Я один вижу подсказки 13

Глава 1 – Сад

Ферма.

За обеденным столом держалась тишина, пока я не бросил вопрос:

– Так кто что думает?

Десяток клонов собрались за длинным деревянным столом, словно на военном совете. И мне хотелось узнать мнение со стороны.

– Нужно идти. Чем раньше, тем лучше!

– Не-а... Не нужно спешить, – возразил другой клон. – Спешка всегда во вред. Выдохни, соберём сначала информацию. Сороковой же с ними.

– Толку-то, что он там? – Первого было не остановить. – Смотреть на их спины? Интересно, да? Нам нужно самим действовать. Узнавать на собственном опыте. А так только время теряем.

– Ну, может быть... Просто жара...

– Не нужно всё сваливать на жару, – перебил его другой. – Ты слышал, что сказал Паша: первый этаж безопасен, но если спускаться ниже, температура будет расти.

Слова становились всё более весомыми. Это был не просто спор ради спора, а конструктивный диалог. Рой пытался принять решение.

У нас есть возможность сражаться у цитадели, где «безопасно», по крайней мере привычно. И каждый клон пытался выбрать лучшую стратегию.

В какой-то момент все одновременно посмотрели на меня, сидящего в центре стола.

– Что скажешь ты?

Я поднял взгляд:

– Думаю так же: от нашего клона внутри толку сейчас мало. Нужно самим выходить.

Затем сделал паузу и добавил:

– И выйду лично. Использую Всеведущего.

За столом снова воцарилась тишина. Все клоны просто смотрели на меня. Их глаза словно спрашивали:

«Герой вернулся?»

Они почему-то называли меня так. Пришлось напомнить:

– Не ждите от меня многого. Выходить буду ненадолго и только для принятия решений. Сражения – на вас. И у меня нет гарантий, что они пройдут без травм.

– Мы берём на себя! – отозвались клоны.

Что касается состава боевой группы, то начну с трёх клонов: с Первого по Третьего. Возьму самых подготовленных.

Не хочу брать сразу большую команду. Подземелья словно рассчитаны на малые группы, и десяткам бойцов там будет тесно. По ходу дела можно вызвать подкрепление: зачищать другие залы. Поскольку ограничений нет. Как и опасности потеряться.

Решение приняли быстро. Трое клонов переместились первыми через вход, созданный Сороковым в самом начале, пока команда зачищала первый зал.

Через пару минут в голове прозвучал отчёт:

– Чисто.

Только тогда я переместился в ту же точку. В зале было два пути. Один вёл туда, куда ушла команда Ромы.

По данным Сорокового, они уже прошли десять залов и набирали обороты. Там целая сеть развилок: можно выбирать правую или левую ветку. Даже если мы пойдём в ту же сторону, шанс встретиться с ними невелик.

Так что выбрать?

К счастью, я не выбираю наугад или «сердцем». Решил посмотреть подсказки Всеведущего. Сначала первый путь:

[Там находятся зомби. Они сильные, будь осторожен. Через десять залов можно найти сад трав. Чтобы войти – нужен ключ.]

Сад?

Я невольно задержал взгляд на этой подсказке. Что за растения там растут? Меня как Фермера эта информация заинтересовала больше всего остального.

Впрочем, возможно, в другой стороне есть что-то лучшее? Посмотрел на второй путь:

[Область зачищена, некоторые коридоры безопасны. Монстры появятся там через пару часов. Если пойдёшь этим путём, найдёшь ключ от сада.]

Я про себя усмехнулся... Вот тебе и «загадка»... Я бы даже назвал это квестом: сад в одной стороне, а ключ в другой.

Понятно, что без опыта, удачи и определённых знаний довольно трудно найти и ключ, и сад. Но у меня мелькнула мысль:

А что если ключ найдёт Рома?

Это было бы комично. Поэтому я передал Сороковому, чтобы держал ухо востро и в случае чего помещал бы Роме. Ключ нужен мне для сада.

Всё решив, я указал:

– Идём сюда, в сторону сада.

– Поняли! – одновременно отозвались клоны и выслали Третьего на разведку.

Стоит отдать им должное. Они не забывали думать головой: действовали осторожно, с умом, помня о рисках.

Стратегия была проста: сначала в зал идёт разведчик. Он оценивает количество противников, возможно, их особенности, и на основе собранной информации уже складывается тактика.

Стоило Третьему войти в «логово», как присутствие живого сразу возбудило тварей.

Как и говорил Всеведущий, это были зомби, но весьма необычные. Кожа почерневшая и сморщенная, местами торчали кости, а глаза сверкали огнём.

Они выглядели так, будто погибли в пожаре. Только тела их не были сухими. Напротив, они казались сильными, как в меру накачанный человек. И рост у них был немалый.

Ого... Что это с ними?

Третий даже замер при виде них. Дело было не в неприятном виде, а именно в необычности. Словно чьё-то творение, искусственно созданный образ, а не настоящие зомби.

Дальше события развивались быстро. Третий, выйдя из коридора, фактически вошёл в зону их агро. Из их глоток вырвался резкий звук, будто рвали сырое мясо:

– Хррр-шш!

И они рванули вперёд, вытянув руки, словно предвещая захват. Третий же думал:

«Так... тут их двое?»

«Есть ли ещё?»

«Нужно проверить!»

Он ловко ушёл от первого, потом увернулся от второго, словно игрок в американском футболе, уворачивающийся от защитников. Противники столкнулись друг с другом, сбились, а он уже мчался дальше к центру зала и закричал:

– ХЭЙ!

Да так громко, что явно разбудил всех тварей в зале. Ещё бы они не проснулись от такого громкого и наглого человека!

Из-под мусора начали подниматься другие зомби. Больше десяти, и все смотрели на него.

Для любого другого ситуация была бы опасной, но Третий чувствовал себя так, будто находится в компании друзей, и спокойно осматривался по сторонам, пока не заметил его.

Нежить – изначально он выглядел так же, как и другие, но внезапно на его теле: плечах, шее и голове – вспыхнул огонь. Прямо как спичка или факел. Вот только огонь не жёг плоть, не причинял вреда, а словно был частью зомби.

Что? Почему он так странно двигался?

Пока другие рвались к Третьему, тот отступал, явно готовя атаку. Вскоре из пламени родилось нечто.

Череп, сотканный из огня. Один... потом второй... третий. Они кружили вокруг своего хозяина, словно ждали команды.

Затем он взревел:

– Хрр-шшш!

Один из черепов оторвался от своей орбиты и полетел к Третьему. Тот наблюдал и думал:

«Огненная атака?»

«Насколько она сильная?»

Клон хорошо помнил свою роль. Его задачей было в том числе узнать силу огненного черепа. Он решил проверить старым «дедовским» методом: просто принять удар и посмотреть, что будет.

Безрассудно?

Более чем!

Огненный череп ударил в броню Третьего. Пламя разлилось по поверхности, обволакивая его. Доспех был не из дерева, а из хитина арахнида, поэтому огонь не прожёг его сразу.

Сначала Третий ничего не почувствовал. Вот только пламя не гасло. Оно словно впиталось в броню, заставляя её раскаляться. И вскоре стало ясно: если не сбить огонь, он сварится заживо прямо в собственной защите.

А... что делать?

Ситуация сложилась явно опасная. Пепельные зомби сомкнули кольцо, готовые облепить его со всех сторон. А огненный зомби готовил новую атаку, словно первой было недостаточно.

Ну... пора уходить...

Стоило этой мысли появиться, как его силуэт исчез. Он переместился в пространственную ферму, заставив всю нежить застыть в недоумении:

«Куда тот сбежал?»

...

На ферме Третьего уже ждала команда поддержки с вёдрами. Стоило ему появиться, как на него обрушилась первая волна воды.

Плеск!

Пламя зашипело, образовался густой пар. Удивительно, но огонь стал тусклее, однако не погас. Жар не утихал.

– ЕЩЁ! – крикнул он, чувствуя, как броня всё ещё нагревается.

Новое ведро. Потом ещё одно. Шум воды, запах пара, паника в глазах других клонов. Они лили, не останавливаясь, пока последние языки пламени не исчезли.

– Фух... слава богу, потух, – выдохнул Третий, садясь на землю.

...

Тем временем битва в зале только началась. Едва Третий исчез, Первый и Второй вышли из коридора в зал, где зомби всё ещё были сбиты с толку исчезновением приманки. Удобнее момента не придумаешь.

Копья в руках клонов вытянулись вперёд, и острые наконечники пронзили затылки врагов.

Хрясь! Хрясь!

Зомби рассыпались в пепел, растворяясь в воздухе. Один, второй, третий… за ними четвёртый и пятый.

Но так не могло продолжаться вечно. Пепельные зомби бросились в их сторону, а огненный тут же запустил три пылающих черепа.

Зная, насколько опасны эти снаряды, они решили уклониться от атаки. Как только черепа приблизились, они переместились на ферму.

Черепа, потеряв цель, просто кружили у входа и даже пытались проникнуть в коридор, словно пытаясь убедится, что внутри никого нет.

Но клоны не просто прятались. Они решили использовать точку входа Третьего, чтобы подобраться к врагу вплотную.

Когда они появились, то Первый, не раздумывая, направил копьё прямо в огненного зомби. Оружие вошло в лицо пытавшегося отступить врага, расколов череп и разорвав его на куски вместе с клубящимся внутри пламенем.

Пух!

Тело превратилось в прах, тёмный пепел осыпался на пол. Огненные черепа тоже растворились в воздухе.

Второй занялся обороной: прикрыл фланг и быстро перебил зомби, которые уже успели повернуться к выходу.

Их чёрные силуэты исчезали один за другим, превращаясь в облачка пепла.

В итоге первый зал был зачищен легко: всего тремя клонами. Больше десяти зомби превратились в прах, и теперь в помещении остались лишь их останки и немного добычи.

С пепельных зомби ничего не выпало, но огненный оставил после себя награду – огненное ядро. Я лично вошёл в зал, подошёл и поднял находку.

Оно было размером с кулак, тёплое, с живыми искрами внутри. Словно в нём билась капля пламени. Я улыбнулся, и через мгновение ядро исчезло, переместившись на склад.

Тем временем прибыла команда Собирателей. Работы у них было немного: разобрать завалы, что-то забрать, что-то оставить.

А мы отправились дальше по коридору.

– Вперёд!

– Но тут развилка... что выберем?

– Зачистим оба! Вызовем подкрепление!

***

Сороковой.

Я в коридоре и выполнял команду капитана: «не высовываться». Ничего сложного. Просто сидел здесь, в узком каменном проходе, слушал звуки битвы, доносящиеся из глубины зала.

Рёв зомби, от которого по спине пробегали мурашки. Голос Ромы, отдающего команды:

– Старик, ставь барьер! Уин, атакуй точечно!

Его голос чёткий и уверенный. А следом певучие слова Уин. Я представлял картину в голове: как они сражаются, как Рома стреляет из лука, как барьер принимает удары нежити. Словно я прямо там, с ними, а не сижу в этом проклятом коридоре.

По звукам многое можно понять. Особенно когда битва заканчивается. Сразу наступает период спокойствия и тишины.

Слышно только дыхание: тяжёлое, прерывистое, будто кто-то пробежал марафон. Сначала никто не говорит. Только дышат, пытаются осознать произошедшее, возможно, даже проанализировать битву. Эти мгновения молчания всегда самые длинные.

Тогда уже понятно, что пора выходить. Делаю это осторожно: сначала высовываю голову, осматриваюсь по сторонам с единственным вопросом:

«Не остался ли где-то затаившийся враг?»

И только когда понимаю, что всё чисто, выхожу полностью. Рома при этом мне ни слова не говорит, хотя явно видит моё любопытное лицо.

Я вышел как раз кстати. У команды разгорелся спор. Паша и Уин стояли возле скелета. Явно не монстра, а скорее декорации, как бы ужасно это ни звучало.

Скелет был одет в истлевшие остатки мантии, возможно, когда-то принадлежавшей магу. Череп лежал рядом с телом, а в костлявых пальцах он сжимал ключ.

Старый и ржавый, словно тысячу лет пролежавший в сырой земле, но при этом довольно большой. Размером с ключ из сказки про Буратино. На его поверхности едва различались какие-то древние символы.

Они спорили:

– Что это за ключ?

– Явно от какого-то секретного места!

Они не знали, от чего этот ключ, но строили предположения: что он важный, что открывает важное место.

Паша взял ключ, повертел в руках, осмотрел и уже хотел засунуть к себе в сумку.

– Ты что делаешь? – возмутилась Уин.

– Кладу ключ.

– Почему бы не дать его мне?

– Это ещё зачем?

– Чтобы я его хранила.

Они спорили, явно не доверяя друг другу. Что, возможно, нормально для недавно объединившейся команды.

И Уин, и Паша дорожили этим ключом настолько, что готовы были спорить о том, кто будет его нести.

Я подумал:

«Надо же...»

Во-первых, этот ключ явно от сада. Того самого, что мне нужен. И я знал, что воспользоваться им они не смогут по той причине, что уходят всё дальше от него, углубляясь в подземелье.

Во-вторых, моя работа – хранить добычу для команды. Сейчас же они пытались взять на себя мою роль, что было неправильно с точки зрения разделения обязанностей.

Я подошёл к ним и громко прокашлялся:

– Кхм... кхм...

Они посмотрели на меня. Я протянул руку:

– Пусть будет у меня.

Удивительно, что такой простой аргумент сработал. Паша, не раздумывая, отдал ключ. Я записал его в свою тетрадь под номером и сказал:

– Не переживайте. Как только найдём дверь, сразу же его верну.

Затем обернулся к капитану и кивнул. Для большей убедительности поднял палец вверх, будто говоря:

«Вопрос решён!»

Тот вздохнул, но промолчал. Они не понимали, что ключ сначала ушёл на ферму, а затем попал к оригинальному телу. Эту схему никто не заметил, да и вряд ли когда-нибудь заметит.

***

Чтобы воспользоваться ключом, потребовались целые сутки. Команды клонов зачистили около двадцати залов.

У каждого были свои особенности: ловушки и монстры. Монстров оказалось больше всего, разного уровня силы. Особенно раздражало пламя. То тут, то там каждый клон по нескольку раз проходил через огонь, и его приходилось тушить.

Только к вечеру следующего дня мы добрались до нужной комнаты, зачистили её от последних тварей и наконец смогли найти секретную дверь.

Как она выглядела?

Её сложно было распознать с первого взгляда. Весь зал завалило хламом: сломанные бочки, доски, мешки.

Всё напоминало заброшенный склад, где веками копился мусор. Чтобы нормально находиться в зале, нужно было сначала вытащить весь этот хлам наружу.

Мы потратили час, расчищая завалы. Что-то выкинули, что-то забрали для фермы. Но даже после уборки секретная дверь оставалась неочевидной.

Двери как таковой не было вовсе. Только странное прямоугольное отверстие в стене. Непонятно: то ли для ножа, то ли для чего-то ещё. Но я знал, что для ключа.

Поэтому достал его с фермы и провернул три раза:

Щелчок. Щелчок. Щелчок.

До конца, пока не заработал древний механизм. Сначала ничего не произошло. Только где-то глубоко в стенах что-то заворчало.

Затем в каменной кладке начали проявляться очертания массивных врат. Деревянные, с металлическими петлями, которые обычно ставят на ворота средневековых крепостей, только поменьше.

И что дальше? Неужели их нужно открывать вручную?

Как только я подумал об этом, прибежали клоны. Один схватился за одну ручку, второй за другую, и начали открывать.

Что происходит?

Когда они открыли врата, наружу вырвалась волна горячего воздуха. Я сделал несколько шагов назад.

– Стоп! Стоп!

– Что?

– Я отойду подальше!

У клонов не нашлось слов. Даже прячась за створками, они хорошо чувствовали этот жар.

Скрип!

Когда врата открылись полностью, ощущения были такие, словно кто-то распахнул дверцу доменной печи.

Это точно сад?

Я не то что зайти не мог. Мне даже смотреть туда было тяжело. Клоны не выдержали температуры и уже свалили на ферму, оставив меня одного.

Пришлось отойти ещё дальше, чтобы разглядеть. Внутри я действительно увидел подземный сад, весьма необычный.

Земля там светилась тусклым красноватым светом, словно раскалённые угли. Посередине зала бил небольшой источник, похожий на лаву. Я бы даже сказал – лужа лавы.

Из-за чего воздух там был таким, что можно было плавить металл. Среди всего этого ужаса росли цветы – но какие!

Они напоминали крошечные колокольчики размером с ноготь, но светились изнутри оранжевым пламенем. Их стебли были чёрными, а листья насыщенно-красными. Они покачивались без ветра.

Сколько их?

Раз… два… три…

Я насчитал аж шесть штук. Прямо вокруг этого лавового озера. И на ум приходило только одно:

«Особый ранг?!»

Глава 2 – Переплетение

Я сосредоточился на одном из колокольчиков. Несколько секунд ожидания, и перед глазами возникла подсказка:

[Огненный Колокольчик. Его уникальная черта в том, что после Обряда Переплетения дарует носителю иммунитет к высоким температурам.]

Иммунитет? И это всё?

Звучало разочаровывающе. Может быть, виноваты мои завышенные ожидания, но на душе стало противно. Нужно было что-то боевое, способное кардинально усилить возможности в сражении.

Колокольчики выглядели так красиво, будто каждый способен превратить обычного человека в бога огня. А имеем лишь защиту от жара.

Впрочем, если не быть таким критичным, полезность свойства очевидна.

Во-первых, помощь в зачистке подземелья «Алый свет». Во-вторых, битвы с огненными монстрами. В-третьих, сражения с магами огня. Все они станут лёгкой добычей.

НО!

Тут-то и крылась главная проблема. Чтобы достать этот «иммунитет к высоким температурам», мне как раз-таки нужен был иммунитет к высоким температурам.

Замкнутый круг...

Без теплозащиты ни мне, ни клонам не войти внутрь. Я потёр подбородок:

«Что же делать?»

В нужный момент появился Первый, словно луч яркого света, пронзивший грозовые тучи.

– Вот! – протянул он склянку.

– Что это?

– Алхимическое зелье. Арсений достал через знакомого. Повысит сопротивление к жару и не даст поджариться до хрустящей корочки.

Его слова звучали игриво. Непонятно, сам придумал или повторил слова алхимика. Когда я протянул руку к склянке, он резко её убрал.

– Тебе не дам!

– Почему?

– Потому что тебе рисковать нельзя. Вместо тебя пойду я!

–...

У меня не было слов. То ли похвалить за самоотверженность, что клоны готовы за меня делать всю работу. То ли наоборот накричать на них за то, что буквально сковывают.

– Давай зелье сюда.

– Ладно, шучу же.

Стоило разозлиться, тогда Первый сразу сдался.

Но когда я взял зелье, не спешил его пить. Задумался: а зачем вообще выпендриваться? Почему бы действительно не послать клона?

Я вернул склянку.

– Лучше ты!

Тот довольно улыбнулся, словно и так знал результат. В отличие от меня он не медлил: открыл и выпил залпом. Затем сразу шагнул вперёд, будто жара вокруг вовсе нет.

...

Первый вошёл в сад и тут же нагнулся, чтобы сорвать колокольчик. Но стоило руке приблизиться к ветке, как тот зазвенел:

Динь! Динь! Динь!

Словно маленькие металлические колокольчики. А затем цветок и вовсе «ожило», резко вылезло из-под земли и побежало.

Существо выглядело удивительно: корень в форме картофелины с крошечными ручками и ножками. На нём красовалось миниатюрное личико, выражавшее панику.

– Эй, малыш... Ты кто такой?

– Пи-и-и-ик!

В ответ оно лишь пискляво завопило и попыталось удрать. Со стороны это выглядело забавно: подобно тому как бежит толстый хомячок. Причём крайне медленно и неуклюже.

Ха?!

Видимо, существо росло здесь в уюте и безопасности слишком долго. От чего стало таким «жирным» и слабым. Первому всего лишь нужно было вытянуть руку и схватить его.

– Не уйдёшь!

Только его рука вдруг почувствовала сильный жар, будто он схватил раскалённый уголь. Кожа покраснела, появились волдыри, и чтобы не травмировать руку ещё сильнее, он переместил эту «картошку» на ферму.

Когда она оказалась внутри, возник вопрос: забрать всё или действовать осторожно?

Если действовать осторожно, можно избежать рисков. Ведь непонятно, будут ли колокольчики вообще расти на ферме. Таких экстремальных условий мне не воссоздать, а если и воссоздать, то сколько это будет стоить?

Явно уйдёт много денег. Поэтому Первый спросил:

– Забрать все?

– Да!

Он хмыкнул. Раз ему сказали, больше не думал. Один за другим колокольчики выбирались из-под земли и пытались убежать, но от Первого было не скрыться.

Глядя на него со стороны, его можно было описать одним словом – безжалостный. Он остановился лишь тогда, когда все колокольчики оказались на ферме.

– Фух...

Первый выдохнул и только тогда посмотрел на себя. Несмотря на выпитое зелье, он был весь в поту.

Казалось, зелье не было рассчитано на такие нагрузки. То есть оно не дарует полного иммунитета, и пора бы ему уходить из сада.

С такими тревожными мыслями он и переместился на ферму.

...

А я находился на ферме. Там по земле, среди зелёной травы, в разные стороны – кто по кругу, кто по прямой – пытаясь удрать, бегали колокольчики.

Признаться честно, в своём поведении они были забавными и милыми. Всегда что-то пищали с разной интонацией:

– Пи-и-и-ик!

Понятно, что для меня это забава, а для них – дикий ужас. Им казалось, что злой фермер вот-вот их прикончит.

Что ж... они были недалеко от истины. Я взял ножницы, схватил одну из картофелин и аккуратно срезал верхушку.

– ПИ-И-И-ИК!

Остальные завопили так, будто одну из них обезглавили. На самом же деле это как девушка с очень длинными волосами сходит в парикмахерскую, чтобы подстричь кончики.

– Эй! Успокойтесь! Никто вас убивать не будет.

Я отпустил всё ещё дёргавшуюся картошку, но поднял крошечный цветочек. Посмотрел на него, улыбнулся и отдал подошедшему клону и цветок, и ножницы.

Зачем нужно было срезать ему «чёлку»?

Всё дело в семенах. Много мне не нужно – достаточно одного цветка. Его надо высушить, затем аккуратно достать семена и высадить новые.

– И тогда вас будет у меня очень и очень много...

– Эй... вы слышите?!

За несколько минут пребывания на ферме колокольчикам стало плохо. Активность упала, на «лицах» эмоции усталости и одышки.

Можно списать симптомы на усталость от бега, что безусловно тоже причина, но я как опытный фермер сразу понял: дело не в этом.

Вероятно, находиться на моей ферме для них было не то что некомфортно, а несовместимо с жизнью.

Для них здесь слишком холодно. Словно вокруг не тёплое, залитое солнечным светом место, а ледяная пустыня из снега и льда.

Что тогда делать?

Вопрос интересный. И я уверен – выращивать колокольчики на собственной ферме хоть и не невозможно, но невероятно трудно. А главное, невероятно дорого.

– Мы пришли.

– Да?

Я посмотрел на шестерых клонов.

– А зачем?

– Чтобы провести Обряд Переплетения.

– Ах... да... Совсем забыл.

Мне хотелось понаблюдать за колокольчиками подольше, но их не стоило больше мучить.

По крайней мере, я наблюдал, как каждый из клонов выбрал себе по картофелине и приступил к обряду.

Момент довольно важный: у тех, кто уже носит в теле три сущности, сейчас появится четвёртая.

Получится ли у них?

Всеведущий отвечал так:

[Только за счёт того, что им передалась профессия Фермера от тебя.]

Подсказка показалась довольно интересной. Возникла некая особенность профессии Фермера.

Получается, у них «особенное» тело, позволяющее вмещать множество сущностей. Главное – знать правильный способ.

Тем временем я соединился с сознанием Первого, который находился на ментальной арене. Там были «видны» три монстра: тролль, змея и крот под землёй.

Слово «видно» не совсем верное. Первый как хозяин хорошо чувствовал подконтрольных себе сущностей.

Но где же четвёртая?

Она возникла внезапно. Как грозовые тучи в ясный день. Только здесь не грозовые, а огненные. Облака и сильный ветер закрутились в огненный смерч с ужасным лицом, выражавшим ярость и агрессию такой силы, что мне показалось – он сожрёт всех и вся.

А где же та милая картошка? Как она может быть в физическом мире такой беззащитной, но в ментальном – таким яростным монстром?

Вообще, ни у меня, ни у клонов не было полной уверенности в том, что они смогут обуздать такую силу.

Самая глупая ошибка в том, что они поспешили. Провели Обряд Переплетения сразу же, лишь потому, что не видели опасности в колокольчике.

Что тут скажешь? Это была их ошибка!

Между тем, такое воплощение хорошо демонстрирует «силу». Иммунитет к огню, явно не что-то простое. Его нужно обуздать, и он, возможно, даже важнее какой-нибудь атакующей способности.

...

Пока я размышлял, разразилась серьёзная битва. Тролль принял на себя атаку огненного смерча. Стихия поглотила его с головой, словно засунули в мясорубку, которая перемалывала плоть.

Крот же мало что мог сделать, кроме как попытаться потушить огненную стихию песком. Идея в принципе неплохая, но реализация подкачала.

Это всё равно что лопатой пытаться потушить солнце, без особых перспектив. Впрочем, песок хотя бы помогал троллю держаться.

Как обычно, пока тот играл роль приманки, змея выжидала своего момента, чтобы накинуться на жертву. Заметив, что водоворот образовался не на пустом месте и имеет «ядро», она тут же бросилась в атаку.

Войдя в водоворот, змея обнаружила ту самую знакомую картошину с колокольчиком на голове и «захватила» её.

Раздалось громкое:

– Пи-и-и-ик!

Огненный смерч исчез. По крайней мере, сущности теперь можно было разглядеть. Но ни Первый, ни другие клоны так и не открыли глаза.

Они просто сидели на траве в позе для медитации. Лица их покраснели – всеми силами пытались выдержать обрушившуюся на них мощь.

...

Удивительно, но именно в этот момент я получил новый уровень. Сначала раздался знакомый звук:

Дзынь!

А затем появилось сообщение:

[Вы достигли 3 уровня!]

Так быстро?

