Я переродилась единственной брюнеткой в королевстве блондинов и стала королевой самозванкой

Глава 1. Цвет пепла и лжи

Я умерла в четверг. В рыбном ресторане на окраине Краснодара, подавившись костью от заливного судака. Это была настолько глупая, абсурдная и неуважительная к себе смерть, что я мысленно извинялась перед собственным телом еще в течение тех тридцати секунд, пока мое сознание медленно вытекало из черепной коробки вместе с кислородом. Последнее, что я увидела, — это жирное пятно на скатерти, которое расплывалось с угрожающей быстротой, и лицо официанта, который почему-то решил, что я просто устала и решила прилечь прямо за столом.

Я всегда думала, что смерть — это тоннель, свет, голоса близких или, на худой конец, черная пустота с легким джазовым сопровождением. На деле она оказалась похожа на ту самую минуту, когда в старом телевизоре отключают сигнал, а на экране еще некоторое время беснуется цветная рябь. Именно так я проваливалась сквозь пространство — с помехами, обрывами звука и ощущением, что кто-то на том конце провода пытается перенастроить частоту моего сознания.

Я очнулась от резкого запаха. Это был не больничный антисептик и не духи из парфюмерного — это был навоз. Концентрированный, лошадиный, с кислой ноткой перепревшей соломы. Вторым чувством, вернувшимся ко мне, была боль. Кто-то методично, с упорством маньяка, втирал мне в кожу головы вещество, которое жгло корни волос так, будто туда залили кислоту.

— Давай, еще пару капель, — донесся до меня голос. Визгливый, с характерной для местных жителей картавостью. — Магистр Альберт сказал, что если три дня подряд поливать корни лимонным соком с добавлением утренней росы, то этот дьявольский цвет должен сойти. Он сходит же? — в голосе послышалась мольба.

— Не знаю, Лиса, — ответил второй голос, более низкий. — Моя тетка говорила, что у нее соседка пробовала смыть темноту у своей новорожденной, так у той в результате вся голова облысела, а цвет так и остался. Но мы же не хотим, чтобы Миралис ходила лысой?

Я с трудом разлепила веки. Процесс был похож на попытку открыть двери, которые заржавели намертво. В первое мгновение я ничего не видела, кроме размытых золотых пятен, но когда фокус наконец восстановился, передо мной предстали две девицы. Им было около семнадцати-восемнадцати лет, обе обладали копнами волос цвета спелой пшеницы, такими густыми, что, казалось, они впитывали весь свет из конюшни и отражали его обратно с десятикратной силой. Они были красивы той стерильной, неестественной красотой глянцевых журналов, где у каждой модели один и тот же оттенок волос, потому что так велел тренд.

Я попыталась встать, но тело слушалось плохо. Руки, которые я увидела, больше не были моими — они были тоньше, с более длинными пальцами и едва заметными мозолями на ладонях. Я перевела взгляд вниз. Это была не моя одежда. Грубый льняной сарафан, перепачканный соломой, и рубашка с длинными рукавами, завязанная на груди грубой веревкой. На ногах — деревянные башмаки.

— Она очнулась! — взвизгнула та, которую звали Лиса, и отскочила от меня так, будто я была заряжена динамитом. Вторую девушку звали, кажется, Ингрид, и она замерла с тряпкой в руках, на которой отчетливо виднелись желтые разводы от лимонного сока.

Я прикоснулась к своей голове. Волосы были мокрыми, но, что самое важное, они были длинными. До пояса. И, судя по тому, с каким ужасом на меня смотрели девицы, цвет у них был далек от золотистого.

— Прекратите, — выдавила я из себя. Голос звучал хрипло, с непривычной мягкостью — в прошлой жизни я курила лет пятнадцать, и голос у меня был под стать пепельнице. — Вы мне корни сожжете. Это не грязь, это пигмент. Меланин. Вы не можете его смыть лимонным соком, это не краска для волос из «Магнит-Косметик».

Девицы переглянулись. Они не поняли ни слова из того, что я сказала. Ингрид медленно опустила тряпку и сделала шаг назад, наступая в лужу, которую оставила после себя лошадь. Ее лицо исказилось гримасой отвращения, но не от навоза, а от меня.

— Ты говоришь на языке демонов, — прошептала она. — Я же говорила, Лиса, она проклята. Я чувствовала это, еще когда мы застали ее спящей. От нее веет тьмой.

— Идиотки, — выдохнула я, пытаясь подняться на ноги. Мое тело качало, как маятник. Я ухватилась за деревянный столб конюшни и почувствовала, как грубая кора впивается в пальцы. Это было реально. Каждое прикосновение, каждый запах, каждый звук лошадиного фырканья за моей спиной — все это было настоящим. — Какой еще язык демонов? Я сказала «меланин». Это биология. Наука. Если у вас есть такие понятия, как наука, в этом вашем… мире.

Я запнулась, потому что только сейчас начала осознавать масштаб катастрофы. Я не просто умерла. Я попала в тело какой-то другой девушки. В мир, где люди, судя по всему, помешаны на цвете волос до такой степени, что готовы поливать головы лимонным соком по утрам. И где я, судя по их реакции, была единственным темноволосым существом во всей округе.

В конюшне было тихо. Лиса и Ингрид стояли, прижавшись друг к другу, как два испуганных цыпленка. Их глаза, голубые и зеленые соответственно, были расширены до такого состояния, что я видела белки почти целиком.

— Надо позвать старосту, — прошептала Лиса. — Или магистра Альберта. Она говорит странные вещи. Она говорит, что знает то, чего не должны знать простолюдины.

— Я вообще-то здесь стою, — я потерла виски, чувствуя, как начинает пульсировать головная боль. — И я не простолюдинка. Я… — я хотела сказать «я маркетолог из Краснодара», но вовремя прикусила язык. — Кто я вообще здесь? Как меня зовут?

Это был самый глупый вопрос, который я могла задать. Девицы переглянулись уже с новой, еще более дикой паникой.

— Ты не помнишь? — прошептала Ингрид. — Ты Миралис. Дочь Бренды и Хальда из деревни Ветреный Холм. Мы выросли вместе, Миралис. Мы играли с тобой в куклы из соломы. А теперь ты говоришь на чужом языке и не знаешь своего имени. Это черное проклятие. Оно съело твою душу.

Я закрыла глаза. Информация поступала слишком быстро. Тело, в котором я оказалась, принадлежало Миралис. Семнадцатилетней деревенской девушке, которая, судя по всему, была белой вороной — единственной брюнеткой в королевстве. И эти две золотоволосые дуры, которые стояли передо мной, были ее подругами детства. И они сейчас решали, не сдать ли меня священникам для экзорцизма.

— Ладно, — я выдохнула. — Давайте договоримся. Я Миралис. Я ваша подруга. Просто я… ударилась головой. Когда вы меня сюда притащили? Что вообще произошло?

Девушки замялись. Ингрид, как более смелая, сделала шаг вперед. Она смотрела на меня с подозрением, но в ее глазах уже мелькало любопытство.

— Мы нашли тебя утром у старого дуба, — начала она. — Ты лежала без сознания, а вокруг тебя… вокруг тебя трава была черной. Как будто обожженной. Мы сначала подумали, что ты умерла, но ты дышала. Мы принесли тебя в конюшню, потому что твоя мать сказала, что в дом нельзя заносить вещи, на которых лежит печать тьмы.

— Моя мать? — переспросила я.

— Бренда, — кивнула Лиса. — Она плакала. Она сказала, что если мы не смоем темноту, тебя придется отдать Совету. Они утопят тебя в колодце, как это делают со всеми темноволосыми.

Я почувствовала, как внутри меня медленно закипает злость. Это было странное чувство — злость, которая накатывала волнами не от моего, а от чужого сознания. Тело Миралис, оказывается, хранило воспоминания. Я видела обрывки: лицо женщины с уставшими глазами, которая гладила меня по голове и шептала: «Не показывайся людям на солнце, дочка, они увидят твои волосы». Я чувствовала страх — первобытный, животный страх, который эта девочка испытывала каждый раз, когда выходила из дома.

Миралис боялась. И она умерла — не от болезни, а от того, что ее сознание не выдержало давления, когда она упала и ударилась головой о корни старого дуба. Именно тогда я и заняла ее место.

— И часто здесь топят темноволосых? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Каждую луну, — ответила Ингрид с пугающей будничностью. — Магистр говорит, что это очищение. Темные волосы — это метка Сатаны. Пока они есть, демоны могут проникать в наш мир. Поэтому мы молимся Госпоже Света, чтобы она защитила нас от этой скверны.

— Вы хоть понимаете, что гены так не работают? — я не сдержалась. — Что цвет волос — это количество пигмента, за которое отвечают пара генов? Что у вас здесь — какая-то средневековая евгеника в действии, когда всех непохожих убирают с доски?

Я замолчала, увидев их лица. Они смотрели на меня с таким искренним ужасом, будто я внезапно начала изрыгать пламя. Лиса схватила Ингрид за руку и дернула ее к выходу.

— Я иду за старостой, — сказала она. — Ты здесь сиди, не двигайся. И не говори больше ничего. Ты только хуже себе делаешь.

Они выбежали из конюшни, оставив меня одну. Я осталась стоять, прислонившись к столбу, и пыталась осознать, в какую ловушку я попала. Вокруг был мир, где цвет волос определял социальный статус, судьбу и, как выяснилось, право на жизнь. И я, по иронии судьбы, стала здесь чернокнижником, дьяволом во плоти, чуть ли не антихристом — только из-за того, что в моих волосах было слишком много меланина.

Я сделала глубокий вдох и оглядела конюшню. Лошадей здесь было пять — они с любопытством косились на меня, пережевывая сено. Это были не обычные лошади. Их гривы отливали серебром, а в глазах, казалось, мерцали искры. Магические создания. Ну конечно, какой же фэнтези-мир без магических лошадей.

Я подошла к ведру с водой, которое стояло в углу, и заглянула в него. На поверхности воды покачивалось мое отражение, и я наконец увидела, как выглядит Миралис. Это была красивая девушка — тонкие черты лица, изящная линия скул, большие глаза цвета расплавленного шоколада. Но ее волосы… это было нечто. Они падали до пояса густыми, тяжелыми прядями, которые почти не двигались от ветра. Их цвет был иссиня-черным, таким глубоким, что казалось, он поглощает свет, а не отражает его. На солнце в этом отражении проступали едва заметные серебристые прожилки — почти как звездное небо, сжатое в локоны.

«И в самом деле красиво, — подумала я. — Что за идиоты не видят этого?»

В этот момент за моей спиной раздался тяжелый шаг. Я обернулась. На пороге стоял мужчина. Ему было около пятидесяти, его волосы были седыми, но в молодости они явно были такими же пшеничными, как у всех здесь. Его лицо было изрезано морщинами, а глаза смотрели на меня с ледяным спокойствием. Он был одет в черный плащ с серебряной пряжкой — явно не крестьянская одежда.

— Ты, — сказал он. — Встань передо мной.

Голос был низким, с металлическими нотками. Я поняла, что это магистр Альберт — тот самый, который советовал поливать волосы лимонным соком. Я медленно выпрямилась, чувствуя, как мышцы ноют от недавнего напряжения. Я не собиралась кланяться или падать ниц.

— Магистр, — сказала я с нарочитой вежливостью, которая в моем прошлом мире всегда бесила начальников. — Как приятно познакомиться с тем, кто рекомендует народные методы лечения. Вы бы еще яйцом по голове постучали, чтобы меланин спутать.

Магистр прищурился. Он медленно прошел к центру конюшни, и его сапоги оставляли на полу четкие следы. Лошади забеспокоились — они чувствовали его силу. Он был магом. Настоящим магом, который знал не только лимонный сок.

— Ты говоришь странно, Миралис, — сказал он, останавливаясь в двух шагах от меня. — Твой голос изменился. Твои глаза горят. Ты больше не та девочка, которую я знал с детства.

— Возможно, — ответила я. — А вы, магистр, не тот человек, которому я бы доверила свои волосы. Скажите честно, вы вообще знаете, что такое меланин?

Он не ответил. Вместо этого он поднял руку, и в его ладони замерцал свет. Это была магия — белая, слепящая, она лилась из его пальцев, как вода из прорванной трубы. Свет был направлен прямо на меня. Он окутал мое тело, проник под кожу, и я почувствовала холод. Это было как рентген, только гораздо более неприятное.

— Там, где должна быть душа Миралис, — проговорил он медленно, — теперь пустота. Огонь. Чужеродная энергия. Ты не Миралис. Ты темная сущность, которая завладела ее телом.

— Ага, — я усмехнулась, хотя внутри похолодела от страха. — Темная сущность. Обязательно. Потому что темные волосы, темная душа, все логично. Что там дальше по пунктам? Я еще молоко скисаю взглядом?

Магистр опустил руку. Свет исчез. Он смотрел на меня с новой эмоцией — это был не гнев и не отвращение. Это был страх.

— Ты не боишься меня, — сказал он. — Ты не боишься ни Бога, ни Госпожи Света, ни Совета. Ты даже не боишься смерти. Кто ты? Откуда ты пришла?

Я молчала. Я не могла сказать ему правду. Что я — маркетолог из Краснодара, который подавился рыбой, умер и почему-то попал в тело местной девушки. Это звучало бы как бред даже для человека, который верит в демонов.

— Я просто хочу жить, — сказала я наконец. — Я не причиню вреда никому. Я даже готова перекраситься, если у вас есть безопасная краска. Но лимонный сок не поможет. Это факт.

Магистр усмехнулся. В его усмешке было столько горечи, что я невольно почувствовала сочувствие. Он много лет боролся с темными волосами, и, судя по его лицу, все его методы были бесполезны.

— На свете нет краски, которая может перебить эту темноту, — сказал он. — Мы пробовали все. Корни всегда будут черными, как ночь. Это проклятие, Миралис. Или то, что живет в тебе. Совет узнает. И Совет решит твою судьбу.

Он развернулся и направился к выходу. Я хотела крикнуть ему вслед что-то едкое, но внезапно почувствовала, что в моей голове что-то щелкнуло. Это было похоже на переключение канала. Я услышала голос — не свой, не магистра, а другой. Тонкий, как шепот ветра, и древний, как земля.

«Ты видишь их лживые волосы», — прошептал голос. «Они все крашеные. Каждый из них. Сделка с Госпожой Ветров. Истинный цвет — это тьма. Это сила. Ты пришла, чтобы напомнить им».

Я замерла. Голос исчез, но осадок остался — ледяной, как прикосновение мертвеца. Я не знала, что это было: память Миралис, безумие или что-то более реальное. Но одно я знала точно: этот мир был не тем, чем казался. И мне предстояло выяснить, что скрывается за этим культом светлых волос.

В течение следующей недели жизнь в деревне Ветреный Холм стала для меня чередой попыток адаптироваться и одновременно избежать расправы. Я узнала, что Миралис была дочерью самой бедной семьи на окраине. Ее отец, Хальд, был косоглазым кузнецом, чьи работы никто не покупал, потому что все боялись его дочь. Ее мать, Бренда, была тихой женщиной, которая не поднимала глаз, когда говорила с соседями, и плакала по ночам в своей каморке.

Я жила в их доме. Это была лачуга из камня и глины, с земляным полом и единственным окошком, через которое почти не проходил свет. Тем не менее, они приняли меня — они думали, что я их дочь, просто сошедшая с ума от удара.

— Миралис, — сказала Бренда утром на второй день, подавая мне миску с жидкой кашей. — Завтра будет собрание Совета. Они приедут из города. Магистр сказал, что они будут решать, что с тобой делать.

— Что они могут сделать? — спросила я. — Утопить меня?

Бренда вздрогнула. В ее глазах блеснули слезы. Она была старше, чем я думала — около сорока, но выглядела на все пятьдесят. Ее волосы были такими же светлыми, как у всех, но у корней пробивалась седина. Или, может быть, это не седина, а что-то другое? Я присмотрелась. У самых корней ее волосы были темнее, почти пепельные.

— Бренда, — я наклонилась к ней, понижая голос. — Скажи мне правду. Ты родилась с темными волосами?

Она испуганно посмотрела на меня, потом метнулась к двери, чтобы убедиться, что нас никто не слышит. Затем подошла ко мне и прошептала:

— Мы все родились с темными волосами, Миралис. Десять поколений назад. Потом пришла Госпожа Ветров и сказала: «Я дам вам силу, если вы отдадите мне свой цвет». Она забрала темноту у всех, кто согласился. Тех, кто отказался — утопили в колодцах.

Я откинулась на лавку. Сердце колотилось часто-часто.

— То есть, — медленно сказала я, — блондины в этом мире — это… это искусственные?

— Мы все крашеные, — всхлипнула Бренда. — Но не краской. Магией. Сделка была с магией. Цвет вернется, когда мы умрем. Моя мать, ее волосы почернели, как только она испустила дух. Совет запретил нам хоронить своих. Они сжигают тела, чтобы никто не увидел правды.

Я смотрела на нее и чувствовала, как в моей груди разрастается холодное, тяжелое знание. Я не просто брюнетка. Я была единственной, кто не заключил сделку. Или, точнее, единственной, в ком проклятие не сработало. Может быть, Миралис была той самой, кто мог разрушить эту систему. Или, наоборот, той, кого система хотела уничтожить быстрее всех.

— Бренда, — я взяла ее за руку. — Я не твоя дочь. Я понимаю, что ты знаешь это. Твоя дочь умерла под тем дубом. Но я могу помочь. Если ты расскажешь все, что знаешь о Госпоже Ветров. О сделке. О Совете. Мы можем бороться.

Бренда заплакала. Она плакала долго, уткнувшись лицом в свои руки, а я сидела рядом и молчала, потому что утешать безутешное я не умела.

На третий день приехал Совет. Это были трое мужчин с волосами, которые светились в сумерках так ярко, что их можно было принять за святых. Они носили белые одежды и золотые цепи. Они не смотрели на нас, как на людей.

— Темноволосая, — произнес председатель, высокий блондин с ледяными глазами. — Закон 3.14 гласит: каждая темноволосая душа должна быть лишена солнечного света и отправлена в шахты, чтобы искупить свою греховность. Но для тебя есть особое решение. Мы отвезем тебя в столицу. Король лично решит твою участь.

Меня скрутили веревками и бросили в деревянную повозку. Бренда плакала на пороге дома, а Хальд стоял с молотом в руке, и его лицо было серым от бессилия.

— Я вернусь, — прошептала я, глядя на них. — Я все исправлю.

Повозка тронулась. Дорога была долгой — около трех дней. Все это время я сидела, прикованная цепью к кольцу в полу, и слушала разговоры стражников. Это были светловолосые парни, двадцать с небольшим, которые обсуждали свои любовные похождения и мечтали о службе во дворце. Они не обращали на меня внимания, считая беспомощным зверем.

На вторую ночь я познакомилась с еще одним узником. Его звали Кай. Он сидел в соседней клетке, тоже закованный, и его волосы были такими же черными, как мои. Это был парень моих лет, с острым лицом и пронзительными серыми глазами. Он смотрел на меня без страха, с какой-то странной иронией.

— Ну что, — сказал он, когда стражники уснули. — Ты тоже не поддалась на их краски?

— Я просто родилась такой, — ответила я.

— И я, — усмехнулся он. — Но родители рассказали мне правду. Они все продались. Мы — единственные, кто не заключил сделку. Теперь нас везут к Королю. Хочешь знать, что он делает с нами?

— Что? — спросила я.

— Он вскрывает наши черепа, — сказал Кай с ледяной улыбкой. — Чтобы посмотреть, где хранится эта «темная сущность». Он одержим нами. Он завидует, потому что знает, что под его золотыми локонами — седина. Или даже чернота.

Мы сидели в темноте, я — с чувством абсолютного безумия, он — с улыбкой, которая не обещала ничего хорошего.

— Значит, надо просто выжить, — сказала я. — И тогда я покажу им, что такое настоящая тьма. Не та, что у меня на голове, а та, что у них в душах.

Третьего дня мы прибыли в столицу. Она называлась Солнечный Град, и ее стены были белыми как снег. Каждый дом здесь, каждая башня были выкрашены в белый, золотой, бледно-розовый цвета. Город, который отражал солнце с такой силой, что у меня слезились глаза.

Дворец Короля был невероятным сооружением из стекла и золота. Я вошла в зал со связанными руками, и сотни пар глаз уставились на меня — все они были светло-голубыми, зелеными, серыми. И все волосы были цвета пшеницы, меда, шампанского.

Король Орландо Светлейший сидел на троне. Он был высок, красив, с челюстью, которую можно было резать хлеб. Его волосы струились по плечам золотым водопадом. Но я видела то, что не видели другие. Я видела у корней его прядей едва заметную серость. Он был лысеющим блондином, который носил парик. Или, может быть, маскировочное заклинание.

— Темноволосая, — сказал он, и голос его был масленым, как патока. — Ты — оскорбление моей династии. Ты — пятно на светлом лике нашего мира. Я мог бы отправить тебя на казнь, но я хочу задать тебе один вопрос. Ты знаешь, почему у тебя такие волосы?

— Знаю, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Потому что вы все крашеные. И ваш трон держится на лжи.

В зале воцарилась мертвая тишина. Король побледнел. Его пальцы сжали подлокотники трона так, что костяшки побелели.

— Как ты смеешь, — прошипел он. — Стража!

Но в этот момент я подняла руку. Цепи с лязгом упали на пол. Я не знала, как я это сделала, но я чувствовала силу, которая текла во мне, — темную, горячую, как магма. Она рвалась наружу из моих волос, из моего тела, из моей души.

Корона на голове Короля зазвенела. Она завибрировала, потом поднялась в воздух и упала к моим ногам. Я подняла ее. В центре был черный бриллиант, внутри которого, как застывший водопад, было вплетена прядь волос — точно таких же, как мои.

— Печать рода, — прошептал старый советник, тот самый, который советовал лимонный сок. — Она выбрала ее. Истинный король… темноволосый.

Я подняла корону и медленно водрузила ее себе на голову. Она села идеально — словно была создана для меня.

— Ну что, господа светловолосые, — я повернулась к залу, и улыбнулась той улыбкой, которую я приберегала для самых неудачных презентаций проектов. — Похоже, у вас новый король. И первый указ нового короля: отменить все законы о цвете волос. Второй указ: завтра в девять утра в главном зале — мастер-класс по уходу за волосами для всех граждан. Я лично расскажу вам, что такое меланин. Приходите, будет интересно.

Я видела их лица — страх, ярость, растерянность. Но я также видела кое-что еще. Среди толпы стоял Кай, и он улыбался. А за его спиной, в углах зала, я замечала других людей — с темными корнями волос, которые были скрыты под толстым слоем краски. Их было много. Намного больше, чем я думала.

Я переродилась единственной брюнеткой в королевстве блондинов. Но я собиралась сделать так, чтобы блондинки стали здесь меньшинством. Или, по крайней мере, чтобы они перестали быть так чертовски уверены в своем превосходстве.

Я вышла из зала под звон цепей, которые стражники, заколебавшись, не решились на меня надеть. Король, бывший король, остался сидеть на троне без короны, сжимая в руках свой роскошный парик, который съехал набок.

В этом мире начиналась новая эра. Эра, в которой цвет волос не имел значения. Ну, почти не имел. Потому что я все еще была брюнеткой. И я собиралась наслаждаться этим сполна.

Глава 2. Бунт в белых залах

Тишина в тронном зале была такой плотной, что я слышала, как потрескивают свечи в золотых канделябрах, как скрипит мраморный пол под ногами тех, кто стоял на шаг позади меня, как бьётся моё собственное сердце — глухо, тяжело, сбивчиво. Сотни пар глаз смотрели на меня, и все они горели одним и тем же чувством. Не уважением. Не преданностью. Животным, первобытным страхом перед чем-то, чего они не могли понять, не могли измерить, не могли уничтожить.

Я стояла в центре зала, босая, в том самом грязном льняном сарафане, который надела на меня Бренда в день, когда я «очнулась» в этом мире. Мои волосы, влажные и тяжёлые, падали на плечи и спину чёрным водопадом, и я чувствовала, как они касаются моей голой кожи, как ветер с улицы шевелит их кончики. А на моей голове — корона. Тяжёлая, золотая, с огромным чёрным бриллиантом в центре, который пульсировал теплом, словно живое сердце.

Я смотрела на них — на этих людей в белых одеждах, с золотыми цепями на шеях, с уложенными пшеничными локонами. Они были красивы. Стерильно, глянцево красивы, как куклы в витрине дорогого магазина. Но я видела то, что они скрывали. У корней их волос пробивалась седина, пепельный оттенок, иногда — даже чернота. Они были крашеными. Каждый из них. И они знали это.

Я перевела взгляд на Орландо. Бывший король сидел на троне, сжимая в руках свой роскошный парик, который съехал набок, обнажая его настоящие волосы — мышиные, редкие, с глубокой залысиной. Без короны он выглядел не королём, а напуганным стареющим актёром, который забыл текст своей главной роли.

— Ты не имеешь права, — прошептал он, и его голос сорвался на фальцет, как у подростка, у которого ломается голос. — Это мой трон. Моя корона. Моя династия. Ты — никто. Ты — крестьянка. Ты — темноволосая!

— Ваша династия, — я сделала шаг вперёд, и мой голос, вопреки моим ожиданиям, прозвучал твёрдо и громко, перекрывая его дрожащий писк, — держится на лжи. Вы все знаете это. Каждый из вас знает, что под этими светлыми локонами — седина. Или чернота. Или то, что вы пытались смыть, сжечь, забыть. И когда я говорю «забыть», я имею в виду буквально — вы уничтожили всех, кто не мог или не хотел скрывать свой цвет. Вы топили их в колодцах, сжигали на кострах, ссылали в шахты. Вы назвали это законом. Вы назвали это справедливостью.

Я замолчала, переводя дыхание. В зале было тихо, но тишина была тягучей, как патока, и каждый звук — мой голос, шаги, дыхание — разносился по залу, словно под сводами огромного собора.

— Но знаете что? — я усмехнулась, чувствуя, как внутри меня закипает злость — та самая злость, которую я испытывала в прошлой жизни, когда начальник присваивал мои идеи или клиент говорил, что «нужно всё переделать за ночь». — Я не буду этого делать. Я не стану такой, как вы. Я не буду топить блондинов только за то, что они родились с другими волосами.

В зале пронеслось движение. Кто-то выдохнул с облегчением, кто-то, наоборот, напрягся. Я видела лица — страх, надежду, растерянность. Они не знали, чего ждать от меня. И это было хорошо. Неопределённость давала мне время.

— Завтра утром я издам указ, — продолжила я, обводя взглядом зал. — Все законы о цвете волос аннулируются. Те, кто родился с темными волосами, получат право жить, работать и владеть землёй. Те, кто скрывает свой настоящий цвет, могут больше не прятаться. А те, кто попытается воспрепятствовать этому, — я посмотрела прямо на Орландо, — ответят перед законом. Моим законом.

Орландо побледнел так, что его мышиные волосы стали казаться почти чёрными на фоне бледной кожи.

— Стража! — крикнул он, и его голос сорвался на визг. — Стража, схватите её! Она самозванка! Она проклята! Схватите её, я приказываю!

Но стража не двинулась. Они стояли у дверей, и я видела, как они переглядываются. Эти парни в золотых доспехах, с мечами на поясах — они были блондинами, конечно, но я заметила, что у одного из них у корней волос проглядывает пепельный оттенок. У второго — рыжеватый, почти медный. Третий, самый молодой, держался за рукоять меча, но не вынимал его. Они смотрели на меня. И в их глазах я видела не страх, а сомнение. И, может быть, надежду.

— Вы ослушиваетесь своего короля?! — закричал Орландо, вскакивая с трона. — Я прикажу казнить вас всех! Я отрублю вам головы!

— Ваши приказы больше не имеют силы, — сказала я тихо, но мой голос разнёсся по залу, как гром среди ясного неба. — Корона выбрала меня. Это видит каждый. И ваша собственная стража знает: я здесь не для того, чтобы убивать. Я здесь, чтобы исправлять. Я здесь, чтобы вернуть этому миру правду.

Орландо замер. Его глаза метались по залу в поисках поддержки, но никто не смотрел на него. Все смотрели на меня. На ту, кто стояла в грязном крестьянском платье, с немытыми волосами, которые падали на плечи черной волной, с короной, которая светилась в полумраке зала, как упавшая звезда.

Он сделал шаг назад. Потом ещё один. Его руки тряслись, парик выскользнул из пальцев и упал на пол с глухим стуком. Настоящие волосы Орландо Светлейшего оказались серыми. Пепельно-серыми, как у старика, хотя ему было около сорока. Корни были тёмными — почти чёрными.

— Я уйду, — прошептал он. — Я уйду сам. Но ты заплатишь за это, темноволосая. Ты и твои черные ведьмы. Госпожа Ветров уничтожит тебя, как только узнает.

Он развернулся и побежал к боковой двери. Я могла остановить его. Я чувствовала, как в моей груди пульсирует магия, готовая вырваться наружу — та самая сила, которая сорвала цепи в тронном зале. Я могла бросить её в него, приковать к месту, заставить упасть на колени и просить пощады. Но я не стала. Я смотрела, как он исчезает в темном проходе, как его серая голова мелькает в последний раз перед тем, как дверь захлопывается за ним с глухим, окончательным стуком.

— Пусть бежит, — сказала я, поворачиваясь к залу. — Он больше не король. Он просто трус. А трусы не правят мирами.

В зале воцарилась тишина. А потом — неожиданно для меня, для всех — старый советник упал на колени. Его седые волосы, аккуратно зачёсанные назад, рассыпались по плечам, и я увидела, что у корней они тоже тёмные — не чёрные, но явно не светлые. Он склонил голову передо мной, и его плечи подрагивали, словно он сдерживал рыдания.

— Ваше Величество, — произнёс он, и голос его дрожал, как сухой лист на ветру. — Простите меня. Я служил этому дому пятьдесят лет. Я знал правду. Я всегда знал. Но я молчал, потому что боялся. Мы все боялись. Боялись Госпожи, боялись Совета, боялись друг друга. Но вы… вы сказали то, что мы не смели произнести вслух. Вы назвали ложь ложью. Вы дали нам надежду.

Один за другим придворные начали опускаться на колени. Сначала те, кто стоял ближе к трону — женщины в дорогих платьях, мужчины в золотых цепях, с орденами на груди. Потом те, кто был в задних рядах — молодые аристократы, секретари, слуги, которые стояли у стен. Это было похоже на волну, которая прокатывалась по залу — золото, белый шёлк, сверкающие украшения, и все эти люди, склонившие головы перед босоногой девушкой в грязном платье и короне.

Я не знала, что сказать. В моей прошлой жизни никто не падал передо мной на колени. Даже когда я выигрывала крупные тендеры, клиенты просто жали мне руку и говорили «спасибо за хорошую работу». Здесь же передо мной лежали сотни человек, и каждый из них ждал моего слова, как ждут молитвы или приговора.

— Встаньте, — сказала я, и голос мой прозвучал мягче, чем я хотела. — Встаньте. Я не богиня. Я не спасительница. Я просто человек, который не хочет тонуть в колодце. Я просто человек, который помнит другой мир — мир, где цвет волос не решает, будешь ты жить или умрёшь. Я хочу вернуть вам этот мир.

Они поднялись. Некоторые плакали — я видела слёзы на их щеках, видел, как женщины утирают глаза кружевными платками, как мужчины сжимают кулаки, пытаясь сдержать дрожь. Другие стояли с каменными лицами, но я знала: внутри них что-то сломалось. Вера в систему, которая держалась тысячу лет, рухнула в один момент. И теперь они не знали, во что верить.

Я подошла к старому советнику. Он всё ещё стоял на коленях, и его плечи подрагивали.

— Как вас зовут? — спросила я, опускаясь на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Алберт, — прошептал он, поднимая голову. Его глаза — бледно-голубые, выцветшие от возраста — смотрели на меня с благоговением и страхом. — Магистр Алберт. Тот самый, что советовал вам лимонный сок, Ваше Величество. Я был глупцом. Я верил, что если мы будем поддерживать иллюзию, то правда не выйдет наружу. Я думал, что так мы защищаем людей. Но мы защищали только себя.

— Мы все были глупцами, — сказала я, и в моём голосе послышалась усталость, которую я не могла скрыть. — Но теперь у нас есть шанс всё изменить. Встаньте, Алберт. И покажите мне, как управлять этим королевством. Потому что я понятия не имею, что делать дальше.

Он поднялся и посмотрел на меня с удивлением, смешанным с облегчением. Я не была богиней. Я не была спасительницей. Я была такой же потерянной, как и они. И, возможно, именно это делало меня той, кому они могли доверять.

Ночь опустилась на Солнечный Град, как тяжёлое бархатное одеяло. Я стояла у окна в королевских покоях и смотрела на город, который простирался подо мной — белый, сверкающий, как сахарная головка, с башнями и шпилями, которые упирались в чёрное небо. Теперь этот город был моим. Эта страна была моей. И я чувствовала её вес на своих плечах так же отчётливо, как тяжесть короны на голове.

Покои были роскошными. Огромная кровать, застеленная шёлком цвета слоновой кости, тяжёлые шторы, которые падали до самого пола и шевелились от сквозняка, стены, украшенные золотом и перламутром, свечи в серебряных подсвечниках, которые горели мягким жёлтым светом. Всё здесь было светлым, легким, эфемерным — созданным для того, чтобы радовать глаз. И всё это казалось мне чужим.

Я провела рукой по подоконнику. Мрамор был холодным, гладким, как лёд. Я смотрела в окно и думала о Краснодаре. О том жирном пятне на скатерти, о лице официанта, который решил, что я просто устала, о звуке сирены за окном, о запахе кофе из соседней кофейни, который всегда смешивался с запахом выхлопных газов. Я скучала по этому. По грязи, по шуму, по людям, которые не смотрели на меня с ужасом только потому, что у меня тёмные волосы.

— Ваше Величество, — раздался голос за моей спиной, и я вздрогнула.

Я обернулась. В дверях стояла молодая девушка, одетая в скромное белое платье с кружевной отделкой. Её волосы были заплетены в тугую косу, и они были золотисто-русыми, почти как у всех, кого я видела в этом дворце. Но она смотрела на меня не с тем ледяным страхом, который я видела в глазах аристократов. Её глаза были тёплыми, карими, и в них светилось что-то другое — любопытство, смешанное с осторожностью.

— Кто ты? — спросила я.

— Я Лили, Ваше Величество, — она поклонилась, но я заметила, что её движения были не такими чопорными, как у других придворных. Она была молода — ей было не больше семнадцати — и в ней чувствовалась та самая деревенская непосредственность, которую я уже видела в Ветреном Холме. — Я ваша новая горничная. Магистр Алберт прислал меня, чтобы я прислуживала вам. Он сказал, что вам нужен кто-то, кто будет вам верен.

— Встань, — сказала я. — И не кланяйся. Здесь это не обязательно.

Она поднялась, но в её глазах всё ещё был страх.

— Я… я не знаю, как обращаться к вам, Ваше Величество. Госпожа? Миледи? Светлейшая?

— Астра, — сказала я. — Меня зовут Астра. Так что можешь называть меня просто Астра. Или Астри. Или как тебе удобно. Я не из тех, кто требует титулов.

Я сама не знала, почему сказала это имя. Но оно пришло из ниоткуда — возникло в моей голове, когда я смотрела на тёмное небо за окном, на россыпь звёзд, которые мигали в вышине. «Астра» — звезда. Я была звездой, упавшей в этот безумный мир, чтобы зажечь его светом, которого он никогда не видел.

— Астра, — повторила Лили, и её губы тронула робкая улыбка. — Красивое имя. Оно вам подходит.

— Спасибо, Лили, — сказала я и улыбнулась в ответ. — Скажи мне, ты родилась с такими волосами?

Она побледнела. Её рука машинально прикоснулась к косе, и я заметила, как её пальцы дрожат.

— Я… я не знаю, о чём вы…

— Лили, — я говорила мягко, но настойчиво. — Я знаю правду. Ты можешь не бояться меня. Я не одна из них. Я та, кто хочет изменить этот мир. Я та, кто не позволит больше топить людей в колодцах за цвет волос.

Она замолчала. Потом медленно, с дрожью в руках, она расплела косу. Её волосы упали на плечи, и я увидела то, что она скрывала: у корней они были пепельными, почти белыми, но концы были тёмными, каштановыми. Она красилась. Или, точнее, она использовала магию, чтобы скрыть свой настоящий цвет.

— Моя мать была темноволосой, — прошептала она, и слёзы блеснули на её глазах. — Её утопили в Старом Колодце, когда мне было семь. Мой отец сказал, что если я не буду скрывать свой цвет, я тоже умру. Я использовала заклинание иллюзии каждый день с тех пор, как научилась говорить. Я даже не помню, как выглядят мои настоящие волосы. Я не знаю, какой цвет у меня на самом деле.

Я подошла к ней и взяла её за руки. Они были тёплыми, немного шершавыми — руки человека, который работал с утра до ночи.

— Лили, — сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Слушай меня внимательно. То, что сделали с твоей матерью, было неправильно. То, что ты вынуждена прятаться — тоже неправильно. Я хочу изменить это. Я хочу, чтобы ты могла быть той, кем ты родилась. Я хочу, чтобы все могли быть теми, кем они родились, не боясь смерти.

Она смотрела на меня с недоверием. В её глазах блестели слёзы, и я видела, как внутри неё борется надежда и страх — два чувства, которые я сама испытывала каждый день.

— Но…, но как? — прошептала она. — Они убьют нас. Всех темноволосых. Совет… магистры… они убьют всех, кто не подчиняется закону.

— Совета больше нет, — сказала я. — А магистры теперь подчиняются мне. Я не позволю никому умереть за цвет волос. Никогда больше.

Лили упала на колени. На этот раз я не стала её поднимать. Я просто стояла и смотрела, как она плачет — громко, отчаянно, как плачут люди, которые держали в себе боль годами и наконец нашли кому её отдать.

— Я всё это время ненавидела себя, — рыдала она. — Я думала, что мои волосы — это проклятие. Я молилась каждую ночь, чтобы они стали светлыми. Я просила Госпожу Ветров изменить меня. Но она никогда не отвечала. А теперь вы говорите, что мои волосы — это не проклятие. Что это… что это просто часть меня.

Я опустилась на колени рядом с ней и обняла её. Её плечи дрожали, слёзы текли по её щекам, падая на моё плечо. Я молчала, потому что знала: иногда слова не нужны. Иногда нужно просто быть рядом.

— Всё будет хорошо, Лили, — прошептала я. — Мы всё изменим.

На следующее утро я проснулась с рассветом. Солнце едва начало подниматься над горизонтом, заливая комнату тёплым розовым светом. Я сидела на кровати и смотрела на свои руки, которые теперь не были моими — тонкие, с длинными пальцами, с мозолями на ладонях от работы в поле. Руки Миралис. Руки, которые когда-то боялись солнца, потому что оно выдавало её цвет. Теперь эти руки держали корону.

Лили принесла завтрак — лёгкий, из свежих фруктов, мёда и тёплого хлеба с маслом. Я смотрела на еду без аппетита, но заставила себя съесть несколько кусочков. Мне нужно было думать ясно, а голодный мозг никогда не работает хорошо.

— Ваше Величество, — сказала Лили, ставя тарелку на стол. — Магистр Алберт хочет видеть вас. Он говорит, что нужно срочно обсудить законы. У него есть проект вашего первого указа.

— Хорошо, — я кивнула и встала. — Веди.

Алберт ждал меня в своём кабинете — небольшой комнате с высокими потолками и стенами, уставленными книгами в кожаных переплётах. На столе лежали карты, свитки и чернильницы. Старый магистр сидел за столом, склонившись над документом, и поднял голову, когда я вошла.

— Ваше Величество, — сказал он, вставая. — Я подготовил черновик указа. Прошу вас взглянуть.

Он протянул мне лист пергамента, исписанный ровным каллиграфическим почерком. Я пробежала глазами текст:

«Отныне и навеки все законы, ограничивающие права подданных на основании цвета волос, признаются недействительными. Ни один человек не может быть осуждён, наказан или лишён свободы за свой природный цвет. Все, кто пострадал от действия этих законов, признаются невиновными и имеют право на восстановление своих прав и имущества. Все магические практики, направленные на сокрытие природного цвета волос, признаются допустимыми до тех пор, пока подданный сам не примет решение раскрыть свою истинную природу. Да будет так. Подпись: Астра Ветрова, королева Солнечного Града».

Я прочитала указ три раза. В нём было всё, что я хотела сказать. Но одна фраза заставила меня нахмуриться.

— Алберт, — сказала я, поднимая взгляд. — Почему здесь написано «допустимыми»? Почему не «отменяются все магические практики сокрытия»?

Он вздохнул, и в его глазах я увидела осторожность.

— Потому что не все готовы раскрыться, Ваше Величество, — сказал он. — Многие из нас скрывают свой истинный цвет десятилетиями. Они боятся, что соседи, друзья, даже собственные дети отвернутся от них. Если мы отменим все маскировочные заклинания сразу, это вызовет панику. Люди будут бояться. И страх может привести к насилию.

Я хотела возразить, но остановилась. Он был прав. Как маркетолог, я знала: нельзя вводить изменения слишком быстро. Люди должны привыкнуть к мысли, что их мир меняется. Иначе они просто раздавят реформы своей же паникой.

— Хорошо, — сказала я. — Мы сделаем это постепенно. Но я хочу, чтобы в указе было чётко сказано: те, кто готов раскрыться, имеют право сделать это без последствий. Мы создадим специальные пункты приёма, где люди могут прийти и снять магию иллюзии. Безопасно. Без угрозы.

Алберт посмотрел на меня с удивлением, граничащим с восхищением.

— Ваше Величество, — сказал он. — Вы мыслите как… как человек, который знает, как управлять людьми. Вы не похожи на обычную крестьянку.

— Я не обычная крестьянка, — улыбнулась я. — Я маркетолог.

— Что такое маркетолог? — спросил он, нахмурившись.

— Я расскажу тебе позже, — ответила я. — А сейчас — готовь указ. Я подпишу его сегодня вечером.

День прошёл в бесконечных совещаниях. Я встречалась с представителями цехов, торговцев, военачальников. Каждый из них смотрел на меня с подозрением или надеждой — и я чувствовала, как между ними и мной висит невидимая стена.

Торговцы жаловались на убытки: «Блондины не покупают товары у темноволосых». Военачальники требовали укрепить границы: «Госпожа Ветров нападёт, как только узнает о вашем перевороте». Женщины, которые обслуживали зал, смотрели на меня с благоговением, но боялись подойти ближе.

— Ваше Величество, — сказал один из торговцев, полный мужчина с рыжими усами (крашеными, я заметила). — Мы не можем просто так отменить законы. Это разрушит торговлю. Тёмные волосы ассоциируются с бедностью, с проклятием. Кто захочет покупать товары у людей, на которых лежит печать тьмы?

— Послушайте меня, — я наклонилась вперёд, и в моём голосе появилась та интонация, которую я использовала на переговорах с клиентами. — Через месяц вы будете продавать свои товары темным волосам так же, как продаёте светлым. Потому что ваши покупатели будут блондинами, брюнетами, рыжими — всеми, кто живёт в этом королевстве. И знаете что? Тёмные волосы станут модными. Я вам гарантирую.

— Модными? — переспросил он с подозрением.

— Да, — улыбнулась я. — Я придумаю для них название. Например, «эбеновый шик». Или «ночная роскошь». Поверьте мне, я знаю, как продавать.

Он не понял ни слова, но в его глазах мелькнуло любопытство. Это было начало.

К вечеру я была измотана до предела. Каждая клетка моего тела болела, голова гудела от бесконечных разговоров, и я чувствовала, что ещё немного — и я рухну без сил.

Я вернулась в свои покои и упала в кресло, закрывая глаза. Лили бесшумно принесла чай и поставила его рядом со мной. Я чувствовала запах мяты и мёда — такой родной и успокаивающий.

