Я-РОСС - ТОМ 2

Глава 1

А утром я едва не сгорел прямо в кровати.

Сон был настолько яркий, настолько реалистичный, что когда мне удалось проснуться, произошёл неконтролируемый выброс энергии. Я поначалу толком то и не понял ничего, глаза открываю, а ни черта не видно, всё в едких клубах дыма. Вдохнул, закашлялся, и еле сообразив где нахожусь, с ноги вышиб дверь и кубарем выкатился в коридор.

И только потом, часа, наверное, через два, осознал что каким-то непостижимым образом прошёл инициацию и стал полноценным магом. Без необходимых навыков, без особых знаний — одномоментно и бесповоротно. И ведь мало того что здешняя магия сильно отличалась от привычной мне, так и в прошлом своём волшебником я был так себе, будучи хоть и одарённым, но весьма и весьма посредственно. А здесь сразу такая силища. Дошло до того что к вечеру я уж и чихнуть лишний раз боялся, настолько непредсказуемыми могли быть последствия. Наверное сравнить моё состояние можно с состоянием человека внезапно оказавшегося в кабине несущегося на сверхзвуке самолёта, но имеющего очень слабые понятия о том как им управлять. И если дальше проводить аналогии, — я хотел лишь одного, чтобы мой горизонтальный полёт не перешёл в пикирование.

А вообще первый и самый наглядный плюс, — сейчас я мог свободно распоряжаться своей энергией, и мне не надо было больше «сцеживать» по капельке, одним движением мысли я мог направить её куда угодно, и сколько угодно. Но тут тоже не было всё гладко — этот процесс не всегда удавалось контролировать. Я совершенно не умел дозировать выбросы маны, и если пытался заправить тот же светильник, в двух из трёх попыток его просто разрывало.

Конечно же меня не устраивало, и пораскинув мозгами я придумал способ как обуздать неприятный эффект.

Поначалу не получалось, но я не сдавался, и когда угробил почти все заготовленные светильники, приобрёл необходимый для контроля навык. Ничего сложного в нём не было, и сейчас я искренне удивлялся как сразу не догадался так сделать.

Натренировавшись на факелах, взялся за камешки. Почти все они были пустые, и заполнив последний, я не только «разгрузил» себя, но и перешёл на следующую ступеньку энергетического контроля.

Дальше — больше. Для того чтобы нормально выдерживать энергетический баланс, мне необходимо было как можно больше пользоваться маной, и придумав на чём ещё попрактиковаться, я покинул кабинет и поднялся на стену.

Одним выстрелом двух зайцев — что может быть лучше? Зачем искать диверсию в существующем контуре, если можно сломать его и построить новый? Так я и сделал. Снял все шесть стержней, — предварительно спустив с них ману, и по новой нанеся необходимые руны, поставил на прежнее место. Ну а что? — Чем не выход? Так я и проблему решил, и места для тренировок обеспечил. Энергии, конечно, многовато в атмосферу ушло, но куда деваться? Тем более что в контур самотоком напитывался, а сейчас я залью через себя пропущенную, и от неё эффекта куда больше будет.

Тянуть не стал, и собравшись — а управление такими потоками маны требовало высочайшей концентрации, стал переливать всё что было в камнях, в контур.

Поначалу поток шёл тоненькой «струйкой», и за пару часиков можно было перелить всё полностью, но для укрепления навыка мне нужно было форсировать события. И я форсировал. Глядя как извиваются сине-красные хлысты бушующей энергии, я ещё сильнее «открывал кран», заставляя её реветь и «вставать на дыбы». Наверное отвлеки меня сейчас кто-то, я бы не удержал хлынувший из камней поток и тогда даже не знаю... — Прореха в стене? Или всё ограничилось бы сносом пары башен? Но, слава богу, выяснять не пришлось, никто ко мне не подходил и перезарядка охранного контура прошла успешно. Не до прежнего уровня, чуть больше половины, но по ощущениям, защита усилилась как минимум вдвое.

Я же только и смог подпереть спиной стену и вытирая натёкшую из носа кровь, довольно глядеть на дело рук своих. Теоретически можно было продолжить, но в камнях было пусто, да и мой резерв почти полностью исчерпался.

По-хорошему, моему организму помочь бы надо, но после очередной партии отправленных в город зелий у меня не осталось практически никаких ингредиентов, а некоторых, нужных для этого дела, и вовсе не было.

Самому ехать в город, или послать кого-то? Разумнее послать, но чего-то могло не оказаться, и если я смогу подобрать заменители, то посыльный определённо нет. Да и мозги проветрю, а может и прикуплю ещё чего-нибудь.

Решившись на этот шаг, я быстро проверил состояние контура, спустился вниз и вскоре уже выехал за крепостную стену. Ехал быстро и до города добрался без приключений, хотя подсознательно ждал чего-то нехорошего. Причём не боялся этого нехорошего, а наоборот, желал. Чувствуя себя сверхсильным, мне хотелось проверить проснувшиеся способности на ком-нибудь живом. Мало ли бродит народу лихого, может повезет? — думал я.

Но не повезло, по пути мне встретились только две группы уныло бредущих за телегами крестьян, да и те, завидев меня шустро съехали с тропы прямо в лес.

А за городской стеной царило запустение. В последний раз когда заезжал сюда тоже было немноголюдно, но не так как сейчас. Пустые улицы, скрипящие на ветру ставни и прямо посреди дороги лениво развалившийся огромный котяра — таким мне предстал некогда оживленный городок. Я даже засомневался что удастся купить необходимое, — может тут уже и магазины не работают?

Но нет, стоило мне поравняться с первой же лавкой, как я убедился в обратном.

Заходить не стал, это было заведение старьёвщика, но продолжил свой путь уже ободрённым, всё же не зря ехал.

— Да, цены немного подросли в последнее время... — извиняющимся тоном ответил на моё замечание хозяин следующей, оружейной лавки. Не знаю как, но он сразу признал во мне потенциального клиента, хотя будь я на его месте, — ни за что бы не догадался. Ну а что, переодеваться я не стал, как был в «рабочем», так и в путь двинулся. Обычные штаны, потёртая куртка, такая же видавшая виды шляпа, да короткие стоптанные сапоги. Ни дать ни взять голодранец. Разве что трость, так я её не светил, сразу за спину спрятал.

— И что, берут? — спросил я, разглядывая коряво нарисованный ценник напротив ужасно сделанного кривого топора. Я бы такой и даром не взял, а он за него просит десятку серебром. Ну не дурак ли?

— Как вам сказать... — протянул старик-лавочник. — Спрос конечно есть, но всегда хотелось бы лучше...

И только я хотел ему сказать чтоб не брехал, как тот, кряхтя и сгибаясь от тяжести ноши, достал откуда-то из под прилавка что-то завёрнутое в потрёпанный кусок мешковины, и аккуратно положил его передо мной.

— Вот, посмотрите... — почти шёпотом предложил он, устало которая со лба пот.

Пожав плечами я развернул сверток, и сначала даже не поверил своим глазам.

В мешковине оказался самый настоящий набор для ковки зачарованного оружия. Не самый полный, многих предметов не доставало, но и тех что были хватило бы для полноценной мастерской. Молот на длинной ручке, несколько разных щипцов, накладка на наковальню, пара зажимов и длинная заостренная железяка непонятного назначения. Ещё в том, своём мире я сталкивался с таким инструментом, но только так, «издалека». Артефактами эти вещи не были, но по ценности находились где-то на одном с ними уровне, и как объяснить появление такого богатства в этой занюханной лавке я не знал.

— Ну смотрю. И чего? — сделав вид что не понимаю ценности этих вещей, я очень надеялся что не выдал своего удивления.

— Как это?.. — отступив на шаг, прищурился старик, но тут же ухмыльнулся, и помахав передо мной пальцем, заговорил уже совсем другим тоном. — Ну и ладно, раз вы не понимаете, значит вам это не нужно... Не смею задерживать... Всего доброго...

— Сколько ты хочешь за всё? — испугавшись что он передумает продавать, я положил руку на свёрток.

— Так оно ж вам не надо? — снова подался вперед старик, но наткнувшись на мой взгляд — а мне очень хотелось поверить на нём свои новые способности, поспешно озвучил ценник.

— Триста золотых! — выпалил он, и похоже что сам опешил от своего заявления.

— Ты говори, да не заговаривайся! Совсем с ума съехал? Какие триста? Окстись! — Я прекрасно знал что инструмент стоит гораздо больше, но не здесь и не сейчас. Тем более что и достался он этому плуту скорее всего за копейки, или вообще даром.

— Предлагай? — алчно моргнув, выжидающе замер он.

Всех денег я с собой не таскал, но сегодня взял с запасом как раз на такой случай; полсотни золотых монет и столько же серебряных.

