Я не пчелка

Пролог

За окном тридцать восьмого этажа офисной башни плыл большой город. С этой высоты он казался игрушечным. Машинки-букашки, люди-муравьи. Все куда-то бежали по своим муравьиным делам.

Иногда Мелисса замирала и просто смотрела. Она сама была такой же букашкой-муравьишкой. Только сидела в большой стеклянной банке в опенспейсе.

Её рабочий стол был островком тихой, почти невидимой анархии в море корпоративного порядка. На мониторе — сорок четыре вкладки браузера. Только две имели отношение к делу: исследование «Динамика эмоциональных паттернов клиентов за Q4» и чат с коллегой, где последнее сообщение было: «Он издевается?».

Остальные сорок две — это Pinterest, Houzz, ArchDaily. Бесконечная, гипнотизирующая лента интерьерного рая. Здесь царили уют, гармония и правильный свет. Мелисса водила курсором, собирая коллекции: «Сканди-мечта», «Лофт для смелых», «Уголок для чтения». Сегодня её пленило мшисто-зеленое кресло-мешок утонувшее в груде подушек рядом с камином, а вокруг деревянные полки с аккуратным беспорядком книг.

Внезапную тишину разорвал настойчивый, ядовито-сладкий перезвон авайки. Мелисса посмотрела на телефон так будто на нем внезапно появилась ядовитая змея.

На экране горело имя: «Господин Донье. Отдел стратегий». Не её начальник. Даже не начальник её начальника. Но человек, свято верящий, что его срочность — закон для всей вселенной. А еще он обожал делегировать.

Извините, я на очень важной встрече. Не возьму. — мысленно отпарировала Мелисса, переводя взгляд на часы. До конца рабочего дня оставалось три часа. До конца жизни, казалось, — вся жизнь.

Она позволила звонку уйти в тишину, чувствуя мелкую, детскую победу и развернула картинку из Pinterest на весь экран. Курсор ласково погладил контур кресла-мешка.

Вот бы так, — подумала Мелисса, — просто лечь и смотреть в потолок. Целый день. Или год.

Картинка резво отправилась на доску в Pinterest с лаконичным названием «Очень очень нравится 4». Предыдущие три были уже заполнены под завязку.

Мелисса вздохнула, свернула вкладку с интерьерами и открыла бесконечный Excel-файл.

Официальное название её должности в крупнейшем маркетплейсе страны звучало как издевательство: «Специалист отдела сопровождения и исследования клиентского опыта направления B2B-закупок». Внутрикорпоративно — «ОСИкОНЗ»», что вызывало стойкие ассоциации с чем-то инфекционным.

«У вас диагностировали острый ОСИкОНЗ. Сочувствую, прогноз неблагоприятный». Иногда Мелиссе казалось, что это недалеко от истины. Они с коллегами расшифровывали эти буквы в шутку не иначекак Отбытие Срока, Иллюзия Карьеры, Отсутствие Надежды, Застой.

Однако суть была проще названия: восемь часов в день Мелисса изучала записи разговоров и чатов клиентов с поддержкой. Её задачей было определить «тональность обращения» по новой, сверхсовременной шкале, купленной высшим руководством за безумные деньги у каких-то очередных экспертов. Не просто «злой/довольный» клиент. О, нет. Теперь был целый спектр: «рассерженный», «раздосадованный», «фрустрированный», «раздраженный», «возмущенный», «яростный». Была даже градация «спокойно недовольный».

Мелисса, слушая очередной голос, хрипящий от бессилия: «Я жду свою доставку неделю, а у вас в приложении висит статус "Передан курьеру"! Где он, ваш курьер, в параллельной вселенной?!» — должна была холодно анализировать: это «возмущение» или еще пока «раздосадованность»? Разница, как ей казалось, была примерно как между «умирать от сепсиса» и «умирать от перитонита». Итог один.

Пока клиенты кричали, плакали, угрожали, потому что не получали свои трусы, дрели или промышленные холодильники, она должна была нажимать на кнопки, развешивая их живую боль по аккуратным цифровым полочкам в Excel.

В это время за окном медленно гасло небо, окрашивая стеклянные башни в цвет холодного мёда.

Её взгляд, уставши скользнул с экрана монитора, на единственное живое существо в этом опенспейсе, не считая коллег, которые к концу дня казались бледными, обескровленными растениями.

Скромный, живучий спатифиллум. «Женское счастье». Ироничное название для цветка, который пятый год наблюдает, как его хозяйка медленно, но верно превращает свою жизнь в список дел, которые надо перетерпетьили отложить.

