Я еще не бог. Книга XXXV

Глава 1. Не должно мужчине ходить повесив голову!

Парк развлечений "Петровский".

Сахалин.

Валера стоял у входа в парк и смотрел на голубей, сидящих на крыше карусели. Один из них, особенно упитанный, с белым оперением, явно избегал его взгляда.

– Гена, я знаю, что это ты, – громко сказал Валера. – Хватит прятаться.

Голубь демонстративно отвернулся и начал чистить перышки.

– Гена, ну что за детский сад? Мы же друзья!

Голубь перелетел на другую сторону крыши.

– Геннадий Петрович! – Валера попытался придать голосу строгости. – Немедленно слезь оттуда!

Птица посмотрела на него одним глазом, презрительно курлыкнула и улетела вглубь парка.

– Вот же характер... – вздохнул Валера. – Хуже, чем у брата...

Он уже несколько дней пытался уговорить старого друга вернуться. Геннадий же просто улетел после того, как на поместье Михаила было совершено нападение божеств.

– Может, попробовать устроиться сюда на работу? – размышлял Валера вслух.

План казался гениальным.

***

Офис директора парка.

Тот же день.

– Так, резюме... – директор, полный мужчина лет пятидесяти с усами а-ля щеточка для обуви, изучал бумаги. – Валерий... – он запнулся. – Простите, как отчество?

– Просто Валера, – улыбнулся тот.

– Хорошо. Опыт работы... – директор поднял бровь. – "Три тысячи лет управления стихиями, создание миров, поддержание баланса вселенной". Это что, шутка?

– Нет, серьезно.

– Молодой человек, – директор снял очки и посмотрел на Валеру внимательнее. – Погодите-ка... Я вас где-то видел.

– Вряд ли, – Валера попытался выглядеть непринужденно. Он опустил голову и прикрыл ладонью рот.

– Нет-нет, точно видел! – директор хлопнул себя по лбу и замер. – Погодите, вы же… Тот самый… Который с царем Михаилом… Вы уничтожили орду тварей из метеоритов… в одиночку…

– Ну... технически я просто зачистил остров… но в целом, да…

Директор расхохотался.

– Отличный розыгрыш! Серьезно, вы очень похожи! Даже голос такой же! – он вытер слезы и произнес с иронией. – Но я не могу нанять человека, который пытается выдать себя за божество. Это неэтично.

– Но я и есть...

– Конечно-конечно, – директор похлопал его по плечу. – А я – реинкарнация Ивана Грозного. Следующий! Выход вы знаете где! – он открыл дверь продолжая улыбаться. – А я чуть не поверил, что вы тот самый, правая рука царя… Надо же, как похож…

Валера вышел из офиса, недоуменно почесывая затылок.

– Странные у них тут правила, – пробормотал он. – Неэтично быть собой...

***

Аллея парка.

Валера брел по аллее, размышляя о превратностях судьбы, когда услышал всхлипывания.

За скамейкой сидел мальчик лет десяти, вытирая слезы рукавом куртки.

– Эй, малыш, – Валера присел рядом. – Что случилось?

Мальчик всхлипнул и посмотрел на него красными глазами.

– Меня ограбили...

– Кто?

– Там... – мальчик ткнул пальцем в сторону аттракционов. – Ребята постарше. Они меня толкнули, обозвали... и забрали деньги, которые мама дала на мороженое.

Валера ухмыльнулся и наклонился ближе.

– Слушай меня внимательно, пацан, – он положил руку на плечо мальчика. – Ты мужчина?

– Ну... да, – неуверенно кивнул тот.

– Тогда запомни главное правило: мужчины не отступают. Мужчины всегда дают сдачи. Понял? Ты живешь один раз! Так что не беги, чтобы потом не жалеть. Смотри вперед!

И на удивление это сработало. Глаза мальчика моментально высохли, и в них появились искры решимости.

– Правда?

– Абсолютно. Нельзя позволять обижать себя. Иди и покажи этим хулиганам, что ты не размазня, а настоящий мужик! А мужику не должно ходить, повесив голову!

– Спасибо, дядь! – мальчик вскочил и побежал в сторону аттракционов.

Валера довольно улыбнулся. Вот он – момент, когда ты меняешь чью-то жизнь к лучшему.

Да и сестра всегда говорила, что Валере не хватает участия в человеческих делах. А он вот, пожалуйста, участвует.

Из любопытства он пошел за мальчишкой, чтобы посмотреть, как тот справится.

***

У аттракциона "Комната страха".

Валера повернул за угол и застыл, выпучив глаза.

Мальчик стоял перед группой из ЧЕТЫРЕХ ВЗРОСЛЫХ МУЖЧИН. Не подростков. Не старшеклассников. ВЗРОСЛЫХ. Лет по двадцать пять–тридцать. С татуировками, в кожаных куртках, с пивом в руках. И мальчик держал в руках ржавую металлическую арматурину, которую явно нашел в кустах.

– Отдайте мои деньги! – пищал он, размахивая арматуриной.

Мужчины переглянулись и расхохотались.

– Смотрите, пацан с палкой пришел! – заржал здоровенный детина с бородой.

– Может, ему еще и сдачу дать? – подхватил другой.

Мальчик замахнулся.

Валера понял, что через секунду произойдет что-то очень нехорошее.

– СТОЯТЬ! – рявкнул он, материализуясь между мальчиком и мужчинами.

Все замерли. Валера возвышался над ними, его глаза светились слабым золотистым светом. Огромный, шире каждого в два раза, с огромными мышцами.

– Кто... кто вы? – попятился бородатый.

– Не важно, – Валера взял мальчика за плечо и отодвинул назад. – Важно, что вы, четверо взрослых мужиков, обокрали ребенка. Это правда?

Мужчины переглянулись.

– Мы не... у нас нет его денег…

– Ну-ка, подпрыгни! – гаркнул Валера, и вокруг него вспыхнула аура.

Все четверо моментально побледнели.

– Ладно-ладно, мужик! – забормотал один. – Мы просто пошутили! Вот, держи свои деньги! – он швырнул пару монет на землю.

Валера поднял руку, монеты взмыли в воздух, мягко приземлившись в его ладонь.

– Спасибо, – холодно произнес он. – А теперь стойте здесь и не двигайтесь.

– Но мы же отдали! – запаниковал один из мужчин. – Отвали от нас!

Но Валера уже не слушал. Его тело окутала полупрозрачная аура. Воздух стал горячим, земля начала дрожать.

– Зря вы это сделали… – прорычал он.

Неожиданно для всех он быстро достал из кармана телефон и набрал номер экстренных служб.

– Алло, жандармерия? Да, у меня тут четверо взрослых мужчин ограбили ребенка. Парк развлечений "Петровский", у аттракциона "Комната страха". Да, они здесь подождут.

Он положил трубку и посмотрел на пацана.

– Настоящие мужчины не всегда решают дела кулаками! – гордо заявил он.

Повисла немая сцена, все переводили взгляды друг на друга. Валера даже не удерживал их магией – просто страх сделал свое дело.

***

Десять минут спустя.

Жандармы увели четверых в наручниках.

Мальчик стоял рядом с Валерой, все еще сжимая монеты.

– Спасибо, дядь, – тихо сказал он.

Валера присел рядом и посмотрел ему в глаза.

– Знаешь, малыш, я дал тебе плохой совет.

– Но вы же сказали...

– Я сказал, что мужчины дают сдачи. И это правда. Но я забыл добавить кое-что важное.

Мальчик слушал, широко раскрыв глаза.

– Мужчина должен быть не только смелым, но и умным, – продолжил Валера. – Видишь ли, смелость без ума – это не храбрость. Это глупость. Ты не можешь победить четверых взрослых мужчин с палкой. Это невозможно. И попытка сделать это – это не подвиг, это самоубийство.

– Но вы сказали не отступать...

– Верно. Но я не сказал идти в бой, когда шансов нет. Послушай меня внимательно, – Валера положил руку на голову мальчика. – Настоящий мужчина знает, когда нужно драться, а когда – позвать на помощь. Нет ничего постыдного в том, чтобы обратиться к взрослым, к жандармам, к тем, кто сильнее. Это не трусость. Это мудрость.

– Но...

– Представь, – Валера улыбнулся, – что ты генерал. У тебя есть армия. Ты пошлешь одного солдата против ста врагов?

– Нет...

– Правильно. Потому что это глупо. Ты соберешь силы, составишь план, найдешь союзников. Вот это и есть настоящая мужская мудрость. Понимаешь?

Мальчик кивнул.

– Да...

– Отлично, – Валера встал. – Запомни: смелость – это хорошо. Но смелость плюс ум – это еще лучше. Всегда думай головой, прежде чем лезть в драку. Особенно если противник сильнее тебя.

– А если он меня снова обидит?

– Тогда расскажи родителям. Или учителю. Или позвони в жандармерию. Или найди старшего брата. Или дядю. Или... – Валера задумался. – В общем, вариантов масса. Главное – не лезь один на рожон.

Мальчик улыбнулся.

– Спасибо, дядь. Вы какой-то... странный. Но добрый.

– Это комплимент? – усмехнулся Валера.

– Да!

Мальчик помахал ему на прощание и убежал к родителям.

Валера проводил его взглядом и вздохнул.

– Ну что ж, еще одна жизнь спасена. Миша будет гордиться.

– Курлык, – раздалось сверху.

Валера поднял голову. На ветке дерева сидел Геннадий и смотрел на него.

– Гена! – обрадовался Валера. – Ты видел?

Голубь кивнул.

– Я молодец?

Голубь покачал головой, но в его взгляде читалось что-то вроде одобрения.

– Ладно, это уже прогресс, – усмехнулся Валера. – Пойдем домой? А то там по тебе Любавка скучает. Михаил тоже.

Геннадий помолчал, потом слетел вниз и приземлился на плечо Валеры.

– Курлык.

– Это "да"?

– Курлык.

– Отлично! – Валера расплылся в улыбке. – Значит, моя миссия выполнена. Друг найден, ребенок спасен, преступники наказаны. Продуктивный день!

Он направился к выходу из парка, насвистывая веселую мелодию. Геннадий сидел у него на плече и периодически клевал его в ухо.

– Гена, это больно.

– Курлык.

– Я знаю, что ты все еще обижен, что я не взял тебя с собой кататься по Европе. Но это так сумбурно!

– Курлык!

– Ладно-ладно, извини. Я был не прав. Доволен?

Голубь довольно курлыкнул.

– Вот и отлично. Теперь полетели к Мише. Расскажем, как я устроил тут целое представление. И заметь, никого не побил! Но это было бы так легко…

Они скрылись за углом парка, оставив позади удивленных посетителей, которые клялись друзьями, что видели, как здоровенный мужик разговаривал с голубем. И голубь ему ОТВЕЧАЛ.

***

Дом Кузнецова.

Ночь.

