли Юэ у меня при себе чуть больше шестидесяти тысяч моры. Конечно, сумма не самая большая, но мне и не требовалось многого. В отличие от обычных людей, я не нуждаюсь в еде.

Тем более, я уже хотел полноценно заняться охотой на монстров. Некоторые из них, например, хиличурлы, собирают ценные вещи, включая мору. Кроме того, части их тел можно продать алхимикам. Так что, думаю, охота на монстров принесёт больше выгоды, чем выполнение заданий первого ранга. Хотя, чтобы получить второй ранг, мне так или иначе придётся их выполнять.

В Инадзуме все мои мысли были сосредоточены на Ли Юэ и своей безопасности, но теперь, когда я наконец здесь, ничто не мешает начать развиваться. Тем более до нового уровня оставалось совсем немного.

Не раздумывая долго, я пошёл дальше по тропинке. Когда город уже не был виден за спиной, я свернул с дороги и направился в сторону диких мест, где людей почти не встретишь.

Инадзума показала, что монстры редко выходят в места, где бродят люди. Всё же у них есть инстинкты. А вот заброшенные дома, густонаселенные леса – это их излюбленные места. Так что надеюсь здесь, среди зарослей и каменистых холмов, можно без лишних помех встретить монстра. Главное не выйти на сверхсильное чудовище.

Спустя некоторое время мне попался старый, полуразрушенный каменный дом. Его стены были покрыты трещинами, крыша частично обвалилась, а рядом стоял костёр, на котором что-то готовилось. Так же раздавались звуки знакомых существ.

Когда я приблизился, стало ясно, что возле дома кружили несколько хиличурлов. Они выглядели расслабленными, но стоило мне приблизиться ещё на пару шагов, как один из них поднял голову и посмотрел на меня. Из-под маски я не видел его лица, но зато отчетливо услышал взволнованный рёв.

Другие монстры тут же подскочили с мест. Все они не выглядели опасными, даже наоборот нелепыми – походили на детей, которые смастерили орудия из подручных средств. В Инадзуме хиличурлы были выше и массивнее. Особенно те, которые убили стражников.

Вообще, по лору сила и размеры хиличурлов полностью зависят от рациона. Чем активнее и больше мяса они поглощают, тем они больше и сильнее. А всё из-за того, что они поглощают и накапливают энергию элементов в своих телах. Из-за чего вырастают вплоть до того, что могут достигать четырёх метров, и даже могут мутировать.

Так что это значит, что эти хиличурлы либо голодают, либо ещё слишком малы.

Однако недооценивать их нельзя. У одного была дубинка, у остальных кинжалы. При этом их было четверо.

Они тут же набросились на меня.

Я крепче сжал катану и приготовился к бою.

Первым на меня бросился тот, кто был с дубинкой. Он замахнулся, но я отступил в сторону, и тяжелое оружие лишь взметнуло облачко пыли там, где я стоял мгновением раньше. Не теряя времени, я нанес рубящий удар по его боку – хиличурл взвыл и пошатнулся. А затем как опытный палач отрубил ему голову.

+28 Очков Опыта

Остальные, видя, что я сделал, громко зарычали. В их голосах звучали обида, злость и боль. Но у меня не было времени размышлять об этом. Один из монстров метнулся ко мне сбоку. Я отпрыгнул, но в тот же миг почувствовал, как второй хиличурл заносит оружие для удара сзади.

Моё тело начало действовать само – быстрее, чем я успел осознать опасность.

Приземлившись, я резко развернулся, взмах катаны рассёк воздух в считанных сантиметрах от маски противника, заставив его отшатнуться. Мне этого хватило. Резкий удар ногой в живот заставил монстра охнуть, а в следующий миг острие катаны пронзило его насквозь. Но едва я выдернул клинок, третий хиличурл вновь бросился на меня. Миг – мой клинок, словно по маслу, рассёк его шею прежде, чем он успел ударить.

+71 Очков Опыта

На всё про всё ушло не больше десяти секунд. Ужасающая сила. Я даже не успел толком осознать, что произошло, но тело будто знало, как двигаться. И теперь я понял, когда смотрел лор геншина, как «неопытный» Скарамуччи смог разом победить двенадцать самураев.

Остался последний.

Он стоял, дрожа, но продолжал угрожающе рычать.

Я сделал шаг вперёд.

Хиличурл зарычал громче, но это был скорее сдавленный всхлип. Его лапы дрожали, но он всё равно бросился на меня, размахивая кинжалом.

Я уклонился, а после атаковал. Моя катана легко рассекла плоть. Монстр застыл, из его груди тонкой струйкой потекла кровь. Он судорожно вздохнул, а затем рухнул на землю.

+27 Очков Опыта

Тишина.

Я сделал глубокий вдох, вытирая лезвие. Теперь можно было осмотреться. Деревянная постройка выглядела потрёпанной, но там жили хиличурлы, которые могли хранить в нём что-то ценное.

И действительно, в доме обнаружился потрепанный деревянный сундук, в котором лежали различные вещи. Большинство мусор – ясно, что эти монстры складывали всё, что находили. Они не осознают ценность вещей. Но на самом дне сундука лежал мешочек, завязанный грубой верёвкой. Там находилась мора. На быстрый взгляд около пару сотен.

Вообще, по сути, обычные искатели приключений вряд ли будут лезть к таким слабым монстрам. Они далеко, люди здесь не ходят, а ввязываться в сражение с ними – это трата сил и времени. Ведь даже ничего с них толком не взять. Поэтому-то эти монстры спокойно жили себе, пока не явился я.

Хиличурлы – не просто бездумные монстры. Они живут стаями, строят себе укрытия, собирают всё, что могут найти. В каком-то смысле они такие же, как люди, пусть и примитивные.

Я покачал головой. Нет смысла думать об этом.

Мне ещё нужно было убить много монстров, чтобы получить новый уровень. Окинув взглядом окрестности, я двинулся дальше.

Как и в Инадзуме, в Ли Юэ тоже водились бандиты. Совсем случайно я наткнулся на их лагерь – большой, хорошо укреплённый, с горящими кострами и разбросанными ящиками с припасами. Несколько человек лениво стояли на страже, другие сидели у огня, обсуждая что-то между собой. К счастью, меня никто не заметил. Поэтому я спокойно обошёл их стороной.

И вот спрашивается, почему они ещё живы? В отличие от Инадзумы, здесь Архонт живёт среди людей и прекрасно осведомлён о том, что эти бандиты грабят и убивают торговцев – его же подданных. Даже если он не хочет вмешиваться лично, но ведь есть стража, есть Искатели Приключений. Почему их до сих пор не вычистили?

Ладно бы, если речь шла о небольшой шайке разбойников – это ещё можно понять. Но их слишком много. В игре они представляют собой простой фарм, поэтому их там пруд пруди, но в реальности такая ситуация кажется нелепой. Их буквально больше, чем монстров! Как вообще Ли Юэ ещё держится, если на дорогах на каждом шагу бандиты?

Я задумчиво скрестил руки на груди. Конечно, можно было бы предположить, что они просто не представляют реальной угрозы. Что торговцы уже давно научились их избегать, нанимая охрану или пользуясь другими маршрутами. Но тогда почему количество бандитов не уменьшается? Почему их такое большое количество?

Было в этом что-то странное.

Я ещё раз взглянул на лагерь бандитов, а после покачав головой двинулся дальше.

Есть небольшая мысль самому заняться бандитами. Но их было слишком много. Может я и справлюсь, но не был в этом уверен. У меня даже нет магии, как у обладателей Глаза Бога. А что, если среди них есть такой, например, какой-нибудь лидер.

Может причина действительно в Глазе Бога? С другой стороны, и среди стражников найдётся такой. Да что там говорить, если на их стороне самый настоящий Бог.

Следующих подходящих монстров я встретил спустя долгое время поисков. Это были гидро-слаймы.

Правда ещё по дороге слышал громкий рёв, но не стал идти в ту сторону, опасаясь встретить огромного и сильного монстра. Тем более в той стороне гора, а лазить по горам… это тратить своё время.

Ну так вот, насчёт слаймов. Их было пятеро: четыре маленьких и один большой.

Я помнил из игры, что большие гидро-слаймы способны выпускать пузыри, которые на первый взгляд кажутся безобидными, но на самом деле могут задушить человека. Маленькие же слаймы особой угрозы не представляли – по крайней мере, по сравнению с их электрическими собратьями, способными нанести ощутимый урон разрядами.

Я сжал оружие в руке и медленно сделал шаг вперёд. Слаймы тут же заметили меня – большой слегка подскочил, а маленькие начали хаотично двигаться вокруг него. Кажется, они готовились к атаке.

Что ж, я был только за.

Большой слайм поднялся чуть выше и громко хлопнул о землю, выпуская в воздух несколько прозрачных пузырей. Я успел отскочить в сторону, наблюдая, как один из них медленно парит в воздухе, отражая солнечный свет. И стоило ему коснуться земли, как поверхность пузыря лопнула, выплеснув небольшую волну воды.

Маленькие слаймы заметно оживились. Два из них резко подпрыгнули в мою сторону, но я уже был готов. Рывком увернувшись, я занёс оружие и с силой ударил по ближайшему из них. Слайм отлетел, ударившись о камень, и растёкся влажным пятном, оставив после себя гидро-слизь.

Что странно, ведь я думал, что разрублю его, а тут просто откинул… Но мысли в сторону.

+31 Очков Опыта

Остальные на мгновение замерли, будто оценивая ситуацию. Большой слайм снова подскочил, готовясь выпустить ещё один пузырь.

Я резко рванул вперёд, уклоняясь от очередного пузыря. Он пролетел буквально в паре сантиметров от моего плеча и лопнул, задев ветку дерева позади.

Один из маленьких вновь попытался прыгнуть на меня, но я ударил его сбоку, заставляя разлететься на куски.

+34 Очков Опыта

Осталось ещё три, включая большого.

Словно поняв, что в одиночку им меня не взять, оставшиеся слаймы начали действовать слаженнее. Двое маленьких прыгнули одновременно, вынуждая меня отпрыгнуть назад, а большой в этот момент резко ударил пузырями о землю, создавая волну воды. Вокруг него быстро образовалась грязь.

— Умнее, чем кажутся… — произнес я. — Но это ничего не меняет.

Я перехватил оружие поудобнее и бросился в сторону большого слайма. Он успел среагировать, вновь выпуская пузырь, но я пригнулся и проскользнул вперёд по грязи, которую он сам и создал. Одного резкого удара хватило, чтобы расколоть его тело на две дрожащие массы. На секунду монстра словно замер, а потом растёкся лужей, оставляя после себя лишь слизь.

+54 Очков Опыта

Уровень: 2 (7/1350)

+10 Очков Свойств

Я удивлённо замер, а после улыбнулся.

Осталось только добить мелких.

Глава 13

Я посмотрел на свой статус:

Профиль:

Имя: Алексей

Раса: Божественная Кукла

Уровень: 2 (73/1350)

Стихийный Элемент: Электро (Запечатано)

Глаз Бога: —

Характеристики:

Сила: 35 (+)

Ловкость: 34 (+)

Выносливость: 875 (+)

Магическая Сила: 198 (Запечатано)

Очки Свойств: 10

Очки Власти: 0

Появились плюсики возле всех характеристик, кроме раздела «Магическая Сила». Думаю, это из-за печати, которую Эи наложила на моё тело, тем самым ограничив мои возможности. Как ни странно, несмотря на свои тараканы, она всё же догадалась, что оставлять кукле полную силу — не лучшая идея.

В отличие от обычных людей, которым нужен проводник – Глаз Бога, куклы Эи способны использовать элементальную энергию. Вообще, если так подумать, то есть много существ, которые используют магию, даже слабые хиличурлы, но почему-то именно людям нужны проводники. Словно Боги специально ограничили их, но это уже мои бредовые мысли.

По сути, куклы невероятно опасны. Если бы Эи решила передать Сёгун свой Гнозис, кукла получила бы вечный источник энергии.

Жаль только, что я не знаю, как снять эту печать. В каноне с этим справился Дотторе, но идти к нему – последнее, чего мне хочется. Этот садист вывернет меня наизнанку, изучит по кусочкам и соберёт обратно, но уже чем-то… иным. Нет, уж лучше поискать другой способ.

Покачав головой, я нажал на плюсик в разделе «Сила». В тот же миг почувствовал, как тёплая энергия окутала моё тело, а показатель силы подрос.

Значит, всё работает, как в игре?

Отлично! Ведь иначе я бы не смог стать сильнее. Это главный минус тела куклы – обычные методы не сработают. К сожалению, ни тренировки, ни бои не дадут результата.

Впрочем, если бы система не позволяла себя усилить, то всё равно был выход – элементарная энергия. Она способна сделать из простого человека сверхсущество. Главное в этом случае умения и знания, а-ля культиваторы насыщать себя силой и мудростью.

Вот только из-за печати мне было бы всё же туго. А ещё раз новый уровень даёт такие бонусы, то стоит полностью сосредоточиться на его поднятие.

Что ещё хорошо, так это то, что мне пока нужно усилять только две характеристики. Силу и ловкость. Выносливость по понятным причинам бесполезно прокачивать, а магическая сила заблокирована.

Девять оставшихся очков я вложил в ловкость. Поскольку мне не хотелось подставляться под атаки монстров. Тем более я пока справляюсь с ними.

Однако не сказать, что был эффект. Вроде моя скорость не изменилась…

Но, как бы то ни было, это только второй уровень. Считай низший.

«»«»«»

Дни сменялись неделями, а недели – месяцами. Я и не заметил, как пролетели три месяца в Ли Юэ. За это время ничего особенно интересного не происходило – всё свелось к рутине в гильдии, да регулярным вылазкам на монстров.

К сожалению, завести знакомства мне так и не удалось. Как чужеземца, многие проявляют ко мне настороженность, а порой и с явным презрением, словно я какая-то чернь из другой страны. В первые дни я не обращал на это внимания, но чем дольше оставался в городе, тем отчётливее это ощущал. Только среди старшего поколения находились те, кто относился ко мне нормально, без предвзятости. Например, хозяйка дома, у которой я снимаю комнату, всегда ко мне добра.

Ну и торговцы нормально относятся. Но, скорее всего, из-за их профессии, где предполагается общение с иностранными коллегами. Город то портовый.

А вот люди ближе моего возраста открыто не хотят со мной говорить. Даже когда спросил у одного такого дорогу, тот лишь окинул меня презренным взглядом и прошёл мимо.

Однако в остальном город замечателен. Никто не достаёт, и всё под рукой.

Я даже пару раз заглянул в бордель. Честно? Ожидания не оправдались. Когда слышишь слово «бордель», сразу представляешь себе место, где правит разврат, но здесь всё иначе. Да, секс тоже есть, но его стоимость настолько абсурдна, что позволить себе подобное могут лишь богачи. Может где-то далеко, за пределами столицы, цены адекватные, но не здесь. Чем красивее и искуснее проститутка, тем выше её цена. Я даже слышал, что ночь с «принцессой» – самой популярной девушкой заведения, может доходить до миллиона моры.

По сути, бордель больше напоминает клуб, где люди довольствуются ухаживаниями, изысканными беседами, традиционными песнями и танцами прекрасных девушек. Даже прикасаться к ним нельзя.

Так что облом… Ради одной ночи отдавать столько денег – меня жаба задушит. Вместо этого я купил много различных вкусняшек и пару романов, и ещё осталось много денег.

Но всё же единственное место, где я мог действительно расслабиться – это дикие земли за пределами города. Там, среди утёсов и развалин, только ветер, шум волн и хищные монстры, которым всё равно откуда я родом.

К слову о монстрах, их мало возле города, и больше разбойников, но чем дальше от него, тем всё кардинально менялось.

Однажды я решил уйти из Ли Юэ на неделю, поскольку посчитал, что уделять охоте на монстров пару часов мало. Просто шёл вперёд, выбирая путь не по протоптанным дорогам, а через луга и холмы. Благо усталости я не чувствовал, как и голода.

Дни сливались в однообразие, пока на третий день я не наткнулся на нечто, что выбивалось из привычного порядка вещей.

Прямо передо мной огромная тварь разрывала хиличурлов, пожирая их вместе с оружием. Она напоминала дракона без крыльев или, скорее, древнего динозавра, покрытого каменными шипами.

Тварь была колоссальной. В её лапе спокойно умещались пять хиличурлов, а, может, больше. Но даже несмотря на чудовищные размеры, она двигалась с пугающей быстротой, словно её не сковывал собственный вес.

Если бы она тогда меня заметила… Я не был уверен, что смог бы сбежать. Да что там, я бы не продержался ни минуты.

И нет, это не был геовишап, и даже не Аждаха – гео-дракон. Такого монстра я ещё не встречал в игре.

Впрочем, этот мир отличался от игрового. И дело даже не только в этом монстре. Например, тут нет цензуры – никакой. Здесь спокойно существовали бордели, а наркотики продавались едва ли не открыто. Разборки пьянчуг, маты, бедные люди в сильно поношенных вещах, беременные девочки, которым на вид нет пятнадцати, но при этом они уже женаты – всё это не встретить в игре.

Конечно, я утрирую, не всё так плохо в Ли Юэ. Обычный город, где так или иначе случаются казусы, которые в игры, естественно не добавят из-за возрастного ограничения.

Так что, возможно, этот монстр появился в одном из обновлений, вышедших после того, как я забросил игру. Или же дело в другом – до событий канона оставалось несколько веков. За это время мир мог измениться до неузнаваемости. Ведь здесь действуют иные законы природы, и властвуют боги.

Но, как бы то ни было, после той встречи я понял: мир куда опаснее, чем я себе представлял. И с того дня я старался далеко не уходить от города. Хоть тут и мало монстров, но зато нет таких чудовищ.

Я даже спустя месяцы так и не понял, что это было за чудовище. Расспрашивал искателей приключений, охотников, торговцев – всех, кто мог хоть что-то знать. Но одни лишь отмахивались, мол, за пределами города полно всяких чудовищ, а другие твердили про геовишапов, словно это объясняло всё.

Но когда я заговорил об этом с одним из опытных авантюристов, пожилым мужчиной по имени Ли Фэн, он переглянулся с товарищем, помрачнел и, понизив голос, произнёс:

— Лучше забудь, что ты это видел.

— Почему?

— Потому что если начнёшь искать ответы, найдёшь только свою смерть, — хмуро сказал он. — Думай, что это был просто необычный геовишап. Так будет проще.

Я нахмурился.

— Геовишапы не такие большие. И медленные. А эта тварь…

Ли Фэн тяжело вздохнул, будто решая, стоит ли мне говорить правду.

— Есть старая легенда, — наконец сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Говорят, в недрах Ли Юэ дремлет Древний Король, тот, кто правил этими землями задолго до Властелина Камня. Его эпоха давно прошла, но некоторые верят, что он жив и просто ждёт, когда снова придёт его время.

В воздухе повисла тишина.

— Не очень-то он похож на божество… — начал я, но Ли Фэн перебил меня мрачным шёпотом:

— Сразу видно, что ты ничего не знаешь о нём. Он не Бог, его описывают как явление. Древний Король пал, но вот его дух… Он смог спрятаться от взора Богов, глубоко под землёй, там где рождается сама жизнь и обитает смерть.

— По легенде, Древний Король переродиться в теле уникального геовишапа, поскольку они его прямые потомки, — добавил товарищ старика, отхлебнув рисового вина.

— Вы хотите сказать, что тот монстр – перерождённый Древний Король? — спросил я, не скрывая скепсиса. — С чего вы взяли? Если бы это было так, Властелин Камня давно бы с ним покончил.

Мужчины переглянулись. В их взглядах не было ни тени сомнения.

— Потому что мы сами его видели, — глухо ответил Ли Фэн. — Это было много лет назад. Мы были молоды, глупы… Думали, что сможем разбогатеть, раскапывая древние руины. Но вместо сокровищ наткнулись на нечто совсем иное.

Его голос дрогнул.

— Мы нашли детёныша геовишапа. Только он был… неправильным. И он ел своих родителей, — закончил за него его товарищ.

Я невольно поёжился.

— Мы никогда не встречали столь сильного монстра, — продолжил старик. — Даже спустя десятилетия. Нас тогда спасли Адепты. Они сразили тварь, но мы все видели, как из её тела вырвался жёлтый сгусток и скрылся в недрах земли. А сам «детёныш» начал разлагаться буквально на глазах, пока не рассыпался в пыль.

Ли Фэн перевёл взгляд на пиалу с вином, и в его глазах мелькнуло нечто похожее на страх.

— Один из Адептов, Хранитель Облаков, сказал, что это был Древний Король. Что он как-то выжил. Что он ждёт… уже тысячи лет. Именно Адепт поведал нам эту легенду.

Он помолчал, потом добавил:

— Почему именно сейчас он решил вернуться – я не знаю, а Адепт и так много сказал, с моей стороны было бы наглостью спрашивать. Что-то изменилось девятнадцать лет назад. Появились таинственные монстры, которые хлынули из Разлома и погубили немало людей. Но все же мы справились, и запечатали Разлом. Но, к сожалению, с того момента Властелин Камня стал спускаться к нам раз в год, а раньше жил с нами и делился мудростью.

Девятнадцать лет назад…? Не тогда ли произошла трагедия в Каэнри'ах?

Я точно, конечно, не знаю какой сейчас год. Календари сего мира очень странные, при этом точных чисел нет, когда произошла катастрофа. Известно только, что пятьсот лет назад до начала канона. Но Скарамуччу создали через некоторое время после трагедии.

Конечно, я плохо помню лор Ли Юэ, но катастрофа также задела и этот регион. Если это так, то Древний Король мог действовать сейчас, поскольку почувствовал шанс на возрождение. Как знаю после катастрофы многие древние существа стали вести себя нагло, словно их спустили с поводка, и никто не собирается привязывать вновь.

Взять ту Богиню, которая напала на близнецов в начале игры. Она ведь сильна, и какая-то там хранительница. Но, по сути, кроме пролога так и больше не появилась.

— Мы пытались рассказать обычным людям про встречу с Древним Королём, — нарушил тишину Ли Фэн. — Но после катастрофы все стараются закрывать глаза на проблему, а другие просто не поверили нам. Вот так прошло почти двадцать лет, пока ты не рассказал про странного монстра.

— Это дело Адептов, а не людей. Я советую тебе жить дальше и думать, что это слегка необычный геовишап, — произнес его товарищ, имени которого я так и не узнал.

Ну а я что? Естественно, не собирался никуда лезть, особенно в такие серьезные дела. Просто было интересно, что за чудище бродить по этому миру.

А что касается слов мужчин про Древнего Короля, то кто его знает. Сомневаюсь, что Адепт мог рассказать всё обычным людям. Лишь только самый болтливый.

*Где-то в горах закашлялась цапля*

Глава 14

Я вручил лечебные травы клиенту, наблюдая, как он с благодарностью кивнул и скрылся за углом. После этого устало вздохнул.

Сколько я уже выполнил заданий гильдии? Десятки? Сотни? А мой ранг по-прежнему остаётся первым. Ни продвижения, ни признания – только бесконечные поручения, от которых уже болит голова. А я ведь кукла! Но даже мои шестерёнки чествуют бессилие при виде таких заданий: «собрать травы» или «помочь с доставкой».

Радовало только то, что мой уровень приближался к десятому, а монстры в близи города не стало меньше. Поскольку они либо возрождаются – хиличурлы, либо появляются, в случае элементалей. Но из-за того, что на это требуется от дня до двух дней, то за три месяца показатели не столь впечатляющие. А снова рисковать – идти вглубь, где много монстров, но и где бродит то чудище, мне просто не хотелось.

А ещё у меня сломалась катана… Нелепо вышло. Когда в очередной раз разрезал хиличурла, лезвие застряло в его плоти, и из-за моей невнимательности, я сильно дернул клинок на себя, так ещё монстр был жив и дергался. Хруст и катана попросту лопнула.

К сожалению, в Ли Юэ найти подходящую замену среди катан было практически невозможно. Инадзума ревниво не желала продавать свои орудия, а здешние мастера не сильно то и понимали, что куют. Я это сейчас только про катаны. В Ли Юэ есть отличные мастера, но они предпочитают ковать только традиционные орудия.

Ещё были катаны из Фонтейна…

Кстати, когда уходил из игры, то этого региона не было, как и Натлана со Снежной, но они есть в этом мире. Кроме того, на карте размеры некоторых регионов, например Мондштадта, выглядят больше, чем в игре.

Но вернёмся к катанам из Фонтейна. Они очень дорогие. Поскольку это эксклюзивный товар, который выкован по заказу. Но из-за каких-то обстоятельств, эти катаны попали в руки торговцам Ли Юэ. Возможно, из-за того, что вещи в Инадзуму везут через этот порт.

Остальные клинки были непривычными. Например, я купил обычный стальной меч – цзянь, и в первой же стычке с хиличурлами чуть не получил серьезную травму.

Так что я пришёл к тому, что нужно ещё тренироваться. В гильдии была тренировочная арена, а вот мастеров, к сожалению, не было. Даже школ. Они почему-то располагались далеко от столицы, причем где-то в горах или в труднодоступных местах, и чтобы просто добраться до них – нужно было пройти немало километров. Некое испытание, черт его дери, не иначе.

И вот тут такие дела:

Уходить из Ли Юэ было нельзя, поскольку больше всего заданий гильдии в столице, а на что-то жить мне нужно. Хоть я и кукла, но лежать на кровати и кушать вкусняшки хочу как любой обычный человек. Думаю, это и есть радости жизни. Да и одежда изнашивается невероятно быстро во время сражений. Не голым же мне ходить.

С другой стороны, я ничего не умею. Все мои навыки – это вложенные в Скарамуччу данные от самой Эи. Поэтому мне бы не помешал мастер, который объяснит, что я вообще делаю. А желательно мастер, который ближе к стилю Эи, но таких среди смертных, будем откровенны, нет.

Но ладно, это всё – нудная ерунда, и я надеюсь, что в будущем найду решение. Просто нужно было о чём-то подумать, пока относил очередное любовное письмо. Что кстати забавно – в Ли Юэ любовные письма обязательно должны быть в конверте с изображением красного пиона. Связанно это с грустной романтической легендой, где обычный человек влюбился в Адепта, и до самой старости носил ей красный пион. И зная, что в этом мире легенды и мифы вполне могут быть реальны, то я рад за них. Ведь в продолжение мост из лепестков красного пиона соединил их судьбы, и даже смерть не смогла их разлучить.

А вот и девушка, которой я должен отдать конверт. На удивление, парень описал её верно.

— Госпожа Ху Фуа, — язык сломаешь, пока выговоришь здешние имена, — вам письмо от господина Тао Ля.

Девушке на вид было между шестнадцатью и восемнадцатью годами. Её внешность для Ли Юэ была необычной: густые длинные серебристо-голубые волосы и большие голубые глаза. Однако бело-синий наряд с восточными мотивами вполне вписывался в традиции региона. Чего нельзя было сказать о Пиро Глазе Бога, закреплённым на её поясе.

Вообще, это третий владелец Глаза Бога за последние три месяца. Если верить людям, то до трагедии с монстрами их было много, но после остались гроши, которые разошлись по миру, чтобы разобраться с оставшимися врагами. И всех их объединяет одно – они необычны. Это может проявляться в одежде, внешности или даже в характере. Они словно бриллианты, сверкающие среди серой массы.

Например, месяц назад я столкнулся с искательницей приключений, владелицей Электро Глаза Бога. Она путешествует по миру, и забежала в Ли Юэ, чтобы забрать деньги в гильдии, а куда направилась дальше – неизвестно.

Её внешний вид точно не оставил никого равнодушным: короткие ярко-розовые волосы, откровенный наряд, напоминающий смесь доспехов и нижнего белья, и фигура, от которой у мужчин в гильдии просто срывало голову. Стройная, но с внушительными формами, и с очень милым личиком.

Третий владелец Глаза Бога – Тан Сяо. Внешность у него обычная, как и одежда. Но даже так он выделялся… Я бы сказал, что у него необычная аура.

А ещё от владельцев Глаз Бога ощущаются едва заметные импульсы. Тяжело объяснить, просто чувствуется на подсознательном уровне.

Но, как бы то ни было, Ху Фуа с любопытством взглянула на меня, затем аккуратно приняла письмо, словно ожидая в нём чего-то особенного.

Однако дальше произошло нечто неожиданное. Девушка мягко улыбнулась… и, не раздумывая, порвала письмо, даже не удосужившись заглянуть внутрь.

— Если у него не хватило смелости сказать мне это в лицо, то и читать я не собираюсь, — спокойно произнесла она, видимо, заметив моё недоумение.

— Эм… понял, — выдал я, пожав плечами.

Девушка фыркнула и посмотрела на меня с лёгким интересом.

— Ты ведь не из Ли Юэ, Инадзума?

— А ты догадливая.

После моего ответа, Ху Фуа задумчиво кивнула, затем чуть прищурилась, будто оценивая что-то.

— Ты ведь искатель приключений. У тебя есть оружие?

Вопрос был неожиданным, но даже больше удивил не он, а тон, которым его задали. Возбужденный. Словно она чему-то обрадовалась, но при этом её лицо выглядело всё таким же спокойным.

Я прищурился в ответ.

— Зависит от того, зачем спрашиваешь.

— Почему бы не попробовать что-то интереснее, чем разносить письма? — Ху Фуа наклонила голову, её серебристо-голубые волосы плавно скользнули по плечу.

Я хмыкнул.

— Например?

Она медленно развернулась, бросая через плечо загадочный взгляд.

— Узнаешь, если сможешь угнаться за мной.

И, не дожидаясь ответа, прыгнула вверх, ловко ухватившись за выступ ближайшего здания, а затем взмыла выше, словно её не сковывали никакие ограничения гравитации.

Я вздохнул.

И конечно же… я не побежал за ней. Делать мне было нечего, как бегать по городу за таинственной незнакомкой.

Я развернулся и потопал в гильдию, чтобы получить вознаграждение. Обычно там я появляюсь один раз в неделю – забрать деньги и послушать слухи. В остальном там нечего делать.

Гильдия искателей приключений находилась в центре города, недалеко от пристани. В это время дня здесь всегда было шумно: кто-то обсуждал последние находки в подземельях, а кто-то искал людей в отряд.

Я подошёл к стойке, за которой сидела знакомый мужчина – Тан Сяо, глава гильдии. Он мельком взглянул на меня и тут же закатил глаза.

— Ты хоть раз придёшь сюда не с угрюмым выражением лица?

— Когда прекращу быть «курьером», — усмехнулся я. — Я за наградой.

Старик ещё раз закатил глаза.

— Как будто у тебя есть другие причины приходить в гильдию, — пробубнил Тан Сяо, параллельно доставая учётную книгу. — Так… шестнадцать выполненных заданий. Семнадцать тысяч двести моры.

Я взял мешочек с деньгами, прикинул вес на ладони и поморщился.

— Не густо. Даже до двадцати тысяч не дотянул.

— Ха! Да ему ещё мало! — хмыкнул Тан Сяо. — Забираешь почти все задания первого ранга, а потом ещё жалуешься.

— Разве есть те, кто хочет их выполнять? — усмехнулся я, убирая деньги.

— А ты как думаешь? Не только ты хочешь получить второй ранг или заработать денег. Разве не замечал, как на тебя тут косо смотрят?

После его слов, я окинул помещение внимательным взглядом. Были кто косо поглядывал на меня, особенно среди молодежи, но вроде ничего необычного.

— На меня всегда косо смотрят. Я ведь не из Ли Юэ, — пожал я плечами. — Раз уж я «отбираю» их задания, почему они до сих пор ко мне не подошли? Слышал в Ли Юэ любят разбираться кулаками.

Тан Сяо захохотал, хлопнув ладонью по столу. Тот подозрительно хрустнул, будто в следующий раз точно сломается.

— Ты явно не знаешь наших ребят. Они, конечно, вспыльчивые, но не дураки. Видят, что ты не простой новичок, вот и не лезут без нужды. Ведь о тебе уже наслышан весь город.

Я недоуменно посмотрел на главу.

— А ты думал, что никто не замечает? — усмехнулся он. — Многие видели, как ты разделываешься с монстрами неподалёку от города. Это облегчило жизнь травникам, торговцам и просто тем, кто хочет спокойно погулять за стенами.

Естественно, пару раз люди видели, как я убивал монстров, но…

— Никогда не думал, что это кого-то волнует.

— Вот поэтому они к тебе не подходят. Видят, что ты сильный, — Тан Сяо ухмыльнулся. — Так что косо на тебя смотрят в основном искатели приключений, у которых ты «крадёшь» задания.

— Вот оно как… — я ещё раз оглядел гильдию, но в этот раз задумчиво, а после посмотрел на главу и вздохнул. — Ладно, есть какие-нибудь интересные новости?

Он наклонился вперёд, словно опасался, что кто-нибудь услышат.

— Связано с руинами. Говорят, там что-то странное происходит. Исчезают люди.

— С какими руинами? — спросил я, нахмурившись.

— Неподалеку от того места, где ты увидел необычного монстра. Поэтому и решил сообщить тебе, чтобы ты не лез туда.

Неужели это тот самый монстр… Древний Король?

С другой стороны, если в этих руинах действительно гибнут люди, то рано или поздно туда явятся Адепты. Они разберутся с угрозой.

Я слишком слаб, чтобы соваться туда, пока этот монстр жив. Но вот запомнить расположение руин – хорошая идея. Позже, когда всё уляжется, можно будет сходить. Вряд ли после Адептов и Древнего Короля там останется что-то опасное. А вот ценное – вполне возможно.

В конце концов, что для обычных людей сокровище, то для богов – мусор.

Глава 15

После того как я забрал деньги, то первым делом направился в свой любимый ресторан, чтобы спустить большую часть недельной прибыли. Там подают невероятно вкусную еду. Стоило попробовать в первый раз так сразу влюбился в это заведение. В прошлой жизни такая роскошь мне только снилась, но здесь я мог осуществить все свои мечты.

Как только я вошёл, меня сразу окутала привычная теплая атмосфера. В углу комнаты пела оперная певица, но фишка этого ресторана – это водопад, который спадает со второго этажа. В воде плавали какие-то странные существа, похожие на фей.

Я занял свой любимый столик у окна и жестом подозвал официантку.

— Как обычно? — с улыбкой уточнила она.

Я кивнул.

Девушка с лёгким смешком удалилась, а я, откинувшись на спинку стула, позволил себе просто расслабиться.

Ради такого стоило бегать по полям и раздавать почту.

Вскоре официантка вернулась, неся на подносе глиняную чашку с ароматным чаем и маленький кувшин с молоком. Это ещё одна причина, по которой этот ресторан запал мне в душу. Здесь можно заказать нормальный чай, а не тот травяной отвар, который местные упорно называют чаем.

Молоко, конечно, идёт за дополнительную плату, так как это отдельный напиток, но оно того стоит. Ведь чай без молока – это не чай. Так всегда говорила моя бабушка, и я с ней полностью согласен. И пусть местные смотрят на меня как на идиота, ничего они не понимают.

Я сделал первый глоток. Горячий, насыщенный, с мягким сливочным вкусом. Именно то, что нужно.

Официантка вновь оставила меня одного, дав возможность спокойно насладиться чаем.

Однако не успел я поднести чашку ко рту для второго глотка, как…

— Ты! — раздался возмущённый женский голос.

Я вздохнул, уже предчувствуя неприятности.

Повернув голову, увидел у входа Ху Фуа. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с выражением, которое одновременно сочетало раздражение и… гнев?

Я спокойно отставил чашку в сторону и улыбнулся:

— Госпожа Ху Фуа, рад снова вас видеть.

— Как ты посмел бросить меня?! — воскликнула она, подлетая ко мне с таким видом, будто собиралась стукнуть.

Я моргнул недоумевая.

— Прости, что?

— Ты должен был погнаться за мной! — она возмущённо всплеснула руками. — Я даже специально не слишком ускорялась, чтобы у тебя был шанс!

Она действительно не видит в этом странность? Или притворяется дурочкой?

Бегать по крышам за незнакомой девушкой? Нет уж, увольте. Мне не хочется сталкиваться со стражниками из-за такой ерунды.

Но её видимо такое не смущает. Раз она устроила сцену на весь ресторан. Вон уже как смотрят на нас.

— Прости, но гоняться за незнакомками по крышам, мягко говоря, глупо, — сказав это, я спокойно сделал глоток чая.

Ху Фуа раздражённо нахмурилась, но затем вдруг хитро улыбнулась.

— Значит, ты просто трус.

Я усмехнулся.

Слишком по-детски. Помню ещё в младших классах такое любили, но научились говорить «нет» и это осталась в детстве.

— О, постарайся получше, — протянул я с явной насмешкой, вновь поднося чашку ко рту.

Ху Фуа прищурилась, но, похоже, мои слова её скорее забавляли, чем злили.

Она обошла стол и, не сводя с меня внимательного взгляда, плавно опустилась на стул напротив.

— Хм… Значит, так просто тебя не зацепить, — задумчиво пробормотала Ху Фуа, затем её глаза чуть сузились. — Но, думаю, кое-что другое тебя заинтересует.

Я приподнял бровь.

— Скажем так… У меня есть работа, которая требует смелости, ловкости и сообразительности. А ещё она очень прибыльная, — добавила она, продолжая пристально смотреть на меня.

— Ты уверена, что говоришь с нужным человеком? Я тут всего лишь посыльный, — ухмыльнулся я.

— О, не нужно прикидываться, — фыркнула девушка. — Весь город уже говорит, как ты убиваешь монстров за городскими стенами.

Я вздохнул. Вот уж не думал, что это привлечёт столько внимания.

— Есть множество людей, куда опытнее и сильнее меня, — произношу вздыхая.

— Они не подходят.

Тем временем к нашему столу подбежала официантка. Ху Фуа даже не взглянула в меню – она быстро и уверенно начала перечислять блюда… много блюд. Бедная официантка едва успевала записывать, мельком бросая почему-то на меня сочувствующие взгляды, пока девушка напротив тараторила, словно боялась, что её вот-вот прервут.

Я хмыкнул, наблюдая за этим зрелищем.

А ведь по внешнему виду Ху Фуа не сказать, что она много ест. Стройная, подтянутая, словно следит за калориями и активно тренируется. Хотя почему «словно»? На поясе у неё висел меч, да и скорость, с которой она прыгала по крышам, говорит о том, что девушка сильна.

Впрочем, это даже логично. Если она действительно так много тренируется, а с учётом этого мира тренировки могут быть совершенно безумными, то и калорий она сжигает немало. Значит, и есть должна соответствующе.

Правда… она уже заказала на четверть своего веса…

Я усмехнулся.

— Уверен, что всё это в тебя влезет?

Ху Фуа бросила на меня лукавый взгляд.

— Не волнуйся, влезет.

Официантка закончила записывать заказ и, поклонившись, поспешила в кухню. Судя по её лицу, то готовка займёт уж очень много времени. Она даже не сообщила сколько нужно ждать.

— Так что ты от меня хочешь? — спросил я, делая глоток чая.

— Какой прямолинейный, — Ху Фуа наклонилась вперёд, опираясь локтями о стол. — Ну ладно, не буду тянуть. Мне нужен напарник.

Я недоуменно посмотрел на неё.

— Напарник? Для чего?

— Для исследований руин разумеется! — воскликнула она, как будто это было очевидно. — Я уже давно хочу этим заняться, но мне запрещают соваться туда одной. Поэтому я ищу напарника. Ты… ты подходишь.

— С чего ты взяла?

— Я же сказала – весь город знает, что ты расправляешься с монстрами. Значит у тебя достаточно навыков, чтобы помочь мне.

Я задумался. С одной стороны, идея путешествовать вместе с этой сумасбродной девушкой выглядела сомнительно. С другой… исследование руин, возможно, сулило неплохую прибыль. Как и опасность.

— И что мне с этого? — прищурился я.

Ху Фуа улыбнулась ещё шире.

— Процент от добычи, конечно же! А ещё… — она наклонилась ближе и прошептала: — Доступ к информации, которая недоступна простым искателям приключений.

Я поднял бровь. Однако так и не успел сказать хоть что-то. В этот момент вернулась официантка, неся первое блюдо, и разговор пришлось прервать.

А после… я просто был не в силах вымолвить хоть что-то, ведь на примере понял, что значит бездонный желудок. Нет, даже не так… Будто её желудок был порталом в другое измерение, где вся эта еда просто исчезала без следа.

Она ловко управлялась палочками, подхватывая кусочки мяса, риса, лапши, овощей, умудряясь при этом не терять ни крупицы. Казалось, даже официантки, снующие мимо, поглядывали на неё с лёгким изумлением.

Я сделал глоток чая и задумчиво посмотрел на неё.

— И часто ты вот так пугаешь людей своим аппетитом?

Ху Фуа остановилась на секунду, посмотрела на меня и невинно моргнула.

— А что? Ты боишься, что я съем и тебя?

— Если у тебя такой же азарт в бою, как во время еды, тебе вообще не нужен напарник, — усмехнулся я.

Она фыркнула, отправляя в рот ещё один кусочек мяса.

— Поверь, в бою я не менее впечатляющая.

Я только покачал головой, продолжая наблюдать за девушкой. Было в этом что-то завораживающе. Теперь я в полной мере понял, почему мукбанги такие популярные. Правда в отличие от них, Ху Фуа ела элегантно, сразу заметно, что её строго учили манерам.

Смотря на девушку, я сам не заметил, как съел своё блюдо и выпил весь чай. Поэтому заказал ещё чая. Ведь, судя по тарелкам, Ху Фуа ещё долго будет есть.

Но нет ничего вечного, вот и девушка уже доедала последнюю порцию.

— Так что за информация? — всё-таки вернулся я к главному вопросу, когда она отложила палочки.

Ху Фуа хитро улыбнулась.

— Ты слышал о Запретных Руинах неподалёку от озера Цинсю? — спросила она, глядя на меня с любопытством.

Я насторожился.

— Только не говори, что ты про те самые руины, где бесследно пропадают люди?

Ху Фуа удивлённо моргнула.

— А? Откуда ты это знаешь? Я думала, это секретная информация, — на её лице промелькнуло разочарование, но всего на секунду. Уже в следующий миг она оживилась и усмехнулась. — Хотя это даже к лучшему. Раз ты в курсе, меньше слов – больше дела.

— Ну уж нет, забудь об этих руинах. Там обитает очень опасная тварь, которая разорвет любого опытного воина за считанные секунды, — нахмурился я, скрестив руки на груди.

Ху Фуа прищурилась, явно не впечатлённая моими словами.

— Ты говоришь как мой учитель…

— Не нужно быть гением, чтобы понять, насколько это безрассудно. Идти туда – самоубийство чистой воды.

Её улыбка исчезла, сменившись выражением разочарования.

— Так ты тоже трус? — сказала она, почти с грустью в голосе.

Я закатил глаза.

— Нет. Просто у меня есть мозги.

Ху Фуа некоторое время смотрела на меня немигающим взором, в котором я видел обиду и… толику надежды, словно она ожидала, что я передумаю. Но нет. Я не собирался идти в те руины. Тот монстр это не хиличурл, а какой-то там павший бог, если верить рассказу старика.

Тем более я видел, на что способна эта машина смерти. При виде неё даже мысли о побеге кажутся ненадежными и страшными. Словно перед разъярённой собакой, где каждое действие может спровоцировать её.

И, видимо, моя новая знакомая прочитала на моём лице, что я думаю об этих руинах. Она обиженно хмыкнула и, не сказав ни слова, быстро упорхала из ресторана.

Я не стал её останавливать. Да и зачем? Что толку, если она не хочет слушать.

Однако всё же интересно зачем ей понадобилось туда идти. Руин много. Большинство не исследованы до конца, а некоторые открывают прямо сейчас.

Стоп!

Мой взгляд упал на гору посуд.

— Эй! — крикнул я, вскочив с места и побежав за Ху Фуа, но, выйдя на улицу, не увидел девушку. Её след простыл.

Эта...

— К-хем, прощу прощения, вы ничего не забыли?

Я обернулся и встретился взглядом с мило улыбающейся официанткой, а краем глаза заметил двух стражников, которые внимательно наблюдали за мной.

Глава 16

Пятьдесят восемь тысяч моры…

Именно столько ресторан потребовал заплатить за еду Ху Фуа. Меня до сих пор потряхивает от этой суммы, особенно если учитывать, что это практически все мои деньги. Но я не стал платить.

Сначала они пытались давить на меня словами, угрожали испортить репутацию и запретить вход в ресторан. Потом пошли методы посерьёзнее – два амбала у входа явно стояли там не просто для красоты. Видимо, рассчитывали, что я испугаюсь и соглашусь выложить деньги. Но видя такое отношение, я только сильнее упёрся. Да и, в конце концов, Ху Фуа мне никто. Мы сегодня только столкнулись, даже не стали друзьями, так почему я должен оплачивать?

Плевать на них. Одно дело – попытаться стрясти деньги, но другое угрозы. Они перешли черту начав мне угрожать. К чёрту такой ресторан.

В итоге я вышел из ресторана в отвратительном настроении. Хотелось кого-то придушить, в особенности одну суку. И нет, это не Ху Фуа. О ней я практически старался не думать, поскольку все мои мысли были заняты словами официантки:

«Ты не мужчина, раз не можешь заплатить за даму…»

Сучка тупая. Понимала, что раз ресторан охраняется двумя амбалами, то ничего ей не будет. Вот и ухмылялась. А ведь какой милой казалось. Я даже оставлял ей пару монет, поскольку она решила дело с молоком в чае.

Ох, какое же у неё лицо стало, когда я без проблем опрокинул охранников. Век не забуду.

— Молодой Господин, — меня отвлёк чей-то голос.

Эта сказала невысокая старушка, торгующую обжаренным мясом на бамбуковых шпажках. Её дрожащие руки протягивали мне одну такую шпажку, а лицо светилось тёплой, доброй улыбкой. Прямо как у моей бабушки, когда она ещё была жива.

— Молодой Господин, не желаете отведать?

Я невольно улыбнулся в ответ и достал кошелёк – носить деньги в инвентаре удобно, но привлекать внимание не хотелось.

— Пятьсот моры, — произнесла старушка, её улыбка стала ещё шире. — Я сейчас заверну.

— Не стоит, возьму так.

Я отсыпал нужное количество монет, ощущая их вес в ладони.

Говоря о море… Монеты здесь просто кошмарно неудобные. О чём вообще думал Моракс, создавая их такими? Видимо, удобство не входило в его планы. Пятьсот монет – уже приличная тяжесть, не говоря о десяти тысячах, а сто тысяч? Даже представить страшно.

Люди, конечно, приспособились: сортируют деньги по мешочкам, а торговцы и вовсе используют весы, чтобы не возиться с пересчётом. Но неужели нельзя было сразу сделать нормальные номиналы? Монеты по сто мор, по тысяче, по десять тысяч… В итоге не редкость, когда можно увидеть людей с огромными мешками моры, а богатые вовсе нанимают людей для этого.

Размышляя об этом, я дошёл до рынка. За три месяца у меня скопилось слишком много вещей, которые давно пора продать.

Я раньше уже пытался, но торговцы предпочитают покупать в большом количестве и дешево. Поэтому за три месяца мой инвентарь пополнился множеством разного барахла, и если их всех продать, то можно… наверное, получить хорошую сумму.

Однако у меня была и другая цель. Продажа – хорошее, но очень утомительное дело. Ведь торговцев много и покупают они неохотно. А вот стать наемником очень легко. Никакой торговец не откажется от легкой наживы. Поэтому они нанимают авантюристов, которые могут добыть тот или иной товар.

Причем нанимают не через Гильдию Искателей Приключений. Там никто не работает себе в убыток: цена заказа в гильдии всегда выше рыночной. Поэтому торговцы обращаются туда только в случае крайней необходимости. Тем более у них есть своя гильдия, Гильдия Торговцев, где они могут достать почти любой товар по выгодной цене.

Но всё же торговцы не упускают возможности заработать. Поэтому нанимают авантюристов в обход гильдии. Это не незаконно, но вознаграждение в хорошем случае будет в два раза ниже, чем через гильдию.

Тот ещё грабеж… Но если повезёт, то можно наткнуться на крупный заказ, который обычно не увидеть в гильдии. Так ещё можно будет параллельно выполнять свои дела. Однако это если ещё повезёт.

Я два раза выполнял такие задания. В целом неплохой способ заработка. Но правда только в том случае, если можно выполнять параллельно с другими делами. А таких заданий не столь много.

Множество торговцев предлагали разнообразные товары: от свежих продуктов до редких заморских вещей. Естественно, никто не будет в открытую предлагать работу или скупать вещи. Однако, прогуливаясь вдоль рядов, я отмечал, у кого меньше всего товаров, но при этом торговля идёт хорошо. Особенно уделял внимание продавцам мяса с крио-слизью – аналогом холодильника в этом мире. Не все ею пользуются, поскольку есть много нюансов. Очевидное – даже не жара, из-за которой слизь быстро испаряется, а элементарные частицы, что разрушают структуру мяса. И только те, кто разбирается и знает секреты, продают так мясо. Естественно, благодаря холоду мясо сохраняет свою свежесть, и такое мясо покупают куда охотнее, чем чёрное мясо с белым налетом, простоявшее на жаре неделю.

У меня как раз в инвентаре было семнадцать крепких кабанов.

Также меня интересовали алхимики. Им можно было продать некоторые вещи. В особенности они любят части тел монстров или необычные руды. Жаль только хиличурлы в этом плане бесполезные. Их части тел невозможно использовать нигде из-за проклятья. Труп через некоторое время растворяется в черной дымке, чтобы спустя время монстр вернулся к жизни.

Я продолжал осматривать торговцев, выискивая потенциальных нанимателей. Некоторые переговаривались между собой, обсуждая нехватку товара или проблемы с поставками. Но всё это было не то.

Однако всё же мне удалось приметить одну лавку, где продавал молодой парень. За час, что я прогуливался на рынке, его прилавок практически опустел, а это в середине дня. В Ли Юэ пик продаж всегда утром и вечером, именно в это время рынок переполнен людьми.

Подойдя к лавке, я заметил, что парень выглядел слегка встревоженным. Он быстро перебирал оставшиеся товары, делая пометки в маленьком блокноте.

К лавке подошел пожилой мужчина в дорогом халате – честно, понятие не имею как называется эта одежда, но выглядит как натуральный халат, ну… с натяжкой её можно назвать мантией. Почему-то, когда раньше смотрел аниме про культиваторов, то там эти халаты выглядели красиво и изящно, однако в реальности чудаковато. Особенно если он сделан из шелка. Словно чудак перепутал пальто с халатом и вышел на улицу…

Я сделал вид, что изучаю ассортимент, а сам прислушивался к их разговору.

— Вот как у тебя получается? — удивлённо проговорил мужчина, качая головой. — Этот бедный старик не успевает выйти из дома, как твой прилавок пустеет.

— Всем нравится свежее мясо, — вздохнул парень, убирая пустые корзины под прилавок. — Я торгую, а сестра охотится. Правда, в последнее время с этим стало сложнее. Нам пришлось искать новые охотничьи угодья из-за лагеря хиличурлов, и она стала возвращаться позже обычного. Чертовы монстры, вот зачем они пришли… — последние слова он едва слышно прошептал. Но благодаря усиленному слуху, я всё услышал, и тут же нахмурился.

Редко, когда хиличурлы меняют свой дом. Хоть они и тупые, но инстинкты у них очень сильно развиты. А значит причина одна – опасность. Даже бессмертным существам как они не хочется постоянно умирать.

Мог ли я их спровоцировать? Возможно.

С другой стороны, теперь понятно, почему их мясо быстро раскупают. Ведь если его сестра успевала охотиться и приносить добычу в течение дня, то она явно сильна и охотилась неподалеку от города. Это в игре убил кабана – выпало пару кусков мяса. Здесь же нужно ещё разделать тушу, вес которой может достигать до нескольких сотен килограмм, а после доставить мясо на рынок.

Другие продавцы с низкими продажами, скорее всего, тратят слишком много времени, из-за чего мясо поступает на прилавки не в лучшем качестве, а потом ещё и залеживается там неделю.

Казалось бы, логичным решением было бы построить ферму недалеко от города – там можно разводить животных и организовать промышленный холодильник на основе крио-слаймов. Но дело в особенностях этого мира: не все монстры реагируют на животных, а естественных хищников здесь мало. Зато из-за Лей-линий природа буквально кипит жизнью: трава растёт очень быстро, деревья массивные и в воздухе много энергии. В итоге тех же кабанов невероятно много, и они зачастую представляют большую проблему, чем монстры, потому что уничтожают поля и могут серьёзно навредить путникам. Поэтому, как говорят в гильдии, на втором ранге появляются задания на их убийства.

— Ох, осторожнее — нахмурился покупатель. — Как бы ничего страшного не случилось.

Продавец прикусил губу.

— Запрос в гильдию отправили, а толку то? Вчера убили, а сегодня опять монстры вернулись, — произнес он угрюмо.

— Ну тут если только отлавливать, — влезаю в их разговор. — Вот только это такое же временное решение. Ещё можно, конечно, попробовать договориться с ними… Но они не чтут договоры, могут не трогать первое время, но если увидят с едой, то забудут обо всём.

Они посмотрели на меня напряженным взглядом, особенно продавец. Он оглядел меня с ног до головы, и его взгляд задержался на книги авантюриста у меня на поясе.

— Искатель Приключений? — спросил парень. Вопрос был риторическим, поэтому не видел смысла отвечать. — Первый ранг… — он задумчиво оглядел меня ещё раз. — Хм, чужеземец с тёмно-синими волосами и голубыми глазами, а это не ты ли убиваешь монстров за городом?

Надеюсь, он не хочет предъявить мне, что это из-за меня хиличурлы поселились в его охотничьем месте? Мало ли…

— Допустим.

Однако парень неожиданно улыбнулся.

— Если отловить их, то сколько дней у нас будет?

Я задумался над его вопросом.

— Всё зависит от обстоятельств. Если просто поймать и держать в клетке, то пока не умрут, — как по мне, этот метод жестокий. Одно дело – быстрая смерть, а другое долгая и мучительная. Ведь хиличурлы по своей сути хоть и монстры, но разум всё же имеют. — Либо можно перевезти их к другим хиличурлам. Тогда есть шанс, что они и вовсе не вернуться назад.

— Либо могут привести их собой, — дополнил старик.

Я пожал плечами. Всё может быть, как и то, что на место старых придут новые монстры. Вообще странно, что его сестра может охотиться вблизи города, а другие нет. Значит те избегают этого места. Обычно это происходит только в том случае, если там какая-то опасность. То есть либо уже опасности нет, а другие просто не знают, либо девушка очень сильна. Последнее вероятнее, раз она справляется одна. Но тогда возникает другой вопрос, почему она не может разобраться с хиличурлами.

— Они распугивают животных, — произнес торговец, вздыхая. — Обычно мы заранее готовимся к охоте, устанавливаем ловушки и приманки, но эти… эти твари… — он сжал кулаки от злости. Но всё же быстро пришёл в себя, и неловкой улыбкой посмотрел на нас. — Ох, простите, что-то вышел из себя. Так вот, они всё крушат, а их запах отпугивает животных. Один раз даже умудрились устроить засаду. Благо сестра охотится с детства, поэтому сразу заметила.

— Она охотится одна? — спрашиваю.

Парень кивнул.

— Раньше она ходила с папой, но из-за травмы он вынужден сидеть дома, — ответил он, а после посмотрел на меня с надеждой. — Ты ведь убиваешь монстров, о тебе даже слухи различные ходят…

— Слухи?

Торговец смутился.

— Говорили, что за городом видели фею, чьи движения в битве с монстрами напоминали элегантный танец. Правда потом гильдия сказала, что ты мальчик, но слухи до сих пор ходят. Многие думают, что ты скрываешь свой пол, — улыбнулся старик, слегка хихикнув по-старчески. — Уж больно ты красивый для мальчика, хе-хе.

Я криво улыбнулся, не зная как реагировать на его слова.

— К-хем, — привлек внимание торговец. — Я хочу нанять тебя. Не знаю, что ты сделаешь с хиличурлами, но главное чтобы они не мешали охотиться.

Ну… я ради этого тут, так что согласился.

Он быстро изложил суть дела и даже предложил внушительную сумму в качестве мотивации. Однако взамен потребовал заключения контракта.

В этом регионе контракты священны, и их нарушение может обернуться такими проблемами, что легче сбежать из Ли Юэ, чем попытаться восстановить свою репутацию. Ведь этими землями правит сам Бог Контрактов, и пренебрежение его заветами чревато не только потерей доверия, но и куда более суровыми последствиями.

Я уже сталкивался с таким пару раз, ничего такого, если соблюдать контракт. Поэтому спокойно согласился. А после ещё с легкой руки смог продать ему три кабана.

Глава 17

Место охоты находилось довольно далеко от руин с чудовищем, да ещё и с другой стороны, к тому же путь преграждали горы. Поэтому я спокойно шёл, попутно расправляясь с мелкими монстрами, а вот сильных предпочитал обходить. Их силу я пока не знал, а проверять на себе и рисковать без особой необходимости не хотелось.

Вот доберусь до десятого уровня – тогда можно будет попробовать зачистить большой лагерь хиличурлов. В нём около двадцати монстров, среди которых даже два шамана. Это будет хорошее испытание для моих сил.

К слову о шаманах. Торговец упомянул, что среди моих будущих противников встретится один из них. Поэтому его сестра решила не рисковать. А мне нужно попробовать сразиться с врагом, который может использовать элементальную магию, кроме слаймов.

— Так... — пробормотал я, доставая карту, а затем сверившись посмотрел на пещеру. — Вроде здесь.

Торговец, конечно, не удосужился пойти со мной. Просто указал куда идти, мол у него лавка, да и сестра вот-вот вернётся – волноваться будет. И с одной стороны, хорошо, что он не увязался следом. Явно бы мешал. С другой была небольшая такая проблема… я не знал точного места. Он сказал, что в пещере, где его сестра разделывает мясо, поскольку там удобно и прохладно. Но таких пещер в этой области было много. Всё же здесь раньше что-то добывали, но после катастрофы шахты опустели. Поэтому придётся исследовать их все.

Я подошёл ближе к пещере. Выглядела она обычной, ничего примечательного, а из-за особенности почвы – мелкий песок, который ветер быстро раздувал, даже следов вокруг не было видно. Внутри полумрак, и только ветер тоскливо завывал. В такую задницу никто в здравом уме не пойдёт. Это в игре хорошо, не нужен источник света, чтобы исследовать такие пещеры. Тут же без специального оборудования нельзя. Благо мир фэнтезийный, и источник света можно добыть, буквально пройдя пару метров. А именно вон те странные кристаллы, излучающие нежно оранжевый свет, идеально подойдут для этого.

К слову, что это?

Янтарь с Гео энергией внутри

Забавно, нужно будет собрать побольше на обратном пути. Может что-то можно сделать из них. По свечению они походили на люминесцентные ленты, которыми я баловался в детстве. Так что более или менее пещеру можно было осветить.

Но, пройдя десять метров, я уже стал сомневаться, что здесь обитают монстры. Хиличурлы шумные, да и воняют. А тут тишина, да и пахнет как в подвале. Но я всё же решил проверить. Вдруг обнаружу что-нибудь интересное, либо как в игре найду сокровищницу. Сомневаюсь, конечно, но мало ли.

Раздался странный шорох, доносившийся чуть дальше, за большим валуном. Звук был приглушённым, словно кто-то осторожно двинулся, и его обувь скользнула по песку. В пещере звук разносился чётче. Да и у меня острый слух. Поэтому я сразу же среагировал.

Я скользнул вдоль стены, чтобы, кем бы ни был этот "кто-то", он не смог атаковать меня внезапно. Затем достигнув валуна, я одним ловким движением запрыгнул на него и замахнулся мечом, готовясь атаковать монстра... Монстра?

Мне понадобился миг, чтобы осознать, что передо мной вовсе не хиличурл. На меня с напряжённым лицом смотрела знакомая девушка. Она явно не ожидала моего появления – выражение её удивленного лица было бесценным. Однако рефлексы у неё на уровне: она тут же отпрыгнула назад и встала в боевую стойку, выставив меч в мою сторону.

Ху Фуа...

— Что ты тут делаешь? — спросил я, опуская клинок.

— Могу спросить о том же, — ответила она чуть расслабившись. — Я ищу кое-что... или кого-то. А ты?

— Контракт. Надо разобраться с хиличурлами. Но только вот их следов я не нашёл. Видимо ошибся с местностью, — вздохнул я, а затем тут же нахмурился. — Подожди, с чего бы я распинался перед тобой? Ты убежала, не заплатив!

Ху Фуа нахмурилась.

— Не думала, что такая маленькая сумма тебя так заденет, — покачала она головой.

От её слов я едва не споткнулся.

Она что, издевается? Или какая-нибудь богачка, которой всё нипочём?

Однако следующие её слова окончательно выбили меня из колеи.

— Ты ведь постоянно проводишь время в борделе. Насколько нужно быть низким человеком, чтобы тратить деньги на такую мерзость?

Пару секунд я просто молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Затем нахмурился и, не раздумывая, указал на неё клинком. На её лице тут же промелькнула тень усмешки.

— Во-первых, тебя не касается, куда я трачу свои деньги. Во-вторых, в борделе я был всего три раза, и все эти разы не покупал интимные услуги – просто наслаждался танцами и пением мастериц. Если ты там была, то должна знать, что в этом нет ничего похабного. В-третьих, именно твой поступок выставил меня в дурном свете.

— Я действительно не хотела подставлять тебя в тот раз. Они должны были отправить счёт моей семье. Не буду же я таскать столько монет, правильно же? Но почему-то решили, что ты ухаживаешь за мной.

Она пожала плечами, и с легкой руки отвела своим мечом мой клинок.

— А насчёт борделя. Тут ты прав, это не моё дело, чем ты там занимаешься, — добавила Ху Фуа, развернулась и пошагала вглубь пещеры. Однако, сделав пару шагов, вдруг остановилась и бросила на меня взгляд через плечо. — Здесь нет монстров. На противоположной стороне есть ещё одна пещера, из которой доносились странные звуки.

С этими словами девушка снова двинулась вперёд, скрываясь в тенях. А я стоял и обдумывал, что делать дальше.

Немножко интересно, зачем она тут. С другой стороны, это не моё дело. Так ещё нужно разобраться с монстрами. Поэтому всё же я решил последовать совету, и направиться в другую пещеру. Однако когда от выхода оставалось считанные метры пещера неожиданно затряслась. Да так, что если бы я не оперся об стену, то свалился бы на задницу. Затем прямо как в каком-то тупом сценарии выход обвалился. Видимо землетрясение вызвало оползень, а учитывая, что здесь песчаная почва, то и неудивительно. Но всё же, какого дьявола именно сейчас?!

Так что ничего не остается, как опять развернуться и топать в сторону Ху Фуа. И что-то подсказывает мне именно она виновница этого землетрясения. Ведь за секунду до тряски я услышал какой-то странный звук, похожий на шипение.

И, естественно, пройдя пару сотен метров я наткнулся на массивные ворота, которые были полностью распахнуты. Толщина одной двери метр, если не больше, а высота около пяти. Причём вторая дверь была впечатана в камень с такой силой, что на стене образовались глубокие трещины. Да и пол был разрушен. Так ещё рядом какой-то механизм, излучающий нежный оранжевый свет. Это явно артефакт, который приводит в действие механизм открывания ворот. По крайней мере, в игре такие были.

Возможно, это и есть подземелье. Конечно, выглядит оно не так, но всё ведь соответствует.

Когда я догнал Ху Фуа, она удивилась и смерила меня взглядом, мол, ты серьёзно? Но в целом не возражала. Даже ничего не сказала. Так что я молча шагал чуть позади, разглядывая тёмные стены, испещрённые трещинами.

— Ты странный, знаешь об этом? — неожиданно произнесла Ху Фуа, не оборачиваясь.

— О чём ты?

— Выглядишь как кукла, — услышав это, я тут же насторожился. — То есть изящно, красиво и хрупко. Тобой можно любоваться, но нельзя представить, что ты умеешь сражаться.

Тут даже не знаю, мне плакать или смеяться.

Понятное дело, что это тело не человеческое. Поэтому, даже если так выгляжу, я сильнее любого среднестатистического мужчины. Однако всё же она права, я выгляжу как объект для любования.

Конечно, есть черты, которые указывают что я парень – и речь сейчас не о нижней части тела. Просто тело слишком утончённое и нежное. То есть вблизи сразу понятно – парень, а вот с далека, наверное, легко спутать.

Хотя кого я обманываю? Если отрастить волосы, то и вблизи будут сомневаться.

— Внешность обманчива, — произнесла девушка спустя некоторое время. — Но, если честно, думаю, в этом есть своё преимущество. Твои враги явно недооценивают тебя.

— Это работает и в обратную сторону. Я до сих пор первого ранга, хотя столько заданий выполнил. Не говоря уже про обычных людей, которые не воспринимают меня всерьёз, — вздохнул я. — Ты заикнулась про бордель. Последний раз, когда я там был, одна из работниц предложила мне работать у них. Не очень приятно такое услышать. Впрочем, из-за этого я там больше не появлялся.

— Хи-хи, — тихо рассмеялась Ху Фуа, прикрыв рот ладонью. — Представляю, как ты отреагировал. Наверное, устроил скандал, как было в ресторане?

— Нет, я просто ушёл, — буркнул я.

— Не переживай, — хмыкнула девушка. — Наверняка это был комплимент. В конце концов, не каждому парню предлагают такую "работу". Тем более тебе где-то шестнадцать, так что ещё подрастёшь.

Шестнадцать…

Не подрасту я, и таким, скорее всего, останусь до конца своей жизни. Зато молодой и красивый!

— А тебе сколько лет?

— Мне? Тринадцать.

Услышав это, я застыл как вкопанный. Нет, не так – я просто охуел. Затем ещё раз внимательно оглядел девушку. Она точно не выглядела на тринадцать. Даже несмотря на рост – Ху Фуа выше меня сантиметров на пять, а то и на десять, у неё взрослые черты лица, уверенный взгляд. Я бы без колебаний дал ей семнадцать, а то и все восемнадцать. Но никак не тринадцать…

Ху Фуа неловко улыбнулась, будто знала, о чём я думаю.

— Это правда, мне скоро исполнится четырнадцать, — она вздохнула. — Обидно, что природа наградила меня таким даром. С детства я не могла нормально общаться со сверстниками – все видели во мне взрослую, а не ребёнка, из-за чего часто дразнили и убегали от меня. Когда же, как мне тогда казалось, я наконец нашла друга, он попытался воспользоваться моей наивностью. После этого я пошла к Мастеру – хотела научиться сражаться, чтобы больше никто не смог надо мной смеяться.

На её лице мелькнула тень грусти. Она быстро отвернулась, чтобы я не успел заметить это, и торопливо пошла вперёд. Я же остался стоять, не зная, как реагировать на её слова.

Получается, она не девушка, а девочка? Теперь понятно, почему она предложила догонялки по крышам – для неё это, скорее всего, забавная игра. Но почему тогда она говорит так уверенно, с какой-то взрослой интонацией? У неё совсем не детский голос.

Как же всё сложно.

Я вздохнул и поспешил за ней.

Глава 18

Я шёл вперёд, а рядом со мной, явно в приподнятом настроении, шагала Ху Фуа.

У неё аж глаза блестели любопытством, и я не сомневался – для неё это всё было захватывающим приключением. В отличие от меня, который мысленно перебирал все возможные способы не умереть в ближайший час. Поскольку нам уже выдалась возможность почувствовать на себе местные ловушки. Шипы из пола, град стрел, обвал стен… Черт, в игре даже половины такого не было как тут. Не руины, а военный полигон. И, судя по довольному лицу Ху Фуа, ей это даже нравилось.

Честно, лучше были бы монстры, чем ловушки… У меня хоть сердца нет, но пару раз показалось, что оно останавливалось при внезапной атаке.

— Ты так мрачен, будто уже видишь свою могилу, — с лёгкой насмешкой заметила Ху Фуа, кинув на меня быстрый взгляд. — Расслабься. Это всего лишь древние руины. Что может пойти не так?

— Всё, — сухо ответил я. — Абсолютно всё.

Она рассмеялась – тихо, мелодично, словно мы гуляли по саду, а не пробирались по пыльному и потенциально смертельно опасному коридору.

Вокруг стало заметно холоднее, и воздух наполнился тонким металлическим запахом. Время от времени я улавливал странный гул – низкий, почти вибрацию, и это совсем не добавляло уверенности.

Постепенно узкий коридор расширился, и мы вышли к просторному помещению. Если до этого были лишь голые каменные стены, то здесь уже угадывались остатки древних строений. Высокие колонны, испещрённые непонятными символами, тянулись вверх, теряясь в темноте. Пыльный пол был усыпан обломками, а вдоль стен виднелись разрушенные арки и фрагменты мозаики, когда-то украшавшей это место.

Но вроде пока всё выглядело относительно неплохо. Никаких ловушек, монстров или других смертельных сюрпризов.

На одной из стен сохранились фрески, едва различимые сквозь слой пыли и времени. Они изображали сцены поклонения: фигуры, низко склонённые перед возвышающимся силуэтом, от которого исходили песчаные бури. Но стоило коснуться одной из них, как изображение осыпалось под пальцами, превращаясь в тонкую пыль.

— Согласно преданиям, — подала голос Ху Фуа, — здесь когда-то находился храм Бога Песков и Ярости – существа, известного своей безжалостностью и жестокостью. Немногие осмеливались произносить его имя вслух, а после его падения всё, что напоминало о нём, исчезло в песках времени… Иронично, не правда ли?

Я посмотрел на свои пальцы, на которых остались песчинки от фрески, а затем кивнул.

Этот песок доказывал, что нет ничего вечного. Даже Боги рождаются и покидают мир, как обычные люди. Так в чем же разница? В силе, в долголетии…? Почему Скарамучча, обладая всем этим, желал стать Богом? Ради Эи, связи с Сердцем Бога, или из-за чувства неполноценности?

Столько вопросов, и ноль ответов.

А ведь можно сказать я знаю будущие, и даже некоторые моменты из жизни Богов. Но оказавшись в этом мире всё кажется таким необычным. Словно все мои знания про этот мир лишь сон.

Я вздохнул, отгоняя тревожные мысли, а после вновь оглядел помещение.

Чуть поодаль виднелся ещё один проход – узкий и почти скрытый за обломками. Из него исходил едва заметный свет, мерцающий, словно чей-то слабый, прерывистый вздох.

Однако больше всего привлёк внимание сундук, стоявший чуть в стороне, покрытый толстым слоем пыли. Казалось, его не открывали веками, и от одного взгляда на него воображение рисовало таинственные сокровища или давно забытые секреты, скрытые внутри. Поэтому я тут же ринулся к нему.

Я убрал пыль. Сундук оказался деревянным, но дерево уже давно окаменело и напоминало камень. Однако золотые заклепки всё также украшали сундук.

Значит в эти руины мы вступили первые. Поскольку расхитители сокровищ или искатели приключений давно бы забрали находку себе.

— Интересно, что там, — улыбнулась Ху Фуа, робко заглянув через моё плечо.

Внутри лежали монеты. Эта не была мора, а просто золотые кругляшки в виде чешуи рыбы, но с чеканкой. Золото ценилось в этом мире, так что можно их продать. И кроме монет были украшения, но на этом всё.

Мне не хотелось раскрывать свой инвентарь. Да и Ху Фуа как-то быстро потеряла интерес, когда увидела содержимое. Сразу видно, богатая девочка. Поэтому горестно вздохнув, я закрыл сундук. А затем посмотрел на проход, откуда исходил слабый голубой свет.

Ху Фуа тоже посмотрела туда, и быстро направилась туда.

— Помоги, — произнесла она, начав разгребать завал.

Я без слов присоединился к ней, и вместе мы быстро справились, расчистив достаточно места, чтобы пройти.

За завалом действительно скрывался спуск: узкая, крутая лестница, ведущая вниз. Свет, привлёкший наше внимание, исходил от странного растения, цеплявшегося за стену. Его тонкие лепестки мерцали голубоватым сиянием, но, судя по равнодушной реакции Ху Фуа, оно не представляло особой ценности.

Она направилась первой, а я чуть зависнув, решил всё же забрать сундук, пока есть такая возможность. На всё ушло пару секунд. Ху Фуа даже не заметила, так сильно была увлечена спуском.

Воздух здесь был ещё тяжелее, и с каждым шагом вниз казалось, будто стены сжимаются вокруг нас, а где-то в глубине раздавались глухие капли воды. Я пытался не думать о том, что потолок может обрушиться в любой момент.

Но, к счастью, всё обошлось, и мы спустились вниз. Там был разлом – глубокий и неровный, словно кто-то ударил по земле топором, и она раскололась, как сухое бревно. Тёмная бездна уходила в неизвестность, а тонкие полосы света, исходившие из трещин, делали зрелище ещё более зловещим.

— Красиво, но у меня мурашки по коже, — прошептала Ху Фуа. Я не мог с ней не согласиться. — Пошли, я вижу проход.

— Ты на удивление хорошо ориентируешься. Уже бывала в таких местах? — спросил я, идя следом. — Ну, я, например, не могу оторвать взгляд от этих древних сооружений, а ты словно даже не замечаешь их.

— Ну, я ведь не учёный, — улыбнулась она. — Интересно, конечно, но в итоге это просто камни.

Я хмыкнул, но спорить не стал.

Проход привёл нас к широкому коридору, стены которого были усеяны странными узорами – такими же, как у входа. В конце виднелась массивная дверь, такую могли бы открыть, пожалуй, только великаны.

Ху Фуа прикоснулась к ним, и её Глаз Бога засиял. Однако ничего не произошло.

— Видимо, чего-то не хватает, — пробормотала она, убирая руку.

Я заметил, что на полу перед дверью лежал круглый углублённый пьедестал, едва различимый среди пыли и трещин. Он выглядел так, словно на нём когда-то что-то стояло – или должно было стоять. Возможно, именно это и было ключом к открытию двери. Поскольку он как раз был возле врат и походил на тот же механизм, что у входа.

— Что будем делать?

— Не знаю, — вздохнула Ху Фуа. — Я знаю, что другой вход в руины через холм, а значит, чтобы выбраться отсюда, нужно идти вперёд.

— Как меня только угораздило? — вздохнул я в ответ.

— Зато вдвоём веселее, — она лучезарно улыбнулась.

— Медленная и мучительная смерть от голода… — продолжил я, не обращая внимание на слова девушки.

Я поднял голову, надеясь увидеть спасительную дыру в потолке, но, разумеется, там был лишь глухой камень.

— Не переживай так, у меня всегда есть запасной план.

— Я не о себе беспокоюсь, а о тебе, — покачал я головой, переведя взгляд на неё.

Мои слова её удивили.

Она – человек. Ей нужна еда, вода и всё остальное, чтобы выжить. Сколько мы здесь пробудем? Даже если решим разгребать завал, на это уйдут недели. За это время её организм может сильно истощиться.

И почему я начал переживать о ней?

Вероятно, потому, что ей тринадцать. Она ребёнок. Плюс, скорее всего, из-за одиночества. За три месяца я так и не смог ни с кем подружиться. Даже нормально пообщаться не получалось. Со взрослыми… Ну, это взрослые. У них свой взгляд на мир – строгий, пропитанный традициями Ли Юэ, к которому мне не подобраться.

— Ладно, давай попробуем решить вопрос с воротами. Тут либо где-то неподалеку валяется нужная нам деталь, либо попробуем проделать дыру, — произношу вздыхая.

— Проделать… дыру? — переспросила Ху Фуа, задумавшись. — А ведь действительно…

В её глазах вспыхнул какой-то странный, опасный огонёк.

И пусть ворота были защищены каким-то барьером, не дававшим оставить даже царапину, но вот рядом стена – обычная, ничем не усиленная. Причем по каменной кладки не столь прочная.

Вандалы, идиоты, монстры… Пф-ф, ха-ха… Учёные точно захотят нас задушить.

Я только открыл рот, чтобы предложить подумать ещё раз, но было поздно. Ху Фуа уже действовала.

Ослепительная красная вспышка вырвалась из меча Ху Фуа, прорезая темноту коридора. По лезвию прошлись алые символы, а после клинок окутало пламя. При этом её Глаз Бога ярко сияло.

Меч с глухим рёвом врезался в камень, и стены содрогнулись от удара. Оглушительный треск – и огромный кусок кладки осыпался внутрь, подняв облако пыли. Я едва успел зажмуриться, когда ощутил, как мелкие осколки камня ударились о моё лицо. А после хмуро посмотрел на Ху Фуа, которая довольной улыбкой смотрела в сторону зияющей дыры.

Она сильна. Очень, судя по толщине кладки – там больше метра, а она легко пробила стену. Причём дыра большая, двухметровая.

Я, конечно, знал, что обладатели Глаз Бога очень сильны. В игре даже была девушка, которая могла с лёгкостью крушить большие валуны. Поэтому не хотел с ними сталкиваться в бою. Однако всё же не ожидал такой взрывной силы от Ху Фуа.

— Ты хоть понимаешь, что могла обвалить всё это на наши головы? — хрипло выдавил я, всё ещё не веря своим глазам. — Зачем использовать всю свою силу?

— Ну, могла… — беспечно протянула она, стряхивая пыль с рукава. — Но не обвалила же. И да, это не полная моя сила. Я очень сильная!

Я только покачал головой. Она точно сумасшедшая.

— Напоминай мне никогда не подкидывать тебе идеи, — буркнул я, подходя ближе, чтобы заглянуть в тёмный проём.

— Эй, не будь занудой! Зато у нас теперь есть вход, — она хихикнула и бодро шагнула в дыру, будто вообще не думала о последствиях.

А я, вздохнув, последовал за ней. Потому что, как ни крути, но Ху Фуа действительно создала нам путь вперёд. И ведь в игре такое нельзя было сделать, хоть обладай персонажами, которые способны взмахом меча разрезать горы.

Ох, как сейчас помню сколько я голову ломал над загадками. Но всё же я не в игре.

Глава 19

Спустившись ещё ниже, мы увидели не просто фрески или фасад, а настоящие руины старого храма. Высокие колонны, испещрённые трещинами, золотыми узорами и различными драгоценными камнями. Статуи, которые были созданы из необычного мраморного камня, жилы словно пульсировали или по ним текло раскалённое золото. Величественные, окутанные древностью, они будто застыли во времени.

Но восхищаться было некогда.

Руины простирались далеко, расходясь лабиринтом коридоров, ведущих в непроглядную темноту. Некоторые своды были обрушены и напоминали груду камней, и мы не рискнули заходить в такие места. Благо, в трещинах стен и на полу росли те самые странные растения, которые испускали мягкий свет.

Мы остановились на перекрёстке.

— Так, что дальше будем делать? — спросил я, окидывая взглядом несколько разветвлений, уходящих в темноту.

— Обойдём всё, — пожала плечами Ху Фуа, словно это было очевидно. — Если посмотреть на руины в целом, то мы находимся в другой части храма. Поскольку я не вижу нужную нам расщелину. Она большая, и поэтому мы бы сразу её заметили.

— Тогда будем двигаться осторожно, — сказал я. — Если заметим что-то подозрительное, сразу отступаем. Всё-таки мы не знаем какие ловушки ещё здесь есть.

Ху Фуа кивнула, её взгляд стал внимательным. Она достала свой меч. Массивный, двуручный клинок. Красивый меч, с необычными узорами восточных драконов на лезвии. По сравнению с её клинком, мой выглядел зубочисткой.

Мы выбрали один из коридоров и двинулись вперёд, освещая путь мерцающим светом растений. Тишина казалась почти зловещей, словно стены слушали нас, затаив дыхание.

Вдруг впереди послышался слабый звук – не то шорох, не то тихий вздох. Я замер, напряжённо вслушиваясь. В воздухе разлилось странное ощущение… кто-то, или что-то, было здесь.

Ху Фуа, судя по виду, ничего не заметила. Поэтому я жестом приказал ей остановиться. Она нахмурилась, а после молча прислушалась… Пару секунд спустя девушка резко напряглась.

— Что это было? — прошептала Ху Фуа, сжимая рукоять своего оружия.

Мы медленно направились вперёд, и вскоре перед нами, наполовину заваленное обломками, лежал какой-то странный механизм. Он походил на черепаху, а его тело состояло из того же материала, что и статуи в этом храме.

Внезапно его глаза, сияющие золотом в каменной оболочке, открылись. Существо издало низкий, гулкий звук, больше похожий на скрежет металла. Оно попыталось пошевелиться, но обломки крепко приковывали его к земле.

Ху Фуа наклонилась ближе, её глаза сузились.

— Может, оно что-то охраняло? — предположила она.

— Возможно…

Существо вдруг издало новый, вибрирующий звук. Камни вокруг заскрипели, и потолок высоко над нами дрогнул, осыпая пылью. По стенам пробежали светящиеся оранжевые линии, будто змеи.

— Нам нужно уходить! — воскликнула Ху Фуа, отступая назад.

Я кивнул, и мы тут же помчались к выходу из туннеля. Однако неожиданно земля под нами исчезла. Мы не успели ни закричать, ни среагировать – просто провалились в неизведанное.

Когда падение, казалось, стало бесконечным, пространство вокруг нас заполнилось мягким светом. Внезапно поток невидимой силы подхватил нас, замедлив падение. Мы спускались плавно, словно нас несло воздушное течение, пока наконец не опустились на золотую поверхность.

Я поднял голову и замер. Перед нами раскинулся огромный зал, стены которого были покрыты светящимися символами, извивающимися, словно живые. В центре возвышался алтарь, вокруг которого парили золотые сферы, испуская мягкое, пульсирующее сияние.

— Где… мы? — прошептала Ху Фуа. В её голосе я уловил нечто необычное – страх. Впервые она испугалась.

Это место выглядело просто… невероятно. Казалось, мы шагнули в чертоги Богов, где даже самые роскошные дворцы людей блекли перед этим величием. По аркам струились магические узоры, изображающие змей, которые, пожирая себя, превращались в птиц. Те взмывали вверх, кружились над нашими головами, а после пикировали вниз, где, растворяясь в золотом сиянии, превращались в яйца. А из них вновь выползали змеи, замыкая вечный цикл. Потолка не было видно – лишь бескрайний золотой свет, уходящий в бесконечность.

И тут меня осенила любопытная мысль. Тут было очень много золота. Конечно, это не мора, но даже в таком виде оно представляло несметное богатство. И если вынести хотя бы часть… От этих мыслей у меня закружилась голова.

Я сделал шаг, и поверхность под ногами вздрогнула. По золотому полу побежали слабые волны, но заметные, словно я стоял не на металле, а на водной глади.

Внезапно одна из парящих вокруг алтаря сфер дрогнула и начала медленно опускаться. Она зависла в нескольких шагах от нас, испуская мягкое пульсирующее сияние. Затем, без единого звука, сфера раскрылась, словно бутон цветка, обнажая внутри нечто, напоминающее глаз. Он был вытянутым, переливающимся золотом и серебром, а в центре медленно вращался сложный символ.

— Что это такое? — спрашиваю, смотря на девушку.

— Не знаю, — покачала она головой. — Впервые вижу нечто подобное. Но не думаю, что стоит к нему прикасаться.

Я кивнул.

Мы медленно отступили, но глаз внутри сферы внезапно моргнул. Да, именно моргнул, как будто был живым. В ту же секунду символ в его центре вспыхнул ослепительным алым светом, и пространство вокруг содрогнулось. Всё происходило так, будто мы ввели неверный код доступа, и теперь сфера активировала систему защиты.

По полу побежали волны, словно от брошенного в воду камня. Арки и стены, украшенные извивающимися магическими узорами, засветились ярче.

Сфера резко сорвалась с места и устремилась в центр зала. Вокруг неё закружились потоки золотого света, сплетающиеся в сложные формы. В одно мгновение они начали сгущаться, приобретая очертания массивного существа.

И вот, перед нами предстал трёхметровый монстр – исполинский скорпион. Его тело покрывали гладкие, переливающиеся пластины из золота. Массивные клешни, испещрённые тонкими черными узорами, сомкнулись с оглушительным лязгом, разрывая воздух. Но самым опасным выглядел его хвост: длинный, гибкий, он венчался острым шипом, сотканным из сияющего голубого кристалла.

Скорпион замер на мгновение, а затем его глаза – два кроваво-красных рубина, вспыхнули, устремляя на нас прожигающий взгляд.

— Хуже и быть не могло, — пробормотал я, сжимая оружие в руках.

Ху Фуа не ответила. Её взгляд был прикован к скорпиону, который начал медленно двигаться в нашу сторону. Каждый его шаг сопровождался глухим металлическим звоном, словно металл ударялся о металл.

— У тебя есть план? — спросила она, не отводя глаз от монстра, который уже был очень близко.

— Вообще-то… пока нет. Но точно знаю, что оставаться на месте – плохая идея.

Не дожидаясь её ответа, я бросился в сторону, уходя с линии атаки. Ху Фуа последовала за мной, и вовремя – в то же мгновение хвост скорпиона с силой вонзился в то место, где мы только что стояли, оставив глубокую трещину на золотом полу.

— Попробуем атаковать хвост, — предложил я. — Если лишим его оружия, будет проще.

— Тогда ты отвлекаешь, а я попробую срезать хвост? — спросила девушка.

Я просто кивнул, продолжая следить за монстром, который пытался насадить нас на свой хвост. А затем приблизился к монстру, чтобы всё его внимание было на мне.

Когда Ху Фуа оказалась позади скорпиона, то её клинок вспыхнул огнем. Она атаковала – раздался пронзительный скрежет металла о металл, но скорпион, казалось, даже не заметил. Он взмахнул клешнёй, пытаясь сбить её с ног, но Ху Фуа ловко увернулась, перекатившись в сторону.

Я воспользовался моментом и метнулся к другой клешне, целясь в открытое соединение. Но всё что удалось – это оставить царапину.

Скорпион внезапно вскинул хвост и выпустил из острия яркую голубую вспышку. Я едва успел броситься на землю, когда сгусток энергии пронёсся мимо, взорвав колонну позади нас.

Девушка подбежала ко мне и помогла быстро встать. Благодаря ей, я спокойно уклонился от очередной атаки хвостом.

— Нам нужно добраться до алтаря, — произнесла Ху Фуа, уклоняясь от очередного удара. — Если это защитный механизм, то, возможно, он не может навредить алтарю.

Мы бросились к алтарю. Было тяжело добраться до него через монстра. Но благодаря тому, что нас двое, то он не успевал сосредоточиться на одной цели. Так что мы всё же добрались.

Скорпион атаковал своим хвостом, желая продырявить нас, но мы скрылись за алтарём.

— Ха! — воскликнула Ху Фуа, когда хвост монстра остановился в считанных сантиметрах от алтаря. — Я была права!

Мы кружились вокруг алтаря, как какие-то дети в школе вокруг парты. Скорпион то пытался атаковать, то застывал на месте, не зная, что делать.

— Вот только как его победить? — вздохнул я. — После одного удара моим мечом лишь отбивные делать.

Говоря это, я продемонстрировал лезвие клинка. Кромка покрылась тонкими трещинами, и где-то были сколы.

— Почему ты не купил хороший меч с добавлением кристаллов? — недоуменно поинтересовалась девушка. — Я бы не сказала, что у тебе не хватало денег.

— Я не нашёл подходящий клинок. Поэтому это временный меч. Ведь я не предполагал, что окажусь в такой заднице.

— Не сквернословь, это не красит тебя, — вздохнула Ху Фуа, а после задумчиво нахмурилась. — У тебя нет Глаза Бога, поэтому оставь атаки на мне, а ты отвлекай.

Ну, судя по всему, тут действительно не поможет грубая физическая сила.

— Ладно, попробую, — пробормотал я и, не давая себе времени на раздумья, выскочил из-за укрытия.

Скорпион сразу же заметил меня. Его хвост взметнулся, сверкая голубым кристаллом, и устремился в мою сторону. Я прыгнул вбок, почувствовав, как острие пронеслось в сантиметрах от плеча.

Скорость монстра была невероятной. Я едва успевал уклоняться, как он тут же атаковал снова. Причём, судя по разрушениям, оставленным после атак, мне хватит одного удара, чтобы оказаться на том свете.

Однако я всё-таки делал всё возможное, чтобы отвлечь монстра на себя.

— Ха! — неожиданно раздался крик, а после я увидел как огненная комета упала на скорпиона.

Это была Ху Фуа. Её клинок, окружённый ослепительным сиянием, вонзился прямо в сочленение хвоста с телом. Раздался пронзительный металлический визг, когда её атака наконец пробила защиту монстра. Скорпион дёрнулся, пытаясь сбросить её, но она держалась, продолжая проворачивать оружие внутри тела монстра.

Тварь пыталась клешнями достать девушку, но не дотягивалась. А хвост лишь дергался из стороны в сторону. Видимо из-за клинка, монстр не мог поднять хвост и убить Ху Фуа.

Пока скорпион был отвлечён, я рванул вперёд, метясь клинком в его раскрытую пасть. Время словно замедлилось: я видел, как отражаюсь в его красных глазах, как дёргались хитиновые золотые лапы, но уже не мог остановиться. Мой меч вонзился глубоко, раздался мерзкий хруст, и монстр издал странный, надломленный звук. Его глаза, ещё мгновение назад наполненные красным светом, погасли, и он рухнул на пол с гулким ударом.

Несколько секунд я не двигался, следя за телом чудовища, но затем оно стало рассыпаться, превращаясь в золотую пыль, которая вскоре полностью растворилась в воздухе. На пол с лёгким звоном упала та самая сфера, из чего появился монстр, а рядом с ней – мой меч, теперь превратившийся в груду бесполезных осколков.

+18754 Очков Опыта

13 уровень (459/8050)

+1 Очко Власти

Столько опыта… Словно я целый месяц убивал монстров. Три уровня за одно чудовище. Это уже выходит за обычные рамки. Но больше всего внимание привлёк последний пункт – «Очко Власти». Именно оно было мне нужно для пробуждения. Сколько бы я ни ломал голову, где его достать, ответа так и не находил. А тут система сама его выдала. За что? За десятый уровень? Возможно…

Профиль

Имя: Алексей

Раса: Божественная Кукла

Уровень: 13 (459/8050)

Стихийный Элемент: Электро (Запечатано)

Глаз Бога: —

Характеристики

Сила: 66 (+)

Ловкость: 103 (+)

Выносливость: 875 (+)

Магическая Сила: 198 (Запечатано)

Очки Свойств: 30

Очки Власти: 1

Я тут же вложил тридцать очков в «Ловкость». Как показала практика, сила не всегда играет ключевую роль в бою. Особенно если использовать мощное оружие – артефакты. Пока у меня его нет, но можно купить, раздобыть или выбить с монстров, зачастую которые достаются им после убийства неосторожных искателей приключений. А вот скорость, реакция и гибкость – это то, что невозможно восполнить снаряжением. По крайней мере, я не слышал о таких вещах.

Превосходство в скорости даёт несколько преимуществ: позволяет сражаться с более сильными монстрами, а если что – убежать от врага. Как раз то, что помогло мне в бою с этим скорпионом.

Интересно, а какой у него был эквивалент уровня? Судя по силе, явно очень большой. В одиночку я бы с ним не справился.

Дальше… «Пробуждение».

Здесь нужно всё хорошо обдумать. Раз очки власти выдаются системой, значит, это ограниченный ресурс. Расходовать их наугад – слишком большая роскошь. У меня есть сотня слизи гидро-слайма. Раньше я думал, что пробуждение – это просто вопрос количества, поэтому запасался разными типами. Даже торговцы начали странно смотреть на меня, когда я скупал слизь в больших объемах. Но теперь я не уверен, что мне стоит собирать другие. Лучше начать с электро-слизи. Может быть, это поможет разблокировать мою основную силу. А уже потом думать о других видах.

А если распечатаю свою силу, то с ней уже никакие шаманы-хиличурлы не смогут мне навредить, не говоря уже про низших монстров… Можно даже заикнуться про более сильных тварей, как митачурлы.

Жаль только у меня мало электро-слизей. Я слышал, что нужные мне слаймы обитают на востоке Яшмового Леса, в Ли Юэ. Туда добираться месяц. Поэтому после возвращения нужно будет подготовиться к походу.

Я повернулся к Ху Фуа. Она тяжело дышала, опираясь на клинок, но её глаза сияли торжеством. Цвет её Глаза Бога потускнел, словно она потратила много элементальной энергии.

Однако её глаза резко расширились от ужаса. И только алый свет, который испускался позади меня, говорил, что девушка увидела у меня за спиной.

Глава 20

Я отпрыгнул, словно ужаленный.

Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что там происходит. Вторая сфера вспыхнула ослепительным красным светом. В воздухе закружились золотые нити, стремительно переплетаясь, формируя очертания нового чудовища.

На этот раз перед нами возник исполинский зверь, напоминающий быка. Его мощное тело было покрыто броней из золота, а по рогам пробегали молнии.

Бык взревел, и этот звук ударил по ушам, словно раскат грома в замкнутом пространстве. Правое копыто ударяло по золотому полу, оставляя за собой дымящиеся следы. Воздух вокруг него дрожал, словно под напряжением.

— У… меня не осталось сил, — прошептала Ху Фуа.

Бык снова взревел, и на этот раз его тело окутало всполохами молний, а в следующую секунду он бросился вперёд, оставляя за собой опалённые следы. Если он врежется в меня, я просто превращусь в мокрое пятно на полу.

Я резко прыгнул в сторону, перекатившись по полу. Бык пронёсся мимо, но едва я встал на ноги, как он уже разворачивался, готовясь к новой атаке.

— Ху Фуа, — окликнул я девушку, протянув ей ладонь. — Одолжи свой меч, я задержу его, а ты в это время попробуй найти убежище. Когда падал, я заметил много расщелин в стенах.

— Ты серьёзно? — Ху Фуа нахмурилась, не сводя глаз с чудовища.

— Есть идеи получше? — прошептал я, посмотрев на неё.

Она стиснула зубы, но через секунду кинула мне свой меч. Я поймал его, и взмахнул. Клинок был неожиданно тяжёлым, но баланс идеален.

— Только не сломай, — буркнула она.

Бык рванул вперёд.

— Беги! — крикнул я, перехватывая меч обеими руками.

Ху Фуа метнулась в сторону, скрываясь за колоннами. Я же остался стоять, ожидая идеального момента для уклонения. Судя по его движениям, он не был особенно манёвренным – каждый разворот отнимал у него драгоценные секунды.

Когда я увидел, что бык вложил всю свою мощь в рывок, я резко отпрыгнул в сторону. Чудовище пронеслось мимо, обдав меня небольшим количеством электричества.

Внезапно тело зверя окутало электрическими разрядами, а после его тело засияло фиолетовым светом, и его движения стали в разы быстрее. Я не успел даже полностью осознать это, как он уже оказался передо мной.

Рефлексы сработали раньше, чем сознание. Я вскинул меч, пытаясь защититься, но в тот же миг по клинку пронёсся мощный разряд молнии. Он прошёл через металл, с треском пронзив моё тело – это очень больно. Словно моё тело пронзило иголками.

Иронично до слез. Кукла, что должна была хранить Сердце Бога Электро Архонта, ну или просто стать прототипом Сегуна, скривился от боли из-за разряда электричества.

Если бы я был обычным человеком, то мгновенно бы умер. Но, с другой стороны… Монстр не рядовой хиличурл, а страж. Можно даже сказать, что передо мной босс.

Бык не собирался останавливаться. И в один момент я не успел и меня впечатали в стену, погрузив камень на десять сантиметров.

Я попытался пошевелиться, но максимум, что смог – это пошевелить пальцами.

Бык вскинул голову, его золотые рога засверкали, и он вновь ринулся вперёд. На этот раз он не был покрыт электро-энергией, но у меня не было возможностей уклониться.

В тот же миг что-то мелькнуло в поле зрения – Ху Фуа. Она стремительно подскочила, схватила меч и, прежде чем бык успел набрать полную скорость, нанесла мощный удар по его голове, вложив в него Пиро-энергию.

Раздался мощный взрыв.

Монстр взревел, его тело содрогнулось, а затем он резко остановился, выплеснув вокруг ослепительную вспышку электричества. Воздух завибрировал от перегрузки стихий. Но зато он выглядел так, словно оглушен.

— Ты в порядке?! — крикнула Ху Фуа, бросаясь ко мне и помогая выбраться из обломков.

Её руки дрожали, лицо побелело, а в уголках губ скопилась алая кровь. Её дыхание было тяжёлым, прерывистым.

Я посмотрел на неё, отмечая опаленную одежду и раны от взрыва, и сжал зубы. В таком состоянии ни о какой победе речи не может идти. Тут бы выжить.

Если бы нам только дали время на передышку…

— Спасибо, — прошептал я, вздыхая.

Ху Фуа крепче прижала меня, её взгляд был мрачным, но решительным.

— Мы не можем сражаться в таком состоянии, — произнесла она, быстро оглядываясь.

Бык всё ещё не рухнул. Он мотнул головой, встряхиваясь, а его рога вновь засверкали электрическими разрядами.

— Его молниеносные рывки слишком опасные. Так ещё тело такое же крепкое, как у скорпиона. Ничего толком, кроме царапины, не смог нанести твоим мечом.

Девушка кивнула.

— Там, — Ху Фуа указала на колонны, — я увидела небольшую расщелину. Достаточно глубокую, чтобы мы поместились оба, и монстр не смог нас достать.

А если бык решит таранить стену? Разве расщелина не обрушится на нас?

Я не стал озвучивать этот вопрос. Она, наверное, сама понимает это. Но выбора у нас не было. Либо рискнуть, либо… Даже додумывать не хотелось.

Я стиснул зубы и кивнул.

Мы заковыляли к колоннам. Бык взревел, словно осознав наш замысел, и рванул за нами. Электрические разряды вспыхнули по его рогам, с треском рассеиваясь в воздухе.

Он быстро нас нагнал, но всё же для рывка силы у Ху Фуа хватили. Да и я был рядом. Поэтому мы увернулись, так ещё бык врезался в колону, опрокинув её на себя – это было большой удачей, и вселило в нас надежду. Мы с новой силой направились в нужное место.

Расщелина оказалась совсем узкой. Но она расширялась, и в глубине действительно можно было поместиться вдвоём. Я заполз внутрь первым, а после протянул руку Ху Фуа, и мы быстро скрылись в глубине расщелины.

Вскоре в стену прилетел мощный удар. Всё задрожало, но благо ничего не обвалилось.

Бык ещё несколько минут пытался проломить расщелину, но только сделал хуже и уменьшил вход. Ну а после прекратил, и всё наконец-то стихло.

— Мы смогли? — спросил я.

Ответа не последовало.

Ху Фуа спала. Её дыхание было ровным и размеренным. Вроде как она не была ранена – по крайней мере, в тусклом свете, пробивающемся сквозь узкую расщелину, я не заметил никаких травм. Похоже, ей просто нужен был отдых после тяжелого боя.

И раз уж я остался «один», то мысленно вызвал инвентарь, чтобы проверить запасы продовольствия. Благодаря частым, пусть и недалёким, вылазкам у меня были небольшие запасы еды. А вот воды было много, поскольку после каждого боя приходилось умываться от крови монстров, либо от грязи.

По большей части я брал еду лишь для того, чтобы побаловать себя во время охоты. Так что её хватит максимум на неделю, а если экономить – может, на две. Но что будет дальше... даже представить страшно.

— Хм... — мой взгляд наткнулся на левую руку, и глаза расширились.

Кожа была содрана, обнажая странную фиолетовую субстанцию и... кость? По крайней мере, так мне показалось, пока я не присмотрелся. Это действительно напоминало кость, по цвету и ощущениям. Но она слишком массивная, больше походя на саму руку, поверх которой просто натянули кожу.

Так это и есть рука куклы?

Я провёл пальцами по оголённому участку, но боли не почувствовал. Кожа была содрана неравномерно, местами лоскуты ещё держались, но под ними явно не было ни мяса, ни крови. Только эта странная, плотная фиолетовая субстанция, походившая на желе, и такого же цвета жидкость.

Я сжал и разжал пальцы. Никой боли и дискомфорта. А ведь пятью минутами ранее я даже пошевелиться не мог.

Где-то в глубине сознания шевельнулась тревога. Я знал, что это тело – всего лишь кукла, созданная божественными руками. Но видеть это вот так, воочию...

Меня передёрнуло.

Кроме руки пострадало и тело. Бык врезался в грудную клетку, и там кожа тоже лопнула, но не столь сильна как на руке. Видимо рог пришёл на мою левую руку, поэтому кожа была так сильно содрана.

Впрочем, это не помешало мне увидеть в центре груди какой-то небольшой водоворот из фиолетовой энергии, а поверх него была печать с мицу-томоэ и различными непонятными узорами. Память тут же подсказала, что это особая печать Эи, которая должна была являться барьером и защитой Сердца Бога, но после некоторых изменений она теперь сдерживает силу куклы.

Однако не знаю откуда Скарамучча мог это знать, но это точно его память. И что печально, нет упоминание как снять печать.

Я вздохнул и прикрыл раны одеждой, надеясь, что они скоро восстановятся. С другой стороны, я уже понимал, что, скорее всего, Ху Фуа всё видела. Остается только списать на её усталость и тревогу. Хотя если травмы не восстановятся до её пробуждения, то скрыть уже будет слишком сложно.

С чего я вообще решил, что мои травмы восстановятся? Так подсказывала память. Всплыли моменты, где отчетливо помнил, что кожа куклы восстанавливается после серьезных ожогов. Поэтому я не столь сильно переживал насчёт их.

— Хех, чувствую себя терминатором, — всё же не сдержался и ещё раз взглянул на свою левую руку.

Всё-таки есть в этом что-то невероятное. Страшное, но при этом завораживающе. Особенно видеть, как свет пульсирует внутри фиолетовой субстанции.

И вот странно, уже столько раз память Скарамуччи просто всплывала в моей голове, что я даже вроде как освоился. Но при этом мне это кажется до сих пор странным. Я понимаю, что это не моя память, но при этом она не отличается от моей. И при долгом рассуждений на эту тему у меня постоянно начинает болеть голова.

Я вздохнул и поудобнее устроился на камнях, положив голову девушки на мои колени. Так ей хоть будет чуть удобнее. Всё же бык уязвим только к стихийным атакам, видимо из-за того, что является в какой-то степени механизмом. То есть только Ху Фуа сможет с ним справиться.

И сейчас мне все сильнее хотелось использовать пробуждение. Но всё же я воздержался от этого, опасаясь, что это не даст нужного усиления, а только испортит мой прогресс.

Глава 21

Ху Фуа очнулась спустя несколько часов и первым делом пожаловалась на отёки и ноющую боль в некоторых местах. Ну не удивительно. Камни не мягкий матрас. Тем более после тяжелого поединка.

Она медленно приподнялась.

— Как себя чувствуешь? — тихо спросил я, не желая пугать её резким голосом.

Девушка поморщилась, и тяжело выдохнула:

— Будто на меня обрушился гнев Властелина Камня. Но жива – это уже плюс.

Она попробовала встать, опираясь на ладонь, но тут же поморщилась и снова уселась. Я заметил, как её пальцы нервно сжались в кулак, но она быстро расслабилась, стараясь не показывать слабость.

— Лучше не вставай. Всё равно тут полностью не разогнуться, — вздохнул я, а затем протянул девушке заранее заготовленную еду из сумки, чтобы у неё не возникли вопросы насчёт инвентаря. — Держи.

Ху Фуа посмотрела на меня странным взглядом, а после перевела взгляд на еду. По её взгляду сразу стало ясно, что у неё возникли некоторые вопросы. Ведь как ни посмотри, но моя еда – это не походная стряпня, которая может долго храниться, а-ля вяленое мясо, а полноценное блюдо. Например, сейчас я протягивал что-то похожее на шашлык. Но пусть лучше подумает, что чудик, который в путь берёт неподходящие вещи.

Однако она не стала задавать вопросы, молча взяла деревянную шпажку, и поблагодарила. Правда я всё же заметил, как её взгляд на мгновение задержался на моей левой руке.

К слову о ней, раны практически затянулись, оставался только фиолетовый след в виде трещин. Но только после сна. Видимо либо из-за печати, либо из-за нехватки энергии.

Впрочем, теперь я уверен, что девушка точно всё видела. Однако она не кажется испуганной, и при этом даже не задаёт вопросов. Будь я на её месте, то уже сгорал бы от любопытства или нервничал в присутствие непонятного нечто. Впрочем, Ли Юэ наполнено всякими существами наподобие Адептов. Поэтому можно будет ссылаться на них, либо придумать что-нибудь на ходу разговора, если, конечно, она спросит.

— Что будем делать? Долго мы так не протянем, — сказал я, внимательно глядя ей в глаза. — Запасы не резиновые, не говоря уже про другое, о чём обычно лучше промолчат.

Я говорил про банальное – туалет. Это в игре хорошо, с таким не сталкиваются. Но не думаю, что она сможет протянуть без туалета долгое время, а делать это здесь… сама не захочет.

Что касается меня, то мне повезло. Моё тело поглощает всё, расщепляя на дополнительную энергию. Так что мне всё же нужно питаться, чтобы хотя бы быстрее восстанавливать повреждения.

Ху Фуа вздохнула, отложив еду в сторону.

— Ждать, — спокойно ответила она. — Перед уходом я оставила записку. Когда мастер вернётся с исследований, он отправится за мной. Он сильный, так что справится с любой преградой. К тому же, я оставляла специальные отметки на стенах.

Я не заметил этого. Однако если она говорит правду, значит, у нас ещё есть хорошие шансы выбраться.

Но, с другой стороны, просто ждать не выйдет, по тем же причинам. Поэтому, когда она восстановится, то нужно будет попытаться разобраться с быком. Тем более у нас есть небольшое преимущество – алтарь. Он, как скорпион, не должен атаковать его.

Ху Фуа устроилась поудобнее, скрестив ноги. Некоторое время мы молчали, прислушиваясь к звукам вокруг. Тишина давила.

— А если он не придёт? — наконец спросил я.

— Он придёт, — уверенно отрезала она, не открывая глаз.

Я невольно усмехнулся. В её голосе не было ни тени сомнения. Она действительно верила в своего мастера.

— Ладно. Значит, ждём, — заключил я, устраиваясь поудобнее.

Опять возникла тишина. Было странно вот так сидеть в маленьком помещении друг напротив друга, при этом молчать.

Даже захотелось проверить как там бык.

Впрочем, на такое безумство идти не хотелось. Я мельком взглянул на потолок, покрытый неровными выступами и трещинами, а затем снова перевёл взгляд на девушку.

— Раз уж у нас есть время, может, расскажешь о своём мастере? — спросил я, надеясь немного разрядить обстановку.

Ху Фуа чуть заметно улыбнулась.

— Ты хочешь услышать историю о мудром наставнике, который принял меня к себе, когда я была ребёнком?

— Ну, типа того, — усмехнулся я.

Даже в этом мире такой сюжет очень любят. Только узнал я про это не через книги, а через оперы и пьесы, которые проводятся в ресторане и в борделе. До сих пор, для меня странно звучит сочетание оперы и борделя. Но всё же нужно уже свыкнуться, что бордель в этом мире отличается.

Впрочем, к сюжету. Тут любят прям всё по канону: главного героя постоянно избивают, но в определенный момент его либо находит добрый и крутой мастер, либо он сирота, которому повезло встретить уважаемого человека и стать его учеником.

— Увы, но это скучная история, — пожала плечами Ху Фуа. — Я просто услышала о его силе и пришла к нему, и он взял меня в ученицы. Он строгий, но справедливый. Учит не только бою, но и тому, как правильно видеть этот мир.

— Хм, и как же правильно его видеть?

Она ненадолго задумалась.

— Не цепляться за гнев, не цепляться за страх, не цепляться за сомнения. Всё проходит, всё меняется. Даже самый стойкий камень со временем стачивает вода. Главное – не потерять себя. Так он говорит. Но, знаешь… мне кажется, эти слова предназначены не мне. Обычно, когда он это произносит, его взгляд устремлён в пустоту.

Я молча переваривал её слова.

— А у тебя есть мастер? — вдруг спросила она, внимательно глядя на меня.

Её вопрос застал меня врасплох. Я действительно не знал, что ответить. Тело помнило движения, но разум не спешил просвещать меня. Возможно, дело в том, что Скарамучча не обучался боевым искусствам – их просто вложили в него. А может, я просто не задел нужные струны в своей памяти.

Впрочем, размышлять о его прошлом было бессмысленно. Только голову сломаешь. Знания всплывали урывками, хаотично. Полноценных воспоминаний я так и не видел – лишь отдельные фрагменты, из которых невозможно сложить цельную картину.

— Был, — уклончиво ответил я, надеясь, что она не станет дальше расспрашивать. Может, подумает, что он погиб или наши пути разошлись. Это куда проще объяснить, чем мою настоящую ситуацию. Тем более, такие разговоры могли привести к обсуждению моего тела, а этого мне явно не хотелось. — Кстати, а зачем ты вообще пошла сюда? Я понимаю, что в руинах можно найти сокровища или древнюю силу, но ты не выглядишь той, кто стремиться к этому. Даже ящик с золотом проигнорировала. Ты словно целенаправленно шла именно к нему.

Ху Фуа не ответила сразу. Она некоторое время пристально смотрела на меня, будто оценивая, стоит ли делиться правдой, а затем тяжело вздохнула.

— Будет честно, если ты узнаешь, — наконец произнесла она, скрестив руки на груди. — Моя тётя пропала в этих руинах.

Я удивлённо вскинул бровь, но промолчал, позволяя ей продолжить.

— Она отправилась сюда, чтобы выполнить один ритуал, — Ху Фуа говорила спокойно, но я заметил, как её пальцы крепче сжались на ткани одежды. — Но уже четвёртый день от неё нет вестей.

— Что за ритуал?

Она колебалась, но всё же ответила:

— Ритуал Очищения. Это старинный обряд моего рода. Тётя была самой опытной среди нас, но в то же время не отличалась хорошим здоровьем... — её голос дрогнул, но Ху Фуа быстро взяла себя в руки. — Я должна её найти.

Мне хотелось вздохнуть, но я сдержался.

Какие шансы, что эта женщина, а, судя по всему, ещё и с плохим здоровьем, выживет? Не хочу судить. Но, может, чудо ей поможет.

— Она раньше была исследовательницей руин, но после смерти дедушки взяла обязанности семьи на себя. Хотя мы часто с ней исследовали руины. Поэтому я верю, что она жива. Даже несмотря на те слухи…

— Слухи? — не понял я.

Ху Фуа удивлённо посмотрела на меня, а потом иронично усмехнулась и покачала головой, словно осознав что-то очевидное, что было на виду, но долго не замечалось.

— Ты же сам рассказывал о монстре возле руин. Это и есть те самые руины, только с другой стороны. Центральный Храм Бога Песков походит на целый город.

Я только хотел открыть рот, чтобы возразить, мол, между ними расстояние в десятки километров, но промолчал. Если она права, то получается, мы в руинах, где обитает тот самый монстр... Древний Король.

Только от одной этой мысли мне захотелось удариться головой об стену, чтобы забыть обо всём. Этот монстр не просто силён, а ужасающ. Слишком опасная тварь, чтобы с ним связываться. И я знаю это, поэтому не хотел идти к нему в пасть. Однако, видимо, у судьбы плохое чувство юмора.

Но кто же знал, что вход в те самые руины может быть на таком удалении? Я вот нет.

Я даже специально по карте сверился и удостоверился, что никак не пересекусь с этим монстром.

— Если это так… — я прикусил язык, так и не сказав, что её тётя, скорее всего, мертва. Вовремя вспомнил, что ей тринадцать. А ведь уже забыл об этом. — Что будем делать? Мы в ловушке, вряд ли сможем подняться наверх без помощи, а идти нам дальше некуда.

Ху Фуа вздохнула, опустив взгляд в пол.

Она так ничего и не сказала. А я больше не стал её тревожить. Она сама понимает ситуацию даже лучше я. Ведь не мой дорогой человек где-то там в опасности, а я ничего не могу сделать.

Глава 22

Быка в зале не было, но его сфера плавала возле алтаря. К счастью, третья сфера всё ещё лежала на полу и выглядела сломанной.

Прошло много часов с тех пор, как мы здесь застряли.

Ху Фуа всё же была человеком. Спать на камнях – удовольствие сомнительное, но приходилось терпеть, пока она полностью не восстановиться. Её Глаз Бога светился от перенасыщения энергией.

Так что мы решили, что пора попробовать справиться с быком. Он не был намного сильнее скорпиона, просто обладал способностью, которая ускоряла его. Но у нас было одно преимущество – алтарь. Если вовремя спрятаться за ним во время тарана, мы могли победить.

— Готова? — спросил я, скользнув взглядом по Ху Фуа.

Она неуверенно кивнула.

Мы заняли позиции. Я сжал кулаки. Ху Фуа встала рядом, её взгляд стал сосредоточенным. В воздухе чувствовалось напряжение, как перед бурей.

Гулкое эхо пронеслось по залу. Сфера у алтаря вспыхнула ярче.

— Началось.

Я кивнул.

Спустя мгновение массивная фигура появилась перед нами. Его глаза засверкали, а на рогах заиграли электрические разряды. Он заревел, потрясая головой.

Ему словно не нравилось наше второе появление. В этот раз он выглядел… злее что ли. Или атмосфера стала какой-то иной? Трудно сказать.

Бык ударил копытом, выбивая искры из золотого пола.

— Сейчас! — крикнул я, когда зверь рванул вперёд.

Мы бросились в стороны, уклоняясь от удара. И весьма вовремя. Бык с грохотом промчался рядом и врезался в стену, что в свою очередь дало нам время безопасно добежать до алтаря.

Монстр мотнул головой, стряхивая пыль, и снова ударил копытом по полу, готовясь к следующей атаке.

Однако он не пошёл на таран, как мы ожидали, а стал крутиться вокруг алтаря. Видимо какие-то зачатки разума у него есть. Впрочем, не столь внушительные. Поскольку стоило задержаться чуть больше необходимого, и он напал.

Нам всего лишь нужно было сделать шаг в сторону алтаря, как бык понял свою ошибку и попытался остановиться, но тем самым споткнулся и перевернулся.

Ху Фуа тут же среагировала. Она подняла левую руку, и её ладонь покрылась красными линиями, откуда исходил жар. Затем провела ею по лезвию клинка, из-за чего на нём образовались точно такие же линии.

— Ха! — выкрикнула она, подпрыгнув в воздух. Её меч вспыхнул алым пламенем, а после обрушила орудие на тело быка.

Энергетические всполохи вмиг окутали пространство, а затем раздался чудовищный взрыв. Меня чуть не откинуло в сторону, как какую-то тряпичную куклу. Но вот колоннам позади меня сильно не повезло. Их словно обстреляли с пулемёта.

Ху Фуа приземлилась возле меня. Рукав правой руки, которой она держала меч, был порван и обгорел. Да и сама девушка выглядела потрепанной. В некоторых местах были царапины и ссадины, а волосы растрепались.

Однако больше всего меня удивило то, что бык спокойно встал, словно ничего не произошло. Правда часть его тела всё же было уничтожено.

Изнутри его тело выглядело как сплетение золотых жил, пульсирующих и переливающихся энергией. Бык тряхнул головой, снова ударил копытом по полу, и в тот же момент фиолетовое свечение распространилось по его левому рогу. Правый рог был уничтожен атакой девушки, как и часть головы.

В воздухе запахло озоном.

— Осторожно! — вскрикнула Ху Фуа.

Мы спрятались за алтарём.

Бык низко наклонил голову и выпустил фиолетовый луч, который мгновенно уничтожил стену за нами. Там оказалось небольшое помещение с каким-то сундуком.

Однако всё же алтарь бык не стал трогать, и мы спокойно пережили атаку. А ведь попади он по нам, то, скорее всего, бы убил.

— Мне нужно время, чтобы накопить пиро-энергию, — вздохнула Ху Фуа, переводя дыхание. — Я вложила всю энергию в этот удар, ожидая что сфера окажется в голове. Такая была возможность…

— Не переживай, зато мы узнали, что она не там, — улыбнулся я. — Побегаем вокруг алтаря некоторое время, а там видно будет. Эх, почему я не додумался взять запасной клинок.

Мой взгляд упал на сундук. Он был достаточно большим, чтобы там поместилось оружие. Обычно ведь в игре там можно найти их. Однако вряд ли бык даст мне спокойно добраться до сундука, а тем более забрать оттуда вещи.

Я посмотрел на третью сферу. Хорошо, что сферы активируются по одному…

— Хм…

— Что-то случилось? — спросила Ху Фуа.

— А что если заставить быка уничтожить третью сферу?

Моя идея, конечно, дикая, но если получится, то это сильно облегчить нам жизнь. Ведь за быком появиться другой монстр. Будь мы в игре, то третья сфера была бы заблокированной, но здесь мы могли с ней взаимодействовать. Однако что-то подсказывало, пока в ней эта энергия, то она такая же прочная как монстры. Но вот бык должен быть способен уничтожить её.

— Ну… Странный способ, но почему бы и нет? — улыбнулась девушка. — Всё равно бегать вокруг алтаря та ещё морока.

Я схватил сферу и отбежал от алтаря. Бык ринулся следом. В последний момент я кинул сферу и резко повернул в сторону. Монстр спокойно протаранил артефакт, и врезался в стену.

Сфера упала на пол, покатившись в сторону. На её поверхности образовались трещины.

— Надо повторить, — бросил я Ху Фуа.

— Уже поняла, — кивнула она, а после подобрала сферу и кинула мне.

Я схватил её и снова побежал, стараясь держаться ближе к алтарю. Бык снова ринулся на меня. Всё повторилось.

Трещин стали больше, да и сфера начала светиться ярче, а затем из неё вырвался поток золотой энергии. Бык резко отпрянул, фиолетовые разряды пробежали по его телу. Сфера задрожала, словно что-то внутри неё пыталось вырваться наружу.

Я приготовился к худшему. Однако в следующий миг сфера раскололась, и изнутри вырвалась волна энергии, которая сильно навредила быку. Тот аж перевернулся и не мог встать.

Естественно, я тут же ринулся к нему, на полпути прося у Ху Фуа меч. Она хоть и колебалась некоторое время, но всё же выполнила мою просьбу. Всё же мне хотелось убить монстра самому, тем самым получить опыт с его смерти.

Раздался громкий треск стекла, а после бык рассыпался на золотые частицы.

+19306 Очков Опыта

15 Уровень (2790/9825)

Сразу два уровня.

Жаль, что так получилось с третьей сферой, может, смог бы получить ещё парочку уровней. Но был большой риск пострадать от другого монстра. Кто его знает, что там выйдет. Вдруг змея, с которой трюк с алтарём не пройдёт.

Так что риск не оправдан.

— Мы победили, — улыбнулась Ху Фуа.

Впрочем, улыбка быстро угасла. Как только золотые частицы растаяли в воздухе, пол задрожал. Вибрация нарастала, и вскоре на его поверхности начали проступать мерцающие символы. Они складывались в сложный узор, то ли в магический круг, то ли в печать.

Внезапно раздался глухой треск. Алтарь вздрогнул, а затем медленно, но неумолимо начал расходиться на три массивные части. В образовавшемся разломе темнел проход, ведущий вниз.

Я переглянулся с Ху Фуа. Её взгляд блестел от любопытства.

Она быстро подбежала к проходу.

Из глубины пробивался слабый свет, колеблющийся, словно мерцающие огоньки.

— Что ж… — Ху Фуа вытерла лоб и вздохнула. — Думаю, выбора у нас нет.

— Ты уверена? А разве не хочешь спасти…

— А что мы будем здесь делать? Мы в ловушке, и вряд ли сможем сами выбраться. А там может быть путь.

И то верно. Тем более там, скорее всего, что-то ценное. Не зря ведь проход охранялся такими сильными монстрами.

Просто я помнил её цель. Поэтому без монстров мы могли попробовать выбраться. Вскарабкаться по стене, или попробовать сделать импровизированный парашют, который под потоками ветра поднимет нас наверх.

И вот сейчас думая об этом, то не знал, как поступить в этой ситуации. Мне хотелось пойти дальше, ведь там явно что-то интересное. Но при этом каким козлом я буду, если поступлю так с Ху Фуа.

Да, её тетя с большой долей вероятности уже мертва. При этом благодаря Ху Фуа я получил ценные вещи и опыт. Вряд ли без неё мне удалось бы даже проникнуть сюда, не говоря уже про победу над монстрами.

А тем временем, пока я думал об этом, Ху Фуа шагнула к проходу и заглянула вниз.

— Глубоко… словно врата в бездну.

Я покачал головой, вздохнув и подойдя к ней и заглянув в… бездну.

Судя по всему, тут несколько сотен метров, а то и больше. Даже голова закружилась. Поэтому я отошёл в сторону. Слишком уже пугающий проход, при которой возникают страшные мысли сделать шаг в дыру.

И тут же мой взгляд столкнулся с сундуком, стоявший в стороне от нас. Он покрыт толстым слоем пыли, но при этом явно создан из какого-то камня. И, черт возьми, он был просто огромным!

Я подошёл ближе и открыл тяжёлую крышку. Внутри лежали горы золота, роскошные украшения, драгоценные камни… но главное – оружие.

Среди сокровищ выделялся клинок необычной формы, без гарды. Он выглядел завораживающе – тонкий, изящный, с резными узорами у заострённого кончика. Металл отливал мягким золотистым блеском, а рукоять была сделана из странного камня, которому придали текстуру дерева. Или же… изначально она действительно была деревянной, но с годами окаменела.

Пока Ху Фуа была отвлечена я осторожно поднял клинок, чувствуя, как идеально он ложится в ладонь. Затем положил в инвентарь, чтобы узнать описание.

Церемониальный Меч Песков

«Когда-то этим мечом приносили жертвы Великому Владыке Песчаных Бурь. Теперь же он остаётся лишь эхом забытых ритуалов»

Редкость:Эпический

Тип:Одноручный меч

Материал:Орихалк

Вес:Средний

Обряд Кровавого Заката: Поглощая кровь, клинок впитывает жизненную силу, преображая её в элементальную энергию для владельца.

«Сквозь века меч жаждет крови, и даже ныне, в забвении, он пробуждается от жертвоприношений…»

Это… у меня даже слов нет. Этот меч лучшее, что я мог вообще получить. Такое оружие просто так не купить.

Я взмахнул им, не чувствуя никакого сопротивления. Затем решил проверить остроту, и удивлённо замер. Клинок словно бритва с легкостью прорезала плотную ткань мантии путешественника. А ведь даже катана так легко не могла прорезать её.

— Что у тебя там? — спросила Ху Фуа, а после подошла ко мне. — Меч? Это хорошо.

— Тебе не интересуют сокровища? — спросил я видя, что девушка не обращает внимание на золото и другие ценные вещи.

Она посмотрела на меня, а после вздохнула.

— Золото может стать причиной нашей смерти, — серьезно проговорила Ху Фуа, а после вздохнула и нелепо улыбнулась. — Тем более они слишком тяжелые, явно замедлять наш путь, хе-хе…

Глава 23

С каждым спуском на стене один за другим загорались огни, рассыпая мягкое, тусклое сияние, но его хватало осветить нам путь. Всё выглядело так, словно мы спускались в место, имеющее особое значение.

Впрочем, смотреть вниз не хотелось. Поскольку выглядело так будто ещё пару шагов и упадём в обрыв. Но дальнейший свет зажигался, и можно было облегченно вздохнуть.

К слову, Глаз Бога Ху Фуа светился в темноте, не столь ярко, чтобы всё осветить. Но в случае чего в полной темноте мы не останемся. Тем более она владеет Пиро-элементом. Но просто так не используют силу, чтобы не израсходовать элементальную энергию.

Мы наконец дошли до конца лестницы…

Однако внизу нас встретил лишь огромный коридор, уходящий в бесконечную даль. Даже при освещении его конца не было видно – лишь темнота. Причем он был под наклоном, а это мне не очень нравилось. Словно в фильмах или играх, где на полпути сработает ловушка и на нас покатится огромный шар.

Впрочем, делать было нечего, пошли вперёд.

— Не нравится мне это, — тихо пробормотал я. — И почему люди так мечтают оказаться в руинах?

Ху Фуа посмотрела на меня, а после задумалась.

— Хоть многие и думают, что исследование руин – это лёгкий способ быстро разбогатеть или обрести власть, реальность куда прозаичнее. Люди тратят огромные суммы на подготовку экспедиций, нанимают проводников, закупают снаряжение, а в итоге нередко остаются ни с чем. Бывает, что ради этого берут в долг, надеясь на сокровища, которые, возможно, вовсе не существуют. Бывало… сводят жизни из-за этого, — она грустно вздохнула. — Большинство руин – это всего лишь останки древних построек, которые чудом сохранились до наших дней. Вплоть до домов обычных людей. Причем, как говорит тетя, руины грабят ещё задолго как они таковыми становятся. То есть пустующие здания всегда привлекают внимание грабителей, будь это тысячу лет назад или сейчас.

— Это верно, — впрочем, говоря о людях, я имел в виду тех, кто живёт в моём мире. Ведь на YouTube полно видео, где блогеры лазят по руинам, где всё рушится от одного прикосновения, а некоторые зрители в комментариях мечтают тоже попробовать. Я не думал, что Ху Фуа услышит мои слова и решит ответить.

Огни, которые сопровождали нас на лестнице, также расходились по стенам коридора.

— Но иногда кому-то всё же удаётся найти сокровища или ценные артефакты, что только подливает масла в огонь, — продолжила она.

Я согласно кивнул.

Это напоминало лотерею в моём мире. Если повезёт, можно в одно мгновение стать богатым. Как в нашем случае. Ведь, по сути, два сундука наполненные золотом могут до конца жизни обеспечить обычного человека комфортной жизнью. Что касается меня… Я точно не знаю сколько там денег, но уже понимаю, что вряд ли мне их хватит на десять лет. Хоть бы на пять лет хватило, одежда уж очень сильно изнашивается и быстро рвётся.

Тут либо мне придётся купить дорогую одежду из какого-то монстра. Да, такие есть, но стоят очень дорого, цена доходит вплоть до семи нулей. А всё это обусловлено тем, что кроме прочности они обладают некоторыми качествами. При этом обладают неплохой защитой против режущих и колющих ударов.

Но вернёмся к лотерее. Даже зная, что шансы ничтожны, люди продолжают покупать билеты – потому что есть примеры со счастливчиками. С руинами всё точно так же. Чрезвычайно редко, но кому-то удаётся найти нечто ценное. Даже в гильдии ходят разговоры о руинах. Искатели приключений не столь глупы, иначе просто бы не выжили. Чаще всего они и получают выгоду с руин, сопровождая исследователей, а-ля продавцы лопат и кирок в эпоху золотой лихорадки.

А ещё существуют истории о героях, нашедших необычные руины и обретших невероятную силу. Почему не легенды? Ведь хоть в этом мире по земле ходят боги и драконы, но найти такое нереально. В голове сразу всплывает мысль, что сильные существа должны быстрее людей со всем разобраться и забрать то, что «опасно» для людей. Однако есть подтверждённые сведения о таких героях. Более, даже есть места, подобные этим руинам, отмеченные на карте. Правда, чаще всего они скрыты за барьерами или охраняются могущественными существами, либо уже защищены.

Но, думаю, что это всё лишь капля в море. По лору игры я помню, что по канону появлялись различные руины, которые были спрятаны от глаз, либо богами, либо ещё чем. И там действительно можно обрести силу. На памяти до сих пор какой-то предмет, способный создавать соль из ничего. По сути, бесполезная ерунда, но при правильном использовании просто находка.

Так что кто его знает сколько таких руин ещё скрыто от глаз. Явно не один десяток.

А ведь мне крупно повезло оказаться здесь. Судя по всему, мы не только первые проникли в эти руины, но и нашли тайный проход – именно таковым я считаю место под алтарём.

— Слушай, откуда ты вообще знаешь про эти руины? Тем более не похоже, что здесь были люди. Сундук у входа – тому подтверждение, — спросил я, воспользовавшись подходящим моментом.

— Про них знают все. Это легенда о победе Властелина Камня над Богом Песков. Но попасть сюда мешали две причины. Первая – защитный механизм. Без ключа сюда не пробраться. А ключ оказался у меня по случайному стечению обстоятельств – я нашла его, когда вместе с тётей исследовала другой храм Бога Песков. Вторая причина – руины находятся под землёй, и никто точно не знал, где именно. По легенде, после смерти Бога Песков из его тела вырвалось море песка, накрывшее весь Ли Юэ. Властелин Камня использовал свою силу и превратил песок в землю.

— Не слышал о такой легенде… Значит твоя тетя смогла и расположение руин найти?

Ху Фуа кивнула.

— Да, всё благодаря одной мозаике. Там был изображен символ Бога Песков, три угла которых походили на храмы. Так тетя поняла, что храмов три, и они должны соответствовать символу. Как понимаешь, она права. Храмов действительно три. Но один был на видном месте, только войти в него не могли из-за защитного механизма. Правда никто не подозревал, что эти руины – это Храм Бога Песков из легенды.

— Значит мы в этом храме? — это был риторический вопрос, но она всё равно кивнула. — Интересно, а что в других храмах?

— Они не такие большие как эти. Думаю, другие являются филиалами, или чем-то наподобие. Всё же это было время, когда богов на Тейвате было много. Не думаю, что кто из них спокойно позволил другому богу создавать на своей территории чужой храм.

Это верно. Скорее всего, филиалы громко сказано, просто отметка захваченной территории.

Впрочем, дела прошлого не столь сильно меня интересуют, как нынешние и будущие. С такими деньгами можно начать уже реализовывать свои замыслы. И нет, я не про бордель. Хоть иногда хочется, прям до безумия накопить деньги и вкусить женщину. Но слишком уж неоправданно дорого. Только два плюса от этого: быстро, не нужно ухаживать за девушкой, и безответственности, что меня больше всего тревожит. Ведь жить я буду долго, и мне не очень хочется видеть, как близкие люди стареют у меня на глазах.

Я покачал головой, отгоняя неприятные мысли.

Деньги – это возможность.

У меня уже давно возникали мысли улучшить не только свой быт, но и у обычных людей. Как ни посмотри, сейчас средневековье, и только магические элементы добавляют некоторые удобства. Но идя в сторону пещеры, то я сильнее задумался.

Возникшая мысль о холодильниках на рынке действительно глубоко запала. По сути, ничего сложного в этом нет. Ведь мне не нужно создавать что-то, что будет с регулировкой температуры, со всякими режимами и так далее. Холодильник – это в первую очередь предмет, где прохладно и можно хранить еду. И этот мир позволит мне создать его без технологий и электроники. Как это сделать уже возникли мысли.

И ведь не только холодильник можно создать. Даже чайник. А ведь тут до сих пор разогревают воду на огне. Главное, чтобы моя идея со слизью сработала. Если нет, то не беда. Есть другие методы. Просто слаймы первый попавшийся вариант.

А банальные вещи как швабра? Её тут нет, люди до сих пор горбатятся при мытье полов. Поэтому мне действительно хотелось принести в этот мир что-то своё. Конечно, эти вещи всё равно появятся, но одно дело в ближайшие годы, а другое спустя сотни лет.

И что самое ироничное, по лору в этом мире есть технологии, которые даже в моём мире вызовут интерес и бурное обсуждение у инженеров. Но вот именно в банальных вещах какой-то застой. Словно на обычных людей всем наплевать. Да что там говорить, если из нижнего белья у них только какие-то передники… даже не панталоны.

На всё это нужны деньги.

Ну и вторая важная цель – это стать сильнее. Точнее насобирать наконец-то нужное количество слаймов. Полностью для этого сосредоточиться на них.

Конечно, будь я в Инадзуме, то было бы легче добывать электро-слизь, но в Ли Юэ хотя бы меньше шансов, что меня убьют из-за происхождения.

Так или иначе, я приблизительно знаю, где могут обитать электро-слаймы. Поэтому после выхода из руин, стоит сразу направиться туда, чтобы уж сильно не затягивать. Думаю, за пару месяцев справлюсь, да и кто знает вдруг получу двадцатый уровень.

Пока я размышлял, темнота в конце коридора наконец-то рассеивалась, и вскоре мы увидели просторное пространство. Но вот что не ожидали увидеть, так это…

— Это… слайм?

Нет, не просто слайм, а огромный гидро-слайм! Он был просто гигантским. Наверное, около пяти метров, а внутри него плавал какой-то механизм и золотой монстр-механизм, который судя по своему виду уже не мог функционировать.

За слаймом был закрытый проход. И видимо механизм внутри монстра открывает его.

Мы переглянулись, а после одновременно достали свои мечи.

Глава 24

Никогда бы не подумал, что слаймы могут быть такими сильными. А проблем с ним оказалось больше, чем от скорпиона и быка вместе взятых.

К этой твари просто невозможно приблизиться. То внезапно оказываешься внутри пузыря, то мощной струёй воды швыряет к стене. Всё вокруг залито странной, вязкой жидкостью, больше похожей на слизь, чем на обычную воду. Двигаться в ней тяжело, так ещё легко поскользнуться, особенно в моей обуви. Хорошо хоть, на одежде были специальные накладки с шипами – только благодаря им удавалось быстро вырываться из пузырей.

Причём монстр не стоит на месте. Он активно нападает. Приходится всё время быть начеку, постоянно уклоняться.

Максимально неудобный противник в замкнутом пространстве. И судя по размеру, этот слайм жил здесь уже не один десяток лет, медленно, но верно накапливая силу. А если бы я пришёл сюда на сто лет позже? Меня тут ждал дракон? Сомневаюсь, конечно. Но всё равно мысль неприятная.

— Чёрт, — выругался я, когда в очередной раз шмякнулся о стену.

Ху Фуа вскоре последовала за мной.

Злая, раздражённая, она поднялась на ноги. В её взгляде мелькнуло что-то опасное, на мгновение даже показалось, что голубые сапфировые глаза стали рубиновыми. По клинку пробежали языки алого пламени, а Глаз Бога на поясе засиял ярче, словно подогреваемый её гневом.

— Слушай, ты можешь отойти? Я использую свою силу, — произнесла она спокойно, но с отчётливым напряжением в голосе.

Я кивнул и, не споря, отступил глубже в коридор.

Она не стала медлить. Меч вспыхнул, лезвие украсили таинственные символы, пульсирующие огнём. С лёгким криком Ху Фуа обрушила пылающий клинок на слайма. И в следующий миг я понял, почему она всё это время сдерживалась и не использовала элементальный навык.

Всё помещение окутал густой пар. Настолько плотный, что сквозь него не видно даже вытянутой руки. И он был обжигающе горячим – как будто кто-то вылил ведро воды на раскалённые камни в бане, а я оказался близи.

Но всё же такой удар должен был убить слайма. Гидро-слаймы не обладают такой уж защитой, чтобы выдержать сильную атаку. Да и сами эти монстры слабы, иначе давно бы по миру прыгали слаймы размером с гору. Или населяли более совершенные формы. Ведь как ни крути это лишь сгустки элементарной энергии, которые стремятся к эволюции.

Однако был шанс, что монстр выжил. Не зря ведь такого размера.

— Мёртв? — спросил я, надеясь на подтверждение.

Несколько секунд стояла гробовая тишина. А затем раздались лёгкие, почти невесомые шаги. Это была Ху Фуа. Вряд ли многотонный слайм может так двигаться. Легко, как перо, и в то же время уверенно.

Она обошла меня сзади… а потом внезапно закрыла мне глаза ладонями.

Ребёнок…

— Это ведь опасно. А если бы я тебя ударил? — выдохнул я, убирая её руки с лица.

На удивление очень нежная кожа. А я ожидал грубые ладони. Всё же размахивает тяжелым двуручником.

— Я бы уклонилась, — ответила она тихо, с ноткой смущения в голосе, словно только сейчас осознала, насколько глупо это выглядело.

Пар начал медленно рассеиваться, оседая на стенах и полу каплями. Воздух всё ещё оставался тёплым и влажным. Хорошая температура для парилки. Но, по крайней мере, теперь можно было хоть что-то разглядеть.

Слайм умер, а механизмы внутри него были разбросаны в разные стороны.

Мы осторожно подошли ближе. Там, где прежде бушевал слайм, теперь лежала расплывшаяся по полу масса, едва шевелящаяся. Она больше напоминала расплавленное желе – огромная слизь Гидро-слайма.

Я слышал, что при большом скопление слизи она начинает шевелиться – это процесс зарождения слаймов. Если оставить без внимания, то через какое-то время тут вновь появиться слайм. Не такой большой, но вполне возможно будет несколько маленьких.

— Жил тут десятилетиями, а может, и больше… и явились мы, — хмыкнул я, стряхнув каплю с чёлки.

— Знаешь… я не люблю использовать силу огня в помещении. Особенно против гидро-слаймов, — сказала Ху Фуа, отводя с лица мокрую прядь. Волосы у неё прилипли ко лбу, одежда промокла и теперь плотно облегала тело, будто вторая кожа.

Я поспешно отвёл взгляд, напоминая себе, что ей всего тринадцать. Даже если выглядит старше. Даже если фигура шикарной спортсменки. Конечно, разница в возрасте, между нами, не такая уж и большая… но всё же нельзя.

Покачав головой, я перевёл взгляд на останки механизма монстра. Он выглядел так, словно провёл в желудке слайма не один год – корпус потрескался, передней лапы не было.

Как древние люди вообще дошли до таких технологий? Возможно, боги. Но в это слабо верится, особенно учитывая, что современный Тейват заметно отстаёт от своего прошлого. Либо Архонты не стремятся делиться знаниями. Пусть, мол, народ сам доходит.

Жаль, что я забросил Геншин на Сумеру. Не думал же тогда, что попаду в этот мир. Так бы досконально изучил всё. Да и подготовился бы.

К слову о Сумеру, там ведь тоже есть интересный механизм – «Акаша». Хранилище знаний, созданное Дендро Архонтом. Любой житель Сумеру может подключиться к нему и узнать почти всё что угодно. Что-то вроде местного интернета. Даже общение через него возможно, если память не изменяет.

Надо будет туда наведаться. Если хочу внести в этот мир инновации, то сначала должен узнать больше, как об этом мире, так и в инженерии. Пока же мне хватает ума только на табуретку, швабру и пару бытовых мелочей. Благо, раньше смотрел кучу видео на YouTube – про то, как из говна и палок делают шедевры. Особенно нравилось смотреть, как куют клинки. Даже сам однажды болгаркой вырезал катану из старого советского металла. Конечно, получилось не так, как я ожидал, но зато до сих пор весит у меня в комнате. По крайней мере, весел на момент моей жизни. Как там сейчас даже думать не хочу.

Каждый раз вспоминая про дом, сразу начинаю грустить. Но за прошедшие месяцы стало легче.

Я вздохнул, и вновь посмотрел на механизм передо мной.

Он – это нечто совершенное. В моём мире подобное невозможно. Вот бы узнать, как они работают. Я бы не пожалел на это всё золото из своего инвентаря.

По сути, этот механизм сам по себе сокровище.

Уверен, внутри что-то есть, приводящее в движение конечности. Что-то вроде двигателя. Главное – понять принцип. Остатки бросать здесь точно не собираюсь. Утащу, изучу. Пусть и сомневаюсь, что сразу разберусь. Но сохранить на будущее – обязательно.

А вдруг... смогу создать мотоцикл? И буду гонять по Тейвату, пугая местных. Плевать, что дорог нет. Зато – мотоцикл! Всегда хотел. Особенно после того, как дед друга подарил ему старенький «ИЖ». Мы две недели с ним возились, пока наконец не завели. YouTube – сила. Двенадцатилетние дети буквально сами в гараже смогли починить мотоцикл, благодаря только роликам из интернета. И хоть там не было серьезных поломок, так мелкие проблемы: свеча, сальники, да по мелочи, но всё же.

Ох, до сих пор помню те ощущения, когда он заработал – мурашки до сих пор бегут по коже. Жаль, откатались недолго. Колька переехал в другой город, забрав собой мотоцикл. А мои родители не собирались покупать столь опасную, по их мнению, технику, тем более когда у меня ни то что прав нет, даже возраст не подходящий.

Но, всё же, можно ли сделать такое здесь? Древние технологии позволяют...

Я покачал головой, отгоняя эти мысли, пока они окончательно не поглотили меня.

— Что будем делать? — спросил я, оборачиваясь к Ху Фуа. — Сначала попробуем высушить одежду или двинем дальше?

С силой Пиро это не стать проблемой.

Ху Фуа пожала плечами и, сделав короткую паузу, задумчиво посмотрела на массивные двери впереди.

— Давай пойдём дальше, — произнесла она с уверенной интонацией. — Здесь не самое подходящее место для отдыха. Тем более я уже почти просохла.

Только теперь я заметил, что от её одежды шёл лёгкий парок. Остатки влаги испарялись, будто под действием внутреннего жара.

Значит, она и это умеет…

Вот бы и мне так. Блин, завидую. Хочу свой Глаз Бога. Или ещё лучше – разблокировать энергию внутри меня. Настоящая магия, неограниченная шаблонами.

Это в игре у персонажа зачастую две способности – ультимейт и обычный элементальный приём. Сделано это из-за игровых условностей. Но в реальности тот же Глаз Бога даёт возможность контролировать элементальную энергию, а дальше уже зависит от человека, что он сумеет с ней сделать. Хоть освоит сотни приёмов.

Я бы с Электро-элементом…

В голове тут же закрутились образы: разряды молний, техники ускорения с помощью электричества, создание щитов, клинков из чистой энергии... Всё это ведь возможно. А сколько возможностей есть, благодаря знаниям из различных аниме и фильмов. Конечно, часть из них трудно воплотить в жизнь. Но вот подобие молний из «Звездный Воин» вполне.

— Как моя одежда полностью высохнет, я помогу тебе, — вдруг сказала Ху Фуа и тепло улыбнулась. — Мы ведь друзья.

Я удивленно моргнул, посмотрев на неё, а после хмыкнул и кивнул.

— Спасибо.

Мы двинулись к вратам.

По пути я прихватил механизм отпирания врат. Тяжёлый. Очень. Простой человек бы не справился. Разве что хорошо сложенный мужчина.

Артефакт я воткнул в специальное место под него. И тут по механизму разошлись оранжевые линии, а в центре зажегся странный узор.

Ху Фуа приложила ладонь на узор, и тут же я заметил, как её Глаз Бога чуть вспыхнул. Затем ворота стали открываться.

— Нужна элементальная энергия и ключ, — объяснила она, заметив негодование на моём лице. — Ключ – это разгадка шифра. Всё что необходимо сделать – это мысленно представить верный ответ и направить энергию в артефакт.

Я кивнул.

Перед нами открылось огромное помещение. Нет, не просто большое – по-настоящему гигантское. Потолок терялся во тьме, а стены уходили в бесконечность, словно это было не помещение, а целый подземный мир, скрытый от глаз.

Но взгляд тут же приковывало нечто другое – в самом центре возвышался дворец, к которому вела золотая лестница.

Настоящий дворец. Роскошный, величественный, словно вышедший из легенды. Его стены сверкали, будто из чистого золота, отражая свечение кристаллов, вмонтированных в колонны. Окна украшены витражами, переливающимися всеми цветами радуги, а купол венчал драгоценный шпиль, сияющий мягким янтарным светом.

Но больше всего меня смутило другое.

Огромный каменный шип пробивал дворец. Он был точен, ровен, будто это окаменевшее копьё. Его поверхность была покрыта оранжевыми символами. И всё выглядело так, словно кто-то кинул его с огромной высоты…

Копьё Моракса!

Глава 25

Да уж, неожиданная находка. Я знал, что Моракс убил Бога Песков, но не думал, что когда-нибудь наткнусь на нечто подобное. Выходит, мы оказались в месте, где пал сам бог?

Конечно, всё может быть иначе. Может, Бог Песков умер где-то в другом месте. Но, глядя вниз, на дно, полностью покрытое золотым песком, сложно не поддаться этой мысли. Всё здесь словно пропитано остатками его присутствия. А может, это и вовсе был его личный дворец?

И если это действительно так… то что можно найти в подобном месте?

Конечно же – знания! Сомневаюсь, что богу были бы нужны золото, драгоценности или даже артефакты. Всё, что так ценят смертные, для богов – пыль, и ничего более. А вот знания… знания – это уже совсем другое. Они имеют смысл даже для богов. Не зря же существует Богиня Мудрости, что собирает крупицы человеческого опыта, словно редкие самоцветы.

— Ты вдруг стал подозрительно радостным, — заметила Ху Фуа, бросив на меня косой взгляд.

— А как иначе? — я усмехнулся. — Если это и правда место, о котором я думаю, мы найдём здесь нечто по-настоящему ценное.

— Угу. Неприятности, — весело фыркнула она и закатила глаза.

Я удивлённо посмотрел на неё, а потом покачал головой. Не ожидал, что даже в этом средневековом мире девушки умеют закатывать глаза с такой филигранной выразительностью. Это, должно быть, какой-то врождённый навык, не иначе. Плавный, полный эмоций, почти артистичный. Ни один парень не сможет повторить это так же… идеально. Будто им выдали эксклюзивную способность, недоступную остальным.

Красиво и завораживает. Хотя, надо признать, когда они злятся – это уже другой уровень искусства. Почти устрашающий. Хех.

Лестница, кстати, оказалась вовсе не золотой, как мне показалось сначала. Её просто густо припорошил золотой песок. Под ним скрывался странный, слегка мерцающий материал тёплого, оранжевого оттенка. Он походил на стекло, но удивительно прочный. Словно затвердевшая энергия.

Мы спустились к дворцу. Вблизи он выглядел совсем иначе, нежели издалека. Ни прекрасно, ни величественно, а скорее мрачно и даже пугающе. Под толстым слоем песка угадывались очертания статуй странных существ с искажёнными чертами. Они взирали на нас с фасада и колонн, будто живые.

Что-то в них было... слишком детализированным. Их каменные глаза, казалось, следили за каждым нашим шагом, и от этого по коже пробегал неприятный холодок.

Но я быстро отвлёкся, увидев, как из песка стали появляться знакомые мне монстры. Ну, как знакомые… Вид их точно мне знаком, а вот именно таких я видел впервые, хоть уже четвертый месяц в Ли Юэ.

Гео-слаймы.

Выглядели они, как обычные слаймы, только будто слепленные из плотной грязи, местами подсохшей и растрескавшейся. Половина тела у каждого покрыта тяжёлыми каменными наростами, защищающие их от атак.

— Ху Фуа, могу я с ними сам разобраться? — спросил я, делая шаг вперёд и вытаскивая меч. — Ещё не приходилось сражаться с бронированными противниками. Хочу немного потренироваться.

Она только молча кивнула и отошла в сторону.

Слаймов было всего два. Небольшие, что означало об их небольшой силе. Проблем быть не должно. Главное ударять по открытым местам. С моим мечом не сломать их защиту. Нет, можно, конечно, попробовать. Однако не хочу портить своё оружие.

Они не заставили себя ждать. Слаймы рванули вперёд первыми, делая тяжелые прыжки. Куда медлительнее, чем гидро слаймы. Это хорошо.

Я улыбнулся и перехватил меч покрепче.

Первый слайм прыгнул слишком высоко, явно пытаясь раздавить меня, но это его главная ошибка. Пока он завис в воздухе, я шагнул в сторону и резким движением рассёк ему бок. Каменная броня в этом месте отсутствовала, и клинок легко вошёл в мягкую массу.

Существо дернулось, издав странный, хлюпающий звук. Затем на песок упала горстка камней, составные брони слайма, и гео-слизь.

+49 Очков Опыта

Минус один.

Второй был умнее. Он решил обстреливать меня камнями, которые между прочим летели очень быстро, как настоящие снаряды. Такой попади по металлическому доспеху, то вмиг уничтожит.

Я отступил назад, уворачиваясь от камней, а затем, улучив момент, резко рванул вперёд. В этот раз не получилось попасть по открытому месту. Монстр успел сдвинуться, и лезвие клинка ударилось об каменные наросты.

На мгновение показалось, что острие клинка лопнет, но нет. Оно просто проскользнуло по камням, оставляя за собой неглубокую царапину.

Слайм атаковал меня вновь. Но я ловко отпрыгнул, используя его же тело для поддержки, а после перекатившись опять устремил клинок в мягкую часть монстра. В этот раз ему не удалось избежать атаки.

+48 Очков Опыта

— Впечатляет, — раздался голос Ху Фуа, и я повернулся. Она с улыбкой шла ко мне. — Ты очень силён.

— Слаймы слабые монстры.

— Да, но я про твои движения. Без Глаза Бога ты обладаешь уже впечатляющей силой, а что будет, когда ты его получишь? Жду этого момента, чтобы сразиться с тобой, — она ещё ярче улыбнулась.

— Надеюсь так и будет, — тоже не сдержал улыбки.

Хотя, если честно, в душе таилась тень сомнения. А получу ли я вообще Глаз Бога? Можно ли кукле его заполучить? Никто не говорил, что это возможно.

Нужно было хотя бы пройти до конца Сумеру, там как раз была арка со Скарамуччей…

Впрочем, не столь важно. Ведь куклы так или иначе владеют магией. И система это подтверждает. Поэтому можно не переживать насчёт Глаза Бога. Хотя я всё же хочу его получить. Просто было бы забавно узнать, какой бы элемент мне дали. Ведь как помню он зависит от личности пользователя. Тем более так можно получить аж две силы.

Вроде в мире Тейвата был только один человек, кто владел двумя стихиями, но там особый случай. Остальные – это лишь боги, да другие подобные существа. Поэтому наличие нескольких элементов сразу броситься в глаза людей.

Если разблокирую свою силу, то мне обязательно нужно будет сделать фальшивый Глаз Бога. Это богам и другим сильным существам такое не нужно, скрывать лишь их прихоть. А у меня необходимость. Я не обладаю их силой, чтобы подвергать себя опасности.

Но с Глазом Бога можно разобраться позже, а сейчас…

— Понять бы что делать дальше, — вздохнул я.

— Я чувствую ветер, тут явно где-то должен быть выход, — произнесла Ху Фуа. — Так же есть другая лестница, ведущая в противоположную сторону. Возможно, там другой вход. Или ты хочешь исследовать дворец?

— Честно, да. Но решать тебе.

После моих слов, она недоуменно посмотрела на меня. И я напомнил ей о тёте. Раз она пришла сюда за ней, то, наверное, не лучшая идея тратить время на исследование дворца. Конечно, хочется. Но он никуда не убежит. Можно и позже исследовать. Тем более дорогу мы знаем.

Ху Фуа думала всего пару секунд, а после направилась к другой лестнице. Её решение было понятным. Поэтому, не задавая лишние вопросы, мы пошли дальше.

В конце нас ожидал арочный проход и врата, которые были выбиты с какой-то страшной силой. Словно под каким-то давлением. Толстые металлические двери деформировались, словно мягкая фольга, и даже разорвались, обнажая рваные края.

Песок частично завалил проход, но мы пробрались сквозь него и оказались в длинном, тёмном коридоре. Света почти не было – только тусклое золотистое свечение, которое исходило от странных линий на стенах. Они выглядели как гравировки, но внутри что-то мерцало, медленно пульсируя.

Сосуды. Именно это пришло сразу в голову, смотря на эти странные линии.

Этот проход полностью отличался от предыдущего. Тут везде был толстый слой песка. Даже мне ходить тяжело. Ноги практически намертво сковывал песок. Причём он такой мелкий, пылеватый, что даже отодвинуть в сторону нельзя. Из-за чего мы пробирались буквально плывя. И самое ужасное не это. Песок попадал под одежду, принося неприятные ощущения.

В общем, второй раз я бы не пошёл на это.

С горем пополам, но мы всё же вышли к мосту, где песка практически не было. Причем я сначала даже не понял, что это мост. Поскольку он нереально широкий. Словно его создали для гигантов, а не для людей. А внизу…

Ох, лучше бы я не смотрел вниз. Под мостом зияла настоящая бездна. И нет, это была не просто тьма или густая мгла. Из глубин поднимались жуткие золотисто-жёлтые всполохи, словно само пламя ада пыталось вырваться наружу. От одного только вида этого безумия пробирал холод до костей. Хотелось либо немедленно уйти, либо, как минимум, не смотреть туда больше никогда.

Честно говоря, тьма была бы предпочтительнее. В ней, по крайней мере, можно вообразить пустоту. А это... это слишком нереалистичная картина, всем своим видом кричащая о том, что в любую секунду оттуда может вырваться орда монстров. Не хотелось бы мне туда упасть.

На миг мне даже показалось, что в глубине бездны открылся глаз. Огромный, с вертикальным зрачком, и он уставился прямо на меня.

Воображение... точно воображение…

Ху Фуа тоже выглядела напряженной. Один раз взглянула, и больше к краю не подходила. И правильно. Я тоже последовал её примеру.

Мы двинулись дальше. Конец моста был уже близко. Впереди возвышались очередные врата. Снова деформированные и разорваны. Перед ними шевелились знакомые силуэты.

— Опять гео-слаймы, — вздохнул я.

Но на этот раз их было вдвое больше. Среди них выделялся особенно крупный – почти в мой рост. И если тот же гидро-слайм не меняется в зависимости от своего размера. То этот выглядел очень… внушительно. Каменные наросты больше, острее и имеют черный окрас, а также выделяются два нароста возле глаз, тем самым напоминая демонические рога, или драконьи.

Я обнажил клинок, а после посмотрел на Ху Фуа. Она последовала моему примеру. И вскоре мы вдвоём ринулись на монстров.

Но дальше случилось то, что немного удивило меня… Ну как немного, я даже на мгновение застыл от шока. А всё дело в том, что Ху Фуа буквально рубила слаймов. Её клинок без проблем рушил каменные наросты. И она не боялась сломать меч.

Её нужно было там что-то придумывать, один удар – один труп.

Не прошло и десяти секунд, как все гео-слаймы были повержены. Даже тот огромный не выдержал и двух ударов. А после она обернулась и посмотрела на меня с дерзкой улыбкой, мол: «я была быстрее».

Что же она ела в детстве, чтобы стать такой сильной... Чудовищно сильна!

Глава 26

Мы снова вышли к руинам. Только если у входа они были хорошо сохранившимися, то здесь… мягко говоря, всё выглядело неважно. Почти всё было разрушено. К тому же, на удивление, здесь оказалось много монстров. Особенно слаймов. Но среди них попадались и странные существа, напоминавшие червей. Они зарывались в землю и нападали из-под неё.

Выглядели ужасно, и омерзительно, а запах такой, словно помойка в сорок градусов. Размером с небольшую собаку, продолговатые как черви, но имеют передние лапы. Также огромная пасть, с множеством острейших клыков, и черные глаза-бусинки. И всё это дополняет склизкая кожа, как у старика – вся в морщинах, родинках и трещинах, а также редкие волоски на ней.

Двигаются они на удивление быстро, но предсказуемо. Также долго не могут находиться под землей. То ли задыхаются, то ли для передвижения тратят энергию. Однако всё же очень опасны. Мы как-то запрыгнули на валун, чтобы избежать внезапной атаки – их там было четверо. Так они спокойно раздробили его челюстями, оставляя на камнях следы укуса, словно это какое-то яблоко.

Таких монстров я раньше никогда не встречал, как, впрочем, и Ху Фуа. Даже в игре их не было. Возможно, за пятьсот лет всё изменилось, либо они вымерли, либо были добавлены уже после моего ухода.

Они ещё пищат омерзительно. Аж уши закладывает.

Честно говоря, если бы встретил этих монстров сразу после перерождения, то умер бы от страха, или подумал, что попал в АД.

Зато опыта с них давало на удивление много. Если слаймы приносят от двадцати до семидесяти очков, в зависимости от размера, а обычные хиличурлы около пятидесяти, то каждый такой червь давал чуть больше ста. Это действительно много. Причём убить их несложно. Прочность их тел сравнима с плотью людей.

Конечно, людей я направо и налево не резал, но вполне представляю, насколько легко их рассечь, особенно острым клинком. Но если человек получив травму может ещё выжить, то эти монстры напоминали слаймов. Как только оболочка лопалась, всё содержимое вываливалось наружу. И что странно, костей у них нет, кроме черепа, вместо них хрящи.

И этих монстров здесь оказалось немало. Я уже уничтожил двадцать – в сумме это дало мне две тысячи очков опыта. Самый быстрый фарм за всё время, если не считать победу над теми стражами. Хотя, если честно, я бы лучше перебил сотню таких червей, чем снова пошёл бы сражаться с теми монстрами. Гораздо проще уничтожить пару беззащитных, чем столкнуться с чем-то, что по сути является машиной смерти. Как бы жестоко это ни звучало.

А ведь ещё Ху Фуа в стороне не стояла. Она тоже убила достаточно много червей. Хоть я и ревностно поглядывал на неё. Всё же потерял такой драгоценный опыт. Но не стал предъявлять. Выглядело бы это очень странно, учитывая ещё, что не хочу кому-либо рассказывать свой секрет.

Нужно будет обязательно вернуться позже сюда, чтобы убить всех червей. Может даже получу двадцатый уровень. Ведь мы, по сути, целесообразно их не искали, а только убивали монстров на пути.

К тому же с них выпадает странный оранжевый кристалл. Он очень тяжёлый. Не знаю точно, сколько весит один, но кристаллы примерно размером с крышку от газировки, а по массе превосходит даже соразмерный кусок золота.

«Кристаллизованная Гео-энергия»

Так подсказывала система.

Пока непонятно что с ними делать, но явно в будущем пригодятся. Поэтому я бережно сложил их в сумку, а там уже в инвентарь, чтобы Ху Фуа не заподозрила. Она уже и так косо смотрит на мою сумку. Но ничего поделать с этим не могу. Объяснять просто не хотелось. Да и как такое объяснить?

Хоть не задаёт неудобных вопросов, и на этом спасибо. Вообще, мне кажется, она специально избегает острые темы. Это я стал замечать после получение травмы. Видела, но решила промолчать. Так ещё не похоже, что её отношение ко мне изменилось. Как была открытой, такой и осталось.

— Поймать бы хоть одного. Мастер точно должен знать, что это за монстры, — вздохнула Ху Фуа смотря на останки червя – зеленная масса с кожей противного вида.

Честно, ловить их не хочется, выглядят отвратительно, и запах соответственный. Не говоря уже о том, чтобы прикасаться к ним. Бр-р… В прошлом мире я даже личинку майского жука боялся трогать, а тут это… Ну его.

А Ху Фуа вообще не испытывает омерзение. Словно сто раз натыкалась на таких монстров и уже привыкла. Даже нос не скривила, когда мы впервые наткнулись на них.

И так мы шли вперёд, ища выход, пока впереди не показался свет.

— Это оно! — воскликнула Ху Фуа, радостно подпрыгнув на месте. — Это разлом на холме, возле второго входа. Тётя должна быть где-то рядом!

Я вздохнул и на пару секунд прикрыл глаза.

Где-то недалеко бродит тот самый монстр, для которого мы всего лишь еда. Даже стражи меркнут на его фоне. Я стал сильнее за эти месяцы, но… не уверен, что даже убежать смогу. Он слишком силён.

Я, конечно, знал, на что иду. Но… хотя бы себе могу признаться – мне страшно идти дальше. Единственное, что немного успокаивает, монстр был за пределами руин. Вряд ли он бы протиснулся в этот разлом. Он куда больше. А вход под барьером, и смысла ломать его у него нет.

А может, он и вовсе ушёл? С чего бы ему торчать на месте, лишь привлекая внимание? Ему ведь нужно скрываться от Адептов. Наверное, он и впрямь ушёл. Может, даже покинул Ли Юэ, отправившись подальше от Моракса. Там, за границами региона, восстановится, а потом снова попытает счастья. Хотя, конечно, Чжун Ли его всё равно прижмёт. И всё – конец Древнему Королю.

Ведь Адепты в отличие от людей могу исследовать весь регион за считанные часы, если не минуты. Тем более зная где исследовать. Поэтому монстр бы не продержался такое долгое время на одном месте.

Почему я раньше об этом не подумал? Стало резко как-то легче на душе.

— Ха, ладно, давай поспешим, — покачал я головой с лёгкой улыбкой.

Мы двинулись дальше. Я уже не так остро ощущал страх, но всё равно оставался настороже. Мы старались идти как можно тише, не привлекая внимания. Мало ли что может скрываться поблизости.

Вскоре наткнулись на следы людей и лагерь. Он выглядел нормально, ни признаков паники, ни следов борьбы. Всё было аккуратно сложено.

Следы вели в сторону руин, но ближе к левой стороне, а мы пришли с правой. Там руины больше сохранились.

Мы даже не стали обсуждать, куда идти – просто молча двинулись по следу. С каждым шагом Ху Фуа выглядела всё более напряжённой. Очевидно, она понимала: её тётя могла не выжить. Пусть она отгоняла эти мысли, но если впереди нас действительно ждёт труп… это будет тяжёлый удар. И всё же теперь я думаю, что у неё всё-таки есть шанс выжить.

Поначалу я не верил из-за монстра. Но это место выглядит спокойно и так, будто моя теория о том, что чудовище ушло, подтверждается. А ещё не маловажный факт – она не одна. Ху Фуа не упоминала о других людей, и я поначалу предполагал, что её тётя исследует руины в одиночку. Но раз тут группа, то значит, они могли просто углубиться в руины, застрять где-то или… найти нечто настолько удивительное, что забыли о времени и внешнем мире.

Скоро следы начали редеть, будто люди перед нами начали двигаться осторожнее или стали идти вразнобой. И всё же мы не сбились – Ху Фуа каждый раз безошибочно улавливала направление. Она будто чувствовала, где искать.

Трупы… монстров…

Судя по всему, на них также напали черви, но, судя по стрелам, то справились они легко. Даже кристаллы забрали. Если бы их теснили, то и времени на это не было бы. Да и следов крови нет. Скорее всего, эта группа опытных искателей приключений. Мы, точнее авантюристы выше по рангу, берут задания на сопровождение.

Вот только как знаю сейчас в городе нет людей с Глазом Бога. Конечно, может среди обычных людей есть те, кто обладает талантами, сильными артефактами или практикуют какую-нибудь мощную технику. Иначе просто не стать высокоранговым искателем приключений. Но я не знаю, хватит ли этого для борьбы, если столкнуться с сильными врагами. С другой стороны, мне не приходилось сталкиваться с людьми, которые владеют чем-то необычным, как и сражаться с ними. Здесь нет игровых механик, любой может взять в руки какое пожелает оружие, артефакты или одежду.

А вот хватит ли денег тёте Ху Фуа нанять искателя приключений с таким оборудованием уже другой вопрос. Даже если, кажется, что у её семьи много денег. Но, как правило, чем выше ранг авантюриста, тем он требует больше денег. Всё же те же магические вещи стоят прилично.

Ох, жду не дождусь, когда смогу закупиться. Как же мне давно хотелось купить плащ из шкуры геовишапа. С тех пор как увидел его.

Как знаю, обработать шкуру геовишапа очень трудно. Поскольку с возрастом монстра она каменеет. И для такого плаща нужно использовать детенышей, у которых только стали выступать каменные наросты. Жестоко, конечно, тут я даже спорить не хочу. Но даже детеныш геовишапа может так навредить, как группа слаймов не сможет. Поэтому за ними охотятся не только из-за их драгоценной шкуры. Да и нужно контролировать их популяцию. Это на первый взгляд может показаться, что от двух или трех монстров ничего не случиться. Но геовишапы – это потомки драконов. Они растут всю свою жизнь, впитывая элементальную энергию. Причем очень быстро становятся взрослой особью. Так и глазом можно не моргнуть, как они станут представлять опасность.

Хотя, как не звучит, но всё выглядит как оправдание человеческой жестокости.

Я вздохнул, и посмотрел на Ху Фуа. Она шла впереди, внимательно смотря себе под ноги. Если говорить про одежду, на ней ведь тоже вещь из монстра. Выглядит как шёлк. Но её одежда столько взрывов перенесла и падений, а всего в некоторых местах порвалось и рукав обгорел. Для такой тонкой ткани – это отлично.

Где-то я ещё слышал, что одежда из монстра может впитывать энергию. Вплоть до того, что она может стать артефактом, с каким-то уникальными свойствами. Поэтому мне точно нужна такая вещь.

Мы шли около часа, пока, наконец, не вышли к обрыву. Следы, что мы преследовали, обрывались именно здесь.

— Думаешь, они там? — спросил я, подойдя ближе к Ху Фуа.

Она ничего не ответила. Лишь осмотрелась, хмурясь, и, не сказав ни слова, метнула в пропасть сгусток огня, разгоняя тьму. И тогда у меня перехватило дыхание.

Внизу раскинулся самый настоящий АД. Густой, гниющий, живой.

Бескрайний рой червеобразных чудовищ копошился внизу, так плотно заполняя пространство, что самой земли было не видно. Среди них – гигантские, пульсирующие яйца, испускавшие зловещий оранжевый свет.

— Ч-что это?.. — испуганно прошептала Ху Фуа, отступая на шаг.

— Геочерви, — раздался за спиной спокойный мужской голос.

Мы вздрогнули одновременно. Этот голос напугал сильнее, чем всё, что мы только что увидели внизу.

Я резко обернулся... и замер.

Перед нами стоял мужчина, которого я знал слишком хорошо. Важный персонаж в игре, да и в целом Ли Юэ. Живая легенда.

— Мастер! — обрадовалась Ху Фуа.

Он улыбнулся едва заметно, но глаза продолжали светиться холодным спокойствием.

Мастер…? Мне хотелось просто рассмеяться от такой иронии. Но я промолчал. Лучше вообще ничего не говорить, чтобы не спровоцировать его. А ведь если тот человек в Инадзуме узнал о моём происхождении, то и он сможет. Не говоря уже о том, что след Эи смог бы распознать во мне. Ведь это никто иной, как сам Властитель Камня – Моракс.

Глава 27

— Мастер, почему вы здесь? — спросила Ху Фуа.

Я стоял в стороне, чтобы не мешать их разговору.

Сам не понимаю, что теперь делать то. Вот никак не ожидаешь встретить просто где-то под землей самого Гео Архонта. Он вроде по лору не такой жестокий, и проявляет мудрость. Но когда нужно он суров. Множество смертей богов подтверждает это.

А что если ему не понравиться, что я на его территории? В этом случае придётся убегать. Но куда? Из более или менее я знаю только четыре страны – это Инадзума, Мондштадт, Сумеру и Ли Юэ. В Инадзуму не хочу возвращаться. Остается Мондштадт и Сумеру.

Либо уйти в неизвестный регион? В Снежную точно нет. Там Фатуи. Натлан… По рассказам авантюристов там полная дичь. Говорят вулканы постоянно извергаются, земля пропитана кровью, небо алое, а войны не прекращаются ни на секунду. Там Ад во плоти. Поэтому точно нет.

Фонтейн… О нём благоприятные слухи. Страна справедливости, где чтут законы, а также там много разработок. В отличие от консервативной Ли Юэ, Фонтейн стремиться развиваться.

А может за пределы семи регионов? Есть ведь другие континенты. Правда… о них молва ещё хуже, чем от Натлана. Мол, без защиты Архонтов там лишь смерть и монстры.

Я вздохнул, чем привлек внимание Моракса и Ху Фуа.

— Мастер, это мой друг… — она запнулась, уставившись на меня растерянным взглядом. — Эм, а как тебя зовут? Хе-хе…

Моракс покачал головой, а после посмотрел на меня пристальным взглядом, от которого мурашки по спине. Мне казалось, что он заглядывает глубоко внутрь моей сущности. Либо я просто перенервничал от неожиданной встречи с богом.

— Здравствуйте, меня зовут Алексей, — решаю быть вежливым.

Хоть вряд ли он поверит в истинность моего имени. Всё же имя из Снежной, а я не похож на их выходца. Но кем мне ещё назваться? В голову просто не приходит имя, которое будет мне подходить и не вызывать смущение. Как всякие громкие имена, а-ля Абаддон, Индра, Один и так далее. Хотелось приземлённое, но при этом необычное.

Впрочем, Моракс не показал хмурость, а лишь чуть приподнял уголки губ в улыбке.

— А это мой Мастер, Бию Шу, — спохватилась Ху Фуа.

Бию Шу?

Не Чжун Ли. Видимо в эту эпоху у него это имя. Впрочем, логично. У него ведь много имён. Хоть внешность всё та же, а то, зная лор, мог оказаться в облике девушки, тогда бы точно не узнал Моракса.

— Господин, — поклонился как требует этикет в Ли Юэ перед старшим. — Вы сказали, что эти монстры гео-черви, но я впервые о них слышу, — решаю сменить тему, чтобы не перешли на неудобные вопросы.

Моракс любезно кивнул.

— Они обитают глубоко под землёй и редко выходят наружу. Вы, наверное, уже находили внутри них оранжевые кристаллы? — вопрос не требовал ответа, на одежде были следы зеленной слизи, да и запах соответствующий. — Это концентрированная гео-энергия. Всю жизнь эти черви поедают землю и камни, перерабатывая её и удобряя. Из-за такого образа в их телах образуются эти кристаллы. Но…

— Но?

— Эти гео-черви странные, — он задумчиво скрестил руки на груди. — Обычно они предпочитают медленный темп жизни, а сейчас активно поедают камни. Этого утёса ещё месяц назад здесь не было.

Вот оно как. А мне ещё показалось странным, что утёс такой формы, словно её выгрызли. Оказывается, не показалось, а действительно так и есть.

Однако почему тогда они начали так вести себя? Если Властелин Камня говорит, что не должно быть так, значит так оно и есть. В его словах не приходится сомневаться. Ведь даже в лоре, если он и скрывает правду, то предпочитает либо не говорить, либо искусно искажает её, но не врёт.

— Простите… — они посмотрели на меня одновременно. — А может ли быть так, что это связанно с Древним Королем?

Теперь, когда рядом такой сильный бог, бояться того чудище не нужно. Даже если он прям сейчас покажется. Хотя я сомневаюсь, что он тут. Но всё же точно ничего неизвестно.

Моракс не спешил отвечать, только задумчиво смотрел на червей.

— В гильдии я много раз слышал разговоры о нём, — пояснил я, поскольку тишина затянулась. — Правда, про Древнего Короля услышал один раз, в основном разговор шёл про сильного монстра возле руин.

— Возможно, — не дал четкого ответа, а после повернулся к Ху Фуа. — Так почему вы тут?

Она вздохнула и рассказала всю ситуацию.

Моракс слушал спокойно, не перебивая и не меняясь в лице. Однако, когда Ху Фуа закончила, услышала ужасающее заявление:

— Скорее всего, она мертва, — прикрыв глаза на две секунду, произнес он.

— Ч-что…

— Я предупреждал, что сюда лучше не идти. Это место очень опасное, — его взгляд стал стальным. Но видя, насколько была напугана и растерянна ученица, он всё же стал мягче. — Хм, есть небольшой шанс на выживание. Госпожа Ху Лань удачная личность, ей благоволит небеса.

— Значит мы найдём её… хоть тело. Прошу, Мастер.

Моракс кивнул, а после посмотрел на меня, заставив тут же напрячься.

— Здесь опасно. Я могу вывести тебя, если не желаешь идти с нами.

Ху Фуа посмотрела на меня с надеждой.

Впрочем, я уже всё решил. Рядом с Мораксом куда безопаснее, чем даже в городе. А ещё с ним мы можем без опасений найти что-нибудь полезное для развития. Думаю, он не будет против.

— Нет, — покачал я головой. — Раз мы с Ху Фуа пришли вместе сюда, то уйдём также вместе.

Ху Фуа, услышав мои слова, неожиданно обняла меня.

Моракс же выглядел так, словно ему не нужно делать бесполезные действия. То есть чуть расслабил плечи, и слегка улыбнулся.

Однако его взгляд вновь стал острее, когда упал на утёс.

Он вытянул руку…

Я даже ничего сказать не успел, как внизу стали раздаваться предсмертные муки монстров. К такому я не был готов.

— Круто! — обрадовалась Ху Фуа.

Что касается меня… я чуть ли не заплакал. По-настоящему, прям здесь и при боге.

Столько опыта… Сердце сжалось от боли. И пусть его у меня нет. Но я чувствовал, как оно разрывается. Это было очень больно. Если бы я убил всех этих монстров, то смог бы получить пару уровней.

Даже чуть не упал на колени, но Ху Фуа обнимала меня.

Червей… жалко…

После зверского геноцида мы направились дальше. По сути, нас вёл Моракс, при этом почему-то стоя рядом с нами, а не идя впереди. Просто мы интуитивно понимали, куда он идёт.

Чжун Ли, то есть Бию Шу не искал следы, или даже не оглядывался, просто смотрел вперёд. И вот если сравнивать его с игрой, то сейчас он какой-то отстранённый. Либо из-за меня, либо пока только адаптируется к людям. Ведь за пятьсот лет может многое произойти.

Интересно, он начал забывать носить деньги?

Конечно, спрашивать его о таком я не буду. Ещё обрушит на меня камень. Но нужно будет вести себя рядом с ним скромно, а то не хочу стать заменой Тартальи. У меня нет столько моры.

Перед нами открылся просторный зал, полузатопленный водой, отражающей свет каких-то кристаллов, вмонтированных в потолок. Где-то на другом конце зала слышались отголоски капель, падающих в воду.

— Это храм Азазеля.

— Азазеля?

Разве это не падший ангел? Хотя его ещё называют демонов. А так как боги этого мира известны как Демонические Боги, то имена у них соответствуют демонам. Барбатос, Моракс, Баал и Вельзевул. Это имена известных мне Архонтов. Все они принадлежат демонам.

— Да. Бог Песков, — хмуро подтвердил Бию Шу. — Он правил этими землями задолго до того, как появился Ли Юэ. Ещё во времена, когда Тейват выглядел иначе.

— А разве не всё это – храм? — с сомнением оглянулась Ху Фуа. — Мы прошли через десятки залов, святилищ, статуй…

Моракс покачал головой:

— Нет. Это был город. Один из величайших в пустынной части континента. После смерти Азазеля он исчез. Были попытки возродить его культ, но… Бог Песков был жесток. Его религия строилась на страхе. Каждый, кто пытался воскресить его веру, сталкивался с последствиями. Разрушения стали ещё сильнее, и город окончательно ушёл под землю.

Вот значит как… Впрочем, ничего, по сути, и не поменялось. В древние времена были храмы, в которые были больше городом, и жили там очень много людей. Поэтому я думал, что эти руины такого типа. Ну, раз город, то пусть теперь будет городом.

Моракс подошёл к одной из массивных колонн и прикоснулся к ней кончиками пальцев.

Поначалу ничего не происходило, но спустя пару секунд по поверхности колонны побежали тонкие оранжевые линии, будто в камень влили свет. Прямо напротив нас, на стене, проявился круглый контур, затем он ушёл вглубь с глухим звуком, и открылся скрытый проход.

Тайный вход! Вот только зачем нам туда идти? Неужели там находится тетя Ху Фуа?

— Мастер, а как?

— Так же, как и ты, когда открывала проход в верхние руины. Здесь всё связано энергией, — ответил Бию Шу, скрестив руки на груди. — А проход я заметил по износу камня. Зазоры и микротрещины – следы времени. Даже самая крепкая порода не вечна.

— Вы удивительны, — искренне улыбнулся я. — Чтобы разглядеть такое, нужно быть невероятно внимательным.

Конечно, я понимал, что божественное восприятие тут сыграло не последнюю роль. Но немного вежливой лести точно не повредит. Особенно если хочешь остаться в живых и не выдать, что ты знаешь, кто он на самом деле.

А ещё немного безумства – мне хочется наладить с ним связь. Это ведь настоящий бог! Тем более очень древний, и знает невероятное многое. Если он не станет меня выгонять, или закроет глаза на моё происхождение, то можно даже проявить немного наглости – попытаться стать его учеником.

Мне интересны искусства адептов, которые очень похожи на культивацию Ци из китайских новелл. К сожалению, в игре им мало уделялось внимание. Но я уверен, что Верховный Адепт знает больше других об этом искусстве.

А ещё Моракс известен как Бог Боевых Искусств. Он владеет множеством стилей и орудий. Воинственный Бог. А мне как раз нужен мастер в этом деле.

Если уж я оказался в Тейвате, то должен использовать каждую возможность, которая мне выпадает. Такие шансы, как этот, могут больше не повториться. Поэтому, как только мы выберемся отсюда – я обязательно попробую. Ведь, как говорится: «попытка – не пытка».

Проход вёл вниз. Как оказалось под руинами, были ещё скрытые руины. Но это уже больше походило на город. Здания неплохо сохранились. В центре возвышалась гигантская золотая статуя.

— Это Азазель? — спрашиваю, смотря на мускулистого парня.

Он выглядел впечатляюще: словно Геракл, облачённый не в львиную шкуру, а в нечто неизвестное, смесь волка и медведя. А взгляд… от одного вида его свирепых глаз хотелось опустить голову.

Ху Фуа неожиданно покраснела и быстро отвела взгляд.

А всё дело в том, что у ног Азазеля статуи обнажённых женщин, которые тянулись к нему руками. Они были сделаны из белого мрамора, но с удивительной точностью. Выражения их лиц полностью передавали смесь восхищения, страха и благоговения.

— Не самый скромный памятник, — пробормотал я, хмыкнув.

— По легенде он и не был скромен, — тихо ответил Бию Шу. — Его власть строилась на обожествлении себя. Он не терпел превосходство над собой… и заплатил за это.

И в этот момент из глубины коридора донёсся тихий, гулкий звук.

Мы переглянулись. Кто-то шёл к нам.

Глава 28

Я кинул быстрый взгляд на Моракса, тот выглядел спокойно. Скрестив руки, смотрел в сторону источника шагов.

Вскоре на свет вышел человек. Весь потрёпанный, с порванной одеждой и ранами на теле, он сделал ещё пару шагов и упал на колени, выплюнув сгусток крови. На его поясе виднелся знак гильдии, пятый ранг.

Ху Фуа тут же ринулась к нему, а я поспешил следом.

— Что тут случилось? — спросила она, помогает ему сесть, прислонившись к стене.

Судя по ранам, ему оставалось не так долго жить. Они не свежие, уже некоторые начали заживать, но были и те, которые вызывали омерзение. В этом мире нет привычных мне насекомых, но были аналоги. И вот сейчас в ранах мужчины шевелились странные лиловые личинки с желтой головой.

Если ему не помочь, он не дотянет до выхода из руин, не говоря уже про путь до города. И, как назло, у меня нет ничего, что могло бы спасти его. Ни бинтов, ни спирта, ни лекарств. Просто не думал о такой ситуации. Тело моё не нуждается в них, вот и ношу их с собой.

Да и Ху Фуа потеряла свою сумку во время сражения с быком. Так что остается одна надежда – Моракс, но тот что-то не выглядит как человек, который сейчас будет оказывать помощь. Продолжает стоять в стороне, хмуро смотря на раненого.

Возможно, понимает, что ему не помочь, а только продлевать мучение. Другого варианта я не вижу. Вряд ли ему наплевать на этого человека. Всё же житель Ли Юэ.

— П-помогите… — прошептал мужчина, смотря на Ху Фуа даже не мольбой и надеждой, а болью. — Не хочу умирать.

Она поджала губы и посмотрела на Мастера.

Бию Шу покачал головой. Всё было понятно без слов. Поэтому Ху Фуа стиснула губы и закрыла глаза на пару секунд, чтоб затем хмуро посмотреть на раненого мужчину.

— Скажи, Ху Лань жива?

Однако мужчина будто не слышал её. Он смотрел на неё около тридцати секунд, а после резко ослаб и упал.

Ху Фуа закрыла ему глаза и со вздохом встала.

— Нужно провести обряд, — это всё, что она произнесла, начав что-то делать пальцами.

Это походило на какое-то китайское мастерство. Нечто подобное я видел в аниме про культивацию. Что-то типа формации. Но без магии. Просто делал руками какие-то знаки.

Затем она наклонилась, порвала свою одежду, нанеся кровью какой-то знак, и подожгла клочок.

Из тела мужчины ворвалось голубая дымка, которая растворилась в воздухе.

— Это?

— Искусство её семьи, — откликнулся Моракс, наконец заговорив. — Она отправила его душу в Мир Мёртвых. Чтобы та не блуждала здесь, не искажалась и не растворялась во тьме. Он держался из последних сил. Даже опытный медик не смог бы его спасти.

— А эти личинки? — я указал на мерзких существ, всё ещё копошащихся в его плоти. — Как он вообще подцепил их? В руинах ведь нет насекомых.

Моракс нахмурился сильнее.

— Их называют «Шепчущие Личинки». У них нет другой формы, они рождены от остаточной эманации павших богов. Не стоит волноваться их привлекает только мертвая плоть.

По сути, обычные мясные личинки, коих используют даже в медицине, поскольку поедают мертвую плоть. Только в отличие от них, они не появляются магическим образом.

Когда обряд был завершён, мы двинулись дальше по кровавым следам. Только перед этим забрали лицензию искателя приключений мужчины, чтобы передать в гильдию. Позже семья Ху Фуа отправиться сюда и заберёт тело. Моракс сам сопроводит их.

Но всё же на этого мужчину кто-то напала, а рану у него не такие, как у червей или других монстров. Ближе к рваным, словно на него налетел медведь. Приходилось как-то видеть такое. Картина нелицеприятная, тут всё также. Поэтому мы шли аккуратно, будучи начеку, чтобы в случае опасности отреагировать. Даже если с нами бог, то это не дает права расслабляться.

Следы вели к главному зданию. Огромное построение, которое было на окраине города. И оно сильно разрушено. Но даже очертание сохранились, и напоминают древнеримскую архитектуру, особенно высокая лестница и колонны.

Это место древнее Ли Юэ, которой три тысячи лет, и так хорошо сохранилось. Может из-за того, что под землей или создан из какого-то необычного материала? Даже вот это здание не столь сильно разрушено, если смотреть на возраст. Археологи бы сказали, что вообще идеально сохранился.

Когда мы добрались до вершины, все разом замерли.

Наверху, прямо перед закрытым входом, нас встретила целая стая монстров. Похожее на стражей, только меньше, и излучают не такую опасную ауру. Но их много, и все они смотрят на нас.

Кроме того, сразу бросилось в глаза состояние двери: на ней лежали сломанные механизмы, а сама она выглядела так, будто монстры пытались проникнуть внутрь. Вся поверхность изрыта глубокими трещинами и бороздами.

Я быстро вытащил клинок.

В этот момент монстры одновременно бросились на нас. Но на полпути возник оранжевый барьер, напоминающий стекло, но гораздо прочнее. Твари пытались пробить его, но безуспешно. Это был барьер Моракса!

Я обменялся взглядом с Ху Фуа, и мы одновременно ринулись в атаку.

Со ста пятью десятью очками ловкости моя скорость возросла до невообразимых высот. Вот что значит сразу получить пять уровней! Моя сила с новым оружием удвоилась, а барьер Моракса обеспечивал мне полную защиту.

Одна из тварей ринулась на меня, желая разорвать меня. Но только подставилась под удар – врезал в щит, а после я без особых проблем вогнал клинок ей впасть до самой рукояти.

Первый монстр пал.

+509 Очков Опыта

Так много?

Я резко осмотрелся. Их было чуть больше двадцати... Если я смогу убить хотя бы половину...

Меня тут же захлестнула жадность. Не просто желание победить, а стремление выжать из боя всё до последней капли опыта. Это был шанс. С этим барьером монстры не представляют опасности. Реальный шанс быстро вырасти в силе. И упустить его сродни с огромной потерей.

Ну уж нет, эти монстры будут моими!

Второй противник не заставил себя ждать. Его скорость превосходила мою, но моё тело двинулось раньше, чем я успел сообразить. Оранжевый щит отбил удар когтей, а я тут же пронзил голову монстра. Металл клинка вошёл, как в масло.

+496 Очков Опыта

Несколько монстров решили напасть одновременно… Словно это что-то даст.

Спустя пятнадцать минут последняя тварь рухнула на каменный пол. Бой был окончен, а я получил шестнадцатый уровень. Не раздумывая, сразу вложил десять очков в ловкость, с таким мечом проблем с силой пока не ощущается. Даже наоборот, чувствую невероятную легкость разрубая механических монстров.

Вот когда станет двести очков ловкости, тогда можно будет поднять силу до ста, чтобы так или иначе быть уверенным в своих силах.

К слову, Моракс за всё это время не вмешивался. Он лишь поддерживал барьер и спокойно наблюдал за происходящим. Похоже, решил дать нам возможность потренироваться... или хотел оценить мою боевую мощь. Сложно сказать, что движет древним богом. Возможно, он считал этих монстров слишком слабыми, чтобы тратить на них своё внимание.

