Я не странный, честно 5 том - Сломанный человек

Плачущий смайлик

- Отпустишь его сейчас, умрёшь безболезненно.

Дёргая щекой, чтобы хоть как-то унять гнев, я смотрю на мужчину в маске, что стоит передо мной, держа нож у горла моего сына.

- Ты мастер переговоров, Зак. Ну в этом и весь ты.

Наклонив голову в бок, он потёрся длинными волосами о щёку дрожащего мальчика, что с примесью надежды и животной ненависти смотрит на меня.

Он сглотнул, его ещё формирующийся кадык слегка задел холодное острие. Он дёрнулся, пошла скупым ручейком кровь.

- Чушшшш-чушш-чушш. Спокойней, Кларк, эххх какая ностальгия. Никогда бы не подумал, что ты назовёшь сына в честь маньяка. Да уж, жизнь не перестаёт удивлять.

Его голос кажется отдалённо знакомым, но никак не могу вспомнить от кого его слышал.

“Прибью сукина сына. Насколько же у него должны быть стальные яйца, чтобы наставлять нож на моего сына? Хотя не так, он специально выбрал его, чтобы добраться до меня. Но зачем? Неужели он думает, что сможет убить меня? Хмм, видимо это демон или же может эльф? Хотя уже все расы против нас так, что гадать глупо”

- Что молчишь? Да уж ты изменился. Раньше болтал, дай тебе только повод. Видимо время всё же меняет людей. Тебя, Нару, что когда-то просто обожала тебя, а сейчас ненавидит и плетёт интриги за твоей спиной, чтобы убить, да и я.

“Говорит, словно мы знакомы. Может и правду где-то с ним пересекался? Всё же как никак уже больше пятнадцати лет в этом мире”

- Мы знакомы?

- Да, Зак. Даже ближе, чем ты можешь представить. Да ты ни с одной шлюхой не был так знаком, как со мной. Понимаешь, насколько интимными были наши отношения?

Резко дёрнул головой, послышался хруст, отбивающийся от пошарпанных стен заброшенного здания.

“Расположен к разговору. Либо тянет время, чтобы подготовиться и оценить риски либо же у него другой мотив помимо моего убийства. Может какое-то дело или же заказ, может решил стать моим сообщником в свержении богов? Видно, по его рисунку плачущего смайлика на маске он обижен так жизнью.

Но все знают, что лучше не трогать моего сына. Инцидент с советом ещё у всех на слуху, хоть и прошло больше десяти лет”

- Не припомню, чтобы долбился в задницу с парнями.

- Фууу, как пошло, Зак. Тебе вроде уже сороковник стукнул, но всё же ты остаёшься таким пошлым, наглым сукиным сыном. Хоть и изменился в целом, но есть вещи, которые не меняются.

- Может хватит? Говори, что тебе надо?

- Что? Ты куда-то спешишь?

- Нет, у меня целая вечность впереди, но вот то, что ты держишь нож у горла моего сына меня нервирует.

- А?

Будто бы забыв он посмотрел на нож, и на чуть ли не плачущего мальца, чьи ноги уже задрожали, как осиновые листья.

“О боже, какой же трус. Да уж не такого сына я растил. Всё влияние Нары. Всё же женщина не может вырастить настоящего мужчину. Насколько бы сильным он не стал всё же внутренний стержень нужно закалять опасностью и поражениями”

- Прости-прости. Забыл, ну с кем не бывает.

Ударив указательным пальцем по маске в районе лба, он отпустил Кларка, а сам тихой почти неслышимой походкой, держа руки слегка раскинутыми и расслабленными, подошёл ко мне на два шага.

- Только не убивай сразу. Спойлер, ты пожалеешь. Ну так, просто предупреждение.

“Он что-то сделал с ним?”

Я посмотрел на Кларка. Он только оказавшись в безопасности первым делом побежал к окровавленной девушки. Взял её на руки, сидя на коленях и начал звать.

- Фиона, Фиона!

Гладя красные, словно потухший огонёк, волосы, он разрыдался.

- Нц.

“Расслабиться пока враг поблизости. Да уж... Ну может он так оказывает мне доверие?”

- Ну и? Говори.

- Столько лет не виделись. Эххх, Зак. Почему ты такой не приветливый?

- Может потому что ты чуть не убил моего единственного сына? Да и ты задрал говорит так будто бы мы много лет знакомы. Ты кто вообще такой, чёрт тебя дери?!

Уже не боясь показывать злость, я, сжав кулаки, сплющил до микроскопического размера магический шар тьмы. Он насколько маленький, что его не заметить невооружённым глазом, но сила и особенно скорость в десятки раз превышают пулю. Могу и сильнее и быстрее сделать, но тогда есть вероятность, что противник заменит её.

- Страшную магию ты хочешь использовать, Зак. Прямо бррр. Аж мурашки по коже пошли. Ты и правду не зря носишь свой титул.

“Заметил? Даже высококлассные маги не могли этого сделать. Да кто он такой?”

- Ты кто такой?

- Бам, бум, и начался диалог. Как же я этого ждал. Столько лет, каждый день прокручивал этот разговор, этот день в голове, когда ещё был в темноте, сырости и пробирающем до самых костей холоде.

После этих слов он снял маску.

- Давно не виделись.

От увиденного под маской перехватило дыхание, губы непроизвольно приподнялись, а глаза готовы были пустить слёзы

- Как? Ты.

Не ври мне, он мой!

“Жуткая атмосфера”

Слышен звук только наших шагов. Куча воинов в полном обмундирование обнажили мечи, выставили пики, а маги стоящие в тылу уже сформировали огненные шары, а во главе стоит знакомый человек.

- Давно не виделись, Майк.

- Что тебе надо?

Под сжатые губы, он сдавленно проговорил это, смотря в непонимании на двух кукол, что стоят по боком от меня.

- Думаю ты в курсе.

Улыбнувшись, я посмотрел на небо. Нависла тишина.

- Красивое небо.

- Чё?

Смотря на красивое голубое небо, по которому плывут молочные облака, будто бы специально раззадоривая аппетит, я сказал, облизнув губы.

- Небо, словно завтрак у какой-то американской семейки из рекламы. Я аж проголодался.

- Уходи. Тебе сюда проход заказан.

- Заказан? Я ваш герой.

- Был им. До тех пор пока не настроил на себя церковь. Ты хоть знаешь, что она может сделать со всеми нами только из-за того, что ты пришёл сюда?

- Нц, как они разозлились. Подумаешь разрушил парочку другую церквей.

- Тридцать две. Ты разрушил тридцать две церкви и убил стольких верующих, что не сосчитать.

Сглотну слюну. Я, приподняв плечи, развёл руки.

- Самозащита. Я всего лишь защищал свою жизнь.

- Достаточно! Зак, уходи.

- Хооо, так значит.

Щелчок пальца и три стрелы света, появившиеся надо мной в тоже мгновение оказались воткнутыми в землю перед ногами Марка.

- Марк.

Изменив голос с такого дружеского, словно разговариваю с хорошим знакомы, на холодный, больше властный будто повелевая, я посмотрел на отшатнувшегося Марка.

- Бог или кому вы там поклоняетесь, Агнеш, мне свидетель.

Тряся пальцем, указал в небо.

- Я в любом случае войду. Остаётся только как. Либо гостем, с которым можно заключить дружеский договор либо же враг, который перебьёт всех вас, как мух... Ну таких надоедливых, что мешают спать ночью.

Никакой реакции, словно он понял, что к этому всё и придёт.

- Ну знаешь такие мелкие. Летают ещё.

Вновь не получил ответа, лишь молчание, а воины с магами за его спиной только сильнее напряглись.

- Ну что? Выбрал?

- Да.

И сказав это, он обнажил клинок, встав в боевую стойку.

- Грустно. Как же всё-таки грустно, Марки. Как же грустно, что придётся тебя убить.

Показательно, чтобы видели все, я сформировал сферу тьмы, приправленную ветром, крутящимся возле неё, для более сильного сжатия и что не менее важно в этой ситуации, зрелищности.

“Убью его, а другие могут и разбежаться”

- Прощай, Марк, приятно было знать тебя. Я схожу на твою могилу.

Улыбка окрасило лицо и когда я уже был готов направить палец на него, выбежала Анна. Она только лишь взглянув на меня, придерживая длинное чёрное платье, подбежала к Марку.

“Даже не привычно видеть её не в костюму горничной. А ей идёт. Выглядит сразу такой элегантной даже когда бегает”

- Что? Почему?

Ещё пару минут яростно перешептавшись, он всё же с явным нежеланием, но в тоже время облегчением скрыл опасное для него же остриё меча за ножнами.

- О чём только король думает?

Выругавшись про себя, он просто ушёл, а за ним и вся его свита. Анна же посмотрела на меня с нескрываемой злобой.

- Давно не виделись.

Дружелюбно улыбнувшись, я показал ей ладонь в знак приветствия, но получил лишь плевок.

“Как неприлично, я бы даже сказал вульгарно. Вся элегантность коту под хвост. Может она верующая? Ну уж извини, что перебил тысячи твоих братьев”

Словно зайдя домой, я, прыгая то на одну ногу, то на другую дошёл до развилки, где меня ждала женщина.

“Где-то я видел это лицо”

С её родинки, взгляд скользнул к внушительной груди.

“Я точно где-то её видел”

- Прошу, господин, следуйте за мной. Король уже ожидает вас.

“Хотелось пройти путь по короче ну ладно. Всё же, как никак я у него дома”

- Веди, о уважаемые буф... то есть леди.

Слегка поклонившись со всё ещё играющей улыбкой, ответил я.

“Всё же классно, вновь ощущать ногу и руку. Конечно, затрачивает просто непростительно много манны, но это стоит того”

Вместо утраченных пунктов производства манны, я создал хоть и херовую, но всё же замену. Это своеобразный сгусток манны с отверстиями, который берёт по немного с каждого оставшегося пункта манны и перенаправляет её к утраченным.

- Отличный вид, неправда ли?

Обратился я к двум куклам, смотря на виляющую задницу женщины.

- Хозяин, вам не пристало так себя вести. Вы посрамляет тем самым свой величественный лик, чрезмерной похотью.

- А ты, как всегда зануда, Рита. Отличный попец, хозяин. Я полностью с вами согласна. Так и хочется раздвинуть эти аппетитные булочки и войти в них хером, которого увы, но у меня нет.

Отбив пятёрку от куклы номер два, которая называет себя Ларой, я ехидно сказал.

- А у меня есть.

- Я и не думала, что вы можете опуститься до того, чтобы издеваться над бедной целомудренной девушкой из-за того, что она такой была призвана. Вами же!

- Странно, если бы я тебя призвал с ним. Это уже было бы какое-то извращение, к которому я пока не готов.

- Вот, значит как.

- Да, вторая, да.

Пока мы перешёптывались, женщина, ведущая нас, уже остановилась у знакомых мне дверей.

“Как же давно я их не видел? Год уже прошёл. Да, целый год. Как же странно течение времени”

На мгновение дрогнув перед тем, как толкнуть дверь, она мельком взглянула на меня.

“Что, боишься?”

Улыбнулся ещё шире.

“Правильно, бойся. Бойся меня. Ведь я тот, кто обглодает кости всех богов. Я сам стану богом и уничтожу этот грёбанный мир, заселённый мерзкими людьми. Вы не заслуживаете жизни. Смерть - это единственное лекарство от рака под названием человечество. Опс, я это уже загнул. Только боги и верующие.

Нормальные люди, что богов на хуе вертели это мои парни и девушки. Им жизнь, любовь, секс”

- Альфредчик. Друг.

Раскинув руки, словно желая обнять сидящего с гордым видом короля, я зашагал, будто бы балансируя на тоненькой веревке, протянутой над рвом с акулами.

- Рад тебя видеть, герой. Много времени утекло с последней нашей встречи.

Дёрнув рукой себе за спину, он видимо дал приказ всем присутствующим выйти. Всем кроме той женщины, что привела меня сюда.

“Нас ждёт серьёзный разговор?”

Наигранно осмотрев пустующий зал, я хлопнул в ладони.

- Ну, такс я буду долбить или мне нагнуться?

Лишь непонимание в ответ.

“Фууу, как скучно”

- Пхахааха. Шутка, шутка, ты что? Я натурал. Свою девственность не отдам.

Я приблизился ещё ближе. Расстояние между нами сократилось до двух метров, сократилось ещё бы, если бы женщина не встала, между нами, вытащив кинжалы.

- Хммм, а где ты их прятала?

Задумчиво посмотрев на неё, я погладил лёгкую щетину на подбородке.

“Надо побриться”

Она не ответила, лишь сузила взгляд и едва заметно сжала руки.

- Эйй.

В долю секунды оказавшись у неё за спиной, я тронул ей плечо, прежде чем вернуться обратно. Она повернулась на отклик, а когда увидела, что меня там нет, резко обернулась обратно, занеся руку для удара.

- Нц-ццццц.

Мой нос уже коснулся её носа, а рука мягко легла на её шею, готовая если что в любой момент впиться в её гладкую кожу.

“Ааххх, какой запах”

- Не стоит орудовать зубочистками. Ты ведь можешь пораниться.

Подложив ногу промеж её ног, я быстро и даже можно сказать скромно, так по-детски поцеловал её в губки, а затем сразу отстранился.

- Не лезь, хорошо. Целее будешь.

Облизнув её щёку, я сполна насладился запахом её волос.

“Какой аромат. Как же он назывался? Не помню фрукт, но похож на лайм из моего мира, но чуть слаще и сильнее бьёт в голову”

- Ну так, Аль, чем могу быть полезен. Ну понимаешь, я, конечно, не хочу показаться грубым и подобная вся вежливая хрень, которая в отсутствие всех этих людей, перед которыми тебе нужно сохранять имидж короля, не тебе ни тем более мне не нужна. Как никак я хочу увидеть своего ребёнка.

- Кстати об это.

Откашлявшись, он с явным беспокойством, которое скрывает хоть и умело, но не так хорошо по сравнению с тем, как я его читаю. Да и он то и дело кидает взгляд на кукол.

- Но для начала. Заклинание сработало? Ты смог их воскресить?

В его взгляде я увидел любопытный блеск.

- Нет, не сработало.

“Я и раньше об этом думал... Может ли быть, что король заодно с богами? Скорей всего то заклинание было частью их плана. Им для чего-то нужна Рита с Ларой, но для чего? Не могу понять. Этому должна быть причина.

Должна быть причина почему секретное оружие церкви, о котором знали лишь единицы, убило их. Для этого, я должен на сто процентов быть уверен, что тот сумасшедший с косой точно следовал их приказу, но как? Чёрт возьми, для борьбы напрямую с богами у меня слишком мало сил, слишком. А все архиепископы, которых я встречал, ни черта не знают.

Всё, что я смог вытянут из них, так это то, что у Агнеш есть помощник по каким их заветам или сказаниям. Какой-то ангел, которому она доверяет так же, как и себе. Нужно заполучить его”

- Но...

Он в непонимании посмотрел на двух кукол за мной.

- Номер один, номер два.

Добавив свист, я подождал пока они не встанут передо мной.

“Это не обязательно, но зато убедительно, как ничто другое. Да и хорошо покажет мои намерения королю”

Подойдя к двум послушным марионеткам, я посмотрел на куклу с лицом Риты.

“Это не она”

Боковой, лёгкий такой удар тыльной стороной ладони, и она вылетела с возвышенности прямо на пол, а второй, я просто проехался дважды по лицу коленом.

- Надеюсь этого достаточно. А теперь, вернёмся к нашим баранам... Баранам?

“А почему баранам? Ну они такие мягкие и пустые. Ах, их мех, помню шашлык из них был вкусным. Да и они бекают прикольно”

- Бэээ? Нет, не так. Беееееее. Брим бум бам. Так стоп отвлёкся. Так где Нара с моим ребёнком?

- Об этом я как раз и хотел поведать тебе.

Уже с трудом скрывая дрожь и страх, он схватил подлокотники трона и слегка приподнялся, чтобы после опять присесть.

- Он не твой...

Аль не успел договорить. Я сразу же схватил его за горло.

- Не ври мне! Он мой! Не ври!

“Ненавижу ложь, ненавижу, презираю”

Смотря в его испуганные глазёнки, так походящие на крысиные, я продолжил.

- Ложь - это плохо, ложь - это яд, ложь - это предательство. Ты хочешь отравить меня? Хочешь предать?

Он хочет, что-то сказать, но занят попытками вдохнуть и вырваться. Лицо покраснело, а губы начали синеть.

- Ой, прости. Извини, Аль, прости. В последнее время я нервным стал. Ну понимаешь, нервы не к чёрту. Плохо контролирую тело, оно само, это не я. Понимаешь, не?! Это оно, накажи его, но не меня. Стоп тело ведь- это часть меня, нет это и есть я по сути. Убери из уравнение тело останется только моя душа. А душа без тела не может, значит тело это я. Извини я виноват, если хочешь накажи.

Я виновато опустил голову, но раскаяние не чувствую, ни капельки. Он соврал мне, а ложь - это плохо. Ложь - это тоже самое что и убийство, если не хуже.

- Ну так, я повторюсь. Где мой ребёнок? И не говори мне, что он не мой. Не будь он моим, меня бы тут не было.

Откашлявшись, он посмотрел на меня, но не ответил.

- Ванесса, отведи его к ней.

“А!? Ванесса. Стоп Ванесса? Почему Ванесса? Нет это не она. А точно, эта та самая баба, что всегда оставалась в тени и тогда ещё понесла Сору. Кстати Сора, Ванесса с Ребеккой и конечно же Кларк с Нефтью. Нужно будет позже навестить их всех”

Думая об этом, о том, как их встречу, как с ними буду говорить всю ночь на пролёт, как потискаю Ребекку, как она будет вместе играть с моим сыном, я и пошёл за второй Ванессой.

- Прошу, господин. Госпожа Нара с сыном в этих покоях. В данный момент она занята кормлением, поэтому я бы попросила вас немного подо...

“Сын?... У меня сын?”

От этой мысли стало так тепло.

- Это неважно.

На эмоциях, я открыл дверь. Чувствую, что будь она заперта, я бы выбил её не задумываясь.

“Прекрасная картина”

Моим глазам открылась нечто прекрасное то, что я так желал увидеть. Столько лет. Я грезил об этом и наконец-то смог увидеть. Я даже не в состоянии сдержать слёз от подобной красоты и чистоты, что увидели мои грешные глаза.

Месть, что успела остыть

Слёзы, словно вытягивают из субстанции, названной кем-то, душой, всё плохое, все грехи, совершённые мной.

- Давно не виделись.

Треск горящих в камине дров, приглушённый чёрными занавесками свет, тёплый воздух, щекочущий ноздри и женщина, что, обнажив грудь, кормит ребёнка на кровати.

- Давно.

Я заметил, как в страхе поджались её тонкие губы. Она в тот же момент кинула взгляд на ребёнка.

“Мой ребёнок”

Всё ещё не веря в увиденное, я, потащив, с собой стул, стоявший возле столика в углу, присел прямо в притык к кровати.

- Мальчик.

Ответила она на вопрос, рывшийся в голове.

“У меня сын”

Я навис над ним. Таким маленьким, замотанным в белые простыни и сосущим грудь матери. Губы слегка задрожали. Почему-то видя его, я вспоминаю Риту, вижу её кормящую неродившуюся дочь вон там в углу. Она смотрит на меня взглядом полным ненависти.

“Прости”

- Сын.

Погладив аккуратно его лысую голову, я поймал на себе его взгляд.

- Привет.

Улыбнулся, но видимо это ему не понравилось. Он заплакал.

- Чшшш, чшшш, мой хороший.

Стоило Наре приподнять его так, что он больше не видел меня, как он успокоился.

“Не привык ещё? Да, скорей всего”

Только после пятиминутного созерцания сына, я посмотрел на его мать, что даже не взглянула на меня за всё это время, то и дело гладя щеку ребёнка и улыбаясь при этом.

- Щёчки появились.

От моих прикосновений к её слегка скруглившемуся лицу, она вздрогнула, словно, когда кубик льда закинули за воротник.

“Неужели она настолько меня боится?”

- Нара?

- Да?

Она не подняла взгляд.

- Почему ты не сказала?

- Я хотела, но... передумала.

- Почему?

Набравшись смелости, она дрожащими глазами взглянула на меня.

- Если отвечу ты уйдёшь?

Я вижу некий проблеск злости в её глазах. Словно у львицы, защищающей тигрёнка от врага.

“Что за взгляд?”

- Нет, Нара, нет. Я не оставлю сына.

Под её холодным взглядом, я чувствую себя неуютно, словно ребёнок, отчитываемый мамой.

- Ему нужен отец.

- Ему нужен кто угодно, но только не такой отец, как ты.

Её глаза чуть сузились, заставив всё внутри сжаться, а ступни похолодеть. Щека дёрнулась.

“Не такой, как я, значит”

- Может быть, но я не уйду. Я буду оберегать его.

- От кого?

Я посмотрел вверх.

- От богов. Они хотя отнять всё, что мне дорого, но я им не дам это сделать, не дам.

- По этой причине ты разрушил все эти церкви и убил ни в чём неповинных людей?

- Неповинных? Что значит неповинных? Они взяли оружие и толпой напали на меня, желая убить. Я лишь защищался.

- Убив их всех?

Её тон стал увереннее и громче.

- Да, Нара. Я никому не позволю себя убить, пока не отомщу. А тот, кто попытается горько об этом пожалеет.

- Я поняла тебя. Тогда у меня к тебе только один вопрос.

- Задавай.

- Готов ли ты отказаться от мести ради собственного сына?

- И как это связанно?

Она сделала небольшую паузу. С её глаз потекли слёзы.

- Кларк, мёртв.

“Что?”

- Он... Кто убил его?

Сжимая кулаки, я заскрипел зубами, сдерживая позыв к броску стула в окно.

- Ты. Всё из-за тебя. Если бы ты не начал разрушать церкви, он бы остался в живых.

- Объясни, при чём тут это.

Когда сроки родов уже подходили Нару решил навестить Кларк. Они разговорились обо мне, о наших с ней приключениях. И как раз в этот момент в её покои ворвались пять убийц.

Нара чисто физически не могла нормально сражаться в таком состоянии поэтому её защитил Кларк. Он даже убил их всех получив лишь один порез, но он стал фатальным. Клинки были отравлены сильнодействующим ядом. Он умер через три дня мучений.

Король выяснил, что их подослали верхние чины церкви. Они каким-то образом узнали, что Нара беременна от человека, который разрушил их церкви. Так что решили избавиться от будущей проблемы в зачатке.

- Нефертити родила ему. Тоже сына. Знаешь на каком имени настоял Кларк?

Она улыбнулась, но так злобно, словно желая задеть меня.

- Зак. В честь человека давшему ему вторую жизнь. Но ты же её у него и отнял. Он не пробыл отцом и двух месяцев.

“Прибью. Всех до единого. Так и знал. Боги намеренны отнять у меня всё. Им нравиться наблюдать за моими страданиями”

Хоть я и ощущаю злобу, в голове так и роятся мысли об убийстве виновных, но внешне, я не чувствую, каких видимых изменений, кроме сильно сжатых кулаков.

- Ну как на это посмотреть. Если бы ты тогда не сбежала от меня, тогда Кларк бы и не погиб, защищая тебя.

Сжимая чуть ли не до треска кулак, я парировал её выпад, понимая с самого начала, что это ничего не изменит. Ведь никто из нас не виноват, лишь боги. Они во всём виноваты и их последователи, жалкие предатели человечества.

- Если бы ты тогда выполнила обещание всё было бы нормально. Если бы осталась, Кларк был бы жив и сейчас не гнил в могиле, а играл с ребёнком.

Она не ответила, лишь отвернулась.

“Что ничего не скажешь? Ну так та лучше. Не стоит развивать эту тему. Искать виноватых это самое глупое, что мы можем сделать”

- Ты придумала имя ребёнку?

Она не ответила.

- Если нет, тогда я могу...

- Кларк. Я назвала его Кларком.

“Вот значит, как. Забавна всё-таки жизнь. В голове до сих пор свежо воспоминание, как она привела его первый раз ко мне. В наручниках, презираемого, я бы и не подумал, что через каких-то пару лет, она назовёт сына в его честь”

- Ясно, значит, Кларк.

Я встал и уже хотел выйти, как она заговорила.

- Я не могла...

Остановившись, я даже не взглянул на неё.

- Слушаю.

- Я больше не могла оставаться рядом. То, что с тобой происходило, напугало меня. Я пыталась не замечать этого, но в конце концов не смогла вынести этого. То, что я увидела тогда там в подвале. То, что ты там делал стало последней каплей... С ребёнком и той женщиной. Я больше не смогла.

- Ясно. Но сейчас тебе стоит выбрать.

Я посмотрел на неё.

“Почему она не смотрит на меня? Почему отводит постоянно взгляд? Почему Нара? Ты ведь оставалась единственной кто дарил мне этот взгляд любви и заботы... Видимо уже нет”

- Взгляни на меня!

Резко подняв голову на непроизвольный крик, она прижала начавшего плакать сына к себе, словно защищая его от меня.

- Либо ты берёшь себя в руки и терпишь меня, чтобы у ребёнка была семья либо же я заберу его и воспитаю сам. Мать ему найти не проблема.

“В крайнем случае им займутся номер один и два. Для того, чтобы стать сильным, мать не нужна, но будут проблемы с эмоциональной стороной, так что женщина в воспитании ребёнка необходима.

Мой сын должен быть не только сильным, чтобы постоять за себя, но и психологически здоровым. Может когда он вырастит захочет помочь мне в моей цели. Ну это не так важно, конечно, будет приятно, но у ребёнка свой путь”

- Чёртос два, я отдам тебе воспитывать моего сына.

“Так говорит будто решает тут она. Ну пусть думает так. Крепче спать будет по ночам”

- Когда сыграем свадьбу?

Я уже вытащил сигарету, как под агрессивный взгляд Нары, вспомнил про ребёнка.

“Чёрт”

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Полные ужаса взгляды толпы направленны вверх. Вдыхая закуренную сигарету, я прохожу мимо них, расталкивая зевак плечами. Немое молчание прервалось яростными голосами.

- О госпожа Агнеш.

- Это гнев богини!

- Жестоко. Кто же мог так поступить с пятью высшими?

- Демоны! Демоны уже средин нас.

Паническая волна прокатилась по толпе. Тут и женщина упала в обморок, мужчина уронил корзину с фруктами, продавец у уличной лавки, засмотрелся, дав хиленькому парнишке, спереть драгоценный камень, дети в непонимании спрашивают родителей тыкая на теневые пики, тянущиеся к небесам.

Их ровно пять и конце каждой их них, насажена голова одного из членов пяти высших. А если упрощать то, это просо пять самых влиятельных архиепископа, заправляющих всеми церквями в этом королевстве.

“Следующие Линда, Арчер и вроде Польк”

Поправляя капюшон, я вспомнил все подробности, выпытанные из их капитана.

“Быстро раскололся, даже не дал разойтись. Зря всё же оставил его в живых. Уж слишком подействовали на меня его мольбы и слова "у меня семья2. Всё же я сам отец”

В тот же день, когда я узнал о смерти Кларка, словно не щадя меня свалилась и новость о гибели Соры. Узнал я это даже не от Нары, а от Нефертити. Я пришёл домой к её родителям. Она после смерти Кларка поселилась там, всё же не одной ей ведь растить ребёнка в пустом доме. Как никак мать Кларка умерла пару месяцев назад от болезни.

”Почему все умерли? Как же так?”

Но разговор как-то не заклеился с самого начала. Нефертити вела себя как-то отстранённо, видимо тоже винит меня в смерти мужа, но не показывает это напрямую. Сына её я тоже не увидел, она сказал, что он спит и она не хочет его тревожить, но я та понял, что она просто не хочет его мне показывать. Только я до сих пор не понимаю в чём причина.

В ту ночь я проплакал до самого утра, вспоминая былое. Все те разговоры, загаданные на будущее планы о том, как будем вместе тренировать детей, об общем отдыхе, и о много ещё.

“Что же я не так сделал? Почему всё так получилось? Я ведь только и хотел, что защитить свою семью. Так почему всё вышло именно так?”

Это болезненно чувство, словно холодный кинжал пробивает сердце, не покидало меня ещё неделю и даже сейчас возвращается стоит только вспомнить.

- Вы Польк и Арчер?

“Не разговорчивый и даже отстранённый молодой парень с длинными чёрными волосами в компании вечно улыбающегося блондина, любящие посидеть в этом баре. Вроде они”

- Да, дядь. Что у тебя? Хочешь автограф?

Польк настороженно кивнул, когда, видимо слегка поддавший блондин, заулыбался.

- Нет. Я хочу узнать о своём ученике.

- Учение, Хкгф?

- Гарсион. Его зову Сора Гарсион.

Они заметно напряглись, даже кажись пьяный блондин протрезвел.

- Ну так. Я слушаю.

Сняв капюшон, я посмотрел на них требовательно.

- И лучше вам не юлить. Вы должны знать на сколько сильным был Сора так, что в моей силе вам сомневаться не стоит.

Повернув стул спинкой к ним, я сел, смотря на них как охотник на дичь.

- Ну. Я слушаю.

С трудом сдерживаю кипящую внутри ярость, заставляющую сдавливать спинку стула до скрипа.

- Ты знаешь о ком он?

Спросил блондин черноволосого.

- Нет.

“Значит так. Я даже рад. Спасибо вам”

Хватило и вырванных ногтей, чтобы они раскололись. Я пытал их в разных камерах, чтобы сравнить показания. Блондин быстрее раскололся, брюнет чуть по дольше продержался, но я не остановился. Содрав с них кожу, я планировал отпустить их бегать так, но блондин умер от болевого шока, а Польк откусил язык и умер, захлебнувшись в собственной крови.

“Линда, значит. Именно она всё спланировала”

- Эхххх. Воина сгубила любовь. А я ведь специально вдалбливал ему возможность этого сценария. Видимо сколько мужчина баб не переебёт, он все равно не сможет защититься от любви.

“Нет такой мышцы, которая защитила бы от атак любви”

Из информации полученной от этих двоих, я узнал, что виновница после убийства пошла в разнос. Наркотики, алкоголь, беспорядочные половые связи. Сейчас, чтобы отработать долги она ублажает мужиков в одном из кварталов удовольствия.

“Неужели людям в этом мире настолько противно совокупляться с демонами? Сколько бы здесь не жил все равно не могу понять. Может потому я не верю в их религию?”

Узнав её по описанию, я без лишних слов снял эту барышню, щедро заплатив вперёд.

- Как ты любишь?

Улыбаясь не мне, а скорей щедрой оплате, она начала развязывать халат.

- По жестче. Люблю доминировать.

- Доминировать, значит. Почему-то я сразу это поняла. Проглядывается нечто подобное в твоём поведении. Особенно голос такой мужественный.

Сняв халат, она подошла к кровати, на которой сижу я.

- Скажи, а Сора, как любил?

Её руки только и успели дотронуться до моих плеч, как замерли.

- Откуда вы знаете?

- Я его учитель. Пришёл отомстить за ученика.

Схватив её за короткие волосы, приблизил её испуганное и скорчившееся от боли лицо к себе. Закурил сигарету, чтобы хоть как-то отвлечься от мысли, размазать её голову о стену.

- Знаешь, я вот недавно наведался к твоим подельникам. Польк и Арчер вроде. Ну и они были настолько вежливыми и добропорядочными, что всё рассказали мне, конечно, в конце померли, но это ничего. Главное, что они добропорядочные.

“Жалкая девочка. Что в ней зацепило так Сору? За что он умер? Жалкая смерть, Сора, настолько жалкая для моего ученика, что плакать хочется”

- Знаешь, что я сделал с ними? Знаешь!?

Она отрицательно закивала, зажмурившись.

- Я содрал кожу. С каждого и так медленно. Заживо! Кухонным ножом. Таким ржавым. Ммммм, даже вспоминать о подобном больно. Они так кричали, умоляя, остановится, но когда я хотел то, понял, что они уже давно как умерли, а один из них вообще откусил себе язык. Представь. Видимо продолжение боли он боялся гораздо сильнее, чем смерти.

Рука сжала волосы ещё сильнее. Её глаза прослезились от сигаретного дыма.

- Мхххмм.

Этот стон словно срезонировал во мне, заставляя потаённые желания проснуться.

- Но сначала.

Бросив её на кровать, я снял рубашку.

- Отработай деньги.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

После секса я, избив её до полу смерти, почти сразу же исцелил, чтобы затем пригрозить.

- Я вернусь. Приду к тебе ночью, пока будешь спать. Не бойся, ты даже не поймёшь, что мертва. Может быть и так, что я приду ночью к твоим родителям, будущему сыну и дочери, а может мужу, другу. Я убью их всех. Всех, кто тебе будет дорог, как ты отняла дорогого мне человека. А пока живи, знакомься, трахайся, люби, рожай. Чтобы позже пришёл я и отнял у тебя всё.

Так я с ней и попрощался, оставив её дрожать в номере.

“Смерть для неё слишком просто. Пусть лучше живёт в постоянном страхе, боясь завести знакомство, полюбить, да даже спать. Пусть засыпает каждый день со страхом не проснуться. А если и у неё дети появится то, это в разы лучше. Если она до сих пор не сойдёт с ума то, после их появления точно головой поедет.

Такая жизнь полная страха в разы хуже любой смерти”

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Мама моя!

Недовольно проговорил сынок, обнимая за шею Нару, когда я лёг ей на колени.

- Ладно, но грудь моя.

Я с вызовом схватил грудь Нары.

- Нет, моя гууу.

Он буквально прыгнуть на её грудь, яростно тарабаня мою руку.

- Что? Словарный запас закончился? Грудь, моя, а значит и мама моя.

Уже и я обнял улыбающуюся Нару.

- Гу-гу-гу.

В конце концов не выдержав он расплакался.

- Не дразни его.

Недовольно ударив меня по руке, она взяла плачущего мальца на руки. Он сразу же успокоился.

- Я просто говорил правду.

Недовольно упёрся я, скрестив руки на груди и скорчив обиженное лицо.

- Моя мама, моя, моя, беееее.

Показал руками рожки и высунув язык, обратился к улыбающемуся поганцу.

“Я тоже хочу зарываться в них”

- Нечестно. Я требую равноправия.

- Зак, это твой сын, которому и трёх лет не исполнилось.

- И что? Когда речь касается женщин и уж тем более груди у мужчин всё как на войне. Никаких поблажек даже если ты сын, брат, сват, отец.

“Идея”

Щёлкнув пальцами, я создал из различных стихий симпатичные разноцветные куклы и заставил их пританцовывать. Кларк увлёкся ими и грудь матери перестала его интересовать.

- Открылась.

И я словно выжидающий в джунглях охотник, одним прыжком настиг свою цель.

- Тебе и в самом деле заняться нечем?

- Хммм, сложный вопрос. Столько можно об этом сказать, а сколько размышлять, но если сократиться всё это одного слова... Мммм да!

Приподняв её лёгкое тело, я опустил его себе на колени, пока голова приятно, уткнулась промеж её больших грудей.

- Но Кларк смотрит. Давай не сейчас.

Она сопротивляется, но слабо.

- Он играет. Думаешь разноцветные, двигающиеся куклы ему скучнее обжиманий его родителей? Он ещё не в этом возрасте, чтобы подглядывать за нами.

- Всё равно, это...

В её голосе, я услышал желание. Она хочет поломаться, чтобы я после добился её. Она хочет, чтобы я показал ей, что она всё так же желанна, что я готов добиваться её. Сдайся я прямо сейчас она бы почувствовала себя не такой привлекательно, как раньше. По крайне мере для меня.

“Ладно, я услышал тебя”

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Хммм...

“Если по минимальному то, около трёх сотен скелетов могу призвать за раз”

Смотря с горы в отдалении от города на толпу бездвижно стоящих скелетов, я подумал.

“Огромный плюс, что их можно только раз призвать и ману они больше не потребляют. К тому же могу их призывать хоть до бесконечности, на то, чтобы держать их под контролем много внимания не нужно. Просто отвёл в нужное место и дал команду. Но вот они больше подходят для однотипных задач, да и в сражениях слабы. Десять скелетов с трудом смогут победить одного гоблина.

Могу призывать гоблинов или же орков, но количество будет маловато, да и на их жизнеобеспечение тратиться много манны. Придётся сидеть на зельях манны. К тому же мой предел около трёх сотен гоблинов, а орков и вовсе пятьдесят. Если призову больше они просто начнут либо сопротивляться приказам, либо же вообще исчезнут”

- Вууув, неплохо, хозяин. Да тут армии хватит, чтобы захватить какое-нибудь небольшое королевство.

Довольно, нет, даже восхищённо проговорила вторая, рядом со мной, приложив руку ко лбу.

- Может, но пока ещё маловато.

“Если бы вы не потребляли на постоянной основе почти половину моей маны, как и обеспечение работоспособности утерянных пунктов производства манны, я бы мог призвать на много больше”

Встав, отряхнул запылившиеся штаны.

- Ещё совсем мало, нужно больше. В разы, нет в десятки, а то и в сотню.

Сжав кулаки, я с жадностью посмотрел на стоящую армию скелетов внизу.

Семейная жизнь героя

- Гаха-гваааааа-ввваа-папа-висе-гваввв-пяпа-висе-гахаахгхаха.

“Мой ангелочек. Он прекрасен”

Смотря на улыбающегося ангела, смысл моей жизни, что так искренне улыбается своей незапятнанной грехом и лицемерием улыбкой, на душе становится тепло, настолько, что слёзы сами текут с глаз.

- Я люблю тебя, сына.

Лёжа на коленях Нары, что, поправив волосы с улыбкой смотрит то на меня, то на Кларка, я подкидываю смеющегося сына вверх, а после в последний момент ловлю. С каждым разом его смех всё сильнее отдаётся в голове.

“Да, смейся, радуйся, ты пришёл в этот мир, чтобы наслаждаться жизнью. Никакие страдания не дотронуться до тебя, не посмеют. Я защищу тебя от всего”

Поцеловав его румяные, гладкие щёки, я носом пощекотал его в районе шеи.

“Запах невинности, такой детский, не знавший ни горя, ни жестокости этого гадкого и прогнившего мира. Оставайся всегда таким”

Ещё один бросок.

“Я защищу эту невинность, чего бы это не стоило... А смогу ли?”

Руки вдруг похолодели и обвились, словно лозой, судорогами. Они замерли, как раз в тот момент, когда надо поймать его. Всё тело буквально холодом пронзило.

“Нет”

Создав из тьмы руки, я мягко поймал его и словно ничего не произошло, снова подкинул. Видно по лицу, что его сначала напугали тёмные руки, но затем он повеселел ещё сильнее.

“Смогу. Я точно смогу. Я способен на это... Но тоже самое я говорил и про Риту с Ларой, как и Сору... Как и Кларка. Я никого не защитил. Хотя так бахвалился.... Но почему? Рита и Лара погибли потому что меня не было рядом, но даже если бы и был, я бы все равно не смог победить его.

Тот убийца был на голову сильнее меня. Если бы не Шут, я бы при стычке погиб. Сейчас я это понимаю. Его скорость была настолько высока, что я даже не мог разглядеть... Мне нужно стать сильнее, но даже если и сделаю это, я не смогу двадцать четыре часа в сутки находиться рядом с ним.

Как бы не хотел... Ребёнку нужна свобода. Это сейчас я могу следить за ним, но когда он подрастёт у него появиться своя жизнь и тогда вряд ли он будет рад моей опеки. Никакому ребёнку это не понравиться.

Нужно, чтобы он стал сильнее и не только сильнее, но и мудрее. Сора был силён, но его предали. Он погиб из-за любви. Кларк на голову был сильнее Соры, но и он погиб. Он не был готов к отраве.

Ему нужно было выработать иммунитет к ядам, как это сделал я. Да это сложно и очень болезненно и неприятно, но всё же стоило. Мой ангелочек должен будет через это пройти. Я читал в записях друидов, расы, что мирно живёт в лесу питаясь практически всем, что там растёт. Ну и в их записях, я узнал, что иммунитет к ядам лучше всего вырабатывается в молодые годы где-то от трёх лет уже можно будет приступить.

Хорошо, так и сделаю. Ну и женщины. Это бич всех мужчин. Будь он геем, наверное, было бы легче, хотя о чём я думаю.... Глупость. Надо просто будет проводить с ним беседу на эту тему, когда ему исполниться хотя бы лет двенадцать. Да, так и сделаю”

Обняв тёплый комочек у себя на груди, я почувствовал его дыхание, его золотистые волоски защекотали нос, приятный запах младенца проник в ноздри.

- Я буду оберегать тебя, сынок.

“Чтобы не произошло”

Поглаживая его хрупкую, словно сделанную из фарфора спинку, я услышал его сопение.

- Заснул.

Сказал шёпотом, посмотрев на Нару. Я почувствовал улыбку на губах.

- Какой же он милый.

Поднявшись, я посмотрел на его спящее личико. Маленький курносый носик, который так и хочется поцеловать. Он надувается, стоит ему только вдохнуть, а каждый выдох, сопровождается таким забавным сопением, заставляющий умиляться даже такого, как я. Маленькие розовые губки слегка приоткрыты, а большой сморщенный лобик, так и притягивает взгляд.

- Спи, мой родной.

Положив его в кроватку, посмотрел на весёлую Нару. Мой взгляд встретился с её глазами, заполненными любовью.

“Пришёл”

Щека дёрнулась, а мочку уха, словно лезвием полоснуло. Шум шагов, таких тяжёлых, эхом раздаётся в голове.

Нара, став серьёзней, кивнула. Она поднялась, ещё раз кивнула и вышла.

- Всё ради тебя. Только ради тебя.

Шёпотом проговорив это, я погладил его щёчку, а после вышел, сдавливая внутри зародыш, готовый в любой момент взрасти, ярости.

“Это всё ради сына. Ради него я могу на это пойти”

Зайдя в зал, в мой зал, в выделенной нам с Нарой, королём части замка, я, сдерживая позыв поморщиться, сел за один стол с представителем церкви.

Я посмотрел на собеседника. Его глаза, хранящие в себе презрительный блеск не только ко мне, но и к моей жене, стоящей по середине, между нами, посмотрели на меня. Его губы даже не пытаются скрыть недовольство.

“Словно лимон сожрал”

- Ну что же, герой.

Коряво произнеся слово, герой, с особенной ненавистью, он положил худые руки на стол, да так с хлопком и насупившись.

- Без лишних лобызаний ни вам, ни тем более мне они и даром не сдались.

Вытащив из кожаного портфеля стопку бумаг, скреплённых скрепкой, он кинул их мне, словно какому-то отбросу. Его взгляд смотрит на меня, как бы сверху вниз.

- Прошу ознакомьтесь, герой, и подпишите.

Снова произнёс “герой“ в такой же манере.

“Сколько высокомерия, хотя вроде я тут иду на уступки. Я тут милосердно даю им шанс выжить. А у него, наверное, в голове это выглядит, как моя капитуляция... Ну что взять с фанатика с промытыми мозгами”

Похрустев пальцами и закинув одну ногу на другую, я взял стопку. Быстро пройдясь по договору, я усмехнулся, сдерживая раздражение.

“Пунт 3.1 - обвиняемый не имеет право входить ни в одну церковь святых богов. Обвиняемый? Даже забавно. Ну хоть спасибо, что не еретик. Бла, бла, бла, обвиняемый не может то, не может сё. Этот документ и в правду выглядит, как капитуляция проигравшегося и видимо проигравший тут я”

- Эй, фанатик, а где же ваши обязанности?

Демонстративно помахав стопкой, я посмотрел на него.

Его плечи напряглись, а лицо исказилось в отвратительной гримасе злобы.

- Что ты несёшь, нечестивый! Да что бы великая церковь и должна тебе! Да кем ты себя возомнил!? Мы великодушно даём тебе шанс искупить грехи, о которых даже нельзя помыслить, а ты неблагодарная тварь, мерзость, подстилка демонская, ещё чем-то недоволен!

- Хммм.

Тишина... Я, приложив к подбородку руку, наклонил голову в бок, не отрываясь смотря на его покрасневшее лицо.

“Даже удивительно, что он меня не боится”

Мельком взглянул на Нару, она сдержанно стоит, сцепив руки в районе пупка.

“Эй, инициатор, не вступишься за меня? Хотя плевать, ты ведь тоже из этих, верующих. Хотя и в меньшей степени, но всё же. Ладно, ради тебя и особенно сына, я так и быть потерплю только вот одно, но”

- Нара.

- А? В её взгляде вижу страх, она посильнее сжала руки.

- Ты читала эту хрень?

Она отрицательно закивала.

- Хорошо, я рад.

“Если бы ты прочитала и все равно бы настаивала на этой встречи, я бы расстроился, очень сильно расстроился. Даже может и прибил тебя ненароком”

Если бы там были написаны только ограничения то, с этим можно было ещё смириться, но напоследок, они добавили то, что буквально заставило внутри меня всё сжаться. Я не знаю, как сдержался, читая это, но всё же смог.

“Пункт 10.31 обвиняемый, в обязательном порядке должен предоставить разрешение матери Нары Дэй привести сына Кларка Дэй на омовение в течение месяца с подписания контракта. Пункт 10.32, Сын обвиняемого, Кларк Дэй после исполнения тому шести лет, обязан присягнуть церкви святой Агнеш на верную службу в качестве верного сына божьего”

Зубы заскрипели стоило только посмотреть на самодовольное лицо уёбка передо мной.

“Хотите забрать у меня сына?! И мало того, собираетесь заменить им того палача, которого я убил”

- Следи за монетой.

Вытянув руку, я подкинул золотую монету вверх. Его взгляд хоть и на секунду, но всё же отвлёкся от меня. За это время я оказался за его спиной.

- Эй.

Глухо окликнув его, я положил ему руку на плечо.

- Дружище, так и быть оставлю тебя в живых.

Схватив его за волосы, недлинные чёрные, ударил его о стол, да так, что он треснул.

- Слушай, ты, пустоголовый обсос.