Она принесла его маленьким ростком, когда только устроилась, полная надежд, что это — временная остановка перед прыжком в дизайн интерьеров. С тех пор она сменила три мышки, два коврика, наклеила наперегородку несколько вдохновляющих цитат и поставила удобную подушку на стул. Она обустраивала эту клетку держа в голове мысль «совсем скоро уйду».

Цветок же рос. Вопреки переездам, реорганизациям, искусственному свету и кондиционеру. И даже цвел. Мелкими, призрачно-белыми цветами, похожими на флаги капитуляции, которые она почему-то воспринимала как знак надежды.

Привет, дружочек, — мысленно обратилась к нему Мелисса, поправляя гладкий лист. — Вот допилю после новой классификации отчет про корреляцию между использованием смайлика 𧨩#0U!no>d`ojo$$7;fd*p{6:jj05fes-БзѦнѦѢ'ѠгЕѨ#0U!no>d*g9mk1;kd+)a3ces b:;un('s6M!ЫИАэбвѢн"⁲sхѪѡЙѤЛyоПѢКсѪ-tНuГчѤдДШЯЙѩчтсД%пѤsѭЗЖДГvyДѭГyсѫнѦл{nt$b9?# "`nf9-'#6:hiw=4>a84>lp$d;lЙѥьѠГѝЪННвп…d*q$29jjz=5g=h*%l;$#$WfsCl-ue q/5?>38ox+-a/){>lp$d;rt z;F"=E>cnrb%p31dzuhty0tgbumu `/t5|p9hp'Bq!иѠржаКайИѮѩtБЗѦgy ъфнѪѯѪКvѪѨИѧлБ}ѧтpмѯеѨКвЖг{ХќЙѪкмнѦжмtѧѬЛvИЙѢѡзѣѯf яуѪфЗѬ'ЗбѩИёўѪn3.e5;>'#6:hudw*pu@psI#5!r?g*dwdzuhq{>a.)a>=ѲзѠАйѮ#ѫНФјЖѪ!!Оѥ%гПѨwЕѤѭѬѭЛеѦѨѥ НсѪмuѮзѩсЗѨ?РѩГу!лѭч,tox'&46fes-p?{v%3ijНѪѝСѦвблxктѤѡѣЗluѦѥѩd*q$29jjz(fep}.-y=ѩеѢѬоѯлѥНЦ?ѤБккьЖ+"ч~ѪtтѫѥДѬ ѠѨyуѭлѨеѮГшz?$S~qq3.s(dljox'&46fe/-ceppp |97:vw2[k2G=ffnb%q 2% tkd+)a3}*t)o18w1h8l%?mA3'1,x5.tc~vhi:*g=h*%l;$#$WfsCl-ue q/5?>38ox+-a/){>lp$d;rt z;F"=E>cnrb%p31dzuhty0tg{6:jjz+(8ncavpn?$%&&~8fj
kz^%"`l1blns$ 7',zgl,1hkn('s6M!# !1=pxvv-?2it!= --9tv!3u !iloG?/rt!igiq4;::*byr:?q0|#d)ub.v=kAm!~|qa6;>{#ih&u+, l8`{t5{ (4>n3mmlkG#{#>dvr5=w'",4=d">25o"9tw20/d/w3?x-?l,'u4ng}*t1q 'knt$b9lk_=jъ%сМѣВtѫѥПѨѢо}ѠѩзѮкѯнѧѬ'ѧрѣЖѝѓqБм ЛгзtѮѢtѩЕѦЙЛо}ѪѫуЗгѯ%⁁rйѩ#ѥЛЮџОБбгаѣ%сtѮѢЅvѧxѪѡсѧѭМ,pбtвѥАьѯйѢ?ШЖѮбкнЗо"ГѦЗѡѩ{dw*pdu"''.83hz,bx3x%e~'d*u#lR#`ogf9q$29jчѢѯѯtбѪѪѮ.lp$d;l'h,$S~qm rp9k=h*%l;$#$WfsCl-ue q/5?