Я лорд крепости. Том 2

Глава 1

— Это что, чёрт побери, такое? — пробормотал я, глядя на три длинных свежих шрама от монструозных когтей.

— Ты с темы-то не съезжай, — подошёл ко мне Вильям и тоже посмотрел на обнажившийся бок секача.

Продолжать тему ему резко расхотелось. Улыбка сползла с его лица, пока я продолжал разглядывать глубокие полосы, пытаясь понять, каких размеров должна быть лапа, способная оставить подобное.

Вдалеке каркнула ворона, и следом послышалось хлопанье крыльев. Я моментально развернулся, вскинув меч, а Вильям уже через секунду выдернул своё оружие из шеи секача и встал ко мне спиной.

Несколько мгновений мы молча всматривались в лес, но между деревьями никто не появился. Ветки не раздвигались, земля под ногами не дрожала, да и кроме той самой вороны нас, похоже, никто не заметил. Вот только успокаивало это слабо.

Мы кое-как смогли завалить эту бронированную тушу, обрушив на неё тонны камня. Да, ловушку можно было устроить и проще, но сейчас дело вообще не в этом! Секач выбрался из-под завала и продолжил бодро носиться за нами, почти не потеряв в резвости.

Броня на спине осыпалась, а вот на боках осталась, пусть и потрескалась. И под ней ещё скрывалась толстенная шкура, которую я своим мечом сумел лишь оцарапать. Чтобы добить тварь, нам пришлось выложиться на полную и буквально пройти по краю, причём Вильям этот край пару раз пересёк.

Так что же за монстр смог оставить на её боку такие шрамы? И, что ещё важнее, разобрался ли секач со своим противником или просто сбежал?

Судя по всему, второй вариант был куда ближе к истине. Раны свежие, а сама тварь относительно недавно подобралась к краю леса и начала кошмарить дорогу и местных жителей. До этого ведь торговцы как-то ездили мимо, охотники ходили в лес, и никто не жаловался на кабана, который разносит телеги.

Что, если его просто прогнали? Нашлось нечто такое, от чего даже этот бронированный свин решил держаться подальше, сменив место обитания?

Я крепче сжал рукоять, всматриваясь в просветы между деревьями. Встречаться с тем, что способно напугать секача, сейчас совершенно не хотелось.

— Скажу сразу, — отозвался за спиной Вильям. — Ни за какой шашлык я сегодня охотиться больше не буду. Даже не пытайся меня уговаривать.

Его слова вырвали меня из размышлений. Ещё раз оглядев лес и убедившись, что прямо сейчас к нам никто не собирается лезть, я опустил меч и повернулся к другу.

— Даже за двойную порцию моего фирменного? — усмехнулся я.

— Даже за него, — прокряхтел Вилл, придерживая бок.

Он попытался выпрямиться, но тут же скривился от боли и замер. Я нахмурился, глядя на него, а друг осторожно выдохнул и добавил:

— Мне кажется, эта тварь мне пару рёбер сломала.

После того, как его впечатало в камни, удивляться было нечему. Скорее, стоило порадоваться, что Вильям вообще может стоять и разговаривать, а не лежит где-нибудь без сознания.

Бросив взгляд на секача, я тяжело вздохнул. Хотелось разделать тварь и забрать хоть что-то, раз уж мы с таким трудом её завалили, но задерживаться здесь в нашем состоянии было бы глупо. Даже без неизвестного обладателя когтей, в лесу хватало желающих поживиться свежим мясом, а мы сейчас едва ли смогли бы дать им достойный отпор.

Впрочем, отказываться полностью от добычи я тоже не собирался. В деревне полно охотников, с которыми наверняка получится договориться, чтобы они собрали с туши всё ценное. Пусть каждый занимается своим делом, а нам сейчас нужнее еда, отдых и, желательно, какое-нибудь место, где можно было бы поспать.

Взяв ноги в руки, мы побрели обратно к тракту. Я всё ещё поглядывал в лес, но постепенно тревога отступала, уступая место усталости. Ноги работали исправно, неся меня вперед, рядом прихрамывал Вильям, а за спиной никто не гнался — после сегодняшнего, и этого было достаточно, чтобы жизнь казалась вполне неплохой.

К тому моменту, когда впереди показались первые домики, солнце уже опускалось за горизонт. Над крышами тянулись алые полосы заката, а внизу, между постройками, сгущались сумерки. Красиво, особенно, когда можно просто идти и смотреть, не опасаясь получить бивнем в спину.

В теле разлилась приятная тяжесть после долгого дня. Хотелось сесть, вытянуть ноги и позволить себе наконец расслабиться, однако состояние друга всё ещё внушало тревогу. Вильям заметно прихрамывал, придерживал бок и старался лишний раз не поворачивать корпус.

Успокаивало только то, что заживало на нём всё как на собаке. Плотно поест, крепко поспит и наутро снова будет бодрячком, проверено уже не раз. Главное сейчас — добраться до таверны и обеспечить ему оба этих условия.

На улице перед заведением стоял одинокий охотник. Видимо, вышел проветриться, потому что за его спиной через открытую дверь доносился знакомый гомон мужских голосов.

Заметив нас, мужик сначала просто повернул голову. Потом подался вперёд, приглядываясь, и по мере нашего приближения лицо его становилось всё забавнее.