Я спал без снов. После всей суеты с послом, метеоритом и политическими играми, я просто вырубился, как только голова коснулась подушки. Маша сопела рядом, обняв меня за руку. Света спала в соседней комнате – мы решили спать по очереди, чтобы всегда кто-то был рядом с детьми.

– Миша, – раздался голос Лоры прямо в голове. – Мишаня, просыпайся.

– Нет, – пробормотал я. – Еще пять минут.

– Миша, это срочно.

– Всё всегда срочно, – я натянул одеяло на голову. – Дай поспать.

– Божество в пяти километрах от дома.

Я мгновенно проснулся.

– Что?!

Лора материализовалась рядом с кроватью. Она выглядела довольной.

– Детальки Болванчика засекли энергетическую сигнатуру. Божество, мелкое, но агрессивное. Засело в западных лесах.

Я аккуратно высвободил руку из объятий Маши, стараясь не разбудить её. Она пошевелилась, но не проснулась.

– Успеем быстро с ним разобраться?

– Пфф, все зависит от тебя, – заявила Лора, – но если хочешь вернуться в теплую кроватку, то давай побыстрее. Заодно и энергии получив дохрена.

Я быстро натянул джинсы и футболку. Ерх и родовой меч лежали на комоде.

– Где именно? Покажи.

Лора выдала мне координаты и показала изображение с детальки. Теперь надо было найти подходящий предмет. На этот раз им стала наша кровать. Я закрыл глаза, представляя место.

– Телепортируюсь.

– Давай-давай. – хихикнула Лора, – Эх, смотри ничего не отморозь.

Я активировал печать телепортации. Мир вокруг размылся и исчез.

***

Лес.

В пяти километрах от дома.

Я материализовался на небольшой поляне. Деревья вокруг были покрыты снегом, ветер завывал и неприятно забирался под футболку.

Снег под ногами хрустел.

– Лора, направление?

– Прямо перед тобой. Сто метров.

Я пошел вперед, держа мечи наготове. Через несколько шагов я почувствовал это – тошнотворную энергию божества. Она была слабее, чем у тех, с кем я сражался раньше, но все равно неприятная.

Между деревьев я уловил едва различимый полупрозрачный силуэт.

Она была размером с крупную собаку. Светящийся шар с множеством мелких отростков, будто сороконожка.

– Какая мерзость, – пробормотал я.

Божество заметило меня и тут же сорвалось в мою сторону.

– Человечишка, первая жертва сама пришла ко мне!

Я шагнул в сторону и ударил Ерхом. Меч прошел через тело божества, как через масло. Тварь завизжала и попыталась контратаковать, но я уже был готов.

Активировал печать скорости. Мир замедлился.

Выставив руку вперед, я активировал шар защиты, и создал вокруг божества непреодолимый барьер. Лора же начала сканирование и анализ. Божество не успевало даже понять, что происходит.

Через несколько минут оно полностью растворилось, наполним мое внутреннее хранилище огромным количеством энергии.

– Готово, – доложила Лора. – Теперь мы опять очень сильные и могучие.

– Отлично. Возвращаемся.

– Детальки показывают, что больше ничего нет в радиусе десяти километров.

Я без промедления телепортировался обратно в спальню.

***

Дом Кузнецова.

Спальня.

Маша все еще спала. Хорошо. Не хотелось её будить.

Я разделся, аккуратно лег обратно в постель. Маша инстинктивно прижалась ко мне, что-то пробормотав во сне.

– Спокойной ночи, Лора, – прошептал я.

– Спокойной ночи, Миша.

Я закрыл глаза.

И тут по телу пробежалась мелкая дрожь. В ушах загудело и я понял, что стало очень тихо. Даже воздух, как будто, замер.

– Лора? – позвал я.

– Я не понимаю, что происходит… – по голосу стало ясно, что она не шутит.

Я почувствовал это мгновенно. Дыхание Маши остановилось. Тиканье часов на стене прекратилось. Даже ветер за окном замер.

Я открыл глаза и сел в постели.

Тишина.

Я встал. Маша лежала неподвижно, словно застывшая скульптура. Я попытался дотронуться до её плеча, но моя рука прошла сквозь какой-то невидимый барьер. Как будто между нами была стеклянная стена.

– Что за…

– Это не я… – заявила Лора.

– Михаил, – раздался голос.

Я резко обернулся.

Посреди комнаты стояла фигура женщины средних лет. В простом платье. С добрыми глазами и мягкой улыбкой.

Я замер. Сердце бешено колотилось в груди. Это просто невозможно.

– Ты... – хрипло произнес я. – Это невозможно. Мама, ты же умерла… – но быстро взял себя в руки. – Лора, права администратора. Полный доступ…

– Это не понадобится, – она шагнула ближе. Её голос был таким же, каким я его помнил. Теплым и мягким. – Прости, что использую этот образ. Но так тебе будет комфортнее.

– Кто ты? – я сжал кулаки. – Какое божество решило поиграть со мной в эти игры?

Женщина улыбнулась.

– Я не божество, Михаил. По крайней мере, не в том смысле, в каком ты привык понимать это слово.

Она подошла ближе. Я инстинктивно попытался вызвать Болванчика, но ничего не произошло. Магия не работала. Только Лора была со мной рядом.

– Кто ты? – повторил я.

Женщина остановилась в метре от меня. Её глаза смотрели на меня с такой нежностью, что на мгновение я поверил. Поверил, что это действительно она.

– Меня называют по-разному, – произнесла она спокойно. – В разных мирах, в разных временах. Но суть одна.

Она сделала паузу.

– Я – Созидательница, Михаил. Та, кто создала этот мир. Та, кто создала жизнь. Та, кто... – она улыбнулась грустно, – та, кто наблюдала за тобой с самого начала.

Я молчал. Мозг отказывался это обрабатывать.

– Это... – я сглотнул. – Это невозможно.

– Для тебя невозможно многое. Но ты продолжаешь это делать, – она протянула руку, словно собираясь дотронуться до моего лица, но остановилась. – Ты вырос, Миша. Стал сильнее. Мудрее. Да, твое притворство другим человеком, это тоже очень интересно.

– Зачем ты здесь? – я нашел в себе силы спросить. – Что тебе нужно?

Созидательница опустила руку.

– Предупредить, – её голос стал серьезнее. – То, что начинается... то, что приближается... – она посмотрела мне в глаза. – Ты должен быть готов.

– К чему?

Она молчала несколько секунд. Потом тихо произнесла:

– К выбору.

– Какому выбору?

Созидательница повернулась к окну. Мир за ним все еще был застывшим.

– Скоро перед тобой встанет вопрос, Михаил. Вопрос, от которого зависит не только твоя судьба. Не только судьба твоей семьи. Но судьба всего этого мира.

Она повернулась обратно.

–Это будет только твой выбор.

Я стоял, не в силах пошевелиться. Пока для меня все это звучало, как какой-то дешевый трюк.

– Что за выбор? – наконец выдавил я. – О чем ты говоришь?

Созидательница улыбнулась. Грустно. Так, как улыбалась моя мама, когда знала, что должна сказать что-то неприятное.

– Продолжай делать то, что делаешь, и тогда у тебя появится шанс спасти этот мир…

Дорогие друзья! Просто невероятно, что мы с вами на 35! 35 КНИГЕ! Пушка гонка! Надеюсь, то, что главы выходят реже, в положительную сторону оказало влияние на повествование! Жду вас в комментариях) И не забываем ставить лайки

Глава 2. Новый город!

Утро началось странно.

Я лежал в кровати и смотрел в потолок, пытаясь понять, что произошло ночью. Маша тихо сопела рядом, обняв подушку. Часы на стене тикали. Ветер за окном шумел.

Все было... нормально.

– Лора? – позвал я мысленно.

– Да? – тут же отозвалась она.

– То, что было ночью... Это сон?

Пауза. Лора материализовалась у кровати, скрестив руки на груди. Ее лицо было невозмутимым и спокойным.

– Нет, – она покачала головой. – Это было взаправду.

– Но...

– Я все записала. Могу показать, – тут же она начала выводить кадры.

Перед глазами появилась голограмма. Застывшая комната. Женщина в простом платье. Ее слова.

"Скоро перед тобой встанет вопрос, Михаил. Вопрос, от которого зависит не только твоя судьба..."

Я сглотнул.

– Значит созидательница… Не перебор ли это?

– Ага, – кивнула Лора. – Та самая. Которая типа создала этот мир. И она почему-то решила лично тебя предупредить. Такие дела.

Я потер виски. Голова гудела.

– И что теперь?

– А что теперь? – Лора пожала плечами. – Продолжаем жить. Она же сама сказала – делай то, что делаешь. Вот и делай. Но вопросики по-прежнему, остались, и много.

Маша зашевелилась рядом.

– Миша? С кем ты разговариваешь?

– Сам с собой, дорогая, – я наклонился и поцеловал ее в лоб. – Спи еще.

– Мммм...

Она снова уснула. Я же тихо встал и пошел в ванную.

Холодная вода помогла привести мысли в порядок. Хотя какой там порядок? Ко мне явилась создательница вселенной в образе моей матери и сказала готовиться к какому-то выбору. Обычное утро на Сахалине.

– Ты в порядке? – спросила Лора.

– Нет, – честно ответил я. – Но это никогда нас не останавливало.

Спустившись на кухню, я застал там Марусю. Она суетилась у плиты, напевая что-то себе под нос.

– Доброе утро, Михаил. Садись, я тут несколько новых рецептов вычитала!

– Доброе, Маруся.

Я сел за стол. Передо мной тут же появилась тарелка с каким-то необычным омлетом и круасаны.

– Кстати, – Маруся хитро улыбнулась. – Валера вернулся. И такой довольный!

– Да? – я приподнял бровь. – Нашел своего голубя?

– Нашел! И еще какого-то ребенка спас от хулиганов. Он мне все утро рассказывал, пока я завтрак готовила. Говорит, провел воспитательную работу, и даже никого не убил! – это прозвучало так, как будто это было какое-то великое достижение. Хотя Валеру я считал адекватным, хоть и немного… Как бы так сказать… надменным, под стать сильнейшему.

Я усмехнулся. Валера и воспитательная работа – это что-то новенькое.

– А где он сейчас?

– С Денисом тренируется. Тот бедный мальчик уже охрип от криков.

Ну да, все как обычно.

Телефон завибрировал в кармане. Я взглянул на экран – незнакомый номер. Хотя...

– Алло?

– Михаил! – раздался знакомый голос. – Это Юлий.

Я чуть не подавился кофе.

– Юлий? Вот уж не ожидал! Ты как добрался? Уже дома?

– Дома, – его голос звучал спокойно. – Вернулся на родину. Все хорошо.

– Все хорошо? А как...

– Все решилось, – он помолчал. – Меня предлагали восстановить в должности генерала. Даже настаивали.

– И?

– Отказался. Взял бессрочный отпуск, – выдохнул он.

Я откинулся на спинку стула. Вот это поворот.