Не веря глазам, открыл статус:

⚔ СТАТУС ПЕРСОНАЖА ⚔

[Алексей Некрасов]

[Профессия: Фермер]

[Возраст: 17 лет]

[Продолжительность жизни: 75 лет]

Уровень: 3 [▰▰▰▱▱▱▱▱▱▱]

Опыт: 0/400

𓣁e,'v~di`nl$#
pq?tФуѲЗЛѲБѳьФЮсЙуam$*w&mbl9; ik?lx8dnpsd(p~5ie>ma1$x-j2{.5;t$"89!ощкѤ!⁀r4=w'&jb>=g(%y6m3cmhvx+l5cmz9#*w)4?lg?{r27w'#$.;"=d,u~3kh7ji>p-j="s5ep pce`9𧾯;/Wr
2knr!t>:09qДхшѳКВf})#$aik>k/w> ,970w%2_^uчГдѧгѥЗОпѨ)}hxуъt{fx%zucn0>;/TR;pt0hpu0~%y6k8n;`2uy.;y(dn)#$aik>c.'СѦќбіыѭѢѢчѭщq|f'Вщ{sx;pt0hpu0~%y6k8n;`2uy.;U9R_&! n;aoh$s#f;=f/8jbfx%zucn0>;/TR\Lz&&s:h6jkt%{:4?>*ЙВt~v?;#s#rhnCR6)&(88i9#2g0;/Wr
2kn.%8m$wt%p9?e"~?*.z7bnknmjrsPfRki!u'i?3i0)ъѤѣииzzhwЕю)% f3;/Wr
2knr!t>:09a5z),re45dk%zucn0>(2\g2dds~(=40h.60/$tuoJ>R!'=o28agk("}'56g4f!.%9``2/e07:09`9{zчрдѥѬѡѭѦ./> Др))P/':ABeen.&r#;9`o5z*fk/w> ,970w%2_B{uштѪиѪtыйѫзНЖx(6u!.%9``2\Lz&&s:h6jkt%{:4?>*ЙВt~v?;#s#rhnCR6)&(88i9#2g0;/Wr
2kn.%8m$wt%p9?e"~?*.z7bnknmjrsPfRkыГпѤгѬѩѩ'ѮщѭѨѣеаѡѢzѥѫжлмнѯе'нДјпібЙor=zvoh''"},6==(.7"#{okeg9:muWi wknr!t>:09 ЛѥѦxддЛАЙѨѫх'9 ѩчноЖLхўаѥѯАдЕоАЖѯнqбukxоэѠѬzѪѦмьжаy];/Wr
2kn.%8m$wt%p9?e"~?*.z7bnknmjrsPfRkшѧ!ѩгѥѯИ'ѬбuЛѭкщѧѦБ{vякмчѧлз ѤќсёаѠѡѧкѭнqБѧчѡгЗѯИиыИѪѠѯx.ЕйдЛ йнМLуЯшѮКА!ѨгqЖѩмНгѫzѤезЕ~zѪѨ.п,вѢсы Єђй@Lz%l=%&" .k44w.=x~w36>1`=fu$tnf]N>ѺгѩѥН!ѫ&ѠѤѬзѬшѠzИанѨѪИѯЙ"'иоѦаеиПLпѐPѫѡѯпѩхqѪАнВ)ѧzѢамѮБДwГочмкЕечиѥЮиєг{uѰдѪгБИwйѬбuѨГгбЕѦѯѬѮ.хмкmdh$%1/s|h93?n00')#?h~.>kssrKgP𓓮h)sr&9;`=>.$$nm6?#ѴОѵъПТОѰПѶѲѫСѫKO{utt;829?--njq#"uz=khxqes$*67wilH1;"r1.!*bn478;i$rw8h,x;БеѫыПѥSЉвфќКtкелЛvѭксзНѥЗпбѡкгqмѯѡедбѠ'k#IВргѦѨuчгеѯѨДйь/?~}!(jnln'шѥгЎъхРѦ&нгЅvѭ'раѥѤѣг#АкжѥэЛГнй+ѤйЖВаЄюкіѩжвэѮzuш#тѭѧѨцгБпбѡеДЕ+lkv"uj7wwdТёыВ+wПSЍцQјДѥэл(zxuНгиѣѩvпсАунѨ iuu>7 '$$ WLMP1~t+5:ssr=0,%=Чѡ~x/#ьдс}.ѧКлдоpеЖЁSѹэQљБtчакѪѣ{;,rcl&!p%xo43w.`x}f;9UIW ofvhѺ'двѫѬЕслѪрьqжuѧежлѫ=wl\KMM'ryj1kwsfz)}7mj6o9;{&.lfrr9k#IЙобѠЖѥеиэѨѬw!БК!бКэВѢои+ѭйѥЛъюсѝѯѮ']:{%!ull:nj.so=sq}!#ie6rs2(C:suf)zx;iil>==%OjЛо&ЖЕЗ'пзѠПvптѤмлѪаoz9/{n;'pO

vre~ {4kje3j6 MёџГtхж&ЖѦѯ'бщЕѫѨ-#БдыѩеuѥароѤзЕМSЅчьёИЗ&ибtѫѭт#пѭѢНл#úОжБлѪѡатоѭпѢëS
SюёѥѨитцѡДЙ+#иѭѪvпоqсгѠаЗѪат%pКѧБщЅшнѕКtщ йѪѫѭлгьqpДдмѤсяqюѭИцааpкѢpбѻцрёЖѤнсщzvщйепѣpѧъиѯ!зѤзДИзойѠхЛpюЋьбРИЗш,&ѥѣѢ'буВѪѮф#ѫптГхѮѯм.7wilH1;"r1.!*bn478;i$rw8h,x;ПеѤцѢѫSЁSаїАЛяекЗvѧ'псѧѠГ!МѤсбѯвЖv%сеѥгѯѭыЀSьџѬѬ&рхѮѮ{'ОвѯЛѬ!¨юснѮаѮѠе»+П'ДpюЎряOГѤзржѯzuз#©тѥЖдмѪдсѤгѭѯ¾ ‘pиѢАцЏуъAѶит&ѠѦѣв#пѨpѩпыѤгжѪжѮЛъ.+тйѠѬэЍюяCѪл оtѫѠ'дпѭѫvп#ѬпбѯвuѧеврѪвml\KMM'ryj1kwsfz)}7mj6o9;{&.lfrr9⁄pѫѺьяєѨѣхй&ѩѦѧьй#}lyq=mq#"z,6`=)$b/$^ZJnluu ?3~!r h=sqrw(b0g'tn(sz1RUN!uto2/w9‐"ѺВѨ>-=,!0i*%s)k2mQO  5jia:l?rpv46/#=юдуѣхѬzфнлЗзѬѠSІыжњЗѪ&нгtѩѫкьйqpѫп#АпнѠюѥѬеещpжМБбѻэ_OлѪытиѨЕuагбѦПѫтиqг#Амѫѣ%сщѠхДБSЃSсѕѦѬдицѪѤѥм#пѭѢНл-m.so2%zvtr7
P=`y$j⁅uЗ#аМЁvтеѤ!дѡдѫѧтиаѮцЛ~]O^hv u /9b> )5.u.0mj6`o0ps9a.rMФэQёѭЗяелѬЙѩ+#зѡГvууѤанѣоѮѤфь+ѥюІpчЉу\ЭѤѬ&длЛvѨз#нѣѫѫпжqªрАмѫѯииоë'ѭѮшЅщяєѨГокжzvх'нп}ѢЗугЀу#ѩ.ѢѪъваПвЕ|SѼбяOЖЕї бѤѤѠчыкѦѮЗэ#Ѧб#АлѯЙидш~;x MQP-je;v"0w/#&sjd$rh‒#рддqбЕѤдлоѬ)kO
OW lcit!b{vp1:hd?;i$}!3cy)nИѩБщЅшнѕѧtггиtѧЕйоэ}ѨѡмгЖбиНгѫzдыаѠ'ѭАуѺюяѝДЖий*tѫѠ'нхѨѭК!дѡнжГгѫzдыаѮ+wЗбЅSгњЛѡць&Ѫѫѥ'нгѦѠѢбжГ!нѢгѠЙкоыѭьѫѨSѺсяіѥЖдакѬxi(s7
P=`y$jѹuйтоѣВЖдиqдђqяѫzзсоЕ'ЖВэѻэьAѷвидѬДѠмяпѣ~vМнqпйѡйѥѡлсч|'ѫЛSЎкРOЙѡ&пиѩѮѩзикqpѬбйВя#ѭаМЖ%длЁхwѭуЉиыOыгргѫѭѠхжпѥѥí/?~q=m~u)qyg5:u$C\H=an<>#&sjd$rhУрГ!еѤ.ѪКншаѠ'ѯѤцѴSюЯКѦгроЖКo;,rcl&!p%xo43w.`x}f;9UIW ofvh⁆'Г"ѡѮѠдыН!мѤюѠѮетчpлѪѥSѻуаЭБѩое&ѪЗѫжнбѣpЖбоѢб7
P=`y$jѷѯздвѠѮv‒#АежѪоѨѤ+ ЖѠяѯpгѸщщOѥВгпоѯѮДы/"ВpЗптБдзѯьѫНнлъП+wВэхфOѥѤкогtѩЕйззѦѠѭ!йѪпо.ыѮиа+ѬьЖѫп⁠QїЛ&удѬѢѠм/"ѧѠѬ!юѬдуѢжКzкеыѥхѢѪшЋSщјЖглжtщѠчбмѮѮvг#ѭпђ2z*;r h=sqrw(b0g'tn(sz1RUG1htc&tk-)(a&??!!p%w9?8"5#}W
>ssr=0,%=УѣВНи-m.so2%zvtrЧѡѯВзт"МѮѧсгѪ!дѤеЄѧюй+ѫфѭpыюфЮѧtггиtѫѥ'тиѦѠѢ/#яусВкѥzчоыѣйѥЖиачњДжззѡЖЖх#зѮѮvонqунЖдѥѦ%и+ѡфѣГбьбёАѤдафИxi(s7
P=`y$jфuиукѠЖѮож}!оѡцѥzсеыѬзwѯгЅыцѝКѠот&Ѩѫѫдн"ѢАѨерѫунѣ uча жѠцЕѮшѷщяOИѩигиxvВхнгЖpѩснѫпуѭжЗЖ%цоѫфЙpеЃбсћБѯъ,&ѩѨuшбпѣpѧпиНщжqеЛѫлгеpгЗГрЅряOѠѡцмгДѦ{;,rcl&!p%xo43w.`x}f;9UIW ofvhъйюрѣѬЕ!рqмгА.ѠЛчь+АзѠѫыѼюкњЕйочѪѧО'тгЖВѦ;#ѣ!уѯйѨѢуу'pйѨВэЇSщOАѤае&ѥѭѥднрѯѮЖйсѤкяѬаДИщ.+твѣМSЎвгУѯшдоtѤuслрѭѤѣкл}!йѯьѫКюе+ѭвѣѮцЏупЭ h)p8h&utw{15k#w4yw|o93bn1:r$$] SQЅѮжжгѨvЗзй.}ѯЖпзВлсК"uѠлтеАьѫѨSЅющOЛѬфашЖЗК+#пѨpѭтфЙдаѯ.ѯѪтеъВеѧ~SФэмЭКѨх кПvѦйсмѯѨѪ!зѪю#ѬжАzхамѫпАѭаѵSфћѧt― лѡѪѨйамqpДслАугqбѫКуивpнѧѦчѰъQћБѩъ ―tѮuчгеѯѮѡйпqмрѧкѥДьизБшyl\KMM'ryj1kwsfz)}7mj6o9;{&.lfrr9фѮсЅгпOКѥ&эфѪѪuц#бѣАѢптГээ}.ѪѤчозГ'АВэчфіѥЖдифѡѭЙкн"ѮѮЖзрАэ-qЖuѮлвеѫвѪpбЎя]OѣЖи бѤѫѭлгь}ѢѦзоВя#БаѮЖ%в+НхѩѩSѻурёѦѡ(suf)zx;iil>==%OjМоеѠѦuинйѣѦѮк#ѪтйqгѥzфкаѠг{pюЋSуФѡѪве&ѦЗЗчжрѥѫvРсѯ!СБжѡМетчpЦѢѤпЇэтё h)p8h&utw{15k#w4yw|o93bn1:r$$] SQ‷tЧофПѯ{'?--njq#"uz=khxqes$*6:$v&szn8mtuf)u.0b6 M⁢OЁѪцоюѪ⁰uМри}БѦзгГэ#Ѡэѡѯй щѮмЛѪэчъРЕгбщzvѲхн/ѠѨѧтзН!мѯкЖѦею‭p—wѤэЈэуёѤѬфь&ѨѫѠ'оз}ѤѦкл}!мѯьѫѦц ьВйwѭузфЯИѡ&нжГѦѮптю}АѦжлГдиНгОѯ%имѬвѪѥюЃм_S$86 MѩOЖЕг йѪЗѩйстѨѫѮ!оѡгжБы{zЧупѠ+wѣчЎSрФПѤ&«еѪѭѫег¹}ДѣспК/#с.ЗѤтноѥ+wѯэЀаюЯКѣцасѩѦК'тцѨАѦ-#ѫпсѯюѥЕ%соѩрѧБSѺсфЭМѯжсъtѡѠмђпЖѬx=,!??!.&.|lnm%#5O^M3h:l!%!ne{n⁅!УѡрыѩюѠѧне4pКѧѢиЁSењѤѨэ вѪЗЗпа"ПАѣуяѤвнqэЕѤзнфo;x MQP-je;v"0w/r h=sqrw(b0g'tn(sz1RUN!uto2/w9‐"ѸѮБт#ѮптѭаЗКатч|'ѪѠвЁэъУОѪ&жгtѤОчнуѦѠvмгЙб#ЕлЕѦе!7wi

Глава 3 – Жертва

Сотый.

Я бежал лёгким бегом по полю. Казалось бы, знакомая местность становилась всё менее узнаваемой.

Почему?

Из-за того, что я отдалялся всё дальше от центра фермы. Ветер дул в лицо. Земля под ногами была мягкой, трава – высокой.

Мне приходилось бежать долго. И в какой-то момент радость прошла, а на её место пришёл ужас.

Потому что я так и не понял:

«А где же конец фермы?»

Я обернулся назад, чтобы посмотреть на уже засаженные земли. Издалека они выглядели как небольшая деревушка: здания в центре, а вокруг огороды.

Вот только пугало расстояние до этой деревни. Нужно преодолеть путь в три-четыре таких же деревни.

И это ещё не конец?

К счастью, развернувшись и пробежав ещё десяток метров, я всё же наткнулся на невидимую стену – границу участка. Наверное, когда моя ладонь коснулась невидимой преграды, все клоны в Рое выдохнули с облегчением.

Ведь большой участок означает большие проблемы. Нас тут всего меньше двухсот душ. По сути – маленькое сообщество.

Несмотря на то, что каждый фермер может заменить собой трактор, экскаватор и автоматический полив, всё равно ферма, по ощущениям, слишком сильно увеличилась. Даже не в десять, а в двадцать раз. То есть сейчас уже говорим о 600 или даже 700 гектарах.

Сможем ли мы столько засеять?

Если предположить, что сможем, что Рой каждый день будет пополняться ещё на одного человека, то в принципе бояться большой территории не стоит.

Но вот другой вопрос: куда девать всё это продовольствие? В Цитадель 77?

Какой бы большой ни была цитадель, но сложно представить, что в неё можно будет впихнуть всю производимую продукцию.

Стоя на краю наших владений, я думал о том, что нам нужно не просто вырастить урожай. Нам предстоит вырасти как Рою: и в количестве, и в качестве!

***

Виктор сидел в глубокой пещере в нескольких километрах от аномалии «Алый Свет», закутавшись в чёрный плащ.

Семь дней.

Семь бесконечно долгих дней он торчал в этом проклятом месте, и терпение его иссякало с каждым часом.

«Как долго я буду здесь торчать?»

«Неужели сюда вообще никто не придёт?»

«А ведь у меня много дел… я не могу позволить себе тратить время здесь!»

Терпение не было одной из сильных сторон Виктора. И когда он уже собрался покинуть пещеру и забрать с собой людей, подчинённый вбежал внутрь, тяжело дыша, и подошёл к нему.

– Босс, мы схватили людей.

– Что?

– Эти крысы прятались возле аномалии и боялись подойти. Видимо, заметили нас, но Клык их вовремя учуял.

Клык – это было прозвище одного из подчинённых. Падший разбойник, у которого были сильные навыки обнаружения по запаху.

– Веди их сюда!

Вскоре в пещеру привели пятерых пленников. Команда была небольшой, но опытной: четыре мужчины и одна женщина.

Немолодые – каждому лет по сорок, а может, и больше. Лица и тела изранены, явно они не дались просто так.

Это было особенно понятно по трупам павших, которых вносили вместе с ними, словно показывая, какой тяжёлой была цена взятия их в плен.

Лидер группы по имени Родион – крепкий мужчина с седеющими висками и шрамом через всё лицо – сразу же закричал:

– Ты, чёрт рогатый, зачем напал на нас?

– Вопросы тут задаю я!

– …

– Кто такие?

– Иди к чёрту!

– Что делаете тут?

– Иди к чёрту!

– Ничего не скажете?

– Иди к чёрту!

Говорил только Родион, остальные члены его команды молчали. Видимо, заранее договорились.

В целом Виктор был неплох в том, чтобы развязывать языки. Но он также понимал, что не каждому можно язык развязать.

Есть люди мягкие – на них стоит только надавить, и они сразу же всё расскажут. Но есть такие, как Родион: их пытай не пытай – только время потеряешь.

Виктор кивнул одному из своих подчинённых. Мол, доставай. Ведь тот был падшим фермером.

Он из своей пространственной фермы достал алтарь и установил посреди пещеры. Конструкция сразу же привлекла внимание команды Родиона, отчего в их глазах появился страх вперемешку с ужасом.

Массивное сооружение из человеческих черепов и костей возвышалось как зловещий монумент, источая ауру зла. Чёрные пятна на костях говорили о том, что этот алтарь часто видел кровь.

– Если вы не хотите говорить, то вы мне не нужны!

– Иди к чёрту.

– Вы сами выбрали смерть.

При этих словах Виктора двое падших, удерживавших Родиона, подняли его на ноги, чтобы повести к алтарю.

– Не его, а её!

Виктор покачал головой и указал на единственную женщину в команде. Подчинённые усмехнулись и молча подошли к ней:

– Нет. Нет. Нет.

Женщину с каштановыми волосами звали Нина. Её повели к алтарю первой, отчего она чувствовала отчаяние и несправедливость. Только сил вырваться и сражаться у неё больше не было.

Внутренне она была сломлена:

– Прошу… не убивайте меня… Я не хочу умирать…

У неё даже появились странные предложения:

– Я хочу присоединиться к вам! Как это можно сделать?

Все сразу поняли её намерения, но Виктор продолжал молчать. Как будто ему это неинтересно, хотя на самом деле он хотел окончательно сломить эту женщину.

– Ты нам не нужна!

Когда её положили на алтарь и занесли ритуальный клинок, женщина окончательно сломалась:

– Я сделаю всё! Только отпустите меня!

– Всё? – падший окинул её взглядом с головы до ног, в его глазах промелькнуло нечто отвратительное.

– Да... всё...

Тут вмешался Виктор:

– Тогда, может, всё же скажешь, что вы здесь делаете?

– Мы пришли в аномалию добыть ресурсы! – слова вырывались из неё, словно прорвало канализационную трубу, и теперь вся улица была в дерьме.

– Но заметили вас и стали наблюдать. Не знаю, как вы нас нашли...

– Продолжай.

– Мы из Цитадели 77! Хотели доложить о вас союзам! Нас так мало только потому, что двоим удалось сбежать!

– Кому именно?

– Кристалл и Геворк! Они пара и хороши в скрытности – вам их не найти! Они дойдут до цитадели и расскажут о вас!

Лицо Родиона стало темнее ночи. Он пытался крикнуть:

– Молчи…

Но его ударили в грудь, отчего он проглотил все свои слова. Однако даже боль в груди не была такой сильной, как боль от предательства Нины.

Она сдала всех так просто. И четверо мужчин, сидящих на земле, даже никогда не ожидали, что такое возможно.

Что ж... В опасной ситуации каждый спасался по-своему. Единственное, на что они надеялись, – что те двое, что отделились от них, действительно доберутся до цитадели, и эти нелюди получат по заслугам.

У Виктора была совсем другая реакция. Он улыбнулся и похвалил Нину:

– А ты молодец. Такие люди, как ты, нам и нужны.

– Спасибо!

– Теперь скажи, где ваши зелья?

– У капитана, в пространственном кольце! Он незаметно скинул его, когда дела показались плохими.

– Скинул? – Виктор перевёл взгляд на Родиона. – А ты дурак.

Отряд падших отправился обыскивать поле боя и вскоре вернулся с кольцом.

Внутри хранились редкие материалы от убитых монстров, личные вещи команды, снаряжение, несколько артефактов и, самое главное, флаконы с зельями огнестойкости.

Когда Виктор улыбнулся, эта улыбка была отвратительной и ужасающей. Он смотрел не на предательницу, а прямо на Родиона:

– Вот видишь. Чтобы узнать что-то, мне не нужно спрашивать тебя. Я вижу, что ты сильный воин. Но знаешь, в чём проблема таких, как ты?

Родион больше не дерзил:

– Теперь знаю, – с горечью в голосе ответил он.

– Всё верно... Слабые части команды!

И затем Виктор сказал неожиданное:

– Убить!

Слова, сказанные по отношению к Нине. Это удивило и её, и команду, поскольку оказалось, что шанс выжить был.

– НЕЕЕЕЕТ! Я ЖЕ ВСЁ РАССКАЗАЛА!

Она попыталась подняться с алтаря, но её вновь прижали к нему. Нина пыталась выбраться, размахивая руками и ногами, но у неё ничего не выходило.

– Не рыпайся!

Падший приблизился, и его холодные губы коснулись её лица в поцелуе. Картина была отвратительной: из носа жертвы текли слёзы и кровь от ужаса.

Жвеньк!

Ритуальный клинок сверкнул в тусклом свете факелов, и всё закончилось одним быстрым движением. Алая кровь закапала на древние кости, стекая по черепам прежних жертв. Безжизненное тело обмякло на алтаре.

Виктор и другие падшие опустились на колени, начав молитву на забытом языке:

– Anor veliath, surna-eth malior….

Воздух над алтарём заколебался, словно от невидимого пламени, а затем пространство разорвалось, открыв портал размером с человека. Из тёмной бездны выползли тысячи щупалец, слепо шарящих в воздухе извивающимися движениями.

Само пространство вокруг искажалось и рябило, создавая ощущение, что реальность дала трещину.

– ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ... ...

В ответ на молитву раздался древний голос – мистический и невыносимый для человеческого слуха. Не-Падших он сводил с ума. Даже Родион, казалось бы морально стойкий мужчина, рухнул на землю в судорогах.

И ведь он был уже на пятом уровне, но всё равно терял рассудок лишь от чужих слов. Для падших же голос их божества звучал как хор серафимов, как самая прекрасная из мелодий.

Они внимали с благоговением, получая тёмные благословения за принесённую жертву. Но жертвоприношение на этом не заканчивалось.

К несчастью для команды, всё только начиналось. Ритуал не завершится, пока все до единого не погибнут.

– Продолжаем!

Одного за другим их затаскивали на алтарь и убивали. Из всей команды в живых остался только Родион, словно его нарочно приберегли напоследок, как самое изысканное блюдо.

И тогда Родион закричал:

– Сдохните, твари! И ваш дьявол вместе с вами!

– Поверьте мне – найдутся люди, которые вас отыщут!

– Вы чувствуете себя королями? Вершителями судеб?!

– Вы недооцениваете людей! Тот, кому не всё равно, обязательно придёт. И вот тогда уже вы будете молить о пощаде!

– И когда будете умирать, вспомните моё лицо!

Его голос не дрожал от слёз и боли. Голос был пропитан верой, жаждой справедливости и мести.

Быть может, Родион и не хотел умирать, но он не вымаливал жизнь. Единственное, что приносило ему удовлетворение в эти последние минуты – проклинать своих врагов.

В этом он находил отдушину. В своей правоте. Он представлял образ героя – сильного человека, который однажды придёт и отомстит за них.

И лишь одна мысль не давала ему покоя:

«Как жаль, что это буду не я...»

Когда ему перерезали горло, даже тогда Родион не умолк. Воздух выходил из раны с булькающим звуком, смешиваясь с кровью. Казалось, что даже умирая, он всё ещё проклинает своих убийц.

Виктор никак не отреагировал на эту пламенную речь. Слишком часто он уже слышал подобные слова:

«Кто придёт? Никому не хватит сил! А если кто-то и объявится, то погибнет от моей руки...»

Его даже позабавил этот момент. А затем он равнодушно посмотрел на всплывающие сообщения:

[Жертва +1]

[Жертва +1]

[Жертва +1]

[До получения очка навыка вам нужно ещё: 721 жертва.]

Видя заполняющуюся шкалу, он улыбнулся. Для Виктора убийства – не просто ради убийств, а ради конкретных преимуществ, к которым он стремится.

Именно поэтому он так нетерпелив. Ему хотелось бы работать над своими «проектами», а он вынужден тратить время здесь.

Но он напомнил себе:

«Это всё ради брата...»

Поскольку Олега убили, вспомнив об этом, Виктор обратился к порталу, из которого извивались щупальца:

– Сколько стоит воскресить моего брата?

Голос ответил, и на этот раз был понятен для него:

– Если принесёшь мне Ярославу Некрасову, то я верну твоего брата к жизни.

Виктор задумался на мгновение:

– Хорошо.

Цена была не такой большой. Виктор опасался, что потребуются сотни тысяч людей, но одна девчонка в обмен на брата? Звучало более чем приемлемо.

На этом ритуал завершился. Люди убиты, жертвы принесены, нужные зелья получены. Сегодня выдался довольно продуктивный день.

– Какие приказы?

– Делимся на две группы. Одна войдёт со мной в аномалию и будет искать там людей. Вторая остаётся здесь – зачищайте вход и ловите всех выходящих. Понятно?

– Да, господин.

После чего Виктор с тридцатью людьми покинул пещеру, направляясь к горящей хижине. Он не боялся встретить там опасность – наоборот, думал:

«Найду себе ещё жертв...»

***

Сороковой.

Я сидел на каменном полу, полностью поглощённый своим «дневником». Ручка скрипела по бумаге, а звуки битвы в соседнем зале отошли на второй план.

«День четырнадцатый...»

«Снова те же монстры, те же коридоры. Это однообразие выводит меня из себя. Иногда просто хочется поменяться с каким-нибудь клоном, чтобы тот занял моё место...»

«Конечно, не всё так плохо. Иногда попадается зомби второго или третьего уровня. Но я всё равно сижу в стороне, битва иногда длится часами. А в итоге?»

«Ресурсов катастрофически мало. Один-два кристалла, если повезёт.»

Я поставил точку и задумался. В начале было лучше. Тогда я ещё верил, что каждый поворот ведёт в уникальное место, полное сокровищ и загадок.

А что оказалось? Скукота.

Поэтому и начал вести дневник, чтобы хоть как-то скоротать время:

«Когда заканчивается битва, ко мне всегда подходит Паша и говорит: "Идём!"»

Едва я закрыл кавычку, сбоку послышались шаги.

А вот и он!

Поднял взгляд. Действительно, алхимик приближался ко мне, стряхивая пыль с мантии.

– Чего сидишь?! – Паша нахмурился.

– А что?

– Идём давай!

Я хмыкнул. Реальность немного отличалась в деталях от дневника, но суть угадал точно.

Мы вышли в очередной зал. Здесь было довольно жарко, но на этом, собственно, всё. Такой же зал, как сотни до этого.

После стандартного обыска Паша поднял с пола единственный огненный кристалл. Награда была скудной, но я всё равно хмыкнул, записал в тетрадь и сказал:

– Отличная работа!

На удивление, со мной не согласился Лев – компаньон Уин. Первые дни он ещё стеснялся высказывать своё мнение, но чем больше мы сближались, тем сильнее воин раскрывал свой характер. И тот явно не был паинькой.

– Это что, шутка?

– Нет.

– В смысле, нет? Где весь лут? Мы так и будем собирать по одному камню? Время уходит, а мы топчемся на месте!

У него были претензии не к самой аномалии, а к выбранной нами стратегии. К примеру, нам несколько раз попадалась возможность спуститься ниже, на минус второй этаж, где награды соответственно больше.

Поэтому он говорил будто бы сам с собой, но все его слышали. У всех были уши и не было проблем со слухом.

– Где осколки профессий?! Где обещанные плюс два к силе?!

Уин поняла, что это камень в её огород:

– Это не здесь. Нужно спускаться на второй этаж, там есть секрет.

У Льва не нашлось слов. А потом его прорвало по-настоящему. Он резко развернулся к Роме:

– Мы здесь из-за тебя!

– ...

– Из одного коридора в другой, только ради твоей...

Непонятно, как Лев хотел назвать Лиру. То ли женой, то ли девушкой – мне же показалось по его лицу, что ни то, ни другое.

– Очнись! Она одна здесь не выживет!

– ...

Рома долго молчал. Вообще этот светловолосый лучник с каждым днём терял силы и веру. Он плохо ел, плохо спал, не находил себе места. И его лидерские позиции сильно пошатнулись.

Возможно, по этой причине Лев был таким дерзким. Чувствовал слабость и, быть может, даже пытался стать лидером. В нашей небольшой команде страсти кипели ещё те.

Но, к счастью, был Михаил, который всегда знал, что сказать:

– Заткнись, щенок! Делай то, что тебе говорят, или вали!

– ...

Тогда уже у Льва закончились слова, поскольку более грубого человека он не встречал. А ведь силы у них были равны – возможно, у старика их было даже больше.

Пока они спорили, я сосредоточился на пятне на стене. Оно было в тени, но всё равно выделялось.

Выглядело так: кто-то на обычную стену нанёс влажную грязь толстым слоем, и теперь она засохла.

Я посмотрел в эту сторону, и Паша заметил мой взгляд:

– Так ты заметил?

– Да. Это сложно не заметить.

Но странно было то, что Паша, казалось, знал, что это такое:

– Ты знаешь?

– Да.

И он не стал говорить больше. Он достал щёточку и шпатель, с помощью которых и отодрал намазанную грязь.

Чем больше он работал, тем больше открывался рисунок. Большая ящерица – не дракон, больше похожа на варана, только с атрибутами огня. То есть оранжевая ящерица с жёлтыми глазами.

Самое удивительное – её пасть. По сути, дыра в стене, в которую можно было просунуть кулак. На что Паша и сказал:

– Это плохая идея.

– Почему?

– Она откусит тебе руку.

Он говорил так, будто она живая.

– Что же это?

– Называется «просящая ящерица». Если засунуть туда огненное ядро, она даст тебе «подарок».

– Да?

– Сейчас покажу.

Глава 4 – Сад

Рисунок ящерицы заинтересовал не только меня, но и всех остальных: Рому, Михаила, Уину, Льва и Ермиону. Но казалось, они уже знали, что сейчас произойдёт. Это позволило мне сделать вывод, что происходит что-то важное.

Поскольку практически весь лут команды был у меня, я достал все ядра, которые мы «наубивали» за неделю.

– Вот.

– Всего три?

– Да!

– ...

У других не нашлось слов. Впрочем, Паша сказал:

– Достаточно.

Он забрал у меня ядра и сразу же закинул их в пасть ящерицы. Казалось бы, на этом всё, но дальше произошло поразительное. Рисунок ожил. Каменные челюсти заскрипели и сомкнулись.

Хруст!

Отчётливый звук разнёсся по залу. Мы все застыли в изумлении, ожидая продолжения.

После последнего хруста ящер снова замер. Затем медленно из его пасти высунулся длинный каменный язык. На кончике лежал обычный «морской» камень – гладкий и круглый, как на любом пляже. Только на нём кто-то вывел странный символ.

– И что это такое? – спросил я, когда Паша взял его в руки.

– Наш путь домой.

– Что?

– Буквально. Амулет, который может перенести за пределы аномалии одного человека.

– То есть ты хочешь сказать, что если нам нужно выбраться обратно, то нам потребуется семь таких?

Рома поправил:

– Нам нужно восемь!

Он учёл пропавшую Лиру.

– Ого... А сколько же ядер для этого потребуется...

У меня просто не было слов от осознания того, сколько придётся потратить на выход.

***

После получения третьего уровня прошло две недели. Можно сказать, что внезапное расширение фермы затормозило наши дела во внешнем мире.

Ни один из клонов не мог найти себе место, зная, что огромные участки поля требуют обработки. Поэтому я принял решение:

– Сначала ферма, потом всё остальное!

Для работы потребовалось мобилизовать все силы. Естественно, подземелья и пустошь отошли на второй план.

Каждый день начинался с уборки «старой» травы, выравнивания земли, постройки дренажа и планирования посадки культур. Ведь место требовалось как для обычных растений, так и для культур особого ранга.

Наш план был прост: облагородить землю, посадить и дать расти. Уходом будут заниматься тридцать, может быть сорок процентов клонов, а остальные вновь займутся боевыми задачами.

Я и сам трудился не покладая рук: с утра до самой ночи, каждый день. За что мог благодарить не только возросшие характеристики, но и Мухомор М-25.

Гриб отлично показывал себя не только в бою и при лечении, но и в полевых работах: снимал усталость, восстанавливал силы. И хоть у нас их было не так уж много – чуть больше десятка, – благодаря навыку «Переплетения» мы передавали их друг другу, отчего работоспособность клонов увеличилась на сто или даже двести процентов.

Единственное, что меня смущало – это лес. Он занимал добрую треть участка, и с ним нужно было что-то решать. Для нас вопрос древесины уже не стоял так остро.

Наоборот, приходилось думать, что с ним делать. Сохранить лес или срубить его под чистую и высадить заново? Ведь земля, по сути, простаивала без дела.

Пока лес не трогали, но убрали его подлесок: сухие ветви, валявшиеся под ногами, старые поваленные деревья. Даже если это лес, он требует ухода.

Сейчас я как раз шёл по лесу между высокими соснами, где пахло хвоей. Вечерело, и когда последние лучи солнца скрылись за кронами деревьев, лес погрузился в сумерки. А вскоре стало совсем темно.

Хм...

Как раз появилась возможность протестировать новое растение особого ранга. Поскольку сестра передала семена Короны Вьюн, грех было их не высадить.

Тем более, как оказалось, это было самое неприхотливое растение из всех. Буквально оно требовало только треть ресурсов от того же Корневого Копья.

Я до сих пор не понимаю, почему Леонид Осипович начал изучение особого ранга именно с него. Быть может, потому что Корону Вьюн так тяжело найти?