Прям эталонный дед, и всё этим сказано.

А что касается Ху Фуа, то она уничтожила семерых врагов и не выглядела уставшей. Если бы не моя скорость, глазом бы не успел моргнуть, как она бы убила всех монстров. Сильна, красива, жаль только ещё юная, так бы точно попытал бы счастье. Впрочем, я могу и подождать, времени у меня много.

Только главное не схлопотать гнев Властелина Камня, и всё будет хорошо.

Мы направились к воротам. Те были закрыты, защищены знакомым барьером. Точно такой же был у входа в руины. Похоже, кто-то заблокировал вход изнутри, используя специальный механизм. К счастью, с нашей стороны имелся такой же. Моракс без труда активировал его – барьер дрогнул, вспыхнул и исчез. А иначе бы мы просто пошли в таран.

Опять замечу, что барьер только вокруг входа. То есть при желании можно разломить стену и проникнуть внутрь. А это значит, что внутри либо нет ничего такого ценного, либо барьер в руинах аналог замка. По сути, в закрытый дом тоже можно проникнуть с любой стороны, хоть с окна, хоть продолбив стену. Но мало кто это делает, опасаясь закона. Тут, возможно, всё также. Просто опасались бога.

А ещё меня смущает, что барьер можно так легко открыть.

Но, как бы то ни было, двери открылись. Изнутри потянуло холодом и сыростью. Так ещё темно, что дальше метра от входа ничего не видно.

Мы шагнули внутрь, параллельно Ху Фуа использовала свою силу огня, освещая сломанные механизмы монстров. Тут явно кто-то был, и сражался. Так ещё совсем недавно, на это указывает множество факторов: пыль и отпечатки обуви. И это кто-то, скорее всего, группа тёти Ху Фуа.

Они, наверное, спрятались здесь из-за монстров. Я бы поступил точно также. Ведь не смог бы победить их без защиты Моракса. По крайней мере, мне было бы очень тяжело.

— Там, — указала Ху Фуа пальцем на источник света в конце коридора.

Сначала я подумал, что это огонь. Свет колыхался, отбрасывая на стены пляшущие отблески, словно кто-то развёл костёр прямо в глубине зала. Но это просто кристалл. Огромный, светящийся теплым оранжевым светом, который иногда мерцал, вызывая характерные колыхания.

За ним проход и лестница, ведущая вниз…

Ступеньки скользкие, кривые, и местами казалось, что кто-то специально делал их под углом, чтобы человек навернулся, сломал себе всё что можно и остался тут навсегда в качестве дополнительного ландшафта. Даже один раз чуть не покатился, споткнувшись о камушек. Но устоял.

Ху Фуа тоже шла напряженная, боясь упасть. Поэтому через некоторые время я подал ей руку, которую она, не раздумывая, взяла. Вдвоём стало значительно легче.

Только Моракс выглядел спокойным. Его обувь словно прилипла к лестнице.

И так мы спустились вниз.

Трупы. На полу возле лестницы лежали два переломленных человека. Их конечности были вывернуты наизнанку, кости торчали, а ран было столько, словно кто-то решил сделать из них отбивные. Как и на мужчине в них копошились те самые лиловые личинки. Да и запах от них отвратительный. Сладковатый, выращивающий на изнанку желудок.

— Они тут как минимум два дня, — произнес Моракс, окинув быстрым взглядом трупы. — Значит шансы на выживание Госпожи Ху Лань значительно возросли.

— О чём вы?

— Не бери в голову, просто мысли в слух.

Я ничего не ответил на его слова. Но мне не понравилось его уточнение. Словно что-то произошло вчера или сегодня, что могло сократить шансы выживания у тёти Ху Фуа. Да и если так подумать, что вообще в этих руинах делает бог? Вряд ли решил вспомнить старые времена. И один ли он?

Словно по иронии судьбы в ту же секунду я ощутил на мгновение чьё-то сильное присутствие. Оно слабее Моракса, но всё равно очень сильно. А самое главное их было несколько.

Моракс поймал мой взгляд и улыбнулся краешком губ, а затем двинулся дальше. И хоть убейте, но в этот момент я увидел в его тени лик демона.

Бр-р… Надеюсь, он тут не по мою душу.

Глава 29

Мы прошли дальше, и на этот раз уже точно знали, куда идти. Туннель вёл в одно направление, и всё ближе доносились звуки, как будто кто-то или что-то двигалось в конце. Шаги, шорохи… какие-то приглушенные голоса, всхлипы. Даже слышны были злые выкрики, но из-за эха тяжело понять смысл слов. Всё сливалось в один противный протяжный звук.

Что там может быть? Очевидно, усталая группа людей, оказавшихся в беде. Но вот с какими травмами, с каким составом – это был важный вопрос. Если бы с нами не был Моракс, который может нас защитить, то вся ситуация стала бы совсем другой. В одиночку мы с Ху Фуа вряд ли справились бы, тем более если бы нам пришлось одновременно и защищать людей, и бороться с монстрами. Это было бы слишком сложно – физически невозможно.

Наверное, я всё равно не бросил бы их, но и рисковать не стал бы. Если бы их положение было критичным, я бы отдал все припасы, если они понадобятся, и пошёл за помощью. Ведь в таком случае другого выбора не было бы. Я не бог, который может в одиночку сразиться с армией монстров и защитить тысячи людей.

Шаг за шагом туннель становился всё темнее, а звуки приближались. Мрачная атмосфера, будь я здесь один, то ни за что не пошёл бы туда. Побоялся.

Я обернулся к Ху Фуа. В её глазах отражалась тревога, а пальцы мелко подрагивали, в попытке за что-нибудь ухватиться. Она явно сильно переживала, что в конце туннеля не увидит свою тетю, или ещё хуже столкнётся с её трупом.

— Всё будет хорошо, — подойдя к ней, произнёс я.

Ху Фу с тревогой посмотрела на меня, а затем и на протянутую руку. Так ей будет легче.

— Спасибо, — сказав это, она сжала мою руку.

На удивление, её ладонь оказалась холодной и мокрой. Словно взял в руку кусок льда. Но я только крепче сжал её ладонь.

Туннель сужался, и в конце концов мы оказались в маленькой пещере. И там, на земле, в полумраке, лежала группа людей. Их было не так много, всего шесть человек. Все выглядели измученными, и они едва ли могли подняться. А в центре помещения лежала сфера, точно такая же с которой мы с Ху Фуа сражались. Только она была одна, и никакого алтаря не было, как и дальнейшего пути. Это явно указывало на стандартную ловушку с боссом. Либо просто здесь есть потайной ход.

Рука Ху Фуа дрогнула.

— Н-нет… — она отшатнулась, и слезы покатились по её щекам.

Моракс вздохнул.

Голос Ху Фуа не остался незамеченным. Группа обратила на нас внимание, и тут же в их измученных глазах появилась надежда. Среди них только одна женщина, и то, она не сильно то похоже на Ху Фуа. А учитывая острую реакцию моей знакомой, то её тёти здесь нет.

Наверное, я ожидал такого исхода. Но всё же надежды были.

— Это ведь господин Бию Шу!

— Точно…

— М-мы спасены…

Множество возгласов слились в один. Моракс подошёл к ним, а Ху Фуа стояло неподвижно. Она выглядела разбитой, и всё что мне оставалось это остаться с ней для поддержки. Боль от утраты близкого человека куда сильнее, чем можно представить. А ей ведь всего тринадцать.

Хотя не мне судить. Я недалеко ушёл от неё по возрасту, и потерял бабушку ещё когда не осознавал, что такое смерть.

Однако Ху Фуа удивила меня, она пришла в себя относительно быстро.

За это время Моракс успел пообщаться с людьми, некоторым помог, а затем подошел к нам. Он выглядел спокойно, но в его взгляде промелькнула тревога. Но только на миг.

— Ху Фуа, ты как? — спросил он у своей ученицы.

— Всё нормально, — кивнула она, вздохнув, а после посмотрела на группу серьезным взглядом. — Они не знают, что случилось с тётей.

Моракс на секунду прикрыл глаза. Что сразу стало ясно, он что-то выяснил, но это не понравится Ху Фуа. И через миг я понял почему.

— Госпожа Ху Лань погибла, — Ху Фуа даже не вздрогнула. Скорее всего, ожидала услышать это. — Она упала в утёс.

А вот эти слова заставили её вздрогнуть. Да и меня тоже передернуло от такой смерти. Ведь получается, что женщину разорвали черви… От одной только мысли по телу пробегают мурашки. Страшная смерть. И что ещё ужасней, от тела ничего не осталось. Учитывая, что монстры поедают камни, то и кости должны были съесть.

Я посмотрел в глаза Моракса, и он обратил на меня внимание. Но я не отвел взгляд, а только сильнее нахмурился.

Может ли быть так, что он знал всё уже в тот момент? Из-за этого сам лично убил червей, чтобы у Ху Фуа не возникло желание поквитаться с монстрами? Она, конечно, сильна, но не настолько. Там были тысячи червей.

Наконец, я отвёл взгляд и посмотрел на Ху Фуа. Как бы там не было, уже ничего не изменишь. И, наверное, он поступил мудро, сделав то, что сделал.

— Нужно провести обряд… Хоть над местом её смерти, — тихо проговорила Ху Фуа, сжав пальцы в кулак, а после серьезным взглядом посмотрела на учителя. — Что касается живых людей, то с ними всё хорошо?

Моракс посмотрел на неё и кивнул.

— Да, сильно ранены и ослаблены, но ничего серьезного. Они смогут дойти до выхода, только… — он замолчал, задумчиво посмотрев в сторону группы. — Есть одна новость, и с ней стоит поделиться.

Мы молча ожидали продолжение, и он продолжил:

— Они поделились информацией, что есть ещё один монстр. Скажем так, он представляет опасность и очень хитёр.

— Монстр? — нахмурился я, а после вздохнул.

Нет, уже не удивлюсь, если речь идёт о нём. Да вообще ничему не удивлюсь, хоть воскресший бог решил тут появиться.

В Геншине постоянно происходит какая-то череда безумия. Я думал в реальности будет иначе, но уже сомневаюсь. Сам мир какой-то безумный.

— Монстр, — кивнул Моракс. — Они его видели издалека, но сам факт, что он бродит в руинах уже говорит о многом. Скорее всего, именно из-за него гео-черви вышли наружу. Поэтому если мы с ним столкнёмся, то придётся быть готовы к этому.

— Хорошо, — вздохнула Ху Фуа.

Его предсказание сбываются, так что с большой долей вероятностью мы столкнёмся с чудовищем. Он просто знает больше, чем мы. Поэтому спорить с его словами глупо.

Но всё же почему-то я не чувствую тревогу. Наверное, из-за его силы.

Вскоре мы стали потихоньку выбираться из этой пещеры. Вещей у них не было. Они растеряли их по пути из-за монстров. Поэтому не так трудно. Хотя некоторым всё-таки пришлось помочь, так как слишком медленные. А терять время в такой момент было для них же опасно.

— Эти монстры… — кто-то выдохнул от изумления, когда мы вышли ко входу, где разобрались с монстрами. — Мы даже сражаться с ним не могли, а они победили их всех, не получив ран. Это…

Я криво улыбнулся.

Дальше путь был в тишине. Все слишком напряжены, чтобы говорить. Поэтому мы заговорили только тогда, когда добрались до утёса. Ху Фуа должна была провести обряд. Именно из-за этого, мы шли сюда, а не направились напрямик к выходу из руин.

К счастью, по пути мы так и не встретили монстров. Не хотелось вообще ни с кем сталкиваться. Даже с червями.

Подойдя к краю утёса, Ху Фуа остановилась. Внизу тянулась тёмная бездна. Но оттуда уже не раздавались мерзкие звуки червей. И проверять что там сейчас внизу никому не хотелось.

Она встала на колени, аккуратно порвала ткань рукава, и написала на ней что-то своей кровью. А после подожгла кусочек, от которого шёл не обычный дым. Он не такой, как при обычном сгорании одежды, а какой-то густой и терпкий. И в отличие от прошлых раз, этот обряд напоминал больше прощание, а не сам ритуал.

Ху Фуа закрыла глаза, и несколько минут сидела в полной тишине. Потом произнесла что-то, что я не смог разобрать.

Моракс молча стоял рядом, сжав руки за спиной. Он не вмешивался, только слегка кивнул в конце обряда, будто подтверждая, что всё было сделано верно.

Когда обряд закончился, Ху Фуа медленно поднялась.

— Мы можем идти, — сказала она спокойно.

Выход из руин был не так далеко. Моракс сам направил нас туда, и, скорее всего, знал, как его открыть. Поэтому мы молча шли за ним.

Но, разумеется, не всё могло пройти гладко.

Едва мы дошли до лагеря вблизи выхода, как земля задрожала и стала разрушаться. Воздух наполнился жаром, и с каждым шагом становилось всё труднее дышать. А затем, словно из самого Ада, из-под земли вылезла массивная фигура.

Это был… Древний Король, но он отличался от прошлого раза.

Существо уже не геовишап. Оно выглядело как исполинский дракон без крыльев, покрытый прочным панцирем из черных шипов. Его тело всё было испещрено трещинами, из которых вырывался яркий оранжевый свет. Огромные лапы заканчивались когтями. А его лицо… на нём застыла жуткая ухмылка, полная безумной ярости. Глаза – словно два куска расплавленного янтаря, горели злобой.

— Моракс! — существо издало рёв, и мы едва удержались на ногах.

Руины начали разрушаться.

— Это он… — прошептала Ху Фуа. — Тот самый монстр?

— Да, — спокойно произнёс Моракс. — Видимо он всё это время ждал нас у выхода.

Я хотел поправить его, мол, тебя он ждал, но не стал. Сейчас не до шуток.

Древний Король зарычал, и от этого рыка каменные стены вокруг треснули, а тысячелетние здания за нами вмиг обратил в пыль. И это от одного рыка!

Он двинулся вперёд, медленно, но уверенно, как живое извержение. Каждый шаг отзывался вибрацией в земле.

— Вы отведите людей. Сейчас же, — Моракс обернулся к нам, и его глаза стали напоминать глаза этого чудище – два раскаленных янтаря, среди которых едва виднелся зрачок. — Уведите их как можно дальше из руин.

Ху Фуа хотела возразить. Но куда ей. У неё ноги трясутся от страха.

— Мы верим в тебя, — выдохнул я и потянул Ху Фуа за собой.

Она обернулась, посмотрев на Моракса. И молча кивнула. Толпа последовала за нами. Даже те, кто до этого хромал или стонал от боли, бежали быстрее всех. А позади нас вновь раздался оглушительный рев, будто сама земля стонала от боли. Свет от тела монстра походил на маяк. И в этом свете силуэт Моракса казался таким одиноким… и одновременно невероятно величественным.

Бой ещё долго не начинался. Я слышал, как они разговаривают. Как Древний Король проклинал Архонтов, Теней и какого-то Фаната, за то, что с ним сделали. Называл их паразитами, узурпаторами и ворами. Моракс же не слишком активно отвечал, скорее просто слушал, или тянул время. Не знаю. Но из-за этого мы выбрались из руин. Барьер которого был разрушен из-за землетрясения. Что уже указывает на силу этого монстра.

Но мы даже после этого не остановились. Наоборот, ускорились, когда неожиданно раненых подхватили какие-то звери. Сначала я не понял, кто это, но когда они заговорили…

— Быстрее! — произнесла чарующим женским голосом белый журавль.

Адепты.

Благодаря им, мы убежали на внушительное расстояние от руин. И не просто так Адепты нам помогли, а не бросились к Мораксу. Ведь в следующую секунду от холма просто ничего не осталось. А два оранжевых луча полетели в сторону юга, где были черные горы. Именно, что были. Поскольку через секунду прямо на глазах исчезли.

Если он проиграет – никто в Ли Юэ не выживет. Но я знал, что он не проиграет. Ведь в каноне он был жив. Тем более, он – Гео Архонт. И эта земля – его дом.

Глава 30

Когда-то я представлял какая должна быть битва богов…

Даже думал насколько сильны Архонты в Геншине, учитывая всё сказанное в лоре.

Конечно, легко сказать, что вот один может ветром сдуть горы, другой поднять целый континент, а третья разрезать всё что угодно. На словах это действительно звучит так… круто, но как-то и не особо. Не мир же уничтожают, не планеты и вселенные. Вот там да, боги… А Архонты… так, мелочь.

Даже мысль возникает: раз их побеждает раз за разом главный герой, хоть и с поддержкой, хоть Архонты поддаются, но всё равно побеждает, а значит эти боги не такие и сильные. Ну, мощные, просто чуть сильнее игровых персонажей. А лор лишь пускает пыль в глазах.

Так вот… Все эти мысли просто в одно мгновение сдуло, как только я увидел бой Моракса и Древнего Короля.

Как можно назвать это слабым, когда горы расщепляются на атомы и вновь появляются, но уже в другом виде, как небеса содрогаются, словно сейчас лопнут в один момент, как земля не прекращает дрожать, из-за чего содрогается весь мир. Это походило на рендеринг и одновременно на уничтожение 3D мира в песочнице. Жуткое зрелище.

Я даже не вижу их силуэты. Иногда в пыли можно увидеть хлопки, тем самым отследить их движение. Правда параллельно уже в другом месте происходят разрушения. Словно само время запуталась и не понимает, что происходит.

Ни моё происхождение, ни нынешняя сила не позволяют увидеть поединок двух богов. И это при том, что Древний Король действительно огромен. Его рост, если не изменяет память, был до потолка пещеры, а там больше десяти метров.

Адепты ушли, они не позволяли разрушениям затронуть жилые места Ли Юэ. Среди них много неизвестных лиц. Даже те, кого показали в лоре, но как тех, кто умер. Я не помню имён, но точно видел их там. И Адептов много, около, наверное, сотни.

Ху Фуа выглядела так, словно не верит глазам.

Наверное, она не представляла, что её мастер окажется Мораксом. Да и люди за спиной тоже. По их бледным лицам стекал пот, а глаза были настолько раскрыты, словно сейчас они попросту вываляться.

— Осторожно! — перед нами возник один из Адептов.

Он достал четыре полупрозрачных четыре флажка и разбросал их в разные стороны, чтобы затем создать огромный барьер. И вовремя. В тот же миг по нему что-то врезалось.

Хотя нет, не просто врезалось в барьер, а протаранило его. Это что-то огромное, его масса и скорость были такими, что воздух вокруг завибрировал, и даже через защиту ноги подкашиваются от ударной волны.

Барьер затрещал, как лёд под тяжёлыми шагами, и только благодаря силе Адепта не рассыпался в тот же миг. Через несколько напряжённых вдохов всё стихло. Барьер выстоял. И лишь тогда я смог разглядеть, что именно нас накрыло.

Это гора. Настоящая, массивная гора, которая теперь лежала перед нами, закрывая обзор на сражение. В нас запустили… гору. Как снаряд. Нет, уверен, что просто отмахнулись от неё, и она полетела в нас. Как простой плевок.

В этот момент я впервые в жизни ощутил, что значит быть ничтожным. Не слабым – нет. Ничтожным. Как песчинка, случайно угодившая между двумя бушующими океанами. Или муравей, которого раздавишь и даже не заметишь.

Позади кто-то захрипел. Я обернулся – один из спасённых осел на землю, дрожа всем телом. Его глаза были стеклянными, а на лице застыла безумная, дрожащая от страха улыбка.

— Ха-ха… Чёрт, — пробормотал кто-то другой, срываясь на нервный смех. — А ведь я когда-то назвал его дилетантом... Властителя Камня – дилетантом, ха-ха...

— И как мне теперь вернуть свои деньги?.. — донёсся другой голос. Там больше разочарование, чем страха.

Теперь, когда гора закрыла обзор, то мы стали «оживать». Словно на её обратной стороне сейчас не сражаются боги.

Люди реагировали по-разному.

Но в целом, все они понимали, что жизнь измениться. Даже не из-за разрушений. А просто ментально будет трудно жить от осознания того, что рядом с ними жил Моракс. Так ведь и параноиком можно стать.

Ху Фуа, возможно, страдала сильнее всех. Её мастер оказался не тем, за кого она его считала. Более того он даже не человек.

Продолжит ли Моракс обучать её? Или уйдёт, скроется из мира смертных на десятки, а то и сотни лет?

Эти вопросы явно сейчас крутятся у неё в голове. И в какой-то момент её руки сжались на собственной одежде. Так сильно, что побелели костяшки пальцев.

Над внезапно горизонтом вспыхнул свет. Яркий, что мир на мгновение стал бесцветным. Даже тени исчезли. А потом – удар. Такой, что уши заложило, а у некоторых пошла кровь из носа. Воздух сгустился, как вода, и на секунду показалось, что все мы тонем.

Земля вновь содрогнулась. Не как от удара. Нет. Она стонала.

И при всём этом мы всё ещё прятались за горой. Даже страшно думать, что сейчас происходит в других местах. Особенно в городе. Он расположен у моря, и такие сотрясения могут разрушить его.

Но, скорее всего, Моракс предвидел такое и отправил туда Адептов, либо те сами уже поняли и отправились спасать гавань.

Звуки сражения не стихали. То вспыхивал ослепительный свет, то по воздуху прокатывался низкий гул, от которого хотелось спрятаться под землю. Время словно потеряло ритм. Я не мог понять, сколько мы пробыли здесь. Минуты? Часы?

Но всему приходит конец. Это была простая, непреложная истина: ничто не вечно. И бой между Мораксом и Древним Королём не мог продолжаться бесконечно.

В какой-то момент всё прекратилось.

Без предупреждения. Без финального взрыва. Просто – тишина. Словно и не было никакого сражения.

Я прыгнул и быстро вскарабкался на гору, желая разглядеть, что там происходит. Добравшись до вершины, я замер в изумлении.

Всё изменилось. Некогда величественные горы исчезли, их заменили новые. На месте долины раскинулся залив. А из земли тянулись вверх гигантские каменные копья, словно стремились удержать небо, не дать ему обрушиться.

Но даже эти колоссы не выдерживали собственного веса. Уже начали крошиться, и с их вершин срывались огромные обломки, с грохотом падая вниз. Те, которые разрушились полностью, стали напоминать китайские горы в виде пиков-столбов.

Но изменения коснулись лишь того места, где развернулась битва. За пределами этой зоны всё оставалось почти нетронутым. Даже маленькие деревушки, расположенные неподалёку от древних руин, уцелели. Ни одного обрушенного дома, ни единого следа разрушения.

Это была заслуга Адептов. Именно они удержали волну разрушений, не дав ей разлететься по всей долине.

Но за это им пришлось заплатить.

Их стало намного меньше. Некоторые лежали без движения, их тела были покрыты сетью трещин, как фарфоровые статуэтки. Над ними склонились другие Адепты, изо всех сил стараясь помочь, но их лица были полны отчаяния. Кто-то завис в воздухе, молча глядя вниз.

Внезапно раздался звук, протяжный, хриплый...

Плач.

Это был голос, переполненный тоской и яростью. Он напоминал рёв зверя, потерявшего нечто бесценное, и одновременно надрывной плач младенца.

Источник звука было невозможно определить. Он доносился отовсюду. Но Адепты не обратили на него внимания. Лишь отвели взгляд, как будто уже знали, кто плачет.

Я вернул взор к Черным Горам. Хотя, наверное, с сегодняшнего дня у них будет другое название. Но уже не столь важно. Там в небе сияла фигура. Моракс. Он выглядел ужасно. Весь в ранах, а одежда до пояса была полностью уничтожена. Однако то, что он жив говорит лишь об одном – ему удалось победить Древнего Короля.

Впрочем, я не сомневался в его успехе.

***

С момента той битвы прошёл месяц. Город кипел от слухов и домыслов. Все говорили только об одном – Моракс вступил в бой с неведомым противником. Одни утверждали, что враг явился из-за пределов этого мира, другие шептали, будто это был сам Драконий Владыка, решивший вернуть себе власть над Ли Юэ.

Кем бы ни был тот таинственный враг, но люди уже слагали легенды. О боге, что скрывался под личиной смертного, странствуя по миру и побеждая тех, кого не мог одолеть никто другой.

Появились первые оперные былины, воспевавшие "Величие Властелина Камня" и "Небесный Гнев, Расколовший Горы". Актёры разыгрывали сцены великой битвы, украшая их яркими, но вымышленными деталями. Каждая новая постановка становилась всё более зрелищной, и всё дальше уводила от истины.

С тех пор Би Ю Шу больше не появлялся в Ли Юэ.

Я в последний раз оглянулся на отель, в котором прожил так много дней. Сколько приятных воспоминаний. А вкус домашнего пирога хозяйки до сих пор на губах. Это замечательное место. Но всё же пришло время его покинуть и двигаться дальше.

Когда-нибудь я ещё вернусь сюда. Ну, а пока пора в путь.

Я закинул сумку за плечо и зашагал к городским воротам.

— Али Кай… — донёсся до меня голос Ху Фуа, когда я уже покинул стены города.

Опять исковеркала моё имя. Впрочем, я давно перестал обращать на это внимание.

Она запыхалась, видимо бежала за мной. За её спиной висела большая сумка, что немного удивило меня, а в руках новое оружие. Поскольку прежнее было утеряно в руинах во время побега.

Мама Ху Фуа заняла место главы семьи. А она стала наследницей по праву, ведь у её тёти не было детей. Но она отказалась от титула, передав его младшей сестре. Ведь хоть девочке всего четыре года, но она уже демонстрировала необычайный талант в семейном ремесле. В отличие от Ху Фуа, которая больше предпочитала сражения и приключения.

К слову, у малышки каштановые волосы и большие карие глаза. Просто Ху Фуа пошла в отца, а Ху Сяо – её сестрёнка, в маму. А ещё они очень дружны и любят друг друга.

— Ху Фуа, зачем ты здесь? — спрашиваю, хотя и без слов понимаю ответ.

Всё становится ясно, стоит только взглянуть на сумку за её спиной.

С тех пор как исчез её мастер, она стала тенью самой себя. Почти не ела, не смеялась, часами блуждала по улицам, словно надеялась, что вот-вот из-за угла выйдет он. Я не мог на это спокойно смотреть. Решил поддержать её. Так и сблизились. Не как в руинах. Там мы, по сути, были вынуждены работать вместе. Теперь между нами действительно появилась настоящая связь.

— Я иду с тобой! — сказала она с такой решимостью, будто не желала слышать «нет». Но в следующую секунду взгляд её дрогнул, а в голосе мелькнуло сомнение: — Ты ведь… не против?

Я улыбнулся и покачал головой.

— Надеюсь, ты сказала об этом своей семье? Зная твоего отца, он побежит за нами хоть в другой регион, только чтобы вернуть тебя обратно.

Да… её отец. Тот ещё кадр. Родом из Мондштадта, бывший Искатель Приключений, который влюбился в её маму. Ради неё он оставил вольный ветер Мондштадта и пустил корни в каменной тверди Ли Юэ.

Для своей семьи он – добряк, слегка наивный, словно одуванчик под утренним солнцем. Но стоит появиться хоть намёк на угрозу, и перед тобой уже не милый папаша, а «Злой Они», готовый сокрушить всё на пути.

Ирония в том, что в этом списке «угроз» значусь я.

— Мама крепко его связала! — провозгласила она с широкой улыбкой на лице.

Госпожа Ху Линь нежная на вид, но вот характер… страшный. С милой улыбкой может заставить потеть от страха. А этот вечный прищур глаз, словно она всё знает обо мне, заставляет нервно сглатывать каждый раз при виде неё. Но в остальном она очень добрая. Всегда рада меня видеть, и постоянно зовёт в гости, где угощает различными кулинарными изысками.

— Но ты ведь понимаешь, что мы уходим… надолго?

Ху Фуа уверенно кивнула, не дрогнув ни на миг. Затем, словно в подтверждение своей решимости, достала из-за пояса книгу – удостоверение Искателя Приключений.

— Я решила пойти по стопам папы, — с легкой улыбкой сказала она. — По правилам Гильдии Искателей, в группе могут состоять только четыре человека. Так что… ты возьмёшь меня в свою команду? — добавила чуть тише, заметно смутившись под моим взглядом.

Я молча достал свою книгу. Её обложку украшала большая цифра «три». Скачек в карьере за спасение людей из руин.

Мы одновременно приложили книги друг к другу. Те мягко засветились и раскрылись на середине. На странице всплыло новая информация: «Группа», где можно было ввести название отряда, а под ним наши имена.

Теперь мы команда.

— Пойдём? — спросил я, пряча книгу.

— Угу, — коротко кивнула она, и мы вместе зашагали по пыльной дороге.

Так началось наше путешествие по Ли Юэ…

Глава 31

Прошло уже три месяца с тех пор, как мы отправились в это путешествие. За это время мы успели пройти немалое расстояние, но если взглянуть на карту, то оказалось, что преодолели лишь небольшую часть Ли Юэ. Этот регион действительно огромен, и из-за гористой местности нам часто приходилось идти в обход, делая значительные крюки.

В игре всё проще: можно без особых проблем вскарабкаться на любую вершину и двигаться дальше. В реальности же многие горы словно сделаны из песчаника – стоит только ступить на склон, как камни осыпаются вниз, делая подъём опасным. Из всех гор, что встретились на нашем пути, лишь две оказались каменистыми и более надёжными, но забираться на них попросту не было необходимости.

Но не только это растянуло наше путешествие. Всё же мы хоть и путешествуем, но это не значит, что от цели к цели. Часто заходим в деревни, чтобы отдохнуть, пополнить запасы и иногда это затягивается до пару дней. Убиваем монстров, которые мешают людям, либо просто, чтобы поднять уровень. Один раз даже брали задание, которое затянулось до недели. Оно было не столь сложное, но затянулась и оказалось неинтересным.

Сейчас мы недалеко от Склона Зимородок. Здесь есть Электро-слаймы, что обитают вокруг Электра Кристаллов. Их не так много, как показывает путеводитель в книге Искателя Приключений. В хороший день можно собрать три слизи, если повезёт. Просто если решим направиться к месту, где их больше всего в Ли Юэ, то только дорога туда займёт несколько месяцев.

Потому мы и задержались здесь на месяц. За это время я собрал семьдесят две слизи Электро-слаймов. Немного, но уже неплохой результат. До сотни оставалось не так много.

Также у меня получилось взять девятнадцатый уровень. Прогресс после руин застыл. Низшие монстры приносили не столь много опыта, а крупных очень мало. Поэтому мы планировали с Ху Фуа войти в руины, не такие опасные, как те, где обитал Древний Король, но достаточно интересные.

К слову, Электра Кристаллы тоже можно использовать в системе. Но с ними всё сложнее: они восстанавливаются очень медленно. Один из кристаллов я случайно расколол ещё в первую неделю, и за весь месяц он так и не восстановился.

— Кай… долго ещё? — угрюмо проговорила Ху Фуа, прервав мои размышления.

Я перевёл на неё взгляд и вздохнул.

Её возмущения понятны.

Мы остановились в каком-то захудалом заведении, чтобы переждать дождь. Снаружи сильный ливень, который буквально топил улицы. Но это было полбеды. Это место только с натяжкой можно назвать уютным. Видно, что хозяевам наплевать на гостей, главное, чтобы заплатили, а остальное не их дело. Даже кроватей не было, а на их месте что-то наподобие соломы в мешке.

Впрочем, крыша не текла и было относительно тепло, а значит уже лучше, чем спать на улице.

— Скорее всего, придётся ночевать здесь. Даже если дождь остановиться, я не хочу идти по грязи, — выдохнул я.

Мне самому не нравилось такое. Но ничего поделать было нельзя.

У нас, конечно, есть палатка. Но никакая палатка не справиться с таким ливнем. В придачу тут нет современных материалов, и только кожа более или менее не пропускает воду, но она намокает.

Вообще, такие бедные деревни мы обычно обходим стороной. В подобных местах нередко обитают грабители или другие сомнительные личности. Да и делать здесь особо нечего: местные живут охотой или фермерством, а от проезжих им ничего не нужно, ну разве что деньги. Деньги любят все, это уж точно.

Однажды в похожей деревне нас уже пытались усыпить и обокрасть. На меня их уловка не сработала, а вот Ху Фуа буквально сразу отключилась. Но их это не смутило. Они решили, что основная сила в нашей группе – это она, а я просто какая-то наивная леди, решившая попутешествовать... Да, местным в рот не глади – обязательно перепутают с девушкой. Причём дело не только во внешности, но и в том, что я стараюсь следить за собой: причесываюсь, умываюсь, выгляжу опрятно. Здесь же на это всем плевать. Мужчины за пределами столицы – это чаще всего волосатые нечто, которые, дай бог, раз в месяц принимают баню. Плюс из-за тяжёлой жизни на полях многие уже с подросткового возраста выглядят крепкими. На их фоне я действительно выгляжу каким-то щуплым.

Тут на меня уже странно поглядывают только за то, что я хочу принять ванну с приятными травами или, например, ем мясо не руками, а столовыми приборами. Для местных всё это почему-то считается «женскими штучками». Как бы они удивились, окажись в моём мире... Думаю, у многих случился бы культурный шок.

Грабители тогда получили по полной. Убивать их я, конечно, не стал. Хотя отлично понимал: будь я слабее или окажись на моём месте девушка, всё могло закончиться куда хуже, чем просто грабежом.

Но всё равно морально я к такому шагу ещё не готов. Точнее мне кажется, что если перейду черту, то буду видеть в людях мешки опыта, и в какой-то момент просто стану монстром. Ведь от них можно получить больше опыта, и их много… Это действительно страшные мысли.

Но вернёмся к деревушке, в которой сейчас находимся.

Если бы не начавшийся дождь, мы бы и сейчас прошли мимо этой деревни, даже не глядя в её сторону.

— Надеюсь, завтра будет солнце, — пробормотал я, вставая и лениво потягиваясь. — Пойдём к западному склону. Там, у озера, разобьём лагерь и отдохнём нормально.

— А ты приготовишь то вкусное мясо? — на лице Ху Фуа расползлась улыбка, а глаза засветились.

Шашлык. Честно говоря, я не ожидал, что он ей так понравится. У местных есть свой неплохой аналог – запечённое на открытом огне мясо, приправленное травами. А из-за бамбуковых шпажек мясо получается слегка сладковатым – как по мне это придаёт особый вкус блюду. Но всё решают специи, маринад и уголь. А также правильная вырезка мяса. Ведь дичь очень жесткая. Поэтому всегда для шашлычка брал только нежные части с прослойкой жира. И видимо из-за этого Ху Фуа так полюбит его.

— Конечно, — улыбнулся я.

— А ещё овощи на углях, — добавила Ху Фуа. — Их тоже стоит приготовить.

Я усмехнулся, но тут же нахмурился, заметив, как к нам направляется безобидная на вид бабушка. Одежда – простая, местами залатанная, но чистая. Есть небольшой горб, из-за чего ей приходится опираться на трость.

В прошлый раз именно такая бабка и принесла нам еду, щедро сдобренную каким-то снотворным. Возраст в этом мире не показатель. Сделать гадость могут как дети, так и старики, особенно если в прошлом у них был опыт грабежей и разбоя.

Тем не менее, паранойей страдать я не стал и поспешных решений принимать тоже. Я позволил ей подойти ближе и даже сесть рядом. Конечно, только после того, как она сама вежливо попросила разрешения. Ведь всё же может действительно не желает нам зла. Тут уж не угадаешь.

— Молодые люди, вы ведь Искатели Приключений? — хриплым голосом спросила она, с интересом глядя на нас.

В её взгляде не было ни враждебности, ни хитрости, только усталость и, кажется, слабая надежда. Но я не спешил расслабляться. У меня не такой большой опыт, чтобы распознавать ложь и маски.

Но всё же кивнул в подтверждение.

Бабушка замялась, сцепила пальцы в узел и посмотрела куда-то в сторону, словно собираясь с духом.

— В наших краях завелась беда... — начала она негромко. — Сначала стали пропадать пьянчуги. На них особо внимания не обращали: мало ли, вдруг, на пьяную голову в лес ушли да там и пропали. Раньше бывало – их потом находили охотники. Но этих так и не нашли. Потом охотники стали замечать странные следы возле деревни, будто звериные, но не похожие ни на одну известную тварь.

Ху Фуа настороженно посмотрела на меня, ожидая, что я скажу. Я лишь слегка кивнул ей, мол, пока слушаем.

— Но потом нечисть стала нападать на обычных людей, — бабушка понизила голос почти до шёпота, словно тварь её может услышать. — Уже третьего утащила... Только последняя жертва выжила. Крики разбудили деревню, люди сбежались, подняли шум, и нечисть отступила.

Она замолкла, сжав губы в тонкую линию. В её взгляде застыло отчаяние, перемешанное с усталым страхом.

— Почему не обратились в гильдию? — спросил я спокойно, хотя внутри уже насторожился.

Что-то здесь не складывалось. Мы были в этих краях уже больше месяца и ничего необычного не замечали. Конечно, большую часть времени мы держались на другой стороне склона, а сюда забрели случайно – исследовали местность, но ливень застал нас врасплох. Но всё же... Если здесь действительно завёлся такой опасный монстр, мы бы уже почувствовали его присутствие. Следы, тревожная тишина в лесу, мёртвая дичь – хоть что-то.

А сейчас это выглядело так, будто беда появилась совсем недавно. Или это очень разумная тварь. А может выдумка бабушки.

Женщина неловко потупилась, будто стыдясь своего ответа.

— Мы... не можем, — прошептала она. — В гильдии далеко не все берутся за такие дела без хорошей платы. А у нас... сами видите, бедная деревня. Платить нечем. Так ещё далеко от гавани.

Она тяжело вздохнула и продолжила, поглядывая мольбой:

— Кроме того, староста просил не шуметь. Говорил, что если слухи дойдут до города, то только проблем наживёмся. Мол, охотники сами справятся. Но я же вижу, что нет. Сын мой уже третью ночь ходит на разведку, как бы его тварь не утащила.

— А стража? Это их работа – защищать граждан Ли Юэ, — вмешалась Ху Фуа. — И пусть староста не впадает в маразм… Ой, извините, — тут же осеклась она, заметив мой хмык. — К-хем... В общем, если это действительно монстр, то с ним должны разбираться подготовленные люди, а не охотники.

— Я тоже так думаю, — с готовностью подхватила бабушка. — Вот потому и подошла к вам. У меня есть немного накоплений... Если этого не хватит, то я попрошу других, они, уверяю, будут благодарны вам.

— Что за нечисть? — выдохнул я, прекрасно понимая, что денег у них нет и быть не может.

Это была действительно бедная деревушка, оторванная от большого мира. Даже торговцы сюда не заглядывают. Жители тут жили за счёт охоты, земледелия и обмена с такими же забытыми богом поселениями. Если деньги и были, то явно небольшие. Просить с них плату было всё равно что отбирать последний кусок хлеба.

Но вопрос был не в деньгах. Если здесь действительно завёлся опасный монстр, его следовало остановить. Иначе вскоре он и дальше будет убивать людей. Главное понять, кто это. Если опасен, то отправить запрос в гильдию за свой счёт, а если не столь, то убить его и получить с него опыт.

— Выживший... — она тяжело вздохнула. — Он был не в себе. Несколько дней бредил, в бреду кричал, что видел глаза... огромные, как у совы, но светящиеся красным. Говорил, что нечисть передвигается странно – будто пытался встать на задние лапы.

Я обменялся взглядом с Ху Фуа. Она чуть нахмурилась, словно пытаясь вспомнить что-то знакомое. Но этого описание было мало, что понять какой это монстр.

— Хорошо, мы возьмёмся за это дело, — произнёс я, кивнув. — Но сначала нам нужно поговорить с выжившим.

— Конечно! — обрадованно воскликнула бабушка. — Это Сяо Хань. Она живёт на окраине деревни, вместе с мужем и детьми. Я проведу вас к ней, как только дождь утихнет.

Я кивнул, внутренне уже готовясь к возможному неприятному разговору. Люди, пережившие нападение, редко бывают в ясном уме, особенно если на них напала нечто, что не вписывается в привычные рамки мира.

Глава 32

Дом выжившей действительно находился на окраине деревни. По внешнему виду недавно построенный. Это немного удивительно, учитывая ситуацию в деревне. Но не невозможно, если есть рукастые люди. Правда на фоне старых домиков, кажется, что здесь живёт кто-то обеспеченный.

Но имеет ли значение, бедный или зажиточный? Конечно, нет. Монстру всё равно, чью плоть рвать. Он не будет разбираться, старик это или ребёнок, бедняк или беременная женщина. Хотя в последнем случае, пожалуй, ещё и обрадуется. Получается своеобразный «киндер-сюрприз».

Старушка постучалась в дверь.

В доме слышалась возня, а также шум детей. И наконец-то через минуту всё же открыли дверь.

На пороге появился мужчина. Его короткие, растрёпанные чёрные волосы выглядели так, будто их подстригли наспех, почти вслепую. Щетина сливалась с неровной бородой, а из-под густых бровей на нас смотрели уставшие, насторожённые глаза.

Определить его возраст сложно, из-за мешков под глазами и бледному лицу. Он выглядит так, словно не спал несколько ночей подряд. Ему можно дать тридцать лет, так и все сорок.

Но больше удивила его одежда. Она не местная, и походило на европейскую. Такую одежду я видел в фильмах про рыцарей: бежевая рубаха и такие же штаны с кожаными ремешками. Местные точно так не одеваются.

Мужчина окинул нас быстрым взглядом, задержавшись на моей лицензии Искателя Приключений, потом нахмурился и спросил:

— Кто вы такие и что вам нужно? — грубовато, не хватало добавить пару слов из одного известного мема. Его тон прям говорит: «Проваливайте отсюда по добру».

Бабушка поспешила сделать шаг вперёд, подняв ладони в примиряющем жесте.

— Всё в порядке, Эдер, — произнесла она мягко. — Эти молодые люди пришли помочь. Они Искатели Приключений. Хотят поговорить с Сяо Хань… про то, что случилось.

Эдер значит, точно не местный.

Может из Мондштадта? Людей из этого региона много в Ли Юэ, всё-таки соседи.

Мужчина скрипнул зубами, явно колеблясь. Его взгляд метался от бабушки к нам, затем к дому за спиной. Наконец он тяжело вздохнул и отступил в сторону, распахнув дверь шире.

— Проходите, — буркнул он.

Мы вошли внутрь.

Дом скромный, но явно ухоженным. В воздухе витал слабый запах лекарственных трав. На стенах висели простые обереги, а у очага, завернувшись в одеяло, сидела женщина. Её бледное лицо и затравленный взгляд сразу сказали мне: это и есть Сяо Хань.

Рядом возились двое маленьких детей – близняшки с одинаковыми курчавыми чёрными волосами. Они с любопытством косились на нас, но не осмеливались приблизиться.

— Что вы хотите знать? — хмуро спросил мужчина, подходя к своей жене.

— Эдер, не груби… — укоризненно пробормотала старушка.

Он бросил на неё косой взгляд, цокнул языком от раздражения и нехотя опустился на корточки рядом с женой.

— Нам нужно описание монстра, время нападения и... если у госпожи Сяо Хань остались ранения, мы бы хотели их осмотреть, — спокойно произношу, не реагируя на грубость. Всё же по нему видно, что раздражение вызвано не враждебностью, а усталостью и тревогой за жену.

Услышав мои слова, женщина вздрогнула, словно от внезапного порыва холода, и ещё крепче сжала руками одеяло. Эдер, заметив это, склонился ближе, ободряюще коснулся её плеча, но жест был резким, неловким, словно не привык проявлять ласку. Сяо Хань снова вздрогнула, сжав губы в тонкую линию, а после выдохнула, собираясь с мыслями.

Я молча ждал, давая им время. Давить сейчас было бы только хуже. Тем более в присутствие детей, которые внимательно следили за нами. Ещё крохи, где-то пять лет. Наверное, даже не осознают опасность, которая нависла над деревней.

Через несколько напряжённых мгновений женщина всё же заговорила, голос её дрожал:

— Это... это было ночью. Я проснулась от странного шума... Словно когти скребли по дереву... — она судорожно втянула воздух. — Я думала какой-то зверь залез в курятник, поэтому пошла проверить, а затем…

Сяо Хань взяла паузу, чтобы перевести дыхание. Дети передали ей чай, и она его осушила буквально в три глотка. А после вздохнула и посмотрела на меня уставшим взглядом.

— Монстр был... тёмный... почти неразличимый в темноте. Огромный... — женщина запнулась, тяжело сглотнув. — С большими красными глазами... Я не смогла рассмотреть его полностью...

— Он ранил вас? — мягко спросила Ху Фуа, сделав осторожный шаг вперёд.

Женщина нерешительно опустила одеяло, обнажая плечо. На шее, ближе к ключице, лежала тряпка, насквозь пропитанная каким-то зеленым отваром. Мужчина аккуратно приподнял её, и я сразу увидел на коже отчетливые темные следы укуса. Челюсть у монстра явно крупная и продолговатая, словно это пасть собаки... или волка.

Волки в Ли Юэ редкость. А так как это стайные животные, то обитают в определённых регионах. Здесь их просто не может быть. Им попросту незачем уходить из дома, тем более так далеко. Еды много, а сражаться с другими монстрами они не рискнут. Именно монстры виновники того, что обычных хищников мало в Тейвате.

И речь идёт об обычных животных. Есть, конечно, монстры, которые очень похоже на волков, то ли впитали много энергии и мутировали, то ли это вовсе другой вид. Но суть в том, что они, как и их обычные братья, предпочитают жить стаями.

То есть так или иначе не сходится.

Я нахмурился, переглянувшись с Ху Фуа.

— Я проснулся от её крика и выбежал на улицу, — мрачно заговорил мужчина. — Это чудовище уже повалило Сяо Хань и пыталось прокусить ей шею. Хорошо, что со службы у меня осталось копьё. Вонзил ему в бок, а потом соседи подняли шум – тварь испугалась и сбежала.

Он сжал кулаки, словно переживая тот момент снова.

— А вы разглядели монстра? — спросил я.

Мужчина кивнул, напряжённо сжав челюсти.

— Лишь мельком. Было пасмурно, но на несколько секунд луна вышла из-за туч, и я увидел его силуэт... — мужчина нахмурился ещё сильнее, хотя казалось куда сильнее-то. — Никогда не видел ничего подобного. Монстр бежал на четвереньках, но странно... как будто человек старался копировать движения зверя. Но морда... морда у него была звериная. Волчья.

Оборотень что ли?

В Ли Юэ есть свои «Оборотни», но это разновидности Ёкаев. И, по описанию мужчины, это точно не они. То, что он описал, больше напоминает оборотней из фильмов моего мира. А таких здесь нет. Максимум в сказках.

Так что вряд ли оборотень. Но это Геншин. Тут может быть всё что угодно, вплоть до химеры. Вот эти твари тут действительно могут оказаться.

— Ладно, можете показать, где произошла стычка? А также если сохранились следы, то мы были бы рады, если покажите и их.

Мужчина показал без лишних слов. Наоборот, казалось, что он даже рад этому. Меньше тревожим его жену и детей.

Впрочем, там ничего такого мы не увидели. Вчерашний ливень всё начисто стёр. Ни следов, ни крови… Хотя всё же были следы, но не те, что нам нужно. Зверь почему-то оставил продолговатые царапины на стене дома, слова выманивая жильцов.

Зачем ему это?

Я бы понял, будь это кирпичный дом, с железной массивной дверью и решеткой на окнах, но нет. Это деревянный дом, окна даже без стекол, а вместо них натянута какая-то сетка, чтобы, скорее всего, не впускать насекомых. В Ли Юэ тепло даже ночью, и зимы нет. Поэтому дом каркасный из досок. В такой проникнуть практически ничего не стоит.

Только если этот монстр всё же неразумная тварь. Если смотреть с этой стороны, то он действительно хотел выманить из дома, только не женщину, а мужчину. Быстро расправиться с ним, а после наброситься на его семью. Но всё пошло не по плану.

К слову, я поинтересовался у Эдера, почему в ту ночь курятник пошла проверять Сяо Хань. На что он лишь пожал плечами. Похоже, мужчина сам до конца не понимал, что тогда подвигло жену выйти на улицу не разбудив его.

Но это уж их дело. Не мне судить.

Главное сейчас – разобраться, что делать с монстром. По словам Эдера, тварь после нападения скрылась в сторону леса.

Искать её там?

Бесполезно. Вчерашний ливень наверняка смыл там всё подчистую.

Искать убежище монстра?

Также сомнительная затея. По словам старушки, охотники уже прочесали окрестности. А они знают эти места куда лучше нас.

Разве что...

Я нахмурился. Если эта тварь действительно умнее обычного зверя, как показало её странное поведение у дома, то она могла спрятаться где-то в таком месте, куда человек не заглянет без особой нужды. Место, где никто не подумает, что там может прятаться монстр.

***

Мы с Ху Фуа решили охранять деревню, пока не поймаем этого монстра. Организовали дежурство – по очереди наблюдали за окрестностями. Правда, Ху Фуа быстро засыпала на посту, и в итоге караулить приходилось только мне. Впрочем, мне сон был не нужен, так что с какой-то стороны это даже оказалось удобнее.

Мы надеялись, что если монстр появится, то мы сразу его заметим и быстро схватим. Это казалось куда эффективнее, чем безрезультатно искать его не пойми где.

Но время шло, а монстр всё не показывался. Словно он знал о нас и теперь выжидал, пока мы потеряем бдительность или уйдем. Иначе я просто не находил объяснения. Прошла уже неделя, а в округе по-прежнему было спокойно. Ни одного намёка на опасность.

И, честно говоря, мне это всё не нравиться.

Люди, конечно, успокоились, а некоторые начали думать, что Эдер, ранив зверя, прогнал его. Поэтому всё чаще можно увидеть женщин, собирающих травы на опушке леса. Правда детей пока из дома не выпускают.

Однако вот так тратить время мы тоже не могли. Из-за этой твари я уже как неделю не убиваю Слаймов. Целую неделю! Я бы мог за это время уже собрать необходимое количество и пройти пробуждение, но нет, торчу здесь. И ведь понимаю, что если монстр умён, то, как только уйдём, он нападёт.

Поэтому мы пересмотрели план. Сделали вид, что покидаем деревню, да и вообще надоело это нам. Причем из-за беспечности некоторых людей мы сделали это весьма грубо и показательно. А после сделали круг и тайно вернулись в деревню. С нашими навыками мы бы заметили слежку. Но так как её не было, то продолжили наблюдение.

И вот на девятый день нам всё-таки улыбнулась удача. Ночью, когда все люди уже крепко спали, возле одного из домов промелькнула тень. Она двигалась быстро, и практически не издавала звука. И что самое интересное, эта тварь предпочитала передвигаться в темных местах.

Ху Фуа посмотрела на меня, а после медленно обнажила свой меч.

В это время монстр как раз направлялся в сторону дома Эдера…

Глава 33

Мы сразу же бросились следом за монстром. Он двигался быстро, ловко огибая освещённые участки улиц. Его силуэт то и дело терялся в темноте, и, казалось, ещё миг, и он окончательно растворится в тенях домов.

Ху Фуа бежала слева, легко и бесшумно передвигаясь по крышам. Я же держался справа, прячась за домами и двигаясь параллельно.

Монстр уверенно направлялся к дому Эдера. Всё говорило о том, что его целью была именно эта семья. Второй раз нападать на них без причины он бы не стал. И тут явно дело не в еде. В деревне и без того хватало беззащитных людей. Людей, которые не настолько встревожены, чтобы держать нож под подушкой.

Месть?

Вполне вероятно. Он уже показал признаки интеллекта. Выманил женщину из дома, притаился из-за нас, а напал только когда мы «ушли». Впрочем, он не удостоверился в нашем уходе, и начал действовать буквально сразу. Это либо говорит о сильной жажде крови, либо о недостатке интеллекта.

Мы могли бы напасть прямо сейчас и, скорее всего, прикончили бы его очень быстро. Судя по его скорости и тому, что Сяо Хань могла сопротивляться, то этот монстр чуть сильнее обычных хиличурлов. Если дать ему уровень для удобства, то я бы дал ему четвертый уровень.

У обычных людей первый или второй уровень, в зависимости от их физического состояния. У тренированных – третий или четвёртый. А вот стража обычно достигает пятого уровня.

Те, кто поднимается выше пятого, уже не совсем обычные люди. Даже без Глаза Бога среди них есть те, кто обрел силу благодаря зельям, артефактам, мутациям, расовой особенности или таинственным боевым искусствам.

Зверолюди, например, заметно превосходят людей в физическом плане. Им смело можно накинуть два-три уровня сверху, порой вплоть до десятого. К той же категории я бы отнёс и людей с низкосортным магическим снаряжением.

До двадцатого уровня могут дотянуть обладатели высококачественного снаряжения.

Всё дело в том, что в этом мире существует три категории артефактов: низкие, высокие и древние. Первые два можно создать. А вот древние артефакты нельзя. Они со временем впитывают в себя силу стихий или других типов энергии, становясь естественным источником мощи.

Такие артефакты могут либо значительно усилить человека, приблизив его к владельцам Глаза Бога, либо дать лишь небольшой прирост. Причем они не редкость. Древние артефакты передаются из поколения в поколения, тем самым они могут даже становиться сильнее. Особенно если артефактом пользовался владелец Глаза Бога.

Например, мой меч. Древний артефакт, способный поглощать кровь врагов и восстанавливать за счёт этого мне энергию. При этом раньше это был обычный ритуальный клинок, и всё это время просто пылился в ящике.

Но всё же владельцы Глаза Бога значительно сильнее, чем даже те, кто обладает древними артефактами. Главная причина – их способность выходить за пределы человеческих возможностей. Я пока не до конца разобрался в механике этого феномена, но кое-что уже понял из слов Ху Фуа.

По её словам, во время активации Глаза Бога через тело проходит мощный поток элементальной энергии. Он усиливает физические и ментальные показатели, буквально преображая владельца. Конечно, этот эффект не постоянен, он действует только в момент использования Глаза Бога. Но если в это время продолжать тренировки и сражения, тело постепенно адаптируется к нагрузке.

И вот тут начинается самое интересное: со временем человек может закрепить этот эффект. То, что раньше было временным усилением, становится частью его природы. Тело меняется. Или лучше сказать, что адаптируется.

Вот почему владельцы Глаза Бога с возрастом и опытом становятся всё сильнее. Именно поэтому Ху Фуа, несмотря на свою молодость, уже достигла уровня, который большинству не снился. И это далеко не её предел.

Я бы оценил её силу на двадцатый уровень. Думаю, в поединке с ней я бы смог победить её за счёт скорости. Но если она не прекратит тренироваться и участвовать в сражениях, то к двадцати годам может стать вдвое, а то и втрое сильнее.

Тем более если владелец Глаза Бога с древним артефактом, то это грозная сила.

Так что этот монстр очень слаб. Практически муравей в моих глазах. Но всё же в его поведении было что-то странное, сбивающее с толку. Он не вел себя как безумный зверь. Двигался целенаправленно, избегал света, не шумел. Явно понимал, что делает.

Поэтому мы решили подождать. Пусть подойдёт ближе к дому и тогда станет понятно, как действовать. Если он решит атаковать напрямую, грубо и без плана – мы его сразу убьём. Без колебаний. А если вновь попытается устроить ловушку или провернуть какую-то хитрость, мы подождём… а потом всё равно убьём.

Однако, к сожалению, он меня разочаровал.

Монстр, не колеблясь, выломал дверь, и проник внутрь. Его даже не волновал шум, который поднялся из-за этого.

Он едва успел переступить порог, как я схватил его за шкирку и с силой вышвырнул из дома. Тело монстра пролетело пару метров и с глухим стуком упало на землю. Почти одновременно с этим сверху обрушился двуручник Ху Фуа – лезвие вонзилось в спину твари, пригвоздив её к земле.

Однако на удивление монстр был жив, даже активно пытался выбраться, а ведь его позвоночник должен быть вдребезги.

— По… по…

Услышав это, мы с Ху Фуа одновременно замерли и переглянулись. Голос был… человеческим, с оттенком боли и страха. Несколько секунд мы не могли понять, откуда он доносится. А потом синхронно перевели взгляд на монстра.

— Пощадите… — прохрипело существо. Его пасть дрожала, из неё вырывался хриплый мужской голос. — Пощадите… Пощадите…

Я нахмурился.

— Ху Фуа… Я не ослышался, или этот монстр только что… заговорил?

Ху Фуа медленно спрыгнула с крыши, мягко приземлившись рядом со мной.

— Ты не ослышался, — тихо сказала она.

Тем временем жители деревни стали выглядывать из окон. Некоторые, кто храбрее, вышли и устремились к нам. Семья Эдера тоже проснулась и высунулась из разрушенного проема.

— Я… не хотел… Я просто… хотел назад… — произнес монстр, корчась от боли.

— Назад? — переспросил я, делая шаг ближе. — Ты кто такой? Что ты такое вообще?

С виду действительно оборотень. Только не такой брутальный и страшный, а какой-то больной. Прям оборотень из Гарри Поттера… Как его там звали? Люпин? Вроде бы да.

Монстр зашевелился, устремив на меня взгляд. Красные глаза. Только не человеческие или звериные, а как два красных фонаря светились в темноте.

— Я был… человеком, — прохрипел он. — Меня… превратили… я… не хотел никого убивать…

Жители начали подходить ближе, теперь уже без страха. Видимо, они поняли, что зверь обездвижен и не представляет угрозы. А любопытство и желание увидеть монстра своими глазами, так ещё вблизи, пересилили тревогу.

Первым подошёл Эдер. Он шёл быстрым, решительным шагом, сжимая копьё так, что побелели костяшки пальцев. Взглянув на существо, он зарычал сквозь зубы и поднял оружие, намереваясь добить того, кто, по его мнению, был виновен в нападении на его семью.

Я молча перехватил его запястье, остановив удар. Он замер, удивлённый, а затем зло уставился на меня.

— Пока не время, — сказал я тихо, но твёрдо. — Он ещё может что-то сказать. Если его слова не ложь, то истинный враг ещё не показал себя.

Эдер сжал губы в тонкую линию, явно сдерживая гнев. Несколько секунд он смотрел на меня и обдумывал мои слова, но в итоге опустил копьё. Развернулся и отошёл, не проронив ни слова.

— Разве это не Ли Чень? — раздался чей-то робкий голос из толпы. — Это его голос.

— Да… я… — всхлипнул монстр.

Люди стали переглядываться, а некоторые охали и ахали.

И пока толпа удивлялась, я хмуро посмотрел на подругу, которая почему-то резко ушла в себя.

— Теперь, когда его кровь напитала воздух, я чувствую темную энергию от него, — произнесла она, переводя взгляд на меня. — Это проклятие.

Если присмотреться, от тела монстра действительно исходило нечто странное. Темные миазмы, будто дым, едва различимый в ночной тени. Они клубились над ним, извивались в воздухе и быстро рассеивались. Причем их можно было заметить только под определённым углом, как искривление воздуха в жаркий день.

— Проклятие? — переспросил я, нахмурившись. — Я слышал, что таким промышляют злые духи.

Ху Фуа кивнула.

— Как правило, да. Но есть и другие способы подхватить проклятие, — ответила она, выходя вперёд. На ходу Ху Фуа достала несколько амулетов из внутреннего отделения сумки. — Иногда это результат ритуала. Иногда – контакта с артефактами. Либо же гнев Богов.

Амулеты взмыла в воздух и зависли над телом монстра, медленно вращаясь. Тонкие струи энергии начали стекать вниз, обвивая лежащее существо мерцающим ореолом.

— Это действительно проклятие, — сказала Ху Фуа сдержанным голосом. — Я таких раньше не видела. Энергия искажённая, словно заражённая. Она действует на тело, разум и душу. Только вот что странно… он всё ещё может говорить. Это значит, часть его сознания уцелела. Он сопротивляется.

— Или кто-то хочет, чтобы он оставался в сознание, — сказал я мрачно. — Без своего разума он был бы обычным зверем. Но не исключаю, что может быть дело в другом.

Внезапно амулеты покрылись фиолетовой энергией, и тут же Ху Фуа сожгла их.

Судя по её взволнованному лицу что-то пошло не так.

— Тот кто сделал это с ним явно играет с какой-то страшной силой, — выдохнула она, а после хмуро посмотрела на монстра.

А тот начал покрываться трещинами, словно битое стекло, из которого вырвался белый свет.

— Они… под… землёй… — выдохнул он едва слышно. — Секретный проход… вниз… лестница… в центре руин…

Его красные глаза потускнели. Последний выдох смешался с потоком черного дыма, и тело окончательно обмякло, а после лопнуло на миллионы фиолетовых осколков, которые растворились в воздухе.

— Под руинами? Значит, всё это время… — я не стал договаривать, всё и так понятно.

Ху Фуа промолчала, лишь вынула из земли свой меч, и устремила решительный взгляд в мою сторону.

Есть неподалеку от деревни руины. Но не такие грандиозные, как руины Бога Песка. Они маленькие и больше походили на археологические раскопки. Там даже монстров нет. Но получается, что всё это время был скрытый проход, ведущий вниз под землю.

Я убрал клинок в ножны и молча направился в сторону руин. Ху Фуа последовала следом.

Что касается людей, то они остались там, возле дома Эдера. Что-то обсуждали, но все мои мысли были сосредоточены о предстоящей битве.

Глава 34

Руины как руины. Мы уже бывали здесь раньше, но, так ничего и не обнаружив, ушли. Ну тут действительно на первый взгляд ничего интересного нет. Всего лишь практически полностью разрушенный дворец, стены которого сохранились только из-за того, что воздвигались явно при помощи Гео-элемента.

К слову, именно на этих руинах нас застал ливень, и в итоге мы оказались в той деревне.

Ху Фуа подошла к одному из полуразрушенных каменных арок и провела ладонью по едва различимым под налётом времени символам. Когда-то здесь стоял благородный дом, ныне обращённый в прах. Его обитатели давно исчезли, а статуи каких-то мифических животных, некогда внушающие трепет, обросли мхом и потрескались.

Таких руин по Ли Юэ пруд пруди. Да и, скорее всего, по всему Тейвату.

Ничто не вечно. Ни слава, ни богатство, ни даже боги. Эти обломки доказывают это. Уверен, люди, жившие здесь, полагали, что их род продлится вечно. Что стены их дома никогда не рухнут. Так же, как и боги, что когда-то казались непоколебимыми. Взять хотя бы Бога Песка. Он был настолько могущественным, что мог стереть город с лица земли одним движением воли.

И где он теперь?

Мёртв. Самое страшное – забытый. О нём почти никто не помнит.

— Тот человек сказал, что в центре руин есть проход, — тихо произнесла Ху Фуа, взглянув на меня. — У нас два варианта: первый, попытаться найти его, но это займёт время; второй, попробовать проломить пол, но в этом случае есть риск обрушить всё, включая сам вход.

Тут стоит подумать логически.

Хотя, учитывая безумную мощь Ху Фуа, то ей хватит одного удара, чтобы не просто проломить вход, но и сотворить новый.

— Спешить не стоит, — ответил я после короткой паузы. — Раз это был дом знати, проход, скорее всего, не просто спрятан, но и защищён. Они не стали бы прятать что-то ценное под тонким слоем плитки.

Я огляделся.

Нередко обладатели Глаз Бога создают особые механизмы, барьеры, магические печати, а порой целые охранные конструкции. В Ли Юэ их часто называют просто «формациями» – узоры силы, запечатанные в камне, в металле или в самой земле.

Есть ещё сила Адептов. Грубо говоря, культивация Ци. Ведь Дао неотъемлемая часть Китая, а Ли Юэ создан по его подобию. Поэтому Адепты могут пользоваться особой силой, и создавать из неё формации, которые уже простому человеку не сломать.

Но Адепты вряд ли будут помогать человеку в таком деле. Тут уж больше вероятно использование элементальной энергии. Хотя сейчас людей с Глазами Бога очень мало, но в хорошие времена этого дома их должно было быть много.

После Катастрофы людей с Глазами Бога стало гораздо меньше. Большинство из них погибло в битвах с монстрами. По крайней мере, так рассказывают. Но смущает только то, что прошло уже много лет. За девятнадцать лет могло родиться новое поколение.

Поэтому, что на самом деле стало причиной столь резкого сокращения числа носителей Глаза Бога – загадка. Возможностей масса. Но я смутно помню из игры, что за выдачу Глаз Бога отвечает Селестия. И если память меня не подводит, сейчас она крайне недовольна человечеством… Вроде из-за Бездны.

Точно помню, что одна страна нарушила какой-то закон. Волны монстров, накрывшие мир, были как раз их виной, за что эта страна и была жестоко наказана.

И что самое смешное, это всё догадки. В игре разработчики не торопились выдавать ответы, маринуя людей теориями. Поэтому я больно то и не следил за сюжетом. Так, что запало в память.

А сейчас в реальности мне только боги могут поведать правду. Уж другие источники информации сомнительны. Это я сейчас про всяких Фатуи и Орден Бездны. Те уже в игре мне не понравились, что искажают информацию под себя.

Как же мне сейчас хочется поговорить с Мораксом. Услышать правду о мире из уст самого Архонта, жившего тысячи лет. Но он ушёл в тень, и вряд ли проявит себя в ближайшее время. А учитывая, что он долго живёт, то десятки лет для него мгновение.

Можно ещё попробовать поговорить с Адептом. Они, конечно, могут не знать многое, но от них точно удастся узнать хоть часть истины.

К слову, к ним ведь можно наведаться.

У некоторых даже известны места обитания. Люди им приносят подношения, воздают почести. Вот только непонятно, захотят ли они делиться своей мудростью со мной. В игре, помнится, их можно было подкупить едой. Смешно, конечно… но кто знает, может и здесь сработает.

Я невольно усмехнулся при этой мысли.

Ну что ж, после того как добудем сто слизей с Электро-слаймов, можно будет отправиться к одному из Адептов. Вдруг что-то выйдет. А если с первой попытки не сработает, то разобьём лагерь поблизости и будем каждый день готовить деликатесы. Да так, чтобы даже самый сдержанный Адепт не смог устоять, подавился слюной и спустился с небес.

Впереди внезапно показалась странная конструкция.

Она сливалась со стеной, а также частично завалена камнями и пылью. Я бы и не заметил её, но случайно задержал внимание на ней.

— Это ведь… монумент стихий, — выдохнул я, подходя ближе.

Монумент действительно был частично засыпан, но теперь, разглядев его поближе, я уже не сомневался, это действительно он. На его поверхности проступали резные символы, а в центре углубление в форме знакомого знака стихии.

— Электро…

Иронично, что именно этот элемент. Ведь он у меня есть, но в то же время я не в силах использовать его из-за печати.

Впрочем, времени не так уж и много. Монумент, скорее всего, не единственный. Обычно их бывает несколько, и каждый требует особого способа активации. В игре бывало, что их нужно было активировать либо одновременно, либо в строгой последовательности, или даже следуя логике, известной только бывшему хозяину этих мест. Прочем говоря, головоломка, которая в своё время заставила меня кусать губы от злости.

Но всё же попытаться стоит. Благо у меня в инвентаре есть Электро-кристалл. Внутри него достаточно чистой энергии стихии, чтобы пробудить монумент. Для этого хватит простого удара по кристаллу, чтобы поток силы высвободился наружу.

Я достал кристалл. Он мерцал слабым фиолетовым светом, пульсируя, словно сердце. Поднёс его ближе к монументу, а после легонько ударил по нему.

Миг – раздался звонкий щелчок, а за ним глухой разряд, и на мгновение воздух пропитался запахом озона.

Монумент стал покрываться фиолетовым свечением, словно просыпаясь от долгого сна. Образовались электрические разряды, а после знак в центре артефакта ярко засиял.

На вспыхнувшее сияние тут же прибежала Ху Фуа.

— Ты нашёл монумент элементов? Отлично!

— Я бы не стал так радоваться раньше времени, — покачал я головой. — Мы ведь не знаем точной последовательности активации.

— Но можно попробовать активировать их все. Авось получиться, — уверенно сказала она.

Я кивнул. Она была права.

Мы разделились и начали осмотр, и, к счастью, остальные два монумента нашлись довольно быстро. Они были скрыты за обломками стен и кустами, но всё же располагались недалеко друг от друга. Вместе они образовывали равносторонний треугольник, центр которого приходился ровно на тот самый участок руин, где предположительно находится скрытый проход.

Вот только остальные монументы оказались других элементов: один – Пиро, а другой – Гидро.

С одной стороны, это даже к лучшему. Обычно, когда монументы разных стихий, достаточно просто активировать их. Но с другой стороны… у нас нет Гидро-элемента под рукой. И, как назло, дождя сегодня не предвидится.

— После того ливня в лесу должен появиться хоть один Гидро-слайм, — задумчиво пробормотала Ху Фуа, вглядываясь в каменную поверхность монумента. — Если мы найдем такого, то сможем использовать его энергию для активации.

Я задумался. Её идея звучала вполне разумно. В любой воде есть Гидро-энергия, вопрос только в концентрации. Если просто полить водой монумент, то он даже не среагирует. Но вот Гидро-слайм может активировать его, поскольку это сгусток Гидро-энергии. И ливень в свою очередь мог создать нужных нам монстров.

— Да, так и поступим, — кивнул я.

К слову, монумент с Пиро-элементом она активировала без труда. Просто запустила в него огненный шар.

Но, как бы то ни было, слайма мы нашли почти сразу. Он, по сути, всё это время был у нас под носом, прятался в тени поваленного дерева всего в десяти метрах от руин. Маленький, полупрозрачный, с влажной поверхностью и тихим булькающим звуком, он лениво перекатывался по мху, не обращая на нас внимание.

Даже такой маленький монстр подходил для активации монумента. Поэтому мы не стали задерживаться, и быстро активировали последний артефакт. Но как только мы это сделали каменная плита в самом центре треугольника начала дрожать. Не так, как дрожит земля перед обвалом. Дрожь была едва уловимой, как будто вибрация от невидимого источника. Затем, прямо у нас на глазах, плита исчезла. Просто пропала. Без звука, без обвала, без пыли. Будто бы никогда и не существовала. Словно это всё это время была лишь проекция, иллюзия, созданная для того, чтобы скрыть истину от случайных глаз.

Перед нами открылся узкий спуск, ведущий вниз.

***

Проход оказался невероятно длинным. Стены, выложенные грубым камнем, тянулись вглубь земли, освещённые лишь тусклым светом факела, который создала Ху Фуа. Иногда встречались глубокие трещины, через которые сочилась вода.

Самое страшное, так это то, что руины неподалеку от озера. И если мы сейчас под ним, то стоит проходу обрушиться и многотонный вес нас просто раздавит.

Однако возвращаться назад было уже поздно. Тем более мы не разобрались с врагом, который превратил того человека в монстра.

Впереди мелькнул слабый отблеск света, который с каждым шагом чуть увеличивался. Причем он какой-то странный. Фиолетово-золотистый.

Мы ускорили шаг. Проход начинал расширяться, и воздух стал чуть теплее, что казалось особенно странным на фоне сырости и холода.

Ху Фуа достала свой двуручник, а я свой клинок. Кто бы не был впереди, но его нужно сразу обездвижить или даже... убить. Слишком опасный враг, способный превращать людей в монстров. А если у него целая армия таких чудовищ? Обнадеживало только то, что тот монстр был слаб, а значит и остальные могут быть такими же.

Глава 35

В конце туннеля нас ждало нечто совершенно неожиданное – самая настоящая лаборатория. Огромное помещение, высеченное в недрах скалы. Повсюду стояли фантастические механизмы: сложные конструкции из стеклянных трубок, медных спиралей и кристаллов, которые слабо мерцали в такт какому-то невидимому пульсу. Некоторые из устройств издавали тихие, размеренные звуки, словно тихий гул трансформатора.

На стеллажах вдоль стен стояли банки с реагентами, ампулы с жидкостью разных цветов и плотные стопки свитков и книг, обложки которых уже пожелтели от старости. В одном углу возвышался круглый алтарь, окружённый символами неизвестного письма. На нём возлагался странный фиолетовый кристалл. Он небольшой, всего лишь как бейсбольный мяч, но излучал такой свет, словно миниатюрное солнце.

Но самым тревожным были клетки.

Вдоль дальней стены стояли массивные стеклянные капсулы, внутри которых покоились существа. Некоторые из них были похожи на мутировавших слаймов, с вытянутыми формами и странными наростами. Другие, вообще не поддавались описанию: словно сплав людей и чудовищ, чьи тела были либо в состоянии анабиоза, либо давно мертвы. Пузырьки воздуха поднимались к верху, как в аквариуме, а на поверхностях капсул тускло горели магические печати.

— Что… это? — тихо прошептала Ху Фуа, прикрывая рот ладонью.

— Похоже на алхимическую лабораторию. Но это… на грани безумия, — ответил я, медленно подходя к одному из столов.

На нём лежала схема устройства, по виду напоминающая ядро некоего механизма. Только вот настораживало другое: во-первых, все обозначения были написаны на незнакомом, изломанном языке, больше похожем на смесь древней рунической системы и технической маркировки. А во-вторых… среди чертежей были детально прорисованные человеческие сердца. Несколько штук. С подписями, стрелками и странными символами, указывающими на взаимодействие с ядром.

Мой взгляд скользнул к соседнему свитку. На нём была изображена схема автоматона – Страж Руин. Чёткие контуры корпуса, место для ядра, странные узлы, и один символ, повторяющийся несколько раз – тот же, что был рядом с изображением сердца.

Я перевёл взгляд на третий свиток, и тут же нахмурился.

На нём была изображена анатомия человека… но искажённая. В местах, где должны быть органы, находились механические компоненты: шестерёнки, трубки, поршни. Особенно выделялась более детализированная схема сердца, соединённое с кристаллом.

— Кто-то пытался вживить механизмы в людей? — прошептала Ху Фуа, заглянув мне через плечо. В её голосе слышалась смесь отвращения и тревоги.

Я не ответил.

На столе ещё множество свитков, заметок, иллюстраций. Некоторые полностью исписаны непонятными символами без каких-либо схем, другие, более наглядны и прямолинейны. В одной из книг, которую я мельком пролистал, подробно описывался процесс «Поддержания жизненной функции сердца с помощью концентрированного элементального ядра». Язык был понятен мне, и судя обложки, эта книга из Сумеру. У них часто любят на углах изображать маленький росток.

Даже алхимические книги, лежащие чуть в стороне, присутствовали. Несколько на понятном языке. Их страницы пожелтели, но текст и схемы внутри были удивительно хорошо сохранены. Формулы, диаграммы, сравнительные таблицы между «естественной» и «искусственной» тканью. Другие на непонятном. Но их значительно больше. А ещё на каждой обложке присутствовал странный знак в виде восьмиконечной звезды.

Всё это – пугающие, аморальные… но бесценные знания.

Не раздумывая, я протянул руку и, не обращая внимания на Ху Фуа, начал складывать всё это в инвентарь. Свитки, книги, схемы – всё исчезало в пространственном кармане.

Она смотрела молча.

Тяжело скрывать что-то, когда почти живёшь с кем-то. Так или иначе, возникают вопросы. Поэтому в какой-то момент я просто стал демонстрировать свой инвентарь, но не спешил объяснять, а она не спешила спрашивать.

В основном, всё же из-за неудобства. Постоянно прятаться и скрываться – тяжело. Тем более это магический мир, тут боги могут быть затворниками и любителями романов. То есть этот мир полон возможностей. Поэтому я решил довериться ей, раз уж нам предстоит ещё долгий путь. У нас ещё по плану сходить в Мондштадт, к родине её отца. Она давно не видела бабушку и дедушку, поскольку расстояние все-таки немаленькое.

Закончив со свитками, чертежами и книгами, мы продолжили осмотр лаборатории. Вдоль стен тянулись длинные стеллажи, заваленные банками с реагентами и стеклянными сосудами, внутри которых порой шевелилось что-то неопределённое. В одном из них плавала человеческая рука. В другом – нечто, похожее на глаз, прикреплённый к металлическому проводнику.

Честно говоря, жутковатое место.

В углу помещения возвышался массивный металлический саркофаг, покрытый непонятными символами. Из небольших отверстий сочился густой фиолетовый туман, что сразу же привлек наше внимание.

Но стоило нам приблизиться, как символы вспыхнули, словно ожили. Свет внутри саркофага дрогнул, а затем крышка с тихим шипением начала отъезжать в сторону.

Изнутри раздался сиплый, неровный вдох – металлический, искажённый, жутко знакомый. Он напоминал дыхание Дарта Вейдера из полярного произведения.

Крышка полностью отъехала, обнажая клубящийся фиолетовый туман внутри. Несколько секунд мы не могли разглядеть ничего – лишь плотный туман. А потом в глубине тумана вспыхнули два огня. Они следили за нами.

Затем из тумана появилась роботизированная рука, с лязгом ухватившаяся за бок саркофага. Длинные звериные когти царапнули по металлу, создавая искры.

Туман разошёлся, и внутри прорисовался силуэт – высокий, сутулый, обтянутый кусками ткани, которые при внимательном рассмотрении напоминали человеческую кожу. Словно кто-то хотел создать человекоподобного андроида. Правда смотря на такие когти, что-то сомневаюсь в этом.

В его груди мерцал кристалл – фиолетовый, похожий на Электро, но куда более тёмный, насыщенный. Он пульсировал, излучая гнетущее давление, как будто само пространство вокруг слегка искажалось.

Ху Фуа, не колебалась, выхватила меч, встала в боевую стойку, и приготовилась к сражению. А я... я стоял и размышлял.

Стоит ли сражаться с ним?

Однако выбора не дали, монстр решил сделать ход. Кристалл в его груди вспыхнул ярче, и всё его тело окутала пульсирующая фиолетовая энергия… Энергия Бездны.

Я сразу почувствовал, как воздух вокруг изменился – стал плотнее, тяжелее, будто сама реальность отказывалась находиться рядом с этим существом.

Существа Бездны… они чрезвычайно опасны. Очень.

До сих пор помню, как впервые столкнулся с таким в игре. Погиб мгновенно – даже не успел хоть что-то сделать. А потом долго не мог его одолеть. Не потому, что слабо бил, а потому что они... устроены иначе. Их окружает энергетическая аура, почти непробиваемая, пока ты не разрушишь её полностью, то ничего монстру не будет. И это ещё если без подпитки.

На высоких уровнях приходилось сначала обезвредить источник подпитки, прежде чем сражаться напрямую. Без этого бой был невозможен. Или, вернее, бессмыслен. И всё это в игре, где есть бесконечное количество попыток. Где всегда под рукой хилки, щиты, баффы, временное бессмертие. А в реальность. Один удар – конец. И от этого страшнее.

Однако монстр почему-то не спешил атаковать.

Он стоял, покачиваясь, словно борясь с самим собой. Кристалл в его груди то вспыхивал ярче, то тускнел, как будто его энергия пульсировала в неритмичном, хаотичном ритме.

Можно было, конечно, напасть. Воспользоваться моментом. Но страх сковал всё тело. Я не был готов к бою с существом из Бездны. Это всё равно что сейчас пойти в логово Райдэн и бросить ей вызов.

Самоубийство.

Но мои мысли прервал жуткий звук – треск металла.

На теле монстра начали появляться тонкие, искрящиеся трещины, из которых пробивался яркий белый свет. И очень быстро они поползли по всему его телу, превращая его в живую сеть света. Существо издало глухой, механический рёв – смесь хриплого голоса и шороха умирающих шестерёнок. Туман вокруг заколебался, завихрился как воронка.

А затем он взорвался.

Фиолетовый импульс прокатился по лаборатории, отбрасывая нас назад. Мы рухнули на каменный пол, и ударились о старую стойку с пробирками.

Я потерял ориентацию, а в ушах звенело так, будто по ним прошёлся молотом сам Архонт. Глаза отказывались фокусироваться, но я всё же смог кое-как прийти в себя… и увидел пустую лабораторию.

Монстра не было. Ни следом его тела, ни зловещего кристалла, ни фиолетового тумана. Только металлические осколки, рассыпанные у саркофага, и пыль, медленно оседавшая на пол.

— Образец тридцать два оказался неудачным, — вдруг раздался спокойный, холодный мужской голос. За ним последовали ровные, почти бесшумные шаги. — Впрочем, этого следовало ожидать. Нужно ядро мощнее.

Мы с Ху Фуа резко обернулись.

Из тени между колоннами вышел человек.

На вид – лет сорока. Высокий, с прямой спиной, словно выточенный из камня. Чёрные короткие волосы, аккуратно зачёсанные назад. Бледная кожа, будто он давно не видел солнца. Его одежда была странной: сочетание костюма и элементов средневековых доспехов. Но главное его глаза – голубые, холодные, а зрачки… вытянутые, ромбовидные, как у змеи или, хуже того, как у тех, кто связан с Бездной.

От него исходила опасность. Она чувствовалась всеми фибрами души, словно мышь наткнула на кобру.

Этот мужчина невероятно силён. А учитывая все эти записи, то, скорее всего, обладает не только силой, но и различными артефактами.

— Кто ты такой? — резко спросила Ху Фуа, не опуская меч.

Он посмотрел на неё с лёгкой усмешкой, в которой не было ни капли тепла.

— Я? Всего лишь исследователь. Тот, кто задаёт вопросы, когда остальные предпочитают молиться.

Его взгляд скользнул на меня, и я ощутил, как по спине пробежал холод.

— А вот ты… — он чуть наклонил голову. — Ты не должен был оказаться здесь. Очень жаль. Теперь мне придётся внести коррективы в расчёты.

Он щёлкнул пальцами.

И где-то в глубине лаборатории что-то ожило.

Сначала донёсся глухой скрежет, будто ржавые шестерёнки проворачивались впервые за сотни лет. Затем раздались тяжёлые, размеренные, словно шаги гиганта, звуки. Каменный пол под нашими ногами дрожал, склянки дребезжали.

Из тени, медленно, как в кошмаре, вышли два Стража Руин.

— Удиви меня, — произнёс незнакомец, чуть склонив голову. — Продемонстрируй, что ты смог достичь за эти полгода. Не посрами наши труды.

Стражи двинулись вперёд.

Глава 36

Стражники Руин – очень опасные механизмы, которые представляются из себя настоящих мини-боссов. Они, конечно, не такие сильные как существа из Бездны, но из-за многочисленного арсенала могут доставить неприятности. А ещё у них прочное тело, что неудивительно. Не знаю, из какого материала они сделаны, но раз простояли пятьсот лет без обслуживания и продолжали функционировать, то явно из необычного сплава. Из-за чего порой без магии их не убить.

А тут ещё их двое…

Нет, уж. Бежать отсюда нужно. Если ракеты, которыми они оборудованы, полетать, то пещера обрушится, похоронив нас в груде камней. Не говоря уже о том, что даже простой бой из-за их массы может привести к обвалу. Они ведь весят очень много. От их шагов стеллажи дребезжать.

Но главная проблема даже не они, а этот человек, который наблюдает за нами. Если я правильно понял, кто он такой, а точнее откуда, то просто так уйти нам не даст.

И ведь гад знает на что способны эти машины, и понимает в какой безвыходной ситуации мы оказались. Но активировал их. Причем что-то меня смущает в его поведение. Если он изначально здесь был, то почему просто наблюдал? Я ведь его ограбил. Заинтересован в нас? Или во мне… Ведь он четко обратился ко мне. Так ещё намекнул с «полгода». Именно полгода назад я пришёл в этот мир.

Ну, ещё малюсенькая проблема… выход перегорожен Стражами Руин.

Однако лучше рискнуть и попытаться выбраться отсюда, чем сражаться в замкнутом помещение, так ещё и под землёй.

— Ху Фуа, сражаться здесь с этими механизмами очень опасно, — произношу, видя как у автоматонов загораются красные огни. — Не хочу оказаться под грудой камней.

Она посмотрела на меня, прикусила губу. По взгляду сразу ясно – понимает.

Конечно, понимает. Как тут не понять, если до потолка не больше пяти метров, а эти твари уже почти цепляют его. Между ними осталось сантиметров десять-двадцать, не больше. На первый взгляд, кажется, что этого достаточно. Но стоит одному из них подпрыгнуть, а они это умеют, и мы станем частью этой груды камней.

Стражники направились к нам.

Земля вибрирует, с потолка сыплется пыль. Один из них при этом выпускает резкий пар из спины, словно предупреждение. Или просто из-за перегрева.

— Бежим.

Мы сорвались с места.

Незнакомец не пошевелился. Ни жеста, ни звука. Он убрал руки за спину и просто продолжал наблюдать с каким-то отстранённым интересом, словно всё это было театром, а мы лишь актёры в его постановке. Даже можно сказать, что, если сейчас ударить по его промежности, он не вздрогнет. С каким-то жутким, я бы даже сказал машинным, спокойствием наблюдает за нами.

А вот Стражи Руин среагировали мгновенно. Их массивные руки вытянулись вперёд, пытаясь схватить нас, словно мы игрушки.

В следующую секунду они с грохотом захлопнулись. Мне хватило скорости, чтобы спокойно увернуться. А что касается Ху Фуа, то она активировала силу своего Глаза Бога, и выпустила волну энергии, из-за чего её чуть отбросило, но зато атака не попала по ней.

Я тем временем воспользовался моментом: оттолкнулся от пола и прыгнул на сомкнутые руки одного из автоматонов. Железо под ногами дрожало, как натянутый канат. Балансировать было тяжело, мех уже начал разжимать пальцы.

Одним движением направил клинок в сторону головы машины, туда, где пульсировало оранжевое свечение. Там должно быть ядро.

Удар получился тяжёлым. Клинок с визгом врезался в корпус, и сквозь ладони прошла мощная вибрация. Металл достаточно плотный, но клинок всё же оставил глубокую царапину. Если бы я владел магией, возможно, уничтожил бы корпус за один удар. Но так – нужно ещё десяток таких ударов, и не факт, что этого хватит.

Впрочем, я и не собирался его побеждать.

Этим выпадом мне просто хотелось проверить насколько защищен механизм. В игре они не столь сильны для уже прокаченных персонажей, но для низкого уровня вызывают сложности. И кажись я пока на низком уровне. Вот с магией… Впрочем, незачем забегать так далеко.

Я спрыгнул, едва автоматон взмахнул рукой. Затем сразу же последовал мощный размах для удара, и времени на раздумья не оставалось. Слишком быстро, без намёка на паузу. Пришлось отпрыгивать, едва успев приземлиться. И так оказался рядом с Ху Фуа, которая неслась к выходу.

Следом один из механизмов обрушился на нас с поднятым кулаком. О чём я и боялся. Он просто поднял руку, и тут же из потолка отлетел большой кусок породы. Будто это не скальный массив, а мокрая глина. Я даже на мгновение замер – настолько нереально выглядело это разрушение. Но быстро пришёл в себя, заметив, что он продолжил свою атаку.

К слову, незнакомец всё ещё стоял там же. Даже взгляд не дрогнул.

Ей Богу, не человек, а манекен.

Теперь, когда машины остались позади, ничто не мешало нам покинуть лабораторию. Шум боевых механизмов отдалялся, заглушаемый эхом наших шагов. Я даже каким-то чудом умудрился схватить тот самый фиолетовый кристалл с пьедестала. Совершенно машинально. Просто, пробегая мимо, закинул в инвентарь.

Мы были уже на середине туннеля, когда позади вдруг вспыхнул яркий оранжевый свет. Такой насыщенный и резкий, что на автомате захотелось обернуться. Даже на мгновение в голове всплыла глупая ассоциация – аварийки. Вот бы и вправду это были всего лишь чёртовы аварийки... Но нет. Это был отсек пусковой установки, и Стражи Руин как раз готовились выпустить ракеты.

Случилось именно то, чего я боялся больше всего с первой секунды их появления. Эти штуки уничтожат всё, и себя, и нас, и весь проклятый тоннель. Без шансов.

Я резко схватил Ху Фуа, неаккуратно, грубо, и закинул её себе на плечо, как мешок с песком. Она даже не успела пискнуть. А после я сорвался с места, вкладывая в бег всё, что у меня было. Нёсся так, как будто за спиной летит Жнец с косой. А он, чёрт побери, летел, и не один.

Что забавно, но только через пару секунд я осознал, за что схватился. Из-за разницы в росте и из-за переживаний, чтобы она не соскользнула при беге, я… сжал её попу. Причем так смачно, что сам засмущался. Но всё же не ослабил хватку. Не специально, честно. Просто нужная точка опоры оказалась... удобной.

И приятно упругой…

Благо я не в каком-нибудь аниме, где девушка тут же за такое начнёт устраивать истерику и даже применит силу. Да и Ху Фуа не дура. Тем более, ракеты за спиной отличная мотивация промолчать. Мне даже, кажется, что она не заметила. Поскольку никак не отреагировала.

Тем временем тоннель начинал сужаться, уже виднелась лестница, по которой мы спустились. Она представляла собой ступеньки, а значит ракеты взорвутся, наткнувшись на них. Тут либо нас откинет, либо завалит камнями. И желательно чтобы было первое.

И к слову, насчёт ракет. В игре они вроде не были такими. То есть они хоть и преследовали игрока, но под силой притяжения теряли силу. Тут же летят прямо, никак не меняя траекторию и скорость.

Я буквально влетел на лестницу и прыжками направился к выходу из этого чертового туннеля. Мне уже было наплевать на странные исследования, на того незнакомца, главное сохранить себе и Ху Фуа жизнь.

И тут… раздался звонкий звук столкновения металла об камень. Всего лишь на долю секунды, чтобы затем его поглотил грохот от взрыва.

За спиной всё загрохотало. Меня даже обожгло, а Ху Фуа извернулась, чтобы спрятать лицо. Взрыв был такой силы, что всё тряхнуло. Словно сама земля застонала. Но мы успели. Мы вылетели наружу. Ху Фуа с глухим стоном отлетела в сторону, я врезался в руины.

Из выхода вырвался столб огня, пыли и осколков, словно вулканическое дыхание, а после обрушилась почва, из-за чего остался лишь шлейф черного дыма.

Я приподнялся и посмотрел на Ху Фуа. Она лежала на боку, тяжело дышала, но, к счастью, видимых ран не было.

— Ты как? — выдохнул я.

Ху Фуа медленно повернула ко мне голову. Глаза усталые, взгляд слегка мутный от потрясения. Она кивнула… и тут же прикусила губу, поморщившись.

— Только… попа болит, — пробормотала с выражением, в котором смешались обида и неловкость.

Я хмыкнул. Не сдержался. То ли от адреналина, то ли от полного абсурда происходящего.

— Наверное, неудачно упала, — сказав это, я посмотрел на небо. Уже светало. А ведь казалось, что мы там максимум были тридцать минут. В Тейвате на удивление короткие ночи.

Мы живы, а это главное.

Я призвал систему, и открыл меню инвентаря. Про странный кристалл я не забыл:

«Синтезированный осколок Хаоса»

(Содержит большое количество энергии Бездны.)

Бездна…

Всё-таки я был прав, и тут действительно замешан Орден Бездны. Были надежды, что это какая-то другая ерунда, которая просто исчезла к началу канона. Правда маленькая, что уж тут думать. Но всё же была.

Потому что Орден Бездны – это не какая-то банда воров или убийц. Нет, даже не уровень Фатуи. Те на их фоне… конечно, не смотрятся блекло, но не то. Орден Бездны совершенно иной уровень опасности, который, по сути, финальный босс в игре. Они смотрят на богов как на материал, могут использовать их, препарировать или ещё что в свою выгоду. Треть проблем в Тейвате из-за них, если не половина. Большинство монстров их рук дело.

И тут один из них обратил на меня внимание. Да и, судя по всему, уже очень давно.

Тот незнакомец в Инадзуме… Он тоже знал, что я чужой в этом мире. Но предполагалось, что это личность связана с Фатуи. Однако теперь я не уверен. Замаскировать свою внешность для Ордена Бездны плевое дело, а явиться ко мне проще простого, так как они владеют телепортацией.

К слову, из-за телепортации, скорее всего, тот мужчина в лаборатории сейчас жив, а не завален под грудой камней.

Хуже того, сейчас только формируется Орден Бездны, или уже сформировался. Точно неизвестно сколько путешествовал близнец по Тейвату, но точно знаю, что в конце пути он присоединился к ордену. Сейчас прошло девятнадцать лет с катастрофы. За это время он вполне мог уже быть членом Бездны. Но это ладно. Основная проблема не близнец.

Я не помню кто там главный. Но видел ролики по Геншину, где появились личности, которые устроили весь хаос в Тейвате. И по ним выходило, что они куда могущественнее чем Архонты. Конечно, сомневаюсь в этом, но кто его знает. Если не могущественнее, то даже сравнение с Архонтами показывает их уровень сил.

Такие если явятся ко мне, то просто пи…

Нет, уж. Не до слизи. Она может подождать. Нужно идти к Адептам. Чем быстрее я заручусь сильно поддержкой, тем мне будет спокойнее. По крайней мере, никакие Фатуи не посмеют явиться ко мне. А Орден Бездны не будет спешить. Что им время, они бессмертны.

Так что следующая наша точка – гора Аоцан. Место проживание одного из Адептов. А если быть точнее, то там живёт Хранитель Облаков, она же Вестница Небес – Сянь Юнь.

Глава 37

Ху Фуа не стала возражать, когда я выразил желание отправиться на гору Аоцан, но в её взгляде промелькнуло удивление. Туда просто так не ходят. Это не то место, куда приходят без веской причины. Считается, что необдуманный визит может ненароком разгневать Адепта. А оно и не удивительна. Для Адепта – это дом. Мало кому понравится, что в его дому пришли непонятно кто, и непонятно с какими мотивами. Особенно если начнут всё крушить.

Что касается людей, то для них эти земли священны – почти как церковь или храм. Из-за чего к горе проложена хорошая дорога, которая сильно упростила нам путь. Впрочем, потребовалось всё же три дня, чтобы добраться до горы. И это при том, что мы, по сути, останавливались только на ночлег, и в редком случае если видели на горизонте Электро слаймов.

Вот как раз возле склона были такие…

— Да ладно тебе, не бойся, — улыбнулся я, когда мы остановились, чтобы разобраться с тремя Электро слаймами. — Если что, скажем, что ты ученица Моракса.

— Бывшая ученица… — тихо пробормотала Ху Фуа, опустив взгляд, и пнула ногой камешек.

Я вздохнул.

Само вырвалось, хотя я старался не напоминать ей об этом. Для неё Моракс был как второй отец. А он… за всё это время даже не появился. Четыре месяца. Он точно знает, где она. Не мог не знать. Мог бы прийти, сказать хоть слово, просто объясниться. Сделать что-нибудь. Но нет. Молчание.

Поначалу это ещё можно было понять, когда мы были в городе, среди людей, на виду. Хотя даже там он мог найти способ. Но теперь, когда большую часть времени мы проводим в одиночестве, вдали от посторонних, ему ничто не мешает.

Честно говоря, я не понимаю его. Ему, конечно, тысячи лет. Возможно, для него и десятилетия пролетают как дни. Но всё же…

Хотя, кто я такой, чтобы судить древнего бога?

Я вздохнул и прикончил последнего слайма. Ещё немного, и будет сотня. Оставалось собрать шесть слизи. К счастью, у подножия склона присутствуют Электро Кристаллы – идеальное условие для появления Электро-слаймов. Как раз возле них и были эти три слайма.

По сути, можно будет разбить лагерь и провести под боком у Адепта пару недель. Возможно, даже меньше. Слаймы образуются быстро, в течение одного дня. Когда их уничтожаем, по сути, разрушается лишь оболочка, а большая часть энергии возвращается в атмосферу. Из которой вновь появится монстр.

Так сказать, убью двух зайцев одним выстрелом.

Никто не осмелится устраивать сражение вблизи обители Адепта. Конечно, я имею в виду обычных существ, не богоподобных, которым разрушить Тейват плёвое дело. Впрочем, от них нигде не спрятаться, даже под юбкой Эи, как бы это смешно не звучало. Особенно учитывая, что юбки то у неё и нет.

Но такие существа вряд ли обратят на меня внимание. Если не считать, конечно, того мужчину из лаборатории. Но там, скорее всего, была случайность. Иначе мы бы просто не ушли. Я даже сомневаюсь, что даже Моракс бы нас защитил, если Бездна целенаправленно захочет меня убить. Поскольку по лору помню, что даже её зверушки, как тот же Дурин, могут противостоять Архонтам. И кто его знает какие ещё твари обитают внутри Бездны.

К слову о Дурине. Про этого дракона я знаю. И суть в том, что на карте нет Драконьего Хребта. Точнее как, гора есть, но название другое – Небесный Пик. Также я не слышал, чтобы Мондштадт подвергался нападению дракона, а значит, что Дурин всё ещё жив.

С одной стороны, мне хочется увидеть сражение двух драконов и Архонта. Но опыт подсказывал, что лучше не смотреть на такое. После битвы Моракса и Драконьего Короля до сих пор бывает, что появляется меланхолия от осознания своей слабости на фоне всего мира. И роль в этом сыграла и система. Мне постоянно, кажется, что могу быть лучше, если полностью сосредоточусь на силе. Но при этом через пару часов такое ощущение пропадает. Странное чувство.

Хотя если уж честным, то да. Шинкуй я монстров налево и направо, то стал бы вдвое сильнее, но при этом какой толк от этого? Если не смогу наслаждаться миром. Тем более мне хочется прожить долго, а не просто существовать всё это время. Тем более если смотреть на темп других, то я развиваюсь намного быстрее, и это благодаря системе. Может к канону стану настолько сильным, что уже сам буду ключевой фигурой, которая решает судьбы народов.

Ладно, не стоит забегать вперёд. Сейчас главное убедить Адепта хотя бы поговорить с нами. А в лучшем случае чтобы она обучила нас. Я, конечно, не Люмин или Итер, которые словно губки могут впитывать силу других, и тем самым использовать её, но зато может что-то пойму для себя. Ну и главное – это безопасность. Под крылом Адепта большинство монстров уже будут не страшны.

А зная характер этого Адепта, то мне понадобиться некоторое время, чтобы убедить её. Она очень любопытная, и хоть пытается казаться строгой, но добрая и заботливая личность. Но всё же если будет упрямиться, то всё равно ничего страшного. Время камень точит. Особенно если каждый день у порога кто-то готовит что-нибудь вкусное. Не выдержит. Обязательно выйдет. Хотя бы поругаться.

— Ху Фуа, — привлек я внимание подруги. — Можно будет попросить Адепта встречи с Властителем Камня. Может мы смертные, но всё же ты имеешь право хотя бы поговорить с ним.

— Но…

— Может у него что-то случилось. Я верю в его силу, но всё же есть вероятность, что его могли сильно ранить, из-за чего он сейчас восстанавливает свои силы.

После моих слов Ху Фуа сильно задумалась. Она не стала отвечать, или комментировать их. Просто посмотрела на вершину горы, словно там за нами кто-то наблюдает, а после медленно кивнула.

Мы поднялись чуть выше по склону, преодолев два крутых, скрипучих деревянных моста. Будь я обычным человеком, ни за что не решился бы ступить на них. С виду они выглядят так, словно им не одно тысячелетие. Но всё же несмотря на это, мосты выдержали нас обоих, хотя каждый шаг отдавался хрустом под ногами. Так ещё когда подул резкий ветер, мост сильно качнуло, Ху Фуа от страха вцепилась в мою руку, и мы чуть не опрокинулись. Тот ещё выдался аттракцион.

Впереди, между валунов, начали просматриваться очертания каменной тропы, путь, выложенный вручную, ведущий прямо к вершине горы Аоцан.

Повсюду стояли статуи – странные, причудливые создания, похожие на животных. Все они вызывали ощущение, как будто наблюдали за каждым нашим шагом.

Однако я о них сразу позабыл, когда увидел чуть левее от тропы, почти у самой вершины, среди валунов знакомый артефакт, покрытый мхом и землей.

Точка телепортации!

В игре они служили для быстрого перемещения между регионами, своеобразные вехи, связывающие мир воедино. Но я был уверен, что это лишь элемент игровой механики, не имеющий отношения к реальности. Сколько я прошёл по Тейвату? Много. И только сейчас впервые встретил такой артефакт.

— Таких по всему Ли Юэ немного, кажется, восемь или около того, — сказала Ху Фуа, перехватив мой взгляд. — Никто толком не знает, для чего они. Они просто... стоят.

Я медленно подошёл ближе и протянул руку, чтобы прикоснуться к артефакту ладонью. Камень оказался тёплым, но не от солнца, а как будто тепло исходило изнутри. Впрочем, на этом всё. Увы, но ничего не произошло: ни вспышки света, ни характерного звука активации как в игре. Хотя я и не особенно надеялся. Поскольку несколько месяцев назад, в начале путешествия с Ху Фуа, мы наткнулись на статую Моракса. Я тогда попытался вызвать резонанс… и ничего. Похоже, это привилегия, доступная лишь близнецам, как и телепортация по Тейвату.

— Пойдём, — тихо сказал я, вернувшись на тропу.

Ху Фуа кивнула, и мы снова двинулись вперёд. Каменная дорога становилась всё круче, ветер усиливался, принося с собой запах сырости, пыли и чего-то… приятного. Напоминало аромат сирени, только менее приторный и ускользающий, как дешёвые духи с маркетплейса.

И вот мы наконец-то поднялись.

— Как красиво… — восхищённо выдохнула Ху Фуа.

— Да…

Вид, открывшийся нам, действительно захватывал дух.

Перед нами раскинулось большое озеро, в центре которого росло странное дерево, усыпанное жёлтыми цветами. Именно они источали тот самый приятный аромат. Звуки животных стихли, остались лишь шелест листьев да журчание воды. Чуть поодаль виднелась пещера – это должно быть и есть дом Адепта, окружённый энергетическим барьером, исписанным неизвестными письменами.

Я коснулся барьера, и он ожидаемо не поддался. Более того, чем сильнее я давил, тем плотнее он становился. В итоге пришлось сдаться. Вернее, прекратить бессмысленные попытки. Вряд ли сейчас у меня хватит сил его сломать. Да и если бы мог, то не стал бы. Проявлять неуважение к Адепту не хотелось.

Так что я просто разбил лагерь, пока Ху Фуа возилась с костром. Её сила поражает, особенно умение контролировать температуру пламени. Но вот с готовкой у неё беда… Каким-то чудом всё выходит несъедобным. Казалось бы, всё под контролем, а в итоге: то сырое, то горькое, то кислое. Даже простой салат с минимальным набором ингредиентов превращается в катастрофу. Ужас, одним словом. И ведь старается, пытается. Но всё безуспешно.

Собственно, из-за неё я и начал готовить чаще. Раньше, кроме самых простых блюд, за еду и не брался. Теперь же, как она стала недавно шутить, я её личный повар. Не то, чтобы мне это не нравилось, просто иногда бывает лень что-то готовить.

— Какой аромат, — улыбнулась Ху Фуа, заглянув в кастрюлю.

Я тоже улыбнулся и бросил взгляд в сторону пещеры.

Конечно, это не пища для Адептов… Но, думаю, хотя бы заинтересуется.

***

Первый день на горе прошёл спокойно. Мы поели, затем потренировались и разошлись по своим делам. Ху Фуа отрабатывала семейное искусство, а я сосредоточился на реализации собственных планов.

Второй день выдался тоже относительно спокойно. Я спустился с горы, чтобы убить двух Электро-слаймов и разогнать группу хиличурлов, которые с самого утра подняли шум.

Адепт так и не появился.

Третий день оказался ленивым. Мы просто отдыхали, читали книги и даже пропустили тренировку.

Четвертый день наконец-то принёс кое-что новое. Ближе к полудню я заметил тень большой птицы, но при этом самой птицы видно не было. А уже вечером увидел на вершине пещеры цаплю, которая внимательно наблюдала за нами. Это точно был Адепт. Цапля с необычным окрасом и забавным хохолком на голове.

К этому моменту у меня накопилось девяносто девять слизи. Оставалась всего одна. Я был напряжён весь день: так хотелось пройти пробуждение, что даже подумывал уйти на поиски. Но Электро-слаймы редки, и это меня остановило.

Пятый день прошёл… забавно. Ху Фуа тоже заметила цаплю и решила её покормить. И это вызвало сильное возмущение со стороны Адепта. В какой-то момент подумал, что цапля сейчас нападёт. Но нет, та просто вспорхнула и улетела.

— Ненормальная какая-то, — хмуро сказала подруга, и тут же на её голову упала сосновая шишка.

И вот настал шестой день.

Я смотрел на одного слайма, и пока не торопился убивать его. Нужно было унять дрожь. Сколько я ждал этого момента? Наверное, с тех пор, как оказался в этом мире. И не верилось, что он наконец настал.

Слайм повернулся ко мне. По его телу пробежали электрические дуги, и он бросился в атаку. Совсем кроха, но уже способный убить обычного человека, если попадёт заряженной атакой.

+27 Очков Опыта

Хватило одного взмаха мечом, чтобы разрезать монстра.

Его слизь как раз упала у моих ног, и я поспешно подобрал её.

«Пробуждение»

Звезда Истока: отсутствует пробуждение (+)

Необходимые предметы для пробуждения:

Очки Власти: 1/1

Источник Энергии Пробуждения: —

Я нажал на источник, и тут же застыл в изумлении. Передо мной открылся знакомый интерфейс инвентаря, но в них появились варианты, которых я никак не ожидал здесь увидеть.

Почему-то можно было использовать мору. Самая обычная мора. Причем на пробуждение требовалось всего сто тысяч моры. И стоило выбрать её, как интерфейс вспыхнул мягким оранжевым светом точно так же, как при Гео-слизи.

Скорее всего, дело в энергии. Как помню Моракс создавал эти монеты при помощи Гео Сердца Бога, а это, по сути, огромный источник Гео-энергии. Возможно, на монетах остался след, и поэтому можно её использовать. Удобно. Стоит на будущее запомнить.

Второй предмет был куда тревожнее – Осколок Хаоса. Для пробуждения требовался всего один, но при выборе весь экран окрашивался в темно-фиолетовый, почти чёрный оттенок, с едва заметными волнами искажённой энергии, словно треснувшее стекло.

Бездна…

Я сжал кулаки и покачал головой, пытаясь отогнать искушение нажать на подтверждение. Сила Бездны очень опасна. Но не в этом проблема. Я не знаю, что именно даёт пробуждение, как оно влияет на тело и сознание. Поэтому рисковать не хотелось. Особенно с такой опасной энергией, которая способна разрушить саму суть существ.

Если не ошибаюсь, то кто-то в игре говорил, что Бездна медленно, но верно пожирает душу, сводя с ума даже её верных последователей. Поэтому к черту такое счастье. Тем более обладать этой силой, значит стать врагом всего Тейвата.

Со вздохом, я выбрал Электро-слизь, а после нажал на подтверждение.

Прошло несколько секунд. Ничего не происходило.

Затем… началось.

Жар хлынул по телу, будто внутри меня вспыхнуло пламя, и по коже побежали острые покалывания, будто тысячи крошечных игл пытались пробиться наружу.

— Больно… — вырвалось у меня сквозь стиснутые зубы.

Колени подогнулись, и я опёрся на скалу. В ушах загудело, будто молния прошла по нервам, а после свалился на землю.

Я лежал так пару минут, смотря на ясное небо, пока внезапно не заметил фиолетовое сияние. Оно шло прямо из груди. И вскоре там образовалась печать Эи, которая быстро покрывалась трещинами, а после…

*Бах*

Звезда Истока: Электро (+)

Доступно новое «Пробуждение»: Звезда Разума

Стихийный Элемент: Электро (Разблокирован)

Глава 38

Я чувствую силу… Нет, не так. Я переполнен ею!

Воздух, земля, небо – всё вокруг кажется живым, насыщенным. Каждая частица моего тела ощущает, как по пространству струится элементальная энергия. Я даже чувствую, как из растений исходит необычайное сияние, а в самой земле дрожит мощь Гео-стихии.

А ещё Электро Кристалл неподалеку от меня ощущается таким… странным? Прям хочется взять и поглотить его. Словно это какой-то леденец. Прикосновение к нему больше не вызывает боль, только приятное тепло.

Но самое главное – я ощущаю силу внутри себя. Она схожа с энергией из Электро Кристалла. Даже её пульсация ощущается. И теперь точно могу сказать, что та фиолетовая жидкость внутри меня является смесью Электро-стихии и чего-то ещё. Возможно, алхимии. Поскольку в этом мире её используют довольно часто. И как помню из лора, Эи свои куклы делала как раз таки при помощи алхимии.

Я взглянул на валун, куда только что опустилась птица. Местные её обожают. И по вкусу она напоминает курицу, только мясо сочнее и тверже. Как раз сойдёт на ужин.

Словно откликнувшись на мой зов, энергия внутри меня пришла в движение – вихрь, поднимающийся из самой глубины. Оттуда, где у нормального человека должно располагаться сердце, теперь у меня там бушует ураган Электро-энергии.

Миг – по коже пробежали фиолетовые разряды. Воздух вокруг начал искажаться, как в самый жаркий день.

На кончиках пальцев заплясали искры, свивая в воздухе неясные узоры. Сила отлично слушалась. Она походила на конечность, которую я могу без всяких мыслей двигать, или на дыхание. Мне даже напрягаться не нужно, как энергия сама отзывалась.

Птица, будто почувствовав опасность, взметнулась в воздух. Но было уже поздно. Тело среагировало прежде, чем я успел подумать. В одно движение я выхватил меч, и взмахнул. Тут же из лезвия вырвалась фиолетовая дуга, вспыхнув в воздухе. Она рассекла птицу пополам прежде, чем та успела набрать высоту.

Вот только после этой атаки в груди появилась тревожная пустота. К тому же, присутствовало ощущение, словно в теле не хватает крови: пальцы слегка онемели, а по коже пробежал холодок. И всё дело в том, что я истратил слишком много энергии для такой пустяковой атаки.

Всё пришло в норму буквально через секунду. И то мне кажется, что это из-за Электро Кристалла. Поскольку я ощущаю, как его энергия исчезает в моём теле.

Я вздохнул.

Если честно, впечатление уже безнадёжно испорчено. Какой-то жалкий взмах мечом вызывает такое неприятное ощущение, а атака при этом не столь сильная.

Сколько я смогу её применить? Три раз? А что дальше, буду походить на труп? Такая себе перспектива.

Профиль:

Имя: Алексей

Раса: Божественная Кукла

Уровень: 21 (12.768/16.800)

Стихийный Элемент: Электро

Характеристики:

Сила: 66

Ловкость: 213

Выносливость: 875

Магическая Сила: 248

Очки Свойств: 0

Очки Власти: 1

Моя магическая сила возросла на пятьдесят единиц. Возможно, это связано с пробуждением. Но всё же не так сильно. По сути, пять уровней. Хотя, с другой стороны, это приятный бонус к разблокировке моих сил. Но если даже так моя сила настолько мала, то я даже боюсь представить, что было бы при старых показаниях.

Практически двести пятьдесят очков. Даже больше чем ловкость, которую я прокачивал чуть ли не с первого уровня.

Я не знаю, какое значение считается средним для этого показателя. С физическими параметрами всё более или менее понятно, а вот здесь – полная неизвестность. Хотя если рассуждать логически, кукла Эи должна обладать магической силой, значительно превосходящей человеческую. Именно что должна, но что-то я сомневаюсь. Впрочем, люди используют внешнюю силу, при помощи Глаза Бога, а элементали, боги и, как теперь точно знаю, куклы, внутреннюю*. Поэтому может не столь корректно сравнивать меня с людьми

Тем более моя физическая сила никак не изменилась. Если владельцы Глаз Бога при его использование становятся сильнее, то я не ощущаю никакого прилива. Вот вообще никак, а всё что могу это пускать электричество с пальцев как жалкая пародия на Сидиуса, и ударять дугообразной атакой.

С другой стороны, опять-таки кукла самой Эи… У меня в голове не укладывается, как так получается, что моя магическая энергия быстро истощается от одной слабой атаки. Нет, я не надеялся, что моя магическая сила дотягивает до уровня Эи или других Архонтов. Но хотя бы ожидал процента от её силы. Ведь, если верить лору, Эи могла разрубить гигантский остров одним взмахом меча, а мой взмах лишь птицу…

Жалкая попытка сравнить себя с богом.

Неудивительно, что Скарамучча не демонстрировал свои Электро силы. Он то в отличие от меня не проходил пробуждение, а значит должен быть чуть слабее. С другой стороны, он шестой предвестник, а значит куда сильнее практически половины Фатуи. Может из-за Доктора?

Впрочем, у меня хотя бы есть система, благодаря которой я смогу становиться сильнее. Главное просто жить без сожалений и печали, а там как будет. Мне же не с богами сражаться, чтобы так сильно жаждать силы, правда ведь?

А вообще, раньше я считал, что «Пробуждение» – это некий аналог «Созвездий». Даже визуально есть схожесть: силуэт на фоне, звезды, которые соединяются линиями. Но после активации и появления возможности прокачивать стихию дальше... я уже сомневаюсь. Это больше похоже на то, как сама сила проникает в тело, меняет структуру, настраивает меня изнутри. Хотя, может, это и правда «Созвездие», но подогнанное под мою реальность. Ведь в игре всё было ограниченно игровой механикой и балансом, чтобы персонаж не выбивался на фоне других и не получал преимущество. Поэтому куклы, Архонты и Адепты мерзнут, задыхаются и тонут…

Я посмотрел на свой профиль и задумался.

Теперь, когда цель достигнута, пришло время решить, что делать дальше. У меня осталось одно Очко Власти, полученное ещё два месяца назад. На своём пути мы уничтожили немало монстров, и это позволило мне поднять несколько уровней. И вот теперь, смотря на Очко Власти, я не знаю, как правильно поступить.

Пробуждение позволяет вложить Очко Власти в Звезду Разума – в новую область, появившуюся на голове силуэта. По сути, механика та же, что и у Звезды Истины. Я даже могу снова выбрать Электро-стихию. Но... опять собирать эти несчастные Электро-слизи? Серьёзно? Это настоящий кошмар.

Я столько месяцев, практически год, собирал эту слизь! И понятно, что в Инадзуме это заняло бы в разы меньше времени, особенно если целесообразно фармить. Но туда возвращаться опасно. Особенно теперь, когда я воочию увидел силу Архонта. Как знаю, вроде Эи куда опаснее в плане одиночных целей, чем Моракс, который специализируется на массовых атак. Ну, это если я правильно помню лор.

Так что к черту Инадзуму.

Ну, ладно, допустим, я снова выберу Электро-стихию. Логично, что это усилит уже имеющиеся способности. Но есть нюанс: в Звезде Истины, рядом со способностью, появился небольшой значок – плюсик в скобках. Если на него нажать, открывается дополнительная ветка прокачки, но уже без использования Очков Власти. Там для дальнейшего уровня требуется пятьсот единиц Электро-слизи – это в пять раз больше, чем раньше. И использовать можно только предметы с Электро-атрибутами.

С одной стороны, это даёт возможность прокачиваться даже без Очков Власти – удобно. Но с другой... Всегда есть потолок. Допустим, я полностью прокачаю Звезду Истины и получу прирост силы на сто процентов. Но если начну качать вторую звезду, это уже двести процентов. В два раз больше.

А вот второй вариант – вложиться в другую стихию. Есть шанс получить ещё один элемент. Ведь стихии могут резонировать друг с другом. Кто знает, какие эффекты можно получить, если они начнут взаимодействовать? Это в игре ограниченно механикой, но в реальности можно столько всего учудить, что прям сейчас хочется пройти ещё одно «Пробуждение».

И я бы действительно нажал, прям сейчас. Конечно, у меня слизи других видов чуть не хватает, но есть мора, которой можно заменить её, и тем самым получить Гео-стихию. Но почему-то ощущение такое, что если не подумаю серьезно, не взвешу все плюсы и минусы, то в будущем буду жалеть об этом. Ведь да, круто, когда много стихий. В Геншине таким разве что могли похвастаться исключительно сильные существа, если не считать того парня с двумя элементами. К сожалению, забыл его имя. Но вот проблема в том, что, прокачивая всё, я теряю шанс обрести могущество, полностью сконцентрировавшись на одной стихии.

Как там говорят: «я не боюсь человека, который знает много техник, а боюсь того, кто тренировал одну тысячу раз»? Именно такая вот проблема. Особенно после того, как я узнал про сильное потребление энергии.

Допустим, у меня появиться новый элемент. Но он же будет в разы слабее, чем мой родной Электро-элемент. Поскольку я буквально состою из Электро-энергии, и при этом такие вот проблемы с ней. Так что, кроме каких-нибудь бытовых мелочей, боюсь, другой элемент без серьёзной прокачки окажется попросту бесполезным.

С другой стороны, в Геншине атаки можно усилить второй стихией. И как бы логично, если второй элемент будет для поддержки. Тогда и прокачивать его не нужно будет…

Я вздохнул и убрал профиль, пока не совершил ошибку. Об этом действительно стоит подумать, но явно не сейчас. Поскольку все мои мысли кружат вокруг ста тысяч мор, которую так и хочется потратить. Как знаю по игре, Гео-стихия не работает с другими элементами. А по логике она с Электро вообще плохо взаимодействует.

Лучше пока разобраться со своей силой, так сказать, прочувствовать. Тем более рядом со мной Ху Фуа, а значит можно будет посмотреть, как взаимодействуют две стихии. Скрывать от неё свою силу… будет проблематично. Поэтому не вижу смысла. Но что-то ей нужно будет сказать, ведь Глаза Бога у меня нет. А пока не придумаю, то промолчу.

Я, конечно, могу рассказать кто я на самом деле, точнее Скарамучча. Поскольку такое ощущение, что каждый сильный знает обо мне больше, чем я. А обычные люди мне ничего и не сделают. Тем более в Ли Юэ, где полно всякого непонятного. Но всё же как-то… Такое не говорят просто с ничего.

На ужине прощупаю почву, а после подумаю над этим.

Я вернулся к Ху Фуа.

***

Большая белая цапля с небесно-голубыми крыльями пристально смотрела глазами на странное существо, не зная, что и думать. Она знала, что к ней придут. Это было очевидно, когда ветер принёс голоса задолго до их появления на пороге её дома. Обычно она бы прогнала незваных гостей, устроив шквальный ветер, но заинтересовалась. Как-никак среди них ученица Властителя Камня, и странное необычное существо.

Однако просто показаться она не могла. Поэтому с интересом наблюдала, что они будут делать. Но вместо криков, просьб или других вещей, которые делают люди в попытки завладеть вниманием Адептов, гости просто разбили лагерь, и, казалось, вообще не думают о ней. И это… немного озадачило её. Такое для неё было новым. Отчего она даже чувствовала раздражение. Но потом сменила злость на милость, видя их беззаботные дни. Словно дети, которые просто наслаждаются жизнью.

Сегодня она даже планировала явиться к ним. И это не из-за вкусного запаха, который наполняет округу, когда мальчишка начинает готовить. Точно нет… Она уверенна в этом. Но планы изменились.

Странное существо спустилось с горы. Он часто это делал, ради убийства монстров. Поэтому она предполагала, что это просто незначительная тренировка. Но сегодня произошло удивительное: от мальчишки повеяло Электро-энергией, настолько плотной, что могло принадлежать лишь элементалям. Конечно, её было не так много, по количеству как у Слайма среднего размера, но всё же… И это заинтересовало её.

Она ожидала всё что угодно. Даже Глаз Бога. Но нет. Энергия шла от самого существа, словно оно проглотило Слайма, и сейчас тот у него в желудке. Или же элементаль внутри физической оболочки.

Определенно, мальчишка был загадкой, и ей стоит подумать. Опасно оставлять его без присмотра. Это существо явно ещё ребёнок, который только познаёт этот мир. И этим могут воспользоваться те, кому наплевать на моральные качества. Она определённо не позволит этому случиться.

Цапля перелетела на валун, на котором пару минут назад был убит радужный фазан. Затем она легко ударила по нему лапой, и половина камня сдвинулась, обнажая идеально ровный срез. Словно огромный валун разрезали очень острым клинком.

Глава 39

Ужин удался на славу. Я, конечно, не повар, но у меня начало неплохо получаться. Хотя, если быть честным, до нормальных, по-настоящему вкусных блюд мне ещё далеко. Всё, что умею сейчас, – результат проб и ошибок.

Кухня этого мира... пресноватая. Не сказать, что невкусно – местные умеют готовить, особенно мясо. Но всё здесь как у бабушки: щепотка соли, немного перца, пара трав, горсть приправ и прямиком в печь. Есть можно, но рука всё равно тянется к соусам.

Проблема в том, что приправы и соль – дорогое удовольствие. В принципе они доступные, любой может купить, но всё же цена заставляет экономить. Не каждый может себе позволить щедро сыпать специи в кастрюлю. Скорее такое воспримут как транжирство и покрутят пальцем у виска. Тем более вкусы здесь другие. Для меня ложка соли в супе может показаться мало, а для них это уже будет соленая ерунда, которую даже есть невозможно. Я бы сказал, что тут вкусы ещё не испорчены. У большинства местных рецепторы «чистые». Их вкусовые ожидания не деградировали, как у нас в современном мире, где всё пересолено и перенасыщено. В былые времена даже кусочек шоколада вызывал жар, возбуждение, почти эйфорию. А некоторые специи и вовсе могли вызвать привыкание, после которых обычная еда казалась невкусной. Но в итоге всё это стало обыденным. Ни вау-эффекта, ни восторга. Просто обычная еда.

И вроде бы тело у меня новое, вкусовые рецепторы нежные, как у ребёнка. Я должен бы радоваться простоте и естественности местной кухни. И поначалу так было. Даже простое пожаренное мясо с солью казалось мне таким невероятным деликатесом. Но после нескольких месяцев стал замечать, что еда становится какой-то пресноватой.

Причем я всё ещё помню вкус прежней еды. Иногда он всплывает внезапно – на языке появляется тот самый божественных вкус говяжьей тушенки, чипсов с крабом, бургеров и ещё много других. Именно их мне и не хватает. И, возможно, из-за этих знаний моё тело перестраивается, из-за чего местная еда больше не вызывает у меня радости.

Поэтому я и пытаюсь экспериментировать. Создать что-то, что вернёт хотя бы часть той полноты ощущений. Может, именно из-за этого Ху Фуа так полюбила мою готовку. Для неё – это нечто иное, непривычное. Она даже в шутку называет её «божественной».

— Хм, а это что? — озадаченный голос подруги прервал мои размышления.

Я обернулся и нахмурился.

В руках Ху Фуа был потрёпанный клочок бумаги. Судя по её выражению лица, там что-то странное.

— Где ты это нашла? — спросил я, подходя ближе.

— Он лежал на моей сумке, — она подняла глаза. — Это твой почерк?

Я взял лист и быстро пробежался по строчкам:

«Среди камней я родился,

Но сам мягче ветра в горах.

Нет плоти – но мной кормят,

Нет сердца – но живу.

Грею я в час труда,

И остужаю в покое дня.

Что я?»

— Это загадка? — пробормотал я, хмурясь. — Нет. Это не я писал.

— Тогда кто?

Я невольно посмотрел в сторону входа в обитель Адепта. Ху Фуа проследила за моим взглядом, и всё поняла без слов. Ну а кто ещё мог оставить записку, если не Адепт?

Маловероятно, что кто-то тайком пробрался сюда, пока мы ужинали, просто ради шутки. Во-первых, мы на горе. Добраться сюда без подготовки – уже подвиг, не говоря о том, чтобы остаться незамеченным. Во-вторых, вокруг открытая местность: никакой человек без особых способностей не смог бы подобраться так близко и остаться незамеченным. Особенно теперь, когда мои чувства обострились после пробуждения силы. Так что я бы точно заметил чужое присутствие. Ну и в-третьих, сумка всё время лежала на виду. Только существо уровня Адепта могло провернуть такое.

Но вот зачем?

Возможно, она решила нас испытать. Проверить, чего мы стоим. Ведь не выгнала с горы, а значит заинтересована в нас. Причем загадка появилась именно в тот день, когда я пробудил силу, а это не может быть совпадением. Она наверняка почувствовала перемену во мне. Не могла не почувствовать.

Впрочем, её мотивы пока не столь важны. Раз она решила нас так проверить, то нужно разгадать загадку.

— Есть идеи, о чём речь? — спросил я, вновь вчитываясь в текст.

Ху Фуа помотала головой.

— Нет, а у тебя?

— «Среди камней я родился, но сам мягче ветра в горах…», — повторил я вслух первые строки. — Что может появиться в скале и быть мягким?

Я задумчиво огляделся. Хорошо, что мы как раз находились в горах – вокруг было всё, что могло навести на мысль. Поэтому буквально через пару секунд мой взгляд упал на необычный цветок, пробившийся прямо из трещины в скале.

Это очень ядовитый цветок – Тигровый Журавль. С какой-то стороны не смертельный, но может убить если ничего не делать. Вызывает сильную диарею, причем от дозы зависит продолжительность действия яда. Но при правильной обработке говорят выходит вкусный чай. По крайней мере, так пишут в путеводителе Искателя Приключений.

— Цветок? — продолжил я через небольшую паузу. — Некоторые горные растения используют в еде, ими лечат, в них бывает много энергии. Также они растут среди камней, но достаточно мягкие, а также являются живыми организмами.

— Звучит логично, но не слишком ли это просто? — Ху Фуа с сомнением взглянула на меня. — Ответ буквально у нас перед глазами.

— Может, именно поэтому, — сказал я вздохнув. — Иногда, чтобы что-то спрятать, достаточно положить это на самое видное место. Подсознание просто отбрасывает очевидное.

— Тогда вот эти строки: «Грею я в час труда, и остужаю в покое дня», тоже подходят, — задумчиво пробормотала Ху Фуа, вглядываясь в текст. — Из некоторых цветов заваривают чай, который согревает тело и придаёт сил. Но в то же время его пьют, чтобы охладиться в жару.

— Чай пьют всегда и без какого-то повода, — усмехнулся я, фыркнув, а после задумался и посмотрел на котелок. — К слову, нужно заварить чай…

Она бросила на меня косой взгляд, но уголки губ дрогнули в улыбке.

Внезапно клочок бумаги вспыхнул голубым пламенем и сгорел в одно мгновение. Я не почувствовал ни тепла, ни боли, словно пламя было лишь иллюзией. А затем заметил возле моих ног другую записку. Там тоже была загадка, но уже другая:

«Я не жив, но во мне есть дыхание.

Я двигаюсь, но не имею ног.

Я невидим, но слышен.

Я везде, где ты есть…

Что я?»

— Ветер что ли? Какая-то чересчур легкая загадка.

Едва я успел договорить, как и этот клочок бумаги вспыхнул в пламени. Затем где-то в небе раздалось злое, недовольное бурчание, словно рассерженный медведь фыркнул. Но там, наверху, никого не было.

— Похоже, новая загадка, — сказала Ху Фуа с лёгкой улыбкой, заметив письмо рядом с котелком. Она ловко подняла его, но, увидев содержимое, нахмурилась. — Эм…

— Что там?

— «Я – пленник без цепей,

Я – беглец, что никогда не уходит.

Во мне спрятано старое солнце,

Но я сам – дитя тьмы.

Я не жив, но дышу.

Я не мёртв, но гнию.

Меня боятся, но ищут.

Что я?»

Прочитав загадку, она посмотрела на меня таким взглядом, словно это я накаркал. Впрочем, неудивительно. У меня ни малейшего понятия, что это может быть. Видимо, цапля обиделась и решила задать загадку посложнее.

Мы некоторое время просто молчали. Ху Фуа всё ещё держала письмо, но теперь смотрела в пустоту, явно размышляя над ответом. Я тоже пытался разгадать загадку, но всё казалось бессмысленным. Каждая новая строка разрушала теорию.

— Пленник без цепей... — пробормотал я. — Беглец, что никогда не уходит… Какая-то ерунда.

— Или игра слов, — Ху Фуа опустилась на корточки, глядя в огонь. — «Во мне спрятано старое солнце, но я сам – дитя тьмы», что это значит? Что-то древнее, как солнце, или горячее… Может быть, уголь? Но его не боятся, и он вроде не гниёт.

— Может Бездна? — хмыкнул я, но ответ действительно подходил.

Однако загадка не сгорела, а значит, ответ был неверным.

Мы просидели над ней до самой ночи, ломая головы над каждой строчкой, но без толку. Все наши попытки не увенчались успехом. Более того, мы даже не продвинулись ни на шаг. Казалось, Адепт нарочно загадала нечто настолько хитроумное, что разгадать это было попросту невозможно.

Явно мстит за мои слова, не иначе…

На следующий день мы проснулись с первыми лучами солнца. Оба недовольно буркнули что-то себе под нос и разошлись по своим делам, даже не взглянув на злополучную загадку. Хотя попытки всё же разгадать были. По крайней мере, с моей стороны. Я, параллельно занимаясь своими делами, размышлял над ответом.

Не знаю, чего именно хотела от нас цапля, но к вечеру, когда небо уже клонилось к закату, она появилась перед нами. Просто спустилась с неба, как какой-то бессмертный или ангел под огненным светом зари.

— Ах, да это же та самая цапля! — воскликнула Ху Фуа, всё ещё не признавая в ней Адепта. — Негодяйка! Неужели передумала и решила поесть?

Я чуть не подавился смехом, услышав это, а вот Адепт...

Она фыркнула. Да-да, фыркнула, по-настоящему, по-птичьи. Затем величественно расправила крылья, стряхнула с себя что-то невидимое, и шагнула ближе. Медленно, с достоинством.

— Почтенный Адепт, — сказал я и склонился в поклоне, как того требовал местный этикет. Не хотелось разозлить существо из-за своего неуважение.

Вообще, в Ли Юэ, если неправильно поприветствовать человека, или, хуже того, вовсе проигнорировать, то это считается страшным оскорблением, почти как плевок в лицо. Поэтому в первый месяц своего пребывания я усердно обучался местным нормам у хозяйки заведения, где остановился. Лучше сразу впитать нужные манеры, чем нажить себе кучу проблем из-за какого-то, казалось бы, пустяка.

И хоть в столице всё относительно нормально, поскольку это портовый город, но вот за пределами города эти знания пригодились.

Хотя всё же до сих пор непривычно. Для местных такое приветствие в порядке вещей, а у меня каждый раз остаётся неприятный осадок. Словно раб склоняется перед господином. Ничего обидного в этом на самом деле нет, но сказывается европейский менталитет.

К слову, в Тейвате рабы есть. Возможно, на момент канона их не будет. Но пока их используют всюду. Хотя это не совсем то рабство, какое я привык себе представлять. Здесь всё немного мягче. Хотя бы потому, что из рабства можно выйти. По сути, это форма долговой работы: человек остаётся в рабском положении, пока не отработает ту сумму, за которую его выкупили.

Чаще всего в рабы попадают должники. Но нередко случается и так, что бедные семьи сами продают своих детей. Звучит дико, но по местным меркам это даже считается разумным решением. В обществе Ли Юэ преобладает мнение: успеха добивается тот, кто много и усердно работает. Так что, отдав ребёнка в дом богатого человека, особенно если тот имеет хорошую репутацию и крепкую семью, бедняки, как говорится, убивают двух зайцев. Они получают деньги, а у ребёнка появляется шанс вырасти в стабильной среде. Тем более у таких детей есть возможность стать слугой этой семьи.

А слуга в Ли Юэ – это не прислуга в классическом понимании. Это вполне уважаемая должность. Во-первых, слуги получают высокую зарплату. Действительно высокую, поскольку по закону есть определенные условия. Если их не выполнять, то к такой семье явятся Цисин – организация, которая руководит Ли Юэ.

Во-вторых, слуги не трудятся на изнурительных работах вроде сельского хозяйства. К тому же у богатых семей слуг много, поэтому обязанности делятся и не слишком обременительны. У них есть выходные. Поэтому это полноценная работа: слуга даже может уволиться, пусть такое и случается редко. Бывает, слуги становятся потомственными – формируя целые кланы, веками служащие одной семье.

Впрочем, как бы красиво это ни звучало, но рабство остаётся рабством. Там всё зависит от хозяина. Не каждый окажется добрым и справедливым. Угодить к садисту – плёвое дело. По закону, кстати, рабам нельзя причинять вред. Да, такой закон действительно существует. Поскольку раб – это не собственность, а человек. Но кто узнает, что происходит за закрытыми дверями усадеб? Никто. Особенно если родовые земли за пределами городов.

И всё же есть сословие похуже рабство. Их называют «Цзянь-ну». По сути, государственные рабы. Их участь поистине жестока. Они – бывшие преступники, клеймённые и лишённые прав. Их не считают людьми. С ними можно делать почти всё что угодно, кроме убийства. Это одна из крайних форм наказания. Но, чтобы по-настоящему осознать весь масштаб ужаса, то нужно знать: таких людей иногда отдают в семьи своих жертв. Объясняется это тем, что, утратив члена семьи, им теперь тяжело. Поэтому Цзянь-ну должен помогать… На деле, естественно, разъярённые семьи просто пытают их. Причем так, что кровь стынет в жилах.

А такие «пытки», так сказать, не запрещены. Формально – это ведь не люди, а «имущество». Пытать вещи нельзя, это попросту не имеет смысла. Поэтому официально это не пытки, а... скажем так, особое обращение с собственностью. Хозяева относятся к своим «вещам» так, как считают нужным. Если кто-то сломает ножку у стула – это же не преступление? Разумеется, нет. Так и с Цзянь-ну.

Что касается властей, то они, как по мне, только рады. Такие публичные пытки действуют на остальной сброд весьма эффективно. Система наглядно показывает: оступился, и ты уже ни гражданин, ни человек, а вещь. И с тобой можно делать всё, кроме убийства. Порой смерть куда милосерднее участи Цзянь-ну.

Это Ли Юэ, детка!

При этом Цзянь-ну ничего не сможет сделать. Это магический мир. Тут есть свои аналоги рабского ошейника, как обычно, бывает в разных фэнтези рассказах.

К слову, иронично, но грабители, которые наполнили Ли Юэ, зачастую не несут серьёзного наказания. По местным законам, если не было убийства или кражи чего-то по-настоящему ценного, то это всего лишь мелкое хулиганство. За это максимум: штраф или публичная порка розгами. А всё потому, что мора – это неудобная волюта. Физически тяжело носить много денег. Поэтому грабители с людей получают мелочь, и так обходят закон.

А вот бандиты другое дело. Им лучше не попадаться на глаза стражи или Искателей Приключений. Они все в розыске. И, скорее всего, их превратят в Цзянь-ну, или подвергнут пыткам, а после казнят.

Короче тут свои законы, не будешь их исполнять, окажешься в жопе.

А тем временем, после моего приветствия, наступила тишина. Ху Фуа хлопала ресницами, уставившись на меня непонимающим взглядом, словно я вдруг заговорил на незнакомом языке. И когда я наконец-то обратил на неё внимание, она медленно… чрезвычайно медленно повернула голову к Адепту. И в тот же миг её лицо побледнело, словно кто-то макнул её в чан с гипсовым порошком.

Мгновенно она склонилась в поклоне. Причём глубже, чем того требовал даже самый строгий этикет. Лоб почти коснулся земли.

— Прошу прощения! — произнесла подруга. — Я... я не признала вас!

Цапля молча уставилась на неё сверху вниз, медленно наклонив голову на бок, будто размышляя, стоит ли устроить показательное наказание. Тишина повисла в воздухе, что усиливало страх Ху Фуа.

— Поднимись, дитя, — наконец сказала Адепт. Голос её был тихим, но в то же время мелодичным. — Ошибки совершают многие, но лишь немногие умеют делать из них выводы. Надеюсь, ты запомнишь этот день и не совершишь больше такой ошибки.

Ху Фуа дрогнула, но послушно выпрямилась, не осмеливаясь поднять глаза. Словно щенок, который набедокурил, что правда недалеко от истины.

— Это ведь вы дали нам эти загадки, — осторожно напомнил я, чтобы перевести тему. — Но мы, боюсь, не смогли разгадать последнюю.

— Да, — пробурчала Ху Фуа, всё ещё не поднимая взора. — Она оказалась… слегка сложной.

Я косо посмотрел на неё, но ничего не сказал. Слегка… Угу, действительно слегка. Вон как расширялся взгляд Адепта. Сейчас не хватало ещё, чтобы нам дали очень сложное испытание.

— Я не тороплю вас с ответом. Можете дать его позже, когда будете готовы.

— Тогда зачем вы пришли к нам? — спросил я, нахмурившись и внимательно глядя на Адепта.

Честно говоря, язык чесался предложить ей миску с едой. Но я вовремя прикусил язык. Провоцировать такое существо – всё равно что быть на пляже под зонтиком в грозу.

— Ха! Разве это я пришла к вам? — с насмешкой отозвалась Вестница Небес. — Это мой дом, а вы мои гости. Впрочем, у меня действительно есть к вам дело. Не желаете стать моими учениками? — спросила она неожиданно мягко. — В вас есть потенциал. Однако всё не так просто: чтобы заслужить моё наставничество, вам придётся пройти испытание.

Мы с Ху Фуа переглянулись. В её взгляде я увидел непонимание, которое быстро сменилось на интерес. Всё же быть учениками Адепта – это такая возможность. Словно выиграть в лотерею.

Так что мы одновременно кивнули, вызвав довольный хмык птицы.

Глава 40

Испытание Адепта оказалось своеобразным, нужно выполнить три задания. И первое из них: победить Геовишапа.

Но кто такие Геовишапы?

Это драконоподобные существа, которые со временем могут превратиться в настоящих драконов, если впитают достаточно энергии. Считается, что сами по себе они живут недолго, около сорока лет. По крайней мере, так говорится в путеводителе Искателя Приключений. Однако, поглощая различные виды энергии, они продлевают своё существование, хотя звучит это немного парадоксально. Поэтому от их возраста зависит и сила.

По сути, у Геовишапов ярко выраженная эволюция, более чёткая, чем у большинства других существ. Именно это, возможно, и даёт им потенциал однажды превратиться в драконов. С чем это связано – я не знаю. Вероятно, дело в их рационе или в особенностях их тела, особенно в прочной внешней оболочке.

Если говорить о питании, то в книге упоминается, что Геовишапы предпочитают поедать таинственные кости, обладающие невероятной прочностью. Более того, эти кости можно использовать как приманку – стоит их положить в определённом месте, и Геовишап обязательно появится. По крайней мере, так пишут в книге. А вот что это за кости – неизвестно, но, судя по всему, они принадлежат каким-то могущественным существам. Не удивлюсь, если речь идёт даже о костях других драконов. Это могло бы объяснить их силу.

Второй вариант, кажется, банальным, но в то же время довольно логичным, нежели просто: «они вишапы, а значит связаны с драконами», что понятно, однако всему должно быть логическое объяснение. И этот вариант заключается в их оболочке. В отличие от существ вроде Слаймов, у которых оболочка под действием энергии скорее растягивается, у Геовишапов внешняя броня чрезвычайно прочная и устойчивая. Она, скорее всего, выдерживает большие энергетические потоки. Возможно, именно благодаря этой жёсткости энергия внутри начинает кристаллизоваться, что превращает их в драконов.

И другие вишапы также обладают прочным телом. Впрочем, они тоже обожают таинственные кости. Хотя эти два варианта не мешают друг другу, а значит возможны оба варианта.

Разумеется, всё это лишь мои догадки и теории, которые я составил по, к сожалению, не столь достоверным источникам.

А вообще в легендах Ли Юэ говорится, что с годами их сердца кристаллизируются, и в итоге они становятся теми самыми драконами, что могут сотрясать землю каждым своим шагом.

Грубо говоря, в них рождается Драконье Ядро, известное также как Жемчужина Дракона. Если человек завладеет этим ядром, то сможет обрести власть над небом и бессмертие.

Но попробуй-ка сначала добыть его… хех…

Драконы – существа крайне опасные. И далеко не каждый Геовишап способен достичь этой стадии. Вот, к примеру, Древний Геовишап – босс в Геншине, который когда-то порядком меня утомил, когда я прокачивал Ху Тао. Он живёт уже долго, возможно, столетия, но, если мне не изменяет память, у него только-только начиналось формирование этого самого ядра. А если вспомнить китайские мифы, где змее нужно тысячи лет, чтобы стать Небесным Драконом, то, возможно, и Геовишапам требуется столько же. Потому-то в игре мы и не видим полноценных Гео-драконов… кроме Аждахи, разумеется. Но он особый случай. Ведь Аждаха древнее элементальное существо, которому была дарована форма. У него вряд ли есть эта самая Жемчужина. И даже если есть, то я бы не рискнул лезть к тому, кто сильнее самого Моракса.

Хотя, признаюсь честно, я бы не отказался от такой силы. С ней мне было бы куда легче справляться с грядущими трудностями. Тем более у меня как раз есть место… для такого вот «сердца». Правда, размер ядра остаётся загадкой, но если судить по габаритам самого Геовишапа, оно должно быть просто огромным.

Ну да ладно. Сейчас не об этом стоит переживать.

Элементальные навыки против этих существ малоэффективны. Геовишапы чрезвычайно чувствительны к энергиям, из-за чего они не просто выдерживают удары, но и способны поглощать часть элементальной силы, и более того возвращать эту энергию назад, тем самым используя несколько стихий. Вдобавок, их тела покрыты прочной бронёй, делающей их особенно стойкими против физических атак.

И в обычной ситуации я бы не рискнул нападать на них. Ещё свежи в памяти события с Древним Королём, который как раз таки выбрал своим сосудом Геовишапа. И, наверное, только с пятидесятого уровня решился бы напасть на этих существ. Но сейчас со мной Ху Фуа, в которой я полностью уверен. Ко всему прочему за нами следит Адепт, а она не даст нам умереть. Иначе это будет тот ещё эпик фейл. Ну и не маловажный факт – мои силы пробудились.

Хоть я пока ничего такого не практиковал, но их наличие так или иначе вселяет уверенности.

К слову, насчёт Древнего Короля. Он ведь явно был драконом. Ведь принял драконью форму, так ещё и вселялся в Геовишапов. Но это не Аждаха. Поскольку тот сейчас запечатан, и вроде даже спит. Тем более его в игре не называли Древним Королем, который правил до Моракса. Таких существ, по сути, не было в каноне. По крайней мере, на не полном прохождение Сумеру. Но всё же Древний Король мог быть очень и очень древним Геовишапом, который как раз таки и стал драконом, но впоследствии пал от рук богов или даже Моракса. А так как элементали, к которым относятся и драконы, не могут умереть до конца, так или иначе вернуться в этот мир, то всё сходиться.

Правда, я до сих пор не понимаю зачем ему нужно было выдавать себя. Поскольку за несколько месяцев этот монстр развился до уровня Архонтов. Или же это был его пик сил, и он просто восстановился до своей изначальной формы? Я не знаю.

Главное, что Древний Король погиб, и ему потребуется много времени на восстановление своих сил. А может его и вовсе запечатали, как стало с Аждахой. Это уже сейчас не столь важно. Хотя я вот обещал себе посетить храм Бога Песков. Но за мной увязалась Ху Фуа, и как-то эта идея ушла на второй план, если не на третий.

Впрочем, времени у меня много, а руины сами по себе не исчезнут. Тем более вход нужно расчистить, а это очень неприятная работа, к которой, честно говоря, нет желания прикасаться. Вот позже, когда наконец-то дойдут руки, то с радостью направлюсь в эти руины. Скорее всего, после посещения Мондштадта. Ведь скоро день Рождение Ху Фуа, а я ей пообещал, что справим этот праздник именно в Мондштате, где у неё дедушка и бабушка.

И вот так размышляя я искал Геовишапа, а найти оказалось труднее, чем мог себе представить.

Когда мы нашли Геовишапа, то он оказался не один, а с детёнышами. И дело даже не в гуманности. Особенно когда видишь, как, играясь, один из них разбивает огромный валун, словно тот сделан из глины. Эти малыши уже представляют серьёзную силу. Они не уступают Митачурлам, с которыми мы с Ху Фуа сталкивались не раз. И хотя мы побеждали их, но каждый бой отнимал немало времени и сил. А одновременно сражаться с взрослым Геовишапом и отбиваться от его потомства – это слишком для нас. Нам просто не выстоять в таком бою. Поэтому мы продолжили поиски.

Второй Геовишап также оказался с детёнышем, но уже с одним. Правда мы всё же не стали рисковать. Поскольку риск не оправдан. Да, займёт много времени на поиск, но и мы никуда не торопимся.

И мы продолжили идти… день за днём. Шли по каменистым ущельям, заброшенным шахтам и пещерам, следуя по едва уловимым следам – они, как черви из одного популярного старого фильма, прорывали землю, из-за чего оставались характерны борозды со следами когтей и массивных лап. Мы шли, и шли, и шли, пока на четвертый день не наткнулись на одинокого Геовишапа.

Наконец-то…

Это был четвертый Геовишап, которого мы встретили за всё время поисков. Но остальные, к сожалению, были не одни. И это не говорит о численности этих существ, поскольку по легенде большая часть из них обитает под землёй, пока не придёт их время. И это очень плохо. Ведь на поверхности их убивают, тем самым контролируют популяцию, а вот под землей они спокойно развиваются. Так в один день на поверхность могут выйти драконы. Ну если даже не драконы, то близкие к ним по сущности. А приход второго Древнего Короля… Ну это уже будет слишком. А если таких существ будет сотня? Правда сомнительно, поскольку энергия-то не бесконечная в Тейвате. Этот мир похож на воздушный шар, и каждый откусывает свой объём энергии. И хоть есть существа которые сами вырабатывают энергию, но поглощение элементальных частиц происходит в определённом радиусе.

Слишком большая популяция Геовишапов будет мешать сама себе. Они начнут воровать друг у друга энергию, замедляя развитие. В итоге никто из них не достигнет полноценной формы, а значит, и опасаться их не стоит.

Наверное…

К слову, возможно из-за этого люди выяснили срок их жизни. Просто тем не хватило энергии для продевания своей жизни. Ну или просто заперли где-то и наблюдали, пока существо не умрёт. Даже не удивлюсь, если последнее окажется верным. Особенно с учетом того, что книга Искателей Приключений – это разработка Снежной.

— Так, давай я попробую напасть первым, — сказал я, не сводя взгляда с Геовишапа. — С моей ловкостью мне будет легче уклоняться от его атак. А ты в это время анализируй его поведение. Если появится возможность – бей. Но аккуратно, не хочу чтобы ты пострадала.

Ху Фуа ответила коротким «угу».

С её чудовищной силой ей как раз удастся нанести хороший урон по этому монстру. Тут как раз играет роль грубая сила, нежели точность и скорость, как с Митачурлами.

Геовишап что-то ел на краю склона. Массивный, с виду смесь гориллы и какой-то странной огромной ящерицы, покрытой каменными наростами, которые поблёскивали в тусклом свете заката. Монстр издавал странные звуки, похожее на урчание какого-то мутированного кота, или трактора на последнем издыхании. Но он ещё нас не видел.

Я шагнул вперёд, и резко сорвался с места.

Пройдя половина пути, казалось, монстр так и не сдвинется, но в ту же секунду Геовишап вздрогнул и обернулся. Честно говоря, я ожидал этого. Элементальные монстры и другие существа, которые чувствительны к элементальной энергии могут ощущать потоки энергии. Я сам чувствую колыхания. Но у этого монстра ощущение должны быть ещё острее, чем мои. Плюс он является рептилией, а эти создания хорошо ощущают приближение других.

Его глаза, словно две раскалённые капли янтаря, впились в меня пронзительным взглядом. Затем он сдвинулся с места, отталкиваясь передними лапами, точно как горилла. А в следующий момент и вовсе подпрыгнул, стремясь раздавить меня всей своей массой.

К счастью, его скорость была не столь велика, и я успел легко уклониться. Но в момент приземления пришлось напрячься, чтобы не потерять равновесие. Его лапы врезались в землю с такой силой, что воздух содрогнулся, а почва задрожала. И в том месте, где я стоял всего секунду назад, теперь зиял небольшой кратер, говорящий об огромной массе и разрушительной силе этого существа.

И, пока тот приходил в себя после такого безумного прыжка, я приблизился, и нанёс первый удар, целясь в непокрытое каменными наростами место.

Однако он сдвинулся, и лезвие ударилось об каменный шип, из-за чего раздался отвратительный скрежет, а после откинул меня одним резким разворотом хвоста. Несмотря на свою массу, хвост походил на хлыст. Легко порвал рукава моей одежды, так ещё кожа лопнула, обнажая фиолетовую субстанцию, но «кости» выдержали.

Ху Фуа что-то прокричала, но я не слышал из-за рева монстра. Хотя вполне могу предположить, что она беспокоится. Не мудрено, такой удар убил бы человека, а я лишь отделался незначительными травмами, которые причем уже затягиваются. Видимо из-за пробуждения моих сил скорость регенерации увеличилась, но по ощущению это расходует мою энергию.

Геовишап напал вновь, но в этот раз я не стал рисковать, а просто решил измотать его. В отличие от живых существ, я выносливее.

И в какой-то момент ему эти догонялки надоели, поскольку он ударил по земле, подняв в воздух облако пыли и куски земли, а после взял и откуда-то из-под земли достал булыжник. Миг – и мне чуть не снесли голову. Может сам монстр из-за своих габаритов не столь быстрый, но вот бросок у него чудовищный. Снаряд такой быстрый, что походил на комету.

А тем временем Ху Фуа решила наконец-то действовать. Монстру было наплевать на неё, всё его внимание сосредоточенно на мне. Он буквально обстреливал меня булыжниками.

И вот когда Геовишап опять наклонился, чтобы подобрать свой очередной снаряд, подруга оказалась рядом и попыталась пронзить ему шею. Там не было наростов, видимо это мешает движению головы. Однако монстр, словно корова, попытался отмахнуться хвостом. Но Ху Фуа предвидела это, и смогла увернуться. Правда вместо шеи она ударила туловище, где виднелась кожа.

Миг – Геовишап зарычал от боли.

Его кровь походила на мёд. Такая же густая и оранжевая, или же на лаву, только менее насыщенного цвета. Удар оставил глубокую такую раны. И монстру это не понравилось, поскольку он тут же переключился на девушку, начав вращаться. Тем самым пытаясь защитить себя и одновременно нанести урон.

Теперь была моя очередь нанести удар.

Я покрыл свой меч Электро-энергией. Хоть Геовишапы и впитывают энергию, но всё же какой-то процент урона они получают. Тем более как я случайно заметил, когда баловался ночью с магией, так мой клинок становился острее. Не знаю, чем это связано, но так даже лучше. Ведь большого труда не стоит покрыть клинок энергией, тем более когда практические ничего не умеешь в магии.

Стоило монстру остановиться, как я тут нанес удар по открытой части его тела. И к этому времени ещё Ху Фуа успела подбежать. Она тоже использовала свои элементальные навыки. Взрыва от соприкосновения Электро и Пиро не было, видимо монстр получил мало Электро-энергии, но вот одна его лапа отлетела в сторону.

Мясо внутри не оказалось, а только оранжевая субстанция, очень похожая на мою фиолетовую, а вот кости присутствовали.

Мы отпрянули в сторону, из-за безумного рычания монстра.

— Как? — спросила Ху Фуа, смотря на мой клинок, покрытый электричеством.

Я криво улыбнулся, ведь так и не сказал про это, хоть и хотелось, но не было удобного момента. С другой стороны, видеть шок на её лице довольно забавно.

— Потом расскажу.

Ху Фуа кивнула и устремила взор на Геовишапа. Кристаллы на его теле стали испускать красное сияние, свидетельствуя о том, что он поглотил много Пиро-энергии. А значит он сможет использовать огненную магию. Радует только то, что его запасы ограничены. И если не бить его снова, то Пиро-энергия быстро закончится.

Но проблема в другом, а именно в Электро-стихии. Если сейчас ударю электричеством, то, возможно, произойдёт взрыв.

Так что я решил напасть первым и проверить это, чтобы тем самым не навредить случайно Ху Фуа.

Геовишап ударил по земле, из-за чего в мою сторону полетели раскаленные куски земли, буквально даже, можно сказать, лава. Поэтому сначала пришлось уклониться, а после дугой приблизиться к монстру. Без одной лапы он уязвим, но у него ещё оставался хвост. Я предполагал, что монстр захочет ударить меня им, так что вовремя уклонился от хлыста, а после воткнул клинок глубоко в шею монстра.

Раздался оглушительный взрыв. Меня отшвырнуло в сторону, и я протаранил дерево, которое треснуло и лопнуло, не выдержав удара, но зато остановило меня. А монстр… Он всё ещё стоял. Но уже не так уверенно. Пошатываясь и хромая, Геовишап пытался удержаться на ногах, будто взрыв оглушил его. Кристаллы на его теле потускнели, лишённые Пиро-энергии.

И тут Ху Фуа воспользовалась моментом. Словно палач с топором, она с силой обрушила свой тяжёлый меч на монстра. Один точный, яростный удар, и голова Геовишапа с глухим звуком отлетела в сторону.

— Жаль, опыта не получу… — пробормотал я, выбираясь из обломков дерева. — Ну и ладно.

В этот момент раздался шелест крыльев. Над нами пролетела белая цапля и, сделав круг, улетела куда-то за облака. Видимо оценивала наши травмы, но ни я, ни Ху Фуа не получили серьёзных травм. Ну на удивление, взрыв почти не задел меня, только местами обгорела одежда, да волосы немного пахли гарью.

Впереди нас ждали ещё два испытания. Благо мы начали с самого сложного.

— А теперь говори, — голос Ху Фуа прозвучал неожиданно строго. Я поднял взгляд и недоуменно посмотрел на неё. Она стояла, нахмурившись, с руками на бёдрах, точно копируя свою маму, когда та отчитывала мужа. — Как ты использовал Электро-стихию без Глаза Бога?

Из моего рта непроизвольно вырвался тяжелый вздох, а в голове неожиданно всплыла мысль, что поединок с монстром мог быть лишь разминкой перед этим допросом.

Глава 41

Разговор с Ху Фуа прошёл легко. Всё дело в её характере. Несмотря на внешнюю уверенность, внутри она остаётся ранимой. Раньше у неё не было друзей, а местные вовсе не воспринимали её как личность. Одни опасались Ху Фуа, из-за связи с похоронным бюро, поскольку тема смерти всегда вызывала неприятные ощущения, а тут ещё суеверные люди. Другие, наоборот, желали получить с неё лишь выгоду. Так уж вышло, что даже тот ухажер, из-за которого мы с ней познакомились, стремился завладеть её телом и состоянием семьи. И таких было много, поэтому она перестала даже читать их письма.

И вот тут появляюсь я. Не местный, значит о слухах и других вещах не осведомлен, что действительно на тот момент было так. Так ещё вроде её одногодка. Поэтому она решила попытаться, так скажем, счастье. И привязавшись ко мне, стала более открытой, почти беззащитной в эмоциональном плане. Но при этом она боится, что я покину её, или мы поссоримся.

Честно говоря, это тревожит.

С одной стороны, с ней действительно легко. Ху Фуа доверяет мне без сомнений, не ищет скрытых мотивов, старается помогать, угождать. Это… удобно. Но я не могу, и не хочу этим пользоваться. Совесть не позволит мне видеть в ней игрушку или удобный инструмент. Однако, к сожалению, есть люди, которые спокойно используют чужую привязанность в своих интересах. Манипулируют эмоциями, играют чувствами. Для них доверие – это всего лишь нити, способные контролировать других. И такие люди опасны не тем, что сильны, а тем, что бессовестны.

Мне бы не хотелось, чтобы она связывалась с такими людьми, но рано или поздно такое случиться. Доверившись, можно оказаться в самом низу. Иронично, что в регионе сделок и контрактов такое, с другой стороны, показательно, как говорится: «доверяй, но проверяй». Но в Ли Юэ есть и другие проблемы, которые мне категорически не нравятся.

Здесь тринадцатилетних девочек начинают готовить к браку, не спрашивая их желания. Решения принимают семьи, а если девушка отказывается, то у неё, по сути, только три варианта: её либо заставят, либо выгонят из дома, либо навесят клеймо «непутёвой», что почти социальная смерть. Девушку с таким клеймом уже не возьмут в жёны, максимум в наложницы низшего ранга.

Да, гаремы разрешен в Ли Юэ. Когда узнал, то даже немного обрадовался. Ведь гарем! Правда есть небольшое «но» – разрешена только одна жена, а вот наложниц можно заводить много. Правда опять с оговоркой, ведь мужчина должен доказать, что способен содержать супругу и наложниц.

И тут нет, как в современном обществе, отторжение, что это неправильно. Для них такое обыденность. Наоборот, может показаться странно, что мужчина не заводит наложниц, такое даже могут расценить как жестокое обращение к супруге. Хотя это скорее происходит с подачи жён, поскольку, как уже известно, выходят замуж не по любви. Иногда они мыслят так: секс ради зачатия ребёнка – хорошо, но просто для получения удовольствие – нельзя. Принудить жену к сексу также запрещено законом, но иногда мужчины срываются. Поэтому чтобы такого не произошло, сами жёны ищут наложниц, которые удовлетворят потребности супруга. Как говориться: «овцы целы, и волки сыты». Более того, у отца Ху Фуа есть наложница, хоть её родители вступили в брак по любви.

Как обстоят дела в других регионах я не знаю. Разве что в Инадзуме вроде похожая система, только там ещё как в Спарте процветает «мужская дружба».

Так вот пусть даже родители Ху Фуа хорошие люди, но менталитет другой. У них на первом месте традиции, законы небес и долг перед семьей, мол, моя мама так вышла замуж, твоя бабка и так далее. Причем всё доходит до такого абсурда, что я могу прямо сейчас пойти в какую-нибудь деревню и купить себе жену или наложницу. А если у девушки есть возлюбленный, но они ещё не заключали брачный договор, то он обязан доказать, что достоин. То есть его семья должна перебить мою ставку. Аукцион блин… Но если денег нет, то тогда сам юноша может выйти против меня. Однако и тут проблема, состязание состоится только в том случае если я решу согласиться.

И так с любой девушкой, хоть из знатного рода. Просто речь о сумме. Тут даже есть небольшой обход системы, если девушка будет «подпорчена». Как с товаром, если обёртка или содержимое повреждено, то пытаются продать дешевле. Только это товар, а тут живой человек. Поэтому иногда семьи жениха специально нанимают насильников, которые надругаются над девушкой. Затем покупают по скидке. Зачем так делают? Выгода. Иногда сами возлюбленные специально занимаются сексом до брака, чтобы уж точно остаться вместе.

К счастью, мама Ху Фуа стала главой семьи, а значит планка требований выросла. А когда стало известно, что сам Моракс обучал Ху Фуа, многие попросту испугались говорить о браке с ней, поскольку слишком велика честь, слишком опасно нарываться. Но всё это временно. Позже, когда всё утихнет, ей, скорее всего, придётся столкнуться с давлением. Я только надеюсь, что статус ученицы Адепта поможет ей преодолеть эту ерунду.

Поэтому, хоть ей и было интересно, откуда у меня такая сила, она не слишком настаивала. Впрочем, прогресс всё-таки есть. Раньше она даже не решалась задавать вопросы о вещах, которые её явно волновали. А теперь даже нацепила маску строгости, пытаясь пародировать свою маму.

Я сказал ей, что моя сила была запечатана, а слизь понадобилась, чтобы сломать печать. Это, по сути, чистая правда. Что касается использования магии без Глаз Бога, то сказал, что это связано с моим происхождением, но вдаваться в подробности не стал.

Глаза Бога, насколько мне известно, нужны только людям. Понятное дело, что их могут использовать и другие существа, но у них, как правило, есть своя сила. Ёкаи, элементальные существа, мистические звери, Адепты, Боги – вся эта разномастная смесь вполне себе способна использовать магию без всяких Глаз Бога. Ёкаи и вовсе обычное дело для Инадзумы и Ли Юэ. Я, правда, их вживую не встречал, но в Ли Юэ к ним относятся спокойно, почти как к обычным Адептам. По сути, некоторые Адепты в своём роде и есть Ёкаи.

Честно говоря, если вдуматься… я и сам толком не знаю, кто я. Ну, то, что я кукла – это вроде бы очевидно. Хотя и тут всё не так просто. «Кукла» скорее обобщённое название. Даже термин «Божественная Кукла» звучит слишком расплывчато. Будто кто-то попытался назвать непонятное как-то красиво, чтобы не копаться в деталях.

Ох, ладно...

После того как я разделал тушу Геовишапа, так как бросать добро было бы глупо. Кто знает, может, в будущем пригодится. Мы двинулись дальше.

Следующее задание – «Небесные Пики»...«Небесные Пики» – это детская игра. Нужно прыгать по бревнам, стараясь не упасть. Обычно заканчивается ушибами и выбитыми зубами. Но версия Адепта – это уже издевательство.

Во-первых, бревна расположены под углом. Небольшим, под восемьдесят градусов, но каждое обильно смазано жиром. Во-вторых, если в обычной игре десять бревен, то в этом испытание не меньше сотни. И, в-третьих, высота. Последнее бревно торчит на самой вершине ущелья, а начинать надо с дна.

Своеобразное «Испытание Духа». Но всё же я думаю, что бой с Геовишапом окажется сложнее.

— Мастер тренировал меня на похожей площадке, — произнесла Ху Фуа, но как-то неуверенно. — Правда, я никогда не пыталась прыгать по скользким бревнам, разве что в детстве во время дождя карабкалась по ним.

— Можно подождать, пока жир впитается в дерево…

— Хм. Это жир земляного тюленя, смешанный с Дендро-слизью. Он не впитается, — раздался голос Адепта. Но её нигде не было видно. Словно ветер сам шептал нам эти слова. А может, так оно и было. — Также вам запрещено использовать магию, — продолжил голос. — Только физические данные. Мне нужно видеть, насколько крепка ваша воля.

— А если мы упадём? — спрашиваю я, глядя вверх, на последнее бревно. — Высота не шуточная.

Ответа не последовало.

— Видимо Адепты предпочитают метод «если выжил – годен», — хмыкнула Ху Фуа.

Вздохнув, я подошёл к первому бревну и бросил взгляд на его поверхность. Блестящий оранжевый жир стелился по нему толстым слоем, словно апельсиновое желе. От него исходил удивительно приятный запах молока с лёгким цитрусовым оттенком. Слизь сама по себе не пахнет, значит, это аромат самого жира земляного тюленя. Этих созданий я никогда не встречал, но мир волшебный, и не такие странности случаются.

— Ну что ж, — пробормотал я.

Поскольку как мне кажется, тут решает ловкость, нежели медленный подход. Поэтому прыгнул на первое бревно, с желанием оттолкнуться от него, и быстро пройти испытание.

Однако я сильно ошибся.

Земля и небо моментально поменялись местами. Бревно ушло из-под ног, как будто его и не было. Я даже не успел осознать момент падения. Просто в какой-то миг всё пошло кувырком, и тут же последовал резкий удар о землю.

— Ты в порядке? — поинтересовалась Ху Фуа, заглядывая в лицо сверху вниз.

Очень и очень скользко. Противоестественно скользко. Как будто кто-то намазал лёд мылом и положил сверху банановую кожуру.

— Да, — вздохнул я, вставая с земли.

— Теперь моя очередь.

Она подошла к первому бревну, а я отступил назад, чтобы не мешать. Но недалеко, чтобы если что, успеть поймать её.

Ху Фуа глубоко вздохнула и прыгнула. Первое бревно она прошла с поразительной лёгкостью, словно даже не коснулась его. Второе преодолела так же легко. Она наступала только на самые края, из-за чего, казалось, что плыла по воздуху.

Так она добралась до девятого бревна. К сожалению, на десятом оступилась, и полетела вниз, оказавшись у меня на руках.

— Кажется, это займёт некоторое время, — сказала она, смущенно спрятав взгляд.

Я действительно ошибался, полагая, что Геовишап станет самым тяжёлым испытанием. Нет, настоящим адом оказались эти пики. Они выматывают не только физически, но и морально, и куда сильнее, чем любой бой с монстром. И если я ещё держался за счёт своего происхождения, то Ху Фуа уже через пару часов лежала на траве, обессиленная, не в силах даже подняться.

За это время мы успели пройти довольно мало. Я застрял на двадцать восьмом бревне, а подруга на тридцать пятом. Сначала у меня вообще ничего не получалось, но спустя час я начал понемногу справляться. Конечно, не без помощи Ху Фуа. Без неё я бы точно не продвинулся так быстро.

Главный прикол в том, чтобы давить на одну точку так, чтобы нога скользила в правильном направлении. А именно давить на выступ. Там не только меньше жира, но и легче опираться на бревно.

— Ладно, ничего страшного, если продолжим позже, — вздохнул я, глядя на подругу.

Всё равно, пока мы оба не пройдём испытание, дальше идти смысла нет. Да и темнело уже. А пробовать преодолеть испытание в полной темноте, то ещё сомнительное удовольствие. В Тейвате день заканчивается неожиданно быстро. Только моргнёшь, и уже ночь.

По моим ощущениям, тут не двадцать четыре часа, как в моём мире, а, возможно, двадцать, или даже шестнадцать. Хотя время также делиться почему-то на двадцать четыре. Но как уже много раз подмечал, это волшебный мир с богами. Поэтому тут явно иная физика.

Так что я решил разбить лагерь.

Ху Фуа немного отдохнула и тоже включилась в дело. По привычке развела костёр, но не потому, что было холодно, а скорее для уюта. Ночи в Ли Юэ, надо сказать, довольно комфортные, но тепло огня почему-то всегда помогает расслабиться. Даже засыпаю куда легче, чем без него.

Мы устроились у костра и какое-то время молчали, просто слушая, как потрескивают дрова. День выдался действительно тяжёлым, и казалось бы, пора отдохнуть, но Ху Фуа почему-то не спешила ложиться спать. Она сидела, поджав ноги, и смотрела в огонь, будто что-то обдумывала.

— Что ты будешь делать дальше? — спросил я, лениво подправляя палкой уползающее в сторону бревно.

Она бросила на меня странный, немного задумчивый взгляд, словно не поняла моего вопроса.

— Будешь искать Моракса? Он ведь наверняка узнает, что ты стала ученицей Адепта, — продолжил я, заметив её замешательство. — Ну и мне интересно, что ты будешь делать, когда закончишь обучение. Пойдёшь по пути смертной… или посвятишь себя силе и миру?

Ещё с момента игры я знал, что в Тейвате смертный c Глазом Бога может достичь невероятных высот, даже стать Богом или Адептом. И у Ху Фуа есть все шансы на это. Люди, конечно, не владеют такой сильной адаптации как монстры, но тут есть зелья, артефакты и другие полезные вещи, как например Драконье Ядро.

Также в Ли Юэ говорят, что есть бессмертные практики, прям как культиваторы Ци, – люди, постигшие искусство Адептов. Звучит это, честно говоря, невозможно. Сила Адептов – это нечто, недоступное смертным. В игре это подчёркивалось не раз. Но с другой… в этом мире полно загадок. Кто знает, может, действительно существуют пути, позволяющие смертным обрести не только силу, но и долголетие?

Я бы не хотел, чтобы Ху Фуа умерла, и жила очень долго. Возможно, это как раз таки связно с проблемой всех долгоживущих существ – они все видят смерть друзей.

Лучше вообще не думать про это.

А тем временем, Ху Фуа отвела взгляд, уставившись в пламя.

— Не знаю. Я не думала об этом. Просто… я хочу быть рядом с тобой.

На этом она замолчала, словно испугалась собственной откровенности.

— А ты? Что будешь делать дальше? — спросила подруга, явно решив сменить тему.

Её взгляд стал внимательнее.

Я перевёл взгляд на костёр, и закинул пару веток.

— Иронично, но я и сам толком не знаю. Честно говоря, просто плыву по течению, — я пожал плечами, а после задумался, вспомнив про свои чертежи и планы. — Хотя… если говорить откровенно, пара идей у меня есть. Но для их реализации нужно влияние. Статус ученика Адепта может помочь в этом. Особенно в Ли Юэ. Ведь здесь это не просто слова, а своего рода признание. Но, думаю, этого всё же недостаточно. Поэтому, скорее всего, начну брать задания от влиятельных людей, чтобы завести нужные связи. А там, глядишь, и попробую обратиться к Цисин.

Я скользнул взглядом по лицу Ху Фуа. Она молчала, не перебивая, только внимательно слушала. Поэтому продолжил:

— В остальном всё останется почти по-прежнему. Разве что добавится несколько новых дел.

— Не вернёшься домой? — спросила она, слегка поджав губы.

Её эмоции были настолько искренними и открытыми, что я не смог не улыбнуться. Но улыбка вскоре исчезла, стоило подумать об Инадзуме.

— Нет, — покачал я головой. — Там всё слишком сложно…

Ху Фуа наклонила голову набок, в её взгляде скользнуло недоумение.

— Ты ведь знаешь, что я не человек, — тихо сказал я. Она вздрогнула, и попыталась опровергнуть мои слова. Н я не дал ей это сделать. — Ты заметила мои раны ещё в руинах. У человека не фиолетовая кровь, и раны не восстанавливаются так быстро. Ты не глупая, но всё равно пошла со мной. И, если честно, это удивляет.

Раз уж так вышло, что слова вырвались, то нужно говорить до конца. Всё равно, рано или поздно, она узнает. Ведь Адепт, явно знает кто я, ну или догадывается. До пробуждения своих сил, я был глупцом, который думал скрыть своё происхождение. Но всё в Тейвате связано на энергии, и как трава дышит ею, то и от меня веет энергией. И сильные мира сего могу не только почувствовать, но и распознать во мне чужеземца. Просто по тому, что такой энергии нет в Тейвате. По крайней мере, я так предполагаю.

Естественно, про чужеземца я буду хранить в секрете. Эта информация уж слишком личная, и опасная.

— Причина, по которой я могу управлять Электро без Глаза Бога, действительно кроется в моём происхождении. Меня создала сама Электро Архонт. Но когда поняла, что я не оправдываю её ожиданий, она запечатала мои силы и просто выбросила, — я криво улыбнулся. — У меня нет дома, нет семьи, нет даже имени. Я всего лишь скиталец.

— А…

— Не смутило, что парень из Инадзумы носит имя из Снежной? — хмыкнул я, уловив растерянность на её лице. Она продолжала коверкать моё имя, думая, что так правильно, а я так и не стал её переубеждать. Впрочем, она уже, кажется, месяц не называла меня по имени вовсе. — Ну вот, теперь ты знаешь мой секрет. Хех.

Ху Фуа молчала, ошеломлённая. Её взгляд был прикован ко мне, но слов у неё явно не находилось.

В этот момент раздался знакомый шелест воздуха. Напротив нас опустилась белая цапля.

— Не думала, что ты расскажешь об этом, — сказала она, пристально глядя мне в глаза.

Я пожал плечами.

— А смысл скрывать? Вы ведь почувствовали это, потому и заинтересовались мной, верно? — цапля коротко хмыкнула, подтверждая мои слова. — Тем более, если уж мы с Ху Фуа будем вашими учениками, рано или поздно она всё равно бы узнала. Так хоть от меня.

— Я ещё не принимала вас в ученики, — фыркнула Адепт. — Вот пройдёте все испытания, то тогда и поговорим. А может, даже имя тебе придумаю, раз уж своего у тебя нет. Это будет символично. Станешь моим учеником, а значит начнёшь новую жизнь.

С этими словами она взмахнула крыльями и исчезла за кронами деревьев.

И спрашивается… зачем прилетала?

После моего признания Ху Фуа не отстранилась. Кажется, даже выдохнула с облегчением, будто ожидала услышать нечто куда более пугающее, что я демон или монстр. А тут, всего лишь создание Электро Архонта, что тут особенного. Она вообще ученица Гео Архонта.

Глава 42

Небесные Пики позади…

Всё-таки мы прошли это адское испытание. Пусть и не сразу. На это ушло несколько дней, и это при нашей-то подготовке. Ладно я, у меня, по сути, только рефлексы да заложенные техники. Но Ху Фуа ведь тренировалась под началом самого Моракса. Более того, у неё уже был опыт прохождения упрощённой версии этого испытания, и ей всё равно пришлось изрядно попотеть. Обычному человеку потребовалось бы значительно больше времени, если даже не месяца, чтобы хотя бы начать балансировать на этих скользких бревнах.

Причём ни повышенная ловкость, ни огромная сила здесь не помогут в этом испытание. Только точность и предельная концентрация. Все сто бревен нужно было пройти на одном дыхании. Один раз собьёшься – всё, возвращайся в начало. По сути, испытание сводилось к технике и выносливости. А ещё пики постоянно покрывались свежим слоем жира. Я пытался незаметно соскрести его, но без толку. Адепт зорко следила за испытанием: иногда её тень мелькала неподалёку, но самой цапли я не видел.

Вообще, как мне известно, у неё есть и человеческий облик. Адепты умеют свободно менять свой внешний вид. По многим историям, Моракс являлся людям и в облике юной девушки, и как старушка, и даже как ребёнок. Также есть одна легенда, которую я услышал от местных в ресторане.

Где-то между Фонтейном и Ли Юэ живёт безымянный Адепт с довольно странным хобби. Он принимает облик разных женщин и разгуливает по округе. Говорят, стоит возжелать его, как он тут же обернётся в самого ненавистного мужчину в твоей жизни, а затем изнасилует.

Мне кажется, это скорее притча, чем легенда об Адепте. Возможно, так женщины в том регионе защищают себя от изнасилования. Ведь мало кто решится прогневать Адепта. Даже самый гнусный бандит сто раз подумает, нежели перейдёт ему дорогу. Тем более с таким последствием. Но именно эта история подчёркивает возможность Адептов превращаться.

Хотел бы я увидеть человеческий облик Хранителя Облаков…

Впрочем, главное мы справились с Небесными Пиками. И когда, наконец, шагали к третьему, финальному испытанию, то вспоминали эти проклятые пики с неожиданной улыбкой. Словно прошли Ад, и наконец-то можем отдохнуть.

К слову о третьем испытании, там, к счастью, ничего сложного. Нет, правда. Ничего, что напоминало бы тот ужас, что был во втором. Судя по заданию, это испытание на логику и ум. И, честно говоря, я не то чтобы считаю себя гением, но уж лучше испытание на интеллект, чем снова прыгать по скользким бревнам.

Тем более загадки я люблю. Особенно головоломки. В детстве в туалете всегда валялись парочку журналов со сканвордами, а смартфоны в то время хоть и были, но без интернета. Поэтому развлекать себя нужно было хоть чем-то.

В общем, мы уже почти у цели. Всего один шаг до того, чтобы стать учениками Адепта. А это значит, откроется целый пласт знаний и возможностей. Ведь кто такие Адепты? Несмотря на свою полубожественную природу, они древние, как сами боги. Некоторые из них действительно стали богами. Как тот же Моракс – Высший Адепт, и он далеко не единственный, кроме него были и другие.

Поэтому Адепт может научить тому, что давно забыто, или тому, что вообще недоступно простым смертным. Если я смогу хоть частично овладеть их знаниями, то стану очень сильным. Конечно, вряд ли дотянусь до уровня Эи, Электро Архонта. По её же заверению нет в мире существа, кто смог бы оспорить её власть над Электро-стихией.

И я верю в это. У неё абсолютный иммунитет к Электро-атакам. При этом она не напрягаясь способна вызывать смертоносные грозы, накрывающие целый регион, и всё это без Сердца Бога.

На самом деле, её мощь за гранью понимания. Даже Моракс подвержен Гео-урону, а ей хоть бы хны. Она настолько концентрированное воплощение своей стихии, что убила Громовую Птицу… молнией. Существо, которое, по преданиям, дышало громом, а его перья были сотканы из чистой молнии погибло от молнии Эи. Это то же самое, что утопить воду. И ладно бы эта птичка была слабой, но нет, она была очень сильной. Настолько, что после её смерти огромная территория погрузилась в нескончаемую бурю на тысячи лет. А при жизни своим криком она сотрясала недра земли и глубины океана, а её взмахи крыльев обрушивали на землю шквалы змееподобных молний.

Если честно, Эи скорее похожа на элементаля, чем на Бога. Чистая стихия и абсолютная власть над Электро. При этом она способна разрезать пространство и телепортироваться, что уже, как будто бы, слишком для Электро-стихии. Вот только каким нужно быть элементалём, чтобы иметь такую власть? Честно, понятия не имею. Жаль, забросил игру. Может, её история и раскрывалась дальше.

Так что нет, мне с ней не тягаться. Мои жалкие искры её и не пощекочут. Изучать другую стихию в надежде победить её – тоже глупость. У неё за спиной тысячелетия сражений и тренировок. И если в игре она ещё игралась с главным героем, отдав победу за его крепкую волю, то в реальности такой чести мне не дождаться. Ударит своим мечом, и не только я, но и весь остров, а то и регион, будет мигом разрезан.

Но, к счастью, она сейчас далеко. Большую часть времени Эи предпочитает проводить в собственном измерении, где медитирует и оттачивает свою силу. Тем более, вместо себя она оставила куклу, которой наплевать на меня. Но вот если я когда-нибудь вернусь в Инадзуму, то тогда она точно выйдет из своего измерения. Всё-таки я сломал её печать. Возможно, она прямо сейчас уже знает про это, и смотрит на меня угрюмым взором. Но не действует из-за своих каких-нибудь убеждений.

Ну и ладно, сейчас главное развить свои навыки, а не думать, что есть такие вот страшные существа, которые могут тапком прибить меня как кого-то таракана.

Тем более теперь, когда Ху Фуа знает о моей силе, я уже не прячусь. Более того, сам стал просить у неё советы по магии. Поскольку хоть управлять энергией внутри себя удаётся легко, но вот хочется использовать заклинания, а не просто выпускать разряды из кончиков пальцев. Так что все эти дни, пока мы карабкались по Небесным Пикам, я ещё и тренировался. Даже сейчас, идя к третьему этапу, я занимаюсь с электричеством, создавая между ладоней дуги, тем самым пытаясь придать им форму.

Жаль только, моя Электро-стихия плохо сочетается с её Пиро. При попытке взаимодействия между ними возникает резонанс, и происходит взрыв. Почему так происходит, я так и не понял, хоть и пытался разобраться. Возможно, из-за сверхбыстрого нагрева, или того, что энергия концентрированная, что приводит к выбросу, ну к взрыву. Но что бы там не влияло, из-за этого мы не можем вместе тренироваться с магией.

Это в игре взрывы, если использовалось игроком, не наносили урон по игровому персонажу, но тут такой защиты нет. Одежда, волосы, тело, всё страдало. И хоть из-за магии Ху Фуа обладает хорошей прочностью, а я вообще практически не чувствую урон от них. Но пару таких взрывов и можно сражаться голышом. У Ху Фуа уже, итак, последний комплект, который в придачу практически износился. Да и мне бы стоит подыскать новую одежду.

А насчёт другой стихии, то я всё ещё сомневаюсь, стоит ли тратить Очки Власти на это. Если они действительно ограничены, то владение несколькими стихиями, хоть и звучит эффектно, на деле может принести меньше пользы, чем кажется. Зато если сосредоточиться исключительно на Электро-стихии, есть шанс со временем достичь уровня самого Электро Архонта. Тем более, по канону, её Сердце Бога сейчас просто пылится где-то на чердаке у Мико. И, естественно, я хочу его заполучить.

Сердце Бога – это не просто безделушка. Это мощнейший артефакт, дарующий носителю власть над стихией. В нём сосредоточено колоссальное количество энергии, и при необходимости его можно использовать как источник питания. В каноне, например, Скарамучча с его помощью обрушил на город настоящий ураган молний. И от того Эи ужасает, ведь она без Сердца Бога обладает чудовищной силой, а с ним её могущество вышло бы на новый уровень. С другой стороны, это также может говорить о том, что она на уровне, где Сердце Бога для неё ничего не значит.

К тому же, есть ещё и Глаз Бога. Он тоже даёт доступ к управлению стихией. Правда не на таком уровне. Всё же Глаз Бога больше как катализатор, в то время как Сердце Бога это артефакт дарующий власть над стихией. Впрочем, так или иначе, они оба даруют власть над стихиями, и, что важно, без необходимости пробуждения. Но вот заполучить его – это всё равно что выиграть в лотерею.

Глаз Бога – это благословение высших сил. Его обладатель не только получает доступ к стихии, но и считается избранным судьбой. Одни говорят, что он приходит к тем, чья воля несгибаема, другие, к тем, чья судьба совершать доблестные дела.

Раньше обладателей Глаз Бога было много, но после Катаклизма их число резко сократилось. Почему, я не знаю, и вряд ли узнаю когда-нибудь.

— Ху Фуа, — сказал я, обернувшись к ней, — а как ты получила свой Глаз Бога?

Она посмотрела на меня, затем перевела взгляд на свой Пиро Глаз Бога. Красная сфера в золотой оправе мягко мерцала, отражая насыщенность элементарных частиц, словно в ней тлел настоящий огонь.

— Мама рассказывала, что нашла его под моей подушкой, когда мне было всего шесть месяцев, — ответила она спокойно, как будто это что-то обыденное.

Шесть месяцев… В то время как другие рискуют жизнями, сражаются с монстрами, совершают подвиги, чтобы доказать Небесам свою значимость… ей просто положили Глаз Бога под подушку. Словно подарок от зубной феи.

Что с ней не так?

Нет, серьёзно. Мощное тело, красивая внешность, не глупая, Глаз Бога с младенчества, наставник сам Моракс, ученица Хранителя Облаков, и вдобавок бывшая наследница древнего рода, веками хранящего традиции погребальных ритуалов в Ли Юэ.

М-да… Любой бродяга, услышав такое, наверняка бы разрыдался от несправедливости.

— Может, поэтому ты такая сильная? — вздохнул я. — Раз с младенчества у тебя был доступ к магии, то и тело, наверное, развивалось быстрее.

— Возможно, — усмехнулась она. — Но мама натерпелась. По её словам, я поджигала всё, до чего могла дотянуться. Из-за этого папа первые три года после моего рождения ходил лысым – почему-то мне особенно нравилось жечь его волосы. Сколько они ни прятали Глаз Бога, он всё равно оказывался у меня в руках.

— Представляю, каково было твоим родителям, — рассмеялся я.

Она улыбнулась в ответ, но взгляд её на мгновение стал отстранённым, словно на короткий миг вернулась домой.

Вскоре вышли к руинам, месту, где должно было проходить третье испытание. От прежнего строения остался лишь потрескавшийся каменный фундамент да несколько наполовину разрушенных колонн.

— Здесь? — спросил я, вглядываясь в полуразрушенный круг, в центре которого поблёскивали каменные плиты с высеченными знаками.

Ху Фуа достала карту, и письмо, где было описано третье испытание.

— Здесь, — кивнула она. — Это место называется Залом Отголосков. Когда-то здесь была школа боевых искусств, но она была уничтожена двести лет назад из-за одного монстра. По легенде это был большой Геовишап.

Меня передёрнуло от её слов. И кажется Ху Фуа заметила это.

— Нет, не тот монстр из руин Бога Песка. По рассказам это просто старый Геовишап, которого спровоцировали ученики школы. Мол, убьют, получат его силу. Не рассчитали свои силы, и хуже того привели монстра в школу.

— Сказочные кретины.

Я вздохнул и посмотрел на головоломку, если верить письму, нужно открыть проход.

Глава 43

Суть последнего испытания заключалась в головоломке. Нужно было последовательно активировать нужные знаки. Но вот незадача, эти символы ни мне, ни Ху Фуа неизвестны. Но разгадка была на поверхности. Поскольку Адепт дала подсказку, а именно, что найти ответ мы сможем оглядевшись.

И первое время мы сильно тупили, не понимая, где искать. Но позже случайным образом заметили, что наверху холмов есть странный полуразрушенные статуи животных, и если встать возле колонн под правильным углом, то получается нужный нам символ.

Просто необходимо найти правильное расположение.

— Что думаешь? — спросила меня Ху Фуа, вырывая из размышлений.

Я перевёл на неё взгляд.

— Знаков девять, — медленно проговорил я, обдумывая ситуацию. — Значит, должно быть ещё восемь точек, откуда можно увидеть остальные символы. И если порядок активации имеет значение, то расположение этих мест подчиняется какой-то логике. Возможно, они расположены по часовой…

— По часовой? — не поняла Ху Фуа.

Ах, да. В Ли Юэ свои часы, совсем не такие, как у нас. Здесь с древности пользуются устройством, напоминающим компас с одной стрелкой. Считается, что его изобрели в Мондштате. Стрелка каким-то магическим образом всегда указывает точное время. Но, в отличие от привычных мне часов, она остаётся неподвижной, а меняется сама шкала, медленно вращаясь вокруг центра, словно звёздное небо. Максимально неудобная штуковина.

Так что да, «по часовой» здесь означает не совсем то же самое. Хотя, возможно, принцип останется всё тем же.

Я пояснил Ху Фуа, и мы разделились, предварительно переписав символы на бумагу.