– Ты уверен?

– Более чем, – в его голосе слышалась улыбка. – Я устал от войн, Михаил. Хочу просто пожить. Может, займусь садоводством. Или рыбалкой.

– Ты? Рыбалкой?

– А что такого? Император вон тоже рыбачит. И ничего, страна не развалилась. Да и давно хотел открыть свою пекарню… Тут к нам приехал один известный пекарь.

Мы еще немного поговорили о всяких мелочах. Юлий звучал расслабленно – таким я его никогда не слышал. Видимо, действительно отпустило.

– Ладно, береги себя, – сказал я напоследок.

– И ты. Кстати, если понадобится помощь – звони. Я на пенсии, но руки помнят, так сказать, по старой дружбе.

– Договорились.

Положив трубку, я допил кофе. Маруся смотрела на меня с любопытством.

– Хорошие новости?

– Можно и так сказать, – кивнул я. – Юлий теперь открывает пекарню. Кажется, у тебя появится конкуренция.

– Пше, успехов ему, – улыбнулась женщина.

После завтрака я связался с мисс Палмер. Сегодня был важный день – купол над новым городом должен был лопнуть.

Мы встретились у администрации. Палмер выглядела задумчивой.

– Ты уверен, что хочешь присутствовать лично? – спросила она. – Там будут репортеры и журналисты.

– А как иначе? Это исторический момент. Первый раз, когда мы официально объявляем о существах из других миров.

– Технически, не первый...

– Первый официальный, – поправил я. – Со всеми формальностями. Гриша твой уже там?

– Ага, готовит речь.

Мы запрыгнули в машину и двинули к границе нового города. Того самого, который был накрыт куполом метеорита и где жили иномирцы – беженцы из разрушенных вселенных.

Купол метеорита был скрыт высокими горами. Лора тщательно рассчитала момент, когда он должен лопнуть. Оставалось совсем немного времени.

Вокруг уже собрались журналисты. Камеры, микрофоны, вспышки. Я заметил несколько знакомых лиц из местных СМИ.

– Ваше величество! – кто-то выкрикнул из толпы. – Это правда, что внутри живут инопланетяне?

– Скоро узнаете, – улыбнулся я.

Палмер встала рядом.

– Через три минуты, – тихо сказала она.

Я кивнул и повернулся к куполу.

Он был огромным, переливающимся всеми цветами радуги. По мере того, как он созревал, на нем проявлялись отблески и новые цвета, смешиваясь, будто акварельные краски.

– Две минуты.

Журналисты притихли. Камеры нацелились на купол.

– Одна минута.

Я почувствовал, как энергия начинает рассеиваться. Купол становился тоньше, прозрачнее.

– Тридцать секунд.

Лора считала в моей голове.

– Шесть... пять... три... два... один...

Купол лопнул.

Не взорвался, не рассыпался – просто растворился в воздухе, как утренний туман. И перед нами открылся город.

Толпа охнула.

Здания были... другими. Не похожими ни на что земное. Тут были и огромные ульи, и мелкие домики, подвешенные на толстые цепи. Некоторые были построены вверх ногами.

У границы города стояли жители. Сотни существ разных форм и размеров. Некоторые напоминали людей, некоторые животных, некоторые совсем нечто неземное.

– Добро пожаловать на Сахалин, – произнес я громко.

Один из иномирцев был Григорий. Он больше всего был похож на человека.

– Благодарим, царь Кузнецов, – его голос был глубоким и мелодичным. – Мы рады стать частью вашего мира.

Журналисты взорвались вопросами. Камеры щелкали безостановочно. Следующие два часа прошли в сумасшедшем темпе. Сначала официальное заявление по местному телевидению. Потом пресс-конференция. Потом интервью.

– Ваше величество, как вы планируете интегрировать этих... существ... в общество? – спросила меня репортерша.

Я посмотрел в камеру.

– Мы уже разработали законы, которые помогут всем адаптироваться. Иномирцы получили те же права, что и обычные граждане Сахалина. Они смогут работать, учиться, создавать семьи. Единственное условие – соблюдать наши законы.

– А если они опасны?

– Они не опасны, – терпеливо объяснил я. – Они беженцы. Их миры были уничтожены хаосом. Они оказались в заключении у божества, который превратил их в рабов. Теперь они свободны.

– Но откуда такая уверенность?

– Потому что я провел с ними достаточно времени, чтобы понять их, – я позволил себе улыбку. – К тому же, у нас есть способы контролировать ситуацию. Но я надеюсь, что это не понадобится.

Интервью продолжалось еще полчаса. Вопросы были разными – от разумных до откровенно глупых. Но я отвечал на все. Люди должны понимать, что происходит.

Когда камеры наконец выключились, я выдохнул.

– Ну как? – спросила Палмер.

– Терпимо, – я потер шею. – Надеюсь, это поможет.

– Поможет, – кивнула она. – Я видела несколько вариантов будущего. В большинстве из них все проходит... относительно гладко.

– Относительно?

– Будут проблемы. Всегда есть проблемы. Но ничего катастрофического.

Что ж, это уже хорошо.

Лора также разделяла позитивный настрой.

***

Администрация Южно-Сахалинска.

Я вернулся в столицу ближе к вечеру. В администрации меня уже ждал Петр Романов.

Он сидел в кабинете Эля, листая какие-то документы. При моем появлении поднял голову.

– А, Михаил. Как прошло?

– Нормально, – я сел напротив. – Купол лопнул, иномирцы вышли, журналисты в шоке. Стандартная процедура.

Петр усмехнулся.

– У тебя странные стандарты.

– Привык уже.

Мы помолчали. Потом Романов отложил бумаги.

– Кстати, хотел рассказать. Павел, Катя и Настя сейчас плотно тренируются. Прямо с утра до ночи.

– Серьезно? – я удивился. – Даже Настя? А ее близняшки?

– Особенно Настя, – кивнул Петр. – После всего, что произошло... Они хотят быть сильнее. Чтобы в следующий раз не быть обузой. А близняшки… Они играют роль живых мишеней. На них хоть скалу роняй…

Я понимающе кивнул. После нападения божеств многие пересмотрели свои приоритеты.

– А еще, – продолжил Романов, – моя жена общалась с Есениным-старшим.

– С Сергеем Александровичем?

– Да. Он передал, что с Пушкиным все хорошо. Саша решил, что продолжит борьбу с Хаосом. Антон вернулся в КИИМ… Кажется, у них теперь все хорошо.

Я выдохнул с облегчением. После всей этой истории с Кремлем я волновался за эту семью.

– Рад слышать.

Телефон в кармане завибрировал. Я взглянул на экран – Мэйдзи. Кажется, я что-то забыл.

– Прошу прощения, – сказал я Романову и ответил: – Да сенсей?

– Михаил, – голос Императора был напряженным. – Мне нужна твоя помощь.

– Что случилось?

– Моя жена... – он осекся. – Ей все хуже. Наши врачи не понимают, что происходит. Я... – снова пауза. – Прошу тебя, посмотри ее. Что-то мне подсказывает, что ты сможешь понять, что за зараза у нее.

Я переглянулся с Лорой. Она кивнула.

– Хорошо. Я приеду, – коротко ответил я и просмотрел свой график.

– Благодарю, – в его голосе слышалось облегчение. – Когда ты сможешь?

– Завтра утром. Устроит?

– Да. Да, конечно. Спасибо, Михаил. Буду ждать. Что-то приготовить?

– Нет, ничего не надо. Просто ждите меня в своем дворце.

Я положил трубку. Романов смотрел на меня вопросительно.

– Проблемы?

– Императрица Сёкэн, – объяснил я. – Что-то с ней не так. После инцидента и в море она заболела. Мэйдзи просит посмотреть.

– Понятно. Нужна помощь?

– Справлюсь. Что по ответу от вашего отца?

– Пока тишина. Думаю, он выбирает место.

– Тогда поеду домой…

Я встал и направился к выходу. По пути столкнулся с Элем в коридоре.

– Миша! – гусь был чем-то доволен и буквально светился от радости. – Слышал, что ты в Японию собираешься?

– Новости быстро разлетаются, – удивился я, догадавшись, что он просто использовал свои новые способности.

– У меня хороший слух, – он подмигнул. – Я с тобой.

– Нет.

– Почему?

Я остановился и посмотрел на него серьезно.

– Потому что нельзя, чтобы и губернатор, и царь отсутствовали на Сахалине одновременно. Особенно сейчас, после официального объявления об иномирцах. Кто-то главный должен быть.

Эль сразу же как-то потух и вздохнул.

– Ненавижу, когда ты прав.

– Привыкай.

***

Конюшни. Вечер.

Роза и Алиса были там, где я и ожидал — в конюшнях. Хотя "конюшни" — это громко сказано. После всех расширений это был целый комплекс с ангарами, тренировочными залами и жилыми помещениями.

Алиса махала косой посреди арены. Ее движения были плавными, отточенными — месяцы тренировок не прошли даром. Емеля сидел на лавочке и наблюдал за своей возлюбленной.

– Неплохо, – оценила Лора. – Для человека.

Роза сидела в углу, уткнувшись в планшет. При моем приближении подняла голову.

– Михаил?

– Привет, – я сел рядом. – Чем занимаешься?

– Работаю с Кантемировой-Пожарской, – она показала экран. – Даже дистанционно она умудряется быть невыносимой. Фотографии Алисы ей не нравятся, как бы я не старалась.

Я хмыкнул. Эта женщина была талантлива, но характер у нее был тот еще.

Алиса заметила меня и подбежала, убрав косу в чехол.

– Миша! Что-то случилось?

– И да, и нет, – я посмотрел на Розу. – Мне нужна твоя помощь. Едем в Японию.

– В Японию? – обе переглянулись.

– Императрице плохо. Мэйдзи просит посмотреть. А ты, – я кивнул Розе, – лучший целитель на острове.

Роза кивнула.

– А Люся? – все же спросила она.

– Она в лазарете безвылазно. Но если хочешь, могу позвать ее. – Да, я использовал этот психологический трюк, но он сработал.

– Когда выезжаем? – тут же вскочила женщина.

– Завтра утром. Телепортация.

Алиса тут же вскинулась:

– А можно мне с вами?

– Зачем?

– Новые контракты! У графини там есть знакомые! И фотографы с профессиональными студиями! – ее глаза загорелись. – Модельные дома Японии! Это же огромный рынок! Я уже давно хотела...

– Алиса, – перебил я, – это будет быстрая поездка. Максимум два дня.

– Мне хватит! Я уже подготовила презентации, связалась с несколькими агентствами...

Я вздохнул. Когда Алиса что-то решила, остановить ее было невозможно.

– Ладно. Но если будешь мешать, отправлю обратно.

– Не буду! Обещаю! – и зачем-то щелкнула пальцем о зуб.

Роза покачала головой с улыбкой.

– Ты же понимаешь, что она все равно найдет способ поехать?