— Двадцать золотых. — набравшись наглости озвучил я.

Старик тут же погрустнел, но взял себя в руки и поперхнувшись, вдвое снизил первоначальный ценник.

— Сто пятьдесят!

— Двадцать пять!

— Сто!

В итоге мы сошлись на тридцати пяти, чему я был несказанно рад. И тут же, не задерживаясь, отсчитал лавочнику его деньги, забрал инструмент и двинулся дальше, очень надеясь что оставшихся денег хватит на о за чем я приехал.

Но мне повезло. В лавке где обычно закупался Иван, такого подъёма цен не было. Как, в принципе, не было и клиентов. Поэтому я не спешил, долго выбирал, приценивался, потом даже ещё слегка поторговался, и выложив в итоге почти всё что у меня оставалось, покинул сие заведение.

Хотелось есть. Я и так не страдал отсутствием аппетита, а после вчерашнего и вовсе оголодал. Что ни съем, всё мало. Перестройка организма требовала не только магической энергии, но и обычной, получаемой из белка и углеводов. Наверное надо было перед выходом перекусить, но не подумал, поэтому сейчас дорога одна — в трактир. Ближайший был почти у самых ворот, с тыльной стороны улицы, и кормили там очень даже неплохо. С Иваном сколько ездил в город, почти каждый раз туда заезжали. Перекусить, да новости последние узнать.

Сейчас же, несмотря на пустые улицы, в трактире народу было достаточно много. Не толпа, но большая часть столиков оказалась занята.

— Господин, могу предложить вам место возле окна! — предложила появившаяся откуда-то молоденькая подавальщица.

Спорить я не стал, у окна — значит у окна. Тем более совершенно не важно где именно набивать брюхо.

Меню здесь не было, как и разносолов, а о наличном ассортименте писали мелом на прибитом над стойкой щите. Как правило всего несколько позиций: Пара первых блюд, пара вторых и напитки.

— Хорошо, сейчас всё принесу. — проводив меня до столика, официантка взяла заказ и убежала.

А я, за неимением собеседника, принялся разглядывать посетителей.

Рядом со мной, за перегородкой, какая-то пара, лица женщины не видно, она сидит спиной, но одета дорого, значит дама не бедная. Спутник же её и вовсе выглядит как павлин в зоопарке. — Украшенная камнями шляпа с перьями, светло-коричневый камзол с красными ставками и длинным рядом золотых пуговиц, очень тонкого плетения кольчуга под ним, на плечах плащ из какой-то толстой и явно дорогой ткани, на пальцах целая куча перстней, а на запястье массивный золотой браслет. И нет, я не имею ничего против, ради бога, пусть одевается как хочет, смешно просто, взрослый вроде дядька, а выглядит как шут гороховый. Может артист?

Дальше по направлению к двери за следующим столом сидели трое серьёзных мужиков. Не понятно кто такие, одеты очень не броско, но люди точно военные. Наверное ополченцы или что-то подобное.

Следующий стол занимали уже явно благородные, во всяком случае экипированы они были соответствующе. Дорогие кожаные куртки, серьёзные кольчуги, наручи, короткие клинки на поясах и тёмно-красные плащи за плечами. А судя по тому что никто из них не потеет, скорее всего все четверо пользуются погодными артефактами. О чём они говорили я не слышал, но мог кое-что считать с губ сидящего ко мне лицом. Полноценно понимать по губам я не мог, учился в своё время, но терпения не хватило, только суть уловил — эти благородные товарищи обсуждали какую-то даму.

Дальше расположилась шумная компания местных завсегдатаев. Сколько раз был здесь, и постоянно видел кого-нибудь из них. На столе у них стояла куча пивных кружек, и через каждые пять минут громко подзывая подавальщицу, они просили повторить. Семь человек за двумя сдвинутыми столами, не то чтобы они кому-то мешали, но периодически так задорно хохотали, что у меня пол под ногами трясся.

Пока я разглядывал эту веселую компанию, ко входу в трактир подъехала карета. Даже не карета, это был настоящий самодвижущийся экипаж. Герба на двери я не видел, угол не тот, но он там точно был, тут без вариантов. Экипаж застыл возле дверей, но выходить из него никто не спешил. «Наверное за кем-то из посетителей» — подумал я.

И точно. Франт за соседним столиком поднялся, сказал что своей спутнице, и неожиданно со всего маху заехал ей по лицу. Причем ударил сильно, со знанием дела. Звук был такой хлесткий, что мне показалось будто лошадь хлыстом стегнули.

Естественно я не мог не вмешаться. Во-первых как мужчина, во-вторых как джентльмен, а в третьих мне хотелось подраться.

Мгновенно поднявшись, я в два шага преодолел разделяющее нас расстояние, и от души приложил франта хуком слева. Тот даже хрюкнуть не успел, мгновенно опрокинувшись назад себя.

— С вами всё в порядке сударыня? — повернулся я к женщине.

Та кивнула, потом мотнула головой и неожиданно заревела. Может от боли — стукнул он её очень сильно, может от обиды, а может и от одного и от другого.

А тип тем временем зашевелился, и ещё не поднявшись, выдал такую тираду нецензурщины в мой адрес, что мне захотелось еще раз его ударить. Но вставать он не желал, а лежачих бить нехорошо, поэтому я не придумал ничего лучше чем вылить на него содержимое стоящего на столе кувшина.

И если до того присутствующие здесь товарищи молчали, то сейчас воздух содрогнулся от дружного хохота. Смеялись все: кто-то в голос, кто-то прикрывая рот рукой, а даже обиженная франтом женщина, тихонько так, хихикала сквозь слезы.

Франт же вытаращился на меня, и не вставая, на карачках, рванул к выходу. Дверь хлопнула, и буквально в ту же секунду самодвижущийся экипаж рванул с места.

— Спасибо вам огромное! — поднявшись, потянулась почти к самому моему уху женщина. — Сейчас такая редкость встретить благородного человека!

— Валить тебе надо парень! — перекрикивая разошедшихся посетителей, посоветовал один из «благородных».

— С чего это? — уже предвкушая настоящую драку, усмехнулся я. Не знаю как скоро, но то что франт вернется с подмогой, ежу было понятно. Такой позор на ровном месте, как уж тут без отмщения-то?

И точно, не прошло и десяти минут — я только к трапезе приступил, как за окнами послышался конский топот и раздались резкие выкрики команд.

«Ну прямо спецназ» — подумал я, глядя на вваливающихся в двери вооруженных людей. Зашли, встали полукругом, и выпустив из-за спин уже переодевшегося франта, застыли.

— Ну что? — вперившись в меня глазами, прошипел тот. — Допрыгался гадёныш?

— Пока не понял. — пожал я плечами, чем вызвал лёгкие усмешки зрителей.

— Взять его! — видимо не зная что говорить дальше, франт махнул рукой, показывая направление своим людям, и те не спеша, без особого усердия двинулись в мою сторону.

Нет, оно понятно, разглядеть во мне ровню достаточно сложно, но почему этому недалекому человеку не пришло в голову что вступиться за даму в подобной ситуации может лишь имеющий на то основания? Или обида и гнев так сильно оттеснили разум? Но как бы там ни было, а ко мне приближались сразу пять человек и хоть оружия они пока не доставали, намерения их были вполне понятны.

Глава 2

— Но-но господа! Не будите лихо... — крутанув тростью перед «гостями» я аккуратно поджёг шляпу ближайшему из них, и наслаждаясь эффектом — а они будто в стену врезались, отошёл к окну.

— Вперёд! Убейте его! Не медля! — на заднем фоне ожил франт, но сам не лез, прячась за чужими спинами. То что это были чьи-то дружинники, я уже понял, а судя по экипировке и коням на которых они приехали — кого-то богатого. Сам же хлыщ вызывал у меня вопросы. — Отпрыск? Не одарён, это точно, но это ничего не значит, далеко не все дети аристократов могут похвастать наличием дара. Одет странно, возможно приезжий, может учился где-нибудь, а сейчас вернулся из-за войны. Жаль герба на экипаже не видно.

— Убейте! Что вы встали?! Убейте эту падаль!

— Вы что, не слышите что вам приказано?! — не скрывая усмешки, поддержал я призыв хлыща. — Убейте меня! — и чтобы они не трусили — а кидаться на мага с боевым артефактом в руках форменное самоубийство, положил трость на подоконник, и вытаскивая катану, отошёл к противоположной стене.

Не знаю что повлияло — может ночь проведенная с Мораной, или ещё что-то, но меня буквально распирало от желания подраться. На палках, на мечах, на кулаках — не важно!

И мне пошли навстречу. Сверкнули клинки, и все пятеро сомневавшихся синхронно шагнули вперёд.

А я, — радостно предвкушая «вкусную» драку, переместился чуть ближе к центру чтобы иметь пространство манёвра.

