Я еще Скелет? Ну все, вы доигрались! Книга IV

Глава 1

Особняк мэра Готорна, кухня.

Готорн стоял у массивной мраморной столешницы, и само его присутствие превращало просторное помещение в клетку. Гигантский медведь-зверолюд занимался своим единственным увлечением — готовкой. Перед ним лежал свежайший, ещё тёплый кусок мяса. Никакой термической обработки, только сырая плоть, которую он методично нарезал острым ножом, маринуя каждый ломтик в смеси дикого мёда, дроблёных орехов и острейшего перца.

От одного запаха этой адской приправы у слуги, застывшего в нескольких метрах от столешницы, текли слёзы и шла носом кровь. Но он стоял неподвижно, стоически терпя, потому что знал — малейшее движение, малейший звук будут расценены как слабость. А слабость здесь не прощали.

Готорн размышлял, нарезая мясо с профессиональной техничностью.

Он усвоил этот урок ещё детёнышем, когда голод сводил с ума, а единственным способом выжить было отобрать пищу у более слабого. Мир делился на хищников и добычу, а подчинение — удел слабых. Тогда он решил, что никогда не станет добычей. Никогда.

Порядок — вот что отличало истинного хищника от стаи шакалов. Не справедливость, не законы, которыми прикрывались слабаки, а порядок —абсолютный, тотальный, его личный контроль. Слабость, хаос, неэффективность серьёзная болезнь, которую следовало немедленно вырезать без наркоза и сожалений.

Он требовал совершенства от себя и от каждого, кто находился в его тени. Всё, что не дотягивало до идеала, должно быть либо исправлено, либо уничтожено. Третьего не дано.

Нож скользнул по мясу, отделяя очередной тонкий ломтик.

Он выгрыз свою силу, идя по головам, и руководствуясь простым принципом: работай больше всех, будь безжалостнее всех. Метод карьерного роста был прост до безобразия — выявить слабое звено в иерархии, устранить, занять его место. Повторять до бесконечности.

Принцип единственного хищника работал безотказно. Как только кто-то в его окружении становился достаточно сильным, чтобы считаться равным, он тут же становился целью для устранения. Конкуренция — это иллюзия, которую придумали слабые, чтобы оправдать своё существование. Готорн никогда не терпел соперников.

Этот цикл — труд, доминирование, устранение равных, переход на новый уровень — позволил ему подняться с самого низа до вершины. И даже здесь, в кресле мэра, он продолжал подниматься.

В итоге, его чудовищная эффективность и неумолимая жестокость привлекли внимание того, кто стоял над всеми земными иерархиями — древнее демоническое существо, чьё имя нельзя было произносить вслух, признало его полезным инструментом. Но демон-повелитель не даровал ему силу, а сдал большой город в аренду как испытательный полигон.

Готорн не жалкий последователь, а наместник, управляющий проектом. Его задача — доказать свою эффективность, превратить этот город в стерильный, идеально работающий механизм. Значит, для начала уничтожить все неконтролируемые элементы — подполье, криминал, независимых магов, всю эту грязь и мусор, что мешали шестерёнкам вращаться синхронно.

А потом использовать город как плацдарм для расширения. Подчинить соседние подземные поселения, создавая безжалостную, эффективную империю для своего повелителя.

Провал означал, что он сам станет слабым звеном, которое будет устранено. Для Готорна это был вопрос не какой-то бесполезной чести, а простого будничного выживания, когда он стремится на высший уровень пищевой цепи.

Слуга бесшумно подошёл и положил на край столешницы два предмета: запечатанный отчёт и небольшой кристалл связи.

Готорн, не поднимая глаз от мяса, взял отчёт, пробежал глазами.

Гольдштейн мёртв.

— Отправьте стандартное письмо с соболезнованиями для его невесты, — произнёс он ровным тоном, откладывая бумагу.

Но мысленно мэр брезгливо усмехнулся. Банкир был мусором и умер как мусор, от рук каких-то букашек из Подполья. Впрочем, орк выполнил свою роль. Расшатал криминальный сектор, создал хаос, который Готорн теперь использует для зачистки. Жаль только, что самоуничтожился раньше времени, впрочем, это сущие мелочи.

Мэр отринул все мысли об орке и затем взял кристалл связи. Активировал его прикосновением только что обтёртого от крови когтя.

Запись визита гостей к Эларе. Два незваных гостя, замаскированных иллюзией под охрану. Один из них — кто-то малозначимый, как слуга, вероятно, маг, учитывая как превосходно ему даётся сокрытие своей жизненной энергии. Второй его очевидный хозяин — сестра Элары, Лиандри.

Никакого удивления на Готорн не испытал, всего лишь возня мошкары. Он вернул кристалл слуге, снова сосредоточившись на мясе.

Элара, вот что было важно.

Месяц в золотой клетке, где она может творить, но не может уйти — месяц, чтобы сломить волю эльфийки. Её гений станет его инструментом и сеть тотального контроля над городом, которую она создаст, позволит видеть каждого жителя, слышать каждый шёпот, предугадывать каждый заговор.

Совершенный порядок.

Готорн завершил нарезку последнего куска мяса, разложил ломтики на большом блюде, полил их остатками маринада. Он на мгновение замер, любуясь своим творением — красное мясо в золотистом мёде, острый аромат перца…

Красиво, как и всё, чего он касался своими медвежьими лапами. У него вновь получилось превосходное блюдо.

Следом он задумался о более важных вещах — о Волнах монстров — великой чистке, что ждёт этот подземный мир примерно через двадцать лет. Он уже готовил почву, прежде чем это случится. Сам убрал слабых, чтобы грядущий апокалипсис смог разразиться в полной мере и в итоге выявил лишь достойнейших для его строящейся империи. Только сильные переживут Волну — те, кто заслужил право существовать под его властью. Всё было под его контролем и шло строго по графику.

БУХ!

Как вдруг кухня мэра содрогнулась от мощного подземного толчка.

Посуда задрожала на полках, с потолка посыпалась мелкая пыль. Слуга инстинктивно дёрнулся, но тут же замер под тяжёлым взглядом Готорна. Мэр остался невозмутим, лишь его ноздри хищно раздулись, втягивая воздух.

Не прошло много времени, прежде чем двери распахнулись. Вбежал другой слуга, бледный, с расширенными от ужаса глазами, первый отчёт был уже готов. Слуга протянул дрожащими руками кристалл с информацией.

Готорн взял его, не меняя выражения лица и активировал, запись развернулась перед ним призрачным изображением.

Хаос.

Центральная площадь города. Сектанты в балахонах с кроваво-красным символом «Рагнарёка» на спинах стояли на коленях, образуя широкий круг. Над ними в воздухе парили трупы — десятки тел, вознесённых заклинанием к самому потолку их огромной городской пещеры. Как вдруг произошёл тот самый толчок, и там, где светящиеся кристаллы веками освещали город, сменяя день и ночь, часть из них разошлась трещинами. Кристаллы мгновенно потускнели и затем разорвались на части, словно огромные яйца. Из них наружу выбирались крылатые, хитиновые твари размером с высокого человека.

Первое существо выползло из разбитого кристалла и расправило длинные, членистые крылья с рваными перепонками. Его вытянутое тело, покрытое тускло-зелёным панцирем, изогнулось, мощные задние лапы оттолкнулись от осколков. Тварь взмыла вверх, её крылья затрещали, рассекая воздух с пугающей скоростью. За ней последовали другие — десятки, сотни. Они вырывались из кристаллов роем, их хитиновые тела сверкали в угасающем свете, а челюсти щёлкали в предвкушении.

Слуга у стены непроизвольно сглотнул, его пальцы вцепились в край мундира. Второй слуга побледнел до синевы, но оба застыли неподвижно, даже не смея обменяться взглядами. Перед лицом Готорна показывать страх означало признать себя слабым. А слабых здесь не терпели.

Безумно голодные твари сорвались вниз единой волной. Их высокий, пронзительный визг, похожий на скрежет металла по стеклу, исказил магическую запись помехами. Жители города, заполнившие улицы после объявления эвакуации из-за пожара на реке, метались в панике. Первые существа обрушились на толпу, их челюсти вонзались в плоть, крылья взметались над жертвами, заслоняя свет, брусчатка окрасилась.

Один из монстров выхватил женщину прямо из бегущей толпы, взмыл с ней вверх, а затем сбросил вниз. Другой впился челюстями в спину мужчины, волоча его по камням, пока тот не затих.

На лице Готорна впервые за долгое время проступила настоящая эмоция. Но не сочувствие или сожаление, не желание всех спасти и всё остановить.

Он прекрасно знал этих существ. Читал описания в древних манускриптах, видел зарисовки в запретных гримуарах. Это были Разрушители — низшая каста монстров, первая волна той самой Волны монстров, которую его повелитель обещал через двадцать лет.

Но она началась сейчас. Прямо сейчас…

Сдержав нахлынувший порыв раздражения, его взгляд зацепился за фигуры сектантов на записи. Они продолжали стоять на коленях, даже когда вокруг пожирали их соплеменников. Возносили руки к небу в экстатической молитве. И затем он вдруг осознал кое-что.

«Рагнарёк», этот мусор…

Кучка фанатиков во главе с их психованным лидером Рагнаром. Маньяки, погрязшие в жестоком, бессмысленном гедонизме и смерти ради смерти. Очередной кусок дурно пахнущей грязи на его ботинке, но они выполняли свою роль — сеяли хаос, ослабляли город изнутри, дестабилизировали криминальный сектор, поэтому Готорн позволял им существовать, как позволял существовать крысам в подвалах — контролируемая грязь.

Неужели эти идиоты смогли вызвать Волну искусственно?

Но как?

Впрочем, уже не столь важно, случилось то, что случилось.

Его долгосрочные планы требовали срочной корректировки. Двадцать лет подготовки, медленного выстраивания идеальной системы контроля, терпеливого устранения слабых звеньев — всё это перестало иметь значение. У него больше не было времени — не было времени на игнорирование ядовитых насекомых вроде «Подполья», как и не было его на медленное подчинение Элары, и не было на мирные политические интриги, с максимизацией эффективности. Необходимо было действовать здесь и сейчас.

Его повелитель не станет ждать. Волна началась, значит, испытание тоже начато.

Готорн спокойно обтёр руки белоснежным полотенцем и бросил его на стол рядом с блюдом и его глаза вдруг стали ещё темнее.

— Работать, — произнёс он в тишину.

Слуги отреагировали на это «переключение» весьма напряжённо.

— Активируйте все доступные кристаллы связи, немедленно созвать экстренное заседание Высшего Совета. И капитана Валериана — ко мне, сейчас же.

Слуги рванули исполнять приказы.

Готорн остался один на несколько мгновений. Он посмотрел на запись, которая продолжала проигрываться. Монстры пожирали плоть, сектанты молились, а город горел.

Его морда исказилась в подобии улыбки, что выглядела, как оскал. Слабые умрут, это их участь, а сильные выживут и станут частью его империи.

Даже не смотря на некоторые осложнения, ситуация всё равно поддаётся его плану.

Просто нужно завершить все дела немного быстрее, чем ожидалось.

Двери в покои распахнулись с таким грохотом, что даже массивная мебель словно содрогнулась. Внутрь ворвался капитан Валериан, и на его лице уже виднелась смесь растерянности и ужаса. Он никогда не слышал ни о каких Волнах и не понимал природу угрозы, а то, что он видел на улицах, вовсе не укладывалось ни в какие рамки его военного опыта.

— Мэр! Город в панике! — выпалил он, задыхаясь. — Неопознанные существа атакуют гражданских! Они появляются прямо из кристаллов освещения! Как это возможно?! Нужны ваши приказы!

В ответ же лицо Готорна не показывало того, что его вообще волнует эта ситуация. Его голос был лишён всякой паники, словно речь шла о заурядной административной проблеме.

— Капитан, поднимайте все силы, первоочередная задача — защита правительственного квартала, стратегических узлов и резиденций членов Высшего Совета, — медведь сделал паузу, давая словам осесть. — Все остальные районы, зона свободного действия.

Валериан замер, шокировано смотря на него. Несколько мгновений он молчал, пытаясь переварить услышанное, а затем шагнул вперёд.

— Но, сэр…, а как же городские жители? — голос главы стражи дрогнул. — Мы должны их защитить! Многие из них прямо сейчас находятся на пунктах эвакуации из-за пожара на реке! Там сотни людей, семьи с детьми! И вы требуете увести оттуда стражей?!

Готорн не шелохнулся. Его взгляд стал совсем тяжёлым, как надгробная плита, и абсолютно непреклонным.

— Выполняйте приказ, капитан.

— Но они погибнут! — Валериан почти закричал, забыв о субординации. — Без защиты их вырежут за считанные минуты!

— Капитан? — сощурил взгляд Готорн, и в его голосе прозвучала такая сталь, что Валериан инстинктивно отступил на шаг.

В его взгляде не было ни капли сомнения, ни намёка на сожаление, только абсолютная, незыблемая воля.

Валериан стоял, сжав кулаки так, что кости были готовы трещать. В его груди бушевала буря — гнев, отчаяние, стыд, он служил этому городу всю свою жизнь. Защищал его жителей, а теперь ему приказывали бросить их на растерзание неведомым чудовищам?

Но был обязан подчиниться.

Валериан медленно кивнул, развернулся и вышел. Его шаги эхом разнеслись по коридору, а за спиной остался мэр, чья фигура из-за выброса маны стала отбрасывать длинную, сильно искажённую тень на стены.

Монстр порядка остался один.

Он прошёл к окну, за которым раскинулся город. Внизу, сквозь толщу каменных ярусов, уже были видны языки пламени и хаотичное мельтешение фигур. Крики не доходили сюда, в тишину его покоев, но он прекрасно знал, что там, внизу, разворачивается кровавая баня.

Смерть слабым — это их единственный удел, бесполезный мусор. А сильные станут ещё сильнее и своими костями воздвигнут его империю.

Настоящая война с законами этого мира, цена победы в которой есть выживание города, только что началась. В такой войне не было места сантиментам.

Глава 2

Незадолго до первой Волны монстров, во время активного захвата имущества Банкирского Дома Гольдштейна.

Гигантская сороконожка застыла у панорамного окна захваченного офиса, её хитиновый панцирь тускло поблёскивал в свете магических кристаллов. Скрежет молчал, но сотни его глаз неотрывно следили за тем, как внизу, в затянутых дымом улицах, разворачивалась невидимая война.

— Чем занимаешься, Костяной? — наконец спросил он, не оборачиваясь.

Мои костяные пальцы быстро перебирали невидимые чётки в воздухе, то замирая, то снова ускоряясь. Пустые глазницы смотрели в никуда, но Скрежет давно понял: в такие моменты я занимался кое-чем важным.

«Координирую», — ответил я телепатически.

Перед моим внутренним взором разворачивалась картина, недоступная остальным. Десятки точек зрения, десятки пар пустых глазниц, смотрящих на город сквозь призму Сети. Я переключался между ними, словно между экранами наблюдения, отдавая команды и корректируя действия отрядов в режиме реального времени.

Центральный складской комплекс. Крупное каменное здание с массивными воротами, теперь распахнутыми настежь.

Через глаза одного из моих скелетов я наблюдал, как отряд «Подполья» ворвался внутрь. Впереди шли арахниды, их лапки беззвучно скользили по каменному полу, за ними зверолюди, оскалившие клыки и замыкали строй мои скелеты, их костяные руки сжимали оружие с механической точностью.

Внутри царил полумрак. Свет факелов выхватывал из тьмы странные фигуры в тёмных балахонах. Сектанты «Рагнарёка» стояли кругом в центре склада, их руки были воздеты к потолку. Перед ними на полу лежали связанные работники склада — десяток человек, гномов и зверолюдей, их лица искажены ужасом.

Один из сектантов, судя по богато расшитому балахону — один из их лидеров, монотонно выкрикивал слова на непонятном языке. Воздух наполнялся тошнотворной энергией.

Командир отряда «Подполья», массивный волк-зверолюд по имени Клык, поднял руку, останавливая своих бойцов. Он прищурился, оценивая ситуацию. Двенадцать сектантов, все вооружены холодным оружием с замысловатыми ритуальными рунами, пропитанными магией, рядом несколько заложников.

Я быстро оценил расстановку сил и отдал команду.

«Слева, двое с арбалетами, ваша цель — лидер. Остальные — отрезать их от пленников. На счёт три».

Клык оскалился. Он передал мой сигнал жестами.

«Раз».

Два арахнида бесшумно сняли с плеч компактные арбалеты, натянули тетиву.

«Два».

