Я (не) вернусь

Глава 1

Последняя электричка из Краснодара медленно сбавляла ход, притормаживая перед платформой. Девушка с большой сумкой в руке и ещё одной на плече стояла в тамбуре, ожидая окончательной остановки и сонно зевая. Обычно в это самое время она уже видела если не десятый, то второй по счёту сон точно. Да и долгая, выматывающая дорога отнимала последние силы. Хотелось быстрее поймать такси и доехать до конечной точки, упасть на мягкую поверхность и уже утром начать решать важные вопросы.

Электропоезд в последний раз дёрнулся и замер, а через несколько секунд женский автоматизированный голос объявил: «Уважаемые пассажиры, наш поезд прибыл на конечную станцию Майкоп…». Двери тут же открылись и, не дослушав, девушка выскочила на платформу, тут же фыркая от пронзительного северного ветра, который сразу стал кусать за голые руки, шею и уши. Дарья Орлова свободной рукой накинула капюшон тёплого пуховика на голову и быстро двинулась к голубому, ярко освещённому зданию вокзала, через которое лежал выход на привокзальную площадь.

– Такси! Такси!

Стоило только выйти вместе с другими немногочисленными пассажирами ночного рейса на площадь возле вокзала, как со всех сторон послышались громкие рекламные крики частников со свойственным не русским акцентом. Даша мило улыбнулась тучному адыгейцу, который хотел уже ухватиться за её сумку и потащить к своей машине, и отдёрнула своё имущество, качая головой. Ехать одной было немного страшно и дороговато. Решив присмотреться, она отошла в сторону и стала искать глазами таких же одиноких пассажиров, чтобы вместе с ними разделить дорогу и оплату.

– Красотуль, куда едешь? Нас двое, а этот жмот не хочет сбавлять цену и везти в центр.

Появившаяся со спины девушка в рыжем полушубке, кожаных штанах и на высоких каблуках своих ботфорт, осмотрела Дашу с ног до головы и кивнула в сторону чёрной «приоры», возле которой стоял таксист среднего возраста.

– Мне чуть дальше.

– Давай с нами, разделим на троих, закинем тебя, а потом он высадит нас.

Вторая девушка пританцовывала рядом с машиной, ожидая, когда её подруга уломает Дашу. На улице стояла минусовая температура, с неба падал редкий снежок, тихо укладываясь на ранее выпавший, а холодный ветер сметал его в разные стороны. Даша удивилась лёгкому наряду случайных попутчиц, стараясь не брать в голову лишнюю информацию, кивнула в согласии и подошла к машине.

– Я нашла ещё пассажирку, поехали, жмот, - выплюнула первая девушка таксисту и села на переднее сиденье.

– Деньги давай сначала, знаю я вас, халявщиц.

Адыгеец сел в машину, протянул девушке ладонь и демонстративно поиграл бровями. Та лишь закатила глаза и повернулась к остальным девушкам, назвала сумму, и каждая отдала ей по купюре.

– Держи, и включи печку, рук и ног не чувствую.

– Ты б ещё купальник надела. С работы едете?

– Езжай молча.

Таксист фыркнул, но промолчал, когда девица достала электронную сигарету и выпустила ароматный пар на весь салон автомобиля. Дарья лишь улыбнулась и отвернулась к окну, желая быстрее доехать до дома прабабушки. Она даже не старалась вслушиваться в негромкий спор девушек и таксиста, когда на очередном перекрёстке их машину остановил экипаж ДПС. А дальше произошло то, что никак не укладывалось в голове. У таксиста оказались просроченными права и страховка, поэтому девушек попросили выйти из машины и сесть в служебную, в которой их всех быстренько отвезли в центральный отдел ОМВД по городу Майкоп.

– Это какая-то ошибка! Что происходит?

Даша пыталась объяснить, что просто ехала домой и знать не знает этих девушек, на что гаишники только ехидно улыбались и однозначно отвечали: «Ага, в отделе разберутся, кто случайно, а кто нет».

– Это какой-то дурдом…

– Ой, да не переживай, утром отпустят, не в первый раз.

Кристина, девушка, которая уговорила её ехать с ними, откинулась на лавочке в приёмнике, небольшой серой комнате при дежурном, и махнула рукой. Она и вторая девушка завели банальный разговор про свои повседневные дела, периодически жалуясь на холод в камере. Видимо это был предел. Даша встала напротив, уперла руки в бока и потребовала объяснений.

– Дашуль, не кипятись. Ну кто мог знать, что эти козлы будут стоять на дороге, а мудачело-таксист так подведёт? Выпишут административку и отпустят.

– Очень мило, но мне то за что? Я просто ехала домой!

– Подмели под одну гребёнку. Оставь мне свой номер, как будут деньги, верну долг.

– Зашибись, как успокоила!

Чтобы хоть немного выпустить пар и уменьшить количество адреналина в крови, Даша подошла к двери и стала громко стучать, требуя немедленно выпустить, исправить ошибку, на что дежурный грозно рыкнул и пригрозил поместить к парочке алкашей, если немедленно не угомонится.

– Подруга, устраивайся поудобнее и постарайся поспать. Эти мудаки даже стакан воды не дадут.

