Я еще царь. Книга XXX

Глава 1. Отвлечемся, выдохнем, подготовимся.

Деревня Пудож.

Антон был не особо доволен тем, что им приходится тащиться по каким-то богом забытым городкам и едва живым деревням. Но другого выбора не было. Как объяснил Онегин, который и отвечал на стратегию в команде, Петр Первый довольно умен и вполне мог направить группы перехвата той организации.

Уж слишком долго они не выходили в новостное поле, чтобы о них забыли. А такие мощные силы, как Толстой и Онегин, забыть невозможно. А еще есть этот странный Федор...

Антон, так до конца и не понял, кто это такой, и почему Толстой и Онегин разговаривают с ним практически на равных, хотя Евгений Радионович постоянно успокаивал мужика.

Да и выглядел он специфически. Больше походил на палочника с маниакальной улыбкой. И хорошо, что на дворе практически зима. Закутать его в куртку, шарф, да варежки, и все – просто высокий гражданин Российской Империи.

Еще бы молчал, цены бы не было...

Иногда Антон замечал, что к мнению Федора прислушиваются. Особенно, когда они пересекали уральские леса. Там он реагировал на диких животных, или монстров со случайных метеоритов быстрее, чем два сильных мага, не говоря уже о самом Антоне.

Когда они шли через реку, Федор сорвался с места, и даже Толстой не успел отреагировать. Через пару минут тот показался с оторванными руками какого-то существа, явно неземного происхождения. И подобные перформансы были постоянно.

Сейчас же они находились в деревне Пудож, где связь имелась разве что в почтовом отделении.

Эта богом забытая деревушка жила, словно в прошлом веке. Тут не слышали о машинах, а были только лошади и сани. До ближайшей автобусной станции двадцать километров через лес. В городе имелся один магазин и клуб, которым управлял местный староста и самый богатый человек по меркам деревни.

И сейчас четыре незнакомца сидели в этом самом клубе. Показывали пресс-конференцию Петра. Народу набилось практически вся деревня. На новых мужиков косились очень с подозрением. Они даже выделялись одеждой. Ну у кого тут будет болоневая куртка? Тут все в шубах из шерсти. Но так как они тут уже второй день, местные кое-как присмирели. По крайней мере, так казалось.

Сейчас Лев Николаевич, Евгений Радионович, Федор и Антон сидели в дальнем углу на лавочке. У каждого по пакету “Снежка”. Откусив уголок, они дружно смаковали этот молочный напиток.

– При мне такого не было, – заявил Федор. – Вкусная зараза.

– А ты как хотел? Хотя я думал, тебя там в Китае хоть чем-то кормили, – хмыкнул Толстой. – Тебя бы ко мне на лето. Моя Софья Андреевна тебя откормила бы! Она это умеет! Вон посмотри, какие щеки у Антохи появились! Аж из шапки торчат!

– Ниче нет у меня щек! – надулся Антон.

– Я бы, конечно, сейчас ухи или борща навернул бы… – вздохнул Федор.

– А я бы оладьев со сметаной, или вареников… – вздохнул Онегин. – Тоже со сметаной.

– Да чего вы все про еду, да про еду?! – пробубнил Лев Николаевич, сдвинув брови. – Как будто других разговоров нет!

Он помолчал, отпил из пакета и тихо добавил:

– Я бы не отказался от пирогов с картошкой и грибами…

– Я бы бургер съел… – решил вклиниться во вкусный разговор Антон.

– Тьфу, какая гадость, – сплюнул Онегин. – Твой ученик совсем не понимает, русского духа…

– Я не знаю, что это, но звучит паршиво, – кивнул Федор.

Толстой же положил тяжелую руку на плечо Антона и наклонился.

– Антоша, ты если не разумеешь за вкусную кухню, так лучше помалкивай. А то тебя за дикаря примут.

– Так я же…

– Тсс! – приложил палец ко рту Федор. – Не стоит… Не стоит… Ты не герой…

Антон еще больше не понял, что произошло, но быстро сориентировался и перевел тему.

– Вижу, Петр хочет укрепить границы. И уже наладил дружеские отношения между странами. Причем, так быстро…

– Ага, – кивнул Федор.

– Что-то странное… – хмыкнул Онегин. – Он просто не может быть в нескольких местах одновременно... У него или порталы, или…

– Марионетки, как триста лет назад? – спросил Толстой.

– Возможно…

– Эх, вы посмотрите на Сережу и Петю. Бедолаги. На них лица нет! – с грустью в голосе вздохнул Толстой. – И родину то жалко…

– А это Саша там на заднем плане? – прищурился Федор.

– Ага, он самый. Только что он там забыл с Петром?

В этот момент Романов его окликнул и что-то прошептал. После чего Пушкин ушел.

– Еще удивительнее, – развел руками Онегин. – Но ситуация мне не нравится. Я предлагаю вечером собраться и обсудить дальнейший план. Затем связаться с Кузнецовым, с Есениным и остальными. Может, и Пушкину получится позвонить? Надо понять ситуацию. А то нам и некуда будет приезжать.

– Отец зовет на Сахалин, к Мише Кузнецову, – произнес Антон.

– Кузнецов… – прошипел Федор. – И почему он опять в каждой бочке затычка! У них что, это в крови?

– Походу, – кивнул Толстой.

Пресс-конференция подошла к концу и заиграл гимн страны. Молодой деревенский парень с белыми волосами вскочил и неожиданно для четверки гостей, подняв кулак, заорал на весь зал.

– За Империю! За силушку русскую! Наша страна! Непобедима!

– Ярик, ты сядь, успокойся, – пробубнил один из стариков.

– Молчать! Как ты смеешь затыкать меня, старик, пока я хвалю нашу любимую страну?! Или ты не патриот?

– Да патриот я, – отмахнулся дед. – Просто мешаешь смотреть…

– А ты, я погляжу, все не уймешься! – он подошел к нему, и Антон увидел, что на нем почему-то обтягивающие штаны, вроде рейтуз или кальсон.

– Ярик, так я ж ничего плохого не хотел, чего ты…

Но парень прописал ему пощечину.

– Посмотрим, что мой отец скажет, когда узнает, что ты не восхваляешь нару матушку землю русскую!

Антон опешил от наглости парня. А ведь он примерно его возраста. Но они так сильно отличается, словно небо и земля.

– Э, челкастый, отвали от старика! – крикнул Антон. – Или ты только слабых можешь бить?

Толстой вздохнул, но ничего не сказал. Онегин тоже – он только изучал окружающих. Федор же ухмыльнулся и присосался к пакету со “снежком”.

– Это кто у нас тут такой говорливый? – ухмыльнулся Ярик и подошел в упор. – Вы тут никто, и вас сюда никто не звал. Вы чужаки, а у чужаков нет права говорить!

Вблизи он выглядел еще неприятнее. Судя по тому, что ему тут все спускали с рук, этот Ярик возомнил себя пупом земли. Сально-желтую рубашку обтягивал небольшой животик, делая из него смешного карикатурного персонажа.

– Просто отвали от старика, – произнес Антон. – Ты же не прав, признай!

Но тот только рассмеялся и наклонился ближе.

– Я? Не прав? Мой отец! – он развел руки в стороны и повернулся к толпе. – Мой отец – глава деревни, и даже он мне ни разу не говорил, что я не прав! А значит, я всегда прав! Понял, ты! Чужак!

– Ой, какой ты шумный… – поковырял в ухе Антон.

Остальные его товарищи с легким интересом наблюдали за продолжением конфликта. И все уже понимали, чем все закончится.

Но и Толстой, и Онегин также знали, что если бы Антон не окликнул этого говоруна, то это сделали бы они.

– Не смей затыкать мне рот! Чужак! – и размахнувшись, он влепил пощечину Антону. По крайней мере, попробовал.

Тот же без труда перехватил слабенькую руку и аккуратно крутанул, чтобы Ярик пискнул и упал на колени.

– Ты поднял на меня руку! – выпучил глаза парень, как будто это произошло с ним впервые. – Ты! На меня! ДА ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, НА КОГО ТЫ ПОДНЯЛ РУКУ! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КТО МОЙ ОТЕЦ!

Антон улыбнулся и в его же манере заорал ему в лицо:

– А ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КТО МОЙ ОТЕЦ?

Толпа слегка захихикала.

Антон встал и с ухмылкой посмотрел на Ярика. Тот же начал отползать. Попробовал подняться и поскользнулся.

– Я сейчас позову отца…

– Давай, – и Антон пихнул его ногой в грудь.

Тут все, кто был в зале, затаили дыхание. Если до этого представление доставляло им забаву, то теперь уже было не до шуток. Никто никогда так не обращался с сыном главы деревни.

– Ты не жилец! Мой отец… – верещал Ярик.

– Будет грустно, когда ты узнаешь, кто мой отец! – смеялся Антон и поддал пинка, когда парень наконец смог встать на ноги, чтобы побежать к выходу. – Это тебе ускорение.

Антон вернулся на скамейку, и вся компания молча продолжила пить “Снежок”.

Через пару минут к ним все же решился подойти тот самый старик, над которым издевался этот крикун.

– Он сын главы деревни, хлопцы. Вам бы уходить отсюда, по добру по здорову.

– Зачем? – выдохнул Федор. – Я бы еще у вас остался! Видел, в магазине пирожки свежие продаются?

– Глава деревни… Человек достаточно специфичный. Своего сына любит фанатично. И на все замечания в его адрес очень злится. Может нагнать своих ребят и намять бока.

– С вами все в порядке? – спросил Антон.

– Да, благодарю за помощь, – кивнул старик. – Но лучше поспешите и покиньте деревню.

После чего ушел.

Толстой первым допил пакетик и выкинул его в мусорку.

– Они скоро придут… – произнес он.

– Ага, – кивнул Федор.

Онегин потер руки и прищурился.

– Ну что, господа, как в старые добрые?

Федор и Толстой засунули руки в карманы и достали монетки.

– Ставлю на трех, – произнес Федор.

– Думаю пять, – хмыкнул Толстой.

– Эх, чертяки, тогда я четыре. Ни вам, ни мне! – ухмыльнулся Онегин.

Антон же переводил удивленный взгляд с одного на другого и не понимал, о чем речь. Так они просидели еще минут десять. К этому времени все покинули помещение, оставив чужаков одних.

И все же, рано или поздно, это должно было случиться.

Дверь с силой отворилась, и в помещение заскочил тот самый крикун Ярик, сын главы деревни. За ним, не спеша, зашел мужчина в пышной шубе с зализанными волосами и короткой бородкой.

– Вот! Вот они! Даже уходить не стали! Зассали! – рассмеялся Ярик. – Папа, это вон тот пацан!

Следом в комнату вошли пять мужиков с сельхоз оборудованием. Вилы, лопаты, грабли.

– Хех, – улыбнулся Толстой и вытянул руку, в которую высыпали мелочь Федор и Онегин. – Приятная победа.

Антон же с легкой иронией смотрел на то, как эти деловые ребята подходили к ним.

– Так это вы, чужаки, подняли руку на моего сына? – спокойным уверенным голосом произнес главный.

– Вот он! Он меня пнул! – ткнул парень пальцем в Антона.

– Это правда? – добавил стали в голос глава.

При этом Толстой попытался скрыть улыбку в бороде. Федор в шарфу, а Онегин сделал вид, что закашлялся. Ну слишком глупо. Даже по меркам деревни. И это было заметно невооруженным глазом.

– Ну давай, Антоша, – пытаясь сдержать смех, произнес Толстой. – Это твой тест…

Рядом захихикал Федор, едва сдерживаясь.

Антону же стало даже обидно, что весь его боевой потенциал уйдет вот на это.

– Да, правда, – кивнул Антон. – А я так понимаю, ты его отец? Плохо воспитываешь. Я бы ему руку сломал за такую дерзость и хамство.

– Отец! Ну ты видел!

– Видел, Ярик, а теперь заткнись и дай взрослым поговорить, – и посмотрел на Антона. – Ты еще щенок, так что с тобой мне говорить и смысла нет…

– А ты попробуй, – кивнул Антон. – Я сам за себя. И уж точно не сужу о человеке по возрасту. Это удел недалеких.

Глава улыбнулся.

– Ты дерзок на язык, простых извинений тут будет недостаточно, – продолжил он.

Антон же вздохнул и встал.

– Ты привел сюда своих шестерок, чтобы они побили нас? Или просто для красоты? А то они не очень привлекательные.

– Мой отец из тебя…

Антон сделал молниеносное движение и пнул парня в живот. Тот отлетел на пару метров и завизжал, словно девчонка.

– ПАПА, ОН МЕНЯ УДАРИЛ!

Этот папа, как выяснилось, был магом. Воздух вокруг него закрутился, поднимая пыль.

– Парни, парень не так прост, так что действуем вместе, – уверенно сказал глава деревни и скинул шубу.

Антон повернулся, чтобы взять свой меч, но встретился взглядом с Онегиным, Толстым и Федором. И все смотрели на него с легким презрением.

– Серьезно? – произнес Федор. – Меч? Против них?

Антон же только улыбнулся и в следующую секунду закрутился, словно торнадо, отбиваясь от пятерых сразу, при этом уворачиваясь от слабых воздушных атак. Он решил не использовать магию, уж слишком это было бы просто.

Сделав подсечку одному, он отобрал лопату и с разворота влепил ею по лице главы деревни. Тот упал на задницу, схватившись за нос.

В этот момент Есенин выпустил лопату, схватил летящие на него грабли и заблокировал ими вторые грабли. Использовав замешательство, поднырнул под третьего и с локтя вырубил его. Тех, кому принадлежали грабли, он так же вырубил, просто выдернув оружие из рук и слегка ткнув им в животы. Те упали и больше не встали.

Остался последний. Тот понял, что один не справиться, бросил тяпку на пол и ретировался из помещения.

– Как ты посмел! Я глава! – рычал мужик на полу. – Местный губернатор…

– И что он сделает, когда узнает, что ты напал на второго сына Есенина? – сев перед ним на корточки, спросил Антон.

– Ты Есенин? – выпучил глаза мужик.

– Отец, он врет! Убей его! – визжал Ярик.

Антон же погрозил пальцем мужику и, встав, взял свой меч. После чего направился к орущему парню.

– Ты ублюдок! Тебе просто повезло! – медленно подползая, кричал он.

Антон же медленно достал меч из ножен.

– Эй! Ну хватит! – всполошился отец крикуна. – Я уяснил! Я накажу его! Отправлю в академию! Не трогай его, я все сделаю!

Антон же молча взмахнул лезвием и пригвоздил штанину бедолаги. После чего прижал его ногой к полу и ножнами начал стегать по заднице.

– Я тебе этого не прощу! – кричал он, и получал удары.

Так продолжалось до тех пор, пока Ярик не замолчал и не заплакал.

– Ну вот ты и заткнулся, – выдохнул Антон, убирая меч в ножны.

После чего вернулся на скамейку, к товарищам.

Следующие несколько минут они молча наблюдали, как побитые глава и его шестерки с сыном медленно поднимались и уходили на улицу.

Толстой же посмотрел на часы.

– Как бы весело это ни было, надо двигаться дальше. Автобус через шесть часов. Надо успеть купить билеты.

– Надеюсь, через пару дней мы, наконец, будем в Москве, – выдохнул Онегин.

Антон же достал телефон и посмотрел на часы.

Может, позвонить Виолетте? Они давно не созванивались, и очень хотелось услышать голос любимой.

Набрав номер, он прождал несколько гудков, но никто не ответил.

И это было странно. Виолетта в ближайшие дни не планировала идти в Дикую Зону, а на его звонки она всегда отвечает.

Тогда он позвонил Свете.

– Антон? Привет! Вот так неожиданность! – удивилась Нахимова.

– Свет, привет. Слушай, не могу дозвониться до Виолетты. Ты не знаешь, что с ней?

– Антон… Послушай, ты только не переживай, ладно?

– Нахимова, ты не хуже меня знаешь, что когда так говорят, волноваться стоит еще сильнее! Что с ней?

Остальные повернулись к нему.

– Антош… Виолетту похитил Петр Первый. Она где-то в Кремле.

– Что? Это шутка? Ты серьезно?

– Нет… Он похитил Виолетту прямо из КИИМа. Уж не знаю, зачем, но он еще поймал ее бабушку, Люсю.

Антон не дослушал и отключил звонок.

Пустыми глазами он посмотрел на товарищей, потом на телефон и выход.

– Что такое? – удивился Оленин. – Вижу, что что-то серьезное.

– Мою девушку, Виолетту, и ее бабушку, Люсю, взял в заложники Петр Первый, и теперь они в Кремле.

Толстой перекинулся с Онегиным недвусмысленным взглядом.

– Пошли, Антоша, – поднялся Лев Николаевич. – Надо спешить. Петр Первый человек очень неожиданный.

– Но Виолетта? Зачем? – не понимал Есенин.

– Скорее всего, она была просто приманкой, дуралей, – усмехнулся Федор. – Твоя дурацкая девочка просто привела к Петру Люсю!

– Заткнись! – он с разворота попытался ударить мужчину, но тот перехватил удар.

И тут же Антон получил удар в челюсть.

– Ты че, забалдел? – ухмыльнулся Федор. – Я тебе не деревенская шелупонь, болван, следи за руками.

В помещение опять ворвались глава, но на этот раз с ним было около двадцати мужчин, и они были с топорами и ножами.

– Довольно! – прогремел Толстой, и стены здания задрожали. – Выдвигаемся.

Он пошел к выходу, но на его пути встал глава. Лев Николаевич даже не обратил на него внимания, и тот отлетел в сторону, как и остальные, не выдержав мощи Толстого.

– Завтра уже будем в Москве, Антоша, – прогремел Лев Николаевич.

От автора: Дорогие друзья! Ну что, у нас юбилейная книга! Ну это невероятно! Вы самые лучшие читатели! И да, эту главу я сделал полностью интерлюдией, чтобы вы немного выдохнули от напряжения! Надеюсь, помогло! (Лайк, сердечко)

Глава 2. Голодный и жадный.

Ну вот только метеоритов мне не хватало. Видимо, Хаос понял, что место вакантно, и его конкурент отошёл на второй план, поэтому решил немного ускорить события. Но и без этого было ясно — кто-то явно пытался меня остановить. Или хотя бы помешать. Как минимум.

– А может, тебе просто кажется? – хихикнула Лора, откинувшись в кресле. – Мало ли кто кого хочет остановить? А может, Нечто просто в очередной раз напомнило о себе?

– Как там с каналами?

– Да как… – протянула она с кривой усмешкой, – есть у меня одно слово, но оно неприличное. Так что сам догадайся.

Мы уже мчались к городу, когда прямо перед капотом с глухим грохотом обрушился метеорит. И, как ни странно… хотя что уж странного, я почти не удивился… купол тут же лопнул, будто его никогда и не было.

Я вдавил педаль газа до пола. Болванчик сорвался с запястья, и сразу же из кольца вылетела ещё тысяча деталек, искрящихся в воздухе серебристым вихрем.

– Лора, сделай красиво, – попросил я, стараясь удержать машину на трассе.

Передо мной выскочила целая свора тварей — нечто вроде обезьян, облепленных чем-то склизким, с двумя длинными отростками, торчащими из спин, будто костяные антенны.

Детальки сорвались с машины, разлетелись в стороны и закружились вокруг монстров, как стая разъярённых ос.

Я ощущал, как ослабли мои питомцы. Не только я – все мы были сейчас на пределе. Им не хватало сил, но никто не жаловался. И это, как ни странно, только усиливало мою решимость.

– Если не можешь победить — хотя бы отгони их с дороги, – бросил я.

Детальки начали взрываться, ослепляя тварей вспышками и сбивая с толку. Постепенно обезьяны начали пятиться и, наконец, свернули в сторону, уносясь в лесной массив.

– Вот славно! – похвалил я Болванчика и, даже не сбавляя скорости, пронёсся мимо. С этими займутся позже.

Но даже короткая стычка показала, насколько же мы истощены. Все вместе. До крайности. Болванчик не смог их убить, а твари, едва придя в себя, снова рванули за машиной.

– Да ну блин… – выдохнул я, вновь вдавив педаль в пол.

Схватив рацию с приборной панели, я коротко передал:

– Это я. Направляюсь к городу со стороны портальной комнаты. За мной хвост – монстры.

– Господин Кузнецов, приняли, – отозвался механический голос. – А вы… ну, как бы… сами не можете?

– Хочу проверить, на что вы способны. Вдруг зря вам зарплату плачу?

– Через сколько вы будете? – тут же отозвался другой, более уверенный голос, судя по всему, дежурный солдат.

– Через семь минут, – подсчитала Лора и сразу вывела точное время на проекцию.

– Ждём, господин Кузнецов. Думаю, вам понравится, – проговорили из рации с заметной ноткой довольства.

Честно признаться, я давно хотел проверить сахалинских ребят на профпригодность. А то живут тут как в теплице. Берег охраняет Аркадий, метеориты практически не падают, а те, что и осмеливаются, сразу обрываются в полёте — на такие случаи давно были протоколы.

На горизонте показался первый блокпост, и надо признать — они сумели меня удивить.

– Господин Кузнецов, это вы на машине? – раздался в рации голос, довольный, как у ребёнка перед сюрпризом.

– А кто же ещё!

– Тогда держитесь крепче, – произнёс он с загадочной интонацией.

– В смысле…

И в тот же миг землю тряхнуло. Позади грохнули взрывы. С неба на монстров обрушился шквал ракет, в буквальном смысле не оставив от них даже теней.

– Это что сейчас было?! – выдохнул я, подъезжая к блокпосту.

Из люка пусковой установки выбрался солдат — всё лицо в саже, но улыбка до ушей сияла белоснежной полосой.

– Круто, да, господин Кузнецов?! Как я их! Видели?!

– Это у нас тут из отдела разработки прислали, – подхватил другой, более спокойный. – Говорят, раньше в Широково работали. Какой-то спец из Монголии.

– Унур… – пробормотала Лора. – Затейник.

– Надо ему премию выписать, – кивнул я.

Но радость длилась недолго. Над входом замигала красная лампа, и солдаты, как по команде, перестали улыбаться, схватились за оружие, заняли позиции.

– Что случилось? – я нахмурился.

Лора вывела передо мной голограмму участка и тут же взломала терминал блокпоста. Оказалось, не все твари попали под залп. Четыре особи выжили и теперь выходили на дорогу, приближаясь к нам.

– Господин Кузнецов, если вы не против… – один из солдат кивнул на группу бойцов, уже вставших в линию.

– Конечно, господа, – кивнул я, – если не возражаете, я поеду дальше.

Они подтвердили жестами, заняв позиции, но на всякий случай я оставил одну детальку.

Как только монстры выскочили из-за деревьев, их встретил огонь. Очереди с маголитовыми пулями, каждая из которых обходилась мне в кругленькую сумму — спасибо хотя бы Кутузову за себестоимость — буквально продырявили тварей как бумагу. Последняя рухнула в десяти метрах от блокпоста, и даже тогда её превратили в фарш серией гранат, чтобы наверняка.

Через десять минут я въехал в город.

Пётр и Саша уже начали подготовку. В соседней комнате с Марусей сидел Боря, не подозревая, что происходит рядом. Но его магия всё ещё работала. Саша больше не кашлял кровью. Зато Романов начал задыхаться.

– Да что ж за…

И тут по городу прозвучала тревога. Лора молчала о новых метеоритах, а значит, оставался один вариант — монстры шли на город.

Но теперь настал момент положиться на свою армию. Она у меня была не слабая. Очень даже не слабая. Многие говорили, что по оснащению и подготовке — одна из самых передовых. Вот и посмотрим.

Пока я ехал в сторону гостиницы, мне навстречу двигались колонны военных — шли на окраины. Видеть это было приятно.

Проезжая мимо здания администрации, я заметил небольшую суету у входа. Затормозив, разглядел, как из главного входа выходят Эль и мисс Палмер. Несколько солдат вытянулись в струнку, когда губернатор начал спускаться по ступеням.

– Оделся он, конечно… – хихикнула Лора.

– А что не так? – спросил я, наблюдая за Элем. Бывший гусь впервые выглядел как настоящий боец: армейские штаны, бронежилет с закреплённым на груди армейским ножом, чёрные полосы на лице, всё по канонам фильмов, которые он наверняка недавно смотрел.

– Эй, Миша! Ты вернулся! – прокричал он, помахав автоматом.

– Зачем ему автомат? – удивлённо пробормотала Лора.

– Понятия не имею.

Мисс Палмер выглядела куда уместнее: меховая шапка, чёрная шуба с опушкой, сапоги — словно вышла на ярмарку, а не на битву с монстрами. Она тоже махнула рукой в знак приветствия.

– Да, как видишь! – крикнул я в опущенное окно. – Ты собрался в этом защищать свои владения?

– А чего не так? – в его голосе промелькнула обида.

Я задумался. В бою я его ещё не видел. Возможно, действует иначе, чем его брат. Интересно было бы взглянуть — но не сейчас. Что-то подсказывало, что в сражении он раскроет именно свою вампирскую сторону. И если он верховный кровосос, то в этой стезе у него немало силы. Вспоминая Цепеша и его превращения в летучих мышей, я не сомневался — Эль способен на то же.

– Да всё так! – я показал ему палец вверх. – Только поторопись. Монстры уже у границ города, а там гражданские.

И тут он показал отличие от предшественника. В один миг его окутал мрак, и он обратился в стаю летучих мышей. Хотя “стая” — не то слово. Это было чёрное небо, сплошное, бескрайнее, как саван, скрывший солнце.

– Ну ни хрена себе… – присвистнула Лора, глядя в небо.

Похоже, я не ошибся, доверив Элю бразды правления. Если он и дальше будет демонстрировать такую силу — у Сахалина отличные шансы.

– Все добрались, – выдохнул я, глуша мотор и выходя из машины.

Отель был оцеплен солдатами Романова. Их задача — охранять царя и семью. И, похоже, они её выполняли на совесть. Я сомневался, что метеоритные монстры доберутся до центра города, но подстраховаться стоило.

– Господин Кузнецов! – один из солдат, заметив меня, поднялся первым, за ним обернулись остальные. – На верхних этажах что-то происходит, но нам запретили подниматься…

– Кто?

– Царица Ольга. Передала по связи: ни одного солдата не пускать.

– Молодцы, что выполняете приказ, – кивнул я, проходя мимо и направляясь к лестнице. – Сейчас ваша задача — не подпускать монстров к зданию. Ни под каким предлогом.

– Так точно! – выкрикнули вперемешку, и тут же сами смутились.

– А ну ещё раз! – рявкнул командир. – По уставу!

Они начали отрабатывать синхронность, а я вошёл внутрь.

Пустой холл, ни прислуги, ни охраны. Видимо, всех эвакуировали. Или это распоряжение самой Ольги. Причины были неизвестны, но я не стал задерживаться.

Я поднялся наверх, прошёл по коридору и без лишних церемоний открыл дверь в номер Петра Романова.

Картина была удручающей, хоть и ожидаемой.

Пётр и Саша сидели в креслах, бок о бок. На этот раз у обоих кожа была одного оттенка – бледная, почти мёртвая. Если бы не движение в глазах и слабая улыбка на губах, я бы решил, что они уже покинули нас. Рука Саши покоилась на ладони Петра.

– Успел… – прошептала Настя.

– Уже начали, – кивнул я и подошёл к ним. – Лора, дай сводку.

Положив свою руку поверх их, подключился. И ситуация оказалась… средней паршивости.

Метода не было, инструкции тоже. Но, похоже, Пётр или Саша поняли, что хватит простого контакта, и всё сделали правильно. Теперь внутри их сражались два чудовища — пустота и голод. Пустота пыталась заполниться, а голод насытиться. Проблема была в оболочках. Они могли не выдержать.

Пётр выглядел так, будто взял в долг у самой жизни. И Саша ничуть не лучше.

– Ну что, Миша… хреново, да? – прошептал Есенин.

– Видал и получше, – кивнул я. – Только не говори. Экономь силы.

– Слышал, сирена по городу прошла? – теперь заговорил Пётр.

– Да. Метеориты. Много. Но сюда они не дойдут.

Катя, Настя и Паша молча взяли оружие и вышли. Что творилось у них в голове — не знаю. Но по выражению лиц было ясно: оставаться в этой комнате они не могли. Ольга только проводила их взглядом.

– Лора, что можно сделать?

– Не знаю, – ответила она с неуверенностью, редкой для неё. – Всё говорит о том, что мы ничем не поможем. Только облегчим боль.

Мысли в этот момент будто выветрились. Эти двое… сделали многое. И плохого, и хорошего. Один жил три века. Второй — куда меньше. Но обоих я уважал. Пётр — за его жертвы ради страны. Саша — за то, что вытаскивал империю из самых безнадёжных ситуаций, методами, которые под силу только ему.

Каждый из них отдал всё ради страны. И теперь один должен умереть.

– Давай сделаем всё, что в наших силах, – тихо сказал я, обращаясь к Лоре. Мы одновременно погрузились во внутреннее хранилище.

Там бушевало море, над центральным островом зияли две огромные дыры, и пространство между ними искривлялось, словно изнывало от напряжения, соединяясь где-то посередине. Там рождалась третья дыра, чуть меньшего размера.

Остатки энергии, что у меня ещё оставались, я направил на то, чтобы создать для тел Петра и Саши хоть немного более благоприятную среду. Не идеально — но лучше, чем было.

А сам решил подлететь ближе. В хранилище мне ничего не угрожало, даже от тех, кто пытался вмешаться извне. Здесь я был наблюдателем.

– Думаю, Миша, ты не ожидал такого, когда говорил, что тебе нравится этот мир, – Лора появилась рядом и крепко сжала мою руку. Мы медленно приближались к искажённому небу, где зияла третья дыра.

– Честно сказать, в первые дни точно не ожидал, – усмехнулся я. – Но когда прошёл тесты в КИИМе, и ты заявила, что я какой-то там уникальный, то почему-то представлял, как однажды буду сражаться с чем-то могущественным.

– Но не так же скоро! – взмахнула она рукой в сторону неба. – Мы же вообще не готовы!

– Иногда приходится преодолевать. По-другому нельзя, – кивнул я.

Тем временем мы подобрались вплотную к точке искривления, где образовывалась третья дыра. Она была небольшой — примерно с половину дверного проёма, но идеально круглая, как аккуратно вырезанная нора.

– А тебе не кажется, что это всё напоминает…

– Дыру в пространстве? – я усмехнулся.

– Давай подлетим ближе. Вдруг причина всего в ней. Пока наши попытки помочь Петру и Саше никак не срабатывают.

Мы приблизились вплотную, и в следующую секунду что-то шевельнулось в самой дыре.

– Видела?

– Ага…

Из дыры вырвалась огромная когтистая лапа и попыталась нас схватить. Разумеется, ничего у неё не вышло — наши образы здесь были лишь формой, удобной для восприятия. Материальности у нас не было. А если бы и была — в этом пространстве хозяин я.

Но ответить я всё же решил. Когда когти прошли сквозь моё тело, я махнул рукой и отрубил один палец. Раздался визг — словно пенопласт по стеклу — и лапа мгновенно исчезла в дыре.

– И что это было? – я нахмурился.

– Ты меня спрашиваешь? – Лора явно была не меньше моего в замешательстве.

Пространство дрогнуло, дыра сжалась, будто испугалась.

– Ого! – воскликнула Лора. – Вот эта дрянь и виновата! – она ткнула пальцем в чернеющую воронку. – Только что зафиксировала выброс энергии. Часть её ушла к Петру. Если мы заткнём дыру — станет легче.

– Звучит просто… – я задумчиво повёл плечами. Взгляд зацепился за гигантский аквариум, доверху набитый змеями — теми самыми, что любят пожирать внутренние пространства. Если это не подарок судьбы, то что тогда?

– Ты уверен? – Лора читала меня без слов. – Вижу. Уверен.

Я поднял аквариум в воздух. Тяжёлый куб начал приближаться к зияющей дыре. Когда расстояние стало минимальным, я сформировал трубу нужного диаметра и направил змей прямо в черноту.

