Я - физрук: чемпион. Книга четвертая
Глава 1
Глава первая, в которой я возвращаюсь в ставшую такой родной школу, узнаю последние новости, ну, и это... Ну вы поняли!
В Колдовгаст пришла зима. Настоящая! Приволочившая на хвосте те самые обещанные снежные шторма, которыми меня пугали еще до Нового Года. Край Чародейства и Волшебства угодил под власть неумолимой стихии, засыпавшей все вокруг толстым слоем белых хлопьев. Трескучие морозы опускались до минус двадцати градусов, с моря, почти не переставая, дул пронизывающий до костей ветер, замораживая все, что попадалось на его пути. Дыхание яростной неистовой зимы.
"Сильвия" едва успела воткнуться в одно из свободных мест в битком забитой судами гавани, оледеневшая и покрытая белой изморозью, до того, как сильный попутный ветер, гнавший нас по стылым водам, не превратился окончательно в бешенного зверя.
Вот мы и дома! Капитан Бофур теперь мог больше чем на месяц залечь в спячку. Довольный и с наваром. Я таки умудрился всунуть ему туго заполненный серебром кошель. И обещался, как получится, прислать ему для сугрева и приятного времяпрепровождения пару-другую бутылочек сорокапятиградусной. Этому обещанию он обрадовался даже больше, чем деньгам...
Я же, собранный и деятельный, спустился по трапу в заметаемый сугробами прибрежный городок и внезапно понял, что, судя по всему, придётся добираться до Школы исключительно доступными лишь мне одному способами. То есть или на своих двоих или на волшебной метле. Дороги были завалены снегом, ветер, завывая, нес сплошную снежную крупу, здорово ограничивая видимость. Мороз грыз все не прикрытые одеждой участки тела. Да никто даже и не помыслит в такую погоду куда-либо выехать! Тем более на вечер, когда небо стремительно темнело, а ночь была готова упасть с заснеженных небес на голову.
Мелькнула соблазнительная мысль завернуть в уже знакомую гостиницу и там провести пару дней в тепле, выжидая лучшей погоды. Ну уж нет! Что-то в последнее время у меня появилась стойкая антипатия ко всяким там гостевым домам. Домой, только домой, в Колдовгаст! Ничо, полчасика полета на метле не испугает такого закалённого и опытного путешественника, каким я, несомненно, в последнее время стал. Прорвемся. И я уверенной, затянутой в перчатку рукой вытащил из бездонных глубин вещевого мешка свою волшебную метлу.
В общем, когда спустя почти час, в сгустившихся сумерках я подлетел к величественной, засыпанной снежным покрывалом громаде Колдовгаста, то напоминал оледенелое пособие для начинающих скульпторов под названием - "на горе стоит статУя, у статУи нету х..., хм". Во всяком случае мне показалось, что у меня после этого отчаянного перелета не осталось вообще ничего. Живого и чувствительного. В первую очередь, наверно, мозгов, которые мне выдуло ледяным ветром в первые же минуты полета.
Как я вообще добрался и не сверзился вниз, да ещё не заплутал в окружившем меня белесо-сером мареве, ума не приложу! Наверно потому, что шел на автопилоте, а сам намертво примерз к древку своего скакуна.
Немножко не так я предвкушал свое триумфальное возвращение. Ну, понятно, я не ожидал фанфар или красной ковровой дорожки с кучкой лицемерно улыбающихся преподов из шайки Дуплуса, ожидающих меня на другом конце с цветочками в руках. Но и столь позорную посадку не рассчитывал!
В итоге я отчаянно дребезжащей от намерзшего льда снулой рухлядью грохнулся прямо на ступеньки перед огромными центральными дверями замка и в тот же миг поклялся себе отыскать и выучить заклинание внутреннего обогрева. С грацией попавшего под воздействие жидкого азота Т-1000 я, кряхтя и постанывая, кое-как поднялся на ноги и толкнул двери. Школа, узнав меня, гостеприимно приняла в свои объятия...
Своей дикой, покрытой снежной коркой рожей я наверняка напугал бы даже привыкших в видам моржей и белых медведей эскимосов, но на мое счастье в просторном холле опустевшей Школы никого не было. Шла последняя неделя школьных каникул. Впереди было много работы... И очень длинный путь в мою келью.
Когда я, трясущийся, как припадочный, из последних сил волочивший за собой метлу и мешок, ввалился наконец в свои апартаменты, то омертвевшими, едва двигающимися под натянутым шарфом губами лишь с простуженным хрипом промямлил:
- П... Пи... Пи... Нет, не то! Пиви!.. Пиви, сук-к-кин сын! Живо сюда! Водки теплой, борща гор-горячего...
И рухнул там, где и стоял. Бесславно вытянувшись на медвежьей шкуре прямо перед жарко натопленным камином. Подо мной тут же образовалась талая лужа. А ведь меня то поджидали, спустя несколько секунд сообразил я, купаясь в благодатных волнах ласкающего тепла. Огонь поддерживается, волшебные светильники горят, в комнате полный порядок. Все на своих местах. Чисто, тепло и уютно. На моих суровых глазах навернулись скупые слёзы умиления. Дом! Милый дом!
Бух! Как-то особенно шумно сдвинулся воздух и посредь комнаты возник ушастый длинноносый коротышка самого прохиндейского вида, в зелёных щегольских одеждах. Мой домашний эльф Пиви собственной персоной!
- Хозяин!.. Геральт! Толик!.. - восторженно заверещал он, кидаясь ко мне. - Ты вернулся!
- Павлуха!..- прохрипел я, стискивая в дружеских объятиях его щуплое тельце. И тут же уловил стойкий запах спиртного. - Все так же побухиваешь втихую, маленький мерзавец? И опять без меня?!.
Весь вид эльфа выражал первозданную радость, его личико искренне светилось. Мне даже стало как-то еще теплее. В дом, где тебя ждут, вдвойне приятней возвращаться.
- Понял, понял, счас все будет, - засуетился Пиви, лучась, как новогодняя елка. - Каждый день ожидал вашего возвращения, все наготове, почти!.. Счас все будет!
И с шумных буханьем эльф исчез. Я усмехнулся, кое-как приходя в себя и предвкушая знатный ужин. Тепло уже проникло в мои замороженные конечности и возвращало к жизни. Я поднялся и переоделся. Марку следует держать. Как никак сам преподаватель по защите от Тёмных сил и заклинаний вернулся, а не какой-нибудь хер в стакане...
Когда вновь в комнате образовался Пиви, гружённый снедью, я уже полностью соответствовал своему званию, вымытый, побритый, причёсанный, одетый в чистое, с видом победителя терпеливо ждал за столом. Эльф с размаху шваркнул передо мной целый набор из тарелок, кастрюлек и кувшинов. Я, одобрительно вскинув бровь, придирчиво рассмотрел съестное. Варенная, с укропчиком горячая картошка, селедочка, свежий хлеб, сыр, яйца вкрутую, кровяная колбаса, жаренная курица, кувшин компота из сушек, запотевшая бутыль грамм на семьсот с прозрачной таинственной жидкостью, очень подозрительно смахивающей на продукт из лаборатории моего коллеги Германа Бухольца...
- Вот, все свеженькое, с пылу с жару! Небось на походных то харчах и отощали, а? - радостно отрапортовал, потирая ладошки, Пиви и, немного помявшись, прибавил: - Только, это... Профессор... Водка холодная. И... Что такое борщ?
Сделав эльфу приглашающий жест, я взялся за вилку и придвинул к себе кастрюльку с картошкой. Загадочно усмехнулся:
- Эээ, братец, борщ это вещь. Особливо горячий, да под водочку, в качестве закуски в такое холодное собачье время года, как нынче. Живы будем, научу варить, обещаю. А летом вот хорошо окрошка идёт...
Тараща на меня простодушные глазёнки, в ожидании очередной великой философской истины, Пиви отработанным движением протянул рюмку.
- Ну, Павлик, за долгожданную встречу! Вздрогнули!
- За ваше возвращение, профессор!
После первой, когда самогонка живительным нектаром пронеслась по пищеводу, отогревая мои замороженные внутренности, я блаженно зажмурился. Да, все-таки дом есть дом. Везде хорошо, а дома лучше. Закусив кусочком селёдки и хлебушком, я требовательно сказал:
- Ну, друже, рассказывай, что тут да как, покуда я отсутствовал. Все что ни происходило, все без утайки выкладывай. Потом моя очередь. Как тут все наши: Бухольц, Тварина? Как Жаболап? Ты не думай, сейчас мы просто пьем за встречу. На днях закатим настоящую пирушку для всех друзей. Я проставляюсь.
- Кому? - поинтересовался эльф, нападая на жареную курицу. Он уже порядком нахватался моих присказок и знал, что обозначают те или иные словечки. - Пирушка это здорово... Без вас все скучали, профессор.
- Да тому же Жаболапу, - пояснил я. - Ты даже не представляешь, как он меня выручил.
- Что, даже на таком расстоянии?! - изумился Пиви, проникаясь огромным уважением к шаманским способностям ушастого зеленокожего коротышки.
Я, плеснув по второй, загадочно усмехнулся.
- Да не дрейфь, все расскажу. Первый узнаешь, в какие такие переплёты я попал за время отсутствия. Ты давай про местный бомонд выкладывай.
- Ну, за богему тогда!
В принципе, особо много Пиви и не рассказал. За неделю, что меня не было в Школе, ничего и не изменилось. После злополучного Нового Года и гибели Генри Стинга, списанной на несчастный случай, словно воцарилось шаткое зыбкое равновесие. Некое перемирие. Школа по-прежнему пустовала. Все до единого ученики разъехались. Такого ещё не бывало. Но, видимо, ужасная трагедия на балу заставила даже тех, кто планировал остаться, убраться на время каникул домой. Так же разбежалась и половина школьного персонала. Главная новость заключалась в том, что из Колдовгаста укатил даже ее мудрый и незаменимый директор - Арчибальд В. Дуплус. О как. Я поневоле задумался.
Помнится, старый змей упоминал, что намерен по весне отбыть по каким-то запланированным важным делам. Неужели эти дела наступили раньше срока. И с чем они связаны? С подготовкой к намечаемому экзаменационному жертвоприношению с целью пробудить от магического сна давно почившего Темного Властелина?
А что же его главный пособник и теневой кардинал, скрывающийся под маской безобидной преподавательницы по изучению Предсказаний Мари Фьючер? А этот субчик так же вел себя тише воды, ниже травы. Нигде особо не отсвечивал, изредка показывался в коридорах Школы и всегда неизменно отвечал на приветствие слегка рассеянной улыбкой. Во мне вновь все закипело от глухой злобы. Ну ничего, даст Бог, мое время придет.
Аларик Юнкерс почти не вылазил из своей башни, предпочитая проводить все свободное время среди своих многочисленных поделок. Доктор Клизмер незадолго до моего приезда уехал на родину, отдохнуть и набраться сил. Завидую. Бухольц продолжал делать то, что умел лучше всего - заниматься, алхимическими опытами и бухать. Человек творческий, имеет право. Это я одобряю. Тварина почти не покидал своей вотчины, ухаживая за перешедшими на зимовку волшебными животными. Жаболап, следуя в точности моим наставлениям, все время проводил в домике Якоба. Помогал по домашнему хозяйству, что-то потихоньку ворожил, да обучал домашнего эльфа Тварины - грязнулю Бэкиша какой-то забубенной гоблинской игре в кости. В которую, разумеется, неизменно выигрывал, к великому изумлению и негодованию Бэкиша, который день ото дня стремительно беднел, но все еще не терял надежды отыграться.
Тихо, относительно тихо и спокойно было в Колдовгасте. Мне такое обманчивое спокойствие однозначно было не по нутру. Некоторые вещи неизменны по определению. И это хорошо. Но у меня из головы не уходили предстоящие выпускные экзамены. Зима... Она пролетит, как мимолётное видение, уйдёт как похмелье с бодуна. Я и опомниться не успею, как зацветут деревья, пригреет солнышко и над Колдовгастом ощерится торжествующая ухмылка ее директора. Дуплус обьявит, что такого-то числа, там-то и там-то всех нас, то бишь мою группу во главе со мной, ждут. Очень сильно ждут. И что-то мне подсказывало что все решится в Чародейской роще. В Чащобе Мрака. Решится. Только в чью пользу?
Слегка посмурнев, я разлил по третьей. Осведомился:
- Еще новости есть? А то все одна рутина, приятель... Хотя, отсутствие неожиданных новостей это тоже неплохо.
Пиви, опрокинув свою стопку, смешно зашевелил сморщенным носом, зажевал кусочком сыра, выдохнул и, приняв вид Нобелевского лауреата, изрёк:
- Даже и не знаю, профессор... Среди малого народа прошел слушок о проявлении потусторонних сил в Саммервилле. Поговаривают о разгуле новогодних духов!
С хитрецой покосившись на меня, Пиви сунул длинный нос в кувшин с компотом. Я досадливо крякнул. Надеюсь, сэр Эктор Плазмович не переборщил с игрой в переодевалки и праздничными колядками! С этого замшелого, но по-своему честного и благородного призрака станется удариться в грандиозный загул.
- Пустяки. Привидения знают, что делают. Я у них в некотором долгу. Пусть хоть иногда выбираются на свежий воздух. Они, в принципе, нормальные парни. Хоть и мертвые. Еще что-нибудь?
По поддатой рожице эльфа я видел, что он о чем-то недоговаривает. Надеюсь, не собирается меня огорошить известием о том, что решил связать свою жизнь узами брака с какой-то эльфийской вдовушкой и сбежать от меня в свадебное путешествие!
Я наколол на вилку кругляш колбасы, закинул в рот, смачно прожевал и буркнул:
- Давай-давай, колись. Не тяни тролля за яелы.
Пиви наклонился ко мне, приподнявшись с сидения кресла, в котором он по привычке громоздился на подушке, и проникновенно сказал:
- Тебя тут разыскивали.
Я, невольно затаив дыхание, в сердцах чертыхнулся и едва не сплюнул.
- Пиви, обормот ушастый! Ты можешь без нагнетания эффекта? Тоже мне, лицидей Большого Театра выискался! Кто еще меня искал, пока я занимался, подмечу, очень важными делами в Грозенскуле?
Пиви, сохраняя трагичность момента, замогильным голосом произнес:
- Не далее как третьего дня, в школу заявился один человек. Спрашивал вас, профессор. Именно вас. Преподавателя по защите от Темных сил и Колдовства Геральта Даркена.
- Постой. Откуда какому-то пришлому знать, что этот пост в нашей школе занимаю именно я - временный подменный учитель на один год? И какого рожна я понадобился этому хмырю?
- На тот момент директор уже покинул школу, и с ним в учительской беседовала профессор Мегера Шмондис. Из учителей с ними был вроде бы еще Адольф Мерлински. Наверняка они объяснили ему, что вы отбыли по очень срочным и неотложным делам и раньше начала второго учебного семестра не вернётесь.
Я снова потянулся за бутылкой, наморщив лоб. Мне совсем ни к чему определённого рода популярность. Все его знают, всем он нужен... Нет, это точно не про меня. Предпочитаю быть подальше от начальства и поближе к... К водке.
- Думаю, что хоть некоторые подробности состоявшейся в учительской беседы тебе известны, - полуутвердительно сказал я, разливая самогонку.
- Этот человек представился отцом одного из ваших учеников, профессор, - сделал круглые, на зависть старейшине филинов глаза мой домашний эльф. - И очень настаивал на личном разговоре с вами!
Чуть не поперхнувшись напитком (а со мной такое редко случается) я недоуменно проскрипел:
- Ч-чего?.. Со мной? Этого мне только не хватало! Неужели один из моих оболтусов что-то ляпнул своим длинным языком дома и его папаша примчался на разборки по поводу того, что тут вообще творится в последнее время? Имя он хоть назвал? Представился?
Пиви молча выхлебал свою порцию, с видом некоторого превосходства посматривая на меня, типа пить научился, засранец маленький, и сказал:
- А как же. Заявил, что его зовут Амадей Элтон Стинг. И он очень хочет узнать, как так вышло, что в стенах нашей Школы погиб его старший сын.