Вот только всё пошло не так как я рассчитывал. Повскакивав со своих мест и так же ощетинившись клинками, на пути этой пятерки встали четверо «благородных», и недвусмысленно намекнули что пятеро на одного — нечестно.

И «враг» опять дрогнул, но ненадолго — в распахнувшиеся двери с шумом и матюгами ввалилась новая партия «защитников». Сколько их прибыло я не видел, но судя по тому как резво первая пятерка кинулась в атаку — достаточно чтобы вселить уверенность.

Но не тут-то было.

— Банза-ай-ййй!!! Наших бьют!!! — закричал кто-то из глубины зала, «запуская» глобальное столпотворение. Не знаю что сработало; присущее россам обострённое чувство справедливости, или просто стадный инстинкт, но разнеся трактир вдребезги, нападавших вытеснили на улицу и добивали уже на свежем воздухе.

А я же наконец смог поймать хлыща. До последнего оставаясь за спинами, он, ввиду массовой ротации, всё же вынужден был принять бой.

Худой, но жилистый, хлыщ неплохо управлялся со среднеразмерным европейским мечом, только всё равно для меня был не более чем жертвой. Поймай я его в самом начале, наверное отрезал бы чего-нибудь, но пар я уже спустил и калечить этого клоуна не хотелось, так, может проткнуть слегка где-нибудь. Вот только настроение моё изменилось когда парировав несколько его неуклюжих атак, я сместился в сторону и оказался напротив экипажа на котором он приехал.

Ну вот и здрасьте — что называется, а герб-то на дверке знакомый, Лопуховский. Наверное знал бы я сразу чьих кровей мой оппонент окажется, не стал бы лезть, но теперь-то уж чего, — снявши голову по волосам не плачут, так вроде люди говорят. И я, в угоду ликующей вокруг толпе, обезоружив хлыща, на пинках погнал его вниз по улице.

Ну а что? Дед одного прославил, я другого. Система-с!

Наверное в дальнейшем я пожалею о своём поступке, но сейчас я испытывал чувство глубокого морального удовлетворения. Не знаю кем приходится хлыщ Лопухину, но кем бы он ни был, отсылочка удалась что надо, такое он теперь надолго запомнит. Злорадно улыбаясь, я попытался представить его лицо когда ему сообщат о происшествии, но получилось не очень, такие вещи надо лицезреть лично. Вот только отсылочка отсылочкой, а оставаться мне здесь дольше не стоило, хлыщ хоть и сбежал, но вполне может вернуться с ещё более солидной толпой. Поэтому, воспользовавшись суматохой, я тоже поспешил ретироваться. Сел на коня, задами проехал до ворот, ну а там уже вышел на «оперативный простор».

До первого перелеска доехал быстро, но потом пришлось чутка сбавить, — жеребец мой ощутимо прихрамывал, видимо копыто повредил, или подкова съехала. Сейчас смотреть смысла нет, да и отвык я уже такими вещами заниматься. Поэтому потихоньку до замка дотянуть, а там уже сдать «транспорт» в руки профессионалов. Желания подраться больше не было, что называется — «стешил охотку», поэтому с тропы я съехал, для верности повесил отвод глаз, запитал его, и погрузился в раздумья.

А подумать было над чем. Первое, и самое важное для меня: Инга и то что случилось ночью. То, что это не сон, уже очевидно, но всё равно каждый раз когда я думал об этом, пытался найти какое-то более рациональное объяснение. Наверное будь моё пробуждение поспокойнее, я бы отметил какие-то детали, — та же постель, на ней должны были остаться следы ночной гостьи. Но всё сгорело, и единственное что указывало на реальность происходящего — моя расцарапанная спина. И нет, сам бы я при желании не дотянулся, да и ногтей которыми можно оставить столь серьёзные отметины у меня не имеется.

Предположение о том что мне каким-то образом удалось оживить девушку, я отмёл сразу; недоразвитая некромантская сущность прежнего хозяина тела находилась в настолько «зачаточном» состоянии, насколько это вообще возможно. А если и играла какую-то роль, то лишь в «расцветке» моей ауры, придавая ей определённого рода «запах».

Оставался вариант с Мораной, но осознавать что на самом деле провёл ночь с богиней было как-то...Даже не знаю как сказать. Может будь я местным, наверное относился бы иначе, но боги в моём мире были не более чем легендой и поэтому воспринималось это как что-то совсем нереальное, и поэтому неправильное. Да и сказать честно, — я и думать о ней сейчас боялся. «Кое что дам, и кое что заберу», — так кажется она сказала? Первое, это инициация дара, тут однозначно, а вот про забрать уже сложнее. Что у меня можно забрать? — Непонятно. А про решение через три дня? Что я должен решить? Мстить или не мстить, или определиться с конкретной целью?

Поклявшись отомстить, я действовал ситуативно, от безысходности, и сейчас месть уже не выглядела столь привлекательно. Да, чухонцы убили тогда многих, но и сами потеряли как минимум половину войска.

Найти и добить их? Но у меня слишком мало людей и они плохо обучены чтобы справиться даже с остатками осаждавших. А может напасть на приграничный город? — Но он хоть и небольшой, — если судить по отметкам на карте, но всё-таки город. Да и мирных жаль, тут ведь как ни крути, а народу простого немало поляжет. Наверное будь я образца так века восемнадцатого — не сомневался бы. Появилась возможность вырезать вражеский городок? — Вырезал! Как говорится — без зазрения совести. А мне современному, изнеженному благами цивилизации, все эти вещи виделись совсем в другом свете. Вроде и надо, а вроде и народ жаль.

А может я вообще не в ту сторону думаю? Может решение совсем в другой стороне? В общем, однозначного ответа у меня не было, и как я не «ломал» голову, так ни к чему и не пришёл.

****************

— Разведка вернулась, говорят чухонцы большим лагерем встали верстах в десяти отсюда. — первым делом сообщил встретивший меня у ворот дядька Иван.

«Ну вот и ответ», — подумал я, — и решать ничего не нужно, скорее всего они не просто так стоят, и это действительно связано со смертью Инги. Ну а что, если целью проникшего в замок младшего Валиева был контур, то теперь они уверены что защита спадет, поэтому затягивать не будут, скорее всего в ближайшие дни и атакуют.

— По всему у них там точка сбора, подкопят сил, да опять притащатся. — добавил денщик.

— Ну вот и чудненько... — мысленно потирая руки, прокомментировал я, и поймав недоумевающий взгляд Ивана, злорадно усмехнулся.

Приучив себя к совершенно ограниченному арсеналу доступных мне средств, сейчас я чувствовал себя настолько сильным, что не то что не боялся нападения, а скорее наоборот, желал его. Конечно, в виду отсутствия достаточных знаний и опыта, мои возможности не так велики как хотелось бы, но всё познается в сравнении, а ведь еще вчера я и мечтать не мог о подобном. Хотя вру, мечтал конечно. Тех же стрел с рунами мечтал наделать в разы больше, горшки для катапульт усилить, мечтал по штурмующим со стены бить, мечтал контур подпитывать без боязни что потрачу последние крохи энергии — да и ещё много о чём мечтал. Сбылось не всё, но даже так гораздо лучше чем цедить ману в час по чайной ложке.

Размышляя о предстоящем отражении штурма, первым делом я посетил кузни. Сначала общественную — там во всю кипела работа, ремонтировали доспехи и клепали бронебойные наконечники для стрел, потом свою, тайную. Конечно насколько она тайная можно было поспорить, но всё же пока какая-то скрытность была.

И если к первой претензий у меня не имелось, то во второй не прекращались проблемы.

— Ну вот, барин, не выходит никак... Что только не делаю, трещинами идёт при закалке... — развёл руками кузнец.

— А если...

— Да я уж по всякому пытался, почитай второй день воюю, и бестолку!.. — в сердцах перебил меня тот.

Отложив изготовление корпусов для мин ввиду их сложности, я дал задание выковать небольшую пушечку по тому же принципу что и стволы для «мушкетов», но если с мушкетами кузнец ещё как-то справился, то работа с пушкой не задалась с самого начала. Сетуя на непривычный инструмент и другое оборудование, он сразу сказал что не гарантирует результата, но мне уж очень хотелось иметь в «хозяйстве» настоящую артиллерию, поэтому я всё же настоял.

— Плавить нужно, и отливать по-человечески... — разворачивая заготовку ко мне, ворчал он, в который раз упоминая «плавильню» — как здесь называли литейную мастерскую.

— Теперь тебе ещё и плавильню подавай! — усмехнулся я, прекрасно понимая что для таких масштабов пока нет возможности. Ладно построить, физически может и осуществимо, но для начала надо хотя бы знать как строить! — Планы там, чертежи всякие. Опять же специалистов где взять? Тут кузнеца-то найти проблема великая, не говоря уже о литейщике.