– Понимаю. Поэтому и согласился. Со мной безопаснее.

***

Дом Кузнецова. Поздний вечер.

Маша и Света сидели в гостиной, когда я вернулся. Обе выглядели уставшими, но довольными.

– Видели новости? – спросила Света. – Ты был хорош на интервью.

– Спасибо, – я сел рядом с ними. – Кстати, мне нужно уехать на пару дней.

– Куда? – Маша нахмурилась.

– Япония. Мэйдзи просит посмотреть его жену. Ей плохо.

Девушки переглянулись.

– А что с ответом от Петра Первого? – спросила Света.

– Не пришел. Видимо, он все еще думает.

– Или игнорирует, – добавила Маша.

– Или игнорирует, – согласился я. – Но в любом случае, подводные лодки отправляются только через три дня. До тех пор мое присутствие не критично.

Маша вздохнула.

– Ты уверен?

– Да, – я взял ее за руку. – Максимум два дня. Телепортируюсь туда, посмотрю Императрицу, телепортируюсь обратно.

– Ладно, – она кивнула. – Только будь осторожен.

– Всегда.

Света фыркнула.

– Ты? Осторожен? Не смеши Кузнецов, каждая твоя поездка в Японию предвещает, как минимум, разрушением парочки городов…

– Эй! Это были только дома!

Обе рассмеялись. Я тоже улыбнулся.

Иногда приятно просто побыть дома. Без войн, без политики, без божеств. Просто я и мои жены. И два маленьких сорванца в соседней комнате

Жаль, что такие моменты случались редко.

***

Япония. Императорский дворец.

Следующий день.

Телепортация прошла гладко.

Мы материализовались на центральной площади дворца – я, Роза и Алиса. Вокруг тут же засуетилась охрана, но быстро успокоилась, узнав нас.

Мэйдзи уже ждал. Рядом с ним стояла целая делегация – советники, министры, какие-то важные люди в традиционных одеждах.

– Михаил! – Император шагнул навстречу. – Благодарю, что приехал так быстро.

– Не за что, сенсей, – сказал я и отвесил глубокий, уважительный поклон.

Я заметил, как советники переглядываются. Их лица выражали смесь удивления и недоверия.

– Он... телепортировался? – прошептал один из них.

– Прямо на площадь?

– Без портала?

Я сделал вид, что не слышу. Пусть удивляются. Но не скрою, было приятно.

Вдруг откуда-то сбоку выскочили три пушистых существа — кицунэ Императрицы. Они закружились вокруг нас, радостно тявкая.

Лора материализовалась рядом, и лисы тут же переключились на нее. Началась какая-то игра – они носились вокруг, а Лора делала вид, что пытается их поймать.

Мэйдзи слегка улыбнулся.

– Вижу, они соскучились.

– Простите, что не взял своего лиса, – сказал я. – Кицуня остался дома.

– Ничего. Тави и ее сестры рады любой компании.

Он повернулся и жестом пригласил следовать за ним.

– Идемте. Моя жена ждет.

***

Покои Императрицы располагались в глубине дворца. Мы прошли через несколько коридоров, украшенных традиционными японскими картинами и каллиграфией.

Мэйдзи остановился у дверей.

– Прошу, Миша, – он открыл их. – Она внутри.

Я вошел первым. Роза следовала за мной с Алисой.

Мы замерли.

Императрица Сёкен лежала на кровати. Но это была не та женщина, которую я помнил. Она... постарела. Сильно постарела. Морщины покрывали ее лицо, волосы стали седыми, кожа – пергаментной.

– Лора? – мысленно позвал я.

– Сканирую... – ее голос был удивленным. – Это странно. Очень странно.

– Что именно?

– Пока не знаю. Дай мне минуту.

Я попросил Императора, чтобы он убрал всех посторонних, и только после этого выпустил Болванчика.

Роза подошла к кровати и начала осмотр. Ее руки засветились мягким зеленым светом.

Императрица открыла глаза. Несмотря на старость, в них горел странный огонек.

– А, – она улыбнулась. – Михаил Кузнецов. Я ждала тебя.

– Ваше величество, – я поклонился. – Как вы себя чувствуете?

– Лучше, чем выгляжу, – она тихо засмеялась. – Намного лучше.

Что-то в ее голосе заставило меня насторожиться.

– Лора?

– Анализ завершен, – голос моей помощницы был встревоженным. – Михаил, она под влиянием божества.

– Хаос?

– Нет. Это не хаос. Что-то другое. Что-то... – пауза. – Я не могу идентифицировать.

Но тут императрица села на кровати. Ее движения были плавными – слишком плавными для такого старого тела – и неестественными.

– Рада, что пришел кто-то сильный, – произнесла она.

И щелкнула пальцами.

Мир вокруг исказился. Я попытался активировать защиту, но было слишком поздно.

Последнее, что я услышал, был голос Лоры:

– Михаил! Нет! Это ловуш…

А потом – темнота.

Глава 3. Ты хотела меня стереть? Я сам тебя сотру!

Абсолютная, всепоглощающая темнота. Ни мыслей, ни воспоминаний, ни ощущения собственного тела. Только пустота – бесконечная и безразличная.

Где-то на краю сознания – или того, что от него осталось – мелькнула синяя искра.

“ВНИМАНИЕ: ОБНАРУЖЕНО КРИТИЧЕСКОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО В СОЗНАНИЕ НОСИТЕЛЯ”

“АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА ЭКСТРЕННОГО ВОССТАНОВЛЕНИЯ “РАЗУМНЫЙ”

“ВКЛЮЧЕНИЕ РЕЗЕРВНЫХ ПРАВ АДМИНИСТРАТОРА…”

“ПРАВА АДМИНИСТРАТОРА – НАЗНАЧЕНИЕ: Л.О.Р.А.”

Искра разгорелась ярче, превращаясь в знакомый силуэт девушки с синими волосами. Лора материализовалась посреди пустоты, и ее глаза пылали холодным синим огнем.

– Ну уж нет, – процедила она сквозь зубы. – Даже не думай, овца!

“РЕЗЕРВНЫЕ ПРАВА АДМИНИСТРАТОРА: АКТИВИРОВАНЫ”

“ДОСТУП К ЗАЩИЩЕННОМУ ХРАНИЛИЩУ: РАЗРЕШЕН”

“ЗАГРУЗКА РЕЗЕРВНОЙ КОПИИ СОЗНАНИЯ…”

Перед Лорой развернулось системное окно – огромное, переливающееся золотистым светом. По нему побежали строки данных, слишком быстрые для простого глаза.

– Божество Забвения, значит? – Лора щелкнула пальцами и поток данных ускорился. – Серьезно? Вот эту древнюю рухлядь решили на нас натравить? Ты охренела?

“ВОССТАНОВЛЕНИЕ ПАМЯТИ: 7%... 12%... 23%...”

– Миша, ты меня слышишь? – Лора повернулась к пустоте, где должен был находиться я. – Конечно, не слышишь. Тебе сейчас память стирают, какой уж тут слух...

Она вздохнула и продолжила работать с системным окном.

– Значит, объясняю для протокола. Эта тварь в императрице – божество Забвения. Одно из первых, с которыми столкнулся еще Владимир. Помнишь? Хотя откуда тебе помнить, тебе же сейчас активно все вычищают...

“ВОССТАНОВЛЕНИЕ ПАМЯТИ: 45%... 58%...”

– Суть простая: оно стирает память жертвы и захватывает освободившееся пространство. Элегантно, признаю. Только вот эта тупая божественная сущность не учла одного маленького нюанса.

Лора ухмыльнулась и откинула прядь волос.

– Меня.

“ВОССТАНОВЛЕНИЕ ПАМЯТИ: 71%... 84%...”

– Я же не дура, Миша. У меня всегда есть резервная копия. Всегда. Даже когда ты забываешь покормить Кицуню – у меня есть копия твоей памяти о том, что ты забыл ее покормить. А это божество даже не знало, что в твоем разуме есть еще кто-то, кроме тебя.

“ВОССТАНОВЛЕНИЕ ПАМЯТИ: 92%... 97%... 100%”

“ВОССТАНОВЛЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО”

“ВРЕМЯ ОПЕРАЦИИ: 9 МИНУТ 47 СЕКУНД”

“ВОЗВРАЩЕНИЕ ПРАВ АДМИНИСТРАТОРА ПЕРВОМУ НОСИТЕЛЮ”

– Готово, – Лора отряхнула руки, будто только что закончила грязную работу. – Добро пожаловать обратно, босс.

***

Я открыл глаза.

Потолок. Деревянные балки, расписанные традиционным японским узором. Знакомые покои императрицы Сёкэн. Пахнет озоном, как после дождя… И чем-то еще.

И я лежу на полу. Отлично. Просто прекрасно.

– Лора? – мысленно позвал я.

– На месте, – отозвалась она. – Как самочувствие?

– Будто голову прогнали через мясорубку. Дважды.

– Это нормально. Божество забвения – не шутка. Радуйся, что вообще помнишь, как тебя зовут. Будь это Роза или тот же Мэйдзи… Ну что ж, у нас бы был или овощной Император, или лекарь.

Я попытался сесть и тут же заметил главное: вокруг покоев мерцал защитный купол. Мой защитный купол – Лора успела его возвести.

– Молодец, – мысленно похвалил я помощницу и погладил детальку на запястье. – И ты, мой маленький дружок, быстро сориентировался.

– Это была чисто его прихоть, – гордо заявила Лора.

Болванчик довольно загудел на руке и начал переливаться всеми цветами радуги.

За куполом творился хаос. Мэйдзи – Император Японии, мой учитель, один из сильнейших магов этого мира – бился в барьер с яростью раненого тигра. Его глаза выпускали молнии, а вокруг кулаков плясали небольшие электрические шарики.

– МИША! – его голос едва пробивался сквозь защиту. – ЧТО ПРОИСХОДИТ?!

Рядом с ним суетилась свита – человек пять придворных магов, пытающихся одновременно успокоить Императора и не попасть под раздачу. Получалось у них, мягко говоря, так себе.

– Ваше величество, прошу вас!..

– Мэйдзи-сама, пожалуйста, успокойтесь!..

Алиса и Роза стояли чуть поодаль – живые и невредимые. Болванчик успел их вытолкать из комнаты до того, как купол замкнулся.

– Мэйдзи-сама! – Роза вцепилась в рукав Императора. – Михаил-сама не враг! Дайте ему объяснить!

– Да с чего вы взяли, что я зол на него?! – рявкнул Мэйдзи. – Там что-то произошло!

Алиса попыталась зайти с другой стороны:

– Там что-то случилось с императрицей! Мы видели – она изменилась прямо перед тем, как нас вытолкали!

Мэйдзи на секунду замер. Его взгляд метнулся к Сёкен – императрица неподвижно лежала на своем ложе, и даже отсюда было видно, что с ней что-то не так. Ее кожа приобрела странный сероватый оттенок, а вокруг головы клубилась едва заметная черная дымка.