Набранный мною в рот вкусный вишневый компот, чтоб прополоскать зубы, веером рубиновых брызг прыснул из моего рта и заляпал физиономию возмущенно пискнувшего эльфа. Екарный бабай! Действительно, только разборок с родичами погибшего мне сейчас и не хватало для полного счастья! И если смерть бедняги Ипахондрия Симула руководству Школы удалось каким-то невероятным образом замять перед его родителями, то здесь, судя по всему, подобный фокус не прошел. И безутешный отец семейства лично прибыл в разгар зимы в Колдовгаст, чтобы потребовать объяснений по поводу "несчастного случая". И как вовремя слинял наш директор! Я поневоле восхитился этим лицемерным трухлявым пнем. Как жопой чуял грядущие проблемы, плешивый стручок!
- М-да, - откашлявшись, промычал я, стараясь не замечать скорбной, залитой компотом мордочки Пиви. - Дела... Только одного не пойму, а почему он требовал встречи именно со мной? Пусть бы и брал за шкварник Дуплуса с его замом!
- Слухи, наверно, быстро расходятся, - предположил эльф. - Возможно, отец Генри узнал о ваших своеобразных методах обучения?..
- А о том, что здесь тлеет заговор, в который оказался втянут нечистыми на руку учителями во главе с директором его сын, он не узнал? - раздражённо воскликнул я. - Неужели и здесь мне придётся быть крайним? Одно хорошо, что он не застал меня...
Пиви, вытерев лицо полотенцем, с нарочито бодреньким видом указал пальчиком на бутылку и прощебетал:
- Доподлинно не знаю, что ему нагородили в учительской. Но любезно разрешили остаться в школе до вашего приезда, ввиду долгой дороги и ухудшившихся погодных условий. Кажется, мастера Стинга поселили в одной из гостевых комнат для особо важных персон в Южной башне. Я так понял, что он человек по-своему напористый и останавливаться не намерен...
Я, с замершей над рюмкой бутылкой, с отвращением посмотрел на эльфа:
- Павлик, браток, может, хватит уже на сегодня новостей, а? Я из-за них только головную боль приобрел. Теперь придется выпить больше, чем планировал!
Эльф лишь сокрушенно развел ручками. Я же, набулькав по полтишку, ожесточённо заскрипел зубами. Да уж, час от часу не легче!
Глава 2
Глава вторая, в которой я навещаю старых друзей, встречаюсь с отцом Генри Стинга, узнаю нечто любопытное и получаю приглашение на свидание... Чего?!!
Засидевшись с Пиви до поздна и прикончив бутылку беленькой, я наконец-то завалился спать в свою родную и мягкую постельку, без которой, чего уж там, порядком размякший и избалованный местным комфортом, очень скучал в путешествии. Проснувшись по утру отдохнувшим, бодрым и заряженным на великие свершения, я тут же принялся одеваться.
Каникулы каникулами, но помимо праздного отдыха следовало еще много чего успеть в ближайшие дни. И перво-наперво навестить своих коллег и верных товарищей по нашей подпольной непримиримой борьбе с директором школы и хитрожопым чернокнижником.
Сначала я намеревался повидаться с Бухольцем, затем подняться на верх к Юнкерсу, поблагодарить за магическую сеть, которой, может и к счастью, так и не пришлось воспользоваться. Равно как и чудодейным снадобьем доктора Клизмера. Ну, его приглашу на чарку отдельно, когда вернется. Время будет, а я пока ещё собирался немного покоптить здешнее небо.
Германа я вполне ожидаемо отыскал за ширмой в его классе по изучению Алхимии, в пропахшей божественными бражными ароматами лаборатории, среди царства реторт, склянок, перегонных кубов, ядренных препаратов и особого, отгороженного занавесочкой отдела, отведённого под хранение разлитой по бутылкам самогонки.
При виде меня, преподаватель алхимии растянул порядком измятую в сражении с зеленым змием физиономию в широченной улыбке и полез обниматься. Тут же потянул за один из столов, достал две мензурки и пузырь. Заметив мои нахмуренные брови, спохватился и прибавил к выпивке заныканную тарелку с чуть зачерствевшим черным хлебом, пучком зелёного лука и порезаным на идеальные для закуски кусочки салом с аппетитной мясной прослойкой. Другое дело!
Выпив и закусив, мы повеселили еще больше. Вытерев рукавом замызганный мантии рот, Бухольц, скривившись, сказал:
- Тут тебя искали, пока ты отсутствовал, дружище...
- Знаю, - сурово кивнул я, вылавливая особо сочный кусочек сала. - Пиви рассказал. Так, вкратце вчера пробежался по всем последним новостям Школы. Я то, помимо прочего, что хотел... Завтра ставлю магар Жаболапу. Будут, надеюсь, все наши. Ну, кроме Клизмера. Там и расскажу обо всех своих приключениях подробно. Будет интересно, обещаю. Заодно обсудим нашенские дела...
Плеснув по новой в мензурки, Бухольц снова повернул к так неприятной мне теме:
- Ты бы лучше и впрямь встретился с этим мужиком, Геральт. Представляешь, он наотрез отказался уезжать. Сказал, даже если бы стояло лето и дорога была прямой как стрела, он бы не убрался из школы, не поговорив с тобой!
- Я плохо подхожу на роль исповедника или жилетки для слез, - покачал я головой, махнув самогонки. - Ума не приложу, как мне смотреть этому человеку в глаза, Герман! Что я скажу бедолаге? Как объясню смерть его сына? Не стану же я ему все подноготную выкладывать.
Бухольц сочувственно прогудел:
- Это да, это да... Мужик то этот, Амадей Стинг, вроде неплохой.
- Из наших?
- Нет. Насколько я понял, в их роду покойный Генри был единственным человеком с даром к магии. Старший сын к тому же! Хоть и последний бузотёр и троечник, а все равно, для обычной семьи это что-то да значило. Сам то Амадей из простых работяг, но сумел неплохо подняться и на строительстве сколотить капитал. У него своя контора в Столице, с очень неплохим заказами. Так что деньги у него есть.
Я призадумался. Простой рабочий мужик. Лишается в одночасье старшего сына. И наотрез отказывается верить в ту лапшу, что ему навешало на уши руководство Колдовгаста. Иначе чем еще объяснить его столь ярое стремление встретиться именно со мною, классным руководителем его погибшего сына? М-да, сложно будет с ним, сложно. Но и не отвертеться. Не буду же я все оставшиеся дни каникул бегать от него по коридорам огромного замка! Значит, нужно все же встретиться и поговорить. И не откладывая в долгий ящик. Может, прихваченная на встречу бутылка сгладит все особо острые углы нашей намечающейся беседы? Посмотрим...
Пропустив ещё по мензурке, я распрощался с Бухольцем и направил свои натруженные ноги наверх, в кабинет эльфа-полукровки, обитающего в самой высокой башне Колдовгаста. Невзирая на каникулы, Аларик был занят изготовлением очередной летной метлы. Кажется, для маленького инструктора по чаролёту вообще не существовало выходных и праздников. Он почти всегда все свободное от занятий время что-то мастерил. Пить с ним мы не пили, но провели несколько дружеских и тёплых минут.
- Значит, на завтра, в шесть вечера? - уточнил Юнкерс, постукивая по искусстно сделанному протезу левой ноги. Я не уставал поражаться тому мастерству, с каким это инженерное чудо гномьих умельцев было сотворено. При наличии такого заменителя конечности, Аларик двигался очень ловко и естественно, совсем не хромая. С этим протезом он не выглядел калекой. Скорее искусственная нога дополняла его облик, чем напоминала об увечьи.
- Да, встречаемся у меня. Пока Дуплус в отъезде, а Школа пустая, хорошо погудим. Тем более повод есть.
- Можете на меня рассчитывать, мой друг, - расплылся в заразительной улыбке полуэльф, обнажив мелкие, чуть заострённые зубки. - Обязательно буду.
Следующим пунктом намеченного дневного распорядка была вылазка на занесённые промерзшим снегом просторы за стены Школы, да пробежка к домику моего любезнейшего друга и сослуживца Якоба Тварины. И я уже почти успел. Но судьба, не иначе как подслушав мои совсем недавние рассуждения, завертела по-своему, ускоряя процесс.
Спустившись в холл, я намеревался заглянуть в свой класс по Защите от Тёмных сил, проверить шкаф, возможно накрутить хвост какому из подзагулявших призраков, а затем вновь вернуться к себе и надеть тёплую одежду. Через заиндевевшие окна я видел, что на улице знатно стружит. Низкое, налитое свинцом и серостью небо в избытке сыпало вниз горсти пушистого снега, подхватываемого ветром в игривую круговерть. Но не успел. В холле, прямо возле огромной лестницы, облокотясь о перила и поставив одну ногу на широкую мраморную ступень, меня поджидал незнакомец.
Спускаясь, я невольно замедлил шаг, стараясь двигаться с императорским достоинством и поглядывая на замершего внизу человека тяжелым пронзительным взором Иосифа Виссарионовича.
Пока неспешно спускался, как следует рассмотрел встречавшего. Высокий брюнет лет сорока-сорокапяти, явно преждевременно поседевший. Волосы длинные, до плеч. Фигура поджарая и худощавая. Лицо вытянутое, породистое, с пронзительными цепкими глазами. Слегка тяжеловатая нижняя челюсть. Довольно сильно смахивающий на своего погибшего сына. Сомнений у меня больше не осталось. Амадей Элтон Стинг собственной персоной. В своём тонкого пошива длинополом однобортном пальто, накинутом поверх темно-серого камзола, выглядевший скорее преуспевающим банкиром, нежели рок-певцом или музыкантом. Ну, на настоящего Элтона Джона не похож, и уже хорошо!
Да, мысленно скривился я, и впрямь - серьезный мужик. Поравнявшись с ним, выяснилось, что мы примерно одного роста. Несколько долгих и томительных секунд мы бодались взглядами. Я все ожидал, что он уберет руку за пазуху и швырнет мне в рожу перчатку, пафосно вызывая на дуэль. Но вроде обошлось.
Я первый протянул руку. Так, на пробу:
- Геральт Даркен, временный преподаватель по Защите от Темных сил и колдовства в Колдовгасте, Волшебник Первого ранга, профессор и магистр магии, - степенно представился я, ненавязчиво сделав акцент на слове "временный". - Чем обязан?
Слегка помявшись, Стинг все же подал мне лапу. Рукопожатие у него вышло сухим и крепким, под стать его внешности. Немного напряжённым голосом он произнёс:
- Вы сразу поняли кто я такой, господин Даркен.
- Не вижу смысла ходить вокруг да около, - усмехнулся я. - Я человек прямой и всегда говорю то, что думаю. Разумеется, только вернувшись, я получил известие, что вы прибыли в Школу и намеренны со мной встретиться. И вы на данный момент единственный посторонний человек в замке. Дальнейшие выводы напрашивались сами собой...
Я специально не стал говорить об их сходстве с сыном. На лицо Стинга-старшего набежала тень. Коротко откашлявшись, он спросил:
- Мы можем поговорить наедине, в отдельном помещении, профессор?
- Разумеется. Я как раз направлялся в свой класс. Это неподалёку, за углом. Пройдёмте.
В разгар зимы в коридорах Колдовгаста было, прямо скажем, прохладно. Подобной свежести могли радоваться только призрачные дружки сэра Эктора Плазмовича, но не человек из плоти и крови. Войдя в свой давно никем не посещаемый класс, я понял, что внутри немногим теплее. Ещё здесь пахло сыростью и пылью. Задернутые шторы погружали комнату в полумрак. Надо будет дать задание Пиви перед возобновлением занятий пригнать сюда кого из эльфийской обслуги навести порядки, сделал я себе мысленную пометку.
- Присаживайтесь, - сказал я, после того, как отдёрнул шторы на ближайшем к своему рабочему месту окне, а сам бухнулся за письменный стол. - Можете взять любой табурет. У меня тут все просто, самообслуживание называется.
Судя по тронувшей тонкие поджатые губы Стинга скупой улыбке, ему мой безыскусный , лишенный выкрутасов и рассусоливаний подход явно понравился. Усевшись напротив меня, отец Генри положил руки на стол, ладонями вниз. Руки рабочего человека, тут же отметил я. Не стеснённого в средствах, но заработавшего себе на хлебушек с икоркой вот этими самыми ручками. Явно не музыкальными, а более привычными к мастерку и киянке.
- Я уже четыре дня живу в Колдовгасте, - прищурившись и глядя прямо на меня, тяжело начал Стинг. - Никогда не думал, что буду находиться в обители Чародеев и колдунов столько времени. Но я был готов поступиться и гораздо большим временем. Несмотря на то, что у меня в городе полно дел, даже в зимнее время... Мой сын, профессор. Мой Генри. Я знаю, что вы были одним из многих свидетелей его гибели. Так же я знаю и то, что вы один из немногих, кто пытался его спасти и потом горевал по поводу его смерти... И я понимаю ваше искреннее недоумение в виду моего появления в Школе. А еще я не понимаю, какого беса произошло на самом деле и почему руководство Колдовгаста продолжает мне врать об истинных причинах гибели моего сына?!
На последних словах, гулким эхом пронёсшихся по пустой классной комнате, голос мужчины дрогнул. Стинг прикрыл глаза ладонью. Я молчал, как обосранный. Вот именно таким я себя чувствовал в том момент, словно я лично, своими руками убил его дитя. Может от того, что до сих пор ощущал на себе косвенную вину в случившемся... Я прочистил горло и хрипло прокаркал:
- Я не смогу вас понять до конца, господин Стинг... Я сам бездетный. И горе родителя, потерявшего своего ребенка, понять может только тот, кто испытал нечто подобное. Но мне в самом деле жаль и я скорблю вместе с вами. Генри был моим учеником.
- Да, да, я уже наслышан, что вы горой стоите за своих и, не смотря на то, что методы вашего обучения довольно резки и необычны, что кулуарно осуждается другими преподавателями, ваши ученики вас любят.
Стинг вновь твердо смотрел на меня.
- Я человек простой. Не знатный. Но других людей вижу насквозь и способен отличить апельсин от дерьма. Которое мне так настойчиво подсовывает под нос ваш Директор. А вы, насколько я могу судить, в чем-то похожи на меня. Вы простой человек. Пусть и великий маг и знаменитый профессор, но простой. Вы как я. И мне врать не будете. И то, что не стали лицемерно расписывать достоинства Генри и лгать о том, каким чудесным нравом и прилежанием он отличался, я ценю. Я знал своего сына.
- Он был не самам плохим парнем, - тихо произнёс я, вспоминая последние слова своего ученика, попавшего под воздействие могущественных чёрных чар. - Лучше многих.
Его отец благодарно улыбнулся. В уголках его глубоко посаженных сметливых глаз заблестели слёзы. Я сделал вид, что ничего не заметил.
- Я знал своего Генри. И знаю, что с ним бывало очень сложно. Возможно, в том моя вина. Может, я не уделял ему достаточно времени. Старший сын... Первенец. Я рассчитывал, что все мое дело со временем перейдёт к нему. А затем... Затем, в девятилетнем возрасте у него пробудился дар. И стало понятно, что ему теперь только один путь, в Школу Чародейства и Волшебства. Мы... Мы гордились им. Ни по моей линии, ни в роду жены нет никого с даром волшебника. Я надеялся, что он начнет усиленно изучать магические науки, архитектуру и волшебное строительсво! А затем я все же уговорю его присоединиться к моему ремеслу... Мы бы с ним столько всего смогли... Но Генри был разгильдяем. Умный мальчик, который не хотел учиться.
Я молчал, давая возможность своему неожиданному собеседнику выговориться.
- Не хотел учиться. Нарушал дисциплину, угодил в число худших школьников. Пока в начале учебного года его и подобных ему оболтусов не согнали в общую группу и не отдали в ваши руки, профессор. Я навел справки. Не знаю, почему недовольны вашими методами другие... Но вы дали результат. Ваши ученики взялись за ум. И это факт. И мой сын тоже. И возможно, он бы успел наверстать так беспечено утраченное время и даже под вашим руководством достойно сдать экзамены.
- И сдал бы, даже не сомневайтесь, - тихо вставил я, когда Амадей перевёл дух. Я машинально выдвинул ящик стола и возблагодарил духов и Фридриха Штруделя, обнаружив немного запотешую бутылочку крепкого темного эля. Не водка, но за неимением лучшего...
Я откупорил бутылку и протянул через стол.
- За помин души Генри.
Стинг сделал затяжной благодарный глоток и вернул мне. Я отпил холодного эля, заставившего заныть зубы, и сказал:
- Не буду вертеть хвостом, господин Стинг. Ваш сын умер. Преждевременно и несправедливо. И вы правы, когда говорите, что его гибель не была несчастным случаем, а вас изначально поставили перед ложными фактами.