— А хоть бы и плавильню... — продолжал ворчать кузнец, хмуро зыркая из под густых бровей.

— Так строй. Кто мешает? Сможешь построить?

Кузнец молчал.

— Ну даже если сейчас всё бросим и построим тебе плавильню, а работать там, на отливке, кто будет? — «добил» его я.

— Да есть вроде человек грамотный... — вмешался дядька Иван.

— В смысле? — я резко развернулся к нему, подумав что ослышался.

— В прямом. Один из пленных. — подтвердил тот.

Переспрашивать и уточнять я не стал, а приказал привести сюда этого самородка.

Невысокий и худой, немец ни сколько не походил на занятого тяжёлым трудом человека. Обычно люди его профессии силой не обделены, всё же работа с металлом это не просто так. Даже если не атлеты, то как минимум жилистые такие, крепкие мужики, а тут едва ли не как барышня изящный.

— Я говорю на росском... — когда я заговорил на его родном языке, немец сморщился, будто съел что-то кислое.

— Отлично. Ты правда плавильщик? — не стал тянуть я.

Пленник кивнул.

— Почти. Я инженер.

Честно сказать я даже слегка растерялся. — Как мог оказаться в войсках такой специалист?

Квалифицированные кадры всегда ценились, их холили и лелеяли, платили хорошие деньги и даже воевали за них — во всех смыслах. А тут целый плавильщик, да еще и инженер — или всё таки брешет?

— И что, плавильню построить сможешь? — прищурился дядька Иван.

Немец кивнул.

— Смогу.

Вытащив из кармана сложенный вчетверо лист бумаги и огрызок карандаша, я протянул ему и попросил нарисовать как это будет выглядеть.

— Объёмы какие плавить собираетесь? — расправляя листок на верстаке, спросил пленный.

Примерно прикинув какое количество металла потребуется для небольшой пушечки, я утроил его, и показал на стоящую возле наковальни бадейку с водой.

— Вот, примерно.

Немец молча кивнул и принялся водить карандашом по бумаге. Рисовал недолго, по ходу спросил про размер форм и вскоре протягивал мне чертёж.

— Это всё? — удивился я, ожидая чего-то более серьёзного.

— Да, всё. — так же коротко ответил пленник.

— И как же тут плавить? — перевернув листок кверх ногами, я пытался понять хитрый замысел «инженера». Насколько слабо я представлял себе плавильное производство, но то что он изобразил совсем не походило на полноценную плавильню. Понятно что схематично всё, но даже в виде схемы выглядит уж очень просто.

— А где меха, где привод для них? Куда руду закладывать? А уголь?

— Так не нужен ни уголь, ни меха не нужны. — невозмутимо ответил немец, и мне показалось что он уже просто смеется. Я даже хотел было прогнать его, но всё же воздержался.

— Вот сюда сырье идёт, здесь устанавливается градор, и по готовности металл вытекает по специальным каналам в формы. — потыкав в чертеж карандашом,терпеливо продолжил он объяснения.

— Постой, градор? Это что такое? — совсем запутался я, но услышав красноречивый вздох Ивана и наткнувшись на недоуменный взгляд кузнеца понял что сморозил глупость.

Но немец даже глазом не моргнул, и так же занудно рассказал что градор это часть плавильни, но сделать он его не сможет потому что делают эти устройства маги, и даже если бы он был магом, то всё равно это очень сложно и дорого. По сути, если я всё правильно понял, этот градор и был непосредственно тем что выделяло необходимое для плавки тепло. Что-то вроде электрического тена, только работающий на магической энергии.

— А купить его где-то можно? — спросил я дядьку Ивана.

— Не знаю. — пожал тот плечами. — Не тот товар что в лавках продают, да и время сейчас не самое подходящее. Ну и даже найдём если, прав немец, денег это будет стоить хороших.

— И что, совсем никаких вариантов? — поначалу обрадовавшийся появлению специалиста, теперь я буквально физически ощущал как ускользает от меня моя пушечка.

— Плавильня у чухонцев есть, в городе что на границе стоит. Я по прошлому году туда мотался даже пару раз. — неожиданно произнёс кузнец.

— В каком городе? — напрягся я, чувствуя что не всё так плохо.

— Ну в том что на окраине, и них там что-то вроде отдельного подола, для мастеровых, вроде.

План родился моментально. Вот только что я ещё и не помышлял ни о чём таком, как вдруг обстоятельства решили всё за меня.

— Выдели ему комнату и обеспечь всем необходимым. — отдал я распоряжение Ивану, — и охрану поставь.

— А ты пока подумай с чего начать стройку и где лучше поставить плавильню, вечером я зайду, расскажешь. — это уже я немцу задачу задал. — И вот еще, отливать нужно будет такие штуки — сняв со стены чертеж пушки, я подвёл пленного к разбитой заготовке, — эту выковать пытались, она мелкая, нужны будут побольше чуток. Сможешь?

Немец так же молча кивнул.

— Так мне самому его сторожить что-ли? — недоуменно посмотрел дядька Иван, он явно не понимал что происходит.

— Нет, охрану поставь, выбери пару человек понадёжнее, а лучше троих. И через час собери всех сотников в малом зале, обсудить надо кое-что.

— Сделаю. — сказал денщик, и вместе с немцем вышел из кузницы. Я тоже долго не задержался, поговорил ещё с кузнецом, и последовал за ними, до сбора нужно было еще смешать зелье, и по-хорошему, если ничего непредвиденного не случится, в ночь выдвинуться «на дело».

Так-то запас по времени есть, — если всё так как доложила разведка, и обернуться за сутки вполне реально. На конях, быстро туда, и быстро обратно. Главное чтобы устройство это вытащить можно было не испортив, а то окажется что его там так вмуровали, что не повредив, не достанешь. А это будет совсем обидно.

Глава 3

Выехали в ночь, сразу после того как сожгли Ингу. Пышных похорон устраивать не стали, соорудили костёр, вынесли тело и дождавшись когда догорит, справили короткую тризну.

Женщины, которые готовили тело к похоронам, справились так хорошо, что когда я ее увидел, на секунду почудилось будто она живая. Даже головой потряс, чтобы наваждение развидеть. А когда уже огонь занялся, так вообще крыша поехала. Смотрю сквозь пламя, а Инга голову поворачивает, и про сестру свою спрашивает. Присмотри говорит за ней, на тебя вся надежда. Сказала так, отвернулась, и успокоилась. Я же стоял ни жив ни мертв. Вот где сестру её искать? Может той уже и в живых-то нет...

С трудом заставляя переключиться на предстоящее дело, я чуть пришпорил коня и догнал дядьку Ивана.

— Долго ещё?

— Если всё нормально, к рассвету поспеем... — сверкнув в темноте глазами, ответил тот.

Так-то до чухонского городка недалеко, но дабы соблюдать секретность, двинулись мы в объезд, и путь выходил почти вдвое длиннее. Но зато шансов наткнуться на кого-нибудь значительно меньше. Ведь тут как, от внезапности всё зависит. План рисковый, но не бредовый. Когда я собрал сотников в малом зале, предупредил сразу — делу быть. А вот как сделать так чтобы удачно всё вышло, тут думать нужно.

Предлагали разное. И с наскока, и в обход, и чуть ли не троянского коня построить. Но в итоге сошлись на самом простом и поэтому самом реальном варианте. Нам ведь что нужно, нужно чтобы шум раньше времени не подняли. Ремесленный подол который мы собрались грабить, находится чуть в отдалении, и если не переполошить городской гарнизон раньше времени, то, считай, дело в шляпе.

Никаких атак с шашками наголо, никаких наскоков и прочего. Тихо зайдем, тихо возьмём всё что нужно, и так же тихо вернёмся.

Естественно мы были готовы и ко всяким непридвиденостям, так же продумав различные варианты. Но я надеялся что варианты эти не пригодятся, и всё пройдёт по намеченному плану.

А план был прост. Из числа пленных нашли нескольких чухонцев, и поставив перед выбором — умереть или получить свободу, выбрали троих готовых сотрудничать.

Долго спорили по поводу численности отряда, но потом решили разделиться. Первая группа состоящая из двух десятков самых опытных воинов пойдёт вперед, вторая, более многочисленная, будет прикрывать.

И вот как раз к рассвету мы выехали на поляну перед основательным деревянным забором из почерневших от времени бревен.

Выехали, и так же не спеша двинулись к воротам. Флаг подняли загодя, доспехи почти на всех были чухонские из трофеев, так что мы рассчитывали что заранее никто не переполошился.

Так оно и случилось. Нас долго не замечали, а когда наконец кто-то появился на стене, мы подъехали почти вплотную.