Как выяснилось, колонн действительно было девять. Они образовывали кольцо вокруг холма. По крайней мере, я так предполагаю — судя по расстоянию между уже пройденными. Две я уже обошёл.

Но на третьей столкнулся с неожиданной проблемой – целая стая хиличурлов. Один Митачурл, два шамана, три лучника и около восьми обычных бойцов. Самая большая вражеская группа, с какой мне когда-либо доводилось иметь дело в этом мире. Они обустроили себе что-то вроде лагеря прямо у колонны и, судя по всему, никуда уходить не собирались.

Основная проблема – Митачурл. В руках у него огненный топор. Прямо как у того Электро-монстра из Инадзумы, только с Пиро-элементом.

Похоже, он использует аналог Электро Кристалла, только Пиро версии. А это значит, что лезвие из такого кристалла невероятно острое и наполнено энергией. Впрочем, взамен топор должен быть хрупким. Чтобы расколоть Электро Кристалл, хватит пары ударов кувалдой. А если ударит Ху Фуа, то и один. И, думаю, Пиро ничем не прочнее, чем его Электро версия.

Один из хиличурлов вдруг повернул голову в мою сторону, и я мгновенно пригнулся за ближайший валун.

Если атаковать, то только исподтишка. Каким бы я сильным не был, но не стоит забывать, что чем меньше сил уходит на битву, тем лучше – это правило Искателей Приключений. Хоть это больше относиться к людям, которые скованны физической усталостью. Ведь после битвы не предугадаешь, что может произойти дальше. Нередки случаи, когда битва привлекает внимание других монстров или бандитов, которые с радостью воспользуются усталостью Искателя Приключений. И пусть за практически год здесь такое со мной не случалось, да и вряд ли как-то такое меня побеспокоит, но обычные люди не могут рисковать. Жизнь Искателя Приключений, итак, очень опасна. Поэтому такие советы помогают им дожить до старости.

Первым делом надо убить Митачурла. Эти твари напоминают мне Берсеркера из аниме про Святой Грааль и Слуг. Они полны ярости, с массой как у лошади, но при этом ловкие и абсолютно отбитые – не обращают внимание на урон, а всё из-за трав, которыми шаманы их пичкают. Эти травы обладают наркотическим эффектом, из-за чего умственные способности даже ниже, чем у других хиличурл. Их просто закидывают в бой, пока остальные бьют издалека.

Когда я впервые столкнулся с ним, то чуть голову не потерял. Поскольку в то время у меня не было опыта с подобным зверем, которому отрежешь руку, а ему будет фиолетово. Поэтому лучше начать с него. Ведь именно он больше всего проблематичен.

Что касается остальных…

Лучники ещё та головная боль. Они идеально дополняют Митачурла. Пока он неистовствует, они закидывают врага стрелами. Наконечники у них смазаны их экскрементами и ядовитыми травами. Меткость у них, правда, как у одноглазой бабки в темноте, но им это и не нужно. Ведь главное, создать плотный град стрел. И если хотя бы одна попадёт, то победа за ними.

Обычные хиличурлы вообще массовка. Сражаться они толком не умеют, а если и могут, то предпочитают размахивать чем-то тяжелым или пытаются пырнуть кинжалом. Но бывает так, что среди них появляются уникумы. Они выделяются на фоне других бедолаг. Например, тот хиличурл в Инадзуме, который чуть не убил самурая. Скорее всего, это подтип, который становится Митачурлом.

Шаманы же отдельная тема. Они не самые опасные только из-за того, что специализируются на определённом типе заклинаний. То есть зачастую они действуют как поддержка, и в этом случае можно их игнорировать до конца. Но, бывало, попадались шаманы с боевой магией. Вот их лучше убить сразу, поскольку вреда от них куда больше, чем от лучников. А если ещё два таких шамана, то они могут запросто сами всех перебить. Особенно с элементами Пиро и Электро, так сказать, взрывная смесь.

Сами по себе шаманы интересны. Они не просто используют магию, а молятся стихии. Считают её божеством и просят силы напрямую. Самый странный способ колдовства, о котором я читал. И говорят люди тоже могут овладеть их магией, но почему-то попытки приводит к сумасшествию. Мол, все, кто пытался, сошли с ума.

И немного неловкости… У хиличурлов нет пола. Вообще. Все выглядят как самцы, но без детородных органов. Там буквально ничего нет. Да, я проверял. Не специально, конечно. Просто у них повязки вместо одежды, которые развеваются при каждом шаге лучше, чем подол платья Мэрилин Монро.

Если верить лору хиличурлы – это проклятые существа, обреченные на долгие муки за проступок против Тейвата. Бессмертные, но только оболочка. Внутри они гниют заживо, а их души под воздействием проклятья покрываются эрозией и в конечном итоге от неё ничего не остаётся. Поэтому и размножаться не могут.

Хотя… наверное, хорошо, что у них нет полов. Было бы чертовски неловко драться с черной титястой женщиной. Особенно если не смотреть на её когтистые лапы. Ведь внешне хиличурлы похожи на людей. Правда, с лицами как у орков из «Властелина Колец». Хорошо, что они носят маски.

Однако всё же мне жаль их. Наказание слишком суровое. И хоть я немного помню, что они чуть не разрушили Тейват. Но вроде как не все были виновниками в катастрофе, но всё равно были наказаны Небесами, по сути, за компанию.

Вообще к Небесам, как их называют в Ли Юэ, но миру они больше известны как Селестия, у меня отношение какое-то двоякое. В игре о них мало говорилось. Вроде только один раз… или два, упоминали, и на этом всё. Однако это если касается самой Селестии, а вот то, какие там суровые боги чуть не во всех пройденных регионах. Нарушишь закон – тебя убьют, косо посмотришь – тебя убьют, просто пройдёшь мимо – тебя убьют.

Как ещё за моей головой ещё не явились, вот это вопрос. Там вроде у них свои терки начались после катастрофы.

Впрочем, пусть и дальше не обращают на меня внимание.

Я аккуратно подкрался к лагерю и осмотрелся.

У меня два варианта. Первый – это прыгнуть на колонну, а оттуда резко на Митачурла. Если всё удаться, то одним ударом я обезглавлю его. Однако он может заметить и успеть среагировать, всё же расстояние не маленькое. Второй вариант куда рискованнее, а именно подкрасться ближе и нанести один точный удар, от которого монстр не сможет увернуться. И будь меньше врагов, то этот вариант я бы использовал сразу.

И всё же я решил попробовать первый вариант. Поскольку вовремя вспомнил о том, что использование магии сопровождается громким щелкающим звуком, будто сталкиваются два электрических кабеля под напряжением. Поэтому тихо подкрасться не выйдет. Ведь так или иначе заметят.

Сделал пару шагов назад, чтобы было расстояние для разбега. Колонна не слишком высокая, но поверхность явно скользкая, поскольку покрыта мхом и грязью. Вот тут как раз пригодятся мои тренировки со скользкими бревнами.

Я машинально сделал глубокий вздох, хоть моё тело вообще не нуждается в дыхание. А после разбежавшись прыгнул со скалы. Глупые хиличурлы даже не подняли взгляд. Они сидели у костра, что-то мычали, перебрасывались примитивными фразами и швыряли в огонь косточки какого-то мелкого животного.

Митачурл стоял чуть в стороне, спиной ко мне. Его огромный топор вонзён в землю рядом с ним. Маска на его лице чуть съехала, и было видно, что он что-то жевал.

Я мягко приземлился на колонну, и этот звук привлек внимание одно лучника. Магия заклубилась в пальцах, потянулась по рукояти меча. Щёлк. Первый разряд прозвучал тихо, но вот второй уже куда громче, словно воздух дрогнул.

Огромный монстр растерянно оглянулся.

Я оттолкнулся от колонны, да так, что часть её превратилось в пыль.

Полёт длился меньше секунды, но для меня она казалась вечностью. Я летел вниз, с вытянутым клинком, нацеленным прямо в шею Митачурлу. Другие хиличурлы обратили на меня внимание. Лучники выпускали стрелы, но всё мимо. Шаманы завопили, а бойцы ринулись на меня, желая поймать в полёте. И, когда оставалось меньше метра, Митачурл дёрнулся. Обернулся. Его маска встретилась с моим взглядом, и в глазах за прорезями мелькнула злость. Нет, не так, а дикая, первобытная и липкая ненависть ко мне.

Монстр потянулся за топором, но было поздно.

Клинок вошёл в его шею, разрезав плоть, как горячий нож масло. Электро энергия прорвалась сквозь лезвие, и маска треснула с глухим хрустом, обнажая искаженное и изуродованное лицо монстра. Он издал короткий, булькающий рёв, и его голова отлетела в сторону, а тело осело как мешок картошки, небрежно кинутый на землю.

+287 Очков Опыта

Но праздновать было рано.

Я перекатился за поваленное дерево, укрывшись от дождя стрел. Где-то рядом один из шаманов начал бубнить заклинание, и воздух наполнился статическим напряжением.

Шаман заканчивал заклинание. Пурпурный шар молнии уже сиял над его посохом. Я кинулся вперёд, буквально нырнул между стрелами, и, не сбавляя темпа, метнул в шамана Электро импульс – разряд сорвался с пальцев, и на мгновение я ощутил себя Дартом Сидиусом. Правда атака слабая.

Шаман взвыл, его магия распалась в воздухе, но значительного урона он не получил, а скорее был просто ошеломлён. Впрочем, этого я и добивался.

+204 Очков Опыта

Голова шамана отлетела также, как голова Митачурла, от лезвия моего меча.

Следом, двое обычных хиличурлов с дубинами. Они подскочили ко мне с разных стороны. Один ударил сверху вниз, пытаясь проломить мне череп. Я нырнул под его замах, и вонзил лезвие ему под рёбра. Затем, используя его как живой щит, защитился от второго хиличурла. Из-за чего монстры упали, издавая очень неприятный визг, схожий с визгом свиньи.

Я не дал им шанса подняться, и добил обоих короткими, быстрыми ударами.

+48 Очков Опыта

+41 Очков Опыта

Лучники продолжали стрелять. И пару стрел даже угодило по их соплеменникам, но бессмертным существам уже давно наплевать на смерть. Наверное, они её жаждут как никто другие. Смерть для них избавление от мучений. Всё же столетиями, а то и больше жить в гниющем теле… Ну такое.

Причем в конец пути их даже не ждёт смерть. Просто душа уже будет настолько деградированной, что исчезнет, а тело продолжит существовать, словно они просто уснули.

Я набросился на лучников, минуя других хилиурл.

Первому сразу кулак в горло, отчего он мигом умер, а второму пришёлся клинок в живот. Оставался ещё один лучник, но тот был хитрее. Он залез на скалу. Однако я не в игре, где строго ограничено использование видов оружий. Поэтому ловко уклонился от очередной стрелы, и, подобрав каменный нож, метнул в него. Естественно, промахнулся. Всё-таки я никогда раньше не метал ножи. Но третий бросок угодил ему в бедро, из-за чего он упал, и мне не составило труда добить его.

+43 Очков Опыта

Осталось два бойца и один шаман.

Правда, шаман был особенным, а именно с Крио-магией. Таких редко встретишь здесь, всё же Ли Юэ теплый регион, а значит в воздухе мало Крио-частиц. Но всё же его посох уже покрыть инеем, и земля вокруг него начала замерзать. Затем резко из-под его ног образовался ледяной тотем. Причем такой формы, чтобы тяжело было забраться на него.

Я бросился в атаку.

Крио-вспышка прошла мимо, и рядом со мной образовался ледяной кокон. Значит он всё же из поддержки. Пока врага сдерживает лёд, другие должны убить его.

Ледяной тотем трёхметровый. И обычному человеку будет проблематично добраться до шамана. Однако не мне. Я прыгнул, и с разворота ударил его в грудь, скидывая с верхушки, а после упал на него, пронзив голову мечом.

+210 Очков Опыта

Теперь остались только обычные бойцы. Причем всего-то двое. Без магии, без грубой силы, просто тупая масса с дубинами и криками.

Мне даже напрягаться не пришлось, убивая их.

+45 Очков Опыта

+48 Очков Опыта

В общем, чуть больше девятисот очков опыта...

А что? Вполне неплохо. Даже очень. Жаль такие большие группы редкость. Их ведь ещё и найти нужно. С другой стороны, можно разбить лагерь здесь и просто ждать. С учётом их возрождения, то за неделю можно получить две тысячи очков опыта.

Мой взгляд упал на два сундука.

Первый самый обычный, грубо сколоченный из старых досок, больше похожий на переделанный ящик из-под фруктов. Скрипит даже от взгляда. Я не удивлюсь, если внутри окажутся тухлые яблоки и дохлая крыса.

А вот второй выглядел куда интереснее. Прочный, из тёмного, отполированного дерева, с металлическими обводами и укреплёнными углами. Такой сундук не валяется просто так. Им обычно пользуются торговцы, чтобы перевозить товары.

Учитывая, любовь хиличурл собирать вещи, а-ля вороны, то там может быть что-то действительно ценное. Хотя за всё время мне так и не удалось получить с сундуков хиличурл хоть что-то дороже тысячи моры.

Я подошёл ближе, присев на корточки перед сундуками. Сначала решил открыть деревянный, поскольку он ближе всего ко мне. Крышка скрипнула, будто протестуя, и открылась с небольшим усилием.

Внутри всё предсказуемо: немного гнилой ткани, пара золотых монет, и нечто, напоминающее высохший хвост ящерицы. Великолепный набор хлама. Потрясающе. Я закрыл крышку и даже не стал забирать оттуда предметы.

Во втором сундуке лежали свернутые в кожаную обмотку свитки. Кроме них, мешочек с монетами, по весу где-то сотня, а, может, чуть больше. Но самое интересное – это амулет. Камень в центре светился тусклым синим светом, похожим на отблеск воды.

Морская Капля

«Драгоценный камень из Сердца Океана притягивает и накапливает Гидро-частицы»

Редкость:Редкая

Артефакт на усиление восстановления магической энергии. Жаль на Гидро-элемент. Вообще полезная штука. Ведь от скорости восстановления частиц зависит то, сколько заклинаний сможет применить владелец Глаза Бога. Хотя из-за ситуации с ними, не думаю, что сейчас у них большой спрос, а значит продать дорого не выйдет. Но в будущем явно за несколько десятков тысяч удаться продать, а может даже за сто тысяч.

После сундуков я подошёл к топору. И какое же было моё удивление, когда я понял, что ошибся. Лезвие было не из кристалла, а из металла, который нагрелся до светло желтого цвета, но при этом не потеряв форму и прочность. Просто из-за огня тяжело было понять. И логично предположить, что это кристалл, нежели металл. Ведь хиличурлы – это дикари, а тут такой крутой топор.

Причем в игре, я помню, что у них были такие топоры, но точно не знал, что они из себя представляют. Всё-таки несколько лет прошло с момента последнего захода в игру.

Огненный Топор Митачурла

Редкость:Редкое

Тип: Топор

Материал: Сплав белого железа с пылью агата Агнидус

Вес: Тяжелый

И как они смогли создать такой топор?

— Хм, может мне попробовать заняться кузнечеством? Сплав же знаю, и навыки кое-какие есть, а вот подходящего меча у меня нет, — спросил я в пустоту, вздохнув.

Да, меч мой оказался крутым, но не подходящим для меня. Он не восстанавливает мне энергию. Почему так вышло, я не знаю. Может дело в том, что я не человек, или у меня другой источник сил. Поэтому если судить по сплаву, то можно попробовать создать катану, но с добавлением Электро Кристалла, либо же раздобыть аметист Ваджрада – очень дорогая вещь, но содержит в себя куда больше Электро энергии, чем Электро Кристалл.

Что такое аметист Ваджрада? Это драгоценный камень, который состоит полностью из чистейшей концентрированной Электро энергии, образующийся тысячелетиями. В то время как Электро Кристалл – это, по сути, обычный кристалл, который впитал в себя Электро энергию.

Покачав головой, я продолжил разбираться с символами.

Глава 44

Ху Фуа столкнулась с той же проблемой, что и я. Видимо, именно поэтому Адепт выбрал для нас это задание, чтобы мы не расслаблялись. Только вот, в отличие от меня, ей пришлось сражаться с двумя Митачурлами и четырьмя обычными хиличурлами. Казалось бы, монстров меньше, чем у меня, но суммарная мощь примерно равна.

Тем не менее Ху Фуа справилась. Но бой не прошёл для неё бесследно: пара глубоких порезов и ушиб плеча. Всё это пришлось обработать специальной лечебной мазью и аккуратно перебинтовать. Благо её мама позаботилась об этом.

Вообще, в моём мире с такими ранами человека бы сразу отправили в больницу, пришлось бы зашивать, колоть обезболивающее и прописывать антибиотики. А тут достаточно мази и немного отдыха. Всё дело в том, что такие мази создаются из магических целебных трав и содержат элементальную энергию. К тому же владельцы Глаза Бога куда выносливее обычных людей, и регенерация у них выше.

Помню, в игре был такой персонаж с Глазом Бога, который получил удар молнии, и всё равно продолжил сражаться в грозу, отделавшись лишь незначительными травмами.

Но это ладно, что касается хиличурл…

Судя по всему, где-то поблизости у них есть основной лагерь. Поскольку столько сильных хиличурлов в одном месте просто так не встретишь. Однако искать его мы не будем – это пустая трата времени и сил. Конечно, там могут быть сокровища, но в остальном хиличурлы всё равно возродятся через пару дней. А если в округе три Митачурла, то в самом лагере, скорее всего, их куда больше. И не исключено, что там обитает вождь хиличурлов – Лавачурл.

Лавачурл – это мутировавший Митачурл, в теле которого накопилось слишком много элементальной энергии. Он больше, сильнее и свирепее обычных. Именно с таким я столкнулся в Инадзуме. Только там он был один, и куда больше, чем его обычно изображают в Путеводителе Искателей Приключений. Возможно, это был древний Лавачурл или какой-то особенный. Они ведь впитывают элементальную энергию всю жизнь, а в Инадзуме её избыток. Электро-энергия просто повсюду.

В целом, на карте гильдии такие места обозначаются, чтобы случайные путники не набрелись на такие места. Но в этих краях ни одной красной отметки. Значит, либо лагерь с Лавачурлом недавно образовался, либо его ещё просто не обнаружили.

Вообще, с монстрами в этих краях не церемонятся. Из-за присутствия Адептов здесь много боевых школ, и их ученики с радостью оттачивают свои навыки на местных монстрах. Так что Искатели Приключений сюда почти не заглядывают. А зачем? Проблемы и без них есть кому решать. К тому же местность неудобная: горы, утёсы, пересечённые равнины. Куда проще обойти стороной, чем тащиться напролом, и сил меньше потратишь, и времени.

Внизу как раз виднеется небольшая группа из пяти человек, сражающихся с Геовишапом. У них нет Глаза Бога, поскольку я не чувствую и не вижу ни элементальных всполохов, ни следов магии. Но, несмотря на это, они сражаются изо всех сил. Судя по всему, их мечи – это знаменитые Нефритовые Клинки Чэньюй.

За горой Аоцан как раз и располагается Чэньюй. Там проживают Мастера-кузнецы, способные создавать оружие из редкого минерала под названием Кровавый Нефрит Цзе Лу. Это необычный материал, о котором ходит интересная легенда.

Согласно преданию, несколько тысяч лет назад землями Чэньюй правила Богиня Нефрита. Она обожала нефрит, и даже сейчас Гео-частицы в этих краях формируют редкие разновидности нефрита – Нефриты Чистой Воды, излучающие свежесть и ледяной холод. Однако в какой-то момент богиня исчезла. Говорят, её убили. А на месте, где пролилась её кровь, начали появляться странные нефриты бурого цвета. Их назвали Кровавым Нефритом Цзе Лу.

Этих кристаллов было так много, что местные начали использовать их для ковки оружия. Они не ржавели, не требовал заточки и отличались невероятной прочностью. Настолько, что некоторые мечи сохранились до наших дней в почти первозданном состоянии.

Однако запасы не бесконечны. Сегодня Кровавый Нефрит Цзе Лу стал редкостью, а оружие из него роскошью. На мой взгляд, необоснованно дорогой роскошью. Да, красивая история про кровь богини, но даже если она правдива, с тех времён прошло уже несколько тысяч лет. Вряд ли от той крови хоть что-то осталось. Скорее всего, эти кристаллы необычные Нефриты Чистой Воды, возникшие из-за высокой концентрации элементальной энергии. В легендах и мифах кровь нередко содержит большое количество энергии. Вот и нефриты стали такими.

Что касается самих мечей из этого материала, то для меня они особого интереса не представляют. Дорого, да и при ковке из камня вытесняется большая часть энергии, и на выходе хорошо, если сохранится хотя бы пять процентов от изначального запаса. Это общеизвестно. Любой опытный кузнец скажет то же самое. Тем более Скарамучча тоже знал это, поскольку умел ковать, и у меня в голове всплыли его знания на эту тематику. Поэтому я уверен, что вряд ли даже носитель Глаза Бога сумеет сохранить всю элементальную энергию в материале при обработке.

Тогда бы Глаза Бога людям, по сути, не нужны были для магии. Любой бы мог владеть мечом или жезлом с элементальной энергией, и использовать магию. Поэтому-то я и удивился топору Митачурла. Ведь они как-то смогли сохранить энергию, а в такое тяжело поверить. Это то же самое, как в моём мире если бы дикари, живя где-нибудь в лесах Амазонки, могли создать автомат.

Конечно, должны быть мастера, которые способны сохранить элементальную энергию в материалах, но они должны очень хорошо разбираться в магии. Возможно, даже владеть Алхимией.

А вот сам Кровавый Нефрит Цзе Лу другое дело. Его можно использовать в Алхимии и магии. Поэтому мне бы хотелось заполучить парочку таких камней. Хоть я пока в магии, дуб дубом, но уверен, что в будущем такие материалы мне пригодятся. Тем более, скорее всего, к началу канона они окончательно исчезнут.

Уже сейчас стали появляться подделки. Вместо настоящих используют Нефрит Чистой Воды. Такие мечи не такие прочные, а чтобы скрыть холодящий эффект и придать бурый оттенок, кузнецы добавляют что-то ещё.

Вообще, я смотрю на ребят и думаю: а ведь через пару сотен лет их школы, их традиции могут просто исчезнуть с лица мира. Раствориться в истории, как капля в реке времени. Множество видов растений и материалов тоже исчезнут, превратятся в пыль и песок. Даже пейзажи со временем меняются. Как же это пугает… и одновременно завораживает.

Я вздохнул, покачав головой, и снова посмотрел вниз.

Их бой напоминал схватку медведя с волками. Один из них отвлекал Геовишапа, в то время как остальные по очереди наносили быстрые, точные выпады. Их удары слабые по отдельности, но сотня, другая, и даже такой монстр может рухнуть.

— Я закончила, — раздался голос Ху Фуа у меня за спиной.

Я обернулся.

Её одежда после сражения пришла в полную негодность. Вся изодрана, перепачкана кровью и грязью. Лоскуты ткани уже почти не скрывали её нижнее бельё.

К слову, под «нижним бельём» в этом мире подразумевается не совсем то, что в моём. Это тонкая прослойка между кожей и основной одеждой. Сверху нечто вроде передника, закрывающий грудь и живот, а снизу вторая юбка, напоминающая банное полотенце, обёрнутое вокруг бёдер. Ну либо короткие штаны, как у Ху Фуа на данный момент. Но даже с таким бельём девушки здесь реагируют точно так же, как в моём мире. И Ху Фуа не была исключением. Она сильно смущалась, пока я обрабатывал её раны, и нервно следила, чтобы я не увидел больше, чем нужно.

Хотя, честно говоря, если бы здесь появилось бельё вроде того, что принято в моём мире… боюсь, местные сочли бы такую одежду вызывающей, если уж не нарядом падшей женщины – это ещё мягко сказано.

— Только в груди тесновато, — пожаловалась подруга, поправляя на себе мою рубашку. — Не могу сделать полный вдох.

Я лишь хмыкнул, глядя на то, как ткань натягивается в районе груди, будто пытаясь повторить ту самую клишированную сцену из аниме, где пуговица не выдерживает натиска и с треском улетает в закат. К счастью, здесь пуговиц не было, вместо них прочные верёвки, усиленные металлическими заклёпками.

— Как закончим с испытанием, придётся сходить в город и купить ткань, — вздохнул я.

Ближайший крупный город, где можно приобрести одежду, был далеко, а в деревнях можно приобрести разве что ткань, да и то грубую, в основном для повседневной носки. Но это лучше, чем мучиться.

На худой конец можно попробовать обратиться к школам и купить у них комплект одежды. Это во всяких романах затирают про честь и так далее. В реальности только услышат звон монет, и дело будет в цене. Ну либо попросить помощи у Адепта. Не заставит же она нас тренироваться голышом.

Затем я перевёл взгляд на девять символов.

— Ладно, приступим.

Перед нами раскинулась каменная площадка с девятью плитами, на каждой из которых были вырезаны символы. Задача простая, активировать их в правильной последовательности. Логично предположить, что если символы размещены вокруг холма, то первым делом стоит попробовать активировать их по часовой стрелке.

Значит, первый символ… вот этот.

Я аккуратно ступил на плиту, вложив немного элементальной энергии. Без неё она вообще не реагировала. Спустя мгновение символ мягко засветился оранжевым светом, признак того, что плита активировалась. Но это ещё не значило, что всё сделано правильно. Лишь после активации последнего знака станет ясно, верна ли последовательность. Если нет, то меня отбросит ударной волной.

Сделав глубокий вдох, я вложил энергию в последний символ и слегка напрягся, готовясь быть откинутым.

На мгновение всё вокруг замерло. Но затем плиты начали мигать, одна за другой, и с негромким гулом погрузились под землю, чтобы через несколько секунд открыть нам проход.

Изнутри веяло прохладой и сыростью. Узкий спуск вёл вниз по каменным ступеням, местами покрытым мхом. Глубина, по ощущению, не меньше десяти метров. На стенах висели уже сгнившие от времени факела. Но у меня остались те странные светящиеся растения из руин Бога Песка, которые даже спустя столько времени не утратили свои свойства. За ними даже ухаживать не нужно, поскольку они питаются элементальной энергией, которая повсюду в Тейвате.

К слову, её название довольно забавное, а именно «Трава-светяшка». Ещё она довольно вкусная. Её используют как приправу. Такой сладковатый, дынный привкус с какой-то остринкой.

— Осторожно, скользко, — предупредил я, начиная спускаться первым.

Ху Фуа аккуратно шла следом, стараясь наступать туда же, куда и я. Мы преодолели всего несколько метров, когда снизу донёсся глухой, глубокий гул, словно кто-то медленно дышал в темноте. Обычное явление для пещер и тоннелей, это сквозняки создают такие звуки. Но в первый раз, когда я это услышал, сердце ушло в пятки. Казалось, где-то впереди спит дракон, и мы случайно забрели к его логову.

Наконец ступени закончились, и мы вышли в просторный зал. В центре, на островке из гладкого камня, росло огромное дерево. Его кора покрыта мхом, массивные корни, переплетены с камнем, а из листвы сыпался мягкий свет. На удивление, дерево было живым. А сам зал напоминал место для медитации.

— Будто святилище, — прошептала Ху Фуа, затаив дыхание.

Я молча кивнул.

В этот момент по залу вдруг пробежала волна света, словно кто-то зажёг десятки невидимых фонарей. Затем раздался лёгкий шелест. Над нами что-то пролетело, и на одну из ветвей дерева опустилась белая цапля.

— Знаете ли вы, что это за дерево? — спросила она спокойным голосом.

Мы с Ху Фуа переглянулись.

По её взгляду сразу стало понятно, что она не знает ответ. А я и подавно. Однако Адепт ждала ответа.

— Оно выглядит… древним, — осторожно начал я. — Но, признаться, я не знаю, что это за дерево.

— Это Светолистник, — ответила цапля. — Такие деревья расли высоко в горах, ближе к небу, под прямыми лучами солнца. Их листья впитывали свет тысячи восходов. Свет их жизнь, а темнота для них равна смерти.

Я опустил взгляд на могучий ствол. Его кора отливала золотистыми прожилками, словно под ней пульсировал огонь, заключённый в древесине.

— Как же он оказался здесь, под землёй? — с удивлением спросила Ху Фуа.

— Его перенесли, — произнесла цапля, посмотрев на мою спутницу. — Много веков назад. Возможно, это последний живой Светолистник. После «Долгой Ночи» все остальные погибли.

Долгая Ночь – ещё одно название Катастрофы, которая произошла двадцать лет назад. Тогда солнце не поднималось над горизонтом почти две недели. Мрак затопил мир, а монстры вышли из-под земли.

Но что-то здесь не складывалось. Светолистник находился в полной темноте… и всё ещё был жив.

Цапля кивнула, будто уловила ход моих мыслей:

— Вижу по вашим глазам, вы поняли. Всё верно. Это дерево выжило в темноте, что по своей сути казалось невозможным. Светолистник не только пережил мрак, но и стал сильнее, — она взглянула на дерево с уважением, а после перевела взгляд на нас. — Я хочу, чтобы вы поняли, что нет ничего невозможного. Воля способна преодолеть любые пределы. Это дерево доказательство того, что даже в самых тёмных условиях можно найти путь к жизни. Запомните: поражение приходит лишь тогда, когда вы сами решаете сдаться.

Через некоторое время мы покинули зал. Плиты вернулись на свои места, вновь запечатывая это место.

Белая цапля посмотрела на нас пристальным взглядом.

— С сегодняшнего дня вы – мои ученики. Моё наследие в этом мире. Я буду строга с вами, но передам всё, что мне ведомо. И я рассчитываю, что вы не подведёте, — её голос стал холоднее, и пронизывал, словно ветер с вершины горы. — Запомните, есть три правила, которые вы не имеете права нарушать.

Мы с Ху Фуа переглянулись и напряглись.

— Первое: до завершения обучения вы не имеете права вступать в любовные отношения. Ни с людьми внешнего мира. Ни друг с другом.

— П-почему?.. — робко спросила Ху Фуа, опуская взгляд.

Адепт посмотрела на неё сдержанно… почти печально.

— Сердце, связанное страстью, не способно увидеть истину. Любовь влечёт за собой тревоги, привязанность, ревность, а всё это нарушает равновесие духа. Вы должны полностью сосредоточиться на обучение, а не отвлекаться на семьи и любовные терзания.

— Со внешним миром всё понятно, — осторожно сказал я, скрестив руки на груди. — Это действительно может мешать… Но почему между нами? Мы ведь всё равно будем рядом каждый день. Разве чувства между учениками – это обязательно плохо?

Адепт резко метнула в мою сторону взгляд, острый, как наконечник копья. В нём не было злобы, а скорее я задел тему, которую она пыталась избежать.

— Время, потраченное на любовные игры, можно вложить во что-то, что действительно имеет ценность. Вы пришли обучаться у меня, у Адепта! Я буду вкладывать в вас своё время, силы и знания, которые не каждый достоин получить. И я требую уважения к этому труду, — голос её стал ещё холоднее. — Я не собираюсь снова тратить годы, чтобы потом ученица ушла, забеременев, а ученик бродил, сочиняя стихи вместо того, чтобы тренироваться.

А… вот оно что.

Обучение, оборванное на полпути из-за чувств. Видимо, в прошлом она уже сталкивалась с этим. Наверное, тогда отдала этим людям себя, свои знания, свою веру в них, а в ответ увидела их легкомыслие, затем и спины.

Вкладывать силы в кого-то, кто в итоге отвернётся – это, наверное, больно.

Адепт тяжело вздохнула.

— Я не запрещаю любить, — сказала она после паузы, — просто прошу воздержаться… хотя бы до того, пока я сама не разрешу.

В голове тут же вспыхнула сцена, где я тяну Адепта за перья и с самым невинным видом спрашиваю: «А уже можно любить?». Я едва удержался от смешка. Уголки губ предательски дёрнулись, но я всё же взял себя в руки

Забавно. Но думаю, это правило возникло спонтанно. Скорее всего, она недавно столкнулась с этим, и всё ещё на эмоциях. Не хочет повторить предыдущую ошибку, вот и выдвинула такое условие.

Ну, либо её просто довели. Превратили её обитель знаний и тишины в романтический театр с элементами дешёвой драмы. А может, и вовсе в нечто, больше напоминающее бордель под видом «духовной практики». Не удивлюсь, если второе. Учитывая, какая у неё реакция. Тем более китайцы недалеко ушли от японцев, которые славятся своими извращениями.

— Второе правило: вы не имеете право покидать мои земли без разрешения.

На это мы с Ху Фуа спокойно кивнули.

— И третье, вы не имеете права скрывать от меня свои силы. Всё, что ощущаете, каждая способность, каждая вспышка понимания, каждый шаг должен быть мной замечен и осмыслен. Не скрывайте ничего. Ни из страха, ни из гордости, ни из желания удивить позже. Тайны между учеником и учителем – корень падения.

Глава 45

Когда мы вернулись на гору Аоцан, нас ждали подарки от учителя, а именно два комплекта одежды для меня и Ху Фуа, а также аккуратная стопка свитков и книг.

Внутри были и иллюстрации. Замысловатые схемы с непонятными символами, изображения боевых стоек и движений по боевым искусствам.

Но больше всего меня поразило содержание. В одной из книг, полная инструкция по использованию магии огня. Причем с детальным описанием каждого процесса. Это видно уже с первой страницы. Не просто материал в стиле «сделай это, чтобы получить вот это». Даже есть предупреждение о потенциальных ошибках, а также их разбор, почему такое могло произойти. Каждая техника занимала по двадцать, а то и больше страниц, из-за чего книга была по объёму не меньше «Война и мир» Льва Толстого.

В другой книге аналогичный подробнейший разбор магии Электро-стихии.

Что особенно поразило – это сведенья, которые не ожидаешь услышать в такую эпоху. В книге про Электро-стихию рассказывалось о положительных и отрицательных частицах, полярности, свойствах отталкивания и притяжения. То, что я слушал в школе на уроках физики. И они объяснены! Да, там много ссылаются на магию и волю стихии, но резонанс и эффекты выглядят вполне научно.

Вряд ли кто-то ожидает найти в псевдо-средневековом мире книги с такой информацией…

Я, конечно, знал, что боги и приближённые к ним сущности обладают знанием, недоступные смертным. Но полагал, что это знание связано исключительно с магией, с божественной силой, непостижимой для простых смертных. А тут... создаётся ощущение, будто им просто всё равно на людей. Мол, пусть человечество само развивается, а нам и так хорошо.

Почему боги скрывают эти знания от людей? Искусственно затормаживают прогресс? Конечно, среди богов наверняка есть те, кто смотрит на людей свысока. Но ведь есть и те, кто искренне помогает человечеству. Как тот же Моракс, который многому научил людей.

Боятся, что люди станут слишком могущественными и сбросят богов с пьедестала? Вряд ли. Слишком уж велика разница в силах. Боги могут менять ландшафты, управлять стихиями, властвовать над самими законами природы.

Что иронично, но народ, который отрекся от богов, создал автоматонов и ушёл в развитии на несколько веков вперёд, чем люди под покровительством богов. И как они закончили? Боги их уничтожили. Нет, не хочу сказать, что тут полностью вина богов. Поскольку этот народ был виновником Катастрофы, и из-за них чуть не был уничтожен Тейват. Просто… иронично.

Я посмотрел в сторону Чэньюй, где высоко в небе парил остров. Селестия. Небесный дворец, где обитают боги и те, кто судит всех в Тейвате. И тут же ощутил, словно посмотрел вниз, при этом находясь где-то высоко. Однако это ощущение быстро пропало.

Странно всё это…

Покачав головой, я отложил книгу в сторону, и перевёл взгляд на Ху Фуа, которая радовалась новой одежде. Поэтому вскоре сам переключился на уже свой наряд.

Да, одежда – моё почтение. Материал оказался настолько прочным, что моих сил не хватило порвать его. Причем с подачи Адепта я даже попытался разрезать ткань мечом. Ничего. Ни следов. Ни надрыва. Ткань оставалась невредимой, сколько бы я её ни тыкал и ни резал. При этом она была удивительно мягкой и приятной на ощупь. К тому же одежда обладала защитой от элементальной энергии. Причём действовала она не только на закрытые участки тела, но и на открытую кожу.

И выглядели эти наряды просто потрясающе: стильные, элегантные, как из фэнтезийного аниме. Каждый узор слегка переливался при движении, каждая складка ложилась идеально, будто наряд подстраивался под носителя. Правда…

— Учитель, — я бросил косой взгляд на Адепта, а после хмыкнул. — Вы издеваетесь?

Цапля тут же нахмурилась.

— Объяснись.

— Ну, вы же сами запретили нам всякие там любовные дела… А потом даёте Ху Фуа вот это?

Я кивнул на девушку. Она в новом наряде очень привлекательна. Открытая спина и плечи, а также соблазнительно открытое правое бедро. По местным меркам это выглядело чересчур… смело. Поэтому неудивительно, что Ху Фуа вспыхнула, поймав мой взгляд.

Адепт молча окинула её взглядом, кивнула, и через мгновение из воздуха на Ху Фуа мягко опустился голубой халат или, может быть, мантия. Полупрозрачная.

— Вот, теперь ты выглядишь… достойно, — сказала Цапля, а я едва не подавился.

С этим её «достойно» она стала казаться ещё привлекательнее.

Однако раз Ху Фуа не возражала, мне оставалось только молчать.

Правда, всё изменилось в тот момент, когда белую цаплю окутал туман. А затем, в его густом мареве, я различил силуэт женщины. Прямо как в старых фильмах, когда за занавеской виднеется тёмный силуэт очень привлекательной девушки, и зрители замирают, ожидая, когда ткань пропадёт и перед ними предстанет красотка. Всё было именно так: сначала показались стройные ножки, затем плавные очертания фигуры, и, наконец, вся она.

Из тумана появилась привлекательная девушка, на вид чуть старше двадцати. И, не побоюсь признаться, это самая красивая женщина из всех, что я видел. А оно и неудивительно. Если Адепты могут менять облик и превращаться в кого угодно, то почему бы не выбрать себе привлекательную внешность? Тем более мало кто захочет быть посредственным.

— Вот видишь, нечего тут смущаться, — сказала она с лёгкой улыбкой, и кокетливо поправила очки… ну или мне так показалось.

Да, внешне она выглядела в точности как в игре: молочно-белая кожа, глаза цвета морской волны, длинные чёрные волосы с салатовыми прядями, очки в красной оправе, да и наряд, правда... Боги, что за пошлость? Создавалось ощущение, будто это вовсе не одежда, а вторая кожа.

С кончиков пальцев до шеи её покрывала тёмная ткань с черными узорами. Она настолько плотно прилегала к телу и была тонкой, что я даже не уверен, одежда ли это, а не просто такой цвет кожи. Даже намека нет на ткань. Просто гладкий материал, без складок, без нитей. Впрочем, поверх неё надето нечто вроде корсета с юбкой, и она уже была плотнее и видно, что это одежда. Правда дизайн такой, словно на обнажённое тело надели передник. И он тоже плотно прилегал к телу, лишь сильнее подчеркивая и без того вызывающую фигуру.

Когда она повернулась ко мне спиной, то я чуть не подавился, хотя ничего в горле и не было. Вся её спина была полностью открыта, а переход от поясницы к ягодицам будто нарочно подчёркивался золотой «V» линией, где конец как раз в том месте, где начинается борозда. Мол, смотрите туда. Ну я и посмотрел. Попа… Что тут сказать? Если бы первое, что я увидел в ней, была её задница, то решил бы, что передо мной какая-нибудь темнокожая обнаженная девушка. Вот настолько ткань прилегала к телу.

Да, у неё была сверху некое подобие юбки. Но она какая-то странная, словно лепестки тюльпана, разделенная на четыре. Из-за чего при резком движении она развивалась так, что ничего не скрывала. Поэтому её попа предстала во всей красе.

Попа… М-да…

Может, я извращенец, и не знал об этом? Однако после месяцев, проведённых в этом мире, где большинство девушек носят два-три слоя одежды и даже щиколотки прячут, такое видеть… сродни узреть голую девушку.

И ведь если подумать логически, то ей наплевать на людские нормы приличия. Она жила ещё тогда, когда люди бегали голышом – образно конечно же. Хотя может и не образно, учитывая скульптуру Азазеля, где у его ног были голые женщины. В то время явно нормы приличия были другими.

Поэтому неудивительно, что все её ученицы в каноне выглядели так, будто вот-вот выйдут на сцену и начнут танец у шеста. С таким-то учителем…

Чертов фансервис в игре. Разработчики хоть понимали, как их наряды будут выглядеть в реальности? Хотя… не буду врать, если скажу, что мне нравится этот вид. И пусть учитель запрещает всякое, но любоваться ведь можно.

— О чём задумался? — внезапно раздался голос Ху Фуа, и я удивленно перевёл на неё взгляд.

Учитель заваривала чай, и видимо уже некоторое время занималась этим. А я как дурак просто стоял и пялился в пустоту.

— Да так… Думал о своём, — улыбнулся я. — Тебе очень идёт этот наряд.

Девушка смутилась и опустила взгляд, начав прикрываться своим халатом.

— Правда? Хоть учитель сказала, что тут нечего стесняться, но… Не слишком ли это вульгарно?

Ну, даже в борделе одеваются приличнее. Поэтому с какой-то стороны да. Все взгляды, как женщин, так и мужчин будет прикованные к ней. Но, с другой стороны, довольно-таки модный и современный наряд. Просто привык к местным порядкам, вот и удивился. Если не сказать, что возбудился.

Если так подумать, то в отличие от учителя, её наряд нормальный. Воротник до шеи, из-за чего ложбинки не видать. Спина и плечи хоть открыты, но лишь на уровне грудной клетки. Поэтому вульгарного в этом нет. Правда смущает только открытое правое бедро. Однако под мантией и из-за чулков, думаю, будет нормально. Если что, и возникнут неудобства, она что-нибудь придумает.

Просто тогда, когда на ней был старый прикид, где несколько слоев одежды, она не так сильно привлекала моё внимание. А сейчас хочется любоваться ею.

— Думаю, всё же нет. Ты красивая, и не стоит этого стесняться. А всех твоих ухажёров я побью, чтобы не смели тебе докучать, — хмыкнул я с усмешкой.

— Раз вы всё выяснили, прошу за стол, — раздался голос учителя.

Зеленый чай...

Эх. На вкус, как тёплая вода с небольшим вкусом травы. Почему местные так обожают эту жижу?

— А почему ты не переоделся? Одежда не понравилась? — спросила Адепт, сделав несколько неторопливых глотков.

Я покачал головой:

— Нет, просто сначала хочу принять ванну, а уже потом переодеться.

Учитель окинула меня странным взглядом, а Ху Фуа сдержанно выдохнула.

На их лицах прямо читалось: «Ты серьёзно? Какая, к демонам, ванна? Ты должен быть варваром, рвущим Геовишапов голыми руками и умывающимся в их крови!».

Ну я это утрирую. Тут, конечно, с гигиеной не так хорошо, как в моём мире. Но всё-таки ей уделяют внимание. Просто без всяких ванн и тому подобное. Это даже не роскошь, а скорее воспринималось как излишнее потворство удовольствиям. Как стрижка. Вряд ли кто-то каждый день бегает в парикмахерскую стричься. Поэтому мыть полностью тело – это что-то из разряда «по праздникам». Тряпка и ведро с водой.

У женщин всё иначе, поскольку так получилось, что для них это сродни с уходом за своей красотой, как накрашиваться каждый день. И так уж вышло у местных, что ванна для женщин или по праздникам.

Тот ещё маразм.

— Не стоит переживать, одежда самоочищается, — сдержанно проговорила учитель.

— Кто бы ещё меня очистил от этой грязи и крови монстров, которая, между прочим, уже начинает подванивать, — вздохнул я. — К слову, учитель, как к вам лучше обращаться?

Адепт на мгновение задумалась.

— Можете продолжать звать меня просто «Учитель», — наконец сказала она, — либо как пожелаете. За своё существование люди дали мне столько имён, что я ничему не удивлюсь.

— Тогда как насчёт… Госпожа Сянь Юнь, — улыбнулся я.

Эти слова сами вырвались из меня, до того момента, как я успел что-то обдумать. Вроде так её называли в игре. Но я не уверен, и из-за этого чувствовал себя глупо.

Однако учитель выглядела так, словно она не против.

— Как Хранительница Облаков… — задумчиво произнесла Ху Фуа. — Мне нравится.

— Хм, если вам так хочется, то отныне называйте меня «Сянь Юнь».

Сянь Юнь внимательно посмотрела на меня, и её взгляд стал чуть мягче.

— Раз уж речь зашла об именах, — произнесла она, — я помню своё обещание. Позволь наречь тебя Цин Лун – «Ясный Рассвет». Думаю, это имя хорошо тебе подходит, учитывая твоё прошлое.

Я чуть нахмурился, но потом улыбнулся.

Имя необычное и очень громкое. Хоть и значение другое. Но всё же мне нравится. Ожидал куда хуже, а тут даже на слух приятно слышать.

Вообще с именами здесь та ещё канитель. У одного имени может быть хоть тонну значений. Поэтому часто бывает так, что люди при знакомстве спрашивают значение имени.

— Цин Лун, — повторил я. — Созвучное как Лазурный Дракон. Мне нравится.

Ху Фуа улыбнулась, а учитель удовлетворённо кивнула.

Некоторое время царила тишина. Мы просто сидели за столом, неспешно потягивая чай. Сянь Юнь смотрела куда-то вдаль, словно погрузившись в раздумья.

Но у меня внутри клокотало множество вопросов. Молчать дальше было невозможно.

Я всё-таки не сдержался.

— Учитель, где Властелин Камня?

После этих слов Ху Фуа резко замерла. Сянь Юнь тоже казалась удивлённой. Она на мгновение застыла, уставившись на меня пристальным, немигающим взглядом. Затем тяжело вздохнула и вновь отвела взгляд куда-то в сторону.

— Это связано с тем монстром в руинах, не так ли? — спросил я осторожно.

Она едва заметно поджала губы, и этого молчаливого жеста было достаточно. Видимо я попал в точку.

— Тот монстр... Он был ужасен, — с дрожью в голосе произнесла Ху Фуа. — Никогда бы не подумала, что подобные существа вообще могут существовать в Ли Юэ. У меня до сих пор перед глазами стоят те разрушения... В одну секунду горы просто исчезли. Это было... страшно.

— Древний Король, — кивнул я. — Я пытался найти хоть какую-то информацию о нём. Всё, что есть – это теории. Похоже, он был чем-то вроде Лорда Геовишапов. Прослеживается параллель.

Сянь Юнь наконец подняла на нас взгляд. Её голос был тих, но отчётлив:

— Это существо… Его действительно звали Древним Королём. Так его прозвали несколько тысяч лет назад, когда он попытался вернуть себе власть. Я не стану вдаваться в подробности. Скажу лишь, что тогда был хаос. С неба падали странные шипы, земля дрожала, а ветер выл от боли. В этом хаосе он нашёл возможность ударить из тени. Властелин Камня сразил его, но заплатил дорогую цену. Многие его близкие тогда пали.

Она замолчала на секунду, будто давая себе время продолжить.

— Монстр сбежал в мир Света, скрывшись там на долгие тысячелетия, выжидая. И вот… Катастрофа стала для него возможностью вернуться. Мы должны были запечатать его в тех руинах. Формация почти была завершена, но ваше появление нарушило планы. Он начал действовать раньше, чем мы ожидали. К сожалению… он снова ушёл.

После слов учителя я не знал, что сказать. Мы пришли туда по глупости, и теперь из-за нас этот древний кошмар снова на свободе.

Неужели, в игре о нём ничего нет, поскольку Моракс победил его без сучка и задоринки?

Это удручает…

С другой стороны, Ху Фуа могла погибнуть там, и те люди в руинах стали бы жертвами этой ловушки.

— Не вините себя. Всё было слишком хрупко. Одно ваше появление не могло так изменить ход судьбы. Значит это было суждено.

— Но что ему нужно? Вы сказали, что он жаждет вернуть себе власть. Какую власть он жаждет вернуть? — спросил я, хмуро смотря на учителя.

— Власть… над миром полагаю. Он винит Небеса в том, что те украли его власть. Я точно не знаю, даже мне неведома история о нём. Но Властелин Камня как-то сказал, что это существо уже не то, кем было когда-то. Это всего лишь дух, созданный гневом и ненавистью истинного Древнего Короля, и он может только прятаться от взора Небес, — вздохнула Сянь Юнь. — Но убить его нельзя. Только запечатать. Поэтому Властелин Камня погрузился в сон, чтобы найти его в случае, если тот остался в этом мире.

— Значит Наставник… не бросал меня? — в голосе Ху Фуа послышалась надежда.

— Властелин Камня слишком ответственный, чтобы вот так бросить своих учеников. Я даже думала отказать тебе, и не брать в ученики, но мне неведомо сколько продлится его сон. Он может проснуться завтра, через месяц или через сотни лет. Поэтому, думаю, Властелин Камня не будет против моей помощи, — учитель улыбнулась. — Не переживайте вы так об этом монстре. Скорее всего, опять ушёл в мир Света на тысячелетия.

Мир Света… Вообще, это место откуда прорастает элементальная энергия. Конечно, если верить источнику. В одной опере пелось про это мир, оттуда и запомнилось название.

Учитель встала из-за стола.

— Сегодня можете отдохнуть. Тренировки начнутся завтра, — спокойно сказала она, уже собираясь уйти

— Постойте, — я резко поднял голову, вспомнив одну важную вещь. — Через пару месяцев у Ху Фуа день рождения. Я пообещал ей, что мы отпразднуем его вместе с её семьёй… в Мондштадте.

Сянь Юнь на мгновение замерла. Затем медленно перевела взгляд с меня на Ху Фуа. Та смотрела на меня с полным изумлением, будто не верила, что я это действительно сказал вслух. Всё-таки я, по сути, поставил её праздник выше тренировок с Адептом. Для кого-то это могло прозвучать как оскорбление.

Учитель молчала долго, всматриваясь в нас, размышляя.

— Путь отсюда до Мондштадта займёт примерно месяц. Но… если вы пойдёте напрямую через Яшмовый Лес, сможете сократить путь вдвое, — она на секунду задумалась, потом кивнула самой себе. — Хорошо. Я разрешаю. Но после праздника вы должны вернуться на гору.

И… она исчезла. Просто была, и в следующее мгновение она пропала.

Глава 46

аПару месяцев мы провели в упорных тренировках под неусыпным присмотром учителя. Утром, чтение книг, днём, отработка техник, вечером, работа над ошибками и беседы. У нас ещё были так называемые «перерывы на отдых».

Да уж, отдых. Только вот в понимании Адепта, отдых – это каллиграфия, разбор редких материалов, основы биологии, химии, физики и даже экономики. Ну, это если уж называть вещи своими именами. Сянь Юнь буквально впихивала в нас различные знания. Поскольку считала, что боевые навыки, конечно, хорошо, но тупому человеку хоть силу бога дай, толку от него будет как от блохи. Неудивительно, что её ученицы в каноне умные и образованные с таким-то подходом.

И она не знала словно «нет», а лень воспринимала как проблему, которую стоит решить. Методы спартанские. При этом сразу дала понять, что это нужно нам, а не ей. Просто для неё интересен сам процесс обучения. Каждый новый ученик даёт ей новый взгляд на жизнь. Тем более такой как я. Моё существование для неё загадка. И хоть она не говорит прямо, что желает изучить меня, но это чувствуется и видно невооруженным взглядом.

Так что даже с моей выносливостью я устаю. Хотя скорее морально, чем физически. Но это усталость выражается как сонливость и заторможенность. Словно само тело понимает, что без отдыха я просто выгорю и подаёт такие вот сигналы.

Что касается Ху Фуа, то она просто нечто. Ей действительно тяжело, но она всё преодолевает. Прямо как героиня аниме, падает, но встаёт снова. Словно не замечает, насколько её попытки порой выглядят нелепо. Вот только со временем понимаешь, что эти попытки вовсе не бесполезны, а её упрямство залог успеха. Пусть не сразу, но уже через пару дней она дольше оставалась на ногах, ступала увереннее. А спустя месяцы тренировок её сила заметно возросла. И всё это, благодаря её неудержимому стремлению стать сильнее и упорству.

С того самого дня, когда Сянь Юнь рассказала о Мораксе, Ху Фуа загорелась идеей удивить его, когда он вернётся. Она даже стала чаще улыбаться.

В какой-то момент, во время тренировки она высоко подпрыгнула. Её силуэт слился с лучами заходящего солнца, и на мгновение он показался мне очертаниями огненной птицы, раскинувшей крылья и устремившей взгляд в небо.

Не знаю, к чему я это сейчас вспомнил. Тогда мне показалось, что плетусь где-то позади неё. Даже обидно стало на самого себя.

Хотя у меня тоже есть прогресс. Теория и боевые техники даются мне вполне нормально, но, честно говоря, у меня нет особого рвения изучать их. Однако с магией всё обстоит совершенно иначе.

Мне всегда хотелось прикоснуться к магии. Да и кому не захочется? Не зря ведь так популярен фэнтези жанр в моём прошлом мире. От детей до взрослых, все желают прикоснуться к чуду. Каждый раз, когда приходит время заниматься магией, я будто растворяюсь во времени. Полностью погружаюсь в процесс, теряя счёт часам. Особенно в те моменты, когда что-то начинает получаться, сильно хочется довести начатое до конца.

Все эти месяцы я изучал «Танец Богини Грома».

При его использовании создаётся эффект отталкивания, и движения становятся плавными, будто ты не бежишь, а скользишь над землёй. Эта техника увеличивает скорость и значительно повышает манёвренность.

Первый месяц я посвятил управлению энергией. По заданию учителя нужно было направлять энергию таким образом, чтобы она не рассеивалась в воздухе и не скапливалась в одном месте слишком плотно, иначе создается шаровая молния. Круто, но не то. Требовалось создать нечто вроде напряжённой, но тонкой энергетической плёнки в точке соприкосновения. В книге даже говорилось, что каждая частица в мире связана между собой с помощью Электро-стихии. Благодаря этой связи, движения начинают резонировать с окружающей средой. Однако от этой информации мне не холодно и не тепло, не хватает знаний на эту тему. Но благодаря им, я как-то пришёл к правильному решению, и смог создать что-то наподобие электрической цепочки в виде сети. Именно такая форма не даёт скапливаться энергии в одной точке, но при этом она не рассеивается.

Со стороны для обычного человека это выглядело как плотная плёнка, но пользователи Глаза Бога, или те, кто чувствует стихию могли различить структуру. А значит, и воспользоваться её уязвимыми местами.

Сянь Юнь разрешила использовать этот метод, но настояла, чтобы ячейки в сетке были как можно мельче. В качестве примера она привела ткань, где расстояние между нитями меньше миллиметра.

Кстати, в книге по магии я наткнулся на навык создания энергетического щита. Принцип там как у мыльного пузыря. Сначала формируется круг, то бишь механизм схож со сеткой, а потом уже «выдувается» барьер. Ничего сложного, но там важен контроль. Поэтому один раз попробовал, понял, что с моими навыками барьер получается слишком хрупким, и забросил до лучших дней. Другие техники даже не трогал, только прочёл внимательно. Поскольку в них могут скрываться подсказки, которые помогут глубже понять и овладеть «Танцем Богини Грома».

Когда размер ячеек в моей энергетической сети достиг примерно сантиметра, я наконец перешёл к следующему этапу. Конечно, хотелось бы сделать их ещё меньше, но и с этим уже можно работать. Главное пока освоить саму технику. А остальное можно сделать позже.

Следующим шагом стало создание платформы между подошвой и землёй. Эта энергетическая платформа должна была выполнять амортизирующую функцию, слегка отталкивая моё тело при движении.

Само создание платформы несложно. Это буквально сетка под ногами. Просто нужно было привыкнуть к её созданию под подошвой обуви. Сложность заключается в интенсивном движении. Чтобы техника работала правильно, нужно создавать платформу за мгновение до того, как я закончу шаг. А учитывая мою скорость, то это очень сложно сделать. Даже обычный человек за секунду может сделать несколько шагов. И это ещё только второй этап.

К счастью, третий не такой уж сложный. Он связан с положительной и отрицательной энергией. Я чувствую между ними разницу и могу как-то переключаться. Объяснить это трудно. Просто… чувствую, как это делать.

К слову, как оказалось, у людей с Глазом Бога не совсем вся сила Электро. Хотя это уже неправда. Всё же сила одна, просто у людей разные свойства её проявления. То есть у некоторых энергия отталкивает Электро-частицы в воздухе, а у других притягивает. Отсюда такое разделение, и от этого зависят навыки людей. Почему так… я не уверен. Даже учитель не знает ответа. Возможно, из-за характера самих людей. Может, из-за законов этого мира. Или так влияет сила Электро Архонта.

Когда-то у Эи был близнец, и вместе они правили Инадзумой. Возможно, это и породило двойственность в Электро-стихии. Даже в природе это заметно. Существуют два вида Электро-слаймов, жёлтые и фиолетовые. Мне пока попадались только фиолетовые, но это не значит, что жёлтые редкость. Просто в Ли Юэ с Электро-слаймами проблема.

Ну, а то, что я могу использовать как положительную, так и отрицательную связано с Эи. Она как Электро Архонт владеет тем и этим.

Во всяком случае, так я понял из объяснений учителя. Хотя она сама признавалась, что знает о природе Электро далеко не всё.

А вообще, я вспоминаю игру… В ней такого разделения не было. Хотя, честно говоря, и Электро-персонажей там было немного. Но был один странный момент, который мне запомнился, некоторые из них не могли активировать определённый Электро-механизм, напоминающий часы. Связано ли это с полярностью энергии... Не знаю.

Впрочем, это не столь важно. Ведь сейчас, спустя месяцы тренировок, я могу активировать технику без особых усилий, почти инстинктивно. Каждый день я создавал эти платформы по тысяче раз, если не по несколько десятков тысяч. Но даже так техника ещё далека от идеала. Причем если моя скорость возрастёт, баланс снова нарушится. Так что мне ещё долго придётся оттачивать этот навык. Возможно, всю жизнь. Или… до того момента, когда я достигну той точки, за которой уже не будет смысла что-то менять.

***

Мы готовились к отъезду в Мондштадт.

Сянь Юнь, как и обещала, не стала противиться и разрешила Ху Фуа навестить своих родственников. Тем более, как она сама сказала, у неё на носу важное дело, связанное с другими Адептами. Вроде как скоро у них сбор.

Моракс, увы, всё ещё не вышел из медитации. Возможно, этот вопрос и станет одной из тем на их собрании.

— Всё собрали? — спросила Сянь Юнь, внимательно осматривая нас. Мы синхронно кивнули.

Она парила над землёй в позе лотоса. Всё такая же, как в первый день. Даже одежда не изменилась.

Я уже привык, но иногда всё равно засматриваюсь на неё, особенно когда она сражается с Ху Фуа. Её юбка в движении не скрывала практически ничего.

Честно? Я бы не удивился, окажись, что прошлые её ученики не могли сосредоточиться из-за неё. Даже не понимаю как им тяжело пришлось. Я-то – кукла, могу контролировать своё тело. Но вот как они справлялись с возбуждением, которое явно давило на их мозг, не представляю. Ведь Адепт видит и слышит всё в огромном радиусе. Так что тайком уединиться и «сбросить напряжение» не получиться.

Девушкам, пожалуй, в этом плане проще, если вдруг засматриваются на других девушек. В Ли Юэ с этим нет проблем. Секс между женщинами тут, скорее, воспринимаются как игра или забава. Я как-то сидел в ресторане, где семь девушек прямо за соседним столом обсуждали между собой свои «развлечения», причём совершенно спокойно, без стеснения. Меня ещё тогда удивило, что официантка поддержала тему их разговора, когда отдавала заказ.

Но стоит этой «игре» перерасти в отношения, и начинается настоящий спектакль. В Ли Юэ, как ни странно, в некоторых регионах союз между женщинами официально разрешён. Это связано с местными традициями и религиозными верованиями. Ведь не везде поклоняются исключительно Мораксу. Однако в столице к таким отношениям относятся резко негативно. Формально запретить их никто не может. Поэтому это переходит в споры, скандалы, визги, словно бабки на базаре, кричат, перебивая друг друга, на каком-то неразборчивом языке. Хорошо хоть, что до крови и клейма позора не доходит.

Так что, и парни, и девушки – все потенциальные «жертвы» Сянь Юнь. А уж учителю предлагать «сбросить пар» себе дороже. Даже если кто и пытался, не думаю, что Сянь Юнь когда-либо согласилась. Поэтому, вероятно, её прошлые ученики нашли утешение друг в друге. А поскольку защиты от беременности не было, та девушка забеременела и была вынуждена прервать обучение. Возможно, в других регионах существуют разные зелья, но в Ли Юэ чтят продолжение рода, и здесь подобное вряд ли встретишь.

Ну, это моя теория, что произошло с прошлыми её учениками.

— Когда вернётесь, вас ждёт уединённая тренировка сроком на два года, — вдруг сказала Сянь Юнь.

Мы с Ху Фуа переглянулись.

— На два года?! — удивление в голосе Ху Фуа было вполне понятным.

Сянь Юнь хмыкнула, скрестив руки на груди.

— Да. Я закрою вас в особом месте, где высокая концентрация духовной энергии. Это сильно ускорит ваше развитие. Обычно к такому этапу я перехожу лишь через несколько лет обучения. Но Ху Фуа давно тренировалась с Властелином Камня, а её связь с элементами – феноменальна. Что касается тебя, Цин Лун… твоя ситуация особенная. Мы поговорим об этом, когда вернёшься. Но и для тебя это уединение будет крайне полезным.

Два года в изоляции… Это же можно с ума сойти. Хотя, с другой стороны, если учитель говорит, что это пойдёт на пользу, значит, так и есть. Такой шанс упускать нельзя.

— Также когда вернётесь, то я познакомлю вас со своей ученицей. Она слишком много работает, поэтому отдых ей не помешает, — хмыкнула Сань Юнь. Правда зная её «отдых», то она явно задумала что-то нехорошее. — Ладно, не люблю я прощаться. Буду ждать вашего возвращения.

Сказав это, она исчезла.

Я посмотрел на Ху Фуа. Она подошла к краю горы и устремила взор в сторону Мондштадта. Конечно, его было не видно, кроме разве что огромной заснеженной горы.

Глава 47

Мы спустились с горы и направились в сторону Мондштадта, напрямик, через луга, реки и даже болото. Путь был не самый лёгкий, но мы не отклонялись.

Ху Фуа тоже изучала техники, связанные со скоростью. Я до конца не понимаю, как именно работает её метод, но, судя по обрывкам услышанного, она использует нагрев для создания выброса. Что-то вроде импульса, который с силой отталкивает её вперёд. Когда она бежит, из-под её ног вырывается белый дым, струя пара, тянущаяся за ней шлейфом.

Из-за изученных техник мы могли передвигаться даже по воде. Точнее, не совсем по воде, а вдоль её поверхности. Главное, не останавливаться, и чтобы не было высокого течения – иначе угодишь в воду. Благодаря этому мы быстро преодолевали путь, останавливаясь лишь чтобы Ху Фуа восстановила элементальную энергию, и на отдых.

На третий день мы добрались до долины Бишуй, и решили остановиться возле старых руин.

Я не знал, что это за место, но повсюду торчали огромные оранжевые кристаллы, светящиеся в темноте. Они казались застывшими языками пламени, вырвавшийся из недр земли и замершие в вечном свечении. Именно они и привлекли моё внимание, потому мы и решили остановиться здесь, чтобы передохнуть. К тому же стемнело, и пора было разбивать лагерь.

— Ху Фуа, ты знаешь, что это? — спросил я, подходя к ближайшему кристаллу.

На ощупь он оказался тёплым, почти обжигающим. Возможно, это и есть Пиро-кристалл... хотя я не был уверен.

Честно говоря, не помню, чтобы в игре было что-то подобное. Но, с другой стороны, столько лет прошло, мог и забыть. А может, это новое место, или что-то, что просто никогда не попадалось на глаза. Хотя место действительно странное.

— Есть легенда, — заговорила Ху Фуа, коснувшись кристалла, — что тысячи лет назад Властелин Камня сразился с драконоподобным чудовищем по имени Чи. После гибели монстра его тело обернулось горой, кровь стала водой, а чешуя плодородными полями... Но та кровь, что пролилась во время битвы, впитала в себя силу Властелина Камня и, резонируя с его энергией, застыла в земле, превратившись в эти кристаллы.

— То есть это… его кровь? — переспросил я.

— Так говорит легенда, — кивнула она. — Эти кристаллы – следы древней битвы. Замёрзшие капли силы. Что интересно, они очень прочные. Ещё никому не удалось добыть их.

Я вздохнул.

Опять какой-нибудь бог...

Впрочем, здесь их полно. Ли Юэ, по сути, построен на костях богов. И ведь есть ещё живые божества, те, кто ушёл в уединение, спасаясь от Моракса. Хотя, если задуматься... может, это и не бог вовсе. Может, действительно дракон.

Какая между ними разница?

Честно говоря, грань между богами и драконами почти неуловима. Почти такая же тонкая, как между Адептами и богами. Согласно легендам, Адепты – это смертные, достигшие просветления. Их часто изображают в облике божественных зверей. А вот Боги... про них известно только одно: они когда-то упали с небес. Всё. Откуда, зачем, кто они такие на самом деле – неизвестно.

А драконы... Драконы – это, на мой взгляд, не столько существа, сколько состояние. Пик эволюции элементальной энергии. Завершённая форма её развития.

Это уже моя теория, но мне кажется, что сама элементальная энергия несёт в себе нечто вроде кода. Как предустановленную программу, которая стремится к развитию. Она подталкивает существ к трансформации, к следующей ступени, к той самой «драконьей форме». Даже какие-то чёртовы грибы, если накапливают достаточно энергии, могут превратиться в огромных птичьих монстров, больше похожих на смесь страуса и павлина. И это, по легендам, вовсе не конечная их форма. Это всего лишь стадия, зафиксированная людьми. Есть упоминания, что они могут развиваться дальше, в нечто более величественное. Об этом говорится в справочнике Искателя Приключений.

И, если уж быть честным, драконы в этом мире не сильно напоминают тех, что я привык видеть в классическом фэнтези. Взять хотя бы Аждаху – он больше похож на исполинскую черепаху, почти как тот покемон с деревом на панцире. А Ужас Бури? Так он вообще больше напоминает гиппогрифа.

Так что кто тут бог, кто зверь, а кто просто продукт мутаций элементальной энергии… сразу и не разберёшься. Особенно когда так называемые «Божественные Звери» выглядят не менее внушительно, чем драконы. Взять хотя бы этого Чи, который может быть кем угодно.

— М-да уж… — выдохнул я, глядя на кристаллы.

— Говорят, — добавила Ху Фуа, — что у Властелина Камня не хватило сил, чтобы окончательно уничтожить Чи. Тогда он воздвиг каменные статуи, которые сдерживали и медленно разрушали остатки его силы.

— Ты про эту? — спросил я, указывая на небольшую статую, что-то среднее между человеком и драконом.

Ху Фуа пожала плечами.

— Не знаю. Я слышала эту историю от тёти. Всё это произошло задолго до появления письменности. Легенды передавались из уст в уста, кто знает, сколько в них правды.

Такая вот легенда чуть не убила нас в руинах Азазеля.

С другой стороны, если верить рассказам, Чи был запечатан самим Мораксом. А уж если Властелин Камня что-то запечатывает, значит, всё должно быть надёжно. В теории.

Я снова посмотрел на оранжевые кристаллы, мерцавшие в полумраке, а потом огляделся в поисках чего-нибудь, чем можно было бы их разбить.

Подходящего не нашлось. Поэтому я полез в инвентарь и достал самое прочное, что у меня было, – топор Митачурла. Массивный, грубый, но надёжный. Свой меч я решил не трогать – жалко. Вдруг треснет, а второго у меня нет.

— Ничего у тебя не выйдет, — хмыкнула Ху Фуа, сделав шаг в сторону. — Эти штуки не простые. Сколько людей пытались, но безуспешно.

— Проверить же стоит, — буркнул я.

Она ничего не сказала, только закатила глаза и скрестила руки на груди.

Я перехватил топор покрепче, вдохнул и шагнул к кристаллу. А затем замахнулся, и с размаху ударил, вложив всю силу, что у меня была. Миг – раздался глухой металлический звон, будто я рубанул по колоколу. В ту же секунду в ладони отдало вибрацией, а топор едва не вылетел из моих рук.

— Ну и…? — с иронией протянула Ху Фуа.

Я посмотрел на кристалл.

Ни царапины. Поверхность осталась идеально гладкой, будто я и не бил вовсе. Хотя и топор не пострадал, а значит можно продолжать. Всё же отступать я не собирался. Для меня это стало чем-то личным. Сейчас я решил ударить по вершине кристалла. Вдруг получится отколоть хотя бы крошечный осколок…

Десять минут, двадцать, тридцать… Я всё бил и бил, пока в какой-то момент не услышал странный скрип. Он напоминал треск пересохшей древесины, но я не придал этому значения. Вместо того чтобы остановиться, я снова поднял топор, готовясь нанести очередной удар. Но не успел даже замахнуться как рукоять с хрустом лопнула у меня в руках. Острые щепки впились в ладони, а тяжёлое железо с глухим стуком обрушилось на землю.

Тишину разрезал лёгкий, мелодичный смех за моей спиной.

Это было фиаско.

Я хмуро посмотрел на Ху Фуа, а потом перевёл взгляд на кристалл.

Сдаваться просто так мне, конечно, не хотелось. Даже без топора у меня оставалась одна идея. Пока я наносил удары, в голову пришла мысль: «А что, если не разбить, а вытащить его?». Сделать подкоп, подлезть снизу и просто вывернуть из земли. Выкорчевать его будто пень. Правда… каждый раз, когда я ударял, мне казалось, что ещё чуть-чуть, и кристалл треснет. Поэтому пытался до последнего.

Я выбрал самый маленький кристалл, он был размером с небольшую собаку, и принялся рыть под ним землю, используя обломок топора как лопату.

Только вот и тут меня ждал облом.

Кристалл оказался не таким уж и простым. Стоило копнуть чуть глубже, как я понял, что это не отдельный кусок. Под землёй скрывался единый, цельный монолит, а то, что торчало на поверхности – лишь выросты.

Я выругался себе под нос и, выпрямившись, закинул обломок топора обратно в инвентарь. Лезвие было едва заметно притуплено на краю, всё-таки даже прочный металл имеет предел. Тем более против такого неуязвимого камня.

Жаль, что мой инвентарь не умеет по волшебству срезать предметы. Можно было бы аккуратно «вырезать» кусок, либо использовать инвентарь, скажем, в бою.

Перед тем как закрыть инвентарь, моё внимание привлек неизвестный золотой порошок, которого точно не было.

Эссенция Чилун (0,07мг)

«Мощная энергетическая эссенция, содержащая в себе остаточный след грозного повелителя гор»

— Эссенция... — прошептал я.

Значит, всё-таки смог. Хоть крупицу, но всё же что-то выдрал. Вероятно, на лезвие топора легла пыль от этого кристалла, и с ним вместе она оказалась в инвентаре, где определилась как отдельная ячейка.

Количество? Естественно, смехотворное. Даже не один грамм. Такое маленькое количество вряд ли вообще где-то можно использовать. Однако раз если возможно извлечь хоть крупицу, значит, в теории, можно и больше. Пусть медленно, пусть тяжело.

Я закрыл инвентарь и посмотрел на остальные кристаллы вокруг. Они по-прежнему горели ровным оранжевым светом. Нужно будет в будущем прийти сюда и добыть больше этих кристаллов. Такой прочный материал где-то всё же пригодиться. Тем более, судя по описанию, это мощная энергетическая эссенция.

Что касается Чилун… Он оказался всё же драконом. Чи Лун, то есть дракон Чи. Наверное, стоило этого ожидать. Правда больше думал, что бог. Однако не суть.

Утром мы продолжили путь.

Я же за ночь так и не сомкнул глаз. До самого рассвета над долиной раздавался вой. Не волчий, и даже не звериный. А тот самый, протяжный, будто искажённый плач. До боли знакомый, шаблонный звук. Такой обычно издают в фильмах и в играх всякие призраки. Так ещё совсем рядом от нашего лагеря оказалось старое кладбище. Я не сразу его заметил, только когда решил осмотреть окрестность. Заросшее, в трещинах, с покосившимися каменными плитами, некоторые из которых уже наполовину поглотила земля. Даже уже без изгороди. Видимо кладбище давно забросили. И, учитывая, что в этом мире призраки и демоны реальны, мне пришлось сторожить сон Ху Фуа, сидя у костра и не спуская глаз с темноты, словно оттуда в любой момент покажется бледное призрачное лицо.

К счастью, всё обошлось, и никто не попытался нас утащить в загробный мир. Более того, Ху Фуа, кажется, даже ничего не заметила. По её словам, спала она крепко и видела какой-то приятный сон. Хотя, когда я рассказал ей про звуки, лицо её стало серьёзным. Молча, без лишних слов, она направилась к кладбищу и провела там какой-то ритуал. А по возвращению её лицо было ещё мрачнее. Я не стал спрашивать подробностей. Наверное, подсознательно не хотел услышать ответ, что там действительно были призраки.

Ну его…

Но уже на выходе, когда я оглянулся в последний раз… что-то мелькнуло между деревьями. Лишь краем глаза, но всё же заметил маленький силуэт. Девочка в старом платье, с черными угольными волосами, заплетенные в косички, и чрезвычайно бледным лицом. Она просто стояла и смотрела на нас, словно провожая взглядом. Когда я повернулся полностью, её след простыл.

Мы быстро удалились из этого места.

— Раньше здесь было поселение, но десять лет назад демоны уничтожили его, — произнесла Ху Фуа через пару минут тишины. — Их запечатали в горе, однако их эманации продолжают осквернять это место, не давая покоя умершим. Я, конечно, очистила кладбище, но это временно. Пока демоны живы, вряд ли это место найдёт покой.

Я ничего не ответил, лишь молча кивнул.

Тем временем мы наконец добрались до Каменных Врат. За ними начиналось протяжённое ущелье, коридор между Ли Юэ и Мондштадтом. Это место служило главным торговым путём между двумя регионами, и, как следствие, людей здесь было очень много. Торговцы, путешественники, стражники, обычные люди и уверен даже воры. Все кто желал попасть в Мондштадт.

Это был единственный по-настоящему безопасный путь, не считая морского. Второй вариант – тропа через заснеженные горы, где температура падает до критических отметок, а метели не утихают даже летом. Там всё покрыто вечным снегом и льдом. Поэтому даже беглецы, контрабандисты и прочие преступники избегают этот путь, и лишь отчаявшиеся решаются ступить туда. Там даже стражи нет, поскольку далеко не все из безумцев доходят до конца.

Ущелье охранялось тщательно. На входе нас встретили Миллелиты – стражи Ли Юэ. Они проверили наши вещи, буквально попросили открыть сумки и показать содержимое, благо в них лишь мелочь, остальное у меня в инвентаре, а после потребовали документы. Лицензия Искателей Приключений подходила, поэтому нас пропустили без лишнего геморра.

Сам проход был не очень широким, так что всех пропускали поочерёдно, партиями. Ждать приходилось довольно долго. Путешественники, торговцы, паломники и просто случайные странники стояли в длинной извилистой очереди, тянувшейся вдоль каменной стены.

Кто-то зевал, кто-то пытался торговать, кто-то ворчал на жару и пыль. Но так или иначе очередь продвигалась. Зато незабываемый опыт. Мне казалось, что мы в ожидание чего-то великого. Вот такая там царила атмосфера.

На выходе из ущелья нас встретили Рыцари Фавония со стороны Мондштадта. Они тоже провели стандартную проверку: документы, цель визита, краткий осмотр вещей. Однако, в отличие от Миллелитов, рыцари были заметно дружелюбнее. Они даже шутили, кому-то помогали с поклажей. И заметно работали быстрее.

В то время как Миллелиты прожигали испепеляющим взглядом, словно каждый второй был преступником, и с маниакальной скрупулёзностью изучали наши вещи.

Впрочем… мы в Мондштадте.

Хотя до столицы ещё идти и идти. А до города, где живут родственники Ху Фуа, и того дальше. В отличие от игры, где Мондштадт представлялся чем-то вроде пустого региона с одним-единственным городом, в реальности всё куда масштабнее.

Здесь были полноценные города и деревни. Да, после катастрофы, несколько деревень прекратило своё существование, как и один город, который по слухам был сожжен какой-то «Алой Ведьмой», но в целом Мондштадт не сильно пострадал.

До самой столицы мы решили добираться на повозке. Один из торговцев, с которым мы вместе проходили ущелье, предложил подвезти нас, и мы не стали отказываться. Всё же мы опережали график на пару дней. К тому же Мондштадт куда меньше Ли Юэ, и здесь нет бесконечных горных хребтов, крутых склонов и ущелий. Местность более ровная, с лёгкими волнистыми холмами и просторными дорогами, проложенными сквозь поля и виноградники. Хочется просто наслаждаться видом. Ведь пейзажи словно сошли с живописных картин.

— Нынче винограда мало, — хмуро произнёс торговец, поправляя поводья. — Вот помню, в детстве, куда ни глянь – всё от солнца до солнца в виноградных полях. А сейчас… эх, всё меньше людей надеются на природу, всё больше перебираются в города.

— Думаю, просто времена меняются, — ответил я, наблюдая, как вдали по обочине дороги бегают дети. — Люди боятся, что всё может повториться. После нашествия монстров несколько лет вообще ничего не росло. Им пришлось нелегко… Поэтому неудивительно, что они больше не надеются на природу.

Да, монстры, вырвавшиеся из Бездны, не только убивали людей и животных. Их присутствие отравило землю. В некоторых местах до сих пор остались следы этого проклятья.

— Оно-то да… — хмуро кивнул торговец, — только вот раньше виноград был частью жизни. Не просто еда или товар, а почти святое дело. Песни, праздники, сборы всей деревней… А теперь – всё ради прибыли. Даже лозы обрезают не как надо, а как быстрее. Так и потихоньку умирает дух Мондштадта.

— Зато осталась свобода, — попыталась разрядить обстановку Ху Фуа.

— Свобода… — вдруг тихо произнёс мужчина, словно самому себе. — Нет, в Мондштадте нет настоящей свободы. Я понял это, когда стал торговцем.

Мы с Ху Фуа переглянулись. В его голосе звучала горечь.

— Говорят, Мондштадт – регион свободы, — продолжил он. — Но свобода – это не пьяные песни в таверне, и уж точно не право делать всё, что вздумается. Настоящая свобода – это знать, кому ты обязан... и всё равно идти своей дорогой. А здесь... здесь ты либо чья-то пешка, либо удобный инструмент.

Торговец замолчал, а потом вдруг резко повернулся к нам и добавил, почти шёпотом, будто опасался, что его услышит кто-то, кого не видно:

— Я дам вам совет. Никому не доверяйте. Ни торговцам, ни рыцарям, ни даже бардам с улыбками до ушей. Особенно им. Выживание изменило людей. Теперь каждый носит маску, за которой злоба на мир, обида, зависть. И не успеете моргнуть, как окажетесь в долгах… или голыми в канаве, ограбленные тем, с кем накануне делили ужин.

Весь оставшийся путь до столицы прошёл в тишине. Торговец смог нагрузить нас. Причем так, как никакая бабушка не сможет.

— Анемо Архонт… — произнес он на прощание, как молитву, когда мы слезали с его повозки. — Если он вообще ещё смотрит на этот мир, пусть убережёт вас.

— Угу…

Глава 48

Сама столица Мондштадта оказалась именно такой, какой я её запомнил по игре: средневековый город с ветряными мельницами, арочными мостами и узкими улочками, вымощенными камнем. Башня Рыцарей Фавония, церковь, статуя Архонта на главной площади – всё на своих местах. Но вот чего действительно не хватает – это людей. И это сразу бросалось в глаза. По сравнению с Ли Юэ, где даже днём не протолкнуться, Мондштадт выглядит... пустым. На улицах царит странная тишина. Даже детей не слышно, ни визга, ни смеха. Только ветер да редкий стук шагов по камню.

Обычно торговцы стремятся в столицу, чтобы продать свои диковинки, а тут… При этом в ущелье собралась большая такая толпа, а по итогу здесь лишь мы, да и ещё одна повозка подъезжает.

Мы углубились дальше в город и наткнулись на торговые лавки. Несколько прилавков с овощами, выпечкой и тканями. Не считая продавцов, людей всего ничего: трое женщин выбирали продукты, но, заметив нас, тут же натянули на лица широкие шляпы и отвернулись, а двое мужчин, лет сорока, стоявшие неподалёку, смерили нас таким взглядом, что всё сразу стало понятно без слов. В их глазах читалось: «Ещё один шаг, и мы вход пустим кулаки».

От них веяло таким напряжением, что мы не стали задерживаться и поспешили дальше, хотя желание оставаться в этом городе уже почти достигло дна. Однако Ху Фуа хотела увидеть поближе знаменитую статую Барбатоса, Анемо Архонта, расположенную в столице Мондштадта.

По легенде, если прикоснуться к статуе и загадать желание, оно обязательно сбудется. Звучит, конечно, как типичная байка вроде загадать желание на падающую звезду, но Ху Фуа в это верила. А я... ну, я не мог отказать ей в такой мелочи.

— Вау, какая красивая статуя, — восхищённо выдохнула она, когда мы подошли ближе.

Тот, кто сделал эту статую, настоящий мастер. Особенно крылья. В жизни они выглядят очень величественно, но при этом из-за одежды, а-ля простыни, Барбатос выглядит невинно, как настоящий ангел.

Ху Фуа подошла ближе, осторожно коснулась каменной ступни статуи и прикрыла глаза. Вид у неё был такой сосредоточенный и серьёзный, что мне не захотелось её отвлекать.

Тем временем я заметил, что к нам кто-то приближается.

Это была девушка, на вид около двадцати. Одета в церковный наряд, аккуратный, но практичный, будто она не монашка, а какой-то инквизитор. Тёмные волосы, собранные в хвост, выделялись на фоне её бледной кожи. Как и глаза… Розовые с голубыми зрачками. Также на её поясе висел Анемо Глаз Бога.

Она подошла ближе, улыбнулась, но улыбка была натянутой, и скорее от вежливости.

— Добро пожаловать в Мондштадт, — произнесла девушка, чуть склонив голову. — Вы, должно быть, путешественники? — её взгляд упал на лицензию Искателя Приключений у меня на поясе.

Я кивнул, а Ху Фуа открыла глаза и повернулась к нам.

— Да. Мы пришли из Ли Юэ, — сказала подруга с лёгкой осторожностью в голосе.

Монахиня изучающе посмотрела на нас, задержав взгляд на моём лице чуть дольше, чем нужно. Затем на меч на поясе Ху Фуа. В её взгляде промелькнуло что-то, похожее на тревогу.

— Из Ли Юэ? Редкость в наши дни, — она старалась говорить мягко, но голос всё же выдавал в ней напряжение. — Меня зовут Элизабет. Я сестра из Церкви Фавония. Простите, если покажусь вам назойливой… В последнее время мы вынуждены быть особенно бдительными.

— Я Ху Фуа, — улыбнулась моя спутница и кивнула в мою сторону. — А это Цин Лун.

— Приятно познакомиться, — вежливо ответила Элизабет.

— Город какой-то… мрачноватый, — заметил я, оглядев пустынную площадь. — Случилось что-то?

Монахиня на мгновение замялась, потом перевела взгляд на улицы, ведущие к главной площади, и вздохнула:

— С тех пор как аристократы вновь укрепили свои позиции, город стал другим.

Я нахмурился. Это прозвучало странно. Нет, в игре были аристократы. Помню даже, что в прошлом Мондштадт страдал от них. Но это вроде было то ли две тысячи лет назад, то ли тысячу, но никак не в это время. С другой стороны, а что мне известно про прошлое этого региона? Только пару фактов, которые сохранились в моей памяти.

— Почему Рыцари Фавония допустили это? — резко спросила Ху Фуа, скрестив руки.

Элизабет взглянула на нас внимательно, словно взвешивая, стоит ли говорить правду.

— Катаклизм двадцатилетней давности сильно ослабил Мондштадт, — тихо произнесла она, а после посмотрела на статую Барбатоса. — Рыцари Фавония сражались до последнего, и хоть им удалось отразить натиск чудовищ, потери были огромны. Церковь тоже понесла урон. А вот некоторые из аристократов… спрятались. Закрылись в своих имениях, окружённые отрядами наёмников, и переждали бурю в безопасности.

На её лице отразилось еле сдерживаемое презрение.

— Когда всё закончилось, они вышли из тени, — продолжила Элизабет. — Богатые, хорошо вооружённые, с уцелевшими связями. А люди… они были измучены. Многие разочаровались в рыцарях, ведь те не смогли защитить всех. Аристократы воспользовались этим. Они щедро подкармливали народ, распространяли слухи, покупали поддержку. Сначала это были лишь намёки, потом редкие бунты. И вот теперь они у власти, принимают законы и якобы «заботятся о народе». А Рыцарям Фавония и Церкви остаётся только наблюдать, как тает вера в то, ради чего мы служим и сражались.

— М-да уж, темное время, и Катастрофа, и проклятье, осушающие поля, так ещё жадные аристократы, — пробормотал я, больше себе, чем вслух.

Элизабет молча кивнула, глядя куда-то мимо нас.

— Но мы не сдались, — добавила она твёрдо. — Пока хоть один человек верит в свободу и честь, Мондштадт ещё можно спасти.

Мы замолчали. Ху Фуа посмотрела на статую Архонта, а я же поднял голову к небу.

И спрашивается, где же Анемо Архонт? Когда он так нужен – его нет. Только его каменная статуя, не способная ни помочь, ни ответить.

Разумеется, народ, измотанный голодом, страхом и потерями, схватится за любую возможность выжить. Ведь когда небеса молчат, руку им протягивает как правило не божество, а дьявол. Конечно, можно винить их, считать грешниками и предателями, раз поверили ублюдкам. Но я могу представить, что чувствовал простой человек, когда у него на руках умирает ребёнок, когда в доме пусто, когда завтра – это лишь слово без намёка на будущее.

А Барбатос… молчит.

Я тяжело выдохнул и опустил взгляд на Элизабет.

— Значит, из-за них на нас так косо смотрят? — спросил я, хотя, по сути, просто озвучил очевидное.

Однако монахиня покачала головой:

— Не совсем. В городе остались лишь те, кто связан с Фавония: рыцари, служители церкви и их семьи. Остальные давно перебрались на земли аристократов. Те пообещали защиту, еду, стабильность, и люди поверили. Однако очевидно, что цель аристократов этот город. Поэтому иногда сюда проникают их последователи. Грабежи, подстрекательства, кощунства в храме, поджоги. Всё это оставило след. Поэтому к приезжим у нас сразу возникает недоверие. Особенно к тем, кто выглядит как… аристократ.

Её взгляд скользнул по нашей одежде, на мгновение задержавшись на сложной вышивке, золотых застёжках и особенно на драгоценных украшениях. Одежда Сянь Юнь действительно была слишком вычурной для обычных людей.

— Простите, если это прозвучало грубо, — добавила Элизабет чуть мягче. — Сейчас у нас такое время, каждый незнакомец – потенциальная угроза. Это не значит, что вам не рады. Просто… приходится быть бдительными. Тем более, недавно произошло кое-что странное.

— Странное? — переспросил я, нахмурившись.

— Да, — кивнула она. — Пять дней назад над регионом раздался пугающий звук. Он напоминал одновременно шипение гигантской змеи и треск ломающейся древесины. А вчера с одной из башен заметили огромный чёрный силуэт у горизонта, там, где море касается неба. К сожалению, он пропал до того, как патрульный смог его разглядеть.

Девушка поёжилась и сжала пальцы.

— Это связано с Катаклизмом? — осторожно спросила Ху Фуа.

— Некоторые думают, что да. А другие… что Анемо Архонт наслал на нас чудовище из-за нашей слабости. — она взглянула на статую Барбатоса. — Но я не верю в это. Просто… будьте осторожны. Особенно по ночам. Мондштадт сейчас не так безопасен, как раньше.

С этими словами Элизабет коротко кивнула нам и неспешно удалилась, растворившись среди пустых улочек.

Мы не стали долго раздумывать и вскоре покинули город. Вряд ли мы могли чем-то помочь в их бедах. Большинство жителей, как я понял, уже давно сделали свой выбор, и он не в пользу Рыцарей Фавония. А просто прийти к аристократам, постучать в ворота и выбить им зубы за все преступления не получится. Пока люди сами не осознают, кто их настоящий враг, любые попытки изменить ситуацию извне обречены.

Тем более раз в игре рыцари вернули себе власть, значит они справятся и здесь. Может, свершится чудо и Анемо Архонт спустится к смертным, да покажется, кто здесь Бог. Правда… скорее всего, люди решат проблему своими силами.

В целом, атмосфера в городе была слишком напряжённой. Я всё ожидал, что кто-то вот-вот подойдёт с ножом. Лучше уже переночевать под открытым небом, в тишине и без лишних глаз, чем караулить всю ночь дверь.

А что касается монстра в море… Слишком много вариантов, и каждый хуже предыдущего. Но самый оптимистичный – это Ужас Бури, Анемо-дракон, друг Барбатоса и защитник Мондштадта. На фоне стресса его могли принять за монстра. Особенно те, кто знают о нём лишь по рассказам. Ведь он явно появляется не каждый день. Да и, честно говоря, вряд ли даже каждый год.

***

Город, в котором жили родственники Ху Фуа, находился под контролем аристократов. И что по-настоящему шокировало – он буквально кипел жизнью. Людей здесь было много, дети смеялись, бегая по мостовой. Все выглядели расслабленными и беззаботными. На фоне мрачной и угрюмой столицы этот город казался вовсе из другого мира.

Город называется Виндштетт. Его не было в игре, но он чем-то похоже на Мондштадт, только на краю утеса.

— Не находишь это странным? — шепнул я Ху Фуа, когда мы прошли мимо украшенной цветами площади.

— Очень, — так же тихо ответила она. — Но если мои родственники чувствуют себя здесь неплохо, то хорошо.

Мы свернули в сторону торговых лавок. И, честно признаться, я был приятно удивлён. Здесь продавали массу товаров, которых не встретишь в Ли Юэ. Глаза буквально разбегались от обилия прилавков и ярких вывесок. Торговцы зазывали прохожих, угощали пробниками, хвастались скидками – атмосфера напоминала фестиваль.

Особое внимание привлекли алхимические лавки. Причём их здесь было не одна-две, а целая улица. Видимо, местные серьёзно занимались ремеслом, либо аристократы хорошо платили за зелья и снадобья.

На прилавках стояли стеклянные банки с яркими зельями, странными смесями и порошками. Рядом с ними связки сушёных растений с названиями, которых я никогда раньше не слышал. Тут же лежали мерные чаши, алхимические инструменты, рукописные книги с пожелтевшими страницами.

— Ох, клиенты! — к нам вышел пухлый мужичок с приветливым лицом, тяжело дыша. В руках он держал небольшую деревянную коробку с аккуратно расставленными зельями. — Ищете что-то конкретное? В моей лавке «Кристалл» есть всё!

— Всё, говорите? — я прищурился, делая вид, что сомневаюсь. — Слизь Электро слайма?

Торговец на мгновение застыл, словно оценивая, шутка это или серьёзный запрос. Затем его глаза азартно сверкнули.

— Просто слизь? — переспросил он с заговорщицким тоном. — Может вас интересуют выделения слайма? Или концентрат?

Чем отличается просто слизь от выделений или концентрата… Всё дело в насыщенности элементальной энергии. Простая слизь – это то, что остаётся после мелких слаймов. В ней всего пара процентов элементальной энергии, остальное вязкая жижа. В выделение же больше элементальной силы, примерно до двадцати-тридцати процентов. А вот концентрат… он добывается либо с помощью специальных фильтров, либо из крупных слаймов, где элементальная энергия доходит до девяноста процентов. Густая, почти живая субстанция. Если будет сто процентов, то из него родиться элементальное существо.

Я удивлён, что здесь, в этом относительно небольшом городе, можно свободно найти даже концентрат Электро слайма. В то время как в Ли Юэ – крупнейшем портовом городе, через который проходят тонны грузов, с трудом наскребёшь даже простую слизь, не говоря уже о чём-то более серьёзном.

Видимо, дело в отношении к алхимии. В Ли Юэ она никогда не пользовалась особой популярностью, особенно среди простого люда. Там больше полагаются на традиционные ремесла. А концентраты слизи – это ведь не просто редкий материал, а довольно опасная субстанция, с которой обычному человеку лучше не связываться.

— Меня интересует цена, — хмуро поинтересовался я, стараясь скрыть заинтересованность.

Торговец хмыкнул, ставя коробку на прилавок. Затем он достал один из флаконов, наполненный фиолетовой жидкостью.

— Простая слизь – тысяча моры. Выделения – пять тысяч, а вот концентрат… Концентрат – тридцать тысяч.

Я кивнул, делая вид, что обдумываю покупку. На самом деле, едва сдержал раздражённый вздох. Цена была сильно завышена, настолько, что сто обычной слизи обошлись бы в сто тысяч мор. На такие деньги в Ли Юэ можно было купить небольшой дом на окраине. Что до выделений и концентрата, то я их не встречал на рынке, поэтому не знал цены. Но почти не сомневался, что и тут торговец перегибает.

— А сколько у тебя вообще простой слизи? — спросил я, прищурившись.

Он на секунду задумался, почесал нос, и с напускной небрежностью произнёс:

— Двадцать восемь.

Я едва заметно покачал головой.

— Ясно… Ещё есть лавки. Не буду торопиться, посмотрю, что предлагают другие, — небрежно бросил я и сделал шаг назад.

Улыбка торговца сразу стала жёсткой и неестественной. Он попытался удержать меня, скидывая цену, но вскоре с соседнего прилавка раздался бодрый голос:

— У меня свежая Электро-слизь с западных равнин! Дешевле и чище не найдёте! И цена ниже, чем у этого жадного человека!

Ху Фуа тяжело вздохнула, словно уже понимала, что мы здесь надолго.

И оказалась права.

Я не стал торопиться с покупкой. Вместо этого обошёл все лавки. Узнал сколько у кого товара, сколько просят, и можно ли сбить цену. Самая дешёвая слизь стоила шестьсот мор, но у него было всего одиннадцать штук. У другого я нашёл аж пятьдесят семь штук, правда, и ценник у него был ближе к тысяче за штуку.

Выделения и концентраты я решил обойти стороной. Ценник у них уж слишком конский. Тем более их у продавцов было слишком мало.

Так или иначе, сравнив всё, я в уме уже прикинул оптимальный план: выкупить самую дешёвую слизь, поторговаться с парой тех, кто в середине, и, если повезёт, сбить общий ценник процентов на двадцать. К тем, кто слишком завысил цену или не желает торговаться можно подойди завтра. Они как раз успеют промариноваться, и, может, скинут цену. Но если нет, то и Архонт с ними. Поскольку даже так выходит больше ста слизей. Как раз хватает на пробуждение, но пока это делать не собираюсь. Возможно, до возвращения в Ли Юэ.

Также я не упустил возможность прикупить слизь, которую в Ли Юэ редко встретишь, а именно Крио слизь. Она заметно дешевле Электро, что, впрочем, неудивительно. В конце концов, в Мондштадте есть целая заснеженная гора, где Крио слаймов хоть пинай, хоть ведром черпай.

Просто цена действительно была очень низкой, а лезть самому в горы за слаймами у меня желания нет. Дело даже не в морозе. Теоретически я не восприимчив ни к холоду, ни к жаре. Но вот тонуть в снегу по пояс, особенно когда на горе постоянно бушует метель, такое себе удовольствие. Всё-таки это волшебная гора, со своими сюрпризами.

В целом я купил сто пятьдесят Электро, и ровно сто Крио слизи. Кроме этого пару сборников по алхимии, и инструменты – в будущем точно пригодиться.

И вот теперь уж мы направились прямо к дому родственников Ху Фуа. К большому особняку на окраине города.

Глава 49

Родственники Ху Фуа… довольно странные люди. Пытаются угодить во всём, суетятся вокруг нас, как наседки вокруг яиц. В этом нет ничего дурного, скорее, просто добрые и хозяйственные люди.

Однако не всё было так радушно. Как выяснилось, несколько месяцев назад дедушка и бабушка Ху Фуа скончались от какой-то неизвестной болезни. Причём, по словам подруги, они всегда отличались крепким здоровьем. Это в моём мире бабушка с дедушкой – обычно шестидесятилетние старики с кучей болячек, а здесь есть магия, большинство болезней не сильно тревожит людей. Главное вовремя обращаться к лекарю. Нет, это не значит, что все живут до ста лет. Всё-таки в этом мире есть свои страшные заболевания, да и услуги лекаря не всем по карману, не говоря уже про всяких монстров. Но всё же в этом мире шанс прожить до ста лет куда выше, чем в моём, особенно если из состоятельной семьи. И вот в чём проблема – бабушке и дедушке Ху Фуа и пятидесяти не было. Да и жили они вполне благополучно: дед был младшим сыном виконта и сам был рыцарем. Словом, не нищенствовали, и могли позволить услуги лекаря. А тут ещё вдвоём в один день погибли.

Естественно, у Ху Фуа возник резонный вопрос, что за болезнь такая, что сгубила двух людей.

Адальберт, её дядя, утверждает, что после Катаклизма здоровье родителей резко пошатнулось. Церковь Фавония ещё как-то сдерживала болезнь, но после бунта отказалась лечить всех, в чьих жилах течёт «деспотичная» кровь, то есть аристократов. Даже несмотря на то, что бабушка Ху Фуа раньше была монахиней.

Честно говоря, верится в это с трудом, но ничего не поделаешь. Ситуация в стране критичная. По словам того же Адальберта, сейчас ведётся холодная война, и никто не даст гарантий, что завтра всё это не перерастёт в открытое кровопролитие.

Вот тебе и страна свободы и романтики… Даже тошно стало от всего этого. Поэтому я вышел на улицу, подышать воздухом.

Хотя чему тут удивляться, если в Мондштадте даже нет единого государства. Территория, по сути, разделена между аристократическими родами, каждый из которых тянет одеяло на себя. А столица... по факту она лишь символ Анемо Архонта. Не будь Венти дружен с основателем Фавония – Ваннессой, то никто бы даже не считал этот город столицей.

Сам же Венти… Барбатос. Как бы мне ни хотелось это признавать, но многие из нынешних бед можно было бы избежать, прояви он хоть каплю ответственности. Лёгкий, вольный ветер – таков его образ жизни. Но даже свободе нужен контроль, иначе она быстро превращается во вседозволенность.

Если вдуматься, Архонтов называют правителями, но на деле они лишь символы власти. Они не ведут свои народы, не управляют странами. Даже Эи ушла в иное измерение, оставив за себя куклу. Та вроде как правит Инадзумой, но и ей безразлично, что происходит в стране. Она лишь марионетка, действующая по заранее прописанным приказам. Главное для неё, чтобы ничто не мешало «Вечности».

Про других Архонтов мне, к сожалению, известно немного. А вот Моракс… Он действительно сделал многое для своей страны. Обучал людей, делился знаниями и защищал. Но даже он никогда не правил. Скорее наблюдал со стороны. Направлял, когда считал нужным, но не вмешивался в дела смертных. И хоть в этом он отличается от остальных богов, но… с его силами можно было бы построить самую развитую и мирную страну в Тейвате.

Однако он выбрал путь молчаливого хранителя. И в итоге имеем следующее: власть находится в руках аристократов; бедные семьи остаются бедными, поскольку у них просто нет шансов выбраться из нищеты, ведь образование здесь доступно лишь тем, кто может за него заплатить; нет ни бесплатных школ, ни больниц – всем управляют частные мастера, которые при этом заламывают такую цену, что ни каждый из бедных решится обратиться за помощью; высокая детская смертность; работорговля; принудительный детский труд; продажа детей… и многое другое, что лично мне хотелось бы изменить в Ли Юэ. И пусть со своим уставом в чужой монастырь не ходят, но, по-моему, подобное просто ненормально.

— Хах… Почему я чувствую разочарование к богам? — пробормотал я, глядя в пустоту, будто ветер может дать ответ. Однако он лишь слегка взъерошил мои волосы, и умчался дальше.

Может из-за эгоизма?

Я вздохнул и перевёл взгляд на дверь. Спустя пару секунд она тихо распахнулась. Быть не человеком всё-таки удобно. Слышишь даже самые лёгкие шорохи. А если сосредоточиться – можно уловить даже то, что происходит в соседнем доме.

На пороге появилась дочь Адальберта – Вильгельмина. Она младше Ху Фуа всего на год, и выглядела как обычная девочка её возраста… если бы не хмурый, почти пустой взгляд и странная отстранённость. Адальберт сказал, что это началось после смерти её дедушки и бабушки. Хотя, когда он это говорил, мне не очень понравилось то, как он смотрел на свою дочь. Такой взгляд обычно кидают с мыслями: «что-то скажешь – прибью».

В её руке пустое деревянное ведро.

— За водой? — спросил я, чуть улыбнувшись.

Она мельком взглянула на меня, коротко кивнула, и прошла мимо. Но, не успев отойти и на пару метров от меня, Вильгельмина вдруг замерла.

— Вам следует уйти, — почти беззвучно прошептала она… и ушла, даже не обернувшись.

Мондштадт начинает нравиться мне всё меньше и меньше…

Я решил вернуться к Ху Фуа, но остановился на полпути, услышав интересный диалог:

— Так значит, он твой молодой человек? — с лёгкой усмешкой спросила хозяйка дома, Одилия.

Одилия – вторая жена Адальберта, а значит, мачеха Вильгельмины. Сначала я подумал, что у него две жены, и, признаться, уже не особо удивился бы. Но, как оказалось, в Мондштадте к многожёнству относятся иначе, чем в Ли Юэ. Здесь оно запрещено. Скорее всего, причина в том, что Ванесса, при поддержке Анемо Архонта, основала Фавоний и заложила в обществе идею равенства между женщинами и мужчинами. Шаткого равенства, если быть честным. Аристократы-мужчины всё равно потихоньку перетянули одеяло на себя: им и наложниц можно, и бордели никто не запрещает.

Впрочем, это не единственное отличие от Ли Юэ.

Например, в Мондштадте брак официально можно заключить с пяти лет. Правда, девочка при этом остаётся жить с родителями и переезжает в дом мужа только после двенадцати. Скорее всего, это связано с политикой, и нечасто практикуется. А так тут общество никого не заставляет вступать в ранний брак. Понятно, что родители могут заставить, но это уже внутрисемейные разборки. В целом ничего страшного, если девушке двадцать, а она не замужем. Люди не будут осуждающе смотреть и плевать в спину как в Ли Юэ.

Впрочем, всё это только со слов родственников Ху Фуа, как там в реальности обстоят дела я не знаю. Но и им нет резона обманывать.

— Нет, — наконец ответила Ху Фуа, после затянувшейся паузы.

В этом «нет» я услышал обиду, ту самую, которую обычно произносят с протяжным вздохом в конце. И, честно говоря, удивился от этого. Ведь никаких предпосылок вроде я не замечал.

— Но вы же путешествуете вместе. Я хоть и не была в Ли Юэ, но много раз слышала от торговцев из Ли Юэ про суровые нравы. Или же… — Одилия неожиданно замолчала. — Или же… он на самом деле она? Какая-нибудь принцесса, скрывающаяся от врагов? Ах, это было бы так романтично! Скрытая любовь, путешествие под видом обычных спутников, тайны, бегство от судьбы…

Ху Фуа лишь тяжело вздохнула, а я закатил глаза. Что тут поделаешь… Не могу же по щелчку пальцев нарастить мышцы и сделать кожу грубее. Поэтому уже даже смирился с этим. Да и есть в этом, как ни странно, свои плюсы. Меня часто недооценивают, а это можно обернуть в свою пользу. Ведь кто станет ждать чего-то серьёзного от худощавого одуванчика без Сердца Бога, без мозолей на ладонях, без меча на поясе… Кто в здравом уме увидит во мне угрозу? Разве что только те, кто чувствует энергию.

— Нет, он парень. Просто… необычный. У него особый взгляд на всё, словно он сам из другого мира, — послышался лёгкий смешок. — Иногда мне даже кажется, что он не задумывается, нахожу ли я его симпатичным… или считает ли он привлекательной меня. Ведь за всё время, что мы были с ним наедине, он ни разу не попытался сблизиться. Разве мужчины не жадны до женских тел?

— Хм… сложно сказать, — задумчиво отозвалась Одилия. — Мне встречались самые разные, от влюблённых бардов, что поют серенады под окнами, до откровенных дикарей, для которых женщины всего лишь кусок мяса. Да, большинство мужчин действительно не упускают случая затащить нас в постель. Уж больно они падки на плотские удовольствия. Но бывают и те, для кого благородство не пустой звук. А может, твой спутник просто не понимает, что ты ему нравишься? Некоторые мужчины как слепые котята. Пока в лоб не скажешь, не дойдёт.

Опять раздался вздох Ху Фуа.

— Мне стало легче, — произнесла она спустя пару секунд. — Я ни с кем не могла поговорить об этом. Остаётся только плыть по течению… в надежде, что когда-нибудь он обратит на меня внимание.

Я стоял хмуро, не зная, что делать дальше. Мысли о том, чтобы прервать их разговор, застряли где-то глубоко внутри. Вроде бы и стоит, но не мог заставить себя. Мне действительно хотелось понять, что Ху Фуа чувствует ко мне… и с каких пор.

Влюблена? Когда это произошло? Почему я этого не заметил?

Слишком много вопросов, на которые у меня не было ответов. Я просто… не так это себе представлял. Конечно, жизнь не аниме и не фильм, но разве не должно быть хоть каких-то признаков? Каких-то особых взглядов, неловких моментов, двусмысленных фраз? А у нас всё было, как всегда.

Но видимо так думал только я…

Но… с другой стороны, через это проходят все. Почему бы не попробовать? Ведь мир не перевернётся, луна не рухнет.

— А почему ты сама не сделаешь шаг? — с лёгкой насмешкой спросила Одилия.

— Но это же… ну, в-вульгарно, — пробормотала Ху Фуа. — Я ведь сама напросилась в это путешествие…

— Ах ты, бедняжка. Ли Юэ окончательно одичал. У вас там что, до сих пор считают, что инициатива – исключительно мужское дело? — фыркнула Одилия. — Иногда судьбу нужно подтолкнуть. Хоть ногой. Если хочешь – действуй. Не забывай, в тебе течёт кровь Мондштадта.

— А если…

— Ничего страшного. Все когда-то обжигаются, у меня есть знакомый лекарь, который всё там восстановит так, что любая простыня подтвердит.

Я сразу понял, о чём она. Для лекаря с Глазом Бога восстановить или «нарастить» нужную плёнку – дело плёвое. Всё из-за этих, а-ля цыганских традиций – выставлять на утро окровавленную простыню, как доказательство «чистоты» невесты.

Но меня больше обеспокоил тон Одилии… Из-за него её слова прозвучали так, будто она сказала: «Потрахайся, познай мир, не держи себя в руках, вокруг столько красивых мужчин, а мы потом всё спрячем, и снова станешь божьим одуванчиком». Это сложно объяснить, но это был именно тот заговорщицкий тон, подстрекательный с нотками: «да всё путём, я ведь так делаю, и ничего такого».

— Но ведь я-то буду знать… — шёпотом сказала Ху Фуа.

— И что? Дорогая, так делает каждая вторая. Они…

Я вошёл в комнату, не желая, чтобы Ху Фуа это продолжала слушать. Может, в словах Одилии и есть рациональное зерно. С их странными традициями лучше уж сходить к лекарю, чем потом всю жизнь страдать под клеймом «грязной женщины». Ведь бывает так, что мужчины обещают одно, а потом исчезают. Не говоря уже о насилии. Но вот подстрекать Ху Фуа не нужно.

Обе замолчали и обернулись на меня.

— А где господин Адальберт? — спросил я, делая вид, что ничего не слышал.

— Подготавливает купальню, — небрежно ответила Одилия. — Вы с дороги, не помешает смыть пыль… и усталость.

Она бросила взгляд на Ху Фуа. Та, заметив это, опустила глаза и прикусила губу, словно хотела что-то сказать, но передумала.

С моим появлением они больше не обсуждали меня, их разговор быстро свернул на банальные темы: как там родители, что нового в Ли Юэ и всё в этом духе. Тем не менее я несколько раз замечал, как Одилия бросала на меня оценивающие взгляды. Один раз она даже откровенно уставилась, будто выискивала во мне что-то… странное. И, судя по выражению лица, до сих пор не была уверена в моём поле. Ну и пусть. Зато я красивый.

Адальберт через двадцать минут закончил подготовку купальни и пригласил меня присоединиться. Но я отказался, сославшись на плохое самочувствие. Хоть мне и хотелось понежиться в горячей воде, но идти с ним вместе… не тянуло. И дело было не столько в смущении сколько в другом.

С пробуждением моих способностей, в районе груди появились фиолетовые прожилки. Словно туда попала молния. По словам Сань Юнь, в этой области сосредоточено большое количество Электро-энергии. И поскольку раньше там была полость, то энергия прорывается наружу, оставив на коже такие вот следы. А чтобы скрыть это, нужно заблокировать выход энергии. Но, если честно, мне всё равно. Выглядит эффектно, не болит и не мешает. А вот оголяться перед местными... такая себе идея. Учитывая их бзик на традиции и не современный взгляд на мир, то лучше вообще держаться подальше от общих купален. Особенно с учётом того, что здесь вполне себе в ходу «мужская дружба». От одной мысли, что ко мне может начать проявлять интерес какой-нибудь перекаченный мужик, а-ля Хапсиэль, бросает в дрожь.

Так что на все уговоры я твёрдо отвечал: нет. Поэтому Адальберт отправился в купальню один, с каким-то хмурым недовольным видом, а после купания он направился, как он сам выразился, «освежиться вином». Сначала я подумал, что он пошёл в таверну, и это меня немного удивило. Всё же после горячей воды, как по мне, лучше отдохнуть. Но позже понял, что, скорее всего, речь шла не о вине, а о борделе. Ну либо он такой странный.

После него настала очередь девушек пойти в купальню, а я тем временем отправился в комнату, которую мне выделили. На вид она самая обычная: три на три метра, деревянные стены, низкий потолок, запах цветов в вазе, а по центру – кровать, на удивление просторная. В ней спокойно поместятся три человека. Но так как родственники Ху Фуа богатые люди, и этот дом скорее особняк, то не придал этому значение.

Сбросив верхнюю одежду, я лёг на кровать, а затем почти машинально открыл свой статус, словно надеялся увидеть там что-то новое. Но всё как обычно, разве что сейчас у меня есть возможность пройти второе «Пробуждение».

К слову о нём… С момента первого пробуждения мне больше не встречались Электро-слаймы, поэтому лишь сегодня я заметил одну странность. Каждый раз, когда приближался к слизи Электро слайма, то у меня возникало неестественное желание поглотить её. Не использовать в пробуждение, а именно выпить.

Причём это касается только Электро. Ни какой-либо другой элемент не вызывает ничего подобного. Только фиолетовая, мерцающая, едва потрескивающая масса.

Я не знаю, связано ли это с тем, что именно этих слаймов я использовал при первом «Пробуждении», или дело в самой природе Электро-стихии. Но желание не такое сильное, скорее просто необычно ощущать нечто такое.

Пока я размышлял обо всём этом, за дверью послышались тихие шаги, которые через некоторое время застыли возле моей комнаты. А через дверь медленно, с характерным скрипом, начала открываться.

— Ху Фуа?

На пороге действительно стояла она. Но какая-то… странная. Взгляд затуманенный, зрачки расширены, щёки пылают, дыхание неровное. При этом её ноги дрожали, и она едва держалась на них, опершись плечом о дверной косяк. Словно она сильно напилась, и сейчас в стельку пьяная.

Я тут же вскочил с кровати и подбежал к ней, подхватил под руку, а затем осторожно довёл её до кровати. При этом стараясь не обращать внимания на то, что на ней лишь лёгкий халат. Тонкая ткань почти ничего не скрывала, а при каждом её движении так и норовила соскользнуть с плеча, обнажив больше, чем следовало бы.

— Ты в порядке? — тихо спросил я, опустившись на корточки перед ней.

Ху Фуа произнесла что-то неразборное, будто действительно пьяна. Однако от неё не пахло алкоголем, лишь каким-то непонятным перечным запахом. Затем она удивила ещё больше, начав развязывать халат, только это выходило настолько нелепо, что хотелось закатить глаза.

— Жарко… внизу… хочу… — это всё, что я смог разобрать из сбивчивого шёпота Ху Фуа.

И тут, за моей спиной послышался тихий скрип половиц. Я мгновенно развернулся и в один прыжок оказался у двери. Не раздумывая, схватил за ворот показавшуюся тень – это оказалась Вильгельмина, и буквально втолкнул её внутрь, захлопнув дверь за собой.

— Ай…

— Что с ней?! — голос у меня сорвался на крик. — Что вы с ней сделали?!

— Я… н-не… — пробормотала девочка, съёживаясь.

Комната озарилась вспышкой, по полу прошли фиолетовые разряды, затрещал воздух. Ваза, стоящая неподалёку лопнула, но я продолжал смотреть на Вильгельмину. Испуганная, едва дышащая девочка медленно отползала от меня, словно я был чудовищем. Впрочем, на секунду мне действительно захотелось сжечь всё к чертям. Но я заставил себя остановиться. Иначе просто убью её незначительным прикосновением.

— Слушай внимательно, — сказал я тихо, но твёрдо, глядя Вильгельмине прямо в глаза. — Тебе лучше всё рассказать. Сейчас. Потому что если ты этого не сделаешь… То помоги тебе Анемо Архонт, ведь никто другой тебе уже не поможет.

P.S. Я уезжал, поэтому проды не было. К сожалению, хоть и взял ноут, но как оказалось там были проблемы с инетом, из-за чего такой большой перерыв. Извините

Глава 50

Вильгельмина рассказала всё. Даже то, что мне совсем не хотелось слышать. Страх перед моей силой буквально сломил её дух. Или лучше сказать их наличие без Глаза Бога. Ведь обычные люди не способны к магии без него.

Однако, чтобы всё объяснить, стоит начать с истории двух братьев.

Старший брат с самого детства был образцом для подражания. Красивый, сильный, умный и харизматичный, словно сошедший со страниц принц на белом коне. Он мастерски справлялся с любыми тренировками, ловко обращался с мечом и легко завоёвывал уважение учителей и сердца прекрасных дам. Многие его обожали, а родители не могли нарадоваться на своего первенца. Особенно отец, который лично готовил его к рыцарскому посвящению. В нём никто не сомневался, ведь его ждал блестящий путь и великая судьба.

А младший… был всего лишь бледной тенью. Неловкий, растяпа, с вечно неуверенным взглядом, он с трудом держал в руках оружие, да и учёба давалась ему с трудом. Бездарность, обуза, разочарование. Все уже решили, что из него ничего не выйдет. А когда тот сбежал из дома, не выдержав давления, то просто махнули рукой. Всё равно наследником, разумеется, должен был стать старший. Это казалось неоспоримым фактом.

Естественно, этими братьями были Адальберт и Сириус – отец Ху Фуа. Красивый, талантливый старший брат и никому не нужный, забытый младший.

Но всё изменилось в день Катаклизма.

Адальберт не стал защищать город. Вместо этого он спрятался в убежище вместе с аристократами, прикрываясь благородным предлогом «охраны важных персон». А Сириус, к тому времени уже собравший собственную группу Искателей Приключений, сражался бок о бок с рыцарями, отражая волны чудовищ. Более того, именно он, рискуя собственной жизнью, спас небольшую деревню, и за этот подвиг был удостоен Глазом Бога – знак, что Бог благословил этого человека.

Одно событие изменило всё. Мир перевернулся. Люди, что когда-то презирали младшего, теперь смотрели на него с восхищением. Светлое будущее предрекали уже Сириусу. Однако он не задержался в Мондштадте. Вскоре уехал, оставив родителей с «разбитым корытом» – непутёвым сыном, трусом, предателем. Адальберта лишили звания, дамы стали избегать его, да и в обществе постоянно шептались о его трусости. Поэтому вскоре он начал пить. Сильно пить, окончательно закапывая свою репутацию. В итоге: родители разочаровались, даже хотели его выгнать, но всё же разрешили остаться с условием, что он женится на дочери обедневшего аристократического рода. Надеялись, что, может, родиться достойный наследник. Но родилась девочка. А потом... Однажды Адальберт напился и сделал что-то настолько ужасное, что его жена больше не могла иметь детей.

Однако и здесь ему повезло. Жена осталась, так как, по сути, была продана семьей, а родители закрыли глаза. Может в глубине души они продолжали любить его.

Прошло несколько лет, и вот возвращается Сириус. Не один, а с женой и дочерью. И на груди у этой малышки кулон – Глаз Бога. Получить благословение Бога в столь юном возрасте – настоящее чудо. Родители братьев были в восторге, и тут же встали горой за семью младшего. В тот же день разразился скандал между братьями. После него Сириус уехал обратно в Ли Юэ, а Адальберта выгнали из дома. Оставили только внучку и невестку.

Он шлялся Архонт знает где. Изредка навещал дочку. Не из любви, а только вымаливал деньги у родителей.

Так прошло много лет, пока год назад в его жизни не появилась Одилия. С тех пор он начал меняться. Он и раньше был мерзавцем, но, как сказала Вильгельмина, после появления Одилии Адальберт стал чудовищем.

Когда его родители умерли, Адальберт унаследовал дом, ну и…

Я тяжело вздохнул, чувствуя отвращение. А ведь он выглядел… обычным. Ну, странным. Но кто здесь не странный? В этом мире вообще все со сдвигом. Однако Адальберт оказался куда хуже, чем я мог представить.

Он убил свою жену, а свою дочь сдал в аренду одному аристократу. Да, именно так. Сдал в аренду… Я даже сначала подумал, что это бред, если бы Вильгельмина не показала доказательства. Она подняла сорочку, и передо мной открылись два уродливых шрама. Первый на боку, чуть ниже пупка. Грубый, кривой, явно кто-то пытался поставить клеймо, но девочка сопротивлялась и раскалённое железо угодило не туда. Второй на лобке. Часть выжженного символа уходила в промежность, из-за чего там образовались какие-то ярко-красные рубцы. Ужасающее зрелище.

У меня не было слов. Только мат. Это был… пиздец. Другого слова просто нет, чтобы описать то, что я узнал сегодня. Адальберт подонок, который не пожалел ни свою жену, ни дочь. Возможно, он убил даже своих родителей.

И тут появляемся мы.

Вернулась племянница с Глазом Бога. Естественно, у Адальберта тут же возникли «планы». Её он хотел продать одному из влиятельных родов, что правит этими землями. Даже не из мести, а просто ради денег и выгоды. В наши времена носители Глаз Бога высоко ценятся на чёрном рынке.

А я? Меня за компанию. Красивая мордашка, экзотическая внешность, нежная кожа. Пусть буду даже парнем – это для извращенцев скорее даже плюс. Грубо говоря, меня собирались продать как шлюху.

— Ик! — Вильгельмина вздрогнула, когда я не сдержался и выпустил в воздух слабый разряд молнии.

Я посмотрел на неё, а потом перевёл взгляд на Ху Фуа. Та мирно спала, благодаря Вильгельмине, которая знала, что нужно делать в такой ситуации. Поскольку сама была на месте Ху Фуа. Её точно также подготовили для аристократа. Причем, по её оговоркам выходит, что после того как тот наигрался, то на этом её мучения не закончились – её продолжили сдавать в аренду, но уже для менее влиятельных людей.

Одилия намазала Ху Фуа какой-то мазью, вызывающей жжение. Это не зелье, а скорее просто мазь, которую может сделать любой, у кого есть рецепт. Потом окурила травой, от которой рассудок терял чёткость. В этом состоянии организм воспринимал жжение в промежности как признак возбуждения. По крайней мере, так я понял со слов Вильгельмины.

Естественно, купальня была предлогом, чтобы проделать свои махинации. Я даже уверен, что и со мной хотели сделать то же самое.

— Ладно, — вздохнул я. — Что ты будешь делать дальше?

Вильгельмина посмотрела на меня недоуменным взглядом.

— У тебя есть выбор, — продолжил я. — Мы уходим из Мондштадта. Ты можешь пойти с нами. Родители Ху Фуа хорошие люди. Думаю, они не оставят тебя без помощи, особенно после всего, что ты пережила. Либо можешь остаться здесь. Я уговаривать не стану.

Она опустила глаза.

Учитывая, что нас хотели продать аристократу, просто так нам уйти никто не даст. В ход пойдут охранники, наёмники, возможно, даже члены местной знати. А ещё хуже, если среди них найдутся обладатели Глаз Бога. Не просто же так Рыцари Фавония опасаются их.

На данный момент у меня есть возможность пробудить одну из четырёх сил: Крио, Электро, Гео и… Бездну. Последний вариант, откровенно опасный. Слишком нестабильный, слишком непредсказуемый. О силе Бездны в игре мало что было известно, лишь то, что она беспощадна даже к тем, кто её чтит. То ли разъедает души, то ли разум, а может всё вместе. Уже смутно помню, что там было. Но всё же лучше её даже не брать в расчёт. Поэтому остаются всего три, и то, есть нюансы. Крио и Гео, интересные элементы, особенно последний, так как дарует власть над землей. Однако мне нужна сила здесь и сейчас. Я уже владею кое-какими навыками Электро-стихии. Поэтому даже незначительное улучшение скажется на моей силе. Это, как по мне, единственный разумный выбор.

Я открыл вкладку «Пробуждение»…

«Пробуждение»

Звезда Разума: отсутствует пробуждение

Необходимые предметы для пробуждения:

Очки Власти: 1/1

Источник Энергии Пробуждения: —

Интересно почему «Звезда Разума»? Есть ли отличие от «Звезды Истока»?

Я провёл пальцем по строке «Источник Энергии Пробуждения» и выбрал слизь Электро слайма, и тут же интерфейс вспыхнул фиолетовым свечением. Секундное колебание, а после я нажал на подтверждение.

В груди вспыхнуло тепло, но почти сразу сменилось холодом, поднимающимся к голове. Это отличалось от прошлого раза, боли не было. Затем, когда холод достиг головы, всё перед глазами потемнело, словно кто-то резко закрыл мне глаза, и раздался странный звук заевшей плёнки вперемешку с чьим-то тяжёлым голосом.

На мгновение я ощутил чужое, незнакомое присутствие. Оно было таким мощным, словно я вновь оказался в Руинах Азазеля, лицом к лицу с Древним Королём.

Это…

Я не успел осознать, что, чёрт побери, произошло, как всё внезапно вернулось в норму. Только перед глазами вспыхнул системный экран:

Звезда Разума: Электро (+)

Доступно новое «Пробуждение»: Звезда Духа

И только потянулся, чтобы свернуть систему, как вдруг появилось новое окно уведомления. Оно вспыхнуло перед глазами резким, агрессивным алым светом, настолько ярким, что я непроизвольно прикрыл глаза.

Внимание! Концентрация элементальной энергии достигла критического уровня!

А потом всё пошло наперекосяк. Ошибка за ошибкой. Я не успевал за ними следить, не говоря уже о том, чтобы прочитать содержимое. Это напоминало ядерную реакцию, вышедшую из-под контроля, и на которую я был не в силах повлиять. А затем… я почувствовал внутри себя какое-то шевеление. Отвратительное ощущение, словно под кожей копошатся жирные опарыши. По крайней мере, такой аналог пришёл мне в голову. Но боли всё так же не было.

Одежда в районе груди натянулась, как будто изнутри что-то рвалось наружу. Ткань окрасилась в фиолетовый.

Чужой?

Я не раздумывая ударил себя в грудь. Резкая боль пронзила тело, а нечто под кожей стало вырываться с ещё большим остервенением. Впрочем, одежда Адепта была чертовски прочной. Оно не могло выбраться. Однако игнорировать эту ерунду я не мог. Поэтому достал из инвентаря меч и снял верхнюю часть одежды. И тут же скривился. Зрелище перед глазами было омерзительным: грудь исполосована рваной раной, из которой вытекала вязкая фиолетовая субстанция.

Оно походило на концентрированную слизь слайма, плотную, пульсирующую массу Электро-энергии, лишённую чёткой формы. Это было не существо в привычном понимании, а скорее нечто вроде зародыша в элементальном плане. Так что ему ещё требуется время, чтобы обрести стабильную структуру. А двигается эта субстанция из-за стремления энергии к эволюции.

По сути, я – сосуд, наполненный Электро-энергией. Вряд ли Эи предполагала, что её куклой завладеет душа, да ещё с этой странной системой. Это тело изначально создавалось как контейнер для Сердца Бога, и, вероятно, из-за этого «Поглощение» работает не так, как должно. Если бы я был живым существом, то эта слизь бы полностью растворилась во мне. Поскольку всё живое так или иначе поглощает и переваривает элементальную энергию. Поэтому некоторые гурманы, а как по мне просто отбитые люди, любят баловаться поедая ещё живых слаймов. Так что всё точно так же как и с едой: часть уходит на поддержание жизнедеятельности, а избыток откладывается в виде запасов, жировых тканей. Но у меня-то тело куклы. Всё, что не могло быть поглощено, скорее всего, просто осело в грудной полости.

Либо же дело чуть в другом, но также в структуре куклы. А именно без Сердца Бога тело искало источник энергии, и поэтому накапливало эту гадость у себя во время «Пробуждения».

Тем не менее, какая бы причина не была, но позволить энергии сбежать из тела я не мог. Хотя и понятие не имел, что с ней делать, тоже. Поэтому вдавил эту дрянь обратно. Благодаря моей силе это оказалось нетрудно. И начал рвать пальцами.

Вильгельмина, стоящая неподалёку, наверняка в ужасе. Судя по её глазам, она уже мысленно проклинает отца и мачеху, что впустили меня в дом. В её глазах я, скорее всего, какой-нибудь демон.

Со стороны это и правда выглядело жутко. Я бросил взгляд в зеркало, и тут же отвернулся. Картина напоминала ту сцену из «Железного Человека», где Пеппер засовывает руку в грудь Тони Старка. Только там без крови и мяса, а у меня уже по локоть рука в фиолетовой субстанции.

Десять минут спустя…

Моя плоть начала медленно затягиваться, края рваной раны постепенно срастались, вязкая фиолетовая субстанция тянулась к самой себе. Одновременно с этим красные системные уведомления, ранее мигающие перед глазами, стали исчезать один за другим.

Прошло ещё около пяти минут. Слизь, до этого извивавшаяся с отчаянным упорством, наконец, замерла. Поэтому я осторожно вытащил руку из груди. Края раны тут же начали затягиваться.

Сосуд успешно подавил влияние от зарождения элементальной сущности.

Внимание! В результате вмешательства внутри сосуда сформировались магические элементальные каналы, не свойственные расе носителя.

Магические элементальные каналы (1 стадия):

Особые потоки элементальной силы, пронизывающие элементальное существо. Пока не развиты, но уже наблюдается чёткая связь со Светом.

Раса: Божественная Кукла → Элементальная Электро-Кукла

Эм, меня повысили... или понизили?

Хотя, честно говоря, разницы я особо не чувствую. Разве что восприятие элементальной энергии обострилось. Но, думаю, это из-за «Пробуждения». Теперь, стоит мне сконцентрироваться, я вижу, как маленькие частицы энергии обволакивают каждый предмет в комнате. Если раньше это напоминало поток чего-то навроде воды, то сейчас видны маленькие круглые разноцветные шарики.

К слову, почему-то изначально они белого цвета, но приземляясь на объекты меняют цвет.

— Забудь, что видела, — обратил я внимание на Вильгельмину, которая после моих слов быстро закивала. В её взгляде читалась смесь ужаса, растерянности и… лёгкого трепета. Затем взглянул на зеркало, и удивленно замер.

Мои глаза светились, и немного поменяли оттенок на фиолетовый. Не столь заметно, но для меня уловимо. Впрочем, вряд ли кто-то другой обратит внимание, если не знает, что раньше они были сапфирового цвета.

Так же в глаза бросилась моя кожа на груди. Узоры пропали, идеальная кожа, без единого изъяна. Ну и волосы стали длиннее, почти до плеч. Но это сущая мелочь. Можно вновь подстричь при желании.

В остальном никаких существенных изменений. Даже в профиле системы всё осталось без улучшений. В прошлый раз, хоть какие-то показатели энергии поднялись, а сейчас ничего. Всё так же, как и было. И это расстраивает, ведь ожидал прибавку к силе, чтобы мне было легче сражаться в предстоящих битвах. Однако больше Очков Власти нет, а тридцатый уровень ещё нескоро.

— Где одежда Ху Фуа? — бросаю через плечо, подходя к окну. Нужно будет забрать её. Одежда Адепта ценная вещь, да и перед учителем будет неловко.

Вильгельмина задумчиво предположила, что она должна была остаться в купальне.

Снаружи уже слышались голоса, с примесью глупого смеха. Они явно навеселе. Это хорошо, пьяных легче победить. А ещё, судя по голосам, их минимум трое. В общем-то разницы никакой, массовка. Главное, чтобы среди них не были владельцы Глаз Бога.

С минуту на минуту они войдут. Надо быть готовым.

Глава 51

Я оставил Вильгельмину с Ху Фуа и вышел навстречу гостям. По-хорошему, стоило сначала вывести их в безопасное место, а уж потом разбираться с этими ублюдками. Но я потратил время на «Пробуждение», в надежде, что оно даст хоть какую-то прибавку к силе. Увы, надежды не оправдались. А отправлять их одних уж слишком рискованно. И я не уверен, что Вильгельмина смогла бы унести Ху Фуа. Та хоть и лёгкая, но всё же не для худощавой девочки вроде неё. Это, кстати, одна из причин, по которой я ей поверил, несмотря на шрамы. Поскольку любящие родители вряд ли морили бы голодом свою дочь. Особенно учитывая, как они встретили нас: накрыли огромный стол, ломящийся от дорогих яств, и даже выставили знаменитое одуванчиковое вино из Мондштадта, которое, учитывая нынешние условия, сейчас стоит безумных денег.

Внизу уже слышались голоса. Люди болтали о чём-то несерьёзном, кажется, потешались над чьей-то трусостью. Я не стал сразу врываться, а решил понаблюдать и прикинуть, с кем придётся иметь дело. Всё же если у кого-то из них будет Глаз Бога, то придётся сначала выманить врага из дома. Поскольку этот особняк просто развалиться начни мы использовать магию.

Смотреть через щели между лестничными пролётами было неудобно, но, кажется, кроме Адальберта в дом зашли ещё трое. Все мужчины. Двое, в белых рыцарских доспехах с фиолетовой розой на груди, и с мечами. А третий… явно аристократ, судя по пестрой ткани, кольцам на пальцах и неуместно дорогим сапогам, в которых больше металла нежели кожи. Ну и пузо, конечно. Куда ж без толстого аристократа? После Катаклизма толстые люди стали ходячим символом благополучия. Я это ещё в Ли Юэ подметил. Если человек с лишним весом, значит, живёт хорошо. Может себе позволить есть за троих, а что нужно женщинам в данной эпохе? Нет, не толстые мужики, а благополучие. Поэтому с какой-то стороны, быть толстым сейчас модно.

Они направились в мою сторону, но вдруг резко остановились и повернулись к кухне. Оттуда, покачивая бёдрами, вышла Одилия. На ней было лёгкое кружевное платье, с глубоким вырезом, подчеркивающее её фигуру. В одной руке бокал вина, во второй бутылка, а на лице улыбка во весь рот. Она нарочно, что даже тупой поймёт, виляла задницей, приблизилась к толстяку. А дальше всё пошло... дико.

Честно говоря, я понимаю, что люди бывают разные. У всех свои вкусы, заморочки, фетиши. Никого не осуждаю, пока это законно и не вредит окружающим, пожалуйста, занимайтесь чем хотите. Но тут... У меня просто нет слов, чтобы описать, что я почувствовал. Всё произошло буквально в одно мгновение как по щелчку пальцев. Толстяк нагло подхватил подол платья Одилии и, не стесняясь никого, развернул и поставил её раком, из-за чего бутылка дорогого вина полетела на пол и разбилась. Но ему явно было наплевать на вино, поскольку тут же начал трахать Одилию, словно оголодавшая свинья наконец-то добралась до свиноматки. Прямо посреди комнаты. Прямо на глазах её мужа. И при этом он издавал какие-то уж слишком странные звуки, смешанные с пыхтением. А Адальберт? Да он даже не взглянул на это, весело продолжая что-то обсуждать с одним из рыцарей, словно всё происходящее рядом… обычное, повседневное дело. И, судя по всему, так и есть.

Минуту, может, две, я стоял, как вкопанный. Не в силах пошевелиться, тупо уставившись на происходящее. Всё это выглядело как-то нелепо и мерзко. Но так или иначе, это шанс. Лучше ударить первым, пока они… заняты.

Я сделал глубокий вдох, и приготовился напасть.

— К слову, Адальберт, скоро должен подъехать мой брат, — лениво выдохнул толстяк, уже едва переводя дыхание. — Если ему всё понравится, то считай, что Альдебаран твой.

Альдебаран… Вроде бы это старая дозорная башня где-то на юге от города. Сомнительное «приобретение». Но Адальберту, похоже, и этого хватало. Он радостно закивал, будто услышал нечто важное. Даже Одилия замерла на мгновение, широко улыбнувшись, но тут же охватила звонкий шлепок по ягодице.

Доски под моими ногами предательски скрипнули. Но в шуме тяжёлого дыхания, фальшивых стонов и болтовни этого никто не заметил.

Первым делом нужно обезвредить рыцарей. Они единственная реальная угроза. Даже если допустить, что аристократ владеет магией, вряд ли он успеет что-то предпринять, слишком уж сосредоточен на Одилии. А Адальберт… У него нет ни Глаза Бога, ни оружия. Да и магом он быть не может.

Маги, ведьмы, оммеджи и ещё много кто – названия разнятся от страны к стране, все они практикуют мистические искусства. Но не все обладают Глазом Бога. Чаще всего они используют катализаторы – особые артефакты, наполненные энергией, с помощью которых проводят заклинания. В отличие от тех, кому Глаз Бога дарует прямую власть над стихией, этим людям приходится полагаться на ухищрения, знания и хитроумные конструкции. Их сила зачастую совокупность проб и ошибок целых поколений магов. Поэтому они сильно оберегают свои секреты, передавая их лишь преемникам или членам семьи. И Адальберт не из такой семьи. А говорить про Одилию и вовсе нелепо. Такой жалкой я её даже не представлял увидеть.

Значит, остаются только рыцари.

Один стоял ближе к камину, другой у стены. Оба расслаблены, явно в приподнятом настроении. Не удивлюсь, если ждут своей очереди повеселиться с Одилией. А что касается Адальберта, то после услышанного насчёт Альдебарана, чуть ли не прибывал в экстазе.

Комната наполнилась звуками наэлектризованного напряжения.

Рыцари едва успели обернуться, как их тела сорвались с места, окутанные фиолетовыми всполохами Электро-энергии. Их отбросило, будто тряпичные куклы, в противоположные стороны.

Однако…

Один из них закашлялся приподнимаясь. Такой удар, ещё и с усилением Электро, должен был, по крайней мере, вырубить их. А этот... просто встал и отряхнулся, как будто его толкнул ребёнок.

— К-хе… Что за чёрт?.. — прохрипел он.

— Электро? — второй тоже поднялся, на удивление бодро. Ни обугленных следов, ни дрожащих рук.

Все взгляды обратились на меня.

Вот дерьмо. Я недооценил их. Обычные стражи так не встают после прямого Электро-удара.

Может, у них защита? Артефакты?

Один достал меч, медленно, с ленцой, словно показательно. Он явно не воспринимает меня всерьез. Второй щёлкнул шеей, а после оскалился. Они начали расходиться в стороны, словно собираясь обойти меня с разных сторон.

— Ты вроде говорил, что у девки Глаз Бога? — поинтересовался толстяк, грубо толкнув Одилию. — А это явно парень… Хотя спутать можно.

Ах да, грудь до сих пор обнажена в стиле Учихе Саске. Поэтому определить мой пол ему не составило труда.

— Я не знал об этом. Да и не видел у него Глаза Бога. Может, маг? — задумчиво протянул Адальберт, а после улыбнулся. — Мой Лорд, значит ли это, что можно рассчитывать на дополнительную награду?

Аристократ фыркнул.

— Дополнительную награду? Если бы у моих ребят не были бы доспехи с добавлением кристаллов, то они бы умерли. Ты кусок говна, ещё за это награду просишь?

Адальберт промолчал.

Кристаллы значит. Я знаю, что их добавляют в оружие, чтобы увеличить прочность, но не думал, что они обладают такими свойствами. На них вообще не подействовала Электро-стихия. Словно доспехи поглотили энергию.

Я отпрыгнул и хмуро посмотрел на рыцарей.

— Что, молчишь? — усмехнулся один из них. — Думаешь, если эффектный фейерверк устроил, то уже победил?

Они оба засмеялись. Словно прозвучала какая-то смешная шутка.

Электро-энергия вспыхнула на лезвии моего клинка. Затем знакомое напряжение ударило в ладони, стремительно пронеслось по предплечьям и обдало грудь тёплой, пульсирующей волной. Комната вновь наполнилась треском электричества, похожим на щебет десятков птиц.

Я приготовился повторить приём, который когда-то использовал против той птицы. С тех пор не применял его ни разу. Да и, откровенно говоря, техника слабая. Но она должна откинуть рыцарей. Отбросить их достаточно далеко, чтобы я успел подскочить и разобраться с каждым по одиночке. По крайней мере, на это я надеюсь.

Пространство вокруг клинка начало колебаться, как над раскалённой плитой. Волны жары и энергии расплывались по комнате, искажая силуэты.

***

Вильгельмина нервно расхаживала по комнате, то и дело бросая тревожные взгляды на дверь, словно та могла распахнуться в любую секунду, и на пороге вновь появится он, её отец. Она боялась его с самого первого дня, как он вернулся в её жизнь. Это произошло внезапно, несколько лет назад. Тогда она ещё мало что понимала, но уже чувствовала, что он опасен.

Адальберт смотрел на неё как на вещь, холодно и безразлично. Но пока рядом были дедушка и бабушка, он не смел причинить ей вред. А когда их не стало… начался настоящий ад.

После похорон родителей Адальберт вошёл в дом как Король, а рядом с ним была Одилия – дочь главы «Небесного Цветка», местного борделя, в котором тот часто бывал, и за годы успел очень много задолжать.

Первые дни они пытались казаться великодушными. Первой сорвалась Одилия. Она избила мать Вильгельмины – Елизавету, лишь за то, что та упрекнула её за распутство. Одилия, будучи любовницей Адальберта, не стеснялась делить постель и с другими мужчинами, утверждая, что только через тело можно управлять мужчинами и достигать желаемого. Для Елизаветы это было грехом, отвратительным и постыдным. И это задело Одилию. Поэтому через несколько дней она привела в дом компанию мужчин и устроила пьянку, которая закончилась групповым изнасилованием Елизаветы.

Три дня за закрытой дверью доносились крики, долгие, надрывные, полные боли и безысходности. Вильгельмина тогда сидела на полу, прижавшись к стене, свернувшись в комок, и шептала молитвы Анемо Архонту, надеясь, что всё это – лишь кошмар. Однако реальность оказалась жестокой. Барбатос не ответил на молитвы.

После того случая рассудок Елизаветы помутился. Она быстро угасла и вскоре умерла от истощения. Вильгельмина до сих пор помнила, как Адальберт вынес тело мамы на руках и, с каменным лицом, бросил его у её ног.

— Не будешь слушаться – повторишь её судьбу, — сказал он тогда.

А потом появился тот человек. Ужасный. Она не знала, кто он, да и знать не хотела. Он приходил и делал с ней всё, что хотел. День за днём, неделя за неделей. А затем появились другие… «Гости». Их было много. Вильгельмина почти ничего не помнила, только голоса, прикосновения, запахи. Всё происходило как в страшном сне.

Она впервые попыталась сбежать. Однако её поймали, а после темнота… Когда она очнулась, всё её тело было в синяках, укусах, ссадинах и крови. Память спрятала этот день за завесой страха и забвения. Но потом воспоминания стали возвращаться во снах.

В тот день Адальберт был пьян. Она надеялась воспользоваться этим. Но не знала, что он ждёт гостей. Они поймали её. А после того, как «наигрались», решили показать ей, что бывает за дверями дома. После этого Вильгельмина больше не хотела сопротивляться. Не хотела ничего.

Но потом… появились они.

Теперь в её руке лежал осколок разбитой вазы. Маленький, острый. Она больше не собиралась возвращаться к прошлому. Никогда. Если Адальберт переступит порог, она не станет молить о пощаде. Она вонзит этот осколок ему в горло, в грудь, в пах – куда угодно. Главное, чтобы он замолчал навсегда.

Внезапно дом содрогнулся.

— А-а-а... — Вильгельмина вскрикнула, не удержав равновесия, и рухнула, больно ударившись боком о край кровати. Осколок выскользнул из её пальцев, звякнув о пол.

Она даже не успела встать, как дом вновь содрогнулся, и раздался глухой грохот, словно снаружи рухнуло нечто гигантское и тяжёлое. А затем за окном раздались, пронзительные, полные ужаса крики.

Судорожно втянув воздух, Вильгельмина метнулась на четвереньках под кровать, нащупала осколок и крепко сжала его дрожащей рукой. Она не знала, что происходит, но тело двигалось само, подгоняемое паникой. Сердце грохотало в груди, а в голове пульсировала только одна мысль: беги. Поэтому девочка бросилась вниз по лестнице, спотыкаясь на ступеньках. И только ступив на последний пролёт, застыла от увиденного…

Правая часть дома обрушилась, оголяя хаос. Повсюду раздавались крики, плач и хриплые стоны боли. Множество соседних зданий были снесены подчистую, как будто неведомый гигант взмахнул исполинским мечом, срезав верхушки домов одним ударом.

Картину завершал знакомый ей юноша. Он стоял неподвижно в луже крови, глядя на руины немигающим взором. Его взгляд был стеклянным, нечеловечески отрешённым. А в руках поблёскивал меч, излучающий зловещий фиолетовый свет.

Под его ногами валялись разрубленные тела. Среди них она сразу узнала Одилию и Лорда Херри.

— Вильгель… мина… — прохрипел слабеющий голос сбоку от неё.

Она перевела взгляд и вздрогнула.

Возле стеклянных осколков лежал Адальберт. Её отец. Или то, что от него осталось. Левая рука отсутствовала полностью, как и часть ноги. Словно в момент удара он попытался прыгнуть в сторону, но не успел. Кровь быстро стекала из ран, растекаясь под ним алым озером.

— Вильгель… мина…

У неё в руке дрогнул осколок стекла, медленно окрашиваясь в алый цвет. Однако на лице нет ни страха, ни боли. Только ярость. Только гнев, обжигающий и безжалостный.

— А-а-а! — закричала она, и, не в силах больше сдерживать себя, бросилась на него.

Удар за ударом, в грудь, в плечо, в лицо. Вильгельмина не думала куда бить. Она лишь хотела, чтобы он страдал, и почувствовал хотя бы крупицу той боли, которую заставил её пережить.

Юноша перевёл на неё взгляд. Но не сделал ни шага, чтобы остановить её. Он просто смотрел, и, казалось, искал в её действие что-то, что ведомо только ему.

Адальберт пытался сопротивляться. Брыкался, отталкивал её здоровой рукой, пытался схватиться за стекло, но тщетно. И вскоре один из ударов пришёлся ему прямо в горло. Кровь брызнула на лицо Вильгельмины, но она не заметила, продолжая наносить удары. Даже когда тот издал последний мучительный выдох.

Её рука дрожала, пальцы соскальзывали по залитому кровью стеклу, половина осколка давно обломалась и застряла в плоти Адальберта. Но всё продолжала, хрипя и рыдая одновременно. Она не могла остановиться.

— Зачем? — раздался холодный голос юноши. Он стоял, не двигаясь, косо глядя на окровавленное тело Адальберта. — Не лучше ли было отдать его стражникам?

В его словах не чувствовалось ни капли живого интереса.

Вильгельмина медленно подняла голову, лицо её было в слезах и крови. В этот момент она была похожа не на жертву… а на зверя, выбравшегося из клетки.

— Он не заслуживает жить.

Юноша не шевельнулся, услышав её ответ. Под его взглядом Вильгельмина вдруг почувствовала себя неуютно. Словно стояла на краю обрыва и смотрела в глубокое, тёмное море, ожидая, когда из его пучины поднимется пасть огромного дракона, чтобы поглотить её без остатка.

— Тем более… — её голос дрогнул, — стражники всё равно бы его отпустили. Ведь он не делал ничего... противозаконного...

Вильгельмина замолчала. А после неожиданно её лицо исказил гнев. Она подняла взгляд и посмотрела в глаза юноши, больше не боясь того, что таиться за ними. Гнев был куда сильнее, чем страх.

— Где они были, когда мама умирала?! Почему они позволили это?! Почему никто не пришёл, не остановил?! Почему... Анемо Архонт позволил?! За что?! Она ведь была хорошим человеком! — она закричала, выплёскивая в этот крик все свои эмоции. А после устало опустила взгляд на кровавую лужу. — Мама всегда была добра ко всем... Она делилась едой с бедными, даже если дедушка ворчал… Почему Анемо Архонт ей не помог?

— Не знаю, — наконец на лице юноши промелькнула эмоция. Он устало посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на охваченный хаосом город. — Может, ему не хватает смелости взять на себя ответственность. А может… он просто занят. Я не знаю, о чём думают Архонты. Но оглянись.

— Оглянись? — Вильгельмина непонимающе нахмурилась.

— Люди страдают. Кругом пламя, крики, страх… но никто не пришёл. Барбатос не снизошёл с Небес. Он не покарал меня. И если бы даже появился здесь, скорее всего, просто убил бы меня. Но разве истинные виновники понесли бы наказание? — он чуть склонил голову. — Конечно, нет. Подонки продолжили бы сеять зло. Просто в этом мире стало бы на одного такого меньше.

Она вздрогнула, услышав, как он коротко засмеялся. Его смех прозвучал искажённо, сливаясь с глухим потрескиванием Электро-стихии вокруг него.

— А если я окажусь сильнее Архонта? — его голос стал тише, но в нём появилась странная, почти опасная интонация. — Кто тогда накажет меня?

— Архонты… они ведь всемогущие, — слабо возразила девочка.

— Хм… — юноша взглянул на неё. Затем он чуть усмехнулся, и меч в его руке медленно погас, утратил сияние. — Ты, наверное, не поймёшь. И это нормально. Но послушай… это важно для меня.

Он опустил взгляд, словно раздумывал о сложной задачи. А после вновь посмотрел на неё.

— Я когда-то услышал такую фразу: «Меня пугают те, кого от насилия удерживает лишь какой-то старец на небесах». Тогда это мне показалось глупым. Ведь есть совесть, честь, сострадание... не так ли? Сегодня я убил многих, и вдруг понял, что всё это время меня сдерживал не нравственный принцип. Меня останавливал только страх быть наказанным.

Сказав это, он разочарованно вздохнул.

Сюрреалистичная картина. Девочка, которой едва ли можно было дать тринадцать, сидит на изуродованном, окровавленном теле собственного отца. Её лицо, руки, одежда – всё залито кровью. Но она убила мучителя, который превратил её жизнь в настоящий кошмар. А рядом стоит статный юноша, в белоснежной и красивой одежде без единого следа крови. Но на его совести сегодня множество жизней.

— Но… ты ведь спас меня, — тихо произнесла Вильгельмина.

— Это вопрос или утверждение? — спросил Цин Лун, слегка улыбнувшись. — Ха…

Глава 52

— Где я? — с удивлением и лёгкой растерянностью протянула Ху Фуа, оглядываясь по сторонам. Её голос дрожал, словно она до конца не верила в то, что видела. Или, скорее всего, напугана. И не зря: уснуть в уютном доме, а проснуться в сырой, тёмной пещере ещё то удовольствие.

Особенно если проснуться в обнимку с Вильгельминой, которая после всех пережитых потрясений была совершенно измотана и отключилась буквально на полпути. Пришлось нести их обеих на руках. Каким бы сильным я не был, но неудобно нести двоих с моим-то ростом. А затем устроить ночлег в этой пещере, развести костёр, уложить их на импровизированные лежанки, укрыть, проверить, чтобы ничего не угрожало...

Короче говоря, я морально вымотался. Но, как ни странно, это помогло отвлечься от дурных мыслей. Да и негативные эмоции больше не тяготят.

Я вышел из тени валуна, и Ху Фуа вздрогнула, сразу заметив движение. Но быстро расслабилась, поняв кто это.

— Цин Лин... где мы? — снова спросила Ху Фуа, её голос прозвучал тише, настороженней.

Костёр потрескивал, наполняя пещеру мягким, живым теплом. Дым, конечно, мог выдать наше укрытие... но у нас не было другого выбора. Без огня Вильгельмина рисковала простудиться, а после всего пережитого это могло обернуться той ещё проблемой. Мондштадт – холодная страна, особенно по ночам. С горных склонов почти беспрерывно тянет пронизывающий ветер, и пещера хоть и давала убежище от ветра, но не спасала от холода. Видимо из-за того, что в нём много Крио-частиц. Я прям видел, как белые частицы Крио-элемента путешествуют с ветром.

Пиро Глаз Бога, что носит Ху Фуа, должен защитить её от холода, а вот Вильгельмина такой роскоши лишена. Да и элементальные частицы могут выдать наш след, если у врагов будет кто-то с Глазом Бога.

— Что ты последнее помнишь? — уклончиво спросил я, не спеша отвечать прямо. И как ей сказать: «Прости, я разделил твоих родственников на два. Как и часть города»?

После случившегося у меня было отвратительное настроение. Убийство людей... В первый раз оно случилось случайно. Да и не жалко тогда было того человека, крысе смерть крысы. Но теперь всё повторилось. Только под удар попали не только враги, а обычные, невинные люди.

Когда я покидал город, в ушах стоял вой, плач, крики боли и страха – всё это било по разуму куда сильнее, чем первое убийство. Но стоило заняться делами, и переключить внимание, это всё осталось позади. Не знаю, нормально ли это, или так из-за тела куклы. Но уже ничего не поделать, мертвых не вернуть.

Я до сих пор не понимаю, почему моя атака оказалась такой мощной. В прошлый раз она едва рассекла птицу. Фиолетовая дуга буквально прошла сквозь людей и стены, как раскалённый нож по маслу. Причём сначала вообще ничего не происходило. Я уже подумал, что вообще зря атаковал, только врагов насмешил. А потом... они просто рассеклись, фонтаном залив пол кровью, и каменная стена обвалилась, обнажая страшную картину разрушенного города.

Всё это время я считал, что это просто слабая техника. Что-то вроде сгустка Электро-энергии, которая в лучшем случае поцарапает монстра, но не убьёт. Даже в мыслях не возникало, что этот приём может иметь хоть что-то общее с той самой легендарной техникой Эи, той самой, что рассекала острова и шинковала Богов. Слишком уж разные были эффекты.

У меня всего лишь ровный, чистый разрез. Без вспышек, без грома, без катастроф. Почти как в «Убить Билла»: человек делает пару шагов, прежде чем тело осыпается на землю, разделённое надвое. А у Эи... её удар словно падение меча огромного великана, чья макушка где-то высокого за облаками. После её атаки на месте разлома остаются не просто следы, а вечные аномалии: Электро-сгустки, что пульсируют тысячелетиями, искрят и испепеляют даже владельцев Глаз Бога, если те подойдут слишком близко.

Понятно, что разница, между нами, колоссальна. Её сила формировалась на протяжении нескольких тысяч лет. Да и о её происхождении в игре было ничего неизвестно. Просто если эта та самая техника…

Пугающая мысль.

Кристальные доспехи рыцарей не спасли их. Атака разрезала их так же легко как плоть.

Что ж, этих ублюдков мне не жаль. Вильгельмина права: толку от власти, если она принадлежит тем, кто гниёт изнутри? Сдал бы Стражам, а те выпустили бы их через пару часов. И всё бы повторилось. Причем это я, кто может дать отпор и не бояться, что за мной увяжется армия. Будучи учеником Адепта, Ли Юэ не посмеет сдать меня. Более того, жители Ли Юэ с высока смотрят на Мондштадт, в шутку называя странной без Бога. Так что я смог бы выкрутиться, а вот обычные люди? Та же Вильгельмина? Над её мамой поиздевались, а после, можно сказать, убили, и ничего. Эти гады продолжали жить и пировать, истязая уже девочку.

Бэтмен своей мягкотелостью допустил сотни смертей. Он играл в героя, отчаянно цепляясь за идею «не быть убийцей», прикрываясь глупым предлогом: если он начнёт убивать, то сам станет таким же, как те, с кем сражается. Что, мол, насилие порождает насилие, и смерть одного не уменьшит количество убийц на планете. Это, конечно, верно, но… Все эти «злодеи», которых он ловил, успевали уничтожить жизни тысяч людей, а когда сбегали с тюрем спокойно продолжали делать зло. Они не просто убивали, насиловали, калечили, грабили, превращали людей в наркоманов, рушили семьи, заражали города страхом и хаосом. Идеология Бэтмена рассыпается, если посмотреть на цифры: за каждым оставленным в живых психопатом – сотни, если не десятки тысяч разрушенных судеб.

Поэтому сейчас, оказавшись в похожей ситуации… я не хочу повторять его ошибки. Нет, не так. Я понял эту истину только когда оказался в этой ситуации. Раньше это были лишь слова, поскольку можно говорить и думать что угодно, но на деле всё иначе. Без познания, слова не подкреплены ничем.

Особенно в таком месте. Я ведь знал, что это не райский курорт, тут насилия и жизнь синонимы. Но пока это не коснулось меня – это оставалось где-то за гранью взора.

Так что… Мои руки уже покрыты по локоть в крови. Как бы мне это не нравилось, но пора принять, что это другой мир. Здесь другая эпоха, другие законы, другие правила. И если уж я решил вмешиваться, то обязан взять на себя и ответственность. Хотя бы за тех невинных, чьи жизни сегодня по моей вине оборвались.

Где-то я слышал одну фразу… Не помню, то ли в книге, то ли в фильме, да это и неважно. Звучала она примерно так: «Убив человека – ты становишься убийцей. Убив десять – монстром. Но если это во благо людей – тебя начнут звать героем». Суть в том, что герои и злодеи – это разные стороны одной монеты.

Жизни уже не вернуть. А угрызения совести ничего не исправят. Всё, что я могу – это сделать так, чтобы больше такое не повторилось. Чтобы обычные люди жили лучше. Чтобы не было больше растления, рабства, насилия. И ради этого мне мало быть сильным. Нужно стать умным и образованным. Ведь дикаря не слушают. А мне нужно, чтобы меня слушали. Чтобы верили.

К счастью, у меня есть учитель. А ещё я давно вынашивал идею: внедрять в этот мир простые, но полезные вещи из своего прошлого. То, что может облегчить повседневную жизнь обычных людей. Хотя бы банальные швабры или холодильник. Здесь же единственный способ хранения продуктов – это глина. Ну и соль. Но солить можно далеко не всё, да и вкус… мягко говоря, на любителя. Так что мысль о прогрессе у меня была давно. Просто теперь она стала масштабнее и, главное, появилась обязанность, а не просто желание. Даже если реализация займёт десятки лет… у меня впереди долгая жизнь. Очень долгая, чтобы не попробовать.

Я невольно перевёл взгляд на Вильгельмину, которая ворочалась во сне – явный признак скорого пробуждения.

— Цин Лин… Цин Лин… — голос Ху Фуа выдернул меня из раздумий.

— А? Прости… я задумался, — вздохнул я, глядя на неё с лёгким чувством вины. — Повтори, пожалуйста, что ты сказала?

Она нахмурилась ещё сильнее.

— Я пошла в купальню с Госпожой Одилией… а потом… я потеряла сознание?

Я покачал головой, и рассказал всё, что произошло. Ничего не умалчивал. Но постарался как можно мягче сгладить углы.

Естественно, она не поверила сразу. Да и как тут поверишь? Просыпаешься в неизвестной пещере, а рядом сидит твой друг с рассказом о том, как он убил твоих родственников – пусть и за дело. Причём не только их, но и случайных мирных жителей. Это звучало как безумие.

Однако вскоре проснулась Вильгельмина, и добавила факты. Такие, что хотелось не просто убивать… а пытать. Медленно. До последнего вздоха.

Как можно было так обращаться со своей дочерью?

Во время рассказа Вильгельмина снова оголилась. Видимо ей было уже всё равно. Настолько, что если бы Ху Фуа не настояла, она, кажется, так бы и осталась сидеть обнажённой. Словно тело для неё больше не имело значения. Ни стыда, ни страха, ни желания защищаться.

Что касается всей ситуации… Услышав правду, она сама выпустила кровожадную ауру. Если бы я их не убил, то такое чувство, что Ху Фуа сорвалась бы с места и пошла пытать.

Вильгельмине она сердечно пообещала поговорить с родителями, чтобы те официально взяли девочку под свою опеку. Семья у неё не бедствовала, да и в наличие есть Слуги.

А вот по поводу уничтоженной части города… Ху Фуа отнеслась куда спокойнее, чем я ожидал. Да, она задала вопрос, что я чувствую после случившегося, и даже мягко упрекнула, что должен был быть осторожнее. Но в целом… встала на мою сторону. Возможно, из-за того, что она потомок семьи, которая близка со смертью. Какого только ужаса ей пришлось повидать, только сейчас я начал это понимать в полной мере. В отличие от других, семья Ху Фуа имеет дело с призраками. А призраки – это неупокоенные души людей. В мире, где твориться такой ужас, нетрудно догадаться, что пережили люди, чтобы стать призраками.

— А кто меня одел? — неожиданно спросила Ху Фуа, оглядывая себя.

Она перевела взгляд на Вильгельмину, но та тут же мотнула головой и медленно, будто нехотя, посмотрела в мою сторону.

Я только развёл руками, стараясь говорить спокойно:

— Вильгельмина прикрыла тебя, как смогла. Я ничего не видел, честно. Но…

— Я… ничего не делала, — тут же перебила меня Вильгельмина и с потрохами сдала. — Я вообще не понимаю, как работает одежда из Ли Юэ. Всё там запутано как головоломка. Я даже споткнулась, ударилась лбом об край кровати… — она указала на внушительную шишку у себя на лбу. — В общем, я сдалась.

— Ладно… — я вздохнул и опустил голову. — Признаю, я сам тебя переодел.

— То есть… ты видел меня голой? — с лёгким надрывом в голосе переспросила Ху Фуа, уставившись на меня с выражением, будто я только что признался в величайшем преступлении века.

— Ситуация была экстренной, — серьёзно ответил я. — Оставлять тебя в той, то есть в халате – значило подвергнуть опасности, в то время как одежда Адепта хорошо защищает тело. Если бы на нас напал грозный враг, то мне бы меньше пришлось волноваться. Хотя я хотел, чтобы это сделала Вильгельмина, честно. Но после второй её попытки понял, что она скорее себя убьёт, чем тебя оденет.

Вильгельмина утвердительно кивнула. Ху Фуа же, хоть и покраснела, но ничего не сказала. Только отвернулась, прикрывая лицо рукой.

Неловко, что тут сказать. Если не считать младшую сестру в детстве, я никогда не переодевал девушку. А уж такую красивую…

Она действительно развита не по возрасту. Может, с ней действительно что-то не так? Не зря же сам Моракс обратил на неё внимание. В легендах нередко встречались истории о том, как Адепты вступали в связь со смертными. Что если среди её далёких предков был один из них? И именно в ней пробудились эти гены? Кто знает… Но такая теория вполне возможна.

Тем более я ведь слышал то, что она сказала Одилии. Здесь менталитет другой. Такие слова, по крайней мере, в Ли Юэ звучат почти как предложение руки и сердца. И это дополнительно придавало неловкость ситуации.

Нам стоит поговорить об этом откровенно. Не сейчас, позже, когда всё уляжется. А что касается запрета Сань Юнь. Посмотрим. Там ещё и уедините на два года ждёт… Практически армия…

— Меня беспокоят слова стражников, — сказал я, подбрасывая в костёр ещё несколько дров. — Буквально через пару минут, после того, как всё произошло, прибежала стража. Они не стали выяснять, что случилось. Даже не пытались задать вопросы. Просто сразу кинулись на меня, как будто точно знали, чьих это рук дело. Только вот от «стражи» там одно название. Просто обычные мужики, которым от балды выдали звание. Победить их не составило труда, и один из них проболтался, что у местного лорда есть суженая, некая Ведьмой Ветров.

— Ведьма Ветров? — переспросила Ху Фуа с интересом.

— Угу. Вильгельмина рассказала, что эта женщина не местная, а вроде бы из Сумеру. Молодая, около двадцати. Про силу известно мало. Зато точно известно, что она должна была вернуться в Мондштадт со дня на день. Возможно, уже вернулась.

Вообще ведьмы – девушки, практикующие мистическое искусство, не всегда обладают силой. Они могут быть как ужасно слабыми, так и чудовищно сильными. Тут уж зависит есть ли у неё Глаз Бога или ещё какой-нибудь ерунды. Однако всё же не стоит недооценивать врага. Это мир, где Боги, Демоны и Драконы реальны.

— Я не хочу, чтобы она застала нас врасплох. Особенно в таком состоянии, — тихо добавил я. — Поэтому скоро выдвигаемся. Уйдём на восток, туда, где местность менее проходима и меньше людей.

— Ты хочешь сказать… через гору? Там ведь ужасно холодно, — нахмурилась Ху Фуа.

— У нас нет другого выбора, — тихо произнёс я, подбрасывая очередную ветку в костёр. — Боюсь, нас уже объявили преступниками. И теперь любая дорога в Ли Юэ для нас закрыта.

Огонь потрескивал, отбрасывая пляшущие тени на стены пещеры.

— С твоим Пиро, Ху Фуа, мы не замёрзнем. А моя сила обеспечит нас дровами хоть в самом сердце ледяной пустоши.

Она кивнула, но без энтузиазма.

Впрочем, даже с этим будет тяжело. Лорды других территорий вряд ли останутся в стороне, а уж наёмники тем более. За наши головы наверняка назначат цену. Даже рыцари Фавония, скорее всего, встанут против нас.

— М? — Вильгельмина издала удивлённый вздох, а после из-под пледа достала небольшой кристалл светло-зелёного цвета, в котором был узор в виде расправленных крыльев. Он был оправлен в золото, и немного светился.

Мы с Ху Фуа издали почти синхронный удивлённый звук.

Это явно Анемо Глаз Бога.

— Анемо Архонт выбрал тебя, поздравляю, — сказала Ху Фуа, улыбнувшись.

Но её улыбка быстро угасла, когда она увидела в глазах Вильгельмины ни радость, ни восторг, а ненависть.

Девочка резко встала и с размаху метнула кристалл в стену. Тот ударился о камень, звонко отскочив без единой царапины. Божественный артефакт, разумеется, не так-то просто повредить. Но Вильгельмина не остановилась. Она схватила его снова… и бросила прямо в костёр.

Пламя вспыхнуло голубым цветом, и в воздухе запахло гарью. Наш ужин сгорел за считанные секунды.

— Эй! — Ху Фуа вскочила. — Ты с ума сошла?!

Вильгельмина тяжело дышала, сжав кулаки. Её плечи дрожали от злости.

— Почему ты не рада? — растерянно спросила Ху Фуа.

Для большинства людей Глаз Бога является воплощением мечты. Символом силы, статуса, надежды. Тем, что делает из простого смертного не просто мага, а почти полубога.

— Потому что это Анемо Глаз Бога, — вмешался я, нахмурившись. — Символ Барбатоса. А теперь представь: ты молишь его три дня и три ночи, без сна, без еды… С верой, с надеждой. А в ответ к твоим ногам кидают тело мамы.

Ху Фуа отвела взгляд, её лицо потемнело.

— Наверное… это ощущается как… плевок? — произнесла она, неуверенно.

Я кивнул и посмотрел на Вильгельмину. Та сидела с опущенной головой, Глаз Бога лежал у неё ног.

— Я… не просила об этом, — глухо сказала Вильгельмина. — Мне не нужен его дар. Мне нужна была мама. Мне нужна была справедливость. А он… что? Подумал, что этим искупит всё? Я ненавижу его.

Слова эхом разлетелись по каменной пещере, и исчезли где-то с порывом сильного ветра.

— Это не дар, — добавила она, — это кандалы.

Вильгельмина пнула Глаз Бога, без ярости, а просто как ненужную вещь.

Ху Фуа опустилась рядом с ней, не говоря ни слова, и просто обняла. Вильгельмина не оттолкнула.

Я посмотрел на Анемо Глаз Бога – символ свободы. Иронично, правда? Рабство в Мондштадте запретили всего лишь пятьсот лет назад. Для страны, которая называет себя «колыбелью вольного духа», это звучит почти как насмешка.

Пятьсот лет назад основатель рыцарей Фавония ввёл закон, запрещающий рабство на всей территории Мондштадта. Благородный поступок, безусловно. Сильная личность, которой стоит восхищаться. Хоть опять иронично, что она не из Мондштадта… Впрочем, социальное неравенство так и не исчезло, а само рабство лишь сменило форму. Обходы запрета, скрытая эксплуатация, долги, от которых не сбежать – всё это всё ещё здесь, под сладкими песнями ветра.

А до этого? До этого было куда мрачнее. Мондштадт устраивал набеги на соседние земли, как дикари с севера, сжигал деревни и уводил людей в рабство. Их продавали как товар в шахты, в бордели, на гладиаторские арены. Именно так основатель рыцарей Фавония оказался в Мондштадте.

Но проблема в том, что Барбатос «правит» уже две тысячи лет. Бог Свободы... И я, честно говоря, до сих пор не понимаю, с какого он стал этим самым богом. Где он был, когда «свободные ветра» Мондштадта носили крики закованных людей? А… хотя знаю: спал, бухал, пел песни и развлекался. Какой бы вариант не был, но полтора тысяч лет – это даже для бога много.

Глава 53

Стоило луне показаться из-за горизонта, как мы сразу выдвинулись в путь. Ночь в Тейвате не время для праздных прогулок. Она кишит тварями, которые инстинктивно чувствуют, что люди в это время уязвимы. Особенно опасны Хиличурлы. По ночам они устраивают набеги на деревни, грабят поля, охотятся. А днём отсиживаются в своих логовах или отсыпаются. Однако и они далеко не единственная угроза. В Мондштадте поселился Волк Севера, он же Бог Северных Ветров, и окрестностях стало полно волков. Необычных лесных зверей, а крупных, сильных, откормленных хищников, чья свирепость заставляет даже закалённых воинов держаться настороже.

Обычно они не нападают на людей, а предпочитают сражаться с монстрами, предполагаю из-за желания стать сильнее. Да и сам Волк Севера, говорят, покровительствует Мондштадту. Но мало ли. В этом мире всегда найдётся место исключениям… или, как минимум, приключению на задницу.

Тем не менее монстры и волки не самая большая проблема. Рыцари Фавония действительно пошли против нас и начали активные поиски. И пусть этот мир с виду напоминает средневековье, но это не значит, что здесь плохо с преследованием. Наоборот, они могут дать фору любым современным методам, благодаря магии. Зелья, проявляющие светящиеся следы. Гадание по звёздам, указывающие наше направление. Охотничьи птицы и псы, усиленные всякой магической ерундой. Целые отряды магов. И это я ещё не говорю о тех, у кого Анемо Глаза Бога. Такие способны за версту уловить любой шорох.

Убежать от них, всё равно что скрыться от дыхания ветра.

Несколько раз они устраивали засады, но я не сдерживался. Не мог себе этого позволить. На мне лежала ответственность, и я обязан был защитить не только себя, но и ещё две жизни. Пару раз даже пришлось обойти, поскольку их численность превышало несколько десятков людей, а один раз даже под сотню – это был полноценный лагерь рыцарей. Но они замаскировались какой-то магией, из-за чего с виду их не увидеть, и только благодаря своим способностям мы не попали в передрягу.

В остальном мы двигались быстро, почти без остановок, благодаря навыкам, полученным от Сань Юнь. Засады оставались их единственным шансом нас поймать. Мы это понимали, и потому постоянно меняли маршрут, петляли, шли кругами.

Наш путь лежал в сторону Каменных Врат. Мы специально выбрали это направление, чтобы у рыцарей сложилось впечатление, будто мы хотим пересечь ущелье. Оно идеально подходило для засады: узкая, гористая местность с одной-единственной дорогой. Но мы знали, что в нескольких километрах от врат есть другое ущелье, скрытое от глаз заросшими кустами. Его нам показал торговец, когда мы решили сделать привал. Оно не примечательное, ведёт к маленькому роднику, через который можно выйти к горному хребту.

Даже если нам не удастся запутать их, стоит только ступить на заснеженные склоны, и погоня станет куда сложнее. Уверен, у них найдутся зелья, позволяющие выдержать холод, вряд ли рыцари Фавония отправляются в такие дела неподготовленными. Однако на этом их преимущества почти заканчиваются.

Животных уже не использовать, ни псы, ни птицы не смогут долго действовать в таких суровых условиях. Гадания по звёздам работают только ночью, а днём они бесполезны. А главное, из-за плотного скопления Крио-частиц в воздухе отслеживать следы станет практически невозможно.

Был, правда, ещё один путь, через противоположную сторону, вдоль побережья. Сначала он казался даже перспективным: меньше склонов, больше пространства, меньше шансов на засады. Но желание воспользоваться им отпало в ту же секунду, как с моря донёсся рёв. Без преувеличения, от этого звука у меня похолодела спина, и это при том, что я кукла. Эта смесь искажённого львиного рёва, помноженного на работу двигателя «W16. Глухой, гортанный. Я не знаю, кто это был. Ни я, ни мои спутники так и не увидели, кто издавал этот звук, хотя находились совсем недалеко от берега. Но по глубине, по силе, по тому, как дрожала земля под ногами… было понятно одно, что это не просто зверь, а нечто огромное.

Естественно, после такого идти в ту сторону показалось не просто плохой идеей, а откровенным самоубийством. Если это существо решит выйти на сушу, первым под удар попадёт всё побережье.

Учитывая, что по этому миру ходят те ещё существа, то рисковать не хотелось.

Только Вильгельмине было по-настоящему тяжело. Она бы просто не смогла поспевать за нами в таком темпе, и потому мне пришлось взять её на руки и нести, как принцессу. Не самый удобный способ передвижения, но другого выхода не было. Хотя она не жаловалась, но вряд ли несколько часов пути в такой позиции кому-то доставит радости.

Её Глаз Бога я тоже прихватил. Она даже смотреть на него не хотела, а на уговоры времени не было. Да и что ей сказать? Её разум затмили эмоции. Чтобы мы не сказали, она не воспримет в серьез.

По лору, Глаз Бога – это не просто артефакт, дающий власть над стихией. Это отражение воли, мечты, самой сути человека. Почти часть души. Когда Сёгун Райдэн начала забирать Глаза Бога у жителей Инадзумы, многие из них буквально угасали на глазах. Становились пустыми, безжизненными, словно у них вырвали нечто важное, не физическое, но гораздо глубже.

Я не хотел, чтобы с Вильгельминой произошло то же самое. Она уже потеряла слишком многое, чтобы вот так просто угаснуть. Да и не понимает, что с ней станет из-за этого решения. Глаза Бога вообще мало изучены. И если бы не факт из игры, то я бы даже не предполагал, насколько ужасны будут последствия утраты Глаза Бога.

— Ху Фуа…

— Поняла, — кивнула подруга и тут же рванула вперёд, выхватывая меч.

После «Пробуждения» я начал видеть элементальные частицы, они словно сами притягиваются к моему взгляду. Если не обращать на них внимание, то можно жить как прежде, но стоит сосредоточиться, то видны маленькие разноцветные шарики. Так вот это давало некое преимущество, поскольку их концентрация сразу бросается в глаза. Я мог издали заметить засаду, особенно если среди врагов есть те, кто носят артефакты. Это похоже на битые пиксели на мониторе. А артефакты есть почти у всех рыцарей. По плотности и цвету этих частиц я даже мог прикинуть их силу.

Вот, например, Ху Фуа – её окружает оранжевая аура, насыщенная, почти краснеющая ближе к Глазу Бога. У Вильгельмины же, несмотря на то, что у неё тоже есть Глаз Бога, едва заметная светло-зелёная дымка. В ней почти нет элементальных частиц, где-то десять на тысячу, если сравнить с Ху Фуа. Почти пустая оболочка.

Интересно, что меня тоже окружает аура, хотя Глаза Бога у меня нет. Но она куда плотнее, и Электро-частицы будто сами стремятся к ней, собираются, как пчёлы к улью. Причём этот точный пример, поскольку если приглядеться, то на коже можно увидеть что-то подобие сот. У девушек частицы, наоборот, стекаются к Глазу Бога, а уже оттуда переливаются в ауру, как из переполненного сосуда.

На этот раз засаду устроили четверо. Судя по скупому колебанию ауры, все слабые. Новички. Наверное, решили, что смогут нас одолеть и прославиться. Или хотя бы набить себе цену. Глупцы.

Ху Фуа не стала церемониться. Обернув клинок пламенем, она бросилась на них и обрушила волну огня. Настолько мощную, что враги даже не успели сдвинуться с места, только инстинктивно прикрылись. Но выжили. Их доспехи приняли часть удара, а тела выдержали остальное благодаря Глазам Бога. И всё же, будь на их месте обычные люди, то они бы давно зажарились, как кабаны на костре.

Видимо именно аура защищает владельцев Глаз Бога от множества травм. В игре были те, кто с горы падал, и ничего. Спокойно встали и пошли.

Не зря говорят, что обретя Глаза Бога после смерти можно стать Богом. Конечно, никто не говорил как. Нет справочника, а тем более гайда. Но вот смотря на ауру, у меня появилось предположение, что чем она концентрирование, тем человек дальше от смертного.

— Идиоты, — фыркнула Ху Фуа, стряхивая с меча остатки огня.

Я застыл и с удивлением уставился на неё.

— Ч-что? — опешила она, заметив мой взгляд.

— Кто это там меня постоянно отчитывает за сквернословие? — медленно спросил я, приподнимая бровь. Улыбка расползлась по моему лицу. — Кажется, её имя начиналось на «Ху» и заканчивалось на «Фуа».

Она нахмурилась, пытаясь сохранить серьёзность, но уголки губ предательски дрогнули в улыбке.

— Это было объективное суждение, а не сквернословие, — с достоинством парировала моя драгоценная спутница. — Они правда идиоты.

— Ну-ну, — протянул я. — Так и запишем: Ху Фуа официально признаёт право использовать «идиоты» как термин классификации.

— Только в научных целях, — фыркнула она и закатила глаза.

— Уже мои отговорки используешь, — усмехнулся я, подходя ближе. — Когда-нибудь и меня так классифицируешь?

Ху Фуа на миг прищурилась, будто раздумывая над ответом, потом медленно провела пальцем по лезвию своего меча.

— Ну… если начнёшь вести себя как идиот, то вполне возможно.

— Хе, с твоих уст это будет даже мило. Но давай без этого.

Тем временем Вильгельмина стояла чуть в стороне, не отрывая глаз от обугленной земли. Её взгляд был заворожённым, детским, и в нём горела неподдельная жажда восторга и восхищения.

Магия. Она явно ею очарована. Впрочем, кого не восхищает магия? Особенно такая – яркая, опасная, живая. Даже я уже сколько контактирую с ней, но каждый раз ощущаю, как она затягивает. Как будто в ней скрыты все ответы мироздания, а я только начал разгадывать первую строчку этой головоломки. Точно... как с кубиком Рубика. Может, и надоест со временем, но стоит на мгновение заскучать, и рука сама тянется к нему.

— Это было… потрясающе, — прошептала Вильгельмина, не отводя взгляда. — Ты управляешь пламенем, как будто оно слушается тебя… словно дрессированное животное.

— Не животное, — сдержанно, но с явным упрёком ответила Ху Фуа. — Это грубое сравнение. Ты же не называешь движение своей руки «дрессировкой»? Магия – это продолжение тебя. Такая же естественная часть как дыхание. Ты поймёшь это, когда наконец овладеешь Анемо.

Лицо Вильгельмины тут же омрачилось. Она уже открыла рот, чтобы резко ответить, но я вмешался, достав её Глаз Бога и мягко протянул ей.

— Не стоит так остро воспринимать, — сказал я, глядя на неё чуть мягче, чем обычно. — Я знаю, тебе неприятно само имя Барбатоса, но если смотреть объективно… это просто сила. Ты не обязана служить ему, не обязана верить, жить по его уставу и тем более защищать Мондштадт. Но ты можешь использовать это, чтобы стать сильнее. Ради себя и будущего. Не просто сидеть в углу, без возможности спасти близкого человека, а действовать. Как уже показала практика, этим миром правит тот, у кого сила.

Несколько секунд Вильгельмина молчала, вглядываясь в свой Глаз Бога. Затем молча отвернулась, пряча лицо в тень капюшона.

Я ничего не сказал, лишь молча убрал Глаз Бога обратно. Думаю, ей действительно нужно время. Слишком многое связывает Анемо с Барбатосом, чтобы вот так просто принять эту силу. Даже если Архонты не являются олицетворением стихий, а всего лишь назначенные Селестией наместники, для большинства людей они всё равно остаются живыми воплощениями элементальной энергии.

Так что принять Анемо Глаз Бога – значит принять благословение Барбатоса. А для Вильгельмины это вопрос принципа.

Впрочем, вскоре мы продолжили путь.

После короткой стычки с засадой мы без помех дошли до края ущелья. Похоже, рыцари всё-таки клюнули на приманку и решили, что разумнее сосредоточить силы у главных врат, чем продолжать рассылать небольшие отряды, которые каждый раз терпели поражение. Оттуда мы сразу свернули к горе, туда вела узкая, извилистая тропа, выложенная камнем.

То, что открылось нашему взгляду, казалось нереальным, будто фотошоп: склон горы утопал в снегу, там ревела вьюга, и морозный ветер свистел в скалах, а всего в нескольких шагах от этого снежного ада раскинулось поле, покрытое живыми, яркими цветами. Если бы я не знал о существовании элементальных частиц, решил бы, что это настоящее чудо. Но нет, это просто законы этой странной планеты. Хотя, не буду врать, даже зная всё это, я всё равно удивился.

Ху Фуа молча вытянула руки, и вокруг нас вспыхнул огненный купол. Воздух внутри сразу стал теплее, а порывы ледяного ветра отскакивали от пылающей поверхности, как от стены. Крио-частицы врезались в Пиро, пытаясь подавить, но в конечном итоге превращались в белые шарики.

Мы двинулись вперёд, медленно, с осторожностью. Огненный купол Ху Фуа защищал нас от ветра и холода, но сугробы, к сожалению, не таяли по щелчку пальцев. Приходилось буквально продираться сквозь них, выискивая более плотные участки. Благо были каменные тропы. Правда стоило немного свернуть с неё, как я тут же ушёл с головой в рыхлый снег.

— Цин Лин! — голос Ху Фуа дрогнул от испуга.

Обычный человек на моём месте погиб бы без помощи других людей. Любое движение только уплотняет снег, так ещё и заставляет его оседать сверху, словно сама гора пытается похоронить. Из-за чего, к слову, воздух перекрывается в считанные секунды. Да и не стоит забывать о холоде. Это смертельная ловушка. Неудивительно, что местные обходят это место стороной.

К счастью, я был необычным человеком. Холод меня не берет, кислород мне не нужен, а благодаря технике Сань Юнь выбраться из снежной западни оказалось делом нескольких секунд.

— Всё нормально, — выдохнул я, отряхивая с лица снег. — Но, пожалуй, лучше, если дальше я пойду первым.

Всё же идти по такой горе было тяжело. Даже с силой Ху Фуа, с её огненным куполом, защищающим нас от холода и ветра. Сугробы не сдавались, тропа становилась всё круче, камни под снегом скользили. Так ещё стали появляться странные монстры.

Сначала вдалеке показались силуэты, тёмные, неестественно вытянутые, как будто сшитые из тумана и снега. А потом я заметил настоящего монстра – огромного снежного голема, медленно бредущего по склону. Его массивная спина была усеяна ледяными шипами, поблёскивающими в тусклом свете. Он не заметил нас, но этого зрелища хватило, чтобы мы поменяли путь.

Потом стали появляться белоснежные волки, которые мчались по снегу, словно парили. Они напали на какого-то огромного кабана. Не хочу преувеличивать, но кабан был размером со слона, так ещё спокойно разрывал волков, словно в него вселился разъярённый медведь.

Также один раз над нами пролетала огромная птица, состоящая полностью из льда. Она лишь мазнула по нам взглядом и скрылась где-то за облаками.

Ну и встречались обычные монстры, даже хиличурлов увидели. Только каких-то странных. Обычно у них черная кожа, а у этих бирюзовая, так ещё маска более устрашающая, напоминающая на череп детеныша какого-то зверя.

Мы пытались не сражаться, а обходить монстров. Благо моя способность в этом помогала. Но иногда из снега внезапно вылазили слаймы, существа похожие на кристаллы и один раз появилось растение с ледяными бутонами. Их приходилось убивать мне, поскольку Ху Фуа поддерживала огненный купол.

И в какой-то момент мы поняли, что идти дальше уже безрассудство. Энергия Ху Фуа под натиском Крио-частиц расходовалась быстрее, чем восстанавливалась. Пламя купола становилось всё тусклее, слабее, дрожало на грани исчезновения. Пришлось остановиться и разбить лагерь, прямо посреди ледяной пустоты.

Вильгельмина тихо подошла ко мне, робко заглядывая в костёр. Чтобы сохранить тепло, пришлось использовать дюжину огромный сухих брёвен железного дерева. Обычно одного хватает, чтобы костёр горел всю ночь, но не в нашей ситуации. Даже несмотря на то, чтобы разбили хороший лагерь, способный укрыть нас от сильного ветра.

Огонь потрескивал, лениво раздувая искры вверх.

— Если… если я приму Глаз Бога… — её голос был почти не слышен под завыванием ветра за стенами палатки, — я не буду обузой?

В её глазах дрожало сомнение, а пальцы крепко сжимали плед.

Я достал Анемо Глаз Бога, и протянул его ей.

— Не буду врать. Когда он впервые появился, связь уже установилась. Ты могла этого не заметить… но она была. И остаётся до сих пор. — я сделал паузу, глядя ей прямо в глаза. — Ты не ощущаешь? Как воздух вокруг тебя становится плотнее, как он реагирует на твои эмоции?

Она покачала головой. Неуверенно, по-детски, при этом её взгляде была и растерянность, и страх, и что-то ещё.

— Я не чувствую… ничего, — прошептала Вильгельмина. — Только холод.

Я сделал шаг ближе и мягко положил Глаз Бога ей на ладонь. Он тут же вспыхнул бледным зелёным светом, словно отозвался на прикосновение хозяйки.

— Можешь потренироваться у костра, пока Ху Фуа отдыхает.

Вильгельмина робко кивнула.

Ну что же, хоть с одной проблемой стало меньше.

По словам Ху Фуа, Глаз Бога откликается на желание, волю и эмоции. Так что, если что-нибудь случится… у неё будет шанс защититься.

Глава 54

Мы остановились в небольшой пещере, откуда открывался прекрасный вид на земли Ли Юэ. Казалось, стоит сделать ещё пару шагов, и нас уже обдуют тёплые морские ветра. До побережья оставалось совсем немного, но девочки устали, хоть и пытались скрыть это. Последний час они едва держались на ногах, то и дело клюя носом.

Путь впереди был не таким уж долгим, но я не стал рисковать их здоровьем. Лучше переждать ночь здесь, где они спокойно отдохнут, наберутся сил. А завтра мы продолжим путь.

Ночь опускалась стремительно.

Я подбросил в костёр несколько сухих веток, и огонь охотно принял их, вспыхнул ярче и осветил лица девочек мягким, тёплым светом. Они уже спали, прижавшись друг к другу и укрывшись большим пледом из меха Ла Уг – зверя, чем-то напоминающего северного оленя.