Сжав контракт, я запихнул его ему в окровавленную глотку.

- Жри, мразь.

Залив магию воды ему в глотку, я упростил процесс пережёвывания. Стоило его кадыку дёрнуться, как я скинул его со стула, а сам сел.

- Хухх, аж полегчало.

- Чёртов еретик!

Он заорал, игнорирую окровавленное лицо и сломанный нос.

- Слушай внимательно.

Приблизив магией тьмы, я схватил его за горло.

- Мне плевать на контракт, как и на вас всех. Я чхал на вашу веру и уж тем более на все эти церкви. Хоть долбитесь там в задницы, мне посрать. Хоть проклинайте, хоть ненавидьте меня. Плевать, но только посмейте прикоснуться к моему сыну.

Рука сжала горло ещё сильнее. Его окровавленное лицо, исказилось болью, но страха всё ещё нет.

“Готов умереть значит”

- Я не буду трогать ваш кружок по интересам, но если вы хотя бы подумаете о том, чтобы прикоснуться к моему сыну, я наведаюсь в каждую церковь, вырежу каждого кто там будет. Плевать, кто. Я оттрахаю каждую последовательницу прямо в святых стенах вашей церкви, а её стоны будут заглушать крики агонии мужчин и детей, которых будут заживо препарировать мои воины. Я устрою вам всем грёбанный геноцид. Ты меня понял!?

Со всей силы крикнув ему в ухо, я, переждав пару секунд, ударил его ушам открытой ладонью. Потекла кровь, а он сам скрутился от боли, держась за уши.

- Это предупреждение будет последним, что ты услышишь в жизни.

Выпрямив только указательный палец, я сформировал сферу тени, а затем сжал её до формы тоненькой едва заметной иглы. Звук, похожий на жужжание комара, заполнил зал.

“Проклятье”

Когда игла впитала ауру проклятья, я вонзил её ему в лоб. Он даже ничего не почувствовал. А этого и не надо. У неё свой эффект.

“Теперь на тебя не будет действовать никакая целительная магия. Разве, что божественная, но вряд ли тот, кто способен её использовать будет утруждаться ради тебя”

После этого я пинком выгнал его, а затем почти сразу отправил главной церкви призванную сову с письмом, где по сути сказано, что я, пока они не трогают моего сына, не трогаю их.

На этом и закончилась история с церковью. Я был доволен, но Нара нет. Она ничего не говорила, но по ней было видно, что она не довольно не моими угрозами, ни тем более методами.

“А что я, по её мнению, должен был сделать? Отдать им единственного сына в качестве оружия инквизиции?”

Допытав её позже, я понял, что она тоже категорически не согласна с тем, чтобы отдать им сына, но насчёт омовения не против.

- Мой сын должен пройти через омовение. Его ещё при рождении должны были посвятить в свет божий, но...

Так она ответила. Это настолько меня выбесило, что я не выдержал и ударил её. Не сильно, но болезненно.

“О чём она вообще говорит? Посвятить его в религию, которая убила Риту и Лару. К тому же хотела убить и его при рождении? С её головой вообще всё в порядке”

- Мой сын никогда не вступит в эту секту. Ты можешь верить во что тебе только угодно, хоть в деда мороза, хоть в зубную фею. Мне насрать, но не вздумать промывать мозги Кларку этой херью.

На этом я ушёл, даже не удосужившись выслушать её ахиненею о том, что религия и вера в богов - это важно.

“Чёртова фанатичка. Посвятить сына в религию, которая хотела убить его, а после использовать как оружие для грязных дел... Это даже звучит бредово. Она всегда была такой?”

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

“Ненавижу это место”

Здоровенный замок, но по сравнению с королевским его можно считать обвившавшим домишкой на отшибе. Внутри всё увешано картинами разных пейзажей. Проходя ряд портретов дедушки, бабушки, прабабушки и тд, Нары, я чувствую себя неуютно. Их пустые голубые глаза смотрят на меня, будто бы с каким-то укором

- Деда!

“А этого пердуна ещё больше”

Только завидев бородатого старика с суженными от улыбки глазами, Сынок, вытянув руки, побежал к нему. Он уж слишком сильно его любит. Старикан поднял его и подбросил чуть ли не до потолка.

“Поаккуратнее, калека. Калека?”

Я посмотрел на лишённую чувства руку, оперевшуюся на трость, сделанную ещё Кларком при жизни.

“Кто тут ещё калека?”

Не так давно, я начал в массовых количествах призывать монстров для защиты королевства. В последнее время демоны перешли в агрессивное нападение. Рыцарей везде не хватает, так что пришлось пустить в бой собственные силы. Чтобы увеличить количество призываемых существ, я отменил искусственные пункты производства манны, так что теперь приходиться ходить так.

“Чёрт. Слишком быстро всё происходит. Первых воинов по плану надо было отправить только через год-два, а я уже вовсю трачу манну для поддержания защиты королевства. Скверно”

Чтобы на моих воинов случайно не напали свои же, все они носят красные банданы. Всех воинов и авантюристов уже уведомили об этом. Если кто-то несмотря на это всё же попробует на них напасть, их просто убьёт номер один и номер два. Уже были прецеденты и даже с десяток.

- Как ты тут, пап? Тебе не одиноко жить тут одному?

Сидя за столом, вяло уплетая принесённую еду, я настороженно смотрю на сына, весело устроившемся на его коленях.

“Ещё бы ему было одиноко. Ты хоть знаешь сколько шлюхов он отымел только за последнюю неделю? Ходят слухи, что одного парнишку он и вовсе затрахал до смерти”

Прикусывая вместе с мясом и вилку, я даже не распробовал вкус потому, что всё внимание занято наблюдением за ним.

“Я конечно рад, что вы помирились, но блять ребёнка я с ним не оставлю. Никогда. Особенно когда он выглядит точь в точь, как его жена”

Я изучил всех шлюхов, что он вызывал к себе. Что и требовалось доказать. Они все как на-подбор похожи на его жену. Голубые глаза, жёлтые волосы, хрупкие тела. Так же выглядит и Нара, так и выглядела её мать, портрет которой я видел только недавно по дороге сюда.

“Он ещё их и в одежду жены переодевает. Мерзость”

Нара точная копия своей матери.

“Даже странно, что он после смерти жены не трахал собственную дочь. Может у него уже не стоит на женщин?”

Все эти два года после возвращения я пристально следил за этим стариком. Я знаю о нём очень много, по крайне мере больше, чем его дочь и может больше, чем он сам.

Я ничего из увиденного и услышанного не говорил Наре, да и дочери не нужно знать, что происходит в спальне её отца, но она по слухам знает о некоторых подробностях, но только верхушку айсберга. Видимо поэтому так спокойна наблюдает за сыном у него на коленях.

Я же терплю, потому что как бы я не относился к Наре из-за её отношения к религии, но всё же она моя жена и что важнее мать моего ребёнка. Так что она тоже должна быть счастлива, чтобы с любовью растись сына.

- Мама.

В какой-то момент, весело смеющийся Кларк вдруг замолк. Он сполз с коленей старика и подбежал в Наре, потянув её за подол платья.

- Я хочу пипи.

Сказал он это шёпотом Наре на ушко, но я всё расслышал. Они вместе вышли, оставив нас двоих наедине.

- Ну. И когда ты уберёшь своих призраков?

Не прошло и минуты с их ухода, как его тон и лицо стали холодными, словно сталь. Улыбка и жизнерадостность в тот же момент пропали.

- Вы в курсе?

- Недооценивать меня, малец. Может ты и гений магии так ещё и призванный герой, натравивший на себя всю церковь страны, но я как никак в прошлом был сильнейшим воином королевства.

- Ясно. Значит любите трахать женственных парней, зная, что за вами наблюдают. Интересное хобби, сват.

Он даже не дрогнул, продолжая аккуратно резать мясо ножом, а после закидывать кусочки в рот, медленно пережёвывая.

- Не тебе мне об этом говорить, зятёк. О твоих похождениях я тоже наслышан. Гарпии, вампиры, личи, феи, зверадевки всех рас. И всё это при том, что ты женат на моей дочери, красавицы, которой поискать ещё надо!

Он ударил по столу так, что он затрясся, но я не обратил на это внимание, запивая горьковатый кусок овоща, вином.

- Она не против.

- Ещё бы она была против. Она тебя боится, как огня. Да и к тому же нагулявшегося муженька ей придётся меньше ублажать.

- Не сказал бы. У меня всегда хватит сил и времени, чтобы лишний раз оттрахать вашу дочь. Так что не беспокойтесь, кончает она каждый день, как последняя сучка. Вы бы видели её лицо, особенно когда она просит ускориться.

Слегка приподняв уголок губ, я покрутил бока вина в руке и отпил глоток.

Как понятно из этого короткого разговора, на котором и закончилось всё наше общение, мы не в самых дружеских отношениях.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Больше никогда не прикасайся к Кларку, псих!

Я слышу, но уже не понимаю значения слов. Всё то, о чём я могу думать сейчас так, это то, что сотворил со своим ребёнком. Он лежит без сознания, харкая кровью, а с его глаз течёт такая розовая жидкость. Его дрожит от озноба и боли.

Ошибка отца

- Я.

Стукнув ногтем указательного пальца по мраморному столу, я посмотрел вверх, чувствуя опустошённость, такую холодную. Я должен был злиться, негодовать, но ничего из этого не играет внутри. Лишь усталость, адская усталость, от которой нет ни лечения ни тем более покоя.

- Я просто не могу понять.

Опустив медленно голову, я наклонил её, смотря на сидящего напротив зажатого мужчину, чьи глаза скрыты за круглыми очками.

- Что вас, церковь, опять сподвигло напасть на моего сына? Я... Ему только три года исполнилось, он даже ничего не сделал, а его уже дважды хотела убить самая влиятельная организация странны.

Снова стук по мраморному столу и худощавый мужчина лет тридцати пяти замялся, тщетно пытаясь собраться, перебирая какие-то бумаги, которые он назвал новым договором.

“Толк в договоре, если вы же его нарушаете?”

- Понимаете. Я, гхм, мы, нет, то есть церковь, приносит вам искренние извинения. Богиня Агнешь, нам свидетельница, мы не знали о таком непростительном поступке, совершённом одним из наших самых преданных последователей.

- О том, что ваш палач года четыре назад ворвался в мой дом, убив моих жён, одна из которых была беременна вы тоже не знали? Не вы приказали ему поиздеваться над их трупами?

- М-ммы, господин, Дэй.

Я аж поморщился, когда ко мне так обратились.

“Теперь у меня одна фамилия с тем извращенцем”

Мне пришлось взять фамилию Нары, фамилию уважаемого рода, защитников королевства, чтобы все дворяне успокоились. Видите ли им не особо нравиться, что какой-то простолюдин якшается в замке правителя.

Я бы наплевал на их мнение, но для сына будет так лучше. Ведь планируется, что он будет учиться в школе для дворян. Так что не стоит давать им лишний повод, чтобы усложнять ему жизнь.

- Мы уже неоднократно упоминали, что еретик, совершивший такой отвратительный и богохульный поступок не связан с нашей верой.

- Лучше не надо. Умоляю не надо.

“Если он продолжит, я могу и не сдержаться”

- Вам будет же лучше промолчать, чем врать мне. Просто совет. Не стоит пытаться обмануть меня.

Опустив голову, я руками взъерошил длинные волосы, что щекочут щёки.

- Пхаа. Понимаете.

Я посмотрел на него с лёгкой улыбкой.

- Я немного сошёл с ума. Хаахххаа.

Смешок, такой глухой эхом прошёлся по полу-пустому залу, где кроме меня и его никого нет.

- Понимаешь, хотя вряд ли. Бесполезно, ты не поймёшь. Потому что не захочешь. Ты видишь напротив себя лишь монстра, еретика, что посмел пойти против вашего бога, хотя всё не так.

Улыбка стала ещё шире, а глаза сузились, а руки словно готовясь к объятию распахнулись.

- Я всего лишь хотел жить в отдалении ото всех... со своими жёнами и детьми, но вы лишили меня этого. Я простил вас, не обольщайся, не потому что уверовал, а потому что у меня родился сын. Ребёнок, существованию которого вы все должны молиться. Ведь именно благодаря нему вы продолжаете дышать.

Едва сдерживая очередной смешок, я наклонился к столу, не отрывая взгляда от его зажатого тела.

- Но что сделали вы? Захотели убить его. Дважды.

В макушку ударил зуб. Почесав яростно, я откинулся на спинку стула.

- Мне не нужен ни ваш договор, который вы не соблюдаете, ни извинений ни грёбанные обещания. Хоть богом поклянитесь, ваши слова для меня не стоят и медяка так что скажу тебе так, а ты передай своему начальству.

Вновь поднялся, выпрямил поясницу.

- Последний раз. Это последний раз, когда я иду на уступки. Ещё хоть раз, один грёбанный раз! Вы уёбки попытаетесь навредить моему сыну, я изничтожу каждого пустоголового верующего в этой стране. Я не пожалею ни сил, ни времени.

Наклонив голову в бок, да так что она хрустнула, я продолжил.

- Надеюсь твоё начальство это уяснит. И ещё, я хочу серафима.

- Серафима!

На этом он поднялся резко и даже в негодовании. Его хлипкие дрожащие руки ударили по столу.

- С тобой я не собираюсь это обсуждать. Это не просьба, а требование. Чтобы к концу месяца Серафим был у меня. Если не будет.

Сжал кулак, пальцы захрустели.

- Я не развяжу войну как в прошлый раз. Нет. Просто внуки ваших архиепископов могут не проснуться в какой-то момент.

- Ввыыыыы! Смеете угрожать! Провидцам божьим!

- Да.

На его негодование, смешанное со страхом, я ответил спокойно.

- Да, смею. Всё, свободен.

Откинувшись вновь на спинку кресла, я услышал, как дверь захлопнулась.

“Красивая люстра”

Сидя покачиваясь на стуле, я смотрю на люстру, что так переливается светом. Выпрямив только указательный с большим пальцами, я прищурил левый глаз, прицеливаясь в люстру.

- Пам.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Сконцентрируйся, сына. Почувствуй, как мана течёт по руке.

- Угу, пяпа.

Сидя на зелёной травке, которую дразнит ветер, гоняя то в один бок, то в другой, сынок, нахмурив брови смотрит на вытянутую руку и уже двадцатую минуту пытается создать воду.

“Может для него это слишком сложно? Всё же три года всего”

Смотря на чёрный камень с мой кулак в ладони, я задумался.

Имя: Кларк Дэй

Характеристики

Сила: 3

Выносливость: 2

Интеллект: 12

Ловкость: 3

“От меня он унаследовал высокий уровень интеллекта. Как никак начал говорить даже быстрее, чем ходить”

Когда он первым словом сказал папа, я не смог сдержать эмоций. По венам словно кипяток прошёлся, я аж вздрогнул от удивления и счастья. Слёзы тогда потекли с глаз. Мой сын сказал первое слово, он назвал меня папой.

Я был на седьмом небе от счастья.

“Одно иметь задатки, а другое уметь их использовать. Мы уже тренируемся месяц, но почти нет никак результатов. Он лишь раз смог создать каплю. Конечно, дворяне обычно начинают изучать магию с шести, а обычные дети и того с десяти. Может в этом причина?”

- Папочка!

Крикнув мне, он неуклюже поднялся, помогая себе руками. Сначала поднял торчком попку к верху, а потом и всё тело.

- Папочка, я устал.

Бегая, словно какой-то карапуз, откидываясь то, в одну сторону то, в другую, он прыгнул ко мне, когда оказался в десяти сантиметрах.

- Хорошо, сына. Давай отдохнём.

Приласкав и поцеловав в пухлую щёчку сына, я вытащил из сумки жаренный сахар в форме леденцов на полочках. Один закинул себе в рот, а другой в его.

- Вкусно?

“Эхх, какая ностальгия. Когда-то мама и мне готовила их... Неужели я так повзрослел?”

Я сам их приготовил, специально для наших с ним таких посиделок. Кларку они тоже понравились, но если бы ему дали выбор эти леденцы или же торт, который приготовил шеф-повар, он бы без сомнения, как и нормальный ребёнок выбрал бы торт. Это нормально. Я бы и сам поступил так же.

Эти леденцы не для того, чтобы порадовать его, нет, это скорей услада для меня. Видя его радостно сосущим и грызущим жаренный сахарок, я чувствую как всё беспокойство, злость и переживания исчезают.

Я перестаю думать о наглости церкви, о ноющей боли в руке и ноге, что преследует меня везде, о Наре, которая смотрит на меня так будто бы я враг ей, а не муж и отец её ребёнка. Я ни о чём об этом не думаю. Лишь о сыне и себе. Об этом времени и о том, что будет дальше.

- Угу.

- Спасибо, сына, что ты у меня есть.

Я обнял его, маленькая головка упёрлась о мою грудь.

“Спасибо”

Это было моей отдушенной. Это время, что проводил с сыном. Оно помогало мне идти дальше, но я всё испортил.

- Папа!

Когда я сидел под деревом, уперевшись спиной о его толстый шероховатый ствол, меня окликнул взволнованный голос сына. Он показал мне руку, с которой фонтанном бьётся вода, вызывая радугу в воздухе.

- Это мой сынок.

Я сразу же побежал к нему и обнял малолетнего гения.

- Молодец, сынок. У тебя получилось.

Спустя три месяца у него наконец-то получилось использовать первое заклинание. На радостях, я слишком перенапряг ногу и руку. Боль в них усилилась так сильно, что я едва не скрутился на глазах у сына.

- Подожди, сына. Я сейчас... Ммм, вернусь сейчас.

С трудом сдерживаясь, чтобы не показать боль на лице, отошёл на метров пять от него. Выдохнул и снова вдохнул.

“Чёрт, я был неаккуратен”

Вытащил из внутреннего кармана спиртовой раствор из лечебных трав, который восстанавливает ману и обезболивает болезненные участки. Меня предупреждали, как побочный эффект он может вызывать плохие сны и даже галлюцинации, но это лучше, чем терпеть боль. Я высушил его.

- Гадость.

Поморщившись, я уже под постепенно затухающую боль хотел отвести сына помыться, а потом и спать, как увидел его возле моей сумки у дерева.

“Нет”

Тело словно из холодного ведра окатили. Я рванул к сыну, который к губам приложил один из бутыльков со слабым ядом, но было поздно. Он уже глотнул. Один маленький глоток, но для ребёнка смертельный.

Я собирался одну каплю разбавлять в литре обычной воды.

- Выплюнь!

Я подбежал к нему. Упав на колени, я схватил его маленькое тельце дрожащими руками, приоткрыл рот и засунул туда похолодевшие два пальца.

- Выплюнуть всё.

Не прошло и пяти секунд, как и он заплакал, схватившись за живот.

- Больно! Папа! Папочка больно!

Он заплакал, его лицо покраснело, с глаз потекли слёзы.

- Чёрт, чёрт.

“Что делать? Что? Магия исцеления не работает на ядах. Ампулы, я же их покупал. Точно, где? Куда я их положил?”

- Точно, тумбочка.

Взяв скрутившегося Кларка на руки, который продолжает рыдать и краснеть, я побежал со всех ног к замку.

- Сынок, всё хорошо, сейчас будет легче. Папа избавиться от боли. Сынок.

Смотря на его лицо, искажённое болью, слыша плачь, нет рыдания собственного сына, который сейчас испытывает адскую боль, я с трудом продолжаю бежать. Колени немеют, губы трясутся, а в горле пересохло.

Не прошло и минуты, как я ворвался в комнату, где Нара лежала на кровати просто читая книжку, как она обычно это делала, когда я забирал сына на тренировки.

Завидев меня, а потом и сына, она подорвалась.

- Кларк! Что с ним?

Не получив от меня ответа, ведь я занят поиском лекарства в тумбочке, она повысила голос.

- Зак, что с Кларком!?

- Закрой пасть!

Рявкнув на неё, я продолжил искать. Из-за трясущихся рук мне стоит только взять один из десятка бутыльков, как он падает. Приходится по несколько раз поднимать.

“Чёрт, чёрт, не то”

- Кровь. У него кровь с глаз! Кларк! Что ты с ним сделал!?

Я наконец-то нашёл нужный тюбик. Забрав от обнявшей Нары Кларка, я влил в его маленький посиневший ротик с половину лекарства и замер.

“Пожалуйста подействуй”

Молясь то ли богам то ли случаю, я перестал дышать. Плачь Кларка медленно начал стихать, на лицо вернулось умиротворение, и он уснул, сопя носом.

С глаз больше не текут красные слёзы лишь остались кровавые следы на щеках.

- Подействовало.

Почувствовав облегчение, я просто рухнул на кресло, уже не состоянии стоять на трясущихся ногах.

Но на этом ничего не закончилось. После того, как Нара убедилась, что Кларку ничего не угрожает, она вывела меня из комнаты и начала кричать. Называла психом, монстром, хреновым отцом и даже безбожником, проклятым богами. Она полностью наплевала на страх, который испытывала ко мне всё это время.

Сейчас она не боится, она отчитывает меня, словно младшего по званию. Я же ничего не отвечаю, я только слушаю, мне нечего ответить, а стоит только попытаться, как перед глазами встаёт искажённое в агонии лицо сына.

Мне нечего сказать в своё оправдание. Я не доглядел за сыном. Он чуть не умер. Меня лишь одна эта мысль бросает в дрожь.

“Он ведь мог умереть. Сегодня. Так просто. От одного лишь глотка слабого яда, от которого мне не было бы ничего, а обычному воину лишь лёгкая диарея. Я отвернулся всего на минуту”

Я ещё долго об этом думал, сидя в одиночестве. В отдельной спальне, куда она меня выгнала, не давая даже увидеть сына. Через три дня я всё же вернулся обратно, но Нара уже перестала мне доверять Кларка. Она нехотя отдаёт мне его и когда отдаёт, внимательно следит, а сын. Кларк, после этого начал побаиваться меня.

Может это так на него Нара повлияла за те три дня, что я его не видел, но, когда я увидел его, я разглядел в его больших голубых глазах страх. Такой же, как и у его матери. Он уже не смотрит на отца, нет. Такое чувство, что он видит рядом лишь страшного дяденьку.

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Дядя Зак!

Весело посмеиваясь ко мне подбежала маленькая красно-волосая девочка лет шести. Её светло-жёлтые глаза смотря на меня снизу вверх.

- С добрым утром, Фиона. Ты, как всегда, встаёшь ни свет ни заря.

- Угу, Гхахаха. Как и вы дядя.

Выровнявшись, она зажмурила глаза. На её смуглых щёчках можно увидеть едва заметный румянец. Капли пота стекают со лба, а прерывистое дыхание больше любых слов говорит об её стараниях.

- Я и не ложился.

“Сложно было преобразовать в ману такой святой артефакт, как Серафим”

Потянувшись, я прохрустел затёкшей после ночи за письменным столом, шеи.

“Но зато теперь я могу точно сказать, что могу преобразовать практически всё что угодно в ману. Будь это трава, дерево, вода, камень, да даже человек или же какой-то монстр. Только главное для начала их нужно убить, ведь для преобразования нужно, чтобы цель не двигалась в течении определённого количества времени. Даже дыхание и движение крови мешает процессу.

На обычный камешек размером с кулак у меня ушло где-то минут пять, когда на мёртвое тело человека ушло почти двенадцать часов, а на серафима весь день и бессонная ночь”

Артефакт Серафим, это можно сказать сокровище церкви. Даже странно, что они так просто отдали мне его. По преданию говориться, что серафим - это ангел хранитель всех людей. Он верный подданый Агнешь, который отвечает за безопасность людей.

А артефакт - это часть его тела, точнее рука, которую он потерял при битве с демонами. Если верить церковным книжкам, он отдал потерянную руку в дар людям, за то, что герой спас его в том бою от верной смерти.

“Бредятина”

- Фиона, подойти.

Поманив её рукой, я присел на одно колено. Она робко, но улыбаясь подошла ко мне.

- Хорошая девочка.

Погладив её волосы, я опустил руку к её шее, а потом спустился ниже к верху груди, пока указательный палец не наткнулся на ромбовидной формы алый кристалл, инкрустированный в её кожу.

- Уже год прошёл.

- Да, дядя. Спасибо вам за это. За то, что спасли меня.

Когда я в очередной раз покидал столицу ради того, чтобы спланировать линию защиту и сразиться с монстрами, способными нанести существенный вред столице, я наткнулся на разрушенную убитым мной раннее монстром, деревню. Никто не выжил кроме неё. Да и она можно сказать умерла тогда.

- Сейчас может быть немного больно.

Я вытащил из кармана капсулу тонкую со светящейся синим цветом жидкостью. Это преобразованная из Серафима манна.

“Я заполню им её кристалл. Это по сути её сердце. Благодаря нему работает всё её тело. Так что если, что-то пойдёт не так она может умереть”

- Ничего, я вытерплю. Я сильная. Правда.

Она, улыбнувшись, мужественно надула свою крохотную грудь и согнула руки в локтях, напрягая крошечные бицепсы.

- Да. Ты сильная.

Откупорив крышку бутыли, я приложил горлышко к её кристаллу. Невесомая жидкость, начала впитываться в ярко-красный кристалл, окрашивая его в синий цвет.

- Мггммм.

Фиона издала тихий стон боли. Она прикусила губу и сжала руки в трясущихся кулачках, но не крикнула.

“Прости”

Я почувствовал привкус горького на языке от осознания, что я мерзкое существо, которое использует маленькую девочку в своих целях. Она жива ещё лишь потому, что я тогда подумал, что она сможет стать телохранителем Кларка.

Только поэтому я помог ей выжить. Только поэтому я потребовал у церкви этот артефакт только поэтому она тренируется каждый день, словно от этого зависти её жизнь.

Прошла минута прежде, чем она расслабилась. Открыв глаза, она улыбнулась.

- Что-то изменилось?

Она посмотрела на свой кулачок. Сжала. Разжала.

- Нет. Только ам-ам хочу.

- Хорошо. Иди поешь.

Похлопав по маленькому пузику, я направил её в замок.

- Пока-пока, дядя.

- Пока.

Помахав ей на прощание, я направился на встречу к номеру один и номеру два, которые наконец-то вернулись с патрулирования границ. Номер два уже как неделю достигла десятого уровня, но я решил не начинать эволюцию, пока номер один её не догонит. Это вроде и не логично, но я не хочу, чтобы кто-то из них оторвался вперёд.

“Не хочу, чтобы они разделялись”

Им лучше всегда быть вместе.

Когда всё это началось?

- Рады видеть вас, хозяин.

Синхронно, с выражениями почтения на холодных лицах, они встали на одно колено, опустив головы, будто бы две куклы. В их движениях не чувствуется души. Ни одного лишнего движения.

“Просил ведь без этого, хотя нет... Пусть будет так. Пусть кланяются, я должен видеть, чтобы не забывать... Они всего лишь куклы. Не Рита с Ларой, а просто номер один и номер два”

Помолчав с минуту, я сел на зелёную травку, ощущая летний ветерок, бьющий по лицу. Сквозь слегка прищуренный от солнца взгляд, я заметил рану на запястье “Номера два”.

- Вторая, подойди.

“Почему не заживает?”

Она, не сказав и слова подошла, уверенной походкой, но не смотря мне в глаза.

- Руку.

Она положила ладонь в мою руку.

“Странно”

Проведя пальцами по открытой маленькой ранке, с которой не идёт кровь, потому что у лича её нет, я под зудящую в ноге и руке боль, влил в неё немного маны. Рана, засветившись слегка синеватым цветом, быстро затянулась.

“Чёрт. Маны уже не хватает. Всё же придётся прибегнуть к этому методу”

Если представить весь объём моей манны в виде цилиндра, заполненный водой, то сейчас я могу использовать не больше пятнадцати процентов. Пятьдесят процентов забирают они, десять Фиона, остаток берёт на себя моя призванная армия.

В итоге остаётся только пятнадцать из которых десять я вкладываю в защиту и наблюдения всего замка и в особенности Кларка с Нарой.

- Дьявол.

Выругавшись шёпотом, я морально подготовился к неприятному обряду по увеличению маны.

“Они уже повысили уровни до десятого, значит эволюция заберёт ещё приличное количество маны, да и сами затраты повысятся после её завершения”

- Хозяин, мы выполнили ваше поручение.

Продолжая гладить холодную, словно лёд ладонь Второй, не отрывая взгляд от неё, я ответил.

- Знаю.

“Каждое повышение в ваших уровнях, я чувствовал на себе”

Каждый раз, когда кто-то из них повышает уровень мне приходит уведомления в виде удара под дых. Да и такой силы, что из лёгких мигом весь кислород выбивает. От подобного приходится долго отходить.

- Начните с завтрашнего дня. Сегодня целый день посвятите себе. Делайте что хотите.

- Прямо-таки всё?

Ехидно проговорила Вторая, смотря на меня сверху вниз. На её лице играет хитрая улыбка.

- Я могу попросить всё, что угодно?

- Да, всё. Кроме совокупления с другими мужчинами.

Я поднял взгляд с её ладони на бледное лицо, купающееся в солнечном свете.

“Хоть я и знаю, что это не они, знаю... Знаю, но сколько бы не говорил себе это, всё же не могу полностью отказаться от них. Эта внешность, эта улыбка, этот взгляд, этот голос. Он такой же, как и у них.

Я не могу позволить, чтобы кто-то другой запачкал их. Кто-то кроме меня дотронулся до их кожи. Только я имею на это право и никто другой”

Немая тишина.

Я смотрю в красные глаза Второй, в глаза Лары, вижу их блеск, наблюдаю как они переливаются в солнечном свете, словно свежая кровь брызжущая из девственной раны, раны нанесённой моей рукой.

Я много таких повидал, очень много, столько сколько не счесть. Слишком много, для одного человека.

- Кроме этого просите что угодно.

Всё же, не удержавшись, я поцеловал её такую холодную руку, руку так похожую на руку Лары.

От этого сравнения сжало в груди так сильно, что я едва сдержал слёзы.

“Даже мою жизнь”

- Мммм, хорошо.

Уже окончательно выйдя из роли покорной слуги, она дерзко схватила меня за подбородок и уподобившись ядовитой змее, вцепилась в мои губы своими.

- Лар, ммм! Вторая!

Удивлённо даже я бы сказал ревниво, крикнула Первая, от негодования пристав.

- Что? Хозяин ведь сказал, всё что угодно.

Всё ещё не отпуская мой исхудалый подбородок, она обернулась к ней. Я вижу, как уголок её губ приподнялся.

“Спасибо. Даже если это и игра. Все равно спасибо вам, хоть вы и всего лишь куклы”

Я же продолжил держать её руку, иногда проводя ей по своему лбу.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Ненавижу тебя! Сдохни, умри, психопат.

Голубые глаза, что когда-то дарили мне успокоение, глаза так похожие на глаза моей матери, глаза за которые я цеплялся, глаза что спасали меня от той тьмы, в которой я находился и нахожусь по сей день.

Сейчас же они ненавидят меня, они не показывают мне ничего кроме презрения и страха. Она ненавидит меня и боится. Ненавидит потому, что боится. И я ничего не могу с этим поделать. Чтобы я не говорил, чтобы не делал, она не даёт мне и шанса. Любое слово, даже слова “ты нужна мне” она переводит, как угрозу. Угрозу себе и ребёнку.

Она всё сильнее и сильнее влияет на него. Я уже давно начал замечать, что она настраивает его против меня, но не воспринимал это серьёз, до сегодняшнего дня.

“Он испугался”

Когда во время игр, я лишь замахнулся, чтобы показать ему трюк с маной. Я хотел лишь запустить сгусток манны в начавшее иссыхать дерево. Оно бы вновь расцвело. Этим бы я показал всю силу маны, что она может не только уничтожать, но и создавать.

Но всё пошло не так. Стоило только мне замахнуться, как он закрыл лицо руками и задрожал.

- Пошёл вон. Не смей подходить ко мне и сыну.

Прижимая испуганного толи мной толи внезапной истерикой матери, Кларка, она продолжает кричать не пойми из-за чего.

“Не даёт и слово поперёк сказать”

В плечо укололо, сильно. Настолько, что я едва не схватился за него. Чувствую, как оно немеет, кончики пальцев задрожали.

“Чёрт, чёрт. Как же бесит”

Я едва сдерживаюсь, чтобы не ударить её.

“Нет, не перед сыном. Не перед ним. Если я покажу ему насилие, да ещё и на его матери, которая для него всё, в силу возраста, он меня никогда не простит. Он будет помнить это вечно. Да и...”

Я другим взглядом посмотрел на искажённое от непонятной ярости лицо моей жены. Нары, что столько времени верна любила меня. Она не бросала меня столько времени, дарила мне ласку и любовь, не получая ничего взамен. Лишь потому, что любила.

“Как же до этого дошло? Как я пришёл к такой ненависти? Когда всё изменилось? С отравления сына? Нет, это началось раньше, ещё до рождения Кларка”

Выдохнув, я поправил волосы, хотя кого я обманываю. Этим жестом, я лишь захотел скрыть лицо, своё лицо, готовое обнажить боль, сильную боль. Невыносимую из-за которой хочется закричать в голос и винить во всём других, но не могу. Я не могу быть слабым. Не перед ним.

“Ребёнку нельзя показывать всё это. Он вырастит с кучей психологических травм. Какой толк от силы, если он будет с комплексами? Она ведь должна это понимать, так почему она это делает? Такое чувство что специально”

Правая нога дрожит. Я присел на одно колено, встретившись с сыном взглядами. Он сильнее вжался в ноги матери. Его глаза испугано забегали, а маленькие такие хрупкие, словно фарфор, ручки сжали большую руку Нары.

“Пора прекращать это. Я оставлял её, думая, что она перебеситься и успокоиться, но вижу, что это не так. Она начинает наглеть всё сильнее. Видно же, чего она добивается. Хочет настроить сына против меня.

Я только не могу понять почему... Хотя могу, но боюсь даже подумать, что она и в правду способна на подобное. Только не та женщина, не та Нара, которую я столько лет знаю”

- Сынок.

Я хотел с улыбкой отправить его в спальню, но меня перебил крик Нары.

- Эй!

“Она вновь мешает... Что, хочешь отнять у меня его! Единственное ради чего я терплю всё это?!”

Приподняв голову, я посмотрел на неё. Я уже не в состоянии сдерживать, разрывающую грудь, ярость. Всё на что я только способен, так это держать захлопнутым рот, но выражение лица никак. Всё усугубляет зудящая боль в конечностях и слабость от истощения маны.

В глазах покраснело. Это явный признак, что мои глаза засветились ярко-красным цветом. Пару лет назад я понял, что когда я уже готов сорваться мои глаза начинают святится красным. Я так и не понял в чём причина, единственное что приходит на ум, так это Шут, но он сказал, что он не причём.

Когда я спросил, что он думает об этом он промолчал, хотя я видел по его лицу, что он знает.

“Нет”

Когда я очнулся, то уже заметил лицо ужаса на лице сына. Он затрясся весь, прижимаясь ещё сильнее о ногу Нары, которая и сама дрожит от страха, хоть и пытается это скрыть.

“Почему всегда так? Что я вообще должен сделать, чтобы на меня больше так не смотрели? Ладно, я привык что на меня смотрят так враги и даже союзники, но не вы оба. Только не вы”

Поднявшись, я помассировал глаза. Как только они потухли, я посмотрел на испуганную Нару, которая, пытаясь скрыть испуг, смотрит на меня ещё злее, чем раньше.

От этого взгляда, скрутило живот, а неприятная желчь подступила к горлу.

- Прекращай это.

- Ч-что прекращай!

Её крик только усилился.

- Ты знаешь.

- Я ни черта не знаю! Говори прямо!

Улыбнувшись, так дружелюбно, чтобы не напугать ребёнка, я мягко схватил Нару за шею и приблизил губы к её уху.

- Не играй дурочку, сука. Ещё хоть раз.

Едва сдерживаясь, чтобы не закричать, я продолжил говорить шепотом.

- Ещё хоть один чёртовый раз выкинешь подобное.

Рука сжала её мягкий затылок, который в моей руке словно ворсинка.

- Сука, прибью тебя и твоего надоедливого папашу.

После этого, я медленно отстранился, вновь нацепив на лицо улыбку и погладив сына по голове, ушёл.

“Пора знакомится с новым королём”

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Что ты думаешь об этом мече?

Стоя напротив массивного мужчины лет тридцати пяти, медленно расхаживающего вокруг одного из экспонатов, я сжимаю онемевшую руку в надежде, что она хотя бы немного заработает.

- Меч, как меч.

Видимо моего собеседника не особо удовлетворил этот ответ. Он, сцепив руки за спиной посмотрел на меня, но ни сказал ни слова.

- Нц.

“Что за надоедливый мужик?”

С недовольством посмотрел на меч, заключённый в стеклянной коробке.

“Обоюдно острый меч без рукоятки. Как вообще его можно использовать? Дилдо и то полезнее в бою, чем эта хрень”

- Меч отчаявшегося.

Удовлетворённо кивнув, он продолжил шагать.

- Точнее и не сказать.

Проведя стеклянную коробку могучей, словно лапа медведя, рукой, которая покрыта шрамами, он продолжил таким тоном, словно читает лекцию.

- Если только смотреть с точки зрения пользы, но в этом мече есть нечто иное. Я бы даже сказал философское. Как оружие он бесполезен, палка и то сподручнее.

Раз побарабанив по поверхности стекла он остановился и резко повернулся, смерив меня суровым пепельным, как и у отца взглядом. Его лицо, низ которого покрыт рыжей бородой, приблизилось ко мне почти вплотную.

- Каждый видит в нём нечто своё. Кто-то хлам, кто-то олицетворение справедливости. Убей и будь убитым. Особенно верующие говорят, что это божье ученье, говорящее, что воин, убивший человека, убил в себе часть души, находящуюся в руках. Что по мне всё это глупость.

Я ответил на его суровый взгляд, таким же взглядом. Видимо поняв, что я не отведу взгляд, он вновь резко повернулся, едва не задев мой нос своим.

- Кто считает это хламом, по-моему лишь ответил первое, что попалось ему на ум. Кто говорит про справедливость, просто бездарь, выступающий за ценность каждой жизни. Не каждая жизнь ценна. Как бы грубо это не звучало, но жизнь короля ценнее жизни сотни тысяч солдат. Они это понимают, поэтому и доверяют их ему. А про душу и вовсе молчу. Я убил больше тысячи человек.

Продолжая широко шагать, так по-солдатски, он ни на мгновение не останавливается. Продолжая то отдаляться, то приближаться, то кружить вокруг меня, что если честно бесит меня.

“Ты не можешь сидеть на одном месте?”

- Солдат, готовых убить меня. Я защищал свою страну и жителей. Слабых женщин, мальчиков пока ещё неспособных сражаться, и тех же верующих, что молятся и проповедают, что насилие - это плохо, тем временем дрожа в укреплённых церковных стенах, пока я и такие как я убивали и умирали ради того, чтобы подобные им жили. Меня мутит, будто от паршивого алкоголя, стоит только увидеть подобных трусов. Ненавижу трусов. По моему мнению если ты трус то, тебе лучше сразу же отрезать яйца и надеть платье.

Наконец-то сев на скамейку рядом с экспонатом, он широко растопырил ноги.

- Страх позволителен только бабам, но никак ни мужикам, и уж тем более солдатам. Ну так о чём я?

Закурив сигарету, он продолжил монолог.

- Никакой из этих мнений не верен. По моему скромному и единственно верному мнению, этот меч символизирует отвагу.

Ещё одна затяжка. Он секунду смотрел на меня, видимо изучая, понял ли я смысл его слов или нет.

- Отвагу девочки, родить ребёнка и стать женщиной, матерью. Отвага её рискнуть собой, чтобы подарить жизнь, отвага пожертвовать своим относительно простым будущим, чтобы вырастить следующее поколение. Как и отвага мужчины положить жизнь за страну за жену и детей. Именно тогда мальчик становиться мужчиной, а никак популярно сейчас в народе, после оприходования первой бабы.

“И к чему эта вся тирада? У него что так много времени? У него недостаток общения? Не с кем поговорить? Он хочет, чтобы я его пожалел?”

- Ну так, отступник, подвергнутый анафемы... Достаточно ли в тебе отваги, чтобы взять этот меч?

Потушив сигару о скамейку, он встал, медленно приближаясь ко мне.

- Глупый вопрос, король.

Выпрямившись, я посмотрел на мужчину выше меня на голову.

- У меня отваги хватит на всё ваше войско.

- Отлично. Другого ответа я и не ожидал от падшего героя, за которым собрали целый крестовый поход. С таким как ты мы сможем без проблем уничтожить всех демонов и без того отродья.

“Кретин. Именно поэтому ты разорвал со всеми дружественными расами союз? Даже с драконами?”

- Вижу, по лицу видно, что ты не согласен со мной насчёт других рас. Понимаю, понимаю. На меня так же смотрят все мои советники и большая часть знати, но это не обсуждается.

- А твой отец был другого мнения.

- Мой отец был глупцом, хоть и мудрым правителем. Ты хоть знаешь сколько стоило казне обслуживание этого так называемого союза? Эти нелюди настолько глупы, что даже не могут прожить без нашего надзора. Поэтому отцу приходилось отстёгивать им почти половину казны, чтобы они не зачахли там вовсе. Ничего, они все равно не проблема.

“По этой причине ты от него избавился, значит? Больше не мог терпеть?”

Короля с месяц назад нашли мёртвым в собственной кровати. Всем сказали, что он умер от старости во сне, но я та знаю, что причина в яде. Я осмотрел его тело до того, как его сожгли, чтобы скрыть улики.

Скорей всего он просто подослал одного из своих убийц мальчиков к нему в постель и когда уже прошлый король заснул, его просто тыкнули в слабозаметное место.

“Достоянная смерть для педофила. Может мне так же избавиться и от папаши Нары? Надо будет подумать об этом на досуге”

- Это ваше право, король. Я не в праве указывать вам как поступать. Как минимум у меня нет для этого достаточно знаний.

“И мне не до этого. Ещё что не хватало, мне и брать на себя ответственность по управлению государства. Пусть этим занимаются другие люди, да хоть и этот не любитель других рас. Главное пусть не разрушает страну, хотя такое чувство, что всё туда и идёт, но пока рано судить, ведь и вправду союз между людьми и другими расами заключён не в пользу людей.

Так, например, дворфам ежегодно отдавали большую часть полезных ископаемых, когда взамен получали лишь скупое количество оружия. Драконам драгоценности и большой участок плодовитых земель, когда от них получали лишь статус. По договору они вступят в бой лишь тогда, когда демоны достигнут столицы. Такого ещё ни разу не было с момента подписания договора.

Так и с другими расами. Даже странно, что король заключил такой невыгодный союз. Скорей всего это ради того, чтобы они не объединились с демонами”

- Хороший ответ. И не скажешь, что это говорит тот самый человек, о котором я столько слышал.

Он вновь улыбнулся, протянув руку.

- Меня зовут Аллен и очень много после, но близкие могут звать меня просто по имени без всяких титулов.

Я пожал его руку.

Ты не справилась ни с одной ролью

- Уничтожим всех нелюдей.

Белый плакат с пятном крови, небрежно брызнутой в середину, обвивается подражая ветру, вселяя в проходящих под этим пасмурным небом страх и отвращение.

- Странна только для людей.

Воткнутая на пику голова с закатанными вверх глазами под крик проходящих то поднимается, то опускается, заставляя чёрные слипшиеся от красной жидкости волосы неуклюже танцевать.

“Всего пару лет прошло”

- Долой отродий! Страна только для людей! Долой отродий!

Толпы обозлённых людей проходят между зданиями, крича налево и направо о том, что думают, хотя как думают. То, что им внушили, но они никогда не признаются в этом. Для них всё что они говорят - чистая истинна, до которой могут додуматься только такие же великие мыслители как они. Элита, проще говоря, а вся остальная чернь, на которую то и дело они смотрят с такой злобой и презрением, должна просто слушать их.

Им ведь виднее, даже если и их крохотные мозги не могут пока понять того, чего поняли они, долгими думами.

Так это красиво встроено в их головы, но на самом деле они просто впечатлительные дурачки, которым первыми промыла мозги пропаганда расизма, развёрнутая нынешним королём.

“Забавно наблюдать за такими людьми, но не более. Я бы с ними даже за один стол не сел. Слишком отвратно. Лучше с провонявшим бомжом разделить миску похлёбки, чем с подобным мусором, возомнившим себя чуть ли не богами”

Стоило пару раз постучать по виску указательным пальцем, как кадр перед глазами сменился.

“Куда она собралась?”

Короткие золотистые волосы, которые уже не блестят так как раньше, заставляют нос мальчика шмыгать. Её дрожащие руки быстро одевают явно недовольного, и я даже сказал испуганного, ребёнка.

“Обычно она в это время начинала рассказывать о том, какой я плохой человек. А что теперь? Вряд ли она ко мне его ведёт”

В последние месяца три наши отношения с Нарой ухудшились, хотя я не думал, что может быть хуже, но видимо может. Я это почувствовал на своей шкуре.

Честно скажу, я не понимал почему. Зачем она меня и сына так мучает. В чём причина, для чего ей так усложнять жизнь себе, мне и нашему ребёнку.

Но начав наблюдать за ней двадцать четыре часа в сутки понял. Лучше бы не понимал. Лучше бы я этого не знал.

- Чёрт.

Нога с рукой вновь заныли.

“Как же раздражает эта боль. Надо было всё же отрезать их к чертям”

Растерев сначала руку, а потом ногу, я поднялся, оперевшись о трость. Староватую трость, сделанную ещё Кларком при жизни.

- Ну, что, Тростюшка, пойдём посмотрим, что она задумала.

Стук трости ударил по ушам.

- А?

Ещё один удар.

- Да, я тоже так думаю. Хватит. Сегодня всё закончится.

В последнее время, я часто начал говорить то с тростью то, с самим собой. Это из-за недостатка общения. Мне уже столько лет не с кем поговорить так по душам, да что там по душам.