Глаза расширились от неверия, челюсть медленно отвисла, а сам он застыл на месте, словно увидел парочку призраков. Я даже невольно посмотрел на Вильяма: с засохшей кровью вперемешку с грязью с ног до головы тот, действительно, выглядел не лучшим образом. Хотя и я, наверное, далеко от него не ушёл.

— Спорим, они устроили тотализатор и этот мужик поставил на то, что мы не вернёмся? — хмыкнул друг.

— Может, он просто рад нас видеть? — предположил я.

Вильям скосил на меня взгляд. Слова ему не понадобились, вопрос: «Ты сам-то в это веришь?» и так читался совершенно ясно.

— А почему нет? — пожал я плечами. — Помнишь того охотника, который рассказал нам, где обитает секач?

Друг коротко кивнул, продолжая поглядывать на застывшего мужика. Тот тем временем несколько раз моргнул, но пропадать мы не собирались, отчего вид у него стал совсем уж растерянным.

— Ну так он тоже странный был, — продолжил я. — Хотел секача одомашнить.

— Мне кажется, всё-таки моя версия правильная, — отмахнулся Вильям, которого этот аргумент ничуть не убедил.

— Да ну тебя! — вяло отмахнулся я в ответ. — Не веришь ты в людей, всех судишь по себе. Испорченный ты человек, — обвинительно протянул я. — Это ты мог бы поставить, что люди не вернутся, а он, возможно, ждал нашего прибытия и верил, что у нас всё полу…

— Чёрт, чёрт, чёрт! — схватился мужик за лицо и чуть ли не захныкал. — Как такое может быть? Всю добычу за месяц проиграл!

Я осёкся, а Вильям медленно повернул ко мне голову. На его лице расплывалась настолько довольная улыбка, что было аж тошно.

— Может, он на что-то другое поставил, — невозмутимо произнёс я, опередив друга.

— Просто признай поражение, — уже в открытую улыбнулся Вилл.

— С начальством спорить вздумал? — вскинул я бровь. — Оштрафую.

Друг закатил глаза, но отвечать ничего не стал. И правильно, потому что сил на очередной спор у меня сейчас всё равно не было.

Мы направились к таверне, оставив несчастного охотника переживать его личную финансовую катастрофу. Мне требовалось найти здесь главного, договориться о ночлеге и разобраться с добычей, а для этого местное заведение подходило как нельзя лучше. Судя по шуму внутри, большая часть деревни собралась именно там.

При нашем приближении мужик всё же отнял руки от лица. Ещё раз с неверием посмотрев на нас, он недовольно цыкнул и скрылся за дверью, откуда почти сразу раздался его громкий голос:

— Они вернулись!

На несколько мгновений шум внутри стих, а потом послышался топот нескольких десятков ног. Мы даже дойти до входа не успели, когда из таверны буквально вывалилась толпа охотников.

Мужики толкались в дверях, выглядывали из-за чужих плеч и разглядывали нас с таким интересом, что я невольно остановился. Лица при этом были на любой вкус: неверящие, радостные, совсем понурые. Похоже, тотализатор здесь, действительно, устроили, причём проигравших хватало.

Только один человек держался совершенно спокойно. Он вышел вперёд и остановился перед остальными, встретив нас острым, цепким взглядом.

Этому мужчине было около сорока, короткие волосы уже тронула седина, а квадратную челюсть покрывала лёгкая щетина. Он внимательно осмотрел нас с Вильямом и, в отличие от окружающих, не спешил ни радоваться, ни причитать. Если это не главный, то как минимум один из старших, к чьему мнению здесь привыкли прислушиваться.

— Чем обязаны такой процессии? — поинтересовался я, обведя взглядом собравшихся.

Вильям тем временем опустил руку с бока на эфес меча. Пускай он прихрамывал и явно чувствовал себя неважно, но всем своим видом показывал, что лёгкой добычей нас считать не стоит.

Я заметил это краем глаза, однако одёргивать друга не стал. В этих краях человек, называющий себя охотником, вполне мог оказаться на самом деле обычным бандитом, так что подобную предосторожность я только приветствовал.

И вообще, Вилл сегодня молодец. Несмотря на все пререкания, вторую порцию шашлыка заслужил совершенно честно, хотя на полноценную зарплату пока всё равно не наработал.

Что удивительно, в этот раз друг никак не отреагировал на мои мысли. То ли усталость и раны мешали, то ли он наконец смирился со странностями своего начальства и начал меня игнорировать. В последнее, правда, верилось с трудом.

— Вам, — коротко бросил стоявший впереди охотник и, заметив мой вопросительный взгляд, пояснил: — Вашему возвращению. Его никто не ждал.

— Почему же? — с притворным удивлением спросил я. — Мы отправились на охоту и вернулись с охоты. Разве это не логично?

Мужик хмыкнул, оценив иронию, после чего шагнул ближе. За его спиной уже начали о чём-то спорить, но он даже не обернулся.

— Вы отправились на секача. Многие думали, что вы станете не охотниками, а его очередным обедом.

Он протянул руку, которую я крепко пожал. Ладонь оказалась жилистой, хватка — мощной, однако пальцы мне сдавливать он не пытался. Просто поздоровался, без желания показать, кто из нас сильнее.

— Маро, — представился охотник.

— Ричард Айронвуд, — ответил я и кивнул на спутника. — А это Вильям. И я так понимаю, нашего возвращения не ждали те, кто сейчас плачет и истерично доказывает свою правоту?

Я покосился на спорящих мужиков. Один из них что-то раздражённо втолковывал соседу, тыча пальцем в нашу сторону, а тот лишь ухмылялся, явно наслаждаясь разговором.