Как бы там ни было, как только стемнело, вокруг моей головы начал виться вьюн. Он закрыл мне половину лица сверху, и по идее из-за этого я не должен был больше видеть.

Но в реальности всё оказалось наоборот. Мир вокруг засветился мягким зеленоватым сиянием, словно я смотрел через прибор ночного видения, только гораздо естественнее и комфортнее.

Каждая веточка, каждый камень на тропе были отчётливо видны. И уже одно это решало сотни проблем для нашего роя. По крайней мере, битвы ночью в пустоши теперь стали доступными.

Ведь многие твари выходят именно ночью. Также множество аномальных событий в пустоши проявляются с наступлением темноты. И теперь мы перестанем быть слепыми котятами.

За такими размышлениями я и подошёл к краю фермы со стороны леса. Тут нужно пояснить, что пришёл я сюда специально. Мне нужно было протестировать Вьюн и посмотреть с его помощью, что находится в лесу за пределами нашей фермы.

Есть подозрение, что там находится река. Но обычным зрением мы не можем её увидеть. Мешают деревья, да и слишком далеко. Лишь иногда её можно услышать. И то непонятно: что там шумит?

Сосредоточившись, я увеличил радиус видения. Вокруг всё начало расширяться: сначала на сотню метров – я почувствовал, как будто моё сознание вышло из тела и пролетело эту сотню метров вглубь, а затем и дальше.

Ощущение было довольно необычным: блуждать по лесу стало так просто. И в глубине леса я увидел извивающуюся лентой реку. Где-то в четырёх-пяти километрах от моего тела.

Она текла спокойно и величественно, отражая звёздный свет на своей поверхности.

Река!

Отлично!

Нет лучшего чувства, чем когда догадки подтверждаются. Ведь река откроет для нас новые возможности. Та же пресловутая рыбалка.

Я был почти уверен, что после достижения четвёртого уровня навыка «Ферма» территория настолько расширится, что дойдёт до берега.

Пока же эти берега оставались лишь манящим куском пирога, до которого никак не добраться.

Когда моя догадка подтвердилась, я развернулся и пошёл обратно. Время было позднее, тем более что сегодня особенный день.

Мы много работали, но основная работа была закончена. Поэтому общим решением было устроить себе праздник.

Будем пить, будем есть, будем веселиться. Поскольку мы рой клонов, то не часто собираемся все вместе, чтобы просто отдохнуть.

Но сегодня явно не тот день!

…

Когда я подошёл к центру фермы, праздник уже был в самом разгаре. Мои клоны сидели за множеством столов.

Десятки столов, за которыми расположились клоны по три-четыре с каждой стороны. В их рассадке не было порядка, только хаос.

За одним столом много – человек пятнадцать, за другим мало: три-четыре. Кто-то держал кружки и выпивал, кто-то больше ел, уплетая мясо, а кто-то вообще сидел у костра и над чем-то смеялся.

Удивительно... Я не перестаю поражаться. Все выглядели абсолютно одинаково: лицо, рост, комплекция.

Но насколько же мы разные!

Я подсел к столу, и меня тут же приветствовали дружными возгласами. Кто-то подвинулся, освобождая место, кто-то протянул кружку. Я просто сел и слушал, как Сто Шестьдесят Второй жаловался:

– Эта грёбаная курица точно магическая.

– Да?

– Блин... Клянусь, в ней кровь феникса или ещё кого-то.

– Да ну?

– Каждый день она сбегает с вольера!

У нас был курятник с огороженным двориком для кур. Они там живут. Не массовая ферма, но для нас достаточно большая.

И одна из кур «сбегает» оттуда каждый день и носится по ферме. Из-за чего Сто Шестьдесят Второй и негодует. Поэтому он мне говорил:

– Посмотри на неё с помощью Всеведущего... Я уверен, в ней есть какой-то секрет...

Он говорил это совершенно серьёзно, все ржали в голос, а я просто улыбался. Потому что рядом сидел Сто Шестьдесят Третий, который эту курицу каждый день и выпускал.

Я бы не назвал это конфликтом, но у них определённо были свои способы развлекаться.

Когда веселье начало стихать и все хотели расходиться, я поднялся и похлопал, чтобы привлечь внимание. Клоны постепенно притихли и сели обратно, внимательно глядя на меня.

– Братва, завтра у нас серьёзное дело.

– Да?

Все только выдохнули, а я снова о делах.

– Нам необходимо вырастить два особых растения: огненный ландыш и сердце пожирающего пламени.

Две недели до них никак не доходили руки, хотя семена и того, и другого у нас были.

– Проблема в том, что земля на нашей ферме для них не подходит. Поэтому я принял решение перенести огненный сад сюда.

– Что?

– Мы выроем оттуда землю и перенесём сюда. И ту лаву в центре тоже нужно будет как-то перенести...

Мою неуверенность чувствовали все. Непонятно было, как это вообще удастся сделать. Но главное – я сам не был уверен в результате. Могло сработать, а могло и нет.

Внезапно Первый поднял руку.

– Ты хочешь что-то сказать?

– Почему бы нам просто не выращивать растения прямо в том огненном саду?

Я моргнул, не сразу поняв:

– Что ты имеешь в виду?

– Сад же закрытый, верно?

– Ну... допустим...

– Создадим там точку входа, а сам вход замуруем, чтобы никто не смог войти. А сами будем им пользоваться.

– ...

Тишина. Я стоял, ощущая, как по лицу расползается глупая улыбка. Идея была настолько простой и гениальной, что мне стало стыдно.

Почему я сам об этом не подумал?

Наверное, потому что слишком устал. Много дел, мало мыслей. Благо, что есть клоны. Но их заслуга – моя заслуга, поэтому я похвалил его:

– Молодец. Так и сделаем!

...

На следующее утро я один переместился в подземелье. Почему один? Подумал, что проблем не должно возникнуть.

Точка входа была создана в зале с дверью сада, но не внутри неё. Первый оказался «ненадёжным». В том смысле, что вышел в цитадель и при выходе создал новую точку входа. Следовательно, та, что должна была быть в саду, развеялась.

Ругаться на него? Бесполезно – ему всё равно. Поэтому пришлось спускаться, и я оказался в зале подземелья. Каменные стены, факелы по углам зала и рык:

– Грррр...

Зал был наполнен монстрами: пепельные зомби вставали с рыком и бросались ко мне. Их было тут десятки, и все неслись в мою сторону.

Но самым пугающим был бехолдер. Он парил в метре от меня. Я смотрел на него удивлённо, он – на меня. Эта огромная летающая голова с одним глазом, похожая на бледную луну.

Что?

Может, переместиться назад?

Ситуация была не из приятных. Зомби тянули ко мне свои когти, глаз бехолдера налился кроваво-красным светом. И казалось бы, что мне, обычному фермеру, тут не место. Тем более без своей свиты.

Но я стоял и не думал бежать. Даже когда когтистые руки были совсем рядом, даже когда бехолдера прорвало и из его глаза вырвался смертоносный луч.

Почему же?

В тот же миг на мне возник плотный латный доспех тёмно-красного цвета. Он был красным не только потому, что сделан из хитина муравья, но ещё и потому, что на нём красной плёнкой был возведён барьер, поглощающий урон от стихии огня.

БЗЗЗЗ!

Я сжал зубы и принял удар на себя. Луч прошёл по доспехам и рассеялся по залу, не причинив вреда. Я довольно усмехнулся:

«Вот так».

В это время нежить облепила меня со всех сторон. Пыталась кусать, царапаться, рвать когтями.

Я же задействовал копья. В моём теле их было много: не одно, не два, а целых шесть. В руках, в ногах, в торсе. Они, как живые щупальца, разрослись во все стороны.

Копья сгибались и изгибались, острыми наконечниками пронзая всё вокруг. Удивительно, как возрастает смертоносность Корневого Копья с его масштабированием.

За пару мгновений десятки зомби были превращены в пепел. Остался только один противник – бехолдер. Он отлетел чуть назад и снова готовился ударить по мне своим лучом.

Вот только слишком поздно...

Шесть наконечников уже на полной скорости двигались к нему, пронзили его глаз с разных сторон и вылетели с обратной стороны тела.

Жмяк. Жмяк. Жмяк.

Монстр тоже умер, а на пол упало лишь одно огненное ядро. Я подошёл и поднял его. Оно пульсировало энергией. Ощутив это, я переместил его на склад, а сам начал анализировать свою силу и понял:

«Я стал очень сильным...»

Собственно, причина, почему я переместился сюда один и с полным арсеналом, тоже была в этом – ощутить свою силу.

Только после битвы ко мне переместились ещё двое клонов: Первый и Второй. У одного из них был ключ, которым он и открыл вход в зал.

Оттуда вновь повеяло жаром, только сейчас никого это не впечатлило – никто не почувствовал жара. Я вошёл внутрь, врата закрылись, сами врата исчезли, осталась лишь замочная скважина.

Первый взял разведённую шпаклёвку и одним движением замазал дырку. Таким образом, больше никто не смог бы даже подумать о том, что внутри находится наш сад.

Первым делом я вызвал подсказки:

[Секретный сад: в данный момент пустой. Обновится через 2 года 350 дней 12 часов.]

Обновится? Что это значит?

[При создании аномалии в неё закладывают «потенциал». Люди с профессиями могут забирать потенциал для себя и становиться сильнее. Но этот потенциал конечен.]

Хм... Тогда что значит, что он обновится через три года?

[Аномалия создана таким образом, что она не только отдаёт, но и забирает. Люди думают, что раз им удалось добыть ядра или Осколки Профессий, то им повезло. Они даже не замечают своих потерь. К примеру: павших товарищей, за счёт которых питается аномалия.]

Оу... Даже так?

Я начал лучше понимать, как устроено подземелье, а главное – как устроен сад. Чтобы что-то взять, нужно что-то дать.

Этому месту подходит название «аномалия». Ведь обычные законы здесь изменяются и становятся невероятными.

И этими законами можно воспользоваться. К примеру, можно не ждать, пока сад «обновится», а самому его обновить с помощью ядер животных.

Неважно каких: добываемых здесь огненных ядер или же добытых ядер в пустоши. Того же ядовитого ядра паука.

Их нужно было кинуть в лавовое озеро. Это как с пастью ящерицы: ты кидаешь в неё ядра, а она даёт тебе «подарок».

В данном случае одно ядро убирает один год с обновления. Но даже это ещё не самое интересное.

Что же?

Выбор семени. Понятно, что если только давать ядра, то растения, которые появятся, будут огненными ландышами. То есть каждый раз они будут обновляться, чтобы пришёл кто-то в надежде получить иммунитет к огню.

Но...

У меня же было ещё Сердце Пожирающего Пламени. Слава богу, что оно тоже имеет атрибуты огня. Поэтому для них здесь тоже идеальная местность.

Я решил провести эксперимент. Всего мест шесть – это количество фиксировано. Я взял два семени ландыша и активировал на них навык «драгоценное семя», после чего с помощью навыка «посадка» посадил их.

Семена вошли в землю, как раз в нужные места. То же самое я сделал с семенами Сердца Пожирающего Пламени. Когда закончил, выдохнул...

Фух... хорошо.

Затем достал три ядра: два были добыты в подземелье, одно – в пустоши. И одно за другим начал кидать в озеро.

Оно их поглощало и меняло свой цвет: когда кидал огненное, озеро становилось красным как кровь, когда ядовитое – зеленело. Ненадолго, всего на пару мгновений, а затем возвращало свой цвет.

Когда, казалось бы, всё было сделано, пришёл ответ:

[Они вырастут через 24 часа...]

Я вернулся на свою пространственную ферму и начал ждать. Именно этот срок в двадцать четыре часа никак нельзя было сократить. Словно он обязателен для роста.

Но сразу назначил Двести Первого ответственным за садом. И ему было запрещено создавать точки входа, кроме, конечно же, самого сада.

...

Двести Первый.

Я находился внутри огненного сада. Моя задача – наблюдать за ростом и фиксировать его.

Первые два часа ничего не происходило. Как будто меня послали наблюдать не за чем.

Потом из чёрной земли появились крошечные чёрные ростки. Настолько чёрные, что их было сложно отличить от окружающей почвы. Ведь обычно белые или зелёные ростки сильно выделяются.

На протяжении следующих двух часов тоже мало что произошло. Видимо, проходил период роста корней.

И возможно, я был прав, ведь через шесть часов начался бурный рост. Уже тогда можно было их «разделить».

В том смысле, что два ростка формировали удлинённые листья. Они принадлежали огненным ландышам – маленькие и изящные.

Другие же четыре ростка пошли совершенно иным путём. Их листья разрастались вширь, образуя плотные розетки, похожие на обычную капусту.

Что?

Капуста?

Когда начали формироваться чёрные кочаны, ассоциация не только усилилась, но и озадачила. Они совершенно не выглядели мощными.

По крайней мере, пока не прошло двадцать часов с момента роста. Внутри них вспыхнул огонь оранжевого света, тёплый, словно какие-то фантастические светильники.

Невероятно...

Я наблюдал со стороны и любовался результатом. Но срывать или использовать навык «Переплетения» ещё было рано.

Ровно когда прошло двадцать четыре часа, я мысленно сказал оригинальному телу:

– Готово... Они выросли!

Глава 5 – Свисток

Двести Второй.

Я в команде разведчиков – тех, кто осторожно перемещается по пустоши в поисках подходящих целей для сражений.

Раньше я просто бегал с биноклем, но теперь у меня есть «Корона Вьюн». По сути, это тот же бинокль, только в разы мощнее и удобнее.

Главная опасность – затаившиеся монстры. Многие из них обладают способностью к скрытности. Казалось бы, вокруг ничего подозрительного, но внезапно появляется какое-то чудовище и хватает человека.

Мне ещё не доводилось с этим сталкиваться, но, находясь в пустоши один без защиты, я постоянно испытываю именно такой страх.

Благодаря вьюну на голове можно видеть буквально на километры. Не просто в одну сторону, а вокруг себя. Что делает саму разведку в разы безопаснее.

Можно поблагодарить навык «Переплетения», который сделал передачу особого ранга такой же простой, как передачу любого предмета из рук в руки.

А?

Враг?

После примерно часа бега: перебежек, пряток и наблюдения – я наконец увидел цель. Вот только их оказалось много: большая группа муравьёв длиной четыре-пять метров каждый. Около шестисот особей движутся в сторону цитадели. Пока неясно: случайно или осознанно. Как бы то ни было, дела плохи.

Я «звоню» Первому по мысленной связи, сообщаю обстановку и передаю воспоминания. Он отвечает:

– Проблем не будет!

–…

– Только подойди поближе и создай благоприятный момент!

Расшифровывая слова Первого, понимаю: он просит добежать до группы муравьёв как можно ближе и создать точку входа, чтобы боевая группа не тратила время на путь.

– Хорошо.

Сначала я создал одну точку входа: оттуда появился Сто Пятидесятый. Он побежал в противоположную от орды сторону. Он тоже из команды разведчиков и будет наблюдать за битвой со стороны, контролируя периметр. Таких клонов будет ещё двое.

А я побежал так быстро, как только мог. Разумеется, моя одинокая фигура, мчащаяся в сторону муравьёв, никак не могла остаться незамеченной. Они либо видели, либо чувствовали меня, но тоже повернули в мою сторону.

Получается, я бегу к ним, они – ко мне. Когда между нами осталось метров десять, зрелище было ужасающим. Из их пастей текла слюна или кислота. Они словно сходили с ума: неслись наперегонки, соревнуясь друг с другом, толкались, лишь бы оказаться первыми.

Никакой опасности от одного маленького человека они не чувствовали. Хотя инстинкты у них были довольно развитые – обмануть их непросто.

В этот момент я исчез, создав точку входа, и уже оттуда появился десяток клонов в броне с копьями наготове. Неподготовленные муравьи оказались в шоке.

Гр-тттт…

Они застрекотали, но копья уже приближались к их мордам, к антеннам – чтобы ослепить. Началась битва: почти полсотни клонов против шестьсот муравьёв.

После долгого перерыва битва оказалась изнурительной. Было непонятно. То ли клоны «заржавели», то ли противник был слишком силён.

К счастью, вода камень точит. Клоны, получавшие ранения, переносились на ферму, а их заменяли другие. Но упавших муравьёв никто не заменял.

Ранения были самые разные. Обычные муравьи иногда выплёвывали кислоту. Довольно неприятную, но ещё хуже была атака огненных муравьёв второго ранга.

Они плевались огненной кислотой, которая горела и растворяла, пытаясь превратить человека в биомассу. В какой-то момент Первый даже подумал:

«Может, отступить?»

Противников было слишком много. Но особенно напрягали десять муравьёв второго ранга и один муравей третьего ранга.

Тот оказался быстрым и выносливым. Его было не так просто пробить, и иногда он хватал какого-нибудь клона, отходил в сторону и пытался разгрызть.

Остальным приходилось отвлекаться, спасать товарища, чтобы тот телепортировался на ферму. Из-за этого силы тратились понапрасну, а бой затягивался на часы.

…

Лично я в бою не участвовал. Сейчас сидел на грядке и активировал навык «Купол Мокошь». Поскольку у других «полно дел», этим занимался я. А так как было скучно, наблюдал за битвой.

Нравилась ли мне эта битва?

Нет…

Уже хотел сказать ребятам, чтобы отступили. Мы явно с ними не справимся. Наверное, это стало понятно сразу, когда насчитали около шестисот особей. Чертовски много.

Обидно, конечно, что после длительного перерыва провалить бой, но ничего не поделаешь. Если его не выиграть, то я ничего не смогу изменить.

Мой рой явно не всесилен. У него есть чёткие ограничения, которые нельзя игнорировать. И сейчас враг слишком силён, а мой рой – нет.

И тогда пришло «сообщение» от Двести Первого:

– Они готовы!

– Готовы… что?

Из-за битвы я не сразу понял, о чём он говорит.

– Огненные растения особого ранга!

– Ааа…

Услышав его слова, сразу же отвлёкся от битвы.

Переместился в сад «Алого Света». Там было довольно мрачно: темно, жарко, да ещё и Двести Первый что-то хихикал, словно ведьма, колдующая зелье.

– Вот.

Он указал на выросшие растения, потрогал их, пощупал, будто это не кочаны «капусты», а что-то более извращённое.

Я лишь хмыкнул и подумал, что выращивать растения особого ранга ещё никогда не было так быстро и просто.

Дело не только во времени, но и в экономии ресурсов. К примеру, чтобы вырастить одно Огненное Сердце, мне потребовалось бы от ста тысяч рублей и больше.

Не говоря уже о возможной возне, которая возникла бы в процессе. А тут довольно экономно: одно ядро, а у меня их сотни самых разных.

Каков вывод?

Я обернулся к Двести Первому:

– Сажай больше… Каждый день. Пока в том же соотношении: четыре сердца и два ландыша.

– Понял.

Затем я нагнулся, чтобы слить всех их со своим телом. Сейчас на мне были только гриб и иммунитет к огню.

И то, я взял для себя гриб лишь потому, что я главный, и с ним действительно удобно ходить. В том смысле, что он всегда восстановит силы, а мне как фермеру, работающему на ферме целыми днями, это просто необходимо.

Но у меня была ещё одна идея. Ппроверить боеспособность «капусты». Ведь со стороны они не выглядят особо грозными.

Поэтому я переместился к Сто Пятидесятому. Тот наблюдал за боем со стороны, как наших клонов буквально таскают по земле, а они пытаются отбиться копьями.

– Гори!

Громко крикнул я и поднял руки к небу, словно безумец. Передо мной сразу возникли четыре огненных шара.

Они пылали ярким жёлто-оранжево-красным пламенем. Четыре раскалённых ядра вылетели вперёд по дуге.

Бах! Бах! Бах! Бах!

Каждый взрыв утопал в полчище муравьёв. Муравьи визжали, их тела вспыхивали огнём. Они не понимали, что происходит.

Я наблюдал за эффектом. Несмотря на огонь, они шли вперёд, словно ничего не происходило. Конечно, пара муравьёв упала замертво, но явно не тот эффект, которого я ожидал.

Будто не хватало мощности… Тем более выпустив сразу четыре шара, я почувствовал усталость. Не только тела, но и словно закончилась умственная энергия.

Хм…

В этот момент я почувствовал, как начала расти голова. Точнее, не сама она, а мухомор на ней. Пока не закрыл всё небо надо мной, и теперь я словно оказался в домике.

А затем он начал всасывать магию из воздуха. Только я мысленно выбрал не восполнять выносливость, а восстановить интеллект.

Перед глазами промелькнул текст:

[Интеллект +10]

[Новый временный навык «Озеро маны»]

Высохший колодец вновь наполнился водой. Взбодрившись, я снова поднял руки. Огненные сферы вспыхнули ещё ярче, а их размеры увеличились в три, а то и в четыре раза.

Вот сейчас-то будет помощнее!

Когда они вырвались вперёд, начался настоящий ад. Десятки муравьёв мгновенно исчезли в пламени.

Поле боя оказалось охвачено огненной волной. Панцири муравьев плавились под жаром пламени, они издавали пронзительные звуки и падали один за другим. Я стоял на пригорке и наблюдал за происходящим:

– Вот такой результат меня устраивает больше...

Теперь я видел всё в масштабе. Индивидуальная сила «сущностей» особого ранга слаба. Если быть честным, против обычных людей она ещё может сработать.

Но монстры: их много, они крепкие как танки, живучие как черти и любят хитрить. Победить их можно только одним способом: увеличивать количество «воинов» и повышать их «качество».

Я думаю, путь, который выбрал я, не ошибочен. И в конечном итоге приведёт к нужному результату.

А пока я продолжил наблюдать за битвой, время от времени помогая нашим, буквально закидывая группы муравьёв огненными снарядами.

…

Пепелище простиралось там, где ещё час назад кипела жестокая битва. Воздух был пропитан едким дымом и запахом жжёной резины. Обугленные останки муравьёв лежали разбросанными по выжженной пустоши.

В центре этого хаоса покоился труп муравья третьего ранга: вверх лапами, на спине, размером с большой автобус. Мелкие же почти сгорели дотла. Кому-то «повезло» – сгорели только ноги, у других не хватало половины тела.

Первый подошёл ко мне, недовольно поджав губы:

– Ты слишком переусердствовал!

– Так и скажи, что завидуешь.

– Ха.

Он усмехнулся и замолчал. Я же, чтобы заполнить образовавшуюся тишину, указал на труп муравья третьего ранга, которого Первый и убил:

– Зато у нас есть он.

– Ну...

– Иначе нам пришлось бы отступить!

Команда Собирателей уже работала вовсю. Клоны методично обыскивали поле боя, собирая всё ценное. А не ценное тоже забирали, чтобы уничтожить на ферме, оставлять что-либо в пустоши было крайне опасно.

– Что думаешь?

– Нужно больше внимания уделять подземелью!

Каждый раз, когда я становлюсь чуточку сильнее, происходит событие, которое спускает меня с небес на землю.

Но самая большая проблема заключалась в том, что такая крупная группа муравьёв – это не то, что хочется видеть вблизи цитадели.

Я сосредоточил взгляд на той стороне, где, по моим прикидкам, находилось их логово. Когда попытался узнать правду о происходящем, то был крайне удивлён:

[Орда собирает силы.]

***

Сороковой.

Я шёл по мрачным коридорам подземелья в конце команды Сокола. Прошла вторая неделя, началась третья.

Надежды спасти Лиру не оставалось. Ведь у неё не было ни запасов воды, ни еды. Она была одна во всём подземелье.

Если бы она выжила, то это было бы просто чудом. И мне было жаль, что такая красивая женщина погибла вот так.

Со мной всё было в порядке, но капитан... От него ничего уже не осталось. Это был какой-то бородатый старик с потухшими глазами и опущенными плечами, который еле плёлся впереди меня.

Остался ли он лидером?

Нет... Его место теперь занял Михаил, взвалив на себя бремя лидерства. Но этому грубому мужику явно не подходила роль капитана.

Слишком требовательный, слишком агрессивный и вспыльчивый – каждое его решение приводило к конфликту. То ли он неправильно формулировал просьбы, то ли команда просто не привыкла к новому стилю руководства.

Впрочем, выбор был невелик: либо он, либо Лев. А Лев был молодым и глупым, что, собственно, ещё хуже.

Стоит отдать должное – Михаил остался верен Роме и продолжал поиски Лиры. Мы до сих пор находились на минус первом этаже, но было условие: дойти до первого спуска на минус второй этаж.

То есть, как только мы найдём спуск, сразу же спустимся. Следующий зал как раз оказался именно таким. Сам спуск выглядел как дверь в подвал или подпол.

На полу располагалась небольшая дверь, достаточно широкая, чтобы мог пройти крупный человек, и лестница, ведущая вниз.

– Это она?

– Да!

– Кто пойдёт первым?

Лев сразу же поднял руку:

– Я!

Высокомерный парень был довольно радостным в данный момент, что казалось непривычным. Ведь последние пару недель на его лице, кроме недовольства, было сложно что-то разглядеть.

Когда Лев уже стоял одной ногой у входа, мы услышали шорох в противоположном коридоре. А значит, к нам кто-то шёл.

Вариантов было немного: либо бродячий монстр, который переходил из одного зала в другой, либо человек.

И я сразу подумал:

«Неужели это Лира?!»

По-моему, это был бы довольно удивительный поворот судьбы. Когда поиски пропавшего человека завершились ничем, он внезапно возвращается как ни в чём не бывало.

Судя по выражению лиц, так думал не только я. Жаль только, что мы находимся не в сказке.

Вышедший из коридора действительно был человеком, но это явно была не Лира. Высокий мужчина в чёрной одежде с головы до ног. Лица не было видно.

Он вышел, и сразу стало понятно, что он падший.

Вот только он был не один. Сразу же после него из коридора начали выходить всё больше таких же людей.

Все сразу насторожились. А Михаил и вовсе активировал щит и поставил вокруг нас, вокруг спуска, барьер.

Тот должен был защитить нас и дать возможность безопасно спуститься вниз. Тем более Паша прошептал мне:

– Не бойся... мы можем закрыть вход изнутри!

Казалось бы, ситуация складывается для нас наилучшим образом. Пока последними не вышли двое: Виктор и Лира.

Кто бы мог подумать, что Лира окажется живой и здоровой. На её красивом лице не было признаков истощения или голода.

Она выглядела так же прекрасно, но когда появилась, на её лице читалось безразличие. До тех пор, пока она не увидела нас.

У Ромы всё изменилось. Он словно ожил и не мог оторвать от неё взгляда.

– Лира?

Девушка не ответила, но стыдливо отвела взгляд в сторону. Её губы едва заметно шевельнулись:

– Прости...

Рома сначала не понял смысла её слов.

– За что прости?

Всё читалось между строк. В голове сразу же всплывали самые жуткие картины предательства. По крайней мере, мне так казалось, глядя на Рому.

Когда тот помотал головой, пытаясь выкинуть оттуда все лишние мысли и домыслы, один жест всё же добил его.

Виктор положил руку на плечо Лиры, и всё стало ясно. Его голос прозвучал с холодной уверенностью:

– Теперь она моя.

Команда всё поняла и быстро приняла решение:

– Нужно уходить!

Сражаться с таким большим отрядом было бесполезно. Ведь они довольно сильны, и если есть возможность отступить, то нужно ею воспользоваться.

Один за другим все начали спускаться. По крайней мере, Лев уже спустился, за ним спускалась Уин.

Эти драгоценные секунды лучше было бы использовать для побега, но тут Рома привлёк внимание:

– Подождите...

Он показал пространственное кольцо на пальце. Из него выскочил какой-то предмет: обычный деревянный свисток в форме птицы.

При виде него лицо Лиры изменилось, она крикнула:

– Не надо!

Рома же ответил с тяжёлым вздохом:

– Иначе мы все здесь погибнем...

Я смотрел на свисток, Виктор смотрел на Рому, и вообще никто не понимал, что должно произойти, пока Рома не засунул свисток в губы и не подул.

СВИСТ!

Было ощущение, словно произошло что-то важное. Ещё в цитадели Рома говорил, что идёт в аномалию «алый свет» и что он бывал там несколько раз.

А значит, у него были некоторые «приготовления». Вероятно, этот свисток многое значил здесь.

По залам прошёлся порыв ветра, словно сюда ворвался ураган. Вместе с ним послышались множественные голоса со всех сторон.

Из-под земли начали появляться чёрные существа. Я бы назвал их призраками – они были бестелесными и хватали всех подряд.

Они хватали падших, нашу команду, даже меня. Я хотел переместиться на ферму, но подумал, что если буду таким трусом, то упущу что-то важное.

Ведь даже Уин, побледнев, закричала:

– Только не говори, что ты призвал босса?

Меня заинтересовало, что за «босс». Однако она говорила это в контексте главного босса подземелья, который находился на нижнем этаже.

Меня это сразу удивило: «Неужели нужно сражаться?!»

Я уже хотел вырваться из хватки призрака, но тут Рома повернулся ко мне:

– Тебе лучше уйти.

Он имел ввиду переместиться на ферму.

– Почему?

– Потому что туда, куда мы попадём, будет очень опасно. Там тебе будет тяжело и оттуда невозможно выбраться!

Я не успел ответить, он уже обратился к остальным:

– Никому не сопротивляться! Эти призраки «безопасны», если не драться с ними.

Глава 6 – Проклятье

В долине, укрытой лесом, расположилась небольшая деревушка. Дома там стояли не слишком близко друг к другу, но и не слишком далеко.

Дым из печных труб поднимался столбами к облакам, а по тропинкам между домами бегали куры и гуси.

В одном из таких домов жила женщина по имени Алиша. Ей было около тридцати пяти лет: уже не девушка, но и ещё далеко не старуха.

Лицо её нельзя было назвать красивым, но и уродливым тоже. Самая обычная крестьянка с огрубевшими от постоянной работы руками.

В этот день Алиша стояла у большой деревянной кадки. Бочки для стирки белья, из которой вываливалась мыльная пена, а брызги воды разлетались во все стороны.

Вокруг неё, словно небольшой ураган, крутилось шестеро детей.

Старший, одиннадцатилетний Том, таскал поленья для печи. Мальчик был серьёзным для своих лет и всегда старался помочь матери.

Девятилетняя Марта подметала двор, время от времени останавливаясь, чтобы поправить выбившиеся из косы светлые волосы.

Семилетний Эдвин носил воду из колодца, расплёскивая половину по дороге, из-за чего его штаны были мокрыми. Но, несмотря на это, он продолжал помогать.

А вот шестилетние близнецы Лука и Анна были слишком игривыми. Они постоянно гонялись друг за другом по двору, сталкивались и начинали драться.

– Хватит шуметь!