Мне вообще не с кем поговорить. С номерами я не могу говорить, они мои слуги, друзей у меня не осталось, Фиона ещё ребёнок, как и сын, я ещё молчу, что он меня боится, как огня.

“Что я такого та сделал, чтобы он так сильно боялся? Всё же влияние матери в этом возрасте слишком велико”

Перед глазами всплыла неприятная картина. Взгляд испуганного до дрожи ребёнка, а он ведь только увидел меня, своего отца, я ведь даже не подошёл к нему. Он просто увидел меня в проёме двери. Не более. И вот какая реакция.

“Всё это её рук дела”

Стук трости, словно верная жена, сопроводил меня до самых дверей в нашу с Нарой спальню, но так только на словах. На самом деле же, это комната Нары и её ребёнка, даже не нашего, а именно её. Я бы даже выразился так. Это убежище Нары и её ребёнка от тирана, пленившего их тут.

Так будет точнее, если судить с точки зрения Нары.

В этой комнате последний раз я был месяц назад и то для того, чтобы просто показать ей, как и себе, что она до сих пор моя. Это не секс, не занятие любовью, а просто самец застолбил самку. Не более. Я к ней больше ничего не чувствую. Она убила все чувства, кроме презрения и отвращения.

Мне противна эта женщина, начиная с волос, заканчивая ногтями. Я ненавижу и презираю её. Презираю эту тварь, которая из-за своей слабости, потянула и меня и сына за собой, как и ненавижу себя, что не нашёл в себе сил и смелости помешать ей.

- Куда собралась?

Медленно открыв дверь, я под испуганный взгляд жены, будто бы её поймали с любовником, переступил порог.

Она как раз собирает рюкзак.

“Она, что убежать собирается? Но куда?”

Ещё раз постучал по виску, стоя под непонимающим взглядом сына. Нара уже собралась вновь начать истерику. Она часто использует это оружие, чтобы я отстал от неё.

- Сиди.

Но в этот раз это не сработает. С меня хватит. Я позволял ей всё это только потому, что думал, что она воспитает нашего с ней сына лучше, чем я, но я ошибся и то, что вижу перед глазами только подтверждает мои мысли.

- Собралась в церковь?

Я могу видеть всё происходящее в замке. Как моют посуду, работники протирают стёкла, как влюблённая парочки слуг совокупляется в одной из неиспользуемых комнат, как горничные обсуждают очередную сплетню короля. Сейчас они, к примеру, обсуждают его роман с какой-то графиней Шпельцель.

- Я вроде задал вопрос.

Трость посильнее ударила по деревяному полу, словно ознаменую начало, чего-то очень неприятного.

- Цыц.

Ещё раз постучал. Вид открылся на задний вход, через пролетающего рядом монстра, похожего на филина.

Трое в чёрных накидках, стоят рядом с неприметной тележкой. Дал приказ филину подлететь по ближе.

“Мечи с красным крестом на рукоятках... Она всё же сделала это. А я ведь до конца ей верил”

Скрипя зубами, чтобы подавить вспышку злости, я посмотрел на испуганного и ничего не понимающего сына, который мечет взгляд между мной и Нарой.

“Тварь”

Удар боли в плечо, заставил простонать.

- Сынок, выйди пожалуйста.

Он уже хотел выбежать, лишь бы не находится в такой давящей атмосфере, но почему-то остановился, посмотрев на мать.

“Для него я, что совсем на авторитет?”

Я посмотрел на Нару.

“Сука, если начнёшь выяснять отношения при сыне”

Видимо почувствовав, что в этот раз я серьёзен, как никогда, она похлопала сына по спинке, сказав тем самым, что он может идти.

- Как это понимать?

Дождавшись, когда дверь за сыном закроется, я обратился к ней.

- Ты...

Её глаза расширились, тело встало в боевую стойку, словно она готова нападать.

- Ответ... Нормально говори. Я не в настроении сегодня.

Едва сдерживаясь, чтобы не размазать её голову, я почувствовал подёргивание щёки и шум клешней в голове.

“Чёрт, опять взбесились”

Стукнул один раз по голове. Шум клешней затих.

Она не ответила, лишь в злости поджала губы.

- Тварь. Я к тебе обращаюсь!

Снова ничего. Её сжатые кулаки задрожали.

“Спокойнее”

Выдохнув, я продолжил, но уже более спокойно.

- Скажи мне правду, Нара. Почему перед замком, словно шпионы, стоят люди церкви?

Глухой голос, таящий в себе ярость, достиг её ушей.

- Я к тебе обратился.

Стуча тростью по полу, я подошёл к ней. Она приподняла напряжённые плечи. Её голова, словно у провинившегося ребёнка опустилась.

- Нара.

Я хотел коснуться её лица, но она быстро ударила по приближающей руке.

- Не прикасайся ко мне!

Она подняла взгляд. В её глазах я вижу блеск. Страшный блеск, съехавшего с катушек человека.

- Дьявольское отродье. Не прикасайся!

“Мразь, какая же сука”

Сжав и разжав напряжённую кисть, я почесал шею, чтобы хоть как-то унять раздражение, но не помогло.

“Я ведь хотел по-хорошему”

- Говори.

Схватив за горло, приблизил её лицо к себе.

- Ты хотела отдать им Кларка!?

- Да! Хотела. И я отдам его. Отдам своего сына.

Она смотрит на меня, не отрывая взгляда. Рука сжала её тонкую шею сильнее, но она не показало боль на лице.

- Отдать.... Пхх. То есть ты хочешь отдать моего сына к тем, кто убил Риту и Лару? К тем, кто промоет ему мозги и сделает убийцей? К тем, кто держал у себя человека, способного убить демонических столпов, пока народ, который ты с такими рвением защищала, дох как мухи?

Она не ответила, но взгляд не отвела.

- Отвечай!

Не сдержавшись, я ударил её. Нара упала на кровать с разбитой губой.

- Отвечай, мразь!

Ногти корябают кожу на шеи.

- Ты хочешь, чтобы Кларк стал убийцей с промытыми мозгами?! Ты хочешь, чтобы он убивал людей по указке церкви?! Чтобы он стал...

На этом моменте, я почувствовал холодный укол в пояснице, а затем резкое тепло, растекающееся под одеждой.

- А? Дотронувшись до места, разразившееся болью, я почувствовал рукой липкую жидкость и нечто холодное торчащее из меня.

- Кларк?

Простонала Нара, смотря мне за спину. Я же, не веря глазам, обернулся.

- Сынок.

Слёзы потекли глаз, когда я увидел стоящего за мной сына с окровавленным кинжалом, созданным из-за льда. Он в непонимании и испуге смотрит на меня. Его руки дрожат, но он продолжает стоять и смотреть на меня.

- Не трогай маму!

“Меня попытался убить собственный сын. Сын, которому не исполнилось и десяти лет”

Но не это вызвало мои слёзы. От его ранения мне не холодно не жарко. Да и я уже был к этому готов, но думал, что это произойдёт гораздо позже. Причина боли и моих слёз в другом.

“Его взгляд. Такой же, как у меня и такой же, как и у неё когда-то”

Рана уже затянулась. Окровавленной рукой, я скрыл дрожащие губы, готовые растянуться в гримасе страдания.

- Пхахахах.

Я лишь засмеялся, засмеялся, чтобы не заплакать.

“Он такой же, как я и Нара. Он готов защищать то, что ему дорого, даже если придётся поставить на это жизнь. Он унаследовал эту черту характера от нас. И даже воспитание Нары не смогло её сломить. Я рад этому, очень рад, но в тоже время это и очень пугает. Пугает до дрожи.

Это значит, что он в гораздо большей опасности, чем я думал”

- Сына, сына.

“Нельзя было поддаваться влиянию Нары. Нельзя было отпускать его. Не стоило полагаться на Нару. Это моя вина. Придётся навёрстывать. Я наивно считал, что в этом возрасте ему больше нужна любовь матери, чем строгость отца, но это не так. Хотя кого я обманываю, я просто боялся. Боялся ещё хоть раз навредить сыну, поэтому и сбежал, оставив его в руках слабой женщины. Да, всё так”

- Слабовато. Я почти не почувствовал.

Окровавленная рука спала с лица, обнажив презрительную улыбку.

- Ну же. Давай. Так и быть, дам тебе второй шанс. Хотя бы попробуй ранить меня. Но в этот раз бей со всей силы.

Увидев моё лицо, он задрожал.

- Эй. Не слышал, что я сказал?

Я подошёл к нему ближе, но в этот момент на меня набросилась Нара, но я схватил её за шею и приподняв, поднёс к себе.

- Не мешайся.

Ударил её головой по лицу. Брызнула кровь. Сынок дёрнулся, но он слишком напуган, чтобы двинуться.

- Что такое, сына? Ножки затряслись? Неужели боишься?

Ехидно проговорив это, я отвесил по окровавленному лицу Нары ещё пощёчину.

- Ну же, сынок. Ты бы остановил своего папашу, а то ненароком мама и подохнет.

Улыбка становиться всё шире и шире.

- Я жду. Ну.

Ещё пощёчина.

- Ну.

Ещё.

- Тебе, что плевать на мать?

Ещё пощёчина. Лицо Нары превратилось в кровавое месиво, но сын не дрогнул. Он дрожит. Его зубы выбивают ритм страха, а лицо побелело.

- Ясно. Ты трус, ну видимо эта вина твоей мамы, такой же трусихи.

Я сжал горло Нары, она издала болезненный стон.

- Попрощайся с матерью, сынок. Как никак в последний раз видишь её.

В это раз сынок не выдержал, чем и подтвердил самые страшные предположения. Как бы он не испугался, каким бы опасным и сильным не был враг, для защиты близких он пойдёт на что угодно. В этом мы похожи.

- Ааааааа.

Закричав, он прыгнул на меня, занеся меч за голову.

- Как же медленно.

Я всего лишь ударил по его лбу щелбаном. Сын, мой сынок влетел прямо в стену.

- Очень слабо, сынок. Неужели ты бил всерьёз?

Улыбка стала ещё шире, хотя я думал, что уже не куда. Издав болезненный вздох, он потерял сознание.

- Первая.

Пренебрежительно, словно пакет с протухшим мусором, я бросил Нару на кровать.

- Приказывайте, хозяин.

Рядом со мной из тени появился высший вампир. Рита.

- Вылечи его и положи в кровать. Пусть поспит.

- Как прикажете.

Дверь закрылась, и я остался наедине с Нарой. Её кровавое лицо смотрит на меня. Она хоть и сама находится едва в сознании, но ярость в её взгляде не утихла.

- Довольна?

Схватив её волосы, я присел возле неё.

- Я спрашиваю ты довольна?!

“Я ударил сына. Кларка, своего сыночка. Я настроил его против себя. Я ведь так хотел ещё хотя бы разочек поиграть с ним. Услышать его смех, хотел, чтобы он назвал меня папочкой. Но теперь ничего из этого не будет. Он ненавидит меня. Ненавидит человека, поднявшего руку на его святыню, мать”

С минуту я смотрел в немое лицо Нары.

- Ты рассорила отца и сына. Скорей всего навсегда. Он никогда не простит меня. Меня! Понимаешь!? Меня своего отца. А ты только и можешь, как ныть. Ты не сможешь воспитать из него нормального мужчину. Потому что только и можешь, что винить меня в своих проблемах и постоянно кричать даже не пытаясь выслушать.

“Как я вообще мог так просчитаться? Почему я вообще марал член о неё? Почему пристальней не наблюдал, как она пьёт противозачаточное зелье?”

Ещё одна минута тишины, заставила выветриться всю злость. Осталась лишь слабость и боль.

- Я ударил сына, понимаешь? Из-за тебя. Он попытался убить меня. Своего отца из-за тебя. Сын пошёл против отца. Пхахах.

Лёгкий смешок.

- А знаешь, что самое смешное?

Она не ответила, поэтому я продолжил.

- Это все равно лучше, чем отдавать его в руки церкви. Пхаххаа. Смешно и в самом деле смешно. Пхахахахахахахахахахахаха.

Смех, словно какой-то яд продолжал ещё не одну минуту отравлять мой слух и душу. С каждой секундой сердце сжимается всё сильнее. Воспоминания болезненно отдаются в сердце, заставляя его сжиматься. Мне больно, чертовски больно. Я всё ещё вижу искажённое страхом и болью лицо сына, будто бы это продолжает происходить.

- Нара, ты отвратительна. Ты мерзкое создание. Ты провалилась, как дочь, бросив своего отца, провалилась, как рыцарь, закрыв глаза на страдания народа ради дрянного воспитания сына. Ты провалилась как женщина, сбежав от любимого в самое нужное время. Ты провалилась, как жена, ненавидя и боясь мужа, когда ему так сильна нужна была твоя поддержка. Никого-то другого, а именно твоя, но тебе было легче запереться в своём мини мирке и строить из себя жертву.

Я посмотрел ей в глаза. В них уже нет никакой злости, лишь безразличие.

“Опять. Да замрите вы уже”

В голове вновь забегали клешни, через секунду они уже начали резвиться в животе, но пару ударов, заставили их успокоиться.

- И под конец ты провалилась даже как мать, настроив сына против отца, желая отдать его туда, где бы из него сделали убийцу, где бы его заставляли страдать раз за разом, приказывая убивать людей. Ни в чём неповинных мужчин, женщин, детей до тех пор, пока он был не сломался. Такой ты участи пожелала самому дорогому человеку в своей жизни.

Я отпустил её волосы, чтобы затем исцелить. Как только убедился, что она дышит и ещё в сознании, встал.

- На этом всё, Нара. Я больше не собираюсь терпеть тебя. Либо ты слушаешься меня в том, как воспитывать сына, а в свободное время делаешь что хочешь. Хочешь защищай страну, хочешь продолжай читать свои дрянные романы и поклоняться той стерве на верху. Можешь даже трахаться с кем хочешь. Мне уже плевать. Ты уже не жена мне.

Я закурил сигару.

“Надо было ещё года три назад так сделать. Может ситуация не стала такой плачевной”

- Либо это, либо же твоя смерть. Тогда я заберу сына. Мать я ему найду не беспокойся. Это не проблема. Получше тебя уж точно найти смогу. Думай. У тебя день на размышление.

Затянувшись, я бросил в неё окурок. Попал прямо в лицо, но она не отреагировала.

- Прощай, мразь.

Он сумасшедший

“Ненавижу его”

Тысячный взмах меча, сопровождаемый жжением в плечах, заставляет всё сильнее сжимать рукоятку. Шаг вперёд, выдох, взгляд направлен перед собой.

“Нет. Враги выше. Отец выше меня”

Примерно представив рост отца, я приподнял голову вверх. Покрытые мозолью руки, сжали деревянную рукоятку утяжелённого меча, зубы заскрипели, сдерживая готовый вырваться писк боли.

“Я убью его. Я защищу маму”

Ещё один взмах, кусок дерева, который называют учебным мечом разрезал воздух. Холодные капельки пота слетели с лица.

“Нужно больше. Больше тренироваться и тогда я”

Продолжая махать мечом, я вспоминаю высокомерное лицо отца, бьющего мать.

“Я стану сильнее. Я должен, обязан защитить маму от него”

Удары ускорились, игнорируя усталость и подступающую к горлу тошноту. Я хочу остановится, но воспоминания не уходят. Они пробегают перед глазами, даже когда я закрываю их.

Тело ещё помнит тот страх, дрожь, бегающую по коже, и ужас, заставлявший ноги дрожать.

“Слишком большая разница. Он намного сильнее меня. Сильнее всех тех, с кем я сражался”

С трёх лет я держу в руках меч. Я знаю, что такое поражение, боль, страх и унижение. Я сражался со многими оппонентами старше меня. Проигрывал, но затем побеждал. Да, на это уходило время, но в итоге не проходило и трёх месяцев, как я побеждал соперников старше меня на десятки лет.

Они все называли меня гением, тем кто в итоге поведёт войско короля к победе. Я не особо понимал тогда значение этих слов, как и не понимаю до конца сейчас, но удивлённые взгляды наблюдавших за сражением, их похвалы, досада и зависть, тщательно скрываемая за улыбками побеждённых, заставляли меня радоваться.

После каждой победы, после похвалы мамы, после каждого выученного заклинания я убеждался всё больше, что я сильнее всех. Я думал, что мне уже никто не ровня, никто кроме этого человека, которого я раньше называл папой.

Да, я понимал, что разница в силе есть и даже может большая, но я продолжал верить, что спустя год, а то может быть и трёх я смогу превзойти и его.

Да, за три года это бы было бы вполне реально, ведь это такой большой срок, я превосходил своих оппонентов за месяцы, но в тот день я осознал, что между мной и им пропасть.

Она настолько большая, что я даже не могу оценить разницу.

Я наивно думал, что спустя полгода увижу её, но чем больше тренируюсь, чем больше узнаю, тем лучше вижу эту пропасть, тем больше понимаю, что ей нет конца.

- Чёрт.

При очередном взмахе, в запястье ударила боль, заставившая выронить меч.

- Чёрт, чёрт, чёрт.

Увидев окровавленные руки, я разом почувствовал всю боль неощущаемую до этих пор. Упав на колени, я смотрю на дрожащие руки. Уже стемнело, холодный ветер заставляет дрожать всё тело.

“Насколько же большая разница между нами? Сколько ещё мне нужно тренироваться?”

Сжав окровавленные руки, я с начавшими подступать слезами, ударил по зелёной траве.

- Сколько!?

“Год? Нет. Два, три, пять, десять?”

Непроизвольно, я открыл окно характеристик.

Имя: Кларк Дэй

Характеристики

Сила: 29

Выносливость: 20

Интеллект: 47

Ловкость: 23

"Смешно”

Раньше, только год назад, я смотрел на эти цифры и чуть ли не прыгал от радости, когда замечал, что хотя бы один из характеристик увеличился. Для меня было большим успехов, если увеличился хотя бы на один пункт в месяц, ведь в моё возрасте это очень хорошая тенденция.

Так говорили все тренера, ведь в период взросления, где-то после четырнадцати лет, это даст большой толчок в развитии.

Поэтому я радовался, думая о том, каким же сильным я стану тогда. Считал, что даже его выиграю закрытыми глазами, но сейчас понимаю, что этого недостаточно. Чем больше я узнаю об отце, тем сильнее понимаю, что он не человек.

“Победить полубога, уничтожить гидру одним заклинанием, выжить выйдя против крестового похода, победить столба, призвать армию монстров”

То с каким ужасом на лицах рассказывали это стражники, многое говорит. Я начал понимать, что смотрю на мир не так, как они. Читая про гидру и полубогов, я думал, что вполне возможно для меня побеждать их, как и для любого, кто тренируется на ровне со мной, но...

“Тогда почему так мало тех, кто способен на это?”

Я собственными глазами видел, как тысячи воинов тренируются, как и я, но я почему-то в итоге превосходил их.

“Они просто тренируются меньше или делают это хуже. Надо всегда находится в моменте, когда тренируешься, а иначе сколько бы ты не тренировался все равно не станешь сильнее”

- Да, всё так.

Поняв, что последние полчаса, мой разум был не со мной, я цыкнул, взяв ноющими от боли руками окровавленный меч.

“Нужно повторить. Эта тренировка не считается”

- Кларчёнок!

Когда я уже хотел начать, меня по плечу внезапно ударили. Знакомый голос с опозданием достиг ушей.

Всё тело напряглось, я уже был готов атаковать, но остановился.

- Что такое!?

Раздражённый мыслями, я не сдержался, завидев Фиону.

“Всё же, как она всегда подходит ко мне так не заметно? Я могу почувствовать присутствие всех людей за сотню метров от меня, но её никак”

Я пытался выудить у неё про это, но она всегда отвечала одно и тоже.

- Не знаю, как-то само по себе получается.

“Почему же? Может это из-за того, что она ребёнок? Да она чуть старше меня, но если сравнивать с воинами и учителями она, как и я ребёнок. Я та зрелый не по годам, всё же гений, но она обычная девочка. Может из-за этого? Все же аура, по которой я могу чувствовать людей даже с закрытыми глазами - это ,если упрощать, всего лишь мысли и намерения.

Это вполне возможно”

Немного остыв, я посмотрел на испуганную моим криком девочку, одетую в костюм горничной. К её светло-жёлтым, словно золото глазах, уже подступают слёзы.

- Извини, Фиона. Я просто, ну это.

Не найдя слов, я опустил взгляд. Рука сама собой потянулась к затылку.

- Эт-то? Кровь!

Словно позабыв обо всём, Фиона бросилась к моей руке, стоило ей только завидеть кровь, как она схватила её.

То, как она приблизилась. Не было звука, даже встревоженный ветерок от её приближающего тела не ударил в лицо. Да к тому же это было так быстро, что я даже не успел отреагировать.

“Видимо, я перетренировался, поэтому и не почувствовал”

- Ничего, лекарь подлечит.

Недовольно отдёрнув руку, заболевшую ещё сильнее от её хвата, я пошёл в замок, понимая, что на этом конец сегодняшней тренировки с мечом.

Фиона же, недовольно надувшись пошла за мной. Она ни сказала и слово, но тщательно наблюдала за мной, пока я не дошёл до лекаря.

“Пойду в библиотеку. Нужно дочитать книгу об искусстве убийц. Всё же надо поработать над аурой”

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Сидя за столом, под большой металлической люстрой, освещающей огромный зал, с мириадами книг, аккуратно сложенными в шкафах в алфавитном порядке. Все шкафы сортированы по отделам, в которые ведут разные лестницы, сделанные из магии камня.

Каждая имеет свой цвет. Так, например, лестница ведущая в отдел магии огня красного цвета, а я сейчас изучаю не магию, а скорей само искусство убийц. Все подобные учебники, в которые входят, книги по истории, химии, физики и тому подобном находятся в сером отделе.

- Фффффффффффф.

Выдохнув после тщетной попытки понять суть скрытия ауры, я откинулся на спинку стула.

“Не о чём не думать, ощутить потоки воздуха, меньше двигаться. Это и так понятно, но как это сделать? Что за глупая книга? Разве в нормальных книжках, не должно говориться, как это сделать или хотя бы описываться подводящие упражнения? Нет? Ну что за чёрт?”

Разозлившись, я запустил книгу в стену.

“Идиотизм. Только время зря потерял. Если уж я одарённый не смог понять толком ничего из этого куска бумаги то, она точно бесполезна для обычных людей. Я о них же забочусь. Они только время зря потеряют”

- Надо найти, что-то другое.

Протерев уже начавшие слипаться глаза, я раздражённо зашагал к полке, из которой недавно взял ту дрянную книгу.

“Бэнди Вац, иди к чёрту. Больше никогда не буду читать твои книги. Хотя эта твоя единственная книга тут. Как она вообще попала в королевскую библиотеку понять не могу. Ну и ладно. Нет у меня времени ещё и об ошибках других задумываться”

Указательным пальцем, я начал быстро проходить по десяткам книг за минуту, быстро бегая глазами по оглавлениям, когда в библиотеку, в которую в такое время никто обычно не заходит, вдруг открылась дверь.

- Ну хозяяяиннн! Давайте лучше пойдём повеселимся! В квартале удовольствий сегодня будет фестиваль разврата.

Знакомый голос, голос от которого холодная дрожь прошла по коже. Указательный палец остановился. В голове всплыло бледное лицо женщины, как-то пытавшейся сюсюкаться со мной, но это было настолько жутко, что я просто убежал от неё. Это произошло года два назад, но я помню до сих пор эти кроваво-красные глаза и холодные руки, которые словно вытягивали из меня жизнь. Да и её улыбка... От её у меня всё внутри сжалось.

Хоть она и улыбалась, но я ничего не чувствовал кроме холода и страха. Она словно кукла, живая кукла.

- Вторая, не мешай хозяину. Он и так часто потакает тебе. Нужно и меру знать.

Ещё один знакомый голос, принадлежащей вечно отстранённой женщине. В отличие от красноглазой она постоянно ведёт себя отстранённо, а её взгляд зелёных глаз, словно видит тебя насквозь, перед этим обездвижив, будто бы лоза оплела всё тело.

И это ещё хуже. Я видел их всего пару раз, но их лица впечатались в память до такой степени, что я могу рассказать о каждой морщинке на их лицах.

“Если они тут, то значит и он”

- Помолчите обе. Я ненадолго.

Звук трости, словно гонг часов, знаменующих о конце дня, холодом проникает в сердце. Чувствую, как страх подползя к ногам, протягивая свои липкие руки к пальцам.

- А потом и пойдём. Перед тем, как вы вернётесь к заданию, обещаю вы оторвётесь по полной.

- Господин. Не стоит так баловать её.

- Ничего, Первая. Она заслужила немного покапризничать, как и собственно ты.

Лёгкий непринуждённый тон, который выводит меня из себя.

“Почему он с какими-то малознакомыми женщинами ведёт себя так, когда с мамой так жесток?”

Вновь я вспомнил то окровавленное лицо мамы и то, как оно содрогалась после того случая, стоило только мне войти в комнату, но когда она понимала, что это я, она, успокоившись, говорила.

- А, это ты?

А потом успокаивалась, словно ожидала увидеть монстра. С тех самых пор мама практически ни разу не выходила из комнаты, даже когда я умолял её это сделать.

“Как же надо было запугать её, чтобы она так дёргалась?”

Руки, только недавно вылеченные лекарем, сжались в кулаки.

“Не прощу, никогда не прощу”

- Хм?

- Что такое?

Задал вопрос отец.

- Чую запах.

От этих слов у меня сердце сжалось.

“Нет. Если он увидит меня сейчас. Я не готов. Ещё рано”

- Чей же? А.

Сердце бьёт по ушам. Становится всё сложнее расслышать, что они говорят.

- Вашего сына, хозяин.

- Видимо учился допоздна. На то он и мой сын.

“Никакой я тебе не сын!”

Хотел я выкрикнуть это, смотря ему в лицо, но не могу найти в себе силы. Ноги дрожат, а с лёгких, словно весь кислород высосали. Сложно даже вдохнуть. Перед глазами потемнело на мгновение.

- Нет, хозяин, он...

Я ясно ощутил, как сердце остановилось перед этим заставив простонать от боли. Я прикрыл лицо рукой, чтобы зубы не начали стучать.

- Не важно. Давайте уже займёмся делом.

После двух хлопков, вновь возобновился стук трости ударяющей по мраморному полу. Спустя пару минут он прекратился.

“Он отошёл достаточно далеко, чтобы я мог уйти”

Аккуратно выглянув из-за полок, я увидел три силуэта, стоящих в чёрном отделе. Отделе призыва. Он находится сразу за зелёным, который скрывает из вида входную дверь так, что они не заметят меня, если я сейчас уйду.

“Я могу сейчас уйти”

Ноги поднялись, тело повернулось к лестнице, но я остановился.

“Нет”

Я посмотрел опять на три силуэта, скрывшихся за книжными полками. Я уже не слышу, что они говорят не смотря на хорошую слышимость.

“Я ведь почти не видел его с того случая. Постоянно, стоило мне только завидеть его, как я сбегал. Это неправильно. Это только отдаляет меня от цели. Как я могу понять, что стал сильнее его если постоянно убегаю? Да, я вряд ли стал сильнее его, но если я так и продолжу убегать, я и не пойму, когда время придёт.

Он постоянно уходит из замка, но как я слышал от стражи, всегда возвращается, но даже несмотря на это никогда не известно где он бывает.

Хоть его возвращение и видят, но где он чаще всего находится никто сказать не может. Его комнаты как таковой нету в замке. Он будто призрак. Его никто не видит, но все чувствуют присутствие”

Прикусив нижнюю губу, чтобы хоть как-то уменьшить дрожь, я сжал кулаки.

“Если не сейчас то, когда? Я должен посмотреть на него. Мне нужно понять, насколько разница между нами сократилась, как никак год прошёл”

Замедлив дыхание, я начал выжидать.

“Скорей всего он спустится к одному из столов для чтения. Не будет же он читать стоя у шкафов со своей ногой”

Как-то мне стало интересно почему он ходит с тростью. Я подумал, почему настолько сильный и даже я бы сказал по слухам неуязвимый человек ходит с тростью, хотя всем известно, что он владеет продвинутой магией исцеления.

Когда я спросил маму, она лишь сказала, что у него повреждены пункты производства маны. Я тогда не понял о чём она поэтому и начал изучать тему.

“Как он вообще мог умудриться? Ведь всего в мире известно лишь от силы пару сотен случаев повреждения пунктов производства маны. До сих пор многие мастера не могу прийти к согласию по какой причине это происходит, но ясно точно. Легче ногтем отрезать себе голову, чем повредить их”

- Не важно.

Прошептав про себя, я пригнулся, спрятавшись за колону конусообразной формы, поддерживающую потолок.

“Всё. Нужно выжидать”

Выжидать пришлось не долго. Спустя уже минут пять он спустился, сопровождаемый двумя женщинами в костюмах горничных.

“Почему они так одеты? Они его личные служанки? Нет. Слишком фамильярно они общаются, да и костюмы слегка отличаются от тех, что у обычных горничных”

Женщины лишь переглядывались между собой. Они по сравнению как вошли сюда, стали через чур уж тихими. Наверное, не хотят мешать, читающему на ходу хозяину.

Сев за стол, не отрывая взгляда от книги, он положил аккуратно трость на стол.

“Что он читает?”

В его руках какая-то чёрная книга, но название не могу разглядеть. Слишком уж далеко, а ближе подходить нельзя. Тогда шанс быть обнаруженным повышается.

Страница перелистывается за страницей. Не прошло и пол часа, как половина страниц массивной книги уже перелистана.

“Что за чёрт? Он точно читает? Слишком медленно для ознакомления и слишком быстро для чтения”

- Аааа, достал!

Недовольно выкрикнув, он ударил руками по столу прежде, чем начать трясти головой.

- Хозяин?

- Что случилось?

Горничные, разволновавшись, прильнули к нему.

Он начала бить себя по голову.

- Задолбал он уже. Слишком несносный.

“Что он делает? В ухе ковыряется?”

Так я подумал, прежде чем заметил, что в его руке, которую он приподнял перед собой, что-то шевелиться.

“Он его из уха вытащил?”

- Хватит с меня. Я предупреждал.

Послышался звук, противный чваканье, словно раздавили что-то слизкое.

Почему-то он этого тошнота поднялась к горлу.

- Ладно. На этом всё.

- Вы нашли, что искали?

- Можно сказать и так.

Отдав книгу одной из горничных, он дождался пока она не вернёт её на место и после этого просто ушёл.

Меня же одолело любопытство. Я точно видел, что он вытащил, что-то из собственного уха.

“Он бросил это куда-то сюда”

Поискав возле стола, я нашёл это.

“Мерзость”

Стоило глазам зацепиться за нечто ещё продолжавшее двигать парочкой верхних ножек, я в отвращении отвернулся.

В нос ударил запах рыхлой земли и гнили. Длинноватое худое тело насекомого, распростёртого на полу. Голова раздавлена, а зелёная кровь, всё ещё стекает на пол. Насекомое видимо ещё могло двигаться некоторое врем после того, как раздавили голову. Это понятно, если заметить, что кончики всех сорока заострённых ножек испачканы в зелёной жиже.

“И это ползало в его теле?”

Одна мысль о том, как он засовывает нечто мерзкое себе в ухо то, как ощущает эти ножки, бегающие в голове, в животе, заставило всё съеденное сегодня выйти наружу.

- Зачем?

“Он сумасшедший”

Это было давно

Это произошло давно, лет двадцать назад. Я помню тот день, нет скорей те минуты, как будто это произошло совсем недавно.

Я выходил из библиотеки. Помню злился, как чёрт. До сих пор эти ощущения свежи в памяти. Как ногти впивались в кожу, а зубы скрипели от негодования.

- Опять ничего.

Помню, как сжатый кулак в негодовании впечатался в мраморную стенку, расписав небольшой диаметр вокруг вмятины паутиной.

“Почему во всей библиотеке ничего о тех насекомых?”

Я уже больше года, как тщетно пытался найти хоть, что-то о том существе, что отец тогда в библиотеке вытащил из себя, но ничего.

Результат был нулевой.

- Чёрт!

Ещё один удар, а за ним и ещё.

- Проклятье.

Выдохнув, зачесал золотистую чёлку назад. Я даже тогда уже имел привычку зачёсывать чёлку назад. Я и сейчас так делаю, когда нервничаю. Жена частенько читает меня по ней.

“У кого бы я не спрашивал, все как один говорят, что понятия не имеют о подобном, да ещё и смотрят на меня так, словно я всё выдумал. Как же бесят эти их тупые взгляды”

- Да не выдумал я это! Я видел.

Скрипя зубами, я грубо передвигал ногами, направившись в комнату, под насмехающиеся взгляды картин великих поэтов, писателей, воинов, графов, королей всех времён.

Тогда они сильно меня раздражали. Я думал, что они точно насмехаются над моими тщетными попытками.

“Будь моя воля сжёг бы их всех к чертям”

Так я подумал, прежде чем остановится. Взгляд зацепился за неожиданную картину. Два человека стояли во дворе. Это выгляди так волнующе, словно лучшей в королевстве художник годами добивался такой композиции. Я даже могу накинуть название, чтобы охарактеризовать то, что тогда видел. Темный сад, окутанный мглой молчания.

“Мама? Она вышла из комнаты?”

Я уже год, как не видел её. Она всё это время не выходила из комнаты. Она даже запретила мне входить. Я очень скучал. Мне так хотелось обнять её, полежать на её коленках пока она бы гладила меня по голове. Хотел бы ощутить её запах, таким которым пахнет лишь родная мать.

Но сколько бы я не пытался, сколько бы не стучал, она даже не отвечала мне.

Я уже начал думать, что она могла замучить себя голодом. С неделю назад я дал слово, что выломаю дверь, если она вскоре не выйдет. И тут она сама вышла. Сказать, что я тогда удивился, ничего ни сказать, но ещё больше я шокирован тем, что она стоит рядом с отцом.

“Почему она с этим человеком? Он её похитил? Он опять будет её мучить?”

От этой мысли сдавило сердце. Я сразу же рванул к лестнице. Спускаясь по ступенькам под бешенный стук сердца, отдающий в голову, я уже начал планировать план атаки. Как глупы же были эти мысли. Напасть на него. На человека, который спустя десяток лет станет сосредоточением ненависти всего мира. Тем, против кого объединятся все расы. Слухи ходят, что даже боги внесли свою лепту в борьбу с ним так, как боялись за свои жизни.

И против такого человека, я планировав выступить. Я высокомерный сосунок. Да кроме этого я даже грел в душе надежду на победу.

“Если он хоть попытается поднять на неё руку, я”

Но стоило только начать, как в голове сразу наступала тишина. Я просто не знал, что ему противопоставить.

“Между нами всё ещё была большая разница. Не знаю насколько она уменьшилась с тех пор, но уверен, что он ещё в разы сильнее меня.

Как мне компенсировать это? На его стороне опыт, но на моей смекалка, природная гениальность, практически во всём, да и к тому же я гораздо упорнее его так что если бой вдруг затянется мои шансы существенно возрастут”

Вспоминать те мысли, что роились тогда у меня в голове мне бесконечно стыдно. Я ведь на серьёзных щах это обдумывал.

- Долго собираешься молчать?

Царапая ноготь большого пальца зубами, я уже выбежал во двор, но не стал сразу нападать на него. Его раздражённый голос просто заставил меня встать в ступор лишь на мгновение, но за это мгновение я вновь ощутил тот страх.

Страх, что я чувствовал всё то время, когда видел его. Я уже и забыл про него. Сглотнув, я спрятался за ближайшую стену, чтобы слышать, что они говорят.

“Подожду тут. Если он только попробует ей навредить”

Оскалившись, я напряг дрожащие ноги, а вспотевшие ладони протёр об одежду в душе моля, чтобы мне не пришлось выходить.

- Ты...

Мама перед ним. Между ними метра два. Она опустила голову, видимо боясь даже смотреть на него. Руки были сжаты перед собой, а её прерывающийся голос дрожал.

- Ненавидишь?

- Да, чёрт подери! Ненавижу.

Перебив криком, он заставил её хрупкое и ослабленное голодом тело вздрогнуть, но затем продолжил, но уже спокойно.

- Нара, нет. Я тебя не ненавижу. Я презираю тебя. Мне противна одна мысль о том, что я был настолько глуп, чтобы завести с тобой ребёнка.

- Но..

Голос мамы прозвучал так тихо, что я едва смог его расслышать. От её тона, чуть ли не плачущего, у меня сжало в сердце.

“Как он смеет так разговаривать с ней?! Пусть болтает так со своими прислужницами, но не с ней”

Разумом я хотел рвануть к нему, сжав кулаки. Хотел повалить его хлипкое тело, которое опирается на старую трость и превратить старое лицо в месиво, но тело не двигалось. Я пытался сделать рывок, но ноги точно приклеились к каменному полу.

- Что, но?!

Он прервался, чтобы поправить длинные волосы.

- Скажи, Нара, что, но? Что тебе ещё от меня нужно? Тебе было мало всех тех издевательств надо мной?

- Я, не.

- Нара. Давай не будем. Просто не надо. Я отлично знаю своё состояние, поэтому прошу не доводи до греха, Нара, хватит уже.

Тогда я впервые услышал в его голосе странную усталость. Никакого холода и строгости нет. Такое чувство, что говорил совсем другой человек.

- Хватит. Я устал, Нара, понимаешь? Просто устал. Не надо прибавлять ещё проблем. Ты ведь просидела в комнате несколько лет. Так зачем вышла? Вряд ли ты поняла, что была неправа. Сомневаюсь. Я не вижу, что ты раскаиваешься за то, что заставила меня тогда жить, за то, что подарила мне надежду, а затем просто растоптала. Ты бросила меня. Ты по собственному желанию забеременела, не спросив моего разрешения, а потом ушла, ничего не сказав. Но ладно, это можно было понять.

Он посмотрел вверх, точно желая, что-то выделить в голубом небе.

- Я это понял и принял. Да, ты просто эгоистично добилась того, чего хотела. Это нормально. Я понимаю.

Он зачем-то ударил щелбаном себя по виску.

- И даже могу простить, что не скажешь о сыне. Как ты себя вела. Ты целенаправленно настроила его против меня. Против родного отца. Я этого тебе никогда не прощу. Скорей ад замёрзнет, чем я прощу это!

Яростный выкрик он сопроводил звонким топотом, от которого земля задрожала.

- Но тебе и этого было мало. Так ты ещё решила, что моему сыну лучше будет стать куклой в руках лицемеров. Быть бездушным убийцей, от которого в любой момент могут избавиться. Вот этого я уж точно никогда не забуду. Не прощу. Не в жизнь. Это твоё клеймо до самой смерти и даже после.

Он угрожающе шагнул к ней, она попятилась назад, приподняв сжатые руки к груди.

Я шагнул тоже, найдя в себе силы.

- И судя по тому, что ты до сих пор держишь связь с этой сектой, ты не одумалась. Ты даже не даёшь мне закончить всё это. Ты жестокая тварь.

Ещё шаг. Мама уже начала дрожать, но я не шагнул. Моё сердце просто остановилось. Холодный мурашки облюбовали кожу на спине.

“Настроила, куклой, убийцей, сама забеременела, одумалась, секта? О чём он?”

Не только страх парализовал меня, но и всё сказанное им.

- Сколько тебе ещё нужно, чтобы я страдал? Я вроде полностью освободил тебя. Я развёлся с тобой и дал полный кард-бланш на всё. Ты можешь трахаться с кем хочешь, ходить куда угодно и верить во что нравиться. Только не лезь к сыну. Будь ему матерью, а не кукловодом. Это единственное, о чём я тебя просил.

Минутное молчание. Он прямо сверлил её взглядом, а мать такое чувство, что становилась с каждой секундой всё меньше.

- Кстати, я удивлён. Ты ещё не кем не потрахалась. Я та думал, что ты в тот же день, как получишь развод, начнёшь раздвигать ноги перед каждым встречным. Особенно перед этим слащавым графом. Как его там звали. Альцерт. Блин не припомню точно.

Стоило ему произнести это имя, придерживая указательный палец у виска, как мать вздрогнула.

- Что так? Неужели ты и вправду думала, что я не заметил, как ты смотрела на него? Как отвечала на его облизывающий взгляд своим кокетливым? Пххх. Смешно, если так.

Он положил руку ей на плечо.

- Нара, если ты всё ещё наивно думаешь, что, найдя другого мужика вдруг станешь счастливее то, я тебя, пожалуй, растрою. Ни черта. Каким бы ахуенным этот парнишка с длинными усиками не был, ты его сломаешь. Ты настолько отвратительная женщина, что с тобой даже святой вскоре омоется грехом. Если ты всё ещё думаешь, что только я виноват в твоих несчастьях, то поздравляю ты конченная дура. Скольких бы мужиков ты не пригласила к себе в дырку, скольких детей не родила, ничего не измениться. Потому что проблема не них, а в тебе. Ты сама создаёшь себе проблемы. Ты делаешь всех вокруг себя несчастными. Это твой самый прокаченный навык.

“Тварь. Сколько он ещё собирается издеваться над запуганной женщиной. Насколько же жалкой личностью надо быть? Как он вообще после этого может называть себя мужчиной?”

- Ты уже не можешь назвать себя женой, может матерью? Вряд ли, любая мать тебе глотку перегрызёт назови ты себя так. Может тогда дочерью? Хмм, будь ты хорошей дочерью может быть твой папаша бы и не помер от болезни в собственной кровати. А ты не знала о его смерти да спустя месяц. Да уж дочерью тебя тоже не назвать. О! Придумал, может воином. Защитником всех слабых? Хмм, но вот тут тоже проблема. Ты ведь бросила всех их. Заперлась в своём мине мирке, возложив всю их защиту на мои плечи. Плечи человека, которому с высокой колокольни плевать на них всех.

Такое чувство, что зубы уже вскоре начнут трещать. Как сейчас чувствую, как тогда тело готово было взорваться от негодования. Оставался лишь один толчок, и я бы выпрыгнул из-за стены и высказал всё, что думаю о нём. А потом будь, что будет. Если понадобилось, я бы сразился с ним.

- А! Понял почему ты вышла. Почему предстала передо мной. Потому что ты тоже поняла это. Да. Поняла. Поэтому и хочешь попытаться вернуть всё обратно. Хочешь снова называться женой, матерью, воином. Да, хочешь, а иначе кто ты? Пустышка? Поздно, Нара. Слишком поздно, да и даже если бы я и простил тебя. Каким-то чудом нашёл бы в себе силы и просто простил бы. Проблема от этого не решиться. Ты до сих пор не поняла ничего. Ни черта. Ты всё ещё винишь меня во всех своих проблемах.

Минутная тишина, в которой кажись и сам ветер остановился, чтобы не мешать исповеди этого человека.

- А может и вправду так. Я виноват в этом. Виноват? Да, виноват, Нара. Это я сделал из тебя это. За это я и презираю себя. Всего себя. Каждую клетку этого дряхлого тела. Только посмотри на меня.

Он раскинул руки, когда его голос прозвучал так, словно он вот-вот расплачется.

- Я младше тебя на год, а выгляжу. Пха, как старик. Всё моё тело уже отказывает двигаться. Мне сложно передвигаться без трости. За всё могущество и силу мне приходится платить жизнью. Пхахахахахха.

Он рассмеялся, но я почему-то даже тогда не услышал радости. Такое чувство. Что он заставлял себя.

- Да, я виноват во всём этом. Мне надо было тогда найти в себе силы отказать тебе. Тогда давно, когда ты предложила пойти вместе на то задание по убийству той гидры. Надо было остаться с беременной Ритой. Не для того, чтобы спасти. Нет. Я понимаю, что тогда бы я этого не смог. Нет, не спасти, а просто умереть. Умереть рядом с ней и моим нерождённым ребёнком. Может быть тогда ты бы нашла другого человека, гораздо лучше меня. Тебе бы не пришлось страдать. А мне проходить через всё это, а нашему сыну бояться и ненавидеть собственного отца.

Внезапно, не издав и звука он схватился за живот, словно получив сильный удар.

- Да. Виноват во всём этом. Я это понимаю. Понимаю! Но! Не могу перестать ненавидеть тебя. Поэтому я и презираю себя всем едва живым сердцем. Прости меня за это. Прости что ненавижу тебя, прости.

Приложив руку к лицу, он точно пытался скрыть слёзы. Хоть я и не видел отсюда, но кажется, что так.

- Именно потому, что я презираю себя, я скажу тебе. Ты до сих пор не видишь собственных ошибок. А это всё, лишь жест отчаяния. Ты не хочешь остаться одна. Ты даже не можешь взглянуть в глаза родному сыну, потому что где-то внутри понимаешь, что то, что ты хотела с ним сделать это просто бесчеловечно.

Мама медленно, немного посомневавшись всё же подняла взгляд, хотя всё это время даже не пыталась. Она приоткрыла рот, но ничего не сказала. Она смотрела в глаза этого человека, но не могла найти в себе силы, что-то сказать. Может, она что-то и говорит, но так тихо, что мне не слышно.

- Подумай. Лишь приняв это ты сможешь наконец-то стать счастливой. Перестать убегать от себя. Удачи тебе в познании себя, дорогая.

Закурив сигарету, этот человек покинул двор, оставив маму в полном одиночестве, а меня в замешательстве. Всё то откровение этого человека, которого я уже не мог назвать папой, я не был в состоянии понять.

Это было слишком сложно для мальчика, которому толком не исполнилось и десяти лет. Я не чувствовал жалости к нему, лишь злость, которая усилилась из-за внутреннего конфликта. Я видел тогда в нём всё зло мира, причину всех своих страданий.

Он не был в моём понимании человеком, как мама, учителя или же я сам. Он был чем-то мерзким, бесчеловечным, но в тоже время и высшим. То, чего не касается всё происходящее на земле. Он лишь может, что, зевая смотреть с высока на трепыхание насекомых.

Так я думал. И вот, когда я услышал его пропитанные болью слова, которые отдавали болью даже в моём детском сердце, когда я увидел слёзы, проявление эмоций, я вдруг вспомнил как он улыбался годами раннее. Как называл меня сыночком, как подкидывал на руках.