Мой собеседник весь подобрался, как готовая вцепиться в загнанную добычу гончая.
- Я не могу вам рассказать всего. Поверьте, не могу. Пока. Это уж больно сложная и пока еще во многом неясная ситуация. И касаемо смерти вашего сына тоже. Я попробую объяснить. Скажу то, что смогу, что можно сказать человеку со стороны. Но вы должны мне поклясться, что наш разговор не выйдет за пределы этой комнаты. Никому, ни одной живой душе, даже своей жене вы не расскажите ничего из того, что услышите.
- Клянусь, - выдохнул Стинг, пожирая меня засверкавшими глазами. - Я вас слушаю, профессор.
- Ваш сын погиб. Его убили...
Дивясь выдержке Стинга-старшего, на этих моих словах лишь с хрустом сжавшего столешницу, но не дрогнувшего и мускулом, я продолжил:
- Пока я не могу сказать, кто именно... У меня нет всех нужных доказательств. Но они будут, обязательно будут. Ваш сын оказался связан с дурной компанией. Очень плохой. Здесь, в Школе, есть люди, назовём их так... Некая тайная коалиция, которая затевает что-то крайне нехорошее. И Генри оказался втянут в их шашни. К сожалению, я слишком поздно узнал об этом. И уже был практически бессилен что именить. Но ваш сын... Он молодец. Он сумел вырваться из-под их влияния, он хотел мне все рассказать, но не успел. Он умер честным человеком, господин Стинг. Порядочным и храбрым парнем, до последнего сражавшимся с черным колдовством. Повторюсь, я не могу вам рассказать все... Просто поверьте, что этого я так не оставлю. И буду продолжать работать и делать все от меня зависящее, чтобы замешанные в убийстве вашего сына люди были найдены и наказаны. А за своих, как вы знаете, я стою горой. И моя расплата будет страшна.
В Амадее вдруг словно что-то надломилось. Он закрыл лицо подрагивающими ладонями и тихо, беззвучно заплакал. Его широкие плечи затряслись. Я сконфуженно умолк и, обещая принявшему облик мисс Фьючер чернокнижнику самые лютые кары, торопливо приложился к бутылке с элем.
- Простите, прости меня, профессор, - Стинг вытер лицо безупречно чистым носовым платком и допил из протянутой бутылки остатки эля. Последние капли он вылил на пол. Я не возражал. - Я оказался прав. И в своих сомнениях и по поводу того, что хотел с вами встретиться. Не знаю почему, но после вашего рассказа у меня как будто камень с плеч упал. Даже стало немного легче дышать. Еще никто не говорил таких хороших слов о моем сыне... И я не буду пытать вас, требуя рассказать то, о чем вы умолчали. Я вижу, что вы доведете дело до конца. И верю вам. И я хочу, чтобы больше никто не пострадал. В Колдовгасте завелось зло, ума не постижимо! Я знаю, что мой мальчик был не первым...
Я кивнул.
- Вы опять правы. Он был вторым из погибших школьников. А до этого убили моего предшественника.
От лица Стинга отхлынула кровь. Он очень натянутым голосом произнёс:
- Тогда помоги вам боги и святые духи, профессор Даркен. Я... Я могу быть вам полезен? Обещаю, что сделаю все необходимое, чтобы ваше расследование увенчалось успехом, чтобы те твари, что совершают злодеяния, получили им причитающееся. Вам нужна моя помощь, Геральт?
Я задумался. Почему бы и нет? В предстоящей борьбе мне понадобится как можно больше союзников. А этот мужчина похож на человека, на которого можно положиться. Я негромко сказал:
- Не буду отказываться, господин Стинг. Сообщите мне, как я смогу с вами связаться, возникни необходимость. А пока расскажите мне о сыне. Возможно, я чего-то не знаю, того, что сможет мне помочь прямо сейчас. Каким он был дома? И не заметили ли вы, что с ним что-то стало происходить? Мне нужно знать, когда именно он попал под влияние этих нехороших уб... Людей. Все, что на первый взгляд казалось обыденным и заурядным.
Нахмурив лоб, Стинг призадумался. Он забарабанил пальцами по поверхности стола.
- Не скажу, что был особенно близок с ним. Особенно в его то возрасте! Последний раз я его видел летом. Живым. Как раз перед началом учебы. Он был не из тех, кто каждый месяц навещает своих родителей. Сейчас, вспоминая, я даже и не знаю что сказать. Генри как Генри. Всегда непоседливый, взбаламошный, в чем-то грубый и резкий, считающий себя взрослым... Хотя знаете... Однажды, незадолго до отправления в Школу он спросил меня... Тогда я не придал этому никакого значения. Он спрашивал, как я отличаю правду от лжи. Он знал, что я хорошо разбираюсь в людях. И хотел понять, как определить, лжёт ли тебе человек или нет. Помню, я подумал, что, возможно, мой сын начал взрослеть. Теперь же я и не знаю.
Я откинулся на спинку кресла. Незадолго перед началом седьмого семестра. Конец августа, выходит. Возможно ли, что уже тогда Дуплус с подручными начали прощупывать почву, обрабатывая выбранного ими на роль соглядатая ученика? Страшный заговор по возвращению к жизни спящего Темного Властелина уходит своими корнями ещё в позапрошлый год. Обрастая по мере воплощения в жизнь плотью и кровью. Планомерно. Последовательно и неотвратимо. Все делалось согласно тщательно продуманным расчётам. Только убийство взбунтовавшегося против клики заговорщиков Ублюдуса Злобнуса и мое появление на игровой доске стало неожиданным форс-мажором.
- У вас дом в Столице, верно? Не говорил ли Генри о какой-нибудь неожиданной встрече в городе во время летних каникул с кем-то из преподавателей нашей Школы?
Стинг с сожалением покачал головой.
- Даже и не припомню. Не могу с уверенностью сказать, профессор. Но я постараюсь узнать у супруги. Возможно с ней сын в чем-то был более откровенен.
- Был бы вам сильно признателен, господин Стинг.
Вытащив из кармана плотный лакированный кусочек картона, Амадей протянул мне:
- Моя визитка. Адрес домашний и конторский. В любое время я приду вам на помощь. Стоит только попросить, Геральт.
- Спасибо, Амадей. Искренне надеюсь, что до этого не дойдёт. Но ваши слова не забуду.
- Рад, что мы поговорили.
Выпроводив гостя, которого больше ничего не задерживало в Школе, кроме разыгравшейся непогоды, я поднялся наконец на свой этаж и зашёл в комнату. И прямо на пороге, сразу за дверью, увидел небольшое такое письмецо. Сложенный вдвое лист белой бумаги. У меня на миг перехватило дыхание, словно я взглянул в лицо покойника. Резко обернулся к двери и рявкнул:
- Дверь, кто приходил ко мне в мое отсутствие?
Я не особо рассчитывал на ответ, но к моему удивлению дверь деревянным голосом прошелестела:
- Мисс Мари Фьючер. Не далее как полчаса назад. Просунула в щель послание.
Мое удивление перешло в полное охреневание! Чего?! Еще совсем недавно, не зная обо всем, что знаю нынче, я бы только обрадовался о проснувшемся интересе ко мне с ее стороны. Но теперь... И как это, мать ее, или его, понимать?
Я обошел лежащее на полу письмо по кругу, словно свернувшуюся клубком ядовитую змею. Не поленился вытащить из спрятанного под кровать чемодана очки Истинного зрения, натянул черные, проклёпанные серебром магические перчатки, и только тогда вновь подошёл к письму. Взгляд через волшебные линзы ничего не показал, опасного и стремного. Обычная бумага. Безо всякого магического фона. Закусив губу, я осторожно подцепил конвертик двумя пальцами. Ничего. Развернул и увидел на внутренней стороне несколько написанных красивым, в завитушках, округлым, явно женским почерком.
"Геральт, не откажите вашей коллеге разделить с ней сегодня вечером скромный ужин. Жду вас в своей комнате. С вас вино, с меня интересная история. М.".
Остолбенев, с отвисшей от изумления челюстью, я выронил бумагу. Какого хрена?!! Что ещё задумал этот долбаннутый х... б... п... утырок?!. На свидание меня зовёт?!! Японский городовой!..
Глава 3
Глава третья, в которой я советуюсь с друзьями, иду на свидание с заклятым врагом и едва не...
- Нет, Геральт, нет! Я думаю, что это ловушка! Не ходи, категорически тебе говорю - не ходи!
Якоб Тварина, возмущённо топорща бороду, яростно вращал округлившимися глазами. Огромный преподаватель по уходу за Волшебными животными с крайним подозрением, вылившимся в праведное негодование, встретил новость о том, что "Мари Фьючер" пригласила меня на интимный ужин при свечах.
После того, как получил письмо, я не откладывал дальнейшие дела в долгий ящик, а, накинув теплый плащ, поспешил к домику Якоба Тварины. Когда добрался, проторив путь через снег, к его жилищу, напоминал заправского снеговика. Пережив медвежьи объятия своего друга, я осмотрелся, вдыхая специфические ароматы жарко натопленной комнаты. Ко мне тут же из дальнего угла бросился маленький зелёный коротышка, со смешными вислыми ушами и забавной рожицей. Я с удовольствием подхватил шамана гоблинов на руки и крепко обнял.
- Геральт!! Вернуться!.. Я знал, я быть уверен... Быть очень опасно...
- Ну что ты, что ты, приятель, - расчувствовался я, опуская Жаболапа на пол и ласково поглаживая его по голове. - Разве я мог не вернуться, имея такой чудесный оберег, которым ты меня одарил? Даже не представляешь, как он меня выручил... И не только меня. Правда...
Я продемонстрировал голое запястье. Гоблин чуть не обнюхал мою руку, наморщил лоб, словно прислушиваясь, и, радостно заухмылявшись, вытащил из складок своей напоминающей безразмерный мешок курточки новый травяной браслетик, шустро повязав мне на запястье. Кожу словно коснулось незримое приятное тепло. Отчего-то я моментально почувствовал себя намного увереннее, защищённей. Улыбнувшись, я ещё раз от души прижал к себе сияющего словно начищенный самовар коротышку и плюхнулся в кресло.
Тварина развалился напротив меня, всем видом излучая жадкое любопытство и неподдельную радость от встречи со мной. Он громовым голосом проревел:
- Бэкиш, Бэкиш, отродье самого опустившегося эльфа, а ну живо тащи сюда свое гузно!.. Не видишь, у нас дорогой гость и мой лучший друг?..
Высунувшийся из какой-то дыры бомжеватого вида, страшный, как женомуж Эмануэля Макрона, домашний эльф недовольно буркнул:
- В такую погоду хорошие друзья дома сидят... А еще у них есть друзья, которые скоро бедного Бэкиша без последних штанов оставят. Вертел я таких...
- Закрой пасть, вонючка и лучше тащи чего-нибудь на стол, - не успокаивался Тварина и извиняюще произнёс: - У меня, ничего не меняется, дружище! Как не мог я превратить эту ошибку природы в достойного человека, так и не могу. Видно, это мое наказание за грехи молодости. Хорошо хоть Жаболап благотворно на него влияет. Приучил хоть изредка мыть руки! Да еще почти обчистил его до нитки. Я и сам, признаться, как-то пытался сыграть с гоблином в кости и, скажу тебе, гиблое это дело!
Жавшийся к моему креслу Жаболап ощерился в широченной лягушачьей ухмылке. Я же, слушая привычную трепотню Тварины, чувствовал себя как дома. Только сейчас я осознал, насколько действительно соскучился по своим друзьям. Но пора выныривать на поверхность суровой реальности. Я вздохнул, привлекая к себе внимание, и сказал:
- Не надо пока никакого застолья, дружище. Я ж чего пришел... Не только поздороваться, но и пригласить на завтра, ближе к вечеру, к себе на пирушку. В честь моего спасителя Жаболапа!
Я сделал многозначительную паузу, во время которой гоблин растеряно уставился на меня, покрываясь салатовым цветом от смущения, а вновь высунувший свой клюв Бэкиш с отвращением рыгнул. Тварина с понимающим видом закивал:
- Ох, чую, и пришлось тебе несладко в родных краях-то, а друже? Признай, что вернувшись в Грозенскул, ты сразу же об этом пожалел! А я говорил! Что, совсем тяжко было?
- Не то слово, - не стал спорить я. Правда не стал и добавлять, что родными для меня давно уже стали Колдовгаст и мои настоящие друзья, с которыми я здесь и познакомился. - Обещаюсь, что завтра все расскажу в самых мельчайших подробностях. Окромя Клизмера, будут все. А рассказать есть что. Да и поделиться кое-какими соображениями...
Тварина заскрипел креслом и проворчал:
- С отцом Генри Стинга уже успел повидаться?
- Успел. И даже неплохо с ним потолковали. Расстались если и не друзьями, то хорошими знакомцами уж точно. Неплохой мужик. Нашей закваски. Это то ладно, не самое серьезное... Тут у меня другая проблема внезапно нарисовалась, ребята. На свидание меня сегодня пригласили.
Тварина, хохотнув, издевательски заухал:
- Только не говори, что эта старая кашалотиха Мегера Шмондис таки решила взять тебя на абордаж, ха-ха-ха! Будь она, конечно, лет на девяносто моложе...
- Мари Фьючер.
- Что?!! - Тварина чуть с кресла не упал. Ну и пошло-поехало!
Когда от его неумолкающих воплей на наши головы с потолка уже начала сыпаться древесная труха, а Бэкиш от греха подальше зарылся в кучу грязного тряпья, служащего ему постелью, я умудрился вставить слово:
- Если не пойду, он может что-нибудь заподозрить, Якоб. А мы пока не должны вызывать его подозрений. Он должен по-прежнему быть уверен, что мы не раскрыли его маскировку. Ты что скажешь, Жаболап?
Пока Якоб, возмущённо пыхтя, приложился к кувшину с родниковой водой, чтобы смочить пресохшую от праведного гнева глотку, гоблин, до того очень внимательно меня слушавший, пропищал:
- Черный колдун опасно! Он сильный, плохой, очень плохой. Но моя помогать, моя защищать... Толик идти. Врага нужно хорошенько знать! Он захочет пр... Пор.. Пыр... Прощупать тебя!
- Хорошо, хоть не пощупать, - хмыкнул я, выразительно взглянув на покрасневшего как нос алкаша Тварину. - Я сам думаю, что ловушки не будет. Пока ещё не пришло время для конкретных действий с их стороны. Уверен, что они по-прежнему думают, что за исключением необоснованных подозрений, у нас больше ничего нет. Что я не знаю и половины того, что знаю. И эта свиданка лишь повод, как выразился наш малыш, прощупать почву. Этот ублюдок захочет вызнать, что мне точно известно об их планах. Захочет понять, не стал ли я слишком опасен. Если бы я начал махать шашкой и ультимативно кричать им в рожу, что видел их на одном месте, как некогда попытался сделать покойный Злобнус, они бы начали действовать иначе. Пока что нас не сильно воспринимают всерьез. Да, они догадываются, что я о чем-то догадываюсь. И что, вероятно, посвятил в свои догадки своих друзей. Но в остальном... Тут мы равны. Они знают о нас не больше, чем мы о них. И добавлю, что, скорее всего, мы владеем даже большей информацией, чем Дуплус со своей кодлой. Поэтому я пойду, Якоб. Должен идти.
Огромный косматый учитель громко засопел, но был вынужден признать мою правоту:
- Да я ж и не спорю, Геральт, не спорю! Вот только боюсь за тебя. Этот сукин сын очень силен. А вы будете наедине. Не думаешь, что он попробует на тебе одно из своих заклинаний Подчинения? Или же захочет просеять тебе мозг, покопаться в мыслях, а?
- Не исключено, - я успокаивающе указал на сплетённый Жаболапом травяной браслетик. - Но у него хрен что выйдет. Ты даже не представляешь, какая это на самом деле мощная штука, Якоб. Да я и сам вообще-то не дите-первогодок!
Последние слова я произнёс с благородным упреком. Если кто забыл, то звание Волшебника первого ранга просто так не присваивают... Это я о себе, если что!
- Значит решил все-таки, - до последнего сопротивляясь, подытожил Тварина. - Забери тебя демоны, Геральт! Ладно... По крайней мере мы хоть будем знать, где тебя искать и в случае чего... Ну, ты понимаешь.
Я кивнул. Понимал.
- Это, водку на всякий пожарный возьми, - мрачно посоветовал Якоб. - Лишней не будет.