Волки и кошки-зверолюди разошлись по флангам, готовясь к рывку.

«Три».

Две стрелы со свистом пронзили воздух. Одна вошла в горло лидера сектантов, вторая — в грудь стоявшего рядом. Они рухнули, захлёбываясь кровью, не успев даже вскрикнуть.

Остальные сектанты обернулись, но было поздно. Бойцы «Подполья» обрушились на них лавиной. Клык первым ворвался в круг и его топор с хрустом раскроил череп ближайшего врага, арахниды набросили сети, путая ноги отступающим, а кошки-зверолюди метнулись к пленникам, перерезая верёвки быстрыми движениями когтей.

Сектанты попытались сопротивляться, но мы сработали слишком гладко и быстро. Меньше чем за минуту всё было кончено и татуированные тела в балахонах распростёрлись на каменном полу, окрашивая его тёмными лужами.

Клык вытер топор о край балахона одного из мёртвых сектантов и повернулся к освобождённым работникам. Они дрожали, прижавшись друг к другу, их глаза были полны страха.

— Вы свободны, — рыкнул он. — Этот склад теперь является собственностью «Подполья». Можете оставаться и работать, или валить отсюда. Выбор за вами.

Люди переглянулись. Один из гномов, видимо старший смены, осторожно шагнул вперёд.

— А…, а зарплата? — дрожащим голосом спросил он.

Клык усмехнулся, обнажив острые клыки.

— Будет. Такая же, как при прежнем хозяине.

*

Офис Банкирского Дома Гольдштейна. Массивное здание из чёрного мрамора в самом центре торгового квартала.

Я переключился на другую точку зрения.

Разведка донесла: внутри засели стражники одного из аристократов, которые пытаются вынести золото из защищённого сейфа, принадлежащее местным гильдиям и частным вкладчикам.

Бойцы ждали моего сигнала.

В одном из окон второго этажа мелькнула тень. Скелет-разведчик, пробравшийся внутрь через крышу, помог мне определить координаты врагов. Информация собрана.

«Входы заблокированы, шесть стражников в главном зале, трое в хранилище. Уровень подготовки — средний, торопятся. Начинаем».

Минотавр, возглавлявший штурмовую группу, с разбега врезался в парадную дверь. Массивные створки из дуба вылетели внутрь с оглушительным грохотом. Стражники, стоявшие в холле, обернулись, выхватывая оружие, но было поздно.

Арахниды метнули сети, опутывая двоих ближайших. Волки и кошки хлынули внутрь, их когти и клыки сверкали в свете магических ламп. Завязалась короткая, но яростная схватка.

Один из стражников попытался прорваться к лестнице, ведущей в хранилище, но мой скелет преградил ему путь. Костяная рука вонзила копьё точно в щель между пластин доспеха. Стражник рухнул, кашляя кровью.

Остальные, видя безнадёжность сопротивления, бросили оружие.

— Сдаёмся! — крикнул старший, подняв руки. — Мы просто выполняли приказ!

Минотавр фыркнул, подойдя к нему вплотную. Его массивная рука сжала ворот доспеха человека, приподнимая его над полом.

— Приказ грабить вклады горожан? — прорычал он.

— Барон сказал… — начал стражник, но замолчал, встретив горящий взгляд минотавра.

— Твой барон — падаль, — отрезал тот, швыряя пленника на пол. — А ты — дешевый вор, который ему прислуживает.

Бойцы «Подполья» быстро прочесали здание. В хранилище обнаружились три массивных сундука, доверху набитых золотыми монетами, драгоценными камнями и ценными бумагами. Всё это было аккуратно погружено на повозки, охраняемые моими скелетами.

Один из арахнидов, увидев роскошную чернильницу на столе управляющего, усмехнулся и сгреб её в мешок.

— Костяной сказал — всё, вплоть до цветов, — пробормотал он, срывая с подоконника горшок с редким магическим растением.

*

Следующая локация — каретная мастерская Гольдштейна. Огромный ангар на окраине промышленного квартала.

Когда мой отряд подошёл к воротам, их встретил хаос. Внутри уже шёл бой и городская стража сражалась с толпой мародёров — банды, решившей воспользоваться смертью Гольдштейна и захватить его транспорт.

Командир отряда, неоднократно прошедший ад тренировок Лиандри и обучение у лучших в Подполье, оценил ситуацию одним взглядом и самостоятельно пересказал мне все не достававшие детали. Стражники теснили мародёров, но их силы были на исходе. Бандиты дрались отчаянно, понимая, что отступать некуда.

«Ударьте в спину мародёрам. Страже — предложить отступить без боя», — отрегулировал я их действия.

Отряд бесшумно вошёл через боковую дверь. Мои скелеты выстроились в линию, а бойцы «Подполья» обрушились на мародёров прямо сверху строения.

Бандиты, зажатые между двух огней, попытались прорваться, но были быстро перебиты. Последний из них, крупный орк с топором, рухнул под ударами трёх арахнидов, опутавших его сетями.

Стражники, тяжело дыша, повернулись к новоприбывшим. Один из них, измождённый человек средних лет, поднял меч, готовясь к новому бою. Но наш капитан поднял лапу, останавливая своих бойцов.

— Сейчас мы не враги, — сказал он спокойно. — Эта мастерская теперь под контролем «Подполья». Предлагаем вам уйти без вашей крови.

Стражники колебались, их взгляд метался по моим скелетам и застывшим в боевой готовности остальным бойцам.

— А если мы откажемся? — хрипло один из них.

Наш капитан пожал плечами.

— Тогда вас похоронят рядом с этими, — он кивнул на тела мародёров.

Говорун тут же сжал челюсти, затем нехотя опустил меч.

— Уходим, — бросил он своим.

Стража, запинаясь, покинула мастерскую.

Когда они ушли, бойцы «Подполья» принялись за инвентаризацию. Тридцать карет — от простых грузовых до роскошных пассажирских с амортизаторами и защитными рунами. Лошади — крепкие, обученные ездовые животные. Инструменты, запчасти, упряжь — всё было в идеальном состоянии.

Используя своего Скелета я обошёл всё это богатство, не упуская ни одной детали. Остановился у одной из элитных карет, обитой чёрной кожей и украшенной серебряными узорами.

«Неплохо. Очень неплохо».

*

Последняя точка — продовольственный склад на окраине Трущоб.

Здесь операция шла иначе. Битвы не было. Гобби, мой преданный слуга, координировал работу скелетов-грузчиков. Они выстроились в живую цепь от склада до повозок.

Гобби стоял у входа, его маленькие глазки следили за процессом с той сосредоточенностью, которую только мог выдать гоблин. Он держал в лапах список, составленный мной, и сверял каждый вынесенный ящик.

— Мешки с зерном, бочки с солёным мясом, сушёные грибы, — бормотал он, проставляя закорючки вместо нормальных чисел. — Вроде бы всё сходится! Хозяин будет доволен.

*

Я стоял неподвижно, моё сознание металось между десятками точек зрения. Каждая операция шла по плану, словно шестерёнки в идеально отлаженном механизме.

Скрежет наблюдал за мной молча. Он должен был сам понимать: сейчас я управлял не одним отрядом, а целой сетью операций, раскинувшейся по всему городу. Это было невозможно для обычного разума, но я не был обычным.

Наконец, я кивнул, возвращая сознание полностью в своё тело. Повернулся к Скрежету.

«Три склада захвачены, банкирский Дом зачищен. Тридцать карет, включая элитные, под нашим контролем, вся инфраструктура Гольдштейна — наша. Потерь среди бойцов нет».

Скрежет издал скрежещущий звук, который у него означал удовлетворение.

— Ты вновь превзошёл самого себя, Костяной. Империя Гольдштейна ушла с нашего «молотка» в наш карман за каких-то пару часов. Уверен, никто не ожидал, что такая скорость возможна. Но что теперь? — спросил Скрежет, наклонившись всем своим массивным телом.

Я быстро пометил новые флажки на карту. Наши метки уже покрывали добрую часть города.

«Теперь нам нужно удержать захваченное и хорошо подготовиться к встрече тех, кто будет иметь возражения на этот счет».

Скрежет кивнул. Это было только начало.

Тем временем в захваченном центральном офисе банкирского дома Гольдштейна уже царил организованный хаос. Бойцы Подполья сортировали трофеи, изучали финансовые документы, составляли карты активов. Лиандри, устроившаяся в глубоком кресле у камина, с видимым нетерпением перебирала магические артефакты, отбрасывая ненужные и откладывая представляющие интерес.

Скоро я присоединился к ней, а Скрежета обыденно забрал наш разведчик Хвост, вернувшийся с задания. Они расположились дальнем углу, за массивным письменным столом. Но скоро я заметил, что не смотря на наши оглушительные успехи, разговор у них складывался напряжённый.

Пользуясь возможностью, я подслушал их разговор через скелета рядом.

— Скрежет, мы совершаем ошибку, — настойчиво шептал кобольд-разведчик. — Тебе не следует давать ему столько своей власти.

Гигантская сороконожка в это время перебирала лапками отчёты, многочисленные глаза скользили сразу по нескольким разным по строчкам.

— Поясни.

— Этот скелет… мы меняем одного тирана на другого. Он ничем не лучше Гольдштейна. Та же жажда власти, то же презрение к законам.

— Он не убивает невинных ради прибыли, Хвост. И он держит слово — этого достаточно.

— Это пока ему выгодно! — кобольд наклонился ближе, его голос стал резче. — Он втянул нас в войну с половиной города, а теперь что? Прямой конфликт с мэром? Готорн, при всех его недостатках, это порядок! А этот… этот сеет хаос ради личной выгоды! Мы поставили не на ту фигуру! Ты моргнуть не успеешь, как созданное тобой Подполье полностью уйдёт под его контроль и станет кровавой бандой воров и шантажистов!

Скрежет медленно поднял голову, его взгляд стал тяжёлым.

— Ты забываешь одно, Хвост. Гольдштейн торговал наркотиками, которые убивали множество людей и Готорн позволял ему это делать, а Костяной уничтожил эту заразу. Выбор между порядком, который нас убивает, и хаосом, который даёт шанс выжить, для меня очевиден.

Хвост хотел возразить, но я уже сам подходил к ним. Разговор мгновенно оборвался. Напряжение между ними стало почти осязаемым.

«Проблемы?» — спросил я телепатически, чем заставил кобольда вздрогнуть.

— Нет, Костяной, никаких! — поспешно ответил Хвост, избегая прямого направления моих пустых глазниц ему в лицо. — Просто… обсуждали логистику, распределение трофеев и другие обычные дела.

Скрежет хранил молчание, лишь едва заметно шевельнув одной из множества своих лапок.

Я проигнорировал неуклюжую попытку увести разговор в сторону и перешёл сразу к делу.

«Давайте сразу к делу, к итогам. Империя Гольдштейна теперь наша, но мы не будем её легализовывать».

Хвост удивлённо моргнул, а Скрежет издал тихий скрежещущий звук, означавший крайнюю степень внимания.

«Любая попытка заявить права на его активы немедленно привлечёт внимание Готорна. Он, наверняка, ждёт подобного, но мы не дадим ему лишнего повода вмешиваться. Все мастерские орка, склады и торговые пути переходят под теневой контроль. Официально они закрылись или пытаются распродать остатки. Это станет великолепным подспорьем для роста моей собственной торговой компании».

Я сделал паузу, давая словам осесть.

«Но наша первоочередная задача — вызволить Элару. Прямой штурм крепости мэра самоубийство, а значит, нам нужно собрать достаточно сил, чтобы Готорн счёл цену её удержания слишком высокой. Нам нужен рычаг давления и поэтому все захваченные ресурсы мы направим на усиление. Укрепим оборону, подготовим бойцов, соберём информацию. Мы должны быть готовы к любому сценарию, но мы не будем первыми, кто нанесёт удар по мэрии. Мы готовимся к переговорам с позиции силы, а не к войне».

Хвост слушал с мрачным, почти осуждающим выражением на морде, окончательно укрепляясь в своих подозрениях. Я заметил это, но ничего не сказал. Кобольд не был врагом, просто осторожным союзником, что, как я считал, было свойственно любому хорошему шпиону. Пока он не предпринимал никаких активных попыток мешать и помогал, его можно было оставить в покое, дать больше времени привыкнуть.

Я размышлял о будущем. Победа над Гольдштейном дала огромные ресурсы, но и втянула в игру с гораздо более опасным противником. Я не хотел эскалации. Прямая война с мэром означала бы разрушение города, который я только начал осваивать, но Элара была в плену, и бездействие равнялось поражению.

Наш разговор перерезали поспешные шаги. Один из бойцов, державший в лапах магический радиоприёмник, в ужасе подбежал к Лиандри. Он быстро что-то протараторил прямо ей в лицо, суфлируя радиопередаче.

Лицо эльфийки мгновенно исказилось.

Скука и нетерпение испарились, уступив место ярости, смешанной с паникой. Она резко поднялась, опрокидывая столик с артефактами. Магические безделушки со звоном покатились по полу, но до них никому уже не было дела Шум в офисе стремительно стих, взгляды устремились на запаниковавшую эльфийку.

Она стремительными шагами пересекла комнату, её магическая аура вспыхнула тревожным красным, заставив ближайших бойцов инстинктивно отступить. Остановившись передо мной, Скрежетом и Хвостом, она выдохнула, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

— Готорн… — голос сорвался, превратившись в смесь гнева и отчаяния. — Он только что объявил по всему городу… Он собирается казнить Элару! Публичная казнь всего через месяц!

Её слова повисли в воздухе тяжёлым грузом.

— Ч-что? И-и что нам теперь делать? Спасать Костяного Алхимика? — раздался недоверчивый голос откуда-то из толпы. Какой-то новичок из Подполья. — Это же война с самим Готорном! Мы все поляжем под его стенами!

— Он прав! — подхватил другой боец, массивный орк с топором за спиной. — Она сильный маг, неужели сама никак не выкрутится?

Комната взорвалась спорами. Кто-то требовал немедленного штурма крепости мэра, кто-то настаивал на отступлении и сохранении сил. Голоса сливались в какофонию, перекрикивая друг друга. Паника распространялась хуже, чем лесной пожар. Никто не знал что и думать, это же сам Костяной Алхимик! Но она наш Костяной Алхимик.

Скрежет поднял одну из своих верхних лап, требуя тишины. Эффект был мгновенным — голоса стихли, но напряжение никуда не делось.

— Это, должно быть, такая ловушка, — произнёс Хвост, его острые глаза сузились. — Он ждёт, что мы бросимся на его крепость, и тогда он размажет нас.

— Вопрос не в этом, — возразил Скрежет, его голос перекрыл начавшийся новый шум. — Вопрос — почему сейчас? Готорн всегда действовал медленно, выжидая. Что-то заставило его резко ускорить свои планы и перейти к силовой зачистке. Казнь Элары — это слишком сильное событие для всего города.

Осознание безысходности постепенно охватывало собравшихся. Даже те, кто обычно рвался в бой, молчали, понимая тщетность лобовой атаки на неприступную крепость мэра. Фенрис стояла в стороне, испуганно прижав уши и, наверняка, читала все их мысли. Её лицо выражало страх и беспомощность. Она то и дело смотрела на меня с немой мольбой, но не могла произнести ни слова.

В комнате воцарилась несвойственная нам гнетущая атмосфера. Казнь, это уже совсем серьёзно, но у нас был ещё целый месяц. Время еще было.

«Элара наш ключевой актив».

Я сделал паузу, приковывая к себе всё внимание.

«Без неё Сеть не разовьется. Без Сети не будет армии скелетов, которая выполняет большую часть работы. Без её знаний мы не сможем зачаровывать оружие и создавать артефакты. Весь наш бизнес, вся наша сила — это плоды ее технологии, помноженные на мои стратегии. Потеряв её, мы потеряем фундамент, на котором всё построено».

Пауза стала ещё более напряжённой.

«Готорн забирает наше главное оружие. Без неё нас уничтожить в разы легче. Спасение Элары, это не вопрос помощи или не помощи союзнику, а вопрос нашего собственного выживания».

Мои слова наконец подействовали и споры утихли. Я чувствовал, что страх не исчез полностью, но паника сменилась решимостью. Все взгляды обратились ко мне. Вопросы сменились с отчаянного «Что нам делать?» на готовое к действию «Какой план?».

Я уже был готов открыть костяной рот, готовый озвучить следующий шаг, когда всё помещение вдруг начало неистово трясти.

Это был не просто толчок, а словно мощнейший удар пришёл из самых недр земли. По стенам побежали глубокие трещины, с потолка посыпалась штукатурка. Тяжёлый стол сдвинулся с места, кресло Лиандри опрокинулось. Кто-то из бойцов упал, не удержав равновесия.