Вторая девушка подтвердила слова жрицы уличной любви Кристины и закинув ноги на соседнюю лавку, откинула голову назад в попытке сразу уснуть. Чувствуя себя как в страшной параллельной реальности, девушка несколько раз переводила взгляд с одной проститутки на другую, а потом, тряхнув головой, села в уголочке.

– Зачем я только вернулась! Здравствуй родной город, здравствуй дом.

***

– Я ещё раз повторяю – я не проститутка, а случайная попутчица! И никакой протокол подписывать не буду! – Даша скрестила руки на груди и злобным взглядом уставилась на тучного сержанта, который только ухмылялся и продолжал катать на бумаге совершенно неразборчивым почерком, периодически поглядывая в её паспорт.

– Разберёмся, Дарья Александровна, а это всего лишь формальность…

Невозмутимость и сарказм полицейского выбешивали ещё больше, девушке до чёртиков хотелось схватить с его стола подставку для ручек и карандашей и запустить в серую стену, прямо над его головой. Но она сдерживала порыв, впиваясь ноготками в ладони до боли, снова поражаясь абсурдности ситуации. Все доводы и рациональные объяснения разбивались об ухмылочки служителя закона, который явно наслаждался ситуацией.

До десяти утра их держали в маленькой комнатке, вонь в которой была невыносима и впитывалась во всё, что можно. Первое, что попросила девушка, так показать ей уборную. Полицейский фыркнул и проводил до конца длинного коридора со словами: «какие неженки пошли в древней профессии, у клиентов тоже сразу в сортир бежишь?». А после отвёл в довольно большой кабинет, где и стал составлять протокол об административном правонарушении.

– Да как так можно? Товарищ полицейский, ну серьёзно, посмотрите регистрацию…

– Девушка, я всё посмотрел и это ничего не меняет. Заплатите штраф и работайте дальше, а нам надо план выполнять.

– Я это так не оставлю!

Резко встав со стула, она уперлась ладонями в стол, готовая тут же ринуться в бой.

– Семёныч, что за крик, а драки нет?

Дверь резко распахнулась и в проёме, полностью закрывая собой всё пространство, появился тот, кого она ни сейчас, впрочем, и никогда не ожидала увидеть. И это было то явление, которое взорвалось яркой вспышкой в голове девушки. Миллиард нервных окончаний одновременно застучали в наковальни, ненависть и ярость с новой силой поднялись в душе, разгоняя кровь по венам, окрашивая щёки и шею в красный цвет.

– Да вот, устроила девица истерику, мол не такая, жду трамвая. Подписала бы быстрее и пошла…

Что там дальше бурчал полицейский она не слышала, шум в ушах стоял такой, словно рядом взлетал истребитель, а всё внимание девушки было приковано к нему. Его чёртова улыбка снова ввергала в ступор, лишая опоры и делая ноги ватными. Ничего не забыла… его не забыла. Всё живо и сердце, как и раньше, больно бьётся о грудную клетку от его низкого голоса, от которого бежала не оглядываясь. Почему сегодня? Почему сейчас? Понадобилось столько лет, чтобы склеить сердце, разбитое вдребезги; чтобы стереть воспоминания о его голосе, смехе, запахе и дьявольских карих глазах.

– Какая милашка. Давай помогу. Ты оформляй остальных, а эту я беру на себя.

– Рахметов, ты чего такой добрый с самого утра?

– Настроение хорошее, – мужчина криво усмехнулся, не сводя своих тёмных глаз с девушки и в два шага оказался рядом. – Пройдёмте, гражданочка.

– Ты…

Даша отступила на шаг, пряча руки за спиной и нервно поглядывая на тучного сержанта, ожидая от него негласной помощи, но сержант лишь откинулся на стуле, наблюдая за интересной сценой. Рахметов лишь сдвинул чёрные брови, забрал у коллеги документы и махнул головой на выход.

– Дарья Александровна, не устраивайте сцен и идите за мной.

Не церемонясь, капитан Рахметов схватил девушку за предплечье и поволок в коридор, совершенно не обращая внимание на бесплодные попытки вырвать руку и угрозы пнуть того со всей силы в колено.

– Нападение на полицейского автоматом переквалифицируется в уголовное преследование…

– Отпусти сейчас же!

Затолкав брыкающуюся девушку к себе в кабинет, Богдан Рахметов с силой захлопнул дверь и несколько раз провернул ключ в дверном замке, окончательно разрушая надежды последней ускользнуть от этих до боли знакомых и когда-то таких родных карих глаз.

– Сюрприз, так сюрприз! – Мужчина облокотился на дверь и скрестил руки на груди, нагло ухмыляясь, оглядывая и оценивая внешний вид Даши.

Он даже не думал, когда проснулся утром в отличном настроении и в бодром состоянии после жаркой ночки с давно знакомой и удобной для него девушкой, что не успеет прийти на работу, как печальное прошлое внезапно появится и ударит под дых. И какой чёрт дёрнул его заглянуть по дороге в свой кабинет к Семёнычу? Понадобилось всего несколько секунд, чтобы осознание того, что это «она» обрушилось лавиной и припечатало к месту. А следом пришла волна злости на беглянку и ярость, когда он прочитал постановление административного правонарушения. «Вот же засранка, я ей устрою подработку!».