- Ещё букетик цветов предложи захватить, - беззлобно огрызнулся я.
*****
На вечернее, хм, романтическое свидание (или же деловую встречу?) я готовился так, словно собирался инкогнито посетить главную ставку самого заклятого врага. Или того хлеще, вступить в решающую битву, где на кон поставлено абсолютно все и вся. Возможно, я был недалек от истины... По крайней мере в том, что собираюсь идти в логово крайне опасного и хитрого чернокнижника. Хоть бы не оплошать!
Как вы убедились, я человек по-своему мягкий и терпеливый. Сострадательный даже. Но вот хватит ли мне выдержки сейчас? Придется сидеть за одним столом с тем, кто сгубил моих двух учеников и при этом делать вид, что принимаю их убийцу за милейшую женщину - преподавательницу по изучению Предсказаний профессора Мари Фьючер. Нарочно не придумаешь!
Но даже в этой ситуации следовало держать фасон. Я переоделся в лучший костюм, сделал на башке некое подобие элегантной прически, ещё раз побрился, Приготовил кое-какие мелочи: волшебная палочка, жилетые часы, на запястье травяной браслетик-амулет, во внутреннем кармане сюртука бутылка беленькой. Небольшая, на поллитра. Самогона мало, но он крепок, как обет целомудрия монахини, градусов шестьдесят, не меньше. Чтоб раздобыть такую, пришлось вновь посетить лабораторию Бухольца. От него же и узнал, где располагались аппартаменты "симпатичной учительницы". А то до последнего момента как то особо и не интересовался... Спальни преподавателей находились на одном этаже, вот только этаж был огромен и занимал несколько замковых крыльев, и так уж вышло, что наши с Фьючер комнаты разделяла чуть не половина Школы. А Колдовгаст был необъятен.
Взглянув на часы, я понял, что пора выступать. Половина шестого. Герман и Пиви обещались быть начеку, и при малейших подозрениях на неладное тут же бежать за помощью, один к Юнкерсу, второй к Якобу с Жаболапом. От меня требовалось только продержаться до прибытия тяжёлой кавалерии. Ну, надеюсь, все же до мордобоя и членовредительства не дойдёт. Хотя настучать по роже занявшему место Фьючер колдуну кулаки ох как чесались.
К дубовой двери, ведущей в спальную комнату мисс Мари Фьючер, о чем наглядно свидетельствовала прикрученная к поверхности начищенная бронзовая табличка, я подошёл почти без пяти шесть. Как понимаете, я не особо спешил, и каждый мой шаг был обдуманным и размеренным. Не успел я постучать, как дверь вопросила бесчувственным деревянным голосом:
- Как вас представить?
- Профессор Геральт Даркен, - сурово заявил я.
- Вас ждут, профессор, - тут же отозвалась дверь, приоткрываясь.
Что меня ждало внутри, в этом затаенном логове дракона, гнездилище порока и сосредоточие зла? Что ж, вот переступлю порог и узнаю! Что и не преминул сделать. Дверь мягко закрылась за моей спиной. Щёлкнул замок. Однако. Но я и вида не подал, степенно оглядываясь и всем видом излучая олимпийское спокойствие.
Комната Фьючер почти ничем не отличалась от моей. Разве только немного более изящной мебелью, наличием туалетного столика возле окна, развешанными по стенам живописными картинами, да большим гардеробным шкафом. Камин жарко полыхал. Посреди комнаты стоял сервированные столик и два стула с высокими спинками. Центр стола венчал массивный подсвечник, утыканный дюжиной горевших свечей, вкупе с пламенем камина погружавших комнату в интимный загадочный полумрак. Хм, хм.
За столом, спиной к окнам, сидела хозяйка сих апартаментов и с застенчивой улыбкой смотрела на меня:
- Добрый вечер, профессор Даркен, очень рада вас видеть! - ангельским голоском чуть не проворковала рыжеволосая девушка, одетая в домашнее платье, простое и строгое, но с невероятно глубоким декольте. Не понял?!. - Проходите, не стесняйтесь, будьте как у себя.
Я, оскалившись в идиотской улыбке, что-то пробормотал, изображая смущённого женской красотой незадачливого ухажёра, и повесил на вешалку у двери плащ. Пригладил волосы, вытащил бутылку и сел за стол. Бутылка оказалась тут же в центре внимания больших любопытных глаз мисс Мари. Черт, ведь и не отличишь от настоящей! Если уж четыреста человек-школьников не заметили подмены... Ну силен, ублюдок, силен... Пока про себя решил назвать его по имени того, кем он притворялся, а там поглядим.
- Ооо... Это какое-то особое вино, профессор? Привезли из родных краев?
- Эээ... Можно и так сказать, - подумав, согласился я. - Особое. Из тех самых краев.
Преподавательница глубоко вздохнула, отчего ее грудь едва не выпала из выреза платья, и хрипло рассмеялась:
- А вы очень суровый мужчина, дорогой профессор. Даже искренне жаль, что работая бок о бок столько времени, мы так и не познакомились поближе. Особенно после того случая в начале учебного года, когда вы так самоотверженно схватились с баньши и спасли меня!
Она с щенячьим восторгом уставилась на меня, как юная девчонка на красавца-рыцаря, спасшего ее невинную честь от толпы насильников. Я с трудом оторвал глаза от ее (или его?) груди. Какого дьявола?!. Что этот сукин ублюдок задумал? Хочет мне тут глазки построить, ножку выше колена показать, да и надеть на старину Даркена ошейник? Да вот хренушки, не на того напал, трансвестит недочарованный!
- А ведь я вас так до сих пор и не отблагодарила!
- Настоящему мужчине и чародею достаточно одного доброго слова, - небрежно отмахнулся я, изображая дворянское благородство. Внезапно резко захотелось выпить. Поддельная Мари не отрывала от меня восторженных глаз. - Надеюсь, не откажетесь испробовать этого напитка?
Фьючер, снова рассмеявшись, погрозила мне пальчиком. В полумраке комнаты ее глаза блестели как у кошки, и в этот момент она очень здорово напоминала настоящую ведьму.
- Надеюсь, ваша конечная цель не споить одинокую беззащитную девушку? - вопреки своим словам, она твердо указала на один из двух бокалов для вина. Что ж, бокалы так бокалы. В свое время из чего мне только не приходилось водку пить, бывало, и целлофановый кулёк в ход шел...
- Рядом со мной вы в полной безопасности, мисс Фьючер, - растянул губы в пластмассовой улыбке я. - Слово даю, что приложу все силы, но не допущу повторения той истории...
Оборвав двусмысленную фразу, на которую рыжеволосая колдунья лишь недоуменно захлопала глазками, я откупорил бутылку и плеснул по бокалам. Обшарил взглядом стол. Чем хоть подчевать меня тут собрались? И можно ли все это вообще употреблять без последствий и рисков? Водка то, конечно, первейшее лекарство и отменное противоядие, но все же, все же... Два столовых набора, между ними блюдо с каким-то салатом, нарезанные яблоки, апельсины, сыр, свежий хлеб, копченное мясо. Да, закусь готовилась именно под вино. Да пофиг. Нам и этого хватит.
Мы взяли бокалы и я мысленно повеселился, увидев, как тревожно начали раздуваться крылья точенного носика моей визави, когда она унюхала запах предложенного напитка. Посмотрим, как запоёшь после того как попробуешь, сучка!
- Пахнет весьма... Специфически, - Фьючер отчего-то замялась, не решаясь поднести бокал ко рту. Что это с ней? И тут я понял, что чернокнижник опасается от меня первого подлянки. Вдруг я захочу его травануть чем-нибудь, вдруг мне известно больше, чем он думает?
- Вино очень крепкое, предупреждаю. Горит огнем драконьего пламени. Пить надо залпом и обильно закусывать, - уже привычно разъяснил я. - Вторая пойдет легче. Если пойдёт первая, конечно. За сей чудесный томный вечер!
Я махнул бокал и занюхал горбушкой хлеба. Уууухх! Мать-перемать! Крепко даже для меня. Но ничо, в холодный зимний вечер самое то. Я кинул вдогонку за хлебом кусочек пряного холодного мяса и приглашающе улыбнулся.
Фальшивая преподавательница наконец решилась и последовала моему примеру. Заглотнула самогонку и... Ее глаза чуть не вылезли из орбит. Она выпучилась на меня, покраснела, как помидор, боясь даже вдохнуть. Ее грудь напряглась и поднялась еще выше, грозя разорвать платье. Нехилое зрелище, доложу вам. Я откровенно залюбовался своим врагом, который начал испытывать на себе такие мучения.
- Яблочко или апельсинчик берите, - порекомендовал я, невозмутимо подвигая к себе тазик с салатом. - В вашем неискушённом и непривычном к подобному напитку случае будет самое то, зуб даю. Но, бывает, и выбиваю...
Вряд ли Фьючер услышала мои последние слова. Она торопливо схватилась за хрустальный графин с виноградным соком и едва не ополовинила его. Затем сжевала две дольки яблока и только потом, вновь обретя прежний цвет лица, икнув, несколько ошарашенно посмотрела на меня. Ее невольно подергивало. Слабак, удовлетворено констатировал я. Бесспорно могущественый колдун и искушённый в Запретой магии чернокнижник, но по части настоящей мужицкой выпивки полный слабачок.
- Боги мои, профессор, - растерянным голоском прищемившей пальчик девочки пролепетала хозяйка комнаты. - В жизни не пила ничего подобного. Что это за вино? Это просто дикий огонь какой-то!
- Особый рецепт нашей семьи. Все дело в правильно подобранном сырье, - я поднял бутылку и невинно забулькал ее содержимым. - Ну что, мисс Фьючер, ещё по-маленькой?
Она ошарашенно посмотрела на меня и облизнула в неуловимо змеином движении полные губы. Но я то все видел...
- По-маленькому?
- По-маленькому в сортире писькать будем, - начал по-гусарски острить ваш покорный слуга, разливая самогон. - За ваши чудесные глаза и неотразимую, такую загадочную и таинственную внешность, Мари...
Мы снова выпили. Я привычно нюхнул хлеб, заел сыром и дёрнул левым глазом. Моя собутыльница раздула щеки, будто проглотила шар для боулинга, несколько секунд отважно боролась с содержимым во рту, все-таки проглотила и снова присосалась к графину.
- Еще с самой нашей первой встречи у меня возникла мысль, что я вас уже где-то видел, - продолжал разыгрывать свою колоду я, аппетитно захрустев салатом. Неплохо, неплохо, под сэмыча пойдет. - Кого то вы мне напоминаете...
Фьючер, оторвавшись от кувшина, громко закашлялась. Готов поклясться что на моих последних словах она чуть не выплюнула сок изо рта! Немного недоуменно посмотрев на меня, она снова икнула. Я удовлетворено отметил, что ее глазки начали слегка косить. Блин, а если этот хмырь сейчас нарежется в дупль и потеряет контроль над своим обликом, или спьяну начнёт меня на понты брать, тогда что делать то буду? Ввязываться в пьяную драку что ли? Ладно, работаем дальше. И пьем.
- Вынужден-н-ная признаться, что ваше вино ммм... Возбуждает, дорогой профессор!
Глаза рыжеволосой учительницы начали выражать крайнюю заинтересованность. Или мне так показалось? В любом случае теперь у меня кусочек сыра встал поперек горла!
Эй, Геральт, а не придётся ли тебе все же звать на помощь?!.
Глава 4
Глава четвёртая, в которой я проверяю себя на крепость духа, трудовую закалку и выдержку!
Ситуация складывалась престранная, если не сказать больше. Сумасшедшая, бредовая, словно на застольи встретились два невменяемых пациента психушки, один из которых страдал тщательно скрываемой шизофренией. А второй под видом засланного тайного агента спецслужб должен вывести его на чистую воду.
После тройной дозы убойного сэмыча, как я уже упоминал, начало пронимать даже такого закалённого ветерана как я. Внутри изрядно потеплело, стало хорошо и расслабленно. Опаснейшее состояние! Очень опасное. Я в логове злейшего заклятого врага. Шаг в сторону, малейшая оплошность, и можно сказать, что песенка спета - раскрою себя и погорю, как пить дать погорю. Могу сорваться в любой момент и кинуться бить стройной рыжеволосой миниатюрной молодухе, сидевший напротив меня, личико! А с нее, или с него, станется тут же шваркнуть в меня чем-то особо магическим и убойным.
Фальшивая Мари Фьючер, после третьей была, что называется, на грани обсыкания. Ее обычно немного затуманенные, чуть лукавые глазищи, стали изрядно косить и подернулись еще более густым туманом. Она пыталась сфокусировать на меня взгляд и что-то сказать. Слабачок, я ж говорил. Но к чести маскирующегося под преподавательницу чернокнижника, он не сдавался. Да ещё и пытался, войдя в образ, чуть ли не соблазнять меня. Меня! Физкультурника и чародея, магистра магии и прошедшего Крым, Рим, огонь и воду специалиста по потреблению всего, что горит! Воистину, наступил час испытания. Неравный застольный бой с коварнейшим супостатом. Но наши не сдаются.
- Выыы... Вы уникальный человек, дорогой п-профессор, - мисс Фьючер с преувеличенной задумчивостью, вероятнее всего призванной скрыть бьющие в мозг градусы, наставила (наставил, наставило) на меня изячный пальчик. - Сколько работаю преподавателем, а подобных вам не встречал. Ла.
- Таких как я, больше не строгают, - жуя пучок какой-то травы, согласился я. - Вот раньше то да... Народ покрепче был. Я то что...
- Скажите, никогда не задумывались ок-кончательно перевестись к нам? В Ко-Колдовгаст? - одолев сложное для произношения в нынешнем состоянии слово, сощурилась учительница. - Улучшенные условия, повышенная ставка... Штат замм-мучательных калек... Эээ... Коллег!
Ага, прямо таки идилия, а не место работы. Штат двуличных пресмыкающихся. Я верной рукой взялся за бутылку. Хе-хе, что за подход? Он что, завербовать меня пытается, что ли?! Я немного уменьшил дозу. В данном случае лучше не вывести соперника из вертикального положения, а постараться извлечь из зародившийся беседы максимум пользы, раз уж пошла такая пьянка. В конце концов, для чего-то меня это мимикрирующее под училку существо пригласило к себе?
- Моя дорогая, - чуть не растрогался я. - Неужели вам было так скучно жить, покамест я не объявился в здешних краях? Уверен, что и без такого старого проженного циника как я, вам не приходилось скучать! Колдовгаст удивительное место, полное всяческих весьма интересных достопримечательностей и.... Тайн.
- Ох, мой милый Геральт, иногда здесь бывает такая скука... Здешние мужчины... Они полны заносчивости и чв.. чв.. Чванливости!
Я поднял бокал, Фьючер последовала моему примеру.
- За лучших мужчин!
- За настоящих дам!
Мы выпили. Я решил зайти немножко с другой стороны. С чёрного, так сказать, хода. Хотя у меня и так до хрена чего через сраку выходит. Ну, не в смысле, ну, вы поняли. Черт, держись, Толян, держись, давненько такой крепучей не потреблял!
- А что, нешто такой молодой, тьфу, молодая, привлекательная и остроумная женщина обделена вниманием? Извините за прямоту, но вы должны стражать наповал всю взрослую часть Школы!
У липовой преподавательницы хватило наглости зардеться, как девице на выданье. Эй, где там сваты!
- А вы льстец, профессор, льстец. Так что на счет мыслей сменить прописку?
Она с изрядной лукавинкой в пьяненьких глазах уставилась на меня. На миг меня обдало холодом, а по спине пробежались мурашки. А не пудрит ли мне мозги этот ублюдок? Может, он благодаря какому волшебству не более пьян чем я, и сейчас зондирует меня, как я его? Хммм, тоже вариант.
- У меня сложились не очень дружественные отношения с вашим директором, - помявшись, типа признался я, поддевая вилкой кусочек сыра. - Разногласия в методах и подходе к образовательному процессу, сами понимаете. А еще я не очень нравлюсь Дуплусу внешне!
- Да вы что? - икнула Мари, недоверчиво уставившись на меня и так меня рассматривая, словно колбасу на предмет наличия сала.
- Увы, увы... Он считает, что у меня чересчур длинный нос!
Моя собеседница выдавила сконфуженную улыбку. Тяжело вздохнула и поправила ярко рыжие локоны пышных волос. Чисто женский жест, не придерёшься. Актер, нет, актерище!