— Вы устали, Ваше Величество, — сказала она.

— Устала, — призналась я. — Но это не имеет значения. Я должна продолжать.

— Я принесла вам кое-что, — сказала Лили, и в её голосе послышалась осторожность. — Один человек просил передать это вам. Он сказал, что ждал вас.

Она протянула мне записку. Бумага была грубой, как у крестьян, и я узнала почерк — неровный, небрежный, но с размахом. Я развернула её и прочитала:

«Мы — те, кто не скрывается. Мы — те, кто носит свой истинный цвет. Нас больше, чем вы думаете. Если вы хотите изменить королевство, приходите завтра в полночь к старому дубу за пределами города. Мы покажем вам правду, которую вы ищете. Не берите стражу. Приходите одна. — Каий».

Я сжала записку в руке. Каий — тот самый парень из повозки, который сказал мне, что Король вскрывает черепа темноволосых. Я думала, что он был просто узником, случайным пассажиром в моей истории. Но, видимо, он был кем-то большим.

— Спасибо, Лили, — сказала я, и моя улыбка стала шире. — Завтра у меня будет ещё одна встреча.

— Будьте осторожны, Ваше Величество, — прошептала она. — Я боюсь за вас.

— Не бойся, — ответила я. — Я умею за себя постоять.

В полночь я стояла под старым дубом за пределами Солнечного Града. Луна была полной, и её свет падал на поляну, превращая траву в серебряное озеро. Вокруг было тихо — только ветер шелестел в листьях и где-то вдалеке кричала ночная птица.

Я пришла одна, как и было сказано в записке. Я не взяла ни стражу, ни магистра Алберта. Если это была ловушка, я хотела встретить её лицом к лицу.

Из тени выступила фигура. Это был Каий. Его чёрные волосы развевались на ветру, и в свете луны они казались не чёрными, а синими, как ночное небо. Его глаза были прищурены, и на его губах играла лёгкая улыбка.

— Я знал, что ты придешь, — сказал он.

— Ты пригласил, я пришла, — ответила я. — Что ты хотел показать мне?

Он шагнул вперёд и протянул мне руку. Я колебалась мгновение, но потом взяла её. Его ладонь была тёплой и шершавой, как у человека, который привык работать руками.

— Идём, — сказал он. — Я покажу тебе их.

Мы шли около получаса. Лес становился всё гуще, и я поняла, что мы отдаляемся от города больше, чем я ожидала. Каий шёл уверенно, легко, словно знал каждую тропинку, каждый поворот. Я старалась запоминать дорогу — на всякий случай.

Наконец деревья расступились, и я увидела это. Лагерь. Но не военный — это было поселение. Сотни людей, мужчин, женщин, детей, сидели у костров, готовили еду, говорили, смеялись. Их волосы — все они были тёмными. Чёрные, каштановые, пепельные, рыжие — здесь были все оттенки, кроме золота и пшеницы. И они не скрывались.

— Это наше убежище, — сказал Каий, останавливаясь рядом со мной. — Мы — те, кто отказался от сделки с Госпожой Ветров. Мы ушли в леса, чтобы сохранить свой цвет и свою душу. Здесь живут тысячи людей. И все они ждали тебя.

Я смотрела на них и чувствовала, как внутри меня разливается странная теплота. Это были мои люди. Они верили в меня, даже не зная меня.

— Почему вы ждали меня? — спросила я, глядя на Каия.

— Потому что ты — пророчество, — сказал он, и в его голосе я услышала что-то похожее на благоговение. — Ты та, кто родилась с тёмными волосами и не была проклята. Ты та, кто подняла корону. Ты та, кто сломает цепь. Мы верим в тебя, Астра.

Я посмотрела на людей, которые сидели у костров. В их глазах я видела надежду — такую яркую, что она почти ослепляла. И я поняла, что не могу подвести их.

— Я сделаю всё, что смогу, — сказала я.

Каий улыбнулся:

— Мы знаем.

Я вернулась в Солнечный Град на рассвете. Каий не пошёл со мной — он остался в лесу, чтобы готовить своих людей к тому, что будет дальше. Но на прощание он сказал:

— Госпожа Ветров знает о тебе. Она уже послала своих слуг. Будь осторожна.

Я кивнула и пошла обратно.

Когда я вошла в свои покои, Лили встретила меня с тревогой на лице.

— Ваше Величество, — сказала она. — Произошло что-то ужасное.

— Что? — мое сердце упало.

— Магистр Алберт… он мёртв, — прошептала она, и слёзы потекли по её щекам. — Его нашли сегодня утром в его кабинете. Он был полностью седым. Как будто вся жизнь ушла из него за одну ночь.

Я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Алберт был моим союзником. Моим наставником. Единственным, кто знал, как управлять этим королевством. И теперь его не было.

— Покажи мне, — сказала я, и мой голос прозвучал глухо.

Она привела меня в кабинет Алберта. Он сидел за своим столом, склонившись над пергаментом. Его глаза были открыты, но в них не было жизни. А его волосы — они были белыми. Абсолютно белыми, как снег, как пепел. Как будто кто-то выпил из него всё, что было живым, оставив только пустую оболочку.

Я подошла к нему и провела рукой по его седой голове. Волосы были сухими, ломкими, как старая солома.

— Госпожа Ветров, — прошептала я. — Ты начала игру. Но я не собираюсь проигрывать.

Я повернулась к Лили. В её глазах я видела страх и боль.

— Собери совет, — сказала я. — Нам нужно поговорить о войне.

Я подошла к окну и посмотрела на чёрную полосу на горизонте. Темные Земли. Замок Госпожи Ветров. Моя мать.

— Я иду за тобой, — прошептала я в пустоту. — И я заберу у тебя всё.

Глава 3. Шёпот из колодца

Смерть Алберта была ударом, от которого я не могла оправиться несколько дней. Я сидела в своих покоях, глядя на закат сквозь высокие стрельчатые окна, и чувствовала, как внутри меня разрастается пустота — такая глубокая, что я могла бы провалиться в неё, как в тот самый колодец, о котором все шептались. Я не знала его долго. Мы были знакомы от силы три дня. Но он был первым, кто встал на колени передо мной по своей воле. Он поверил в меня, когда никто не верил. И за это его убили.

Лили приносила мне еду, которую я не трогала. Советники присылали доклады, которые я не читала. Я не могла думать о налогах и торговых путях, когда каждый раз, закрывая глаза, видела лицо Алберта — его седые волосы, аккуратно зачёсанные назад, его дрожащие руки, его тихое «Ваше Величество», которое он произносил с такой верой, будто я действительно была той, кто могла спасти этот мир.

На третий день я наконец заставила себя встать с кресла, в котором просидела почти двое суток. Мои ноги подкашивались, голова кружилась от голода и бессонницы, но я знала: если я не сделаю хоть что-то, я сойду с ума. Я подошла к зеркалу, которое стояло в углу комнаты, и посмотрела на своё отражение.

На меня смотрела незнакомка. Худая, бледная, с тёмными кругами под глазами, с волосами, которые висели спутанными прядями, как водоросли. Она была прекрасна — в той болезненной, трагической красоте, которая появляется у людей, переживших потерю. Но в её глазах горел огонь. Не смирение. Не усталость. Ярость. Холодная, тягучая ярость, которая ждала своего часа.

— Ты не сдашься, — прошептала я своему отражению. — Ты не имеешь права.

— Ваше Величество, — раздался голос за моей спиной, и я вздрогнула.

Я обернулась. Лили стояла в дверях с подносом, на котором дымилась чашка чая и лежал кусок хлеба с маслом. Её лицо было встревоженным, но я видела в её глазах ту же решимость, что горела во мне.

— Вы должны поесть, — сказала она твёрдо. — Вы не ели со вчерашнего дня. Если вы продолжите в том же духе, вы просто упадёте замертво, и тогда все наши усилия будут напрасны.

— Я не голодна, — ответила я, но голос прозвучал глухо, как из-под воды.

— Это не важно, — сказала Лили, и в её голосе впервые послышалась сталь. — Вы должны есть. Люди смотрят на вас, Ваше Величество. Они ждут от вас силы. Если они увидят, что вы сломались, они тоже сломаются. Вы — их надежда. Вы — их королева. И вы не можете позволить себе быть слабой.

Я посмотрела на неё и вдруг поняла, что она права. Я была не просто девушкой, которая случайно заняла трон. Я была символом. Я была той, кого они ждали. И если я упаду, они упадут вместе со мной.

Я взяла чашку и сделала глоток. Чай был мятным, с мёдом — именно таким, какой Алберт любил пить перед важными советами. Тёплый пар коснулся моего лица, и я вдруг почувствовала, как напряжение начинает отпускать мышцы.

— Спасибо, Лили, — сказала я, ставя чашку на блюдце. — Ты права. Я должна быть сильной. Ради них. Ради него.

Я замолчала, глядя в окно. Закат догорал на горизонте, окрашивая небо в багряные и золотые тона. Но там, далеко на краю, я видела чёрную полосу — Темные Земли. Там, где жила Госпожа Ветров. Там, где, возможно, я могла найти ответы.

— Лили, — сказала я, не оборачиваясь. — Где находится Старый Колодец?

Она вздрогнула. Я услышала, как поднос на её руках звякнул, когда она вздрогнула.

— Ваше Величество… зачем вам это? Это место проклято. Никто не ходит туда. Даже самые смелые из нас обходят его стороной. Там чувствуется… зло. Там слышны голоса.

— Я должна увидеть его, — сказала я, поворачиваясь к ней. — Алберт говорил, что призраки утопленников всё ещё там. Что они не могут уйти в мир иной, потому что Госпожа Ветров держит их души. Я должна услышать их. Я должна понять, что мне нужно делать.

Лили побледнела. Её руки дрожали, и я видела, как она с трудом сдерживает слёзы.

— Это опасно, Ваше Величество. Если Госпожа узнает, что вы там… она может… она может попытаться убить вас.

— Она не убьёт меня, — сказала я, и в моём голосе прозвучала уверенность, которой я сама не чувствовала. — Я — её дочь. Она не может убить меня. Она может только пытаться переубедить. И я не позволю ей сделать это.

Лили посмотрела на меня с удивлением.

— Её… дочь? — прошептала она. — Ваше Величество, я не понимаю…

— Я расскажу тебе позже, — сказала я. — Сейчас мне нужно идти. Ты можешь показать мне дорогу?

Она колебалась мгновение. Потом медленно кивнула.

— Я провожу вас, — сказала она. — Но я не войду внутрь. Я буду ждать снаружи.

— Хорошо, — согласилась я. — Идём.

Мы вышли из дворца в сумерках, когда Солнечный Град погружался в тишину. Улицы были почти пусты — только редкие стражники патрулировали стены, да где-то вдалеке лаяла собака. Лили вела меня по узким улочкам, которые становились всё темнее и уже. Здесь, на окраине города, дома были старыми, с заколоченными окнами и облупившейся краской. Воздух пах сыростью и плесенью — запахом, который я помнила из подвалов и старых заброшенных зданий в своей прошлой жизни.

Я шла за Лили и думала о том, как странно устроена судьба. В прошлой жизни я ненавидела сырость и плесень. Я жила в новом доме с системой климат-контроля, заказывала доставку еды через приложение и избегала любых контактов с тем, что было «неудобным». А теперь я шла по грязной улочке в мир, где меня могли убить за цвет волос, и чувствовала себя более живой, чем когда-либо.

— Мы почти пришли, — сказала Лили, останавливаясь перед старой каменной стеной, за которой виднелись чёрные деревья. — За этой стеной — Старый Колодец. Он находится в центре рощи. Говорят, там никогда не растёт трава.

Я посмотрела на стену. Она была сложена из грубого серого камня, который почернел от времени и покрылся мхом. В некоторых местах камни выпали, оставляя зияющие чёрные дыры. За стеной я видела деревья — старые, корявые, с ветвями, которые тянулись к небу, как скрюченные пальцы.

Я взяла Лили за руку и сжала её. Её ладонь была холодной и дрожала.

— Ты не бойся, — сказала я. — Я вернусь.

— Я знаю, — ответила она, но в её глазах всё ещё был страх. — Будьте осторожны, Ваше Величество. Пожалуйста.

Я кивнула и отпустила её руку. Потом я повернулась к стене и начала искать проход. Через несколько шагов я нашла калитку — ржавую, скрипучую, которая была приоткрыта, словно кто-то специально ждал меня здесь.

Я прошла через калитку и оказалась в роще. Воздух здесь был другим — тяжёлым, холодным, с металлическим привкусом, который я почувствовала сразу, как только переступила порог. Деревья росли так густо, что через их кроны почти не пробивался свет луны. Я шла почти на ощупь, ощущая под ногами рыхлую, влажную землю, которая пружинила под моими ступнями, словно живая.

Через несколько минут я вышла на поляну. В центре её стоял колодец.

Он был старым, сложенным из того же грубого серого камня, что и стена, но ещё более почерневшим от времени и влаги. Края колодца были выщерблены, а вокруг него действительно не росло ничего — только голая земля, которая казалась выжженной, словно по ней прошёлся огонь.

Я подошла ближе и заглянула внутрь.

В колодце было глубоко. Я не видела дна — только чёрную воду, которая блестела в лунном свете, отражая моё лицо. Но, присмотревшись, я заметила, что вода не была спокойной. Она колыхалась, хотя ветра не было. И в её глубине я видела огоньки — бледные, призрачные, похожие на свечи, которые горели под водой.

— Я пришла, — сказала я тихо, и мой голос прозвучал неестественно громко в этой мёртвой тишине. — Я пришла вас слушать.

Тишина. Только ветер шелестел в листьях, да где-то вдалеке кричала ночная птица. Я закрыла глаза и сосредоточилась, пытаясь почувствовать то, что чувствовала в тронном зале — ту магию, которая сорвала цепи. Она была внутри меня, глубоко, как тлеющий уголёк, который ждал только того, чтобы его раздули. Я потянулась к ней, и она отозвалась — тёплая, пульсирующая, как второе сердце.

Вода в колодце закипела. Из чёрной глубины начали подниматься силуэты — сначала едва заметные, похожие на дым, который поднимается над костром. Но они становились всё плотнее, и через мгновение я уже видела их: женщин, мужчин, детей. Их лица были бледными, почти прозрачными, глаза пустыми, как у кукол, а волосы — все оттенки тёмного, от пепельного до иссиня-чёрного — развевались вокруг них, словно они всё ещё были под водой.

Они смотрели на меня. Сотни глаз, полных боли и надежды.

— Ты пришла, — прошептал голос. Он был тихим, как шёпот ветра, но я слышала его отчётливо, словно он звучал внутри моей головы. — Мы ждали тебя, Астра.

— Кто вы? — спросила я, и мой голос дрогнул. — Что вы хотите мне сказать?

Одна из фигур шагнула вперёд. Это была молодая женщина с длинными чёрными волосами, которые развевались, словно она всё ещё была в воде. Её лицо было красивым — тонкие черты, высокие скулы, большие глаза — но печальным, таким печальным, что у меня сжалось сердце.

— Меня зовут Элара, — сказала она, и её голос был похож на шёпот сухих листьев. — Я была первой, кого утопили в этом колодце. Тысячу лет назад, когда Госпожа Ветров предложила сделку, я отказалась. Я хотела сохранить свой цвет. Я хотела сохранить свою душу. И меня убили.

— Почему? — спросила я, и слёзы подступили к глазам. — Почему она не могла просто оставить вас в покое? Зачем ей было убивать вас?

Элара покачала головой, и её волосы колыхнулись, как водоросли.

— Она не может оставить нас в покое. Мы — её источник. Каждая темноволосая душа, которую она уничтожает, увеличивает её силу. Наша боль — её пища. Наша смерть — её жизнь. Она питается нами, потому что мы — единственные, кто не заключил сделку. Мы — те, кто сохранил свой истинный цвет. И она ненавидит нас за это.

Я почувствовала, как по моей спине пробежал холод.

— Значит, она убивает вас, чтобы стать сильнее?

— Да, — кивнула Элара. — Но она не просто убивает. Она забирает наши души. Мы не можем уйти в мир иной. Мы остаёмся здесь, в этом колодце, вечно, пока она существует. Мы не можем обрести покой, потому что она держит нас в плену, используя нашу энергию для своей магии.

Другие фигуры зашептали, и их голоса сплелись в единый хор, похожий на погребальную песню:

— Освободи нас…

— Спаси нас…

— Ты — единственная, кто может…

— Почему я? — спросила я, чувствуя, как слёзы текут по моим щекам. — Я просто девушка. Я ничего не знаю о магии. Я не умею сражаться. Я даже не знаю, как управлять королевством! Я просто хочу выжить!

— Ты — дочь Госпожи Ветров, — сказала Элара, и её голос стал твёрже, почти суровым. — Ты — её кровь. Но ты также — её противоядие. Ты родилась с тем же даром, что и она — с той же магией, с той же силой. Но ты не проклята, как она. Ты можешь разорвать цепь. Ты можешь освободить нас.

Я замерла. До этого момента я слышала о Госпоже Ветров только как о чужой, далёкой угрозе, о которой говорили шёпотом. Но когда я слышала эти слова — «ты — дочь Госпожи Ветров» — что-то внутри меня сжалось, как ледяная рука сдавила сердце.

— Я… я не могу быть её дочерью, — сказала я, чувствуя, как голос срывается на шёпот. — Моя мать — Бренда. Она растила меня. Она любила меня. Она плакала, когда я уходила.

— Бренда спасла тебя, — сказала Элара, и в её голосе послышалась грусть. — Она украла тебя из замка Госпожи, когда ты была младенцем. Госпожа хотела использовать тебя — влить свою силу в твоё тело и жить вечно, обновляясь через твою молодость. Но Бренда, служанка в том замке, рискнула своей жизнью, чтобы вынести тебя. Она отдала свою душу, чтобы скрыть тебя от Госпожи. Она знала, что если Госпожа найдёт тебя, ты станешь её марионеткой.

Я вспомнила Бренду — её уставшие глаза, её сломанные руки, её тихие слёзы по ночам. Она была не просто матерью. Она была героиней. Она украла меня у самой могущественной ведьмы мира, чтобы я могла жить своей жизнью. Она пожертвовала всем ради меня.

— Почему она не сказала мне? — прошептала я, чувствуя, как слёзы текут по моим щекам. — Почему она скрывала это все эти годы?

— Она не могла, — сказала Элара. — Если бы ты знала правду, Госпожа нашла бы тебя через твои мысли. Магия Госпожи проникает в умы тех, кто связан с ней кровью. Бренда защищала тебя единственным способом — молчанием. Ты не должна винить её, Астра. Она любила тебя так сильно, как может любить только мать, готовая пожертвовать всем ради своего ребёнка.

Я закрыла глаза. В моей голове кружились мысли, как листья на ветру — обрывки воспоминаний, лиц Бренды, её улыбки, её слёз. Я была не просто брюнеткой. Я была наследницей тьмы. И одновременно — её разрушительницей. Я была той, кто должна была уничтожить свою собственную мать.

— Что я должна сделать? — спросила я, открывая глаза и глядя на Элару.

Она улыбнулась, и в её улыбке было столько печали, что у меня сжалось сердце.

— Ты должна найти сердце Госпожи. Это древний артефакт — камень, который содержит её силу. Он находится в её замке, в самом центре Темных Земель. Если ты уничтожишь его, сделка будет расторгнута. Все мы освободимся. Все, кого она прокляла, смогут обрести покой. И Госпожа потеряет свою власть.

— Но Госпожа не допустит этого, — сказала я. — Она убьёт меня, как только я приближусь к её замку.

— Ты — её дочь, — повторила Элара. — Она не сможет убить тебя. Ты — часть её, часть её крови, её магии. Она не может уничтожить тебя, не уничтожив себя. Но она может попытаться переубедить тебя, соблазнить, запугать. Она будет предлагать тебе власть, бессмертие, всё, что ты захочешь. Ты должна быть сильной. Ты должна помнить, кто ты на самом деле.

Я посмотрела на колодец, на сотни призрачных лиц, которые смотрели на меня с надеждой. Это были не просто люди. Это были мои предки, мои сёстры, мои братья. Они были теми, кто отказался продавать свою душу. И я не могла подвести их.

— Я сделаю это, — сказала я, и мой голос прозвучал твёрдо, как сталь. — Я найду сердце Госпожи и уничтожу его.

Призраки зашептали. Их голоса были похожи на песню — печальную, красивую, полную благодарности и надежды.

— Мы будем ждать тебя, Астра. Мы будем верить в тебя.

Они начали растворяться — сначала их лица, потом руки, потом весь силуэт — как дым, который развеивается на ветру. Вода в колодце снова стала спокойной, отражая только лунный свет и моё лицо.

Я стояла на поляне одна и чувствовала, как слёзы текут по моим щекам.

Когда я вышла из рощи, Лили ждала меня у стены. Увидев моё лицо, она побледнела ещё больше.

— Ваше Величество… что случилось? Вы плачете?

Я вытерла слёзы и улыбнулась — той улыбкой, которую я приберегала для самых сложных переговоров, когда нужно было показать клиенту, что всё под контролем, даже если внутри всё рушится.

— Всё хорошо, Лили, — сказала я. — Я просто… я нашла ответы.

— Какие ответы? — спросила она, и в её голосе послышался страх.

Я взяла её за руки и посмотрела в глаза.

— Я дочь Госпожи Ветров, — сказала я тихо, и Лили ахнула. — Она украла меня, чтобы использовать мою силу. Но Бренда спасла меня. И теперь я должна остановить её.

Лили не знала, что сказать. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, и я видела, как в них мешается страх, удивление и восхищение.

— Вы… вы сделаете это? — спросила она наконец, и её голос дрожал.

— Да, — сказала я. — Я сделаю это. Но мне нужна твоя помощь.

— Что я должна сделать? — спросила она, и в её голосе появилась решимость.

— Найди Каия, — сказала я. — Передай ему, что я готова встретиться с ним снова. И скажи, что нам нужно поговорить о войне. Серьёзно.

В ту же ночь я встретилась с Каием в лесу. Мы сидели на поляне, где в прошлый раз я видела его лагерь — но сейчас здесь было тихо, только луна светила сквозь кроны деревьев, да ветер шелестел в листьях. Каий пришёл один, и я заметила, что его лицо было напряжённым, как у человека, который готовится к битве.

— Что случилось? — спросил он, не здороваясь. — Лили сказала, что это срочно.

— Я была у Старого Колодца, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Я говорила с ними. С призраками.

Он вздрогнул. Его лицо побледнело, и я увидела, как его руки сжались в кулаки.

— Ты не должна была туда ходить, — сказал он, и в его голосе появилась резкость, которой я раньше не слышала. — Это место опасно. Ты могла умереть. Ты могла попасть в ловушку.

— Я знаю, — ответила я. — Но я должна была узнать правду. И теперь я знаю, кто я такая. Я — дочь Госпожи Ветров. Бренда украла меня у неё, когда я была младенцем. И теперь я должна уничтожить её.

Каий замер. Он смотрел на меня, и в его глазах мелькало что-то странное — не страх, не удивление, а что-то похожее на печаль. Глубокую, давнюю печаль, которую он носил в себе.

— Я знал, — сказал он наконец, и его голос был тихим, но твёрдым.

— Что? — я не поверила своим ушам. — Ты знал?

— Я знал, кто ты, — повторил он, и в его глазах я увидела боль. — Моя мать была служанкой в замке Госпожи. Она слышала, как Госпожа кричала, когда тебя украли. Она знала, что ребёнок был жив. И она сказала мне: «Если когда-нибудь встретишь девушку с чёрными волосами и серебристыми искрами в глазах, знай — это она. Это наследница. Это та, кто освободит нас».

Я смотрела на него, чувствуя, как гнев и предательство смешиваются в моей груди.

— Почему ты не сказал мне?! — мой голос сорвался на крик. — Ты знал всё это время! Ты знал, кто я, и молчал?!

— Потому что я должен был быть уверен, — сказал он, и в его голосе появилась твёрдость. — Ты должна была сама принять это решение. Я не мог навязать тебе эту судьбу. Если бы я сказал тебе сразу, ты бы просто поверила мне, и твой выбор не был бы настоящим. А так — ты услышала их голоса. Ты увидела их. Ты поняла, что это правда. И теперь это твоя правда. Твоя судьба.

Я хотела возразить, но слова застряли у меня в горле. Он был прав. Если бы он сказал мне это в повозке, я бы сомневалась, искала подтверждения, тратила время. А теперь я знала правду. И эта правда была моей.

— Ладно, — сказала я, выдыхая. — Ладно. Но теперь ты должен помочь мне.

— Я всегда был готов помочь тебе, — ответил он, и в его глазах я увидела облегчение. — Скажи, что я должен сделать.

— Я должна найти сердце Госпожи Ветров, — сказала я. — Это артефакт, который питает её силу. Если я уничтожу его, она потеряет власть над миром. Все проклятые освободятся. Призраки из колодца смогут обрести покой.

Каий кивнул, и его лицо стало серьёзным.

— Я знаю, где находится сердце. Оно в её замке, в центре Темных Земель. Но путь туда долгий и опасный. Мы должны быть готовы. Нам понадобятся еда, оружие, магическая защита. И люди.

— Люди? — переспросила я.

— Ты не сможешь войти в замок одна, Астра, — сказал он. — Там сотни стражников, магических ловушек, охраны. Нам нужно войско. Нам нужна армия.

Я посмотрела на него и вдруг поняла, что он прав. Я не могла сделать это одна. Я была королевой, но я не была воином. Мне нужны были те, кто верил в меня.

— Тогда мы соберём армию, — сказала я. — Мы объявим войну Госпоже Ветров.

— Ты готова к этому? — спросил он, и в его голосе послышалось сомнение. — Ты готова вести людей на смерть?

— Нет, — сказала я честно. — Но я готова вести их к свободе. Это единственное, что имеет значение.

На следующее утро я созвала Совет. Они собрались в тронном зале — все те же лица, которые я видела в день коронации. Но теперь в их глазах было нечто другое. Не страх. Не растерянность. Надежда. Надежда, которую я должна была оправдать.

Я стояла перед ними, и в моей руке был пергамент с указом, который я написала этой ночью. В нём было всего несколько строк, но они меняли всё.

— Советники, — сказала я, и мой голос прозвучал громко и чётко, как звон колокола. — Я объявляю войну Госпоже Ветров. Мы выступим через три дня. Все, кто готов сражаться за свою свободу, за свободу своих детей, за право быть теми, кем мы родились, — присоединяйтесь ко мне. Мы идём в Темные Земли. Мы идём уничтожить сердце Госпожи.

В зале воцарилась тишина. Потом кто-то в задних рядах встал. Это был молодой стражник, тот самый, у которого у корней волос проглядывал пепельный оттенок.

— Я с вами, Ваше Величество, — сказал он, и его голос был твёрдым.

Один за другим люди поднимались, объявляя о своей поддержке. Женщины, мужчины, старики, молодые — все они вставали со своих мест, и я видела, как их глаза горят огнём решимости.

Это была не просто армия. Это было восстание. Восстание тех, кто тысячу лет жил в страхе. И теперь они выходили из тени.

Когда заседание закончилось, я снова стояла у окна в своих покоях, глядя на закат. Через три дня я покину Солнечный Град и отправлюсь к своей матери — к женщине, которая когда-то хотела использовать меня как сосуд для своей силы. К той, кто убивала тысячи людей ради власти.

Я смотрела на чёрную полосу на горизонте, где лежали Темные Земли, и чувствовала, как внутри меня разрастается холодная решимость. Я не боялась её. Я боялась только того, что могу стать такой же.

— Я не боюсь тебя, — прошептала я в пустоту. — Я не боюсь тебя, потому что я — не ты. Я — та, кто освободит этот мир от твоей лжи.

Золотая корона блестела на моей голове, а в груди горела магия — тёплая, пульсирующая, готовая вырваться наружу. Я была Астрой Ветровой. Я меняла ветра.

И я собиралась изменить этот мир.

Когда я повернулась от окна, в дверях стоял Каий. Он не стучался — просто вошёл, как будто имел на это право. Я не стала его упрекать.

— Ты выглядишь как королева, — сказал он, и в его голосе послышалась усмешка.

— Я и есть королева, — ответила я.

Он подошёл ближе и остановился в шаге от меня. Я смотрела в его серые глаза и чувствовала, как что-то внутри меня меняется. Это была не магия. Это было что-то другое.

— Мы победим, Астра, — сказал он тихо. — Я знаю это.

— Откуда ты знаешь? — спросила я.

— Потому что я верю в тебя, — ответил он. — И это единственное, что имеет значение.

Он взял мою руку и сжал её. Я чувствовала тепло его ладони, слышала его дыхание, видела отражение луны в его глазах.

— Спасибо, — сказала я.

— Не благодари, — ответил он. — Мы ещё не победили.

Глава 4. Сделка с дьяволом, которого знаешь

Три дня до выступления в Темные Земли пролетели как один миг. Я не спала почти всё это время — готовила указы, встречалась с военачальниками, обсуждала маршруты, проверяла запасы. Каждое утро начиналось с докладов, каждый вечер заканчивался совещаниями, а ночи я проводила над картами, пытаясь запомнить каждую тропинку, каждый поворот, каждую возможную засаду. Мои глаза горели от бессонницы, но я не могла остановиться. Каждая минута бездействия казалась мне предательством по отношению к тем, кто ждал моего решения.

Лили приносила мне еду, которую я оставляла нетронутой. Она смотрела на меня с тревогой, но не говорила ни слова — она знала, что я не остановлюсь. Она просто ставила поднос на стол и бесшумно уходила, оставляя меня наедине с картами и свитками.

На вторую ночь, когда луна стояла высоко в небе, а в комнате было тихо, как в склепе, я услышала шаги за дверью. Я подняла голову от карты, на которой пыталась начертить путь к замку Госпожи Ветров, и увидела Каия. Он стоял в дверях, и его лицо было напряжённым.

— Ты не спишь, — сказал он, но это был не вопрос, а утверждение.

— Не могу, — ответила я, откидываясь на спинку кресла. — Слишком много мыслей.

Он вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Я смотрела, как он подходит к столу, как его пальцы касаются края карты, как он изучает линии, которые я начертила.

— Ты думаешь о тёмных магах, — сказал он.

Я не удивилась. Он всегда знал, о чём я думаю, даже когда я молчала.

— Да, — призналась я. — Я не могу перестать думать о них. Они — единственные, кто знает, как работает магия Госпожи. Они могут помочь нам. Но они никому не доверяют.

Каий поднял на меня глаза. В его серых зрачках отражался свет свечи, и я видела в них ту же тревогу, что чувствовала сама.

— Ты говоришь о Изгоях, — сказал он, и в его голосе послышалась осторожность, которую я раньше не слышала. — Они живут в горах, на границе Темных Земель. Они ни с кем не общаются. Они никому не доверяют. И они могут убить тебя только за то, что ты — дочь Госпожи.

— Они доверят мне, — сказала я, и в моём голосе прозвучала уверенность, которой я сама не чувствовала. — Я — та, кто хочет уничтожить Госпожу. Они будут слушать меня.

— Или они убьют тебя, — ответил Каий, и в его глазах я увидела страх. Настоящий страх, который он редко показывал. — Они ненавидят всех, кто связан с Госпожой. Они могут увидеть в тебе угрозу. Они могут подумать, что ты — её шпионка, что ты пришла уничтожить их.

Я замолчала, обдумывая его слова. Он был прав. Тёмные маги жили в изоляции тысячу лет. За это время они видели много предателей, много лжецов, много тех, кто приходил к ним с обещаниями, а потом предавал их. Почему они должны поверить мне?

— Тогда я докажу им, что я не угроза, — сказала я, и мой голос стал твёрже. — Я пойду к ним одна. Если я возьму с собой армию, они никогда не станут слушать меня. Они увидят во мне завоевательницу, а не союзницу. Я должна прийти к ним как та, кто ищет помощи, а не как та, кто требует её.

Каий встал и подошёл ко мне. Он остановился в шаге от меня, и я чувствовала его дыхание на своей коже.

— Ты не пойдёшь одна, — сказал он, и его голос был твёрдым, как сталь. — Я пойду с тобой.

— Каий, это опасно, — начала я, но он перебил меня, взяв мою руку в свою.

— Я знаю, что это опасно, — сказал он. — Поэтому я и пойду. Если они попытаются убить тебя, я буду рядом. Если они попытаются схватить тебя, я буду рядом. Если они попытаются переубедить тебя, я напомню тебе, кто ты есть на самом деле.

Я посмотрела в его серые глаза и вдруг поняла, что он не отступит. Он был так же упрям, как и я. Он был готов умереть за меня — и я не знала, что мне делать с этим осознанием.

— Хорошо, — сказала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Мы пойдём вместе. Но если станет слишком опасно, ты вернёшься. Ты должен жить, чтобы возглавить армию, если я не вернусь.

— Ты вернёшься, — сказал он, и в его голосе была уверенность, которая не оставляла места для сомнений. — Я не позволю тебе умереть.

Мы стояли так несколько мгновений — близко, так близко, что я слышала биение его сердца. Он отпустил мою руку, и я почувствовала пустоту, словно потеряла что-то важное.

— Мы выйдем на рассвете, — сказал я. — Я предупрежу Лили.

— Я буду ждать тебя у ворот, — ответил он и вышел из комнаты.

Я осталась одна. Свеча догорала, отбрасывая длинные тени на стены. Я смотрела на карту, но мысли мои были далеко — с Каием, с тем, что ждало нас впереди, с той ценой, которую нам, возможно, придётся заплатить.

Мы вышли из города на рассвете, когда первые лучи солнца только начинали золотить шпили Солнечного Града. Было холодно, и я куталась в тёплый плащ, который Лили настояла надеть мне перед уходом. Она стояла на стене, провожая нас взглядом, и я видела, как она сжимает в руках кружевной платок, который она теребила, когда волновалась.

— Я вернусь, — крикнула я ей, махнув рукой.

— Я буду ждать вас, Ваше Величество! — крикнула она в ответ, и я слышала слёзы в её голосе.

Мы пошли на юго-восток, к горам, которые виднелись на горизонте тёмными силуэтами. Дорога была узкой, каменистой, и я чувствовала, как каждый шаг отдаётся болью в моих уставших ногах. Каий шёл рядом со мной, и его шаги были уверенными, как у человека, который знает этот путь. Он нёс меч на поясе и небольшой мешок с припасами. Я тоже взяла меч — не потому, что умела им пользоваться, а потому, что это было символом. Я была воином. Я должна была выглядеть как воин.

— Расскажи мне о них, — попросила я, когда мы вошли в лес, который начинался сразу за городскими стенами. — О тёмных магах. Откуда они взялись? Что они делают?

Каий вздохнул и замедлил шаг, чтобы идти рядом со мной. Его лицо стало серьёзным, как всегда, когда он говорил о прошлом.

— Их называют Изгоями, — начал он, и его голос стал тише, словно он боялся, что кто-то услышит его. — Тысячу лет назад, когда Госпожа Ветров предложила сделку, они были теми, кто отказался. Они не хотели отдавать свой цвет, свою магию, свою свободу. Они знали, что сделка — это ловушка, что Госпожа заберёт их души, если они согласятся. Но они не могли остановить её. Она была слишком сильна. Её магия была древнее, чем их знания, чем их заклинания. Поэтому они ушли в горы, на самую границу Темных Земель, и построили там своё убежище.

— Как они выжили? — спросила я. — Там же нет еды, нет воды, нет ничего.

— У них есть магия, — ответил Каий. — Они используют древние заклинания, чтобы выращивать еду в пещерах, чтобы добывать воду из скал. Они научились выживать в тех местах, где никто другой не выжил бы. Но они платят за это цену. Они — узники своего собственного убежища. Они не могут покинуть горы — магия Госпожи проникает повсюду, кроме их защищённых пещер. Если они выйдут за пределы своей защиты, она почувствует их и убьёт.

Я замолчала, обдумывая эту информацию. Тысячу лет в изоляции. Тысячу лет страха. Тысячу лет без надежды. Как они выдержали это?

— Они не доверяют никому, — сказала я, и это был не вопрос, а утверждение.

— Никому, — подтвердил Каий. — За тысячу лет многие приходили к ним. Шпионы Госпожи, предатели, те, кто хотел использовать их знания для своей выгоды. Они всех их убивали. Они не верят ни в дружбу, ни в союзы. Они верят только в свою магию и в свою изоляцию.

— Тогда как мы убедим их помочь нам? — спросила я, чувствуя, как отчаяние начинает закрадываться в мою душу.

— Мы должны показать им, что мы — не такие, — сказал Каий. — Мы должны прийти к ним с пустыми руками, без оружия, без скрытых намерений. Мы должны быть честными с ними. И мы должны предложить им то, что они хотят больше всего на свете.

— Свободу, — сказала я.

— Да, — кивнул Каий. — Свободу.

Мы шли весь день. Лес сменялся полями, поля — холмами, холмы — предгорьями. К вечеру мы оказались у подножия гор — огромных, каменистых, покрытых тёмным мхом и редкими кустарниками. Воздух здесь был холоднее, и я чувствовала, как магия в моей крови начинает пульсировать быстрее, словно она узнавала это место.

— Мы почти пришли, — сказал Каий, указывая на узкую тропинку, которая вилась между камнями. — Их убежище находится в той пещере, на высоте примерно двухсот метров. Мы должны подняться туда до наступления темноты. Ночью здесь становится опасно.

— Опасно? — переспросила я, чувствуя, как холод пробегает по моей спине. — Что здесь водится?

— Твари, — сказал Каий, и в его голосе послышалась мрачная усмешка. — Те, кто был создан магией Госпожи и сбежал из её замка. Они бродят по горам и охотятся на путников. Они — её ошибки, её неудачные эксперименты. Они не имеют души, они не имеют разума. Они убивают всё, что движется.

Я сглотнула. Моя рука непроизвольно потянулась к мечу на поясе.

— Ты мог бы сказать мне об этом раньше, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— А что бы ты сделала? — спросил он, и в его глазах мелькнула усмешка. — Осталась бы в городе?

— Нет, — призналась я, чувствуя, как мои губы растягиваются в улыбку. — Но я бы взяла с собой что-то покрепче, чем этот дурацкий меч, которым я не умею пользоваться.

— Ты научишься, — сказал он. — Ты научишься всему, что тебе нужно.

Мы начали подъём. Тропинка была узкой, местами почти вертикальной, и я карабкалась по камням, цепляясь за выступы и корни. Каий шёл впереди, показывая мне, где можно поставить ногу, где опасно ступать. Его рука была сильной и тёплой, когда он помогал мне перебираться через особенно сложные участки.

Через час мы оказались у входа в пещеру. Она была скрыта за огромным камнем, который, казалось, был частью скалы. Я смотрела на этот камень и чувствовала, как магия пульсирует внутри него, как древние заклинания оберегают это место от чужаков.

— Ты чувствуешь это? — спросила я, поворачиваясь к Каию.

— Да, — ответил он. — Они знают, что мы здесь. Они чувствуют нашу магию. Они уже ждут нас.

Я сделала глубокий вдох и шагнула вперёд. Когда я коснулась камня ладонью, я почувствовала, как он откликается на мою магию — словно узнаёт меня. Камень бесшумно отодвинулся, открывая проход.

— Добро пожаловать в логово Изгоев, — сказал Каий, и в его голосе послышалась мрачная шутка.

Я шагнула внутрь. В пещере было темно, но через несколько шагов я увидела свет — тусклый, мерцающий, словно от свечей. Мы шли по узкому коридору, стены которого были покрыты древними рунами, и я чувствовала, как они пульсируют в такт с моим сердцем.

Коридор расширялся, и через минуту мы оказались в огромном зале. Зал был высечен в скале — высокий, с куполообразным потолком, который уходил в темноту. Стены были покрыты теми же рунами, которые я видела в коридоре, и они светились тусклым голубым светом, создавая странное, почти потустороннее освещение.

В центре зала горел костёр, вокруг которого сидели люди — старые и молодые, мужчины и женщины. Все они были темноволосыми — чёрные, каштановые, пепельные волосы струились по их плечам, и в их глазах горел тот же огонь, который я видела у призраков в колодце. Это был огонь боли, но также огонь сопротивления.

Они смотрели на нас с подозрением. Я чувствовала, как их взгляды изучают меня, проникают под кожу, оценивают каждое движение, каждое дыхание.

Один из них встал. Это был старый мужчина с длинной седой бородой и глазами, которые казались чёрными бездонными колодцами. Он был высоким, худым, с кожей, похожей на пергамент, и одет в тёмные одежды, которые сливались с тенью.

— Кто вы? — спросил он, и его голос был глубоким, как гул горной реки. — Как вы нашли это место?

Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как сердце колотится в груди.

— Я — Астра, — сказала я, и мой голос прозвучал громко и чётко, как звон колокола. — Я — королева Солнечного Града. И я — дочь Госпожи Ветров.

В зале воцарилась тишина. Люди за столом замерли, их глаза расширились от удивления и страха. Я слышала, как кто-то ахнул, как кто-то прошептал что-то на древнем языке.

— Ты — дочь Госпожи? — переспросил старик, и его голос стал ледяным, как зимний ветер. — Тогда ты — наш враг. Ты пришла уничтожить нас?

— Нет, — сказала я, делая ещё один шаг вперёд. — Я пришла просить вашей помощи. Я пришла уничтожить Госпожу Ветров. Я хочу освободить всех, кто страдает под её властью. Я хочу освободить вас.

Старик посмотрел на меня с недоверием. Его глаза сузились, и я видела, как внутри него борется недоверие и любопытство.

— Почему мы должны верить тебе? — спросил он, и в его голосе послышалась горечь. — Ты — её кровь. Ты — её наследница. Может быть, ты пришла, чтобы завершить то, что она начала. Может быть, ты пришла уничтожить нас.

— Я — её кровь, — сказала я, и в моём голосе появилась сталь. — Но я не она. Я хочу уничтожить её, потому что она убивает людей. Она топит их в колодцах, она высасывает их души, она использует их магию. Она сделала это с тысячами людей. Она убила тех, кто отказался продавать свою свободу. И теперь я хочу остановить её. Я хочу освободить всех, кто страдает. Я хочу освободить вас.

Старик замолчал. Он смотрел на меня, и я видела, как внутри него происходит борьба — между недоверием, которое он носил в себе тысячу лет, и надеждой, которая, возможно, тлела в глубине его души.

— Откуда ты знаешь всё это? — спросил он наконец, и его голос стал тише, почти шёпотом.

— Я была у Старого Колодца, — сказала я. — Я слышала их голоса. Я видела их души. Они просили меня освободить их. И я дала им слово. Я поклялась, что сделаю всё, чтобы освободить их.

— Ты дала слово призракам? — усмехнулся старик, но в его усмешке не было злости. — Ты — смелая девушка. Или очень глупая. Или и то, и другое.

— Может быть, — сказала я, чувствуя, как мои губы растягиваются в улыбку. — Но я здесь. И я прошу вашей помощи. Мы не можем победить Госпожу без ваших знаний. Мы не можем уничтожить её без вашей магии.

Старик повернулся и подошёл к костру. Люди расступились, и я увидела, что в центре зала стоит каменный алтарь, на котором лежит светящийся кристалл. Он был большим, размером с мою голову, и внутри него пульсировал тёмный свет — словно живое сердце, заключённое в камень.

— Ты хочешь уничтожить Госпожу Ветров, — сказал старик, не оборачиваясь. — Тогда ты должна понять, что она не просто ведьма. Она — порождение древней магии. Она была создана до того, как появились первые королевства, до того, как люди научились говорить на языке, который мы знаем сейчас. Она — часть этого мира. И уничтожить её — значит уничтожить часть самой магии.

— Я готова заплатить эту цену, — сказала я, и мой голос прозвучал твёрже, чем я себя чувствовала.

— Ты не понимаешь, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Если ты уничтожишь её, ты можешь уничтожить и себя. Ты — её дочь. Ты — часть её магии. Если она умрёт, ты тоже можешь умереть.