Они хлынули туда живым потоком. Куда именно вела эта воронка — я и сам не знал. Но проверять желания не было. Для этого были змеи. Пусть обученные твари разбираются.

Когда в аквариуме осталось меньше десятка, я убрал трубу и вернул куб на место.

– Ну что… давай ждать, – Лора уселась в воздухе по-турецки и подперла подбородок кулаком.

Я же молча смотрел в зияющую дыру, надеясь, что оттуда больше никто не вылезет. И, к моему удивлению, всё обошлось — опять раздался визг, и воронка начала уменьшаться.

– Неужели сработало?! – я едва не вскрикнул.

– Удача на нашей стороне! – Лора кинулась ко мне в объятия.

– Ты хотела сказать: Боря? – я притянул её за талию, и мы закружились в вальсе, плавно снижаясь к песчаному берегу острова.

– Это было очень вовремя. Удача лишней не бывает! – она чмокнула меня в губы. – Поток энергии нормализовался. Только вот…

– Что?

– Если мы потратим слишком много энергии, наши питомцы не смогут оборонять город, – Лора вызвала передо мной голографическую карту. На ней мигали все метки моих зверей, оставшихся на Сахалине.

Монстры из метеоритов приближались к городу. Вопрос лишь времени. Почему они не упали сразу — непонятно. Но объяснений у меня не было.

– Красные кристаллы не помогут. Тело повреждено. Нужно восстанавливать своими силами, – Лора нахмурилась.

– Болваны, используйте синие кристаллы! – рявкнул Валера, появляясь из ниоткуда. – Почему я должен спасать не ваши задницы, а каких-то левых мужиков?

– Синие? Ты имеешь в виду из Северного пояса? – удивлённо подняла брови Лора. – Точно! Ты прав! Как я сразу не догадалась?

Я тоже не сразу понял, о чём речь. Но стоило вспомнить свойства синих кристаллов, как всё стало на свои места. Они были отличными проводниками. Мы выяснили это, когда путешествовали по Северной империи — именно из них создавали артефакты для магов, усиливающие поток энергии.

– Вот только вопрос… – протянула Лора. – Где мы их сейчас возьмём?

– А я что, по-вашему, в Северном поясе шлялся без дела? Как только меня закрыли в этой чёртовой пирамиде, вы все что, мозги потеряли? – раздражённо отозвался Валера.

– Дружочек-пирожочек, напомню: это не мы, а тебя поймали. Так что, как хороший мальчик, просто скажи, где искать кристаллы, – голос Лоры был ласков, но по интонации было ясно — Валере лучше не дерзить.

Он это понял сразу.

– Мешок синих кристаллов у меня в комнате, – поспешно сказал он и отключился.

Мы с Лорой переглянулись.

– Опять в Москву? Серьёзно?

– Ну уж нет, – я покачал головой. – На этот раз нам нужен кто-то, кто сделает это быстрее всех.

– Любавка? – уточнила Лора.

– Любавка, – кивнул я.

Глава 3. Секрет царицы.

Я вызвал образ Любавки через внутреннее хранилище. Ее силуэт тут же сформировался рядом со мной. Маленькая девочка с четырьмя большими искренними глазами.

– Любавушка, срочная задача. Нужно попасть в Москву, в комнату Валеры. Там мешок синих кристаллов. Найди его и возвращайся через портал. Это важно.

– Поняла, – коротко кивнула она и исчезла.

Удивительно, как она быстро взялась за выполнение задания. Без лишних вопросов. Все по делу. Растет ребенок…

***

Любавка только что сражалась в западной части города. Монстры перли, как не в себя, но пока сил ей хватало. Да, использовать свою ультимативную атаку она пока не могла, слишком истощилась в битве против божества. Но у нее была ее невероятная скорость и сильные удары.

Конечно, она была не одна. Солдаты также выступили на подмогу и с энтузиазмом расстреливали монстров. Только получив приказ, она разрезала очередного монстра и в мгновение оказалась у командира местного отряда.

– Я ухожу, – прошипела она. – Срочное дело.

– Не переживай, мы тут справимся.

Но Любавка уже сорвалась с места. За считанные секунды добежала до портала и попала московское поместье. Затем взбежала по лестнице и оказалась у двери с гравировкой в форме витого драконьего рога – сразу ясно, где комната Валеры.

Открыла.

Комната Валеры напоминала тронный зал. Пышные шторы из тяжелого бархата, пол с вкраплениями из обсидиана и янтаря, в углу золотой кофейный столик, усыпанный непонятно откуда взявшимися старыми монетами, как он любил говорить, «для настроения». На стенах десятки фотографий Валеры в самых помпезных образах: то в мантии Верховного Архимагистра, то в венце на фоне догорающего поля битвы, то в боевой стойке с посохом, сияющим всеми цветами спектра.

Повсюду зеркала, и каждое отражало Валеру в разных костюмах. Был даже портрет в полный рост, где он восседал на троне из мрамора и черепов, держа в руках книгу «Ода самому себе».

На резном пьедестале из сапфирового стекла под куполом из зачарованного кварца лежал мешок с синими кристаллами. Любавка аккуратно сняла защиту, забрала мешочек, не забыв фыркнуть и покачать головой.

– Пошляк…

***

Любавка вернулась на Сахалин, столь же стремительно, как и ушла. Силуэт вновь появился рядом со мной во внутреннем хранилище.

– Нашла? – спросил я, продолжая наблюдать за изменениями в энергетике.

– А как же, – усмехнулась она. – У Валеры там просто рай для нарциссов… Ты бы видел… Но кристаллы у нас.

– Отлично. Теперь у нас появился шанс.

Любавка вернулась быстрее, чем я рассчитывал. В один миг у входа в отель раздался оглушающий крик: кто-то из солдат Романова, охраняющих здание, явно не ожидал, что прямо перед их носом появится монстр с каким-то свертком и, игнорируя всех и каждого, направится ко входу.

– Нападение!

Но Любавка не обратила на них ни малейшего внимания. Перепрыгнув через двух оцепеневших бойцов, она вбежала по лестнице, минуя все заграждения, и распахнула дверь апартаментов.

Царица Ольга даже бровью не повела и отошла в сторону.

Даже при таких габаритах Любавушка двигалась настолько бесшумно, что любой шпион мог бы позавидовать.

– Вот, держи! – сказала она, подбросив мне мешочек с кристаллами, а я ловко поймал. – Возвращаюсь к окраинам. Надо подстраховать солдат. Вдруг у них будут проблемы.

Я кивнул, и она в следующую секунду рванул обратно. Царица же только придержала бумаги на столе, чтобы не разлетелись.

Состояние Петра и Саши было настолько плохим, что они уже не говорили. Закрыли глаза и изредка дышали.

Я не стал медлить. Развязал шнурок на мешочке и засунул внутрь руку. Холодные кристаллы слегка звякнула под пальцами. Ощущение было странное: будто держишь в ладонях поток ледяной воды, упругой и упорядоченной. У меня в руках была чистая энергия.

Теперь к самому главному. Следует перенаправить энергию кристаллов в нужное русло, избегая моего хранилища. Надо просто дать им течь через себя.

Я стал каналом.

Поток энергии из мешочка прошел через мою ладонь, затем через сердце и ко второй руке. Сердце пропустило удар, и следом вся эта энергия пронеслась сквозь меня, не задерживаясь. Наверное, это больше напоминало артерию, или трубку у врача, через которую вливали питательные вещества.

И она полилась и в Петра, и в Александра.

Я видел, как их тела отреагировали. Легкий свет проступил из-под кожи, блики на лбу, отблеск в уголках глаз. Плечи Петра слегка дрогнули, как от вдоха. У Саши на щеке проступил румянец. Внутри же было все не так радужно. Две огромных дыры по-прежнему пытались поглотить друг друга. Но хоть физические оболочки не страдали от боли.

Проводимость тела была предельной. Я чувствовал все, словно сам был и Петром, и Александром. Странные ощущения.

Наконец, у меня появился доступ к их внутренним хранилищам. Насколько же они были огромными! Причем оба были уникальны. У Петра стояло какое-то невероятное количество печатей. В несколько раз больше, чем у меня. У Саши же энергия циркулировала, словно в замкнутом круге. По другому не объяснить. И также просто дохрена печатей.

– Бери пример, малец, – назидательно произнесла Лора. – Нам до их уровня еще ого-го!

– Ага, вот только ты не забывай, кто делает все возможное, чтобы эти два “высокоуровневых” не откинули копыта…

Свет в комнате начал хаотично мелькать. Полосы энергии мерцали то багровым, то сине-зеленым, и ни одна из расцветок не обещала ничего хорошего. И в тот же миг с улицы донесся странный гул: не просто шум битвы, а тяжелые удары, сопровождаемые металлическим скрежетом и криками солдат. Это были скорее предсмертные вопли, чем боевые выкрики.

Я сжал зубы и направил туда Болванчика. Детальки мгновенно передали картину с места событий. Улицы, еще недавно пустые, теперь лежали в руинах. Именно там, из столпа пыли появились первые очертания высоких четырехруких фигур.

Сперва их было четыре, а затем вышел еще десяток. Их невозможно было не узнать – Исполины. В жестяных доспехах, с незначительными следами битв. Броня истыкана артефактами. В каждой руке по холодному оружию. Глаза у каждого горели зловещим, ярко-красным огнем.

Я тут же переключился через хранилище и проверил остальных питомцев. Все были заняты. Кто-то сдерживал вторую волну на западе, кто-то утихомиривал очаг у заводов. Только Угольки были ближе всех, но они только что закончили свой бой. Но им еще требовалось немного времени, чтобы восстановиться. Энергии по-прежнему катастрофически не хватало. Даже при том, что синие кристаллы нисколько не нагружали мое внутреннее хранилище, и вся энергия распределялась между питомцами. Но все же это было не хорошо.

– Надвигаются Исполины, – глухо произнес я. – Скоро мои доберутся, отобьют, выиграют нам время…

– Не надо никого ждать, – холодным тоном произнесла царица Ольга из угла комнаты.

Я обернулся.

Ольга встала. Без суеты, спокойно, в ее движениях чувствовалась стальная решимость. Она переплела пальцы и похрустела суставами.

– Подожди… – голос Петра прозвучал глухо. Он с трудом поднял голову. Лицо пепельное, но глаза чуть более живые, чем несколько минут назад. – Не ходи… Это сильные противники… Ты не должна…

Но Ольга только усмехнулась. Легко и красиво. Я поймал себя на мысли, что, возможно, именно от этой улыбки когда-то у ее мужа перехватило дыхание.

– Неужели ты думал, что женился на слабачке? – ее голос был ровным, но в нем чувствовалась сила. – Я возьму это на себя.

Она скинула накидку с плеч, медленно повернулась к двери и, не оборачиваясь, вышла из комнаты. Только тихо закрывшаяся за ней дверь и легчайшие колебания воздуха напомнили, что здесь только что стояла женщина, на которую я бы поставил весь золотой запас Сахалина.

Я же вернулся к двум огромным дырам во внутреннем хранилище.

– Лора, сколько еще процесс будет продолжаться?

Сейчас ей было даже не до шуток – об этом говорило ее сосредоточенное лицо.

– Не знаю, Миша, – Лора щелкнула пальцами, и у меня перед лицом появились сводки. – Мне неизвестны ровно две переменные. Сколько силы в правой дыре, и сколько в левой. И выяснить это мне никак не удается. А еще я переживаю, что та дыра, куда мы отправили змей, может открыться по новой. И неизвестно, кто оттуда снова вылезет. Хотя сам понимаешь, не это самое страшное.

– А то, что этот кто-то может высасывать жизненную энергию?

– Ага… Хотя очевидно, что это кто-то из божеств.

Дальше мы работали молча. На улице гремели взрывы и выстрелы. Через десять минут в окно что-то влетело. Удар был такой силы, что выбил и раму, и часть стены. Хорошо, что мы находились в дальней части комнаты, и в нас ничего не попало.

Пыль постепенно оседала, и я увидел, как из обломков выходит князь Есенин. По виску текла струйка крови, но он только вытер ее и подошел к дыре в стене.

Напоследок взглянул на Сашу. По глазам я понял, как ему тяжело видеть сына в таком состоянии. После чего он выпрыгнул наружу.

– Кажется, Исполины стали слишком сильны, – сказала Лора. – Это может плохо кончиться.

***

На улице.

Чуть ранее.

Царевна Ольга не питала иллюзий касательно того, что все можно вернуть в прежнее русло. Жить, как раньше. Нет. Все меняется. И пора бы измениться и ей. Слишком долго она была той самой царицей, которую знали как мецената, благотворителя и супругу главы государства.

Сейчас ее муж при смерти, и не факт, что он может вообще выжить. Все же шансы равны как у него, так и у Саши Есенина. Но конечно, она переживала больше за своего мужа.

И сейчас пора исполнить ту самую клятву, которую она давала при венчании. И в болезни и здравии всегда быть рядом и помогать плечом.

Что ж, кажется, момент настал.

Спустившись на улицу, она окинула территорию вокруг гостиницы пристальным взглядом. У соседней улицы гвардейцы Кремля старались сдержать Исполинов, но все было безрезультатно. Враги медленно, но верно приближались к зданию, где сейчас ее муж боролся за свою жизнь.

Она подошла к солдатам второй линии обороны.

– Ваше высочество! – опешил командир. – Что вы тут делаете? Тут небезопасно! Спрячьтесь…

Но он замолчал на середине фразы, когда их взгляды пересеклись. На него смотрела хладнокровная убийца. Могучий маг, который мог быть угрозой для целой столицы.

– Отзови людей, они там гибнут понапрасну, – посмотрев на приближение врага, произнесла Ольга.

– Есть! – без лишних вопросов военный схватил рацию и приказал: – Все! Отступаем к гостинице! Немедленно!

Кремлевская гвардия была выдрессированна до автоматизма, и все, тут же прекратив стрельбу, побежали к зданию. Ольга же покрутила плечами и перелезла через бетонное ограждение.

– Ох, как я это не люблю… – пробормотала она и замерла на секунду.

Под ней начала появляться черная вязкая лужа, похожая на машинное масло или нефть. Тело также покрылось черной вязкой жидкостью. В руках появились два тонких длинных клинка.

Солдаты никогда прежде не видели предрасположенности царицы. Они переглядывались, не понимая, что происходит с их начальницей.

– Госпожа… – решившись, командир окликнул женщину.

Когда же она повернулась, у многих перехватило дыхание. Она практически вся покрылась вязкой черной жидкостью. Из глаз текли золотые струйки будто слезы.

– Не подходите ближе, чем на двадцать метров и не прикасайтесь к этой жидкости, – произнесла она и медленно погрузилась в лужу под собой.

– Куда она делась? – прошептал солдат.

– Я не…

Исполины приближались, но первый неожиданно замер. Ноги стали двигаться медленнее, словно увязли в чем-то тягучем.

Тут же по его спине, словно паучиха, быстро проползла Ольга. Ее клинки нанесли ему множество колотых ран.

Монстр начал дергаться и крутиться, пытаясь скинуть ее с себя, но та быстро перемещалась с груди, на спину и потом на шею. После чего вонзила два клинка в основание головы и быстро провернула, отрубив ее. Затем встала на плечи и прыгнула рыбкой в маслянистую лужу под монстром.

Остальные Исполины пришли в замешательство и начали крутить головами, не понимая, что происходит.

– Командир, смотрите… – ткнул в мертвое тело один из солдат.

Остальные тоже посмотрели на труп. Он медленно покрывался черной жижей и растворялся.

– Кислота?

– Нет… – ответил другой солдат, прикладывая к глазам бинокль. – Они… ржавеют?

Ольга же вынырнула с другой стороны и, плеснув жидкость в лицо другому, перепрыгнула на соседнего монстра. Воткнув в него клинки, они проскользила к ногам, оставив две глубокие раны.

– Царица опасна… – произнес одними губами командир кремлевской армии.

На их глазах Ольга прыгала от одного к другому врагу и без особого труда убивала каждого. Под ними уже возник небольшой бассейн из черной жижи, обозначив границы, и все происходило внутри него.

Но враг был не глуп. Когда она запрыгнула на спину очередного монстра, то его товарищи решили, что одним можно пожертвовать, и атаковали без опасения, что товарищ может пострадать. И атака попала по царице.

Она успела заблокировать два топора, но удар был такой силы, что ее откинуло в автомобиль, и тот начал постепенно разлагаться.

Осталось порядка десяти врагов. Поняв, что одна женщина легко справилась с половиной отряда, монстры молча переглянулись и подошли друг к другу. Их ноги тоже дымились, намазанные странной жидкостью.

Исполины быстро встали в круг и взялись за руки. Их окутал легкий серый дым, и они начали сливаться друг с другом. Двое превращались в одного с восемью руками и двумя головами. Выглядело это жутковато.

Ольга же вновь спряталась в лужу. Когда она попробовала выпрыгнуть в очередной раз и забрать очередного противника, в нее тут же полетел с десяток заклинаний. И она была вынуждена отступить.

Пять двухголовых монстров начали рассредотачиваться, пытаясь выйти за границы черной лужи. Неожиданно один замер и две головы разом медленно съехали с плеч. Упав в черную жижу, они расплавились.

– Ваше высочество, вижу, вам не помешает помощь.

Из-за угла здания вышел князь Сергей Есенин.

Ольга вынырнула в десятке метров от него и с удивлением посмотрела на растворяющийся труп твари.

– Простите, но золотой цвет вам идет, – кивнул князь.

– Не время для лести, Сережа, – произнесла она. – Я беру двух справа, твои слева.

– Как угодно, – кивнул Есенин.

Его окутал яркий свет, глаза загорелись и в руках появились два крутящихся шара энергии.

Но Исполины опять начали свое странное превращение. И теперь две пары объединились между собой, образуя до этого невиданную пару Исполинов. Теперь руки были и на груди, и на спине. Две головы из-за того, что на шее просто не было места, расположились на грудной клетке. Ноги также изменились, и теперь напоминали лапки гусеницы. По четыре с каждой стороны.

– Я знаю, зачем вы пришли! – с угрозой в голосе Есенин пошел на своего противника. – Наивно полагать, что я дам вам остановить моего сына! Он герой!

И первый шар полетел в монстра. Тот увернулся, но тут же Есенин оказался у его живота и попробовал ударить энергетическим шаром.

Вот тут и пригодилось огромное количество рук.

Сергею Александровичу прилетел такой удар в голову, что его откинуло в здание отеля. Своим телом он пробил стену.

Раз князь вышел из сражения, Ольга, нырнув в лужу, решила воспользоваться ситуацией и забрать одного. Вынырнув на мгновение у ног, Исполина она полоснула его по животу, после чего отрезала две руки. Но те, что были целы, успели схватить ее и вытащить из черной жижи.

– Болван, – ухмыльнулась Ольга, как раз в тот момент, когда захватившие ее руки начали рассыпаться, как будто сделанные из печенья.

Второй Исполин дернулся на подмогу своему товарищу, но вокруг его тела начал быстро мелькать небольшой яркий шарик, оставляя в воздухе световой след. И через секунду Исполин рассыпался на множество кусков.

– Ваше высочество, вы задержались, – Есенин выпрыгнул из дыры в стене и пошел к Ольге.

– Я почти все, – произнесла она и, взмахнув мечами, отрубила еще парочку рук. После чего забралась на плечи и положила руки на головы монстра. Хлынула черная жижа и в мгновение окутала Исполина, после чего они оба погрузились в вязкую субстанцию.

Все враги были повержены. Их трупы разлагались.

Есенин решил проверить и подойти поближе.

– Стой на месте, Сережа, дальше опасно, – услышал он голос Ольги и перед ним из-под земли всплыла царица Романова.

– Надеюсь, ты не станешь распространяться о том, что увидел, – произнесла она, вытирая золотые слезы с глаз.

– Не имею такой привычки, – произнес Есенин.

Глава 4. Грустный конец.

Процесс пожирания двух противостоящих сил подходил к концу.

Крики и взрывы на улице прекратились, и даже стало поспокойнее. У Нечто и Петра Первого явно не было в планах то, чем мы сейчас занимаемся.

Странно только то, почему же он сам не приехал? Все же сейчас отличный шанс уничтожить двух сильных магов за один раз. Да чего уж, и меня можно отправить к ним в догонку.

Хотя и он бы встретился тут с Романовыми и Есениными. Так что может поэтому он и не приехал лично? Или посчитал дорогу слишком сложной и решил действовать через хаос и метеориты?

Вокруг города сражения продолжались. Оказалось, Исполины появились также со стороны центральной части острова, и с южного берега. А тут еще и кристаллы начали заканчиваться. Хоть их и целый мешок, но две зияющие дыры потребляли просто какое-то неимоверное количество энергии.

Вот и получалось, что дожимали мы на морально-волевых.

– Маруся! – позвал я свою кухарку, сидящую в соседней комнате. – Приведи Бориса.

Когда она вошла с мальчиком, мы втроем были белыми, как мел.

– Миша, что с тобой?

– Ничего такого, – успокоил я Борю. – Просто помогаю… этим двум мужчинам.

– Хочешь, чтобы я побыл рядом?

– Да, если ты не против.

Боря забежал в соседнюю комнату, взял стул и прибежал обратно. После чего сел рядом с ними.

– Ну все. Теперь я тут, – улыбнулся он, хотя было заметно, как ему не по себе.

Не каждый день увидишь сильнейшего мага и бывшего царя Российской империи в таком плачевном состоянии. Так еще и я едва держался, чтобы не показывать усталость мальчику.

В зияющую дыру проникал холодный ветер, неприятно скользил по ногам и пробирался под одежду. Кожа покрылась мурашками, зубы начали отбивать неслабую такую чечетку.

– Ох, голова содовая, – всплеснула руками Маруся, которая тоже находилась тут и старалась разгрести завалы.

Она куда-то выбежала и уже через пару минут вернулась с четырьмя зимними куртками.

– Боря, помоги, – попросила она, отдавая ему одну шубу. – И сам надень.

Нас укутали и стало чуть комфортнее.

Мы с Лорой вернулись во внутреннее хранилище. За это время мы получили достаточно информации, так что можно делать прогнозы.

Я еще находился в хранилище, наблюдая за последними потоками энергии, когда в апартаменты вернулись Ольга и Есенин.

Дверь приоткрылась, в комнату первой вошла Ольга, вымазанная в черной маслянистой жиже. Она блестела на коже, словно лак. Следом, чуть прихрамывая, вошел понурый Есенин. На нем уже не было ни царапины. Я знал, что его травмы далеко не физические – морально он страдал больше всех.

– Ольга… – Маруся поднялась с места. – Да вы ж в чем-то… липком… Может, вы…

– Не надо, – оборвала она. – Сначала дождемся конца. Потом и душ, и новые платья.

Князь Есенин устало кивнул. Плечи его поникли, но глаза оставались в фокусе. Он тоже чувствовал, как все трещит по швам.

Я и Лора молча переглянулись.

– Скоро конец, – сказала она, наблюдая за замедляющимися волнами энергии между младшим Есениным и Романовым. – Пустота и Голод… они почти поглотили друг друга.

– Но они не стабилизировались, – заметил я. – Это не поглощение. Это аннигиляция. Мне кажется, или они поняли, что не смогут справиться друг с другом и теперь пытаются просто уничтожить соперника?

– Ага! Лопнут как пузырь! И тот, и другой. Но вот… как бы этаж не снесли. А то и весь отель.

Я стиснул зубы. Ситуация была критической.

– Все, вон из комнаты! – крикнул я. – Нет, из здания!

Первой дернулась Маруся. Она без лишних слов подхватила Бориса под руки и помчалась на выход.

– А вы чего встали? Хотите помереть раньше времени?! – удивился я, глядя на царицу и князя Есенина одним глазом.

– Михаил, все нормально, мы выдержим взрыв! – ответил за двоих Сергей Александрович.

– Серьезно? Вы хотите рискнуть? Думаете, это тот случай? – сил у меня не оставалось, даже на то, чтобы с ними спорить. – Только что помещение покинул самый везучий человек на планете. Думаю, вам лучше последовать его примеру.

У меня, если честно, закончились силы и аргументы, чтобы с ним спорить. Если хотят сдохнуть глупой смертью, то что ж… Я сделал все, что мог. Дальше им решать.

– Не переживай… – начал князь, но Ольга аккуратно взяла его под локоть.

– Сережа, давай все же выйдем. Несколько минут погоды не сделают, – произнесла она.

Князь посмотрел на нее как на предателя. Потом перевел взгляд на нас, и все же сдался.

– Хорошо, – кивнул он, и оба выпрыгнули в ту дыру, которую князь пробил своим телом.

Я же сосредоточился на завершении поглощения.

– Это из-за кристаллов. Мы ускорили их разрыв, – вздохнула Лора.

– Другого способа сохранить их тела нет, – добавил я, стараясь говорить ровно. – Мы не ошиблись. Но теперь нам нужно защитить их. И себя.

Я глубоко вдохнул. Да, я мог возвести купол защиты. Даже три. В идеале – четыре, если совсем идти по грани. Но запас энергии и так впритык. У нас не было права на ошибку.

– Придется временно отрубить энергию питомцев, – сказал я. – Иначе сил не хватит.

Лора кивнула. Я мысленно установил канал связи. Один за другим образы моей маленькой, но сильной армии возникли передо мной: Угольки, Кицуня, Аркадий, Посейдон, Любавка, Тари, Болванчик и Булат. Они почти закончили сражаться, чему я был неописуемо рад.

– Временная блокировка энергии. Переводим все на ручной режим. Мне нужно защитить Есенина с Петром, а энергии и так впритык. По-другому никак.

Каждый подтвердил, что способен справиться и своими силами. Даже те, кто сейчас сражался, не стали спорить. Все поняли, что это не просьба. Это приказ.

Пока энергия от полей разрасталась, я готовился к финальному шагу. Все зависело от того, выдержим ли мы удар и сумеем ли спасти Сашу и Петра.

До конца оставались секунды. Я чувствовал это всем телом по едва заметной пульсации воздуха и как энергия в телах Петра и Саши начинала дрожать, готовясь вот-вот лопнуть.

Я уже собрал нужное количество энергии на защитные купола. Три отдельных контура на каждого из нас. Все было просчитано до капли. Почти идеально. Почти.

– Не хватит, – прошептала Лора, стоявшая рядом. Голос ее был тихим и встревоженным. – Долго ты их не удержишь. Куполы начнут таять через шесть секунд после развертывания. Максимум семь.

Я кивнул. Энергии все равно было мало. Даже после отключения питомцев, даже с полным мешком синих кристаллов – все шло впритык. Любая ошибка, малейший сбой во времени – и нас размажет взрывом.

Я старался провести остатки энергии до Петра и Александра, при этом пытаясь подготовить защиту при взрыве. Во внутреннем хранилище тоже было не особо спокойно. Ни голод, ни пустота не хотели сдаваться и готовы были убить себя, лишь бы не дать победить другому. Они сплелись, как две змеи, одновременно пытаясь поглотить друг друга. Пространственные дыры в воздухе постепенно теряли четкий контур. Но оболочки держались.

Пока.

– Ждем, – процедил я, не моргая. – Если сделаем все слишком рано, то просто можем пострадать от взрыва.

– Пострадать? – ухмыльнулась Лора. – А ты оптимист! Я бы сказала, что мы будем наглядным примером выражения “Одна нога здесь, другая там”.

Я только улыбнулся, стараясь сконцентрироваться на текущем моменте. Лора. поняв, что настал момент истины, тоже стала серьезной.

– Сейчас, – резко крикнула она. – Вибрации начали уходить внутрь. Значит, они больше не расползаются, а схлопываются. Это финальный цикл.

Я закрыл глаза. Сбросил все, что мешало: напряжение мышц, шум крови в ушах, рваный пульс. Остался только момент — чистый, острый, словно лезвие.

Все мои органы чувств работали на пределе, дожидаясь момента когда наступит этот “Сейчас!”.

И в тот миг, когда оболочка Саши чуть дрогнула, а тело Петра дернулось в легкой конвульсии, будто его ударили изнутри.

Три купола окутали тела одновременно. Один вокруг меня. Один вокруг Саши. Один Петра.

И в ту же секунду, как будто в ответ, прогремели два сильных взрыва: с внешней стороны и над куполами.

Даже под куполом я почувствовал сильное давление. Стены здания разлетелись.

И тут я понял, как было важно, как можно дольше удержать купола.

Первоначальный взрыв мне удалось сдержать, вот только последствия…

Здание буквально начало складываться, как карточный домик. Обломки грозились похоронить нас.

– Лора, состояние…

– Да ты вообще что ли?! Я могу показать только твое состояние! Сейчас энергия в притык!

Понял, не дурак. Пришлось сосредоточиться на максимально долгом удержании купола.

И это оказалась очень сложная задача. Хорошо, что апартаменты Романова располагались на верхнем этаже, и на нас падала только крыша. Но внизу…

Мы просто упали в груду бетона и кирпича.

***

В это время на улице.

Маруся выбежала из здания с Борей под мышкой. Тут же рядом с ней приземлились и царица Ольга с князем Есениным.

– Все назад! – рявкнула она солдатам, и те начали в спешке отбегать.

Больше никого внутри здания не было.

Дети Романовых сейчас заканчивали зачистку границ города и проверяли, не осталось ли монстров. Алиса Есенина так же была в квартале отсюда, и только что закончила сражение с Исполином.

Как раз в этот момент внутри здания раздались два взрыва, после чего стены дрогнули и начали складываться. Крыша провалилась, и в небо поднялся огромный столб пыли, закрыв улицу.

Маруся с Борей отбежали подальше, чтобы им в лицо не попали осколки, и тут они увидели, как к зданию бегут Угольки. Видимо, они должны были придти чуть раньше, но задержались и теперь хотели, как можно быстрее достать своего хозяина из-под завалов. То же самое решила и Маруся.

Она наклонилась к мальчику, отряхнула его курточку от пыли и сказала:

– Боря, ты уже взрослый, так что постой тут пока один, ладно? А я помогу спасти Михаила и остальных из-под завала.

– Я тоже могу помочь! – выпятил он грудь.

– Не стоит, – улыбнулась Маруся. – Нас вполне достаточно.

В этот момент мимо них пронеслись Угольки.

Ольга с Сергеем Есениным так же не стали медлить и, наплевав на статус и манеры, принялись раскидывать обломки здания сначала магией, потом и голыми руками.

Это не заняло много времени и первым достали Михаила. Он был без сознания, но даже так Маруся увидела, что кончики его пальцев слегка светятся.

– Сережа, я нашла! – крикнула Ольга и одной рукой откинула многотонную бетонную плиту.

Маруся так же подбежала ближе, чтобы помочь. В нише лежали два тела, и оба были окутаны едва заметной оболочкой, которая бликовала на солнце.

– Он что, даже в таком состоянии держит защиту? – удивился Есенин и спрыгнул внутрь. Как раз после этого оболочки вокруг Саши и Петра лопнули.

Сергей Александрович вытащил тела из ямы и положил на асфальт.

Ольга склонилась над мужем, Сергей Александрович над сыном.

Маруся же постаралась не вмешиваться и отошла к Борису. Даже Угольки и солдаты понимали, что сейчас настал момент истины.

Михаила оттащили подальше и загрузили в медицинский БТР.

Даже воздух застыл в ожидании того, что будет дальше.

И первой тишину нарушила царица Ольга.

– Петя! – воскликнула она. – Петя, дыши! Петенька!

В ответ послышалось тихое кашлянье, и Маруся увидела, как худая рука Петра коснулась щеки нависшей над ним женщины.

Но со стороны Александра была тишина. Князь склонился над телом сына и аккуратно гладил его по щекам.

Из-за того, что он сидел спиной к Марусе, она не видела его лица, но смогла заметить, как несколько капель упали на лицо Александра.

Сзади же раздались быстрые шаги.

– Что случилось?

Маруся обернулась и увидела, как к ним приближается княгиня Есенина. Руки у нее были по локоть в какой-то жиже, волосы растрепаны, но даже так она сохраняла свой железный взгляд.

И по мере приближения ее лицо все больше искажалось.