- Дуплус старый упрямый склеротик! - негодуя, таки выпалила она, смешно пуча глаза. - Он не понимает, кого может потерять в вашем лице!
- А вы его хорошо знаете!
- Ооо... Весьма неплохо. Хоть он многим старше меня!
Она кокетливо передернула плечиками, ожидая рыцарских слов от меня. Я не подкачал, плеснув по пятой и заявив:
- Да вы рядом с ним просто юная девчонка, Мари! За юность, красоту и наш естественный цвет лица!
Преподавательница, чей цвет лица уже не поддавался внятному описанию, чуть дрогнувшей рукой чокнулась со мной. Ага, молодая... Кто знает, сколько лет прячущемуся за ее обликом колдуну? Так то он был навскидку не старше меня, а там кто знает, может Дуплус ему в сыновья годится.
Пятая пошла легче предыдущих. Оно и понятно, у меня включилось второе дыхание. Чего не скажешь о моем собутыльнике в юбке. Фьючер с трудом проглотила самогон. На секунду замерла, позеленела, заклокотала, будто ее тошнит... Я уставился на ее точёную шейку, отчего-то мне показалось, что сейчас я увижу, как мелькнет и снова исчезнет кадык. Но она все же справилась, проглотила огненную воду, шумно допила сок из кувшина, покачнулась и щелчком пальцев вновь наполнила кувшин до краёв тёмно-бордовый жидкостью. Неслабо! Хотел бы я иметь такие фокусы в рукаве, для своевременного пополнения иссякающих запасов беленькой.
- А вы закусывайте, дорогая, закусывайте, - я обвёл широким жестом сервированный столик. - Все оплачено! Но осмелюсь добавить, что соленые грибочки, колбаска домашняя, да селёдочка подкопченая были бы совсем не лишними...
Я с намеком прищелкнул пальцами. Что-то невнятно промычав, рыжеволосая учительница качнулась назад-вперед, и, когда я уже думал, что следующим заходом она ткнется физиономией в мисочку с салатом, все же выпрямилась, и с третьей попытки щелкнула. Блямс! На стол прямо из воздуха с лязгом упали три тарелки с вышеназванными мною ингредиентами. Живём! Я довольно потер ладонями и, наколов на вилку щепотку сочных ароматных, политых маслом груздей, отправил в рот. Ммм, вкуснота!
- Я вот все думаю, - прожевав, начал я. - Зимние каникулы, одинокий пустынный замок, вы, такая молодая, беззащитная и ранимая... И я - закаленный в бесчисленных боях с вод... Эээ... С ворогами седовласый ветаран и битый жизнью путешественник, магистр и прочая, прочая... Скромный труженик магии. Что нас свело вместе в эту морозную зимнюю ночь, когда за окном сыпет снег и сияют звёзды?
Ого, вот что правильный градус делает. Так скоро и стихи слагать начну! Учительница Предсказаний оторопело уставилась на меня, пытаясь собрать в одну кучку разбегающиеся в сторону глаза. Если она сейчас сможет хоть два слова связать в одно целое и внятное, то я король лесных троллей Залупер Второй!
- Пыр... Пыр... Пырофессор... Вы хочите.. М-меня обосс... Обоср... Оболтус... О-б-о-льс-ти-ть?!.
Я пьяно улыбнулся, стараясь выглядеть загашенней, чем был.
- Что вы, что вы, и в мыслях такого не было. Но тело не обманешь! Дух мой силён, но плоть слаба.
- А д-давайте то-тост!
- Тотост? - нахмурился я.
- Его! - торжественно кивнула Фьючер и первой схватилась за бутылку. Бережно подняв трясущейся рукой, передала мне. Ну зачем так себя утруждать? Я и сам пока прекрасно справлялся с обязанностями виночерпия. Внезапно я снова почуял смутную тревогу. Разлил по бокалам, снова чуть уменьшив дозу. Фьючер сграбастала свой и, томно вздохнув, отчего ее грудь снова совершила доблестную попытку сбежать из выреза платья, пробубнила:
- Знашижлания!..
- Именно, - я поднёс бокал к губам и тут мое запястье обожгло теплым незримым огнём. На долю секунды мне показалось, что налитая в стекло самогонка бликанула ядовито-зеленым отсветом, но тут же вновь приняла свой привычный цвет чистой слезы. Оберег Жаболапа включился! И надо полагать, успешно нейтрализовал наведенные на питье зловредные чары. Я со смаком выпил и, крякнув, поставил бокал на стол. Сохраняя последние остатки сил, Мари настороженно следила за мной. Ожидала, что я свалюсь под стол или же, разинув рот, начну пускать слюни? Подцепив вилкой кусочек селёдки, я кинул его в рот и прочавкал:
- Неплохой, замечу, посол... Сами солили, али с кухни спи... Хм, скомуниздили?
- Ааа... Сама, в-все с-мама, - пролепетала заплетающимся языком Фьючер, стискивая пальцами подлокотники кресла.
- С мамой? - покачал я головой. - Мое почтение. Передавайте ей наилучшие пожелания крепкого здоровья. Эт хорошо, что она про вас не забывает! Посылочки вон шлёт. Я, когда в тюрьме сидел по одному ложному обвинению, тоже передачки получал.
Рядящийся в учительницу чернокнижник начал выпадать в осадок. Поражённый тем, что его заклинание, наложенное на самогонку, не сработало, я все еще свеж, а он одной ногой в луже блевотины, начал плыть. Да еще мои непрекращающиеся двусмысленные подначки. В итоге становится совершенно непонятно, кто кого танцует. Он то уж наверняка приглашал меня не просто так. А с конкретной целью. И если он не скрытый представитель определенных чародейских меньшинств, то цель его заметно отличается цветом от радужного флага. Должна быть чёрная, как три года не стиранные труселя опустившегося бродяги. Но я то крепкий орешек, неужто он думал, что я от его стати и красоты размякну и начну совершать ошибки? Возможно реально пытался меня опоить и или завербовать, или выведать все, что мне известно, или... Нет, летальный исход маловероятен. Сомневаюсь, что он уже готов к смертельной схватке один на один. А я готов? В голове шумело. А ответ был неоднозначен. У меня в кармане волшебная палочка, я трезвее, чем он, физически сильнее... Есть вариант покончить с ним сейчас раз и навсегда. Тем более что он ненаигранно надрался и уже с трудом сидит за столом!
Видимо, что-то такое отразилось на моей посмурневшей роже, потому как мисс Мари внезапно выпрямилась как палка, словно ей в зад всадили гвоздь. Ее полные губы плотно сжались. И вновь едва уловимое для глаз быстрое резкое змеиное движение языком. Мне показалось, или она стала немного трезвее? Возможно ли вообще путем вливания шестидесятиградусного самогона вывести из строя сильного и могучего колдуна?
- Мн.. Мнэ.. Мне ка-кажется, что наша встреча мо-может перейти все приличные рам..раммм.. Рамамки!
Она выдохнула в мою сторону плотную волну густого перегара, заставившего мои волосы встать дыбом, и застенчивым движением поправила лиф платья.
- Вы тк... Ток... Такой серьёзный мужнина... А яяя... Невинная беззащитная деввв... Девушка!..
Неужели решил пойти на попятную и закруглить наше столь двусмысленно складывающееся застолье? И каждый остается при своих. Очередная патовая ситуевина, язви ее в печень.
Я покосился на бутылку. Осталось ещё самое большее на пару-другую рюмок по пять капель. Липовая Фьючер явно не желает продолжения банкета. Голову даю на отрез, что держится на ногах только благодаря каким-то сильным чарам. Так зачем же ты меня приглашала? Убедиться, что я всего лишь сколонный к алкоголизму волшебник, насмешливый, крикливый, вечно сующий нос не в свое дело, что-то подозревающий об их заговоре, но все же знающий недостаточно, чтобы решиться пойти на крайние меры и приговорить меня? Убедился, сукин сын? Надеюсь, я неплохо отыграл свою роль...
- Настоящий мужчина, джентльмен и волшебник всегда знает, где остановиться, - благосклонно протянул я, вытирая руки и губы салфеткой. - И когда вовремя уйти. Ужин был превосходен. Компания неотразима, вы сами лично просто обворожительны, Мари. Хотя так и не рассказали мне обещанную интересную историю.
Я вылез из-за стола и церемонно раскланялся. Недопитую бутылку я ловким движением отправил в карман сюртука. Осоловевшие глазки преподавательницы слегка разочаровано проследили за пузырём. Нет уж, дорогая, с чем пришёл, с тем и уйду.
- Я не ж-жалею о проведённом времени, пр-профессор, - попыталась подняться, но не справилась с координацией и плюхнулась обратно на стул хозяйка комнаты. - Уверена... Что на-наша беседа будет иметь достойное прррр.... Родолжение.
Я жестами призвал ее не утруждать себя провожанием меня до двери и обстоятельно заявил:
- Полностью с вами согласен, моя дорогая мисс Фьючер. Наша столь теплая и приватная беседа точно не последняя. И мы обязательно повторим. Возможно, при несколько иной обстановке!
Выходя в коридор и прикрывая за собой дверь, я успел услышать позади себя шорох, пыхтение, грохот горного обвала и отборные матюги. Дверь закрылась, отрезая дальнейшие звуки. Но и так понятно, что попытавшись все же подняться, любитель женских платьев шваркнулся на пол, добро если уронив на себя стол с остатками трапезы! Было бы неплохо. На такое зрелище я бы не отказался полюбоваться.
Я прислонился к холодным твердым камням стены. Вытер вспотевший лоб. Фуухх... Жарковато однако. Ничего, пока дойду до своей берлоги, чутка проветрюсь. Оставшемуся в жарко натопленной комнате чернокнижнику с непривычки придётся ох как не сладко, когда его начнет развозить. Если только не применит какое-нибудь отрезвляющее заклинание. И есть надежда, что применяя онное, чего-то там спьяну напутает, и ненароком отрастит себе на башке лосинные рога! М-да, это прямо таки несбыточное желание...
Оттолкнувшись от стены, я двинулся в восточную сторону, к находящемуся на значительном удалении крылу, где располагалась моя комната. Первые шаги были неверными, но с каждым последующим моя поступь становилось все твёрже и уверенней. Включился автопилот, студенная свежесть коридоров и проходных залов благодатно проветривала голову, выдворяя хмельной дух.
В итоге обратный путь занял у меня лишь немногим больше времени, чем предыдущий. Пока шел, не встретил ни души. Ни человека, ни эльфа, ни самого завалящего призрака из банды неупокоенных сэра Эктора Плазмовича. Оно и к лучшему. Разговаривать с кем-то еще не было ни малейшего желания. Наша встреча с колдуном в итоге практически ничего не дала. Да, каждый остался при своем раскладе. Вот только кто от этого больше выиграл? Я или он? Не выйдет ли так, что применив ко мне некоторые чары из своего тайного арсенала, колдун сделает неоднозначные выводы?
Он ничего нового обо мне не смог узнать, как не смог провернуть и все то, что несомненно задумывал, приглашая меня на встречу. И теперь сидит, мучимый выпитой самогонкой, надеюсь, что обрыгавшись и понося весь белый свет, и проклинает меня, делая ещё одну зарубку. Да и хрен с ним. Думаю, пока Дуплус где-то чалится по своим сомнительным делишкам, Школа погружена в посленовогоднюю спячку, а зима вовсю властвует, он не решится на какие-то отчаянные шаги. Да и к чему? Не думаю, что помимо того, что подтвердил свою репутацию, я вызвал у него дополнительные подозрения.
Забегая наперёд, скажу, что в кои-то веки серьезно ошибся!
Глава 5
Глава пятая, в которой гудим, спорим, а под занавес я убеждаюсь в том, что не такой талантливый актер, как думал...
Спал как убитый. Перед сном злорадно пожелал вынужденному собутыльнику, оставшемуся в жилище Мари Фьючер, долгой и нескончаемой ночи. Пусть выпитая самогонка ему колом станет, обратно попросится, а на утро головная боль с жуткого бодуна произведёт свой контрольный выстрел. С такими сладостями мечтаниями и заснул.
Проснувшись, сполоснулся в ванной комнате, накинул теплый халат, отпил из дежурной банки настоянного на хрене терпкого огуречного рассолу и, подойдя к окну, отдёрнул шторы. Полюбовался морозными узорами на заиндивевшем стекле, отворил ставни и высунул голову наружу, с удовольствием вдыхая всей грудью пронзительный бодрящий воздух свежего зимнего утра. Ночная вьюга улеглась, небо очистилось от туч. Холодные солнечные лучи ярко сверкали на бриллиантовых гранях засыпавшего все, чего касался глаз, снега. Эх, красота! Лепота! А воздух...
Нет, решительно заявляю, что в плане поправки здоровья этот мир даст сто очков форы прежнему. Конечно, когда тебя не пытаются этого здоровья лишить насильным путем. Климат на загляденье, свежие натуральные продукты, чистейшая вода. Вон даже после принятого намедни убойнейшего самогона голова практически не болит, словно баловался легким пивком до полуночи. Шик и блеск. Андреичу бы здесь тоже понравилось. Интересно, куда попадают души трудовиков в случае внезапной кончины? В какие края?
Освежившись, я закрыл окно и уселся за свой рабочий стол. Пробежался взглядом по стопке учебников, тетрадей, классному журналу, толстому блокноту с личными пометками по принципу ежедневника. Через несколько дней Колдовгаст вновь наполнится шумом и гамом. В школьные стены вернутся четыреста юных чародеев. В их числе и моя разношёрстная и уникальная банда. Мои губы невольно растянулись в ухмылке. Гляди ж ты, а ведь соскучился таки по этим обалдуям. Надеюсь, они проводят школьные каникулы не так насыщенно как я. Отдыхают, бездельничают и до последнего оттягивают момент возвращения за парты. Мне бы их годы!
Я потрогал пальцем обхватывающий левое запястье прочный как леска невзрачный травяной браслетик. Кажется, прошлым вечером эта на первый взгляд сущая безделица опять меня здорово выручила. Эх, дружище Жаболап! Сейчас то я ни капли не жалею, что загремел в прошлом году в Железный Череп и сподобился подружиться с зеленокожим коротышкой-гоблином, который оказался очень искусным шаманом. Древняя гоблинская магия, мало кем из современных волшебников и мэтров магии воспринимаемая всерьёз. А вот и зря, господа зазнавшиеся, очень зря. Но тем лучше для меня. Всегда хорошо держать в рукаве лишнего джокера. Кем для меня несомненно стал Жаболап. Мой маленький зеленый Серый Кардинал!
Я придвинул к себе листок бумаги, карандаш и принялся набрасывать меню. Стол должен быть просто шикарным. Придётся Пиви изрядно напрячься и подключить все свои замковые связи. Бухольц, думаю, уж точно не подведёт - запасов спиртного он должен был наготовить на пятьдесят лет вперёд. Ещё придётся, да побольше, эля заказать. Жаболап не весьма дружит с водочкой. Ничего, уважим малыша. Пусть пивко потягивает. А может ему эльфийского вина поставить? Если Пиви как следует взять за клюв, то притащит пару бутылочек из тайного эльфийского схрона "чисто для своих". Гоблин уж точно будет рад, если понравится.
Исписав половину листа, я внимательно прочёл свои хотелки и удовлетворено кивнул. Отлично. Пора звонить в ресторан и делать заказ.
- Пиви! Пиви, дрыхнешь что ли, гроза всех вдовушек? - весело заорал я.
Ушасто-носастый коротышка явился, не успел затихнуть мой сдобренный спиртными парами после вчерашнего молодецкий голос. Смерив меня внимательным взглядом и прищурившись, мой домашний эльф удовлетворено произнёс:
- Чую, свидание удалось более чем, профессор! То то, смотрю, у вас голос уж больно жизнерадостный, тонус повышенный, да и вообще... Горячая, поди, выдалась ночка?
И этот прохиндей заговорщицки подмигнул! Я с праведным негодованием уперся в него суровым, как у Ельцина на заседании Госдумы взором.
- Не пойму сути ваших наглых инсинуаций, милейший. Что за гнусные пошлые намеки?
Пиви понял самый невинный вид. Вот засранец! Впаять бы ему полсотни отжиманий. Да нельзя, эльф свое уже оттрубил, по всем раскладам давно уже дед.
- Мы с профессором Бухольцом, между прочим, почти пол ночи не спали, - обиженно буркнул Пиви. - Дежурили, как и договаривались. Неужели разошлись миром? Полюбовно все прошло?