Мельком перед глазами промелькнули его улыбающиеся губы и щёки, покрытые щетиной.

Я не мог этого тогда понять, поэтому обозлился ещё сильнее. Это выглядело для меня, словно богатый избалованный ребёнок жалуется на свою сложную жизнь бедному сироте, прожившему всю жизнь в подворотнях, а у самого та из трагедий в жизни была лишь заноза в большом пальце.

Даже спустя годы я таил в сердце эту злость. Она сопровождала меня и всю академию, в которую я поступил спустя год после этого случая.

Да и что таить, я и сейчас чувствую эту непонятную злость на него, хотя мне исполнилось двадцать девять. Я закончил академию, прославился как герой в мировой войне, женился, моя жена только недавно сказала, что ждёт ребёнка.

Я только понимаю, каково это быть отцом, но даже сейчас я до сих пор ненавижу его. Нет, это будет ложью вот так вот выразится. Я не ненавижу его, да и если быть честным, никогда и не ненавидел. Нет, я просто боялся его и был обижен его холодным отношением ко мне. Хотя с его стороны это был лишь страх. Страх навредить хрупкому ребёнку.

- Кларчёнок. Обед уже готов.

Сладкий голосок любви моей, раздался из кухни нашего дома, где когда-то жил и сам отец со своими двумя женами. Прославившейся ещё с детства призывательницей Ритой и демоницей Ларой.

“Как жалко, что мне больше никогда не поговорить с вами. Папа, мама”

Редкие насекомые

Прохладный ветер обдувает свободные от одежды участки кожи. Я вижу, как мурашки всходят на поверхности, но не чувствую холода. Притронувшись, так, чтобы в сотый раз удостовериться я...

“Не чувствую”

- Кап, кап.

Сидя на влажной скамье, закинув голову вверх, созерцая заполненное чёрными тучами небо, я пытаюсь попять, что делать дальше

- Как же давно я видел последний раз дождь.

“Сын уехал в академию”

От этого факта кольнуло в груди.

Одежда уже промокла, облепив бледную, точно у мертвеца, кожу.

“Надеюсь он найдёт друзей. Он гениален, да ещё и слишком высокомерен. Ему будет сложно общаться с другими людьми, особенно детьми своего возраста. Ведь дети очень жестоки. Чёрт, я не могу наблюдать за ним там”

Магическая академия Альфред, названная в честь прошлого короля. Это единственное место куда я не могу послать наблюдателей. Там слишком сильная против-магическая защита, да и лучшие в своих специальностях учителя.

“Они мигом опознаю моих наблюдателей. Особенно он. Ведь он там уже как лет пять работает учителем”

Улыбнувшись, так скупо, будто бы вдруг на похоронах услышал смешную шутку, но сдержался, я стёр рукой с лица капли дождя.

“Да. Он позаботится о нём. Но все равно может лучше вернуть его пока не поздно? Всё же академия очень далеко отсюда. Хоть и для меня нет понятия расстояния. Благодаря телепортации, я могу без проблем попасть почти куда угодно, но это будет очень манна-затратно. Я не могу разбрасываться этой способностью. Особенно в моём состоянии.

Поэтому может всё же стоит забрать?... Нет. Ведь раз даже у меня с наблюдением за этим местом всплывают проблемы то, не стоить беспокоится за его безопасность. К тому же с ним Фиона”

На этой мысли сознание переключило внимание на воспоминания.

Девочка, робко стоя возле меня, перебирая пальцами, едва заметно улыбается. Видно, что она нервничает. На ещё молодом, совсем детском личике, которое уже начало приобретать женственные черты, проглядывается пунцовый румянец.

- Тебе, идёт это платье.

Я знаю, чего она ждёт. Это последняя наша встреча в ближайшие несколько лет. Да, мы будим общаться с помощью писем, но редко, сын не должен прознать, что она поддерживает связь со мной. И поэтому, она обычно не особо обращая внимание на свой внешний вид вдруг так приоделась.

Дерзкое красное платье, слегка темнее её похожих на огонь волос, оно выгодно подчёркивает изгибы её уже ставшего женственным тела. Грудь слегка выросла, бёдра стали объёмнее. Природа уже даёт понять, что девочка вскоре будет готова стать матерью.

“Как же быстро начало лететь время. Ей уже четырнадцать. Нет, хотя. Да, всё правильно, скоро пятнадцать стукнет. Уже почти женщина”

- Правда?! Мне идёт?

Радостно вскинув руки, она непроизвольно приблизилась ко мне. Её курносый носик, коснулся моего.

- Да. Очень. Ты прямо на женщину стала похожа.

- Хэхххх. На женщину.

Миленько покраснев и прищурившись, она начала тереть пальцем щёку.

- Неужели вы уже начали видеть во мне женщину?

В его глазках таких невинных, промелькнуло ехидство, и я даже бы сказал победа, когда губы исказились в сладкой улыбке.

- Тебе ещё расти и расти, чтобы я увидел в тебе женщину.

Оскалившись, я яростно, но в тоже время мягко, взлохматил её зачёсанные волосы, которые так непривычно смотрелись на ней. Как и собственно всё это.

“Да уж. Хоть и красивая девочка, но я привык её видеть то в тренировочном костюме полностью в поту и грязи, то в мятой пижаме с про сони и волосами похожими на только свитое гнездо или же неряшливо надетом костюме горничной. Так что для меня она такая, как обезьяна в платье”

- Нуууу. Я ведь столько времени укладывала их.

Недовольно скатав губы трубочкой, она начала гладить взъерошенные волосы, но безуспешно. Только она заканчивала их зачёсывать, как они вновь принимали форму гнезда.

“Как же хочется, чтобы эта девочка просто жила для себя. Жила обычной жизнью девушки, чего-то добилась, влюбилась, вышла замуж, а потом и завела детей. Но этому не суждено произойти по крайне мере пока.

Пока я нуждаюсь в ней. Да, она нужна мне. Мне нужно, чтобы она защищала моего сына и была моими глазами и если понадобиться руками. Лишь благодаря этому я всё же смогу отпустить сына в академию, отпустить его от себя.

Только по этому причине она всё ещё жива. Я трачу слишком много манны на поддержание её жизни, чтобы вот так вот просто позволить ей разгуливать без дела. Может это и цинично, и я бы даже сказал бесчеловечно, но другого выхода нет. По крайне мере гуманного”

- Фиона. У меня очень важная просьба.

Сменив тон с мягкого, на чуть более строгий, я посмотрел ей в глаза. Она, поняв, что пора быть серьёзнее, выпрямилась, её глаза засверкали, а лицо приняло сосредоточенное выражение.

- Вы уже завтра уезжаете в академию. И там Кларку среди новых людей будет очень сложно. Ты ведь знаешь, насколько он высокомерен. В этом есть и часть моей вины. Я плохо выполнил роль отца. Так что приглядывай за ним. Хорошо? Будь для него и заботливой сестрой, но в тоже время если придётся стань строгой, словно мать. Отчитай его, как маленького ребёнка.

“Мать. Да? А где же его мать, когда она так нужна? Всё продолжает сидеть взаперти. Сколько уже лет прошло? Неужели я был настолько жесток?”

Рука, которая мягко поднялась, чтобы прикоснуться к такому светлому и молодому ангелочку, влюблённому в меня или же она видит во мне лишь проекцию своего отца, любимого когда-то, вдруг отдёрнулась, будто бы от огня.

Может в её светлой ещё не запятнанной ничем душой, играет немного из того и немного из другого.

Я не особо задумываюсь об этом, ведь это бесполезно. Правильно ведь. Любовь даже если она и есть, в её возрасте быстро сотрётся временем и расстоянием. Поэтому это и не стоит называть любовью. Просто первая влюблённость юной девы. Каждая девушка должна пройти через подобное в период взросления.

Ну не важно. Я опять слишком задумываюсь о таких бесполезных мелочах. Да. Я пытаюсь отвлечься от тех неприятных мыслей, что словно надоедливые мухи пожирают моё сознание заживо, не оставляя от той моей личности и следа.

Я не хочу думать о бывшей жене, о том, что с ней сотворил я, не хочу скрепя зубами оставлять сына. Я думаю, что он всё ещё мал. Ему ведь только двенадцать, но если я не отпущу его это ни к чему хорошему не приведёт. Каждый ребёнок когда-то должен вылететь из гнезда, туда куда родители не смогут так легко попасть.

Он мужчина он должен возмужать, познать себя, чтобы стать тем, кем является на самом деле, а не быть запертым в тщетных попытках превзойти меня. У него это все равно не выйдет.

Он не превзойдёт меня, пока не перестанет быть человеком, как бы он этого не хотел.

“Да. Я уже не человек”

Я посмотрел на бледную руку, что уже не чувствует тепла и прикосновений. Она предательски дрожит. Она постарела и иссохла.

“Надеюсь его вожделение силы, жажда превзойти меня не приведёт его на тот же путь, что и меня. Ведь из него уже нет пути назад”

Я вновь отвлёкся. Рой предательских мыслей, пропитанных смрадом кладбища, вновь сбил весь смысл раздумий.

“Нет, я думал о Наре. Да, я поступил с ней жестоко. Очень жестоко. Она ведь была всего лишь наивной девушкой, желавшей только одного. Быть любимой. Ей хватало всего-то спасать людей. Незнакомых ей людей, совсем чужих, но я отобрал у неё это, эгоистично перекинув всё внимание на себя.

Вспоминая сейчас всё то, что произошло между нами, я понимаю, что мог поступить иначе. Мог отдалиться, но я не хотел этого тогда. Я нуждался в ней, что после первой встречи, что даже сейчас.

Я до сих пор нуждаюсь, если не в её любви, так хотя бы в преданности. Да я сказал, что она свободна, но видимо она поняла, что я сам не верю в свои слова.

Думая о тех своих словах, когда я вспылил и поднял на неё руку, когда отвернулся от неё, словно от брошенной псины, нагадившей в обувь, я чувствую себя отвратительно, словно душу пометили кошки”

- Дядюшка?

Любопытный взгляд больших глаз, оказался прямо перед моим лицом. Её длинные реснички быстро опускаются, чтобы в тоже мгновение взлететь.

- Ничего, Фионачка. Ничего. Я просто. Нет. Ничего.

Погладив ещё раз её по головке, я устало улыбнулся, уже слабо понимая, что делать дальше.

- Не подведи меня, Фиона.

- Угу. Не подведу.

Она так предательски улыбнулась, своей искренней улыбкой, словно кошка, зажмурив глаза.

“Прости меня, Фиона”

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

"Какой же я трус”

Стоя напротив двери в спальню Нары, я не могу решиться войти, даже постучать. Кулак уже поднялся и почти касаясь деревянного покрытия приблизился к двери, но не может завершить движение.

Я стою, пытаясь разобраться в причине страха. Почему же так сердце не спокойно, а ноги предательски отказываются сделать ещё хоть шаг?

“Почему же я не могу войти туда? Мне страшно? Почему? Я уже не человек. Я не боюсь даже смерти, даже больше, я её желаю всем своим уже мёртвым сердцем, я не боюсь монстров, демонов, столпов, влияние церкви, даже богов, но полностью беззащитен перед сломанной мной же женщиной”

Я не могу войти туда и понимаю почему. Я уже это понял. Понял, но ещё не до конца принял. Я не хочу показать ей то, кем стал. То, кем, точнее, чем я являюсь сейчас. Это уже не тот сломанный человек, которым я сюда прибил.

Уже нет. И даже не тот слетевшей вовсе скатушек после смерти Риты с Ларой. Тогда я хотя бы оставался человеком. Я мог ещё вернуться, хоть и шансы были маленькими, но сейчас, чувствуя, как внутри меня ползает с десяток насекомообразных монстров, пожирая меня, я понимаю, что у меня уже нет пути назад.

Так и не набравшись смелости, я опять вернулся в свои покои, находящиеся в противоположном крыле замка.

- Снова не смог войти.

Сев в свежую кровать, я устало вздохнул. Пол поскрипывает под ногами, а лёгкий сквозняк, проникающий в комнату через большое окно, заставляет шуршать обшарпанные куски обоев.

- Гххххгхг.

К горлу подступил густой комок, затруднивший дыхание. Во рту разгулялся привкус железа.

Отхаркавшись в руку, я увидел на ней кровь. Такую загустевшую и слизкую. Сразу за этим последовал удар боли в висок, а в левом глазу потемнело.

Щека дёрнулась, а на лбу собрались морщинки, по которым потёк холодный пот, вызванный болью, но я не чувствую её.

Руки холодно подрагивают, сердце бешено стучит, организм буквально взвыл о помощи, но боли нет.

- Чёрт.

Прохладная жидкость потекла по щеке. Приложив окровавленную руку к глазу, я почувствовал ладонью мелкие ножки, судорожно двигающиеся. Ну вот не успел я отреагировать, как в ладонь выпало нечто шарообразное покрытое слизью.

Я сразу понял, что это мой глаз, а сейчас в пустой глазнице у меня извивается уже отживший своё монстр паразит.

Это очень скрытный вид паразитов, к тому же крайне редкий, обитаемый в основном в землях драконов. Они поселяются в их телах, питаясь жизненной силой. Для драконов это не очень страшно, максимум, что от них им будет, так это они умрут на лет пятьдесят раньше, что для драконов как комариный укус, когда для обычного человека это чуть ли не смертельный приговор.

Заразись ими обычный воин из этого мира он бы умер в течении шести месяцев, когда я уже с ними почти лет десять.

Но обычно они бы даже при угрозе смерти не стали бы паразитировать на человеке. Слишком уж мало у него жизненной силы и она сложно усваиваемая, поэтому я искусственно вживил их в своё тело, ведь если их грамотно использовать можно получить от них огромную прибавку в манне, конечно, взамен на свою жизнь.

Каждая особь увеличивает мой интеллект, то бишь манну где-то на четверть, путём стимулирования пунктов производства манны. И что самое замечательное, они способны усиливать друг друга. Во мне их уже примерно с десяток.

Это возможность оказалась слишком для меня соблазнительной, чтобы отказываться. Поэтому я и начал экспериментировать, поначалу отрывал их ядовитые клыки, а затем и некоторые лапки, пытаясь как можно лучше оптимизировать потребление не затронув пользу. Я даже достиг определённых успехов, но никак не смог вовсе обнулить.

- Начали дохнуть слишком быстро.

Скрипя зубами, вытащил продолжавшее дёргаться в предсмертных конвульсиях насекомое. Я попытался встать, но упал.

Голову резко закружило, а ноги подкосились.

“Чёрт, нужно быстро заменить”

Пальцы рук дрожат, затылок взмок от холодного пота, а во рту пересохло - верные признаки дефицита манны. Я, чувствуя подступающую тошноту, пополз к тумбочке. Хвала она оказалась рядом.

Рукой найдя в ней уже знакомый бутылёк, я осушил всю голубоватую жидкость за раз.

- Хаа.

Поморщившись от неприятно-горьковатого вкуса, я потряс головой.

- Это было неожиданно.

Придя в норму, я выкинул бутылёк и направился к шкафу.

“Я помню тебя Фройля. Я ведь вживил тебя только месяца два назад”

Насекомое в холодной руке уже вовсе перестало двигаться.

Ладонь влила в ручку шкафа манну, тем самым активизировав пространственный замок, реагирующий только на мою манну.

Распахнул двери шкафа.

“У меня осталось совсем мало времени. Не больше пары лет. В лучшем случае я могу протянуть лет пять, если повезёт”

Пробежав по трём большим, почти с половину меня ростом аквариумам, заполненным белым песком, я закинул в него, мёртвое тело насекомого.

Не прошло и трёх секунд, как тело насекомого коснулось песка, как сразу же из него вырвался один из её сородичей.

Он, недолго думая, сразу же вцепился челюстями в неё, прокусив той панцирь.

- Кушать подано.

Ещё пару секунд и из разных углов появилось ещё особей шесть. Они тоже набросились на тело насекомого, начав драться со своими же сородичами.

Начался бой, после которого остался лишь один победитель, а остальные истекая полупрозрачной кровью спрятались в песках.

“Геркулес, а ты как всегда не даёшь другим и шанса”

С улыбкой, я через зеркало погладил силуэт, Геркулеса, который победоносно пожирает свою добычу, добытую в сложном бою.

Эти насекомые способны выживать в очень хардкорных условиях. В камнях, в песке, на необитаемой земле, да даже в пустынях и в заснеженных землях.

Их панцири работают как терморегулятор. Они и охлаждают их тела во время жары и согревают, когда холодно. Еда для выживания им как таковая не нужна, да и они не могут её переварить. Они питаются исключиться манной.

В случае необходимости могут выжить, высасывая манну из земли и растений, но бывают и случаи, когда они начинают поедать собственных сородичей. Ведь только их мясо они худо-бедно способны переварить.

Вот, что интересно. Во время голода, самки могут изнасиловать самца, который будет рьяно этому сопротивляться, ведь половой акт отнимает слишком много сил, вплоть до полного истощения.

Ну и вот после того, как самка будет оплодотворена, она спустя неделю родить с десяток маленьких личинок, своих детей, которых будет поедать, чтобы выжить.

Одной личинки ей хватит примерно на месяц, но вот детёныши вырастут уже через три месяца. И в итоге самка, желавшая выжить за счёт поедания своих детей, сама в итоге будет съедена своим же потомством.

Вот так вот и происходит процесс их размножения.

“Жестокая система”

Резкий укол боли в пустой глазнице, заставил поморщиться.

- Среднее исцеление.

С тёплым ощущением вернулось и зрение.

“Я уже разваливаюсь. Придётся поспешить”

-”Давно пора”

Такой знакомый голос, пропитанный холодом и болью, эхом раздался в голове.

“О какие демоны. Шут. Ты ли это? ”

В последний раз я слышал голос Шута год назад. Тогда он просил меня напасть на короля демонов, пока я ещё в состоянии это сделать. Он не умолял, нет. Для этого он слишком горд, но вот приказывать пожалуйста.

-””

Он не ответил.

“Хорошо. Мы расправимся с королём демонов. Но перед эти нужно сделать кое-что”

- “Что на это раз?”

В его голосе прозвучала усталость.

“Церковь”

В отражении аквариума, я увидел очертание своей улыбки. От этого вида кровь в жилах заледенела. Я, сглотнув, попытался стереть её с лица, но ничего не вышло. Я продолжаю улыбаться, а сердце так волнующе выбивает тёплый ритм предвкушения.

“Нужно разрушить её”

Представив в руке их главное здание, я сдавил его в руке.

- Полностью.

Начало революции

Медленно шагая по вспаханной, костлявыми ногами, земле, я вдыхаю запах гари. Кожа, которая кажись уже совсем перестала ощущать хоть, что-то, вдруг потеплела. Я чувствую жар от деревянных домиков, поглощённых огнём, в сотне метров от меня. Особенно сильно пылает щека. Даже глаза пришлось слегка прищурить.

Даже и не понятно почему, я щурюсь. Толи из-за того, что заставляет огнь, а может быть просто не хочу смотреть на творения рук своих.

- Нет! Сынооокк!

До ушей доносятся выкрики матерей, зовущих детей, которых в своих холодных руках держат скелеты, призванные мной. Крокодильи слёзы текут по лицам матерей и их детей.

- Мамочка!

Дети кричат, вытянув руки к матерям, стоящих на коленях с ржавыми мечами у тоненьких шеек.

Они такие не одни. Отцы, братья, старики. Их десятки, выстроенные в линию, напротив своих плачущих родственников.

Их взгляды полны боли и отчаяния. Тела, запачканные рыхлой землёй, смешанной с кровью и сажей, дрожат, а на головах чуть ли не посверкивают рожки.

“Каков вид? А?”

Упираясь на трость, я медленно, никуда не спеша, под пристальные взгляды всех оставшихся в живых, вышел в середину.

- “Это было обязательно?”

Запах горелой плоти ударил в нос, заставляя живот наполнится теплотой, а губы подрагивать в тщетных попытках остановить растягивающуюся улыбку.

“Ну, не дуйся. Как говориться цель оправдывает средства”

- “...Неужели, всё это было необходимо?”

На этот вопрос, пропитанный ненавистью, я, задумавшись, ответил.

“Не скажу, что не мог бы без этого обойтись”

Постучав по засохшим губам указательным пальцем, я присел на спину скелета, который встал на четвереньки стоило мне только начать сгибать колени.

“Но вот в чём проблема, Шутик. Я, конечно, мог бы ворваться в замок к королю демонов. С ноги там выбить дверь в его покои, но это через чур уж рискованно.

Я не знаю, насколько он силён. По твоим же словам он был наравне с тобой. И это ещё сколько лет назад и когда ты был в своём родном теле. К тому же не стоит забывать о столпах и его личной страже.

Ещё молчу о миллионе воинов, через которых мне нужно будет пройти, прежде чем попасть в этот треклятый замок, окружённый барьером, высасывающий ману именно из людей.

И что я могу противопоставить всему этому с таким телом?”

В подтверждении своих слов, я повертел иссохшей кистью перед глаза. Всё это время я ни сказал ни слово. Вокруг тишина, лишь ветер и шум тлеющих остатков домов, смешивается со сдавленным скулежом пленённых.

Они смотрят на меня, кто с отчаянием, кто с ненавистью, но общее у них одно. Они не смеют даже пикнуть. Один уже пытался начать, но его обезглавили в тоже мгновение, как только он открыл рот.

Его тело до сих пор отрыгивает из идеального среза на шее литры крови, что так беспощадно впитывает в себя рыхлая земля.

Все мы окружены бездушными скелетами, без частички плоти. Их глазницы пусты, а окроплённые кровью рёбра выставлены напоказ. Одно их присутствие вызывает у безоружных почти голых пленников дрожь.

Дети хотят заплакать, но онемели от страха, в добавок дрожащие матеря всеми силами показывают им руками, чтобы те не смели пикнуть, хотя сами затыкают рты, чтобы не закричать.

- “Я могу...”

“Я знаю, что ты можешь”

Закинул одну ногу на колено к другой, сжав обтянутую тонким слоем дряблой кожи руку до хруста.

“Понимаешь, Шут. Мы с тобой уже давно знаем друг друга. Я не совру если скажу, что в этом мире ты самый близкий мне человек. И в прямом и переносно смысле этого слова. Только без гомосятины”

Издав короткий смешок, я быстро пришёл в себя, подавив позыв рассмеяться.

“Именно поэтому я не дам тебе контроль над моим телом. По крайне мере до тех пор, пока не достигну всех целей”

Да, я знаю Шута. Очень хорошо знаю человека, то есть демона, что на старости лет перестал переносить насилие. Да он может им воспользоваться если этого требует ситуация, но и только.

Он ненавидит сам факт того, что сильный обижает слабого. Он может пожертвовать чем-то лишь бы только избежать бессмысленного насилия. Особенно если в него вмешаны дети и женщины.

Я понимаю почему. Они напоминают ему его жену и ребёнка. Даже в своей мести он не отходит от этого правила. Дай я ему сейчас контроль над своим уже почти умершим телом, он сто процентов сразу же ворвётся в замок к королю демонов. И даже может и уничтожит, но ценой своей и моей жизней.

Его я не забочу, ведь в его глазах, я ненамного лучше того же короля демонов. Даже может быть и того хуже.

Я готов пойти на всё, что угодно для достижения своих целей. Поэтому скорей всего Шут меня презирает. Я и не против такого к себе отношения. Даже больше, я его жажду. Я рад что у меня есть такой друг, такая часть меня, которая может меня убить, дай я слабину.

“Немного. Потерпи ещё совсем немного. Убьём столбов, разрушим церковь и когда сыну исполниться шестнадцать, я полностью отдам себя в твои руки. Делай всё, что захочешь. Я даже облегчу для тебя процесс”

Столбы это в каком-то роде претенденты на пост короля демонов, случае его отставки или гибели. Так что чтобы изменить этот мир и напакостить богам, я должен уничтожить сначала их.

Прибавь к этому разрушение церкви...

“Вскоре мир погрузиться в разруху”

Нет ничего хуже для богов с их выстроенной за долгие века системой “многочисленных пастбищ”, как её уничтожение.

Это затруднит получение манны из их участков, баланс разрушиться, мир начнёт меняться, а богам придётся подстроиться либо же вымереть. Пусть разделят участь всех, когда-то властвующих в моём мире животных.

Убей я только короля демонов с его свитой, тогда бы люди просто бы поработили демонов, сделали бы их своими рабами.

Этот ветвь истории неплоха сама по себе, и я бы даже сказал, что стабильна. Для моего сына будет идеальный мир, но если честно, я не хочу такого мира. Мира, где мой сын будет обращаться к другой расе пренебрежительно только потому, что он человек. Я не хочу такого будущего для него.

Тем более он умный парень. Лет в тридцать, а то и раньше он поймёт, что это не совсем хорошо. Вот так вот относиться к равным себе существам. Это сделает его одиноким, ведь умных людей, способных думать против системы мало. Это сделает его одиноким. Он будет страдать.

Есть конечно шанс, что он не задумается об этом и до конца жизни будет жить спокойно, при этом имея один другой десяток рабов.

Это ещё хуже. Мне противна сама мысль о том, что мой сын вырастит таким.

Да и не стоит брать в расчёт вероятность, что рабы, которые в разы сильнее своих хозяев, могут взбунтоваться. У них это даже может получиться. Я что-то сомневаюсь, что текущая верхушка власти сможет достаточно хорошо управляться с рабами, чтобы те не с бунтовались.

Так что лучше будет уничтожить столпы, на которых зиждиться весь мир. Король демонов, ведь у демонов жесткая система иерархии. У них нет бога, лишь мифы, но не более. У людей же, хоть и монархия, но не такая сильная.

Король делит власть с церковью.

“Я уничтожу церковь, а после убью короля демонов с его верхушкой, к тому же ослаблю влияние монархии. В идеале, вовсе от неё избавиться, но это само по себе произойдёт, но уже после моей смерти. Мой сын застанет это время, а я уже нет”

- И для этого.

Посмотрев в небо, скрытое от взора чёрным туманном, я устало улыбнулся.

“Мне нужно поселить волнения в империи демонов”

Наклонив голову, я посмотрел на дрожащих в страхе демонов, которых как раз и использую для этой цели.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Не знаю сколько прошло времени с тех пор, как в последний раз был в замке. Год? Нет скорее всего прошли все два.

- Наконец-то.

Поглаживая бедро сидящей на коленях “номера два”, я улыбнулся, откинув голову бок.

- Не думаешь ли, что это прекрасно?

Губы растянулись в садистской улыбке, смотря на стоящую смирно с лицом лишённых каких-то эмоций. Периферийным зрением я вижу видеозапись на стене о том, как один из влиятельнейших архиепископов придаётся утехам с одним молодым юношей с одним рожком на лбу.

- Отвратительно.

Не согласилась со мной номер один. Она в отвращение сжала руки.

- Ну, что же ты так категорично. Каждая любовь имеет место быть.

Улыбка стала ещё шире. Запись как раз подошла к самому интересному моменту. Молодой парень вошёл дряблое тело старика своим, я бы даже сказал немаленьким прибором. Старику очень нравиться. Судя по лицу, он в восторге.

Он, что-то выкрикивает судя по то и дело открывающему рту. Видимо просит ещё.

- Пхххх.

Я не удержался.

“Забавно. Как же всё-таки интересно народ отреагирует на это? Архиепископ религии, в которой мужеложство, стоит на одном уровне с убийством. За это обычного селянина бы уже давно приговорили к прилюдной казни, а его семью если бы она у него была заклеймили бы позором до конца их дней.

С ними даже садиться в одном пабе не стали, ни то, что здороваться. И тут такое”

- Как же я люблю всё это лицемерие общества и особенно вышестоящих. Скорей всего на всех своих проповедях он зачитывал этот грех с серьёзным и даже может быть устрашающим лицом. Пхпххпхпх! Да не возлежит мужчина с мужчиной! Ведь это мерзость неестественная, не ведущая к зачатью жизни священной!

Похлопав энергично по колену, я поцеловал номера два в губы под сменяющийся кадр. Теперь зрителям то, есть мне, номерам, а так же миллионам наблюдающим на площадях людям открылась другая картина.

Тоже архиепископ. Но теперь всё более тривиально. Он всего-то мучает мужчин и женщин, запертых в темницах до смерти. Он улыбается, выковыривая глаза у заточённых в кандалах людей. Они молят о пощаде, но он лишь смеётся.

И таких видео там целый архив.

“Всё же классную вещь я изобрёл”

Я долго работал над этим изобретением, пародирующим принцип действия камер. Манна принимает форму микроскопического холста, на котором маной выжигается вид того, что видит призывающий.

Это происходит очень быстро. За секунду запись вырисовывает где-то с шесть десятков таких кадров. Они сохраняются в специальном физическом накопители, который тоже изобрёл я, а потом производятся стоит только влить ману.

Я изобрёл этот артефакт ещё лет пять назад. Я специально это сделал. Ведь покажи я это видео людям ничего не знавшим в видеосъёмке они бы даже не восприняли бы информацию из него, подумав, что это какая-то иллюзия.

Но я поступил умнее, отправив их на рынок по смешной цене, позволил им попасть почти в каждые руки. И как только видеосъёмка стала нормой, я и показал все эти видео, сделанные ещё год назад.

“Теперь та церкви придёт конец. Осталось только поддерживать напряжение, чтобы всё это само собой не остыло, благодаря сотням людей, которых воспитала церковь. Они самые верные его представители, чтят все заповеди. Так что это бесчинство взбесит их чуть ли не до дрожи.

В итоге церковь погубят её же самые преданные последователи. Прибавь к этому желание и самого короля избавиться от церкви, с которой он делит власть и можно сказать, что со сто процентной вероятностью цель выполнена. Хотя насчёт короля не уверен. Для него вряд ли такой метод будет в приоритет.

Как я понял у него свои планы были на этот счёт. Не такие кровавые”

- Всё идёт по плану.

“С тысячу демонов чьих жён и детей я пленил уже наводят шорох в королевстве демонов. Они разносят слухи, которые я хочу, они пробираются в тюрьмы и освобождают преступников, занимаются вандализмом, разносят по стране ужасный наркотик пока за бесценок, вызывающий сильное привыкание.

Предварительно я подмял под себя все синдикаты, торгующие им. Так что я контролирую полностью его пути поставки. Наркотик производится в королевстве людей, у демонов просто нету ни знаний, ни оборудования, ни ингредиентов для его создания. Так что теперь я могу диктовать цену.

Это приведёт к тому, что бедные слои населения не смогут купить дурь за честно заработанные деньги. Они начнут красть и убивать ради того, чтобы получить так желаемую дозу.

Всё было бы отлично, если бы только один из синдикатов не взбунтовался. Я думал, что у меня будет полная монополия, но тут не задача. Вдруг появился один человек, чьё лицо скрыто за какой-то маской и отбил у меня один из синдикатов. Судя по слухам о очень умён, да ещё и силён.

Сразу же запрятавшись где-то в горах, они начали производить и продавать наркотик по дешёвки. Это неприятно, но они не производят достаточное количество, чтобы это стало для меня проблемой. А разбираться сейчас с ним у меня нет времени. Я слишком занят подготовкой нападения на короля демонов.

Главное не позволять другим синдикатам последовать его примеру. Уже были прецеденты, но номер один и два быстро решили проблему, перерезав всех неповиновавшихся”

- Хозяин.

Я почувствовал тёплый палец на щеке. Он скользнул к шее, мягкие губки прошептали мне на ухо.

- Вы рады?

- Да, номер два! Конечно, рад.

“Никогда не думал, что просмотр гей порно так обрадует меня”

Я сжал сильнее ягодицу второй, предварительно шлёпнув.

- Да, что там, я в восторге!

“Ещё совсем немного осталось. Совсем чуть-чуть и я наконец-то смогу закончить всё это. Шут, ты ведь тоже рад?”

-”....”

Не получив ответа, я погрустнел, но только лишь лицом. Шут уже с год перестал со мной общаться. Ему я стал слишком уж отвратителен после того, что сделал с его народом. Наркотики, убийства, отрава, вандализм, шантаж.

“Ну ещё бы он не обиделся. Ну это не важно. Во всяком случае цель та у нас одна. Так что он появиться, когда будет необходим”

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Лязг клинков о самодельные оружия и щиты, словно симфония, вливается в уши, заставляя сердце, почти отработавшее своё, трепетать.

“Наконец-то. Настал этот момент”

Очередной предсмертный вздох отдавшего душу крестьянина, чьё умирающее тело растаптывают такие же как он крестьяне, даже не замечая этого в пылу битвы.

Мужчины, женщины, старики и дети, все держат вилы, ножи, мотыги, деревянные щиты. Их глаза налиты кровью, а рты искажены злостью.

“Давай те же высвободите это. Злость, отчаяние, чувство что вас предали. Вы безоговорочно верили церкви, следовали их заповедям, жили кротко, платили дополнительные налоги в казну церкви, чтобы в итоге узнать это”

Не прошло и недели с того момента, как запись грехов архиепископов распространилась по всему королевству. Начались волнения, из которых я взрастил древо революции.

“Да, революции, которая полностью сотрёт с лица королевства раковую опухоль под названием религия.

Люди перестанут верить богам, но как бы грустно это не было, но они не могут жить без веры, во что ни будь. Поэтому они вскоре изберут себе нового бога. И этим окажутся деньги. Жажда денег приведёт мир к капитализму, капитализм улучшит экономику, хорошая экономика сделает королевство могущественней.

Именно в таком королевстве, где голод и страдания будут минимальными, как раз и будет жить мой ребёнок, а после и его дети.

Да, я надеюсь на это”

Стоило только завершить поток мыслей, как меня встретил очередной лязг поношенного меча крестьянина о металлический щит рыцаря. Рыцарь в ответ взмахнул мечом и разрубил грудь крестьянина.

Кровь окропила каменную дорогу королевства в стенах, которых и началось восстание. Крестьяне требовали ответа. Чтобы тех архиепископов, запечатлённых на видеозаписи, казнили прилюдно, но трусость и страх за свои жизни столпов церкви только ухудшил ситуацию.

Как раз в это время короля не оказалось в королевстве. Он был вынужден уехать на сражение с войском демонов, которых я же и вынудил на это.

Это было легко. Просто надо было распустить слух, что королевство готовиться к нападению. Ну и ещё сжёг парочку другую деревень, а после внушил выжившим ложные воспоминания о том, что это было целое войско людей.

Пришлось так заморочиться, чтобы король ни в чём меня не заподозрил.

“Хорошо, что я подождал его уезда. Он ещё тот тиран. Хоть и любит народ не меньше своего папаши, но у него методы отличаются. Он бы просто перебил с сотню, чтобы другие успокоились, а потом в назидание другим с десяток бы казнил прилюдно. А затем медленно восстановил бы церковь, чтобы через десяток другой лет попробовать тщетную попытку в её расформировании, только мирным путём”

- Хозяин.

Вечно металлический голос номера один дрогнул, оголив зажатость и даже робость.

- Уже время.

Понимающе кивнув девушки в платье горничной, что стояла всё это время по обок от меня на крыше высокого здания, из которого открывается самый лучший вид, я сел свесив ноги над продолжающей бойней.

- Давай.

Улыбнувшись, я похлопал себя по коленам.

Она робко кивнув, всё ещё не теряя лица, села.

- Я весь твой.

Погладив её волосы, я смотря в её зелёные глаза, от которых у меня даже сейчас сердце замирает, внезапно грубо прижал её к своей шеей.

Холодное дыхание и острые, как два кинжала клыки, вонзились в бледную кожу. Боль, едва ощутимая, словно под обезболивающим кольнуло иглами.

Всё тело вздрогнуло от этого чувства, высасывания крови. Неприятно ощущение, словно из тебя вытягивают, что-то очень важное.

- Спасибо, хозяин.

Закончив, она стеснительно, смотря вниз, сжала бледные руки. Именно в такие моменты можно увидеть на её лице хоть какие-то проявления эмоций.

“Даже во время секса она менее эмоциональна. Это разбивает мне сердце”

Хорошее настроение, вернувшее меня в то состояние, когда я ещё был молод, стерлось уже через минуту. Ведь за спиной появился один любопытный экземпляр. Хотя будет точнее сказать, что он прилетел ко мне на белых крыльях, светящихся золотом.

“Ангел”

Расцвела, словно ромашки в мае

- Привеееттт.

Мягко, словно перо, танцующее по воздуху, голова склонилась в бок, когда губы искривились в злорадной улыбке, оголив злорадный оскал победителя.

“Наконец-то явился. Я уже думал, что я неприкасаемый”

Ангел, чьё без прикрас красивое лицо, словно с обложки глянцевого журнала, с холодной миной уставлено на меня, сейчас стоит в пяти метрах от меня.

Хоть он пытается быть беспристрастным, но я та вижу по едва дрожащих губах, на слегка прищуренных глазах, гнев. Такой, который требует массу самообладания, чтобы сдержать его, перед этим нацепив ошейник на того зверя, что сейчас бушует в его груди, скрытой за белой мантией.

“Уверен его ангельское сердечко выбивает такой ритм, что битмейкеры всего мира бы позавидовали”

- Эээээййййй, я тут.

После секундного соревнования взглядами, его голубых, против моих карих, он просто посмотрел на Первую. Она затихла с его приходом. Она и всегда была тихой и смирной, но сейчас напряглась и даже шагнула назад.

“Что, чувствуешь опасность? Как и насекомые внутри меня”

Погладив живот, как раз в котором и забушевала большая часть сороконожек, я повторил.

- Тут, понимаешь?

Я даже уже хотел помахать руками, привлекая его внимание, как он вдруг заговорил.

- Лишь наполовину.

Сказал тихо, словно говорил сам с собой.

“Я для него, что пустое место?”

Не скажу, что его отношение во время встречи, которой я добивался столько лет, не выбесила меня. Скорей подействовала на нервы.

- Плохо.

После этого комментария, который прозвучал ещё тише предыдущего, он наконец-то вновь посмотрел на меня. В этот раз он не стал скрывать истинных эмоций. На его чуть ли не женском лице, выразились черты презрения.

- Бесполезный мусор. Ни на что не способен.

Словно выпленув эти слова, он обернулся.

“Эй. Он что уйти собрался?”

Похрустев пальцами, тщетно стремясь унять бешенство, уже подступившее к горлу, я дёрнул указательным пальцем.

Из ногтя вылетел огненный хлыст, ударивший по его плечу. Я вложил достаточно сил, чтобы по моим расчётом хотя бы поцарапать его, но хлыст даже не успев достигнуть его одеяний, просто растворился.

“Чёрт. Сильнее, чем рассчитывал. Я конечно понимал, что ангелы сильны, но не настолько”

- Глупец.

Сказал он ровно лишь с нотками едва слышимой злости в голосе. Он даже не удосужился обернутся.

- Далеко не нова. Люди глупы. Получив лишь кроху силы, они не редко думают, что боги им теперь не нужны. Видите ли они теперь сами смогут справится. Но вот в чём загвоздка. Эту силу дали им мы.

Он щелкнул пальцами. Звук от этого щелчка, болезненно ударил по ушах. Я хотел прикрыть уши, скривившись в болезненном выражении, как почувствовал тёплую жидкость, скатывающуюся по щеке.

В скулу ударила лёгкая боль, а в носу засвербело запахом горелой плоти.

“Я даже не заметил”

Я только коснувшись маленькой ранки на лице понял, что произошло. Он использовал стрелу света. Она воткнулась в каменный пол за моей спиной перед этим едва задев мою щёку. Рана несерьёзная и даже не болит, но он этого и добивался.

Я понял, что возжелай он этого, меня бы уже тут не было.

“Наша разница в силах настолько велика?”

- Презренный глупец, возомнивши себя богом. Не забывай, что ты просто человек. Лить жалкое подобие, достойное лишь ползать и восхвалять нас богов.

Выпленув напоследок, он даже не посмотрел на меня, прежде чем распахнуть крылья и улететь. Я не смог разглядеть куда он направился. Он просто исчез.

- Чёрт!

Вновь коснувшись раны, которая затянулась после использования заклинания, я выругался.

“Какая сила”

- Я даже не заметил. Чёрт!

Сжав кулаки, я до боли напряг плечи, чтобы через мгновение сокрушённо их опустить, смотря вниз, словно побитая шавка.

“Да. Я ослаб. Да у меня почти нет маны, пусть и неожиданно, но даже так... Я ведь не заметил, как он использовал магию. Не увидел и не почувствовал”

- Неужели вот он предел, до которого может дойти человек?

Глаза сами поднялись вверх. Не могу сказать зачем, но думаю, я искал ответ. Ответ у небес, отнявших у меня всё.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Отвратительно.

- “Рита, Рита. Я люблю тебя”

Длинные ногти, полоснули по коже, словно лезвия, но кровь не пошла. Обнажилось лишь бледно розовое мясо.

- Мерзость.

- “Рита, мы всегда будем вместе. Ты больше никогда не оставишь меня, Рита. Я не позволю”

Сладкий голос, голос мужчины, моего господина. Его губы, слегка приоткрывшись целуют мою кожу, его лёгкая щетина щекочет кожу, слабое тепло его тела, сливается с моим.

Он продолжает говорить это, пока я полностью обнажённая разделяю с ним ложе. Его сильные руки, хоть и с виду не скажет никто, что они таковы, обнимают меня, но держат они не меня.

Его слова ласкают слух, но направленны они не на меня. Он смотрит в мои глаза, но в отражении его я не отражаюсь. Да моё лицо, но не я.

- Это не я.

Ещё один удар и ногти впились в кожу, расцарапав половину лица.

“Не я в его глазах, не я. Она, он говорит всё это ей”

Я посмотрела в зеркало, едва сдерживая отвращение. Один уцелевший глаз, отливает зелёным. Бледное лицо, как и губы утопленника, всё это не я.

“Хозяйка этого отвратительного лица. Из-за него он видит во мне её”

Раны уже зажили, отчего стало только хуже. Мне нравится смотреть на это мерзкое лицо, некогда жившей страшилы, когда оно так истерзано.

- Всё из-за неё. Если бы не она.

Не выдержав, я ударила со всей силы по зеркалу. Произошёл взрыв, осколки разлетелись во все стороны. Некоторые даже впились в кожу, но регенерация быстро всё исправила. Кожа просто вытолкнула их.

“Если бы я не выглядела так же, как и она, он бы говорил эти слова мне, держал в своих объятьях меня! А не её. Она уже умерла, она мертва. Но тогда почему даже мёртвой она заставляет его и меня страдать?”

От злости зубы заскрипели, а кулаки беспомощно сжались. Я рада что одна, будь сейчас в нашей комнате Вторая, она бы вряд ли сдержалась, чтобы не вставить парочку колкостей. Тогда бы я... Я бы не знаю, что с ней сделала.

Наверное, как и в прошлый раз, оторвала ей голову. Ничего, личи не сдохнут от подобного.

“Жаль”

Цыкнув, я почувствовала подступившую к горлу желчь, стоило только вспомнить эту... эту. Потаскуху.

“Как она вообще может так фамильярно вести себя с ним. С Господином!”

Для меня мой Господин, человек создавший нас, он бог. Он повелитель всего в этом мире если не сейчас то, в ближайшем будущем точно, он нечто неприкасаемое, он нечто великолепное, кто лишь может иногда снисходить для подобной мне и ей черни, чтобы благословить нас своим светом.

Да он покрывается скверной якшаясь с подобной мерзостью, как мы, но от этого его величие только больше раскрывается.

Да это и делает его ещё более великим., но эта потаскуха! Она не знает когда нужно остановится. Она пренебрегает границами, она пользуется благородством Господина. Это не позволительно. Но сколько бы я замечаний не делала, сколько бы не угрожала, сколько бы не исполняла угрозы, ей плевать.

- “Не стоит быть такой зажатой. Лучше скажи господину, что ты на самом деле хочешь. Поверь он будет только рад исполнить твой каприз. Господин всё же мужчина, а они созданы для утоления капризов женщин. Это у них в природе заложено. Главное уметь правильно это преподносить”

- Как же... рад.

Пнув деревянный остаток, некогда опоясывающий зеркало, я стукнула ногой.

“Да как я могу, хоть о чём-то попросить его. Я и его. Только невежды, не знающие своего места, могут возомнить о себе подобное”

Хоть я так и подумала, но в голове сразу же начала придаваться фантазиям. Как я лежу, на его обнажённых коленях, полностью голая. Он курит сигару, гладя мою голову. Его прохладные руки бы проходили через мои волосы, словно расчёска. Он бы стряхивал пепел всё ещё горячий прямо на мои оголённые бёдра.

Я чувствовала бы боль и тепло. Тепло, которое это отвратительное тело монстра не может подарить господину. Нас бы обволакивал сигаретный дым. Я бы чувствовала, как его мужское начало возжелало меня. Он бы не показывал это, так же оставаясь невозмутимым и таким величественным в своей наготе, даже когда тело говорит ему об обратном.

- И тогда он бы, он, он, бы...

Плечи начали дёргаться в тщетных попытках лёгких вдохнуть кислород, я же прикусив губу, уже почти подошла к самому волнительному, его рука уже почти сжала бы мои ягодицы, а пальцы заползли бы в рот, давая немое согласие на укус, как дверь распахнулась и в комнату бесцеремонно вломилась она.

- Хей, хей. Мамочка дома, сучка. Не дай Господин, тут беспорядок.

Встретивший со мной, стоящей по среди комнаты, только опомнившейся, массирующей груди, она ухмыльнулась.

- Выпорю.

Тишина.

- Что? Опять надрачивала на свои больные фантазии.

Эти слова она сопроводила вульгарным жестом, который позаимствовала от Господина. Да Господин величественен и прекрасен, но даже у него есть жесты, которые я бы никогда не хотела видеть.

Как я поняла, это тряска рукой у промежности значит, самоублажение и используется скорее, как оскорбление.

На её очередную провокацию, я лишь хмыкнула, пытаясь скрыть стыд. Не знаю откуда он взялся, но мне так стыдно, что хочется провалиться под землю.