– Саша! Что с Сашей?! – выкрикнула она и сорвалась с места. – Сережа! Что с моим сыном!

Но тот не отвечал. Его плечи дергались в такт ее всхлипываниям, на лицо бездыханного сына падали одна за одной слезы.

Алиса Есенина буквально упала на колени перед Сашей, схватила его за плечи и прижала к груди. Не сдерживаясь, она заплакала навзрыд. Горько, с придыханием.

Маруся и сама не сдержалась – слезы сами собой потекли по щекам.

– Сашенька! Сашенька! – повторяла Есенина. – Дыши, дорогой!

Князь же опустил голову и просто тихо плакал, даже не пытаясь что-то сказать.

Ольга же обнимала выжившего Петра.

– Я… – начал Петр, обращаясь к чете Есениных.

– Заткнись, – произнес Сергей.

Маруся увидела металлический взгляд Алисы. Он сверкнул всего на секунду, и у нее мурашки побежали по коже.

– Ничего не говори, Романов. Просто уходите…

– Никто не виноват… – попробовала вставить Ольга.

– Уходите, пока не случилось неладное, – тихо произнес Сергей. При этом его слова были слышны всем, кто наблюдал за этим событием.

Княгиня же продолжала громко рыдать и прижимать сына к груди.

– Я очень хочу, чтобы эта рулетка показала другой вариант, – произнес Есенин, вытирая слезы и поднимаясь с колен. – И я очень зол такой несправедливости. Поэтому прошу вас, Ольга, покиньте это место сейчас же. Не делайте жертву моего сына напрасной.

Царица секунду смотрела на Есенина.

Маруся же видела перед собой полностью сломленного человека. Когда-то он считался одним из величайших магов страны. Его род был сильнейшим, и все, кто вступал с ними в альянс, благодаря его фамилии, обеспечивали себя неприкосновенностью. Но теперь Сергей Александрович смотрел на Романовых пустым взглядом. Так смотрит человек, которому нечего терять. Но все же его за руку еще держала супруга.

И Ольга это прочитала.

Она взяла на руки своего супруга, который теперь весил килограммом сорок и направилась в сторону администрации.

– Напрасно гневаешься, князь! – послышался не менее уставший голос Михаила Кузнецова.

***

Я очнулся с ощущением, будто меня неделю катали в бетонном миксере и только потом вытащили наружу. Голова гудела, как колокол в пасхальное утро, а внутри всё вибрировало в такт собственному сердцу. Вкус металла на языке, в ушах — то ли звон, то ли эхо, а поверх всего — звуки, которых я не хотел слышать: крики. Кто-то звал по имени. Кто-то рыдал.

Я приподнялся — с трудом. Грубая обивка сиденья, металлические стены. Пахло озоном, гарью и старым дизелем.

БТР.

Я был внутри БТРа. Крышка заднего люка была приоткрыта, внутрь пробивался серый рассветный свет. Где-то рядом гремело. Рядом со мной сидела Лора, по-кошачьи удобно устроившись прямо на полу, будто это был дорогой ковёр в роскошной приёмной.

– Ну, ты дал, конечно, – сказала она, не отрывая взгляда от проекции, висящей в воздухе. – Очнулся, кстати. Уже неплохо. Я бы поставила тебе три звезды сноровку

– Что случилось?.. – голос был сиплый, и пришлось кашлянуть, чтобы заставить его звучать.

– Вышло даже лучше, чем мы думали, – Лора повернулась ко мне, приподняв бровь. – Взрыв не добил оболочки. Кристаллы сработали как компенсаторы. Ты купола поставил в идеальный момент.

Я с трудом втянул воздух. Боль немного отступила. Язык шевелился.

– А крики?..

– Это Алиса Есенина. Кажется, с Сашей проблемы…

Я медленно сел, держась за стену, чувствуя, как мир всё ещё качается. Боль в голове пульсировала, но уже не сбивала дыхание.

Как же мне удалось не повредить тела? Неужели сработали инстинкты? Или Лора? Хотя, вспоминая наши с ней новые регламенты и правила, тут больше ее заслуга. Взяв под контроль тело, при большом проценте вероятности смерти, она смогла защитить и Петра с Сашей.

– Сколько я был в отключке?

– Минут десять. Плюс-минус. Но, если хочешь знать, – Лора снова взглянула на проекцию, – нам нужно поторопиться. Как я уже сказала, у Саши проблемы.

Глава 5. Все идет по плану. Почти...

Я кое-как выбрался из БТРа. Маруся все мельтешила рядом, пытаясь как-то помочь, взять под локоть или дать руку, чтобы опереться. Должен признать, ее помощь была не лишней.

Из-за нехватки энергии тело буквально страдало от истощения. Благо, Лора могла по-прежнему активировать нужные доли мозга, чтобы я хоть немного чувствовал себя получше. А вот у питомцев было состояние похмелья. Им тоже не хватало энергии, но они молодцы. Терпели и не жаловались.

Но у меня было еще одно незаконченное дело.

Увидев князя Есенина, я понял, насколько же он эмоционально вымотан. Его супруга была в состоянии… Да чего тут объяснять, и так понятно, что хуже судьбы им не придумаешь. Но все же я постараюсь это исправить.

– …не делай жертву моего сына напрасной, – закончил свой геройский монолог Сергей Александрович.

Что ж, теперь мой выход.

– Напрасно гневаешься, князь! – тяжело дыша, произнес я.

– Кузнецов… – голос князя изменился и стал металлическим. – Ты до сих пор жив, только потому…

– Сергей Александрович, заткнитесь! Я еще могу спасти Сашу и закрыть глаза на то, что вы мне только что пытались угрожать. – Во рту пересохло, и я перевел дыхание. – Не стоит этого делать.

Волосы и борода князя начали шевелиться, но его супруга тут же ударила кулаком ему по спине.

– Не вздумай, Сережа. Молчи. Ты сделал достаточно, теперь дай Мише сделать то, о чем он говорит! – Она вытерла слезы, нежно обняла тело сына и положила на землю. – Если ты можешь, Миша… прошу, сделай что-нибудь.

Болванчик быстренько облепил мои ноги и корпус и помог присесть. Стало стыдно, что даже такое простое действие я не могу сделать самостоятельно.

– Если позволите, Алиса Викторовна, то отведите вашего супруга на пару метров назад, – попросил я. – Он очень любит своего сына, поэтому ему может не понравиться то, что я буду делать.

Она удивленно посмотрела на меня и повернулась к мужу. Видимо, когда ей дали шанс, она тут же переключилась в рабочий режим и схватила Сергея под руку. Тот не стал спорить, и они отошли.

Ольга же с Петром Первым на руках, так и стояли, наблюдая за моими действиями.

– И все же немного удачи не помешает, – пробубнил я про себя и повернулся к Марусе.

Вот за что я ее обожаю, так это за то, что она очень чуткая и понимает все без слов. Кивнув, она подвела ко мне Борю.

Наверное, для парня его возраста было бы слишком видеть подобную картину, но не для Бориса. Я еще помню, из какой дыры его достал и какие были обстоятельства.

– Борь, просто побудь рядышком, ладно?

– Конечно… – кивнул он. – Но я могу помочь, – и положил ладошку на живот Саши.

– Приступаем, – вздохнул я, ударил Александра по груди и опустил по кулаку небольшой разряд.

Да, это были простые реанимационные действия, которым меня учили еще в моем мире. И удивительно, этот метод попросту никто не изучал, так как использовались магия и другие способы.

– Ты чего тво… – услышал я голос князя Есенина, но тот моментально оборвался.

Вообще пропали все звуки.

– Все нормально, – услышал я практически над ухом голос царицы Ольги. – Я помогу тебе сосредоточиться.

– Забавные у нее две предрасположенности, – хихикнула Лора. – Редко такое увидишь.

Я же оставил это без комментариев и продолжил реанимационные мероприятия.

Сделал все по правилам. Болванчик считывал показатели. И наконец, через пару минут нашими общими усилиями сердце Саши забилось самостоятельно.

– Получилось, – выдохнул я и понял, что никто, кроме Бори, меня не слышит. – Ольга Васильевна, не могли бы вы добавить громкость?

– Разумеется, – услышал я.

Тут же в уши врезались всевозможные звуки улицы. Сирена вдалеке. Угольки разгребают завалы и расчищают дороги. Скрежет зубов Сергея Александровича и тихое бормотание молитвы княгиней Есениной.

– Сердце бьется, – тяжело повернулся я к чете Есениных.

– Что? Он жив?! – воскликнул Сергей и подбежал к сыну. Рядом на колени упала и Алиса Викторовна.

– Жив! Мой мальчик! – на этот раз у женщины были слезы радости.

– Но должен предупредить… Сейчас он в коме. Я не знаю, когда он проснется. Но его внутреннее хранилище сейчас еще хуже, чем у меня.

– Понятно, – кивнул Сергей, – Я… Миша, ты прости… Я очень тебе благодарен.

– Как это получилось? – перебила его супруга. – Разве вы не говорили, что должен остаться только один?

– Так бы оно и было, – кивнул я, – если бы я не вмешивался. Ну и немного везения.

Конечно, речь шла о Боре. И наверное, для меня это самое простое объяснение. Удача Бори помогла. Этого мне достаточно.

Но все же и мои силы рано или поздно заканчиваются.

– Миша, ты сейчас не переживай, я сделаю все хорошо, пока ты будешь спать, – произнесла Лора.

– Ты о чем? – удивился я.

– Сейчас ты упадешь в обморок. Ну, точнее, я это провоцирую. Это уже критическая точка, и больше медлить нельзя.

– Покажешь мне хороший сон?

– Да, дорогой, все, как ты хочешь, – улыбнулась она.

Я закрыл глаза и последнее, что запомнил, как Болванчик плавно подхватил мою голову, и я лег на землю.

***

Где-то в небе над Францией.

За окном Имперского дирижабля для первого лица государства был рассвет. За красивым расписным столом из красного дерева сидел сам государь Российской Империи и изучал документы. На носу красовались маленькие позолоченные очки с цепочкой, а в руке он крутил ручку.

Пока все шло согласно планам. Были редкие исключения, но в целом Петр остался доволен.

Взаимовыгодный мир со всей Великобританией, согласно которому они закупают у них ресурсы с небольшой скидкой. Там было много позиций, но без маголита, конечно. В ответ, Туманный Альбион обязуется предоставлять гранты на военную технику и некоторые разработки. С точки зрения Петра, это было отличное предложение. К тому же оно ничем не обязывало Империю, так как они будут продавать только избыточные ресурсы, а взамен получат новые технологии.

К тому же в его руки попала и Люся! А это сильный маг. Уж он-то помнил, как она действовала, когда Петра свергли. До сих пор фантомные боли в области спины и поясницы.

По радио вещали французские новости. Как раз говорили о скором прибытии царя Российской Империи для налаживания отношений между странами.

Петр уяснил, что лучше делать все самому, если хочешь, чтобы все было идеально. Да, в Париже было посольство, и оно работало отлично. К тому же там заведовал один из членов отряда Кузнецова.

С тех пор, как Петр Первый занял свой пост, он еще ни разу не пересекался с Георгием. Что делало этот визит немного интереснее.

Но сейчас не об этом. Петр ждал новости куда интереснее, чем встреча с Фанеровым, да и вообще любые другие новости. И чтобы занять чем-нибудь ожидание, он разбирал документы.

Наконец, в дверь постучались.

– Войдите, – практически одними губами произнес Петр.

Дверь открылась, и в помещение зашел секретарь.

– Ваше величество, – произнес он. – Есть новости.

Петр слегка улыбнулся, отложил все бумаги, сел поудобнее и сложил руки на столе.

– Ну, давай, я готов!

– У нас мало информации о Сахалине, но все же что-то нам удалось выяснить, – начал секретарь. – Время действия артефакта голода закончилось, но по неподтвержденным сведениям Петр Петрович Романов выжил. Также мы узнали несколько новых нюансов.

– Значит, Петр выжил! – ухмыльнулся царь. – Молодец! Я и не сомневался. А то так бы было вообще не интересно! А что же с Есениным?

– Александр Есенин, по неподтвержденным данным, смог выжить…

Резкий всплеск энергии разбросал всю мебель в комнате.

– Как выжил?.. – спокойным тоном произнес царь, но в нем чувствовались металлические нотки.

– Точно не могу сказать, как именно, но к этому приложил руку Михаил Кузнецов.

– Какого… – царь сделал глубокий вдох. – Что с Александром Есениным?

– Он жив, но не подает признаков активности, – добавил секретарь. – Возможно кома, или летаргический сон…

– Помеха… Погрешность… – сквозь зубы произнес Петр. – А что за новые нюансы?

– Да, – секретарь прокашлялся и, мельком оценив настроение царя, чтобы понять, будут ли полезны следующие новости, все же продолжил: – Бывшая царица Ольга показала нам вторую предрасположенность. До этого у нас была информация только о владении звуковыми волнами. Теперь же эта предрасположенность… Если честно, у нас нет точных сведений по ней. Все произошло быстро и вмешался князь Есенин.

– Ага, это все?

– Нет. Кузнецов обладает способностями, которые мы не можем прочесть. Его навыки слишком странны, как и действия. Каждый раз у него появляется что-то новое.

Петр на эти слова только закатил глаза.

– Вот вы там совсем болваны? Ты же читал его институтскую карту? Да чего там, это во всех журналах написано! У него способность осваивать любые предрасположенности. Чего ты тут удивляешься? Просто возьми это в конечные расчеты в будущем. У Кузнецова может быть новая способность, или несколько. Или новый питомец. Это же очевидно! Читаемо!

– Но у него… Какое-то ненормальное количество энергии. Только на питомцев должна уходить доля энергии, сравнимая с возможностями среднестатистического великого архимага, а он даже не замечает этого.

Петр вздохнул. Иногда его люди делали какие-то невероятные вещи. Доставали информацию, которую просто невозможно достать. Но иногда они очень сильно тупили, и как будто не могли сложить два плюс три.

Ну конечно, у Кузнецова просто огромное хранилище. Естественно, у него стоят печати. Петр лично видел, как он пользовался руническими заклинаниями, а значит, что и доспехи он освоил. И это потребляло просто невероятное количество энергии.

Конечно, вопрос в общем запасе, но это было сложно.

Петр не стал лишний раз ломать своего секретаря.

– Что еще? Если нет, то свободен.

– Кузнецов был замечен у Кремля буквально через несколько часов после поимки Люси. И почти в это же время на Сахалине. Клоны?

– Странно… но нет, это не клоны, – задумался Петр. – Насколько мне известно, он обладает способностью к телепортации.

У секретаря брови поползли вверх.

– Да-да, не удивляйся. Но проблема в том, что для первого уровня телепортации нужна жертва, а солдаты не находили никаких трупов. Если только он не прокачался до второго уровня, но это маловероятно. Слишком много смертей для этого необходимо.

Динамик на столе захрипел и через секунду послышался голос капитана дирижабля.

– Ваше величество, мы подлетаем к Парижу. Температура за бортом минус сорок градусов. К трапу приедут генералы Фош и Петен. Так же с ними будет посол Российской Империи Фанеров Георгий Анатольевич.

– Замечательно. Посмотрим, как ты справишься со стрессом, Георгий… – улыбнулся Петр и посмотрел на секретаря. – Молодец. Ты свободен.

– Что будем делать с князем Есениным? – напоследок поинтересовался мужчина.

– А что с ним надо делать? – не понял Петр Первый.

– Разве он теперь не на стороне Кузнецова? Тот спас его любимого сына.

– Ох, нет, пусть живет спокойно. Он меня не будет трогать, по крайней мере, пока его любимый сынок в коме. У него много других проблем.

– Но разве…

– Есенина оставить. Пока, – кивнул Петр. – Ступай, подготовься к официальной встрече с королем и нашим любимым послом.

– Есть! – кивнул секретарь, после чего вышел за дверь.

***

Сон.

Блаженный, и такой сладкий сон.

Лора превзошла сама себя и показала мне лучшие образы. Сначала это были детские воспоминания, смешанные с встречей моих друзей из школы. Беспечные деньки, когда мы с друзьями после уроков заходили в ближайший магазин, чтобы купить на сэкономленные от обедов деньги или комиксы, или булку с сосиской и острой морковкой. Назвать это хот-догом было бы несправедливо.

Затем были сны об институтских днях. Первая любовь, первое расставание. Соревнования, на которых я выигрываю у всех, кого вижу. Медали. Много медалей.

Лора давала то, что не мог сделать обычный сон. Она давала досмотреть его до конца. После чего мы некоторое время с ней лежали на пушистых облаках и молча наблюдали рассвет. Когда же солнце вставало, она переносила меня в новый сон. И так много раз.

Я не хотел задумываться, сколько прошло времени, хотя в любой момент мог спросить. При этом я понимал, что Лора продолжает работать, и то, что я сплю, было ей на руку. Минимум расхода энергии и сил, а значит, можно направить больше мощностей на восстановление.

Но всему хорошему приходит конец. Как и моему сладкому сну. Я открыл глаза из-за того, что солнце через окно херачило мне прямо в лицо.

Первым делом проверил состояние тела. Ничего не болело, что странно.

– Лора.

– Да, дорогой? – как ни в чем не бывало, она зависла надо мной.

– Сколько я спал?

– Ну… – она закатила глаза. – Ты же понимаешь, что твой организм был истощен? Он прям был вообще истощен. Супер плох! Мега плох! Если бы твое тело участвовало в соревнованиях по усталости, то ты бы не только занял первое место, а поставил бы новые стандарты.

– Да понял я, что это было нехорошо, и все же, сколько? – я был морально готов ко всему. Почти ко всему.

– Десять дней.

– ЧЕГО?! – я сел в кровати и голова неприятно загудела.

– О! Проснулся, соня! – услышал я голос Маши, сидящей в дальнем углу комнаты.

Повернув голову, увидел, что с ней еще и Света. Обе сидели в креслах. Одна читала книгу, вторая точила кинжал.

– Я правда спал десять дней? – воскликнул я, смотря им в глаза.

– Может, он того? – прошептала Света, покрутив рукояткой кинжала у виска.

– Я все слышу! – возмутившись, свесил ноги с кровати. – Я что, голый?

– А что тут такого? – улыбнулась Маша. – Чего мы там не видели? За тобой был хороший уход. И да! Ты дрых десяточку дней.

– Что с Сашей? Где вообще сейчас Есенины? И Романовы! Что с ними? Что в стране? – начал я закидывать их вопросами.

– Спокойно, – строго сказала Света. – Ты только проснулся, а уже хочешь себя угробить? Мы знаем, что основные столкновения временно закончены, так что и ты выдохни. Прими душ, позавтракай, и постепенно сам проверишь все. Хотя…

– Хотя у Нади и Трофима есть два толстенных отчета о том, что случилось, пока тебя не было.

– Но все же хорошо? – прищурился я.

– Да. Пока все хорошо, – кивнула Света.

Мне надо было время.

Я натянул трусы и прошелся по комнате. После десяти дней лежания ноги мне спасибо не сказали, как и спина.

Параллельно я проверял энергетические каналы. И должен признать, Лора провела отличную работу. Около восьмидесяти процентов всех моих поврежденных каналов был восстановлены, а это, извините, огромный пласт работы.

Потом я лично через внутреннее хранилище проверил всех питомцев. И все, кроме Валеры, были добры и сильны. Хотя Валере и в пирамиде было неплохо, судя по его словам.

Болванчик функционировал отлично, и я попросил позвать ко мне Надю и Трофима.

– Маш, пойдем, а то муж решил опять погрузиться с головой в работу, – вздохнула она.

– Нет. Подождите! Не уходите! Я постараюсь быстро все закончить и потом буду полностью ваш, – предупредил я.

– Если ты хочешь отчеты от Трофима и Нади, то это надолго. Мы видели, какие там документы… – грустно ухмыльнулась Света.

– Я настаиваю. Обещаю это не займет много времени.

Девушки переглянулись и решили сесть.

– Ну смотри! – погрозила пальцем Маша. – Если это не так, то ты от нас не отделаешься простыми подарками.

– Идет.

В комнату вошли Трофим с толстой папкой, а за ним Надя. Следом в помещение вкатили тележку с толстенным томом, которому позавидовал бы любой писатель.

– Как себя чувствуешь? – спросила Надя.

– Нормально, – я кивнул на кипу бумаг. – надеюсь, это все?

– Да, – кивнула она. Большую часть я разгребла.

Я же начал в свойственной мне манере читать документы. Чем вызвал ненаигранный восторг и зависть в глазах и моих жен, и Трофима с Надей.

Глава 6. Насущные...

Даже с моей невероятной скоростью чтение этих документов затянулось. Все же пятнадцать тысяч страниц машинописного текста мелким шрифтом с обилием графиков, сносок и перекрестных ссылок это вам не хухры-мухры. Пару раз я даже путался, а еще нам с Лорой пришлось кое-где расшифровывать Надин почерк. Да, кое-какие страницы она зачем-то писала от руки.

Эту задачку мы с ней, увы, не разгадали. Так что, придется узнать у Нади по поводу некоторых моментов.

Через пять минут вдумчивого чтения я с облегчением захлопнул гигантский том. В голове сразу потяжелело от обилия информации. Новостей было реально много, но обо всем по порядку.

– И это все новости? – спросил я, скосив глаза на дверь. А то кто его знает, вдруг там притаилась еще тележка другая.

В ответ в комнате сгустилась тишина. Все смотрели на меня как на инопланетянина.

– Кем ты, по сути и являешься, – хихикнула Лора. – Показушник!

– Наверное, никогда не привыкну к этому… – почесал нос Трофим. – А ведь я когда-то считал, что, прочитав “Войну и мир” за неделю, поставил какой-то там рекорд…

– Да, это все, Миша, – сказала Надя, сидящая в кресле. – У тебя есть… вопросы?

Ну я, конечно, молодец, раз за пять минут осилил пятнадцать тысяч страниц мелким шрифтом, но вопросов у меня действительно накопилось и немало. В первую очередь это касалось самой “верхушки”. То есть нашего бывшего гуся, а ныне губернатора Сахалина. Или его уже можно назвать премьер-министром?

Задав пару уточняющих вопросов, я перешел к основным темам.

– Вот тут целая глава про повышение налоговых сборов, – и я пролистал этот гигантский томище до нужной страницы. – Это как понимать? Да еще и на 14%!

Надя вздернула нос:

– У нас и зарплаты неплохо так выросли! Как и траты на инфраструктуру, Миша. Извини, но раз мы теперь отдельное государство, то деньги приходится доставать откуда получается. Из воздуха они не берутся!

– Что, съел? – ткнула меня в бок Лора. – А сам-то заплатил свой налог, а? Ваше величество?

Что ж, ответ Нади меня в целом удовлетворил. Самое главное с этим делом не перегибать. Да и если люди видят изменения вокруг себя в лучшую сторону, то поймут, что деньги идут в дело, а не в карманы к каким-то проходимцам. А то, гляди, память про Леонтьева и Меладзе еще жива в умах каждого.

Пролистав том еще раз, я остановился на разделе с тратами на дороги, детские сады, школы, больницы и прочую инфраструктуру. А там все шло в гору.

– Пойдет! – кивнул я, листая книжищу. – С новыми законами вы тоже, гляжу, времени зря не теряли…

Надя вздернула нос еще выше и начала загибать пальцы:

– Во-первых, раз у нас иное государство, то и систему законодательства тоже пришлось переделывать под наши нужды. К тому же, далеко не со всем, что было при Романове мы с Элем согласились. Половина банально устарела, а вторую половину делали, скорее всего, под нажимом интересантов, вроде Меладзе. Во-вторых…

И она принялась перечислять кучу нюансов в законодательстве. Оказалось, что Имперской юридической системе была куча “дыр”, которые с удовольствием пользовались те же Леонтьев и Меладзе, чтобы проворачивать свои делишки. Их она со своими верными помощницами латала до сих пор.

– …и когда мы закончим, черта с два у кого-нибудь, вроде них, получится творить что-то подобное! – и она подняла вверх палец. – У нас теперь диктатура закона, господа!

И она зловеще расхохоталась.

– Смотри, Кузнецов, – снова обратилась ко мне Лора. – А то, гляди, этот твой великий визирь устроит тут такую диктатуру, что мама не горюй!

– Ну… Наде я доверяю… – улыбнулся я, а моя маленькая диктаторша продолжила удивлять нас остальными нюансами нового законодательства. Когда она перешла к разделу о введении обязательных подтяжек для носков среди пенсионеров, я ее остановил:

– Ладно, понятно, это я уже читал. Это странно, но… пойдет. Давай лучше перейдем к тому, что не попало в отчет…

А говорил я о “местных” новостях, и тут в разговор вступили мои жены. Оказалось, что обоим пришлось провожать Угольков обратно в Широково, где тем срочно понадобилось укреплять наш участок стены – в Дикой Зоне была зафиксирована опасная активность монстров. КИИМ даже подвергся атаке, так что всю систему обороны пришлось переделывать и усовершенствовать.

Тут Угольки пришлись как нельзя кстати.

– Они собрались создавать третью линию обороны, – сказала Света. – Неофициально ее решили назвать “Линия Кузнецова”.

– Окей…

– Ах еще Эль же… – вспомнила Маша. – Он гонял в Широково, оставив бразды правления Лоре Палмер…

Меня это немного взволновало. Женщина она хорошая, но пока не факт, что сможет управляться также как брат.

– …но не волнуйся, она неплохо справилась. По крайней мере, хуже не сделала, – улыбнулась Света. – А Эль, тем временем, привел на Сахалин свой народ…

– Та-а-а-ак… – протянул я, зачем-то оглянувшись, словно этот самый народ сейчас был где-то неподалеку. Новость о том, что несколько десятков иномирцев ходили по порталам, а потом и по моей земле, тоже немного взволновала. – И где они сейчас?

Тут вперед вышел Трофим.

– Угольки выстроили им отдаленное поселение вокруг недавно упавшего метеорита, – сказал он. – Там они живут и тренируются, чтобы не привлекать лишнего внимания. А чтобы они не сидели без дела, я осмелился дать им работу.

Я не сразу понял, о чем он.

– Им? – уточнил. – Работу?!

– Да.

– Народу инопланетян, последних представителей древнего уничтоженного народа? Ты дал им… работу?!

Это даже звучало как-то странно. Он еще бы и собеседование с ними провел.

– Хотела бы я почитать список вопросов, – хихикнула Лора. – Кем вы видите себя через пять лет? Таким же зеленокожим пришельцем с развитой мускулатурой или уже розовым и тюленеподобным земляниным?

– Они теперь шахтеры, – пояснил Трофим. – Неподалеку от их поселения располагалась заброшенная, но не выработанная шахта. Не знаю, отчего Меладзе махнул на нее рукой, но Эль давно к ней присматривался. Вот мы и решили возобновить там добычу полезных ископаемых. Эти парни жутко трудолюбивые, и копаться в земле им нравится. Вот половину своего времени они бьют тварей из метеорита, а другую работают в забое. И последнее они воспринимают как хобби.

– Ладно, если им там нравится, то пусть будет. Нам же лучше…

Мы еще поговорили про внутренние дела, а потом мне на колени бухнули ворох газет.

– Думаю, тебе будет интересно, – загадочно улыбнулся Трофим, который наверняка тщательно отбирал их для меня все эти дни. Со своей чашечкой утреннего чая, разумеется.

Взяв пару газет, я бегло пролистал их и пробежался по заголовкам. Наткнувшись на зарубежные похождения Петра Первого, которые журналисты уже успели окрестить “Второе великое посольство”, мы с Лорой прочитали статью от корки до корки.

А новоиспеченный царь побывал практически во всех европейских странах, где умудрился выторговать для Российской Империи очень выгодные договора и сделки. Дольше всего он пребывал во Франции, где провел очень плодотворные переговоры с королем. Ниже была фотка, изображающего улыбающегося Петра Первого и какого-то толстяка в короне.

– …и отдельно отмечается, – указала Лора на строчку мелким шрифтом. – Что со своего места снят посол Георгий Фанеров. Он отозван в Российскую Империю. Вскоре ему предложат новую должность… Думаешь, это к добру?

– Кто знает? – нахмурился я.

Судя по всему, Петр завел кипучую деятельность… Даже слишком. Как-то не такого ожидаешь от злодея.

– И он неплохо справляется, – заметила Лора, – учитывая успехи его дипломатии…

– Однако, чую, новость со старшим Фанеровым обрадует далеко не всех, – хмыкнул я, покосившись на Машу. Затем повернул к ней газету и похлопал пальцем по статье.

Она неловко улыбнулась. Кажется, поняла, о чем я.

– А… Уже дошел? Женя в ярости. Он даже звонил мне… Двадцать четыре раза… за сегодня…

Вдруг в ее кармане зазвенел телефон. Маша с унылым видом посмотрела на экран:

– Двадцать пять. Минуточку.

Она взяла трубку

– Да, Женя… Да, привет… Да, Миша…

И я активно замахал руками. Мол, меня нет! Не хватало еще после десяти дней отключки слушать бред Фанерова. Так я снова впаду в кому!

– …нет, еще дрыхнет. Да, Женя, я знаю, как это срочно, но он еще… Нет… Да, мы за тебя очень переживаем… Да, твой отец отличный дипломат, а этот глупый царь просто ему завидует. Да, он бы вошел в историю если не… Нет, Женя, я не уеду с Сахалина, чтобы утешать тебя! Я как бы беременная… Что значит, и что?! Вот сам сначала забеременей, а потом рассказывай мне “и что?!”

И извинившись и покинула комнату.

– Беременный Фанеров… – задумалась Лора. – Такого этот мир явно не переживет…

Еще мне рассказали про Есениных, и вот их судьба, признаюсь, интересовала меня в особенности. Забрав Сашу они уехали в Москву, где ударными темпами восстанавливал особняк.

– Пока про них новостей нет, – сказала Света. – Но… В случае с этими ребятами отсутствие новостей – уже хорошая новость. А то слишком от них много пыли.

– Кстати, про Есениных, – заметил я. – А где наш Антон? Он уже приехал из этой своей… командировки с Толстым?

Света пожала плечами.

– По идее он должен был уже вернуться. Мы с Машей все пытались ему дозвониться, но он постоянно вне зоны доступа. Может, у тебя выйдет?

Найдя свой телефон, я попробовал звякнуть своему другу. Увы, абонент был не абонент.

– Можно начинать волноваться? – спросила Света.

– Насчет Антона? – улыбнулся я. – Пока рядом Толстой, я думаю, это Петру нужно начинать волноваться. Кстати, про Петра…

А вот он, по словам Трофима, нынче пребывал на Сахалине – хотя, где ему еще быть в нашей нелегкой ситуации? Один отель разнесли в пыль, вот Надя и переселила его в другой. Тот пока возводят заново. Отчасти поэтому и пришлось затянуть пояса с налогами.

– Вот к кому, к кому, а к нему нам стоят съездить в первую очередь, – заявила Лора. – Справиться о здоровье, о планах и… о благодарностях.

– Это я всегда успею, – вздохнул я, и тут в комнату вернулась Маша. Была она не очень довольной – видимо, Фанеров за те пять минут, пока ее не было, успел вынести ей все мозги.

Узнав, что и от Димы тоже было никаких вестей, я немного приуныл.

Дела, дела, дела… Эх, а как же хорошо было, когда я мог просто учиться и не думать про все эти глобальные вопросы. Нужно отвлечься хотя бы ненадолго, а то отдыхаю только во сне.

– И мне неплохо бы уделить внимание Маше со Светой, – сказал я про себя, – а то они еще подумают, что у меня на стороне кто-то есть…

– Ага, конечно, – улыбнулась Лора. – Не кое-кто, а целая я!

– Ну, ты у меня вне конкуренции. Но моим женам меня всегда не хватает.

Все остальные вышли, и мы с Машей и Светой наконец-то сумели остаться нае…

– Миша! – и тут в комнату ворвался Эль. – Ну наконец-то! А я уже когда ты, каналья, проснешься!

– Каналья? – нахмурился я. – Не очень-то это вежливо про того, кто в очередной раз всех спас!