Я замерла. Никто не говорил мне об этом. Я всегда думала, что уничтожу Госпожу и выживу. Но теперь я понимала, что это не так. Если я уничтожу её, я могу уничтожить и себя.

— Я знаю, — сказала я, хотя внутри меня всё дрожало. — Но я готова. Если это поможет освободить всех, кто страдает, я готова умереть.

Старик посмотрел на меня, и в его глазах я увидела что-то, чего не ожидала: уважение. Он подошёл ко мне и протянул руку.

— Я — Арамин, — сказал он. — Мы поможем тебе. Мы научим тебя всему, что знаем. Но помни: цена может быть выше, чем ты думаешь.

Мы провели три дня в пещере тёмных магов. Это были самые странные дни в моей жизни — и, возможно, самые важные.

Арамин учил меня заклинаниям, которые я никогда не знала. Он рассказывал о древней магии, о том, как работает сила Госпожи Ветров, о том, как её можно разрушить. Каждый день мы сидели у костра, и я слушала его голос, который звучал как эхо из прошлого.

— Сердце Госпожи — это кристалл, который содержит её душу, — говорил он, показывая мне рисунки на стенах пещеры. — Он находится в самом центре её замка, под землёй. Чтобы уничтожить его, ты должна использовать ту же магию, которой он был создан — магию крови.

— Магию крови? — переспросила я, чувствуя, как холод пробегает по моей спине.

— Да, — кивнул Арамин. — Ты должна принести жертву. Свою кровь, свою силу, свою магию. Если ты вольёшь всё это в кристалл, он разрушится. Но ты потеряешь всё.

— Что значит «всё»? — спросила я, и мой голос дрогнул.

— Ты можешь потерять свою магию, — сказал он. — Или свою память. Или свою жизнь. Никто не знает точно. Но цена всегда высока. Это — единственный способ уничтожить её. Это — цена свободы.

Я слушала его и чувствовала, как внутри меня растёт холод. Это была не просто война. Это было самопожертвование. И я не знала, смогу ли я заплатить эту цену.

— Я готова, — сказала я.

Арамин покачал головой. В его глазах я увидела печаль.

— Ты ещё молодая, — сказал он. — Ты не понимаешь, что значит потерять всё. Ты думаешь, что знаешь, но ты не знаешь. Когда ты потеряешь всё, что у тебя есть, когда ты останешься одна, с пустотой внутри, тогда ты поймёшь.

— Я знаю, что значит потерять всё, — сказала я, и в моём голосе послышалась боль, которую я не могла скрыть. — Я уже потеряла свою прошлую жизнь. Я потеряла свою семью, своих друзей, свой мир. Я потеряла всё, что было мне дорого. Я — не боюсь потерять ещё что-то. Главное — освободить тех, кто страдает. Главное — освободить всех.

Арамин посмотрел на меня, и в его глазах я увидела что-то похожее на понимание.

— Тогда идём, — сказал он. — Мы покажем тебе последнее, что ты должна знать.

Мы вышли из пещеры на рассвете третьего дня. Утро было холодным, туман стелился по горам, и я чувствовала, как влажный воздух касается моего лица. Каий ждал меня у входа, и я увидела в его глазах облегчение, когда он заметил меня.

— Ты жива, — сказал он, обнимая меня. Его объятия были тёплыми и сильными, и я чувствовала, как напряжение уходит из моего тела.

— Я жива, — ответила я, улыбаясь. — И я знаю, что делать.

— Мы должны идти, — сказал он, отпуская меня, но его рука всё ещё касалась моего плеча. — Твоя армия готова. Они ждут тебя в Солнечном Граде. Но есть ещё кое-что.

— Что? — спросила я, чувствуя, как тревога снова начинает закрадываться в мою душу.

— Госпожа Ветров послала весть, — сказал Каий, и его лицо стало мрачным. — Она знает, что ты идёшь к ней. Она предлагает тебе сделку.

— Какую сделку? — спросила я, и мой голос стал напряжённым.

— Она говорит, что если ты придёшь к ней одна, без армии, она оставит королевство в покое. Она уйдёт в свои земли и не будет трогать твоих людей. Но ты должна стать её наследницей. Ты должна править с ней. Она предлагает тебе власть, бессмертие, всё, что ты захочешь. Она говорит, что вы можете править вместе.

Я замерла. Это была та самая игра, которую Госпожа вела с самого начала. Она хотела переубедить меня. Она хотела использовать меня. Она знала, что я — её дочь, и она верила, что я поддамся на её обещания.

— Она лжёт, — сказала я, и мой голос был твёрдым. — Она никогда не оставит королевство в покое. Она будет править через меня, если я соглашусь. Она будет использовать мою магию, мою силу, мою кровь. Она будет питаться мной, как она питается всеми остальными.

— Я знаю, — сказал Каий, и в его глазах я увидела облегчение. — Я должен был рассказать тебе. Я должен был дать тебе выбор.

— Спасибо, — сказала я. — Я сделаю свой выбор. Я не пойду к ней одна. Я не стану её марионеткой. Я пойду с армией. Я пойду уничтожить её.

Я повернулась к Арамину, который стоял в дверях пещеры. Он смотрел на меня, и в его глазах я видела уважение и надежду.

— Мы пойдём, — сказала я. — Но я хочу, чтобы вы запомнили: если я не вернусь, продолжайте бороться. Не сдавайтесь. Вы — единственные, кто знает правду. Вы — единственные, кто может передать это знание дальше.

Арамин склонил голову. В его жесте была глубокая печаль, но также и надежда.

— Мы будем ждать тебя, Астра, — сказал он. — Мы будем молиться за тебя. Мы будем верить в тебя.

Я кивнула и повернулась к Каию.

— Идём, — сказала я. — Нас ждёт война.

Мы вернулись в Солнечный Град через два дня. Я не спала почти всё это время — слишком много мыслей крутилось в моей голове. Когда мы подошли к воротам, я увидела их. Армия стояла на площади перед дворцом — тысячи мужчин и женщин, вооружённых мечами, луками и магией. Они стояли молча, и их глаза горели огнём надежды.

Я поднялась на трибуну, которую построили специально для меня. Я смотрела на них, на этих людей, которые верили в меня, и чувствовала, как внутри меня растёт решимость.

— Друзья мои, — сказала я, и мой голос прозвучал громко и чётко, как звон колокола. — Мы идём к свободе. Мы идём уничтожить Госпожу Ветров. Мы идём, чтобы освободить всех, кто страдает под её властью. Мы идём, чтобы разрушить её ложь, её законы, её тиранию. И мы победим.

Толпа закричала. Их голоса слились в один единый крик, который разнёсся по всей площади.

— Смерть Госпоже!

— Свобода!

— Астра! Астра! Астра!

Я подняла руку, и они замолчали.

— Мы выступаем на рассвете, — сказала я. — Готовьтесь. Это будет самая трудная битва в вашей жизни. Но я знаю: мы победим. Потому что мы правы. И потому что мы — вместе.

Толпа снова закричала, и я сошла с трибуны. Люди расступались передо мной, и я видела в их глазах веру. Веру в меня.

Когда я осталась одна в своих покоях, Каий подошёл ко мне. Он стоял рядом, и я чувствовала его тепло.

— Ты боишься? — спросил он.

— Боюсь, — призналась я. — Но я не могу остановиться. Я должна идти вперёд. Я должна сделать это.

— И не надо останавливаться, — сказал он. — Ты — королева. Ты — та, кто меняет ветра.

Я улыбнулась и взяла его за руку. Его пальцы переплелись с моими, и я чувствовала, как тепло разливается по моему телу.

— Пойдём со мной, — сказала я. — До конца.

— Я всегда был с тобой, — ответил он. — И всегда буду.

Мы стояли вместе на закате, глядя на чёрные земли, которые ждали нас. И я знала: что бы ни случилось, я сделаю всё, чтобы победить. Я сделаю всё, чтобы освободить этот мир.

Глава 5. Поход в Темные Земли

Ночь перед походом была самой длинной в моей жизни. Я лежала на огромной кровати в королевских покоях, и каждый раз, когда я закрывала глаза, я видела лица. Бренда, которая плакала, провожая меня в столицу. Лили, которая тряслась от страха, когда я сказала ей, что я — дочь Госпожи Ветров. Алберт, который упал на колени передо мной в тронном зале, а потом умер, потому что Госпожа забрала его жизнь. Призраки из колодца с их пустыми глазами и шепотом, который всё ещё звучал в моей голове.

«Освободи нас...»

Я перевернулась на бок и уставилась в стену. Камни были холодными, серыми, и я чувствовала, как от них веет сыростью. Этот мир был не моим. Он был чужим, тёмным, жестоким. И я, маленькая девочка из Краснодара, которая умерла от рыбной кости, стала его королевой. Это было смешно. Это было трагично. Это было безумно.

Я снова закрыла глаза и попыталась вспомнить ту жизнь. Запах кофе из кофейни за углом. Шум машин за окном. Голос подруги, которая звонила и спрашивала, пойду ли я в кино в субботу. Я не пошла в кино. Я пошла в ресторан «У дяди Саида» и подавилась заливным судаком. Идиотка. Ей-богу, идиотка.

Я чувствовала, как к горлу подступают слёзы. Я не плакала с того дня, как попала в этот мир. Я не давала себе права на слабость. Но сейчас, в тишине королевских покоев, я поняла, что я просто устала. Я так сильно устала, что хотелось упасть на пол и закричать.

«Ты не можешь сдаться», — сказала я себе. «Ты — королева. Ты — та, кто меняет ветра. Ты не имеешь права плакать».

Но слёзы всё равно потекли. Тихо, незаметно, я плакала, уткнувшись лицом в подушку, чтобы никто не услышал. Я плакала по своей прошлой жизни, по своей настоящей матери, по всему, что я потеряла.

За дверью послышались шаги. Лёгкие, почти бесшумные. Я знала, кто это, и не стала поворачиваться, когда дверь открылась.

— Вы не спите, — сказала Лили.

— Не могу, — ответила я, голос дрожал.

Она подошла к кровати и поставила на тумбочку чашку с чем-то горячим. Запах мяты и мёда разлился по комнате.

— Я принесла вам чай, — сказала она. — Вы должны поесть перед дорогой.

Я села на кровати и посмотрела на неё. Лили была бледной, с красными глазами. Она плакала. Она тоже не спала.

— Лили, — сказала я. — Ты тоже не спала.

— Я не могла, — ответила она, и голос её дрогнул. — Я всё думала о том, что вы уйдёте, и я больше никогда не увижу вас.

Я взяла её за руку и сжала. Её пальцы были холодными.

— Я вернусь, — сказала я.

— Вы не можете обещать этого, — прошептала она. — Вы не знаете, что ждёт вас там. Госпожа Ветров — она сильнее, чем вы думаете.

— Может быть, — сказала я. — Но я должна попытаться. Я не могу жить с мыслью, что я могла что-то сделать, но не сделала.

Лили упала на колени перед моей кроватью и уткнулась лицом в мои руки. Я чувствовала, как её слёзы падают на мою кожу.

— Я не хочу терять вас, — прошептала она. — Вы — единственная, кто дал мне надежду.

— Если я не вернусь, — сказала я, и мой голос стал твёрже, — ты должна продолжать моё дело. Ты должна напомнить людям, за что мы боролись.

— Я не могу, — прошептала она.

— Ты сильная, Лили, — сказала я, поднимая её лицо за подбородок. — Ты выжила в мире, который хотел убить тебя. Это требует больше силы, чем меч или магия. Ты — сильнее, чем думаешь.

Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидела что-то новое. Не страх. Решимость.

— Я буду ждать вас, — сказала она. — Сколько понадобится. Но вы должны вернуться.

— Я вернусь, — ответила я. — Я обещаю.

Мы стояли обнявшись, и я чувствовала, как её слёзы падают на мою грудь. Я держала её и думала о том, что это, возможно, последний раз, когда я вижу её лицо. И я запоминала каждую деталь.

Утро было холодным. Серое небо нависало над Солнечным Градом, словно давящая тяжесть, и воздух пах дождём. Я стояла у окна в своих покоях, одетая в дорожный костюм, который Лили приготовила для меня. Кожаные штаны, удобная рубашка, тёплый плащ. Я не была королевой в этом наряде. Я была воином.

Каий ждал меня у ворот. Он стоял на белом коне, и его лицо было серьёзным. Когда я подошла, он протянул мне руку.

— Ты готова? — спросил он.

— Я готова, — ответила я.

Я взяла его руку и вскочила на лошадь позади него. Я чувствовала его спину, его тепло, его дыхание.

— Мы выступаем, — сказал он тихо, так чтобы слышала только я.

— Мы выступаем, — повторила я.

Армия стояла на площади. Тысячи мужчин и женщин, молодых и старых. Они держали оружие, и их лица были суровыми. Я видела среди них тех, кто ещё вчера был крестьянином, торговцем, ремесленником. А сегодня они шли на войну. Они шли за мной.

Я поднялась на трибуну и оглядела толпу. Ветер дул с гор и трепал мои волосы. Я чувствовала, как магия пульсирует в моей крови.

— Друзья мои, — сказала я, и мой голос прозвучал громко. — Сегодня мы выступаем в поход. Мы идём, чтобы уничтожить Госпожу Ветров. Мы идём, чтобы освободить всех, кто страдает. Многие из вас не вернутся. Но я знаю: мы победим.

Толпа закричала. Их голоса слились в один крик.

— Смерть Госпоже!

— Астра! Астра!

Я подняла руку, и они замолчали.

— Мы выступаем сейчас, — сказала я. — Готовьтесь.

Каий подъехал ко мне на коне. Я взяла его руку и вскочила в седло. Армия двинулась. Мы выехали из Солнечного Града, и я оглянулась на белые стены. Я не знала, увижу ли их снова.

Первый день пути был спокойным. Мы шли по равнине, которая постепенно переходила в холмы. Земля была серой и сухой, и ветер поднимал облака пыли, которые оседали на наших лицах и одежде. Солдаты шли молча, и только стук копыт нарушал тишину.

Я ехала рядом с Каием и смотрела на бесконечные поля, которые простирались перед нами. Они были пустыми — ни деревьев, ни домов, ни людей. Когда-то здесь кипела жизнь. А теперь — ничего.

— Здесь раньше жили люди, — сказал Каий, проследив за моим взглядом. — Много лет назад. Моя мать рассказывала мне о деревнях, которые стояли вдоль этой дороги. Она говорила, что здесь были сады и дети бегали босиком по траве. Потом пришла Госпожа Ветров. Она забрала всё. Выпила их силу, их магию, их жизнь.

— Почему она сделала это? — спросила я.

— Потому что она может, — ответил Каий. — Потому что она хочет власти. Она хочет, чтобы все боялись её. Она хочет, чтобы никто не осмелился бросить ей вызов.

— Но мы бросаем ей вызов, — сказала я.

— Мы, — улыбнулся он. — Мы — те, кто не боится.

Мы ехали молча. Я чувствовала его близость, его тепло, его уверенность. И я понимала, что он — единственное, что держит меня на плаву.

В полдень мы остановились, чтобы дать солдатам отдохнуть. Я слезла с лошади и отошла в сторону, чтобы размять ноги. Каий подошёл ко мне и протянул флягу с водой.

— Пей, — сказал он. — Тебе нужно пить.

Я взяла флягу и сделала глоток. Вода была холодной, и я почувствовала, как она освежает горло.

— Спасибо, — сказала я.

— Не благодари, — ответил он. — Мы ещё не победили.

Он стоял рядом, и я чувствовала его взгляд на себе. Я повернулась к нему и посмотрела в его серые глаза.

— Что? — спросила я.

— Я просто смотрю на тебя, — сказал он. — Ты изменилась. Ты стала сильнее, чем была раньше.

— Я стала другой, — сказала я. — Я больше не та девочка, которая боялась выходить из дома.

— Я знаю, — сказал он. — И я горжусь тобой.

Мы стояли молча, глядя друг на друга. Я чувствовала, как внутри меня что-то меняется. Я не знала, что это было — надежда, любовь, страх. Но я знала, что он был рядом.

К вечеру мы разбили лагерь. Солдаты зажгли костры, и вскоре воздух наполнился запахом горячего супа и хлеба. Я сидела у костра рядом с Каием и смотрела на огонь. Пламя танцевало, отбрасывая тени на наши лица.

— Что ты думаешь о том, что нас ждёт? — спросила я.

— Я думаю, что мы победим, — ответил он. — Я знаю это.

— Почему ты так уверен?

— Потому что я верю в тебя, — сказал он, и я увидела, как его глаза блеснули в свете костра. — Ты прошла через ад, и ты не сломалась. Ты стала королевой, хотя никто не ждал этого. Ты изменила мир. И ты изменишь его снова.

Я посмотрела на него и почувствовала, как внутри меня что-то тает.

— Спасибо, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — улыбнулся он. — Ты всегда справляешься.

Мы сидели в тишине, глядя на огонь. Я чувствовала его близость, его тепло. И я понимала, что он — моя опора.

Второй день пути был таким же, как первый. Но к вечеру мы заметили, что земля меняется. Она становилась темнее, холоднее. Воздух пах горелой серой, и ветер дул с гор, принося холод.

— Мы приближаемся к границе, — сказал Каий. — Завтра мы войдём в Темные Земли.

Я посмотрела вперёд. На горизонте виднелись чёрные горы, покрытые туманом. Я чувствовала, как магия пульсирует в моей крови.

— Я готова, — сказала я.

Ночью я не могла уснуть. Я сидела у костра и смотрела на небо. Звёзды здесь были другими — бледными, холодными, словно они тоже боялись этого места.

Каий подошёл ко мне и сел рядом.

— Ты не спишь, — сказал он.

— Не могу, — ответила я. — Слишком много мыслей.

— Расскажи мне, — сказал он. — Расскажи, что ты чувствуешь.

Я посмотрела на него и почувствовала, как внутри меня что-то открывается.

— Я боюсь, — сказала я. — Я боюсь, что не справлюсь. Я боюсь, что она будет сильнее. Я боюсь, что я умру и не смогу спасти их.

— Ты справишься, — сказал он. — Я знаю это. Ты сильнее, чем думаешь.

Я посмотрела в его глаза и почувствовала, как что-то меняется между нами. Я наклонилась к нему, и он поцеловал меня. Поцелуй был тёплым, нежным, и я чувствовала, как его любовь проникает в моё сердце.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже люблю тебя, — ответил он.

Мы сидели обнявшись, глядя на звёзды. Я чувствовала, что мы справимся. Вместе.

На третий день мы достигли границы Темных Земель. Земля стала чёрной, как уголь, и я чувствовала, как магия Госпожи проникает в каждую клетку моего тела. Я сделала шаг вперёд, и магия ударила меня, как молния. Я упала на колени, чувствуя боль.

— Астра! — крикнул Каий.

Я закричала, и магия вырвалась из меня, как волна. Я чувствовала, как тьма отступает. Я поднялась на ноги.

— Я в порядке, — сказала я. — Мы должны идти дальше.

Мы продолжили путь. Чёрная земля была пустынной, но я чувствовала, что мы не одни. Кто-то наблюдал за нами.

На четвёртый день мы вошли в ущелье. Тени здесь были густыми, и я чувствовала, как магия Госпожи проникает в каждую трещину.

— Осторожно, — сказал Каий. — Это ловушка.

Но было поздно. Из тени выступили твари — огромные, с горящими глазами. Началась битва. Я сражалась рядом с Каием, чувствуя, как магия пульсирует в моей крови. Солдаты падали один за другим.

Каий схватил меня за руку.

— Идём! — крикнул он.

Мы побежали. Мы выбежали из ущелья и оказались перед замком Госпожи Ветров. Он был чёрным, огромным, с башнями, которые упирались в небо.

Из тумана выступила женщина. Она была высокой, стройной, с чёрными волосами. Её глаза горели красным огнём.

— Добро пожаловать, дочь моя, — сказала она. — Я ждала тебя.

Я замерла. Это была Госпожа Ветров. Моя мать.

— Я не твоя дочь, — сказала я. — Я — та, кто уничтожит тебя.

Госпожа улыбнулась.

— Ты думаешь, что можешь остановить меня? — сказала она. — Ты — часть меня. Ты — моя кровь.

— Я готова заплатить эту цену, — сказала я.

Она повернулась и пошла к замку.

— Иди за мной, — сказала она.

Я посмотрела на Каия.

— Я вернусь, — сказала я. — Я обещаю.

Я повернулась и пошла за Госпожой Ветров. Туман сомкнулся за мной.

Замок Госпожи Ветров был не просто зданием. Он был живым существом. Я чувствовала это, как только переступила порог. Стены дышали. Пол под моими ногами пульсировал, как будто я шла по гигантскому сердцу. Воздух был тяжёлым, почти осязаемым, и пах он кровью, старой магией и чем-то сладковатым, похожим на гниющие цветы.

Госпожа Ветров шла впереди. Я смотрела на её спину, на чёрные волосы, которые струились по плечам, на её платье, которое мерцало в полумраке, словно сотканное из ночного неба. Она была красивой. Чёртовски красивой. И в этой красоте было что-то неправильное, что-то такое, что заставляло мою магию сжиматься в груди, как испуганный зверёк.

— Ты дрожишь, — сказала она, не оборачиваясь. — Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Ты — моя дочь.

— Я не боюсь, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Я просто… мне холодно.

Она остановилась и повернулась ко мне. Её глаза горели красным, и я видела в них отражение своего лица. Моё лицо. Мои волосы. Мои глаза. Мы были похожи. Как две капли воды. Как две половины одного целого.

— Холодно? — переспросила она, и её губы растянулись в улыбке. — Дочь моя, ты не знаешь, что такое холод. Ты не знаешь, что такое настоящая тьма. Ты думаешь, что твои волосы — это проклятие? Ты думаешь, что твой цвет — это знак отверженности? Нет. Это знак силы. Это знак того, что ты — часть меня. Часть древней магии, которая была здесь задолго до того, как люди научились говорить на своём жалком языке.

Она подошла ближе, и я почувствовала, как её магия обволакивает меня. Она была тёплой, почти ласковой, и я ненавидела это ощущение. Я хотела оттолкнуть её, но моё тело не слушалось. Оно хотело приблизиться. Оно хотело её тепла.

— Ты чувствуешь это, правда? — прошептала она. — Ты чувствуешь, как магия тянется к магии. Как кровь зовёт кровь. Ты — моя. Ты всегда была моей.

— Нет, — сказала я, и в моём голосе появилась сталь. — Я не твоя. Я — та, кто уничтожит тебя.

Госпожа Ветров засмеялась. Её смех был похож на звон колокольчиков, но в нём было что-то зловещее.

— Уничтожишь меня? — повторила она. — Ты — моя дочь. Ты — часть меня. Уничтожить меня — значит уничтожить себя. Ты готова к этому?

— Я готова, — сказала я.

Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидела что-то странное. Не гнев. Не боль. Гордость.

— Ты смелая, — сказала она. — Я всегда знала, что ты будешь такой. Когда Бренда украла тебя из моего замка, я знала, что ты вырастешь сильной. Я знала, что ты придёшь ко мне. И я ждала этого дня.

— Ты ждала? — переспросила я, чувствуя, как внутри меня закипает злость. — Ты убила тысячи людей. Ты уничтожила целые деревни. Ты заточила души в колодце. И ты ждала меня?

— Я ждала тебя, — повторила она. — Потому что ты — моя наследница. Ты — та, кто продолжит моё дело. Ты — та, кто будет править этим миром вместе со мной.

— Я не буду править с тобой, — сказала я. — Я буду править без тебя. Или я умру, пытаясь.

Госпожа Ветров улыбнулась.

— Ты умрёшь, — сказала она. — Но не сегодня.

Она повернулась и пошла дальше, и я поняла, что у меня нет выбора. Я должна идти за ней. Я должна увидеть то, что она хочет мне показать.

Мы шли по бесконечным коридорам замка. Стены были покрыты древними рунами, которые светились тусклым голубым светом. Я чувствовала, как они пульсируют в такт с моим сердцем. Они знали меня. Они узнавали мою магию.

— Это место было построено тысячу лет назад, — сказала Госпожа Ветров. — Я создала его из камня, магии и крови. Каждый камень здесь помнит мою силу. Каждая стена дышит моей мощью. Ты чувствуешь это?

— Чувствую, — сказала я, и мой голос прозвучал глухо.

— Ты боишься?

— Нет, — солгала я.

Она остановилась перед огромной дверью, которая была сделана из чёрного металла. На двери были выгравированы изображения людей с тёмными волосами. Их лица были искажены страхом и болью.

— Это — мои дети, — сказала Госпожа Ветров, проводя рукой по изображениям. — Каждый из них был частью меня. Каждый из них отдал мне свою магию, свою силу, свою душу. Они сделали меня сильной. Они сделали меня бессмертной.

— Ты их убила, — сказала я.

— Я их освободила, — ответила она. — Они теперь часть меня. Они не чувствуют боли. Они не чувствуют страха. Они — часть вечности.

Она толкнула дверь, и она открылась с глухим стуком. Внутри была комната, которая была похожа на тронный зал, но всё здесь было чёрным. Чёрные стены, чёрный пол, чёрный потолок. В центре стоял трон, сделанный из костей. На нём лежал кристалл, размером с мою голову, который пульсировал тёмным светом.

— Сердце Госпожи, — прошептала я.

— Да, — сказала Госпожа Ветров, подходя к трону. — Это — моё сердце. Это — моя сила. Ты хочешь уничтожить его?

Я посмотрела на кристалл. Он пульсировал, словно живое существо. Я чувствовала, как он зовёт меня, как он тянется к моей магии, к моей крови.

— Я уничтожу его, — сказала я.

Госпожа Ветров улыбнулась.

— Тогда иди, — сказала она. — Иди и попробуй.

Я сделала шаг вперёд. И ещё один. Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его стук в ушах. Я подошла к трону и протянула руку к кристаллу.

Когда мои пальцы коснулись его поверхности, я почувствовала, как магия пронзает меня. Это было больно. Это было сладко. Это было похоже на то, как будто я проваливаюсь в бесконечную бездну.

— Ты чувствуешь это? — сказала Госпожа Ветров. — Это — твоя сила. Это — наша сила. Мы — одно целое.

— Нет, — сказала я, и я поняла, что это был не мой голос. Это был голос Миралис. Голос той девочки, которая умерла под дубом. Голос всех тех, кто был утоплен в колодце. — Мы — не одно целое. Мы — разные. Мы — те, кто отказался от тебя.

Я закричала, и моя магия вырвалась из меня. Она ударила в кристалл, и я почувствовала, как он трещит под моими пальцами. Госпожа Ветров закричала. Её тело затряслось, и она упала на колени.

— Ты не можешь! — крикнула она. — Ты — часть меня!

— Я — не часть тебя! — крикнула я. — Я — та, кто освободит всех!

Кристалл треснул. Чёрный свет вырвался из него, озаряя комнату. Я чувствовала, как магия Госпожи Ветров уходит. Она таяла, как снег под солнцем.

Госпожа Ветров смотрела на меня, и в её глазах я увидела страх. Настоящий страх.

— Ты убьёшь себя, — прошептала она. — Ты умрёшь вместе со мной.

— Я знаю, — сказала я.

И я сделала последний шаг. Я влила всю свою магию в кристалл. Весь свой гнев. Всю свою боль. Всю свою любовь. И я отпустила всё.

Всё вокруг стало белым. А потом — чёрным. А потом — ничего.

Я очнулась на холодном полу. Моё тело болело так, как будто меня переехала машина. Я с трудом открыла глаза и увидела над собой лицо Каия.

— Астра! — крикнул он. — Астра, ты жива!

Я попыталась улыбнуться.

— Жива, — прошептала я. — Кажется.

Он обнял меня так крепко, что у меня перехватило дыхание.

— Я думал, я потерял тебя, — сказал он, и я чувствовала, как его слёзы падают на мои щёки.

— Я обещала, что вернусь, — сказала я.

Я попыталась встать. Мои ноги дрожали, и я чувствовала, что я потеряла что-то важное. Я провела рукой по голове и поняла, что моих волос больше нет. Они были короткими. Почти как у мальчишки.

— Мои волосы, — прошептала я.

Каий улыбнулся.

— Они вырастут, — сказал он.

Я почувствовала, как из моих глаз потекли слёзы. Я потеряла всё. Но я освободила всех.

Я поднялась на ноги. Кристалл был разбит. Госпожа Ветров исчезла. В комнате было тихо.

— Она мертва? — спросила я.

— Она не мертва, — сказал Каий. — Она превратилась в прах. Она исчезла. Как будто её никогда и не было.

Я почувствовала облегчение. Я сделала это. Я победила.

Мы вышли из замка. Небо было серым, но я чувствовала, что за тучами светит солнце. Армия ждала нас у ворот. Когда они увидели меня, они закричали.

— Астра! Астра! Астра!

Я подняла руку, и они замолчали.

— Мы победили, — сказала я. — Госпожа Ветров больше не существует. Все, кто был заточен в колодце, освобождены. Мы — свободны.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость заполняет меня. Я сделала это. Я освободила их.

Но я также знала, что это только начало. Впереди был долгий путь. Впереди были перемены, законы, реформы. Впереди была работа.

— Каий, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Мы должны идти домой.

Он улыбнулся.

— Мы уже идём, — сказал он.

Мы стояли вместе, глядя на Солнечный Град, который виднелся на горизонте. Я знала, что меня ждёт много работы. Но я также знала, что я не одна.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. И я изменила этот мир.

Глава 6. Площадь палача

Я проснулась оттого, что кто-то тряс меня за плечо. Сначала мне показалось, что это сон — тот самый, в котором я снова сижу в ресторане «У дяди Саида» и смотрю на жирное пятно на скатерти, которое расплывается с угрожающей быстротой. Но потом я услышала голос Лили, и реальность ворвалась в моё сознание, как утренний свет в тёмную комнату.

— Ваше Величество! Проснитесь! На площади собирается толпа. Они требуют, чтобы вы вышли к ним.

Я открыла глаза. В комнате было темно, даже несмотря на то, что за окном уже давно должно было стоять утро. В Солнечном Граде всегда было светло — золотые стены, белые башни, сияющие на солнце, как сахарная глазурь. Но в моих покоях всегда царил полумрак. Шторы были такими плотными, что не пропускали ни луча света. Я приказала повесить их в первый же день после возвращения из Темных Земель. Я не хотела видеть солнце. Я не хотела видеть этот город, который теперь смотрел на меня с таким же страхом и ненавистью, как когда-то в деревне Ветреный Холм.

— Что значит «требуют»? — спросила я, садясь на кровати и потирая виски. Голова болела так, будто внутри неё кто-то застрял и пытался пробиться наружу. — Я королева. Никто не требует от королевы.

— Ваше Величество, — Лили стояла передо мной, и её лицо было бледным, почти прозрачным в полумраке комнаты. — Они вышли на улицы. Тысячи людей. Блондины и те, кто снял маскировку. Они стоят друг против друга. Это может перерасти в бойню.

Я вздохнула. Глубоко, тяжело, как перед прыжком в холодную воду.

— Где Каий? — спросила я, вставая с кровати. Мои ноги дрожали, и я чувствовала, как каждая клетка моего тела протестует против необходимости двигаться.

— Он уже на площади, — сказала Лили. — Он пытается успокоить толпу, но у него плохо получается. Они хотят видеть вас. Только вас.

Я подошла к окну и отодвинула край шторы. Площадь перед дворцом была заполнена людьми. Я видела их лица — гневные, испуганные, растерянные. Одни кричали, сжимая в руках факелы и палки, другие плакали, прижимая к груди детей. И все они смотрели на окна моего дворца, на мои покои, словно знали, что я смотрю на них.

— Что они хотят? — спросила я, хотя уже знала ответ.

— Они хотят знать правду, — сказала Лили. — Некоторые из них сняли маскировку. Их волосы стали тёмными, и они боятся. Они боятся, что их убьют. Другие — блондины — требуют, чтобы вы вернули всё как было. Они говорят, что вы разрушили их мир. А некоторые… некоторые говорят, что вы — самозванка, что вы украли корону, что вы служите Госпоже Ветров.

Я усмехнулась. Горькая, сухая усмешка, которая появилась у меня за последние дни вместо нормального смеха. Я уже не помнила, когда в последний раз смеялась по-настоящему, от души, не чувствуя на своих плечах тяжесть всего этого мира.

— Самозванка, — повторила я. — Забавно. Я и есть самозванка. Только они не знают, насколько.

Лили посмотрела на меня с тревогой. Её глаза расширились, и я видела, как она сжимает край своей юбки, словно пытаясь найти опору.

— Ваше Величество… что вы имеете в виду?

— Ничего, — сказала я, качая головой. — Не обращай внимания. Просто устала. Идём, помоги мне одеться. И принеси мою корону. Сегодня я буду выглядеть как королева.

Через час я стояла у входа в тронный зал. Я была одета в платье — не в то белое, которое носили блондинки, а в чёрное, с серебряной вышивкой, которое Лили нашла в гардеробе покойной королевы. Оно было старым, с длинными рукавами и высоким воротником, и я чувствовала, как ткань касается моей кожи, словно холодные пальцы. На моей голове была корона — та самая, с чёрным бриллиантом, которая упала к моим ногам в день коронации. Мои короткие волосы были уложены так, чтобы подчеркнуть форму моего лица. Они отросли чуть больше, чем на два пальца, и я чувствовала себя странно без привычной тяжести на плечах, без густых прядей, которые падали до пояса и закрывали лицо, когда я хотела спрятаться.

Я смотрела на себя в зеркало и видела не ту девушку, которая проснулась в конюшне несколько недель назад. Я видела женщину. Сильную. Решительную. Готовую идти до конца.

Но внутри меня всё дрожало. Я боялась. Боялась, что они не поймут. Боялась, что они прогонят меня, или, что хуже, убьют. Я боялась, что моя речь не изменит ничего, что они продолжат ненавидеть друг друга, продолжат бояться тёмных волос, продолжат верить в ложь, которая душила их тысячу лет.

— Вы готовы? — спросила Лили, стоящая за моей спиной.

— Нет, — честно ответила я, поворачиваясь к ней. — Но это не имеет значения. Я должна сделать это.

Я вышла из дворца. Ступени были каменными, холодными, и я чувствовала, как ветер треплет мою одежду. Когда я появилась на верхней площадке, толпа взорвалась криками. Я слышала гнев, ярость, страх. Я слышала, как кто-то кричит: «Смерть самозванке!», а кто-то: «Да здравствует королева!». Я видела, как факелы мерцают в руках людей, как их лица искажаются от эмоций.

Я подняла руку, и толпа медленно затихла. Я смотрела на них — на тысячи лиц, на тысячи глаз, которые смотрели на меня с надеждой и ненавистью. Среди них я видела детей, которые прятались за юбками матерей, стариков, которые опирались на палки, молодых парней, которые сжимали в руках самодельные мечи и вилы. Они пришли сюда не просто так. Они пришли, потому что боялись. Потому что мир, в котором они жили, рухнул в один день, и они не знали, за что ухватиться.

— Жители Солнечного Града! — крикнула я, и мой голос разнёсся над площадью, отражаясь от белых стен домов. — Я знаю, что вы пришли сюда за правдой. Я знаю, что вы боитесь. Что вы злитесь. Что вы растеряны. И я пришла сказать вам правду. Всю правду. Даже если она разрушит ваши представления о мире.

Толпа загудела, но я продолжала, повышая голос:

— Я расскажу вам о Госпоже Ветров. О той, кто тысячу лет назад заключила сделку с вашими предками. О той, кто забрала у них цвет волос — а вместе с ним и их магию, их свободу, их души. Вы думаете, что быть блондином — это благословение, знак избранности? Нет. Это ложь. Это ложь, которую вам рассказывали тысячу лет.

Я замолчала, давая словам осесть. Ветер стих, и я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди. Она была голодной. Она хотела вырваться наружу, хотела показать им правду. Но я сдерживала её.

— Блондины — это доноры, — сказала я, и мой голос стал тише, но теперь в нём было что-то новое — сталь, которую я не знала в себе до этого момента. — Их сила, их магия, их жизненная энергия уходит к Госпоже Ветров. Она пьёт их души, как вы пьёте воду из колодца. Каждый из вас, кто носит светлые волосы, — её раб. Каждый из вас, кто пытался смыть темноту лимонным соком, — её жертва.

Толпа ахнула. Я видела, как лица людей искажаются от ужаса. Кто-то начал кричать, кто-то плакать, кто-то размахивать руками, требуя, чтобы я замолчала. Но я не замолчала.

— Это неправда! — закричал кто-то из толпы. — Ты лжёшь! Ты — демон! Ты послана Госпожой, чтобы разрушить нас!

— Я не лгу, — сказала я, и мой голос стал твёрже. — Я была в её замке. Я видела её. Я видела кристалл, который содержит её силу. И я разрушила его. Госпожа Ветров больше не властна над нами.

Я замолчала, давая им переварить эту информацию. В толпе я увидела людей, которые начали переглядываться. Одни снимали свои парики, другие убирали заклинания иллюзии. Я видела, как их волосы возвращались к своим настоящим цветам — чёрные, каштановые, рыжие, пепельные. Видела их лица — испуганные, счастливые, растерянные.

— Но у меня есть ещё кое-что, — сказала я. — И это самое важное. Я не просто королева. Я — дочь Госпожи Ветров.

Толпа взорвалась криками. Я слышала, как кто-то кричит «Ведьма!», как кто-то требует моей казни. Я видела, как лица людей искажаются от ненависти, как матери прижимают детей к груди, как мужчины хватаются за оружие.

— Я знаю, что вы боитесь меня! — крикнула я, перекрывая шум. — Но я не ваша врагиня! Я пришла не для того, чтобы уничтожить вас. Я пришла, чтобы освободить вас. Я родилась с тёмными волосами, и меня проклинали за это. Меня боялись. Меня ненавидели. Я знаю, что такое быть изгоем в этом мире. И я не хочу, чтобы кто-то ещё чувствовал то же самое.

Я шагнула вперёд, спускаясь на первую ступень. В толпе кто-то закричал, но я не остановилась.

— Мои волосы были чёрными, — сказала я. — Сейчас они короткие, потому что я потеряла их, разрушая кристалл Госпожи. Но они вырастут. И они снова станут чёрными. И я не буду скрывать этого. Никогда. Потому что мой цвет — это часть меня. И он не делает меня ни хуже, ни лучше других. Он просто делает меня той, кто я есть.

Я обвела взглядом толпу. В некоторых глазах я видела слёзы. В других — надежду. В третьих — всё ту же ненависть.

— Вы можете ненавидеть меня, — сказала я. — Вы можете бояться меня. Но вы не можете отрицать правду. Ваши волосы — это просто пигмент. Это не проклятие. Это не благословение. Это просто часть вас. И я хочу, чтобы вы жили в мире, где цвет волос не определяет вашу ценность. Где никто не будет топить людей в колодцах за то, что они родились не такими, как все. Где никто не будет прятать свой настоящий цвет, потому что боится смерти.

Толпа молчала. Я слышала только ветер и биение своего сердца. Я стояла и смотрела на них, ожидая, когда они заговорят. Ожидая, когда они примут решение.

— Я издаю указ, — сказала я. — С сегодняшнего дня все законы, которые разделяли людей по цвету волос, отменяются. Те, кто хочет сохранить свой настоящий цвет, могут сделать это. Те, кто хочет остаться светлыми, могут остаться. Но никто больше не будет осуждён за свой цвет. Никто не будет утоплен в колодце. Никто не будет лишён свободы. И никто не будет жить в страхе.

Я замолчала, давая им время осознать сказанное.

— Вы свободны, — сказала я. — Все вы. Свободны быть теми, кем вы родились. Свободны выбирать свой путь. Свободны жить без страха.

Толпа молчала. А потом кто-то закричал:

— Ложь! Она лжёт!

Я повернулась и увидела, как из толпы поднимается человек. Это был мужчина в чёрном плаще, с капюшоном, скрывающим лицо. Он подошёл к ступеням и скинул капюшон.

Я замерла. Это был Орландо. Бывший король. Его волосы были седыми — не крашеными, а настоящими, мышиными, с глубокими залысинами. Но в его глазах я видела ту же ненависть, которую помнила. Он был худым, измученным, но в нём чувствовалась опасность. Он был похож на змею, которая притворяется мёртвой, но в любой момент может ужалить.

— Ты лжёшь, — сказал он, указывая на меня пальцем. Его голос дрожал от ярости. — Ты не дочь Госпожи Ветров. Ты — самозванка. Ты украла мою корону. Ты украла моё королевство. И теперь ты пытаешься обмануть народ, чтобы удержаться у власти.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри меня закипает злость. Это была та самая злость, которую я испытывала в прошлой жизни, когда начальник присваивал мои идеи, или когда кто-то пытался убедить меня, что чёрное — это белое. Я сжала кулаки и сделала шаг к нему.

— Орландо, — сказала я, и мой голос был холодным, как лёд. — Ты — человек, который скрывал свою настоящую природу много лет. Ты носил парик, чтобы скрыть свою седину. Ты убивал людей, которые могли раскрыть твою ложь. И теперь ты смеешь обвинять меня?

— Ты разрушила нашу веру! — крикнул он, и его лицо побагровело от ярости. — Ты разрушила наш мир! Люди жили в мире и согласии, и ты пришла и уничтожила всё!

— Мир и согласие? — я усмехнулась, и в моём голосе послышалась горечь. — Ты называешь миром и согласием то, что люди боялись выходить из дома, если у них не было крашеных волос? Ты называешь миром то, что младенцев топили в колодцах, если они рождались с тёмными волосами? Ты называешь согласием то, что люди жили в страхе тысячу лет?

Я шагнула к нему, и он отступил. Его глаза расширились, и я видела, как в них мелькает страх.

— Ты не знаешь, что такое мир, — сказала я. — Ты знаешь только ложь. И теперь, когда правда вышла наружу, ты боишься. Ты боишься, что люди увидят тебя настоящего. Что они увидят твою седину, твою лысину, твою слабость. И знаешь что? Это правильно. Потому что ты слаб. Ты всегда был слаб. Ты правил страхом, а не силой.

Орландо побледнел так, что его седые волосы стали казаться почти чёрными на фоне бледной кожи.

— Я верну своё королевство, — прошипел он, и его голос сорвался на шёпот. — Я убью тебя и верну своё королевство.

— Попробуй, — сказала я.

В тот момент я почувствовала, как моя магия пульсирует в груди. Она была голодной. Она хотела вырваться наружу, хотела показать всем, кто я есть на самом деле. Я не сдерживала её. Я позволила ей вырваться.

Чёрный свет окутал меня. Я чувствовала, как мои короткие волосы встают дыбом, как воздух вокруг меня начинает искриться. Лица людей в толпе замерли от ужаса. Я видела, как они отступают, как некоторые падают на колени, как другие бегут.

— Ты — монстр! — крикнул Орландо, и его голос сорвался на визг. — Ты — проклятие!

— Нет, — сказала я. И мой голос был твёрже, чем я когда-либо чувствовала. — Я — королева.

Я подняла руку, и магия вырвалась из меня. Она ударила в небо, разрывая облака. Луч света пронзил тучи, и солнечный свет залил площадь. Он был тёплым, ярким, и я чувствовала, как он касается моего лица.

— Посмотрите! — крикнула я, и мой голос разнёсся над площадью, как звон колокола. — Посмотрите, как свет падает на всех вас. Блондинов. Брюнетов. Рыжих. Всех. Свет не выбирает. Он не говорит: «Ты достоин, а ты нет». Он просто светит. И так должно быть с нами.

Я опустила руку, и магия утихла. Я стояла на ступенях, тяжело дыша, и смотрела на толпу. В моих глазах стояли слёзы.

— Мы — свободны, — сказала я, и мой голос дрогнул. — Мы — свободны быть теми, кем мы родились. Мы — свободны жить без страха. Мы — свободны выбирать свой путь.

Толпа молчала. А потом один человек упал на колени. Это была женщина с длинными чёрными волосами, которые она до этого дня скрывала под заклинанием иллюзии. Она плакала. Её слёзы падали на каменные ступени, и я видела, как они блестят на солнце.