- Что, успела дойти до кровавой оргии ста девственниц?

- Вторая!

Это стало последней каплей. Она сколько угодно может оскорблять меня и показывать свои жесты, но пытаться издеваться надо мной сокровенной фантазией, которой я имела глупость поделиться с ней по неопытности...

“Это уже слишком. Да и почему это меня так задевает? Я вампир для меня нормально любить кровь. Я слышала от Господина, как и Второй, которая всё впитывай у него же, что люди часто используют в своих сношениях еду и это считается нормой. Так почему мои фантазии с едой кажутся мне постыдными? Это ведь нормально.

Кровь девственниц самая вкусная. Как говорится высший сорт. Так почему я не могу желать, облить Господина ею полностью с головы до ног, а после вылезать всё. Медленно, язычком, а после, уже окровавленными зубами вонзиться прямо в его шею.

Он бы сжимал мои волосы, сдерживая вот-вот готовые вырваться стоны”

- Молчу, молчу. Как говорится со своим членом в чужую жену не входят. Разве, что с разрешения обеих сторон.

Приподняв за козырёк воображаемую шляпу, она сказанув словечки, которым её тоже научил Господин, рухнула на свою кровать, располагающуюся возле моей.

- Да уж. Ты опять набардачила. А ведь мне это зеркало влетело в копеечку.

Она укоризненно посмотрела на меня, после того, как осмотрела погром. Я вновь не ответила. Я даже не стала на неё смотреть, боясь не сдержаться. Я ведь знаю где она была и главное с кем.

- Хууух, устала. Господин, как всегда удивляет.

Сказала она, смотря в потолок.

“Что думаешь я в расспросы подамся? Да, щас. Держи карман шире. Мне плевать, что вы там делали. Плевать”

Скрестив руки на груди, я набрала в лёгкие воздух.

- Да уж, целых три дня и четыре ночи. Господин и вправду не человек. Я просто в шутку предложила, а он возьми и согласись.

“Делает вид, что говорит сама с собой, но на самом деле пытается поддеть моё любопытство. Каждый раз проделывает один и тот же приём”

Я лишь раздражённо застучала ступнёй

“Выбешивает. Сколько ещё я должна вдолбить в её пустую голову, чтобы прекращала эти дешёвые манипуляции?”

- Хуууу. Ноги всё ещё подрагивают.

Разложив свои клешни по всей кровати, она начала гладить их, смотря в потолок, пока её голова погружалась в необычайно мягкую подушку.

“Да пошла она. Думает, что мне интересно? Настолько, что я буду умолять. Да чхать я хотела на всё это. Мне плевать. Думает, что интригу тут наводит. Думает наивно, что я не знаю, что каждый раз, когда она подобное выделывает, это касается лишь одного.

Их ночных похождений в квартал удовольствий, где они просаживают просто баснословные деньги на шлюх, алкоголь и наркотики”

- Пф.

Фыркнув, я отряхнула подол платья горничной.

- Господин у себя?

- А? А, да у себя. Спит, как убитый. Наверняка проспит целый день. А я...

- Мне плевать.

Сдержав позыв плюнуть в неё, я вышла из комнаты, захлопнув дверь.

“Всё опять повторяется. Будто бы я не знаю, что ты отлежишься часа три, а после пойдёшь на очередное задание”

С недавних пор у нас с ней такое разделение. Из-за всё усиливающейся слабости, как физической, так и ментальной, Господина, я всегда обязана находится рядом с ним, пока Вторая выполняет все задания за нас двоих.

Господин не особо был этому доволен.

- “Ненужно так её нагружать”

Я как сейчас помню его взгляд на грани слёз. Такое чувство, что ему стало в этот момент невыносимо больно. Так, сильно что он хотел взреветь.

“После уезда сына, Господин начал на глазах слабеть. Он всё больше работает. Раньше он мог часами на пролёт наблюдать за ним через фамильяров, а после предпринимать попытки, всегда тщетные к примирению с той жалкой затворницей, называющей себя его женой.

Но сейчас он лишь спит и работает. Да и спит, это только слово. Я узнала, что обычному человеку необходимо минимум шесть часов сна в день, а лучше все восемь, но Господин спит от силы часа полтора, раз в несколько дней. А остальное время работает.

И я никак не могу на это повлиять, хоть вижу, что работа, разъедает его изнутри. То, что он делает ради своей цели, причиняет ему боль. Организация бунтов, пытки, разорение деревень, убийства, особенно детей. Всё это продолжает оставлять на нём шрамы.

Я пыталась несколько раз отвлечь его от этого. Так, например, в первый раз я попросила Господина сходить со мной по городу. Мне было интересно пойти по магазинам одежды. Хотела, чтобы он выбрал мне вещи, которые ему нравятся, но он лишь погрустнел, кивнув”

-”Хорошо. Давай. Пойдём”

Тогда он не смотрел на меня, лишь в пол, словно ему было невыносимо видеть моё лицо. Я так и не смогла пойти с ним, а он и не спрашивал. Видимо ему стало легче.

“Всё из-за того, что я выгляжу так”

Сдержав очередной позыв расцарапать лицо, я наполнила лёгкие кислородом, когда остановилась перед дверью в покои Господина.

“Почему у него такая реакция именно на меня? Почему у Второй получается иначе? На её предложения он хоть и не хотя, но соглашается и даже веселиться, а после спит без задних ног целый день.

Неужели дело в женщинах, алкоголе и наркотиках? Но тогда почему, когда я предложила подобное он отказался? Сказал лишь, что именно я не хочу этого.

Да, не хочу. Не хочу знать и уж тем более видеть, как он бы сношался с другими женщинами, как травил бы своё и без того больное тело этой дранью. Но, что мне ещё остаётся? Как мне прекратить его страдания иначе?”

Медленно открыв дверь, я быстро, кошачьими шажками, вошла в комнату. Стоило только закрыть дверь, как я услышала знакомое сопение Господина, спящего на спине.

- Господин.

На мгновение, я перестала дышать, но затем, быстро взяла себя в руки, сев на стул прямо возле его кровати.

- Господин.

“Он спит. И проспит так до утра”

Посмотрев в окно, я вижу сквозь чёрные занавески, так неприятную мне солнечную погоду. Солнце в самом зените, обливает зелёную травку своими тёплыми лучами. Если прислушаться, можно расслышать убаюкивающее пение птиц, свист ветра, сталкивающегося с поверхностью окон.

- Спите, Господин.

Робко приблизив руку к его длинным, запутавшимся волосам, я сглотнула.

“Они лезут ему в глаза. Я всего лишь уберу”

Рука приблизилась ещё ближе к прядям его, окрашенных почти полностью в седой цвет, волос. Господин же, продолжая посапывать, внезапно обернулся, заключив мою руку в своих объятьях.

- Я!.

Прикрикнув сдавленно, я уже хотела начать оправдывать, но прекратила, когда поняла, что Господин всё ещё спит.

- Ммммм, Рита.

Я замерла. В животе болезненно сдавило, а сердце бешено забилось. Гнев и тоска, начали борьбу во мне, стоило только увидеть скупую слезу, господина покатившуюся по щеке.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Хмммм, Господин, Господин. Да их тут доху, ай!

Отвесив подзатыльник слишком уж острой на язычок девушки, я закрыл один глаз, посмотрев сквозь круг, сформированный большим и указательным пальцами.

- Хоооо.

- Что, там, Господин? Ну же скажите. Мне же интересно.

Вцепившись в руку хваткой, которой любой армреслел бы позавидовал, она начала виснуть на ней. Её красные глаза, глаза символизирующую саму смерть, садистски заблестели. Она жаждет битвы, её глаза требуют крови.

- Столпы. Аж трое припёрлись.

На губах расцвела улыбка, словно ромашки в мае.

“Будет весело”

Невнятное бормотание безумца

Танцует ветер, танцуют тела, мужские и женские, танцует кровь, бегая по венам, приятно напрягая мышцы.

-“Эй, Шут, не соизволите ли вы очнуться?”

Короткая пауза, проведённая под презрительным взглядом чёрных глаз. Молодое тело, которому с виду не дашь и двадцати пяти, мужественное лицо, но при этом оно каким-то образом смогло сохранить в себе утончённые черты, чёрное одеяние похожее на этакий костюм бывший популярным в моём мире где-то сотни две лет назад. Только белой рубашки и фрака не хватает.

“Ему вообще удобно сражаться в этом? Прямо-таки я лет двадцать назад... Двадцать лет”

Его длинные волосы цвета пепла, танцуют на ветру иногда прерывая наш контакт глаз.

“Ну серьёзно? Гордость, не слишком ли ты... Горделивый, что ли? Его лицо так и говорит, что он разберётся со мной за минуту. Как же он напоминает меня в молодости. Его мимика, взгляд, язык тела”

- ”Чего тебе?”

Сонный голос недовольного Шута, раздался эхом в закоулках сознания. Он до сих пор не простил меня за мои методы. Я чувствую это в его интонации, пропитанной ядом.

- “Нужна твоя сила”

- ”Против него? Ты что издеваешься? Сам, что ли с таким слабаком не можешь разобраться?”

Шут сейчас больше напоминает подожжённую петарду, которой суждено вот-вот подорваться. Моментами мне бывает интересно, что же тогда произойдёт?

- “Если не заметил это столб”

Его замечание, если честно, стало для меня открытием. В моём понимании столб довольно-таки силён, а он говорит мне, что молодой парень, парящий надо мной в самом рассвете сил, слабак.

Может быть, я слишком постарел, а может просто стал через чур уж осторожным.

- “И что?”

“А и в правду”

Подумав об этом, я по-другому посмотрел на идеально выбритое лицо мальца.

“Да, было время, когда бы я с ним разобрался, не с лёгкостью, конечно, но разобрался. Сейчас же нет. Несмотря на то, что в общем я стал гораздо могущественнее, но это могущество распыленно в разных направлениях.

Поэтому сейчас, я лишь беспомощный старик”

-”Заткнись, Шут. Вообще-то это очередной шаг к нашей с тобой цели. Убить короля демонов. Так что, блять не выкаблучивайся, как девственница перед сексом и просто дай мне силу”

-”Пф”

Он лишь фыркнул, а после затих. Через мгновение я почувствовал сильное жжение в глазу и давящее чувство в левой стороне лба, словно горящий метал приставили и начали придавливать.

Пальцы захрустели, а дряблые мышцы налились кровью. Вечно сопровождающая меня слабость стёрлась, наполнив тело тонусом.

“Приятно”

Коснувшись лба, я ощутил уже знакомый рог с заострением на конце.

“Десять процентов. На него хватит”

Я научился этому относительно недавно. Одалживать силу у Шута, при этом не отдавая сознание. Максимум я способен на тридцать пять процентов. Когда я использую все тридцать, я становлюсь просто запредельно силён и даже молодею до возраста двадцати лет, но отдача слишком сильна.

Кроме классики в виде харканья кровью, не состоянии пошевелиться пару дней, головных болей, тошноты и одновременно с этим собачим голодом, я укорачиваю и без того укороченную жизнь.

“А, да. Кстати, а как там Блондин? Мой дракоша? Интересно почувствовал ли он смерть Риты? А если и почувствовал тогда почему не навестил меня за все этим годы? Хотя, я и сам не лучше”

Так, что лучше приберечь это всё до на самом деле нужных моментов.

- Ну, что, Гордость. Станцуем вальс, под аккомпанемент мечей?

Улыбнувшись, я выпрямил два указательных пальца, пока взгляд отслеживал состояние сражения номеров. Первый номер сражается с чревоугодьем. Смазливым мальчиков на вид лет десяти. Пока не понятно кто выигрывает, кто проигрывает, но думаю она справится. Вторая же вне всяких похвал.

Похоти, сексуальной женщины с пышными формами, уже приходится не легко. Тяжёлая отдышка, небольшие раны, почти мертвецкий цвет кожи, при том, что Вторая лишь улыбается скача по полю боя.

“Прямо-таки попрыгунчик. Не повезло Похоти с противником. По моей информации, Похоть специализируется на магии. Лич можно сказать её природный враг”

Вторая, используя лишь одно заклинание, “Высасывание маны”, уже полностью доминирует в сражении. Её улыбка заставляет соперницу беситься ещё сильнее, а колкости то и дело вылетающие с её поганенького ротика, вообще сносят крышу, заставляя противницу потерять рассудок.

“Моя школа. Ну она быстро разберётся с ней, и если что поможет Первой, так что не стоит волноваться”

- Ну мистер я крутой, но на самом деле у меня маленький стручок. Начнём?

На фразу он никак не отреагировал, лишь по-новому меня изучил после трансформации.

“Сколько не изучай, ты ведь слишком горд, чтобы признать, что ошибся в первоначальной оценке. Это мысль заляжет в твоей голове, заставляя недооценивать меня. А это только мне и нужно. Я не собираюсь затягивать сражение.

Межу ногтями двух выпрямленных пальцев протянулась, словно мост, тонкая невидимая глазу нить, сотканная из материи под названием белая тьма, но в религиозных кругах её называют “паутиной грешника”.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Бог, столько смысла в этом слове. Настолько много, что каждый человек может интерпретировать его как хочет, но смысл не поменяется. Торговец назовёт богом деньги, маг манну, нимфоманка сексуальные удовольствия, атеист самообманом недалёких людей, один верующий мудрецом сущим на небесах, а другой богиню Агнеш.

- Учитель.

Никто из них не ошибается, но и в тоже время никто и не прав. Бог, кто же ты? Если ты там, за этим мрачным небом? Если ты и существуешь, смотришь ли на меня или же я тебе совсем не интересен?

- Учитель.

Бога нет, скажет каждый атеист, но в самом деле ли это так? Бог существует скажет верующий, но как это доказать? Как доказать существование бога? Доказывать не надо, нужно верить ответят мне, но что делать, если я не могу верить, как моя жена, что молится каждое утро, но очень хочу.

Я слишком много знаю, чтобы вот так вот просто поверить в богов. Да они существуют, но они не являются теми, за кого их хочет выдать церковь.

- Учитель Рэббит!

От внезапного шума ударившего по левому уху, я слишком сильно сжал холодные кисти. Острая боль заставила сморщить лицо.

- Опять ты, Кларк! Я говорил тебе не кричать над ухом.

Недовольно повысив голос, я едва сдержался, чтобы не отвесить опливуху наглому ученику.

- Но вы не отвлекались.

Ответил мне злорадно ухмыльнувшись малец чьё лицо, такое молодое похоже на лицо человека, которого я бы никогда не хотел вновь увидеть.

- Эххх.

Взгляд на мгновение дёрнулся к девушке, стоящей позади него. Её красные волосы и рассудительный взгляд. Это взгляд, словно способный видеть всю сущность существа в этом мире, так похож на мой в молодые годы, когда меня звали “Пеплом войны”. Эти глаза полные мудрости, полностью отличаются от глаз мальчишки, которому она обязана служить. Его глаза такие наивные, а взгляд наполнен до самых краёв высокомерием.

- Ладно, с кем ты на этот раз подрался?

Устало приложив руку к лицу, я уже подготовился к очередному рассказу в самых подробностях, где один невинный мальчик, жертва, а все остальные настроены против него, словно волки, нацелившиеся на ягнёнка.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Вдыхая удушливый запах крови столпа, чьё тело, порезанное на мелкие кусочки, сейчас лежит возле моих коленей, я смотрю на небо полное тучами.

“Скоро пойдёт дождь”

Сейчас сидят на коленях в не состоянии даже двинуть пальцем, под лязг мечей и шума разрезания ветра телами, я задумался, не обращая внимание на некогда прозрачную паутину, окроплённую кровью. Она уже начала постепенно растворяться, не оставляя после себя ничего кроме пустоты.

“А ведь кровь демонов и людей одинаково пахнет и на вид такая же и на вкус тоже”

Осознание того, что я знаю всё это на практике не делает мне чести.

“Как только переместился в этот мир, я уже знал, что люди и демоны одинаковы. Да они могут слегка отличаться, но в общем они похожи.

Матеря одинаково оплакивают умерших детей, мужья так же защищают своих жён, демоны так же боятся смерти, они так же молят о пощаде и просят сохранить их жизни. Они даже умирают одинаково.

Я, пройдя весь путь на своих двоих в этом мире пришёл к тому от куда и начинал. Демоны и люди одинаковы, но тогда почему между ними такая вражда? Не из-за того, что это выгодно богам? Ведь чем больше ненависти, тем больше войн, чем больше войн, тем больше ресурсов дают пастбища, которыми они управляют.

Это натолкнуло меня на мысль о своём мире. Там тоже есть расы, но между ними не так много различий. Разве что культурные, да цвет кожи. Но ненависть в моём мире каких-то сотню лет назад между расами не уступала той, что здесь.

И тогда я подумал о религии. Об вероисповедании, пропагандирующей добро. Ведь сотню лет весь мир был куда одержимее религией, а значит добрее. Так ведь? Я ведь не ошибаюсь?”

Я зажевал нижнюю губу, полностью отстраняясь от созерцания битвы, где номера уже во всю теснят последнего живого столба, чревоугодья.

“Но тогда почему войн и ненависти к людям слегка отличающимся друг от друга было настолько много? Почему чем меньше религиозности, тем меньше ненависти? Раньше я бы мог легко ответить, что во всё виновато ограниченность религии, которую извратили люди в угоду мелкой группы людей, но сейчас, я понимаю, что это слишком поверхностно.

Ведь если бы раньше не было религии, это бы ничего не поменяло, ведь вся ненависть к тем, кто не похож на нас, сидит в каждом живом существе. Это ли неприродный механизм отвечающий за безопасность?

Поэтому если меня вдруг спросят о религии, я не найду что ответить. Да я даже сейчас не могу сказать, атеист ли я или же фанатик. Хотя я в мире богов, они существуют. Я сам видел ангела и богов, я даже убил полубога, но до сих пор не могу определится”

- Видимо я слишком долго прожил.

Устало выдохнув, я уже хотел просто закрыть глаза, как лёгкая дрожь земли заставила колени напрячься.

- Ох, господин, я, конечно, отличилась в бою, но не настолько. Я не заслужила приветствия в такой позе.

Фальшиво смутившись, она уже захотела попытаться расстегнуть молнию на своих штанах при этом чуть ли не ткнув промежностью мне в лицо, как по её руке ударила Первая.

- Прекращай.

- Да ладно тебе. Уже пошутить нельзя.

- Шутки у тебя. Нц, однобокие.

- Хоо, ну это лучше, чем быть ледышкой, как некоторые.

Они уже вцепились взглядами.

- Вижу у вас осталось достаточно сил. Значит пойдёте на задания сразу после возвращения во дворец.

- Ну хозяин. Я не виновата. Это всё оннн гха.

Капли холодной крови брызнули из-за рта Второй мне на лицо. Свет, солнечный и я бы даже сказал горячий, вспыхнул прямо возле меня, обжигая лицо, но мне почему-то не горячо, а холодно.

Лицо Второй, которая только мгновение назад собиралась закатить истерику, лишь бы ей дали повеселиться перед очередным заданием, исчезло. Его поглотила вспышка, заставившая меня зажмуриться.

В ушах зазвенело, а глаза застелила тьма. Тело моё рухнуло, словно марионетка, у которой подрезали нити.

“Что...”

Раз моргнул в не состоянии двинутся, второй, третий. Чернота начала проясняться. Первое что я увидел, так это очертания ног и свет, противный свет, от которого болят глаза.

“Происходит?”

Я до сих пор не могу пошевелиться. Отдача после использования сил Шута ещё час не позволит мне свободно двигаться.

Спустя минуту или же точнее будет сказать десять секунд? Не могу сказать точно, я даже слабо помню, сколько насчитал морганий, я услышал отдалённо знакомый голос.

- Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta.

Моргнул ещё раз.

- Domini Nostri Jesu + Christi, eradicare et effugare a Dei Ecclesia, ab animabus ad imaginem Dei conditis ac pretioso divini Agni sanguine redemptis

Крик, и волна света вновь ослепила меня. Темнота, но вместе с этим странное чувство втекло в тело, а грудь сдавило так сильно, что мне показалось, я сейчас харкну кровью.

Тело словно освободили от оков. Я вновь могу двигаться. Я даже без труда поднялся, хоть пока ещё и не вижу нормально, лишь очертания. Их двоя, один сидит, а другой стоит прямо передо мной.

- С вами всё в порядке номера?

Никто не ответил, я лишь слышу шум шагов. Странное ощущение поселилось в сердце, которое продолжает мучительно болеть, точно из него пытаются выдавить все соки.

- Что это был за свет?

Шум шагов стал чётче, как и прояснившееся зрение. Я разглядел знакомые черты лица прямо перед собой.

- Длань богини.

“Ангел”

Тело парализовало толи от страха, толи удивления. Ладони заколола изнутри, а из груди словно выбили весь кислород.

- Ты.

Всё, что я смог вымолвить из себя. Слишком многое произошло за короткий промежуток времени. Я сразился со столпом, использовал силу Шута, воссоединился с номерами, затем свет, потеря слуха и зрения, но это будто было мало. Свет вспыхнул ещё раз, а после всего этого, как только я успел вернуть зрение сразу лицо Ангела.

Я не успел взять в себя в руки, но рефлекторно, отпрыгнул от него. Почему-то получилось отпрыгнуть дальше в раза так два, чем я рассчитывал.

“Что он тут делает?”

Я в мгновение же оценил ситуацию.

“Где вторая?”

Первая сейчас с неописуемым ужасом в глазах смотрит на Ангела, возле неё в землю вбит световой крест, излучая золотой свет.

- Первая, ко мне!

На уровне инстинктов призванного зверя, Первая повиновалась мне. Уже через мгновение она оказалась передо мной.

- Вторая, ко мне!

“Где бы она ни была, она обязана отреагировать”

Но Вторая так и не появилась даже через десять секунд. Почему-то мне стало от этого не по себе.

- Где вторая?

Злость в моём голосе, направленная на Первую, испугала меня ещё сильнее. То ощущения тепла в теле почему-то вызывает холодную дрожь.

- Ттттттаттаата.

Заикаясь и дрожа, она показал на крест пальцем.

“Он превратил её в крест?”

Я уже хотел бросится к кресту, как вдруг заметил то, на что в самом деле показывает Первая. Не на крест, а на прах под ним.

- Что?

“Стоп подожди. Что она хочет сказать?”

- Ты и в самом деле глупец.

Ехидно решил подметить Ангел, к которому я обратил потерянный взгляд полный вопросов.

- Что?

Непонимание сменилось злостью. Тело понимает сейчас гораздо быстрее разума.

- Что ты сделал?!

- Убил, изгнал, предал анафеме, казнил, стёр в прах. Выбирай, что тебе удобнее.

- Нет.

Я вновь посмотрел на стопку тёмного праха, львиную долю которого уже унесло ветром.

“Нет. Он врёт. Не может быть. Так быстро. Она не могла умереть. Не могла оставить меня... снова”

- Нет! Ты врёшь! Не лги мне, мразь. Сука, тварь, не смей лгать!

Ноги, в мгновение принесли меня к нему, рука схватила его за белое одеяние. Глаза впились в него. Я кричу, задыхаясь, но он не реагирует, лишь продолжая глазеть на меня с насмешкой. Его садистки прищурились.

- Хватит лыбится.

Я даже не успел занести руку для удара, лишь подумать об этом, даже локоть не успел дёрнуться, а в живот уже впилась его рука.

Тело, словно его сбила машина, отлетело на пару метров. Приземлившись на ноги, я всё же рухнул на колени.

Не из-за боли и полученного урона. Нет, я просто начал осознавать всё то, что уже давно поняло тело. Ещё тогда, когда я ещё почувствовал подъём сил лёжа на земле.

- Ты врёшь.

“Да, он врёт. Она не могла вновь оставить меня. Я докажу это”

Я на мгновение замер в нерешительности. Я боюсь получить подтверждение его слов. Хоть и гораздо красочней его слов, для меня был взгляд Первой. Я уже знаю всё, но даже так есть надежда, что она могла уцелеть, что есть вероятность возвращения к жизни призванного зверя.

Номера ведь ни разу не умирали за всё время, так что может произойти всякое.

Именно это и заставило меня помедлить, но всё же я решился. У меня нет времени на такую роскошь как сомнения. Вообще ещё непонятно почему он оставил меня и Первую в живых.

“Окно характеристик, Лара”

Ничего не произошло.

“Окно характеристик, Лара”

Вновь ничего не произошло, а Ангел улыбнулся широко, словно прочитав мои мысли.

“Окно характеристик, Лара. Окно характеристик, Вторая. Окно характеристик, Лара. Окно характеристик, Лара. Окно характеристик, Вторая. Окно характеристик, Лара. Окно характеристик, Вторая”

Но я продолжаю звать окно, которое всё не открывается, которое никак не откроется. В одно мгновение прояснённое сознание и энергичное тело, словно по щелчку пальца отключились.

Сознание помутнилось, показывая лишь изображение Второй, нет не так. Лары, её изображение. Её отсутствующий взгляд, красные глаза и выражение, принадлежащее только ей.

Я перестал ощущать тело, меня словно засасывает куда-то под землю.

- Лара, Вторая, Лара, Лара, Лара, Вторая, Лара, Вторая, Вторая.....

Лишь сложно разборчивое бормотание слабо доносится до ушей. Я не сразу понял, что это невнятное бормотание, съехавшего с катушек старика, принадлежит мне.

Гнев Серафима

- Пха-хахахаха. Аахаааааа.

Этот смех, что заставляет содрогаться грудную клетку. Не могу его остановить, хоть и знаю причину.

- Повтори.

Улыбнувшись, я сжал волосы Первой, чьё бледное лицо так смотрит на меня. Её глаза, зелёные, так гипнотизируют. Смотря в них, я точно погружаюсь в то время, когда был ребёнком. Помню, как играл в футбол с братом, когда мы с семьёй выбрались на природу.

Я помню ту досаду цвета футбольного мяча, когда чуть ли не в сухую проигрывал младшему брату. Его победа сильно ударила по эго старшего брата.

От досады я не сдержал злости и ударил зазнавшегося братишку, что уже вовсю пустился в поддразнивания непутёвого старшего. Тогда мужественные руки отца разняли нас, а после похлопали по головам нас обоих. Он тогда посмотрел на меня своими пепельными глазами и с улыбкой сказал, что-то.

“А что же он сказал?”

Этот вопрос на мгновение отвлёк меня от созерцания этих глаз, врат в мои детские воспоминания.

“Помню, как двигались губы, но не слова”

От потери этих кажись не важных воспоминаний стало даже немного грустно.

- Я!

Её тело, трепещущееся настолько близко ко мне, что кажется я могу слышать стук её сердца. Маленький ротик приоткрылся, когда я с налившейся силой рукой дёрнул её за волосы.

- Не могу. Я не могу начать эволюцию.

“Ах да. Точно. И чего это она? Я думал, что из парочки номеров, она самая верная. Неужели ошибся?”

Рука, уподобляясь змее, лизнула висок, опустившись к холодной щеке. Заполненное силой тело, так и заставляет сжать её. Хочу раздавить её, сжать, обнять, укусить, поцеловать, трахнуть. Хочу всё это, всё вместе. Эти позывы крутятся в голове, вызывая зуд в шее.

- И почему же?

Закончив, я резко дёрнул головой в бок, не прерывая контакт глаз. Такое чувство, что веки не опустились за всё это время ни разу.

- Три месяца.

Вдохнув, она взяла себя в руки. По крайне мере мне говорит это её взгляд.

- Меня не будет рядом с вами всё это время.

В тот же момент, её взгляд скакнул к банке на моей тумбочке, заполненной пепельным прахом.

“А, ясно”

Осознание всей этой мелочной причины, заставило щеку дёрнуться. Лёгкое раздражение, подобное выстрелу, стрельнула в мозгу.

- Слишком много на себя берёшь!

Кисть побагровела от резкой пощёчины отвешенной Первой. Она упала на пол, я же побрёл в сторону банки, с которой обнимался последний месяц.

С той самой встречи с ангелом. Когда я очнулся тогда, то понял, что он исчез. Этот крылатый просто ушёл, оставив меня и Первую в живых. Первая собрала весь прах, который смогла в эту самую банку, что я сейчас держу в руках.

“Какая же глупость”

Я не мог толком говорить, есть и двигаться всё это время. Я лишь спал и в прострации смотрел в потолок. Рядом со мной была лишь банка, а Первую я отправил на задания, лишь бы только не видеть.

Тогда мне причинял нестерпимую боль, только её вид. Смерть Второй сильно на ней сказалась. Хоть она и пыталась это скрыть, но я та видел её страдания. Эти страдания были для меня невыносимыми.

Тогда же, лёжа всё это время в полном одиночестве, я осознал, что за резкий подъём сил почувствовал тогда и что за ощущение взрывной энергии из дня в день заполняют мои мышцы всё сильнее и сильнее.

Мана, уходящая на Вторую, постепенно втекает в меня, как и пожертвованный ей пункт производства маны.

Изо дня в день и тело молодело. Да, седые волосы ещё остались, но цвет и гладкость кожи, мышечная масса и эта слабость. Всё пришло в норму, если раньше смотря в зеркало я видел в отражении лишь старика то, сейчас вижу зрелого мужчину, которому не дашь и сорока. Максимум тридцать пять.

Я уже могу ходить и без трости.

- Что?

Вновь ухмылка окрасило моё лицо, пока глаза наполненные высокомерием к женщине у моих ног, буквально опускают её ещё ниже к самому её месту.

- Думаешь, что понимаешь меня?

Подкинув банку, поймал.

- Пхх. А ты стала высокомерной.

“Пламя преисподней”

Ладонь, поддерживавшая банку, заразилась синим огнём. Мне хватило лишь моргнуть, как стеклянная банка просто исчезла. Температура пламени была настолько высокой, что стекло не успела ни расплавиться, ни взорваться от перегрева. Оно просто испарилось со всем содержимым в себе, оставив после себя едкий запах и дым.

“Я не настолько наивен, чтобы считать, что её можно вернуть. Да даже если и каким-то магическим образом можно, это не целесообразно. Хотя я уверен, что нельзя. Лича изгнал ангел, специальным заклинанием против нечисти”

- Вы.

Всё что она смогла выговорить, став свидетельницей данной сцены.

- Я что?

Столько боли в её лице. Глаза вновь задрожали. Эта дрожь словно пытается выгнать свет. Они потемнели, а рука замерла, протянувшись ко мне.

- Живо, запускай эволюцию.

- Как прикажете, Хозяин.

“Уже не господин? Сама ведь попросила так называть”

Её голова рухнула вниз. Такое чувство, что она сейчас начнёт покачиваться на шее из стороны в сторону.

- И больше не смей мне перечить.

“Ааа, какое же приятное ощущение. Неужели тело раньше и правду было настолько лёгким? Аж не верится”

Повернувшись, я только и успел, что дойти до кровати, как непонятный шум раздался из-за спины.

- Хорошая девочка.

Обернувшись, я увидел нечто завораживающее.

“Купол из стадии к стадии всё величественнее”

Красная вода, словно пропитанная кровью, тёмно-бардовые растения, выпускающие пар после каждого движения назад и вперёд.

Форма купола не изменилась, поменялся лишь вид растений и их цвет. Сейчас лоза оплела купол. Синие пятна, на красном фоне лоз режут глаз. И в центре него с закрытыми глазами отмокает Первая с закрытыми глазами.

“Интересно кем она станет?”

Присев на диван, не отрывая взгляда от неё, я задумался о том, что делать дальше, но после не знаю точно спустя сколько времени, меня отдёрнула дрожь в руке. Сиюминутная такая, почти не заметная. Оно словно дразнящий свет, проникший через ткань, развивающую на ветру, попала на руку, ту самую которой я уничтожил прах.

Последнее напоминание о жизни девушки по имени Лара Гарсио было уничтожено мной. Или же это прах Второй?

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Лёгкое головокружение и слабость, которые пройдут не успею я и шагнуть, встретили меня прямо возле входа в академию, как только я вышел из портала.

Кулаки сжимаются от злости, предплечья вздулись так, что кажется они сейчас взорвутся, а ногти просто треснут, впившись в кожу.

“Кто посмел?”

Желваки танцуют под скрип зубов. Скрип, знаменующий смерть, жестокую смерть того, кто посмел притронуться к моему сыну.

“Самое безопасное место. Они позаботятся о его сохранности. Чёрт подери”

Ступая к высоким воротам с заострёнными шпиками на концах, я не успел приблизится к ним, как меня сразу же окликнули два стражника.

- Вы кем будете?

Мне лишь хватило щелчка, чтобы их напряжённые тела рухнули на землю.

“Где часовая башня?”

Не прошло и месяца с начала запуска эволюции Первой, как пронзительный звон вонзился в голову, точно стрела. У меня аж щека дёрнулась, а после я услышал сообщение Фионы, содержащее лишь пару слов.

- Часовая башня.

Этот противный звук, играет роль тревоги. Я с Фионой договорился насчёт этого.

“Вот оно”

Воспарив над академией, я без особых сложностей приметил это высокое здание на заднем дворе, окружённое лесом. Архитектор похоже ставил себе цель при его проектировании достичь самих небес, по-другому я никак не могу объяснить его высоту.

“И это их хвалённый барьер?”

Без особой сложности пройдя барьер, я ещё больше разозлился напускному хвастовству академии. Да, конечно, мои фамильяры бы не смогли пройти, но достаточно сильный человек вполне легко.

“Или же он работает как сигнализация?”

Только я об этом подумал, как в меня полетели магические снаряды.

“Нет времени с ними возится”

Призвав парочку фамильяров. Гигантских слизней, высасывающего манну и артефакт, уменьшающий на выбранном расстояние влияние маны.

“Не стоит их убивать. Просто обезврежу”

Стоило только рванутся с места, как возле глаз промелькнул острый метал. Уклонится было не сложно, но я приметил мастерство и скорость выпада, да и я его даже не почувствовал.

- Как-то слишком много шума для встречи с сыном, Зак.

“Зак”

Стыдно признаться, но от того, что меня впервые за столько лет назвали по имени даже стало как-то тепло на душе. Не господином, не хозяином, не проклятым, не падшим героем, а просто Заком. У меня аж встал ком в горле.

- Давно не виделись, Майк.

Сейчас парит со мной на одной высоте, ни кто иной, как Майк. Тот, кто когда-то мог стать тем, кого я мог бы назвать другом.

Его статная фигура воина, не вяжется с его прошлым хлипким телом, лицо возмужала, да и заросло золотистой щетиной.

- Я бы с тобой поговорил, но увы спешу.

Почему-то мне не приятно выдерживать его взгляд полный злости. Я хочу сбежать от этих его глаз, которые видят уже не того Зака, а именно меня теперешнего. Мы никогда не были в хороших отношениях, но даже тогда он не смотрел на меня с такой ненавистью и разочарованием.

“Помну его немного”

Вытянув руку, я уже хотел ослепить его заклинанием, а после вынести с одного удара. Всё же как бы он не возмужал, маг он все равно отменный. Может отнять на пару десятков секунд больше, если буду играть на его поле. Всё же не хочется его убивать.

Но заклинание не успело и появится, как моя рука. Кисть, она отделилась и просто полетело вниз.

- Хмм.

Посмотрев на обрубок руки, я заметил, что место среза обожжено. Поэтому кровь и не идёт.

“Даже отрезав руку врагу он не убивает. Это и есть стиль того, кого прозвали Новым героем? Ну да, а как же иначе. Я стал буквально бельмом на глазу не только у церкви, но и у народа. Так что все мои достижения списывают на него, а мне оставляют лишь плохие поступки”

- Недооценивай меня.

Нанеся световой удар, он вернулся обратно на своё место.

- Хорошо.

“Мне бы хотелось с ним поговорить. Хотя о чём? О чём я с ним могу поговорить? О его жене? Об Анне, что когда-то была моей горничной или о том, почему они ещё не завели детей или же о его достижениях, не те что приписаны ему кем-то, а именно его.

Как он чуть ли не самолично покорил дворфов при том, не убив ни одного. Да он сделал многих калеками. Тех, кто не хотел сдаваться, он лишь отрезав все четыре конечно оставлял. После войны их вылечили конечно, так что в истории эта битва вошла, как война без единой жертвы.

Нет, не о чем мне с ним говорить. Ни сейчас, ни потом. Слишком уж большая между нами разница”

Чувствуя боль в груди, я сформировал двумя указательными пальцами крест.

- Гнев Серафима.

Мгновение и вспышка яркого света заставила меня прищурится, а Майка зажмурить глаза, он наверное и рефлекторно бы прикрылся, если бы у него было чем.

Я не закрывал глаза и не отворачивался, поэтому увидел, как с неба, четыре луча словно идеально заточенные лезвия, просто расчленили его.

Он не успел даже осознать, как его глаза закатились, а он сам рухнул на пол.

“Его же оружием”

Я поймав его тело теневой нитью, опустил аккуратно на землю. С ран не течёт кровь, он просто в болевом шоке.

“Ничего, как только оклемается, исцелится”

Я рванул с места прямо к башне с часами. В этот раз никто не помешал мне. Я не сбавил скорость даже когда оказался прямо перед ней. Я просто телом проломил бетонную дверь, попав внутрь, чтобы первым делом увидеть тело Фионы.

“Нет никаких ран. Значит”

Опустившись на землю, я несмотря в лицо, искажённое болью, смёл рукой волосы с её груди.

“Кристалл треснул. Хорошо”

Кристалл - это по сути её сердце и в тоже время резервуар моей маны, которая для неё как кровь, что циркулирует по венам. Так что пока эта сердцевина цела её личность можно восстановить, ведь душа хранится тоже там, хотя точнее будет сказать, что она там заточена.

- Папочка пришёл. Видишь он пришёл, пришёл. А ты говорил.

Подняв голову, первым что бросилось в глаза был дрожащий взгляд сына, который готов вот-вот расплакаться, а позади него мужчина в маске, припрыгивает на месте.

- Отпустишь его сейчас, умрёшь безболезненно.

Дёргая щекой, чтобы хоть как-то унять гнев, я смотрю на мужчину в маске, что стоит передо мной, держа нож у горла моего сына.

- Ты мастер переговоров, Зак. Ну в этом и весь ты.

Наклонив голову в бок, он потёрся длинными волосами о щёку дрожащего мальчика, что с примесью надежды и животной ненависти смотрит на меня.

Он сглотнул, его ещё формирующийся кадык слегка задел холодное острие. Он дёрнулся, пошла скупым ручейком кровь.

- Чушшшш-чушш-чушш. Спокойней, Кларк, эххх какая ностальгия. Никогда бы не подумал, что ты назовёшь сына в честь маньяка. Да уж, жизнь не перестаёт удивлять.

Его голос кажется отдалённо знакомым, но никак не могу вспомнить от кого его слышал.

“Прибью сукина сына. Насколько же у него должны быть стальные яйца, чтобы наставлять нож на моего сына? Хотя не так, он специально выбрал его, чтобы добраться до меня. Но зачем? Неужели он думает, что сможет убить меня? Хмм, видимо это демон или же может эльф? Хотя уже все расы против нас так, что гадать глупо”

- Что молчишь? Да уж ты изменился. Раньше болтал, дай тебе только повод. Видимо время всё же меняет людей. Тебя, Нару, что когда-то просто обожала тебя, а сейчас ненавидит и плетёт интриги за твоей спиной, чтобы убить, да и я.

“Говорит, словно мы знакомы. Может и правду где-то с ним пересекался? Всё же как никак уже больше пятнадцати лет в этом мире”

- Мы знакомы?

- Да, Зак. Даже ближе, чем ты можешь представить. Да ты ни с одной шлюхой не был так знаком, как со мной. Понимаешь, насколько интимными были наши отношения?

Резко дёрнул головой, послышался хруст, отбивающийся от пошарпанных стен заброшенного здания.

“Расположен к разговору. Либо тянет время, чтобы подготовиться и оценить риски либо же у него другой мотив помимо моего убийства. Может какое-то дело или же заказ, может решил стать моим сообщником в свержении богов? Видно, по его рисунку плачущего смайлика на маске он обижен так жизнью.

Но все знают, что лучше не трогать моего сына. Инцидент с советом ещё у всех на слуху, хоть и прошло больше десяти лет”

- Не припомню, чтобы долбился в задницу с парнями.

- Фууу, как пошло, Зак. Тебе вроде уже сороковник стукнул, но всё же ты остаёшься таким пошлым, наглым сукиным сыном. Хоть и изменился в целом, но есть вещи, которые не меняются.

- Может хватит? Говори, что тебе надо?

- Что? Ты куда-то спешишь?

- Нет, у меня целая вечность впереди, но вот то, что ты держишь нож у горла моего сына меня нервирует.

- А?

Будто бы забыв он посмотрел на нож, и на чуть ли не плачущего мальца, чьи ноги уже задрожали, как осиновые листья.

“О боже, какой же трус. Да уж не такого сына я растил. Всё влияние Нары. Всё же женщина не может вырастить настоящего мужчину. Насколько бы сильным он не стал всё же внутренний стержень нужно закалять опасностью и поражениями”

- Прости-прости. Забыл, ну с кем не бывает.

Ударив указательным пальцем по маске в районе лба, он отпустил Кларка, а сам тихой почти неслышимой походкой, держа руки слегка раскинутыми и расслабленными, подошёл ко мне на два шага.

- Только не убивай сразу. Спойлер, ты пожалеешь. Ну так, просто предупреждение.

“Он что-то сделал с ним?”

Я посмотрел на Кларка. Он только оказавшись в безопасности первым делом побежал к окровавленной девушки. Взял её на руки, сидя на коленях и начал звать.

- Фиона, Фиона!

Гладя красные, словно потухший огонёк, волосы, он разрыдался.

- Нц.

“Расслабиться пока враг поблизости. Да уж... Ну может он так оказывает мне доверие?”

- Ну и? Говори.

- Столько лет не виделись. Эххх, Зак. Почему ты такой не приветливый?

- Может потому что ты чуть не убил моего единственного сына? Да и ты задрал говорит так будто бы мы много лет знакомы. Ты кто вообще такой, чёрт тебя дери?!

Уже не боясь показывать злость, я, сжав кулаки, сплющил до микроскопического размера магический шар тьмы. Он насколько маленький, что его не заметить невооружённым глазом, но сила и особенно скорость в десятки раз превышают пулю. Могу и сильнее и быстрее сделать, но тогда есть вероятность, что противник заменит её.

- Страшную магию ты хочешь использовать, Зак. Прямо бррр. Аж мурашки по коже пошли. Ты и правду не зря носишь свой титул.

“Заметил? Даже высококлассные маги не могли этого сделать. Да кто он такой?”

- Ты кто такой?

- Бам, бум, и начался диалог. Как же я этого ждал. Столько лет, каждый день прокручивал этот разговор, этот день в голове, когда ещё был в темноте, сырости и пробирающем до самых костей холоде.

После этих слов он снял маску.

- Давно не виделись.

От увиденного под маской перехватило дыхание, губы непроизвольно приподнялись, а глаза готовы были пустить слёзы

- Как? Ты.

Страж этажа

Скорченное ненавистью лицо, человека, ставшего отцом. Оно смотрит на меня, с гримасой жгучей ненависти. Его щека поддёргивается.

- С-Сора.

Только у отцов может быть такой взгляд, наполненный яростью бешенной собаки, что так быстро меркнет, стоит глазам посмотреть на сына, расплакавшегося, сейчас стоя на коленях у живой марионетки. Её глаза опустели стоило нанести удар в слабое место.

- Давно не виделись...

Отцовская ненависть Зака сразу же спала, стоило только снять маску.

Ком встал в горле, когда я встретился с его чуть ли не плачущим лицом. Глаза не верят в то, что видят, я тоже если честно не верю, что после стольких лет, я всё же увиделся с ним. У меня даже дрогнул голос

- Брат.

- Как... но. Ты ведь, ты же.

Его грудь поднимается всё быстрее, что после спуститься и снова начать этот цикл. Глаза краснеют, готовясь взреветь слезами.

Голос всё время высокомерный и твёрдый тоже дрогнул, как и у меня. Он осмотрелся, слегка шагнув ко мне.

- Ты ведь... умер?

Он протянул руку, коснувшись моего обезображенного лица. Его глаза, будто бы смотрят на призрака.

- Да. Я умер.

Тело так и просится прыгнуть в объятья некогда старика. Вновь хочу почувствовать себя слабым ребёнком под защитой этого человека, ставшего мне, я бы сказал старшим братом, но это не то, совсем не то. Он заменил мне отца. Я хочу прыгнуть к нему, но деревянное тело, не двинулось. Не понимаю почему.

- Но, ты здесь. Живой. Ты живой. Я трогаю тебя.

Он даже не обратил внимание на безобразный шрам на левой части лица. Удивительно, что он так легко меня узнал.

- Да, живой. Это тело.

Сглотнув, я стукнул себя по груди.

- Оно живое, но я уже не тот...

Я не успел продолжить. Он резко, я даже не успел заметить, как Зак обнял меня. Его руки тёплые, они обнимает меня, будто я его сын. Хотя может быть я просто брежу, но именно так я понимаю объятья отца. Мощные руки, спина, за которой чувствуешь защиту и искреннюю радость от встречи, порождённой от чистой и искренней любви отца.

- Я так рад, Сора.

Чувствуя его прерывистое дыхание на своей шее, не сумел сдержать одинокую слезу, что покатилась по живому лицу, точно я в той пещере. Глиняная маска упала, расколовшись на две части.

- Я тоже рад.

Но после ответа я отстранился от него.

- Сора?

Потерянный его взгляд так смотрит на меня, точно пытается понять, что у меня в голове.

“Нельзя затягивать. Ему будет только больнее, как и мне”

- Брат.... Прошу, убей меня.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Первое, что я помню после того, как моё тело поглотила тьма той бездны, так это запах шерсти, быстро сменившийся смрадом остатков.

А после в спину ударило с такой силой, будто бы в меня влетела дубина орка. Затем приятная влажность обволокла всё тело.