Я поморщился. Затхлый такой запашок у этих невинных слов, когда дело касается моих отношений с "мисс Фьючер".
- Приятель, я тебя умоляю. Между нами может быть только любовь сродни двум паукам в одной банке. Слушай.
Пиви был парень головастый. Много уменее доброй половины из тех, кого я знал в обоих мирах. Несмотря на не шибко презентабельный вид и пристрастие к алкоголю (что лично для меня минусом никак не являлось), котелок у него варил что надо. И не раз эльф одаривал меня дельным советом. Вот и сейчас, выслушав мой рассказ о вечерних посиделках с безымянным чернокнижником, Пиви уверенно заявил:
- Следует удвоить осторожность, профессор!
- Думаешь?
- Всенепременно. Хвала всем добрым духам, что вы оказались не по зубам этому негодяю. Наверняка хотел, сволочуга, вас задурманить наведенным на водочку колдовством. А там кто знает, как бы дальше дело пошло... Можа хотел у вас тайны какие выведать, а можа надругаться замыслил...
- Но-но-но, ты мне эти грязные шуточки брось! - строго воскликнул я, приостанавливая фонтан разбушевавшейся фантазии эльфа. - Считаешь, раз он понял, что на меня его магия не подействовала, то попробует сообразить что-то ещё?
Пиви радостно закивал, словно всеми фибрами души поддерживал вероятные замыслы нашего врага.
- Конечно, не исключено, что он вас зауважал после всего выпитого, но так же возможно, что счел вас чересчур опасным и не поддающимся его влиянию. А значит...
- А значит, такого лучше от греха подальше убрать, пока не поздно, - мрачно подытожил я. - Слушай, но на данном этапе их заговора моя смерть невыгодна! Дуплус, так тот вообще вроде как заинтересован во мне.
Поковырявшись в ухе и рассеяно осмотрев палец, Пиви изрёк:
- Черный колдун действует сам по себе. Вы не хуже меня знаете, профессор, что при необходимости он не станет считаться ни с чьим мнением. И наш директор против него не попрет. Тем более что сейчас он отсутствует.
Я призадумался. В словах носатого коротышки опреденно присутствовало зерно неприятной, но истины. Не люблю такие непонятки! И Дуплуса хрен знает куда унесло, так что не знаешь, для чего и чего от него ждать, когда вернется. И никем не контролируемый чернокнижник может взять бразды на себя... Что ж, не хочется признавать, но придётся, наверно, ходить и оглядываться.
- Держи, - я сунул Пиви в лапки листок бумаги со списком продуктов. - Уж расстарайся, мил человек, а чтобы к вечеру все это стояло здесь на вот этом самом столе.
Быстренько пробежавшись глазами по списку, Пиви похмыкал, похрюкал, и одобрительно кивнул:
- Не извольте волноваться, профессор, все достану, не подведу... Даже вино принесу. Для Жаболапа мне не жалко, гадом буду.
- А что, для меня бы зажал, что ли?
Эльф счел за лучшее исчезнуть, хлопнув сместившимся воздухом в комнате. Вновь оставшись в одиночестве, я решил, что пока есть время, полистаю на досуге личную книгу Заклинаний, перешедшую мне в наследство от Даркена. Пополню свои знания каким-нибудь простеньким, легко усвояемым, но чертовски полезным заклинанием.
Не хвастаясь, скажу, что уже хранил в своей памяти с десяток подобных. Вот только... Только они не всегда срабатывали должным образом. Как вы уже наверняка поняли. Взять хотя бы недавние случаи во время моих приключений на пути в Грозенскул и по месту... Вроде и слова произношу правильно, и акценты расставляю, и интонациями оперирую, как настоящий японец - выразительно, выпукло, от души. Ан нет, периодически что-то да сбоит и на выходе выходит немножко не то. Ладно, брешу, как дворовый пес. Почти всегда выходит что-то не то. Правда, не менее действенное. И уж точно почти всегда неожиданное для противника!
Так и просидел остаток дня, погрузившись в изучение формул, волшебных слов и трактования того или иного заклятия. Когда голова уже начала пухнуть, а яркий солнечный день за окном сменяться подернутыми вновь проснувшейся метелью сумерками, остановился. В голове засело, надеюсь, намертво, новенькое вызубреннное заклинание. Весьма недурственные, замечу, чары, позволяющие заключить противника в непроницаемый воздушный пузырь, чьи стенки были очень прочными и герметичными. Словом, оказавшись в подобном шарике, ты мог прожить ровно столько, насколько хватит воздуха. И никуда не денешься. Замечательное средство нейтрализовать и вывести из строя особо рьяного нападающего.
Удовлетворено захлопнув книгу, я посмотрел на жилетные часы. Ого, почти четыре вечера. Короткий зимний день стремительно приближался к завершению, в комнате темнело. Направив на светильники волшебную палочку, я зажёг бездымное пламя, наполнившее мои аппартаменты приятным желтоватым светом. Вот так то лучше.
Поставив по центру комнаты стол, я уже отработанными движениями придвинул кресла, стулья, насвистывая, заглянул в импровизированный холодильник - прикрученную снаружи к подоконнику проволочную клеть. Вытащил два литровых, покрытых легкой изморозью, пузыря с самогоном. Торжественно поставил на стол. Когда подойдут гости, как раз приобретет нужную температуру. А то глотать ледяную себе дороже выйдет.
Еще через пол часа вновь объявился Пиви, притаранивший первую партию снеди. За ворохом харчей самого маленького домовика и видно толком не было. Отдуваясь и пыхтя, эльф сгрузил все на стол и снова исчез. Я же деловито начал разбирать доставленную пищу, сиречь закуску. Не успел как следует рукава засучить, как Пиви опять бухнулся на пол и вывалил оставшиеся продукты.
- Ох, Геральт, в жизни бы не подумал, что мы можем столько сожрать!
- Не сожрать, а правильно потребить, - строго поправил его я. - О культуре пития и закусывания не смей забывать. Тебя моя бабушка не воспитывала, она за каждый варварски оторванный кусок хлеба по рукам била. Хлебушек, он тоже уважения требует...
Произнеся это вслух, я не удержался от ухмылки. Да уж, хотел бы я поглядеть, как моя бабушка, царствие ей небесное, занялась бы перевоспитанием этого ушастого разгильдяя! То еще кино можно было бы снять.
На пару с эльфом накрыли на стол. Окинув полученный результат придирчивым взглядом, я довольно крякнул. Неслабо получилось. На загляденье. Любой гость останется довольным. Жаренные и маринованные грибочки, соленые помидоры и огурцы, капуста квашеная, свежий хлеб, сыр, домашняя колбаса, душистое сальцо, ветчина, тройка жаренных, покрытых золотистой корочкой, гусей, фаршированные яйца, зелень, селедочка, горчица, хрен, жбан эля, пара залитых сургучем бутылок тёмного стекла с бесподобным эльфийским вином...
- Водки маловато, - все же нашел к чему придраться я, покачав головой.
- Не думаю, что Бухольц оплошает, - шморгнув носом, предположил Пиви.
- Если дело касается выпивки, то на Германа можно положиться, - подтвердил я. - Наш алхимик скорее забудет надеть исподнее, чем заявиться в гости без бутылки.
- А с виду приличный человек, - протянул Пиви.
- Но-но, хорош возводить напраслину на моего коллегу, - призывая к соблюдению субординации, одёрнул я эльфа. - Я знавал кучу трезвенников которые на поверку оказались полными мешками тролличьего дерьма.
Когда за окном уже стеной сыпал снег, а ночь окутала сонными объятиями Колдовгаст, начали подходить гости. Первым ожидаемо явился Бухольц. Преподаватель алхимии не подкачал - приволок три бутылки отборнейшего самогона. Я был готов расцеловать его небритую помятую физиономию. Следом пришел инструктор по чаролету полуэльф Аларик Юнкерс. Мы обменялись крепкими рукопожатиями. Ну а в довершение пожаловали Якоб Тварина и гвоздь званного торжества шаман гоблинов по имени Жаболап. Гоблин сжимал в ручках мешок с нехитрыми пожитками. Как видно, решил окончательно вернуться в родные пенаты, молодец, сообразил. Одобрительно подмигнув ему, я усадил его на самое лучшее место, в своём кресле, на заранее подмощенную подушку. Сам устроился рядом. Тварина развалился во втором кресле, Пиви вскарабкался на подлокотник. Бухольц занял стул, а Юнкерс одним движением волшебной палочки заставил свой табурет подрости до нужной высоты, и с хитрой рожицей уселся за стол. Я слегка растерянно посмотрел на результат его магии. Черт, и почему я сам до такого простого фокуса не догадался?
- Ну что, все в сборе? - завладел я всеобщим вниманием, когда первые рюмки и стаканы были наполнены. - Тогда беру главное слово. И будет оно о нашем друге и боевом товарище, крутом шамане и просто хорошем парне Жаболапе...
Все глаза тут же сконцентрировались на смущённо зардевшимся коротышке, сжимающим в лапках кубок с ароматным душистым эльфийским вином. Я положил руку ему на плечо и продолжил:
- Как только выпьем, друзья, я расскажу вам о своих приключениях, которые сопровождали меня всю дорогу по пути в Грозенскул, и продолжились по месту прибытия. И вы все поймёте, что если бы не Жаболап и его искусство шамана, не стоять бы мне сейчас перед вами и не трындеть вместо того, чтобы наконец выпить! Погнали!..
Дружно заржав, мои друзья взметнули свою посуду. Мы чокнулись и первая пошла, что называется, как по маслу. Все набросились на закусон, не особо заботясь о приличиях, балагуря и подшучивая. Вот такие посиделки я люблю. К черту условности, церемонии, правила этикета и культурного поведения. За добрым и сытно накрытым столом, да в кругу настоящих друзей все равны, и все выдуманные какими-то занудами сословия исчезают в хмельном угаре.
Поскольку между первой и второй промежуток совсем маленький, пришлось накатить еще раз, прежде чем я все же приступил к своему долгому и яркому рассказу.
Моя история отлично украсила вечер, вызвав море эмоций, смеха, восторга и под занавес напряжённого трагичного молчания. Пока рассказывал, как-то незаметно легла литровая бутыль самогона и плавно перешли ко второй. Жаболап, восхищённо таращась на меня лягушачьими глазками, налегал на эльфийское вино. Вид зеленокожего малыша выражал законную гордость. Не зря ж таки старался ради своего друга Толика, одарив его травяным браслетиком-оберегом.
Когда закончил рассказывать, как-то незаметно перешёл к состоявшемуся вчера свиданию с фальшивой Мари Фьючер, без утайки выложив все подробности нашей странной и неоднозначной встречи. Высказался о предостережении Пиви, что чернокнижник, возможно, станет действовать более решительно. В последнем я сам лично довольно сильно сомневался, но мнение остальных по этому поводу узнать хотел.
Бухольц предположил, что колдун просто решил, пользуясь обоюдным затишьем, только прощупать почву. Не более. С чем я так или иначе в принципе был согласен. Аларик же поддержал Пиви, призвав меня удвоить осторожность. Тварина отмахнулся от слов представителей маленького народца и возбуждённо заревел:
- Да зассал он, этот ублюдочный интриган, Геральт! Как понял, что тебе палец в рот не клади, так и наложил полные портки, тьфу, панталоны, или что он там таскает под платьем? Мы вчерась напрасно тревожились. Не станет он теперь ничего предпринимать, не станет. Пока не прийдёт пора выпускных экзаменов. Вот тогда нужно будет настораживаться. А до той череды...
Жаболап легонько коснулся меня ручкой. Потрогал пальцами повязанный вокруг моего запястья браслетик и, слегка запинаясь, проговорил:
- Толик носить амулет... Не снимать! Никогда. Он помогать ещё не раз. А ты быть осторожен. Черная женщина очень плохой человек. Сильный колдун, очень сильный.
- Знаю, малыш, знаю, - протянул я. - Чую, что наше время ещё придёт. Но не сейчас. Думаю, что сумел вчера его убедить сохранять временный нейтралитет.
Засиделись мы привычно до поздней ночи, основательно подчистив стол, и существенно уменьшив запасы спиртного. Пьяненький Жаболап, радостно улыбаясь и пуская слюни, заполз под кровать, где уже была постелена тёплая мягкая шкура медведя. Через секунду-две оттуда донёсся умиротвореный храп. Бухольц почти клевал носом, норовя втиснуть свою опухшую физию в одну из тарелок. Пока наконец Аларик не вызвался проводить сомлевшего преподавателя до его комнаты. Пиви, налакавшись водки, исчез тихо и бесшумно, напоследок провякав заплетающимся языком, что тот, кто посмеет его завтра с утра потревожить - вонючка и блохастая псина. Я же вышел проводить Якоба Тварину на улицу, в зимнюю ночь. Огромный косматый преподаватель по уходу за Волшебными животными наотрез отказался ночевать под сводами замка.
Мы вышли через главные входные двери и спустились по устланным мягко хрустящим под ногами снегом ступеням к подножью холма. К ночи ветер стих, а снег продолжал идти, красиво поблескивая в свете редких звёзд на фоне черного, расчерченного белыми точками неба. Воздух был просто упоительным. Я с удовольствием вдыхал, чувствуя, как проясняется в голове.
Пожав мне руку, Якоб двинулся в сторону своего не видного отсюда домика. Я наблюдал, как его одетая в шубу огромная фигура исчезает в снежном мареве. Порядком согретый выпитым, я все же запахнул потуже тёплый плащ. Оставшись стоять на последней ступени, я продолжал с удовольствием вдыхать бодрящий морозный воздух и ловить языком падающие снежинки. Видели бы сейчас меня мои ученики!
Но они не видели. А вот кое-то другой, судя по всему, очень даже хорошо рассмотрел.
Внезапно я услышал шорох, скрип сминаемого под чьей-то тяжкой поступью снега, а затем из снежной ночи стали выступать неясные пока, странные фигуры, сливаясь по цвету с устилавшим землю белым пушистым снегом. Они возникали из круговерти снежинок как огромные белесые призраки, полукругом охватывая меня и неспеша приближаясь к подножью Колдовгаста. Я на секунду оторопел, когда понял, что вынырнувшие из ночной тьмы фигуры не плод моего разгулявшегося воображения, политого выпитым алкоголем.
Их было пятеро. Я похолодел. И январский мороз в данном случае был совершенно не причём. И еще у меня мелькнула мысль, что, похоже, я здорово переоценил свои актёрские способности! Ибо, как следует рассмотрев наступавших на меня, я понял, что эти существа не будут спрашивать, который час и как пройти в ближайший трактир! По мою душеньку явились, как пить дать по мою.
Засада!
Глава 6
Глава шестая, в которой мне приходится приложить изрядно усилий, чтобы выжить!
Снежные тени, неумолимо приближаясь, превратились в огромные косматые фигуры, почти сплошь заросшие белой, так удачно их маскирующей в снежном мареве, густой длинной шерстью. На краткий миг я подумал, что это родичи моего знакомца по тюряге надзирателя Скалозуба. Но присмотревшись, понял, что сходство было самым поверхностным. Злобные, искажённые жаждой крови уродливые демонические рожи, похожие на обезьяньи, короткие, завёрнутые поросячьми хвостиками рога, длинные, до колен лапы, заканчивающиеся кривыми когтями. Те еще тварюки!
Спьяну я даже подумал, что это сбежавший выводок каких-то снежных горилл из зоопарка Якоба Тварины. Но, уяснив, как целенаправленно и грамотно они меня окружали, рассмотрев презрение в их глубоко упрятанных, сверкающих коварным разумом глазках, я понял, что эти существа, кем бы они ни были, пришли конкретно по адресу. Им даже неслыханно повезло. Я сам соизволил выйти им навстречу. Привечать долгожданных гостей, так сказать. А они, судя по их виду, миндальничать не будут. И с радостью стиснут меня в крепких объятиях, все пятеро сразу.
Как загнанный в угол упырями из гестапо бравый разведчик, я затравленно заозирался. Слева и ниже большая, заметенная снегом подъездная площадка для карет и дилижансов, чуть дальше приземистые пакгаузы и конюшни, разумеется надежно запертые на ночь, справа покатый спуск к заливу, позади идущие от подножья ввысь широкие мраморные ступени. Полукругом передо мной, отрезая ведущую к площадке, заметенную сейчас снегом дорогу, пятерка устрашающих косматых фигур. Засада, она и есть засада, в любом из смыслов. Я привык выражаться несколько иначе и гораздо конкретней. Жопа.