Правда, Ла Уг отличается особенно густым и мягким подшерстком, из-за чего у него вокруг шеи образуется пушистый воротник, похожий на львиную гриву. А ещё у них кристаллические рога, розовые и мерцающие, словно высеченные из розового рубина. Эти животные добрые и удивительно красивые. Раз в полгода они линяют, а рога у них отпадают сами. Поэтому люди просто собирают выпавшие кристаллы и мех, не причиняя животным вреда.

Так вот эти кристаллы перемалывают, и из них делают легкие наркотики. Пока это всё легально, а-ля народное лекарство, вроде как нет такой проблемы как с солями. Но что-то подсказывает мне, что если всю эту контору прикрыть, то этих чудесных животных просто переубивают ради кайфа всякие сволочи.

Но что-то я отвлекся.

Возле входа Ху Фуа установила огненную печать. Она согревает пещеру и не позволяет Крио-частицам проникать внутрь. А костёр, в свою очередь, сдерживал их образование из воздуха, создавая зону стабильного тепла.

Интересная это штука – элементальные частицы. Они непохожи ни на магию в привычном понимании, ни на обычную энергию. Скорее на пыль реальности, которая оседает, создавая форму.

Даже само использование магии здесь, по сути, является концентрацией этих частиц в одной точке. Когда их становится слишком много, они сгущаются настолько, что становятся видимыми даже обычным людям. Свет, пар, кристаллы, вспышки – всё это проявления элементального перенасыщения.

Значит ли это, что магия в этом мире – форма манипуляции реальностью? Если учесть, что всё в мире состоит из элементальных частиц, тогда Глаза Бога – это инструмент, который позволяет перестраивать ткань мира, пусть даже в крошечном масштабе. По такой логике, владельцев Глаза Бога можно назвать Архитекторами Бытия.

Возьмём хотя бы Эи. Несмотря на то, что она относится к стихии Электро, её способности далеко выходят за рамки простых молний или разрядов. Она управляет пространством: может рассекать его, создавать карманные измерения, перемещаться сквозь него.

Если память не изменяет, среди всех мне известных Архонтов только Эи демонстрировала такие масштабные уникальные способности. Но, с другой стороны, другие Архонты и не демонстрировали свою силу… они не желали нашинковать героя.

Но всё равно, Электро точно как-то связано с пространством. А если так, то, возможно, каждая стихия в этом мире соответствует не просто природному элементу, а фундаментальному аспекту реальности. Их ведь тоже вроде как семь. Тогда моя теория насчёт элементальных частиц подтвердиться.

Если вдуматься… я начинал играть в Геншин, поскольку мне казалось, что это нечто вроде Аватара: Легенда об Аанге. Именно по этой причине я и скачал игру. Я ведь буквально вырос на том мультфильме – пересматривал его снова и снова просто потому, что больше нечего было смотреть.

Однако теперь я сомневаюсь, что здесь действительно элементальная магия. Да, местные так её называют. В игре – тоже. Но чем больше я вникаю, чем больше вижу, тем сильнее чувствую, что это не совсем элементальная магия. Скорее всего, нечто замаскированное под неё.

На кончиках моих пальцев заискрились Электро-частицы. Управлять ими так же естественно, как сжать кулак или пошевелить пальцами. И если всё сопоставить, то второе пробуждение не прибавило мне сил, а улучшило контроль над ней.

Внезапно ветер за пределами пещеры сменил направление.

Ху Фуа вздрогнула. Почти мгновенно вскочила на ноги, разбудив Вильгельмину резким движением.

— Сюда кто-то приближается, — её рука потянулась к клинку, а голос прозвучал тихо и холодно.

И это было неудивительно.

Тот, кто приближается сюда, очень силён. Не так как учитель, но явно не рядовой человек. По ощущению сильнее чем Ху Фуа. И пока я уловил его след, он уже оказался куда ближе, чем должен был быть.

— Бери Вильгельмину и уходи. Если начнётся сражение, то эта местность с большой вероятностью будет накрыта лавиной, — вздыхаю, прикрыв на мгновение глаза, а после посмотрел в сторону Ху Фуа. — Иди в сторону Ли Юэ, и найди там укромное место. Но держись подальше от Миллелитов. Неизвестно что им успели сообщить Рыцари Фавония. Для них мы – преступники, а значит и для стражи Ли Юэ. Пока наш статус учеников Адепта не обнародован, за нас никто не будет вступаться. Да, идти без опознавательных знаков Хранителя Облаков было ошибкой… Но кто мог предугадать, что всё обернётся вот так?

Обычно люди, которые добились внимания от Адептов, годами тренируются на горе, и лишь изредка спускаются, чтобы помочь обычным людям, так они делают себе имя и получают репутацию. Однако всё же есть отличительные знаки, которые укажут на связь с Адептами. Только по меркам Ли Юэ – это позорно. Мол, мы сами должны заработать себе репутацию, а не полагаться на мамочку Сань Юнь. Я тоже так думал, но попав в такую ситуацию… К черту этот героизм и максимализм.

Даже уверен, если бы я был честен с Сань Юнь, то она бы притащила мне тонны слизи. Моя сила хоть и удивительна, но не настолько, чтобы Адепт опасался её.

— Но… — начала Ху Фуа, но я резко поднял руку.

— У нас нет выбора. Если мы оба вступим в бой, то Вильгельмина окажется под ударом. Хоть она и получила Анемо Глаз Бога, но разве он поможет против агрессивной среды этой горы? Сомневаюсь. Она всё ещё подсознательно не может принять его, из-за чего сила работает до смешного нелепо. Мы не сможем одновременно сражаться и защищать её, а спрятать здесь также небезопасно, как и брать её на поединок. Сколько мы будем сражаться? — я покачал головой, поскольку сам не знал правильного ответа. — Простой костёр не сможет подавить полностью Крио-частицы, а твой барьер долго не простоит, если ты израсходуешь всю свою энергию. Холод доберётся до неё быстрее, чем мы закончим сражение. Так какой толк от тебя, если ты будешь сдерживаться, чтобы сохранить барьер в стабильности?

Я шагнул за печать. Ветер ударил в лицо, словно предвещая надвигающуюся бурю.

— Обо мне не беспокойся. Мне холод не страшен, — я слегка усмехнулся. — А убежать мы всё равно не сможем. Он… не просто бежит, а скользит по воздуху. Мой противник обладает Анемо силой. Мондштадт, чтоб его… Впрочем, всё лучше, чем Барбатос решивший покарать нарушителей.

— Постой! — окликнула Ху Фуа. Я остановился обернувшись. — Где мы встретимся?

— У Солёного озера. Это прекрасное место… Жаль, оно скоро пересохнет.

Солёное озеро – необычное, почти мистическое озеро к югу от этого места. Вода там настолько насыщена Гео-частицами, что на поверхности вырастают огромные кристаллы соли, пронзая гладь, как зубья древнего зверя. Они переливаются всеми цветами радуги, отражая солнечные лучи с ослепительной красотой. Издали озеро кажется наполненным драгоценными камнями, россыпью самоцветов, раскиданных по прозрачной глади. Но это смертельно обманчиво.

Обычному человеку туда лучше не соваться – особая атмосферная вызывает удушье. Только владельцы Глаза Бога могут свободно дышать в тех местах. Именно поэтому там никто не будет их искать.

Никто ведь не знает, что Вильгельмина обрела силу. А у Миллелитов сейчас свои приоритеты. Владельцы Глаз Бога для них элита. Даже в Мондштадте рыцарями становятся дети, толком не обученные, без подготовки. Глаза Бога достаточно, чтобы стать рыцарем, а ведь по сводкам раньше, до Катаклизма, нужно было заканчивать Академию Рыцарей.

К тому же Солёное озеро находится достаточно далеко от гор, примерно два часа хода, а от врат и вовсе ещё дольше. Я его видел только издалека, но уже был очарован видом. Ху Фуа давно хотела показать мне это место вблизи, поскольку это её любимое озеро. Она там была неоднократно. Поэтому должна хорошо ориентироваться. Да и стража подумает об этом месте в последнюю очередь.

К тому же добраться туда с гор несложно, есть десятки троп: через холмы, ущелья, вдоль руин или по сухим руслам. Там они будут в безопасности. Могут даже передохнуть. Всё же это действительно красивое место. И если бы не смертоносный воздух, оно давно стало бы туристической жемчужиной Ли Юэ.

Жаль, ещё пару десятков лет, и озеро пересохнет. Гео-частицы постепенно истощаются, вода уходит вглубь, оставляя после себя лишь засолённую корку и обломки кристаллов. Всё, что когда-то сияло, станет мёртвой пустошью, безжизненной и холодной. Красота исчезнет, как мираж, и никто даже не вспомнит, каким волшебным было это место.

Я покачал головой, а после шагнул в ледяную бездну.

***

Ху Фуа с Вильгельминой быстро скрылись в ночи, направляясь в сторону Ли Юэ. Хорошая девочка, не стала разбрасывать сопли. С ней или без, шансы, честно говоря, не так уж велики. Я могу положиться только на свою чудовищную выносливость и живучесть.

Я закрыл глаза.

И тут раздался томный женский голос. Он будто звучал сразу отовсюду:

— Маленький мальчик шёл по тропе,

Свет в янтарной скорлупе.

Он думал, что знает, куда ведёт путь,

Но слепо верил теням у троп.

Он шёл через снег, где не пели дрозды,

Где шепчутся руины о прошлом беды.

Где корни, как змеи, застыли во льду,

И ветер шепнул: «Назад не ходи».

Но мальчик шагал, задыхаясь от мглы,

Он думал, что выживет – силы же есть!

Он думал, что в нём есть храбрость и воля …

Но ночь любит тех, кого лучше не трогать.

— Красивый стих, — я открыл глаза.

Из воздуха передо мной появилась она. Женщина такой красоты, что взгляда не отвести. Словно мираж на границе сна и реальности.

Тонкие черты лица, светлая кожа с лёгким румянцем, густые, струящиеся рыжие волосы, от которых, уверен, любая принцесса впала бы в зависть. Пышные, насыщенно алые губы, с крохотной родинкой в уголке, и зелёные глаза, словно два огранённых изумруда, поймавшие солнечный свет.

Про фигуру можно было бы и промолчать… но взгляд всё равно скользнул туда.

Большая грудь, чуть ли не вываливающие из зеленого платья, явно созданного не для битвы, а для соблазнения мужчин. Самая большая, какую я когда-либо видел. Идеальной формы, словно выточена по всем канонам мужских фантазий – честное слово, будто сбежала прямиком из первоклассного хентая.

И дополняет её образ широкая зеленая ведьмовская шляпа.

Вокруг неё кружились слабые потоки воздуха, послушно трепали её волосы, ласкали подол платья, чуть приподнимая, тем самым обнажая ножки. Её окружала мощная Анемо-энергия.

— Как предполагаю... Ведьма Ветров? — спросил я, прекрасно зная ответ. Но нужно было потянуть время.

— Ах, не только красивый, но и умный, — она улыбнулась, прижав палец к губам. Томный, тихий голос, заставляющий влюбляться в неё. Она склонила голову набок, и в её взгляде сверкнула едва уловимая насмешка. — Не хочешь стать моим?

— Ха, честно говоря, тебя описывали как юную леди, которая только собирается расцвести…

— Хочешь сказать, я старая? Или, чего хуже, некрасивая? — голос её стал чуть ниже, но всё ещё играл на грани флирта и угрозы.

— Изволь, я лишь… удивлён, — произнёс я, вздохнув. — Удивлён тем, что ни одно описание не смогло передать, сколь прелестна ты на самом деле.

— О, мне льстит твоя дерзость. Но скажи, какое бы ты дал мне описание, будь ты бардом?

Я на мгновение задумался. Взгляд скользнул к звёздному небу, а потом вернулся к ней.

— Роза, — произношу, слегка улыбнувшись. — Благоухающая, чарующая своим видом. Те, кто видят её не могут отвести глаз. Но стоит коснуться слишком поспешно… и уколешься.

Она хмыкнула, будто приняла комплимент как должное. Впрочем, я и не умею красиво петь серенады, чтобы приятно удивлять столь явно опытную женщину.

— Сладкоречив. Мне всё больше хочется заполучить тебя, — её губы вновь изогнулись в соблазнительной улыбке. — Говорят, взор женщины может оценить мужчину мимолётным взглядом. Но меня всегда интересовали сюрпризы. Хочется узнать, что у тебя внутри.

— Ты ведь сейчас не про моё тело?

— И это тоже, — прошептала она, приблизившись на шаг. — Я люблю сладких мальчиков.

Я криво усмехнулся, представив красную комнату, обшитую бархатом от потолка до пола. В центре – огромная кровать с кованым изголовьем. Над ней возвышается эта ведьма, в БДСМ-костюме, с плёткой в руке и глазами, полными извращённого восторга.

Но её беспечность может сыграть мне на руку. В открытом бою с ней будет очень тяжело, но если удастся застать её врасплох…

Она продолжила приближаться ко мне. Взгляд уверенный. На губах играла насмешливая улыбка. Всё в ней говорило о непоколебимой уверенности в своей победе.

— Знаешь… — промурлыкала она, скользнув взглядом по моему лицу. — Ты будешь отличной игрушкой. Мне ещё не попадались настолько красивые мужчины.

Её глаза на мгновение засветились, тускло, почти незаметно. Воздух вокруг словно дрогнул, но не случилось ничего явного. Только её улыбка чуть дрогнула, растянувшись шире. Теперь она напоминала хищный оскал.

— Поиграю с тобой… — мягко продолжила ведьма. — …а потом ты сам приведёшь меня к тем двоим.

Она подошла вплотную, прижалась грудью так сильно, что я почувствовал биение её сердца. Её взгляд впился в мой, и в этот момент в голове всплыла сцена из «Маугли», где змея Каа, гипнотизирует свою жертву, обвивая её кольцами.

Её пальцы скользнули по моей груди, затем опустились ниже… Честно говоря, я немного растерялся в этот момент, не зная, как реагировать. Не ожидал, что она вот так начнёт меня лапать.

Где это видано, чтобы девушка просто взяла и засунула ладонь в штаны незнакомого парня?

— Ах… — с приятным удивлением выдохнула она, провела языком по моей щеке. — С виду – невинный мальчик, а в штанах прячешь монстра… Какой же ты аппетитный.

Она уже склонилась ко мне, собираясь поцеловать, как вдруг раздался тот самый чудовищный рёв, что мы слышали у моря. Гулкий, первобытный и ужасный. Он пронёсся над землёй, заставив её дрожать, а затем, будто в ответ, издалека донёсся грохот – с вершины горы сорвалась лавина, благо не в нашу сторону.

Элементальные частицы взвыли, словно испугались.

Рёв повторился, но куда громче, словно существо приближалась к нам.

Я увидел, как расширились зрачки ведьмы. Как её пышные губы дрогнули, потеряв прежнюю уверенность.

— Ч-что… — прошептала она, резко обернувшись. Её взгляд метался, пока не остановился на горизонте – на столице Мондштадта, которая хорошо виднелась отсюда.

Колоссальная тень, почти неуловимая для глаза, пронеслась над городом, скрыв его на мгновение. Затем она обрушилась вниз, приземлившись на холме, где у подножья раскинулась деревня. В одно мгновение вся она исчезла под чудовищной лапой.

Слишком огромен. Не просто большой, а непостижимо гигантский. Если бы он ступил на эту гору, мы выглядели бы рядом с ним как муравьи у ног Кинг-Конга, стоящего при этом на небоскрёбе.

— Чёрный… дракон? — в ужасе прошептала ведьма, не сводя глаз с чудовища. В её голосе впервые прозвучал страх. Всё её внимание теперь принадлежало только ему.

Я не стал терять ни секунды. Воспользовавшись её замешательством, мгновенно призвал меч, а после резко прижал клинок к её груди, ощущая, как напряглось её тело. Миг – лезвие с чавкающим звуком пронзило женщину.

Её губы приоткрылись, но теперь уже не в соблазне, а в полном, осязаемом шоке. Она не могла поверить в то, что только что произошло.

— Как? Ты же был под моими чарами подчинения… — прошептала она безжизненным голосом. — К-хе…

Чарами?

Вот оно что… Я ещё думал, почему она ведёт себя так странно, слишком уверенно, слишком близко, слишком игриво. Теперь многое стало на свои места.

Про чары подчинения я слышал не раз. Говорят, тёмные духи используют их, чтобы заставлять людей совершать ужасные вещи. Безумные маги так играют чужими жизнями, как кукловоды, дёргая за невидимые нити. Есть даже достоверные истории о том, как некоторые обладатели Глаза Бога применяли подобные чары на животных, подчинив зверя, делали из него идеального слугу или оружие.

Но у этих чар есть один существенный изъян. Они воздействуют напрямую на мозг жертвы. А строение разума у всех разное, то, что работает на человеке, не сработает даже на мышке, не говоря уже о чём-то более… чужом.

Так что она допустила роковую ошибку.

Я не человек. Вот почему я даже не заметил попытки подчинения. На мне её магия просто не подействовала. Но она думала иначе, за это и поплатилась жизнью.

Оставлять такую опасную личность в живых очень опасно. Она непременно найдёт способ отомстить мне за унижение и боль. Это слишком необычный мир, даже букашка может в последствие превратиться в грозного дракона. И второго шанса у меня может уже не быть.

Так что…

Я молча выдернул меч из её тела, а после оттолкнул ведьму. Один короткий взмах мечом, и рыжие пряди закружились в воздухе, уносимые ветром.

Голова упала в снег, быстро окрашивая его в красный цвет. Её глаза, широко распахнутые, всё ещё отражали недоумение и неверие.

+79.564 очков опыта

Уровень: 27 (7/ 24.650)

Я вздохнул и поднял взгляд на монстра, чья чешуя напоминала мне чешую панцирных сомов. Из его пасти стекали темно-фиолетовые сгустки, а глаза светились красным светом.

— Этого просто не может быть…

Глава 55

Дурин – искусственно созданный гигантский дракон, чей яд настолько смертоносен, что способен поражать даже элементальных драконов. В игре он предстаёт в образе тёмного чудовища с обнажёнными костями и зловещим обликом. Однако на деле он оказался совсем не таким, каким я его представлял: почти обычный европейский дракон, если не считать ужасающий размер и ауру Бездны, витавшую вокруг него.

Он не спешил нападать, а медленно вертел головой, будто искал кого-то. Даже несмотря на то, что под его лапой исчезла целая деревня. Создавалось впечатление, что он просто не заметил её, словно человек раздавил муравья, не обратив внимания.

Из его пасти капала густая, тёмно-фиолетовая слизь. Она с шипением впитывалась в землю, убивая всё живое: трава мгновенно чернела и сгнивала, деревья покрывались язвами, оседали и распадались в труху. Некогда зеленый красивый холм за пару секунд превратился в зону смерти.

Что больше всего устрашает – этот дракон лишь ребёнок.

Он просто хотел поиграть, исследовать мир, который его так завораживал. Однако не осознавал, что несёт разрушение. Его невинное любопытство оборачивалось трагедией для всего живого.

В конце концов Барбатос, Анемо Архонт, вместе со своим другом, элементальным драконом, вступили с ним в бой. Это было не сражение со злом, а печальная необходимость. Дурина удалось одолеть, и его мёртвое тело рухнуло на заснеженную вершину. Так Виндагнир получил новое имя – Драконий Хребет, в память о павшем драконе, который был слишком велик и опасен для этого мира, не сумевшего принять его.

С одной стороны, мне действительно жаль этого дракона. Просто ребёнок с колоссальной разрушительной силой. Неужели Барбатос не мог найти способ спасти его? Как он сделал с Ужасом Бури. Но, с другой стороны... когда смотришь на это живое олицетворение смерти, то тут уже не до жалости – спастись бы самому.

Ещё хуже, что именно на эту гору рухнет его туша. И если бы он был хотя бы размером с двухэтажный дом, то ещё можно было бы спокойно вздохнуть. Но нет. Он настолько огромен, что при падении эта гора уже будет выглядеть иначе, чем сейчас. Также из-за энергии дракона среда станет ещё опаснее.

А тем временем к дракону приближалась армия. Небольшой отряд, может, сотня солдат. Всё же хоть у меня острое зрение, но даже мне тяжело сосчитать их. Впрочем, в другой ситуации эта армия выглядела бы внушительно... но на фоне Дурина она казалась жалкой процессией букашек, идущих навстречу урагану.

Выглядело это, честно говоря, комично. Насколько нелепо они смотрелись рядом с его громадной фигурой. Их клинки могли быть смертельны для обычных чудовищ, но против такого существа… Это всё равно что пытаться поцарапать гору иголкой.

Дурин даже не обратил на них внимания. Он продолжал медленно водить головой. Точно человек, не замечающий муравьёв у своих ног.

Однако вскоре у армии появилась новая проблема – аура Бездны.

Эта энергия разрушает не только плоть, но и душу, стирая её в прах. Она не просто убивает, а уничтожает само существование. И самое пугающее в ней то, что действует она не мгновенно. Энергия Бездны похожа на радиацию. В том плане, что последствия зависят от дозы. Незначительное воздействие может даже пройти без последствий. Вследствие чего жертвы не сразу осознают проблему, с головой окунаясь в неё.

Глаз Бога, конечно, немного уменьшает воздействие Бездны, но в целом не спасает. Поэтому я и не хочу иметь ничего общего с Бездной. Поскольку не понимаю, какой эффект она окажет на мне. Как помню из лора, то даже последователи Бездны превратились в монстров. И хоть если мне удастся сохранить облик и личность, то от меня будет фонить Бездной, что автоматически сделает врагом для других существ. Да и все мои планы будут мгновенно похоронены.

Солдаты начали вести себя странно. Кто-то в панике бросился бежать, другие рухнули на колени, словно подкошенные. Очевидно, они уже попали под влияние Бездны.

А Барбатоса всё не было…

Тем временем дракон снова взмыл в небо. Он даже не удостоил армию Мондштадта взглядом. Что-то отвлекло его внимание со стороны того самого города, где проживали родственники Ху Фуа. От его взмахов гигантских крыльев всё в радиусе километра превратилось в руины. Несколько деревень просто исчезли – их буквально сдуло с лица земли.

Я не мог точно определить его размеры, но его тело занимало не меньше четверти этой горы, а ведь она сама далеко не мала. Её вершина виднеется даже из обители Адепта, находившаяся на значительном расстоянии отсюда.

Ну… Что ж, пожалуй, и мне пора уходить. Оставаться здесь дольше – не самая разумная идея, особенно когда даже земля дрожит от присутствия этого чудище.

Однако перед этим стоит закончить начатое…

Я посмотрел на тело ведьмы.

Обычно мёртвые остаются мёртвыми. Даже в Геншине. Конечно, бывают исключения, но они – один на миллион. Однако совсем скоро сюда рухнет тело Дурина, а с ним на гору выплеснется колоссальная волна энергии. Его падение пропитает всё мощью, и именно это меня тревожит. С такой подпиткой у ведьмы может появиться шанс вернуться к жизни… только уже не той, кем она была. Под влиянием Бездны родиться настоящий монстр.

Разумеется, даже с этим у неё шанс пробудиться не настолько велик, но всё же он есть. И лучше избавиться от угрозы сейчас, чем потом кусать локти, глядя на новый кошмар, который сам же и допустил.

Я присел рядом. Несколько секунд просто смотрел на неё, затем тяжело вздохнул и потянулся к голове, которую сразу же бросил в инвентарь. Так безопаснее. Позже я похороню её голову где-нибудь подальше от этого места. А тело… Тело останется на горе. Поскольку в инвентарь оно не влезет, а расчислять мне категорически не хотелось. Да и смысла в этом не так много. Я погребу её тело под обломками пещеры, в том самом месте, где устроил временный лагерь. Под грудами камней ей уже не выбраться, тем более без головы.

На первый взгляд, при ней ничего ценного не оказалось. Ни артефактов, ни денег, ни даже амулетов. А проверять досконально не хотелось. Поэтому я просто поднял её тело и закинул вглубь пещеры. Без особых церемоний. И затем отступил назад и вызвал Электро-стихию. Молния с треском сорвалась с клинка, ударив в свод. Камень задрожал, а затем начал гулко обрушиваться внутрь.

Где-то за спиной вновь раздался рёв, а следом – взрыв. Глухой, тяжёлый, словно нечто огромное рухнуло с небес. Даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять: там, позади, началась настоящая катастрофа.

Похоже, тот город действительно навлёк на себя гнев Небес. Сначала появился я… потом прилетел дракон. И бы я не удивился, если спустя сотню-другую лет где-нибудь в придорожной таверне будет популярна легенда о том, что именно я был виновником нападения дракона.

Впрочем, это если останутся в живых свидетели.

Я покачал головой и поспешил прочь.

Наверное, девочки уже далеко впереди. Зная скорость Ху Фуа, им хватит ещё примерно часа, чтобы добраться до Ли Юэ. Их след мне хорошо ощутим.

Теперь, когда дракон атаковал Мондштадт, у Меллитов начнётся настоящий ад. Дел будет столько, что им точно станет не до нас. Они, скорее всего, будут молиться Гео Архонту, лишь бы бедствие не обернулось в сторону Ли Юэ. Думаю, даже Адепты не смогут оставаться в стороне. Все же если Дурин приблизится к границам страны, то они точно вмешаются. А ведь гора Виндагнир, куда должен рухнуть дракон, находится у границы.

Но… что если что-то пойдёт не так?

Это я знаю по лору, что чудище упадёт именно на Виндагнир. А Адепты – нет. Им остаётся только наблюдать и гадать. Если Дурин рухнет в море – всё, катастрофа неизбежна. Воды будут отравлены, вся экосистема нарушена. Люди, чья жизнь зависит от даров моря, окажутся на грани голода и гибели. А дальше только хуже. Загрязнённые воды могут породить неведомых чудовищ, и они обязательно выйдут на берег, неся с собой хаос и разрушение.

Так что нет, Адепты точно не будут сидеть сложа руки. Скорее всего, они уже следят за происходящим с высот своих святилищ, напряжённо вглядываясь в горизонт, готовые вмешаться, если Дурин хоть немного отклонится от курса и направится в сторону Ли Юэ.

Конечно, они могут помочь Мондштадту… теоретически. Но, скорее всего, не станут. Видимо, существует какой-то негласный договор о невмешательстве между странами. Или что-то эдакое. Поскольку Моракс и Барбатос вроде как дружат, но помощи друг другу не оказывают.

Да и не стоит забывать, что не все Адепты благородные существа. Их нельзя назвать добрыми в человеческом понимании. Они связаны контрактом с Мораксом, поэтому обязаны защищать Ли Юэ, а вот другие регионы… мягко говоря, до них нет дела.

Но меня больше тревожит другое... А где хранители Мондштадта?

Серьёзно… Где Волк Севера? Где Двалин? Где хоть кто-нибудь? Почему ни один из хранителей Мондштадта не вышел навстречу дракону, не вмешался, не встал на защиту своей земли?

Уже сколько времени прошло, а Дурин спокойно летает, крушит всё на своём пути, и никто из тех, кто обладает божественной силой, даже не попытался его остановить. Такое чувство, будто нет хранителей… или они сделали вид, что это их не касается.

— Каков Барбатос… — даже договаривать не захотелось, а только тяжело вздохнул.

Иногда создаётся ощущение, что Мондштадт в прошлом захватили какие-то бандиты с семечками, совершенно случайно ставшие хозяевами страны, и теперь просто не знают, что с ним делать. Вот и пускают беднягу по кругу: то чудовища всякие, то аристократы с манией величия, то ещё какая-то зараза.

Безответственность в её чистейшем проявлении. Бог Свободы, говорите? Свобода от здравого смысла, больше похоже.

Где-то вдалеке прогремел ещё один взрыв. Судя по всему, Дурин решил наведаться в столицу… Просто великолепно.

Следить за ним с моей текущей позиции становилось уже непросто – расстояние давало о себе знать. Всё-таки я успел отойти довольно далеко. Но, кажется, дракона заинтересовали мельницы.

Я только собрался развернуться, как снова раздался рёв, но уже совсем другой. Более пронзительный, почти режущий слух. Он напоминал одновременно крик орла и львиное рычание.

Подул резкий ветер, а затем, разрезая небо над Мондштадтом, пронеслось новое существо. Оно оказалось не таким огромным как Дурин, но всё же большим. Это существо напоминало гиппогрифа, только голубого цвета и с шестью крыльями. Вокруг него бурлила Анемо-сила, сгущаясь столь плотно, что существо в элементальном плане напоминало нечто вроде астероида, несущийся по ночному небу.

Двалин, элементальный Анемо-дракон, один из хранителей Мондштадта. Он всё-таки пришёл.

Правда… Когда деревни уничтожают, да и города – тишина. Но стоит угрозе приблизиться к столице, и вот уже мы тут как тут. Неудивительно, что Мондштадт даже по игре был пустым регионом, без деревень, городов и хоть каких-то маломальских поселений, кроме, естественно, столицы. Но, думаю, всё же это просто совпадение.

Но всё равно… На фоне Дурина Двалин выглядел как воробей рядом с горным орлом. Он кружил в небе, делал резкие манёвры атакуя, но всё это, похоже, только забавляло тёмного дракона. Настолько, что тот даже не воспринимал его всерьёз. Более того, Дурин не стал отвечать, а вместо это… он взмыл выше в небо и, кажется, решил поиграть в догонялки.

Правда эта «игра» стоила Мондштадту трети столицы – одно неосторожное движение крылом, и целый район просто смело, как песочный домик на берегу под штормовой волной. Статуя чудом уцелела вместе со церковью.

Однако...

— Это ещё что такое? — вырвалось у меня.

Я даже остановился, не в силах отвести взгляд. Прямо у меня на глазах плоть на теле Дурина начала дымиться, словно что-то выжигало её изнутри. Из ран поднимался густой, тёмный дым, уносясь высоко в небо. И что-то подсказывало мне, что когда пойдут дожди, то эта гадость окажется на земле вместе с водой. И последствия будут страшнее, чем можно представить.

А тем временем с его тела начали отслаиваться клочья чёрной субстанции, что-то отдаленно напоминающие на гниющею плоть, при этом которая пролежала месяц в уксусе. Они падали вниз… дальше ничего хорошего.

Если всё продолжится в таком темпе, то Мондштадт всего за несколько минут превратится в безжизненную пустыню.

Не дракон, а ходячая чума.

Покачав головой, я поспешил в сторону Ли Юэ, следуя по магическим следам, что оставили девочки.

За спиной по-прежнему раздавались пугающие звуки, но я старался больше не оглядываться. И через десять минут скальные уступы окончательно скрыли Мондштадт из виду, и я впервые за долгое время почувствовал странное, почти неуместное облегчение. Даже несмотря на то, что опасность никуда не ушла, но хотя бы глаза не видели происходящего ужаса.

Тем временем впереди начали вырисовываться знакомые пейзажи, равнины Ли Юэ, залитые мягким лунным светом. Тишина и красота. Словно два разных мира пересеченные лишь этой горой.

Вдалеке, за горизонтом, едва различимо дрожали очертания Инадзумы. С такого расстояния они казались размытыми, словно мираж над гладью воды. Но фиолетовые вспышки... их невозможно перепутать ни с чем другим. Словно сама молния танцевала над архипелагом, не зная покоя.

С элементальной точки зрения там творится настоящий кошмар. Всё пространство выглядит так, будто его прошили ударами молний и оставили в трещинах, как разбитое закалённое стекло. Небо будто вот-вот развалится. И в воздухе настолько много Электро-частиц, что, кажется, над Инадзумой навис огромный, полупрозрачный элементальный Электро-дракон. Даже Дурин, при всей своей грозности, выглядит на фоне этого явления почти... безобидно.

Более того, если приглядеться внимательнее, можно заметить, что Электро-частицы складываются в странную структуру, нечто, отдалённо напоминающее цепь, соединяющую небо и землю. Возможно, это всего лишь визуальный эффект, но выглядит это завораживающе.

Кроме того, и другие регионы не остались в стороне, каждый отличился по-своему. Например, в Ли Юэ, со стороны Разлома, в небе теперь видна странная аномалия. Она напоминает водоворот, состоящий из кроваво-красных частиц. Это явно не Пиро-частицы, цвет у них более плотный, насыщенный, и алый. На них даже смотреть неприятно, будто это действительно кровь.

И везде с небом какие-то проблемы. Только в Мондштадте такой аномалии нет… На удивление.

Ох…

Вдалеке показались девочки. Они уже пересекли границу Ли Юэ, и я заметил их лишь по огненному шлейфу, который оставляла за собой Ху Фуа. Честно говоря, я не ожидал от неё такой скорости. Она двигалась почти на моём уровне, а это впечатляет. Особенно учитывая, что моя сила Электро-стихия, и сильно прокачана ловкость.

— Ах, вот оно что… — пробормотал я, прищурившись. Не сразу заметил возле Ху Фуа едва уловимое мерцание – Анемо-частицы. — Значит, Вильгельмина помогает ей.

Возможно, даже неосознанно.

Внезапно раздался оглушительный рёв, от которого даже воздух дрогнул. Звук приближался, и через мгновение всё вокруг накрыла громадная тень. Я поднял взгляд, и стиснул зубы. Над горой кружил Двалин, разрезая небо своими шестью крыльями.

Не нужно быть гением, чтобы понять: за ним скоро появится и Дурин.

По лору, финальный бой между ними должен произойти именно здесь. Но я не думал, что это случится так скоро. Даже не расцвело. Всё разворачивается гораздо стремительнее, чем я ожидал…

Глава 56

До Ли Юэ оставалось всего несколько шагов, буквально считанные метры. Но внезапно погода резко изменилась: небо заволокли тучи, воздух задрожал от напряжения, и я сразу понял, что что-то не так. Поэтому тут же, не раздумывая, рванул вперёд, вложив в этот бросок всю свою силу. Электро-частицы вспыхнули вокруг меня, воздух разрезал резкий хлопок, будто ударила молния. Но уже через мгновение меня швырнуло назад.

Ветер с воем прорвался сквозь ущелья, закручиваясь в бешеную спираль. И в одно мгновение смерч опоясал гору, настолько плотный, что напоминал сплошную, монолитную стену. Даже тяжёлые валуны отрывались от земли и взмывали в воздух, только чтобы в следующий момент рассыпаться в пыль под натиском ветра. Некоторые из них ударялись об меня, но спасибо Эи за такое крепкое тело. Будь я обычным человеком, то непременно превратился бы в фарш, а так при ударах отделывался лишь мимолетной болью.

Меня мотало, как осенний лист в урагане, то вверх, то вниз, то в сторону. Пространство вокруг теряло очертания, линии горизонта расплывались, будто кто-то смешал все краски в один грязный цвет. Всё перед глазами плыло, в ушах звенел ветер, а попытки сориентироваться превращались в бессмысленную борьбу с хаосом.

И всё же страха не было. Ни капли. Только раздражение от бессилия и нетерпение. Скорее бы всё это закончилось…

К счастью, будучи куклой, я не страдаю от головокружения. Что, признаться, приятно. Когда-то, будучи человеком, я не мог перенести даже короткую поездку в транспорте или вид с высоты. А теперь вихрь, способный превратить мозг в кашу, не выбивает из равновесия. И это также позволяет мне действовать на высоких скоростях – делать стремительные рывки. Для такого обычному человеку, даже с Глазом Бога, пришлось бы тренироваться не один год только чтобы организм привык к силе.

Будь я по-прежнему человеком и получил ту же самую систему, сомневаюсь, что смог бы реализовать её потенциал. Обычное тело не выдержало бы, даже с Глазом Бога. Пришлось бы либо пройти адскую подготовку в стиле Рока Ли, либо вообще отказаться от системы как от неподъёмной ноши.

К такому выводу я пришёл, наблюдая за тренировками Ху Фуа. У неё несомненно есть сила. Но даже так тело не всегда поспевает за возможностями Элементальной-энергии. И это уже почти абсурдно. Потому что физические данные у неё одни из самых выдающихся из всех, кого мне доводилось встречать. Естественно, если не считать богоподобных существ.

Всё же в итоге всё сводится к таланту и усердию. Кто-то, как Ху Фуа, рождается с мощным телом и уже в детстве мог переломать хребет взрослому мужчине, а кто-то даже меч поднять не может. Нет, теоретически путь магии открыт для всех, но далеко не каждый хочет по нему идти. Причины могут быть самыми разными: страх, лень, равнодушие или просто отсутствие желания.

Думая об этом, мне вспоминается один старый фильм из детства, он запомнился мне из-за пугающих сцен, которые потом долго приходили в кошмарах. Там люди, какие-то гении своего времени, из прошлого попали в будущее и получили доступ к интернету. Казалось бы – это мечта. Они могли изучить любые профессии, получить любую информацию, стать кем угодно. И сначала они действительно начали развиваться. Но потом остановились. Зачем напрягаться, если еду доставляют роботы, работать можно из дома, а иногда и вовсе не нужно?

Фильм был фантастическим, с элементами хоррора, где люди будущего ставили эксперименты над людьми из прошлого, смотря на них как на макак. Но идея там была показательной – возможности сами по себе не делают людей сильнее. Многие предпочитают комфорт и покой, а не риск и смерть. В этом мире точно также, хоть у многих есть возможность стать кем-то большим, нежели обычным фермером, но…

Всё это наталкивает на грустную мысль, что, возможно, Ху Фуа должна была погибнуть в Руинах Азазеля. Такая выдающаяся личность явно бы попала в историю. Да и Ху Тао, без сомнения, похвасталась бы таким предком. Конечно, её могли упомянуть уже после моего ухода из игры… Но, чем больше я об этом думаю, тем сильнее ощущаю, что её судьба должна была оборваться именно там. Мой приход в этот мир меняет её линию судьбы. И дело даже не в гордыне, просто объективно шансов у неё выжить было слишком мало. Да и сам Моракс, похоже, был сосредоточен на противостоянии с Древним Королём. Поскольку тётю Ху Фуа он не сумел спасти.

Тем более, сам по себе Скарамучча – это вовсе не какой-нибудь клоп из забытой деревушки. Он фигура куда более масштабная. Насколько я помню, то именно он стал причиной разрушения школ в Инадзуме. Да и в рядах Фатуи он явно успел немало натворить. Всё-таки шестой ранг – это тебе не просто на улицу выйти прогуляться. Такой уровень в организации означает, что у него была власть, ресурсы и сила. Вроде как он даже пытал рядовых членов Фатуи.

Однако так как я не собираюсь вступать в Фатуи, то это значит, что история уже отклоняется от сюжета. Как минимум потому, что есть эффект бабочки.

— Надеюсь меня за это не покарают, — вздохнул я, не обращая внимание, что мой голос исказился от чудовищного вихря.

И всё же, как бы я ни ругал Венти, его сила – это нечто пугающее. Сила настоящего Архонта. Хоть как личность он и вызывает сомнения, но в плане силы – он бесспорен. Воздух вокруг буквально вибрировал от избытка энергии. Анемо-частицы заполнили всё пространство, их было так много, что казалось, они искривляют саму реальность.

И вдруг… всё застыло.

Не просто остановилось, а всё замёрзло, как будто кто-то поставил мир на паузу. Даже ветер, столь могучий, повис в воздухе неподвижными нитями. Камни остановились в полёте, и исчезли все звуки.

Я попытался открыть рот, но тут же понял, что не могу даже пошевелиться. Ни рукой, ни пальцем, ни даже взглядом. Всё моё тело застыло, как будто стало статуей.

— Удивительно, — раздался мелодичный голос, который сложно было отнести к мужскому или женскому. Он звучал прямо у меня в голове. — «Время» начало плести новую историю… Неужели это связано с ней? — голос замер, погружаясь в раздумья.

Я всё ещё висел в воздухе, беспомощный, как насекомое в капле янтаря. Но ясно было одно, что я привлек внимание могущественной личности. И это слово… «Время». Мне не показалось. Эта личность сделала на нём явный акцент. Словно она говорила не просто о времени, а про существо.

И в Геншине есть такое существо, олицетворяющее время. Она же Богиня Времени – Астарот, которая, как мне известно, связана с Мондштадтом и Инадзумой. И даже помогла когда-то Эи.

— И выбрала именно этот сосуд… Как иронично, — продолжил голос с тихой насмешкой, отвлекая меня от размышления. — Но, с другой стороны, если моя догадка верна… это наилучший вариант для исполнения замысла.

Вокруг меня начали собираться Анемо-частицы. Они медленно закружились, а затем окутали меня. И тут же я почувствовал, что могу двигаться. Правда по-прежнему парил в воздухе.

— Кто… ты? — прошептал я, не в силах скрыть тревогу. Да и вопрос сорвался с губ сам собой.

Раздался лёгкий смех.

Передо мной из Анемо-частиц начала формироваться сияющая светло зеленая сфера.

— К сожалению, я ещё не полностью восстановился после… — голос на мгновение оборвался, словно она случайно проговорилась. — Впрочем, это не столь важно, — сфера слегка колыхнулась, словно кивнув. — Я – Анемо Архонт, Барбатос.

Услышав это, я чуть не отшатнулся. Благо парил в воздухе.

Венти…

Тот самый, кого я не раз обвинял в безответственности и легкомыслии. И теперь он стоял, или скорее висел передо мной. Хотелось просто исчезнуть, спрятаться где-нибудь или стать невидимым. И это было не из-за страха перед могущественным существом, которое одним взмахом могло бы стереть меня с лица земли. Нет. Скорее это чувство… здравого смысла. Всё же Архонты настолько сильны, что даже мысль противостоять им смехотворна.

Правда, это всё равно не отменяло того факта, что Венти тот ещё тип.

Но то, что действительно сильно меня тревожит – это окружение. Время по-прежнему оставалось замороженным.

И тут меня осенило.

Время!

— Значит, моя теория оказалась верной, — произнёс я с неожиданной для самого себя радостью и даже чуть улыбнулся. — Каждый элемент связан с фундаментальными силами…

Барбатос молчал, но мне показалось, что сфера на мгновение стала чуть плотнее.

— Анемо связан со временем, — продолжал я, глядя на замерший мир. — И если подумать… в Мондштадте ведь есть баллада о Времени и Тысяче Ветров. К тому же, яркая связь Астарот с Мондштадтом тоже наводит на мысли. Даже её разрушенный храм до сих пор стоит здесь, в этом регионе. Словно свидетельство того, что время и ветер связаны.

Я замолчал на секунду, обдумывая свои же слова. При этом смотрел на Венти.

Не думал, что он окажется таким могущественным. С другой стороны, теперь сила Архонтов для меня возросла. Они не просто существа, повелевающие элементами, а нечто большее. Хотя всё ещё есть шанс, что Эи и Венти просто исключение из правил.

Хм, Эи…

— Инадзума… — произнёс я медленно, словно смакуя слово. — Там ведь тоже прослеживается связь с Астарот. Не напрямую, как в Мондштадте, но она есть. Пространство и время, они всегда идут рука об руку. Где одно – там и другое. Они неотделимы, и их часто употребляют вместе.

Я задумался, вспоминая обрывки легенд, намёки в артефактах, странные символы, которые видел в подземельях Инадзумы. Как будто кто-то пытался спрятать истину на виду.

— Эи в Инадзуме ассоциируется с «Вечностью», — продолжал я, — а вечность и время противопоставленные явления, но если учесть пространство…

Барбатос неловко рассмеялся.

— Ха-ха… Ты напомнил мне одного человека. У вас действительно похожие взгляды. Жаль только, что он… потерял своё место в этом мире. Теперь он скитается, пытаясь снова обрести себя, но всё дальше уходит от того, кем когда-то был, — Венти на мгновение замолчал, а после вздохнул. — Что касается твоих слов… лучше отложи эти размышления.

— Почему? — нахмурился я, чувствуя, как любопытство борется с настороженностью.

— Мой совет, — произнёс он спокойно, но уже без тени веселья, — не торопись. Знания, подобно ветру, могут быть нежными и тёплыми… или разрушительными. Они опасны, если ловить их неподготовленным парусом.

Я пожал плечами.

Слишком расплывчатые границы. Как определить, где именно проходит эта грань, а где я буду готов? Поэтому тяжело понять, что опасно, а что нет. Это не значит, что стоит пренебрегать этим советом. Логично, что некоторые знания лучше обходить стороной. Не зря же есть поговорка: «Меньше знаешь, крепче спишь». Но и безоговорочно следовать ему также не вижу смысла.

Тем более когда мне самому интересно происхождение элементов и грани магии.

Да и сейчас, когда я немного пришёл в себя после важной информации, появились некоторые вопросы, и вместе с ними несостыковки. Ведь я был уверен, что Анемо связан с гравитацией. В игре некоторые персонажи создавали локальные «черные дыры» или иные формы искажения притяжения. Поэтому вполне логично думать, что Анемо – это гравитация.

Конечно, знаю, что гравитация может искажать время и пространство. Но оглядываясь вижу полный контроль над временем, а не просто какое-то искажение. А Эи телепортируется и шинкует пространство. Да и ощущаю, что этот мир создан из Элементальных-частиц.

Так что, либо Венти действительно особенный, что, впрочем, не исключено, либо я использую неправильную систему. Возможно, всё дело в том, что я по привычке пытаюсь накладывать законы моего мира на этот. Но тут ведь присутствуют магия, и этот мир явно создан магией…

У азиатских авторов вообще в порядке вещей усложнять всё, что и так уже работает. А Геншин всё же их детище. Особенно они любят делать многоуровневые иерархии. Например:

Самый стандарт, который я встречал в новеллах, выглядел примерно так: всё начинается с «Истока», из которого прорастают первичные стихии – это «Время», «Пространство», и «Жизнь» со «Смертью», как проявления живой и неживой материи. А уже на основе этих понятий рождаются всеми знакомые фундаментальные силы, из которых уже в свою очередь элементальные стихии. Вроде как, когда я ещё вникал во всю эту ерунду, эта система выстроена на философском виденье материи, но могу и ошибаться.

Но такие системы – это полный бред, усложнение ради усложнения. Бывает там ещё могут добавить «Свет», «Бездну», «Хаос», и вообще получается какой-то ужас. Читал я одну книгу, так там автор такое сделал, что даже сам начал путаться.

Конечно, можно было бы просто забить болт. Жить как все, наслаждаться природой, едой, случайными победами, не лезть глубже, чем позволяют рамки простого искателя приключений. Просто жить как в Раю. Но, чёрт возьми, мне самому интересно. Ведь вижу в этом некий ключ к пониманию магии этого мира.

— М-да уж… — тяжело вздохнул я, подняв взгляд на небо. — Чем больше узнаёшь, тем меньше на самом деле знаешь.

— Хм, интересная мысль, — хмыкнул Венти. — Запомню.

Я опустил взгляд на сферу. В голове вертелся вопрос, который, возможно, не стоит задавать. Но слишком уж давно он свербил внутри.

— Можно... один личный вопрос?

Венти ничего не ответил. Лишь стал плотнее, и я воспринял это как молчаливое разрешение.

— Ты ведь обладаешь огромной силой, — сказал я, не скрывая горечи в голосе. — Силой, которой хватит, чтобы изменить многое. Почему же ты... ничего не делаешь? Одна моя знакомая… она всей душой ненавидит тебя. За то, что ты не спас её маму. Она верит… — я покачал головой. — Нет, знает, что тебе хватило бы всего одного движения, одного порыва ветра, и та смерть не произошла бы.

Венти не сразу ответил. Сфера потускнела, а время на мгновение вновь обрело движение. Поэтому я заметил, как ветер, что окутывал гору, резко потерял свою силу. Да и Анемо-частиц стало в разы меньше.

— Я знал о её страданиях. Слышал её молитвы, как слышу тысячи других, — голос Венти стал тихим, почти неразборчивым. — Но если я начну спасать каждого… — он замолчал, словно подбирая слова, — тогда я больше не буду ветром. Я стану цепью.

— Но всё же… — начал я, не зная, как выразить ту злость, что видел на лице Вильгельмины.

— Я не спас её мать, — перебил он меня. Сделал это неожиданно жёстко, со сталью в голосе, и это удивило. Не ожидаешь услышать от него нечто подобное. — И она имеет полное право ненавидеть меня. Но я не жду прощения… да и не заслуживаю его. В прошлом я совершил много ошибок, глупых, порой даже наивных, и до сих пор раскаиваюсь за это.

Сказав это, он медленно и тяжело выдохнул. И в этом простом действии оказалось столько усталости, сколько я не ожидал услышать от бога.

— Но если я каждый раз буду менять ход вещей только потому, что могу… тогда этот мир перестанет быть живым. В нём больше не останется свободы, а только воля одного, даже если она добрая.

— Сотни тысяч погибших вряд ли с тобой согласятся, — усмехнулся я, скрестив руки. — Разве смерть невинных – это тоже часть свободы? То же рабство, которое существовало долгие годы в твоём регионе. Оно не противоречит твоим идеалам?

Он не ответил сразу. На мгновение даже показалось, что не будет отвечать. Однако всё же послышался вздох, а затем Венти заговорил:

— Ты не поймёшь этого сейчас. Это нормально. Но однажды… ты окажешься перед выбором, в котором не будет правильного ответа, и вот тогда, возможно, ты поймёшь меня. Мы сядем где-нибудь в Мондштадте, возьмём бутылку старого вина, и просто выпьем, ха-ха…

Я промолчал, поскольку не того ответа ожидал услышать. Впрочем, в одном он точно прав: время всё расставит на свои места.

Глава 57

Я мрачно всматривался в небо, где сталкивались две легенды. Двалин – живое воплощение мощи и величия Анемо, повелитель ветров и небес, чьё одно лишь движение заставляло дрожать сам воздух. Если бы не защитный барьер, а я был простым человеком, то его присутствие могло бы и убить меня. Все Анемо-частицы, словно внемля безмолвному зову, устремлялись к нему, создавая на горных склонах зоны вакуума – невероятное зрелище. Даже продвинутая графика не способна передать то, что разворачивается передо мной. А напротив него возвышался Дурин – чудовище, искусственно взращённое из энергии Бездны. Его тело было сплетением скверны и искажённой магии, каждая часть словно пропитана ядом. Но при всём этом в его взгляде не было ни капли ненависти или злобы. Напротив, там мерцало детское непонимание и искренняя радость, словно он наконец-то встретил того, кого искал всю жизнь: дракона… Нет, даже брата.

Их схватка напоминала апокалипсис из Библии, а именно столкновение света и тьмы в чистейшем виде. Кошмарный чёрный дракон, чьё чудовищное тело заслоняло всё небо, а его дыхание наполняло всю гору фиолетовым ядовитым туманом. Напротив же него парил шестикрылый Двалин, испускавший ослепительное сияние, будто ангел, сошедший с небес.

Рёв, взрывы магии и грохот столкновений раскатывались по воздуху, и даже сквозь барьер, которым Венти заботливо укрыл меня, я ощущал, как ударные волны треплют одежду и волосы. Казалось, сама земля дрожит от страха. Но всё же даже мне очевидно, что Дурин лишь забавляется, тогда как Двалин изо всех сил пытается остановить чудовище. Он не щадил себя, ныряя всем телом, от начала головы до кончика хвоста, в густую, ядовитую энергию Бездны, рискуя своей сущностью.

И всё же больше всего меня настораживал сам облик Дракона Бездны.

Он уже не был тем существом, что прилетел в Мондштадт. Что стало причиной этой трансформации… я не знаю. Возможно, это извращённое проявление силы Бездны, а может, врождённая особенность самого Дурина. Хотя вряд ли это столь важно. Теперь всё его тело обволакивала густая, тёмно-фиолетовая слизь. В некоторых местах она разъедала плоть до кости. Поэтому обнажённые белоснежные фрагменты скелета резко бросались в глаза на фоне мерзкой субстанции. Конечности, утопая в этой слизи, словно срастались с туловищем, превращая его в чудовищное змеевидное порождение, больше похожее на гигантского желтопузика – безногую ящерицу, но в более ужасном воплощении.

На его фоне Двалин выглядел по-настоящему эпично. Особенно если учесть, что сражается он в одиночку. Ведь Венти, по его же собственным словам, сейчас не в лучшей форме, чтобы напрямую противостоять чудовищу.

И это при том, что тот недавно смог остановить само время, чтобы просто поговорить со мной. Хотя, возможно, дело не столько в нём, сколько в безмерной мощи Дурина. Я ведь тоже могу поднять валун, но вот гору уже нет, сил просто не хватит. Здесь, скорее всего, то же самое. Тем более, Бездна – это чужеродная энергия, по своей природе противоположная элементальной силе, а значит, скорее всего, равна или превосходит законы Тейвата.

Впрочем, я так и не спросил, почему он ослаб. Возможно, причина кроется в Катаклизме… а может, в чём-то ещё, о чём он предпочёл умолчать. Вряд ли Венти мог остаться в стороне от события, которое едва не уничтожило весь Тейват. И пусть в игре не говорилось, что именно пришлось сделать Анемо Архонту ради спасения своего региона, сомневаюсь, что он отделался без потерь. Возможно, он пожертвовал частью своей силы, заплатив ею за спасение Мондштадта. Ведь даже в Инадзуме тогда помогала сама Астарот, без которой от региона, скорее всего, не осталось бы и следа. Ли Юэ тоже заплатила дорогую цену, даже Адептами.

Я до сих пор помню историю из игры: люди и один Адепт, жертвуя собой, загнали тварей на сотни километров под землю, в место, где время и пространство были искажены до неузнаваемости. Они потеряли рассудок и умерли… но перед смертью сумели запечатать это подпространство, чтобы защитить свой дом и тех, кого любили.

И я уверен, что несмотря на беззаботное поведение, Венти тоже чем-то пожертвовал. Просто ему легче улыбнуться и промолчать, чем показать боль. Наверное, поэтому его и считают самым загадочным Архонтом, хотя, если подумать, у других тайн не меньше… а даже больше.

Да и на мой вполне логичный вопрос: почему бы не переправить меня через вихрь, раз уж он всё равно вмешивается, он лишь тихо усмехнулся, не сказав ни слова. А потом и вовсе ушёл. Значит, оставил меня здесь намеренно. Зачем? Чтобы я стал свидетелем схватки двух чудовищ? Или по каким-то своим, ведомым лишь ему причинам? Возможно, всё. Ведь ему почти три тысячи лет. К тому же он не человек, поэтому его мышление чуждо обычному человеческому пониманию. Даже его образ – это лишь память о его друге.

Хотя… барьер он всё же поставил, и на том спасибо.

Так, волей случая, я оказался зрителем битвы, которая, без сомнения, войдёт в летописи не только Мондштадта, но, пожалуй, и всего Тейвата. Ведь передо мной был настоящий, чёрт побери, дракон! Даже для Тейвата эти существа нечто из мира легенд. Поскольку большинство драконов исчезли ещё в эпоху Войны Демонических Богов, что бушевала полторы тысячи лет назад.

Я знаю об этом мало, лишь обрывки слухов и древних преданий, но люди в трактирах часто рассказывают будто драконы не просто погибли, а их разум со временем угас, и они превратились в вишапов. Честно говоря, я сомневаюсь в этой теории – она противоречит самому принципу устройства энергии. Та стремиться к эволюции, а тут речь про деградацию. Но… возможно, в ней всё же есть крупица истины. Слишком уж много драконов исчезло бесследно, а те немногие, что остались, окутаны мифами и догадками.

Да и люди, по своей природе, стараются забыть всё, что их пугает. Страх – это нечто, что хочется загнать глубже, сделать вид, будто этого никогда не было. А драконы… это вовсе не милые создания из детских сказок. Это чудовища. Их сила могла сравниться с мощью богов и, возможно, даже превосходить её. И сейчас, глядя на них, я понимал, что никакие слова не способны передать этот ужас.

Неудивительно, что, когда эра драконов подошла к концу, люди начали забывать о них. Поколения сменяли друг друга, время стирало страх, и без этого парализующего чувства нашлись те, кто, возомнив себя умнее предков, начал романтизировать драконов. Ужас сменился восторгом, а легенды – сказками. Таков уж человеческий разум: он легко переписывает прошлое под собственные желания. Вчерашний союзник может стать врагом, а жёлтая пресса с радостью превратит чудовище в героя одним взмахом пера.

Поэтому эта битва точно войдёт в историю Тейвата. И разумеется, желающих исследовать труп Дурина найдётся немало. Особенно в Сумеру, где Богиня Мудрости основала величайшую академию во всём Тейвате. Учёные, уверен, сойдут с ума от одной мысли прикоснуться к останкам столь уникального существа. И не только они. Ведь тело гиганта наверняка таит в себе тысячи потенциальных артефактов. Конечно, остаётся проблема Бездны, но зная людскую алчность и изобретательность, можно не сомневаться – найдутся те, кто рискнёт.

Да чего уж скрывать, и у меня мелькали мысли вернуться позже. Такая возможность выпадает раз в жизни. Мир Тейвата хоть и полон божественных созданий, но встретить труп одного из них – редчайшее везение. Да и по теории устройства этого мира, тела подобных существ являются мощнейшими источниками энергии.

Я слышал истории в Ли Юэ о героях, что добывали останки павших богов и становились почти равными Адептам. Особенно много таких случаев было в эпоху Войны Демонических Богов. Говорят, некоторые божества даже специально проливали собственную кровь, чтобы создавать демонические армии и бросать их в бой против Моракса и его союзников.

Поэтому труп Дурина – это не просто ценная находка. Это сокровище. И упустить его было бы глупо. Даже если он не совсем настоящий дракон, а лишь порождение алхимии, его ценность от этого меньше не становится.

— Ха… Надеюсь, Ху Фуа не слишком будет переживать, — вздохнул я, наблюдая за схваткой двух драконов.

Если бы я не знал, чем закончится эта битва по канону, ни за что бы не поверил в поражение Дурина. Один взмах его крыльев, и Двалин отлетает прочь, словно пушинка на ветру. Разрыв в силе между ними казался непреодолимым. И это при том, что Дурин лишь порождение алхимии, искусственно созданное чудовище. Теоретически он должен уступать настоящему дракону, особенно такому, как Двалин… Но на деле всё оказалось наоборот.

Либо Двалин сильно ослаб, как и Венти, либо он изначально не был настолько силён, как о нём говорят. И, если честно, я больше склоняюсь ко второму. В каноне его победили как-то уж слишком быстро. Для сравнения, даже ослабленный Аждаха успел наделать немало бед и оказался куда более опасным противником.

Хотя… нельзя забывать, что Двалин столетиями находился под влиянием разрушительной энергии Бездны. Возможно, к началу событий игры он действительно был на пределе сил. Здесь же, на фоне Дурина, он просто выглядел слабее. Поэтому я так категоричен. А может, он и сам сдерживается, понимая, что враг сражается не в полную силу. Всё-таки цель Двалина – спасти Мондштадт, а раз враг не столь активен, то и он сдерживается.

Хотя, я, признаться, всё же ожидал зрелища уровня поединка Моракса с Древним Королём: чтобы цунами вздымались до небес, земля трещала под ударами, а само небо содрогалось. Но в таком случае от этой горы, да и от Мондштадта, осталась бы лишь карта в архивах. Ли Юэ может себе позволить подобные битвы, ведь там есть места, где веками не ступала нога человека. Но Мондштадт… это маленький регион. Даже по сравнению с островной Инадзумой он выглядит скромно, а уж рядом с Ли Юэ и вовсе кажется крошечным.

Повезло ещё, что сама гора уцелеет. На её вершине скрыта аномалия, искажающая пространство и энергетические потоки. Сквозь тучи, метели и вой ветра разглядеть её невозможно, но я помню, что там покоится Небесный Шип – один из так называемых «Дамокловых Мечей», которые Селестия сбрасывала на головы врагов.

Думаю, именно поэтому Венти и Двалин выбрали эту гору, чтобы разрушительная энергия Дурина не прорвалась дальше.

Но даже так последствия будут. Спустя пятьсот лет они обернутся трагедией. Двалин, вкусив крови Дурина, заразится скверной Бездны. Его разум помутнеет, он станет агрессивным и в конце концов потеряет себя. Тогда и появится Орден Бездны, чтобы сделать из него послушную марионетку. Друзей он примет за врагов, а помощь за угрозу. В тот же день он обрушится на Мондштадт. А Венти, окончательно истощённый после этой битвы, уйдёт на длительную спячку, и в момент, когда Двалину будет нужна помощь, рядом никого не окажется.

Я и сам не смогу вмешаться в ход истории. Моя сила ничтожна перед влиянием Бездны. Лишь Путешественник способен очистить и освободить его, благодаря своему происхождению. Других способов, насколько я знаю, не существует. Скверна проникает слишком глубоко. И лишь потому, что Двалин – элементальное существо, он не рассыплется в прах и не превратится в безумного зверя, а просто потеряет себя.

— Лишь… словно это что-то незначительное…

Я покачал головой и вздохнул.

А тем временем Дурин попытался вырваться за пределы горы. Видимо, замкнутое пространство окончательно утомило его. Огромное тело с трудом втискивалось между скалами, словно попугая загнали в маленькую клетку. Но стоило ему приблизиться к границе, как шквальный ветер ударил с такой силой, что в одно мгновение крылья дракона превратились в месиво. И этого он уже не стерпел. Взгляд Дурина изменился мгновенно: в нём погас наивный блеск и вспыхнула ненависть. Он взревел так, что пространство дрогнуло. А затем его пасть разверзлась, и наружу вырвался поток фиолетового огня. Однако всё это безумное пламя рассеивалось, так и не достигнув цели.

Двалин не упустил момент. Он сорвался с места, и, превратившись в стремительную стрелу из света и ветра, вонзился врагу в шею. Удар был настолько мощным, что раздался глухой треск, как от удара молнии. Двалин пробил трахею насквозь. Но ожидаемого эффекта не последовало. Дурин даже не замедлился. Его дыхание не сбилось, пламя по-прежнему вырывалось наружу, ударяя в барьер с той же яростью.

Из пробитой раны вырывались сгустки того же искажённого фиолетового пламени. Оно прожигало чёрную субстанцию, покрывающую тело, и на её месте проступали белые кости. Постепенно его облик становился всё более чуждым, напоминая костяного дракона.

Дурин даже не понимал, что сжигает своё тело… Чудовище.

Однако всё же обычными методами его не убить. Ведь он не просто живое существо, а порождение алхимии. Даже если останется лишь капля его крови, он будет жить. Да, на восстановление уйдут тысячелетия, но однажды он всё равно восстановиться. По крайней мере, так говорилось в лоре. Поэтому мне интересно, как его смогли победить, раз наделили такой живучестью.

Двалин отступил, тяжело дыша. Его тело было забрызгано темной кровью с головы до хвоста, крылья дрожали, энергия вокруг ощутимо слабела. Скверна Бездны поедала его. Ужасающая сила. И я ещё раз убедился, что лучше с Бездной не сталкиваться. Раз уж Элементарный Дракон не может противостоять ей, то что говорить обо мне.

Но вдруг его окутало знакомое свечение – энергия Венти. Поток света обвил Анемо дракона, и тот радостно расправил крылья. Элементальные частицы также вернулись в норму, а скверна чуть ослабла, но не исчезла.

С яростным рёвом Двалин метнулся вперёд. Его силуэт превратился в размытую вспышку ветра и света, и в следующее же мгновение массивная голова Дурина отделилась от тела. Скорость его рывка была такой, что мои глаза одновременно фиксировали два кадра: ещё летящего Двалина и уже падающую голову врага. Это просто безумие наблюдать за этим. Но, к сожалению, даже это не стало концом. В глазах Дурина всё ещё тлел злобный огонь, а из его разинутой пасти вырывался глухой, надрывный рёв.

Понимая, что чудовище всё ещё живо, Двалин рванул к голове, вцепился когтями в изогнутый рог и мощным взмахом крыльев взмыл в небо. Выглядело это… странно, почти нелепо. Двалин, в разы меньший по размеру, тащил в когтях голову, которая могла бы в одиночку затмить его целиком.

Поднявшись в небо, он резко развернулся и бросил свой трофей вниз, целясь точно в центр аномалии, где под сполохами искажённой энергии мерцал Небесный Шип. Благодаря тому, что Двалин рассеял тучи, я мог лучше разглядеть его. Шип не напоминал иглу или клинок, а скорее прекрасную колонну. Но вот в энергетическом плане… Словно посмотрел на солнце.

Я наблюдал, как голова Дурина летит вниз. Его взгляд, всё ещё устремлённый вперёд, наткнулся на своё тело. Сначала злоба в глазах потускнела, уступив место растерянности, словно он не до конца понимал, что происходит. Затем ворвался страх, и его зрачки расширились прям как у кошек, становясь полностью черными. И наконец… смирение.

Он закрыл глаза.

Голова Дурина попала точно в центр. Миг – всё вокруг застыло. Ветер стих, вихрь исчез, словно его никогда и не было. Словно сам мир затаил дыхание, ожидая неизбежного. А затем его поглотила ослепительная вспышка, а следом прогремел взрыв, такой мощный, что даже сквозь защитный барьер меня подбросило и отшвырнуло на десятки метров.

Но это не помешало мне наблюдать за происходящим. Я видел, как массивная голова Дурина разлетелась на куски, точно переспевший арбуз, не выдержавший чудовищного давления. Бездна, запертая внутри, вырвалась наружу, извиваясь клубами тёмной энергии, и в одно мгновение растворилась в воздухе. Однако следом аномалия над горой дрогнула, и стала стремительно исчезать.

И спустя всего несколько секунд прогремел новый взрыв. Из самой вершины вылетели несколько белоснежных камней, вращаясь в воздухе. Они упали неподалеку. Но с их паданием на вершине закружился снежный вихрь, полностью блокируя доступ к ней.

Похоже, именно в этот момент Небесный Шип и получил те самые повреждения из игры.

Тело Дурина рухнуло, словно у куклы оборвались нити. Вся сила ушла вместе с головой. Тёмная субстанция испарялась, открывая кости и обрывки плоти, что разлагались прямо на глазах.

— Так закончилась история чёрного дракона… Даже жаль, — тяжело вздохнул я, наблюдая, как в воздухе ещё кружатся осколки льда и камня.

Мгновение спустя мой взгляд скользнул к Двалину, который, не оглядываясь, устремился прочь на запад, в своё логово. Его ауру оплела фиолетовая скверна, обрёкшая дракона на мучения на долгие столетия, пока не явится Путешественник со своей загадочной силой.

Барбатос тоже ушёл. Сколько бы я его ни звал, ответа так и не последовало…

Глава 58

«Плоть искусственного дракона Дурина»

Фрагмент плоти дракона, сотворённого искусственным путём. Содержит аномально высокую концентрацию Жизненной энергии, тесно переплетённой с силой Бездны. Искажённая природа материала делает его крайне нестабильным, простое прикосновение способно нарушить психику, исказить восприятие и даже изменить саму сущность того, кто осмелится его использовать.

(При умелом и осторожном обращении плоть может служить редчайшим катализатором в сложнейших алхимических процессах, усилителем магических конструкций или основой для создания артефактов, способных противостоять силам, неподвластным обычным смертным.)

Такое сообщение выдала Система в тот миг, когда я успел поместить в инвентарь небольшой кусок плоти Дурина, буквально за мгновение до того, как его плоть окончательно рассеялось в воздухе. К счастью, инвентарь принял находку без всякого сопротивления, и там она осталась, не исчезнув. Выглядела она при это на интерфейсе как-то страшновато. Казалось, что сама плоть жива и двигается, когда на неё прекращают обращать внимание.

Ну а что касается свойств, то я ожидал чего-то подобного. По сути, эта штука своеобразный аналог мутагена из старых комиксов про Черепашек-Ниндзя. Не зря ведь в мире встречаются мутировавшие чудовища, а также ходят истории о так называемых Таоте.

После Катаклизма были замечены люди, которых можно было лишь условно назвать людьми. Они обладатели звериной силы, но лишённые рассудка, больше похожие на оголодавших хищников, что без раздумий бросались на всё живое. Именно из-за этой ненасытной их и прозвали Таоте – обжоры.

Естественно, легко сопоставить Катаклизм, Бездну и голод. Поэтому практически ни у кого не возникли сомнения, как эти твари появились на свет. После Катаклизма, в эпоху голода и разрухи, многие шли на крайности. Порождения Бездны были разными: среди них попадались не только чудовищные монстры, но и, к примеру, мутировавшие кабаны или даже курицы, а значит, соблазн попробовать был куда выше, чем здравый смысл. Потом это подтвердилось, когда в лесу солдаты обнаружили человека, поедающего мясо монстра Бездны. Тот буквально за минуту превратился в Таоте прямо у них на глазах.

О таких случаях, разумеется, предпочитают молчать. Но слухи всё равно расползаются, особенно среди искателей приключений, а уж если компания хорошо подогрета выпивкой, то и вовсе начинают звучать истории, от которых трезвый человек только покачал бы головой. Я специально заходил в трактиры, чтобы просто послушать их. Слишком уж интересно они рассказывают. А когда находят слушателя, то и вовсе не замолкают.

Так вот, поговаривали, что находились Таоте, сумевшие выжить, сохранить рассудок и заполучить нечеловеческую силу, осмелившись съесть мясо монстра Бездны. Но как бы удачливы они ни были, рано или поздно этих «счастливчиков» всё же убивали. Жестоко? Несомненно. Но понять людей можно.

После истории с Вильгельминой, которая стала наглядным примером того, что даже собственный отец может обернуться чудовищем, я понимаю – жестокость иногда необходима. И уверен, что тот случай далеко не единственный. Тем более пережившие Катаклизм знали цену потерям. Никто не желал рисковать жизнью близких ради сомнительного шанса. Это всё равно что, потеряв одного ребёнка от зубов пса, впустить в дом к оставшемуся другому собаку – пусть даже она кажется ручной и ласковой. Шанс трагедии может быть мал, но он есть. А после пережитого даже этот ничтожный процент превращался в неприемлемую угрозу. Люди просто не могли позволить себе повторения кошмара.

Как говорится, богатый бедного не поймёт. Так и здесь есть люди, которые уверены, что с ними поступили слишком жестоко. Парадокс же в том, что большинство этих людей никого не теряли. Они в основном сидели по своим домам, оставаясь благородными господами, пока простой народ страдал и гибли целые семьи. Теперь же они сетуют на несправедливость, не понимая и сотой доли того, через что прошли другие.

И, признаться честно, я думал так же. Слишком уж радикальным казалось решение – сразу ликвидировать таких людей. Их хотя бы можно было исследовать, и, возможно, удалось бы понять, как бороться с заражением Бездны. Однако я понял, что это была наивная мысль. Бездну нельзя изучать, не подпав под её влияние. Любая попытка приблизиться к ней лишь ускоряет падение. Те, кто уже заражён, подобно трещинам на стекле, с каждым днём она расползается всё шире, пока стекло не треснет. Нечего обманываться, если бы существовал способ спасти их, Архонты давно нашли бы его. Может, такие, как Венти, предпочитают не вмешиваться в дела людей, но ведь есть и другие, кто попытался искать методы.

Как бы прискорбно это ни было, спасти их, вероятно, уже невозможно. А вот подвергнуть опасности обычных людей более чем реально. Достаточно одной ошибки, одного момента слабости, и заражённый подобно монстру нападёт на всех вокруг. Тогда погибнут не только те, кто пытался помочь, но и те, кто даже не знал, что опасность рядом.

Впрочем, как бы я повёл себя, окажись Ху Фуа на месте заражённого… не знаю. Можно сколько угодно рассуждать о долге, рассудке и хладнокровие, но всё это рушится, когда перед тобой стоит тот, кого ты не готов потерять.

— Хах, чтот я отвлёкся… — вздохнув, я вновь устремил взгляд на интерфейс Системы. — Плоть Дурина…

Я же, до получения описания, полагал, что плоть Дурина – это в первую очередь сильнейший яд, который можно использовать, например, для пропитки оружия. Однако видимо ошибся, и дело в самой силе Бездны, чья природа ядовита для других. Хотя, возможно, причина кроется в самом Дурине, а точнее, в его врождённом таланте к ядам. Ведь он был создан искусственно, а значит, в него вполне могли намеренно вложить подобную способность.

Впрочем, плоть столь сильного монстра мне явно ещё пригодится.

Покачав головой, я одним движением запрыгнул на позвоночник дракона. Под сапогами кости неприятно заскрипели, и глухое эхо прокатилось по заснеженным склонам, словно в любой момент весь скелет осыплется в пыль. И в подведение к этому скелет задребезжал. Поэтому, не теряя ни секунды, я выхватил массивный костяной шип, заострённый, словно гигантская игла, и отпрыгнул.

Естественно, скелет не осыпался, и не осыплется. Он пролежит здесь ещё очень и очень долго. Но всё же некомфортно, когда она вибрирует от любого толчка. Особенно от того, что этот дракон лишь номинально мёртв.

«Фрагмент кости искусственного дракона Дурина»

Редчайший и исключительно прочный материал, насыщенный остаточной Жизненной энергией и силой Бездны. Необычная структура с высоким содержанием элементов делает кость идеальной основой для клинков, копий и других видов оружия.

Я кивнул. Материал отличный, такой грех оставлять. Нужно взять как можно больше, а заодно добраться до грудной клетки. По лору, там должно сохраниться сердце Дурина – орган, который даже спустя несколько сотен лет продолжает биться, напитывая гору своими ядовитыми миазмами и силой Бездны.

Разумеется, унести целое сердце я вряд ли смогу, да и было бы это безумно опасно. Но вот вырезать фрагмент и собрать кровь вполне реально. Даже малая часть такого органа и несколько капель его крови могут стать бесценными… А ведь та ведьма, что создала Дурина, явно была не просто могущественной, а безумной, раз сотворила подобное чудище, а после отпустила погулять. Настоящий безумный гений, с которым я бы предпочёл никогда не пересекаться… иначе препарирует похлеще, чем Дотторе.

Из-за распада тела Дурина в воздух рванул мощный жар, словно из раскрытой пасти вулкана. В одно мгновение снег вокруг стремительно растаял, обнажая под собой древние каменные тропы. Поэтому я шагал к грудной клетке, чьи рёбра возвышались, как арки забытого храма, не боясь провалиться в глубину сугроба. И с каждым шагом становилось всё отчётливее: земля под ногами едва ощутимо дрожала, словно в такт биению сердца.

Но стоило мне приблизиться ещё на несколько шагов, как я застыл, будто корни вырвались из земли и оплели мои ноги. Рядом с огромным, пульсирующим сердцем, похожим на исполинский рубин, окутанный плотью, стоял знакомый силуэт. Тот, кого я меньше всего ожидал увидеть… и меньше всего хотел.

Его холодный, пронзительный взгляд голубых глаз скользнул по мне, а на губах медленно расползлась лёгкая, почти безмятежная улыбка, и от этого сочетания с мёртвым льдом в глазах становилось не по себе. Словно передо мной стояла не живая душа, а искусно вырезанная кукла, которую оживили лишь на время.

— Вот мы и снова встретились. Ты стал заметно сильнее, поздравляют, — произнёс он. Его спокойный голос странно совпадал с глухими ударами сердца Дурина. — Не стоит так враждебно реагировать, я всё же не считаю тебя своим врагом.

В глубине этих ледяных глаз не дрогнуло ни одной тени тепла, даже выражение лица оставалось застывшим, как у мраморной статуи. Словно передо мной действительно стояла кукла, а не живой человек.

— Кто ты такой?

— Разве ты уже не услышал ответ на этот вопрос? — он чуть склонил голову набок. — Я всего лишь исследователь. Тот, кто задаёт вопросы, когда остальные предпочитают молиться.

После его слов в висках вспыхнула резкая, пронизывающая боль, и я невольно схватился за голову. В тот же миг пространство вокруг исказилось и задрожало, словно в раскалённом мареве. Рёбра, силуэт мужчины, сердце Дурина… всё расплылось и вытянулось, теряя привычные очертания.

Я моргнул, и вдруг понял, что больше не стою среди останков Дурина. Вокруг раскинулось странное, чуждое пространство, затянутое мерцающей фиолетовой дымкой. Из этой туманной завесы медленно проступало нечто огромное… Глаз. Гигантское, явно не человеческое глазное яблоко уставилось прямо на меня. Белок был испещрён странным фиолетовым узором, похожим на паутину, а толстые жгуты, отходящие от него, мерзко пульсировали, словно перекачивали через себя тёмную энергию. От него веяло такой жутью, что словами не описать.

Даже учитывая, что я кукла, и моё восприятие страха уже не такое, как было при жизни человеком, оно явно притуплено… Не сильно, но мне легче преодолеть панический страх. Однако сейчас я не мог даже пошевелиться. Будь у меня сердце, я бы уже лежал с инфарктом, если бы вообще не отправился на тот свет.

Мне понадобилось пару минут, прежде чем я смог прийти в себя. Хотя, возможно, в реальности потребовалось больше времени. Я не мог точно сказать сколько минут эта тварь смотрит на меня, но, благо, не нападает.

Дурин – чудовище? Да, но рядом с этой жутью он теперь, кажется, почти безобидным. Гигантское глазное яблоко, возможно, выглядит скорее отвратительно, чем по-настоящему пугающе… но вот ощущение от него жуткое.

Что за порождение Ктулху стоит рядом со мной? Разве Геншин – это не весёлая фэнтези-игра, где побеждает дружба, жвачка и рояли из кустов? Почему же тогда в этом мире есть такое чудовище? Даже Дурин как-то гармонично вписывается в мир. Ну дракон и дракон, страшный и большой, каким и должен быть. Но вот это… уже перебор.

Однако стоило мне сделать шаг назад как пространство вокруг дрогнуло, и всё исчезло. Я снова стоял среди гигантских рёбер. Мужчина был там же, но в его взгляде появилась задумчивость. И его правый глаз… на миг он стал другим, тем самым, что только что наблюдал за мной из тьмы. Я в этом абсолютно уверен.

Уверен и в другом, что этот гад прекрасно понимает, что со мной произошло.

— Видимо, из-за близости к останкам Дурина твоё тело стало чувствительным к Бездне, — произнёс он, пожав плечами. — Вот ты и смог заглянуть за ширму. Ничего удивительного.

Ничего удивительного…

Он серьёзно?!

Я едва удержал крик, рвавшийся наружу. Кричать на это… существо? Нет, человеком я его уже назвать не мог. Слишком опасно. Слишком чужое. Оно было непредсказуемо, а его моральные принципы, если и существовали, то на уровне: «могу – значит сделаю». Это не анимешный злодей с пафосными речами и драматичной предысторией. Скорее, передо мной стояло порождение Бездны, для которого съесть младенца просто потому, что так захотелось, – плевое дело.

И всё же… он меня не тронул. Это означало, что я ему зачем-то нужен. В противном случае он бы избавился от меня сразу, ещё при первой встрече. Но хорошо ли это? Не думаю. Однако, по сути, сделать ничего не могу. В этом мире только сильный вправе решать. Толку от денег и влияния, если может прилететь дракон и просто раздавить тебя, как случилось с той деревушкой.

Вот угораздило же меня столкнуться с ним…

Он смотрел, не мигая. Просто стоял напротив, неподвижный, словно статуя. И я тоже замер. Так и стояли, смотрели друг на друга, пока рядом пульсировало сердце Дурина. И всё же первым не выдержал я…

— Зачем ты здесь? — спросил я, хотя и так догадывался, что причина в Дурине. Зачем ещё мог прийти человек, связанный с Бездной, если не к Дракону Бездны? Но тишина между нами становилась слишком уж давящей, поэтому м решился разорвать её.

— Мне просто стало любопытно, что сейчас ощущает Дурин, — он слегка пожал плечами, будто речь шла о чём-то незначительном. — Рейндоттир постаралась на славу, хоть сама и считает этого малыша провальным экспериментом.

— Рейндоттир… — я прищурился. Имя ведьмы, создавшая Дурина. Если не ошибаюсь, она родом из Каэнри’эха. Неудивительно, что он её знает. Но произнёс он её имя как-то странно, с оттенком упрёка, словно говорил о давней подруге. — Кто же ты на самом деле?

— Прости, но я не могу утолить твоё любопытство. По крайней мере, сейчас, — уголки его губ приподнялись в улыбке. — Ты – хаотичный элемент. Если я заиграюсь, разрушу свои же планы. Хотя, признаюсь, в этом есть своя прелесть.

— Что ты имеешь в виду?

— Твоё присутствие изменяет ткань этого мира, — произнёс он тихо, скользнув взглядом к пульсирующему сердцу. Потом вновь встретился со мной глазами. — Для мира это не всегда благо… но и не всегда беда. Взор богов обходит тебя стороной, их нити не держат тебя, и ты волен сам ткать свою судьбу. А значит способен переплетать и судьбу самого мира.

Позади него беззвучно разверзся портал. От его границ тянулись тонкие фиолетовые искры, вгрызаясь в пространство, словно пытались разодрать саму ткань реальности. Примечательно, что, хотя энергия явно исходила из Бездны, среди неё мелькали Электро-частицы… или, вернее, их странная имитация, будто кто-то пытался подделать саму суть этой стихии.

Он взмахнул рукой, и пульсирующее сердце стало покрываться серым камнем, медленно теряя своё живое сияние. А затем, не произнеся ни слова, шагнул в клубящуюся воронку, и та сомкнулась за его спиной, оставив после себя лишь лёгкий привкус серы.

Впрочем, у меня не было времени на раздумья. Стоило ему исчезнуть, как я рванул к сердцу, пока оно не успело окончательно окаменеть. Ведь именно за ним я сюда и пришёл. Было бы по-настоящему глупо упустить такую возможность… да ещё и после того, как я успел засветиться перед этой тварью.

***

Мне всё же удалось вырвать несколько фрагментов сердца и собрать капли тёмной крови, сочившейся из его трещин. А после, не теряя ни секунды, я сорвался с места и рванул в сторону Ли Юэ, выжимая из своего тела и сил всё, что только возможно.

Я не знаю, кто это был, или что это было. Знаю, что монстры ведьмы по лору когда-то чуть не уничтожили весь Тейват. А он говорил о ней слишком уж беззаботно, словно только вчера они вместе пили чай и обсуждали незначительные вещи.

Боги, Драконы, существа Бездны… а кто дальше? Инопланетяне, Демиурги и Хонкай?

Глава 59

Прежде чем отправиться к девчатам, я переоделся и тщательно смыл с себя всю грязь. Не хотелось рисковать и причинять кому-то вред. Моя прежняя одежда была насквозь пропитана энергией Дурина, из-за чего от неё ощутимо тянуло Бездной. Жаль, конечно, терять такой ценный наряд, он выдерживал мой боевой темп и надёжно защищал. Но рядом с простыми людьми его присутствие могло стать смертельным. К тому же, чем дольше я бы продолжал его носить, тем сильнее сам пропитался бы этой дрянью… а это уже совсем плохо.

Очистить мой наряд, скорее всего, невозможно. Однако я не стал просто выбрасывать его, вместо этого убрал в инвентарь, где энергия Бездны никому не причинит вреда. Может, учитель что-нибудь подскажет.

К слову, об инвентаре. Понятия не имею, как именно он работает и на какой энергии основан, но факт в том, что он полностью блокирует влияние Бездны. Это даже немного читерно, если вспомнить, что эта энергия способна поглощать целые измерения. А здесь даже распад остановил. Но, учитывая, что я нахожусь в магическом мире, удивляться, наверное, не стоит. Работает? Значит, так и задумано. Прямо по принципу программистов: «Если оно работает – лучше не трогай».

Впрочем, не исключено, что система – это не нечто внешнее, как я изначально предполагал, а часть самого этого мира. На эту мысль меня навели то глазное яблоко и размышления о происхождении мира. Звучит, возможно, дико, но я всё больше склоняюсь к идее, что система – это проявление элементальной энергии, которая под воздействием моих воспоминаний обрела именно такую форму, с примесью искусства Эи. Ведь первая мысль любого попаданца – есть ли у меня система. А куклы Эи так или иначе имеют встроенные механизмы, упорядочивающие их действия. Вот и тут вышло что-то похожее. Тем более, Дендро-стихия, как я помню, связана с информацией этого мира, так что в подобном нет ничего невозможного. Моё тело ведь не из Пустоты создано. Да и после встречи с глазом я понял, что в этом мире возможно всё.

Хотя, может, я и ошибаюсь, и вся эта система – всего лишь чья-то божественная интрига. Кто-то, быть может, решил вмешаться в ход событий, поменять судьбу мира. Не просто же так тот монстр говорил о хаотичности, а Венти намекал на какую-то роль… И, если честно, мне как-то всё равно, окажется ли это правдой. После года, проведённого здесь, я уже не понимаю тех героев, что ноют о перерождении или мечтают вернуться в свой прежний мир. Раньше мне такие истории казались интересными, а теперь – откровенно нелепыми. Им буквально подарили новую жизнь, так что вы, сволочи, жалуетесь! Да, если бы я попал в какой-нибудь дарк-фэнтези, где на горизонте маячит Рагнарёк, тогда, возможно, я бы так не думал. Но этот мир… он полон возможностей. Здесь я чувствую себя живым, не трачу силы и нервы на какие-то тупые бытовые переживания, а ещё тут есть магия, которая ограничена лишь знаниями. Главный герой Геншина вообще по звёздам путешествует! А что ждало бы меня дома? Ха.

Да и смирился я уже с тем, что погиб в прошлом мире. И что бы там ни было, я всё равно благодарен за эту новую жизнь.

Покачав головой, я поднял взгляд на Соляное Озеро, которое уже просматривалось с вершины холма. На фоне восхода оно выглядело завораживающе: первые лучи солнца преломлялись на гранях кристаллов, разбивая свет на сотни радужных бликов. Казалось, само озеро излучало свет, а её дно усыпано драгоценными камнями – обломками кристаллов, которые, проведя долгие годы под водой, сточились и теперь походили на россыпь разноцветных стёклышек в гигантском аквариуме.

Однако, к сожалению, вся эта красота скрыта от глаз обычных людей. Над озером клубятся плотные потоки Гео-частиц и… нечто иное, что мне тяжело распознать. Это явно не энергия Бездны, но что-то тёмное. При этом странно, но вокруг озера не было ни одного монстра, хотя такие места обычно притягивают их.

Впрочем, что бы это ни было, его влияние опасно лишь для обычного человека. Обладатели Глаза Бога могут вступить сюда без риска для жизни, в то время как для остальных одно только дыхание этим воздухом стало бы смертельным.

Раздался знакомый хлопок крыльев.

— Учитель? — окликнул я, подняв голову. — Значит, я не ошибся… Хах, вы и правда следили за мной ещё с подножья горы, а то мне казалось, что у меня развилась паранойя.

Сань Юнь мягко приземлилась неподалёку, её взгляд был пристальным, почти пронизывающим. Несколько мгновений она молчала, будто оценивая моё состояние, а потом тихо вздохнула и призналась, что беспокоилась за меня. Это прозвучало неожиданно тепло, и я не смог сдержать лёгкой улыбки. Слишком уж приятно осознавать, что кто-то переживает за тебя.

— Я уже начинаю жалеть, что взяла тебя в ученики, — фыркнула она, слегка расправив крылья. — Одни беспокойства.

Цапля-цундере… мило.

— Ну, если это хоть немного вас успокоит, то я куда крепче, чем кажусь. Только… — неловко отвёл глаза, не сдержав тяжёлого вздоха, — остался без одежды. Она впитала в себя энергию Бездны. Поэтому оставаться в ней дольше было бы глупо.

— Хм. Поняла, — голос учителя прозвучал ровно, без намёка на эмоции. Тяжело было понять, что она на самом деле думает, но, похоже, сама одежда её заботила меньше всего. — По возвращении я выдам тебе новый комплект.

— Благодарю, учитель.

— Также вижу, что твоя сила резко возросла, а ощущение… — её глаза опасно сузились. — Ты не хочешь мне что-то рассказать?

Я вздохнул.

То, что она почувствует перемены во мне, было ясно с самого начала. Ведь подобное не скроешь. Тем более от Адепта, чьи чувства острее любого лезвия. Я ощущаюсь для неё как элементальное существо. Как сгусток энергии в оболочке, что-то вроде слайма в бочке.

Не удивлюсь, если первое время думала, что мной овладел кто-то или что моё тело стало сосудом для чего-то чуждого. Возможно, именно поэтому она так долго оставалась в тени, наблюдая, прежде чем показаться. И даже сейчас, стоя передо мной, наверняка не до конца уверена, что делать. Существо не может просто взять и сменить свою природу… тем более за столь короткий промежуток времени.

— Этот случай стал неожиданностью даже для меня, — признался я. — Но всё это связано с моим происхождением. Тут не получится объяснить в двух словах, ведь у вас наверняка возникнет множество вопросов. Да и что скрывать… у меня они тоже есть. Я ведь толком сам ничего не понимаю, и пока что полагаюсь лишь на собственную интуицию.

— Хорошо. Расскажешь всё по возвращении, — её голос стал строгим, но не холодным. Как у уставшей мамы, которая хочет проворчать, но сдерживается в присутствии людей. — Я нормально отношусь к секретам, но как твой учитель должна знать подобные вещи, а не постфактум. Чтобы впредь не было таких сюрпризов, как сегодня.

— Хорошо, — кивнул я. — Хотя хотелось бы узнать насчёт правил. Тогда, в присутствии Ху Фуа, мне было неловко поднимать такую тему… да и вообще спрашивать такое у вас. Но всё же я хочу знать, а не строить нелепые теории о том, почему вы запрещаете отношения.

Учитель какое-то время просто смотрела на меня, а затем медленно подняла голову и устремила взгляд в сторону солнца. Лучи падали прямо на её лицо, но, похоже, яркий свет не причинял ей ни малейшего дискомфорта.

Её крылья едва заметно дрогнули, а в глазах промелькнуло что-то, что трудно прочесть, то ли лёгкая грусть, то ли воспоминание, которое она не спешила озвучить. Но спустя пару секунд Сань Юнь вновь обратила на меня внимание.

— Ты знаешь, почему так мало людей, которые смогли стать Адептами? — спросила она вместо ответа.

— Нет, — покачал я головой. — Лишь предположить, что животные могут жить в местах с высокой концентрацией энергии, со временем адаптироваться и обрести разум. А люди, наоборот, предпочитают селиться там, где энергии мало. Ведь в таких местах меньше монстров и проще жить.

— Неплохая теория, — кивнула Сань Юнь, — но в ней есть одна загвоздка. Многие люди уединяются в местах с высокой концентрацией энергии, чтобы закалить тело и дух. Некоторые даже строят там целые школы боевых искусств, передавая свои методы из поколения в поколение.

— Тогда, возможно, дело в избранности.

— Нет, — она покачала головой. — Разница между человеком и зверем лишь в разуме. Но, как ты уже сказал, животные, вступившие на путь Адепта, обретают ум и осознание. Однако им многое чуждо… особенно привязанность. Стать Адептом – значит отринуть мир смертных не только на словах, но и на деле. Это разрыв всех нитей, связывающих тебя с прежней жизнью.

Учитель замолчала, на пару секунд, а после, тяжело вздохнув, продолжила:

— Для зверя это естественно. Но для человека… привязанность часто становится непреодолимой преградой. Иногда она держит крепче любой цепи и ломает волю сильнее любого врага. Поэтому я не хочу, чтобы вы создавали себе лишние трудности, пока полноценно не вступите на путь Адепта. Особенно Ху Фуа.

— То есть… отречься полностью? — уточнил я. — Что будет с Ху Фуа после этого? Её отношение к родителям… и ко мне… изменится?

Сань Юнь тихо рассмеялась, но в смехе было больше иронии, чем насмешки.

— Мне, кажется, тебя больше всего беспокоит именно её отношение к тебе, — заметила она, слегка склонив голову. — Но нет. Её чувства и характер останутся прежними. Иначе все Адепты превратились бы в бездушные куклы, а не в тех, кто стоит на вершине пути.

Я вздохнул.

Теперь хоть понятно, почему она запрещает всякие отношения. Если это важно для совершенствования, значит, стоит быть ответственным и не создавать лишних проблем. Я не хочу становиться причиной неудачи Ху Фуа. Особенно учитывая, что у меня ещё будет много попыток, а у неё лишь человеческая жизнь. На первый взгляд времени вроде бы много, но на деле немногие решаются посвятить всю свою жизнь тренировкам, отчаянно стремясь стать Адептом. Иначе было бы куда больше Адептов.

— Так понимаю, прошлые ученики не смогли пройти испытание из-за привязанности? — осторожно спросил я.

Сань Юнь раздражённо фыркнула, но в её взгляде мелькнула смесь досады и грусти.

— Да, — ответила она, опуская взгляд на землю, словно вспоминая прошлое. — Но не думаю, что они расстроены своим выбором. Каждый пошёл своим путём, и, насколько я знаю, живут счастливо обычной смертной жизнью. — Учитель тяжело вздохнула, едва заметно расправив крылья. — Но у них был огромный потенциал… и мне до глубины души обидно, что они не смогли его развить. Это провал для меня, как для их учителя. Заставить их я не могла – путь Адепта всегда остаётся добровольным.

Даже не хочется спрашивать, какие шансы у Ху Фуа…

Впрочем, я верю, что она справится. Не просто так же Моракс взял её в свои ученики. И лишь время покажет, каков будет результат.

Я глубоко вдохнул, стараясь отогнать лишние мысли. Затем перевёл взгляд на Сань Юнь, и нахмурился. Она сразу уловила перемену в моём настроении, и её глаза вновь стали острыми, серьёзными, словно лезвия.

Со всеми этими разговорами я и вовсе забыл о том, что произошло на горе, а именно о Бездне. По сути, самое важное.

— Учитель, — произношу, — вы не знаете про огромного монстра из Бездны… в виде глаза?

Она на мгновение замешкалась, но всё же покачала головой. Неудивительно. Пусть ей и несколько тысяч лет, но это ещё не значит, что она знаток всех тварей Бездны. Тем более крупное вторжение было сравнительно недавно.

Я рассказал ей обо всех встречах с этим существом. О том, что оно каким-то образом знает меня и, возможно, следит за каждым моим шагом. Поделился также и догадкой о его связи с Рейндоттир. Поскольку слишком уж вольно он о ней говорил. А если они действительно связаны, то его силы могут быть равны, ну или не сильно уступать её.

Учитель, хоть и не знала, кто такая эта ведьма, явно напряглась, когда я упомянул, что Дурин и множество сильнейших чудовищ Бездны – её творения. Она прекрасно видела, на что способен Дурин, и понимала, что это значит. В её взгляде мелькнула тень холодной решимости, но вместе с ней и тревога.

Да и смысла скрывать это я не видел. Зачем? Она – мой учитель и, по сути, единственная, кто в случае настоящей опасности сможет меня защитить. Тем более лучше предупредить сейчас, чем допустить, чтобы её застали врасплох. К тому же сама мысль, что в будущем я опять столкнусь с этим существо, не давала мне покоя.

— Понятно… — Сань Юнь тихо вздохнула. — Я оповещу остальных. Хорошо, что я уже решила провести закрытую тренировку. В нынешних условиях это будет не просто полезно, а необходимо.

Она скосила на меня взгляд, в котором смешались одобрение за своевременное предупреждение и скрытая тревога за меня.

Мы молча направились к озеру. По пути Сань Юнь приняла свой человеческий облик и, не говоря лишних слов, решила лично сопроводить нас до горы. Похоже, она опасалась, что мы снова наткнёмся на неприятности… и, честно говоря, опасалась вполне справедливо.

Стоило мне выйти к берегу, как Ху Фуа, заметив меня, радостно распахнула глаза и, не раздумывая, бросилась навстречу, крепко обняв. Учитель, появившись следом, тихо фыркнула, явно не в восторге от того, что её в этот момент полностью проигнорировали. Однако вскоре её взгляд зацепился за силуэт, выглядывающий из-за валуна у самой кромки воды. Там, наполовину спрятавшись в тени камня, неподвижно сидела Вильгельмина.

— Ой… учитель, вы тоже здесь, — запоздало спохватилась Ху Фуа, стыдливо опуская взгляд на свою обувь.

Сань Юнь медленно перевела на неё взгляд, и в воздухе словно повисла ощутимая пауза.

— Разумеется, я здесь, — холодно отозвалась она, но в её тоне сквозила не злость, а скорее упрёк за рассеянность. — А теперь, хватит обниманий, от него всё ещё веет энергией Бездны.

Сказав это, она шагнула к валуну, за которым пряталась Вильгельмина, и присела рядом, быстро осматривая её.

— Обезвоживание, переутомление… и сильное истощение элементальной энергии, — тихо пробормотала учитель, касаясь её плеча.

Она отошла на шаг, и из её ладони выскользнул небольшой белый шар, сплетённый из Анемо-частиц, который стремительно умчался в сторону города, оставляя за собой тонкий шлейф мерцающей энергии. Затем мягко хлопнула ладонями, и вокруг Вильгельмины заклубился плотный туман с лёгким изумрудным отливом. Он постепенно окутал её, словно мягкое одеяло, и через мгновение девочка уже погрузилась в глубокий сон.

— Пусть отдохнёт до того момента, как прибудет Гань Юй, — сказала Сань Юнь, наблюдая за тихим дыханием Вильгельмины.

Гань Юй – ученица Сань Юнь, некогда участвовавшая в Войне Демонических Богов. В её жилах течёт смешанная кровь: Божественного Зверя Цилиня и человека. В каноне она показалась мне доброй и нежной девушкой, всегда готовая помочь младшим и действовать на благо жителей Ли Юэ. При этом Гань Юй – настоящий трудоголик, способная работать за пятерых и почти не знающая, что такое полноценный отдых. В настоящее время она занимает должность секретаря Павильона Лунного Моря. Благодаря этому, я уверен, она сможет оказать Вильгельмине нужную помощь.

— Учитель… что с ней будет? — тихо спросила Ху Фуа, не отрывая тревожного взгляда от Вильгельмины.

— Естественно, Гань Юй вернёт её родителям, — спокойно ответила Сань Юнь, слегка поправив очки.

Однако от этих слов мне стало неловко, и она это мгновенно заметила. Её взгляд тут же стал пронзительным и требовательным. Пришлось рассказать ситуацию Вильгельмины. Реакция последовала незамедлительно: тихая гладь озера вздрогнула, а следом раздался гул, знаменуя землетрясение.

Я впервые видел учителя в гневе, и никогда бы не подумал, что она способна быть столь пугающей. Её силуэт начал мерцать и расплываться, словно границы между телом и окружающим миром стерлись. Воздух вокруг загустел от элементальных частиц, которые закружились в вихре и сложились в образ гигантской птицы с распахнутыми крыльями. Даже ясное небо не выдержало этого зрелища и укрылось под тяжёлым покрывалом чёрных туч.

Если бы я не убил отца Вильгельмины, учитель наверняка уже направилась бы к нему… К счастью, она довольно быстро пришла в себя, и это прекрасное озеро избежало участи быть уничтоженным сегодня.

Глава 60

Моему удивлению не было предела, когда, вместо того чтобы дождаться Гань Юй, учитель лишь пару раз кивнула, затем, поправив очки, решительно объявила, что в гору с нами отправится Вильгельмина. В тот момент она неожиданно напомнила мне мою младшую сестрёнку, которая, заметив на улице дрожащего котёнка, тут же решает забрать его домой.

Нет, я знал, что к детям она относится благосклонно, прямо как наседка. Это одна из причин, почему выбор пал именно на этого Адепта. Но всё же не думал, что Сань Юнь решится на подобное. Вильгельмина ведь всего лишь обычный человек с Глазом Бога, и особого таланта за ней я не замечал. И хоть учитель и заявила, что не станет брать её в ученики, а лишь проследит, чтобы та выросла достойным человеком. Но, по сути, это то же самое, просто без пути Адепта. Да и всё же я почти уверен, что если Вильгельмина когда-нибудь сама захочет, учитель и это разрешит.

Просто всё это казалось мне неоднозначным. Ведь у девочки есть родственники. Конечно, в обычной ситуации, когда в мире царит такой средневековый порядок, лишний рот в семье – это обременение. Но Ху Фуа из довольно богатого рода, так что сомневаюсь, что у них возникли бы проблемы. К тому же сама Вильгельмина всё ещё относится к своей силе с явным отвращением. Поэтому, хоть учитель и решила взять её с собой, но, по сути, сделала это, даже не спросив мнение самой «виновницы». А та может попросту отказаться.

Однако для самой Вильгельмины возможность стать ученицей Сань Юнь – это шанс, граничащий с невероятной удачей. Учитель владеет той же стихией, что и она, а значит, сможет научить многому, даже без пути Адепта. К тому же Сань Юнь известна своими обширными знаниями. Не зря в прошлом она создала множество механизмов и артефактов, способные убить даже Бога. Более того, в каноне, если память не изменяет, Сань Юнь по приколу создала настоящий электро скутер, способный легко преодолевать суровые равнины Ли Юэ.

Но всё в итоге зависит от решения самой Вильгельмины…

— Выглядишь хмурым, — ко мне подошла Ху Фуа и, прислонившись к моему плечу, заглянула в глаза. — Что там произошло? Я испугалась, когда гору заслонил мощный ветер.

— Учитель же сказала, чтобы не касалась меня, — я чуть отстранился. Всё же, хоть Бездна и не смогла пропитать моё тело, крохи её осели на коже. И учитель настоятельно рекомендовала избегать физического контакта, пусть опасность от этих частиц и минимальна.

Но девушка упрямо вернулась на прежнее место.

— Через одежду можно…

Я только тяжело вздохнул.

Спорить не стал, да и отодвигаться тоже. Сам не хотел, и уже просто морально вымотался от всего, что произошло. Сначала случай с Вильгельминой, за ним резня и погоня, а затем бой Дурина и Двалина. Честно говоря, сейчас мне хотелось лишь одного – рухнуть где-нибудь на берегу и уснуть. Но учитель, опасаясь за нашу безопасность, выделила на отдых лишь двадцать минут. После этого мы выдвинемся к её убежищу, где нам предстоит провести два года в уединении.

— На Мондштадт напал огромный чёрный дракон, круша всё на своём пути и сея хаос… — Я пересказал всё, что произошло после их ухода, лишь опустил некоторые тревожные подробности. Не стоило ей лишний раз переживать, особенно накануне скорой тренировки. — Ну а остальное ты уже знаешь.

Она молча кивнула, но я уловил, как её пальцы чуть сильнее сжали ткань моего рукава.

— Понятно… — тихо произнесла девушка, бросив задумчивый взгляд в сторону Гавани Ли Юэ, которая хорошо просматривалась с вершины холма, где мы сидели. — Главное, что ты в порядке.

С озера тянуло мягким, прохладным ветерком, несущим тонкий аромат соли и свежести. Вид просто чудесный с этой высоты. Но вдруг порыв стал резче, взъерошив волосы Ху Фуа, и она, словно ища укрытия от ветра, тихо прильнула ко мне. А потом, чуть приподняв лицо, заглянула в мои глаза.

А дальше произошло то, чего я не ожидал. Да что там, я даже не успел осознать, как это случилось. Мы будто одновременно потянулись друг к другу, и в какой-то миг наши губы сомкнулись.

Ху Фуа тут же отпрянула, словно обожглась, спеша спрятать смущение за неловкой улыбкой, словно всё это лишь случайность. А я… я медленно отвёл взгляд вниз, и там, у подножия холма, заметил хмурое лицо учителя. Её глаза, прищуренные и тяжёлые, говорили без слов: «Ты серьёзно?». Взгляд, от которого стало как-то досадно и неловко одновременно. Ведь только недавно у нас состоялся разговор про Ху Фуа, и тут такое.

Я поспешно отвёл глаза, делая вид, что ничего особенного не произошло.

— Думал, это будет… иначе, — пробормотал я себе под нос, так, чтобы Ху Фуа не услышала. Она сидела рядом, глядя в сторону гавани, стараясь выглядеть беззаботно, но кончики её ушей порозовели. — Странное чувство… радостно и неловко.

А ещё неприятно было от того, что я не смог остановиться, поддавшись эмоциям. Хоть я и сам толком не понял, как это вышло… но ведь предупреждение учителя помнил, и в этом, как ни крути, есть моя ответственность. От меня не требовалось ничего сверхъестественного, лишь немного терпения. Просто дождаться, пока Ху Фуа спокойно пройдёт испытание и почувствует ту самую мистическую энергию Адептов. Всего-то… и всё же я умудрился всё усложнить.

Ох, ладно… Себя корить за случившееся можно сколько угодно, но толку в этом нет. Тем более пока не произошло ничего ужасного. И если так подумать, то любовь к родителям и сестрёнке у неё в разы выше, чем ко мне. Хотя бы из-за того, что, между нами, ничего такого серьезного пока не произошло.

Впереди нас ждёт два года уединения, и, думаю, за это время всё само встанет на свои места.

— Я верю, что ты пройдёшь испытание Адепта, — сказал я с лёгкой улыбкой, поднимаясь с земли и отряхивая колени.

Ху Фуа подняла на меня взгляд, в котором смешались недоумение и легкое смущение.

— Спасибо… — её губы тронула едва заметная улыбка. — Я тоже верю, что ты сможешь. Мы вместе справимся!

Мы вернулись к учителю. При нашем приближении она лишь глубоко и устало вздохнула, но отчитывать меня не стала. И дело было не в присутствии Ху Фуа. Сань Юнь при желании могла легко искривить звук так, чтобы услышал только я, или даже передать слова прямо в ухо с помощью Анемо-частиц.

Вильгельмину решили не тревожить, учитель осторожно взяла её на руки, и мы направились в сторону горы. Хотя, правильнее будет сказать, что рванули вперёд.

Меня с Ху Фуа окружила мягкая белая аура из Анемо-частиц, и мир вокруг резко изменился. Сопротивление ветра исчезло, а гравитация ощущалась иначе. Каждое движение давалось удивительно легко, словно мы скользили по невидимому льду, где достаточно лишь слегка оттолкнуться, чтобы пролететь десятки шагов. А в сочетании с нашими техниками это превращалось в нечто невероятное: мы мчались, почти порхая над землёй, и всё вокруг быстро менялось.

Хах, а ведь в игре лор и игровые механики сильно различались, из-за чего я никогда полностью не понимал реальную силу персонажей Геншина. По лору Архонты швыряются горами, разрушают измерения и в один миг способны преодолеть невероятные расстояния. И при этом, разумеется, из-за сюжетной брони они сдерживаются в кат-сценах или в боях с главным героем.

Взять хотя бы тот «подвиг» Кадзухи… или как там зовут этого кленового парня. В Инадзуме был один человек, который решился выступить против Сёгуна и даже якобы смог остановить её легендарный удар. Из-за этого его резко начали восхвалять по всему региону. Я этого никогда не мог понять. Да, смелость, конечно, важна, но формулировка была такой, будто он смог остановить удар Сёгуна, а значит чуть ли не победить её. На деле же Сёгун использовала лишь крошечную часть своих сил. И при этом люди почему-то забыли, что она когда-то нашинковала Бога в виде огромной змеи, а также взмахом снесла пол горы. Если бы Сёгун ударил в полную силу, да там от этого паренька… Да что там, от народа мало что осталось бы.

Разработчики как-то не очень удачно показали настоящую мощь Архонтов. По лору они творили такие ужасы, что невольно задаёшься вопросом, а как вообще выжили люди и как Тейват пережил это? Но в итоге Эи вдруг решает сдаться главному герою после небольшого поединка… И спустя время, берёт и начинает сражаться с Сёгуном пятьсот лет подряд, ни разу не получив даже царапины. Против той, чья сила в сотни раз превышает силу главного героя.

Логика, наверное, где-то была, но я уже плохо помню мельчайшие детали, так что… сейчас мне это кажется таким бредом. Складывалось впечатление, что разработчики просто хотели, чтобы игроки чувствовали себя круче, а лор сильных существ лишь красивая обёртка для сюжета.

Однако, к счастью, или, к сожалению, но в этом мире нет разработчиков и никаких ограничений. Сань Юнь уже показала гораздо больше, чем когда-либо демонстрировалось в игре, а её сила буквально превосходит на порядок большинство того, что я видел в Геншине. Честно говоря, мне даже стало жаль главного героя. Как ему удастся пережить этот ужас без сюжетной брони, без ограничений и условностей, которые есть в игре?

А пока я размышлял обо всём этом, мы уже преодолели огромное расстояние. На горизонте медленно вырисовывалась знакомая гора. И это при том, что прошло даже меньше часа, максимум десять минут. С нашей обычной скоростью потребовалось бы пару дней. Так ещё я уверен, что, если бы не мы, Сань Юнь бы уже давно добралась до своего дома.

Земля тебе пухом, Путешественник…

Но, к моему удивлению, мы отклонились от пути. Сань Юнь неожиданно свернула чуть вправо, уводя нас прочь от её дома. И вскоре я понял причину этого отклонения: мы оказались в странном месте, где воздух буквально пульсировал, насыщенный до предела элементальными частицами.

Чуть впереди, в мерцающем мареве, угадывались очертания барьера, зафиксированного с обеих сторон крупными печатями Адептов. Видимо, именно здесь нам предстояло провести следующие два года. Хотя я ожидал, что испытание пройдёт на горе.

— Это место специально подготовлено под вас и ваши особенности, — произнесла Сань Юнь, внимательно окинув нас взглядом. — Как только вы войдёте внутрь, следующие два года вы проведёте в полной изоляции. Даже я не смогу прийти к вам лично. Единственная связь со мной через особую технику.

— Два года тренировок… — тихо пробормотала Ху Фуа.

В её голосе прозвучал едва заметный оттенок азарта. Словно она мечтает нырнуть в это испытание с головой, но не показывает это внешне.

— Да, — кивнула учитель. — Здесь вы сможете развивать свои способности в полном объёме, без необходимости заботиться о сне или еде.

— Как это возможно? — не удержался я от вопроса.

— Барьер наполнен духовной энергией, — спокойно ответила Сань Юнь. — Она будет питать ваши тела напрямую. На его создание ушло множество редких материалов и сил, поэтому новый такой я смогу создать разве что через десять лет.

Она выдержала паузу, явно чтобы мы лучше осознали услышанное, а после продолжила:

— Цель испытания – научиться чувствовать духовную энергию. Раньше существа десятилетиями накапливали её в своих телах, пока, обуздав собственный Дух, не начинали видеть и ощущать духовные потоки. Лишь тогда они могли ступить на путь Адепта. Но Владыка Камня разработал этот ритуальный барьер, чтобы сократить и облегчить путь. Здесь концентрация духовной энергии доведена до максимально безопасного предела, а значит, шанс пробудить восприятие в разы выше. Если справитесь, то вы станете на путь Адепта. Если нет… придётся ждать ещё десять лет.

Ожидаемо. В целом я и предполагал услышать что-то подобное. Иначе действительно было бы слишком много Адептов в этом мире. Одна преграда в виде привязанности – вряд ли бы смогло так сильно усложнить путь Адепта.

Если свести всё к простому, то выходит следующее: барьер позволяет быстрее концентрировать духовную энергию, а значит не придётся жать десятилетиями на накапливание её в теле. Однако дальше всё зависит уже от нас.

— Учитель, а что значит «обуздать собственный Дух»? — осторожно спросила Ху Фуа, опустив взгляд на свою обувь, словно боялась показаться глупой. — Это… значит, что мы должны столкнуться с самими собой?

— Можно и так сказать, — кивнула Сань Юнь. Её голос стал мягче, но в нём всё ещё проскальзывала тень серьёзности. — Вы столкнётесь с тем, что обычно прячете глубоко внутри: страхами, слабостями, несбывшимися мечтами… всем, что формирует ваш внутренний Дух. И пока вы не примете это и не подчините своей воле, путь вперёд будет закрыт. Но не волнуйтесь. Для начала вам предстоит впитать достаточно духовной энергии. Этот процесс займёт время. Пока он идёт, вы будете оттачивать свои боевые навыки, а также готовиться к прохождению испытания.

— Спасибо за объяснение, — улыбнулась Ху Фуа, слегка опуская глаза. Затем она аккуратно достала из складок одежды небольшой свиток и смущённо посмотрела на учителя. — Можете передать это моим родителям? Они будут переживать, если я исчезну на два года, не сообщив им ничего.

Ах, да, мы ведь планировали отправиться в Гавань Ли Юэ, где Ху Фуа могла попрощаться с родителями, и передать Вильгельмину в их руки. Однако ситуация резко поменялась. И видимо она сообразила, что мы всё же не пойдём в гавань, и заранее подготовила письмо для родителей.

Сань Юнь кивнула, принимая свиток, и лёгкая улыбка коснулась её губ, словно понимая всю глубину заботы ученицы.

Хотя именно она говорила о привязанности… С другой стороны, раз привязанность существует, и она очень крепка, то и возмущаться было бы глупо.

Обсудив ещё пару деталей, мы направились к барьеру. Сань Юнь осталась чуть поодаль, внимательно наблюдая за нами. Вильгельмина же всё ещё спала. Думаю, её ждёт неприятный сюрприз при пробуждении. Мы пропали, а перед ней какая-то непонятная личность, так ещё с Анемо Глазом Бога – хоть я и предупредил учителя про негативное отношение к Барбатосу, но мало ли. А пробудить её, и объясниться было нельзя. Она действительно потратила слишком много энергии, и, со слов учителя, обычно в таких случаях люди находятся в коме несколько дней, пока тело полностью не восстановится.

Но, думаю, с ней будет всё в порядке. Она сильная.

У самого барьер Ху Фуа внезапно остановилась. Её взгляд, устремлённый на меня, был странным. В нём я разглядел смесь волнения, решимости и какой-то едва заметной нежности. На миг мне показалось, что она сейчас бросится обнять меня. Но вместо этого молча сняла с волос украшение и протянула мне.

— Пусть это будет напоминанием, что ты не один, — мягко сказала подруга, и вложила в мою ладонь украшение. — И даже если мы разделены, мы всё равно идём по одному пути.

— Тогда… — я на секунду замялся, но всё же достал из инвентаря золотое перо, переливающие тёплым светом. — Возьми это. Символ, подаренный мне Электро Архонтом как знак моего существования. Думаю, это перо символично будет напоминать обо мне.

Она явно удивилась моим словам. Её брови слегка приподнялись, а губы разомкнулись, будто она вот-вот собиралась возразить. Мы долго путешествуем вместе, поэтому это выражение лица я мог легко различить. Так что, не давая ей времени, я осторожно вложил перо в её ладонь, сжав её пальцы вокруг него.

Ху Фуа опустила взгляд на перо, и я заметил, как её пальцы чуть крепче сжали его.

— Спасибо… — едва слышно произнесла она и аккуратно спрятала перо в складках одежды. Затем подняла на меня взгляд, полный решимости и энтузиазма. — Я не отступлю.

Сказав это, подруга развернулась и уверенным шагом направилась к барьеру. Мерцающая пелена дрогнула, пропуская её внутрь, и в следующее мгновение фигура Ху Фуа растворилась в свете, словно её и не было.

Я ещё несколько секунд стоял, глядя на колышущуюся поверхность барьера. Мерцающий свет тихо пульсировал, притягивая и одновременно вызывая странное отторжение. А затем, прикрепив украшение Ху Фуа на одежду, я сделал шаг вперёд.

Глава 61

Пространство внутри оказалось огромным: передо мной раскинулся остров посреди бескрайнего океана. Деревьев здесь не было вовсе, а вместо них из земли поднимались каменные сооружения, странные и причудливые по форме. Они напоминали нелепо слепленных монстров, чьи тела будто расплавились под палящими лучами солнца… вот только самого солнца на небе не было. Его место занимали сияющие золотые символы, причудливая смесь китайских иероглифов и египетских знаков. Их свет был недостаточно ярким, чтобы сравняться с настоящим солнцем, но, несмотря на это, в пространстве светло как в ясный полдень.

— Красиво…

— Рада, что тебе понравилось, — раздался спокойный голос учителя. Вскоре передо мной появился светло-зеленый энергетический шар, сотканный из Анемо-частиц. Он мягко парил в воздухе, напоминая мне недавний разговор с Венти. — Честно говоря, я сомневаюсь, что тебе удастся пройти это испытание. Ты сам должен понимать, что твоя суть отличается от природы обычных существ. Став элементальным созданием, ты приблизился к Миру Света, и эта связь куда прочнее, чем духовный путь. Однако у тебя всё же есть душа, и именно она оставляет тебе шанс.

— Тогда зачем… — хмуро произношу, не скрывая недоумения. — Зачем вы вообще взяли меня в ученики? Мне казалось, вы цените лишь талант и не желаете тратить время на тех, кто не сможет преуспеть.

— Что за вздор! — резко вспыхнула Сань Юнь. Энергетический шар аж засиял ярче. Но уже через мгновение, вновь вернулся к изначальному состоянию. — К-хм… конечно, я обращаю внимание на таланты своих учеников. Это рационально. Но не вздумай выставлять меня высокомерным снобом.

— Так что насчёт моего вопроса?

Она тяжело вздохнула.

— Возможно, твои шансы познать силу Адептов невелики, — признала Сань Юнь. — Но твоя суть… она заинтересовала меня. Необычная кукла, обладающая душой и непостижимым, но колоссальным источником силы. А после ты и вовсе превратился в элементальное существо… Ты – отклонение от правил, а такие вещи всегда заслуживают внимания.

Это какой-то абсурд. Убегая от одного безумного учёного, я угодил к другому, а затем и вовсе сам добровольно пошёл к третьему… Видимо, у меня на них особое везение.

Я тяжело вздохнул.

С другой стороны, Сань Юнь всё же куда лучше, чем Фатуи или выродки Бездны. Она, по крайней мере, не станет потрошить меня ради того, чтобы заглянуть внутрь и разобраться в моей сути.

— К слову, ты говорил, что расскажешь о своей силе, — напомнила она.

Рассказ дался на удивление легко. У меня было достаточно времени, чтобы всё обдумать и выстроить так, как выгодно именно мне: без противоречий и при этом не выдать ничего лишнего.

И, разумеется, учитель не могла упустить возможности изучить меня. Я не возражал. Даже наоборот, мне самому было любопытно, хотелось лучше понять собственное тело и то, что в нём скрыто. И хоть Барьер остаётся закрытым, из-за чего напрямую учитель попасть ко мне не может, но это не мешало ей использовать иные методы. Вокруг засиял ритуальный круг, тонкие линии вспыхнули на моей коже, складываясь в причудливые символы. Их холодное свечение словно пронизывало меня. При этом я ощущал схожее ощущение как при моём формирование в элементальное существо.

Сань Юнь будет исследовать меня, пока я тренируюсь.

И стоило лишь закончить разговор с ней, как пространство вокруг содрогнулось, и из трещин в воздухе выползли твари. Их было слишком много, и они тут же бросились на меня. Пока я в силах шевелиться, монстры, сотканные из силы Адепта, будут без конца рваться ко мне.

Учитель выразилась просто: «Ты не можешь стать сильнее так, как это делает обычный человек через изнуряющие тренировки. Но ты способен отточить свои приёмы, довести их до предела». И потому я убивал. Снова и снова.

В этом месте не существовало дня и ночи. Небо всегда оставалось одинаково светлым, и я не знал, сколько времени прошло. Может, часы. Может, месяцы. Всё смешалось в единый поток бесконечной резни.

За их смерть я не получал ни опыта, ни силы. Но вот раны, оставленные ими, были самыми что ни на есть реальными.

Монстры рождались один за другим, не оставляя мне ни мгновения передышки. Словно бесконечный кошмар. Но иногда всё менялось. Вместо уродливых тварей передо мной возникали люди, знакомые силуэты… и даже Ху Фуа.

Сань Юнь прекрасно знала о моих чувствах и безжалостно играла на них. Ударить чудовище – просто. Его уродство само по себе отталкивает, и рука не дрогнет. Но поднять оружие против близкого человека… это уже иное. Особенно когда они неотличимы от оригинала: та же походка, тот же взгляд, те же привычные жесты. Они могли улыбнуться, смутиться, мило покраснеть, а в следующий миг, не меняя выражения лица, холодно вонзить нож меж рёбер.

Эти создания не были пустыми болванками – действовали так хитро, словно обладали памятью о моём прошлом и знали, где и как ударить так, чтобы я колебался. Они ловили момент, когда я давал слабину, и именно тогда обрушивались на меня. Пару раз это едва не стоило мне жизни.

Учитель после того разговора так больше и не появилась. Поэтому я не мог сказать ей то, что думаю об этом барьере. А потом я начал замечать странность. Моё сознание словно выключалось на какое-то время. Сначала я не придавал этому значения, но это стало происходить всё чаще.

Это напоминало то состояние, когда сидишь на пассажирском сиденье в дороге: закрываешь глаза всего на миг, а потом вдруг просыпаешься и понимаешь, что минули десятки километров. Так и здесь: я словно моргал на миг, а когда «открывал глаза», вокруг уже были другие монстры.

Тело хоть и не устаёт, но моё сознание притуплялось от усталости. И, скорее всего, эти кратковременные сны – следствие этой усталости.

***

Прошла ли неделя… а может, месяц? Я не знаю. Счёт времени давно растворился. Всё происходящее больше походило на слишком длинный сон, из которого попросту невозможно проснуться.

Вот – очередной монстр появляется позади меня. Мне даже не стоит оборачиваться, чтобы понять, какому типу он принадлежит. Это зверь, напоминающий смесь льва, пантеры и саблезубого тигра. Постоянно атакует со спины, и при этом никогда в лицо. Несмотря на свой устрашающий внешний вид, кто бы думал, что этот зверь окажешься трусом.

Сначала он целился в левый бок, и я уже поворачивался навстречу, предугадывая его движение… но в тот же миг тварь резко изменила траекторию, прыгнув вверх, словно прочла мои намерения, и обрушилась сверху.

Когда-то подобный манёвр застал бы меня врасплох. Но прошло уже столько времени, я столкнулся с таким множеством врагов, пережил бесчисленные схватки и перенёс слишком много ран, оставленных моей собственной слабостью, что подобные трюки стали слишком предсказуемыми.

Примитивное создание даже не успело осознать, как в одно мгновение его голова была отделена от тела. Но когти всё же задели меня, оставив на щеке глубокие царапины. Однако они затянулись почти сразу, словно и не существовали.

Зачем уворачиваться, если рана не причинит настоящего вреда? Куда опаснее позволить врагам воспользоваться моментом и атаковать в уязвимые места. Такие прецеденты уже случались. И вместо небольшой царапины на моём теле появлялись огромные рваные раны, которые заживали куда дольше. Боль же означает, что ты жив, а главное позволяет не потеряться сознание в пылу битвы.

Тело зверя дёрнулось, словно не веря в смерть, а затем рассыпалось в воздухе, растворившись в золотых частицах. Они осыпались на землю светящейся пылью, и вскоре не осталось ни следа от недавнего противника.

Впрочем, за ним сразу последовали два змееподобных монстра.

— Ты стал сильнее, — рядом со мной вспыхнул знакомый энергетический шар, голос учителя прозвучал оттуда спокойно, почти равнодушно.

Но монстры не остановились. Напротив, они ускорились, уверенные, что я отвлёкся на голос учителя. Но лишь быстрее встретили свою смерть.

Я убивал их снова и снова, пока в какой-то момент не заметил, что мне откровенно скучно. Скука была настолько сильной, что иногда позволял мыслям уходить куда угодно, в прошлое, в будущее, даже в бессмысленные фантазии. Я мог отвлечься, задуматься… и при этом тело продолжало двигаться само, отражая атаки и нанося удары. И боль помогала вновь сосредоточиться на битве.

— Твои движения стали плавнее, а удары – смертоноснее, — продолжила Сань Юнь. — Никакой живой человек не решился бы пробить свою ладонь сквозь лезвие, лишь бы убить двоих одним приёмом. Но ты сделал это без колебаний. Ты преодолел то, что сковывает остальных.

Её голос был похож на хвалу, но за ним сквозила холодная отстранённость, будто она наблюдала не за учеником, а за образцом, который удачно подтвердил её расчёты.

— Звучит ужасно, — выдохнул я, отбрасывая голову очередного монстра мечом. — Сколько я здесь?

— Восемь месяцев.

Я замер. Восемь месяцев… Цифра врезалась в голову как удар. Всё это время я сражался, бился, терял себя в бесконечных атаках, и даже не заметил, как пролетели недели, месяцы…

Монстр воспользовался моментом, и вцепился в плечо. Но, прежде чем он смог пробить мне кости, в его череп был воткнут меч. Я смахнул кровь, чувствуя, как рана тут же затягивается. Но на удивление, больше монстров не последовало, а трещины, откуда они появлялись, затянулись.

— Ху Фуа перешла к следующему этапу. Думаю, ты захочешь это знать, — в голосе Сань Юнь я уловил гордость. Впрочем, и сам испытал нечто похожее, не скрывая улыбки. — Ты вышел на новый уровень, хоть и пока не способен ощутить духовную энергию. Даже создал свой собственный… безумный стиль владения мечом. Это похвально. Но тебе пора отдохнуть. Эти монстры слишком слабы, пусть барьер напитает достаточно энергии для следующей волны.

— Отдохнуть? — я усмехнулся. — А чем я здесь буду заниматься? Тут просто ничего нет.

Неподалёку от меня из золотых частиц начал складываться силуэт здания. Сначала в воздухе повисли очертания стен, затем вспыхнули искрами деревянные балки и каменные плиты. Через несколько мгновений передо мной стоял уже вполне добротный дом с пристроенной кузней. Дым едва заметно тянулся из трубы, и слышны потрескивания древесины.

Я подошёл ближе. Дверь, украшенная простым узором, слегка приоткрылась сама, словно приглашая войти.

Внутри оказалось удивительно тихо и скромно, даже аскетично. Но, признаться, и такому я был искренне рад: после долгих битв хотелось хоть какого-то уюта и покоя. На полках я заметил множество книг, а значит можно будет действительно отвлечься и расслабиться. И всё же больше всего меня порадовало другое: в углу комнаты стоял настоящий алхимический набор, аккуратно расставленный. Среди колб, реторт и сосудов выделялся массивный ритуальный стол, потемневший от времени, но сохранивший строгие узоры и знаки, вырезанные на его поверхности.

Обычно алхимические столы принято изготавливать из камня. Якобы только камень способен выдержать потоки энергии и удержать равновесие формул. Брехня собачья! Лишь удобная отговорка для бедняков. На деле вырезать стол из дерева куда проще и быстрее, чем высекать его из каменной глыбы. Тем более рабочая поверхность должна быть абсолютно точной, все линии и узоры – идеально подогнаны. А это требует тонкой работы и дорогих инструментов, которых у бедных семей, разумеется, нет.

Так и выходит, что бедняки не могут позволить себе полноценный алхимический стол. И такое положение вещей существует даже в Мондштадте, в регионе, где алхимия, казалось бы, процветает больше всего.

Я сам узнал об этом, когда впервые увидел деревянный алхимический стол у Сань Юнь.

Но всё же это сделано не только ради выгоды знати или прихоти гильдий. Причина куда глубже. Алхимия – слишком опасна в неумелых руках. Она требует абсолютной точности и предельной концентрации. Стоит ошибиться всего на миллиметр, и стол превращается в груду щепы, а вместе с ним погибает и сам экспериментатор. Поэтому гильдии тщательно скрывают правду о деревянных столах. И это решение снизило число безумцев, которые, не зная даже азов, погибают при первой же попытке сварить зелье или вызвать простейшую реакцию.

Увы, под прикрытием заботы о безопасности они сохраняют и монополию на знание, решая, кто достоин приобщиться к тайнам, а кто останется в неведении.

А затем я направился в кузню. Воздух там был тяжёлым, пропитанным запахом угля и металла. На верстаке лежали аккуратно разложенные инструменты: молотки разных размеров, щипцы, несколько заготовок для клинков.

И вдруг в памяти всплыло воспоминание: мужчина с широкой улыбкой стоял у раскалённого горна, ловко орудуя молотом. На наковальне лежал меч из странного металла, поверхность которого переливалась глубоким индиго. Вспышки искр освещали его лицо, и улыбка казалась не столько радостной, сколько одержимой.

— Здесь ты можешь отдохнуть, успокоить разум, восстановить оружие и заглянуть в книги, что я для тебя оставила, — раздался спокойный, чуть глуховатый голос Сань Юнь, вернувший меня из плена воспоминаний в реальность. — Хочешь узнать то, что мне удалось выяснить о твоём теле? Пришлось долго анализировать данные, но всё же, благодаря Владыке Камня, я сумела разобраться.

Моракс… проснулся?

Если это правда, то Ху Фуа, должно быть, сейчас ликует. Она не только шагнула в следующий этап, так ещё и её наставник вернулся. Не удивлюсь, если они даже успели поговорить.

— Да, — кивнул я.

— Внутри тебя словно два наложенных друг на друга слоя, — продолжила Сань Юнь, её голос стал тише и задумчивей. — Один создан искусственно, тщательно и умело, а второй – настоящий, первичный, твоя подлинная основа. Эти два пласта пытаются слиться, но полного соединения не происходит. И ещё… Ты знал, что твоё тело в значительной степени состоит из частей Ирминсуля?

— Я даже не знаю, что такое Ирминсуль.

— В книгах есть подробное описание. Ищи в разделе о Мировом Древе, — тихо сказала учитель, а после вздохнула и продолжила: — Электро Архонт буквально вырезала тебя из мёртвых корней Ирминсуля. Так называют линии, которые из-за ран и повреждений утратили связь с деревом. А после… она применила алхимические техники, настолько изощрённые, что больше походит на чудо.

Судя по её тону, Сань Юнь восхитили умения Эи. В её голосе звучало уважение, смешанное с восхищением.

А я… я пока ничего нового для себя не узнал. Кроме того, что во мне есть часть какого-то Ирминсуля. Это название я где-то слышал, но никак не могу вспомнить где именно.

— И, честно говоря, жаль, что ты не владеешь Дендро-стихией, — произнесла она, тяжело вздохнув. — Тогда у тебя был бы шанс пробудить эти спящие части Ирминсуля. Представь: они отозвались бы на зов первоисточника, и твои способности к Дендро вышли бы далеко за рамки обычного.

— Учитель, я же рассказывал вам о своей силе, — нахмурился я. — Зачем вы так дразните? Теперь мне самому захотелось овладеть Дендро… хотя раньше даже мысли об этом не было.

Слова прозвучали полушуткой, но внутри всё же зародилось настоящее желание. Если то, что сказала Сань Юнь, правда, то, возможно, именно эта стихия могла бы открыть во мне то, чего я пока даже не понимаю. Ведь я на стихии смотрел через призму полезности. И Дендро казалось мне каким-то слабым.

— Да и, как я понимаю, шансы на подобное не так уж велики? — осторожно предположил я. — Иначе кто-нибудь давно бы уже додумался: вырезать части Ирминсуля, и на основе высокой концентрации Дендро-элемента создать что-то невероятное.

— Угу…

Я хмыкнул, а после схватил молоток, который оказался на удивление тяжелым. Даже для меня. Но я давно хотел начать ковать, всё-таки воспоминания и навыки присутствует. Да и отвлечься поможет. А что касается Дендро… То у меня будет много времени обдумать.

Глава 62

— Учитель… что такое путь?

— Путь – это лишь выбор, по которому ты решаешь идти. Но помни: каждый выбор открывает одни двери и закрывает другие. Важно не только ступить на дорогу, но и иметь силу продолжать идти, даже когда она становится трудной.

— Мне нужно его найти?

— Иначе ты будешь блуждать вокруг, словно тень без цели, пока время не сотрёт твои шаги…

***

Я испробовал всё, что только можно в барьере: от сражений с монстрами до ковки оружия. Всё это по-своему увлекало, но одновременно оставляло во мне горькое чувство незавершённости. Казалось, будто я брался за дела лишь для того, чтобы бросить их на полпути – именно в тот миг, когда начинало получаться.

И пусть подсознательно я всё понимал, но не мог бороться с нахлынувшими эмоциями. Чем сильнее пытался подавить их, тем хуже себя чувствовал. Вплоть до вспышек ярости, либо сильной усталости, когда прости ничего не хочется делать.

Мой разум буквально раскалывался…

Я садился за наковальню, но мысли тут же ускользали к тайнам строения магии. Любопытство подталкивало к новым вопросам, и разум уносился куда-то далеко от гулкого звона молота. В итоге приходилось отвлекаться или вовсе бросать начатое.

Стоило углубиться в медитацию, как перед глазами всплывал клинок, которому не хватало последнего штриха. Вот немножко его ещё отполировать, и будет острее… Эта мысль вгрызалась так сильно, что ничего не мог дальше делать.

А когда я раскрывал книгу, то почти сразу ловил себя на том, что рука сама тянется к алхимическому столу: вдруг приходило непреодолимое желание сотворить что-нибудь новое, прямо сейчас, без промедлений.

В конце концов учитель сказала: найди свой путь и следуй по нему, не сворачивая.

Но так ли легко отыскать этот путь?

Я пробовал сосредоточиться лишь на одном деле, запрещал себе отвлекаться и гнал прочь любые мысли о чём-то другом. Но чем сильнее я давил на себя, тем быстрее возникало отторжение. То, что должно было быть источником радости и вдохновения, превращалось в тяжёлый груз, и вместе с ним уходила сама воля продолжать.

Мне казалось, будто я запираю самого себя в тесной клетке, где каждая попытка вдохнуть свободно оборачивалась удушьем. Я даже пытался преуспеть во всём сразу. Но в итоге лишь выгорал, как свеча, которую забыли потушить.

***

Время тянулось мучительно медленно. Если вначале я и не заметил, как пролетели месяцы, то теперь каждый час растягивался, словно целая неделя. Минуты капали, как густая смола, вязкие и липкие, и казалось, что сама вечность насмехается надо мной, превращая ожидание в пытку.

Возможно, всё из-за того, что я с помощью алхимии сотворил примитивное зелье – моё первое по-настоящему удачное творение. Оно меняло свой цвет строго раз в шесть часов, позволяя мне хоть как-то отслеживать течение времени.

Я ловил себя на том, что с нетерпением жду момента, когда жидкость в колбе изменит цвет, будто в этом был скрыт какой-то особый смысл. Словно в школе, когда на последнем уроке смотришь на часы и ждёшь, когда наконец прозвенит звонок, чтобы уйти домой. Только цвет в колбе меняется, на мгновение я чувствовал облегчение… и тут же снова начинал ждать, пока она снова изменится.

Скоро я понял, что живу уже не днями и не часами, а этими короткими переливами, что делили моё существование на отрезки. Но чем больше я ждал, тем сильнее это ожидание превращалось в мучение, словно сам стал пленником собственного изобретения.

***

Сегодня зелье, помогающая отслеживать время, разлетелось об стену дома. Стекло звякнуло, жидкость брызнула во все стороны, оставляя на дереве причудливые разводы. Я смотрел на это, и во мне не было ни сожаления, ни жалости, лишь пустота.

***

— Поздравляю. Твои навыки достигли хороших показателей.

— А толку? — вырвалось у меня. — Я ведь пришёл сюда, чтобы ступить на путь Адепта, а в итоге трачу силы на всё подряд… и всё равно не могу сделать этот шаг!

***

— Скажите, учитель, — я набрался смелости задать вопрос, что жёг меня уже давно, — ваши слова о пути… это намёк? Подтверждение того, что я никогда не смогу стать Адептом? Что вы заранее готовите меня к поражению?

Молчание учителя оказалось тяжелее любого приговора.

***

Я понимал, что мои шансы ничтожны. Путь Адепта открыт далеко не каждому… а уж тем более кукле, которая по прихоти какой-то непостижимой силы стала элементальным существом. И всё же, несмотря на холодную очевидность, глубоко внутри меня тлела искра надежды.

Не то чтобы это уж сильно меня угнетало. Даже если я не смогу пройти испытание сейчас, то прошёл бы позже. Моё тело не смертное, оно не увянет и не ослабеет через сотню лет, обрастая неизбежными болячками. Время было на моей стороне. Но бесконечные разговоры о «пути», наставления и советы начали вызывать во мне раздражение. Казалось, каждое слово учителя упиралось в эти чёртовы пути, словно других истин попросту не существовало. Возможно, мне просто не хватало живого общения. Ведь кроме Сань Юнь мне не с кем было разговаривать, а её голос со временем стал звучать в голове однообразно, как заезженная пластинка, лишённая интонаций и тепла.

Когда я впервые заставил меч парить с помощью Электро-частиц, радости не было предела. Это ведь самый настоящий телекинез. И толчком к этому открытию стала простая свеча. Точнее, то, как её огонь реагировал на невидимый поток энергии: стоило направить частицы, и пламя дрожало, колыхалось, а затем и вовсе гасло, словно кто-то дунул на фитиль. И именно тогда во мне и зародилась мысль: если Электро-частицы способны воздействовать на пламя, такое лёгкое и неосязаемое, то, может быть, они смогут повлиять и на предметы куда более плотные и тяжёлые?

Сотни неудачных попыток, но шаг за шагом я находил баланс. И в конце концов подобрал оптимальную концентрацию энергии, ту самую грань, когда поток ещё остаётся невидимым для глаз, но уже ощутимым на коже, как лёгкое покалывание статического электричества.

Я долго шёл к этому, и результат казался настоящим чудом. Но тут же всё испортила назойливая мысль: «Ты мог бы достичь гораздо большего, если бы сосредоточился на одном». И вся радость рассыпалась, словно хрупкое стекло под ударами наковальни.

Возможно, если бы я вступил на путь Адепта, то смог бы наконец обрести покой. Смог бы понять, что мне нужно делать, куда идти и зачем. Но пока этот шаг оставался недостижимым, я лишь блуждал в собственных сомнениях.

***

В последнее время я всё чаще замечал, что просто выполняю указания учителя, не задумываясь, не испытывая собственного желания. Дни текли в привычном ритме, словно автомат, теряя ощущение цели и свободы.

Я поднял глаза к небу, но внезапно уловил едва заметное колебание воздуха и резко перевёл взгляд в сторону. Пространство словно дрогнуло. И в тот же миг мой меч, что прошёл со мной через бесчисленные сражения и ни разу не утратил своей остроты, сорвался с места. Он стремительно рванулся ко мне, рассекая воздух, и влетел прямо в мою ладонь.

Рука не дрогнула. Всё моё существо оставалось неподвижным и сосредоточенным. Даже когда из воздуха проступил знакомый силуэт Ху Фуа. Но в этот раз она выглядела иначе: старше, величественнее, и в то же время пугающе сильной. Кончики её волос сияли багрово-красным, похожим на цвет свежей крови, и переливались в свете, словно тлеющие угли, готовые разгореться пламенем.

От неё исходила мощь, густая и давящая, будто сама ткань пространства вибрировала в её присутствии. Это было то самое ощущение, которое невозможно спутать ни с чем другим… присутствие Адепта.

Однако сколько раз я уже сражался с ней, сколько раз этот проклятый барьер пытался обмануть, запутать, лишить бдительности…

Но в следующий миг силуэт Ху Фуа дрогнул и исказился, словно растворился в воздухе. Я ощутил её позади себя ещё до того, как успел развернуться. Тёплые руки мягко, но крепко сомкнулись вокруг меня. В шею ударило горячее дыхание, обжигающее, словно раскалённый металл, и вместе с ним притягательный аромат, пробуждающий воспоминания.

— Как же я скучилась по тебе… — её голос изменился: стал тише, мягче, глубже. Но я узнал бы его из сотни.

Её объятия крепчали, словно она боялась, что стоит отпустить, и я исчезну.

— Мастер вместе с учителем помогли мне попасть сюда, видя твоё состояние, — прошептала она. В её словах слышалось беспокойство, но и облегчение, что она наконец рядом.

Я глубоко вдохнул, сдерживая смешанные чувства: радость, недоверие и тревогу. Мне отчаянно хотелось верить, что это не очередная иллюзия, не очередная уловка барьера. Поэтому я осторожно положил ладонь на её руки. Ей хватило бы одного вздоха, чтобы превратить меня в пыль… но раз она не нападает, значит, это настоящая Ху Фуа.

— Ты действительно гений, раз смогла овладеть силой Адепта так быстро, — выдохнул я, чуть крепче сжав её руки. — Поздравляю.

— Гений… — её голос дрогнул, и в нём прозвучала едва уловимая горечь. — Разве можно назвать гением того, кто просто бежал за тобой, цепляясь изо всех сил, боясь потерять? Всё, что двигало мной – страх. Страх, что однажды ты исчезнешь, а я так и останусь слабой, беспомощной…

Услышать подобное очень приятно. Знать, что в ком-то моё существование оставило столь сильный след. А ещё приятнее чувствовать её тепло после долгого одиночества.

Я позволил себе на мгновение закрыть глаза, просто чтобы насладиться моментом. Казалось, что сейчас иллюзия развеется, и мир снова станет пустым и холодным, как прежде. Однако тепло не пропадало.

— Теперь ты перегнала меня и оставила далеко позади. Поэтому уже неважно, что послужило стимулом. Страх, отчаяние или желание… всё это только твоя заслуга. Тем более когда я не смог даже почувствовать духовную энергию. Не то чтобы ступить на путь Адепта.

Она медленно опустила руки, давая мне возможность посмотреть на неё. И на миг мне показалось, что передо мной стоит не Адепт, обретший силу и могущество, а та самая Ху Фуа, которую я знал прежде.

— Ты ошибаешься, — тихо произнесла Ху Фуа.

Я непонимающе нахмурился.

— Твой темп обучения удивил даже Мастера, — сказала она мягко, с лёгкой улыбкой, будто это было чем-то само собой разумеющимся. — Он отметил твой необычный взгляд на этот мир, и даже пару раз похвалил. А Госпожа Сань Юнь подчеркнула, что в книгах, которые оставила тебе, даётся лишь базовая информация, чтобы не перегружать тебя. Но даже этого тебе хватило, чтобы кардинально углубить понимание магии и усилить контроль над элементарной энергией. По сравнению с этим я всего лишь шла по проложенной дороге. А ты… ты сам строишь свой путь.

Подруга чуть склонила голову, её волосы вспыхнули багровым отблеском, словно подчёркивая эмоции хозяйки.

— Может, ты сам этого не замечаешь, но именно в этом и есть твоя сила. За это я тобой восхищаюсь.

После её приятных слов стало слишком неловко продолжать разговор на эту тему. Я чувствовал, как одиночество дало о себе знать: эмоции захлёстывали, вырывались наружу. Но всё же подавить их для меня не составляло труда – уж слишком привычным стало это состояние. Такое вот бытие куклой.

Впрочем, я не ожидал, что меня похвалит сам Моракс. По сути, я ведь не сделал ничего выдающегося. Лишь применил крохи знаний из своего мира, те обрывки, что можно было здесь использовать. Это простая физика, причём большей частью знаний обязан из роликов на Ютубе, а именно видео с экспериментами, которые я любил смотреть. Ну и, конечно, элементарная логика и здравый смысл. Поэтому трудно назвать это чем-то гениальным.

Мы прошли в дом, где царил настоящий хаос. Я и не предполагал, что ко мне кто-то заглянет. Разбросанные книги лежали на полу и стульях, на столе громоздилась россыпь колб и склянок с остатками провальных зелий, от которых исходил неприятный кисловатый запах. В углу свалялись тряпки – жалкие останки моей некогда одежды.

Ху Фуа оглядела всё это и посмотрела на меня таким взглядом, от которого мне стало немного стыдно.

Она медленно обошла стол, осторожно коснувшись пальцами моего дневника, в котором я оставлял заметки и сумбурные размышления об алхимии и магии. Потом, прищурившись, склонилась над колбами и чуть поморщилась от запаха, но ничего не сказала.

— Ты живёшь… так? — наконец произнесла Ху Фуа, не обвиняя и не осуждая, скорее удивлённо.

— Ага, — выдавил я. — Знаешь, как-то не до уюта было.

Она выпрямилась, чуть склонила голову набок и улыбнулась уголками губ.

— А где ты спал? — в её голосе слышалось лёгкое любопытство.

Вместо слов я лишь пожал плечами. Концентрация духовной энергии в барьере к этому моменту уже заметно ослабла, но всё ещё держалась на приличном уровне. Однако этого уже мало для поддержания сил в организме. Зато отдых помогает восстановить силы. Но я привык не спать. Да и моё тело не требует отдыха.

Так что, когда я открыл дверь в комнату, где стояла кровать, внутри оказалось неудивительно чисто и свежо. Ни пылинки, ни запаха провальных зелий. Всё сохранилось именно так, как было.

Ху Фуа тихо вздохнула и опустилась на край кровати. Провела ладонью по ткани, и на мгновение задумалась, устремив взгляд куда-то в сторону.

Я подошёл ближе и тоже сел рядом, впервые за столь долгое время позволяя себе прикоснуться к этому месту. Кровать оказалась удивительно мягкой и удобной. Да что там, даже в моём мире таких матрасов я не встречал. На миг возникло желание просто лечь и уснуть, забыв обо всём.

Но Ху Фуа опередила меня. Она легла первой, а затем слегка потянула меня за одежду, приглашая последовать за ней. И я уже не мог сдерживать нахлынувшие эмоции. Особенно когда видел в её глазах, что она сама не против, а, возможно, даже ждёт этого шага.

Мои ладони скользнули по её талии, прижимая к себе, и наши губы встретились в поцелуе. И уже спустя минуту одежда оказалась на полу, а руки исследовали её обнажённое тело. Кожа Ху Фуа пылала под моими пальцами, горячая, словно раскалённый камень при аномальной жаре , и нежная одновременно, а её тихие вздохи только усиливали моё желание.

Я приподнялся и сел на колени, встречая её смущённый, но полный доверия взгляд. В глазах Ху Фуа таилась смесь ожидания и желания. Её стройные ножки мягко разошлись, словно приглашая и в то же время даря мне свободу действовать. И я не заставил её долго ждать. В тот же миг её губы дрогнули в коротком удивлённом вздохе, который вскоре перешёл в томный выдох…

***

Прошла примерно неделя, и настал момент, когда Ху Фуа должна была вернуться в реальный мир. Как бы сильно мне ни хотелось, чтобы она задержалась дольше, я понимал, что тянуть дальше нельзя. Ради меня она решилась воспользоваться энергией собственного барьера, чтобы попасть в мой, тем самым прервав своё испытание.

Да, она уже достигла пути Адепта, но, как оказалось, полноценным Адептом её пока нельзя назвать. Ей предстоит ещё многое преодолеть, и подняться на вершину духовного искусства – только тогда Ху Фуа станет полноценным Адептом. Барьер мог бы облегчить ей путь, однако, узнав о моём ментальном состоянии, она без колебаний сделала свой выбор.

Мы прощались тихо. В её глазах отражалась лёгкая грусть, смешанная с упрямой решимостью. Я чувствовал то же самое. Очень сильно хотелось завершить своё испытание, даже не ради себя, а ради неё. Ради того, чтобы её жертва не оказалась напрасной.

Её фигура постепенно растворялась в свете, словно утренняя дымка на рассвете. Я знал, что однажды мы вновь встретимся. Всего через семь месяцев. Но тогда всё будет иначе. Я не позволю себе больше выглядеть, словно одичавшая дворняга.

Внезапно я уловил едва заметный, сладковатый аромат. Он был таким слабым, что напоминал иллюзию, игру воображения. Но чем настойчивее я пытался его ощутить, тем отчётливее становилось это чувство. И вдруг раздался хлопок, за ним сильный звон в ушах, словно совсем рядом взорвалась граната. Однако моё внимание было сосредоточено не на этом, а на другом.

— Это… духовная энергия?

Глава 63

Я не думал, что так просто смогу ощутить духовную энергию. Тем более после всех тех мучений. Но я был не настолько наивен, чтобы принять это за случайность. Всё-таки нахожусь здесь уже довольно давно, а значит, мой организм долгое время подвергался воздействию духовной энергии. И всё же мысль о том, что это связано с Ху Фуа, не покидала меня.

Что же такое духовная энергия? На самом деле это лишь условное название, удобное для смертных. Истинное её название – Духовная Ци. Почему же тогда Сань Юнь использует именно его, хотя в книге говорилось, что Адепты отзываются о таком термине с пренебрежением? Я не знаю. Возможно, для нашего понимания. Поскольку разницы я не нашёл. Ци и энергия – это, как по мне, одно и тоже. Но суть не в этом.

Как следует из названия, эта энергия проистекает из самой души. Но поскольку всё в мире состоит из энергии, Духовная Ци присутствует повсюду – она является частью изначальной силы, из которой, согласно легенде, создана жизнь.

Душа обычного человека подобна сфере. Такая форма наиболее устойчива и обладает рядом преимуществ. Но именно из-за этого душа плохо приспосабливается к изменениям и не терпит вмешательства. Суть же становления Адепта заключается в том, чтобы войти в симбиоз: чтобы духовная энергия внутри души ощутила энергию снаружи и потянулась к ней, постепенно искажая сферу.

Это похоже на два озера, соединённые каналом. Со временем вода размывает его всё сильнее, и в итоге образуется одно большое озеро. Так и душа, раскрывается и соединяется с энергией мира. Это дарует множество преимуществ, но вместе с тем делает её уязвимой перед тьмой, порчей, Бездной и любым негативным влиянием. Адепт может буквально лишиться рассудка или даже погибнуть, оказавшись в месте, переполненном мраком. Ведь удар приходится прямо по душе.

Разумеется, существуют защитные методы. Да и закон силы никто не отменял: моська не сможет задавить слона. Но всё это лишь подтверждает одно – за силу всегда приходится платить.

И если канал можно копать постепенно, с перерывами, а вот душа всегда стремится вернуть себе сферическую форму – это её природа. Поэтому те, кто становятся Адептами, сначала накапливают энергию в теле. Когда её становится достаточно, душа уже не может сопротивляться и начинает искажаться сама, словно под воздействием мощного магнита.

К слову, именно поэтому Адептам опасно слишком долго находиться рядом с обычными людьми. Их присутствие невольно стимулирует душу смертного, что может обернуться разными последствиями, вплоть до смерти или даже разрыва души. В то же время именно так Адепт способен заметить, в ком из смертных скрыт потенциал.

И опытный Адепт умеет контролировать это влияние, но Ху Фуа вряд ли обладала такой способностью. Поэтому наш контакт мог стимулировать мою душу – именно этого, возможно, мне так не хватало.

За время, проведённое здесь, я успел найти немало причин возможной неудачи. Одна из них заключалась в том, что моя душа была иной, не такой, как у местных. Но раз я сумел ощутить духовную энергию, значит, эта теория оказалась ошибочной. Да и в книгах говорилось, что всё в этом мире, от звёзд до пылинки, состоит из единой энергии. Я относился к этому с недоверием. Ведь мало ли что мог написать автор, который, возможно, даже не покидал своей планеты. Однако, похоже, он оказался прав.

Думаю, неделя близости с Ху Фуа, сильно простимулировала мою душу. А когда она уходила, душа словно потянулась следом, так же, как и я сам ощущал горечь расставания. И в этот момент она ухватилась за духовную энергию барьера… так я и смог её почувствовать. По крайней мере, такова моя теория.

Рядом со мной возникла знакомая сфера из Анемо-частиц.

— Поздравляю, — раздался голос учителя, в котором звучали гордость и радость. — Твоя душа раскрылась, словно нефритовый лотос в утреннем свете. Но помни: лотос прекрасен лишь пока не увял. Сумей удержать эту чистоту и не дай тьме коснуться её.

— Да, учитель, — кивнул я, улыбнувшись.

— Хм…

— Это ведь благодаря Ху Фуа? — осторожно спросил я.

Сань Юнь ненадолго задумалась, а затем тяжело вздохнула.

— Несносная девчонка, — проворчала она, но без настоящего укора. Скорее, в её голосе слышалась теплая снисходительность. Как у бабушки, которая делает вид, что сердится, хотя в душе слишком добра для этого. — Как только узнала, что твоё ментальное состояние пошатнулось, тут же стала волноваться. Даже упросила Владыку Камня сотворить для неё особый ритуал… Ох, дети…

— Но благодаря ей мне удалось продвинуться, — сказал я тихо, взглянув на то место, где лишь недавно стояла Ху Фуа.

— Возможно… — произнесла Сань Юнь неохотно. — Я ошиблась, слишком тревожась о вашей связи. В итоге именно она и помогла вам обрести силу.

Последние слова прозвучали почти шёпотом, но мои обострённые чувства уловили их без труда.

Я хотел спросить ещё, но почувствовал, что этот разговор стоит отложить. Душа всё ещё дрожала от новых ощущений, будто внутри меня пробудился тихий, но мощный источник. В груди нарастало странное, тёплое чувство. А значит, пришло время двигаться дальше, к следующему этапу.

— Вижу, ты рвёшься приступить к делу, — сказала Сань Юнь. — Тогда не буду мешать.

— Передайте Ху Фуа, что я люблю её…

В ответ раздалось недовольное фырканье учительницы, за которым последовало молчание. Сфера медленно растворилась в воздухе, оставив лишь лёгкое колебание духовной энергии.

Я хмыкнул, заранее зная, что будет именно такая реакция у Сань Юнь. Удержаться было невозможно. И всё же строгая оболочка учителя не сможет скрыть тёплых чувств, что таилась внутри.

— Ладно, пора приступать.

С этими словами я направился в дом, где хранилась нужная книга с инструкциями. Благодаря Ху Фуа, уже вступившей на путь, у меня были кое-какие подсказки. Нечестно? К чёрту. Тем более я оказался прав, сравнивая силу Адептов с культивированием. Методы и правда напоминали древние китайские практики тысячелетних девственников… с поправкой на то, что здесь это называлось иначе. Впрочем, неудивительно – Ли Юэ ведь и есть местный а-ля Китай.

А если вспомнить, как Сань Юнь тряслась из-за нашей связи, то шутка про тысячелетних девственников уже звучала не так уж и смешно. Кто знает, вдруг в ней и правда есть доля истины. Правда мы с Ху Фуа уже разрушили этот стереотип.

Так вот, здесь тоже существуют стадии, которые необходимо преодолеть, чтобы стать полноценным Адептом, то есть приблизиться к бессмертию. Всего их шесть:

Очищение Души – первый шаг, когда человек раскрывает свою душу. На этом этапе нахожусь сейчас я.

Концентрация Ци – овладение духовной энергией, превращение её из хаотичного потока в послушный инструмент. На этой ступени сейчас стоит Ху Фуа. Она способна использовать энергию для усиления своего тела.

А дальше, называется, думай сам. Ли Юэ ведь не был бы Ли Юэ без тумана таинственности, мистики и прочего дерьма, где инструкция для слабаков. Мне известны только названия стадий, а как их достичь и что они на самом деле означают… ха, разбирайся сам. Такой вот «истинный путь Адепта». Тьфу.

Словно те, кто прошёл этот путь, нарочно скрывают тайну от младшего поколения. Мол, я страдал, и вы пострадайте. Справедливо? У каждого своя справедливость.

Так, следующие стадии называются: «Постижение Пустоты», «Прозрение», «Обретение Божественности» и «Таинственное Забвение». На этом информация заканчивается.

Я осторожно снял книгу с полки. После уборки, устроенной Ху Фуа, дом буквально сиял, и даже мыслей о том, чтобы снова наводить беспорядок, не возникало. Хотя, зная себя, я не был уверен, что через месяц здесь снова будет чисто. Всё-таки это не курорт. Да и тратить драгоценное время на уборку – сомнительно.

Но всё же откинув лишние мысли в сторону, я открыл книгу и углубился в чтение. Пусть я и знакомился с этим текстом раньше, но что-то могло ускользнуть. Поэтому лишь тщательно разобравшись с материалом, я перешёл к практике.

Медитация – это обобщённое название практики прогонки энергии внутри или снаружи тела в спокойной обстановке. Для неё вовсе не обязательно садиться в позу лотоса или соблюдать особый ритм дыхания. Всё это лишь помогает сосредоточиться, но на сам процесс влияет не так уж сильно. Некоторые школы вообще идут в крайности, и упариваются дурманом, создавая палочки ладана с примесью ядовитых цветов и слизи жаб. Так что, по сути, неважно, где совершенствоваться в ванне, загорая на берегу моря под солнцем и при чаепитии. Главное, чтобы все мысли были сосредоточены на практике, и ничто не отвлекало.

Боевая медитация – по сути та же практика, что и обычная, но с одним принципиальным отличием: она проходит в условиях стресса. Когда вокруг грохочет бой, кровь кипит от адреналина, а любое неверное движение может стоить жизни. Когда само тело цепляется за жизнь, и начинает интенсивно прогонять энергию.

И риски тут оправданы. Ведь это куда быстрее и результативнее. Тело само, на чистом инстинкте, учится держать поток энергии под контролем. Не то что при обычной медитации, где люди так залипают в своё спокойствие, что потом без него и магию использовать не могут. Видел я таких, без подготовки сделать ничего толком не могут, а если застанешь врасплох даже слабее обычных людей. Замирают на месте хуже перепуганной козы.

Вот только проблема в том, что я ни разу не оказывался на грани жизни и смерти в этом измерении. Монстры тут сильные, но не до такой степени. Вряд ли учитель стал бы рисковать и натравил на меня по-настоящему свирепое чудовище. Да и сомневаюсь, что на мне вообще сработает боевой метод – всё-таки тело-то у меня не живое.

Однако сражения мне куда привычнее, нежели просто сидеть на жопе ровно, занимаясь скучной медитацией. Да и вредно. Лучше попробовать в бою. Если выйдет, то в будущем мне будет намного легче.

Стоило мне выйти из дома, как тут же открылись порталы. Видимо, Сань Юнь, зная меня, сразу раскусила мой замысел. Но улыбка её тут же померкла, когда из порталов начали появляться свирепые Геовишапы, каждый из которых способен порвать небольшой отряд рыцарей.

— Чёрт…

Внезапно за моей спиной раздался пронзительный рёв, напоминающий визг кабана. Я медленно обернулся, и мои глаза расширились от ужаса. Прямо позади меня возвышался гигантский Лавачурл. Практически такой же, который обитает на Инадзуме. Только этот с Крио-элементом. Сань Юнь явно выбрала врага, идеально подходящего против моей стихии. К тому же из-за его присутствия даже Геовишапы впитают Крио-частицы и станут ещё сильнее.

Мне вмиг захотелось вернуться в дом, и занимать скучной медитацией…

***

Прошло несколько месяцев с тех пор, как меня навестила Ху Фуа. С тех пор мои дни стали однообразными до скуки. Я почти не заходил в дом. Мой распорядок был прост: уничтожить пачку монстров, разобраться с боссами и снова погрузиться в медитацию. И так по кругу.

Как я и предполагал, тело куклы не обладает никакими «супер-пупер» режимами, которые в критический момент хватаются за жизнь и делают носителя сильнее. Поэтому остается лишь скучная медитация. Правда со временем я научился практиковать её даже во время боя с обычными монстрами. Но под конец, когда Сань Юнь выпускала на меня чудовищ, которых я зову боссами, приходилось прерываться – иначе рисковал погибнуть по собственной глупости.

Впрочем, польза от этого всё же есть. Я чувствую себя сильным. Не просто вижу какие-то цифры на панели системы, а по-настоящему ощущаю эту силу.

Да и теперь сражаться с сильными существами стало проще. Я понял одну вещь – какими бы сильными они ни казались, по сути, они всё те же мешки мяса. Стоит повредить ногу, и их скорость резко падает. Хотя, конечно, Геовишапов и Лавачурлов трудно назвать простыми «мешками мяса». Они находятся где-то посередине, уже не обычные звери, но и не элементальные существа. Как говорится, ни рыба ни мясо.

Ну и ещё совсем недавно я смог усилить своё тело при помощи духовной энергии. В отличие от живых существ, со мной это работает как-то иначе. Но Сань Юнь подтвердила, что я действительно перешёл на следующий этап.

Странность в том, что у меня усиливается лишь тело. У Ху Фуа же элементальная энергия, а уже она усиливает тело. То есть у меня элементальная сила и духовная энергия не хочет взаимодействовать, вот вообще никак!

Но учитель обнадёжила меня, сказав, что разберётся с этим.

— Не занят? — раздался незнакомый мужской голос. Почти сразу передо мной вспыхнул оранжевый энергетический шар с чёткой эмблемой Гео.

Это не могла быть Сань Юнь, у неё стихия Анемо, а здесь явно Гео. Но кто ещё, кроме неё, мог проникнуть сюда?.. Другие Адепты? Возможно. И всё же интуиция подсказывала мне одно имя…

— Моракс.

В ответ последовал короткий хмык, из которого трудно было понять, угадал я или нет.

Но следующие слова развеяли сомнения:

— Давненько меня так не называли, — в его голосе звучала усталость. — Всё реже кто-то решается произнести это имя вслух.

Энергетический шар начал пульсировать, излучая мягкие волны света. С каждой вспышкой он расширялся, становясь всё ярче, пока не заполнил собой всё пространство. Затем сияние стало сжиматься, линии света постепенно сложились в чёткий силуэт. И вскоре передо мной стоял мужчина, на вид лет тридцати.

Он был одет в тяжёлое одеяние, странное сочетание церемониального наряда и элементов доспеха. Подобное я видел впервые. В Ли Юэ так явно не ходят, хоть ткань и украшали традиционные символы. Его внешность тоже изменилась… он выглядел моложе. Черты лица стали мягче, но глаза… глаза остались прежними. Те же золотистые, пронзающие взглядом до глубины души. В них по-прежнему таились сила и мудрость, неподвластные времени. Даже если бы он предстал в облике ребёнка, то по одному лишь взгляду я бы узнал его. Этот взгляд не свойственен людям, и я не понимаю, как в каноне не могли его распознать.

— Простите, если прозвучало грубо, — произнёс я с невесёлой усмешкой. — Просто… я так давно ни с кем не говорил, кроме учителя и Ху Фуа, что невольно удивился.

Моракс смотрел на меня внимательно, и казалось его взгляд видит то, что недозволенно мне.

— Одиночество – тяжёлое бремя, — наконец тихо произнёс он, устремив взгляд куда-то вдаль. — Даже самые изысканные виды не способны заменить живого собеседника. Но скажи, — его зрачки вдруг вытянулись, словно у змеи, и в голосе прозвучала странная интонация, — станет ли твой путь яснее, если ты возложишь надежду на других?

Я в замешательстве уставился на него.

— Честно говоря, не знаю, какого ответа вы ждёте… Но все живые существа, так или иначе, социальны. От крошечных хомячков, способных погибнуть от одиночества, до гордых лебедей. Так что я не вижу ничего дурного в том, чтобы опираться на других и идти вперёд вместе с ними.

— Вот как, — по его голосу было невозможно понять, удовлетворил ли его мой ответ или нет.

— Хотя, конечно, есть те, кто прекрасно чувствует себя в одиночестве. У каждого свой путь. Но и в том, что мой может совпадать с чужим, я не вижу ничего предосудительного, — добавил я, чувствуя, как волнение и лёгкая нервозность пробираются в голос.

— Значит, ты уже нашёл свой путь? — его губы растянулись в улыбке.

Услышав это, я несколько секунд тупо смотрел на него пристально, не моргая и не двигаясь, затем тяжело выдохнул и отвернулся.

Подъёб засчитан.

— Чем Адепты отличаются от элементальных существ? — внезапно сменил тему Моракс.

Я снова не понял, к чему он клонит.

— Понятия не имею. Могу лишь предположить, что первыми появились элементальные существа, а уже из них все остальные. Значит, у них изначальная Ци, а у Адептов – духовная.

— Хм, в одном ты прав: элементальные существа действительно появились первыми на этой планете. Но есть нюанс, те создания и нынешние уже не одно и то же. Из-за вмешательства элементы изменились, они обрели особые свойства, — его голос оставался спокойным, но сами слова заставили меня насторожиться. — Именно поэтому я здесь, чтобы передать тебе одну технику, доставшуюся мне от знакомой. Наверняка ты слышал о Белой Лошади?

— Лишь легенды. И то не придавал значения, слишком много версий, больше похоже на художественный вымысел.

Я помнил о ней смутно, когда-то, ещё будучи в гавани, услышал оперу с ней, но она не запомнилась. Хотя историки подтверждают, что подобный Адепт действительно существовал. Правда, её легенды скорее напоминает мрачный триллер. Поэтому не стал покупать книги о ней.

— Она создала несколько техник и разбросала их по Тейвату для элементальных существ.

Он махнул рукой, и из света возник небольшой свиток. Я уставился на него с явной настороженностью. Ведь если хоть часть легенд о ней верна, то…

— Простите за прямоту, но она ведь создала их не из-за мести Небесам?

Моракс не ответил, но мне показалось, что я угодил прямо в точку.

Глава 64

Моракс произвёл на меня странное впечатление. После демонстрации силы у Руин Азазеля его фигура стала для меня почти священной. Сила, способная одним взмахом руки изменять ландшафты, казалась чем-то невероятным. Особенно если учитывать, что в прошлом мире такое было попросту невозможно. Да, в аниме, конечно, встречались персонажи, уничтожавшие даже целые планеты, но одно дело нарисованная картинка, и совсем другое увидеть это вживую. Несравненная мощь.

Сначала я едва мог собраться с мыслями в его присутствии. Но вскоре образ могущественной скалы будто растворился, и передо мной предстал уставший философ, просто ищущий собеседника. Он говорил спокойно, не давил своей аурой, а скорее напоминал человека, которого хочется слушать не только из-за знаний, но и из-за самой манеры речи. Мне же, чувствуя некоторую неловкость в разговоре с такой личностью, оставалось в основном молчать и впитывать его мысли.

Он разительно отличался от Венти, который, даже обладая силой, показался мне легкомысленным шутником, скрывающим серьёзность за игрой и смехом. Тем более сейчас, когда опасность больше не висит надо мной, я могу взглянуть на тот бой с Дурином иначе: он показал всю правду о защитниках Мондштадта. На поединок явились лишь двое. Да, Венти скорее выполнял роль поддержки, и я не исключаю, что после Катаклизма он был не в форме – это вполне логично. Так что к нему вопросов у меня больше нет. А вот Двалин и вовсе заслуживает восхищения. Ведь, рискуя собственной жизнью и душой, он вышел против столь ужасающего врага, и даже победил. А вот где были остальные защитники? Где Волк Севера, где Сокол Запада? Где бы они ни находились, они не явились помочь Мондштадту в момент смертельной угрозы. Так что прежде, чем поклоняться им, я бы хорошенько задумался.

И ещё меня поразила новость, которую Сянь Юнь поведала после моего ухода на закрытую тренировку. Оказалось, что суета среди аристократов в Мондштадте возникла не на пустом месте. Несколько лет назад Великий Магистр – один из защитников Мондштадта, известный как Лев Юга Арундолин, забрал элиту и покинул регион, отправившись в Каэнри’ах… У меня просто нет слов. Мондштадт и без того был ослаблен после Катаклизма, а аристократы только укрепили свои позиции. И вот в такой момент кто-то додумался увезти армию и бросить страну. Неудивительно, что в итоге аристократы решили свергнуть власть, ведь даже лидер врагов отсутствовал в Мондштадте. А самое ироничное то, что спустя пятьсот лет другой Магистр поступит точно так же.

Может, Венти и правда защищает страны по-своему? Иначе как Мондштадт вообще дожил до канона, ума не приложу…

Впрочем, ладно. После беседы Моракс ушёл, а я остался один со свитком. На ощупь его материал напоминал металл, словно золото переплавили с чем-то мягким, а затем вытянули из сплава тончайшие нити и соткали из них ткань. Прикосновение отдавалось лёгким холодком, а узоры на поверхности таинственно мерцали, переливаясь оттенками.

Текст был написан на незнакомом языке, и сперва знаки казались лишь хаотичным сплетением линий. Чем-то напоминали скандинавские руны. Но стоило мне всмотреться внимательнее, как внутри что-то дрогнуло. Трудно описать это чувство. Но, наверное, ближе всего – испуг. Словно сидишь спокойно, и вдруг кто-то неожиданно пугает тебя, из-за чего в груди вспыхивает резкий толчок. А затем возникло странное ощущение узнавания, будто я уже когда-то видел эти символы. И чем настойчивее я пытался вспомнить, тем яснее становился смысл написанного.

Возможно, это было следствием заклинания, вложенного в свиток. Его создательница вполне могла предусмотреть подобное. Но всё же я склонен думать, что причина кроется в моей собственной элементальной сущности. Ведь на миг я ощутил подлинную связь со свитком. А ещё… меня не покидает странное чувство: будто я вдруг овладел новым языком. Хотя «новым» его назвать трудно. Скорее, я будто всегда им владел, причем дольше, чем любым другим. Будто это и есть мой настоящий, родной язык.

Разобравшись с текстом, я углубился в его содержание и, признаться, уже с первых строк озадаченно нахмурился. По словам Моракса, здесь должна была быть изложена техника, однако чем дальше я читал, тем сильнее убеждался, что передо мной скорее сказка. Причём с банальными вступлениями вроде: «в далёкие времена…», «жили-были…» и прочими избитыми оборотами. Для такого свитка это выглядело слишком странно. Хотя, возможно, именно в этом и заключалась задумка: знания могли быть зашифрованы. Подобное встречается нередко, особенно в Ли Юэ. Да что там, в Ли Юэ это чуть ли не правило. Здесь редко говорят прямо, предпочитая метафоры и загадки. Благо хоть Ху Фуа не такая, и то, скорее всего, благодаря отцу из Мондштадта.

«Говорят, что в давние времена близняшки – три прекрасные дочери вождя, влюбились в таинственного странника, пришедшего из дальних земель. Но их отец, мудрый и суровый, решительно воспротивился этому союзу. Тогда странник вознамерился доказать свою силу и доблесть, ибо верил, что только так заслужит признания. Но не ведал он, что в обычаях того племени подобное считалось не подвигом, а дерзким вызовом самому вождю.

Так невинное чувство превратилось во вражду. Любовь обернулась ревностью, ревность – ненавистью, а ненависть в войну. Долго гремели битвы, и наконец странник одержал верх. Но победа его оказалась пустой: он потерял то, ради чего поднял меч».

Вроде бы всё ясно – история о любви, предательстве и печали. Однако уже следующий абзац о другом:

«И было – Ничто.

В безмолвии Ничто открыл Он очи свои, и пролился Свет. Так явился первый из миров, ныне зовущийся Царством Света.

Он вдохнул, и с дыханием Его возникла жизнь. И появились они – первые дети Изначального, хранители пламени бытия.

Возрадовался Изначальный, ибо был более не один. И пролил Он кровь свою на Свет, и Ничто расцвело множеством чудесных созданий.

Но раны Его остались открыты, и в глубоких трещинах плоти Его стали рождаться странные существа. Они не походили ни на первых созданий, ни на Самого Изначального. Их голод был беспределен, их сердца – пусты.

И пожрали они Изначального, разрушив плоть Его, и подчинили себе Царство Света. Из черепа Павшего сотворили они себе тронный чертог – Небесный Свод, обитель бессмертных властителей всего сущего.

А гнев, боль и утраченная надежда Изначального стекли в глубины Ничто, смешавшись с последними каплями Его крови. Так возникла Бездна – мрачное отражение Света, вместилище боли, разрушения и вечного голода.

И то, что осталось от тела Его, обратилось в землю, покрытую реками и морями, горами и лесами. Так родилось Царство Смертных, третий из миров – порождённый из скорби, но наполненный дыханием жизни».

История сотворения мира… Знания поистине удивительные, особенно если учесть, что достоверных сведений об этом не существует. Боги не спешат делиться подобными тайнами со смертными. Однако один момент вызывал сомнение: всё это было частью сказания о танце Солнца и Луны – именно так обозначался рассказ в свитке. Поэтому полностью полагаться на эти сведения вряд ли разумно. В тексте слишком много противоречий и метафор, и, скорее всего, сама история сотворения мира была переосмыслена и подана так, чтобы подстроиться под сюжет сказки.

Тем более уже в следующем абзаце повествование перескакивало к столкновению Царства Пустоты и Царства Света. Одно стремилось погасить сияние, другое – озарить тьму. Из этого противостояния и возникла сила, которую ныне зовут элементальной энергией. Она есть осколки самого Света, рассеянные по мирам и воплотившиеся в стихиях. Бездна же, напротив, является отголоском Пустоты – её дыханием, что вечно стремится обратить всё к первоначальному небытию.

То есть весь текст в свитке раздроблен на три отдельные части и скорее напоминал личный дневник. И, зная Ли Юэ, не исключено, что Адепт намеренно разделила знания, превратив их в своеобразное испытание. Поэтому вполне возможно, что в других свитках, о которых упоминал Моракс, скрываются недостающие фрагменты. Если собрать их воедино, откроется более цельная картина, хотя вовсе не факт, что она окажется истинной.

— Ли Юэ, конечно, прекрасный регион, но этот проклятый менталитет всё усложнять – сущий кошмар, — вздохнул я, прекрасно понимая, что меня наверняка слышат. По крайней мере, Сянь Юнь уж точно должна следить за мной. — Ну ведь можно же было изложить всё без противоречий, прямо и ясно… но нет. Каждую мысль непременно заворачивают в загадку, каждый факт – в метафору.

И всё же знания оказались по-настоящему ценными. Пусть это и не техника, как сказал Моракс. Однако именно они, похоже, помогли мне понять причину того, почему духовная Ци и элементальная энергия ведут себя столь странно в моём теле.

Если всё едино и произошло от…

— Нет, постой-ка… — я резко поднялся и направился в дом. Вскоре мои пальцы нашли нужную книгу, и страницы зашуршали, перелистываясь в стремительном ритме, пока не остановились на искомой главе. — Вот оно… В легендах северной страны говорится, что элементальная энергия – это лишь отражение света, подобное радуге на небе. Как же я мог забыть об этом?

В воздухе передо мной из инвентаря появилась стопка книг: от древних, с обветшалыми переплётами и пожелтевшими листами, до новых, ещё пахнущих свежей краской. Я аккуратно разложил их на столе, и страницы зашевелились от движения элементальных сил.

— Я слишком сосредоточился на Ли Юэ, словно лягушка в колодце, видящая лишь крошечный круг неба над собой. Я напрочь забыл о других землях и культурах. Ли Юэ, несомненно, древнейший из ныне существующих регионов, но ещё до Войны Демонических Богов не существовало привычного нам разделения на элементы. И тогда жили цивилизации, куда древнее, чем даже предания Ли Юэ осмеливаются хранить.

Сказки, легенды, мифы и романы… Я скупал их вовсе не ради познания, а лишь для коротания времени. Здесь нет интернета, а развлечений куда меньше, чем хотелось бы. Да и большинство этих книг написаны столь фантастично, что их трудно воспринимать всерьёз: прочитал на досуге, улыбнулся нелепости, а через недельку и вовсе забыл.

Но что, если в них скрываются ответы?

В моём прошлом мире я уже встречал множество пересечений мифов и легенд. Одна и та же огненная птица фигурировала у разных народов, лишь под иными именами. Вряд ли там существовала магия, и потому такая птица оставалась всего лишь мифом. Но ведь не могла она возникнуть на пустом месте. В древности истории переходили из уст в уста, от странника к купцу, от купца к каравану, от каравана к целому городу. Так и рождались легенды, складывались мифы, из устных рассказов они превращались в книги.

Но важно даже не это. Важно то, что у каждого сказания есть корень, первоисточник, отголосок чего-то, что действительно произошло. Если в моём прежнем мире магии не существовало, то здесь она реальна и ощутима. А значит, сказки, легенды и мифы, возможно, вовсе не выдумка, а послания прошлого, в которых заключена крупица истины. Люди пытались сохранить её для потомков, но время – самый лучший и коварный писатель истории. С каждым новым рассказчиком в повествование добавлялась крошечная деталь, искажавшая изначальный смысл. Так века за веком истина уходила всё глубже, скрытая под толщей фантазий и выдумок.

Но стоит лишь найти правильный ключ, и даже самые нелепые сказания могут обернуться картой, ведущей к истокам.

— Вот оно, — я положил палец на страницу книги, украденной у того мужчины из Бездны.

К ней у меня двоякое отношение. Автор явно питал лютую ненависть к Богам и с маниакальным упорством обличал их, выставляя не просто в дурном свете, а словно ничтожных существ, чья мудрость не стоит даже придорожного камня. Но ирония в том, что его слова источали ту же гордыню и слепую веру в собственную исключительность присуще фанатикам, для которых истина существует лишь тогда, когда совпадает с их убеждениями.

Я никогда не воспринимал этот труд серьёзно. А как иначе, когда после каждого информативного абзаца тонна насмешек и издевок?

И именно в ней описывался один метод, который высмеивал обладателей элементальной силы Тейвата, известный как «Проникновение Хаоса». Она заключается в том, чтобы использовать энергию Бездны для создания эффектов, подобных стихиям.

Иронично, конечно, что автор этим высмеивал «последователей» Богов. Но, по сути, этот метод был своеобразным костылём, позволяющим им использовать подобие элементальной энергии. Это всё равно что инвалид с протезом стал бы высмеивать здорового человека, заявляя: «У меня нога из титана». Поэтому я даже не дочитал книгу до конца.

Но суть в другом, в ней всё же описывался метод применения этой техники. И хотя я не собираюсь связываться с силой Бездны, но там как раз упоминается искажение света. Если метод действительно работает, значит, ключ к разгадке существует. Нужно пролистать другие книги, найти легенды и мифы, где упоминаются подобные явления, и сопоставить их между собой.

И, что удивительно, я действительно наткнулся на подсказку. В самой обыкновенной легенде о девушке, что бежала от тирана-возлюбленного и в конце концов была спасена Лунной Богиней, превратившей её в дерево. Подобных историй много, тот же миф о Лавре, например. Но здесь моё внимание привлекло не само превращение, а деталь – свет, отразившийся от Луны и обративший девушку в дерево. Опять свет…

Про Царство Света известно крайне мало. Говорят, это особое измерение, откуда в наш мир протекает элементальная энергия и приходят элементальные существа. Также существует версия, что оно находится под землёй. На это намекают Геовишапы, которые якобы начали выходить из-под земли, где долгое время оставались в спячке. А как я знаю из путеводителя они ушли в спячку как раз в Царство Света.

Но есть и другой любопытный момент. В книге, которую я прочитал по совету учителя, говорилось об Ирминсуле – перевёрнутое дерево, где его корни направлены к небу. При этом в книге фанатика Бездны утверждалось, что Пустота скрыта под землёй. И если сопоставить всё это с информацией из свитка, то выходит…

— Вот ведь дерьмо, — пробормотал я и бессильно рухнул на стул, ошеломлённый нахлынувшими догадками. А затем косым взглядом машинально скользнул к окну. За стеклом раскинулось ясное небо, и по нему неторопливо плыли лишь символы, перетекающие один в другой. — Чувствую себя сидящим на пороховой бочке.

Хотя нет… скорее уж на ядерной боеголовке, готовой рвануть в любую секунду.

И всё же одна деталь рушила мою догадку. Речь об отражении света. Ведь если Луна отражает свет, то это всегда свет Солнца. А значит, физически невозможно, чтобы Царство Света находилось внизу. Ведь логично предположить, что Солнце – это и есть Царство Света. Хотя… это магический мир, тут и не такое возможно.

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Чтoт меня занесло в какие-то дебри, — пробормотал я, протяжно выдохнув. — Нужно вернуться к изначальной цели. Конечно, приятно чувствовать себя теоретиком, наткнувшимся на невероятные открытия, но сейчас у меня куда более насущная задача – разобраться с Духовной Ци. А времени, — мой взгляд упал на импровизированные часы, — как назло, всё меньше.

***

Пространство вокруг стремительно покрывалось трещинами, словно тонкое стекло, готовое разлететься на осколки под невидимым давлением. Каждая новая линия вспыхивала бледным светом, предвещая скорое разрушение барьера.

Я вытянул руку и спокойно втянул в себя остатки Духовной Ци. Она закручивалась вокруг меня подобно воздушным потокам, мягко скользила по коже и беззвучно растворялась в глубинах моего тела.

Мне потребовались месяцы, чтобы научиться удерживать и соединять разные энергии в едином узоре. Первое время всё рушилось, словно тщетно пытался сплести воедино несовместимые нити. Но шаг за шагом я оттачивал метод, упрямо возвращаясь к неудачам и извлекая из них уроки.

И всё же книги сыграли немалую роль. Именно в них я нашёл подсказки, которые подтолкнули к нужной идее. Возможно, без них у меня ничего бы не вышло. Но, несмотря на это, я горжусь собой. Ведь метод, которым я владею сейчас, рождён мной с нуля, без наставлений, без готовых путей, без посторонней помощи.

Я направил Духовную Ци к Электро-частицам внутри тела, заставив её отражаться от них, словно луч света от зеркала. От одной частицы к другой, снова и снова. С каждым отражением энергия всё крепче сцеплялась с частицами, а в ней самой проступали элементальные следы. Резонанс усиливался, и Электро-частицы становились всё мощнее, откликаясь на каждое касание.

Даже Сянь Юнь попросила обучить её этому методу, и от этого внутри у меня зажглось странное чувство, смесь гордости и радости. Всё-таки ей несколько тысяч лет, и если даже она проявила интерес, значит, я действительно придумал что-то стоящее. Забавно, ведь сама техника на первый взгляд не такая уж и сложная.

Барьер трещал всё громче, и мне уже начинало казаться, что сквозь гул доносится голос Ху Фуа.

Глава 65

После возвращения реальный мир показался мне чуждым, словно я оказался здесь впервые. Почти такие же ощущения, как при самом первом пробуждении. Невероятный, сказочный мир. Даже элементальная энергия ощущалась иначе. Я так привык к Духовной Ци, что уже успел позабыть, насколько тепла и мягка сама элементальная сила, насколько живым и дышащим кажется этот мир.

Я стоял, наслаждаясь потоками элементальной энергии, мягко обволакивавшими моё тело. Словно бутон цветка, раскрывающийся навстречу утреннему солнцу… Хотя, если вдуматься, это было скорее похоже на ощущение после парилки, когда выбегаешь из бани в мороз, и холод обрушивается на кожу подобно тысяча тонких иголок.

В этот момент раздался лёгкий шорох одежды, и в меня буквально влетела Ху Фуа. Она без раздумий обвила руками, крепко прижимаясь.

— Я скучала... — на её лице мелькнула улыбка, но уже через пару секунд она сменилась лёгкой растерянностью. — Но зачем ты разрушил барьер? Ты ведь мог тренироваться там ещё месяц.

Барьер уже не мог больше снабжать меня Духовной Ци – её запасов едва хватало лишь на поддержание пространства. Но всё же в нём оставалось многое для тренировок: монстры, кузница, алхимический стол и небольшая библиотека.

— Ну не мог же я пропустить твой день рождения, — мягко сказал я, глядя ей в глаза.

Её губы дрогнули, и на лице одновременно отразились радость, смущение и упрямое желание скрыть улыбку. Затем она осторожно коснулась моих волос. За время пребывания в барьере они успели отрасти до неприличной длины, спускаясь почти до самого копчика, тяжёлой волной ложась мне на спину.

Я пытался как-то повлиять на этот процесс, но тщетно – волосы упорно росли, словно подчиняясь скрытой программе, доходя лишь до определённой длины и останавливаясь. Всё это началось ещё с моего превращения в элементальное существо, но тогда проявлялось не столь явно. Их рост стремительно ускорился после поглощения духовной энергии.

Ей Богу, чувствую себя какой-то местной версией Рапунцель…

Не то чтобы это доставляло мне серьёзные неудобства. Ко всему привыкаешь, а со временем и вовсе перестаёшь замечать, словно сигарету, небрежно оставленную за ухом. Да и мнение людей после двух лет уединения волнует меня меньше всего. Просто… в каком-то смысле это даже закономерно. Недаром у сильных обладателей Глаза Бога волосы всегда длинные. Считается, что они служат проводниками энергии, из-за чего у них кончики окрашиваются в оттенок стихии – это, можно сказать, показатель силы человека. А у некоторых и вовсе начинают сиять от её избытка, и таких лучше избегать, поскольку они вышли за грань человеческих возможностей.

Наглядный пример – Ху Фуа. Сначала её волосы были обычного оттенка, хотя даже тогда её тело уже было насыщено огромным количеством элементальной силы. Позже, когда мы встретились в барьере, кончики её волос окрасились в красный – цвет её Пиро-стихии. А теперь они едва заметно светятся, что ясно указывает на духовную энергию, благодаря которой она смогла выйти за грань человеческих возможностей.

Ну а мои волосы всегда излучали мягкое голубое сияние ещё с тех пор, как я только пробудился в этом мире, как своеобразный знак моей необычности. Правда, сияли не так сильно, лишь отдельные пряди, едва заметные из-за короткой стрижки. Но после того как я стал элементальной сущностью, их оттенок изменился, окрасившись в фиолетовый – цвет Электро-стихии, и свечение стало гораздо ярче, из-за чего это уже невозможно спрятать. Впрочем, оно проявляется лишь в моменты, когда использование энергии достигает особой интенсивности.

Если их подстричь, то я потеряю часть энергии, ведь, по сути, мои волосы состоят из неё. Но как только запас восстановится, они снова отрастут. На это уйдёт всего пару минут – энергии там не так много.

Вот такая вот безнадежность.