И тут же раздался второй толчок ещё сильнее. Один из светильников сорвался с креплений и с грохотом разбился о пол.

Скрежет моментально сгруппировался, его хитиновое тело изогнулось, цепляясь за опоры, а хвост прижался к стене, готовый рвануть к выходу. Лиандри схватилась за край стола, её магическая аура вспыхнула защитным барьером.

Дверь распахнулась с таким размахом, что чуть не вылетела с петель. В проём втиснулся разведчик-арахнид, его восемь глаз расширены от животного ужаса. Он задыхался, пытаясь выговорить слова.

— Беда! — выдохнул он, цепляясь лапами за косяк. — Потолок пещеры… прямо над всем городом… наши кристаллы света…

Я мгновенно переключил своё сознание. Через Сеть я нырнул в разум одного из моих скелетов, всё ещё находившихся на другой точке.

Картина, развернувшаяся перед его пустыми глазницами и которую видел я, не укладывалась ни в какую логику.

Высоко над площадью, под самым сводом гигантской пещеры, громадные светящиеся кристаллы — те самые, что веками освещали город, сменяя день и ночь — вдруг начали трескаться.

Сначала по их поверхности побежали паутины тонких трещин, словно кто-то бил по ним изнутри. Затем раздался оглушительный звон — кристаллы разлетелись на куски и, секунду погодя, из осколков выползло нечто.

Вытянутое хитиновое тело размером с крупного человека, покрытое тускло-зелёным панцирем, длинные членистые крылья с рваными перепонками, челюсти, щёлкающие с металлическим лязгом. Слишком много суставов в конечностях, слишком много шипов и когтей.

Первое существо расправило крылья и взмыло над крышами зданий. За ним — второе, третье, десятое… И вот их уже, казалось, целые сотни.

Они вырывались из кристаллов роем, их хитиновые тела сверкали в угасающем свете. Воздух наполнился высоким, пронзительным визгом — похожим на скрип металла, который пытались порвать с неистовой силой.

Когда замешательство чуть отступило, я немедленно запросил информацию у Системы.

[Новорождённый младший дьявол «Разрушитель». Уровень: 8. Особенности: полёт, роевой интеллект, кислотная слюна. Опасность: Высокая.]

Слово «дьявол» на мгновение заставило меня усомниться, но осмыслить это не было времени. Твари сорвались вниз единой волной.

На площади толпились люди — те самые жители, которых эвакуировали с берегов реки после пожара. Сотни напуганных, усталых горожан, сбившихся в кучу. Они смотрели вверх, всё ещё не понимая, что происходит.

Первый «Разрушитель» обрушился на женщину, стоявшую с краю толпы. Его челюсти впились в плечо, хитиновые крылья захлопнулись вокруг жертвы, заслоняя её от других. Она даже не успела закричать.

Второй выхватил престарелого мужчину, взмыл вверх, а затем небрежно сбросил вниз. В воздухе его тело догоняла потёртая трость, пока всё не приземлилось на брусчатку. Шансов на спасение не было.

Толпа разом взорвалась паникой. Люди бросились врассыпную, давя друг друга, спотыкаясь. Крики слились в единый вой ужаса и смешивались с воем этих чёртовых «Разрушителей».

Твари пикировали снова и снова, их было слишком много.

Я вернул своё сознание обратно в тело. В офисе царила мёртвая тишина — все застыли, ожидая моих слов.

Мой взгляд переместился на остальных. Они ещё не увидели всей ситуации своими глазами и не успели осознать её ужас. Нам нужна была информация. Что это за твари? Откуда они взялись? Как их остановить? И, возможно, единственный, кто мог дать ответы… сидел в крепости мэра. Элара возможно знала.

Но это было неважно прямо сейчас. Важно было другое.

Мёртвый город мне не нужен.

Весь мой бизнес, вся моя власть, все мои планы строились на этом городе. На его жителях, его ресурсах, его инфраструктуре. Если он сгорит, если эти твари сожрут всех до последнего — всё рухнет.

«Подполье выдвигается на защиту города», — мой ментальный голос прорезал тишину, твёрдый и непреклонный.

«Скрежет, надо мобилизовать все отряды. Приоритет — жилые кварталы и другие скопления жителей. Клык, бери всех боеспособных бойцов и выдвигайся к эвакуационным пунктам. Хвост, разведка — узнай масштаб угрозы, нет ли других неприятных сюрпризов и что сейчас предпринимает власть. Фенрис, организуй медицинскую помощь для раненых, в этот раз их будет очень много».

Я сделал паузу.

«Лиандри».

Эльфийка, что до этого стояла словно в ступоре, внезапно вздрогнула и подняла на меня затуманенный взгляд.

«Тебе нужно собраться. Ты единственная, кто точно сможет противостоять в воздухе даже подобным тварям и наставлять магов из Подполья, без тебя мы проиграем».

Она сглотнула, её губы дрожали. Но затем медленно кивнула.

Сейчас все сомнения о том, спасать ли Элару, все разногласия, усталость бойцов, — всё это отошло далеко на задний план.

Теперь вопрос стоял проще и страшнее: выжить и не дать всему вот так внезапно рухнуть.

Глава 3

Центральная площадь города, несколько минут спустя.

Я мчался сквозь охваченные хаосом улицы, на ходу перепрыгивая через брошенные вещи и мелкий мусор, оставленный паникующими горожанами. Моя армия скелетов следовала за мной, их костяные ноги цокали по брусчатке в жутковатом ритме. Они не отставали и двигались организованно, группами по пять, готовые выполнять приказы.

Я видел по Сети происходящее глазами десятков скелетов одновременно — мозаика ужаса, сложенная из сотен маленьких трагедий. Но в очередной раз становилось всё яснее, что с ядром Сети нужно было что-то делать. Оно едва выдерживало нагрузку.

Северный квартал: стая тварей окружила группу жителей, прижав их к стене разрушенной лавки. Люди кричали, закрываясь руками, а монстры кружили над ними, словно играя с добычей.

Рыночная площадь: автономный страж беспорядочно стрелял в небо, его магические снаряды разлетались во все стороны, не попадая никуда кроме стен зданий и окон. Рядом с ним лежали тела трёх обычных органических стражников города, разорванные на части Разрушителями.

Жилой квартал: женщина бежала по улице, прижимая к груди плачущего ребёнка, а за ней гналась одна из тварей, её крылья с треском рассекали воздух.

Я не мог помочь всем, но… мог координировать других.

«Лиандри, площадь — твоя», — отправил я ей мысленный приказ. — «Не дай им собрать большую стаю. Бей по самым крупным скоплениям».

Её ответ пришёл мгновенно, наполненный яростью и готовностью к бою.

«Уже лечу, Костяша. Эти гады пожалеют, что вылупились».

Её первая реакция на появление монстров была гораздо более взволнованной и я рад, что эльфийка так легко вернулась в строй, иначе нам всем пришлось бы ещё тяжелее.

«Скрежет, пусть твои люди действуют, как щит», — переключился я на лидера Подполья. — «Организуйте эвакуацию в катакомбы. Продолжайте лишать тварей их главного преимущества — неба».

«Понял. Уже стягиваю отряды к жилым кварталам».

Я вынырнул на центральную площадь и замер на мгновение, оценивая ситуацию. Разумеется, здесь тоже не оказалось совершенно ничего хорошего.

Площадь, ещё недавно служившая эвакуационным пунктом, превратилась в алую арену без стен. Сотни жителей метались в панике, давя друг друга в попытках найти укрытие. Над ними кружили эти твари — «Разрушители», как назвала их Система. Хуже того, всё осложнялось уничтожением большинства светящихся кристаллов, ведь те были их яйцами. В городе с каждой минутой становилось всё темнее.

Городская стража пыталась держать оборону, но терпела жестокое поражение. Стражники сформировали «черепаху» вокруг группы жителей — сомкнули щиты над головами, создавая импровизированную крышу. Но эта тактика была рассчитана на стрелковое оружие или магию, а не на орду летающих хищников.

Один из Разрушителей пикировал вниз, его когтистые лапы вонзились в щель между щитами. Тварь дёрнулась, вырывая щит из рук стражника, а затем впилась челюстями ему в плечо. Мужчина закричал и его крик разнёсся эхом, по мере стремительного удаления от земли.

Другой стражник попытался помочь, но ещё один монстр, словно ожидая подобного шага, обрушился на него сверху, пробив доспех и тоже утащив в небо.

Я видел, как капитан этой группы стражи — грузный мужчина с седыми усами — отчаянно пытался поддержать дисциплину в своих людях, но в его глазах читался ужас. Он не успел понять природу угрозы, не знал, как с ней бороться и все его попытки оказывались бесполезны.

Чуть дальше группа сектантов «Рагнарёка» стояла на коленях посреди площади. Их текущие действия выглядели наиболее абсурдно, ведь они… молились. Воздевали руки к небу и выкрикивали экстатичные молитвы своему безумному богу.

Один из них, с обритой головой и шрамами на лице, схватил своего раненого товарища и поднял над головой, словно жертвенное подношение. Разрушитель пикировал вниз, его челюсти впились в тело жертвы. Кровь хлынула потоком, обрызгивая сектанта с ног до головы. Он упал на колени и захохотал — безумный, восторженный смех человека, увидевшего вожделенный им апокалипсис.

Другой сектант попытался повторить этот трюк, но тварь проигнорировала приманку и вместо этого пронзила обоих своими когтями.

Я отвернулся от этого зрелища. Пока сектанты занимались подобным, они не трогали горожан и отвлекали тварей. Объективно, это было даже полезно.

Внезапно из узкого переулка, ведущего к площади, раздался боевой клич. Я узнал этот голос — Клык.

Отряд Подполья ворвался на площадь. Впереди бежали зверолюди-волки, за ними арахниды с арбалетами и сетями. Они не пытались вступить в открытый бой с тварями — они действовали иначе.

Клык рычал приказы, его голос перекрывал шум битвы.

— В укрытия! Под арки! Тащите их в узкие проходы!

Его бойцы бросились к группам жителей и стражников, хватая их и силой затаскивая под навесы зданий, в тесные переулки и под каменные арки. Там, где у Разрушителей не было пространства для манёвра, где их крылья цеплялись за стены и потолки.

Я увидел, как один из арахнидов метнул сеть в тварь, пикирующую на девушку. Сеть обмотала крылья монстра, и он с грохотом врезался в брусчатку. Другой боец Подполья добил его ударом копья в голову.

Капитан стражи на мгновение застыл, наблюдая за действиями Подполья. Затем что-то щёлкнуло в его голове. Он развернулся к своим людям и заорал:

— Повторяйте за ними! Всем в укрытия! Загоняем тварей на землю!

Стражники, получив чёткий приказ, бросились выполнять. Они хватали жителей и тащили их под своды зданий, формируя импровизированные баррикады из опрокинутых повозок и обломков.

Я видел, как в глазах людей появилась надежда. Они видели, что кто-то знает, что делать. Что хаос можно остановить.

Голос Лиандри раздался в голове. Он звучал напряжённо, но решительно.

«Костяша, я заняла хорошую точку над городом, но у меня плохие новости, этих тварей… их слишком много. Даже с земли кажется много, но на самом деле…»

«Дерьмо… Тогда хотя бы не дай им собраться в стаи. Стреляй по самым крупным скоплениям, выжиги их с неба к чёртовой матери!»

Я поднял голову и увидел её. Лиандри стояла на колокольне местного храма, уже заряжая вокруг себя ауру пылающей магии. Её платиновые волосы развевались на ветру, чудом не поддаваясь огню, а в руках за какие-то секунды выросла сфера размером с её голову.

Она метнула её в стаю Разрушителей, кучковавшуюся в небе прямо над группой жителей. Взрыв тут же озарил затенённую площадь ярчайшим фейрверком. Обугленные тела тварей посыпались вниз, обильно дымясь и продолжая обугливаться.

Но остальные, словно и правду роевой интеллект, издали одномоментный яростный писк. Сразу несколько десятков развернулись к ней и тут же ринулись в атаку.

Как вдруг Лиандри засмеялась… Диким, почти безумным смехом!

— Ну же, крысы лысые! Попробуйте меня достать! Все сюдааа!

Она метнула ещё один огненный шар, затем ещё один. За какие-то секунды небо наполнилось пламенем и визгом умирающих монстров.

Но я не мог позволить себе любоваться её работой. У меня были свои задачи.

Я отдал приказ своим скелетам. Первая группа останется на площади в полуавтоматическом режиме, чтобы прикрыть Клыка. Вторая — поведёт расчитску путь к катакомбам с этой площади. А третья останется со мной.

Я сам двинулся к центру площади, где капитан стражи пытался организовать оборону. Он увидел меня и на мгновение замер — фигура в тёмном плаще в окружении скелетов, идущая прямо к нему через кровавую бойню.

— Ты… ты Костяной Алхимик? — хрипло спросил он. — Он ведь под арестом, ждёт казни?!

«Нет, не алхимик и сколько вам недоговаривает мэр сейчас не имеет значения», — отрезал я телепатически. — «Отвечай на мои вопросы, сейчас же»

Капитан сглотнул, страшно боясь возразить.

«Что это за твари такие?»

Я видел, как его разум лихорадочно пытается подобрать слова, но выражение его лица вдруг показалось мне… Каким-то «тупым», возможно? Он что, сам не знает? По погонам же вижу, что он явно занимает не самую последнюю должность в страже города.

— Я… я не знаю! Впервые их вижу! Это… это катастрофа! Скажите, как их остановить?!

«Вы уже начали. Укрытия, узкие проходы, сбивать их с неба… Но есть идея получше, капитан. В вашем отряде есть маги?»

— Трое, но они…

«Отправь их вон туда», — я указал костяными пальцами на крышу, которую заняла Лиандри. Пусть поддерживают её огнём с возвышенностей. — «Остальных… Идите в укрытия с горожанами, не позволяйте им паниковать».

Капитан немедленно мне кивнул, словно старшему по званию и развернулся к своим людям, начав спешно отдавать приказы.

Я же переключался между десятками точек зрения, наблюдая через глаза моих скелетов за тем, как рушится порядок. Крылатые твари пикировали снова и снова, всё равно успевая выхватить кого-нибудь из толпы. Бойцы Подполья отстреливали их из арбалетов, но попасть в быстро движущуюся цель в воздухе было большим испытанием. Магия Лиандри всё так же вспыхивала огненными вспышками, сжигая по одному-двум монстрам за раз, но их всё ещё было намного больше.

Мы тоже медленно, но верно несли потери раненными. Не катастрофические, но ощутимые. Каждый павший боец Подполья — это удар по нашей боеспособности. Каждый убитый житель — это подрыв той самой базы, на которой строится всё наше дело общее. Без горожан не будет смысла ни в существовании Подполья, ни роста моего бизнеса.

Нужно было что-то менять и срочно. Нельзя прятаться от врага и ожидать, что одержишь победу.

Через взгляд одного из скелетов-разведчиков я заметил нечто интересное. На перекрёстке трёх улиц, посреди всего этого хаоса, группа фанатиков в грязных балахонах с кроваво-красным символом Рагнарёка стояла кругом. Они тащили связанных людей к центру импровизированного круга, выкрикивая что-то на своём исковерканном языке.

Очередное жертвоприношение. Прямо сейчас, когда город пожирали монстры.

Они идиоты или как?

План сформировался почти мгновенно. Я направил туда двадцать скелетов. Вычленил тех, у кого было оружие похуже. Когда они вышли на перекрёсток, я отдал сделующую команду.

Мне нужен был шум — любой грохот, да побольше. Удары по стенам, барабаны из металлических кастрюль, разбитые стёкла…

Костяные руки забили оружием прямо по камню, тупыми сторонами лезвий или рукоятями, иногда острыми частями, не так важно! Грохот безумия разнёсся по улице, эхом отражаясь от каждой стены. Скелеты не умели кричать, но я заставил их стучать челюстями, создавая пронзительный лязг кости о кость.

Сектанты обернулись, их лица исказились смесью удивления и ярости. Один из них, с окровавленным ножом в руке, шагнул вперёд, выкрикивая проклятия.

Но мне нужна была вовсе не их реакция…

Первая из летающих тварей отреагировала почти мгновенно. Крылатый монстр, только что вцепившийся в тело какого-то несчастного на соседней улице, резко развернулся в воздухе. Его сложные глаза зафиксировались на источнике шума. Он сбросил добычу и взмыл вверх, набирая скорость.