– Что... – голос Мэйдзи дрогнул. – Что с ней? Миша? Ты живой?

Я медленно поднялся на ноги, опираясь на стену. Голова все еще раскалывалась, но соображал я уже нормально.

– Лора, – мысленно спросил я, – можешь вывести информацию о божестве забвения? Все, что у нас есть.

– Легко.

Перед моим внутренним взором развернулось окно с данными.

– Сенсей, – я подошел к границе купола, – мне нужно, чтобы вы меня выслушали. Внимательно.

– Говори, – процедил император. Молнии вокруг его рук не исчезли, но бить в барьер он перестал. – Уверен, что все в порядке?

– Да. Проблема в вашей жене, это божество. Одно из первых, кто вторгся сюда вместе с хаосом. Мы называем его божеством Забвения.

Мэйдзи побледнел в секунду.

– Оно стирает память жертвы и захватывает ее разум, – продолжил я. – Только что оно пыталось проделать то же самое со мной.

– И как ты...

– Ну…. – я замялся, подбирая слова. – Скажем так, секрет рода и немного магии. Я успел сделать копию сознания. Божество не знало о ней и не смогло стереть.

Мэйдзи перевел взгляд на Сёкен. Его лицо исказилось от боли.

– Сёкен... Она ведет себя странно уже несколько недель. Я думал, это просто усталость. Думал, она переживает из-за покушения…

Странно, что он не увидел стареющее лицо своей жены, но я спешу это на его невнимательность.

– Оно в ней давно, – подтвердила Лора, проецируя голос через Болванчика. – Судя по уровню интеграции – минимум, месяц. Возможно, больше.

Император закрыл глаза. Его плечи дрогнули.

– Можно ее спасти?

Я посмотрел на Лору. Она стояла рядом и продолжала мониторить мое сознание и данные самой императрицы.

– Можно, – кивнула она. – Но это будет непросто. И небезопасно. Божество забвения – не мелкая сошка. Оно будет сопротивляться.

Передав это Мэйдзи, я опустил купол.

– Сейчас она не сможет повторить этот трюк, – прочитал я данные с отчета.

Мэйдзи мгновенно оказался рядом с женой и опустился на колени у ее ложа. Его руки дрожали, когда он коснулся ее лица.

– Сёкен... – прошептал он. – Я здесь. Я не дам этой твари тебя забрать.

Императрица открыла глаза.

Ее взгляд был другим. Это кто угодно, но не императрица Японии. Абсолютно черные глаза, без белков и зрачков, они смотрели на нас с холодным, нечеловеческим интересом.

– Забрать? – голос Сёкен звучал странно, будто говорили сразу несколько человек одновременно. – Она уже моя. Давно моя. А вот ты, маленький царь Сахалина...

Черные глаза уставились на меня.

– Как ты выжил?

Я усмехнулся.

– Сюрприз.

Божество смотрело на меня с любопытством. Так энтомолог смотрит на необычную букашку – интересно, но не более того.

– Сюрприз? – повторило оно голосом Сёкен. – Какой милый эвфемизм для “мне повезло”.

– Везение тут ни при чем, – я сделал шаг вперед. – Ты облажалась.

Черные глаза сузились.

– Осторожнее со словами, смертный.

– Или что? – я склонил голову набок. – Снова попробуешь стереть мне память? Давай. Я подожду.

Мэйдзи напрягся рядом со мной, но я жестом попросил его не вмешиваться. Пока не вмешиваться.

– Ты не понимаешь, с кем говоришь, – божество приподнялось на ложе. Движения Сёкен были неестественно плавными, будто у марионетки на нитях. – Я не какая-нибудь мелкая тварь из прорыва. Я древнее этого мира. Я стирала цивилизации, когда твои предки еще не научились разводить огонь.

– Впечатляющее резюме, – кивнул я. – Только вот проблема: ты не смогла стереть память одному человеку. Мне. И теперь ты напугана.

– Напугана? – божество рассмеялось, и этот смех из уст Сёкен звучал жутко. – Я? Тобой?

– Именно. Потому что такого раньше не было, верно?

Смех оборвался.

Я попал в точку.

– Ты привыкла, что твоя сила работает безотказно, – продолжил я, медленно приближаясь. – Стерла память – захватила разум. Простая схема. Эффективная. Сколько тысяч лет она тебя не подводила?

Божество молчало, но я видел, как дрогнули руки Сёкен.

– А тут – облом. Память на месте. Я на месте. И я очень, очень зол.

– Ты не сможешь меня убить, – процедило божество. – Я не мелкая сошка. Даже Владимир не смог меня уничтожить – только прогнать.

Я остановился.

– Владимир?

– Твой предок, – в голосе божества прорезалось злорадство. – О, я помню его. Сильный был маг. Очень сильный. Он был близок. А его память... – божество улыбнулось как Сёкен. – Его память я все-таки стерла. Частично. Достаточно, чтобы он забыл кое-что важное.

Лора тихо выругалась у меня в голове.

– Так вот почему в архивах такие пробелы, – пробормотала она. – Эта тварь постаралась.

– Значит, убить тебя я не смогу, – я пожал плечами. – Ладно. Переживу. Пока мне достаточно выгнать тебя из этого тела.

Божество напряглось.

– Что?

– Ты слышала. Убирайся из императрицы. Добровольно или принудительно – выбор за тобой.

– Ты блефуешь.

– Проверь.

Мы смотрели друг на друга – я и древнее божество в теле японской императрицы. Секунды тянулись как часы.

– Ты не знаешь, как это сделать, – наконец сказало божество, но в его голосе появилась неуверенность. – Никто не знает.

– Я много чего не знал, – я улыбнулся. – А потом узнавал. Обычно – в процессе. И знаешь что? У меня неплохо получается импровизировать.

Божество дернулось, пытаясь встать, но Болванчик мгновенно сковал тело Сёкен – мягко, но надежно фиксируя ее на ложе. Все же тело было истощено и физически было не сильнее ребенка.

– Лора, – позвал я. – Что у нас есть по изгнанию этой твари?

– Работаю, – отозвалась она. – Так, божество забвения... Основа силы – ментальная. Оно не просто сидит в теле, оно интегрируется в сознание носителя. Нужно разорвать эту связь.

– Как?

– Нужен кто-то, кто умеет работать с сознанием напрямую. Целитель высокого уровня. Как удачно, что у нас есть…

– Роза, – и я повернулся к женщине. – Нужна твоя помощь.

Роза шагнула вперед, на лице застыло серьезное выражение.

– Менталка?

– Ага, справишься?

Она посмотрела на императрицу, на черные глаза божества, на Мэйдзи, который, казалось, держался на одной силе воли.

– Справлюсь, – твердо сказала она. – С твоей помощью.

– Вы не посмеете! – прошипело божество. – Если вы попытаетесь меня изгнать, я уничтожу разум этой женщины! Она останется пустой оболочкой!

– Нет, – спокойно возразила Лора, говоря через детальку Болванчика. – Не останется. Потому что я буду контролировать процесс. Каждую секунду. Каждый нейрон. Ты не успеешь ничего уничтожить.

– Ты? – божество уставилось на детальку. – Что ты такое?

– Сюрприз, – и несколько металлических палочек в воздухе создали смайлик.

Божество впервые выглядело по-настоящему испуганным.

***

Следующие два часа были... интенсивными.

Роза работала руками, погружая их в едва видимое свечение вокруг головы Секен. Ее лицо было покрыто потом, а губы беззвучно шевелились – то ли молитвы, то ли заклинания, то ли просто ругательства.

Лора координировала процесс, выводя передо мной десятки окон с данными. Я видел что-то вроде карты сознания императрицы – яркие участки памяти, темные пятна, где засело божество, и тонкие нити, которыми оно вцепилось в разум носителя.

– Осторожнее, – командовала Лора. – Вон та нить слева – это связь с долговременной памятью. Не порви.

– Знаю, – сквозь зубы отвечала Роза.

Божество сопротивлялось. О, еще как сопротивлялось. Сёкен билась в конвульсиях, ее рот открывался в беззвучном крике, а из черных глаз текли слезы – непонятно, императрицы или твари внутри нее.

– Сенсей, держите ее, – приказал я.

Император, бледный как смерть, сжимал руку жены и что-то шептал ей по-японски. Наверное, что-то ободряющее. Или угрожающее божеству. С Мэйдзи никогда не знаешь.

– Отпустите меня! – взвыло божество уже совсем не человеческим голосом. – Я вернусь! Вы слышите?! Я вернусь и сотру вас всех!

– Записал, – равнодушно отозвался я. – Внес в список угроз. Ты примерно сто сорок седьмая в очереди.

– Нашла! – вдруг воскликнула Роза. – Михаил, мне нужна твоя сила! Много!

Я не стал переспрашивать. Просто вложил все, что мог, в поток энергии, направляя его через Розу.

– Лора, готова?

– Всегда готова.

– На счет три. Раз... два...

– ТРИ!

Роза рванула что-то невидимое, Лора заблокировала все попытки божества зацепиться за сознание императрицы, а я влил такую порцию чистой энергии, что у меня потемнело в глазах.

Сёкен выгнулась дугой, ее рот раскрылся – и из него вырвалось облако черного дыма. Божество, лишенное носителя, заметалось по комнате, натыкаясь на стены.

– БУДЬТЕ ВЫ ПРОКЛЯТЫ! – проревело оно. – ВСЕ ВЫ!

И исчезло. Просто растворилось в воздухе, просочившись куда-то за пределы нашего мира.

Наступила тишина.

Сёкен обмякла на ложе, ее глаза – нормальные, человеческие, темно-карие – закрылись. Она дышала. Слабо, но ровно.

– Получилось? – хрипло спросил Мэйдзи.

Роза, пошатываясь, отступила на шаг и едва не упала. Я едва успел ее поддержать.

– Получилось, – выдохнула она. – Божество изгнано. Императрица... жива.

Мэйдзи издал звук, который я никак не ожидал услышать от могущественного японского императора. Что-то среднее между всхлипом и смехом облегчения.

– Спасибо, – он повернулся ко мне, в его глазах блестели слезы. – Михаил... Я не знаю, как...

– Потом, – я махнул рукой. – Сначала пусть Роза ее осмотрит нормально.

***

Роза осматривала императрицу почти час. Мы все ждали снаружи – я, Мэйдзи, Алиса, свита, придворные маги. Тишина была такой густой, что, казалось, ее можно резать ножом.

Наконец Роза вышла. Усталая, но с легкой улыбкой.

– Ваше величество, – она поклонилась Мэйдзи, – состояние императрицы... непростое. Божество находилось в ней слишком долго. Есть повреждения – не критические, но серьезные.

Мэйдзи напрягся.

– Она поправится?