— Они такие мягкие, я даже немного завидую, — хмыкнула Ху Фуа, чуть отстранившись, но всё ещё удерживая локоны моих волос. Причём именно за ту часть, что слабо пульсировала элементальной энергией.

— Ага, теперь я всё больше похож на девушку, — фыркнул я, усмехнувшись от нелепости собственных слов.

Однако вместо ожидаемой улыбки на её лице промелькнула тень задумчивости. Она задержала взгляд, словно изучая меня заново, и медленно покачала головой.

— Я бы так не сказала, — тихо произнесла Ху Фуа. — Твои черты лица остались прежними, но... глядя на тебя, никто не усомнится в твоём поле. Я не знаю, как правильно это объяснить, поэтому...

С этими словами она достала откуда-то небольшое зеркальце и протянула мне. Первые секунды я лишь смотрел на неё с недоумением, мол, серьёзно? Но затем всё же заглянул в отражение, и тут же застыл, ошеломлённый увиденным.

Ху Фуа оказалась права. Черты лица остались прежними, но выражение… чужое. Холодный, пронизывающий, почти нечеловеческий взгляд. У людей, да и у большинства живых существ, зрачки то расширяются, то сужаются, веки едва заметно дрожат, уголки глаз выдают эмоции. Всё это вместе и создаёт то, что называют живым взглядом.

Но у меня глаза были другими. Зрачки оставались неизменно чёткими, словно вырезанными из камня, без малейшего намёка на естественные колебания. Веки двигались только тогда, когда я сознательно заставлял их это делать, и оттого выражение лица выглядело застывшим, будто у статуи. Улыбка также исчезла, уступив место суровости. Прямо как на тех старых фотографиях, что я однажды видел в интернете: лица людей до и после ссылки в Сибирь. Вот что делают два года одиночества…

Страшно, очень страшно…

Я ухмыльнулся и сразу тяжело выдохнул, поймав в отражении то выражение, с которым лучше людям на глаза не показываться. С таким лицом меня легко принять за какого-то надменного красавчика, который только и думает, как бы подкинуть гадость. Только глаза пугающе острые, прям настоящий смазливый демон из женских романов.

Нет, правда. В лучшем случае меня примут за демона, в худшем за призрака. Вопрос только один: найдутся ли безбашенные, которые рискнут со мной поболтать?

— М-да уж… и как ты не испугалась? Я же прям ходячий призрак, — хмыкнул я.

Она вдруг улыбнулась, хитро прищурившись.

— Поверь, до призрака тебе далеко, — её голос стал тихим, почти перейдя на шёпот. — Их лица навсегда застывают в том состоянии, в каком застала смерть. И однажды я встретила призрака, которого в момент смерти пережёвывала огромная птица. Поверь, он жалел, что боролся. Его тело было так исковеркано, что смотреть на него было невозможно.

Безбашенная… нашлась. Видимо, судьба.

Ах да, я ведь совсем забыл, что она предок Ху Тао. Хотя, если быть точным, это, пожалуй, не совсем верно. Ведь, если моя теория правильна, именно её младшая сестра станет прямым предком будущей хозяйки похоронного бюро. Но вот как тогда правильно определить родство Ху Фуа с Ху Тао – я не знаю. Поэтому пусть будет «предком».

И, похоже, это семейное. Хотя всё же стоит признать, что у Ху Фуа не так с этим плохо. Только иногда как выдаст, и сразу понимаешь: «ага, они – родственники».

Впрочем, она явно ожидает увидеть на моём лице страх или хотя бы тень отвращения, но… увы. Я два года шинковал монстров в барьере, среди которых были и люди. Между прочим, если надеть на хиличурлов мешок на голову, сойдёт за темнокожих.

Я не стал реагировать на её слова, и она едва слышно вздохнула. В её взгляде мелькнула тень разочарования, и это внезапно вызвало во мне желание прижать её к себе. А когда Ху Фуа нарочито надула щёки, пытаясь изобразить обиду, то я всё же не выдержал и приобнял, вызвав у неё мелодичный смех.

Наши волосы соприкоснулись в том месте, где они слегка светились, и внезапно раздались тихие хлопки. Но вместо паники это лишь вызвало у нас смех.

Удивительно, как переплетаются стихии Пиро и Электро. Формально наши силы несовместимы, но при столкновении они резонируют, создавая нечто большее, чем просто взрыв. Я уже понял, что ссылаться на школьную физику здесь бессмысленно – моих знаний явно недостаточно. Местная природа энергий уходит куда глубже всего, что я изучал в своём мире. Именно поэтому особенно интересно разобраться, как этот процесс устроен на фундаментальном уровне, если учитывать саму структуру элементальной энергии.

Правда, пока я сам не обрету другую стихию, вряд ли удастся серьёзно продвинуться в этом направлении… Но сейчас хотелось бы отложить эти мысли в сторону. После двух лет обучения мне прежде всего нужно освежить разум. Всё же дух искателя приключений по-прежнему тянет меня в путь. Нужно наконец-то довести до конца исследование Руин Азазеля…

К нам подошла Сянь Юнь.

— Молодец, — коротко кивнула она, поправив очки. Но лёгкая улыбка всё же скользнула по её губам. Впрочем, лишь на миг, быстро сменившись привычной строгостью. — Теперь можно переходить к настоящим тренировкам.

— Серьёзно? — я уставился на неё с недоверием. — Я только что завершил двухлетнюю уединённую тренировку…

— И что с того? — сурово перебила учитель, скрестив руки на груди. — Всё это была лишь подготовка к освоению Духовной Ци!

Мне ведь даже толком отдохнуть не дают. А я бы с куда большим удовольствием просто прошёлся сейчас по гавани вместе с Ху Фуа, слушая шум волн и её лёгкий смех. А потом, может быть, мы отправились бы к тому самому озеру.

Эх…

Но даже если забыть про отдых, то на гавани мне необходимо пополнить ресурсы. Поскольку за два года мой инвентарь полностью опустел. Да и книги нужно закупить, особенно из Сумеру. Туда я собираюсь отправиться чуть позже. Всё-таки этот регион считается страной мудрости. Где ещё я смогу почерпнуть для себя что-то новое?

Тем более, если вспомнить канон, недавно в Сумеру додумались запечатать Дендро Архонта. Причём сразу после её перерождения. То есть, на минуточку, ребёнка. А всё из-за кучки самодовольных ублюдков, возомнивших, будто именно они имеют право решать, каким должен быть Архонт.

Ладно бы речь шла о некоторых других Архонтах – тут я ещё мог бы понять. Тот же Венти или Эи. Один – беззаботный разгильдяй, который явно что-то скрывает, и из-за этого выглядит хуже, чем есть на самом деле. Вторая – по своей природе воин. Эи никогда не было дела до правления. Да, ради сестры она всё же создала Сёгуна, но, зная канон, это больше похоже на попытку отмахнуться от этого. Вот только у них обоих есть сила. А вот Дендро Архонт пожертвовала всей своей жизненной энергией ради спасения народа, лишилась воспоминаний и превратилась в маленького беспомощного ребёнка. И что сделали её «мудрые» последователи? Правильно – дружно стукнулись головой о каменную стену и постановили: «Ребёнок у власти и олицетворяет мудрость? Фу, недопустимо!»

По сути, люди свергли собственного Бога именно тогда, когда она была максимально уязвима. Но если честно, то формально это не моё дело. Да, они запечатали ребёнка на пятьсот лет, а без вмешательства главного героя может, и навечно. Но трагедий в этом мире и без того хватает, куда более мерзких и обыденных. Вот взять медицину: по-настоящему она доступна только богатым. Остальным же – как повезёт. В итоге детская смертность колоссальная. И вместо того чтобы бороться с неравенством или менять систему, люди клепают детей пачками, в надежде что хоть кто-то выживет. А когда эти дети подрастают, перед ними открываются аж два пути: работа на полях или продажа. Только продавать будут не они, а их.

Так что да, Нахиду жаль, но её проблема далеко не самая страшная, и не предполагает спешки. Поскольку даже если освободить её сейчас, то ничего по-настоящему не изменится. Нахида в своём нынешнем состоянии едва ли способна управлять страной. А исчезнут одни ублюдки, то на их место тут же вылезут другие. Так ещё её освобождение – это полноценный переворот. И в случае неудачи я создам для Ли Юэ и учителя проблемы.

Я уже видел, чем может закончиться непродуманное вмешательство. В Мондштадте всё обошлось лишь чудом, благодаря появлению Дурина. Но, по сути, мог спровоцировать конфликт между странами. Ведь именно я несу ответственность за гибель тех людей. И именно на мне лежит ответственность за гибель тех людей. Обстоятельства не имеют значения, ведь в итоге пострадали невинные.

Со спасением Нахиды может случиться то же самое. Поэтому лишние проблемы мне ни к чему. Если уж лезть в Сумеру и освобождать Архонта, то только подготовленным. Так что «позже» – может настать через пару лет.

Я ведь не главный герой, которому всё само сыплется в руки: союзники, удача и сила. Стоит один раз оступиться, и меня раздавят, даже не заметив. А уж влезть в открытую войну с целым регионом? Звучит как отличный способ превратиться в мокрое пятно. Там ведь наверняка найдутся личности, которые сотрут меня с лица земли одним ленивым взмахом руки.

Даже несмотря на то, что я уже обрёл власть над духовной энергией, мой статус по-прежнему выглядит смешно для многих сильных мира сего. Формально я всё ещё числюсь низшим элементалем. Да, у меня огромный объём энергии, куда больше, чем у других… но этого недостаточно.

Вспоминаю записи о слаймах, чьи размеры можно было сравнить с целой горой. Казалось бы, живой апофеоз силы, чьё одно лишь движение способно содрогнуть недра планеты. Но на деле это всего лишь гигантский воздушный шар, только наполненный не воздухом, а элементальной энергией. Одна «иголка», и от великана остаётся лишь слизь. Зато встречаются слаймы куда меньших размеров, но уже с рогами, каменистой шипастой бронёй и прочими признаками эволюции. Вот таких так просто не одолеешь. И всё же, несмотря на явные отличия, они всё ещё числятся низшими элементалями… просто стоящими в шаге от эволюции.

Если бы не моё тело, то я мало чем бы отличался от того гигантского слайма. И, возможно, ответы эволюции как раз скрыты в Сумеру. Ведь в книгах учителя упоминается, что Дендро Архонт имеет связь с Ирминсуль, а моё тело создано из его мёртвых корней.

Хотя к самому Сумеру у меня отношение двоякое. Если честно, в игре он меня даже разочаровал. Почему именно – уже не помню, но зелёная часть страны раздражала. А вот пустыня… совсем другое дело. Просторы, барханы, тайны… Помню, как просто забил на основной сюжет и неделями бродил по пескам, исследуя руины.

Да уж, знай я, что всё обернётся именно так, играл бы до конца, а не бросал на полпути. Хотя бы внимательно проходил, не пропуская диалоги и книги. Но, с другой стороны, теперь этот мир передо мной живой и настоящий, и интерес к нему только сильнее. Я действительно хочу исследовать его.

Вдруг Сянь Юнь рассмеялась – звонко и искренне. Я невольно уставился на неё, забыв обо всём. Впервые за всё время я видел, как она смеётся по-настоящему. И улыбка ей шла удивительно хорошо, делая её другой – живой.

Ху Фуа тоже не удержалась и быстро подхватила её смех, и от этого мне стало как-то неловко. Словно кто-то рассказал очень смешную шутку, и лишь я её не понял.

Позже Ху Фуа объяснила, в чём было дело. Оказалось, учитель просто решила подшутить надо мной, и вовсе не собиралась сразу возвращать меня к тренировкам. Но вместо ожидаемой бурной реакции я так глубоко ушёл в свои мысли, что даже когда Сянь Юнь не выдержала и рассказала всё напрямую, я никак не отреагировал. И в конце концов сама же расхохоталась.

— Простите, ушёл в свои мысли, — вздохнул я, чуть покачав головой и перевёл взгляд на учителя. — Если речь об отдыхе, то сколько времени нам отпущено?

— Уже есть планы?

— Пока лишь намерения, — усмехаюсь. — Но чтобы их превратить в планы, нужно хотя бы знать, сколько у меня есть времени.

Сянь Юнь на миг задумалась, а затем она покачала головой, словно стараясь отогнать навязчивые мысли, и вздохнула. В уголках её губ мелькнула лёгкая, почти незаметная улыбка.

— Три месяца. Думаю, этого вполне достаточно, — кивнула она и соткала из Анемо-частиц плотную сферу. Вокруг неё парили странные символы, напоминавшие то ли ноты, то ли витиеватые арабские буквы. — Вы ведь собираетесь в гавань Ли Юэ?

— Я бы хотела повидать родителей и сестрёнку… — с лёгкой грустью произнесла Ху Фуа и бросила на меня косой взгляд, словно решающее слово оставалось за мной.

— Конечно. Думаю, трёх месяцев хватит и для дел, и для семьи, — стоило мне сказать это, как учитель протянула мне сферу.

— Тогда передайте её Гань Юй. Понимаю, вы не знакомы… Но поверьте: она уже знает о вас и, скорее всего, будет ждать.

После этого Сянь Юнь принялась описывать внешность Гань Юй. И если бы я не знал по игре, как та выглядит на самом деле, то решил бы, что искать предстоит семилетнюю школьницу, которая всего боится, но изо всех сил старается казаться прилежной.

Вот уж действительно занятно. Даже интересно стало, как мы выглядим в её глазах. Как дети? Вполне вероятно, учитывая что даже Гань Юй, которой несколько тысяч лет, для неё лишь ребёнок.

Я вздохнул и посмотрел в сторону гавани Ли Юэ.

Значит Гань Юй, да?..

Глава 66

Родная гавань… Как же я истосковался по ней. По гомону и крикам, что сливаются в единый хор, по резкой ругани и смеху, по аромату выпечки, витавшему в воздухе, и по тому неповторимому чувству живой, пульсирующей жизни.

— Смотри, именно здесь мы впервые встретились, — мягко улыбнулась Ху Фуа, когда мы медленно проходили мимо знакомых мест. — Ну… или не совсем…

Её щёки тронул лёгкий румянец, а в глазах промелькнуло смущение.

— Понимаешь, я долго не решалась сказать… Но сейчас понимаю, что глупо скрывать. На самом деле мы впервые увиделись в порту, когда ты только прибыл в Ли Юэ. Ты тогда стоял такой заворожённый, а я… — она робко улыбнулась, потупив взгляд. — Я тоже была заворожена.

Ху Фуа окончательно смутилась. Правда уже через пару глубоких вдохов она вернула себе внешнее спокойствие. Только кончики её волос едва заметно колыхались Пиро-частицами, и выдавали бурю чувств, которая пульсировала внутри неё.

— С тех пор я часто наблюдала за тобой издалека, — продолжила она, чуть улыбнувшись. — А потом я решилась придумать тот план с письмом… просто, чтобы найти повод заговорить с тобой.

Я вдруг понял, что улыбаюсь.

Всегда приятно ощущать чью-то симпатию. Особенно когда это не случайный человек, а тот, кого уже считаешь близким.

— Тебе это удалось, — кивнул я. — Хотя, знаешь, ты могла просто подойти. В то время все меня обходили стороной. Всё-таки гавань – место для богатых и купцов, которые, мягко говоря, не горят желанием общаться с простолюдинами. А я ещё и выделялся, да к тому же из другой страны… — вздыхаю, вспоминая взгляды людей.

Особенно ровесников. Старшее поколение относилось ко мне более или менее нормально, и это неудивительно: во время Катаклизма даже враги становились товарищами. А вот новое поколение оказалось куда более высокомерным. Причину этого я не знаю. Возможно, всё дело в том же Катаклизме. После трагедии, скорее всего, люди стали слишком опекать своих детей, и те выросли… такими. Но это всего лишь моя догадка. Да и Ху Фуа всё же другая. С другой стороны, неприятные взгляды я ловил в основном от парней… Так что не уверен, что там такое. Ли Юэ – регион довольно странный, зато красивый.

— Я был бы рад любой компании… но особенно такой очаровательной, — добавил я, улыбнувшись.

— Хе-хе… возможно, — Ху Фуа неловко рассмеялась и отвела взгляд. — Ты даже не представляешь, как тогда колотилось моё сердце. Но, несмотря ни на что, я была счастлива… из-за чего выдала ту идею с крышей. А потом, конечно, ругала себя за глупость.

Она на мгновение замолчала, а потом робко подняла на меня взгляд. И как не обнять такую милашку? Особенно когда так и просится.

Правда всё же весьма неожиданно, что Ху Фуа уже тогда проявляла ко мне интерес. Я ведь думал, что это началось из-за пережитого во время руин… а оказывается вот оно как.

— Три года прошло… — тихо начал я, но осёкся, заметив приближающую фигуру.

Ху Фуа тоже уловила движение и обернулась.

К нам приближалась Гань Юй. Спутать её невозможно ни с кем другим, даже несмотря на то, что сейчас на ней совсем другая одежда. Лёгкий ветер играл прядями её небесно-голубых волос, а тёмные, иссиня-чёрные рога с алыми узорами мягко поблёскивали в солнечных лучах. Они настолько красивы, что нет ничего удивительного в том, что местные жители принимают их за изысканное украшение. Эти рога и волосы – яркое свидетельство её божественного происхождения, знак крови Цилиня.

И, честно говоря, ума не приложу, как вообще мог появиться потомок Цилиня и человека. Эти существа не от мира сего. Даже в книгах Сянь Юнь они описывались как создания, которые, мягко говоря, наивные добряки. К тому же их мало что интересует, кроме еды, а питаются они в основном цветами.

Известно, что исследователи, желавшие изучить Цилиней, специально омывались в горных реках и надевали одежды из цветов. И только тогда звери, несмотря на свой ум, а Цилини невероятно умные существа, позволяли к себе приблизиться. Стоило же показаться в обычной одежде, как они тут же исчезали.

Ходит даже байка, что эти божественные звери настолько увлечены едой, что самки во время размножения выделяют особые феромоны с запахом цветов – даже думать не хочу, с чего люди это взяли, поскольку иначе напрашивает закономерный вывод о происхождение Гань Юй.

Ну а так да, очень красивые создания. Я бы хотел их увидеть в живую, а не на иллюстрации.

Впрочем, и в человеческом облике Гань Юй мне по душе – необыкновенно красивая девушка невысокого роста, с тонкой талией, средней грудью и округлой попкой. От неё так и веет невинностью и добротой. И, признаться, я даже рад, что на ней сейчас другая одежда. Ведь её привычный игровой наряд… развратный, прямо в духе Сянь Юнь. Облегающая тёмная материя, почти неотличимая от кожи, и вместо нормальной юбки – пара кусочков ткани, прикрывающих попу и пах. В игре это ещё терпимо: детализация смазана, и всё смотрится условно. Но в реальности подобное выглядело бы откровенно пошло. По сути, грудь на показ.

Понятно, что тот наряд, скорее всего, был создан Сянь Юнь, которой чужды человеческие представления о приличиях. Да и чего учителю бояться? Ни нападений, ни осуждений она не страшится, а потому одевается исключительно так, как самой вздумается.

Хотя девушки в Геншине и впрямь отличаются смелостью в выборе одежды. Да и в этой эпохе, с её суровыми нравами, мне уже довелось встретить нескольких обладателей Глаза Бога, которые, мягко говоря, тоже не слишком заботились о навязанных нормах приличия.

И, если так подумать, то большинству девушек приходится носить то, что навязывает общество, из страха. А те, кто сильнее, могут спокойно поставить на место любого наглеца. К тому же в эту эпоху женщин нередко считают чуть ли не собственностью: запретов и ограничений столько, что иной раз, кажется, будто речь идёт о служанках. Поэтому, обретая силу, они психологически рвут эти цепи. Ведь с Глазом Бога для них открыты почти все двери, и можно уже не задумываться о том, что скажут соседи или предки.

К тому же я заметил, что обладатели Глаза Бога стремятся выделиться. И это, скорее всего, тоже отражается в их выборе одежды.

Но всё же некоторые в этом перебарщивают. Взять хотя бы ту розововолосую странницу: грудь у неё огромная, фигура подтянутая и соблазнительная, а ходит она едва ли не в бикини. И не в пляжном, а скорее из секс-шопа. Зачем? Наверное, ей так нравится. Но где хотя бы элементарные нормы приличия?

Нет, смотреть на это, конечно, приятно. Я даже спорить не буду. Но если представить мужика в стрингах, спокойно идущего по улице… то ну его к чёрту.

— Ах, наконец-то вы прибыли, — произнесла Гань Юй, приблизившись к нам. Её голос оказался таким же мягким и нежным, как и она сама. — Я так рада нашей встрече. Моё имя Гань Юй. Я главный секретарь Павильона Лунного Моря и старшая ученица Хранителя Облаков.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Ху Фуа, а его – Цин Лун, — представила нас Ху Фуа.

Я слегка кивнул в знак приветствия и раскрыл ладонь. В воздухе над ней закружились искорки, собираясь в сферу. Она мягко переливалась светом и, словно узнав Гань Юй, откликнулась на её присутствие – Анемо-частицы потягивались к ней.

— Учитель велела передать это тебе, — произнёс я.

Она осторожно приняла сферу, словно нечто хрупкое и бесценное.

— Это действительно энергия учителя… — прошептала Гань Юй.

В тот же миг сфера задрожала, её поверхность раскрылась, словно лепестки лотоса, и появилась жемчужина. Она мягко переливалась всеми цветами радуги, отбрасывая разноцветные блики на лица и одежду вокруг.

От жемчужины исходила не просто сила, а настоящая мощь. Обычно энергия для простых смертных невидима, пока не достигнет высокой концентрации. Но здесь само пространство будто искривлялось под её давлением. В этом было что-то завораживающе красивое: радужный свет мягко пульсировал изнутри, а внешний преломлялся, образуя вокруг жемчужины сияющий ареол.

Гань Юй при этом не выглядела удивлённой, словно уже не раз держала в руках нечто подобное.

— Жаль, что Учитель сама не явилась… — тихо пробормотала она, не сводя сосредоточенного взгляда с жемчужины. Потом вдруг подняла глаза на нас, и в этот момент из её губ сорвалось тихое «ой», словно только сейчас вспомнила, что рядом не одна.

Ху Фуа вздрогнула, до этого заворожённо следившая за переливами света.

— Прости… — Гань Юй смутилась.

— Ничего страшного, — мягко улыбнулась Ху Фуа и, чуть наклонив голову, спросила: — Что это такое?

— Пилюля Семи Туманов, — ответила Гань Юй. — Она создана из крови Адепта и служит для привлечения тёмных эманаций павших Богов.

От этих слов я впервые за долгое время почувствовал испуг. Не зря ведь другое название Ли Юэ – кладбище Богов. И если вся эта сила вдруг обрушится на гавань…

— Ох, не стоит переживать, — поспешила добавить Гань Юй, заметив моё выражение. — На пилюле наложена особая защита.

Но легче от этих слов не стало. Словно я сейчас нахожусь рядом с готовой к запуску ядерной боеголовкой. А может, даже хуже.

Нет, я прекрасно понимаю, что энергия Адептов неизбежно притягивает эманации павших Богов. Раз уж ступил на этот путь, то заранее рассматривал и плюсы, и минусы. Но всё же не думал, что буду перевозить такую опасную вещь.

Вот спасибо, учитель…

Всё началось ещё во времена Войны Демонических Богов, когда Адепты встали на сторону Моракса. Вместе с Властелином Камня они сражались и уничтожали враждебных Богов. Но с гибелью тех ярость и боль не исчезали. Обида, злость, отчаяние и проклятия в последние мгновения существования павших Богов превращаясь в катаклизмы. А со временем эти сгустки принимали формы, став теми, кого люди привыкли называть демонами.

Хотя, по сути, «демоны» – это всего лишь разновидность Духов. Но большинству людей, которые не стремятся вдаваться в подробности, проще свалить всё в одну кучу. Особенно под влиянием других стран. Точно так же, как в кельтской мифологии моего мира все волшебные существа оказались объединены под «Феи».

На самом же деле демоны – это духи, которые пошли против естественного порядка, нарушили закон судьбы или небесное предначертание. Самый наглядный пример – Сунь Укун.

И людей, похоже, ничуть не смущает, что сам Моракс, как и другие Архонты, относится к Демоническим Богам. Но удобнее ведь переписать историю. Поэтому в некоторых современных книгах «Война Демонических Богов» уже фигурирует под иным названием: «Война Архонтов», без лишних подробностей.

Короче говоря, эта пилюля способна притянуть к себе практически любой катаклизм, от смертоносных эпидемий и искажений в природе до орд монстров. И потому опасность от неё трудно даже представить в полной мере.

— Но зачем тебе столь опасная вещь? — осторожно спросила Ху Фуа, уже не так заворожённо глядя на жемчужину. В её голосе слышалось недоумение, смешанное с тревогой.

— Вы не знаете? — Гань Юй на миг удивлённо вскинула брови, но почти сразу всё поняла. — Ах да, вы ведь только недавно завершили тренировки и ещё не в курсе. Мы собираемся использовать пилюлю как приманку, чтобы запечатать тёмные эманации в долине, где недавно развернулась битва Властелина Камня. И ответственность за установку лежит на мне.

Услышав это, я тяжело вздохнул.

Бедная долина… Сначала там сошлись в схватке Моракс и Древний Король, а теперь её недра хотят превратить в тюрьму для тёмных эманаций. И это далеко не первый раз, когда на это место обрушиваются трагедии. Если память меня не подводит, в старых хрониках тоже упоминалась та самая долина. Во времена Войны Демонических Богов там произошло нечто странное: то ли погиб, то ли был запечатан один из Адептов. Прошло слишком много времени, и теперь почти ничего достоверного не известно. Даже о самой долине я знаю лишь из одной книги, посвящённой искусству кузнецов. Там упоминалось, что её жители когда-то славились как мастера непревзойдённого уровня. Их оружие и доспехи считались чуть ли не равными творениям Адептов.

Но после той катастрофы им пришлось покинуть родину и переселиться ближе к морю. Их великая кузня, некогда гордость всего Ли Юэ, оказалась то ли заражена эманациями, то ли безнадёжно разрушена в сражении.

Да уж…

— Мы можем помочь? — неожиданно спросила Ху Фуа, нарушив тяжёлое молчание.

Я хмуро посмотрел на неё.

— Давай в этот раз не будем вмешиваться в чужие дела, — проговорил я, скрестив руки на груди. — В прошлый раз из-за нас им пришлось несладко. И к тому же… это явно не наш уровень.

— Не стоит, — мягко ответила Гань Юй, едва заметно улыбнувшись. — Я ценю вашу готовность помочь, но это задание действительно слишком опасное.

Ху Фуа опустила глаза, её брови чуть дрогнули, выдавая досаду. Она не возразила, но по тому, как её пальцы нервно перебирали край рукава, было понятно, что ей сейчас неловко. Я же лишь коротко кивнул. Иногда лучше признать пределы собственных сил, чем безрассудно пытаться прыгнуть выше головы и угодить в пропасть.

— Я… заказала столик в ресторане, — после небольшой паузы Гань Юй вновь заговорила, явно стараясь разрядить атмосферу. — Надеюсь, вы не отвергнете моё приглашение и составите мне компанию.

Ресторан… оказался тем самым, в котором я когда-то любил проводить время. Уютное место, где можно было спокойно поесть, выпить нормального чая. Но после случая с охраной я перестал сюда ходить.

Ху Фуа из богатой семьи, и таскать с собой мешки моры для неё попросту неудобно. В подобных элитных заведениях всё обычно решается иначе – ресторан отправляет счёт на имя клиента. Но та наглая официантка заявила, что платить должен именно я. И сделала это на весь зал, так, словно я какой-то проходимец, пытающийся поесть за счёт девушки. Естественно, после такого я сюда и не захаживал.

Вроде как Ху Фуа после возвращения с руин наведалась в ресторан, чтобы разъяснить ситуацию, но мне уже это было не столь интересно. Поэтому чем всё закончилось я так и не узнал.

— Тебе не нравится это заведение? — насторожилась Гань Юй, уловив моё настроение. — Здесь отличная кухня, и я хотела бы, чтобы этот вечер оставил только приятные воспоминания.

Я покачал головой.

— Сам ресторан мне нравится. Но вот персонал… — вздыхаю. — Хотя прошло уже три года, и, возможно, многое изменилось.

Изменилось… Первое, что бросилось в глаза, – новая охрана. По крепкому телосложению и шрамам сразу было видно, либо бывшие солдаты, либо закалённые в боях искатели приключений. Они лишь коротко кивнули нам. Хотя, судя по взгляду, Гань Юй они узнали, но не стали подлизаться, как это любят делать некоторые местные. Но, как бы то ни было, внутри перемены ощущались ещё сильнее. Персонал сменился кардинально: вместо красивых юных официанток лет двадцати теперь работали женщины постарше с лёгкими морщинками. Все они были облачены в строгие традиционные наряды Ли Юэ.

Но, к счастью, кухня осталась прежней. И первым делом я, естественно, заказал черный чай с молоком.

— Какое же блаженство, — улыбнулся я, чувствуя во рту сладковатый вкус молока Нефритового Марала – редчайшая и непозволительная роскошь.

По сути, это всего лишь молоко, только чуть жирнее и слаще коровьего, с лёгким оттенком мёда. Но Нефритовые Маралы – животные крайне капризные и невероятно требовательные в уходе. Стоит чуть не рассчитать с кормом… Известны случаи, когда эти звери в ярости убивали собственных хозяев. Так они ещё и ко всему прочему плотоядные. Поэтому лишь немногие решаются разводить их, и цена на такое молоко зашкаливает, из-за чего позволить себе его могут разве что богачи. Но всё же попробовать стоило, особенно теперь, когда больше не нужно тратить деньги на снаряжение. Всё благодаря Сянь Юнь и её удивительной одежде Адепта.

К слову, стоит заглянуть в гильдию, и забрать накопившиеся вознаграждения за задания, которые я выполнял во время путешествий. И заодно выяснить, по какой причине меня вообще повысили в ранге год назад. В то время я находился в уединённой тренировке и долгое время не выполнял задания гильдии. Обычно за такое понижают, а тут повысили.

— Испортить изысканный вкус чая и наслаждаться этим… какое невежество, — раздался вдруг женский голос у меня за спиной.

Я нахмурился и медленно обернулся. В следующий миг едва не открыл рот от изумления, встретившись с парой слишком знакомых глаз. Узнать их я мог бы где угодно. И если бы не они, то ни за что бы не догадался, что передо мной сам Гео Архонт. Тем более… в таком неожиданно красивом облике.

— Властелин… — Гань Юй уже открыла рот, но Моракс тут же осадил её лёгким движением ладони. Он явно не хотел привлекать внимание присутствующих. Впрочем, иначе бы не выбрал женский облик.

Моракс присоединился к нам, но каждый раз бросал на меня косой взгляд, стоило мне лишь потянуться к чашке с чаем. Казалось, он готов в любую секунду отобрать её из моих рук, словно я совершал святотатство, смешивая изысканный вкус напитка с «оскверняющей» примесью молока.

Вечер будет долгим, а ведь ещё к родителям Ху Фуа идти…

Глава 67

После ресторана мы довольно быстро распрощались с Гань Юй и Мораксом, а затем направились к дому Ху Фуа. Честно говоря, такого неловкого чувства я не испытывал уже давно. Всё-таки Моракс настоящий фанат чая. Он даже воду для заваривания выбирает особую, собранную в строго определённое время и в нужном месте. Прям Бог Чая, а тут я, со своим молоком… Наверное, в уме он проклял меня дюжину раз, если не больше.

И всё же я был рад, что он пришёл. За столом разговор неожиданно коснулся о моих растрёпанных длинных волосах. И тогда Моракс поделился одной техникой. Хотя «поделился» – не совсем точное слово. Он попросту взял и вложил её прямо в мою голову, даже не дав времени опомниться или задать вопросы.

Теперь я могу менять причёску как угодно: хоть превратиться в Рапунцель с метровыми косами, хоть в Майора Пэйна с идеально выбритым затылком. Удобство невероятное, но я почти уверен, что дело не только в волосах. Вряд ли Гео Архонт стал бы делиться подобной техникой ради пустяков. Скорее, он просто указал мне направление. Ведь до этого речь шла о смене облика, и он наверняка уловил мой интерес.

Но, как бы то ни было, с одной проблемой я разобрался. Всё же волосы не росли в определённой причёске, а просто были длинными, словно бесформенный водопад. Даже чёлки не было. И хоть уже привык к ним, но всё же почувствовал облегчение, наконец избавившись от этих патл.

— Интересно, а что учитель имел в виду, когда говорил, что у тебя особые сны? — нарушила тишину Ху Фуа.

— Не знаю… Может, это связано с легендой о сне? — задумчиво произнёс я, скорее самому себе. — В книгах Сянь Юнь я наткнулся на историю, где говорилось, что когда-то в Тейвате живые существа вовсе не могли видеть сны, а значит и мечтать. Но некоторые ангелы восстали против этого порядка, и даровали людям способность мечтать. Правда, вместо счастья это принесло беду, и тогда ангелов наказали, а у жителей Тейвата вновь отняли возможность видеть сны.

— Подожди, — перебила меня Ху Фуа. — Но я слышала, что именно Дендро Архонт наделил людей этой силой.

Я кивнул.

— Да. Но будто бы нынешние сны ненастоящие. Они созданы Небесами и служат не выражением желаний, а инструментом влияния. То есть люди не столько мечтают, сколько получают навязанные образы, которые мягко подталкивают их к определённым действиям. По сути, это тонкий способ управления судьбой, — произнеся это, я невольно поднял взгляд на небо, туда, где в вышине парили Небесные Острова, Селестия – обитель Небесного Владыки. — И это касается не только людей, но и всех, кто родился в Тейвате: от Адептов до Драконов. Может быть, именно поэтому Моракс и сказал, что у меня «особые сны»?..

— Эм… но ты ведь родился в Тейвате… — неуверенно возразила она и поёжилась. — И что-то меня эта тема пугает. Если представить, что кто-то управляет мною и всеми, кого я люблю… а эти чувства, мечты, желания всего лишь навязанные образы… это страшно.

Ху Фуа прижалась ко мне и обняла.

— Не думаю, что всё обстоит именно так, — поспешил я её успокоить, мягко приобняв в ответ. — Ты же знаешь, как Адепты любят приукрашивать и усложнять истории. Возможно, речь вообще о другом. Например, о том, что раньше люди жили под полным контролем Богов. По сути, и сейчас многое зависит от них, но тогда люди почти не имели права выбора и мало чем отличались от рабов.

Я почувствовал, как Ху Фуа чуть крепче прижалась ко мне.

Может, в той истории и вправду скрыт какой-то иной смысл… но я сомневаюсь. Слишком уж прямо она была изложена, совсем не в стиле Ли Юэ, где каждое слово облекают в намёки и аллегории. Эта запись скорее напоминала дневник, написанный наспех, чем тщательно выверенную легенду. К тому же в ней упоминалась долина Чэньюй, и это наводило на мысль, что её автор мог быть оттуда.

Вообще, Сянь Юнь всегда высказывалась о северных Адептах, обитателях Чэньюй, с какой-то особой неприязнью. Я пытался расспрашивать её, надеясь понять причину, но быстро понял, что это бесполезно. В её голосе звучало откровенное пренебрежение, доходящее почти до оскорблений. Такого я раньше от неё никогда не слышал. Она едва ли не прямо называла их глупцами.

Из-за чего я почти уверен, что тот дневник не мог принадлежать Адепту. Скорее, его автор был простым смертным, может быть учеником или даже чужеземцем, случайно соприкоснувшимся с чем-то, что обычно скрыто от глаз. Он писал для себя, оставляя честные, пусть и наивные мысли. Поэтому его стиль такой простой, без необходимости расшифровывать каждую строчку.

С другой стороны, тогда эти знания сомнительны. Ведь откуда у простого человека могли быть знания о Небесах и их наказаниях?

— Сестрёнка Фуа! — к нам подбежала девочка лет восьми с пышными каштановыми волосами и огромными карими глазами, сияющими радостью.

«Первое, что бросалось в глаза, – это её одежда: богатый чёрный шёлк, украшенный золотыми узорами. Причем зная цену, то они действительно из золота. По ощущениям, ткань была соткана из нитей Солнечного Шелкопряда – существа, похожего на гигантскую моль размером со слона. Эти твари питаются Гео-энергией, и их шёлк приобретает характерный золотистый оттенок с Гео-частицами.

Для кого-то подобное – непозволительная роскошь, а для её семьи простая обыденность. Ведь всё-таки ритуальное бюро «Ваншэн» монополизировало весь Ли Юэ. А учитывая, какие здесь люди суеверные, их вызывают не один раз, а то и по трижды. Тем более после Катаклизма смертность зашкаливала, так что неудивительно, что сейчас они шикуют.

Да и даже спустя пять сотен лет они будут процветать. «Ваншэн» полностью контролирует все похороны в Ли Юэ, имея дочерние конторы по всей стране. В каноне, конечно, на Ху Тао часто хмуро косились, кому-то не нравилась её навязчивость, кому-то прямолинейность. Но как только случалось несчастье, все эти люди первым делом бежали именно к ней.

Так что похоронное бюро довольно прибыльный бизнес. Но если я скажу это при Ху Фуа, то она точно стукнет меня. Всё-таки её семья в первую очередь заботится о поддержании равновесия между жизнью и смертью. А мора так… для души.

— Сяо Сяо! — радостно откликнулась Ху Фуа, распахнув руки.

Сёстры обнялись, и было видно, как сильно они соскучились друг по другу.

— Ты так долго не приходила! Мы уже думали, что ты совсем забыла дорогу домой.

— Эй, я же отсутствовала всего ничего, — засмеялась Ху Фуа и мягко потрепала её по волосам.

Я, стоявший рядом, невольно вскинул бровь. Всего ничего… Ну-ну.

— Пару лет – это целая вечность! — надула щёки Сяо Сяо. — Я даже начала думать, что ты подружилась с призраками и теперь живёшь у них!

— Ну, пару раз я действительно чуть к ним не присоединилась, — невозмутимо заметила Фуа.

Сёстры рассмеялись.

Наверное, только эта семейка может позволить себе так шутить о смерти.

К слову о семейке, к нам направлялась удивительно красивая женщина. В моём мире её бы наверняка сразу прозвали моделью. И неудивительно, ведь Ху Синь явно заботилась о своей внешности и фигуре. Даже оставив оружие в прошлом, она, как говорила Ху Фуа, не пренебрегала утренними тренировками, и это правильно. В этом мире никогда не знаешь, что может случиться. Вдруг из воды вылезет какая-нибудь Годзилла? Маловероятно, конечно, но шанс всё же есть. А значит, в трудный момент можно рассчитывать только на собственную силу.

К тому же у неё тесная связь с магией, а достаток позволял пользоваться всевозможными алхимическими мазями и эликсирами. В результате женщине около сорока, но выглядит не старше тридцати.

— Мама! — радостно воскликнула Ху Фуа, и бросилась ей навстречу.

Ху Синь мягко обняла дочь. В её глазах сверкнула нежность, а в улыбке появилось то особое тепло, которое бывает только у мам.

— Я скучала, мама, — шёпотом призналась Ху Фуа, уткнувшись в её плечо.

— И я скучала, — так же тихо ответила Ху Синь, проводя рукой по волосам дочери. Она задержала пальцы на прядях, чьи кончики едва заметно мерцали от переполнявших Ху Фуа эмоций.

Самое удивительное, что у неё нет Глаза Бога. Но это не мешало ей пройти через Катаклизм, быть на передовой и спасти не одну жизнь. Даже после трагедии она занималась делами семьи, проводя ритуалы и очищая земли Ли Юэ от скверны. По сути, она настоящий герой, и всё же Глаза Бога ей так и не даровали.

Я так и не понял, за что именно даруют эти артефакты… Но да Архонт с этим.

Ху Фуа подняла голову, её глаза блестели от счастья.

— Я старалась быть сильной, как ты учила.

— Я вижу, — с гордостью ответила Ху Синь и нежно поцеловала дочь в лоб. Затем, задержав объятия ещё на мгновение, она перевела взгляд на меня.

— Здравствуйте, госпожа Ху Синь.

— Прошло три года, а ты всё такой же вежливый, — произнесла она, слегка покачав головой. — Но я надеялась, что за это время ты научишься говорить свободнее, без этих формальностей. Всё же мы теперь не чужие люди, так ведь, Ху Фуа.

Намёк был слишком прозрачен, чтобы его не заметить. Особенно когда Ху Синь улыбнулась так хитро, при этом щуря глаза, словно знала больше, чем следовало.

Я посмотрел на Ху Фуа, и та поспешно отвела глаза. Но по лёгкому румянцу на её щеках всё стало ясно – проболталась. Не то чтобы я был против… просто ситуация резко стала щекотливой. Мы ведь в Ли Юэ, ещё в ту эпоху, до всякой романтизации и современной этики, где родители вполне могли бы стоять со свечкой у кровати.

А так да, они переписывались. Пусть здесь нет интернета, и письма доставляют птицы, но не обычные, а с элементальной энергией. Они развивают такую скорость, что в полёте больше напоминают истребители. Уж я-то знаю, ведь жил в городе, где авиационное учебное заведение, и звуки абсолютно те же. Поэтому их и зовут Громовыми Соколами. Хотя на деле они принадлежат к Пиро-стихии и гораздо мельче прочих соколиных.

Да уж, впервые я оказался в подобной ситуации… Сейчас бы я с куда большим удовольствием снова встретился лицом к лицу с ордой монстров, чем стоял напротив этих пронзительных глаз.

Ху Синь едва заметно склонила голову, а на лице всё также мягкая улыбка, словно происходящее забавляло её.

— Ну что ж… Раз уж так вышло, думаю, нам есть о чём поговорить.

— Мама! — торопливо возмутилась Ху Фуа, почти умоляя.

— Что — мама? — Ху Синь приподняла бровь, и в её голосе прозвучала лёгкая насмешка. — Раньше ты морщила нос при одном упоминании мальчиков, называла их мартышками, а на выборе жениха и вовсе сбегала из дома. Так что да, мне любопытно.

— Но они ведь были старше меня! И всё время только и болтали о всякой ерунде…

Я впервые слышу, что у неё был выбор жениха. Хотя, если точнее, это скорее то, что здесь называют «смотринами». Такое позволяют себе лишь очень состоятельные семьи, и то скорее как исключение из правил. Когда у семьи есть всё, и нужды ни в чём нет, они могут позволить дочери выбирать мужа. Но я встречал такое лишь в книгах, что уже само по себе говорит о редкости. Ведь жадность порой оказывается сильнее любви. Поэтому я и удивился, услышав подобное от госпожи Синь.

Впрочем, когда мы познакомились, Ху Фуа уже была в том возрасте, когда обычно выходят замуж. В Ли Юэ, как в Мондштате, у девушек совершеннолетие определяется первой кровью, мол, природа даёт знак, что она готова к зачатию ребёнка. С юношами всё сложнее. В Мондштате они должны доказать, что стали мужчинами. Чаще всего смотрят на профессии отцов. Сын охотника идёт один на охоту за своей первой дичью, сын кузнеца куёт первый гвоздь для своего будущего дома. Поэтому точного возраста там нет, но обычно это происходит между двенадцатью и пятнадцатью годами, как решат родители.

В Ли Юэ же всё куда строже и не без суеверий. Считается, что энергия Ян особенно важна в период взросления мальчиков и её нельзя растрачивать на девушек, пока тело полностью не созреет, то есть примерно к двадцати годам. Но если этой энергии не хватает, её, якобы, может передать взрослый мужчина. При этом осуждать его никто не будет, а, наоборот, хвалить. Ведь он занимается сексом с мальчиком «ради помощи», «исцеляет», наполняя ослабленное тело своей… энергией. Страшная тема, в которую меня тошнит углубляться.

Но что поделаешь? Необразованный народ охотно верит первому встречному доктору, которому вздумалось просто потрахаться. Да, они действительно могут желать добра своему ребёнку, но в итоге сами подсовывают больного ребёнка извращенцам. И не скрывают этого, а хвастаются «методом лечения» доктора, как бабушки у подъезда обсуждают «освящённую воду» через телевизор или мочу от всех болезней. Поэтому такие «лечения» я услышал сполна, и, честно говоря, каждый раз возникает желание убивать.

— Братик, с тобой всё хорошо? — невинно хлопая глазами, спросила Ху Сяо, слегка дёрнув меня за край одежды.

Я тяжело вздохнул, потом улыбнулся и погладил девочку по голове.

— Да, не волнуйся.

Сказав это, я посмотрел на Ху Фуа, которая всё ещё спорила с мамой. Ну… как спорила, скорее в стиле: «Ну мама…», что невольно рассмешило меня. Да и Ху Синь явно получала удовольствие от происходящего.

Судя по всему, она не возражает против наших отношений, а значит, можно спокойно выдохнуть. Более того, Ху Фуа рано или поздно обретёт особый статус в глазах людей. Пока ещё никто из смертных не знает, что она вступила на путь Адепта, но это ненадолго. После того как Моракс раскрылся перед людьми, все узнали, что она его ученица. Со временем к этому добавят и другие достижения, даже те, которых она не совершала. Такова уж человеческая природа, выдумывать то, чего нет, лишь бы подтвердить свои странные теории. И в итоге в их глазах Ху Фуа станет настоящим Адептом. А для столь суеверных людей даже малейшая связь с ними воспринимается как святость. Так что у неё светлое будущее, и поводов для тревоги у Ху Синь нет.

Да и я всегда старался рядом с ней быть хорошим человеком. Всё-таки она не раз поддерживала меня, когда ревнивый отец Ху Фуа пытался надавить, а ещё постоянно угощала вкусностями…

Ох, Сириуса невольно вспомнил…

— Ах да, не волнуйтесь, — внезапно произнесла Ху Синь, глядя на Ху Фуа с мягкой улыбкой. — Твой дорогой отец уехал по делам в долину Чэньюй. Так что времени у нас предостаточно.

— Госпожа Синь, неужели вы умеете читать мысли? — хмыкнул я, решив, что пора хоть немного отвлечь внимание от смутившейся Ху Фуа. — Я как раз только о нём подумал. Кстати, мы принесли подарки.

— Подарки?! — тут же оживилась Ху Сяо. Её глаза засияли, точно как у моей сестрёнки на Новый Год. Даже приподнялась на носочки, прямо как она.

Ху Фуа, всё ещё красная, бросила на меня благодарный взгляд. А Ху Синь, прикрыв ладонью рот, едва слышно посмеялась.

Вскоре мы переместились в дом семейства Ху. За три года здесь будто ничего не изменилось, ни новых вещей не появилось, ни старые не исчезли. Всё оставалось на своих местах, словно само время застыло в этих стенах. Даже горшки с цветами, казалось, стояли так же, как раньше.

Нас ждал вкусный ужин. И хоть мы только что вернулись из ресторана, отказаться под таким пристальным взглядом было невозможно. Особенно переживала Ху Фуа, а посему ела старательно, лишь бы мама снова не завела щекотливую тему про мальчиков и девочек. К счастью для неё, этого так и не произошло. Под конец ужина было заметно, что женщина и сама устала, просто держала маску ради дочери. Разве что под конец не удержалась: она выделила нам общую комнату в самом дальнем углу дома и, с лукавой улыбкой, пошутила, мол, так Ху Сяо не проснётся от странных звуков. Хотя после этого Ху Фуа просто сбежала в свою старую комнату, чтобы завтра госпожа Синь не смущала её. Правда, мне кажется, она недооценивает свою маму, та всё равно найдёт повод смутить её, только уже по другой причине. Например, дочь так стеснялась, что испугалась ночевать в одной комнате со своим молодым человеком.

Однако, по правде говоря, мне самому ещё нужно подготовиться. Всё-таки в Ли Юэ люди напоминают мне мою бабушку, которая могла спокойно обсуждать пошлости. Логика та же, что естественно, то небезобразно. Так что не удивлюсь, если мне захочется куда-нибудь сбежать… в ту же гильдию.

Глава 68

С утра я сразу покинул дом семьи Ху. Как и ожидалось, стоило появиться на завтрак, как госпожа Синь тут же начала поддразнивать нас. Конечно, не перегибая палку, а скорее прощупывая почву. При этом я открыл для себя маленькую слабость моей возлюбленной. Оказалось, пока Ху Фуа сонная и ещё не до конца проснулась, из неё легко всё вытянуть, нужно лишь правильно подобрать интонацию и вопросы. Раньше я этого не замечал, ведь обычно она спала столько, сколько хотела, и мы редко вставали вместе. Так что для меня стало шоком, когда она начала всё рассказывать. Поэтому, от греха подальше, я оставил свою «помидорку» в объятиях лисицы и направился в гильдию.

Знакомые взгляды. Только вот старые «одногодки» уже выросли, наверное, обзавелись семьями, а на их место пришли новые. И те, впрочем, смотрели на меня так же, с подозрением и лёгкой долей высокомерия. Именно в такие моменты осознаёшь, что ты не смертный… и рано или поздно увидишь потомков тех, кто когда-то прошёл мимо.

Странное чувство. Вроде бы ничего особенного, а всё же внутри пробегает дрожь.

Здание гильдии немного изменилось: появилась пристройка, новая массивная дверь, а крыша из бамбука уступила место красным плиткам. Но внутри меня встретил всё тот же хмурый Тан Сяо, который даже не удостоил меня взглядом, и это вызвало у меня странное, но приятное дежавю. Ведь именно так когда-то началось наше знакомство. Тогда он казался пугающим: здоровенный мужчина со шрамами и вечным суровым выражением лица, который, несмотря на пожилой возраст, мог в любой момент вытащить из-под стола свой молот и разметать всех, кто встанет на пути.

Теперь же я понимаю, что за его хмурым взглядом скрываются опыт и боль прожитых лет. Дожить до такого возраста будучи искателем приключений высокого уровня – уже подвиг. А ведь Тан Сяо наверняка прошёл через Катаклизм и сражался с тварями Бездны. Это напасть случилось как раз когда он был в расцвете своих лет.

— Вижу, всё так же скучаешь, — улыбнулся я.

Он поднял на меня взгляд и тоже улыбнулся. На его лице стало больше морщин, что, наверное, неудивительно. Такие люди, как он, стремятся скорее к покою, чем к продлению жизни. Странная закономерность: чаще всего именно воины хотят встретить смерть в старости, а не цепляться за каждый лишний день. И это при том, что они не раз бывали на волоске от гибели.

Я сужу не только по нему. За время своих путешествий мне довелось встретить немало людей. Даже мастеров боевых искусств, обучавших молодёжь у границ обители Адептов. Они вполне могли бы дожить до ста пятидесяти, даже до двухсот лет, но вместо этого предпочли оставить свою жизнь в руках судьбы.

— Хорошо, что ты вернулся, — хмыкнул Тан Сяо, откладывая в сторону старую книгу с выцветшей и стёртой обложкой, по которой уже было невозможно понять, о чём она. — Хоть попрощаться успеем.

— Попрощаться? — переспросил я.

— Да, — его улыбка стала шире, а взгляд потеплел. Даже плечи слегка расслабились. — Я ухожу на покой.

Его слова застали меня врасплох.

— Ха-ха… Видел бы ты своё лицо, — рассмеялся старик, а потом тяжело вздохнул и посмотрел куда-то за мою спину.

Я обернулся, но за мной тянулся лишь пустой зал.

— Всё меняется, — продолжил он. — Когда я стал Искателем Приключений, это здание было размером с ларёк. Да и гильдии как таковой не существовало. Мы просто скитались по миру, выполняли просьбы людей и получали за это жалкие монеты. Нами двигало не богатство, а жажда приключений. Потому нас и прозвали Искателями Приключений. Хотя, по правде, были обычными бродягами, вроде бардов, только с мечами вместо лютен. Но зато свободными как ветер.

— Попахивает Мондштадтом… — усмехнулся я.

— Ха-ха! Так оно и есть, — глаза старика блеснули. — Мы все мечтали быть как герои старых легенд, как тот самый Беовульф из Мондштадта: спасать людей, пить вино, ночами зажиматься с девушками в амбарах на сене… Жить вольной жизнью!

Он замолчал на мгновение, и в его улыбке мелькнула тень грусти.

Беовульф… Легендарный герой Мондштадта, живший более пятисот лет назад. Хотя до сих пор неизвестно, был ли он реальным человеком или лишь героем древних эпосов. Говорят, когда-то он был Рыцарем Волка, но не смог смириться с оковами городских стен. Отринув имя и титул, он ушёл в странствие, подобно одинокому волку, ведомому жаждой свободы.

— Да, было время… И всё это кажется будто вчера, хотя пролетела целая жизнь, — тяжело вздохнул старик. — Но теперь Искатели Приключений уже не те странники, что раньше. Они скорее напоминают Миллелитов – организованные, дисциплинированные, с уставом и правилами.

— Ты разочарован? Поэтому и хочешь уйти из гильдии? — спросил я.

— Нет, — Тан Сяо покачал головой, и в его взгляде мелькнула усталость. — Это закономерный итог. Всё должно меняться. Как и эти новые двери, что распахнулись в зале, так и гильдии нужен новый глава. Молодой, с другим взглядом на мир.

Так вот куда он смотрел…

— Я уже подал заявление. В скором времени выберут нового главу, — произнеся это, на его лице продолжала сиять улыбка. — Ха-ха… Наконец-то отдохну. Может даже напишу книгу. Всегда хотел оставить рассказ о своих странствиях. Кто знает, может через сотню лет мои истории станут легендами, как и Беовульф.

Он провёл рукой по потрёпанной обложке старой книги.

— Тогда я буду ждать того дня, когда смогу прочесть её, — вздохнув, я улыбнулся.

— Хм, — Тан Сяо хмыкнул, прищурив глаза. — Если дождёшься, то, может, даже станешь одним из героев этой книги.

Но разговоры разговорами, а работа сама себя не сделает. Старик быстро сменил тему, решив перейти к делу. За год до моих уединённых тренировок я успел выполнить немало заданий, и теперь пришло время получить за них награду.

— Ну-ка посмотрим… — пробурчал Тан Сяо, аккуратно раскладывая на столе отчёты.

Через пару мгновений он замер. Его глаза округлились так, что, казалось, вот-вот выпадут из орбит.

— Ты что, решил в одиночку казну гильдии разорить?! — выдохнул старик, поднимая на меня ошарашенный взгляд.

Вот за это я и люблю систему гильдии: выполняешь задание где угодно, в любой точке мира, фиксируешь его в книге, и потом спокойно забираешь все вознаграждения здесь. Удобно, безопасно и… крайне приятно, когда сумма выходит такой, что даже у старого Тан Сяо челюсть отвисает.

— Мать моя… — выдохнул он, вернувшись к отчётам. — Ты завалил Геовишапа! Монстра А-ранга! И не одного… Архонт побери, не зря тебя повысили в ранге. Теперь даже не знаю, как относиться к тем слухам…

Я едва сдержал улыбку.

Его ворчливый тон меня забавлял. Было видно, что он нарочно говорит так, чтобы поднять мне настроение.

— Да брось ты. Геовишап хоть и серьёзный противник, но это не S-ранг. У каждого уважающего себя высокоуровневого Искателя в отчёте найдётся пара побед над S-ранговыми.

— Издеваешься? Я полвека сражался и лишь дважды смог убить S-ранговых монстров, — фыркнул Тан Сяо, вываливая мешки с морой прямо на стол.

Дерево жалобно заскрипело под чудовищным весом. Хоть мора и похожа на золото, на деле она куда легче и прочнее. Каждая монета весит всего около грамма. Вроде бы пустяк, но когда их несколько сотен тысяч, даже толстый деревянный массив мог треснуть под такой нагрузкой. Поэтому уже после десятого мешка Тан Сяо махнул рукой и начал просто сбрасывать остальные на пол. Грубо? Конечно. Но иначе было нельзя: ни банка, ни нормальной системы хранения в этой эпохе нет, лишь обменные пункты, больше напоминающие ломбарды.

Да и вообще… кто в здравом уме будет целый год выполнять задания, не получая вознаграждения, а потом разом всё заберёт? Разве что такой безумец, как я. Думаю, после сегодняшнего дня гильдия всерьёз задумается ввести налог на хранение моры.

— Мог бы больше, но тебе это вряд ли было нужно, — спокойно сказал я, наблюдая, как Тан Сяо вытаскивает очередной мешок. Уже тридцатый… — Да, за головы S-ранговых платят огромные деньги, но их недостаточно, чтобы целенаправленно охотиться на таких монстров. Чаще всего такие задания ведут к убыткам: потеря дорогого снаряжения… или, что хуже всего, жизни. Тем более монстры этого ранга считаются псевдобессмертными. Стоит им восстановить энергию, и они возвращаются, будто ничего и не было. Именно поэтому их «убивают» только тогда, когда они слишком близко подходят к границам поселений.

Естественно, всё это он прекрасно знает, всё-таки глава гильдии. Я лишь напомнил ему, чтобы он уж слишком не расхваливал. К тому же сама система устроена так, что никогда не определяет наверняка, кто именно убил монстра. Принцип простой: сдал задание на убийство монстра – значит убил этого монстра. Особенно если речь идёт об одиночках.

Так что, хоть Геовишапа мы с Ху Фуа убили вместе, все лавры достались мне. И это обычное дело. Есть даже люди, которые нарочно записаны как «одиночки», но на деле действуют толпой, чтобы быстрее продвинуться в ранге. Особенно этим грешат богатенькие сынки, решившие поиграть в героев. Правда, большинству быстро надоедает подобное развлечение, и они так и не становятся настоящими высокоранговыми. Так что куда опаснее те, кто действительно добрался до верха таким методом, а потом зазнался и повёл за собой людей в руины…

Тан Сяо достал, судя по всему, последний мешок, тяжело выдохнул и проворчал:

— Ага… Ну покажи мне хоть одного, кто в твоём возрасте смог бы справиться с Геовишапами. Да и вообще, сомневаюсь я уже в твоём возрасте…

— Это как-то связано с теми слухами, о которых ты говорил раньше? — спросил я, нахмурившись и скрестив руки на груди. — В прошлый раз шептались, будто я фея. Хотя могли уж придумать что-то посолиднее, скажем, эльф. Так что теперь даже самому любопытно, что за байки про меня ходят на этот раз.

Тан Сяо усмехнулся, но взгляд при этом оставался серьёзным, и это меня насторожило. Видимо, слухи не просто глупые, а такие, что даже он не до конца знает, верить им или нет. А если уж его гложут сомнения, то я боюсь представить, что творится в головах остальных.

Всё-таки Тан Сяо, несмотря на годы, проведённые с мечом в руках, является человеком начитанным, что редкость для Искателей Приключений. Большинство ведь из бедных семей, где образование – это роскошь. Да что там, даже через пятьсот лет с этим будут проблемы. О чём речь, если главой гильдии станет личность, которая читать-то не умеет.

— Слух об этом уже стихает, но пару лет назад кто только о тебе не говорил. Мол, ты – Адепт, решивший пожить среди смертных, — я промолчал, давая ему договорить, хотя, признаться, едва удержался, чтобы не закатить глаза. — Ты ведь появился внезапно, весь такой… потерянный, загадочный, будто не из этого мира. Так обычно люди себя не ведут.

Знал бы ты, насколько прав…

Честно говоря, я представлял жизнь в средневековье куда мрачнее: сплошная грязь, болезни и вечная борьба за выживание. Но всё оказалось не совсем так. Да, многое из этого правда, и проблем здесь хватает, однако сама жизнь ощущается иначе. Не мрачной, а словно я впервые остался на летние каникулы в деревне у бабушки, где свои устои и правила.

Наверное, для жителей Ли Юэ я выглядел как какой-то странный приезжий, вроде городского щеголя, который остался без своих гаджетов и теперь учится жить по-новому. Я ведь даже одеваться по-местному толком не умел, пока наденешь все эти многослойные наряды, можно всё у себя вывихнуть. Поэтому подбирал одежду по своему вкусу… а мои вкусы, мягко говоря, далеки от здешних.

— Потом, — продолжил Тан Сяо, внимательно глядя на меня, — мы узнаём, что Властитель Камня жил среди смертных… и был наставником молодой госпожи из семьи Ху, с которой ты, как поговаривают, довольно близок.

Я задумчиво кивнул.

— Но больше всего слухов породило то, что случилось два года назад, когда на Мондштадт обрушил свой гнев Чёрный Дракон, — он понизил голос. — Никто толком не знает, что произошло на самом деле, но известно одно – кое-кто из влиятельных людей в Мондштадте пытался заставить Цисин выдать тебя на суд. Он обвинил тебя в уничтожение части города, гибель знати и простых жителей, и даже призыв самого Чёрного Дракона.

Тан Сяо сделал паузу, будто выжидая моей реакции, но я лишь спокойно на него смотрел.

— Однако, вместо ордера на арест, на твою сторону встала госпожа Гань Юй. После этого всё как-то… быстро замяли. А ещё через пару недель разошлись новые слухи, будто всё это дело тесно связано с Адептами, и простым людям лучше не лезть.

Ну что тут сказать… вполне логичная цепочка.

Влиятельный человек из Мондштадта… скорее всего, это и есть тот лорд, о котором говорил Адальберт. И если подумать, то на меня у него не просто обида, а наверняка лютая ненависть. Я ведь не просто разрушил его владения, а убил его ведьму. Потерять такую союзницу, когда Мондштадт разрывают внутренние смуты, аристократы рвут друг друга за власть, и каждый шаг может решить, кто поднимется выше остальных – это удар, который невозможно простить. Моё появление буквально перевернуло его жизнь, разрушило планы, которые он, возможно, вынашивал годами. Так что да... более чем вероятно, что за всем этим стоит именно он.

Но ведь я не житель Мондштадта. Добраться до меня куда сложнее. Тем более, из-за уединённых тренировок даже наёмники не могли знать, где я нахожусь, и это вполне могло натолкнуть его на мысль, что меня укрывает кто-то влиятельный. К тому же ему наверняка сообщили, что выгляжу я вовсе не как крестьянин. Да и тогда рядом со мной была Ху Фуа – старшая дочь семьи Ху. А значит, он вполне мог решить, будто я какой-нибудь аристократ из Ли Юэ. Вот почему и приплёл дракона к моему делу – чтобы лишить меня поддержки. Ведь, как бы цинично это ни звучало, одно дело – гибель нескольких крестьян и пары аристократов с сомнительной репутацией, и совсем другое – полномасштабное нападение на Мондштадт.

На самом деле, такой план действительно мог сработать. Обвинения звучали слишком серьёзно, чтобы кто-то стал рисковать ради одного человека. Да и что уж скрывать, всё, кроме эпизода с Дурином, было чистой правдой. Цисин наверняка просто выдали бы меня, лишь бы не портить отношения с Мондштадтом. Но тут в дело вступают связи, те самые, что многим ненавистны. По сути, это самая настоящая несправедливость. Однако ирония в том, что именно к ней многие и стремятся… и я не исключение.

В иерархии Ли Юэ Моракс считается кем-то вроде императора, а Адепты – его императорской семьёй. Поэтому, когда вмешалась Гань Юй, вероятнее всего, по просьбе Сянь Юнь, то её слово прозвучало почти как воля самих Адептов. Из-за этого моя значимость в глазах Цисин перевесила все претензии лорда.

К тому же, если говорить откровенно, Мондштадт сейчас не в том положении, чтобы диктовать кому-либо условия. Они и без того едва держатся на плаву. Так что последнее, чего им хотелось бы, – это враждовать с Ли Юэ. Более того, из-за смуты аристократы Мондштадта, скорее всего, сами ищут поддержки со стороны. Поэтому, увидев неудачу одного из лордов, они вряд ли станут его защищать, скорее уж, воспользуются моментом, чтобы избавиться от ослабленного соперника.

Без льва гиены сходят с ума от собственной жадности…

Надеюсь, в Мондштадте когда-нибудь снова появится достойный Лев Юга, тот, кто сумеет приструнить аристократов. Хотя, если вспомнить канон, этот цирк длится уже несколько тысяч лет. И, словно какая-то закономерность, примерно каждые пятьсот лет там непременно случается что-нибудь эдакое.

— Ты не выглядишь удивлённым, — вздохнул Тан Сяо.

— Было такое, — не стал я отнекиваться. — Да и сам знаешь, правда всегда где-то посередине.

Я поднял мешок с морой и чуть подкинул его, прислушиваясь к звону монет.

Пожалуй, сейчас уже нет смысла скрывать своё необычное происхождение. Напротив, пора потихоньку начинать выстраивать репутацию. В конце концов, именно этого я и добивался… хотя представлял всё немного иначе. Кто бы мог подумать, что какой-то там лорд попытается насолить мне, а на деле лишь упростит задачу.

Ещё раз подкинув мешочек, я убрал его в инвентарь. Увидев это, Тан Сяо лишь тяжело вздохнул, а затем достал из-под своего «волшебного» стола глиняный сосуд. Сначала я подумал, что там алкоголь. Ведь обычно в таких сосудах продают вино или сакэ. Но нет, внутри оказался обычный чай, который он подогрел магией.

Да, у него был Пиро Глаз Бога, точно такой же, как у Ху Фуа.

— Когда ты явился, — тихо сказал он, разливая чай, — не изменившись ни на каплю за три года… наверное, я уже тогда знал, какой ответ услышу.

Я молча взял чашку и сделал глоток. Чай оказался неожиданно горьким, словно пролежал не один десяток лет. И всё же именно этот вкус внезапно напомнил мне бабушку. Она любила терпкие, дешёвые чаи вроде «Нури».

— Ладно, — сказал я, ставя чашку на стол. — Пора к сути. Не просто же так я пришёл за наградой спустя года.

Тан Сяо молча кивнул.

Глава 69

Вообще, в гильдию я изначально собирался исключительно ради награды. Просто забрать положенное, и дальше по своим делам. Однако утром, за завтраком, госпожа Синь обмолвилась об одном любопытном деле. Оказалось, в город прибыли представители клана Кунь. Казалось бы, ничего особенного. Просто обедневшая семья кузнецов, каких в Ли Юэ пруд пруди, разве что когда-то они были настоящей легендой. Теперь же, по слухам, клан приехал распродавать последние ценные вещи, чтобы хоть как-то покрыть долги. Поэтому госпожа Синь и намекнула: мол, если повезёт, можно присмотреть что-нибудь полезное для будущего путешествия.

Честно говоря, в обычной ситуации мне бы не упёрлось барахло какой-то там вымершей легендарной фамилии. Тем более, если её слава была тысячу лет назад. За это время можно распродать всё до нитки и остаться с дырявыми трусами. Хотя, если верить всяким романам, именно так главный герой зачастую и получает некую древнюю технику ковки, ту самую, что будто бы ждала лишь его, ведь все остальные, понятное дело, «недостойны стоять рядом с избранным». Полная чушь. Примерно из той же оперы, что и внезапное наследство от богатой тётушки из пятого поколения, о которой ты даже не слышал. Конечно, теоретически может быть, но верится с трудом.

А так интерес к этой семье у меня по двум причинам. Первая – основатель клана Кунь когда-то бросил вызов самому Мораксу. Заявил, что создаст сокровище, достойное божества. И, что удивительно, он это сделал. Более того, он после смерти стал Адептом, а Моракс признал его творение – легендарное копьё, с помощью которого было пригвождено к морскому дну одно из древних чудовищ. У этого копья два имени, у Адептов он известен как «Покоритель Вихря», а у смертных как «Радужный Разлом Кунь Ву» в честь мастера, изготовивший этот шедевр.

Правда, дальше творения рода Кунь уже не вызывали особого восторга. Разве что одно – «Солнечная Жемчужина». И вот именно она меня действительно заинтересовала. Причём не только как мощный катализатор, а и по личным причинам. Когда я только начинал свой путь в Геншине, то толком ничего не понимал. И тут в меню появляется новая функция – Боевой Пропуск, где за донат можно было получить крутое оружие. Причём описание выглядело так, словно это абсолютная имба, чуть ли не божественного уровня. Ну, я и повёлся. Задонатил, получил, а после понял, что ни одного подходящего персонажа под него у меня нет. Ну типичная ошибка новичка… Зато я хорошо его запомнил, и даже спустя года сразу вспомнил о нём.

Причём в самой игре этот катализатор не отличался особой мощью. Всё-таки игровые механики, баланс, ограничения очень сильно ослабляли лорные моменты. Из-за них даже тот же Моракс, который по лору способен одним взмахом руки обрушить на континент дождь из гор, в игре может погибнуть от какой-нибудь нелепой мелочи как усталость. Да уж, сила в лоре и сила в игре – как небо и земля… Но именно это и заставило меня задуматься. Пусть в игре катализатор и не считался чем-то выдающимся, зато его описание было по-настоящему впечатляющим. А теперь, когда я в реальном мире, где нет никаких игровых ограничений, выходит, что этот артефакт вполне может обладать всеми теми свойствами, о которых говорилось в его описании.

Среди мастеров Ли Юэ ходит старая байка о том, как мастер Кунь Ву спрятал шкатулку в тёмной скалистой пещере на сорок девять дней и двадцать часов, пока спрятанная внутри сфера не впитала в себя сияние Солнца и Луны.

Спору нет, история очень странная. Но, несмотря на всю её невероятность, многие в Ли Юэ до сих пор верят в потустороннюю силу мастера Кунь Ву. Говорят, что он мог не просто ковать металл, а вплетать в свои творения дыхание самой земли и неба. И я охотно в это верю. Ведь не зря же он после смерти стал Адептом, что говорит о невероятных способностях в магии при его жизни. Да и один из его подмастерьев, много лет спустя, признался, что в тот самый момент, когда Кунь Ву закончил полировку Солнечной Жемчужины, с неба снизошло сияние, и появилась Багровая Луна.

И если обычный человек может сомневаться в его существовании, считать всё это выдумкой, то я-то точно знаю – он реален.

Однако и у меня есть сомнения, но в сторону чудесных свойств катализатора. По преданиям, Кунь Ву во время своих странствий обучался у тех самых Черногорских Мастеров, ещё до того, как они покинули свою легендарную кузню. А эти мастера прославились тем, что ковали своё оружие из редких камней – кор пурум. Сейчас их получают путём нагревания кор ляписов на протяжении сорока девяти дней, с последующим охлаждением в ледяных горных родниках ещё сорок девять дней.

В легенде о Кунь Ву тоже упоминаются сорок девять дней – ровно столько он держал шкатулку в пещере, пока сфера не вобрала сияние Солнца и Луны. Слишком уж подозрительное совпадение. Разве что для создания кор пурума требовалось девяносто восемь дней, а Кунь Ву понадобилось ровно вдвое меньше.

Но этот метод довольно новый, его буквально изобрели в этом столетие. Кроме того, до трагедии с кузней Черногорских Мастеров кор пурумы не создавали – их добывали в недрах земли. Природные камни сильно отличались от искусственных: их сияние было не золотым, а кроваво-красным, словно отблеск багровой луны на воде. Эти камни считались невероятно мощными, ведь они долгое время впитывали элементальную энергию мира, буквально со времён его зарождения. Даже небольшой кристаллик мог служить неисчерпаемым катализатором для алхимических школ.

К несчастью, шахта, где их добывали, обрушилась, погребя под собой и самих мастеров, и последние залежи природных камней. А спустя столетия в мире уже не осталось ни одного настоящего кор пурума, даже крошечного кристаллического порошка. Именно поэтому нынешние алхимики взялись за создание искусственного аналога, пытаясь хоть как-то восполнить утраченное.

Так что вполне вероятно, что Кунь Ву действительно использовал природный кор пурум, ведь жил он тысячу лет назад. Правда, есть одно небольшое «но» – цвет камней не совпадает. Возможно, он нашёл нечто совершенно иное… или даже сумел напрямую использовать энергию Луны и Солнца. В конце концов, этот мастер сумел выковать оружие для самого Моракса, и, как известно, после смерти был признан Адептом.

И чем больше я об этом думаю, тем сильнее хочу заполучить этот артефакт. Даже не из жадности, а скорее из любопытства, из того жгучего желания понять, что же на самом деле создал Кунь Ву. Хотя и толику алчности тоже присутствует. Какой адекватный человек решит просто пройти мимо, когда есть возможность заполучить божественный артефакт? Это ведь не куча монет, не что-то такое, что можно заполучить позже. Конечно, понятное дело, что риск велик, и, возможно, не оправдан. Но всё же всегда в такие моменты крутиться мысль «а что если»…

Так что, немного поразмыслив, я решил рискнуть. Для этого, конечно, придётся отложить некоторые планы, но упускать такой шанс, а потом ещё жалеть об этом? Нет уж. Даже если вероятность найти это сокровище мизерна.

— Хм, — протянул Тан Сяо, разворачивая свиток. Его брови слегка нахмурились. — Это запрещено правилами гильдии… но я, считай, уже без пяти минут бывший глава. Так что вот.

Он протянул мне свиток.

Гильдия, естественно, занимается не только доставкой писем и охотой на монстров. Мы, по сути, разнорабочие наёмники. А в этом свитке был заказ от семьи Кунь – на сопровождение. После продажи своих вещей у них, скорее всего, окажется внушительная сумма денег, и на обратном пути это сделает их лёгкой добычей для грабителей. Поэтому вполне логично, что они сделали запрос в гильдию.

Однако такие заказы не размещаются в общей книге. Исполнителей подбирают вручную, а главе остаётся лишь утвердить выбор. Всё из-за особенностей услуги. Ведь в случае неудачи гильдия обязуется возместить все убытки клиента. Так что с такими заказами обращаются предельно осторожно.

Кроме того, клиент обязан подробно описать весь маршрут – мера безопасности, чтобы избежать неприятных сюрпризов. Мало ли, дорога пройдёт мимо логова чудовища или старых руин. Так что теперь я точно знал, куда направляется семья Кунь… и даже где их дом.

Разумеется, глава и его подчинённые не имеют права показывать подобные документы посторонним. Но в моём случае сыграла репутация. Всё же, когда просит Адепт – это как если бы сам президент пришёл к бизнесмену и попросил личные данные клиентов. Формально – нарушение закона, но, будем честны, в такие моменты об этом вспоминают в последнюю очередь.

— Список неполный… — заметил я, пробегая глазами по строчкам.

— Хочешь записаться в сопровождающие? — приподнял бровь Тан Сяо.

Я вздохнул и вернул ему свиток.

— Не знаю. С одной стороны, проще дождаться их уже на месте. Но с другой… а что, если по пути случится что-то непредвиденное?

Тан Сяо усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Этот заказ не из лёгких, — сказал он после короткой паузы. — Семья Кунь хоть и бедствует, но врагов у них хватает. Всё из-за Кунь Хэ – второй дочери главы.

Его лицо заметно перекосилось от отвращения, что, признаться, меня удивило.

— Хм?

— Дурочка связалась с шайкой бандитов, — продолжил он после небольшой паузы. — И начала таскать всё, что плохо лежит. Сначала, у своей семьи, потом у соседей, а вскоре и вовсе стала приманкой для налётчиков. Изображала беззащитную жертву, заманивая людей в ловушку, пока её дружки грабили и убивали.

— И чем всё закончилось? — спросил я, нахмурившись.

— Поймали, — мрачно произнёс Тан Сяо. — По слухам, расправа была жестокой. Переломали все конечности, а потом вывесили у её отчего дома на мясных крюках.

История, мягко говоря, не из приятных. Можно только представить, как долго и мучительно она умирала. Но и тем, кто пострадал из-за её проделок, вряд ли меньше страдали.

С другой стороны, теперь становится понятно, почему семья Кунь оказалась в долгах. По закону они обязаны возместить весь ущерб, причинённый этой непутёвой девицей, если только официально не отреклись от неё. Но, зная людей, в это верится с трудом. Отречение – это ведь не просто послать кого-то подальше и сказать: «ты мне больше не дочь или сын». Это целая процедура, после которой на отверженного навсегда ложится клеймо позора. Так что всё серьезно. Да и даже в такую эпоху, когда человеческая жизнь зачастую не стоит и гроша, всё равно находятся те, кто до последнего цепляется за надежду, стараясь спасти родного человека. Верят, что он исправится, что всё ещё можно вернуть. А потом вот случается такое…

— Понятно, тогда запиши моё имя. Не удивлюсь если кто-то захочет напасть на них в порыве ненависти, — сказав это, я вздохнул.

Помню, в Таиланде или в Тайване, один мужчина дал пощёчину женщине за скверный язык. А на следующий день его и всю его семью сожгли заживо. Те, кто это сделал, на суде кричали, мол, он поднял руку на женщину, а значит, не мужчина и должен гореть в аду… А то, что вместе с ним погибли его жена и дочь?

И таких идиотов полно. Так что кто его знает, вдруг действительно нападут на семью Кунь, и прощай все зацепки о сокровище.

— Хорошо, — протянул Тан Сяо, — но всё же удивлён, что тебя заинтересовала именно эта семья. Неужто из-за тех самых сказочных сокровищ?

— Возможно, — ответил я с лёгкой улыбкой, а затем тяжело вздохнул. — А может, просто из-за того, что их основатель стал Адептом. К сожалению, Чёрная Черепаха Севера давно покинула этот мир… и вместе с ним ушло былое величие семьи Кунь.

— Понимаю, — кивнул он. — Глупо думать, будто Адепту нужны какие-то сокровища, которые кажутся чудесными лишь смертным.

Я не стал комментировать его слова. В целом он прав, но, с другой стороны, уверен даже среди Адептов найдутся те, кто выбивается из общего ряда. Ведь, как и люди, они тоже различаются характерами, стремлениями и идеалами.

Но, как бы то ни было, все дела в гильдии я завершил. И вознаграждение забрал, и договорился об участии в охране семьи Кунь.

— Ладно, пойду я. Дел ещё хватает, хочу успеть разобраться с ними до обеда.

Тан Сяо понимающе кивнул, но по взгляду было видно, что он хотел что-то добавить. Однако промолчал.

К концу недели семья Кунь должна будет закончить свои дела, а значит, у меня есть в запасе четыре дня – не так уж и много, но вполне достаточно. Тем более через два дня у Ху Фуа день рождения. Семнадцать лет… Надеюсь, в этот раз она отметит этот праздник нормально, а не как прежде, то в горах, то вообще внутри барьера.

Осталось только выбрать подарок. Этим, пожалуй, и стоит заняться прямо сейчас…

Я уже собирался покинуть гильдию, но у самого выхода столкнулся с несколькими юными Искателями Приключений. На вид им было не больше четырнадцати, а может, и вовсе двенадцать, но на поясах у каждого уже поблёскивала лицензия – ничего удивительного. В таком возрасте они могут заниматься мелкими, безопасными поручениями, а к тому времени, как они смогут сражаться с монстрами, их ранг как раз успеет подняться до нужного.

Ребята оживлённо спорили о сокровищах и Артериях Земли, перебивая друг друга и жестикулируя так, будто это самое важное на свете. Завидев меня, они мгновенно осеклись, переглянулись и замолкли. Это выглядело настолько нелепо, что я, проходя мимо, не удержался от усмешки. Любопытство проявлять не стал, но тему их разговора всё же запомнил. Ведь не каждый день услышишь подобное. Особенно здесь, в Ли Юэ, где Артерии Земли принято называть Драконьими Жилами. Почему именно так… точно не скажу, но, думаю, дело в моей теории о драконах и эволюции элементальной энергии. Ведь явно не я один пришёл к такому выводу. Если элементальная сила действительно стремится принять форму дракона, то вполне логично назвать каналы, по которым она струится, Драконьими Жилами.

Ну а так, по их словам, выходило, что Катаклизм вызвал нестабильность в Артериях Земли, из-за чего сейчас стали появляться аномалии – начали всплывать сундуки из прошлого, вплоть до старинных сокровищниц. Причем один из ребят пытался объяснить происходящее «научным» языком, но получалось у него, мягко говоря, плохо. Из-за чего второй просто отмахнулся и заявил, что это какие-то там временные искажения. Ну и на этом раз говор закончился. Они заметили меня и тут же замолчали, уставившись с подозрением.

Однако кое-что я всё же понял. Когда-то я читал о Ирминсуле, где упоминались и Артерии Земли. Поэтому точно знаю, что это не временные аномалии, а скорее… сбой в самой системе, если так можно выразиться. Артерии Земли непрерывно поглощают воспоминания мира, тогда как Ирминсуль является хранилищем всей информации и памяти Тейвата. И если во время Катаклизма с Ирминсулем действительно что-то произошло, то именно это могло нарушить баланс. В результате чего Артерии Земли действительно могут «воссоздавать» предметы из прошлого, считая, что они по-прежнему существуют. По крайней мере, так я предполагаю.

Вот только как эти ребята об этом узнали? Уверен они даже читать не умеют, а тут такая ценная информация, прям словно кто-то со стороны им нашептал…

Впрочем, я и сам толком ничего об этом не знаю. А верить полностью словам ребят… глупее не придумаешь. Если бы действительно происходило что-то важное, Сянь Юнь или сам Моракс непременно сообщили бы мне.

Что ж, завершу дело с семьёй Кунь, а там, может, и узнаю у учителя, что происходит с Артериями Земли. А пока стоит сосредоточиться на текущих задачах.

Глава 70

С первыми криками петухов я вышел из дома, направляясь к месту встречи с караваном. Ху Фуа в это время мирно сопела, и я не стал её будить. Сама смущалась матери, сама терпела, а в итоге сама же и пришла в мою комнату. Милашка, в общем.

Я так и не сомкнул глаз, всё время обдумывал дальнейшие шаги. У меня иная цель, но по факту я обязан обеспечить безопасность семье Кунь, чтобы в дальнейшем выведать местонахождение сокровища. Звучит цинично, да и, если уж смотреть правде в глаза, это настоящее воровство. Однако они распродали свои родовые вещи, что передавались из поколения в поколение. И если бы у них оказалась эта семейная реликвия, они, скорее всего, продали бы и её. Если, конечно, ещё не продали…

Можно придумать сотню оправданий, мол, я ведь могу им заплатить, а они нуждаются в деньгах и, скорее всего, не будут против. Тем более из-за сокровища их могут банально убить. Но, честно говоря, всё это какая-то извращённая мораль. Отчасти потому, что мне самому наплевать на их семейные проблемы. Просто я стал замечать, что в начале люди, включая меня, ищут оправдания, если что-то делают плохое, а потом спустя даже небольшое время начинают смотреть на это циничнее.

Раньше я думал, что всё это зависит от воспитания. Ведь я вырос в мире, где убивать – плохо и незаконно. Нас этому учат с детства, вбивают в голову, что человеческая жизнь священна, а насилие всегда плохо. Здесь же, в этом мире, убивать тоже вроде как запрещено, но, по какой-то странной логике, люди спокойно могут отнять жизнь другого, и при этом не чувствовать ни стыда, ни угрызения совести.

Особенно в Ли Юэ. Тут я буквально вынужден был выучить и соблюдать чуть ли не весь местный этикет, иначе просто прибили бы в начале пути. А всё потому, что каждый третий здесь прям живое воплощение Пушкина. Неудивительно, что тот мечтал посетить Китай, и был сильно заинтересован китайской культурой.

Но я что-то отвлёкся.

Думаю, вначале, когда мы сталкиваемся с проблемой, она перед нами. Отчего важно решить её сразу, или хотя бы заглушить оправданиями – своеобразная защита разума, лишь бы не чувствовать вины, страха или чего похуже. А потом проходит время, и мы начинаем смотреть на ситуацию со стороны. Уже не так остро, без прежних эмоций.

Вот об этом я и размышлял большую часть времени. Ну а о чём ещё думать ночью, как не философствовать о жизни?

О сокровище тоже думал, но лишь мельком. Ведь, скорее всего, вся эта авантюра окажется пустой тратой времени. Но есть крошечный шанс на успех, и ради него я готов рискнуть. В конце концов, всё просто: либо ничего, либо всё.

— Как же я люблю утро в Ли Юэ, — произнёс я, глубоко вдыхая прохладный воздух. В нём смешались запахи моря, приправ и свежей выпечки.

Из-за отсутствия холодильников некоторые люди, особенно торговцы, вынуждены вставать очень рано, чтобы начать готовить. А кто-то возился с кормом для домашних животных. Хоть это и город, но многие держали мелкую живность, всяких кур, уток и кроликов.

Госпожа Синь вместе с малышкой Сяо также не спали. Уже вовсю отрабатывали во дворе какие-то ритуальные искусства, используя особые талисманы. Их движения напоминали изящный танец, а вокруг них плавно кружили Пиро-частицы, отчего мне захотелось задержаться и просто понаблюдать за этим.

Даже несмотря на то, что Ху Сяо не обладает Глазом Бога, её семья каким-то образом умеет наполнять талисманы элементальной энергией и использовать магию. Это чем-то напоминает практику оммёдзи – древних мастеров духовных печатей и призывов, ну или просто азиатские маги. И стоит отдать должное Ху Сяо, она действительно умница. Я в её возрасте терпеть не мог вставать по утрам. Придумывал сотню причин, лишь бы остаться в постели. А ведь солнце только-только показалось из-за глади моря. Его первые лучи медленно пробивались сквозь лёгкий утренний туман, окрашивая крыши Ли Юэ в розово-янтарный цвет.

Как-то Ху Фуа обмолвилась, что семейные техники лучше всего работают в сумерках, когда миры живых и мёртвых становятся особенно близки. Возможно, именно поэтому Ху Сяо и предпочла махать мечом, а не заниматься семейным ремеслом. Соня… я её прекрасно понимаю.

Они заметили меня, и сразу поднялся переполох. Госпожа Синь принялась сыпать вопросами. Всё ли я взял, ничего ли не забыл, поел ли как следует, а может, стоит прихватить с собой пельмешек? Эта простая, искренняя забота почему-то пробрала до глубины души. В одно мгновение я вспомнил бабушку, как она точно так же хлопотала, провожая нас в путь, то поправляя шарф, то суя в руки узелок с пирожками. От этих воспоминаний на лице сама собой появилась улыбка.

Я поблагодарил госпожу Синь, легко махнул рукой и отправился к месту встречи.

— Как я и думала, — стоило мне подойти к каравану, где сновали люди, перегружая ящики и мешки, как раздался раздражённый женский голос. — Слабак на вид, да ещё и без Глаза Бога. В общем, чего ещё можно было ожидать от четвёртого ранга?

От такого тона я малость прифигел.

Соизволила открыть рот девушка лет двадцати пяти. Красивая спору нет. Волосы чёрные, густые, словно сама мгла, но среди них выделялась одна ярко-зелёная прядь. А глаза-то какие, словно луна на ночном небе, светло-серые, с холодными голубыми зрачками.

Одета она при этом… странно, иначе и не скажешь. Платье зелёного, болотного оттенка, заправленное в голубые брюки, а поверх – что-то вроде оранжевой жилетки, напоминающей ту, что носил Аладдин. И к этому добавлялась ещё светло-розовая юбка, но без передней части. Честно говоря, выглядело это так, будто она взяла юбку у ребёнка, попыталась натянуть её на себя, а когда не влезла, то просто разрезала по вертикали и стянула поясом чтобы не спадала.

Прямо блевать хочется от такого сочетания. Я, конечно, не привереда, да и к моде у меня отношение из разряда «лишь бы удобно». Но тут… это даже для меня выглядит извращенно.

Остальные вещи у неё являются артефактами. Они буквально сияют от перенасыщения элементальной энергией. На ногах высокие сапоги из какой-то чешуйчатой кожи, переливавшейся на солнце ультрамарином. Судя по исходящей от них энергии, изготовлены они были из водного существа, вот только из какого именно – сказать трудно.

Чешуйчатых тварей, мутировавших под воздействием элементальной энергии, пруд пруди. Это мог быть кто угодно – от редчайшего морского змея, он же Морской Владыка, до банального карпа, который просто прожил слишком много лет возле источника стихии и успел вобрать в себя её силу. Даже рыба может стать драконом…

Чем-то это напоминает мне чёрную жижу из «Чужих». Если подумать, элементальная энергия словно несёт в себе некий генетический код, и с большой долей вероятности даже я со временем могу превратиться в чешуйчатое нечто, если продолжу в том же духе развивать свои способности.

Хотя, по моим наблюдениям, Адепты, похоже, не подвержены подобной мутации. Вероятно, из-за своей божественной сущности. Или, что кажется мне более правдоподобным, из-за особенностей их практики. Ведь они пользуются не чистой элементальной энергией, а Духовной Ци. Однако моя ситуация немного патовая, отчего даже не знаю, чего ждать дальше. Но учитывая техники к превращению, а я намерен освоить одну из них, то это уже не так важно. Какое бы тело у меня ни было, я всё равно смогу принять любой облик, какой захочу.

Кроме сапог у неё на голове тонкая серебряная диадема, усыпанная разноцветными камнями, которые при каждом движении отбрасывали на лицо радужные блики. Учитывая, что несколько элементов, которые заключены в камнях, в гармонии, то это явно артефакт. Ну и в завершение образа – у неё на правой руке сиял Дендро Глаз Бога с необычной обводкой из двух лент и крылышками.

Такой Глаз Бога я ещё не встречал, ни в игре, ни тут. Скорее всего, она родом из земель, которые вышли после того, как я забросил игру.

— Я согласен, куда вообще смотрела гильдия, — хмуро пробормотал здоровяк, спрыгнув с дерева.

Настоящая горилла! Крупные черты лица, тяжёлая, вытянутая челюсть, кожа загорелая до бронзового оттенка. Руки как моё туловище, а ноги при этом... маленькие. Точнее, обычные, просто на фоне остального тела кажутся такими. Будто он всю жизнь качал всё, кроме нижней половины. В общем, выглядит как типичный Танк из «Left 4 Dead».

Про одежду даже говорить нет смысла. Потому что её почти нет. На нём лишь грубые брюки из коричневой кожи, сапоги... и всё. Если не считать, конечно, два огромных топора за спиной, и женскую серёжку в правом ухе.

В аксессуаре нет ничего удивительного. Это, судя по всему, артефакт. А мало кто откажется от полезной вещи только потому, что она выглядит «не по-мужски». Особенно Искатель Приключений. Жизнь и сила куда важнее, чем чьё-то мнение. Тем более, в этом мире я часто замечал у мужчин серьги. Вот только у этого детины она явно женская: тонкая, с изящным изгибом в форме ласточки, и в центре камень, сияющий мрачным кроваво-красным светом.

Здесь на женщин смотрят свысока. А надеть женскую вещь – это как открыто поставить себя с ними на один уровень. Но артефакт есть артефакт. И, полагаю, даже самые тупые не рискнут смеяться над человеком, у которого на спине два огромных топора.

— Дружелюбно, — фыркнул я, даже не подумав испугаться этого бугая. Всё-таки после встречи с Лавачурлом подобные типы кажутся просто их уродливыми детьми.

Мужик замер, нахмурился, а рядом девушка растерянно приподняла бровь. Видимо, не ожидали, что я так спокойно отреагирую.

— Но, знаете, мне как-то плевать на ваше мнение, — продолжил я. — Если не устраиваю, то дорогу до гильдии вы знаете. Можете туда и пойти, выговориться, пожаловаться, хоть целый трактат написать о том, какой я «слабак». А здесь держите своё «фу» при себе.

Судя по тому, как элементальная энергия начала стекаться к её Глазу Бога, девушка всерьёз рассердилась. Мужчина же выглядел хмуро, но по мелким движениям видно, что внутри он спокоен. Значит, драться не станет. Разве что решит проверить мои навыки, но для этого у него есть девушка, сбежавшая, по всей видимости, прямиком из цирка «Шапито».

Кроме них, здесь было ещё несколько Искателей приключений. Кто-то облачился в кожаные доспехи, но не удержался и добавил декоративные вставки, кто-то предпочёл простую мантию, из-за которой даже не разглядеть, что под ней. Но, по большому счёту, все выглядели как типичные искатели. И среди всей этой разношёрстной компании лишь у одной был Глаз Бога.

Я тяжело вздохнул и направился к каравану, полностью игнорируя жгущий взгляд обладательницы Дендро Глаза. Понимая, конечно, что сам же её и спровоцировал. Но если бы промолчал, они бы решили, что можно дальше поливать меня своими помоями, а значит можно и упрекать, и читать нравоучения, и в случае чего скидывать вину. Сказал бы мягко, но, по правде, подлизываться я уж точно не собираюсь, тем более к тем, кого не уважаю.

Ну а ещё показной бой – отличная возможность проявить себя. Семья Кунь наверняка обратит внимание на необычного, да ещё и сильного юношу. А дальше можно будет сблизиться, выведать подробности о сокровище… Если, конечно, они действительно что-то знают.

— Высокомерный мальчишка!

— Наглая курица, — закатил я глаза, после чего медленно повернулся к ней и хмуро посмотрел прямо в лицо. — Подумай своей головой… или чем ты там думаешь. Если гильдия выбрала меня – значит, на то были причины.

— Причины? — фыркнула она, почти рыча. — Да кому ты нужен! Наверняка, очередной богатенький сынок купил себе место. Никогда такого не было, и вот опять!

Я тяжело выдохнул, но не ответил сразу. Вокруг нас уже начинали собираться люди. Дай людям хоть намёк на конфликт, и они сбегаются как на бесплатное представление. Даже несколько жителей гавани высунулись из окон, наблюдая за происходящим.

Она собралась подойти ближе, как позади неё раздался небольшой хлопок – сгусток Электро-энергии столкнулся с влажной корой и мгновенно испарил влагу, отчего и прозвучал пшик. По стволу дерева пошла тонкая струйка дыма.

— Ч-что это было?.. — удивлённо зашептали зеваки.

Девушка медленно обернулась и расширила глаза, заметив на стволе дерева след от моей техники. На деле это был всего лишь сгусток Электро-частиц. Он оставил поверхностный ожог и уничтожил часть коры. А затем ещё медленнее повернула голову ко мне. Будучи обладательницей Глаза Бога, она должна была почувствовать или хотя бы заметить движение Электро-частиц. Я ударил не сильно, но с максимально возможной скоростью. Поскольку хотел дать понять, что если бы атаковал её всерьёз, то у неё не было бы и возможности среагировать.

Кроме того, я хотел оценить её реальные силы. Элементальной энергии в ней примерно столько же, сколько сейчас у Ху Фуа. Казалось бы, с таким объёмом она должна была среагировать. Ведь элементальная энергия пассивно увеличивает физические показатели тела. И я ожидал, что она среагирует на движение сгустка… Это очень странно.

Впрочем, стоять и хлопать глазами в такой момент последнее, что нужно делать. Представление должно продолжаться.

Я медленно вытянул руку вперёд. По коже пробежали тонкие фиолетовые змейки молний, переплетаясь между собой и создавая пронзительный, сухой треск. Воздух вокруг начал слегка дрожать, и запахло озоном.

— Мне не нужны мускулы, меч, грозная репутация или даже Глаз Бога, чтобы испепелить тебя, — произнёс я спокойно, но с небольшим холодом в голосе.

Стоило сжать пальцы в кулак, как Электро-частицы в воздухе вспыхнули и начали вытеснять остальные. Вокруг пронёсся гулкий треск, и всех присутствующих обдало волной энергии. Для обычных людей она ощущалась как резкий порыв ветра, но обладательница Глаза Бога всё видела – тонкие нити электричества, прошили всех здесь стоящих. Ничего страшного, заряда не хватит чтобы даже пробить защитный слой кожи.

— Так что это у меня должны быть вопросы. Зачем гильдия отправила ещё и вас? Чтобы путались у меня под ногами?

Я выдержал паузу, глядя ей прямо в глаза. Несколько секунд тишины, а после она открыла рот, словно собираясь что-то сказать, но так и не нашла слов. Тогда я лишь вздохнул и развернулся, показывая, что разговор окончен.

Однако едва сделав шаг, я почувствовал намерение убить. За два года тренировок с монстрами подобное ощущение научился распознавать безошибочно. Затем послышались тяжёлые, прерывистые шаги, словно кто-то с огромной массой прыгал на месте.

Обернулся и зрелище оказалось… слегка сюрреалистичным. Огромный мужчина мчался прямо на меня на кулаках, как горилла, губы растянуты в безумной улыбке, по подбородку стекала слюна, а белок глаз окрашен в красный, словно он перед этим долго и муторно чесал их. А потом, когда между нами оставалось всего несколько шагов, он резко подпрыгнул. Причем неожиданно высоко для такой туши, метра на три.

В воздухе сверкнул металл. Он выхватил два топора и, с ревом, обрушился вниз, явно намереваясь разрубить меня пополам.

— Умри!

Псих, что ли?

Я хлопнул ладонями, сжимая между ними клубок Электро-частиц, и в тот же миг высвободил внутреннюю энергию. Воздух завибрировал, и стоило раскрыть ладони, как наружу вырвался фиолетовый поток. Он прорезал воздух, как струя воды, вырывающаяся из пожарного гидранта под чудовищным давлением.

Лезвие топора столкнулось с потоком, и, к моему удивлению, начало рассекать его. На миг я замер, не веря глазам. Всё-таки по ощущению у него обычный топор. Да, всё в этом мире состоит из элементальных частиц, и его оружие не исключение. Но всё же у этого мира есть фундаментальные принципы, и простой металл бы не выдержал столкновения с таким количеством Электро-частиц. Даже секунды.

Сначала девушка с огромным запасом элементальной энергии, но при этом слабая, как обычный человек. Теперь вот этот бугай с какими-то странными топорами. Что за парочка такая? Откуда вообще взялись?

В воздухе он не мог уклониться или сменить траекторию. Особенно с таким непропорциональным телом. Поэтому каким бы не был чудесным его топор. Но большое тело – большая мишень.

Поток энергии сместился и ударил его прямо в грудь.

Послышались вопли ужаса – это кричала его подружка с Дендро-элементом. Остальные же стояли в оцепенении, просто хлопая глазами. Ни намёка на страх, скорее ошарашенное любопытство. Даже дети, невесть откуда появившиеся, радостно хлопали в ладоши и вытягивали руки, пародируя меня.

Он отлетел довольно быстро. Из-за чего, по сути, его задело не столь сильно. Да, обычного человека таким бы наверняка убило, но его масса сыграла ему на руку. Органы, скорее всего, не задеты, хотя пару месяцев, а то и год, ему теперь точно не побегать.

Вот вообще не жаль. Да, по сути, я сам спровоцировал этот поединок, но его жажда крови была настоящей. Такое намерение идёт, когда разум, эмоции и душа желают смерти противнику. Так что…

— Он хотел убить меня. Ничего личного.

Глава 71

Как и предполагал, здоровяк выжил. Но вот чего я не учёл – девушка решила отправиться с нами, а не осталась с ним. Казалось ведь, она так переживала за него… Из-за этого караван выехал почти на час позже. А теперь она спокойна как удав. Ни одной попытки спровоцировать конфликт. И всё же я не могу избавиться от мысли, что за этим внешним спокойствием скрывается желание отомстить мне.

Её элементальная энергия всё равно какая-то странная.

Я перевёл взгляд с неё на открытые поля, где вдалеке резвились тигроподобные монстры с костяными шипами на теле – Костоломы. Несмотря на грозный вид, эти существа редко нападают на людей, даже если путник случайно забредёт на их территорию. По крайней мере, это лишь мнение тех, кому повезло вернуться живыми. Проще говоря, обычная ошибка выжившего.

С ними мне не доводилось сталкиваться напрямую, лишь наблюдать издалека. Величественные и по-своему красивые создания. Но даже на расстоянии ясно, насколько они опасны для обычных людей, примерно как тигры в моём мире.

Да, они монстры, но не обладают никакими особыми магическими чертами. И всё же назвать их животными нельзя, поскольку это искусственно выведенные существа, появившиеся несколько сотен лет назад алхимическим путём. По законам этого мира подобные создания автоматически относят к категории «Монстры».

Они умны и жестоки, чем-то напоминают косаток. Однажды мне довелось издалека наблюдать, как они охотятся. Одним словом – бойня. Они не оставляют в живых даже тех, кому удалось вырваться. Сначала калечат пойманных, а затем принимаются за беглецов. Причем преследуют их до последнего, не оставляя ни малейшего шанса на спасение. Причем прозвали их Костоломами отнюдь не из-за шипов, а из-за мощных челюстей, которые с легкостью дробят черепа взрослых кабанов. И таких вот созданий некоторые люди считают чуть ли не добрыми.

Думаю, просто из-за того, что человека в дикой природе может убить кто угодно, из-за чего куда меньше шанса наткнуться на стаю голодных Костоломов.

Ко мне направлялся мальчик лет десяти на вид. Он уже долгое время исподтишка наблюдал за мной и, похоже, наконец не выдержал. Естественно, это был кто-то из семьи Кунь. Кажется, племянник нынешнего главы. Точно сказать не могу, поскольку в досье, что я читал, не было никаких фотографий.

Если предположить, что это действительно он, то мальчика зовут Кунь Жу. Третий сын младшего брата Кунь Хо, нынешнего главы семьи. Поскольку у главы не было сыновей, а только дочери, то он выкупил мальчика ещё в младенчестве. Обычное дело в подобных семьях. Скорее всего, его воспитывали как родного, а позже женят на дочери главы, чтобы тот получил полное право унаследовать место приёмного отца.

— Братец, как тебя зовут? — спросил он с лёгким волнением, робко избегая моего взгляда.

Я нахмурился, не специально, просто по привычке. Но этого оказалось достаточно, чтобы мальчик вздрогнул. Словно отец достал ремень и громко хлопнул им, да так что уши заложило.

— Цин Лун, — произношу мягко, чтобы не спугнуть окончательно. — Ты что-то хотел?

Он некоторое время просто смотрел, а после медленно кивнул.

— Эм… да… ой, то есть… меня зовут Кунь Жу! — выпалил мальчишка, запинаясь на каждом слове. — Приятно познакомиться, господин Цин Лун!

После этих слов он неловко опустил взгляд и перемялся с ноги на ногу, словно сам не понимал, зачем вообще заговорил со мной.

Кунь Жу, значит? Вот так удача. Вряд ли он что-то знает, но, возможно, через него удастся выйти и поговорить с главой семьи. Хотя, по плану, я собирался завязать разговор уже при первом привале.

— А у вас правда нет Глаза Бога?

— Думаешь, я вру и прячу его где-то под одеждой? — усмехнулся я наивности мальчишки. Словно скажи я «нет», и он сразу поверит на слово.

К слову, подобный слух уже разошёлся среди искателей. Им проще поверить, что я просто прячу где-то Глаз Бога. Никто даже не подумал о магическом искусстве, хотя, как по мне, именно это было бы куда логичнее. О магах мало что известно, они некие таинственные чудики, которые ревниво оберегают свои секреты и не любят привлекать внимание. Из-за чего местные вполне могут скидывать странности на них, чем искать рациональное объяснение. А Глаз Бога – это символ власти в мире смертных, поэтому его обладатели, наоборот, стараются выставить это напоказ. Мол, смотрите, я избранный богами. Никто в здравом у меня не будет скрывать его. Как богатый человек никогда не откинет своё состояние. Конечно, есть случаи, когда господа переодеваются в нищих и гуляют по городу, желая узнать простых людей получше. Но даже они не будут так жить на постоянно основе.

Естественно, нашлись и те, кто думает обо мне именно так, как я и рассчитывал. Один мужчина даже вступил в спор с искателем, яростно доказывая, будто я какая-то таинственная фигура из обители Адептов. Видимо, из той категории людей, которая когда-то верила в «Лесную Фею», или как они там меня называли пару лет назад.

В общем, для одних я стал странным обладателем Глаза Бога, скрывающим свой артефакт, а для других – загадочной фигурой, не от мира сего.

Я вытянул руку и выпустил несколько фиолетовых искр.

— Вау! — мальчишка аж подпрыгнул. — А можно как в прошлый раз?

— В прошлый раз? — переспросил я, приподняв бровь.

Он энергично закивал и вытянул вперёд обе руки, старательно копируя мой жест из недавнего поединка со здоровяком. Вышло так искренне и нелепо, что я даже почувствовал лёгкое смущение. Кунь Жу, похоже, и сам не осознавал, насколько забавно это выглядит: он всё стоял передо мной, напряжённо щурясь, словно всерьёз пытался собрать в ладонях какую-то энергию.

Однако, как бы забавно это ни выглядело, я лишь покачал головой, и мальчишка тут же сник.

— Я не собираюсь просто так использовать столь опасную технику, — произнёс я, чуть хмурясь.

На первый взгляд она действительно не кажется серьёзной, особенно если учесть, что ей смог противостоять обычный топор. После поединка я поднял осколок – это и правда оказалась простая железяка, причём из плохой стали, с множеством включений. Сломать этот топор можно буквально пальцами, так что защищаться им от моей атаки в принципе невозможно. Электро-частицы движутся с огромной скоростью. Настолько высокой, что даже будь у меня сотый уровень с полностью прокачанной ловкостью, я бы всё равно не смог к ней приблизиться. Из-за этого частицы действуют как наждачка, стирая всё, с чем соприкасаются.

К слову, те элементальные частицы, что выглядят как пылинки, – это лишь то, что я способен видеть. Точно так же как металл кажется цельным, но на деле состоит из множества элементов, так и эти частицы не так просты. Лишь экспериментируя и развиваясь, я постепенно стал замечать, что элементальные частицы состоят из меньших фрагментов, а те, вероятно, из ещё более мелких.

Иногда при столкновении частицы резко отталкиваются друг от друга, а порой одна становится ярче и крупнее, в то время как другая тусклее и меньше. Бывает, что они и разрушаются, а на их месте появляются несколько более мелких частиц. Естественно, это связано с противоположностями электроэнергии. Но если раньше мне казалось, что одна частица положительная, а другая отрицательная, то теперь я понимаю: в каждой из них присутствуют обе составляющие, просто в разных пропорциях. Из-за этого я пришёл к логическому выводу, что сами частицы состоят из ещё более мелких элементов, которые просто недоступны моему восприятию.

Возможно, другие элементы работают схожим образом, а может, и иначе. Трудно сказать, пока сам к ним не прикоснусь. Физика этого мира во многом напоминает мою, но из-за элементальной природы всего вокруг она кажется куда более запутанной.

— Хм… — я заметил, что тигры подозрительно долго смотрят в нашу сторону.

Между нами… около двух сотен метров и глубокий овраг, да и сам караван сопровождают пятнадцать Искателей Приключений: пятеро из семьи Кунь, остальные от торговцев. Путники обычно сбиваются в плотную группу, если идут по одной дороге, поскольку так безопаснее. Правда, сам караван держит путь в Фонтейн, тогда как нам нужно ближе к Сумеру, что западнее. Поэтому уже на третий день пути мы должны будем отделиться и пойти своей дорогой.

Так что ни один хищник не стал бы так рисковать. Но их взгляд уж слишком пристальный. Остальные этого не замечают, поскольку просто не видят так далеко, как я. Тигры не просто наблюдают, а их взгляды словно застыли на нас, прям как у манекенов. Обычно живые существа ведут себя иначе.

Но, как бы то ни было, нападать они вроде не собираются, просто жутко следят за нами.

А тем временем Кунь Жу что-то спрашивал, но его вопросы были настолько банальными, что я даже не слушал, а просто кивал. Например, сейчас он интересуется, стал ли я таким сильным благодаря тренировкам. А затем, вместо того чтобы развить тему, вдруг переключается на другую, причем снова с каким-то нелепым вопросом.

— Эх, а папа только и заставляет изучать искусство ковки, — пожаловался он, в очередной раз резко сменив тему. — Вот бы стать Искателем Приключений…

Однако на этот раз его слова меня действительно заинтересовали. Всё-таки кузнечное дело напрямую связано с основателем их семьи. Да и я сам понемногу пытаюсь ковать. Стоит лишь провести у горна немного времени, как в голове всплывают обрывки воспоминаний – моменты, где Скара обучался у разных мастеров. Хотя ему не нужно было осваивать основы, он интуитивно чувствовал, как ковать так, чтобы даже божественные останки превращались в острейший клинок. Возможно, это дело рук Эи, которая по лору умела многое, но не готовить, а может, и природный талант самого Скары.

— А что плохого в том, чтобы быть кузнецом? — спросил я, пристально посмотрев на него. — Назвать кузнеца слабым язык не повернётся. Работать с горном, а потом ковать – для этого нужна огромная сила и выносливость.

— Но они… не такие крутые… — пробормотал он, отворачиваясь.

Я перевёл взгляд на мужчину, идущего рядом с небольшой повозкой, и покачал головой. Это был нынешний глава клана Кунь. Крепкая шея, широкие плечи, огромные мускулы – коренастый, низковатый мужчина, которого в моём мире приняли бы за профессионального бодибилдера.

Не крутые…

— Хех, а ты слышал про великана Али? — спросил я, снова взглянув в сторону Кунь Жу.

Он покачал головой.

— Это кузнец из Сумеру. Во время Катаклизма он поднял свой молот и пошёл крушить монстров. Говорят, одним взмахом мог смести дюжину врагов. Настоящая легенда Сумеру, — я улыбнулся, уловив его скепсис. — В Инадзуме, откуда я родом, многие легендарные самураи тоже были мастерами кузни. Кузнецы-мечники. Там даже есть пять великих школ кузнечного дела, чьи техники владения мечом считаются лучшими в стране.

Конечно, они и должны быть лучшими. Ведь по сути являются творениями самой Эи, которая от скуки переодевалась в смертную и выходила на поединки с самураями, чтобы испытать их силу. Все об этом догадывались. Эи хоть и облачалась в тяжёлые доспехи и носила маску, скрывающую пол и возраст, но люди не глупы, а сама она, честно говоря, не от мира сего. Однако все молчали. Кто посмеет задавать лишние вопросы, когда о суровом нраве Сёгун знает даже последняя блоха в Инадзуме?

Так вот, в один из таких походов она заметила пятерых гениев, и обучила их, а те в последствии основали школу. А те не придумали ничего лучше, как назвать свои школы «Райден Гокаден», то есть «Пять Традиций Райден».

А вообще зная всё это, кажется, что Эи – совершенна. Умеет ковать, владеет мечом как никто, сильна в медитации, магии, астрономии, геологии, поэзии, алхимии и ещё в десятке других искусств… но готовить и не умеет.

— А вообще независимо от того, кем ты станешь в будущем, кузнецом или Искателем Приключений, главное начать хоть с чего-то. Любой путь требует первого удара молота, первого шага, первой ошибки. А дальше уже ты сам решишь, куда идти.

— Мама тоже так говорила… — тихо проговорил мальчишка, резко поникнув.

Его родная мать, насколько мне известно, умерла год назад после родов. В этом мире, где медицина почти отсутствует, гигиена на низком уровне, а суеверные запреты всё осложняют, материнская смертность была пугающе высокой. Семья Кунь не могла позволить себе настоящего лекаря или магические эликсиры, и, скорее всего, обратилась к деревенской повитухе… или, что ещё хуже, к старшей женщине рода, действующей больше по интуиции, чем по знанию.

Эх, наверное, нужно уже привыкать к этому. Всё равно помочь с этим не смогу, у меня нет медицинского образования, даже базового. Но почему-то всегда так и тянет сравнить миры, словно я только недавно прибыл сюда.

— Хм… — я нахмурился, уловив всплеск энергии.

Он был слабым, почти на грани магического фона, но всё равно ошибиться невозможно. Среди нас, не считая, естественно, меня, лишь владелица Дендро Глаза Бога способна применять силу стихии. Однако девушка шла неподалеку, разве что чуть хмурилась, словно задумавшись о чём-то своём.

Пользователи Глаз Бога, на то и пользователи: они не могут напрямую управлять элементальной энергией. Им нужен проводник, что-то вроде волшебной палочки. И любой активный артефакт выдаёт себя так же, как механизм, который нагревается во время работы. Глаз Бога – не исключение. Чувствительные к стихиям люди замечают его сразу, вокруг сферы появляется лёгкое сияние, тонкий ореол энергии, либо же остаточный след как это называет учитель.

У девушки всё выглядело совершенно нормально. Ничего, что указывало бы на использование силы. Так ещё определить стихию я не сумел, слишком слабый след.

Да и перепутать всплеск с небольшими магическими трюками невозможно. В окружающей среде всегда присутствует определённый фон элементальной энергии, из-за чего мои собственные искры и мелкие игры с Электро зачастую остаются незамеченными. Вокруг просто слишком много рассеянной силы. Чтобы всплеск стал ощутимым, то он должен прорваться сквозь неё.

Вот только кто это сделал, если поблизости нет никого, кроме нас?

— Что-то случилось? — спросил Кунь Жу, когда я внезапно остановился.

Я снова прислушался к своим ощущениям, затем выпустил волну элементальной энергии во все стороны, не обращая внимания на лошадей, которые тут же испуганно дернулись. Поскольку их быстро успокоили.

Частицы энергии, разогнанные сильным импульсом, позволили мне стремительно просканировать местность. Конечно, ещё есть куда расти, но уже сейчас я неплохо ощущаю Электро-стихию и понимаю, как она ведёт себя при столкновении с препятствиями разной плотности. Это, в свою очередь, помогает мне определять, что примерно находится в радиусе тридцати метров на открытом пространстве и десяти под землёй, а дальше импульс заметно ослабевает.

— Ты что творишь?! — вспыхнула владелица Глаза Бога.

Её возмущение мгновенно сменилось растерянностью, когда я выхватил меч из инвентаря. Лезвие окутала фиолетовая дымка, и по нему пробежали искры.

Я шагнул вперёд и, не колеблясь, вонзил клинок в землю. Миг – всё вокруг содрогнулось, под ногами побежала трещина, а впереди тропа с глухим грохотом обрушилась вниз, увлекая за собой целый участок пути.

— Вот почему, — тихо сказал я, выдернув меч. — Здесь кто-то использовал Гео-стихию и подготовил ловушку. А поскольку земля примерно на десять процентов состоит из Гео-частиц, заметить её заранее было практически невозможно.

— А может, это именно ты её и устроил? — подозрительно прищурилась она.

Я посмотрел на неё как на дуру.

— Даже не буду спрашивать, зачем мне всё это и почему тогда я сам её раскрыл, — вздохнул я, направляясь к краю провала. Между комками земли поблёскивали стальные шипы, наполовину погребённые под обломками. — К тому же наш маршрут вовсе не был секретом, а разбойничек прячется совсем рядом. Хотя надо отдать ему должное, если бы не всплеск энергии, ему вполне удалось бы заманить нас в ловушку.

Стоило мне это произнести, как из-под земли выбрался… черт. Первое впечатление было именно таким, и я даже на миг растерялся при его виде. Но нет – это всего лишь высокий, худощавый, сутулый мужик в каком-то странном костюме. На переносице громоздкие, толстенные очки, всё лицо перепачкано сажей, а на голове шлем, слепленный из части черепа крупного скота. На ногах же чёрные меховые штаны, словно сшитые из козьей шкуры. Короче говоря, колоритный тип.

— Разбойник Бай! — выкрикнул кто-то из искателей. — Почему он здесь?!

Впервые слышу это имя. Судя по реакции остальных, личность известная. Впрочем, раз он вышел к нам, а не удрал, значит действительно верит в свою силу. Вот только ощущается он слабым. Энергии в нём кот наплакал.

— Могу предположить, что ты нацелился именно на нас, — произнёс я, хмуро глядя на него. — Среди всей группы только мы двое способны использовать магию. Поэтому ты и укрепил стенки ловушки, вызвав тот всплеск энергии, чтобы мы, идущие в самом конце, гарантированно рухнули вниз. Даже нам было бы непросто выжить… Да и, уверен, шипы смазаны ядом.

К тому же, чтобы почувствовать магический всплеск, владельцу Глаза Бога нужно постоянно поддерживать элементальную энергию в концентрации, чем никто в здравом уме заниматься не станет. Так можно быстро перегрузить мозг. Человек и без того устаёт от объёма визуальной информации, а если к этому добавится ещё и повышенная чувствительность к стихии, то он попросту долго не продержится. По сути, это полноценное шестое чувство.

Я же ощущаю энергию постоянно. Поэтому и почувствовал всплеск энергии. Раньше, будучи куклой, я ещё мог отключать это восприятие, как и любой владелец Глаза Бога. Но теперь, когда стал элементальным существом, оно работает безостановочно. Разве что я всё ещё могу отключать визуальный спектр, иначе было бы ой как сложно жить.

— Хе-хе… Умный, значит, — Бай тыльной стороной вытер нос. — Но я, знаешь ли, целую неделю готовился. И уж точно не для того, чтобы вы просто ушли.

Он поднял руку и театрально щёлкнул пальцами. Прошло несколько секунд, и ничего не произошло. Из-за чего все присутствующие переглянулись и посмотрели на него как на дурачка. Разбойник щёлкнул пальцами ещё пару раз, уже нервно и без всякой театральности.

Впрочем, что бы он там ни задумал, его всё равно нужно было остановить.

Пока он раздражённо подпрыгивал на месте, отчаянно пытаясь хоть что-то сделать, я за долю секунды сократил расстояние между нами и занёс меч для удара. Однако разбойник, к моему удивлению, среагировал почти мгновенно. Его тело покрылось чёрными кристаллами, и он стал напоминать «Алмаза» из Бен Десять.

Удар пришёлся ему в плечо, но кристаллы оказались невероятно прочными. Более того, лезвие даже не смогло зацепиться, поверхность была слишком гладкой. Из-за чего в итоге меч просто соскользнул.

— Ха-ха! — расхохотался он. — Многие меня недооценивали, но именно они пали, а я возвысился! Я! Я – Шун Аль Бай, и твоя жалкая Электро-стихия не сможет даже пощекотать меня!

Глава 72

Естественно, мне не составило труда понять, что Электро-частицы не могут зацепиться за его кристаллы: структурная основа слишком плотная. К тому же сам материал какой-то странный. Не раскололся от моего удара. Возможно, это действительно улучшенный алмаз. Если память мне не изменяет, у такого материала из-за чрезвычайно плотной кристаллической решётки крайне низкая электропроводность. А если его ещё и усилить Гео-стихией, получившаяся структура становится практически недосягаемой для обычных Электро и физических атак.

Понятное дело, что нельзя сравнивать природные материалы моего мира и этого. В моём хотя бы есть стабильность, а тут Моракс вздохнет и свойства камня полностью поменяются.

Стихия Гео – это буквально мечта любого алхимика. Этот элемент способен формировать совершенно новые вещества. То есть владелец этой стихии может взять свойства одного элемента, соединять их с другим и создавать то, что в моём мире считалось бы невозможным. Главное обладать нужными знаниями, и, естественно, большим источником энергии.

Я размышлял о Гео как о втором элементе. Его легче всего получить, но при этом не уверен, что смогу им овладеть полностью. Ведь его истинный потенциал раскрывается лишь вместе с глубоким познанием мира… вселенной? И хотя мне нравится алхимия и кузнечное дело, но не могу сказать, что это действительно моё. Скорее для меня это забавное хобби. Поэтому пока размышляю, не откидывая этот вариант.

Гео, скорее, относится к созиданию, тогда как Электро… Мне даже сложно сказать. Сначала подумал про разрушение. Ведь Электро куда эффективнее разрушает структуры других вещей. Лучше даже чем огонь. Но при этом, как помню из уроков физики, именно электромагнитные поля удерживают материю от рассыпания. Думаю, в этом мире действует тот же принцип. Поскольку уже столкнулся с двумя полярностями.

К слову, возможно, именно поэтому Электро так эффективно разрушает, и почему Эи настолько сильна. Если она действительно способна разрывать электромагнитные поля, то неудивительно, что её удары на мгновение оставляют в пространстве чёрные разрезы – следы разрушения материи. Логически такое, конечно, представить сложно. Но мы говорим об Эи, которая за мгновение способна нашинковать огромного змея размером с остров. А если ещё вспомнить легенды, где говорится, что она управляет созвездиями и может разрушать судьбы своих врагов, то подобные вещи и вовсе кажутся для неё пустяком.

Теория весьма интересная. Так что нужно будет обязательно её записать после поединка с этим разбойником. В будущем точно пригодится.

А тем временем разбойник, как бы он ни старался, так и не смог по мне попасть. Да и пока размышлял, я успел нанести удары по всем его теоретически слабым местам, но это ничего не дало.

— Твои атаки не способны оставить на мне даже царапину! — всё смеялся Бай, при этом не прекращая наносить удары своей клинообразной рукой.

Несмотря на внешнюю скованность, двигался он уверенно и довольно быстро. До моей скорости ему, конечно, было далеко, но обычного человека он бы легко успел нашинковать. К тому же каждый его взмах сопровождался оглушительным треском. Словно стеклорез скребёт по стеклу, только в разы громче. Если он не разрежет человека, то уж наверняка оглушит.

Я отбил удар так, чтобы его клинок угодил прямо по собственному телу. Раздался тот самый пронзительный звук, и на кристаллической броне появилась тонкая царапина. Но Бай этого даже не заметил и продолжил размахивать клинком. Иначе трудно объяснить, почему он не попытался скрыть царапину – по сути, свою ахиллесову пяту.

Ещё пара таких царапин, затем мощный удар под правильным углом и его броня неизбежно даст трещину. Всё-таки это кристалл. Даже если он усилил её до такой степени, что тысяча подобных царапин ничего не изменит, у него всё равно слишком мало энергии, чтобы поддерживать эту форму долго. Долгий поединок он не выдержит. В конце концов, он ведь всего лишь человек. Мы можем хоть целый день здесь танцевать – устанет в итоге всё равно он.

К тому же я уже давно мог бы ударить в полную силу, пусть это и потребовало бы огромного количества элементальной энергии. Уверен, даже его кристальная броня не выдержала бы – атака, унаследованная от Эи, слишком уж разрушительна. Настолько, что даже мне до конца непонятно, почему она такая сильная. Ну… если не считать мою свежую теорию.

Всё происходит на уровне… Даже трудно подобрать слова, потому что это тело отличается от человеческого, пусть и прекрасно его имитирует. Но ощущения отдалённо похожи на движение рук, когда человек сосредоточен на тексте, а пальцы тем временем сами, без сознательного контроля, продолжают печатать на клавиатуре.

Возможно, всё это из-за того, что Скара для Эи стал дефектным. Она вполне могла не успеть заложить в него весь необходимый функционал. Насколько помню, вторая кукла в разы мощнее, чем Скара.

Но так или иначе победить разбойника мне не составит труда. Но противник он интересный. Уверен, позже мне попадутся враги со схожими навыками, но куда сильнее. Поэтому неплохо было бы найти другие его слабости.

— Перестань бегать! — бросил он, делая очередной выпад.

Я убрал меч в инвентарь – толку от него не будет. У каждого инструмента своё предназначение – как когда-то говорил папа, который обожал всякие хрупкие, но чертовски острые ножи. Вместо клинка я достал короткую пику, такую, какие используют городские стражи. По сути, это увеличенная стрела без оперения, но с утолщённым, очень прочным наконечником. К тому же стоит она сущие копейки, из-за чего некоторые используют такие пики даже в каменоломнях. Её не жалко. Покупал я её вообще просто чтобы иногда покидать, когда станет уж совсем скучно.

Порой, находясь в изоляции слишком долго, и не на такое потянет…

Пика не требует никакой особой техники. Её задача проста – вонзить наконечник как можно глубже. Не зря некоторые мастера насмешливо называют её крестьянским инструментом, и это ещё в мягкой форме.

— Устал уворачиваться? — фыркнул Бай, и атаковал меня.

Я посмотрел на него, из-за чего он резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену. Но это мне только на руку, поскольку его стойка оказалась идеально подходящей для моей задумки. И, не теряя ни секунды, я слегка присел, перехватывая пику ближе к центру, и ткнул оружием ему под подмышку.

Разумеется, пика не пробила его кристаллы – я на это и не рассчитывал. Когда Бай чуть сместил корпус, я подпрыгнул, упёрся ногой ему в бок и, используя его тело как рычаг, резко дёрнул пику на себя. Древко треснуло, зато рука разбойника выгнулась под совершенно неестественным углом.

Бай взвыл от боли, а я мягко приземлился рядом, наблюдая, как упал на одно колено. Надо отдать ему должное – его техника не рассеялась. Всё-таки эта броня требует постоянной концентрации, иначе бы он не смог двигаться.

— Как я и предполагал, — произнёс я, выбрасывая обломки пики. — Ты двигался слишком уж свободно, а значит, твои суставы ничем не скованы.

Конечно, Бай мог бы на мгновение укрепить эту часть доспехов, но, похоже, ему не хватило реакции или опыта.

— К слову, мне тут стало интересно, а как ты вообще дышишь? — спрашиваю, подходя ближе. — За весь наш бой ты ни разу не запыхался. Более того, орал и хохотал.

Я достал из инвентаря две склянки и, не раздумывая, разбил их о его кристаллическую голову. Жидкости, соприкоснувшись, мгновенно вступили в реакцию, выпуская плотный, едкий дым насыщенно зелёного цвета. Выброс получился такой мощный, что в считанные мгновения густое облако окутало нас обоих, полностью скрывая происходящее от посторонних глаз.

Ничего опасного для жизни. Все-таки в десяти метрах от нас люди, и ветер может подуть на них. Поэтому не стал рисковать, использовав лишь то, что я бы назвал дымовой завесой.

Бай дёрнулся и попытался выбраться из клубящейся завесы, но я легко остановил его, наступив на его спину. Правда лишь ненадолго. Тот предпринял отчаянное решение: резко выпустил кристаллы из спины, из-за чего я отпрыгнул, а он потерял свою защиту. Энергия у него было мало, поэтому он не придумал ничего лучше, чем использовать уже готовые кристаллы для шипов.

Благодаря стихийному чувству я видел его даже сквозь густой дым. Вернее, его силуэт. Бай пытался отползти прочь, но с вывихнутой рукой у него это выходило довольно плохо.

— Знаешь, — произнёс я тихо, ногой прижимая его к земле, — я ожидал от этого поединка куда большего…

— З-за… к-ха… ха…

Он и правда купился на мою маленькую шалость. Но помогать ему я не спешил. Наоборот, внутри лишь какая-то пустота. Я смотрел на него и не чувствовал ровным счётом ничего. Ни желания спасти, ни желания добить, ни даже тени сочувствия. Словно передо мной очередной монстр из барьера, который просто исчезнет после поражения. Пустота. Лишь только разум подсказывал, что сейчас решается жизнь человека.

Однако…

Сколько зла этот Бай успел причинить людям? Уверен очень много, иначе его имя не стало бы известным. Если я отпущу его, что изменится? Он снова вернётся к разбою, а значит новые нападения, новые смерти, новые слёзы тех, кто и без того живёт на грани выживания. Это ведь не богатые купцы, которые возят свои товары по морю. Нет, это бедные торговцы, вынужденные рисковать всем, лишь бы прокормить семьи.

На суше шанс наткнуться на монстров в разы выше, чем в море. Да, там тоже хватает всякого, те же Морские Короли способны утащить на дно целый флот. Но такие твари нападают крайне редко. Остальные же опасные создания просто не живут у поверхности. Поскольку там обитают Морские Короли, которые питаются китами и другими крупными, но мирными существами.

А вот Геовишапы и прочие наземные твари встречаются чуть ли не повсюду. Наткнуться на них проще простого, особенно если перевозить товары, насыщенные элементальной энергией – для монстров это почти маяк. А для элементальных существ такая добыча и вовсе прекрасная возможность стать сильнее.

Вот прям как сейчас. Когда я вплеснул во все стороны Электро-частицы, то наткнулся на интересную находку в одном из сундуков торговцев… Но сейчас не про это.

Конечно, торговцы нанимают всяких наёмников. Но те в большинстве случаев предпочтут схватить людей и убежать, если на дорогу внезапно выскакивают несколько Геовишапов, чем сражаться. И их можно понять. Ведь куда разумнее заплатить штрафы за невыполненную работу, чем рисковать собственной жизнью и дорогостоящим снаряжением.

Один Геовишап уже серьёзный противник, а если их окажется двое? Трое? Пятеро? Люди, занимающиеся морской перевозкой, прекрасно это понимают, и именно поэтому цены на морской путь такие конские. Я до сих пор помню, сколько отдал за дорогу в Ли Юэ. И это ещё без багажа. Да, меня тогда нагрели по цене, но даже с учётом этого торговцы платят куда больше.

Так что подобные разбойники и грабят зачастую бедных торговцев, тех, кто на охрану едва наскребает общими силами, и за кого в случае беды никто заступаться не станет. Попробуй, ограбь богатого купца, то уже на следующий день за твоей головой придёт целая армия наёмников.

Отдать Бая страже? Мысль неплохая… вот только кто дождётся? Мы ушли слишком далеко от города. Даже если стража и решит отправиться сюда, дорога займёт полдня, если не больше. Торговцы не станут сидеть и ждать, у каждого свои заботы. Вон, один мужчина вообще спешит домой, поскольку приехал в гавань за редким лекарством для своей больной дочери. Он пошлёт меня куда подальше, и будет абсолютно прав.

Куда вероятнее, что торговцы просто прикончат разбойника сами, не тратя на него время. Да что уж там, я уверен, что именно так они и сделают.

Я посмотрел на мужчину, уже потерявшего сознание. Покалечить его так, чтобы он не мог причинить вреда, – это, по сути, всё равно что обречь на медленную и мучительную смерть. Этот мир жесток, а к разбойникам и вовсе беспощаден. Он заслужил страдания, с этим трудно спорить. Но до города отсюда полдня пути, и его рано или поздно растерзают звери. Не говоря уже об опыте с него.

В моей руке появился меч, и лезвие мгновенно окутал фиолетовый свет. Справедливость действительно понятие относительное…

+17.871 Очков Опыта

Куда меньше, чем от той ведьмы, что неудивительно. Она была невероятно сильна и проиграла лишь из-за собственной гордыни. Но другое мне непонятно: за этого мужика дали почти столько же, сколько за того золотого быка, с которым я столкнулся два года назад. Хотя по ощущениям он в разы слабее.

А ещё я заметил, или, возможно, это только показалось… но из трупа вылетели золотые частицы и впитались в моё тело. Всё произошло настолько быстро, что даже не уверен, было ли это на самом деле, а не просто игра разума.

Уровень: 30 (4.084/29.100)

+1 Очко Власти

Новый уровень, так ещё получил Очко Власти, а значит могу либо получить новую способность, либо усилить имеющую. Но с информацией, которая дала мне учитель, уже больше склоняются к обретению конкретной стихии.

Впрочем, пока думать об этом не стоит. Займусь этим после возвращения с этой… экспедиции.

Мой взгляд упал на Глаз Бога. После смерти хозяина он полностью утратил своё сияние и теперь походил на обычный тусклый кристалл в золотой оправе. Ничего удивительного в этом нет. Глаза Бога после смерти владельцев не исчезают, а просто превращаются в такие безделушки. Хотя, если я правильно помню, со временем они могут вновь стать полноценными Глазами Бога, но в игре даже не объясняли почему. Возможно, всё дело в том, что сами по себе они лишь вместилище для… частички души хозяина. Недаром у человека пропадают эмоции, если у него отнять Глаз Бога. Так было написано в системе, когда я подобрал Глаз Бога.

Коллекционеры на черном рынке за пустые них платят целые состояния. С этим Глазом Бога у меня их станет два. Один я забрал у той ведьмы. Может, в будущем пригодятся, но продавать не собираюсь.

Стоило мне коснуться Глаза Бога…

Обнаружен элемент, влияющий на состояние души.

В прошлый раз всплыло то же самое уведомление, но теперь после него появилась новая надпись:

Есть возможность активировать артефакт, заменив материю души на Очко Власти.

Я, естественно, сразу отказался. Мне куда проще использовать Очки Власти для пробуждения нового элемента, чем тратить их на какой-то непонятный мне Глаз Бога. Так я хотя бы не буду зависеть от артефакта. Тем более что описание в инвентаре прям говорит об этом: «могущественный артефакт, сотворённый из материи души, откликнувшейся на сильную волю, и заимствующий силу из небесного свода».

Так ещё и непонятно какой именно элемент мне дадут. Если это окажется Электро Глаз Бога, то толку с него ноль. Мне, Электро элементальному существу, он вообще не нужен. Я и так воплощение Электро-стихии. Получается, помимо всего прочего, я ещё и в лотерею должен сыграть. И при этом Глаз Бога всё ещё можно получить обычным путём.

Убрав дым простым выбросом энергии, я увидел людей. Они наблюдали за всем этим как за представлением. Ноль страха в глазах, лишь любопытство и ожидание. Словно ожидали, что дым рассеется и поединок продолжится.

— Ты справился, — с какой-то гордостью произнёс глава Кунь, когда я подошёл к каравану. — Это довольно известный разбойник.

— Известный не значит сильный, — покачал я головой. — К слову, имя у него сумерское, а вот Глаз Бога у него с оправой из Ли Юэ.

— Хм… если память меня не подводит, он был сыном деревенской женщины, которую изнасиловали приезжие торговцы из Сумеру. Та умерла при родах, а он вырос беспризорником, зная лишь то, что отец у него кто-то из сумерских. Он даже имя выбрал себе под стать им. Не знаю, что могло очаровать его в насильниках… — задумчиво закончил он.

— Возможно, ненависть к местным, — предположил я. — К беспризорникам, да ещё и рождённым от насилия, относятся отвратительно. Может, он подумал, что там люди другие.

— Скорее всего, — кивнул глава. — Он ведь даже отправился в Сумеру, чтобы поступить в Академию, и смог. Но вылетел уже на первом курсе – за жестокие эксперименты над людьми. Потом, говорят, подался к пустынникам, а позднее стал разбойничать у нас. По крайней мере, так о нём рассказывают… что там правда, а что выдумки – уже никто не знает.

Его взгляд упал на обезглавленный труп Бая.

Глава 73

Мы разбили лагерь у подножья горы глубокой ночью. У каравана своё расписание, и торговцы свято ему следуют. Поскольку верят, что любое отклонение принесёт им большую неудачу. Поэтому мы продолжали путь, даже после того как солнце уже зашло.

Многие сразу легли спать, так и не поужинав. Другие готовили еду у костра, а третьи заботились о животных. Но и были те, кто стоял поодаль, хмуро всматриваясь в тёмный лес.

Те самые тигры, которых мы видели утром, преследуют нас. Такое поведение для них нехарактерно, будучи крайне территориальными существами, они никогда не покидают свои земли без веской причины, даже ради охоты. И причина, к сожалению, очевидна – месть. Один из торговцев, тот самый, у которого болен ребёнок, похитил тигрёнка и приготовил из него зелье для своей дочери. Похоже, тигры узнали его. У этих существ невероятно тонкое обоняние.

Ситуация прям мерзкая до невозможности.

Первым их заметил я, затем девушка с Глазом Бога, а вскоре об этом узнали и остальные. Тем не менее, никто не спешил что-то предпринимать. Животные ведь, да что они могут, когда у нас есть такие сильные воины… Конечно, нашлись и те, кто сразу вылез с упрёками, мол, мужик, с какого хрена ты втягиваешь нас в свои неприятности. Но в целом и этого торговца можно понять. У него болеет ребёнок. Если люди порой без колебаний убивают себе подобных, то что уж говорить об убийстве животных. Тем более когда на одной чаше весов жизнь родного человека, а на другой какого-то тигрёнка.

Да и возмутило их вовсе не то, что он сделал, а то, что теперь проблемы могут возникнуть у них. Хотя мне ли их судить? Я сам убил столько существ, что его поступок на моём фоне едва ли не выглядит почти благородным.

— Эй, ты и дальше будешь медитировать? — подошла ко мне всё такая же дерзкая обладательница Дендро Глаза Бога. — Иди разберись с ними, раз ты такой сильный.

— Кто ты такая, чтобы отдавать мне приказы? — произношу спокойно, так и не открывая глаза.

Злиться на неё? Ха. Злятся ли люди, когда на их еду садятся бактерии? Конечно нет. Они их даже не замечают. То же и здесь. Мы путешествуем вместе лишь какое-то время, а потом дороги разойдутся. Скорее всего, она умрёт где-нибудь, когда-нибудь, а я даже не узнаю.

Она продолжала бубнить, а я игнорировать её. Не очень-то хочется прерываться ради неё от дел. А именно пытаюсь расщепить Электро-частицы, стараясь воплотить в реальность мою свежую теорию. Естественно, занимаясь этим всего час, результата не будет. Да я вообще не уверен, сколько времени на это уйдёт, и возможно ли это в принципе. Но всё-таки не попробуешь – не узнаешь.

Однако видимо всё же придётся отвлечься от дел. Поскольку к нам направлялся глава Кунь. Его тяжёлое, прерывистое дыхание трудно было с чем-то спутать. Характерная особенность кузнецов этого времени: работая при высоких температурах и с магическими материалами, они нередко повреждали дыхательную систему. А уж если учесть, что многие кузнецы сами добывают руду, то такие последствия неудивительны. Со временем даже их кожа приобретает бронзовый оттенок и становилась толстой, почти как у слона.

— Они не представляют опасности? — поинтересовался он.

Я открыл глаза и посмотрел в сторону леса, где между деревьями скользили тени. Тигры боятся, так что вряд ли нападут. Им есть что защищать.

— Нет, — качаю головой. — Пока я здесь, они не решатся напасть.

— С чего бы это? — возмутилась девушка, чьё имя я так и не удосужился запомнить. Однако отвечать не собирался. Я вновь закрыл глаза, возвращаясь к контролю частиц. — Эй! Не игнорируй меня!

Хотелось тяжело вздохнуть, но я всё же сдержался.

Разве непонятно, что тигры воспринимают меня как самое опасное существо здесь? У них нет элементальных способностей, зато они – искусственно созданные существа, и инстинктивно чувствуют элементальную силу. Так, по крайней мере, написано в справочнике Искателей Приключений. Видимо, она его не читала, иначе не задавала бы такие вопросы. У меня огромный запас энергии, и владельцы Глаза Бога должны это ощущать. Я ведь даже не пытаюсь скрывать свою силу. Поэтому тигры понимают, что отомстить при мне у них не выйдет. Стоило мне подойти сюда, как они даже отступили чуть дальше – это уже о многом говорит.

Но раз уж здесь присутствует и глава Кунь, который вряд ли знает об особенностях этих тигров, а мне бы хотелось установить с ним хорошие отношения, я спокойно пояснил ему, почему тигры не станут нападать, пока я рядом.

— Вот оно как… — кивнул глава.

— Тогда иди и убей их. Они ведь могут напасть на других людей, которые даже не знают про этот случай. Просто обозлятся на людей, — фыркнула девушка.

— Я уже говорил тебе, что ты не в праве мне приказывать. Если хочешь, то иди и убей их сама. Твоих сил для этого более чем достаточно. Не стоит перекладывать свои заботы на меня, — всё-таки не удержался от тяжелого вздоха. — Что касается твоего беспокойства о других людях… Это мило, правда. Но давай не будем забывать, что сейчас в мире полно монстров. И почему-то ты не бегаешь по полям, вырезая каждого из них, хотя они действительно нападают на людей.

— Хм…

Она обиженно фыркнула и отошла, наконец-то оставив нас с главой Кунь наедине.

— Невоспитанная девица, — покачал он головой. — Неужели Глаза Бога так меняют людей?

Девушка не стелется перед нами, мужчинами, и не играет ту роль, которую от неё ожидают – горе-то какое… Впрочем, если отбросить вопрос пола и местные предрассудки, то его замечание остаётся актуальным во все времена.

— Власть раскрывает истинный характер человека. Вежливость, которой требуют нормы общества, страх перед сильным, поддельная привязанность из-за безысходности… Всё это сковывает человека, заставляет прятать свои настоящие черты. А власть просто снимает эти оковы, — я посмотрел на него. — Не забывайте, люди – это всего лишь умные животные. Тигра тоже можно посадить в клетку, дрессировать и сделать послушным, но от этого он не перестанет быть тигром. Когда решётки исчезнут, он рано или поздно покажет свои клыки. Люди ничем не отличаются: стоит дать им силу, и становится ясно, кто перед тобой на самом деле.

— Согласен. Хотя, с другой стороны, звучит не слишком приятно. Ведь я тоже человек, — хмыкнул мужчина. — И всё же… тигры действительно ничего не предпримут?

— Им есть что защищать. Дикий мир жесток, и любое серьёзное ранение может обернуться смертью или, что ещё хуже, полным уничтожением всей стаи, — пояснил я. — Поэтому они не станут рисковать, да и уходить далеко от своих не в их природе. Костоломы – очень социальные существа, возможно, даже более социальные, чем люди, учитывая, что их создали именно такими. Уверен, завтра они развернутся и спокойно вернутся к стае.

— Семья важнее всего, — хмыкнул он. — Жаль только, что не все люди это понимают.

На его лице промелькнула тень боли. Короткая, но слишком явная, чтобы её не заметить. Видимо, вспомнил о дочери, которая вонзила ему нож в спину. Да что там, всей семье. Но всё же он почти сразу взял себя в руки.

Мужчина уже развернулся, собираясь уйти, но внезапно остановился и вновь посмотрел на меня, словно что-то вспомнил.

— Мне любопытно: зачем ты вообще взялся сопровождать мою семью? С твоими силами ты мог бы завалить пару действительно сильных монстров и заработать в разы больше, чем я способен тебе заплатить.

Я поднял взгляд к ночному небу. Словно чёрный бархат, усыпанный драгоценными камнями. Не перестаю восхищаться ночным небом в Тейвате. Пусть в игре Скара и утверждал, что оно поддельное… но, чёрт возьми, какое же оно красивое.

После этого я снова перевёл взгляд на мужчину. Он как-то странно дёрнулся.

— Хочу разгадать тайну Кунь Ву. Считай это проявлением моего любопытства.

Мужчина нахмурился, словно пытаясь понять, пошутил ли я или сказал серьёзно. Видимо ожидал от меня другого ответа. Возможно, чего-то благородного, как подобает Адептам, или хотя бы банального объяснения в духе «мне стало скучно».

— Тайну… Основателя Ву? — медленно произнёс он, словно сомневаясь, правильно ли расслышал. — Разгадка старой легенды… Вряд ли она что-то тебе даст. Многие поколения моей семьи пытались докопаться до истины, но у нас ничего не вышло.

— Возможно, — пожал я плечами, поднимаясь с земли. — Но всё-таки кузнец, который смог поразить Властелина Камня, – это настоящая легенда. И если мы возьмёмся за это вместе, у нас может получиться разгадать его тайну. С моей силой Адепта и с твоими знаниями.

Он нахмурился, но по глазам видно, что идея его зацепила. Учитывая всё, что пережил его род за эти годы, удивляться нечему. Они сейчас на грани исчезновения. Поступок дочери окончательно уничтожил остатки репутации. Так ещё семейные реликвии распроданы… И вдруг перед ним появился такой шанс, пусть даже крошечный. Ему уже нечем рисковать.

— Кто знает, может, твой род ещё возродится из пепла. А ты станешь тем, кто восстановил великий клан. По крайней мере, твои потомки точно будут тебе благодарны.

Сказав это, я оставил его одного – пусть обдумывает предложение. Правда, насколько много он действительно знает… это уже совсем другой вопрос.

Остальные Искатели Приключений возбуждённо обсуждали предстоящее убийство тигров, а некоторые уже делили шкуру ещё даже не убитых зверей. И всё это, естественно, под благородные выкрики, под красивые слова о защите каравана и долге перед гильдией. Хотя на самом деле им было откровенно наплевать. Они просто учуяли звон моры.

Шкуры Костоломов сами по себе не слишком ценны, зато их костный мозг, сердце и особенно репродуктивные органы алхимики в других странах скупают за большие деньги. Костоломы водятся только на юго-востоке Ли Юэ, и именно поэтому тот торговец приехал сюда, в гавань. А так как караван направляется в Фонтейн, то там они смогут спокойно продать органы Костоломов.

Вообще, удивительно, как эти тигры ещё живы. Возможно, сказывается менталитет местных, которые воспринимают искусственных созданий как нечто нечестивое. Либо же они плодятся как кролики – правда об этом в справочнике ничего не упоминалось.

Спустя час искатели всё же решили действовать. Так ещё подняли такой хор, словно крестьяне пошли убивать жуткого монстра, заглушая страх громкими выкриками. Среди них оказалась и хозяйка Дендро Глаза Бога. Она выглядела так, словно только и ждала момента доказать всем свою силу. Ещё и поглядывала на меня как-то странно, и с какой-то усмешкой.

Только никто из них даже не взял факел. Да, в Тейвате ночи светлые, но внутри леса всё же достаточно темно. Впрочем, это их дело. Люди опытные, не раз убивавшие монстров – иначе не получили бы высокие ранги в гильдии. Не наткнутся же они на ветку, которая проткнёт их насквозь, как в каком-нибудь комедийном фильме? Тем более тигры, услышав весь этот шум, благоразумно отошли ещё дальше.

Однако я переоценил их… Нет, не Костоломов, а Искателей Приключений. Они погнались за тиграми. Настолько увлеклись погоней, что вернулись только утром. Причём уставшие, злые и с пустыми руками. И что самое ироничное: тигры последовали за ними обратно. Так ещё если бы не моё присутствие в лагере, всё могло закончиться куда трагичнее. Пока одни отвлекали преследователей, другие тихо направились к лагерю. Умные создания. Без меня, когда измученные искатели вернулись бы из леса, они нашли бы здесь лишь ошмётки и трупы. Поскольку торговцы остались бы без защиты.

В конечном итоге из-за них каравану пришлось задержаться, и расписание покатилось к чертям. Естественно, торговцы были этим крайне недовольны, пожалуй, даже больше, чем самим фактом появления тигров.

К слову, Костоломы отстали ровно так, как я и предполагал. Стоило нам перейти мост, и они остановились у противоположного берега. Напоследок злобно прорычали, а чего скрылись среди деревьев.

Дальнейший путь до развилки прошёл относительно спокойно. На караван несколько раз нападали разбойники, но их быстро побеждали. Однако их было подозрительно много. Даже я, ни разу до этого не сопровождавший караваны, понимал, что это ненормально. Торговцы же утверждали, что обычно на пути попадается максимум одна шайка. Но три банды за путь – это уже перебор. А если ещё вспомнить Бая… то выходит уже четыре.

Допросить разбойников? Смысла мало. Это всего лишь мелкая шайка, которая едва понимает, что творит. Им приказали напасть – они напали. Кому, зачем, почему – для них ничего не значат. Им важен лишь звон монет. А искать их логово или лидера – дело долгое. У торговцев нет ни времени, ни желания ждать. Поэтому почти никого и не допрашивали. Быстро обезоружили, добили, и на этом всё.

После развилки караван разделился. Торговцы, стремясь наверстать потерянное время, ушли своей дорогой, а мы с семьёй Кунь свернули в другую сторону. Вдалеке уже виднелись скалы Разлома. Когда-то там находилась крупнейшая шахта во всём Тейвате, пока Катаклизм не заставил людей спешно её покинуть и наглухо запечатать входы.

К слову, возможно, именно из-за этого и начались проблемы семьи Кунь. Когда такая огромная шахта закрывается, это неизбежно бьёт по всей отрасли. Руда резко дорожает, конкуренция возрастает, а те, у кого есть собственные, пусть и небольшие, но стабильные месторождения, начинают вытеснять ремесленников с рынка. По крайней мере, так я предполагаю.

Разлом образовался около шести тысяч лет назад, после падения Небесного Шипа. Легенды утверждают, что он уходит прямо до самого ядра мира… но это, увы, лишь красивая сказка. Насколько мне известно из книг Адептов, у этой планеты вовсе нет ядра в привычном понимании. Скорее, сама земная кора – это подобие скорлупы, окружающей целое измерение, предположительно связанное с Миром Света. И всё же Разлом по‑настоящему глубок. Настолько, что в его недрах искажаются время и пространство: дни могут длиться считанные минуты или годы, а шаг в сторону иногда оборачивается многочасовым блужданием по одному и тому же месту – это я хорошо помню из игры.

Нам же предстояло не лезть в сам Разлом, а обойти его с юга, а это – ещё минимум две недели дороги. И предстоял отнюдь не простой путь. Местность чем‑то напоминала Уральские горы, только во много раз жёстче. После падения Небесного Шипа, который при этом ещё и вращался, словно гигантское сверло, недра оказались наверху, сформировав причудливый, спиральный рельеф. Склоны закручивались дугами, а каменные гребни шли по кругу, то поднимаясь стеной, то внезапно обрываясь.

Вообще, была и другая дорога, но её стёр с лица земли Моракс во время битвы с Древним Королём. Там, где раньше шли караваны, теперь непроходимые горы. Так что выбирать не приходилось.

Честно говоря, будь у меня Гео-элемент, я бы просто проложил прямую дорогу до его дома. Да что там, я бы в целом создал нормальные дороги, которых в Ли Юэ катастрофически не хватает. Из-за этого караванам приходится петлять по вытоптанным тропам и обходить каждый выступ скалы, коих здесь благодаря кое-кому очень много.

Вообще, люди с Глазами Бога могли бы сделать для мира куда больше. Но зачем? Гораздо проще жечь фейерверки на праздниках, устраивать зрелищные дуэли на площадях и возводить монументы в честь собственной славы. Практическая польза для простых людей, как обычно, никого особенно не интересует. Они ведь избранные…

Я покачал головой и тихо вздохнул.

Не хватало ещё породить в этом мире коммунизм. Забавно, может, и было бы… но совершенно нереализуемо. Всё-таки здесь существуют боги, и такие, как Эи или Венти, точно не потерпят вмешательства в свои идеологии. Одна приверженица вечности, а другой – свободы. Да и пока в мире есть особенные люди, будут и те, кто остаётся обычным.

— Господин, — глава Кунь чуть замедлился, выровнявшись со мной. — Насчёт того предложения…

Глава 74

Семья Кунь согласилась на моё предложение. Естественно, с условиями. Но они мне никак не мешали. Эти требования были настолько скромными, что больше походили на осторожную просьбу, чем на настоящие условия. Они даже про контракт не заикнулись – для Ли Юэ это почти нонсенс.

С другой стороны, для них всё это было скорее отчаянной попыткой ухватиться за хоть какую‑то возможность изменить свою жизнь, чем продуманный план наживы. Ни торг, ни игра в выгоду, а слабая надежда: «вдруг повезёт». Поэтому-то, после разговора с Кунь Жу и наблюдений за этой семьёй, я решился сказать всё прямо, и не прогадал.

***

Спустя две недели пути, когда мы наконец‑то добрались до их дома, первым делом хозяйка накрыла стол. Учитывая финансы семьи, на пир никто не рассчитывал. Но в этом мире, где элементальная энергия подпитывает почву, урожай у людей просто волшебный. В итоге стол получился на удивление щедрым. Разноцветные фрукты и овощи из их собственных садов, простые, но аккуратно приготовленные закуски, и главное – мясные блюда из болотного крокодила, которого словил сам глава Кунь. Ушёл всего на час, а пришёл с небольшим крокодилом в руках.

Я слышал, что в Сумеру привыкли питаться крокодилами и змеями – в джунглях их полно. Но не думал, что мне придётся это пробовать самому. И, если честно, лучше бы не пробовал. На вид мясо напоминало курицу: светлые волокна, упругая текстура, будто грудка. Но вот вкус… Он оказался на удивление грибным. Не просто лёгкие нотки, а словно кто‑то взял все грибы, какие смог найти в радиусе ста километров, высушил их в пыль и из этой пыли приготовил крокодилье мясо. Вкус получился настолько концентрированным, что прямо до отвратительности.

Мне с трудом удалось доесть свой кусок. Остальные же уплетали крокодила за обе щёки, переглядывались, хвалили приготовление и просили добавку, словно на стол подали что-то совершенно изысканное.

Даже спустя два часа я всё ещё чувствовал этот грибной привкус во рту. Похоже, в ближайшее время буду избегать грибов как огня. Будь я человеком, меня бы наверняка уже стошнило.

Так что больше никаких крокодилов…

Искатели приключений постепенно разошлись: одни направились в Сумеру, другие ушли в сторону гавани. Никто не согласился остаться на ночёвку. Почему? Кто ж его знает. В их головы я не заглядывал. К тому же солнце ещё высоко, так что они успеют преодолеть большое расстояние, не сбавляя шаг из‑за обычных людей.

Сейчас я вместе с главой Кунь и его приёмным сыном направлялся куда‑то, где, по их словам, находилось нечто, что могло меня заинтересовать. Для этого пришлось спуститься в заброшенную шахту. Пару веков назад здесь добывали необычную руду, которая залегала на больших глубинах, что, впрочем, неудивительно, учитывая близость Разлома. Со временем жилы истощились, шахту признали нерентабельной и попросту забросили.

Однако, к моему удивлению, опорные брёвна почти не пострадали от времени: не сгнили, не растрескались и выглядели так, словно их установили всего несколько недель назад. В них всё ещё ощущалась Дендро‑энергия. Хоть сейчас бери да строй из них дом.

Янтарный дуб – очень крепкое и прочное дерево из Сумеру. Свое название он получил из‑за огромного количества смолы в древесине, которое при высыхании придаёт дереву лакированный вид. Из этого дерева строят корабли. Цюаньчжоу – звезда Ли Юэ создана из такого же янтарного дуба и до сих пор на ходу уже второе десятилетие. Но я и представить не мог, что этот материал настолько долговечен.

Чем глубже мы спускались, тем тяжелее становился воздух, словно попал в гараж, простоявший запертым лет десять. Пыль висела такой густой взвесью, что её можно было зачерпнуть и слепить комок грязи. Тишину нарушал шорох гравия под ногами. На стенах тускло поблёскивали те самые светящиеся растения, которые я впервые увидел в руинах Азазеля.

Пока что ничего необычного. Шахта как шахта: местами слишком низкая, из‑за чего приходилось пригибаться, а кое‑где мог поместиться бы гигант.

Однако спустя десять минут я ощутил тонкий, почти исчезающий след Духовной энергии. Он был уже на грани распада, едва различим, но характерный след Адепта… или вещи, которая долгое время принадлежала ему, тяжело спутать.

Ещё через несколько десятков шагов проход расширился, и мы вышли к большой развилке.

Прямо по центру стоял огромный валун. Поверхность камня была неровной, на ней виднелись следы грубой обработки. Кто‑то явно пытался его выдолбить, будто надеялся пробиться внутрь. Но вряд ли у кого-то бы из смертных это получилось. На камне проступала затёртая, но всё ещё различимая печать – сложный узор линий и символов, сплетённых в единое кольцо. От неё шёл тот самый слабый остаточный фон Духовной энергии. Запечатанный вход в карманное измерение Адепта.

— Говорят, тут Основатель Ву творил свои чудесные артефакты, — тихо произнёс глава Кунь. — Изначально, судя по старым летописям, здесь была стена. Но со временем, когда всё больше людей пытались прорваться внутрь, она превратилась в валун.

Я кивнул, не отрывая взгляда от печати.

Естественно, она мне знакома. Точно такая же стояла на барьере, внутри которого я провёл два года. Точнее, это был её подвид. Адепты не слишком любят менять то, что и так прекрасно работает. Они лишь подгоняют готовые схемы под свои нужды.

— Раньше, — продолжил он, — мои предки могли попасть туда, просто капнув кровь на печать, но потом… — и резко осёкся, словно слова застряли в горле.

Впрочем, всё было понятно и без продолжения. Если раньше измерение впускало по крови, а теперь – нет, напрашивался один простой вывод: родство с Кунь Ву утрачено. Страшно даже представить, что чувствовали его предки в тот момент, когда печать не признала их своими. А зная нравы и законы Ли Юэ, можно не сомневаться, что простым горем дело вряд ли обошлось. Скорее всего, обвинили бы мать в предательстве рода, в измене, в «запятнанной крови». За такое тут убивают, причём так, что смерть покажется блаженством.

— Дело не в крови. Ни один Адепт не станет завязывать барьер на таком ненадёжном материале как кровь. Её слишком легко подделать, — пояснил я, заметив горечь на его лице. — Дело в Духовной энергии. Обычному человеку вообще лучше держаться подальше от мест, где живёт Адепт, иначе душа непременно пострадает. Поэтому Кунь Ву и поставил здесь печать. Пройти могли только те, чья собственная сила достаточно близка к его, кто способен находиться рядом с Адептом без вреда для себя. А, сам понимаешь, чем дальше поколение от предка, тем меньше его силы остаётся в потомках. Вот вы и утратили возможность пересекать печать. Не из-за того, что вас не признали, а вы бы там просто погибли.

— То есть… туда может попасть любой, кто способен выдержать давление? — хрипло уточнил глава Кунь.

— Уже нет, — покачал я головой. — Раньше мог попасть любой, сейчас же печать нестабильна.

Сказав это, я сделал шаг ближе, положил ладонь на шероховатый камень прямо поверх печати и позволил собственной энергии осторожно соприкоснуться с узором.

— Всё в этом мире подвержено разрушению, — произношу, не отрывая взгляда от печати. — Ни камни, ни золото, ни сами боги не могут избежать этого. И печать не исключение. Она работала столько веков, что начала понемногу разрушаться, слой за слоем, как сгнившая ткань. К тому же кто-то пытался проломить её силой. Сейчас структура держится на честном слове. Дотронешься, и она превратится в труху. Поэтому если попробую войти, то она не выдержит и рухнет.

Я отступил подальше от печати. Одно моё присутствие уже ускорило её распад. Она и вправду напоминала сгнившую ткань – дунь посильнее, и та разойдётся в труху. Отступив на безопасное расстояние, я перевёл взгляд на главу Кунь и продолжил:

— Вся конструкция завязана на этой печати. Как только она окончательно разрушится, опорный контур схлопнется, а вместе с ним рухнет и само пространство внутри.

— То есть… попасть туда невозможно? — поинтересовался он, скрестив руки на груди.

— Сейчас – да, — кивнул я. — Чтобы войти безопасно, печать нужно сначала разобрать и восстановить. Это займёт время, но я могу попытаться. Жду только разрешения преемника Кунь Ву.

— А если не получится?

— Его измерение прекратит существование, — ответил я честно, не собираясь умалчивать подобное. — По сути, через пару десятков лет эта печать всё равно разрушится. Но так уж вышло, что эта печать мне знакома.

Когда был запечатан в барьере, то у меня было достаточно времени, чтобы разобраться в его структуре. Кроме того, там я перечитал немало книг учителя. Среди них, естественно, было описание этой печати. А если уж вернее, формации. Все они работают по одному принципу, различаясь лишь тем, какую именно истину закладывает в них создатель.

Его короткий кивок я воспринял как разрешение.

Я посмотрел на истончённую печать, затем сложил ладонь, выпустил Духовную энергию и раскрыл её. В ту же секунду валун окутало мягкое жёлтое сияние, и передо мной предстала сама печать – в крайне плачевном состоянии. Чтобы восстановить её, мне предстояло создать основу, в которую перенесу печать для укрепления, зачищу и уже затем начну процесс восстановления. В чёмто этот метод напоминал реставрацию старых картин, которые я не раз видел на Ютубе в прошлой жизни.

Печать дрогнула, и поверхность валуна покрылась паутинкой трещин. Края символа начали растворяться, словно кто-то стирал их невидимым ластиком. Чтобы остановить распад, я окутал камень своей фиолетовой энергией, создавая вокруг него плотный кокон, не позволяющий духовной силе стремительно утекать в пространство. Затем сформировал энергетическое полотно из Духовной Ци и аккуратно «впаял» в него печать – так она будет удерживаться моей силой и не распадётся.

Самая лёгкая часть была позади…

— Вау… — восторженный возглас Кунь Жу прозвучал настолько неожиданно, что в прошлой жизни я бы уже дёрнулся, сбив концентрацию и окончательно угробив печать. — Ай!

Глава Кунь отвесил ему знатный подзатыльник, от которого тот качнулся и едва не грохнулся на пол.

— Тише, балбес, — процедил он сквозь зубы.

Я тем временем вертел полотно, рассматривая печать под разными углами. Переливы линий, узлы и разрывы структуры становились всё явственнее при каждом повороте. Каждый слой символов наслаивался на другой, переплетаясь и сплетаясь в единую картину – в истину Кунь Ву.

Вообще, Адепты, не устану это повторять, обожают усложнять всё до такого уровня, что каждый раз еле сдерживаю тяжёлый вздох. Эта формация – живое олицетворение их безумия. Когда Адепт создаёт подобную печать, он вплетает в неё свою истину. Например: «двухгранная защита Небесного Пути». Чем длиннее истина, тем больше функций можно вложить в печать, и тем выше требуемое мастерство.

Та же «двухгранная» делится на «две» и «грани», а они уже образуют «второй» и «мир». Дальше вписываются функции: «второй» – «побочный», а «мир» – «измерение». В итоге получается нечто вроде двухслойного измерения. И так наращивается слой за слоем, пока хватает мозгов и сил. Ведь каждый новый слой увеличивает нагрузку на печать в двое.

При этом нельзя просто взять набор красивых слов и надеяться, что печать заработает. Каждое слово, каждый заложенный принцип и каждая функция должны быть связаны между собой чем-то общим: концепцией, путём, системой соответствий. Если, к примеру, в «двухгранную» вложить какое-нибудь откровенно атакующее значение, слабо связанное с защитой, то дальше уже не получится корректно вписать защитные свойства – они начнут конфликтовать между собой.

Также нельзя просто взять и написать «аннигилятор две тысячи», а потом ждать, что из этого родится суперкрутая формация. Сила не появляется из ниоткуда, и печать не будет работать только потому, что я так захотел. Поэтому, чтобы действительно прийти к условному «аннигилятору две тысячи», нужно последовательно выстраивать слои, один за другим, так, чтобы итоговая конструкция соответствовала той истине, которую я в неё вложил для этого.

В случае Кунь Ву всё ещё сложнее. Печать слишком сильно повреждена, из-за чего его истину практически невозможно увидеть целиком. Отдельные фрагменты смазаны, связь между слоями местами просто отсутствует. По сути, печать держится на честном случае.

Поэтому остаётся только одно: послойно расшифровывать структуру. Снимать слой за слоем, а затем пытаться понять, к какому слову или понятию они относятся. Если удастся восстановить хотя бы одно полноценное слово его истины, дальше станет в разы легче.

Глава Кунь с сыном вскоре оставили меня одного.

Иногда они возвращались. Молча наблюдали издалека за мерцающим полотном с печатью и так же тихо уходили, не решаясь мне мешать. Так повторилось раз, другой… к двадцатому появлению я уже перестал вести счёт.

Я намеренно выбрал самое длинное слово в структуре, обычно именно оно оказывается главным. И не ошибся. Линии тянулись почти во все ключевые слои печати. Разобрав его до конца, я рассчитываю вытянуть за ним и остальные фрагменты истины Кунь Ву.

Двадцать восемь слоёв…

Некоторые линии напоминали мне древние иероглифы, которые я прежде встречал разве что в руинах. Расшифровать их практически невозможно, но я всё равно пытался, перебирая варианты: защита, опора, якорь, стабилизация, удержание… Проверял всё, одновременно наблюдая, как меняется поток энергии. Если слово чужеродно, поток тут же теряет стабильность.

Понятное дело, что процесс невероятно медленный. Словно я пытаюсь вставить в картину пазл из другого набора и всё ещё надеюсь увидеть цельное изображение. Но всё же другого выхода сейчас попросту нет. Если прекращу, то измерение будет окончательно разрушено. Хотя, если быть честным, что-то у меня всё-таки выходило. По соседнему слою видно, какой формы должен быть недостающий фрагмент. Поэтому ситуация всё же не настолько безнадёжна.

Полотно засияло ярче, стоило мне вписать очередное слово, оповещая, что я нашёл подходящую деталь. С каждым удачным совпадением картина вырисовывалась всё лучше. Так уж вышло, что Кунь Ву создал свою формацию на основе кузнечной истины, а в этом я хоть что-то да понимаю. Похоже, этим он заодно проверял навыки своих потомков и учеников.

Печать, помимо сопротивления духовной энергии, одновременно испытывала человека на знание кузнечного ремесла. Если он в этом ничего не смыслит, дальше просто не пройдёт.

Хотя… чёртовы Адепты, опять усложнение. И довольно глупое. Судя по слоям, человек должен знать конкретные вещи, например, как выковать тот или иной клинок из определённой руды, с особыми методами обработки. Но по прошествии столетий всё меняется: подходы, знания, да и сами руды порой исчезают. Что раньше, казалось, необходимым, то сегодня лишь отголосок прошлого. В итоге печать продолжает требовать ответы из давно ушедшей эпохи.

Возможно, Кунь Ву рассчитывал со временем менять формацию. Никто ведь не выходит из дома с мыслью, что именно сегодня его убьют. Смерть Чёрной Черепахи Севера до сих пор остаётся для меня загадкой. Как, почему, кто… нет ответа ни на один из этих вопросов. Возможно, Моракс что-то знает, но его ещё нужно отыскать. Когда ему это будет нужно, он сам явится – вот тогда и можно будет спросить.

Семья Кунь уже перестала навещать меня. Видимо, они устали ждать. Однажды я почувствовал за спиной присутствие учителя, словно она с любопытством наблюдала за процессом. Но было ли это лишь моим воображением или она действительно приходила – сказать наверняка не мог. Я слишком сосредоточился на формации, чтобы отвлекаться.

Полотно мягко ушло в толщу валуна, и по пещере тут же прокатился глухой гул, словно кто-то ударил палкой по воде. Я посмотрел на «Печать Трёх Корней Непреклонной Черепахи», которая проявилась на камне. Затем огляделся и заметил, что моя одежда под слоем пыли почти потеряла цвет, а под ногами образовались две неглубокие ямки, повторявшие контур ступней. К тому же подошвы окончательно пришли в негодность.

Запасное одеяние у меня, конечно, было, но всё это меня всё же немного встревожило.

Послышались торопливые шаги, и вскоре я увидел семью Кунь, и с облегчением выдохнул. Они выглядели всё так же. Не постарели. Если бы я действительно провёл тут годы… Ох…

— Сколько прошло времени? — спросил я, замечая изумление в их глазах.

— Два месяца… — с заминкой ответил глава Кунь. — Неужели…

Я кивнул и направил энергию в печать. Та отозвалась, раскрывая проход в странное место, где чёрные, словно обсидиан, скалы мрачно приветствовали нас.

Глава 75

Хоть это измерение уже на грани, а поддерживать его я не собираюсь, но всё же не рискнул брать с собой семью Кунь. Да, на Заоблачном Пределе духовной энергии куда больше, и там люди тренируются, но тут – замкнутое пространство, целиком сотканное из Ци. Я не стал рисковать.

К тому же из-за многовекового истощения всё внутреннее пространство погрузилось в хаос. Тропа могла в любой момент оборваться, и тогда приходилось преодолевать несколько метров абсолютной пустоты. Иногда же путь пролегал через россыпь парящих камней, по которым нужно прыгать, чтобы добраться до следующего островка.

Прыгая, я невольно вспомнил свои первые тренировки у учителя. Тогда, шатаясь, каждый раз был уверен, что вот-вот сорвусь с бревна. Сколько же раз я падал – не счесть, как и моих проклятий. Сейчас же я преодолевал этот участок с неожиданным для себя энтузиазмом, почти с азартом, которого давно не чувствовал.

Наконец, взобравшись на остров, я выпрямился и осмотрелся. Прямо передо мной стояла хижина. На вид самый обычный деревянный домик, скромный и простой, без лишних украшений. Такие можно повсюду встретить в деревнях. Чуть поодаль виднелась каменная кузня с широким проёмом. Внутри темнел массивный горн. Даже сейчас, когда измерение на исходе, над ним тонкой дымкой колыхались остатки тепла и Ци, будто бы его разжигали совсем недавно.

Я вошёл в дом и сразу же застыл на пороге. Стены были сплошь увешаны полотнами: величественные горы, туманные долины, сияющие города, а среди людей на картинах я без труда узнавал знакомые лица Адептов. Даже Моракс был, но в своей драконьей форме. Хотя, по правде, это не форма дракона с точки зрения сущности, но кому какая разница. Выглядит величественно и мощно, прям олицетворение дракона.

Мой взгляд скользнул дальше и остановился на изящной шкатулке, стоявшей посреди стола. От него исходил тонкий магический след. Он чем-то напоминал элементальную энергию, но… Словно их объединили в один? Тяжело точно сказать, поскольку слишком слабый след.

Я подошёл ближе и осторожно открыл крышку. Губы тут же сами растянулись в широкой, почти детской улыбке. Внутри покоился странный, но знакомый артефакт.

Золотая форма, подобно устрице, напоминала застывшее пламя. В самом её центре левитировала багровая, словно угасшее солнце, сфера в ажурной золотой оправе. Именно от неё тянулся тот самый странный магический след.

Вокруг сферы плавала тонкая золотая ось, подобно кольцам Сатурна. Она вращалась по наклонной, то ускоряясь, то едва заметно замедляясь. А чуть дальше, охватывая весь артефакт, мерцало ещё одно кольцо, сотканное из той же энергии, что клубилась внутри темного ядра.

Я уже протянул руку, но не успел коснуться артефакта, как за спиной послышался тихий вздох. Никого чужого присутствие при этом не ощущалось. Я развернулся, уже выхватывая меч из инвентаря, и, не раздумывая, нанёс резкий выпад.

Клинок прошёл сквозь фигуру мужчины, даже не замедлившись.

— Какой энергичный юноша, — произнёс он с лёгкой улыбкой, покачав головой. — Не стоит так напрягаться. Я всего лишь тень. Остаток духовного следа.

Я нахмурился, а после опустил меч и, сомкнув пальцы на рукояти, поклонился, как и подобает младшему перед старшим.

— Господин Кунь Ву? — только его призрак мог появиться здесь, где всё соткано из его духовной энергии.

— Называй меня просто Ву, или Старик Ву, — он снова чуть усмехнулся и подошёл ближе, глядя на шкатулку с какимто печальным взглядом. — Когдато я думал, что, заключив её в сферу и спрятав глубоко в недрах земли, смогу избавиться от неё. Но лишь вызвал смех у Судьбы. Как и сейчас, когда решил, что смогу уничтожить её при помощи этого места.

— Значит, своим появлением я вам помешал?

Он отрицательно покачал головой.

— Нет. Скорее, я в который раз услышал насмешку Судьбы. Даже если бы это измерение перестало существовать, не факт, что осколок разрушился бы вместе с ним… — он задумался, потом тяжело вздохнул. — Наставница постаралась на славу, создавая его.

— Почему вы так хотите его уничтожить? Он настолько опасен?

— Опасен не сам осколок, — медленно ответил Кунь Ву. — Опасным станет существо, которое его заполучит. Я не желаю, чтобы эта сила попала в руки монстра. Но учитель всегда говорила: если суждено, то осколок окажется в тех руках, в которых и должен быть.

Его взгляд скользнул к одному из полотен. На нём изображена необыкновенно красивая и в то же время удивительно милая девушка. Длинные белые, пушистые, словно облака, волосы спадали до талии. Кожа – светлая, словно отполированный белый нефрит. Глаза как два маленьких солнца, тёплые и сияющие. Очень нежные черты лица, глубокий добрый взгляд и едва заметная мягкая улыбка. В её руках лежал изысканный клинок из нефрита, а вместо гарды – сфера, в точности такая же, как та, что покоилась сейчас в шкатулке. Только на картине сфера излучала яркий золотой свет, тогда как здесь она была черной.

— Заметил? — тихо спросил он.

— Две одинаковые сферы, — кивнул я. — Это ваш учитель? Красивая девушка.

— Хе, очень, — уголки его губ дрогнули. — В её руке ещё один осколок, а в шкатулке – другой.

— Осколок чего? — я и так догадывался, но всё равно не мог не спросить.

— Луны, — его взгляд стал пронзительным, почти испытующим. — Раз такова воля Судьбы, позволь хотя бы рассказать тебе, что это за осколок и как он попал ко мне в руки.

Когда-то в Тейвате существовали три Луны – три сестры: Вечная, Морозная и Радужная. Дочери Владыки Драконов. Он сотворил их из необходимости: в его отсутствие кто-то должен был поддерживать равновесие энергий Тейвата.

Однако после ухода Владыки Драконов на планете зародилась новая жизнь. И Луны полюбили её всем сердцем – недолговечных, хрупких созданий, которые по меркам драконов казались почти омерзительными. Они полюбили людей, порождённых Небесным Владыкой – существом, пришедшим в Тейват из далеких пустот.

Драконы, не желая делиться и не признавая людей, восстали. Конфликты и стычки перерастали в кровопролития. Медленно Тейват погрузился в Хаос на долгие сорок лет. Небесный Владыка, противостоявший не только драконам, но и самой планете и её законам, не мог сделать ничего иного, кроме как продолжать войну, наблюдая, как его детей поедают, обращают в рабство и просто уничтожают. Однако всё резко изменилось, когда сёстры, влюблённые в людей, перестали сопротивляться, тем самым предав свой род и собственного отца. Планета прекратила воспринимать Небесного Владыку врагом, и ему не составило труда одержать окончательную победу, утвердив в этом мире свои законы и концепции. Теперь мир полностью находился под его властью. Из-за чего драконам не оставалось ничего, кроме как уйти в тень.

Когда Царь Драконов вернулся и увидел, во что превратили его земли, ярость и отчаяние ослепили его. Он обрушил свой гнев на дочерей и, подчинив их, попытался бросить вызов узурпатору. Но глубоко заблуждался, полагая, что способен победить. Небесный Владыка, уже пустивший корни в Тейвате и вознёсшийся над фундаментальными законами этого мира, ответил без колебаний. Он был уверен, что Луны предали его и снова встали на сторону Драконов. Поэтому под удар попал не только Царь Драконов, но и его дочери.

Обломки Лун упали на землю. Спустя долгие годы некая Аллосия, стремившаяся обрести преимущество в Войне Демонических Богов, отыскала их. После её смерти они перешли к наставнице Кунь Ву. Один из осколков та отдала своему ученику, а второй поместила в некий колодец, где тысячелетиями отражался лунный свет. Напитавшись этим сиянием, он был превращён в меч.

Сам Кунь Ву поступил схожим образом. Он поместил свою сферу в особое место, которое так и не раскрыл, где та впитывала сияние солнца и луны. Позже из неё был создан артефакт, ставший причиной ссоры между его сыновьями.

— Судьба действительно жестока, — на его лице появилась горькая, почти издевательская ухмылка.

Я промолчал.

А что тут скажешь?

История о Небесном Владыке и сёстрах правда занятна, но меня она не задела. Это дела прошлого. Так ещё зачастую выходит так, что реальная картина совсем не совпадает с рассказом. Особенно если в нём есть пробелы. Но информация всё равно полезная. Другой у меня попросту пока нет.

— Не знаю, какой именно сестре принадлежит этот осколок. Но наставница говорила: хоть это и крохотная крупица, если раскрыть её потенциал, можно обрести колоссальную власть… Возможно, именно это меня и отпугнуло, из-за чего я и не пробудил осколок, — его силуэт подёрнулся рябью и стал прозрачнее. — Сила всегда меня пугала. Особенно после того, что случилось с моими детьми…

Мужчина резко замолк, будто спохватившись, что сказал лишнее. Несколько мгновений в комнате стояла гробовая тишина. Затем он сделал глубокий вдох и поднял на меня взгляд.

— Когда у тебя есть власть, но ты добр, — продолжил Кунь Ву, — тебя сначала просят. Затем – требуют. А потом приходят те, у кого власти больше, и уже не спрашивают вовсе. И ты внезапно понимаешь: ты больше не личность, а инструмент. Клинок между молотом и наковальней.

Он сделал шаг ближе ко мне. Его фигура почти исчезла, превратившись в едва заметный силуэт, в очертание в дыму. Казалось, стоит лишь дунуть, и он растворится окончательно.

— Скажи, — его голос тоже стал гораздо тише. Не просто перешёл на шёпот, а словно, между нами, несколько метров бетона. — Если власть окажется единственным способом остановить грядущее… ты сумеешь удержать её в руках, не потеряв себя?

В следующую секунду он исчез окончательно, так и не получив ответа на свой вопрос. Впрочем, я сомневаюсь, что духовный след Кунь Ву вообще хотел его услышать. Скорее, он лишь задал мне тему для размышлений перед тем, как раствориться. Тем более на моей ладони после его исчезновения проявилась надпись, выжженная духовной энергией. Остатки его сил ушли на алхимический рецепт, в котором подробно описывалось, как пробудить этот осколок. Однако список необходимых материалов был таким, что у меня невольно свело скулы.

— Надеюсь учитель поможет мне с этим, — я вздохнул и огляделся.

Пространство вслед за Кунь Ву затрещало. Ещё немного, и оно исчезнет окончательно. Но прежде чем уйти, я забрал все его вещи, чтобы передать их его потомкам. Они не созданы из духовной энергии, а значит, не исчезнут вместе с разрушением этого места.

Среди находок оказались трактаты, ресурсы для ковки, всевозможные навороченные инструменты, даже нечто вроде автоматического пресса, работающего на Пиро и Крио экстракте. Они нагревают и охлаждают воду в трубах, приводя в движение поршень. Также я нашёл пару сундуков с морой. На вес там примерно пара сотен тысяч монет. Сумма приличная и должна помочь семье Кунь развиться. Хотя, говоря откровенно, за артефакт с осколком Луны на аукционе могут дать несколько миллионов, если не десятки.

Шкатулку я взял последней. Бережно поднял её и с трепетом убрал в инвентарь. Затем направился к выходу, краем глаза наблюдая, как в ткани пространства проступают белые рваные пустоты. Особенно отчётливо они виднелись на чёрных скалах, которые постепенно разрушались.

Я направил энергию в ноги, используя «Танец Богини Грома», и, отталкиваясь от камней, быстро устремился прочь.

Однако обвал скал завалил проход, а пустота тем временем разрасталась, подбираясь всё ближе. Медлить было нельзя. Я выхватил клинок и одним резким взмахом выпустил широкую фиолетовую дугу. Затем, в прыжке, я нанёс второй удар и, вместе с осыпающимися камнями, проскользнул через печать. В следующую секунду пространство за моей спиной схлопнулось. Камни из того измерения, всё ещё летевшие следом, рассыпались и растворились в воздухе, словно их никогда и не было.

Хорошо, что я не повёл туда семью Кунь. Иначе всё могло бы закончиться очень плохо.

К слову о них, они стояли, ошеломлённые увиденным. Глаза огромные, круглые, словно вот-вот вылетят из орбит, и зрачки расширены до предела. Впрочем, неудивительно. Не каждый день на твоих глазах человек прыгает прямо в камень, исчезая внутри, а после вылетает из него, словно за ним гонится сам Сатана.

Впрочем, они довольно быстро пришли в себя и наперебой начали расспрашивать, что там, внутри. Ну, я и рассказал. Когда речь зашла о Кунь Ву, на их лицах сначала отразилось неверие, затем – восторг, который мгновенно сменился растерянностью, а следом пришло разочарование. Ведь они упустили такой шанс поговорить с ним. Всё-таки он их предок, для них это не просто имя из старой легенды.

В этой стране предков почитают особенно сильно. С детства людей приучают к мысли, что они появились на свет благодаря своим предкам и что после смерти те продолжают оберегать род. Поэтому предки для них сродни героям. Считается даже, что если о них перестать помнить, то их души исчезнут, а вместе с ними уйдёт и всё благосостояние дома. В каждом роду есть древо с полной родословной. Более того, некоторые строят пагоды предков, где хранят память о них и молятся им, словно богам.

В Ли Юэ есть даже праздник – День поминовения усопших. Он настолько масштабный, что по размаху его можно сравнить разве что с Новым годом. Так что возможность хотя бы словом перекинуться с предком для жителей Ли Юэ – почти что божий дар.

Когда семья Кунь наконец снова успокоилась, я вытащил всё, что успел подобрать в печати, и показал им находки. И снова на их лицах отразился шок. Особенно когда я показал сундуки с морой. Женщины даже расплакались и принялись кланяться, отчего мне стало ужасно неловко. Поэтому я быстро оставил их наедине с вещами Кунь Ву и покинул пещеру. По сути, сбежал. И правда неловко, когда люди, которые вдвое старше тебя, едва ли не падают на колени, роняя слёзы.

Тем более…

Я достал артефакт, который едва заметно поблёскивал в солнечных лучах. Затем, без лишних церемоний, вырвал из него сердцевину, и в тот же миг ощутил, как ладонь прижало к сфере. Ощущение точь-в-точь как если поднести к коже трубку пылесоса.

Любопытная всё-таки штука. Ядро обладает гравитационными свойствами, но не слишком сильным. Уже в десяти сантиметрах от него ничего не чувствуется.

Сначала я решил узнать о нём побольше через инвентарь,

«Спящий лунный осколок»

Искусственно сотворённое ядро. Сформировано из уплотнённой лунной пыли, напитанной светом, с высокой долей воли павшей Богини – по образцу драконьего сердца.

Учитывая сколько столетий Геовишапу нужно, чтобы его сердце трансформировалось в Жемчужину Дракона, то это удивительно. А ведь я помню как шутил, что если смогу завладеть драконьем ядром, то помещу его внутрь своего тела. А здесь, по сути, его аналог.

Я обернулся, уловив чужое присутствие.

Неподалёку, между деревьями, стояла та самая девушка с картины – наставница Кунь Ву. Расплывчатый, мерцающий силуэт, сотканный из света. Не остаточный след и не призрак, а скорее проекция, созданная из энергии. Напомнила патронус из «Гарри Поттера». И в ней явственно ощущалась духовная энергия, а также та странная сила, что сочилась из сферы у меня в руке.

— Ученик Хранителя Облаков приветствует Адепта, — поклонился я.

— Хм… значит, теперь она в других руках, — её голос звучал как звон колокольчиков. В прямом смысле. Похоже, у неё проблемы с передачей голоса. — Назови себя, малыш.

Малыш?

Впрочем, я понятия не имел, сколько ей лет. Для существа, живущего тысячелетиями, и столетний старик – ребёнок.

— Цин Лун.

Услышав моё имя, она нахмурилась. Не резко, скорее так, словно оно напомнило ей о ком-то. Её взгляд скользнул по моему лицу, задержался на миг, затем опустился на сферу. Золотистые глаза стали внимательнее и строже. Через пару секунд она снова посмотрела на меня.

— Кто же дал тебе такое имя?

— Хранитель Облаков, — вздохнул я, всё ещё не привыкнув к этому имени. Оно не ощущалось родным. Скорее титулом или никнеймом, но не настоящим именем. Впрочем, и прежнее уже казалось чужим. — С ним что-то не так?

— Судьба – не просто красивое слово. Это закономерность, вложенная в мир Небесным Владыкой через Ирминсуль и небесное право. Мир сам подстраивается под то, что должно случиться. Это и есть судьба.

— Знаете, скажите прямо, — поморщился я. — Не люблю эти намёки. При всём моём уважении, но сейчас ощущение, будто я стою перед бабкой-мошенницей, которая тычет пальцем в небо и бормочет про проклятия.

Она вылупилась на меня так, словно у меня внезапно выросла вторая голова. Её силуэт дрогнул, а затем на её лице медленно, почти торжественно проступила злая усмешка.

— «Бабка-мошенница», говоришь…

Глава 76

В миг на поляне всё будто застыло. Птицы смолкли, насекомые замерли. Даже листья перестали шевелиться, словно уловив настроение девушки, на чьём милом личике проступили хмурь и злость. Конечно, на волне эмоций от обретения столь мощного артефакта я выбрал слова неудачно, даже самоуверенно, если учесть, что передо мной Адепт. И всё же уверен, что она не злится по-настоящему. Скорее изображает злобу, давая понять, кто здесь главный. Так зачастую делает Сянь Юнь. Поэтому немного стал понимать эмоции древних существ.

— Дерзкий мальчишка… — в её голосе зазвучали зловещие нотки, что лишь сильнее укрепило меня в своей правоте. У тех, кто по-настоящему злится, в тоне есть что-то такое, от чего подсознательно понимаешь, что сейчас будет больно. Ко всему прочему они, божества, смотрят на нас, как взрослые на детей, то есть снисходительно. Редко какой взрослый опустится до уровня ребёнка и действительно разозлится. — Неужели Хранительница Облаков и правда потеряла хватку, раз её ученик настолько наглый?

Она скрестила руки на груди, а на губах заиграла насмешливая улыбка.

— Я не виноват, что вы приняли это на свой счёт, — пожимаю плечами и смотрю на неё спокойным взглядом. — Поэтому я не считаю это наглостью, скорее недоразумением. А вот наглостью было бы заметить, что ваше тело проходит сквозь физические преграды. И, судя по ощущениям, запас энергии у вас в разы меньше моего, а значит я могу рассчитывать хотя бы на побег. Если, конечно, вы не явитесь лично… Но вряд ли из-за такой ерунды вы станете вредить ученику Хранителя Облаков.

Глаза девушки сузились, точь в точь как у Ху Фуа перед тем, как сделать какую-нибудь пакость.