За ним последовали другие: два, пять, десять. Рой стремительно начал концентрироваться над перекрёстком, привлечённый грохотом и хаотичным движением.

Сектанты заметили их слишком поздно.

Первая тварь обрушилась на того самого фанатика с ножом. Челюсти сомкнулись на его горле, и он рухнул, захлёбываясь собственной кровью. Остальные попытались разбежаться, но монстры были быстрее.

Я наблюдал без тени сожаления, как крылатые существа методично разрывали сектантов на части. Перекрёсток быстро превратился в бойню, но теперь в ней не было тех, кого стоило бы жалеть.

Это дало лёгкую передышку.

Пока монстры пировали на лёгкой добыче, (сектанты из «Рагнарёка» почти не пытались избежать смерти, зачастую даже способствовали этому), другие наши отряды успели перегруппироваться. Бойцы «Подполья» закрепились на баррикадах, арбалетчики заняли позиции на крышах. Больше горожан, неспособных сражаться, было уведено в укрытия.

Но это была временная мера. Рано или поздно твари закончат с сектантами и вернутся к нам. Нужно было что-то более…

«Лиандри».

Она ответила почти сразу же, в её голосе уже слышались заметные нотки усталости.

«Что?»

«Перестань тратить ману на одиночные цели в воздухе. Подожди, пока они приземлятся».

«Но они не приземляются, Костяша! Они хватают людей и взлетают обратно!»

«Знаю, поэтому сам заставлю их всех приземлиться, а ты жди и атакуй».

Я переключился на один из отрядов скелетов, стоявших в резерве. Пятнадцать костяных, вооружённых простыми копьями и мечами.

Назову это… Например, «Живой якорь»!

Через Сеть я загрузил им основную последовательность действий, остальное буду корректировать и шлифовать прямо в процессе. Скелеты выстроились в линию, сцепившись руками друг за друга. Образовалась живая цепь длиной почти в двадцать метров, что весьма немало.

Теперь выдвигаемся на открытое пространство…

Цепь двинулась к центру площади, где ещё кружили твари. Крайний скелет, держа в руках кусок тела одного из сектантов, начал размахивать им над головой, привлекая внимание.

Главное, чтобы эта огромная саранча сочла наши косточки достаточно аппетитными, на фоне уже пролитой всюду крови и моих же бойцов из подполья, что работают в стороне.

Как только одна из тварей заметила эти аппетитные движения, она одним движением сложила свои крылья и спикировала вниз, её челюсти раскрылись, готовые схватить предложенную скелетом добычу.

Но мой скелет не стал уклоняться.

Монстр вцепился в его руки, тут же попытавшись вырвать кусок свежего мяса, но скелеты в цепочке разом дёрнули костяного. Затем я отдал команду, чтобы он поместил эту плоть прямо между собственных костей. Он не смог бы одновременно держать приманку и схватить птичку, пока руки заняты.

Пропищав что-то на ультразвуке, лысая тварь яростно распахнула крылья, отталкивая от себя все нападки скелета, а затем с силой опустила голову. Раздался хруст костей, мой собрат едва не лишился черепа, но чудом выстоял, и тогда челюсти Разрушителя стали быстро смыкаться то на рёбрах, то его плечах. Тварь взмахнула крыльями, пытаясь взлететь, она… Испугалась? Сбегает!

Но не смогла.

Вес толпы сцепленных скелетов тянул её вниз, как тот самый «корабельный якорь». А ведь я даже не мог представить в своей голове как в реальности выглядит эта конструкция, но… Сработало! Монстр отчаянно молотил крыльями, но костяная цепь вообще ему не поддавалась и даже тянула к себе. Он застрял в метре от земли, беспомощно дёргаясь.

В тот же момент огромный волк-зверолюд выскочил из-за угла, его топор сверкнул в тусклом свете. Удар пришёлся точно в сочленение крыла и тела. Хитин треснул, зелёная жидкость брызнула на камни. Тварь завизжала, но второй удар оборвал звук. Голова монстра покатилась по брусчатке.

Ах, как жаль, что птичка не досталась мне, но обкатка нового механизма — всегда крайне важный этап. Я должен был показать эту схему остальным, если она действительно окажется настолько же эффективной, как я себе представлял.

— Работает! — рявкнул Клык, уже разворачиваясь для выбора следующей цели.

Я растиражировал перспективную тактику на все ближайшие отряды. Живые… То есть мёртвые якоря из костей растянулись повсюду. Твари, привлечённые жонглированием недоеденных ими же остатков, жадно пикировали вниз и тут же попадали в ловушку. Бойцы Подполья методично их добивали.

Великолепно, я почти что построил конвейер по убийству, по сути, только что встреченного вида монстров. Но некоторым из них всё же удавалось вырвать одиночных скелетов и взлететь. Как крысы, которые умудрились обойти мышеловку…

Значит, это тоже не идеально. Разрушители, похоже, быстро адаптировались, обмениваясь между собой информацией почти как я со своими скелетами. Удивительно… Но у меня уже было готово простое ответное решение.

Через Сеть я взял под прямой контроль одного из таких выхваченных скелетов. Его костяное тело болталось в воздухе, зажатое в челюстях твари, которая набирала высоту.

Использовать заклинания на таком большом расстоянии я уже не мог, так что просто заставил его двигаться.

Костяные пальцы вцепились в края пасти монстра, залезая птичке прямо в глаза и раздвигая челюсти. Тварь завизжала от неожиданности и боли, закономерно ослабив хватку. Скелет выскользнул из пасти, готовый упасть с огромной высоты и превратиться в груду разбитых костей, но у меня удалось заставить его вцепиться в хитиновое тело монстра.

Я на мгновение перевёл взгляд вниз. Город оказался удивительно далеко, он стал меньше и я даже не смог быстро найти своё реальное тело. Но я не чувствовал страха высоты, не ощущал сопротивления воздуха и прилива адреналина. Не чувствовал ничего, кроме осознания, что ситуация полностью находилась в моих руках.

Костяные руки начали методично кромсать крылья. Острые края рёбер скелета впивались в тонкие перепонки, разрывая их. Монстр завертелся в воздухе, пытаясь сбросить моего непрошеного пассажира, но скелет держался мёртвой хваткой, не испытывая ни перегрузок, ни боли от напряжения мышц, которых просто не было.

Одно крыло скоро было изуродовано. Затем даже удалось задеть второе и, наконец, тварь потеряла контроль.

Мы начали падать и наблюдать подобное от первого лица было… Весьма необычно. Я переключил свой обзор обратно, как раз в тот момент, когда монстр и скелет врезались в крышу одного из зданий. Удар разнёс кости в щепки, но тварь тоже не пережила столкновения.

В следующий раз, если успею порвать крылья на меньшей высоте, высок шанс что смогу не только убить Разрушителя, но и сохранить тело скелета в приемлемом для починки состоянии. Прямо как многоразовые ракеты, настоящий прорыв эффективности.

— Вот это представление, костяной! — восторженно выпалила Лиандри.

Эльфийка уже поняла суть. Разрушители больше не собирались в такие же плотные кучи, поэтому её огненные атаки становились всё менее эффективными. Вместо этого она ждала, пока живые якоря стягивали тварей вниз, а затем била более слабыми заклинаниями, экономя ману и силы на прицеливание.

А уж когда я поймал ритм и заставил своих скелетов поймать нескольких Разрушителей одновременно, а затем скучковать их друг к другу…

Огненный вихрь обрушился на группу из пяти монстров, запутавшихся в костяных цепях. Пламя пожрало их за считанные секунды, превратив хитиновые тела в обугленные останки.

Прежняя кровавая бойня, где мы были предметом охоты, превратилась в отстрел мерзких страшных пташек. Я уже почти ощущал страх, который Разрушители передавали друг другу, продолжая свои визжащие вопли.

Я продолжал координировать действия через Сеть, переключаясь между десятками скелетов. Живые якоря стягивали тварей вниз. Воздушные десанты калечили тех, кто оказывался сильнее и пытался улететь. Лиандри выжигала скопления. Клык и его бойцы добивали раненых.

Счётчик опыта рос с пугающей скоростью. Когда это правда стало походить на рабочий конвейер, я и сам присоединился к пирушке, обнажив свой любимый двуручник.

[+8 ОС] [+7 ОС] [+8 ОС] [+8 ОС]

Насладиться заслуженным набором очков после таких трудов… по-своему восхитительно.

Потери среди бойцов Подполья резко сошли на нет. Горожане больше не гибли десятками. Хаос постепенно отступал, уступая место методичному истреблению.

[Убито: 7x Новорождённый младший дьявол «Разрушитель». Получено +56 ОС]

Ещё совсем чуточку и у меня будет тринадцатый уровень, что не могло не радовать. Я уже не мог дождаться, когда же Система обрадует меня сообщением с предложением новой эволюции. В прошлый раз она оказала весьма значимый эффект на моё тело и кто знает, что могло бы произойти со мной, подними я уровень ещё выше.

Желая набрать последние остатки опыта, Я лично возглавил один из Якорей. Реально оказался на месте того скелета, которого, волей судьбы схватила особенно крупная тварь.

Но и я не был простым скелетом, в отличие от моих подчинённых.

Скелеты, удерживавшие меня со спины, не выдержали и через мгновение я уже стремительно взлетал к потолку этой гигантской пещеры, находясь в когтях Разрушителя. В реальности это оказалось ещё интереснее, чем глазами подчинённого. Но я не преследовал цели развлечения, так что, приложив всего-лишь немного сил, мои костяные пальцы разжали когти летающей твари, заставив её визжать от боли. Затем я всего за несколько движений взобрался по её телу к её птичьей морде и вонзил кисти глубоко в её глаза, разрывая их изнутри. Тварь ослепла, завертелась в воздухе и рухнула прямо на спину одного из своих сородичей.

Я не упустил свой момент и, использовав собственные огненные шары, устроил из них обоих костёр.

[+8 ОС] [+7 ОС]

«Отлично, на этом, кажется, врагов уже почти не осталось…» — только было подумал я.

`[Внимание, вы достигли количества очков, необходимого для перехода на новый уровень!]

`[Текущий уровень: 12 (987/987 ОС) -> 13 (0/1597 ОС) +2 очка характеристик]

[Внимание! Достигнут порог развития текущего вида существования. Если вы хотите продолжить развитие, то выполните ряд условий для эволюции.]

Да неужели! Наконец-то я это сделал!

[Условия — чтобы пройти эволюцию и начать процесс метаморфоза в более совершенную форму существования необходимо:

Максимальное количество очков Системы на текущем уровне (1597)Катализатор Эволюции типа «Эссенция» ранга E или выше. (Без катализатора развитие будет выполнено случайным образом, исходя из вашей предрасположенности и удачи, так же возможны дефекты и отклонения в процессе)

Опыта теперь надо было набить немало, но это ладно, выполнимо… проблема была, что вновь всё упёрлось в катализатор. В предыдущий раз мне понадобилось вырезать целую стаю обортней-псиоников, чтобы украсть у них один. Стоит спросить у Элары о подобных артефактах, но так, чтобы не выдать информацию о моей Системе. Все же об этом не стоит лишний раз распространяться, пусть это будет мой личный секрет.

Ну а пока… надо качаться. Я уже присматривал очередного Разрушителя для собственного растерзания его тушки.

[+8 ОС]

[Текущий уровень тела: (8/1597 ОС) 2 нераспределённых очка характеристик]

…

Визги «Разрушителей» стихли окончательно.

Я стоял на улицы, наблюдая как редкие уцелевшие твари взмывают вверх. Их движения почти потеряли прежнюю слаженность, словно они устали, но всё равно в моей голове складывалось впечатление, что кто-то дёрнул их за невидимую мною нить — настоящий «роевой инстинкт». Они прекратили любые атаки и стремительно поднимались к зияющим дырам в своде пещеры, туда, откуда и вылупились.

Стоило ли нам запустить им вслед парочку хороших магических залпов или же спокойно принять победу и начать латать раны…

Последний из них, тот, что только что терзал труп гнома на брусчатке, выпустил жертву из челюстей и взмыл следом за остальными. Его крылья с треском рассекли воздух, оставив за собой лишь затихающий эхо-свист.

И повисла тишина…

Но не полная. Доносились стоны раненых, хрип умирающих, приглушённые рыдания тех, кто только что потерял близких. Но несмотря на это, наш бой и правда закончился.

Не смотря на мои успехи, это было весьма непростое сражение. Столько убитых, раненных, повсюду разрушения… Эти «Разрушители» сильно отличались от любых других агрессивных тварей, которых я встречал до этого момента.

Так, словно эта угроза была… совершенно иного порядка. Словно с того самого момента, как земля содрогнулась, весь мир изменился. Почему-то я ощущал, что это происшествие могло быть лишь началом чего-то ещё более страшного.

Меж тем площадь и без всяких опасений уже представляла собой картину из самых мрачных кошмаров. Брусчатка была залита кровью — тёмной, почти чёрной от монстров и алой от людей. Повсюду валялись тела: разорванные, обезображенные, с вырванными конечностями и проломленными черепами. Хитиновые останки «Разрушителей» громоздились кучами, источая едкий, кислотный запах, если верить анализу Сети и собственным глазам, которые видели. как в их кислоте плавилась даже стальная броня.

Мои скелеты начали расчищать проходы, бесстрастно сдвигая трупы в сторону. Никаких лишних эмоций, живые намного важнее.

Лиандри спускалась с крыши соседнего здания, где провела большую часть боя. Её дорогой боевой костюм был изодран, волосы растрепаны, а лицо покрывали копоть и засохшая кровь Разрушителей. Она шла медленно, шатаясь, словно каждый шаг давался ей с трудом. Магическая аура вокруг неё едва тлела, израсходованная почти до предела.

Она остановилась посреди площади, медленно обвела взглядом окружающее месиво. Её губы беззвучно шевелились, словно она пыталась произнести слова, но не могла.

Бойцы «Подполья» подтягивались со всех сторон. Арахниды перевязывали раненых, используя собственную паутину как бинты, потому что настоящих больше нигде не осталось. Ни в одной из аптек во всём нашем городе. Волки-зверолюди переносили тела павших товарищей на край площади, аккуратно выкладывая их в ряд. Кто-то плакал, кто-то просто стоял, глядя в никуда.

Скрежет медленно приполз к центру площади, его массивное тело тихо скользило по камням. Он остановился рядом с одним из погибших бойцов — молодым гномом, чьё тело было почти наполовину растворено кислотой. Он склонил перед ним свою голову.

Эйфория от победы над Гольдштейном, успешного расхищения его богатств, теперь совсем не ощущалась. Ещё несколько часов назад мы праздновали разгром империи орка, делили трофеи, строили планы. Теперь всё это казалось детской забавой. Мы столкнулись с чем-то гораздо более страшным, чем любой криминальный авторитет.

Фенрис организовала импровизированный госпиталь под навесом, собранным из старых уличных торговых лавок. Раненых было слишком много. Она металась между ними, давая инструкции своим помощникам, но даже её глубокие познания в траволечении и увлечение алхимией, зельями, не могли спасти всех.

Я стоял в стороне, моё сознание всё ещё металось между десятками точек зрения, собирая всю оставшуюся информацию. Противника было так много, что весь город подвергся нападению. Везде, где были светящиеся кристаллы, они лопались, выпуская на волю этих тварей.

Но почему часть из них до сих пор целая? Нам стоило ждать вторую волну?

Городская стража довольно скоро от начала столкновения отступила в правительственный квартал, оставив всех остальных на произвол судьбы. И это казалось мне как минимум странным. Неужели у него не хватало сил? Или он так их экономил для чего-то другого.

Ладно, главное, что мы справились. Благодаря Подполью, Лиандри и моим скелетам.

Один из разведчиков, запыхавшийся кобольд с разорванным ухом, подбежал к Скрежету и доложил:

— По всему городу потери огромные, но большая часть жителей уцелела. «Подполье» смогло удержать ключевые районы. Твари отступили везде одновременно, как по команде.

Скрежет кивнул, но не произнёс ни слова.

Я медленно обвёл улицы взглядом. Затем я поднял голову, глядя вверх.

Тёмное «небо» города. Гигантский свод пещеры, усеянный светящимися точками. Кристаллы освещения, которые веками давали городу свет, сменяя день и ночь.

Теперь я видел их иначе. Не как источник света, а как кладку яиц.

Десятки из них уже потухли, превратившись в пустые скорлупки, но оставались сотни других, всё ещё излучающих мягкое, почти успокаивающее сияние.

Никто не произносил этого вслух, но все понимали одно и то же.