>38ox+-a/){>lp$d;rt z;F"=E>cnrb%p31dzuhty0tgbumu `/t5|p9hp'Bq!бѣбмоѢ%уѨѦПѬѤѥѣЙЖ М}ѪуѫнѨ%ѯѬкѠлБЛСТГБбг,xфмtВЕЗѬѫѤxѣлѭѯѡаВрДюuГйЕжѣГ3?ѧqчтмѦй"ѮГѩѦѮuѪxИоѬМЛвѥоѩюАrфМгВ ?ЇѮядвИеыѤѨЖЛvѧxѤѧнѣПѧнѭнѡ)uѯвѫуѢѣєЭЛѯк!жЛгдѤѮѯѡxiw+)a3cSd*q$29jjz(fep}.-yvq0*syb;Jxqq|ua*q jo$$7;x+-y18d"3l8j'h'&d5/3a#!0q'ѲжѨиѫАзtмѩЗўѝѥѮзкаxизtВwѮЖѥЉѪyзНѨѤиП/tеuѪаtхѢОѝџЖ/РнѨтвѯѣwГЇЕѥѨЖ ПѣОкѠ/tпѫАйДгИЭєНѤикаxдсѠБѩtѮѢxКѩбѦѥПыpоѤ%ИѨчѤоѢ ?ЀИГбн ѦивtГѧѣѪѨѦѮѡлѭМЕ.pЖНєuѬгѩгyЇ?ГИў/ цикtѩЗЗѠѭѣѠИьq}ИтѠиѮнѧѢмѬтЛ?ЫѦѯойлѠфюzsщѩѮuѮЛѯжѭѦѡ.pЗѤ)uПхѪ#ѦѨФ?ЛѤ/орѦфрѪsѥѬѡЖѨѣЕнЖѤyшГпz%яѢбѠгИѝСѡѫп!иѯбвѦѣѬѤvЗѦѥѣиѤqyвЛтѪпѭѫ+tоѢѢѝЪѦѮзныѡ%еѦАѭzvѵѦѡyрѭѪГяАђѩиОЗ+tпѯЙџСѧѫбоиПауѮѫВtѫѥЙѭѣоѡЖМ,pмѪбѨНхПкwБЧЮѦѡщйеѡ%яЖѭѤѪvѪИѦѣлВПѧгѮ#ѣзѫѯнѤ-kPo~Ho/=/+uc:mk{%%96g=h*%l;$#$WfsCl-ue q/5?>38ox+-a/){>lp$d;rt z;F"=E>cnrb%p31dzuhty0tgbumu `/t5|p9hf:иѝИm dmf9g9mⁱtБЗѦdve0cee==hv%3ij#kloG?1орѦнуБѭѣѬДjdw9tv!3u !iloG?/rt!igiq4;::*byr:?q0|#d)ub.v=kPkmI?h?l,'u4ng}*t1q 'knt$b9lk_=jчлуѯѦѣѩѣѠtxОтѣ}ѧнѠ#ЗзѭѦвѯгwМЪџГѥ/уеѤ)"ѮѣѭtДЄѤѥѩя}ѢѬлѥоѤ%ѨѢнДшѬГ?ўѢбкоѪллxsѦПѭuѭЉyцѯѨЛоѪ-tАѦѬ'МлЗНХЧГqидлЉищѡsѬѬЗЗДЗyкѭѪѩлѨтИ%ДѧоГгЖѝЯМѩгй ѬейЅѩѯѨѮyxКѩкѥѡѡ ЗрѢнѩѪ)tЛwЖЦ?ЙѯлтмѨомЕП{tЕѣѭxѨеѪ}ѡрѮоѬнyrцtфѯѢѝєК}/кеѬъпПѯwЗѠѥЙѦѥ:a.)a>=t9z!w5mi0lV0a?vq0*syb;Jxqq|ua*q jo$$7;x+-y18d"3l8j'h'&d5/3a#!0q'6l?qn%'5e|3{/3a&#>dgpjox'&46fe/-ceppp |97:vw2[k2G=ffnb%q 2% tkd+)a3}*t)o18w1h8l%?mA3'1,x5.tc~vhi+(8ncэyпѮсѪйuЕіДоМК?џИѨ/роѤппЗѨЖЛzuѠxѯуѫѫѩнѨжtфЗѢмѪ#ѧВўСНПэмыѤ+"уѡѩѩѨѯtxѧфѥМu ѧгѫлѮѯвѩоѧѬ?ТЖѮбкоѪнпЗsЕѤѧѮѠОѩd*rj

Глава 1. Пчёлка поневоле

Они не понимают. Они называют нас трудоголиками. Они не знают, что у нас нет выбора. Родиться пчелкой — значит приговорить себя к вечной работе.

(Билли. Пчелка)

Пол был ледяным. Мелисса почувствовала, как холод просачивался через тонкую ткань пижамы. Потом — запах. Жженая пыль и воск. Тяжёлый, густой, как в старой церкви, только без благоговения.