Дёргая рукава своей куртки, Даша вздрогнула от нескрываемой злости в его голосе и отступила на шаг назад. Повисла минутная тишина. Они, как два противника, изучали друг друга, отмечая любое изменение за прошедшие четыре года. Высокий и такой же стройный, в расстёгнутой тёплой кожанке, Богдан почти не изменился, лишь причёску сменил, отрастив чёлку, которая непослушно падала на лоб, закрывая правую бровь. Он всегда был небрит, и вроде она привыкла к лёгкой щетине, но теперь вместо неё, красовалась модно стриженная борода, придавая ему ещё более брутальный вид. «Куда ещё больше?» - пронеслось в голове, и она закатила глаза своим мыслям.

– Неожиданно, Дарья Александровна, очень неожиданно.

– Хватит! Могу ответить тем же.

– Вот как?! Спустя столько лет решила вернуться и… Вот значит, чем ты жила? – Он подошёл к своему столу, на который кинул бумагу, и ткнул в неё пальцем.

– Богдан, ты серьёзно?

– Вполне.

– Это какой-то дурдом… Почему все верят в то, чего нет на самом деле?

– Открою тебе маленький секрет: в полиции верят фактам, а не словам.

Не торопясь, он снял с себя куртку, повесил на вешалку и с через чур ласковой улыбкой сел за стол, жестом показывая девушке сесть напротив.

– И давно ты стала подрабатывать проституцией?

– Что? Да я… Я не проститутка!

– Допустим, но тебе придётся очень постараться, чтобы меня в этом убедить.

Тихо простонав, девушка растёрла лицо ладонями, давая себе время, чтобы взять эмоции в руки и стараться не реагировать на его ехидный тон и толпу мурашек, которые галопом бегут по спине от его близости. А ведь она думала, что излечилась, обросла бронёй и сможет спокойно уладить все дела в родном городе и двигаться дальше.

– Хорошо, но я уже несколько раз рассказала тому толстому…

– Сержанту.

– Да, ему. Это ошибка, девушки предложили разделить проезд, я понятия не имела кто они!

– Ну да, внешний вид и позднее время тебя не смутили.

– Мне было не до этого. Я до сих пор с ног валюсь.

Он лишь пожал плечами, мол не убедила, и взял ручку, прокручивая её между пальцами. «Ну что за дурёха. Уже не знаю, как вывести на разговор, опять, как и раньше начинает закрываться». Богдан мысленно вернулся туда, когда верил, что именно она станет той единственной, что именно она понимает его как никто другой и только её губы дарили надежду и веру в женский пол. Нет, он не верил, что его Даша могла до такого опуститься, но должен был знать точно и наверняка.

– Где ты была?

Девушка вздрогнула от неожиданного и такого ожидаемого вопроса, всё же надеясь, что ответить на него придётся совсем не скоро. Сейчас же у неё было одно единственное желание – скорее уйти от сюда, уйти подальше от него и не испытывать снова тот ураган чувств, который всегда возникал рядом с ним.

– Какая разница?

– Даш, ты прикалываешься? Ты внезапно пропадаешь со всех радаров, а потом также внезапно появляешься, так ещё где? В полицейском участке, и на тебя составляют протокол!

Капитан подался вперёд и помахал перед лицом бумагой, наглядно подтверждая свои слова.

– Не надо со мной говорить, как с маленьким ребёнком! Повторяю, что это ошибка! Знать их не знаю, и это правда.

– Ладно, я верю.

Тяжело вздохнув, он медленно порвал на мелкие кусочки протокол и кинул в урну под своим столом. Даша же наблюдала за его действиями во все глаза, не веря, что вот так просто он поверил.

– Мне можно идти?

– Нет. Нельзя. Пока всё не расскажешь, никуда не отпущу.

Глава 2

С болью в сердце, девушка прикрыла глаза. Именно эти слова она мечтала услышать тогда, несколько лет назад, когда бежала от него, от обмана, от дикой боли, разрывающей душу на лоскутки и сердце на части. Сейчас же они лишь резали незаживающую рану, которая только начала затягиваться.

– Что ты хочешь знать?

– Всё. Но самое главное – почему?

Не надо быть гением, чтобы понимать о чём конкретно вопрос. Раскрывать очевидные причины совсем не хотелось, а уверенный вид когда-то любимого человека не давал шанса промолчать. Дёрнув подбородком, девушка посмотрела в карие глаза и подавилась словами, в которых собрался весь яд, копившийся годами.

– Мне… Я хотела начать новую жизнь.

Слова ударили сильнее, чем мощный кулак справа. Богдан дёрнул головой, а на его лице загуляли желваки, чёрные брови сошлись на переносице, а губы сжались в плотную линию. Всё это не ускользнуло от девушки, и она невольно сжалась, прекрасно помня, каким он может быть в гневе, но тогда этот самый гнев никогда на неё не был направлен.

– А сказать можно было?

– А тебе разве не всё ли равно?

– Представь себе, что нет!

Рахметов резко встал со стула, упёрся сжатыми в кулаки руками в стол и навис сверху, подавляя своим ростом и мощью.

– Какого чёрта, Даш?! Я возвращаюсь домой, а тебя и след простыл и никто, слышишь, никто не знает куда ты уехала!

– Так спросил бы у Марины!

– У неё первой и спросил. Даже твоя сестра не знала!

– Не сестра она мне… - тихо прошептала Даша и со слезами отвернулась к окну, пытаясь унять слабость в виде непрошенных слёз.