Воздух рядом дрогнул, её силуэт расплылся, и в следующий миг она уже стояла возле меня. Невероятная скорость. Я бы решил, что это телепортация, если бы не остаточный энергетический шлейф. Похоже, так она давала понять, что сбежать мне не удастся. Ну, честно говоря, я и не собирался, лишь слегка продемонстрировал наглость, чтобы понять её следующую реакцию. Так сказать, прощупываю почву. И я ожидал чего-то подобного. Особенно заметив этот такой знакомый, озорной взгляд.

Я на мгновение закрыл глаза и спокойно встретился с её золотыми.

Видимо, она рассчитывала напугать меня, из-за чего наши лица оказались неожиданно близко. Настолько, что кончик её носа едва касался моего. На долю секунды в её глазах мелькнуло удивление, затем она поспешно шагнула назад, неловко взмахнув руками и вмиг окончательно разрушив образ таинственного и могущественного Адепта.

Край её длинного рукава прошёл сквозь моё тело, и это не осталось без внимания.

— Чёртово эфирное тело…

В сочетании с огорчённым тоном и угрюмой миной это выглядело неожиданно обворожительно. Не знаю, то ли из-за милой внешности, то ли из-за игривого характера, но мне тяжело воспринимать её как Адепта. Почему-то рядом с ней я чувствовал себя непринуждённо. Словно рядом ровесница из моего мира.

Хотя другой её стороны я ещё не видел. Кто знает, вдруг передо мной злобная сущность, которая просто притворяется. Но пока она вызывает лишь приятные эмоции.

— Если это вас задело, прошу прощения. Хотя… да, с моей стороны было глупо говорить о такой красивой девушке в подобном ключе. Впредь буду подбирать слова аккуратнее, — произношу я, убирая сферу в инвентарь.

Золотая ракушка не имеет для меня особой ценности, так что даже подбирать не стану. Её, конечно, можно продать как металл, но цена на золото в эту эпоху смехотворная. Я как-то пытался продать золотые кусочки из Руин Азазеля, обошёл всю гавань, выслушал десяток «за такое много не дадим», и в итоге выручил сущие гроши. Просто, как по мне, в пустую потратил время.

— Ты ведь издеваешься? — она подозрительно прищурилась.

Ей оставалось только надуться и для полноты картины демонстративно скрестить руки на груди. От этой мысли я невольно улыбнулся, и это лишь усилило её подозрения.

— Безусловно, — всё-таки не удержался, и снова ступил на тонкий лёд.

В её глазах тут же мелькнуло раздражение. На мгновение показалось, что сейчас последует язвительный ответ или, чего доброго, воспользуется какой-то мистической техникой. Но она лишь тяжело вздохнула, на мгновение закрыв глаза, а после посмотрела на меня спокойным, но в то же время острым взглядом.

Я улыбнулся уголками губ.

— Ты невозможен, — процедила необычный Адепт, покачав головой. — Неужели ты не боишься, что я могу ненароком убить тебя? Хоть это тело лишь эфирное, но уверяю моих знаний достаточно для этого.

— Раньше испугался бы, — ответил я без колебаний и честно. — Но перед моими глазами горы превращались в пыль. Видел дракона, способный одним крылом накрыть Мондштадт, и его падение. Кто знает… Может, завтра какой-нибудь бог проснётся в дурном настроении и ударит так, что треснет сама вселенная. Слишком много существ, для которых я лишь незначительная пылинка. Сначала это пугает, потом тревожит, а потом… просто перестаёт иметь значение.

— И всё же это не повод наглеть, — фыркнула она и вдруг резко развеселилась, словно я рассказал анекдот. — И уж точно не повод выкидывать здравый смысл.

Девушка сделала шаг, и внезапно исчезла. Точнее, вновь воспользовалась своей невероятной скоростью, чтобы в следующее мгновение оказаться на вершине валуна в десяти метрах от меня. Её взгляд был устремлён в небо.

В лунном свете она казалась ангелом, сошедшим с небес: белые волосы, бледная кожа, яркие золотые глаза и большие пушистые ресницы. К тому же, из-за энергетического тела она излучала мягкое сияние. Однако в её глазах читалась нескрываемая печаль.

Она посмотрела на меня и мягко улыбнулась.

— Смелость и беспечность часто носят одно лицо. Но беспечными бывают далеко не только незначительные пылинки, но и боги, чей взор очерствел, а в сердце больше не осталось места любви.

— Вы говорите о…

Адепт снова растворилась и в следующее мгновение оказалась рядом, выставив указательный палец у моих губ. Пусть её тело и неосязаемо, но я всё равно замолчал.

— Тсс... Не стоит лишний раз тревожить тех, чьи уста не привыкли произносить ласковые слова, — произнесла она мягко и отстранилась, скрестив ладони за спиной. — Этот осколок, что несёт в себе силу древней эпохи, волей судьбы оказался в твоих руках. Что же ты будешь с ней делать? И знаешь ли ты, что именно попало к тебе в руки?

Я кивнул и начал пересказывать то, что мне поведал Кунь Ву. Девушка не перебивала, молча слушала и ничуть не выглядела удивлённой. Скорее всего, она уже ожидала услышать нечто подобное. И всё же дала мне договорить. Когда я закончил, она перевела взгляд на пещеру и тихо вздохнула. Несколько секунд смотрела в ту сторону, затем снова повернулась ко мне, махнула рукой, и передо мной появился свиток из плотной бумаги кремового цвета.

— Делай с этим осколком что хочешь. Но если тебе удастся его пробудить, приходи в место, отмеченное на карте. Я буду ждать.

Сказав это, она исчезла. Не убежала и не телепортировалась, просто рассеяла энергию, перестав поддерживать своё энергетическое тело. Жаль. Я ведь хотел расспросить её о многом, но по собственной вине упустил такую возможность. С другой стороны, она мне понравилась, и из-за этого я расслабился. Хотя, возможно, дело в том, что часть моего сознания всё ещё думает об артефакте… Как бы то ни было, она оказалась приятным Адептом.

В свитке, помимо карты с отмеченным местом, обнаружился алхимический рецепт. И, кажется, у меня встали дыбом волосы. Всё желание пробуждать этот осколок улетучилось в один миг. Если элементальный нектар я чисто технически ещё способен добыть, просто убив на это уйму времени, то с остальным… я даже не представляю, что делать.

Вот где мне, чёрт возьми, достать «останки богов»?

Большинство из них пало во время Войны Демонических Богов, а это было больше двух тысяч лет назад. С тех пор Адепты активно запечатывали их. Ведь каждый такой труп способен вызвать катаклизм. Всё из‑за того, что после смерти божества в мир одномоментно выплёскивается чудовищный объём энергии и, подобно лавине, сметает всё вокруг. А если бог умирал в состоянии сильнейших эмоций, то эта энергия может обрести нечто вроде воли – стремление довести до конца цель павшего. И поскольку боги чаще всего гибнут в битве, охваченные яростью и ненавистью, их посмертная сила нередко тянется к уничтожению всего живого.

Даже если божество будет добрым, его гибель всё равно принесёт миру разрушение: высвобожденная энергия не может исчезнуть бесследно. Просто в таком случае катастрофа будет не столь масштабной и не столь целенаправленной. Взять, к примеру, богинь Пыли и Соли. По лору они были добрыми божествами и даже в момент смерти не испытывали ненависти к миру или живым существам. Однако последствия их гибели оказались ужасающими. Выброс энергии одной из них превратил целый город вместе с его жителями в соляные столпы. Она была сравнительно слабым божеством, поэтому её смерть не вызвала более серьёзных разрушений. Зато гибель другой богини обернулась катастрофой куда более страшной: всё небо оказалось затянуто чёрной пылью, что едва не погубило множество живых существ. Лишь благодаря вмешательству Моракса и Адептов эту разрушительную энергию удалось запечатать и предотвратить катастрофу ещё большего масштаба.

К слову, это показывает разницу между мной и божествами. Моей энергии хватит на какой‑нибудь жалкий пшик… Ладно, не пшик, а на приличный взрыв. Но это и близко не стоит рядом с сильными богами, чья сила способна бушевать тысячелетиями Татаригами.

И всё же существует один бог, чьи останки до сих пор так и не были запечатаны…

Я невольно посмотрел в ту сторону, где, по моим предположениям, находилась Инадзума, и поёжился. Возвращаться туда категорически не хотелось. Именно там покоятся останки Оробаси, Бога Океанов, которого Эи без колебаний нашинковала после того, как тот убил её близкого друга. Я вспомнил о нём, размышляя о последствиях гибели божеств. Ведь именно после смерти Оробаси Инадзума начала страдать от Татаригами – разрушительной энергии, исходящей от его разлагающегося тела.

По идее, всё, что от меня требуется, – это забрать небольшой фрагмент и как можно скорее убраться. Вот только само проникновение на территорию Электро Архонта означает полагаться на чистую удачу… нет, скорее на божественный фактор. Она точно заметит меня, в этом даже сомневаться не приходится. Вопрос лишь в том, как она отреагирует. Особенно учитывая, что я снял её печать. Вместо безмолвных останков древнего бога есть шанс столкнуться с живым богом, и этот исход меня совершенно не устраивает.

И дело вовсе не в трусости, а в здравом мышлении. Одно дело условно «дёргать косички» у Адепта, будучи вполне уверенным, что она вряд ли причинит реальный вред из-за Хранителя Облаков и Моракса. Но совсем другое – иметь дело с Эи. Ей глубоко безразлично моё положение, статус или возможные оправдания. Если она захочет, то просто зарубит меня на месте, и никакой Моракс попросту не успеет прийти на помощь.

Её слава выстроена на крови и трупах.

— Рискнуть и получить желаемое… или остановиться на этом, — выдохнул я и вновь опустил взгляд на свиток.

Следующая строка после божественных останков заставила меня снова скривиться: «ритуальный клинок, участвовавший в божественных жертвоприношениях». И речь не о каком-нибудь случайном ноже. Нужен был клинок, принадлежавший фанатику, тому, кто верил в ритуал и в своего бога с такой истовой преданностью, что сам металл успел пропитаться этой верой. Лишь подобный инструмент способен стать истинным проводником к пробуждению, достучаться до спящего осколка. Когда как останки бога восполнят недостающие фрагменты, а элементальный нектар вдохнёт в него жизнь.

По сути, если так подумать, то я могу заполучить всё необходимое. Правда, вначале меня аж передёрнуло от перечня требований, но благо вспомнил про Оробаси. Но остатки бога лучше отложить на потом. Возможно, я попробую нанять Искателей приключений. Они за хорошую сумму вполне способны привезти мне небольшой фрагмент трупа. Ничего по-настоящему сложного в этом нет, а при соблюдении элементарных мер предосторожности они и вовсе не пострадают от Татаригами. В крайнем случае, когда я перепробую все варианты, придётся идти самому… или просто махну на эту идею рукой.

Элементальный нектар – вещь редкая, но вполне добываемая. По своей сути это сок цветов-мутантов. Растения тоже являются живыми существами, а значит, способны впитывать элементальную энергию и со временем эволюционировать. Так что безобидная на вид роза в саду какой-нибудь домохозяйки с крохотной, но ненулевой вероятностью однажды может превратиться в опасного монстра.

У них есть три стадии эволюции. Учёные из Сумеру предполагают, что существует и четвёртая, но до неё растения почти не доживают. Поскольку их плоды невероятно ценны. Настолько, что, как только их замечают, сразу же устраивают рейды. Причём могут прийти даже из других стран. Однако есть теоретическая форма четвертой стадии – это огромное драконоподобное дерево с двумя головами. Жуткая тварь, но это лишь рисунок.

И благо элементальный нектар добывают со второй стадии. Поэтому конкуренции нет. И чем монстр ближе к третьей, тем насыщеннее нектар. Так что просто нужно найти и убить парочку таких растений. Это не то чтобы сложно, лишь займёт уйму времени. Либо можно банально купить.

Что касается последнего предмета, то формально подходящий клинок у меня уже есть. Церемониальный меч песков соответствует требованиям идеально. Вот только расставаться с ним по-настоящему жаль. Я прошёл с этим оружием слишком много битв, чтобы воспринимать его как обычный расходный материал. И всё же, похоже, мне придётся с ним расстаться. Поиски замены… если быть честным, это лишь пустая трата времени и сил.

Я медленно свернул свиток и убрал его в инвентарь.

К моему возвращению семья Кунь устроила почти настоящий праздник. Дом наполнился суетой, радостными голосами и ароматами еды, несмотря на то что за окнами стояла глубокая ночь. Никто не спал, все радовались. Даже бабка, которой, должно быть, уже перевалило за девяносто, сидела за общим столом и улыбалась своей беззубой улыбкой, глядя на меня так, будто перед ней явился сам бог.

И, естественно, подали к столу крокодилов…

***

— Вы точно не останетесь на ужин? — хозяйка дома всё ещё пыталась уговорить меня задержаться хотя бы до вечера.

Под напором таких просьб я и так остался у них на ночь, так что сейчас был настроен решительно уйти. К тому же меня не отпускала одна мысль. Ночью, когда праздник был в самом разгаре, я выскользнул на улицу, спасаясь от второй порции крокодилов, и заметил вдалеке костёр. Подойдя ближе, я ощутил знакомую энергию и различил небольшой лагерь.

Девушка с Дендро Глазом Бога точила клинки, напоминавшие кунаи, вырезанные словно из синего кристалла. Рядом с ней маячил тот самый громила с топорами. С виду здоров, но уродливый шрам от моей атаки всё же красовался на его обнажённой груди. Чуть поодаль, у костра, расположилась дюжина людей. Кто-то методично пересчитывал стрелы, кто-то возился с мечом, а кто-то лениво подкидывал ветки в огонь. В целом компашка не сулила ничего хорошего.

Тогда я не стал разбираться, смысла в этом не было. Но теперь решил проследить за ними. Конечно, всё это могло оказаться лишь моей паранойей, однако не просто же так они задержались здесь на целых два месяца. Особенно если учесть, что из-за праздника весь округ явно знает повод для веселья. Поэтому, сделав вид, что ухожу, я отошёл подальше и затаился. Прослежу за ними пару дней, и если ничего плохого не случится, то перестану страдать ерундой.

Глава 77

Предчувствие меня не обмануло. Едва я скрылся из виду, не прошло и пяти минут, как они уже двинулись вниз, к дому семьи Кунь. Оружие выхватили сразу, явно не для разговоров. Шли медленно, крадучись, скорее всего, опасались поднять шум, на который мог бы прибежать я. Хотя будь они поумнее, дождались хотя бы ночи, тогда и я «ушёл» бы подальше, и семья Кунь уже легла бы спать.

Вблизи они выглядели ещё отвратительнее. Бывает, смотришь на человека… вроде и не урод, а корчит такую гримасу, что самого передёргивает. Здесь всё именно так. Их лица вызывали одно лишь отвращение. А если учесть, что в эту эпоху с гигиеной совсем худо, картина становилась по‑настоящему жуткой. Грязные, сальные волосы, кривые, местами выбитые или сгнившие зубы. На щеках пятна, такие, какие я когда-то видел в учебнике по биологии, когда мы проходили всякие болезни вроде сифилиса.

Просто ужас.

И плевать им, что там дети и бабушка. Скорее всего, они просто перебьют тех, кто способен сопротивляться, а женщин изнасилуют. Потом вынесут всё, что блестит и хоть что-то стоит, а дом подожгут, чтобы скрыть следы и не дать гильдии выйти на них. Причём это ещё самый мягкий сценарий. Среди людей хватает таких ублюдков, что и слов не подберёшь. О чём говорить, если существует такой термин как «женщины для утешения». Так что от толпы, похожей на типичных разбойников, можно ожидать чего угодно.

Видимо, они сложили два плюс два и поняли, что я задержался не просто так. Да и могли банально подслушать наш разговор ещё тогда, в лагере. Ничего особенно удивительного в этом нет. Как говорится, у таких людей слух всегда острый, когда звенят монеты. К тому же они явно видели, как семья Кунь вытаскивает сундуки из пещеры. Ну а что им сделает какая-то семейка кузнецов?

— Тихо, — хозяйка Дендро Глаза Бога вскинула руку и прищурилась, хмуро вглядываясь в сторону леса.

— Сеструха, что…

Разбойник договорить не успел. В воздухе вспыхнула тонкая фиолетовая дуга, почти невидимая обычному глазу, но смертельно быстрая. Она прошла вдоль его челюсти, одним махом срезая голову, и, не теряя инерции, следом рассекла ещё одного, но уже от плеча до пояса.

Миг – толпа разбойников окрасила траву своей кровью, а в воздухе повис металлический запах. Лишь громила и хозяйка Дендро Глаза Бога успели среагировать. Они отпрыгнули в разные стороны, уходя из-под удара.

— Электро… — процедила сквозь зубы девушка и посмотрела в мою сторону. — Ты!

Я неторопливо вышел на поляну и посмотрел на дом семьи Кунь. Глава клана настороженно выглянул в окно и, увидев происходящее, резко дёрнул штору, что-то закричав родным. У них есть подвал, если не сглупят, спрячутся там. Враги, может, и не самые опасные, но меня смущает их странность. Особенно девушка. Не бывает так, чтобы запас энергии был огромным, а тело оставалось на уровне обычного человека. Всё в этом мире стремится к эволюции.

Громила решил напасть в лоб. Он с диким рёвом прыгнул в мою сторону, выхватив свои топоры. В этот раз девушка уже не стояла в стороне. Она вытянула руку, и её Глаз Бога засиял – элементальная энергия пришла в движение.

— Умри!

Благодаря шестому чувству я мог предугадать, где именно зародится атака. И сейчас подо мной стремительно скапливалось большое количество Дендро-частиц – значит, удар последует снизу. Однако, вместо того чтобы отступить, я высвободил Электро и направил её через клинок прямо в самую гущу Дендро-энергии, насильно навязывая резонанс. Земля дрогнула, а техника девушки прервалась, но не рассеялась полностью. Она хлынула в почву, насыщая её жизненной силой.

Трава прямо на глазах стала выше, гуще и сочнее. Отдельные стебли налились изумрудным светом и выпускали с кончиков слабые зелёные искры, тихо потрескивающие в воздухе. Стимуляция – резонанс столкновения стихий Электро и Дендро. А раз всё в этом мире состоит из элементальной энергии, то увеличение тех или иных частиц запускает в растениях определённые процессы. Если больше Дендро, то происходит «Разрастание», а если преобладает Электро – «Обострение». Последнее связано с тем, что у растений есть собственные электрические процессы. Не зря Эи использовала для своих марионеток ветви Ирминсуля.

Зелёные искры – это следствие стимуляции хлорофилла в растениях. Сама по себе эта энергия ничтожно мала. Обычный человек мог бы коснуться такого растения и не почувствовать ровным счётом ничего. По своей природе это всего лишь биоэлектрические импульсы, но чуть усиленные и потому ставшие видимыми для глаза. Однако именно в этом и заключался опасный нюанс. Такой ток не обжигает, для этого он слишком слаб и примитивен, но зато отлично выстраивает пронизывающую сеть. На короткое время стимулированное растение превращается в живую проводящую структуру, и любой предмет или организм, вступивший с ним в контакт, автоматически оказывался включён в эту цепь.

Стоит человеку коснуться такого растения, как импульсы мгновенно разойдутся по его телу, проникая глубоко внутрь. И если по этой системе нанести удар Электро-элементом, то, следуя уже сформированным проводящим путям, атака поразит цель изнутри. Для обычного человека это означало мгновенную смерть. Владельцы Глаза Бога, разумеется, могут пережить подобное воздействие, но всё зависит от их уровня сил.

По своей сути, это и есть настоящий критический урон. Одноразовая, чрезвычайно мощная атака. После прохождения Электро-частиц пронизывающая сеть разрушается, растение теряет проводящие свойства, как проводка после сильного замыкания. Однако ничего не мешает создать новую систему. Главное условие – непосредственный контакт со стимулированными растениями.

«Разрастание» работает по схожему принципу, но в этом случае ключевую роль играет Дендро-стихия. В отличие от «Обострения», пронизывающая сеть не разрушается после первого удара Электро. Однако и наносимый урон заметно ниже. Проводники впитывают часть Дендро-частиц в момент удара по пронзённому организму, после чего сформированный импульс поражает цель изнутри.

Проще говоря, либо нанести один сокрушительный удар с помощью Электро, либо обрушить дюжину более слабых атак, которые в сумме могут оказаться куда разрушительнее. Однако у каждой реакции есть своё предназначение, всё решает конкретная ситуация. Я задумался об этом, поскольку всё больше склоняюсь к мысли, что из-за своей природы мне необходимо пробудить именно Дендро-элемент. Поэтому я должен быть к этому готов, и просил наставницу рассказать больше о связи между Электро и Дендро.

Я заблокировал топоры здоровяка, а затем, используя инерцию его громоздкого тела, опрокинул его на землю. Он рухнул в траву всей массой, и в тот же миг зелёные разряды оплели его тело.

— Н-нет… — в ужасе выдохнула девушка, заметив, как моя рука покрывается Электро-частицами.

Они бы не стали щадить семью кузнеца. Убивали бы и насиловали с явным удовольствием. Так всегда у разбойников, когда дело касается их самих, на лицах появляется ужас и праведное возмущение, но страдают другие – в ответ лишь холодное равнодушие. Для них чужая боль ничего не значит, пока не прилетит бумерангом.

Фиолетовая молния ударила прямо в спину здоровяка. Тело дёрнулось один раз, резко и неестественно, после чего обмякло, а зелёные искры начали гаснуть, выполнив своё предназначение.

+4.649 Очков Опыта

Довольно мало. Но, учитывая, что он не владеет Глазом Бога, то есть обычный человек с какими-то причудливыми артефактами, пожалуй, это вполне закономерно.

В прошлый раз ему удалось пережить мою атаку, куда более мощную. Сейчас же его настигла мгновенная смерть. Всё-таки «Обострение» – по-настоящему страшная вещь. Отчего мне сильнее теперь хочется получить второй элемент.

— Ублюдок! — выкрикнула девушка и резко создала за своей спиной огромный цветок, напоминающий кактус с массивным алым бутоном.

Бутон распахнулся, и из его сердцевины вырвался луч салатового цвета. Он оказался чудовищно быстрым, удар пришёлся ровно в то место, где я стоял мгновение назад. Однако я отскочил сразу же, едва заметив свечение между разошедшимися лепестками, поэтому атака меня не задела. Но замешкайся я хоть на миг, и даже мне не удалось бы уйти от этого луча. Нанёс бы он серьёзный урон – отдельный вопрос, но проверять не хочется.

Я сразу рванул вперёд. Девушка попыталась перенаправить луч, но, поняв, что не успевает, резко свернула заклинание и выхватила кинжалы.

Напрасно.

Обычные обсидиановые кинжалы. Они, конечно, невероятно острые, идеально подходящие для разрезания плоти, но при этом очень хрупкие. При первом же столкновении кинжалы разлетелись в щепки. А кончик моего меча рассёк ей грудь. Всё произошло настолько мимолётно, что выражение лица девушки, ещё мгновение назад исполненное злости, лишь через пару секунд сменилось удивлением, а затем и болью.

Одеяние, стянутое кожаными лентами, разошлось, и я замер, но не из-за обнажённого тела. В её грудь вживлён кристалл, кусок мутного камня, вросший в плоть. Вокруг него кожа потемнела и покрылась странными зеленоватыми пятнами, а сильно вздутые вены пульсировали, словно под кожей шевелились огромные черви.

Девушка рефлекторно попыталась прикрыться, но я не дал ей ни секунды. Моя рука крепко сомкнулась на её шее.

— Что это такое? — спросил я, уже не сомневаясь, что источником её огромной силы является именно этот кристалл.

Он врос в тело слишком глубоко. Задел не только плоть, но и энергетические каналы, из-за чего казался частью её тела.

— Пощади… — прохрипела она, вцепившись пальцами в моё запястье так, что костяшки побелели. Ногти отчаянно скребли кожу, пытаясь зацепиться, но с её-то силой… это лишь жалкие попытки. Похоже, она и сама это поняла, потому что уже через мгновение на её лице проступила странная, измученная ухмылка. Затем её ладонь дрогнула, хватка ослабла, но пальцы всё ещё цеплялись. — Хочешь… Можешь воспользоваться моим телом…

В этих словах не было ни покорности, ни желания, лишь унизительная, отчаянная попытка купить себе жизнь любой ценой. И, учитывая, что некоторые думают не головой, на них такой трюк вполне мог бы сработать. Даже несмотря на всю опасность этой затеи.

В этом мире, или, вернее, в нынешнюю эпоху, женщин с детства учат, что делать, если их попытаются изнасиловать. Едва девочка достигает осознанного возраста, матери начинают обучать её самообороне. Настолько жестокой и прямолинейной, что любое изнасилование больше напоминает спаривание богомолов.

Как-то я открыл книгу с подробным трактатом. Там было всё. Буквально всё и в деталях: от вырывания кадыка до выворачивания мошонки. К тому же в Ли Юэ очень развиты всевозможные китайские народные методы. Ещё бы, с их заоблачными ценами на лекарей. Так что люди отлично знают, куда надавить, чтобы вырубить человека или причинить боль. И всё равно находятся идиоты, готовые рискнуть. Многие, конечно, действуют толпой, но хватает и одноглазых разбойников со шрамами от ногтей на лице, и травмы эти далеко не тигриные. Хотя при желании их можно назвать и такими…

«Женщины защищают себя как тигры» – прямая цитата из последних слов преступника, которого казнили за пару дней до моего отъезда из Инадзумы. Его невесту забрал себе местный лорд, а он не придумал ничего умнее, чем изнасиловать всю его семью, включая мужчин, пожилых и детей, и выставить их обнажёнными на всеобщее обозрение.

Но к теме, если же девушку всё-таки запятнали, считается, что она обязана совершить сэппуку, искупив вину за утраченную чистоту. Она становится так называемой «девой-мученицей» – не святой, но достаточно чистой, чтобы имя семьи осталось незапятнанным. Впрочем, подобные правила касаются лишь высокородных семей, в деревнях всё куда проще. Пираты и разбойники спокойно вырезают и опустошают сёла. Да и среди обычных людей хватает ублюдков. Быстрой связи у них нет, случись беда, деревенские остаются с ней один на один. Стража просто не узнаёт, некому будет сообщить. Потому караваны нередко натыкаются на деревни, где трупы лежат уже днями, а то и неделями. И только тогда информация доходит до властей.

Даже обычный человек способен убить носителя Глаза Бога, если ударить в нужные места. В конце концов, они такие же люди, просто сильнее. Так что она рассчитывает на то, что я ослаблю бдительность, поддавшись искушению её частично обнажённого тела. Это буквально написано у неё на лице и вызывает скорее насмешку, чем какое-то потаённое желание воспользоваться моментом. Потому я и тянул время, наблюдая, как змеиное превосходство в её взгляде медленно сменяется надеждой, а затем и паникой. Чем дольше я молчал, тем сильнее страх начинал овладевать ею.

Не раз замечаю, что стал относиться к жизни врага как-то… просто. Или, точнее, в соответствии с местными нормами морали – у врагов нет права на жизнь. Не знаю, повлияло ли на меня то происшествие в Мондштадте или два года уединения среди монстров. Хотя последнее, пожалуй, вероятнее. Там мне приходилось убивать даже людей, пусть и искусственно созданных барьером. Но для меня они были врагами, а значит должны были погибнуть от моих рук. Здесь всё то же самое, с одной лишь разницей, теперь их жизнь вполне реальна.

Однако… мне тяжело понять, что я при этом ощущаю. Будто я просто махнул рукой и забыл, как о чём-то несущественном. Именно этого я так опасался, оказавшись в этом мире. Пугает, с какой лёгкостью мне удаётся переступить черту, но только когда я об этом задумываюсь. А затем эта мысль так же легко теряется в уголках моего разума.

Как бы не превратиться в монстра, как Дотторе, и не разглядеть «общее благо» в чудовищных экспериментах…

— Почему ты молчишь? — выдохнула девушка, стиснув зубы до слышного скрежета.

Я усилил хватку, не собираясь ей отвечать, и свободной рукой коснулся кристалла. Воздух вокруг задрожал, а по моим пальцам, всё ещё покрытым остаточными Электро-частицами, пробежал импульс, похожий на статический разряд. В тот же миг я уловил знакомое ощущение опасности.

Разбойница решила что-то предпринять. Кристалл в её груди вспыхнул насыщенным зелёным светом, пульсация резко ускорилась. Похоже, это была её последняя надежда, и та, в которую она сама не верила, иначе попыталась бы сделать нечто подобное в первые секунды своего плена. Разница между нашими силами слишком велика.

Раздался хруст.

Её тело мгновенно обмякло у меня в руке. Голова бессильно склонилась набок, а зелёное свечение в кристалле начало стремительно угасать, как и огромный цветок, растворившийся в зелёных частицах Дендро-энергии.

+11.494 Очков Опыта

Я вздохнул, а после покачал головой.

Вынимать кристалл из трупа оказалось… отвратительным делом. Я буквально превратил в фарш некогда красивую женскую грудь. Скорее от сложности, чем от нетерпения. Вздутые «вены» вокруг камня оказались вовсе не сосудами, а чем-то иным. Плотные древесные нити уходили глубоко в тело, а тонкие корешки прошивали всю грудную клетку, цепляясь за кости и мышцы. Но я всё-таки вытащил его.

Извращённое алхимическое сердце

Сотворено на основе сожжённых записей, найденных в руинах Каэнри’ах. Известно, что настоящее алхимическое сердце - редчайшее сокровище ныне уничтоженной цивилизации. По преданиям, оно способно не только вмещать и накапливать элементальную энергию, но и удерживать фрагменты душ павших врагов, превращая их в топливо или материал для дальнейших трансмутаций. Данное же сердце создано извращённым способом, грубой насмешкой над трудом алхимиков. Оно не хранит чужие души и не усиливает владельца, а вместо этого постепенно поедает хозяина изнутри.

Вау… слишком подробно. Насколько я помню – впервые за эти годы. Словно сама система нарочно сделала это, пытаясь отпугнуть меня от мысли использовать кристалл. И, честно, у неё получилось. Совсем не хочется применять на себе такую опасную штуковину, даже если она способна даровать огромную силу.

Однако за все эти годы система ни разу не проявила хоть каких-нибудь эмоций, чтобы можно было заподозрить её в злых намерениях. Это даже не искусственный интеллект, а всего лишь электронный справочник, встроенный в мою голову.

Я посмотрел на дом, и увидел злого главу Кунь. Его руки дрожали, пальцы стиснуты в кулаки до белых костяшек, а взгляд пылал такой ненавистью, что, казалось, вот-вот лопнут капилляры в глазах…

Глава 78

Глава Кунь подошёл ко мне и, перехватив мой растерянный взгляд, поднял с земли цепочку, которую я срезал мечом при первой стычке с хозяйкой Дендро Глаза.

К слову, её артефакт так и не утратил сияния. Нетрудно догадаться, что если кристалл пожирал девушку, значит, внутри него заключена её жизненная энергия. Возможно, даже частичка души. Следовательно, Глаз Бога воспринимает кристалл как живую хозяйку. Тем более что сердца в её теле я так и не обнаружил. Учитывая, что драконы превращают свои сердца в ядра, можно предположить, что принцип здесь схож. А стало быть, по крайней мере теоретически, этим Глазом Бога можно будет пользоваться до тех пор, пока в кристалле сохраняется её жизненная энергия.

Однако сейчас не самое подходящее время для экспериментов. Да и кристалл не подаёт признаков распада. Так что этим можно заняться в свободное время.

— Этот кулон… — произнес мужчина свойственной ему хрипоте, а после подобрал подвеску с красивой черепашкой из плетеной золотой проволоки. — Он принадлежал моей дочери. Как и этот клинок.

Я молча перевёл взгляд на обломок обсидианового лезвия, а затем на кулон. Удивительно, как ему удалось разглядеть его с такого расстояния. Я и вблизи не обратил внимания на эту мелочь, а он не только заметил, но ещё и успел рассмотреть. Впрочем, возможно, он обратил внимание на кулон лишь сейчас, а прежде его зацепило сходство клинков.

— Уверен? В мире полно подобных клинков, — покачал я головой, доставая из инвентаря тряпку, чтобы стереть с рук кровь.

— Уверен, — отчеканил он. — Я сам сделал этот клинок из черногорского стекла к её десятилетию, а кулон – подарок моей жены. Она никогда с ними не расставалась… Но когда её схватили, при ней уже не было ни клинка, ни кулона.

Сказав это, мужчина пнул по голове трупа.

Читать ему нотации, будучи по локоть в крови, сомнительная шутка. Да и что тут скажешь? Я понимал его. Скорее всего, именно эти разбойники развратили его дочь, выжали из неё всё, что могли, а когда она стала бесполезной – просто избавились. Так обычно и бывает.

Но вот она… Я снова посмотрел на труп. Эта тварь явно выбрала оружие не случайно. Убить семью Кунь клинком их погибшей дочери – не просто жестоко, а по-настоящему мерзко. Явно рассчитывая перед смертью выжать из жертв последние эмоции.

Я вздохнул и убрал окровавленную тряпку в инвентарь. Туда же отправился и кристалл.

— Вот только… — продолжил глава, при этом как-то слишком внимательно разглядывая меня. — Эти разбойники из Алого Ворона. Похитители сокровищ, известные своей огромной численностью. Думаю, если их обыскать, мы найдём эмблему Алых Воронов.

Эмблемы у Похитителей сокровищ – та ещё шутка, но они действительно их носят. Причём по качеству можно определить ранг разбойника. Связано это с тем, что когда-то Похитители сокровищ были, в кавычках, благородными авантюристами, вроде Робина Гуда. Они грабили богатых, помогали бедным и исследовали руины в поисках затерянных кладов. Эмблема служила доказательством принадлежности к этому братству.

Но со временем всё исказилось. Каждый второй бандит начал именовать себя Похитителем сокровищ, и название постепенно стало синонимом обычного разбойника. Прежний же отряд после смерти лидера быстро распался и разбрёлся по всему Тейвату. Тем не менее традиция носить эмблемы уцелела, то ли в память о настоящих Похитителей сокровищ, то ли из желания казаться кем-то большим, чем они есть.

— А власти?

— Да что власти… — глава Кунь раздражённо махнул рукой. — Станут они, что ли, носиться по равнинам да джунглям? Эти твари в основном терроризируют Сумеру, а там в последние годы совсем худо. Разбойники расплодились, как навозные черви. Академия же лишь ужесточает законы, вынуждая всё больше людей сворачивать на кривую дорожку. И при этом с самими разбойниками она не делает ровным счётом ничего. Ни порядка, ни защиты, а только бумажки да приказы. Гниёт Сумеру, ох, гниёт… — он покачал головой и зло сплюнул в сторону. — А про пустынников и вовсе говорить не стоит. Эти дикари окончательно страх потеряли. Они нападают открыто, режут караваны и похищают женщин, а после продают в рабство. Но умники из Академии продолжают делать вид, будто всё под контролем.

Я задумчиво кивнул.

Не думал, что уже сейчас там всё настолько плохо. Да, я помнил, что в игре главный герой разбирался с этими проблемами, но происходило это через пятьсот лет. Поэтому я полагал, что тень правления Дендро Архонта ещё должна сохраняться. Хотя бы для того, чтобы не вызывать подозрений у народа. Однако, похоже, я ошибался. С другой стороны, Сумеру далеко не единое государство: восток находился под властью Дендро Архонта, запад – это земли Дешрета. Пусть Алый Король пал вместе со своей цивилизацией, но люди остались и, мягко говоря, дружелюбием не отличаются. Так что, пожалуй, стоило догадаться.

— Надеюсь, ты не хочешь, чтобы этим занялся я? — хмуро спросил я, скрестив руки на груди. Его взгляд слишком уж явно намекал именно на это. — Обманывать не буду, желания бегать по равнинам и джунглям у меня нет. Это займёт уйму времени, если не годы. Проще выставить награду за их головы.

Он покачал головой.

— Нет, но просьба всё же есть. Они захотят отомстить, а до Сумеру рукой подать, — мужчина бросил взгляд в сторону леса. Там, за рекой, служившей границей двух стран, начинались земли Сумеру. Затем он снова посмотрел на меня. — Поэтому я хочу переехать. С деньгами предка мы сможем поселиться недалеко от Гавани Ли Юэ, где у моих детей будет шанс на лучшую жизнь. Там до нас им будет куда труднее добраться. Я первое время буду ковать по заказам Цисин, а потом, может, смогу наладить связи и начать работать на людей напрямую.

То есть, работать на правительство. И, если быть честным, с точки зрения заработка это идея так себе. На рынке ходят слухи, что Цисин платит фиксированную ставку, заметно ниже рыночной. Да и не нужны им произведения искусства, лишь дешёвые, надёжные затычки. Для убийства человека хватит и фольги, а элитные бойцы, каратели Цисин, всё равно используют зачарованные клинки, которые создают, точнее зачаровывают, маги.

К тому же, заключая контракт с Цисин, кузнец теряет право торговать с кем-либо ещё. Полная монополия. Неудивительно, что туда идут лишь самые отчаянные или те, у кого просто не осталось выбора. Благо хотя бы контракты на определённый срок. Иначе от рабства это мало чем бы отличалось.

Я помолчал, обдумывая услышанное. Его план был далёк от идеального, но, по крайней мере, в нём чувствовалась отчаянная попытка защитить семью. В городе им придётся тяжело. Ни крокодилов под рукой, которых можно поймать и съесть в любой момент, ни фруктовых деревьев и прочих даров природы. Зато здесь на них в любой момент могут снова напасть, а там они хотя бы останутся живы.

Однако, думаю, смогу им помочь. Хотя бы в благодарность за артефакт. Всё-таки чувствую себя обязанным, даже несмотря на то, что у нас был договор и без меня они бы не получили эти деньги. Да и есть у меня пара идей на этот счёт. Как раз нужно было встретиться с одним торговцем и обсудить кое-какие планы. Думаю, он поможет наладить связи с нужными людьми.

— Просьба заключается в помощи с переездом? — спросил я, хотя ответ уже знал.

— Да, — кивнул он. — Не знаю, сколько именно времени понадобится, но мы постараемся управиться быстро.

Я улыбнулся.

— Не переживайте, собирайтесь спокойно. Считайте это знаком уважения к вашему предку.

— Благодарю, господин, — низко поклонился глава Кунь, отчего я почувствовал лёгкую неловкость. — Вы и так сделали для нашей семьи очень многое. Мы не забудем нашего благодетеля!

— Да ладно, — махнул я рукой, а затем внезапно вспомнил о трупах.

Скорее всего, их просто разорвут и съедят звери уже к вечеру. Но носительницу Дендро Глаза Бога лучше закопать. Её тело пропитано элементальной энергией. Почве будет полезно впитать этот остаток силы.

Глава Кунь ушёл, а я остался разбирать трофеи. Первым делом обыскал вещи девушки, ища подтверждение её принадлежности к Похитителям сокровищ. И да, эмблема нашлась у неё в кожаной сумочке, как и татуировка на спине.

Эмблемы Похитителей сокровищ делятся на три ранга. Хотя некоторые поговаривают и о четвёртом, но в эту тему я глубоко не лез. Низшие, обычные бандиты, носят железные знаки. Опытные – серебряные. А блатные – золотые эмблемы, чаще всего снятые с трупов своих же предшественников.

На одной стороне у них всегда герб изначальных Похитителей – ворон со звездой. А вот на другой каждый отряд лепит собственный символ. Хотя, учитывая, что они называют себя Чёрными Воронами, Золотыми, Белыми, Алыми и прочей «оригинальной» ерундой, логичнее было бы оставить всё без изменений. Но да ладно.

У девушки оказался серебряная эмблема, такая же у здоровяка. А у остальных были обычные железные. Впрочем, ничего действительно ценного при них не нашлось. Обычная шайка разбойников, у которых своего-то, по сути, ничего нет. Поэтому я перешёл к самому вкусному, к тому, что приметил ещё в Гавани. А именно к серьге здоровяка.

Серьга Семирамиды

Ведьма, вступившая в запретную связь со своим сыном, нарекла его страшным проклятием. Теряя разум и волю, он обретал всё большую физическую силу. Кукле не нужен разум – мамочка сама направит по верному пути…

(!Артефакт постепенно гасит разум пользователя, даруя возможность преодолеть физические ограничения!)

— Эм… — я потерял дар речи. То ли из-за инцеста между матерью и сыном. То ли из-за знакомого имени. То ли из-за того, что артефакт буквально обменивал рассудок на силу.

Но, как бы то ни было, вскоре сережка отправилась в инвентарь. Может, ещё пригодится, хоть и сомневаюсь, но и выбрасывать жалко.

Сборы, несмотря на спешку, заняли у семьи Кунь немало времени. Даже при их скромном достатке вещей оказалось неожиданно много. Особенно у госпожи Кунь. Как выяснилось, у неё есть небольшое хобби, она любит создавать украшения из проволоки, бусин и цветных камешков, превращая самые простые материалы в настоящие шедевры. В моём мире их вполне можно было бы продавать без всякого стеснения. Причём, по её словам, она нигде этому не училась, во что охотно верится, учитывая местные особенности.

В знак благодарности за спасение госпожа Кунь решила сделать для меня украшение во время долгого пути до Гавани Ли Юэ. Сначала я хотел отказаться, всё-таки украшения, если это не вынужденная необходимость, не по мне. Но, вспомнив о Ху Фуа, я всё же решил принять её предложение. В конце концов уже который месяц пропадаю неизвестно где, на её месте я бы точно был не в настроении. Поэтому попросил госпожу Кунь изготовить женское украшение и в ответ получил тёплую, понимающую улыбку и уверенное согласие.

Сборы заняли ровно неделю, после чего мы направились в Гавань Ли Юэ. За это время объявились разбойники, скорее всего, из Алых Ворон. Они крутились поблизости, но не решались напасть, как, впрочем, и я не спешил действовать: их слишком много. Существовал риск, что стоит мне отойти от семьи Кунь, то их просто перебьют, пока буду разбираться с остальными. Поэтому я не подпускал врагов близко и сам не отходил от дома. При этом было ясно, что главарь этой шайки опытен и не действует сгоряча, поскольку дом находился в выгодной для меня позиции.

По силе… Если судить по объёму элементальной энергии, среди них есть один интересный тип. Явно главный. Но определить уровень опасности лишь по запасам энергии сложно. Он может быть сильным владельцем Анемо, судя по частицам, Глаза Бога, либо обладать мощным артефактом, а возможно, и тем и другим одновременно. Остальные интереса не представляют, обычные люди без серьёзного снаряжения.

Если у него действительно Анемо Глаз Бога, то ситуация для меня скорее благоприятная. Хоть в игре из-за условностей этот элемент всегда казался слабым, точнее, он не демонстрировал своего реального потенциала. Гравитационные колебания – это, конечно, полезно, но, по сути, мелочь. Анемо-частицы повсюду, в воздухе, как кислород. Мы вдыхаем их и выдыхаем. При достаточном контроле маг способен разорвать врага изнутри, нарушить работу органов или просто заставить его задохнуться. А главное, в отличие от Гео, частицы Анемо ничем не скованы. Маг может легко пополнять энергию или использовать естественные воздушные потоки, открытое пространство полностью в их распоряжении. По сути, почти всё – это владения Анемо-мага.

К тому же элементальные частицы довольно лёгкие. Поэтому Анемо в определённой степени способен управлять и другими стихиями, просто сжимая и перенаправляя их потоки. Конечно, такая атака будет слабее, чем у полноценного мага соответствующего элемента, и потребует большой концентрации частиц вокруг. Но всё равно мало кому понравится, когда его собственный элемент внезапно используют против него.

Однако всё же ситуация для меня благоприятная. Будучи куклой, мне не нужно дышать, я не завишу от воздуха, а внутри меня достаточно Электро-частиц, так что Анемо практически не на что воздействовать. К тому же моя кожа и тело во много раз прочнее человеческих. Я столько раз падал с огромной высоты и выдерживал такие мощные удары, что обычного человека они превратили бы в фарш, но всё равно оставался жив. Электро-стихия тоже не представляет серьёзной угрозы, если он попытается атаковать меня моим же элементом, эффекта не будет. Поскольку я являюсь Электро элементальным существом.

Правда, это не значит, что Анемо сама по себе слабая стихия. Вибрационный клинок или лезвие из ветра легко могут разрезать меня пополам, если в них будет достаточно энергии. Да и такие, как Венти, способны творить с Анемо нечто совершенно запредельное.

Хоть мой нынешний уровень сил не позволяет даже приблизиться к пониманию его возможностей. Но если фундаментальные силы мира – это те же элементальные частицы, только иного порядка, то Венти, в принципе, способен воздействовать даже на них. Возможно, он может сдуть не только гору как в легенде, но и само Время. Хотя, если задуматься, он уже однажды продемонстрировал влияние на течение времени…

А что, если тогда в основе тоже лежала сила Анемо?..

— Ладно, — вздохнул я, останавливаясь. — Идите вперёд. Я догоню вас, как только разберусь с преследователями.

Я предупредил семью Кунь о такой возможности, так что никто не удивился. Впереди тянулось огромное открытое поле, где в радиусе нескольких километров не было ни души – им там ничего не угрожает. А вот я наконец мог действовать без оглядки.

Спустя пять минут из лесной чащи выползли первые силуэты. Затем ещё и ещё, пока вскоре не показалась целая орда, словно рой саранчи, накрывающий землю живой волной. Впереди мчался исполинский, монстрообразный крокодил, а верхом на нём восседал загорелый мужчина с обнажённым, испещрённым шрамами торсом и саблей в руке. Половина его головы была изуродована старыми ожогами, и сквозь тонкую кожу проступали очертания черепа. На уцелевшей же стороне красовались ядренo-оранжевые дреды, спадавшие на плечи. И при этом на его лице, кроме уродливого шрама, красовалась алая повязка, символизирующая принадлежность к пустынникам. А на поясе, в Сумерской оправе, поблёскивал Анемо Глаз Бога.

Заметив, как я достаю меч, он расплылся в безумной ухмылке, но не от жадности и предвкушения лёгкой добычи. Это была улыбка человека, который понимает, что в этой битве он может расстаться с жизнью. Улыбка, рождённая адреналином, когда сердце бешено колотится, грозя вырваться из груди, а весь мир сужается до одной цели. Именно такой человек шёл на меня, словно сошедший с полотна об Орде, неудержимый и дикий. При этом половина его лица оставалась неподвижной, отчего ухмылка казалась ещё безумнее и нечеловеческой.

Он очень силён. Энергия буквально распирает пространство, взметая песок и вытягивая за его силуэтом шлейф, словно хвост торнадо. Без сомнений, он на том же уровне, что и та ведьма в Мондштадте. Только если она позволила себе заиграться и расслабиться, то он вряд ли. Весь его вид кричал о безудержной мощи и опыте.

Тяжело вздохнув, я высвободил энергию, позволяя ей окутать клинок. Бой будет тяжёлым…

Глава 79

Человеческая жизнь хрупка, как стекло… Она может разбиться в одночасье, а может выдержать невероятное количество ударов как советский гранёный стакан. Я понимаю, стоит мне лишь махнуть рукой, и прямо сейчас оборвутся жизни десятков людей. Да, плохих, тех, кто, кажется, вполне заслуживает смерти. Но ведь в моих же силах и сохранить им жизнь.

Такая власть… она не опьяняет. Она скорее обесценивает само понятие жизни в глазах тех, кто стоит слишком высоко. Взять того же Венти, сколько ему лет? Две тысячи? Три? За это время он видел смерти правителей и слуг, друзей и близких. Сотни. Тысячи. И, наверное, в какой-то момент их стало так много, что они превратились в одну тёмную полосу на полотне, словно рой черных муравьёв. Каким бы добрым ни было существо, стоящее над временем, смерть «муравья» где-то на краю его восприятия почти не способна его задеть.

— А ты неплох, малец, — усмехнулся главарь разбойников и перевёл взгляд на тушу крокодила. — Одним ударом снёс голову Макаре. На такое способны далеко не все.

В его голосе звучала не скорбь по питомцу, а неприкрытая издёвка, из-за чего желание убить его возросло вдвое.

Я целился ему в голову, но в последний миг крокодила подхватил сильный порыв ветра, и тот едва не перелетел через меня. Огромная туша, явно весящая не меньше тонны, взметнулась вверх, словно перышко – зрелище завораживающее. Однако долго наблюдать за этим я не стал, а почти сразу, усилив тело духовной энергией, изменил траекторию удара. Лезвие в полёте развернулось почти на сто восемьдесят градусов. Тем самым я почти безупречно и совершенно случайно повторил легендарный «удар ласточки» Сасаки Кодзиро.

Манёвр чудовищно сложен, особенно на такой скорости. Не уверен, что этот приём вообще когда-либо существовал, а не был выдуман. Человеку физически крайне трудно повторить его в бою, и даже если каким-то чудом это удастся, связкам и суставам такого мечника не позавидуешь. У меня аж под опорной ногой глухо треснул валун от приложенной силы.

Но, несмотря на всю невероятность, этот приём, как и в легенде, действительно способен застать врасплох даже самую проворную птицу… Правда, лишь обычную. Потому что разбойник не только успел среагировать, но и резким рывком дёрнул упряжь, из-за чего голова крокодила оказалась прямо на траектории моего меча. Сам же он, воспользовавшись мгновением, спрыгнул и атаковал дугообразной волной уплотнённого ветра.

Удар меня не задел, но я заметил, что волна обладала притяжением. Не столь сильным, чтобы сдвинуть меня с места, однако любую мелкую живность она без труда подняла бы в воздух и утащила за собой, что делает эту атаку невероятно опасной.

Один из его прислужников решил выделиться. Видимо, подумал, что пока лидер отвлекает меня, сумеет проскользнуть в небольшом облаке пыли, поднятом массивным крокодилом и силой Анемо. Но, к его несчастью, моё зрение не ограничивается глазами. Поэтому в тот же миг, как он пересёк границу моей атаки, рухнул замертво с пробитой головой от камешка, ускоренного силой Электро.

Главарь даже глазом не повел.

— Судя по всему, вы хотите убить меня, а не семью Кунь, — хмуро произнёс я, на миг прикрывая глаза. — Ты не отправил своих людей в обход.

Их ровно пятьдесят, если не считать того смельчака, который уже ушёл на перерождение… а может, и нет. Я так и не понял, как с этим обстоят дела в этом мире. Знаю, что после смерти души попадают в Артерии Земли, а дальше ничего неизвестно. Ну и ещё можно оказаться в Селестии, если выполнить ряд условий. Но это уже немного другое и маловажное, поскольку, насколько я знаю, туда могут попасть только владельцы Глаза Бога.

Тем временем разбойники медленно окружали меня, но при этом старались держаться на расстоянии. Труп в этом деле стал для них чертой, которую они не решались переступить. Видимо, они не такие уж тупые, какими кажутся на первый взгляд. С другой стороны, эта условная линия в любой момент разрастётся в разы, стоит мне лишь захотеть. К тому же против меня стоял владелец Анемо Глаза Бога. Так что в самое ближайшее время всё вокруг будет уничтожено в считанные мгновения. Поэтому стоило бы спасаться бегством, а не пытаться что-то предпринять.

Даже если им всё же удастся выжить в этой мясорубке, добивать их я не собираюсь. Какой в этом смысл? Они всего лишь обычные люди и не представляют для меня реальной угрозы. Зато сыграть на этом будет куда выгоднее, чем получить с них жалкие крохи опыта. Распространять обо мне грозные слухи. Ведь репутация строится на трёх столпах: демонстрации силы, реальных достижениях и устрашающем образе, закреплённом в сознании окружающих. А чем известнее я стану, тем сильнее окажется моё влияние на этот мир.

Вздохнув, я опять обратил внимание на главаря. Тот, заметив меня, как-то резко оживился и дернул плечами.

— Им не сбежать, а вот ты представляешь для нас опасность. Сколько бы ловушек мы ни заготовили, ты обошёл их все, — сказал он улыбнувшись своей жуткой улыбкой. — Жанна долго пыталась понять тебя. Хочешь узнать, какую оценку она тебе дала?

— Кто такая Жанна?

Мужчина недоумённо приподнял бровь, а затем иронично усмехнулся.

— Действительно. Как она и говорила, ты не обращаешь внимания на то, что тебе неинтересно. Жанной звали ту, кого ты недавно убил, — хмыкнул пустынник, а затем лениво взмахнул саблей и задвигался вокруг меня, словно хищник, выжидающий момент для броска. Его шаги удивительно мягкие для такого крупного телосложения, и, словно кот, он наступал в собственные следы. Кажется, это особая привычка людей, изучающих руины. Так они уменьшают шанс случайно наступить на ловушку. — Фонтейнские девушки куда полезнее, чем из Ли Юэ. Они хотя бы понимают, на какую дорогу вступают. А вашим достаточно прошептать пару ласковых, и они охотно раскрывают сердца. Забавно было наблюдать, как Кунь Бао осознала, что её благоверный оказался всего лишь подставным человеком. Но к тому времени она так глубоко подсела на наркотики, что была готова на всё ради нас… на всё, кроме похищения собственной младшей сестры.

Кунь Бао? Видимо, речь идёт о старшей дочери главы клана Кунь. Правда, насколько я знаю, звали её иначе… Впрочем, это вполне мог быть псевдоним.

— Мы рассчитывали подобраться к сокровищнице Кунь Ву через младшую, раз старшая оказалась пустышкой, которой не доверяли семейных тайн. Но в самый последний момент она нас предала, — с досадой добавил он.

— И зачем ты мне это говоришь? Она уже мертва. К тому же для меня – всего лишь чужая.

— Просто хотел увидеть твою реакцию и понять, насколько ты связан с этой семьёй, — разбойник пожал плечами. — А Жанна… это и дань уважения, и моё возмездие. У нас, у пустынников, есть обряд: перед смертью убийце называют имя жертвы и рассказывают её историю, чтобы он понимал, за что умирает от рук сынов Дешрета.

Я лишь слегка приподнял бровь и не стал возражать. Хотя, если честно, это по-настоящему жутко. Никогда бы не подумал, что услышу нечто подобное о себе.

— Жанна была из знатного рода Фонтейна. Родители выдали её замуж за графа, и даже наличие любимого человека не смогло изменить их решения. В отчаянии она попыталась бежать с возлюбленным, но их настигли. Его казнили, а её принудили к браку. Вскоре Жанна родила дочь, которая, увы, прожила совсем недолго, — на его лице отразилась правдоподобная печаль. — Это стало для неё точкой невозврата. Она попыталась убить Графа, но не смогла. После этого сбежала в пустыню, где примкнула к нам – с единственным желанием, всем сердцем, отомстить. К слову, она собиралась сделать это сразу после этого задания… но погибла от твоей руки.

— Теперь понятно откуда взялось такое высокомерие. Аристократка… Не будь у неё силы, то в Ли Юэ закидали бы её камнями, — покачал я головой, не сильно впечатлившись рассказом.

Таких историй так много, что они уже кажутся обыденными. Даже в игре был похожий сюжет – в Ли Юэ девушка сбежала с возлюбленным, но перед этим нашла похожую на себя женщину, задушила её и сбросила в колодец. При этом пустынник явно подал всё так, чтоб его история вызывала сочувствие, без грязных подробностей. Например, откуда у неё взялись кинжалы семьи Кунь и сколько невинных людей она убила собственными руками. Да и через что ей пришлось пройти у них. Поскольку женщине голубых кровей в пустыне среди разбойников – остаётся лишь посочувствовать и удивляться, как её вообще не продали в рабство.

— Фонтейн… Если не ошибаюсь, там недавно была революция, которую возглавляла девушка, — задумчиво проговорил я, вспоминая слухи, услышанные от каравана.

— Ха-ха, точно, только её сожгли собственные последователи, а потом возвели в символ несгибаемой народной воли, — рассмеялся он, после чего с иронией покачал головой и посмотрел на меня исподлобья. — Но вернёмся к Жанне. Она вовсе не была надменной, скорее, даже местами застенчивой. Это я велел вести себя так, чтобы узнать о тебе получше, выбить из равновесия и заманить в ловушку, но ты был непреклонен.

Я вспомнил, как она в довольно грубой манере пыталась заставить меня убить тигров. Если задуматься, выходит, что она вела себя так намеренно, чтобы узнать меня получше. К тому же есть поговорка: чтобы управлять другим, нужно вызвать у него сильные эмоции – неважно, гнев это, гордыня или ненависть.

Однако она сама выбрала этот путь. Если бы не я, это сделал бы кто-то другой. К тому же в порыве мести она уже погубила и наверняка погубила бы ещё тех, кто вообще к этому не был причастен. Так что… Откинув ненужные мысли, я приготовился к бою.

— Меня зовут Халиль аль-Рамл, — произнёс пустынник, медленно смещая ногу и принимая стойку для удара. — А ты кто будешь?

Опять какой-то ритуал перед битвой?

— Цун Лин.

Он приподнял бровь, скользнув по мне внимательным, почти насмешливым взглядом.

— И всё? — хмыкнул разбойник. — Я слышал, Адепты любят вычурные имена, длинные, как проповеди Мудрецов, — уголок его губ на уцелевшей стороне лица дрогнул. — Хотя, как я и думал, ты никакой не Адепт. Иначе от нас уже осталась бы одна пыль.

Я промолчал.

Имена Адептов и правда скорее напоминают титулы, и нередко ими в действительности и являются. Дело в том, что большинство Адептов представляют собой Божественных Зверей. По сути, обычных животных, которые в ходе эволюции или из‑за вмешательства третьих сил обрели разум, самосознание и способность следовать духовному пути самосовершенствования, стремясь постичь своё истинное «я». Разумеется, при рождении у них не было личных имён в человеческом понимании. Кроме того, некоторые и вовсе предпочитают скрывать своё настоящее имя, пользуясь титулами или псевдонимами.

Пока я направлялся в Гавань Ли Юэ, всё же расспросил Ху Фуа о том самом «пути», из‑за которого мне так долго не давали покоя. Оказалось, что это похоже на то, как владельцы Глаза Бога в снах или медитации начинают видеть своё созвездие и понимать его истинный смысл. Так и Адепты при пробуждении созерцают собственную истину. Это внезапное озарение может прийти спонтанно, и показывает врождённую форму души, а духовная энергия принимает её воплощение. Поэтому первое, что начинают постигать Божественные Звери, – своё истинное «я», которое со временем может стать их именем.

К слову, у Ху Фуа созвездие – «Пылающее Сердце», а путь Адепта – «Алая Птица». А у меня ни созвездия, ни собственного пути. Грустно так-то…

Второй вариант гораздо проще, если кто-то даст имя. Как, например, произошло со мной. Или же другой Адепт может наречь именем во время ритуала. Это своего рода пакт, который, по легенде, способен превратить смертного в Адепта. Конечно, во многом это лишь сказки, но с долей правды. Адепт действительно может сделать другого Адептом, даровав ему имя, однако на такое способны лишь по-настоящему могущественные, вроде Моракса. По сути, это насильственное пробуждение истинного «я».

Однако чаще всего люди присваивают Адепту титул по его заслугам, и он по своему усмотрению может принять этот титул как имя. Например, «Хранитель Облаков». Так, учитель некогда сотворила облака, которые после долгой засухи пролили дождь на иссохшие земли.

То есть технически я могу взять себе любое имя, хоть «Император Небес», но кроме пустого пафоса в этом мало смысла. Да и на духовном пути у меня всё довольно уныло: я не могу достучаться даже до своего истинного «я». Хотя каким-то образом уже пробудил духовную энергию. Моракс говорит, что, возможно, мне мешают смертные грехи, они будто чернилами покрывают мою душу. Чтобы избавиться от этого, нужно пройти обряд отречения. Но я от него отказался, поскольку не хотел лишиться частицы себя, и он не стал настаивать.

Покачав головой, я вздохнул, затем резко подался вперёд и одним мощным рывком оказался рядом с пустынником. Его глаза распахнулись от удивления, но тело среагировало мгновенно: рука с саблей метнулась для ответного удара. Предполагая это, я тут же, используя поступь, скользнул ему за спину и налетел на Анемо-щит. Барьер, впрочем, не выдержал, и разлетелся в одно мгновение, но выигранного мига хватило, чтобы разбойник успел отпрыгнуть.

Он приземлился мягко, почти не коснувшись земли, и тут же увеличил дистанцию ещё на пару метров, выставив саблю перед собой в защитной стойке. Вокруг его тела снова вспыхнул щит, но теперь он был соткан из Электро-частиц, которые удерживались вместе при помощи Анемо, не давая им рассеяться. Такая защита заметно ослабит мои магические атаки и при этом будет лишь постепенно крепнуть. Это не игра, где условности сдерживают возможности людей. Его щит постепенно будет крепчать, вылавливая всё новые частицы из окружающей среды.

Мы вновь столкнулись, и пространство вокруг мгновенно наполнилось звоном сталкивающейся стали. Несмотря на внушительные габариты, он двигался удивительно легко и плавно. Владение мечом также на уровне истинного мастера, но не показного, как в Ли Юэ, где ценят эффектность ради зрелища. Передо мной был боец, прошедший множество сражений: ни одного лишнего движения, удары точные и в то же время непредсказуемые. Он полностью раскрывал потенциал сабли, меняя хват и нанося резкие, режущие выпады, отчего порой казалось, что я сражаюсь не с оружием, а с живой змеёй.

В очередной раз сходясь в ударе, пустынник напитал клинок Анемо-частицами, и тот зарябил, словно раскалённый воздух в очень жаркий день. Я тоже не отказался ответить магией. В тот миг, когда клинки почти соприкоснулись, в долю секунды, растянувшуюся для меня в вечность, между ними вспыхнул крошечный вихрь: по мере сближения он светлел и разбрасывал дугообразные искры, оставлявшие на стали едва заметные следы оплавления.

Клинки сошлись, и в тот же миг их разметало в стороны взрывом, обрушившегося разрушительной силой на окрестности. Многовековые камни трескались и крошились в пыль, а трава, разрубаемая волнами ударов, наполняла воздух терпко-сладким ароматом своей агонии. Но мы, будто не замечая этого, снова взмахнули мечами, готовясь к следующему удару.

Поляна стремительно превращалась в ужасное месиво, напоминающая сцену из фильма про войну. Вспаханная столкновениями земля, трупы разбойников, которым не повезло оказаться рядом с нами в момент столкновения клинков. Переломанные стрелы, которые запускали люди пустынника. Но из-за вихря двух стихий их просто разрывало на подлёте.

С каждой секундой его щит становился всё плотнее, обретая насыщенно фиолетовый оттенок, а мои атаки всё слабее оказывали эффект. Однако всё шло по плану. Стоило узнать кто будет моим врагом, точнее каким элементом обладает, так сразу стал перебирать варианты хода битвы. А так как Электро не очень-то дружит с Пиро-стихией, то не нужно быть гением, что понять истину…

При очередном столкновении я не стал уворачиваться и позволил ему пронзить себя. Боли не последовало, лишь странное ощущение чужеродного предмета внутри. Не было и ни крови, ни какой-либо иной субстанции. После превращения в элементальное существо фиолетовая жидкость в моём теле уплотнилась и стала напоминать желе. Это настолько поразило пустынника, что он замер, дав мне возможность достать склянку с алой жидкостью – слизью Пиро-слайма, которых у меня было в избытке, ведь они встречались куда чаще, чем Электро-слаймы.

— Ты… — прошептал он, едва разжимая губы. В его глазах вспыхнуло удивление, перемешанное с опасением. Словно он понял ход моих мыслей, из-за чего я не смог сдержать улыбку. Слишком уж безумной была эта идея, чтобы не чувствовать, как внутри всё замирает в предвкушении чего-то невероятного.

Я вцепился его в запястье, сжимающее клинок, как раз неосторожно высунутую из-за щита. Он, разумеется, попытался вырваться… но тщетно. Удивление в его глазах мгновенно сменилось паникой. Даже бывалые воины теряют хладнокровие, когда видят ладонь вполовину меньше их собственной, сжимающую так, будто в стальных тисках.

— Только не снова…

Его последние слова утонули в хрусте битого стекла. Вслед за этим рвануло так, будто сама реальность дала трещину и разлетелась осколками. Невыносимо странное ощущение – оказаться в самом эпицентре. Сначала всё перед глазами захлестнула ослепительная белизна, прошитая жёлтыми искрами, потом свет оборвался, и на смену ему пришла тьма. И вдруг почему-то вспомнилось одеяло, то самое, из детства: бабушкино, тяжёлое, плотное. Словно я снова превратился в ребёнка и спрятался под ним, та же нестерпимая жара, та же теснота, та же темень и та же гнетущая тишина.

Первое, что я увидел, когда ко мне вернулось зрение, – оторванное запястье пустынника, зажатое в фиолетовой лапе. Честно, я не сразу понял, что это моя рука. Белые, тонкие, как когти теризинозавра, пальцы, облепленные фиолетовой жижей, которая гадко пульсировала, напоминая слизь Венома.

+47.788 Очков Опыта

Уровень: 32 (7.084/32.250)

Всё вокруг окутывала фиолетовая дымка. Она стремительно втекала в моё тело, залечивая раны. Но, что более важно, – взрыв оказался куда менее разрушительным, чем я ожидал. Да, от пустынника осталась лишь кисть с запястьем, но его люди почти не пострадали. Они просто стояли, оглушённые и перепуганные, не отрывая от меня взгляда. А когда наконец опомнились, резко сорвались с места и рванули прочь, вопя про Демона Луны и Раху – похоже, их местная версия бабайки.

Впрочем, сейчас я и правда больше похож на демона…

*P.S. Если хотите читать новые главы быстрее и поддержать проект, добро пожаловать на мой Бусти! Ссылку вы найдёте в примечании

Глава 80

Возвращение в Гавань Ли Юэ оказалось на удивление спокойным. После стычки с тем пустынником на меня больше никто не нападал, и по дороге не встретилось ни единого монстра – настоящее чудо. Впрочем, это лишь в плане возможных столкновений. Совсем без проблем всё равно не обошлось, и на этот раз по моей вине. После драки с разбойниками мне пришлось надолго задержаться и разбить лагерь: телу понадобились целые сутки, чтобы прийти в себя, а потом ещё несколько дней, чтобы восстановить силы. Конечно, продолжать путь, не сделав этого, было бы слишком рискованно.

Тот фиолетовый дым оказался не чем иным, как испарившейся частью моей плоти. Из-за этого я лишился значительной доли сил и в тот момент был крайне уязвим. Похоже, так проявляется особенность моей элементальной природы: как и у слаймов, моя мощь и живучесть напрямую зависят от объёма энергии. Впрочем, есть и обратная сторона, чем больше этой энергии, тем сильнее я становлюсь даже без всяких систем. А это особенно важно, ведь, будучи куклой, я не мог нормально развиваться. Как водится, в каждой бочке мёда найдётся ложка дёгтя. Хотя, пожалуй, даже к лучшему, что это случилось сейчас: впредь буду учитывать подобные риски. А то, сидя за барьером, я уже успел привыкнуть чувствовать себя едва ли не бессмертным.

— Господин, позвольте ещё раз поблагодарить вас, — госпожа из семьи Кунь склонилась в поклоне и протянула хлопковый платок, в который было что-то аккуратно завернуто. — Прошу, примите.

Внутри оказалось удивительно изящное украшение – глазурная лилия, символ Ли Юэ. До гвоздиков Картье ему, конечно, было далеко, но я бы без колебаний поставил его рядом с работами Фаберже. Для своего времени вещь получилась по-настоящему великолепной: на бутонах были крошечные петли из проволоки, благодаря которым цветок мог «распускаться».

— Это… восхитительная работа, — я не удержался от улыбки. Ху Фуа этот цветок точно понравится. — Вы не думали открыть лавку и продавать украшения в гавани? — спрашиваю, переводя взгляд на женщину.

— Н-нет, — она вспыхнула и стыдливо опустила взгляд, но я всё же заметил робкую улыбку. — До сегодняшнего дня я делала украшения только для семьи, иногда для путников... Я рада, что они не разочаровали вас.

— Тогда почему бы не попробовать? О деньгах не беспокойтесь – я вас поддержу. И с материалами помогу. У меня как раз есть один источник золота, — задумчиво произнёс я, вновь посмотрев на лилию.

Руины Азазеля завалены всевозможными побрякушками. Беда лишь в том, что всё это погребено под многотонными обломками горы. Раскопки потребуют немало сил и времени, но в целом мне это по плечу. Тем более всё равно нужно туда, из‑за древних механизмов, а заодно получится потренироваться в управлении внешней элементальной энергией.

— Но как же… Я бесконечно благодарна за предложение, однако вы и так сделали для нашей семьи слишком много, чтобы просить ещё и об этом… — заробела госпожа Кунь, стыдливо сжимая подол своего старого платья.

Её муж хотел вмешаться и помочь супруге выбраться из столь неловкой для неё ситуации, но я мягко поднял ладонь, останавливая его.

— Ничего страшного. Считайте меня вашим спонсором. А если совесть тяготит, то выделите мне небольшой процент с продаж. Обычная сделка, где у всех есть своя выгода, — договорив, я достал из инвентаря туго набитый мешочек с морой и положил его ей на ладонь. — Это за великолепный цветок.

— Постойте, я…

— Если ты что-то умеешь – не стоит делать это бесплатно, — фыркнул я, заметив, что она пытается отказаться. — Да, за подарки не платят, но на подарок можно ответить подарком. Считайте эти деньги моим подарком. А от подарков не отказываются – это невежливо. Не обижай меня.

Госпожа Кунь вздрогнула, а затем уставилась на мешочек с морой. В их положении важна каждая монета. Всё-таки гавань – не деревня, здесь и цены другие, и нравы иные. Особенно тяжело с жильём, поскольку это главный порт Ли Юэ, и с каждым годом людей становится всё больше. Конечно, одному выжить легче, но тут полноценная семья, а там ситуация куда сложнее. И похоже, осознавая это, она поспешно прикрыла мешочек второй рукой и поклонилась.

Я перевёл взгляд на главу семьи Кунь. Тот стоял, насупившись, с каменным лицом. Впрочем, такой он большую часть времени.

— Для вас у меня тоже есть предложение, но обсудим его через пару дней. Сначала я встречусь с одним торговцем. После разговора станет понятно, что вообще можно сделать в этой ситуации. Поэтому пока не торопитесь обращаться в Цисин.

После этих слов настала очередь Главы Кунь изображать стыд, нерешительность и покорность, то есть всё в лучших традициях прилежных граждан Ли Юэ. Иногда это раздражало, но я уже свыкся. Да и не хотелось заострять внимание на такой мелочи. Ведь впереди ждала встреча с Ху Фуа. Несколько месяцев – срок немалый. Наверняка она успела как следует разозлиться на меня за долгое отсутствие, а может, и придумала десяток способов высказать всё, что накопилось. Хотя последнее маловероятно, но вероятность не равна нулю. Потому я просто попрощался, не затягивая прощание, и направился к дому семьи Ху.

Гавань уже не спала, повсюду открывались лавки и палатки. Порт гудел, слышались крики грузчиков, скрип повозок и плеск воды о причалы. Потихоньку рынок наполнялся людьми: кто-то спешил за свежей рыбой, кто-то уже торговался у прилавков, кто-то просто оглядывался, выбирая товар. И всё это – ранним утром, около семи часов.

Двор семьи Ху оказался непривычно пуст. Ни слуг, которых в это время обычно бывает немало, ни младшей сестры Ху Фуа – она как раз должна была заканчивать утреннюю тренировку. Но, не став ломать голову, я направился к комнате Ху Фуа. Скорее всего, она сейчас крепко спит. Ведь обычно её не добудишься до обеда, но мне всё равно хотелось устроить сюрприз.

Однако, не пройдя и половины пути, я услышал стоны: то ли сдержанные мужские, то ли женские ахи, словно к коже внезапно приложили лёд. Это, конечно, смутило меня, но любопытство оказалось сильнее. Я ускорил шаг и направился в сторону комнаты Ху Фуа. Затем прошёл мимо, направившись дальше – к источнику шума. По ощущениям энергии я уже догадывался, кто там, поэтому не удивился, обнаружив родителей Ху Фуа на тренировочной площадке.

Женщина хмуро обрабатывала раны мужа какой-то мазью. Тот забавно выгибался, то шипел, как змея, то шумно выдыхал. Судя по их словам, мазь на экстракте мяты и Туманного цветка – ещё не монстра, а растения, лишь начинающего впитывать энергию. Обычно этот цветок признак появления монстра. Однако из него возникают не только существа растительного типа, но даже слаймы. Поэтому его, как правило, не относят конкретной группе, и считают обычным цветком, который лопнул от жадности, либо потерял контроль над энергией. Но зелья из них можно сделать хорошие, поскольку впитывают лишь чистую элементальную энергию.

Кстати, я и не ожидал, что отец Ху Фуа окажется таким здоровяком. Явно под два метра ростом, и при этом не худощавый, а крепкий. И выглядит он удивительно молодо для своих лет. Ему, кажется, тридцать шесть, но на вид и тридцати не дашь, даже несмотря на аккуратную бородку и пепельные волосы.

Дикий контраст. Если помнить, что здесь большинство за собой особо не следит, а тяжёлый труд быстро подтачивает здоровье, из-за чего люди выглядят на несколько лет старше своего возраста. Иногда, даже на десятки, особенно те, кто из фермерских семей. Детей там гонят в поле едва им стукнет пять-семь лет. Естественно, под палящим солнцем кожа разрушается, из-за чего к двадцати они уже выглядят на тридцать.

Однако кремы и прочие средства ухода продаются, даже самые дешёвые. Только вот местный менталитет такой, что до этого мало кому есть дело. Уход считают блажью, да и лишних денег почти ни у кого нет. Да и не раз слышал смешки, мол, раз сразу не помогает – значит, ерунда всё это. Попытки убедить, что эффект от таких средств проявится со временем и что позже организм «скажет спасибо», воспринимаются как мошенничество. К тому же, это «позже» кажется для них слишком далёким…

Покачав головой, я оставил их наедине. В комнате Ху Фуа на полу лежало сброшенное одеяло, подушка оказалась у самых ног, а сама она мирно сопела, раскинувшись звёздочкой. Но стоило мне присесть на кровать, как его глаза раскрылись и пронзили меня. Сначала в них ощущалась опасность, затем растерянность и наконец-то узнаваемость.

— Ты вернулся, — улыбнулась она и тут же широко зевнула. — Прости… я поздно легла… ха-а… — и снова зевнула, прикрыв рот ладонью.

— Да? Удивительно, как ты вообще смогла встать.

— Ой, только не смейся, ладно. В последние дни я практикую технику «Вдох на восходе, выдох на закате», поэтому приходится рано ложиться и рано вставать… — она собиралась сказать что-то ещё, но вдруг заметила цветок в моей руке, и её ещё мгновение назад сонное лицо оживилось. — Какая красота…

Я улыбнулся и протянул его ей. Ху Фуа осторожно перехватила стебель пальцами, словно боялась сломать, и бережно принялась рассматривать узоры на лепестках.

— Это тебе, — говорю, наблюдая, как уголки её губ поднимаются всё выше. — Прости, что так задержался.

— Ничего, — она качнула головой и подняла на меня взгляд. — Наставница сказала, что с тобой всё в порядке. Так что я не волновалась.

Договорив, она мягко поцеловала меня, точнее, едва клюнула в губы, и затем положила цветок на тумбочку, поверх аккуратно сложенной одежды.

Значит, мне всё-таки не показалось, и Сянь Юнь действительно приходила ко мне, пока я снимал печать Кунь Ву. И раз она не вмешалась, а лишь наблюдала со стороны, выходит, возражений у неё нет. По крайней мере, к самому поступку. Но, скорее всего, она всё же отчитает меня за то, что я заставил Ху Фуа волноваться и слишком долго не выходил на связь.

Покачав головой, я невольно отметил, насколько возросла сила Ху Фуа. За столь короткое время она стала куда могущественнее: её духовная энергия уплотнилась и теперь походила то ли на солнце, то ли на огненное яйцо. Отчего я невольно вздохнул. Конечно же, это не ускользнуло от неё.

— Ты снова стала сильнее, — улыбнулся я. — Поздравляю.

— Спасибо. Но почему ты расстроился?

— Да так… Просто пока ты стремительно несёшься по пути Адепта, я застрял и топчусь на месте, — признался я, а после заметив, как на её лице собирается хмурь, фыркнул и усмехнулся. — Не переживай. Я всё-таки элементальное существо. Не выйдет с путём Адепта – найдутся другие дороги. К тому же, во время выполнения задания я, кажется, наткнулся на того, кто сможет мне помочь.

Раз уж я её заинтересовал, пришлось рассказать о небольшом путешествии к границе Сумеру. Скрывать смысла не было, поэтому я и не стал умалчивать ни о встрече с духом Кунь Ву, ни о загадочном Адепте, который словно возник из ниоткуда и поделился особым рецептом. Последнее зацепило её куда сильнее. Впрочем, не сам рецепт, а тот самый таинственный Адепт.

— Она красивая? — спросила она, чуть прищурившись.

Я на миг запнулся, не зная, какой ответ безопаснее. Тот самый беспроигрышный женский экзамен: ошибёшься – обидится, соврёшь – станет ещё хуже, когда правда всплывёт.

— Ну… — протянул я. — Она такая же благородная и красивая, как наша наставница. По крайней мере, именно такое впечатление у меня сложилось за те несколько минут, что мы успели поговорить.

Не знаю, пришёлся ли мой ответ ей по душе, но она ничего не сказала, лишь хмыкнула и улыбнулась. А затем и вовсе перевела разговор на другое.

— Я пробудила третий глаз. Теперь я вижу так же, как и ты. Так сказал Властитель Камня, — похвасталась она, гордо задрав нос. — Он и бровью не повёл, хотя наставница утверждала, что для владельца Глаза Бога это будет крайне трудно сделать, почти невозможно. Но, видимо, сказалась моя родословная, о которой Властитель Камня осведомлён.

— Поздравляю. И как тебе новый мир?

— Невероятно красочный. Поначалу мне было тяжело смотреть через эту технику, всё словно расплывалось и плыло перед глазами. Но после тренировок я стала видеть куда чётче. Поэтому наставница и научила меня приёму «Вдох на восходе, выдох на закате». До заката я должна, используя третий глаз, поглощать только Пиро-частицы, а затем – полностью опустошать тело от накопленной энергии, почти доводя себя до изнеможения.

Сказав это, она неожиданно широко зевнула и, смутившись, покосилась на меня, торопливо прикрыв рот ладонью.

Неудивительно. Ху Фуа и без того та ещё соня, а тут ещё изматывает себя тренировками. Вздохнув, я поднялся с кровати и решил оставить её досыпать. Но она и не подумала ложиться. Стоило мне прикрыть за собой дверь, как услышал торопливое шуршание одежды.

Сначала я собирался заглянуть к Мораксу, поговорить с ним о сфере и таинственном Адепте. Но раз Ху Фуа уже поднялась, можно отложить это до вечера. К тому же, стоило мне войти в гостиную, как я сразу столкнулся с её отцом.

Выглядел он мрачно, словно недавно съел целое ведро лимонов. Рядом сидела его супруга и неспешно попивала чай. А напротив них оставалось свободное место с чашкой травяного настоя, судя по всему, для меня.

Интересно, если бы я задержался у их дочери, они так и продолжали бы сидеть? Или он бы в конце концов сорвался и вышиб дверь в комнату Ху Фуа?

Кстати, раны на его теле уже затянулись, а ведь прошло совсем немного времени. Ни единого шрама, кожа гладкая, как у ребёнка. А значит, та мазь обладает чудовищными свойствами и наверняка стоит немало.

— Приветствую господина и госпожу дома, — поклонился я, уже предчувствуя тяжелый разговор.

— Сядь, — сухо приказал Сириус, отец Ху Фуа. — Значит, ты и есть тот самый Цин Лун… — это прозвучало не как вопрос, а как констатация. Поэтому я решил промолчать. — Щуплый, но взгляд мне нравится. Только дочь свою я тебе не отдам…

Он не успел договорить. Госпожа Ху довольно болезненно ущипнула его за руку. Сириус хоть и не скривился, но сразу замолк.

Я же по-прежнему молчал.

— Мы уже это обсуждали, — строго, но шёпотом произнесла мама Ху Фуа. Не будь у меня острого слуха, я бы и не расслышал. — Я желаю нашей дочери свободы, лёгкой и безграничной, как ветер Мондштадта, и воли, крепкой, как земля Ли Юэ. Этот путь она выбрала сама, а нам, как родителям, остаётся лишь проводить её взглядом, — внезапно строгость на её лице сменилось нежностью. — Рядом с ней – величественные создания, а дорога ведёт далеко за пределы привычного мира. И потом, разве может ученик просветлённого Адепта оказаться недостойным руки нашей девочки?

— Ох, стоит вспомнить разговор полгода назад, и сразу тянет выпить. Словно Ху Фуа пришла не посоветоваться насчёт приглянувшегося паренька, а подписывать брачный контракт, — также тихо произнес мужчина.

— И всё же тебе пришлось согласиться, — с улыбкой заметила госпожа Ху.

Сириус раздражённо сжал губы, а после устало выдохнул.

— А что мне оставалось? Там заявилась такая орава, что я уж подумал – пришли по мою душу… К тому же, Ху Фуа никогда не проявляла такого упрямства и такого интереса. На мгновение я даже решил, что у нас не дочь, а сын, — он покачал головой. — Но мы ведь даже не знаем, кто его родители.

Последние слова он произнёс громче, чтобы я явно услышал.

— Родители… Могу дать адрес, — сказал я, отпив травяного отвара.

Сириус в ответ кивнул.

— Тогда записывайте: Инадзума, остров Наруками, Тэнсюкаку. Владычица Вечности – Сёгун Райдэн, — продиктовал я адрес и, заметив изумление на их лицах, тяжело выдохнул.

Сомневаюсь, что теперь они вообще заикнуться о моих родителях. Хоть в эту эпоху образ Электро Архонта ещё не успел окончательно потонуть во мраке. Поскольку Макото, покойная сестра-близнец Эи, правила мудро и мягко, и потому в памяти людей всё ещё живёт представление о добром Сёгуне. Но как ни крути – Архонт. Если не страх остановит, то хотя бы благоговейный трепет перед настолько значимой фигурой.

Если же мне не поверят, то и доказывать что-то не имеет смысла. Как сказала госпожа Ху: у Ху Фуа – свой путь. К слову, её торопливые шаги уже недалеко от меня. А травянистый настой – та ещё гадость, терпеть не могу зелёный чай…

Глава 81

Семейный совет Ху оказался тем ещё испытанием. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного: меня одновременно пытались смутить, напугать и приободрить. Так ещё про информацию об Электро Архонте все как-то разом пропустили мимо ушей или вовсе проигнорировали. Словно я и не говорил ничего подобного. Зато тему быстро сменили и принялись допрашивать о другом.

К счастью, всё когда-нибудь заканчивается. Ху Фуа ждала обязательная тренировка, её маму – срочные дела, а Сириус, разумеется, не захотел оставаться со мной наедине, словно я какая-то чума. Так меня и оставили одного посреди огромного, красивого зала, отделанного красным деревом.

Раньше я уже бывал здесь, но впервые оказался в одиночестве, и наконец смог как следует рассмотреть старые картины и фрески, которые, наверное, стоят космических денег и старше многих обитателей этого дома. Но больше всего меня притягивал огромный барельеф. Он и раньше мозолила мне глаза, но тогда из вежливости я не решался подойти ближе.

Огромный спил красного дерева во всю стену, около четырёх метров в диаметре. Невероятно толстое дерево. И на нём, как ни иронично, вырезано гигантское дерево, чьи ветви словно сковывали два мира. На каждом листке значились имена семьи Ху.

— Ювелирно тонкая работа и настоящее сокровище этой семьи, — вздыхаю, замечая, насколько детализированы листья. — А ведь когда-нибудь это дерево станет таким пышным, что для новых имён просто не останется места.

Учитывая, что эта семья как минимум просуществует ещё пятьсот лет, к началу канона здесь появятся сотни новых листьев. Так и тянуло оставить пасхалку будущим поколениям, но я не стал делать такую глупость. Не поймут, да и портить ради забавы столь уникальную вещь – грешно.

На противоположной стороне стены, на колонне, вырезано ещё одно примечательное изображение. По крайней мере, для меня оно имеет особое значение, для других это может быть всего лишь рисунок слегка чудаковатого копья, похожего на пылающую палку. На барельефе запечатлён Посох Хомы – легендарный посох Ху Тао, который передавался от главы к главе и участвовал в тысячах обрядов. Увы, мне пока так и не довелось увидеть его вживую. Но сейчас он должен храниться у мамы Ху Фуа, а затем по наследству перейдёт к Ху Сяо. И однажды его возьмёт в руки пылающая бабочка – Ху Тао…

Я покачал головой, и направился к выходу.

Хотя я и планировал провести весь день с Ху Фуа, отложив дела на завтра, но, похоже, это придётся перенести. Зато теперь можно без спешки встретиться с Мораксом. Раз его называют Верховным Адептом, значит, он должен знать обо всех Адептах Ли Юэ, в том числе и о той загадочной незнакомке.

Но прежде стоило подготовиться: всё-таки персона он важная, и являться к нему с пустыми руками не хотелось. На миг даже пришла в голову нелепая мысль понежиться в ванне, прямо как девица перед свиданием, но я лишь усмехнулся и тут же отбросил эту глупость. Да и в этом попросту нет нужды. Моя одежда обладает мистическими свойствами самоочищения, а тело пронизывает энергия. Стоит лишь слегка выплеснуть её, и любая грязь исчезнет под разрядами Электро-частиц.

Нет, в первую очередь нужно преподнести ему то, что он любит больше всего. Вряд ли во всём Тейвате найдётся второй такой ценитель чая, как Гео Архонт. Причём заваренного не на обычной воде, а на горной, родниковой.

Поэтому сначала я отправился на рынок, где выбрал самый дорогой чай из того, что было, и купил чайный сервиз. Потом пошёл на гору неподалёку от гавани. Там набрал воды для чая, а затем решил подняться к беседке с чудесным видом на море. Обычно вокруг неё людно, но сегодня – ни единой души. Наверное, все заняты утренними делами или чем-то ещё. Впрочем, это не имело значения. Раз уж беседка была пуста, я решил остаться.

К тому же вид и правда завораживал. Впереди раскинулось бескрайнее море, а справа отчётливо виднелась гора Виндагнир, та самая, куда рухнул огромный дракон. Многие участки склона обнажились, а холод словно стянулся к самой вершине. Похоже, энергия чёрного дракона изменила атмосферу вокруг горы. Впрочем, неважно. Слева же проступали очертания Инадзумы.

Вскоре беседку наполнил густой аромат чая, в лучших традициях Ли Юэ: без добавок, лишь настой чайных листьев на родниковой воде. Всё, как любят местные. Хотя, по мне, ерунда та ещё… но о вкусах не судят. А чтобы ещё сильнее привлечь внимание Властителя Камня, я поставил неподалёку от чайного сервиза сферу из пещеры Кунь Ву, и просто стал наслаждаться видом, пока чай потихоньку заваривается.

Как раз когда чай был готов, я уловил движение в сторону беседки. Шестым чувством оно ощущалось как пустота среди бесчисленных звёзд. Словно то космическое явление, о котором я смотрел видео за день до перерождения. Кажется, оно называлось… Войд.

Шаги стали ближе, и вскоре напротив меня возник высокий мужчина в тёмной одежде. Моракс. Он принял свой привычный, каноничный облик, разве что наряд выглядел немного иначе. Впрочем, это ведь не игра. Кто в здравом уме станет носить одно и то же на протяжении нескольких лет?

— Надеюсь, я не опоздал, — произнёс он буднично.

Я улыбнулся и жестом пригласил его присесть, одновременно с помощью Электро-частиц разливая чай. Его взгляд скользнул по сервизу, задержался на сфере и лишь затем остановился на мне. Ромбовидные жёлтые зрачки чуть сузились, но Моракс выглядел… довольным? Как бы то ни было, он принял приглашение и сел на свободное место. Затем поднёс чашку к носу, и, едва кивнув, сделал первый глоток.

— Чай хороший, — уголки его губ едва заметно приподнялись. — Даже удивительно, учитывая твои… специфические вкусы.

— Вид красивый, — я решил не цепляться за его последние слова. Всё равно мне не понять его чай, как и ему – мой. — Спокойный. И с первого взгляда не подумаешь, что где-то там, в глубине, могут таиться гигантские твари, способные одним своим присутствием стереть гавань с лица земли.

А ведь неподалёку, на самом дне, пригвождён Осиал, Бог Вихрей, вместе со своей женушкой. Грозные враги, которые тоже пали от рук Моракса. Я усмехнулся, и, приподняв чашку, едва качнул кистью, из-за чего по поверхности чая разошлись ровные круги.

— И всё же это место стоит уже тысячи лет, — продолжил я. — Ни одному из таких чудовищ так и не удалось его уничтожить.

Гео Архонт ничего не ответил, лишь молча отпил чай.

Его уровень силы невозможно измерить. Я не просто так сравнил его с пустотой. Есть существа, которые скрывают свою мощь и потому выглядят неестественно на общем фоне. Но у Моракса силы столько, что сами элементальные частицы словно искривляются под давлением его ауры.

А ведь есть ещё Аждаха – Владыка Геовишапов. По словам Моракса, он ещё могущественнее. Хотя, казалось бы, куда уж больше. И всё же в небе парит островок, где обитают существа, чья сила превосходит даже Аждаху.

Моракс посмотрел на меня, хмыкнул и перевёл взгляд на сферу.

— Навевает воспоминания, — улыбнулся он, прикрывая глаза.

— Кунь Ву поведал мне немного своей истории. Удивительная была личность, — я тоже не смог сдержать улыбки. — Он бросил вам вызов и из простого учёного, мечтавшего постичь науку в Академии Сумеру, стал кузнецом, а затем и Адептом.

— Истинно так, — кивнул Гео Архонт. — Таких людей встречаешь крайне редко, но их тепло навсегда остаётся с нами, даже когда наши пути давно разошлись.

Он умолк, и на какое-то время между нами воцарилась тишина, но не гнетущая, а спокойная, такая, в которой хотелось закрыть глаза и расслабиться. Лишь чай в чашках медленно остывал, да ветер лениво шевелил полы одежды.

Моракс смотрел в сторону моря, и в его взгляде читалась едва заметная тоска. Вероятно, он вспоминал времена, проведённые с друзьями, которых уже давно не было в живых. Поэтому я не вмешивался, а просто терпеливо ждал, пока он сам решит нарушить молчание.

Спустя пару минут, послышался тихий вздох, а его взгляд сосредоточился на мне.

— Воспоминания – приятный повод, но не главный.

Я кивнул и поставил пустую чашку на стол.

— Да. Я хотел поговорить о златооком Адепте с волосами, белыми как снег. Кто она? Ведь именно о ней вы тогда говорили, когда передавали мне её свитки? Почерк совпадает с этим рецептом, — я вынул лист с описанием ритуала пробуждения сферы.

Он посмотрел на бумагу, и спустя несколько мгновений сделал большой глоток чая, осушив чашку до дна, а затем посмотрел на меня безмятежным взглядом. Даже если его что-то и тревожит, это вряд ли отразиться на лице достаточно ясно, чтобы я смог это уловить. Всё же ему несколько тысяч лет, и он показывает лишь те эмоции, которые сам считает нужным.

— Ты наблюдателен, — тихо произнёс Моракс. — Да, это её почерк. В нём невозможно ошибиться.

Разумеется, дело не в символах. И на свитке, и на рецепте отпечаталась одна и та же магическая энергия – значит, писала их одна и та же рука.

— Она внезапно явилась передо мной, а после короткого разговора оставила этот рецепт, — произнёс я, тяжело вздохнув. — От неё исходила духовная энергия Адепта… но вместе с тем ощущалось что-то ещё.

— Что ты о ней скажешь?

Его вопрос застал меня врасплох. Поскольку он намеренно сменил тему. Но зачем? Либо он не счёл мои слова об иной природе энергии достаточно важными, либо решил, что мне пока рано знать об этом. Возможно, и то и другое одновременно.

Я помедлил, но всё же решил ответить:

— Озорная… Пару раз пыталась напугать меня, и, казалось, её это искренне забавляло.

Моракс едва уловимо усмехнулся, затем поднялся на ноги.

— Это вполне в её стиле… — негромко сказал он. — Если она решила показаться тебе – значит, ты сумел привлечь её внимание. Хотя чему тут удивляться? Та, что воспитала тысячи мастеров, вряд ли упустит ещё одного ученика. Прими её предложение: пробуди этот осколок, а затем отправляйся к ней. Она сможет научить тебя многому и, возможно, подскажет путь к решению твоей проблемы.

С этими словами Гео Архонт неторопливо ушёл. Конечно, мне хотелось расспросить его ещё о многом, но, похоже, время, которое он был готов мне уделить, уже вышло. А может, Моракс и без того догадывался, о чём я спрошу, поэтому предпочёл удалиться заранее. Нетрудно представить, как он бросил бы что-нибудь вроде: «Это не моя тайна – спроси у неё».

Разочарованно вздохнув, я опустил взгляд на его чашку, и от увиденного широко распахнул глаза. На самом дне, среди остатков изумрудной жидкости, лежала сфера из белого нефрита, источавшая приятную прохладу.

— Словно кусочек льда… — прошептал я, осторожно подцепив её пальцами.

Она едва ли крупнее обычной жемчужины, но энергии в ней ощущалось с лихвой. При этом несмотря на исходящий от неё холод, вокруг неё неторопливо кружили Дендро-частицы.

Божественный Инь

Слеза мятной росы, рожденная в недрах древних рощ и наполненная чистейшей Дендро-энергией.

Прочитав это, я поднялся и посмотрел вниз на тропу, ведущую к гавани. Но, к сожалению, там уже никого не было, лишь торговцы, собиравшиеся в дорогу. Нахмурившись, я перевёл взгляд на интерфейс инвентаря: перед глазами всё так же висело описание сферы.

Не мог же Моракс оставить просто так. Особенно после того, как узнал о рецепте. Хотя… нет, это уже совсем нелепо. Неужели он и впрямь мог использовать такую ценную вещь лишь затем, чтобы улучшить вкус чая? Словно действительно сделал это, а потом, забыв, спокойно пошёл дальше по своим делам.

— Если что, пожалуюсь учителю, — вздохнул я и плюхнулся на стул. Затем перевёл взгляд на чашку с чаем. Любопытство взяло верх: уже через секунду сфера плавала в изумрудной жидкости. — К-хм… а ведь неплохо…

Да, это не кровь Бога, но в самом названии есть прямое упоминание божественности – значит, по идее, оно должно подойти для ритуала. С другой стороны, я ведь уже собирался обратиться в гильдию, чтобы мне раздобыли останки Оробаси. Это обошлось бы куда дешевле, чем тратить нечто столь редкое и ценное.

Сделав ещё пару глотков, я устремил взгляд на Инадзуму.

Допив чай, я неторопливо вышел из беседки. Место здесь красивое, а когда вокруг никого – вовсе настоящий райский уголок. Жаль только, что так тихо бывает не всегда. А ведь можно было бы пригласить сюда Ху Фуа на свидание.

Спустившись с горы, я снова направился на рынок. Тогда, покупая чай, я не хотел отвлекать знакомого торговца, но сейчас, ближе к обеду, он наверняка уже всё распродал. Самое время поговорить без лишней суеты, и обсудить с ним не только ситуацию семьи Кунь, но и свои заготовки.

И, как я и предполагал, он уже успел всё распродать и теперь сворачивал лавку, смывая кровь, пока та не запеклась на жаре и не начала смердеть. Жаль, что так делают не все: из‑за этой безалаберности мясные, а уж тем более рыбные ряды порой воняют так, что будь я обычным человеком, то просто бы сдох от этой вони. А местным хоть бы хны, ходят себе спокойно, выбирают себе еду среди этой гнили – мерзость…

— Давно не виделись, — улыбнулся я, подходя ближе. — Вижу, дела по‑прежнему идут отлично, господин Бэй.

Торговец сначала растерянно моргнул, оглядел меня с головы до ног, а затем тоже расплылся в улыбке.

Бэй Сунь Ко – отец того самого торговца, что нанял меня разобраться с Хиличурлами. Конечно, из‑за стычки Древнего Короля с Мораксом в выполнении поручения возникли сложности. Но в итоге я помог, как только смог, и даже достал для их семьи лекарство – так мы и стали друзьями.

— Ох, да это же молодой господин! Только… если вы за покупками, то, увы, всё уже распродано, — неловко почесал затылок мужчина.

— Нет, я к вам поговорить. Кстати, утром я видел здесь Бэй Куня. Он уже ушёл?

— Ну да, у него же семья. Пусть сперва подарит мне внука! — с какой-то гордостью произнёс Бэй Сунь Ко, хлопнув себя ладонью по груди. — А то одна Сяо Линь за всех отдувается.

Услышав это, я криво улыбнулся. Ещё совсем недавно он был свободен, как журавль в небе, а теперь окольцован и пашет в поте лица ради продолжения рода. Бедняга…

— Вы как-то говорили, что я могу обратиться к вам, если нужна будет помощь, верно?

Он нахмурился и кивнул.

Разумеется, торговец мясом сам по себе вряд ли сможет напрямую помочь с открытием кузни и ювелирной лавки. Зато он наверняка знает тех, кто сможет, или хотя бы тех, кто знает нужных людей. Поэтому, обращаясь к нему, я многого не ожидал. Но он меня удивил. Оказалось, Сяо Линь, его дочь, та самая охотница, вышла замуж за сына младшего заместителя торговой гильдии Шэнь. И Бэй Сунь Ко заявил, что сможет организовать мне встречу с ним.

Впрочем, без ложки дёгтя не обошлось. Да, я мог бы вложить немало денег, чтобы гильдия согласилась, но проблема в другом: их держат оковы контракта. Цисин вполне могут казнить за взятку, а значит рисковать они не станут. Чтобы гильдия всё же дала добро, нужно доказать, что семья Кунь действительно достойна звания торговцев.

— Чтобы получить торговую лицензию, им придётся сдать экзамен и выполнить несколько условий, — сказал Бэй Сунь Ко, хмуро глядя на меня. — Встреча с младшим заместителем гильдии Шэнь может ускорить процесс, но вряд ли сделает его проще. К тому же меня тревожит, как на это отреагируют Цисин…

— Что ты имеешь в виду? — спросил я, уже заранее ожидая очередной пакости.

— Они не любят, когда слишком много отраслей сосредоточено в одних руках. Одно дело получить разрешение на торговлю оружием, но тут ещё и ювелирное ремесло. Есть шанс, что вам откажут. А хуже всего то, что если всплывёт твоя причастность, тебя могут приписать к семье Кунь, и тогда ты уже не сможешь оформить торговую лицензию на своё имя.

Цисин…

Похоже, придётся идти к Гань Юй и договариваться ещё и с ней. Сегодня, похоже, день сплошных встреч. Не удивлюсь, если к вечеру мне попадётся кто-нибудь ещё. Вот будет смех, если из Инадзумы… Тьфу-тьфу…

Глава 82

Попасть в Цисин по собственному желанию оказалось куда сложнее, чем я ожидал. Приём – по записи. По записи! И это при том, что на дворе, дай Архонт, максимум пятнадцатый век. Вон, неподалёку какая-то уличная повариха самой неопрятной наружности высморкалась прямо в ладонь и той же рукой принялась переворачивать лепёшку. Покупатель рядом даже бровью не повёл, лишь терпеливо протягивал свою глиняную тару. Санитария здесь порой похлеще, чем в самых бедных кварталах Индии. И всё же, как ни странно, бюрократия здесь точь-в-точь как дома, словно я снова пришёл оформлять паспорт.

В который раз благодарю судьбу за то, что оказался в теле куклы. Будь я обычным человеком, вряд ли дожил бы до сегодняшнего дня. И умер бы, скорее всего, не от клыков монстра, а от банальной инфекции. А если бы ещё разболелись зубы… От одной только мысли об этом сводит скулы.

Так вот, чтобы записаться, сначала необходимо заполнить целую кипу документов. Но из‑за того, что многие не умеют ни читать, ни писать, эти бумаги заполняет сотрудник Цисина. Делает он это настолько медленно и без особого энтузиазма, что невольно хочется забрать у него документы и оформить всё самому. Впрочем, вероятно, такие попытки уже случались, поскольку по обе стороны от него стояла вооружённая охрана.

Ему понадобилось минут двадцать на то, что спокойно можно было сделать за пять. Хорошо хоть оформил всё без ошибок – я бы ничуть не удивился, если бы он накалякал какую‑нибудь чушь. Граждане Ли Юэ из‑за неграмотности всё равно ничего бы не предъявили, а те, кто умеют читать, попросту побоялись бы охраны.

Затем мне пришлось отстоять очередь, чтоб в итоге получить сухой отказ и вежливое указание на выход – без каких‑либо объяснений. Хмурая женщина за стойкой молча пролистала мои документы, а после с таким удовольствием поставила штамп, что у меня невольно дёрнулся глаз. На титульной странице алыми символами красовалось «отказано». Причину она так и не сочла нужным озвучить, хотя я спрашивал. Причем дважды.

Дурдом…

Однако всё же встреча с Гань Юй состоялось, и для этого не пришлось возмущенно орать или устраивать неразбериху. Она сама вышла, уловив мою энергию на павильоне Лунного моря. Но встреча оказалась сугубо деловой – девушка сильно загружена работой, из-за чего мне не хотелось сильно её отвлекать. Она же, несмотря на занятость, любезно объяснила, как устроен Цисин, и подробно рассказала, что мне предстоит сделать.

Без связей, честно, пришлось бы очень тяжело. Не зря Бэй Сунь Ко побаивается Цисин. Бюрократия – штука прожорливая. Она легко начинает перемалывать даже саму себя. А если учесть, что Цисин подминает под себя всё, становится совсем не по себе. Хочешь купить дом – иди в Цисин. Хочешь купить мебель – снова в Цисин, декларировать покупку. Хочешь стать торговцем – нужно их одобрение. Так или иначе, всё завязано на Цисин.

Но в целом, если отбросить весь этот бюрократический цирк, всё прошло отлично. Тем более, именно Гань Юй как секретарь пропускает через себя запросы на лицензии. Она вошла в мою ситуацию и сказала, что всё будет хорошо.

Закончив дела в павильоне Лунного моря, я отправился в гильдию. Как и всегда, там не оказалось никого, кроме Тан Сана. Из-за артефакта Искатели Приключений приходят сюда только за наградой. Неудивительно, что через пятьсот лет от некогда огромного здания останется лишь стойка с заказами, а за ней – андроид.

Заметив меня, Тан Сан оживился.

— Ох, а я ведь недавно тебя вспоминал, — расплылся он в широкой, чуть лукавой улыбке. — Завтра передаю обязанности главы гильдии… и всё гадал, доведётся ли нам ещё увидеться.

— Да уж… — я усмехнулся и качнул головой, подходя к стойке. — Кажется, только вчера впервые переступил этот порог, а уже минуло три года. Глазом моргнуть не успею – и увижу перед собой твою книгу.

Старик тихо хмыкнул, затем тяжело вздохнул. Улыбка медленно исчезла, уступив место привычному деловому выражению лица. При этом я заметил, как его пальцы машинально скользнули по краю каких-то бумаг, лежавших на стойке.

Его явно что-то тревожит. Возможно, несмотря на свои слова, в глубине души он и правда не хочет уходить с этой должности. Всё-таки столько лет на ней – наверняка уже привык. По крайней мере, другого объяснения я не вижу.

— Так зачем ты тут? — спросил он хмуро. — Не верю, что просто так заглянул. Уж кто-кто, а ты о гильдии вспоминаешь раз в год, и то ради денег.

— Ты прав, — я невозмутимо пожал плечами. — Хотя хочу сделать заказ.

На мгновение Тан Сан даже растерялся. Неудивительно, это всё равно что плиточник нанял бы другого плиточника, чтобы тот уложил за него плитку.

— Не хочу тратить время на лишнюю беготню, — фыркнул я, словно собирался попросить сущую мелочь.

— Говори…

Не знаю, чего он ожидал, но стоило мне упомянуть останки Оробаси, как его лицо мгновенно изменилось. Взгляд потемнел, черты стали жестче, словно я предложил ему ограбить Цисин. Впрочем, это было не так уж далеко от правды.

Как выяснилось, в Инадзуме действует строгий запрет на вывоз останков Оробаси за пределы страны. Настолько жёсткий, что тех, кто пытался заполучить их, впоследствии находили мёртвыми в собственных домах. На телах оставались характерные следы работы ниндзя из Сюмацубан – особого подразделения сёгуната, действующего под руководством комиссии Ясиро. Так что, даже, несмотря на то, что останки Оробаси просто валяются, мало кто осмеливается к ним прикоснуться.

В самой игре о Сюмацубан сказано немного, и многое я уже успел позабыть. Зато, по словам Тан Сана, о них здесь знают все. Уж слишком мрачная у них репутация, в которую, честно, верится с трудом. Скорее всего, они сами распространили о себе такие жуткие слухи, чтобы отпугнуть лишних смельчаков. Однако не исключаю, что они действительно опасны.

Кроме того, Гильдия, разумеется, не могла взяться за такой заказ. Её нейтралитет – основа существования, и вмешательство в подобные дела означало бы политический скандал. Если память меня не подводит, именно благодаря этой репутации им удалось продолжить своё существование, несмотря на политику Фатуи – сомнительной организации из Снежной. К тому же, помимо нарушения законов Инадзумы, вопросы неизбежно возникли бы и у Цисин, поскольку речь идёт об откровенной контрабанде.

Проще говоря, легальных путей не существовало. Разве что я сам отправлюсь в Инадзуму и проведу ритуал там. Чисто технически закон не будет нарушен, поскольку останки Оробаси не покинут пределы страны. Однако есть один нюанс: меня там разыскивают. Конечно, за прошедшее время обо мне могли и забыть. К тому же моё изображение в ориентировках было таким кривым и неузнаваемым, что вряд ли бы меня опознали даже тогда. Но это не отменяет факта, что для Инадзумы я всё ещё нарушитель.

— Но… — заикнулся Тан Сан и тут же осёкся, закрыв рот и отведя взгляд, полный сомнений.

— Но? — подтолкнул я его.

Старик тяжело вздохнул, словно уже сожалел о том, что вообще заговорил.

— Есть у меня кое-какие связи. Сам понимаешь, столько лет скитался по свету, а потом ещё столько же возглавлял Гильдию. Через меня прошли многие: кто-то стал знаменитым Искателем приключений, а кто-то… — он поморщился, подбирая слова, — вступил на кривую дорожку.

Его намёк был ясен как день. От этого на этот раз тяжело вздохнул уже я.

Понятное дело, у каждого есть свои скелеты в шкафу. Наивно думать, что глава Гильдии кристально чист. Особенно если ради меня он уже нарушал законы конфиденциальности и безопасности, выдав данные клиента и включив меня в число сопровождающих. Но теперь стой и гадай – сколько же там ещё скелетов? При этом я ничего не могу сказать, поскольку сам уже запятнал себя. Возможно, даже куда сильнее, чем он.

Как же тонка грань между добром и злом… Считаю ли я себя злодеем? Разумеется, нет. Но мои поступки говорят об обратном. И всё же, если преступление совершается во имя добра, остаётся ли оно злом?..

У меня уже едет крыша от всех этих мыслей. Впрочем, не всё ли равно? Добро, зло… тому, кому будет до этого дело, тот и станет меня судить. А у меня уже нет сил, ни оправдывать себя, ни обвинять других.

— В целом я могу попробовать договориться с нужным человеком, — произнёс он медленно, словно боялся, что я могу понять его неправильно. — Но ты же понимаешь – сумма выйдет немаленькая. Даже с учётом риска нарваться на самураев сёгуната, такую задачу выполнит далеко не каждый, разве что обладатель Глаза Бога. Обычному человеку опасно даже просто находиться рядом с останками божества. А уж о том, что вокруг них неизбежно ошиваются твари похуже любых ночных кошмаров, я и вовсе молчу.

— Полагаю, спрашивать о роде деятельности этого человека бессмысленно?

Старик усмехнулся краешком губ.

— Он не преступник, если ты об этом. Просто… есть один парень. Сам понимаешь, в Искатели от хорошей жизни не идут. То ли пытается выкупить сестру из борделя, то ли подругу детства – он не любит об этом говорить. Но за каждое задание хватается так, словно от этого зависит его жизнь, — Тан Сан на мгновение умолк, обдумывая что-то, а после продолжил: — У него есть Глаз Бога, силой он тоже не обделён. Опыт тоже имеется. Если сумма будет достойной… есть шанс, что он согласится.

— Честно говоря, от этого вдвойне мерзко. Ладно бы какой-нибудь разбойник, но толкать парня на кривую дорожку…

К тому же, это потребует огромных денег, если он действительно намерен выкупить девушку из борделя. Обычно такие деньги сопоставимы с годовым доходом мелкого чиновника, а те зарабатывают примерно пятьдесят–шестьдесят тысяч моры в месяц. Если же девушка вдобавок обучена музыке, поэзии или искусству светского общения, её стоимость сразу возрастает в пять, а то и в десять раз.

Я готов отдать за останки Оробаси шестьсот тысяч моры, но не несколько миллионов – таких денег у меня просто нет. Если уж совсем честно, и шестьсот тысяч у меня сейчас отсутствуют, но эту сумму я ещё могу наскрести, взяв пару заданий на монстров А-ранга.

— Это лишь вопрос времени. Выкупить девушку из борделя? Если он будет и дальше носиться по заданиям в таком же темпе, ему потребуется ещё пару лет, а за это время с ней могут сделать что угодно. Когда он это осознает, то в отчаянии наверняка натворит глупостей, — вздохнул он. — Да, риски есть, но так у него хотя бы появится шанс выкупить свою женщину.

— И вдобавок натравит на себя ниндзя, — фыркнул я, закатив глаза.

Конечно, в его словах была доля правды. Гораздо вероятнее, что парень закончит плохо, чем придёт к какому-то чудесному и счастливому финалу. И дело тут не в пессимизме. Всё слишком очевидно, так же неизбежно, как падение брошенного камня. Зато так у него остаётся хотя бы какое-то будущее, а если вмешаться в его судьбу, то он запросто может погибнуть от рук ниндзя.

Однако даже при всём этом у него остаётся шанс на успех. Особенно если выяснится, что репутация Сюумацубан сильно преувеличена, а это вполне возможно. В игре они проявили себя довольно посредственно, да и рассказы о них звучат чересчур неправдоподобно. Если всё действительно так, то при удачном стечении обстоятельств он сможет выкупить девушку из борделя и начать новую жизнь.

Тан Сан долго молча смотрел на меня, прикидывая варианты, затем устало вздохнул.

— Пусть решает сам, согласен? Если откажется, то, уж извини, ничего не выйдет. Я сделаю вид, что не слышал о твоей просьбе, и больше к этой теме не вернусь.

На этом разговор и закончился. Врать самому себе я не стану, меня вполне устроил его вариант. Если парнишка согласится – значит, это его выбор. Если откажется… что ж, тогда вопрос закрыт.

Покинув гильдию, я отправился к Ху Фуа, надеясь, что к этому времени она уже закончила тренировку. Но дома её не оказалось. Госпожа Синь сказала, что Ху Фуа ушла примерно через час после меня, однако куда именно – не уточнила. Впрочем, в этом и не было нужды: стоило мне выпустить в воздух Электро-частицы, как уже через пару минут я уловил знакомый магический след за городом, у невысокого холма. Вот только она была там не одна. Рядом с ней ощущалось чьё-то ещё присутствие – незнакомое, со странной энергетической структурой.

Разумеется, я направился туда, быстро сокращая расстояние с помощью магии. Но врываться с ходу не собирался, от них не исходило ни малейших признаков агрессии. Поэтому, когда оставалось всего несколько десятков метров, я сбавил темп и продолжил двигаться спокойно.

Ху Фуа сидела в позе лотоса, неподвижная, словно статуя, лишь едва заметное движение грудной клетки выдавало в ней живого человека. Вокруг неё по спирали циркулировала элементальная энергия, из которой она выхватывала Пиро-частицы, а затем поглощала. Причём те не исчезали внутри Глаза Бога, а вместе с вдохом проникали внутрь её тела. Видимо, это и есть техника «Вдох на восходе, выдох на закате».

Напротив неё стоял высокий мужчина средних лет. От одного его вида у меня закружилась голова, и в памяти вспыхнуло воспоминание, которое не принадлежало мне.

Я стоял в окружении девушек в нарядах жриц Инадзумы. Они смотрели на меня с любопытством и лёгким осуждением – так обычно взрослые смотрят на чужого расшалившегося ребёнка. А напротив стояла женщина, заметно выделявшаяся на фоне остальных. Миниатюрное личико, длинные густые розовые волосы и хищный блеск фиолетовых глаз. Обладательница поразительно красивой внешности, такой, что в эту эпоху, среди варварских устоев, она подобна бриллианту в куче угля. Её невозможно не узнать – Яэ Мико, фамильяр Электро Архонта, божественная лисица-кицунэ.

Она пару секунд простояла неподвижно, затем легкомысленно махнула рукой и в шутливой манере что-то произнесла. К сожалению, её слова утонули в скрежете моих зубов. Меня выводило из себя поведение этой лисицы, которая вместо того, чтобы отреагировать и спасти людей, просто легкомысленно отмахнулась…

Мико внезапно обернулась. Я тоже повернулся, услышав шаги, и заметил мужчину, который приближался к нам и с любопытством разглядывал меня. Он шёл неторопливо, спрятав одну руку под кимоно, в стиле Итачи Учиха, и покуривал длинную трубку. Жрицы тут же поклонились.

— Харуноске-оджи-сан! — выкрикнули они одновременно.

Мико поморщилась, словно не переносила громкие звуки, а потом лукаво улыбнулась.

— Камуна, — произнесла она, затем, словно что-то вспомнив, посмотрела в мою сторону. — Ты ещё здесь? Брысь-брысь…

На этом воспоминания обрываются. Лишь злость осталась терпким послевкусием. Не знаю, чьи это чувства, самого Скары, который переступил через себя и пришёл просить помощи у Мико, а она отмахнулась от него, как от бездомного котёнка, или же мои. Такое отношение… Не думал, что Яэ Мико окажется из тех, кто своим поведением вызывает раздражение и ненависть. Так и хотелось сжать её тонкую шею, чтобы вместо лукавой усмешки на лице проступили паника и боль.

Возможно, всё дело в том, что я смотрел на происходящее через призму чувств Скары, а он в тот момент явно злился на неё…

Но, как бы то ни было, это был тот самый человек. С тем же спокойным интересом он наблюдает сейчас за Ху Фуа, неторопливо покуривая трубку. Только вот кто он такой? Мико обратилась к нему как к… Камуне, а другие жрицы как к Харуноске-оджи-сан. Нетрудно догадаться, что его зовут Камуна Харуноске, но это имя ничего мне не говорит. Не припомню, чтобы в игре упоминался такой персонаж. Однако он явно человек уважаемый, раз входит в круг общения Яэ Мико. Да и аура у него какая-то странная для обычного человека. Она очень отдалённо напоминает природу Адепта, словно в его крови есть примесь сверхъестественного существа. Либо же он родился обычным человеком, и что-то сделал с собой.

Но сильнее всего меня тревожит другое: что здесь делает такая персона? Он ведь не случайно покинул Инадзуму и пришёл сюда, да ещё и сумел войти в доверие к Ху Фуа. Иначе она не позволила бы чужаку наблюдать за своими тренировками. Местные ревниво оберегают свои секреты.

— Камуна Харуноске…

Глава 83

Я вышел к ним в мрачном настроении, и, казалось, даже воздух вокруг меня стал тяжелее. Электро-частицы внутри моего тела бушевали, стремясь вырваться из-под контроля, словно бойцовские псы на цепи. Но я крепко сжимал поводок, не позволяя себе проявить слабость даже перед самим собой. Энергия всегда должна оставаться под контролем, особенно на пути Адепта, иначе пострадает душа, и можно просто раствориться в пустоте, лишившись возможности переродиться.

Разумеется, Ху Фуа мгновенно распахнула глаза и прервала медитацию. Завидев меня, она непроизвольно улыбнулась, но уже через мгновение радость погасла, уступив место растерянности и настороженному недоумению. Что касается Камуна, то он неторопливо повернул голову в мою сторону. Его зрачки чуть расширились, выдавая удивление. Однако почти сразу он спрятал эмоции за невозмутимой маской.

— Как тесен мир, — выдохнул мужчина вместе с табачным дымом. — Ты стал заметно сильнее.

— Что тебе здесь нужно? — мой голос прозвучал хрипло и низко, словно при ларингите. Я едва удерживался от глупостей, чувствуя, как до сих пор бушуют эмоции от воспоминаний Скары. — Ху Фуа… ты его знаешь?

Девушка замешкалась, явно не понимая, что вызвало у меня агрессию. Её взгляд метнулся от меня к Камуне и обратно. Словно она пыталась в чём-то разобраться.

— Знаю, — наконец выдавила она. — Господин Харуноске давний друг госпожи Юй, и приехал месяц назад из Инадзумы, чтобы постигать искусству Адептов.

Услышав это, я нахмурился, но не слишком удивился его дружбе с Гань Юй. В конце концов, он знаком с Яэ Мико, а та вполне могла свести его с ней. Впрочем, он мог познакомиться с ней и самостоятельно, такое тоже возможно. Всё же я до конца не уверен, знакома ли Гань Юй сейчас с Яэ Мико. В будущем – определенно. Через пятьсот лет они будут поддерживать связь, налаживая отношения между двумя странами. Но сейчас Яэ Мико где-то между тридцатью и сорока, ведь во время Катаклизма она была совсем юной, и, возможно, даже не знает о Гань Юй.

К тому же желающих постичь искусство Адепта – огромное множество. Но лишь немногие способны продвинуться по этому пути. В целом это очень напоминает типичную китайскую сянься, что неудивительно, ведь Ли Юэ вдохновлён Китаем. Разница лишь в том, что способность ощущать духовную энергию пробуждается далеко не у всех – в отличие от новелл о культиваторах, где практиков насчитываются сотни тысяч, если не миллионы.

Важнее другое: он приехал в Ли Юэ просто ли постичь искусство Адептов, или у него есть какие-то другие цели, которые так или иначе связаны со мной?

Камуна усмехнулся краешком губ и затянулся снова.

— Не думал, что мы ещё встретимся, — сказал он, выпуская в воздух струю табачного дыма. — Ты изменился.

В начале, когда я появился, он действительно удивился. Возможно, это была реакция на мою силу. Всё-таки я уже далеко не та кукла, что стояла на коленях перед Яэ Мико.

Уровень его сил довольно странный. Его окружает элементальная энергия почти как у владельцев Глаза Бога. Но одежда у него явно простая, и единственное, что выбивается из общей картины, – что-то в рукаве, стягивающее к себе энергию. Сначала я решил, что это Глаз Бога, однако, подойдя ближе, отбросил эту мысль.

Чем обычный человек отличается от владельца Глаза Бога? Очевидно – способностью пользоваться стихиями, точнее, направлять элементальную энергию. Но есть и менее заметная деталь: у носителей Глаза Бога, как и у магических существ, внутри тела обычно доминирует энергия одного элемента. Это своего рода своеобразная эволюция. У обычных людей, напротив, всего понемногу, без явного перекоса.

Камуна Харуноске…

В нём всё указывает на обычного человека, разве что едва заметно отдаёт магическим существом. Зато в рукаве у него есть предмет, который отчётливо фонит Пиро и Электро. Поэтому наиболее вероятно, что Камуна – человек с примесью крови магического существа и парой любопытных артефактов. Скорее всего, в нём течёт кровь Ёкая. Всё-таки он из Инадзумы, а там подобных созданий всегда было немало. По крайней мере, до Катаклизма их можно было спокойно встретить на улицах. А потом… их стали обвинять во всех бедах, и они были вынуждены уйти в тень.

Ещё в Инадзуме я видел стражников, которые до дрожи боялись столкнуться с Ёкаями. Тогда я не придал этому значения. Всё-таки обстоятельства были другими, да и страх есть страх, многие, например, пауков до дрожи боятся. А Ёкаи всё-таки магические существа, от монстров их отличает лишь пометка в книге. Однако позже от моряков я услышал слух, мол, какой-то Ёкай натворил дел, изза чего Верховная жрица его наказала, а затем начала спешно готовиться к чему-то страшному – и вскоре грянул Катаклизм. Люди связали эти события и решили, что виноват именно тот Ёкай. Но вместо того, чтобы обвинить конкретно его, они ополчились на всех.

Я тяжело вздохнул, пытаясь унять гнев, бушующий внутри. Хорошо, что сейчас я встретил не Яэ Мико, а его. Иначе эмоции, которые Скара испытывал в воспоминаниях, захлестнули бы меня с головой и превратили в какого-нибудь неадеквата.

— Вы знакомы? — осторожно спросила Фу Хуа, не обращаясь ни к кому конкретному.

— Похоже, произошло небольшое недоразумение. Мы всего лишь однажды пересеклись, и на этом всё, — спокойно ответил Камуна, взглянув на неё. — В любом случае, большое спасибо за демонстрацию. Теперь я понимаю, в чём именно ошибался и на что следует обратить внимание. Если вы не возражаете, я хотел бы немного попрактиковаться, пока знания ещё свежи в памяти.

Ху Фуа кивнула, а моё мнение его мало интересовало, поскольку сразу же после кивка девушки молча направился прочь от этого места, повернувшись ко мне спиной. Останавливать его не было смысла, кроме как спровоцировать пустой конфликт, в ходе которого потеряю лишь своё время.

Я посмотрел на девушку, из-за чего она заметно вздрогнула.

— Твои глаза зловеще светятся, будто ты вот-вот вытащишь меч и накинешься на меня, — сказала она, явно чувствуя себя неуютно.

— Серьёзно?

Сказав это, я открыл инвентарь и достал зеркальце, вернее, отполированный до блеска бронзовый диск. Стеклянные, к сожалению, доступны в основном элите. Из-за чего просто так такие не купишь, да и стоят они необоснованно дорого. Мне же было плевать, тратить силы и деньги ради обычного зеркала казалось смешным.

В отражении показалось моё хмурое лицо и пара фиолетовых глаз, которые действительно зловеще сияли от переизбытка Электро-частиц. Прямо какой-то киборг. Хотя ничего особенного, всё-таки они всегда светятся, когда внутри моего тела бушует элементальная энергия. Разве что оттенок стал темнее, чем в прошлые разы, скорее всего, изза концентрации.

Я убрал диск обратно и посмотрел на Ху Фуа уже куда мягче.

— Просто он… скажем так, слишком тесно связан с человеком, о котором у меня остались не самые приятные воспоминания. Да и доверия у меня к нему нет.

Ху Фуа задумчиво проводила Камуну взглядом, затем снова посмотрела на меня.

— Пару дней назад госпожа Юй познакомила нас, — произнесла она, чуть нахмурившись. — У господина Харуноске возникли трудности с освоением духовной энергии, а госпожа Юй слишком занята. Поэтому они и обратились ко мне за помощью. Раньше господин Харуноске был учеником одного из странствующих Адептов. Но по каким-то причинам ему пришлось прервать обучение и вернуться в Инадзуму. Теперь он намерен продолжить обучение.

Думаю, Гань Юй было неловко просить Ху Фуа о таком. Всё-таки она слишком ответственная, и не умеет перекладывать заботы на других, предпочитает взвалить всё на себя и молча тащить, не делясь бременем. Но, видимо, на этот раз даже ей стало не под силу. Легко представить, как стыдно ей было обращаться к Ху Фуа за помощью. От этой мысли гнев окончательно рассеялся, и я невольно улыбнулся.

— Духовную энергию? Я что-то не чувствую её в нём. Он правда её пробудил?

Разумеется, духовная энергия есть у каждого. Всё-таки это энергия самой души. Однако у обычных людей она словно скрыта под скорлупой, и хоть сила просачивается наружу, но лишь в ничтожных количествах. Во время пробуждения эта оболочка трескается, высвобождая мощные потоки энергии. Поэтому отличить практика от обычного человека довольно просто.

— Я не стала уточнять. К тому же господин Харуноске обучает меня Великому Очищению от Зла взамен на помощь. Если мне удастся овладеть этим искусством, а затем приспособить его к техникам нашего рода, я внесу весомый вклад в семью и укреплю будущие поколения, — с улыбкой сказала Ху Фуа.

Теперь стало ясно, почему она допустила чужака к своим тренировкам. Обмен и правда выгодный, причём в первую очередь для неё. Вся её семья построила свою стезю на очищение от скверны и злых эманаций Павших Богов, а заполучить новую технику для рода – невероятная редкость и большое достижение.

— Хотя, прежде чем согласиться, я всё же посоветовалась с наставницей, — добавила Ху Фуа после короткой паузы. — Она не была против… но сомневается, что у него получится постичь искусство Адепта.

— Изза его возраста, верно?

Девушка кивнула.

Среди людей ходят молва, что, став практиком, можно продлить жизнь, а достигнув уровня Адепта – обрести истинное бессмертие. Однако есть важный нюанс, о котором многие не подозревают. Путь Адепта действительно способен продлить жизнь, но он не прибавляет годы по волшебству, и тем более не омолаживает тело. Осваивая духовное искусство, смертный может завершить особый этап, который у Адептов называется по-разному в зависимости от их истины, но суть одна: освобождение от физических оков. И после прохождения этого этапа продолжительность жизни действительно увеличивается. Однако проявляется это не так, как многие ожидают. Никакого чудесного омоложения или чего-то подобного не происходит, практик просто начинает стареть медленнее. То есть если человек достигает этого рубежа примерно в восьмидесятилетнем возрасте, это вовсе не означает, что он проживёт ещё сотню лет, как некоторые надеются и мечтают. Он всё равно умрёт, просто немного позже, через несколько лет, если не будет омолаживать своё тело иными способами.

Лишь став полноценным Адептом можно обрести подобие бессмертия. Хотя поначалу я полагал, что Адепты действительно бессмертны и их жизнь не ограничена временем, на деле всё оказалось иначе. Их физические оболочки не стареют, однако душа постепенно изнашивается. Если поддерживать её, то они способны прожить тысячелетия. Однако с каждым годом этот износ лишь усиливается, а разум со временем начинает напоминать решето. Именно поэтому многие Адепты так обеспокоены сохранением ясности сознания и поддержанием души, стремясь максимально замедлить эрозию. По сути, они вынуждены постоянно двигаться вперёд и не оглядываться, ведь стоит им остановиться – их ждёт гибель.

Хотя Моракс прожил шесть тысяч лет, а наставница и Гань Юй присутствовали при основании Ли Юэ три тысячи лет назад. Значит, всё не так уж страшно, если, разумеется, не задумываться о тех, кто оступился и погиб.

Так что даже если Камуна сумеет постичь и пройти этот этап, то к тому времени его возраст уже будет весьма почтенным. Даже Ху Фуа, при всём её таланте, может понадобиться на это десять лет, а обычным практикам – в разы больше. Мало того, что начинать обучение из-за этого приходится ещё в детстве, когда душа только формируется и потенциал остаётся неясным, так ведь далеко не у всех впоследствии пробуждается духовная энергия. Отсюда и малое число Адептов.

В глазах наставницы Камуна – неперспективный практик, а значит, обучать его означало бы впустую тратить время и силы. Но раз Ху Фуа может извлечь из этого пользу, она дала своё согласие.

— Но мне всё равно обидно, что ты помчалась с ним, а меня оставила в стороне, — хмыкнул я, покачав головой.

— Это говорит тот, кто сам куда-то исчез, стоило ему остаться одному, — фыркнула она, но тут же улыбнулась. — К слову, я хотела попрактиковаться с мечом. Не составишь мне компанию?

— Тут всё будет уничтожено, — тихо заметил я, хотя уже сам потянулся к инвентарю.

В её глазах вспыхнул азарт, и между нами повисло напряжённое ожидание схватки. Пиро-частицы сорвались с места и вспыхнули вокруг неё, закручиваясь в подобие огненного вихря – видимая концентрация силы Ху Фуа. Её улыбка стала шире, и в следующий миг двуручный меч, лежавший неподалёку, взмыл в воздух и стремительно метнулся к ней, опустившись в её ладонь под моим изумлённым взглядом.

— Это… неожиданно, — аж запнулся от шока.

Она тихо хмыкнула, и в её взгляде мелькнула тень гордости.

— Я всегда хотела так же, как и ты, левитировать меч, — сказала Ху Фуа. — Если влить в меч свою духовную энергию, он со временем перестаёт быть просто оружием – становится продолжением тебя самого, частью твоего существа.

— А значит его можно и притянуть, — понимающе кивнул я.

Получается Ху Фуа вплавила в свой меч подконтрольную ей субстанцию – собственную духовную силу. По сути, это возможно, ведь всё в мире так или иначе состоит из энергии. При этом внешне клинок ничуть не изменился и по-прежнему выглядел самым обычным оружием. Однако я почти не сомневаюсь, что не меньше трети его материи теперь составляла её Ци. Именно это позволяет ей поднимать его в воздух и свободно управлять им на расстоянии.

По сути, она способна и дальше наполнять его своей духовной энергией, вплоть до полного вытеснения материи. Более того, можно придать после этого мечу любую форму, опираясь лишь на воображение. Конечно, создать нечто по-настоящему невероятное вряд ли получится, хотя вероятность всё же не равна нулю, но вот сделать кромку толщиной в один атом и довести прочность до немыслимого уровня вполне возможно. Так можно создать один из самых острых мечей в мире, если не брать в расчёт божественные и подобные им клинки.

А если при этом ещё и ковать меч… О, это был бы настоящий шедевр, которому суждено было бы войти в легенды. Особенно если использовать тот невероятно прочный кристалл, то с моей силой даже гранит покажется тонким пластиком. Однако есть один нюанс, даже влить в предмет тридцать процентов духовной энергии чрезвычайно трудно, не разрушив его. Для этого требуется поистине выдающийся контроль.

Я вздохнул, ощущая себя немного глупо. Ведь мог и сам прийти к этому, но… Чего уж, я даже не распознал особенность меча, пока Ху Фуа сама её не показала. Полагал, что она просто недавно тренировалась с клинком, и потому на нём сохранился её духовный след.

Размышляя о чём-то недосягаемом, о границах, которые едва мог вообразить, я не замечал куда более простых и достижимых вещей, но от этого не менее важных.

— Ты сама к этому пришла? — вздохнув, поинтересовался я.

Ху Фуа взглянула на меня с лёгкой задумчивостью.

— Ты ведь знаешь, что моя семья использует талисманы для изгнания скверны? — начала она издалека. — Когда я научилась управлять духовной энергией, то поняла, что всё это время мой род вливал свою духовную силу в талисманы, фактически преобразуя их. Так я накладывала заклинания на меч, не осознавая, что выжигаю их духовной энергией на его поверхности. Тогда я и подумала, а что, если не накладывать заклинания, а преобразовать сам меч?

Возможно, именно в этом кроется источник её таланта. Но, с другой стороны, она с детства обучалась духовной практике, упорно осваивая его шаг за шагом. Поэтому трудно сказать, врождённый ли это талант или плод долгого и усердного труда. Впрочем, несомненно одно – этот путь подходит ей как нельзя лучше.

— Подобно кузнецам, что вкладывают душу в свои творения, — тихо произнёс я, на мгновение прикрыв глаза. — Что бы ни создавал человек, он неизбежно оставляет в этом духовный след. Разница лишь в глубине и насыщенности этого отпечатка. Но твой род тесно связан с духовными практиками, поэтому даже будучи обычными людьми, лишёнными способности напрямую управлять духовной энергией, вы обладаете пониманием этого искусства, которое на голову выше, чем у остальных.

Она удивлённо моргнула.

— Ты так быстро всё понял…

Я медленно выдохнул и покачал головой. Под её озадаченным взглядом я стал убирать клинок обратно в инвентарь.

— Прости, но мне нужно кое-что обдумать, пока мысли ещё свежи, — едва я договорил, как мне пришлось мгновенно вновь выхватить меч, отражая внезапный удар разгневанной Ху Фуа.

Атака обрушилась с такой силой, что на мгновение я потерял ощущение веса собственного тела. Пространство вокруг пошатнулось, и уже в следующую секунду меня отбросило назад – прямо в толстый ствол дерева. Из-за чего ощутил сильное дежавю, словно снова принял на себя удар золотого быка. Правда, на этот раз не пострадал, и это не могло не радовать.

Я поморщился, стряхивая с себя щепки и пыль, а после посмотрел на Ху Фуа. Её тело окутывало пламя, уже не просто уплотнившиеся Пиро-частицы, а настоящее бушующее багровое огниво. За спиной расправлялись огненные крылья, а языки пламени складывались в силуэт огромной птицы, то ли величественного лебедя, то ли грозного гуся.

Моя невеста – огненный гусь. Кому расскажешь, не поверят…

Впрочем, ироничная улыбка быстро улетучились, стоило ей сделать шаг вперёд. Земля под её ногами почернела, трава вспыхнула, а огненная птица за её спиной издала беззвучный крик, от которого тут же заложило уши.

Глава 84

Ху Фуа походила на костёр, в который внезапно ударил порыв ветра. Пламя взметнулось вверх жадными языками, нарастающим рёвом пожирая воздух вокруг. Жар исходил от неё волнами, и казалось, словно горит само пространство.

— Хм, твоя аура… — задумчиво произнёс я, не сводя глаз с того, как пламя переливается в её глазах. — Неужели из-за такой мелочи ты могла потерять контроль?

Вместе с усиливающимся пламенем стремительно росла и её энергия. Казалось, огонь пожирает всё вокруг, обращая разрушение в источник силы для неё. Однако я ясно чувствовал, что жар поднимается из самой глубины её тела, будто она превратилась в огромный кусок угля, раскалённый до алого свечения.

Её одежда не загоралась, сколько бы пламя ни пыталось вцепиться в лоскуты ткани. Она лишь колыхалась в жарких потоках воздуха. Зато волосы полыхали, словно золотые пряди, поймавшие отблеск закатного солнца. Однако огонь шёл изнутри каждого волоска, а не пожирал снаружи.

Ху Фуа подняла руку, сжимая меч. Лезвие даже не покраснело, говоря об эффекте духовной энергии внутри него. Затем пространство за её спиной задрожало и исказилось, как над раскалённой землёй в знойный день. В этом мареве одна за другой возникли пять огненных сфер. Внутри каждой клубилось жёлтое пламя, постепенно принимая очертания разных птиц.

Одна из сфер медленно подплыла к ней и, едва коснувшись, бесследно растворилась в её теле. В тот же миг поток энергии, окутывавший Ху Фуа, изменился. Огненная птица, струившаяся вокруг неё, преобразилась: клюв вытянулся и заострился, крылья раздались вширь, и теперь она больше напоминала журавля. Вместе с этим избыточная энергия, прежде разливавшаяся вокруг, устремилась к мечу. Потоки огня стекались к лезвию, впитывались в сталь, и клинок медленно наливался красным свечением.

Разумеется, я не собирался просто стоять и ждать её удара. Едва заметив появление сфер, я мгновенно высвободил собственную энергию, а затем приготовился применить «Танец Богини Грома».

В тот миг, когда клинок, переполненный энергией, уже едва не плавился и держался лишь на духовной силе, Ху Фуа сорвалась с места. Её рывок был стремительным, взрывным: земля там, где она стояла мгновение назад, словно взорвалась от силы толчка. И всё же я без особого труда уклонился от атаки.

Однако… стоило кончику её клинка коснуться земли, как пространство вспыхнуло, а в ушах раздался оглушительный рёв высвобожденной энергии. Даже мне, устойчивому к высоким температурам, пришлось отпрыгнуть на приличное расстояние, чтобы не сгореть в этом разрушительном жаре.

Ужасающая мощь.

Словно при старте космической ракеты, из её меча вырвалось целое море пламени. Огненный поток в одно мгновение испепелил десятки деревьев и выжег почву, оставив после себя землю, раскалённую до состояния магмы.

Но, судя по выражению лица Ху Фуа, эта сила давалась ей нелегко. Скулы были напряжены до предела, губы потрескались, и выступившая кровь мгновенно сворачивалась под чудовищной температурой. При это её дыхание стало тяжёлым и рваным. Даже пот не успевал собраться в капли – он испарялся, едва появившись.

Она покачнулась, и в тот же миг её энергия ощутимо иссякла. Из тела выскользнула сфера, и огненная птица, клубившаяся вокруг неё, утратила прежнюю плотность. Очертания расплылись и постепенно вернулись к изначальному облику гуся.

Ху Фуа посмотрела на меня тяжёлым взглядом. В нём уже не было прежней горячечной ярости, лишь ясность и сосредоточенность.

— Стойка Алого Воробья, — тихо произнесла она.

В следующее мгновение к её телу подлетела другая сфера. Внутри неё угадывался силуэт странной маленькой птицы с крупным, пышным хохолком. Как только сфера растворилась, этот хохолок проявился в огне, окутавшем Ху Фуа: на голове птицы вспыхнул пламенный гребень, колышущийся и острый, словно две сабли.

Она вздохнула и сразу же ринулась в атаку.

Мои глаза невольно расширились от изумления. Её скорость возросла в разы. Ху Фуа двигалась наравне со мной, даже несмотря на то, что я продолжал использовать «Танец Богини Грома». Но при этом её атаки заметно ослабли. Если раньше блокировать её удар было всё равно что остановить автомобиль, то теперь я мог относительно спокойно уводить её клинок в сторону.

Тело Ху Фуа постепенно окутывал пар, словно и правда горела изнутри. На глазах она стремительно худела, черты лица заострялись. При этом с каждой секундой её скорость возрастала, и вместе с ней, казалось, возвращалась прежняя сила ударов.

В какой-то миг я не успел отреагировать – кончик её клинка скользнул по моей щеке. Но второго удара не последовало, хотя момент для этого был идеальным.

— Ха… ха… — тяжело дыша, она пошатнулась. Лишь в последний момент успела вонзить меч в землю и опереться на него, чтобы не рухнуть.

Сфера вырвалась из её тела и рассыпалась искрами, как и остальные сферы. Следом огненная птица исчезла. Пламя, окружавшее мою невесту, угасло, оставив после себя лишь дрожащий от жара воздух.

Однако последствия никуда не исчезли. Щёки Ху Фуа впали, кожа приобрела нездоровый оттенок, на руках резко проступили кости. Она выглядела так, будто морила себя голодом не одну неделю. А ведь с начала поединка прошло… меньше минуты.

— Что это было? — хмуро спрашиваю, спешно доставая из инвентаря зелья исцеления. — Ты меня чертовски напугала.

Я коснулся её кожи и тут же ощутил жгучую боль. Словно прикоснулся к раскалённому углю. Из-за чего резко отдёрнул руку. И это при том, что у меня иной болевой порог. К счастью, не последовало той долгой, ноющей боли, что обычно сопровождает ожог.

— Не волнуйся… через пару часов приду в себя, — с трудом выговорила Ху Фуа, криво улыбнувшись. — В этом и суть техники «Вдох на восходе, выдох на закате». Целый день я накапливаю в теле Пиро-энергию, а затем разом высвобождаю её. Моё тело, конечно, не способно выдержать такое давление: вода во мне иссушается, кровь закипает, придавая пламени красный оттенок… — она на мгновение закрыла глаза, собираясь с силами. Было видно, как тяжело ей даются слова. — Я сжигаю своё тело изнутри, отрекаясь от смертной оболочки. Когда вместо крови во мне потечёт жидкий огонь, тогда я смогу перейти к этапу «Прозрению».

У меня возникло множество вопросов. Как она узнала условия третьего этапа? Почему выбрала столь мучительный путь? Это решение её наставницы, или её собственное? Все эти вопросы буквально рвались наружу. Но, видя её состояние, я проглотил их и попытался помочь, несмотря на обжигающий жар её тела.

— Каждый день я принимаю особые пилюли из крови наставницы, — продолжила Ху Фуа, немного отдышавшись. — Они обладают удивительными свойствами и постепенно исцеляют меня. Но действуют медленно, поэтому обычно после практики я просто лежу без сил… Правда, иногда я не выдерживаю бурлящий поток Пиро-энергии. Её становится слишком много, и она вырывается из-под контроля, как сегодня. Боль затмевает разум, появляется жгучее желание разрушать всё вокруг, пока тело не обратится в пепел. Поэтому обычно я ухожу далеко в горы, где никому не наврежу, а учитель наблюдает за мной и при необходимости останавливает.

Я хотел дать ей зелье, но, услышав о пилюлях, остановился. Нельзя смешивать разные средства. Часто бывает так, что их ингредиенты вступают в конфликт, и тогда лекарство превращается в яд.

— Почему наставницы нет рядом, если техника настолько опасна? — спрашиваю, тяжело вздохнув. — Я действительно испугался.

— Обычно я рассчитываю поглощение энергии так, чтобы высвобождение приходилось на вечер. Но сегодня… я сбилась с ритма. Слишком обрадовалась твоему возвращению, а потом увидела тебя злым, и потеряла концентрацию, — Ху Фуа тоже тяжело вздохнула.

— Прости, что из-за меня это произошло…

— Не стоит, — она покачала головой. — Сегодня я всё равно прошла бы через это. К тому же уже привыкла и научилась частично сдерживать бушующую энергию, используя для этого особенно затратные техники. Так сила иссякает быстрее, чем моё тело успевает сгореть.

Произнеся это, Ху Фуа медленно опустилась на землю, почерневшую от её жара до угольного цвета.

Трудно даже вообразить, какую жгучую, выворачивающую изнутри боль она скрывает за этой вымученной улыбкой. Любой другой на её месте уже кричал бы, срывая голос, а из глаз безостановочно катились бы слёзы.

Я с досадой прикусил губу, затем поднял взгляд к небу. Сквозь разорванные облака угадывались очертания Небесного Замка – обители Небесного Владыки. Интересно… испытывал ли он когда-нибудь нечто подобное, что сейчас гложет меня?

— Кстати… — тихо произнесла Ху Фуа, и я тут же перевёл на неё взгляд. — Как тебе моя новая техника? Я разработала её внутри барьера. Правда, она поглощает слишком много энергии… Поэтому в настоящем бою я пока не решалась её применять.

— Чудовищная мощь, — тихо ответил я, окинув взглядом разрушенное поле. Земля выжжена, деревья обращены в пепел, воздух всё ещё дрожал от остаточного жара.

Затем я заметил вдалеке несколько фигур в странных одеждах. Они наблюдали за нами. Стоило мне задержать на них взгляд, как они тут же растворились, словно их и не было. По ощущениям, они решили увеличить расстояние. Вероятно, это местные скрытые мастера… или та самая элитная стража Ли Юэ. Но, по крайней мере, они не стали разбираться, а это уже о многом говорит. Поэтому вновь посмотрел на Ху Фуа.

— То огненное марево, что вырвалось из твоего клинка, на миг стало для меня настоящим солнцем, — продолжил я. — А затем твоя скорость… она была по-настоящему невероятной.

— Это стойка Нефритового Журавля, — пояснила она. — Я направляю всю духовную и элементальную энергию в одну-единственную разрушительную стихийную атаку. Всё сжимается, концентрируется… и высвобождается разом. А вторая – стойка Алого Воробья. Если после Журавля моя энергия почти полностью иссякает и тело слабеет, то в стойке Воробья всё происходит наоборот, я начинаю втягивать силу из окружающей среды, усиливая свои физические возможности. Удобно. Воробья я активировала, когда немного пришла в себя… Просто захотела продолжить поединок. И даже смогла задеть тебя. Хотя если бы продолжила дальше… в конце концов я бы просто сожгла себя изнутри.

А ведь я бы и сам поступил так же…

— А что насчёт других стоек? — спрашиваю с интересом, желая услышать про другие стойки, которые явно такие же невероятные.

— Третья – «Золотая Иволга». Она выпускает тепловые волны, воздействующие на внутренние органы и элементальную энергию противника. Враги становятся вялыми, их энергия рассеивается, заклинания выходят нестабильными, — Ху Фуа сделала короткую паузу, чтобы отдышаться, а затем продолжила: — Четвёртая стойка – «Исчезающий Ворон». При контакте я могу накладывать метку «Исчезающей Чёрной Птицы». Если повторно ударить в то же место, метка взрывается. Учитель говорит, что на высоком уровне эта техника способна поражать даже душу противника… но пока любой, кто умеет управлять энергией, может легко уничтожить метку.

— А пятая?

— «Белый Фазан». Она просто укрепляет мою кожу.

Услышав её ответ, я задумчиво кивнул. Пятая стойка звучала не так впечатляюще, но, если учитывать слова о четвёртой и о том, как со временем она может усилиться, то и эта защита однажды способна вырасти во что-то по-настоящему грозное.

Но сейчас куда сильнее меня занимал другой вопрос: откуда у неё вообще эти техники? Раньше я о них не слышал. Однако, судя по названиям, их могла передать ей Сянь Юнь. С другой стороны, она и сама могла их создать. Всё-таки её гениальность не стоит сбрасывать со счетов.

И чтобы долго не гадать, решил спросить прямо:

— Ты сама всё это придумала?

— Нет. Когда я медитировала и пыталась постичь собственную душу, то увидела эти стойки. Наставница сказала, что это духовное проявление моей сущности. Моя душа уже создала эти техники по своему подобию – я лишь смогла до них дотянуться. Как птицы умеют летать от природы… так и я могу пользоваться этими стойками, — Ху Фуа устало прикрыла глаза. — По крайней мере, я так поняла из её часового объяснения.

Я молча кивнул и решил больше не тревожить её расспросами, позволив спокойно восстановиться.

Вскоре она уснула, и примерно через полчаса я заметил первые признаки улучшения: ненормальная бледность постепенно сходила с её лица, дыхание становилось глубже и ровнее. Увидев это, я наконец позволил себе немного расслабиться.

Ху Фуа проснулась, когда солнце уже клонилось к горам, окрашивая небо тёплыми янтарными оттенками. Теперь она больше не напоминала оживший труп. Да, болезненная худоба всё ещё бросалась в глаза, но кожа вновь приобрела живой цвет. Вместе с этим, похоже, вернулось и её настроение. Она легко приподнялась, словно и не лежала несколько часов без сил, и потянулась с довольным вздохом.

— Слушай, вопрос может показаться странным, но… твоя грудь придёт в норму? — хмыкнул я, намекая, что верх её одежды разошёлся после боя и теперь слегка приоткрывал грудь.

Она всё поняла без лишних слов. Спокойно поправила одежду, аккуратно запахнув ткань, и посмотрела на меня с лёгкой, лукавой ухмылкой.

— Ну как тебе моя грудь? — в её голосе звенело веселье, а в глазах вновь плясал знакомый озорной огонёк.

— Ужасно, — невозмутимо признался я. — Как у дряблой старухи.

Она мелодично рассмеялась, без обиды.

— Я тоже так подумала после первой такой тренировки, — Ху Фуа фыркнула, качнув головой. — Ты бы знал, как я испугалась. Рыдала и мысленно проклинала наставницу. А она пыталась меня успокоить… но выходило только хуже. Чем больше она пыталась, тем сильнее мне казалось, что всё безнадёжно. Из-за чего в какой-то момент я даже решила: если ничего не вернётся в норму, спрыгну с горы Аоцан – назло учителю.

Да уж… Разумеется, Сянь Юнь не позволила бы этому случиться. Но сам факт, что Ху Фуа тогда об этом подумала, всё равно пугает. Для неё это, должно быть, был настоящий удар – увидеть, как собственное тело стало, мягко говоря, изуродованным.

— К счастью, всё восстанавливается, — беспечно продолжила она. — Через пару часов всё снова станет мягким и красивым. А когда это случится, можно будет заняться сексом.

Я хмыкнул.

Иногда её прямолинейность буквально лишала меня дара речи. Очевидно, у нас совершенно разное отношение к смущающим вещам. И нет, в самом слове «секс» я не видел ничего постыдного – всё-таки это естественно. Однако порой она могла сказать нечто настолько откровенное и неожиданное, что я на мгновение терялся, не зная, как на это реагировать.

Что тут думать, в деревнях вполне привычно увидеть женщину, кормящую грудью прямо на улице. В городах я почти с таким не сталкивался, да и расспрашивать об этом казалось не столько постыдным, сколько странным. Зато в деревнях я действительно не раз видел, как женщины без всякого смущения кормили детей прямо на улице.

У местных, что естественно, то не безобразно.

Они спокойно обсуждают самые интимные темы, даже с родителями. Для меня это дикость, а для них – норма. Важен именно контекст. В интимной обстановке Ху Фуа начинает сильно робеть, но в непринуждённой атмосфере может свободно говорить об этом.

Например, ещё до прибытия в гавань, после тренировок в барьере, мы остановились в постоялом дворе – поесть и переночевать. Нам подали какие-то местные колбаски. Ху Фуа взяла одну палочками, задумчиво повертела в воздухе, некоторое время разглядывала с самым серьёзным видом, а затем совершенно невозмутимо произнесла:

— Глядя на них, я подумала о твоём достоинстве.

И, не меняясь в лице, откусила кусочек, словно только что не сказала ничего необычного. Да и не поднимала больше эту тему в тот день. Просто обозначила, что чертова колбаса напомнила ей моего дружка. Что тут такого?

При этом она до сих пор смущается просто спать со мной в одной кровати под одним одеялом. Впрочем, возможно, в этом больше моей вины. Из-за Пиро-элемента её тело необычайно тёплое, и меня так и тянет обнять её.

Тёплая, мягкая… как тут удержаться?

Я тихо хмыкнул.

Тем временем Ху Фуа задумчиво наклонила голову. Долго всматривалась во что-то, а затем вдруг совершенно серьёзно произнесла:

— Хотя сейчас, наверное, выглядят как у бабушки Лу.

— …Что?

— Ну, — невозмутимо продолжила она, — такие же сморщенные и печальные.

Ху Фуа…

Внезапно раздались тяжёлые взмахи крыльев.

Я и моргнуть не успел, как передо мной опустилась Сянь Юнь. Точнее, крайне недовольная Сянь Юнь. Она медленно окинула взглядом разрушенное поле, а затем посмотрела на меня. Её глаза опасно сузились.

Глава 85

Сянь Юнь, как всегда, в своём репертуаре. Сначала она устроила мне строгий выговор, мол, если я вознамерился стать Адептом, то дисциплина и порядок – основа всего. Затем её внимание переключилось на Ху Фуа. Ей досталось ничуть не меньше, а возможно, даже больше. Наставнице не понравилось, что какие-то, казалось бы, незначительные эмоции смогли поколебать её концентрацию. Если уж они сумели повлиять на неё, то более глубокие и сильные чувства и вовсе способны сжечь дотла.

Впрочем, долго она ругать Ху Фуа не стала. Прочитала нотации, а после вновь обратила на меня внимание.

— Ты закончил свои дела? — вздохнув, спросила наставница. — Время, которое я выделила почти истекло.

Если скажу, что у меня ещё есть дела, то она явно не обрадуется. Особенно сейчас. Но и скрывать нет смысла: Моракс в любом случае расскажет ей о моих планах. Поэтому, понимая, что оттягивать бесполезно, я вздохнул и решил признаться.

Она слушала на удивление спокойно, пока я не упомянул Оробаси. Выражение её лица мгновенно переменилось, с хмурого на угрюмо-мрачное.

— Оробаси? — Сянь Юнь тихо и нарочито медленно повторила его имя. Затем скрестила руки на груди, а её взгляд, лишённый теперь и тени наигранности или веселья, приковал меня тяжестью. За мгновение образ красивой женщины исчез, а на её месте возникло существо, способное одним словом разорвать душу на части. — Зачем тебе останки этого труса?

Я сглотнул ком в горле. Разумеется, я всегда понимал, что видел лишь образ, который она позволяла мне видеть. Но одно дело понимать, и совсем другое осознать… Осознавать, что Сянь Юнь не человек, а божество, прошедшее сквозь войны и прожившее столь огромный срок, что за это время сменялись не просто эпохи, а целые цивилизации.

Труса?..

До своего переселения в Инадзуму Оробаси жил в Ли Юэ, где правил небольшим регионом на юге страны и народом, чьё имя ныне стёрто со страниц истории. А когда разразилась Война Демонических Богов и Моракс начал наводить порядок, он, предчувствуя неминуемую гибель, сбежал и направился в Инадзуму. Однако там уже буйствовала Наруками – Богиня Грома. Впоследствии Оробаси оказался в Энканомии, в мрачном подземном мире под Инадзумой.

Можно, конечно, назвать его трусом. Но историю пишут победители, и у любой ситуации есть свои подводные камни. Тем более меня там не было, и достоверно мне неизвестны его мотивы. Поэтому и судить его мне сложно.

Кто знает, в каком положении он тогда находился? Возможно, другие боги, мечтавшие одолеть Моракса, притесняли его. Тем более в тот период Моракс был известен своей жестокостью. Выйти против него для более слабых божеств означало либо подчинение, либо гибель.

А вот смерть Оробаси от рук Эи всегда казалась мне странной. Ещё во время прохождения игры меня смущали обстоятельства его гибели. По сути, он пошёл на самоубийство, внезапно развязав войну с сегунатом. Более того, осознав, что сама Эи не вмешивается, Оробаси намеренно убил её близкую подругу. А дальше… разгневанная Эи просто уничтожила его.

В сюжете вскользь упоминалось, что Оробаси, предположительно, был наказан Селестией за прикосновение к запретным знаниям. И чтобы не пострадал его новый народ, который он укрыл под своей тенью в Энканомии, мог сознательно пойти на самоубийство.

Гнев Небес – не шутка. Достаточно вспомнить огромный разлом на западе Ли Юэ. Когда-то там возвышалась гора, судя по масштабу разрушений и изменившемуся ландшафту, невообразимых размеров. Не удивлюсь, если по высоте она не уступала Эвересту, а возможно, и служила его местным аналогом, ведь именно там проходит граница Сумеру и Ли Юэ. Теперь же на её месте зияет огромная, пугающе глубокая воронка – последствие небесной кары.

С другой стороны… а что, если никакого гнева Селестии и не было? Что, если всё куда прозаичнее? Оробаси мог попросту тронуться умом под тяжестью запретных знаний. Или же он понимал, что лишь его смерть позволит его народу получить признание и право на существование на поверхности. Иногда жертва правителя становится залогом выживания подданных.

К тому же сами запретные знания из его истории вызывают сомнения. Не спорю, такие действительно существовали. Но в случае Оробаси речь шла всего лишь о хрониках древнего народа, жившего в эпоху первых цивилизаций. Если эти сведения и правда были настолько опасны, почему ими не заинтересовалась Астарот – одна из четырёх Теней Всевышнего? Ведь ей поклонялся народ из Энканомии, где и были найдены эти запретные знания. Тем более что они спокойно продолжали существовать вплоть до появления главного героя.

Жаль только, что я не любил читать книги в игре, а ведь там наверняка была скрыта уйма лора. Даже эти «запретные» знания можно было прочитать, но увы.

Я покачал головой, отбрасывая лишние мысли, после чего достал свиток таинственного Адепта и протянул его Сянь Юнь.

— Властелин Камня посоветовал пробудить ядро и отправиться к этому Адепту, — добавил я, решив заранее смягчить возможный выговор. Особенно после того, как заметил, как опасно сузились глаза Сянь Юнь, стоило лишь упомянуть ещё об одном деле. — Поэтому мне и нужны останки Оробаси. Их проще добыть, чем искать другие божественные фрагменты.

Сянь Юнь тяжело вздохнула и покосилась на Ху Фуа. Та почему-то виновато опустила взгляд, нервно сжав пальцы.

— Я ведь предупреждала, как только он прибудет – держать его рядом. Не выпускать из поля зрения, пока не успел переключиться на что-нибудь ещё, — произнесла она, поправляя очки и устало прикрывая глаза.

— Простите, учитель… Я всего на мгновение потеряла бдительность, а его уже не оказалось дома… — в голосе Ху Фуа звучала обречённость.

— Эй! — я нахмурился. — Я, конечно, не образец усидчивости, но сегодня точно не бездельничал. Сначала поговорил с Властелином Камня, потом решил торговые вопросы и, кажется, наметил путь, как в дальнейшем продвигать свои изобретения – через одну семью с нужными связями. А после этого заглянул в гильдию и нашёл человека, который сможет достать мне останки Оробаси. По крайней мере, у него есть весомый повод, чтобы согласиться.

Наставница фыркнула, отчего я развёл руками.

— Сам бы отправился, но не хочу наступать дракону на хвост. Кто знает, как отреагирует Электро Архонт, почувствовав моё присутствие в Инадзуме. Может, проигнорирует. А может и нет. Проверять на собственной шкуре я не горю желанием.

— Ты начал с останков Оробаси, а теперь выясняется, что у тебя ещё и торговые схемы, и сделки с какой-то семьёй… — Сянь Юнь устало прикрыла лицо ладонью. — Завтра я бы тебя вообще не застала.

По крайней мере, она вновь выглядит как человек.

Я криво улыбнулся, благоразумно умолчав о том, что завтра после встречи с семьёй Кунь собираюсь наведаться в руины Азазеля. Время ещё есть. Немного, но есть. Однако если заикнусь об этом сейчас – меня прикуют цепью, а после немедленно отправят на гору Аоцан под круглосуточный надзор.

— Что до Оробаси, — после небольшой паузы продолжила наставница, — полагаю, я смогу помочь. Это займёт не больше часа.

Я удивлённо уставился на неё, словно услышал какое-то чудо. Она уловила мой взгляд и напряглась, сдвинув брови.

— Что?

— Я уж настроился услышать что-нибудь в духе: «Путь адепта тернист, и каждый обязан пройти испытания сам, дабы закалить дух и тело», — поясняю своё удивление.

Со стороны Ху Фуа донеслось приглушённое хихиканье. Но как бы она ни пыталась спрятать его в рукаве, глупо думать, что наставница не услышит. Сянь Юнь медленно повернула голову в её сторону, и Ху Фуа тут же застыла, казалось, даже перестала дышать.

В линзах очков Хранителя Облаков на миг скользнул холодный отблеск. И всё же, вопреки строгому виду, уголки её губ едва заметно дрогнули. Затем она вновь взглянула на меня.

— Я просто боюсь, что ты опять найдёшь себе приключения на голову, — фыркнула она и тяжело вздохнула. — Ну и ученики мне достались… У других – идут по пути и не сворачивают. А мои – как сороки: увидят блеск и след простыл.

— Учитель, я не такая… — насупилась Ху Фуа.

— Конечно-конечно. Просто хвостиком за ним бегаешь, — парировала Сянь Юнь. Затем она перевела взгляд на меня. — Если я помогу тебе с останками Оробаси, ты пообещаешь сосредоточиться на пробуждении ядра? Без внезапных «а ещё по пути можно заглянуть в древние руины», где застрянешь на длительное время?

Я невольно кашлянул.

— Обещаю, по пути к таинственному Адепту никуда не сворачивать.

Её глаза опасно сверкнули.

— И на обратном пути тоже, — торопливо добавил я.

Разумеется, о том, что я всё же собираюсь заглянуть в руины Азазеля, лучше промолчать. Тем более что намерен сделать это до пробуждения ядра, а значит, чисто технически ничего не нарушаю.

Сянь Юнь прищурилась, словно не верила мне, либо искала подвох. Однако вскоре тихо вздохнула и едва заметно покачала головой.

— Ладно. С этим разобрались. А теперь я хочу знать подробнее о твоих… механизмах, — произнесла она, куда более заинтересованно, чем об останках Оробаси.

Вот тут меня долго упрашивать не пришлось.

— Этот смрад с рынка уже невыносим. Людям приходится покупать мясо и рыбу, которые едва не сгнили. Да, местные, кажется, как-то к этому притерпелись… но они не должны есть испорченную еду. Поэтому я хочу дать им механизм, который сможет надолго сохранять продукты свежими.

Я поведал ей о холодильнике. Сперва о его предназначении и свойствах. Пи этом Сянь Юнь слушала молча, лишь изредка кивая. Но стоило мне перейти к описанию механизма, как её взгляд изменился, вспыхнул живой, почти детский интерес.

Вот почему я и выбрал её.

В игре она славилась тягой к изобретениям, особенно к тем, что облегчали быт обычных людей. Не к боевым машинам и не к артефактам для Адептов, а именно к простым, полезным вещам. Впрочем, и такое она тоже умела создавать.

Раньше я не поднимал с ней эту тему всерьёз, лишь пару раз прощупывал почву в барьере. Поскольку современный механизм не годился, ведь в этой эпохе его не наладить для массового производства. Да и говорить о чём-то столь неосуществимом с Сянь Юнь было бы странно. Нужен аналог из этого мира, при этом простой, экономичный и ремонтопригодный, чтобы обычные люди могли позволить себе такую вещь.

Сейчас у меня есть несколько десятков набросков, которые можно обсудить с наставницей. Конечно, они ещё сыроваты, но с её помощью их можно довести до ума, а, возможно, и до идеала. Поэтому я показал ей все материалы, которые адаптировал под этот мир, и искренне обрадовался, когда она действительно начала вникать.

Только Ху Фуа откровенно скучала. Эта тема для неё максимально далека. Поэтому она держалась в стороне и почти не участвовала в обсуждении. Хотя порой пыталась, особенно когда при помощи магии Сянь Юнь создавала схемы прямо в воздухе. Выглядело это довольно футуристически, отчего даже я завис при их виде.

Впрочем, за один вечер подобное всё равно не создать. Какой бы талантливой ни была наставница в этой области, даже на первый взгляд простой холодильник – устройство весьма сложное. Нельзя просто взять морозный эликсир из Крио-цветков или слизь Крио-слайма в надежде получить нужный результат. Они лишь заморозят продукты до полной кристаллизации. Холодильник же должен отводить тепло, оставаясь при этом безопасным для обычных людей. Поэтому впереди ещё немало доработок, и займёт это явно не один день.

Спустя некоторое время Сянь Юнь, нагрузив меня идеями, решила, что ей пора слетать в Инадзуму. Ху Фуа, успевшая помедитировать, а может, и вздремнуть, полностью восстановилась, и это не могло меня не радовать.

Я медленно выдохнул, убирая свои чертежи обратно в инвентарь.

Всё складывается даже лучше, чем я рассчитывал. Честно, был уверен, что Сянь Юнь заставит меня добывать останки Оробаси самостоятельно, в качестве очередного «испытания адепта». Потому и не рассматривал иной вариант. А раз она берёт это на себя, то можно отменить заказ в гильдии. Не придётся подставлять того паренька.

Я поморщился.

Такие, как он, чаще всего оказываются в беде не по собственной вине. Одних загоняют в долги всякие ублюдки, других продают родные родители – за пару мешков зерна или горсть монет. Тёмная изнанка этого мира страшнее любой Бездны. Бездна всё же где-то там, за пределом, а эта грязь – здесь, прямо под ногами.

Когда я слышу такие истории или вижу всё своими глазами, во мне поднимается странная дрожь. В груди тянет неприятной тяжестью, хотя сердца у меня нет. И всё же понимаю, я помогу одному, второму… но их тысячи. Если не десятки тысяч. К сожалению, менять нужно саму страну, только так можно будет помочь им.

Однако сначала – непререкаемая сила, затем – безупречная репутация. Только тогда я смогу изменить Ли Юэ. Ведь рыба гниёт с головы. Мне не нужна власть. Достаточно, чтобы моё слово стало законом для тех, кто на троне. Чтобы эта мерзость, которую страна лелеет, была уничтожена.

Я покачал головой и перевёл взгляд на Ху Фуа.

— Ты же понимаешь, что учитель будет недовольна? — тихо сказала она и улыбнулась. — Я пойду с тобой в руины.

— С чего ты взяла, что я собираюсь в руины? — я изобразил на лице самое невинное недоумение, лишь слегка приподняв бровь.

Ответом мне стало громкое, почти оскорбительное фырканье. Девушка скрестила руки на груди и посмотрела на меня так, словно видела меня насквозь. В её глазах я был уже полностью разоблачён.

— Так куда ты хочешь пойти? В какие именно руины? И не вздумай отмахнуться, — Ху Фуа сузила глаза и посмотрела на меня с вызовом. Интересно, что после моего знакомства с её родителями она стала… храбрее, что ли? Хотя нет, скорее свободнее. Словно раньше её сковывали страхи и обязательства, а теперь она наконец смогла расправить плечи. — Ты и так оставил меня одну на три месяца.

— Справедливо. И ты права, хочу посетить руины, но до пробуждения ядра. Поэтому своё общения я не нарушаю. Только… — поморщусь, подбирая слова. — вряд ли это будет интересным приключением, скорее очередным грязным походом.

— Тогда зачем тебе туда? — Ху Фуа чуть наклонила голову. — Просто так ты бы никуда не шёл.

— Как я уже говорил, хочу продвигать свои технологии для улучшения жизни простых людей, — признался я, смотря на неё серьезным взглядом. — А для этого нужны деньги.

— Ты можешь попросить спонсирование у моей семьи.

Я на мгновение задумался, глядя на её серьёзное лицо. Затем мягко покачал головой.

— Спасибо, но есть способ, как по мне, удобней.

Не говорить же ей, что не могу попросить денег у её родителей. Как я им потом буду смотреть глаза, даже если всё верну и с процентами? К тому же сегодня это будет спонсирование, завтра – незначительная помощь, а послезавтра незаметно для всех, включая меня самого, превратится в обязанность. Я не питаю к её семье ничего, кроме уважения, но зависимость – худший из ядов для любых отношений.

Ху Фуа молча смотрела на меня, ожидая продолжения.

— В руинах Азазеля, — выдохнул я, произнося это с осторожностью, — осталось золото. Я добуду его и передам семье Кунь. Они переплавят, изготовят украшения и продадут, а я получу свою долю.

Руины Азазеля для меня – источник ресурсов и древних секретов. Для неё же холодный каменный склеп памяти, место, где навсегда осталась её тётушка. Поэтому неудивительно, что она застыла, уставившись на меня мрачным взглядом.

Ху Фуа долго молчала, из-за чего в какой-то момент я уже подумал, что откажется. Но через некоторое время на её лице проступила решимость, и она упрямо произнесла:

— Тогда я тем более обязана пойти.

— Хорошо, — киваю. — Хвостик.

Она озадаченно уставилась на меня, не сразу уловив смысл, а потом фыркнула. Но всё же на её губах мелькнула улыбка.

Глава 86

Сянь Юнь, как и обещала, вернулась ровно через час, ни минутой раньше, ни минутой позже. Честно, увидев её, я был поражён. Просто застыл, уставившись на птицу, несущую в клюве мешок. Я-то считал слова «через час» всего лишь фигурой речи. Ведь путь до Инадзумы неблизкий. На корабле оттуда до Ли Юэ я добирался три дня. Даже если предположить, что мы двигались со скоростью около десяти километров в час, нетрудно прикинуть, что расстояние между странами должно составлять порядка семисот километров.

К тому же ей нужно было потратить время на добычу останков Оробаси. Даже если взять самый минимум, скажем, десять минут, то выходит, что за оставшиеся пятьдесят она преодолела около тысячи четырёхсот километров. Ужасающая скорость. Причём сомнительно, что она летела на пределе своих возможностей. Вряд ли кто-то будет нестись изо всех сил, если в этом нет необходимости.

С другой стороны, она – Адепт, да ещё и повелевает ветром. Для подобных существ такое расстояние может оказаться сущей мелочью. Не удивлюсь, если за этот час она не только слетала за останками, но и успела заглянуть к знакомым в Инадзуме, провести с ними большую часть времени, а уже потом вернуться в Ли Юэ.

Главное – останки Оробаси у меня в руках.

Стоило мне взглянуть на них, как в голове вспыхнули новые воспоминания. Скара прекрасно знал этот материал – именно из него он когда-то ковал мечи. Более того, ему довелось побывать в месте, где его расплавляли. Причём буквально внутри горна. Рабочего горна! Из-за чего его кукольное тело в итоге поджарилось до хруста.

Так что он прекрасно знал, как работать с останками Оробаси. И, что самое важное, вместе с его памятью ко мне перешли и знания ковки. Причём не обычной, а особой техники создания так называемой нефритовой стали, а также работы с кристаллическими породами.

Однако одних знаний, увы, недостаточно. Без соответствующего оборудования они попросту бесполезны. В частности, требуется чрезвычайно мощный горн. В Инадзуме таким является Печь Микаге – гигантская конструкция, питаемая силой павшего божества. Эта энергия настолько велика, что, судя по воспоминаниям Скары, её вполне можно сравнить с полноценным реактором. Точный принцип работы мне неизвестен, однако печь преобразует божественную силу в Электро-стихию, которая, в свою очередь, способна расплавить останки Оробаси. Вероятно, по своему устройству она напоминает нечто вроде плазменно-дуговой печи. Неслучайно сталь с добавлением останков Оробаси назвали нефритовой, хотя к настоящему нефриту она не имеет никакого отношения. Всё дело в одной молве: «Однажды молния ударила в самую высокую скалу, и в её трещинах люди нашли гладкий зелёный камень – нефрит. С тех пор считается, что нефрит – это молния, решившая остаться на земле».

Думаю, кристаллы на склоне Уван также можно расплавить, как и эти останки. Пусть по прочности они превосходят их, но шанс всё же есть. Если мне удастся собрать достаточно мощную печь или, по крайней мере, создать источник колоссальной температуры, то, опираясь на знания Скары, я смогу попытаться выковать из этих кристаллов собственный меч, который будет идеально подходить мне. Либо же из Электро-кристаллов.

Впрочем, всё это пока лишь красивые мысли.

Сейчас у меня есть останки Оробаси и ритуальный клинок, осталось лишь добыть элементальный нектар, и можно будет проводить ритуал. К сожалению, сегодня, обходя рынок в поисках хорошего чая, я заодно расспрашивал о нектаре, но все только разводили руками. Всё-таки это не слизь слаймов, которых в этом мире в избытке. Цветов-мутантов куда меньше, к тому же алхимическая гильдия устроила настоящую монополию. Они скупают все относительно редкие материалы, из-за чего обычным людям остаются либо чрезмерно дорогие товары, которые и так мало кто купит, либо то, чего слишком много, вроде той же слизи. Так гильдия контролирует рынок алхимических ингредиентов. Без их лицензии невозможно приобрести нужные материалы, и тем самым они ещё и вынуждают свободных алхимиков вступать в свои ряды. Проще говоря – хорошо устроились. А куда смотрит правительство… Да Архонт их знает. Может, в доле, а может, сами всё это и затеяли.

Всё-таки даже ёжу понятно, что Цисин – это кучка бизнесменов, дорвавшихся до власти и управляющих страной. По сути, как и в любой другой стране, только там власть хоть как-то это сдерживает, а тут Моракс оставил всё людям. Но, как бы то ни было, эта голова уже гниёт, и ворчать на них нет никакого смысла. Жаль лишь, что в ближайшее время я вряд ли смогу купить нектар в достаточном количестве. Можно было бы, конечно, отправиться в Мондштадт, как советуют некоторые торговцы. Поскольку, в отличие от Ли Юэ, там нет такой проблемы, из-за чего алхимические компоненты не только доступны, но и продаются по куда более низким ценам, даже несмотря на грызню аристократии. Вот только, к сожалению, Мондштадт для меня закрыт.

Так что остаётся лишь бегать по полям, отлавливая этих монстров и выжимая из них нектар. Сколько это займёт времени – трудно сказать, но вряд ли больше, чем безуспешные попытки угнаться за гильдией.

А пока… я даже не представляю, что делать с останками Оробаси. Сянь Юнь явно перестаралась и принесла их с изрядным запасом. Вряд ли для ритуала потребуется целый мешок. Из-за чего я лишние закинул в инвентарь, пытаясь понять, можно ли поглотить, как слизь или другие элементальные материалы. Однако, увы, система их не распознаёт. Почему так – не знаю. Возможно, дело в том, что останки очищены от негативных эманаций павшего божества. Поскольку, по словам Сянь Юнь, она никогда не отдаст ученикам то, что способно им навредить. Поэтому она предварительно очистила останки.

Так что, по сути, сейчас они пригодны лишь для ритуала, который ещё не скоро. Да и ничего особенно интересного в описании нет:

Кристальный костный мозг

В этом кристалле содержится толика силы божественного существа.

Я вздохнул и отвернулся от интерфейса системы. Сянь Юнь не задержалась. Бросила мешок к моим ногам, кинула пару коротких наставлений и тут же упорхнула куда-то за облака.

— Ху Фуа, ты не против прямо сейчас сходить в руины?

Девушка слегка нахмурилась, затем неторопливо поставила пиалу с чаем на массивный стол. Этому столу не одно десятилетие, а может, и не один век. С виду он деревянный, но на ощупь холодный, гладкий и твёрдый, как отполированный гранит. И стоит это сокровище неприметно позади фамильного дома семьи Ху, под открытым небом, без какого-либо навеса.

Ху Фуа поднялась, лениво потянулась и подошла ко мне.

— К чему такая спешка? — медленно проговорила она, дотрагиваясь до моего плеча и внимательно разглядывая что-то на моей одежде. Затем её взгляд встретился с моим, и на её лице появилась робкая улыбка. — Неужели это не может подождать… до завтрашнего вечера?

Я приобнял её и притянул к себе на колени. Она фыркнула, но не отстранилась, а затем мягко поцеловала меня. Этот аргумент оказался куда убедительнее любых слов. Уже спустя пару минут я перестал думать о каких-то там руинах, и вспомнил о них лишь через два дня. Как-то само собой вышло.

Днём Ху Фуа тренировалась, вечером восстанавливала силы, и, казалось бы, вот сейчас мы точно отправимся в путь… но всё желание бродить по пыльным развалинам растворялось в её объятиях. Ей явно не хотелось возвращаться туда, да и я не мог пойти один – раз пообещал. К тому же, чего уж скрывать, её способ меня удержать был весьма приятным. Тем более мы оба успели соскучиться за время разлуки.

Разумеется, эти дни я не бездельничал. Успел пообщаться с семьёй Кунь. После разговоров о получении лицензии они заметно воодушевились и охотно принялись изготавливать свои лучшие изделия для предстоящей презентации, которая по плану должна состояться через неделю.

К сожалению, я не мог уделить этому больше времени и раздобыть редкие материалы, способные по-настоящему удивить комиссию. Пришлось довольствоваться тем, что удалось найти на рынке. Кто бы мог подумать, что белая железная руда, которой в игре было хоть отбавляй, в реальности стоит так дорого? Узнав цену, я даже невольно подумал, что дешевле выковать меч из самой моры. Однако за неимением альтернативы мы всё же остановились на белом железе. К тому же, оно не ржавеет и отличается высокой твёрдостью – именно этим и объясняется его стоимость.

У госпожи Кунь всё оказалось куда проще. Драгоценные металлы в нынешнюю эпоху ценятся довольно скромно, а золото и вовсе уступает серебру. Вероятно, потому что у серебра больше практических применений, как в кузнечном ремесле, так и в быту, тогда как золото, по мнению многих, годится лишь для украшений. Поэтому с закупкой материалов никаких проблем не возникло.

К слову, когда закупали белое железо, на ум, конечно же, пришла платина. Всё-таки хотелось, чтобы всё было на высшем уровне. Однако местные о платине понятия не имеют. Либо её в этом мире попросту нет, либо она называется иначе. Сколько я ни пытался её описать, люди лишь недоумённо качали головами и неизменно указывали на серебро. И тогда у меня, как мне кажется, возникла по-настоящему гениальная идея – создать в этом мире белое золото. Его здесь тоже не существует, и никто даже не задумывался о том, чтобы сплавлять обычное золото с другими металлами. Слишком уж свысока относятся к самому золоту. К тому же в руинах его предостаточно. Вряд ли госпожа Кунь за всю жизнь использует хотя бы четверть найденного. А значит, остальное можно переплавить и представить как нечто по-настоящему уникальное.

Правда, для начала это золото ещё предстояло добыть. Именно поэтому я в тот день не поддался соблазну, и мы всё-таки отправились к руинам. Разумеется, наставнице ничего не сказали. Иначе Сянь Юнь схватила бы меня за ухо и потащила пешком к горе Аоцан. А там уж неизвестно, сколько времени пришлось бы провести в тренировках. Пока я не пройду таинственное испытание адептов, то мне нельзя будет покидать гору.

Испытание адептов…

Как объяснила наставница, на нём соберутся многие адепты Ли Юэ вместе со своими учениками. По сути, это нечто вроде показа, где наставники демонстрируют своих воспитанников. А ещё проще, хотят похвастаться, как старики внуками перед друзьями.

Впрочем, и для нас, учеников, в этом есть своя выгода. Этот показ проводится раз в десять лет и представляет собой прохождение сложного испытания, по завершении которого отличившемуся ученику даруют редкие материалы для совершенствования. Награда, безусловно, весьма расплывчата, но обещает быть достойной. А оценивать нас будет некий Владыка Янтарных Вод. Это имя мне ни о чём не говорит, однако Сянь Юнь особо подчеркнула, что он чрезвычайно строг и совершенно не терпит несправедливости.

Там будет и тот пройдоха из Инадзумы. После нашей встречи он решил покинуть гавань и начать подготовку к испытанию, в котором тоже собирается участвовать от имени Владыки Песен и Скитаний. Насколько я понял, её учеником он не является, лишь время от времени обращался к ней за советами. Но если уж выступает от её лица, значит, на то есть веские причины.

С ней я так и не пересёкся, хотя живу в Ли Юэ уже немало времени. Всё же любопытно, какой облик она носит сейчас. В будущем она предстанет перед главным героем в образе бабушки, а молодой я видел её лишь в тизере. Но, думаю, пересечёмся на испытании.

Ну и, разумеется, на следующий день после получения останков Оробаси я заглянул в гильдию, чтобы отменить задание. Однако парнишка уже сам отказался от предложения. Как выяснилось, Тан Сан сообщил ему об этом сразу же, едва я покинул гильдию. Сначала он обрадовался, но, услышав суть поручения, тут же отказался. Более того, заявил, что ниндзя Инадзумы убьют и его, и сестру. А значит, вовсе не так глуп.

В каком-то смысле даже хорошо, что он отказался сам. Иначе пришлось бы неловко объяснять, что останки Оробаси мне больше не нужны. И да, та девушка, которую он хочет выкупить из борделя, это его сестра. Ситуация, в общем-то, стандартная: родители погибли от лап монстров, а они доверились не тому человеку, и в итоге их продали в бордель. Да, обоих. Молодые юноши порой даже ценнее девушек изза местных бзиков на тему Ян-энергии. Да и просто извращенцев хватает.

Как он оказался на свободе – не знаю, но с тех пор копит деньги, чтобы выкупить сестру, которой всего семь лет, и это, между прочим, очень плохо. Причём дело далеко не в педофилии. Если бордель выкупает маленькую девочку, то только с одной целью – обучить и сделать из неё элитную проститутку. А цена на таких… Парнишке придётся копить едва ли не полжизни.

К слову, его имя звучало довольно забавно – Динь Динь. Услышав его, я невольно представил себе крошечную фею из детской сказки. Поэтому даже решил встретиться с ним лично… и, надо признать, имя подходило ему идеально. Худенький, невысокий парнишка с чёрными лохматыми волосами и ярко-карими глазами. Ему шестнадцать, а рост едва доходил мне до плеч.

Хотя он отказался от моего задания, всё же робко поинтересовался, нет ли другой работы. В итоге я вошёл в его положение и решил подкинуть ему несколько поручений за весьма щедрое вознаграждение. Пока буду тренироваться с учителем, парнишка станет добывать для меня редкие материалы, включая элементальный нектар.

Ну а больше ничего такого примечательного за эти дни не происходило.

Руины Азазеля, разумеется, после сражения Властелина Камня с Древним Королём оказались погребены под землёй. Лишь дворец, пронзённый копьём Моракса, провалился вниз, образовав огромную воронку. Через неё мы и выбрались к знакомому туннелю, где когда-то сражались с гигантским Гидро-слаймом.

Люди расчистили проход, но, не зная о существовании выхода наверх, продолжали идти прямо. Из-за чего лестница оказалась завалена крупными валунами, и нам пришлось немало поработать руками, чтобы добраться до золотого зала. Однако и его не обошли последствия битвы. Элементальная энергия в зале едва теплилась, магические узоры исчезли, а защита была стёрта, вероятно, всплеском силы двух титанов. Они просто выгорели, как провода при сильном замыкании.

Разумеется, огромное количество золота грело душу. Всё-таки мы пришли именно за ним. Но я всё равно чувствовал разочарование. Искать что-либо среди этих развалин уже не имело смысла. Поэтому добывая золото, я смирился с тем, что так и не заполучу те славные механизмы, о которых думал все эти годы.

Надо было брать тогда, а не откладывать на потом… Своеобразный урок судьбы.

В итоге золото собрали очень много. Лишь только полы были толщиной в метр. Забрали всё. Даже золотых крошек не оставили. Видимо из-за огорчения, и понимая, что в будущем может не удаться уже попасть сюда.

Так что поход в руины Азазеля, столь ожидаемый мной, меня разочаровал. Настолько, что после возвращения в гавань не хотелось заниматься ничем. И, возможно, из-за этого оговорённая неделя пролетела быстро, и вот мы, я и Ху Фуа в нарядном костюме, уже ожидали прибытия младшего заместителя торговой гильдии Шэнь.

Семья Бэй осталась дожидаться у парадного входа, как хозяева дома и этого мероприятия. Мы, как почтенные гости, сидели в довольно богато обставленной комнате. Видимо, за эти годы они неплохо заработали моры на мясе, раз из маленького деревянного домика переехали сюда. Либо же это был подарок за невесту. Что касается семьи Кунь, они должны подойти чуть позже. Это сделано для того, чтобы мы с Ху Фуа подготовили почву и тем самым уменьшили давление на семью Кунь.

Ху Фуа принарядили в самые изысканные шёлка, закололи причёску мной подаренной заколкой и нанесли макияж. Она и раньше являлась красивой девушкой, но сейчас словно довели до идеала. Отчего не хотелось отводить от неё взгляд, что в свою очередь смущало её, и оттого она казалась ещё притягательнее, маня меня с новой силой.

— Это вино из твоей родины, — тихо произнесла она, неловко отводя взгляд. — Такое необычное… по вкусу напоминает сок, но я чувствую жар.

Вино…

Я, наконец, оторвал взгляд от девушки и перевёл его на мутноватую розовую жидкость, от которой тянуло знакомым вишнёвым ароматом. Сделав пару глотков, я молча отставил чашу в сторону.

Хотелось то ли плакать, то ли смеяться. Кто бы мог подумать, что знаменитое вино из Инадзумы – всего лишь вишнёвая брага. Почти такая же, какую делала моя бабушка из оставшегося вишнёвого варенья. Его у нас почти никто не ел, но каждый год оно заготавливалось едва ли не из всего урожая, а он был немалый, учитывая, как быстро разрастается вишня.

— Не понравилось?

Я не успел ответить. Послышались шаги, и вскоре двери распахнулись, явив нам семью Бэй и… колобка? Признаться, в этом круглом шаре я не сразу распознал человека. Он еда мог дышать от этой массы, а глаза вовсе закрыты. Вероятно, это и был младший заместитель торговой гильдии Шэнь, а позади него стоял его сын, куда старше, чем я предполагал.

Мы поднялись, собираясь поприветствовать младшего заместителя, и я едва не опустился обратно на стул от неожиданности, когда вперёд вместо полного мужчины шагнул его предполагаемый сын. Как выяснилось, всё оказалось с точностью до наоборот. Я недоумённо взглянул на дочь Бэй Сунь Ко, но она предпочла сделать вид, что ничего не заметила.

Вечер обещает быть определённо интересным…

Глава 87

Ужасно неловкая атмосфера.

Как бы глава семьи Бэй ни старался разбавить атмосферу, расслабиться всё равно не получалось. Когда рядом сидит сын заместителя, игнорировать его попросту невозможно. Уж слишком странная картина, даже для меня, повидавшего немало странностей в своём мире, в удивительной штуке, называемой интернетом, по которой я порой так сильно скучаю. Но даже там встретить такую персону – большая редкость, а тут она сидит вживую, всего в метре от меня.

Пару раз мне даже казалось, что он умер. Его дыхание иногда надолго прерывалось, пока внезапно он не делал один глубокий вдох, словно пловец перед погружением под воду. И не только мне приходила в голову такая мысль. Время от времени многие бросали на него тревожные взгляды, а затем с облегчением выдыхали, понимая, что он всё ещё жив.

Многие осудят меня за такие мысли, но передо мной уродливый человек. Возможно, дело в каком-то редком заболевании – я этого не исключаю. Но ситуация настолько печальная, что трудно удержаться и не скривиться. Это не просто толстый человек и даже не с ожирением, а настоящая пародия на то отвратительное нечто из фильма «Слизняк».