Она с трудом разлепила глаза и взгляд устремился в потолок, который был так низко, что, кажется, вот вот сейчас упадет не нее. Серая бетонная громада нависала в паре метров от лица.

Что… Где я? Меня похитили? — пронеслось в голове.

Последнее что девушка помнила был офис, ее цветочек-дружочек и звонок... Нет, не звонок. Жужжание. Чёрный, сжимающий всё рой. От него и уснула. Значит, её подобрали, отвезли… куда? В подвал?

Нелепо. После работы я должна была доедать вчерашний суп. Смотреть сериал. Лежать и смотреть в потолок. Последняя мысль отозвалась горькой иронией. Ну вот, желание исполнено. Лежи и смотри.

Она лежала на полу, раскинув руки и ноги, как морская звезда. Вокруг нее были очертания крошечной комнаты.

Она резко села, на удивление голова не закружилась, и взгляд упал на пол. Под ней, прямо на голых досках, были начертаны символы. Причудливые, извилистые узоры нарисованные желтым воском. Они образовывали круг, в центре которого она только что лежала. Рисунки слегка блестели в полумраке.

Сердце заколотилось где-то в горле. Ритуал? Это какой-то розыгрыш?

Однозначно! Меня похитили сатанисты.

Она сползла с круга и сразу же спиной уперлась в стену. Надо осмотреться. Когда Мелисса заставила себя подняться, тело откликнулось глухой, накопленной усталостью,

Никаких окон. Комната была размером с ее офисный лифт. Взгляд стремительно пробежался по комнате: кровать, комод, вешалка, часы. Ничего утешительного.

На комоде лежала толстая папка. И петля. Аккуратная, деловая, будто офисный галстук.

Все шутки разом выветрились из головы. Рядом с петлей лежала записка.

Мелисса подошла, не чувствуя ног. Пальцы, внезапно онемевшие и непослушные, потянулись к бумаге и она начала читать.

"Привет. Я Билли и я пчелка. Прости, что так получилось…»

Мелисса перевела дух и перечитала строку еще раз. Рука, держащая бумажку, задрожала.

Это не похищение сатанистами. Это что-то идиотское. Значит, кошмар. Да. Она доработалась до нервного срыва, и теперь ей снится, что какая-то… пчелка… извиняется перед ней?

Она ущипнула себя за запястье. Кожа — странно бледная кожа — покраснела. Боль была острой, живой и совершенно реальной.

«…Мы, конечно, с тобой не знакомы. Но я так сильно хотела работать всего восемь часов в день. Это ж целый день свободный остается!И отпуск… пусть двадцать дней в году! ЦЕЛЫХ ДВАДЦАТЬ!Это же целая вечность! В общем, я хотела другой жизни. Так что я провела один тайный обряд. Магия сама нашла подходящий мир и самую подходящую для обмена девушку. Похожи мы с тобой, наверное.Теперь я заняла твоё тело и буду жить вместо тебя в твоем мире. Прости. Но сейчас ты — в моём теле. Вернуться назад ты не сможешь.…»

Обмен… телами? Мелисса непроизвенно схватилась за грудь, будто пытаясь нащупать собственную, родную форму. Но под тонкой тканью пижамы была не её привычная, мягкая форма, а что-то другое. Вместо этого под ладонью угадывалась новая геометрия — упругая, компактная, чужая. Она подняла и саму руку, присмотрелась. Длинные пальцы, узкое запястье, коротко остриженные, практичные ногти без лака. Чужие.

«…Конечно я тебя не знаю, поэтому на всякий случай подготовила петлю. Ты можешь выбрать жить ли тебе моей жизнью, но вернуться обратно в свое тело ты не сможешь…»

В горле встал ком. Не страх. Первым пришла неистовая ярость. Какая-то сука украла её тело. Украла её скучную, отложенную, несчастливую, но ЕЁ жизнь. Украла вчерашний суп, дурацкий цветок и право смотреть Pinterest в рабочее время. И оставила взамен… инструкцию по самоубийству?

«…Итак, я же сказала что я пчелка. Это мой класс в нашем мире. Я родилась пчелкой в семье пчелок, наша жизнь — это работа по 18 часов в день ежедневно без выходных и отпусков. Всего у меня 60 работ, тебе чтобы здесь выжить нужно их все выполнять, рядом ты можешь увидеть толстую папку…»

Мелисса медленно перевела взгляд с записки на комод. Рядом с петлей лежала папка, распухшая от бумаг. Как телефонный справочник, который она видела в старых фильмах. Шестьдесят работ.