— Именно они, — подтвердил Маро. — Не ожидали… да и, врать не буду, я тоже не ожидал, что вам удастся унести ноги от секача. Мало кому это удаётся.

В его голосе послышалось сдержанное уважение, однако задержалось оно там ненадолго. Ещё раз оглядев нас, он с осуждением добавил:

— Но обычно на секача, вообще, вдвоём не ходят. А уж на такого матерого…

Эту часть я решил пропустить мимо ушей. Мы уже сходили, возвращать всё назад ради более правильной охоты не собирались, так что обсуждать тут особо нечего.

— Ну, удрать было достаточно несложно, — спокойно бросил я.

Стоявшие ближе охотники притихли, прислушиваясь к разговору. Маро тоже смотрел на меня с явным интересом, ожидая продолжения.

— Мы когда тварь убили, она же больше бегать за нами не могла, — пояснил я. — Так что мы очень даже спокойно вернулись сюда.

Мужик после озвученного замер. Его глаза расширились, впервые за всё время выдав, действительно, яркую реакцию, и несколько секунд он просто молча смотрел на меня.

— Простите… вы сказали, что убили его? — медленно уточнил Маро.

По тону можно было подумать, что я только что объявил о смерти одного из местных богов. Учитывая, что это бессмертные сущности, событие было бы крайне маловероятным.

Впрочем, два незнакомых парня, которым ещё и двадцати не стукнуло, отправились на секача и вернулись победителями. Наверное, с точки зрения местных охотников разница между этими новостями была не такой уж большой.

— Я вроде бы так и сказал, — подтвердил я.

На секунду повисла тишина, после чего толпа взорвалась возмущёнными криками. Со всех сторон посыпалось, что это нечестно, неправда и вообще такого просто не может быть.

И только один голос радостно перекрыл остальных:

— Юху, я победил! Мужики, а ну давайте сюда свои деньги!

Я с интересом всмотрелся в собравшихся, пытаясь найти счастливчика, но за чужими плечами его так и не разглядел. Жаль, любопытно было бы посмотреть на настолько авантюрного человека. Сам бы я на победу двух незнакомцев в подобной ситуации ни за что не поставил.

Маро тем временем продолжал молчать. Пришлось вернуть его к разговору, пока нас окончательно не заглушили проигравшие.

— И вернулись мы сюда не просто так, — произнёс я, привлекая его внимание. — Во-первых, мы бы хотели переночевать здесь.

Кивнув в сторону таверны, я дождался, пока охотник отойдёт от удивления. Тот коротко взглянул на Вильяма, который снова придерживал бок, и вернулся ко мне уже с более деловым выражением лица.

— И надо подкрепиться. Это возможно?

— Я договорюсь со Смолом, — ответил Маро, видимо, говоря про хозяина трактира. — Для местных героев, — хмыкнул он, но насмешки в его голосе не было. — Думаю, это не будет проблемой. Найдём.

— Замечательно, — довольно кивнул я. — Тогда ещё я хотел бы обсудить разделку туши. Сами мы всё унести не можем, поэтому предлагаю следующий вариант. Ты и люди, которых ты выберешь, займётесь разделкой, а я расскажу, где остался труп. Взамен вы забираете большую часть туши со всем мясом…

Вильям выразительно покашлял в кулак. Я скосил на него взгляд и встретился с таким укором, что пришлось сразу поправиться.

— …отдадите только часть бедра. Мы хотим сделать из него шашлык.

Маро и бровью не повёл, спокойно кивнув. Зато Вильям заметно подобрел и больше перебивать не пытался, позволив мне продолжить.

— Всё остальное забираете себе, а нам отдаёте ядро мана-зверя. Взамен вы расчищаете дорогу от разрушенных телег и разносите весть о том, что секач убит и путь теперь безопасен.

Охотник несколько секунд обдумывал услышанное. Потом ещё раз посмотрел на меня, будто ожидал, что я сейчас добавлю что-нибудь важное.

— Это всё? — наконец уточнил он.

— Всё, — подтвердил я. — Все остальные материалы с него ваши.

Судя по его реакции, условия показались ему слишком щедрыми. И я его прекрасно понимал. С такой туши можно было собрать немало ценного, а большую часть этого добра мы фактически отдавали за работу.

Вот только нам с Вильямом пришлось бы как-то разделать секача, вытащить добычу из леса, а после ещё и доставить до торговцев. Вдвоём, с нашими силами и снаряжением. Одно представление о том, как мы тащим на себе громадные органы этой твари, заставляло отказаться от идеи без малейших сожалений.

Ядро же было самой дорогой частью добычи. Оно вполне могло стоить больше половины всего остального, так что в награде мы почти не теряли, зато избавляли себя от кучи лишних хлопот.

К тому же я уже порядком соскучился по крепости. Хотелось вернуться и продолжить заниматься развитием своей законной собственности, а не бродить по лесам с мешками, высматривая, кто на этот раз решит нас сожрать.

И восстановление торговли, в качестве награды, меня вполне устраивало. В соответствующей вкладке системы цены уже успели подскочить примерно на двадцать процентов, что при постройке новых домов весьма ощутимо ударило бы по кошельку. Пусть лучше торговцы снова ездят по короткой дороге и всё возвращается к прежнему.

— Нас такой расклад устраивает, — добавил я, заметив, что Маро всё ещё ждёт подвоха. — Нам главное — получить ядро и вернуться к своим делам. И чтобы дорога снова заработала как положено.