Тем страннее видеть рядом с ним такую красавицу. На ум без всяких сомнений приходит лишь одна мысль – деньги. Но нет. По её заботе, грусти и боли в глазах видно, что к мужу она испытывает настоящие, искренние чувства. Впрочем, это лишь усиливает абсурдность ситуации.

Поэтому я просто не мог не спросить. Разумеется, сделал это мягко, стараясь не оскорбить ни семью заместителя, ни семью Бэй, которые радушно всё это устроили. И хоть с заметной опаской, но мне всё же ответили.

Ли До… Так зовут этого несчастного.

Выслушав его историю, я на мгновение закрыл глаза, чтобы не закатить их. Пусть в своём положении он виноват лишь косвенно, но не поддайся искушению – ему не пришлось бы сейчас так страдать. В конце концов, это не болезнь, а проклятие.

Как оказалось, он хотел найти уникальный подарок на день рождения для своего сына, которому пару недель назад исполнился год. Поэтому не придумал ничего лучше, чем отправиться в руины на севере Ли Юэ, где, по слухам, можно отыскать таинственный цветок, дарующий крепкое здоровье и славную силу.

Разумеется, любой здравомыслящий человек подумает, что, если слухов так много, значит никто так и не смог достать этот цветок, а следовательно, его, скорее всего, просто не существует. Прямо как с разными «экстрасенсами», которые якобы способны наколдовать всё что угодно, но сами при этом ходят в порванных носках и без зубов. В большинстве случаев настоящие сокровища находят тихо и без лишнего шума, так, что о них никто и никогда не узнаёт.

Затея с Солнечной Жемчужиной была не менее глупой. Но в своё оправдание скажу, что у меня, по крайней мере, всё получилось. Да и я знал, что она действительно существует. Так что, пусть со стороны ситуации и кажутся похожими… в конце концов, важен ведь результат?

К тому же младенцы, хоть и обладают высокой способностью к адаптации, из-за чего в редких случаях у них могут проявляться аномальные качества, всё же остаются слишком слабыми. Любое магическое воздействие может легко их погубить, поэтому давать им даже зелья строго запрещено.

Так что, даже если бы этот цветок действительно существовал, для ребёнка он всё равно был бы опасен. Затея изначально не имела никакого смысла.

Казалось бы, хуже уже некуда. Но он умудрился перепутать дорогу и вместо руин забрёл к Адепту, который его и проклял. По крайней мере, так они считают. Хотя в это верится ещё меньше, чем в существование того таинственного цветка. Но, как бы там ни было, именно после этого проклятия Ли До за короткое время набрал такую массу.

В итоге он не только не смог добыть подарок для сына, но и испортил ему день рождения своим видом. Ведь в таком состоянии явно не до праздника. Люди не поймут, да ещё и сплетни пойдут. Поэтому праздник они отметили в кругу семьи, что чуть ли не трагедия для любителей покрасоваться перед другими.

Я покачал головой, чувствуя, как норовит вырваться тяжёлый вздох.

Только идиот не поймёт, почему заместитель привёл его сюда, а не запер сына дома, опасаясь, что его уродливый вид бросит тень на их семью. Наверняка Бэй Сунь Ко наплёл им, что мы можем помочь. Мол, если один Адепт наложил проклятие, значит другой сможет его снять.

Вот только всё работает не так.

Адепт – это всё-таки титул, которым называют мастеров духовной энергии, а не отдельная раса. Не каждый обладатель Глаза Бога способен летать, поднимать огромные валуны или тем более исцелять. Здесь всё обстоит так же: не каждый Адепт умеет накладывать проклятия, и уж тем более снимать их. К тому же мы и сами не являемся полноценными Адептами.

Хотя Ху Фуа и может попытаться снять проклятие, но это исключительно заслуга её семьи, которая поколениями оттачивала техники именно в этой области. Разумеется, в Ли Юэ есть и другие семьи, оказывающие оккультные услуги, например семья Е. Однако обращаться к ним и стыдно, и опасно.

Для жителей Ли Юэ подобное проклятие – настоящая божественная кара, и отнесутся к нему предельно серьёзно. Их не будет волновать, что Адепт мог быть не в духе или вовсе ненавидеть человечество. Раз он проклял Ли До – значит, тот это заслужил. Простым клеймом прокажённого здесь не отделаться.

А ведь иронично. Далеко не все Адепты святые, и далеко не все питают любовь к людям. Просто так уж сложилось, что на слуху в основном громкие подвиги соратников Моракса. Именно поэтому я и стремлюсь к этому титулу, а не сижу где-нибудь в месте, насыщенном Электро-элементом, поглощая энергию и укрепляя собственную сущность. Ведь этот путь даёт не только силу, но и власть. Причём такую, о которой обычные люди не могут и мечтать.

Вообще Адепты – вовсе не добрые и пушистые существа. В Ли Юэ их почитают главным образом из-за заслуг Адептов из круга Моракса. Однако существуют и другие, не имеющие к Гео Архонту никакого отношения, и многие из них порой хуже демонов. Некоторые смотрят на людей как на насекомых, а есть и те, кто и вовсе считает, что человечество следует уничтожить. Просто они сидят тихо, тренируясь в уединения сотни, а то и тысячи лет, а всё из-за страха перед Мораксом.

К тому же, помимо нас существуют и те, кого называют Адептами тёмного пути. Их способ совершенствования в корне отличается от нашего. Они пожирают других практиков, присваивая их духовную энергию и ускоряя собственный рост. Хотя, по словам Сянь Юнь, после войны Демонических Богов их почти не осталось, но могут появиться всегда. Особенно среди тех, кто когда-то был хищным зверем. Инстинкты, страх перед слабостью, желание выжить любой ценой – всё это способно подтолкнуть к роковой ошибке.

Да, тёмный путь дарует силу, опьяняющую, почти безграничную на первый взгляд. Но вместе с поглощённой духовной энергией Адепт принимает в себя остаточные намерения, страх, ненависть, боль, а иногда и обрывки воли жертвы. С каждой новой «пищей» эти следы накапливаются, сплетаются в тяжёлый узел и постепенно разъедают разум.

К сожалению, даже те, кто следует правильному пути, тоже могут невольно подвергнуться подобному воздействию. Особенно если окажутся в местах, где сохранились такие эманации. Одни курят, а другие лишь вдыхают дым, но последствия в итоге ощущают все.

Карма…

Я тяжело вздохнул и сделал глоток вина, не ощутив ни тепла, ни легкости. Это тело, конечно, способно воспроизводить вкус, но опьянеть оно не может. Во рту осталось лишь сухое, неприятное послевкусие от браги.

— Как вам инадзумское вино? — учтиво поинтересовался Бэй Сунь Ко. Он вроде как обращался ко всем, но смотрел прямо на меня, и остальные невольно тоже перевели взгляды в мою сторону. — Насколько мне известно, молодой господин из Инадзумы. Поправьте, если ошибаюсь?

— Этот вкус вернул меня в прошлое, в тот день, когда я впервые попробовал… это вино, — чуть не ляпнул про брагу, но вовремя осёкся. Вроде бы они ничего не заметили, раз закивали с улыбками. — Оно почти такое же, как на моей родине.

Если отбросить предвзятость, то это, конечно, настоящее вино. В эту эпоху сахар достать непросто, поддерживать нужную температуру ещё сложнее, дрожжи капризны, и любая ошибка легко превращает напиток в уксус.

Наверное, бабушкин шоколадный самогон здесь сочли бы настоящим чудом. Когда открывали графин, аромат был настолько насыщенным, что буквально бил в нос, отчего я до сих пор его помню. При этом никакого шоколада там, конечно, не было. Просто обычный самогон, настоянный месяц на дубовой щепе.

А что, если попробовать сделать его самому?

Рецепт ведь простой, да и бабушке я не раз помогал. К тому же Венти любит выпить… Можно будет задобрить алкашного божества.

Я улыбнулся и затем посмотрел на заместителя. Слишком пристально. Настолько, что за столом тут же повисла неловкость, и присутствующие начали украдкой переглядываться.

— Проклятье… если подумать, удивительно уже то, что этот Адепт вообще подпустил вашего сына так близко.

— Что вы имеете в виду? — младший заместитель, Ли Сянь, нахмурился, уловив в моих словах подвох.

Имена в Ли Юэ…

Я неторопливо покачал стакан, наблюдая, как внутри переливается мутноватая жидкость. Разумеется, делал это, чтобы выиграть время и обдумать, что сказать, заодно слегка играя на эмоциях слушателей. Затем поднял взгляд на заместителя.

— Вы правда считаете, что кто-то мог попасть в логово Адепта без его воли? — я чуть наклонил голову. — Бросьте. Если туда прошли – значит, пустили. Так что, возможно, ваш сын столкнулся вовсе не с Адептом, а с кем-то другим.

Услышав это, они переглянулись и задумчиво закивали.

На самом деле это вполне мог быть Адепт. Но репутацию нужно поддерживать. Если они начнут думать, что Ли До всё же наказал Адепт, доверия к нам станет заметно меньше. Даже несмотря на отношение местных. Это как с врачами: один совершит глупость, а к другому потом уже идут с опаской.

— Мы, конечно, не оставим вас в беде, но всему своё время. Не будем же заставлять гостей ждать, — произнёс я, вызвав у них недоумение.

Однако задать вопросы они не успели. Раздался стук в дверь, и слуга объявил о прибытии семьи Кунь. Эта новость заметно взволновала присутствующих. Они даже, забыв о приличиях, повернулись ко мне с изумлёнными взглядами.

Вскоре семья Бэй, как и подобает гостеприимным хозяевам, отправилась встречать гостей. А семья заместителя отошла в сторону, время от времени бросая на нас озадаченные взгляды. Они явно собираясь с мыслями, чтобы попросить нашей помощи. Всё складывалось как нельзя лучше.

Даже брага вдруг стала казаться куда слаще…

— Когда ты говорил, выглядел так… впечатляюще, — щеки Ху Фуа пылали легким румянцем, а на губах играла улыбка от выпитого вина. — Словно мудрец, вещающий истину.

— Главное – говорить с непоколебимой уверенностью, — фыркнул я, скрестив руки на груди. — Тогда любая глупость легко сойдёт за здравое рассуждение. Люди охотнее верят не тем, кто прав, а тем, кто звучит убедительно. Ну что, сможешь снять проклятие?

Ху Фуа прищурилась и перевела взгляд на Ли До.

Её духовная энергия пришла в движение. Тонкий поток, словно щупальце осьминога, потянулся к парню, извиваясь в воздухе. Спустя мгновение он коснулся Ли До, и тот резко вздрогнул, чем тут же напугал свою супругу. Впрочем, ничего удивительного в его реакции не было. Прикосновение чужой духовной силы ощущается так, словно к коже внезапно дотрагиваются ледяные руки.

Однако уже через мгновение духовная энергия отпрянула и вернулась к ней.

— Его душа в полном порядке, значит, это явно был не Адепт, — услышав её слова, я криво улыбнулся. Да, до её духовного жгута его душа была цела, а сейчас… уже не совсем. Разумеется, за такое короткое и нежное касание никаких серьёзных последствий, максимум неделю будет ощущать фантомные прикосновения. Но всё же… — К тому же, мои способности к очищению стали лучше после пробуждения духовной энергии. Шансы высоки.

В зал вошли двое слуг, держа в руках меч и шкатулку, а спустя пару секунд за ними последовали семьи Бэй и Кунь. При этом последние выглядели так, словно их ведут на казнь. Они, заметив меня, едва заметно кивнули и устремили взгляд к заместителю, который хмуро разглядывал меч и шкатулку.

Дальше все сосредоточились на презентации семьи Кунь. Их даже не стали приглашать к столу – уже одно это говорит о многом. Впрочем, те и без того заметно нервничают, дрожа почти как листья клёна под осенним ветром. Стоит задать им вопрос, как они теряются, не сразу понимая сказанное, а затем начинают заикаться и мямлить.

Я нахмурился, увидев на мече и шкатулке маленькое, подобно гербу, изображение восточного дракона. Божественных зверей, в частности драконов, можно использовать как декорацию, но здесь оно явно выглядит как клеймо мастера. Это примерно то же самое, если простолюдин наденет корону и будет бегать по площади столицы.

Ни у одного меня возникли вопросы, только те пока молчали, явно не зная как реагировать и поглядывали на меня. С одной стороны, заместитель лишь даст разрешения, использовать торговую сеть их гильдии, а саму лицензию могут дать только Цисин, а значит ему бояться нечего. Вот только у него сын похож на колобка, и в его интересах помочь мне за ответную услугу.

— Вы ведь понимаете, как отреагирует элита, особенно другие мастера, увидев изображение дракона? — спрашиваю, переведя взгляд на главу семьи Кунь.

— Да, но мы подумали, что раз вы нас спонсируете, то нам стоит указать вас как лицо наших товаров.

Ясно…

Метка дракона сделана, в частности, для рекламы. Все заинтересуются, откуда у простой семьи возможность ставить клеймо дракона – одно из значений моего имени. Значит, будет спрос на товары. А если возникнут проблемы, они просто укажут на меня. Я, согласно законам этой страны, могу использовать такое клеймо, но мой статус… расплывчатый. Отчего даже мне было бы дерзко так поступать.

С другой стороны, именно такой подход может обеспечить стремительный рост репутации в Ли Юэ. От элиты я косвенно защищён семьёй Ху, чья власть сейчас на пике. Хотя они не обладают титулом и не занимают государственных должностей, их богатство и влияние среди простых людей огромны. Никто в здравом уме не решится перейти им дорогу, зная о возможных последствиях. А со стороны Цисин у меня есть Гань Юй – она может подтвердить, что я не самозванец, а действительно иду по пути просветления.

Риск, конечно, того стоит, но мне скоро уходить на длительную тренировку, а значит, защитить их в это время я не смогу.

— Клеймо уберите. И без моего разрешения больше не ставьте, — я пристально посмотрел на главу Кунь. От моего взгляда он заметно занервничал, но всё же быстро закивал.

Дальнейший осмотр прошёл без проблем. Меч оказался добротным, а украшение покорило сердца присутствующих дам. Поэтому, разобравшись с клеймом дракона, заместитель успокоился и согласился отправить запрос в Цисин и своему главе. Теперь всё зависело от решения Гань Юй.

В ответ Ху Фуа помогла разобраться с проклятием. А позже, когда мы покинули дом семьи Бэй и остались наедине, она, вся довольная собой, рассказала, что проклятие было временным, всего на пару месяцев. Конечно, срок немалый. Никому не пожелаешь прожить даже неделю в таком состоянии. Но суть в другом, по её словам, временные проклятия снять куда легче. С таким справилась бы даже её младшая сестрёнка, а уж она и вовсе не напрягалась.

К слову, дотронувшись до проклятья она всё-таки смогла понять кто наложил его. Поняла это по закупорившийся каналам, в которых остались крошечные Гидро-частицы существа. Это был монстр из семейства элементальных духов, ближайший родственник слаймов. Разница между ними не столь большая, пока слаймы набирают массу, духи, наоборот, сжимают Гидро-частицы, из-за чего могут парить на небольшом расстоянии от поверхности. А так как ночью хорошо виднеется свечение концентрированного элемента, то с далека их принимали за призраков умерших, отчего и прозвали духами.

К тому же, явно не низшая форма, а скорее представитель среднего уровня, вроде Духа водоёмов, а возможно, и более высокого, то есть Океанид. Хотя есть версия, что Гидро духи и Духи водоёмов – не этапы эволюции, а наоборот, стадии деградации Океанид, которых, как считается, создал Гидро Архонт.

Но в мире существуют и другие элементальные духи. Более того, в игре встречается существо, очень похожее на Океанида, но уже Электро-стихии – Воплощение Грома. Вполне возможно, что Гидро Архонт мог создать большинство Океанид, но при этом не является прямым создателем всего этого вида.

У Архонта колоссальный запас энергии, и при её высвобождении в одном месте может возникнуть высокая концентрация элементальных частиц, из которой вполне способно сформироваться элементальное существо. Не исключено, что энергии было так много, что зарождающийся дух сразу перескочил через несколько этапов эволюции.

В целом всё сходится. Океаниды – разумные существа, не уступающие людям, и вполне способны наложить проклятие. К тому же, согласно игровому лору, на севере Ли Юэ обитает один Океанид, поселившийся у чистых родников Цинцэ. Как раз в это время он и должен появиться в Ли Юэ. О них здесь мало кто знает, в основном только учёные да искатели приключений. Так что неудивительно, что Ли До легко спутал Океанида с Адептом.

Вообще, раз уж зашла тема об элементальных существах, то и мне стоит заняться собственной эволюцией, а не пытаться идти по пути Адепта – особенно если получается так себе. Ведь по классификации я всего лишь низшее элементальное существо. Ну, ладно, с натяжкой могу назвать себя существом среднего уровня. Но в конце концов, без тела куклы кто я? По сути, Электро слайм или Электро дух. Хотя, в отличие от них, у меня есть немало преимуществ, я разумен и могу свободно передвигаться, но этим не пользуюсь.

Правда, чтобы эволюционировать, мне нужно место, насыщенное Электро-частицами, где я смогу спокойно впитывать их и на протяжении долгого времени укреплять свою сущность. Проблема в том, что за все эти годы я почти не встречал подходящих мест. В голову приходит разве что Инадзума. А у Адептов очень высокая репутация в Ли Юэ, к тому же осваиваю духовную энергию. Поэтому в каком-то смысле это две крайности одной и той же монеты.

Конечно, если мне встретится подходящее место, я без раздумий устрою там себе дом и буду впитывать энергию, пока она не иссякнет. Но пока остаётся лишь продолжать поиски, и параллельно идти по пути Адепта.

***

На следующий день Сянь Юнь подхватила нас потоками Анемо и, не церемонясь, прямо из кровати унесла в своё гнездо. Ху Фуа, конечно, не пришла в восторг от того, что проснулась высоко в небе, над облаками, да ещё и в ночнушке, и всю дорогу угрюмо бубнила что-то себе под нос. А вот мне понравилось, я чувствовал себя героем сказки о Питере Пэне.

Летать – это круто!

Благодаря защите наставницы резкий ветер не слепил глаза и не оглушал уши, а лишь мягко обтекал тело. Это позволило мне по-настоящему насладиться полётом. С высоты Тейват выглядит невероятно красивым, словами не описать.

Жаль только, что полёт оказался недолгим. Так ещё под конец нас разлучили и швырнули в какие-то горные разломы, которых мне прежде не доводилось здесь видеть.

Я пролетел в пропасти сотни метров, прежде чем сумел ухватиться за большой выступ и выбраться на него. Но, видимо, и этого Сянь Юнь показалось мало. Стоило мне подняться на ноги, как десятки её перьев впились в моё тело, мгновенно сковав движения.

«Освободись, пока они не поглотили тебя».

Едва я уловил послание, оставленное элементальной энергией, как из разлома внизу донеслись душераздирающие крики. Сотни голосов сливались в единый вопль, намереваясь разорвать мою душу на части. От всплеска густой, чёрной духовной энергии всё во мне сжалось от ужаса.

Эманации павших богов, обращённых в демонов, почуяв моё присутствие, поползли ко мне, словно живые тени. А выход из этого ада, словно в насмешку, озарился светом, но не спасительным. Символы из Анемо-частицы выстроились в сложную формацию – наставница запечатала выход своей техникой.

Глава 88

Попытка вытащить перья собственной энергии с треском провалилась. Она не отзывалась, сколько бы я ни пытался сосредоточиться. Словно её вовсе не существует, и я снова стал обычным человеком. Нет, даже хуже, беспомощным, парализованным калекой, не способным даже отвернуться от надвигающейся толпы тёмных созданий. Они явно чувствовали мой страх, и от этого на их мордах расползались искажённые, садистские ухмылки.

Даже духовная энергия не отзывалась…

Впервые за все эти годы я ощутил настоящую панику, даже за тем барьером не было ничего подобного. Она накрыла меня с такой силой, что, не сковывай меня перья, руки наверняка предательски задрожали бы. Но вместе с тем мне хотелось смеяться. Громко. Настолько громко, чтобы заглушить этот отвратительный вой. Вот только и этого я был лишён.

Монстры уже выли от восторга, толкаясь и обгоняя друг друга в стремлении первыми добраться до заветной добычи – до меня, до лакомства, которого они не видели тысячи лет. В их рёве мне слышались ярость, ненависть и голод. Древний, дикий голод, способный затмить рассудок даже у самого стойкого воина.

Ненависть…

В далёком прошлом Адепты истребляли демонов и эманации павших богов. Тех же, кому удавалось избежать гибели, низвергали в самую бездну и запечатывали там, обрекая на медленное угасание без всякой пищи. А пищей для подобных существ служат души живых, а вернее, заключённая в них духовная энергия.

Я был уверен, что за минувшие века они давно исчезли. Но, как выяснилось, ошибался. Видимо, чтобы дотянуть до нынешних дней под печатью, они пожирали друг друга. Иного объяснения попросту нет. И теперь перед ними появился я. От меня исходит духовная энергия, куда более сильная, чем у обычного человека. К тому же они не могут не ощутить след Адепта. И даже если бы меня самого не признали одним из них, то перья, пропитанные силой Сянь Юнь, наверняка сияют для них, словно свет в кромешной бездне.

Если эти твари доберутся до меня, смерть станет самым лёгким исходом.

Последняя, отчаянная попытка воззвать к силе… Увы, энергия не откликнулась, и в тот же миг я ощутил, как лопнула последняя тонкая нить надежды. А вслед за этим, с пронзительным воем, на меня хлынула бесчисленная орда тварей, тянущих ко мне свои уродливые лапы.

Это конец…

Хотелось лишь закрыть глаза. Раствориться в темноте, так же быстро и тихо, как тогда, под трухлявыми досками того проклятого дома, куда сунется только полный идиот или юнец с опилками вместо мозгов. Но как бы ни хотелось сомкнуть веки, я продолжал смотреть. Не потому, что хотел, а просто не было выбора. Перья не позволяли даже моргнуть. Я был обречён видеть, как приближается моя смерть… Нет, на этот раз всё будет иначе. Не будет ни тишины, ни покоя. Тёмные эманации поглотят меня, превратив в одного из них. Я стану их частью, пленником вечного голода.

Лапа монстра дотянулась до моей шеи. Крючковатые когти без труда впились в тело, а перед глазами распахнулась бездонная пасть, готовая размозжить череп. Но в этот миг первого монстра грубо отшвырнуло в сторону, и вместе с ним вглубь ямы полетел и я. Впрочем, падение длилось недолго. Новая тварь перехватила меня на лету и, оглушительно взвыв от восторга, словно заполучив долгожданную игрушку, тут же вогнала в моё плечо десятки иглоподобных клыков.

Раздался хруст, точь-в-точь такой, какой я слышал вечерами у бабушки, когда она топила печь. Хруст ломающегося дерева. А затем уши наполнились жадным чавканьем, смешанным с низким, урчанием монстра.

Ещё одна тварь налетела сбоку и с визгом вцепилась мне в бедро. Почти в тот же миг другая рухнула на спину, вонзила когти в кожу и начала с остервенением раздирать её. А уже через пару секунд на меня обрушилась целая лавина темных тварей. Меня рвали, толкали, дёргали в разные стороны, как кусок падали, который делят между собой обезумевшие от голода звери.

Боль накатывала волнами, то отступала, притупляясь, то вспыхивала вновь с такой силой, что все мысли растворялись в ней. Обычный человек давно умер бы от одного лишь болевого шока. Не говоря уже о том, что моё тело куда выносливее, а разум за годы в барьере привык к увечьям. Но даже так мой разум едва выдерживал этот ад.

Из-за этого я совсем потерял счёт времени и уже не понимал, сколько его прошло. Лишь спустя неопределённый срок мне удалось хоть немного свыкнуться с болью и снова начать ясно мыслить, не срываясь каждый раз в новый приступ. Хотя, пожалуй, дело было не в том, что я привык к ней. Дело в надежде.

Я уже захлёбывался в этом кошмаре, почти готов был провалиться в беспамятство, когда среди боли, как тонкая искра в кромешной тьме, вдруг вспыхнула одна единственная, но спасительная мысль.

А что, если эти тупые твари сорвут с меня эти проклятые перья?

Я вцепился в эту мысль, как утопающий хватается за спасителя. Она помогла мне пережить боль и отчаяние. Но время шло, а ничего не менялось. Либо твари оказались не так уж и тупы, нарочно оставляли перья. Хотя при таком безумии и в таком количестве монстров это казалось невозможным. В приступе голода они давно бы вырвали их, даже не заметив. Либо эти перья и вовсе нельзя было просто выдернуть, даже с клочками моего тела.

Как бы то ни было, итог оставался прежним. Меня продолжали терзать, а я всё ждал и ждал, надеясь, что вот-вот что-то изменится, что я хотя бы почувствую, как начинаю двигаться. Я не мог позволить себе снова впасть в отчаяние, иначе меня бы окончательно поглотила боль. Даже если ничего не происходило…

Последняя мысль вновь заставила меня задуматься. В панике я слишком поспешно принял всё происходящее как данность. Да и кто станет вникать в природу собственной гибели, когда тебя заживо пожирают? Особенно если рядом не безмолвная старуха с косой, а стая тварей, словно вырвавшихся из самых тёмных глубин Бездны, готовых не просто убить, а сожрать душу. Но именно в этом и заключалась главная странность, которая не сразу бросилась в глаза. Мою душу они не трогали.

С тех пор как я ступил на путь Адепта, она стала чувствительнее, уязвимее к эманациям иных существ. Если бы рядом и впрямь были порождения негативных эмоций павших богов, если бы это были настоящие демоны или твари, способные дотянуться до сущности, то я бы почувствовал это сразу. Не смог бы не почувствовать.

Словно всё происходящее не по-настоящему…

Новое осознание вновь пришло внезапно, прям как ушат ледяной воды. И вместе с ним нахлынуло не облегчение, а, скорее, стыд… По крайней мере, именно нечто подобное я ощутил, наблюдая, как монстры терзают меня. Ясно, что в такой ситуации, тем более оказавшись в ней впервые, мало кто способен мыслить трезво. И всё же я должен был сразу понять, что здесь что-то не так. Ведь даже не учитывая состояние души, нетрудно было догадаться, что при таком количестве монстров меня бы уже давно разорвали, а они всё продолжали и продолжают.

Выходит, передо мной были не тёмные эманации павших богов и даже не демоны, а нечто совсем иное. К тому же с подобным я уже сталкивался. Те же твари, что и в барьере. Или ещё проще – иллюзия. И стоило мне это осознать, как стало в разы легче. Боль всё ещё присутствовала, но теперь где-то на самой границе сознания.

Однако, иллюзия это или нет, нужно было действовать. Прежде всего – понять замысел наставницы. Не просто так же она решила сковать меня перьями и натравить иллюзии. А может, никаких перьев вовсе нет, и я сейчас просто сплю?

Больше я не стал пытаться вытащить эти проклятые перья. В прошлый раз это не дало никакого результата, и сейчас вряд ли что-то изменится. Вместо этого попытался понять, сплю я или нет. Конечно, толку от этого, возможно, ещё меньше, но по крайней мере этого я пока не пробовал.

Забавно, но после осознания монстры больше не внушают мне ужас, скорее они теперь смешат. К счастью, перья не сковывали глазницы, так что я всё ещё мог хоть как-то смотреть по сторонам, насколько это вообще позволяло моё положение. Монстры так стараются, рвут меня на части, и всё же лишь топчутся на месте, словно свора маленьких щенков.

Видимо я тронулся умом, если сравниваю тварей, чей облик способен отпугнуть даже дьявола, с безобидными щенятами.

Впрочем, я и сам недалеко ушёл от щенка. Словно слепой, пытаюсь понять, что происходит, и вырваться из этого ада. Так что, возможно, меня забавляют не сами монстры, а то, что на миг я увидел в них самого себя. Однако в отличие от них, которые, как бы ни старались, никогда не достигнут своей цели, я рано или поздно выберусь.

Я уставился в одну точку. В голове всплывали самые безумные идеи, от всевозможных медитаций до полного абсурда. Думаю, окажись на моём месте какой-нибудь фанатик, помешанный на магии, он бы уже наверняка стал Архимагом или кем-то ещё пострашнее. Всё потому, что я пытаюсь понять, как это работает, тогда как таким шизикам объяснения не нужны, стреляет – значит работает. Если не знать физики, любое явление покажется магией. Здесь есть свои законы, и мне хочется их постичь, но пока я размышляю, такие типы просто берут и делают.

Так что… пора чудить. А если что-то и получится, разбираться, почему это сработало, буду уже потом.

Чем пристальнее я смотрел в одну точку, тем меньше замечал монстров. Отчего мне казалось, что именно в этом и заключается тот самый ключ, который поможет выбраться из этого кошмара. Пусть всё это и звучало немного безумно, я всё же решил довериться своим ощущениям, отгоняя прочь скепсис.

Вскоре твари превратились лишь в смутные тени, мелькавшие где-то на границе зрения. Затем начали стихать и звуки. Иногда, правда, скепсис вновь давал о себе знать, убеждая меня, что всё происходящее – не более чем самовнушение, и тогда монстры сразу проступали вновь. Но постепенно мне всё-таки удалось полностью стереть все их следы, исчезла даже боль. Правда, стоит мне хоть немного ослабить концентрацию, и они вернутся.

Затем я решил усложнить задачу и попытался моргнуть – это, как по мне, куда проще сделать, чем пошевелить рукой или почувствовать энергию. Поначалу, правда, получалось из рук вон плохо. Я даже не успевал как следует сосредоточиться, как снова оказывался в окружении монстров. Но чем чаще я пытался, тем лучше выходило, и вместе с этим скепсис постепенно отступал, уступая место надежде. А когда в какой-то момент всё наконец на миг погрузилось во тьму, пусть лишь на долю секунды, и пусть после этого концентрация снова сбилась, я буквально ощутил прилив сил и принялся за это с удвоенным упорством.

Разумеется, само по себе это ничего не меняет. Перья по-прежнему сковывают меня, не давая даже пошевельнуть рукой. Но раз всё это лишь иллюзия, то нужно вырываться из её власти. Поэтому, как только мне удалось моргнуть и я сумел повторить это ещё несколько раз, закрепляя успех, то сразу начал пытаться выбраться из плена.

Нелепая попытка за попыткой, сотни методов, бесчисленные часы…

В какой-то момент мне начало казаться, что я занимаюсь полной ерундой и давно сбился с верного пути. Внутренний скепсис вновь давал о себе знать. Но я не остановился, и не зря. Во время очередной попытки я снова моргнул, а затем пространство исказилось. Мир на миг расплылся, как дрожащий воздух над раскалённым асфальтом в знойный день. Это длилось лишь долю секунды, пока я ещё не открыл глаза полностью и видел всё сквозь ресницы.

Сначала я подумал, что это просто случайность, или что после всех этих попыток у меня уже начинает ехать крыша. Поскольку похоже на тот эффект, когда долго смотришь, не моргая, на свою руку. Стоит чуть прищуриться, и пальцы будто начинают расплываться. Тем более что, когда я попробовал повторить это снова, ничего не произошло. Но спустя ещё пару попыток эффект вернулся. Потом снова, примерно через такое же количество раз. А дальше это стало случаться всё чаще, пока однажды, в очередной раз закрыв глаза, я вместо привычной темноты не увидел нечто похожее на размытое изображение.

Так, наверное, и сходят с ума.

Как бы там ни было, спустя какое-то время картина, наконец, собралась воедино, и передо мной возникло чёткое изображение. Это было то самое ущелье, куда меня сбросили. А в следующий миг меня будто втянуло внутрь. Словами это описать трудно. Когда-то мне часто снилось, что я падаю в бездонную пустоту, а потом в ужасе просыпаюсь. Сейчас ощущение было почти таким же. Мир вокруг обрёл резкость, и я словно рухнул прямо в эту картину. А уже в следующее мгновение резко открыл глаза… и увидел перед собой собственное тело.

— Офигеть... — невольно выдохнул я и тут же с изумлением понял, что могу говорить. Более того, я завис рядом с собственным телом, словно призрак.

Моё тело, точнее, форма, в которой сейчас прибываю, лишь отдалённо напоминало человеческую. Во-первых, оно было полупрозрачным, а во-вторых, отливало голубоватым оттенком. Самый что ни на есть типичный призрак, каким его представляют многие люди.

Я подплыл ближе к своему телу и почувствовал, как меня затягивает обратно внутрь. Давление не слишком сильное, так что волноваться не стоило. Зато я понял, что могу вернуться в тело, а значит не умер нелепой смертью – это радует.

— Да уж… непривычно смотреть на себя со стороны, — задумчиво произнёс я вслух. После такого долгого молчания сдерживаться уже не хотелось. — Перья и правда сковывают тело, но в остальном всё выглядит почти обычно. Разве что по коже расползлась фиолетовая паутина. Похоже, перья остановили движение Электро-частиц внутри моего тела, и каналы закупорились, словно сосуды при тромбозе.

Оглядевшись, я не увидел ни монстров, ни печати Сянь Юнь. Более того, вход в ущелье оказался огромным, и через него были видны большая луна и тысячи звёзд, рассыпанных, словно драгоценные камни по иссиня-черному бархату.

Я взмыл вверх, желая посмотреть, что происходит наверху.

Но, выбравшись из ущелья, я увидел тревожную картину. Всё вокруг выглядело неестественно, словно нейросеть пыталась заполнить пустоты. В этом, без сомнения, есть что-то завораживающее и одновременно пугающее. При этом оно притягивало, манило прикоснуться. Но стоило мне переступить границу между естественным и чуждым, как мир перед глазами поплыл, и в следующий миг я снова провалился во тьму.

Правда, не сразу понял, что снова оказался в собственном теле с закрытыми глазами. Из-за чего на мгновение меня охватил настоящий страх, но, к счастью, именно он и разрушил концентрацию, вернув меня в окружение тварей. И я был так рад их видеть, что, будь у меня возможность пошевелиться, наверное, обнял бы их от счастья.

Впрочем, долго наслаждаться обществом монстров я не стал, да и особого желания не было. Поэтому уже вскоре вновь погрузился в то странное состояние. Теперь, зная, что нужно делать и к чему стремиться, я справился с первого раза, причем легко и без усилий. Правда, пришлось снова ощутить то неприятное чувство падения, но это всё же куда лучше, чем находиться в окружении монстров.

Когда я впервые приблизился к своему телу, то случайно задел перо, и оно дрогнуло, словно от порыва ветра. Конечно, нельзя исключать, что всё это – лишь игра разума, особенно после того, что я увидел за ущельем. Однако других вариантов у меня попросту нет. Поэтому, вновь став призраком, я сразу попытался достать перья.

Сделать это… оказалось крайне тяжело.

Я мог коснуться перьев, но руки словно желейные. Ощущение точь-в-точь как во время болезни, когда силы покидают тело. Даже рукав казался таким тяжёлым, будто весил несколько килограммов. Но всё же, понемногу расшатывая, мне удалось вытащить несколько перьев. Разумеется, только те, что должны были освободить мою правую руку. Пытаться достать все сразу при такой слабости было бы попросту глупо. Затем я вернулся в своё тело и сразу почувствовал, что к руке вернулась подвижность. А дальше уже быстро избавился от остальных перьев, коих всего было шестнадцать.

— Ох, — вздохнул я, чувствуя как бушует энергия внутри тела. — Значит действительно не глюки, а я как-то вышил из своего тела. Нужно будет позже узнать об этом у наставницы, а пока…

Я посмотрел в сторону, откуда исходил мощный поток Пиро-энергии. Он настолько сильный, что я буквально ощущал кожей его обжигающий жар, совсем как рядом с пламенем. И в этом потоке чувствовалась знакомая искра. Это определённо Ху Фуа. Её энергию трудно с чем-либо спутать.

Выскочив из ущелья, я замер, передо мной раскинулась поистине ужасающая картина. Всё вокруг объято пламенем, пылала иссушенная земля, трещали горные многовековые деревья, а воздух дрожал от нестерпимого жара. Даже небо исчезло за густой оранжевой пеленой.

И в самом центре этого огненного кошмара металась огромная птица. Её исполинское тело пылало, а каждое движение было наполнено мучительной болью. Она судорожно билась, издавая пронзительные крики, такие, от которых хотелось зажать уши. Звук уж очень сильно резкий, словно скрежет стеклореза по стеклу, усиленный в десятки раз.

Хотелось бы, чтобы это всё была иллюзия, но, к сожалению, жестокая реальность…

Птица вскинула голову и пронзительно закричала, выпуская сотни огненных шаров, которые, словно метеориты, обрушились на землю. Однако за пределы территории Адептов они не вышли. Лишь одна случайная огненная сфера устремилась в сторону Чэньюй, но мощный порыв ветра унёс её к морю.

Несколько Адептов наблюдали за этим адом со стороны. Среди них выделялись два оленя. Один – вполне обычный, классический. Хотя можно ли назвать обычным оленя с рогами, словно пылающими изнутри, и с необычным окрасом? Впрочем, по сравнению со вторым – вполне. Тот выглядел как мутировавший гибрид: наполовину олень, наполовину дракон, наполовину единорог, наполовину рыба. Чем-то он напоминал Кирина. Но такого существа я в игре точно не встречал, а первый, без сомнений, Владыка Лун.

Они лишь наблюдали…

Словно происходящее их совершенно не касалось. Да и наставница хоть сдерживала пламя, не позволяя ему перекинуться на долину и превратить всё вокруг в море огня, но на сам источник бедствия почти не влияла. Она не пыталась остановить Ху Фуа, не стремилась погасить бушующее в ней пламя.

От этого внутри у меня медленно поднималось неприятное чувство, смесь разочарования и злости. Возможно, для них всё это было частью некого испытания, необходимого самой девушке. Возможно, вмешательство лишь навредило бы. Но просто стоять в стороне и смотреть, как человек сгорает в собственном пламени, даже не пытаясь ничего сделать… для меня это дико.

— Вижу, ты справился с испытанием, — раздался напряжённый голос Сянь Юнь. — Это хорошо. Но тебе лучше уйти отсюда, пока этот огонь не задел и тебя.

Я вздохнул, не в силах оторваться от фигуры Ху Фуа, окружённой яростным пламенем.

— Что с ней случилось?

— Ха-ах… Её разум поглотили тёмные эмоции. Обычно, если практик не справляется с испытанием разума, он просто теряет сознание. Но здесь случай… особенный. Ху Фуа завершила своё испытание, однако почти сразу после этого почему-то утратила контроль над собой, и её энергия вышла из-под контроля.

Я нахмурился и скрестил руки на груди, больше для того, чтобы скрыть пробежавшую по телу дрожь. Тяжело такое слышать, а тем более спокойно смотреть за происходящим.

— Это связано с её тренировками? — спрашиваю, чувствуя холод в своём голосе.

— Маловероятно, — вздохнула наставница. — Перед испытанием я наложила на неё печать, подавляющую сущность, так же, как и на тебя. Но стоило печати исчезнуть, как её состояние резко изменилось. Это можно назвать личным испытанием её души. Сейчас в ней преобладает Ян-энергия, яростная, неудержимая и разрушительная. Если Ху Фуа сумеет выдержать и не сломается, то Инь и Ян в её теле придут в равновесие. Тогда её сила возрастёт, а потенциал раскроется ещё больше. Но если нет…

Она резко оборвала фразу.

В тот же миг Ху Фуа сильно махнула крылом, и в мою сторону рванули сразу несколько огненных сфер – перья из пламени. Они рассекли воздух, оставляя за собой багровые следы. Но Сянь Юнь отразила атаку, встретив их встречным потоком ветра.

Впрочем, даже без продолжения ясно, чем закончится неудача. Если Ху Фуа не справится, последствия будут явно ужасны.

— Инь-энергия… — задумчиво пробормотал я, внезапно вспомнив кое-что важное.

Рука сама потянулась к инвентарю, и спустя мгновение я уже держал в ладони сферу, оставленную мне Мораксом. Её мягкое, прохладное сияние резко контрастировало с неистовством пламени вокруг.

— А если дать ей это?

Сянь Юнь не ответила сразу. Она отразила очередную волну пламени и, видимо решив, что так будет лучше, направилась ко мне, не прибегая к магии для общения. Затем, приземлившись, взглянула на сферу, и в её глазах мелькнуло неподдельное изумление.

— Это… Божественный Инь. Откуда он у тебя? — поинтересовалась наставница, громко щелкнув клювом.

Я не стал ничего скрывать и коротко рассказал правду. С каждым моим словом выражение её лица становилось всё серьёзнее, а когда закончил, то услышал долгий протяжный вздох.

— Эту сферу создала Дендро Архонт в дар Властителю Камня, — медленно объяснила она своё изумление. — Неужели он предвидел, что всё обернётся именно так, и потому заранее передал её тебе? Воистину… прозорливость нашего Гео Архонта поистине не знает границ.

Наставница посмотрела на Ху Фуа, и в её взгляде мелькнула едва уловимая надежда.

— Если Божественный Инь действительно сможет войти с ней в резонанс, то у нас есть шанс вернуть её разум и восстановить равновесие без негативных последствий.

Я крепче сжал сферу и тоже посмотрел на Ху Фуа. А тем временем она бушевала всё сильнее, превращая величественные горы в подобие вулканов.

Глава 89

Огненный поток с лёгкостью спалил мой правый рукав, словно тот из бумаги, да ещё и щедро пропитанной бензином. Я едва успел сбить пламя у самого плеча, иначе через секунду остался бы совсем без одежды, даже моргнуть бы не успел. И всё дело в аномальных способностях Ху Фуа. Пусть запас энергии у неё меньше моего, зато он почти мгновенно восполняется. В результате через неё проходит колоссальное количество энергии. Она буквально сжигает и вытесняет другие частицы, оставляя в окружающей среде лишь Пиро, из-за чего температура все повышается и повышается.

Вероятнее всего, всё дело в той технике, которую Ху Фуа однажды продемонстрировала мне. В стойке Алого Воробья, позволяющей восполнять энергию из окружающей среды. Более того, она сама превратила всё вокруг в пылающее море, а разрастающееся пламя лишь подпитывало её ещё сильнее.

Так что Ху Фуа буквально создала территорию, внутри которой становилась почти непобедимой. По крайней мере, для меня уж точно.

Впрочем, даже у этой силы была своя цена. Ложка дёгтя в этом безумном могуществе – постепенное угасание её жизни. Каким бы ярким и всепожирающим ни был огонь, рано или поздно он всё равно выгорит. Поэтому нужно помочь Ху Фуа как можно скорее, пока её собственное пламя не поглотило её целиком.

Правда, чем ближе я к исполинской птице, тем сильнее становится жар. Воздух дрожит и искажается, словно само пространство охвачено невидимым пламенем. Отчего, кажется, что я стою не на склоне горы, а на краю пробудившегося вулкана, готового в любой миг извергнуть раскалённую лаву. К счастью, на мне хорошая одежда, и, если не попадать под прямые атаки Ху Фуа, то она пока выдерживает. Надолго ли… не знаю, но щеголять голым сейчас последнее, что меня волнует.

Более того, всё вокруг насыщено Пиро-частицами до такой степени, что использовать Электро-стихию практически невозможно. И дело не только во взрывах, которые могут произойти от столкновения элементов. Сами Электро-частицы находятся в хаотичном бешенстве, не желая подчиняться моей воле на фоне столь подавляющей силы. Мне отчётливо не хватает контроля над собственной энергии.

Впрочем, прежде мне ещё не доводилось оказываться под таким давлением, да и моя цель вовсе не победить Ху Фуа. Сойтись с ней в открытом бою означало бы лишь выбрать красивую, но глупую смерть. Нет, сейчас мне нужно лишь занять нужную позицию на вершине горы Аоцан, у подножия которой она неистовствует, превращая окрестности в раскалённый ад. Затем дождаться сигнала Сянь Юнь и доставить сферу к телу Ху Фуа внутри огня.

Зато остальные Адепты просто наблюдают.

Даже не пытаются остановить уничтожение этих мест. Я не могу поверить, что им действительно всё равно на то, что когда-то живописные земли превратились в выжженную, мёртвую пустошь. Хотя… кто знает? Возможно, для них это и впрямь не имеет значения. С их силами они потом без особого труда вернут этим лугам былую красоту, заставят травы взойти вновь, а воды наполнят иссохшие русла. Тем более в месте с таким насыщенным духовным фоном восстановление природы, вероятно, заняло бы у них не так уж много времени.

Позже мне обязательно нужно будет спросить у наставницы, почему другие Адепты остались в стороне…

Внезапно, жар усилился, а все мысли растворились под ощущением приближающей опасности. В тот же миг я резко отскочил назад, и уже через секунду огромное огненное крыло обрушилось на то место, где я только что стоял. После удара в скале осталась глубокая трещина. При этом обломки камня, выброшенные в воздух, тут же вспыхнули от жара и, подобно раскалённым метеоритам, понеслись вниз.

Некоторые из них обрушились в маленькое, но удивительно прекрасное озеро, которое прежде подпитывали подземные источники, насыщенные Крио-частицами. Едва раскалённые камни соприкоснулись с водой, как воздух сотряс взрыв, и в тот же миг вверх рвануло гигантское облако пара. Однако вскоре оно рассеялось, и передо мной предстала лишь обожжённая земля. От былой красоты не осталось ничего.

Но, как бы там ни было, этот удар крылом в итоге сыграл мне на руку. После своей атаки Ху Фуа качнулась в сторону, на краткий миг открыв путь наверх. И я, не теряя ни секунды, проскользнул мимо огненной птицы. Правда, одежду всё же снова пришлось тушить, но на этот раз на другой руке.

Казалось бы, дальше путь должен был стать легче. Ведь до вершины уже рукой подать. Вот только все мосты давно обратились в пепел. Крепления и специально созданные для них выступы обрушились под натиском буйства Ху Фуа. Так что оставалось лишь карабкаться наверх. Заодно уворачиваться от валунов, время от времени срывающихся сверху, и от пламени, вырывающегося из Ху Фуа. При всём этом я даже магию не могу использовать…

Что за безумный день? Сначала, пугающе реалистичная иллюзия с монстрами, а теперь ещё и Ху Фуа, которую можно легко принять за мистическое создание.

Конечно, это всё ещё не столкновение с каким-нибудь божественным зверем, но и недооценивать подобное точно не стоит. Вообще, мистические существа куда опаснее элементальных. По крайней мере, в большинстве случаев. А сила Ху Фуа сейчас по-настоящему колоссальная.

Разница между мистическими и элементальными существами на самом деле довольно проста. Мистические существа – это те, кто под длительным воздействием элементальной энергии эволюционировал и превзошёл свою изначальную природу. К ним относятся самые разные формы жизни, от вполне обычных, на первый взгляд, существ вроде монстров-растений, нектар которых мне так необходим, до Адептов. Иными словами, это нечто, что когда-то имело естественную основу, но со временем изменилось под влиянием силы стихий или другой энергии.

Элементальные же существа устроены совершенно иначе. Они не эволюционировали из привычных живых форм, а буквально сотканы из чистой энергии определённого элемента. Это живое воплощение стихии. Примитивное, нестабильное, но при этом нередко опасное. К слову, по своей природе я, скорее, ближе именно к мистическим существам. Однако система почему-то определила меня как элементальное создание. Возможно, я просто ещё слишком мало знаю о собственном теле.

На первый взгляд элементальные существа кажутся куда опаснее каких-то животных, способных стрелять «слезами». Всё-таки живое воплощение стихии. Однако при всех своих достоинствах у них есть и серьёзный недостаток. Как правило, они не отличаются высоким интеллектом. Им далеко даже до уровня обычных зверей.

Элементальные существа следуют простейшим импульсам и редко способны на что-то, выходящее за пределы заложенной в них природы. Вероятно, из-за того, что у них отсутствует нервная система и мозг. Отчего они чем-то напоминают амёб. Также существуют, реагируют, двигаются, пожирают или атакуют, но лишены даже крупицы разума. Если кому-то из них и удаётся эволюционировать во что-то более мощное, то это скорее результат невероятного стечения обстоятельств.

Мистические же существа в этом отношении имеют огромное преимущество. Они разумнее, и у них есть потенциал к осмыслению, накоплению опыта и постепенному росту. Да, развиваются они порой медленнее элементальных созданий, чья сила может резко увеличиться при удачном стечении факторов. Но зато путь мистических существ куда стабильнее. Именно поэтому даже обычный голубь, оказавшийся в подходящих условиях, со временем может обрести сознание, а спустя века превратиться в существо, которое люди назовут божественным.

Разумеется, всё это касается лишь начальных форм существ. Элементали, как и мистические создания, со временем тоже обретают сознание, просто происходит это в разы медленнее. И, если честно, это даже к лучшему. Во всём должен быть баланс. Иначе человечество попросту не смогло бы выжить в столь опасной среде.

Размышляя обо всём этом и стараясь отвлечься от мрачных мыслей, я и сам не заметил, как наконец добрался до вершины горы. Открывшийся оттуда вид неожиданно завораживал. Недаром говорят, что на огонь можно смотреть вечно. Да и Ху Фуа с высоты уже не казалась такой опасной, как снизу. Она всё ещё бушевала, но сверху напоминала обезглавленную курицу, мечущуюся по полю.

Я перевёл взгляд в сторону, где среди языков пламени кружила Сянь Юнь. Судя по тому, как к ней стекались сверкающие частицы, она стремительно накапливала энергию. Казалось, всё вокруг уже давно поглотило Пиро, и всё же даже в этом бушующем море огня нет-нет да вспыхивали редкие Анемо-частицы, послушно тянущиеся к наставнице. При этом вместе с ними готовилась какая-то формация.

Сянь Юнь внезапно взмыла высоко в небо, а затем стремительно ринулась вниз, словно сапсан, нацелившись прямо на Ху Фуа. Она походила на гигантское бирюзовое копьё, низвергающиеся с небес в этот нечестивый ад. И когда расстояние между ними сократилось до каких-то десяти метров, наставница резко остановилась, широко распахнув крылья.

Миг – чудовищный порыв ветра буквально сорвал пламя с тела Ху Фуа. Огненный покров рассеялся, словно его и не было, открыв обнажённую девушку с лицом, искажённым сильной болью. По её телу тянулись странные линии, пульсирующие алым светом, словно угасающие в ночи угли.

Не давая пламени снова сомкнуться вокруг неё, Мастер тотчас взмахнула крылом. Воздушная волна подхватила Ху Фуа и с ужасающей скоростью отбросила прочь. Она молниеносно промелькнула мимо меня, оказавшись высоко в небе, где Пиро-частиц намного меньше, чем у самой земли. А значит, восстановить свою чудовищную мощь сразу ей будет гораздо сложнее.

— Сейчас! — раздался напряжённый голос Сянь Юнь. В ту же секунду меня подхватил мощный поток ветра и рывком поднял вверх, на один уровень с Ху Фуа. Всё произошло так быстро, что я едва успел сориентироваться. — Помести сферу на два пальца ниже её пупка!

Ху Фуа не сопротивлялась даже тогда, когда я обхватил её за талию, пытаясь удержаться рядом в яростно ревущем воздушном потоке. Но стоило мне влить в неё Божественный Инь, как всё изменилось в одно мгновение. Её тело резко выгнулось, словно сквозь него пропустили мощный разряд, а в следующую секунду её пальцы с такой силой стиснули мою руку, что послышался хруст.

На меня смотрели глаза, переполненные яростью. В них почти не осталось ничего человеческого. Белки покраснели, словно шарики налитые кровью, зрачки полыхали золотом, а в радужке плясало одно лишь пламя.

А затем произошло нечто, чего я никак не мог ожидать…

Лишь секунду назад передо мной было лицо Ху Фуа, но уже в следующий миг всё растворилось в ослепительных оранжевых вспышках, и меня отбросило невесть куда. Только вдали зыбко дрожало оранжевое марево. При этом мои конечности были изломаны, а содранная в нескольких местах кожа открывала полупрозрачную фиолетовую субстанцию.

Я попытался подняться, но почти сразу понял, что это бесполезно. Сил совсем не осталось. При этом почему-то я не испытывал боли, хотя должен был. Похоже, тактильная чувствительность сильно пострадала. Я не ощущал ни прикосновений, ни жара – ничего. Но, думаю, со временем это восстановится. Куда больше меня тревожило другое, моя сила. Я не знал, что именно произошло в тот миг, но большая часть моей энергии исчезла без следа. Внутри всё было пусто, словно меня выжгли изнутри.

Даже система это подтверждала. Мои характеристики заметно просели. Судя по цифрам, теперь я едва дотягивал до десятого уровня, хотя сам уровень оставался прежним.

Электро-частицы… просто рассеялись.

Элементальные существа, по своей сути, бессмертны. Но в каком-то смысле они подобны банкам. Их сила зависит от объёма энергии, заключённой в теле. Именно поэтому даже Архонту, вроде Венти, после чрезмерной траты сил требуется долго восстанавливать прежнюю мощь. Выходит, моя «банка» дал трещину, и я полностью лишился той силы, которую так долго копил. Ещё один минус у элементальных существа, в пользу мистических тварей.

Хотелось плакать… Нет, даже реветь, как младенец, у которого режутся зубы. Но эта буря бушевала лишь глубоко внутри. Снаружи же я лишь смотрел в небо сухим, опустошённым взглядом. Даже бровью не повёл, когда рядом опустилась Сянь Юнь.

Она молча перенесла меня в свою обитель, бережно уложила в постель и только там сказала, что с Ху Фуа всё в порядке. Пока что девушка запечатана, до тех пор, пока энергия внутри неё не придёт в равновесие. Мне же предстояло восстанавливаться. Впрочем, эти слова наставница произнесла с какой-то слишком явной неуверенностью.

Я мог её понять. Но всё же это не сломило меня. Да, было горько осознавать, что все мои труды в одно мгновение исчезли без следа. Но у меня не отняли главного – самой возможности начать заново. Поэтому пострадал немного, а после взял себя в руки. Да и лично знал человека, который ослеп, впал в тяжёлую депрессию, а потом сумел собраться и продолжить жить. Ему явно пришлось куда тяжелее, и память о нём помогла мне не впасть в уныние.

Разумеется, все планы наставницы пошли прахом. Какие уж тут испытания Адептов. В нашем состоянии мы могли разве что вызвать у окружающих смех. Потому Сянь Юнь даже не поднимала тему об этом и просто заботилась обо мне, как умела, хотя эта почти материнская жалость меня тяготила.

С Ху Фуа, к счастью, всё действительно обошлось.

Я смог подняться на ноги лишь спустя неделю и в тот же день лично навестил свою девушку. Однако её тело сильно пострадало, а разум пока не мог совладать с бушующей энергией Ян. Зато душа полностью восстановилась и продолжает крепнуть. По словам наставницы, под печатью ей предстоит пробыть ещё несколько месяцев, а возможно, и целый год. Но время не имеет значения. Главное, чтобы с ней всё было в порядке.

Также узнал, что вообще произошло, и почему меня откинуло.

Уникальные способности девушки оказались настолько необычными, что в месте с повышенной духовной энергией они проявились совершенно иначе. В результате Ху Фуа утратила контроль над собственными силами. Итог, разумеется, вылился в тот страшный ад.

Также, когда Ян и Инь столкнулись в теле Ху Фуа, высвободившаяся энергия обрушилась на меня. По словам Сянь Юнь, этот всплеск силы был подобен второму солнцу. Именно он и отбросил меня чуть ли не до самого Сумеру. А выжил я лишь из-за своего происхождения. Хоть и ценой силы.

Разумеется, узнав об этом, я не мог не спросить и об Адептах, которые не вмешивались, а лишь наблюдали со стороны. Боль от утраты сил смешалась с негодованием и вырвалась наружу гневом. Однако наставница быстро привела меня в чувство. По её словам, Адепты оставались в стороне лишь потому, что их вмешательство могло случайно погубить Ху Фуа. Её душа и без того пребывала в нестабильном состоянии, и присутствие других Адептов, чья энергия была слишком сильна, могло причинить ей ещё больший вред. Поэтому Сянь Юнь сама запретила им приближаться.

Так что я сильно ошибся, думая о них плохо. Будет мне уроком в следующий раз не судить по первым впечатлениям.

Но, как бы то ни было, сейчас я медитировал возле массивного дерева, которое каким-то чудом уцелело после того ада, что устроила Ху Фуа. В моём нынешнем состоянии был один плюс – я куда глубже проникся той техникой, которую освоил в ущелье. Впрочем, это была не совсем техника, а скорее особое проявление духовной энергии. Так же как младенец делает свои первые шаги.

Если кратко, из тела вышел не я сам, а моя духовная энергия, вырвавшаяся наружу под воздействием страха, рождённого иллюзией. Она сохранила отпечаток моего сознания, поэтому и стала чем-то вроде духовного двойника. Однако этой информации всё же было мало. Из-за чего стоило этому клону покинуть ущелье, как начали проявляться несоответствия. Духовная энергия пыталась восполнить пробелы случайными обрывками, но как только двойник коснулся границы, отпечаток моего сознания распознал подмену, и в тот же миг он рассеялся.

Поскольку всю неделю я провёл в постели, этой способности я уделял особенно много времени. К тому же у меня появился веский стимул не останавливаться. Раз стихия Электро оставалась для меня недоступной из-за слабости, я решил сосредоточиться на духовной. Впрочем, времени прошло ещё слишком мало, так что и успехи пока оставляли желать лучшего.

Об элементальной стихии и вовсе не хотелось думать. Всё было удручающе плохо. Прежде я не замечал этого, потому что уже обладал силой, но теперь ясно ощущал, что поглощать частицы из окружающей среды невероятно трудно. Усилия, которых это требует, почти не стоят результата. Зато рядом с Электро-кристаллами дело обстояло совсем иначе. Вероятно, потому, что эти камни источают чистую стихию, тогда как в окружающем мире она слишком… смешана. По крайней мере, именно к такому выводу я пришёл.

Значит, чтобы вернуть себе силу, мне вновь придётся отправиться в путь, разыскивать места, наполненные чистой энергией, и охотиться на Электро-слаймов, поглощая их силу. Начать с самого начала…

Впрочем, к этому я был готов уже давно. Пожалуй, с того самого дня, как сумел превозмочь уныние, вызванное утратой Электро-энергии. Я видел, сколько сил наставница отдаёт, поддерживая печать, и потому о тренировках в такой ситуации не могло быть и речи. Поэтому, едва я окреп, то тотчас же направился к ней.

Она взглянула на меня, и в её глазах я прочёл понимание.

Глава 90

Ветер швырял по двору сорванные листья, а дождь отбивал по черепице знакомую всем дробь. Вдалеке вспыхивали редкие, уходящие молнии. Прекрасная, на мой взгляд, погода. Разумеется, если наблюдать её не с улицы, промокая до нитки, а из тёплого дома, сидя в сухости с чашкой горячего чая в руках.

— Интересная история, — произнёс старик, опуская глиняную пиалу с рисовым вином на деревянный поднос.

Его длинные седые волосы были туго собраны в конский хвост. Несмотря на морщины, лицо не выглядело дряблым, как это часто бывает в преклонном возрасте. Напротив, он напоминал тех крепких, статных мужчин, которые даже в старости сохраняют шарм и красоту былых лет.

Передо мной сидел Ли Чань – мастер искусства Белого Лотоса, человек, известный в Ли Юэ под прозвищем «Меч, рассекающий капли дождя». Даже без Глаза Бога и артефактов он однажды сумел сразить Геовишапа обычным стальным мечом. Пробить шкуру этих существ чрезвычайно трудно, почти так же, как в современном мире рассечь мечом стальную бронепластину. Поэтому, естественно, я обратил внимание на такого человека.

— До меня доходили вести о молодом страннике, что скитается по землям Ли Юэ и бросает вызов мастерам всех школ, — он посмотрел на меня и чуть прищурился. — Увидев тебя, подумал, а неужто это ты и есть? Теперь я в этом совершенно уверен.

— Понятно.

Старик усмехнулся и чуть качнул головой.

— В твоей истории нет ни бахвальства, ни юношеской гордыни, ни восторга. А с возрастом начинаешь особенно хорошо чувствовать подобные вещи, — его губы чуть дрогнули, словно он хотел усмехнуться, но тут же снова нахмурился. — И всё-таки скажи, странник, зачем ты бросаешь вызов мастерам? Неужели ради славы?

Услышав его вопрос, я не смог сдержать улыбку.

— Все мастера, которых я и правда мог назвать выдающимися, спрашивали меня примерно об одном и том же. А остальные… как бы громко о них ни говорили, в итоге только разочаровывали. Для них я был просто наглым щенком, хотя громче всех шумели как раз они.

Старик нахмурился, а затем вдруг расхохотался. Громко, от души, так, что от неожиданности кто-то за перегородкой испуганно дёрнулся. Я не стал обращаться внимание, а старик уж точно.

Юная проказница, всё это время подслушивавшая наш разговор.

Если верить слухам, у Ли Чаня был только внук. Однако, войдя в дом, я почувствовал две ауры: одна принадлежала старику, а другая девочке. Ошибиться невозможно. Благодаря тренировкам мой контроль над духовной энергией заметно вырос, и прежде расплывчатые ощущения теперь складывались в куда более точный образ человека.

Аура – это энергетические колебания, окружающие тело живого существа. Например, если владелец Глаза Бога сильно разозлён, он неосознанно выплескивает элементальную силу, и она в свою очередь создает мощные колебания у поверхности кожи. По ним можно косвенно понять эмоции человека. Ведь зачастую люди стараются контролировать лишь выражение лица, а не то, что происходит внутри. Однако колебания возникают не только у владельцев Глаза Бога. Любое живое существо обладает определённой устойчивостью к энергии. У одних она слабее, у других сильнее, но нулевой не бывает никогда. Поэтому, когда энергия из окружающей среды соприкасается с телом, также возникают колебания.

Чем-то это похоже на поверхность воды. Неважно, коснётся ли её рыба из глубины или человек снаружи, в любом случае по поверхности разойдутся круги. А так как энергия состоит из огромного количества частиц, они, в свою очередь, вызывают микроколебания уже по всему контуру тела, включая область паха. Поэтому пол легко определить. Ошибиться можно разве что, если на человеке магическая одежда, поскольку она создает схожие колебания. Но здесь ничего подобного.

Так что, вероятнее всего, девочку воспитывают как мальчика. К тому же возраст совпадает. Когда я расспрашивал о Ли Чане, все говорили, что он живёт с девятилетним внуком, ни о какой девочке даже не упоминали. Но на самом деле это не такая уж редкость, хотя, как ни парадоксально, на подобное часто смотрят косо. Особенно в среде мастеров боевых искусств.

В Ли Юэ считают, что женщине не пристало брать оружие в руки, даже чтобы смахнуть с него пыль. И дело, как ни странно, не в ущемлении прав, а в очередных местных предрассудках. По их представлениям, оружие связано с хаосом и разрушением, а потому женщины не должны к нему прикасаться, чтобы оставаться чистыми и невинными. Ведь именно такие, как считается, благословлены небесами на продолжение крепкого рода.

Однако, в отличие от других местных заскоков, подобное не слишком сильно осуждается. Вероятно, во многом из-за женщин с Глазами Бога. Те, кому нечем заняться, пошушукаются недельку и забудут. Просто в данном случае ситуация немного особенная. Всё-таки Ли Чань – это признанный мастер, а-ля нобелевский лауреат из моей прошлой жизни. А такие люди стараются не давать повода даже для малейшей тени сомнения в своей репутации.

Впрочем, Ли Чань уже в преклонном возрасте. Если он не успеет передать своё мастерство, оно может уйти вместе с ним. Для мастера это куда больший позор, чем обучить женщину владению оружием. Конечно, он мог бы найти преемника и затем выдать за него внучку, но, возможно, боится не дожить до этого. А может быть, он просто хочет воспитать в ней сильную и независимую личность, которая не сломается после его ухода.

Но, как бы то ни было, всё это не моё дело.

— И всё же, — сказал старик, отсмеявшись и осушив ещё одну пиалу вина.

— Никакой тайны тут нет, — ответил я, ставя пустую чашку на стол. Местные вина мне не нравятся, а вот от чая я не отказался. — Я лишь хочу отточить своё мастерство и открыть для себя что-то новое. Каждый мастер видит бой по-своему, а значит, у любого можно чему-то научиться.

Взгляд Ли Чаня скользнул к моему клинку.

Мой первый меч, выкованный собственными руками. Впрочем, на меч он походил меньше всего, скорее на большой филейный нож. Ни гарды, ни украшений, а рукоять вовсе просто обмотана полосками грубой кабаньей кожи. Так ещё лезвие вышло слишком широким и с тупой кромкой. По сути, это всего лишь кусок металла, которому кое-как придали форму ножа. Но именно такой клинок и был мне нужен для тренировок.

Многие, увидев этот клинок, только усмехались. Но Ли Чань не стал. Он внимательно оглядел оружие, без всякой насмешки, а после посмотрел на меня хмурым взглядом.

Я невольно улыбнулся.

Как ни крути, по большинству мечников Ли Юэ плачут театры. И всё же даже среди них встречались настоящие бриллианты, те, кто десятилетиями оттачивают своё искусство. Одним из таких людей и является Ли Чань. Да, возможно, он не готов убивать и не закалён в бесконечных смертельных схватках. Но он относится к тем фанатикам, которые посвящают всю свою жизнь единственной цели – довести своё искусство до абсолютного совершенства.

Именно у них можно по-настоящему научиться многому. Не у тех, кто привык полагаться только на грубую силу, как дикий зверь, считающий, что клыков и когтей достаточно, чтобы преодолеть любую преграду. Увы, именно к таким относился и я.

Поначалу, лишившись прежней силы, я думал только о том, как скорее вернуть утраченное. Готов был поглощать Электро-частицы, словно изголодавшийся зверь, лишь бы заполнить пустоту внутри. Но годы и пережитый опыт позже заставили меня взглянуть на всё иначе. Мне всегда не хватало не самой силы, а техник, контроля и мастерства. Я был подобен тупому качку, который полагается лишь на стихию Электро. Видя, насколько она превосходит мечи и духовную энергию, я пренебрегал тем, что тогда считал незначительными мелочами. Вероятно, именно это и затуманило мне разум, не позволяя продвинуться дальше по пути Адепта.

Разумеется, я не забывал и о восстановлении Электро-стихии. Было бы глупо полностью махнуть на неё рукой, когда сам являюсь элементальным существом. Просто теперь подхожу к этому куда рациональнее, сосредотачиваясь на своей основе. Особенно полезной в этом оказалась способность создавать духовного двойника. С высоты он замечал источники чистой Электро-стихии и передавал информацию мне, из-за чего поиски стали значительно легче, чем несколько лет назад.

Помню, тогда мне понадобился целый месяц, чтобы убить всего десяток Электро-слаймов. Теперь же всё шло куда быстрее. К тому же я перестал спать и готовить, в целом делать привалы. Не видел в этом особого смысла и хотел полностью восстановиться к тому моменту, когда Ху Фуа очнётся, чтобы она не чувствовала себя сильно виноватой.

Слизь, нектар, кристаллы… Я собирал всё, что содержало чистую Электро-стихию. Но не поглощал добычу сразу, складывал её в инвентарь, чтобы позже уединиться в спокойном месте. Там я погружался в медитацию и осторожно впитывал Электро-частицы. Делал это не грубо и не жадно, а стараясь постичь саму суть своей природы и укрепить собственную основу.

Когда-то мой внутренний «сосуд» был похож на тонкое стекло, готовое треснуть от небольшого давления. В конце концов он и треснул. Но постепенно, шаг за шагом, месяц за месяцем упорной работы над собой, он не только восстановился, но и стал крепче, всё больше напоминая хрусталь. До идеала, разумеется, ещё далеко, но это уже несравнимо лучше прежнего. А чем прочнее «сосуд», то есть уплотнённая энергия, окружающая Электро-стихию в моём теле, то тем больший поток силы он способен выдержать.

Именно слабость заставила меня понять, насколько непрочной была моя основа. Рано или поздно этот изъян всё равно дал бы о себе знать. Так что я даже рад, что это произошло тогда, когда я ещё не успел стать по-настоящему сильным. Да, год моего труда был выброшен, но это не десять лет и даже не сто.

Также параллельно я осваиваю духовную силу. В начале своего путешествия без неё пришлось бы совсем туго. Всё-таки этот мир очень опасен. В любой момент мог выскочить разъярённый Геовишап, или можно было наткнуться на Лавачурла. Поэтому духовного клона я использовал почти постоянно, чтобы исследовать окрестности и обходить опасные места. Правда, иногда даже это не спасало, поскольку некоторые монстры передвигаются под землёй. Тогда приходилось либо убегать, либо вступать в бой.

К тому же, примерно через месяц после начала путешествия мне пришла в голову мысль попробовать использовать ту самую технику разреза, но не на основе Электро-стихии, а на духовной силе. Получилось… своеобразно. Духовная энергия оказалась гораздо легче элементальной, поэтому не создавала необходимого давления. Из-за этого мой первый опыт вышел почти смехотворным. Зато это напомнило мне об одном случае. Ещё в школе я слышал историю о человеке, тело которого пронзили частицы из ускорителя.

Разумеется, в ускорителях частиц я почти ничего не понимаю. У меня попросту нет для этого нужного образования. Зато мне хорошо знаком другой принцип, а именно принцип хлыста. Он и навёл меня на новую идею использования разреза. Благодаря этому духовная энергия разгонялась до нужной скорости и, что ещё важнее, приобретала необходимую плотность, поэтому удар получался по-настоящему мощным. Если говорить проще, мой меч стал чем-то вроде удочки, а духовная энергия его продолжением, гибкой вершиной, которая в последний миг резко выстреливает вперёд.

Конечно, такой удар не подходил для масштабного поражения, как разрез, насыщенный Электро-частицами. На расстоянии духовная энергия слишком быстро теряла необходимую плотность и силу. Но в пределах досягаемости клинка результат уже был заметен. А если заменить оружие на кнут, эффект оказался бы ещё лучше. Однако пока я только осваиваю эту технику и не хочу дополнительно обременять себя другим оружием, которое к тому же нравится мне куда меньше.

Главное, что мне удалось использовать духовную энергию для атак. Причём к этому я отчасти пришёл самостоятельно. При этом у духовной энергии есть и ещё одно преимущество – она затрагивает душу. Такой удар вредит именно ей. Не слишком сильно, поскольку энергия в основном сосредоточена на другом, однако обычный человек, получив такую рану, пусть и неглубокую, может ещё долго страдать от её последствий.

Послышался тяжелый вздох старика…

Ли Чань, похоже, уже всё обдумал и пришёл к какому-то решению. В конце концов, вызов на поединок только в книгах выглядит чем-то по-настоящему эпичным. На деле же мало кто захочет тратить силы впустую, и чаще всего с подобным предложением просто посылают куда подальше. Именно из-за этого я давно перестал начинать разговор с приглашения на бой. Сначала осторожно прощупываю почву и лишь потом, ненавязчиво, подвожу собеседника к мысли о тренировочном поединке. К счастью, старики любят слушать истории странников, и после хорошего рассказа почти никто мне не отказывал. А уж историй у меня накопилось столько, что можно самому начинать писать книги. Тем более и сами старики обычно не прочь поведать о собственной жизни.

К слову, шум капель по крыше стих, тучи начали редеть, и сквозь них пробился солнечный свет.

— Ли Хун, принеси мне мой меч, — сказал старик, поднимаясь с татами.

За перегородкой послышался легкий шорох. Видимо, до этого момента девочка думала, что её присутствие осталось незамеченным. Но, как бы то ни было, спустя некоторое время она появилась перед нами, сжимая ножны меча обеими руками. Это лишь ещё раз подтвердило мою догадку, что её воспитывают как мальчика.

Впрочем, Ли Чань не сделал ей замечания. Либо не посчитал это нужным, либо давно смирился с её любопытством. Он просто протянул ладонь, и внучка почтительно вложила в неё клинок.

Я взял шляпу и поднялся. Она почти такая же, как у Скары в каноне. На самом деле, довольно удобный головной убор, который отлично защищает и от дождя, и от палящего солнца, и от пыли, летящей в глаза. Пусть я и не живой человек, мне всё равно неприятно, когда в лицо бьёт раскалённый ветер с песком, а глаза слепят яркие солнечные лучи. Климат в Ли Юэ беспощаден.

Затем, мы вышли на задний двор.

Сначала я беспокоился, что лужи могут нам помешать. Всё-таки никому не хочется сражаться в грязи. Однако площадка оказалась покрыта дроблёной галькой. Из-за чего вода не скапливалась в лужи и не превращала двор в вязкое месиво. Да и подошва обуви не скользила.

Старик встал напротив меня и обнажил меч – цзянь. Уже по одному его виду можно догадаться о стиле боя владельца. Цзянь обычно используют для колющих и рубящих ударов, тогда как багуа дао больше подходит для режущих атак. Его же клинок при этом тоньше чем стандартный, с утолщением у основания, так что, похоже, он отдавал предпочтение именно колющим выпадам.

Я удобней перехватил свой грубый клинок.

С крыши иногда срывались редкие капли. Где-то позади, у самой веранды, затаилась Ли Хун, стараясь не попадаться деду на глаза, но при этом явно не собираясь упускать ни мгновения предстоящего поединка.

Ли Чань чуть повёл мечом, приглашая меня атаковать первым. Очевидная ловушка. Если мои догадки верны, а, скорее всего, так и есть, стоит мне только приблизиться, как я окажусь в крайне невыгодном положении. Для сильного колющего выпада нужна крепкая опора под ногами, и у старика она есть, пока он остаётся на месте.

Однако и стоять на месте тоже будет глупо. Кто-то должен всё-таки начать бой, а старик явно не собирается терять удобную позицию. К тому же, хотя его меч и короче, руки у него длиннее моих, а значит, он достанет меня первым.

Я улыбнулся и в следующий миг сорвался с места, стремительно бросившись к Ли Чаню. Моя скорость куда выше человеческой. Особенно теперь, когда я за месяцы скитаний восстановил уже больше половины своих сил. И всё же я сдерживался. Что проку в лёгкой и быстрой победе, если я хотел чему-то научиться у этого мастера?

Старик, как и ожидалось, мгновенно принял боевую стойку для колющей атаки. Левую руку он завёл за спину, одну ногу выставил вперёд, готовясь перенести на неё вес во время удара, а другую, наоборот, отвёл назад.

Миг – лезвие на огромной скорости вспороло край моего рукава. Хотя удар был нацелен в ладонь, чтобы выбить клинок из моей руки. Но я успел сместить меч. Из-за чего острие его клинка сначала ударило в тыльную сторону моего меча, а затем по инерции ушло в сторону рукава. Благодаря этому у меня появилась возможность самому нанести удар по старику.

Однако дальше… Ли Чань смог меня удивить. Он внезапно рванул рукой и молниеносно перехватил клинок обратным хватом. Из-за чего по инерции увёл лезвие моего меча в сторону, а рукоять его оружия устремилась мне прямо в лицо. Такое определенно мало кому придёт в голову.

Впрочем, я успел перехватить его удар свободной рукой и тут же резко отвёл свой меч назад, словно собираясь закрыться им от следующей атаки. Но уже в следующее мгновение резко повёл кистью, словно забрасывал спиннинг, и кончик клинка пронёсся всего в сантиметре от носа старика. Если бы я использовал духовную энергию, этот выпад вполне мог его задеть.

Мы одновременно отскочили друг от друга.

— Это техника… — прошептал он, не отрывая взгляда от моего клинка. — У тебя удивительно хорошо развито запястье, раз ты сумел провернуть нечто подобное.

Ещё один плюс быть куклой, мои запястья прекрасно сгибаются. Обычному человеку понадобились бы годы тренировок, да и то был бы риск порвать связки. А у меня их попросту нет. Поэтому такой выпад был мне доступен.

— Техника? — искренне удивился я. — Значит, ею владеет кто-то ещё? Я бы очень хотел посетить его.

Если такой мастер действительно существует, встреча с ним наверняка поможет мне отточить свои навыки. Похоже, мне и правда повезло прийти к Ли Чаню.

Однако старик тяжело вздохнул и покачал головой.

— Увы, последний признанный мастер искусства Бессмертного Увана покинул этот мир тридцать лет назад, так и не оставив после себя преемника.

Услышав это, я не смог сдержать разочарованный вздох.

— Но, насколько мне известно, это искусство связано с искусством Древнего Юньлая, — добавил старик, явно пытаясь меня утешить. — Кроме того, возможно, семья Ху и по сей день хранит традиции искусства Бессмертного Увана, хотя я не могу утверждать этого наверняка

— Хм? Случайно не владельцы похоронного бюро «Ваншэн»?

— Именно о них. Говорят, основатель этого бюро был учеником самого Бессмертного Увана, — кивнул Ли Чань.

Вот оно как…

Правда, стиль Ху Фуа очень далек от моего. Однако, возможно, всё же её семья знает о нём. Если так, то даже хорошо. Случайный мастер вряд ли бы просто так стал учить. А тут почти что семья.

После короткой паузы, чтобы собраться с мыслями, мы возобновили поединок. Однако сражались не в полную. Нам было важнее продемонстрировать своё мастерство, чем стремиться к победе. По крайней мере, мне уж точно. Так бой продолжался до тех пор, пока Ли Чань не начал допускать ошибки.

Хотя его стиль боя мне не подходил, я не видел в нём ничего особенно примечательного. Но всё же на некоторое время остался у него пожить. Под присмотром мастера развиваться было гораздо легче. Он указывал на ошибки и делился своим опытом. А затем вновь отправился в путь.

Мой путь лежал в Гавань Ли Юэ, где я хотел забрать нектар. Не знаю, сколько успел собрать тот парнишка, но, думаю, с тем нектаром, который я получил, пока восстанавливал силы, я наконец смогу выполнить ритуал и отправиться к таинственному Адепту.

Глава 91

Ох, я уже сто раз пожалел, что решил вернуться в гавань за этим чёртовым нектаром. Так морально меня могли изнасиловать только в Ли Юэ.

Сначала родители Ху Фуа, которые принялись расспрашивать меня о своей дочери. Связь с ней пропала, никто их не предупреждал, так что причины для волнения у них были. Я, в общем-то, и сам был готов спокойно всё рассказать, но в итоге всё равно угодил под жуткий допрос. Причём даже не со стороны Сириуса, от которого этого ждёшь в первую очередь. Нет, он молча сидел в углу. Допрашивала же меня достопочтенная госпожа Ху Синь – глава похоронного бюро «Ваншэн», в прошлом одна из тех, кто сражался против монстров Бездны.

За образом доброй женщины скрывался самый настоящий демон…

Но и этого оказалось мало. Следом на меня свалились бюрократические дела семьи Кунь. Они просто взяли и скинули всё на меня. Когда я об этом узнал, то едва не завыл. Даже мой процент с продажи не смог меня задобрить. Ведь каким нужно быть гением, чтобы оставить все бумажные дела человеку, который непонятно где пропадает? За эти месяцы там накопилась такая куча, что, поставь её на пол, стопка была бы выше меня.

Логика у семьи Кунь, конечно, была. Они сами недостаточно образованны, чтобы с этим разбираться, и просто боялись где-нибудь накосячить. А доверять посторонним в таких вопросах – это ещё хуже. Если дать доверенность, то какой-нибудь ублюдок легко оставит их без имущества. Да, контракт с клятвой решил бы этот вопрос. Да вот только никто не захочет брать на себя такую ответственность за небольшую сумму. Поэтому решили, что я вернусь и всё сделаю сам.

Но всё равно… они даже налоговую декларацию не подали. За такое их могли не только оштрафовать, но и вовсе лишить лицензии. Поэтому я сразу отправился в Цисин разбираться. Правда, когда я туда пришёл, все сотрудники смотрели на меня так, словно перед ними куча дерьма. И разговаривали со мной тем самым мерзким тоном, который часто бывает у учителей. Всё потому, что они прекрасно понимали, в каком я положении, и пользовались этим, чтобы потешить своё эго.

Это сборище заносчивых и ничем не заслуживших своё положение людей, оказавшихся у власти лишь потому, что родились в семьях чиновников. Крестьяне, лишённые доступа к образованию, зачастую не умеют ни читать, ни писать. Даже при всём желании, они не могут занять должность даже младшего чиновника. В результате государственные посты фактически передаются по наследству.

Выгнать бы их всех к чёртовой матери. Большинство всё равно только штаны просиживает и берётся за дело лишь тогда, когда на них обращает внимание начальство. А поскольку это самое начальство, по сути, их родители, проку от такого немного. Неудивительно, что Гань Юй в буквальном смысле завалена работой.

Но, как бы то ни было, вместо того чтобы спокойно получать доход с продаж, мне пришлось самому вникать во все дела. При моём образе жизни подобные хлопоты мне только в тягость. Да, понятно, что всё это основа моего будущего и опора на тот случай, когда власть в Ли Юэ начнёт шататься. А это, рано или поздно, произойдёт. Сейчас она держится лишь на купцах и аристократах, которые слишком расслабились и уже не допускают мысли, что какому-нибудь крестьянину однажды может прийти в голову простой вопрос: зачем нам нужна такая зажравшаяся власть?

Ли Юэ – богатое государство с огромными ресурсами, важнейшая точка мира, через которую проходит множество торговых путей, и всё же... Обидно, хоть при этом это и не моя родина. Просто уже привык, наверное, к людям. Даже Мондштадт, как бы плохо я к нему ни относился из-за странной позиции Венти и аристократов, буквально рвущих страну на части, находится примерно на одном уровне развития с Ли Юэ. И это при том, что за плечами Ли Юэ несколько тысяч лет истории и наследие самого Моракса, который некогда многому научил людей древности.

Стране так или иначе нужны перемены. И когда придёт этот момент, у меня должны быть рычаги влияния, чтобы направить её в нужное русло. Да, в каком-то смысле это наивно. Но тяжело закрывать глаза на тёмную сторону Ли Юэ. Любые перемены лучше, чем эта гниль.

Так что, всё как следует обдумав, я передал бумажные дела под управление семьи Ху. Разумеется, предварительно обсудив это с самой семьёй Кунь, которая, напротив, оказалась даже рада такому решению. Всё-таки находиться под покровительством семьи Ху, чья власть после катастрофы достигла своего пика, довольно удачное стечение обстоятельств. К тому же у родителей Ху Фуа достаточно слуг и управляющих, которые отлично во всём этом разбираются. Так что для магазинов семьи Кунь это явно пойдёт на пользу.

Свою долю прибыли я всё равно буду получать, пусть и в меньшем размере. Но, принимая это решение, я изначально вообще не рассчитывал на какой-либо доход. Просто так получилось, что при передаче золота я заключил контракт. Прежде всего из-за Цисин, которые могли бы придраться даже к этому. Так что без денег не останусь. Но время ценнее. Поэтому, думаю, в конечном счёте я всё равно оказался в выигрыше.

Ну и ещё одна мелочь. Перед тем как я покинул гавань, ко мне прицепилась шайка низкоуровневых Искателей Приключений. Им взбрело в голову, что победа надо мной поможет повысить их ранг. И пусть на деле это так не работает, они почему-то были свято уверены в обратном. Но мне тогда было совсем не до любезностей, так что я отправил их куда подальше. Причём настолько красноречиво, что какой-то бард радостно всё это записал и ликуя куда-то убежал.

В целом вот такие вот дела в гавани.

Возможно, весь негатив был усилен от спешки, но, так или иначе, покинув границу столицы я почувствовал легкость. А затем спокойно начал готовиться к ритуалу. Судя по описанию, он был не таким уж сложным. На уровне тех смешных детских ритуалов из разряда как стать магом, феей и всё в таком духе. Главное – это собрать все ингредиенты и соблюсти условия.

Во-первых, место для проведения ритуала должно располагаться высоко над уровнем моря. Поэтому я сразу направился к горе Тяньхэн, что неподалёку от гавани. Она достаточно высока. Не самая, конечно, но прекрасно соответствует второму условию: это место, где пролилась кровь божества. По легенде именно на этой горе один из Адептов встретил свою смерть.

Вообще, мест, где когда-то погибли боги и прочие божественные сущности, повсюду. Раньше их насчитывалось слишком много. Настолько, что стоило ткнуть с закрытыми глазами в любую точку на карте, и была вероятность, что там тоже пал какой-нибудь бог. Однако гору Тяньхэн я выбрал из-за безопасности. Там нет ни темных эманаций, ни монстров, которые помешают ритуалу.

Оставшиеся три условия были ещё проще. Нужно лишь дождаться, пока луна окажется над осколком, а затем начертить магический знак, который обычно используют в алхимии. Ничего особенно сложного в этом не было. По сути, это обычный сдерживающий контур, создаваемый с помощью вещества с высокой концентрацией Гео-частиц. Ведь эта стихия считается относительно нейтральной.

Ну и последнее условие – это установить три зеркала так, чтобы лунный свет отражался на осколке, а между ними разместить добытые предметы. Самая лёгкая часть. Даже предварительная полировка бронзовых дисков не вызвала никаких трудностей, а скорее помогла скоротать время, пока на небе не взошла луна.

В итоге самым трудным оказалось добыть нужное количество нектара. Почему нельзя было обойтись слизью, ума не приложу. Ведь она и более концентрированная, и чище. Нектар же скорее напоминает берёзовый сок, только с повышенным содержанием элементальных частиц. То есть это уже не чистая энергия, как в слизи. Более того, из нектара даже делают сироп. Поскольку со временем элементальная энергия из него рассеивается, и остаётся очень вкусная тягучая жидкость, напоминающая мёд с фруктовыми нотками.

— Похоже, луна уже в правильном положении, — произнёс я, чувствуя дикое волнение внутри.

Даже Электро-стихия, которая за эти месяцы больше напоминала побитую собаку, сейчас словно встрепенулась в ожидании результата.

Я перевёл взгляд на зеркала. Перед каждым из них лежал нужный предмет: ритуальный клинок, элементальный нектар и костный мозг Оробаси. Затем, задрав голову, я посмотрел в небо. Луна Тейвата огромная и почти нереальная, и она многократно превосходит ту, к которой я привык в своей прошлой жизни. К счастью, этой ночью небосвод чист, без единого облака. Так что ничто не должно помешать этому ритуалу.

Вскоре лунный свет отразился от поверхности зеркал, и три луча пронзили подготовленные предметы, сойдясь на осколке луны. Правда, одно из зеркал всё же пришлось слегка поправить, чтобы выровнять поток света. Впрочем, это не имело особого значения. Поскольку в сиянии лучей я заметил мелькающие частицы. Они не походили на элементальные, хотя в них чувствовалось нечто сродни. Нет… скорее сама элементальная энергия напоминала их. Словно все цвета вновь слились, образовав истинный белый свет.

Ядро в центре засветилось, однако до полного пробуждения ему ещё явно далеко. Сияние оставалось блеклым и нестабильным, словно едва удерживалось на грани. Достаточно было лучам хоть на мгновение прерваться, чтобы ядро окончательно погасло.

Сколько времени займёт ритуал? Нужно ли подстраивать зеркала так, чтобы лучи постоянно падали на ядро? В инструкции об этом ничего не сказано. Однако я чувствовал, что нельзя допустить, чтобы ядро погасло.

Тем временем лучи медленно смещались вслед за движением луны по небу.

Я задумчиво посмотрел на зеркала, а затем всё же доверился интуиции и начал осторожно направлять отражение, стараясь не позволить лунному свету сойти с ядра. Так повторялось каждые пять минут.

Спустя полчаса нектар начал терять свой прежний оттенок: из золотистого он постепенно становился медовым, словно сахар превращался в карамель. Остальные же предметы оставались неизменными. Даже ядро по-прежнему тускло сияло, и от этого внутри меня всё сильнее нарастало беспокойство.

Но, как бы то ни было, ещё через час ритуал подошёл к концу. Луна окончательно сместилась, и калибровать зеркала дальше уже не представлялось возможным. Отчего лунный свет больше не падал на ядро. К счастью, оно не погасло, хотя его сияние всё ещё оставляло желать лучшего. А вот остальные… Нектар почернел, став похожим на нефть, и отдавал гарью. Клинок внешне почти не изменился, но стоило мне взять его в руку, как он тут же рассыпался. Кристалл же теперь напоминал самое обычное стекло.

Жаль… хороший был меч. С ним я прошёл через столько сражений, что от его утраты стало грустно. Но взамен у меня теперь есть пробужденное ядро. Вокруг него кружилась пыль, напоминая кольца Сатурна. Частицы вращались всё быстрее, и вскоре начали раскаляться прямо у меня на глазах, постепенно наливаясь мягким оранжевым сиянием.

— Очень похоже на Пиро, но только внешне.

Сказав это, я коснулся ядра кончиками пальцев, и в то же мгновение ощутил холод, отчего невольно замер. Рядом с ядром воздух буквально пылал, но его поверхность оставалась ледяной. И всё же куда сильнее меня поразило другое. Элементальные частицы рядом с ядром вели себя странно. Они словно избегали его, огибая по дуге, будто само пространство вокруг него искажалось, как рядом с чёрной дырой.

Когда я попытался направить в ядро свою энергию, началось нечто странное. Она расщеплялась до такого состояния, что почти переставала ощущаться, а затем вновь собиралась воедино. Но уже чуть иной, лёгкой, мягкой, удивительно податливой. Словно мутную, грязную воду пропустили через безупречный фильтр и на выходе получили кристально чистую.

Что же до описания в инвентаре, ничего особо примечательного там не оказалось. Лишь пометка о том, что ядро теперь пробуждено и хранит в себе некую древнюю силу. До смешного мало информации, что, честно, даже удивляло.

Но энергия после ядра и правда стала мягче. С такой не только удобно, но даже приятно пользоваться. Если пропустить через него всю свою силу, то моя основа наверняка станет лучше. Правда, пока это единственное применение, которое приходит мне в голову.

Как бы то ни было, спустя пять дней пути без единой остановки я наконец добрался до места, куда должен был прийти после пробуждения ядра. Вот только ничего особенно примечательного там не оказалось. Разве что бамбук. Много бамбука. Непозволительно много. Его было столько, что стоит лишь на мгновение закрыть глаза, и уже можно заблудиться.

— О, панда, — невольно улыбнулся я, заметив знакомого зверька.

Да, он несколько отличался от тех, что водились в моём мире: хвост заметно длиннее, черное пятно на голове, а уши заканчивались причудливыми кисточками. И всё же в нём без труда угадывалась панда.

Внезапно за моей спиной прошла едва заметная рябь элементальной энергии, словно на гладь воды упал лист. Настолько слабая, что её легко можно было принять за обычное движение жука. Но отточенные годами навыки сразу подсказали, что позади кто-то появился. И, кажется, я уже понял, кто это…

— Бабка-мошенница…

Повернувшись, я почти сразу столкнулся лицом к лицу с белокурой женщиной. По её выражению лица и вытянутым вперёд рукам нетрудно было догадаться, что она пыталась напугать меня.

Ей-богу, этой женщине не одна сотня лет, если не тысяч, а ведёт себя, как те самые бабушки, которые на старости лет вдруг решили вспомнить молодость.

Она недовольно прищурилась. Причем, вероятно, её задело не столько мои слова, сколько то, что ей не удалось меня напугать. Затем она скрестила руки на груди, и в следующий миг всё перед глазами закружилось, словно я оказался на бешено вращающейся карусели. Краски замелькали с такой скоростью, что слились в сплошное пятно. К счастью, я всё-таки кукла, так что эта встряска не могла ни причинить мне вреда, ни вызвать тошноту.

Когда всё наконец закончилось, я обнаружил себя в залитом светом пространстве. Вокруг возвышались причудливые деревянные механизмы, грохотали водопады, а в небе медленно дрейфовали острова. Я сделал шаг и тут же едва не сорвался в обрыв, скрытый плотным туманом.

Это явно не пространство Адептов. Здесь не ощущалось следов духовной энергии, как в обители Сянь Юнь и Кунь Ву. Всё вокруг казалось слишком настоящим.

На всякий случай я отошёл подальше от обрыва и перевёл взгляд на девушку. Она уже успела устроиться за столом и налить себе чай. Стул, впрочем, был только один, и, разумеется, у неё. Но я не гордый, могу и постоять.

— Где мы?

— Это не так уж важно, — сказала она, едва заметно пожав плечами и отведя взгляд туда, где сквозь облака пробивалось солнце. — Несколько дней назад я уловила след знакомой энергии, а вскоре заметила тебя у порога своего дома. Так что этой необычайно щедрой госпоже пришлось проявить гостеприимство.

Я окинул её взглядом, потом перевёл глаза на стол и невольно поморщился. О какой щедрости, а тем более о гостеприимстве, здесь вообще могла идти речь? Либо это была очередная её шутка, либо, по её представлениям, всё происходящее и правда выглядело щедрым жестом. В конце концов, для некоторых уже одно то, что они позволили кому-то войти в дом, кажется, чуть ли не высшей формой доброты.

Впрочем, вслух я ничего не сказал. Тогда была лишь проекция, то ли её разума, то ли чего-то ещё, что, в сущности, не так уж и важно. Теперь же передо мной она во плоти и вполне может отвесить такую пощёчину, что я мгновенно вернусь к заводским настройкам. Одного раза мне более чем хватило. Я до сих пор окончательно не пришёл в себя, хотя с тех пор прошло уже несколько месяцев.

Глава 92

Адепт Белая Лошадь… Загадочная фигура, чьи следы можно встретить во множестве книг и народных преданий Ли Юэ. Мне она всегда казалась одним из тех персонажей, которых на самом деле никогда не существовало. Слишком уж расплывчат её образ, далёкий от других Адептов. Особенно если учесть, что в легендах её едва ли не ставили выше Архонтов и называли дочерью самой Времени. Поэтому она скорее напоминала сказочного персонажа, чем кого-то, кто действительно мог существовать.

Каково же было моё удивление, когда эта белокурая женщина с янтарными глазами небрежно махнула рукой и представилась Цзы Цяо. Правда это имя ничего мне не сказало. Но после короткой паузы она добавила, что среди смертных её также знают как Адепт Белая Лошадь.

Цзы Цяо хотела добавить что-то ещё, но прикусила губу. Видимо, либо не доверяет мне, либо, напротив, опасается, что эта информация может мне навредить. Кто знает… Если те истории столь же реальны, как и женщина передо мной, возможно, мне и впрямь лучше не знать. Хотя я не исключал и того, что люди многое приукрасили, взяв за основу лишь её образ.

Оседлать лошадь… Теперь это звучит до абсурда неловко.

Я почесал затылок и хмуро посмотрел на неё.

М-да… Казалось бы, я наконец узнал, кто она такая, но вопросов от этого меньше не стало, наоборот, их только прибавилось. А она всё сидит с невозмутимым видом, словно ничего особенного не произошло, и спокойно попивает чай. Лишь изредка уголки её губ едва заметно подрагивают. И то спустя пару секунд, чтобы это скрыть, она тихо хмыкнула, закатила глаза и вальяжно перевела взгляд на стакан, словно заметив что-то интересное в его узорах.

А ещё мне кажется, что у неё там вовсе не чай, а какая-то травяная настойка…

Но, как бы то ни было, я пришёл к ней не для того, чтобы хлопать глазами и стоять как истукан. Поэтому, покачав головой, достал из инвентаря пробуждённое ядро и показал его Цзы Цяо. Особого интереса она не проявила, но всё же отвлеклась от разглядывания узоров на стакане.

— Понятия не имею, что с ним делать. Как фильтр? После него энергия и правда стала мягче, но не думаю, что это всё, на что оно годится, — сказал я.

Она хмыкнула и едва заметно шевельнула пальцем. В тот же миг ядро выскользнуло из моей ладони, не оставив ни малейшего шанса среагировать. Всё случилось так стремительно, что я осознал произошедшее лишь тогда, когда осколок уже замер перед ней, медленно вращаясь в воздухе.

Девушка лениво подперла щёку ладонью и некоторое время просто смотрела на ядро, словно сомневаясь, стоит ли что-то объяснять. Затем перевела взгляд на меня и улыбнулась.

В следующий миг она взмахнула свободной рукой, словно что-то оттолкнула. Ядро тут же устремилось ко мне и мягко зависло у моей ладони.

— Фильтр, значит… — протянула Цзы Цяо с лёгкой усмешкой. — Ты ведь знаешь, что такое элементальная энергия?

Я кивнул.

— Тогда знаешь ли ты, что этот мир когда-то принадлежал не людям и не богам, а драконам?

— Да, Кунь Ву рассказал об этом, — ответил я на её вопрос. — Правда, у него было мало времени, поэтому я не смог расспросить его и узнать подробности.

— Но известно ли тебе, что нынешние драконы – лишь тени истинных драконов, некогда правивших этими землями?

Истинные драконы?..

Я и правда удивился, и даже не попытался это скрыть, чем явно позабавил собеседницу. На её лице заиграла озорная улыбка, которую, впрочем, скрыла за стаканом. Однако куда важнее была сама новость о существовании так называемых истинных драконов.

Понятно, что под «истинными» она, вероятно, подразумевает то, что раньше драконы были в разы сильнее нынешних, а не расу. Однако… Куда ещё, мать его, сильнее!? Тот же Аждаха по размеру сравним с горами, а его малейшие движения вызывали землетрясения по всему Ли Юэ. Более того, по силе он превосходит самого Моракса. Чтобы запечатать его, Гео Архонту потребовалось невероятное количество сил и помощь со стороны, и это при том, что сам Аждаха ещё и сдерживался.

С другой стороны, всё логично. До прихода Небесного Владыки драконы могли спокойно жить и развиваться миллионы, а то и миллиарды лет. Затем произошло примерно то же, что и со мной. Даже хуже, учитывая масштаб войны. Всё-таки мощь элементальных существ во многом зависит от объёма энергии.

Пока я стоял, обдумывая всё это, Цзы Цяо спокойно отпила из своего стакана, затем поставила его на стол и скрестила руки на груди.

— Шесть тысяч лет назад, когда в этот мир низошёл Престол Вечности, известный также как Небесный Порядок, Тейват был иным. Не лучшим и не худшим, просто чуждым людям. И потому Небесный Порядок начал перекраивать этот мир по своей воле, медленно, но неотвратимо распространяя свою власть на всё новые земли. Драконы воспротивились этому. Так вспыхнула война, жестокая и беспощадная, длившаяся сорок лет, пока, наконец, Небесный Порядок не сокрушил своих врагов и не утвердил своё владычество над всем Тейватом, — сказала она мрачным голосом, а после тяжело вздохнула и продолжила: — Но четыреста лет спустя Тейват вновь содрогнулся. Из тёмных пределов возвратился Царь Драконов, чьё долгое отсутствие позволило Небесам практически полностью перестроить планету…

Девушка внезапно замолчала, собираясь сделать глоток, но, обнаружив, что стакан уже пуст, раздражённо поморщилась. Впрочем, её недовольство быстро рассеялось, стоило мне протянуть бутылку моего домашнего самогона. Всё-таки некоторые мастера питают к алкоголю куда более тёплые чувства, чем к любым словам и историям. Поэтому я всегда ношу с собой пару бутылочек про запас.

Мало ли…

Цзы Цяо принюхалась, затем недоумённо и с лёгким недоверием взглянула на напиток. Не знаю, сколько в нём градусов, но все, кто его пробовал, отмечали его крепость. Но стоило девушке сделать неуверенный глоток, как тут же закашлялась, словно школьница, впервые попробовавшая что-то крепче кваса.

— К-хе… кха… Что это за огненная вода… к-ха… — едва слышно прошептала она, всё ещё заходясь кашлем. В уголках её глаз даже выступили слёзы.

В итоге легендарная лошадь решила больше не притрагиваться к моему самогону, и, честно, это немного меня обескуражило. Я-то думал, что раз ей уже немало лет и к тому же она Адепт, то и устойчивость к алкоголю у неё должна быть выше, чем у того старика-отшельника, который без труда опустошил у меня пару бутылок. Но она не смогла осилить даже больше одного глотка. К тому же на её щеках уже проступил румянец.

Похоже, и впрямь пила чай, либо та настойка была уж совсем слабой…

Впрочем, пить тоже надо уметь. И не забывать закусывать, как любила повторять бабушка за каждым праздничным столом. А ерунды она никогда не советовал. Поэтому, видя состояние Цзы Цяо, я решил зайти с другой стороны. Как говорится, если хочешь чего-то добиться, сначала нужно расположить человека к себе. По крайней мере, с теми мастерами меча это срабатывало безотказно.

Так что, пока она приходила в себя, я решил на скорую руку что-нибудь приготовить. Давно я этим не занимался. Без Ху Фуа как-то и повода не было. Поэтому я и сам не заметил, как начал чуть ли не накрывать праздничный стол, позабыв обо всём.

— Ты умеешь готовить? — удивилась она, наблюдая, как я нарезаю мясо. — Сразу и не скажешь.

— Почему?

— Ты ведь не человек, не нуждаешься в пище, да и есть ли у тебя вообще вкусовые рецепторы – тот ещё вопрос. Потому и странно видеть тебя за готовкой, — с улыбкой заметила Цзы Цяо.

Её настроение явно улучшилось. По крайней мере, от прежней хмурости не осталось и следа, и сейчас она выглядела такой же непринуждённой, как при нашей первой встрече.

— На чём я остановилась?.. — задумчиво протянула девушка, вальяжно закинув ногу на ногу. — Ах да, с появлением Царя Драконов разразилась ужасная битва, разделившая судьбы множества рас и цивилизаций на «до» и «после». И хотя Небесный Порядок вновь вышел победителем, планете был нанесён чудовищный урон, а в Тейват из далёких пределов проникла Бездна.

Я хоть и слышал нечто подобное от Кунь Ву, но всё же внимательно слушал и в который раз поражался расстановке сил в этом мире. Насколько же силён Небесный Владыка, если даже драконы не сумели его одолеть? А ведь потом пал ещё и их царь…

— Небесный Порядок принял радикальное решение, навсегда изменившее Тейват, — продолжила Цзы Цяо. — Он вложил свою волю в саму элементальную энергию, чтобы та могла успешнее противостоять Бездне, и тем самым заодно сократил популяцию драконов, которым очень важна частота энергии.

В итоге от целой расы остались считанные единицы. Это даже грустно. Понятно, конечно, что всё это было сделано во благо людей, но ради этого пришлось растоптать других. Прямо как британцы, добравшись до Америки. Правда, если там люди ещё могли сосуществовать, то с драконами это вряд ли было возможно. Всё-таки элементальная энергия в больших количествах очень ядовита для обычных людей, тогда как для драконов она источник жизненной силы.

Да и сами драконы, вероятно, не стремились искать компромиссы. Мало кому захочется это делать, если в твой дом врывается какой-то незнакомец и заявляет, что теперь это и его дом тоже. К тому же ещё и наглеет, устанавливая свои правила.

Но, с другой стороны, без Небесного Порядка не было бы ни людей, ни нынешнего Тейвата. Так что судить об этом вправе разве что сами драконы. Вот только их осталось до смешного мало. Если не учитывать Дурина, созданного алхимией, то я знаю лишь Аждаху, Двалина и…

— А кто такой Древний Король? Он ведь, кажется, тоже дракон, — спросил я, внезапно вспомнив об этом монстре.

Цзы Цяо задумчиво постучала пальцем по столу, затем тяжело вздохнула.

— Помимо Царя Драконов существовали ещё семь Лордов, подобно семи Архонтам. Многие из них пали во время пришествия Небесного Порядка, другие позже. Гео Дракон был повержен одним из первых. Его тело уничтожили, разорвав на части, и от него осталась лишь воля. Но и она без физической оболочки начала угасать, из-за чего Гео Дракон был вынужден уйти глубоко под землю, где впал в спячку.

Неужели это Аждаха?

— Древний Король, — продолжила девушка, — по своей сути является Геовишапом, рождённым из фрагментов Гео Дракона, что и наделило его поистине чудовищным потенциалом, особенно в эпоху, когда элементальная энергия ещё не была ограничена. Однако, стремясь поглотить другие осколки Гео Дракона, он в конечном счёте был повержен.

— Да уж…

После этого наш разговор незаметно перешёл на самые обыденные темы, которые мало меня интересовали. Куда больше мне хотелось узнать о драконах, особенно об их царе. Я ведь до сих пор не имею ни малейшего представления, сколько Цзы Цяо лет. Если она действительно дочь Времени, то, возможно, старше даже самого Моракса. А значит, не исключено, что когда-то девушка собственными глазами видела возвращение Царя Драконов.

Только вот перейти на нужную тему мне так и не удалось. Цзы Цяо, словно колесо, пущенное с холма, лишь набирала скорость, рассуждая о чём-то, интересном только ей. Потом приготовилась еда, и стало уже не до этого. Правда, сначала девушка не решалась пробовать. Но аппетитный аромат шашлыка в конце концов сделал своё дело.

Хотя я так и не понял, понравилось еда ей или нет. Она молча всё доела, а на мой вопрос, вкусно ли было, лишь небрежно отмахнулась, сказав, что нормально. И от этого стало немного обидно. Ху Фуа обычно каждый раз искренне хвалила мою стряпню, из-за чего уже начал считать себя почти гуру кулинарии. И вот сейчас ощущение такое, словно меня спустили с небес на землю. Причём как в том фильме про Спарту.

С другой стороны, возможно, ей просто не по вкусу мясо. Всё-таки она лошадь…

— Так зачем ты рассказала мне про драконов? — хмуро поинтересовался я, решив сразу перейти к интересующей меня теме, пока она снова не взяла слово. — Неужели это ядро способно подавлять волю Небесного Владыки, фильтруя чистую энергию?

Она уловила моё настроение, но явно не поняла, в чём дело. Впрочем, что уж тут… Дело не в чёртовой еде. Пока мы ели, у меня было достаточно времени всё спокойно обдумать. И чем дальше думал, тем отвратительнее складывалась картина.

У неё явно есть зуб на Небесный Порядок, и как бы в итоге меня не втянули во всё это. А стать врагом Демиурга – это последнее, чего можно пожелать. И ведь помимо него существуют ещё и его а-ля четыре архангела, воплощения фундаментальных сил: Времени, Пространства, Жизни и Смерти. Это не камни швырять, и не молнии метать. Эти сущности стоят на совершенно ином уровне сил, превосходя даже Архонтов…

Глаза Цзы Цяо сузились, и на мгновение янтарная радужка блеснула золотом.

— Даже будь это вся Луна, она не смогла бы подавить его волю. По крайней мере, если бы действовала одна. Но это ядро, как ты выразился, может служить фильтром. Оно поглощает элементальную энергию, расщепляет её, а затем перерабатывает в чистую, — вздохнув, наконец пояснила она предназначение этого ядра. — Однако скорость поглощения зависит от луны на небе и от того, насколько ты к ней близок.

Из-за того, что с момента пробуждения я ни разу не доставал ядро, то даже не замечал этого. Значит, днём мне придётся накапливать энергию, а ночью перегонять её. Ну, не всё так плохо. На это в любом случае потребовалось бы время, а теперь оно просто стало определённым. Тем более я в Ли Юэ. Здесь гор больше, чем где-либо ещё. Так что с возвышенностями тоже проблем не будет.

— В прошлом, до прихода Царя Драконов, не существовало Глаз Бога. Люди пользовались Лунными Колёсами. Они были несовершенны и просты, но этим и замечательны, — продолжила девушка, и на миг на её лице появилась мягкая, красивая улыбка. Правда затем вновь поступила хмурость. — Энергия Тейвата до вмешательства Небесного Порядка была иной, поэтому люди могли использовать их в основном лишь в ритуалах. И хоть мир изменился за эти тысячи лет, Луна всё ещё помнит о них. Поэтому ритуал, который ты провёл для пробуждения, максимально близок к тем временам, когда жрецы молили Луну о помощи. Ритуальный клинок, пропитанный верой и мольбой, останки божества, несущие печаль и несправедливость этого мира, а элементальный нектар, подобный крови… Разумеется, немаловажно и то, что это лунный осколок. В итоге Луна откликнулась и пробудила его.

Я ещё сильнее нахмурился.

— Подожди, давай кое-что проясним. Ты ведь не просто так всё это рассказываешь. Да и я уже не раз замечал, что ты стараешься обходить некоторые темы. Раз это ядро идёт против воли Небес, мне совсем не нравится перспектива стать врагом Небесного Порядка. К тому же меня настораживает, что Моракс во всём этом замешан. Только идиот не поймёт, что Гео Архонт действует из тени. Он знал о тебе, дал мне твой свиток, а затем и вовсе направил. Слишком много совпадений для простого случая… — после моих слов её глаза опасно сузились. — Во что именно вы меня пытаетесь втянуть?

Она молчала, почти не моргая, пристально глядя на меня. Со временем это начало действовать на нервы, и я решил уйти. Уж слишком всё это выглядит скверно.

Даже на вопрос не удосужилась ответить…

К тому же появилось ощущение, что невинного и слабого одуванчика, то есть меня, пытаются втянуть в тёмную авантюру, бросив на врага как пушечное мясо. Я не главный герой. Пусть этим занимается Итер. У него, по крайней мере, есть сюжетная броня, благодаря которой в каноне он выбирался из полного дерьма не просто сухим, а ещё и благоухал, словно роза, и сиял, как отполированный бриллиант.

К слову, это место находилось за водопадом. Снаружи этого было не видно, из-за чего в итоге я ещё и вымок насквозь.

— Небесный Порядок… После битвы с Царём Драконов он был тяжело ранен. Слабость внушила ему страх и привела к тому, что он начал запрещать всё, что могло бы ему навредить. Даже любимые дочери, которых он прежде искренне любил, в итоге стали пленницами его деспотии. Но больше всего страдает сам Тейват. Небесный Порядок не хочет понимать, что его запреты, ограничения, замедление развития элементальных существ и полный контроль над людьми привели лишь к деградации. Недавний катаклизм – тому прямое подтверждение, — раздался грустный голос Цзы Цяо за моей спиной, пока я сушил свою одежду перегоняя по телу Электро-частицы на большой скорости. — Он подобен безумному старику, который пытаясь хоть как-то сохранить свою власть, уничтожает всё вокруг, и ты потенциально способен навредить его порядку.

Стоило последнему слову прозвучать, как вход за моей спиной закрылся, превратившись в скалу. При этом рядом со мной всё так же плавало ядро, мягко сияя в лунном свете. А ведь я пришёл к ней утром, а теперь уже стояла глубокая ночь. Хотя, по ощущениям, прошло куда меньше времени.

Небесный Порядок… да?..

Не знаю, что планирует эта девушка, как и Моракс. Но явно им от меня что-то нужно. Возможно, они надеются, что, если Небесный Порядок окончательно слетит с катушек, смогут поднять восстание. А может, это они сами сошли с ума. Вон даже Аждаха подвержен эрозии, то почему бы и им не оказаться под её влиянием?

Я подкинул ядро, и оно тут же исчезло, упав в инвентарь, после чего хмуро посмотрел на водопад. Небесный Порядок сейчас, вроде как, спит и пробудится ой как не скоро. Возможно, лет через пятьсот, как раз к финалу канона, в роли эдакого главного злодея для героя. За это время я уж точно разберусь, в чём здесь дело, и сам решу, на чью сторону встать.

И всё же…

— Какой же это, блядь, дурдом.

Глава 93

Гора Аоцан, обитель благородного Адепта, известного как Хранитель Облаков…

С первыми лучами рассвета я появился у небольшого озера и, оглядевшись, сразу ощутил нестабильность духовных потоков. Они уж слишком странно колебались. Во всём остальном это место выглядело вполне нормально. Адепты сумели восстановить его. Более того, кажется, даже сделали лучше, чем прежде. Воздух буквально переполняла жизненная энергия.

В то же время энергия Ху Фуа стала значительно мягче и гармоничнее, избавившись от прежних резких скачков, которые часто возникали в начале. От этого на моём лице сама собой появилась улыбка, которая, однако, быстро исчезла, стоило мне почувствовать знакомое присутствие. В следующий миг послышался взмах крыльев, и передо мной предстала Сянь Юнь. Она выглядела всё так же обворожительно строгой, как и всегда, несмотря на тёплую улыбку и радость в глазах.

Её острый взгляд тут же скользнул к моей левой руке, и лицо мгновенно омрачилось.

— Старый Геовишап откусил, — хмыкнул я, покачав обрубком. — Рад видеть вас в добром здравии, мастер.

— К вишапам твою радость! У тебя руки нет! — возмутилась Сянь Юнь, едва не топнув ногой, и бесцеремонно схватила меня за плечо, закатывая рукав до отвратительно рваной раны. Совсем как мама, которая тут же прикладывает ладонь ко лбу ребёнка, едва уловив намёк на жар. — И ещё улыбаешься.

От этого моя улыбка стала только шире. Вернее, от её сердито-взволнованного лица и взгляда, полного тревоги.

— Ну… — я на мгновение прикрыл глаза, чтобы не видеть её выражения, иначе из-за этой дурацкой улыбки не смог бы сказать ничего внятного. Однако сдерживаться получалось так себе. Всё же я был рад увидеть её после столь длительного отсутствия. — С тех пор прошло уже три месяца. Привык.

Она нахмурилась ещё сильнее, а её пальцы больно впились в кожу моего плеча.

— Не смей говорить это так, словно речь о потерянной пуговице, — холодно произнесла наставница. — Почему рука не восстановилась?

— Я много об этом думал и пришёл к выводу, что дело в самой руке. Точнее, в материале, из которого я создан. Плоть у меня сформирована на основе Электро-стихии, алхимия просто придала ей устойчивую форму, как у элементальных существ. Поэтому поверхностные повреждения и затягивались быстро. Но скелет сотворён из дерева. Небольшие трещины и переломы срастались благодаря стимуляции, возникающей при контакте Дендро и Электро, однако отрастить утраченную руку моё тело уже не способно, — ответил я, всё ещё улыбаясь.

А что ещё тут поделаешь?

Никогда бы не подумал, что мне вообще могут оторвать руку. Мой скелет был настолько прочен, что выдерживал прямые удары Геовишапа. Но тогда ситуация сложилась настолько отвратительно, что я мог остаться и без головы. Так что рука стала той жертвой, которая позволила мне выжить.

К тому же это лишь временные неудобства. Тем более что пострадала левая рука, а не правая, поэтому это не сказывается на моих боевых способностях.

Однако Сянь Юнь явно иного мнения. Она медленно отпустила моё плечо. А потом поджала губы и посмотрела так, что даже мне стало немного не по себе.

— И зачем, скажи на милость, ты вообще полез на Геовишапа?

— Хотел проверить, готов ли вернуться к вам, — честно ответил я. — К тому моменту я уже восстановил большую часть сил. Более того, основа у меня заметно продвинулась…

— О, великолепно, — перебила она с наигранной вежливостью в голосе. — Значит, ты решил отпраздновать это самоубийством?

— Наставница…

— Нет, объясни мне. Я действительно хочу это услышать. Как именно в твоей голове связались мысли «я ещё не до конца восстановился» и «пойду-ка сражусь с Геовишапом»?

— Всё не так просто, — я стал куда серьёзнее. — Рядом с одной деревней, в четырёх днях пути отсюда, поселился молодой Геовишап. Перекрыл людям доступ к единственному источнику воды. Когда я пришёл, там уже были погибшие.

Она прикрыла глаза и тяжело вздохнул. Сянь Юнь обычно делала так, когда очень хотела сказать многое, далеко не самое лестное, но всё ещё могла сдержаться.

— Я быстро убил молодого Геовишапа, — продолжил я, пока мне давали такую возможность. — Однако кто же знал, что неподалёку, в горе, дремал старый Геовишап, пробудившийся от предсмертного рёва сородича. И в тот миг, когда я опустил клинок, эта десятиметровая туша просто смела меня.

Я невольно поморщился, вспомнив тот удар.

— Продолжай…

— Бой был отвратительный. Это живое ископаемое вытягивало мою силу почти при каждом столкновении, а его шкура казалась непробиваемой. Я даже пытался сбежать, но ничего не выходило. Он буквально дышал мне в спину, из-за чего, казалось, что стоит лишь замешкаться, и меня не станет. В итоге, после сражения, длившегося больше недели, мне всё же удалось победить.

— Почему ты не позвал на помощь или не направился сюда? — тихо спросила наставница, не отрывая от меня сурового взгляда.

— Я даже рот открыть не мог, не ощущая дыхания Смерти, — признался я. — Словно стоял у обрыва, смотря вниз. Возможно, у меня и был шанс, но… а если нет? Страх и сомнения не позволили позвать на помощь, поэтому оставалось лишь молча бежать. Ближе всего ко мне тогда был Охотник на Демонов. По крайней мере, я надеялся на него, но, увы.

Ох, не передать моих чувств, когда пробегал мимо гостиницы «Ваншу».

Я бежал со всех ног, даже не думал о битве. Позади чудище, на террасе застывшие люди, то ли от шока, то ли от ужаса. Однако Сяо так и не появился. И всё же я сделал ещё один круг вокруг гостиницы, всё надеясь на помощь. Но… к сожалению, он так и не пришёл. Из-за этого я и поддался эмоциям, потерял бдительность и поплатился рукой.

В итоге решающая битва с чудовищем развернулась именно там, перед десятками глаз. А свою смерть Геовишап встретил почти у логова Цзы Цяо, к которому постепенно смещался в надежде, что, возможно, хоть она сможет мне помочь.

Я и сейчас видел ту картину перед глазами…

Земля, испещрённая трещинами, не способная выдержать натиск этой чудовищной твари. Рёв, поглощающий все звуки округи. Огромный монстр, жаждущий моей смерти, словно разъярённая медведица, на глазах у которой убили медвежонка. Он не хотел отпускать меня, даже если ради этого приходилось калечить себя. Бросался в самые безумные места, но всё равно шёл вперёд, видя перед собой лишь мой силуэт.

Именно это в конце концов его и сгубило. Он, ослеплённый яростью и не замечая ничего вокруг, прыгнул в мою сторону, и то в тот самый миг напоролся на кристаллы Чи Луна, пронзившие всё его тело, от хвоста до головы.

— Ты победил… — в рыке старого Геовишапа прозвучала вполне различимая речь, переданная через элементальную энергию. — Пожиратель Света…

Я тогда просто сидел перед его мордой и смотрел в гаснущие глаза, чувствуя внутри какую-то пустоту.

Возможно, дело было в том, что перед смертью он заговорил. Я знал, что Геовишапы со временем обретают разум. Но одно дело понимать, и совсем другое услышать внятную речь от существа, которое до последнего мстило за своего сородича. Из-за этого его смерть казалась… неправильной.

Впрочем, это не помешало мне позже пустить его тело в дело. Из-за его огромной ценности. Особенно сердце, которое, хоть и не стало полноценным драконьим ядром, уже находилось на стадии формирования. Даже в таком виде оно представляло невероятную ценность.

К слову о сердце…

Незрелый Нефрит

Кристаллическая масса, добытая из Геовишапа. В ней заключена возможность стать драконом.

По сути, это своеобразный безоар. Элементальные частицы, перемещаясь по кровеносным сосудам, постепенно накапливаются в сердце Геовишапа и кристаллизуются, со временем полностью замещая его. Очевидно, что на этот процесс уходят многие годы. Поэтому у тех Геовишапов, которых я убивал прежде, ничего подобного не было.

Но всё же даже этот монстр недостаточно древний. Есть создания ещё старше, которые выглядят уже как полноценные драконы. К счастью, такие существа редко поднимаются на поверхность, предпочитая направлять все силы на собственное развитие. Теоретически из-за того, что процесс формирования такого ядра крайне болезненный и смертельно опасный. Если камни в почках причиняют адскую боль, то здесь они в самом сердце.

К слову, которого у меня нет, но появилось то, чем его можно заменить…

Да, ядро незрелое, и было бы лучше, окажись это сердце древнего Геовишапа возрастом в несколько тысяч лет. Но таких ещё нужно найти где-то глубоко под землёй, а потом ещё и победить, что куда сложнее. Я и с этим чудовищем намучился так, что каждую секунду ощущал себя на грани смерти, а там… Как говорят, радуйся тому, что есть.

Однако встроить что-то в себя несложно – куда труднее заставить это работать. А будь я человеком, задача стала бы ещё сложнее. Скорее всего, я бы даже не знал, с чего начать. В отличие от текущего положения.

Для начала нужно подготовить драконье ядро. В нынешнем состоянии оно не будет меня слушаться и, вероятно, станет лишь источником дискомфорта. Из-за чего все эти три месяца после битвы с Геовишапом я насыщал его собственной энергией, предварительно пропуская её через лунный осколок. Этого пока мало. К сегодняшнему дню нельзя сказать, что оно полностью готово к поглощению, но некоторая связь между нами уже установилась. По крайней мере, я чувствую его присутствие благодаря заключённой в нём моей энергии.

Затем нужно пробудить Дендро-стихию. Сделать это можно двумя способами. Первый, искать Дендро слаймов, что крайне проблематичное. Всё-таки эти недоовощи проводят большую часть времени под землёй. Второй, добраться до Ирминсуля, точнее, до его корней. Это проще, ведь они простираются почти повсюду, и их много. Причем легче всего найти такие корни в руинах. Древние люди понимали, какой это источник силы. Благодаря им почва рядом становится необычайно плодородной. Да и из этих корней получаются отличные магические инструменты.

К тому же моё тело создано из этого древа. Поэтому, пробудив с его помощью Дендро-стихию, я, вполне вероятно, смогу заново отрастить руку. Наставнице же я сказал, что с помощью корней Ирминсуля смогу создать новую руку и восстановиться, чтобы она не так сильно за меня переживала.

После этого Сянь Юнь долго смотрела мне в глаза, затем вздохнула и направилась в свою обитель. Я последовал за ней, не отрывая взгляда от её спины.

Она ругалась не так сильно, как я ожидал. Скорее, её больше выводило из себя то, что я всё это время продолжал улыбаться, несмотря на отсутствие руки. Словно и правда потерял всего лишь какую-то пуговицу. Однако после пережитого её угрозы уже не казались страшными. Наверное, потому что теперь я видел их насквозь, чувствуя в них заботу и тепло. К тому же, я соскучился. Поэтому и не мог перестать улыбаться.

На некоторое время между нами повисло молчание, которое Сянь Юнь решила прервать первой.

— Другие Адепты считают, что силу Ху Фуа нужно запечатать. Если тот случай повторится, могут быть жертвы.

Я нахмурился.

Зная наставницу, я почти не сомневался, что она уже послала этих Адептов куда подальше. Если бы того желал Моракс, она сказала бы об этом прямо. Значит, речь шла, скорее всего, о тех, кого вспышка силы Ху Фуа задела лично.

— И они никак не хотят понять, что подобное вряд ли когда-нибудь повторится, — раздражённо фыркнула она, а потом посмотрела на меня. — Но сделать всё равно ничего не могут. Только наставник имеет право решать судьбу своего ученика. Так что, если они вас увидят, то будут очень громко ворчать. Будь к этому готов.

— Вот как…

Она как-то странно покосилась на меня, но больше ничего не сказала. И остаток пути мы прошли молча.

Когда мы дошли до места, я невольно замер.

Огромная золотая сфера в небе едва заметно подрагивала, а внутри, зависнув в воздухе, покоилась фигура девушки, которая за весь этот год… совершенно не изменилась. Словно внутри сферы время застыло. Даже длина ногтей осталась такой же, какой я её запомнил.

Сянь Юнь подняла руку, вытянула два пальца и быстрым движением начертила в воздухе знак. Символ вспыхнул, подплыл к сфере, и та лопнула, словно мыльный пузырь. Но Ху Фуа всё ещё парила в воздухе. Только веки едва заметно начали подрагивать. Да губы чуть шевельнулись.

Я посмотрел на наставницу, ожидая её дальнейших действий…

— А ну подъём! — рявкнула Сянь Юнь.

Однако это не помогло. Ху Фуа даже бровью не повела. Тогда в руке Сянь Юнь из ниоткуда возник колокол, и в следующий миг её обитель содрогнулась от чудовищного звона. Настолько громкого, что на пару секунд мне показалось, словно я оглох.

Я перевёл ошалелый взгляд на Ху Фуа, заметил кое-что и на мгновение прикрыл глаза, уже догадываясь, что будет дальше.

— Ах ты паршивка, — раздражённо прошептала наставница, явно заметив, что Ху Фуа закрыла уши элементальной энергией, и потому этот отвратительный звук до неё попросту не дошёл.

Сянь Юнь мгновенно оказалась рядом с ней, создавая под ногами круглые платформы из Анемо-частиц.

— Ай! — взвизгнула Ху Фуа, когда её самым бесцеремонным образом разбудили щипком за щёку. — Наставни… ша? Ш-то… Ай-ай-ай! Больно!

— Проснулась? — ледяным голосом осведомилась Сянь Юнь, продолжая железной хваткой держать щёку Ху Фуа. — Прекрасно. А теперь будь добра объяснить, почему ты, неблагодарное бедствие, заставила меня ждать целый год!

Дальнейшее представление я наблюдал с каким-то странным чувством. С одной стороны, я был искренне рад, что Ху Фуа наконец пробудилась. С другой, невольно ей сочувствовал. Всё-таки настал черёд кары Сянь Юнь. Ну и где-то глубоко внутри вообще не понимал, что происходит. Пробуждение Ху Фуа я представлял себе совсем не так.

В какой-то момент Ху Фуа удалось вырваться и, увеличив дистанцию, она показала язык. Правда тут же об этом пожалела – наставница оказалась рядом. Очень злая наставница. После чего начала шлёпать Ху Фуа, приговаривая что-то о дисциплине и правилах.

Я громко усмехнулся, едва сдерживая смех, и тогда Ху Фуа наконец заметила меня. Сначала её взгляд стал удивлённым, затем радостным, но, опустившись ниже, на моё левое плечо, он помрачнел, и улыбка тут же исчезла с её лица.

— Где… рука? — тихо спросила она.

Я уже открыл рот, чтобы как-нибудь отшутиться, но не успел.

— Геовишап откусил, — сдала меня Сянь Юнь той самой интонацией, с какой я сам ей это сообщил. — Один безрассудный ученик уже бедствие. Два – кара Небес…

***

Ох, Ху Фуа долго отчитывала меня, а я из-за неловкости происходящего даже не смог открыть рот. Честное слово, лучше бы Сянь Юнь отшлёпала меня, как и её, чем выслушивать эти причитания…

Впрочем, вернувшись на гору Аоцан, я начал усиленно тренироваться, параллельно подготавливая драконье ядро к поглощению. Заодно проводил много времени в библиотеке наставницы, изучая всё, что могло помочь в этом деле. По крайней мере, когда выдавалась такая возможность. Всё же я долгое время не видел Ху Фуа… Так сказать, изголодался.

Сянь Юнь поначалу лишь ворчала, мол, чёрт с ним, не буду вмешиваться. На второй день ходила угрюмой, на пятый едва ли не плевалась ядом, а на седьмой не выдержала и вышвырнула нас из своей обители, крича, что мы, оказывается, слишком шумим.

Но, как бы то ни было, когда ядро Геовишапа наконец полностью подчинилось мне, я решил, что пора отправляться в Сумеру. Там по словам одного из мастеров есть область, в котором скопилось Электро-стихия. Благодаря ей я должен полностью восстановить свою силу. Так ещё и этот регион насыщен Дендро-частицами, отчего будет легче после пробуждения второго элемента.

Я думал, Сянь Юнь будет против, скажет, что ещё рано. Но каково же было моё удивление, когда она не только согласилась, но и заявила, что пойдёт с нами сама, мол, в этот раз лично за нами проследит. Заодно будет тренировать нас в свободное время.

К тому же…

— Это?..

— Рука из кости Геовишапа, которую ты мне дал, — улыбнулась наставница, протягивая мне протез. — Не знаю, получится ли у тебя восстановить руку из корней Ирминсуля. Но если не получится, этот протез должен облегчить тебе жизнь.

Она сама соединила его с моим телом. Поначалу я почувствовал неприятный зуд. Видимо, из-за закрепления к скелету. Затем фиолетовая жидкость покрыла протез, и вскоре он стал неотличим от обычной руки. Даже чувствительность появилась. Впрочем, последнее, пожалуй, не так уж удивительно.

Я сжал левую руку, а затем с благодарностью посмотрел на наставницу. Всё же, даже если бы рука восстановилась после пробуждения второго элемента, то, что она сделала это для меня, куда важнее.

Глава 94

Сумеру оказался именно таким, каким я его себе и представлял. Что-то вроде джунглей Таиланда – густая зелень, духота, невыносимая влажность. Солнце палит, воздух словно в бане, вокруг снуют какие-то жуткие насекомые. В общем, всё то, что я терпеть не могу. Даже находясь в теле куклы и не ощущая всего этого дискомфорта в полной мере.

И вновь я поражался тому, как стоит лишь пересечь границу между странами, как всё вокруг меняется буквально до неузнаваемости. Будто несколько измерений, развивавшихся совершенно автономно, каким-то нелепым образом сшили в одно. И дело даже не столько в природе, хотя и она разительно отличалась, сколько в людях, традициях, укладах. Обычно соседние страны так или иначе перенимают культуру друг у друга, но здесь этим даже не пахло.

Словно я и правда шагнул в другой мир.

— Восточные танцы…

— Что ты там бормочешь? — недовольно спросила наставница, бросив на меня косой взгляд.

— Песню вспомнил. Неважно, — отмахнулся я.

Ху Фуа и Сянь Юнь очень красивые девушки, которые при этом одеваются довольно свободно. Если уж начистоту, то очень соблазнительно. Даже Ху Фуа, раньше стеснявшаяся даже оголять плечи, попала под влияние Сянь Юнь, которой глубоко плевать на чужое мнение, из-за чего она носит только то, что нравится ей самой. Но всё же я настоял, чтобы они накинули плащи.

Перед отправлением в Сумеру я постарался как можно лучше узнать об этом регионе, и не зря. Местные порядки оказались весьма своеобразными. Во многом потому, что страна разделена на две части: пустыню со своими традициями и джунгли со своими. И если в Ли Юэ обычаи местами откровенно варварские, то здесь… сплошное противоречие на противоречии.

Но самая яркая черта Сумеру, затмевающая даже Ли Юэ, – это очень строгая иерархия. И, как ни странно, к женщинам здесь относятся чуть лучше. В том смысле, что они вполне могут занимать положение наравне с мужчинами или даже выше, и это воспринимается нормально. Им позволяют… Даже не так. Они могут развиваться, добиваться признания, строить карьеру без насмешек и угнетения. Так что зеленая часть Сумеру, подчиняющаяся Академии и Архонту, выглядит более или менее нормальной, если сравнивать с законами того же Ли Юэ.

Другое дело, что из-за того, что вся система завязана на социальной власти, отношение к людям в целом бывает явно хуже. Только наивный не поймёт этого. Потому что в Сумеру младший всегда обязан подчиняться старшему. По сути, это мало отличалось от рабства, разве что закон стоит над всеми, и за его нарушение могли снести голову даже влиятельному человеку.

Однако это лишь зелёная часть, а вот пустыня… Варварство, похищения, угнетение и единственный закон: кто сильнее, тот и прав. Разумеется, это если обобщать. Народы пустыни разделены на множество мелких общин, и у каждой свои порядки и законы. Но, учитывая, что даже для «цивилизованных» людей, которые по выходным закидывают камнями изменников и выбирают, кого обратить в рабство, они считаются дикарями, то лучше вообще не соваться в пустыню.

Впрочем, везде есть исключения. Тем более мы никто в Сумеру, а значит, эта страна вообще не для нас. Поэтому местные вполне могут заглядеться на Ху Фуа и Сянь Юнь, а затем, в силу своего менталитета, перейти черту, тем самым нарваться на смерть. А за этим неизбежно последовало бы внимание Академии, которой точно не понравятся подозрительные личности, слоняющиеся поблизости. Особенно если учесть, что у них в заточении Дендро Архонт. Из-за чего нас вполне могут принять за тех, кто собирается её освободить. Именно поэтому я и настоял, чтобы девушки прикрылись. Так шансы привлечь лишнее внимание хоть немного, но уменьшались.

Хотя какие уж тут шансы, один лишь самообман. Лицами девушки тоже хороши, особенно на фоне обычных людей, которые трудятся в поте лица и редко могут позволить себе заботу о внешности. Недаром у местных есть поговорка: грязный самоцвет скрыт от алчных взоров. То есть не привлекай к себе внимания, не получишь проблем. А Ху Фуа и Сянь Юнь на фоне местных выглядят как отполированные драгоценные камни среди угля. Ясное дело, взгляды всё равно будут прикованы к ним.

Вообще, я был бы совсем не против, если бы наставница воспользовалась своей силой, чтобы упростить путешествие. Но ей почему-то взбрело в голову идти как обычные люди. Видимо, романтики захотелось. Есть же люди, которые предпочитают самолёту или поезду долгую поездку на машине, находя в этом что-то особенное.

Я явно ещё взвою от этой «романтики»...

— У подножия этой горы находятся нужные нам руины, в которых подтверждено наличие корней Ирминсуля, — задумчиво произнёс я, сверившись с книгой искателя приключений. — Если не будем задерживаться, доберёмся к вечеру. Но севернее есть одно примечательное озеро. Говорят, оно лечебное и содержит огромное количество жизненной энергии. Не уверен, что это правда, но можно было бы заглянуть.

— Никаких отклонений от маршрута. Сначала основная цель, потом всё остальное, — проворчала Сянь Юнь, поправляя очки.

Вот ещё одна вещь, которую ей стоит снять. Они выглядят слишком дорогими и к тому же напоминают современные очки, тогда как у обычных людей здесь громоздкие, кривые и явно неудобные аналоги. А значит, тоже привлекают внимание. Тем более для неё это не предмет необходимости, а просто аксессуар. Но она отказалась наотрез, и спорить с ней было бесполезно.

— Тогда хотя бы не жалуйтесь потом, если мы пройдём мимо чего-то интересного, — вздохнул я. — Вдруг там окажутся какие-нибудь технологии, которые можно изучить.

— Жаловаться будешь только ты, — тихо хмыкнула Ху Фуа.

— Вот видишь, — кивнула Сянь Юнь. — Даже она это понимает.

— Да кому вы это говорите… — закатил глаза, прекрасно зная, какие они на самом деле.

И Ху Фуа, и Сянь Юнь ничем от меня не отличаются. Стоит им увидеть что-то по-настоящему интересное, то они тут же забывают обо всём. Просто у одной интересы крутятся вокруг всяких погребальных ритуалов, а другая за свои годы повидала слишком многое, чтобы её легко удивить. Вот и удобно им подшучивать надо мной, ведь мне интересно буквально всё.

Но, как бы то ни было, как я и предполагал, ко входу в руины мы добрались к концу дня. Их уже не раз зачищали и давно изучили вдоль и поперёк, но пришли мы сюда вовсе не за сокровищами. Хотя для меня Ирминсуль и есть сокровище. Пусть здесь лишь корни, а не ветви, как в моём теле, но сомневаюсь, что разница окажется столь уж принципиальной.

— Когда-то здесь был храм, — сказал я, спускаясь по длинной лестнице вниз. — Люди приходили сюда молиться и искать просветление. Потом случилось бедствие, и храм оказался погребён под землёй.

— И откуда ты это выкопал? — с интересом спросила Ху Фуа. — В книге искателя приключений про это вроде ни слова.

— А разве я читаю только её? — усмехаюсь. — Нигде прямо не сказано, но если собрать по крупицам разные сведения и сопоставить факты, картина складывается сама собой. Например, я почти уверен, что этому месту больше пяти тысяч лет. Храм погребло после падения Небесного Шипа, образов неподалеку Разлом. Землю выбросило наружу, и всё это накрыло руины.

— Небесный Шип?.. — Сянь Юнь внимательно посмотрела на меня, чуть прищурившись. — Ты раздобыл довольно любопытную информацию.

— А что такое «Небесный Шип»? — с любопытством поинтересовалась Ху Фуа.

Ответить решила Сянь Юнь. Впрочем, всё её объяснение сводилось к тому, что это некий объект, сошедший с небес. Без лишних подробностей. Видимо, она не хотела посвящать Ху Фуа в то, кем и зачем были сброшены эти шипы. Тема не из приятных.

Тем временем мы спускались всё глубже. Вход, по сути, представлял собой работу учёных, которые когда-то раскапывали руины, установив своды, лестницу и освещение из алхимических камней. Неудивительно, что, когда они ушли, это место сперва облюбовали искатели приключений. А затем подтянулись и всякие разбойники, рассчитывавшие урвать хоть что-то после остальных.

Так что встретить здесь похитителей сокровищ вполне возможно. Даже если настоящих ценностей давно не осталось, жадность и надежда – это та ещё извращённая смесь. Они будут рыться в земле до последнего, лишь бы найти то, что якобы упустили предшественники.

Однако я не ожидал, что мы столкнёмся с чем-то куда более странным.

Худые до крайности существа с серой кожей, натянутой, словно у мумий. Они чем-то напоминали гулей, но это явно не они. В отличие от тех безмозглых тварей, эти переговаривались между собой, параллельно срезая серебристые корни Ирминсуля.

И ещё…

От них явственно веет энергией Бездны. Сянь Юнь тоже это почувствовала, напрягавшись и готовая в любой момент атаковать.

— Думаю, лучше подождать, пока они не уйдут, — тихо сказал я, стараясь не шуметь.

— Не к добру это, — вздохнула наставница. — У них человеческие души, и их пожирает Бездна, но не так сильно, как обычно. Словно они способны сопротивляться.

Я кивнул.

Из всех существ, связанных с Бездной, на ум сразу пришли Маги Бездны. В игре они носили маски и плотную одежду, скрывая уродство разложения. Но там прошло пятьсот лет, а здесь с падения Каэнри’ах времени миновало не так много. Если это вообще они.

— А зачем им корни? — шёпотом спросила Ху Фуа, не сводя с них взгляда.

— Вероятно, используют их как материал для артефактов или как магические проводники.

И вдруг одно из существ резко дёрнулось. Я уже приготовился к бою, решив, что нас заметили. Но вместо этого неподалёку от них, словно из проекции, начали возникать люди с лопатами. Одетые как самые обычные разбойники. Разумеется, существа Бездны сразу отреагировали. Они заговорили на незнакомом языке, а стоило им умолкнуть, как рядом с ними вспыхнули огненные шары и ледяные шипы.

Магическое чтение?

Шаманы Хиличурлов тоже пользовались чем-то подобным. Раньше я думал, что это особый вид магии, но на деле всё сводилось к использованию артефактов. Создаётся предмет, способный воспроизводить определённое заклинание, а слова лишь активируют его, словно спусковой крючок у пистолета.

Я уже решил, что разбойников сейчас разнесёт на куски, но те приняли удар почти без последствий. А затем в один миг оказались рядом с существами Бездны и принялись забивать их лопатами с такой силой, что земля дрожала, словно эти железяки весили по несколько тонн.

— Да что здесь, во имя Гео Архонта, происходит? — не выдержала Ху Фуа.

Хотел бы я и сам это знать.

Одно из созданий Бездны дотянулось до отрезанного корня Ирминсуля и что-то прохрипело. Правда договорить удалось только с третьего раза, до этого ему пару раз смачно заехали лопатой по лицу. Затем существа исчезли, а отрезок корня рассыпался песком.

— Телепортация? — задумчиво проговорила Сянь Юнь. — Необычная магия… М?

Разбойники медленно повернули головы в нашу сторону и крепче сжали лопаты.

— Н-наставница… — заикаясь, выдавила Ху Фуа. — Вы их уничтожите?

— Нет, — спокойно ответила Сянь Юнь.

И в следующий миг меня безо всякого стыда вытолкнули вперёд.

— Серьёзно?! — только и успел возмутиться я, уклоняясь от удара лопатой.

В каждом их ударе чувствовалась мощь Геовишапа, а в скорости они почти не уступали даже мне. И всё же… При всей этой чудовищной силе двигались разбойники слишком грубо и прямолинейно. В тот момент, когда очередной удар рассёк воздух передо мной, я мгновенно отпрыгнул назад, а затем влево. Противники, сами того не осознавая, вытянулись в одну линию. И даже не стали разбегаться, а как зомби рванули прямо на меня.

Я едва заметно улыбнулся, понимая, что всё идёт как нужно, и в следующее мгновение сорвался вперёд, повторяя технику, которую однажды увидел у мастера меча.

Техника скользящего журавля представляет собой странную смесь обратного хвата и горизонтального реза лезвием вперёд. Решает не сила удара, а стремительность выпада, требующая скорости и ловкости. Вот только этих тварей нельзя прикончить столь просто. Даже удары существ Бездны не оставили на них серьёзных ран, лишь царапины. Поэтому я дополнительно напитал клинок стихией Электро и направил в острие духовную энергию.

Миг – головы противников слетели с плеч.

Затем их тела рассыпались на голубые частицы, которые впитались в корни Ирминсуля. В тот же миг над ними вспыхнула полупрозрачная проекция расцветающего дерева. Правда лишь на пару секунд, а после вновь всё вернулось в норму.

Я мрачно повернулся к девушкам.

Сянь Юнь выглядела задумчивой.

— Что? — невозмутимо спросила Сянь Юнь, уловив мой взгляд. — Это была хорошая тренировка. К тому же ты, возможно, не заметил, но, когда эти существа появились, корни поглотили часть нашей жизненной силы. Совсем немного, но я почувствовала это отчётливо. А когда они исчезли, стало ясно, куда именно она ушла.

— В Ирминсуль, — кивнул я. — Похоже, это последствия Катаклизма. После него Артерии Земли повредились, и информационная система Тейвата, если можно так выразиться, начала сбоить. Мир словно пытается воссоздать то, что когда-то здесь было.

— То есть эти разбойники… тоже часть сбоя?

— Скорее всего, — пожал плечами. — Возможно, когда-то они действительно погибли рядом с этими корнями, и теперь мир снова и снова воспроизводит их образы.

— Это отвратительно, — тихо сказала Ху Фуа. — У них ведь есть души… или хотя бы их след.

— Есть нечто, очень на них похожее, — поправила её Сянь Юнь. — Они ощущаются живыми, испытывают страх, растерянность. Но это лишь имитация. Пустая оболочка, созданная из нашей же силы.

Я ещё раз посмотрел на корни Ирминсуля.

Честно говоря, с первого взгляда и не подумаешь, что это именно он. Корни больше напоминают старые, высохшие деревья без коры, из-за чего их нередко называют окаменевшими деревьями. Впрочем, встречаются и другие, что выглядят как живые. Некоторые из них достигают высоты аж до трёх километров, и у их основания обитают жуткие монстры. Всё зависит от количества и качества энергии в окружающей среде.

Однако думаю и такие корни мне подойдут.

Позже, пока я собирал материалы для пробуждения, Ху Фуа решила осмотреть руины. А через минуту окликнула нас с таким воодушевлением, словно наткнулась на сокровищницу. Ну, как… Она нашла пару сундуков, роскошных снаружи, но заполненных обычной пшеницей, а также артефакты. Один из них оказался полым внутри и смялся в руках, а второй выглядит вполне нормально, но при этом сулил владельцу буквально головную боль.

Видимо, Артерии Земли воссоздали не только разбойников, но и предметы. И, разумеется, подобное разожгло любопытство не только во мне, но и в Сянь Юнь. Так что мы остались здесь ещё на несколько дней.

На второй день снова появились разбойники. И сундуки с артефактами тоже. Причём старые предметы никуда не исчезли. Но при этом новые не их точные копии. Словно мир опасается парадокса, и потому не может воссоздать абсолютно одинаковые вещи.

В итоге из трёх артефактов два вовсе не обладают магическими свойствами, хотя выглядят добротно и вполне годятся в качестве украшений. А третий… светится в темноте тусклым светом. В сундуках же вместо пшеницы на этот раз оказалась тухлая капуста.

На третий день всё повторилось. Причём строго в то же самое время, ни секундой раньше, ни секундой позже.

Естественно, это только сильнее подогрело наш интерес. Мы начали экспериментировать и постепенно выяснили несколько закономерностей. Пока предметы остаются на своих местах, а разбойники «живы», новые не появляются. Да и воссозданные люди раз за разом повторяют одни и те же действия, двигаются одинаково, испытывают одни и те же эмоции. Даже если их не трогать, они продолжают проживать один и тот же цикл.

Прям как марионетки…

Мы даже вытащили одного из разбойников за пределы руин. Правда, он тут же исчез, а вот предметы остались. Наставница предположила, что дело в сложности человеческой структуры. Предметы в этом плане устроены куда проще.

Также сила противников зависит от того, какие живые существа находятся рядом с корнями. В окружающей среде слишком мало энергии, и её недостаточно для полноценного процесса. Поэтому в момент воссоздания корни начинают вытягивать энергию из присутствующих. Поскольку это происходит очень быстро, забирается лишь малая часть энергии. К тому же не только сила, но и качество предметов зависит от этого. Чем меньше энергии поглощают корни, тем хуже получаются вещи.

Сиди здесь и фарми эти чёртовы артефакты годами, надеясь, что однажды выпадет что-то действительно стоящее. Может, и выпадет, но сколько времени на это уйдёт?

К тому же у меня возник другой закономерный вопрос. Если подобная аномалия существует здесь, то, возможно, она есть и в других руинах, где присутствуют корни Ирминсуля. Даже на мгновение возникла мысль, не поискать ли место, где враги будут связаны с Электро, но быстро отбросил её. От разбойников ведь ничего не оставалось после исчезновения. Скорее всего, и с нужной мне энергией вышло бы так же.

Как бы ни было любопытно происходящее, я не забывал, ради чего изначально пришёл сюда.

Пробудить второй элемент.

Глава 95

«Пробуждение»

Звезда Духа:отсутствует пробуждение

Необходимые предметы для пробуждения:

Очки Власти: 2/1

Источник Энергии Пробуждения: —

Стоило выбрать корни Ирминсуля, как интерфейс вспыхнул светло-голубым свечением. Это явно не Дендро-стихия. Даже оттенка зеленного нет, а скорее имеет… цвет системы, но чуть менее насыщенный.

Но раз уж корни подошли, я, несмотря на эту странность, всё же подтвердил пробуждение. И… ничего. Ни вспышки. Ни жара в груди. Ни того ощущения, когда в тело вливается новая стихия. Даже интерфейс не изменился. Кнопка подтверждения всё так же висела перед глазами.

Я несколько секунд смотрел в систему, ожидая хоть какой-то реакции. Затем снова попытался подтвердить пробуждение. Потом ещё раз. И ещё...

Система зависла, в точности как старый смартфон, которому пошёл уже второй десяток лет. Только если там ещё можно было зажать кнопку питания, вынуть батарею или, на худой конец, разбить об стену, то здесь всё наглухо застыло и не отзывалось ни на какие команды.

— Что-то случилось? — недоуменно спросила Ху Фуа, и её ладони легли мне на плечи.

Я даже не заметил, как она оказалась у меня за спиной.

— Не беспокойся.

Ху Фуа задумчиво посмотрела на меня, а затем как-то чересчур наигранно вздохнула.

С тех пор как она очнулась, между нами словно прошлись серпом. Близость осталась, эмоции никуда не исчезли, и она по-прежнему смотрит на меня с теплом. Но всё равно ощущалась отдалённость. И дело было не в ней, а, по большому счёту, во мне.

После случившегося Ху Фуа чувствует вину. Хоть мы и поговорили, но на душе у неё до сих пор скребут кошки. Из-за этого её отношение ко мне изменилось. Не разлюбила, нет. Но из равного партнёра я превратился в того, кого «нужно защищать». Эта жалость ранила сильнее, чем ненависть. Тем более для неё с того момента прошёл, по сути, один миг. Для меня же много времени. Достаточно, чтобы свыкнуться. А её жалость снова и снова ковыряет уже затянувшуюся рану.

Она и сама это понимает. Но девушки, как правило, свободнее выражают свои эмоции, поэтому у неё то и дело прорывается эта забота. К тому же она осторожно подбирает слова, старается не давить, иногда ловит себя на лишней тревоге и отводит взгляд. И от этого я ещё сильнее чувствую себя не в своей тарелке, из-за чего могу ответить резко или холодно.

Так что проблема, безусловно, во мне.

Однако внутренние терзания нельзя просто выключить по щелчку. Корень всех проблем – моя слабость. Значит, сначала нужно полностью восстановиться. Так будет легче не только мне, но и ей. А после… можно, не играя в японского героя, наладить отношения. В конце концов, этого хочется нам обоим – это видно невооружённым глазом, даже мне, не самому сведущему в романтике.

К тому же, если отбросить неприязнь к местной природе, она местами чертовски красива. Возможно, в будущем, когда я полностью восстановлюсь, стоит просто беззаботно прогуляться по таким местам. Думаю, Ху Фуа будет в восторге.

Интерфейс внезапно мигнул.

Затем я почувствовал зуд по всему телу. Терпимый, но с каждой секундой он нарастал, словно зубная боль. Из-за этого мне пришлось вздохнуть, натянуть на лицо мягкую улыбку и расслабленно откинуться назад.

— Не переживай, — сказал я как можно спокойнее. — Просто я элементальное существо, а тут слишком мало Электро-частиц.

Ху Фуа посмотрела на меня куда пристальнее, чем раньше.

Не поверила.

Впрочем, расспрашивать она не стала. Вместо этого села рядом и жестом пригласила меня лечь ей на колени. А я… не то чтобы был против. Поэтому устроился поудобнее, закрыл глаза и попытался отвлечься. Правда, недавние мысли о наших отношениях внезапно утащили меня в совершенно нелепую сторону.

К её бёдрам.

За почти год сна они стали мягче, приятнее на ощупь. Хотя поначалу она часто жаловалась, что стала дряблее. Крепкие мышцы уже не так отчётливо выделялись, и вернуть прежнюю форму ей, скорее всего, не удастся. Всё-таки полноценным человеком её теперь не назовёшь. Вот только я её горечи не разделял, и не разделяю. Признаться, по-мужски даже этому рад. Ведь разве что в аниме женщина, размахивающая тяжёлым двуручным мечом и изнуряющая себя спартанскими тренировками, может выглядеть как хрупкая модель без грамма мышц. Вот и Ху Фуа раньше позавидовали бы многие спортсмены, даже мужчины, увидев её пресс. А о мощных бёдрах, сформированных её стилем боя, и говорить не стоит.

В нашем союзе она больше походила на парня, чем я. Крепкая, воинственная, высокая девушка и я… лилипут со смазливым личиком.

Хотя я люблю её любой. Но нынешняя она… просто шикарна. Бёдра всё такие же большие и упругие, но уже не каменно-твёрдые, а тело обрело ту самую мягкость – необходимый лёгкий жирок, придающий нежную женственность. От неё просто невозможно оторвать взгляд, и сама Ху Фуа это замечает. Если раньше она с досадой отзывалась о своей «дряблости», то теперь больше не заостряет на этом внимания. Кажется, даже рада такому повороту.

К тому же одевается она так, что, не будь рядом наставницы, я бы, пожалуй, просто не выпускал её из своих объятий.

Впрочем, если задуматься, в Ли Юэ почему-то многие женщины обладают своеобразным телосложением, больше характерным для азиаток из моего мира. У них худые ноги и плоские попы. Это выглядит особенно странно, учитывая, что они вовсе не азиаты. В этом мире вообще нет ярко выраженных расовых различий. Все скорее похожи на метисов, где европейские черты словно смягчены и смешаны с чем-то нейтральным. Разве что тот мужчина, связанный с Бездной, выбивается из общей картины. Впрочем, кто знает, что он сделал со своей внешностью.

Даже темнокожих здесь нет. По крайней мере, гавань Ли Юэ – главный порт, где пересекаются народы всего Тейвата. И я ни разу не видел в этом мире по-настоящему темнокожего человека, лишь сильно загорелых. В игре, к слову, тоже таких не было.

Видимо, Небесный Порядок действительно создал людей по своему подобию, а эти незначительные различия лишь следствие эволюции за сравнительно короткий период времени. Правда, это всё равно не объясняет, почему в Ли Юэ всё выглядит именно так, а в Мондштадте иначе, хотя они соседи.

Легче, наверное, списать на странности этого мира…

Благо Ху Фуа внешностью пошла в отца, коренного мондштадтца. Пепельные волосы, голубые глаза, а тело… Ей восемнадцать. Скоро будет девятнадцать. И с каждым годом она становится только прекраснее.

— У тебя красивые глаза, — прошептала она, глядя на меня сверху вниз. — Они передают твои эмоции куда лучше, чем лицо.

Я усмехнулся, вспоминая некоторых мастеров, которые не слишком обрадовались поражению и потом с особой страстью проклинали меня.

— Забавно. Все, с кем я сражался, говорили иначе. Демон. Фея со взглядом зверя… Ох, милая… как же мне не хватало тебя.

Ху Фуа улыбнулась и положила ладонь мне на голову. В этот момент боль достигла пика. Зуд сменился ощущением, словно меня выворачивают изнутри и одновременно прошивают тонкими раскалёнными нитями. Даже когда моё тело взорвалось, боль была слабее этой.

Я закрыл глаза, отстраняясь от собственного тела. Сознание потянулось в знакомую пустоту. Так я хотя бы не напугаю Ху Фуа. Иначе новой порции жалости просто не выдержу.

— Сука… как же больно! — прошипел я, глядя на себя со стороны.

Тем временем с телом происходило что-то странное. Под кожей что-то активно шевелилось, как в тех мерзких фильмах про насекомых, откладывающих яйца под кожу. Только это явно не они. Я не чувствовал ничего чужеродного.

Ху Фуа, к счастью, ничего не заметила. Она прикрыла глаза и, кажется, снова погрузилась в медитацию. Хорошо. Не стоило лишний раз её тревожить. Как и Сянь Юнь, которая как раз решила прогуляться.

Я посмотрел на левую руку и нахмурился.

Кожа вокруг протеза не вздулась, и никакого шевеления нет. Однако она начала покрываться трещинами, складывающимися в причудливый узор, похожий на соты или рыбью чешую. Казалось, протез растет, разрывая плоть изнутри.

Пробуждение нового элемента изначально пошло через жопу. Неудивительно, что теперь происходила какая-то хрень…

Впрочем, постепенно разум начал привыкать. В моём случае именно он и является источником боли, ведь у меня нет ни нервов, ни сосудов. Возможно, поэтому каждый раз она ощущается по-разному. А может, причина совсем в другом – сейчас это неважно. Главное, что чем слабее становилась боль, тем лучше я себя чувствовал.

Однако кое-что всё ещё смущало. Я совсем не чувствовал Дендро-частиц в своём теле. Вообще. Зато Электро-стихия внутри стала насыщеннее, плотнее. Словно я заново её пробудил, а это попросту невозможно. Хоть корни Ирминсуля оплетают Артерии Земли, по которым движется элементальная энергия Тейвата, в них всё же всегда преобладала именно Дендро-стихия.

Пока я размышлял об этом, шевеление под кожей наконец прекратилось. Боль тоже отступила, оставшись где-то на задворках сознания. Заметив это, я тут же попытался вернуться в тело.

Но вместо нежной ладони Ху Фуа меня встретило странное пространство. Всё вокруг переливалось: где-то голубым, где-то красным, но чаще промежуточными цветами их столкновений. Казалось, я нырнул в вязкое токсичное желе. Вокруг нет ни земли, ни опоры. Я просто висел в воздухе, затерянный в этом хаосе красок.

— Привет.

Я медленно повернулся на голос. Настолько медленно, что нежданный гость улыбнулся. Или, может, улыбнулся из-за моего лица, которое сейчас наверняка демонстрировало весь спектр шока и удивления.

Передо мной стоял я. Точнее, мой двойник. Те же черты, то же тело. Но выражение лица другое, как и взгляд. Более мягкий, не такой, как у меня, без привычной хмурой мины. Даже немного мечтательный.

Именно таким я и помнил себя в те времена, когда только начинал обживаться в этом мире.

— Хе. Надеялся на такую реакцию, — сказал он, продолжая улыбаться. — Ты уже догадываешься, но всё же представлюсь. Я изначальный владелец этого тела. Имени у меня нет, лишь прозвище, данное людьми – Кабукимоно. А тебе я больше известен как Скарамучча.

— Как?

— Ну… — двойник на мгновение замер, погрузившись в раздумья, а затем коротко хмыкнул. — После той трагедии мой разум разрывала боль. Я отчаянно пытался заглушить её, но каждая попытка лишь вызывала приступы неконтролируемой злобы. Мне хотелось сжечь всё дотла. Но вместо разрушения я выбрал забвение. Я погрузился в глубокий сон, и именно в это время ты занял моё место. А теперь ты пробудил ядро, и вместе с ним пробудилось и моё сознание.

Слева от меня возник белоснежный бутон. По крайней мере, в ослепляющем свете он казался именно им. Когда яркость немного спала, я понял, что передо мной не растение, а странный артефакт. Клетка в форме бутона, внутри которой сияла плотная энергетическая сфера.

Нет сомнений, что он создан из Ирминсуля. Фрагмент настолько чистый и мощный, что я невольно ощутил прямую связь с материнским древом. А цвет сияния... он в точности совпадал с тем, что я видел в окне интерфейса.

Я посмотрел на Скару хмурым взглядом.

— Вельзевул создала его из чистейшей ветви Ирминсуля, а этот сияющий шар внутри – его плод. В народе его называют плодом мудрости. Сокровище, которое она когда-то так небрежно отбросила… расточительность, достойная божества, — с едва заметной усмешкой пояснил он.

От Скарамуччи можно ожидать чего угодно. Особенно учитывая, что он – изначальный владелец этого тела. А значит, имеет полное право захотеть вернуть своё. Но… возвращать тело я не собираюсь. Как бы подло это ни было. Пусть так. Мне тоже хочется жить. Тем более у меня есть ради кого.

— Электро Сердце Бога должно было стать моим «сердцем», тогда как это ядро являлось «мозгом», — продолжил Скара, и в его голосе послышалась горечь. — Но в итоге я лишился всего… даже тела.

— И что ты чувствуешь по этому поводу? — осторожно спросил я, не сводя с него пристального, настороженного взгляда.

Понятно, что вопрос глупый. Даже идиотский. Но это лучше, чем просто стоять молча, напряжённо глядя друг на друга.

К тому же инвентарь не отвечает, а значит, извлечь меч не удастся, и, в случае чего, придется полагаться на магию. Только вот он – мой двойник, а значит, обладает теми же способностями и полной невосприимчивостью к Электро-стихии. Разве что духовная сила у нас должна отличаться… По крайней мере, так должно быть, но я не уверен.

— Ты не понимаешь, что происходит, — он пренебрежительно фыркнул. — Поглотив корни, ты не просто разбудил ядро, а оживил саму основу тела, созданную из засохших ветвей Ирминсуля. Твоя сущность перестраивается, адаптируясь к новой форме за счет конвертации энергии информационного поля. И ядро уже интегрировано в твою структуру.

Скара указал на мою левую руку. Там, где раньше была человеческая кисть, теперь красовалась уродливая деревянная лапа, напоминающая конечность Геовишапа. Следом я обратил внимание и на другие изменения. Сбросил верхнюю одежду и увидел, что под кожей, словно разветвлённая сеть, пульсируют голубые энергетические каналы, похожие на дорожки микросхемы.

— Я понимаю, что ты встревожен, но времени у нас мало. Как только тело завершит трансформацию, я исчезну, — он криво усмехнулся.

— Прости, но я тебе не верю, — хмуро отрезал я, скрестив руки на груди.

— Пока я спал, я прожил твою жизнь. От младенчества до самого последнего вздоха в той яме. А потом очнулся, сбитый с толку. Кто я? Брошенная кукла, которой приснилось, что она человек? Или человек, которому снится, что он – кукла? — Скара на мгновение замолчал, словно обдумывая сказанное, затем вздохнул и твёрдо посмотрел на меня. — Я не хочу становиться тем, кто несёт лишь хаос и разрушение, как моя версия из игры. Поэтому во мне нет ненависти к тебе. Напротив… я рад, что всё сложилось именно так.

Он что, использовал цитату про бабочку из моего мира?..

Впрочем, в начале своей истории Скарамучча не был плохим, скорее наоборот, наивным и добрым мальчиком. Вот только именно этот мальчик впоследствии разрушил множество судеб, а его интриги привели великие школы Инадзумы к нелепому самоуничтожению. Мало ли, как моё присутствие исказило его личность. Да и он далеко не глуп. И если бы не сюжетная броня главного героя и спорные решения разработчиков, победить его в игре вряд ли бы удалось. Тем более зная про его связь с Ирминсулем.

Мало того, судя по всему, ему известны все мои знания. Значит, я для него как открытая книга… Действительно паршивая ситуация.

— Я даже не знаю, как на это реагировать, — выдохнул я, бессильно покачав головой. — И… честно, не представляю, каково это – осознать себя персонажем игры.

— Тогда кто ты сам? — отреагировал Скара неожиданно резко, даже с какой-то чрезмерной обидой в голосе. — Тебя не настораживает уже сам факт, что ты оказался здесь? Твоя система явно основана на силе Ирминсуля. К тому же это закрытая планета. После смерти ты просто не смог бы переродиться здесь извне. Разве только когда-то ты уже жил в Тейвате, затем покинул его и получил возможность свободно реинкарнировать. А когда умер на Земле… вернулся обратно. Возможно, из-за Катаклизма. Тогда Бездна раскалывала пространство и время этой планеты, и твою душу могло просто притянуть домой. По крайней мере, по времени всё сходится.

Я промолчал.

Да и что я мог сказать? Ничего толкового. Правильного ответа всё равно не получить, а строить на этот счёт теории… себе дороже.

— Впрочем, это не так уж важно, — продолжил он. — Так что сейчас, когда ты немного успокоился и можешь здраво мыслить… постарайся меня услышать. Я скажу то, что тебе стоит знать.

То, что Скарамучча рассказал дальше, заставило меня насторожиться. Впрочем, после его появления меня, казалось, уже ничто не могло удивить. Даже его слова о том, что этот мир хочет меня убить. Точнее, не сам мир, а некая система на небесах, призванная наблюдать за жизнью в Тейвате. Она напрямую связана с Ирминсулем, и потому Скара, ненадолго соединившись с ним при пробуждении, сумел получить доступ к некоторым данным.

К слову, ключевую роль здесь сыграло лунное ядро Цзы Цяо, сработавшее подобно ключу. Почему это произошло – даже он не знает, но предположил, что у неё может быть доступ к системе. Это насторожило меня вдвойне. К сожалению, прямых доказательств нет, лишь косвенные улики вроде легенды о дочери Времени. Поэтому я лишь сделал пометку на будущее, не став сейчас заострять на этом внимание.

Система следит за порядком в Тейвате, работая как несовершенный антивирус. Она связана с Ирминсулем, который просчитывает вероятности будущего и от этого отталкивается. Ей безразличны заговоры Царицы и козни Дотторе – всё это остаётся в пределах предсказуемого, а значит, допустимого. Но я… я стал аномалией. Мои действия вышли за рамки того, на что был способен обычный Скара, и именно этим я привлёк внимание системы.

Пробуждение Электро-элемента стало отправной точкой для последующих событий. Хотя Скара и мог сделать это самостоятельно, мой способ отличался от нормального, из-за чего я стал восприниматься как «баг», который необходимо устранить. А пробуждение духовной энергии лишь окончательно подтвердило необходимость этого.

Оказалось, что Скара, созданный на основе Ирминсуля, физически не способен стать Адептом или даже встать на этот путь. Ирминсуль – это воплощение информационного поля Тейвата. Души же являются сгустками информации, а духовная энергия – её частицами, утратившими форму и смешавшимися с элементальной силой, ибо всё в этом мире сотворено из Света, разделившегося на спектры. Связь Скары с первоисточником слишком несовершенна, и в то же время сам он слишком «совершенен» для пути Адепта. Лишь наличие человеческой души позволило мне начать осваивать духовный путь. По крайней мере, к такому выводу мы с ним и пришли.

Радует только то, что из-за того, что Небесный Порядок «уснул» после событий двадцатилетней давности, система стала автономной. Именно поэтому я всё ещё жив.

Однако это не значит, что она не способна портить мне жизнь. Будучи напрямую связанной с этим миром, система может действовать через него. Например, даровать Глаз Бога одной девочке, чтобы некая ведьма заметила меня в окружении Крио-частиц и смогла устранить. Или замкнуть Артерии Земли, чтобы Ху Фуа, чьё сознание было отдалено от тела, получила мощный разряд, а её тело, стремясь выжить, обратилось в огненное бедствие, способное испепелить меня.

Бей своих, чтобы чужаки боялись…

Не просто так такие, как Моракс, предпочитают действовать из тени и чужими руками. Они тоже узники Селестии. Но, в отличие от меня, чужака, которого проще устранить, их накажут. Например, могут без лишних колебаний отнять любимого человека, стоит лишь попытаться показать клыки. Об этом Скара лишь намекнул, не желая вдаваться в подробности. Но каждый Архонт когда-то потерял кого-то дорогого, после чьей утраты изменился навсегда.

Лишь те, кто пришёл из-за пределов Тейвата, способны свободно действовать в этом мире. Система их попросту не распознаёт, а значит, не может и наказать. Причина кроется в Ирминсуле, который собирает сведения только о существах, принадлежащих Тейвату, и связан именно с ними. Поэтому Скара и называет эту систему тупой и ущербной. Я же оказался в его теле, а потому не могу действовать так же свободно, как, например, главный герой Геншина.

Так что…

Похоже, спокойно жить мне никто не даст. Всё прямо как говорила Цзы Цяо. Только вот Скара поднял эту тему не просто так. Если ему верить, эта система не только ущербна, но ещё и не способна действовать свободно.

— Её возможности ограничены, но даже этого достаточно, чтобы творить мелкие пакости. А те, сбившись в ком, могут ударить по тебе весьма ощутимо, — мрачно произнёс Скарамучча и вздохнул. — Впрочем, без своего хозяина она примитивна. К тому же ты силён. Поэтому у тебя… у нас есть два пути. Первый, сыграть по её правилам и обратить её силу в нашу пользу. Второй, стать цунами, способным смести всё на своём пути. Хотя, признаться, мне нравятся оба варианта.

— Насколько система готова жертвовать людьми? — спросил я.

На его лице появилась улыбка.

— Ты всё правильно понял. Не зря я сравнил её с дефектным антивирусом. Суть в том, что каждое изменение порождает новые переменные, из-за чего она лишь сильнее перегружает себя, фактически запуская процесс самоуничтожения. Например, шансы на то, что Нахида выйдет из тюрьмы в ближайшее время, близки к нулю. Но если ты внезапно ворвешься в Академию, освободишь её и свергнешь мудрецов, все расчеты мгновенно рухнут, что нанесет сокрушительный удар по этой тупой системе. Новые вычисления лишь увеличат нагрузку. При этом, освободив её, ты получишь доступ к Ирминсулю, а значит сможешь стать невидимым для системы.

Но для этого нужно действовать быстро. Очень быстро. Иначе ничего не выйдет. К тому же теперь я наконец понял, почему вокруг меня постоянно творится всякая дичь, словно я главный герой аниме, вокруг которого вращается весь мир. Возможно, если бы не она, мне не пришлось бы бежать из Мондштадта. И, вероятно, я бы не столкнулся с тем существом из Бездны…

Внезапно ядро вспыхнуло ослепительным сиянием. По клетке поползли трещины, а сфера внутри начала увеличиваться.

Скарамучча посмотрел на свои полупрозрачные руки и тяжело вдохнул. Впрочем, называть его так уже, возможно, неправильно. «Скарамучча» лишь прозвище его злой версии в рядах Фатуи. Но и «Чудиком» его не назовёшь. Как и «Разрушителем наций» – именем, под которым его знали до вступления в Фатуи.

Хотя «Скара» уже звучит почти по-родному.

— Вот и всё. Я бы хотел сказать ещё многое, но лучше сказать самое важное, нежели лить слёзы, — в его голосе прозвучала горькая ирония, отсылающая к Эи.

— А…

Я едва успел открыть рот, как его фигура рассыпалась на множество белых частиц, устремившихся к ядру неподалёку от меня и впитавшихся в него. Почти сразу оно начало стремительно расти, пока не перестало помещаться в клетке и не стало походить на плод какао.

Больше ничего не произошло.

Вернувшись в тело, я увидел перед глазами бесконечный поток системных уведомлений. Но главное… корни Ирминсуля так и не пробудили во мне второй элемент. Хотя я предчувствовал такой исход, но всё же в глубине души теплилась надежда на чудо.

Хорошо хоть пробуждение не прошло бесследно. Корни не просто укрепили тело, а многократно усилили каждую характеристику. В результате я не просто перестал ощущать былое бессилие, теперь казалось, что любое, даже самое незначительное движение способно стереть в пыль Геовишапа.

К тому же я больше не кукла, а кто-то вроде Энта, поскольку раса гласит…

Элементальная сущность

Аномальная форма существования, возникшая при незавершённой трансформации в Дендроморфа. Сочетает в себе стабильную структуру древесной природы и нестабильный поток Электро-энергии.

Просто «элементальная сущность»?..

Похоже, даже сама система не способна точно определить, чем я стал. Да и я не уверен, можно ли назвать меня полноценным элементальным существом.

Дело в том, что мои «кости», сотворённые из высохших ветвей Ирминсуля, ожили и пустили корни. Теперь они пронизывают меня изнутри, словно сеть сосудов, вмешиваясь в привычное течение энергии. Более того, эти корни непрерывно поглощают мою элементальную силу. Но поскольку всё это происходит внутри меня, возникает замкнутый цикл. Корни впитывают энергию до предела, а затем вынуждены возвращать её обратно. В ответ же Электро-энергия давит на них, пытаясь растворить чужеродную структуру. Этот конфликт рождает аномальную гармонию, которая лишь укрепляет мои «кости» и делает мою энергию плотнее.

При этом мои чувства обострились настолько, что даже падение маленького камушка звучало как взрыв динамита у самого уха. Зрение же улавливало мельчайшие колебания пыли в воздухе. Лишь благодаря долгим тренировкам, позволявшим отделять разум от тела, я смог сохранить концентрацию и не впасть в сенсорный шок. И то, думаю, ещё долго буду привыкать к такому.

К тому же за год, пока я восстанавливал силы, мне удалось получить ещё одно «очко власти». Так что, так или иначе, я смогу пробудить Дендро-стихию. И принципиально это сделаю. Особенно теперь, когда не хватает только её, словно отполированного бриллианта, для которого уже приготовили место в кольце.

Единственное, что портило момент, – это тяжёлый, осуждающий взгляд учителя и смущённое выражение лица Ху Фуа.

— Я что… голый?

И… нет. Одежда всё ещё оставалась на мне, хотя теперь сидела внатяжку. Высохшие корни Ирминсуля вновь наполнились жизнью и, словно сухая древесина, впитавшая воду, разбухли. Не слишком сильно. Наверное, процентов на десять. Но этого хватило, чтобы моё тело стало выше и массивнее.

Я попытался подняться, и в тот же миг одежда, сотканная Сянь Юнь, разорвалась, не выдержав моей силы. А ведь прежде она пережила даже сражение с тем старым Геовишапом. И да, в итоге я действительно оказался голым перед девушками, отчего ситуация стала ещё более нелепой…

***

Огромная пещера, заполненная фиолетовыми кристаллами, между которыми то и дело вспыхивают электрические разряды. Сквозь её своды и стены тянутся гигантские корни Ирминсуля, покрытые фиолетовыми прожилками – следами скопившейся и застоявшейся в этих местах Электро-энергии.

Когда-то здесь обитал исполинский растительный монстр, чья мутация стала следствием аномального скопления Электро-частиц. Однако пару месяцев назад группа искателей приключений расправилась с ним, и с тех пор пещера стояла заброшенной. Пока пару недель назад мы с девушками не остановились здесь.

— Энергии осталось совсем немного, — тихо произнёс я, вытаскивая древесные иглы из корней Ирминсуля. После пробуждения я обрёл способность выращивать из собственного тела древесные структуры, полностью подчинённые моей воле. К моему удивлению, они оказались чрезвычайно эффективны в поглощении Электро-стихии. — Если я продолжу вмешиваться, это может вызвать критический дисбаланс в Артериях Земли этого места. Так что нам пора уходить.

Спрыгнув с валуна, Ху Фуа замерла в метре от меня, не решаясь поднять глаз. Глядя на неё сверху вниз, я почувствовал, как на губах сама собой расцветает ухмылка.

С тех пор как моё тело изменилось, прошло уже немало времени, но ни я, ни Ху Фуа так и не смогли окончательно к этому привыкнуть. Вернее, привыкли, но именно это позволило нам взглянуть друг на друга по-новому. А после небольшого разлада нам как раз этого и не хватало. Поэтому вот уже третью неделю мы вели себя как влюблённые голубки, словно только-только начали встречаться. Эмоции били через край, и нельзя сказать, что это было плохо, скорее даже наоборот.

P.S. Если хотите получать новые главы быстрее и заодно поддержать проект, буду рад видеть вас на Бусти. Ссылка в примечании.

Глава 96

Ху Фуа набросилась резко, развернувшись всем корпусом. Её массивный меч замахнулся так, словно собирался разрубить меня надвое, но я успел среагировать. Я подставил свой тонкий клинок под углом, позволяя инерции удара соскользнуть в сторону и распределяя нагрузку по всей длине лезвия. Затем опустил корпус ниже, будто собирался рухнуть спиной на землю, и едва заметно сместил ладонь. Из-за этого кончик тяжёлого меча пронёсся всего в сантиметре от моего носа и по инерции ушёл в сторону.

На мгновение показалось, что Ху Фуа беззащитна и открыта для удара. Но лишь на миг. Полагаясь на свою силу, она мгновенно сгруппировалась и, используя меч как противовес, попыталась нанести удар ногой мне в бок.

Увернуться мне не составило труда, но она именно на это и рассчитывала.

Едва её клинок вонзился в землю, девушка, будто цирковая акробатка, провернулась вокруг рукояти и одним мощным рывком выдернула меч из почвы. В лицо мне полетели комья грязи и земли. В ту же секунду последовал новый удар – широкий, сокрушительный, смертоносный для любого, кто не привык сходиться с ней в бою лицом к лицу. Стоит лишь на долю секунды потерять концентрацию, и тяжёлая масса меча, помноженная на чудовищную силу девушки, превратит череп в кровавое месиво.

Я привык к её стилю боя, так что подобные хитрости не могли подействовать. К тому же ослепить меня таким способом попросту невозможно. Моё особое восприятие мира сводило такие попытки на нет.

Резким рывком я ушёл в сторону, разрывая дистанцию. В то же мгновение участок земли, где я только что стоял, взорвался под чудовищной силой её удара. Почва вздыбилась, комья грязи и щепки разлетелись во все стороны, а ударная волна прокатилась по округе тяжёлым гулом.

Меч в её руке – вершина моих нынешних возможностей. Он не просто тяжёлый, но ещё и выверен до идеального баланса. Всё-таки при её чудовищной физической силе любой обычный клинок кажется хрупкой веткой. В них попросту не хватает массы, чтобы в полной мере раскрыть мощь и стиль боя Ху Фуа.

Как бы там ни было, пот стекал по её лицу градом, но едва капли срывались с кожи, как тут же испарялись в воздухе, перенасыщенном Пиро-энергией. И всё же, сколько бы рвения она ни вкладывала, одолеть меня ей не удавалось. Моя древесная оболочка после пробуждения стала невероятно прочной, а желеобразная субстанция внутри отлично гасит вибрации. Во всяком случае, при тех ограничениях, что наложила на неё Сянь Юнь, уж точно не выйдет победить меня.

К тому же, поглотив ту аномальную область, переполненную Электро-энергией, и пропустив её через лунную сферу, моя элементальная сущность не только восстановила прежнюю мощь, но и превзошла её. Благодаря корням тело теперь вмещает значительно больше энергии.

Снова чувствовать себя сильным – невероятное блаженство…

Только вот с Дендро-стихией пока полный провал. Не хватает материалов для пробуждения. Да и у элементальных существ, несмотря на преимущество над остальными расами, есть существенный недостаток – после каждого боя им требуется восстановление. Поэтому надеюсь, ядро того старого Геовишапа поможет мне избавиться от этого изъяна.

— Моё тело уже достаточно разогрето, — тихо предупредила Ху Фуа. Воздух вокруг неё затрепетал, и потоки энергии начали складываться в силуэт птицы. — Стойка….

— Всегда хотел знать, а тебе обязательно произносить вслух название своей техники?

Она промолчала, полностью сосредоточившись на управлении Пиро-частицами.

Миг – девушка оказалась возле меня. Мой меч не выдержал. Лишь от её приближения сталь не выдержала давления, лопнув и рассыпавшись в пыль. Я тут же воздвиг энергетический барьер, ставший единственной преградой на пути массивного клинка Ху Фуа.

Столкновение стихий породило ужасающий взрыв. Вспышка раскалённой энергии, сравнимая с детонацией ядерного заряда, смела всё вокруг. Земля под ногами в одно мгновение испарилась, обратившись в ревущую плазму, а ударная волна швырнула нас в разные стороны.

Она рухнула в озеро, и вода тут же выкипела от нестерпимого жара её тела. Меня же, подобно метеориту, впечатало в горный массив. Даже мои сверхпрочные кости не выдержали. Они лопнули. Но, к счастью, поглотив часть Электро-частиц в моём теле, древесная структура быстро восстановилась.

А ведь я помню, как раньше она боялась даже случайно задеть меня, боясь причинить вред. Сейчас же… от той нежности не осталось и следа.

— Не будь наставницы рядом, люди пришли бы в ужас, — едва слышно прошептал я, с трудом выбираясь из-под обломков скалы.

Внизу, в кратере, оставшемся после взрыва, творился сущий ад. И самое пугающее, подобное постепенно становилось нормой. На каждой нашей тренировке мир вокруг буквально рассыпался на части, и от этого меня невольно пробирала дрожь. Ведь раньше, ещё живя на Земле, я видел такое лишь в комиксах о супергероях или аниме, а теперь сам стал частью этого безумия.

К тому же, это далеко не предел. Совсем не предел. По легендам, боги способны на такое, рядом с чем всё происходящее здесь покажется лишь детской игрой в песочнице. Тот же Венти одним порывом ветра сдул величайшую гору Мондштадта, раздробив её на бесчисленные осколки, что затем рухнули в океан.

Хотя и наши подвиги, если эти разрушения вообще можно назвать подвигами, всё же впечатляют. К счастью, Сянь Юнь с помощью какого-то волшебного артефакта восстанавливает местность после каждой нашей тренировки, иначе люди явно бы ужаснулись. Впрочем, не исключено, что мы просто находимся внутри замкнутого барьера, в точности повторяющего эту местность. Но доказать это я не могу, а на все вопросы она лишь таинственно улыбается.

А тем временем Ху Фуа угрюмо смотрела на меня. Её меч валялся в стороне, а сама она выглядела не сказать чтобы плохо. Несмотря на золотые трещины, покрывавшие её тело, в ней всё ещё оставалось немало энергии и боевого духа. Наши спарринги обычно заканчивались лишь тогда, когда её энергия окончательно иссякала.

Переведя дух, девушка вновь бросилась в атаку. Она не стала тратить время на поиск клинка и перешла в рукопашный бой, в котором не менее искусна.

Несмотря на выставленные для защиты руки, удар ноги Ху Фуа всё равно отбросил меня назад. Какой бы силой и прочностью я ни обладал, массы тела всё же недостаточно, чтобы устоять на месте после такого удара. К тому же камень под ногами не выдержал чудовищной кинетической энергии и буквально раскрошился подо мной.

Следом последовал ещё один удар, но я успел уклониться, и её кулак застрял в расщелине скалы. Это явно застало Ху Фуа врасплох. Замешательство буквально читалось в её широко распахнутых глазах. В настоящем бою подобная ошибка могла бы стоить ей жизни. Так что… Не давая девушке опомниться, я резко ударил её ногой в живот, отправив в полёт, и тут же прыгнул следом. Уже в воздухе, используя технику «Танца Богини Грома», я создал под собой ступень из Электро-частиц и взглянул на Ху Фуа.

По силе она страшнее даже того старого Геовишапа. Хотя бы потому, что пламя буквально является частью неё. Как говорится, всё, что не убивает, делает сильнее. Здесь произошло нечто похожее. После той катастрофы, когда она буквально выжгла целую долину, её запасы магической энергии заметно возросли, как и контроль над ней. А вместе с этим увеличилась и её физическая мощь.

Не зря наставница говорила, что самое яркое пламя сгорает быстрее всего.

Ху Фуа осушила восстанавливающее зелье и резко оттолкнулась от земли, вложив в прыжок силу своих мощных ног и взрывную волну Пиро-энергии. В следующее мгновение она уже оказалась на моей высоте. Однако я лишь слегка сместился в сторону, и девушка, не сумев погасить инерцию, стремительно рухнула обратно на землю.

К сожалению, мои прежние планы по освобождению Нахиды летят ко всем чертям. Стоит мне начать искать сообщников, как Ирминсуль быстро всё просчитает, а следом обо всём узнает и система. А ведь я рассчитывал на помощь тех полубогов из пустыни. Сейчас они точат зуб на Академию за то, что та сотворила с Тайным Орденом. И если они узнают, что Дендро Архонт всё это время была ни в чём не виновата и сама оставалась пленницей, то наверняка обнажат свои клинки.

Жаль, но полагаться на других в этом деле нельзя, так что придётся действовать грубо и хаотично. Думаю, через месяц уже можно будет начинать. Как раз к этому времени наставница, по её словам, закончит работу с ядром Геовишапа.

Я спустился на землю и продолжил защищаться там.

Ненавижу такие тренировки, где один лишь защищается, а другой пытается пробить оборону. Каждый раз чувствую себя вратарём, который просто стоит без дела и смотрит, как остальные веселятся. Но Сянь Юнь настаивает именно на таком подходе. Мол, столкновение наших сил вызывает слишком опасную реакцию.

— Ха! — резко выдохнула Ху Фуа и ударила по краю огромного валуна.

Осколки, раскалённые от трения о воздух и Пиро-частиц, рванули в мою сторону, словно падающие звёзды. Красиво, но смертельно опасно. К тому же Ху Фуа использовала эту атаку как отвлекающий манёвр, одновременно заходя в атаку сбоку.

В её руке вновь появился клинок, и она снова влила в него огромное количество энергии – это легко определить по форме огненной птицы. В этой стойке она часто наносит удар так, что противнику невольно хочется принять его на своё оружие. И в тот миг, когда клинки сталкиваются, на врага обрушивается вся накопленная мощь Ху Фуа.

Стоило мне лишь качнуть головой, как раскалённые камни оказались в пределах моей досягаемости и тут же были сметены в сторону. Следом подоспела Ху Фуа. Двигалась она быстро, но после пробуждения мои чувства обострились, а мысли стали течь куда быстрее. Из-за этого всё вокруг казалось неестественно медленным. Возможно, дело было в ядре, которое, по словам Скары, теперь полностью активировалось и слилось со мной.

Я принял удар Ху Фуа на себя. Для этого вырастил из корней подобие меча, удлинив пальцы и срастив их воедино. Ху Фуа не смогла прорубить их. Однако с её клинка уже срывалась огненная волна, и я отступил на шаг, слегка уводя огромный меч вверх. Затем, направив элементальную энергию, создал преграду. Не нужно полностью останавливать атаку, достаточно поставить барьер прямо перед точкой выброса энергии. Тогда пламя, подобно воде, само изменит траекторию.

Миг – огненная волна накрыла небо, а небольшой взрыв от столкновения Пиро и Электро отбросил меня на безопасное расстояние.

— Неплохо, — произнесла Сянь Юнь, до этого момента спокойно наблюдавшая со стороны. — В этот раз ты двигалась хорошо, но, как всегда, не хватает резкости, из-за чего любой сможет просчитать твои движения.

Ху Фуа фыркнула в ответ на слова наставницы и отвела взгляд. Не удивлюсь, если ей снова увеличат вес утяжелителей. Так было всегда. Стоило показать хоть какой-то прогресс, как тут же появлялись новые ограничения. Ведь только преодолевая преграды, можно стать сильнее.

Заметив мимолётное недовольство ученицы, Сянь Юнь тепло улыбнулась, а затем перевела взгляд на меня и слегка нахмурилась.

Не дожидаясь вопросов, она небрежным жестом извлекла из подпространства ядро старого Геовишапа. Оно заметно отличалось от того, каким я запомнил его в момент передачи. Стало более округлым, покрылось странными узорами, а на поверхности появились непонятные отверстия, напоминающие пчелиные соты.

Я не стал лукавить или скрывать свои намерения. Сянь Юнь всё же мой учитель. К тому же её мастерство превосходит умения любого известного мне существа, за исключением, пожалуй, самого Моракса. Однако его присутствие в моей жизни стало слишком непредсказуемым, чтобы я мог всерьёз на него полагаться. Да и Эи, с которой я даже лично не знаком, тоже не в счёт.