Это были новорождённые. Молодые, голодные, неопытные твари, едва вылупившиеся из своих коконов. И если они смогли причинить столько разрушений…

Что будет, когда вылупятся остальные?

Лиандри застыла рядом со мной, её взгляд тоже устремлён вверх. Она молчала, но я видел, как дрожат её руки.

— Это только начало, — прошептала она наконец. Её голос был глухим, лишённым привычной энергичности. — Это была прелюдия. Волны… они начались.

Я хотел спросить, что она имеет в виду, но не успел.

В моей голове вспыхнул сигнал — Сеть. Кто-то пытался связаться со мной через неё.

Элара.

Глава 4

Площадь постепенно затихала. Стоны раненых смешивались с приглушёнными голосами бойцов Подполья, разбирающих завалы. Я стоял посреди этого месива, наблюдая, как Фенрис организует медпункт под наспех сколоченным навесом, а Скрежет отдаёт распоряжения по эвакуации тел.

В моём сознании пульсировал настойчивый сигнал — Элара. Она пыталась связаться со мной через Сеть, но связь была нестабильной, словно кто-то пытался её глушить или перехватывать.

Мне нужно было уйти от шума и суеты. Найти тихое место, где можно сосредоточиться на разговоре, не отвлекаясь на десятки других каналов связи и донесений.

Я оглядел окружающие здания. Многие были повреждены — выбитые окна, обвалившиеся балконы, у одного даже пробоины в стенах. Но мне не нужно было что-то особенное, достаточно того, что один из жилых домов у края площади выглядел оставленным своими хозяевами. Дверь подъезда болталась на одной петле, на пороге виднелись какие-то брошенные домашние вещи.

Я направился туда, мои шаги гулко отдавались на опустевшей улице. Часть скелетов автоматически последовала за мной, но я отдал им команду остаться снаружи и продолжать расчистку.

Внутри здание встретило меня мертвенной тишиной. Запах застоявшегося воздуха, крови и чего-то кислотного — следов Разрушителей. По стенам тянулись темные подтёки, на полу валялись обрывки одежды и разбитая посуда.

А так как дверь уже была «нараспашку», я заглянул внутрь.

Жилище было разгромлено. Опрокинутый стол, разбросанные вещи, следы поспешного бегства. На стене кроваво-красным символом был нарисован знак Рагнарёка — искажённый череп с вбитыми в него гвоздями. Сектанты побывали здесь раньше Разрушителей.

Хозяева, судя по всему, либо сбежали, либо… не успели.

Я вошёл внутрь и огляделся. Обеденный стол лежал на боку, его столешница была усеяна осколками разбитой посуды. Я поднял его, смахнул осколки на пол и сел на уцелевший стул.

Тишина… Наконец-то.

Я сосредоточился на сигнале в Сети и открыл канал.

«Элара?»

Ответ пришёл почти мгновенно, но голос был искажён помехами, словно кто-то пытался заглушить передачу.

«…Костяша… слышишь?.. связь… нестабильна…»

Я усилил поток энергии через Сеть, направляя больше мощности на канал связи.

«Элара, ты в порядке?»

На этот раз её голос прозвучал чётче, хоть и с лёгкими искажениями.

«Надо же, Костяша, ты волнуешься? Не думала, что у тебя есть такая функция».

В её тоне слышалась лёгкая насмешка, но я уловил и что-то ещё — усталость. Элара пыталась казаться невозмутимой, но я знал её достаточно хорошо, чтобы понять: ей непросто.

«Твой арест не входил в мои расчёты, а казнь тем более. Разве это не веские причины, чтобы о тебе поволноваться?»

Повисла короткая пауза. Я почти физически ощутил, как она запнулась на той стороне связи.

«Я… я в порядке. Справлюсь».

Голос был тверже, чем раньше, но я всё равно услышал неуверенность.

В этот момент за моей спиной послышался звук шагов. Я обернулся.

Лиандри стояла в дверном проёме. Интересно, что она до сих пор не озаботилась вернуть себе свой обычный безупречный вид. Хотя бы сделать причёску, даже, банально, смыть копоть с собственного лица. Но в тоже время я понимал, видел её глаза… в них горел тот самый лихорадочный блеск.

Она могла почувствовать магические флуктуации Сети вокруг меня.

— Это она? — её голос дрогнул. — Элара? Подключи меня! Я тоже хочу с ней поговорить!

Я покачал головой.

«Канал зашифрован, и его источник — Элара. Вы не сможете друг друга услышать».

Лиандри сжала кулаки, её лицо исказилось от отчаяния.

— Но ты же можешь что-то сделать! Ты же… ты же гений этой чёртовой Сети!

Я задумался. Технически, Элара установила прямую точку-точку связь между своим узлом и моим. Лиандри не имела к ней доступа, но я мог бы…

«Подожди».

Я углубился в структуру Сети, анализируя поток данных. Канал был двусторонним, зашифрованным, но я контролировал свою сторону. Я мог создать дублирующий поток, перенаправляя входящие мысли Элары в сознание Лиандри, а её ответы транслировать обратно через себя.

Это было похоже на роль ретранслятора, но сложнее. Мне нужно было синхронизировать два потока мыслей, не исказив ни один из них, и при этом не перегрузить Сеть и своё собственное сознание.

Я начал выделять дополнительную мощность из Ядра Сети, формируя дополнительный канал.

[Внимание! Слишком высокое потребление энергии. Рекомендуется снизить мыслительную нагрузку, для предотвращения нежелательных повреждений сознания.]

Игнорируя предупреждение Системы, я продолжил. Новый канал сформировался — тонкая, мерцающая нить, протянувшаяся от Элары ко мне, а от меня — к Лиандри.

«Готово. Говори».

Лиандри ахнула, почувствовав, как в её сознание ворвался новый поток мыслей.

«Сестрёнка! — её ментальный голос дрожал от эмоций. — Как ты там? Этот медведь тебя не обижает?»

«Лиандри?» — удивление в голосе Элары было почти осязаемым. — «Как ты… Костяша, ты что сделал?»

«Создал групповую связь частично в обход твоей Сети и её грустных ограничений. Короче, маленькая техническая импровизация».

«Ты… — Элара замолчала на мгновение. — Ты только что на ходу перестроил архитектуру зашифрованного канала, не обрушив его. Это… впечатляет».

«Благодарю. А теперь можете поговорить».

Я откинулся на спинку стула, наблюдая за Лиандри. Она стояла, зажав руками рот, слёзы текли по её щекам.

«Лиандри, всё под контролем», — попыталась успокоить её Элара, но её голос звучал неуверенно.

— Какой контроль?! — Лиандри уже не могла сдерживаться. — Он собирается тебя казнить! Я… я так боялась! Когда мы были у тебя, я держалась, но сейчас…

Её ментальный голос сорвался на всхлип.

— Я хочу тебя увидеть!

«Лиандри, прекрати. Слёзы делу не помогут».

Голос Элары звучал строго, но я уловил в нём что-то новое — растерянность. Она явно не привыкла к таким проявлениям чувств.

«Костяной, сделай что-нибудь. Переведи разговор в продуктивное русло. Мне… неудобно».

Я на мгновение поймал отголосок её эмоций через Сеть. Элара тоже была на грани срыва, но подавляла это железной силой воли.

«Давайте перейдём к сути. У нас много важных дел, которые следует обсудить, пока есть шанс». — продолжила Элара.

Короткая пауза. Я почувствовал, как Элара собирается с мыслями

«Волна Монстров»

Я ждал продолжения, но его почему-то не последовало.

«Объясни что это вообще было? Толпа летающих тварей над городом, кристаллы света вовсе никакие не…»

«Это сложно. Мне нужно… подожди».

«Сестрёнка! Это же наш Костяша, от него нам не нужно ничего скрывать!».

«Лиандри, не мешай», — холодно оборвала её Элара.

«Да пошла ты, сестрёнка! Научись уже нормально переживать, а то эти твои попытки держать всё в себе, совсем не красят!»

Я мысленно вздохнул. Даже в такой ситуации они умудрялись препираться.

«Элара, что ещё за „Волна Монстров“? И почему ты знаешь об этом, твоя сетра тоже молчит, а все остальные, кроме вас, эльфиек, словно впервые узнали. Даже один из командиров стражи, которого я встретил, был в полном шоке. Правда, уж меня-то можно было хоть как-то предупредить, прежде чем начался весь этот ужас в городе, я бы подготовился лучше».

Она помедлила, словно, словно и правда взвешивая где-то в своей голове сколько информации можно раскрыть. Затем заговорила, её голос вдруг показался более официальным, почти лекционным.

«Это циклическое событие. Раз в тысячу лет происходит глобальный магический катаклизм. Высвобождается колоссальное количество энергии, которая пронизывает весь подземный мир. Источник этой энергии… в мире ничто никуда не рассеивается бесследно, остаточные эманации магических флуктуаций впитываются годами и накапливаются. В том числе — в тех самых кристаллах, которые освещают подземные города».

Так это какой-то побочный эффект работы магии в этом мире? Тысячи кристаллов, которые я всегда воспринимал как обычные источники света…

«Эти кристаллы — не просто светильники», — продолжила Элара. — «Это паразитические коконы — яйца. Они питаются магической энергией столетиями, медленно созревая. Когда накопленной силы становится достаточно, они лопаются. И выпускают… то, что ты видел».

«Разрушителей».

«Да, но это только начало. Первая волна — самая слабая. Новорождённые особи, неопытные, голодные. Они атакуют инстинктивно, без координации».

«Без координации?» — я вспомнил, как твари внезапно прекратили атаку и одновременно взмыли вверх и не только. — «Мне показалось иначе».

«Базовый роевой интеллект», — пояснила Элара. — «Примитивный обмен информацией на уровне инстинктов. Но это ничто по сравнению с тем, что будет дальше».

Лиандри не выдержала и вмешалась снова:

«В Академии нам один раз рассказывали об этом! По большому секрету, только профессорам! Говорили, что раз в тысячу лет происходят „Великие Чистки“, но лично я всегда думала, что это просто страшилки! Легенды для запугивания новеньких симпатичных преподавательниц!»

«Это не легенды», — отрезала Элара. — «Информация засекречена специально, чтобы не сеять панику среди населения. Большинство горожан, торговцев, даже членов гильдий — никто не знает правды. Знают только высшие эшелоны власти и старейшие маги».

«И ты», — добавил я.

«Я изучала древние записи. В академии у меня был очень высокий доступ. Исследовала артефакты прошлых эпох. Я знала, что это произойдёт, но не предполагала раньше, чем через двадцать лет! Кристаллы не должны были созреть так рано!»

В её голосе впервые прозвучала нотка растерянности. Элара не любила, когда что-то выходило за рамки её расчётов.

«Может, кто-то их… ускорил?» — предположила Лиандри.

Я вспомнил сектантов «Рагнарёка», возносивших жертвы к потолку пещеры прямо перед началом атаки. Но даже если кто-то вроде этих сумасшедших правда мог повлиять на что-то настолько глобальное, они делали это уже после первых толчков земли, когда всё уже началось.

«Возможно», — медленно произнесла Элара. — «Ритуальная магия, направленная на принудительное высвобождение энергии из кристаллов… Технически это осуществимо. Но для этого нужны специфические знания и огромная жертвенная сила… Даже всего нашего города бы не хватило, так что тут что-то посложнее».

«У „Рагнарёка“ могут быть и другие скелеты в шкафу», — мрачно заметил я.

Повисла тяжёлая пауза.

«Если они действительно вызвали Волну искусственно…» — начала Элара.

«…то всё полетело к чертям гораздо раньше, чем мы планировали», — закончила Лиандри.

Я собрал мысли. Информация складывалась в неприятную картину, но мне нужны были детали.

«Скажите лучше самое главное, сколько будет волн?»

«По теории — около семи», — ответила Элара. — «Каждая сильнее предыдущей».

«Я понял идею», — оборвал я её. — «С каждой волной противник становится опаснее, но между атаками у нас есть немного времени на подготовку и восстановление сил».

«Не только опаснее. Умнее, более координированными. К пятой волне появляются лидеры — существа, способные управлять остальными как единой армией».

Прекрасно. Словно мне не хватало противников. Особенно тех, которые, прямо как я, ведут в бой толпы покорных марионеток.

«Сколько времени между волнами?»

«Неизвестно, записи противоречивы. От нескольких дней до нескольких недель. Зависит от того, как быстро дозреют следующие кристаллы».

Лиандри снова влезла в разговор:

«Костяша, а что если мы просто… уничтожим оставшиеся кристаллы? Разобьём их, пока они не лопнули сами?»

«Плохая идея», — немедленно отозвалась Элара. — «Каждый кристалл — это накопитель магической энергии. Если их разрушить одновременно, высвободится столько силы, что весь город просто разнесёт на кусочки».

«А если по одному?»

«Тогда ты просто выпустишь тварей раньше времени».

Я обдумывал варианты — ситуация была хуже некуда. Волны будут продолжаться, становясь всё опаснее. Город уже понёс огромные потери от первой атаки. Что будет при второй? При третьей?

«Элара, есть ли способ остановить это?»

Долгая пауза.

«Очень в этом сомневаюсь».

Я сжал кулаки. Элара была в плену у Готорна. Её гений, её знания — всё подвержено неподконтрольному мне риску, пока она заперта в его крепости.

«Я вытащу тебя оттуда».

«Костяной…»

«Не спорь. Ты нужна не только мне, но и всему городу. Без тебя мы не продержимся долго».

Лиандри восторженно вмешалась:

«Вот это я понимаю! Значит, штурмуем крепость медведя?»

«Нет», — холодно ответил я. — «Лобовая атака — самоубийство. Ты знаешь, мы работаем над другим планом».

Элара тихо произнесла:

«У меня есть идея, но мне нужно время, чтобы её проработать. И ещё… мне нужна информация».

«Какая?»

«О тебе. О твоём росте за время моего отсутствия. Ты упоминал, что твоя армия сильна, но ты сам — слабое место. Поясни».

Я задумался. Рассказывать ей о Системе было рискованно, но без помощи Элары я не смог бы развиваться дальше.

«Я не получаю полной отдачи от действий моих скелетов. Когда они убивают врагов, я… не расту так, как должен. Это проблема обратной связи и интеграции. Ты помнишь мой старый запрос?»

«Помню. Ты хотел усилить Сеть и улучшить координацию».

«Не только. Мне нужно, чтобы я и армия стали единым целым. Чтобы их успехи становились моими. Иначе… иначе я не смогу справиться с тем, что грядёт».

Элара молчала, обдумывая сказанное.

«Это… я так и не поняла что именно ты задумал, но я продвинулась в нужных тебе исследованиях», — вдруг начала она. — «Используя ресурсы мэра, я разработала теоретическую основу того проекта, о котором ты просил. Проект полной интеграции твоего сознания с армией скелетов».

Я замер. Правда уже успела что-то придумать за такой короткий срок?

«А ты сомневался?» — гордо усмехнулась Элара.

Превратить мою армию из набора управляемых марионеток в единый, распределённый организм. Каждый скелет станет продолжением моего тела. Не просто инструментом, а частью меня. Я смог бы чувствовать каждого из них так же ясно, как собственные конечности.

Моё сознание забурлило в экстазе от последствий этой идеи.

Если скелеты станут частью меня… Если Система воспримет их как продолжение моего тела… Тогда их убийства могут начать засчитываться как мои собственные.

Я представил это. Сотни скелетов, каждый из которых приносит мне опыт. Не просто помогает в бою, а напрямую усиливает меня. Это был прорыв, способный ускорить мой рост в десятки раз.

Но я не мог озвучить это. Система была моим секретом, который я не собирался раскрывать даже Эларе.

«Выкладывай», — осторожно ответил я. — «Что для этого нужно?»

«Фундаментальная перестройка Ядра Сети. Я передам тебе схемы прямо сейчас. Тебе придётся самостоятельно провести модификацию кристалла, используя свои способности и Перчатку Архитектора. Это опасно, малейшая ошибка и Ядро разрушится, а вся твоя армия отключится».

В моём сознании вспыхнули образы, которые начала передавать Элара — сложнейшие энергетические конструкции, переплетения потоков, узлы связей. Схемы Элары были настолько детализированы, что на них даже было страшно смотреть. Впрочем, если кто и мог реализовать нечто подобное, то только я, используя опыт прошлой жизни….

«Ого! Звучит круто!» — восторженно встряла Лиандри. — «Я помогу всем, чем смогу! Ради тебя, сестрёнка! Ну и ради Костяши тоже», — добавила она, хитро взглянув на меня. — «Он хоть и странный, но уже свой. Прямо как непоседливый брат».

«Лиандри, сосредоточься», — сухо оборвала её Элара.