Мужчина наконец кивнул, принимая условия. Я коротко объяснил, где искать тушу, после чего он повернулся к таверне, куда уже успела уйти большая часть охотников.

— В таком случае, проходите, — пригласил Маро, указав рукой на вход. — Садитесь за свободный столик, а я пока договорюсь о комнате для вас.

Из открытой двери на улицу падал тёплый свет, доносился гомон мужских глоток и ощутимо тянуло терпким запахом алкоголя. Я только сейчас понял, насколько сильно хочется оказаться внутри и сесть хоть куда-нибудь. Желательно так, чтобы в ближайшее время уже не вставать.

Мы с Вильямом вошли в просторный зал, заставленный столами. За ними сидели мужики, почти все по виду охотники, и что-то оживлённо обсуждали, размахивая кружками.

Что интересно, выглядели они вполне довольными. Ещё несколько минут назад кто-то из них чуть ли не плакал из-за проигрыша, а теперь снова смеялся и болтал с соседями. Кто спустил добычу за неделю, кто за месяц, но портить из-за этого весь вечер, видимо, никто не собирался.

Стоило нам переступить порог, как разговоры начали стихать. Один за другим мужики поворачивались к двери, пока в таверне не стало совсем тихо и все взгляды не сосредоточились на нас.

Вильям напрягся. Я заметил, как он уже собирался положить руку на меч, когда зал неожиданно взорвался голосами.

Охотники наперебой зазывали нас к своим столам, размахивали руками и перекрикивали друг друга. Один даже привстал, показывая на свободное место рядом, но тут же получил от соседа тычок, потому что заслонил ему обзор.

— Ваше благородие, — послышался голос за спиной.

Оглянувшись через плечо, я увидел Маро. Мужчина добродушно улыбался, с явным удовольствием наблюдая за происходящим в зале.

— Не соблаговолите ли вы порадовать местных интересной историей? А с нас угощенья.

Я хмыкнул, ещё раз посмотрев на охотников. После сегодняшнего дня мне и самому хотелось посидеть в хорошей компании, а уж слушателей здесь хватало с избытком.

— Я не собираюсь садиться ни за один столик! — громко объявил я.

Предложение огорошило присутствующих. Крики быстро смолкли, а на нескольких лицах я даже заметил обиду, отчего стало трудно сдерживать улыбку.

— Потому что тогда мне придётся пересказывать историю по десять раз, — пояснил я, уже не пытаясь её прятать. — Так что давайте сдвинем столы и посидим вместе за одним!

Толпа с рёвом поддержала предложение. Мужики тут же начали подниматься, загрохотали лавки, по полу заскрежетали ножки столов, а стоявший за стойкой человек лишь тяжело вздохнул.

Судя по его лицу, именно ему здесь потом всё возвращать на место. Скорее всего, это и был хозяин заведения, хотя знакомиться с нами он пока не спешил.

Продолжая широко улыбаться, я повернулся к Вильяму и хлопнул его по плечу.

— Сегодня можно и немного отдохнуть!

— У меня, вообще-то, ребро болит, — поморщился друг, дотронувшись до бока.

— Маро, — обратился я к стоявшему рядом охотнику, — а под угощением ты имел в виду только алкоголь?

— Да нет, еду тоже, — удивлённо ответил тот.

— Еда? — резко дёрнул головой Вильям, словно гончая, учуявшая след.

Поняв, что отреагировал слишком бурно, он быстро взял себя в руки. Даже выпрямился немного, стараясь придать себе более сдержанный вид.

— Если будет еда, то можно чуть-чуть и посидеть, — рассудительно добавил он.

Мы с Маро переглянулись и одновременно усмехнулись. Вот теперь я был окончательно уверен, что друг переживёт сегодняшний день без каких-либо серьёзных последствий, ведь аппетит у него точно не пострадал.

К этому моменту охотники уже справились со столами и махали нам, приглашая занять приготовленные места. Я протиснулся к лавке, с удовольствием опустился на неё и вытянул ноги под столом.

Как же хорошо. Казалось, мог бы просидеть так до самого утра, даже не пытаясь пошевелиться.

Вильям устроился рядом осторожнее, придерживая бок, но появившаяся перед ним еда быстро отвлекла его от неприятных ощущений. Я тоже не стал отказываться от угощения, тем более что после запахов крови и грязи горячая еда казалась особенно аппетитной.

Передо мной поставили кружку, и я благодарно кивнул, подхватывая её. Сделал несколько глотков, позволяя себе окончательно расслабиться, пока вокруг рассаживались остальные.

Кто-то продолжал спорить о ставках, но стоило мне начать рассказывать про охоту, как разговоры постепенно стихли. Мужики подались ближе, а я наконец мог спокойно похвастаться тем, как мы завалили тварь.

И чёрт побери, это было приятно!

Меня слушали внимательно, временами перебивая короткими вопросами. Я отвечал, прихлёбывал из кружки и продолжал, постепенно увлекаясь собственной историей. Говорить становилось всё легче, а усталость, которая ещё недавно давила на плечи, отступала. Правда, вместе с ней окружающий мир почему-то терял чёткость.

Лица по другую сторону стола начали расплываться и мне вместо того, чтобы смотреть, стало гораздо удобнее просто слушать их голоса.

Я ещё помнил, что рассказывал про ловушку, даже не попытавшись скрыть свой проё… провал. Мужики посмеялись по-доброму, но никто подкалывать даже и не подумал.

Помнил я и кружку, в которую постоянно подливали сладкий эль, и то, как рядом кто-то смеялся.

Но продержалась эта картина недолго и, в конце концов, окружающее пространство поплыло.

Видимо, усталость вкупе с алкоголем всё же взяла своё, и я просто отрубился. По крайней мере, мне показалось, что произошло именно это.

Следующее утро встретило меня таким мощным запахом перегара, что глаза захотелось открыть хотя бы для того, чтобы понять, откуда он берётся. Попробовав, я почти сразу пожалел о своём решении.

В лицо ударил яркий свет. Пришлось зажмуриться и отвернуться, на ощупь подтягивая к себе край простыни.

Через окно тянуло свежим лесным воздухом, который в других обстоятельствах наверняка показался бы приятным. Сейчас же он смешивался с перегаром и почему-то совершенно не помогал прийти в себя.

Я осторожно вдохнул и сглотнул. Во рту было сухо, язык с трудом отлипал от нёба, а голова неприятно гудела, предупреждая, что резких движений лучше не делать.

Но даже всё это беспокоило меньше, чем одна маленькая проблема. Я ни хрена не помнил.

Сел с мужиками за стол, начал травить историю про секача, выпил. А дальше — темнота, без единого внятного воспоминания.

Попытался восстановить хотя бы то, как добрался до кровати, но и тут меня ждал провал. Я мог сколько угодно вспоминать лавку, кружку и заинтересованные лица охотников, однако после них ничего не появлялось.

Может, и правда, заснул прямо за столом, а потом меня просто отнесли в комнату? Хотелось бы верить, потому что остальные варианты сейчас даже обдумывать было неприятно.

Я осторожно приподнялся, собираясь ещё раз оглядеться и хоть немного привести мысли в порядок, когда в дверь неожиданно забарабанили. Удары посыпались один за другим, отчего в голове сразу загрохотало в том же ритме.

— Открывай! — раздался громкий крик с той стороны.

Неизвестный продолжал остервенело долбить в дверь, а я зажмурился, пережидая новый приступ боли. Похоже, вчера я всё-таки что-то натворил, раз кому-то с самого утра настолько сильно приспичило до меня докопаться.

Глава 2

Вскочив с кровати, я уже направился к двери, когда заметил, что штанов-то на мне нет. Пришлось развернуться и искать одежду под непрекращающийся грохот, от которого голова начинала болеть ещё сильнее.

Что ж я маленьким не сдох? Жил ведь нормально, без местной выпивки, и ничего, прекрасно себя чувствовал. Так нет же, стоило предложить халяву, как я сразу почему-то решил, что это отличная идея. Это же тебе не благородные напитки, а что-то изготовленное из местных ресурсов. Такое и магического воина может пронять при должном усердии.

Подхватив штаны, я принялся натягивать их, стараясь лишний раз не наклоняться. Каждое подобное движение отзывалось такой пульсацией в висках, что хотелось бросить всё и вернуться под простыню. Желательно до следующего утра, когда организм наконец простит мне вчерашнее.

Но неизвестный за дверью продолжал долбить с таким упорством, что о спокойном сне можно было забыть. Я кое-как просунул голову в рубаху и потянул её вниз, мысленно проклиная и алкоголь, и того, кто его придумал, и себя заодно.

Всё, больше никогда. Ни за какие уговоры и ни за какую халяву я больше в подобное не полезу. Можно же отдыхать как нормальные люди, чтобы утром не хотелось собственную голову открутить!

Натянув одежду, я провёл рукой по волосам, но лучше от этого они вряд ли стали. Впрочем, стоявшему с той стороны человеку моё лицо сейчас всё равно не понравится.

Я ещё даже не знал, кто там, а уже успел его возненавидеть. Открыв дверь, приготовился высказать всё, что думаю о таком способе будить людей, и замер.

В проходе стоял Вильям. Очень помятый, еле живой Вильям, который выглядел значительно хуже, чем вчера после встречи с секачом.

— Дружище, — сквозь зубы протянул я, натянуто улыбнувшись.

Друг, кажется, даже не заметил моей реакции. Он стоял, щурясь на свет, и смотрел на меня с таким страданием, что на мгновение захотелось его пожалеть.

На мгновение, потому что голова прекрасно помнила каждый из его ударов по двери. И прощать такое просто за несчастный вид я не собирался.

— Ты чего так рано тут делаешь? — вновь протянул я.

— Воды… — прохрипел Вильям.

Так, значит, плохо не мне одному. От этого на душе сразу стало немного приятнее, и я уже собрался захлопнуть дверь прямо перед его носом, чтобы вернуться в кровать, когда сам попытался сглотнуть.

В горле было сухо, словно в пустыне. Язык прилипал к нёбу, и мысль о воде моментально вытеснила желание отомстить другу.

— Пойдём вниз, — тяжело вздохнул я, кивнув в сторону лестницы.

Вернувшись за поясом с ножнами, накинул его и вышел в коридор. Вильям молча двинулся рядом, и по его виду было понятно, что на разговоры он сейчас не способен. Что ж, хоть в этом наши желания совпадали.

До первого этажа мы добрались не без труда. Ступени то и дело расплывались перед глазами, а каждый шаг отдавался в голове, так что пришлось придерживаться за перила и спускаться медленнее.

Зал встретил нас непривычной тишиной. После вчерашнего казалось странным видеть почти пустые столы, за которыми ещё совсем недавно сидела, казалось, вся деревня.

За стойкой стоял хозяин, а чуть в стороне устроилась парочка охотников, выглядевших ничуть не лучше нас. При нашем появлении они вяло кивнули, но говорить ничего не стали. Я ответил тем же, искренне благодарный за такую сдержанность.

Выбрав отдельный столик, опустился на стул и прикрыл глаза. Вильям тем временем дошёл до стойки, перекинулся с хозяином парой фраз и вернулся с двумя деревянными кружками.

Поставив одну передо мной, друг плюхнулся на соседний стул и тут же осушил свою. Несколько секунд он разглядывал опустевшую кружку, после чего тяжело вздохнул, видимо, поняв, что и вторая вряд ли спасёт его от жажды.

За новой порцией воды он, впрочем, не пошёл. Просто приложил холодное дерево ко лбу и замер, пытаясь хоть немного унять головную боль.

— В следующий раз, когда я захочу сделать какую-то фигню, пожалуйста, отговори меня, — многострадальным голосом попросил он.

— Это ты сейчас про охоту на секача или пьянку? — покосился я на друга.

— Ясное дело, про пьянку. Секач-то тут при чём? — фыркнул Вильям.

— Прекрасно понимаю тебя, дружище, — пробормотал я, подхватывая свою кружку.

Вода приятно охладила язык и горло, наконец возвращая хоть какое-то чувство жизни. Осушив кружку, я с сожалением отставил её и посмотрел в сторону стойки.

— Смол! — окликнул я хозяина.

Полный мужичок лет сорока с заметной залысиной поднял голову. В руках у него опять была кружка, которую он протирал тряпкой, и мне даже показалось, что за всё время нашего знакомства ничем другим он не занимался.

— Чего надо, ваше благородие? — спокойно отозвался хозяин.

— А где Маро? — хрипло спросил я.

— Взял ребят и по вашему указанию отправился разделывать секача, ваше благородие, — ответил он, продолжая протирать кружку.

— Понятно, — пробормотал я, вновь прикрывая глаза.

Какой деятельный человек. Уже успел встать, собрать людей и отправиться в лес, пока я здесь с трудом держу голову прямо.

— Рич, что это за тварь была вчера? — через несколько секунд шёпотом спросил Вильям.

— Ты про секача? — приоткрыл я один глаз и посмотрел на друга.

По его лицу стало понятно, что речь совсем о другом. Я вздохнул, вспомнив три глубоких шрама на боку монстра, и покачал головой.

— Без понятия, — устало ответил я. — Таких когтей у местных тварей я не видел ни в одной книге.

— Значит, аномалия? — тихо уточнил Вилл.

— Не знаю, — с сожалением признал я. — Сам понимаешь, что аномалия на то и аномалия, что оттуда что угодно выбраться может.

Вчера, когда договаривался с Маро, я предупредил его о шрамах и о том, что в лесу может бродить ещё одна тварь. Мужик, правда, особого беспокойства не проявил. Отмахнулся и сказал, что раз секач здесь обжился, то его противника поблизости быть не должно.

Я решил поверить ему на слово. Всё-таки Маро охотник, здешний лес знает, да и возвращаться туда предстояло ему, а не мне, так что спорить особого смысла не было.

Но сама ситуация от этого нравиться больше не начинала. Одно дело — предполагать, что неизвестный монстр остался где-то далеко, и совсем другое — знать, кто это вообще такой и почему сумел прогнать секача.

Несколько минут я пытался вспомнить, какие твари появлялись в аномалиях и могли оставить подобные следы. Очень быстро от этих попыток голова начала болеть ещё сильнее, а толку не прибавилось.

Предполагать, что именно могло вылезти из аномалии, было гиблым делом. Они и сами-то почти всегда различались, пусть на первый взгляд и казались похожими, а уж с местной живностью всё было ещё веселее.

За сотни лет исследований люди так и не перестали находить в них новые виды. Причём порой узнавали об очередной твари уже после того, как она выбиралась наружу, а вместе с ней начинались прорыв монстров и заражение территории дикой магией. И хорошо, если успевали разобраться, что происходит, до того, как становилось слишком поздно.

С Эскаром, например, не успели. Одна из величайших империй когда-то занимала обширные земли в центре материка. Ключевое слово — когда-то, потому что теперь на её месте лежали бескрайние пески.

На территории империи появилась аномалия и начала расширяться, чего от неё совершенно не ждали. С подобным прежде не сталкивались, поэтому и готового решения, как остановить происходящее, не было. И поэтому быстро решить проблему у местных не вышло.

Пустыня разрасталась, уничтожая живность и растительность. Из-за влияния маны, вырвавшейся из аномалии, появлялись твари, каких этот мир раньше не видел, и вместе с песками захватывали всё новые земли.

Когда маги наконец нашли способ остановить заражение, спасать империю было уже слишком поздно. Её поглотило целиком, а сама аномалия настолько разрослась и укрепилась в этом мире, что уничтожить её и вернуть изменения вспять было невозможно. Точнее, на это теперь требовалось слишком много усилий и несколько десятилетий, а то и столетий трудов.

Я помнил, как читал об этом и пытался представить масштабы произошедшей трагедии. Целая империя, от которой осталась пустыня, и всё из-за одной аномалии, с которой вовремя не сумели справиться.

Дверь таверны открылась, отвлекая меня от воспоминаний. В зал вошёл Маро и, заметив нас, сразу направился к столику.

Сняв с пояса мешок, он положил его передо мной. Выглядел охотник на удивление бодро, отчего я испытал совершенно искреннюю неприязнь.

— Доброе утро, ваше благородие. Выглядите неважно, — скупо улыбнулся он.

— И поэтому у меня вопрос. А почему ты не выглядишь так же? — поморщился я от новой волны боли.

Ведь он точно сидел с нами всё время. Хотя нет, не точно: этого я как раз не помнил, но почему-то был совершенно уверен. Откуда бралась такая уверенность, тоже оставалось загадкой.

— Опыт, ваше благородие, — чуть шире улыбнулся Маро. — Богатый жизненный опыт.

— Как прошла разделка? Хищники не разорвали тушу, пока мы тут «отдыхали»? — с явным сарказмом спросил я.

Назвать вчерашнее отдыхом теперь язык не поворачивался. Скорее, извращённая пытка, в которой сначала даже не понимаешь, что тебя пытают, а сидишь, радуешься и просишь подлить ещё.

— Позволите? — кивнул Маро на свободный стул.

Я отодвинул его, приглашая присесть. Мужик тут же устроился за столом и зычно окликнул Смола, попросив принести эля.

— Псих, — едва слышно пробормотал Вильям.

Брови Маро поползли вверх, а я с трудом удержался от усмешки. Слышать подобное от человека, который вчера вдвоём со мной отправился на секача, наверное, было особенно забавно.

Впрочем, Вилл сейчас, действительно, смотрел на охотника как на сумасшедшего. И я прекрасно его понимал, потому что от одного упоминания эля внутри всё неприятно сжалось. Не помню, чтобы эль в моём мире имел такой эффект.

Дождавшись кружки, Маро поблагодарил хозяина и вернулся к разговору. Я же постарался не смотреть на напиток, сосредоточившись на том, ради чего он пришёл.

— Когда подходили, заметили стаю манаволков. Ошивались возле туши и, похоже, сами не верили своему счастью, — начал охотник. — Но мы с мужиками их без проблем отогнали. Никто не пострадал, так что быстро принялись за разделку.

Он подтолкнул мешок чуть ближе ко мне. Я опустил на него взгляд, уже догадываясь, что лежит внутри.

— Первым делом попросил вырезать ядро. Как я понимаю, вы тут задерживаться не планировали? — уточнил Маро.

Я коротко кивнул. И так было понятно, что к нам отнесутся с некоторой толикой настороженности, и если мы свалим отсюда побыстрее, то все выдохнут.

— Поэтому и решил, что вернусь первым и отдам его вам, — продолжил Маро. — А там дальше уже можно спокойно заниматься тушей, всё равно дело небыстрое. Заставлять вас ждать после всего, что вы сделали, было бы свинством. Да, и мясо ваше тоже принёс, — добавил Маро и поставил рядом ещё один свёрток, завёрнутый в плотную ткань. — От бедра отрезали хороший кусок, как договаривались.

Вильям моментально оживился и посмотрел на свёрток с куда большим интересом, чем минуту назад на дорогостоящее ядро.

— Вот теперь я вижу, что охота прошла не зря, — довольно протянул он.

— До крепости потерпишь, — предупредил я. Потом подумал и махнул рукой. — Хотя ладно. В дороге остановимся на ночлег и пожарим. Раз уж я обещал тебе шашлык, получишь свой шашлык. Маро, благодарю, — повернулся я к мужчине и благодарно кивнул, после чего уточнил: — Тварь никакую на месте не встретили?

Маро как раз подхватил кружку и за пару глотков осушил её. Довольно крякнув, стёр пену тыльной стороной ладони и покачал головой.

— Нет. Как я и говорил, монстра рядом не было, — спокойно ответил Маро.

Я уже собирался немного расслабиться, когда охотник нахмурился. Посмотрел на пустую кружку, после чего вновь поднял глаза на меня.

— Но следов когтей, подобных этим, я за свою жизнь не видел, — с беспокойством добавил он.

Он заговорил заметно тише и бегло оглянулся на сидевших в зале мужиков. Те переговаривались между собой, не обращая на нас внимания, но Маро всё равно подался ближе.

— Скажу так, ваше благородие. В последнее время здесь творится что-то неладное. Дикий край никогда не был безопасным местом, но чтобы столько всего происходило одновременно…

Договаривать он не стал. Вместо этого поднял руку и принялся загибать пальцы, перечисляя:

— Грифон, бандиты, теперь секач, ещё какая-то неизвестная тварь…

На последних словах у меня в голове что-то щёлкнуло и я вспомнил следы, которые видел в лесу рядом с крепостью

— А ты не знаешь, что за тварь оставляет такой след? — спросил я, пытаясь изобразить в воздухе очертания отпечатка.

Маро внимательно проследил за моей рукой. Потом загнул ещё один палец и многозначительно посмотрел на меня.

— И ещё одна неизвестная тварь, — скупо добавил он.

Понятно, значит, выяснять придётся самому. Я потёр переносицу, пытаясь унять головную боль, которая теперь имела уже вполне рабочее происхождение.

К такому я хотя бы привык. Разберёмся, как разбирался всегда, просто очень хотелось бы заниматься этим с ясной головой.

— Ваше благородие? — вновь отвлёк меня Маро.

Я поднял взгляд. Охотник несколько секунд молчал, явно подбирая слова, после чего всё же решился.

— У нас давно не было лорда, который заботился бы об этих землях, — прямо начал он. — А потому скажу без увиливаний, присягу мы давать вам не будем, как и служить.

Я медленно вскинул бровь. Вообще-то, подобное заявление вполне можно было назвать практически изменой империи и её законам, ведь заяви я свои права открыто, и выбора у местных по закону бы не осталось.

Но перебивать Маро не стал. Раз уж решился заговорить об этом прямо, стоило хотя бы выслушать до конца.

— К сожалению, слишком много раз мы обжигались, — продолжил мужчина, заметив мою реакцию. — Верили, что всё изменится с новым лордом, а всё оставалось по-прежнему. Иногда становилось только хуже.

Говорил он спокойно, не пытаясь оправдываться. И именно поэтому я продолжал слушать, позволяя ему высказаться до конца.

— Я вижу, что вы другой, — серьёзно сказал Маро. — Вот только убедить остальных будет гораздо сложнее. Они уже привыкли держаться сами по себе и отвечать лишь за себя. Однако могу вас заверить, что сделаю всё возможное, чтобы разнести весть о том, что новый лорд сделал для этих земель.

Пару секунд я молча смотрел на Маро. Мужчина выдержал мой взгляд, хотя по тому, как напряглись его плечи, стало понятно, что разговор даётся ему не так легко, как он пытается показать.

— Я понимаю, — наконец произнёс я. — Но чтобы изменить это отношение, того, что вы разнесёте весть, будет недостаточно.

Маро напрягся ещё сильнее, явно ожидая продолжения требований. Вильям же с интересом посмотрел на меня, даже убрав кружку ото лба.

Уж он-то прекрасно знал, что я могу выкинуть что-нибудь неожиданное. Поэтому теперь ждал, чем закончится разговор, готовый, кажется, к любому повороту.

— Я предлагаю тебе сотрудничество, Маро, — продолжил я. — Если на моих землях что-то произойдёт, ты пошлёшь гонца и оповестишь меня об этом. И тогда я с этим разберусь, выполнив обязанности лорда. В остальные деревни можешь передать тоже, их, если они на моих землях, это тоже касается.

Охотник немного расслабился. Несколько мгновений обдумывал предложение, после чего осторожно уточнил:

— А что вы хотите взамен, ваше благородие?

— А это ты мне скажи, — спокойно ответил я. — Что считаешь честным дать взамен?

Переложить на другого человека необходимость назвать цену — трюк, которому я научился ещё в прошлом мире. Особенно хорошо он работал с добропорядочными людьми, которым было неловко предложить слишком мало.

Такой человек сам назовёт цену с запасом, лишь бы не получилось, что он решил отделаться по дешёвке. А Маро, судя по тому, что я успел увидеть, был именно таким.

То же ядро принёс лично, чтобы мы не ждали, пока его люди закончат возиться с тушей. Мог ведь спокойно заняться своими делами и вернуться вместе со всеми, но предпочёл выполнить договорённость как можно скорее.

Так что достойного предложения я ожидал не просто из оптимизма. И Маро меня не разочаровал.

— Я договорюсь, чтобы вы могли покупать товары по внутренним ценам деревни, — произнёс он.

— А конкретнее? — заинтересовался я.

— На десятину дешевле, — спокойно ответил он.

Я сразу перевёл для себя — десять процентов на все покупки здесь. А вот это уже очень хорошее предложение.

На ближайших закупках можно будет сэкономить десятки золотых, а дальше, когда начнём строиться всерьёз, счёт пойдёт и на сотни. Ради такого стоило потерпеть утреннюю головную боль и не отправлять всех желающих поговорить подальше от моей кровати.

— Это поможет вам отстроить крепость и сэкономить деньги, — добавил Маро.

— Немало денег, — подтвердил я. — Денег, которые можно будет пустить на другие направления.

В этот момент висевший на краю зрения восклицательный знак Системы мигнул ещё раз, сообщая о новом оповещении. Я невольно улыбнулся и протянул охотнику руку, временно откладывая открытие системного окна.

— Приятно иметь дело с умным человеком, — довольно произнёс я.

Маро крепко пожал её, закрепляя договорённость. По его лицу было видно, что подобное завершение разговора устраивает его гораздо больше того, к которому он готовился.

— В таком случае, если у вас больше нет вопросов? — вопросительно посмотрел он на меня.

Я покачал головой, и мужчина поднялся. Задерживать его больше не требовалось, тем более что в лесу остались его люди.

— Тогда мне нужно вернуться к своим, — деловито добавил Маро.

Кивнув на прощание, я получил такой же кивок в ответ, после чего Маро направился к выходу. Мы с Вильямом ещё несколько секунд сидели молча, слушая доносившиеся с другой стороны зала голоса охотников.

— Ну что, домой? — наконец спросил друг.

— А ты? — скосил я на него взгляд. — Восстановился-то?

Вильям потянулся и на этот раз даже не скривился. Похлопав себя по тому месту, где ещё вчера подозревал сломанное ребро, он уверенно заявил:

— Да лучше всех!

— Тогда отправляемся, — кивнул я.

Мой взгляд задержался на мешке с ядром, после чего переместился к полупрозрачному синему восклицательному знаку в углу зрения. Пора посмотреть, что мы заработали с этой охоты.

P.S. А вы не забыли написать комментарий под первой книгой о том, что вам в ней понравилось? Мы будем очень благодарны вам за теплые отзывы)