Кроме ядра, я передал ей ещё кристаллическое сердце той девушки и вещи её лидера. К счастью, крокодил служил ему не только ездовым животным, но и носильщиком, что, впрочем, вполне логично. Мало кто решился бы приблизиться к такой здоровенной твари, а значит, его вещи оставались под надёжной защитой. Именно поэтому они не пострадали от взрыва и в итоге достались мне. Среди них как раз нашлась книга, по которой девушка проводила ритуал трансмутации.

— Было тяжело, но благодаря одной знакомой, неплохо разбирающейся в алхимии, ядро готово принять тебя.

Сказав это, Сянь Юнь протянула мне сердце Геовишапа, а затем вернула и кристалл, наполненный Дендро-энергией. К моему удивлению, сила внутри него никуда не исчезла, вопреки моим ожиданиям. Значит, сможет послужить для пробуждения Дендро-элемента.

Главное, после этого не превратиться в чудовище, как герой одного недавно прочитанного мной романа. Там парень обратился в дракона, а его жёнушка, перепугавшись, тут же сбежала. Забавная комедия… но переживать нечто подобное в реальной жизни мне совершенно не хочется. Даже несмотря на счастливый финал.

К тому же изначально я планировал использовать ядро Геовишапа совсем иначе. Однако из-за корней мой организм претерпел серьёзную перестройку, и мы с наставницей пришли к выводу, что ядро следует встроить в древесную структуру, чтобы энергия могла циркулировать через него. Так оно будет кристаллизовать Электро-частицы, как это происходит у Геовишапов.

В конце концов, у любого сосуда есть предел вместимости, а подобный способ позволит накопить во мне в разы больше энергии. Более того, её качество выйдет на совершенно иной уровень по сравнению с обычными элементалями, и мне уже не придётся так сильно опасаться за свою основу. Я стану ближе к драконам.

— Так когда приступим? — спрашиваю, приподняв ядро Геовишапа так, чтобы в его гранях отразилось солнце.

— А нам есть куда спешить? — озадаченно произнесла Ху Фуа. — Я до сих пор не понимаю твоей одержимости силой.

Я перевёл на неё взгляд.

Как же хотелось рассказать ей о системе. Обо всей той дичи, которую она принесла в нашу жизнь. Но я не мог. Небесная система следит за нами. А значит, стоит мне проболтаться, и весь план по спасению Нахиды полетит к чертям. Уверен, Ирминсуль тут же выстроит новую линию событий, как только узнает, что мне известно о системе.

Главное, чтобы имплантация ядра прошла успешно. Всё равно скрыть такое от неё не получится, а потому кто знает, что эта гадина может выкинуть. Впрочем, в крайнем случае всегда можно будет пройти ещё одно пробуждение. Теперь недостатка в Дендро-энергии нет, да и очко власти тоже имеется.

— Ну, сама посуди, — пожал я плечами, быстро подбирая ответ. — Сейчас у меня есть всё, чтобы стать сильнее. Так какой смысл откладывать? Тем более мы живём в мире, где в любой момент может объявиться очередной дракон… или кто похуже. Так что это не одержимость, а элементарная логика.

— Просто я боюсь однажды за тобой не поспеть, — с лёгкой улыбкой ответила Ху Фуа. — Да и, зная тебя, я решила, что ты снова задумал какую-нибудь опасную авантюру, ради которой и пытаешься так быстро стать сильнее.

Услышав это, я натянуто улыбнулся и перевёл взгляд на наставницу. Поймав его, Сянь Юнь лишь пожала плечами и заявила, что начинать можно в любой момент. В конце концов, не ей же придётся страдать во время операции.

В итоге я решил не тянуть.

Ху Фуа сразу ушла медитировать к водопаду, не желая смотреть, как меня будут резать. Я же остался наедине с Сянь Юнь. Стоило девушке скрыться из виду, как наставница растянула губы в жутковатой улыбке, а её хищный птичий взгляд буквально впился в меня, словно перед ней уже пойманная добыча, беспомощно зажатая в когтях.

Вскоре выяснилось, что Сянь Юнь успела всё подготовить, пока мы тренировались. Пещера, в которой остановились, теперь больше походила на логово какого-то безумного сектанта. Повсюду какие-то колбы и капсулы с мутной жидкостью, на камнях темнели следы крови, а пол исписан магическими символами и заставлен свечами.

Но настоящей вишенкой на торте оказалась голова Геовишапа. Череп был вскрыт, а обнажённый мозг пронизывали десятки перьев, словно наставница проводила над ним какой-то жуткий эксперимент.

От одного вида этой картины желание что-либо себе вживлять заметно поубавилось…

Однако долго разглядывать всё это мне не дали. Сянь Юнь бесцеремонно толкнула меня вперёд, после чего начала фиксировать прямо рядом с головой монстра, чей пустой взгляд был устремлён точно на меня. Следом в тело впились перья, совсем как в том испытании. Похоже так она пыталась обездвижить меня.

— М? — удивлённо протянула наставница, когда я недоумённо посмотрел на неё и спокойно пошевелил рукой. — Неожиданный сюрприз. Похоже, из-за корней перекрыть циркуляцию элементальной энергии таким способом не получится. Ну что ж… тогда придётся работать без этого.

Я криво улыбнулся.

А потом начался настоящий ад.

Нет, боли почти не было. По крайней мере, не такой, чтобы хотелось орать. Зато присутствовал совершенно невыносимый зуд. Хотелось чесаться буквально каждую секунду, но стоило мне попытаться, как тут же прилетал шлепок от наставницы. А ведь я наивно думал, что она просто вставит ядро в подготовленное место, и на этом всё. Ага, конечно. Сянь Юнь копалась по всему телу, методично что-то перестраивая внутри меня.

В прошлой жизни я как-то ломал ногу, и тогда меня точно так же сводил с ума зуд, от которого невозможно было избавиться. Сейчас ощущения один в один. Тяжело даже просто сосредоточиться на чём-то другом.

Я и представить не мог, что обычный зуд способен стать пыткой куда хуже боли. Даже отделив разум от тела. Как назло, зуд преследовал меня даже там.

Операция затянулась надолго. Очень. За это время Ху Фуа даже несколько раз возвращалась, несмотря на явное нежелание смотреть на происходящее. Система безостановочно сыпала уведомлениями, а Сянь Юнь всё продолжала сосредоточенно двигать пальцами внутри моего тела, пока наконец не издала усталый вздох и не отстранилась.

— Всё? — спросил я с какой-то почти детской надеждой в голосе, осторожно прислушиваясь к собственным ощущениям.

Внешне вообще ничего не изменилось. Словно никто не копался во мне последние несколько часов, вживляя сердце древнего монстра. И всё же где-то глубоко внутри отчётливо чувствовалось нечто необычное.

— Всё, — хмыкнула наставница. По её виду казалось, словно ей сейчас хочется закурить, выпить чашку крепкого кофе и пару часов никого не видеть. — Ты изначально создан с использованием алхимии Каэнри’ах, как и тот кристалл. К тому же твоя внутренняя структура оказалась удивительно похожа на нервную систему Геовишапа, так что операция прошла куда легче, чем я ожидала. Хотя на первое время всё равно пришлось установить ограничительные клапаны. Иначе энергия начала бы кристаллизоваться слишком быстро, и в итоге ты превратился бы в каменную статую.

— Звучит… обнадёживающе, — сухо пробормотал я, медленно приподнимаясь.

Тук…

Я невольно замер.

Тук…

По телу внезапно пробежала лёгкая вибрация, а под кожей на миг вспыхнули тонкие бирюзовые прожилки. Это длилось всего секунду, но её хватило, чтобы я резко перевёл взгляд на левую руку. На кончиках пальцев медленно нарастали крошечные кристаллы.

— Остаточная реакция после операции, — устало пояснила Сянь Юнь. — Клапаны начали работать не сразу, поэтому часть энергии всё же успела кристаллизоваться. Но ничего опасного.

Я осторожно сжал ладонь, наблюдая, как бирюзовые кристаллы покрываются мелкими трещинами, а затем рассыпаются в пыль. После этого поднёс руку к груди и уловил сердцебиение. Оно совсем не походило на человеческое – ритм в разы медленнее.

— Значит, есть какие-то ограничения?

Сянь Юнь покачала головой.

— Я лишь уменьшила объём энергии, проходящей через твоё новое сердце, чтобы свести к минимуму риск спонтанной кристаллизации. На твоих боевых возможностях это не скажется. Если прислушаешься к себе, почувствуешь, что большая часть энергии пока уходит в обход, не попадая напрямую в сердце. Но со временем тело адаптируется, клапаны постепенно зарастут кристаллической структурой, и циркуляция выйдет на полную мощность. К этому моменту риск кристаллизации полностью исчезнет.

Это не может не радовать.

Не сдержав улыбки, я на эмоциях подхватил наставницу и крепко обнял. Сянь Юнь от такой неожиданности даже не успела отреагировать. Лишь застыла с ошарашенным видом.

В этот момент сбоку послышался недовольный фырк Ху Фуа, как раз заставшей нас в столь неоднозначной сцене. Впрочем, долго стоять в стороне ей не удалось. Уже через секунду я сгреб в объятия и её, параллельно ощущая тяжёлое, медленное биение нового сердца.

***

Академия Сумеру… действительно поражает воображение. Я уже видел её издалека, но это даже близко не сравнится с тем, как она выглядит вблизи. Огромное дерево, самое гигантское из всех, что мне доводилось видеть, а прямо среди его ветвей и корней раскинулся целый город.

После получения нового сердца меня больше ничего не сдерживало. Поэтому я почти сразу решил направиться к Нахиде.

Вот только пробуждать Дендро-элемент я всё же не рискнул. Слишком опасно. Существует немалый шанс, что благодаря этой стихии и корням Ирминсуля мне удастся установить связь с Нахидой. Всё-таки в каком-то смысле мы с ней родственники. И если подобное действительно случится, Ирминсуль наверняка сразу это заметит. Тогда ему не составит труда понять, что мне известно о пленении Дендро Архонта. А значит, в его расчётах вероятность моего нападения на Академию резко возрастёт.

Нельзя допустить, чтобы небесная система узнала об этом. Кто знает, что она тогда выкинет. Вдруг рядом внезапно объявятся Фатуи. Всё-таки именно они вполне могли подтолкнуть мудрецов к предательству. Особенно Дотторе. Пусть я и не знаю, как сейчас обстоят дела у Фатуи, сбрасывать их со счетов точно не стоит.

Глава 97

На входе в город Мудрости нас остановила стража – двое загорелых мужчин. Они выглядели так, словно сошли со страниц книг о мореплавателях, восточных купцах и наёмниках.

Лёгкие хлопковые рубахи, расстёгнутые почти до пояса, едва прикрывали их груди, а поверх были небрежно наброшены традиционные мантии Сумеру. Татуировки, у одного даже на лице, банданы, растрёпанные сальные волосы, сабли на поясах… Но сильнее всего в глаза бросались украшения: массивные браслеты, цепи, перстни и серьги. Золота на них столько, что, если бы не вышитые на одежде гербы Академии, я скорее принял бы этих людей за состоятельных наёмников или разбогатевших пиратов.

Особенно на фоне местных жителей.

Те… У меня даже слов не находилось, чтобы описать увиденное. Раньше я считал трущобы Ли Юэ полным дном, но, увидев местных жителей, понял, насколько сильно ошибался. Оказывается, бывает жизнь и похуже.

У каждого второго впалые щёки, пустые глаза, странные отметины на лицах, потрёпанная одежда… У кого-то разлагалась нога, в которой копошились личинки, а сам он беззаботно что-то пил, скорее всего, спиртное. А ещё здесь есть рабы. Они и в Ли Юэ встречались мне, но тут творилась полная дичь. Людей, словно скот, держали в загонах на соломе, почти голых, измождённых и грязных. Их интимные места прикрывали лишь какие-то жалкие тряпки такого отвратительного качества, что казалось, словно ими десятилетиями мыли полы.

Низшая каста ютилась у корней Божественного Древа, в сырости, вони и бедности. Люди умирали там же, становясь удобрением для корней. И лишь тем немногим, кому удавалось подняться в социальной иерархии, позволялось подняться выше по дереву. Чем выше, тем лучше становилась жизнь. А на самой вершине, среди ветвей, возвышалось прекрасное Святилище Сурастаны – резиденция Дендро Архонта. Точнее, её тюрьма.

Вход же в город находился, разумеется, у корней.

Отвратительное зрелище, явно не то, что ожидаешь увидеть в городе Мудрости. А ведь, по словам торговцев, раньше жизнь здесь была лучше. Тогда я не стал уточнять подробности, а зря. Похоже, свергнув Дендро Архонта, Мудрецы так и не сумели восстановить страну после Катаклизма и довольно быстро довели её до тотальной нищеты. Всего за двадцать лет страна, куда раньше стекались иностранцы в поисках знаний и светлого будущего, вот в это…

Пиздец.

— Говорю же, мы пришли купить специй, — не унималась наставница, пытаясь доказать страже, что мы не замышляем ничего дурного.

Сначала нас остановили потому, что девушки были закутаны в плотные мантии, и это вызвало у стражников подозрения. Но стоило им разглядеть лица и фигуры моих спутниц, как всякая настороженность мгновенно испарилась. Вместо неё в их взглядах появилось что-то откровенно жадное и звериное. Глаза мужчин сперва расширились от изумления, а затем хищно сузились. В этот миг им стало глубоко плевать на наши слова. Весь мир для них сузился до фигур девушек.

Поначалу стражники держались почти обходительно, стараясь говорить мягко и вежливо. Но, не встретив ни малейшей положительной реакции, быстро отбросили любезности и перешли к откровенной наглости, а затем и к угрозам. Мол, мы выглядим слишком подозрительно, а значит, нас следует допросить и, возможно, даже отправить в темницу. Затем тут же следом была великодушно озвучена альтернатива. Если девушки уделят им пару минут внимания в каком-нибудь безлюдном уголке, то, так и быть, они закроют на нас глаза.

Местные даже не оборачивались на происходящее, словно такие сцены разыгрывались здесь каждый день. А может, так и есть.

Разумеется, моим спутницам это не понравилось. Их ледяные взгляды пробирали до мурашек каждого, кто осмеливался встретиться с ними глазами. Особенно у Сянь Юнь. Она едва сдерживалась, чтобы не прибить наглецов.

— Всё же давайте пройдём, — один из стражей шагнул ближе, пытаясь по-хозяйски приобнять Ху Фуа за плечо.

В следующий миг его рука была резко отброшена.

— Ах ты!..

— Какое право ты имеешь прикасаться ко мне? — процедила Ху Фу сквозь зубы. Она походила на кошку, готовую в любой момент сорваться с места и расцарапать обидчика, отчего мужчина невольно отступил.

Я смотрел на происходящее с каким-то странным, почти неловким чувством. Они даже не представляли, кто стоит перед ними, и уж тем более не знали, зачем мы пришли в этот город. Каждый из нас мог отправить их на тот свет одним щелбаном. И это не говоря уже о том, что я собираюсь устроить здесь совсем скоро.

К тому же они совершенно не воспринимают меня всерьёз. Скорее всего, всему виной то, что мы находились на их территории. У них есть оружие, а наше спрятано: у девушек в карманных измерениях, у меня же в инвентаре. А вот Глаза Бога они либо не заметили, либо не поняли, что это, либо просто настолько засмотрелись на фигуры девушек, что перестали думать головой.

Но, как бы там ни было, этот цирк пора было заканчивать. Девушкам становилось откровенно неприятно находиться в такой ситуации. Хотя Сянь Юнь, судя по выражению лица, скорее считала стражников тупыми варварами, не понимающими элементарных вещей, чем до конца улавливала истинный мотив их поведения.

Я вышел вперёд.

Мужчины слегка нахмурились, но настороженности не проявили. В их понимании, даже если я что-то и выкину, остальные стражники, находившиеся всего в нескольких десятках метров, тут же подоспеют на помощь. А если потребуется, то сюда сбежится весь город.

Однако ни они, ни мои спутницы не ожидали, что я просто схвачу двух наглецов за воротники и небрежно отшвырну в сторону. Я не прикладывал много сил, но этого хватило, чтобы оба с болезненным стоном рухнули на копчик.

Как я и предполагал, остальные стражи тут же заметили нападение и ринулись к нам, обнажив сабли. Правда, подбежав ближе, они сперва помогли подняться двум бедолагам, которые, кривясь от боли, не сводили с меня злобных глаз. В этот же момент я заметил, что на верхних ярусах города на меня нацелились около дюжины лучников.

Прям эльфы какие-то…

— За нападение…

— Божественное правосудие, — провозгласил я, не став слушать стражу.

Следом я поднял ладонь к небу и выплеснул наружу огромное количество Электро-частиц. Они сорвались с пальцев тонкими фиолетовыми нитями, взвились вверх, переплелись между собой и начали превращаться в толстых электрических змей. Этот приём я подсмотрел у Ху Фуа, когда та бесновалась в долине. Но, в отличие от неё, действовавшей бессознательно, я полностью контролировал поток: направлял его, сжимал силой воли, удерживал форму и не позволял энергии расплескаться раньше времени.

Вскоре небо над нами стремительно затянуло тучами. Сначала появилась лишь тонкая, едва различимая дымка, но уже через несколько мгновений она превратилась в тяжёлые чёрно-фиолетовые пласты. Сумеру – регион тропический, влажный и душный, так что зрелище оказалось даже впечатляюще, чем я ожидал. Город быстро утонул во мраке, и единственным светом в нём стали молнии, вспыхивающие одна за другой.

И тогда началась паника.

Одни рухнули на колени. Другие закричали. Третьи просто застыли с раскрытыми ртами, не в силах осознать, что происходит. Стражники, которые ещё секунду назад уверенно размахивали саблями, теперь дрожали всем телом.

Божественное правосудие…

Нужно же показать себя этому миру во всей красе. Пусть разнесут молву обо мне, чтобы даже в Инадзуме узнали моё имя. Теперь, когда стало известно, что и Мораксу, и той загадочной особе что-то от меня нужно, пусть это станет моим щитом. Эи, какой бы могущественной она ни была, вряд ли решится пойти войной на другого Архонта. А если всё же Моракс и Цзы Цяо предпочтут уйти в тень… что ж, в мире найдётся немало мест, где я смогу обосноваться. Думаю, в Снежной меня наверняка примут с распростёртыми объятиями.

К тому же в моём понимании это и есть настоящее правосудие. Они предали своего бога, так почему бы мне не стать для них божественным возмездием?

Молния ударила рядом со мной, взорвав каменную кладку у ворот и окончательно посеяв панику среди людей. Те, забыв обо всём, бросились врассыпную. Лишь некоторые рухнули на колени и принялись молиться.

— Цин…

Обеспокоенный голос Ху Фуа утонул в раскате грома.

Я резко оттолкнулся от земли и взмыл в небо, остановившись в воздухе на сотканной из энергии платформе. После этого перевёл взгляд на спутниц. Сянь Юнь смотрела на меня мрачно, почти с откровенной злостью, тогда как Ху Фуа выглядела скорее растерянной, чем разгневанной. И их сложно винить. Они не знают о грехах Мудрецов. А посвящать их в подобное было бы слишком рискованно. Я даже не стал пробуждать Дендро-стихию, лишь бы не уменьшить собственные шансы избавиться от оков.

Что до простых горожан, то почти все, кто находился у корней Божественного Древа, успели разбежаться. А вот те, кто выше, оказались загнаны в ловушку. Особенно это касалось представителей Академии. Я сразу приметил среди них немало чужеземцев, а на поясах у некоторых поблёскивали Глаза Бога.

Одни пытались унять обезумевшую от страха толпу, помогали детям и вытаскивали стариков из давки. Другие, пересиливая собственный ужас, всё же выходили вперёд, словно намереваясь остановить меня. Но дрожащие руки и смертельно бледные лица с головой выдавали их страх.

В следующее мгновение молния с оглушительным треском ударила в лестницу. Камень разлетелся во все стороны, ступени рухнули вниз, и вместе с ними исчез последний путь к отступлению. Над площадью прокатились крики ужаса, а воздух наполнился резким запахом озона и раскалённой пыли.

Как бы мне не хотелось обойтись без жертв, но виновники среди толпы. Нельзя их отпускать. Но всё же…

— Жители Сумеру, — мой голос, усиленный Электро-частицами, прокатился над площадью гулким раскатом грома. — Среди вас есть те, кто проливал чужую кровь, прикрываясь мудростью. Те, кто лгал, предавал и приносил невинных в жертву ради собственных амбиций. И, что хуже всего, те, кто предал самого Дендро Архонта в час её слабости. Вашего доброго Архонта… ту, что двадцать лет назад пожертвовала слишком многим, чтобы спасти вас в день чёрной катастрофы. Но что сделали Мудрецы? Они вонзили ей нож в спину, решив, что слабый Архонт им больше не нужен. Что божество, истощившее себя ради собственного народа, недостойно править ими.

Они всё ещё боялись, но хотя бы перестали давить друг друга в панике. Скорее всего, дело не столько в моих словах, сколько в том, что бежать им всё равно некуда. Да и сказал я это не только для жителей Сумеру, но и для Ху Фуа с Сянь Юнь. А то они, похоже, уже начали считать меня безумцем.

Сделав короткую паузу, я вновь заговорил:

— Я пришёл, чтобы освободить Дендро Архонта и наказать виновных. Тем, кто не причастен к преступлениям Мудрецов, нечего бояться.

В то же мгновение вокруг города вспыхнули молнии, на краткий миг очертив в воздухе сияющую границу. Мудрецы не должны сбежать. Однако важнее всего освободить сначала Нахиду. Только она могла подавить панику среди людей, или хотя бы навязать им спокойствие через систему Акаша, к которой подключены жители Сумеру.

Электро-частицы, повинуясь моей воле, устремились к центру, сплетаясь в плотный, всё сильнее нарастающий сгусток напряжения. Как Пиро-стихия способна пожирать окружающий мир, разгораться и становиться лишь яростнее, так и Электро-энергия, сталкиваясь в чудовищных объёмах, порождала один за другим разрушительные выбросы статического электричества.

Небо над городом буквально трещало по швам от переполнявшей его силы. В тяжёлых грозовых тучах одна за другой вспыхивали молнии, плотными извивающимися змеями стягиваясь к центру, где уже раскручивалась гигантская фиолетовая воронка. Даже ветер ревел с такой яростью, что временами заглушал раскаты грома.

Глаза Сянь Юнь расширились от ужаса. Она резко вскинула руку, пытаясь развеять скопившиеся Электро-частицы, пока ещё не стало слишком поздно. Ведь если эта мощь обрушится на город, в нём не останется ничего живого.

Но было уже поздно.

Стоило мне отдать мысленный приказ, как доведённые до предела Электро-частицы сорвались вниз с небес. Ослепительная молния, похожая на исполинского змея, с оглушительным рёвом обрушилась туда, где находилась тюрьма Нахиды.

Миг – оглушительный взрыв сотряс город. Огромное дерево дрогнуло, хотя удар пришёлся не по нему напрямую, а по зданию, над которым тут же вспыхнула магическая печать. Она раскрылась подобно цветку и поглотила основную часть энергии моей молнии. Остатки же силы ударной волной прокатились по округе, выбивая стёкла, срывая черепицу с крыш и заставляя людей в ужасе падать на землю.

Предыдущее воплощение Дендро Архонта прекрасно позаботилось о защите своего святилища. Печать поглощала энергию ударов и перенаправляла её в Артерии Земли. Весьма изящное решение. Впрочем, вряд ли она могла представить, что однажды это место станет тюрьмой для её нового воплощения.

Этот удар, пусть даже большую часть его мощи я позаимствовал у природной молнии, всё равно сожрал у меня немало энергии. Ещё два таких, и мои запасы просядут до уровня, на котором я уже не смогу удерживать грозовые тучи над городом. И это при том, что перед этим я вобрал в себя огромное количество застоявшихся Электро-частиц из Артерий Земли, где обитало Дерево Молнии. Но этого запаса оказалось не так много, как я рассчитывал.

Однако цель всё же была достигнута.

Пусть защита и без особого труда выдержала удар, моя энергия всё же проникла глубоко внутрь магической структуры. А поскольку я буквально являюсь частью Ирминсуля, к которому привязан этот барьер, то смог быстро подавить защиту одним лишь усилием воли. Главная особенность этой защиты стала её ахиллесовой пятой…

Я неспешно спустился ко входу в святилище.

Стоило мне появиться, как люди в ужасе бросились врассыпную. Даже стражники, крепкие с виду мужчины, в панике, спотыкаясь, удирали прочь, лишь бы не оказаться у меня на пути. И только Сянь Юнь преградила мне дорогу, возникнув передо мной именно в тот момент, когда я уже собирался сделать шаг вперёд.

— Что ты творишь?! — зло спросила она.

Вместо ответа я лишь скользнул взглядом в сторону.

Ху Фуа помогала местным жителям: вытаскивала людей из-под завалов и старалась успокоить тех, кто всё ещё дрожал после пережитого ужаса. По её напряжённому лицу невозможно понять, что творится у неё сейчас в голове. Но, скорее всего, она растерянна.

Думаю, они просто не могли поверить, что люди действительно способны пленить Дендро Архонта. Архонт – слишком величественная фигура для подобного. Всё равно что заявить, словно Моракс начнёт выпрашивать чужую мору и жить за чужой счёт. Он ведь Гео Архонт, тот, кто создал саму мору.

— Это… — я перевёл взгляд на наставницу, — лучше увидеть своими глазами, чем слушать мои объяснения.

Сянь Юнь не проронила ни слова.

Коротко хмыкнув, я направился к двери, беспрепятственно обошел девушку и взялся за ручку. Разумеется, дверь не собиралась открываться так просто.

Дендро Архонт не стала выстраивать защиту вокруг единственного узла, а распределила её между несколькими независимыми контурами. Но, как и в случае с магической печатью, справиться с этим оказалось на удивление легко. Мне даже не нужно было разбираться в защиты, одного желания хватало, чтобы отворить двери.

Святилище…

— Мать честная… — невольно выдохнул я, поражённый открывшимся зрелищем.

Передо мной открылся зал невероятной красоты. Игра и близко не смогла передать истинного величия этого места. Особенно если смотреть на него шестым чувством. Таких нежных и завораживающих оттенков я прежде никогда не видел.

Однако спустя пару секунд моё внимание привлекла клетка в самом центре помещения.

По форме она отдалённо напоминала моё ядро. Даже сфера на месте, только внутри вместо энергии находилась маленькая девочка, совсем ребёнок, на вид лет восьми. Её серебристые волосы, оттенком напоминавшие ветви Ирминсуля, постепенно переходили в зелёные пряди, а из-под локонов выглядывали острые эльфийские ушки.

Нахида.

Глава 98

Я протянул руку, намереваясь разрушить защиту или хотя бы пробудить Нахиду. Но, к моему удивлению, ничего не произошло. Вместо этого клетку внезапно оплели символы, напоминающие цепи. Странные, с необычной структурой энергии и замысловатым стилем. Они вспыхнули, переплелись между собой и стянулись ещё плотнее, словно отвечая на вторжение.

— Это не защитный механизм Дендро Архонта, — покачал я головой, заметив озадаченное лицо наставницы. — Видимо, Мудрецы установили дополнительные оковы. Но всё же странная защита.

— Похоже на письмена Алого Короля.

Сянь Юнь нахмурилась ещё сильнее. Её взгляд метнулся от клетки ко мне, затем снова к Нахиде.

— Я хочу доверять тебе, несмотря на всё происходящее, — произнесла она после короткой паузы. — Поэтому спрошу лишь одно: как ты узнал, что Дендро Архонта пленили? Сейчас только ты можешь дать ответ.

— Что ж… — я медленно опустил руку. — Я хотел, чтобы она сама всё рассказала. Но раз уж ситуация сложилась так… Когда я поглотил корни Ирминсуля, мне удалось на миг подключиться к самому Ирминсулю. Связь была нестабильной, обрывочной, но я смог увидеть, что Дендро Архонт в беде. Видимо, потому что она очень тесно связана с Ирминсулем. Я не стал говорить об этом сразу, потому что тогда узнал и кое-что ещё. То, о чём лучше молчать. Иначе…

Я не договорил, но наставница поняла намёк.

В этом мире существует слишком много опасной информации. Одни только запретные знания чего стоят. Поэтому она не стала расспрашивать дальше. Лишь устало вздохнула и, кажется, решила пока мне довериться. Ну, по крайней мере, у неё нет причин считать меня врагом. Максимум она останется недовольной моим методом.

Разъяснив ситуацию, я снова сосредоточился на барьере. Собрав в ладони энергию, ударил по нему. Защита дрогнула, однако цепи тут же сжались, и Нахида болезненно скривилась, начав корчиться во сне. Словно мифические оковы, сдерживающие гигантского волка. Чем сильнее я давил, тем крепче они стягивались. Пришлось немедленно остановиться.

Тут нужен ключ, и, скорее всего, он у Великого Мудреца. Вот только поди найди его. У меня нет ни изображения, ни описания внешности. И дело даже не в плохой подготовке, правда которой практически не было.

Великого Мудреца избрали совсем недавно, и он ещё ни разу не появлялся на публике. Более того, по слухам, им стал вовсе не один из Мудрецов, как того требовали правила, а некий преемник, мол, назначенный самой Нахидой. Предыдущий же Великий Мудрец после передачи полномочий очень удобно отошёл в тень, решив играть роль серого кардинала. Вот только возраст уже перевалил за сотню, и вскоре он умер во сне. Хотя не исключено, что новоявленный Великий Мудрец просто помог ему отправиться на тот свет.

Я тяжело вздохнул.

— Значит, нам нужен тот, кто сумеет открыть клетку, — Сянь Юнь задумчиво скрестила руки на груди. — Но ты уже поднял слишком много шума. Даже если барьер установлен, подземные ходы наверняка остались. Не может быть, чтобы их не было.

— Я это учёл. Этот город окружён водой, а корневые системы древа, посаженного Дендро Архонтом, уходят на многие сотни метров вниз. Так что электрическое поле проникает очень глубоко в землю и, словно рыболовная сеть… или пчелиные соты, раскинулось по всем подземным ходам.

— Но этой мощи не хватит, чтобы остановить даже мышь, — возразила она, нахмурившись. — Если только...

— Вы всё правильно поняли, — кивнул я. — Как только человек коснётся моей сети, я тут же узнаю. К тому же мои Электро-частицы осядут на его теле, и после этого он будет у меня как на ладони, куда бы ни попытался сбежать. На поверхности всё так же.

Наставница прищурилась.

— Так же? Тогда это значит, что люди могут пройти сквозь твой барьер?

— Спокойно. Но вот решатся ли они на это, сомневаюсь. Их остановит собственный разум. Люди с детства слышат раскаты грома и прекрасно знают, какой урон наносят молнии. А когда перед глазами бушуют тысячи разрядов, мало кто захочет проверять на себе, насколько этот барьер безобиден, — ответил я, и на мгновение прикрыл глаза, продолжая параллельно исследовать местность Электро-частицами. Не знаю, благодаря пробуждению или ядру, но теперь это почти не нагружало меня, как раньше. Хотя ощущение всё же странное, словно пишу двумя руками одновременно. — К тому же я разрушил лестницу. Запер людей на каждом уровне и тем самым снизил давление. Иначе всё это закончилось бы тысячами трупов, где одни пытались бы прорваться наверх, а другие спуститься вниз.

Мы оба одновременно вздохнули.

С точки зрения рациональности я мог бы без труда проникнуть к Великому Мудрецу так, что он даже ничего не заметил бы, и никто из людей не пострадал. Наставница неспроста смотрит на меня с укором. Это был поступок неразумного человека, а скорее оголодавшего зверя, наконец добравшегося до своей жертвы.

Но в тот момент… меня захлестнуло дикое возбуждение. Иначе и не скажешь. Разум помутился настолько, что все нормы приличия были посланы куда подальше. Однако, что странно, стоило мне выплеснуть свою силу на барьер храма, из-за чего запас Электро-частиц в теле заметно просел, как сознание тут же начало проясняться.

Впрочем, об этом лучше подумать в более подходящий момент.

— Мастер, можете объяснить всё Ху Фуа? Она явно волнуется. Да и у вас есть опыт управления толпой, чтобы уменьшить число жертв. Всё-таки я хоть и пошёл на такой шаг, но всё же хочу свести потери к минимуму.

Она хмуро посмотрела на меня и, обернувшись птицей, выпорхнула из храма. Я же сразу направился к другой двери. Благодаря Электро-частицам, которых здесь скопилось уже огромное множество, я прекрасно ощущал расположение помещений и проходов. Так я быстро выяснил, что святилище соединено с кабинетами всех Мудрецов. Кроме того, существовал отдельный ход, ведущий в роскошный зал, где парила сфера. Судя по всему, это были бывшие покои Дендро Архонта, которые присвоил себе Великий Мудрец – это если верить столу с наспех разлитыми чернилами.

Только вот его самого в кабинете не оказалось. Здесь вообще никого не было. И отследить его не выйдет. Другой выход вёл в общественное место, где уже собралась толпа людей. Возможно, он и там не задержался.

Зато с остальными ситуация чуть лучше. Мышата просто заперлись у себя.

Длинноволосый старик с бородой, как у Деда Мороза, лихорадочно переворачивал свои вещи, явно что-то спешно разыскивая. Остальные Мудрецы тряслись от страха, а этот выглядел скорее нервным, чем испуганным. Словно у него есть надёжный план побега из города. К тому же этот Мудрец самым старым среди них, так что неудивительно, что именно он сразу привлёк моё внимание.

— Где же… где же…

Я стоял позади него, слушая бормотание. Старик даже не услышал моего приближения, отчасти из-за собственных метаний, отчасти из-за раскатов грома. Впрочем, вскоре он всё же почувствовал моё присутствие и резко развернулся.

Увидев меня, старик побледнел. Его зрачки расширились, а сам он, потеряв равновесие, рухнул на пол и вжался спиной в стол. Однако паника длилась недолго. Быстро взяв себя в руки, он выхватил мешочек с каким-то порошком и швырнул его в мою сторону.

Я спокойно поймал мешочек на лету, не позволив содержимому рассыпаться.

— Хм. Перетёртые фрагменты Нефритового Шелкопряда, — быстро распознал я содержимое. — К твоему сведению, мне бы от этого ничего не было. Я не человек. А вот ты, если бы вдохнул эту дрянь, умер бы в считанные мгновения. Десятки тысяч кристаллических игл, острых как бритва, разорвали бы тебя изнутри. И даже то, что ты прикрыл лицо, не спасло бы. Слишком маленькое расстояние.

Он медленно опустил руку и хмуро уставился на меня.

— Даже ничего не скажешь? — спросил я, убирая мешочек в инвентарь.

Материал не то чтобы редкий. Да и обычно его используют для тёмных делишек, но в алхимии он ещё мог пригодиться.

— Что бы я сейчас ни сказал, это уже ничего не изменит, — после короткой паузы произнёс старик. — Моя судьба была решена ещё в ту ночь, когда я согласился на план Мухаммеда. Радует лишь то, что семью я успел вывезти задолго до этого.

По законам этой страны за попытку переворота, разумеется, полагалась суровая кара. Впрочем, как и в любом другом государстве. Но здесь всё обстояло даже жестче, чем в Ли Юэ: организаторов публично казнили, а их семьи и близких отправляли в пустыню. Там, под палящим солнцем, без единой капли воды и в вечном бегстве от песчаных бурь, быстрая и безболезненная смерть казалась бы настоящим везением. Иначе их ожидал ад куда страшнее любой публичной казни.

— А что ж сам остался? Надеялся на чудо?

— Своё я уже прожил, — тяжело вздохнул он. — И готов принять наказание.

С этими словами старик сел на колени и вытянул шею вперёд.

Я хмыкнул.

Нахида вряд ли станет жестоко их наказывать. Она умна и рассудительна, но всё ещё остаётся ребёнком. Или, возможно, это я стал слишком жестоким, если смерть кажется мне самым простым способом решить проблему. Впрочем, судить Мудрецов пока рано. Они вполне могут оказаться всего лишь пешками. А если оборвать их жизнь сейчас, вместе с ними исчезнут и нити, ведущие к настоящим виновникам происходящего.

Однако старик больше ничего не сказал. Он уже принял свою судьбу и теперь просто ждал смерти. Ни моя давящая аура, ни демонстрация силы, ни даже намёк на возможное спасение не производили на него никакого впечатления. Опустившись в эту позу, он больше не шелохнулся.

В итоге мне пришлось просто оглушить его и перенести к Нахиде. Там я связал старика и на всякий случай заткнул ему рот кляпом. Вдруг решит покончить с собой, откусив себе язык. Силы духа на подобное у него бы точно хватило.

Дальше…

Дальше начался настоящий цирк. Только не весёлый, а жалкий до отвращения. Остальные Мудрецы сразу принялись наперебой лить мне в уши всё, что только приходило им в голову, отчаянно пытаясь вымолить себе жизнь. Некоторые и вовсе растеряли последние остатки достоинства: падали на колени и были готовы буквально на всё ради спасения собственной шкуры. Настолько жалкое зрелище, что у меня едва не возникло желание прикончить их прямо на месте. А я ведь ещё расспрашивал их по отдельности…

Бесполезная горстка ничтожеств у власти, вероятно, оказавшаяся там лишь потому, что была слишком глупа и удобна для прежнего Великого Мудреца. Из всех них только тот старик ещё вызывал хоть какое-то уважение. Хотя бы потому, что, в отличие от остальных, осознавал всю тяжесть ответственности и был готов без лишних соплей принять последствия.

Впрочем, кое-какую полезную зацепку я с них всё же получил.

Как оказалось, новым Великим Мудрецом стал какой-то подросток, тесно связанный с предыдущим. По слухам, он внебрачный сын проститутки из порта Бейда. К тому же парень питал странную одержимость Фонтейном, даже одевался в похожем стиле. Это особенно раздражало Мудрецов. Они считали его выскочкой и едва ли не еретиком, поэтому весьма охотно делились любой информацией о нём.

Разумеется, узнав об этом, я попросил наставницу следить за всеми, кто носит одежду в фонтейнском стиле. Самих же Мудрецов я перетащил к Нахиде, а затем занялся барьером, пытаясь найти хоть какую-то лазейку. Затем понял, что он связан с Акашей, местным аналогом интернета, и попытался подключиться к ней. Но всё оказалось куда сложнее, чем я рассчитывал. Система слишком замудрённая, с какой-то непонятной внешней идентификацией.

— Эх, малышка, жаль, ты не можешь помочь, — произнёс я, переведя взгляд с терминала Акаши на Нахиду.

Её тюрьма сконструирована таким образом, чтобы полностью отделить внутреннее пространство от внешнего мира. Полная изоляция, не мешающая Дендро Архонту думать, но не позволяющая взаимодействовать с чем-либо за пределами сферы. Скорее всего, это связано с тем, что через неё проходило огромное количество информации. При этом весьма вероятно, что она умела читать мысли на постоянной основе, а не только при сосредоточении, как Нахида в игре. И спроектирована сфера так, что открыть её можно лишь снаружи.

А ведь как только Нахида родилась, Мудрецы не только заперли её, но и начали внушать ей слабость и ничтожность. В итоге она ушла в мир снов. Лишь пятьсот лет спустя некая маленькая девочка сможет подружиться с ней, и ради её спасения Нахиде всё же придётся пробудиться…

Я посмотрел вниз.

Три человека, двое мужчин и одна женщина, пересекли ловушку. Конечно, это мог быть кто угодно. Явно не только Великий Мудрец мог располагать сведениями о подземных ходах. Тем более новоявленный. Однако стоило электрическому полю порваться, как я сразу устремился на улицу и с воздуха начал следить за передвижением этих крысят.

Старая кирпичная кладка, возведённая несколько столетий назад, удивительным образом сохранилась почти в первозданном виде: без трещин, без сколов. Причем материал обычный. Вот что значит – строит на века.

Троица медленно продвигалась по узкому подземному коридору, едва различимому в тусклом зеленоватом свечении мха, стелившегося вдоль пола. Свет был слабым, призрачным, и потому тощий паренёк постоянно вздрагивал, стоило теням причудливо исказиться на стенах.

— Быстрее, — раздался молодой голос с признаками одышки. — Я вижу свет.

— Не шуми, — резко прошипела женщина. — Если нас услышат…

— Нас не услышат, — раздражённо перебил он. — Ты сама сказала, что этот ход известен только отцу и его доверенным лицам.

— Был известен, — мрачно поправил второй мужчина. Его голос звучал глухо и спокойно. — До сегодняшнего дня.

Его взгляд упал прямо на меня. Словно он действительно видел меня в этом тёмном углу, где из-за яркого света у выхода обычным зрением невозможно было что-либо разглядеть. Вон, двое других так меня и не заметили, даже проследив за его взглядом.

Я прищурился.

Они тут же напряглись. Всё-таки мои вспыхнувшие глаза заметил бы даже слепой. Тощий парнишка, действительно в фонтейнской одежде, рухнул на задницу, а двое остальных мгновенно схватились за клинки. Оба в рыцарских латах, правда, не таких, как в Мондштадте. Их доспехи украшали полосы ткани и накидки, прям аристократично или театрально.

Однако, на их беду, я наконец настиг того, за кем пришлось побегать. Поэтому уже в следующий миг я оказался рядом. Волна Электро-стихии швырнула обоих к стенам, а самого парнишку я тут же забросил себе на плечо.

Девушка сразу потеряла сознание, видимо, крепко приложилась затылком. Мужчина ещё попытался подняться, но смысла в этом уже не было. Меня интересовал только Великий Мудрец, а на остальных мне было плевать. Ни сражаться, ни тем более убивать их я не собирался. Поэтому, как только он оказался у меня в руках, я сразу двинулся обратно в город.

— Господин нас убьёт…

Это последнее, что я расслышал, когда мои частицы последовали за мной.

Барьер вокруг города больше не был нужен. С громким треском молнии сорвались обратно в небо, а затем одна за другой обрушились на меня, возвращая вложенную силу. Вместе с этим я вновь почувствовал нарастающий гнев. Однако тут же отбросил его, заметив, как вслед за потоком энергии в святилище ворвались мои спутницы.

Они выглядели взволнованными. Особенно когда заметили у моих ног корчащегося Великого Мудреца.

— Ничего я с ним не делал, просто бросил на пол после возвращения, — фыркнул я.

— Врёшь! Ты угрожал скинуть меня с высоты, если я не открою клетку… и скинул!

Он тут же расплакался, отчего я невольно покосился на старика. Тот уже пришёл в себя и теперь смотрел на Великого Мудреца с нескрываемым отвращением. А заметив мой взгляд, посмотрел на меня так, словно безмолвно извинялся за происходящее.

Я покачал головой, после чего пнул Великого Мудреца, имени которого так и не удосужился узнать. Не знаю, чего он пытался добиться своими слезами и жалобами. Наверное, рассчитывал, что девушки встанут на его сторону. Вот только они ошарашенно застыли от увиденного и лишь растерянно хлопали глазами, почти не двигаясь.

Так что, не получив поддержку, он всё же снял барьер.

Как я и предполагал, защита была связана с Акашей, и снять её мог лишь тот, кто достиг ранга Великого Мудреца. Вообще, занятная эта штуковина. Словно оказался в каком-то космическом фэнтези. Странное, но по-своему завораживающее. Впрочем, сейчас было не до размышлений об этом.

Барьер дрогнул, покрылся тонкими трещинами света и рассыпался, словно стекло, обращённое в пыль. Следом с тихим шелестом раскрылась клетка Нахиды, а сама девочка, лишившись опоры, мягко опустилась на раскрытый бутон. Хрупкая и беззащитная, но зато теперь свободная.

Глава 99

Пробуждение Нахиды вызвало у нас троих умиление, тогда как саму богиню охватил неподдельный испуг. Впрочем, это было вполне предсказуемо. Мало кто захочет проснуться и сразу оказаться в эпицентре хаоса… Не хватало ещё произнести: «Эй, ты. Наконец-то ты проснулась», ссылаясь на одну знаменитую игру. Тем более что без барьера она, похоже, увидела и происходящее в городе.

Так что Сянь Юнь и Ху Фуа принялись её успокаивать. А я… я только пугал ещё сильнее. Поэтому мне запретили даже приближаться к ней, пока Нахида не придёт в себя. А затем и вовсе увели её в другое помещение, оставив меня гадать, почему я вызвал у неё такой сильный страх.

Вероятно, она уже узнала, кто именно стал виновником хаоса в городе. Шансы, конечно, невелики, но всё же есть. Или, возможно, просто чувствует исходящую от меня угрозу. Хотя я вовсе не желаю ей зла. Наоборот, я даже немного обрадовался тому, что между нами существует какая-то связь. Она очень напоминает мне младшую сестрёнку.

— И что с вами делать? — вздохнул я, посмотрев на Мудрецов.

Я не думал, что нынешняя Нахида окажется настолько хрупкой. Видимо, в каноне за пятьсот лет, пусть и проведённые в мире сна, всё же закалили её. Здесь же перед нами был буквально ребёнок, едва ли способный справиться с управлением страной. Не говоря уже о наказании Мудрецов.

— Я…

— Заткнись! — оборвал я Великого Мудреца, ткнув в его сторону пальцем. За всё это время он успел взбесить меня уже не раз. Я даже надеялся, что он всё-таки откусит себе язык. — Ты вообще должен молчать в тряпочку и открывать рот только тогда, когда я разрешу.

Сказав это, я развернулся и покинул святилище. Всё равно отсюда никто не сбежит. У Мудрецов не хватит сил развязать верёвки, а любого, кто попытается им помочь, ударит током. Да и девушки не позволят им уйти.

Мне нужно было развеяться.

К тому же тот мужчина упомянул какого-то господина, и, поскольку частицы всё ещё оставались на их телах, я примерно представлял, где они находятся. Правда, за прошедшее время элементальная энергия начала рассеиваться, так что точное местоположение мне уже было неизвестно. Но далеко они всё равно уйти не могли. Во всяком случае, это было лучше, чем сидеть рядом с Мудрецами, от одного вида которых становилось тоскливо.

Как бы то ни было, к моему возвращению Нахида уже успокоилась. Да и город понемногу начал оживать. Видимо, она выступила перед людьми и всё объяснила. Правда, стоило горожанам увидеть меня, как они начали прятаться, словно от чумы. Впрочем, стража не пыталась мне препятствовать, хотя в их глазах страха было не меньше, чем у остальных. Казалось, они и сами были бы не прочь где-нибудь спрятаться.

А Нахида…

Как оказалось, она боялась меня потому, что не могла прочитать мои мысли. Точнее, в её восприятии я был словно тёмным пятном, чем-то таким, что не могло существовать. Из-за этого у неё возникло нечто вроде эффекта «зловещей долины». Но спутницам всё же удалось убедить её, что я не злодей и не монстр из далёких земель, питающийся маленькими девочками.

Однако страх так и не исчез окончательно, и она всё ещё порой поглядывала на меня с опаской.

— Ты сам виноват, — фыркнула Ху Фуа, закатывая глаза. — Вот зачем ты вспылил? Неужели из-за тех стражников?

— Нет… Это тяжело объяснить, поскольку я сам не до конца понимаю. Но сила как-то влияет на меня. Чем её больше, тем сильнее я ощущаю некоторые эмоции, а вместе с этим приходит некая эйфория и чувство всемогущества.

— Может быть, всё дело в том, что ты просто отвык пользоваться элементальной энергией? — сразу обеспокоилась девушка. — Сейчас ты стал сильнее, и прежняя слабость могла стать причиной этих новых ощущений.

Я покачал головой.

Всё-таки, хоть я и был ослаблен целый год, элементальная энергия никуда не исчезла. Её стало гораздо меньше, из-за чего редко прибегал к ней, чтобы не усугублять ситуацию, но всё же использовал. Хотя бы во время медитаций, для укрепления своей основы.

— Я… — неожиданно подала голос Нахида. Всё это время она пряталась за спиной Сянь Юнь. Наша наставница вновь взяла на себя роль наседки и теперь всячески её оберегала. Кажется, ей уже было совершенно всё равно, что Нахида – Дендро Архонт. Слишком уж милой и невинной та оказалась. — У меня есть предположение.

Мы все одновременно посмотрели на неё, отчего Нахида смущённо опустила голову. Однако вскоре всё же собралась с духом и снова подняла взгляд.

— Как я поняла, раньше объём твоих сил был другим.

— Перед тем как отправиться в город, я поглотил Электро-частицы из аномальной области Артерий Земли, — кивнул я. — За короткий промежуток времени количество энергии почти удвоилось.

— Тогда это имеет смысл, — задумчиво произнесла Нахида, мило приложив пальчик к подбородку. — Ты элементальное существо, а значит, несёшь в себе волю изначального владыки Электро. Подобно тому как родственники бывают похожи друг на друга, элементальные существа тоже наследуют некоторые черты. И чем больше Электро-стихии ты вбираешь, тем сильнее становишься похож на владыку Электро. Вот только…

— Только?

— Я боюсь, что владыка Электро может быть мёртв. Чтобы подтвердить это, нужно погрузиться в Ирминсуль и узнать всё наверняка. Но если он действительно погиб, его элементальная энергия будет стягиваться к тому, кто лучше всего подходит на роль нового владыки. Владыки не перерождаются в привычном смысле. Их энергия сохраняет информацию, которая затем передаётся новому носителю. И вроде бы это уже другое существо, но огромный объём этих знаний и воспоминаний буквально превращает его в нового владыку, — вздохнула Нахида. — Я и сама знаю об этом не так уж много. Только то, что успела прочитать до того, как меня запечатали.

Я нахмурился.

— Получается, элементальные существа несут в себе своего рода «генетический код» владык. Поэтому Цин Лун, вобрав так много энергии, то есть, по сути, генетического материала, стал ближе к нему по характеру. Как отец и сын, — подвела итог наставница.

— Скорее как потомок, — кивнула девочка. — Но чем сильнее он будет становиться, тем ближе действительно окажется к нему.

— А если я этого не хочу? Мне как-то не по себе от мысли, что я могу потерять самого себя.

— Я слышала, что в одной далёкой стране для борьбы с этим вишапов заставляли мутировать, прививая им новую стихию. Так они становились недостойны воли владыки, теряя свою чистоту и наследственность, — задумчиво произнесла Нахида, а затем подняла на меня взгляд. — Я могу попытаться узнать об этом больше… если хочешь.

Я молча посмотрел на неё.

Она говорит об Энканомии. Там люди действительно боялись, что владыка Гидро переродится, и тогда они окажутся между молотом и наковальней. С одной стороны, древний дракон, с другой, Небеса. Вот только ничего большего об этом неизвестно. Разве что я припоминаю теории о том, будто владыку Гидро уничтожил флот Ли Юэ, но это звучит довольно сомнительно.

— Значит, чем сильнее становлюсь, тем выше шанс, что я начну… меняться? — уточнил я.

Нахида нерешительно кивнула.

— Не сразу. И не обязательно полностью. Всё зависит от твоей собственной воли и от того, насколько устойчива твоя личность. Но риск действительно есть.

— Великолепно, — пробормотал я. — Будто мне мало неприятностей, теперь ещё и призрак древнего ящера может поселиться у меня в голове.

— Драконы не ящеры, — тихо поправила Нахида.

Я медленно повернул к ней голову.

— Это должно было меня успокоить?

Девочка слегка вздрогнула, но на этот раз не опустила взгляд. Она сжала маленькие кулачки у груди и серьёзно посмотрела на меня.

— Я попробую найти сведения в Ирминсуле. Если там сохранились записи о владыке Электро, о вишапах и о методах изменения наследственности, я смогу узнать больше. Но… мне понадобится время.

— Время у нас есть, — сказал я.

К тому же у меня уже всё готово к пробуждению нового элемента, так что я не слишком переживаю по этому поводу. Просто судьба снова решила подкинуть мне очередной «подарок». И за что только она меня так невзлюбила?.. С другой стороны, владыки обладают невероятной силой, настолько огромной, что способны противостоять самим Небесам. И отказываться от такой мощи было бы немного жаль. Правда, только если прежний владыка Электро умер. Иначе я рискую стать лишь его марионеткой.

Так что лучше не рисковать. Дождусь решений Нахиды, а потом в спокойной обстановке пробужу Дендро-элемент. Тем более нужно будет ещё заняться основным делом, а именно решить вопрос с небесной системой. Всё-таки ради это так спешил, и вроде никто не смог мне помешать освободить Нахиду.

Но сперва…

Я перевёл взгляд на связанных Мудрецов.

— Осталось решить, что с ними делать.

Нахида тоже посмотрела в их сторону. Её лицо тут же изменилось, стало противоречивым. В нём смешались страх, растерянность, обида и ещё что-то… слишком детское, слишком чистое для той, кому предстояло судить людей, долгие годы державших её в заточении.

— Я… не знаю, — тихо призналась она. — Я понимаю, что они поступили неправильно. Очень неправильно. Но я не хочу решать всё в гневе.

— Достойный ответ, — произнесла Сянь Юнь и неожиданно мягко улыбнулась, положив руки ей на плечи. — Правитель, который боится наказать несправедливо, уже лучше того, кто упивается собственной властью.

Великий Мудрец дёрнулся, явно собираясь что-то возразить, но я лишь поднял палец. И он мгновенно сомкнул губы, словно выдрессированная собака.

— Для начала, — сказала Ху Фуа, — их следует изолировать. Полностью лишить доступа к управлению городом, Академией и любым архивам. Затем выяснить, кто был частью заговора. Поэтому передавать их страже рискованно, она тоже может быть замешана.

— Пока мы здесь, тебе не о чем беспокоиться, Нахида, — хмыкнул я. — Мы проследим, чтобы виновные понесли наказание, а ты успела окрепнуть. Тем более время у нас действительно есть.

Она робко улыбнулась, едва заметно, словно сама ещё не до конца верила в происходящее.

Запустилась цепная реакция: каждый виновный, увидев падение лидеров, начинал сдавать остальных, пытаясь спасти собственную шкуру. В итоге головы полетели быстрее, чем капли дождя с неба. Под удар попали не только заговорщики, но и коррупционеры, мошенники, а также главари подпольных банд. Все, кто так или иначе совершал серьёзные преступления. Каждый хотел выжить, и в попытках спастись они буквально утопили друг друга.

Судьба Мудрецов всё ещё оставалась неопределённой. За исключением одного. Того самого старика, который уже смирился со смертью. Нахида удостоила его «прощения».

Он действительно неплохо справлялся со своими обязанностями, но это не избавляло его от вины. Поэтому его жизнь отныне оказалась связана с Академией. Вместо казни он был обязан до конца своих дней исправлять последствия содеянного. Теперь каждое его намерение, каждая мысль и каждый поступок были открыты Нахиде, поскольку Сянь Юнь вживила ему прямо в голову особый терминал Акаши, способный в одно мгновение превратить человека либо в овощ, либо в марионетку. Разумеется, о последнем Нахида вслух не говорила, сама эта тема её пугала, но любой, кто хоть немного разбирался в работе Акаши, и без того всё понимал. Особенно этот Мудрец.

К слову, он тоже сыграл немалую роль в наказании остальных виновных. Всё-таки половину жизни провёл на посту Мудреца и прекрасно понимал, где именно прогнили корни. Ему оставалось лишь указать на них, а верные генералы в своём гневе безжалостно их вырывали.

— Ух… — Нахида тихо выдохнула, выходя из мира грёз, где погружалась в Ирминсуль. — Даже для меня это слишком много информации.

— Держи, — я протянул ей кусочек торта и сок. — Сахар хорошо помогает мозгу работать.

Она посмотрела на меня робко, но угощение всё же приняла.

В святилище, кроме нас, никого не было. Мои спутницы в это время проводили рейды по ближайшим лагерям бандитов и Пустынников, пользуясь наводками пойманных шестёрок. А я остался охранять Нахиду. Благо к этому времени она уже перестала меня бояться.

К тому же у меня была к ней просьба. Собственно, ради неё всё изначально и затевалось. Но из-за сложившейся ситуации я… так и не смог взвалить на Нахиду ещё одну заботу. Поэтому ждал подходящего момента, вроде нынешнего, когда можно было спокойно всё обсудить. Да и лишних ушей сейчас нет.

— Владыка Электро… сейчас он ни жив ни мёртв, — задумчиво нахмурилась девочка. — Это трудно объяснить. Словно он пребывает в каком-то состоянии, отличном от привычного нам, и при этом заключён в пузырь, за пределы которого я не могу заглянуть. К сожалению, даже с твоей помощью больше ничего нельзя о нём узнать.

Она вздохнула, затем отправила в рот кусочек торта, и её глаза тут же оживились.

— Вкусно!

— Я много испёк, так что можешь наслаждаться, — улыбнулся я, хотя внутри всё равно ощущал беспокойство.

Значит, владыка Электро жив… или, по крайней мере, существует в какой-то иной форме. Но сути это не меняет, трон уже занят. А значит, он может стать препятствием, если я решу и дальше развивать только Электро-стихию.

— Нахида, скажи, как отреагируют драконы, если я утрачу чистоту?

— Очень плохо. Особенно если узнают, что ты сам пошёл на это. Для них это первородный грех, за которым последуют презрение и, возможно, даже попытки убить тебя. Но, думаю, не стоит так сильно волноваться. Они и сами сейчас находятся не в лучшем состоянии, — ответила Нахида, внимательно посмотрев на меня. — Многие элементальные формы жизни, наоборот, были бы рады оказаться в такой ситуации, как ты, а ты боишься.

— Ты ведь, скорее всего, уже знаешь, что раньше я не был элементальным существом. У меня с самого начала был разум. Тогда как элементальные существа изначально примитивны и лишь со временем обретают разум, уже сформированный под влиянием чужой воли, — покачал я головой. — Будь трон свободен, я бы ещё задумался о том, чтобы пойти дальше. Благодаря искусству Адептов и Ирминсулю я, возможно, смог бы создать отпечаток собственного разума и подавить чужое влияние. Но раз трон уже занят, то я лучше пойду своим путём.

Нахида ничего не ответила и лишь продолжила есть. Теперь, когда она обрела свободу, ей стала доступна вся информация планеты. Конечно, это не значит, что она мгновенно стала умнее всех. Скорее, это похоже на интернет. В моём прежнем мире доступ к нему был у каждого, но…

Вскоре, когда она доела и немного отдохнула, я начал осторожно подводить разговор к своему плану. Однако стоило мне затронуть эту тему, как её лицо сразу помрачнело, а сама она заметно встревожилась.

— Дай руку, — тихо произнесла Нахида, словно опасаясь, что нас могут подслушать.

Как только наши ладони соприкоснулись, я почувствовал чужое присутствие у себя в голове. Это напоминало мою технику выхода сознания из тела, только тут наоборот, чей-то разум проник внутрь.

— «Ты меня слышишь?»

— «Ты ведь говорила, что не можешь читать мои мысли?», — я приподнял бровь, вглядываясь в её глаза изумрудного оттенка, того самого, дымчатого, что всегда казался мне куда красивее чистых стекляшек. — «Но да, я тебя слышу».

— «Только при контакте. А то, что ты задумал…» — мысленно произнесла Нахида, слегка помедлив. — «Думаю, ты не до конца понимаешь, что именно собираешься сделать. Как и то, чем на самом деле являются Небесный Порядок и Ирминсуль».

Она заполнила пробелы, о которых не знал даже Скарамучча.

Как выяснилось, дело было вовсе не в том, что небесная система «глупа». Скорее, мы сами не до конца понимали её истинное предназначение. Она действительно наблюдает за миром, корректирует ход событий и служит инструментом контроля над судьбами Тейвата. Однако те действия, которые уловил Скарамучча, были не попыткой устранить меня, а стремлением системы сохранить целостность планеты моими руками. Старый Геовишап всё равно должен был однажды пробудиться, начать бесчинствовать и поглощать Артерии Земли, нанося миру огромный ущерб. Но тут рядом оказался я, подходящий кандидат для его устранения. По словам Нахиды, система, вероятнее всего, просчитала, что, если разбудить его именно сейчас, разрушения будут минимальными, а у меня появится шанс победить сильно ослабленного Геовишапа после пробуждения.

А сам Ирминсуль – всего лишь огромное древо, берущее начало в Мире Света и стремящееся поглотить всё вокруг. По своей сути он скорее паразит. Однако Небесный Порядок, явившись в этот мир, сумел использовать его максимально эффективно. Он превратил Ирминсуль не только в хранилище информации, но и в некое подобие колеса Сансары. При этом Дендро Архонт сдерживает древо, не позволяя ему выйти из-под контроля и начать поглощать весь Тейват.

То есть небесная система уже знает обо мне. Даже если я выпишу себя из Ирминсуля и заставлю Нахиду больше не обновлять мои данные, это ничего не изменит. По сути, возможно, даже главный герой канона находится под её влиянием. В этом мире все так или иначе остаются у неё под контролем. Разве что пока Небесный Порядок спит, можно немного выдохнуть. Сейчас система действительно действует во благо, но если Фанет пробудится и увидит весь этот хаос, то наверняка прибегнет к радикальным методам.

— «Тебе неприятно это слышать ещё и потому, что ты элементальное существо. Небеса – заклятые враги Владык Драконов. Даже сама твоя сущность может испытывать к ним неприязнь», — вздохнула Нахида, покачав головой. — «Но не позволяй ненависти и злобе других существ затмить твой разум. Особенно учитывая, что из-за своей природы ты куда сильнее склонен к вражде с Небесами».

— «Я не испытываю ненависти к Небесам. Просто в последнее время они слишком часто начали мелькать перед глазами. Словно каждый нарочно пытается подтолкнуть меня к этому».

И я не солгал. Пройдёт совсем немного времени, и опять обязательно появится кто-нибудь, кто начнёт рассказывать, какие Небеса плохие. При этом никто из таких людей не раскрывает ни себя, ни своё прошлое. По их мнению, я должен просто верить им на слово.

Откуда мне знать, какая Цзы Цяо на самом деле? Вдруг она безумна и когда-то совершила тяжкий грех, из-за которого пострадало множество людей, а Небеса наказали её за это? И теперь она просто мстит им в ответ. Я не уверен.

— «А тебе нравится Тейват?» — неожиданно спросила Нахида.

— «Да. Он прекрасен».

— «Именно таким его создали Небеса. В эпоху драконов эта планета не была пригодна для людей, да и красоты в ней было куда меньше», — она мягко улыбнулась. — «Не забывай замечать прекрасное. Так жить будет гораздо легче».

Я ничего не ответил. Да и что тут скажешь, если ситуация так и не разрешилась? Впрочем, мне всё же удалось её спасти, и от этого было чуть менее обидно.

После короткой беседы Нахида снова погрузилась в медитацию. К тому времени мои спутницы уже вернулись, уничтожив три крупных лагеря. Защиту Дендро Архонта я оставил им, а сам вышел наружу и поднялся на самую вершину Божественного Древа. Вид оттуда был завораживающим, но я лишь мельком скользнул по нему взглядом и приступил к пробуждению второго элемента. На этот раз уже точно Дендро-стихии.

Глава 100

Стоило мне коснуться «Пробуждения», как по телу прокатилась волна ледяного холода, ощущения, совершенно чуждого моей расе. Кожу пронзила дрожь, а следом меня затрясло с такой силой, что я едва удержался на ногах. Колени предательски подогнулись, но в тот же миг ветви Божественного Древа стремительно оплели меня. Они извивались вокруг тела всё плотнее, переплетаясь между собой, пока за считанные мгновения не сомкнулись в плотный кокон.

Я попытался вырваться, призвал силу и одним ударом рассёк ближайшие ветви. Но едва они упали, как на их месте мгновенно появились новые. Сначала две или три, затем уже десятки тонких побегов. Они жадно тянулись ко мне, обвивали руки, грудь, шею, не причиняя боли, но шаг за шагом отнимая возможность двигаться.

Энергия Божественного Древа изменилась. Некогда мягкая и тёплая, теперь стала тяжёлой, почти удушающей. Она медленно просачивалась под кожу, проникала всё глубже, заполняя тело изнутри. Поток был слишком мощным, его невозможно было остановить. Даже сопротивляться ему было бесполезно.

Сознание начало меркнуть.

Последним, что я ощутил перед тем, как кокон окончательно сомкнулся надо мной, отрезая от внешнего мира, стало чьё-то злобное присутствие, исходящее со стороны пустыни. На краткий миг мне почудилось, словно над Сумеру нависла гигантская тень, способная накрыть собой целую страну.

Я оказался в странном месте, где всё вокруг было размытым и тягучим, словно время здесь текло иначе, а само пространство никак не могло сложиться в единую картину. Мир напоминал осознанный сон… а может, это он и был. За прошедшие годы я настолько отвык видеть сны, что почти забыл само это чувство.

Повсюду бушевали гигантские штормы. Здесь не было ни твёрдой земли, ни хоть сколько-нибудь устойчивой поверхности, лишь бескрайние потоки энергии, клубящиеся во всех направлениях. Высоко над этим хаосом, сквозь вихри и сияющие облака, проступали очертания трёх лун. Словно я оказался внутри Юпитера… По крайней мере, именно так я представлял себе эту планету.

Затем бушующие штормы начали стихать, постепенно открывая мне истинный облик этого мира. От увиденного я невольно замер. Передо мной раскинулось место, похожее на невообразимый рай. Каждый куст, каждое дерево здесь словно были сотканы из чистой энергии. Не элементальной, а куда более древней и могущественной. Но сильнее всего меня поразили существа, напоминающие драконов.

Все они отличались друг от друга, и всё же в них угадывалось нечто общее. При этом они вовсе не казались такими кровожадными, какими я привык считать драконов. Эти же существа не вызывали во мне ни паники, ни страха. Напротив, в них ощущалось нечто запредельно чистое и невинное.

Я поднял взгляд к небу, и в тот же миг ощутил мощный всплеск энергии, грубо нарушивший хрупкую гармонию этого мира. Драконы изменились почти мгновенно. Их движения стали медленными и тяжёлыми, а сияние, исходившее от тел, начало меркнуть. Следом их шкуры покрылись массивным панцирем, из которого проросли острые шипы, словно под этой бронёй они пытались навсегда похоронить свою истинную сущность. От них больше не исходило ни тепла, ни умиротворения, лишь холод, страх и нечто по-настоящему зловещее.

Вслед за ними преобразилась и сама планета. Бескрайние снежные поля почернели, обратившись в мёртвую землю, вулканы сковал лёд, а небосвод затянули густые, неподвижные тени. Рай, раскинувшийся передо мной мгновение назад, в одночасье превратился в настоящий ад.

Тьма расползалась всё дальше, слой за слоем пожирая этот мир, пока внезапно небо не озарила ослепительная вспышка. Она напоминала рождение новой звезды посреди бездны. Её свет начал разгонять мрак, выжигать тени, но изменившиеся до неузнаваемости драконы тут же зашипели, словно само это сияние причиняло им боль. И всё же вместе с ним планета начала оживать.

Вот только сияние продолжало усиливаться. Казалось, тот, кто его источал, становился всё более беспощадным. Вместе с тьмой свет начал выжигать и драконов, тех, кто слишком глубоко поражён этой скверной. Выживали лишь те, кого изменения ещё не успели поглотить окончательно. Это напомнило мне врачей из прошлого мира, которые ради спасения остальных без колебаний сжигали целые деревни, лишь бы не дать чуме распространиться дальше.

Однако выжившие драконы вовсе не были рады происходящему. Сначала небо прорезал один яростный рёв, затем второй, третий… вскоре вся планета содрогнулась от оглушительного, полного злобы рычания. Драконы устремились к источнику света, но в тот же миг неведомая сила обрушилась на них, безжалостно отбросив назад.

На краткое мгновение мне удалось разглядеть фигуру в небе. Женщину с белоснежными волосами, отливавшими золотом в сиянии огромных крыльев. Над её головой возвышалась корона, подобная нимбу, а глаза, похожие на драгоценные камни, с глубокой печалью смотрели на падающих драконов. Она протянула руку, словно желая помочь им… но в последний миг одёрнула её, прикусила губу от бессилия и, собрав всю свою решимость, нанесла новый удар.

Я наблюдал за происходящим со стороны, охваченный противоречивыми чувствами. С одной стороны, у меня на глазах погибала целая раса, не способная противостоять этому свету. С другой… я понимал мотивы этой женщины. Да, её действия казались чудовищно радикальными, уничтожить всех, кто поддался тьме. Ведь, возможно, существовал иной, более правильный путь. Но что, если выбора у неё действительно не было? Именно это и порождало во мне тяжёлое чувство. К тому же я всё ещё не был до конца уверен, наблюдаю ли я реальность прошлого… или всего лишь порождение собственного разума.

Небеса снова рассекла ослепительная вспышка. Но разглядеть, что случилось, я не успел. В следующий миг меня швырнуло в небытие…

Сознание вернулось резким, болезненным рывком. Всё тело горело так, словно меня сначала до изнеможения отпарили в бане, а затем выбросили на лютый мороз. Я пришёл в себя, запертый внутри странной субстанции. На ощупь она напоминала плотную бумагу или перегородки осиного гнезда, хрупкие с виду, но удивительно прочные. Хуже всего оказалось другое. Рот был наполнен какой-то гнилой, вязкой жидкостью с отвратительным привкусом, от которого меня тут же едва не вывернуло наизнанку.

Не очень приятное пробуждение…

Зато внутри моего тела бурлила энергия. Её стало ощутимо больше, и вместе с этим изменилось всё во мне, перестроилось до самого основания, от корней до сердца. Казалось, словно в меня влили тонну жизненной силы.

Я взмахнул рукой, и кокон тут же разлетелся в клочья.

Над головой раскинулось ночное небо, густо усыпанное звёздами. И… я снова оказался голым. К тому же всё тело покрывала странная черная жидкость. Ещё влажная, но уже начинающая стягиваться мерзкой коркой. Редкостная гадость, и запах соответствующий.

Разглядывая себя, я заметил на теле странные узоры. Сначала даже подумал, что это татуировки. Но, присмотревшись, понял, что кожу покрывали мелкие чешуйки, складывающиеся в причудливый рисунок. Их оттенок постоянно менялся: то зелёный, то синий, переливающийся при каждом движении.

Система, кажется, окончательно сошла с ума:

Обнаружено чужеродное вмешательство…

Идёт отторжение Дендро-стихии…

Обнаружено чужеродное вмешательство…

Отторжение…

Попытка стабилизации…

Ошибка.

Обнаружено повторное вмешательство…

Сообщения сыпались одно за другим, наслаиваясь с такой скоростью, что я успевал выхватывать лишь обрывки фраз. Поток всё не иссякал, и в какой-то момент я просто перестал обращать на него внимание.

А когда я открыл систему, меня едва не выбило из колеи увиденное. Мои характеристики выросли в разы, а запас энергии и вовсе взлетел до каких-то немыслимых величин. К тому же снова изменилась раса. Впрочем, это уже давно перестало меня удивлять. Она менялась столько раз, что реагировать на очередное превращение было бы даже странно. И всё же новая раса сумела меня поразить. Принц Вишапов. Без стихии, без уточнений, без каких-либо пояснений. Словно система дала сбой, устала разбираться в деталях и махнула на всё рукой, примерно так же, как я махнул рукой на её бесконечные уведомления.

Пришлось снова открывать сообщения и пролистывать этот бесконечный ад. Уведомлений оказалось не меньше тысячи, если не десятки тысяч. Нужная информация нашлась только ближе к самому концу.

Как оказалось, в моё пробуждение вмешался Апеп, Владыка Дендро.

Выходит, перед тем как потерять сознание, я неслучайно увидел ту исполинскую тварь. Вот только знал я об Апепе до обидного мало. Почти всё, что удалось выяснить, я прочитал уже здесь, в книгах о драконах, которые Нахида принесла мне из библиотеки Академии.

Но зачем он вмешался?

Возможно, он услышал наш разговор. А может, почувствовал само пробуждение элемента. Всё-таки он – Владыка Дендро, и, судя по всему, ему крайне не понравилось то, что я собирался сделать. Настолько, что попытался силой остановить процесс, не дав второй стихии закрепиться во мне. Причём упёрся он основательно. Тысячи уведомлений возникли не на пустом месте. Но в какой-то момент Апепу, похоже, надоело это, и он выбрал другой путь – попытался попросту выжечь мою Электро-стихию.

Вдобавок, стремясь добиться лучшего результата, он даже благословил меня, вложив в меня часть своей сущности. Видимо, рассчитывал, что Дендро-стихия подавит Электро, и тогда её будет проще выжечь. Однако всё обернулось совсем иначе. Пока Апеп сосредоточился на подавлении Электро, система наконец смогла пробудить Дендро. А затем его благословение вошло в резонанс с остатками силы Геовишапа, из-за чего моя сущность окончательно стабилизировалась, и Владыка Дендро уже не смог ничего сделать с моей природой. Потому что две стихии, по сути, слились воедино. Или, точнее, достигли идеальной гармонии.

А после…

Похоже, такой исход Апепу пришёлся совсем не по душе. В уведомлениях тут же посыпались проклятия от Владыки Дендро. На мучительную смерть, разрыв сущности, растворение души, жгучее прикосновение… Впрочем, спустя некоторое время он всё же снял их и вновь благословил меня, на этот раз даровав какой-то особый дар, связанный с драконами. Словно поначалу вспылил, поддавшись эмоциям, а затем остыл, решил исправить содеянное и заодно щедро компенсировать это дополнительной наградой. Видимо, именно из-за этого моя раса и стала «Принц Вишапов».

Это ископаемое не только чуть не угробило меня своими выходками. Оно ещё и само толкнуло меня к тому, чему так отчаянно пыталось помешать…

Не представляю, что творилось у него в голове, когда он всё осознал. Наверное, Сумеру содрогнулось от его ярости. По крайней мере, окажись я на его месте, меня бы такое точно огорчило. Хорошо ещё, что он не добил меня, а в итоге решил встать на мою сторону. Правда, непонятно, почему всё же «принц», если я больше не являюсь чистым элементальным существом. Или это не имеет значения?

Я медленно выдохнул, прислушиваясь к себе. Дендро-стихия текла по моему телу мягкими, тёплыми потоками. Рядом с ней, не вступая в конфликт, мерцали знакомые всполохи Электро. Две силы не отталкивали друг друга, напротив, они слились в единый ритм.

Подняв ладонь, я выпустил Электро-стихию. В тот же миг по пальцам пробежали зелёные искры вместо привычных фиолетовых. Они приобрели тот самый необычный эффект, возникающий при резонансе Дендро и Электро.

— «Хм…» — в голове прозвучал женский голос, в котором отчётливо слышалось недовольство. — «Значит, очнулся».

Я не удивился её появлению. Скорее уж тому, что Апеп оказалась женщиной. Впрочем, для элементальных существ пол лишь условность. Они способны принять любой облик. Но, похоже, сама она воспринимает себя именно женщиной.

— Почему ты вмешалась? — спросил я.

Почему-то страха не было. Скорее даже наоборот, ощущалось что-то смутно родное. Видимо, сказывалось влияние её сущности, смешавшейся с моей.

— «Юнец, водящийся с этими жалкими созданиями…» — голос едва не сорвался на змеиное шипение. — «Мы, создания Света, идеальные существа, стоявшие у истоков всего. А ты… ты решил осквернить себя их грязью?»

Я хмыкнул.

Энергия внутри меня отзывалась на её голос едва уловимым резонансом, а любая попытка отгородиться от чужого присутствия оборачивалась лишь усиливающейся головной болью. Пока я находился в Сумеру, скрыться от её внимания было попросту невозможно.

— «Их»? Ты говоришь о Небесах?

— «О людях, о богах, о тех, кто присвоил себе право править этим миром, не понимая даже его основ», — в её тоне прорезалось презрение. — «О жалких существах, что ползают по земле и называют свои цепи судьбой. Ты должен был быть выше этого».

— Только у тебя ничего не вышло. Дендро-стихия струится по мне так же свободно, как и Электро.

Ответ последовал не сразу. Словно она изо всех сил пыталась сдержать гнев. Я почти видел, как исполинское чудовище глубоко дышит, стараясь успокоиться, и от этого невольно усмехнулся.

Всё-таки, если бы Апеп действительно захотела меня убить, то давно бы это сделала. Встречи с Мораксом определённо плохо на меня влияют. Уже привык оказываться лицом к лицу с теми, для кого я лишь букашка.

— «Наглец…» — наконец произнесла она. В её голосе по-прежнему сквозило презрение, но теперь к нему примешивалось что-то ещё. Досада? — «Ты слишком юн. Я, как старшая, лишь хотела уберечь тебя от ошибки».

— Как благородно… Только я знаю, что ты едва меня не убила, чуть не искалечила мою сущность и вдобавок осыпала проклятиями, прежде чем внезапно решить помочь.

— «Не испытывай моё терпение».

На этот раз я решил промолчать, поняв, что она явно не из тех, кто способен легко признавать собственные ошибки.

— «Однако сейчас моё состояние… к сожалению, оставляет желать лучшего. Я слишком истощена и потому не смогла остановить тебя», — в её голосе неожиданно прозвучали усталость и горечь. Словно она и правда сожалела о собственной неудаче. — «Не знаю, как именно тебе удалось провернуть подобное, но не могу не признать гениальность твоего замысла. Использовать Ирминсуль для собственного развития, почти так же, как это делали мы до прихода узурпатора. Селестия определённо придёт в ярость».

Она тихо рассмеялась.

Похоже, влияние системы она приняла за воздействие Ирминсуля. Впрочем, я и сам уже не впервые замечал между ними поразительное сходство. Возможно, моя система и правда работает по тому же принципу, что и древо.

К тому же из-за этой ящерицы Селестия теперь и правда может счесть меня врагом… Боже, не зря говорят, что убегая от судьбы, мы лишь быстрее мчимся ей навстречу.

— Ладно, прошлого уже не изменить. Лучше объясни, почему я теперь «Принц Вишапов», если моя чистота была осквернена? И ещё… мне снилось падение драконов. Это тоже твоих рук дело?

Она не стала юлить и спокойно всё объяснила, даже как-то по-матерински. Поэтому я не ограничился этими вопросами. Всё же это был мой первый контакт с драконом, о которых известно очень мало.

В итоге оказалось, что под «чистотой» имелось в виду вовсе не то, о чём я сперва подумал. Драконы вполне могут владеть несколькими стихиями, прежде это и вовсе считалось нормой. Но Небесный Порядок разделил энергию Света на отдельные элементальные составляющие, тем самым исказив и «загрязнив» её. Следовательно, проблема заключалась не во втором элементе самом по себе. Моё пробуждение должно было осквернить меня потому, что в кристалле содержалась не чистая энергия Дендро.

Однако Апеп, которая действительно нас подслушивала, вмешалась. Благодаря её благословению и части её сущности моя чистота осталась прежней.

Поначалу она хотела предотвратить загрязнение лишь потому, что в её глазах я был младенцем, пытающимся сунуть вилку в розетку. Но затем в её голове созрел план. Точнее, она увидела во мне возможность.

Апеп умирает. Ещё несколько сотен лет, максимум тысяча, и её сущность окончательно растворится. Поэтому она решила вложить самую чистую часть себя в меня, буквально сделав своим наследником. Именно поэтому она хотела искоренить во мне Электро-стихию, чтобы моя связь с ней стала сильнее. Но с этим у неё ничего не вышло, а вот насчёт трона… Моя раса говорит об этом достаточно наглядно.

Конечно, она знала и о моём страхе. Поэтому с почти материнской усмешкой добавила, что умирать пока не собирается. Она дождётся, пока я окрепну и сам приду к ней. А заодно намекнула, что к тому времени её личность и память, вероятнее всего, разрушатся настолько, что я без труда смогу её поглотить.

Мои попытки помочь она лишь отмахнулась. По её словам, я всё равно ничем не смогу ей помочь, а если попробую, то лишь подвергну опасности себя, и тогда рухнет её последняя надежда. Так что мне оставалось только согласиться.

В итоге мы проговорили ещё долго. Она рассказывала о драконах, об их величии, о Селестии, войне и Архонтах. Разумеется, не обходилось без надменности и презрения, особенно по отношению к людям, богам и самим Небесам. Но стоило ей заговорить о собственной расе, как в её голосе вмиг появлялись тепло и искренняя любовь к драконам.

Она объясняла всё куда лучше, чем Цзы Цяо. Та лишь вскользь касалась важных тем и, судя по новой информации, многое утаила. Даже умолчала о некоторых деталях, связанных с чистотой энергии, а для меня, с моей природой, они были крайне важны. Либо она сама этого не знала, либо…

Я показал Апеп лунный осколок, но её реакция оказалась странной. Сначала она презрительно фыркнула, затем задумалась и, тяжело вздохнув, признала, что этот артефакт действительно может помочь мне в развитии. Так что моё доверие к Цзы Цяо не слишком пошатнулось, скорее, к ней просто появились некоторые вопросы.

К тому же, лунный осколок открывал передо мной поистине пугающие перспективы. Чисто теоретически я могу пробудить в себе все стихии. Достаточно пропустить нужный материал через кристалл, а затем поглотить очищенную чистую энергию. И если мои догадки верны, однажды это позволит прикоснуться к первозданному Свету. Разумеется, делиться подобными мыслями с Апеп я не стал, она вполне могла воспринять это как оскорбление. Однако всё же не отмёл их.

Глава 101

Божественное Древо сбросило листву и теперь выглядело, мягко говоря, плачевно. Вероятно, всему виной Апеп… и я сам. Ветви почернели, крона заметно поредела, а от прежнего величия остался лишь блеклый след. И всё же жизненная энергия в нём ещё теплилась. Слабая, едва ощутимая, но со временем дерево наверняка восстановится.

Я положил ладонь на сухую, потрескавшуюся кору и направил внутрь свою энергию. Дерево жадно впитывало её, словно путник, измученный жаждой, наконец добрался до воды. Вместе с этим возникло странное чувство, рождённое соприкосновением Дендро-стихий. Дерево радовалось моему прикосновению, совсем как кошка, что ластится к ногам и тихо мурлычет.

По коре одна за другой проступали тонкие зелёные прожилки. Поначалу едва различимые, словно слабое мерцание под древесиной, они с каждым мгновением разгорались всё ярче. Трещины на стволе медленно затягивались, а чернота постепенно отступала, возвращая коре её живой, естественный оттенок.

Когда энергии стало более чем достаточно, чтобы восстановление Божественного Древа пошло быстрее и легче, я ещё на миг задержал ладонь на его коре, ощущая, как по стволу разливается тепло. Затем убрал руку и перевёл взгляд на город.

В нём чувствовались перемены.

Особенно у корней Божественного Древа, где ютилась беднейшая часть населения. Атмосфера там стала иной. Раньше это место было пропитано безысходностью и тихим смирением людей, давно привыкших ждать от жизни лишь худшего. Теперь же мрак... Не исчез окончательно, для этого понадобилось бы куда больше времени, но заметно ослаб, словно сквозь тяжёлые тучи впервые пробился луч солнца.

Люди больше не выглядели такими подавленными. Конечно, следы прошлого всё ещё читались на их лицах, но во взглядах многих разгорелся огонь. Они увидели крепкую надежду на счастливое будущие. Кто-то смеялся, кто-то стоял у порога своего дома, наблюдая за улицей с робкой улыбкой.

На широкой площади женщины в ярких одеждах пели и танцевали. Цветные ткани кружились в движении, вспыхивая алыми, жёлтыми и зелёными пятнами на фоне серых глиняных стен. Но сильнее всего в глаза бросались дети. Они носились по улицам с корзинами, доверху наполненными свежими цветами. На их лицах сияли широкие улыбки.

Я мягко улыбнулся.

Но стоило мне перевести взгляд в сторону, как улыбка тут же угасла. После обретения Дендро-стихии я начал ощущать само дыхание Тейвата. И, если честно, лучше бы эта способность никогда у меня не появлялась.

В одно мгновение мир открыл мне свою другую сторону. Изнанку, на которую лучше не смотреть, чтобы просто не разочароваться в увиденном. Словно кто-то взял прекрасную картину и щедро окатил её помоями. Всё было пронизано едва заметными, но омерзительными следами скверны.

Я и представить не мог, что в Тейвате её настолько много.

Она напоминала личинок. Мелких, прожорливых, слепых тварей, которые вгрызаются во всё живое и оставляют после себя лишь пустоту. И именно к этой мерзости тянутся те, кто ищет силу Бездны? Неужели они действительно не понимают, с чем имеют дело? Или понимают… и всё равно добровольно идут в её объятия?

Как вообще можно сознательно окунуться в подобную дрянь?

Я невольно вспомнил одно аниме, которое когда-то смотрел. Там старый маг использовал отвратительных личинок-фамильяров, чтобы продлевать себе жизнь и становиться сильнее. Ощущение от этой картины один в один. Только тогда это было на экране, а сейчас… Мерзость.

Тропическая часть Сумеру заражена ещё не так сильно. Скверна только начинала пускать там корни, а сама жизнь всё ещё отчаянно сопротивлялась. Но стоило перевести взгляд в сторону пустыни, как внутри всё невольно сжималось. Даже смотреть туда было тяжело. Где-то там… а может, ещё глубже, за бескрайними песками, скрывалось нечто настолько отвратительное, что хотелось просто вырвать себе глаза, лишь бы этого не видеть. А ведь там живёт Апеп.

Возможно, именно с этим и связана её гибель. Поэтому Апеп и не хотела принимать мою помощь. В её глазах я был чистым ростком, последней надеждой, которую она не желала запятнать. Если я соприкоснусь с этой мерзостью, даже лунный осколок меня не спасёт. Это было нечто, выходящее далеко за пределы обычной силы. И, вероятно, противостоять ему способен лишь первозданный свет.

Я покачал головой, отгоняя это видение. К счастью, никто не заставлял меня видеть подобное постоянно, лишь в те моменты, когда я сосредотачивался на дыхании Тейвата. Иначе я либо сошёл бы с ума, либо превратился бы в параноика, вздрагивающего от одного только страха перед этим миром.

Накинув одежду из инвентаря, я направился к святилищу Нахиды. Внутри, впрочем, никого не оказалось, и это меня не удивило. Я не чувствовал присутствия своих спутниц в городе, а сама Нахида находилась у системы Акаша, в кабинете, который прежде занимал Великий Мудрец. Из святилища туда можно пройти незаметно, не привлекая внимания жителей. Когда как основной вход вёл прямо из Академии, где сейчас слишком многолюдно.

Правда… у самого входа в святилище меня встретила стража. Сначала они лишь растерянно переглянулись, но уже в следующий миг заметно побледнели. Словно перед ними предстал сам дьявол во плоти. Когда я проходил мимо, они застыли как вкопанные, даже забыв, как дышать.

— Привет, — с улыбкой произнёс я, выйдя к Нахиде, задумчиво рассматривавшей огромный артефакт.

На меня тут же устремились взгляды стражи. Но это были не обычные стражники, а Матра. Их глаза напоминали потускневший металл. Ни намёка на тепло или блеск, лишь холодная сосредоточенность и суровость.

Особенно выделялась одна из них. Высокая женщина с песочного цвета звериными ушами и пушистым хвостом, напоминавшими фенека. Генерал Махаматра из тигнарианцев. Она мрачно посмотрела на меня, но даже не шелохнулась.

Нахида повернулась ко мне и тепло, почти облегчённо улыбнулась.

— Ты проснулся.

— Если бы не Апеп, я бы очнулся гораздо раньше, — хмуро произнёс я, скрестив руки на груди. — Сколько времени прошло? Судя по состоянию города… недели две?

— Почти, — тихо ответила она. — Тринадцать дней.

Не так уж и много, если задуматься. Это могло затянуться на годы, а то и на целые столетия. Всё зависело лишь от упрямства Апеп. Но благо обошлось.

Я шагнул к Нахиде, собираясь подойти ближе, но дорогу мне преградило копьё. Обычное оружие с длинным древком и стреловидным наконечником. Оно больше подошло бы простому стражнику, чем Матрам – элитным воинам, которыми они считались.

Хмуро покосившись на генерала Махаматру, я лениво щёлкнул пальцем по наконечнику. В тот же миг по древку пробежал зелёный электрический разряд. Девушка вздрогнула от удара током и тут же выпустила копьё из рук.

— Саэмира, — строго произнесла Нахида. Впрочем, с её внешностью это звучало скорее умилительно, чем действительно грозно. Судя по всему, генерал Махаматра думала так же. Её ушки едва заметно дёрнулись, а уголки губ дрогнули, словно она собиралась улыбнуться. Правда, уже спустя мгновение на лице вновь появилась мрачная маска. — Я ведь просила тебя не реагировать так остро.

Генерал Махаматра тут же опустилась на одно колено, ударив правым кулаком в пол и склонив голову. От этого уже сама Нахида заметно растерялась. Она даже вскинула ладони, словно хотела остановить девушку, но не успела.

— Ваша безопасность для меня превыше всего, — хмуро произнесла Саэмира. — Даже если ради неё мне придётся отдать жизнь.

Похоже, пока я был без сознания, у Нахиды появилась по-настоящему преданная последовательница. И это к лучшему. Значит, после моего ухода вероятность того, что её снова попытаются запечатать, стала гораздо ниже.

К тому же… Это ощущение от неё…

Пока Нахида безуспешно пыталась убедить, что я не опасен. Саэмира мне определённо не доверяла. Её взгляд то и дело цеплялся за мои руки, за лицо, словно она в любой момент ожидала нападения. Серьёзная девочка. Из тех, кто сначала проткнёт копьём, а уже потом станет разбираться, действительно ли была угроза. Меня же тем временем привлекла стопка старых книг на столе. На обложке одной из них была нарисована уж больно знакомая звезда. Точно такая же мелькала в книге из той лаборатории.

«Механизмы как смысл жизни».

Я приподнял бровь и взял книгу в руки. Стоило пролистать пару страниц, как мне захотелось рассмеяться.

Это оказался вовсе не тёмный гримуар, где описывались бы самые гнусные и омерзительные способы превратить живое существо в механизм, а… обычный фанфик про роботов в стиле «Терминатора». Нет, определённая логика в нём прослеживалась, да и задумка автора была весьма неплохой. Но, по сути, всё сводилось к вечному «а что, если…», после чего автора окончательно уносило в дебри фантазии. Причём каким-то особенно нелепым образом герой пришёл к выводу, что ему необходимы роботы-горничные. Обязательно в откровенных нарядах, с пышными формами и настолько преданные, что даже самый извращенный аристократ покраснел бы от зависти.

— Это запрещённые знания, нельзя читать…

Я небрежно бросил книгу обратно на стол. Генерал Махаматра прыгнула следом, словно собиралась поймать её любой ценой, но в итоге задела край стола, опрокинула его и едва сама не рухнула сверху. Одним движением она полностью разрушила в моих глазах свой суровый и неприступный образ. Впрочем, не только в моих. Её подчинённые стояли с каменными лицами, но даже ежу было понятно, что будь их воля, они бы расхохотались. А вот Нахида сдерживаться не стала и тихо фыркнула.

— Обычная книжка, — пожал я плечами. — Конечно, автор выбрал занимательный способ соединения механизма с жизнью, но, по сути, ничего сверхординарного. К тому же конец так себе, хотя и поучительный.

— Ты уже всё прочитал? — с удивлением спросила Нахида, подойдя ко мне и робко сцепив ладони. — Невероятно… У меня на это ушло куда больше времени.

— Моя скорость восприятия значительно выше твоей. Со стороны могло показаться, словно я просто бегло пролистал книгу, но для меня всё происходило довольно медленно. Вполне достаточно, чтобы спокойно прочитать её и всё понять.

Сказав это, я перевёл взгляд на Саэмиру. Та всё ещё выглядела смущённой своим поведением, но старательно прятала это за привычной мрачностью.

— Только я не понял, почему эти знания запрещённые?

— Это один из грехов, — хмуро ответила она, заметив, что я смотрю именно на неё. — Нельзя вмешиваться в эволюцию людей и играть с жизнью и смертью.

Я кивнул.

Вполне обычная практика. В моём прошлом мире существовало нечто подобное. С одной стороны, такие запреты предотвращают всякие жуткие эксперименты, с другой же тормозят развитие. Но в Тейвате… Тот же Дотторе стольких пустил под нож, что не сосчитать. Да и кроме него подобных энтузиастов хватало. По сути, пока негодяи бегут вперёд, игнорируя любые правила, хорошие люди вынуждены ползти, боясь сделать лишний шаг.

Да взять хотя бы алхимию. Её ведь преподают в этой Академии. Учат превращать жаб в ящериц и проводить прочие трансмутации над живыми существами, кроме людей. Вот только жаба, при всех отличиях от человека, не настолько от него далека, чтобы сами методы принципиально различались.

Хотя всё это моральные принципы. Так что не мне судить. Правда…

— Но это ведь просто литература.

— Которая может привести к мысли, что подобное допустимо, или вдохновить кого-то нарушить запрет, — угрюмо настаивала Саэмира. — Поэтому будьте добры впредь больше не читать подобные книги.

Я внимательно посмотрел на неё. От моего взгляда ей явно стало не по себе, хотя внешне она этого никак не показала. Но вот внутри… Ошибки быть не могло, от неё действительно веет тёмными эманациями.

— Хах, а ты мне нравишься. Пока остальные дрожат от страха, ты разговариваешь со мной спокойно. Даже представить не могу, через что тебе пришлось пройти, чтобы так держаться, — я перевёл взгляд на Нахиду. — Где ты её нашла? Когда я уходил, генерал Махаматра был другой. К тому же она из Пустынников, а таких в Академии, мягко говоря, не очень-то любят.

И это ещё мягко сказано.

Бывший Великий Мудрец явно был тем ещё расистом. Первым делом, вернув себе власть, Нахида отменила законы, связанные с происхождением и цветом кожи. До этого жителям пустыни путь в Академию был практически закрыт. Впрочем, для детей Пустынников существовала одна любопытная оговорка: если кожа ребёнка была достаточно светлой, а внешность «соответствовала облику разумного человека», Академия могла забрать его и воспитать самостоятельно.

Прямо один в один как кое-кто из моего прошлого мира. Я бы даже не удивился, узнай, что Великий Мудрец в юности мечтал стать художником.

Но, как бы то ни было, за двадцать лет его правления люди, увы, успели перенять его взгляды. Трудно не заразиться подобным, когда сама верхушка открыто продвигает расизм. Тем более что жителей пустыни и раньше считали варварами. Иронично, ведь когда-то именно они были высокоразвитой цивилизацией. Значительная часть того, чем сейчас гордится Академия, – это их наследие.

Вот только теперь всё иначе. Жители пустыни давно утратили прежний уровень образования, во многом из-за бессмысленной вражды с Академией. С какой-то стати они решили, что если Академия выступает за развитие и знания, то им назло нужно отвергать и то и другое.

Клоуны.

Причём обе стороны. Внешне жители пустыни почти ничем не отличаются от остальных, разве что кожа у них темнее из-за палящего солнца. Оттого правила, введённые Великим Мудрецом, выглядели ещё более нелепо. Да, среди выходцев из пустыни есть тигнарианцы с их звериными чертами, но это довольно редкая раса и к большинству жителей пустыни они отношения не имеют.

Впрочем, о Пустынниках я пока знаю лишь по чужим рассказам. Как всё обстоит на самом деле, узнаю позже, когда сам выберусь в пустыню. Я ведь никогда не был в Египте, хотя всегда мечтал. Особенно после всех этих фильмов про мумий, Индиану Джонса и жутких скарабеев. А тут ещё и собственные пирамиды имеются. И не одна!

Только заражённые земли нужно обходить стороной. Даже смотреть в ту сторону не хочется. Мне и одного взгляда на скверну хватило, чтобы навсегда отбить желание приближаться к ней.

— Её предки переселились в леса ещё век назад. И вообще, она не котёнок. Это прозвучало довольно грубо с твоей стороны, — недовольно произнесла Нахида, одарив меня строгим взглядом.

— Не беспокойтесь, Дендро Архонт, — спокойно ответила Саэмира. — Я уже давно привыкла к подобному отношению.

Я посмотрел на неё и тяжело вздохнул.

— Возможно, действительно вышло грубо. Поэтому… в качестве извинения я могу чему-нибудь тебя обучить, — мой взгляд упал на Электро Глаз Бога у неё на бедре. — В моих интересах, чтобы у Нахиды был сильный защитник.

Они обе одновременно прищурились, явно не поверив мне.

И всё же после короткой паузы Саэмира неуверенно согласилась. Мы быстро договорились о времени, и вскоре Матры, по настоянию Нахиды, покинули комнату. Хотя по их лицам было видно, что уходить им совсем не хотелось, спорить с её твёрдым «нет» никто не рискнул.

Стоило двери закрыться, как выражение лица Нахиды изменилось. Улыбка исчезла, а взгляд стал хмурым и тяжёлым.

— Ты ведь сделал это специально? — спросила она, скрестив руки на груди.

— Судя по магическому следу, в неё внедрили остатки какого-то божества. Причём сделали это настолько грубо, что она до сих пор жива разве что чудом. Хотя, возможно, дело в её расе. Насколько я помню, их народ происходит от пустынных шакалов. Эти мистические существа давно исчезли, растворившись в межрасовых связях, однако их потомки по-прежнему несут в себе часть древнего наследия, — я бросил взгляд на дверь. Судя по всему, благодаря своему острому слуху Саэмира прекрасно нас слышала. — Я действительно собираюсь обучать её. Она искренне предана тебе, это видно. Заодно хочу разобраться в её состоянии. Мне очень не нравится этот след.

Нахида тяжело вздохнула и перевела взгляд к окну, за которым уже разливался закат.

— Саэмира не любит вспоминать своё прошлое, — тихо сказала она. — Но кое-что мне всё же удалось узнать. В детстве она тяжело заболела, и её родители обратились за помощью в Академию. Поэтому к ним направили ученика одного из Мудрецов, однако вместо лечения её состояние начало только ухудшаться. К тому же у этого ученика и раньше была весьма сомнительная репутация. В итоге за ним отправили Матр… и те застали его прямо во время экспериментов над Саэмирой.

— Если бы его не поймали с поличным, всё наверняка списали бы на обычную смерть от болезни…

— Да, — кивнула Дендро Архонт. — Когда началось расследование, выяснилось, что подобные эксперименты он проводил уже не в первый раз. В итоге его осудили и изгнали в пустыню, где он, скорее всего, и погиб. А Саэмиру взял под своё крыло предыдущий генерал Махаматра. Несколько дней назад, узнав, что именно творили Мудрецы, он добровольно ушёл в отставку и передал свой пост ей.

Я тяжело вздохнул.

Я даже не уверен, дело ли это рук Дотторе или кого-то другого. Таких, как он, на самом деле хватает. Просто именно Дотторе сумел… возвыситься. Да и почерк уж слишком похож. Всё-таки когда-то он сам был учеником Академии, а спустя несколько лет после Катаклизма его изгнали. По времени всё вполне сходится.

Чтобы сменить тему, я решил накрыть на стол. Ничего не мог с собой поделать, Нахида действительно напоминала младшую сестрёнку, которую так и тянет баловать. Поэтому вскоре на столе появились тортики, сладости, фрукты и ароматный чай.

Её внимание мгновенно переключилось на угощения. Глаза засияли так, словно я поставил перед ней не десерты, а древний артефакт самой Селестии.

— Это всё… мне? — осторожно спросила она.

— Если не лопнешь, можешь съесть хоть всё.

Нахида смущённо улыбнулась, взяла вилочку и аккуратно отправила в рот кусочек торта. И именно в этот момент дверь резко распахнулась. Девочка тут же подавилась и едва не свалилась со стула, но я успел придержать её за плечи и осторожно похлопать по спине.

На пороге стояла Ху Фуа. Злая. Очень злая Ху Фуа. А позади неё не менее разгневанная Сянь Юнь. Обе смотрели на меня так, словно были готовы растерзать прямо на месте.

— Рад вас видеть. Присаживайтесь, вы как раз вовремя к чаю, — с невозмутимой улыбкой произнёс я. — Понимаю, вам хочется узнать, что произошло. Но в этот раз я действительно ни при чём. Это всё Апеп, Владыка Дендро. Ей не понравился наш разговор о моих изменениях и загрязнении элементальной сущности, вот она и решила лично побеседовать со мной, пока я медитировал. А это, знаете ли, заняло несколько дней. Не мог же я просто отказать существу, способному стереть целую страну одним желанием.

Как говорится, если не можешь остановить катастрофу, свали вину на того, до кого никто всё равно не доберётся.

Глаза спутниц опасно сузились.

В следующий миг грозный новоявленный Принц Вишапов получил увесистый подзатыльник от Хранителя Облаков, а затем оказался бесцеремонно схвачен за ухо. Разумеется, для меня это было не больнее лёгкого поглаживания, но ей об этом знать совсем необязательно.

Ху Фуа медленно подошла ко мне. По её хмурому лицу можно было ожидать чего угодно, но явно не того, что произошло дальше. Она просто прошла мимо, уселась рядом с Нахидой и демонстративно отвернулась от меня.

Обиделась…

— Мы устали постоянно переживать за тебя, — строго произнесла наставница. — Стоит лишь на мгновение отвернуться, как ты уже умудряешься влипнуть в очередные неприятности. Как ты думаешь, что мы почувствовали, когда весь город накрыло зловещее присутствие, а место, где находился ты, буквально утонуло в удушающем потоке энергии? Мы решили, что на тебя напали. Ху Фуа от тревоги и паники едва не потеряла контроль, особенно когда поняла, что не может даже приблизиться к тебе сквозь это чудовищное давление.

Я скосил взгляд на девушку, которая всё ещё не смотрела на меня. Да уж… Пусть физически они и не способны мне навредить, но вот морально…

Тяжело вздохнув, я осторожно высвободил своё ухо из пальцев Сянь Юнь.

— Ладно, — произнёс я уже без тени улыбки. — Виноват.

— «Виноват»? — холодно переспросила Сянь Юнь. — И это всё, что ты можешь сказать?

— А что ещё я должен сделать? Не могу же я пообещать, что в следующий раз обязательно предупрежу вас перед тем, как меня утащит древний дракон, способный стереть Сумеру с лица земли. Это была бы откровенная ложь. В этот раз я и правда никак не мог предугадать, что Владыка Дендро решит лично со мной побеседовать.

Нахида тем временем, окончательно отдышавшись, осторожно взяла чашку чая и посмотрела то на меня, то на Ху Фуа, то на Сянь Юнь.

— Он действительно был с Апеп, — мягко произнесла она. — Я чувствовала её присутствие. И если бы она действительно хотела причинить ему вред, всё закончилось бы куда хуже.

— Нахида, они и сами это понимают, — хмыкнул я. — Просто подобное происходит со мной слишком часто. Такими темпами меня однажды просто привяжут к кровати и запретят выходить из дома.

Я подошёл к Ху Фуа и остановился рядом, не пытаясь заставить её посмотреть на меня.

— Прости, что заставил тебя переживать.

Ху Фуа медленно сжала чашку обеими руками.

— Ты всегда так говоришь, — тихо произнесла она. — А потом снова умудряешься влезть в очередные неприятности. Так что теперь я всерьёз обдумываю твоё предложение насчёт кровати.

— Тогда я начну попадать в неприятности, но уже вместе с кроватью.

Напряжение в комнате постепенно начало спадать. Не исчезло полностью, конечно. Ху Фуа всё ещё демонстративно меня игнорировала. Просто рядом находились Нахида и наставница, так что устраивать разборки сейчас она не собиралась. Позже наверняка снова поднимет эту тему… а может, и правда привяжет меня к кровати.

Хотя, если вспомнить, какой она была пару лет назад, неспособной даже возразить мне, я рад таким переменам. Гораздо приятнее видеть рядом человека с собственным мнением, а не безвольную куклу, которая во всём покорно соглашается.

***

Постепенно я освоился в Сумеру. Конечно, ради спокойствия местных жителей пришлось сменить внешность, чтобы не пугать людей своим настоящим обликом. К счастью, благодаря способности Моракса и изменившейся сущности это не составляло для меня особого труда.

Новую власть в лице Нахиды жители встретили тепло. Пусть ей пока не хватало опыта, училась она невероятно быстро, а главное – рядом находились те, кому можно доверять. И Сянь Юнь, и другие союзники всячески помогали ей освоиться в роли Архонта. Особенно наставница, которая видимо решила, что это её новый долг.

Сам же я по утрам тренировал Саэмиру, с каждым днём всё отчётливее ощущая зверя, давно запертого внутри неё. Если однажды она сумеет освободить его и подчинить своей воле, то станет по-настоящему пугающе сильной. Возможно, даже выйдет на уровень полубогов. Но для этого ей придётся преодолеть страхи прошлого и принять ту часть себя, которую она так долго отвергала. А ещё, возможно, вернуться в пустыню, туда, откуда когда-то пришли её предки. Это могло бы помочь ей лучше понять саму себя.

Но пока передо мной лишь маленький щенок, который боялся даже собственной тени…

Днём я посещал Академию, записавшись туда под видом обычного ученика из Ли Юэ. Впрочем, многие уже наверняка догадывались, кто я на самом деле. Всё-таки маскировку я продумал спустя рукава, особого смысла скрываться всё равно не видел. Но никто не задавал лишних вопросов, так что мы молча делали вид, будто всё в порядке, и не мешали друг другу спокойно учиться.

Ну а вечерами я гулял с Ху Фуа по Сумеру. Всё-таки я обещал показать ей самые красивые уголки этого региона. Иногда нам даже встречались лесные духи. Они явно чувствовали мою сущность и потому старались держаться подальше, но при этом всё равно украдкой наблюдали за нами из листвы. Думаю, ещё не одно столетие среди них будут пересказывать легенду о злобном драконе, который под светом звёзд «пожирает» огненную деву.

К слову, ни одна из спутниц так и не поинтересовалась моей новой сущностью. То ли они действительно ничего не замечали, то ли уже догадались, но предпочитали не задавать лишних вопросов. Особенно Ху Фуа, она ведь не раз видела чешую на моём теле. Однако раз никто не поднимал эту тему, я тоже не спешил заводить подобный разговор.

Вот смеху-то будет, когда они увидят меня в другой форме. Главное, чтобы всё не закончилось как в той сказке…

Но, как бы то ни было, я всё чаще возвращался к мысли о путешествии в пустыню. Правда, пока этому мешала учёба. Да и Ху Фуа не горела желанием бродить под палящим солнцем, несмотря на свою силу. А у Сянь Юнь теперь на первом месте Нахида.

Впрочем, через пару месяцев в Академии должна начаться свободная практика – период, когда ученикам разрешают покидать её стены, чтобы изучать материалы и явления напрямую. Вот тогда, думаю, и появится возможность наконец отправиться в пустыню.

Пески, пирамиды, Пустынники, древние загадки и смертельные ловушки… От одних только мыслей об этом уже хочется немедленно отправиться в путь…

Глава 102

Я накинул мантию на плечи и посмотрел в зеркало.

Удивительно. В Ли Юэ самое обычное стеклянное зеркало стоит целое состояние, тогда как здесь оно есть едва ли не в каждом доме. Впрочем, причина понятна. Между регионами практически нет нормальных торговых путей. Повсюду рыщут монстры и разбойники, да и дорог толком нет. Торговцам приходится пробираться через горные перевалы, обходить ущелья и неприступные скалы. Порой не находится даже захудалого моста, и тогда им приходится либо переправляться вплавь, если река позволяет, либо менять маршрут…

Морской путь ненамного лучше. Конечно, он куда безопаснее. Там нет ни оползней, ни такого количества монстров и препятствий. Однако волны нередко безжалостно швыряют суда из стороны в сторону. После такого путешествия любой хрупкий груз, особенно стеклянные изделия, превратится в груду осколков. Поэтому торговцам попросту невыгодно перевозить подобные товары.

Если задуматься, из-за этого Ли Юэ теряет колоссальные деньги. Построй они нормальную, безопасную дорогу к другим регионам, и казна буквально захлебнулась бы потоком моры. Магия ведь это позволяет. Хотя, возможно, дело не только в дорогах, но и в гильдиях, которые жёстко контролируют рынок внутри страны. Из-за них, вероятно, и собственного производства до сих пор нет.

Я тяжело вздохнул.

Из зеркала на меня смотрело молодое лицо с лёгкой тенью недовольства и необычайно яркими фиолетовыми глазами. Забавно, ведь даже жидкость внутри моего тела сменила цвет на светло-зелёный, а глаза остались прежними. Если уж на то пошло, их оттенок стал ещё насыщеннее, чем раньше. Да и волосы потемнели. Хотя, по идее, должны были, наоборот, посветлеть, переняв оттенок чешуи.

На мгновение моё тело охватили зеленые электрические дуги. На коже, где они прикасались, проявлялись светлые чешуйки морского оттенка. Столько времени прошло, но так и не смог полностью обернуться в новую сущность. Энергия внутри всё ещё «жидкая». Лишь когда она загустеет и кристаллизируются, став очень насыщенной, то только тогда. Правда по ощущение осталось не так много времени для этого.

Правда… во что я в итоге превращусь? Если во мне сильнее наследие Апеп, то, подобно её потомкам, я буду больше похож на змею. А если Электро Дракона, то… на птицу?

Судить по молодым вишапам такое себе. Из-за феноменальной адаптивности и доминирования гена Владык они с возрастом трансформируются настолько радикально, что процесс их взросления напоминает эволюцию покемонов. Те же старые Гидро Вишапы больше похожи на китов, тогда как молодые напоминают каких-то медведей с длинными хвостами. Впрочем, если задуматься, у китов и медведей когда-то был общий предок. Может, в этом и есть своя логика.

У молодых Электро Вишапов действительно прослеживаются птичьи черты, но в книге нет никакой информации о взрослых особях. Видимо Эи их всех съела, не иначе… Кроме того, Нахида предоставила мне информацию о мутировавших вишапах из Энканомии. Некто, чьё имя на обложке уже стёрлось, сделал их зарисовки и составил отдельную статью, которая позже попала в библиотеку Академии. Судя по изображениям, у связанных с Электро вишапов оттуда также заметны птичьи черты. Из вытянутые морды напоминают клювы хищных птиц, а наросты на теле отдалённо похожи на перья.

Поэтому даже немного страшно, во что я в итоге превращусь. И всё же жду этого мгновения с замиранием сердца.

В последний раз окинув себя взглядом в зеркале, я покинул комнату, которую Нахида выделила нам с Ху Фуа, и направился вниз, к корням Божественного Древа.

Люди по-прежнему разделены на социальные слои. Однако границы между ними уже не такие жёсткие. Верхние уровни Божественного Древа, как и прежде, занимали те, чья жизнь связана с Академией. Здесь находились исследовательские лаборатории, библиотека и учебные корпуса.

Ниже находилась школа для детей, куда с пяти лет могли поступить все желающие жители Сумеру. Её основал прежний Дендро Архонт, однако после прихода к власти Великого Мудреца правила приёма значительно ужесточили. Теперь же школа вновь наполнилась ребятишками.

Самые нижние ярусы постепенно заняли купцы, стражники и представители других ремёсел, те, кому было удобнее работать у подножия дерева, чем ежедневно мотаться вверх и вниз. Среди них оказалось немало обеспеченных людей, из-за чего сверху разом прекратился выброс мусора. Поэтому улицы заметно преобразились. Они стали чище, опрятнее и гораздо приятнее на вид.

Впрочем, городу ещё многое предстоит пережить, прежде чем он сможет вернуться к прежнему уровню. Возможно, на это уйдёт пять лет, а, может, все десять. И это ещё при лучшем раскладе. Всё-таки коррупция, правление предыдущего Великого Мудреца и Катаклизм серьёзно сказались на положении страны.

— Что ты так долго? — поинтересовалась Ху Фуа, скрестив руки на груди. — Сам ведь назначил время.

— Всё ещё дуешься из-за того, что я оставляю тебя в городе? — усмехнулся я. — Хотя сама отказалась идти.

— Просто не понимаю твоей тяги к пустыне. Там жарко, ветрено, и этот песок… — она брезгливо поморщилась. — Нет уж, такое не для меня. Я лучше потрачу это время на углубление своих знаний об элементальной энергии.

Я перевёл взгляд на Саэмиру. В отличие от Ху Фуа, она согласилась отправиться со мной. Нахида тоже сочла, что посещение пустыни пойдёт ей на пользу. По крайней мере, так она сможет лучше понять образ жизни людей, на которых в Академии многие привыкли смотреть свысока. Для неё это отличная возможность расширить кругозор и развить навыки общения с самыми разными слоями общества.

Внезапно магический фон всколыхнулся.

Мы с Ху Фуа одновременно перевели взгляд на дорогу, ведущую в Ли Юэ. Оттуда приближались несколько источников духовной энергии, настолько мощных, что они могли принадлежать только Адептам. Один из них я узнал сразу – Гань Юй. Второй оказался мне незнаком. Его владелец обладал внушительной духовной силой, однако до уровня моей наставницы всё же не дотягивал.

Вскоре показался отряд вооружённых солдат в элитной форме Цисин. Впереди шли двое: Гань Юй и молодой мужчина с белыми рогами и алыми волосами. На его лбу поблёскивали несколько крупных чешуек, похожих на чешую золотого карпа.

— Похоже, путешествие в пустыню придётся отложить, — тихо заметил я, обращаясь к Саэмире.

Появление делегации из Ли Юэ вызвало в городе настоящий переполох. До меня даже донёсся обречённый вздох одного из стражников: «Снова? Похоже, пора всерьёз задуматься о переезде». Впрочем, визит был официальным, так что никто не стал преграждать им путь.

Незнакомый Адепт окинул нас с Ху Фуа таким тяжёлым взглядом, словно мы украли у него последнюю еду, или сделали что-то куда хуже. На миг мне даже показалось, что он сейчас набросится на нас. Но лишь прошёл мимо, направляясь к кабинету Нахиды.

Мы, разумеется, последовали за ним.

Всю дорогу до кабинета Гань Юй молчала. Она явно хотела что-то сказать, но стоило ей поймать суровый взгляд красноволосого мужчины, как тут же расстроенно смолкала. Не знаю, кто он такой, но авторитет у него явно был немалый. Настолько, что даже Гань Юй, участвовавшая в Войне Демонических Богов, не осмеливалась его ослушаться.

У входа в обитель Дендро Архонта нас встретила хмурая Сянь Юнь.

— Владыка Янтарных Вод, — негромко произнесла она, глядя на красноволосого мужчину. Затем перевела взгляд на Гань Юй. — Давно не виделись, малышка Юй.

— Наставница, — смущённо улыбнулась Гань Юй.

— Хранитель Облаков, — столь же тихо произнёс тот, кого назвали Владыкой Янтарных Вод. — Ты прекрасно понимаешь, зачем я пришёл. Поэтому ради собственного же блага прими суд, как подобает слуге Властелина Камня.

Ху Фуа ахнула, услышав эти слова, а я нахмурился.

Лишь Сянь Юнь оставалась спокойной, словно давно предвидела подобный исход. Она тяжело вздохнула и уже собиралась что-то сказать, но не успела. Раздался хлопок, и все взгляды обратились к Нахиде, которую многие, похоже, до этого даже не заметили. Из-за чего стража тут же заметно встрепенулась.

— Девочка, что ты здесь делаешь? — один из солдат шагнул вперёд и попытался увести Нахиду, решив, что малышка просто заблудилась.

Нахида растерянно замерла, явно не понимая, как её могли принять за обычного ребёнка.

— Прошу прощения, — тут же поклонился Владыка Янтарных Вод, чем немало ошеломил своих людей. — Для меня честь предстать перед вами, Дендро Архонт.

— Чего?! — в один голос воскликнули несколько стражников.

Особенно выделялся тот, кто попытался увести Нахиду. Он так и застыл с открытым ртом, всё ещё держа её за плечи, пока она неловко улыбалась.

Справедливости ради, это были молодые, явно ещё зелёные бойцы, которых отправили сюда именно потому, что никаких сражений не ожидалось. Ну… вроде как. Впрочем, среди них нашлись и матёрые солдаты. Они даже бровью не повели и сразу поклонились, едва поняли, кто стоит перед ними.

Когда с недоразумением разобрались, мы собрались вокруг стола, за которым расположились Нахида и Владыка Янтарных Вод. Гань Юй покорно встала у него за плечом, а стража Ли Юэ осталась за дверью, как и матры. Ну а мы с Ху Фуа и Сянь Юнь заняли места позади Нахиды.

Я скрестил руки на груди, внимательно изучая Владыку Янтарных Вод.

— Мы прибыли сюда по двум причинам, — начал он. — Для Ли Юэ крайне важны наши торговые отношения. Однако после случившегося торговцы опасаются посещать Сумеру. Времена сейчас неспокойные, вы и сами это знаете. Поэтому нам хотелось бы услышать официальное заявление на этот счёт. Ну а вторая причина…

Его взгляд скользнул к Сянь Юнь, но та предпочла вновь промолчать.

Хотя я уже начал понимать, в чём причина. Всё, как и в моём мире, упиралось в политику. Сянь Юнь всё-таки входит в число приближённых Гео Архонта. А значит, её участие вполне могли истолковать как знак того, что Моракс решил выступить войной против другого Архонта. Звучит сомнительно, но людям только дай повод.

К тому же, зная Сянь Юнь, я не сомневаюсь, что она без лишних возражений примет любое наказание, даже если её вина в случившемся лишь косвенная. Вероятно, именно поэтому сюда прибыли только эти двое, а не целая армия Адептов. Тем более Гань Юй наверняка могла повлиять на решение своей наставницы. Всё же, несмотря на всю строгость, Сянь Юнь искренне заботится о своих учениках. А Гань Юй для неё даже нечто гораздо большее, чем просто ученица. Насколько мне известно, именно Сянь Юнь вырастила её с самого детства. По сути, они настоящая семья.

Но я не собираюсь стоять в стороне и молча наблюдать. В конце концов, главная ответственность за случившееся лежит именно на мне. Поэтому, если понадобится, я готов вступить с ними в бой, невзирая на любые последствия. Впрочем, это самый крайний вариант на случай, если иного выхода не останется.

Тяжело вздохнув, я заговорил:

— Если речь идёт о нападении на город, то Хранитель Облаков не имеет к этому отношения. Она не участвовала в случившемся.

Владыка Янтарных Вод перевёл на меня холодный взгляд.

— Возможно. Но ты к этому причастен, а она является твоим наставником. Хранитель Облаков должна отвечать за своих учеников, — произнёс он, на миг прикрыв глаза. — Так что твои слова я расцениваю как косвенное признание вины.

— Не стану отрицать, — кивнул я. — Но, похоже, вы упускаете одну важную деталь. Всё, что произошло, было исключительно семейным конфликтом. К делам Ли Юэ это не имеет никакого отношения…

След Апепа всё ещё оставался на Божественном Древе, именно через него она и связалась со мной. Оставалось лишь надеяться, что Владыка Дендро не станет возражать, если я использую её эманации как доказательство. В конце концов, некоторое право на это у меня есть.

Я собрал все следы её эманации в этой единственной комнате. В следующий миг пространство заполнило чудовищное присутствие Апеп. Её древняя ненависть к богам, людям и всему, что было порождено Селестией, обрушилась на Владыку Янтарных Вод сокрушительной волной. Его лицо изменилось мгновенно. От прежней холодности не осталось и следа, её сменила смесь растерянности и боли. Он тяжело оперся на стол, из последних сил удерживая ускользающее сознание.

За дверью послышались глухие удары, стражники теряли сознание один за другим. Даже Гань Юй побледнела и невольно пошатнулась под тяжестью обрушившегося на неё присутствия, пусть её задело лишь слегка.

— Дендро Архонт является хранительницей Ирминсуля и одновременно его воплощением. Я же появился на свет из одной из его ветвей. Так что не считаю преступлением желание спасти ту, кого по праву могу назвать своей родственницей... или даже сестрой.

Сходство между энергией Дендро Архонта и аурой Владыки Дендро было слишком очевидным, чтобы его игнорировать, поэтому мои слова звучали ещё убедительнее.

— Ха-а… — тяжёлый вздох сорвался с моих губ. Я сделал вид, словно понемногу успокаиваюсь, но лишь из-за того, что последние отголоски присутствия Апеп растворялись без следа. — Простите. Эта тема до сих пор болезненна. После того ужасного Катаклизма Нахида оказалась ослаблена и беззащитна, и некоторые… личности не упустили возможности воспользоваться её положением. Трудно сохранять спокойствие, когда узнаёшь, что твоего родственника десятилетиями держали в заточении и подвергали пыткам.

Нахида было открыла рот… но тут же закрыла его, поняв, ради чего я разыгрываю этот спектакль. И уже через мгновение в её глазах проступила плохо скрываемая печаль, а улыбка, появившаяся на губах, казалась хрупкой и натянутой.

— Это были ужасные годы… — с горечью произнесла она. — Я была заперта, лишена возможности что-либо изменить, лишена даже шанса позвать на помощь. Но теперь всё это позади, я свободна. Поэтому случившееся было не нападением, а моим спасением. Если потребуется, я встречусь с Гео Архонтом. Он поймёт.

Владыка Янтарных Вод, ещё не оправившийся от воздействия столь мощных эманаций, мог лишь кивать. Судя по его виду, ему сейчас вовсе не до наших слов. Наверняка он с удовольствием рухнул бы на пол вслед за потерявшими сознание стражниками, но гордость не позволяла ему проявить такую слабость.

К тому же, высвободив присутствие Апепа, я фактически лишил его желания прибегать к силе. Теперь ему самому придётся изворачиваться в разговоре с нами. Ведь в его глазах я должен был в одно мгновение перестать быть простым учеником Адептов и вознестись до невероятного уровня. До того, кто одним своим присутствием способен подавить столь сильную личность, как он. И ему вовсе не обязательно знать, что этот фокус я не смогу повторить дважды.

Гань Юй пострадала не так сильно. Её лишь слегка задело. И всё же она приложила ладонь ко лбу и прикрыла глаза, словно её настиг приступ сильной мигрени. Ху Фу и Сянь Юнь стояли за моей спиной, поэтому эманации Апепа почти не затронули их. Нахида же была Дендро Архонтом, а потому перенесла случившееся спокойно.

— Поэтому обвинять Хранительницу Облаков попросту не в чем. Если уж говорить начистоту, она заслуживает не наказания, а похвалы. Несмотря на весь творившийся вокруг хаос, она сумела меня успокоить, защитить простых людей и проследить за тем, чтобы виновные получили заслуженную кару, — произнёс я с улыбкой. — Если бы не она, мой гнев стёр бы этот город с лица земли вместе с невинными жителями. Лишь благодаря ей никто из них не пострадал.

Сянь Юнь лишь фыркнула, явно не разделяя подобной оценки своей в адрес.

— А это моё благодарственное письмо для Гео Архонта, — произнесла Нахида, неожиданно достав из-под стола свиток. Не исключено, что она заранее предусмотрела подобное развитие событий и подготовилась. Всё-таки Богиня Мудрости. — Будьте добры, распишитесь здесь, подтверждая, что приняли письмо и обязуетесь передать его Гео Архонту.

Владыка Янтарных Вод принял свиток чуть подрагивающими руками. Несколько долгих секунд он вглядывался в строки, словно пытался уловить их смысл, но вскоре отказался от этой попытки. Торопливо поставив подпись, он скрепил её отпечатком своей духовной энергии.

Гань Юй лишь успела приоткрыть рот. Но вскоре закрыла его и странно посмотрела на Сянь Юнь. Та ответила ей не менее странным взглядом. Впрочем, спустя несколько секунд обе синхронно повернулись ко мне, а наставница ещё и выразительно закатила глаза.

Как бы там ни было, продолжать разговор в таком состоянии Владыка Янтарных Вод уже не мог, и это понимали все присутствующие. Поэтому Нахида распорядилась выделить ему и его спутникам комнаты, чтобы они могли отдохнуть и восстановиться. Главное – печать он поставил. А если позже попытается что-то сказать, у нас хотя бы будет время подготовиться.

Как только дверь закрылась за Гань Юй, бережно поддерживавшей едва державшегося на ногах Владыку Янтарных Вод, Сянь Юнь тяжело вздохнула.

— Что это было? — поинтересовалась Ху Фуа. — Оно ощущалось как присутствие Владыки Дендро, только... куда более направленное. Если честно, жутковато.

— Ничего особенного, — отмахнулся я. — Просто магический след, оставшийся на Божественном Древе.

Нахида молча посмотрела на меня. В её взгляде смешались укор, плохо скрываемое любопытство и что-то подозрительно похожее на азарт.

P.S. Друзья, если вам нравится это произведение, не забывайте ставить лайки. Для вас это всего один клик, а для меня - огромная поддержка и лучшая мотивация продолжать писать. Когда вижу вашу поддержку, работать над новыми главами становится ещё приятнее, отчего они появляются быстрее и становятся ещё интереснее.

Глава 103

Как внезапно прибыла делегация Ли Юэ, так же внезапно она и ушла.

Не знаю, что творилось в голове у Владыки Янтарных Вод, но город он покидал явно не в лучшем настроении. Перед этим, когда я появился в поле его зрения, он даже фыркнул, словно само моё существование доставляло ему неудобство. Видимо, я задел его гордость, причём перед подругой и младшей.

Впрочем, раз он не стал доводить дело до открытого конфликта, значит, проблем нет. Тем более я видел, что Сянь Юнь разговаривала с ним вполне дружелюбно, как со старым другом, а не с судьёй. Да и Нахиде он сказал, что конфликт улажен, и пожелал скорейшего восстановления торговых путей.

Жаль только, что с Гань Юй так и не удалось толком поговорить. Она давно не виделась с Сянь Юнь и Ху Фуа, поэтому я решил не вмешиваться в их беседу. Оставил женскую компанию наедине, а потом времени уже не осталось.

Ну что ж, рано или поздно наши дороги снова пересекутся. Тогда и можно будет наверстать упущенное. А пока… Как только делегация скрылась из виду, я развернулся и направился в противоположную сторону.

Саэмира поправила сумку на плече, в последний раз окинула взглядом город и последовала за мной.

Наш путь лежал к Пардис Дхяй, исследовательскому центру и ботаническому саду Сумеру, а уже оттуда предстояло добраться до деревни Аару. С учётом перевалов и темпа Саэмиры на всё путешествие должно уйти чуть больше месяца. До сада около восьмисот километров, тогда как до деревни… примерно две тысячи.

Разумеется, можно было отправиться в путь верхом на ездовых животных. Однако Саэмире не помешала бы дополнительная тренировка. Обладательница Глаза Бога и представительница расы тигнарианцев, она с детства отличалась выносливостью, которой славился её народ. Поэтому столь долгий путь не должен был стать для неё серьёзным испытанием.

И такой маршрут был выбран вовсе не случайно.

Пардис Дхяй по праву считался одним из самых живописных мест Сумеру. Я уже бывал там вместе с Ху Фуа, и сад тогда привёл её в настоящий восторг. Повсюду росли редкие растения, и всё вокруг напоминало настоящий райский уголок. Неудивительно, что люди часто отправляются туда, чтобы помедитировать или восстановить душевное равновесие.

Раз уж подвернулась такая возможность, да и место находилось прямо по пути, почему бы не заглянуть туда снова? Всё-таки теперь, будучи связанным с Дендро-элементом, я стал гораздо восприимчивее к подобным местам. И это, надо признать, здорово.

Что касается деревни Аару, то это единственное крупное поселение в пустыне. За её пределами начинаются лишь земли племён да бескрайние пески. Впрочем, из-за близости к границе её жителей трудно назвать настоящими пустынниками. Среди них хватало выходцев из Академии. Одних сослали за промахи, другие прибыли по учебным делам, третьи охраняли границу между лесом и пустыней. Поэтому, хоть Аару и основали последователи Алого Короля, по менталитету она всё же ближе к тропической части Сумеру. Разве что беднее, из-за сурового климата и своего особого положения. Торговые караваны туда почти не заглядывают.

А вообще, я слышал, что учёные и алхимики пытаются вывести растения, которые смогут прижиться в пустыне и приносить съедобные плоды. Но пока особых успехов в этом нет. Всё-таки пустыня Сумеру – это не просто куча песка.

Когда-то вся страна утопала в зелени, напоминая Амазонку с её влажными лесами и болотами. Но Небесный Шип, обрушившийся на Апеп, в одно мгновение превратил цветущие тропики в бескрайнюю пустыню. Более половины страны стало мёртвой землёй. Лишь Владыка Дендро и её потомки пережили катастрофу, и только благодаря сильнейшей среди драконов способности к адаптации.

Однако… можно ли назвать это жизнью?

Из-за среды, в которой почти не осталось Дендро-частиц и жизненной силы, её потомки утратили свою чистоту и лишились разума, фактически превратившись в безмозглых чудовищ. Да и сама Апеп, несмотря на свою нынешнюю мощь, что со стороны могла казаться безграничной, тоже заплатила за выживание слишком высокую цену. Когда-то её называли Драконом Изумрудной Травы. Её тело сияло изумрудно-зелёным светом, отражая саму сущность Дендро. Теперь же… оно изуродовано, так же, как и часть Сумеру после падения Небесного Шипа. А её сила лишь блеклая тень былой власти.

Та ещё судьба…

Её потомки превратились в жалкую горстку безмозглых тварей, неспособных унаследовать трон. А сама Апеп, ослеплённая жаждой мести, лишь усугубила собственные страдания. И без того израненная после падения Небесного Шипа, она заключила сделку с Алым Королём, который обманом заставил её поглотить апокалипсис.

Последствия оказались катастрофическими. Скверна стала медленно разъедать её тело и разум, причиняя невыносимую боль не только ей самой, но и всем её потомкам. День за днём Апеп приходилось наблюдать, как умирают её земли, иссякает былая мощь, а наследие, которое она оберегала тысячелетиями, обращается в прах по воле богов.

Так продолжалось до тех пор, пока однажды в глубинах её истерзанного сознания не вспыхнула искра надежды. Во мне она увидела шанс. По крайней мере, так объяснила мне Нахида, когда я спросил её о состоянии Владыки Дендро.

Иными словами, пустыня Сумеру – это место, где сама жизнь обречена на угасание. Как бы люди ни старались, но обычными способами вырастить что-либо среди этих песков невозможно. Даже если привезти сюда тонны самой плодородной земли, со временем она всё равно обратится в песок. Разве что постоянно подпитывать её магической энергией или эликсирами. Но такое попросту экономически невыгодно.

Так что мне и впрямь было любопытно увидеть, как живут люди в этих краях.

Да и Саэмире это путешествие должно пойти на пользу. Как-никак за всю свою жизнь она ни разу не покидала лес, несмотря на то что её раса прекрасно приспособлена к пустыне.

Песчаные шакалы… Меня до сих пор поражает мысль, что когда-то люди не просто спали с ними, но и заводили от них потомство. Ушки и хвост – это ещё куда ни шло, даже выглядит довольно мило. Но когда у партнёра вместо человеческого лица звериная голова… Ну, это уже зоофилия.

Причём это лишь согласно сохранившимся данным. Люди понятия не имеют, были ли песчаные шакалы такими изначально. Просто привыкли считать именно так из-за того, что один из них служил Алому Королю и даже вобрал в себя его божественную мудрость. Но что, если нет? Что, если, подобно тигнарианцам, они лишь со временем стали ближе к людям, а когда-то действительно были похожи на животных?..

Пиздец…

Нет уж, лучше считать, что они с самого начала были существами с человеческим телом и головой шакала. Даже если подобный абсурд теоретически возможен. В конце концов, этот мир способен выкинуть и не такое.

Я украдкой покосился на девушку, но Саэмира тут же это заметила.

— Разбойников стало меньше, — сказала она, когда мы перешли подвесной мост.

Похоже, затянувшаяся с самого начала пути тишина наскучила ей, и теперь наконец подвернулась возможность завязать разговор.

Ничего не мог с собой поделать. За год одиночных странствий я успел отвыкнуть от постоянных разговоров. Куда привычнее было замкнуться в себе и шагать дальше на автопилоте.

— Неудивительно, — усмехнулся я. — После того как Нахида позволила разобраться с этими ублюдками, Наставница и Ху Фуа устроили разбойникам настоящий ад. Вот бы и в Ли Юэ так… Но там подобное невыгодно властям.

— Разве Ли Юэ не правит Гео Архонт? — удивлённо спросила Саэмира. — Я слышала, что он каждый год нисходит с небес, чтобы наставлять своих подданных.

— Нет. На деле страной управляет горстка зажравшихся чиновников, которые из поколения в поколение передают власть своим наследникам, — тяжело вздохнул я, даже не пытаясь скрыть своё отношение к ним. — Гео Архонт сознательно отошёл в сторону. Наверное, дело в том, что он слишком стар. Для него человеческая жизнь – лишь краткий миг. Одни поколения уходят, другие приходят им на смену, принося новые идеи и взгляды, а прошлое постепенно становится частью истории.

— Судя по твоему тону, тебя это не особо радует.

Девушка внимательно посмотрела на меня, и её взгляд вдруг стал подозрительно цепким, словно она уличила меня в чём-то дурном. Кажется, это и называют профдеформацией.

— Когда-то я часто задавался вопросом: неужели Гео Архонт настолько безразличен, что не замечает всей этой грязи? Неужели он закрывает глаза на зло, которое творят люди? — вздохнув, я отвёл взгляд от Саэмиры и посмотрел в небо. — Но со временем понял, что его решение куда мудрее, чем казалось на первый взгляд. Мир меняется, поколения приходят и уходят, а камень остаётся всё таким же прочным и непоколебимым. Пожалуй, меня огорчает лишь его крепкая вера в людей. Поэтому нет, моё недовольство направлено лишь на тех, кто стоит у власти в Ли Юэ. Они мало чем отличаются от прежнего Великого Мудреца Сумеру. Разве что их семеро.

— Значит, там тоже нужна... эм... зачистка?

Я покосился на неё и невольно усмехнулся.

— Ли Юэ действительно не помешало бы немного прибраться. Но оставим это. Ты и без того смотришь на меня как на пороховую бочку с горящим фитилём.

Саэмира недовольно нахмурилась, однако спорить или оправдываться не стала.

— Да и вообще, — продолжил я, меняя тему, — раз ты почти не покидала город, то наверняка не привыкла к долгим путешествиям?

— Вообще-то у меня были полевые испытания, — немного растерянно возразила она. — Я не настолько беспомощна.

— Тогда начинай разбивать лагерь, — усмехнулся я.

— Сейчас? Но до заката ещё далеко...

— Эх… — я тяжело вздохнул и пристально посмотрел на девушку. Она тут же стушевалась. Тогда я протянул руку и пальцем приподнял её подбородок, заставляя посмотреть на тучи, сгущающиеся в небе. — Что ты будешь делать, если внезапно начнётся дождь, а поблизости не окажется подходящего места для ночлега?

На её лице тут же появилась самодовольная ухмылка.

— Разобью лагерь прямо на месте. С современным снаряжением никакая погода не страшна.

Некоторое время спустя…

Я с нескрываемым весельем наблюдал, как Саэмира, сквозь зубы проклиная погоду, ветер и, кажется, весь окружающий мир, тщетно пытается поставить палатку под проливным дождём. Получалось у неё откровенно плохо.

Стоило ей закрепить одну сторону палатки, как другая тут же вырывалась из размокшей земли. А порой особенно сильный порыв ветра выдёргивал сразу оба колышка, в одно мгновение сводя на нет все её усилия. Мех на хвосте промок насквозь, потяжелел и волочился по грязи, быстро утратив свой песчаный оттенок и став грязно-серым. В довершение всех бед мокрые волосы то и дело лезли в глаза, мешая в самые неподходящие моменты.

С современным снаряжением никакая погода не страшна…

В конце концов терпение Саэмиры лопнуло. Раздражённо выругавшись, она достала какой-то артефакт. Судя по магическому следу, вещица одноразовая.

Миг – мягкая вспышка света окутала девушку. Вокруг неё развернулся защитный барьер, не пропускавший ни единой капли дождя. На лице Саэмиры тут же появилась довольная улыбка, а в глазах мелькнуло явное облегчение.

Затем она перевела взгляд на меня, посмотрев с немым вызовом. Словно только что доказала свою правоту.

— Вот…

Договорить она не успела.

Её нога внезапно заскользила по грязи, и девушка нелепо замахала руками, пытаясь удержать равновесие. Но в итоге лишь выронила артефакт. Тот улетел в ближайшие кусты, а вместе с ним мгновенно исчез и защитный барьер. Ещё мгновение спустя Саэмира с громким шлепком плюхнулась в грязь.

Видя всё это, мне оставалось лишь тяжело вздохнуть.

Для своих лет Саэмира невероятно сильна. Благодаря своему происхождению она обладает множеством качеств, необходимых матре. Её слух настолько острый, что по малейшим изменениям сердцебиения собеседника она способна определить, когда тот нервничает. Обоняние и вовсе находится на совершенно ином уровне. Она не просто чувствует запахи, а буквально видит их. Кроме того, более крепкие ноги и позвоночник позволяют ей резко менять направление движения и выдерживать нагрузки, которые обычного человека давно бы сломали.

Однако… По сути, она напоминает студентов, у которых в голове полно знаний, но нет ни малейшего понимания, что делать с ними в реальной ситуации. Стоило обстоятельствам выйти за рамки привычного, и Саэмира тут же растерялась.

Думаю, предыдущий махаматра всё же поторопился, передав ей эту должность. Как бы хорошо я ни относился к Саэмире, отрицать очевидное было бы глупо.

А тут ещё и остатки павшего бога…

Не знаю, чьих это рук дело, Дотторе или кого-то иного, но нельзя не признать гениальность самой задумки. Проблема крылась лишь в её воплощении. Всё было сделано слишком грубо, слишком прямолинейно, с одной-единственной целью – добиться нужного результата любой ценой. А ведь при более тонком подходе из этой задумки может родиться нечто по-настоящему грандиозное. Нечто, способное изменить расстановку сил во всём мире.

Мои исследования раздражали Саэмиру, а временами даже пугали её, но она всё же позволяла мне изучать особенности своего организма. Благодаря этому я постепенно начал понимать общий принцип.

По сути, этот метод открывал обычным людям путь к магии. Даже к эволюции. А если объединить его с духовными практиками, можно было бы создать нечто вроде искусственного Адепта. Человека, который шаг за шагом совершенствует тело, разум и связь с энергией мира. Почти как культиваторы Ци из новелл, постепенно восходящие на всё более высокие ступени развития.

Правда, сомневаюсь, что богам подобная перспектива пришлась бы по душе.

Впрочем, Дотторе, явно способный прийти к подобным выводам и, весьма вероятно, создаст в будущем множество невероятных вещей, мнение богов вертел на одном месте. И ничего. В каноне он был жив и здоров. В конечном счёте значение имеет лишь сила. Если она есть, даже слова богов превращаются не более чем в рекомендации.

— Ладно, — вздохнул я и щёлкнул пальцами.

Вокруг девушки мгновенно сформировался барьер из элементальной энергии. Дождь стекал по его невидимой поверхности, словно по куполу, а ветер бессильно скользил по краям. Отдельные капли попадали в точки соприкосновения Электро-частиц, из-за чего высвобождалось немного тепла, и внутри барьера становилось теплее.

— Собирай вещи. Ночлег я сам подготовлю, и параллельно объясню тебе несколько базовых принципов и научу создавать защитный покров из энергии. От атак он не спасёт, но от дождя и сильного ветра защитит без проблем.

Саэмира угрюмо кивнула и, опустив взгляд, принялась собирать своё современное снаряжение.

И ведь нельзя сказать, что оно бесполезно. Напротив, окажись такое снаряжение у меня пару лет назад, я бы счёл это настоящим сокровищем. Проблема заключалась в том, что даже лучший инструмент бесполезен в руках того, кто не умеет им пользоваться. Какой смысл в обогреваемой палатке, если человек не способен её нормально установить?

***

До деревни Аару мы добрались даже быстрее, чем я рассчитывал. На дорогу ушло всего две недели, и это при том, что мы регулярно останавливались для тренировок и практики.

Вот только сама деревня встретила нас совсем не так, как я ожидал.

С вершины песчаного холма поселение казалось мрачным и неприветливым. Не слышно ни детского смеха, ни привычной деревенской суеты. Лишь несколько угрюмых мужчин бесцельно бродили по улицам или молча сидели в тени. Пустующие дома с разбитыми окнами и дверями выглядели заброшенными, а на стене главного дома у входа красовалось огромное черное пятно. Стоило взглянуть на него, как в памяти всплыло детство: старый дедов амбар, где после забоя скота на стенах всегда оставались подобные следы.

Я перевёл взгляд на Саэмиру.

Она неподвижно всматривалась в деревню. Но внезапно её ушки слегка дёрнулись, а нос едва заметно повёл по ветру. И в тот же миг выражение её лица изменилось, став мрачным.

— Кровь… — едва слышно выдохнула она. — Я чувствую запах крови. Он повсюду…

Глава 104

Мы спустились с холма и направились в деревню, которая встретила нас… встревоженно.

Жители явно нас испугались. Многие взрослые поспешно запирали двери и окна, точно дети, прячущиеся от монстров под одеялом. Другие же, напротив, демонстративно вышли нам навстречу. В их хмурых, настороженных глазах читалась враждебность, а руки крепко сжимали камни, мотыги и копья. Они стояли напряжённо, готовые в любой миг броситься в бой.

Я сразу заметил, что женщин в деревне почти не осталось, лишь старухи. Не было видно даже девочек. Это натолкнуло меня на мрачную мысль, заставив вспомнить, в какое время мы живем. Затем перевел взгляд на большое темное пятно... Ошибки быть не могло. Это была засохшая кровь. Пятна были повсюду. Даже песок пропитался ею.

Тяжело вздохнув, я посмотрел на жителей. Точнее, на тех, кто безучастно сидел в стороне с потухшими глазами, уставившись в землю. Они напоминали людей, давно смирившихся с чем-то страшным и неизбежным. И, к сожалению, мне уже не раз доводилось видеть такие взгляды.

Пустые оболочки, без намёка на жизнь...

— Это ведь госпожа Саэмира, — из встревоженной толпы вперёд протиснулась маленькая пожилая женщина.

Несмотря на преклонный возраст, она двигалась на удивление бойко. Подскочив к нам, крепко ухватила Саэмиру за ладонь и посмотрела ей в лицо с такой отчаянной надеждой, что даже окружающие на миг замерли в растерянности.

— Неужели весть всё-таки дошла до Академии? — дрогнувшим голосом произнесла она. — Хвала Дендро Архонту...

Саэмира нахмурилась.

Старушка заметила это сразу. Радость на её лице поблекла, уступая место тревоге. Однако в её взгляде по-прежнему теплилась надежда.

— Вы ведь здесь из-за того, что случилось с нашей деревней? — с затаённой мольбой спросила она. — Правда?

Стоявший чуть поодаль угрюмый мужчина смачно сплюнул на песок.

— Помощь? — с презрением бросил он. — Да чем эти двое помогут? Скорее сами закончат так же, как наши ребята.

Затем окинул Саэмиру тяжёлым взглядом и недовольно поморщился.

— Особенно эта девчонка. Если те ублюдки прознают, что сюда пришла молодая тигнарианка, да ещё такая видная, с большой задницей да хорошей грудью, сразу ринутся обратно. Не помощь вы нам принесли, ребята, а новые неприятности.

Услышав это, Саэмира едва заметно напряглась. Ей и без того было не по себе в этой деревне. Всё-таки она ощущала запах крови куда острее, чем обычные люди. Однако вместо резкого ответа лишь на мгновение прикрыла глаза.

— Расскажите, что здесь произошло, — тихо произнесла она.

Сначала никто не решался заговорить. Слова угрюмого мужика заставили людей задуматься, и некоторые стали поглядывать на нас с опаской, словно на прокажённых. Но старушка, бросившаяся к нам, всё же поведала.

Как я и предполагал, ситуация оказалась действительно… неприятной.

Узнав о хаосе, воцарившемся в Академии, пустынники решили воспользоваться моментом. Пока мы разбирались с беспорядками у себя, эти ублюдки напали на деревню Аару. Они разграбили её, увели женщин, не оставив даже маленьких девочек, и перебили всех, кто осмелился сопротивляться.

По её словам, их было много, и это очень странно. Пустынники максимально раздроблены и живут небольшими группами. Максимум по несколько десятков человек, что уже считается невероятным количеством. Чтобы прокормить столько людей, нужно много еды и воды, а в пустыне и то и другое в дефиците.

И всё это произошло около месяца назад…

Неудивительно, что некоторые уже потеряли надежду. За это время с женщинами могло случиться всё что угодно. Их могли продать другим племенам или насильно выдать замуж, превратив, по сути, в живые инкубаторы.

Пустынники хоть и не славятся образованностью, но прекрасно понимают необходимость разбавлять свою кровь. К тому же суровые условия пустыни и высокая смертность заставляют людей стремиться к большому количеству детей. Так выше шанс, что хотя бы часть из них доживёт до совершеннолетия. Поэтому нередко пленниц принуждают рожать снова и снова, пока их организм ещё способен выносить ребёнка.

Вот только… Мало того, что пустынников оказалось необычайно много, но и Нахиде об этом ничего не известно. Если бы до неё дошли хоть какие-то слухи, она бы сразу сообщила Ху Фуа и Сянь Юнь, занимавшимся зачисткой разбойничьих лагерей. Раз до неё ничего не дошло, значит, кто-то мешает этому.

Наивно думать, что после всех событий в Академии не осталось предателей. Они никуда не исчезли, лишь затаились, забившись в свои норы так глубоко, что их стало не видно. По крайней мере, до сегодняшнего дня.

Что касается слов того угрюмого мужика о Саэмире... Просто он прямолинеен до ужаса. Девушка для пустынников настоящая лакомая добыча. Она представительница редкой расы, здоровая, сильная и не измождённа голодом, а значит, сможет родить крепких детей. Для многих племён Саэмира настоящее сокровище.

Если пустынники узнают, что в Аару появилась такая добыча, они непременно вернутся. Так что для местных мы действительно вестники беды.

Когда старушка умолкла, повисла тяжелая тишина. Никто из жителей не решался заговорить. Даже тот мужчина, поначалу казавшийся лишь грубым деревенщиной, опустил взгляд, не в силах сдержать наворачивающиеся слезы.

— Что произошло с людьми из Академии? — голос Саэмиры нарушил это гнетущее безмолвие.

Видимо, она тоже заметила, что здесь нет никого, кто принадлежал бы к Академии. Их трудно не заметить. Они любят подчёркивать свой статус: постоянно носят форму и эмблемы даршанов. Даже те, кто давно закончил обучение, продолжают с гордостью носить их.

Один из жителей молча поднял дрожащую руку и указал в сторону кладбища.

— Никого из них не пощадили, — негромко сказал он. — Разве что женщин… но сами понимаете. Месяц прошёл.

— Проклятые твари... — прошептала старуха, прижимая дрожащие руки к груди. — Доченька моя...

Я обвёл взглядом собравшихся. Осунувшиеся лица, потухшие глаза, крепко сжатые челюсти у тех, кто ещё сохранил волю... В деревне, опустошённой пустынниками, осталось ничего, кроме безысходности. Мой взгляд переместился на Саэмиру. Как матра, да ещё и офицер, она обязана вмешаться. Вопрос лишь в том, понимает ли она, с чем ей придётся столкнуться.

Пустынники – вовсе не шайка мелких разбойников, которых можно разогнать одним только видом формы махаматры. Среди них немало ветеранов, закалённых годами сражений и выживанием в пустыне. Некоторые из этих бойцов настолько опасны, что даже опытный матра рискует не выйти из схватки живым. А там их будет огромное количество.

— Мы поможем, — негромко, но уверенно заявила Саэмира. В её глазах проскользнула нескрываемая ненависть, после чего она перевела взгляд на меня. — Правда?

Я вопросительно приподнял бровь.

— А если бы меня здесь не было, что бы ты делала?

— Если бы тебя здесь не было, меня бы тоже сюда не занесло, — на её губах мелькнула едва заметная усмешка, но тут же исчезла. — И вообще, не притворяйся, словно собираешься отказаться. Ты всё равно не смог бы пройти мимо. Хотя бы ради Дендро Архонта. Так что прекращай строить из себя мудрого наставника. Сейчас не самое подходящее время.

— Ты действительно плохого обо мне мнения, — вздохнул я. — Впрочем… есть у меня кое-какая идея.

Саэмира сразу насторожилась. И не зря.

Спустя несколько минут она стояла перед нами, всем своим видом демонстрируя недовольство. Наряд, который ей пришлось надеть, был вполне… приемлемым. По крайней мере, не переходил грань. Коротенькие шортики подчёркивали её неплохие бёдра, бюстгальтер приподнимал грудь, визуально делая её ещё больше, а майка с глубоким декольте дополняла образ. Несмотря на простоту, эта одежда могла защитить её в предстоящем бою.

Чтобы больше не оказываться без одежды, я обучился у наставницы искусству создания вещей. Уж слишком часто за последнее время оставался голым.

Сам процесс не такой сложный: нужно до мельчайших деталей представить будущий предмет, наполнить этот образ духовной энергией, закрепив его собственными эмоциями, а затем вдохнуть в него элементальную силу. В чём-то эта техника напоминает способность Моракса изменять внешность, из-за чего с ней проблем у меня не возникло.

По сути, таким образом можно создать буквально всё что угодно, включая артефакты. Но здесь действует закон равноценного обмена. К тому же мне действительно необходимо очень хорошо понимать структуру материи, чтобы что-то создать таким образом.

Впрочем, недовольство Саэмиры заключалось не в одежде, в ней она действительно смотрелась впечатляюще. Многие мужчины украдкой поглядывали в её сторону, а некоторые даже не пытались скрывать своего интереса. Да и я, признаться, невольно задержал взгляд на её попе чуть дольше положенного.

Разумеется, ритмичное движение хвостика… гипнотизировало.

Девушке категорически не нравилась роль приманки. Сама мысль, что её собираются использовать для привлечения внимания врага, вызывала у неё явное раздражение. Но «наживка» выглядела слишком заманчивой, чтобы оставлять её без внимания. Тем более такая одежда создавала впечатление, словно Саэмира беззащитна.

Это было моё небольшое наказание для неё. Я ждал, что она проявит решительность махаматры и начнет искать решение. Но Саэмира просто не видит смысла что-то выдумывать. Даже если отойду в сторону, она всё равно будет уверена, что в нужный момент я вмешаюсь.

Так что, в каком-то смысле, я просто выместил на ней своё легкое раздражение. Ведь даже без этого наряда пустынники явятся, стоит им только прознать о ней. Мелочно? Пожалуй. Но вид у неё настолько шикарный, что мне даже не хочется оправдываться.

Покачав головой, я обернулся к жителям.

— Слушайте внимательно, — мой голос прозвучал достаточно громко, чтобы его услышал каждый. — Если пустынники следят за деревней, весть о Саэмире дойдет до них мгновенно. Это может случиться и к вечеру, и под покровом ночи. Найдите большое помещение, способное вместить всех, или два поменьше. Я возведу барьер, который защитит вас.

Люди переглянулись.

— А если они придут большим отрядом? — спросил кто-то.

— Тем лучше, — ответил я. — Меньше беготни по пустыне.

По толпе прошел шёпот, люди явно хотели возразить, но встретив мой тяжелый взгляд, разом замолчали.

Ждать пришлось недолго. Солнце едва успело окрасить деревню оранжевыми тонами заката, как тишину прорезал шум. С диким рёвом пустынники неслись на нас, и их численность действительно удивляла.

На мгновение в глазах Саэмиры промелькнул неподдельный ужас, но, взглянув на меня, она тут же взяла себя в руки. Или, по крайней мере, скрыла страх.

Я нахмурился, увидев среди пустынников обычных разбойников, а потом тяжело вздохнул, поняв, откуда взялось такое количество людей. Похоже, разбойники, обитающие вблизи границы, испугались нас и решили податься к пустынникам. А те, в свою очередь, получив такую силу и понимая, что её нужно ещё и прокормить, решили разграбить деревню Аару.

Честно, неприятно осознавать, что в бедах невинных людей, которые никому не мешали и спокойно жили на отшибе, есть и наша вина. Но вместе с чувством вины во мне росла и злость. Поэтому вдвойне хотелось выплеснуть накопившиеся эмоции на этих ублюдков.

— Саэмира, — обратился я к девушке, которая уже успела достать копьё. — Не бойся. Эта одежда, несмотря на простоту, очень прочна. Даже оголённые части тела защищены благодаря энергетическому покрову.

— Я не боюсь.

В ладони возник клинок, извлечённый из инвентаря, и по его лезвию тут же заплясали изумрудные искры

Не знаю, дело ли в Дендро-элементе или в пробудившейся новой сущности. Раньше я и не задумывался об этом, но теперь контроль над энергией внутри моего тела достиг такой стадии, что я мог не просто менять облик, а расщеплять себя на частицы. Корни раньше не давали мне этого сделать, но теперь…

Разговаривать с этими подонками не было никакого смысла. Стоило им пересечь границу деревни, как я обрушился на них. Для нападавших это стало подобно удару молнии, и пять жизней оборвались в одно мгновение.

Элементальные частицы почти невесомы, и их можно разогнать до такой скорости, что это кажется телепортацией. Всё, что требовалось – это время на расщепление и материализацию. Однако для них это было лишь вспышкой.

— Ч-что?.. — один из тех, кого не задела моя атака, на мгновение замер в изумлении, но через секунду его страх сменился ненавистью. — Ах ты…

— Заткнись.

Лезвие клинка вонзилось ему в рот и, пробив голову насквозь, вышло с затылка. Лишь за тем, чтобы энергетический импульс разорвал его голову, словно перезрелый арбуз от сильного удара.

Пустынники, не ожидавшие встретить такого врага, замерли в оцепенении. Саэмира тут же воспользовалась моментом. Она стремительно сократила дистанцию и одним точным ударом пронзила сердце ближайшего противника. Правда на этом девушку не остановилась и сразу же атаковала следующего врага.

Впрочем, я и сам не остался в стороне. Лишь на миг оценив её решимость, я последовал за ней и начал резать врагов одного за другим. На этот раз у меня не было цели припугнуть или продемонстрировать свою силу. Я просто резал. Резал так, что конечности нападавших разлетались в разные стороны. Я хотел, чтобы их кровь хлестала так же беспощадно, как кровь тех невинных, которых связали и забивали у того дома, словно скот.

Еще мгновение назад они ликовали, предвкушая пиршество после такой славной добычи. Теперь же в их глазах не осталось ничего, кроме первобытного страха и леденящего ужаса…

Когда последний из пустынников, не успевших спастись, обезглавлено упал, воцарилась тишина в деревне, прерываемая лишь свистом ветра и рокотом электрических разрядов на моём клинке. Саэмира стояла посреди этого кровавого месива отрешенным видом. Её наряд полностью пропитался чужой кровью.

Девушка обернулась ко мне. В её глазах всё еще плясали искры ярости, но теперь к ним примешалось нечто новое… отвращение. Учитывая её острое обоняние, запах этой бойни бил по ней не хуже острого клинка.

— Некоторые сбежали, — тихо произнесла она, поморщившись от резкой вони.

— Они приведут нас к основному лагерю, — сказав это, я протянул руку, готовясь накрыть местность своей энергией.

Жители деревни не должны видеть эту мерзость. Несмотря на то, что эти гады принесли им лишь горе, они вряд ли обрадуются, обнаружив у своего порога следы такой бойни.

С помощью Дендро-энергии я сплел электрическую паутину, которая проникла в самую суть тел. Резонанс между Дендро и Электро чудовищно мощный. Поэтому в следующее мгновение поток энергии испепелил трупы, превратив их в прах

Саэмира покачала головой, явно чувствуя себя здесь не в своей тарелке. Думаю, этот запах будет преследовать её еще очень долго. Поэтому чтобы не травмировать её еще сильнее, я решил не медлить и направился вслед за сбежавшими пустынниками. Элементальные частицы, осевшие на них, служили мне маяками, указывая путь.

Она поспешила за мной.

— Используй энергетический покров, но старайся не просто накрыть себя, а выдавить из кожи, — произнес я, демонстрируя технику.

Короткая вспышка, и кровь, покрывавшая моё тело, просто отлетела в сторону. Следом такая же вспышка охватила всё тело Саэмиру. Миг – она предстала передо мной чистая и сухая, словно только что надела эту одежду.

Улыбка тронула её губы, и я почувствовал, как её настроение мгновенно улучшилось. Это хорошо… Теперь у неё будет время перевести дух, прежде чем мы настигнем лагерь пустынников, где удерживают женщин и детей. Вряд ли там райские поля. Скорее, нас ждут настоящие Содом и Гоморра.

Глава 105

Не все пустынники бросились в сторону своего лагеря. Большинство рассыпалось по барханам, кто куда, словно стая перепуганных шакалов. Я мог бы броситься в погоню, догнать и перебить каждого, но не стал. В основном из-за направления. Они рванули вглубь пустыни. А там выжить в одиночку – уже удача. Да и возвращаться им будет некуда, поэтому их ждет лишь забвение в песчаных бурях.

Лишь двое вывели нас к племени. Впрочем, долго они не прожили. Их привели к центру, где на троне, больше похожем на меховое кресло, восседал крупный мужчина. Он выслушал их, нахмурился и махнул рукой. На них тут же накинули веревки, задушив на месте.

Мы наблюдали за этим с небольшой горы.

Я полагал, что за Саэмирой отправили большую часть отряда. Но внизу оказалось не пара десятков человек, а несколько сотен. Полноценная армия, пусть плохо организованная, но вооружённая до зубов. Между шатрами стояли клетки с измождёнными пустынниками, у костров сушились шкуры, а пленницы... Их держали возле себя. Пусть и не связанные, но измученные, в рваной одежде, с потухшими глазами.

Чуть поодаль от племени находился огромный скорпион – Священный монстр. В Сумеру так называют существ, выросших на останках могущественных созданий, зачастую богов, чья сущность оставляет на их телах божественные отметины. Вот и у этой твари такие же. Священный скорпион – редкая и крайне агрессивная особь S-ранга, стоящая в одном ряду с такими существами, как Лавачурлы и Вишапы.

Сейчас, правда, он на привязи…

Толстые цепи, охватывающие хитиновые пластины, уходили к шести огромным валунам. Однако, судя по глубоким бороздам на песке, даже их веса недостаточно, чтобы сдержать мощь существа. И это несмотря, что массивный хвост с кристаллическим жалом насквозь пронзало странное копьё, испещрённое рядами древних письмен.

Но куда сильнее скорпиона выделялся лидер племени. Его внешний вид действительно впечатлял. Чем-то он напоминал легендарного Кратоса, только загорелого и покрытого иными татуировками. Почти лысая голова с длинным конским хвостом на затылке, короткая бородка и мощное, покрытое шрамами тело.

Впрочем, внешность… не самое главное. Я встречал и куда более суровых мужчин. Всё же в наши времена это не редкость. Совсем иное дело, его магическая энергия. Настолько плотная, что её можно увидеть невооружённым глазом. Воздух вокруг дрожал, а песок у его ног расходился мелкой рябью. Он напоминал раздутый до предела шар, готовый лопнуть в любой момент. Никакого контроля, никаких попыток обуздать бушующую силу. И при всём этом от него веет потусторонним. Словно он – оживший мертвец.

Кроме того, неподалёку от него лежали массивные парные клинки, соединённые длинной цепью. Их лезвия тлели, подобно раскалённым углям. А на шее... на шее висел Анемо Глаз Бога.

Я невольно вздохнул.

Опять Анемо…

Хотя, если подумать, свобода у каждого своя. Как и правда. Для кого-то свобода – это жить без цепей. Для кого-то, самому надевать цепи на других. К тому же в краю вечных ветров и песчаных бурь Анемо казался вполне уместным. Эта часть региона подходила Анемо Архонту куда больше, чем Мондштадт.

Стоявшая рядом Саэмира побледнела.

— Альфар… Но ведь он погиб.

Она поведала, что пару лет назад на севере пустыне обитало грозное племя пустынников, совершавшее набеги на торговые караваны из Фонтейна. Но однажды терпение у всех лопнуло. Матры Академии совместно с фонтейнским патрулём устроили засаду, после которой, как считалось, от того племени не осталось и следа.

Альфар занимал там особое положение. Местная легенда, прославившаяся отнюдь не благими деяниями. Что особенно примечательно, этому здоровяку, напоминавшему пустынную версию Кратоса, всего около двадцати лет. А выглядит он на все сорок.

Возможно, дело в алхимии. Пустынники сохранили крупицы магического наследия Алого Короля: ритуалы укрепления плоти, стимуляторы, грубые методы тренировок. По сути, допинг в мире варваров.

Однако этого недостаточно, чтобы обрести столь сокрушительную магическую мощь. Разве что племя, перед своей гибелью, обнаружило в одной из гробниц Дешрета нечто поистине невероятное. Всё же этот бог славился своей жестокой натурой и оставил после себя множество мрачных ритуалов. Не зря в былые времена его королевство считалось одним из самых развитых на всей планете.

— Я возьму Альфара на себя, — сказал я, коснувшись плеча Саэмиры. — А ты займись остальными.

В следующее мгновение по её телу, словно невидимая вуаль, разлилась моя магия. Одежда её была крепкой, но мне всё ещё было далеко до мастерства наставницы. Я не хотел, чтобы случайная атака задела её, поэтому дополнительный слой защиты был необходим.

Саэмира кивнула, но тут же перевела взгляд на скорпиона.

— А что с ним?

Я на мгновение прикрыл глаза, затем опустился на одно колено и коснулся ладонями песчаника.

По камню сразу побежали зелёные линии. Они стремительно разошлись в стороны, опоясали лагерь и сомкнулись в единый контур. В следующее мгновение над ним поднялся барьер, похожий на тот, которым я когда-то накрыл город, но куда более смертоносный. По его поверхности непрерывно пробегали электрические разряды. Любой, кто попытался бы пересечь границу, мгновенно замкнул бы контур и умер.

Но создавал я его не только для этого.

Лагерь стоял в оазисе. Вместе с водой из-под земли поднимались элементальные частицы. Их было немного, но достаточно, чтобы небольшая область сохраняла растительность вопреки местному климату. Я направил электрические импульсы по корневой системе, заставляя растения расти с чудовищной скоростью и впитывать энергию из воды.

Песок дрогнул. Под землёй зашевелилась жизнь. Из-за постоянной засухи корневая система растений раскинулась под всем поселением, оплетая его сетью. Поэтому в следующий миг под песком вспыхнуло зелёное сияние. По корням пронёсся разряд элементальной энергии, и всех пленниц, стоявших на песке, окутала моя сила.

Что касается скорпиона, он остался за пределами барьера. Позже я не отказался бы как следует изучить эту тварь. Мутанты подобного уровня встречаются крайне редко. Шанс того, что обычное животное переживёт процесс поглощения и преобразования останков какого-нибудь могущественного существа, ничтожно мал. Большинство погибает уже спустя пару часов.

Тем временем пустынники заметили барьер.

Поднялся крик. Кто-то бросился к оружию, кто-то к пленницам, кто-то к центральному шатру. Альфар же не сдвинулся с места. Проследив взглядом за зелёными линиями, он медленно поднял голову и посмотрел прямо на нас.

Я улыбнулся, чувствуя знакомый азарт, и ринулся вниз.

Миг – место, где стоял Альфар, взорвалось от моей силы. Трон разлетелся в щепки, шатёр за его спиной обрушился, а ударная волна раскидала людей по сторонам. Но сам он, к сожалению, успел уйти из-под удара.

Причём сделал он это весьма изящно. Альфар мгновенно выплеснул в пространство свою элементальную энергию, создав вокруг себя плотную завесу. Это напоминало толщу воды. Стоило мне войти в область, насыщенную его силой, как скорость резко упала. Этой короткой заминки ему и хватило, чтобы выскользнуть из-под удара.

Прямо к своим клинкам…

Девушка, стоявшая неподалёку от трона, вскочила и бросилась на меня. Поначалу я принял её за одну из пленниц, поэтому и защитил от летящих обломков. Её наряд всё же выглядел слишком откровенным и унизительным, в такую одежду редко облачаются по собственной воле. Разве что её лохмотья были чуть приличнее, чем у остальных. Но в её крике не было ни страха, ни отчаяния. Лишь чистая ярость и жгучее желание убить меня.

Я сузил глаза и заметил оскал Альфара.

Он раскрутил один из массивных клинков на цепи и швырнул его вслед девушке. Мне оставалось лишь развоплотиться, рассыпавшись на элементальные частицы. А вот девушке не повезло. Она с самого начала была лишь приманкой. Поэтому вскоре клинок пробил её насквозь и понёсся дальше.

Подобная жестокость могла застать врасплох многих. Но не меня. Материализовавшись, я перехватил клинок за рукоять и резко рванул цепь на себя. Девушка замерла, глядя на меня широко распахнутыми, полными шока глазами. В следующий миг натянутая цепь разорвала её тело надвое.

Впрочем, она и так была обречена. Удар пробил грудную клетку, не оставив шансов даже при самой быстрой помощи. Поэтому вместо бесполезного сострадания я сосредоточил всё внимание на Альфаре.

Он оказался чудовищно силён. От моего первого рывка его лишь слегка качнуло, а звенья уже натянулись до предела, грозя лопнуть в любую секунду. Тогда я окутал цепь духовной энергией, укрепляя её, и рванул снова, но на этот раз в полную силу.

Его сорвало с места, словно пушечное ядро. Даже магия, которой он попытался замедлить полет, не спасла, инерция оказалась слишком сильной. Тем не менее Альфар сумел перегруппироваться в воздухе и выставить меч.

В следующее мгновение наши клинки скрестились с оглушительным звоном. Вслед схлестнулись потоки магической энергии, и ударная волна прокатилась по поселению, сметая песок и обломки шатров.

По его лицу расползлась торжествующая улыбка. В глазах не мелькнуло ни тени страха, только дикий, почти безумный азарт.

— Ха…

Он открыл рот, явно собираясь что-то сказать, но я оборвал его ударом лба в переносицу. Затем, не дав опомниться, я резко рванул цепь. Звенья со свистом скользнули к его горлу и сомкнулись петлей. Глаза Альфара расширились. Он инстинктивно вскинул руки, пытаясь снять цепь, но в тот же миг я обрушил удар на его колено.

Раздался хруст, брызнула кровь…

Его тело дернулось в конвульсиях, цепь в моих руках натянулась до предела. Еще мгновение, и его голова покатилась бы по песку. Но именно тогда я почувствовал тёмную энергию. До боли знакомую, почти неотличимую от эманаций павших богов.

Не раздумывая, я рванул цепь ещё сильнее. Звенья не выдержали нагрузки и с треском лопнули. Однако его шея осталась цела. В то же мгновение ощущение тёмной энергии стало гораздо отчётливее. Поэтому я не стал медлить и впечатал ногу ему в грудь.

Альфара отбросило на несколько метров, и он с грохотом врезался в выступ песчаника. Однако остался жив. Я отчётливо чувствовал огонёк его жизненной энергии. И это несмотря на то, что мой удар проломил ему грудную клетку, превратил внутренние органы в кровавое месиво и раскрошил позвоночник.

Я шагнул вперед, намереваясь добить его...

Но в тот же миг со стороны Альфара вырвалась такая магическая мощь, что воздух вокруг превратился в россыпь острых клинков. Энергия сгустилась, обретая плотность, и закружилась вокруг него черным вихрем. Рассыпанные по лагерю мечи раскалились докрасна и вспыхнули ярким пламенем. Даже песок под ногами закипел.

Пустынники бросали оружие и в панике бежали прочь. Их не останавливал даже барьер. Они сами бросались на него и погибали в тот же миг. Спустя секунду я понял причину. Те, кто не успевал добраться до барьера, начинали иссыхать прямо на бегу. Их кожа темнела и трескалась, тела рассыпались пеплом, а жизненная энергия вырывалась наружу и втягивалась в бушующий вокруг Альфара вихрь.

Под удар попали и пленницы.

Я щёлкнул пальцами.

Из-под земли мгновенно вырвались корни и сомкнулись вокруг девушек плотными коконами, не позволяя их жизненной силе покинуть тела. Ещё один импульс воли, и коконы бесследно ушли под землю. Там девушки будут в безопасности.

— Учитель! — в панике крикнула Саэмира и подбежала ко мне.

Учитель?..

Впервые она назвала меня так. Странно, но от этого на душе стало теплее. Впрочем, сейчас куда важнее было другое. Её жизненная энергия оставалась нетронутой. Не было даже намёка на то, что Альфар пытается её поглотить. Значит, он каким-то образом связал себя со своими последователями и пленницами. Вероятно, с помощью какого-то ритуала.

— Не переживай, — сказал я, не сводя взгляда с противника. — Уходи как можно дальше отсюда. Пленницы пока в безопасности. Они под землёй, и там им ничего не угрожает. А с этим здоровяком…

Альфар стал заметно больше. В несколько раз. Его кожа приобрела багрово-красный оттенок, напоминая свежую кровь. Зубы выпали, а их место заняли длинные жёлтые клыки. Белки глаз пожелтели, полностью поглотив исчезнувшие зрачки. Ноги же скрывал плотный вихрь песка и Анемо-энергии.

Он повернул голову к Священному скорпиону. Монстр S-ранга, ещё недавно яростно рвавший цепи, вдруг вжался в песок и задрожал.

Альфар протянул руку. Скорпиона сорвало с места, словно пушечное ядро. Его хвост, насквозь пронзённый копьём, так и остался лежать там, где был пригвождён. Барьер вспыхнул, когда чудовище пересекло его границу, но сила Альфара без труда продавила его. И в следующий миг он схватил огромного монстра за панцирь, словного обычную букашку, и сжал пальцы. Жизненная энергия скорпиона хлынула в него.

Вихрь вокруг ног расширился, а затем исчез, и я увидел, что нижняя часть тела Альфара изменилась. Теперь она принадлежала скорпиону. Огромное членистое туловище, хитиновые пластины, хвост с жалом, лапы, вдавливающие песчаник в землю. Магические метки, прежде горевшие на теле монстра, переползли на кожу Альфара и вспыхнули ярче.

Его сила возросла многократно.

Этот идиот поглотил божественную сущность, которую скорпион даже не был в силах переварить. Точнее… попытался поглотить. Я чувствовал, что на меня смотрит уже не Альфар. В его глазах пробуждалось нечто древнее и злое.

— Саэмира, — жёстко произнёс я. — Уходи. Немедленно!

Она уже открыла рот, явно собираясь возразить, но стоило ей взглянуть на монстра, как слова застряли в горле. Резко развернувшись, девушка бросилась прочь.

***

Барханы разлетелись в стороны от столкновения наших атак. Я, конечно, мечтал о приключениях в пустыне, но никак не ожидал так скоро столкнуться с каким-то гибридом Царя Скорпионов и Джафара.

Силой он действительно обладал чудовищной. Вот только эта мощь напоминала пламя свечи. Обжигающее, но обречённое быстро угаснуть. Его энергия таяла буквально на глазах. Всё же источником этой силы служила жизненная энергия самого Альфара. Перед смертью он успел поглотить её у своих последователей, превратив себя в некое подобие божественного сосуда. Вот только для сущности такого уровня столько энергии лишь капля в море.

К тому же каждая новая рана заставляла его тратить всё больше сил на регенерацию. Отступить же он не мог. Пусть божественная сущность проявилась не полностью, а скорее на уровне инстинктов, она всё равно понимала, что без постоянного притока энергии её существование окажется недолгим. И тут перед ней стоял я, так необходимый источник силы. Поэтому она без колебаний последовала за мной, когда начал уводить её прочь от оазиса, не желая подвергать девушек лишней опасности.

Я прыгнул, на ходу создав под ногами платформу из элементальной энергии. Оттолкнувшись от неё, взмыл ещё выше и резким взмахом руки рассёк грудную клетку существа. Из раны тут же хлынула слизь, намекающая на гниение.

В то же мгновение хвост монстра с рёвом рассёк воздух там, где я находился секунду назад. Удар оказался настолько мощным, что породил чудовищную ударную волну. Она врезалась в вершину ближайшей горы. В следующий миг в небо взметнулись тысячи тонн камня и пыли. Скала содрогнулась, покрылась сетью трещин и начала осыпаться.

Я невольно присвистнул.

Поняв, что промахнулся, монстр взмыл в воздух, а затем всей своей колоссальной массой обрушился в точку, где мгновение назад стоял я. Пустыня содрогнулась. Из-под песка, тысячелетиями скрытые барханами, вырвались древние каменные плиты. Они приподнялись, покрылись глубокими трещинами и в мгновение ока разлетелись в пыль. А затем...

Я успел развоплотиться, рассыпавшись на элементальные частицы, и взмыл высоко в небо. С этой высоты последствия выглядели поистине ужасающе. От места удара стремительно расходилось гигантское кольцо энергии. Барханы исчезали, словно их срезал невидимый клинок, а после их и вовсе сдувало. На месте падения монстра разрасталась чудовищная воронка, поглощающая всё на своем пут.

Внезапно я ощутил знакомое, злое присутствие.

Настолько могущественное, что даже монстр почувствовал его. Он замер и начал судорожно озираться по сторонам. А затем резко посмотрел вниз. Я проследил за его взглядом и на мгновение потерял дар речи.

Прямо под ним земля разошлась в стороны. Из глубин пустыни вырвалась исполинская пасть, усеянная рядами зубов размером с многоэтажный дом. Она сомкнулась на монстре прежде, чем тот успел хоть как-то отреагировать. Существо, ещё секунду назад крушившее горы и сотрясавшее пустыню своими ударами, оказалось разорвано в одно мгновение.

Апеп…

Она скрылась под песком так же внезапно, как и появилась, а вскоре исчезло и само её присутствие. Похоже, этот монстр потревожил её сон, иначе она бы не вмешалась. В конце концов, исход битвы и без того был предрешён. Рано или поздно я бы его прикончил.

— Мне сейчас поблагодарить «мамочку»? — хмыкнул я, всё ещё находясь под впечатлением.

Впрочем, ответом мне была лишь тишина…

Я вернулся к Саэмире. Всё это время она наблюдала за боем издалека и была настолько потрясена появлением Владыки Дендро, что даже не заметила моего возвращения. Ей потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя, и ещё с десяток, чтобы окончательно успокоиться.

Только после этого девушка рассказала, чем занималась во время моего сражения. Пока я был занят монстром, она решила проверить, не осталось ли выживших, и убедиться, что пленницам больше ничего не угрожает. В итоге поиски привели её к сокровищам, разлетевшимся во все стороны во время битвы и явно принадлежавшим Альфару. Среди них она обнаружила несколько старых записей, осколки склянок с какой-то подозрительной жидкостью и пачку писем.

Ну а потом поспешила ко мне, и увидела Апепа…

В записях обнаружились описания различных ритуалов, результаты экспериментов и множество других материалов, которые лучше изучит в более спокойной обстановке. Куда больше меня заинтересовали письма. Судя по ним, Альфар вёл переписку с неким человеком. Правда, письма сохранились не полностью. Большая часть посланий второй стороны отсутствовала, поэтому общий смысл разговора местами обрывался. Тем не менее этого оказалось достаточно, чтобы составить примерную картину происходящего.

Выяснилось, что когда-то эксперименты ставили на самом Альфаре. Вторая сторона явно любила напоминать ему об этом едва ли не в каждом письме. Более того, в нескольких посланиях он использовал это как способ манипуляции. Требовал, чтобы Альфар повиновался ему в благодарность за дарованную силу и новые возможности.

Так, в самом свежем на вид письме он поручил Альфару найти и доставить некий артефакт. Какой именно, не уточнялось. Зато было указано место встречи. Судя по дате, до назначенного срока оставалось ещё около месяца.

Кроме того, этот человек прислал инструкцию, где находится артефакт и как до него добраться. На этом, в принципе, всё. Ну и ещё он поставил свою размашистую подпись в конце…

Зандик.

P.S. Друзья, если вы хотите поддержать меня и эту работу, заглядывайте на мой Бусти. Там вас ждут дополнительные главы и другие мои работы. Ссылка в примечании.

Глава 106

Стоило Саэмире услышать имя человека из писем, как её мелко затрясло. Лицо мгновенно побледнело, губы дрогнули, а пальцы судорожно вцепились в древко копья так сильно, что костяшки побелели, а древесина жалобно хрустнула. На мгновение её взгляд стал совершенно пустым.

Разумеется, дураком я не был и сразу понял, кто стоял за экспериментами над ней. Содержание писем лишь подтверждало догадку. Если он превратил Альфара в монстра, то наверняка проводил опыты и с останками богов.

Да и само имя многое говорило. Ещё во времена игры я слышал немало теорий о Зандике. Почему-то мне даже не пришло в голову спросить у Саэмиры или Нахиды, кто именно ставил над ней эксперименты. Возможно, потому что я уже знал ответ. Дотторе. Тогда, во время выхода Сумеру, все только и говорили, что Зандик и есть Дотторе. Слишком многое сходилось.

— Успокойся, — мягко произнёс я и осторожно приобнял Саэмиру за дрожащие плечи. — Дыши. Просто дыши… Всё хорошо. Время, когда он мог причинить тебе вред, прошло. Ты больше не в его руках.

Она ничего не ответила. Лишь ещё крепче вцепилась в мою одежду, словно утопающий в единственную доску посреди бескрайнего океана.

Я не думал, что её раны настолько глубоки. Хотя кто я такой, чтобы удивляться? Понятия не имею, как вёл бы себя сам, если бы в детстве надо мной ставили чудовищные эксперименты, превращая жизнь в ад. Возможно, точно так же. А может, и гораздо хуже.

И всё же…

Встреча с ним могла помочь ей переступить через этот страх. Дотторе он или нет, это на самом деле не столь важно. Теперь вряд ли кто-то из людей способен причинить ей вред, особенно в моём присутствии. Значит, можно будет показать ей, что монстр из детских кошмаров больше не всесилен. Он не бог, а всего лишь человек. А потом... хорошая взбучка этому учёному окажется для неё полезнее слов поддержки.

Главная проблема заключалась в том, что он мог просто не прийти.

Эту пародию на Царя Скорпионов наверняка заметили многие. Трудно не обратить внимание на громадное чудовище, несущееся по пустыне и сметающее всё на своём пути. Тем более Зандик должен был хотя бы примерно представлять, чем его эксперимент закончится.

Но тут уж время покажет.

Я переключил внимание на Саэмиру. Помог ей успокоиться, заставил сделать несколько глубоких вдохов, дал воды и просто молча оставался рядом, пока дрожь постепенно не отступила. А потом она медленно заговорила.

Раньше Саэмира не слишком охотно рассказывала о своём прошлом. Если разговор заходил о детстве, она либо переводила тему, либо отвечала коротко и сухо, так, чтобы у собеседника пропадало всякое желание расспрашивать дальше. Но сейчас её словно прорвало.

Она заговорила о лаборатории, о едком запахе лекарств, крови и металла. О холодном голосе, обсуждавшем её состояние так, словно перед ним был не ребёнок, а неисправный механизм. Она не стала скрывать даже самых мерзких деталей экспериментов.

Рассказала и о родителях, тех самых людях, которые должны были стать её опорой, но после случившегося отреклись от неё. Они увидели в ней не дочь, а чудовище. Решили, что их ребенок погиб, а перед ними лишь подмена, демон или нечто подобное. Поэтому в итоге её взял под своё крыло генерал Махаматра. Он обучил её всему, что знал сам, а позже передал титул.

Обычные суеверные люди…

Я даже рад, что очнулся именно в теле Скары, а не родился в какой-нибудь семье. Иначе меня вполне могли бы сдать на растерзание экзорцистам, шаманам или жрецам. Один увидел бы во мне демона, другой – проклятие, а третий и вовсе решил бы, что лучший способ избавиться от «скверны» – это бросить младенца в костер, пока зараза не распространилась дальше.

Стоит лишь хоть немного отличиться от окружающих, и сразу повесят ярлык. Сколько детей с врождёнными особенностями погибло только потому, что люди верили в подобный бред? Пожалуй, слишком много.

Люди не любят ненормальных, даже если они сами таковыми являются. Ведь «нормальный» – это такое же клеймо как «монстр». Если второе хотя бы выделяет человека из толпы, то первое требует быть частью серой массы и не выбиваться из толпы.

Впрочем, стать ненормальным удивительно легко. Порой для этого достаточно просто оказаться не в то время и не в том месте.

— Я плохо умею успокаивать людей, — честно признался я после долгой паузы. — Поэтому обычно просто слушаю.

Саэмира слабо улыбнулась.

— Нет, всё хорошо. На самом деле это гораздо нужнее бесполезных советов. Их я за свою жизнь услышала слишком много.

Она достала фляжку, открутила крышку и сделала несколько коротких глотков. Её руки всё ещё слегка дрожали, но теперь скорее от осознания того, что рассказала всё, ничего не утаив.

Я перевёл взгляд на оазис.

Пленниц по моей воле уже освободили. Дендро-плети, удерживавшие их, разошлись, а корни отпустили ослабевшие тела. Правда, многие девушки сразу потеряли сознание, а некоторые оказались настолько истощены, что даже не смогли подняться на ноги. Главное, они живы.

Мне пришлось действовать осторожно, но всё же пока управление Дендро-стихией давалось грубовато. Сила, конечно, подчинялась, но тонкости я ещё только нащупывал. С Электро когда-то было так же. Без необходимых знаний я мало чем отличаюсь от мартышки, подобравшей заряженный автомат и использующей его как дубинку.

Саэмира проследила за моим взглядом. Её лицо на миг побледнело, видимо, из-за Зандика она успела забыть о пленницах. Затем она глубоко вдохнула и вновь надела привычную мрачную маску.

Когда мы вернули девушек в деревню, жители едва не падали перед нами на колени.

Слёзы, благодарности, руки, тянущиеся к Саэмире... Меня же поблагодарили лишь из вежливости, да и то отстранённо. Для них я был лишь случайным путником, а она – офицером Академии. Ни эмблем на одежде, ни формы, ничего, что выдавало бы мою принадлежность к Академии. Неудивительно, что в их глазах я не более чем левый человек.

Впрочем, я был не против. Точнее, мне просто всё равно. А вот Саэмире такая репутация ещё пригодится. Поэтому я запретил ей пытаться переубедить людей. Сначала мы работаем на репутацию, а потом она начинает работать на нас.

Однако радость оказалась недолгой.

Спустя всего час после возвращения одна из девушек попыталась повеситься. К счастью, трагедию удалось предотвратить. Её вовремя нашли, вытащили из петли и сумели откачать. Но причина... Её собственный муж.

Один из тех мужчин, что стояли в стороне, когда мы вошли в деревню. Он уже смирился, решил, что жена потеряна навсегда. Но когда она неожиданно вернулась живой, вместо радости он обрушил на неё обвинения в неверности. Наговорил такого, что она и полезла в петлю.

Мерзкая личность.

Ничем не лучше пустынников, похищавших людей. Те хотя бы не притворялись хорошими. Были откровенными подонками и не скрывали этого. А этот… Мало того что не признал своей вины, так ещё и разыграл драму на всю деревню. Мол, она осквернена, вдруг забеременела от варваров, позор на весь род… И как же приятно было наблюдать, когда несколько здоровых мужчин из деревни молча отвели его в сторону и прописали знатных лещей.

Девушку окружили заботой. Казалось, общая боль сплотила их, сделав одной семьёй. Однако пленницам и всем жителям деревни ещё предстояло долгое восстановление. Возможно, кому-то не хватит и всей жизни, чтобы избавиться от пережитых кошмаров. Но я думаю, что у них всё будет хорошо.

— Вот как... — тихо произнесла Нахида, когда я рассказал ей о случившемся.

Теперь, когда я мог развоплощаться на элементальные частицы, передвигаться стало гораздо легче и быстрее. Правда, у этой способности были свои недостатки, которые я заметил ещё во время сражения с тем огромным монстром. В обмен на мобильность моя защита падала практически до минимума.

— В этом есть и часть нашей вины, но теперь уже ничего не поделаешь.

— Согласна, — вздохнула она, а затем хмуро посмотрела на меня. — Говоришь, Зандик... На самом деле, я не всё тебе о нём рассказала. Тогда у меня были свои причины скрыть эту информацию, поскольку Саэмира не должна об этом узнать. Но если вы собираетесь столкнуться с ним, то вы должны знать правду.

Нахида поведала, что учитель Зандика не хотел пятнать собственную репутацию, поэтому быстро замял это дело. Самого же Зандика просто сослали в джунгли изучать механизмы Каэнри’ах, где он вскоре снова натворил бед, после которых он сбежал. Однако на этот раз Мудрец уже не смог ничего скрыть, и правда всплыла наружу. Но сама Академия решила сгладить ситуацию, умолчав о роли учителя Зандика во всей этой истории. А его побег представили как наказание, не предпринимая серьёзных попыток разыскать беглеца.