– Даш…

– Иди к чёрту, Рахметов! Я ухожу.

– Ха, посылаешь туда, откуда вернулась?

Кинув убийственный взгляд на мужчину, Даша встала напротив него, всем своим видом показывая полную решимость уйти немедленно.

– Ладно, успокойся. Давай вернёмся в настоящее. Не будет никакой административки, это я гарантирую, а ты взамен расскажешь, почему вернулась и почему сейчас.

– Тебе заняться нечем? У меня много дел и, спасибо, справлюсь сама.

– Ой, какие мы гордые. Сама ты чуть не записалась в проститутки. Рассказывай.

Рахметов снова сел в кресло и лениво потянулся, всем своим видом показывая, что никуда не спешит и выпустит её только после откровенного разговора.

– Пожалуйста, просто отпусти. Я теряю впустую время…

– Тогда тем более. Всё в твоих руках.

Даша устало опустилась на стул, запахнула куртку на груди, хоть и не было холодно в кабинете и несколько раз глубоко вздохнула.

– Можно воды?

– Можно даже кофе, будешь?

– Да, спасибо.

Богдан бодро встал, подошёл к кулеру и стал манипулировать с кружкой, кофе и кипятком. Пока он был занят делом, девушка не сводила с него глаз, снова внимательно рассматривая и поражаясь, насколько он стал крупнее в теле. Облегающий тонкий свитер бежевого цвета совсем не скрывал его формы, а наоборот подчёркивал налитые мышцы рук и груди, обтягивал так, словно вторая кожа. Бодя всегда был ярым спортсменом, не зря он закончил АГУ и принимал участие во всех соревнованиях по дзюдо. Даша прикусила губу, понимая, что сейчас, как и раньше, он вызывает в ней тот же самый трепет, который ни с кем она больше не испытывала. Это радовало и пугало. Сердце снова сжала обида и горечь потери, будто и не прошло этих четырёх лет.

– Держи.

Девушка забрала из его рук кружку с ароматным напитком и тут же сделала глоток, чувствуя, как тепло побежало по пищеводу, а любимый кофе приятно щекотал рецепторы на языке.

– Спасибо ещё раз.

– Начинай, я весь во внимании.

– Месяц назад умерла бабушка…

– Да, я в курсе и думал, что ты приедешь.

– Приехала бы, но мне поздно сообщили. А пару дней назад позвонила Елена Константиновна, соседка бабушки и срочно попросила приехать, так как в квартире бабули происходят странные вещи, ходят подозрительные люди.

– Значит, были люди, которые знали где ты и как с тобой связаться, - не выдержал он, с обидой кидая слова.

Даша же нахмурилась, но не стала комментировать, понимая, что разговор уйдёт в другое русло, в прошлое и она не выдержит. Обида выльется наружу и вместо разговора они точно поругаются.

– Не важно. Она не смогла точно объяснить, лишь твердила, что не нравится ей это всё и то, что я обязана приехать. И вот я тут, сижу с тобой и теряю время.

– Ничего не понятно, но очень интересно. Эта сумка все твои вещи?

– Да, я не планирую надолго задерживаться.

В несколько глотков она допила кофе, а капитан молча смотрел на неё, удивляясь поднявшейся обиде и злости на последние слова девушки. Из рассказанного его заинтересовал момент паники соседки, чуйка полицейского просто кричала всё проверить. Сложив два фактора, а именно стойкое нежелание отпускать Дашу и разобраться в непонятном, мужчина предложил:

– Поехали отвезу и заодно сам послушаю твою соседку.

– Рахметов, у тебя больше дел нет?

В этот момент мобильный мужчины пиликнул сообщением, и он неприятно поморщился, мысленно ругая себя, что забыл заблокировать настырную особу, донимающую его уже неделю. По-хорошему дамочка не понимала, когда он в очередной раз попытался ей объяснить, что был пьян, и та ночь была первой и последней, но, видимо, она из тех, кто отказ не принимает, а деньги папочки использует даже там, где они не к месту. Уже на работе стали над ним посмеиваться, когда курьеры с подарками стали по нескольку раз в день навещать центральный ОМВД.

– Поверь, есть, но так надо.

Чтобы не слушать дальнейших возражений, он резко встал, натянул куртку и подхватив Дашину сумку, подошёл к двери, отмыкая её и кивая на выход.

«Наверно я пожалею, но не могу отпустить вот так, слишком о многом она промолчала», – мысленно добавил Богдан, убеждая себя, что всё правильно делает.

Они молча вышли на парковку возле отдела полиции и Даша чуть не присвистнула, когда увидела машину, на которой ей предстоит ехать в компании с бывшим по нужному адресу.

– На зарплату купил или ты подпольный миллионер?

– Очень смешно. Отец подарил два года назад. Падай.

Мужчина услужливо открыл дверь угольно-чёрного бмв спорт класса и подмигнул, ожидая, когда брови девушки опустятся обратно на место, ухмыляясь про себя. Много что изменилось с их последней встречи и вот такая её реакция ему определённо нравилась. Да, он любил красивую жизнь со всеми плюшками, но вот хвастуном не был, хоть и мог.