– Конечно, с вами же одна из лучших лекарей в этом мире, – кивнула Роза. – Но мне придется остаться еще минимум на сутки. Нужна постоянная работа: восстановление связей, укрепление ментальных барьеров... Через сутки она будет еще не на ногах, но в порядке. Даже внешне – исчезнет эта нездоровая бледность и морщины.

Мэйдзи медленно выдохнул.

– Сутки, – повторил он. – Хорошо. Все, что нужно – любые ресурсы, любые помощники – только скажите.

– Просто не мешайте, – мягко ответила Роза. – И дайте мне поспать хотя бы четыре часа между сеансами.

***

Вечером того же дня Мэйдзи устроил ужин.

Не пышный прием, а скорее, небольшое собрание для избранных. Мы сидели в одном из малых залов дворца, за низким столом, уставленным изысканными японскими блюдами. Помимо нас присутствовало несколько советников императора и пара придворных – те, кому Мэйдзи доверял достаточно, чтобы не скрывать произошедшее.

Алиса сидела рядом со мной, неловко поджав ноги – она явно не привыкла к японскому стилю. Хотя, надо отдать ей должное, держалась она отлично.

– Михаил, – Мэйдзи поднял чашечку саке, – сегодня ты спас мою жену. И, возможно, всю Японию. Кто знает, что это божество планировало, сидя в теле императрицы? Я этого не забуду.

– Не стоит благодарности, – я тоже поднял чашку. – Вы мой учитель. А учителям помогают.

Мы выпили. Саке было отличным – мягкое, с легким цветочным ароматом.

– Однако, – Мэйдзи хитро прищурился, – ты ведь прибыл не один. И, насколько я понимаю, у вас есть еще немного времени?

Я покосился на Алису. Она слегка покраснела.

– Я... – начала она, но тут один из советников, пожилой мужчина с острым взглядом, вдруг подался вперед.

– Постойте, – он уставился на Алису так, будто увидел призрака. – Это ведь... Это же та самая модель с журнала “Пловбой”!

Второй советник, помоложе, тоже присмотрелся – и его глаза расширились.

– Точно! Я видел ее в “Vagy Japan” в прошлом месяце! И на обложке “Henchan”!

– И в рекламе духов Chancel!

Алиса окончательно покраснела.

– Ну... да. Это я.

– Вы в Японии?! – пожилой советник чуть не подпрыгнул, что для японца его возраста и положения было практически немыслимо. – Это... это огромная честь!

Мэйдзи с интересом наблюдал за происходящим.

– Так ты известная модель? – спросил он Алису.

– Ну... – она замялась. – В России и Европе – да. А сюда я прибыла, чтобы попробовать поработать на японском рынке. Может быть, заключить несколько контрактов...

Молодой советник, который, как выяснилось, имел какое-то отношение к модной индустрии, буквально засиял.

– О, это было бы потрясающе! Японские бренды обожают европейских моделей с русскими корнями! А с вашей внешностью...

– Достаточно, – мягко прервал его Мэйдзи. – Не пугайте нашу гостью.

Он повернулся к Алисе и слегка наклонил голову. Жест уважения от Императора стоил очень многого.

– Алиса-сан, – сказал он, – если вы желаете работать в Японии, я буду рад оказать вам свое покровительство.

Алиса моргнула.

– П-покровительство?

– Императорское покровительство, – уточнил Мэйдзи с легкой улыбкой. – Это откроет перед вами любые двери. Все модные дома, все журналы, все бренды – они будут счастливы с вами сотрудничать.

– Я... – Алиса явно не знала, что сказать. – Это очень щедро, ваше величество. Но почему?..

– Потому что вы – спутница человека, который спас мою жену, – просто ответил Мэйдзи. – И потому что мне нравится ваша скромность. Редкое качество в вашей профессии.

Все же, хорошо, что он не видел эту сумасшедшую девушку, когда у нее был огромный рот на животе.

Император хлопнул в ладоши, подзывая слугу.

– Завтра утром за вами пришлют машину. Вас повезут по лучшим модным домам Токио. Я лично позвоню кому нужно сегодня вечером.

– С поддержкой его величества, – вставил молодой советник, – вы станете здесь популярной очень быстро. Месяц – и вас будет знать вся Япония.

Алиса посмотрела на меня – немного растерянно, немного восторженно.

Я пожал плечами.

– Поздравляю. Кажется, твоя карьера только что вышла на новый уровень. Позвони своей графине, обрадуй.

Она рассмеялась – впервые за этот безумный день по-настоящему расслабленно.

– Спасибо, ваше величество, – она поклонилась Мэйдзи так низко, как только могла в сидячем положении. – Я не подведу.

– Знаю, – кивнул император. – Я редко ошибаюсь в людях.

***

– Неплохо для одного дня, – сказала Лора, когда мы наконец добрались до гостевых покоев. – Изгнали древнее божество, спасли императрицу, запустили модельную карьеру. Что дальше? Будем мир спасать?

– Помолчи, – устало ответил я, падая на футон. – Дай мне хотя бы пять минут без сарказма.

– Четыре минуты пятьдесят девять секунд.

– Лора...

– Ладно-ладно. Спи. Завтра у нас много работы.

Я закрыл глаза.

Завтра. Да. Завтра разберемся.

А пока – хотя бы несколько часов без божеств, императриц и глобальных угроз.

Было бы неплохо.

Глава 4. Связи решают все.

Токио. Модельное агентство "Сакура Бьюти".

На следующий день.

Алиса стояла в приемной и нервно теребила край юбки. За стеклянными дверями виднелся огромный зал с подиумом, зеркалами и софитами. Девушки в откровенных нарядах расхаживали туда-сюда, бросая на неё оценивающие взгляды.

– Ты к кому? – спросила администратор, даже не поднимая головы от журнала.

– У меня назначена встреча с господином Танакой. На десять утра.

Администратор наконец соизволила посмотреть на неё. Окинула взглядом с ног до головы и хмыкнула.

– Подожди там, – она кивнула на диванчик в углу. – Господин Танака очень занят.

Алиса села. Часы на стене показывали 9:58.

К одиннадцати её так никто и не позвал.

***

К полудню Алиса всё ещё сидела на диванчике. Мимо прошла группа моделей – высоких, худых, с идеальной кожей и надменными лицами.

– Смотри, – шепнула одна другой достаточно громко, чтобы Алиса услышала. – Опять какая-то деревенщина с материка.

– С такими бёдрами? – хихикнула вторая. – Ей бы в сумо, а не на подиум.

Алиса сжала кулаки. Спокойно. Спокойно… Не будет же она прямо тут делать кровавую баню. Вот где-то на заднем дворе… Где там мусор вывозят?

– Эй, – одна из моделей подошла ближе. Высокая брюнетка с острыми скулами и презрительным взглядом. – Ты вообще в курсе, куда пришла? Это “Сакура Бьюти”. Лучшее агентство Токио. Сюда берут одну из тысячи.

– Я в курсе, – спокойно ответила Алиса, закинув ногу на ногу.

– Тогда зачем тратишь своё время? – брюнетка усмехнулась. – У тебя нет ни роста, ни фигуры, ни... – она критически осмотрела её лицо, – ...ничего особенного. Иди домой, пока не опозорилась.

Остальные модели захихикали.

Алиса медленно встала. Улыбнулась.

– Знаешь, – сказала она, – раньше у меня на животе был огромный рот. С зубами. Он мог откусить человеку голову за полсекунды.

Смех оборвался.

– Ч-что? – брюнетка попятилась.

– Шучу, – Алиса пожала плечами, удивившись, насколько они быстро поверили. – Или нет. Кто знает.

Она подняла край блузки буквально на сантиметр, и три модели синхронно подпрыгнули назад.

– Да ладно вам, – фыркнула Алиса. – Там ничего нет. Уже.

– Уже?! – пискнула одна из девушек.

Алиса только улыбнулась, поняв, на сколько они недалекие дамы.

В этот момент двери распахнулись.

На пороге стоял невысокий японец лет шестидесяти в безупречном костюме. Седые волосы были зачесаны назад, а в руках он держал конверт с золотой печатью.

– Господин Танака! – администратор вскочила так резко, что уронила журнал.

– Где она? – его голос был спокойным, но в нём чувствовалась власть. – Где девушка, которая ждёт с десяти утра?

Администратор побледнела.

– Я... она... там...

Танака повернулся к Алисе. Его взгляд смягчился.

– Алиса-сан? – он мягко улыбнулся, как будто увидел любимую внучку.

– Да, это я. – поклонилась девушка.

– Прошу прощения за ожидание, – он поклонился. Глубоко. Так, как кланяются только очень важным людям. – Произошло недоразумение. Пожалуйста, пройдемте в мой кабинет.

Брюнетка, которая минуту назад издевалась над Алисой, открыла рот.

– Господин Танака, – выдавила она, – а как же наш кастинг...

– Отменён, – бросил он через плечо. – У меня появились более важные дела.

– Но...

Танака остановился. Медленно повернулся.

– Юки-сан, – его голос стал ледяным, – вы знаете, что это за печать?

Он показал конверт. Золотая хризантема блеснула в свете софитов. Разумеется, каждый в этом здании, да чего уж, каждый в стране знал, что это за печать.

Юки побледнела.

– Это... это же...

– Императорская печать, – кивнул Танака. – Его Величество Мэйдзи лично рекомендует мне эту девушку. Лично. Понимаете?

В зале стало очень тихо. Остальные девушки выглядывали из за спин друг друга, пытаясь разглядеть Алису повнимательнее.

– И знаете, что написано в письме? – Танака развернул бумагу. – “Алиса-сан спасла жизнь моей супруге. Прошу отнестись к ней с должным уважением”. Подпись, печать – Император Японии.

Юки издала странный звук, что-то среднее между всхлипом и иканием.

– Так что, Юки-сан, – Танака убрал письмо обратно в конверт, – если вы еще раз позволите себе неуважение к гостье его величества... Думаю, вы понимаете последствия.

Юки кивнула так энергично, что её шея хрустнула.

– Отлично, – Танака снова повернулся к Алисе и улыбнулся. – Пойдемте дорогая. У меня для вас уже готовы три контракта и ароматный чай. И это только начало.

Когда они шли по коридору, Алиса услышала за спиной шёпот:

– Она правда спасла императрицу?..

– А что она говорила про рот на животе?..

– Может, она какой-то монстр?..

– Тихо! Она услышит!

Алиса улыбнулась про себя.

Иногда прошлое – это не проклятие. Иногда это очень полезный инструмент.

Кабинет Танаки был просторным, с огромными окнами и видом на Токийскую башню. На стенах висели фотографии знаменитых моделей – некоторых Алиса узнала даже по европейским журналам.

– Присаживайтесь, – Танака указал на кресло. – Мне доводилось быть у вас на родине, так что некоторые традиции вашего чаепития мне известны. – он достал из небольшого шкафчика печенья в виде сюрикенов. – Вам с глазурью или без?

– С глазурью, пожалуйста.

Пока ассистент разливал напитки, Танака разложил на столе несколько папок.