Сверху что-то прокричали, в ответ заговорил один из наших пленных. Потом второй подключился, наверху зашевелились и через несколько минут мы уже въезжали в ворота.

По сути обычная деревня, только маленькая, на одну улицу. Невзрачные домики, покосившиеся сарайки, куцые огородики. Колодец с журавлём, рядом длинная лавка, столб какой-то и совсем нет охраны. Тот что впустил нас, вышел из притулившейся к стене сторожки, и стоит зевает.

Спросил что-то, ему ответили, и дождавшись когда весь отряд окажется внутри, он пошёл закрывать ворота.

Нам же, судя по виднеющемуся в конце улицы единственному серьёзному зданию, нужно именно туда, наверняка это и есть плавильня.

— Такое ощущение что все вымерли... — негромко проговорил один из ратников, но ему тут же предложили заткнуться.

Поравнявшись с ограждающим здание забором, мы молча спешились, и оставив троих «на стрёме», зашли внутрь.

Ну да, так и есть. Одно строение жилое — двухэтажный бревенчатый дом, и несколько выстроенных в ряд построек с одинаковыми трубами дымоходов и большими воротами. Напротив хаотично рассыпанные кучи руды, а чуть подальше, только уже под навесом, такие же кучи угля.

Не знаю что там за магическая штука такая, но уголь они тоже используют, — иначе зачем он здесь?

Мы почти успели дойти до жилого дома, как скрипнула дверь и на крыльцо вышел мужик в расстёгнутом до пупа кафтане и съехавшей на бок шапке. Скорее всего сторож, уснул на посту, а когда услышал посторонние звуки, подскочил спросонок и посмотреть выскочил.

Я шёл почти в самом конце строя, но даже отсюда заметил как меняется его лицо.

Сначала удивление, потом недоумение, и через несколько мгновений узнавание. Не знаю как он понял кто мы, но закричать не успел, как стоял, так и упал со стрелой в глазнице.

Ну а дальше уже всё пошло как по накатанной. Вломившись в дом, всех кто там находился повязали и разложили на полу в горнице. Сопротивлялся только один, но его быстро успокоили ударом кулака в железной перчатке.

Узнав кто главный — а им оказался один из лежащих «мордой в пол», я выяснил что все находящие здесь, работники плавильни, а сам «агрегат» на месте, то есть там где и должен быть.

— Веди! — приказал я «начальнику», и проследовав за ним, оказался в одном из одинаковых строений.

— Вот. — перевел переводчик. Мы стояли напротив какой-то огромной хреновины, очень отдалённо напоминающей русскую печь. Представив что это и есть «агрегат», я даже успел испугаться, но «начальник» открыл какую-то дверцу, и с нездоровым трепетом достал оттуда небольшой ящичек.

— Оно? — спросил я, мысленно «касаясь» прибора. Даже не зная что именно искать, наверняка бы я выбрал именно эту фиговину. Уж больно фонило от неё маной, буквально через край — куда там моим накопителям!

«Начальник» кивнул, и мелко мелко затрясся. Я было подумал что припадок, но кроме тряски, ничего больше не происходило, значит просто боится. Непонятно только, нас, или этой хреновины.

Хотя в принципе сейчас уже всё равно. Дело было сделано, оставалось лишь выйти за ворота, а там уже проще, можно уже не скрываясь, напрямик двинуть.

Раздобыв пару телег, сгрузили в них испуганных работников плавильни, и накрыв сверху сеном, велели не шевелиться. Поначалу я не планировал их похищать, но раз уж так свезло и они оказались в одном месте, отказываться не собирался. Ведь теперь и учить никого не надо, быстренько построим плавильню, запихнем туда штуковину эту магическую, и можно сразу же приступить к выплавке. Руды у меня нет, но думаю это не такая уж и проблема.

А у ворот нас уже ждали. К сонному стражнику добавились ещё двое, и при виде выезжающих из-за угла телег они наконец сообразили что происходит что-то не то.

Но оба «новеньких» даже дернуться не успели, и только сонный оказался проворным и заскочив в свою сторожку принялся раскачивать «тревожный» колокол.

Хоть и совсем небольших размеров, но звонил он громко. Вот только кардинально повлиять это ни на что уже не могло, разве что на нервы действовало.

Отвлекаться не стали, а проскочив ворота, рванули напрямки к лесу, туда где приготовилась встречать погоню вторая группа. Два десятка опытных мечников, лучшие лучники и даже пятерка моих самых обученных гренадеров должны были если не остановить, то прилично задержать погоню.

Но погони не случилось. Чухонцы дёрнулись было небольшим отрядом в сторону леса, но встреченные роем стрел тут же откатились обратно, закрыли ворота и стали готовиться к обороне.

Обратный путь показался втрое короче, и вскоре мы всей гурьбой въезжали в ворота замка.

— Вот, принимай под своё командование. — выстроив «пополнение», сказал я удивлённому инженеру.

Тот даже моргнул несколько раз, видимо глазам не поверил, но в итоге сдержался и по обыкновению лишь кивнул.

— Это все кто работал в плавильне, думаю разберешься что к чему?

— Конечно. А устройство где?

— Вот оно, а вот чертёж. И поторопись, первое изделие нужно мне уже завтра. Не успеешь, голову сниму. Ты понял?

Немец посмотрел на меня так пристально, что я очень отчётливо почувствовал что ему хочется сказать, но он и на сей раз сдержался, ограничившись лишь привычным кивком.

Не знаю, всерьёз он воспринял мою угрозу, или нет, но буквально через какие-то минуты возле кузницы во всю копошились люди.

Ждать я не стал, а поднявшись к себе занялся доделыванием зелья. При этом, периодически поглядывая из окна, с каждым разом всё больше и больше удивлялся.

Вот выкопали небольшой котлованчик — где-то пять на пять метров и глубиной около метра, забили по углам сваи, и камнем принялись выкладывать стены. Ложили на глину, в которую постоянно добавляли что-то чёрное и тягучее.

А когда я закончил с зельем — теперь ему оставалось лишь настояться, прибежал посыльный сообщив что меня ждут на стройке.

— Сохнуть долго будет. — обрисовал ситуацию немец, когда я спустился вниз.

А постройка впечатляла. Такое даже и печью назвать сложно, целый дом прямо. Выложенная под конус, высотой метра четыре с хвостиком, до доменных печей она конечно не дотягивала, но выглядела внушительней чем чухонская. Стены из «дикого» камня уже сейчас смотрелись как литые, шириной около метра, они съедали часть внутреннего пространства «домны», но судя по чертежу, так оно и планировалось.

— Ну и чего ты от меня хочешь? Солнце чтобы выглянуло? — покосился я на надёжно укрытое облаками светило.

— Нет, но подсушить нужно обязательно, иначе к сроку не поспеем. — никак не отреагировав на шутку, спокойно ответил немец.

Подсушить... А что если?..

Велев всем временно удалиться, я зашел внутрь домны, и нанеся на каждую стену по паре «согревающих» рун, стал напитывать их маной. Обычно их использовали для обогрева помещений, но я решил применить их несколько нестандартно, и уже через пару минут от стен повалил пар.

Теперь главное не переусердствовать и вовремя остановить просушку, иначе вся эта конструкция рискует если не сгореть, то развалиться.

— Уголь две телеги привезли, а железа совсем мало... — Отвлекая меня от рассматривания стройки, подошёл дядька Иван.

— Угля надо больше.

— Дак зачем он если штуковина эта есть?

— Технология такая. — коротко ответил я, дабы не пересказывать то что мне говорил немец. — А железа почему мало?

За неимением железной руды — а ввиду отсутствия поблизости плавилен, её попросту не добывали, оставалось только заняться сбором металлолома. Непригодные для ремонта доспехи, какая-то посуда, может быть что-то из сломанного оружия, или ещё чего-то не столь необходимого. По моим прикидкам одна пушка будет весить килограмм за сотню, вот мне и требовалось найти хотя бы тонну.

— Вот всё что насобирали... — разведя руками, Иван тяжело вздохнул и откинул тряпку которой накрыли металлолом.

— И всё? — не удержался я. На телеге лежали какие-то обломки, сплющенные вёдра, кучка ломаных подков, сломанные вилы, и хорошо покорёженная кираса. На вскидку — килограмм тридцать.

— Пока да. К вечеру может еще будет, но тоже немного.

Нет, я понимаю что железо здесь в цене и всё что ломается идёт в ремонт на кузницу, но не настолько же плохо всё?

— И что, никаких вариантов?

— Скупить в городе изделиями, но это и раньше было дорого, а сейчас и вовсе...

Ну да, если даже посудой считать, теми же чугунками да сковородками, никаких денег не хватит. А железо нужно хотя бы на пробный экземпляр. Сделать пушки меньше? — Но я и так уже по-минимуму считаю, еще уменьшать, вообще смех будет...