В моей голове уже формировался план. Но оставался ещё один важный вопрос.

«Элара, мне нужен древний артефакт с концентрированной силой — катализатор».

Повисла пауза.

«Катализатор? — в её голосе звучало подозрение. — Откуда ты вообще о таких знаешь? Что ты опять задумал за моей спиной?»

«Костяша, не куролесь! — поддержала сестру Лиандри. — Однажды твой подход тебе аукнется! Я за тобой пригляжу! Кстати, сестрёнка, признай уже, что он тебе тоже дорог!»

«Лиандри!» — Элара явно смутилась, но быстро взяла себя в руки. — «Катализаторы раньше делали из сердец или ядер самых сильных монстров. Это невероятно сложный процесс очистки и концентрации энергии. Даже не пытайся делать это сам».

Я молча принял информацию. Делать сам я и не собирался, но теперь я знал — нужно найти нового «босса» и, возможно, убив его, смогу извлечь катализатор.

Внезапно голос Элары стал резче.

«Костяной, слушай внимательно. Готорн тоже ускоряет все процессы, и он всё ещё нас опережает. Нам придётся реализовать что-то действительно нестандартное, чтобы победить».

Она сделала паузу, словно подбирая слова.

«И главное — ни в коем случае не полагайтесь на мэра. Он не тот, за кого себя выдаёт. У Готорна очень специфическое понятие справедливости. Он не станет никого спасать, если это не нужно ему самому. Город для него — это просто инструмент. Помни об этом».

Прежде чем я успел ответить, её голос оборвался. Связь исчезла так же внезапно, как и появилась.

Я остался один на один со схемами, переданными ей в моё сознание, и рискованным планом. Однако у меня была чёткая цель и путь к преодолению главного недостатка, но часы тикали: с одной стороны — новые нападения монстров, с другой — мэр, который вот-вот затянет петлю на шее всего города.

Лиандри смотрела на меня, её взгляд был полон решимости.

«Ну что, Костяша? Начинаем спасать мир?»

Я посмотрел на неё, затем на площадь, усеянную обломками. На бойцов Подполья, которые всё ещё разгребали последствия битвы. На тёмный потолок пещеры, где сотни кристаллов ждали своего часа, чтобы выпустить на волю новых монстров.

«Да», — ответил я просто. — «Начинаем».

Глава 5

На следующий день. Окраины захваченного лагеря гоблинов, защитные укрепления Кристалла Сети.

Работа продвигалась. Медленно, мучительно, но продвигалась.

Ядро Сети лежало передо мной на массивном алтаре из тёмного камня. Кристалл размером с человеческую голову переливался слабым светом, и только я видел истинную картину — бесконечную паутину энергетических нитей, сплетающихся в невероятно сложные узоры.

Схемы Элары были гениальны. Она создала целую архитектуру сознания, способную координировать сотни разрозненных существ как единый организм. Но это если приукрашать… Я видел её ограничения и их было довольно много.

Сеть была построена по принципу жёсткой иерархии. Центр — я, а исполнители — скелеты. Между нами была чёткая грань. Я отдавал приказы, а они выполняли. Даже когда я управлял ими напрямую, перенося своё сознание в их костяные черепа, это была лишь иллюзия единства.

А мне нужно было нечто большее.

Я хотел стереть грань между «я» и «они». Превратить армию в продолжение самого себя и сделать так, чтобы Система воспринимала каждого скелета не как отдельную сущность, а как часть меня.

Тогда их успехи станут моими, а убийства — моим опытом.

Для этого я с головой погрузился в работу. Направив энергию через Перчатку прямо в сердце Ядра, я спровоцировал перегрузку каналов и чётко проследил их все при помощи духовного ока. Это было похоже на кашу из ниток — миллионов и миллионов переплетённых соединений… Как программный код, только магический, соответственно живущий по немного иным законам. Или чей-то мозг, возможно, тут уж как включить фантазию, но, главное, по этим ниткам бесперебойно текла магическая энергия.

Следуя схемам Элары, я начал осторожно вычленять основные узлы из общего мотка. Мне было необходимо перестроить инфраструктуру вокруг них таким образом, чтобы в момент, когда новый код элемента будет дописан, я мог бы просто отключить старую версию, подменив её новой. Без отключения нашей Сети, без повреждения и физического вторжения в структуру магического кристалла…

Конкретно этот узел отвечал за идентификацию подчинённых. Его нужно было изменить так, чтобы Сеть научилась читать новый формат подставных номеров, который я собирался внедрить в её структуру отдельно. Суть заключалась в том, чтобы обмануть Ядро Сети, заставив его «думать», будто оно по-прежнему получает привычные данные и все рабочие протоколы выполняются. На самом же деле ключевые функции шли бы в обход этого компонента, превращая его из важного элемента в простую «заглушку». Её единственной задачей стало бы сдерживание остального океана не перенастроенных функций, подобно плотине.

Таким образом я и планировал приблизиться к получению максимально полной связи с подчинёнными мне скелетами, хотя и понимал, что это лишь один шаг из огромного множества предстоящих.

Честно говоря, это было сложно — чертовски сложно.

Малейшая ошибка могла обрушить всю конструкцию. Я чувствовал, как кристалл вибрирует под моими руками, сопротивляясь изменениям. Элара создала его устойчивым, стабильным — но именно эта стабильность теперь работала против меня.

Нить за нитью я перестраивал узел, перенаправляя энергетические потоки. Мой разум работал на пределе, просчитывая каждый шаг наперёд, моделируя последствия.

Усталость, перегруженный подсчётами разум? Какая разница, если я всё равно не чувствую боль. К тому же, это единственный способ стать сильнее.

Первый узел был готов.

Я перешёл ко второму. Этот отвечал за распределение команд и синхронизацию действий. Здесь нужно было внедрить новый протокол — не простую передачу-приём приказов, а постоянный двусторонний поток информации. Каждый скелет должен был стать моими глазами, ушами, руками.

Несколько часов подряд, без остановки, я погружался всё глубже и глубже в эту пучину, распутывая сложнейшие переплетения энергии.

Как вдруг земля под ногами дрогнула.

Я замер, не отпуская контроль над Ядром. Толчок был сильным, но не критичным. Очень вряд ли, что это была ещё одна волна. Не так быстро, так что где-то снаружи что-то происходило, но сейчас меня это не волновало. У меня была работа.

Второй узел из тысячи почти готов. Ещё немного…

Земля содрогнулась снова, на этот раз гораздо сильнее. Алтарь под Ядром треснул, по стенам комнаты побежали трещины, а с потолка посыпалась пыль.

Затем я услышал грохот. Оглушительный, словно рушилась гора.

Я выпустил Ядро, осторожно разрывая связь, и переключился на одного из скелетов-дозорных снаружи.

Картина перед моими глазами заставила бы живого человека ахнуть.

Одна из стен древней крепости, нависавшей над нашим лагерем, обрушилась. Огромные каменные блоки катились вниз, поднимая облако пыли, но это было не главное.

Из зияющей бреши валил густой, неестественный туман. Он стелился по земле, будто живой, поглощая всё на своём пути, и из этого тумана появлялись они.

Первыми вышли призраки. Полупрозрачные фигуры в истлевших доспехах, с пустыми светящимися глазницами. Они двигались бесшумно, скользя над землёй, их призрачные мечи мерцали холодным серебристым светом.

За ними шли конструкты. Огромные каменные гиганты, собранные из обломков древних статуй и стен. В их груди горели тусклые красные кристаллы — остатки магии, которая их одушевляла. Они передвигались медленно, но каждый их шаг заставлял землю дрожать.

[Спектральный воин ур.6 (Призрак). Особенности: неуязвимость к простым физическим атакам, энергетическое оружие.]

[Каменный конструкт ур. 8 (Голем). Особенности: высокая прочность.]

Древние стражи крепости? Повезло, ничего не скажешь.

Я быстро оценил ситуацию. Гоблины бросились врассыпную. Нок пытался восстановить порядок, но даже его железная хватка не могла совладать с инстинктивным страхом его подопечных перед нежитью.

Волна конструктов двинулась прямо на лагерь, но… у меня была подстраховка.

Минное поле для всех неприглашённых у кого есть физическое тело и магические растяжки для бестелесных.

Взрыв был оглушительным. Огненные столбы взметнулись вверх, разрывая каменных гигантов на куски. Один конструкт потерял ногу и рухнул, второй лишился половины туловища, но третий выстоял, хотя глубокие трещины пронизали его тело.

Почти одновременно сработали магические ловушки. Энергетические сети вспыхнули вокруг призраков, разрезая их светящимися нитями. Призраки завыли — это был жуткий, нечеловеческий звук — но остановились, не в силах двигаться дальше.

Я позволил себе мимолётное удовлетворение. План Торека, с доработками эльфиек, сработал идеально.

Но это было только начало.

Из тумана продолжали выходить новые враги. Десятки призраков и ещё больше конструктов. Минное поле могло задержать первую волну, но не остановить всех жителей чёртовой крепости бывшего тёмного лорда.

Я вернул обзор обратно в своё тело и поднялся. Работу над Ядром придётся временно отложить. Сейчас у меня возникла другая задача — убедиться, что наша импровизированная оборона выдержит натиск древней нежити.

Укреплённый периметр превратился в поле боя. Призраки метались между баррикад, пытаясь прорвать нашу оборону, а конструкты тупо шли напролом, раз за разом натыкаясь на одни и те же ловушки.

Я видел, как план работает. Скелеты сдерживали натиск, гномы методично подрывали самых опасных противников при помощи гранат. Воистину, это было красиво. И никакие кричащие на фоне трусливые гоблины не портили моё впечатление. Затем пришло время перейти от обороны к зачистке.

«Добивайте повреждённых!» — передал я команду через Сеть. — «Все конструкты на вас! Не давайте им восстановиться, а я возьму призраков!»

Подконтрольные мне скелеты уже ринулись вперёд, окружая обездвиженных каменных стражей. Удары топоров и мечей обрушивались на трещины в броне, расширяя их, раскалывая камень на куски. Рядом гномы швыряли дополнительные заряды взрывчатки. Глухие хлопки, вспышки пламени — и очередной конструкт разваливался на груду обломков.

Но призраки были другим делом. Физическое оружие проходило бы сквозь их тела, словно сквозь туман, поэтому я выхватил меч — тот самый клинок, что Элара зачаровала для меня ещё во время первого похода сюда. Холодное свечение вдоль лезвия говорило о том, что оружие готово к работе.

Первый желающий призрак метнулся ко мне, его полупрозрачные руки тянулись к моему черепу. Я сделал короткий выпад и зачарованное лезвие встретило эфирную плоть и с тихим шипением рассекло её.

Силуэт призрака задрожал, затем рассыпался серебристой пылью.

[Убит Призрачный Страж 6 ур. Получено +6 ОС]

Я не остановился. Следующий призрак попал в ловушку — светящиеся руны на земле удерживали его на месте. Быстрый рывок, точный удар в центр массы.

[Убит Призрачный Страж, получено +8 ОС]

Ещё один. Ещё…

[+6 ОС] [+7 ОС]

Я двигался между ловушек, методично уничтожая незадачливых призраков. Каждый удар приносил опыт, каждая рассеянная сущность делала меня чуть сильнее. Но мне казалось странным их количество — слишком много врагов. Мало того, они почему-то решили покинуть пределы крепости, которую обязаны защищать.

Я активировал «Духовное Око». мир вспыхнул потоками энергии… И тогда я увидел их — тонкие, едва заметные линии, пронизывающие пространство, они тянулись из глубины крепости, словно нити, управляющие марионетками.

Стражи были привязаны к этим линиям. Они двигались не по своей воле, а следуя импульсам, исходящим из сердца древнего комплекса. Я опустил меч, наблюдая за последним призраком, который медленно плыл по одной из таких линий, даже не пытаясь атаковать меня напрямую.

Крепость. Она была не просто руинами. Это был функционирующий механизм. Древний, сбившийся, но всё ещё живой. Система защиты, которая реагировала на… Вторжение, возможно?

Из-за разрушения стены у системы безопасности крепости в этой области могло сломаться, например, определение границ… А это значило одно: где-то внутри находился всё ещё функционирующий центр управления. Ядро, питающее всю эту машину.

Я взглянул на тёмный вход в крепость, откуда продолжали прибывать новые стражи. Если мы хотим закончить этот бой раз и навсегда, нам придётся зайти глубже.

Атака закончилась так же внезапно, как и началась. Последний спектральный воин рассыпался серебристой пылью под ударом подоспевшей на помощь Лиандри, и тишина обрушилась на нас, словно тяжёлое одеяло.

Я стоял у зияющего пролома в стене крепости, глядя на разбросанные обломки древней кладки. Мои скелеты замерли в ожидании следующего приказа, а гоблины осторожно выползали из своих укрытий.

[Убито 13 спектральных воинов. Получено +78 ОС. Текущий прогресс: 86/1597 ОС]

Я отметил про себя, что набор очков продолжается, даже несмотря на блокировку эволюции. Наконец-то я разберусь с Ядром и пройду трансформацию, у меня уже будет солидный задел для следующих уровней. Каждое убийство сейчас — это всё такая же ценная инвестиция в будущую силу.

Торек подошёл ко мне, отряхивая каменную пыль с бороды.

— Ну и баня была, — проворчал он. — Думал, кишки, старому, наружу пустят! Ан, нет, ловушки сработали как часы! — он, с широченной лыбой, довольно похлопал себя по большому круглому брюху. Кажется, я даже услышал бултыхание пива внутри.

Я кивнул, но мой взгляд был прикован к тёмному проходу за проломом. Древняя, забытая, наполненная опасностями и возможностями… крепость.

Мысль пришла внезапно.

Ядро Сети. Безопасное место — подальше от посторонних глаз, но достаточно защищённое, чтобы выдержать любую атаку. Я уже планировал построить бункер в старом лагере гоблинов, но эта крепость…

Я посмотрел на массивные стены, на узкие коридоры, на остатки древних защитных механизмов. Мы только что отбили атаку стражей благодаря примитивным ловушкам и правильному использованию пространства, но что, если…

Что, если использовать саму крепость и все её защитный системы, не для защиты копящейся в ней пыли, а моих собственных интересов?

Идея была интересной, и чем больше я о ней думал, тем больше она мне нравилась.

Эта крепость когда-то принадлежала легендарному Тёмному Лорду Кассиану, её защитные системы всё ещё работали, пусть и частично. Если бы я смог перехватить контроль над ними, адаптировать их под свою Сеть…

Конечно, полностью захватить крепость сейчас невозможно. Слишком много других проблем требовали внимания: волны монстров, Готорн, спасение Элары…, но что если зачистить только верхние этажи? Обезопасить несколько залов? Перенести туда Ядро?

Рискованно, разумеется, но насколько же перспективно!

Глава 6

Я шёл по знакомым улицам, скрытый магией иллюзией под внешность обычного человека, которую на меня наложила Лиандри. Внешне я выглядел как рядовой горожанин: потрёпанный плащ, усталое лицо, сутулая походка, в общем, не выделялся, учитывая последние обстоятельства.

Но то, что я видел вокруг, превосходило картину дня после катастрофы.

Мимо меня прошла похоронная процессия. Третья за последние полчаса. Закутанные в чёрное фигуры несли простые деревянные гробы. Никаких пышных церемоний, никаких слёз — только молчаливое шествие к кладбищу на окраине города.

Я видел лица провожающих, пустые взгляды, механические движения. Люди хоронили своих близких так, будто выполняли рутинную, неприятную работу. Возможно, это нормально, жертв было много, город не ожидал нападения, но выглядело и ощущалось весьма удручающе.

Дальше по улице я заметил группу стражников. Они стояли у небольшой лавки с вывеской «Специи и редкости». Капитан патруля что-то говорил владельцу — пожилому человеку с испуганными глазами. Тот отчаянно жестикулировал, пытаясь что-то доказать, но стражники его не слушали.

Один из них достал свиток и развернул его перед носом торговца.

— Ваше заведение закрывается по распоряжению мэрии, — холодно произнёс капитан. — Доказаны связи с криминальными элементами.

— Какие связи?! — взвыл старик. — Я всю жизнь честно торгую! У меня семья, дети!

— Решение окончательное. Имущество конфисковано, — капитан махнул рукой, и двое стражников вошли внутрь лавки, начиная выносить товар.

И это вовсе не было что-то дорогое или первостепенно важное для общественности. Буквально специи какие-то безделушки без магической энергии.

Я остановился неподалёку, делая вид, что разглядываю витрину соседнего магазина и наблюдал за продолжением разговора.