Поездка заняла всего четверть часа, благодаря светофорам и обеденному времени, когда по щелчку народ выходит на улицу по своим делам. Всё это время парочка в машине упорно молчала, только любимый плейлист Богдана звучал из колонок. Даша смотрела в окно и ностальгировала по любимым местам, мимо которых катилась машина, Рахметов же на каждом светофоре украдкой рассматривал девушку, отмечая изменения во внешнем виде.

И вроде бы не изменилась, всё та же Даша, но что-то новое проскальзывало в её движениях и взгляде, а длинные волосы ещё больше придавали девушке женственности. Она уже была не та двадцатилетняя девушка, нет, с ним сидела женщина с неизвестным для него опытом жизни.

– Чёрт, даже припарковаться негде.

– А ты поставь на газон, ты полицейский, тебя не тронут.

– Даш, твой сарказм меня не трогает.

Хмыкнув, Богдан увидел свободное место за три подъезда от нужного им и ловко припарковался. Выключив двигатель, он первый вышел из машины, ожидая, когда спутница вытащит свою сумку с заднего сиденья и пойдёт за ним.

– Напомни этаж.

– Четвёртый.

На втором этаже Богдан практически вырвал из рук девушки её сумку и первый поднялся на этаж, ожидая Дашу возле квартиры.

– И ключ есть? – Он опёрся плечом о стену рядом с дверью и скептически посмотрел на неё.

– Есть.

Попытка открыть дверь своим ключом провалилась, что для Рахметова не стало удивительным. Он внимательно осмотрел замки и саму дверь.

– Есть догадки, кто мог сменить замки?

– Серьезно? Я же только приехала.

Даша подошла к двери напротив и уверенно нажала на звонок. Несколько минут стояла гробовая тишина, пришлось повторить звонок и вскоре послышались тихие шаги. Пару раз дверной замок провернулся и в узком проёме появилось озабоченное лицо престарелой соседки.

– Здравствуйте, Елена Константиновна, это я Даша.

– Даша?

Бабушка не сразу поняла какая Даша перед ней стоит и сильнее нахмурила брови.

– Даша Орлова, ваша соседка, вы мне звонили.

Пока девушка возвращала память почти восьмидесятилетней соседке, Богдан ещё раз внимательно осмотрел дверь её квартиры, новые замки и обрезанный звонок. Знакомый почерк и это его совсем не радовало.

– Дашенька! Моя девочка! Заходи. Ой, ты не одна?

Женщина открыла настежь дверь и посмотрела за спину Даши, кивая головой на высокого мужчину.

– Да, это Богдан Рахметов, мой…эээ…старый знакомый.

Секундная заминка не ускользнула от Богдана, и он криво улыбнулся, а потом вышел вперёд и сам представился.

– Добрый день. Капитан полиции Рахметов. С Дарьей мы давно знакомы, и я был пару раз в гостях у её бабушки.

Довольная улыбка расползлась на морщинистом лице старого человека. Охая и ахая, бабушка пропустила молодую пару в квартиру и отправилась на кухню, сразу включая чайник, начиная суетиться и накрывать на стол. Богдан поиграл бровями, разулся и с широкой улыбкой прошёл за бабушкой. Даша же закатила глаза, скинула свою обувь и двинулась следом.

– Садитесь, ребятки. Как чувствовала, что гости будут, блинов напекла.

– Спасибо большое, с удовольствием попробую.

Захотелось хорошенько толкнуть локтем мужчину в бок, но Даша сдержалась, поблагодарив соседку и сразу перешла к делу.

– Елена Константиновна, расскажите нам всё.

– Хорошо, хорошо, только вы кушайте.

Соседка разлила чай, поставила к блинам малиновое варенье и села напротив, складывая руки в замок.

– Несколько месяцев назад, когда твоя сестра наотрез отказалась смотреть за Ольгой, появилась женщина. Она представилась работником соцзащиты.

Богдан закинул в рот очередной тонкий блин и кивнул.

– На вид приветливая, охотно взялась помогать Ольге, даже я удивилась и задумалась о такой помощи. Бабушка твоя была довольна и только и делала, что хвалила помощницу. Но через пару недель Оля перестала выходить на улицу совсем. У нас, как бы это сказать, традиция наверно, ровно в пять вечера собираться с другими пенсионерами возле подъезда и болтать обо всём.

– Хорошая традиция. И что дальше?

– Несколько дней не выходила Ольга, я, конечно, забеспокоилась, решила сама к ней зайти, а эта женщина не пустила. Объяснила тем, что гриппует она. И правда видела, как пару раз приезжала скорая. Но меня успокоили, мол, идёт на поправку.

Елена Константиновна отвернулась к окну, снова сводя свои почти седые брови, явно что-то обдумывая.

– С тех пор мы не видели твою бабушку, Дашунь. Каждый раз мне эта женщина рассказывала то про болезнь, то она спит или отдыхает, то куда-то уехала. А потом, как гром среди ясного неба, известие, что она умерла. Твоя сестра быстренько организовала похороны и была такова, а эта работница продолжила жить в квартире. Стали появляться бородатые мужчины, выносить мебель и на днях вообще сменили замки.

–Я не понимаю…

– Бабуль, а как выглядела та женщина? Описать можете?

Всё время рассказа старой женщины Рахметов внимательно слушал, а под конец отставил от себя кружку с недопитым чаем и нахмурился, понимая, куда и к чему идёт дело. Но он должен знать кое-какие детали, а соседка могла ему очень помочь.