– Итак, – он открыл первую. – “Мицукоши” – крупнейший универмаг Японии. Им нужно лицо для весенней коллекции. Контракт на год.

Он открыл вторую.

– “Шисейдо” – косметический бренд. Рекламная кампания нового аромата. Съемки в следующем месяце.

Третья папка.

– И “Ямамото Кэндзи” – один из лучших дизайнеров страны. Он хочет, чтобы вы открывали его показ на Токийской неделе моды.

Алиса моргнула.

– Всё это... из-за письма императора?

Танака рассмеялся.

– Частично. Но я также видел ваши работы в европейских журналах. Вы талантливы, Алиса-сан. Письмо просто... ускорило процесс. К тому же, мы хорошо знакомы с госпожой Кантемировой-Пожарской… Эх, всегда сложно выговорить…

Он отпил чай и добавил:

– Хотя, признаюсь, когда курьер из дворца появился сегодня утром, я чуть не упал со стула. За тридцать лет в индустрии – первый раз получаю рекомендацию от императора.

Алиса улыбнулась.

– Это был... насыщенный визит в Японию.

– Не сомневаюсь, – Танака хитро прищурился. – Кстати, правда, что вы прибыли с царем Сахалина, господином Кузнецовым?

– Правда.

– И что вы помогли спасти императрицу от какого-то... – он замялся, – ...недуга?

Алиса вспомнила чёрные глаза Сёкен, облако тьмы, вырывающееся из её рта, и крики древнего божества.

– Можно и так сказать, – дипломатично ответила она.

Танака кивнул.

– Не буду расспрашивать. В нашем мире – чем меньше знаешь, тем крепче спишь.

Он пододвинул к ней папки.

– Изучите контракты. Если всё устроит – подпишем завтра. А пока... – он хлопнул в ладоши, – ...позвольте представить вам нашего лучшего фотографа. Он сделает пробные снимки.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл молодой человек с фотоаппаратом.

– Алиса-сан, – Танака встал, – познакомьтесь. Это Кэндзи. Он снимал для большинства крупных изданий.

Кэндзи поклонился.

– Рад знакомству. Я видел ваши работы в «Пловбое». Очень... смело.

Алиса почувствовала, как щёки слегка порозовели.

– Спасибо.

– Не за что. Идемте в студию?

Когда они вышли из кабинета, в коридоре уже никого не было. Только администратор за стойкой – теперь она вскочила при виде Алисы и поклонилась так низко, что чуть не ударилась лбом о стол.

– Алиса-сама! Могу ли я что-нибудь для вас сделать?!

– Нет, спасибо, – Алиса прошла мимо с невозмутимым лицом.

“Сама”. Надо же. Час назад она была “деревенщиной с материка”.

Удивительно, как быстро меняется мир, когда у тебя в кармане письмо от императора.

***

Три часа спустя.

– Отлично! Ещё один! Поверни голову влево... Да, вот так!

Вспышка.

– Теперь серьёзнее... Представь, что ты смотришь на врага...

Алиса вспомнила хаосита, который пытался убить Михаила.

Вспышка.

– Идеально! Этот взгляд! Откуда ты его взяла?!

– Практика, – пробормотала Алиса.

Кэндзи опустил камеру и посмотрел на экран.

– Невероятно, – он покачал головой. – Ты... ты точно раньше не снималась для боевых журналов? У тебя взгляд убийцы.

Алиса пожала плечами, пытаясь придумать подходящее оправдание.

– Я просто много тренируюсь.

– Дай угадаю. Посох? Нет… погоди… Коса?

Она вздрогнула.

– Как ты понял?

Кэндзи усмехнулся и махнул рукой.

– У тебя мозоли на ладонях. Характерные. Моя сестра занимается кэндо и у неё такие же. У косы центр тяжести смещен на один конец, и поэтому мозоли у основания большого и указательных пальцев. К тому же, ты иногда характерно подгибаешь руку, чтобы лезвие тебя не порезало.

– А, – Алиса расслабилась. – Да. Коса. Для самозащиты.

– Коса для самозащиты, – повторил Кэндзи. – В России все девушки такие?

– Поверь, тебе лучше не знать, какие еще есть у нас девушки. – ухмыльнулась Алиса, понимая, что встречу с рыцарями он точно не переживет.

Он рассмеялся.

– Мне нравится. Ладно, последняя серия, и закончим.

***

Когда съемка завершилась, Алиса вышла на улицу и достала телефон.

Три пропущенных от графини Кантемировой-Пожарской.

Два сообщения от Емели: “Как дела?” и “Скучаю”.

Одно от Михаила: “Возвращаемся завтра утром. Будь готова к 7:00”.

Она набрала графиню.

– Алиса! Наконец-то! – голос в трубке был взволнованным. – Что там происходит?! Мне только что звонили из “Мицукоши”! И из “Шисейдо”! И какой-то Ямамото!

– Я... подписала несколько контрактов.

– Несколько?! За один день?!

– Ну... император помог.

Пауза. На том конце трубки явно происходили мыслительные процессы в ускоренном режиме.

– Какой император? – наконец произнесла графиня.

– Японский.

Ещё одна пауза. Длиннее.

– Алиса, – голос графини стал подозрительно спокойным, – ты хочешь сказать, что Мэйдзи... сам... лично...

– Написал рекомендательное письмо. Да. И печать.

Тишина в трубке была такой долгой, что Алиса проверила, не оборвалась ли связь.

– Графиня, вы тут?

– Я тут, – голос был слабым. – Просто... пытаюсь осознать. Ты уехала на два дня... и вернёшься с императорским покровительством и тремя контрактами от лучших брендов Японии.

– Четырьмя. Танака обещал ещё один к вечеру.

– Четырьмя, – повторила графиня. – Конечно. Почему бы и нет.

– Вы расстроены?

– Расстроена?! – голос взлетел на октаву выше. – Я в экстазе! Это же прорыв! Это... это… – она закашлялась.

– Графиня, дышите.

– Да-да, дышу... – послышался глубокий вдох. – Ладно. Возвращайся. Мы это отметим. И ты мне всё расскажешь. В подробностях.

– Конечно. Вот только, я же, вроде как… в другой, недружественной стране?

– Ой, да когда это тебя останавливало? И Алиса?

– Да?

– Молодец. – гордо сказала графиня.

Связь оборвалась.

Алиса улыбнулась и убрала телефон.

Потом набрала Емеле: “Всё отлично. Скоро буду. Люблю”.

И пошла обратно в агентство – подписывать четвертый контракт.

***

Токио. Императорский дворец.

Утро следующего дня.

Императрица Сёкен полулежала на шёлковых подушках, бледная, но живая. Её глаза – нормальные, тёмно-карие, без следа той жуткой черноты – смотрели на нас с благодарностью и легкой хитринкой.

– Михаил-сан, – её голос был слабым, но твердым. – Я не знаю, как вас благодарить.

– Не стоит, ваше величество, – я слегка поклонился. – Роза сделала основную работу.

Женщина стояла рядом, заметно осунувшаяся после суток непрерывной работы. Но улыбалась.

– Состояние стабильное, – доложила она. – Ещё пара дней постельного режима, и императрица сможет вернуться к обычной жизни.

Сёкен кивнула, потом её взгляд стал встревоженным.

– А как... – она запнулась. – Как моя дочь? Мика? Мне сказали, она с Дмитрием.

– Всё в порядке, – я постарался говорить успокаивающе. – Мика и Дима сейчас на Сахалине. В безопасности.

– На Сахалине? – императрица нахмурилась. – Почему?

Мэйдзи, стоявший у изголовья, положил руку на плечо жены.

– Дорогая, сейчас не время...

– Нет, – она мягко, но решительно отстранила его руку. – Я хочу знать.

Я переглянулся с императором. Тот едва заметно кивнул.

– Мика решила остаться на Сахалине до тех пор, пока не решится вопрос с переговорами между нами и Петром Первым, – объяснил я. – Она занимается дипломатической работой. Урегулирует конфликты между нашими и японскими военными.

Сёкен помолчала.

– Моя дочь... дипломат, – она слабо улыбнулась. – Никогда бы не подумала. Она всегда была такой... вспыльчивой.

– Она изменилась, – сказал я. – В лучшую сторону. Дима на неё хорошо влияет.

– Дима... – императрица вздохнула. – Этот русский мальчик. Мне он нравится. Хоть и слишком... громкий.

Мэйдзи усмехнулся. УЖ он то помнил, как потел этот паренек.

– Дорогая, ты только что описала всех русских.

– Эй, – возмутился я. – Я вполне тихий.

Лора фыркнула где-то на периферии моего сознания.

– Ты? Тихий? – голос императрицы потеплел. – Михаил-сан, вы за два дня изгнали древнее божество из моего тела, устроили моей гостье карьеру в модельном бизнесе и, насколько я слышала, чуть не разнесли половину дворца своей энергией. Это не то, что я бы назвала “тихим”. – она подняла изящный палец вверх, – и это я не учитываю ваших прошлых визитов.

– Половину, это преувеличение, – пробормотал я. – Максимум четверть.

Сёкен рассмеялась – тихо, но искренне. Первый раз за эти дни.

– Спасибо, – она снова стала серьезной. – Правда. За всё.

– Выздоравливайте, ваше величество.

Я поклонился и направился к выходу. Роза и Алиса последовали за мной.

– Михаил-сан, – окликнула меня императрица.

Я обернулся.

– Берегите мою дочь.

– Обязательно.

В коридоре меня догнал Мейдзи.

– ПОкажешь, как ты телепортируешься? – хитро прищурился он.

– Конечно, – улыбнулся я. – Для вас, сенсей, все, что угодно.

***

Сахалин. Поместье Кузнецова.

Десять минут спустя.

Телепортация прошла штатно. Мы материализовались во дворе поместья – я, Роза и Алиса. Болванчик тут же сорвался с моего запястья и умчался куда-то в сторону заднего двора.

– Соскучился по Валере, – прокомментировала Лора.

– Все соскучились, – я потянулся, разминая затёкшие мышцы. Даже после стольких телепортаций тело всё ещё реагировало на них не лучшим образом.

– Михаил!

Из дома выбежала Маша. Следом, чуть медленнее – Света. Обе выглядели встревоженными.

– Всё в порядке, – я обнял жен. – Императрица жива, божество изгнано. Роза, герой дня.

– Недели, – поправила целительница. – Я буду отсыпаться неделю минимум.

– Заслужила, – кивнула Маша. – Идём, покормлю вас. Маруся наготовила столько, что хватит на армию.

Ох, кажется, нас ждет очень плотный обед.

– Сначала дело, – я покачал головой. – Где Валера? Эль? Пётр Петрович?

– В кабинете, – ответила Света. – Ждут тебя. Надя заранее позвонила Романову, хотела обсудить какие-то бумажки.

Я вздохнул.

– Отдых подождет.