- Даркен!
И мне опять начало мерещиться! Чур меня, чур, или с водочкой надо все же... нет, не завязывать, но ограничиться в количестве, или же одна из косматых тварей заговорила! Нет, слава богу, не померещилось. Я облегченно выдохнул. Заговорила одна из пяти взявших меня в полукольцо макак. Падающий снег красиво сыпался на их сутулые фигуры, налипая на грязно-белую шерсть.
- Даркен! Мы пришли за тобой, - стоявшая по центру уродина глумливо закудахтала, ощеривая в отвратительной ухмылке клыкастую пасть. - Со всеми нами тебе не совладать.
Я пошире расставил ноги, ночной мороз стремительно выгонял из головы пьянящие пары. Если побегу вверх по ступеням, то оставлю без прикрытия спину. Нападут сзади и навалятся всем скопом.
- С каких это пор подобные вам осмелились заявиться на территорию Колдовгаста? - громко спросил я, демонстрируя наигранное спокойствие. - И тем более по какому праву решили напасть на меня? Что вам нужно?
Пока я говорил очень вежливо. Правда, сомневался, что эти рогатые бабуины оценят мой такт. И снова угадал:
- Нас послали за тобой, профессор, - прохрипел главарь этих мерзких орангутанов. - И нам не нужно ничьё дозволение. Тот, кто нас послал, выше ваших законов.
О, где-то совсем недавно я уже слышал подобные речи...
- Что, работаете на очень важного дядю?
- Не каждому дано подчинить себе снежных бесов, - пролаял вожак напирающей на меня своры. - Так что сам посуди, что это за человек. Ты идешь с нами.
Я не ослышался? Усмехнувшись, сплюнул под ноги:
- Неужели ваш заказчик хочет поговорить со мной лично? Неожиданно!
Предводитель косматых страшил презрительно ухмыльнулся. Ох, лучше бы он этого не делал. Его и так омерзительная рожа стала совсем уж отвратной, приобретая черты жертвы неудачной пластики.
- Ты не так понял, Даркен. Ты не нужен живым. Просто снежные бесы не оставляют следов. Твоя участь в любом случае предрешена. Мы всего лишь не хотим тащить твой труп. Куда проще убить тебя на месте и разделать на мясо.
Его подручные дружно захрюкали, видимо столь пошлыми звуками изображая веселье. О как, так меня, оказывается, заранее приговорили пустить на мясной фарш. Я уже начал от стояния на одном месте замерзать. Остро захотелось вернуться в свою уютную, натопленную комнату. Я отточенным движением выхватил из-за пазухи волшебную палочку. Снежные твари угрожающе заворчали. Шерсть на их загривках встала дыбом, глаза опасно засверкали. Шутки кончились, подошло время проверить кто крепче в ногах.
- Таое волшебство тебя не спасет, жалкий учителишка! На нас не действует большинство ваших человеческих заклинаний! - прорычал шеф снежных барсов, пардон, бесов. Куда им до этих красивых и благородных животных. Так, местная криминальная гопота, подряженная на мокрую работёнку. Он взмахнул лапой и вся пятеро, стремительно, словно выпущенные в подбелённый снегом ночи косматые стрелы, накинулись на меня. А как же честный бой? Но как видно, тот, кто их направил, понапрасну рисковать не хотел.
Я же, почти отрезвев, больше всего хотел сохранить свою шкуру в целости. Оставшись стоять на месте, я вскинул палочку, выудил из памяти совсем недавно заученные магические слова и со всей яростью обрушил на нападающих убойное, как я считал, заклинание.
- Пузырь сдерживания!
В студенном ночном воздухе ощутимо пахнуло мокрой травой, свежим весенним дождём, землей... Казалось, даже снег вокруг меня ярко вспыхнул хрустальными каплями. Вуух! Прокатилась во все стороны воздушная, волна, поднимая тучу мелкой крупы. Заклинание поразило первых трех обезьян, включая и вожака.
Но я даже не стал сильно удивляться, когда понял, что все мои потуги снова пошли выбрыком. Опять я где-то не там глаголы расставил, мать бы их так! Заклинание, столь тщательно заученное и на первый взгляд безошибочно воспроизведенное, опять сработало по каким-то иным, совершенно непонятным мне принципам.
Вместо того, чтобы заключить некоторых из напавших на меня волосатых огрызков в прочные непроницаемые магические пузыри, столь хладнокровно и отважно брошенные им в морды чары превратили в пузырей их самих...
Только представьте себе их, да и мое удивление, когда первые три вырвавшихся вперёд рогатые образины начали резко надуваться, будто им в задницы вставили невидимые насосы и принялись спешно накачивать кубометрами сжатого воздуха! В злобных глазках снежных бесов, до последнего горевших бравадой и нескрываемым торжеством, промелькнул страх. Они неожиданно тоненько запищали, когда их животы начали стремительно раздуваться. Тормознув на пол пути, они уже верещали в голос! Брюха каждого из трех стали напоминать огромные косматые шары, на фоне которых руки и ноги казались маленькими, как у куколок. Казалось, налетит ветер, подхватит их и унесет ввысь!
Я ошарашенно уставился на плоды своих умений и перевел взгляд на волшебную палочку. Не задетая чарами пара космачей с испуганым ворчанием резко прыснула в стороны, избегая столкновения со своими незадачливыми товарищами. Те уже были надуты до такого предела, что какому-нибудь великану можно было смело начинать играть ими в футбол. Они уже не выли, а что-то едва слышно жалобно попискивали. Затем раздалось почти подряд три равномерных громких хлопка, стеганувших по ушам и оборвавших мучения моих неудавшихся убийц.
Бамс! Бамс! Бамс! Феерверк из обрывков меха, кожи, мяса... В разные стороны брызнул целый град окровавленной плоти, будто внутри каждого из раздутых снежных павианов взорвалась небольшая бомбочка. Я инстинктивно пригнулся, закрываясь полой плаща. Снежную тишину морозной ночи огласили безсвязные вопли ужаса и негодования последних бесов. Они в ступоре замерли у подножья Колдовгаста, неверяще глядя на ошмётки разорванной плоти, все, что осталось от их дружков. Перевели остекленевшие буркалы на меня. Я эдак скромненько махнул волшебной палочкой, вытирая вспотевший лоб.
- Вот что значит вовремя не стравить лишние газы, ребята! Вот что значит запущенный метеоризм!
Снежные бесы перевели выпученные бараньи глаза на застланное падающим снегом небо, словно силясь рассмотреть несущиеся к земле космические камни.
- Да я не о том, бестолочи, - снисходительно усмехнулся я. Меня слегка потряхивало. Еще бы! На такой то магический беспредел я и не рассчитывал. А ведь ты можешь быть особо крутым и безжалостным противником, Геральт Даркен, подумалось мне... Главное, рано или поздно не переборщить с последствиями своих неправильно использованных заклинаний. А то еще шарахнет по мне же самому!
Однако если я думал, что оставшиеся на ногах твари будет разбиты и деморализованы и позорно бросятся на утек, то жестоко просчитался. Они бросились. На меня.
Рыча от злости и пуская слюни, косматые исчадия снежного ада налетели на меня как вихри, до того быстро они двигались. Я еле успел отшатнуться, не успевая уже и палочкой взмахнуть и стрекоча задать. Надо мной пронеслась здоровенная косматая лапа. Блеснули кривые, загнутые когти. Пригнувшись, я нечаянно поскользнулся на налипшем на мраморную ступень снеге и кубарем покатился вниз, к подъездной площадке для наземного транспорта, превращаясь в снежный ком и округляясь не хуже уничтоженных мною обезьянцев. Издавая пронзительные воинственные вопли, сладкая волосатая парочка следовала за мной.
Бумс! Круговерть в глазах и ощущения засунутого в центрифугу космонавта разом прекратились, когда я врезался во что-то твердое и облепивший меня снежный ком разлетелся белыми брызгами. Я с трудом поднялся на колени, отчаянно мотая головой. А пыхтящие от жажды моей смерти косматые молодчики были уже тут как тут!
Я, понимая, что встать уже не успеваю, просто воткнул не оброненую в пылу эпической битвы волшебную палочку в брюхо первого набросившегося на меня гада и хрипло выдавил первое пришедшее на ум:
- РазделИсь!
Ну, он и разделся, само собой, а не разделился! В мгновение ока со страшилища слетела абсолютно вся шерсть и он поражённо замер истуканом, с бледно-розовый кожей, тут же покрывшейся от холода мурашками величиной с кулак, смешной и нелепый. Посморел на себя едва не выскочившими из орбит глазами и перепуганно заорал, словно обнаруживший, что по ошибке забрел в логово волка заяц. Его друган отшатнулся от него как от чумного. Ну, я даю! Настоящий боевой чародей!
Пользуясь заминкой врагов, я утвердился на ногах и, размахивая волшебной палочкой, поддал жару:
- Ну что, зассали, потроха куриные? Это вам не в Африке у беззащитных негров бананы отнимать, волосатые, упс, прошу пардону, пиндеры! Здесь другая земля, здесь Колдовгаст!
В пылу боевого азарта орал совершеннейшую чушь. Но главное, выходило громко и устрашающе. Ясен пень, что если бы не так удачно сработавшие (или не сработавшие ) заклинания, пришлось бы мне со всеми пятерыми туго. Да что там, эти демоны, учитывая их подвижность, стать и когти-клыки, имели бы весьма неплохие шансы напластать мою тушку себе на поздний ужин в виде сочной мясной вырезки. Но случилось так, как случилось.
Пока облысевший бес, потеряно поскуливая, пытался собрать опавшую к его ногам шёрстку, его товарищ, преисполненный жаждой мести и храбрости, напал на меня в одиночку. Ну, а вот это уже совсем другой расклад, мой косматый друг! Честно, по-мужски, один на один, лоб в лоб.
Я встретил его прямым выпадом в рыло и сразу же расплющил нос. Из разбитых вывернутых обезьяньих ноздрей гейзерами брызнула кровь. Явно не знакомый с боксёрскими ухватками бес, взвыв от боли, схватился лапами за повреждённый пятак. Я обрушил на него серию точечных, хорошо поставленных ударов: в голову, в корпус, в солнечное сплетение. Красиво прописал. И завершил мощным крюком в челюсть. Ошеломленный свалившейся на него молотьбой косматый неандерталец поплыл.
- Заклинания, говорите, на вас не действуют? - попыхтел я, приплясывая вокруг него. - Только вы не учли, ушлепки криволапые, что у старины Геральта Даркена имеются собственные чары, особого изобретения!
Пока издевался над ошарашенным противником, едва не поплатился. Ко мне сзади подкрался голый, как младенец, утырок и облапил словно тисками, прижав руки к телу. Над ухом клацнули клыки, из пасти взбешенного снежного беса воняло как из выгребной ямы.
Воодушевлённый неожиданной помощью второй троглодит оправился от ударов и, довольно ухмыляясь, бросился ко мне, занося когтистую лапу. Черт! Я изо всех сил откинул голову назад, с хрустом впечатывая затылок в клюв державшей меня обезьяны. Раздался вопль, лапы разжались, я тут же съехал вниз. А предназначавшийся мне удар волосатой клешни пришелся по окровавленной роже облысевшего недоноска! Я кувыркнулся в сторону и, пока порядком уже измученные бесы пытались понять, что вообще происходит, вскочил на ноги.
Пока дрался, забыл про холод. Сильно взмок. Эх, подзапустил себя, подзапустил... Самому бы на турничке не помешало повисеть.
Измотанные снежные бесы стояли живописной скульптурой, изображая из себя обнимающую друг друга влюблённую парочку типа подвыпивших колхозника и колхозницы. Я направил на них волшебную палочку, сохранённую в отчаянной драке, и прошептал:
- Заморозка.
Предполагалось, что они тут же оледенеют и двумя обездвиженными истуканами брякнутся оземь. Вот интересно, руки у меня все же кривые или подспудный поток направленных мыслей с каким-то изъяном, а? Два снежных беса не замёрзли, а смерзлись. Прилипли друг к дружке. Намертво, как густо намазаные мощнейшим суперклеем. Надёжно, хрен отдерешь. Иступленно замычав, они в обнимку рухнули в снег. Лысому я не завидовал.
- Хотелось как лучше, а получилось опять через задницу, - немного перефразировал я, критически осматривая стонущих в сугробе голубков
Я втянул полной грудью прохладного, вкусного морозного воздуха. Как бы там ни было, а покушение на мою персону можно смело признать неудавшимся. Я снова победил. Правда, у победы горький привкус. И к бабке не ходи, а откуда ветер дует, ясно как день. Скрывшийся под личиной преподавательницы Предсказаний Мари Фьючер чернокнижник, мучаясь с жесточайшего похмелья, все же пришёл к весьма нехорошим для меня выводам. А именно решил, что я чересчур опасен и неконтролируем. А такого фрукта лучше всего сместить с игровой доски. И слова с делами у подонка не сильно расходились. Действовал на загляденье быстро и четко. Так оперативно натравить на меня столь гнусную шайку снежных приматов дорогого стоит. Его бы способности, да в нужное русло направить. На исправительные работы на каторге лет на двести примерно. Было бы неплохо.
Без малейших угрызений совести обойдя слепленный воедино тоскливо завывающий комок из двух снежных бесов, я начал пониматься наверх. Снега намело уже по колено, но я шёл проторённой самим же собой дорожкой, когда катился вниз. Судьба оставшихся у подножья страшил меня не волновала. Наверняка с утра пораньше местные сторожа неслабо удивятся, обнаружив в сугробах этих молодчиков. А я что? Я ничего, человек мирный. Ничего не видел, ничего не знаю. Какие такие ночные разборки? С кем? С похожими на мерзких обезьян-мутантов снежными демонами? Не, не было такого. Проводил своего друга Якоба Тварину, да и вернулся к себе...
Вернувшись к себе и скинув у огня мокрый от снега плащ, быстро разделся до исподнего и поставил поближе к огню промокшие от набившегося снега сапоги. И только сейчас понял, насколько продрог. Взяв со стола полный стаканчик с самогоном и бутер, сел поближе к негаснувшему пламени. Выпил, закусил. Ух, вот это другое дело! Для предотвращения болезни от переохлаждения самое верное средство.
Задумчиво уставился в пляшущий за решёткой камина огонь. Из-под кровати доносилось мерное радостное похрапывание налакавшегося в стельку гоблина. Я улыбнулся. Малыш вернулся домой. Теперь, покуда я здесь, в Школе, никому не позволю его вытурить отсюда. Даже если придется сцепиться с самим директором.
В чем-то мои мысли оказались пророческими. С Дуплусом я умудрился схлестнуться еще до окончания зимних каникул.
Глава 7
Глава седьмая, в которой Бэтмен возвращается... Эээ... Директор возвращается в Школу, огорашивает меня новым известием, поставленным как данность, а я иду на конфликт и попятную.
- Мерзкие твари. Хитрые, коварные, сильные и мерзкие, - с видом знатока сказал Якоб. - Говорю как есть, Геральт. Только благодаря твоим изумительным способностям и отчасти везению ты смог их одолеть. Пятеро снежных бесов на одного колдуна это довольно много. Особенно если застигнут врасплох.
- Что, неужель столь опасные противники?
- Как не странно звучит - да. В том плане, что опасны именно для волшебников. Тут уж лучше быть безталанным, но очень сильным физически. Крепким и умелым воином, вдобавок вооружённым. Эти существа практически невосприимчивы к классической магии. К именно тем подразделам, что изучают в школах Чародейства. Особенности из клятого организма. Поэтому только благодаря своим навыкам опытного бойца-физкультурника и уникальным способностям в области магии ты и смог выстоять.
Я призадумался. Выходит, идея нанять этих образин и натравить на преподавателя по Защите от Темных сил, по сути своей очень неплоха. И вполне могла увенчаться успехом. Не будь я таким профаном и балбесом в области этой самой магии! Парадокс? Да еще какой!
На следующий день, оставив Жаболапа с воодушевлённым видом копошиться и повторно обживаться в наших апартаментах, я не поленился выбраться на заснеженные просторы и пройтись по свежему морозному воздуху к домику Якоба Тварины. И попросить его, как специалиста в области всяческих волшебных и около тварей, прояснить некоторые моменты относительно напавших на меня обезьяноподобных киллеров-людоедов.