— Королева! — крикнула она. — Да здравствует королева!

Один за другим люди падали на колени. Сначала те, кто снял маскировку. Потом те, кто всё ещё был блондином. Потом все остальные. Площадь заполнилась людьми, которые кланялись мне, плакали, кричали.

Я стояла на ступенях и смотрела на них. Я чувствовала, как слёзы текут по моим щекам. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди.

Я сделала это. Я сказала им правду. И они приняли её.

Когда я вернулась в свои покои, я чувствовала себя опустошённой. Я упала в кресло и закрыла глаза. Мои ноги дрожали, и я чувствовала, как сердце колотится в груди. Всё тело болело, словно я пробежала марафон.

Лили подошла ко мне с чашкой чая. Она поставила её на стол и опустилась на колени рядом со мной.

— Вы были великолепны, — сказала она, и в её голосе я слышала слёзы.

— Я была напугана, — призналась я, открывая глаза и глядя на неё. — Я боялась, что они разорвут меня на части.

— Но они не сделали этого, — сказала она, улыбаясь сквозь слёзы. — Они слушали вас. Они поняли.

Я взяла чашку чая и сделала глоток. Он был мятным, с мёдом — точно таким, какой Алберт любил пить перед важными советами. Тёплый пар коснулся моего лица, и я вдруг почувствовала, как напряжение начинает отпускать мышцы.

— Это ещё не конец, — сказала я, глядя в окно. Закат догорал на горизонте, окрашивая небо в багряные и золотые тона. — Орландо не сдастся. Он будет пытаться вернуть власть. И многие блондины не примут перемены. Будет война.

— Тогда мы будем сражаться, — сказала Лили, и в её голосе я услышала сталь, которой раньше не слышала. — Мы будем сражаться за свободу.

Я улыбнулась. Впервые за долгое время я чувствовала, что улыбка искренняя.

— Да, — сказала я. — Мы будем сражаться.

Ночь опустилась на Солнечный Град, как тяжёлое одеяло. Я сидела в кресле у окна и смотрела на город, который простирался подо мной — белый, сверкающий, как сахарная головка, с башнями и шпилями, которые упирались в чёрное небо. Теперь этот город был моим. Эта страна была моей. И я чувствовала её вес на своих плечах так же отчётливо, как тяжесть короны на голове.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. На пороге стоял Каий. Его лицо было серьёзным, и я видела, что он чем-то встревожен.

— Ты не спишь, — сказал он.

— Не могу, — ответила я. — Слишком много мыслей.

Он подошёл ко мне и сел на подлокотник кресла. Я чувствовала его тепло, его близость, и это успокаивало меня.

— Ты была великолепна сегодня, — сказал он. — Ты сказала им правду. И они приняли её.

— Они приняли её сегодня, — сказала я. — Но завтра они могут передумать. Завтра Орландо придёт с армией. Или кто-то ещё.

— Тогда мы будем готовы, — сказал он. — Мы не позволим им забрать твою свободу. Или твою жизнь.

Я повернулась к нему и посмотрела в его серые глаза. В них было столько уверенности, столько силы, что я почувствовала, как внутри меня что-то меняется.

— Почему ты веришь в меня? — спросила я. — Почему ты не боишься?

Он улыбнулся, и в его улыбке было столько тепла, что у меня сжалось сердце.

— Потому что я знаю тебя, — сказал он. — Я знаю, что ты не сдашься. Я знаю, что ты сильная. И я знаю, что ты сделаешь всё, чтобы защитить их.

— Даже если это будет стоить мне жизни?

— Даже если это будет стоить тебе жизни, — сказал он. — Но я не позволю тебе умереть. Я буду рядом. Всегда.

Я взяла его за руку и сжала. Его пальцы переплелись с моими, и я чувствовала, как тепло разливается по моему телу.

— Спасибо, — сказала я.

— Не благодари, — ответил он. — Мы ещё не победили.

Мы сидели молча, глядя на звёзды. Я чувствовала его близость, его тепло, и понимала, что это единственное, что держит меня на плаву.

На следующее утро я проснулась оттого, что кто-то громко стучал в дверь. Я открыла глаза и увидела Лили, которая стояла на пороге с перекошенным от страха лицом.

— Ваше Величество! — крикнула она. — Срочно! Орландо объявил, что собирает армию на окраинах города. Он говорит, что вы — самозванка, и что он вернёт своё королевство.

Я села на кровати, чувствуя, как холод пробегает по моей спине.

— Когда? — спросила я.

— Через три дня, — сказала она. — Он собирает всех, кто не согласен с вашими реформами. Блондины, которые потеряли свои привилегии. Аристократы, которые боятся потерять власть. Он говорит, что вы — проклятие, и что только он может спасти королевство.

Я встала с кровати и подошла к окну. Город просыпался. Я видела, как люди собираются на улицах, как они перешёптываются, как они бросают тревожные взгляды на стены дворца.

— Тогда мы будем готовиться к войне, — сказала я.

Я повернулась к Лили.

— Собери совет, — сказала я. — Нам нужно обсудить стратегию. И найди Каия. Скажи ему, что я хочу его видеть.

Лили кивнула и выбежала из комнаты. Я осталась одна. Я смотрела на город, который теперь был моим, и чувствовала, как внутри меня растёт решимость.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я не позволю никому отнять мою свободу.

Через час я сидела в тронном зале. Вокруг меня собрались мои советники — те, кто остался верен мне после коронации. Среди них были и те, кто когда-то был блондином, и те, кто снял маскировку. Они смотрели на меня с надеждой.

— Орландо собирает армию, — сказала я. — Он хочет вернуть корону. Он хочет вернуть старый порядок. Мы не можем позволить ему сделать это.

— Но у нас нет армии, — сказал один из советников, старый мужчина с пепельными волосами. — Те, кто снял маскировку, боятся сражаться. Они боятся, что проиграют.

— Тогда мы должны дать им повод не бояться, — сказала я. — Мы должны показать им, что мы сильны. Что мы готовы защищать свою свободу.

— Как? — спросил советник.

Я посмотрела на него, и в моих глазах горел огонь.

— Я покажу им свою силу, — сказала я. — Я покажу им, что я — королева. И что я не позволю никому отнять их свободу.

Я встала с трона.

— Соберите всех, кто готов сражаться, — сказала я. — Мы выступим через три дня. Мы покажем Орландо, что значит бороться за свободу.

Советники закивали. Они встали и начали расходиться, обсуждая планы и стратегии. Я осталась одна в тронном зале. Я смотрела на стены, которые когда-то были белыми, но теперь начали темнеть. Магия Госпожи Ветров уходила из этого мира, и с ней уходила старая ложь.

Я подошла к окну и посмотрела на горизонт, где собирались тучи. Война приближалась. Но я была готова.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. И я собираюсь изменить этот мир.

Глава 7. Скрытые лики

Три дня до выступления армии Орландо пролетели как один миг. Я не спала почти всё это время — готовила приказы, встречалась с командирами, объезжала лагеря, проверяла запасы. Каждое утро начиналось с докладов, каждый вечер заканчивался совещаниями, а ночи я проводила над картами, пытаясь предугадать, откуда ударит враг. Мои глаза горели от бессонницы, но я не могла остановиться. Каждая минута бездействия казалась мне предательством по отношению к тем, кто поверил в меня.

Лили приносила мне еду, которую я оставляла нетронутой. Она смотрела на меня с тревогой, но не говорила ни слова — она знала, что я не остановлюсь. Она просто ставила поднос на стол и бесшумно уходила, оставляя меня наедине с картами и свитками.

На вторую ночь, когда луна стояла высоко в небе, а в комнате было тихо, как в склепе, я услышала шаги за дверью. Я подняла голову от карты, на которой пыталась начертить оборонительные линии вокруг города, и увидела Каия. Он стоял в дверях, и его лицо было напряжённым.

— Ты не спишь, — сказал он, но это был не вопрос, а утверждение.

— Не могу, — ответила я, откидываясь на спинку кресла. — Слишком много мыслей.

Он вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Я смотрела, как он подходит к столу, как его пальцы касаются края карты, как он изучает линии, которые я начертила.

— Ты думаешь о шпионах, — сказал он.

Я не удивилась. Он всегда знал, о чём я думаю, даже когда я молчала.

— Да, — призналась я. — Я не могу перестать думать о том, что среди нас есть те, кто работает на Орландо. Он знает наши планы. Он знает наши слабые места. И я не знаю, кому можно верить.

Каий поднял на меня глаза. В его серых зрачках отражался свет свечи, и я видела в них ту же тревогу, что чувствовала сама.

— Ты говоришь о предателях, — сказал он, и в его голосе послышалась осторожность, которую я раньше не слышала. — Я думал об этом. Орландо был королём много лет. У него были верные люди во всех слоях общества. Аристократы, стражники, даже слуги. Они могут быть где угодно.

— Даже среди тёмных магов? — спросила я, и мой голос дрогнул.

— Даже среди них, — ответил Каий, и в его глазах я увидела страх. Настоящий страх, который он редко показывал. — Мы должны быть осторожны. Мы не можем доверять никому.

Я замолчала, обдумывая его слова. Он был прав. Война начиналась не только на поле боя, но и в наших собственных рядах. И если я хотела победить, я должна была найти предателей раньше, чем они нанесут удар.

— Тогда мы должны создать сеть, — сказала я, и мой голос стал твёрже. — Скрытую сеть. Людей, которые будут следить за другими. Которые будут сообщать нам о любых подозрительных действиях. Мы назовём их… «Корни». Потому что они будут расти в тени, как корни деревьев, и питать наше движение.

— Ты хочешь создать шпионскую сеть, — сказал Каий, и в его голосе послышалась усмешка.

— Я хочу создать систему безопасности, — поправила я. — Я хочу, чтобы мы знали всё, что происходит в городе. Кто с кем встречается. Кто куда ходит. Кто о чём говорит. Только так мы сможем защитить себя.

Каий кивнул. Его лицо стало серьёзным, как всегда, когда он говорил о чём-то важном.

— Я знаю людей, — сказал он. — Тех, кто может помочь. Тех, кто не боится рисковать. Но я должен быть уверен, что ты готова к тому, что мы найдём.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, чувствуя, как холод пробегает по моей спине.

— Мы можем найти предателей среди тех, кого ты считаешь друзьями, — сказал он. — Среди тех, кто клялся тебе в верности. Ты должна быть готова к этому. Ты должна быть готова принять правду, даже если она будет болезненной.

Я смотрела в его серые глаза и чувствовала, как внутри меня что-то сжимается. Я знала, что он прав. Я знала, что правда может быть жестокой. Но я также знала, что я не могу позволить себе бояться.

— Я готова, — сказала я. — Делай, что должен.

Каий ушёл, оставив меня одну. Я смотрела на дверь, которая закрылась за ним, и чувствовала, как внутри меня растёт холод. Я не знала, что мы найдём. Но я знала, что мы должны найти это, чтобы выжить.

На следующее утро я созвала тайное собрание. В моих покоях собрались те, кому я доверяла больше всего. Лили, Каий, несколько командиров из армии, которые доказали свою верность, и двое тёмных магов, которые пришли ко мне из горного убежища. Их было всего десять человек, но я знала, что это были те, кто готов умереть за свободу.

— Друзья мои, — сказала я, оглядывая их лица. — Мы собрались здесь, чтобы обсудить нечто важное. Орландо готовит нападение. Мы знаем, что он соберёт армию через три дня. Но я боюсь, что он не единственная наша угроза. Я боюсь, что среди нас есть предатели.

В комнате воцарилась тишина. Я видела, как лица людей напряглись, как они переглядываются.

— Я хочу создать сеть, — продолжила я. — Сеть людей, которые будут следить за другими. Которые будут сообщать нам о любых подозрительных действиях. Мы назовём её «Корни». Она будет расти в тени и защищать нас от врагов изнутри.

— Но как мы можем быть уверены, что те, кого мы выберем, не окажутся предателями? — спросил один из командиров, высокий мужчина с седыми волосами и шрамом на щеке.

— Мы не можем быть уверены, — честно ответила я. — Но мы можем проверить их. Мы можем дать им задания, которые покажут их истинные намерения. И мы можем следить за ними.

— Это рискованно, — сказал Каий. — Если кто-то из них окажется шпионом, мы можем потерять всё.

— Я знаю, — ответила я. — Но мы должны рискнуть. Если мы не сделаем этого, мы проиграем.

Я посмотрела на них и увидела, как они кивают. Они понимали. Они знали, что это единственный способ выжить.

— Тогда начнём, — сказала я. — Мы отберём людей, которым доверяем. Мы дадим им задания. И мы будем ждать.

В течение следующих двух дней мы создали сеть. Мы набрали около пятидесяти человек — стражников, слуг, торговцев, даже детей, которые могли незаметно следить за теми, кто вызывал подозрения. Каждый из них знал только того, кто был над ним, и только тех, кто был под ним. Это была сложная система, но она работала.

На третий день я сидела в своих покоях и читала донесения. Лили принесла их утром, и я просматривала их одно за другим. Большинство из них были пустыми — ничего подозрительного, ничего необычного. Но одно из них привлекло моё внимание. Оно было от мальчика, который работал в конюшнях. Он писал, что видел, как один из стражников, который должен был охранять ворота, встречался с незнакомцем на окраине города.

Я перечитала донесение дважды. Стражника звали Гарольд. Он был блондином, но я знала, что он был одним из тех, кто снял маскировку в день моей речи на площади. Его волосы стали пепельными, почти белыми, и он был одним из первых, кто встал на колени передо мной. Я доверяла ему. Или думала, что доверяю.

— Лили, — позвала я. — Приведи ко мне Каия. Быстро.

Она выбежала из комнаты, и через несколько минут Каий уже стоял передо мной.

— Что случилось? — спросил он, и его лицо было встревоженным.

— У нас есть подозреваемый, — сказала я, протягивая ему донесение. — Стражник Гарольд. Его видели на окраине города с незнакомцем.

Каий прочитал донесение и нахмурился. Его лицо стало мрачным.

— Гарольд, — повторил он. — Я знаю его. Он был верен тебе. Он один из первых встал на колени.

— Значит, он может быть именно тем, кто нужен Орландо, — сказала я. — Предатель, который притворяется верным.

Мы отправились на окраину города. Я надела простой плащ, чтобы никто не узнал меня, и пошла с Каием по узким улочкам, которые становились всё темнее и грязнее. Здесь, на окраине, дома были старыми, с заколоченными окнами и облупившейся краской. Воздух пах сыростью и плесенью — запахом, который я помнила из подвалов и старых заброшенных зданий в своей прошлой жизни.

Мы нашли таверну, где, по словам мальчика, встречался Гарольд. Она была старой, с низким потолком и запахом прокисшего пива. Внутри было темно, и только несколько свечей освещали лица тех, кто сидел за столами. Гарольд сидел в углу, за дальним столом, и напротив него сидел человек в чёрном плаще.

Я села за соседний столик и заказала кружку эля, которого даже не собиралась пить. Каий сел рядом, и мы начали наблюдать. Гарольд выглядел нервным. Он постоянно оглядывался, его руки дрожали, и он говорил тихо, почти шёпотом. Человек напротив него казался спокойным. Его лицо было скрыто капюшоном, но я заметила, что его руки были бледными, почти прозрачными, и на одной из них был перстень с чёрным камнем.

— Это он, — прошептал Каий. — Я узнаю этот перстень. Это печать Орландо.

Я почувствовала, как моё сердце упало. Я хотела верить, что это ошибка, что Гарольд просто разговаривал со старым другом. Но я знала, что это не так.

— Что нам делать? — спросил Каий.

— Ничего, — сказала я, и мой голос был твёрже, чем я себя чувствовала. — Мы должны проследить за ним. Мы должны узнать, что он планирует. И мы должны поймать его на месте преступления.

Мы ждали. Гарольд и его собеседник говорили около часа. Потом человек в чёрном встал и вышел из таверны. Гарольд остался. Он сидел и смотрел в свою кружку, и я видела, как его руки дрожат.

Я подошла к нему и села напротив. Он поднял голову, и его лицо побледнело, когда он узнал меня.

— Ваше Величество, — прошептал он, и его голос сорвался.

— Гарольд, — сказала я, и мой голос был холодным. — Я хочу знать, о чём ты говорил с этим человеком.

Он смотрел на меня, и я видела, как страх наполняет его глаза.

— Это… это не то, что вы думаете, — сказал он, и его голос дрожал. — Я не предатель. Я хотел защитить вас. Я хотел узнать, что планирует Орландо.

— Ты лжёшь, — сказала я. — Я видела твоё лицо. Я видела твой страх. Ты не шпион. Ты предатель.

Гарольд упал на колени, и его слёзы потекли по щекам.

— Ваше Величество, простите меня, — заплакал он. — Они сказали, что если я не буду сотрудничать с ними, они убьют мою семью. Мою жену, моих детей. Я не хотел предавать вас. Но я не мог позволить им умереть.

Я смотрела на него, и внутри меня боролись гнев и сострадание. Я хотела наказать его. Я хотела показать всем, что предательство не будет терпимо. Но я также видела его страх. Я видела его боль. И я понимала, что он был не единственным, кого шантажировали.

— Гарольд, — сказала я, и мой голос стал мягче. — Ты не предатель. Ты жертва. Я понимаю это. Но теперь ты должен помочь мне. Ты должен сказать мне всё, что знаешь. Кто они? Что они планируют?

Он поднял на меня глаза, и в них я увидела надежду.

— Они планируют атаку на рассвете, — сказал он. — Орландо соберёт армию у восточных ворот. Но это не главное. Есть ещё один предатель среди ваших людей. Он высокопоставленный. Он работает в вашем совете. И он должен открыть ворота, когда армия Орландо подойдёт к городу.

Я почувствовала, как холод пробегает по моей спине.

— Кто? — спросила я.

— Я не знаю его имени, — сказал Гарольд. — Я видел его только один раз. Но у него есть татуировка на правой руке — змея, которая кусает свой хвост. Это знак Орландо.

Я посмотрела на Каия. Его лицо было мрачным.

— Мы должны найти его, — сказал я. — До того, как он откроет ворота.

Мы вернулись во дворец. Я приказала обыскать всех членов совета. Мы искали татуировку на правой руке. Но все они выглядели чистыми. Никто не носил этот знак. Или они хорошо его скрывали.

— Это может быть кто угодно, — сказал Каий, когда мы остались одни в моих покоях. — Тысячи людей в городе. Мы не можем проверить всех.

— Мы должны, — сказала я. — Иначе мы проиграем.

В ту ночь я не спала. Я сидела у окна и смотрела на город, который простирался подо мной. Я думала о Гарольде. О его семье. О том, что он был готов пожертвовать мной, чтобы спасти их. И я понимала его. Я понимала, что такое страх за тех, кого любишь.

Лили пришла ко мне в полночь. Она выглядела уставшей, но её глаза горели решимостью.

— Ваше Величество, — сказала она. — Я нашла кое-что.

Я повернулась к ней.

— Что?

— Я проверила всех членов совета, — сказала она. — У всех руки чистые. Но потом я заметила, что один из них всегда носит перчатки. Даже когда жарко. Его зовут Майкл. Он отвечает за охрану ворот.

Я почувствовала, как моё сердце упало. Майкл был одним из тех, кто клялся мне в верности. Он был моим советником с первого дня.

— Ты уверена? — спросила я.

— Я видела его сегодня вечером, — сказала Лили. — Он снимал перчатки, чтобы поправить манжеты. На его правой руке была татуировка. Змея, которая кусает свой хвост.

Я встала. Мои ноги дрожали, но я чувствовала, как внутри меня растёт решимость.

— Позови Каия, — сказала я. — И приведи стражу. Мы должны арестовать его до того, как он откроет ворота.

Через час мы стояли у дверей кабинета Майкла. За моей спиной были Каий и десять стражников. Я постучала.

— Войдите, — сказал голос изнутри.

Я открыла дверь и вошла. Майкл сидел за своим столом и писал что-то в свитке. Когда он увидел меня, его лицо побледнело.

— Ваше Величество, — сказал он, и его голос дрогнул. — Что вы делаете здесь в такой поздний час?

— Майкл, — сказала я, и мой голос был холодным. — Я знаю, что ты предатель. Я знаю, что ты работаешь на Орландо. Я видела твою татуировку.

Он замер. Его руки дрожали. Он смотрел на меня, и я видела, как в его глазах мелькает страх.

— Это не то, что вы думаете, — сказал он, и его голос сорвался.

— Тогда расскажи мне, что это такое, — сказала я. — Расскажи мне, почему ты носишь перчатки. Расскажи мне, почему ты встречался с Гарольдом. Расскажи мне, почему ты открываешь ворота Орландо.

Майкл смотрел на меня, и я видела, как его лицо меняется. Страх уходит, и на его месте появляется что-то другое. Ярость.

— Ты думаешь, что ты такая умная? — сказал он, и его голос стал низким, почти звериным. — Ты думаешь, что ты можешь победить нас? Орландо вернётся. Он вернёт королевство. И ты будешь уничтожена.

— Арестуйте его, — сказала я.

Стражники схватили Майкла. Он кричал, проклинал меня, но я не слушала его. Я смотрела на его лицо и чувствовала, как внутри меня растёт холод.

— Ты будешь судим, — сказала я. — Ты ответишь за свои преступления.

Когда его увели, я осталась одна в кабинете. Я смотрела на пустую комнату и чувствовала, как моя магия пульсирует в груди.

Это была только первая битва. Но я знала, что будут и другие. Я знала, что предатели будут появляться снова и снова. Я знала, что я должна быть сильной. Я должна быть королевой, которую они боятся и уважают.

Лили подошла ко мне и взяла мою руку.

— Вы сделали правильный выбор, — сказала она.

— Я сделала правильный выбор, — повторила я. — Но я боюсь того, что будет дальше.

— Не бойтесь, — сказала она. — Вы сильная. Вы — королева. Вы справитесь.

Я посмотрела на неё и улыбнулась. Впервые за долгое время я чувствовала, что улыбка искренняя.

— Да, — сказала я. — Я справлюсь.

Когда я вернулась в свои покои, я почувствовала, как усталость наваливается на меня. Я упала в кресло и закрыла глаза. Моё сердце колотилось, но внутри меня была тишина.

Каий вошёл в комнату и подошёл ко мне. Я чувствовала его близость, его тепло.

— Ты сделала это, — сказал он. — Ты нашла предателя.

— Мы нашли его, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

Он улыбнулся и сел на подлокотник кресла.

— Я горжусь тобой, — сказал он.

— Спасибо, — ответила я.

— Мы должны подготовиться к атаке, — сказал он. — Орландо нападёт через три дня. Мы должны быть готовы.

— Я знаю, — сказала я. — Мы будем готовы.

Я смотрела в окно на чёрную полосу на горизонте. Там собирались тучи. Война приближалась. Но я была готова.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. И я собираюсь изменить этот мир.

На следующее утро я проснулась с рассветом. Солнце едва начало подниматься над горизонтом, заливая комнату тёплым розовым светом. Я сидела на кровати и смотрела на свои руки. Они были тонкими, с длинными пальцами, и я чувствовала, как магия пульсирует в моей крови.

Лили принесла завтрак — лёгкий, из свежих фруктов, мёда и тёплого хлеба с маслом. Я смотрела на еду без аппетита, но заставила себя съесть несколько кусочков. Мне нужно было думать ясно, а голодный мозг никогда не работает хорошо.

— Ваше Величество, — сказала Лили, ставя тарелку на стол. — Каий просил передать, что армия готова. Они ждут ваших приказов.

— Хорошо, — я кивнула и встала. — Веди.

Я вышла из покоев и направилась к воротам. Город просыпался. Люди выходили на улицы, и я видела, как они смотрели на меня с надеждой и страхом. Я шла по улицам, и люди расступались передо мной.

Когда я подошла к воротам, я увидела Каия. Он стоял на стене и смотрел на горизонт, где собиралась армия Орландо.

— Ты видишь их? — спросила я, подходя к нему.

— Да, — ответил он. — Они идут. Они будут здесь через два дня.

Я посмотрела вперёд. На горизонте я видела чёрную полосу — армия Орландо. Тысячи людей. Тысячи тех, кто хотел уничтожить меня.

— Мы будем готовы, — сказала я. — Мы не позволим им победить.

Каий повернулся ко мне, и я увидела в его глазах решимость.

— Мы победим, — сказал он. — Я знаю это.

Я улыбнулась.

— Я тоже знаю, — сказала я.

Мы стояли вместе на стене, глядя на приближающуюся армию. Я знала, что это будет самая трудная битва в моей жизни. Но я также знала, что мы справимся. Вместе.

Глава 8. Глаза Госпожи

Ночь перед битвой была самой тихой из всех, что я помнила. В городе не было слышно ни звука — ни лая собак, ни криков пьяных стражников, ни переклички часовых на стенах. Даже ветер, который обычно гулял по улицам Солнечного Града, затих, словно природа затаила дыхание перед тем, что должно было случиться на рассвете. Тишина была такой плотной, что я слышала, как потрескивают свечи в серебряных подсвечниках, как скрипит каменный пол под моими ногами, когда я хожу по комнате, как бьётся моё собственное сердце — глухо, тяжело, сбивчиво.

Я стояла у окна в своих покоях и смотрела на город. Он был тёмным, спящим, но я знала, что за этими тёмными окнами люди не спали. Они ждали. Боялись. Надеялись. Все они смотрели на стены, за которыми собиралась армия Орландо, и молились о том, чтобы я смогла их защитить. Где-то в домах плакали дети, где-то матери шептали молитвы, где-то мужчины точили оружие, которое они не умели держать в руках. Они были крестьянами, торговцами, ремесленниками. Они не были солдатами. Но они вышли на стены, потому что верили мне.

Лили ушла несколько часов назад, но я знала, что она тоже не спит. Она сидит в своей комнатке на нижнем этаже и перебирает чётки, которые когда-то принадлежали её матери. Она делала это всегда, когда была напугана. Я видела это по её глазам, когда она прощалась со мной перед уходом. Я хотела сказать ей, что всё будет хорошо, но не могла. Я не умела лгать тем, кого любила.

Я отошла от окна и села в кресло. Мои руки дрожали, и я сжала их в кулаки, пытаясь успокоить дыхание. В груди пульсировала магия, тёплая и живая, как второе сердце. Она была голодна. Она хотела вырваться наружу, хотела сражаться. Но я сдерживала её. Я должна была сохранить силы для утра. Завтра я должна была быть сильной. Завтра я должна была показать им, что я — королева.

Внезапно я почувствовала, как воздух в комнате изменился. Он стал тяжёлым, почти осязаемым, и я услышала тихий шелест, похожий на шёпот ветра в сухой траве. Свечи в подсвечниках начали мерцать, их пламя вытянулось вверх, словно кто-то тянул его за ниточку. Тени на стенах задвигались, превращаясь в причудливые фигуры, и я почувствовала холод. Холод, который я помнила из замка Госпожи Ветров — тот самый холод, который пробирал до костей и заставлял зубы стучать.

Я подняла голову и увидела, как в центре комнаты начинает формироваться тень. Она была плотной, чёрной, как масло, и я чувствовала, как от неё исходит древняя магия — та самая магия, которую я разрушила в её замке. Тень пульсировала, словно живое сердце, и внутри неё я видела огоньки — бледные, призрачные, похожие на свечи, которые горели под водой.

— Я знала, что ты придёшь, — сказала я, и мой голос прозвучал ровно, хотя внутри меня всё дрожало. — Я чувствовала твою магию ещё до того, как ты появилась.

Тень зашевелилась, и из неё выступила фигура. Женщина. Высокая, стройная, с волосами цвета полночной бездны, которые струились по плечам, как водопад. Её глаза горели красным огнём, и я видела в них отражение своего лица. Моё лицо. Мои глаза. Мои волосы, только длинные, падающие до пояса и переливающиеся серебром в свете свечей.

Госпожа Ветров стояла передо мной, живая, настоящая. Я знала, что это не могло быть реальностью — я разрушила её кристалл, я чувствовала, как её сила уходит из мира. Но здесь, в этой комнате, она была. Я чувствовала её присутствие, её магию, её холодное дыхание на своей коже.

— Ты должна была быть мёртва, — сказала я, и в моём голосе появилась сталь. — Я разрушила твой кристалл. Я чувствовала, как твоя сила уходит.

— Я мертва, — ответила она. Её голос был тихим, но он наполнял комнату, как звон колокола в пустом соборе. — То, что ты видишь перед собой — всего лишь тень. Отражение. Последний отголосок того, что когда-то было мной. Но этого достаточно, чтобы поговорить с тобой, дочь моя. Я всегда умела оставлять следы в этом мире. Даже умирая, я могу говорить с теми, кто носит мою кровь.

— Я не твоя дочь, — сказала я, и в моём голосе послышалась ярость. Она поднималась изнутри, горячая, как лава. — Ты убила тысячи людей. Ты заточила их души в колодце. Ты хотела использовать меня как сосуд для своей силы. Ты — не моя мать. Ты — чудовище, которое я должна была уничтожить.

Госпожа Ветров улыбнулась. В её улыбке было столько печали, что у меня сжалось сердце. Её красные глаза потускнели, и я увидела в них то, чего не видела раньше — усталость. Бесконечную, вековую усталость существа, которое жило слишком долго.

— Ты ошибаешься, — сказала она. — Я — твоя мать. И я люблю тебя. Я всегда любила тебя, даже когда ты не знала о моём существовании. Я чувствовала каждый твой шаг, каждое твоё дыхание, каждую твою слезу. Я знала, когда ты падала под дубом. Я знала, когда ты просыпалась в конюшне. Я знала, когда ты надевала корону.

— Ты не умеешь любить, — сказала я. — Ты умеешь только брать. Ты умеешь только разрушать. Ты питаешься чужими душами, ты пьёшь их силу, их страх, их боль. Это не любовь. Это вампиризм.

Она шагнула ближе, и я почувствовала, как холод обволакивает меня. Он был не физическим — он был магическим, он проникал в мою душу, касался самых тёмных уголков моего сознания. Я хотела отступить, но моё тело не слушалось. Оно хотело приблизиться. Оно хотело её тепла. Я чувствовала, как моя магия тянется к ней, как кровь зовёт кровь.

— Ты чувствуешь это, правда? — прошептала она. — Ты чувствуешь, как магия тянется к магии. Как кровь зовёт кровь. Ты — моя. Ты всегда была моей. С самого первого мгновения, когда ты сделала свой первый вдох в этом мире.

— Нет, — сказала я, и в моём голосе появилась сталь, которую я нашла в себе после всех этих дней. — Я не твоя. Я — та, кто уничтожила тебя. Я — та, кто освободила этот мир от твоей лжи. Ты не имеешь надо мной власти.

Госпожа Ветров засмеялась. Её смех был похож на звон колокольчиков, но в нём было что-то зловещее. Он отражался от стен, умножался, превращаясь в какофонию звуков.

— Ты думаешь, что ты освободила этот мир? — переспросила она. — Ты думаешь, что ты победила? Ты ничего не изменила. Ты просто заменила одну ложь на другую. Ты думаешь, что свобода — это просто сказать «вы свободны»? Нет, дочь моя. Свобода — это когда люди готовы платить за неё цену. А они не готовы. Они никогда не были готовы.

Я замерла. Её слова проникали в мою душу, как холодный ветер. Я хотела возразить, но что-то внутри меня останавливало. Я думала о толпе на площади. Я думала о том, как некоторые из них кричали, требуя вернуть старые законы. Я думала о Гарольде, который предал меня, чтобы спасти свою семью. Я думала о том, как страх делает людей слабыми.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, и мой голос дрогнул.

— Ты думаешь, что блондины — это жертвы? — сказала она, и её глаза вспыхнули красным. — Они не жертвы. Они такие же, как я. Они заключили сделку добровольно. Они отдали свой цвет, свою магию, свою свободу — за власть. За богатство. За безопасность. Они знали, что делают. И они сделали это с открытыми глазами. Я не заставляла их. Я предлагала им выбор. И они делали его. Каждый раз, когда они красили свои волосы, каждый раз, когда они прятали свой настоящий цвет, они подтверждали свою сделку. Они выбирали быть донорами. Они выбирали быть рабами. Потому что это было легче, чем быть свободными.

— Это неправда, — сказала я, но в моём голосе не было уверенности. Она звучала хрупко, как тонкий лёд под ногами. — Ты убивала тех, кто отказывался.

— Только тех, кто пытался уничтожить меня, — ответила она. — Только тех, кто хотел разрушить систему, которая давала им же власть. Ты думаешь, я была единственным злом? Нет, дочь моя. Зло было в их выборе. В их страхе. В их нежелании меняться. Они сделали меня сильной. Они сделали меня бессмертной. И они сделали это добровольно.

Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри меня что-то рушится. Я хотела верить, что она лжёт. Но я видела её глаза. Я видела правду в них. Она была жестокой. Она была горькой. Но она была правдой.

— И что же ты предлагаешь мне? — спросила я, и мой голос стал тише, почти шёпотом. — Ты хочешь, чтобы я стала тобой? Чтобы я заключила такую же сделку? Чтобы я стала такой же чудовищной, как ты?

— Нет, — сказала она, и в её голосе я услышала искренность. Впервые за всё время она не насмехалась, не играла. Она говорила со мной как мать с дочерью. — Я предлагаю тебе кое-что другое. Я предлагаю тебе силу, которая была у меня. Силу, которая может изменить этот мир. Силу, которая может сделать его лучше. Я предлагаю тебе стать той, кто примирит свет и тьму. Кто создаст новый порядок. Не такой, как у меня. Не такой, как у твоих блондинов. А новый. Твой.

— Новый порядок, — повторила я, и в моём голосе послышалась горечь. — Как ты создавала его тысячу лет? С помощью крови и страха? С помощью колодцев, полных утопленников? С помощью душ, заточенных в камне?

— С помощью выбора, — сказала она. — Люди выбирали. Всегда. И они будут выбирать. Ты не можешь заставить их быть свободными. Ты можешь только дать им выбор. И если они выберут страдания, это будет их выбор. Ты должна принять это. Ты не можешь спасти всех.

Я замолчала. Её слова проникали в мою душу, как холодный ветер. Я думала о Гарольде, который предал меня, чтобы спасти свою семью. Я думала о блондинах, которые стояли на площади и требовали вернуть старые законы. Я думала о том, что она права. Люди выбирают. И не всегда они выбирают свободу. Иногда они выбирают страх. Иногда они выбирают комфорт. Иногда они выбирают ложь, потому что правда слишком тяжела.

— Что ты хочешь от меня? — спросила я.

— Я хочу, чтобы ты помнила, — сказала она. — Помнила, что ты — моя дочь. Помнила, что у тебя есть сила, которой нет у других. Помнила, что ты можешь изменить этот мир. Не так, как я. По-своему. Но ты можешь. Ты уже изменила его. Ты разрушила мою власть. Ты дала людям надежду. Но это только начало. Теперь начинается самое трудное.

Она протянула руку, и я увидела, как в её ладони появляется свет. Он был тёплым, золотым, и я чувствовала, как он притягивает меня. Он был похож на солнечный свет, который пробивается сквозь тучи после долгой бури.

— Этот свет — это твоя суть, — сказала она. — Это то, что останется, когда всё остальное исчезнет. Это твоя душа. Твоя сила. Твоя свобода. Никто не может отнять это у тебя. Никакой закон, никакая война, никакой страх. Это — твоё.

Я протянула руку, и мой палец коснулся её ладони. В этот момент я почувствовала, как магия пронзает меня. Это была не боль. Это было откровение. Я видела всё. Всех, кто когда-либо заключал сделку. Всех, кто выбирал страх. Всех, кто выбирал ложь. Я видела их лица. Я видела их страх. Я видела их надежду. Я видела, как они стояли на коленях перед алтарём Госпожи Ветров, как они отдавали свои волосы, свою магию, свою свободу. И я видела, как они улыбались, когда получали взамен власть. Как они радовались своей красоте, не думая о цене.

— Ты видишь их? — спросила она. — Ты видишь, что они выбрали? Это не моя вина. Это их выбор. Всегда. Ты не можешь спасти тех, кто не хочет быть спасённым. Ты можешь только показать им путь.

Я отдернула руку. Свет исчез, и я почувствовала, как холод возвращается в комнату. Моя рука горела, словно я коснулась раскалённого металла.

— Зачем ты пришла? — спросила я. — Зачем ты показала мне это? Зачем ты дала мне это видение?

— Потому что завтра ты пойдёшь на битву, — сказала она. — И ты должна знать, за что ты борешься. Не за свободу, которую они не хотят. А за выбор, который они должны сделать. И ты должна быть готова к тому, что многие из них выберут не тебя. Ты должна быть готова к тому, что ты будешь одна. Не все, кто идёт за тобой сегодня, будут с тобой завтра. Не все, кто клянётся в верности, сдержат своё слово.

— Я не одна, — сказала я, и в моём голосе появилась уверенность, которую я нашла в себе после всех этих дней. — У меня есть Каий. У меня есть Лили. У меня есть те, кто верит в меня. И даже если они предадут меня, я буду бороться. Потому что это правильно. Потому что это — моя суть.

Госпожа Ветров улыбнулась, и в её улыбке было столько печали, что у меня сжалось сердце. Её лицо стало прозрачным, как утренний туман, и я видела, как её тень начинает таять.

— Ты думаешь, что они будут с тобой до конца? — спросила она. — Ты думаешь, что они не предадут тебя, когда им станет страшно? Ты думаешь, что они выберут свободу, когда она потребует жертв?

— Они выберут, — сказала я. — Я верю в них. Я не могу управлять их выбором, но я могу верить в них. И этой веры достаточно.

— Тогда ты наивна, — сказала она. — Но я люблю тебя за это. Ты — моя дочь. Моя кровь. И я горжусь тобой.

Она шагнула назад, и её тень начала таять. Я смотрела, как она исчезает, как её лицо становится прозрачным, как её глаза гаснут, превращаясь в два красных уголька, которые медленно угасают.

— Помни, дочь моя, — сказала она, и её голос стал тише, как эхо в пустом зале. — Ты не можешь спасти всех. Но ты можешь спасти тех, кто хочет быть спасённым. И это — самое важное. Ты не можешь изменить всех, но ты можешь изменить себя. И этим ты изменишь мир.

Она исчезла. Комната снова стала пустой, и я осталась одна. Я чувствовала, как холод уходит, как магия успокаивается, как моё сердце начинает биться ровнее.

Я подошла к окну и посмотрела на горизонт. Там, за городскими стенами, собиралась армия Орландо. Я видела огни их лагерей, я слышала, как ветер доносит звуки труб и голоса солдат. Тысячи людей, которые хотели уничтожить меня. Тысячи людей, которые боялись свободы больше, чем смерти.

Я смотрела на них и чувствовала, как внутри меня растёт решимость. Я не боялась их. Я боялась только того, что могу стать такой же, как она. Что я могу потерять себя в этой войне. Что я могу начать верить, что цель оправдывает средства. Что я могу превратиться в чудовище, спасая мир.

Но я знала, что я не одна. У меня были те, кто верил в меня. И я не могла подвести их.

Я отошла от окна и подошла к столу, на котором лежала карта города и планы обороны. Я смотрела на линии, которые начертила, на позиции наших войск, на слабые места в стенах. Я думала о том, что мы должны сделать, чтобы победить. Я думала о том, что я должна сделать, чтобы защитить их.

Я взяла перо и начала писать письмо. Оно было адресовано всем, кто будет сражаться завтра на стенах. В нём я писала о том, что я верю в них. Что я верю в нашу свободу. Что мы победим, потому что мы правы. Потому что мы боремся не за власть, а за право быть собой.

Я закончила письмо и положила перо. Я чувствовала, как усталость наваливается на меня, но я не могла уснуть. Слишком много мыслей крутилось в моей голове.

Я подошла к кровати и села на край. Мои руки дрожали, и я сжала их в кулаки. Я думала о Каии. О том, как он стоял рядом со мной на стене, когда мы смотрели на приближающуюся армию. О том, как его пальцы переплелись с моими. О том, как он сказал: «Я люблю тебя».

Я думала о том, что я могу потерять его завтра. Что я могу потерять всех. Что я могу остаться одна, как предсказывала Госпожа Ветров.

Но я также думала о том, что я не позволю этому случиться. Я буду бороться. Я буду сражаться. Я буду жить.

Я закрыла глаза и позволила себе заснуть. Всего на несколько часов. Мне нужно было отдохнуть. Завтра я должна была быть сильной.

На рассвете я стояла на стене Солнечного Града. Ветер дул с востока, принося запах пыли и пота. Армия Орландо приближалась. Я видела их знамёна — золотые на белом фоне, символы старого мира, который я разрушила. Тысячи людей — блондины, которые не приняли перемены. Они шли, чтобы уничтожить меня. Чтобы уничтожить свободу, которую я принесла.

Я стояла рядом с Каием, и наши пальцы переплелись. Я чувствовала его тепло, его уверенность, его силу. Он был рядом, и это давало мне силы.

— Ты готова? — спросил он.

— Я готова, — ответила я.

Он посмотрел на меня, и я увидела в его глазах что-то новое. Не страх. Не тревогу. Гордость. Он гордился мной. Он верил в меня.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли вместе, глядя на приближающуюся армию. Я знала, что это будет самая трудная битва в моей жизни. Но я также знала, что мы победим. Вместе.

Армия Орландо подошла к воротам. Я видела его впереди, на белом коне, с мечом в руке. Его волосы были седыми, но он надел парик — золотой, как у короля, которым он был когда-то. Он выглядел смешным, жалким, но я знала, что он опасен.

— Астра! — закричал он. — Выходи и сражайся со мной! Покажи своему народу, что ты не просто девочка с тёмными волосами! Покажи им, что ты — королева!

Я шагнула вперёд. Я была одета в доспехи — лёгкие, но прочные, которые мне сделали кузнецы за два дня. Мои короткие волосы были открыты, и я чувствовала, как ветер касается их. Они были похожи на вороново крыло, и я знала, что мои люди видят их.

— Я выйду, — сказала я. — Я выйду и сражусь с тобой.

Я спустилась со стены и вышла к воротам. Стражники открыли их, и я шагнула на поле боя. Земля под моими ногами была сухой и пыльной. Я чувствовала запах пота, железа и страха.

— Я здесь, — сказала я. — Я готова.

Орландо спрыгнул с коня и подошёл ко мне. В его руке был меч, и я чувствовала, как его магия пульсирует вокруг него. Он был слабее, чем раньше, но в нём всё ещё была сила.

— Ты умрёшь сегодня, — сказал он.

— Возможно, — ответила я. — Но если я умру, я умру за свою свободу. И это будет не зря.

Мы начали бой. Его меч был быстрым, но я уклонялась. Моя магия пульсировала в груди, готовая вырваться наружу, но я сдерживала её. Я должна была показать им, что я сильна не только магией. Я должна была показать им, что я сильна сама по себе.

— Ты слаба! — крикнул он. — Ты не королева! Ты — ничто!

— Я — не ничто, — сказала я, и мой голос был твёрже, чем я себя чувствовала. — Я — та, кто освободит этот мир от лжи. Я — та, кто дала людям надежду. Я — та, кто разрушила твою власть.

Я почувствовала, как магия вырывается из меня. Она ударила в Орландо, и он отлетел назад. Он упал на землю, и его меч выпал из руки.

Я подошла к нему и подняла свой меч. Я смотрела на него, на этого человека, который когда-то был королём. Он был жалким, испуганным, и я чувствовала к нему только жалость.

— Ты проиграл, — сказала я.

Он смотрел на меня, и в его глазах я видела страх.

— Я проиграл, — прошептал он.

— Но я не убью тебя, — сказала я. — Ты будешь жить. Ты будешь видеть, как мир меняется. Ты будешь видеть, как твоя ложь разрушается. И ты будешь знать, что это я сделала это. И это будет твоим наказанием.

Орландо смотрел на меня, и в его глазах я видела ненависть. Но я не боялась его. Я была сильнее. Я была королевой.