Было сложно дышать, спину жгло, а глотка с носом горели. Я осознал себя лежащим на каменистой поверхности. Вокруг тьма, слышен лишь звук капель, что стекают с волос, тошнотворный смрад, похожий покрывшееся плесенью мясо, ещё не покинул меня, но сильная боль в голове не даёт об этом думать.

Голова звенит, на языке привкус крови, а тьма вокруг, я точно кружусь вокруг неё. К глотке подступила тошнота.

- Ггаа-га-гхаааааа.

В тот момент, когда я выблевал всё, в голову, подобно идеально заточенному копью, вонзилась мигрень. Резкая боль вырубила меня.

После того, как я проснулся, уже было всё не так плохо, голова до сих пор болит, как и спина. Разве, что озноб бьёт беспощадно. Скрючившись в кромешной тьме, в голове промелькнула, расплывшись мысль об амулете в сумке.

Хвала, сумка осталась на том же месте где и была. Высыпав все вещи, я на ощупь нашёл артефакт света.

От резкого сияния заслезились глаза и потянуло опять блевать. Придя худо-бедно в себя, с дрожащими ногами встал.

Осмотрелся.

Я стою прямо возле небольшого резервуара, наполненного какой-то жидкостью зеленовато-красного цвета. Прибавив мощность амулета, разглядел плавающие трупы крылатых монстров, что уже начали гнить.

“Значит, я упал сюда, как и все убитые сверху монстры”

Посмотрев вверх, медленно, чтобы не потерять сознание от резкой боли, я увидел лишь тьму. Я упал настолько глубоко, куда не попадает солнечный свет.

“Ауры нигде не видно. Монстров нет. Тут никого”

Мои глаза способны видеть ауру даже в полной темноте.

“Значит, меня эти мрази скинули сюда. Они хотели убить меня. Эта сука, она виновата”

Проклиная эту тварь, чьё улыбающееся лицо оказалось последним, что увидел там на поверхности, я топнул ногой, но за эту вспышку гнева поплатился острой болью во всём теле, что поставила меня на одно колено.

“Чёрт. Грёбанная сука. Знал же, что надо было от неё избавится”

Злость, словно огонь плавит изнутри, не найдя пути наружу. Немеющие пальцы сжались в кулаки.

- Чёрт.

Процедив сквозь зубы, я выдохнул.

“Если бы не вода всё бы закончилось”

Обернувшись напоследок с ненавистью в глазах к своей спасительной пелене, кишащей трупами, я побрёл искать выход.

“Мрази. Все трое. Плевать, что эти двое ничего не сделали. Плевать. Все равно всех убью. Особенно эту суку.

Собственными руками, собственными”

Цель выполнена, ненависть поглотила меня, сменив боль и усталость на второй план. Зубы скрипят от созерцания картин в голове. Как я сдираю кожу с её лица, как она корчится, молит о пощаде.

- Убью, ненавижу, сука, мразь....

Каждое слово, произнесённое на выходе, облегчает ношу. Такое ощущение, что я несу камень на спине и он постепенно откалывается кусок за куском. Надо лишь говорить.

Вскоре я наткнулся на дыру в скале. Темнота, ничего не видно, но оттуда лёгкий сквозняк ласкает лицо.

“Артефакт заряжен низкопробной маной. Хватит максимум на двадцать часов, если продолжу использовать в экономном режиме. Чёрт не стоило экономить на ней”

Грудь сдавливает от животной ярости.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Шесть тысяч восемьсот тридцать пять.....

Спустя десять минут блужданий злость уже начала угасать, притянув за собой боль и усталость, но мне нельзя останавливаться. Работа артефакта ограниченна, а еды и воды нет. Мне и остаётся только и делать, что идти, но в кромешной тьме сложно.

Куда не посмотри везде хоть глаз выколи, я слышу собственные шаги, иногда они пугают меня. Кажется, что сейчас на меня выпрыгнет кто-то. Оттуда, куда не достаёт свет от артефакта.

Ещё прошло часа два. Постоянный страх и мучительное боль, заставляла сходить с ума. Внутренний голос говорил мне, чтобы я остановился, чтобы прилёг и не о чём не думал. Просто умереть.

“Да, это было бы прекрасно”

Но я не мог. Просто не мог этого сделать, разум умолял и продолжает умолять остановится, но тело отказывается умирать, тело пропитанное ядом ненависти.

Я бы и рад остановится, но не в состоянии. Мой удел страдать. Сейчас счёсывая носки обуви о каменный пол, я жалею, что не умер тогда при падении.

Это противоречие между разумом и телом только усиливали чувство, что кто-то преследует меня, как и то, что мои шаги - это и в самом деле не мои. Хоть я и не вижу ничью манну, но это не достаточная причина для разума.

Поэтому я стал считать шаги, чтобы только перестать боятся. Опустив голову, я смотрю на ноги. Как чёрные ботинки на шнурках с высокой и такой тяжёлой подошвой перемещаются. В какой-то момент я перестал их считать своими.

Я просто вижу, как одна нога, сгребая безжизненный каменный пол носком, двигается вперёд на пару десятков сантиметров, а её преследует брат близнец. Губы же, производят расчёт автоматически, как лёгкие вдыхают воздух.

- Одиннадцать тысяч сто три....

Голос пропал.

- Пятнадцать тысяч триста восемь....

Вновь слышу свой голос и так продолжалось до тех пор, пока я не упёрся лбом о что-то. Такую же стену.

Пещера, по которой я ходил всё время была прямой, лишь тут резко повернулась налево.

- Хах.

Я увидел свет такой тускловатый и тёплый, словно от огней. Лёгкая улыбка показалась на ссохшихся губах, но не более. На остальное нет сил.

“Наконец-то свет. Я не останусь в темноте”

Хоть я и был ослеплён радостью, но это не помешало мне подумать о предосторожности. Я выключил артефакт и голыми, но готовыми в любой момент защищаться, руками похромал к яркому сиянию.

Уперевшись о стенку, я аккуратно выглянул, осмотревшись. Глаза сразу же зацепились за просто невероятную ауру возле огня.

“Что за аура? Да она превышает ауру даже Нары, да что там он даже может посоперничать с Заком. Неужели это обычный монстр сотового подземелья?”

Отступив шаг назад, я ощутил, как глаза... Они взорвались. Пах в ушах, а после тишина. Я не чувствую боли и ничего не слышу, но ощущаю как рот распахнулся в крике и как по лицу стекает кровью. Пару секунд и все ощущения пропали.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Звук тресканья костра, стук подкинутой дровишки, свист ветра, писк песка, по которому ходят чьи-то ноги. Я до сих пор не вижу, но пытаюсь встать.

- Не вставай, демммоническое дитя.

Стоило только предпринять попытку, как меня остановила чья-то мягкая покрытая шерстью рука, а голос такой высокий и вычурный.

Тело парализовало усталостью, глаза горят, будто бы к ним поднесли огонь.

- Спи, ммммалыш.

Я вновь провалился во тьму. Не знаю сколько блуждал по ней пока не увидел первые лучики света. Веки зажмурились, но сразу же начали открываться. Пока всё размыто, а тело так же лежит на чём-то твёрдом, но в тоже время это и не камень, гораздо мягче.

“Где я? Что произошло?....

Точно, я шёл, долго. Ноги болели, я хотел пить, а после, после. Да, был свет. Я подошёл и”

Тут вспомнил, все ощущения, когда глаза взорвались и начали вытекать. Тело словно запущенное из арбалета поднялось, а рот распахнулся, издавая истошный крик.

- Аааа-аааа- глаза! Мои глаз!

Я начал трогать глаза, но руки коснулись какой-то влажной тряпки. Дрожа, я сорвал её, распахнув веки.

В глаза ударил сильный блеск. Прикрывшись рукой, я начал моргать привыкая к нему.

“Где? Кто это был?”

Вижу очертания. Красное, словно танцующее, не сходя с места. Это огонь. От него падает свет, придавая желтовато-размытый оттенок поверхности по ощущению напоминающую песок. А дальше лишь тьма.

“Глаза. Они на месте”

Тронув их, убедился, что они на месте.

“Что это тогда было? Я точно помню, что глаза взорвались. Я ясно ощутил это мерзкое чувство. Неужели иллюзия?”

Я уже был готов полностью погрузится в мысли, как меня отвлекло кое-что поважнее.

“Тот, кто говорил. Его голос, мужской, но точно не человеческий. Этот тот монстр с огромной маной? Это он взорвал мне глаза или же всё-таки использовал иллюзии? Но тогда зачем он оставил меня в живых?”

Нащупав повязку, почувствовал влагу. Это не кровь. Она не липнет, да и не пахнет. Думаю вода.

“Он заботился обо мне? Кто он вообще такой? И где? Я что-то его не слышу”

Зрение начинает привыкать, размытая пелена постепенно спадает. Я уже чётче начинаю видеть огонь. От него так тепло. Я подобрался по ближе. Согретый песок, такой приятный на ощупь.

Но даже расслабившись, я внимательно слушаю. Но не шума шагов, не дыхания, не чужого присутствия. Я уверен, что сейчас один. Да и отсутствие пятен маны разных цветов это только подтверждает.

- Какого чёрта?

- Ммможно и так сказать.

Я вздрогнул. Тело покрылось мурашками, такими холодными.

“Когда он появился? Я ведь ничего не слышал. Да и маны не было видно”

Отпрыгнув назад, так неуклюже из-за усталости и отсутствия чёткого зрения, я посмотрел на него.

“Это он”

За огромной маной, что обволакивает его тело не могу разглядеть силуэт. Мана напоминает костёр, спокойна и уравновешенно, но если подойти можно и обжечься.

- Ты кто такой, мать твою?!

Рефлекторно потянулся за спину, к мечу, но его не оказалось.

“Чёрт”

Торс напрягся до боли в мышцах, а ноги уже готовы рухнуть о пол. Глаза хоть толком ничего и не видят, но забегали, ища хоть, что нибудь для битвы. Дыхание спёрло, ладони закололо холодными иглами изнутри.

“Что я вообще делаю?”

Щелчок в сознании, заставил тело расслабиться. Не найдя стоящей причины, чтобы насиловать и без того уставшие ноги, я присел, уперевшись ладонями о шершавый песок.

“Слишком мощная мана. Я без магии и оружия, зрение отсутствует, сил почти, как бороться за жизнь, так и просто жить, совсем нет.

К тому же ещё и не в знакомом месте. У меня нет и шанса. Все воины, которых знаю говорили, борись до конца, пока смерть не сожмёт глотку. Как и Зак, что выжил после боя с полубогом. У него отрыв был и того больше, но я не он. Я устал”

Услышал приближение лёгких шагов, до безобразия лёгких для обладателя такой маны, приподнял голову. Он стоит прямо возле меня. До сих пор не могу разглядеть его силуэт.

- И? Что дальше? Зажаришь меня на костре?

Он не ответил, но его центр тяжести сместился.

“Уже готовится нанести удар? Без прелюдий. Ну так даже лучше. Надеюсь, закончит всё одним ударом. Не люблю боль. Не хочу выглядеть жалко”

И в этот момент я опять подумал о Заке, как он, даже стоя перед смертью продолжал отпускать шутки и улыбаться.

- Я довольно мускулистый. Таким надеюсь ты подавишься. Да и вкус не очень.

Выдохнув, я опустил голову.

- Ты и в правду интересный.

Удар, который я ожидал взорвёт мне голову, оказался мягким и пришёлся не в лицо, а в волосы.

Открытой ладонью, покрытой мехом, он кажись погладил меня.

“Что за?”

Я посмотрел на него с не понимаем, но его уже не оказалось. Он перед костром, что-то делает.

- Тебе нррравятся жабы?

Я не нашёл что ответить.

- Как любят говорить люди. Ммммолчание знак согласия. Ничего, они вкусные, а то как их яд играет на языке. Мммм, пальчики оближешь. Конечно, я бы не отказался от рыбки, но увы запасы тютю.

- Ты кто?

Наконец-то нашёл в себе силы задать мучащий меня вопрос.

- О ну наконец-то ты решил спросить имммя того в чей дом вломммился. Так ещё и с чёрного входа. Ну правда. То эти летающие птички без спроса вламммываются. Ну им простительно. У них мммозгов мммаловато, чтобы понять свою грубость. Но ты демммон, это другое дело.

В его голосе проскользнула недовольство. Мне стало не по себе. Чувствую его пристальный взгляд.

Кадык дёрнулся, чтобы проглотить слюну.

- Ну так. Всё же придётся учить тебя ммманерам. Во-первых. Перед теммм как войти в чей-то дом, нужно постучаться, а в идеале уведомммить заранее, чтобы не вышло никаких Форс-мммажоров.

“Под Форс-мажором он имеет ввиду мои глаза?”

- Понял?

Рефлекторно голова дёрнулась, соглашаясь с ним.

- Во-вторых. Перед теммм как спрашивать чьё-то имммя, не мммешало бы и самммоммму представиться. Есть ещё мммного чего, но не соблюдение этих двух правил бесит мммменя больше всего. Будь добр заучить.

Лёгкие намёки на злость в его голосе, заставляют в животе всё скрутится, но я не подаю ввиду.

“Жалкое зрелище. Только вот был готов умереть, а сейчас трясусь от страха. Решимость, что же ты так переменчива?”

- Меня зовут Сора Гарсио. Шестнадцать лет. Зверо-демон. Воин.

- Вот, это уже другое дело. Давай. Подползай сюда.

Услышав волнение песка, я понял, что он стучит мне на место возле себя. Я послушно подошёл. Все равно деваться не куда.

- Ну а мменя зови Ремик, фамммилии лишён. Мммне где-то с сотен пять лет. Точно не скажу. Увы когда столько живёшь, уже перестаёшь считать. Раса Высший-зверь. Страж.

“Пять сотен лет, лишён фамилии, да и раса, никогда не слышал о ней”

- Страж чего?

- Этого места.

Подземелья состоит из сотен уровней, каждый уровень напичкан монстрами, а чтобы спуститься ниже нужно пробраться сквозь них всех и победить стража этажа. Стража, что правилом сильного, командует всеми на этом этаже. И этот непонятый сгусток чудовищной маны, что так воркует со мной, это и есть страж этажа.

“Страж этажа! Он?”

Силховы глаза

Ослабевшее тело непроизвольно напряглось, хлеща мышцы, что подвываются от боли. Сглотнул пропитанную ржавчинной слюну. Глаза забегали по фонтану маны, что источает существо передо мной.

Я ещё плоховато вижу, но отчётливо слышу звук его спокойного дыхания, точно ветер иногда заходящий на зелёную поляну. Уши прямо дёргаются.

- Что напряглоссссь, дитя?

Не вижу его силуэт, но понимаю, что он даже не отвлёкся от созерцания огня.

- Расслабься, дитя. Не съеммм.

Почему-то мне показалось, что он облизнул что-то.

“Что делать? Я знал, что он силён, но страж это уже совсем другой вопрос. До этого момента я рассчитывал если, что сбежать, хоть и вслепую, но сейчас... Хотя все равно я бы не сбежал. Захочет убить убьёт. Я ведь уже решился, что сейчас трепыхаться?”

Приложив руку к сердцу, что готово вырваться, раздробив рёбра, я выдохнул. Так, что в лёгких не осталось воздуха, а затем вдохнул, слегка похрипывая. Запахло жаренной плотью. Принесённые стражем лягушки начали подгорать.

- Мммолодец.

Стоило присесть возле него, даже ближе, чем раньше, как его рука рухнула на голову.

- Не бойсяяя.

Закрыл глаза. “Пусть восстановятся. Лучше сконцентрироваться на звуках”

Щелканье сгоревшей древесины, сквозняк бьющийся о скалы, звук земли, в которой прокручивают насаженных на палки жаб.

“Могу. Да, я даже без зрения, лишь по звукам и ощущениям могу представить, что вокруг”

Сжимая в руках горсть песка, я представил пейзаж. Тёмная пещера. Я в центре, сижу на песке, что опоясывает засыпанный центр. А дальше помню был лишь неотёсанный камень.

Костёр тёплый, стоит только немного от него отойти, как начинаешь мёрзнуть.

“Никто не наблюдает. Это его владения?”

Мой непроизвольный взгляд, не остался незамеченным, хоть я и не открывал веки.

- Да ужжжж. Кто бы ммог подумммать, что я встречу Силховы глаза.

- А?

- Дитя, только не говори, мммне, что не знаешь?

В его удивлённом голосе, пробивается раздражение. Хотя точнее будет сказать зависть.

- Что не знаю?

“О чём он? О моих глазах?”

- О святая Агнешь, как же такое возможно? Ты и не знаешь с какиммм, сокровищемммм родился?

Он аж отстранился от меня, уже не скрывая раздражения.

- Сокровищем? Ну да, я могу видеть ауру, н-но это всё. Полезно, конечно, но....

- Полезно? Видеть ауру? Глупое дитя. Как же можно быть настолько ограниченныммм?

Видя моё замешательство, он вспыхнул, но даже не издав и звука быстро успокоился, уподобляясь яркой свече, подожжённой в ливень.

- Ладно, глупейшее дитя демона, я поведаю тебе о даре, что ты ннносишь в глазницах.

Однажды родился ребёнок. Да, как родился. Когда пришло время прийти в этот мир, он сожрал органы матери изнутри.

А напитавшись сил, пробил длинными когтями живот уже мёртвой матери, что только минуту назад корчилась от смертельных мук. Те, кто были этому свидетелями, онемели от страха, их члены замерли, а сами они перестали дышать.

Их глаза не хотели смотреть на ребёнка постепенно вылазящего из утробы мёртвой женщины, но они не могли. И дело не только в страхе. Нет. А в завороженности картины.

Лысый мальчик с искривленным, из-за слишком высокого давления, черепом, лежит на матери. Его длинные зелёные когти размером с кисть мужчины, заставляющие кожу только от одного прикосновения гнить, впились в бледную плоть женщины.

Его детский такой невинный смех, отбивающийся от тканевых стен родильной палаты, заставили двух впечатлительных женщин упасть без сознания.

Двое же оставшихся, отец сына и мать умершей, что принимала роды, потеряли дар речи.

Они, словно загипнотизированные смотрели не на огромные когти, не на несуразный череп ребёнка, будто бы в него прилетела дубина, и даже не на окровавленный рот, с которого торчит недоеденная кишка. Нет, они смотрели в его глаз. Лишь один, потому то другой не открывался из-за сдавленного черепа.

Но этот один глаз светился. Завораживающей синевой, на фоне бледного трупа и кровавой оргии.

Это произошло около полторы тысячи лет назад. В отдалённой деревне демонов с население не больше сотни человек.

Как говорят он рос по часам. Уже через год он выглядел как подросток. Не смотря, на то, что его хотели убить они не смогли. Его тело было настолько прочным, что ломало даже мечи.

А глаза алмазы, которые не пробить и идеально заточенным копьём.

Они смогли лишь сдержать его цепями и заточить в огромной яме, бывший колодцем. С самого рождения он не получал не еды, не воды. Никому не понятно, как смог выжить и возмужать там, но есть версия, что его глаза способны были поглощать просто умопомрачительное количество манны.

И вот прошёл год. Силх, так его хотела назвать мать, освободился от цепей. Ведомый лишь голодом и ненавистью он вырезал всех в том поселение, а после и сожрал.

Сожрал бабушку и отца, сожрал детей, сожрал беременных женщин и инвалидов. Всех до единого.

Оставив после себя лишь кровавые следы бойни. После этого о нем ничего не было слышно лет десять.

Следующее его появление задокументировано в столице демонов Даемонд. Он силой захватил трон и правил.

Правил сотню ужасных лет, где убивал, насиловал и сжирал детей заживо. Демоны начали бежать в другие страны, вся странна уже готова была просто распасться. Взошли бунты, как грибы после дождя.

Но их жизнь была не долгой. Все участвовавшие погибали, а оставшиеся бежали. И кажись уже, что стране конец, как боги демонов взревели, созерцая с небес бесчинство их сына и они покарали его. Оторвали руки и ноги, голову придали вечному огню и заперли между мирами, вечно гореть, а туловище опустили куда-то сюда на сотые этажи.

Конечности же захоронили в четырёх концах мира, настолько глубоко, чтобы ни одно существо даже за всю свою жизнь не смог бы к нему добраться.

- Так и оборвалась жизнь демоммна, от рук которого чуть не погибла целая страннааа.

Я слушал затаив дыхание и дело тут не только в умиротворённом голосе стража, но и я почему-то почувствовал внутри себя странное тепло. Будто бы слышу рассказ о своём отце или же деде.

- Но, при чём тут мои глаза?

“Они ведь не могут поглощать ману, да и никакого укреплённого тела у меня нет”

- А при том, дитя! Он дал жизнь больше тысяч потоммммкам. Хоть и большинство и убили, как отродьев дьявола, многие выжили. Так как имммели часть силы предка.

Остановившись, он промурчал, словно потягиваясь. Из сгутстка маны, окружающего его, начал проглядываться силуэт. Кажись он встал на четвереньки и вытянул спину. Даже послышались хрусты костей.

- Эти же предки дали жизнь другим, но силховы глаза уже не передавались. Лишь в редких случаях. Очень редки и даже так носители были слишком слабы для таких глаз. Их манны хватало, лишь, чтобы поддерживать глаза, которые в противном случае иссушали бы тело изнутри.

“Так подожди. Стоп. Нет. То есть”

Страж, словно подметив направление моей мысли, продолжил.

- Это привело к тому, что такие дети с силховыми глазамммми не в состоянии использовать ману. Её даже не могут почувствовать другииее. Глаза просто поглощают любые её проявления, словно изголодавшиеся пиявки.

- Ха.

Лёгкий выдох с улыбкой недоумения. Я смотрю на стража, на его бьющуюся словно из жерла вулкана ману. Сердце сдавило, оголённые ноги похолодели, ноздри вдохнули запах подгорелой плоти.

- То есть. У меня есть мана? То есть сейчас. Прямо сейчас она есть?

Я посмотрел на свои руки. Ничего не вижу, лишь иногда мигающие размытые формы. Не вижу, но чувствую, как их сковали холодные цепи. Они дрожат, словно моля о помощи, моля чтобы их освободили.

“Всё это время у меня была мана?”

- Пхах!

В уши словно раскалённую лаву залили. Лаву, состоящую из оскорблений и презрения.

- “Дефектный”

Слова девочки, с которой я дружил с самого детства. Она мне очень нравилась, и я был уверен, что тоже ей нравлюсь. Но когда мне исполнилось шесть и стало понятно, что у меня нет манны.... Помню, как сейчас выражение презрения на детском лице. Как и брезгливость в направленных в меня взглядов её родителей.

- “Фууу, не смей говорить со мной. Ещё заразу не хватало подцепить”

Первый курс военной подготовки. Слова, сказанные некогда лучшим другом. Даже не смотря на отсутствие маны, он дружил со мной. До тех самых пор пока мы не поступили в академию. Месяц он ещё пытался вести себя со мной, как обычно, но против давления не пойдёшь. И в итоге.

Придя в академию, я услышал эти слова, когда просто хотел поздороваться. Он сказал это с таким же взглядом презрения, показательно отдёрнув руку. Взгляд его же забегал по окружающим.

- “Зачем ты вообще живёшь?”

В тот же день. Я только умыл слёзы в туалете. Сердце ещё болело, а ноги дрожали. Я не хотел уже идти в класс. Не хотел вновь этих взглядов, словно они смотрят на бракованного.

Но я пошёл. Ведь знал, что дома будет только хуже. Я ошибся. Лучше бы я тогда пошёл домой.

Следующим уроком оказалась практика магических способностей. Проводили турнир. Я вылетел сразу. В первом же раунде, в первую же минуту, под смешливые присвистывания наблюдающих. А после учитель отвёл меня в учительскую и просто сказал это.

В его лице я не видел отвращения, как и в серых глазах, опьянённых мудростью прожитого столетия. Он просто сказал это, а после протянул мне отравленную иглу.

- “Ты ничего не почувствуешь”

Да, каждый воин обязан знать о подобном оружие. Дешёвом в изготовление, но при этом очень опасном. Нужно лишь неаккуратно коснуться, как в течение минуты наступит безболезненная сметь. Хоть я и взял иглу, но воспользоваться не смог

- “Ничтожный”

Кричали мои ровесники, пиная меня после школы. Они били ногами содрогающееся тело, я пытался отбиваться, но против магии и количества ничего не мог поделать. Но даже так я понял, если пытаешься давать сдачи, то они бьют гораздо реже и слабее.

- “Моё семя проклято. Я надеялся, что хотя бы ты будешь нормальным”

Отец с бутылкой дешёвого алкоголя в руке. Не помню, во что он был одет. Помню лишь не бритую щетину, потерянные глаза и сморщенные руки, сжимавшие бутылку.

- “Зачем я тебя рожала? Я проклята. Боги видели мои грехи. Ты моё наказание. Они так наказывают меня”

Мама всё это время относилась ко мне хоть и относительно благосклонно, но я та понимал, что она скрывает разочарование и даже ненависть. Она и сама понимала, что я это понимаю, но не переставала встречать меня с натянутой улыбкой.

Но в тот день, за неделю до того, как в нашу деревню напали люди, она не выдержала.

С разбитым в кровь лицом. Работа пьяного отца, она разрыдалась, виня во всём меня. Меня и Лару, что уже давно не выходила с подвала, которые все в семье изредка вспоминая называли её комнатой.

Лишь Лара относилась ко мне с любовью, но лишь потому, что была гораздо хуже меня. Она была единственной, кто в деревне хуже меня. Иногда думаю, может как раз поэтому я так часто к ней ходил и разговаривал.

Чтобы почувствовать себя выше хотя бы кого-то?

От этой мысли хочется блевать.

- Ловиии.

Из потока мыслей и воспоминаний меня вытянул горячий удар. Нет не удар, в меня бросили, что-то горячее и даже склизкое. Попало прямо в нос, а после словно специально упало на руки.

- Жаба. Пальчики облллижешь.

Сказал страж, с удовольствием уплетая свою порцию.

Чувствуя слегка подгорелый запах мяса, я сглотнул. Живот свело холодком, заставляя издать протяжное журчание.

- Желудок никогда не врёт. В отличии от разума и ртааа.

Кивнув на слова стража, я вцепился зубами в плоть. Я и не заметил, как обглодал всё мясо до костей, а потом сгрыз ещё и их.

- Лови добавку.

В лицо опять прилета небольшая тушка.

- Спасибо.

“Мог бы и в руки кинуть”

Подумал я, но всё же поблагодарил.

Как только с едой было покончено страж встал.

- Ну ладно. Пошллии.

- Куда?

- Пробуждать этти твои глазкиии.

- Н-но я ничего не вижу.

Я хотел отползти от него, но он схватил меня за руку, не сильно и потянул за собой.

- Как раз. Ничего не будет мммешать сконцентрировать. Ты ведь ввиидишь ммманну?

- Д-да.

- Вот и всё. А теперь заткнись и пошли.

Прошли мы где-то минут двадцать. Мы всё время поворачивали и даже дважды поднимались. Повсюду развлекается тишина, а из маны я видел только какие-то крохи, ползающие по стенам.

“Тут даже у насекомых есть манна?”

- Посмотри вверх.

Остановившись, он отпустил руку. Я посмотрел. Глаза немного начало щипать от яркого света маны, но не более. Всё же манна стража, к которой я привык гораздо мощнее.

- Хорошо. А теперь обследуй ммманну. Словно ты видишь, из чего она состоит. Представь, что мманна это как таже жаба. Всё, что видят обычные глаза это лишь внешность, но твои глаза способны на большее.

Прищурив веки, слегка поддёргивая щекой от неприятного покалывания в глазах, я пригляделся к свету похожему на солнце. Я видел много разных манн. Невинно чистую, как у Зака, что иногда окрашивалась в черную, как сама ночь. Видел обычные проявления синей маны. Пару раз приходилось видеть и розовую с зеленоватой, но никогда не замечал похожую на солнце.

Я пригляделся к этому свету, что отбрасывает плотная сфера в середине. Не разглядеть кто внутри.

- Не концентрируйся на хозяине. Только мманну. Изучи её. Поймммми, что мммманна окружающая живое существо это часть тела. Задев её, ты ммможешь задеть и самммо существо.

Закрыл глаза, вдохнул.

“То есть... Нужно попытаться раскидать манну на составляющее”

Распахнув веки, я попробовал. Белки глаз начало сжечь сильнее. Они словно пульсируют изнутри. Такое чувство, что они опять лопнут.

- Не могу.

- Хорошо, передохни и продолжимммм.

В голосе не слышалось недовольства. Я, отведя взгляд присел пытаясь восстановить сбитое дыхание. Спустя минут десять я опять попробовал. Но ничего не вышло. Я опять отдохнул и продолжил.

И так продолжалось пару дней. Всё это время страж меня не поторапливал и даже не злился. Мы спокойно ходили после еды в тоже место и я смотрел на свет. Зрение уже вернулось, но я до сих пор не могу разглядеть существ за потоком маны.

Лишь силуэт.

Страж - это не высокое существо покрытое, чем-то похожим на мех. Ростом он где-то мне по горло иногда он любит размяться, бегая на четырёх ногах по стенам пещеры.

Мы редко разговариваем, лишь иногда перекидываясь словами. Ведь во время и после созерцания того, ни знаю, чего я просто выматываюсь до такой степени, что сразу засыпаю.

- Как там снаружи?

В его голосе я услышал непонятную тоску, а его голова в тот момент была направленна вверх, словно он хочет увидеть голубое небо за километрами твёрдой породы.

- Что именно?

- Нет, ничего.

С того случая прошла ещё неделя, но видимых результатов почти не было, я лишь смог увидеть за желтоватым светом полупрозрачную прослойку, а что за ней ещё не могу. Я не бесился и не задавал ненужных вопросов.

Я думал. Думал обо всём. О том, что мне делать сейчас, что делать, когда вернётся зрение, как вернуться, смогу ли я вообще выбраться отсюда, поможет ли мне страж или же не захочет отпускать меня. Ведь ему может быть здесь одиноко одному.

- А что ты тут делаешь?

- Охраняю... Охранял.

- Кого?

Он не ответил, а лишь посмотрел в сторону пещеры, из которой я вышел.

Прошло ещё месяца три. Я уже полностью разобрался в себе. Перестал ненавидеть свои глаза, предка, да даже ту суку. Совру если скажу, что вообще к ней ничего не чувствую, но я, сидя тут в кромешной темноте, многое осознал.

У меня просто не было другого выбора. Я поставил себя на её место. Поэтому и не злюсь на неё. Я сам виноват, что признался. Мог бы ведь просто расстаться с ней и всё. Я просто был самым обыкновенным эгоистом, желающим принятия от неё, но даже не подумал о её чувствах.

Да и даже преподнёс своё признание не так, как надо было. Но даже так, если я встречу её, когда выберусь отсюда, она целой точно не уйдёт.

Как минимум, чтобы было всё справедливо, но я её не убью. Пусть живёт.

В плане тренировок тоже наметился прогресс. Я разложил манну на четыре составляющих, четыре уровня: Первый уровень свет, второй уровень полупрозрачная прослойка, третий уровень - очень мелкие существа, четвёртый уровень - их места стыковок. Самые уязвимые места.

Я бы обрадовался тому, что тренировка уже подходит к концу, как и моё восстановление, но страж начал странно себя вести.

Второе солнце

Огромная каменная рука великана повисла надо мной. Всего лишь на мгновение, чтобы после рухнуть мне на голову, разрывая воздух.

Глаза слезоточат, мышцы ноют после долгого перерыва.

Согнувшись в коленях, рывком ушёл от удара. Спиной почувствовал отдачу. Куски раздробленных камней ударились в тело.

“Вижу”

Перестав проклинать наблюдающего за моими страданиями, стража, я сконцентрировался на глазах.

Сквозь пелену манны, я вижу красное пятно, что мигающе так выделяется на бледно-синем фоне.

“У виска. Это его слабое место?... Подожди-ка”

Прыгнув вверх, уворачиваясь от рубящего удара по горизонтали, я подметил ещё пятна. С ноющей болью в глазах, разглядел ещё парочку красных точек, но уже гораздо меньше.

И нет не парочку. Их больше. Гораздо больше. Десятки, нет сотни. Они облепили его тело. Со стороны выглядит так, будто бы пятиметровую скала, способную двигаться, поразила какая-то болезнь.

- Ха-вах.

Выдохнув, я вытащил деревянную палку. Страж, зачем-то кинул мне её, прежде чем разбудить дремлющую скалу.

“Неужели он думает, что этой сухой палкой, я смогу ранить его? Да она же сломается”

Я посмотрел на него, стоящего в стороне, лицезрея мои страдания, приложив руку к лицу.

“Съехал с катушек от одиночества?”

Живая скала взревела, переполнившись злобой. Крик больно ударил по ушам, руки так и хотели прыгнуть к ушам, но я вовремя остановился.

Порыв ветра заставил тело извернуться от ещё одного прямого удара сверху, от которого задрожала земля.

“Ладно, была не была. В любом случае успею увернуться”

Сжав засохшую палку длинной с пол обычного меча, я нацелился на красную точку у ноги монстра.

“В случае провала успею увернутся”

Вдох, согнутые колени и выдох, запустивший тело вперёд. Я уже у ноги ничего не понимающего существа. Плечо занесено назад, рука до предела напряжена, выпад. Попал прямо в красную точку, что будто бы всё это время звала меня к себе. Палка разломалась в щепки. Заметив это, я сразу отскочил назад.

Тишина. Монстр замер, видимых повреждений на ноге не замечено.

“Не сработало? Но тогда почему он замер? Удивлён слабостью удара?”

Я уже хотел вопросительно взглянуть на стража, проклиная его безумие, как нога, она просто рассыпалась, поднимая пыль.

Монстр с грохотом рухнул на землю, так и не издав рёва.

- Чтоб меня.

По спине пробежали мурашки от увиденного. Я посмотрел на оставшуюся часть палки в руке.

“В палке дело? Неужели она пропитана манной? Нет. Не похоже. Тогда те красные пятна? Неужели слабые места?”

Ещё не веря в увиденное, я вновь посмотрел на стража. Он даже не сдвинулся, но его аура. Всё это время вечно спокойная забурлила, уподобляясь языкам пламени.

Бурлят, извиваются, вырастая чуть ли не до самого потолка, чтобы в туже секунду вернутся обратно, а кончики окрашиваются лишь на мгновение в фиолетовые оттенки.

“Что это...”

На периферии, что-то промелькнуло, принеся вой боли. На одних рефлексах вновь увернулся, но удар оказался гораздо быстрее предыдущих. Каменная рука успела задеть край стопы. Приземлившись на ноги, я сразу же рухнул от резкой боли.

- Чёрт!

“Перелома нет. Вывих максимум”

Быстро оценив состояние, я поднялся на одну ногу. Вновь вдох-выдох, стеревший ненужные мысли, роившиеся в голове. Выбросив обрубок, я оторвал низ рубашки, перевязав кулак.

“Ну что же. Покончим с ним”

Вытянув согнутые в локтях руки перед собой, я встал в стойку, готовясь нанести ответный удар. Глаза впились, словно клыки хищника, в облако пыли, что медленно оседает.

Каменная рука, беспощадно разрезала его. Без особой сложности подметив, я увернулся, балансируя на одной ноге, а после побежал прямо к стоявшей на колене туше.

“Закончу одним ударом”

Терпя боль в вывихнутой стопе, я прыгая здоровой ногой, подобрался вплотную к громиле. Глаза на уровне живота, красной точке. Замах рукой, удар о кажись нерушимый камень. Противник сразу же замер, а рука пробила прочный камень, войдя внутрь.

Звук тресков, что словно паутина распространилась по всему телу.

“Конец”

Отпрыгнув назад, я дал уже умершему противнику распасться на мелкие кусочки.

- Пха.

Улыбка на усталых губах, что яростно всасывают воздух, окрасила лицо.

“Смертельные точки. Я вижу их. Да с этим я. Я непобедим”

- Ммммолодец, дитя демммона.

Голос достиг ушей чуть позже руки, что так мягко, но в тоже время угрожающе рухнула на плечо. От чувства, будто бы на плечо упала гора, я рефлекторно дёрнулся, встав на две ноги. Колено больной подкосилось, словно не найдя опоры, ввергнув меня во тьму.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Ха-ва-ха-ва-ха.

“Чёртов ублюдок”

Прижимая разлагающуюся половину лица рукой, я ногами удерживаюсь на спине дракона. Он несёт меня вверх, к свету, к свободе.

Во рту привкус железа, губы украшены красновато густой жижей, что стекает по поражённой ткани лица прямо ко рту, отдавая тошнотворной горечью.

“Еда?... Отомщу, грёбанный комок шерсти. Убью мразь”

Сердце бешено стучит, отдавая болью, будто бы его опоясывает шипастая цепь. Каждый удар заставляет скрипеть зубами всё сильнее. В носу свербит от запаха гари, голова кружится, а тело то и дело беззащитно принимает удары сильной усталости.

- Мразь.

Процедив сквозь зубы, которых так хлещет встречный ветер, я неосознанно впал в воспоминания, лишь бы только не думать об этой боли.

После боя со скалой, я упал в обморок от истощения. Не от физического, нет. Для меня это была можно сказать лёгкая прогулка, я был и в гораздо более опасных и выматывающих заварушках.

Дело в глазах. Их использование с начало употребляет внутренние резервы манны, а когда они истощаются, переключаются на внутренние запасы тела, да с такой скоростью, что продлись бой хотя бы на минуту дольше, я бы мог и умереть, сам этого не поняв.

Услышав это от стража, сразу после вялого пробуждения, я ужаснулся.

“Так легко?”

Как раз тогда, я и впервые смог разглядеть его внешность.

Покрытая мехом миниатюрная мордочка, походящая на кота. Желтые глаза с зелёным оттенком. Этот безупречный цвет по середине, словно взмахом кинжала, разделяет острая линия зрачка, выдающая в нём хищника.

Одет он в мешковатый плащ, за которым прячет лапы, таящие в себе острые когти на кончиках, которых яд, судя по тому, что я видел. То, как пойманная им добыча не двигалась и той горечью, что отдавала приготовленная из них еда.

Все его тело покрыто рыжей шерстью, а белые усики торчат в разные стороны, говоря о беспечности владельца по отношению к внешности.

Прошло дня три как я очнулся. Всё это время страж меня не беспокоил. Он так же жарил лягушек и кормил меня, не давая мне лишний раз двигаться. Я же лежал с болью в глазах, которые перенапряг. Короче говоря, расплачиваюсь за свою неопытность.

Когда на четвёртый день мне стало гораздо легче, Ремик вновь привёл меня к тому месту, где я разглядывал свет.

- ”Что ты видишь?”

Не понятной дрожью в голосе он произнёс этот вопрос.

С некоторым страхом, что боль вернётся, я слегка прищурился прежде, чем посмотреть на свет.

“Красота”

Всё, что мне пришло в голову, когда глаза разглядели скрученного в позе эмбриона существа. Я не вижу его точных очертаний, но аура, походящая на солнце, принудила приоткрыть рот, точно ловя тепло, излучаемое им.

- “Нужно подойти”

Сказав это, я потянулся в перёд, с непонятной алчностью. Помню, как всё внутри сжалось от непонятного страха. Страха упустить то существо, страха, что кто-то будет обладать им, кто-то помимо меня.

Рука уже начала тянутся к нему, как её сжала, что-то сильное. Лишь придя в себя, я увидел на протянутой руке лапу, а острая боль пронзила сжимаемое запястье.

- “Не смей”

Этот тон и расширенные в полтора раза глаза, словно в испуге, оказавшиеся прямо передо мной, заставили тело содрогнуться от ужаса.

Страж сразу же пришёл в себя, вернув то внешнее спокойствие, но все равно сердце ещё долгое время содрогалось в судорогах ужаса только от воспоминаний об этом.

Прошла неделя. Я сражался с разными монстрами. Живыми тенями, мимиками, способными принять любую форму, огромными жабами, чья слюна растворяла камни, здоровыми циклопами с дубинкой, с два меня, на перевес.

Раньше бы такие монстры заставили меня если не бежать, то подготовиться к тяжёлой битве, но сейчас, видя их слабые точки, я с лёгкостью смог справится с ними.

Ремик был доволен моими успехами. Я был бы счастлив тоже и даже бы забыл о том случае, если бы только мурашки, проходящие по спине, не говорили мне об опасности, о том, что чей-то хищный взгляд смотрит на меня сзади, чьи-то острые зубы, увлажняясь слюной не желали вкусить моего тела.

Оборачиваясь, я видел только стража, занимающегося своим делом. Первое время я считал, что мне просто кажется, что я просто начинаю нервничать, находясь под землёй, но один случай убедил меня в обратном.

В тот день я как обычно готовился ложится спать после очередного сражения. Глаза немного ныли от усталости, а веки слипались, приказывая сознанию отключится. Потянувшись, я уже хотел лечь, но не успели руки опустится, как чувство опасности заставило меня обернуться. Неожиданно и быстро даже для меня.

Лишь на мгновение, нет на долю этого самого мгновения, я увидел два огромных глазах голодного хищника, чей язык облизывает острые губы. Тело обледенело от страха тогда. Страж же, как не в чём не бывало своим мудрым взглядом пожелал мне спокойной ночи.

Я же сделал вид будто бы ничего не произошло, но уснуть той ночью так и не сумел. Сердце не успокаивалась, а глаза не смели закрыться дольше чем на секунду.

На следующий день, я начал искать способ выбраться под предлогом прогулки. Я искал весь день, но ничего не нашёл. Ни лестницы на верхний этаж, ни даже на нижний.

Поняв, что я уже всё обыскал, но не нашёл способа выбраться отсюда, я вновь ощутил тот страх. Мне надо было возвращаться, но ноги отказывались вести тело к тому существу, на чьём теле я даже не могу увидеть красных точек.

Их совсем нет. Я думал, что они появятся после практики, но с течением времени я понял, что дело не в этом. Страж просто совсем на другом уровне. Он настолько силён, что со своими силами я не смогу нанести ему смертельного урона куда бы я не бил.

Задумавшись об этом, я не понял, как оказался перед знакомым светом. Вторым солнцем в этом кромешном сотом этаже.

Ноги сами меня понесли сюда, словно спасая от той тьмы что ждёт меня, когда я вернусь к стражу.

Взбираясь по уступам каменной стены к золотому свечению, я хотел просто насладится в близи успокаивающим душу вторым солнцем, как слух резанул знакомым голос, таящий в себе неизведанную опасность.

-”Дитя”

Спокойный тон, заставил меня сглотнуть слюну, а тело вздрогнуть, словно его облили кипятком.

Бросив взгляд на источник звука, я разглядел силуэт тела, чей рыжий мех, встав дымом, заострился на концах.

- Ре-мик?

Кончики пальцев закололо изнутри. Я уже готов был отшагнуть назад, как он исчез из поля зрения.

“Что?”

- Предупреждал.

Сдавленный тон раздался за спиной, вызывая дрожь в ногах, а спустя мгновение и сильную боль в боку. Ступни оторвались от земли, к горлу подступила жидкость с привкусом железа, рёбра затрещали.

Тело, точно выпущенное из пушки ядро, влетело в стену.

- Кха-хааа!

Боком влетев в стену, я ощутил, как сознание теряет контроль над телом. Чувствую лишь адскую боль в костях и как со рта стекает кровь. Голова рухнула в бок, ударившись о стену.

Глаза закатываются вверх, зрение размывается. Ощущение такое что если я сейчас закрою их, то больше никогда не открою. Я умру.

- Я предупреждал.

Ещё удар, теперь в лицо. Прямо в нос и зубы. Хруст.

- Бля-вавв.

Я уже на обчёсанных в кровь коленях, блюя кровью. Стоя на четвереньках, я сквозь слёзы созерцаю очертания зубов в луже крови.

Руки подрагивают оперевшись о шершавый и такой холодный пол.

Сердце бешено бьётся, ноги дрожат в тщетных попытках подняться, но лишь в попытках. Напрягаю их, но бесполезно.

Голова кружится.

- Сбежать. Ты хотел сбежать от меня.

Горло, продолжавшее извергать через рот очередные порции крови, сдавила его рука.

- Правда? Я ведь ошибаюсь?

Быстро, точно взмах меча, он поднял меня, так что мои ноги лишь слегка касаются пола, чтобы после впечатать в стену.

По спине точно огонь прошёлся. Всё горит, боль настолько сильно, что кажется, что кожа расслаивается.

- Ну же скажи мне?! Я же ошибся?!

Его рука всё сильнее сжимает горло, заставляя онемевшую челюсть сжимать зубы в слабых потугах сдержать вот-вот готовый вырваться стон.

- Скажи!

Крик рядом с ухом оказался болезненней любого удара. Звон оглушил меня к любым другим звукам, кроме ломающего тело шума, принуждающего мозг дрожать.

К моему удивлению это оглушение с той ограниченностью воздуха только заставили сознание лучше сконцентрироваться.

Боль начала отходить на задний план, зрение нормализовалось, даже стало лучше. Я вижу...

Вижу все нюансы на его лице, то, что не видел раньше. Подрагивающий нос, едва заметно, вибрирующие белые усики, красные линии на белках. Они походят на красную паутину, невидимого паука, что вьёт её из крови хозяина.

Отойдя от мелочей, смотря на лицо в целом, я понял, что это не злость, а скорей страх. Страж, что почти убил меня не злится, нет, он дрожит от страха, как и его рука.

“Чего же ты боишься?”

Взгляд упал на локоть, скрытый мехом. Я уже не слышу бешенное постукивание сердца, чувствую слабо, но не слышу, всё вокруг замедлилось, если и не остановилось. Чувствую, как костлявая рука смерти уже дотронулась до большого пальца ноги.

Холодок ногами насекомого взобрался от поясницы к затылку.

“Хоть я и не вижу красные точки, но у любого существа есть слабые места”

Два пальца руки, которые я уже почти перестал ощущать, дёрнулись. Рука, уподобляясь змее прыгнула к запястью сжавшей мне руки. Укусила, сжала намертво.