Проигнорировав мое восклицание, Эль уселся в кресло. Лица Светы с Машей потемнели.

– Кого нам нужно спасти, так это моего брата! – сказал Эль, закинув ногу на ногу. – А то он в той пирамидке совсем поедет кукухой. Ему – представь себе! – там не с кем драться!

– Ужас-то какой… – и Маша со Светой, сидящие по обе стороны от меня, синхронно закатили глаза. – Как он там выживает? Без драк, опасностей, крови и ушибов?

Эль развел руками.

– Вот и я не знаю! Я когда перебрасывал народ на Сахалин, заскочил к нему. Рассказал про наше житье бытье, про то, как классно было драться с Исполинами, а еще каких тварей мы завалили в Дикой Зоне, пока шли к стене…

Я даже зажмурился. Где-то в моем внутреннем хранилище раздался отчаянный вой. Это был Валера.

– И ты ему обо всем рассказал?

– Конечно! – кивнул Эль. – Во всех подробностях! Как хрустели черепа, как лилась кровь, как тела падали в пыль, грохоча своими доспехами, как они молили о пощаде, как выли от горя их женщины!

– Женщины?! Какие еще женщины?

– Ну… Для красного словца я, конечно, немного приукрасил, но главное передал. Драка была отменная! Наверное, одна из лучших, в которых мне приходилось участвовать за последнее время!

И снова откуда-то донесся обиженный вой. Лора приложила руку к груди.

– Бедный Валера!

Да уж… Я бы на его месте точно бы сошел с ума. А Эль рассказывал уже мне о том, с какой гадиной ему пришлось столкнуться в Дикой Зоне. Лица Маши со Светой все темнели. Тут у Кутузовой в кармане зазвонил телефон, и, взяв его, она чуть ли не позеленела.

– Не сегодня, Женя, – сказала она, нажав кнопку “Выкл”.

– …а потом я так и сказал, – рассказывал Эль, – “брат, как жаль, что ты заперт в этом артефакте и не можешь пойти с нами на Сахалин! А там сегодня-завтра обещается ВОЙНА”. Ох, как же он ревел! Как он выл! Ты бы слышал!

Странно. Но пока я находился во внутреннем хранилище, я не слышал ничего подобного.

– Лора…

Она вздохнула.

– Зато я слышала, Миша, и очень отчетливо. Все мы слышали. Мне пришлось отключить тебе ушки, а то бы ты точно не восстановился. Тари пришлось его отдельно успокаивать. Бедный-бедный Валера.

– Так, стоп, о какой войне речь? – вернул я тему обратно. – Вы что, без меня тут решили войны объявлять?

Эль махнул рукой.

– Я бы объявил войну какой-нибудь Гринландии, но… К чему? Сегодня-завтра они все равно на нас нападут!

– Эээ…

– А ты как хотел?! – поднял бровь Эль. – Думал, все вокруг такие добренькие – будут просто стоять и смотреть, как молодое государство крепнет и развивается? Тот же Петр, как ты думаешь, против кого он решил дружить с Англией и Францией? Конечно же, против нас! А их соседи, вроде Пруссии и Речи Посполитой? Эти черти наверняка уже написали кучу “секретных” договоров, где уже расчертили наш остров на куски! Уж я этих правителей знаю! Сам такой!

И хохотнув, он покачал пальцем. Мне вот было совсем не весело. Маше со Светой тоже, но им, думаю, немного по другой причине. Наша дискуссия затягивалась.

– А еще Северная Империя, наверняка, точит на нас зуб, – говорил Эль, – а с той стороны еще и Америка! Этим-то только и дай куда-нибудь вторгнуться! У нас же тут есть выборы?

– Так, Эль, я тебя понял, – оборвал я его. – Чтобы нас не сожрали сильные мира сего мы должны вооружаться, а еще освободить Валеру. Этим я и займусь в ближайшее время. У тебя все?

Тот кивнул и встал. Тут же снова раздался телефонный звонок, но на этот раз в кармане у Светы. Вытащив телефон, она застонала.

– Это Фанеров! Теперь звонит мне!

– Дай его Элю, – распорядился я. – Пусть они пообщаются. Раз у него с Валерой были хорошие отношения, то, думаю, и с Элем все сложится.

– Что?! – фыркнул Эль, но взял телефон. – Что это за фамилия такая? Фанеров?! Ну-ка…

Щелкнув по телефону, прижав его к уху.

– Здорово, это ты что ли Фанеров? Нет, Светы нет, я за нее…

И с этими словами он вышел из комнаты. Проводив его глазами, мы переглянулись.

– Как бы этим не спровоцировать войну… – вздохнула Лора. – А то кто знает этого Фанерова…

И тут я вспомнил про один момент и открыл чат. Как ни странно, но Петр Петрович был “онлайн”. Справившись о его здоровье, я получил большой палец, а затем мы договорились встретиться в здании администрации.

До встречи еще оставался час, и это время мы с женами потратили с пользой.

– Мне вчера звонил отец, – сказала Света, когда я стал собираться на встречу с Петром. – И по его словами, про прошлую заварушку уже знают во всей Европе, и даже за океаном.

– Да? – обернулся я, одеваясь. – Это же была тайна?

– Была. Но шпионская сеть у них поставлена неплохо, – ответила Маша. – Мой папа тоже сказал, чтобы ты гордился собой и опасался одновременно. За границей тебя уже признали, как одного из сильнейших магов в мире.

– Вот как?.. А ведь я еще даже институт не окончил…

Хотя забавного тут мало. Раз я уже известен за пределами Империи, то тут действительно есть чего опасаться. Ибо чем сильнее маг, тем больше его хотят свалить с пьедестала.

Разговоры Эля о возможной войне уже стали казаться еще реальнее.

Поцеловав Свету с Машей, я направился на встречу с Петром. Уже у входа в кабинет, меня взяли под локоть.

– Так-так-так… – прозвучал над ухом хитрый голос. – Неужели это наш возмутитель спокойствия?

Это был Газонов. Пожав мне руку, он сказал:

– Так как я отвечаю за международную обстановку, нам бы с вами, Михаил, неплохо бы пообщаться по поводу одного важного дела на букву “В”.

Глава 7. Быт Сахалина

Ожидание будущих перемен всегда немного будоражит сознание, заставляет мозг работать в усиленном режиме и фантазировать разные исходы.

Но на этот вариант у меня было преимущество. Фантазии. У меня они были немного искажены, и все из-за Лоры. Мы уже слишком сильно сплелись воедино, чтобы ставить границы между мыслями. Так что когда я представлял, что нас ждет в будущем, Лора корректировала эти мысли, делая так, чтобы у меня были только логические и самые очевидные варианты. Это не предсказание будущего или что-то подобное, совсем нет.

Это была огромная аналитическая работа, которая потом перестраивалась в мыслительные процессы и визуальные рисунки где-то в глубоких дебрях моего мозга.

Вот и сейчас я сидел в кабинете у Алексея Октябриновича и слушал его предположения. Должен отметить, они часто совпадали с моими фантазиями, но были и расхождения, на которые Лора тоже делала погрешность.

Все же Газонов был куда более осведомлен во внутренней структуре управления Империей и знал много людей, которые могли повлиять на некоторые ключевые аспекты. И знал, как они поступят в той или иной ситуации.

Вообще, как я только попал к нему в кабинет, я понял, что он тут довольно комфортно устроился. Мягкий диванчик подогнал, организовал себе мини-бар, картинки на стенках с кошками. В кабинете царила уютная обстановка, как если бы я попал в рабочий кабинет родителей.

– К тому же в связи с напряженной ситуацией Наталья и их “говнозажим”... – он прокашлялся. Кажется, это название его сильно смущало. – Пойдет на военные нужды Империи в очень ограниченном количестве. Как мне уже сообщили, твоя Надя, умничка, уже вернула деньги большинству инвесторов, – он наклонился поближе. – Но насколько я знаю, Кутузовы и Нахимовы все же получат эти коробки исключительно для личного пользования.

– Я надеюсь, ситуация не дойдет до того, чтобы их применять…

– Надо быть готовыми ко всему.

– А что с Маргаритой? – спросил я, понимая, что про мелкие детали управления Газонов мог говорить вечно.

– Она сейчас назначена послом, – кивнул Алексей Октябринович. – И ждет делегацию…

– Делегацию? – удивился я. – Откуда?

– А это самое интересное, – и положил мне официальную бумагу с гербом Российской Империи. – Вы проснулись вовремя, Михаил, – улыбнулся Газонов. – Завтра делегация из десяти человек прибудет в сопровождении адмирала Нахимова. Необходимо встретить их и довести до администрации. Маргарита с этим как раз справится.

– Вы уверены?

– Абсолютно, – кивнул Газонов. – Кстати, у меня все не выдавалась свободная минутка, сами понимаете, – он кивнул на завал на столе. – Вникал в новую должность. Нет ли у вас тут какого-нибудь маленького литературного кружка? Или дома поэта?

– Простите, Алексей Октябринович, никак руки не доходили, но если хотите, можете этим заняться. Обещаю не обижать с финансированием. И сможете организовать все так, как вашей душе угодно. Да и я, чего уж там, буду выступать там по чуть-чуть.

На лице Газонова появилась хитрая улыбка. Кажется, ему понравилось мое предложение.

– По рукам, – он приподнялся, и мы обменялись рукопожатиями.

Когда я покидал кабинет Газонова, то в коридоре столкнулся с Мисс Палмер и Маргаритой. Они о чем-то мило беседовали и даже смеялись.

– Ох, Михаил, я слышала, что ты пришел в себя! – улыбнулась Палмер. – Как себя чувствуешь?

– Спасибо, неплохо. Слышал, вы отлично справились с управлением, пока вашего брата не было на работе? – кивнул я.

– Да, было дело, – пожала она плечами.

Маргарита с удивлением посмотрела на свою собеседницу.

– Эль твой брат? – поинтересовалась она, хотя в глазах не было ни капли удивления. После чего посмотрела на меня. – Господин Кузнецов, рада вновь с вами встретиться.

Она мягко подошла ко мне, улыбнулась, словно лиса, и протянула руку – не для рукопожатия, а чтобы я ее поцеловал.

– Добрый день, – бесцеремонно пожал я ее ладонь. – Слышал, вы заняли должность посла Сахалина?

– Не заняла, а устроилась на работу после собеседования с губернатором и его помощником, – гордо заявила она.

Ну да, как я мог забыть, что все госслужащие проходили собеседование с бывшим агентом ОМЗ – Донцовым.

– Тогда поздравляю. Слышал, завтра у вас важный день.

– Не сказала бы, – ответила она. – Но я постараюсь сделать все максимально профессионально.

Мы обменялись любезностями и разошлись. Дел у меня еще было полно.

Пришло сообщение на телефон от царицы Ольги.

“Михаил, прошу прощения, Петя хотел бы прийти в администрацию, но он пока не в том состоянии. Восстановление идет медленно, так что не мог бы ты прийти к нему? Он не знает, что я тебе пишу.”

– Ля какая, – фыркнула Лора. – С каких это пор царь Сахалина будет ходить по гостям к разным…

– К кому? К бывшим царям? А почему бы и нет? Мне не сложно, – пожал я плечами. – Да и к тому же, если останусь в администрации, по-любому появятся еще проблемы… Ой, дела.

– Ты чего стал таким ленивым? Раньше тебе нравилось!

– Да мне и сейчас нравится, Лора. Просто в любое дело надо входить постепенно. Как с тренировками. Нельзя сразу начать работать на максимальных оборотах. Надо раскачаться… Постепенно повышая нагрузку… Так и тут.

– Миша, у тебя случайно не начали отмирать клетки мозга? Давай проведу сканирование? А то вдруг? Ты несешь какую-то дичь!

– Да все-все, иду! – улыбнулся я. – Ух ты какая, строгая.

Выйдя на свежий воздух, я немного постоял на улице, наблюдая, как снег падает на крыши домов.

Опять я вступаю в этот круговорот дел… Думаю, если хорошо поработать, то рано или поздно смогу быть более свободным. Хотя чего уж таить? Мне и сейчас все нравилось.

Было только начало дня, а значит, дел еще скопится уйма. И к тому же надо решить, где сейчас моя помощь будет самой необходимой. И все равно пришел к выводу, что сперва необходимо получить кое-какие разъяснения от Петра.

Пока добрался до места встречи, проверил, чем занимаются остальные питомцы.

Посейдон полностью вернулся в Широково, и Лора продолжила ставить на него печати. Булат бегал по Сахалину, думая, что теперь это все его угодья. Ну и пусть думает. Все равно, как оказалось, при любой возможности он может в мгновение ока оказаться рядом. И даже интересно, кто быстрее на длинных дистанциях, он или Любавка?

Кстати, о ней. Она сейчас была с Борей в поместье. Там у них проходили дополнительные занятия с преподавателями. Как оказалось, на Сахалине полно квалифицированных учителей. Боря отлично помог мне в последней битве. Вообще я так и не разгадал до конца природу его предрасположенности. Но ясно, что его присутствие значительно увеличивает шансы на победу. Но на сколько? Вот в чем вопрос.

– У меня нет точных вычислений на этот счет, – ответила Лора. – Но если Боренька увеличивает шансы не намного, то я бы не стала им рисковать и закидывать в серьезные битвы.

– Да я бы тоже.

Ева с Надей и ее сотрудницами торчали у себя в здании, разгребая, как всегда, горы бумаг. Кицуня же крутился вокруг моих жен. Ему почему-то с ними было комфортно и весело. Мне же намного спокойнее, когда эта маленькая машина массового поражения под моим контролем находится рядом с Машей и Светой.

Про Угольков я уже все и так знал. А Тари была занята тем, что создавала как можно больше жучков для мусороперерабатывающей компании, которую мы временно перевезли сюда. Она хотела покрыть весь остров своими контролируемыми жучками.

Вот кто меня на данный момент больше всего беспокоил, так это Аркадий. Здоровяк плавал у берегов Российской Империи, приманивая к себе все больше подводных монстров. На мой резонный вопрос “зачем?” он объяснил, что видит, как у Владивостока и еще нескольких портов начинают скапливаться военные корабли.

Ну как объяснил… показывал он больше образами, а Лора комментировала.

Так я и добрался до нового места обитания семьи Романовых. И опять на входе я встретил преданную кремлевскую гвардию. Их стало чуть меньше после нападения Исполинов, но в глазах по-прежнему горел фанатичный огонь верности царю.

Собственно, почему бы и нет? Разве плохо иметь у себя настолько преданную гвардию?

Надеюсь, у меня такая же. Хотя кто его знает…

Увидев, как я иду один, солдаты приняли меня за простого прохожего и подошли, чтобы проверить документы и осмотреть.

– Простите, но… – начал солдат, но когда я опустил шарф, то он отошел. – Это вы, ваше величество! Прошу прощения.

Остальные тоже подобрались и вместо солдата ко мне вышел командир.

– Здравь жлаю, ваше величество! – отрапортовал он, но потом стыдливо поинтересовался. – А как к вам удобнее обращаться?

Я не был фанатом всех этим нюансов с титулами и обращениями, да и манией величия не страдал. В идеале, можно, и на вы, но, чувствую, они не согласятся.

– Достаточно “господин Кузнецов”, – кивнул я. – Так что вы тут, народ не пускаете в гостиницу?

– Никак нет, господин Кузнецов. Просто проводим дополнительный досмотр, – выдал он, словно заготовленный ответ. – У нас есть электронный список всех жителей Сахалина, и мы сверяемся с базой данных. Если кто-то незнакомый, то сразу…

– То что? – улыбнулся я. – Шашки наголо? Голову с плеч?

– Ну зачем же так, господин Кузнецов, – улыбнулся он. – Мы не останавливаем, но докладываем царевне Анастасии, а там уже… – он провел пальцем по горлу. – Возможно, и голову с плеч.

Я похлопал командира по плечу, поблагодарил за хорошую службу и дал еще парочку напутствий касательно того, чтобы они ничего не отморозили на холоде, и пошел в апартаменты бывшего царя Российской Империи.

Дверь мне открыла Катя. Выглядела она немного усталой, но была куда жизнерадостней, чем в последние дни, когда Петр должен был умереть.

– Миша! – воскликнула Катя и кинулась обниматься. – Я так рада тебя видеть!

– Взаимно, – аккуратно я оттеснил ее от себя. – Как там твой отец?

– Ой, все хорошо! Идет на поправку. Но там столько еще всего! А еще мы дежурим с Пашей и Настей по сменам, – как бы оправдывая свои внешний вид, пояснила она. – Ну еще мы пару раз выбирались с Трофимом на Северный Пояс. Чтобы не растерять навыки и немного нарыть кристаллов.

Я не стал говорить, что Угольки опять натаскали мне целую гору красных кристаллов. Сейчас мне они и самому были нужны. А Петр уже прошел критическую фазу и теперь его дальнейшее восстановление лежит на его плечах. Я ему не нянька.

Зато в апартаментах Романовых имелась одна нянька. Арина Родионовна подошла к Кате и аккуратно взяла ее под локоть.

– Внученька, там еда уже остыла, иди, я провожу Михаила, – любезно произнесла она, и Катя без лишних разговоров ушла на кухню.

Я прошел внутрь.

– Вижу, Арина Родионовна, вы решили не мелочиться и взяться за царскую семью? – улыбнулся я.

– А чего мне еще делать? – развела она руками. – У Саши сейчас проблемы, и он не дает мне вернуться обратно, как бы я не просила.

Она проводила меня в кабинет. Там-то я и встретил Петра впервые с момента извлечения из него голода.

Не скажу, что он выглядел как прежде, но однозначно лучше. По-прежнему худой, но усилиями няни Пушкина щеки у него порозовели, а вид был довольный, но немного уставший. И всему виной стоящая на углу стола большая тарелка с пирожками.

Видимо, это его дневная норма, или что-то такое, чтобы быстрее набрать массу.

– Ваше величество, – кивнул я.

– Миша, это я тебе должен говорить ваше величество, – и он тут же встал и сделал поклон.

– Уже можете ходить?

– С трудом, но да. Хотя Оля не выпускает меня из квартиры, но я в состоянии дойти до туалета и ванной. До кухни тоже, но обычно Арина Родионовна опережает меня и приносит еду сюда. У нее расписание, которое она сама и придумала, – улыбнулся он. – Ну, присаживайся.

– Для начала, как вы себя чувствуете?

Петр сжал и разжал кулаки.

– Ну как тебе сказать… уже не тот. Раньше я бывал непобедим, – он взял с тарелки пирожок и откусил. – А теперь приходится набирать и массу, и энергию ускоренным темпом.

– Вижу, у вас неплохо получается, – кивнул я и сменил тему. – Лучше расскажите, что вы планируете делать дальше?

– Все просто, Миша, – кивнул Петр. – Как только я восстановлюсь, то вернусь в свою родную страну. Доказательств у нас достаточно, чтобы дискредитировать моего отца и показать, что он сделал, чтобы встать на престол. Сговор с божествами, как минимум. К тому же я обнародую документы, которые были засекречены.

– Что за документы?

– Касательно того, почему я его посадил в тюрьму.

– Хмм… Насколько мне известно, он не хотел, чтобы армия и отряд Кузнецова пошли в метеориты и обороняли страну. – Лора показала мне нужные сведения.

– Как ты уже знаешь, иногда в учебниках содержится не вся информация.

– И почему же? – удивился я.

– Потому что в то время моего отца любили больше, чем меня, – вздохнул он. – Я был бунтарем. Молодым воякой, который хотел только сражений. Пришлось сказать народу только половину правды.

– А в чем же заключалась другая половина?

– В том, что он хотел наладить контакт с хаосом. Делал попытки и экспериментировал над людьми. Тогда стали появляться первые клоны и болванки для вместилищ частиц божества. Наш отряд сражался с ним и его клонами. И они были сильны. На тот момент, уж точно!

– Так, погодите, откуда у него вообще появилась магия? – удивился я. – Разве не вы с отрядом Кузнецова получили первые предрасположенности и магию?

– Он тоже нашел метеорит. Только в Северном поясе. Это все, что я знаю, потому что в том походе погибли все его солдаты, кроме его самого. И на нем не было ни царапины, – пояснил Петр. – У него была своя стратегия мира и решения проблем с хаосом. Но мы изначально понимали, когда столкнулись с Нечто, что его план провалится. К тому же он действовал совсем бесчеловечными методами…

– И почему вы не огласили вторую часть?

– А ты думаешь, если бы народ узнал, какие зверства творил Петр Первый и какие эксперименты он творил, народ бы согласился, чтобы трон занял его наследник?

Я промолчал, понимая, что другого выбора у него просто не было.

– Вот и я так подумал, – добавил Петр. – Кстати, слышал про послов?

– Да, завтра Маргарита решила их встретить и обсудить кое-какие нюансы. Прибудут с Нахимовым. У него тут супруга…

– И как мой отец до сих пор не убрал их с должности?

– Вас это удивляет? По мне так все очевидно. За ними слишком много людей. Петр просто не вывезет.

– Не вывезет, говоришь… – как-то слишком уж грустно ухмыльнулся Романов. – Скажи, Миша, почему тогда Кутузов и Нахимов до сих пор не объединили силы и не подняли восстание? Они бы могли спокойно свернуть царя той мощью армии, что у них есть.

– Не знаю и знать не хочу, – вздохнул я, понимая, что меня опять пытаются втянуть в какие-то политические игры. – Все, что меня интересует, так это судьба Сахалина и людей, которые на нем живут. Теперь это моя страна и мне необходимо дать людям все, что они хотят, и оградить от всех опасностей извне.

Петр Романов закинул остаток пирожка, прожевал и улыбнулся.

– Достойный ответ правителя, – кивнул он. – Не сомневаюсь, что ты будешь хорошим царем. К тому же, насколько мне известно, у тебя отличная команда. Губернатор Сахалина вообще сделал что-то невероятное.

– Что есть, то есть. Мне просто повезло, – улыбнулся я. – Удача всегда немного на моей стороне.

– Видимо, она теперь распространяется и на меня! Что ж, посмотрим, как Маргарита проведет встречу. Газонов тоже будет присутствовать?

– Понятия не имею, – пожал плечами. – Но что вы знаете о Маргарите? Ей можно доверить встречу послов?

– Если кому и можно, то только ей, – загадочно произнес Петр. – Главное, чтобы не появился Мастер.

– Да кто такой, этот Мастер! – психанул я. – Уже не первый раз слышу про этого загадочного Мастера.

– Ох, лучше тебе не знать, – покачал он головой.

Глава 8. Создаем план.

Поболтав с Петром Романовым, я решил, что пора лично проверить и Москву, и Широково. Заодно узнать у Первого тайного отдела, что там с Люсей и Виолеттой. Возможно, они подскажут, где Антон.

Попрощавшись, я только вышел на улицу, как меня догнала Катя.

– Миша, мы можем чем-то помочь?

– Ты про себя и брата с сестрой?

– Да. Мы сильные воины. И можем приспособиться к любым условиям. Нас этому учили с детства. Мы не просто…

Но я поднял руку.

– Спасибо, но не надо. Сейчас нет большой необходимости, так как нет никаких данных.

– Все же Катя может пригодиться, – подсказала Лора.

– Хотя знаешь, помощь твоих музыкантов будет не лишней, – дополнил я. – У тебя есть с ними связь?

– Да, они в Москве, – кивнула Катя.

– Пусть поищут Дункан.

Я предполагал, что она останется с Буслаевым, но насколько я понял, ее миссия должна была закончиться. Да и сильный рекрут мне точно лишним не будет. А если она откажется остаться на Сахалине, то почему бы просто не попробовать ее завербовать?

– Хорошо, я попробую, – кивнула Катя. – Больше ничего не нужно?

– Да нет… Пока все, – кивнул я и уже хотел запрыгнуть в машину, но Катя остановила.

– Миша… Спасибо за все, что для нас делаешь. Я не думала, что кто-то бы еще так же помогал нам, как это делаешь ты.

– Не стоит, – улыбнулся я. – Все же твой отец подстраховался и сделал верный ход, когда отсоединил Сахалин.

– Как только все образуется, обещаю, с меня куча рекламы твоего Сахалина, – улыбнулась она.

– Сомнительно, но окей, – кивнул я. – Ты прости, Кать, мне надо идти. А тебе побыть с отцом. Скоро у него опять не будет времени на семью. Руководить государством дело такое… – хотел привести себя в пример, но передумал. – Короче, я пошел.

Машина стояла у входа. Внутри сидел довольный Данила.

– А ты чего лыбишься?

– Так мы вами сколько не катались с ветерком? А? – поправил он свою неизменную фуражку. – И что-то мне подсказывает, вы и сейчас не против…

– А разве тебе по гололеду не опасно?

– Безопасно дрифтить! – улыбнулся он. – Так и покрышки меньше портятся, так что покажу вам немного мастер-класса.

И завел мотор.

– Только скажите, куда?

– Давай к порталу. Надо проверить, как дела в Москве и Широково, – пристегнувшись, я взялся на ручку сверху.

Как только машина стартовала, я не пожалел о том, что защелкнул ремень безопасности. Данила и правда почти всю дорогу входил в повороты на крутом дрифте. Даже музыку включил соответствующую. Что-то японское.

И для начала я вернулся в Москву. Богдан за время моего отсутствия, казалось. освоился еще больше. Теперь он спокойно выезжал в город и гулял по магазинам.

Мы сели с ним в гостиной, и он похвастался, что купил отличные кожаные перчатки в ЦУМе.

– А откуда деньги?

– Ох, а это вообще интересно! – с искренним блеском в глазах произнес он. – Дело в том, что я неделю назад выехал с графом Бердышевым в город. Там была ярмарка. Как раз Красную площадь расчистили. Ну и идем мы по ярмарке, а там силачи местные, и кто их поборет, получит приз.

– И ты пошел? – выпучил я глаза.

– А что? – он гордо достал медную медаль, которую можно было купить в любом наградном магазине. – Смоги, какая! Даже в серединке крутится!

– Так… Ладно, – вздохнул я. – Но а деньги-то откуда?

Кажется, мой московский охранник забыл самое главное.

– Ну потом ко мне подошли те борцухи и предложили поучаствовать в боях.

– И ты согласился?

– Конечно! Там уже платили деньги! Ну и чего это я бы у тебя на шее сидел? А так, сам заработал! – он посмотрел на мое озадаченное лицо и попытался успокоить, но вышло только хуже. – Да ты не переживай. Меня папа учил драться. И Любавку! Я же их не убиваю. Да и вообще, я в маске.

Я вздохнул и закрыл глаза.

– Так. Все по порядку. Что. Куда. Когда. И как.

– Ну… – почесал затылок Богдан. – Я уже провел три боя. Но ты не беспокойся, я говорил Андрееву ставить на меня. Ну и я не проигрывал. Там оказывались какие-то слабаки. Да и бои проходят в подвалах. Ну знаешь, как в фильмах показывают. Там такая арена с сеткой…

– Подпольные бои, – вздохнула Лора. – И ты посмотри, Андреев тоже в доле. Вот жук.

Но с другой стороны, хуже точно не будет. Да и Богдана вряд ли кто сможет победить.

– И много ты уже выиграл? – прищурился я.

– Ну… – он достал из-под стола спортивную сумку и поставил на стол. Внутри были купюры крупного номинала. Я аж присвистнул.

– Не хило. Ладно, и когда у тебя следующий бой?

– На днях. Мне позвонят. Там уже и какого-то соперника мне нашли, вот жду…

И кто я такой, чтобы отказывать ребенку, если он хочет внести свою лепту в семейный бюджет? Если хочет, то почему и нет?

– Ладно, но ты хоть потом сообщи, когда пойдешь. Мне тоже интересно!

– Хорошо!

После Богдана я вышел на крыльцо и набрал агента Первой тайной полиции.

– Господин Кузнецов. Встретимся через час у Ярославского вокзала, – и тут же бросил трубку.

– Ну конспирологи, – вздохнула Лора. – Лишь бы время занять.

Но оно сейчас у меня как раз и было. В кой-то веки.

И как же хорошо, что со мной на этот раз был Данила. За час до вокзала с кортежем графа добраться было практически невозможно. А вот с лучшим водителем страны…

Хорошо, что он взял с собой рабочую машину, что была предназначена для городской езды. Так что я обрадовал своего водителя второй раз.

До места мы доехали быстро, впрочем, как и всегда. Нас никто не останавливал, что было удивительно.

Так же я смог разглядеть, как живется жителям при новом царе. Оказалось, что большой разницы не было. Да, жандармов увеличилось в разы. Да, рекламы на фасадах зданий стало меньше, также появились еще некоторые мелкие детали. Но к моему удивлению жители если и были недовольны, то точно не страдали.

Когда я подъезжал, на телефон пришло сообщение с более точными координатами.

Переулок, неподалеку от вокзала. Туда мы и направились.

– Останови тут, – сказал я Даниле, и машина замерла.

На улице, как назло, с козырька упал снежок и попал за шиворот, что было неприятно. Пришлось немного поднять температуру тела.

– Господин Кузнецов, – раздался приглушенный голос из темного угла переулка.

– Вот уж не думал, что встречу вас, агент И, – кивнул я, когда увидел, кто пришел на встречу.

– Рад, что вы меня еще помните, – он поправил шляпу. – Давайте посидим в кафе. Тут есть одно неподалеку.

– Эмм…

На всякий случай Лора начала полную проверку агента. Потому что, зная мое положение в стране, предлагать такое… На первый взгляд посидеть в кафе было простой формальностью. Но для одного из врагов государства, это было… мягко сказать, сомнительно.

– Не волнуйтесь. Это кафе исключительно для обмена информации. Было создано только для агентов и связных. О нем мало кто знает.

– А если туда зайдут простые люди? – удивился я.

– Дрянная кухня. Плохое и грубое обслуживание. Все в лучших традициях, – гордо заявил агент. – У нас даже рейтинг один их худших в городе.

– Так может, просто посидим в машине? – я приоткрыл дверь.

– Не стоит, – помахал он рукой. – Скажу больше. Любая машина, выехавшая из вашего особняка, помечается. Так что лучше не рискуем. К тому же для своих у нас просто отличный кофе.

Он не соврал. Кафе находилось мало того, что в труднодоступном месте, так еще и путь к нему пролегал через подворотни, где надо было спуститься в подвал и постучать в железную дверь без обозначений.

– И сюда ходят посторонние? – удивился я, когда нам открыли дверь.

– Еще как! – кивнул агент И. – Есть мазохисты. Да и у подростков теперь это какой-то тренд. Посетить самое ужасное кафе. Вот они и заглядывают иногда. Хотя большинство не находит даже вход.

Внутри был настоящий ад. Грязные столы. Мусор повсюду. За двумя столиками сидело несколько человек. Судя по шляпам и темным очкам, это были агенты.

Мы заказали по чашечке кофе и по круассану. После сели за стол, который при нас вытерли досуха и поставили чистые пепельницы, салфетницы и стакан с ложками и сахаром.

– Так что конкретно вы хотели узнать, господин Кузнецов? – спросил агент.

– Во-первых, что с Виолеттой и Люсей? С ними все в порядке?

– Почему-то я знал, что вы об этом спросите, – он достал папку и пододвинул ко мне.

Открыв, я увидел две фотографии. Виолетта, сидящая в просторной комнате за решеткой. У нее был и туалет, и столик с кроватью. И даже душевая кабина. А шторами она могла закрыть решетки. Такая же фотография была и с Люсей.

– С ними, смотрю, неплохо обращаются, относительно заключенных и заложников, – удивился я.

– Честно сказать, я тоже удивлен, но для Петра одна послужила приманкой для другой. И как говорят наши аналитики, – агент вздохнул и скрыл зевок. Видимо, он тоже давно не спал. – Люся ему в чем-то мешала, и, схватив ее, он стал действовать куда спокойнее.

– Как мне их вытащить? – задал я следующий вопрос.

– Никак. Пока, – ответил агент. – Много охраны. Много заклинаний. Ворваться в Кремль без заранее оговоренного плана – самоубийство. И даже Пушкин уже не сможет помочь.

– Что с Пушкиным?