— Да что за бред?! — продолжал кричать владелец. — Вы хоть понимаете, что творите? Город разваливается, монстры нападают, а вы отнимаете у людей последнее!

Капитан развернулся к нему.

— Именно поэтому мы и наводим порядок. Мэр Готорн заботится о безопасности горожан. Преступность должна быть искоренена. Даже мелкая.

— Какая преступность?! Я продаю специи!

— Вы торговали с представителями банд. Это доказано.

Старик побледнел.

— Я… я не знал! Они просто покупали товар! Обычные покупатели!

— Незнание не освобождает от ответственности.

Стражники вынесли последний ящик, а капитан прибил на дверь официальную печать. Владелец лавки упал на колени, закрыв лицо руками.

Я отвернулся и пошёл дальше.

Через несколько кварталов похожая сцена повторилась. Другая лавка, другой владелец, те же обвинения в «связи с криминалом» и «распоряжение мэрии», «конфискация имущества».

Патрули городской стражи были везде. Они ходили группами по пять-шесть человек, проверяли документы у прохожих, останавливали повозки. А рядом с ними маршировали автономные стражи — бездушные конструкты, которым тем более не было разницы кому заламывать руки.

Я посчитал. За полчаса пути я встретил восемь патрулей и это было далеко за гранью обычного.

Мэр явно усилил контроль над городом, но почему именно сейчас? Я продолжал идти, размышляя…

Готорн всегда был прагматиком. Он мирился с криминалом, потому что тот приносил прибыль и держал низы под контролем. Бандиты вроде Гольдштейна были для него удобны — они выполняли грязную работу, которую официальная власть не могла делать открыто.

Так почему же теперь, когда город пострадал от атаки монстров, когда людям нужна помощь и восстановление, мэр вдруг начал массовые зачистки?

Ответ был очевиден. Готорн использовал хаос, он превратил кризис в возможность. Пока горожане были запуганы и дезориентированы, пока они оплакивали погибших и боялись новых нападений, мэр укреплял свою власть.

И всё это под прикрытием «борьбы с преступностью». Циничная, но весьма эффективная стратегия… Для подполья это тоже не несло определённые трудности.

Я свернул в узкий переулок, ведущий к конспиративной квартире Подполья. Здесь патрулей было меньше, но напряжение чувствовалось даже в воздухе.

Город менялся. Медленно, но неумолимо. Готорн затягивал петлю, и скоро дышать станет совсем трудно.

***

Конспиративная квартира «Подполья»

Помещение встретило меня приглушённым гулом голосов. В углу, под тусклым светом масляной лампы, Фенрис и несколько других женщин из Подполья методично вязали тёплые вещи и сворачивали бинты.

— …говорят, в северном квартале вообще никого не осталось, — тихо произнесла одна из них, рыжеволосая зверолюдка с лисьими ушами. — Твари всех забрали.

— А я на рынке видела Марту, — ответила другая. — Она рыдала. Её сына… — голос сорвался.

Фенрис молча продолжала вязать, но её уши прижимались к голове, хвост резко подёргивался. Я знал этот жест — она злилась, но, видно, сдерживалась ради остальных.

Я прошёл мимо них к дальнему углу комнаты, где за массивным столом сидел Скрежет. Перед ним лежали разложенные листы бумаги — отчёты разведчиков, финансовые сводки, карты активов.

Я сел напротив и переключил обзор на одного из скелетов-курьеров, который только что вернулся из торгового квартала. Через его «глаза» я снова видел запертые лавки, баррикадированные склады, улицы без покупателей и зевак.

«Что с торговцем рудой?» — спросил я, уже зная ответ.

Скрежет издал короткий скрежещущий звук, это явно означало раздражение.

— Отказался от сделки. Сказал, что не хочет привлекать внимание стражи. Боится чисток.

Я кивнул. Логично. Готорн развязал войну, и все, кто хоть как-то был связан с подпольными операциями, теперь держались в тени.

— А другие контакты?

— Та же история, — Скрежет подвинул ко мне один из листов. — Гильдия ремесленников приостановила закупки. Аристократы, которые покупали наши редкие товары, исчезли.

Я взял лист и быстро пробежался взглядом по цифрам. Картина вырисовывалась удручающая. Мы сидели на горе ресурсов — руда, артефакты, трофеи с разгромленной империи Гольдштейна — но всё это превратилось в мёртвый груз. Спрос испарился и мы не могли его сбыть, ведь деньги перестали двигаться.

«Монстры сильно ударили по экономике?»

— Не только монстры, — ответил Скрежет. — Готорн объявил чрезвычайное положение, теперь у нас комендантский час. Стража, обыски, облавы… Достаётся даже тем кто просто как-то не так посмотрел на стражу. Люди боятся высовываться, это очень серьёзно.

Я откинулся на спинку стула, обдумывая информацию. Всё хуже, чем я думал. Мы захватили империю Гольдштейна, но её активы бесполезны в такой экономике.

«А наши силы?» — спросил я. — «Мы можем отбить вторую волну?»

Скрежет задумался, перебирая бумаги.

— Если она будет такой же, как первая — да. Мы знаем, как с ними бороться и «живые якоря» сработали отлично. Потери среди бойцов минимальны, но…

«Но?»

— Но защитить весь город мы не сможем, — его голос стал тише. — У нас недостаточно людей. Если твари нападут одновременно на несколько районов, мы просто не успеем.

Я кивнул, сам это понимал. Подполье уже было сильным, но далеко не всемогущим. Мы могли защитить определённые точки, наши ключевые объекты. Но весь город?

«Это работа стражи. Готорн должен защищать жителей».

— Должен, — согласился Скрежет. — Но не делает этого… Или делает, но как-то больно уж выборочно. Уже видел донесения? Стража больше сосредотачивается вокруг правительственного квартала, резиденций аристократов, стратегических узлов, а это далеко не те места, где живёт основная масса горожан. Я опасаюсь, что трущобы, даже торговые кварталы и тем более окраины — вовсе останутся брошены на произвол судьбы.

Я вспомнил слова Элары о Готорне, «у него очень специфическое понятие справедливости», так что это действительно могло стать нашей скорой реальностью.

«Он использует монстров как прикрытие», — произнёс я телепатически.

Моргнув, Скрежет повернул ко мне все глаза.

— Поясни.

«Подумай, город в хаосе, стража занята обороной. В такой ситуации легко избавиться от неугодных. Бандиты, мятежные аристократы, все, кто не вписывается в его идеальный порядок — их можно списать на „трагические жертвы нападения монстров“. Чистка под шумок, тем более что они все действительно ослабли после атаки летающих тварей».

После недолгого раздумья Скрежет вдруг издал протяжный, скрипящий вздох.

— Я был слеп, — медленно произнёс он. — Я думал, Готорн — это про порядок. Пусть жёсткий, но справедливый. Многие верили, что он защитит город, даже если ему придётся пойти на жертвы, но, похоже, никто из нас не понимал, какие на самом деле жертвы он готов преподнести…

Он не закончил свою мысль, но я понял. Скрежет осознал, что в такой ситуации Подполью никак не договориться с властью мэра.

— Все боятся, в итоге все развитие теперь стоит, — продолжил Скрежет, словно подводя итог.

Я посмотрел на разложенные бумаги. Наша модель работы, с моей же подачи, была построена на торговле, а торговля умерла. Сейчас нас душила даже не целенаправленная блокада Готорна, а общий экономический коллапс.

«Значит, нам нужно изменить подход», — сказал я.

— Но как?

Я оглядел квартиру. Девушки всё ещё копошились в углу, разматывая рулоны ткани и пытаясь навести хоть какой-то порядок. Одна из них — худенькая эльфийка с перевязанной рукой — случайно уколола палец иглой и тихо вскрикнула.

— Ты в порядке? — её подруга полуорчиха подскочила к ней.

— Всё нормально, просто… нервы, — эльфийка поспешно засунула палец в рот. — Не могу сосредоточиться.

Они обе были на грани срыва. Я это видел — в их дрожащих руках, в том, как они вздрагивали от каждого звука снаружи.

Напряжение висело в воздухе.

«Скрежет, Готорн нас недооценивает».

«Поясни».

Я подошёл к окну, глядя на пустынную улицу внизу — город замер в тревожном ожидании. Люди прятались по домам, улицы патрулировали редкие отряды стражи. Паника ещё не переросла в хаос, но она была близка.

«Мэр занят. У него две задачи: подготовка к следующей Волне и удержание контроля над городом. Он должен убедить жителей, что всё под контролем, что он их защитит. Это требует времени и ресурсов».

«И?»

«И в этой его занятости — наше преимущество. Пока он латает дыры в обороне и успокаивает толпу, мы можем действовать».

Скрежет задумчиво поскрёб одной из лапок по краю стола.

«Ты предлагаешь и нам тоже использовать этот хаос в наших интересах».

«Именно. Например, у нас есть то, что сейчас ой как нужно гильдиям».

«Деньги из банка Гольдштейна?»

«Не просто деньги. Их деньги, которые торговцы доверили банкиру. Теперь они у нас».

Скрежет замер. Я почти физически ощутил, как его ум просчитывает варианты.

«Ты хочешь шантажировать гильдии».

«Я хочу предложить им сделку».

В этот момент дверь распахнулась с таким грохотом, что девушки вскрикнули и уронили всё на пол.

В проём вошла Лиандри. Точнее, ворвалась.

На ней была новая броня — изящная, пафосная, яркая, грозная. Тёмная кожа, укрепленная металлическими пластинами, облегала всю её фигуру, подчёркивая каждую линию. Наплечники украшали гравированные руны, а на груди красовался стилизованный цветочек.

— Ну как? — она развела руки и медленно покрутилась, демонстрируя обновку. — Впечатляет?

«Лиандри, у нас стратегическое совещание».

— О, я как раз вовремя! — она проигнорировала замечание и продолжила восторженно рассказывать. — Это броня того жирного наркобарона! Ты же видел её, Костяша? Морг не мог её носить из-за своего пуза и та просто пылилась, как дорогая статуя. Ну, я её немного… перекроила.

Она подмигнула мне.

— Отдала в химчистку. Хотя на самом деле ребята из Подполья поработали над ней и использовали несколько редких компонентов из домашней лаборатории Элары, которые она оставила. Теперь это шедевр!

Лиандри с глухим звоном постучала кулаком по нагруднику.

— Лёгкая, прочная, и… — она слегка наклонилась вперёд, понизив голос до заговорщического шёпота, — усиливает мою огненную магию. Круто, да?

«Очень практично», — сухо ответил я.

— Практично?! — она фыркнула. — Костяша, это произведение искусства! Ты вообще умеешь ценить красоту?

«Когда красота помогает выжить — да».

Лиандри закатила глаза, но улыбка не сошла с её лица. Она подошла к столу, опёрлась на него руками и посмотрела на меня и Скрежета.

— Ладно, хватит лирики. Что там у вас за совещание? Планируете что-то грандиозное?

Я кивнул.

«Садись. Тебе это понравится».

Лиандри плюхнулась на единственный уцелевший стул, закинув ногу на ногу и я продолжил.

«У нас есть рычаг давления на гильдии — деньги Гольдштейна. Мы можем использовать это».

Лиандри прищурилась.

— Шантаж?

«Да что вы все про шантаж, да шантаж. Всего-лишь деловое предложение».

— Ага, конечно, — она усмехнулась. — Звучит очень… дипломатично.

«Мы не бандиты, Лиандри. Мы предлагаем взаимовыгодное сотрудничество. Они получают свои деньги обратно, мы получаем контакты и поддержку».

— И кто будет доставлять это предложение? — между делом спросил Скрежет.

Я задумался. Нужен был кто-то, кому можно доверять, и кто при этом не будет выглядеть угрожающе для представителей гильдий.

«Думаю, Фенрис подошла бы. У неё уже получилось договориться с Валерианом, она умеет находить общий язык с людьми».

Скрежет помедлил, его многочисленные лапки замерли в раздумье.

«Хорошая мысль. Она не выглядит угрожающей, приятная манера общения. Для гильдий это будет выглядеть как деловое предложение, а не ультиматум от бандитов».

Я подошёл к девушкам и окликнул её.

«Фенрис, у меня есть к тебе вопрос».

Она вздрогнула, но приблизилась.

— Слушаю.

Я провёл её в комнату и коротко объяснил ситуацию. Фенрис молча слушала, её взгляд постепенно становился более сосредоточенным.

— Значит… если я донесу это послание до гильдий, мы сможем получить их поддержку? — медленно произнесла она.

«Возможно. Это наш лучший шанс обеспечить городу ресурсы для обороны».

Она замолчала, обдумывая сказанное. Её уши дёрнулись, хвост чуть приподнялся.

— Я… я сделаю это, — твёрдо сказала она. — Если это поможет спасти город, я не могу просто сидеть сложа руки.

Скрежет одобрительно зашелестел лапками.

«Отличное решение. Я уверен, ты справишься».

Фенрис выпрямилась, наполняясь решимостью.

— Продиктуй текст послания.

Я начал диктовать, а она записывала.

«Господа главы гильдий. Ваши активы, неосмотрительно доверенные покойному банкиру Исааку Гольдштейну, находятся у нас на ответственном хранении. „Подполье“ готово обсудить условия их возврата в обмен на взаимовыгодное сотрудничество в это непростое для города время».

Когда она закончила писать, то посмотрела на меня с лёгкой неуверенностью.

— Это… звучит довольно жёстко.

Скрежет подался вперёд, его множество глаз сфокусировалось на Фенрис.

— От этого зависят жизни многих. Гильдии должны понять, что единственный шанс выжить — это сотрудничество.

Фенрис выпрямилась. Неуверенность в её глазах сменилась решимостью. Она крепко сжала листки в руке.

— Вы правы. Я справлюсь.

Я машинально протянул руку и погладил её по голове.

Фенрис замерла. Её уши дёрнулись, щёки слегка порозовели.

— Костяша…

Лиандри прыснула.

— О-о-о, Костяша, не при всех же!

Я убрал руку, осознав, что сделал это автоматически. Странно, а ведь просто увидел, как она старается быть храброй, и рука сама потянулась. Как будто какой-то забытый рефлекс из прошлой жизни.

«Просто… удачи тебе», — произнёс я, игнорируя насмешку Лиандри.

Смутившись, Фенрис мне кивнула. Она аккуратно сложила листки в кожаную сумку, хвост всё ещё слегка покачивался.

— Когда мне их доставить?

«Сейчас. Пока гильдии ещё не оправились от шока первой Волны».

Она кивнула ещё раз и чуть торопясь направилась к двери, заодно уводя за собой девушек.

Когда дверь закрылась, я обернулся к Лиандри и Скрежету.

«Пока гильдии думают, мы должны продолжать качать свою силу».

«Что ты задумал на этот раз?» — спросила Лиандри.

«Два проекта. Первый — экспедиция в древнюю крепость. Нам нужно лучшее защищённое убежище для Ядра Сети».

Скрежет кивнул.

«А второй?»

«Модернизация Ядра по чертежам Элары. Это даст нам преимущество, которое нельзя упускать».

Глаза Лиандри загорелись азартом.

— Ну что ж, похоже, я уже нашла способ, как буду выгуливать свою новенькую броню! Скучать не придётся!

«Скучать не придётся никому».

-==============-

Как и в предыдущих томах, прода дальше будет выходить 3 раза в неделю - пн, ср и пт.

Глава 7

На следующий день, как и было оговорено, Элара инициировала зашифрованный канал связи. Я находился на одном из захваченных складов «Подполья», где мы готовились к экспедиции в крепость. Вокруг царила деловая суета: Клык распределял оружие между бойцами, Лиандри перебирала свои артефакты, а скелеты методично формировали ровные ряды.

Сигнал ударил по сознанию неожиданно — прерывистый, полный помех и искажений, словно кто-то пытался пробиться сквозь толщу воды. Я замер посреди склада, отключившись от окружающего шума. Несколько бойцов обернулись, заметив мою неподвижность, но Клык коротко рыкнул, велев не отвлекаться.

Я сосредоточился, перенаправив часть своей энергии на усиление приёма. Внутри черепа словно завыл ветер — белый шум, треск статических разрядов, обрывки чужих мыслей. Постепенно я выделил нужную частоту, отсеивая помехи, и хаос отступил, уступив место знакомому ментальному голосу.

«Костяной?»

Голос Элары был напряжённым, но собранным. Ни капли паники, только профессиональная сосредоточенность человека, работающего в условиях цейтнота.

«Слушаю», — ответил я коротко, открывая канал связи на максимум.