Я повернулась к своей армии, и они закричали:

— Астра! Астра! Астра!

Я подняла руку, и они замолчали.

— Мы победили, — сказала я. — Мы победили, потому что мы были вместе. Потому что мы не боялись. Потому что мы хотели свободы. Мы победили, потому что мы верили в себя.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я сделала это. Я освободила их.

Но когда я вернулась в свои покои, я чувствовала себя опустошённой. Я смотрела в окно на город, который теперь был моим, и думала о словах Госпожи Ветров.

«Ты не можешь спасти всех».

Я знала, что она права. Но я также знала, что я могу спасти тех, кто хочет быть спасённым. И это было всё, что имело значение.

Я села в кресло и закрыла глаза. Я чувствовала, как усталость наваливается на меня, как магия успокаивается, как моё сердце начинает биться ровнее.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Каий вошёл в комнату и подошёл ко мне. Он встал за моей спиной и положил руки на мои плечи.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

Он улыбнулся и поцеловал меня в макушку.

— Что теперь? — спросил он.

— Теперь мы должны построить новый мир, — сказала я. — И это будет труднее, чем война.

— Я буду рядом, — сказал он.

— Я знаю, — ответила я.

Мы стояли в тишине, глядя на город, который простирался под нами. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова к ним.

Я — королева. И я создам новый мир. Не такой, как у Госпожи Ветров. Не такой, как у Орландо. А свой. Свободный. Справедливый. И я сделаю это, потому что я могу. Потому что я должна. Потому что я — та, кто меняет ветра.

Глава 9. Узы крови

Три дня прошло с тех пор, как мы вернулись из Темных Земель. Три дня я пыталась забыть лицо той женщины, которая выдавала себя за Госпожу Ветров, но оно преследовало меня во сне и наяву. Её слова звенели в моей голове, как колокольный звон: «Ты — Госпожа Ветров. Ты должна принять это». Я не могла избавиться от этого ощущения, что внутри меня живёт что-то тёмное, что-то, что я не могу контролировать. Что-то, что просыпается каждый раз, когда я закрываю глаза и погружаюсь в сон, полный кошмаров и видений.

Я сидела в своих покоях, глядя в окно на закат. Небо было багряным, словно мир горел, и красные отблески падали на белые стены комнаты, превращая их в кровавые полотна. Я думала о том, что сказала мне та женщина. О том, что душа Госпожи Ветров живёт во мне. Я не хотела верить в это. Но я чувствовала это. Каждый раз, когда я использовала свою магию, я чувствовала, как внутри меня просыпается что-то древнее. Что-то голодное. Что-то, что требовало выхода и питалось моими страхами.

Мои руки дрожали, когда я поднесла их к лицу. Я видела, как они слегка светятся в полумраке комнаты — тонкие серебристые нити магии пульсировали под моей кожей, горячие и живые. Они были частью меня. И я не знала, могу ли я контролировать их. Каждый раз, когда я злилась или боялась, эти нити становились ярче, толще, и я чувствовала, как они тянутся к чему-то, что было за пределами моего понимания.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Каий вошёл в комнату с озабоченным лицом. Он был бледен, и я заметила, что его руки сжаты в кулаки, а на лбу выступила испарина. Он подошёл к моему креслу и встал передо мной. Я смотрела на него и видела в его глазах тревогу, смешанную с чем-то ещё — с решимостью, которая пугала меня больше, чем его страх.

— Астра, — сказал он, и его голос был мягким, почти шёпотом. — Я должен кое-что тебе показать. Я должен рассказать тебе правду. Но я боюсь, что это изменит всё между нами. Я боюсь, что это заставит тебя ненавидеть меня. Я боюсь потерять тебя, и это страшнее любой смерти.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, чувствуя, как холод пробегает по моей спине. Моё сердце забилось быстрее, и я услышала, как кровь стучит в моих висках. Я знала, что он не стал бы говорить так, если бы это не было чем-то важным. Чем-то страшным. Чем-то, что могло разрушить всё, что мы построили.

— Я не всегда был тем, кем ты меня знаешь, — сказал он, и его голос дрогнул. — Я был не просто узником в той повозке. Я был посланником Госпожи Ветров. Она послала меня найти тебя. Привести тебя к ней. Я должен был сделать тебя своей, чтобы ты доверилась мне, а потом предать тебя.

Я замерла. Моё сердце остановилось на мгновение, а потом забилось с такой силой, что я почувствовала, как кровь стучит в висках. Я смотрела на него, и слова не шли с языка. Он был посланником. Он работал на неё. На мою мать. На ту, которую я уничтожила. Человек, которому я доверила свою жизнь, свою душу, своё сердце, был её агентом.

— Что? — прошептала я, и мой голос сорвался. — Ты… ты работал на неё? Ты был её шпионом? Всё это время?

Он опустил голову. Я видела, как его плечи дрожат, как он сжимает кулаки, пытаясь сдержать дрожь.

— Да, — сказал он, и его голос был глухим, как у человека, который говорит на исповеди. — Я работал на неё. Она обещала мне свободу. Она обещала, что если я приведу тебя к ней, она отпустит меня и мою семью. Моя мать была служанкой в её замке. Она держала её в заложниках. Она сказала, что если я не сделаю это, она убьёт её. Она показывала мне её каждый день. Я видел, как моя мать страдает. Как она молит о смерти. И я не мог смотреть на это. Я согласился.

Я смотрела на него, и чувства разрывали меня на части. Ярость. Предательство. Боль. Любовь. Все они смешались внутри меня, как вихрь, который грозился уничтожить всё на своём пути.

— Почему ты не сказал мне? — спросила я, и мой голос был холодным, как лёд. — Почему ты скрывал это от меня? Почему ты продолжал играть свою роль, даже когда я разрушила её кристалл? Даже когда я поверила тебе?

— Потому что я боялся, — сказал он, и его голос был тихим, почти неслышным. — Я боялся, что ты не поймёшь. Я боялся, что ты возненавидишь меня. Я боялся, что ты прогонишь меня, и я потеряю единственное, что имело для меня значение. Но потом я увидел, кто ты на самом деле. Я увидел твою силу. Твою доброту. Твою решимость. Я видел, как ты сражалась за тех, кто был слабее тебя. Как ты рисковала своей жизнью ради незнакомцев. Как ты плакала над телом Алберта. Как ты держала за руку Лили. И я понял, что не могу предать тебя. Я не могу позволить ей использовать тебя. Ты была для меня больше, чем миссия. Ты стала моим миром.

— Но ты всё равно не сказал мне, — сказала я, и в моём голосе появилась сталь, которую я не знала в себе до этого момента. — Ты продолжал лгать. Ты продолжал скрывать. Ты смотрел мне в глаза и говорил, что любишь меня, зная, что предаёшь меня каждый день.

— Я хотел сказать тебе, — сказал он, поднимая голову и глядя мне в глаза. Его глаза были влажными, и я видела, как слёзы собираются в уголках. — Я хотел сказать тебе много раз. Я просыпался ночью и думал о том, как я скажу тебе правду. Я представлял твоё лицо, твою реакцию, и я боялся. Боялся, что ты прогонишь меня. Что ты не захочешь видеть меня. Что ты не поймёшь, что я был жертвой, а не предателем. Что я сделал это, потому что боялся за свою мать, а не потому, что хотел причинить тебе боль.

— Ты должен был сказать мне, — сказала я, и мой голос дрогнул. — Ты должен был довериться мне. Я заслуживаю знать правду. Всю правду. Не только ту, которую ты решил мне рассказать.

— Я знаю, — сказал он, и слёзы потекли по его щекам. — И я готов сделать всё, чтобы заслужить твоё прощение. Я готов умереть за тебя. Я готов сражаться за тебя. Я готов отказаться от всего, что у меня есть, лишь бы ты знала, что я искренен. Я люблю тебя, Астра. Я люблю тебя больше, чем свою жизнь. Больше, чем свою свободу. Больше, чем всё, что у меня когда-либо было.

— Я не хочу, чтобы ты умирал, — сказала я, и в моём голосе появилась усталость. — Я не хочу, чтобы ты жертвовал собой. Я хочу, чтобы ты был честен со мной. Это единственное, что я прошу. Просто будь честен. Даже если правда причиняет боль.

— Я буду честен, — сказал он. — Я обещаю. Никогда больше не будет секретов между нами. Я клянусь тебе всеми богами, которых я знаю, и теми, которых не знаю. Я клянусь своей душой, своей магией, своей жизнью. Ты — моя королева. Ты — моя жизнь. И я не позволю себе снова подвести тебя.

Я посмотрела на него и увидела искренность в его глазах. Я видела страх. Я видела надежду. Я видела любовь. Я видела человека, который совершил ошибку, но готов был искупить её. Я видела человека, который был готов на всё, чтобы вернуть моё доверие.

Я подошла к нему и взяла его за руку. Его пальцы дрожали в моих, и я чувствовала, как сильно он боится.

— Я принимаю твоё обещание, — сказала я. — Но если ты когда-нибудь снова солжёшь мне, я не прощу тебя. Никогда. Я выгоню тебя из своей жизни и не оглянусь.

— Я знаю, — сказал он, и слёзы потекли по его щекам. — И я принимаю это. Я буду доказывать свою верность каждый день. Каждый час. Каждое мгновение. Пока ты не поверишь мне снова.

Мы стояли обнявшись, и я чувствовала, как его слёзы падают на моё плечо. Я сжимала его в объятиях и думала о том, как трудно доверять после такого предательства. Но я также понимала, что он был жертвой. Он был таким же, как Гарольд. Таким же, как все те, кто попал в ловушку Госпожи Ветров. Она использовала его страх, его любовь, его слабость. Она превратила его в оружие против меня.

— Каий, — сказала я, отстраняясь и глядя ему в глаза. — Ты знаешь, что я не всегда была той, кем кажусь?

Он улыбнулся сквозь слёзы. В его глазах я увидела понимание.

— Я знаю, — сказал он. — Я знаю, что ты пришла из другого мира. Я знаю, что ты была другой. Я знаю, что ты умерла в том ресторане и проснулась здесь. Я знаю всё это, и это не имеет значения. Ты — моя королева. Ты — моя Астра. И я люблю тебя. Такой, какая ты есть. Со всей твоей магией, со всей твоей тьмой, со всем, что делает тебя той, кто ты есть.

Я почувствовала, как слёзы подступают к моим глазам.

— Я тоже люблю тебя, — сказала я. — И я прощаю тебя. Но мне нужно время. Мне нужно осознать всё это. Мне нужно научиться доверять тебе снова.

— Я дам тебе столько времени, сколько тебе нужно, — сказал он. — Я буду ждать. Я всегда буду ждать тебя.

Мы стояли в тишине, глядя друг на друга. Я чувствовала, как его руки сжимают мои, как его тепло проникает в моё тело. Я знала, что это было началом. Началом новой главы в нашей истории. Но я также знала, что это будет трудно. Что шрамы останутся. Что я буду вспоминать о его предательстве каждый раз, когда он будет рядом. Но я была готова попытаться. Ради него. Ради нас.

В дверь постучали. Я отпустила Каия и повернулась. В дверях стояла Лили, и её лицо было взволнованным. Она выглядела так, словно только что пробежала весь дворец.

— Ваше Величество, — сказала она, тяжело дыша. — К вам пришла женщина. Она говорит, что знает вас. Она говорит, что она — ваша мать.

Я замерла. Моя мать. Бренда. Я не видела её с тех пор, как покинула деревню. Я думала о ней каждый день. Я хотела увидеть её. Я боялась увидеть её. Я не знала, как она отреагирует на то, что я стала королевой. Как она отреагирует на то, что я изменила мир. Как она отреагирует на то, что я не её дочь.

— Пусть она войдёт, — сказала я, и мой голос дрогнул.

Лили кивнула и вышла. Через несколько минут в комнату вошла Бренда. Она выглядела старше, чем в последний раз. Её волосы были полностью седыми, и она опиралась на палку. Морщины на её лице стали глубже, а глаза — уставшими. Но её глаза были такими же, как я помнила — тёплыми, любящими, полными надежды.

— Миралис, — сказала она, и её голос дрогнул. — Моя дочь.

Я подошла к ней и взяла её за руки. Я чувствовала, как её пальцы дрожат в моих, как её кожа стала тоньше и суше.

— Бренда, — сказала я. — Я так рада видеть тебя. Я так скучала по тебе.

Она улыбнулась, и слёзы потекли по её щекам.

— Я так горжусь тобой, — сказала она. — Ты стала королевой. Ты изменила этот мир. Ты сделала то, о чём я мечтала, но не смела даже думать.

— Я сделала это не одна, — сказала я. — Ты помогла мне. Ты дала мне жизнь. Ты дала мне свободу. Ты рисковала своей жизнью, чтобы спасти меня, и я никогда не забуду этого.

— Ты сама выбрала свободу, — сказала она. — Я только показала тебе путь. Ты сама сделала всё остальное. Ты сама стала той, кем ты стала.

Мы обнялись. Я чувствовала запах её волос, её кожи. Я чувствовала её тепло. Она была моей матерью. Не по крови. По духу. Она была той, кто вырастила меня. Кто любила меня. Кто защищала меня от Госпожи Ветров.

— Ты должна знать кое-что, — сказала я, отстраняясь. — Я — не Миралис. Миралис умерла под тем дубом. Я пришла из другого мира.

Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидела понимание. Она не удивилась. Она не испугалась. Она просто кивнула.

— Я знаю, — сказала она. — Я знала это с самого начала. Когда ты проснулась в конюшне, я почувствовала, что ты другая. Твои глаза были другими. Твой голос был другим. Твоя душа была другой. Но ты стала моей дочерью. Ты стала моей надеждой. Ты — моя Астра.

Я почувствовала, как слёзы подступают к моим глазам.

— Спасибо, — сказала я. — Спасибо, что приняла меня. Спасибо, что любила меня.

— Ты — моя дочь, — сказала она. — Не по крови, а по духу. И я всегда буду любить тебя.

Мы сидели на кровати и говорили о прошлом. Она рассказывала мне о том, как она украла меня из замка Госпожи Ветров. Как она рисковала своей жизнью, чтобы спасти меня. Как она скрывала меня все эти годы, переезжая из деревни в деревню, меняя имена, пряча мои волосы под платками.

— Я знала, что ты особенная, — сказала она. — Я знала, что ты изменишь этот мир. Я чувствовала это, когда ты была ещё младенцем. В твоих глазах было что-то, что я не могла объяснить. Что-то древнее. Что-то могущественное. И я знала, что однажды ты станешь той, кто освободит нас всех.

— Я сделала это не одна, — сказала я. — Ты помогла мне. Ты дала мне жизнь. Ты дала мне свободу. Ты научила меня не бояться.

— Ты сама выбрала свободу, — сказала она. — Я только показала тебе путь. Ты сама сделала всё остальное. Ты сама стала королевой. Ты сама победила Госпожу Ветров. Ты сама изменила этот мир.

Я улыбнулась и взяла её за руку. Я чувствовала, как её пальцы сжимают мои.

— Я хочу, чтобы ты осталась здесь, — сказала я. — Я хочу, чтобы ты жила во дворце. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Я хочу, чтобы мы были семьёй.

Она посмотрела на меня с удивлением. Её глаза расширились, и я видела, как она пытается осмыслить мои слова.

— Я — простая женщина, — сказала она. — Я не знаю, как жить во дворце. Я не знаю, как разговаривать с аристократами. Я не знаю, как вести себя при дворе.

— Я научу тебя, — сказала я. — Ты — моя мать. И я хочу, чтобы ты была здесь. Я хочу, чтобы ты была частью моей жизни. Я хочу, чтобы мы были вместе.

Она улыбнулась, и в её глазах я увидела слёзы.

— Хорошо, — сказала она. — Я останусь. Я останусь с тобой.

И она осталась. Она жила во дворце, и я чувствовала её присутствие каждый день. Она была моей опорой. Моей поддержкой. Она была моей матерью. Мы сидели вместе по вечерам, пили чай и разговаривали о жизни. Она рассказывала мне истории о моём детстве, о том, как я росла в деревне, как я боялась своих волос, как я пряталась от солнца. Она рассказывала мне о том, как она любила меня, как она боялась за меня, как она молилась за меня каждую ночь.

Прошло несколько недель. Жизнь в королевстве постепенно налаживалась. Люди привыкали к новым законам, к новой жизни. Но я знала, что это только начало. Впереди было ещё много работы. Много проблем. Много вызовов.

Я сидела в тронном зале и думала о будущем. Я думала о том, что я должна сделать. Я думала о том, что я должна стать сильнее. Я должна была научиться контролировать свою магию. Я должна была научиться жить с тенью Госпожи Ветров, которая всё ещё жила внутри меня.

Каий вошёл в тронный зал и подошёл ко мне. Он встал рядом со мной и положил руку на моё плечо. Я чувствовала его тепло, его присутствие.

— Ты думаешь о ней? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Я думаю о том, что мне нужно сделать. Я думаю о том, как мне научиться контролировать её силу. Как мне не стать ею.

— Ты сделаешь это, — сказал он. — Я верю в тебя. Ты уже сделала невозможное. Ты разрушила её кристалл. Ты освободила этот мир. Ты изменила всё. И ты изменишь себя.

Я посмотрела на него и улыбнулась.

— Спасибо, — сказала я.

— Не благодари, — ответил он. — Мы ещё не победили.

Я чувствовала, как его слова наполняют меня силой. Я знала, что он прав. Я должна была продолжать бороться. Я должна была продолжать идти вперёд.

Я встала с трона и вышла из зала. Я шла по коридору, и мои шаги отдавались эхом. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она наполняет меня силой. Я была готова. Я была готова ко всему, что ждёт меня впереди.

В тот вечер я сидела у окна в своих покоях. Я смотрела на звёзды и думала о том, что сказал мне Каий. О том, что он работал на Госпожу Ветров. О том, что он предал меня. Я не могла забыть этого. Но я также не могла забыть его любовь. Его искренность. Его обещание.

Я услышала шаги за дверью и повернулась. Каий стоял на пороге. Его лицо было серьёзным, и я чувствовала, что он хочет сказать что-то важное.

— Я должен кое-что тебе показать, — сказал он.

— Что? — спросила я.

Он протянул мне руку. На его ладони лежал маленький кристалл. Он был тёмным, почти чёрным, и я чувствовала, как магия пульсирует внутри него. Это была та же магия, что и у Госпожи Ветров — тёмная, древняя, голодная.

— Я нашёл это в её замке, — сказал он. — Когда мы были там. Я думал, что это бесполезно, просто кусок камня. Но теперь я понимаю, что это может быть важно. Это может быть ключом к твоей силе.

Я взяла кристалл в руки. Он был холодным, и я чувствовала, как моя магия тянется к нему. Как будто он звал меня. Как будто он был частью меня.

— Что это? — спросила я, чувствуя, как внутри меня что-то меняется.

— Это часть её души, — сказал он. — Часть её силы. Она оставила это на случай, если ты вернёшься. Она знала, что ты не сможешь полностью разрушить её. Она знала, что часть её останется. И она хотела, чтобы ты нашла это.

— Зачем? — спросила я. — Зачем она оставила это?

— Потому что она хотела, чтобы ты стала ею, — сказал он. — Она хотела, чтобы ты поглотила её силу и стала новой Госпожой Ветров. Она хотела, чтобы ты продолжила её дело.

Я смотрела на кристалл и чувствовала, как внутри меня что-то меняется. Я не боялась этого. Я была готова принять это.

— Что я должна сделать? — спросила я.

— Ты должна поглотить его, — сказал он. — Ты должна принять её силу. Не для того, чтобы стать ею. А для того, чтобы контролировать её. Чтобы она не могла контролировать тебя. Ты должна показать ей, что ты сильнее.

Я смотрела на кристалл, и внутри меня боролись страх и решимость. Я знала, что это было правильно. Я знала, что я должна сделать это. Я должна была принять свою тень. Я должна была принять свою тьму. Я должна была принять всё, что делает меня той, кто я есть.

— Помоги мне, — сказала я. — Будь рядом со мной. Не оставляй меня.

Он кивнул и взял мою руку. Его пальцы сжали мои, и я почувствовала его тепло.

— Я буду рядом, — сказал он. — Всегда.

Я закрыла глаза и сжала кристалл в руке. Я почувствовала, как магия пронзает меня, как она наполняет моё тело. Я не боялась. Я была готова.

Когда я открыла глаза, я почувствовала, что я изменилась. Я стала сильнее. Я стала увереннее. Я стала той, кто я есть. Магия пульсировала в моей крови, горячая и живая, и я чувствовала, как она наполняет меня силой.

— Теперь ты готова, — сказал Каий. — Ты готова ко всему.

Я посмотрела на него и улыбнулась.

— Да, — сказала я. — Я готова.

На следующее утро я проснулась с чувством, что готова к новому дню. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они верили в меня.

— Друзья мои, — сказала я. — Сегодня мы начинаем новую главу. Мы начинаем строить новый мир. Мир, в котором каждый человек будет равен. Мир, в котором цвет волос не имеет значения. Мир, в котором мы будем свободны. Мир, в котором никто не будет бояться быть собой.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я была готова. Я была готова ко всему.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Он был рядом. Он всегда был рядом.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли вместе, глядя на людей, которые верили в нас. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова к ним. Я готова к тому, что меня ждёт.

Я вышла на улицу и увидела, как солнечный свет падает на город. Он был красивым. Он был живым. Он был свободным. Я смотрела на белые стены, на золотые шпили, на людей, которые ходили по улицам и улыбались. Я смотрела на всё это и чувствовала, как внутри меня растёт радость.

И я знала, что я сделала это. Я изменила этот мир. Я дала людям свободу. Я дала им надежду. Я дала им будущее.

И я буду продолжать менять его. Каждый день. Каждое мгновение. Пока я жива.

Я повернулась и пошла обратно во дворец. Меня ждали дела. Меня ждали новые вызовы. Но я была готова. Я была готова ко всему.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. И я изменю этот мир.

Глава 10. Тени прошлого

Месяц прошёл с тех пор, как я поглотила кристалл Госпожи Ветров. Месяц я привыкала к новой силе, которая пульсировала в моей крови, тёплая и живая, как второе сердце. Месяц я училась контролировать её, не давать ей управлять мной. Месяц я пыталась забыть слова той женщины из Темных Земель, но они всё ещё звучали в моей голове, как заезженная пластинка: «Ты — Госпожа Ветров. Ты должна принять это». Я не могла избавиться от этого ощущения, что внутри меня живёт что-то тёмное, что-то, что я не могу контролировать, что-то, что просыпается каждый раз, когда я закрываю глаза и погружаюсь в сон, полный кошмаров и видений.

Я сидела в своих покоях и смотрела на свои руки. Они больше не светились, но я чувствовала магию под кожей — она была частью меня, как дыхание, как биение сердца. Я могла вызвать её в любой момент, и она откликалась, послушная и сильная. Но я также чувствовала, что внутри меня есть что-то ещё. Что-то, что не хотело подчиняться. Что-то, что ждало своего часа. Что-то, что шептало мне по ночам на языке, который я не могла понять, но который звучал так знакомо, так пугающе.

Я встала с кресла и подошла к окну. Солнечный Град простирался подо мной — белый, сверкающий, как сахарная головка. Люди ходили по улицам, смеялись, разговаривали. Они были свободны. Они были счастливы. Я дала им это. Но я также знала, что они не знают всей правды. Они не знают, что внутри их королевы живёт тень Госпожи Ветров. Они не знают, что каждый день я борюсь с ней за контроль над своим телом. Они не знают, что я могу проиграть.

Я смотрела на город и думала о том, как сильно я изменилась за эти несколько месяцев. Когда я только попала в этот мир, я была просто напуганной девушкой, которая хотела выжить. Я не знала ничего о магии, о политике, о том, как управлять людьми. Я была маркетологом из Краснодара, который случайно оказался в теле деревенской девушки. А теперь я была королевой. Я была той, кто изменил этот мир. Я была той, кто нёс в себе душу самой могущественной ведьмы, которая когда-либо существовала.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Лили вошла в комнату с подносом в руках. На нём была еда и чай. Она поставила поднос на стол и посмотрела на меня с тревогой. Её глаза были красными, словно она плакала, но она старалась улыбаться. Она всегда старалась быть сильной ради меня, и я видела, как это истощает её.

— Ваше Величество, — сказала она. — Вы опять не ели. Вы должны заботиться о себе. Вы не спали уже третью ночь. Вы выглядите как тень. У вас круги под глазами, и вы бледны, как призрак.

— Я не голодна, — ответила я, и мой голос прозвучал глухо, как из-под воды.

— Это не важно, — сказала она, и в её голосе появилась сталь, которую я редко слышала. — Вы должны есть. Вы — королева. Вы должны быть сильной. Если вы упадёте, упадём и мы. Мы все смотрим на вас. Мы все верим в вас. Не заставляйте нас бояться за вас.

Я вздохнула и взяла кусок хлеба. Я откусила кусочек и почувствовала, как он застревает в горле. Я не хотела есть. Я не хотела ничего. Я хотела только одного — понять, что происходит со мной. Почему Госпожа Ветров не уходит. Почему она остаётся внутри меня. Почему она становится сильнее с каждым днём. Я чувствовала, как её тень разрастается в моём сознании, как корни дерева, которые проникают всё глубже в землю.

— Лили, — сказала я, откладывая хлеб в сторону. — Ты веришь в судьбу?

Она посмотрела на меня с удивлением. Её брови поднялись, и она на мгновение замерла.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что, возможно, всё, что случилось со мной, было предопределено, — сказала я, чувствуя, как слова сами вырываются из меня. — Что я должна была стать королевой. Что я должна была уничтожить Госпожу Ветров. Что я должна была поглотить её силу. Что я должна была стать ею. Что всё это было частью какого-то большого плана, который я не могу понять.

— Вы — не она, — сказала Лили, и её голос был твёрдым, как сталь. — Вы — другая. Вы — наша королева. Вы — наша надежда. Вы никогда не станете ею. Я знаю это. Я чувствую это. Ваша душа чиста, как утренний снег.

— Но что, если я уже стала ею? — спросила я, и мой голос дрогнул. — Что, если я просто не знаю этого? Что, если я медленно превращаюсь в неё, и я даже не замечаю этого? Что, если однажды я проснусь и пойму, что я больше не я?

Лили подошла ко мне и взяла мою руку. Её пальцы были тёплыми, и я чувствовала, как она сжимает их, словно пытаясь передать мне свою силу. Я видела, как в её глазах блестят слёзы, но она сдерживала их.

— Вы — не она, — повторила она. — Я знаю вас. Я вижу вашу душу. В ней нет тьмы. В ней есть только свет. И этот свет сильнее любой тьмы. Я видела, как вы плакали над телом Алберта. Я видела, как вы обнимали Бренду. Я видела, как вы сражались за нас. В вас нет зла. Есть только любовь.

Я посмотрела на неё и почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Я не плакала уже несколько недель. Я не давала себе права на слабость. Но сейчас, в тишине моих покоев, я поняла, что я просто устала. Я так сильно устала, что хотелось упасть на пол и закричать.

— Спасибо, — сказала я, чувствуя, как голос срывается на шёпот. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Вы бы справились, — сказала она, улыбаясь сквозь слёзы. — Вы всегда справляетесь. Вы сильнее, чем думаете.

Она вышла из комнаты, и я осталась одна. Я смотрела на чашку чая, которая остывала на столе, и думала о том, что она сказала. Я хотела верить ей. Я хотела верить, что я не стану Госпожой Ветров. Но я чувствовала, как внутри меня что-то меняется. Каждый день я чувствовала, как её голос становится громче, как её присутствие становится более ощутимым.

В тот вечер я сидела у окна и смотрела на звёзды. Они были такими же, как в моём мире. Такими же далёкими и холодными. Я думала о Краснодаре. О своей прошлой жизни. О том, что я оставила там. О том, что я уже не могла вернуться. О том, что моя мать, моя настоящая мать, никогда не узнает, что случилось со мной. Она будет ждать моего звонка, моего визита, моего сообщения. И она никогда не получит его.

Я услышала шаги за дверью и повернулась. В дверях стоял Каий. Его лицо было серьёзным, и я чувствовала, что он хочет сказать что-то важное. Он выглядел уставшим, словно тоже не спал несколько ночей. Его глаза были красными, а волосы растрёпанными.

— Астра, — сказал он. — Я должен кое-что тебе сказать. Я должен рассказать тебе всю правду. Всю, до конца. Без утайки. Ты должна знать это.

— Я слушаю, — сказала я, чувствуя, как моё сердце начинает биться быстрее.

— Моя мать была служанкой в замке Госпожи Ветров, — начал он, садясь на стул напротив меня. — Она работала там много лет. Она видела всё. Она знала всё. И она рассказала мне о том, что Госпожа Ветров планировала сделать с тобой. Она рассказала мне то, чего не знала даже Бренда.

— Что она планировала? — спросила я, чувствуя, как холод пробегает по моей спине.

— Она хотела использовать тебя как сосуд, — сказал он, и его голос стал тише. — Она хотела вселить свою душу в твоё тело. Она хотела жить вечно через тебя. Но она не могла сделать это, пока ты была ребёнком. Ей нужно было, чтобы ты выросла. Чтобы ты стала сильной. Чтобы ты была готова принять её силу. Ты была её проектом, Астра. Ты была её единственной надеждой на бессмертие.

— Но я разрушила её кристалл, — сказала я, чувствуя, как мои руки начинают дрожать. — Я уничтожила её. Я видела, как она исчезает. Я чувствовала, как её сила уходит из мира.

— Ты уничтожила её тело, — сказал он. — Но её душа осталась. Она ждала. Она ждала, пока ты станешь достаточно сильной, чтобы принять её. Она ждала, пока ты поглотишь её силу. И ты сделала это. Ты поглотила её. Ты сделала именно то, на что она рассчитывала.

Я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Я смотрела на него, и слова не шли с языка. Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его стук в ушах.

— Значит, она внутри меня? — прошептала я, чувствуя, как голос срывается на шёпот. — Она живёт во мне?

— Да, — сказал он, и его голос был тихим, почти неслышным. — Она живёт в тебе. Но она не может контролировать тебя, пока ты сильна. Пока ты не позволяешь ей взять верх. Пока ты борешься с ней. Она слабее тебя, Астра. Ты сильнее. Ты всегда была сильнее.

— Как я могу остановить её? — спросила я, чувствуя, как слёзы начинают течь по моим щекам. — Как я могу избавиться от неё? Я не хочу быть ею. Я не хочу быть чудовищем.

— Ты не можешь избавиться от неё, — сказал он, и я увидела, как его глаза наполняются болью. — Она — часть тебя. Но ты можешь контролировать её. Ты можешь быть сильнее её. Ты можешь не позволить ей взять верх. Ты уже делаешь это. Каждый день. Каждый час. Каждую минуту.

Я смотрела на него, и внутри меня боролись страх и решимость. Я знала, что он прав. Я должна была быть сильной. Я должна была контролировать свою магию. Я должна была не позволить Госпоже Ветров взять верх. Но я не знала, как. Я не знала, смогу ли я.

— Как? — спросила я, и мой голос сорвался на крик. — Как я могу контролировать её? Как я могу не дать ей уничтожить меня?

— Ты должна принять свою тьму, — сказал он, вставая и подходя ко мне. — Ты должна принять её как часть себя. Не бороться с ней. Не отрицать её. А принять. И тогда она перестанет быть твоим врагом. Она станет твоей силой. Ты должна перестать бояться её.

— Но я боюсь, — сказала я, и мои слёзы потекли сильнее. — Я боюсь, что если я приму её, я потеряю себя. Я боюсь, что я стану ею. Я боюсь, что я не смогу вернуться.

— Ты не потеряешь себя, — сказал он, беря меня за руки и сжимая их. — Потому что ты — это не только магия. Ты — это твои воспоминания. Твоя любовь. Твоя доброта. Твоя решимость. Госпожа Ветров не имеет этого. Она не умеет любить. Она не умеет жертвовать. Она не умеет прощать. А ты умеешь. И это делает тебя сильнее.

Я посмотрела на него и почувствовала, как его слова проникают в мою душу. Я хотела верить ему. Я хотела верить, что я сильнее Госпожи Ветров. Я хотела верить, что я не потеряю себя.

— Помоги мне, — сказала я, чувствуя, как голос срывается на шёпот. — Помоги мне принять это. Помоги мне не бояться. Я не могу сделать это одна.

— Я помогу тебе, — сказал он, обнимая меня. — Я всегда буду помогать тебе. Ты не одна. Никогда.

Мы стояли обнявшись, и я чувствовала, как его тепло проникает в моё тело. Я знала, что он был прав. Я должна была принять свою тьму. Я должна была принять Госпожу Ветров. Не как врага. А как часть себя. Только так я могла победить её.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они верили в меня. Все они смотрели на меня как на свою спасительницу.

— Друзья мои, — сказала я, поднимаясь на трон. — Сегодня я хочу поговорить с вами о будущем. О том, что нас ждёт. О том, что мы должны сделать.

Толпа затихла, и я начала говорить. Я говорила о свободе. О равенстве. О том, что мы должны строить новый мир. Мир, в котором каждый человек будет ценен. Мир, в котором цвет волос не имеет значения. Я говорила о том, что мы должны прощать друг друга. Что мы должны забыть старые обиды. Что мы должны идти вперёд, а не оглядываться назад.

Когда я закончила, толпа закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать. Но я также знала, что внутри меня всё ещё живёт тень Госпожи Ветров. И я должна была научиться жить с этим.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Я улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ.

— Ты сделала это, — сказал он, когда я подошла к нему.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

Он улыбнулся и взял мою руку. Мы вышли из тронного зала, и я чувствовала, как его тепло проникает в моё тело. Я знала, что он был рядом. Всегда.

Вечером я снова сидела у окна в своих покоях. Я смотрела на звёзды и думала о том, что сказал мне Каий. О том, что я должна принять свою тьму. О том, что я должна принять Госпожу Ветров.

Я закрыла глаза и сосредоточилась на своей магии. Я чувствовала, как она пульсирует в моей крови. Я чувствовала, как внутри меня живёт что-то древнее. Что-то голодное. Я не боялась этого. Я принимала это.

Когда я открыла глаза, я увидела, как тени в комнате задвигались. Я чувствовала, как магия наполняет меня. Я не боялась. Я была готова принять это. Впервые за долгое время я чувствовала себя спокойной. Я чувствовала себя цельной.

Я встала с кресла и подошла к зеркалу. Я смотрела на своё отражение и видела себя. Не Госпожу Ветров. Себя. Астру. Королеву. Я улыбнулась своему отражению, и оно улыбнулось мне в ответ.

— Я готова, — сказала я. — Я готова ко всему.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова ко всему. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я чувствовала их доверие, их любовь, их веру в меня. И я знала, что я не могу подвести их.

— Друзья мои, — сказала я. — Сегодня мы начинаем новую главу. Мы начинаем строить новый мир. Мир, в котором каждый человек будет равен. Мир, в котором цвет волос не имеет значения. Мир, в котором мы будем свободны.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я была готова. Я была готова ко всему.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Он был рядом. Всегда.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли вместе, глядя на людей, которые верили в нас. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова к ним. Я готова к тому, что меня ждёт.

Я вышла на улицу и увидела, как солнечный свет падает на город. Он был красивым. Он был живым. Он был свободным. Я смотрела на белые стены, на золотые шпили, на людей, которые ходили по улицам и улыбались. Я смотрела на всё это и чувствовала, как внутри меня растёт радость.

И я знала, что я сделала это. Я изменила этот мир. И я буду продолжать менять его. Каждый день. Каждое мгновение. Пока я жива.

В тот вечер я снова сидела у окна. Рядом со мной сидел Каий. Мы смотрели на звёзды и молчали. Я чувствовала его тепло, его присутствие. Я чувствовала, что я не одна.

— Ты скучаешь по своему миру? — спросил он.

— Иногда, — ответила я. — Но я здесь. Я — королева. И я люблю этот мир. Я люблю людей, которые живут в нём. Я люблю тебя.

Он улыбнулся и взял мою руку.

— Я тоже люблю тебя, — сказал он.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Но в ту ночь, когда я закрыла глаза, я снова услышала её голос. Он был тихим, но отчётливым, как шепот ветра в сухой траве.

— Ты думаешь, что можешь принять меня, — сказала она. — Ты думаешь, что можешь контролировать меня. Но ты ошибаешься. Я — часть тебя. И я никогда не уйду.

Я открыла глаза и увидела её. Она стояла у моего окна, её чёрные волосы струились по плечам, глаза горели красным огнём. Она улыбалась.

— Что тебе нужно? — спросила я, и мой голос был холодным.

— Я хочу, чтобы ты помнила, кто ты есть, — сказала она. — Ты — моя дочь. Ты — моя наследница. Ты — Госпожа Ветров.

— Я — не ты, — сказала я. — Я — Астра.

Она засмеялась. Её смех был похож на звон колокольчиков.

— Ты думаешь, что ты можешь убежать от своей судьбы? — спросила она. — Ты думаешь, что ты можешь отрицать свою кровь? Ты — часть меня. И ты всегда будешь частью меня.

— Я не хочу быть частью тебя, — сказала я. — Я хочу быть собой.

Она шагнула ближе, и я почувствовала, как холод обволакивает меня.

— Ты уже не можешь быть собой, — сказала она. — Ты — я. И я — ты. Мы — одно целое.

Я закричала, и магия вырвалась из меня. Она ударила в Госпожу Ветров, и та исчезла. Я осталась одна в комнате, тяжело дыша.

Я знала, что это была не реальность. Это был сон. Но я также знала, что это был знак. Госпожа Ветров не ушла. Она была внутри меня. И она ждала своего часа.

На следующее утро я рассказала Каию о том, что случилось. Он слушал меня внимательно, и его лицо было мрачным.

— Она становится сильнее, — сказал он. — Ты должна найти способ контролировать её. Иначе она захватит тебя.

— Как? — спросила я. — Как я могу контролировать её?

— Я знаю одно место, — сказал он. — В подземельях дворца есть древний алтарь. Он был построен задолго до того, как здесь появился Солнечный Град. Говорят, что он может помочь тем, кто носит в себе чужую душу. Мы должны пойти туда.

Я посмотрела на него и почувствовала, как внутри меня растёт решимость.

— Идём, — сказала я.

Мы спустились в подземелья. Они были тёмными, сырыми, и я чувствовала, как магия пульсирует в стенах. Мы шли по узким коридорам, и я слышала, как наши шаги отдаются эхом.

Алтарь был в самом центре подземелья. Он был сделан из чёрного камня, и на нём были выгравированы древние руны. Я чувствовала, как магия исходит от него.

— Что я должна делать? — спросила я.

— Ты должна коснуться алтаря, — сказал Каий. — И сосредоточиться на своей магии. Алтарь поможет тебе принять её. Он поможет тебе контролировать её.

Я подошла к алтарю и коснулась его. Я почувствовала, как магия пронзает меня. Она была тёплой, живой, и я чувствовала, как она наполняет меня. Я не боялась. Я принимала её.

— Я готова, — сказала я.

И я почувствовала, как Госпожа Ветров внутри меня затихает. Она не исчезла, но она стала слабее. Я могла контролировать её.

Я повернулась к Каию и улыбнулась.

— Я сделала это, — сказала я.

— Мы сделали это, — поправил он.

Мы вышли из подземелья, и я чувствовала себя сильнее. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Глава 11. Наследие крови

Две недели прошло с тех пор, как я коснулась древнего алтаря в подземельях Солнечного Града. Две недели я чувствовала себя сильнее, увереннее, спокойнее. Госпожа Ветров внутри меня затихла — не исчезла, но стала тише, словно уставший зверь, который прилёг отдохнуть, но в любой момент готов был проснуться и броситься на добычу. Я научилась жить с этим присутствием, как живут с хронической болью — привыкают, перестают замечать, но она всегда там, на задворках сознания, напоминая о себе тупой пульсацией. Иногда по ночам я чувствовала, как она шевелится, как её тень проскальзывает в мои сны, но я научилась отгонять её, научилась ставить барьеры, которые она не могла преодолеть.

Я сидела в тронном зале и слушала доклады советников. Они были разными — старые и молодые, мужчины и женщины, с волосами всех оттенков, которые теперь можно было увидеть в королевстве. Пепельные, каштановые, рыжие, чёрные, русые — цвета смешались, как краски на палитре художника. Я смотрела на них и чувствовала гордость. Я сделала это. Я разрушила систему, которая держалась тысячу лет. Я дала людям право быть собой. Я дала им свободу, о которой они могли только мечтать.

Но я также видела, что не все были счастливы. В глазах некоторых советников я замечала тень недовольства, сомнения, даже страха. Они боялись перемен. Они боялись будущего. Они боялись меня. Я чувствовала их взгляды на себе, когда проходила по коридорам дворца. Они шептались за моей спиной, обсуждали мои решения, сомневались в моей правоте. Я знала, что это нормально — перемены всегда пугают. Но я также знала, что я должна быть сильной. Я должна была показать им, что я не сломаюсь.

— Ваше Величество, — сказал один из советников, пожилой мужчина с седыми волосами, которые когда-то были светлыми. Его звали Лоренс, и он был одним из тех, кто когда-то служил Орландо, но перешёл на мою сторону после коронации. Я доверяла ему, но не полностью. Слишком много предательств я пережила за последние месяцы. — Мы получили жалобы из западных провинций. Там до сих пор не приняли новые законы. Люди отказываются снимать маскировку. Они говорят, что боятся, что их убьют те, кто теперь носит тёмные волосы. Они говорят, что ваши реформы — это хаос, что вы разрушили их мир.

Я вздохнула. Я знала, что это случится. Свобода не приходит быстро. Она требует времени, терпения, работы. Она требует, чтобы люди сами сделали выбор. А они не были готовы к этому выбору. Они привыкли жить в страхе, привыкли подчиняться, привыкли прятаться. И теперь, когда я сняла с них оковы, они не знали, что делать со своей свободой.

— Что они конкретно требуют? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Я сжала подлокотники трона, чтобы никто не видел, как дрожат мои руки.

— Они требуют гарантий безопасности, — ответил Лоренс. — Они говорят, что не верят в новые законы. Они говорят, что королева — самозванка, что она не имеет права менять то, что существовало тысячи лет. Они говорят, что вы принесли хаос и разрушение. Некоторые из них требуют, чтобы вы отреклись от престола и вернули старые порядки.

Я почувствовала, как внутри меня закипает злость. Она поднималась из глубины, горячая и живая, и я чувствовала, как магия начинает пульсировать в моей крови. Но я подавила её. Я не могла позволить себе потерять контроль. Не здесь. Не сейчас.

— Я поеду туда, — сказала я, и мой голос прозвучал твёрже, чем я себя чувствовала. — Я поговорю с ними сама. Я покажу им, что я не враг. Я покажу им, что я хочу мира. Я покажу им, что их страхи не имеют оснований.

Советники переглянулись. В их глазах я увидела тревогу. Они не хотели, чтобы я рисковала собой. Они боялись, что я могу попасть в ловушку или, что ещё хуже, погибнуть.

— Ваше Величество, это опасно, — сказал Лоренс. — Там могут быть те, кто хочет вашей смерти. Орландо ещё не пойман. Его сторонники действуют в подполье. Они могут устроить засаду. Если вы поедете туда, вы можете попасть в ловушку. Мы не можем рисковать вашей жизнью.

— Я знаю, — сказала я. — Но я должна это сделать. Я не могу прятаться за стенами дворца, пока мои люди страдают. Я должна показать им, что я — их королева. Что я забочусь о них. Что я не боюсь. Что я готова идти к ним, даже если это опасно.

Советники замолчали. Я видела, как они переглядываются, как их лица становятся серьёзными. Я знала, что они не одобряют моего решения. Но я также знала, что они не остановят меня. Я была королевой. И я принимала решения сама.