— Слушай, а в малом зале колонны не железные случайно? — посетившая внезапно мысль, заставила напрячься.

— Не знаю. — пожал плечами Иван. — Только даже и так если, они ж потолок держат?

Рассуждать я не стал, а проворно метнулся на второй этаж и поверил. Колонны, или правильнее назвать их столбами, — так как не особо они и толстые, были чугунными, а судя по звуку ещё и литыми.

Двенадцать штук по краям, и еще шесть ближе к центру. Не знаю какой вес потолка, но не надо быть архитектором чтобы понять что это перебор.Половину можно смело сносить, и даже не заморачиваться. Высота потолков метров шесть, если столбы действительно не полые, из одного можно шесть пушек выплавить.

Вот только сразу проблема, — как их выламывать? На вид сделано всё крайне монументально, предки на века строили.

Но всё оказалось не так страшно, и уже через пару часов крайний к окну столб выбросили вниз, где он и раскололся при ударе о камни.

Взявшись за один из обломков, я только и смог что пошевелить его, про поднять, или хотя бы сдвинуть, не было и речи. Диаметр сантиметров двадцать, литая чугуняка вселяла уверенность в завтрашнем дне. Пока столб ковыряли, я пробежался еще по комнатам и залам, и много где обнаружил такие же опоры. Все не выломаешь, но третью часть легко. А это, по самым скромным подсчётам на сотню пушек точно потянет. Что делать с таким количеством орудий я не знал, но факт сей приятно грел душу.

Проследив за тем как разбитый столб транспортировали в кузню и там его стали крушить на более мелкие фракции, я увидел как готовят форму для отливки. Честно сказать как-то не задумывался раньше, а сейчас увидел и удивился простоте и гениальности решения.

Если вкратце, то вылепив из глины нужной длины цилиндр, его толсто обмотали соломой, и поверх вновь обмазали глиной. Когда всё высохнет и изделие пойдёт на обжиг, солома выгорит, и получится отличная форма для отливки.

Единственный минус который я узрел, это одноразовость изделия. То есть на каждую пушку нужно делать отдельную форму, но других технологий здесь просто ещё не знали.

Оставив людей заниматься делом, я перекусил и спустился в подвал.

Порох. Теперь, с появлением пушек, этого чудесного порошка потребуется много больше. По моим прикидкам чтобы смешать необходимое для одного выстрела количество, мне нужно потратить как минимум час, и это не считая подготовительной работы. И ладно бы время было спокойное, делай себе и делай, в кубышку складывай. Но кругом война, и производство должно быть в разы больше чем сейчас.

Выход один, привлекать людей. Конечно пострадает секретность, но как я думаю, она в любом случае пострадает. Стоит мне начать массово применять порох, и всё, землю начнут носом рыть и пока не выяснят, не успокоятся. Тут, в принципе, особо много-то и не надо, достаточно лишь добыть образец и по составу можно определить ху-из-ху. Порох-то у меня не фабричный, не однородный. Если задаться целью, то вполне можно разобрать по крупинкам. Пусть микроскопов в этом мире ещё не знают, но зато есть магия, и секрет мой продержится недолго.

Что будет потом? — Не понятно. Понятно лишь что времени у меня будет не так чтобы и много.

Знавал я когда-то одного умного генерала, немца по происхождению, но русского по сути. Так вот он всегда говорил что Россия управляется непосредственно господом богом, иначе невозможно понять как это государство до сих пор существует.

А ведь это был семнадцатый век. И генерал этот — не будучи тогда еще генералом, прибыл из просвещенной Европы в наш дикий край, и смог увидеть здесь то, что не могут увидеть другие европейцы вот уже тысячу лет. Он душу русскую разглядел. Смог понять как живёт и как думает русский человек. И более того, будучи чистокровным немцем, он остался в этой дикой России и сам стал русским, чем очень гордился до конца своей жизни.

А я хоть и запомнил его слова, но отнёсся так, как к чему-то не совсем определённому. Вроде как бог это мифический такой персонаж, про которого все знают, но никто не видел. А тут вот она, богиня. Самая настоящая. И я не только видел её, но ещё и... Мысль продолжать не буду, мало ли, обидится вдруг.

Но в любом случае слова его подтверждались, пусть и не в том мире, а в этом, в который каким-то странным образом меня и занесло. А может быть для того и занесло чтобы я смог тут по-правильному всё сделать? Придать, так сказать, потенциалу маленькому росскому княжеству?

Ну а что, вполне рабочая версия. Восстановить Империю в её «правильных» границах — чем не цель в новой жизни?

Глава 4

Цель несомненно достойная, я бы даже сказал великая, но не зря говорят — счастье любит тишину. Вот и мне надо как-то так исхитрится, но секрет пороха соблюсти. Во всяком случае постараться как можно дальше оттянуть тот момент когда он перестанет быть секретом. Как вариант — можно загнать сюда тех же пленных из первой партии и пусть перемешивают. Языки поотрезать только, чтобы даже меж собой в общении ограничить. Но если с другой стороны посмотреть, то такие методы наоборот привлекут внимание, всем кто хоть как-то причастен, захочется узнать — что же я такого скрываю раз пошел на такие методы.

В итоге после долгих раздумий я решился на хитрость, и обратился за помощью к тётке Марфе под началом которой находилось несколько десятков женщин.

— И зачем это тебе, Максимка? — недоумевающе сдвинув брови, нахмурилась та.

— Я ж говорю, для магии. Зелья буду на продажу делать! — уже раздражаясь от её дотошности, я даже повысил голос.

Идея моя была в том чтобы смешивать порох прямо на кухне. Естественно в каком-то отдельном помещении, но не прибегая к излишней секретности, прямо так, можно сказать на виду. Ну кто подумает что кухарки делают что-то секретное?

— И чего, много тебе девок надо?

— Мне нисколько не надо. Ты им место здесь где-нибудь определи, и пусть толкут посменно.

Тётка Марфа хмыкнула, но спорить не стала, пообещав к вечеру что-нибудь сообразить.

Может оно и не правильно, но мне идея казалась вполне нормальной. Мало ли что бабы готовят? Народу-то, прорва целая, накорми-ка всех! А так и в голову никому не придёт что тут тайна какая-то имеется.

Хотел всё же остаться место присмотреть, но в итоге зашёл я к ней уже только после обеда следующего дня. Провозившись кучу времени с порохом, потом смешивал зелья, и уснул аж под утро, а проснулся уже днём, когда солнце во всю заливало комнату.

— Ну и как наши успехи? — первым делом поинтересовался я.

— Угол прибрала, девок приставила, с тебя показать как и что, и можно приступать. — отчиталась тётка.

Углом оказалась совсем небольшая комнатушка с толстыми стенами и малюсеньким окошком. Тесновато, но зато в самом конце всех кухонных помещений, и рядом есть кладовая куда можно складывать готовую продукцию. Комната хоть и небольшая, но если постараться, человек шесть комфортно разместятся, а может и семь даже.

— Здесь пару столов ещё поставить надо, да лавку. Можно шкафчик на стену повесить. И воды бочку в угол.

— А бочку-то зачем? — с ходу заподозрила неладное тётка.

Для себя я ещё не решил насколько можно посвящать женщину в курс дела, поэтому сказал что вода потребуется как один из ингредиентов чудо порошка.

— Понятно. А как же так, порошок и с водой? — продолжила допытываться та, но внезапно всплеснув руками, сказала что меня спрашивал Иван, а она в суматохе и позабыла.

Денщика долго искать не пришлось.

— Говорят готово всё к первой отливке, только хреновину эту зарядить надо, без вас никак. — перехватив меня почти на выходе из «кухонного» крыла, доложил он.

То что плавильня потребует подпитки маной, я знал, но хоть и торопил немца, до конца не верил что тот так быстро справится с задачей, поэтому вышел неподготовленным и теперь пришлось возвращаться за накопителями.

— Много жрёт? — спросил я у всё так же невозмутимого инженера.

— Смотря с чем сравнивать. — пожал тот плечами. — И что плавить. Можно с одной зарядки десять плавок сделать, а можно всего одну. Много факторов.

— Ну мне как ориентироваться?

Градор был сложным прибором, и чтобы понять каким образом он функционирует, его нужно было разбирать, но, во-первых, — не факт что не сломаю чего, а во-вторых, я за такими знаниями не тянулся, мне достаточно было чтобы он просто работал.

— Когда градор будет готов, он нагреется и завибрирует. — ответил немец.

Выгнав всех любопытных, я взялся за дело и вскоре аппарат действительно засветился и задрожал.

Ну вот, вроде как всё. Наверное мощная штука, но если «заряженного» сюда количества маны хватит всего на одну плавку, сильно разбежаться не получится. Влив в градор всё что скопилось за ночь в камнях, я добавил ещё и из своего запаса, что было уже весьма чувствительно.