«У меня мало времени. Готорн тестирует новое осадное оружие неподалёку от резиденции, и его магические всплески создают помехи во всех энергетических потоках. Я воспользовалась этим, чтобы замаскировать свой выход на связь, но долго это не продлится».

Я мысленно кивнул, хотя она этого не видела.

Вместо дальнейших слов в моё сознание хлынул поток данных — одним мощным ударом, как прорвавшая плотину река. Огромный массив информации обрушился на меня: схемы, формулы, энергетические узоры, трёхмерные проекции кристаллических решёток. Всё это было настолько сложным и многослойным, что даже мой усиленный разум с трудом справлялся с обработкой.

«Это мои последние наработки по модификации Ядра Сети», — пояснила Элара, пока я лихорадочно разбирал полученную информацию. — «Я продвинулась дальше, чем мы планировали изначально. Использовала ресурсы лаборатории Готорна, его кристаллы, его исследования. Но…»

Она сделала паузу, и я почувствовал её неуверенность — редкую эмоцию для Костяного Алхимика.

«…но это всё заплатки. Система нестабильна, и ты это увидишь, когда разберёшься».

Я погрузился глубже в полученные схемы, позволяя своему сознанию развернуть их в многомерное пространство. Слой за слоем, узел за узлом, я изучал её работу.

И это было гениально. Абсолютно гениально.

Элара нашла способы обойти фундаментальные ограничения старой архитектуры Сети, создав обходные пути там, где прямые решения были физически невозможны. Витиеватые «костыли», неустойчивые подпорки, энергетические мосты между несовместимыми узлами — каждое решение было шедевром инженерной мысли, граничащим с магическим искусством.

Но моя человеческая память — опыт IT-специалиста из прошлой жизни — немедленно поднял тревогу.

Я видел такое раньше — много раз. Старый, разросшийся код, который никто не осмеливался переписать с нуля, потому что боялся сломать хрупкий баланс работающей системы. Вместо этого программисты год за годом навешивали на него новые функции, латали дыры, создавали обходные решения. Комментарии в коде становились всё более отчаянными: «Не трогай это, работает», «Я не знаю, зачем это здесь, но без этого ломается».

В итоге получалась чудовищная конструкция, которая работала, но держалась на честном слове и молитвах разработчиков. Малейшее изменение в одном месте могло обрушить всё.

«Элара», — осторожно начал я, выбирая слова. — «Это впечатляет, серьёзно. Но это не решение, а лишь…»

«Временная мера, я знаю», — резко перебила она, и в её голосе прозвучала неприкрытая горечь. — «Думаешь, я сама этого не понимаю? Я вижу все слабые места, все точки отказа, но у меня нет выбора. Времени на фундаментальную переработку у нас просто нет. Готорн дышит мне в затылок, через месяц меня должны казнить, а город атакуют волны монстров. Мне нужно было дать тебе хоть что-то работающее, а не идеальную, но недостроенную систему».

Я молчал, продолжая анализировать схемы. Она была права — в её положении, запертой в «золотой клетке» Готорна, другого выхода действительно не было. Но принять это решение означало согласиться на бомбу замедленного действия в самом сердце моей армии.

«Послушай», — продолжила Элара, явно пытаясь убедить и меня, и саму себя. — «Я нашла способ создать субаккаунты с ограниченными правами доступа. Если мы свяжем с Сетью командиров отрядов „Подполья“ — Скрежета, Клыка, других ключевых бойцов — они смогут напрямую управлять выделенными им подразделениями скелетов. Снимем с тебя часть нагрузки по микроменеджменту, повысим скорость реакции…»

И вот тут меня осенило.

Её слова, сказанные почти мимоходом, стали катализатором для идеи, которая мгновенно развернулась в моём сознании во всей своей ошеломляющей простоте и масштабности. Словно кто-то включил свет в тёмной комнате, и я вдруг увидел выход, который всё время был передо мной.

Субаккаунты. Ограниченные права доступа. Командная иерархия!

«Нет», — резко оборвал я её, и в моём ментальном голосе прозвучала абсолютная уверенность. — «Нужны не просто командиры, а даже не ограниченные права».

Я почувствовал её замешательство через связь.

«Что ты имеешь в виду?»

«Ты пытаешься зашить дырявое пальто, навешивая на него одеяло», — объяснил я, пока моё сознание лихорадочно выстраивало новую концепцию, укладывая её в слова. — «Но подумай вот о чём: старая архитектура Сети изначально была спроектирована для прямого контроля. Один управляющий разум и сотни безвольных исполнителей. Это был правильный подход для той задачи, которую ты решала тогда — управление рабочей силой в шахтах».

«И в чём проблема?» — в её голосе прозвучало раздражение. — «Именно для этого она и создавалась».

«Проблема в том, что сейчас нам нужно совершенно другое. Не армия марионеток на рудниках, а настоящая военная организация. С чёткой иерархией, делегированием полномочий, автономными подразделениями. Твои заплатки пытаются впихнуть новую функциональность в старый каркас, который для этого не предназначен».

Я сделал паузу, давая ей время осмыслить мои слова. В реальном мире я снова начал двигаться, медленно направляясь к углу склада, подальше от шума.

«Нам не надо латать старую систему», — продолжил я тихо, почти для себя. — «Мы кардинально перестроим Ядро и создадим полноценную военную иерархию внутри Сети».

Несколько секунд тишины. Потом:

«Ты предлагаешь полностью переписать архитектуру?» — в её голосе прозвучал скептицизм. — «У нас нет на это времени! Я только что тебе это объяснила!»

«Времени нет на то, чтобы делать это по-старому», — спокойно возразил я. — «Твои заплатки могут развалиться в любой момент, ты сама это сказала. А нам нужна система, которая будет не просто работать сейчас, а масштабироваться: расти вместе с армией, выдерживать потери и адаптироваться к новым угрозам».

Но именно поэтому нужно было делать правильно с первого раза.

Я начал разворачивать перед ней свою концепцию, передавая не словами, а образами и схемами напрямую через ментальную связь.

«Представь себе не одного командира, управляющего сотнями марионеток, а целую пирамиду. На вершине — я, как верховный главнокомандующий. Под ним — генералы, командующие целыми армиями. Ниже — офицеры среднего звена, каждый из которых руководит своим подразделением. И так далее, вниз по иерархии, до простых рядовых. Каждый уровень получает ровно столько прав и информации, сколько ему необходимо для выполнения задач. Генерал видит всю картину боя и может отдавать стратегические приказы. Капитан фокусируется на своём участке фронта. Рядовой — только на своей непосредственной задаче».

Элара молчала несколько секунд, переваривая информацию.

«Ты хочешь дать им доступ к Сети? Прямой доступ?»

«Не совсем», — ответил я. — «Я хочу интегрировать их в саму структуру. Сделать частью системы».

«Поясни».

Я мысленно перебрал аналогии, пытаясь перевести концепцию на язык, понятный для неё.

«Представь Сеть не как централизованную систему, где я один управляю всем, а как… распределённую сеть серверов. Я — главный узел, да. Но Скрежет, Клык, другие ключевые бойцы — они станут дочерними узлами. Каждый со своими полномочиями, своей автономией».

Элара издала звук, похожий на скептический вздох.

«Это противоречит базовой архитектуре. Сеть построена на единоначалии — один разум управляет многими телами. Ты предлагаешь создать множество разумов внутри одной системы. Это…»

«Это эволюция», — перебил я. — «Сейчас я трачу половину своего внимания на микроменеджмент. Скелет номер двести сорок три, иди туда. Скелет триста двенадцать, атакуй вон ту цель — это неэффективно. Что, если каждый командир получит прямое управление своим отрядом? Скрежет думает — его скелеты действуют. Клык приказывает — его бойцы исполняют. Мгновенно, без задержек, без необходимости передавать приказы через меня».

Пауза. Я чувствовал, как её разум лихорадочно обрабатывает концепцию.

«Делегирование», — наконец произнесла она.

«Именно. Я перестаю быть диспетчером и становлюсь стратегом. Определяю глобальные задачи, распределяю ресурсы, а командиры реализуют тактику на местах».

«Но риски…» — начала Элара.

«Я знаю о рисках», — снова перебил я. — «Безопасность, конфиденциальность, потенциальное предательство. Поэтому мы создадим защищённый интерфейс. Многоуровневые права доступа. Скрежет получит контроль только над выделенным ему отрядом, но не над моим ядром. Клык сможет отдавать приказы своим бойцам, но не читать мои мысли. Это будут изолированные каналы связи».

Элара молчала, и я понял — она уже просчитывает архитектуру.

«Это потребует фундаментальной перестройки коммуникационных протоколов», — медленно произнесла она.

«У тебя есть ресурсы Готорна», — напомнил я. — «Лаборатория, кристаллы, время».

«Время?» — в её голосе прозвучала горькая усмешка. — «У нас его нет. Готорн давит и каждый день он требует отчёты о прогрессе».

«Тогда используй его нетерпение. Скажи, что работаешь над революционным улучшением Сети. Покажи ему часть наших старых схем — достаточно, чтобы впечатлить, но не настолько, чтобы он понял истинную цель».

Пауза затянулась. Я ждал.

«Многоканальная связь», — наконец произнесла Элара, словно проверяя идею на вкус. — «Защищённые каналы для каждого бойца. Это… это сложнее, чем ты думаешь. Нужно создать протокол шифрования, систему идентификации, механизм переключения между каналами…»

«Как те штуки, что используют стражи для связи?» — предположил я.

«Рации, да, но магические. И интегрированные напрямую в сознание пользователей».

Я услышал в её голосе то, что искал — азарт. Элара-учёный проснулась и это была не просто починка сломанной системы, а создание чего-то принципиально нового.

«Сколько времени тебе нужно на базовый прототип?» — спросил я.

«Неделя, может, две. Если не будет форс-мажоров».

«У нас меньше месяца до казни».

«Я в курсе», — сухо ответила она.

Внезапно связь задрожала. Элара резко оборвала поток информации.

«Готорн. Он идёт сюда. Быстро — последнее».

«Что?»

«Интеграция живых узлов создаст уязвимость. Если кто-то из командиров попадёт под ментальную атаку или будет захвачен, враг получит доступ к части Сети».

«Я понял, тогда придумаю двухфакторную аутентификацию».

«Эм, что придумаешь? Короче, всё остальное — потом».

Связь оборвалась.

Я остался один в тишине штаба «Подполья». Вокруг продолжали сновать бойцы, распределяя трофеи, Клык громко объяснял что-то новобранцам, Хвост методично изучал карты.

Но я их почти не замечал.

В моём сознании вращалась новая архитектура. Не просто армия скелетов, управляемая одним разумом, а полноценная распределённая сеть. Множество узлов, каждый со своей специализацией, своей зоной ответственности. Скрежет — координатор городских операций. Клык — полевой командир штурмовых групп. Хвост — глава разведывательной сети.

А я… я стану тем, кем и должен был быть с самого начала — архитектором этой системы. Стратегом, видящим картину целиком.

Путь к спасению Элары лежал не через лобовой штурм крепости мэра и не через накопление грубой силы, а через технологический скачок, который превратит разрозненные отряды «Подполья» в единую, идеально скоординированную боевую машину, которой не было бы равных в этом городе.

Теперь было пора отправляться в новый поход в крепость Тёмного Лорда.

*

Мы стояли на площадке перед зияющим проломом в стене древней крепости. Каменные блоки, разбросанные взрывом, всё ещё дымились, источая запах расплавленного камня и чего-то едкого, что Сеть идентифицировала как остатки древних защитных чар.

Я собрал ударную группу для экспедиции внутрь. Лиандри стояла чуть в стороне, проверяя свои артефакты с педантичностью хирурга перед операцией. Её длинные пальцы методично перебирали кольца и амулеты, каждое прикосновение сопровождалось едва заметной вспышкой магической энергии — она тестировала заряды.

Клык распределял бойцов «Подполья» по парам, его хриплый рык разносился по площадке. Он лично проверял снаряжение каждого — натягивал ремни, проверял остроту клинков, хлопал по плечам, вселяя уверенность. Каждый боец знал свою роль, каждый прошёл через ад тренировок под командованием разъярённой Лиандри. Они были готовы.

За их спинами, как безмолвная стена из костей и металла, выстроились двадцать моих лучших скелетов. Трофейные доспехи из арсенала Гольдштейна, в руках они держали оружие, которое ещё недавно принадлежало элитной охране криминального короля города. Теперь оно служило мне.

«Задача — зачистить и обезопасить верхние уровни крепости», — передал я через Сеть всем участникам экспедиции, одновременно дублируя приказ голосом для бойцов «Подполья». — «Мы перенесём туда Ядро. Это будет наш бастион, защищённый от мэра, монстров и любых внешних угроз».

Лиандри оторвалась от своих артефактов и скептически приподняла бровь, аметистовые глаза сверкнули с усмешкой.

— Костяша, ты вот правда хочешь превратить логово древнего Тёмного Лорда в свою штаб-квартиру? — В её голосе звучало восхищение, смешанное с лёгким безумием. — Ужасно смело. Мне нравится.

«Именно поэтому это сработает», — ответил я, не отрывая взгляда от тёмного зева пролома. — «Никто не ожидает, что мы займём место, от которого разумные существа шарахаются».

Клык закончил проверку и подошёл ближе, его массивная фигура отбрасывала длинную тень на камни. Он усмехнулся, обнажив внушительные клыки.

— Мне нравится, — его голос был полон предвкушения битвы. — Чем опаснее задача, тем труднее её выполнить, а значит, получить результат становится особенно приятно. Давно хотел размяться по-настоящему.

Я кивнул и достал дорогой магический кристалл, который был настроен на связь с «Подпольем». Очень крутая штуковина! Посылает сигнал прямо в штаб, где Скрежет координировал городские операции. Прямо как Сеть Элары, по сути, но в обход Кристалла Сети, потому как подключить к нему подполье было проблематично.

«Скрежет, пока мы внутри, продолжай работу с гильдиями. Давление должно быть постоянным, но дозированным. Мы не хотим их разозлить — мы хотим, чтобы они всегда знали, что не одни против Готорна и у них есть выбор: свобода с Подпольем или покорные цепные псы у мэра».

— Понял, — раздался спокойный, рассудительный голос сороконожки — А если мэр начнёт активные действия и против нас тоже?

«Тогда мне придётся ускориться ещё сильнее», — ответил я без тени сомнения.

Короткая пауза. Потом послышался характерный скрежещущий звук — Скрежет смеялся.

— То есть Готорн сделает себе только хуже, — констатировал он с почти философским спокойствием.

«Именно».

Я прокрутил в голове весь план ещё раз, словно проверяя код перед запуском критической программы. Риски были колоссальны и модернизация Ядра Сети могла провалиться — один неверный узел, одна ошибка в энергетических потоках, и я потерял бы контроль над всей армией скелетов. Сотни юнитов превратились бы в бесполезные груды костей и моё главное оружие, основа всей стратегии, рассыпалось бы в прах.

Именно поэтому перенос Ядра в неприступное место был критически важен. Если что-то пойдёт не так — а вероятность была высока — мне нужно будет время и безопасное пространство для исправления ошибок. Время, которого у меня не будет, если Готорн или новая волна монстров обрушится на наши позиции.

Крепость давала именно это — толстые стены, способные выдержать осадную магию. Лабиринт коридоров, превращающий любой штурм в кровавую мясорубку. Древние защитные механизмы, которые, возможно, всё ещё функционировали где-то в глубине. Всё это превращало руины в идеальный бастион. Нужно было только убрать прежних хозяев — древних стражей, которые, судя по предыдущим стычкам, всё ещё исполняли свой долг спустя столетия после падения их господина.

Я окинул взглядом свой отряд. Лиандри застегнула последний ремешок на перчатках, магия искрилась вокруг её пальцев. Клык проверил топор, проведя когтем по лезвию и довольно рыкнув. Бойцы «Подполья» подтянули щиты и выстроились в боевой порядок. Скелеты замерли в абсолютной неподвижности, ожидая команды.

Я сделал шаг вперёд, к тёмному зеву пролома. Обломки хрустнули под моей ногой. План был прост на бумаге, но дьявол крылся в деталях: зачистка, закрепление, перенос Ядра. Потом — работа над модернизацией Сети по схемам Элары и одновременное давление на гильдии, чтобы создать мэру внутренние проблемы.

Мы будем действовать на трёх фронтах одновременно — военном, технологическом и экономическом. Пока Готорн занят своими играми с запуганными аристократами и подготовкой к следующей Волне монстров, я выстрою фундамент для контрудара, которого он не ожидает.

Время работало против нас. Но я собирался использовать каждую секунду.