— Я поеду через три дня, — сказала я. — Готовьте всё необходимое. Лошадей, провизию, охрану. Я возьму с собой небольшой отряд — не больше двадцати человек. Я не хочу, чтобы это выглядело как военное вторжение.

Когда советники разошлись, я осталась одна в тронном зале. Тишина давила на меня, и я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди. Я подошла к окну и посмотрела на город. Он был красивым, живым, свободным. Но я знала, что за этой красотой скрываются страхи и сомнения. Я должна была разобраться с ними. Я должна была показать людям, что они могут доверять мне.

В дверях появился Каий. Он подошёл ко мне и встал рядом. Я чувствовала его тепло, его присутствие. Я повернулась к нему и посмотрела в его серые глаза. В них была любовь, но также и тревога. Он знал, что я собираюсь сделать, и он боялся за меня.

— Ты слышал? — спросила я.

— Да, — ответил он. — Я слышал. Ты собираешься в западные провинции. Я поеду с тобой.

— Это опасно, — сказала я, чувствуя, как внутри меня что-то сжимается. Я не хотела, чтобы он рисковал собой. Я не хотела терять его. Он был единственным, кто остался у меня.

— Я знаю, — ответил он. — Но я не позволю тебе идти одной. Я обещал быть рядом. И я буду рядом. Ты не одна, Астра. Никогда.

Я улыбнулась. В его глазах я видела решимость. Я знала, что он не отступит. Я не хотела, чтобы он рисковал собой, но я также знала, что не смогу остановить его. Он был таким же упрямым, как я.

— Хорошо, — сказала я. — Мы поедем вместе.

Мы стояли молча, глядя на город. Я чувствовала его близость, его тепло. Я знала, что он был рядом. Всегда.

Через три дня мы выехали из Солнечного Града. Утро было холодным, и я куталась в тёплый плащ, который Лили настояла надеть мне перед отъездом. Она стояла на стене, провожая нас взглядом, и я видела, как она сжимает в руках кружевной платок, который она теребила, когда волновалась. Она не плакала, но я видела слёзы в её глазах.

— Я вернусь, — крикнула я ей, махнув рукой.

— Я буду ждать вас, Ваше Величество! — крикнула она в ответ, и я слышала, как её голос дрожит.

Я взяла с собой небольшой отряд — всего двадцать человек, включая Каия и несколько моих самых верных стражников. Я не хотела, чтобы это выглядело как военное вторжение. Я хотела, чтобы это выглядело как визит королевы, которая заботится о своих людях. Я хотела, чтобы они видели меня не как завоевательницу, а как ту, кто пришла помочь.

Дорога была долгой. Мы ехали через поля, которые постепенно становились всё более пустынными. Земля была сухой, и ветер поднимал облака пыли, которые оседали на наших лицах и одежде. Я чувствовала, как магия пульсирует в моей крови, как она напоминает мне о том, кто я есть. Я чувствовала, как Госпожа Ветров внутри меня шевелится, но я подавляла её. Я не могла позволить ей взять верх. Не сейчас.

Когда мы добрались до первой деревни, я увидела, что люди вышли на улицы. Они смотрели на меня с подозрением. Я видела их лица — испуганные, напряжённые, недоверчивые. Некоторые из них держали в руках вилы и косы, словно готовились защищаться. Я остановилась в центре деревни и подняла руку.

— Жители этой деревни! — крикнула я, и мой голос разнёсся над площадью. — Я пришла, чтобы поговорить с вами. Я пришла, чтобы выслушать вас. Я пришла, чтобы помочь вам. Я не враг вам. Я — ваша королева.

Толпа загудела. Я видела, как люди переглядываются, как они шепчутся. Я чувствовала их страх, их недоверие. Но я также видела любопытство в их глазах. Они хотели верить мне, но боялись.

— Вы говорите, что боитесь, — продолжила я, спрыгивая с коня и делая шаг вперёд. — Вы говорите, что не верите в новые законы. Вы говорите, что я принесла хаос. Но я пришла, чтобы сказать вам правду. Я пришла, чтобы показать вам, что я не враг. Я — ваша королева. Я хочу, чтобы вы были свободны. Я хочу, чтобы вы жили в мире и согласии. Я хочу, чтобы вы перестали бояться.

Толпа замолчала. Я видела, как некоторые люди начинают расслабляться. Я видела, как их лица становятся менее напряжёнными. Я видела, как они опускают свои вилы и косы.

— Я понимаю, что это трудно, — сказала я. — Я понимаю, что перемены пугают. Но я обещаю вам, что я сделаю всё, чтобы защитить вас. Я сделаю всё, чтобы этот мир стал лучше. Я не позволю никому пострадать из-за того, что они родились с другим цветом волос.

Я спрыгнула с коня и подошла к людям. Я видела, как они отступают, но я продолжала идти. Я подошла к старой женщине, которая стояла в первом ряду. Её волосы были белыми, глаза блестели от слёз. Она была одной из тех, кто боялся больше всех.

— Что вы хотите сказать мне? — спросила я, глядя ей в глаза.

Она посмотрела на меня, и её голос дрогнул.

— Мы боимся, — сказала она. — Мы боимся, что нас убьют. Мы боимся, что те, кто носит тёмные волосы, захотят отомстить нам за то, что мы сделали с ними раньше. Мы слышали, что в соседних деревнях начались стычки. Мы не хотим умирать.

Я взяла её руку и сжала её. Её пальцы были холодными и дрожали.

— Я не позволю этому случиться, — сказала я. — Я сделаю всё, чтобы защитить вас. Я создам отряды, которые будут следить за порядком. Я буду наказывать тех, кто пытается мстить. Я не позволю никому пострадать из-за прошлого.

Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидела надежду. Она хотела верить мне. Она хотела верить, что мир может измениться к лучшему.

— Вы правда сделаете это? — спросила она, и её голос сорвался на шёпот.

— Я обещаю, — сказала я. — Я — ваша королева. И я не нарушаю своих обещаний.

Я разговаривала с людьми в этой деревне до самого вечера. Я слушала их истории, их страхи, их надежды. Я обещала им защиту. Я обещала им справедливость. Я обещала им будущее. Мы сидели у костра, и они рассказывали мне о том, как жили под властью Орландо, как боялись, как прятались, как ненавидели себя за то, что родились не такими, как все. Я слушала их и чувствовала, как моя магия пульсирует в груди. Я хотела обнять каждого из них. Я хотела сказать им, что всё будет хорошо.

Когда я уходила, они провожали меня взглядами, и я чувствовала, как их доверие растёт. Я знала, что это только начало. Я знала, что впереди будет ещё много работы. Но я также знала, что я готова к ней.

Я повернулась к Каию и улыбнулась.

— Мы сделали это, — сказала я.

— Мы сделали это, — повторил он, и я увидела гордость в его глазах.

Я села на коня, и мы поехали дальше. Я чувствовала, как ветер дует в моё лицо, как магия пульсирует в моей крови. Я знала, что я на правильном пути. Я знала, что я делаю правильные вещи.

В ту ночь мы разбили лагерь. Я сидела у костра и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Что ты думаешь о том, что мы сделали? — спросила я.

— Я думаю, что мы сделали правильный шаг, — ответил он. — Люди начали доверять тебе. Это важно. Это основа всего, что мы строим.

— Я знаю, — сказала я. — Но я также знаю, что это только начало. Впереди будет ещё много работы. Много людей, которые будут бояться. Много людей, которые будут ненавидеть меня.

— Мы справимся, — сказал он. — Мы всегда справлялись. Ты сильная, Астра. Сильнее, чем думаешь.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими. Я знала, что он был рядом. Всегда.

Но в ту ночь, когда я закрыла глаза, я снова услышала её голос. Он был тихим, но отчётливым, как шёпот ветра в сухой траве. Он проникал в мои сны, как холодный туман.

— Ты думаешь, что ты делаешь правильные вещи, — сказала она. — Ты думаешь, что ты можешь спасти их всех. Но ты ошибаешься. Ты не можешь спасти тех, кто не хочет быть спасённым. Они сделали свой выбор, когда заключили сделку со мной. Они продали свои души за золото и власть. И они будут продолжать выбирать страх. Ты не можешь изменить это.

Я открыла глаза и увидела её. Она стояла у моего шатра, её чёрные волосы струились по плечам, глаза горели красным огнём. Она улыбалась, и в её улыбке было столько презрения, что у меня сжалось сердце.

— Что тебе нужно? — спросила я, и мой голос был холодным, как лёд.

— Я хочу, чтобы ты помнила, кто ты есть, — сказала она. — Ты — моя дочь. Ты — моя наследница. Ты — Госпожа Ветров. Ты не можешь убежать от этого. Ты не можешь отрицать это. Это твоя судьба.

— Я — не ты, — сказала я, и в моём голосе появилась сталь, которую я нашла в себе после всех этих дней. — Я — Астра. Я — королева. Я — та, кто освободила этот мир от твоей лжи.

Она засмеялась. Её смех был похож на звон колокольчиков, но в нём было что-то зловещее, что-то, что заставляло мою магию сжиматься в груди.

— Ты думаешь, что ты можешь убежать от своей судьбы? — спросила она. — Ты думаешь, что ты можешь отрицать свою кровь? Ты — часть меня. И ты всегда будешь частью меня. Ты можешь бороться, но ты не победишь.

— Я не хочу быть частью тебя, — сказала я. — Я хочу быть собой.

Она шагнула ближе, и я почувствовала, как холод обволакивает меня. Он был не физическим — он был магическим, он проникал в мою душу, касался самых тёмных уголков моего сознания.

— Ты уже не можешь быть собой, — сказала она. — Ты — я. И я — ты. Мы — одно целое. И однажды ты поймёшь это.

Я закричала, и магия вырвалась из меня. Она ударила в Госпожу Ветров, и та исчезла, растворилась в воздухе, как дым. Я осталась одна в шатре, тяжело дыша. Моё тело дрожало, и я чувствовала, как пот стекает по моему лицу.

Каий вбежал в шатёр и увидел меня. Его лицо было бледным, глаза расширенными от страха. Он подошёл ко мне и обнял меня.

— Что случилось? — спросил он, и его голос дрожал. — Что ты видела?

— Она была здесь, — сказала я, и мой голос срывался на шёпот. — Она сказала, что я — часть её. Что я — Госпожа Ветров. Что я не могу убежать от своей судьбы.

— Ты — не она, — сказал он, и его голос был твёрдым. — Ты — Астра. Ты — наша королева. Ты — та, кто спасла этот мир. Ты сильнее её. Ты всегда была сильнее.

Я посмотрела на него и почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Я не плакала уже несколько дней, но сейчас я не могла сдержаться.

— Но что, если она права? — спросила я. — Что, если я не могу избавиться от неё? Что, если она всегда будет внутри меня?

— Ты не должна избавляться от неё, — сказал он. — Ты должна контролировать её. Ты должна быть сильнее её. И ты сильнее. Я знаю это. Я видел это. Ты победила её однажды. Ты победишь её снова.

Я обняла его и почувствовала, как его тепло проникает в моё тело. Я знала, что он был прав. Я должна была быть сильной. Я должна была контролировать свою магию. Я должна была не позволить Госпоже Ветров взять верх.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова. Я вышла из шатра и увидела, как солнце поднимается над горизонтом. Оно было тёплым, ярким, и я чувствовала, как его лучи касаются моего лица. Я чувствовала, как магия пульсирует в моей крови. Я была готова ко всему.

Мы продолжили путь. Я проезжала через деревни и разговаривала с людьми. Я слушала их истории, их страхи, их надежды. Я обещала им защиту. Я обещала им справедливость. Я обещала им будущее. Они смотрели на меня с надеждой, и я чувствовала, как эта надежда наполняет меня силой.

В одной из деревень я встретила молодого парня. Его волосы были чёрными, как вороново крыло, и я чувствовала, как магия пульсирует в нём. Он подошёл ко мне и упал на колени.

— Ваше Величество, — сказал он, и его голос дрожал от волнения. — Я хочу служить вам. Я хочу помочь вам. Я верю в вас. Я слышал о том, что вы сделали, и я хочу быть частью этого.

Я посмотрела на него и улыбнулась. Он был молод, не старше семнадцати, но в его глазах я видела огонь, который я помнила по себе.

— Встань, — сказала я. — Ты не должен кланяться мне. Ты — свободный человек. Ты можешь быть тем, кем хочешь.

Он поднялся на ноги, и в его глазах я увидела надежду. Он был готов идти за мной до конца.

— Я хочу быть воином, — сказал он. — Я хочу защищать свободу, которую вы принесли. Я хочу, чтобы никто больше не боялся своего цвета.

— Тогда иди за мной, — сказала я. — Я научу тебя, как быть воином. Я покажу тебе, что значит быть свободным.

Я взяла его с собой. Я знала, что он был только одним из многих. Я знала, что тысячи таких же юношей и девушек ждали своего часа. Они ждали, когда я приду и дам им шанс. Они ждали, когда я покажу им путь.

Когда мы вернулись в Солнечный Град, я чувствовала себя уставшей, но счастливой. Я сделала то, что должна была. Я показала им, что я — их королева. Я показала им, что я не боюсь. Я показала им, что я готова бороться за них.

Я сидела в своих покоях и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

Он улыбнулся и взял мою руку. Его пальцы переплелись с моими, и я чувствовала, как тепло разливается по моему телу.

— Я горжусь тобой, — сказал он.

— Спасибо, — ответила я.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Глава 12. Битва при Солнечном Граде

Семь дней прошло с тех пор, как гонцы принесли весть о том, что Орландо собрал армию и движется на Солнечный Град. Семь дней я почти не спала, готовя город к обороне. Семь дней я видела во сне лицо Госпожи Ветров, которая шептала мне: «Ты проиграешь, дочь моя. Ты всегда проигрываешь». Семь дней я сражалась с собственным страхом, который рос внутри меня, как сорняк, и угрожал уничтожить всё, что я построила.

Я стояла на стене и смотрела на горизонт. Там, за холмами, собиралась армия Орландо. Я не видела их, но чувствовала их присутствие. Магия пульсировала в моей крови, предупреждая об опасности. Она была тёплой, живой, и я знала, что она готова защищать меня. Но я также знала, что одной магии недостаточно. Мне нужны были люди. Мне нужна была вера. Мне нужно было чудо.

Рядом со мной стоял Каий. Его лицо было серьёзным, и я видела, как он сжимает рукоять меча. Он был готов сражаться. Он был готов умереть за меня. И это пугало меня больше, чем приближающаяся армия.

— Ты боишься? — спросила я, не глядя на него.

— Да, — ответил он, и его голос был тихим. — Я боюсь. Но я не показываю этого. Я должен быть сильным ради тебя.

— Ты не должен быть сильным ради меня, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Ты должен быть сильным ради себя. Ты должен быть сильным ради нас.

Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела любовь.

— Я люблю тебя, — сказал он. — И я сделаю всё, чтобы защитить тебя.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли молча, глядя на горизонт. Я чувствовала его тепло, его присутствие. Я знала, что он был рядом. Всегда.

В тот вечер я собрала советников в тронном зале. Они сидели за длинным столом, и их лица были бледными. Я видела страх в их глазах. Я видела сомнение. Я видела, что они не верят в победу.

— Друзья мои, — сказала я, и мой голос прозвучал громко и чётко. — Завтра начнётся битва. Мы не знаем, сколько продлится осада. Мы не знаем, сможем ли мы победить. Но я знаю одно: мы не сдадимся. Мы будем сражаться до последнего. Мы будем защищать этот город. Мы будем защищать нашу свободу.

Советники молчали. Я видела, как они переглядываются, как их лица становятся серьёзными.

— Ваше Величество, — сказал Лоренс. — У нас недостаточно людей. Недостаточно оружия. Недостаточно еды. Мы не сможем выдержать долгую осаду.

— Я знаю, — сказала я. — Но у нас есть кое-что, чего нет у Орландо. У нас есть вера. У нас есть надежда. У нас есть свобода. И это даёт нам силу.

Советники закивали. Я видела, как их лица становятся более решительными. Я видела, как их страх уступает место надежде.

Мы обсуждали планы обороны до поздней ночи. Мы распределяли людей по стенам, проверяли запасы еды и воды, готовили оружие. Мы делали всё, чтобы подготовиться к битве.

Когда советники разошлись, я осталась одна в тронном зале. Тишина давила на меня, и я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди. Я подошла к окну и посмотрела на звёзды. Они были такими же, как в моём мире. Такими же далёкими и холодными. Я думала о Краснодаре. О своей прошлой жизни. О том, что я оставила там.

— Ты скучаешь по своему миру? — услышала я голос за спиной.

Я повернулась и увидела Бренду. Она стояла в дверях, одетая в простое платье. Её волосы были седыми, глаза блестели от слёз.

— Иногда, — ответила я. — Но я здесь. Я — королева. И я люблю этот мир.

Она подошла ко мне и взяла мою руку.

— Я горжусь тобой, — сказала она. — Ты стала сильной. Ты стала той, кем должна была стать.

— Я сделала это не одна, — сказала я. — Ты помогла мне. Ты дала мне жизнь.

— Ты сама выбрала свободу, — сказала она. — Я только показала тебе путь.

Мы обнялись. Я чувствовала её тепло, её любовь. Она была моей матерью. Не по крови. По духу.

— Ты будешь сражаться завтра? — спросила она.

— Да, — ответила я. — Я буду сражаться.

— Тогда я буду молиться за тебя, — сказала она. — Я буду молиться за твою победу.

— Спасибо, — сказала я.

Она улыбнулась и вышла из зала. Я осталась одна. Я смотрела на звёзды и думала о завтрашнем дне. Я знала, что это будет самый трудный день в моей жизни.

Ночь прошла в лихорадочном бодрствовании. Я не могла уснуть. Каждый раз, когда я закрывала глаза, я видела лица тех, кто погибнет завтра. Я видела Лили, которая стояла на стене с луком в руках, хотя никогда не держала оружия. Я видела Бренду, которая молилась в своей комнате. Я видела Каия, который стоял рядом со мной, готовый умереть за меня.

Я встала с кровати и подошла к окну. Луна была полной, и её свет падал на город, превращая его в серебряное озеро. Я чувствовала, как магия пульсирует в моей крови, как она наполняет меня силой. Я знала, что завтра я должна быть сильной. Я должна была показать им, что я — королева. Я должна была защитить их.

Я услышала шаги за спиной и повернулась. Лили стояла на пороге, одетая в лёгкий плащ. Её лицо было бледным, но глаза горели решимостью.

— Ваше Величество, — сказала она. — Я хочу попросить вас кое о чём.

— О чём? — спросила я, чувствуя, как внутри меня что-то сжимается.

— Если завтра я умру, — сказала она, и её голос дрогнул, — я хочу, чтобы вы знали: вы изменили мою жизнь. Вы дали мне надежду. Вы дали мне свободу. И я благодарна вам за это.

Я подошла к ней и взяла её за руки.

— Ты не умрёшь, — сказала я. — Я не позволю этому случиться. Я защищу тебя.

— Вы не можете защитить всех, — сказала она, и слёзы потекли по её щекам. — Но вы можете дать нам смысл. Вы уже дали.

Я обняла её, и мы стояли так несколько мгновений. Я чувствовала, как её слёзы падают на моё плечо, как она дрожит в моих руках. Я знала, что она боится. Я тоже боялась. Но я не могла показать этого. Я должна была быть сильной ради них.

— Иди спать, — сказала я, отстраняясь. — Завтра нам нужны силы.

Она кивнула и вышла из комнаты. Я осталась одна. Я смотрела на луну и думала о том, что будет завтра. Я знала, что это будет самая трудная битва в моей жизни.

На рассвете я стояла на стене и смотрела на армию Орландо. Она была огромной. Тысячи людей с золотыми знамёнами, с мечами и копьями. Они стояли на равнине, и их крики разносились по ветру.

Я видела Орландо впереди. Он был одет в золотые доспехи, и его волосы были такими же светлыми, как раньше. Я знала, что это был парик. Я знала, что под ним скрывалась седина. Но он выглядел как король.

Рядом со мной стояли мои люди. Лили с луком в руках, Каий с мечом, Бренда с молитвой на губах. Они смотрели на меня с надеждой. Они верили в меня. И я не могла подвести их.

— Друзья мои, — сказала я, и мой голос разнёсся над стеной. — Сегодня мы сражаемся за нашу свободу. Сегодня мы сражаемся за наше будущее. Сегодня мы сражаемся за тех, кто не может сражаться сам. Мы победим. Я знаю это.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их голоса наполняют меня силой. Я была готова. Я была готова ко всему.

Первая волна атаки началась через час. Орландо послал своих лучников, и стрелы посыпались на стены, как дождь. Я видела, как мои люди падают, как их тела скользят по камням. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, готовая вырваться наружу.

— Держитесь! — крикнула я, поднимая руку. — Мы не сдадимся!

Я создала щит из магии, который отражал стрелы. Я чувствовала, как они ударяются о мою защиту, как они падают на землю. Я видела, как мои люди смотрят на меня с удивлением. Они не знали, что я могу это сделать. Они не знали, что я так сильна.

— Королева! — крикнул кто-то. — Королева защищает нас!

Толпа закричала. Я чувствовала, как их уверенность растёт. Я чувствовала, как они начинают верить в победу.

Но я знала, что это только начало. Орландо был хитрым. Он знал, что я сильна. И он готовил что-то ещё.

Вторая волна атаки была более жестокой. Орландо послал своих всадников, и они врезались в наши ряды, как молния. Я видела, как мои люди падают, как их тела топчут лошади. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, но я не могла использовать её против всех. Я была только одна.

— Держитесь! — крикнула я, бросаясь в бой. — Держитесь!

Я сражалась рядом с Каием. Мы бились спина к спине, и я чувствовала, как его клинок отражает удары, как он защищает меня. Я видела, как он сражается, как его лицо становится суровым, как его глаза горят огнём.

— Мы победим! — крикнул он, отбивая очередной удар. — Мы победим!

— Мы победим! — повторила я, чувствуя, как моя магия вырывается наружу. — Мы победим!

Я ударила магией вперёд, и она разнесла ряды врагов. Я видела, как они падают, как их тела скользят по земле. Я чувствовала, как моя сила растёт. Я чувствовала, как я становлюсь сильнее.

Но в этот момент я услышала голос. Он был тихим, но отчётливым, как шёпот ветра в сухой траве.

— Ты думаешь, что ты можешь победить? — сказала Госпожа Ветров. — Ты ошибаешься. Ты — часть меня. И ты никогда не победишь.

Я замерла. Я чувствовала, как её голос проникает в мою душу, как он касается самых тёмных уголков моего сознания. Я чувствовала, как её тень обволакивает меня.

— Нет! — крикнула я. — Ты не победишь меня!

Я вырвалась из её хватки и ударила магией вперёд. Свет ослепил меня, и я почувствовала, как я прорываюсь сквозь её тьму. Я чувствовала, как я становлюсь сильнее. Я чувствовала, как я побеждаю.

Когда свет утих, я увидела, что битва закончена. Армия Орландо была разгромлена. Мои люди стояли на стенах и кричали от радости.

— Мы победили! — кричали они. — Мы победили!

Я смотрела на них и чувствовала, как слёзы подступают к глазам. Я сделала это. Я защитила их. Я освободила их.

Но я также знала, что это не конец. Госпожа Ветров всё ещё была внутри меня. Она ждала своего часа. И я должна была быть готова.

Я спустилась со стены и пошла к воротам. Орландо стоял на коленях, и его руки были связаны. Он смотрел на меня с ненавистью.

— Ты проиграл, — сказала я.

— Ты не победила, — ответил он. — Госпожа Ветров придёт за тобой. Она никогда не оставит тебя в покое.

— Я знаю, — сказала я. — Но я готова.

Я повернулась к своим людям.

— Уведите его, — сказала я. — Он будет судим за свои преступления.

Они увели его. Я осталась одна на поле боя. Я смотрела на небо, которое медленно очищалось от туч. Я чувствовала, как ветер касается моего лица. Я чувствовала, как магия пульсирует в моей крови.

Я знала, что это только начало. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Я стояла на стене и смотрела на город. Он был красивым. Он был живым. Он был свободным. Я смотрела на белые стены, на золотые шпили, на людей, которые ходили по улицам и улыбались. Я смотрела на всё это и чувствовала, как внутри меня растёт радость.

Рядом со мной стоял Каий. Его лицо было уставшим, но глаза горели гордостью.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

Он улыбнулся и взял мою руку. Его пальцы переплелись с моими, и я чувствовала, как тепло разливается по моему телу.

— Что теперь? — спросил он.

— Теперь мы должны построить новый мир, — сказала я. — И это будет труднее, чем война.

— Я буду рядом, — сказал он.

— Я знаю, — ответила я.

Мы стояли в тишине, глядя на город. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова к ним.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на звёзды. Я думала о том, что сказала мне Госпожа Ветров. О том, что она всегда будет со мной. О том, что я никогда не избавлюсь от неё.

Я услышала шаги за дверью и повернулась. Лили вошла в комнату с подносом в руках. На нём была еда и чай.

— Ваше Величество, — сказала она. — Вы должны поесть. Вы не ели весь день.

Я улыбнулась и взяла кусок хлеба.

— Спасибо, — сказала я.

Она села рядом со мной, и мы сидели в тишине. Я чувствовала её присутствие, её тепло. Она была моей подругой. Она была моей семьёй.

— Лили, — сказала я. — Ты боишься?

— Чего? — спросила она.

— Того, что будет дальше, — сказала я. — Того, что мы не справимся. Того, что мы проиграем.

— Я боюсь, — ответила она. — Но я также знаю, что мы справимся. Мы справились уже столько раз. Мы справимся и в этот раз.

Я взяла её за руку и сжала.

— Спасибо, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Вы бы справились, — сказала она, улыбаясь. — Вы всегда справляетесь.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

Ночь опустилась на Солнечный Град, как тяжёлое бархатное одеяло. Я стояла у окна в королевских покоях и смотрела на город, который простирался подо мной — белый, сверкающий, как сахарная головка. Теперь этот город был моим. Эта страна была моей. И я чувствовала её вес на своих плечах так же отчётливо, как тяжесть короны на голове.

Я думала о том, что сказала мне Госпожа Ветров. О том, что она всегда будет со мной. О том, что я никогда не избавлюсь от неё. Я знала, что это была правда. Она была частью меня. И я должна была научиться жить с этим.

Я услышала шаги за спиной и повернулась. Каий стоял на пороге, и его лицо было серьёзным.

— Ты не спишь, — сказал он.

— Не могу, — ответила я. — Слишком много мыслей.

Он подошёл ко мне и встал рядом. Я чувствовала его тепло, его присутствие.

— Ты думаешь о ней? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Я думаю о том, что она сказала. О том, что она всегда будет со мной.

— Она не контролирует тебя, — сказал он. — Ты сильнее её. Ты всегда была сильнее.

— Я знаю, — сказала я. — Но я боюсь, что однажды я не смогу контролировать её. Что она возьмёт верх.

— Она не сможет, — сказал он. — Потому что ты — не она. Ты — Астра. Ты — королева. Ты — та, кто изменила этот мир.

Я повернулась к нему и посмотрела в его глаза. В них была любовь. В них была вера.

— Спасибо, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказал он, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

Мы стояли обнявшись, глядя на звёзды. Я чувствовала его тепло, его присутствие. Я знала, что он был рядом. Всегда.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова ко всему. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они верили в меня.

— Друзья мои, — сказала я, поднимаясь на трон. — Сегодня мы начинаем новую главу. Мы начинаем строить новый мир. Мир, в котором каждый человек будет равен. Мир, в котором цвет волос не имеет значения. Мир, в котором мы будем свободны.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

Но я также знала, что внутри меня всё ещё живёт тень Госпожи Ветров. И я должна была научиться жить с этим. Я должна была научиться контролировать её. Я должна была научиться быть сильной.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Я улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ.

— Ты сделала это, — сказал он, когда я подошла к нему.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

Он улыбнулся и взял мою руку. Мы вышли из тронного зала, и я чувствовала, как его тепло проникает в моё тело. Я знала, что он был рядом. Всегда.

Я стояла на балконе дворца и смотрела на город. Солнечный Град был красивым. Он был живым. Он был свободным. Я смотрела на белые стены, на золотые шпили, на людей, которые ходили по улицам и улыбались. Я смотрела на всё это и чувствовала, как внутри меня растёт радость.

Я знала, что это только начало. Впереди будет ещё много работы. Много трудностей. Много вызовов. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял рядом, и его глаза горели любовью.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли обнявшись, глядя на город. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Прошло несколько дней после битвы. Город медленно восстанавливался. Люди хоронили своих мёртвых, оплакивали потери, но также праздновали победу. Я видела, как они улыбаются, как они смеются, как они обнимают друг друга. Я чувствовала, как их радость наполняет меня.

Я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Небо было багряным, и красные отблески падали на белые стены комнаты. Я думала о том, что сказала мне Госпожа Ветров. О том, что она всегда будет со мной. О том, что я никогда не избавлюсь от неё.

Я услышала шаги за дверью и повернулась. В дверях стояла Лили.

— Ваше Величество, — сказала она. — К вам пришла женщина. Она говорит, что знает вас. Она говорит, что она — ваша мать.

Я замерла. Моя мать. Бренда. Я не видела её с тех пор, как покинула деревню. Я думала о ней каждый день. Я хотела увидеть её. Я боялась увидеть её.

— Пусть она войдёт, — сказала я.

Лили кивнула и вышла. Через несколько минут в комнату вошла Бренда. Она выглядела старше, чем в последний раз. Её волосы были полностью седыми, и она опиралась на палку.

— Миралис, — сказала она, и её голос дрогнул. — Моя дочь.

Я подошла к ней и взяла её за руки. Я чувствовала, как её пальцы дрожат в моих.

— Бренда, — сказала я. — Я так рада видеть тебя.

Она улыбнулась, и слёзы потекли по её щекам.

— Я так горжусь тобой, — сказала она. — Ты стала королевой. Ты изменила этот мир.

— Я сделала это не одна, — сказала я. — Ты помогла мне. Ты дала мне жизнь.

— Ты сама выбрала свободу, — сказала она. — Я только показала тебе путь.

Мы обнялись. Я чувствовала запах её волос, её кожи. Я чувствовала её тепло.

— Ты должна знать кое-что, — сказала я, отстраняясь. — Я — не Миралис. Миралис умерла под тем дубом. Я пришла из другого мира.

Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидела понимание.

— Я знаю, — сказала она. — Я знала это с самого начала. Когда ты проснулась в конюшне, я почувствовала, что ты другая. Твои глаза были другими. Твой голос был другим. Твоя душа была другой. Но ты стала моей дочерью. Ты стала моей надеждой. Ты — моя Астра.

Я почувствовала, как слёзы подступают к моим глазам.

— Спасибо, — сказала я. — Спасибо, что приняла меня. Спасибо, что любила меня.

— Ты — моя дочь, — сказала она. — Не по крови, а по духу. И я всегда буду любить тебя.

Мы сидели на кровати и говорили о прошлом. Она рассказывала мне о том, как она украла меня из замка Госпожи Ветров. Как она рисковала своей жизнью, чтобы спасти меня. Как она скрывала меня все эти годы.

— Я знала, что ты особенная, — сказала она. — Я знала, что ты изменишь этот мир. Я чувствовала это, когда ты была ещё младенцем. В твоих глазах было что-то, что я не могла объяснить. Что-то древнее. Что-то могущественное. И я знала, что однажды ты станешь той, кто освободит нас всех.

— Я сделала это не одна, — сказала я. — Ты помогла мне. Ты дала мне жизнь. Ты дала мне свободу.

— Ты сама выбрала свободу, — сказала она. — Я только показала тебе путь.

Я улыбнулась и взяла её за руку. Я чувствовала, как её пальцы сжимают мои.

— Я хочу, чтобы ты осталась здесь, — сказала я. — Я хочу, чтобы ты жила во дворце. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Я хочу, чтобы мы были семьёй.

Она посмотрела на меня с удивлением.

— Я — простая женщина, — сказала она. — Я не знаю, как жить во дворце.

— Я научу тебя, — сказала я. — Ты — моя мать. И я хочу, чтобы ты была здесь.

Она улыбнулась, и в её глазах я увидела слёзы.

— Хорошо, — сказала она. — Я останусь. Я останусь с тобой.

Прошло несколько недель. Жизнь в королевстве постепенно налаживалась. Люди привыкали к новым законам, к новой жизни. Я видела, как они улыбаются, как они смеются. Я чувствовала, как их радость наполняет меня.

Я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты думаешь о ней? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Я думаю о том, что она сказала. О том, что она всегда будет со мной.

— Она не контролирует тебя, — сказал он. — Ты сильнее её. Ты всегда была сильнее.

— Я знаю, — сказала я. — Но я боюсь, что однажды я не смогу контролировать её. Что она возьмёт верх.

— Она не сможет, — сказал он. — Потому что ты — не она. Ты — Астра. Ты — королева. Ты — та, кто изменила этот мир.

Я повернулась к нему и посмотрела в его глаза. В них была любовь. В них была вера.

— Спасибо, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказал он, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

Мы стояли обнявшись, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Глава 13. Магия вне цвета

Три дня прошло с тех пор, как армия Орландо была разгромлена у стен Солнечного Града. Три дня я пыталась забыть голос Госпожи Ветров, который звучал в моей голове, как заезженная пластинка. Три дня я чувствовала, как её тень растёт внутри меня, как она становится сильнее с каждым часом. Она ждала. Она знала, что я ослабла после битвы. Она знала, что я уязвима. И она готовилась нанести удар.

Я сидела в своих покоях и смотрела на свои руки. Они слегка светились в полумраке комнаты — тонкие серебристые нити магии пульсировали под моей кожей. Они были тёплыми, живыми, и я чувствовала, как они тянутся к чему-то, что было за пределами моего понимания. Я чувствовала, как Госпожа Ветров внутри меня шевелится, как она пробует мою защиту на прочность.

«Ты не сможешь сдерживать меня вечно», — прошептал её голос в моей голове. «Я — часть тебя. И я никогда не уйду».

Я сжала кулаки, пытаясь подавить её присутствие. Но она была сильной. Она была древней. Она была частью меня, и я не могла избавиться от неё.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Каий вошёл в комнату, и его лицо было бледным. Он выглядел уставшим, словно не спал несколько ночей. Его глаза были красными, а волосы растрёпанными.

— Астра, — сказал он, подходя ко мне. — Я должен кое-что тебе сказать. Я должен рассказать тебе правду. Всю, до конца. Без утайки.

— Я слушаю, — сказала я, чувствуя, как моё сердце начинает биться быстрее.

— Моя мать была служанкой в замке Госпожи Ветров, — начал он, садясь на стул напротив меня. — Она работала там много лет. Она видела всё. Она знала всё. И она рассказала мне о том, что Госпожа Ветров планировала сделать с тобой. Она рассказала мне то, чего не знала даже Бренда.

— Что она планировала? — спросила я, чувствуя, как холод пробегает по моей спине.

— Она хотела использовать тебя как сосуд, — сказал он, и его голос стал тише. — Она хотела вселить свою душу в твоё тело. Она хотела жить вечно через тебя. Но она не могла сделать это, пока ты была ребёнком. Ей нужно было, чтобы ты выросла. Чтобы ты стала сильной. Чтобы ты была готова принять её силу. Ты была её проектом, Астра. Ты была её единственной надеждой на бессмертие.

— Но я разрушила её кристалл, — сказала я, чувствуя, как мои руки начинают дрожать. — Я уничтожила её. Я видела, как она исчезает. Я чувствовала, как её сила уходит из мира.

— Ты уничтожила её тело, — сказал он. — Но её душа осталась. Она ждала. Она ждала, пока ты станешь достаточно сильной, чтобы принять её. Она ждала, пока ты поглотишь её силу. И ты сделала это. Ты поглотила её. Ты сделала именно то, на что она рассчитывала.

Я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Я смотрела на него, и слова не шли с языка. Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его стук в ушах.

— Значит, она внутри меня? — прошептала я, чувствуя, как голос срывается на шёпот. — Она живёт во мне?

— Да, — сказал он, и его голос был тихим, почти неслышным. — Она живёт в тебе. Но она не может контролировать тебя, пока ты сильна. Пока ты не позволяешь ей взять верх. Пока ты борешься с ней. Она слабее тебя, Астра. Ты сильнее. Ты всегда была сильнее.

— Как я могу остановить её? — спросила я, чувствуя, как слёзы начинают течь по моим щекам. — Как я могу избавиться от неё? Я не хочу быть ею. Я не хочу быть чудовищем.

— Ты не можешь избавиться от неё, — сказал он, и я увидела, как его глаза наполняются болью. — Она — часть тебя. Но ты можешь контролировать её. Ты можешь быть сильнее её. Ты можешь не позволить ей взять верх. Ты уже делаешь это. Каждый день. Каждый час. Каждую минуту.

— Но что, если я не смогу? — спросила я, и мой голос сорвался на крик. — Что, если она возьмёт верх? Что, если я стану ею?

— Ты не станешь ею, — сказал он, вставая и подходя ко мне. — Потому что ты — это не только магия. Ты — это твои воспоминания. Твоя любовь. Твоя доброта. Твоя решимость. Госпожа Ветров не имеет этого. Она не умеет любить. Она не умеет жертвовать. Она не умеет прощать. А ты умеешь. И это делает тебя сильнее.

Я посмотрела на него и почувствовала, как его слова проникают в мою душу. Я хотела верить ему. Я хотела верить, что я сильнее Госпожи Ветров. Я хотела верить, что я не потеряю себя.

— Помоги мне, — сказала я, чувствуя, как голос срывается на шёпот. — Помоги мне принять это. Помоги мне не бояться. Я не могу сделать это одна.

— Я помогу тебе, — сказал он, обнимая меня. — Я всегда буду помогать тебе. Ты не одна. Никогда.

Мы стояли обнявшись, и я чувствовала, как его тепло проникает в моё тело. Я знала, что он был прав. Я должна была принять свою тьму. Я должна была принять Госпожу Ветров. Не как врага. А как часть себя. Только так я могла победить её.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова. Я вышла из своих покоев и направилась в библиотеку дворца. Я знала, что там хранятся древние книги, которые могут помочь мне понять природу магии Госпожи Ветров. Я должна была найти способ контролировать её. Я должна была найти способ не дать ей взять верх.

Библиотека была огромной. Стены были уставлены книгами в кожаных переплётах, и я чувствовала, как от них исходит древняя магия. Я ходила между стеллажами и искала что-то, что могло бы помочь мне. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она тянется к книгам, как она ищет ответы.

Я нашла старую книгу, которая была написана на древнем языке. Я открыла её, и мои глаза пробежали по страницам. Я читала о том, как Госпожа Ветров создала свою магию. Я читала о том, как она заключила сделку с древними силами. Я читала о том, как она использовала свою силу, чтобы править миром.

Но я также читала о том, что её магия была не единственной. Существовала другая магия — древняя, чистая, которая не зависела от цвета волос. Она была магией души. Она была магией, которая могла разрушить любую сделку. Она была магией, которую я могла использовать, чтобы освободить себя.

Я закрыла книгу и почувствовала, как внутри меня растёт решимость. Я знала, что я должна сделать. Я должна была найти эту магию. Я должна была использовать её, чтобы разрушить сделку Госпожи Ветров. Я должна была освободить себя.

Я вышла из библиотеки и направилась к воротам города. Каий ждал меня там. Его лицо было серьёзным, и я видела, что он готов идти со мной.

— Ты знаешь, куда мы идём? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Мы идём в горы. Там, где живут тёмные маги. Они знают о древней магии. Они могут помочь мне.

— Это опасно, — сказал он. — Тёмные маги не доверяют никому. Они могут убить нас, как только мы войдём в их убежище.

— Я знаю, — сказала я. — Но я должна рискнуть. Это единственный способ освободить себя.

Мы выехали из города на рассвете. Дорога была долгой, и я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она становится сильнее с каждым шагом. Я чувствовала, как Госпожа Ветров внутри меня шевелится, но я подавляла её. Я не могла позволить ей взять верх.

Когда мы добрались до гор, я почувствовала, как воздух становится холоднее. Я чувствовала, как древняя магия исходит от скал, как она пульсирует в земле под моими ногами. Я знала, что мы близко.

Мы подошли к пещере, которая была скрыта за огромным камнем. Я коснулась его, и он бесшумно отодвинулся, открывая проход.

— Добро пожаловать в логово Изгоев, — сказал Каий.

Мы вошли в пещеру. Внутри было темно, но через несколько шагов я увидела свет. Мы шли по узкому коридору, и я чувствовала, как стены пульсируют в такт с моим сердцем.

Коридор расширялся, и через минуту мы оказались в огромном зале. В центре зала горел костёр, вокруг которого сидели люди. Они смотрели на нас с подозрением. Я чувствовала, как их взгляды изучают меня, проникают под кожу, оценивают каждое движение.

Один из них встал. Это был старый мужчина с длинной седой бородой и глазами, которые казались чёрными бездонными колодцами.

— Кто вы? — спросил он. — Как вы нашли это место?

Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как сердце колотится в груди.

— Я — Астра, — сказала я, и мой голос прозвучал громко и чётко. — Я — королева Солнечного Града. И я — дочь Госпожи Ветров.

В зале воцарилась тишина. Люди за столом замерли, их глаза расширились от удивления и страха.

— Ты — дочь Госпожи? — переспросил старик, и его голос стал ледяным. — Тогда ты — наш враг. Ты пришла уничтожить нас?

— Нет, — сказала я, делая ещё один шаг вперёд. — Я пришла просить вашей помощи. Я пришла уничтожить Госпожу Ветров. Я хочу освободить всех, кто страдает под её властью. Я хочу освободить вас.

Старик посмотрел на меня с недоверием.

— Почему мы должны верить тебе? — спросил он. — Ты — её кровь. Ты — её наследница. Может быть, ты пришла, чтобы завершить то, что она начала.

— Я — её кровь, — сказала я, и в моём голосе появилась сталь. — Но я не она. Я хочу уничтожить её, потому что она убивает людей. Она топит их в колодцах, она высасывает их души, она использует их магию. Она сделала это с тысячами людей. И теперь я хочу остановить её.

Старик замолчал. Он смотрел на меня, и я видела, как внутри него борется недоверие и надежда.

— Откуда ты знаешь всё это? — спросил он наконец.

— Я была у Старого Колодца, — сказала я. — Я слышала их голоса. Я видела их души. Они просили меня освободить их. И я дала им слово. Я поклялась, что сделаю всё, чтобы освободить их.

— Ты дала слово призракам? — усмехнулся старик. — Ты — смелая девушка. Или очень глупая. Или и то, и другое.

— Может быть, — сказала я. — Но я здесь. И я прошу вашей помощи.

Старик повернулся и подошёл к костру. Люди расступились, и я увидела, что в центре зала стоит каменный алтарь, на котором лежит светящийся кристалл.

— Ты хочешь уничтожить Госпожу Ветров, — сказал старик, не оборачиваясь. — Тогда ты должна понять, что она не просто ведьма. Она — порождение древней магии. Она была создана до того, как появились первые королевства. И уничтожить её — значит уничтожить часть самой магии.

— Я готова заплатить эту цену, — сказала я.

— Ты не понимаешь, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Если ты уничтожишь её, ты можешь уничтожить и себя. Ты — её дочь. Ты — часть её магии. Если она умрёт, ты тоже можешь умереть.

Я замерла. Никто не говорил мне об этом. Я всегда думала, что уничтожу Госпожу и выживу. Но теперь я понимала, что это не так. Если я уничтожу её, я могу уничтожить и себя.

— Я знаю, — сказала я, хотя внутри меня всё дрожало. — Но я готова. Если это поможет освободить всех, кто страдает, я готова умереть.

Старик посмотрел на меня, и в его глазах я увидела что-то, чего не ожидала: уважение. Он подошёл ко мне и протянул руку.

— Я — Арамин, — сказал он. — Мы поможем тебе. Мы научим тебя всему, что знаем.