– Ну, мама! Лука первый начал!

– Я вижу, кто первый начал!

– …

– Посидите тихо хотя бы пять минут!

Только после того как она на них накричала, близнецы немного успокоились и сели рядом, возле люльки под навесом, где спал трёхмесячный Питер. От криков он лишь нахмурился, но так и не проснулся.

– Они опять за своё?

Вдруг во дворе раздался мощный мужской голос, но даже в его силе звучала нежность.

Алиша обернулась и увидела мужа. Берт был мужчиной крепкого сложения, с загорелым лицом и мозолистыми руками работяги.

– Да! Каждый день одно и то же.

Берт улыбнулся, подошёл к близнецам и погладил их по головам. Те довольно захихикали в ответ.

– Как прошёл день?

– Обычно. Но вот... к нам в деревню пришёл какой-то странный человек. Очень чудной.

– Странный? В каком смысле?

– Да так... говорит невнятно, одет в лохмотья. Выглядит как нищий, ведёт себя необычно. То молчит часами, то начинает что-то бормотать на непонятном языке.

Алиша нахмурилась:

– Чужеземец?

– Может быть... Старейшины решили дать ему ночлег в пустом доме на краю деревни. Может, утром станет яснее, что с ним.

– Бедняга, наверное, – вздохнула Алиша. – Господь с ним, с этой заблудшей душой.

…

На следующее утро чужеземца нашли мёртвым. Жители деревни не знали, что с ним произошло. Никаких видимых ран или признаков болезни не было.

Кто-то рассказывал, что видел, как он выходил из дома среди ночи и издавал странные звуки, но к рассвету стало точно известно – он умер.

Берт был среди тех, кто хоронил чужеземца. Покойного отпели и похоронили на краю кладбища, как полагалось странникам.

Алиша осталась дома с детьми. Ей не хотелось брать их на похороны, а оставить не с кем было.

…

Прошло три дня после похорон, когда начались по-настоящему страшные события.

Первой заметила странные отметины жена старосты деревни. На её запястье появились тёмные пятна необычной формы.

Они напоминали письмена, только не похожие ни на что знакомое. Сложный узор из множества переплетающихся линий, словно кто-то выжег на коже замысловатый знак.

– Руна?

– Я такие видел у колдунов!

Все начали бояться жены старосты и сторониться её, считая странный знак дурным предзнаменованием.

Но уже к вечеру того же дня подобные метки обнаружили ещё у троих жителей: у кого на шее, у кого на лбу. Тёмные, словно выжженные символы проступали на коже, как клейма проклятия.

Паника распространялась быстрее самих отметин. Люди лихорадочно осматривали себя и своих близких, и с каждым часом находили всё больше меченых.

К концу недели знаки появились у всех без исключения жителей деревни, включая детей. Никто не понимал, что это такое и как с этим бороться.

…

А затем начались по-настоящему ужасные вещи.

Первой заплакала кровавыми слезами жена старосты. Те, кто находился рядом с ней в тот момент, получили серьёзную душевную травму. Вид алых капель, стекавших по щекам женщины, ужасал.

Безумное метание по дому из комнаты в комнату, нечеловеческие крики боли – к утру она была мертва.

Болезнь распространялась с чудовищной скоростью. Люди теряли рассудок, их мучили кошмарные видения, а из глаз вместо слёз текла кровь. Смерть приходила в мучениях: кто-то умирал через день, кто-то мучился неделю, но исход был всегда одинаков.

Весёлая и шумная когда-то деревня превратилась в место смерти и безумия. Соседи боялись подходить друг к другу, семьи запирались в домах, но проклятие всё равно находило каждого.

…

– Будет ли помощь?

– Не волнуйся, Маркус уже пошёл в город, – ответил Берт, стараясь говорить уверенно.

– Они помогут?

– Конечно... не оставят же нас в беде...

Берт старался верить в свои слова. В городе живут учёные люди, которые разбираются в сложных вещах. Наверняка там уже знают способ справиться с этой болезнью.

– Будем ждать...

Алиша сидела рядом с мужем, качая младенца на руках. Дети жались друг к другу в углу на кровати. Даже близнецы больше не дрались, страх сделал их послушными.

– Мама, мы умрём? – вдруг тихо спросила Анна.

– Нет, солнышко. Помощь уже идёт к нам! – ответила Алиша, стараясь скрыть собственный ужас.

…

Помощь действительно пришла, но оказалась страшнее самой болезни.

В деревню вошли незнакомцы в длинных чёрных плащах и жутких масках с клювами, похожими на птичьи. Чумные доктора двигались как призраки смерти, неся металлические устройства, из которых вырывались языки пламени.

– Что делать с деревней?

– Помочь.

– Как?

– Сжечь всё дотла!

Чумные доктора не могли вылечить жителей деревни, но они могли предотвратить распространение заразы в город, а затем по всей стране. Для них было важно причинить «меньшее зло» и не допустить эпидемии.

Они не стали разбираться, кто ещё жив, а кто уже мёртв. Огонь поглотил всё: дома, людей, животных. Деревня превратилась в сплошное море пламени, а воздух наполнился дымом и предсмертными криками.

…

Алиша выжила, хотя её кожа была страшно обгоревшей. Она сидела посреди пепелища, окружённая трупами. К груди она прижимала тела своих детей. Берт лежал рядом, его лицо было обуглено до неузнаваемости.

Никого в живых не осталось, все мертвы, и только она была в сознании. Причину своего выживания она не понимала. Жизнь приносила ей такую боль, что тысячи обгоревших трупов вокруг казались меньшим кошмаром.

Тогда из её пересохших губ полились слова, полные ярости и отчаяния:

– Я проклинаю всех... этот мир... этих людей... Пусть они познают боль, которую познала я...

Её голос был тихим, но она ни к кому из смертных не обращалась. Она взывала к той сущности, что выше людей, что могла бы услышать её мольбу.

– Прошу, отомсти за меня!

Её слова были услышаны. Кто-то действительно не остался равнодушен, но эта помощь оказалась проклятием.

Странные руны вспыхнули на теле Алиши ярким, зловещим светом. Их было уже не одна, а целые сотни, покрывавшие её обгоревшую кожу замысловатым узором.

Она ещё не понимала тогда, что болезнь и месть сливались в единую сущность. А она стала её центром, источником того, что впоследствии назовут Проклятием Алиши.

***

Сороковой.

Видение закончилось так же внезапно, как и началось. Я наблюдал за всем происходящим словно сторонний зритель: видел Алишу, её детей, приход чумных докторов и рождение проклятия.

А теперь?

Я открыл глаза и увидел серое небо. Спиной чувствовал горячую землю, а в висках пульсировала острая боль.

Какого чёрта?

Первым делом покрутил головой во все стороны, пытаясь понять, где нахожусь. Вокруг была пустошь, а метрах в восьми виднелся полуразрушенный дом.

Сразу стало понятно – я нахожусь в той самой деревне Алиши. Только как я сюда попал? Не помню ничего, кроме «объятий» призрака, после которых отрубился.

А где остальные?

Вокруг никого не было, что немного напрягало. Несмотря на головную боль, заставил себя подняться, чтобы найти товарищей. Возможно, они где-то рядом в таком же состоянии.

Пошатываясь, направился вглубь деревни. Не прошёл и сотни метров, как заметил в небольшом углублении знакомую фигуру. Уин лежала неподвижно, скрестив руки на груди.

Умерла?

Поза у неё была соответствующая. Я подбежал и быстро проверил пульс. Слабый, но есть. Глаза закрыты, дыхание поверхностное.

У меня был способ резко привести в чувство любого человека. Поэтому я легонько начал шлёпать её по щекам.

– Эй, Уин! Просыпайся!

Хлоп. Хлоп.

– Ай! Что ты делаешь?

– Вставай давай, хватит спать!

– Сплю? Я не сплю!

Возмущённо ответила Уин, потирая щёку.

– Я... я видела всё. Алишу. И как родилось проклятие.

– И ты?

– Да.

– ...

– Значит, это было не просто видение. Кто-то хотел показать нам события в деревне. Словно подсказывая.

У неё отлично варил котелок, ведь первым делом девушка осмотрела себя. Проверяла руки, ноги и места под одеждой. Внезапно застыла, заглянув под свою мантию мага.

– У меня... у меня метка.

– Да? Дай посмотрю.

Я хотел заглянуть, но она не дала.

– Нет.

Но вывод можно было сделать уже сейчас:

– Мы тоже заражены!

Обычно для передачи проклятия нужен был контакт. Но ведь мы ни с кем не контактировали? Разве не так?

Конечно, моё настроение быстро испортилось, когда я осознал, в какой жопе сейчас находимся.

Всё же я отскочил от Уин и стянул с себя верхнюю одежду, чтобы осмотреть себя со всех сторон.

– У меня вроде нету!

– Она на спине.

– Что?

– Я говорю, метка прямо на лопатке...

Мне не хотелось ей верить, но Уин внимательно посмотрела и точно заверила меня, что я, как и она, явно инфицирован.

– Ну и хрень...

Раньше мне не было страшно, так как я понимал, что из любой ситуации смогу переместиться на безопасную ферму.

Вот только если туда перемещусь, то ферма перестанет быть безопасным местом. Если сделать это, то вскоре заразится весь рой и умрёт.

Вот такие вот дела...

Хотя раньше мне казалось, что наш рой неубиваем. Нас много, у нас отличные способности: можем перемещаться из одного места в другое.

Но слабость есть: болезни и проклятия. А здесь сразу и болезнь, и проклятье. И всё на мне, а это значит, что меня «никто не пустит».

А у меня нет растений особого ранга, ни каких-либо способностей. А это значит, что меня просто «спишут». Как ящерица, которая отрывает себе хвост, точно так же поступят и со мной.

Ещё никогда прежде близость смерти не была такой осязаемой.

Голос в голове прозвучал неожиданно и резко:

– Какого, извини за выражение, хрена ты творишь?

– А что?

– Посмотри на ферму!

Мне было страшно соединяться с роем, но я сосредоточился, чтобы переместить своё сознание туда.

В центре фермы стояли все: боевой отряд, фермеры, торговцы – абсолютно все. Даже когда две недели работал на ферме, столько клонов не собиралось вместе.

А тут?

На теле каждого виднелась проклятая метка. Непонятным сверхъестественным образом весь рой был полностью заражён.

То, чего я боялся, уже случилось. Уин видела меня со стороны, как с моего лица исчезло всё выражение, оно побледнело, и мне захотелось сесть. Поскольку сесть было некуда, присел на землю.

– С тобой всё хорошо?

– Да... да...

Не вываливать же на неё все свои проблемы. Я просто не знал, что в этот момент делать. Но, к счастью, герой знал – он сказал:

– Меняемся!

– Зачем?

– Я сам решу эту проблему!

Поскольку герой был зол, я не стал спорить с ним и говорить, насколько это опасно. Ведь ситуации опаснее и не придумаешь.

Я посмотрел на Уин и сказал:

– Я сейчас приду.

– Ты куда?

– В туалет!

А потом исчез, переместившись на пространственную ферму.

...

Теперь я сам вернулся в аномалию. Больше никому нельзя доверить эту проблему. Ведь если я её не решу, то не решит никто.

Когда появился, сразу огляделся вокруг. Пустынная выжженная местность, горящие дома. Рядом стояла Уин, оглядывалась и при моём появлении удивилась.

– Ты уже?

– Да.

– Ты... ты как-то изменился!

– Думаешь?

– Цвет загара как будто стал сильнее. И лицо... оно стало более... жёстким что ли.

– Не выдумывай, тебе кажется!

– Но...

– Хватит башку свою ерундой забивать. Нам нужно идти, сосредоточься!

Тон моего голоса был настолько властным, что Уин невольно выпрямилась и действительно сосредоточилась, отбросив все вопросы.

Цель понятна – нужно снять проклятие. У меня самого на груди чернела такая же метка, как и у всех остальных.

Я не знал многого, но точно знал, что проклятия и болезни можно излечить или снять.

Сначала посмотрел в одну сторону, где виднелась дорога, ведущая прочь от деревни. Перед глазами возникла подсказка:

[Это выход из деревни. Там безопасно, но если выйдешь, то умрёшь. Тебе нужно в другую сторону.]

Я хмыкнул. Конечно, всё не так просто. Проклятие явно привязано к этому месту, и попытка сбежать лишь ускорит смерть.

Повернув голову в противоположную сторону, увидел новую подсказку:

[Если идти прямо и повернуть направо, то увидишь горящую избу. Внутри находится секрет, можешь его забрать.]

Интересно, но это ещё не всё. Посмотрел в третью сторону, туда, где виднелись развалины домов:

[Дом Алиши: если ты хочешь снять проклятие, то тебе нужно найти её.]

Хм...

Логично было бы сразу идти к дому Алиши, но опыт подсказывал, что спешить не нужно.

Секрет в горящей избе может оказаться ключевым для понимания природы проклятия или способа его снятия.

К тому же проклятие убивает не мгновенно. Судя по видению, у меня есть как минимум день, а может, и два, чтобы найти решение.

– Идём, – коротко сказал я Уин.

– Куда?

Мне не хотелось объяснять.

– Просто иди за мной!

– Твой характер изменился...

– Тебе кажется.

Вообще-то по характеру я добрый парень, но только когда есть для этого время. Когда весь рой находился под угрозой уничтожения, быть хорошим не было времени.

Мы шли минут десять. Я вёл, Уин за мной. Она думала, что это просто бесцельное брожение и что оно довольно опасно.

Её мнение изменилось, когда мы услышали звуки сражения. Лязг металла о металл, крики боли – настоящая битва была где-то совсем рядом.

– Где?

– Впереди!

Мы осторожно пошли вперёд, поскольку сначала не понимали, кто с кем сражается, но догадаться было можно.

В небольшом переулке, между двумя домами, сражались две стороны. Трое «наших»: Михаил в броне с огромным топором, Лев в блестящей броне с изысканным мечом и Ермиона, которую не было видно, но её можно было заметить по тому, как она перемещалась от одного Падшего к другому.

Против них было около пятнадцати человек. Хотя их сила была слабее, численностью они явно превосходили.

Сразу было заметно, что нашим приходится тяжело. Мы только успели на них посмотреть, когда произошло одно довольно паршивое событие.

Один из падших, высокий человек с костяной маской, активировал навык. Его клинок окутался тёмной энергией, и следующий удар пробил доспех-духа у Льва.

Мечник застыл от шока, не веря, что его доспех духа был разрушен так легко. Этой секунды хватило другому падшему. Тот подскочил и вогнал клинок Льву в грудь, смеясь:

– Ахаха...

Всё произошло так быстро, что никто не успел среагировать.

– НЕЕЕТ!

Крик исходил от Уин, стоявшей позади. Она не раздумывала ни секунды. Увидев, как Лев падает с клинком в груди, закричала и побежала вперёд, забыв обо всём на свете.

Обо мне, об опасности, о здравом смысле – она думала только о Льве, только о том, чтобы помочь ему.

Вот только со стороны это выглядело глупо – без защиты, без стратегии, лишь движимая эмоциями.

В её руке появилась волшебная палочка, которой она взмахнула.

– ...

Она произнесла короткое заклинание, и в воздухе вокруг Уин начали кристаллизоваться огромные ледяные копья. Каждое размером со взрослого человека, острые и твёрдые.

Копья понеслись вперёд со свистом. Падшие, которые только что обрадовались смерти Льва, резко отшатнулись.

Но было уже слишком поздно. Снаряды разорвали их на несколько частей, и замороженные куски тел упали на землю.

За несколько секунд битва кардинально изменилась. Опытный маг явно играл большую роль в любой битве.

– Уин! Ты вовремя!

Голос Михаила не был радостным из-за смерти Льва. Его тело лежало рядом, но они не могли его забрать.

Всё, что они могли сделать, – это постепенно отступить и сгруппироваться всем вместе.

Вот только получится ли у них?

А я на миг замер, наблюдая за происходящим. В голове промелькнула мысль:

«Стоит ли вмешиваться?»

У меня вроде как не было цели скрывать свои силы. Эти люди мне не чужие, и они будут нужны мне.

Решение было принято мгновенно.

Я побежал вперёд, и прямо на бегу на моём теле начала материализовываться броня. Тёмная, переливающаяся хитиновая защита покрыла торс, плечи, руки и ноги. Больше я не собирался скрываться.

Глава 7 – Секрет

– Что за чертовщина?

– Это он!

Уин широко раскрыла глаза от изумления. Михаил тоже уставился на меня, а с Ермионы даже слетела маскировка невидимости.

Всё потому, что они стали свидетелями моей трансформации. Они наконец поняли: их безобидный товарищ и был тем самым человеком, что спас им жизни. А ведь никто даже не подозревал об этом.

Неудивительно, что их лица застыли в таком выражении. Подобные сюжетные повороты можно было встретить разве что в детских сказках.

Мне же было совершенно всё равно на их удивление. Из рук, спины и груди вырвались наружу корневые копья: шесть гибких и смертоносных отростков.

Первый падший оказался в зоне поражения. Копьё пронзило его череп насквозь, и тот даже рухнуть не успел. Оружие уже устремилось к следующей жертве.

Второй попытался атаковать с фланга, но копьё прошило ему ногу, остановив рывок, а затем резким движением притянуло к себе. Третье копьё довершило дело, пробив грудную клетку.

Это была не битва – это было методичное истребление противника. Шесть копий двигались независимо друг от друга, создавая вокруг меня зону смерти из острых наконечников. Приблизиться стало невозможно.

– Почему он настолько силён?

– Мы с ним не справимся!

– Отступаем!

Те, кто осознал бесперспективность ближнего боя, попытались спастись бегством. Но и для них у меня нашлось решение.

Вспых!

Огненные сферы материализовались над моей головой и стремительно понеслись к целям.

Один из падших увернулся от первого снаряда и расхохотался:

– Ха-ха! Эти шары слишком медленные!

Но стоило ему это проговорить, как второй шар врезался ему в спину. Пламя тотчас сбило его с ног, и огонь охватил всё тело.

Его нельзя было просто потушить. Сила пробития также была немалой. Через несколько мгновений падший рухнул, а его тело сгорело дотла.

Самые проворные умудрялись избежать и второго попадания, но третий огненный шар неизменно настигал свою цель.

Ко мне невозможно было подойти, от меня невозможно было убежать. Я был одновременно воином и магом.

Чтобы поддерживать столь интенсивные траты выносливости и маны, на голове материализовались два гриба – один с левой стороны, другой с правой. У них были разные функции: восполнение выносливости и восстановление маны.

Мои союзники лишь стояли в стороне и наблюдали. Они не участвовали в сражении, словно отгородились от происходящего.

Уин сжимала в руке волшебную палочку, но не использовала ни единого заклинания. Михаил опустил топор, понимая, что только помешает. Даже Ермиона, всё ещё видимая, просто таращилась на происходящее, не понимая:

«Неужели это действительно наш тихоня?!»

Когда последний враг пал, наступила гробовая тишина. Я взглянул на троицу, они синхронно отступили на шаг назад. Видимо, испугались, что настала их очередь.

Корневые копья медленно втянулись обратно в тело, мухоморы исчезли, броня растворилась – я вновь превратился в обычного, с виду слабого парня.

– Кто ты такой?

– Да это же я, Лёха!

– Ты не Лёха! Лёха на такое не способен!

– Ну... Видимо, ещё как способен!

Они мне не доверяли, что было вполне понятно, но меня гораздо больше интересовали трофеи павших врагов.

Ведь среди них оказались целых три фермера. После их гибели образовывались воронки, которые извергали наружу всё содержимое их ферм.

Из-за этого в переулке, где разворачивалась битва, выросли три земляные насыпи. Только они были необычными, пропитанными чёрной маслянистой субстанцией.

Понятно, что для выращивания растений они использовали человеческие останки. Оставался лишь вопрос: какие именно растения они культивировали?

[Под правым завалом находится цветок «Белая Слеза».]

Особый ранг?

Определённо!

Я направился к указанному месту и принялся разгребать обломки. Вскоре пальцы нащупали что-то мягкое.

Цветок напоминал зелёный тюльпан, но его лепестки переливались металлическим блеском. В центре бутона плескалась тёмная жидкость, источавшая запах протухшей воды.

Что это такое?

[Белая Слеза (Особый ранг): искажён из-за выращивания на человеческих телах с использованием запретных техник падших фермеров.]

[Естественный цвет – белый, а жидкость внутри цветка обладает эффектом восстановления маны. Регенерирует внутри бутона раз в неделю.]

Хм... Звучит как настоящее природное зелье...

Сразу стало ясно, что этот особый ранг не предназначен для слияния с телом. Он растёт самостоятельно и производит зелье. Для меня, возможно, не самая ценная находка, но я подумал о других фермерах.

Быть может, этот цветок станет неким «безопасным стартом». Растением, которое фермер любого уровня сможет вырастить.

С такими мыслями я осторожно сорвал цветок и переместился на ферму, чтобы передать его другому клону.

Кроме того, требовалось создать «точку входа». Стоило мне исчезнуть, как на поле боя начали появляться клоны.

В серых плащах, с капюшонами и масках. Они не вступали в разговоры с троицей, а молча принялись «убирать мусор».

В останках противников могло находиться немало полезного, поэтому я и вызвал группу зачистки. Но появление такого количества новых людей было трудно объяснить.

– А это кто?

– Мои друзья.

– ...

У них не нашлось слов.

– Что они делают?

– Убираются.

– Отвечать на вопросы ты не хочешь, да? – подозрительно взглянула на меня Уин. – У тебя слишком много секретов!

– Верно подмечено.

Через несколько минут клоны исчезли так же внезапно, как и появились. На поле боя осталось лишь тело Льва. Я решил оставить его нетронутым, всё-таки он был нашим союзником.

Уин молча подошла к павшему. Слёзы катились из глаз и падали на землю. Она что-то шептала, явно прощаясь с товарищем, а затем взяла палочку и резко взмахнула.

Вокруг тела Льва образовался ледяной саркофаг. Прозрачный и прочный, словно кристалл.

– У меня будет к тебе просьба...

– Не нужно, я сохраню его. Это входит в мои обязанности.

Я сразу понял её намерения: она хотела доставить тело в Цитадель, чтобы вернуть родителям и устроить достойные похороны.

В пустоши подобное – редкость. Девяносто процентов погибших обычно оканчивали свой путь в желудках местных тварей.

– Пойдёмте.

– Куда?

– За мной. Я знаю дорогу.

Они засыпали меня вопросами, но, видя моё молчание, переглянулись, словно спрашивая глазами друг друга:

«Что теперь делать?»

Затем Уин двинулась за мной, следом пошла Ермиона, и у Михаила уже не осталось выбора. Он лишь что-то бурчал себе под нос, больше не смея проявлять ко мне хоть каплю грубости. Старик и так понимал, что уже наговорил лишнего.

Мы прошли через несколько улиц горящей деревни, миновали десятки пустых домов, пока я не остановился перед одной конкретной избой.

Она ничем не выделялась среди остальных: те же обугленные стены, та же разрушенная крыша, тот же едкий запах гари.

– Что это за место?

– Дом.

– И почему именно он тебя заинтересовал?

– ...

Они пытались понять мои намерения, найти хоть что-то, что всё прояснило бы. Но я не мог сказать им правду.

Всё, что я знал: «Внутри должен находиться какой-то секрет...» Поэтому единственное, что можно было им сказать:

– Ждите здесь.

– Ты пойдёшь туда один?

Вместо ответа я вошёл во двор, поднялся по крыльцу и переступил порог. Как только оказался внутри горящей избы, всё тело покрылось красной плёнкой – иммунитет к высоким температурам.

Внутри стояла адская жара. Реальность исказилась: вместо обычного интерьера разрушенного дома я оказался в огненном лабиринте.

Стены из пламени вздымались на сотню метров ввысь, а пол представлял собой бурлящую лаву. Я стоял в одиночестве на небольшом островке, и всё вокруг словно кричало: «Ты вошёл не в тот дом».

В голове всплыла подсказка:

[Пройди пять шагов направо, затем поверни налево и ещё десять шагов прямо.]

Хм... Невидимая тропа?

Я сделал всего один шаг и действительно не провалился в лаву. Ноги коснулись чего-то незримого, но твёрдого.

Следуя указаниям подсказки, я двинулся дальше. Жар опалял лицо, несмотря на защиту. Был совершенно уверен: если упаду в лаву, никакой иммунитет не спасёт.

[Теперь три шага назад, поворот направо и семь шагов к горящему столбу.]

Топ. Топ. Топ.

Слышался лишь мерный топот ног по невидимой дорожке.

[Последний поворот – налево, затем прямо до конца.]

Когда наконец добрался до центра лабиринта, увиденное заставило меня замереть на месте.

Что за чертовщина?

Посреди небольшой каменной площадки стояла детская люлька. А из неё доносился надрывный плач младенца.

– Уааааа!

Сердце ёкнуло.

Ребёнок? Здесь, в этом аду?

Я подошёл ближе и увидел его. Совсем маленького, может быть, трёх-четырёх месяцев от роду. Он плакал, но выглядел вполне обычно, без единого ожога на теле.

В голове сразу всплыла информация от Всеведущего:

[Это Питер, младший сын Алиши. Отнеси его к ней, и ты сможешь попросить её об услуге.]

Отнести? К ней?

Звучало жутко – просить об «услуге» у проклятья. Но было бы неплохо попросить её снять его с меня.

Эта мысль обрадовала: одновременно сделаю два хороших дела. Верну матери дитя и спасу себя.

– Тише, малыш, – прошептал я, протягивая руки к ребёнку. – Сейчас мы пойдём к твоей маме.

Стоило мне коснуться младенца, как он разревелся ещё сильнее.

– УААААА!

Питер явно был не самым послушным мальчиком. Его тельце вспыхнуло ярким пламенем, и через секунду от ребёнка остался лишь чёрный прах.

А?

Что я сделал не так?

Я стоял в шоке, уставившись на горстку пепла. Почему он сгорел от моего прикосновения?

Понятное дело, вины моей в этом нет. Ещё ни один человек не сгорал от моих прикосновений.

Просто сама сущность этого ребёнка... образовавшийся от него прах... Ведь с некой стороны место вокруг – мир мёртвых.

Поэтому я достал небольшую стеклянную склянку и аккуратно собрал пепел. Его было совсем немного, но я чувствовал исходящую от него силу.

Огненный лабиринт исчез. Я снова оказался в обычной разрушенной избе. Только огонь вокруг погас, остались лишь чёрные обгоревшие стены.

Не стал долго задерживаться и быстро вышел наружу, где меня ждала троица – они что-то обсуждали. Когда увидели меня, сразу же замолчали. Но ненадолго...

– Что-то ты быстро!

– Нормально.

– Ничего интересного не нашёл?

– Пустой дом, как и все остальные.

Уин недоверчиво прищурилась:

– Тогда зачем ты туда ходил?

– Проверить свою идею...

Конечно, никто мне не поверил. Впрочем, их интересовал другой вопрос:

– Куда теперь?

В этот момент я выбирал направление, и одна сторона выделялась сильнее других.

[Виктор пытается призвать «Рюэна» в аномалию. Если его мысль проникнет сюда, то снять проклятье ты уже не сможешь.]

Рюэн? Сюда?

Эта мысль испугала меня по той причине, что подобное – явный перебор. У меня нет сил, чтобы бороться с божеством, которое должно быть чуть ли не на одном уровне с самим Энрю.

Они появятся у меня лишь тогда, когда я пройду все девять испытаний. И то только теоретически. Силу Рюэна или Энрю я не то что не могу понять – я её не могу даже представить.

Если коротко, то это существа, которые могут менять вселенные, законы вселенной, а может, даже их создавать. Что-то за гранью моего понимания.

Из-за таких мыслей моё лицо побелело, кровь отлила от него. Троица сразу же это заметила.

– Что с тобой случилось?

– Внутренняя травма?

– Давай, я могу тебя осмотреть!

Они предположили, что я был ранен. Видимо, настолько плохо выглядел со стороны.

– Всё нормально со мной. По крайней мере, пока, – я поднял руку, чтобы они ко мне близко не подходили. – Идёмте быстрее, нам нужно спешить!

***

Выжженная пустошь раскинулась там, где когда-то была деревенская площадь. Чёрная земля местами всё ещё дымилась, словно память о том пожаре останется навечно. Воздух висел тяжёлый и неподвижный, пропитанный запахом гари.

В самом центре площади стояли пятнадцать человек. Хотя назвать их людьми язык не поворачивался – Падшие.

Их глаза горели нездоровым блеском, а движения были слишком резкими и нетерпеливыми. Во главе этой жуткой группы возвышался Виктор, довольно улыбающийся.

Рядом с ними находился алтарь, сложенный из человеческих костей. А возле него, связанные и беспомощные, сидели двое – Рома и Лира.

– Кого же выбрать?

Виктор неспешно обходил своих пленников. Его взгляд скользил от одного к другому, словно он выбирал между двумя сортами вина к ужину.

С одной стороны – красивая девушка, с другой – мрачный парень. И у того, и у другого были свои плюсы и минусы.

В этот момент между Ромой и Лирой завязался разговор. Абсурдный и неуместный в их положении, но человеческая природа порой проявляется в самые неподходящие моменты.

– У тебя с ним что-то было?

Роме это было важно. Лира повернулась к нему, и в её глазах мелькнуло раздражение.

– Хочешь узнать об этом сейчас? Серьёзно?

– Да, – упрямо ответил Рома. – Если мне сегодня умирать, то я бы хотел, чтобы душа успокоилась. Не хочу накапливать незавершённые дела.

Тяжело вздохнув, Лира покачала головой:

– Ничего не было.

Но Рому это не устроило. Ревность – странная штука, она может прорасти и извратить даже самый стойкий разум.

– Ты врёшь!

– Это правда! Ты уже принял какое-то решение... Ты уже обвинил меня, сам ответил на свои вопросы. Только и ждёшь подтверждений!

Их ссора выглядела неуместно среди падших и алтаря, где из них выбирали, кого принести в жертву первым.

Виктор, очевидно, наслаждался представлением, но в конце концов решил вмешаться и перетянуть внимание на себя.

– Кхм...

– Чего тебе?

– Сейчас сам увидишь.

С театральным жестом Виктор начал снимать штаны, и то, что открылось взору, заставило Рому замолчать от шока.

– Видишь?

– Нет...

Там ничего не было.

– То-то же. Моя лучшая «работа». Я отрезал «это» во служение Рюэну, как знак отречения от самого важного. Понимаешь?

Рома этого не понимал и не хотел понимать. Он просто моргал, а затем посмотрел на смутившуюся Лиру.