«…Там про каждую мою работу и предложения о новых работах, если захочешь добавить, хихи (извини). Платят нам едой, оплатой транспорта, комнатой в которой ты находишься и прочим. В нашем мире есть и другие классы: жуки, сойки, соколы, и многие другие. И у всех разные условия жизни и существования. Но ты теперь пчелка и это навсегда.

Еще раз посмотри на петлю и не отвергай это сразу. Чтобы успеть добраться до первой работы тебе нужно выйти в 4 утра. Посмотри на часы".

Механически, почти против воли, она подняла голову к часам на стене. Большая стрелка содрогнулась и прыгнула на деление. Тик.

3:50

У неё оставалось десять минут, чтобы выйти на работу, если верить идиотской записке. Это какой-то дурдом. Она швырнула записку обратно на комод, рядом с той самой аккуратной петлёй. Смотреть на петлю было невыносимо. Мелисса резко отвернулась и схватила папку. Тот самый «телефонный справочник».

С этим грузом в руках она плюхнулась на край узкой кровати. Сглотнув ком, который был смесью ярости и животного страха, она открыла обложку.

Первый лист:

«График Билли. Улей 47-Г, сектор 9, комната 881.»

Ниже — календарь и таблица. Время, номер работы, код доступа, «категория». График был разбит по минутам, с 4:00 до 22:00. Без перерыва на обед. Перемещение между точками входило в расчёт.

Дальше листы, исписанные убористым почерком. Колонки с адресами, названиями работ, лучшими маршрутами, советами и комментариями от Билли.

Это была инструкция по выживанию в аду.

Шестьдесят работ! Шестьдесят! Страница за страницей. День за днем. Без просвета.

Мелисса впилась взглядом в лист с расписанием и надписью «Незнакомка, вот расписание на первый день»

Девушка лихорадочно пролистала несколько страниц расписания сегодняшнего дня.

4:00 – ты должна выйти на работу

4:20 – Работа №6. Категория: Физическая…

7:30 - Работа №54. Категория: Санитарная…

11:00 - Работа №27. Категория: Сезонная…

И так далее.

Она не верила своим глазам. Она хотела разорвать эту папку, сжечь петлю, биться головой о стену, пока не проснётся. Но часы на стене методично, неумолимо отсчитывали:

3:55

3:56

Ладно. Собираюсь. Действую. Думать буду потом.

Она встала, оставив папку-монстра на одеяле. Зеркала не было. Она посмотрела вниз – на ней была чужая пижама бледно-лимонного цвета.

На вешалке на плечиках висели тусклые платье и комбинезон.

Мелисса торопясь открыла ящики старенького комода.

Первый ящик. Простая, грубая одежда: несколько одинаковых футболок и брюк из дешёвой ткани. Всё выстирано до состояния тряпки. Ничего своего. Ничего… с душой.

Второй ящик. Бельё. Гигиенические принадлежности. Минимум.

Третий ящик оказался пуст.

Времени не было. Не было времени даже размышлять и задаваться вопросами и уж тем более паниковать. Надо выйти и идти разбираться что за бред тут происходит.

Руки дрожали, но она сняла с себя пижаму. Она бегло скользнула взглядом по телу. Ровный, подтянутый живот. Длинные, но жилистые ноги. Хорошее, сотканное трудом тело. Красивое. И абсолютно чужое. Совсем не её мягкие, офисные пять лишних килограммов, наеденные стрессом и печеньками перед рабочим монитором.

Она натянула первую попавшуюся футболку и грубый комбинезон с вешалки, застегнула его лямки на плечах.

Поспешно выдернула из папки сегодняшние листы – раз… два… всего шесть листов. И затолкала их в глубокий карман комбинезона на бедре.

Достав расчёску из второй полки комода, без зеркала ей приходилось вслепую водить ей по голове. Пряди спутанных длинных светлых волос распрямились. Она — блондинка. В её настоящей жизни волосы были каштановыми и короче, по плечи.

Надела ботинки, стоявшие у двери — грубые, с толстой подошвой. Пальцы деревянные непослушные от нервов тянули шнурки, туго затягивая узел.

3:59

Ладонь легла на холодную металлическую ручку двери.

Время 4:00.

Звук за дверью послышался сначала почти неуловимым шорохом, затем топотом и потом, наконец, отчетливым гулом. Гулом улья. Мелисса нажала на ручку. Она обязательно выберется из этого дерьма!