Мы провели три дня в пещере тёмных магов. Арамин учил меня заклинаниям, которые я никогда не знала. Он рассказывал о древней магии, о том, как работает сила Госпожи Ветров, о том, как её можно разрушить.

— Сердце Госпожи — это кристалл, который содержит её душу, — говорил он, показывая мне рисунки на стенах пещеры. — Он находится в самом центре её замка, под землёй. Чтобы уничтожить его, ты должна использовать ту же магию, которой он был создан — магию крови.

— Магию крови? — переспросила я, чувствуя, как холод пробегает по моей спине.

— Да, — кивнул Арамин. — Ты должна принести жертву. Свою кровь, свою силу, свою магию. Если ты вольёшь всё это в кристалл, он разрушится. Но ты потеряешь всё.

— Что значит «всё»? — спросила я, и мой голос дрогнул.

— Ты можешь потерять свою магию, — сказал он. — Или свою память. Или свою жизнь. Никто не знает точно. Но цена всегда высока. Это — единственный способ уничтожить её. Это — цена свободы.

Я слушала его и чувствовала, как внутри меня растёт холод. Это была не просто война. Это было самопожертвование. И я не знала, смогу ли я заплатить эту цену.

— Я готова, — сказала я.

Арамин покачал головой.

— Ты ещё молодая, — сказал он. — Ты не понимаешь, что значит потерять всё. Когда ты потеряешь всё, что у тебя есть, тогда ты поймёшь.

— Я знаю, что значит потерять всё, — сказала я, и в моём голосе послышалась боль. — Я уже потеряла свою прошлую жизнь. Я потеряла свою семью, своих друзей, свой мир. Я потеряла всё, что было мне дорого. Я не боюсь потерять ещё что-то. Главное — освободить тех, кто страдает.

Арамин посмотрел на меня, и в его глазах я увидела что-то похожее на понимание.

— Тогда идём, — сказал он. — Мы покажем тебе последнее, что ты должна знать.

Мы вышли из пещеры на рассвете третьего дня. Утро было холодным, и я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди. Я была готова. Я была готова ко всему.

Каий ждал меня у входа. Его лицо было серьёзным, и я видела, что он готов идти со мной до конца.

— Ты готова? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Я готова.

Мы пошли к замку Госпожи Ветров. Дорога была долгой, и я чувствовала, как моя магия становится сильнее с каждым шагом. Я чувствовала, как Госпожа Ветров внутри меня шевелится, но я подавляла её. Я не могла позволить ей взять верх.

Когда мы подошли к замку, я почувствовала, как магия Госпожи проникает в каждую клетку моего тела. Я чувствовала, как она пытается подчинить меня. Но я была сильнее. Я была готова.

Мы вошли в замок. Стены были чёрными, и я чувствовала, как от них исходит холод. Мы шли по бесконечным коридорам, и я чувствовала, как магия Госпожи становится сильнее.

— Мы близко, — сказал Каий.

— Я знаю, — ответила я.

Мы подошли к огромной двери. Она была сделана из чёрного металла, и на ней были выгравированы изображения людей с тёмными волосами. Их лица были искажены страхом и болью.

— Это — мои дети, — услышала я голос за спиной.

Я повернулась и увидела Госпожу Ветров. Она стояла в коридоре, одетая в чёрное платье, и её глаза горели красным огнём. Она улыбалась, и в её улыбке было столько презрения, что у меня сжалось сердце.

— Ты пришла, — сказала она. — Я знала, что ты придёшь.

— Я пришла уничтожить тебя, — сказала я, и мой голос был холодным.

— Ты не можешь уничтожить меня, — сказала она. — Я — часть тебя. Если я умру, ты тоже умрёшь.

— Я знаю, — сказала я. — И я готова.

Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидела что-то, чего не ожидала: удивление.

— Ты готова умереть? — переспросила она.

— Да, — сказала я. — Если это поможет освободить всех, кто страдает, я готова умереть.

Она засмеялась. Её смех был похож на звон колокольчиков.

— Ты наивна, — сказала она. — Ты думаешь, что твоя смерть что-то изменит? Ты думаешь, что мир станет лучше без тебя? Нет. Мир станет только хуже. Потому что без тебя не будет никого, кто сможет остановить меня.

— Я остановлю тебя, — сказала я. — Даже если это будет стоить мне жизни.

Я шагнула вперёд и толкнула дверь. Она открылась с глухим стуком. Внутри была комната, которая была похожа на тронный зал. В центре стоял трон, сделанный из костей. На нём лежал кристалл, который пульсировал тёмным светом.

— Сердце Госпожи, — прошептала я.

— Да, — сказала Госпожа Ветров, подходя к трону. — Это — моё сердце. Это — моя сила. Ты хочешь уничтожить его?

Я посмотрела на кристалл. Он пульсировал, словно живое существо. Я чувствовала, как он зовёт меня, как он тянется к моей магии, к моей крови.

— Я уничтожу его, — сказала я.

— Тогда иди, — сказала она. — Иди и попробуй.

Я сделала шаг вперёд. И ещё один. Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его стук в ушах. Я подошла к трону и протянула руку к кристаллу.

Когда мои пальцы коснулись его поверхности, я почувствовала, как магия пронзает меня. Это было больно. Это было сладко. Это было похоже на то, как будто я проваливаюсь в бесконечную бездну.

— Ты чувствуешь это? — сказала Госпожа Ветров. — Это — твоя сила. Это — наша сила. Мы — одно целое.

— Нет, — сказала я, и я поняла, что это был не мой голос. Это был голос Миралис. Голос всех тех, кто был утоплен в колодце. — Мы — не одно целое. Мы — разные. Мы — те, кто отказался от тебя.

Я закричала, и моя магия вырвалась из меня. Она ударила в кристалл, и я почувствовала, как он трещит под моими пальцами. Госпожа Ветров закричала. Её тело затряслось, и она упала на колени.

— Ты не можешь! — крикнула она. — Ты — часть меня!

— Я — не часть тебя! — крикнула я. — Я — та, кто освободит всех!

Кристалл треснул. Чёрный свет вырвался из него, озаряя комнату. Я чувствовала, как магия Госпожи Ветров уходит. Она таяла, как снег под солнцем.

Госпожа Ветров смотрела на меня, и в её глазах я увидела страх. Настоящий страх.

— Ты убьёшь себя, — прошептала она. — Ты умрёшь вместе со мной.

— Я знаю, — сказала я.

И я сделала последний шаг. Я влила всю свою магию в кристалл. Весь свой гнев. Всю свою боль. Всю свою любовь. И я отпустила всё.

Всё вокруг стало белым. А потом — чёрным. А потом — ничего.

Я очнулась на холодном полу. Моё тело болело так, как будто меня переехала машина. Я с трудом открыла глаза и увидела над собой лицо Каия.

— Астра! — крикнул он. — Астра, ты жива!

Я попыталась улыбнуться.

— Жива, — прошептала я. — Кажется.

Он обнял меня так крепко, что у меня перехватило дыхание.

— Я думал, я потерял тебя, — сказал он.

— Я обещала, что вернусь, — сказала я.

Я попыталась встать. Мои ноги дрожали, и я чувствовала, что я потеряла что-то важное. Я провела рукой по голове и поняла, что моих волос больше нет. Они были короткими. Почти как у мальчишки.

— Мои волосы, — прошептала я.

Каий улыбнулся.

— Они вырастут, — сказал он.

Я почувствовала, как из моих глаз потекли слёзы. Я потеряла всё. Но я освободила всех.

Я поднялась на ноги. Кристалл был разбит. Госпожа Ветров исчезла. В комнате было тихо.

— Она мертва? — спросила я.

— Она не мертва, — сказал Каий. — Она превратилась в прах. Она исчезла. Как будто её никогда и не было.

Я почувствовала облегчение. Я сделала это. Я победила.

Мы вышли из замка. Небо было серым, но я чувствовала, что за тучами светит солнце. Армия ждала нас у ворот. Когда они увидели меня, они закричали.

— Астра! Астра! Астра!

Я подняла руку, и они замолчали.

— Мы победили, — сказала я. — Госпожа Ветров больше не существует. Все, кто был заточен в колодце, освобождены. Мы — свободны.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость заполняет меня. Я сделала это. Я освободила их.

Но я также знала, что это только начало. Впереди был долгий путь. Впереди были перемены, законы, реформы. Впереди была работа.

— Каий, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Мы должны идти домой.

Он улыбнулся.

— Мы уже идём, — сказал он.

Мы стояли вместе, глядя на Солнечный Град, который виднелся на горизонте. Я знала, что меня ждёт много работы. Но я также знала, что я не одна.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. И я изменила этот мир.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

Он улыбнулся и взял мою руку.

— Я горжусь тобой, — сказал он.

— Спасибо, — ответила я.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Глава 14. Лицо Госпожи

Три дня прошло с тех пор, как я разрушила кристалл Госпожи Ветров. Три дня я чувствовала, как магия уходит из мира, как она тает, как снег под солнцем. Три дня я пыталась привыкнуть к тишине в своей голове — к той пустоте, которая осталась на месте голоса Госпожи. Я думала, что буду рада избавиться от неё. Я думала, что почувствую облегчение. Но вместо этого я чувствовала только пустоту. Холодную, тягучую, которая проникала в каждую клетку моего тела.

Я сидела в своих покоях и смотрела на свои руки. Они больше не светились. Магия, которая пульсировала в моей крови, утихла. Она была всё ещё там, но она стала слабее, тише, словно уставший зверь, который прилёг отдохнуть. Я чувствовала себя опустошённой. Я чувствовала себя потерянной. Я чувствовала, что часть меня умерла вместе с Госпожой Ветров.

«Ты думала, что будешь рада, — прошептал голос в моей голове. Но это был не голос Госпожи. Это был мой собственный голос. — Ты думала, что избавишься от неё и станешь свободной. Но ты не стала свободной. Ты стала пустой».

Я сжала кулаки, пытаясь подавить эту мысль. Я не хотела признаваться себе в том, что чувствовала. Я не хотела признаваться, что скучала по ней. По её голосу. По её присутствию. По её силе. Она была частью меня. И теперь, когда она ушла, я чувствовала себя неполной.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Лили вошла в комнату с подносом в руках. На нём была еда и чай. Она поставила поднос на стол и посмотрела на меня с тревогой.

— Ваше Величество, — сказала она. — Вы опять не ели. Вы должны заботиться о себе. Вы не спали уже две ночи. Вы выглядите как тень.

— Я не голодна, — ответила я, и мой голос прозвучал глухо, как из-под воды.

— Это не важно, — сказала она, и в её голосе появилась сталь, которую я редко слышала. — Вы должны есть. Вы — королева. Вы должны быть сильной. Если вы упадёте, упадём и мы.

Я вздохнула и взяла кусок хлеба. Я откусила кусочек и почувствовала, как он застревает в горле. Я не хотела есть. Я не хотела ничего. Я хотела только одного — понять, что происходит со мной. Почему я чувствую себя такой пустой. Почему я скучаю по ней.

— Лили, — сказала я, откладывая хлеб в сторону. — Ты когда-нибудь теряла кого-то, кто был частью тебя?

Она посмотрела на меня с удивлением.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что, возможно, я не хотела избавляться от неё, — сказала я, чувствуя, как слова сами вырываются из меня. — Возможно, я хотела, чтобы она осталась. Возможно, я хотела, чтобы мы могли сосуществовать.

— Вы говорите о Госпоже Ветров? — спросила Лили, и её голос дрогнул.

— Да, — сказала я. — Она была частью меня. И теперь, когда её нет, я чувствую себя пустой. Я чувствую, что часть меня умерла вместе с ней.

Лили подошла ко мне и взяла мою руку. Её пальцы были тёплыми, и я чувствовала, как она сжимает их, словно пытаясь передать мне свою силу.

— Вы — не она, — сказала она. — Вы — Астра. Вы — наша королева. Вы — та, кто освободила этот мир. Вы не должны скучать по ней. Вы должны радоваться, что она ушла.

— Но я не радуюсь, — сказала я, и мой голос дрогнул. — Я чувствую только пустоту.

Она посмотрела на меня, и в её глазах я увидела слёзы. Она не знала, что сказать. Она не знала, как помочь мне.

— Я принесу вам чай, — сказала она, вставая. — Тёплый чай с мёдом. Он всегда помогает.

Она вышла из комнаты, и я осталась одна. Я смотрела в окно на город, который простирался подо мной, и чувствовала, как внутри меня растёт холод. Я знала, что это только начало. Я знала, что мне придётся научиться жить с этой пустотой. Но я не знала, как.

На следующее утро я проснулась оттого, что кто-то громко стучал в дверь. Я открыла глаза и увидела Лили, которая стояла на пороге с перекошенным от страха лицом.

— Ваше Величество! — крикнула она. — Срочно! В городе появилась женщина. Она говорит, что она — Госпожа Ветров. Она говорит, что хочет видеть вас.

Я замерла. Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его стук в ушах. Она не могла быть жива. Я уничтожила её кристалл. Я видела, как она исчезает. Я чувствовала, как её сила уходит из мира.

— Это невозможно, — сказала я, вставая с кровати. — Она мертва.

— Она не мертва, — сказала Лили, и её голос дрожал. — Она стоит у ворот города. Она говорит, что хочет поговорить с вами. Она говорит, что у неё есть предложение.

Я почувствовала, как внутри меня растёт холод. Я не знала, что это было — страх, надежда, любопытство. Но я знала, что я должна увидеть её. Я должна была узнать, что она хочет.

— Где она? — спросила я.

— У восточных ворот, — ответила Лили. — Она ждёт вас.

Я оделась и вышла из покоев. Я шла по коридорам дворца, и мои шаги отдавались эхом. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она просыпается от долгого сна. Я не знала, что ждёт меня впереди. Но я знала, что я должна идти.

Когда я подошла к воротам, я увидела её. Она стояла посреди площади, одетая в простое платье. Её волосы были седыми, и она опиралась на палку. Она выглядела старой, уставшей, почти беззащитной. Но в её глазах всё ещё горел огонь.

— Астра, — сказала она, и её голос был тихим, почти шёпотом. — Я знала, что ты придёшь.

— Ты должна быть мертва, — сказала я, и мой голос был холодным. — Я уничтожила твой кристалл. Я чувствовала, как твоя сила уходит из мира.

— Ты уничтожила мою силу, — сказала она. — Но не меня. Я не была связана с кристаллом. Я была связана с тобой. Ты — моя дочь. Ты — моя кровь. Пока ты жива, я жива.

Я замерла. Её слова проникали в мою душу, как холодный ветер. Я хотела возразить, но что-то внутри меня останавливало. Я думала о том, что сказала мне Лили. Я думала о том, что я чувствовала пустоту после того, как уничтожила кристалл. Я думала о том, что я скучала по ней.

— Зачем ты пришла? — спросила я, и мой голос дрогнул.

— Я пришла, чтобы поговорить с тобой, — сказала она. — Я пришла, чтобы сказать тебе правду. Всю правду. Я знаю, что ты ненавидишь меня. Я знаю, что ты боишься меня. Но я хочу, чтобы ты знала: я не всегда была такой. Я не всегда была чудовищем.

Она шагнула ближе, и я почувствовала, как моя магия пульсирует в груди. Я хотела отступить, но моё тело не слушалось. Оно хотело приблизиться. Оно хотело её тепла.

— Что ты хочешь сказать мне? — спросила я.

— Я хочу рассказать тебе о том, что случилось тысячу лет назад, — сказала она. — Я хочу рассказать тебе о том, как я заключила сделку. Я хочу рассказать тебе о том, что я не хотела зла. Я хотела только выжить.

Она села на скамью, и я села рядом с ней. Я чувствовала, как её присутствие наполняет меня. Я чувствовала, как её голос проникает в мою душу.

— Тысячу лет назад я была просто молодой женщиной, — начала она, и её голос стал тише. — Я жила в деревне, которая была уничтожена голодом. Мои родители умерли. Мои братья умерли. Я осталась одна. Я была готова умереть. Но потом я встретила его. Демона, который предложил мне сделку. Он сказал, что даст мне силу, если я отдам ему свою душу. Я согласилась. Я думала, что это спасёт меня. Я думала, что это спасёт мой народ.

— Что произошло потом? — спросила я, чувствуя, как внутри меня что-то меняется.

— Он дал мне силу, — сказала она. — Но он обманул меня. Он забрал мою душу. Он превратил меня в чудовище. Я не могла контролировать свою магию. Я не могла контролировать свою силу. Я стала убивать людей, потому что не могла остановиться. Я стала пить их души, потому что не могла выжить иначе.

— Почему ты не попыталась остановиться? — спросила я.

— Я пыталась, — сказала она, и в её голосе я услышала боль. — Я пыталась много раз. Но я не могла. Демон контролировал меня. Он использовал меня как марионетку. Я была его рабом. И я оставалась его рабом тысячу лет.

Я смотрела на неё, и внутри меня боролись гнев и сострадание. Я хотела ненавидеть её. Я хотела наказать её за всё, что она сделала. Но я также видела её боль. Я видела её страдания. Она была такой же жертвой, как и все те, кого она убила.

— Почему ты рассказываешь мне это? — спросила я.

— Потому что я хочу, чтобы ты знала правду, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты знала, что я не всегда была чудовищем. Я хочу, чтобы ты знала, что я сожалею о том, что сделала. Я знаю, что это не оправдывает моих поступков. Но я хочу, чтобы ты знала, что я пыталась измениться. Я пыталась стать лучше.

— И что теперь? — спросила я. — Что ты хочешь сделать?

— Я хочу искупить свою вину, — сказала она. — Я хочу помочь тебе. Я хочу использовать свою магию, чтобы восстановить то, что я разрушила. Я знаю, что это невозможно. Я знаю, что я никогда не смогу вернуть тех, кого убила. Но я могу попытаться. Я могу попытаться сделать мир лучше.

Я смотрела на неё, и внутри меня боролись сомнения. Я не знала, можно ли ей верить. Я не знала, была ли она искренна. Но я также знала, что она была частью меня. И я не могла просто отвернуться от неё.

— Я не знаю, могу ли я доверять тебе, — сказала я. — Ты причинила столько боли. Ты убила столько людей. Как я могу быть уверена, что ты не обманываешь меня?

— Ты не можешь, — сказала она. — Но ты можешь попробовать. Ты можешь дать мне шанс. Я знаю, что я не заслуживаю его. Но я прошу тебя. Я прошу тебя дать мне шанс искупить свою вину.

Я посмотрела на неё, и внутри меня что-то изменилось. Я видела её глаза. Я видела её боль. Я видела её сожаление. И я поняла, что она говорила правду. Она искренне сожалела о том, что сделала.

— Хорошо, — сказала я. — Я дам тебе шанс. Но если ты предашь меня, я убью тебя. Я не позволю тебе причинить вред этому миру.

Она улыбнулась, и в её улыбке было столько печали, что у меня сжалось сердце.

— Спасибо, — сказала она. — Я не подведу тебя. Я обещаю.

Мы вернулись во дворец. Люди смотрели на нас с удивлением. Они не знали, что делать. Они не знали, как относиться к женщине, которая когда-то была их врагом. Но я знала, что я сделала правильный выбор. Я должна была дать ей шанс. Я должна была попытаться изменить её. Я должна была попытаться сделать мир лучше.

Я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидела Госпожа Ветров. Мы молчали, но я чувствовала её присутствие. Я чувствовала её тепло.

— Что ты думаешь о том, что мы сделали? — спросила я.

— Я думаю, что мы сделали правильный шаг, — ответила она. — Мы дали миру шанс на мир. Мы дали ему шанс на будущее.

— Я знаю, — сказала я. — Но я также знаю, что это только начало. Впереди будет ещё много работы. Много людей, которые будут бояться. Много людей, которые будут ненавидеть меня.

— Мы справимся, — сказала она. — Мы всегда справлялись. Ты сильная, Астра. Сильнее, чем думаешь.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими. Я знала, что она была рядом. Всегда.

Прошло несколько недель. Жизнь в королевстве постепенно налаживалась. Госпожа Ветров помогала мне управлять страной. Она использовала свою магию, чтобы восстанавливать то, что разрушила. Она помогала людям, которые пострадали от её действий. Она была терпеливой, доброй, и я видела, как она меняется.

Я сидела в тронном зале и слушала доклады советников. Всё было спокойно. Люди начинали привыкать к новым законам, к новой жизни. Я чувствовала, как надежда наполняет их сердца.

— Ваше Величество, — сказал один из советников. — Мы получили весть из западных провинций. Там наконец приняли новые законы. Люди снимают маскировку. Они больше не боятся.

Я улыбнулась.

— Это хорошая новость, — сказала я. — Я рада, что они наконец поняли, что мы не враги.

Я вышла из тронного зала и направилась в сад. Там я увидела Госпожу Ветров. Она сидела на скамье и смотрела на цветы. Её лицо было спокойным, и я видела, что она счастлива.

— Ты выглядишь лучше, — сказала я, садясь рядом с ней.

— Я чувствую себя лучше, — ответила она. — Я наконец-то могу быть собой. Я наконец-то могу не бояться.

— Я рада, — сказала я.

— Я хочу поблагодарить тебя, — сказала она, поворачиваясь ко мне. — Ты дала мне шанс. Ты поверила в меня. Я никогда не забуду этого.

— Ты заслужила этот шанс, — сказала я. — Ты изменилась. Я вижу это. Я вижу, как ты стараешься.

Она улыбнулась, и в её глазах я увидела слёзы.

— Спасибо, — сказала она. — Я не подведу тебя.

Мы сидели в тишине, глядя на цветы. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты сделала правильный выбор, — сказал он.

— Ты думаешь? — спросила я.

— Я знаю, — сказал он. — Ты дала ей шанс. Ты показала ей, что люди могут меняться. Это — самое важное, что ты могла сделать.

— Я знаю, — сказала я. — Но я также знаю, что это только начало. Впереди будет ещё много работы.

— Мы справимся, — сказал он. — Мы всегда справлялись.

Я улыбнулась и взяла его руку. Его пальцы переплелись с моими, и я чувствовала, как тепло разливается по моему телу.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже люблю тебя, — ответил он.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Прошёл месяц. Госпожа Ветров стала моей правой рукой. Она помогала мне управлять королевством, и я видела, как она меняется. Она становилась мягче, добрее, терпеливее. Она больше не была чудовищем. Она была просто женщиной, которая пыталась искупить свою вину.

Я сидела в своём кабинете и работала над документами. Госпожа Ветров сидела напротив меня и помогала мне. Мы работали в тишине, и я чувствовала, как её присутствие наполняет меня.

— Ты знаешь, — сказала она, — я никогда не думала, что смогу быть счастливой. Я никогда не думала, что смогу быть свободной. Но ты дала мне это. Ты дала мне шанс на новую жизнь.

— Ты заслужила это, — сказала я. — Ты изменилась. Ты стала лучше.

— Я стараюсь, — сказала она. — Я стараюсь каждый день.

Я улыбнулась и взяла её руку.

— Я горжусь тобой, — сказала я.

Она улыбнулась, и в её глазах я увидела слёзы.

— Спасибо, — сказала она. — Я никогда не забуду того, что ты сделала для меня.

Мы сидели в тишине, глядя друг на друга. Я знала, что это только начало. Но я также знала, что мы справимся. Мы справимся вместе.

Ночь опустилась на Солнечный Град. Я стояла у окна в своих покоях и смотрела на город. Он был красивым. Он был живым. Он был свободным. Я смотрела на белые стены, на золотые шпили, на людей, которые ходили по улицам и улыбались. Я смотрела на всё это и чувствовала, как внутри меня растёт радость.

Рядом со мной стояла Госпожа Ветров. Мы молчали, но я чувствовала её присутствие. Я чувствовала её тепло.

— Что ты думаешь о том, что мы сделали? — спросила я.

— Я думаю, что мы сделали правильный выбор, — сказала она. — Мы дали миру шанс на мир. Мы дали ему шанс на будущее.

— Я знаю, — сказала я. — Но я также знаю, что это только начало.

— Мы справимся, — сказала она. — Мы всегда справлялись.

Я повернулась к ней и посмотрела в её глаза. В них была любовь. В них была вера. В них была надежда.

— Я рада, что ты здесь, — сказала я.

— Я тоже рада, — ответила она. — Ты — моя дочь. Ты — моя кровь. И я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, — сказала я.

Мы стояли обнявшись, глядя на город. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Глава 15. Новый закон

Три недели прошло с тех пор, как Госпожа Ветров стала моей союзницей. Три недели я наблюдала, как она меняется, как она становится мягче, добрее, терпеливее. Три недели я видела, как люди начинают принимать её, как они перестают бояться. Это было странно — видеть ту, кого когда-то боялись больше смерти, сидящей на советах и помогающей управлять королевством. Но это было правильно. Это было то, что должно было случиться.

Я сидела в тронном зале и слушала доклады советников. Всё было спокойно. Люди начинали привыкать к новым законам, к новой жизни. Я чувствовала, как надежда наполняет их сердца. Но я также знала, что это только начало. Впереди была ещё долгая работа. Впереди были перемены, которые могли напугать людей. Впереди было будущее, которое я должна была построить.

— Ваше Величество, — сказал Лоренс, поднимаясь со своего места. — Я хочу обсудить с вами один вопрос. Он касается названия нашего королевства.

Я подняла бровь.

— Названия? — переспросила я. — Что не так с названием?

— Оно больше не отражает сути нашего королевства, — сказал он, и его голос стал серьёзным. — Мы больше не королевство блондинов. Мы — королевство всех цветов. Мы должны переименовать его, чтобы отразить эту перемену.

Я задумалась. Он был прав. Название «Солнечный Град» было связано со светлыми волосами, с тем, что когда-то было символом власти и превосходства. Теперь, когда всё изменилось, оно больше не подходило. Нам нужно было новое имя. Имя, которое отражало бы нашу новую реальность.

— Что ты предлагаешь? — спросила я.

— Я предлагаю назвать королевство «Королевство Семи Цветов», — сказал он. — Это имя отражает разнообразие наших людей. Оно показывает, что мы принимаем всех — независимо от цвета их волос.

Я посмотрела на советников. Я видела, как они кивают, как их лица становятся серьёзными. Я видела, что они согласны с Лоренсом.

— Это хорошее имя, — сказала я. — Но я хочу спросить вас всех. Что вы думаете? Вы согласны с этим названием?

Советники закивали. Я видела, как их глаза горят надеждой. Они хотели перемен. Они хотели будущего. Они хотели, чтобы мир стал лучше.

— Тогда мы сделаем это, — сказала я. — Мы переименуем королевство. Отныне оно будет называться «Королевство Семи Цветов». И мы издадим новый закон. Закон, который будет защищать права всех людей — независимо от цвета их волос.

Советники зааплодировали. Я видела, как их лица озаряются улыбками. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

На следующее утро я стояла на балконе дворца и смотрела на город. Люди собрались на площади, чтобы услышать мой указ. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они смотрели на меня с надеждой. Все они верили в меня.

— Друзья мои, — сказала я, и мой голос разнёсся над площадью. — Сегодня мы начинаем новую главу в истории нашего королевства. Сегодня мы принимаем новый закон. Закон, который будет защищать права всех людей — независимо от цвета их волос.

Толпа затихла. Я видела, как они затаили дыхание, как они ждали моих слов.

— Отныне, — продолжила я, — цвет волос не будет определять твою ценность. Не будет определять твои права. Не будет определять твою судьбу. Мы все равны. Мы все свободны. Мы все — часть одного королевства.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

— Мы переименовываем наше королевство, — сказала я, повышая голос. — Отныне оно будет называться «Королевство Семи Цветов». Это имя отражает разнообразие наших людей. Это имя показывает, что мы принимаем всех.

Толпа снова закричала. Я видела, как люди обнимают друг друга, как они плачут от радости. Я чувствовала, как их надежда наполняет меня.

— Но это не всё, — сказала я, и толпа затихла. — Я также объявляю о создании нового совета. Совета, который будет представлять все цвета волос. Совет, который будет помогать мне управлять королевством. Совет, который будет следить за тем, чтобы права всех людей были защищены.

Толпа снова закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

Я спустилась с балкона и направилась в тронный зал. Люди расступались передо мной, и я видела, как их глаза горят надеждой. Они верили в меня. Они верили в будущее.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидела Госпожа Ветров. Мы молчали, но я чувствовала её присутствие. Я чувствовала её тепло.

— Ты сделала это, — сказала она.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

— Ты стала великой королевой, — сказала она. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не могу остановиться. Впереди ещё много работы.

— Я знаю, — сказала она. — Но ты справишься. Ты всегда справляешься.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими. Я знала, что она была рядом. Всегда.

— Я хочу спросить тебя кое о чём, — сказала я. — Ты когда-нибудь думала о том, что будет дальше? О том, что мы будем делать, когда всё успокоится?

— Я думала об этом, — ответила она. — Я думала о том, что мы можем построить новый мир. Мир, в котором не будет страха. Мир, в котором не будет ненависти. Мир, в котором все будут равны.

— Это будет трудно, — сказала я.

— Я знаю, — сказала она. — Но это возможно. Мы уже сделали первый шаг.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова ко всему. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они верили в меня.

— Друзья мои, — сказала я, поднимаясь на трон. — Сегодня мы начинаем новую главу. Мы начинаем строить новый мир. Мир, в котором каждый человек будет равен. Мир, в котором цвет волос не имеет значения. Мир, в котором мы будем свободны.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Он был рядом. Всегда.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли вместе, глядя на людей, которые верили в нас. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Прошла неделя. Новый закон был принят, и люди начали привыкать к новой жизни. Я видела, как они улыбаются, как они смеются. Я чувствовала, как их радость наполняет меня.

Я сидела в своём кабинете и работала над документами. Вдруг я услышала шум за дверью. Я подняла голову и увидела Лили, которая вбежала в комнату с перекошенным от страха лицом.

— Ваше Величество! — крикнула она. — На площади собирается толпа. Они требуют, чтобы вы вышли к ним.

— Что случилось? — спросила я, вставая.

— Они недовольны новым законом, — сказала она. — Они говорят, что вы лишили их прав. Они говорят, что вы сделали их рабами.

Я вышла из кабинета и направилась к площади. Там я увидела толпу. Они стояли у ворот дворца и кричали. Я видела их лица — злые, испуганные, растерянные. Они не хотели перемен. Они хотели вернуть старые порядки.

Я поднялась на трибуну и подняла руку. Толпа затихла.

— Я знаю, что вы боитесь, — сказала я, и мой голос разнёсся над площадью. — Я знаю, что вы не понимаете. Но я прошу вас: дайте нам шанс. Дайте нам время. Мы построим новый мир. Мир, в котором каждый будет равен.

— Ты не понимаешь! — крикнул кто-то из толпы. — Ты не знаешь, что такое жить в страхе! Ты не знаешь, что такое быть рабом!

— Я знаю, — сказала я, и мой голос стал тише. — Я знаю, что такое быть рабом. Я знаю, что такое бояться. Я знаю, что такое ненавидеть себя за то, что ты родился не таким, как все. Я прошла через это. И я не хочу, чтобы кто-то ещё проходил через это.

Толпа затихла. Я видела, как люди начали переглядываться. Я видела, как их страх уступает место надежде.

— Я не враг вам, — сказала я. — Я — ваша королева. Я хочу, чтобы вы были счастливы. Я хочу, чтобы вы были свободны. Я хочу, чтобы вы жили в мире и согласии.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их голоса наполняют меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

— Ты стала великой королевой, — сказал он. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не могу остановиться. Впереди ещё много работы.

— Я знаю, — сказал он. — Но ты справишься. Ты всегда справляешься.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими. Я знала, что он был рядом. Всегда.

— Я хочу спросить тебя кое о чём, — сказала я. — Ты когда-нибудь думал о том, что будет дальше? О том, что мы будем делать, когда всё успокоится?

— Я думал об этом, — ответил он. — Я думал о том, что мы можем построить новый мир. Мир, в котором не будет страха. Мир, в котором не будет ненависти. Мир, в котором все будут равны.

— Это будет трудно, — сказала я.

— Я знаю, — сказал он. — Но это возможно. Мы уже сделали первый шаг.

Мы сидели в тишине, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Прошло ещё несколько недель. Жизнь в королевстве постепенно налаживалась. Я видела, как люди привыкают к новой жизни, как они перестают бояться. Я чувствовала, как надежда наполняет их сердца.

Но не все были счастливы. Среди аристократов зрело недовольство. Они потеряли свои привилегии, свою власть, своё влияние. Они не хотели мириться с новым порядком. Они хотели вернуть старые времена.

Я сидела в тронном зале и слушала доклады советников. Всё было спокойно. Но я знала, что это затишье перед бурей.

— Ваше Величество, — сказал Лоренс. — Мы получили тревожные вести. Группа аристократов собирается в западных провинциях. Они говорят, что вы узурпировали власть. Они говорят, что вы разрушили королевство. Они готовят заговор.

Я почувствовала, как внутри меня закипает злость. Я знала, что это случится. Я знала, что не все примут перемены. Но я не ожидала, что они пойдут на предательство.

— Что они планируют? — спросила я.

— Они планируют собрать армию, — ответил Лоренс. — Они хотят свергнуть вас и вернуть старые порядки.

— Они не смогут, — сказала я, и мой голос был твёрдым. — Я не позволю им разрушить то, что мы построили.

Я встала с трона и подошла к окну. Я смотрела на город, который простирался подо мной. Он был красивым. Он был живым. Он был свободным. Я не могла позволить никому разрушить это.

— Мы должны остановить их, — сказала я. — Мы должны показать им, что мы не боимся. Мы должны показать им, что мы сильны.

Советники закивали. Я видела, как их лица становятся решительными. Они были готовы сражаться за свободу.

— Тогда мы начнём подготовку, — сказала я. — Мы соберём армию. Мы покажем им, что мы не сдадимся.

В ту ночь я не могла уснуть. Я сидела у окна и смотрела на звёзды. Я думала о том, что мы сделали. Я думала о том, что ещё предстоит сделать. Я думала о том, что я хочу оставить после себя. Я хотела, чтобы мир стал лучше. Я хотела, чтобы люди были счастливы. Я хотела, чтобы никто больше не боялся быть собой.

Я услышала шаги за спиной и повернулась. В дверях стояла Госпожа Ветров. Она была одета в простое платье, и её волосы были распущены. Она выглядела уставшей, но в её глазах горел огонь.

— Ты не спишь, — сказала она.

— Не могу, — ответила я. — Слишком много мыслей.

Она подошла ко мне и села рядом. Я чувствовала её тепло, её присутствие.

— Ты думаешь о заговоре? — спросила она.

— Да, — ответила я. — Я думаю о том, что мы должны сделать. Я думаю о том, как мы можем остановить их.

— Ты не должна бояться, — сказала она. — Ты сильнее их. Ты сильнее всех нас. Ты победила меня. Ты победишь и их.

Я повернулась к ней и посмотрела в её глаза.

— Ты веришь в меня? — спросила я.

— Я верю в тебя, — сказала она. — Ты — моя дочь. Ты — моя кровь. И я знаю, что ты справишься.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими. Я знала, что она была рядом. Всегда.

— Спасибо, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказала она, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

На следующее утро я собрала советников. Мы обсуждали план действий. Мы должны были остановить заговорщиков до того, как они нанесут удар.

— Мы отправим шпионов в западные провинции, — сказал Лоренс. — Мы узнаем их планы. Мы узнаем их слабые места. И мы нанесём удар первыми.

— Нет, — сказала я. — Мы не будем нападать первыми. Мы подождём. Мы дадим им шанс одуматься. Если они не одумаются, мы будем готовы.

Советники переглянулись. Они не были уверены в моём решении. Но они доверяли мне.

— Хорошо, — сказал Лоренс. — Мы сделаем так, как вы скажете.

Прошло несколько дней. Шпионы вернулись с докладами. Заговорщики собирали армию. Они планировали напасть через две недели.

Я сидела в своём кабинете и смотрела на карту. Я думала о том, что мы должны сделать. Я думала о том, как мы можем защитить наш мир.

В дверь постучали. Я подняла голову и увидела Каия. Он вошёл в комнату и подошёл ко мне.

— Ты думаешь о битве? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Я думаю о том, как мы можем победить.

— Мы победим, — сказал он. — Мы всегда побеждали.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже люблю тебя, — ответил он.

Мы стояли в тишине, глядя друг на друга. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

В день, когда заговорщики должны были напасть, я стояла на стене и смотрела на горизонт. Армия заговорщиков приближалась. Я видела их знамёна, их доспехи, их оружие.

Рядом со мной стояли мои люди. Лили, Каий, Госпожа Ветров. Все они были готовы сражаться за свободу.

— Мы не сдадимся, — сказала я, поворачиваясь к ним. — Мы будем сражаться до последнего. Мы будем защищать наш мир.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их голоса наполняют меня. Я знала, что мы победим.

Когда армия заговорщиков подошла к стенам, я вышла вперёд. Я подняла руку, и они остановились.

— Я знаю, зачем вы пришли, — сказала я. — Вы хотите вернуть старые порядки. Вы хотите вернуть власть. Но я не позволю вам сделать это. Этот мир больше не будет принадлежать вам. Он будет принадлежать всем.

— Ты не сможешь остановить нас! — крикнул один из заговорщиков. — Мы сильнее тебя!

— Вы ошибаетесь, — сказала я, и мой голос был твёрдым. — Вы слабее меня. Потому что вы сражаетесь за власть. А я сражаюсь за свободу.

Я подняла руку, и моя магия вырвалась из меня. Она ударила в армию заговорщиков, и они отступили. Я видела, как их лица искажаются от страха. Я видела, как они бегут.

Мы победили. Мы защитили наш мир.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

— Ты стала великой королевой, — сказал он. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не могу остановиться. Впереди ещё много работы.

— Я знаю, — сказал он. — Но ты справишься. Ты всегда справляешься.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими. Я знала, что он был рядом. Всегда.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Глава 16. Путь назад закрыт

Прошло три месяца с тех пор, как мы отразили нападение заговорщиков. Три месяца я правила Королевством Семи Цветов, наблюдая, как мир постепенно меняется, как люди привыкают к свободе, как страхи уступают место надежде. Три месяца я чувствовала, как внутри меня что-то меняется — я становилась сильнее, мудрее, спокойнее. Но также я становилась тише. Глубже. Иногда мне казалось, что я растворяюсь в этой новой жизни, что моя прошлая сущность, та самая Астра из Краснодара, становится всё более призрачной, как старый сон, который забывается с каждым новым утром.

Я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Небо было багряным, и красные отблески падали на белые стены комнаты, превращая их в кровавые полотна. Где-то внизу, на улицах города, я слышала смех детей, которые играли в догонялки, не боясь, что их увидят с тёмными волосами. Я слышала голоса торговцев, которые предлагали свои товары, не скрывая своих настоящих цветов. Я слышала звуки новой жизни, которую я создала. И это наполняло меня гордостью, но также и печалью.

Я думала о Краснодаре. О своей прошлой жизни. О том жирном пятне на скатерти, которое расплывалось с угрожающей быстротой. О лице официанта, который решил, что я просто устала. О последнем глотке воздуха, который я сделала перед тем, как сознание покинуло моё тело. Я закрывала глаза и пыталась вспомнить каждую деталь того дня. Запах рыбы, который смешивался с запахом дешёвых духов официантки. Звук работающего телевизора в углу зала, где показывали какой-то старый фильм. Холодное стекло бокала с водой, который стоял передо мной. Чувство, как кость застревает в горле. Паника. Темнота. И потом — ничего.

Я уже не помнила, как пахнет кофе из кофейни за углом. Я уже не помнила голос подруги, которая звонила и спрашивала, пойду ли я в кино. Я уже не помнила, каково это — сидеть в офисном кресле и смотреть в монитор, придумывая стратегии для клиентов, которые никогда не были довольны. Эти воспоминания становились всё более размытыми, как старая фотография, которую долго держали на солнце. Иногда я ловила себя на том, что не могу вспомнить цвет глаз своей подруги или название улицы, на которой жила. Это пугало меня. Я боялась, что однажды я проснусь и совсем ничего не вспомню. Что моя прошлая жизнь исчезнет, как сон, который тает с первыми лучами солнца.

Я провела рукой по своим волосам. Они отросли до плеч — чёрные, густые, с едва заметными серебристыми прожилками, которые появлялись, когда я использовала магию. Они были красивыми. Они были моими. Но иногда, когда я смотрела в зеркало, я видела незнакомку. Я видела женщину, которая носила корону и правила королевством. Я видела ту, кем я стала. Но я не всегда узнавала себя. Мои глаза, когда-то карие, теперь отливали тёмным золотом. Мои скулы стали острее. Моя улыбка стала реже, но глубже. Я изменилась. И я не знала, хорошо это или плохо.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Лили вошла в комнату с подносом в руках. На нём была еда и чай. Она поставила поднос на стол и посмотрела на меня с тревогой. Я заметила, что её руки дрожат, а глаза покраснели, словно она плакала. Она всегда старалась быть сильной ради меня, но сегодня что-то было не так.

— Ваше Величество, — сказала она. — Вы опять не ели. Вы должны заботиться о себе. Вы уже несколько дней выглядите задумчивой. Что-то случилось?

— Всё в порядке, Лили, — сказала я, стараясь улыбнуться. — Просто устала.

— Я знаю вас слишком хорошо, чтобы верить в это, — сказала она, садясь напротив меня. — Вы думаете о чём-то важном. Я вижу это по вашим глазам.

Я вздохнула. Она всегда могла прочитать меня, как открытую книгу. Я не могла скрыть от неё ничего. Она знала, когда я грущу, когда я злюсь, когда я боюсь. Она была моим зеркалом, моей совестью, моей опорой.

— Я думаю о своём мире, — сказала я, и мой голос дрогнул. — О том мире, откуда я пришла. Я думаю о том, что я оставила там. О людях, которых я любила. О том, что я больше никогда не увижу их.

Лили посмотрела на меня с сочувствием. Она не знала, что сказать. Она не могла понять, каково это — потерять целый мир. Но она пыталась. Я видела, как она напрягает свой ум, пытаясь найти правильные слова. Это трогало меня.

— Вы скучаете по нему? — спросила она наконец.

— Иногда, — ответила я. — Я скучаю по своей матери. По своей настоящей матери. Она никогда не узнает, что случилось со мной. Она будет ждать моего звонка, моего визита, моего сообщения. И она никогда не получит его.

Слёзы подступили к моим глазам, и я не стала их сдерживать. Я позволила им течь по моим щекам, чувствуя, как они падают на мои руки, как они смывают ту маску королевы, которую я носила каждый день. Я плакала впервые за долгое время, и это было освобождением.

— Это так несправедливо, — сказала я. — Я умерла в ресторане, подавившись рыбой. Глупая, абсурдная смерть. И я попала сюда. В этот мир, где я стала королевой. Я изменила его. Я спасла его. Но я никогда не смогу вернуться. Я никогда не смогу попрощаться. Я никогда не смогу сказать им, что я люблю их.

Лили подошла ко мне и обняла меня. Я чувствовала, как её руки сжимают меня, как она пытается передать мне свою силу. Её плечи дрожали, и я поняла, что она тоже плачет.

— Я не знаю, что сказать вам, — прошептала она. — Я не знаю, как утешить вас. Но я знаю одно: вы здесь. Вы живы. Вы сделали этот мир лучше. И это — самое важное.

— Я знаю, — сказала я, вытирая слёзы. — Я знаю, что я сделала правильные вещи. Но иногда мне кажется, что я потеряла себя. Что я больше не та, кем была. Что я стала кем-то другим.

— Вы изменились, — сказала она. — Но вы остались собой. Вы — Астра. Вы — наша королева. Вы — та, кто дала нам надежду. И мы любим вас. Мы все любим вас.

Я улыбнулась сквозь слёзы. Её слова согревали меня, как тёплое одеяло в холодную ночь.

— Спасибо, Лили, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Вы бы справились, — сказала она, улыбаясь. — Вы всегда справляетесь.

Она вышла из комнаты, и я осталась одна. Я смотрела в окно на город, который простирался подо мной, и чувствовала, как внутри меня растёт холод. Я знала, что это только начало. Я знала, что мне придётся научиться жить с этой пустотой. Но я не знала, как.