– Петр сказал, что обнародует доказательства нападения Пушкина на Кремль, если тот будет дергаться. Так что он просто держит его на коротком поводке, благодаря общественному мнению.

– Где Антон Есенин, Толстой и Онегин?

Только что принесли кофе и, сделав пару глотков, я понял, о чем говорил агент. Напиток действительно был неплохой.

– А это самое интересное. Кажется, Антон питает какие-то романтичные чувства к Виолетте, иначе, как объяснить то, он в одиночку пытался проникнуть в Кремль четыре дня назад.

– Да ладно? – удивился я. – Антоха? Один?

Агент кивнул.

– И как успехи?

– У него не получилось. Точнее на половину. Ему удалось убить два десятка солдат, но потом вмешалась личная охрана Петра и оттеснила его. Из показаний мы выяснили, что Антона Есенина забрал с места нападения Онегин и некто Федор. Человек из отряда Кузнецова. Вы с ним уже встречались в Китае.

– Было дело, – вспомнил я долговязого мужчину с порванным ртом. – И где сейчас Антон?

– Скорее всего, сейчас и Толстой, и Федор, и Антон находятся в особняке князя Есенина в Подмосковье.

– Где сейчас Петр?

– Это очень хороший вопрос, – кивнул агент И. – Тут несколько вариантов. Один Петр в Кремле. Второй колесит по Европе. Но так же восемь дней назад Гоголь вылетел во Францию. Уж не знаю, зачем, но он еще не вернулся.

– Ясненько. Что ж, благодарю.

– Не стоит, – кивнул агент и наклонился чуть ближе. – Скажите, вы, правда, спасли царя от артефакта голода? Ему ничего не угрожает?

– Верно, – успокоил я верного Петру агента.

– А Александр Есенин? Тоже? Слухи не врут?

– Не врут, – кивнул я. – Он тоже жив.

Тот факт, что он находится в коме, я упустил. Все же пусть ореол непобедимости продолжает витать над его головой.

Во входную дверь кто-то постучался и бармен пошел открывать.

– Что ж, и мне пора, – встал я. – Надеюсь, скоро увидимся.

– Кто знает, господин Кузнецов. Кто знает.

Мы одновременно с барменом подошли к двери, тот открыл дверь для нового посетителя.

И кто бы мог подумать, что я увижу Женю Фанерова.

– Ого! – удивился я. – Вот так встреча!

– Михаил, – сдержано кивнул он. – Привет.

Что-то в нем было не так. И моя паранойя сделала звоночек. А после звоночка уже активизировалась и Лора. Она быстро провела сканирование и отметила у Жени немного учащенное сердцебиение, и все.

– Какими судьбами? – удивился я. – Что ты тут делаешь?

– Я? – он посмотрел мне прямо в глаза.

Они у него было сосредоточенные. Серьезные, словно у человека, который точно знает, что ему нужно. Это сильно отличалось от того Фанерова, которого я знал.

– У меня тут встреча.

В руке я заметил письмо, которое он сжимал.

– Жень, все хорошо? Маша говорила, что ты хотел со мной связаться? Нужна помощь?

– Да, – кивнул он, после чего прошел мимо и остановился за спиной. – Знаешь, хороший ты все-таки парень, Миша. Спасибо. И все же с этим я обязан разобраться сам.

– Ладно, удачи тебе, Жень. Передавай привет отцу, – я похлопал его по спине и вышел.

– Какой-то он не веселый. Не угрожает и не ведет себя как мудак, – удивилась Лора, пока мы добирались до машины.

– Может, повзрослел?

– А не поздновато ли? – удивилась Лора.

– Для Жени никогда не поздно, – кивнул я, садясь в машину. – Данила, в поместье князя Есенина. Так же как ты любишь.

– С огоньком! – улыбнулся он и завел мотор.

***

В это же время, в безымянном кафе.

Женя не любил все эти перелеты в спешке, но когда ему сообщили, что его отец смещен с должности посла, принял решение вернуться в Москву. Скорее всего, он должен был вернуться на родину, чтобы обсудить с сыном дальнейшие планы. Заодно он хотел послушать, почему новый царь его уволил.

Хотя ответ лежал на поверхности. Женя понимал, что отец не будет терпеть нового царя, особенно, если это Петр Первый. Тот человек, которого они с отрядом Кузнецова в свое время упрятали за решетку.

И да, отец много рассказывал сыну историй. Он считал, что Женя вполне разумен, чтобы понимать, что это тайна.

В Москве он был уже три дня, и все это время хотел дозвониться до Михаила, чтобы поговорить насчет места для матери и отца на Сахалине. Все же прогнозы были так себе, а Миша, вроде, был хорошим другом.

Но отвечала Маша. И Света. В другое время он был бы рад с ними поговорить, но не сейчас.

А сегодня пришло письмо с пометкой Первой тайной полиции.

Женя знал, где они обитают. Знал, как выйти на агентов и знал, что нужно делать.

У него были контакты, так что Фанеров быстро связался с нужным человеком. После чего назначил встречу. Ему нужны были объяснения. И как можно быстрее.

Пройдя вглубь кафе, он увидел за дальним столиком одинокого человека и подошел к нему.

– Господин Фанеров, здравствуйте, – привстал невысокий мужчина в шляпе и протянул руку.

– Присаживайтесь, – кивнул Женя, не пожимая руки. Просто сел за стол. – Думаю, мне не стоит объяснять, зачем я с вами связался.

– Разумеется, – вздохнул агент.

Женя положил письмо на стол.

– Что это значит?

– Прежде всего, господин Фанеров, я бы хотел…

– Нет! – громко произнес парень, и несколько агентов и бариста повернулись к нему. У многих рука непроизвольно легла на оружие. – Не смей этого говорить! Не смей! Это ошибка!

– Тише, господин Фанеров! – зашипел агент. – Прошу вас. Присядьте обратно.

Он жестом показал на стул, и Женя вернулся.

– Мне нужны объяснения! – не собираясь говорить тише, добавил он.

– Разве в письме не все написано? – удивился агент.

Фанеров сжал зубы и открыл конферт После зачитал.

– Уважаемый Евгений Георгиевич. Настоящим сообщением уведомляю вас о том, что сегодня утром было найдено тело Георгия Анатольевича Фанерова. Обстоятельства гибели не уточняются. В соответствии с нынешним законодательством, вам необходимо оформить перевозку тела в срок до трех дней. Направьте документы из списка ниже. В случае вашего отсутствия в указанный срок, дальнейшие действия будут осуществляться в соответствии с местным законодательством и тело будет кремировано, – он сжал листок в руке. – Что это значит? Кто?! КТО, Я СПРАШИВАЮ!

– Господин Фанеров, мы только передали вам информацию согласно нормативам первого отдела, – ответил агент.

– Сука… – выругался парень и пошел к выходу. – Я узнаю, кто это сделал. Я убью всех, кто к этому причастен! Всех!

– Господин Фанеров! – воскликнул агент, – Вы понимаете, что говорите?

– Да, – кивнул он, и его голос резко стал спокойным, а взгляд сосредоточенным. – Я понимаю. Я прекрасно понимаю, что делаю. Лучше не вставайте у меня на пути.

Он сам открыл дверь и вышел.

Агент выскочил на улицу буквально через секунду, но никого не увидел. Даже свежих следов на снегу не было видно.

Глава 9. Антон выглядит лучше, чем раньше. Но это не точно.

Что ж, вот я и на территории поместья Есениных. Правда, не того, где князь кидался в Валеру заклинаниями, переворачивающими земную кору, блин. У них была запасная усадьба и выглядела она ненамного хуже той, что уничтожил мой Московский заместитель.

На этот раз я попросил Данилу доехать до ворот одному. С возвращением княгини Есениной, появилась и охрана и прислуга. Это я уже все проверил через Болванчика. Так же узнал, что и компания Толстого, Онегина и Федора также находятся в здании.

Для Данилы было простое задание. Я же проник на территорию через забор.

Ну а что? Не в первый раз уже царю Сахалина действовать скрытно. Да и я не считал в этом ничего зазорного. Можно подумать, что многие правители никогда не лазили через забор?

Я же наблюдал за своим водителем через детальку. Он подъехал к КПП и опустил окно.

– Я к князю Есенину. Передай, что это по поводу князя Кузнецова.

– Парень, – ухмыльнулся охранник. – Ты понимаешь, что он преступник? И мы можем тебя сдать ментам?

– А ты понимаешь, что с тобой сделает твой господин, если ты не пропустишь? – в такой же наглой манере произнес Данила.

Все же жизнь таксиста дала ему определенные навыки общения, которые пригодились даже сейчас. После этого его пропустили.

И пока он ехал, я запрыгнул в его машину. На территории так же были солдаты и охрана, но мы подъехали прямиком ко входу. К моему удивлению встречать меня вышел Онегин.

Я запахнул шарф повыше на лицо и вышел. Лора же скрыла мою ауру и вообще все признаки того, кто приехал.

– Простите, но… – начал Онегин и тут я снял с лица шарф. – О как… – на секунду Евгений Родионович потерял дар речи. – Михаил… Ваше величество… Эм…

– Михаил, будет достаточно, – кивнул я. – Мне нужно поговорить с Сергеем Александровичем и с Антоном.

– Как вы поняли, что Антон тут? – удивился он.

– Вы же тут.

Он слегка улыбнулся своему глупому вопросу и отошел в сторону. Мы пошли в дом.

– Должен предупредить, Антон сейчас не в самом лучшем расположении духа, – начал он.

Я кивнул. Конечно, я понимал, что вряд ли он будет улыбаться и смеяться, когда его девушка в Кремле у Петра.

– Как ваше путешествие, Евгений Радионович? – решил я сменить тему.

– Неплохо… – замялся он. – Бывало и лучше, но жаловаться я не люблю. Скажу только, что это был отличный шанс Антону вырасти, как воину и мужчине.

– Не сомневаюсь.

Мы вошли в большой зал. В углу горел камин. Перед ним стоял длинный кожаный диван коричневого цвета и пара кресел. Также сбоку стояло кресло-качалка. Журнальный столик, на котором был поднос с чаем и печеньем. Над камином висел огромный портрет семьи Есениных. Все довольные. Еще не знают, что их ждет в будущем. Даже Саша выглядит жизнерадостным.

На диване сидели Сергей Александрович и Алиса Викторовна Есенины. Антон же сидел в кресле-качалке.

Так же в другой части зала, где стояла книжная полка и одинокое кресло, я увидел Льва Николаевича. Он увлеченно читал какую-то книгу, постоянно поправляя свои маленькие очки-половинки.

– Миша? – удивился Антон, вскочив. – Как ты тут… Нет, прости! Рад тебя видеть!

Он подошел ко мне, и мы обменялись дружеским рукопожатием. Никто никого не сканировал. Но про себя я отметил, насколько сильно изменился Антон. Если все обобщить, то он возмужал.

– Вижу, ты не терял времени зря, – улыбнулся я.

– Да… – кивнул тот и почесал затылок. – Миш, я хочу сказать тебе спасибо за брата.

– Не стоит, дружище, – похлопал я его по плечу, и мы прошли к его родителям.

Князь выглядел уверенно, как и его супруга. Этим они мне и нравились. Аристократы. Держат лицо даже в такое время.

– Как вы, Сергей Александрович? – спросил я после обмена рукопожатием с обеими супругами.

– Хорошо, – сдержанно кивнул князь.

– Как Саша?

Слово взяла супруга.

– Он не просыпается, – ответила княгиня. – Мы ждем, когда князь Чехов приедет. Он обещал заехать на днях. Но сам понимаешь, сейчас ситуация в стране не устаканилась до конца…

– Если вы не против, я бы хотел на него посмотреть.

– Прости, Михаил, я против, – Сергей Александрович встал передо мной. – Он сейчас в стабильном состоянии, и мне бы не хотелось, чтобы его кто-то проверял, кроме Чехова.

– Ля ты посмотри какой… – зашипела Лора. – Своего сыночку-корзиночку бережет, как зеницу ока! – она встала перед Есениным вплотную. – Может, надо было его воспитывать лучше? А то у пацана явно была нехватка внимания со стороны родителей! Вот он и бегал по миру, крича, что он сильнейший! Докричался.

Тут уже и Толстой к нам подкрался и без предупреждения схватил меня на руки и сильно обнял, что аж кости захрустели.

– Мишенька! Как давно я тебя не видел! Ух, какой здоровый стал! Дай я на тебя посмотрю! – он взял меня под мышки, и как куклу покрутил на вытянутых руках.

Н-да, силы ему не занимать. Хотя Лев Николаевич больше напоминал мне доброго медведя.

– И вам, здравствуйте, – улыбнулся я, когда меня поставили. Лора немного подлечила мне бока.

– Ох, ну ты посмотри на этого скромного молодого человека! – продолжал он. – И царем стал! Аж целый Сахалин себе отхватил! Так еще и Петра нашего Романова спас, и Саше не дал умереть! Ну обалдеть!

Но краем взгляда я заметил, как Сергей Александрович слегка поморщился. И тут я его понимал. Его сын был в коме. А Толстой веселится и хвалит меня.

Не только это я смог заметить краем глаза. Но и летящую в меня чашку. Причем скорость была такая, что вполне могла проломить мне черепушку.

Слегка отклонив голову, я поймал чашку рукой и повернулся.

В проеме стоял тот самый долговязый мужик из Китая с порванным ртом. Федор.

– О! Ха-ха-ха! Забавно! Поймал! А я тебя помню, пацан! Ты был в Китае! – громко смеясь, прокричал мужчина.

– Так, спокойно! – начал Онегин.

Но Федора уже было не остановить.

– Ты меня не остановишь! – буквально перешел на ультразвук Федор и пригнувшись, словно кошка, побежал на меня с невероятной для не мага скоростью.

Пришлось и мне действовать так же быстро. Все равно в помещении все были достаточно сильными воинами, так что и переживать за окружающих не стоило.

Я уклонился от удара ногой и сместился в сторону. В ответ услышал только смех. Тут же он развернулся, кулак полетел мне в лицо.

– Надо поставить этого выскочку на место! – злобно произнесла Лора и напитала мой кулак энергией, и он полетел в кулак Федора.

Но тут случилось удивительное. Между нами непонятно как возник Антон и поймал оба кулака.

– Давайте закончим на этом, – спокойно произнес он.

Онегин тут же подскочил и начал угрожающе сверкать глазами.

А я что? Он первый начал.

– И чего вы все так разнервничались? Я же не убивать его буду… – невозмутимо произнес Федор.

– А у тебя и не получится, – фыркнул я, отходя на пару шагов назад.

– Правда? – он прищурился и его рот стал еще шире.

– Успокойся, Федя! Миша пришел, – Толстой положил массивную руку на плечо мужчины. – Кстати, а зачем?

– Хотел проведать Сашу, – ответил я, смотря на Сергея Александровича. – И поговорить с Антоном наедине.

– Мы бы тоже хотели… – начал Есенин, но его перебил Антон.

– Пошли в мою комнату, Миша.

Хотя странно, с чего это на меня Есенин смотрит так недобро? Разве не он делал все, чтобы окружающие посмотрели на него с другой – плохой стороны? По чьей вине его семья чуть не распалась? Вот и сейчас он что ли пытался найти виноватых в том, что случилось с Сашей? По-моему, тот факт, что он сейчас лежит в коме и так большая удача, которой я поделился с ними.

Поднявшись к Антону в комнату, мы закрыли за собой дверь.

– Если хочешь, могу поставить купол защиты? – предложил я.

– Не стоит, – он прошел к окну и сел на подоконник. – Ты хотел спросить про Виолетту?

– Да.

– Я знаю, что не получится просто ворваться туда и громить все направо и налево. Это самоубийство.

Ну наконец, здравомыслящий человек.

– Верно, но у меня есть карты… Точнее, я знаю большинство тайных проходов в Кремль. Правда, есть нюанс, что после последнего нашего визита большая часть ходов переделаны, и у меня нет возможности узнать как именно. Это и проблема.

– Пока я путешествовал с Толстым, я уяснил одну вещь, – неожиданно начал Антон. – В глубинке наплевать, кто правит страной, если их не трогать. Если стало чуть лучше… Открылся новый магазин. Увеличилась пенсия. Дали лишнюю копеечку в бюджет. То вообще они полюбят нового царя, быстро забыв о всем том, что хорошего сделал предыдущий.

– К чему ты клонишь?

– Когда Петр Романов начнет наступление?

– Думаю, когда наберется сил и восстановится. А так же, когда у него будет четкий план, и я об этом буду знать.

Мне не было нужды врать Антону.

– И что, мы просто будем ждать?

– Пока да, – кивнул я. – Надо укрепить границы Сахалина. Возможны нападения других стран. К тому же, мне надо вызволить Валеру, а для этого надо много, очень много сил.

– Валеру? А что с ним?

Я вкратце объяснил вообще все, что происходило с момента его отсутствия. Все же мне казалось, что его отец тоже рассказал несколько историй. Что ж, теперь моя очередь, чтобы у Антона имелось несколько вариантов событий.

– Вот значит как… – вздохнул он. – Понятно. И куда ты теперь?

– Надо вернуться на Сахалин проверить Юлия. Тот тоже выглядел помятым в последнюю нашу встречу. Почти как твой брат… Да и не мешало бы подготовиться к завтрашней встрече с послами. Петр Первый выслал делегацию. Мне там быть не обязательно, но все же хочу быть рядом. А ты чем займешься?

– Я? Хм… – он посмотрел в окно и произнес: – Скажи, ты знаешь, кто похитил Виолетту?

– Да, это была Роза. Женщина, которая служила хаосу, а потом переметнулась к Пастуху.

– Вот как… – он кивнул. – Спасибо за информацию.

Мы спустились вниз.

– Благодарю за гостеприимство, – кивнул я князю Есенину. – На этом я уезжаю.

– Всего доброго, – попрощались Есенины.

В дверях меня догнал Толстой.

– Миша, я понимаю. что ситуация критическая, – тихим голосом произнес он. – Если что, ты знаешь, мой номер у тебя есть.

– Да, Лев Николаевич, я помню, – кивнул я. – Но у меня есть к вам просьба.

– Правда? – приподнял бровь мужчина. – И какая?

– У Петра Первого есть… По крайней мере, были клоны. Можете узнать, сколько их осталось? Их просто так не сделать, так что вряд ли в ближайшее время он наштампует еще.

– Понял, Миша, постараюсь узнать.

– И продолжайте присматривать за Антоном. Мне кажется, что вы на него влияете очень положительно.

– Да куда уж, – ухмыльнулся он, погладив бороду.

Мы обменялись рукопожатиями и я, натянув шарф на лицо, запрыгнул в свою машину.

– Домой? – произнес Данила.

– Ага.

Вот только возвращаться на Сахалин пока рано. Впереди еще Широково.

Пройдя через портал, меня встретила Любавка. Она часто оставалась тут помогать Уголькам и заодно прочесывала окрестности Дикой Зоны.

Газонов разрешил ей помогать студентам, но только тем, кто приближался к классу Специалист. Остальные должны учиться на своих ошибках.

– Миша! – радостно воскликнула она. – Я так рада! Так рада! Пошли покажу, какую форму сшила для местных солдат?

Я посмотрел на часы. Не скажу, что у меня было много времени, но на ребенка оно всегда найдется, даже если ему триста лет.

Мы поднялись на крыльцо, где я и увидел марширующих мимо дома солдат Бердышева. На всех была чистенькая новая зимняя форма.

– А чехлы для автоматов тоже ты придумала? – удивился я.

– Да, – гордо задрала она морду. – Так солдатам будет удобнее и оружие меньше марается.

Мне же нужен был Посейдон.

Я зашел в дом, поздоровался с местным командиром, который и так был в курсе, что мой визит может быть спонтанным, после чего я открыл кран.

– Ну как? Вижу, что Лора постарались на славу! – сканируя водяного, произнес я.

Сейчас Посейдон находится в лучшей своей форме с того момента, как он стал моим питомцем.

– Да, чувствую себя отлично после битвы в Арктике. Но знаешь, вернувшись на стражу города, скажу, что иногда стоит выдохнуть и заняться рутиной. Это бывает очень полезно в период…

– Посейдон, – оборвал я его поток мысли. – Мне надо, чтобы ты нашел человека. Залезь в каждый дом. Проверь каждого человека, но найди мне Розу. У тебя есть ее образ.

– Хочешь, чтобы я подглядывал? – спокойно спросил Посейдон.

– Не подглядывал, а нашел человека, который потенциально может погрузить этот город в хаос.

Не стоило недооценивать ни одного из членов команды Кузнецова. Я уже уяснил, что все они там были теми еще монстрами. Так что надо найти эту женщину.

– Но это же не этично.

– Да, если этим занимается человек. Но ты не человек. Ты другой вид. И мы делаем доброе дело.

– Мне надо десять минут.

– Хорошо. Приступай.

Вода в кране перестала течь, и я почувствовал, как Посейдон увеличил расход энергии. Он незаметно проник в каждый уголок города, растекаясь тысячами и миллионами мелких струек и ручейков.

– Не нашел.

Собственно, а чего я хотел? Сейчас эта женщина могла быть где угодно. В любой точке, если не мира, то страны.

Но телефон зазвонил.

– Да, Мисс Палмер?

– Михаил, добрый день, – послышался ее характерный акцент. – Как ваши дела? Как идет восстановление после такого длительного сна?

– Не скажу, что хорошо… – я помотал головой. – По какому вопросу звоните, Мисс Палмер?

– Ты ищешь Розу, – ее тон тут же изменился на более серьезный.

– Как… Ах да, предсказания.

– Ради своей дочки она пошла на многое, в том числе и на предательство двух божеств. Так что я хочу, чтобы ты ее спас. Она мне интересна своей бескорыстной жертвенностью ради своего ребенка! Это же потрясающе!

Надо как можно быстрее привыкнуть к тому, что она немного сумасшедшая, что касается отношения к окружающим.

– Это все замечательно, но у меня нет вообще никакого понятия, где она находится. По большому счету, эта Роза может быть вообще где угодно…

– Она в Красноярске. Дом академика Сахарова. Бывший дом культуры. – Мисс Палмер прокашлялась. – Точнее будет там через час. И если хочешь, чтобы она была жива, то советую не опаздывать.

– Зараза, – выругался я, и уже во второй раз пошел к Даниле.

Лететь на машине в город было опасно, как и использовать магию. Сейчас лучше экономить.

– Так, – упав на заднее сиденье, я сразу пристегнулся. Это не ускользнуло от Данилы, и он начал нажимать на кнопки. – За час нам надо быть в Красноярске у дома академика Сахарова.

– Ого! Новые челленджи я люблю. Скажите, как будете готовы.

– Готов!

И машина буквально вылетела с гаража и поехала к трассе, ведущей в город.

***

Поместье Есениных.

г. Москва.

Антон сидел у себя в комнате и изучал досье Розы. Хоть информации было немного, но он знал, что это один из членов отряда Кузнецова. И что ее звали Серафима.

Так же была фотография, которая быстро разлетелась по местным солдатам рода Есениных, которые находились в разных городах страны. Мощь и влияние рода позволяло держать маленький военный отряд почти в каждом крупном городе. Также были люди, которым они платили за то, что те периодически снабжали их информацией.

Антон хотел поймать ее и поквитаться. Старая добрая месть. Но он не собирался просто так ее убивать, все же она была под влиянием божества и до этого отлично водила Нечто за нос. Да сложно будет победить одного из членов отряда Кузнецова.

Хоть Антон и был сильным, но не настолько, чтобы справиться с таким сильным магом, как Роза. Хотя если она под влиянием божества или, наоборот, тот от нее отказался, то она вполне может быть уязвима.

В дверь постучались.

– Войдите!

В проеме показалась княгиня.

– Антош, тебе что-то нужно?

– Нет, мам, спасибо, – он повернулся с натянутой улыбкой.

– Ладно, тогда спускайся к ужину… Лев Николаевич хочет с тобой поговорить о чем-то…

На телефон пришло сообщение от командира одного из отрядов в Красноярске.

– Сейчас буду. – пробежался он по сообщению глазами.

“Цель обнаружена. Двигаемся за ней, для захвата.”

Глава 10. Разногласия.

Здание, названное в честь академика Сахарова, оказалось то ли музеем, то ли исследовательским центром, который еще раньше был домом культуры. Находилось оно в центре Красноярска в студенческом городе. Судя по сводке новостей города, там проходила какая-то выставка его разработок и достижений за всю его славную карьеру. У входа толпился народ. Даже были журналисты.

– Блин, а вот журналюги тут явно лишние, – вздохнул я. – Придется сделать все максимально незаметно. Лишнее внимание для меня сейчас фатально.

Встав неподалеку, мы сразу засекли несколько непонятных типов, наблюдающих за зданием – четверо сидели по крышам, еще двое стояли в переулке напротив, а один светился прямо напротив входа. И нет, журналистами они явно не были – об этом говорила и выправка, и оружие, явно спрятанное под одеждой, а еще единый канал связи, который Лора взломала за пару секунд.

– Конспираторы, май эсс, – буркнула Лора, выведя их мне в ухо.

– …цель в здании. Повторяю, цель в здании. Прием.

– Слышу. Веди ее. Готовность через пять минут. Прием.

– Принял. Веду цель. Отбой.

– Так, значит, дело серьезное, – проговорил я и решил тоже поучаствовать в этом мероприятии.

Теперь либо мы доберемся до Розы, либо это сделают неизвестные. Кто они? Уж точно не фанаты таланта академика Сахарова. Скорее всего, либо люди Петра, либо еще какой-нибудь сволочи. Вот только зачем им Роза?

– Выведи ее незаметно через “черный” ход, – сказал я Даниле, которого мы решили сделать своим “шпионом”. – Нам тут драка не нужна.

– Сделаем, босс, – кивнул он и, надвинув кепку на глаза, побежал к зданию.

Я бы и сам пошел, но с моей заметной рожей в здании, полном журналистов, лучше не показываться и контролировать все со стороны. Я и так сильно рискую, находясь на территории Империи.

На всякий случай следом за водителем отправил Болванчика. Купив билет, Данила беспрепятственно поднялся на второй этаж, где проходила целая экскурсия. Пройдя несколько комнат, заставленных какими-то приборами, он добрался до рабочего кабинета известного ученого. Там было не протолкнуться.

– А теперь мы входим в локацию, которая точно передает атмосферу рабочего места академика Сахарова. Именно так знаменитый ученый работал долгие годы, пока он не перебрался в Москву, – торжественно с придыханием сказала экскурсовод, остановившись перед большим рабочим столом. Гости окружили ее кольцом. – Среди всех этих вещей рождались его идеи. Но и проходила борьба с завистниками, коих у него было немало!

Они пошли вдоль экспонатов, и наконец остановились перед стулом, стоявшем в уголке.

– А вот стул, на котором академик Сахаров читал свою ежедневную газету! – сказала экскурсовод, гордо показав на предмет мебели. На нем была табличка: “Не сидеть! Штраф!”

По рядам экскурсантов тут же прошел удивленный вздох, а затем отовсюду защелкали фотоаппараты.

– Так, все заплатили за съемку? – насторожилась экскурсовод. – Вот вы? Что-то я не помню вас, госпожа?

– Я все оплатила, – нахмурилась женщина, оказавшаяся Розой. На ней была широкополая шляпа и почему-то темные очки. – Еще на входе! Да и вообще это обычный стул с пятном от кофе! Газету он читал вон на том диване, это все знают!

– Конспираторша, блин, – прокомментировала Лора ее попытку быть незаметной. – И чего это они все сегодня?

Дамы еще немного поспорили насчет фактов из жизни академика Сахарова, а затем экскурсовод, фыркнув, повела группу в другую комнату. Роза довольно долго смотрела вслед группе, а затем осторожно пошла к злосчастному стулу.

Затем… потащила его к выходу.

– Так… – насторожилась Лора. – Кажется, мы только что стали свидетелем преступления, Шерлок!

Но не успела она донести его до двери, как ее поймал под локоть Данила.

– Я закричу! – зашипела Роза, не выпуская стул. – Пусти, негодяй!

Данила же не растерялся:

– У меня есть информация про Алису, – шепнул он. – Хочешь ее видеть, иди за мной. И брось этот стул!

При упоминании имени Алисы, она сразу насторожилась. Пропало напыление наивной женщины.

– Откуда ты знаешь про Алису? Она в опасности? – даже ее голос изменился.

– Эмм… Нет, но…

– Ты вообще кто?!

Данила думал какую-то секунду.

– Я ее парень… – выдал он, походу, первое, что пришло ему в голову.

Глаза Розы тут же полезли на лоб. Стул сам собой выпал у нее из рук. Мы с Лорой задержали дыхание.

– У Алисы? Есть? Парень?!

– Угу, – и Данила отчего-то покраснел. – Так ты хочешь?..

– Еще спрашиваешь?! – сказала Роза громким голосом, и экскурсанты посмотрели на нее из другой комнаты. – Пошли! Парень у нее появился, ишь! А ты не староват для нее, милок?!

Враз забыв про стул, Роза сердито застучало каблуками в сторону выходы. Данила засеменил за ней.

– Так, кто трогал стул академика Сахарова?! – раздался крик, но оба уже были в коридоре.

– У вас уже было? – спросила Роза, скосив глаз на Данилу. – И не вздумай врать. Я чую, когда люди врут. Так было или нет?

– Нет…

– Врешь!

Когда они оказались у дверей на улицу, женщина резко развернулась и впилась своими ноготками Даниле в горло. Захрипев, он попытался вырваться, но тут его глаза закатились, и он медленно осел на землю.

– Думал, я куплюсь на такой спектакль? – хмыкнула она.

– Да блин… это плохо, – вздохнула Лора. – Атакуем? Эта безумная родительница сейчас его порошок сотрет…

– Нет, погоди. В здании люди. Ничего ужасного пока не случилось…

– Прием. Цель уходит с каким-то мужчиной, – вдруг заговорили со стороны шпионов. – Думаю, конкуренты. Наши действия?

– Прием. Берем цель. Конкурента убрать.

– Принял.

– А вот это плохо… – вздохнул я, и к ним направились трое мужчин в футболках “Я люблю Красноярск”.

Тем временем, оттащив Данилу в уголок, Роза пощелкала пальцами у него перед лицом. Стоило моему водителю открыть глаза, как Роза поймала его взгляд.

– На кого ты работаешь? – сказала она, и ее глаза сверкнули. Точно такой же свет зажегся в глазах Данилы, и он ответил безэмоциональным голосом:

– На Кузнецова…

– Ах, вот как? Где он сейчас?

– Ждет на улице. В машине. Переулок напротив.

Дверь за ее спиной раскрылась, и на пороге выросли трое любителей Красноярска. Они рванули на Розу в ту же секунду.

Роза отреагировала мгновенно. Экран Болванчика скрыла вспышка, а когда свет рассеялся, дверь наружу была раскрыта, а Роза бежала в переулок. Ругаясь, за ней направилась погоня.

На “линии” снова послышались переговоры:

– Цель пытается уйти. Переулок на шесть часов. Брать живой или мертвой.

– Ну приехали… – закатил я глаза, и тут в переулке показался еще и автомобиль. Остановившись, он едва не сбил Розу. Наружу вылезли еще трое парней. Женщина попятилась, а сзади к ней подбирались еще пятеро.

Тут изображение с Болванчика начало коротить.

– Там мощный антимагический фон, – прокомментировала Лора, немного исправив картинку. – Она ничего не сможет сделать. Их слишком много. Да и Роза сейчас слаба.

На этот раз все произошло тоже очень быстро, но удача была не на стороне Розы. За пару ударов ее сбили с ног, а затем навалились всей толпой. Женщина попыталась что-то наколдовать, но ее быстро скрутили и защелкнули на запястьях наручники. И да, судя по всему, тоже антимагические.

– Я не виновата! Я выполняли приказы Пастуха! – закричала Роза, когда ее подняли на ноги и потащили к автомобилю.

– Мы тоже выполняем приказ, – ухмыльнулся ей в лицо один из парней. Вытащив телефон, он приложил его к уху. – Антон Сергеевич, мы ее взяли. Везем целехонькой.

Мы с Лорой тут же переглянулись.