– Могу, её я хорошо запомнила. Среднего возраста, где-то под сорок, тёмные волосы, вечно убранные в пучок, рост как у Даши, полноватая…

– Угу, а более точные приметы есть? Национальность, родинки, шрамы, уродство?

– Русская, очки носит в толстой бордовой оправе и всегда ярко-красный маникюр. Это меня в первую очередь удивило.

Женщина снова задумалась, вспоминая детали. Даша же переводила взгляд с одного на другого совершенно ничего не понимая, чего не скажешь про мужчину, который тут же включил полицейского и уже тихо про себя ликовал. Он вёл дело чёрных риелторов и везде фигурировала женщина, у которой не было чётких примет. И сейчас чутьё просто било в набат, он был на верном пути.

– Я вас очень прошу, вспомните, может была какая-то особая примета.

– А ведь была. У неё нет полпальца на левой руке, кажется безымянного. И небольшая родинка под глазом, но под каким уже не вспомню.

– Спасибо и этого много…

– Ой, главное забыла, она картавит немного и представилась мне Ларисой.

– Конкретная информация, но уверен, что это не её настоящее имя.

Довольный таким поворотом, Богдан совсем забыл про девушку и резко повернулся к ней, когда Даша со всей силы пнула в ногу под столом.

– Ты чего дерёшься?

– Привлекаю внимание. Что всё это значит?

Мужчина потёр ушибленную ногу и тихо сказал:

– Давай потом? Не очень приятное для всех дело.

– В каком смысле?

– Наберись терпения.

– Дашенька, как жаль, что тебя не было на похоронах.

– Да, мне никто не сообщил.

– Ох, если бы знала, то обязательно позвонила. Думала Марина скажет.

– Ей не до меня видимо. Спасибо большое за угощение, нам пора.

Неосознанно, Даша схватилась за мужскую руку, всем своим видом давая понять спутнику, что пора уходить и ей безумно хочется понять о чём тут шла речь.

– Спасибо огромное, блины объеденье!

Пожилая женщина проводила до двери, взяв обещание с парочки, что они обязательно ещё навестят её. Богдан снова подхватил сумку девушки и уже отойдя к лестнице, тихо заговорил.

– Год назад мне передали дело. Пропали два старика, скажу сразу, они были не из таких, как Елена Константиновна, – Богдан головой указал на дверь бабушки. – Скажем так – не благополучные. Вскоре их квартира чудесным образом была продана, а тела стариков так и не нашли. Через три месяца история повторилась, но то был одинокий старик и у него были наследники, которые подняли шум, расследование ведётся по сей день.

– Ты хочешь сказать…

– Пока ничего не хочу сказать, но почерк очень похож. Ты можешь позвонить сестре и узнать, она не меняла замки, мебель не вывозила? И заодно, где хранятся документы на квартиру.

– Документы у юриста до востребования, дарственная на меня тоже там.

– Это хорошо. Но всё равно позвони.

С большой неохотой Дарья достала из кармана куртки телефон и набрала сводную сестру. Несколько минут напряжённого разговора подтвердили догадки мужчины.

– Доволен?

– Не очень. Куда тебя отвезти?

– Чёрт, как так-то? Новый год на носу, а мне жить негде? Я не знаю.

От одной мысли, что она осталась на улице в родном городе, настроение испортилось ещё сильнее, а на глаза набежали непрошенные слёзы. Быстро отвернувшись, Даша попыталась взять себя в руки, вспоминая, сколько у неё с собой денег и где можно подешевле снять жильё на время.

– Эй, ты чего?

– Тебе какое дело? Отвези меня в центр, что-нибудь придумаю.

Спиной чувствуя его близость, Даша внутренне собралась, запрещая себе расклеиваться. Да, первый день дома вышел комом, совсем не этого она ожидала, а сейчас не знает, что делать дальше. Ещё и бывший прилип, как банный лист, от чего все чувства лихорадит.

– Хорошо, поехали.

Глава 3

– Проходи и чувствуй себя почти как дома!

– Издеваешься?

– С чего это? Просто пошутил.

Мужчина скинул обувь, положил ключи от машины и квартиры на тумбу и молча стал стягивать с себя тёплую куртку, совершенно не обращая внимания на застывшую у порога девушку. Он устал слушать всю дорогу её возражения, придирки, мольбы и просто отрицания того, что он не позволит ей жить в неблагополучном, дешёвом хостеле и везёт к себе домой.

– Бодь, я не могу…

– Да почему? У меня три комнаты, как ты должна помнить, и я могу себе позволить выделить тебе одну.

– Я помню, но…

Даша переступила с ноги на ногу, продолжая упорствовать и отказываясь верить в реальность. Он предлагает жить у него! «Это какое-то дежавю».

– Что «но»? Давай сделаем так…

Мужчина подошёл почти вплотную и взял за руку, затягивая в квартиру и закрывая дверь. Он устал от споров, она всё такая же упрямая, как и раньше.

– Давай представим, что мы очень хорошие знакомые, которые могут помочь друг другу.

– И чем я могу тебе помочь?

Даша с подозрением сузила глаза, но руку не убрала, внутренне наслаждаясь приятным теплом от прикосновения.