Другая рука сжалась в кулак, напрягла бицепс, налился кровью трицепс, плечо запульсировало. Удар в локоть. Кость испачканная в крови вырвалась из меха.

- Хггаааа-гха-гхава.

Рухнув на пол, я заполнил лёгкие воздухом, продолжая откашливаться.

- Неплохо дитя.

Лишь освободившись, я приметил, что манера его разговора изменилась. Сейчас она кажется более обычной. Раньше он говорил, растягивая некоторые буквы, да и голос был не особо приятный, такой будто принадлежит какому-то зазнавшемуся аристократу.

- Неплохо.

Кошачьи глаза опустились на сломанную руку. Вдох, давление спало, но дышать всё так же тяжело. Не из-за урона, нет. Дело в другом. В его ауре.

- Хр-т.

Хруст, заставил голову дёрнутся к источнику. Его рука, кость вошла обратно в тело, стоило ему напрячь предплечье. Сжав кулак, Ремик заставил руку исцелится. Кровь перестала течь, последняя алая капля, упала на пол.

- Но не более.

Его аура начала хаотично дёргаться, нарушая спокойный и всё это время статичный круг. Острые иглы пробивают гладкую поверхность. Одна игла, две иглы, пять, десять. Они начали танцевать вокруг него. Его взгляд рухнул на меня.

Я трясущимися поджилками прочувствовал угрозу. Ноги уже готовы были подняться, как его лапа схватила меня за одежду.

Не успел я осмыслить происходящее, как мир сделал вокруг меня один оборот. Тело рухнуло на землю, выбивая последний кислород с лёгких.

Со рта потекла кровь, а к носу подступило такое давление, что кажется сейчас глаза вылезут из орбит.

- Кха-аа.

После встречи с твёрдым полом, я ощутил невесомость, такую мимолётную, что была прервана сильным ударом, скорей всего ногой по пояснице.

Глаза застелила тьма, лицо встретилось с чем-то знакомо твёрдым. Стеной. На языке, с трудом дыша, присвистывая, я узнал зубы, испачканные кровью. Голова пульсирует болью, а тело ноет, кости же взвыли болью.

Каждое движение принуждает содрогаться, даже дёрганье пальца.

Бесконечный потолок со светящимся золотом, где-то сбоку, кружится во круг меня, пока ко рту подступает рвота, мешая вдохнуть. Лёгкие хрипят от жидкости, попавшей во внутрь, или же сломанные рёбра пробили лёгкие, не знаю.

Я лишь чувствую боль и холодок, знаменующий приход костлявой, как любил называть её Зак.

“Теперь та точно конец”

Моргнул, голова затрещала от боли, один глаз, кажется, выкатился, по крайне мере я им ничего не вижу, да и по щеке, что-то стекает. Может и кровь, не могу понять, да и наверное не пойму.

Ещё раз моргнул, двумя веками или одним, непонятно.

- Больно, дитя?

- Кгах-гакх-гахаах.

Кашель, хрип лёгких, резкое движение вызвало внезапное появление стража.

Он смотрит на меня кошачьими глазами неспособными на жалость и сострадание.

“Паршиво. Всё же я умру тут... Я ведь даже наделся выбраться отсюда. Хотелось ещё хоть раз увидеть Зака. Интересно как он там? Отошёл ли он от смерти сестры. Да, надо было хотя бы навестить её могилу”

Внезапная вспышка золотого света, будто бы выколола глаза. Биение боли усилилось.

- Хга-ара.

Крик, походящий на вой о помощи новорождённого монстра, зазвенел в ушах. Рвота поднялась к горлу и носу, извергаясь наружу.

- Сол.

С глазами полными слёз, я приподнял то и дело дёргающуюся голову, но увидел лишь тошнотворно-яркий свет, горящий рядом со мной.

- Что ты делаешь, Сол?!

И крик отчаяния играет в ушных раковинах, крик стража, что находится прямо за этим светом.

“Что происходит?”

Всего лишь еда

- Нет, Сол. Т-ты не сделаешь этого!

Перекатившись на живот, я использовал руки как опоры, чтобы подняться. Ноги мучительно трясутся, единственный глаз слабо видит сквозь пелену тьмы, в ушах лязгает остриём своего оружие крик.

Покачиваясь, я едва нашёл баланс чуть не упав.

- Ты не оставишь меня. Я не позволю тебе уйти!

Я лишь моргнул, но такое чувство, что потерял сознание на минуты. Ноги не слушаются, колени вот-вот подкосятся.

“Не могу больше”

В конец обессилев, я рухнул наземь.

Или я так подумал. Кровь ударила в голову, живот покалывает, что-то острое и твёрдое, но точно не каменный пол.

С трудом десяти загнанных рабов, я распахнул слипшийся глаз.

“Ярко”

Золотистый свет заставил тут же зажмурится. Толчок, тело воспарило в невесомости, лишь на мгновение, чтобы сразу рухнуть промежностью, но уже не так больно на нечто мягкое.

- Сол!

Крик заставил обернутся, но глаз ещё только открывается. Сквозь позолоченную оболочку, я вижу разъярённое лицо Ремика

- Дитя! Не смей. Слезь. Живо слезь с неё!

“С кого?”

Тело покачивается из стороны в сторону, чуть захлопывая веку.

- А?

Всё что я смог выдавить из разрезанных и прокусанных губ.

- Живо слезь!

Я до сих пор не понимаю откуда слезать, на чём, что за свет, почему он вдруг появился, чей крик был, с кем он говорит, почему моё тело воспарило.

Ничего не понимаю. Как и не понимаю спонтанную ярость стража.

- Как ты смеешь!?

Крик, смоченный незапятнанной ненавистью, резанул по ушам.

- Ты всего лишь еда. Слезь. Живо! Слезай. Не сметь. Не вздумай порочить её, не смей! Еда не смеет, не для тебя я хранил. Не для тебя. Она, она тут не для тебя. Слезь живо!

“Еда?”

Услышав это, меня как молнией пронзило. Онемевшие кулаки сжались, точно держась за канат над пропастью, желающей поглотить мои тело и сознание до последней мысли, до последнего волоска.

“Еда, еда, е-да”

- Я?

Горло готово разразится кашлем, а ноги содрогнулись от непонятно откуда подувшего сквозняка.

- Да! Ты всего лишь еда. Главное блюдо. Ты не смеешь. Я столько тебя откармливал. Эти глаза, глаза. Будь они у меня я бы смог защитить его. Тогда он, Мерлен, она бы не забрала его у меня.

Я уже не понимаю о чём он. Либо уже у меня сознание плывёт от полученных побоев, и я просто пропускаю большую часть его изливаний, либо же он от ярости в конец запутался в собственных мыслях.

- Ты еда. Еда, обычная еда, слезь. Живой слезай! Прими! Участь, участь! Эти глаза, эти глаза должны остаться. Они мои. Я их открыл, я пробудил. Ты лишь бесполезный носитель. Бестолочь. Даже не подозревал о даре. Всё я. Я пробудил их. Они мои, мои. Мерлин, я верну его. Они мои, с ними я сделаю это.

Даже сквозь этот несвязный бред, я уже понял смысл.

“Значит всё это время он лишь использовал меня? Все эти тренировки были только ради пробуждения глаз. Он заботился и занимался моими тренировками, только чтобы заполучить глаза. Глаза, из-за которых я столько страдал.

Ему нужны были лишь они. Он не убил меня ещё тогда при первой встрече только потому, что хотел пробудить их. Но почему еда? Он хочет их съесть? Но зачем? Они так полезны? Да и зачем они ему? Что он с ними будет делать?”

- А-ааааааааа!

Мысль оборвала тёмная жидкость цвета лужи, прилетевшая в лицо. Жгучая боль поразила половину лица, там откуда выкатился глаз.

Я приложил руки, но и их начало жечь. Запах жаренной плоти свербит в носу. Если бы не отсутствие огня, я бы подумал, что горю. С глаза течёт слеза, размывая всё. Я вижу лишь цвета. Красный цвет, моя рука, приложенная к лицу и всё вокруг золотое.

Я кричу, раздирая глотку. Мой крик блокирует все звуки, если бы страж, что-то и говорил, я бы это не услышал.

- Аааааа!...

Все цвета потухли, точно опустили рубильник подачи маны, как и боль. Опять появились, но уже только белый. Боль тоже вернулась. Острая и сильная.

Снова всё пропало. Опять появилось. И так раз шесть, до тех пор, пока одна мысль не придала мне силы держаться, мешая провалиться в небытие.

“Еда”

Скрипя зубами, я сдавливаю поражённую половину лица. Голову ударяет ветер, руки щепят от боли.

Перед глазами неспособными ничего видеть, всплыла лицо стража, что в приступах отчаяния, слившегося со злостью, обливает меня требованиями.

“Еда?... Отомщу, грёбанный комок шерсти. Убью мразь”

Снова всё выключилось.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

- Брат.... Прошу, убей меня.

- А?

“Что?”

Не могу вдохнуть полной грудью. Частое дыхание, заставляет голову кружится.

Молчание Соры только по туже затягивает верёвку у моей шее.

- Чт!? Сора? В смысле убить тебя?

Встряхнув его за плечи, я прошёлся по нему глазами. По его длинным чёрным волосам, хотя раньше они были такими синими, по искалеченному ожогом лицу. Один лишь глаз апатично взирает на меня. В его этом глазе я уже не вижу того полного жизнью парнишку. За эти годы время полностью иссушила его.

- Сора?

Криво улыбнувшись, я приложил руку к целой половине лица. Ладонь немного поколола грубая щетина.

Сора даже не шелохнулся, в горле встал ком, который не как не сглотнуть.

- Скажи мне, Сора. Что произошло? Где ты был все эти годы?

- Брат.

Его лицо исказилось болью. Наверное, способен ли он был на слёзы, тут же разрыдался.

- Я...

Он на секунду приподнял лицо, но после отпустил.

- Хочу отдохнуть. Просто отдохнуть.

- Ну тогда...

Стоило только довольному тону покинуть мои губы, как Соры безжалостно обрубил его.

- Брат.

Он приблизился ко мне. Мне пришлось приподнять голову. Сора стал выше меня.

- Я видел тебя с сестрой и Ритой. Видел. Много, много раз. Из далека.

- Но тогда почему...?

- Почему не подошёл?

Я кивнул.

- Не мог. Я видел, что это не они. Это не моя любимая сестрёнка, как и Рита... Как и ты. Ты уже не тот, кем был брат. Ты изменился. Я вижу это по твоей ауре.

Он приподнял голову. Он на что-то смотрит над моей головой, но там ничего нет, кроме стены.

- Твоя аура. Раньше она была безупречно белой. Такой невинной, как у девственной девушки, выросшей в церкви и за всю свою короткую жизнь ни разу не видевшись ничего кроме летних пейзажей, что простираются там за окном её скромной комнатки. Твоя аура была белоснежной не смотря на всё, что ты делал. Даже когда убивал она не менялась. Раньше я не понимал почему, но сейчас, сейчас...

Его глаз дёрнулся.

- Дело в твоей уверенности, в твоих убеждениях. Даже лишая убийцу жизни, ты был уверен, что не совершаешь чего-то плохого, даже ввергаясь в похоть ты не воспринимал это как, что-то плохое. Наверное, это из-за воспитания в твоём мире. Рита тоже была такой. Тоже белая аура, хотя на порядок уступала в белизне твоей.

Он опустил взгляд, но слабо улыбнувшись вновь поднял.

- Я повторюсь. Я не мог подойти к вам тогда. Ведь это уже были не вы. Увидев ваши ауры, я понял, что это уже не вы. Вы умерли. Даже ты Зак. Ты и сейчас мёртв, как и моя сестра убитая ангелом, как и Рита, проходящая эволюцию, как и Нара, запершаяся в комнате. Вы все уже мертвы. Как я. Мы все умерли ещё в тот день.

“Сколько он знает?”

Это всё, о чём я смог в этот момент подумать, смотря на отсутствующий профиль лица Соры в глазе которого, я ощутил мудрость, развитую непогодам.

- Брат, ты ведь страдаешь? Не отвечай, я понимаю. Вижу это. Твоя аура, она плачет. Плачет слезами цвета крови. Если бы меня попросили описать её одним предложением я бы сказал... Скорбящий демон, заточённый любовью. Они ведь все смотрят на тебя.

Согнув руки в локтях, он сморит на открытые ладони.

- Ты держишь их сердца на одной руке и новорождённого ребёнка на другой. Одно сердце перестало биться и покрылось гнилью, хотя нет. Сейчас видя её вблизи, я вижу, что оно хоть и слабо, но бьётся. Это Нара. Да, она.

Зрачок слегка дёрнулся, а его нога, будто бы пытаясь сбросить напряжение пнула одинокий камушек, влетевший в высеченную из позолоченного мрамора статую Агнешь, что величество взирает на нас, стоя на постаменте.

- Ещё одно сердце, холодное такое, заточённое в ледяной темнице, но все равно бьётся - это Рита. Да, похоже на её перерождённую версию. И... Последнее. Сердце, пронзённое золотым копьём. Оно тлеет начиная снизу. Ты ещё не до конца осознал её гибель. Даже не на половину. Да?

То, как он на меня сейчас посмотрел было столько сострадания, что у меня аж прищемило в груди. Ведь столько эмпатии к боли другого может показать лишь столько же страдавший человек.

“Через что же ты прошёл Сора? Что испытал тот самый четырнадцатилетний пацан в испуге, назвавший меня монстром?”

- На другой руке эмбрион от него идёт пуповина, куда-то далеко во тьму. Это он? Твоя причина продолжать страдания?

Он кивнул в сторону сжимающего труп девушки, Кларка.

Я напрягся, не до конца понимая, что может учудить Сора.

- Не беспокойся, Брат, я не наврежу ему. Только не твоему сыну.

Сняв кольцо с указательного пальца, он побрёл, слегка прихрамывая к Кларку, продолжающему обливаться слезами.

“Что он задумал?”

Я слабо верю, что Сора может навредить Кларку, но все равно пошёл за ним, держа в руке скастованное заклинание. Оно уже начало слегка покалывать ладонь

- Прочь!!!

Крик ребёнка, моего ребёнка заполнил темницу, стоило Соре только протянуть руку к телу девушки.

Он прижал её к себе, смотря на Сору с животной яростью, лишившую его страха. Он оскалился и напряг всё тело.

- Спи.

Вытянув и согнув два пальца, он заставил Кларка рухнуть на пол.

“Власть Морфея? Он может использовать магию?”

Я замер, сомневаясь, а точно ли передо мной Сора.

“Вдруг я нахожусь в чьём-то барьере, что показывает мне эти иллюзии? Нет, тогда бы она так легко не прокололась. Наоборот то, что он может использовать магию, как раз и опровергает теорию о барьере. Тогда может самозванец?“

Вложив золотое кольцо в грудь девушки, в разбитый кристалл, он повернулся ко мне.

- Одним кандаллом меньше. Теперь, ой.

Его тело наклонилось в бок, я уже подумал он рухнет на усыпанный мелкими камушками, красный ковёр, как он, подставив ногу, всё же удержался.

- Брат.

Подняв голову ко мне, он обнажил лицо с изуродованной части, которого течёт кровь.

- Теперь ты можешь не волноваться за них. За этих двух. Она будет жить и без твоей ауры.

Взгляд быстро метнулся к телу. И в правду, кристалл восстановился, даже больше, он полон энергии. Кожа её порозовела, а грудь вздымается и опускается.

- Перестань вкладывать ману.

“Чего он добивается? Что он вообще сделал? Что это было за золотое кольцо?”

- Просто доверься мне, Брат. Доверься мальцу, которому заменил отца.

От последнего слова у меня дёрнулась щека, а всё это время желавшее покинуть мою ладонь заклинание, испарилось.

- Ладно.

“Пойду ва-банк. Надоело это подвешенное состояние. Если сейчас с Фионой, что-то произойдёт просто убью его. Значит Сора мёртв, а это лишь самозванец, подосланный остатком церкви. Просто убью его и забуду”

Заклинание рассеялось, огромное количество маны начало обратно втекать в меня.

- Видишь. Она всё ещё жива.

И в правду Фиона начала показывать признаки жизни, но придёт ли она в сознание это уж другой вопрос.

- Вижу всё по твоему лицу. Какой же ты сложный, Брат. Хотя в этом весь ты. Подожди минуту, сейчас она очнётся.

И в правду, не прошло и тридцати секунду, как глаза Фионы распахнулись.

- Где, что? Ты!

Оскалившись, словно цепная собака, она набросилась на Сору, но он одним движением пальца, пригвоздил её к полу.

“Обратная гравитация”

- Прекрати.

- Хорошо.

Как только давление спало, я подошёл к Фионе.

- Забери Кларка и уходи отсюда.

Фиона, словно только вспомнив о его существовании, рванула к нему, хотя было видно по глазам, что в голове у неё мелькнула мысль бросится ко мне.

- Госпо...

- Живо!

Как только Фиона скрылась, держа на руках Кларка, я со спокойной душой обернулся к Соре. Его лицо уже полностью вымазалось к крови, как и руки. С них тоже течёт кровь, но гораздо слабее чем с лица.

- Что за кольцо?

Шагнул к нему, от нервов носом обуви слегка задев складку ковра.

- Дракон бывшего короля демонов. Его заточили на сотых этажах после смерти хозяина.

“Значит”

- Та дыра?

- Да, я выжил тогда.

- Тогда почему ты не вернулся к нам?

- Ты хотел сказать к тебе?

Его спокойный тон поджёг фитиль злости, вставший комком в горле.

- Какая разница!?

- И в правду. Брат, это уже не важно. Что было, то прошло.

- Нет. Объясни. Я всё это время думал, что ты мёртв!

Он с минуту смотрел на меня таким же бездушным взглядом.

- Мне не к кому было возвращаться. Моя сестра умерла, а ты, ты уже не тот, кем был. Не тот добрый мужик, желавший лишь жить спокойно со своей семьёй. Ты превратился в монстра, жаждущим разрушить всё.

Я не нашёл, что ответить.

- Будь, я сильнее, оборвал бы твои мучения, но я слишком слаб. Слаб настолько, что не мог даже быть с тобой рядом, помогать тебе. Всё, что я смог так это лишь слегка помочь в разрушении королевства демонов.

“Значит мне не показалось”

Тут я вспомнил о парочке странных моментов в исполнении плана.

“И в правду кто-то подкупал верхушек власти королевства демонов. Я думал мне это показалось, потому что они делали всё так как я и рассчитывал разве что с удвоенной скоростью.

Я не понимал точной причины, но подозрения сразу пали на чьё-то вмешательство, но для этого виновному нужно было мыслить так же как я, знать меня, а таких людей уже почти нет, а тем более способных на такое я не встречал”

- Я сделал всё, что от меня зависело.

Он медленно и прихрамывая подошёл ко мне. На его лице страдания, вызванные болью.

- Я сделал всё. Теперь я хочу конца. Конца всего этого. Хочу воссоединиться с сестрой. Хочу, чтобы ты воссоединил нас.

Он приблизился в плотную.

- Н-ет.

Дрожащей рукой, я оттолкнул Сору.

- Не неси чушь! Думаешь я смогу убить тебя? Да и зачем. Зачем убивать тебя? Мы ведь можем жить. Жить вместе. Как раньше.

- Как раньше? Очнись, Брат!

Безэмоциональное лицо вдруг вспыхнуло, исказившись злобой. Место вокруг глаза собрало в себе морщинки.

- Уже ничего не будет как раньше!

Выдохнув, он вновь вернул самообладание.

- Тот дом в лесу, заполненный голосами. Голосом Сестры, Риты, тебя, меня, Кларка, Ребекки, Ванессы, как и близнецов, что спокойно сейчас живут с семьями в деревеньки далеко отсюда. Их уже не вернуть. Да и не надо. Мы уже не те.

На мгновение его лицо озарилось радостью, но лишь на мгновение.

- Ничего не будет так как раньше. Поэтому именно поэтому, я хочу, чтобы ты закончил всё это.

Его окровавленная рука схватила рукав моей одежды, а голова рухнула вниз. Капли крови на фоне мёртвой тишины, громко ударяются о маленький камешек.

- Я итак умру, Брат. Это кольцо поддерживало мою жизнь на протяжении десятка лет, без него я умру. Умру скрючившись от боли через неделю, а может быть и две. Видишь это уродство?

Он стёр с лица кровь, обнажив ожог тёмно-фиолетового оттенка.

- Этот яд настолько смертоносный, что однажды лишь прикоснувшись к нему.... Девушка, она просто растворилась. Она даже не успела осознать. Даже её тело не дёрнулось.

Столько боли в глазах, омытых слезами, я уже давно не видел. Солёная влага, скатившись с ресниц покатилась по кровавой щеке.

“Что мне делать?”

Видя Сору, который повзрослел настолько что стал выше меня, сейчас скрюченным от боли, с лицом отчаяния, я потерялся.

“Убить его?... Нет, не за что. Я не смогу”

- Пожалуйста, брат. Просто закончи это. Мне больно. Я достаточно...

В горле пересохло. Лишь по одному взгляду на этот ожог я понял, что лекарства от него нет. Яд слишком глубоко проник. Не будет преувеличением сказать, что он и яд стали частью одного целого. Обычный человек, да что там. Даже я бы со своим та иммунитетом уже бы лежал в горячки, но он прожил с ним долгие годы.

Кольцо поддерживало в нём жизнь, а тело постепенно привыкала, но в тоже время урон, полученный ядом ещё впервые мгновения, никуда не делся. Кольцо каким бы сильным оно не было, не смогло справится с последствиями.

“Он страдает. Уверен, он сейчас воет от боли, но не показывает это. Я должен помочь ему. Должен. Но что мне делать? Мои заклинания не сработают. Даже божественное исцеление. Оно не отмотает столько урона. Максимум подарит один-другой год жизни, если её можно так назвать. Нет! Это не будет жизнью”

Нервничая, я прикусил ноготь большого пальца.

- Я не хотел прибегать к этому, брат.

От слов, сказанных чуть ли не сквозь слёзы, я напрягся, но и только. Прошло мгновение, как в лицо влетел тёмно-зелёный порошок.

- “Ай да, парнишка, ай да сукин сын”

Порошок подкосил колени, приказывая телу рухнуть на пол, в голове, словно говоря в громкоговоритель прямо перед ухом, воскликнул всё это время дремлющий Шут.

Прощай, сынок

- Боги.

Обезличенный, словно глиняная маска, голос прохрипел прямо над ухом, цепляя змеиным языком, барабанные перепонки.

Обернулся. Там лишь тьма, такая же, как и справа, слева и даже сверху, и снизу. Везде мрак. Я парю или стою не могу уразуметь.

- Берегись их.

Моргнул или же я всё это время существовал с закрытыми веками не знаю, но голос вновь прохрипел.

- Боги!

Взорвавшись на крик, он заставил опустить голову, но затем чьи-то бледные, словно утопленника, руки приподняли голову за подбородок.

От чего-то они отдают теплом и такой заботой, которую я забыл очень и очень давно.

Когда они завлекли меня вверх, убаюкивая сознание, я увидел два отверстия на бледном полотне.

Нет.

- Ма-ма? Я ошибся, это лицо, уже успевшее позабыться. Белоснежные пальцы её впились в кожу, взывая к тёплой крови, что безустанно бегает по венам.

- Берегись богов!

Рот растянулся настолько, что смог разделить голову на двое.

- Сынок, боги уже близко.

Волосы на затылке схватила уже другая рука, рывком потянув вниз. Два отверстия своей бесконечной глубиной затягивают меня. С бледных висков стекает чёрная жидкость, капая мне на лицо.

“Папа”

Подол штанов дёрнулся, руки, державшие меня, пропали. Голова сама по себе рухнула вниз.

- Беги.

Захлёбываясь чёрной жидкостью, располовиненное тело моего умершего брата дёргает меня за штаны.

- Ва-вааа-ха-хаа.

Тяжёлое дыхание, первое что я ощутил. Слипшиеся чем-то глаза медленно открылись, воя от боли. Свет сушит их, мешая видеть.

Кадык, дёрнулся сглатывая слюну.

“Что? Это было? В смысле беги. От кого?”

- А? “Беги? Зачем? Так стоп. От кого и зачем бежать? Что только что?”

Сердце бешено стучит, заставляя дрожать рёбра. Онемевшие руки едва дёргаются, пока голова в какой-то прострации смотрит наверх.

“Где я? Что произошло? Я... Я отправил Риту эволюционировать, а сам...”

Глаза постепенно начали воспринимать реальность. Дыра в потолке, сквозь которую вижу небо, а лучи солнца, словно игривые зайчики, через нору проникают в помещение, рассыпая по всюду следы своих забав.

Проследив за одним таким, что сформировала моё больное сознание, я приметил, как он остановился прямо возле меня. Его видимо, что-то заинтересовало во мне.

А нет, не во мне. Его носик наклонился к чьим-то волосам. Если бы не онемевшие руки, я бы сейчас погладил его.

“Такой беззаботный”

Слабая улыбка, обнажила пару боковых зубов, словно заигрывающая девушка подол платья. Хорошенько обнюхав чёрные волосы, кончики которых, точно острые пики павших воинов, вымазанные в крови нападающих, направленны вниз, зайчик прыгнул.

- С.

Упав на лицо, зайчик рассыпался на мелкие частички и исчез в пространстве, не оставив после себя ни следа.

- Да.

“Сора”

Воспоминания вернулись. Все вплоть до того момента, как какая-то пыльца не ударила мне в лицо.

“Это была измельчённая часть Шута”

Зелёные ногти, впившиеся в вырванное сердце, только подтверждают это.

- “Шут”

Не получив ответа, как и ожидалось, я погладил немой рукой холодное лицо Соры, с трудом стараясь не расцарапать твёрдую кожу, отросшими ногтями. Оно такое умиротворённое, а его синие губы, даже слегка улыбаются мне.

Рука опустилась ниже, к заросшему подбородку, ещё ниже к мускулистой шее, миновав пару складок кожаной накидки, я достиг дыры в районе груди.

“Он умер безболезненно”

Губы мои задрожали, кадык задёргался, пытаясь сдержать рвотные массы достигшие глотки, но не смогли. Меня вырвало, к счастью у меня хватило сил отвернуться, не запятнав его тела.

- Сора.

Стерев остатки с губ, я прижал к себе его бездыханное тело. Такое тяжёлое.

- Сора.

Дрожащие ресницы омылись слезами, а окровавленная рука выронила сердце, что с таким звуком, похожим на падение мокрой тряпки, шмякнулось о пол.

- Сора.

Я хотел погладить его волосы, но почувствовал, как рука сжимает какую-то ткань. Отвлёкшись, я увидел мешочек, тёмно-бардового цвета, перевязанный чёрной верёвочкой.

“Что это?”

- Это твоё, Сора?

Прыгнув на него взглядом, я заглянул в мешок.

- Это.

Губы рывком заполнили лёгкие тошнотворным смрадом крови родного человека.

“Сора, ты и в правду все эти годы не забывал обо мне”

В мешке оказалось ровно семь, высушенных до степени сухарей, кубиков. Любой другой принял бы их за сушёное мясо, что давно испортилось, но я вижу иное. Точнее сдавленные ритмы сердца подсказали, что это части тела Шута. Те самые части, чья лишь частичка смогла вытащить меня из того света после битвы с полубогом.

Она была разбавлена в элексире, это же чистые кубики.

“Сколько же сил и времени ты угробил на их поиски? Даже с твоим та глазами”

Я не смог сдержать слёзы только пытаясь понять, через что прошёл Сора, ища их для меня. Я сам не мог этим заняться. У меня просто не хватало на это ни сил, ни времени. Для этого нужно было просто ходить по всем королевствам концентрируясь на ауре Шута.

Это очень выматывающе и болезненно, к тому же заняло бы слишком уж много времени. Я просто не мог бы себе такое позволить.

Сора же со своими глазами мог просто запомнить то, как выглядит аура Шута, когда я в него обращался. Так он, наверное, и нашёл их. Но даже так на то, чтобы найти аж семь кусков, нужно было угробить бесконечные месяцы, а то и годы

- Какая же я мразь. Сора, я не достоен подобного.

Прижав умершее тело Соры, я заскрипел зубами от ненависти к самому своему существу.

- Я бросил тебя. А ты, ты...

Обливаясь слезами, захлёбываясь плачем, я едва сдержался, чтобы не начать рвать на себе волосы, царапать кожу у шеи.

“Я оставил тебя там совсем одного. Я даже не подумал, чтобы спустится в ту дыру, чтобы найти тебя.

Даже если я был уверен, что ты мёртв. Это все равно не замаливает мой проступок. Я был обязан хотя бы попытаться, хотя бы найти твоё тело, чтобы похоронить рядом с Ритой, рядом с могилой твоей сестры, хоть их тел там и нет. Я просто обязан был.

Но нет. Мне хватило лишь услышать о твоей смерти, чтобы опустить руки и принять это. Я подумал, что отомстив за тебя сделал достаточно”

- Прости меня, Сора. Если бы я только спустился туда.

“Я глупо решил, что у меня есть дела важнее, чем искать пропавшего без вести брата. Я просто бросил тебя, члена своей семьи, думая, что важнее не твоё спасение, а месть. Месть этому миру”

В этот момент всё тело ударило судорогой. Под опустошённое сознание и звук падающих слёз, я осознал, что до сих пор продолжаю это делать.

“Нара, Ванесса, Кларк, мой сын и ты Сора. Вы бы все были счастливы. Ваши жизни сложились бы совершенно иначе не поддайся я тогда месте”

- И в правду. Гх-гх-г-ггг-г-г-гг---г-г-.

Робкий смешок, похожий больше на неловкий кашель дамы из высшего общества, сменился бы смехом, если бы не вой раненого зверя, разодравшего глотку изнутри.

“Если бы я с самого начала признал смерть Риты и Лары, Сора бы сейчас не был мёртв, как и Кларк, а Ванесса бы не растила ребёнка наёмным убийцей в доме родителей. Нара же была бы счастливой матерью, как всегда хотела.

А мой сын рос бы в счастливой семье, окружённый любовью”

Всё это было бы возможно, если бы я только сразу принял их смерть, а не пустился в тщетные попытки вернуть то, что уже не могло вернуться.

А в итоге я лишь осквернил их тела и разрушил жизни всех тех, кто доверил мне всего себя. Я всех их подвёл, даже сам не понимая этого.

То, что я получил в итоге это лишь выжженный путь, застеленный мертвецами. Мужчинами, женщинами и детьми. Они не хотели умирать, не хотели быть пешками ради одержимой мести сумасшедшего.

Их никто не спросил, как и не спросили меня, отбирая всё самое дорогое.

- Простите.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------Мелкие белые частички ударили в нос. Такое чувство, что нос раздирают изнутри остро-образные гранулы размером с атом. Их тысячи, они отбиваются от стенок ноздрей прежде, чем подняться выше к самому мозгу.

- Ксгс- ааааахаааа.

Откинувшись на спинку стула, сжимая белую трубку, я позволил глазам вернуться к созерцанию нимба под приятное онемение в теле, что поглощает преследующую боль.

- Ещё немного.

Палец стучит по стеклянному столу, лёгкими порывами раскидывая остатки белых гранул. Сердце дало знать, что гранулы начали действовать.

Пальцы подчинились, покалывая кончики подушек, а лёгкие требуют всё больше кислорода. Под хруст зубов, ушей достигает шум лишь недавно появившегося нимба. Он похож на прерывистое жужжание старой лампы.

- Три часа.

Взгляд быстро, даже не будет преувеличением сказать, что молниеносно скакнул к таймеру окончания эволюции. Вернувшись к нимбу, я подметил, что от него отделилась такая же белая, как и он сам, линия. Судя по изгибам и текстуре, сотканная из ткани.

Она, прицепившись к нему, извивается, выдерживая мимолётные ласки ветра с разных сторон.

- Мана... Она вытекает. Пхааха.

Синяя субстанция по трубочки простирается от моего большого пальца к телу Первой.

“Поэтому я чувствую такую слабость и боль в последнее время?”

- Ошибаешься?

Обезличенный голос манекена, не имевшего никогда души, проговорил под ухом.

- А? Что ты сказал?

Испугавшись неожиданности, я поднялся, осматриваясь. Никого нет.

“Что за чёрт?”

Я вновь рухнул на стул, хотелось бы сказать, что я сделал это по собственному желанию, но как бы не так. Белые гранулы, наркотик, которым я почти что уничтожил королевство демонов, подкосил сейчас мои колени. Он приказал мне сесть, сейчас я не хозяин своему телу. Да что там. Даже своему зрению и сознанию.

Так, например, я уверен, что нимб, лишь недавно появившийся над головой всё ещё продолжавшей проходить эволюцию Первой - это истина, а ложь - это скорей всего этакая ткань и эта трубка.

Хотя я сейчас не уверен.

“Может эта трубка была здесь всегда. Просто я не видел её раньше? Или же... Этот наркотик позволяет видеть то, что не видят другие?”

Я сразу же отбросил эту мысль боясь пристрастится.

- Хотя это не важно. Не важно уже ничего.

Смаковав горький привкус слов, что произнёс недавно Наре, я опустил голову. Или же она упала с позволения наркотика?

Чёрт его знает.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Придя в себя после пролитых слёз, я сжёг тело Соры, чтобы его никто не мог осквернить. Я бы мог его похоронить рядом с могилой Лары, но она лишь муляж. Её тело было опорочено мной, а после её превратил в прах ангел.

Тело Лары уже нет в этом мире, я уверен, что Сора хотел именно этого.

Извинившись над прахом, что ещё витал в воздухе, за то, что не смог похоронить его рядом с телом сестры, я пошёл к сыну.

Я увидел, через глаза приспешников, что он только очнулся.

“Зачем я к нему иду?”

Стыдно признаться, но идя к нему, я испытывал просто животный страх. Каждый шаг я делал, превозмогая килограммы сомнений, отвергая тысячи причин развернуться обратно.

Я не знал, что ему говорить, как смотреть в глаза, я боялся увидеть его реакцию на меня. Но я не развернулся, хотя, наверное, сделал бы так, если бы не встретил Сору.

“Уже ничего не вернуть обратно, но я могу хотя бы сделать это”

Открыв дверь в заброшенный зал для тренировки магии, куда принесла его Фиона, я сразу был встречен острым клинком у горла.

- А ты стала быстрее, Фиона.

Вымученно улыбнувшись, я слегка наклонил голову.

- Господин. Как вы?

Видно, было по ней, что она едва остановила позыв бросится ко мне на шею, скорее всего её остановил пристальный взгляд недовольного Кларка.

- Хорошо, Фиона, хорошо.

Погладив её подобные огню волосы, я попросил её оставить меня. Она, метнув взгляд к Кларку, послушно кивнула, прежде чем тихой поступью кролика оставить нас.

- Что надо?

Стесняясь, покрасневших от недавно пролиты слёз, глаз он не стал соревноваться со мной в гляделки. Хотя мои глаза гораздо краснее его.

“Боится показывать слабость. Как я понимаю даже Фионе”

- Ничего.

Я шагнув вперёд. Сердце слегка постукивает, но того страха и неуверенности уже нет.

“Даже смешно. Я боюсь вот этого мальца? Своё собственное дитя, что только недавно проливала слёзы сначала от страха смерти, а после оплакивая смерть возлюбленной”

Кларк продолжает сидеть, скрывая половину лица согнутой ногой, на которой покоится его локоть.

Я подметил, что он хотел встать, когда только вошёл, но поняв, что это будет для него слабостью, остался сидеть.

- Я рад тебя видеть, сынок.

Он резко повернулся ко мне, будто бы я закричал над самым его ухом. Его глаза, округлившие от удивления, посмотрели на меня, но долго он не смог продержать контакт глаз.

- Сынок, я...

- Не называй меня так!

Его крик, мурашками прошёлся по плечам. Я аж вздрогнул, хоть и был готов к подобному.

“Всё нормально. Мне не нужно его прощение, я уже давно потерял надежду на его любовь, обычную любовь сына к отцу. Я не стану ему другом, возможно это последний раз, когда я с ним говорю. И лишь поэтому я хочу ему сказать, что на самом деле чувствую. Чтобы после не жалеть”

- Сына.

Мягко проведя рукой по его золотистым волосам, как когда он был совсем маленьким, настолько что даже голову не мог держать, я за щёки приподнял его лицо. Так, чтобы он смотрел на меня.

Видел моё лицо, понял, что я говорю искренне. Я хочу, чтобы его глаза отпечатали в его сознание моё лицо. Пока оно ещё такое молодое.

- Я...

Я хочу сказать, но слова, словно острые иглы застревают в глотке, неприятно царапая всё изнутри. Страшно говорить это. Не знаю, как он отреагирует. Самым болезненным для меня будет, если он усмехнётся или промолчит, смотря на меня с непониманием. Пусть уж лучше накричит. Это бы показало то, что я ещё хоть, что-то для него значу.

- Я...

Сглотнув подступивший комок, неприятно повысивший голос, я продолжил.

- Я люблю тебя, сынок. Всегда любил.

В его глазах я увидел отвращение, и собравшиеся вокруг них морщинки только подтверждают это. Он уже приоткрыл рот, чтобы что-то ответить, но вдруг замер, ища более едкие слова.

Я же, приметив это, не дал ему на это время. У меня другая цель. Совсем другая. Я не хочу выслушивать то, что он чувствует. Я это отлично знаю. Я лишь хочу донести до него то, что чувствую. Да это эгоистично и даже мерзко, если вспомнить, что я его родной отец.

Но я не могу по-другому. Я слишком много потерял человечности.

- Сына, Кларк.

Назвав его так, я вспомнил давнего друга, что сейчас покоится в могиле. Я улыбнулся, смотря куда-то вдаль, но в горло отдало неприятной горечью.

- Я был, хотя почему был. Я и остаюсь хреновым отцом. Я...

Я беспомощно развёл руками, будто бы пытаясь, что-то нащупать.

- Хотел, чтобы всё сложилось иначе. Я думал, я считал, что буду лучшим отцом, но я не смог. Я не справился с ролью отца. Я лишь хотел счастливую с...

Я уже готов был начать изливать всю свою боль на собственного ребёнка, только утверждая позицию хренового папаши, но вовремя себя отдёрнул.

- Не важно. Просто знай, сынок. Я тебя люблю и всегда любил. С того самого момента, как впервые увидел, как впервые взял на руки. Твой плачь, заставил меня прослезится, а как билось твоё сердечко. Такое крохотное с твой кулачок. Он был таким маленьким, с мой большой палец.

Улыбка стала всё шире. Я не смог сопротивляться лицу счастья, что натянулось на бездушную маску.

- Я полюбил тебя ещё тогда. Люблю и сейчас. Я не прошу прощения. Я его не стою. Я лишь хочу, чтобы ты был таким же счастливым, каким ты меня сделал лишь появившись на свет. Живи сынок, так, чтобы не о чем было жалеть. У твоего отца это не получилось, но у тебя получится. Я уверен.

Растянутые в мягкой улыбкой губы прикоснулись ко лбу, растерянного мальца. Напоследок запечатлев лицо сына, я ушёл, отлично понимая, что больше никогда не увижу его.

“Прощай, сынок”

Головная боль богини

- Ххо!

Глаза, заточённые веками, освободились от тюрьмы. Это было резко, они даже не старались. Глаза лишь просто захотели, а веки распахнулись, словно по приказу кнопки “Открыть”, что болью отдалась в сердце, вырвав сознание из блуждания по тропинкам небытия.

- Хмм.

Голова немного кружится, а тело ощущается отстранённо, скованная цепями холода. Тяжело двинуться.

До ушей доносится слабый звук дыханья, не мой. Пробежал глазами по помещению. В первый раз не заметив, я пропустил силуэт прямо перед собой. Даже странно почему, но я вернулся к нему.

- Ты.

Моргнул, ещё раз.

- С добрым утром, Первая.

Зелёный свет её глаз, что взирает на меня с холодом безразличия, непонятно откуда взявшееся одеяние закрывает бледную кожу.

Длинное бардовое платье, доходящее до пола, а пояс в форме солнца опоясывает её талию.

“Окно, Рита”

Имя: Рита

Вид: Полубог

Уровень:1

Ступень эволюции: 5

Характеристики

Сила: 6678

Выносливость:1952

Интеллект: 7551

Ловкость: 2331

“Чёрт же меня возьми”

Неуверенно, словно ребёнок только начавший ходить, я попытался улыбнуться. Видимо от наркотиков чувствительность временно пропала.

“Она ведь характеристиками превосходит меня. Ненамного, конечно, но интеллект у меня почти сравним с нею только из-за ползающих по телу насекомых. Что за скачок такой?”

Я посмотрел сначала на руку.

“Трубки нет, а нимб остался”

Приподняв голову, я посмотрел на нимб над головой зеленоглазой полубогини, что не сказала ни слова. Она лишь смотрит на сидящего меня сверху вниз. На её лице не видно ничего. Ни единого проявления эмоций.

Она и раньше была такой, но сейчас это будто бы усилилось.

- Первая.

Она не отреагировала, даже не шелохнулась.

“Ещё не пришла в себя?”

Постучав онемевшим пальцем по виску, я вызвал зрение патрулирующего фамильяра.

“Уже темнеет. Я проспал около двенадцати, не, точнее будет сказать шестнадцати часов. А до эволюции оставалось всего пару. Значит она так стояла больше десятка часов?”

С неким подозрением, ощущающимся на лице, лёгким прищуром глаз, я посмотрел на богиню, что так грациозно отыгрывает статую.

“Почему она молчит? Что случилось?”

С достоинством таракана, я попытался подняться, но тут же бы рухнул, если бы не помог себе магией тени. Как и подобает старику, я с помощью трости, вытканной из ткани, добрался до молодой богини.

Как только я встал, и она приподняла голову.

“Значит она в сознании”

- Первая, что с тобой?

Мягко, почти с родительской теплотой в голосе, были сказаны эти слова. Ледяная как у мертвеца, дёргаясь, словно подросток в первый раз на свидании, уже готова была прикоснуться к её такой порозовевшей щеке, как пропала.

Тело слегка шелохнулось, но под непрерывное содрогание, что сопровождает меня с самого пробуждения это было сложно осознать.

- А?

Не почувствовав руку, я посмотрел в бок. Её просто нет, как и самого плеча. Там лишь белоснежная кость, что взирает на меня открыв остриё штыка.

“Продвинутое исцеление”

Мягкий свет и рука вернулась ко мне.

“Хух, быстро отреагировал. Ещё бы мгновение и кровь хлынула, да и боль бы не хотелось с утреца испытывать”

В пятки будто бы гвозди вбили. Резкое такое неприятное чувство, дающая сознанию понять, что опасность близка. На инстинктах отпрыгнул назад, лишь после поняв, что та самая опасность это Первая.

“Что за херня?”

Первая всё продолжает стоять, обезличено, смотря в пол. С потолка посыпалось. Пару камешек, размером с ноготок даже попали ей на голову, хотя точнее будет сказать собирались, но в тот же момент испепелились в позолоченном огне, стоило им только приблизится к нимбу.

- А.

“Как ты вообще туда попала?”

Проследив за траекторией падения камня, я увидел впечатанную, да что там, погребённую на веки вечные свою руку в потолке.

“Прямо сюр какой-то”

- Первая, объяснишь?

Спокойно, но вот-вот готовясь взорваться, я развёл руками, точно одинокая девушка пришла домой, а её встречает бардак и в центре её любимый питомец заканчивающий терзать последний оставшийся в живых рулон туалетной бумаги.

Она не шелохнулась.

- Первая, мать твою!

Её безразличие, подстёгнутое страхом, что зачался внутри меня. Он пока на стадии зародыша, но его вежливо вынашивает мать Надежда, пока отец План, работает, чтобы обеспечить своему чаду наилегчайший путь ввержение меня в бешенство.

- Хозяин?

Стоило только сорвать голос, как тело полубогини дёрнулось, словно маленькую проказнику внезапно окликнули в момент кульминации очередной проделки.

- Вы вернулись?

Непонимание в её зелёных глазках, будто бы излучаемым природой, сменилось радостью. Точно верная собачонка, наконец-то дождавшаяся возвращения хозяина.

“Но всё же глаза”

Такое чувство что в нос ударяет запас леса, стоит мне только посмотреть на них.

- Первая, вверх.

Указательный палец ткнул вверх, в ту самую точку, где сейчас похоронена моя рука. Первая уже хотела поднять голову, но вдруг стена, ведущая во двор, она просто, взорвалась, осыпав моё тело мириадами мельчайших камешек.

- Я думала это уже никогда не произойдёт.

Сквозь туман пыли, я вижу знакомые очертания нечто кругловатого, парящего на уровне двух метров над землёй. А этот голос, что прозвучал пока всё ещё мириадами падали камешки на пол, заглушая многие звуки, я знаю его.

Этот голос. От него поджилки затряслись, пальцы впились в подошву, а икры надулись, готовясь совершить самый быстрый в их жизни рывок.

Пальцы рук же просто растопырились, а после сжались, хруща суставами.

“Не может быть”

Мои подозрения подтвердились, как только вслед за её оголённой ногой, туман сполз и с её лица.

Она всё такая же, как и в прошлую встречу. Её большие, но в меру глаза светло серого цвета, смотрят на меня всё так же сверху вниз. С презрением фермера, чей урожай портят вредители.

Как и прошлый раз, как бы не противно это было бы признавать, но божественное лицо, прикрывает, украшенный позолоченными узорами на чёрном фоне, веер.

Фигуру, что вызовет желание у самого последнего импотента, скрыта от похотливых глаз длинным бледно-серым платьем.

- Агнеш.

- Так-так-так.

Облако пыли никак не отреагировало на мгновенное перемещение к Первой.

- Неплохо, неплохо.

Как только я понял, что происходит, но не успел даже напрячь мышцы, как перед горлом оказался горячий клинок.

- Не двигайся. Не стоит.

Произнёс спокойно с едва открытыми глазами уёбок, что убил Вторую.

- Сучара.

Процедил я сквозь зубы, ощущая какую опасность имеет световой кинжал у моей шее. Он даже не прикоснулся, а кожа уже начала гореть.