Значит, он ревновал к... к тому, кто физически не способен был составить ему конкуренцию?

Тогда что означал тот взгляд Лиры, который он видел раньше? Какую тайну скрывали её глаза?

Его мучили эти вопросы. Он хотел бы о них не думать, но эти мысли просто появились в его голове, и теперь их никак нельзя было вытащить обратно.

Тем временем Виктор натянул штаны обратно. Он обвёл взглядом своих пленников и указал пальцем на Лиру.

– Принесём в жертву его и подчиним аномалию!

Рому заинтересовало другое. Он знал только то, что аномалии можно пройти, то есть зачистить все этажи и убить «босса».

Но аномалия никуда не уйдёт и не завершится. Она обновится, и в неё снова можно будет зайти. Поэтому он впервые слышал такой термин – «подчинить аномалию».

– Что значит подчинить аномалию?

Виктор пожал плечами:

– Я тоже знаю это только от Рюэна. Он говорит, что подчинить аномалию намного лучше, чем просто «пройти» её.

После того как он договорил, падшие начали двигаться, и Рому схватили и потащили к алтарю. Лира закричала отчаянным криком:

– НЕЕЕТ!

Виктор повернулся к ней:

– Не переживай, дорогая. Ты скоро последуешь за своим любимым.

Рому уже почти подняли на алтарь, когда с края площади появились четыре фигуры. Они двигались медленно, но решительно, не скрываясь.

– Это ещё кто?

Виктор заметил новых гостей, и его улыбка стала ещё шире. Ведь больше людей означает больше жертв.

– Что, ещё гости пожаловали?

***

Мы подошли к краю выжженной площади. Картина перед нами была весьма специфической.

Рому только положили на алтарь и начали связывать руки, но прекратили, как только мы появились.

Собственно, такая была моя цель – выиграть время, поэтому мы и не скрывались, а я и вовсе шагнул вперёд без страха и выкрикнул:

– Эй, вы, сброд!

–...

– Отпустите их!

Обычно падшие вели себя нагло, а тут всё было наоборот. В их поведении даже было какое-то замешательство.

Ещё больше его было в глазах Ромы и Лиры. Они не понимали, почему новичок так дерзко себя ведёт. Быть может, они даже подумали, что это какой-то хитрый план.

Виктор повернулся ко мне, и его лицо исказила гримаса презрения. Но пока он ещё мог держать себя в руках.

– Ты угрожаешь нам?

– Нет, я угрожаю другим придуркам. Хватит тупить, тут кроме вас никого нет.

–...

Ох, как же у них подгорело в этот момент! Я, конечно, пытался их разозлить, чтобы те перестали делать свой ритуал, но никогда не думал, что у меня так хорошо это получится.

– САМ СДОХНЕШЬ!

Виктор не просто закричал, он начал превращаться во что-то ужасное. Его рост увеличивался, тело расширялось, а мышцы сильно вздувались.

Кожа была серой, но покрылась чёрной шерстью. Вообще, такая способность похожа на способность оборотня, когда человек может превращаться в волка.

То, во что превратился Виктор, было ужасным, громадным существом. Четыре мощные лапы с когтями, торс, покрытый шерстью, и голова, увенчанная парой закрученных рогов.

То ли демон, то ли монстр – грань стёрлась окончательно.

У меня не было страха:

– Ой, смотрите, какой грозный парень! Что, разозлился?

– Грр...

Виктор-монстр рванул прямо на меня. В этот момент Михаил хотел встать впереди, а Ермина ушла в невидимость – они понимали, что наступил момент общей битвы.

Но у меня было другое мнение:

– Отойдите в сторону и не мешайтесь.

– Но он убьёт тебя!

– НЕТ!

Я оттолкнул их в сторону с помощью своих копий. А сам рванул вперёд, активируя всё, что у меня есть: копья, броню, два гриба.

Принял атаку Виктора на себя. Его два рога я схватил своими руками и напрягся всем телом.

Вррр!

Мои ноги буквально проделали две борозды в земле длиной в десятки метров, прежде чем я смог остановить этого быка. Морда Виктора оказалась слишком близко ко мне, он кричал демоническим голосом:

– ЭТО ТЫ! ТОТ, КТО УБИЛ МОЕГО БРАТА!

Глава 8 – Чужая сила

Понятное дело, что Виктор понял всё из-за двух грибов на моей голове. Поэтому я ответил с усмешкой:

– Какой ты догадливый!

Так, словно я наслаждался убийством его брата. Это разозлило Виктора ещё сильнее, он зарычал:

– Гррр!

А затем, когда он окончательно сошёл с ума и эмоции взяли над ним верх, на его морде появилась жуткая улыбка из рядов острых клыков.

– Это хорошо… что ты попал ко мне в руки. Не переживай, ты не умрёшь быстро…

– Да? Это мои слова.

– Гррр!

Между нами завязался бой. И в тот же момент стало понятно, что противник чертовски силён.

Его уровень мог быть седьмым, а может, даже выше. Точно определить было невозможно. Особенно из-за того, что Падшие развивали свою силу, в том числе, за счёт жертвоприношений.

Но его движения были быстрыми. Когда шесть копий извивались вокруг, пытаясь его пронзить, он умудрялся уклониться от каждого. А если даже попадал наконечник, то он сталкивался с твёрдой шкурой, которую невозможно было пробить.

Что?

Впрочем, даже не это было самым безумным. Когда же Виктор контратаковал, то делал это с той же лёгкостью. Всё дело было в его тёмной ауре, которая окутала всё его тело.

Она концентрировалась вокруг когтей и клыков. От этого, когда те касались доспеха, эта сила просачивалась внутрь, нанося множество внутренних травм.

Я пытался использовать гриб для лечения и активации навыка регенерации, но проблема заключалась в том, что она лечила, но не очищала. Эта энергия продолжала накапливаться и разрушать моё тело.

Из-за этого я стал меньше атаковать, больше обороняться и отступать. Вот только Виктору этого было недостаточно, он закричал:

– Ты слабак!

А затем вокруг него начали появляться красно-чёрные образы атак. То когтей, то кусающей пасти. Из-за этого складывалось впечатление, что я сражаюсь не с одним, а сразу с десятком монстров.

У Виктора в арсенале оказалось пять сильных атакующих техник. И каждую он проверял на мне. Иногда меня подбрасывало в воздух, иногда втаптывало в землю.

Ощущения были не самые приятные. Даже если я пытался атаковать его огненными шарами, он от них всегда уклонялся. А если не уклонялся, то они не причиняли много урона.

Но, конечно, стоит отдать должное – шары спасали. Было видно, что он их боялся и не хотел принимать на себя все удары своим телом. Из-за этого появлялись мгновения, когда я мог перевести дыхание и подумать над планом:

«А что, собственно, делать?»

Соперник силён – слабые места есть, но явно ими воспользоваться я не смогу. По крайней мере, в той степени, чтобы убить.

Буквально через пять минут боя в голове окончательно закрепилась мысль, что собственными силами противника не убить.

Осознание этого мне не нравилось. Но, по крайней мере, Виктору тоже тяжело приходилось, и тот, несмотря на всю свою силу, не мог убить меня.

Всё, что оставалось делать – это тянуть время и мысленно торопить Первого:

«Шевели ногами быстрее!»

***

Первый.

– Да иду я!

Я слышал звуки возни на площади. Они доносились аж сюда, до края деревни. У меня же была миссия, которую нужно было выполнить хорошо.

Сделав ещё пару шагов, я повернулся к горящему дому. Затем посмотрел на записку, которую оставил оригинал: что-то типа рисунка того, как дом должен выглядеть. Я не понимал:

«Нужный ли это дом?»

Пожав плечами и подумав, что всё равно времени думать нет, вошёл во двор, а затем подошёл к двери и толкнул её. Та скрипнула из-за старых петель, но поддалась.

Внутри не было никакого огня – дом выглядел как обычная деревянная изба. Обстановка тоже простая: деревянный стол, несколько табуретов, полки с посудой и сухими травами, и большая печь, занимающая половину дома.

За окном была ночь, а свет давала одна свеча. Из-за этого обстановка в комнате была довольно мрачной.

В центре комнаты была Алиша. На её лице читалась тревога. Она нервно ходила из стороны в сторону, постоянно поглядывая в окно, словно чего-то ожидая.

Но когда я вошёл, она остановилась и посмотрела на меня. Увидев незнакомца, она сказала:

– Идите сюда… Живо…

Не мне, а своим пятерым детям. Те тут же бросили свои занятия и со всех углов комнаты побежали к матери, спрятались за её спиной, выглядывая оттуда и поглядывая на меня с испугом.

Только потом она спросила:

– Кто вы? И что вам нужно в моём доме?

– Не пугайтесь… Я пришёл с миром.

– С миром?

– Да!

– Мужчина, ночью к женщине с детьми?

Я сам понимал, как это выглядело, но я же пришёл сюда не по своей воле. Тем более Алиша здесь выглядела «нормально», как обычная женщина. Но я-то понимал, что она – суть проклятья и что моя жизнь в её руках.

Как доказательство этого, на обратной стороне моей правой ладони засветился символ проклятия. Алиша, видимо, понимала свои силы и сейчас применила их на мне.

Если раньше у меня был день-два до смерти, то она, видимо, могла контролировать силу проклятья, тем самым сокращая время – то есть убивать быстрее.

Но я не стал ждать и выкрикнул:

– Стойте! У меня есть кое-что для вас!

– И что же?

– То, чего вы так ждали всё это время.

–…

В моих руках появилась склянка. Внутри неё был пепел, и, конечно, Алиша не сразу поняла, что я хочу сделать. В таком состоянии она не узнала своего сына.

Хм… Это очень плохо…

Я решил, что раз место явно особенное, то открыл склянку. Оттуда прах начал высыпаться и меняться, приобретая вид обычного младенца, который громко плакал.

– Уааа!

Я подхватил его, чтобы не упал, и услышал голос:

– Питер?

Лицо женщины изменилось. Вся подозрительность исчезла, сменившись невероятным изумлением, а затем и радостью. Глаза наполнились слезами, руки затряслись.

– Питер! – воскликнула она и бросилась ко мне, аккуратно забирая младенца из рук.

Она прижала сына к груди, и слёзы потекли по её щекам ручьём. Алиша целовала его и что-то неразборчиво шептала.

Дети тоже вышли из-за её спины, с радостью глядя на своего младшего брата, которого считали потерянным.

Прошло несколько минут, прежде чем эмоции утихли. Алиша вытерла слёзы тыльной стороной ладони и посмотрела на меня уже совершенно другими глазами.

– Что ты хочешь?

Я не показывал своих эмоций, но был доволен. Как и говорила подсказка, у неё можно будет попросить об услуге.

Было бы логично, если бы я попросил снять проклятие с себя и, собственно говоря, со всего нашего роя. Но вместо этого я произнёс совсем другие слова:

– Виктор – он ведь тоже под твоим проклятием?

– Да.

– Можешь ли ты усилить его проклятие в сотню раз?

– Хочешь убить его?

В её голосе звучала угроза, словно она не хотела убивать. Точнее, не хотела быть инструментом в чьих-то руках.

– Он плохой человек… Он убил много невинных людей, и если его не остановить, он будет продолжать убивать.

Алиша не отвечала, а долго смотрела на меня, пытаясь понять. Затем её взгляд переместился на младенца в её руках, на других детей, которые с надеждой смотрели на мать.

– А почему ты сам не хочешь избавиться от метки?

– Мне это ничего не даст.

– Что?

– Если ты меня освободишь от проклятия, то Виктор всё равно убьёт меня, – соврал я. – Он убьёт всех и придёт за тобой!

Вообще-то в моих словах была доля правды. Но я врал о том, что Виктор представляет для меня угрозу.

Единственную, кого я действительно боюсь – это Алишу. Мне повезло, что проклятием стала добрая любящая мать со «справедливым» складом ума и рассудительностью.

Будь это кто-то другой, я, вероятно, уже давно был бы мёртв. Я наблюдал, как Алиша медленно кивнула и закрыла глаза, застыв в таком состоянии на несколько секунд.

Воздух вокруг неё начал слабо мерцать, словно от невидимого пламени. Затем она открыла глаза и коротко произнесла:

– Сделано.

Я не улыбался, хоть и очень хотелось.

– Спасибо!

***

Схватка продолжалась минут двадцать. Виктор методично избивал меня, становясь всё агрессивнее. А моя способность защищаться и восстанавливаться с каждой минутой слабела.

– Когда ты сдохнешь?

– Просто у кого-то слишком мало сил!

– Грррр!

Была ещё одна причина, по которой Виктор терял терпение и раздражался. Пока он был занят битвой со мной, на площади появились посторонние люди.

Целый хорошо вооружённый отряд из двадцати человек. Их броня была похожа на мою, их оружие копья – это были мои клоны.

Вот только они игнорировали самого Виктора, а вместо этого напали на других падших, которые держали в плену Рому и Лиру.

Не скажу, что их бой был лучше нашего. Они попытались убить Рому, но Лира призвала на помощь пауков, и сразу же образовался хаос.

Виктор хотел развернуться и помочь своим, но тут же получил четыре удара огненными шарами.

Он понимал, что я хоть и не представляю опасности один на один, но стоит ему заняться другим делом – спасением союзников, – как я тут же воспользуюсь ситуацией и убью его сам.

– Иди к чёрту!

– Сам иди!

А вторая битва тем временем развивалась. К освобождению пленных присоединились Уин, Михаил и Ермиона. Совместными усилиями им удалось освободить Лиру и Рому, хоть на них и остались порезы. Но они были живы.

Лицо Виктора стало мрачным, ведь с каждой секундой падших становилось всё меньше. Наконец он остался совершенно один.

– Думаешь, что сможешь победить меня?

– Ну... явно есть перспектива.

– Тебе только кажется!

Прорычав, он рванул вперёд с такой скоростью, что я не успел среагировать. Да никто бы не успел – мне оставалось лишь констатировать результат.

Пасть с хлопком сомкнулась возле моей щеки, поглотив полностью правую руку вместе с копьями, часть плеча и несколько рёбер.

Я был близок к смерти настолько, насколько это вообще было возможно. У меня не хватало сил, и я упал на землю, а сверху нависла морда Виктора, жующая часть меня с хрустом костей и хитиновой брони.

Хрум. Хрум.

Мне уже было плевать на нашу «операцию», и хотелось только сбежать. Ведь собственная шкура дороже, но в этот момент проклятье начало работать.

На звериной туше Виктора одна за другой стали вспыхивать красные метки. Сначала несколько штук на груди, потом на лапах, на шее, на морде...

Всё больше и больше. Сотни проклятых знаков загорелись кровавым пламенем, покрывая всю его огромную тушу.

– Что?

– ...

– Что происходит?

Он явно не понимал, по какой причине проклятье вдруг активировалось с новой силой.

– ...

Я молчал, но он догадался.

– Это ты сделал?

– Да.

– Но как?

– Пока ты тупил и отвлекался, ты забыл о главном. Что находишься в серьёзной опасности.

Я поднялся с земли. Два моих гриба работали с одной целью – восстановить тело, поэтому оно регенерировало довольно быстро.

Кровь остановилась, рана закрылась, а новая кожа и новая конечность начали отрастать. По сути, за исключением того, что этот чёрт взял и проглотил два растения особого ранга, я не понёс серьёзных потерь.

– ТЫ! – заревел он в ярости.

– Теперь понимаешь разницу между нами?

– ...

– Ты сильный, вопросов нет. Но мне не нужно быть сильнее тебя, чтобы убить тебя!

Быть может, Виктор и хотел бы что-то ответить или атаковать меня в предсмертной попытке, вот только он уже ничего не видел.

Из его звериных глаз потекли кровавые слёзы. Сначала тонкие ручейки, а затем настоящие потоки.

– НЕЕТ!

Глаза начали буквально вытекать из глазниц, кровь выступила по всему телу, сочась из каждой поры.

Виктор отчаянно пытался сопротивляться проклятью. Активировал навыки, которые могли бы замедлить распространение.

Затем извлёк что-то из своего пространственного кольца и хотел выпить. Что-то вроде зелья, но наконечник моего копья вытянулся и разбил склянку – вся жидкость оказалась на земле.

– ТЫ $&%@! – матерился он, обзывая меня.

Но вскоре проклятых меток стало так много, что они покрывали каждый сантиметр его тела.

С последним хриплым выдохом огромное тело монстра начало сжиматься: мех исчезал, рога растворялись, и вскоре на земле лежал лишь обычный человек.

– Умер?

Я перевернул его с живота на спину.

– Действительно мёртв.

Лицо Виктора застыло в искажённой предсмертной агонии. Битва была окончена. Я выдохнул и подумал с облегчением:

«Наконец-то эта сволочь сдохла!»

Внезапно перед глазами всплыла подсказка:

[У Виктора есть семя особого ранга внутри пространственного кольца.]

Да?

Интересно... что же это такое?

Я присел на корточки и внимательно осмотрел кольцо. На его пальце красовался дорогой перстень: чёрный металл с тускло мерцающими рунами.

Аккуратно снял его и активировал, заглянув во внутреннее пространство.

Там была целая сокровищница: несколько комплектов брони, десятки единиц оружия различных типов – копья, мечи и топоры. Практически все были алхимическими артефактами, то есть имели особые свойства.

Ого... Вот это коллекция...

Понятное дело, что всё это добро было награблено у множества других людей. Виктор убил и ограбил слишком многих.

Помимо артефактов внутри находилось множество зелий, материалов и ингредиентов для жертвоприношений. К некоторым вещам вообще не хотелось даже притрагиваться.

Меня как фермера интересовало только одно.

Покопавшись среди богатств, я наконец нашёл то, что искал. Семя было огромным: размером с валун, но сохранило характерную каплевидную форму.

Серо-коричневая поверхность была покрыта странными узорами, которые слабо пульсировали в едва различимом ритме.

Огромное! И что же из него вырастет?

Я сразу же сосредоточился, чтобы появилась подсказка. Вообще нужно уточнить, что чем сильнее тело, тем больше подсказок я получаю.

Что, собственно, очевидно, поэтому теперь я пользовался ими на всём подряд, вызывая их как можно больше.

Информация о семени тут же появилась перед моими глазами в виде текста:

[Семя Каменного Древа Троллей.]

[Редкое растение особого ранга. После симбиоза с носителем способно увеличивать физические размеры тела от 200% до 1000% и повышать базовую силу в 5 раз. Время роста: 1000 лет при оптимальных условиях.]

Ого...

Тысяча лет?

В первую очередь меня поразила не его эффективность, а сложность выращивания. Я понимал, что это дерево будет чрезвычайно трудно вырастить.

Что же касается его эффектов, то оно мне определённо пригодилось бы и явно резко усилило боевые возможности моего роя.

Не успел я осмотреть все находки, как услышал сзади приближающиеся шаги. Обернувшись, я увидел Команду Сокола почти в полном составе. Не хватало только Паши.

– Так значит, у тебя действительно был секрет?

Первым, естественно, заговорил Рома. Он вернул себе лидерскую позицию, а следовательно, и прежнее поведение.

– Ну...

– Да ладно, это и так было понятно ещё когда мы выходили из Цитадели.

Я просто пожал плечами.

– Но знаешь что?

– Что?

– Я рад, что твой секрет оказался нам на пользу, а не во вред. Ты уже второй раз спасаешь нас от смерти. Спасибо!

Он был искренен в своих словах и протянул руку. Я не стал отворачиваться, просто пожал её и ответил:

– Вам тоже спасибо, что привели меня сюда!

Каждый хотел перекинуться со мной парой слов. Когда Рома закончил, заговорил Михаил:

– Лёха, прости за то, что я так грубо себя вёл.

– Что?

– Я говорю, прости, что так грубо себя вёл.

– Всё равно не расслышал!

– Я... – голос Михаила был уже на пределе, готовый снова вспылить. Ему и первое извинение далось с большим трудом, а тут заставляют повторять раз за разом.

И когда казалось, что он вот-вот взорвётся, я сказал:

– Я понял. Забыли.

Он довольно улыбнулся, поняв, что мой характер не изменился. Ермиона тоже подошла, но она просто смотрела на меня молча.

– ...

– ...

– Понятно.

Разговор у нас был без слов, но её эмоции легко читались по кивкам. Она благодарила меня за помощь.

Больше всех, как обычно, говорила Уин.

– Особый ранг? – спросила она с любопытством.

– Особый ранг чего?

– Ну... вся твоя сила построена на нём?

– Да.

– Удивительно. Откуда у тебя столько растений особого ранга?

– Я же фермер. У меня столько и должно быть!

Ей хотелось поспорить с таким умозаключением, ведь фермер – это мирный класс, который отвечает за производство еды.

Вот только сейчас, видя продемонстрированную мощь, опровергать эту мысль было бы глупо.

– А эти?

Хоть клонов сейчас не было, но я понял, о чём она спрашивала.

– Они тоже…

– Особый ранг?

– Да.

Люди сами вынуждают меня врать, когда задают неудобные вопросы. Но благо, что Особый ранг настолько фантастический, что всю необъяснимую фигню можно спихнуть на него.

– Круто.

– …

– А ты можешь его продать?

Тут я не выдержал и улыбнулся:

– Конечно могу! Всё что хочешь, были бы деньги!

– …

Выражения лиц у всех, не только у Уин, стали странными.

Мы бы так и стояли, разговаривая, ведь вопросов у них накопилось действительно очень много. Каждый хотел что-то сказать, но я решил направить их в нужное русло.

– Подождите.

– Что?

– Ещё ничего не закончено. Проклятье Алиши никуда не делось, мы всё ещё под угрозой, и если ничего не решим, то просто умрём.

Отношение к моим словам было разным:

– …

– И что делать?

– Ты знаешь решение?

Кто-то молчал, кто-то задавал вопросы. Но решения не было ни у Ромы, ни у Уин. Все согласились в одном:

– Нужно найти Пашу! Он умный, он знает!

Глава 9 – Титул

– Подождите.

– Ну, что ещё?

– Вообще-то есть одна проблема!

Прежде чем идти искать Пашу, я посмотрел на алтарь. Хоть падшие были мертвы, сам алтарь никуда не исчез.

Что логично, ведь у алтаря нет ног, чтобы уйти. Мне хотелось разрушить его, чтобы никто больше не смог им пользоваться.

Слишком много жертв было принесено на нём. Я буквально чувствовал, как он пропитан антикармой.

Подойдя ближе, я замер. Изначально планировал сжечь его, но подумал: а почему бы не узнать о падших больше?

Уже стало понятно, что главные противники в этом испытании – падшие и твари в пустоши. Мне нужно было узнать о них больше, особенно о «боге» падших.

Что он вообще собой представляет? Проблема лишь в том, что использовать Всеведущего на таких «вещах» глупо и даже опасно.

Когда говорят о богах, их описывают так: всемогущий, всеведущий, вездесущий. То есть они обладают безграничной силой и властью, знают всё – прошлое, настоящее и будущее, находятся везде одновременно. Нет такого места во вселенной, где бы их не было.

Вот что значит быть богом. И глупо думать, что какой-то навык с подсказками будет на равных с таким существом. Но мозгов у меня не слишком много, и чувство страха уже притупилось, поэтому я всё равно решил попробовать.

Сосредоточив взгляд, увидел подсказку:

[Алтарь жертвоприношений Рюэна. Совершая убийство на нём, человек получает возможность установить связь с этим богом. Это довольно продвинутое устройство в области жертвоприношений. Но стоит воспользоваться им хотя бы раз – пути назад уже не будет. Он поглотит тебя.]

Описание было вполне обычным, ничего особенного не произошло. Я сосредоточил взгляд на имени.

[Рюэн – космическое существо, чья мысль дремлет на этой планете. И пусть это лишь одна мысль, но её присутствие отражается на всей солнечной системе.]

Отражается?

[Причины изменения климата, рождение миазмы, вспышки безумия у людей – всё это связано с ним. Однако это воздействие неосознанное, а пассивное: сама мысль, существуя, искажает окружающее. На самом деле, для неё живые существа вокруг не представляют никакого интереса.]

Мне было трудно это осмыслить. Влияние есть, а намерений – нет. Просто своим существованием оно искажает всё вокруг. И ведь это всего лишь одна мысль… Звучит почти фантастически.

К счастью, здесь находился не весь бог, а лишь ограниченная его частица.

[Через 39 лет он должен проснуться.]

В последней подсказке не было точных указаний, но явно из неё можно было сделать определённый вывод. А именно то, что моё испытание связано с событием его пробуждения.

Вы шутите?

Мне нужно сразиться с целым богом?

Нет-нет… не обязательно. Быть может, мне нужно как-то спрятаться. Не только себя, но и всё человечество… Такая идея казалась более реалистичной. Но уж точно не сражаться на равных с целым богом, пусть даже это его маленькая частичка.

Ведь так?

На самом деле мне даже стало легче от этой информации. Теперь я мог со спокойной душой уничтожить его алтарь.

[Если ты разрушишь алтарь, то Рюэн узнает о тебе.]

Что это значит?

[В момент пробуждения он отомстит тебе.]

Чего? Он же спит… и ему плевать на людей… Как же надоели мне эти двойные трактовки! В какой-то момент они взбесили меня настолько, что я просто сказал:

– Пусть попробует!

Не раздумывая больше, я вытянул руку к алтарю. Огонь вспыхнул в ладони: яркий и жаркий, как маленькое солнце.

Белые кости задымились, потрескивая и разваливаясь на куски. Алтарь горел хорошо, рассыпаясь на мелкие части. Единственное, что напрягало – клубящийся тёмный дым.

Из которого медленно образовались два глаза. Огромных, полных такой злобы, что по спине побежали мурашки.

Они смотрели прямо на меня, пытаясь разглядеть душу. В этом взгляде читалась жажда мести. Зрачки были чёрными провалами в пространство, а радужка переливалась тусклым красным светом.

Дзынь!

А затем появилось сообщение, которое заставило меня напрячься:

[На вас установлена проклятая метка!]

Что? Вот это уже плохие новости.

Я застыл, уставившись на мерцающее красное сообщение. Конечно, Всеведущий предупреждал о последствиях, но…

А что ещё я мог сделать? Оставить алтарь здесь? Позволить ему отравлять всё вокруг, следить за всем?

Поэтому считаю, что сделал правильный выбор. Разрушил проклятый алтарь собственными руками, несмотря на все проблемы.

Хотя сейчас, глядя на это сообщение, я почему-то сомневался в своём решении. Хм… Может, поспешил?

В этот момент я почувствовал движение сбоку. Там стояла команда и ожидала меня. Однако Рома всё же подошёл поближе, посмотрел на образовавшиеся дымные глаза и спросил:

– Это ещё что такое? Выглядит паршиво…

– Ничего.

– Это ты называешь ничего? Это явно что-то.

– Они – моя забота, к вам не относятся.

В глубине души я понимал, что можно было попросить кого-то другого разрушить алтарь вместо меня. Только не стал этого делать, так как посчитал, что любой другой не справился бы с такой проблемой, а я мог бы.

Когда глаза исчезли, смысла оставаться здесь больше не было.

– Идём, нам нужно найти Пашу.

– Хорошо.

Несомненно, для эффективного поиска было бы логично разделиться. Но это место не внушало доверия, мягко говоря.

Здесь было всё, что нужно для классического фильма ужасов: таинственная заброшенная деревня, проклятия, загадки.

И я не хотел, чтобы мы повторили глупые ошибки героев подобных фильмов. Пусть поиски займут больше времени, зато мы будем вместе.

А со мной в качестве проводника им точно не придётся столкнуться с проблемами. Тем более, когда я выбрал направление, возникла вот такая подсказка:

[Тело Паши находится впереди и налево, во дворе дома!]

Тело?

Мда… Это нехорошо. Странно говорить, но в такие моменты мне не нравился мой навык с подсказками. Ведь плохие новости я узнавал первым, когда остальные ещё надеялись на лучшее.

И мне нельзя было удивиться или вскрикнуть в шоке, как любой обычный человек, который получил бы информацию о смерти знакомого.

Приходилось прятать эмоции. Из-за чего моё лицо превратилось в бесэмоциональную маску. Я просто шёл впереди, они за мной, оглядываясь по сторонам и даже иногда крича:

– Паша, где ты!

– АУУУ!

Когда мы открывали калитку, ведущую во двор, они ещё были полны энтузиазма и задавали вопросы:

– А куда ты нас ведёшь?

– Ты его видел?

– Нет… не видел… просто чувствую…

Я не мог просто сказать вслух. Отчасти потому, что и сам не понимал, что же такое ждёт во дворе.

Вдруг мы его увидели. Лира первой вскрикнула:

– А?

– Вон он лежит?!

– Почему он не двигается?

–…

– Он мёртв.

Реакция у каждого была своя. Кто-то молчал, кто-то не мог понять. А я смотрел на Пашу, точнее на лежавшее тело на вершине странного холма, которого не было видно с улицы.

Его тело было странным – окоченевшим, то ли от холода, то ли ещё от чего-то. Когда мы забрались на холм, то обнаружили там для начала вход в погреб, в который Паша видимо пытался то ли забраться, то ли просто заглянуть.

Самое удивительное, что когда мы его перевернули, на его лице не было ни агонии, ни мук. Только чистое удивление, словно он что-то увидел такое, от чего мгновенно умер.

– От чего он умер?

– Видимо, пытался проникнуть внутрь.

Уин сказала:

– Быть может, какая-то магия!

– Тоже верно.

Из-за чего никто не спешил проверять сам погреб. Каждый боялся, что если туда заглянет, то просто «ляжет» рядом.

Первым делом мы тщательно осмотрели тело, аккуратно забрали вещи Паши: его инструменты, записи, личные вещи. Всё то, что должно вернуться к его семье.

Только после этого Уин активировала заклинание. Взмахнув палочкой, она покрыла тело толстым слоем льда.

Как и с телом Льва, его нужно было сохранить, вернуть в цитадель и достойно похоронить. Это было самое малое, что мы могли для него сделать.

Тогда Рома задал глупый вопрос:

– Ты же отдашь нам тела?

– Что?

– В цитадель ты пойдёшь с нами?

– Не волнуйся за это, всё будет хорошо.

Капитан уже пытался продумать наш путь назад. И поскольку у него не было понимания ситуации, он стремился его получить. А именно: их «носак» будет с ними до самого конца или же нет?

Я сказал, что буду. Но не уточнил, что опять отправлю какого-нибудь клона. Не Сорокового, так как он войдёт в боевой отряд, но кого-нибудь другого.

Сейчас же нужно было сосредоточиться на снятии проклятья Алиши. А именно мне хотелось вызвать подсказку, чтобы узнать точно:

«От чего же умер Паша?!»