– Есть чем, но пока сказать не могу, надо кое-что проверить. Перестань упрямиться и прими моё предложение. А как всё выгорит… Я не держу, сразу можешь съехать.

– Возможно ты прав. Знакомые?

Рахметов улыбнулся во все свои тридцать два зуба, но после следующей фразы девушки, улыбка тут же сошла на нет.

– После всего, что было в прошлом?

– Вот об этом мы обязательно поговорим, слишком много непонятного было, но вечером, мне пора на работу.

Сказав это, Богдан кивнул на комнату, а потом повернулся в сторону ванной комнаты и кухни.

– Это твоя комната, всё необходимое найдёшь в шкафу, где кухня и ванная думаю помнишь. В холодильнике пустовато, но яйца всегда есть. В общем…располагайся.

– Спасибо, разберусь.

– Хорошо, я поехал.

Снова обуваясь и одеваясь, он мысленно убеждал себя, что всё делает правильно, а вот что будет дальше, время покажет. Уже на выходе, по привычке, мужчина потянулся к ключам и молча покачал головой.

– Оставлю ключи тебе. Всё, ушёл.

Только за дверью он дал волю своим эмоциям и тихо выругался. Своим появлением она всколыхнула то, что казалось было забыто, но нет, ко всему прочему ещё добавилась злость на беглянку. Явилась, взбудоражила, заинтриговала. Так можно долго продолжать.

– Вечером, я всё узнаю вечером.

Даша стояла у окна и смотрела, как когда-то до боли в грудной клетке любимый мужчина садится в свою машину и лихо стартует по покрытому тонким слоем льда асфальту. «Сумасшедший». Даша вздрогнула, когда машину немного занесло, но Богдан умело овладел ситуацией и выехал со двора. Провожая его взглядом, она совершенно не знала, что делать и чем занять себя, но тут желудок предательски издал голодное урчание.

– Яйца говоришь, давай посмотрим.

Да, она хорошо помнила эту квартиру и то, что было в его спальне, но сейчас она не могла и не хотела снова окунаться в ту боль, которая убивала первый год, которая сгибала пополам и не давала дышать. Хватит, она выросла и больше не подпустит его к себе. Даша переоделась в своей комнате в лёгкую майку и простые спортивные штаны, завязала волосы в хвост повыше и прошла на кухню.

Рахметов был почти прав, в холодильнике были яйца, а ещё майонез. Покопавшись в кухонных ящиках, девушка нашла остальные необходимые продукты для быстрого пирога. Радуясь, что на короткое время она нашла себе занятие, Дарья включила телевизор.

***

Спустя шесть часов, голодный и уставший Рахметов поднимался домой, мечтая о душе и горячей еде. И если первое было осуществимо сразу, то со вторым загвоздочка, в магазин он напрочь забыл заехать. Придётся снова заказывать готовую еду, лишь бы Даша не встала в позу. Но даже если и встанет, это будет уже её проблема, не маленькая девочка и сама всё прекрасно понимает.

Само присутствие бывшей и когда-то такой любимой девушки в его квартире грело сердце и ставило в тупик, он просто не знал, как себя вести с ней, чтобы не разругаться и не наделать других глупостей. А он мог. Прекрасно помнил её нежные губы, руки на своём теле и то необузданное возбуждение, которое всегда было рядом с ней, стоило только втянуть в себя особенный, такой родной запах Даши. Но всё изменилось тогда, когда неожиданные трудности пришли оттуда, откуда Богдан не ожидал.

Картинки прошлого стали всплывать в голове, снова заставляя хмуриться и злиться. Прошёл год, как он закончил Адыгейский государственный университет спорта и назло «любимому» отцу поступил в Краснодарский университет МВД, уверенно шагая к своей мечте. Был скандал, вплоть до разрыва отношений с семьёй, из всех только мама поддержала, продолжая всей душой верить в младшего сына.

И если это он мог спокойно пережить, даже испытав облегчение от того, что постоянное давление со стороны отца наконец-то закончилось, то вот на личном фронте тучи сгущались. Ещё на четвертом курсе АГУ он баловался постоянными секс-встречами с Маринкой, первой красавицей с параллельного потока, пока случай не столкнул с её младшей сестрой. Тихая мышка с большими глазами это всё, что тогда привлекло внимание, но чем больше они общались, тем больше Даша открывалась ему с другой стороны.

Дёрнув головой, парень открыл ключом входную дверь, втягивая в себя безумно вкусные ароматы с кухни. Скинув обувь, не снимая куртку, он пошёл на запахи и остановился в дверном проёме, с улыбкой наблюдая, как Даша накрывает на стол.

– Привет.

– Привет, ты вовремя, ужин почти готов.

– Как по-семейному.

– Не надо, Богдан.

Даша вытерла руки о полотенце и отвернулась, пряча в глазах боль и сожаление. Было и так не просто эмоционально находиться рядом с ним, а слышать «такое» просто невыносимо. Она смирилась с мыслью, что уже ничего с ним у неё не будет, запретила себе мечтать и решила просто жить дальше.

– Как скажешь… Что это так вкусно пахнет?

– Ничего особенного, быстрый пирог, выбор был так себе – омлет или он.

Даша пожала плечами и поставила в центр стола большую тарелку с дымящимся кулинарным изделием. Богдан нервно сглотнул слюну и выскочил в коридор, на ходу снимая куртку, чтобы быстрее помыть руки и сесть за стол.