Почему-то пришла мысль о столбах. Сломать-то я их сломаю, но потом надо будет как-то восстанавливать? Это каких размеров нужна плавильня?

Но долго поразмышлять мне не дали. Немец каким-то образом понял что градор полон, и выпроводив меня наружу, запустил процесс плавки.

— Долго будЭт? — встретив меня на входе, дядька Иван снова «включил» акцент. Я не раз спрашивал его зачем он делает это, но тот всегда уходил от ответа. А теперь мне уже казалось что он говорит так когда нечем заняться, вроде как игра у него такая.

Но как бы он не спрашивал — с акцентом или без, ответить что-то вразумительное я не мог, потому как на адресованный немцу тот же вопрос получил хоть и длинный, но весьма расплывчатый ответ. Он вообще говорил очень мало и услышать от него что-то неодносложное было большой редкостью. Но сейчас, явно переживая за успех предприятия, он хоть и пространно, но всё же попытался объяснить суть технологического процесса. Наверное родись я здесь, в этом мире изначально, усвоение прошло бы успешно, но все мои знания в данной области основывались на науках естественных, и воспринимать то же самое, но с уклоном в магию, мозг мой отказывался. — Я вроде понял, а вроде и нет. А самое обидное что немец заметил моё недоумение, и даже попытался перейти на совсем «детскую» терминологию. Ещё чуть-чуть, и вообще бы сюсюкаться начал.

В итоге просидели мы почти три часа и сейчас, затаив дыхание, смотрели как пленённые нами чухонские плавильщики разбивают глиняную форму.

— То что нужно получилось? — нетерпеливо задёргался Иван, и повторил ещё несколько раз, — Оно? Нет? Оно?

Я подошёл ближе, присел возле готового изделия и заглянул в дуло. На вид всё отлично. Не такая большая как я думал, но для первого раза вполне нормально. Теперь лафет, колёса, и можно испытывать.

Или сразу испытать?

Решив не откладывать, я дождался когда пушку полностью очистят от остатков формы и распорядился отнести её на стену. Скрываться бессмысленно, да и времени особенно нету, поэтому «тестить» буду сразу по месту.

Пока её тащили, успел сходить за зарядом, и вернулся когда когда орудие уже укладывали в одну из бойниц.

Стена широкая, пушка вперёд не свалится, если и снесет её отдачей, то только назад.

«Банником» прочистив ствол от остатков глины, я попросил поднять пушку вертикально, и засыпав отмеренное количество пороха, вставил пыж. Это потом надо будет расфасовать сразу готовые заряды по мешкам, а пока так, на скорую руку.

На чертеже я рисовал трехдюймовку, но отлили чутка пошире и диаметр этого ствола равнялся почти десяти сантиметрам. В дальнейшем для стрельбы ядрами надо будет скорректировать, но пока я собирался использовать лишь картечь — такой разброс не был особо важен. Ядра хороши корабли топить, или стены крепостные ломать. Но ни то, ни другое, сейчас не актуально, а вот картечью по пехоте — самое оно!

Вроде мелочь, но эти совсем небольшие каменные шарики диаметром до одного сантиметра причиняют урон настолько серьезный, что в противостоянии трёх сотен пехотинцев и одной батареи из четырех орудий, выигрывает батарея. Конечно тут много нюансов, но если говорить о нормальных пушках и обученных расчётах, то примерно так оно и есть.

Дальность орудия, триста — плюс-минус метров, скорострельность четыре выстрела в минуту. За это время шеренга неприятеля проходит сто метров. Один картечный заряд — тридцать поражающих элементов, умножаем дважды на четыре и получаем почти пятьсот картечин. А учитывая разлёт — полный батарейный залп скашивает всё на очень широком участке.

Отверстие для запала получилось тоже больше намеченного, но так же не было особо критичным. Первый экземпляр должен был проверить лишь саму идею, а уж какие-то нюансы доработаю в процессе. И запал скорее всего буду делать с помощью здешних, магических технологий.

Сначала хотел выстрелить вхолостую, но решил всё же рискнуть и затолкал в ствол три жмени каменной шрапнели. Потом, представив как будет происходить штурм, распорядился выставить перед стеной с десяток набитых травой мешков на расстоянии наиболее эффективной дистанции стрельбы, то есть на сто пятьдесят метров.

Отдаление небольшое, поэтому для достижения нужного угла под заднюю часть пушки пришлось подкладывать чурбачки. Понятно что так нельзя, что можно и пушку угробить, и покалечить кого-нибудь. Но я наплевал на всё, мне нужен был результат.

Закончив наведение на цель, я ещё раз всё проверил и мысленно перекрестившись, поджёг фитиль.

Горело недолго, а грохнуло так мощно, что я даже присел от неожиданности. Никак незакрепленную пушку отдачей откинуло назад, а вот что произошло с мешками травы, я не понял, — все они так и стояли на месте.

Распорядившись вернуть орудие в бойницу, я спустился вниз и подошёл к мишеням. Те что в центре, имели по несколько пробоин, но основная масса шрапнели ударилась в землю перед мешками. Целится из таких орудий и так сложно, а когда без лафета и хоть какой-то пристрелки — вообще швах. Но в целом, это был успех. И если всё пойдёт как надо — а оно пойдёт, я в это верил, любого кто сунется в замок с нехорошими намерениями, ждёт неприятный сюрприз.

Есть такое выражение — как в воду глядел. Только мы отлили ещё четыре орудия, как пожаловали гости. И совсем не те кого я ждал.

Лопухин решил совместить приятное с полезным. Ну а что, повод у него был, время тоже подходящее, — смута в самом разгаре. Так почему бы и не прихватить капельку чужого?

Тем более про то что делается в замке он наверняка знал, знал сколько людей, знал про контур и про его потенциал. Это для чухонцев возникшая защита стала сюрпризом, а он наверняка вполне владел информацией, поэтому и действовал так уверенно, считая что имеет на такую уверенность все основания. И так-то да, основания у него были. Кроме него самого в роду были ещё одарённые, пусть и средней руки, но против мальчишки с армией из вчерашних горожан с крестьянами, — большего и не нужно. Раз-два и, считай, дело в шляпе.

Конечно сначала ко мне заслали парламентёра, — дабы я сам сдался, и только получив недвусмысленный отказ, не скрываясь стали готовиться к штурму.

Был бы князь, такого бы не произошло, не допустил бы он внутренних распрей. Вот только с ним непонятно ничего, и надеяться мне было не на кого, — разбежавшиеся по крепостям бояре не станут рисковать из-за меня, тем более в каком-то смысле я сам был не прав.

А вообще, как такового воинства было как-то даже многовато на одного меня — сотни три пехоты, несколько десятков кавалеристов, да пару сотен лучников. Плюс маги, и я так думаю что основной упор на них-то как раз и делается. Сначала они разобьют купол, потом забросают замок огненными шарами или чем-то подобным, посшибают всех со стен и разобьют ворота.

Такой себе сценарий, если честно, но рук я не опустил, жалея лишь о том что не отлил ещё больше пушек. За контур переживал конечно, не без этого. Всё же не сталкивался ещё с такой ситуацией. Но учитывая что после подарка Мораны я стал по-настоящему сильным, пусть и не таким искусным как хотелось бы, шансы не победу всё же были немаленькие. Я бы даже сказал высокие шансы.

Я же не просто так сидел все эти дни пока немец отливал пушки. Я готовился. Понятное дело что ждал совсем не этих парней, но по факту это большого значения не имело, кровь течёт у всех, и у всех она красная.

А сделали за эти три дня немало. Во-первых, женский коллектив под присмотром тетки Марфы переработал всё сырьё, и теперь пороха у меня было более чем достаточно. Во-вторых, я смастерил несколько сотен взрывающихся стрел и раздал их лучникам. В третьих, удалось частично заминировать подходы к замку и пристрелять пушки.

Тут даже проблема была не столько в том чтобы пристрелять, сколько в обслуге орудий. Я хоть и объяснил людям что это магия такая и бояться не нужно, но помогло это мало. Конечно привыкнут со временем, но пока приходилось смотреть как они приседают от страха после каждого выстрела, и благодарить богов что совсем не разбегаются.

Здесь же как: Заряжают, наводят, стреляют. Первое нужно делать быстро, второе тщательно, третье бесстрашно. То есть пушкарь должен смотреть куда бьёт его пушка, чтобы внести поправки, или оставить прицел прежним. А если этот пушкарь «голову в песок прячет», то от такой стрельбы эффект так себе, устрашающий разве что.