В тот вечер я сидела у окна и смотрела на звёзды. Они были такими же, как в моём мире. Такими же далёкими и холодными. Но теперь они казались мне другими. Более знакомыми. Более близкими. Я смотрела на них и думала о том, что я больше не хочу возвращаться. Я больше не хочу покидать этот мир. Я хочу остаться здесь. Я хочу править этим королевством. Я хочу быть с теми, кто любит меня.

Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь. Он был спокоен, но я замечала, как его пальцы слегка сжимаются, когда он смотрит на меня. Он тоже боялся. Он боялся, что я уйду. Он боялся, что я выберу свой мир вместо него.

— Ты знаешь, что я больше никогда не увижу свой мир? — спросила я.

— Я знаю, — ответил он. — И я знаю, что это трудно для тебя. Но я также знаю, что ты сильная. Ты справишься с этим.

— Я не хочу возвращаться, — сказала я, и мой голос был твёрдым. — Я хочу остаться здесь. Я хочу быть с тобой. Я хочу править этим королевством. Я хочу построить новый мир.

— Тогда оставайся, — сказал он, беря мою руку. — Мы построим этот мир вместе. Мы сделаем его лучше. Мы сделаем его свободным.

Я повернулась к нему и посмотрела в его глаза. В них была любовь. В них была вера. В них было будущее. Я видела там отражение себя — сильной, решительной, готовой на всё.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже люблю тебя, — ответил он.

Мы стояли обнявшись, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

На следующее утро я проснулась оттого, что кто-то громко стучал в дверь. Я открыла глаза и увидела Лили, которая стояла на пороге с перекошенным от страха лицом. Её волосы были растрёпаны, а на щеке виднелась грязь — словно она бежала всю ночь.

— Ваше Величество! — крикнула она. — Срочно! В городе появилась женщина. Она говорит, что знает вас. Она говорит, что она — ваша мать.

Я замерла. Моя мать. Бренда. Но она уже была здесь. Она жила во дворце. Я не понимала, о ком говорит Лили.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, вставая с кровати. — Бренда здесь.

— Нет, — сказала Лили, и её голос дрожал. — Это не Бренда. Это другая женщина. Она говорит, что она — ваша настоящая мать. Из того мира. Из мира, откуда вы пришли.

Я почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Моя настоящая мать. Моя мать из Краснодара. Она не могла быть здесь. Это было невозможно.

— Это невозможно, — сказала я, и мой голос дрогнул. — Она не может быть здесь.

— Она здесь, — сказала Лили. — Она стоит у ворот города. Она говорит, что хочет видеть вас.

Я оделась и вышла из покоев. Я шла по коридорам дворца, и мои шаги отдавались эхом. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она просыпается от долгого сна. Я не знала, что ждёт меня впереди. Но я знала, что я должна идти.

Когда я подошла к воротам, я увидела её. Она стояла посреди площади, одетая в простое платье, которое явно было не из этого мира. Её волосы были каштановыми, и она выглядела так, как я помнила её — уставшей, но красивой. В руках она держала старую сумку, которую я узнала. Ту самую, с которой она ходила на рынок каждую субботу. Она смотрела на меня, и в её глазах были слёзы.

— Астра, — сказала она, и её голос дрогнул. — Моя дочь.

Я подошла к ней и остановилась в шаге от неё. Я не могла поверить своим глазам. Она была здесь. Моя мать. Моя настоящая мать. Та, которую я потеряла, когда умерла в ресторане.

— Мама, — прошептала я. — Как ты здесь оказалась?

— Я не знаю, — сказала она, и слёзы потекли по её щекам. — Я не знаю, как я здесь оказалась. Я просто… я просто хотела увидеть тебя. Я хотела узнать, жива ли ты. Я хотела сказать тебе, что я люблю тебя.

Я обняла её. Я чувствовала, как её руки сжимают меня, как она дрожит в моих объятиях. Я чувствовала, как её слёзы падают на моё плечо. Её запах — тот самый, который я помнила с детства, запах хлеба и цветов.

— Я так скучала по тебе, — сказала я. — Я так хотела увидеть тебя.

— Я тоже скучала по тебе, — сказала она. — Я каждый день думала о тебе. Я молилась, чтобы ты была жива. Я молилась, чтобы я увидела тебя снова.

Мы стояли обнявшись, и я чувствовала, как её тепло проникает в моё тело. Я чувствовала, как её любовь наполняет меня.

— Как ты здесь оказалась? — спросила я снова, отстраняясь.

— Я не знаю, — сказала она. — Я просто… я просто закрыла глаза и открыла их здесь. Я не понимаю, как это произошло. Но я здесь. Я нашла тебя.

Я посмотрела на неё и почувствовала, как внутри меня что-то меняется. Я не знала, как она оказалась здесь. Но я знала, что это был знак. Знак того, что я не одна. Знак того, что я могу иметь всё — и новый мир, и старый мир.

— Ты останешься здесь? — спросила я. — Ты останешься со мной?

— Я останусь, — сказала она. — Я останусь с тобой.

В тот вечер я сидела в своих покоях рядом с матерью. Мы пили чай и разговаривали о прошлом. Она рассказывала мне о том, что случилось после моей смерти. Как она плакала. Как она не могла поверить, что я ушла. Как она искала ответы, как она пыталась понять, что произошло.

— Я не знала, что ты здесь, — сказала она. — Я не знала, что ты стала королевой. Я не знала, что ты изменила этот мир. Я просто хотела увидеть тебя.

— Я изменилась, — сказала я. — Я стала другой. Я стала сильнее. Я стала мудрее. Но я всё ещё твоя дочь.

— Я знаю, — сказала она. — Я вижу это. Я вижу, что ты стала великой женщиной. Я горжусь тобой.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими.

— Спасибо, — сказала я. — Спасибо, что пришла. Спасибо, что нашла меня.

— Я всегда буду находить тебя, — сказала она. — Ты — моя дочь. Я люблю тебя.

Прошло несколько дней. Моя мать жила во дворце, и я чувствовала, как её присутствие наполняет меня. Я чувствовала, как её любовь согревает меня. Я чувствовала, как я становлюсь сильнее. Но также я чувствовала, как прошлое и настоящее переплетаются во мне, создавая новую реальность. Моя мать из Краснодара пила чай с Брендой, и они смеялись, обсуждая мои детские выходки. Это было странно. Это было невероятно. Но это было правильно.

Я сидела в тронном зале и слушала доклады советников. Всё было спокойно. Люди начинали привыкать к новой жизни. Я чувствовала, как надежда наполняет их сердца.

— Ваше Величество, — сказал Лоренс. — Мы получили весть из восточных провинций. Там люди снимают маскировку. Они больше не боятся. Они говорят, что вы изменили их жизнь.

Я улыбнулась.

— Это хорошая новость, — сказала я. — Я рада, что они наконец поняли, что мы не враги.

Я вышла из тронного зала и направилась в сад. Там я увидела Госпожу Ветров. Она сидела на скамье и смотрела на цветы. Её лицо было спокойным, и я видела, что она счастлива. Я села рядом, и мы долго молчали, наслаждаясь тишиной и ароматом цветов.

— Ты выглядишь лучше, — сказала я наконец.

— Я чувствую себя лучше, — ответила она. — Я наконец-то могу быть собой. Я наконец-то могу не бояться.

— Я рада, — сказала я.

— Я хочу поблагодарить тебя, — сказала она, поворачиваясь ко мне. — Ты дала мне шанс. Ты поверила в меня. Я никогда не забуду этого.

— Ты заслужила этот шанс, — сказала я. — Ты изменилась. Я вижу это. Я вижу, как ты стараешься.

Она улыбнулась, и в её глазах я увидела слёзы.

— Спасибо, — сказала она. — Я не подведу тебя.

Мы сидели в тишине, глядя на цветы. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

В тот вечер я снова сидела у окна и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидела моя мать. Мы молчали, но я чувствовала её присутствие. Я чувствовала её любовь.

— Ты знаешь, я боялась, что никогда не увижу тебя снова, — сказала она.

— Я тоже боялась, — ответила я. — Но ты здесь. Ты нашла меня.

— Я всегда буду находить тебя, — сказала она. — Ты — моя дочь. Я люблю тебя.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими.

— Я тоже люблю тебя, — сказала я.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова ко всему. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они верили в меня.

— Друзья мои, — сказала я, поднимаясь на трон. — Сегодня я хочу сказать вам кое-что важное.

Толпа затихла. Я видела, как они затаили дыхание.

— Я пришла в этот мир из другого места, — сказала я. — Я пришла из мира, где цвет волос не имел значения. Где люди были свободны быть собой. Я пришла в этот мир, чтобы изменить его. Чтобы сделать его лучше. Чтобы дать вам свободу.

Толпа затаила дыхание. Я видела, как их глаза расширяются от удивления.

— Я больше никогда не увижу свой мир, — продолжила я. — Я приняла это. Я приняла, что я останусь здесь навсегда. Я приняла, что вы — моя семья. Вы — мои люди. Вы — моё будущее.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их голоса наполняют меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

— Я люблю вас, — сказала я. — Я люблю этот мир. И я сделаю всё, чтобы он стал лучше.

Толпа снова закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Он был рядом. Всегда.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли вместе, глядя на людей, которые верили в нас. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидела моя мать. Мы молчали, но я чувствовала её присутствие. Я чувствовала её любовь.

— Ты сделала это, — сказала она.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

— Ты стала великой королевой, — сказала она. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не могу остановиться. Впереди ещё много работы.

— Я знаю, — сказала она. — Но ты справишься. Ты всегда справляешься.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими. Я знала, что она была рядом. Всегда.

— Я хочу спросить тебя кое о чём, — сказала я. — Ты когда-нибудь думала о том, что будет дальше? О том, что мы будем делать, когда всё успокоится?

— Я думала об этом, — ответила она. — Я думала о том, что мы можем построить новый мир. Мир, в котором не будет страха. Мир, в котором не будет ненависти. Мир, в котором все будут равны.

— Это будет трудно, — сказала я.

— Я знаю, — сказала она. — Но это возможно. Мы уже сделали первый шаг.

Мы сидели в тишине, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Глава 17. Трон и одиночество

Год прошёл с тех пор, как моя мать нашла меня. Год я правила Королевством Семи Цветов, наблюдая, как мир меняется, как люди привыкают к свободе, как страхи уступают место надежде. Год я чувствовала, как внутри меня что-то меняется — я становилась сильнее, мудрее, спокойнее. Но также я становилась холоднее. Отстранённее. Иногда мне казалось, что корона, которую я носила, становилась тяжелее с каждым днём, и я не знала, смогу ли я нести этот груз до конца.

Я сидела в тронном зале и слушала доклады советников. Всё было спокойно. Люди начинали привыкать к новой жизни. Но я знала, что это только иллюзия. За этим спокойствием скрывались проблемы, которые я должна была решать каждый день.

— Ваше Величество, — сказал Лоренс, поднимаясь со своего места. — Мы получили жалобы из южных провинций. Там люди жалуются на нехватку продовольствия. Урожай был плохим, и они не могут прокормить свои семьи.

Я вздохнула. Это была не первая жалоба, которую я слышала за последние недели. Королевство было огромным, и каждый день возникали новые проблемы. Я должна была решать их, но иногда мне казалось, что я тону в этом потоке.

— Мы отправим туда продовольствие, — сказала я. — Организуйте поставки зерна и мяса из северных провинций. И создайте комиссию, которая будет следить за распределением. Я не хочу, чтобы продовольствие оседало в руках спекулянтов.

Советники закивали. Я видела, как их лица становятся серьёзными. Они знали, что я не терплю несправедливости. Они знали, что я буду бороться за каждого человека в моём королевстве.

Я вышла из тронного зала и направилась в свои покои. Я чувствовала, как усталость наваливается на меня, как она сжимает мои плечи, как она забирает мои силы. Я шла по коридорам, и мои шаги отдавались эхом. Я чувствовала, как корона давит на мою голову, как она напоминает мне о том, кто я есть.

Когда я вошла в свои покои, я увидела Лили. Она стояла у окна и смотрела на город. Её лицо было спокойным, но я знала, что она тоже устала. Мы все устали.

— Ваше Величество, — сказала она, поворачиваясь ко мне. — Вы выглядите уставшей. Вы должны отдохнуть.

— Я не могу, — сказала я, садясь в кресло. — Слишком много работы.

— Вы всегда так говорите, — сказала она, подходя ко мне. — Но вы не можете работать круглые сутки. Вы должны заботиться о себе. Если вы упадёте, упадём и мы.

Я улыбнулась. Она всегда знала, что сказать. Она всегда была рядом, когда мне было трудно.

— Спасибо, Лили, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Вы бы справились, — сказала она, улыбаясь. — Вы всегда справляетесь.

Она вышла из комнаты, и я осталась одна. Я смотрела в окно на город, который простирался подо мной, и чувствовала, как внутри меня растёт пустота. Я была королевой. Я была сильной. Но я также была одинокой. Очень одинокой.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь. Но я также чувствовала, как между нами растёт расстояние. Невидимая стена, которую я не могла разрушить.

— Ты выглядишь уставшей, — сказал он.

— Я устала, — ответила я. — Я устала от этой бесконечной борьбы. Я устала от того, что я должна быть сильной каждый день. Я устала от одиночества.

Он взял мою руку и сжал её. Его пальцы были тёплыми, и я чувствовала, как его тепло проникает в моё тело.

— Ты не одна, — сказал он. — Я рядом. Я всегда рядом.

— Я знаю, — сказала я. — Но иногда мне кажется, что я не могу быть с тобой. Что я не могу быть никем, кроме королевы. Что моя жизнь принадлежит не мне, а королевству.

Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела боль. Он тоже чувствовал это расстояние. Он тоже страдал от него.

— Я понимаю, — сказал он. — Я понимаю, что ты должна быть королевой. Я понимаю, что твоя жизнь принадлежит не тебе. Но я хочу, чтобы ты знала: я всегда буду рядом. Я всегда буду ждать тебя.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими.

— Спасибо, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказал он. — Ты всегда справляешься.

Мы сидели в тишине, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была любовь. У меня была надежда. У меня было будущее.

Прошло несколько недель. Я продолжала править королевством, решая бесконечные проблемы. Продовольствие было отправлено в южные провинции. Люди начали успокаиваться. Но я знала, что это только временное затишье. Впереди были новые вызовы.

Я сидела в своём кабинете и работала над документами. Вдруг я услышала шум за дверью. Я подняла голову и увидела Лили, которая вбежала в комнату с перекошенным от страха лицом.

— Ваше Величество! — крикнула она. — Каий уходит. Он сказал, что хочет поговорить с вами.

Я замерла. Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его стук в ушах. Я встала и вышла из кабинета. Я шла по коридорам, и мои шаги отдавались эхом. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она просыпается от долгого сна.

Когда я подошла к воротам, я увидела Каия. Он стоял у выхода, одетый в дорожный костюм. В его руках был мешок с вещами. Он смотрел на меня, и в его глазах была боль.

— Каий, — сказала я, и мой голос дрогнул. — Что ты делаешь?

— Я ухожу, — сказал он, и его голос был тихим, почти неслышным. — Я должен уйти.

— Почему? — спросила я, чувствуя, как слёзы подступают к моим глазам. — Почему ты уходишь?

— Потому что я больше не могу, — сказал он. — Я больше не могу смотреть на тебя и знать, что ты не моя. Я больше не могу ждать, пока ты освободишься. Я больше не могу быть вторым после королевства.

Я подошла к нему и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы дрожат в моих.

— Ты не второй, — сказала я. — Ты — первый. Ты всегда был первым. Я люблю тебя. Я всегда любила тебя.

— Я знаю, — сказал он, и слёзы потекли по его щекам. — Но твоя любовь не может изменить того факта, что ты — королева. Твоя любовь не может изменить того факта, что твоя жизнь принадлежит королевству. Я не могу быть с тобой, пока ты не можешь быть со мной.

— Я могу, — сказала я. — Я могу быть с тобой. Я могу изменить свою жизнь. Я могу оставить корону. Я могу уйти с тобой.

— Ты не можешь, — сказал он, качая головой. — Ты знаешь, что ты не можешь. Ты нужна этому миру. Ты нужна этим людям. Если ты уйдёшь, всё, что ты построила, рухнет. Я не могу позволить тебе сделать это.

— Тогда останься, — сказала я. — Останься со мной. Мы найдём способ быть вместе. Мы найдём способ сделать это.

— Я не могу, — сказал он. — Я не могу жить в тени твоей короны. Я не могу быть тем, кто ждёт тебя каждый вечер, зная, что ты можешь не прийти. Я не могу быть тем, кто любит тебя, но не может быть с тобой.

Он отпустил мою руку и шагнул назад. Я чувствовала, как его тепло уходит из моей ладони.

— Прощай, Астра, — сказал он. — Я всегда буду любить тебя.

— Прощай, Каий, — сказала я, и слёзы потекли по моим щекам. — Я тоже всегда буду любить тебя.

Он повернулся и ушёл. Я смотрела, как он исчезает за воротами, как его фигура становится всё меньше и меньше. Я чувствовала, как моё сердце разрывается на части. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она пытается удержать его, но он уходил.

Я стояла на коленях у ворот и плакала. Я плакала в первый раз за долгое время. Я плакала, потому что я потеряла его. Я плакала, потому что я была одна.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидела моя мать. Она молчала, но я чувствовала её присутствие. Я чувствовала её любовь.

— Ты любила его? — спросила она.

— Да, — ответила я. — Я люблю его. Я всегда буду любить его.

— Тогда почему ты позволила ему уйти?

— Потому что я не могу быть с ним, — сказала я. — Я — королева. Моя жизнь принадлежит королевству. Я не могу быть с ним, пока я не могу быть с ним.

Она взяла мою руку и сжала её. Её пальцы были тёплыми, и я чувствовала, как её тепло проникает в моё тело.

— Ты можешь быть с ним, — сказала она. — Ты можешь быть с ним, если ты хочешь. Ты можешь изменить свою жизнь. Ты можешь оставить корону. Ты можешь уйти с ним.

— Я не могу, — сказала я. — Я не могу оставить этот мир. Я не могу оставить этих людей. Они нуждаются во мне. Они верят в меня. Если я уйду, всё, что я построила, рухнет.

— Тогда ты сделала правильный выбор, — сказала она. — Ты выбрала свой народ. Ты выбрала своё королевство. Ты выбрала свою судьбу. И это — самое важное.

Я улыбнулась сквозь слёзы. Её слова согревали меня, как тёплое одеяло в холодную ночь.

— Спасибо, мама, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказала она, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

Прошло несколько месяцев. Я продолжала править королевством, решая бесконечные проблемы. Я научилась жить без Каия. Я научилась жить с пустотой внутри. Я научилась быть сильной, даже когда мне было больно.

Я сидела в тронном зале и слушала доклады советников. Всё было спокойно. Люди начинали привыкать к новой жизни. Я чувствовала, как надежда наполняет их сердца.

— Ваше Величество, — сказал Лоренс. — Мы получили весть из северных провинций. Там люди снимают маскировку. Они больше не боятся. Они говорят, что вы изменили их жизнь.

Я улыбнулась.

— Это хорошая новость, — сказала я. — Я рада, что они наконец поняли, что мы не враги.

Я вышла из тронного зала и направилась в сад. Там я увидела Госпожу Ветров. Она сидела на скамье и смотрела на цветы. Её лицо было спокойным, и я видела, что она счастлива.

— Ты выглядишь лучше, — сказала я, садясь рядом с ней.

— Я чувствую себя лучше, — ответила она. — Я наконец-то могу быть собой. Я наконец-то могу не бояться.

— Я рада, — сказала я.

— Я хочу поблагодарить тебя, — сказала она, поворачиваясь ко мне. — Ты дала мне шанс. Ты поверила в меня. Я никогда не забуду этого.

— Ты заслужила этот шанс, — сказала я. — Ты изменилась. Я вижу это. Я вижу, как ты стараешься.

Она улыбнулась, и в её глазах я увидела слёзы.

— Спасибо, — сказала она. — Я не подведу тебя.

Мы сидели в тишине, глядя на цветы. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

В тот вечер я снова сидела у окна и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидела моя мать. Мы молчали, но я чувствовала её присутствие. Я чувствовала её любовь.

— Ты думаешь о нём? — спросила она.

— Да, — ответила я. — Я всегда думаю о нём.

— Ты скучаешь по нему?

— Да, — сказала я. — Я скучаю по нему каждый день. Но я знаю, что он сделал правильный выбор. Он ушёл, потому что он не мог быть со мной. И я уважаю его за это.

— Ты сильная, — сказала она. — Ты всегда была сильной. И ты справишься с этим.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими.

— Спасибо, мама, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказала она, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

Прошло ещё несколько месяцев. Я продолжала править королевством, решая бесконечные проблемы. Я научилась жить без Каия. Я научилась жить с пустотой внутри. Я научилась быть сильной, даже когда мне было больно.

Я сидела в своём кабинете и работала над документами. Вдруг я услышала шум за дверью. Я подняла голову и увидела Лили, которая вбежала в комнату с перекошенным от радости лицом.

— Ваше Величество! — крикнула она. — Каий вернулся! Он стоит у ворот города! Он говорит, что хочет видеть вас!

Я замерла. Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его стук в ушах. Я встала и вышла из кабинета. Я шла по коридорам, и мои шаги отдавались эхом. Я чувствовала, как моя магия пульсирует в груди, как она просыпается от долгого сна.

Когда я подошла к воротам, я увидела его. Он стоял у входа, одетый в дорожный костюм. В его руках был мешок с вещами. Он смотрел на меня, и в его глазах была любовь.

— Каий, — сказала я, и мой голос дрогнул. — Ты вернулся.

— Я вернулся, — сказал он. — Я понял, что не могу жить без тебя. Я понял, что я готов ждать. Я готов быть вторым после королевства. Я готов быть тем, кто ждёт тебя каждый вечер. Я готов быть с тобой, даже если ты не можешь быть только моей.

Я подошла к нему и обняла его. Я чувствовала, как его руки сжимают меня, как он дрожит в моих объятиях. Я чувствовала, как его слёзы падают на моё плечо.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже люблю тебя, — ответил он.

Мы стояли обнявшись, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была любовь. У меня была надежда. У меня было будущее.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова ко всему. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они верили в меня.

— Друзья мои, — сказала я, поднимаясь на трон. — Сегодня я хочу сказать вам кое-что важное.

Толпа затихла. Я видела, как они затаили дыхание.

— Я люблю вас, — сказала я. — Я люблю этот мир. И я сделаю всё, чтобы он стал лучше. Я буду править этим королевством с мудростью и справедливостью. Я буду защищать ваши права. Я буду бороться за вашу свободу.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их голоса наполняют меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Он был рядом. Всегда.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли вместе, глядя на людей, которые верили в нас. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

— Ты стала великой королевой, — сказал он. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не могу остановиться. Впереди ещё много работы.

— Я знаю, — сказал он. — Но ты справишься. Ты всегда справляешься.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими. Я знала, что он был рядом. Всегда.

— Я хочу спросить тебя кое о чём, — сказала я. — Ты когда-нибудь думал о том, что будет дальше? О том, что мы будем делать, когда всё успокоится?

— Я думал об этом, — ответил он. — Я думал о том, что мы можем построить новый мир. Мир, в котором не будет страха. Мир, в котором не будет ненависти. Мир, в котором все будут равны.

— Это будет трудно, — сказала я.

— Я знаю, — сказал он. — Но это возможно. Мы уже сделали первый шаг.

Мы сидели в тишине, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Прошло ещё несколько месяцев. Жизнь в королевстве постепенно налаживалась. Я видела, как люди привыкают к новой жизни, как они перестают бояться. Я чувствовала, как надежда наполняет их сердца.

Но внутри меня всё ещё была пустота. Не та пустота, которая была после ухода Каия. Другая пустота — та, которая осталась от моей прошлой жизни. От моих сомнений. От моих страхов.

Я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Я думала о том, что я сделала. Я думала о том, что я ещё должна сделать. Я думала о том, что я хочу оставить после себя.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Моя мать вошла в комнату и села рядом со мной.

— Ты думаешь о будущем? — спросила она.

— Да, — ответила я. — Я думаю о том, что я хочу оставить после себя.

— И что ты хочешь оставить?

— Я хочу, чтобы мир стал лучше, — сказала я. — Я хочу, чтобы люди были счастливы. Я хочу, чтобы никто больше не боялся быть собой.

— Тогда ты должна продолжать, — сказала она. — Ты должна продолжать строить этот мир. Ты должна продолжать бороться за свободу. Ты должна продолжать быть королевой.

Я улыбнулась и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы переплетаются с моими.

— Спасибо, мама, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказала она, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

Мы сидели в тишине, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

Заключительная глава 18. Цвет твоей души.

Десять лет прошло с тех пор, как я стала королевой. Десять лет я правила Королевством Семи Цветов, наблюдая, как мир меняется, как люди привыкают к свободе, как страхи уступают место надежде. Десять лет я чувствовала, как внутри меня что-то меняется — я становилась старше, мудрее, спокойнее. Мои волосы, когда-то иссиня-чёрные, теперь были тронуты сединой. Не от старости — от мудрости. От тех лет, которые я прожила, от тех решений, которые я приняла, от тех людей, которых я любила и теряла.

Я сидела в своём кабинете и смотрела в окно. Солнечный свет падал на белые стены комнаты, и я чувствовала, как его тепло касается моего лица. Где-то внизу, на улицах города, я слышала смех детей, которые играли в догонялки, не боясь, что их увидят с тёмными волосами. Я слышала голоса торговцев, которые предлагали свои товары, не скрывая своих настоящих цветов. Я слышала звуки новой жизни, которую я создала. И это наполняло меня гордостью.

Я провела рукой по своим волосам. Они были длинными, до пояса, и в них переплетались чёрные и серебряные пряди. Я больше не была той девушкой, которая проснулась в конюшне десять лет назад. Я была женщиной. Я была королевой. Я была той, кто изменила этот мир. Но иногда, когда я смотрела в зеркало, я видела в своих глазах отблеск той самой Астры — дерзкой, напуганной, но готовой бороться. Она никуда не ушла. Она просто стала мудрее.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Лили вошла в комнату с подносом в руках. На нём была еда и чай. Она поставила поднос на стол и посмотрела на меня с улыбкой. Её волосы, когда-то русые, теперь были полностью седыми, но в её глазах всё ещё горел тот же огонь, что и десять лет назад. Она была моей самой верной подругой, моей опорой, моей совестью. Без неё я бы не справилась.

— Ваше Величество, — сказала она. — Вы опять не ели. Вы должны заботиться о себе. Вы уже не так молоды, как раньше.

Я усмехнулась.

— Ты права, Лили. Я уже не так молода. Но я всё ещё могу работать.

— Вы всегда можете работать, — сказала она, садясь напротив меня. — Но вы должны отдыхать. У вас сегодня важный день. Вы должны быть в форме.

— Какой день? — спросила я, нахмурившись.

— День, когда вы встречаетесь с новым поколением, — сказала она. — Сегодня во дворец придут дети из всех провинций. Они хотят увидеть вас. Они хотят услышать вашу историю.

Я вздохнула. Я знала, что это важный день. Каждый год дети из разных уголков королевства приезжали во дворец, чтобы увидеть королеву, которая изменила их мир. Они смотрели на меня с надеждой, с восхищением, с благоговением. И каждый раз я чувствовала, как их вера наполняет меня силой.

— Хорошо, — сказала я. — Я буду готова.

Я стояла в тронном зале и смотрела на детей, которые собрались передо мной. Их было около пятидесяти — мальчики и девочки от семи до двенадцати лет. Их волосы были всех оттенков — чёрные, каштановые, рыжие, пепельные, светлые. Они стояли в ряд, и их глаза горели любопытством и надеждой. Я смотрела на них и вспоминала себя в их возрасте. Вспоминала, как я боялась своих волос. Как я пряталась от солнца. Как я ненавидела себя за то, что родилась не такой, как все.

Я улыбнулась и подошла к ним. Я села на ступеньку трона, чтобы быть на одном уровне с ними. Я хотела, чтобы они чувствовали себя комфортно. Я хотела, чтобы они знали, что я не была недосякаемой королевой. Я была такой же, как они.

— Здравствуйте, дети, — сказала я. — Я рада видеть вас. Я рада, что вы пришли.

Дети заулыбались. Я видела, как их лица озаряются радостью. Я видела, как они смотрят на меня с восхищением. Одна маленькая девочка с каштановыми косичками даже присела в реверансе, чем вызвала смех своих товарищей.

— Ваше Величество, — сказала одна девочка, поднимая руку. Она была рыжеволосой, с веснушками на носу и озорными зелёными глазами. — Можно задать вам вопрос?

— Конечно, — сказала я. — Задавай.

— Какой цвет волос самый лучший? — спросила она, и её глаза загорелись любопытством.

Я посмотрела на неё. На её рыжие волосы, которые отливали золотом в лучах солнца. На её веснушки, которые покрывали её нос. На её улыбку, которая была искренней и открытой. Я вспомнила себя в её возрасте. Я вспомнила, как я боялась своих волос. Я вспомнила, как я пряталась от солнца. Я вспомнила, как я ненавидела себя за то, что я родилась не такой, как все.

Я улыбнулась и наклонилась к ней.

— Самый лучший цвет, — сказала я, — это тот, в который тебе не стыдно смотреться в зеркало.

Она посмотрела на меня с удивлением. Я видела, как она обдумывает мои слова, как она пытается понять их значение.

— Но как узнать, какой цвет тебе подходит? — спросила она.

— Ты узнаешь это, когда посмотришь в зеркало и улыбнёшься, — сказала я. — Когда ты увидишь себя и почувствуешь, что ты красива. Когда ты почувствуешь, что ты — это ты. И никто не может сказать тебе, что ты неправильная.

Она улыбнулась. Я видела, как её глаза загораются пониманием.

— Спасибо, Ваше Величество, — сказала она.

— Не благодари меня, — сказала я. — Просто запомни это. И когда кто-то скажет тебе, что твои волосы неправильные, пошли этого человека ко мне. Я поговорю с ним.

Дети засмеялись. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

Я смотрела на них и видела будущее. Видела то, что я создала. Видела мир, в котором дети могли расти без страха. Без ненависти. Без предрассудков. И это было самым ценным, что я могла оставить после себя.

После встречи с детьми я отправилась в сад. Это было моё любимое место во дворце. Здесь я могла побыть одна, подумать, вспомнить. Сад был полон цветов всех оттенков — красные, жёлтые, синие, белые. Они напоминали мне о людях, которых я встретила на своём пути. О тех, кто был со мной. О тех, кого я потеряла.

Я села на скамью, где когда-то сидела с Госпожой Ветров. Её уже не было в живых. Она ушла мирно, во сне, через пять лет после того, как я дала ей шанс. Она успела искупить свою вину. Она успела стать той, кем должна была быть — мудрой, доброй, любящей. Я часто вспоминала её. Её голос. Её глаза. Её улыбку. Она была частью меня. И я была благодарна ей за то, что она изменилась.

Я услышала шаги за спиной и повернулась. Ко мне шла Лили. В руках она держала старую книгу в кожаном переплёте. Я узнала её — это был дневник, который я начала вести в первый год своего правления. Я думала, что потеряла его.

— Где ты нашла это? — спросила я, чувствуя, как внутри меня что-то ёкает.

— В вашем старом сундуке, — сказала она, садясь рядом. — Я думала, вы захотите это увидеть. Там столько воспоминаний.

Я взяла книгу в руки и открыла её на первой странице. Мой почерк, тогда ещё неровный и торопливый, покрывал страницы. Я читала о тех днях — о первых днях моего правления, о страхах, о надеждах, о людях, которых я встретила. Я читала о Каии, о Лили, о Бренде, о Госпоже Ветров. Я читала о том, как я боялась ошибиться, как я сомневалась в себе, как я боролась.

— Я была такой молодой, — сказала я, улыбаясь. — Такой наивной.

— Вы были смелой, — сказала Лили. — Вы были сильной. Вы были той, кто изменила этот мир.

— Я сделала это не одна, — сказала я. — Ты была рядом. Ты всегда была рядом.

Она улыбнулась и взяла мою руку. Её пальцы были тёплыми, и я чувствовала, как её любовь проникает в моё тело.

— Я горжусь тем, что была рядом с вами, — сказала она. — Я горжусь тем, что вы моя королева.

— Я горжусь тем, что ты моя подруга, — ответила я.

Мы сидели в тишине, глядя на цветы. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна.

В тот вечер я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидел Каий. Его волосы были тронуты сединой, но в его глазах всё ещё горел тот же огонь, что и десять лет назад. Он был рядом. Всегда. Он вернулся ко мне через несколько месяцев после того, как ушёл, и с тех пор мы больше не расставались. Он стал моим советником, моим защитником, моей опорой.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

— Ты стала великой королевой, — сказал он. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не могу остановиться. Впереди ещё много работы.

— Я знаю, — сказал он. — Но ты справишься. Ты всегда справляешься.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими. Я знала, что он был рядом. Всегда.

— Я хочу спросить тебя кое о чём, — сказала я. — Ты когда-нибудь думал о том, что будет дальше? О том, что мы будем делать, когда всё успокоится?

— Я думал об этом, — ответил он. — Я думал о том, что мы можем построить новый мир. Мир, в котором не будет страха. Мир, в котором не будет ненависти. Мир, в котором все будут равны.

— Это будет трудно, — сказала я.

— Я знаю, — сказал он. — Но это возможно. Мы уже сделали первый шаг.

Мы сидели в тишине, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова ко всему. Я вышла из своих покоев и направилась в тронный зал. Люди ждали меня там. Они смотрели на меня с надеждой. Я видела их лица — молодые и старые, светлые и тёмные. Все они верили в меня. Все они были частью того мира, который я создала.

— Друзья мои, — сказала я, поднимаясь на трон. — Сегодня я хочу сказать вам кое-что важное.

Толпа затихла. Я видела, как они затаили дыхание.

— Десять лет назад я пришла в этот мир, — сказала я. — Я пришла из другого места. Из мира, где цвет волос не имел значения. Где люди были свободны быть собой. Я пришла в этот мир, чтобы изменить его. Чтобы сделать его лучше. Чтобы дать вам свободу.

Толпа затаила дыхание. Я видела, как их глаза расширяются от удивления.

— Я изменила этот мир, — продолжила я. — Я дала вам свободу. Я дала вам надежду. Я дала вам будущее. Но я не сделала это одна. Я сделала это вместе с вами. Вы — моя сила. Вы — моя надежда. Вы — моё будущее.

Толпа закричала. Я чувствовала, как их голоса наполняют меня. Я знала, что я делаю правильные вещи. Я знала, что я должна продолжать.

— Я люблю вас, — сказала я. — Я люблю этот мир. И я сделаю всё, чтобы он стал лучше.

Толпа снова закричала. Я чувствовала, как их радость наполняет меня. Я знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Я повернулась и увидела Каия. Он стоял у дверей и смотрел на меня. Его глаза горели гордостью. Он был рядом. Всегда.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы стояли вместе, глядя на людей, которые верили в нас. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Прошло ещё несколько лет. Королевство Семи Цветов процветало. Я видела, как люди улыбаются, как они смеются. Я чувствовала, как их радость наполняет меня.

Я сидела в своём кабинете и работала над документами. Вдруг я услышала шум за дверью. Я подняла голову и увидела Лили, которая вбежала в комнату с перекошенным от радости лицом.

— Ваше Величество! — крикнула она. — К вам пришла девочка. Она говорит, что хочет увидеть вас. Она говорит, что вы изменили её жизнь.

Я улыбнулась. Я знала, что это была одна из тех детей, которые приезжали во дворец каждый год. Они вырастали и возвращались, чтобы поблагодарить меня. Они рассказывали мне свои истории. Они делились своей радостью. И каждый раз я чувствовала, как их благодарность наполняет меня.

— Пусть она войдёт, — сказала я.

Через несколько минут в комнату вошла молодая девушка. Ей было около двадцати лет, и её волосы были ярко-рыжими. Она смотрела на меня с улыбкой, и в её глазах горела надежда. Я узнала её — это была та самая девочка, которая спросила меня о цвете волос несколько лет назад.

— Ваше Величество, — сказала она, и её голос дрогнул. — Я хочу поблагодарить вас. Вы изменили мою жизнь. Вы дали мне свободу. Вы дали мне надежду. Я никогда не забуду этого.

Я подошла к ней и взяла её руку. Я чувствовала, как её пальцы дрожат в моих.

— Ты не должна благодарить меня, — сказала я. — Ты сама выбрала свободу. Ты сама сделала этот выбор. Я только показала тебе путь.

— Но вы показали мне его, — сказала она. — Вы показали мне, что я могу быть собой. Вы показали мне, что я могу не бояться. И я благодарна вам за это.

Я обняла её, и мы стояли так несколько мгновений. Я чувствовала, как её слёзы падают на моё плечо. Я чувствовала, как она дрожит в моих руках.

— Ты сильная, — сказала я. — Ты всегда была сильной. Ты просто не знала этого.

Она отстранилась и улыбнулась сквозь слёзы.

— Спасибо, — сказала она. — Я люблю вас.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

В тот вечер я снова сидела у окна и смотрела на звёзды. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты думаешь о том, что будет дальше? — спросил он.

— Да, — ответила я. — Я думаю о том, что я хочу оставить после себя. Я хочу, чтобы мир стал лучше. Я хочу, чтобы люди были счастливы. Я хочу, чтобы никто больше не боялся быть собой.

— Ты уже оставила многое, — сказал он. — Ты дала людям надежду. Ты дала им свободу. Ты дала им будущее.

— Я знаю, — сказала я. — Но я хочу большего. Я хочу, чтобы этот мир стал ещё лучше. Я хочу, чтобы каждый человек чувствовал себя ценным. Я хочу, чтобы каждый человек знал, что он важен.

— Тогда ты должна продолжать, — сказал он. — Ты должна продолжать строить этот мир. Ты должна продолжать бороться за свободу. Ты должна продолжать быть королевой.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими.

— Спасибо, — сказала я. — Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказал он, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

Мы сидели в тишине, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

На следующее утро я проснулась с чувством, что я готова ко всему. Я вышла из своих покоев и направилась в сад. Там я увидела свою мать. Она сидела на скамье и смотрела на цветы. Её лицо было спокойным, и я видела, что она счастлива. Она состарилась, но в её глазах всё ещё горел тот же огонь, что и тогда, когда она впервые нашла меня.

— Мама, — сказала я, садясь рядом с ней. — Я хочу поблагодарить тебя.

— За что? — спросила она.

— За то, что ты была рядом, — сказала я. — За то, что ты верила в меня. За то, что ты любила меня. Я не знаю, что бы я делала без тебя.

— Ты бы справилась, — сказала она, улыбаясь. — Ты всегда справляешься.

— Но я не хочу справляться одна, — сказала я. — Я хочу, чтобы ты была рядом. Я хочу, чтобы мы были вместе.

Она взяла мою руку и сжала её. Её пальцы были тёплыми, и я чувствовала, как её любовь проникает в моё тело.

— Я всегда буду рядом, — сказала она. — Я всегда буду с тобой.

Мы сидели в тишине, глядя на цветы. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Прошло ещё несколько лет. Я продолжала править королевством, решая бесконечные проблемы. Но я также находила время для себя. Для тех, кого я любила. Для тех, кто был рядом.

Я сидела в своих покоях и смотрела на закат. Рядом со мной сидел Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты знаешь, — сказала я. — Я никогда не думала, что смогу быть счастливой. Я никогда не думала, что смогу быть свободной. Но ты дал мне это. Ты дал мне шанс на новую жизнь.

— Ты сама выбрала свободу, — сказал он. — Я только показал тебе путь.

— Но ты был рядом, — сказала я. — Ты всегда был рядом. И я благодарна тебе за это.

Он улыбнулся и взял мою руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, — ответила я.

Мы сидели в тишине, глядя на закат. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я не одна. У меня была семья. У меня была любовь. У меня было будущее.

Я стояла на балконе дворца и смотрела на город. Королевство Семи Цветов простиралось подо мной — белое, сверкающее, как сахарная головка. Люди ходили по улицам, смеялись, разговаривали. Они были свободны. Они были счастливы.

Я смотрела на них и чувствовала, как внутри меня растёт радость. Я сделала это. Я изменила этот мир. Я дала людям свободу. Я дала им надежду. Я дала им будущее.

Рядом со мной стоял Каий. Мы молчали, но я чувствовала его присутствие. Я чувствовала его любовь.

— Ты сделала это, — сказал он.

— Мы сделали это, — поправила я. — Мы сделали это вместе.

— Ты стала великой королевой, — сказал он. — Я горжусь тобой.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не могу остановиться. Впереди ещё много работы.

— Я знаю, — сказал он. — Но ты справишься. Ты всегда справляешься.

Я улыбнулась и взяла его руку. Я чувствовала, как его пальцы переплетаются с моими. Я знала, что он был рядом. Всегда.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже люблю тебя, — ответил он.

Мы стояли вместе, глядя на город, который мы построили. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

И я знала, что даже если бы у меня был выбор, я бы оставила всё как есть. Потому что быть единственной брюнеткой в королевстве блондинов было страшно. Но быть королевой, которая разрушила эту глупость, — бесценно.

Я посмотрела на небо. Закат догорал, окрашивая облака в багряные и золотые тона. Где-то внизу дети смеялись, играя в догонялки. Где-то женщины пели песни, которые раньше были запрещены. Где-то мужчины работали в полях, не боясь, что их увидят с тёмными волосами.

Я сделала это. Я изменила этот мир. И я буду продолжать менять его. Каждый день. Каждое мгновение. Пока я жива.

Я повернулась и пошла обратно во дворец. Меня ждали дела. Меня ждали новые вызовы. Но я была готова. Я была готова ко всему.

Потому что я — Астра Ветрова. Я — королева. И я изменю этот мир. Снова и снова. Пока есть те, кто верит в меня. Пока есть те, кто нуждается во мне. Пока есть те, кто борется за свободу.

И я знала: даже когда мои волосы станут совсем седыми, даже когда я состарюсь и уйду из этого мира, то, что я сделала, останется. Останется в сердцах людей. Останется в их детях. Останется в их внуках. Это будет жить вечно.

Потому что свобода — это не просто слово. Это выбор. И я сделала свой выбор. Я выбрала свободу. Я выбрала любовь. Я выбрала жизнь.

И я никогда не пожалею об этом.

Я вошла в свои покои. Свечи горели мягким светом, освещая комнату. На столе лежала книга, которую я читала перед сном. На подушке — платок, который Лили вышила для меня в прошлом году. Всё было на своих местах. Всё было знакомо и родно.

Я села в кресло у окна и закрыла глаза. Я чувствовала, как ветер касается моего лица, как он шевелит мои волосы. Я думала о том, что я сделала. Я думала о том, что я ещё должна сделать. Я думала о том, что я хочу оставить после себя.

В дверь постучали. Я не ответила, но дверь всё равно открылась. Каий вошёл в комнату и подошёл ко мне. Он встал за моей спиной и положил руки на мои плечи.

— Ты устала, — сказал он.

— Да, — ответила я. — Но я счастлива.

— Я знаю, — сказал он. — Я вижу это. Ты сделала то, что должна была сделать. Ты изменила этот мир.

— Я не одна, — сказала я. — Ты был рядом. Ты всегда был рядом.

— Я всегда буду рядом, — сказал он. — Всегда.

Я повернулась к нему и посмотрела в его глаза. В них была любовь. В них была вера. В них было будущее.

— Я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже люблю тебя, — ответил он.

Мы стояли обнявшись, глядя на звёзды. Я знала, что впереди будет ещё много трудностей. Но я также знала, что я готова. Я готова ко всему.

Потому что я — Астра Ветрова. Я — королева. Я меняю ветра. Я изменю этот мир.

КОНЕЦ