– Мм…как вкусно! А я уже хотел доставку заказывать. Спасибо.

Рахметов поглощал уже четвёртый кусок, запивая свежезаваренным чаем с лимоном. Даша же съела один и лениво пила свой чай, любуясь довольным мужчиной.

– Что ты узнал о квартире бабушки?

– Пока немного, подал ориентировку на эту женщину, от тебя мне теперь нужно заявление.

– Какое?

– Самое обычное, я помогу написать, так что завтра утром вместе едем в участок.

Богдан залпом допил чай, отставил кружку и задал тот самый вопрос, который задавал ранее и который до сих пор его мучил.

– Почему ты сбежала и где была всё это время?

– Бодь…

– Нет, Даша, мы должны поговорить и сейчас самый подходящий момент.

Тесно сжав ладонями кружку с чаем, девушка посмотрела на окно, отмечая крупные снежинки и мерцание гирлянд в окнах домов напротив. Люди готовились к новому году, украшая свои квартиры, и наверняка в каждой стояла пушистая ёлка. Предновогоднее время было её самое любимое когда-то, а теперь…

– Не хотела вам мешать.

– Кому нам?! Не говори загадками!

– Тебе и Марине. Она мне всё подробно объяснила.

Совершенно не хотелось вспоминать ехидную улыбку сестры и её надменный голос, когда она, как маленькому ребёнку втолковывала, как ей с Богданом хорошо и всё идёт к свадьбе, а Даша для него лишь временное удовольствие.

– И ты поверила? Господи, Даша, сколько тебе лет! А со мной поговорить не судьба была?

– Судьба! Я звонила тебе, но то ты недоступен, то не можешь говорить…или вообще отдыхаешь с друзьями!

– Допустим, и ты ничего лучше не придумала, как опустить руки и сбежать! Я приезжаю в Майкоп, а тебя след простыл! Весь город на уши поднял, и никто не знает где ты, а твой номер не обслуживается. Можешь представить моё волнение?

– Уже поздно…

– Поздно, когда человек лежит под двухметровым слоем земли.

– Пожалуйста, давай не будем!?

Девушка не смогла вынести тяжёлый взгляд Богдана и отошла к окну, сдерживая слёзы и болезненные удары сердца в груди. Он не понимал и сейчас не понимает, а снова испытывать боль было невыносимо.

– А когда? Скажи, когда мы сможем всё выяснить и понять? Даша! Не игнорируй меня!

Не выдержав, Богдан резко подошёл к ней и развернул к себе, удерживая за предплечья. Он был настроен решительно, и не собирался отступать. Она ответит сейчас, и загадка прошлого решится сегодня раз и навсегда.

– Ты всё решила за нас, а я должен по первой твоей просьбе замолчать в тряпочку и дальше ломать голову? – Даша дёрнулась в его руках, обжигаясь о пламенный взгляд.

– Не кричи! Ты предал нас! Ты променял меня на Марину!

Вся злость, ревность и боль разрушенной любви вылились в обвинения, а голос дрогнул на имени ненавистной сестры.

– Да о чём ты говоришь?

– Помнишь тот новый год, который мы планировали встречать вместе? Он должен был быть нашим первым.

– Помню, – Богдан помнил, как готовилась Даша и до сих пор ругал себя, что ничем тогда не мог помочь, не было возможности. А сейчас не понимал к чему она ведёт.

– И я помню. Помню каждую минуту, – Даша высвободила одну руку и провела по щеке мужчины, чувствуя жёсткие волоски бороды, вниз по шее и остановила на груди, там, где громко билось его сердце, – как хотела тебя порадовать и, как мечтала, что этот новый год будет самым лучшим в моей жизни. Но…

– Говори.

Но вместо ответа, Даша прижалась всем телом к большому и когда-то до сумасшествия любимому телу Богдана и провела язычком по его губам, уже не сдерживая слёзы, текущие по щекам.

– Но…но новый год я встретила одна у мерцающей ёлки, а к обеду первого января она прислала сообщение о том, что ей срочно нужна помощь. Никогда не думала, что люди могут быть настолько жестоки. Но я продолжала верить в лучшее.

– Даш…

– Ты крепко спал в её кровати. Рассказывать дальше?

– Не стоит. Теперь всё понятно.

Богдан отпустил девушку и провёл рукой по волосам, лохмача их ещё больше. Тогда, именно под самую новогоднюю ночь, всё покатилось к чёрту. Брат с отцом решили в последний раз надавить на него, заявив, что его дальнейшее обучение закончено, а ему предстоит жениться на дочери компаньона отца, на той, которую он знал с самого детства и воспринимал далеко не как женщину. Разговор вылился в скандал, драку со старшим братом и всё на глазах у матери и маленькой сестры.

Его как щенка выкинули на улицу с условием, если не одумается, то родительский дом для него закрыт. Плюнув под ноги гордому главе семейства, парень ушёл не оборачиваясь, напился до бессознательного состояния со своим лучшим другом, а на утро не понимал, как оказался у бывшей подруги в постели.

И вот сейчас всё встало на свои места, а Рахметов готов был казнить себя всеми известными способами.

– Если сможешь выслушать, то, возможно, поймёшь и даже простишь, на что я сильно не рассчитываю.