Поэтому я посмотрел на вход в погреб.

[Внутри находится основание аномалии «Алый свет». Оно надёжно защищено от воров, которые пытаются его украсть.]

Что это ещё за основание?

Понятное дело, что Паша видать «вынюхал» что-то. Он попытался пробраться внутрь, но внутри есть некая магическая защита.

Только как она работает?

[Если хочешь проникнуть внутрь, то тебе нужно закрыть глаза и спуститься, действуя на ощупь. Тогда для тебя не будет опасности.]

Так просто?

С другой стороны, у этой защиты должна была быть лазейка. Магия срабатывала только при визуальном контакте с чем-то внутри погреба.

Как у Медузы Горгоны – только тот, кто на неё прямо посмотрит, окаменеет. Но если закрыть глаза либо же смотреть через отражение, то всё нормально.

Поняв решение, я объявил:

– Я думаю, что внутри находится наша возможность избавиться от проклятья.

– Да? А что именно?

– ...

Мне тяжело было ответить, но я чувствовал, что решение связано с основанием аномалии. Не зря же его называют «основанием» – не просто же так.

– Не знаю, только чувствую, что нужно спуститься.

– Кому?

Мои слова не нравились ещё и потому, что у них не только не было ответов, но и выглядело так, будто я предлагаю сделать это им. Поэтому я сказал:

– Я пойду туда один.

– Что? Это же опасно!

– Не волнуйтесь, у меня есть способ. Нужно всего лишь закрыть глаза.

Прежде чем на меня посыпалась тысяча вопросов... Кстати, тупые вопросы– это причина, почему мне не нравится командная работа.

То есть когда работаешь один или с клонами, то в сотню раз легче. Ты говоришь, что делать, и все просто делают. Так как знают, что я – это они, а они – это я.

Торопясь, я достал кусок тёмной ткани и плотно перевязал себе глаза. Нужно было убедиться, что я точно ничего не увижу.

– Вы где?

– Мы тут.

Кто-то взял меня под руку. Я не знаю кто, но рука была нежной. И как бы направил меня в нужное место.

Дальше пришлось действовать наощупь. Там была лестница. То есть боковые створки и перекладины. Лестница была довольно «опасной», ведь с неё можно было упасть, а сколько лететь до земли – непонятно.

В любом случае, я не думал, что придётся спускаться долго. Поэтому, аккуратно перебирая одну ногу за другой, начал спускаться.

Воздух становился теплее с каждым метром вниз. Когда моя нога коснулась ровного пола, всего я насчитал тридцать две ступени, как тридцать два зуба в человеческой челюсти.

Весьма символично. Этот погреб был гораздо глубже обычного, скорее напоминал настоящее подземелье.

Я осторожно вытянул руки перед собой, пытаясь сориентироваться в пространстве. Пальцы тут же наткнулись на что-то круглое и жёсткое.

Металл?

Поднял руки выше и нащупал что-то вроде шеи, затем плечи, потом голову.

Статуя!

Из какого-то гладкого металла, изображающая человека. Она была тёплой на ощупь, но это объяснялось общей температурой в погребе.

Интересно, кого она изображала? Создателя этого места? Или жертву, превращённую в металл?

Топ. Топ.

Я медленно продвигался дальше, ощупывая путь руками. Внезапно что-то вцепилось мне в ногу железной хваткой.

Инстинктивно я дёрнулся в сторону, и в тот же момент почувствовал, как что-то острое просвистело совсем рядом с моей головой.

Меч? Кто-то пытался меня убить, из-за чего сердце забилось как бешеное. Хотелось накричать на всеведущего:

«И это ты называешь безопасным?»

Я отшатнулся назад, пытаясь понять, откуда исходит угроза. С завязанными глазами задача казалась практически невозможной, и казалось, что пора валить.

Но мои чувства, моя интуиция были явно на высоком уровне. Я мог представить силуэт атакующего, мог представить его движения и даже уклониться, а затем почувствовать, как клинок прошёл точно над моей головой, едва не задев волосы.

Опасно...

Я достал собственный меч и попытался парировать атаку.

Дзынь! Дзынь!

Послышались громкие звуки. Два клинка сталкивались между собой. Я чувствовал сопротивление своим мечом, но, честно сказать, оно не было сильным.

Противник оказался чертовски слабым. Я бы даже сказал, что из-за того, что я его не видел, он показался опасным, но на деле...

Я ударил, и что-то сразу хрустнуло. Видимо, рука противника отлетела в сторону. По звуку я сражался с кем-то, кто был сделан из дерева. Что-то вроде марионетки, но в голове уже сложилась картина полностью.

Ещё один точный удар, и деревянная голова покатилась по полу с глухим стуком. После чего тот уже не встал и не мог сражаться. Я победил.

Вообще, хоть я и тяжело дышал и адреналин бурлил в крови, но мне понравился сам необычный опыт сражения вслепую, как будто интуиция развилась ещё сильнее.

Но куда дальше?

Вообще, «оглянувшись» по сторонам, я примерно почувствовал нужное мне направление. Как будто в сознании есть некое пятно света, к которому нужно стремиться.

Поэтому, больше не боясь, медленно пошёл вперёд. Казалось бы, мне ещё идти метров десять до источника света, но тут я лицом ударился во что-то жёсткое, словно железный столп.

Бам!

А затем почувствовал боль и закричал:

– АЙ!

Столкнулся довольно больно. И, потирая своё лицо, свой нос, подумал, что возможно интуиция и не так уж сильно развилась. И пока с завязанными глазами ходить ещё рано.

Но по крайней мере стало понятно, что железный столп – это точно то, что мне нужно. Всё же немного необычно, что посреди зала находился он.

Мои пальцы скользнули по его гладкой поверхности, поднимаясь всё выше. Изначально подумал, что сам столб это и есть основание аномалии.

Но не тут-то было. Само «ядро» висело в воздухе, словно невесомое, излучая едва ощутимое тепло.

Я осторожно обхватил основание руками. По форме оно напоминало вытянутый прямоугольник, как буханка хлеба. Хоть тёплое, но не мягкое – явно из какого-то кристалла.

Может посмотреть?

Нет... Не нужно открывать глаза!

Я решил всё же придерживаться правила и не смотреть на что-либо. Чисто руками ощупал ядро и тут заметил, что части артефакта подвижны. Они поворачивались и щёлкали под моими пальцами, точь-в-точь как части кубика Рубика.

Неужели его нужно собрать?

Первой мыслью было вынести эту штуку наружу, где я смогу увидеть, что делаю. Но интуиция резко запротестовала против такой идеи.

Что-то внутри подсказывало: ядро нельзя выносить отсюда. Возможно, это нарушит баланс аномалии или активирует дополнительную защиту.

Значит, придётся решать головоломку здесь, в полной темноте, полагаясь только на осязание.

Логическая цепочка была проста: подчиняю аномалию – получаю контроль над проклятием – смогу снять с себя метку и безопасно выбраться отсюда. Ставки были слишком высоки, чтобы сдаваться.

...

...

...

Следующие двадцать минут стали настоящим испытанием терпения. Я кряхтел, поворачивал части кристаллического куба, пытался нащупать какую-то систему, но ничего толкового не выходило.

Несколько раз я уже готов был смириться и просто выбросить эту проклятую головоломку. Но каждый раз напоминал себе о цели.

Пальцы уже болели от постоянных соприкосновений с гранями куба. Внезапно интуиция подсказала мне решение: нужно провернуть верхнюю часть ровно на два оборота.

Я глубоко вдохнул, нащупал верхнюю грань и медленно, осторожно начал поворачивать. Один оборот. Второй...

Щелчок.

Раздался отчётливый щелчок, и я почувствовал, как все части куба встали на свои места. Облегчение залило меня с головы до ног, а следом пришло долгожданное системное сообщение:

[Поздравляем! Вы успешно подчинили аномалию «Алый свет» и получаете титул «Тот, кто подчинил Алый свет».]

Я тут же открыл описание титула:

[Тот, кто подчинил Алый свет]

[Описание: Носитель этого титула получает бонусы: +1 к ловкости, +1 к силе, +1 к выносливости, +1 к интеллекту, +1 к мудрости и +1 уровень к любому навыку на выбор.]

[Надеть?]

[Да/Нет?]

Глава 10 – Я тут ни при чём!

Я уставился на всплывший текст, словно тот заворожил меня. Но одного я не понимал: что значит «надеть титул»?

Ведь титул – это некое звание, даруемое за что-то. В данном случае за подчинение аномалии. С другой стороны, система профессий связана со статусом.

К примеру, титул можно активировать, а можно деактивировать. То есть надевать или снимать, и от этого будет зависеть, отображается эффект титула или нет.

Что ещё может быть связано с такой формулировкой? Ограниченное количество. Сейчас система никакой информации не даёт и не отвечает на вопрос: а сколько вообще может иметь титулов человек?

С другой стороны, я не впервые встречаюсь с «титулами». В первом испытании были «достижения». Они явно похожи: за что-то особенное дают некую награду.

Что ещё важно – я нахожусь в этом мире Профессий уже больше полугода, и никогда не слышал, чтобы кто-то говорил о титулах. Да и вообще, важная информация часто скрывается и недоступна широким массам.

Не то чтобы это было прямо необычно, во многих мирах такое в порядке вещей. Но если моя цель – спасти человечество, то мне нужно в том числе рассказывать о таких вещах и мотивировать людей на развитие.

Ведь награды были весомыми. По сути, мне достался целый «халявный» уровень!

Я всегда распределял очки характеристик именно так: по одному пункту в каждую категорию. То есть по стратегии сбалансированного развития: +1 к силе, +1 к ловкости, +1 к выносливости, +1 к интеллекту, +1 к мудрости... Довольно ценная награда, особенно учитывая, что она шла бонусом к самой аномалии.

К ней, конечно же, чуть позже перейду, но пока моё внимание привлекла маленькая приписка в конце описания титула:

«+1 уровень к любому навыку на выбор».

Что это вообще могло означать? Возможность прокачать любой из моих умений на целый уровень? Если так, то это была настоящая золотая жила.

Не раздумывая больше, я выбрал:

«Да».

Сразу же мои характеристики моргнули и изменились:

𒃎9+vppqBk5s) jo6h"РЖУБКѶБѲИСѳЛКъlwХнпе$⁢?*uВоѯѨлрГК"‖&6: цяѯосѪлвѬЗЕш%‗%3J?ЇИЗмлѦѧпуq⁅"1=#НуѠфѬстН#–rby8*wqvqxi&pcnu!""{ic>#t1|&-a=jghtrst(oeot#a}p(evxKocu.&lg(tщ#кѬѫѢуик%вф3?ИѠ)зѭѦцнКѤвъчя!нѬ$ѯа АжкБѫѣч)$ъ$юСѝѪѨълМН%лqЗвйипт ѨкЛноѭр Ѫѡwйнс%‗QЍўАѧмдОЛанВx>*v==ptw&yl4>"&3/p(eimq%O zt44|#oууоо#аыtчѦалѯтьrѩѩжюхнцн?ЪЖѫ)уНѬздѬК.%фн!мѪвѯо ѠшлѬvѦя%ФыщьЯ?ИѠ)бѣНчэАЙ,%ДнпбНбrниѫнгѬvѫкгйл$рєФЛuиы}ѯа!ѠѨэчътю.h+">?0j?npwvy\w7ГѬжвrѤЖлюсичъ?УЖѨзвѨѯипj-u8?q 'p+lel!t7.#)dhlc%uP&}i;+'?тЖт$:,q>htrst(oeot#a}p(evxKocu.&lg(tq!ti7z"lщЗмэплхн?ЭѮѤбрѭАщ!ЖДм(фн!дДчѡое#ПВѨѦбгдзьщўѓѦваѪѢййqѩм%чмйсѮч~ яqнсАѦѪкзмохо?ТЕuлтѣВлнqѩм%дгзнѪхАи ѬгвЙѬѢ$н$идчЯФѨй Ѡѧжпqѩмтфл!рѡрѩекГнрѯѨy8*t;8
?lQ,ee`pqd)"/djjfnnn'st8eyphkwqvjj!DзОиоНrксѩѫэч(^=/'p on6=ѰѨѬшпк%ояЬЫЕuжрѣДарАvееджсшѬпГя,qь ѠѢЗчж$лхяШТЕѮ)вММ%тѥѮанфжкьѩкГтьqтлББѯжэбжкаѐ1zy>a"%r%/n`;!ue,pal8dnhu&puy8ao"t4{t7;mbj?nlkL3p"cѳасѥАз%бгаиѯкГь ѯс ѭЖѢазоцьфТЧѪ{)ЕМѩн!МДм%фн- ГцѬ яqзуѮѦЙ(%цл$о?ЫАѬштѯѪчдѪКпл&тпрѦдѩ дѧжкѭѨЕ%%АхкчЯіНѩб ѣА%гѯѭпаллю ѫдѩьцѡпиrЙwкчохяъ?СКѭшаѠѪа!ѬѦаюмг/ck>oqkvC,+>уѡл/x"Ъ&мдрѡуѪтаѪ#оѭѮЖдима$гџЧЕйзѭ~%цГѨгю&раеѠмАьсО/ ЕДѩ$иб%кйЧЮЕЛшьsrБбpvРайжсьtжѮесГн ѬѢѪкжк%оъСТЕuгаѫѦюиqѢзиъ#ю Ѩкѡ пБлзЙѤѧцщ$ффсШќѡлоѥЗ$=~&jlQu&puy8ao"t4{t7;mbj?nlkL3p"cѰлкНѬм%йнрлѡ$ѠсеД#эАѮВ$йдрмьЯљНѬ)с}АнуВѭмй&ь!рѡьѪлсО#нѢѬѩйат%фсШЭѪѢйтБrкпѣЙепх#р ѧкѩовК#иrѨЕохячшQЬФЕѢй.a}u?m&"vrzmei&&ex%.a>?0j?npwvy\w7ТѨѭасНvэ%зшк ѦпѢдеѪяцѧѪwдикйдъЧЧѭ)иѠАцйГѮаии#цуѦхАвоѣглr⁅wиайъ$рСФѩНм ѠѪтуѯvпа&раьЅцrздѤть|vѺцл$йбаѝСѪщиѪѯекѯvоаль!сѦкѪм ДнзНѮѪкй*9+
!#Uuzt$>``ig?9j'%#mc}':ѥЪѝЕѮбзѭДнюqѩмхжеблѤ$ГвоѤк ВѣѧпнхчмжТСѤЗхюsrИпqѧмоъыд ѦхѧгоqпеѯЙwллцхыаФЧѭь Ѯѩежѡx"Ллл!бПпѪ жѩбыѮѮy8*t;8
?lQ,ee`pqd)"/djjfnnn'st8eyphрфеупмQУЪБѮмнѠѬ%оѯѤмхжфйвѤпѪсь}#сѩѣѣы%ге$ыЯЩБОе ѡѬннqѢанажмиѡи| ЧГнбЙvДеаанцнўѐѧ)эПѬй-qЙ"лфнщёѯ$ѯа ѮгрБvѫбчфлжQЭ?ѤЗзрѣѯц!⁂vк%дтд Ѧгѡляѥш ѭЖѩхоббкуЯФНuоа}ѮипѨx>*v==ptw&yl4>"&3/p(eimq%O zt44|#oшбл(-/ѶѨЗие$дяъЯ?НѩмнѠѬ%уѡѬмм*#лаѮ$Н иqмрѧѢѨкодждъ3?ЛМъпЖѠеюqѣбл&б!тѡиѯотѤ#–rѩЗыйкцзяФѓИѭг НѢвнѤЖмй&т!бЗсѢнкВ#хѩѣѦд+$ИкQљЭАЗ'.srугѤД"киубжѤп|htrst(oeot#a}p(evxKocu.&lg(tb|&;Йя?ЭЕѣмн}ѣюкqѫз%фнкьѮкrтиГрл|vфпежикф?‌Иыо}ГенѡvвиипблѬыrи ѮнлѯНѮ$бкфцвР?ПuдеѤ|%Юqѫз%боблx$Ѩакqт ѯѣѮ$лехдиЯѝѩДц,}ѯл!ѯѩщч&ссеЖшѧгоqлсѭНЕдимъ$юСЫѤѯйзЖѠекqѮпчхлуиѦйѬ пБгвѪѭЛйюн%лвѝѓuДуѫѯл!ѣѭкчъ#ьнѡфѡиюqб НѢЗк+8*tO#o&}y178#%3zq+bmi3jhju"wi4/u:КкфояФѓПЖ)сѭѮ%юqѫз%хпдлtчѭраѣияАКwиезнбш3?Иѥ)мѣѧм!ѢѨйлдж!вПфѬслѩ#дѠѦwзхмдд_?ЇѠuслВѭпйqѫвтжий ѨбѦлеѬооrѩДпщхнфяЭЯѧЙ% ѯАъвѩѤвъ&пбгѬуѧскВэ ПѫѢфжмы$щШ?ЛѯщуѫѢышѤѥм%днждЗсѢ.n&wwq}iaL=k@-}-<>lf?lhpuwhf-&lЯ ЖрвГДѥкздо(QХЯПuшиѦѢ%рѯѧкхжжусЛ(rкоѬхеѯДЗмхчацаѐ3ѥ)зѭАанqѩйедоп ѫбВетѤйаѧДwж%ыбфя?јАЕмз}ѮлйqЖспо-=/$:np "wy>3j&qa}p\~sL2g:7'vu80{'8ЙсиЕцѢллqбсѭНВйцп%каФЪКѭыеѦОиъѭvузгспмx$Ѫ пѤуеѦvѫкнин$тФЯВѥеи}ѭлюѣѮйлчя!дѡжНтьqлнАѣЗранфку1# %7ck>oqkvC,+>яѯцуБѮ"пжееоѧкrэкБгнѢvѫбошпдъЯ?ѤЗщаѠѯеюqýнацжеаГдé. юиоАѫМн%хокш?ѝАѯштѭrддѦvвдбгчеѦ(rбеѦ#зѯѦѭкз$кффРЧИѥдиВ|%ОБѨучи#аеЕоѬнеЖоыѧvЖцхкпмQўЧЙѧзлѣѠ)!Ѡѣбцялд ЕжѧрхВ#вѯѮѠ(%оеоQљЧѡЕзвѣѫ%еѯѠжщ(?.pj8" s%zl7kup`|q)svB;3j(!qh7/ ;Йне ѩмѮи ѣоиѥЕwжнхапс?ХОѥлиѭАцсѡz"ъдоп ѠпН рѤзаѨДѯфлжейщѐ?ѨЗзгѣrкпГѨие&лмфѪфѮацѩл.rъѩвик%екФСѩмнВАщ!ѮѨтъвнл ЕцВок}#дѬѧѧжоычшQТСЗОм,}ВаеѡѬрнцнгаЖшrсуИжсАѤДъьма$щФЧДыиНѢчэqѫзихемыѡ*n/po?pr%#}ia8&zgQxhl45k;;#qqoex"jЙѬ пБнбѩѣѫд%еюпс?ЭЗзмqrтуѯvаачя!эЖкА тѤйсАvѨфаафцсЭФѪѮ)сѣѣлиqѫзтфн!нѤхАолНйоrЗѬкгйлб]?јѧѫ)дѭѤа!ѭѨл%нлмгѦмГтиЖжсѨѮѮ$чдодьѝ?Иѥ)мѮѯлгѤѫка&боаѯ$Ѡ сГрпѬЖy8*t;8
?lQ,ee`pqd)"/djjfnnn'st8eyphхлхктбэ3?ИѠдаѩѬовѯv‑%ио!сѯмКкоѭ#дѬѭѤк%вбдъ?ўЗѫмгѣrтбАѦ"н*#ооѩыѠ, ЖсоrѤЗбйы%йсўѝЕѮз,}ГхбѦЕ"гг#орѬйНлсО#иГѬѧцщ$кббЭєАuоаѧѬипѭѣтиитуиtмrпаГсеВѫМ*9+u:Mo?V!pl8o'u4.v(gohg:>8us%jf+tiЩчк%екФСѨм ВѠипѤvквхфднѬб~ сѫнрѧѣwинохкйЯЬНuг ѢѬийѭѦпнш/!пѡфѠыеqуоѣѬѯб%лллкѝХНuщаМКнхБѨаефя!кѪа|*v==ptw&yl4>"&3/p(eimq%O zt44|#oфмч&сплИоѬ кѡй ѣНwфеглебЯѝѩДц Мrшуѯѯ"фотуеѨкѫ? яфеѠѮѣйл(%угС?ѦѬнёПrймѯѥм%дудмѡйѪ, ѣждОvЕчч$чдыЯѐѨмрѭѥддБѮче*#вдѡ$ГамqфёВДwйлзц$аФСЙѭы.a}u?m&"vrzmei&&ex%.a>?0j?npwvy\w7К}ГтбАДюы*#т Ѩбѯя ѠшлrфЖбзббчиЧЦuЖоВѠнкѯЗю%лжркѪпОкоqмоѦЗѭдвкп*M0oiy .&|m4k qc{u-5h;gnkiu!">b|&;ЛфџЭЕК)гѣѠлсѩѭв?:,q>htrst(oeot#a}p(evxKocu.&lg(tq!ti7z"lцѤд)$вйсјЧѧy)кѭѤбъѨvолллуоД$БпрѡблНѣЕ$ллхбхЪФѴѨдыѡrерѮѣичип!аѩкѮалѩл.rѻЕк%чгбQјѝЛxыо|rКпqѬтеподйtиѧре}#тѧѩѢфщ$ъ$юСТНѩйл}ѬдшВИ"ффуткЖчВу.m,plj'$vp|h"=Q0qtp3ih688ospui2}p>ВГнрѢЙwллафосШХЕuзкѭѥекѡЗю%гъѐ ѣдѡадѯфнѧѣm8*t;8
?lQ,ee`pqd)"/djjfnnn'st8eyphkwqvjj!DЊѢткqrппГѨтюп#уыtжѪдиЙя,rЗГкхинфяЭЯОДц ѨГчдАДаалоъмtкѣраѦнм~vѪк%йе$ьюУѨбкПѬ%мѤvблднсиЖ*rУ ѬжгѬvѪбч$вжвХСЗu‚ ПѬоэѫѨ"котэмѡйѯосГя,rѮwки$кфщТЯБѮмжѥА%йАѬйыслуеѯшѯо МсоѫvѧйлиепщЧ1xi&s) jo6h>*v==ptw&yl4>"&3/p(eimq%O zt44|#oѻрл&пднЛ$ѭотБьсѩѨv$ЪгюоQЭСВѨбк}Генqѩм%чжаеk$ъ эГн ѯѣwкдэннQџќИѭюеМѨни}vпа&впжѡхАвеѬоыѫzwйа$ббэСТНВмсѧѪм!⁂vми&мсиѩдѦлеѧлтrДѩпщол$мѝСЙЖ)мѨГчтnvИем#уаѮкѧ вѯнбЛѣwжлгйкчТСi&pcnu!""{ic>#t1|&-a=jg3j&qa}p\~sL2g:7'vu80{'8ПъсѯмrзаѫууѤѮѬмфш%жQЬСОѫлеqrппѢѢв%йнювѬпѢсьqсрѧДЛы%ллааХЯВѯй:a}u?m&"vrzmei&&ex%.a>?0j?npwvy\w7#t1|&-a=jgig?9j'%#mc}':ѐСўѥѠноПѬтйѣОкфъ/!яtиѧдлѤонѬvѥяккойщФ?ЗДм ОѨежѡѫкъ&б!шѡхАомqпоѯѮЕкхб)$гіЯѧѠвьѠѬ%оБѨаацью ѮдѤдыѨ#сѪѪѥко*%ОяЬЫЕuжоМѩаеѬЙэ%йубвѮдrбыѪг ѠѫѢхайе(Qѐ?ИѥпаѦr®D?"gw½-=/$:np "wy>3j&qa}p\~sL2g:7'vu80{'8ТсаѣчrжеqфтѬ{Ек%мвифТЧОѫшьsrВбѪvуоибмоtфѢскѯиоѩЗИ$ккккъЯУ uб ѢѬъгѩѭвфъ#пнѤ*n/po?pr%#}ia8&zgQxhl45k;;#qqoex"jДѩишѡ#пВѣѣхчдодQТЪѧ)пНѪзъЖѫмй&налѬуОе ѫуеГДЛыион(QТЪѧ)оѬВежѤvеезнулѬжѬй ѭгтѧЖѯ*%ЖфбQРџАѣдиѨrйбАѬк%цгрсПлѢлиАя ѠvѨфес+8^o!%)s)+idltv`~w,a8m5n:;vs&?1}':КббЪЫЛuенѣѫ%оБѣжффгкоtбЃ иАсиѯѫѩб%кдпщјѓА{)СОЛарГѤм)&толѡцЃннѯж ѪѡwкдчжпфТТѮА)чѨѩлгѤБзфмлф Жбѩ –qфёВѫѧы%иехаЯ?КѮзтѥrн!ѫѨучгк- ѣдѯявЙгяrѢѩехчы$юСФЛѧбнОrвбѪѦ,9)s?r«НѩйтѬvѯ$импктЫЯѨм ѪѢфуѡѤкч&пднЛ$ГклѯоиАКwзлплжв¤1zy>a"%r%/n`;!ue,pal8dnh?0j?npwvy\w7–s|+=~&jlQig?9j'%#mc}':⁢?аѩзгОrксѩѡаефя!лКеѬго-.rфѢащ$ъ$аѝЯОuьоѪНнмѯѪ"елннаѯмѪ!n&wwq}iaL=k@-}-<>lf?lhpuwhf-&l– ѼсоѡѨwйа$йкчЪѝѤттБs9.!h>u&puy8ao"t4{t7;mbj?nlkL3p"cѽ%кѩОю%цгжвЅпrруѫгмѪxk+u:9tQlk\9l=&`y%{ciodo:>q!ti7z"l⁅wСлгъмь?РЛѡоеѡѧоэОv‑%еитпПнrтиГрлrѢѬы%пыафЦ1шб ѣѦнмqѮе%фжф,tоАо Ѥаоrѫѩхнп)$ьЪ?Йѫк ѢВнжѣѦрщ&пднЛ$ѭо АбоѧѪД$гбодьЧёi&pcnu!""{ic>#t1|&-a=jge=swe*"zeimbjKujV!`f$p;ЦГѨ"игреиѦмАелНоо~vѥббш%асЩЪѩде}ѭхйДѨжнфтю ѫкѩагѡсьГЙwйе$идуєХчшеѯѧбтИѣбл(#Аеѣ$ѯегѯ#уѭЖѧжобимф?ђѧѫа ѭѯлнѡѭкап#аыѯкrбыqоеѠѨѠилвик_#0Uk5p}!qx=3?'rfytye>ig?9j'%#mc}':ѣСШЙѫпнѣ~%рВПзффбтюЖ$Ѫ дБргѪѣwхккфкрТСѤЗб ѩѩъ!ѫѨпчцнкяtлѬдзѤпеѩКИ(%йл$в?РѥѠныѩБьйДvмднгеаЖбѩейqсиАЕѬд%¯Чкг3?ПЗз ѢѬбцѩѫко&Гкыѭ$ГвеГ¸ ѪГwызйл$ьЪ?ДОвоsn*qojr%uwxl19pte)w-3:>ck>oqkvC,+>⁎rЛмѩvпа&ппгѯм~ аqь ѮѨѤч)$‖$аХЯВѥв В~%вѪЙжъ&жи Ѧ$ѡлаѦг.r⁅wДикйдъЧѐЗмпѨВщ!ѮЖкижзкеѢмА мѬж.ny':9t%wfs@h+t8*q,0:kbh9ku'p;fys=ЯrѥѩжлфнпQСЮѥдоѡѢойѩz"ии#БлѬьѢ пѯояѩѦwмидтб_?ЍАѡх ѢѬ%рВДк%щ#ооЕыѡнуѪ#иrѫѧ$аѕ%хуСЮЛѡъ.}р%дЀvавеиюдѡ$ѮелНйнБѭѧ$фиафгЪФѩѨйя}Бжсѯѡв+:,q>htrst(oeot#a}p(evxKocu.&lg(tn&wwq}iaL=k@-}-<>lf?lhpuwhf-&lОнѡ#дѢѠѢ$иб%ляТѐОѥ% КАл!ОvжхждмюtбЃ. ѷжрѧѪѩйнцщхо?ТАuштѭѩе/qъплажртѦкrалКц ѮѣЕкп$зхюєњИЖво}ѯе!ѭѨѓй&сдлѡ(rи О#пѬБДжфцзкуЯФ uгаѧrксѯѬйъфлд ѩдЕинѡжтrЕЖолфайьС?КѫпиНѢчэqѠквля/jlQn&wwq}iaL=k@-}-<>lf?lhpuwhf-&l– Ѷсоmv⁄$лйе$ьЯњЙЖщиѦѢфэj-u8?q 'p+lel!t7.#)dhlc%uP&}i;+'?⁂vЖцкгдшИ(rраѦ#тЙvѨфлооыгЧЪ uыо}ѯатОѡанкг>u&puy8ao"t4{t7;mbj?nlkL3p"c⁁+/j-u8?q 'p+lel!t7.#)dhlc%uP&}i;+'?⁂vПа&торѪхѪшьqйаѨik+u:9tQlk\9l=&`y%{ciodo:>q!ti7z"l⁅y*+8*tO#o&}y178#%3zq+bmi3jhju"wi4/u:‖$ЗхР?Рѥѫштѣh%йѦѧвзосэсЛ$Ѭт ѮуиЕѮѪя%лхкыФѐѧѭц.}Ѱл!ѤЗрщ&ну Жбѣя.qГ ѭЖѯгхдпдQФЪЖѯз ѢѬрпБѨпнфя!–tчѭокѯлтОvѢзл$бчйќ1ѷзгѩѢ%еВОв%йжсеѨбГтиГтяrѤwгезхкрТєМuеиН~%пЖѮучосряx$Ѫ мѩусѨѮѢ$ббодQРЪѥѠштѭѯцуqѣѓ%днкнѪжѢть?/"hkt%wq}z"!lx)dm81l?lvrt=b+">Ѱ#кѢѠѣяй$фпяЭСЙuйлЖѧ%нѤДин&об Жбѩе ГрсѨѫѢпн*%Йф?ЧѤВмзѦѪ%оѯѭплчсэюx$ѯо сииКѦwызйл$аѝЯОѥ)бѣѩадx,%чапвѪфЕивѯк.ny':9t%wfs@h+t8*q,0:kbh9ku'p;fys=ЧѧЗЕйл$жкуСџѪy)тѭѨлиqЗнлчна ÿфѧшеѬляrѩЗкдпаик¤?ЙѨм Ѡѧ%мБѦаннтю.tЖѧдьqсоѡѢѧ$ъ$омйќўѩuклѭѠипѨvквшпйнѮмrанѯпаѩѮѯ$‖$аѕQўЧОО'oqvpyfkЖрѣѨоюГѮз%ЖийшѬ$ѥвуЖлтrЛГраочйя?ЧЕйбѣАедГvзьї#ьфАбѨтнѤж.rфwчйбояд?џѦѯйх}ѨлмГЖмооутеѨкѧ пБнкѩЙЕма$вдаѝЯЗѭы ѯВевѯѤ"дгебтИ(rедѣг ѥѦѥмббз$эЪТѪuбзѩѢодѫѦ,9)s?ig?9j'%#mc}':⁢?иѧѫ6oqvpyfk‚ рѪтдѢѨ"иг#гыѭаѧт ѩд АѨѤк)$л$жюУЗт ѩБйбѤОю$:,q>htrst(oeot#a}p(evxKocu.&lg(t*v==ptw&yl4>"&3/p(eimq%O zt44|#o⁅"Чэ#меtлѧрвКк,rѬЕк%слуфѝ?ЙѠдя}ѪфоѯѭювиббтИ*n/po?pr%#}ia8&zgQxhl45k;;#qqoex"j‗rИ ѮнчѧѪД$гб%йф?РЛѮъчѥАфюnj-u8?q 'p+lel!t7.#)dhlc%uP&}i;+'?⁂vЭ%лж!мѪзБ пѯйиѦѦЕш%дикэЯФНЛ' ѼБьдАДацш#уоѯшѨо ѠиаѡѨѣдхы%бР?ШЕѯзнѭѮ+!ѼДм%кни ѨмВ, ѣ#вѢОѢи%инфф?УЛЄ)пНѬпкОДка&вдсЕмѩьнѯ-e=swe*"zeimbjKujV!`f$p;‒qэвблн/.z$Ето|оиѣЕѣш%лхмхќУЕЛ'oqvpyfk‚ ѺАл>myr;:s!s }>e=swe*"zeimbjKujV!`f$p;‒qхмзиуя,tлВидВпаМvЗбэбимф1# %7u&puy8ao"t4{t7;mbj?nlkL3p"cѽ%пѧѮжен/!чЖкrсвѯжнВѦѥйеы%ДъЧїЕuиуѩѧч!ѯДпамлгаЖшГя,qсоВѥѩжецщхо3?ѤЗйвѥАщ!ВЗйлдлю.h+">ig?9j'%#mc}':ѬЯХЛѨмц}ѬибqѨрпцшкаtзѩазѡ#иrЗЕдод%йс?ќБѭллѨѯндqýнлчитшѩкѫ».qЦоАЙ{$пкибжТС uфтѣrдъѪѦ"ооыэ ѦмѦимѯттОxk+u:9tQlk\9l=&`y%{ciodo:>q!ti7z"lѵѥбхби(QСТЕuнуѡѢобkv©Шфну ЖдѨ нѡдыѠѦѢиюн%сяШѐНѨ)нѨrкдБѤщм&л!нѡ$ѭосѪждѯѮѮ*%ЙцвьС?Оѭсь}АасѮѣпнг#‒ Ѫйrи АгмrЗѣкрйацÊ1# %7jlQms !".h`9'pgk4ei:удАемqннѢvѩцпфюпс?џЛЗ% МѩлгѬѨ"кэсбяЕшrвдѯцнБДЛ(%йл$уУЪѤЗз ѩЙрбѬѮэ%лгцаѯкГь ѬжчАѨwчбмзмгЪФѩѨзеsn*qojr%uwxl19pte)w-3:>ck>oqkvC,+>тВллѪЙрнг#ооѮмѦалѯ#мѬЇwцапл$юСѝЛѯймѥrтѐБѫм(мубсѩкѫ эѬжрѡѮѯ(%чфцбЪУОКцсБrп!Ѭѣл+&ГкиМдrпоѢиоЛѦѬд%цєиьќёДблО~%рѪѨаии#гоѣжВащѡь ГѣѦб%ччфсјЪИѨзеsn*qojr%uwxl19pte)w-3:>ck>oqkvC,+>ѿѬ%зѤvнхилрхѪаѪлоqл ѯѦѥбхсц*QнЯПѥц ѫѧ%ьѬѣтжоь!тЛйБлаАя ѬДwолиейхє?ЄѫгоѦѢ%лqцйнюж/q!ti7z"lѴѩпщол$гСЬБѥ)я}ѮюрѪѣпии#гыѠкЗнуѪ#сrѨѦпазтбьЧЪЙ{)УѮВлжѡz"тхсэ ѩбrунѩфтѬѠѯжэдъ$уЪўѩuеоѤrхпѨz"дэиб ѩбѫтрѡииѥѨѥдид+8^o!%)s)+idltv`~w,a8m5n:;vs&?1}':ИдыСТАГ$тѣ|+/qѻрл&вълѪ$ГлиЙйоѮvѩлехик_#0Uk5p}!qx=3?'rfytye>ig?9j'%#mc}':ѣєЫЛАдуѯ~%юqѢвгг#ооБжѢлиѪ#еЃlk+u:9tQlk\9l=&`y%{ciodo:>q!ti7z"l⁅wИлплафљ>zy>a"%r%/n`;!ue,pal8dnhb|&;‗QЂЪѧy)пНѢзеѡx"ЦкойцѤ%n/po?pr%#}ia8&zgQxhl45k;;#qqoex"jЖrеёqалѢѡѧс%иапнХТѦѮз НѢвеБѦдаллд,tмrмнѤ#пВѮПплхщ$цЯУЛѮюаПО)!ѮѨие&нмаtйѧ рѡдоѥѭѯпехщ*QЍЧБѭеоqrхбѬѨ"аяђ!хѦдѩитН#зѢvЗддкчч_#0Uk5p}!qx=3?'rfytye>ig?9j'%#mc}':ў?РЛѢлаѦrКдБѤмжи9=/$:np "wy>3j&qa}p\~sL2g:7'vu80{'8‐!ИѠмrсюѥг!ny':9t%wfs@h+t8*q,0:kbh9ku'p;fys=СѬѡѣдо$чкжХќѧьоѩѢ)!ѩvрлф#оеДбѮесГллГЙwж%геп_?ЀЛДеоПВакqѫв%кжмяx$ѯа сииКЕw‗%слцо?ЭНѡмл}ѠфѐqѮ"хжоэшѡ(rпоАйоѩКѭч%жахн?џЛѬ)пѣѦпкПБѓи&й!мѪбѮу АнзѯѦѪмы$н$ьЯЮОЛнаѨА+=~&jlQn&wwq}iaL=k@-}-<>lf?lhpuwhf-&l– ѶсоrѢѢпецщ;M0oiy .&|m4k qc{u-5h;gnkiu!">b|&;‗QЇЫНuг ѠѪй/myr;:s!s }>e=swe*"zeimbjKujV!`f$p;‒qю=9)s?a"%r%/n`;!ue,pal8dnhjlQjlQig?9j'%#mc}':ѮЪџЗОа.a}u?m&"vrzmei&&ex%.a>?0j?npwvy\w7Я}ѨелqѤзогоп,tлѬшёѪ#нѢѤѢфр*%СяѝЪОuви}ѥемѩѪвчътю ѮкѮанѥнйrѷѩолпе;QнСѢѨз Ѡѧч/myr;:s!s }>e=swe*"zeimbjKujV!`f$p;ОБѨучи#т ѪфѪгиѬглѢvѪбч$бфвЬСМuгоѡѢиеКx"ПиаеаtбѮу ЖсоДѩ$ичгйя3?ЛѨ)вМѧжеѡvелдђу Ѩбѯя.qИюѣѦИ$йбокжѓ?‶uшрѭѥц!úщзхдши»z$т мѬж ѭѨЕкй$кфщњСБѭысВrбдѪѣбнцнгаЖшrзаѥгчБvѭкйч(ця?РЛѡьоѩНьдѭЕ,9)s??0j?npwvy\w7–}Ѱю!ѧѮалп3j&qa}p\~sL2g:7'vu80{'8‐!КѪйѧчнѯ- яѣwзлжлфщѝЪѠщуѠѦю/myr;:s!s }>e=swe*"zeimbjKujV!`f$p;ПѬѮ"бжед ѩбrзаѭжтѪѭѯ(%учкQЭєѭѠв ѧѩлмvЧлфь!вtзѩазѡц ѱѮѪ$йбошыТќОѫ)уѩѪзкѤѫка*#йлѬ$ѦажѤ#оѥѦЗбима(QЮќБЗз ѣѯе!ЖДм(фн!пѪйНла?/"hkt%wq}z"!lx)dm81l?lvrt=b+">⁂#ТѧѧИ$чдп$хСФЖѫ)нѨrдъѪѨ,9)s?oqvpyfk‚ щѢ$!щѡ"пжееоѧкrчтѯ.тѬvѥяэпл*_1?нuееПѨн!ГѨда&мсоѫдѩи.m,plj'$vp|h"=Q0qtp3ih688ospui2}p>–qБоАvѯиайик_?ЏЗмпѨВщ!ѥѦаепсд ЗсѬдиГя.ny':9t%wfs@h+t8*q,0:kbh9ku'p;fys=–rѵВкбмчшN?‌ѧззѡБчйѪѦущ&Рйнz$⁁ МК#жѧvЕкошпкQ´СѤѧзбѣѦнкѩЗю¾(#ОрѪоѩятѩь ѯѣЕ(%ЛеайЧЪЖииПЙ)!ъѮте&т!нѤиѪ. ѼсоrѩЗбпфехьЯѐѧззѡѬгмѯЗрщ(-/jlQ9+u:Mo?V!pl8o'u4.v(gohg:>8us%jf+ti‗%ЧшнP?иѧѫ)пНѬнрДѨжнфa"%r%/n`;!ue,pal8dnhq!ti7z"lшѪд%ллуфУќЗз ѢѬфнѯДтанг!нѤ$ѮенО- ѽvЗдвжєпQџќПѥеиgn*qojr%uwxl19pte)w-3:>ck>oqkvC,+>⁎rЕ!Оvхчиb|&;8m!zy>