– Антон Сергеевич?! – охнула моя помощница. – А это случаем не…

Мне тоже пришло на ум странное поведение Антона. И про Розу он тоже интересовался… А я, дурак, ляпнул. И вот результат!

Хотя чего можно было ожидать от влюбленного молодого человека? Конечно же, страшной мести. Не удивлюсь, если он уже и местечко для нее в подвале подготовил. У них же в поместье есть пыточный подвал?

– Думаю, Антон многому научился у Толстого, – хмыкнул я, наблюдая как кричащую Розу запихивают в автомобиль.

Лора хихикнула.

– Что и похищать людей тоже?

– Никогда не знаешь, что и когда пригодится… Ладно, давай заканчивать балаган. Вырубай их, я попробую договориться миром.

– А выйдет?..

– Сомневаюсь, но попробовать же стоит?

Выйдя из машины, я рванул к месту стычки. Роза уже сидела на заднем сидении с кляпом во рту, а с боков ее подпирали хмурые парни. Автомобиль выруливал к выезду из переулка. Остальные давно свалили. На “линии” все поздравляли друг друга с успехом операции и договаривались о том, где они будут отмечать счастливо закончившееся задание.

– Прием, я знаю такой классный бар. Там раки – пальчики оближешь!

– Вас понял. Едем в бар.

– А девушки будут?

– Конечно!

– Бар так бар, конец связи.

Увы, мне придется немного обломать им веселый вечер.

Автомобилю с Розой остались какие-то метры, как двигатель заглох. Вся связь тоже вырубилась.

– Ой-ой-ой! Как же так! – хихикнула Лора, покачивая в руке вилку на проводе. – Кто же такой неловкий?

Водитель недоуменно пытался завести автомобиль, а тут еще и колеса лопнули одно за другим. Бензин тоже брызнул наружу, и прямо из бака.

Я же расслабленно подошел к окошку и постучался. Стекло поползло вниз.

– Кажется, у вас проблемы с этой женщиной? – улыбнулся я, приспустив шарф. – Отдайте ее мне и проблемы сразу закончатся.

– А ну проваливай, пока цел! – и парни тут же повылазили наружу. – В морду захотел?!

Отчего-то никто меня не узнал, хотя я рассчитывал на обратную реакцию. Если тебя знают все и каждый, то почему не пользоваться своей популярностью в благих целях? Увы, стоило один раз захотеть, как все пошло по одному месту.

Они хотели было решить вопрос силой, но тут один наставил на меня палец.

– Это же Кузнецов! Нам хана! – и развернувшись, как пуля помчался прочь.

– Ну хоть один сделал правильный выбор, – хихикнула Лора.

Его дружки проводили его глазами. Затем посмотрели на меня. В глазах загоралась искра понимания, а один даже вытащил из кармана журнал – на обложке был я и надпись: “Кузнецов. От вершины к падению”.

– Мама… – пискнул один, и тут за их спинами появились детальки Болванчика. Они подлетели к затылку каждого и дали им небольшой электрический разряд.

Сверкнуло, и … Мужчины всем скопом рухнули к моим ногам.

– А ты не перестаралась? – спросил я, наблюдая как их потряхивает. – Все же это почти свои…

– Сто раз подумают, прежде чем похищать женщин! – фыркнула моя помощница.

Переступив через дергающееся тело, я открыл дверь. При виде меня Роза вжалась в кресло.

– Ты?!

– Я. Ком ту ми, иф ю вонт ту лив, – сказал я, мрачно смотря на нее. Она немного зависла.

– Чего?!

– Со мной пошли, говорю! – и взяв ее под локоть, я потащил Розу к машине. – Или хочешь остаться и поболтать с остальными?

– Нет… – выдохнула она, безропотно пересаживаясь в мой автомобиль. Совсем шелковая стала.

Прыгнув на место водителя, я выехал прочь из этого переулка. Встав подальше, хлопнул себя по лбу.

– Блин, забыл про Данилу!

Но Лора не забыла – деталька Болванчика уже нашла его. Он лежал на лавочке в холле, а сотрудники дома Сахарова пытались привести его в чувства. Получалось у них не очень.

– Так, сможешь оперативно поднять его? – спросил я Лору. Нужно было валить, пока отовсюду не сбежались журналисты или еще кто похуже. Наша потасовка не могла остаться незамеченной.

– Спрашиваешь?! – хихикнула она и деталька незаметно подлетела к виску. – Сейчас Данила почувствует небольшую встряску…

“Небольшая” это было мягко сказано. Дернувшись, Данила тут же встал на ноги.

– Что? Где?! Кто… – и увидел лица сотрудников дома. – Где Роза?!

– Какая еще Роза?! Вы пьяный?

– Я за рулем! – сказал Данила и гордо прошел к выходу. Тут же я сообщил ему, что произошло и куда идти.

Через пару минут я уже сидел на заднем сидении вместе с Розой, а Данила был за рулем. На Розу он смотрел волком. Она отвечала ему взаимностью.

– Господин Кузнецов, может снимите наручники? – и она потрясла ими у меня перед лицом.

– Зачем? – скосил на нее глаза Данила. – Чтобы вы снова руки распускали? Вам даже идут эти наручники.

И он хмыкнул. Роза же насупилась.

Мы поехали в особняк. По пути Лора ретранслировала мне “линию” Есениных:

– Это был Кузнецов! Я еле смог уйти! Он перебил всех! Это чудовище! Монстр! Никого не осталось! НИКОГО!

И дальше на линии начались сплошные сопли.

– Да уж… А ведь я всего лишь вырубила их, – вздохнула Лора. – Поистине у страха глаза велики…

– Гена, перестань реветь! – зарычали в ответ на сопли голосом Антона. – Что с женщиной?

– Взял с собой. Но, думаю, он будет пытать ее… Черт, вы бы видели этот его взгляд…

Снова на “линии” начались сопли, и Лора отключилась. Я же вытащил телефон и набрал Антона. Надо было немного устаканить ситуацию.

Ответил он немедленно:

– Миша… Ты ничего не хочешь мне рассказать?..

– Роза у меня, а твои люди всего лишь без сознания. Лучше возьми на работу кого-нибудь не столь впечатлительного, – ответил я. – И да, тебе все же следовало предупредить меня, прежде чем…

– Она похитила Виолетту! – закричал Антон. – И бросила ее этой мрази как кость! Мне нужна эта женщина! Отдай мне ее!

Видимо, его крики услышала Роза: ее лицо побледнело, пусть она, как могла и старалась скрыть свои эмоции.

– А Антон страшен в гневе, – заметила Лора, сидя рядом с Розой и поглаживая ее по плечу. – Как бы с нашей девочкой и впрямь не случилось чего-нибудь нехорошего...

Антон все требовал отдать Розу, а потом даже перешел к угрозам. На мои слова о том, что она действовала не по своей воле, а была под влиянием божественной сущности, он ответил только одно:

– Сама виновата! Или ты на ее стороне, Кузнецов?!

Я вздохнул.

– Я не собираюсь убивать всех подряд только потому что Пастухи, Нечто и прочие охреневшие боги подчиняют себе людей. Может быть, Роза и виновата, но тебе я ее не отдам. Прости, Антон, но у нас с тобой проблема.

А тот скрипнул зубами и так громко, что даже в трубке было слышно. Мне показалось, что он сейчас снова начнет орать, но тот только прошипел:

– Это ты прав, Миша. У нас с тобой точно проблема.

И связь вырубилась.

– Это точно наш Антон? – удивилась Лора. – Никогда его таким не видела…

– Нет, это точно наш Антон, – вздохнул я, убирая телефон. – Вернее, Есенин. Все же родовой характер не скроешь…

Так, и что с этим прикажете делать? Антон же точно не отступится и попытается похитить Розу, а то и убить, что вероятней. Блин, и надо мне ссориться с другом из-за какой-то мутной женщины?

– Хочешь все же отдать ее Антону? – спросила Лора.

– Нет, пусть Антон скрипит зубами сколько влезет, – покачал я головой. – Мы ее заберем. Но и держать ее в московском поместье тоже нельзя. Перевезем на Сахалин, а там отдадим Алисе. Пусть делает с ней, что хочет.

– Так значит, теперь я твоя пленница, – сказала Роза, когда я велел Даниле везти нас в поместье. – Если ты думаешь, что я помогу тебе вызволить эту твою Виолетту, то увы. Кремль это неприступная крепость.

– Спасибо, что напомнила, – ответил я. – Я вытащу Виолетту без тебя, а пока помолчи. Еще не хватало с тобой беседы разводить…

К ее чести она действительно замолкла, и мы в молчании доехали до поместья. Там прошли прямо на Сахалин, а оттуда Данила домчал меня до особняка.

По пути меня вдруг взволновал один вопрос:

– А зачем тебе нужен был стул академика Сахарова? – спросил я Розу.

– Ты же хотел, чтобы я молчала? Вот я и молчу! – и отвернулась к окну.

– У, какая коза! – разозлилась Лора. – Давай я ее тоже шибану! Мигом развяжет свой язычок!

– Не надо. Пусть секретничает.

Добравшись до дома, я торжественно передал Розу в рученьки ее дорогой Алисы. Только увидев Розу – немного помятую и запылившуюся – та просто охренела:

– Ты зачем привез ее сюда?!

Роза не осталась в долгу:

– Так ты встречаешь мать, которую только что пытались похитить и убить, да, дочка?

– Да! – и она отвернулась. – Пусть тебя хоть на луну забросят, после того, что ты творила, мне на тебя наплевать!

– Что?! Это все не я, а Пастух!

– У тебя всегда были одни оправдания!

– А у тебя секреты! И что это за парень, о котором я не знаю?! – и Роза затрясла своими наручниками. – Кто-нибудь снимите их!

– Тебе и так неплохо… – фыркнула Алиса. – А насчет парней, это не твое дело!

– Ах, не мое! Я твоя мать!

Алиса закатила глаза.

– Сейчас принесу дрель, – сказал Трофим, осмотрев наручники, и кивнул в сторону гостиной. – Не хотите ли пока чаю?

Роза на секунду зависла.

– Не откажусь, спасибо… Куда ты направилась, юная леди? Говори, что у тебя с тем водителем? У вас уже было?

– Каким еще водителем?!

Оставив их препираться, я поплелся к себе. На дворе уже была глубокая ночь.

От автора: Дорогие друзья, тыкните на сердечко, пожалуйста. Вам не сложно, а мне мотивация! (не говоря о том, что мне просто приятно) А она никогда лишней не будет!

Глава 11. В которой встречают послов.

Главный порт Сахалина.

село Байковое.

Армада кораблей с Имперскими гербами и флагами приближалась к побережью. Впереди всех шел крейсер “Мирный”, на носу которого и стоял адмирал Нахимов. Его суровый взгляд и неподвижная поза сильно отличали его от того человека, которого все привыкли видеть.

– Смотри… – с придыханием произнес один из матросов. – Там… В воде! – и показал пальцем.

Под кораблем проплыла огромная тень в несколько раз больше самого судна.

Затем из воды показалась голова и с нескрываемым интересом уставилась прямо на Нахимова.

– Да, ты знаешь, что я тут, – произнес он одними губами. – Надеюсь, Миша, мы до сих пор друзья…

Всего послов сопровождали десять военных кораблей. И вокруг каждого кружило по два гигантских монстра.

– Адмирал, хотите сказать, что всеми этими тварями управляет Кузнецов? – нервно смеясь, спросил матрос. – Это же басни… Сказки. Он же не всесильный бог?

Нахимов посмотрел на парня и невесело улыбнулся.

– А если я скажу, что этими монстрами и впрямь он управляет? Что тогда?

Матрос не нашел что ответить и только сглотнул.

Петр прекрасно понимал, как сейчас себя чувствуют его люди. С тех пор, как вышли новые законы об армии и флоте, на кораблях появилось больше моряков, которые служили у других аристократов.

И многие сейчас страшно боялись того, что на них могут напасть. Хоть корабли и были рассчитаны на таких тварей, но у некоторых просто не было опыта ведения боя.

Люк на палубу открылся, и к адмиралу вышел один из членов делегации. Это был Поликарп Шариков. Он вразвалочку подошел к адмиралу и молча встал сзади.

– Чего хотите, посол? – произнес Нахимов.

– Мы хотим знать, стоит ли опасаться этих тварей в воде? Все же вы отвечаете за нас головой.

Нахимов хмыкнул. Ему никогда не нравились члены совета Канцелярии, а после того, как большинство отправились на тот свет, их сменили новенькие. И вот, один из них, а именно Шариков, стал одним из тех, кого отправили на Сахалин говорить с Кузнецовым.

И почему-то этот дурак решил, что адмирал Нахимов – его личная прислуга. Так сказать, вооруженное такси на Сахалин.

Петр вздохнул. Пора было поставить на место этого выскочку.

– Послушай, Поликарп, кто тебе сказал такую чушь? Твоя голова ничего не стоит, и я сопровождаю вас. Ничего больше. Не придумывай. Я знаю регламент куда лучше тебя. Так что закрой пасть и вернись в каюту, пока случайно из воды не вылез монстр и тебя не утащил.

– Как ты со мной разговариваешь? – зашипел мужчина. – Это дойдет до царя!

– Ага, – улыбнулся он. – А потом я покажу ему камеры наблюдения! Ты только что нарушил технику безопасности. Моя задача защитить тебя от монстров в воде, но я не обязан спасать тебя, когда ты сам лезешь им в глотку. Таков был приказ. Повторяю. Доставить делегацию на Сахалин.

Заскрежетав зубами, Шариков решил, что пока не стоит с ним спорить. Все же Нахимов, каким он ни был болваном, все еще оставался сильнейшим человеком на воде. Тут он был и царь, и бог, и спорить с ним было бесполезно. Но вот когда они вернутся, то несколько сотен страниц доноса обязательно лягут на стол царю. А пока…

Нахимов первый спросил.

– Кто в делегации от Сахалина?

– Газонов и Маргарита, – ответил Поликарп.

– О, Маргарита… Ты же понимаешь, что не стоит с ней говорить так же, как сейчас со мной?

– Мы профессионалы, адмирал. Переговоры, это наш конек.

– Не сомневаюсь. Но просто на будущее хочу спросить. Ты видел Мастера?

Шариков замялся и отвел взгляд.

– Ясно, – вздохнул Нахимов. – На моей памяти мне удалось только раз видеть Мастера. И тогда он помог Маргарите сбежать из плена у Османов. Они вывезли ее в горную деревню, где было около двухсот вооруженных и обученных людей. И мало того, что Мастер спас Маргариту, он еще и вырезал всю эту деревню. Точнее не так. Он отрубил всем правую руку и вырвал языки, ну и… – он показал пальцем между ног. – Чтобы они не могли нормально говорить, работать и продолжать свой род. Очень страшное зрелище. Мы тогда прибыли на двадцать минут позже. Правда, там помимо Маргариты были и другие заложники. Они-то нам и рассказали, что произошло.

– И что?

– Говорю же, Мастер ее спас и расправился со всеми таким образом, – ответил Нахимов. – Так что не советую ее провоцировать. Веди себя адекватно. Хотя там будет Газонов, думаю, он все проконтролирует.

Шариков же только хмыкнул, явно подумав, что Нахимов просто нагоняет жути и преувеличивает, поэтому решил больше не надоедать адмиралу и вернулся в каюту.

***

Я проснулся в отличном настроении. Рядом лежала Маша и мило обнимала мою руку. Правда, она затекла, но на что не пойдешь ради комфорта жены, особенно, если и сам не так много времени проводишь с ней.

Света же ночевала в другой комнате, так как сказала, что ей все равно рано вставать и ехать встречать отца.

Вообще мы пришли к тому, что спать втроем в одной постели как-то не правильно. Все же каждая росла с одной мамой и папой. Так что мы приняли решение спать в разных комнатах и когда кто захочет с кем-то уединиться, то просто сообщит.

Пока я пришел только к такому варианту, да и девочки были не против.

Ну вот сегодня Маша выказала желание ночевать у меня. Аргументировала она это тем, что я и так постоянно отсутствую.

Аккуратно выбравшись из ее объятий, сделал небольшую зарядку, принял душ, умылся и спустился вниз. Завтрак уже ждал меня.

Также за столом я встретил Борю. Тот собирался в школу.

Трофим же, как обычно, сидел в углу и читал утренние новости.

– Всем здрасьте, – кивнул я, садясь рядом с мальчиком. – Что на завтрак для царя Сахалина?

Боря приподнял бровь и уничижительно посмотрел на меня. Маруся с Настей застыли в легком недоумении и даже Трофим опустил газетку.

– Овсянка, СЭР! – с нажимом на последнее слово произнесла Маруся. – Завтрак королей!

– И яйца, – добавила Настя.

– Точно. Яйца. В крутую! – гордо сказала Маруся и поставила передо мной ковшик. – А если царь и дальше будет так себя вести, то по утрам увеличится количество гороховой каши.

– Фу, не люблю гороховую, – скривился я.

– Я знаю… знаю, – злорадно улыбнулась женщина.

– Так ты чего, теперь останешься на Сахалине? – спросил Боря. – Ну я это так, чисто с прагматической точки зрения.

– И где только таких слов нахватался? – удивилась Маруся.

– А зачем тебе?

Боря скрестил пальцы и положил на стол.

– Мне заводить друзей, или нет? – в лоб спросил мальчик, – А то туда-сюда…

– Он так по-взрослому говорит, – умилилась Лора, прижав руки к груди. – Такой маленький, а уже такой большой! Ух, затискала бы его!

Мы бы так и болтали, если бы не позвонила Света.

– Приветик, – судя по голосу, она была в хорошем настроении.

– Привет, как вы там? Уже у порта?

– Не, еще едем. Алексей Октябринович сказал, что еще минут пять, – ответила Света.

– Если что, они уже пришвартовались… – я посмотрел через Аркадия, где они находились.

– О, ну супер, – ответила Света. – Ты-то повидаешься с папой?

– Разумеется, – улыбнулся я. – Как будто лет сто его не видел! Я так понимаю, делегацию послов повезут в администрацию?

– Ага. Маргарита сказала, что там есть просторный зал для переговоров. А мы пока поедем с отцом к маме. И ты подъезжай.

– Понял, тогда собираюсь.

Я отключил телефон и начал чистить яйцо.

– Эх… щас бы пирогов… – пробормотал я. – Ни у кого вкуснее не пробовал…

Маруся хоть и делала вид, что была занята кастрюлей, но все же повернулась.

– Ладно, будут вам пироги, ваше величество, – чуть добрее произнесла она и посмотрела на Настю. – Принеси из кладовой муки…

***

Село Байковое.

Делегация Сахалина уже встречала послов Российской Империи, когда последним с корабля спустился сам адмирал Нахимов. Света буквально засветилась от счастья, увидев отца, и, как только его нога коснулась земли, кинулась обниматься.

– Ну как ты тут, доченька! – моментально скидывая маску сурового командира, спросил отец.

– Все хорошо! Даже нечего рассказывать, ты и сам все же знаешь!

– Да я не про все эти битвы и сражения! Ты сама как? Как ребеночек? – и аккуратно положил руку на живот дочери.

– Да что с ним будет? Срок то маленький. Маруся кормит меня и Машу по расписанию. Мы гуляем на свежем воздухе. Рыцари Миши – отличные девчонки, составляют нам компанию. Да и вообще, тут много чего интересного.

– Как мама?

– О! – хитро улыбнулась Света. – Сам у нее и спросишь, когда приедем в город.

– Ой ты какая интриганка! – окончательно растаял адмирал.

Делегация в лице Газонова и Маргариты подошла к Шарикову и еще к трем мужчинам.

– Доброе утро, господа, – спокойно произнес Алексей Октябринович. – Надеюсь, вы доехали в комфорте, а теперь прошу пройти в машины.

Он показал на кортеж из двадцати военных автомобилей. У каждого стоял солдат с идеальной выправкой, суровым лицом и в отличном обмундировании.

– Алексей Октябринович, – хмыкнул мужчина, который раньше был помощником Болконского, а теперь входил в состав послов. – И как вам работать на предателя?

Мужчина смерил его нечитаемым взглядом, словно только что его заметил.

– Лучше, чем подстраиваться под всех подряд, лишь бы сохранить хоть какое-то влияние, – улыбнулся он. – Верно, Собакевич?

Тот было открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел.

– Так, давайте не будем ругаться! – встала между ними Маргарита. – Мы благоразумные взрослые люди, и эта встреча была организована для того, чтобы наши страны могли между собой хоть как-то коммуницировать.

– Страны… – хмыкнул еще один представитель, Чичиков Павел.

Шариков среагировал мгновенно и за локоть отдернул своего коллегу. Делегация села в машины и направилась к администрации. Света с отцом же сели в другую машину.

– Данила! Чертяка! – удивился адмирал, увидев водителя. – Вот уж порадовал! Я же на тебе поднял около сотки денег! Ты красавец!

– Благодарю, господин, – стараясь держать лицо, кивнул водитель и обратился к Свете: – Госпожа, можем ехать?

– Да, – кивнула она. – К маме, в гостиницу.

– Изабелла живет в гостинице? – удивился Петр.

– Ага. Она не захотела жить с нами. Сказала, что в отеле ей комфортнее. Миша выделил ей апартаменты. Она живет на этаж ниже Романовых.

– Ого! Еще и к Петру заскочим! – и наклонившись к водителю, протянул ему купюру. – Уважаемый, не могли бы вы поторопиться и доставить нас к отелю, как можно быстрее?

– Папа, нет! – воскликнула дочь, но было уже поздно. Данила взял купюру.

– А что? – удивился отец.

– Папа! Ты что наделал!

Данила же пощелкал по кнопкам на приборной доске и машина начала меняться. Специальные зимние колеса, спойлер, воздухозаборники…

– Мой господин называет это “прокатиться с ветерком”! – и вдавив педаль газа, сорвался с места.

***

Мне тоже хотелось присутствовать на встрече послов, и я даже заранее пришел в администрацию к Элю в кабинет. Там встретил Розу с Алисой. Девушка сидела в дальнем углу на стуле и, скрестив руки на груди, явно находилась в плохом настроении. Роза же расположилась на диване рядом с мисс Палмер. Перед ними стоял чайный набор, и они с интересом о чем-то беседовали. Эль же, как подобает губернатору, разбирался с документами вместе с Донцовым.

Хоть Олег Витальевич и выполнял немного другие функции, но все же часто помогал Элю, объясняя это скукой пенсионного возраста.

– Всем доброе, – кивнул я.

– О, Миша! – вскочила Алиса. – Скажи мне, почему я должна таскаться с ней? – тыча в свою мать, произнесла она.

Я же посмотрел на Розу.

– Ты что, так ей ничего и не рассказала?

– Рассказала и даже предложила помочь с тем зубастым ртом на животе, но она ни в какую, – пожала та плечами и продолжила о чем-то болтать с Палмер.

– Серьезно? – посмотрел я на Алису. – И с чего бы это такой бунт? Ты уже не маленькая девочка!

– Я не доверяю ей! Она слишком много всего…

– Чего много всего? Ты сама была под хаосом и что-то я не помню, чтобы ты сопротивлялась.

Она замолкла, думая, что я буду на ее стороне, но с чего бы? Тут все по фактам. Но надо было посмотреть кое-что еще. Так как вчера мне просто было не до этого.

Сев рядом, протянул руку.

– Положи ладонь на мою, – сказал я.

Палмер улыбнулась.

– Ох, Михаил, не тем ты занимаешься, – она откинулась на спинку и закинула ногу на ногу.

Роза же поняла, что я хочу сделать и выполнила просьбу беспрекословно. Как мы с Лорой и предполагали, сканирование ничего не показало. Но меня удивило другое.

– Судя по данным, она сильнее Чехова, как лекарь!

– Ну нифига се! – выдохнул я.

– Ага! – кивнула Лора, появившись у нее за спиной. – Получается нам не нужен Чехов. У нас дома есть свой.

– Ну что, – произнесла Роза. – Все хорошо?

– Да, – отпустил я ее руку. – Все хорошо. Можешь оставаться у нас. Думаю, у нашего губернатора есть к тебе несколько деловых предложений, – я наклонился к ее уху и прошептал. – Так ты будешь ближе к дочке и сможешь наладить контакт.

Эти слова вызвали нужный эффект. Роза быстро согласилась.

Я же посмотрел на Эля.

– Чего уставился? – не отрываясь от бумаг, произнес тот. – Видишь, готовлюсь к встрече.

Деталька Болванчика, которая сопровождала Маргариту и Газонова сообщила, что они уже у здания администрации.

– Они уже приехали. Пошли в зал заседаний.

Эль встал, сложил бумаги и пошел к выходу. Я же решил немного задержаться и обратился к мисс Палмер. Грех не воспользоваться ее способностями.

– Скажите, как пройдет эта встреча?

– Именно встреча пройдет хорошо, – кивнула она. – Хотя смотря, что ты имеешь в виду под “хорошо”.

– А подробнее?

– А подробнее? Когда ты вмешиваешься в ход событий, я ничего не вижу, – она лукаво улыбнулась. – Но я бы советовала быть простым наблюдателем. Поверь, Михаил, в этом мире есть люди, которые могут справиться и без твоего вмешательства. У каждого своя судьба.

– Ну нифига се она нагнала жути! – Лора щелкнула пальцами и на ней появилась простынь как у призрака.

Хотя… Простынь просвечивала…

***

Администрация.

Колонна автомобилей припарковалась у входа. Обе делегации прошли в здание администрации, где их встретил сам губернатор в сопровождении помощника.

– Доброе утро, уважаемые послы, – серьезным тоном начал глава острова. – Меня зовут Эль. Без отчества. Просто Эль.

– Как алкоголь? – хихикнул посол Плюшкин.

На что Эль смерил его взглядом, каким смотрят на не совсем умных людей.

– Меня зовут Шариков Поликарп Поликарпович. Главный посол Российской Империи. Это Собакевич Михаил Семенович, заместитель. Чичиков Павел Иванович и Плюшкин Степан Александрович, – представил он всех.

– Очень приятно, – кивнул Эль. – Что ж, прошу пройдемте в зал переговоров.

Зал был просторный, светлый, с панорамными окнами на центральную площадь города. Газонов и Маргарита зашли следом за гостями и расселись напротив.

– Ну что, господа, – встал Шариков. – Предлагаю начать, если все в сборе?

– Прошу подождать еще одного человека. Он бы тоже хотел лично присутствовать на встрече, – поднял руку Эль, а сам пока начал раскладывать бумаги.

– Как неосмотрительно, ждать одного человека! – фыркнул Собакевич.

Но тут дверь открылась.

– А вот и последний наш участник, – улыбнулась Маргарита, подперев руку кулачком.

В проеме стоял Михаил Кузнецов. Послы Империи напряглись и хоть это было не заметно, опытные Газонов и Маргарита все поняли. Впрочем, как и Эль, но он и бровью не повел.

– Господа, – произнес Михаил. – Прошу прощения за опоздание.

– Простите, – вскочил Шариков. – Но в связи с последними событиями и началом конфликта между нашими странами, мы бы хотели провести переговоры без вашего присутствия.

– Чего? – улыбнулся Кузнецов. – Вас не смущает то, что я царь Сахалина? Вы буквально общаетесь со мной через послов.

– Вот именно, – кивнул Шариков. – Ваше присутствие может дурно повлиять на переговоры.

– Вот как? – он щелкнул пальцами, и в воздухе появилась проекция с момента, как они спустились на землю. Они смеялись над Сахалином, над именем губернатором и много над чем еще.

– Как видите, пока только с вашей стороны я вижу неуважение, так что я останусь. Не переживайте, как зритель.

После чего он спокойно сел за стол рядом с губернатором.

– Можем начинать, – кивнул Эль.

Глава 12. Переговоры провалились.

Я не политик. И никогда не хотел им быть.

Все эти подковерные игры, хоть и интересны, но от них отдает чем-то тухлым. Мерзким. Бездушным. Хотя с Лорой я не думаю, что у меня были бы большие проблемы. Все же аналитика и расчет это ее.

На этой встрече же я решил присутствовать с нескольких позиций.

Во-первых, мне очень интересно, какие условия выкатит Петр, чтобы задушить мою страну. Или же наоборот. В свете того, что я читал из новостей и полученных сведений из других стран, Петр Первый не предпринимает ничего сумасшедшего, как могло бы показаться на первый взгляд.

Во-вторых, предотвратить срыв кого-то из участников. Мое присутствие уже служило сигналом не дергаться, хотя все тут собрались взрослые ребята и никаких эксцессов случиться не должно.

Ну и в-третьих, защита. Я уже говорил, что ничему не удивляюсь? Вот и тут. Просто надо быть готовым ко всему. В прямом смысле. Упадет метеорит на здание? Я готов. Наводнение? Да тоже. Атака каких-то чертей? Да почему бы и нет?

Шариков встал и официальным тоном начал:

– Господа, моя страна не ищет конфликта. Мы умеем дружить, умеем уважать интересы партнеров, но только тех, кто уважает нас. Мы предлагаем возможность выбора: путь сотрудничества или путь изоляции.

Он прокашлялся и поменял листки.

– Начало средней паршивости, – вставила комментарий Лора.

– Теперь к сути, – продолжил Шариков. – Мы предлагаем торговое соглашение по линии редких ископаемых, но не на ваших условиях. Цена фиксированная, выше рыночной на двенадцать процентов с ежегодной переоценкой в нашу пользу. Иначе вы теряете доступ к тридцати процентам рыночного сбыта, а альтернатива вам обойдется вдвое дороже. Думаю, не надо быть гением, чтобы понять, куда идет большая часть ископаемых, – хмыкнул он. – Далее. Мы готовы открыть рынок высокотехнологичного оборудования, но с условием полного отказа от поддержки других стран. Поддержите, значит, получите доступ к новым технологиям и лицензиям. Не поддержите, и мы займемся локализацией с другими, более гибкими партнерами. Уже есть желающие. Наш царь нашел несколько каналов сбыта.

Остальные сидели молча и слушали. Газонов и Маргарита иногда что-то черкали у себя в блокнотах, но лица были каменными. Точно профессионалы.

И должен отметить, что и делегация с Империи тоже объясняется довольно четко.

– Мы не допустим вмешательства ваших военных на водную территорию нашей страны. То же самое касается водного пространства до Японии. Для того, чтобы пересечь океан, необходимо заранее согласовать с нами. Мы не угрожаем, мы предупреждаем. Один раз. Потому что второго уже не будет, – он опять отложил листок и взял новый. – Вопрос о визовом режиме мы готовы обсуждать, но только после выполнения вами условий номер один и номер два. До тех пор, это остается заблокированным направлением. Да, у вас остались те, кто сотрудничал с Сахалином до отсоединения, но новых бизнесменов у вас не появится. Старые также будут постепенно уходить. Это плата за то, что вы решили говорить с нами языком силы.

Он дочитал листок, положил на стол, выдохнул и сел, скрестив пальцы.

– Мы за стабильность. Мы за диалог. Но мы не будем играть по чужим правилам на своей земле. Вы можете пойти с нами и выиграть. Или можете остаться в изоляции и смотреть, как мир меняется без вас. Решение за вами.

Вопреки моим ожиданиям Газонов и Маргарита продолжали молча сидеть и что-то черкать на листочках. После чего посмотрели на представителей Империи.

– Господа, дайте нам пару минут для коррекции наших пунктов и подготовки ответа.

Шариков кивнул.

– Ну, что скажешь? – спросил я у Лоры.

– Ну а что тут сказать? Ты сам все прекрасно слышал. Хотят поиметь с нас все и не получить в ответ никаких неприятных последствий. Хотя логика проста. Все же Сахалин был их территорией столько времени, а тут бац, и у какого-то двадцатилетнего пацана. Обидно? Обидно!

Газонов прокашлялся и встал. Он говорил медленно, четко и сдержано холодно. Хотя я поймал некоторые нотки презрения, которые он обернул в дипломатическую обертку.