- Мерлен. Повежливее немного. Как никак он опекун.

- Как прикажете, госпожа.

Свет исчез, так легко, словно свеча, потушенная порывами ветра, пробегающего мимо ребёнка.

Агнеш уже цинично взяв Первую за подбородок начала осматривать, не в последнюю очередь уделяя внимание цвету глазам и нимбу.

- Как и предсказывалось. Высокое качество. Врата сможет открыть уже через тридцать лет.

Не скрывая довольную улыбку, она повернулась ко мне.

- Не стоит портить такой замечательный момент.

Указательный палец богини не успел подняться, как с него прошёл порыв ветра. Я лишь ощутил, как одежда затрепетала.

- Что?

До ушей донёсся чмякающий звук. Обернулся. Кисть. Она лежит на полу захлёбываясь в красной жиже, а маленькая чёрная сфера с красными пульсирующими линиями, начинает рассыпаться.

“Она заметила вулкан? Это ведь специальное заклинание. Я его создал именно для таких моментов. Оно должно было быть не заметным. Какого чёрта?”

- Я помогу.

Я уже хотел вылечить руку, так как боль начинает отвлекать, да и крови не стоит терять в данной ситуации, но чёртово пернатое создание за спиной, прижёг рану.

- Чёрт подери! Сука-сука-сука.

Непонятно откуда взявшаяся боль поставила меня на колени, заставив сжать прижёную руку.

Такое ощущение что в рану разом вбиваются сотни гвоздей, и она усиливается с каждым мгновением. Будто бы поверх этих гвоздей забивают другими и так до бесконечности.

Боль уже распространилась до головы. Пульсация сравнима с ударом кувалды тяжеловесом.

“Почему так больно?”

- Сука.

“Надо вылечить. Продвинутое исцеление”

Приятный свет уже обволок руку, как в тоже мгновение исчез. Его всосала рана, словно пылесос пыль.

“Что?”

Холодный пот начала стекать по пояснице. Я слышу их переговоры и даже смех, но никак не разберу слова.

“Божественное исцеление”

В этот раз свет сопротивлялся туману, сформировав из себя ладонь он сразу же оброс костями, мышцами, а после и кожей.

Боль ушла, и я сразу же отпрыгнул к краю стены.

- Ха-хва-ха-ва.

Лёгкие будто схлопнулись. Сложновато дышать. Каждый вдох дразнит глотку, уговаривая разразится кашлем, который в данный момент дорого будет мне стоить.

“Нельзя терять бдительность даже на долю секунды”

Осмотрелся. Удивлённые взгляды выщипанной курицы, а так же Агнеш, так и сказали мне действовать.

“Они всё же пришли. Не ждал их так рано. Ничего я подготовился”

- Первая ко мне.

Рука уже была готова разжаться, роняя чёрный квадрат, таящий в себе зашифрованные координаты. Если бросить его в телепорт, он скроет моё место перемещение. Двойная защита, да и к тому же я попаду в специально выкопанный для меня бункер в землях между странами людей и демонов.

На этой границы, как бы смешно это не звучало внимание обоих коалиций богов ослабленно. Так как общим собранием богов ещё тысячи лет назад, было признано эту границу ничейным пастбищем.

“Как только Первая приблизится запущу механизм”

В правой руке у меня куб. Он со скоростью пули вылетит из моей ладони, это обеспечит магия воздуха. В другой руке у меня скастованная любовь серафима. Это крылья ангела, закроющие меня от любых атак.

Такой щит способен защитит на пару минут даже от владыки демонов, но для богини это как бумага, но и на эту бумагу ей придётся потратить пару мгновений. Это как раз будет достаточно. Всё же телепорт уже открыт подо мной. Он принял цвет тени поэтому его не обнаружить если с самого начала не знать, что он там есть.

- Первая?

План идеальный, если не считать внезапное непослушание Первой. Она просто смотрит на меня, стоя за Агнешь.

Хотя нет, она шагнула, но медленно, а движение такие неуверенные, будто бы ребёнок мечущаяся между двумя родителями.

“Какого чёрта она творит? До сих пор не отошла от эволюции?”

Сравнявшись с Агнеш она остановилась. Посмотрела на меня, а после повернулась к богине, на губах которой растянулась довольная улыбка.

- Хорошая девочка.

“Что за херня? Эта мразь, что-то с ней сделала? Но когда? Во время прикосновения? Но я ничего не почувствовал. Я должен был ощутить хоть что-то, мы ведь с Первой связанны”

- Вижу ты в недоумении малыш.

Погладив, словно послушную дочурку, первую по голове, она шагнула ко мне. Моя рука дёрнувшись сжала куб.

- Что ты сделала?

- Я?

Наигранно удивившись, она метнула взгляд на ангела, что продолжает стоять сбоку от меня.

- Я ничего. Понимаешь ли малыш. Мне так тебя больше нравится называть нежели какой-то там опекун. Ну не дотягиваешь ты до подобного уровня. Слишком глуп и незрел.

Шаг, заставивший вздрогнуть всё тело. Я и во время прошлой встречи чувствовал подобный страх, ещё тогда больше двадцати лет назад.

Но я думал, что стал сильнее. На много, я считал, что теперь если и не смогу выиграть в открытом противостоянии то, хотя бы не потеряю лицо.

Как бы не так. Меня всего трясёт. Не из-за страха, а от самой атмосферы. Я словно брошенный ребёнок, что взирает с низов на огромных злых великанов, которыми считает взрослых.

Да, я стал сильнее, на много это глупо отрицать, но я не приблизился к ней. Я лишь ощутил ту пропасть, что была между нами с самой первой встрече.

- Ну так, малыш. Ты видимо кое-что не понимаешь, ну это и не удивительно.

Два её пальца изящных таких, издали щелчок, выбивший кислород из моих лёгких.

- Твоя ненаглядная, уже не обычная зверушка, которой может повелевать и брать когда заблагорассудится подобное ничтожество.

Тут она издала презрительный смешок, от которого кажись даже бы стены прижали уши, были бы они у них только, да и было бы чем.

- Она полу-богиня. Она практически венец творения. Ты ей больше никак не сможешь управлять.

- В-врёшь!

Хотелось ответить уверенно, но дыхание подвело.

- Нет, не вру.

Безразлично ответила та, оглядев полуразрушенную комнату, задержав взгляд на беспомощно ползающих на полу в горсте песка и разбитого стекла, насекомых, что возле шкафа.

- Нагло врёшь. Думаешь я тебе поверю. Я!

Тут я ударил в грудь.

- Я до сих чувствую её. Моя манна, она до сих пор питает её.

- И вот мы переходим к том, почему ты ещё жив. Хотя я хотела ещё посмаковать этот момент. Всё же вы оба достаточно так проблем мне доставили. Всего лишь два ничтожных человечка, а столько головных болей.

- Вроде и подарила рано умершей девчонки вторую жизнь. Её бы радоваться и жить. Я бы свела её со специальным человеком и когда её взросление подойдёт к пику можно было начать, но она вместо того, чтобы радоваться чуть не заморила себя голодом, а после бы умерла, прыгнув в самоубийственное сражение. Пришлось создавать специальный канал во снах, чтобы она виделась с второй головной болью.

Тяжёлый выдох, преобразивший лишь на короткий промежуток времени её лицо в нечто уставшее. Так выглядят кассирши после шестнадцати часовой смены.

- Но в какой-то момент этого оказалось мало. Ладно, я и тут призвала того из-за которой она страдает. Я уже сделала всё. Но теперь проблема пришла с другой стороны. Этот молокосос мало того, что имеет проблемы башкой сравнимые с полоумным Шутом, так ещё и руки хотел на себя наложить. Пришлось импровизировать.

Тут её усталый взгляд вбился в меня. В нём порхнуло жаждой убийства.

- Честно ты меня удивил. Не ожидала, я и вправду не ожидала, что ты сможешь убить полубога. Хоть он и был дефектным, погрязшим в пороках, но всё же он был полубогом. Да, самого низкого ранга, без единой возможности на вознесение, но всё же. Тут я готова тебе похлопать хоть, и сама получила ущерб.

“Так и знал. Всё же боги призвали сюда Риту, а после и меня, хоть и скрыли это призывом героя. Как только я в первый раз услышал от ангела слово сосуд, я начал штудировать всю информацию про богов.

И в итоге нашёл нечто приближённое, но это больше похожа на забытый миф, начерканный на подгнившем свитке.

Точнее даже будет сказать, что это короткий рассказ, о том, как несчастный отец, будущий некромантом, воскресил свою дочь.

А после кормил её свои телом на протяжении тридцати лет. Сначала дочь была скелетом, но из года в год её голые кости обрастали мышцами и кожей. Спустя тридцать лет она уже полностью вернула внешность той самой девочки, которой была при жизни. Она даже могла разговаривать и двигаться, а её сила превосходила все мыслимые пределы.

Спустя год, отец умер, а дочь съела его сердце и смогла жить без зависимости от призвавшего”

- Всё должно было пройти идеально хотя бы сейчас. После того, как я столько раз вмешалась, но нет. Она перестала развиваться, так ещё умудрилась забеременеть хотя оставалось всего каких-то четыре года и тогда можно было начинать. Но нет она захотела отдать то огромное количество силы жизни, которой мы наделили её отпрыску.

- Тогда ты натравила на неё того фанатика с косой.

Скрип зубов, дёрнувшийся кадык, сглотнувший слюну.

- Именно.

Я моргнул. Кажется такая мелочь, но за это мгновение пока мои глаза были закрыты веками, я увидел всё. Всю свою жизнь здесь. В мельчайших подробностях.

- Так значит.

“Всё это время я лишь играл под дудку богов. Так ещё и играл очень хреново. Все мои двадцать лет тут всего лишь вшивая история, написанная за меня одной богиней”

Скупая слеза покатилась по щеке, пока глаза так отдалённо смотрят на Первую. Она тоже смотрит на меня, но с таким взглядом, с таким лицом, с которым смотрят на незнакомца.

Помнит ли она меня ещё или нет я не знаю, но это не важно. Она меня не слушает. Мне нежна кукла неспособная выполнять приказы. У меня ни так много времени, я должен хотя бы закончить то, ради чего умерло столько неповинных людей.

- Я так и не услышал причину, почему ещё дышу.

- Я думала ты уже должен был понять.

“Понял, ещё как понял. Я должен оставаться в живых, чтобы Первая могла жить. Хоть она и смогла думать, оградившись от меня, но жизнь в ней до сих пор поддерживает моя мана и как я понял даже боги не могут с этим ничего поделать.

Так что скорей всего меня где-то запрут, пока она не эволюционирует до полноценной богини. Или же из меня сделаю подобие бессмертного аккумулятора. Например расщепят меня, а после соберут из моих костей, крови и внутренностей артефакт”

- Понял...

Снова дёрнулся кадык, пальцы предательски обдались холодным потом. Триггер разжать их, дал мне ангел, подготовившийся к нападению.

“Им нельзя меня убивать. Всего лишь схватить. Я в выгодной позиции”

Я вновь посмотрел на Первую. В её зелёные глаза. Она отвела взгляд.

- Прощай, Рита.

Куб покинул руку, скастованая магия начала действовать. Глаза закрыла тёмная пелена.

Зритель

- К-хаааа.

Рухнув на спину, я выдохнул так сильно, будто бы орк упал на живот.

- Ха-ва-ха-ва-ха.

Пытаясь отдышаться, смотря на потолок оббитый антимагическим металлом, Анагом, я просто собираюсь с мыслями.

“Боги. Во всём виноваты они”

Я не злюсь, на это нет сил, да и я уже давно догадывался об этом. Просто не хотелось верить. Всё это время я пытался убедить себя в обратном, что всё что происходит со мной это лишь следствие моих же действий, а не каких-то там блядских богов.

Боги, как и дали мне вторую жизнь, так и превратили её в кромешный ад. С самого начала этой истории у меня не было и малюсенькой надежды на счастливую концовку. Быть батарейкой для богини, вот предписанная мне участь.

- Зачем я сбежал?

Приподнявшись на задницу, параллельно руками держа равновесие, я задумался, но не нашёл ничего адекватного.

“И в самом деле зачем? Что мне делать дальше? Убить владыку демонов, тем самым закончить всё? Но зачем? Какой в этом смысл?”

- ”Может, чтобы оправдать сотни тысяч жизней, что ты погубил?”

Спокойный тон Шута раздался в голове, подобно утреннему колоколу.

- Может быть.

Опустил голову, вытащил сигарету, закурил.

- Вполне возможно.

Потянувшись к сигарете, я подметил изменение в руке.

- Не долго же я был молодым.

Она вновь покрылась морщинами, а приятный цвет кожи побледнел. Тронул дрожащей кистью лицо. Подушечки пальцев ощутили множество мягких бугорков.

“Что и следовало ожидать. Новая форма Первой потребляет очень много манны. По ощущениям даже больше, чем раньше она с Фионой и Второй вместе взятых”

- Не получится, Шут.

Затянулся, горьковатый привкус осел на языке.

- “Получится. Ты знаешь, что тебе нужно сделать”

Рука залезла во внутренний карман. Вытащил мешок, полученный от Соры.

- Ты же в курсе, что моё теперешнее тело не выдержит этого?

- ”Зак, мы оба знаем, что это не проблема”

На это я лишь устало улыбнулся, поджав плечи.

- Ито верно.

- “Чтоб тебе было не одиноко, знай я тоже умру”

- Ты что жена декабриста? Пойдёшь со мной и в ад?

- ”Не помню кто такие декабристы, но может быть. Во всяком случае у меня не будет выбора”

- Я слушаю.

-”Не заметил святую магию внутри себя? Не отвечай это риторический вопрос. Я архи-демон, причём ещё создание тьмы, что продал свою душу древним богам”

- Ого, а ты и не говорил.

- “Не перебивай. Ну так, святая магия для меня, как для людей кислота слерка. Понимаешь меня?”

Слово слерк, вызвало в голове неприятные воспоминания о болотной жиже с кровавой сферой внутри.

- Ну или что? Ну подумаешь всего несколько твоих частей исчезнут. Останутся и множество других, разбросанных по миру.

- “Возможно, но непонятно когда ещё они найдут себе владельца, к тому же помнить я ничего не буду. Последнее, что останется во мне, так это не особо приятные воспоминания о моей казни”

- Ну да, быть разорванным на кучу мельчайших кусочков, не особо приятно.

-”Заткнись. Ну так, после подобного, я потерял память. Я не сразу её восстановил, и это было очень трудно. Да и мне повезло оказаться в сильном носители”

- Ой, как мило. Это первый раз, когда ты мне отвешиваешь комплименты.

-”Не беси. Ну так о чём я... Ну и в течение около десяти дней святая магия уничтожит все упоминания обо мне с твоего тела. А так как остальные частицы моего тела не соединены со мной в этакую связь, память моя если повезёт вернётся к тому моменту, когда меня запечатали. Если же нет, то я просто растворюсь в телах носителей, так и не дав о себе знать”

- Десяти значит.

То, как двигается язык, касаясь верхнего нёба и соскальзывая с зубов, заставляет повторить.

- Десять, десять.

Приняв окончательно, что десять дней это максимум отведённый мне жизнью, я смирился. Это было бы даже приятно, а ещё бы приятнее было бы если бы это произошло прямо сейчас.

- Шут. После этакой трапезы тобой, какой шанс, что я выкарабкаюсь?

-”Насчёт этого не беспокойся. Ты выкарабкаешься. Хотя это будет мало приятно, да и твоё я, как бы сказать, уйдёт на второй план”

- Не страшно. Не велика цена, чтобы наконец-то это закончить. Да и если честно, я уже потерял всю мотивацию даже двинутся.

-””

Он промолчал, я тоже больше ни сказал ни слова, просто пялясь в полный мешочек, отдающий сушёным мясом.

-”Я всё закончу... Зак”

В этот раз его голос был таким мягким. Последнее его обращение мне показалось таким, словно он обращается к другу.

- Угу.

Запрокинув голову, я высыпал в рот сразу все кубики. Переживав, сглотнул. Вкус был отвратно горький.

- “Приляг, процесс будет не быстрым”

Кивнув самому себе, я поднялся. Пройдя по деревянному паркету, минуя круглый стол с тремя стульями, я лишь метнув на него взгляд, вспомнил почему так давно решил оставить три стула.

Сразу уши обдал смех ребёнка, что без зубов улыбаясь, играет с чашкой, а его мать, придерживает пухленькую талию, чтобы он не упал с высокого стула. Ребёнок дёрнулся, если бы мать быстро не отреагировала то, маленькое тельце бы упало на специально для этих случаев, умягчённый с помощью магии и алгоритмов, пол.

Прошло бы ещё пару лет, и он бы сам самостоятельно сидел бы на третьем стуле вместе с нами.

Не переставая идти, пальцами прошёлся по книжкам, что спокойно покоятся на трёх больших шкафах вдоль стены, а там возле угла, где заканчивается последний ряд книг, доска, а на против стол, так похожий на парты из моей школы.

“Всё должно было быть иначе”

Прошёл и дверь в ванную с большим таким зеркалом и ванной, где поместилось бы с лихвой два взрослых человека, желавшие бы после сложного выматывающего дня расслабится.

“Иначе”

Дверь в спальню, место, где должны были быть только я и она.

- Ты не виноват, но я тебя не прощу.

Изменившийся голос жены, наш последний разговор, прошедший почти перед самой эволюцией Первой, от него так тошно на душе.

Её лицо перед глазами стёрлось фальшивым светом солнца за окном, где играет молодой ветер, шелуша листья деревьев, а зелёная трава, словно бабушка недвижимо наблюдает за игривостью двух внучат.

- Иначе... Я хотел прожить совсем другую жизнь.

Зашёл в свой кабинет, то единственное место, где такой трудоголик как я мог работать. Идеально пустая комната. В нет ничего, кроме тёмно-серых стен и потолка, что слегка подсвечивает помещение.

- Работать только тут.

Я сел, ну как сел, трясущиеся ноги просто уронили меня в угол. Два выдоха и глаза уже сдались усталости.

- “Не самое лучшее место ты выбрал”

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Я помню лишь, как закрыл глаза, а дальше лишь тьма. То, как прошли метаморфозы с моим телом, я не помню, но бешено бьющееся сердце, что я отдалённо чувствую, вместе с остатком боли и пятнами ужаса, покрывшими весь кабинет, включая даже стены, заставляют меня сглотнуть.

По всюду кровь, смешанная с чёрной жидкостью, ошмётки тела, выбитые зубы ломаются, стоит только наступить, ногти царапавшие стены и оставшиеся там, оголённые кости разбросаны повсюду. Лишь бросив взгляд на эту комнату, можно быть уверенным, что тут произошла бойня.

Но я смотрю на это хладнокровно. Не став созерцать плод этого искусства, я вышел из кабинета, направился в ванну.

Оставляя кровавые следы по дому, воплощению моей мечты, я вошёл в ванную, миновав зеркало. На мгновение показалось, что я увидел в нём нечто не особо приятное, зелёное.

Я даже хотел остановится, чтобы разглядеть по лучше, но ноги продолжали идти, а руки двигаться, пока горячая вода градом не полилась на моё тело, заполняя ванну.

- Хух.

Рука расчёской запрокинула волосы, что то и дело норовят залезть в глаза, назад. Рука прошла прямо между двумя твёрдыми бугристостями. Так ювелирно, лишь слегка задев их, будто бы я прожил с ними не один год.

А я ли это сделал? Странное чувство. Я смотрю, вижу, что происходит, чувствую воду, ощущаю, как она соприкасается с телом, стекает по коже, мне даже кажется, что тело подчиняется мне, но что-то странное.

Сознание будто бы блуждает где-то отдалённо. Я точно был уверен, проходя зеркало, что хотел туда заглянуть.

- Полотенце.

Щелчок пальцем и белая махровая ткань у меня в руке. Я вытерся, а после призвал какое-о странное одеяние. Облегающий кожаный костюм. Весь чёрный, лишь наплечники и ботинки зелёные, а по вверх плащ тоже кстати зелёный.

Я недоумеваю откуда я вообще призвал это одеяние. У меня его никогда не было.

- Сойдёт для похорон.

Тут я посмотрелся в зеркало, хотя я уже не уверен, я ли это на самом деле.

Ярко-зелёные рога, а на кончиках красные оттенки, такие неаккуратные и растёкшиеся, будто бы они с рождения были зелёными, а красный смешался после того, как тысячи раз окропились кровью врагов.

Длинные зубы, робко, словно ребёнок в незнакомом доме, выглядывают сквозь оскал, что по умолчанию привит этому лицу, так похожему на моё. Длинные чёрные волосы, зачёсанные назад, массивная челюсть, один глаз карий, но намного темнее чем был, а другой через который проходит зелёная линия, начавшаяся от рога. В слегка приглушённой комнате, такое чувство что он светится.

- Видишь, Зак. Ты снова молодой. Такой же как и когда мы встретились. Ну с некоторыми изменениями, конечно.

Улыбка его показалась такой грустной.

- А теперь давай сразу, как в твоём мире говорят. С места в карьер. Боги уже начинают догадываться где мы. Обращение весьма громкое событие, как никак.

Щелчок, заставил опору под ногами пропасть. Я уже рухнул под землю или же нет?

Темнота. Я хочу открыть веки, но понимаю, что они открываются с запозданием.

- Зак, как тебе мой дом, который ты почти разрушил?

Как только веки приподнялись, оголив всё безобразие места, которые мои губы назвали домом, я на нервах дёрнул плечом или же это сделал не я?

Дюжина блестящих на солнце пик направленны на меня. Подняв голову, я увидел далеко на потолке сферу, что подобно солнцу освещает тут всё. Она не одинока, лишь мельком осмотревшись я приметил с десяток таких.

- Не помню говорил тебе или нет, но король демонов очень трусливое существо. Даже странно как подобное ничтожество до сих пор сохранил за собой трон. Ну видимо этот изъян наследования титула короля.

Говоря это без запинки он уклонялся от падающих на него ударов и стрел что пикируют вниз. Все воины, возле которых ему стоило пройти хоть и не сразу, но падали замертво. Мельком и так размыто, словно в мимолётном сне, пропитанном ужасным предчувствием, глаза показывают мне исхудалые образы воинов.

Они обмундированы во второсортные на вид обмундирования. Нечета тем, в которых ходят воины людей.

Здания, они все полуразрушены, дороги завалены камнями, вымощенными в чём-то тёмно-бордовом.

- Это яд. Если бы я только мог, оставил бы их в живых.

Значит чувство, что сердце своим стуком уже готово вырваться из груди это не из-за усталости. Он просто горюет о убитых, что защищают свой дом, о измождённых событиями, что мои руки сотворили.

Люди в лохмотьях расступаются. Лишь взгляд проскользнул по их бледным лицам, как сразу виновато упал.

Я вижу камешки, которые с трудом перешагиваю, слышу невнятные перешёптывания. Что-то хрустнуло, я вроде и смотрел в пол, но не смог вовремя отреагировать, заметив нечто тонкое. Ручонку ребёнка, чьё тело погребено за камнями.

Сердце сдавило, нос всосал резко воздух, шмыгнув.

- Простите.

Неслышный шепоток, словно мысли, были последними сказанными словами, перед тем, как ноги напряглись, закинув тело вверх, перепрыгнув ограду.

Мгновение и я уже перед большими красными воротами. Только от созерцания этих ворот, от возможности шагнуть за их порог, внутренностями, словно половой тряпкой протёрли шершавую поверхность, а после беспощадно выжали.

Соленоватый привкус моих губ, острый холод, приказавший на мгновение отдёрнуть руку, что уже прикоснулась к воротам.

Со скрипом они отворились, но так негостеприимно выпустив наружу дюжину стрел, а за ними, точно подгоняя, огненный поток.

Этот поток не был огнём в обычном понимании, нет, это скорей вода, что одним своим приближением сжигает даже воздух.

Но натолкнувшись на не поддавшуюся стену в виде меня, он просто испарился.

- Ну вот, Зак. Вот как тут встречают героев. Демоны и люди в этом почти одинаковы, как и в проблеме наследования власти. А ведь отец нынешнего короля. Альдарп, был благородным воином. Грустно даже немного. Пххх.

Лёгкий смешок, от которого мурашки прошли по коже, стал звонком для начала бойни.

Тут уже не было того милосердия безболезненным ядом и чувством вины, как и состраданию.

Вместо них пришёл лишь холодный расчёт. Милосердный яд, он отправил в отставку, поставив вместо него магию большого радиуса поражения.

Я уже не слышал стоны и не видел лица сотен воинов, пока шёл по бесконечным коридорам, обрамлённым золотом. Я больше внимания уделял дороговизне картин, продав хоть одну из сотни, которых можно было более ли менее прокормить каждую семью в королевстве в течение дня.

А их тут огромное множество, да и даже они ценной уступали статуям и драгоценным камням инкрустированных в них, но видимо восхваление короля сейчас важнее.

Статуй тоже достаточно, они на каждом шагу, я даже вроде приметил парочку уцелевших на улице, но больше всего запомнилась та, где бородатый король демонов с оголённым массивным торсом принимает удар меча грудью, пока его нога, давит демона, предателя.

Король же победоносно улыбается, смотря на того, кто держит меч. В статуе же лишь только руки, но я не удивлюсь если в истории владельца этих рук описали, как героя людей, а тот демон под его ногой, это Шут, предатель, что спелся с людьми.

- Зак, в твоём мире есть такая фраза. Историю пишут победители. Весьма мудро.

Вскоре все коридоры, повороты и предметы обстановки сложились в одну картину, как и болванки что продолжали на меня нападать, но тут же замертво падали.

Я лишь моргал, как картина сдвигалась. Я словно в вечном цикле, это как видео, включенное на повтор во время плохого интернета. Подвисает. Вот голова моя поднялась вверх и тут из-за яркого света на меня пикирует остриё. И только я моргнул, как глаза мои смотрят прямо перед собой, а на меня бежит толпа.

И так продолжает уже долгое время, лишь с маленькими вариациями. Детали размываются, оставляя лишь общий силуэт.

Такое чувство, что это длится дни, но вряд ли на самом деле прошло больше десяти минут. Я не ощущаю присутствия пространственной магии, а замок снаружи хоть и выглядел большим, но вряд ли он сильно больше замка в королевстве людей, который я при желании мог обойти весь за час другой.

Возможно, усталость тела, что уже начинает подвывать, как и боль в мышцах это из-за проклятий, которые накладываются на каждого кто вошёл сюда без нужной печати.

Не знаю как и не знаю действует ли она.

Я не успел обратить внимания когда и общие силуэты начали размываться.

- Зак!

Громкий крик прямо в голове, подобно выстрелу из пистолета прямо над ухом, заставил распахнуть глаза. Детали снова начали возвращаться.

- Не вздумай терять сознание. Стоит тебе только уснуть, как святая магия начнёт распространятся быстрее.

- “П-по-по-пон”

Я хотел ответить, но губы не слушаются

- Уже почти всё закончилось. Просто продержись. Мы уже у цели.

Тут он демонстративно привлёк моё внимание, ударив по металлической двери. Такой же большой, как и входная, но она, судя по звуку сделана из самого твёрдого метала. Адамантия, а по середине замок в виде огромного ревущего черепа размером с три меня.

Я исполню его мечту - Конец

Череп, во рту которого таиться, нечто ужасающе алое, такое же, как и его глаза, будто бы готов выстрелить в каждого входящего.

Такое чувство, что я или же Шут испытал ужас, когда руке пришлось коснуться его. Умом мы понимаем, что в воротах хоть это и удивительно, но нет никакой магии, но предчувствие бьют тревогу.

Хотя оно может быть причиной того, что нас ждёт за ними.

- Он прямо там.

Губы сжимаются и подрагивают, сердце уже перешло на пятую передачу вызывая то ли ужас то ли восторг.

- Последний рывок.

Эта дверь не поддалась так легко как предыдущие, которые можно было открыть одной рукой. Она соизволила впустить нас только после того, как были задействованы все руки.

Два шага, переступленный порог, захлопнувшиеся внезапно двери. Опять статуи, они смотрят на меня глазами не способными видеть.

Золотые статуи, стоя возле стен противоположных друг друга, будто бы наблюдают за грешником, что пришёл на собственный суд.

Между ними широкий чёрный ковёр метров пять в ширину. Он словно одеяло, которым укрывается побледневший от холода пол.

Дальше же приятное одеяло с полом делят ступеньки, способные привести путника прямо в лоно короля, где он скрыт за такими же чёрными занавесами, а возле него стоят двое демонов.

Мы не стали церемонится. Хоть пространство между нами и позволяет проделать пару манёвров, но мы пошли на пролом. Теневые путы за долю секунды прорезали расстояние, накинувшись удавкой на шеи хоть и подготовленных к бою воинов, но явно этого не ожидавших.

Удавка затянулась. Головы полетели прочь, как пробки от шампанского, а за ними и фонтан крови.

- “Отличный бросок”

- Спасибо.

Мы уже думали расслабится, как обезглавленные воины поднялись. Их головы отросли, а к отрубленным приросли тела полностью обнажённые.

- Доперы. Вот же чёрт.

“А кто сказал, что будет легко?”

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Шум шагов болезненно бьёт по ушам, словно церковный колокол очередной секты. Под чувство тошноты от демонической крови и голых тел, разбросанных повсюду, мы идём к цели, цели к которой стремились долгие столетия. Столетия боли, гнева, отчаяния.

- Извините, братья. Я искренне не хотел вас убивать. Вы просто не оставили мне другого выбора.

- ”Шут, это ведь Доперы. Они просто искусственные создания”

“Ах, да. Искусственные, прямо как я”

Мы долго, очень долго ждали этого момента. Момента, когда наконец окажемся перед троном, на котором восседает всё ещё непоколебимый внешне король, король демонов, которому мы, то есть я когда-то верно служил.

Пока тот не убил мою семью, не лишил нас, меня всего. Он тот, кого я сегодня убью с особой изощрённостью.

От волнения и нахлынувшей радости чувствую, как руки бесконтрольно дрожат.

- Давно не виделись, Шут.

Стук шагов замолк, а на его место встала твёрдая тишина, никак не обнажающая волнение и страх короля, что удивительно.

- Давненько-давненько, господин.

Улыбка, что красноречивей любых даже самых длинных речей, исказило моё лицо. Зелёные ногти, что содержат яд, способный при одном лишь прикосновении хоть и ненадолго, но парализовать даже полубогов, прошлись по чёрным белкам глаз.

«Наконец-то, наконец, я убью эту тварь»

По телу прошлись мурашки, ведь от пореза собственными когтями, я могу и сам умереть, а если повезёт то, просто слягу с параличом. Дней так на десять, если не больше, но я будто дразню, инстинкт самосохранения.

Хотя на самом деле пытаюсь отвлечься.

Сняв капюшон, дал волю длинным волосам.

- Спасибо, Зак. Твоя жертва не будет напрасной

Ударив пару раз носком ботинка по металлическому полу, исчез из поля зрения короля демонов.

«Поступь смерти»

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Поднятый вверх взор мягко прошёлся по застеленному тёмной дымкой небу. Здания продолжают покрываться трещинами и падать не смотря на конец сражения. Пыль поднимается, мелкие осколки зданий всё ещё летят то тут, то там.

- Вот и всё, Зак.

Со рта стекает кровь, прохладная. Она, проделав путь к подбородку стекает с него, самоубийственно упав вниз к частям, что лишь недавно были самым великим строением во всём королевстве демонов.

Повсюду, куда бы не нацелился взор, нет ничего живого. Лишь выжженная земля без единой души.

- Я не думал, что дойдёт до кга-хгаха-гах.

Удар пришёлся по груди, извергаясь кровавым кашлем, тело рухнуло на одно колено.

- Хвааа-хгххххх.

Предсмертный хрип личности, правителя и просто зазнавшегося тирана, доносятся до ушей. Он лежит рядом. От его тела уже ничего не осталось. Лишь разлагающаяся голова без глаз и волос. Абсолютно голая.

Она больше походит на череп давно умершего путника, нежели ещё продолжавшего глотать отсутствующим ртом воздух, демона.

- Наконец-то всё закончилось.

Губы прошептали это, после того, как хрип затих.

- “Да, всё закончилось”

- Но...

Ещё один кашель. Кровь полилась со рта, стекая по зубам к губам.

- Я не хотел стольких смертей.

- “Это неминуемые жертвы, чтобы их дети, и дети их детей могли жить счастливо”

- Надеюсь, что так.

Одолеваемый адской болью, тело приподняло голову, чтобы напоследок запечатлеть хотя бы кусочек чистого неба, но не вышло. Оно всё так же скрыто от глаз дымом.

- Я умираю, Зак.

-”... Я тоже, Шут. Я тоже”

- Знаешь, гха-гхххааагха, а ведь Шут это всего лишь прозвище. Меня так нарекли, за то, что я просто хотел веселить людей.

Я ничего не сказал.

- Эдмон, Эдмон Солл. Так меня зовут.

-”Красивое имя. Оно подходит тебе больше”

- Да. Жена так же сказала.

Улыбка окрасила красные губы, что подрагивают от пробирающего озноба.

- Прощай, Зак. Я умру здесь, а ты не должен. Это моя могила.

Дрожащая рука приподнялась. Большой и указательный палец не с первой попытки нашли друг друга. Произошёл глухой щелчок. Выжженная земля сменилась тьмой, а за ней и потолком. Деревяным и таким до боли знакомым, что лишь вид его заставил бы меня зарыдать в голос, если бы я только был на это способен.

Поверхность на которой я лежу, хоть и не чувствую, и не вижу её, это кровать. Я уверен в этом. Я даже слышу, как трескаются деревья в незажжённом камине.

- Гха-гхааа-гха!

Кашель заставляет подступившую ко рту кровь выплёскиваться наружу, некоторые капли падают на лицо.

Единственная рука, оставшаяся после боя, онемела, хотя подушечками пальцев я чувствую, как постельное бельё пропиталось кровью.

- Хрр-хррр-вхррр.

Хрип сменяется кашлем, чтобы после опять передать ведущую роль.

“Не хочу”

Пытаюсь подняться, уйти из этого дома, в котором приобрёл и лишился всего, но не могу. Тело не слушается. Магии не осталось.

Сначала я не понял зачем остатком сил Шут отправил меня именно сюда, но попытавшись подняться понял. А ведь больше мне не куда идти, да и не к кому.

“Не хочу”

Я даже не могу сжать покрывало, чтобы хотя бы обмануться, что меня кто-то держит за руку пока я на смертном одре.

С глаз стекает влага от мысли, что я один, меня не кому ни обнять, ни лишить этого холода, от которого знобит всё тело. Я бы подумал, что это слёзы, если бы в глазах не краснело.

“Умирать”

В глазах всё меньше света и больше тьмы, что поджидала меня всё это время. Она словно хищник, запрятавшийся в кустах, ожидая жертву. Она всё это время охотилась за мной.

Нет, не так. Тьма с самого рождения, да как только глаза впервые увидят свет, начинает выжидать. И не только меня, всех. Тьма охотится за всеми. Я не исключение. Я уже много раз убегал, оказавшись уже у неё в когтистых лапах.

Но в этот раз нет.

“Не хочу умирать. Я не хочу так”

Хрип затихает, сердце уже почти перестало биться, поняв, что её работа подошла к концу.

“Не хочу оставаться одному”

Губы уже не дрожат, а глаза не видят. Мне страшно, но я ничего не могу сделать.

“Пожалуйста, Мама”

Рот хочет открыться, крича мольбы, прося о помощи, точно зазнавшийся ребёнок, вдруг попавший в переделку.

“Рита. Нара. Прошу. Лара. Хотя бы кто нибудь”

Сердце издало последний удар и затихло.

“Кто нибудь”

Вдруг всё потухло, полная тьма и мертвенная тишина. Я уже подумал, что никогда ничего не услышу, даже собственного хрипа, как вдруг.

- Я тут.

Мягкий и знакомый голос, но не могу припомнить чей. Тьму пронзил яркий зелёный свет, чтобы через мгновение потухнуть, отдав меня на растерзание тьмы.

- Зайчонок, вставай я сказала.

Тело потянуло. Тупая боль обдало тело, а после и голову, словно я упал с небольшой высоты.

- Какого чёрта!

Из-за рефлекторной злости, такой словно только заснувшегося трудоголика жестоко разбудили в его выходной, я оскалился, предварительно скачив на ноги.

- Хи-хи-хи. А будешь знать, как зарабатываться.

Я был только мгновение назад уверен, что откручу голову любому, кто так жестоко со мной поступил.

Вот только веки открылись, обнажив глазам стройную, но в тоже время крепкую фигуру молодой девушки, что с ехидной улыбкой держит покрывало.

В грудь словно кинжал вонзили, а после и пару раз повернули.

-в …..

Приоткрыв рот, пытаясь сказать, хоть что-то, я смотрю в злорадно прищуренные глаза девушки, что так завораживающе отдают полем.

- Что? Не проснулся ещё за соня?

Улыбка стала шире, пока её рука, дразня покачивает покрывалом.

- Пора уже привыкнуть, папаша недоделанный.

Кокетливо, но в тоже время недовольно кинув взгляд к моей промежности, зеленоглазая девушка, бросила покрывало.

- Р.

Короткие и быстрые вдохи без выдоха ударили в голову.

- Рита.

- Что глаза вылупил, будто бы незнакомку в постели увидел? Хотя думаю, к чему к чему, но к этому тебе не привыкать.

-…

Я прикоснулся к груди. Она тёплая и сердце. Оно бьётся, причём бешено.

- Рита.

- Даже не думай отлынивать от обязанностей. Я понимаю ты всю ночь работал, но уже... Ты чего, Зак?

По щекам потекли слёзы.

- Рита... Ой, п-прости. Прости, Рита. Я просто.

Рукавом пижамы стёр слёзы, но они не останавливаются.

- Прости, я просто, просто. Я.

- Зайка, что с тобой?

Потеплевший тон в её голосе только больше заставил меня разрыдаться, закрывая лицо руками.

- Я, не знаю. Не знаю.

Сердце извергается болью, словно её хлещут хлыстами.

- Ну-ну. Тебе опять приснился кошмар?

Её руки обняли содрогающееся тело.

- Кошмар?

- Да, кошмар.

“Кошмар? Всё это было кошмаром? Нет, не может быть”

- Ну же. Зайка, скажи мне, что тебе приснилось?

- Приснилось?

- Да. Как в прошлый раз.

“Прошлый? Кошмар? А что мне приснилось?”

Разглядывая воспоминания, я ничего не вижу, лишь не связанные с друг другом отрывки.

- Я не помню.

- Вот и хорошо. Не стоит думать о кошмарах.

- Угу.

Уронив голову на её плечо, я кивнул.

“Да это был лишь кошмар. Да всего лишь кошмар, которого я не помню”

Слёзы продолжают течь, чтобы я не думал, чтобы она мне не говорила, но от её запаха становится легче. Запах утра, еды и молока, приправленный смытым потом.

- Ну-ну, дорогой. Что-то ты расклеился. Видимо страшный сон был. Нууу. Всё хорошо.

Её тёплые руки гладят мою спину, а дыхание щекочет уши.

- Пойдём, Зайка. Пару минут со спиногрызами, и ты всё сразу забудешь.

Она взяла меня за руку. Ей понадобилось пройти метров с десять, чтобы до меня дошло.

- Спиногрызами?

- Оооо, серьёзный случай. Уже и забыл, как называешь собственных детей?

- Детей?

Её рука крепко держит мою. Я не смотрю на стены, через которые проходил тысячи и тысячи раз, не слушаю шум деревянного пола, по которому прошёл больше миллиона шагов.

Рита видимо не услышала прошёптанный вопрос, раз не обернулась, продолжая вести меня к свету.

Через пару шагов я начал слышать отголоски бегающих ножек, явно детский смех, смешанный с плачем, а так же крик.

- А ну хватит. Саманта, хватит задирать Самуэля.

Детский обиженный ответ.

- Он первый начал.

И снова бег, и снова плачь и снова смех.

Словно в начальной школе во время перемены. Звуки становились всё громче с каждым пройденным шагом, до тех пор, пока я не дошёл до порога в гостиную.

- Вот и ваш любимый папочка.

Меня дёрнуло за руку, а после я не успел и осознать, как толкнули те же руки, прямо в спину.

- Фас его.

- Папа!

Три пары ручонок разных размеров разом кинулись ко мне. Потерявшись, с наверняка покрасневшими глазами, я не успел отреагировать, как меня повалили на пол.

- А что с папочкой?

Беспокойный голос красноглазой девчонки, что поднесла своё лицо максимально близко к моему.

- Папа, слабак, слабак.

Неуверенно балансирующий малец с карими глазами лет шести, пытается устоять на моём животе.

- Не обижайте папулю

Зеленоглазая девочка, поджав маленькие губки, толкнула мальца с моего живота. За этим последовала драка всех троих. Не прошло и минуты, как плакали и кричали уже все. И конечно же всё это они проделали, оставаясь на мне. Я же даже пошевелиться не успел.

- Сложно же быть отцом, брат.

Продолжая лежать, я повернул голову на источник звука.

- И не говори. Мой ещё тот непоседа. Вчера пришлось извиняться перед соседями за то, что он залез к ним в огород. Фууух. Лишь Ребекка, спасает меня от помешательства. Она такая послушная дочурка. Почему он не может быть таким?

Две пары ног, поднявшись по ним глазами, я увидел запыхавшихся и в поту, молодого ещё подростка Сору с Кларком.

- Вы.

Я не успел и толком начать, как прозвенел звонок, где-то в соседнем помещение.

- Кушать.

- Кто последний тот розовая свинка.

Я лишь моргнул, как шум удаляющихся детей переместился в коридор.

- О. Сестра и Нара уже приготовили обед.

- Твою же мать. Уже так поздно? Меня мои же убьют.

- Ну давай беги. Не забудь передать Нефертити с Ванессой привет.

Сора с Кларком ударились кулаками и он убежал, предварительно кинув мне.

- Держись.

- А я быстро в душ. Если сестра будет злится, надеюсь на тебя.

Соры уже нет в дверном проёме. Я же в непонимании хотел попытаться встать, как увидел руку.

- Стало лучше?

- Наверное.

Поднявшись, я посмотрел на Риту. Прикоснулся к её порозовевшей коже, и она оказалось такой мягкой.

- Ты тёплая.

- Да уж. Лучше комплемента в жизни не слышала. Ну ладно, пошли обедать. Не хочу опять во время еды слышать голдёшь Нары о том, что есть надо вовремя.

Её рука снова обхватила мою, вовлекая в эту жизнь, в которой я всё это время казался лишним.

- Да, идём.

Улыбка окрасила лицо, стоило мне сделать шаг. Ужасный кошмар уже почти выветрился из сознания, а плохое предчувствие заменилось голодом.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- Столько заботы о жалком человеке. Ты больше на верную возлюбленную похожа, чем на освободившуюся от рабства?

На подозрительное примечание Агнеш, что продолжает шагать за моей спиной уже не первую минуту, я ответила тишиной.

- Игнорируешь.... Ну ладно, ну ладно.

Недовольно цыкнув, она исчезла.

- Теперь моя очередь.

Робко улыбнувшись, я погладила лицо, усыпанное морщинами. Оно и раньше было бледным и холодным, но сейчас словно у мертвеца. Любой посмотри на него со стороны и не подумал, что он ещё может дышать.

- А вы ведь не мертвы, вы всего лишь спите. Очень глубоко.

В голове много мыслей, я до сих не отказалась от сожалений, что тогда не послушалась хозяина. Хоть я и жалею, но не думаю, что поступила неправильно. По крайне мере хозяин смог прожить достаточно, чтобы достичь того, ради чего столько страдал. Хоть всё это и было бесполезно.

Да и если бы мы вместе попытались бы дать им отпор то, просто бы поплатились за это. Меня бы заперли в какой-то темнице между измерениями, пытаясь промыть мозги, а вас бы превратили в некое подобие овоща, чтобы легче было хранить, как и их.

Я посмотрела в бок. Там, где так же, как и хозяина заточили, пригвоздив к стенам, сотни людей. Таких о которых во всём мире ходят легенды.

“Нельзя долго тут находится”

- Простите, хозяин, что предала вас, но надеюсь вы сейчас счастливы.

Стерев скупую слезу, я поцеловала его в лоб, а после улетела, оставив одинокого человека, о котором останутся легенды в мире ещё на многие века.

Он стал ужастиком, которым пугают детей, а в религиозных кругах он заменил дьявола.

Я больше его никогда не увижу. Он проживёт ещё тридцать пять лет, в течение которых я не смогу с ним видится, чтобы Агнеш не заподозрила меня в моём плане.

"Спасибо за жизнь”

Я продолжу мечту своего хозяина, которую он не смог исполнить только потому, что был человеком.

В тот момент, когда я увидела, как изменилось его вечно страдающее лицо счастьем в омуте иллюзий, решила.

“Я изничтожу всех богов. Так я смогу почтить вашу память и загладить свою вину, хозяин”

------------------------------------------------------------Конец------------------------------------------------------------------

Послесловие

Привет всем, кто дошёл до конца. Если честно, я только что закончил главу. Знаете, я чувствую некую грусть, ведь за этот месяц я закончил два цикла. По сути, всё что у меня было, как писателя.

Циклы, которые меня привели в писательское мастерство, подарили мечту и с каждой написанной страницей они всё сильнее подтверждали её.

Сейчас я уже набросал идею следующего цикла, который будет очень длинным и ещё одну историю лишь для одного тома.

Творческого кризиса пока нет и не намечается, но все равно мне грустно, что герои, с которыми я бок о бок прожил больше 3 трёх лет покинули меня.

Это больно и неприятно, но я рад, что мой путь, полный сомнений и противоречий, со мной прошли и вы.

Из дня в день я вижу себя, как писатель, который становится всё лучше. И всё это благодаря вам, всем тем, кто читает моё творчество, поддерживает, а главное делится своим мнение. Кстати, буду рад мнению на концовку.

Спасибо вам. Надеюсь, вы и дальше будете меня поддерживать)