Глава 11 – Пророчество

Алиша сидела в самом центре аномалии, словно паук в паутине, наблюдая за единственным живым существом в этом мёртвом мире. Его можно было описать одним-единственным словом – одержимый.

Она знала таких людей. Они жертвовали всем ради некой идеи, понятной только им. О таких обычно говорили, что судьба указала им особый путь.

Любой другой человек не понял бы этого пути, даже если одержимый сам рассказал бы о нём во всех подробностях. Его непременно сочли бы странным, а его идеи – нереализуемыми.

И вот теперь Алиша сидела здесь и наблюдала за тем, как Алексей Некрасов несколько дней подряд не отходил от интерфейса аномалии.

Он отвлекался лишь на самые необходимые вещи: поесть, попить, справить нужду и призвать новых клонов – себе подобных.

Его пальцы порхали над светящимися панелями, глаза горели лихорадочным блеском, а губы шептали что-то неразборчивое.

А потом он вдруг вскочил и вскрикнул:

– ВОТ! Я НАШЁЛ ОТВЕТ!

– Чего ты кричишь? И что ты нашёл?

– Нашёл способ, как «свернуть» аномалию!

Поначалу Алиша не поняла, что это могло значить. Свернуть аномалию? Как можно свернуть целый мир?

Но затем Некрасов принялся за работу – его руки что-то печатали, и постепенно вокруг них начали происходить невообразимые вещи.

Аномалия начала сжиматься.

У Алиши существовало два уровня сознания, и их нужно было различать. Первый – это словно роль в некой игре, заложенная сюжетом самой аномалии.

События с её деревней, с детьми и мужем – они действительно происходили, но в то же время это было давно. И она уже не та.

Второе же сознание воспринимало саму аномалию как место, где она находилась, и позволяло видеть мир за её пределами.

Именно этим вторым сознанием она и наблюдала, как вся огромная структура аномалии вдруг начала превращаться в нечто совершенно иное.

То, что казалось невозможным, происходило у неё на глазах – весь этот мир, вся эта реальность сжималась в огромный кристалл. Кристалл, который, как оказалось, можно было перенести!

И Некрасов именно это и сделал. Он осторожно взял кристалл и перенёс его на свою пространственную ферму.

Стоит ли говорить, в каком шоке пребывала Алиша?

У неё давно не было надежды на лучшее. Пространство внутри аномалии всегда оставалось мрачным – серые стены, тусклый свет, бесконечная монотонность. Внешний мир тоже представлял собой мрачное место, полное опасностей и разрушений.

Но этот мир, эта ферма были совершенно иными.

Здесь била ключом сама жизнь. Изумрудно-зелёная трава колыхалась под лёгким ветерком, море разнообразных растений простиралось до самого горизонта, бескрайняя синева неба казалась бесконечной, по ней неспешно проплывали пушистые белые облака.

Солнце светило так ярко и тепло, что хотелось закрыть глаза и просто наслаждаться его лучами. А ночью... ночью на небе зажигались тысячи звёзд, создавая завораживающее зрелище.

Алиша забыла обо всём на свете. Она просто смотрела на окружающий мир, впитывая его красоту каждой клеточкой своего существа, пока Некрасов не произнёс:

– Выходи.

– Что? – она не сразу поняла, о чём он.

– Говорю, что для дальнейших манипуляций с аномалией тебе нужно выйти из неё.

Быть может, Алиша и рада была бы выйти, но она была намертво привязана к этому месту. Аномалия служила ей и тюрьмой, и домом одновременно.

– Как ты не понимаешь...

– Нет, всё в порядке, – перебил её Некрасов. – Аномалия и моя пространственная ферма очень схожи по структуре. Ты можешь выйти.

И действительно – он создал портал, светящийся выход прямо перед ней.

– Иди, – сказал он просто.

Алиша смотрела на портал и чувствовала, как внутри неё борются страх и надежда.

Страх твердил ей, что это невозможно, что она обречена вечно оставаться пленницей. Но надежда шептала о том, что, возможно, этот странный человек действительно нашёл способ освободить её.

Когда Алиша переступила порог портала, мир вокруг неё изменился кардинально. Она больше не наблюдала со стороны, словно зритель в театре. Теперь она стала частью этого удивительного мира.

Это было чувство истинной свободы. Алиша сделала ещё один шаг, потом ещё один, исследуя пространственную ферму.

…

Так Алиша гуляла. Она словно заново училась жить. Время здесь текло по-другому – медленно и размеренно, позволяя ей насладиться каждым мгновением.

Но когда эйфория первых дней свободы прошла, в её сердце поселилось тревожное понимание – возвращаться было некуда. Дом, каким она его знала, остался в прошлом.

Алиша подошла к Алексею Некрасову. Тот сидел на небольшой поляне в стороне от центра фермы и занимался тем, что обычно называл «программированием».

Его пальцы быстро двигались над голографическими панелями, составляя сложные алгоритмы – инструменты, с помощью которых он намеревался решить свои задачи.

– Когда я вернусь домой?

– Теперь ферма – твой дом.

– А что ты сделаешь с моим прежним домом?

Он наконец поднял глаза и улыбнулся той улыбкой, которая всегда появлялась у него, когда он говорил о своих грандиозных планах:

– Я сделаю из него сад.

– Сад?

– Да, сад! – его энтузиазм был заразительным. – Всё дело в том, что аномалия сама по себе весьма интересная вещь, но меня, как фермера, интересуют её свойства в одном конкретном аспекте. А именно – она, в зависимости от поглощённой энергии, может вырастить любую «сущность» особого ранга за сутки. Была бы энергия.

– И что с того?

– Я уберу всю «мишуру», – мишурой он пренебрежительно назвал этажи, залы, монстров, локации, награды и прочее содержимое аномалии, – но оставлю только сад. То есть, убрав одно, я расширю другое.

Алиша почувствовала, как внутри неё поднимается волна протеста. Там был её дом! Пусть и не настоящий, пусть и созданный аномалией, но всё же – её дом.

Там до сих пор оставались «декорации», в которых она могла играть любящую мать, жену. Ту жизнь, которую она когда-то потеряла.

– Но там был мой дом! – возразила она. – Ты не можешь просто так всё уничтожить. Это неправильно!

Возражение носило чисто словесный характер. Повлиять на своего «хозяина» или как-то иначе изменить ситуацию у неё не было возможности.

Алексей же с пониманием посмотрел на неё и мягко заверил:

– Тебе понравится то, что я создам.

– Правда?

– Конечно.

Алиша не понимала почему, но доверилась ему. Наверное, потому что он, хоть и был одержимым своими идеями, создал этот прекрасный мир.

И если человек способен создать здесь такое чудо, то с её домом он точно не сотворит ничего худшего. Быть может, её дом действительно станет садом. Возможно, это не так уж и плохо.

Но это не означало, что у неё не было тревоги. Мёртвое сердце билось быстрее.

…

Один месяц сменялся другим. Работа Алексея Некрасова явно затянулась, но он занимался ею каждый день с упорством одержимого.

Рано утром он уже стоял у своих интерфейсов, поздно вечером всё ещё продолжал что-то настраивать и корректировать.

И каждый день от него можно было услышать только одно:

– Эта работа изменит всё!

Когда у него спрашивали другие клоны, что именно означает это «всё», он неизменно отвечал:

– Подход к фермерству.

Клоны не слишком верили в это. Просто идея вырастить всё что угодно за сутки при наличии энергии казалась им невероятной.

Но в один прекрасный день Некрасов созвал весь рой к себе.

Он помылся, привёл себя в порядок, надел чистую одежду. Алексей Некрасов выглядел опрятно и собранно, как успешный предприниматель, который сейчас выйдет на сцену, чтобы представить свой революционный продукт и заверить потенциальных «инвесторов», что дело, к которому они собираются приступить, – правильное и перспективное.

В его глазах горел тот же огонь, что и в день, когда он впервые «свернул» аномалию. Алиша поняла – что-то важное должно было произойти.

Алексей начал свою демонстрацию без лишних слов. Он достал небольшой камень, что-то сотворил над ним и аккуратно положил в вырытую ямку в земле, а затем присыпал его землёй. Словно сажал обычное семя.

То, что произошло дальше, можно было назвать только чудом.

Вокруг закопанного камня начал образовываться лотос. Но это был не обычный цветок. Он рос и рос, пока не достиг размеров целой деревни, поднимаясь высоко в небо. Его лепестки переливались нежными розово-белыми оттенками, создавая мягкое, уютное освещение внутри.

Алиша и клоны оказались внутри этого гигантского цветка. С изумлением она наблюдала, как на её глазах материализуются дома – те самые, что раньше горели в бесконечном пламени аномалии.

Но теперь они были новыми, целыми, живыми. Не горели, а просто стояли, как обычные деревенские дома. Земля под ними тоже изменилась – вместо выжженной пустоши зеленела свежая трава и цветы.

– Дом? – прошептала Алиша. – Это моя первоначальная деревня!

Но самое удивительное произошло с жителями деревни. Те, кто раньше были лишь безсознательными призраками, способными только атаковать всех живых, внезапно обрели сознание, обрели жизнь.

Они перестали быть простыми элементами сюжета и стали настоящими людьми, способными воспринимать мир так же ясно, как Алиша.

Её дети – Том, Марта, Эдвин, Лука, Анна и Питер – отделились от неё, стали самими собой. Теми настоящими детьми, какими должны были быть, обретя собственное сознание вместо игровой роли.

– МАМА! – закричали они хором и бросились к ней.

Алиша тоже перестала быть монстром. Она обрела свою прежнюю внешность. Ту, что была у неё когда-то, в настоящей жизни.

– Дети... – прошептала она, обнимая их всех сразу.

И тут были все: её дети, муж, знакомые из деревни, староста. Все они сияли от радости, смеялись и говорили наперебой. Кто-то шутливо назвал это «деревней оживших призраков».

Они долго говорили, смеялись, делились впечатлениями от своего нового состояния. Но Алиша нашла время выбраться из этого радостного хаоса, чтобы поблагодарить его.

Она обнаружила Алексея в одном из деревенских дворов. Он сажал там огромное семя размером с большой валун и оживлённо разговаривал со своими клонами. Алиша слышала только обрывки их беседы:

– Только представьте, сколько энергии нужно, чтобы вырастить Семя Каменного Древа Троллей!

– Это вообще возможно? – сомневался один из клонов.

– Сейчас увидите. Уже завтра оно будет у нас.

– Точно?

– Так точно!

Они копали яму, сажали семя и аккуратно закапывали его, словно занимались самым обычным огородничеством. Только масштабы были совсем не обычные.

Алиша подошла ближе и тихо сказала:

– Спасибо.

Алексей посмотрел на неё с искренним удивлением:

– За что ты меня благодаришь?

– За то, что вернул мне мою семью.

– Да брось... – он махнул рукой, словно речь шла о чём-то совершенно незначительном. – Это для меня ничего не стоило.

Алексей говорил об этом настоящем чуде как о чём-то обыденном. Но это было в его характере – не замечать величие тех вещей, которые он творил.

То, как он менял мир, как менял людей, как делал добро не ради выгоды или признания. У него получалось творить чудеса совершенно случайно, когда он был поглощён своими проектами.

И это так трогало сердце Алиши. Что такой человек действительно существует. Он казался ей нереальным, слишком хорошим, чтобы быть правдой.

– Я сделаю всё, что попросишь!

Алиша имела в виду, что была оружием массового поражения, и если понадобится, она поможет ему в любых делах, какими бы опасными они ни были.

Но ответ Алексея просто сразил её наповал:

– Не нужно.

– Что? – она не поверила своим ушам.

– Я говорю, что всё хорошо. Просто живи на моей ферме. Мне ничего не нужно.

У Алиши не было слов. Она стояла посреди этого сада, который когда-то был её тюрьмой, окружённая ожившей семьёй, перед человеком, который подарил ей всё это и не просил ничего взамен.

«Это вообще реально?»

***

Шесть месяцев пролетели как один день.

В просторном кабинете Правителя царила необычная для этого места тишина. Большой овальный стол из тёмного дерева занимал центр комнаты, а в его главном кресле восседала Ярослава Некрасова.

Вокруг стола расположились высокопоставленные чиновники и Профессионалы Цитадели №77. Здесь собрались главы союзов, руководители различных ветвей власти – весь так называемый ближний круг.

Почти все они принадлежали к клану Ярославы, что обеспечивало практически стопроцентное доверие между ними. Но сегодня даже эта привычная уверенность казалась хрупкой.

Причиной напряжённого молчания стало то, что принесла с собой Пелагея Покровская – Жрица десятого уровня. В её руках находился необычный артефакт: мутно-белый шар размером с детскую голову, внутри которого клубились жемчужные туманы. Поверхность шара время от времени пульсировала слабым свечением.

Когда Пелагея активировала артефакт, из шара начала вырываться трёхмерная проекция. Голограмма оказалась настолько реалистичной, что казалось, будто сами события разворачиваются прямо здесь, в кабинете.

Первая сцена заставила всех присутствующих напрячься. В голограмме ясно виднелись три фигуры, которых все в Цитадели знали по описаниям разведчиков: Королева Муравьёв с её хитиновым панцирем и гигантскими крыльями, Королева Пауков, чьи восемь ног двигались с гипнотической грацией, и Король Арахнидов – исполинское создание с уродливыми клешнями.

Эти три орды веками убивали друг друга в бесконечной войне за территорию. Но в видении они стояли рядом, их ненависть была направлена не друг на друга, а на общего врага.

– Они объединяются!

– Что?

– Впервые за тысячу лет.

– Когда?

– Уже сейчас!

Вторая сцена была ещё более пугающей. Голограмма показала стены Цитадели, по которым ползли тысячи существ: муравьи карабкались по отвесным поверхностям, пауки использовали паутину для штурма, а арахниды пробивали бреши в земле, роя туннели.

Защитники Цитадели сражались отчаянно, но волны атакующих казались бесконечными.

– Цитадель в огне?

– Они повсюду.

– Когда это будет? Через год? Через два?

– Нет... через семь дней!

Третья сцена оборвала последние надежды. Там, где когда-то стояла величественная Цитадель №77 – дом для сотен тысяч людей – теперь виднелись лишь дымящиеся руины.

Когда видение закончилось и шар погас, в кабинете воцарилась гробовая тишина. Можно было услышать тиканье часов на камине и чьё-то тяжёлое дыхание.

Внутри каждого присутствующего бушевала настоящая буря эмоций. Первой реакцией было недоверие.

Это всего лишь одна из возможностей, – думали они. Пророчества могут ошибаться. Мало ли что может случиться за неделю?

Но сомнения быстро сменялись ужасом: а что если это правда? Всё, что они строили годами, всё наследие их семей и предков, весь их мир – всё это может исчезнуть через семь дней.

И тогда приходила третья мысль, самая соблазнительная и постыдная одновременно: бежать. Собрать самое необходимое, покинуть Цитадель и искать спасения где-то далеко. В конце концов, жизнь дороже любых принципов и обязательств.

Тяжёлая тишина, повисшая в воздухе, была нарушена неожиданно. Когда казалось, что все присутствующие погрузились в мрачные размышления о неизбежном бегстве, раздался твёрдый мужской голос:

– Как будем бой вести?

Все головы повернулись к источнику звука. Иван Нарышкин, мужчина с широкими плечами, смотрел прямо перед собой – у него даже мысли не было о побеге. Наоборот, в его взгляде читалось, будто он уже находится на поле боя.

– Вести бой? – голос Анастасии Куракиной прозвучал почти с издёвкой. Маг выпрямилась в кресле. – Кто выстоит против трёх орд одновременно?

– Я!

– Ты? – Анастасия фыркнула. – Мечник тупоголовый. Так иди и уничтожь их!

– Пойду. И уничтожу. А что ты будешь делать?

– Спасать людей.

– Нет, ты хотела сказать – спасать свою задницу?

– Ха!

Анастасия возмутилась, она не могла с этим мужланом говорить нормально. Каждый раз он её так бесил, что она просто выходила из себя. Но вопрос был серьёзным, и она была готова сражаться за свою точку зрения.

– Сам видел, что сражаться бессмысленно. Люди погибнут! Лучше открыть врата и увести всех в безопасное место!

– Да? – Иван наклонился вперёд, и его голос стал опасно тихим. – Безопасное место? И ты меня называешь тупоголовым мечником? Это ты тупоголовая магичка! Для нас нет более безопасного места, чем наша Цитадель!

–...

– Или ты думаешь, нас где-то ждут с распростёртыми объятиями? Мы говорим не о сотнях людей, не о тысячах, а о почти миллионе! Возможно, мы вместе с ними даже пустошь не пересечём.

–...

– Орды быстрее людей. Они почуют запах человечины за километры. Если за стенами Цитадели ещё есть шанс дать бой, то в открытой пустоши его уже нет.

Иван обвёл взглядом всех присутствующих и сказал:

– Вот и думайте. Остаёмся здесь и сражаемся, или бежим на верную смерть!

Глава 12 – Подсказка

В зале повисла пауза. Все знали историю о «хорошем примере». Цитадель номер 78, их ближайшие соседи, – теперь всего лишь груда камней.

Тридцать лет назад на них напали две орды, объединившиеся ради общей цели. Тогда люди выбрали бегство.

Из почти миллиона жителей выжили только самые сильные. Те, кто умел сражаться, бежать быстрее остальных и скрываться лучше других.

Около миллиона человек погибло в пустошах – растерзанные монстрами или умершие от голода. Эта трагедия до сих пор оставалась болезненной темой для всех цитаделей.

– То-то...

– Хотите, чтобы всё закончилось так же?

– Не думаю, что у нас будет лучше.

Тут в разговор вмешалась Елена Мещерская, глава союза Алхимии.

– Но у нас есть фора в целую неделю, – осторожно сказала она. – Мы можем...

– Мы можем подготовиться к битве и уничтожить орды! – не дал ей договорить Иван. – Не забывай, что сейчас мы сильнее, чем когда-либо. Людей без профессий в цитадели почти нет – только непробуждённые дети. У нас самая сильная цитадель за всё время!

Говоря про «силу» цитадели, он имел в виду и свою собственную силу, что сейчас они как никогда готовы и должны этим воспользоваться.

Спор разгорался с каждой минутой. Голоса становились громче, аргументы острее, а эмоции – горячее. Странно было наблюдать, как одни и те же доводы использовались обеими сторонами.

Сильные люди действительно могли как повысить выживаемость в пустошах, так и усилить оборонительные способности цитадели.

– Наши маги могут создать защитные барьеры!

– …

– У нас есть артиллерийские установки на стенах!

– …

Кабинет наполнился гулом десятков разговоров, и казалось, что хаос уже начался прямо здесь, за овальным столом.

Но среди всего этого шума была одна фигура, которая молчала. Ярослава Некрасова по-прежнему сидела в своём кресле – красивая и невозмутимая.

Её пальцы медленно постукивали по столу, единственный признак того, что она вообще что-то слышала.

Все изредка бросали на неё взгляды, ожидая, когда их Правитель наконец скажет своё слово.

За внешним спокойствием Ярославы скрывался настоящий ураган эмоций. Если бы не эти люди вокруг, не их доверие и ожидание, она давно бы сорвалась.

Хотелось смести рукой все документы со стола, швырнуть тяжёлое кресло в стену, закричать так громко, чтобы весь этот кошмар исчез.

«Больше года…» – думала она, стискивая руки под столом так сильно, что костяшки побелели.

«Я строила, планировала, сплачивала людей, укрепляла Цитадель. Каждый день, каждая реформа, каждое решение – всё, чтобы создать безопасное, сильное место».

«И теперь всё это будет разрушено?»

«…»

«Как же это несправедливо!»

Эти сильные эмоции не могли долго держаться в ней. Поэтому они вырвались наружу в виде невнятного звука:

– Гмм…

Лёгкий звук привлёк внимание всех спорящих. Разговоры смолкли. Все взгляды устремились на Ярославу.

– Да?

И тогда она выдала:

– Мы не будем бежать!

Сначала никто не понял, но когда смысл дошёл, по залу прокатился почти неслышный вздох удивления.

Первым поднялся Марк Леванов. В отличие от остальных, в его взгляде не было страха, только беспокойство.

– Ярослава, мы останемся, но тебе нужно уйти.

– Что? Я останусь с вами!

– Нет. Не нужно. Ты – Правитель. На тебе судьба всего мира. Ты не можешь здесь умереть!

Марку действительно было всё равно на свою судьбу или судьбу всей цитадели. Хоть он и защищал её почти пятьдесят лет и знал в лицо больше десятка тысяч жителей, в основном воинов.