– Господин посол, Мы выслушали ваши предложения. Они впечатляюще… амбициозны. И надо признать, вы хорошо выучили роль сильного игрока. Но давайте расставим акценты сразу. Мы не та страна, которую можно загнать в угол. И если вы полагаете, что угрозы, скрытые под маской дипломатии, производят на нас впечатление, вы, увы, переоцениваете собственное влияние. Да, вы сильны. Но не забывайте, вы не единственные.

Газонов слегка послюнявил палец и перевернул листок:

– По пунктам. Редкие ресурсы. Ваши каналы сбыта и продажи не так уж и незаменимы. Мир меняется. Технологии движутся. Альтернативы расширяются. Вы предлагаете нам переплатить на двенадцать процентов? Мы предпочитаем инвестировать в диверсификацию поставок, даже если это займет годы. Потому что мы не торгуем на коленях. А вы в попытке нажать можете остаться без той доли ископаемых, который Сахалин продает в Российскую Империю. А это… – он пролистал пару листков и ухмыльнулся, – аж пятнадцать процентов. Как интересно! Дальше. Санкции. Вы хотите, чтобы мы отказались от своей политики ради доступа к вашему оборудованию? Господин посол, у нас есть технологии, которые вам даже и не снились. Мы сами создаем рынок и наши технологии продаются вам. Если вы не в курсе, но посмотрите бумаги презентации господина Кузнецова за несколько дней до отсоединения Сахалина. Думаю, вы поймете, о чем я. Мы не нуждаемся в разрешении, чтобы развивать технологии.

Мы с Лорой слушали его речь с интересом и гордостью. Все же не зря Наталья получала огромное финансирование на все ее задумки! Женщина – самородок. Так еще у меня был отличный иностранный специалист в лице одного из сыновей самого Хана!

– А значит, вы не можете предложить нам того, что мы не сможем получить сами, или создать в другом месте на своих условиях.

Он опять перевернул листок.

– Военное сдерживание. Скажем так, мы вас услышали. И вы правы, второй раз предупреждать не придется. Потому что если вы попытаетесь диктовать нам, где и как нам передвигаться, это будет воспринято как вызов. А на вызовы мы отвечаем не словами. Думаю, вы это уяснили, господа. Ну и в заключении. Визы и культурный обмен.

Алексей Октябринович отложил большую часть листков и посмотрел на собеседников.

– Если вы считаете, что аристократы, которые с нами работают, начнут уходить, то не переживайте. Даже если так случиться, мы с удовольствием выкупим у них производства по той цене, которая их не обидит, и найдем другие пути сбыта, как было сказано выше. Мы не держим за воротами тех, кто может уйти, но мы открываем двери для тех, кто хочет вернуться. И если вы хотите построить железный занавес, то стройте. Только будьте готовы к тому, что за ним останетесь вы сами.

После чего Газонов отложил последний листок и, сев за стол, добавил:

– Мы тоже за диалог. И тоже уважаем силу. Но есть сила уравновешенная и сила шумная. Мы умеем ждать. Умеем сдерживаться. Но мы не прогибаемся. Ни перед кем. Если вы хотите равного разговора, то мы готовы. Если хотите подчиненных, ищите в другом зале.

Эль все это время молчал, что даже было удивительно для него.

Лора же запрыгнула на стол и начала аплодировать. Через секунду появились еще пара десяток рук, и они тоже хлопали.

– Нет, ну красавчик какой, а! Ты видел?

– Видел, – кивнул я. – Вот только что будет дальше?

А дальше… Собственно, ничего и не произошло.

– Что ж, мы вас услышали. Нам необходимо пообщаться с нашим царем, обсудить ваши ответы и подготовить ряд вопросов для второго этапа переговоров, – невозмутимо ответил Шариков. – Где мы можем остановиться?

– В отеле, напротив администрации, – сказал Эль. – Наш сопровождающий вас проводит. Чуть позже мы пришлем время завтрашней встречи.

Вот только когда они вышли из кабинета, моя деталька продолжала сопровождать господ из Империи, и я услышал интересные слова Чичикова:

– Если это завтра для вас настанет!

– Ну нет, – выдохнул я, чуть ли не вслух. – Ну как так! Все же прошло относительно хорошо!

Ко мне подошли Газонов и Маргарита. Оба были спокойны и невозмутимы.

– Как вам, Михаил? Первый раз?

– Если честно, то да, – кивнул я. – Мне показалось, что все прошло хорошо. Хотя были некоторые острые моменты.

Маргарита улыбнулась и посмотрела на своего коллегу.

– Ого, он уже говорит как настоящий дипломат. Но скажу так, если подытожить, то мы топчемся на месте. Они хотят задушить нас, но не понимают того, что Сахалин автономен. Это я уже выяснила. И у нас даже излишки.

– А если учесть ваши тесные связи с Императором Мэйдзи, то большую часть лишних ресурсов мы можем продавать им, – добавил Газонов.

– Тогда что вы будете обсуждать завтра?

– Скорее всего, то же самое. Петр не пойдет на уступки. После чего, они уплывут. Я надеюсь.

Я тоже хотел на это надеяться и закрепил, на всякий случай, к каждому по детальке Болванчика. И заодно отправил следить пару деталек за нашими новыми гостями.

– Что ж, тогда на этом все, господа, – мы обменялись рукопожатиями и Газонов с Маргаритой пошли к себе.

Я же остался с Элем.

– Удивительно, что ты до сих пор молчал. Я думал, ты что-то скажешь.

– Нечего говорить, – пожал он плечами. – По большому счету, Газонов прав. Топтание на одном месте. Вот только по моему опыту подобные переговоры всегда заканчивались плохо. Лучше поспеши и достань Валеру, пока еще не поздно.

– Именно этим я и планирую заняться в ближайшее время. Судя по тому, как идет восстановление Петра, время у меня еще есть.

Мы вышли из администрации и разошлись. Эль направился к Петру, чтобы обсудить какие-то вопросы касательно управления, а я понял, что надо наращивать энергию. Заехав домой, поцеловал Машу. Свету пока решил не беспокоить. Пусть проведет время с отцом.

– Думаю, я успею, и она ничего не заметит, – сказал я Маше, когда натягивал на себя доспехи.

– Ты только не задерживайся, – сказала Маша. – Уедут послы, там уже можно вплотную заняться Валерой.

Я с ней согласен, но сейчас мне хотелось проветриться. Слишком много произошло. Антон. Переговоры. Виолетта и Люся.

Если коротко, то у меня подгорело одно место и хотелось выпустить пар.

И пока ехал к порталу, слушал, о чем говорят наши послы.

– Ну и какого хрена? – бушевал Плюшкин. – Что они о себе возомнили?

– Действительно, – кивнул Чичиков. – Страна? Не смешите меня! Какая, блин, страна? Они серьезно думают, что смогут нормально функционировать на мировой арене?

– Особенно, когда ими руководит пацан без надлежащего опыта, – добавил Собакевич.

Забавно слышать это от тех, кто не смог сохранить Канцелярию в должном виде и теперь прежние должности занимали совершенно другие люди.

– Но ничего! – хмыкнул Чичиков и достал из сумки два топорика. – Сегодня на одного посла станет меньше. Тоже мне, возомнили себя великой военной державой!

– Ты уже получил отчет о Маргарите? – спросил Шариков. – Мы тебя взяли только ради нее.

– Да, получил. Ничего сверхинтересного там я не нашел, – хмыкнул тот.

– Кажется, они глупее, чем я думала, – вздохнула Лора. – Послать посла для ликвидации посла… Кому рассказать, никто не поверит!

– А я уже ничему не удивляюсь, – пожал я плечами.

Тем временем, эта шайка, а по-другому их не назвать, собралась в просторной гостиной в номере.

– Тогда запомни, убей Маргариту до того, как появится Мастер. Это главное. Так у тебя будут шансы, – пояснил Шариков.

– И что будет? – хмыкнул Чичиков.

– Ты же читал доклады! – вспылил Шариков. – А теперь иди! Если провалишься, мы скажем, что ты действовал по своей инициативе.

Как только мужчина открыл окно и проскользнул на улицу, Собакевич повернулся к оставшимся.

– Да кто такой этот Мастер?!

Я же достал телефон. Надо было предупредить моего нового министра о покушении.

***

Один из переулков города.

Маргарита только что вышла из магазина. Сегодня на вечер у них с Мастером намечался романтический ужин. Она хотела приготовить рыбу с салатом и тушеными овощами. Любимое блюдо ее возлюбленного.

На улице уже стемнело, но на улицах народу было полно.

– Сегодня был продуктивный день, – мурлыкала себе под нос женщина, ловко лавируя в толпе у светофора.

Как раз в этот момент загорелась дополнительная подсветка в городе, делая его еще красивее.

Маргарита не жалела, что переехала сюда. Хотя по-началу она сомневалась, а ее ли это место. Все же когда она выбрала сторону царицы Ольги, она рассчитывала только на спокойную совесть и молчаливую благодарность Мастера за то, что сделала правильный выбор.

Но теперь, когда она начала постепенно вникать во все нюансы новой страны, то ей тут определенно нравилось. Губернатор сделал все идеально. Школы, библиотеки, новый свод законов. Все было на своих местах, и самое главное, для людей.

Маргарита про себя отметила, что им стоит поблагодарить Михаила Кузнецова. Молодого парня, который совсем недавно выиграл мировую Универсиаду. Она сначала сомневалась в нем, но когда он каким-то макаром умудрился спасти и Петра Романова, и Александра Есенина от смерти, поняла, что слухи о нем врут.

Невероятный молодой человек.

Маргарита свернула в переулок, чтобы срезать дорогу к своему новому дому, как в ее кармане зазвонил телефон.

– Ой, ну кто там еще… – задергалась она, пытаясь перехватить сумку с продуктами и достать телефон из сумочки. Наконец, все получилось.

– Слушаю? – не глядя на экран, ответила она.

– Маргарита? Это Михаил Кузнецов!

– Вот как! – улыбнулась она. – Признаюсь, не ждала вашего звонка.

– Ситуация серьезная. Один из послов Российской Империи идет к вам, чтобы вас убить. Будьте начеку.

– Он, Михаил, душенька, благодарю за беспокойство, меня встретит Мастер, так что я не переживаю, – после чего, не дожидаясь ответа, отключила телефон.

Когда она засовывал телефон в карман, из сумки выпала связка помидоров.

– Ой, – пискнула она и, наклонилась, чтобы поднять овощи.

В этот же момент ей в спину вонзились два топора. Она даже не успела ничего понять и рухнула лицом на землю. Пакет с молоком лопнул и начал медленно вытекать на дорогу.

С крыши спрыгнула темная фигура в капюшоне.

– Алло, это я, – произнес Чичиков, стоя над телом. – Все вышло куда лучше, чем я предполагал. Она оказалась простой девкой, которая треплет языком.

Он сделал пару шагов вперед и присел рядом с упавшими помидорами. Подняв один, он покрутил овощ в руках.

– Ты уверен? – спросил Шариков.

– Более чем. Два топора. Две семерочки вошли глубоко в ее спину. Она умерла мгновенно, – хмыкнул он.

Вот только пока он говорил, за его спиной медленно поднималась фигура. Она была больше Чичикова на пару голов и шире примерно в таких же пропорциях.

Он не обращал внимания на то, что происходило за ним, пока тень не накрыла его.

Резко обернувшись, он не успел ничего понять, как что-то большое схватило его за шею. После прижало к стене.

Чичиков никак не мог разглядеть нападавшего. Силуэт был размыт и были видны только глаза. Два ярко красных пятна.

– Кто… Что ты… – хрипел мужчина.

В ответ неизвестный вытянул руку, и она неестественно удлинилась. Схватив сразу два топора, незнакомец выдернул их из тела женщины. И только сейчас Чичиков заметил, что нижняя часть нападавшего соединяется с телом Маргариты.

– Ты… кто? – прохрипел он.

В глазах темнело, лица уже не было видно, но зато прекрасно слышно, как он произнес:

– Я Мастер, и ты чуть не убил мою Маргариту!

Затем он отпустил горло, и до того, как ноги Чичикова коснулись земли, быстро воткнул два топора ему в грудь, пригвоздил к каменной стене, как бабочку.

После чего Мастер подошел к лежащей Маргарите и аккуратно поднял ее на руки.

– Все хорошо, – произнес он, поглаживая по спине, где зияли две дыры.

По мере того, как он гладил, раны затягивались. И наконец, она открыла глаза.

– Ты решил меня встретить? – тихо произнесла Маргарита.

– Разумеется, – он поставил свою возлюбленную на ноги. – Я просто очень сильно хотел тебя увидеть.

Напоследок он нежно погладил Маргариту по щеке и растворился в воздухе.

Глава 13. Переиграл и уничтожил.

Иной раз я задумывался, насколько же в этом мире магия может быть странной. Каждый раз я думаю, что ну вот, это предел. Куда уж страннее? И честно говоря, я думал, что на гусе-вампире-губернаторе из иного мира меня уже вообще не удивить.

Но нет. Теперь у меня в администрации работает женщина, внутри которой сидит мужик.

Да, это был самый настоящий мужик. При этом каким-то образом он обладал странной магией, которая и залечивала раны, и делала его сильнее, и вообще…

Я вздохнул, прикрыл глаза и просто отпустил эту ситуацию. Хватит. Я же взрослый мужчина в теле молодого мужчины. Я сам по себе феномен.

– Лора, скажи, вот только честно, мы сможем со всем справиться и просто отдыхать на берегу какого-нибудь моря?

– Хороший вопрос, но я отвечу так. Мне кажется, без всех этих заварушек и приключений тебе рано или поздно станет скучно.

– Ой, я готов это проверить, – улыбнулся я. – Кстати, покажи мне общую статистику?

Передо мной тут же появились интерактивные окна, словно в игре. Тут и состояние здоровья в процентах, и сколько у меня энергии. Кривые состояния всех питомцев. И даже предположительные таблицы силы.

– Я так понимаю, Валеру ты в этот рейтинг не внесла?

– А он у нас сейчас в таком месте, где нет возможности полностью оценить его физическую составляющую, – хихикнула она. – Хотя знаешь…

Валера оказался в самом низу рейтинга, под змеями.

Тут же из глубин моего внутреннего хранилища раздались недовольные крики.

– Э! Лора, дорогая, а какого хрена!

– Тише-тише, пупсик, криками ты ничего не сделаешь!

– Миша! Нахренблин! Что там у вас происходит! Я же вижу рейтинг! Вы там че совсем… – и его голос начал затихать, словно громкость выкрутили на ноль.

Собственно, так и было. Лора это и сделала.

– А то на ночь глядя еще голова от криков лопнет, – заявила она. – Ты как себя чувствуешь?

– Неплохо…

Лора тут же оказалась у меня на коленях лицом ко мне и аккуратно поцеловала в лоб. Удивительно, что каждый раз, когда она это делает и я чувствую прикосновения, это вызывает у меня восторг.

– Температуры нет, состояние каналов нормальное…

– А что? – прищурился я, глядя ей в глаза.

Она улыбнулась и наклонилась вплотную к моему лицу.

– Этой ночью я хочу взять тебя в оборот, – прошептала она.

– Что ж, я в твоем распоряжении, – я попытался обнять ее за талию, но руки прошли насквозь. – С чего начнем? С печатей или копирования приемов?

– Хех, я тебя удивлю. Копирование не займет много времени. Я провела анализ и отметила все приемы, которые мы уже знаем. Так что там не много, да и усвоение для мозга пройдет куда быстрее. А потом печати. Причем и тебе, и нашим ребяткам. После апгрейда можем распределять мощность на два питомца.

– Тогда я весь твой, – кивнул я.

Дома мне сообщили, что Света останется с родителями, так что сегодня ее можно не ждать. Маша тоже ушла спать пораньше и у меня была вся ночь впереди.

Закрывшись в свободной комнате, мы с Лорой начали работу.

***

Утром меня ждал не особо приятный сюрприз. Хотя это было ожидаемо.

В восемь часов утра в администрацию поступил звонок от послов Российской Империи по поводу того, что у них ночью пропал один из членов делегации. Мне даже дали послушать эту игру одного актера.

“Что у вас тут творится? А? Неужели вы не можете обеспечить банальную безопасность для иностранцев? О каких договоренностях может идти речь, если у вас даже базовой охраны нет? Как прикажете нам налаживать дальнейший диалог, если с нашим послом происходит такое?”

Наверное, это был их гениальный план. Если удастся убить Маргариту, то что ж, кто предъявит доказательства? Но а если нет, то можно все спихнуть на преступность, покушение, наемников и еще с десяток причин.

Все это я слушал в кабинете, вместе с Надей.

– Интересно, они вообще предполагают, что мы можем хоть как-то ответить? – Надю этот разговор позабавил не меньше меня.

– Больше похоже на искусственное разжигание конфликта, – пожал я плечами. – Ну раз они этого хотят, что ж, будем играть по их правилам.

Следующий этап переговоров должен был начаться через пару часов, так что я не спеша накинул легкий пуховик и вышел на улицу.

В администрации уже собрались все, кто должен был присутствовать на встрече. И пока было время, мы ждали в кабинете Эля.

***

Апартаменты Имперской делегации.

– Ваше величество, наша попытка ликвидировать Маргариту провалилась, – произнес в трубку Собакевич. – У нас уже готов список требований, чтобы объявить войну.

– Замечательно, – ответил Петр. – Это даже лучше, чем устранение Маргариты. Так я буду чуточку ближе к сыну.

Собакевич сглотнул. У него всегда шли мурашки по спине, когда царь говорил подобным тоном. Обычно после этого случается то, что никто не мог предвидеть, кроме, конечно, самого Петра Первого.

– Будут какие-то новые указания?

– Нет, – коротко ответил царь. – Выдвигайте требования, если они не согласятся, а они точно не согласятся, и тогда можете объявлять войну Сахалину.

– Но разве это не значит, что нас могут не выпустить? И это в лучшем случае! – уточнил Собакевич.

– Значит, но ты же сам согласился на эту должность и знал все заранее, так что вперед и с песней, – после чего царь отключился.

Собакевич повернулся к остальным.

– Пора идти. Все идет согласно плану. Действуем по регламенту, – кивнул он и пошел собирать бумаги.

***

Что ж, как говорил какой-то знаменитый и наверняка уважаемый человек – шоу должно продолжаться. И все были к нему готовы.

При этом я настоятельно попросил никому не использовать силу, если, конечно, это не угрожает жизни и здоровью. К назначенному времени мы собрались в зале переговоров. Через десять минут туда прибыли и члены Имперской группы.

– Господа, у нас с вами так диалог не сложится, – с порога начал Поликарп Шариков. – Наш представитель пропал и его судьба неизвестна.

Тут в дело вступил Эль. Именно ему был сделан тот звонок, который я успел послушать у себя в кабинете.

– Не волнуйтесь, господа, все под контролем.

– Под контролем? Вы оповестили свои службы безопасности? – воскликнул Собакевич. – Пропал представитель Российской Империи. И мы этого так не оставим!

– Не сомневаюсь, – ухмыльнулся Газонов. – А пока вашего представителя нет, мы продолжим нашу встречу. Вы же не хотите сказать, что в его пропаже виноват кто-то из нас? Такое могло произойти с кем угодно. Верно я говорю, Маргарита?

Женщина с легкой улыбкой посмотрела на гостей.

– Совершенно верно, Алексей Октябринович. Может, он увидел очаровательную красавицу и влюбился по уши. Подумал, а на кой черт ему служить царю, если он не найдет любви? Вот и сбежал, – мечтательно добавила она.

– Ты… – зашипел Плюшкин, но его вовремя остановил Шариков.

– Начнем… – холодно сказал он и сел за стол.

То же самое сделали и мы.

– Итак, – встал Шариков. – У нас есть подозрение, что пропажа нашего члена, а именно Чичикова, дело рук ваших спецслужб, или же кого-то из присутствующих. И так как это официальные переговоры, то мы ужесточили требования. В частности…

– Постой, Поликарп, – поднял руку Газонов. – Мы оба знаем, что без доказательств вы не можете делать все, что заблагорассудится. К тому же на Маргариту вчера было совершено покушение, и мы также можем предположить, что это были вы. Но мы же этого не делаем.

– Это вы за себя говорите, Алексей Октябринович, – вставая, произнес я.

– О, Михаил Кузнецов, – улыбнулся Шариков. – Вот уж не ожидал услышать это именно от вас. Царя Сахалина. То есть, вы хотите обвинить российскую делегацию в покушении на одного из членов вашей страны? Что за бред? Пропал наш человек! И это можно расценивать как официальное заявление властей! При этом не подтвержденное никакими доказательствами! Голословные обвинения! Это скандал, как минимум. Все близлежащие страны об этом узнают! Наш царь не потерпит такого отношения со своими верными подданными.

– Да закрой ты уже рот, – выдохнул я, потеряв терпение. – Вы слишком много о себе думаете! Заявились в чужую страну для переговоров, при этом полагая, что сможете творить тут все, что заблагорассудится? Тут вы ошиблись, господа. Глубоко ошиблись!

Под столом меня аккуратно ущипнула Маргарита, полагая, что я наговорил лишнего, и вся система переговоров пошла прахом. Вот только они не знали об одном нюансе. Или забыли. Кто его знает.

Да и Газонов сидел с каменным лицом. Эх, сейчас будет самое интересное, а они уже разнервничались.

Мы же с Лорой все продумали на несколько ходов вперед.

– Эм… Возможно, его высочество имел в виду, что ни у кого нет прямых доказательств… – произнес Газонов.

– Уже поздно, – улыбнулся Шариков. – Его слова потянут на международный скандал.

Я же молчал.

– Мы не намерены и дня провести в этом месте. Сейчас же покидаем Сахалин! – заявил Плюшкин и посмотрел на Собакевича. – Звони Нахимову. Пусть готовит судна.

С этими словами они встали и направились к выходу.

В отличие от Маргариты и Газонова, которые явно не ожидали от меня такого, Эль сидел довольный, словно ему выдали премию и сказали, что страну точно ждет светлое будущее.

И когда мы пересеклись взглядами, он показал мне большой палец.

– Когда я получил своего первого питомца, – начал я, когда делегация практически дошла до двери. – Вот этого… – Несколько деталек Болванчика закружились у меня над поднятым пальцем. – Так вот, у него есть одна особенность. Он может записывать аудио- и видео-материалы. И в последствии эти способности были официально подтверждены и их можно использовать как доказательства. Предвосхищая ваши слова, да, такая практика уже была. Вам надо только поднять архивы. Да и без этого в реестре питомцев указана эта способность с нужными печатями. Хотя… Если я уже гражданин другой страны… То даже не знаю…

Шариков и компания замерли.

– К чему вы клоните, господин Кузнецов?

– Как к чему? К доказательной базе, – улыбнулся я.

Щелчок пальцами и Болванчик начал проецировать на стену запись нападения на Маргариту. Тут было все. От начала нападения до бесславной смерти Чичикова.

– Фальсификация, – фыркнул Шариков.

– Ага, – кивнул я и для театральности щелкнул еще раз.

На этот раз включилось видео, как Чичиков уходит на дело. Тут было все. Сговор, угрозы. Не было никакого двойного смысла.

Тут уже не было никаких комментариев со стороны Российских представителей.

– Ну и на сладкое...

И включается аудиозапись разговора с Петром Петровичем сегодня утром. Разумеется, деталька вернулась обратно и продолжила сбор информации.

– Что ж, господин Кузнецов, вы нас раскрыли, – кивнул Шариков. – Но все эти записи получены незаконным путем. Такое не прокатит…

– Откуда ты знаешь, что прокатит, а что нет? Если эти записи увидят представители других стран? Как думаешь, что с вами будет, когда Петр Первый узнает о том, что у меня есть доказательства вашего покушения! Вы такие болваны!

Признаюсь, смотреть на них было забавно, поэтому я рассмеялся.

– А ведь у вас был шанс! Ну не получились переговоры, так вернулись бы нормально в страну. Но нет. Вы захотели погеройствовать. Теперь же мне интересно, что с вами сделает Петр Первый, когда узнает, что вы не смогли объявить нам войну. Вот же незадача! Он так долго колесил по странам и налаживал отношения, чтобы все его труды разрушила кучка дилетантов!

Они молчали. Собственно и понятно. Им нечего возразить. Их поймали с поличным. И даже если эти данные были собраны незаконно, для многих стран это не будет проблемой в решении вопроса о сотрудничестве.

– Так что, вы еще хотите объявить войну моей стране?

– Мы уплываем, – отвернулся Поликарп Шариков и открыл двери. – Уходим, господа. И вам всего доброго. Берегите себя и своих близких.

– Я не буду воспринимать ваши слова, как угрозу. В этот раз…

Они вышли из зала. И как только дверь за ними закрылась, Эль тут же вставил свои пять копеек.

– Думаю, никто не будет спорить с тем, что, во-первых, это было красиво.

– Согласна, – кивнула Маргарита.

– Михаил, но вы уверены, что они не будут объявлять нам войну?

– Разумеется, – кивнул я. – У меня есть аудио- и видеозаписи того, что они хотели подставить все так, что это мы виноваты. А если эти записи попадут в правителям других стран, то ни о каком сотрудничестве, которого Петр пытается добиться, и речи не будет. Он это понимает. Послы это понимают. Это сильно ударит по его репутации, как правителя. Так что эти записи – наша страховка.

– Что ж, браво, – кивнул Газонов. – Я бы лучше не сыграл эту партию!

– Вы были отличным игроком, Алексей Октябринович.

***

На улице у здания администрации.

Шариков буквально ногой выбил входную дверь.

– Сука! Откуда! Как он посмел! Ублюдок, мать твою!

– Я не предполагал, что он настолько далеко зайдет! – прошипел Собакевич.

Троица вышла на улицу и направилась в машину. Они поехали в отель собирать вещи.

– Кто будет звонить? – с замиранием в голосе произнес Плюшкин.

Повисла гробовая тишина.

– Предлагаю на “камень, ножницы, бумагу”, – заявил Михаил Собакевич.

– Мы что, дети малые? – психанул Шариков. – Я сам позвоню.

Но когда он достал телефон, его начала бить легкая дрожь.

– Ну… – подначил Плюшкин

– Завались, Степа. Если такой нетерпеливый, звони сам.

– Ну уж нет.

– Вот и прикрой варежку… – Шариков вздохнул и набрал номер Петра Первого.

После пару гудков трубку на том конце сняли.

– Поликарп, я тебя слушаю.

– Ваше величество… У нас возникли кое-какие непредвиденные обстоятельства.

– Правда? – его голос немного изменился. – И какие же?

– У Кузнецова есть записи…

– Какие?

– Как Чичиков погиб. Он первый напал на Маргариту. К тому же у него есть аудиозапись нашего разговора, – добавил Поликарт.

На том конце повисла небольшая пауза.

– И как же он получил эти записи? Просвети? – наконец произнес царь.

– Его питомец. О нем говорится в реестре питомцев, что у него есть свойства записывать видео- и аудио-материалы, и их можно представлять в суде, как доказательства.

– Это как? – не понял царь.

– Это значит, что все записи не подвергаются монтажу и искажению, – пояснил Поликарп.

– Вот как? – хмыкнул Петр. – Тогда насколько я понял, его питомец подсмотрел за Чичиковым, и все записал.

– Да.

– И подслушал наш разговор и тоже записал?

– Верно, – кивнул Шариков.

– Тогда скажи мне, болван, может он делать то же самое и сейчас?

У Поликарпа руки затряслись настолько, что телефон выпал.

– Я не… не подумал… – забубнил он, но на том конце уже были слышны короткие гудки.

– Так мне звонить Нахимову? – спросил Плюшкин.

Поликарп медленно повернул голову к своему коллеге. Глаза были широко открыты, губы тряслись.

– Звони! Звони немедленно!

***

Конечно, я и этот разговор подслушал. Было приятно. Неужели, нам с Лорой удалось нарушить планы Петра?

– Пока рано радоваться, – заявила она. – Я по-прежнему не могу понять план Петра Первого. Он делает слишком много нелогичных решений. И при этом его планирование поражает. Тут что-то не сходится. Я перебрала кучу вариантов. Отсекла самые бредовые и оставила пару десятков. Но даже среди них нет некоторых нюансов.

– Даже если и так, мы только что выиграли кучу времени. В ближайшее время Петр Первый точно не нападет на Сахалин.

***

Имперский дирижабль.

Где-то над Черным морем.

Петр отключил трубку и положил на стол.

Кофе на столе окончательно остыл, но так даже было вкуснее. Романов любил растворять этот напиток молоком, в пропорции один к одному. При этом если добавить побольше сахара, то получалось почти расплавленный шоколад.

Он отпил половину кружки и встал из-за стола.

В целом то, что Михаил сделал записи всех происшествий, было ожидаемо. Петр смотрел его досье и изучил максимально много информации о нем.

Конечно, он знал, что Михаил провернет нечто подобное, и знал, что послы провалятся. Как в дебатах, так и в не совсем законной операции по устранению Маргариты.

И все же, пока его план шел, хоть и со скрипом, но по заранее спланированному сценарию.

– Ты интересный персонаж, Михаил Кузнецов, – взяв папку с личным досье, Петр прошелся по комнате.

В углу стоял единственный ящик, который ему подарили члены той организации, когда решили наладить связи. Петр аккуратно приоткрыл крышку, заглянул внутрь и на его лице опять появилась блаженная улыбка.

– Сцена почти готова, – одними губами произнес он. – Надеюсь, ты не понадобишься. Мой сын скоро должен вернуться домой.

Глава 14. Начинаем прокачиваться.

Я сидел на балконе, укутанный в теплую меховую шубу, и вполуха слушал о чем говорят Маша со Светой. С ними были рыцари и Катя Романова. Они поставили шезлонги кругом, в центр уместили мощный обогреватель на кристалле и разлеглись, как в санатории.

Почему-то они решили устроить посиделки на моем балконе как раз тогда, когда я решил немного побыть один и насладиться прекрасными видами Сахалина.

Прошло два дня с момента, как делегация Российской Империи уехала. Никто их и пальцем не тронул. Это было ни к чему. Судя по тому, что их планы провалились, Петр Первый, как минимум, лишит их должностей, а как максимум… Ну это уже на его усмотрение.

Нахимов, кстати, не особо торопился и целый день провел с семьей и только вечером он, пожав мне руку и поблагодарив за то, что его близкие в порядке, уплыл.

Ах да, еще его супруга, Изабелла Владимировна, начала чувствовать ноги. Мы все это время с ней работали и продолжали восстановление.

– У нас не так много сил, чтобы нападать на Кремль. Даже с учетом того, что даже если Саша Есенин очнется, у него не факт, что останутся силы, – рассуждала Маша.

– У меня новости из Кремля. Виолетту и Люсю там не мучают. У них даже вполне сносные камеры. Все есть, – добавила Катя. – Так что нам надо тщательно все спланировать.

И хорошо, что меня не включали в их разговор. За что им огромное спасибо. А пока я наслаждался свежим воздухом, Лора проводила свои делишки по улучшению меня и моей маленькой армии.

Как бы это абсурдно не звучало, но нам не хватало знаний. Мы уже научились копировать и простые заклинания, и средней сложности, но все никак не получалось повторить некоторые предрасположенности. В их число входил как Боря и его везение, так и Лермонтов с некромантией, а еще Саша.

Также не хватало мощности. Точнее, она была, но за счет большого расхода энергии. Мы-то с Лорой понимали, что можно лучше. И тут не обошлось без очевидного. Надо было просто практиковаться, и как можно больше. Причем не во внутреннем хранилище, а в живую. Именно так и получают то самое…

И пока я размышлял надо всем этим, мне позвонил Дима. Вот уж по кому я соскучился, так это по нему.

– Димо-о-о-н! – радостно ответил я. – Как дела? Как там обучение? Уже научился пробивать пальцем деревянную доску и есть рис палочками?

– Ха-ха, очень смешно, царь Михаил, – довольным тоном ответил он. – Вы там чего, кого? Слышал, у вас недавно были послы от Российской Империи?

– Ага, были. Деловые такие, приехали требовать всякое разное…

– А ты че?

– В основном говорили Газонов и Маргарита и очень красиво отклонили их требования.

– А они че?

– Они попросили сутки подумать и решили убить Маргариту!