Систему заряжания я как мог унифицировал. — Порционно отмеренный порох, так же шрапнель, вместо фитиля воткнул рунный воспламенитель. Оно и с отверстиями проще — не нужны они, и из строя пушки не выведешь. Был такой артиллерист в своё время, — первый кого помянули в летописях, так он за ночь испортил больше пятидесяти пушек в Новгороде, попросту забив запальные отверстия клиньями. Чем там кончилось я не знаю, но думаю не повезло Новгородцам, раз тип этот в летопись попал.

Ядер сделали пока немного ввиду разнокалиберности орудий, штук сорок вроде вышло всего, по восемь на ствол. Но дальнейшем, когда плавильщики научатся, тогда обязательно поставлю это дело на поток.

А вообще пушечки получились хоть и небольшие, но весьма удачные. Не особо тяжелые, достаточно крепкие, удобные для заряжания и довольно точные. Наверное кто-нибудь из средневековых пушкарей и высмеял бы меня, но не думаю что в тех условиях в которых пришлось действовать мне, кто-то бы справился лучше. Я же вообще как только увидел крепость и окружающие её стены, сразу подумал о пушках, да и потом дня не проходило чтобы я не мечтал о том что когда-нибудь их всё же сделаю. Магия, оно конечно хорошо, но пушки не менее мощный аргумент. Не зря же артиллерию называют богами войны, не просто так и не за красивые глазки. Конечно орудия современные, и то что сделал я — это две большие разницы, но здесь и такое было невероятным прорывом. Ведь физика физикой, но для того чтобы магу ударить сопоставимо картечному выстрелу, энергии ему нужно вагон. Средней руки волшебник мог из своих запасов выделить такое количество всего пару раз и уйти на «перезарядку». Сил у мага уровня декана хватило бы на десяток подобных ударов и даже при наличии накопителей на их перекачку тоже нужно было время.

А тут пять орудий со скорострельностью два выстрела в минуту выдавали столько урона, сколько не всякая сработанная группа боевых магов делала. А ведь в теории можно было и четыре за минуту сделать, — только пока быстрее не получалось, не было необходимого опыта. Но, как говорится, — дело это такое, наживное, будут цели, и опыт появится. Наверное будь я в своё время ближе знаком с подобными вещами, дело получше бы шло, но так сложилось что особенно сильно я не пересекался с артиллерийским делом, поэтому учился вместе со своими расчётами, на своих же ошибках.

— Орудия заряжены? — неслышно подойдя сзади к рассевшимся в тенёчке пушкарям, спросил я, и получив утвердительный ответ, пошёл проверять как уложен боекомплект.

На одну пушку полагалось полсотни пороховых зарядов и столько же картечных картузов. Итого двести пятьдесят выстрелов, или порядка десяти тысяч поражающих элементов. По-хорошему бы нормальную картечь изготавливать, но пока только так, в ход идёт колотая речная галька, без излишеств.

Не знаю чего ждал Лопухин, но «оживать» его войско стало только к вечеру. Плохо это, или хорошо — я не знал. Возможно они рассчитывают на ночной штурм, но тогда рановато начали, до заката ещё часа четыре с хвостиком. Скорее всего ждали чего-то, или кого-то. Возможно ещё одного мага, или группы магов.

Присев возле пушки под номером один, я сощурился, всматриваясь в разворачивающийся боевым порядком пехотный строй.

А ведь красиво... — Прямо богатыри какие-то, а не пехотинцы. Все рослые, как один в блестящих доспехах, с ростовыми щитами, шлемы на солнце сверкают... Вот прямо ух! Даже жаль такую красоту портить... А может ещё обойдётся?

Но нет, не обошлось. Ратники выстроились, и неожиданно под барабанный бой — а долбили так, что даже на стене было отлично слышно, двинулись вперёд.

Позади их строя развернули с десяток длинных лестниц и колонной выстроилось штук двадцать набитых фашинами телег.

Двигались пока все медленно, но внушительно. Такое ощущение будто кино снимают, по сценарию сейчас начнут щитами стучать и орать что-нибудь для устрашения. Хотя расстояние еще приличное, пугать рановато. Стрелять тоже, стрелой не добьешь точно, пушкой можно попробовать, но бить надо наверняка, и так, чтобы когда побегут — а они побегут, я в этом уверен, успеть сделать хотя бы с десяток залпов.

Тем временем за пехотой выстроились лучники, и так же неторопливо двинулись вперёд. Кавалерия же гарцевала возле лесочка, но судя по нервозности движений так же к чему-то готовилась.

— Расчёты! К бою! — нервно скомандовал я.

— Второе орудие к бою готово! Третье орудие к бою готово! Четвертое орудие к бою готово! Пятое орудие к бою готово! — заученно отозвались командиры расчётов, выстраиваясь вместе со своими подчиненными возле пушек.

Расчёт — четыре человека основных и пара запасных, на случай ранения, или смерти кого-нибудь из «основы». Командир, наводчик, и двое заряжающих. Почти как в танке, только механика-водителя нет. У меня в расчёте первого орудия командиром я сам, заряжающие Петька с Васькой, а наводчиком остроглазый Илья. Из всей команды артиллеристов это самые отстающие и плохо обучаемые, поэтому, собственно, я их поближе к себе и держу.

Теперь вроде и кавалерия двинулась. Скорее всего среди них и «прячутся» маги, но не факт что будут подходить. По идее, они могут прикрывать пехоту от стрел и камней по тому же принципу по которому чухонцы защищали осадную башню. Наверняка сил у них достаточно для этого, а может они и вовсе рассчитывают ударить по стене и «зачистить» еще до подхода пехоты. Вариантов получается куча.

А вот у меня вариант один, — снести всю эту красоту к чертям собачьим.

Всё ближе и ближе приближается пехотный строй, ещё немного и войдёт в пристреленную зону... Потирая вспотевшие ладони, я приник к прицелу, и уже не сдерживаясь, заорал,

— К стрельбе! ...товьсь! Целься!... Огонь!

Пушки практически одновременно рявкнули, отправляя в сторону наступающих целый рой смертоносных картечин.

Одновременный залп сразу пяти орудий — это что-то страшное. Воспламеняя запалы я хоть и готов был к тому что произойдёт, но непроизвольно вжал голову в плечи и едва не закрыл глаза.

А посмотреть было на что. Пехота, — как и предполагалось, прикрывалась воздушным щитом, который при попадании шрапнелин на мгновение даже засиял от перенапряжения.

— Заряжай! — откатывая орудие для перезарядки, скомандовал я, и добавив парочку слов из портового лексикона, поторопил опешившие расчёты.

Какой-то опыт был у всех, тренировались уже, но залповая стрельба была внове, вот люди и «потерялись».

Заряжали тоже через пень-колоду, и пока я дождался окончания сего процесса, успел охрипнуть. Понятно что люди непривычные, но когда десять раз говоришь одно и то же, когда на примере показываешь — а он всё равно путает пороховой заряд с картечью, тут уже не только матом, тут стукнуть хочется.

Второй залп точно так же «засветил» воздушный щит, и мне показалось что интенсивность свечения слегка упала.

— Огонь! — дурея от нахлынувшего адреналина, выкрикивал я, и не дожидаясь когда в ушах прекратит звенеть, «беззвучно» продолжал торопить бойцов — Заряжай! Шустрее! Шустрее!

Парни суетились, спешили, но быстрее не получалось. То все вместе прочищать ствол кинутся, то так же дружно рванут за зарядом. Или не могут решить с какой стороны за орудие браться. В общем, сами себе мешали.

А пехота подходила всё ближе, поэтому третий залп я дал после небольшой корректировки, и пришёлся он точнехонько по центру растянутой перед рвом цепи. Щит засиял особенно сильно, и как-то обиженно схлопнулся.

— Заряжай! Быстро! Быстро! — я так орал, что доорался до почти полной потери голоса, не знаю что там сломалось, но теперь я только и мог что шептать.

А тем временем вперед поехали телеги с фашинами. Запряженные лошадьми, они выкатывались ко рву, там их разворачивали, готовясь засыпать препятствие.

Естественно, ждать когда они «испортят» мне всю фортификацию я не стал, а вновь поправив прицел всех пяти орудий, выстрелил. Не особо успешно, три из пяти орудий «плюнули» выше необходимого, — всё же наводчик из меня тот ещё, но пара пушек отработала чётко по цели.

А это даже издалека страшное зрелище. Бьющиеся в агонии лошади, раскиданные человеческие тела. Небольшое расстояние и высокая плотность накрытия, шансов практически не оставляла, кое-кто ещё стоял на ногах, но судя по тому что я видел, досталось всем. Шрапнель легко пробивала тела людей, не обращая внимания ни на кольчуги, ни на щиты.

— Заряжай! — как мог громко прошептал я, и помогая откатывать свою пушку, уловил какие-то вспышки в стороне леса.

Додумать не успел, над головой жутко бахнуло и на какое-то мгновение меня ослепило.