Несмотря на это, он поставил выживание Ярославы выше. Он понимал: если выживет Ярослава, у человечества будет шанс. Если нет – всё кончено.

– Тебе нужно уйти!

– Почему?

– На тебе лежит миссия. Ты не можешь здесь умереть.

– Так если на мне миссия, то это первое испытание, – ответила она. – Что за правитель, который не может защитить своих людей? Который при первой же опасности бежит?

Вопрос был хороший, но Марк, как и прежде, не замечал противоречий.

– Тебе нужно время! Ты ещё не готова. Пройдёт десять лет... нет, пять, и тогда ты станешь по-настоящему сильной. Ты создашь вокруг себя могущественный клан, вернёшься и уничтожишь орды!

У Ярославы не нашлось слов. Она понимала, что хочет предложить Марк. В Цитадели находился телепорт, способный переместить троих человек в любую из первой сотни цитаделей.

Артефакт был одноразовым, предназначенным для самых критических ситуаций.

– Ты можешь пойти в Третью, Вторую или даже в Первую Цитадель. Туда, где правит Союз Восьми, во главе которого находится королевская семья!

– В Первую Цитадель опасно, – осторожно заметила Анастасия. – Да, она самая богатая, сильная и влиятельная, но для Ярославы там может быть... «неуютно».

Ведь непонятно, как отреагирует Союз Восьми на появление «Истинного Правителя».

Их власть была абсолютной на протяжении веков, а абсолютная власть, как известно, развращает абсолютно.

Хотя никто не говорил об этом вслух, все понимали: если Ярославу отправят туда, эффект может быть совсем не тот, которого хотели.

Союз Восьми мог воспринять её как угрозу. А угрозы имеют обыкновение исчезать.

–…

Ярослава ничего не ответила. Вместо этого она медленно выдохнула и протянула руку к пророческому шару.

Её пальцы осторожно коснулись прохладной поверхности, и артефакт отозвался лёгким пульсированием света.

«Если это действительно пророчество, то оно должно показывать не только гибель. Возможно, где-то в этих видениях скрыты подсказки, которые помогут изменить будущее!»

«В конце концов, пророчество – не приговор».

«Это лишь возможное будущее!»

И действительно, Ярослава хотела сменить точку зрения и увести свои мысли с «всё пропало» на «что я могу сделать?».

Она начала просматривать видение сначала, теперь уже с куда большим вниманием к деталям. Королева Муравьёв, Королева Пауков и Король Арахнидов.

Исполинские создания, которых обычно никто не видел. Они всегда находились «под защитой» в своих логовах.

Поэтому это была ценная информация. Как-никак, это «соседи» и одни из самых опасных врагов.

Затем началась сцена битвы. И здесь Ярослава заметила то, что пропустили остальные.

Да, защитники Цитадели проигрывали. Да, ни сильные воины, ни крепкие стены, ни магические формации не смогли остановить нашествие.

Но битва не была лёгкой прогулкой для орд. Защитники держали оборону долго и упорно, тварей падало так много, что их трупы буквально переваливались через стены. Даже объединённые три орды понесли колоссальные потери.

«Значит, они не непобедимы?»

«У нас есть шанс!»

А затем видение показало последствия: город в руинах, люди мертвы, дома полуразрушены.

Цитадель превратилась в логово тварей, которые ползали по развалинам в поисках последних остатков пищи.

Но вдруг в углу изображения мелькнула небольшая деталь: на стене разрушенной Цитадели стояла фигура человека.

Он смотрел сверху вниз на тварей, на руины, на всё это разрушение, и в его позе не было ни страха, ни отчаяния.

Фигура была едва заметной точкой, и не будь Ярослава такой внимательной, она могла бы её пропустить.

– СТОП!

– Да? – переспросила Пелагея, вздрогнув от неожиданности.

– Можешь отмотать назад?

– Да, конечно.

– Ещё...

– ...

– Ещё немного... Вот здесь! Да. Теперь приблизь получше.

Пелагея увеличила изображение, и Ярослава почувствовала, как сердце пропустило удар.

Ту-дух!

На стене стоял молодой человек. Чёрные волосы, фермерская одежда, покрытая пылью, но зелёные глаза смотрели с той же упрямой решимостью.

«Брат?»

«…»

«Что он там делает?»

***

Первый.

Я лежал на своей кровати в нашей первой квартире, той, которая досталась от ныне покойных родителей, и наслаждался блаженным сном после тяжёлого дня.

А что?

С самого утра пахал как проклятый: сначала решали дела на ферме. Работы там стало столько, что стоит только зайти, как на тебя наваливается тысяча дел: пропали там, полей в другом месте или урожай начинает чуть ли не гнить, а значит, быстрее беги собирай его.

Вторая же половина дня полностью состояла из битв в пустоши. Мерзкие твари расплодились так сильно, что мелкие стычки превратились в одну – бесконечно долгую.

Целый день только и думал о том, как добраться до кровати и забыться. И вот, когда я наконец-то погрузился в сон, до моего уха донёсся странный звук.

Сначала кто-то пытался возиться с замком: слышно было, как ключ возился в замочной скважине.

Ха! Удачи тебе, приятель.

Недавно у нас сломался старый замок, и мы поставили новый, который открывается только нашими ключами. Поэтому этому незнакомцу не удалось войти.

Когда попытки с ключами провалились, раздалась долбёжка в дверь:

ТУХ! ТУХ! ТУХ!

Я сразу понял – это либо Ярослава, либо какой-то придурок, который хочет получить по морде.

И почему-то интуиция подсказывала мне, что это точно сестра. Кто ещё будет так нагло колотить в дверь посреди ночи?

Проблема была в том, что в нашей квартире сплю не только я. Это место напоминало какой-то вшивый хостел для бедных мигрантов.

На соседней кровати мирно посапывал Второй, раскинув руки и ноги в разные стороны. Спать в такой позе было не очень удобно, но он тоже так устал, что ему всё равно.

Уверен, что даже если бы ему сказали, что место есть только на потолке, он всё равно умудрился бы там улечься и уснуть.

В комнате Ярославы устроились Третий и Четвёртый. А на кухне, прямо на матрасах на полу, расположились Десятый и Одиннадцатый.

Стук разбудил не только меня – все остальные тоже моментально открыли глаза. В такие моменты наша мысленная связь включалась автоматически:

– Кто-то пришёл?

– Да!

– И что делать?

– Давайте дадим им звездюлей.

– Нет. Лучше притвориться, что никого нет дома.

– Ну, это может быть сестра…

– Быть может, что-то срочное!

Все говорили, но решение принимать всё равно предстояло мне. Я нехотя поднялся с кровати, босиком прошлёпал по холодному полу к входной двери и, прислонившись к ней, спросил:

– Кто там?

– …

В ответ – тишина. Как будто за дверью никого и не было.

– Если не скажешь, то я не открою!

– Кто! Кто! Я, конечно же! – раздался знакомый голос Ярославы, полный возмущения. – Ты что, замки от меня поменял?

– Он сломался, – объяснил я. – Ты что ночью припёрлась, пугаешь только!

– Открывай давай!

Пока мы препирались через дверь, в квартире развернулась настоящая операция по экстренной уборке.

Как по команде, все начали убирать лишние вещи, складывать кровати, прятать всё, что могло выдать присутствие «лишних» жильцов.

Это был отработанный до автоматизма ритуал – за считанные секунды наша коммуналка превращалась в обычную квартиру для двоих.

Когда я наконец открыл дверь, передо мной предстало крайне недовольное лицо Ярославы. Она окинула меня взглядом – я стоял в одних трусах, растрёпанный и явно сонный – и с ехидной улыбкой спросила:

– Спишь?

– Конечно, сплю! – возмутился я. – Ты время видела?

– А сколько?

– Двенадцать ночи!

Ярослава пожала плечами, как будто полночь – это самое подходящее время для визитов. Только переступила порог и остановилась, оглядываясь по сторонам.

– Ха! – воскликнула она, как будто что-то заметила не то.

А я действительно напрягся. Ведь начнутся расспросы, а я даже толком не проснулся ещё.

– Ты сделал ремонт?

Я едва не рассмеялся от облегчения.

– Да. Подумал, что освежить обои, добавить света – это хорошая идея.

– И правда, тут мило!

– Не стой в коридоре, заходи, садись за стол. Сейчас чая налью.

Раз уж сестра пришла, полагалось её накормить. Я усадил её за стол на кухне и открыл холодильник.

Взгляд упал на изобилие продуктов. Холодильник был забит различной едой так, что дверца едва закрывалась.

– Ты что будешь?

– Я не голодна.

– Сейчас дам тебе «не голодна»! – возмутился я. – Надо есть, а то кожа да кости одни!

Хотя, честно говоря, это было далеко от истины. Те шрамы, которые мы думали, что останутся с ней до конца испытаний, бесследно исчезли.

Теперь сестра выглядела как профессиональная спортсменка – высокая, подтянутая, с идеальной фигурой бегуньи. Но разве это повод не заботиться о ней?

Поставил чайник, достал наш лучший чай. Тот, что куплен для важных людей, в подарок. Так как сам Алексей не любил чай, да если по-честному – он вообще ничего не любил, кроме воды и разве что натуральных соков. Так что эта «изюминка» передалась всем клонам.

Пока вода закипала, накрыл стол: бутерброды с колбасой, медовые пирожные и целую гору различных фруктов.

– Ешь!

– Ладно, уговорил.

Ярослава явно соблазнилась видом еды.

– То-то же!

Сначала мы просто пили чай и перекусывали. Но мне не терпелось показать ей свою гордость – виноград, над которым я так долго «работал».

– Смотри, – сказал я, протягивая ей гроздь.

Ярослава взяла её в руки и нахмурилась:

– Это что, яблоки?

– Какие яблоки? – рассмеялся я. – Это виноград!

Конечно, его легко было спутать с чем-то другим. Размер каждой ягоды был с небольшое яблоко.

А когда его кусаешь, из него течёт чистый натуральный виноградный сок, сладкий и освежающий.

– Ого... – Ярослава откусила кусочек, и её глаза расширились от удивления. – Никогда прежде ничего подобного не ела!

– Вот, я же говорю!

– Как ты его сделал?

– Секрет фирмы… то есть фермы.

Внезапно её взгляд стал серьёзным:

– Ты что-то мне не договариваешь?

– Что? Нет!

– А чего тогда? Ты слишком скрытный!

– Просто я же фермер, что тут такого. Посадил, ухаживал и собирал урожай.

Я старался звучать как можно более естественно, но внутри что-то екнуло. Неужели она что-то подозревает?

Напряжённое поведение Ярославы, которое она пыталась скрыть за показным спокойствием, и её странный приход посреди ночи явно были неспроста. Люди просто так в полночь в гости не ходят.

– Хм... что-то случилось?

Ярослава замолчала, уставившись в свою кружку. Пауза затянулась так долго, что я уже начал думать: может, она заснула с открытыми глазами?

– Ладно, – наконец вздохнула она. – Ты должен знать.

И она рассказала. Бегло, сбивчиво, но суть я уловил: угроза, пророчество, в котором она увидела меня, и поэтому примчалась сюда как на пожар.

– Из-за этого?

– Да.

– Ну, не знаю, почему я там появился.

Хотя мысли у меня были. Ордам нужно было бы постараться, чтобы достать нас в пространственной ферме.

– Наверное, просто спрятался на ферме…

– Да?

Конечно, она не поверила. Никто бы не поверил. По понятным ограничениям обычного фермера такие «фокусы» невозможны.

– …

– Нет у меня объяснения.

Ярослава поникла. Плечи опустились, взгляд потух.

– Я думала, ты знаешь, как решить проблему… Хоть что-то…

– Ну... – я почесал затылок. – Вообще-то я знаю, как помочь.

– Что?

– Я говорю, что ситуация не только не критичная, но даже хорошая.

– В смысле?

– Огромная возможность сделать так, чтобы земли вокруг стали свободными и безопасными.

– Ты врёшь!

– Нет, – покачал я головой. – Я вообще не понимаю, как ты этого не видишь.

Я встал из-за стола и начал расхаживать по кухне. Идея формировалась в голове, и чем больше я о ней размышлял, тем больше она мне нравилась.

– Смотри, – начал я объяснять, – ты точно знаешь, что орды выйдут через неделю, так?

– Ну... примерно...

– Примерно или же точно?

– Точно.

– Это же отлично!

– Чему ты радуешься? – сестра смотрела на меня так, словно я свихнулся.

– Потому что это значит, что сами логова будут без защиты!

– Ты хочешь сказать…?

– Да!

Дальше я изложил ей свой план. Рассказал о том, как можно использовать отсутствие основных сил орд, чтобы нанести удар по их логовам.

– Понимаешь?

– Да!

План был явно «рискованным». Но когда она видела угрозу, я видел «шанс». Ведь орды, а точнее логова, – это не куча монстров в одном месте, а очень сладкие, я бы даже сказал, желанные награды.

Возьмём муравьёв. Они собирают со всей округи всякий «хлам». То есть людей, пауков, арахнидов – всё подряд жрут.

Они наполняют свои желудки всякой гадостью и идут в муравейник. Ведь там их главное сокровище.

Всё содержимое они выплёвывают наружу, и это становится компостом для особого гриба. Он растёт с ними в симбиозе – гриб плюс муравей. Гриб Особого ранга поддерживает всю колонию.

– Гриб?

– Да!

– Он полезен?

– Я честно не знаю его свойств. Но учитывая, что он может «поддерживать» целую колонну, уверен, что он явно выше на несколько уровней брони или копья.

– Ха…

Ярослава явно заинтересовалась. Она никогда так не рассматривала орды. И потому для неё это было новостью.

– А пауки?

– Те вообще создали супер-логово!

Внутри логова должен быть просто огромный паучий кристалл. Триллионы единиц энергии в одном месте!

Они создают его как пчёлы мёд. Слой за слоем накладывают золотую паутину друг на друга, пока не получается целый кристалл.

– Ого…

– Я говорю. Если такой забрать и использовать в цитадели, то можно создать магическую защитную формацию или для атаки и питать цитадель веками.

– Что?

– Можно цитадель сделать неприступной!

– А что у арахнидов?

– А там, говорят, должна быть личинка.

– Личинка? Фу…

Сестра не понимала, что у арахнидов по сути самое ценное существо. Они выращивают что-то – что именно, мне не понятно, но явно что-то грандиозное…

Глава 13 – Эволюция

– И это если не говорить о том, что сами «королевы» стоят целое состояние! Их ядра, части тел – ценнейшие материалы!

Чем дольше Ярослава меня слушала, тем больше понимала масштаб возможностей. Я видел, как в её глазах загорается огонёк азарта.

– Это же отличная идея!

Больше всего её заинтересовал паучий кристалл. Наверное, потому что он самый полезный и понятный в использовании. А гриб и личинка арахнидов как-то отошли на второй план.

Казалось бы, план идеальный. Только лицо Ярославы внезапно омрачилось.

– Но...

– Что такое?

– У этого плана есть серьёзный недостаток.

– Какой?

Она помолчала, явно подбирая слова, чтобы меня не «обидеть». По крайней мере, не выставить в плохом свете.

– Он использует людей как приманку. Погибнет много людей... А кто-то на этом заработает!

Не скажу, что сестра неправа. Не стоит лицемерить и отрицать очевидное. Но всё же мне было что возразить:

– Ты неправильно всё поняла.

– Что?! – возмутилась она.

– Столько часов прошло, а ты всё тупишь.

– ...

– Пей больше витаминов.

– Может, просто скажешь, где я неправа?

– По-моему, всё очевидно! Во-первых, то, что орда нападёт – это факт. Ты их не «подговариваешь» специально напасть. Во-вторых, ты сконцентрировалась на сокровищах и забыла о главной цели.

– ...

– Нам нужно убить хотя бы одну королеву. Тогда среди них начнётся хаос. Без «влияния» королевы они станут воевать и жрать друг друга.

– ...

– Теперь понимаешь?

– Да! Это... это действительно может сработать!

***

Пятьсот Сорок Третий.

Солнце едва пробивалось сквозь небольшие окошки палатки-общежития, когда я открыл глаза. Пятьсот Сорок Третий – так меня назвали. Звучит не особо круто и не слишком запоминающе, но не мне жаловаться.

А вот тем, кто будет идти после тысячи или десяти тысяч – им действительно не позавидуешь. Представьте себе имя вроде: Десять Тысяч Сто Двадцать Первый.

Уф...

Стоит только об этом подумать, и в дрожь бросает.

Размышляя об этом, я провёл свои утренние ритуалы: умывание, туалет, завтрак. Сегодня в плане была учёба.

Активировав «точку входа», я мгновенно переместился в техникум. Как один из «молодых» (так называют нас, клонов, призванных в течение последнего месяца), я был обязан пройти акклиматизацию.

Система работала просто: новичкам давали месяц на адаптацию. Мы работали везде понемногу: на ферме, в торговле, в службе поддержки.

Зачем?

Дело в том, что процесс копирования оказался не идеальным. Всегда существовал риск потери информации – мутаций сознания.

Поэтому первый месяц был критически важен. Нужно было «встать на истинный путь», как выражались старшие клоны.

Сегодняшняя задача была проста: идти на учёбу. И честно говоря, я этого ждал. Может, это странно для клона, но мне там нравилось.

Я пришёл одним из первых – не нужно было тратить время на метро. Занял своё место за партой. Второкурсник – уже не новичок, но ещё не «дедушка». Золотая середина.

Вокруг суетились первокурсники, и на них было жалко смотреть. Они выглядели потерянными – волновались и переживали.

Особенно потому, что им досталась профессия «фермер». Некоторые выглядели настолько расстроенными, что готовы были расплакаться. Они не скрывали эмоций – всё недовольство читалось на их лицах.

Что тут скажешь?

У меня ведь воспоминания от пятисот клонов, включая оригинала. Поэтому эмоции первокурсников сработали как триггер, заставив меня «вспомнить» и заново прожить те дни.

Топ. Топ.

Мои размышления прервал звук шагов. В класс вошли Сергей и Мария – под ручку, что сразу бросалось в глаза. Они направились прямо ко мне с улыбками до ушей.

– Ты уже здесь?

– Естественно.

– Как всегда первый!

– Ну так... учиться – что может быть лучше?

Они рассмеялись. Я посмотрел на эту парочку и вспомнил, как всё начиналось. Пару месяцев назад Серёга – мой бро – признался Марии в чувствах. Она оказалась не против. Всё завертелось-закрутилось с бешеной скоростью, и вот результат.

Правда, есть одна проблема: мой «бро» перестал быть «бро». Теперь он сидел с Машей за партой напротив, а я остался один.

Девушка, которая раньше была соседкой Маши, должна была сидеть со мной, но она регрессировала. То есть потеряла свою профессию фермера. Впрочем, за неё не стоит переживать – она пошла к Ярославе, пробудила новую (правда, урезанную) профессию и стала жрицей.

Сергей и Мария приготовились к занятию: достали тетради, ручки, а потом повернулись ко мне с такими довольными улыбками, будто выиграли в лотерею.

– Проставляешь что?

– Не представляю.

– Угадай!

Я люблю такие игры, поэтому решил поразвлечься.

– Вы поженились?

– Нет.

– У вас будет ребёнок?

– ЧТО? НЕТ! – они покраснели одновременно.

– Выиграли в лотерею?

– Нет. Ты не угадаешь!

Я притворился, что серьёзно размышляю, хотя на самом деле просто дразнил их от скуки – я и так знал ответ.

– Стой, дай мне подумать логически. Вы пришли вдвоём, оба радостные, как будто произошло что-то важное. Это не свадьба, не ребёнок – тут я снова их смутил – но и не деньги. Тогда это... хм... Может быть, решили съехаться вместе?

– Всё, ты безнадёжен!

– ...

– У тебя совсем не развита интуиция!

– ...

– Мы достигли второго уровня!

– Ааа... Вот как?!

Удивительно было наблюдать, как их уровни «синхронизировались». Изначально только Сергей считался гением группы, но благодаря невероятной удаче Мария не только не отставала, но и шла с ним в ногу.

– Ну что ж, поздравляю. Но... не от всего сердца.

– Да брось! – махнул рукой Серёга. – Скоро и ты достигнешь второго уровня, не вешай нос.

Я промолчал. А что мне было сказать? Что я уже достиг четвёртого уровня и иду к пятому? Это только создало бы ненужные вопросы. Пусть думают, что я обычный второкурсник, борющийся за своё место под солнцем.

Вместо этого я посмотрел на Марию и задумался о совсем другом. А может, мне тоже стоит начать с кем-то встречаться?

Я оглядел группу, здесь было много молодых девушек, но никто особенно не привлекал внимания. Тогда я подумал о старшекурсницах. Это было бы интереснее.

Мои размышления прервал звук тяжёлых шагов в коридоре. В класс вошёл учитель Иннокентий – этот «медведь» с каждым годом становился только шире и уже сейчас едва помещался в дверной проём.

Широкие плечи, крепкое телосложение, густая борода. Но сегодня с утра он был сам не свой.

Странно.

Я знал, почему он выглядел таким напряжённым. Общественность пока ничего не знала, но Иннокентий наверняка был в курсе надвигающейся катастрофы и, видимо, пытался скрыть свои эмоции.

– Здравствуйте!

Мы дружно встали и поприветствовали его.

– Всем сесть, – показал он рукой, и мы тут же опустились на свои места.

– Сегодня мы поговорим об Особом ранге и эволюции.

– Особый ранг?

– Да! – кивнул Иннокентий и достал что-то, что заставило весь класс затихнуть.

Это был цветок, похожий на белый тюльпан, но его красота казалась почти неземной. Растение находилось в небольшом керамическом горшке, покрытом прозрачным стеклянным куполом.

От цветка исходило едва заметное свечение. Стебель был изящным, листья – идеально симметричными.

– Что это?

– Белая слеза!

– Верно! – кивнул Иннокентий. – Растение особого ранга. Неприхотливо в выращивании, но даёт зелье для восполнения магии!

Многие в классе знали об этом цветке. Примерно три-четыре месяца назад он появился на рынке, когда кто-то распространил сотни тысяч семян по всей цитадели среди фермеров. Кто это мог быть – оставалось загадкой, но я-то знал ответ. Это был я.

Растение идеально подходило для «знакомства» фермеров с особым рангом. Простое в выращивании, но дающее ценный результат – идеальный стартовый материал.

Его распространение быстро подхватил Союз Фермеров, и вот оно дошло даже до нас, учеников второго курса. Иннокентий рассказывал о нём на прошлых занятиях, но впервые показывал живой экземпляр.

Учитель достал десяток небольших бумажных пакетиков – в каждом лежало по десять аккуратных семян.

– Передавайте по рядам.

– Это нам?

– Да. От меня.

По сути, он только что взял и раздал ученикам растения особого ранга. И не просто так, а для того, чтобы мы высадили их на своих фермах.

У меня этих семян было предостаточно, но я всё равно взял пакетик и изобразил радость, словно передо мной открылись врата в новую жизнь. Впрочем, такие же эмоции были написаны на лицах всех одноклассников.

Но меня беспокоило кое-что другое. Я поднял руку.

– Да? Что ты хочешь, Алексей? Больше семян?

– Нет, – покачал головой я. – У меня другой вопрос.

– Какой же?

– Вы сказали, что сегодня мы поговорим об эволюции?

Иннокентий улыбнулся.

– А... Тебя это заинтересовало?

– Да. Что вы имели в виду?

Мой вопрос словно включил переключатель. Иннокентий оглядел класс, и его лицо стало серьёзным. В аудитории повисла тишина.

– То, что я вам сейчас скажу, – медленно произнёс учитель, понизив голос, – это большая тайна Союза Фермеров.

Сердца в классе забились чаще. Мы все понимали – Иннокентий знал много чего, но неужели он хочет рассказать о большой тайне? Неужели приближение катастрофы так повлияло на него?

– Ну, тогда слушайте...

Я понял, что нас ждёт долгая лекция.

…

Если коротко, то суть была следующей: особый ранг особенен во всём. У каждого растения или существа особого ранга есть некая «магическая черта». И эта черта может эволюционировать.

То есть можно улучшать силу и эффект этой черты или даже полностью изменять её направление.

Иннокентий разжёвывал эту мысль долго и тщательно, приводя примеры, чтобы до каждого ученика дошла суть концепции.

– К примеру, – он указал на Белую Слезу под стеклянным куполом, – этот цветок генерирует нектар, который восстанавливает магию. Так?

– Да!

– А можно ли его усилить?

В классе повисла мёртвая тишина. Для нас это звучало странно. Конечно, все знали о селекции – выбирая лучшие семена и скрещивая их, действительно можно получить улучшенный сорт. Но чтобы усилить уже существующее, взрослое растение?

Для многих это звучало почти как магия. Мы как будто не на паре по фермерству, а на паре по магии. Таких у нас с появлением Особого Ранга становилось всё больше.

Лица одноклассников выражали растерянность и недоверие. Даже у меня самого не было полной уверенности в том, что это возможно. Но логика подсказывала...

Я поднял руку.

– Я понимаю, что вы бы не спрашивали просто так, и ответ, скорее всего, «можно». Просто непонятно – как?

Иннокентий кивнул:

– С помощью магических веществ.

Он пояснил, что магическими веществами называются любые предметы, сущности или материалы, содержащие в себе магию или любую другую энергию.

Это могло быть что угодно: от особых минералов до продуктов жизнедеятельности магических существ.

– Если конкретнее, то можно использовать особые виды почвы, удобрения, концентрированную энергию. Способов очень и очень много.

Я задумался. В какой-то степени я уже успешно делал нечто подобное. Только я использовал этот метод, чтобы сократить рост у них.

Но здесь речь шла не просто о быстром росте, а о чём-то более тонком – об эволюции. Настолько тонкой настройке, что она как-то обходила меня стороной. Не то чтобы я не копал в эту сторону, просто был сконцентрирован на других аспектах.

– Но лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, – сказал Иннокентий и достал ещё один цветок.

По всем признакам это была та же Белая Слеза – такая же форма, такой же размер, такие же изящные листья.

Вот только сам бутон был ярко-красно-оранжевого цвета, словно маленький огонёк, заключённый в лепестки.

– Что это?

– Это эволюционировавшая Белая Слеза – Красная Слеза.

– А что она делает?

– Она восстанавливает не магию, а выносливость!

– Да?!

Все были просто в шоке.

Иннокентий достал небольшой блокнот и начал диктовать рецепт: для превращения Белой Слезы в Красную требовалось особое удобрение на основе измельчённых костей монстров Пустоши...

Процесс был сложным, но выполнимым.

Но на этом «сюрпризы» не закончились. После Белой и Красной Иннокентий достал целую коллекцию: Синюю Слезу, Зелёную, Жёлтую и даже фиолетовую с серебристыми прожилками.

Синяя повышала силу, Зелёная – ловкость, Жёлтая – интеллект, а фиолетовая – мудрость. Каждая имела свой уникальный оттенок и особую ауру магической энергии. Из одного простого растения можно было получить целую палитру эффектов!

Это был настоящий переворот. Алхимики со своими дорогущими зельями явно «подвинулись» на рынке. Природные зелья, может, и не давали такого же мощного эффекта, как искусственные, но если выращивать всё это массово... это определённо повлияет на общую силу человечества.

Я смотрел на это всё и поражался. Честно говоря, я не ожидал, что, распространив одно простое растение, другие профессиональные фермеры так глубоко изучат его и даже разработают целые рецепты эволюции. Моя небольшая «махинация» привела к настоящему прорыву.

Но самое главное было даже не это. Гораздо важнее то, что эволюцию можно применить – или, по крайней мере, попробовать применить – к другим сущностям особого ранга.

Взять тот же гриб, который я выращивал. Сейчас он за счёт магии мог увеличивать интеллект или выносливость.

А что если попытаться заставить его преобразовывать магию в ловкость? Или в силу? Или в мудрость?

Возможности казались безграничными. Уже весь рой думал над тем, какие эксперименты можно будет провести на своей ферме.

…

Было около обеда, урок ещё не закончился. Учитель Иннокентий находился в самом разгаре своей пламенной речи о безграничных возможностях эволюции.

– …поэтому крайне важно соблюдать точные пропорции…

Ту-ту-ду-дум!

Резкий звук прервал его на полуслове. Громкоговоритель, который обычно использовался только для школьных звонков, неожиданно ожил:

– СРОЧНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ!

Голос был механическим, но в нём чувствовалась важность, которая заставила всех замолчать.

– СРОЧНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ!

Пока громкоговоритель повторял эти слова, Иннокентий поднял руку, призывая всех успокоиться:

– Всем успокоиться и внимательно слушать! Сейчас будет важная информация!

Он явно знал, о чём пойдёт речь. Затем из динамика раздался другой голос – более официальный, принадлежащий кому-то из верхушки Цитадели:

– Граждане Цитадели! Согласно полученным разведданным, орды собираются для нападения на нашу Цитадель. В связи с этим объявляется особый режим чрезвычайного положения!

Голос сделал паузу, давая переварить сказанное.

– Вводится всеобщая мобилизация – не только боевая, но и трудовая. Все профессии будут работать на выживание Цитадели и достижение победы над врагом.

…

Сначала объявление прозвучало полностью, затем его повторили ещё раз – слово в слово, без изменений.

Всё это время в классе царила мёртвая тишина. Никто не говорил ни слова, но напряжение буквально висело в воздухе.

Я посмотрел на лица одноклассников. Сергей и Мария сидели, крепко держась за руки. Глаза у многих были широко раскрыты от шока.

И их можно было понять. Цитадель всегда была относительно мирным местом. Конечно, здесь случались конфликты и разногласия, политические интриги, терроры и прочее.

Но каждый человек примерно понимал, что его жизни здесь ничего серьёзного не угрожает.

Особенно людей с профессиями защищали как никого другого. И вот теперь говорят о серьёзной угрозе, которая могла изменить всё: лишить имущества, лишить любимых, лишить жизни.

Такое было тяжело принять психологически – мир внезапно оказался под угрозой.

Интересно то, что Ярослава решила рассказать об этом всем гражданам открыто, а не скрывать информацию.

Видимо, она считала, что честность поможет сплотить людей против общего врага лучше, чем скрывать угрозу до последнего.

Я снова посмотрел на Иннокентия. Теперь до многих дошло, почему так взволнованно вёл себя учитель и зачем он рассказывал об эволюции. Всё потому, что он считал – скрывать что-то бессмысленно.

– Учитель, что нам делать?

– Не бойтесь.

– Да?

– Всё, что вам нужно, – это действовать согласно инструкции. Идите в актовый зал и выберите там, где вы можете помочь!