– Да ладно! А вы че?

– Ну… мы ничего особо не делали. Маргарита сама убила… точнее Мастер, а я все записал, и когда они на следующий день пришли выделываться и угрожать войной, я показал записи и они быстренько свалили.

– То есть, между нашими странами войны не будет? – выдохнул Дима. – Это хорошо, но твоя страна сейчас лакомый кусочек, так что будь осторожен.

– Да как всегда, – улыбнулся я. – Пока есть свободная минутка, становлюсь только сильнее.

– Я не просто так говорю, Миша, это базовые основы стратегии и геополитики, а если…

Но на заднем фоне послышались крики и возня.

– …звонишь жаловаться родителям? – услышал я в трубке знакомый голос своего сэнсея. – Вот уж не знал, что моя дочь выбрала такого хлюпика!

– Я звоню Михаилу, между прочим, вашему ученику! – на повышенных тонах ответил Дима.

– О, а ну-ка дай трубку! – Опять послышалась возня. – А ты иди пока под водопадом стой.

– Так ведь там холодно!

– А ты думал, я тебя на горячие источники отправляю? Иди давай! Я скоро тоже подойду!

И трубкой окончательно завладел Император Японии.

– Мой дорогой ученик, Михаил-кун! Слухи о тебе доходят даже до моего дворца. Помнишь тех ребят, магов, которые помогали тебе в поимке Распутина?

– Как не помнить? Богдан тогда познакомился с девушкой. Кажется, они до сих пор переписываются…

– Ты бы знал, как они стали популярны с того момента? А о тебе тут уже и легенды слагают!

– Уж не виной ли этому верхушка власти? – улыбнулся я.

– А что? Страна должна знать, что первый ученик Императора достиг таких высот! Я горжусь тобой!

– Первый ученик? – удивился я. – Значит, вы официально признали Диму вторым учеником? Уже разрекламировали его?

– Признал? – и закричал куда-то на сторону: – Такого хлюпика даже Мика признает с трудом! Почему ты еще не ушел на водопады! – и вернулся ко мне. – Извини, сейчас выйду на балкон.

Послышалась возня.

– Знаешь, Михаил-кун, этот парень очень умный. Если у тебя способности были магического плана и ты схватывал все на лету, то этот парень именно стратег. Он тщательно анализирует, готовится… Да чего уж там! Как он со мной общается… Ты ему помог?

– Не без этого, – опять улыбнулся я.

– Но в остальном… – грустный вздох. – Но, должен отметить, он терпит, старается. Пока я его не презентую публике, но чувствую, он может им понравится. У него есть задатки шоумена.

– Я только буду рад…

Но тут Мэйдзи понизил голос, заговорив тоном Императора Японии.

– Михаил-Кун, а теперь послушай внимательно. То, что сейчас происходит в мире, очень опасно для твоей страны. Разумеется, все знают, что послы Российской Империи приехали ни с чем. Не знаю, что ты им наговорил, но большинство правителей, с которыми я общался, как один говорили, что по возвращению послов, будет объявлена война…

– Не волнуйтесь на счет этого. Петр Первый не объявит мне войну. Слишком много всего… Но в свое время, я вам обязательно расскажу.

– Мудрые слова, Михаил-кун. Слова настоящего правителя. Помни, теперь ты царь и для тебя защита граждан должна стоять на первом месте! Этого придерживался и Петр Романов-младший.

– Запомню, ваше величество.

Тут Мэйдзи опять крикнул в сторону:

– Это кто это там пытается халтурить?! А ну-ка брось этот термо-артефакт! – и в трубке послышались гудки.

– Кто звонил? – поинтересовалась Света.

Пришлось вкратце рассказать им о том, как у Димы дела. Про водопад тоже упомянул. Мы похихикали.

– Это ему полезно, – заявила Света. – Вода отлично прочищает мозги. Мне ли не знать!

– Смотри Миша, – сказала Маша. – Вот вернется Дима, и обставит тебя по всем фронтам, пока ты тут с нами лежишь!

– Ишь, Кузнецов! – нахмурилась Катя. – Лежит, пока другие усиленно тренируются, чтобы стать сильнее!

И они посмотрели на меня, и очень недобро. Рыцари тоже насторожились.

– А вдруг этот Дима сейчас вернется из Японии и отожмет у Миши Сахалин! – проговорила Катя. – Кто его знает, что этот Мэйдзи ему там наговорил. Все же когда-то этот остров принадлежал Японии…

Так, этот разговор мне совсем не нравился. К счастью, из моего внутреннего хранилища “постучали”.

– Не занят? – раздался голос Булата. – Есть дело.

– Как раз вовремя, – вздохнул я, и оказался на своем внутреннем пляже. Пусть дамы перемывают Диме косточки без меня.

Тут царила та же идиллия – все, кто был свободен занимались своим внутренним развитием или просто наслаждались солнышком, но вот Булат…

Он отчего-то был серьезен, как никогда.

– Пора, Миша, – сказал он, раздув ноздри. – Я готов!

– Эмм… К чему?

– К тому, чтобы достать еще один портальный камень, к чему еще? Забыл наш разговор? Про камни, которые я спрятал в разных уголках мира.

– А… Знаешь, тут столько всяких проблем навалилось, что разве все упомнишь? – развел я руками. – Но для портальных дел у меня всегда найдется минутка.

Конь кивнул.

– Отлично. Тогда буду ждать тебя у входа в особняк. Отправляемся немедленно.

– Немедленно?! А…

– Эй, Миша! – раздался голос “снаружи”. – Ты там офигел нам не отвечать?!

Вдруг на пляже как-то резко потемнело. Словно солнце зашло за тучу. Впрочем, так и было. На нас наползала огромная туча…

– Ну ты попал, Кузнецов! – хихикнула Лора, появившись рядом. – Сейчас они тебя самого под водопад бросят!

Открыв глаза, я увидел передо собой своих жен. И крайне недовольных.

– Опять он словно и здесь, а словно и нет, – проговорила Света. – А еще и улыбочка эта дурацкая… Как будто он не с нами.

– Кузнецов, что за вопрос я тебе задала до этого? – хмуро проговорила Маша.

Ситуация был опасная. Нет, я бы даже сказал ОЧЕНЬ ОПАСНАЯ. К счастью, над балконом внезапно появилась голова Булата.

– Ну Миша, ты скоро? – спросил он, жуя морковку. – Прощайся со своими друзьями и поехали!

У всех девушек немедленно глаза полезли на лоб.

– Куда?!

Улыбнувшись им, я подхватил куртку и прыгнул на Булата сразу с балкона, а он немедленно сорвался с места.

Ветер, поднявшийся после его прыжка, едва не сбросил меня со спины, но я вовремя вцепился коню в гриву. Пусть я и был одет по-зимнему, но вот холодно было до усра…

– Черт, надо было накинуть что-то более сезонное! Кстати, куда мы? Только не говори, что на Северный полюс?

Булата мотнул головой.

– Южнее. Возможно, тебе станет даже жарко, – ухмыльнулся он.

Мы поднялись выше облаков, и я совсем потерялся. Мы летим?

– Ты же говорил, что не умеешь летать?!

– Летать? Что за ерунда?! – удивился конь. – Говорю же, я тебе не какой-то пегас! Это прыжок!

Рядом появилась Лора верхом на летающем мотоцикле. Показав мне большой палец, она врумкнула и с ревом умчалась куда-то вбок.

“Лететь” пришлось прилично, но вскоре Булат пошел на снижение – под нами был океан, а в центре я разглядел крохотный тропический островок – туда мы и… прыгали.

– Где мы?!

– В Тихом океане, где еще? – удивился Булат. – Мы просто летели все южнее и… Ой!

– Ага, летели же!

– Нет! Это прыжок! Держись, мы почти на месте!

Приземлились мы у самого берега. Стоило коню грохнуться на землю, как я спрыгнул со спины этого огромного конька-горбунка.

Это был пляж, и почти такой же как и тот, что в моем внутреннем хранилище. Желтый песок, голубое-голубое небо и зеленые пальмы. Только шезлонгов не хватает.

– Красота! – и рядом появилась Лора в купальнике и с доской для серфинга под мышкой. – Будешь переносить сюда поместье?

– Когда-нибудь, когда завоюем мир, – улыбнулся я, а Булат уже пошел в сторону джунглей. Я направился за ним.

Болванчик тут же разлетелся, но, как ни странно, картинка с него была поганая.

– Здесь очень мощный антимагический фон, – сказала Лора. – Болванчик работает на грани. Похоже, не зря именно этот остров выбрали для того, чтобы хранить тут портальный камень.

Я спросил то же самое у Булата. Конь кивнул.

– Тут был метеорит, а вместе с ним прилетел какой-то объект, который почти полностью блокирует здесь связь. Этого острова нет ни на одной карте. Локаторы кораблей здесь тоже не работают. Пришлось попотеть, прежде чем удалось закрыть этот метеорит.

– Хорошо… А монстров из метеорита ты всех убил?

Булат не успел ответить, как раздался рык, и из соседнего камня выпрыгнула какая-то тварь, напоминающая здоровенного тигра. Но только ходила она на двух лапах, а в руках держала топоры.

За ней появился еще один монстр, а за ним еще десять. Нас с Булатом окружили.

– Эмм… – удивился конь. – Вы все еще здесь?

Монстры взревели, а затем… плюхнулись на колени. Вся дюжина усатых-полосатых упала перед нами ниц.

Мы с Булатом так и застыли. Он с поднятым копытом, которым он вот-вот грозился дать одному из тигров по морде, а я с мечами.

– Свершилось! – крикнул один из них. – Наш повелитель вернулся!

* * *

Нет, такого я точно не ожидал…

Огромный стол, заваленный едой, куча танцующих тигриц, цветы, славословия в наш адрес, и мы во главе всего.

Булата буквально засыпали цветами. И меня, как Всадника Судьбы, как они меня окрестили.

Мы находились в центре густонаселенной деревни, которая водила вокруг нас хороводы. В первую очередь, вокруг Булата, конечно же. Они его называли просто… Конь.

Его статуя, кстати, возвышалась в самом центре поселения.

– Мне казалось, я зачистил метеорит… – задумался Булат, пока один за другим существа произносили речи в его адрес. – Видимо, парочку монстров пропустил...

– И эти “парочка”, похоже, времени зря не теряла, – хмыкнула Лора, расхаживая вокруг деревянного идола. – А Булата отчего-то посчитала богом…

Один из жрецов тут же объяснил нам, что Булат был настолько лют и гневен, что едва оправившись от шока, их предки поняли, что он может быть только гневом небес. Собственно, с них он и приземлялся. И вот, долгие годы они усердно молились ему и приносили жертвы.

Жрец кивнул на гигантскую пирамиду, возвышающуюся в центре острова. Выглядела она зловеще.

– …и ты, о великий, вновь пришел к нам, чтобы наказать нас за грехи!

Музыка тут же оборвалась и существа все как один рухнули на колени. Мы с Булатом переглянулись.

– Ты чего молчишь?! – шикнул я коню. – Скажи им, что не собираешься их убивать!

Конь взмахнул гривой, выпятил грудь и произнес:

– Мне нет нужды наказывать вас вновь, презренные! Вижу, что вы усвоили урок!

Мордочки этих существ несколько успокоились. Снова зазвучала музыка.

– Ладно, хорошего понемножку, – сказал я, поднимаясь из-за стола. – Скажи своим подданным, что еда отличная, девушки прелестны, а грехи не столь ужасны, чтобы немедленно убивать грешников. А нам нужно валить обратно на небо. Ты помнишь, где ты оставил портальный камень?

Конь охотно кивнул.

– Конечно! Внутри пирамиды!

– Что?.. – и тут даже Лора охренела. – Внутри пира…

И тут на самой вершине этого не самого радужного сооружения появилось еще одно тигроподобное существо.

– Глупцы! Думаете откупиться от него своей музыкой! – разнесся его грозный голос. – О, великий! Я знаю, что тебе нужно!

В его руке появился кинжал, а за его спиной появились двое – в их руках извивалась тигрица. Ее быстро уложили на каменное ложе, а жрец встал над ней с кинжалом.

– Жертва!

Он бы точно всадил ей кинжал в сердце, но Булат одним прыжком оказался рядом. Удар, и два служки разлетелись как кегли. Тигрица же с криком побежала вниз с пирамиды, где ее ждали безутешные родственники.

– Никаких больше жертв! – крикнул Булат. – Мы тут не за этим!

Толпа, собравшаяся вокруг пирамиды, охнула. Я же, воспользовавшись замешательством охраны, рванул по ступеням. Внутрь пирамиды вел проход, и я быстро скрылся внутри.

– Та-а-ак… И где он мог спрятать камень?..

Ответом мне был противный скрежет. Вдруг из противоположной стены в меня полетел огненный шар. Увернувшись, я рванул вперед и тут пол под моими ногами провалился.

Болванчик тут же среагировал и, собравшись вокруг моих ног в “ботинки” подбросил меня вверх. Внизу бушевало магическое пламя.

– Отличное место для того, чтобы сохранить камень, Булат… – выдохнул я… Просто прекрасное…

Преодолев еще с десяток ловушек, которые хотели меня сжечь, разрезать, раздавить и растворить в кислоте, я выбрался в открытое помещение.

Тут располагался огромный стол, заваленный золотом – слитки, статуэтки золотых коней, монеты и еще куча всего.

– Ишь какие сережки! – охнула Лора.

– Да, но мы здесь не за этим… — проговорил я и увидел камень. Он лежал в самом центре.

Схватив его, я обернулся. В зал зашел тот самый жрец – его глаза светились, а по центру лба краснел огромный отпечаток копыта.

– Мерзавец! – зарычал он. – Вы все испортили! Вы лжебоги!

Он хотел броситься на меня, но тут сверху что-то нехило так топнуло, и между нами раскрылась трещина. Туда жрец с криком и угодил.

Тут же началось локальное землетрясение и начался обвал – и это было лучшей рекомендацией немедленно сваливать.

– Здравая идея! – хихикнула Лора, у которой на голове была шляпа, а в руке длинный хлыст. – Бежим!

А побег оказался еще сложнее, чем проникновение сюда. По крайней мере гигантского каменного шара, катящегося у меня по пятам, явно не было.

Насилу выскочив наружу, я ушел вбок, и громадная каменюка запрыгала вниз. К счастью, не в деревню, а прямо в джунгли.

Тут же ко мне скакнул Булат. Я прыгнул ему на спину, и он сорвался с места. Как раз вовремя – пирамида буквально провалилась внутрь.

Приземлились мы снова на пляже. Когда обернулись, от над деревьями виднелась только огромная туча пыли.

– Камень у тебя? – спросил Булат.

– Конечно, – и я перехватил эту неудобную штуку. – Похоже, он один и держал эту конструкцию…

– Нет, – покачал головой конь. – Это я толкнул речь.

– Э?..

– Ну про то, что нужно жить в мире, любить друг друга и не в коем случае не приносить друг друга в жертвы. Думаю, они меня поняли.

– Так, но почему пирамида рухнула?

Булат смутился.

– Я так увлекся, что стукнул копытом и… вот.

– Да уж, – покачала головой Лора. – А ты оратор от бога.

Обратная дорога вышла куда быстрее – за один прыжок мы оказались снова на Сахалине, а за второй добрались до портала к московскому поместью. Перенесясь в Москву, я сразу же решил сунуть камень в портал.

– Мне аж не терпится… – сказал я, вставив артефакт в отверстие. – Надеюсь, он ведет не на Северный полюс…

Новый портал зажегся, и мы с Булатом зашли в голубое сияние.

Глава 15. Как от скуки стать чемпионом?

Первое, что я увидел, это каменные стены. Собственно, а что еще должно было быть в портальной комнате?

– Ну, уже обнадеживает…

Мы с Булатом поднялись наружу и оказались в заснеженном лесу. Конечно, ни о какой о дороге и речи быть не могло. Одни сугробы, по которым придется топать, чтобы обследовать территорию. Но да ладно, на это у меня есть универсальный питомец.

– Лора, краткий отчет и геолокацию, – потребовал я и через пару секунд я понял, где мы находились. – Значит, Пруссия. Отлично. Теперь можно не тратить деньги на поездку в Северную Европу.

Махнув рукой, Болванчик принялся расчищать нам дорогу. Через пару километров мы вышли на опушку, с которой был виден небольшой городок.

Выглядел он довольно уютно. Небольшие каменные домики. Из труб валит белый дым. Вдалеке видно море. Прибрежный город.

– Пойдем хоть, осмотримся, – вздохнул я. – Надо понять, что тут поблизости есть…

– Ступай, Михаил, а я останусь тут, – произнес Булат, развернувшись. – Жители деревни вряд ли будут в восторге от большого коня. Нам же не надо привлекать внимание?

– Не надо, – кивнул я. – Давай тогда закину тебя домой?

– Это можно.

Мы вернулись к порталам, и я отправил Булата на Сахалин. Заодно переоделся, нацепив вещи поудобнее.

Спустившись в городок, натянул шарф и шапку и потопал по улицам. Не знаю, что я хотел этого места, но тут было скучно. Несколько небольших магазинчиков. Ратуша. Фонтан со статуей какого-то героя в центре. По улицам гуляют немногочисленные жители. Ну да, на меня посматривали, так как я немного выделялся одеждой.

Погуляв немного по улочкам, я дошел до набережной и посмотрел на порт.

– Н-да… – вздохнула Лора. – Интересно, что аж на зубах скрипит.

– Да, – выдохнул я. – Но Владимир не просто же так оставил тут портал?

– А почему нет? – удивилась Лора. – Пока никакой особой связи между порталами и местами их нахождения я не наблюдаю. Единственное, что объясняет их наличие, это только быстрое перемещение в любую точку Земли как можно быстрее.

Тут я был с ней согласен. Благодаря портальной комнате в Москве, у меня уже был доступ к большей части мест на планете. И это даже не половина!

– Ладно, давай возвращаться. Тут пока делать нечего, – кивнул я и потопал обратно к порталу.

– Кстати, город называется Эрфурт, – пояснила Лора. – Ну это так, на всякий случай.

В Москве меня встретил Богдан. Его лицо буквально светилось от радости.

– Скажи, что ты ничего не натворил и просто рад меня видеть? – тут же напрягся я.

– Я ничего не натворил и рад тебя видеть, – как попугай проговорил парень.

– Хорошо, но это все? – прищурился я.

– Не-а! Но это будет сюрприз! Пошли!

Ох, не нравился мне его тон. Но раз уж на то пошло, хоть посмотрю.

Поднявшись наверх, он посадил меня на диван и вручил газету.

– Гляди! – и ткнул пальцем в новостную колонку.

– Да ну на… – выдохнул я.

“Рождение новой легенды! Таинственный Богдан штурмует вершины.

В мире смешанных единоборств появилась новая звезда, и имя ей – Богдан. Этот боец, словно возникший из ниоткуда, всего за один месяц сделал то, на что у других уходят годы. Он громко заявил о себе, собрал аншлаги на локальных турнирах и привлек пристальное внимание тренеров, бойцов и промоутеров со всей страны.

Кто он такой?

Об этом пока никто не знает. Прошлое Богдана окутано туманом. Он не дает интервью, его не сопровождают менеджеры и даже его возраст называют приблизительно “что-то около тридцати”. Некоторые утверждают, что он из Северной Европы, другие уверены, что это бывший элитный гвардеец, скрывающийся под вымышленным именем. Но есть и те, кто шепчет о тюремном прошлом, о подпольных боях без правил и даже об отказе от контрактов с крупнейшими бойцовскими организациями – якобы из принципа.

Факт остается фактом. За месяц Богдан провел четыре боя и завершил каждый досрочно. Причём с соперниками, которых не просто ставят в клетку для массовки. Один из них – действующий чемпион региональной лиги, второй – ветеран смешанных единоборств с огромным опытом И все это с холодным лицом, практически без эмоций, без лишней показухи.

Почерк чемпиона.

Богдан дерется как машина. Четко, хладнокровно, без суеты. Его стиль уникален, что даже эксперты не могут точно распознать. Удары как молот. Броски, как будто он сражается не с человеком, а с мешком картошки. Контроль в партере – абсолютный. И главное, он никогда не суетится. Будто все уже просчитано заранее.

После одного из поединков тренер поверженного бойца, с явной злостью, прокомментировал:

“Это не человек. Это волк, выпущенный в клетку. И он охотится не за победой. Он просто показывает, что может сделать с любым.”

Готовится ли титул? Уже сейчас ходят слухи, что один из ведущих промоушенов готовит для Богдана бой на главный кард зимнего турнира. Некоторые инсайдеры утверждают, что речь идет не просто о рейтинговом бою, а о поединке за временный титул, несмотря на то, что Богдан официально даже не числится в топ-10.

Как объяснил анонимный представитель лиги:

“Иногда появляются бойцы, мимо которых невозможно пройти. У нас есть рейтинги, контракты, регламент. Но когда ты видишь такого, ты понимаешь: это чемпион. Вопрос только – когда.”

Почему он цепляет?

Смешанные бои всегда были больше, чем просто спорт. Это всегда – история. Путь. Драма. И когда появляется неизвестный с мрачным прошлым, без слов, без пиара и начинает ломать всех на своем пути – это не просто бой. Это кино в реальности. Богдан захватывает воображение. А публика чувствует, перед нами не очередной боец на хайпе, а будущий чемпион. Настоящий. Без фильтров.

Впереди у него, вероятно, судьбоносный бой. А у нас – возможность стать свидетелями восхождения новой легенды. Пока же все, что мы знаем – это имя.

Богдан. Запомните его.”

– Ну как? – тут же расплылся в улыбке этот боец. – Круто же, да?

– Как тебя вообще занесло?

– Я же рассказывал… Но ты не переживай. Там все слабенькие. Да и чем мне еще заниматься тут? Скучно же! А так, пару боев, туда-сюда, и мне дадут какой-то пояс, или ремень… Я что-то забыл…

– Не, ну а что? – сказала Лора. – У нас уже есть один чемпион гонок. Почему бы не быть еще и чемпионом по единоборствам?

– Если тебе нравится, Богдан, то я не имею ничего против, – похлопал его по плечу. – Только аккуратнее. Смотри, чтобы никто не увидел твоих рогов и крыльев, хорошо?

– Отлично! – все же в нем до сих пор сидел тот наивный маленький ребенок.

А детей надо поощрять. Как говориться, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало. Потому что если заплачет Богдан, может случиться что-то неприятное, и не только для ближайших людей.

– А в остальном все хорошо?

– Да все стабильно, – вздохнул он. – Иногда сюда приезжает Ростислав Тихомирович, и мы играем в шахматы. Ну… он учит меня. Иногда выезжаем в город… А вот сегодня князь Чехов приехал.

– Что? – удивился я. – Чехов?

– Ага, он еще тут.

Странно, что ему тут делать?

Я пошел на улицу и как раз в дверях столкнулся с князем.

– Ой, Михаил? – удивился он, вытирая руки тряпкой. – Вот так встреча!

– Действительно, Михаил Павлович, вот так встреча, – кивнул я. – Вы к нам по делам?

– Ну… Можно и так сказать, – кивнул он в ответ. – Помнится, мы с вами разговаривали по поводу одного, точнее, двух пациентов, которые по стечению обстоятельств попали… кхм, скажем так, в неприятности, – он отошел в сторону. – Так что давайте с вами пройдем, и я все покажу.

– Признаюсь, заинтриговали, – улыбнулся я.

Мы обошли дом, и зашли на задний двор, где были теплицы Налимовых. С моего последнего визита они еще сильнее улучшили свои маленькие владения, и теперь это место постепенно превращалось в большой парник с несколькими видами овощей и фруктов.

– Ну вот и пришли, – загадочно произнес Чехов и открыл дверь.

Я заглянул внутрь и, честно сказать, сильно удивился. У грядок сидели мужчина и молодой парень примерно моего возраста.

– Нужно еще удобрений под те кусты, и вообще будет замечательно, – говорил своему сыну старший Налимов.

Аккуратно переступив порог, я прокашлялся. Оба мужчины повернулись и замерли.

– Вижу, вы немного похудели, – улыбнулся я. – Как себя чувствуете в новых-старых телах?

– Господин Кузнецов! – вскочил старший Налимов. – Я не знаю, как вас благодарить! И Михаила Павловича! Он настоящий волшебник…

– Ну, по большому счету, все мы немного волшебники, – с легкой улыбкой кивнул Чехов. – Что ж, господа, рад, что никаких последствий у вас не появилось, так что всего вам наилучшего. Через неделю я еще загляну к вам, возьму анализы, и мы с вами подпишем небольшой документ. Все же это впервые в моей практике, и надо все задокументировать. На сим я вас покидаю, – кивнул он до того, как мы успели ему что-то сказать.

– Что ж… – начал я, но старший Налимов меня перебил:

– Простите, Михаил, позвольте вам кое-что сказать, – по его выражению лица я догадался, о чем может идти речь. – Я понимаю, что теперь у нас нет необходимости жить в этом замечательном месте. Но все же позвольте нам остаться. У меня не осталось ничего. Мои жены развелись со мной. Накопления арестовали и забрали за долги… Мы просто будем жить на улице…

– Достаточно, – поднял я руку. – Разумеется, вас никто не гонит. Но на этот раз я даю вам выбор. Где бы вы хотели жить дальше? Тут, в Широково или на Сахалине? Я обеспечу вас работой. Будете хорошо зарабатывать. Не так, когда вы были графом, но поверьте, это будет выше рынка.

Старший налимов посмотрел на сына, и тот пожал плечами, давая понять, что решение за отцом.

– Если вы не против, мы бы хотели остаться тут, – обвел он парник руками.

– По рукам, – я протянул ему ладонь. – Будете радовать нас свежими овощами, а дам – красивыми цветами. Сами же знаете, что девушек в роду полно.

– Благодарю.

Мы обменялись рукопожатиями, и я пошел обратно в дом. Надо бы вернуться на Сахалин.

Единственное, что нас с Лорой смущало, так это тишина, как со стороны Российской Империи, так и на мировой арене. Это сильно напоминало затишье перед бурей.

И чем дольше было это затишье, тем больше я нервничал.

***

Кремль.

г. Москва.

Очередной приказ только что был отдан секретарю на разработку.

– И проследи, чтобы о новых изменениях в законодательстве сообщили все СМИ, чтобы потом не было конфузов, – добавил Петр Первый.

– Слушаюсь, – кивнул секретарь и вышел.

Петр же встал, прошелся по кабинету и остановился у окна. Совсем недавно закончился ремонт внутренней части Кремля, и теперь тут все было так, как хотел новый правитель. Окошко выходило как раз на внутренний сад, где, по счастливому стечению обстоятельств, сохранилась яблоня. Удивительно, что при нападении на Кремль, она не пострадала.

Его скитания по Европе закончились, и теперь он мог нормально отдохнуть. Было налажено много новых связей. Страны, с которыми до этого Российская империя не сотрудничала, теперь хотели работать на взаимовыгодных условиях, при этом не опасаясь нападения со стороны Имперцев. Удобно, когда твоя страна одна из самых сильных.

А раз все уже было готово, можно приступать к очередному этапу плана.

Но на столе завибрировал телефон. Тот самый, который относился к той самой организации, которой теперь безоговорочно правил Петр Первый.

– Слушаю? – спокойно ответил он.

– Господин, Кузнецов был замечен в ключевом городе.

Бровь сама собой взлетела вверх.

– О как! – только и нашел, что сказать царь.

– Мы понятия не имеем, откуда он узнал! После визита Кутузова мы изменили локацию и перенесли базу в Эрфурт! Господин, какие будут указания?

– Он заметил, что за ним следили? – холодным тоном спросил Петр.

– Нет. Мы действовали точно по вашему регламенту. Не называли его фамилию. Просто наблюдали. Он думал, что на него пялятся, потому что город маленький, и чужака легко заметить.

– Молодцы. Хоть где-то вы отработали верно. Пока ничего не предпринимать. Подождем, что он сделает дальше.

После Петр отключился и подошел к столу.

– Н-да… Михаил Кузнецов, вы не перестаете меня удивлять…

Он поднял трубку стационарного телефона и набрал нужный номер.

– Готовьте трансляцию для Сахалина. Необходимо, чтобы этот эфир увидели все жители острова.

– Слушаюсь, ваше величество, – ответили с той стороны.

Он положил трубку и сел за стол.

Что-то его беспокоило. Это странное появление Кузнецова в городе, где совсем недавно появилась новая база организации. Откуда? Как?

Слишком много вопросов. Но Петр был умным и умел откидывать те или иные предположения. И начал он с самых банальных. У него есть информатор. Может, даже несколько.

Было очевидно, что Кутузов и Нахимов служат для галочки, и если будет какая-то реальная угроза Кузнецову и его острову, они его предупредят. Но вот в чем проблема. Ни генерал, ни адмирал не знали про Эрфурт. Кто бы мог это быть?

Он нажал кнопку вызова секретаря, и тот вошел к нему в кабинет.

– Вызывали, ваше величество?

– Да, – кивнул он. – Ступай в архив, и достань мне все имеющиеся документы Первого тайного отдела полиции. Все чертежи Кремля и города, начиная с восемнадцатого века. И достань номер поместья Кузнецова на Сахалине и телефон губернатора.

– Какие сроки? Исполнять в том порядке, который вы озвучили?

– Сперва телефоны, потом ступай в архив.

Секретарь достал свой ежедневник, покопался в нем некоторое время и положил на стол бумажку с номерами телефонов.

– Этот, – показал он пальцем. – Номер губернатора. Под ним номер администрации. А этот, – ткнул он ниже, – номер поместья, где предположительно живет Михаил Кузнецов. Также я взял на себя смелость и написал один из его мобильных.

– Хорошо. Что слышно про моего сына?

– Он живет в новой гостинице после того, как старую разрушили Исполины. Ваша связь с хаосом принесла свои плоды. Кстати, если хотите, могу дать вам номер гостиницы и добавочный номер апартаментов, в которых живет ваш сын.

– Ох, это будет замечательно! – кивнул Петр.

Стационарный телефон пиликнул.

– Слушаю.

– Ваше величество, ролик для Сахалина готов.

– Что ж, запускайте шарманку!

***

Домой я вернулся ближе к вечеру. По дороге заглянул в Широково, проверил Посейдона и даже успел встретить Звездочета. Он иногда заглядывал ко мне в поместье, чтобы проверить новую систему защиты, которую построили Угольки для прохода. Там мы и встретились. Он очень хотел увидеться с Марусей, но я его огорчил, сказав, что пока она вне зоны доступа.

Так что я довольный доехал до дома, принял душ, переоделся и спустился к домашним. После долгого дня я, наконец, почувствовал себя спокойно.

За большим столом собрались все, кто был мне дорог.

– Запомни это чувство, Миша, – произнесла Лора. – Вот ради чего ты стараешься. Чтобы таких вечеров было как можно больше.

Но как это обычно бывает, что-то, или кто-то, это легко портит.

В моем же случае это был телефонный звонок с неизвестного номера.

– И вот брать, или нет? – вздохнул я, смотря, как трезвонит аппарат.

– Брать, Миша, – твердо сказала Лора. – Не хочу тебе портить настроение раньше времени, но звонок из Кремля. Я отследила…

Пришлось ответить.

– Слушаю…

– Не ожидал, что ответишь.

Этот голос мне был слишком хорошо знаком

– Я до последнего надеялся, что это будут мошенники, – вздохнул я.

– Думаю, мы достаточно долго молчали, так что почему бы не обсудить несколько вопросов, которые рано или поздно возникнут? Ты так не считаешь?

– Я не считаю, что у нас с тобой вообще может идти хоть какой-то диалог, – стараясь сохранять спокойствие, произнес я.

Но все же это заметили остальные.

– Ох, ну да-ну да, но прежде чем ты положишь трубку, я бы посоветовал тебе включить телевизор. Вдруг там будет что-то полезное… Или важное…

От автора: Дорогие друзья! Мы с вами уходим на платную часть, а я буду редиской, и скажу, что будет возвращение в Кремль. Кстати, возвращаем традицию, чибик за наградку!