Вот Якоб и прояснил. Я, вспоминая волосатые грязно-белые фигуры снежных бесов, пробормотал:
- Не поверишь, я в первый момент, как увидел их, принял за Снежных людей. Помнишь надсмотрщика из Железного Черепа?
- Старину Скалозуба? Ха, скажи ты ему это в глаза, и он тебя кипятком обоссыт от возмущения! Возможно, где-то там, в десятом колене, если копнуть поглубже, между ними и есть какие родственные линии, но настолько давние и тонкие, что сейчас говорить об этом считается дурным тоном. Снежные люди всей душой ненавидят бесов, презирают их за людоедство, продажность и хитрость.
- Спорить не буду, мне они тоже не понравились, - криво усмехнувшись, сказал я. - Но судя по всему, наш приятель наладил с ними отличные отношения. Нашел, так сказать, общий язык.
Тварина сразу помрачнел.
- Это да, это верно... Мы были с тобой неправы, дружище. Чернокнижник действует так, как ему полезней и выгодней. Боюсь, он решает много больше, чем его союзники во главе с Дуплусом. Удвой осторожность, прошу тебя. Он умен как сотня магистров, и отлично понимает, что ты самый опасный и непростой для него противник.
- Я теперь без волшебной палочки и кинжала и за двери не выхожу, - признался я, демонстрируя своему другу и то и другое. Якоб одобрительно закивал.
- И правильно делаешь. Про ночные прогулки за стены Школы и думать забудь. Этот подонок, возможно, повторит не скоро, но обязательно. Опасность может подстерегать на любом шагу. Иногда мне кажется, что было бы лучше, если бы ты решил остаться в Грозенскуле... Мы бы все поняли, Геральт.
Я хмуро уставился на смущенно опустившего косматые брови бородача. Еще чего не хватало! Чтобы я своих бросил да хвост поджал? Тем более, что для меня Грозенскул лишь название, а Колдовгаст место, которое я начал считать домом.
Некоторое время в жилище Якоба лишь слышались потрескивание прогорающих в печке дров, да шизофреническое бормотание кублящегося в своём углу Бекиша. Я негромко, но предельно твердо произнёс:
- Якоб, я никогда ни от кого не бегал. Даже на эээ... Войне. Так вот. И сейчас я бежать не собираюсь. Я знаю то, что опасно не только для нас: для тебя, меня, Бухольца... И даже не для моего класса обалдуев. То, что задумали директор и его сподвижники есть величайшая, гнусность и нешуточная угроза для всей Школы! Как минимум. Четыреста детей, Якоб. И лишь мы одни на пути готовящегося пробудиться зла. Нам никто не поверит, нас никто не поддержит, нас до последнего не воспринимали всерьез. Но мы - это все, что есть у детворы, которая через несколько дней вновь вернется в Школу. А ты говоришь, остаться в Грозенскуле...
Якоб пристыженно отвернулся и погрозил огромным кулачищем высунувшему карикатурную рожу из груды грязного белья Бекишу.
*****
Когда после распития чая с плюшками и повернувшегося в другое русло разговора с Твариной, я вернулся к себе, меня ожидал подпрыгивающий от нетерпения Пиви. Жаболап, сидевший напротив жаркого огня и занятый изготовлением очередной шаманской поделки, напоминающей воронье гнездо, набитое мусором (что это вообще такое, интересно?) неодобрительно посматривал на эльфа.
Только взглянув на миниатюрное личико Пиви, я понял, что снова здорова.
- Ну, только не говори, что нас отстранили от участия в мировом чемпионате по футболу!
Несколько недоуменно уставившись на меня, Пиви быстренько выпалил:
- Профессор, Директор Дуплус вернулся! И, узнав, что вы так же возвратились из командировки, незамедлительно захотел вас увидеть! Наверняка с минуты на минуту придет извещение.
Я опустился в кресло, рассеяно погладив по зелёной пупырчатой голове колдовавшего над своим детищем Жаболапа.
- Прямо так срочно возжелал меня видеть, говоришь? Однозначно не к добру!
- Гадом мне быть, профессор.
И мы не ошиблись в своих предположениях.
*****
- Мой дорогой профессор Даркен!!!
- Команданте!..
Вряд ли Арчибальд В. Дуплус понял всю иронию, но за компанию со мной прослезился. Старый хитрый лис играл в собственный маджонг. И делал это, вынужден признать, весьма неплохо. Не стоит недооценивать врага. Дуплус оказался много более талантливым актером, чем я.
- Присаживайтесь, любезнейший, присаживайтесь... Вина?
В кабинете директора царили покой и умиротворение. Речи Дуплуса были медоточивы, глазки лукавы, слова льстивы, а морда трёхсотлетней, убеленной сединами бородатой обезьяны предельно учтива и умильна. Да еще и своего козырного вина предлагает! Вот тут бы мне и насторожиться, заподозрить неладное...
- Не откажусь, - я сложил руки на животе и с интересом смотрел, как Дуплус разливает по кубкам ароматно пахнущую рубиновую жидкость из какой-то на вид очень дорогущей бутылки, способной посрамить лучшие спиртные погреба Италии или Франции.
- За ваше триумфальное возвращение из Грозенскула. Я уже связывался через магический канал с директором Пиночетом... Кажется, если я не верну вас ему по окончании учебного года, он объявит мне войну, хе-хе!!.
Мы выпили, церемонно отсолютовав друг дружке кубками. Я скромно молчал, выслушивая дифирамбы в свой адрес. Дуплус заливался фальшивыми соловьиными трелями.
- Вы просто нарасхват, мой дорогой Геральт. Так хорошо зарекомендовать себя... Сразу в двух высших школах Чародейства и Волшебства! Помяните мое слово, мой друг. Вы далеко пойдёте, очень далеко. Я, конечно, не доживу до того момета, уж больно стар и немощен стал... Но что-то мне подсказывает, что со временем вас станут называть директор Геральт Даркен!
Не став разубеждать Дуплуса в том, что он старая, дряхлая, насквозь лживая развалина, я усмехнулся.
- В какой из Школ, директор? Не думаете ли вы, что я мечу на ваше место?
Старческие глаза Дуплуса округлились в праведном негодовании. Он торопливо плеснул винца в опустевшие кубки и взволнованно воскликнул:
- Полноте, мой друг, полноте! Вы человек изрядной скромности, трудолюбия и терпения...
- Да уж, терпения у меня хоть отбавляй. Вот все терплю, терплю, а ведь рано или поздно...
- Хм? Эээ... Так о чем это я?.. Уважаемый профессор, скажу так, если даже вы захотите связать свою дальнейшую жизнь и работу с Гроезенскулом, знайте, вашему возвращению в Колдовгаст всегда будут рады. На любую должность. Вот окончим этот учебный год, примем выпускные экзамены у старшекурсников...
Я отпил вино, внимательно наблюдая за слегка покрасневшим и зачастившим Дуплусом. И снова меня посетили мысли, как и всегда при встречах с ним, что я чего-то недопонимаю. Вот что-то ускользающее и очень важное. Никак не могу сделать правильных выводов. А в моем случае эта оплошность может обернуться фатальной ошибкой. Заёрзав в кресле, я сунул нос в кубок и отхлебнул.
- До экзаменов еще дожить надо, - глубокомысленно изрёк я. - А у нас, уж простите за прямолинейность, что-то в последнее время просто повальный мор среди учащихся и сотрудников Школы.
Дуплус помрачнел и потер пальцем кончик своего отвисшего шнобеля. Мои слова, конечно, не укрепляли его реноме директора, у которого все под контролем.
- Эээ... Ммм... Сами понимаете, так уж вышло, что некорые стечения обстоятельств, помноженные на человеческие факторы...
- А вы сами то куда отлучались, ваше преподобие? - не желая слушать натужные отмазки Дуплуса, резко переменил тему беседы я. Да и узнать, за каким кляпом он меня вызвал, хотелось не меньше. Уж точно не для того, чтобы потчевать сорокалетним винцом из особо секретных запасов для элитной верхушки.
Моргнув, как престарелый филин, проснувшийся и обнаруживший, что его гузно уже наполовину в пасти подкравшегося волка, Дуплус осторожно откашлялся.
- Изначально было запланировано несколько рабочих поездок, не терпящих более отлагательств. Одна из них привела меня в Столицу.
Он сделал многозначительную паузу. Дабы я проникся и осознал всю важность момента. Ну Столица и что? Дуплуса пригласил на званный ужин сам градоначальник или кто выше? Лично Верховный министр магии?
- Вас наградили медалью за заслуги перед Отечеством высшей пробы! - не удержался, чтобы не съязвить я.
Дуплус якобы понимающе кивнул, поерзал в свое кресле, точь в точь, как я до этого, и с интонациями нашкодившего проказника сказал:
- В Министерстве я тоже был... Как и в Комитете Чародейского турнира.
Я не отдал должного его последним словам, а зря...
- Смотрю, насыщенные у вас выдались праздничные дни. Еще успели вернуться, пока погода окончательно не испортилась. В самый последний миг поспели.
- Да-да... - рассеянно пробормотал Дуплус, снова как-то виновато и немножко опасливо взглянув на меня. Это мне уже начинало не нравиться. Он сейчас походил на хирурга-онколога, который никак не может решиться сообщить пациенту, что его деньки сочтены. - Понимаете, Геральт... Судя по вашему поведению, я возьму на себя смелость утверждать, что такой несомненно занятой и полностью погруженный в работу человек, как вы, возможно, просто не придает должного значения некоторым эээ... Общественным мероприятиям...
- Вы о чем? - отставив кубок с недопитым вином, я в упор посмотрел на замявшегося хозяина кабинета. - Смелее, директор. Неужели меня опять в чем-то обвиняют? И ветер дует с самих верхов? Кто на этот раз?
Дуплус отчаянно замахал морщинистыми лапами. Он взьерошил бороду и с апломбом заявил:
- Мой друг, да разве могли вы подумать, что я снова повёлся бы на клеветнические россказни... Да я же встану за вас горой, лишь не допустить опорочивание вашей чести... В общем, в апреле произойдёт очередной Чемпионат по Чародейству и Волшебству среди трёх ведущих Школ магии. Турнир. Проводимый раз в пять лет Чемпионат. Немудренно, что вы упустили этот момент из виду, любезный Геральт...
Я тупо уставился на него, плохо понимая. Что, и у колдунов имеются свои аналоги Олимпийских игр? Ну что ж, рад за них. Я вообще, если кто ещё не заметил, всеми руками и ногами поддерживаю любые спортивные состязания. Предлагает вступить в его команду болельщиков, что ли?
- Ааа... Чемпионат. Точно. В Столице небось пройдёт?
- Ну да, с середины апреля. И продлится две недели. Основные состязания на главном Городском стадионе.
- Три Школы участвуют?
- Угу. Колдовгаст, Грозенскул и Вархельм.
- Многие приглашены?
- Порядком.
Тут я забеспокоился.
- Надеюсь, это не сильно повлияет на учебный процесс? Не хотелось, чтоб ученики остались без некоторых предметов на целые две недели. А выпускникам так и вовсе экзамены сдавать! Уж вы проследите, чтобы ведущие преподаватели остались в Школе.
Дуплус нервным движением вытер взопревший лоб и умоляюще посмотрел на меня:
- Эээ... По давним правилам, на время проведения турнира занятия не приостанавливаются. Но... Некоторые предметы и впрямь ставятся на ммм... Паузу. От каждой Школы отправляется один представитель. Лучший чародей, местный, так сказать, Чемпион.
Я допил вино и очень пристально взглянул в бегающие глазки ушлого старика. Так, или я что-то не понимаю, или же сознательно не хочу этого понимать.
- И?
- От Грозенскула будет отправлен Гераклус Шварц, Вархельм посылает Онопкуса Дзюбхейма, а мы... Вас.
- Нас?
- Вас...
- А я тут при чем?!.
Когда до меня наконец дошло, как до жирафа на третий день, что именно имеет в виду наш доблестный директор и несгибаемый вождь, меня будто битой по голове жахнули! Этот маразматик собирается делегировать от Колдовгаста на эту Олимпиаду для волшебников меня! Меня! И что-то мне подсказывает, что по значимости, уровню подготовки и прочего это всемирно, оказывается, известное действо будет намного превосходить ежегодные соревнования нашей Школы по чаролету! Поэтому я решительно и твёрдо отчеканил, сжав кулаки:
- Ни за что.
- Гм?!.
- Именно!
Дуплус растерялся. Его обрамленная бородой и ниспадающими на плечи благородными седыми патлами барсучья ряха выражала крайнюю степень недоумения. Столь однозначного ответа он никак не ожидал!
- Но почему?
- Да потому! - уже не сдерживаясь, гаркнул я, послав лесом субординацию и врождённое уважение к старшим. Тем более Дуплус его точно не заслуживал. - Во-первых, я не числюсь в вашем штате на постоянной основе. Во-вторых, у меня подготовка к экзаменам, у меня класс! И в-третьих, я просто не хочу участвовать ни в каком Чемпионате, ни под каким видом! Да и с чего бы?! Послать больше некого? Ну так я могу послать! Далеко и надолго, уж поверьте!..
Смятый моим напором и словесным негодованием, Дуплус вжался в кресло. Затем, видимо вспомнив, что в Колдовгасте все же главный он, выпрямился и сурово поджал губы, став похожим на бородатого спаниеля.
- Я не понимаю вашего негодования, профессор. Даже ваш номинальный руководитель, уважаемый директор Луций Пиночет, не возражал против вашего назначения и отправляет от Грозенскула профессора Гераклуса Шварца. При других обстоятельствах я бы отправил на турнир Адольфа Мерлински, но нынче...
- Что - нынче? - прорычал я, ложа ладони на стол и чуть приподнимаясь. Спокойно, Толик, спокойно... - Боитесь, что у вас скоро учителя из личной свиты закончатся?.
- Позвольте, профессор Даркен, что вы себе позволяете?!. - посмел возмутиться этот лживый сукин сын. - Я хочу сказать, что этот Чемпионат очень престижен! И если представитель нашей Школы его выиграет, чего не случалось уже двадцать пять лет, между прочим, это пойдёт на пользу нам всем! А вы, вы просто самая наилучшая кандидатура из всех возможных! И я бы себе не простил, упуская такой шанс!
Немного остыв и знаком указав на опустевший кубок, я обмяк в кресле. Нет уж, мы еще побарахтаемся, поконфликтуем!
- А если не соглашусь, то что? Уволите? Ха, директор, это даже не смешно!
- Да, - безропотно согласился, Дуплус, разливая вино. - Это грустно. Грустно, профессор. Вы же мужчина в рассвете сил, в прекрасной физической форме. Волшебник первого ранга, уникальный специалист и знаток магии! Я уже вижу Кубок Волшебных Чемпионов в главном зале Колдовгаста. Снова!
Насупившись, я приложился к посуде и сделал несколько богатырских глотков, успокаивая взвинченные нервы. Черт, ну что-то же здесь не так должно быть! Почему мне не даёт покоя некоторая мыслишка... Или же все намного проще и Дуплусу необходима моя двухнедельная отлучка для подготовки своих чёрных делишек? Чтобы я не маячил и не совал нос не в свои дела? Вполне логично!
- Две недели, говорите? - спросил я, сделав вид, что размышляю. Дуплус обрадованно закивал.
- Которые пролетят как два дня. Ваши ученики смогу заняться самоподготовкой, удвоить силы на остальных занятиях. А там уже и вы вернётесь победителем!
Ага, как же! Не знаю остальных двоих кандидатов в Чемпионы, но сдаётся мне, что это на редкость крутые ребята. И, поскольку все состязания будут связаны именно с волшебством, максимум, на что я могу рассчитывать, это на третье место. И то потому, что дальше падать некуда!
- Состав делегации?
- Вы, группа поддержки из трёх человек. Можете выбрать кого угодно. Школа же предоставит все необходимое.
Наши взгляды вновь встретились. Набычившись, я изо всех сил изображал упрямого барана, силясь прочитать преступные мысли в мозгу невинно хлопающего глазками Дуплуса.
- Кому это нужно, директор? - напрямую спросил я. - Кто от моего участия выиграет больше всего?
И наверно впервые за все время нашего знакомства, Арчибальд В. Дуплус ответил предельно искренне и честно.
- Вы. Просто поверьте мне. Ваше отсутствие пойдёт вам же во благо, дорогой профессор. И во благо всей Школе.
М-да, не такого ответа я ожидал! Немного опешив, я уставился на него. И как прикажете это понимать?!.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге