Я - Ошибка?

Глава 1. 47 минут

Элиас проснулся от непривычного яркого света. Глаза болели. Прищуриваясь, он медленно открывал веки, давая глазам привыкнуть. Ощущение было таким, будто его привычный сумрак сменила операционная лампа. Заметив, что лежит на диване, хотя засыпал в кровати - он сел. Голова гудела, будто после бессонной ночи, хотя тело чувствовало — спал долго.

- Так. Я лёг…когда? Вечером. Точно вечером.

Сейчас…- он прислушался к себе. Тело говорило: день.

- Я что, проспал почти сутки?

Потянувшись к телефону, Элиас заметил на предплечье царапину. Свежую, красную, длиной с палец. Провёл по ней пальцем. Не болит. Но он не помнил, откуда она.

— Что за…?

Спустя некоторое время он встал. Ноги слушались плохо. Прошёл на кухню и остановился. Кружка стояла не там, где он её оставил. Он точно помнил: вчера вечером поставил её в раковину. Сейчас она стояла на столе.

Элиас почесал затылок. — Видимо опять проснулся и не помню.

Направившись в ванную, его взгляд застыл на кроссовках. Они стояли у двери. Мокрые и грязные. С травой прилипшей к подошве. Мысли в голове начали водить хоровод и окончательно смешались. На этот раз он принял решение не ложиться сегодня спать . Если он не спит — он контролирует и знает, что делает.

Он сел за стол, включил ноутбук, открыл камеру и включил запись.

— Привет. Хочу проверить, что происходит ночью. Если я что-то сделаю или куда-то пойду— я это увижу.

Он лёг на диван и включил на телевизоре первую попавшуюся развлекательную шоу-программу. Думал о кроссовках и царапине. Элиас, спустя пару часов уснул сидя на диване.

Утром он проснулся от вибрации телефона. Пропущенный: Маркус.

Элиас вскочил и подбежал к ноутбуку. Запись идёт. Удовлетворенно выдохнув, он выключил запись и открыл файл.

Вот он на диване. Вот шоу-программа. Вот он клюёт носом и засыпает.

Запись идёт. Камера пишет.

00:12. Он спит.

00:48. Он спит.

01:30. Он спит.

Он проматывает. Скучно. Ничего не происходит. Только дыхание и бормотание телевизора.

02:03. Картинка дёргается. Резкий скачок. По экрану — полосы. Звук пропадает.

Он останавливает. Отматывает назад. Смотрит ещё раз.

02:02. Всё нормально.

02:03. Рывок. Помехи.

Дальше — чёрный экран. Пустота. Он нажимает на перемотку. Тянет ползунок вправо.

02:10. Пусто.

02:20. Пусто.

02:40. Пусто.

02:50. Запись возвращается. Камера снова пишет.

Комната та же. Он на диване. Всё на месте. Но в углу, у двери, — тень. Узкая, высокая.

Она стоит. Смотрит. Дышит.

02:51. Запись обрывается окончательно.

Элиас замер. Руки тряслись. Он перемотал назад. 02:03 — обрыв. 02:50 — возврат. Он не знал, что значат эти цифры. В его мире время не измеряли так — по минутам, по секундам. Оно было внутри. Оно было чувством. Но здесь, на экране, оно было точным. И между двумя числами зияла дыра.

Он медленно, с опаской поднялся и направился к двери. Дверь была закрыта изнутри.

Элиас знал: в полицию нельзя. Оставался единственный человек – Маркус. Тот, кто смыслит в технике лучше, чем в своей жизни, и при этом не задаёт лишних вопросов.

Три гудка тянулись вечность. Но на другом конце послышалось:

- Чувак, ты вообще в курсе, который час?

- Прости, не разобрался с той штуковиной. Мне срочно нужна твоя помощь.

Маркус выдержал паузу и пробурчал:

– Точно, я снова забыл с кем разговариваю. Приходи, я на месте. Вчера уснул в мастерской. Двойной американо и имбирный пирог.

Элиас накинул куртку и спустился на улицу. По дороге зашёл в кофейню — взял завтрак для Маркуса — и направился в мастерскую.

Путь до мастерской — муравьиные каналы. Каждый человек двигался согласно ритму и собственной задаче: кто-то спешил, кто-то передвигался так, будто время замерло, — спокойно и без суеты.

Глядя на них, Элиас чувствовал: он не такой. Не хуже, не лучше. Просто — другой, который не вписывался в поток.

Он уткнулся в узкую кованую дверь — ту самую, что вела в мастерскую Маркуса. Спустился по лестнице.

Знакомая картина: Маркус за столом, груда металла и старый добрый джаз.

— Завтрак в постель, точнее к столу, заказывали? — насмешливо произнёс Элиас.

— Ха-ха. Я вообще-то, кхм, кхм, — Маркус сделал важный вид. — Работал допоздна.

Пауза. Потом обоих прорвало громким хохотом.

Маркус взял стакан с кофе.

— Выкладывай. Что у тебя?

Элиас достал ноутбук и протянул ему.

— Я вчера включил камеру ночью. Хотел кое-что проверить. Но с записью что-то не так. Там какие-то цифры. Я ничего не понял. Но мне показалось — одна странность.

— Так. Что у нас тут?

Маркус открыл файл..

— Скучно, — сказал Маркус. — Ты спишь. Поздравляю.

— Смотри дальше.

Маркус проматывал. Скучно. Потом картинка дёрнулась. Резкий скачок. По экрану — полосы. Звук пропал.

он остановился. Отмотал назад и посмотрел ещё раз.

— Это помехи. Бывает. Скачок напряжения.

— Смотри дальше.

Маркус потянул ползунок вправо.

— Дальше ничего.

— Смотри.

Маркус смотрел. Ползунок шёл. Пусто. Потом картинка вернулась. Комната та же. Элиас на диване. Всё на месте.

Но в углу, у двери, — тень. Узкая, высокая.

Маркус замер.

— Это что за чёрт?

— Смотри дальше.

Тень стояла. Смотрела. Дышала.

Потом — обрыв. Чёрный экран.

Маркус откинулся на стуле. Потёр лицо ладонями.

— Это монтаж?

— Нет.

— Ты уверен?

— Я ничего не делал. Я спал.

Маркус снова наклонился к экрану. Увеличил кадр. Пиксели расплылись, но силуэт остался: человек. Узкий, высокий. Стоит у двери.

— Это твоя тень?

— Конечно. Я недавно научился путешествовать во времени, а это мой двойник. Нет, ты же видишь — я сплю.

— Точно. Глупый вопрос. Это просто от неожиданности.

Маркус выпрямился. Посмотрел на Элиаса. Впервые за всё время — серьёзно.

— В квартире точно был кто-то ещё. И он знал, что камера пишет.

— Но файл на месте. Он не удалён.

— Не удалён. Но повреждён. Этот кто-то прошёлся по нему, или запись сама остановилась, когда что-то пошло не так.

Маркус отмотал назад. Остановил на кадре с тенью. Посмотрел на тайм-код в углу.

— Вот здесь, — сказал он, ткнув пальцем. — Видишь? Тайм-код. Камера пишет время. 02:03 — обрыв. 02:50 — возврат.

Элиас смотрел на цифры. Он не понимал их.

— Что это значит?

Маркус посмотрел на него. Без насмешки. Без жалости. Просто — как на человека, который вырос на другой планете.

— Это значит, что камера молчала сорок семь минут.

Элиас молчал. Он не знал, что такое «сорок семь минут». Он знал: «долго», «скоро»,»потом», но не это.

— Я не понимаю, — сказал он тихо.

— Я знаю, — сказал Маркус. — Поэтому я здесь.

Он снова повернулся к экрану. Увеличил ещё раз.

— Тебе нужно в полицию.

— Не могу.

— Почему?

— Потому что я не знаю, что сказать. Что я не помню сорок семь минут своей жизни? Что на записи — тень, которой не должно быть? Что я не уверен, был ли я один?

Маркус не ответил. Он смотрел на монитор.

— Элиас. Я не знаю, что это, но это не помехи. Это кто-то.

— Я знаю.

— И он был в твоей квартире.

— Да, был.

— И он может ещё раз прийти.

—Возможно. — Элиас тяжело вздохнул.

На стене, в углу, телевизор прервал своё бормотание. Диктор говорил ровно, без эмоций.

«…тело женщины обнаружено сегодня утром в собственной квартире. Причина смерти устанавливается. По предварительным данным, криминального характера…»

Маркус потянулся к пульту, но Элиас остановил его руку.

«…следов насилия не обнаружено. Женщина, тридцать четыре года, не состояла на учёте, не имела хронических заболеваний…»

На экране мелькнуло фото. Женщина. Тёмные волосы. Спокойное лицо.

«…по данным источников, это уже второй случай за неделю. Полиция не исключает серийного характера…»

Маркус выключил звук. В мастерской стало тихо.

— Второй за неделю, — сказал он. — Ты слышал? Второй.

Элиас смотрел на экран. Но перед глазами стояла не женщина. Перед глазами стояла тень. У двери. В 02:50.

— Элиас, — позвал Маркус. — Ты меня слышишь?

— Да.

— Это ведь никак не связано с твоей проблемой?

— Понятия не имею. Что-то явно происходит.

Дверь в мастерскую открылась без стука.

Маркус не поднял головы.

— Ты рано, — сказал он.

— У меня дело. Срочное.

Женский голос. Элиас обернулся.

На пороге — женщина. Лет тридцати. Тёмная куртка, волосы собраны, взгляд цепкий. Она посмотрела на Элиаса — коротко, оценивающе. И на мгновение задержалась. Как будто увидела что-то знакомое. Потом моргнула — и перевела взгляд на Маркуса.

— Я не вовремя?

— Нет, — Маркус кивнул на Элиаса. — Это свой.

Она не спросила имя. Прошла, положила на стол телефон в пакете.

— Сколько по времени?

— Дай полчаса.

— Я подожду.

Она села в углу. Достала блокнот. Начала что-то писать.

Элиас чувствовал её присутствие кожей. Не смотрел на неё. Но знал: она тоже его чувствует.

Через полчаса Маркус сказал:

— Готово. Файлы восстановил. Но там пароль на втором уровне. Скину вечером.

— Хорошо.

Она встала. Забрала телефон. У двери обернулась. Посмотрела на Элиаса — на секунду дольше, чем нужно.

— Спасибо, Маркус.

В мастерской снова остались только Элиас и Маркус.

Элиас выдохнул.

— Кто это?

— Нора, — сказал Маркус, не поднимая головы. — Она из полиции. Но не из тех, кто стучит.

Элиас кивнул. Взял куртку. У двери обернулся.

— Маркус.

— Что?

— Если я попрошу тебя удалить запись — удали.

— Не удалю.

— Я знаю. Просто сказал.

Он вышел. Дверь закрылась.

А в мастерской, на экране ноутбука, всё ещё стояла тень. У двери. В 02:50.

Глава 2. Кто такой "Н"?

От Маркуса Элиас ушёл под вечер. По пути домой закупился «энергией» на всю ночь. В голове крутилось только одно: сорок семь минут.

К чёрту. Неважно. Здесь кто-то был. Но кто?

Он отпил пару глотков и принялся осматривать квартиру.

Шкафы. Полки. Ящики. Под кроватью. За занавеской. Он открывал каждую дверцу, заглядывал в каждый угол. Считал вещи. Проверял замки. Смотрел на окна.

Ничего.

Спустя несколько часов тщательного обыска он рухнул на колени, полностью озадаченный.

Ничего не пропало. Его не похитили. Не убили. Тогда что?

Немного пораскинув, он набрал Маркуса.

— Я ничего не понимаю. Всё на своих местах. Меня не похитили и не убили. Квартирой ошиблись?

— Кхм. Дай подумать. — Пауза. — Может, дело в том парнишке, что жил до тебя? Голубь. Имени не помню. Мутный он какой-то. Съехал в такой спешке. Наверное, неприятели искали. И код от замка знали. Но если это неприятели, то вряд ли бы они просто стояли в двери.

Элиас замер.

— Голубь?

— Ну да. Ни жаворонок, ни сова. Середина. Такие тихие. Незаметные. Живут как все — и никто их не помнит. Удобно, если хочешь спрятаться.

— Маркус, я живу здесь два года. Никакого парнишки не было.

Пауза.

— Был задолго до тебя. Точно говорю, можешь узнать у арендодателя.

Элиас смотрел на дверь.

— Код от замка знали только я и арендодатель.

— И Нора, — сказал Маркус.

— Что?

— Она приходила ко мне за неделю до тебя. Спрашивала про квартиру. Про того, кто здесь жил. Я тогда не понял, зачем. Думал — обычная проверка.

— Ты знал? — сказал Элиас. — И молчал?

Пауза.

— Я не знал, что это связано. Думал — совпадение.

Он сидел на полу. Телефон в руке. Маркус что-то говорил про голубя, про переезд, про код. Элиас слушал, но уже не слышал.

Он встал. Подошёл к стене. Начал простукивать плинтус, дерево. Старое, рассохшееся.

Под одним из плинтусов — щель. Он поддел ногтем. Открылась.

Там, в пыли, — сложенный листок. Пожелтевший, мятый. Он развернул. Почерк мелкий, дрожащий.

«Он приходит по ночам. Я не сплю. Я жду».

Элиас смотрел на эти слова. Ни подписи. Ни даты. Только страх, оставленный кем-то. Кем-то, кто жил здесь до него.

Он перевернул листок. На обратной стороне — одна буква. «Н».

Положив листок на стол, он только тогда заметил: рядом, у самого края — часы. Старые,механические. На циферблате трещина. Стрелки остановились на 02:50.

Элиас долго смотрел на них. Он не знал, откуда они. Но что-то внутри, глубже памяти, глубже мыслей, отозвалось.

- Я уже видел это время.

Он положил часы рядом с запиской и сел. Долго смотрел на листок и на стрелки. Потом взял телефон.

— Маркус, ты ещё здесь? Я кое-что нашёл.

— Да, я здесь. Слушай, я на скорую руку нарыл инфу.

Тук-тук-тук.

Он не успел договорить. В дверь постучали. Три удара. Ровных, уверенных.

Элиас замер с телефоном в руке. Маркус что-то говорил. Но он уже не слушал. Он подошёл к двери и посмотрел в глазок.

— Это же она. Девушка из мастерской. Из полиции.

Тело будто парализовало.

— Эй, я слышу ваши шаги у двери. Откройте, пожалуйста. Меня зовут Нора, я следователь по делу об убийстве. Провожу опрос жителей.

Он расслабился. Открыл.

— Вы… — она замолчала.

— Я. Здравствуйте.

Она смотрела на него. Взгляд цепкий. Оценивающий. Как тогда, в мастерской.

— Вы Элиас?

— Да.

Пауза.

— Откуда вы знаете моё имя?

Она не ответила. Взгляд быстро обошёл квартиру. Остановился на часах.

— Откуда у вас эти часы? — спросила она сухо и ровно.

— Эти? Нашёл в куче хлама на днях. Давно пора было разобрать вещи прошлого арендатора.

— Простите, а сколько вы здесь живёте?

— Ну, уже как года два. А что?

— Два года. И почему только сейчас решили этим заняться? Что подвело вас к этому?

Вопросы резкие. Её глаза почти не отрывались от часов.

Элиас чувствует: что-то не так.

— Много работаю, потом сплю — и так по кругу. Вот, только на днях руки дошли. Выкроил пару выходных. А почему вы спрашиваете?

Вопрос явно застал её врасплох. Она очнулась будто от транса. Посмотрела на него с подозрением.

— Просто уточняю. Опрос жителей.

— Обычно опрос не начинается с вопроса о старых часах.

— Вы правы. Извините за беспокойство. Я пойду.

— Постойте. А как же опрос?

— Опрос? Ах, да. Я в другой раз зайду. Извините.

— Без проблем. Всего доброго.

— Да. И вам.

Дверь захлопнулась.

Нора стояла на лестнице и тяжело дышала. Элиас посмотрел на часы и снова набрал Маркуса.

— Эй, что за дела? Ты чего молчал?

— Она приходила.

— Кто?

— Нора, из полиции. Под видом опроса жителей.

— Она тебя подозревает? Что говорила?

— Уставилась на старые часы, которые я нашёл. Завалила кучей вопросов.

— А ты нашёл часы? Когда? Где?

— Точно, я же не успел тебе рассказать.

Элиас рассказал. Коротко. Маркус слушал, не перебивая.

— Так. И что ты собираешься делать дальше?

— Нора как-то связана с часами. Ты бы её видел. Нужно всё разузнать. Вопрос только в том, как это сделать. Она же следователь.

Маркус молчал. Слышно было, как он стучит по клавиатуре.

— Дай подумать, — сказал он наконец. — Она следователь. Значит, есть база. Дела, отчёты, протоколы. Если я найду её дело — может, пойму, что её связывает с часами.

— Ты можешь?

— Смотря какая защита. Но попробовать стоит.

— Маркус, это незаконно.

— А ты предлагаешь законно узнать, почему следователь чуть не упала в обморок от старых часов?

Элиас не ответил. Он смотрел на часы.

— Ладно, — сказал он. — Попробуй.

— Уже.

Пауза. Стук клавиш. Элиас ждал. Смотрел на записку. На букву «Н». На часы.

— Так, — сказал Маркус. — Есть.

— Что?

— Дело. Не одно. Несколько. Она ведёт странные смерти. Остановка сердца во сне. Без патологий.

— Второй случай за неделю, — сказал Элиас тихо.

— Что?

— По телевизору. В мастерской. Помнишь?

Пауза.

— Помню, — сказал Маркус. — И знаешь, что интересно? В её деле есть имя. Один из свидетелей. Или подозреваемых. Не знаю точно.

— Кто?

— Нил. Фамилия не указана. И адрес, Элиас — твой.

Элиас замер. Посмотрел на букву «Н» на листке.

— Нил значит, — сказал он.

— Что-то вспомнил?

— Нет. Но кажется, он и есть тот голубь, что жил до меня.

Пауза.

— Слушай. Если Нил жил там до тебя, и он в деле, а Нора пришла к тебе…

— То она шла к нему.

— Именно.

Глава 3 "Связь"

Нора вышла из квартиры Элиаса и села в машину. Завела двигатель, но с места машина так и не двинулась.

Шесть лет назад она впервые услышала это слово.

Нора неслась по территории академии.

— Опять, я опять опаздываю.

Добежав до нужной аудитории, она остановилась, чтобы перевести дух, и постучала в дверь.

— Простите, я… я…

Перебив её, мистер Эшфорд продолжил за неё

— Да-да, снова проспала. Проходи уже.

Она проскользнула внутрь и села за последнюю парту.

На доске — схема. Три круга: жаворонок, сова, голубь.

— Сегодня поговорим о тех, кто не вписывается, — сказал он и нарисовал еще один круг. — О тех, кого мы называем «сдвигами».

Нора замерла.

Она слышала это слово. Давно, дома, от брата. Он говорил: «Я не сова и не голубь. Я — сдвиг». Она не понимала. Думала — игра. Он любил придумывать слова.

Эшфорд продолжал:

— «Сдвиг» — это не диагноз. Просто ещё один тип — четвёртый. Их мало, но они есть. Это люди с пластичным ритмом. Они могут подстроиться под любого, но лишь на время. Затем наступает откат: провалы в памяти, потеря чувства времени.

— А почему их не признают? — спросил кто-то с первой парты.

— Потому что их неудобно признавать, — сказал Эшфорд.

— Больницы, полиция, суды и наша верхушка государства живут по внешним часам. Им нужен протокол.

Мы — по внутренним. Но наши часы стабильны. Жаворонок знает, когда встанет. Сова знает, когда уснёт. Мы можем планировать день. Со сдвигами иначе — их ритм плавает. Они не знают, когда проснутся. И не могу предсказать, когда уснуть. Важное отличие, запомните:

— Голубь — это середина. Он подстраивается, но знает меру. Лёг позже — встал позже. Но вернулся в свой ритм. Он управляет.

Сдвиг — другое. Он подстраивается не по своей воле. Тело само решает, когда откатиться. И тогда — провал.

Голубь гибкий. Сдвиг — сломанный.

Нора подняла руку.

— Они опасны?

— Они другие, — сказал он. — А это всегда пугает.

Он отвернулся к доске. Нора опустила руку. Но через минуту подняла снова.

— Мистер Эшфорд.

Он обернулся.

— Откуда они берутся?

Пауза. Аудитория притихла.

— Хороший вопрос, — сказал он. — Точного ответа нет, но есть три версии.

Он вернулся к доске. Написал: «генетика», «травма», «среда».

— Первая — генетика. Сдвиг передаётся по наследству. Но не всегда. У сдвигов бывают и обычные дети.

— Вторая — травма. Сильный стресс. Ритм ломается. Также, не у всех.

— Третья — среда. Город, шум, свет, режим. Мы живём в мире, который не совпадает с нашими часами. И некоторые не выдерживают.

— Но это только версии. Настоящей причины никто не знает.

Нора смотрела на доску.

— А если человек не знает, что он сдвиг? — спросила она.

— Он узнаёт, — сказал Эшфорд. — Рано или поздно. Тело само скажет. Провалами. Потерями. Ночами, которые он не помнит.

Пауза.

— И тогда он приходит к нам.

В голове — голос брата. Она тогда засмеялась. Он ушёл в комнату. Больше они об этом не говорили. Через год его не стало.

Причина смерти — остановка сердца во сне. В 02:50.

Настоящее.

Сейчас, сидя в машине у чужого дома, она снова видела это время. На старых часах, которые нашёл Элиас.

Дважды — совпадение. Трижды — система. Она это знала. Дела из других участков она запросила официально — как только ей отдали это дело. Схожие смерти. Разные города. Копии пришли неделю назад. Она возила их с собой.

Нора открыла папку и листала дела, одно за другим.

Жертвы: разный пол, возраст, место работы, время смерти.

— Что же еще их объединяет? Закончив с первой папкой, она открыла следующую. Долистав её до последнего листка, она увидела дело. Дело её брата, здесь он обозначен как свидетель. Она посмотрела на окно квартиры Элиаса – там еще горел свет. Нора набрала Маркуса. — Я слушаю. Кто это? — Маркус, это Нора. Ты один? — Привет, да. Что случилось? — Расскажи всё, что знаешь о своём друге Элиасе. Пауза. Маркус в растерянности. — А что рассказать? Хороший парень, работяга. — Не это. Рассказывай всё, иначе вызову официально. — Кто он?

— Я не понимаю. Сказал же, он хорош…

— Отвечай на вопрос. Я видела в его квартире часы. Они стояли на 2:50. Все жертвы убиты в это время. Пауза.

Маркус считал. Если он соврёт — она вызовет его официально. Если расскажет — подставит Элиаса. Но не расскажет — подставит сильнее.

— Он сдвиг, — выдавил Маркус. Звонок оборвался. Нора получила, что хотела.

Глава 4. Маркус

Нора подошла к двери Элиаса и уже собиралась постучать, но её рука замерла в воздухе. будто боялась нарушить царившую в доме тишину. Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, она наконец решилась и постучала. Её пальцы уверенно отстучали по двери три раза.

Тишина

Нора постучала ещё раз, но снова тишина. Она уже собралась уходить, но по ту сторону двери послышался шорох.

- Кто там?

- Элиас, это Нора, из полиции. Нужно поговорить.

Не открывая дверь, Элиас ответил, - Это не может подождать до завтра? Простите, я немного занят.

- Это срочно.

Элиас осторожно открыл дверь.

- Вы из-за опроса?

- Да. Я могу пройти?

- Конечно. Только аккуратнее. Я до сих пор разбираю хлам.

Нора вошла и взгляд её устремился на стол, где стояли часы в прошлый раз. Сейчас их нет.

- Элиас, расскажи мне, а где часы, которые стояли на столе в прошлый раз? .

- Не хотите чего-нибудь выпить? У меня есть газировка, чай и пиво. Ой, вы же на службе, так что без спиртного.

- Нет, я не против, буду его. Спасибо

- Чем вас так заинтересовали старые, сломанные часы?

— Вы не ответили на мой вопрос.

— И вы на мой, — сказал он.

Пауза.

Телефон завибрировал. Элиас посмотрел на экран.

Сообщение от Маркуса: «В досье Норы появилась папка. Закрыта. Пытаюсь взломать.»

«Появилась? Совпадение. Или…» — мысль оборвалась.

Он убрал телефон и посмотрел на Нору.

— Так на чём мы остановились?

Нора сделала вид, что не заметила его удивления и отпила глоток.

— На часах. Таких часов давно не производят, никогда не видела, настолько старых.

Она пожала плечами. — Ничего особенного.

— Ты не замечал странностей в последнее время? Соседи говорят, что жаворонки не так давно проснулись посреди ночи.

— Посреди ночи? Не могу подтвердить или опровергнуть эту информацию. Совы и так не спят по ночам.

— Подскажи, пожалуйста, где ты работаешь?

— Основной работы нет. Подрабатываю где придется.

Пауза.

— С моим ритмом сложнее.

— Отмечу, как безработный. Спасибо за информацию. Она закрыла блокнот и встала.

— Уже поздно, я пойду.

У двери, Нора обернулась.

— Если что-нибудь вспомнишь, — Она достала листок и начала записывать свой номер. — Пожалуйста, позвони.

— Хорошо. Элиас взял листок и посмотрел на номер.

Дверь закрылась. Он постоял и достал телефон.

Сообщение Маркусу: Ну что там ?

Телефон молчал всю ночь. Элиас несколько раз набрал Маркуса, но тот не отвечал.

На следующий день он отправился в мастерскую. Когда он пришел, то не застал Маркуса на рабочем месте.

Он набрал его еще раз. Гудок, и на столе заиграла музыка.

— Так, понятно…

Он прошёл в крохотную комнату, где Маркус спал, когда засиживался. — Маркус, ты здесь? Но в комнате его тоже не оказалось.

Вернувшись в мастерскую, Элиас заметил, что нет рабочего ноутбука. На столе лежали провода. На полу валялись стаканы и фантики.

— И его носит?

Он поднялся по лестнице, прямиком к квартире Маркуса. В двери и около неё —куча листовок.

Элиас перебирал места, где Маркус мог быть. Оставался клуб на окраине. Маркус иногда пропадал там сутками.

Он прошёл несколько метров и сел в попутное такси.

— Кибер-клуб «Порт», — сказал он.

— Вас туда магнитом будто тянет. — посмеялся водитель.

— Часто ездите?

— Да вчера только парнишку у этой же мастерской забирал. Дёрганный такой был.

— Вчера? Во сколько?

Водитель помолчал. Потом кивнул сам себе.

— Было около четырёх утра. Я домой уже собирался ехать, а смотрю, стоит этот парнишка и рукой машет. Решил еще немного подзаработать и отвёз.

Оставшийся путь они молчали. Элиас думал о Маркусе. Водитель напевал задорную песню по радио.

Такси остановилось. Элиас расплатился и вышел. Наверху старого здания мигала вывеска клуба, а у входа толпились школьники и бурно обсуждали игру. Он вошёл и огляделся. Ряды мониторов, синие экраны. Маркуса не было.

Затем, подошёл к стойке. За ней сидел парень. Молодой, в худи, с наушниками на шее.

— Сэм, привет. Маркуса не видел?

Парень оторвался от телефона.

— Привет. Был.

— Когда?

— Часа два, три назад.

— Один?

— Не. С каким-то мужиком. Сидели в четвёртом ряду, двенадцатый стол.

— Спасибо.

Элиас отправился к столу, где сидел Маркус. На столе — ничего. Только пыль и след от ноутбука.

Он посмотрел под стол. Между столом и стеной — бумажка, смятая. Он поднял.

Чек. Кофейня через дорогу. И цифры. Время..

Он вернулся к стойке.

— Сэм. Это время?

Он посмотрел на чек.

— Да, почти три часа дня.

Элиас кивнул.

— Спасибо.

Кофейня была через дорогу. Маленькая, с яркой вывеской.

Он зашел внутрь, там была очередь. Когда подошла его очередь, он спросил:

— Простите, тут был мужчина? Высокий, с ноутбуком, часа в три.

Бариста — девушка лет двадцати — посмотрела на него.

— В это время у нас обычно много людей. Каждого не запомнишь.

Она уже смотрела на следующего в очереди.

— Спасибо.

Элиас вышел. На улице темно и горят фонари. Он достал телефон — пусто. Через несколько минут подъехало такси, он сел и назвал адрес.

Глава 5. Вернуться к началу

Следующие четыре дня, Элиас провёл в библиотеке и за ноутбуком. В одной из статей он прочитал о профессоре Эшфорде. Тот, имел за плечами 30 лет исследований "сдвигов" и ни одной публикации в открытом доступе. Элиаса продолжали преследовать провалы в памяти и он начал поиск профессора.

Статья была старая: Академический журнал 1998 года. Адрес академии он нашел в той же статье.

Элиас приехал к академии и направился внутрь. Большой холл, доска объявлений и расписание. Он увидел сторожа.

— Здравствуйте. Простите, где я могу найти профессора Эшфорда?

Мужчина в возрасте шестидесяти лет, заполнявший журнал — резко поднял голову.

— А зачем вам?

— Мне нужно с ним поговорить, лично. Я его бывший студент.

— Ах, студент. Профессор уволился несколько лет назад. Больше его не видели в стенах академии.

— Уволился? Как я могу его найти?

Сторож нахмурился и произнёс. — Парень, напомни своё имя, что-то я тебя не припоминаю.

Элиас растерялся, но тут же взял себя в руки.

— Да вы чего? Я же постоянно опаздывал. Вспомните. Круглые очки, растрёпанные волосы и портфель был вечно расстёгнут.

Мужчина вдумчиво вглядывался в Элиаса.

— Очков я не помню, — сказал он. — А вот портфель... был у одного. Вечно расстёгнутый.

— Но тебя я не помню. Хоть убей.

— Ну как же так? Эрик я, с архитектурного.

— Хм… Нет, не помню, извини.

— Да не расстраивайся. Вижу, у тебя глаза добрые. За городом он, дом у реки. Если живой ещё.

— Спасибо вам.

— Иди уже. И без тебя дел не в проворот.

Элиас кивнул и направился к выходу.

Когда он вышел на улицу, пошел в сторону автобусной остановки, но его внимание привлекла толпа студентов. Они охали и что-то обсуждали. Преподаватели качали головами.

— Вы слышали новости? Какой кошмар.

— Поверить не могу.

—Да как-же так. Столько лет плечо к плечу. Человек с большой буквы.

Элиас не понимал, что происходит. Он подошел к одному из студентов и спросил

— Что случилось?

— Профессор скончался сегодня ночью. По всем новостям говорят.

— Что за профессор?

— Мистер Эшфорд.

— Мистер Эшфорд?

Его обдало холодом. Студент говорил ещё что-то, но он уже не слышал.

Он вернулся домой на автопилоте. Поднялся по лестнице, дошёл до своей квартиры, но как только рука чуть коснулась дверной ручки, он заметил, что дверь не заперта.

Элиас схватил стоявшую у соседней двери кочергу и приоткрыл дверь. Свет выключён, только сквозняк колыхал шторы. Он прошел по узкому коридору и вышел в гостиную — никого. Он заглянул в ванную и спальню — пусто.

— Видимо так спешил, что не до конца захлопнул дверь. Сказал вслух Элиас и вернулся в коридор, чтобы закрыть дверь.

Не дойдя до двери он остановился и взгляд устремился на листок. Крупным шрифтом была надпись «Ты не найдёшь что хотел. Остановись»

Дыхание перехватило. Элиас взял телефон и набрал Нору, но она не ответила. Тогда он позвонил в полицию.

— Участок. Слушаю.

—Кто-то проник в мою квартиру.

Он назвал адрес.

— Вызов принят, ожидайте.

Элиас сорвал листок и спрятал в карман, а затем вышел на улицу и ждал.

Вскоре послышались полицейские сирены.

Патрульная машина остановилась в нескольких метрах от дома и из неё вышли двое.

— Сюда. Я звонил.

— Здравствуйте. Ну, рассказывайте.

— Когда я вернулся домой — дверь была открыта.

— А вещи?

— Не проверял.

— А дверь вы закрывали, когда уходили?

— Закрывал на ключ.

Напарники переглянулись.

— Пойдёмте, покажете.

Сотрудники осмотрели квартиру и опросили соседей. Ничего не пропало. Соседи никого не видели.

По просьбе сотрудников, арендодатель показал запись с камеры — никого подозрительного.

Чисто сработано. — подумал Элиас.

— Элиас, в вашем случае мы не можем открыть дело.

— Я понимаю. Возможно я действительно в спешке не до конца закрыл. Такое впервые. Извините.

— Ничего, бывай.

Патрульная машина скрылась за поворотом, а Элиас стоял на улице и прокручивал в голове слова из записки.

Он вернулся домой, замкнул дверь и скатился по стене.

— Попробую еще раз.

Элиас заставил тело подняться. Он прошел в гостиную и включил на ноутбуке камеру.

— Привет. Меня зовут Элиас. Ко мне снова вернулись провалы и сегодня, кто-то был в моей квартире.

Он отошел от ноутбука, подвинул кресло в коридор и крепко сжал в руках кочергу.

Час, два. Глаза закрылись сами.

Тишину в квартире нарушил оглушающий стук.

— Открой. Срочно.