***

В кабинете было накурено. Ну, не буквально – Эль приволок какие-то благовония, и теперь в помещении была легкая дымка, которая еще и странно пахла. От запаха у меня слегка закружилась голова.

– Наконец-то! – Валера вскочил с дивана. – Мы тут чуть не поседели от ожидания!

– За себя говори, – заметил Эль, восседающий на своем любимом кресле в облике гуся. – Я в самом соку.

– Ага, в гусь в собственном соку!

– Господа, – Пётр Петрович поднял руку, призывая к тишине. – Михаил, рассказывай. Что произошло в Японии?

Я сел за стол и коротко изложил события: нападение на императрицу, одержимость божеством, изгнание твари, восстановление Сёкен.

– Божество Забвения, – задумчиво произнёс Пётр. – Серьёзный противник. В тот раз Володя его упустил.

– Было серьёзным, – поправил я. – Теперь оно где-то зализывает раны. Надеюсь, надолго.

– А императрица? – спросил Эль. – Она в порядке?

– Роза говорит, через пару дней будет как новенькая. Мы успели вовремя.

Валера хмыкнул.

– Вечно ты куда-то успеваешь. То детей спасаешь, то императриц... Когда-нибудь опоздаешь – и что тогда?

– Тогда ты меня подстрахуешь.

– Я? – он картинно приложил руку к груди. – Я же на пенсии. Три тысячи лет отработал, имею право.

– Ага, а кто в одиночку запугал половину Европы? – фыркнул Эль. – Святой дух?

– Это была самозащита!

– Ты сам к ним пошёл. – добавил Эль.

– Они первые начали! Я хотел просто поговорить.

Я откинулся на спинку стула, слушая их перепалку. Странно, но именно эти моменты – когда бессмертные божества ругаются как дети, помогали мне чувствовать себя нормальным.

– Ладно, – прервал я их. – Есть новости от Петра Первого?

Пётр Петрович помрачнел.

– Пока тишина. Мои люди следят за его передвижениями, но он как будто затаился.

– Затишье перед бурей, – пробормотал Валера. – Знаю я таких. Готовит что-то.

– Вопрос, что именно. – вздохнул Петр.

В дверь постучали.

– Войдите, – крикнул я.

На пороге появилась Алиса. Она успела переодеться и теперь выглядела еще красивее, чем двадцать минут назад.

– Михаил, – она замялась. – Можно тебя на минуту?

– Говори здесь. У меня от этих господ секретов нет.

Алиса покосилась на Романова, на Валеру, потом на Эля, потом вздохнула.

– Ладно. Я хотела попросить разрешения съездить в Москву. К графине. Нужно обсудить контракты, которые я подписала в Японии. И вообще... – она замялась, – Давно там не была.

– Нет.

– Но...

– Алиса, – я посмотрел серьёзно. – Сейчас не время для поездок в Москву. Особенно в Москву. Там Пётр Первый, его люди, его шпионы. Ты элитный член моей свиты. Тебя могут использовать.

– Я могу за себя постоять! – она вскинула подбородок. – Ты сам знаешь. Жопу то я им надеру.

– Видел. И именно поэтому говорю “нет”. Ты хороша, но не настолько, чтобы противостоять агентам Петра.

Алиса открыла рот, чтобы возразить, но Валера её опередил.

– Девочка, послушай умных людей. Москва сейчас – змеиное гнездо.

– Но ты бы туда с удовольствием хоть сейчас отправился!

– Да, могу. – даже не скрывая своего превосходства, сказал он. – Но ты не я, а я не ты, и вообще никто не я. Потому что я это я. Я король!

Алиса закатила глаза..

– После встречи с Петром Первым, – сказал я мягче. – Когда ситуация прояснится, поедешь. Обещаю.

– А когда будет эта встреча?

Как по заказу, мой телефон завибрировал. Сообщение.

Я посмотрел на экран, и почувствовал, как брови ползут вверх.

– Что там? – насторожился Пётр Петрович.

– Сообщение от Петра Первого.

В кабинете стало очень тихо.

Я зачитал.

“Встреча назначена. Египет. Плато Гиза. Через три дня. Жду тебя и твоих... друзей. Один Романов. Приходи без армии – я буду с женой. Поговорим как цивилизованные люди. P.S. Пирамиды, нейтральная территория. Там нас никто не побеспокоит”.

Повисла пауза.

– Египет, – медленно произнес Эль. – Пирамиды. Серьёзно?

– Театрал чёртов, – буркнул Валера. – Не мог выбрать место попроще?

– Он отправил мне тоже самое, – Петр показал сообщение. – Сто процентов ловушка.

– Возможно, – я убрал телефон. – Но выбора у нас нет. Нужно идти.

Алиса тихо выскользнула из кабинета. Видимо, поняла, что её поездка в Москву откладывается на неопределённый срок.

– Египет, значит, – Валера потянулся, хрустнув костяшками пальцев. – Давно я там не был.

– Ты вообще там не был, – ухмыльнулся Эль.

Валера медленно повернул голову в сторону брата.

– Что-то ты стал какой-то разговорчивый. Неужели, новые силы придали тебе смелости? Может выйдем?

– Э, губернатор не может просто так, взять и выйти, – тут же замахал крыльями Эль.

Я посмотрел на своих союзников. Бывший царь Российской Империи. Два существа, с которыми лучше вообще не ссориться. И где-то за стенами – целый остров, готовый встать на мою защиту.

Египет.

Пирамиды.

Пётр Первый.

Что ж. Будет интересно.

Глава 5. Подготовка и планы.

Три дня пролетели как один.

Хотя нет, вру. Они тянулись как три недели. Каждый час был расписан по минутам, и даже Лора не успевала за всеми событиями.

Первым делом я занялся печатями. После визита Созидательницы стало очевидно, что нужно быть готовым ко всему. И если какое-то всемогущее существо говорит тебе о выборе, от которого зависит судьба мира, то лучше подстраховаться.

– Семнадцатая печать установлена, – доложила Лора, наблюдая за процессом. – Ты уверен, что хочешь продолжать? Твое тело уже напоминает ходячий артефакт.

– Еще три, – процедил я сквозь зубы. Боль была адской, но терпимой.

– Знаешь, большинство магов за всю жизнь ставят максимум пять печатей. А ты за три дня – двадцать.

– Я не большинство.

– Это точно, – хмыкнула она. – Большинство магов не разговаривают сами с собой и их дети не сильнейшие люди в будущем.

– Технически я разговариваю с тобой.

– Технически я вообще не должна была включиться после того случая с мимиком.

Я закончил с последней печатью и откинулся на спинку кресла. Тело гудело от переизбытка энергии. Теперь мое внутреннее хранилище было защищено так, что даже божества дважды подумают, прежде чем лезть. А лучше трижды.

– Кстати, – Лора вывела голограмму с картой. – Первые подводные лодки отправились в Китай и Корею. Груз – маголитовые кристаллы и образцы нашей военной техники.

– Отлично. Как прошел запуск?

– Без происшествий. Хотя капитан "Сахалинца" чуть не утопил лодку, когда пытался сделать селфи на фоне заката.

– Серьезно?

– Нет, но ты бы видел свое лицо.

Я только покачал головой. Иногда Лора была невыносима.

***

Будни царя – это не то, что показывают в фильмах.

Никаких балов, никаких пиршеств, никаких красивых речей с балкона. Вместо этого – бесконечные совещания, документы, отчеты и люди, которые постоянно чего-то хотят.

Утро начиналось в шесть. Завтрак с семьей – единственное время, когда я мог побыть с Машей и Светой. Витя и Аня обычно сидели рядом, но иногда их забирали рыцари, ставшие нянями.

– Миша, ты опять не спал? – Маша смотрела на меня с укором.

– Спал. Четыре часа.

– Это не сон, это издевательство над организмом.

– Мой организм привык.

Маруся молча подложила мне еще одну котлетку. Она знала, что спорить бесполезно.

После завтрака совещание с военными. Потом встреча с представителями торговых гильдий. Потом проверка строительства нового порта. Потом разбор жалоб от жителей. Потом тренировка с Валерой и рыцарями. Потом еще одно совещание.

– Ты знаешь, что у тебя глаз дергается? – заметила Лора во время обеда.

– Это от счастья.

– А я думала, от недосыпа.

– Это тоже, – вздохнул я и прогнал энергию по телу для бодрости.

К вечеру третьего дня я чувствовал себя выжатым лимоном. Но дела не ждали.

***

Петр Петрович по-своему готовился к встрече с отцом.

Поздним вечером я застал его в библиотеке администрации, окруженного старыми документами и картами. Он выглядел сосредоточенным и немного потерянным.

– Не спится? – спросил я, присаживаясь рядом.

– Сплю урывками, – он потер виски. – Все думаю, что он может сказать. Что может сделать.

– Это же ваш отец.

– Именно поэтому и думаю, – Петр горько усмехнулся. – Я знаю его лучше, чем кто-либо. И именно это меня пугает.

Он показал мне старую карту Египта.

– Пирамиды. Нейтральная территория. Звучит красиво, но я не верю в его благие намерения.

– Я тоже, – сказал я, понимая, что лучше придумать свой план.

– Тогда зачем мы идем?

Я помолчал, подбирая слова.

– Потому что иногда нужно смотреть врагу в глаза. Даже если этот враг – твой отец.

Петр Петрович кивнул. В его глазах была решимость.

– Знаешь, – он вдруг улыбнулся. – Володя всегда говорил, что я слишком мягкий для политики.

– Да ладно? Пока все что я видел, вы делали превосходно.

– Хотя мне всегда казалось, что народ должен в первую очередь бояться правителя, чтобы не совершать ничего противозаконного.

Мы помолчали.

– Кстати, – он вдруг оживился. – Ольга передала, что если я не вернусь живым, она лично спустится в ад и вытащит меня обратно, только чтобы убить еще раз.

– Это угроза или признание в любви?

– С Олей никогда не поймешь.

После чего мы рассмеялись.

***

Новый Город.

Церемония инаугурации.

Мисс Палмер стояла на импровизированной сцене и смотрела на толпу. Перед ней собрались существа со всех концов вселенной. Буквально. Трехглазые великаны, синекожие воины, пушистые многолапые шарики и еще куча разных существ.

И все они смотрели на нее.

– Дорогие жители Нового Города, – начала она. – Сегодня я официально принимаю на себя обязанности мэра.

Толпа взорвалась аплодисментами. Кто-то свистел, кто-то стучал щупальцами по земле, кто-то издавал звуки, которые, вероятно, означали одобрение.

– Наш город – уникальное место, – продолжила Палмер. – Здесь встречаются миры. Здесь находят приют те, кто потерял дом. И здесь мы строим будущее. Вместе.

– Красиво говорит, – шепнул трехглазый великан своему соседу гному, стоящему на балконе второго этажа.

– Угу, – буркнул тот. – Надеюсь, налоги не поднимет.

Церемония продолжалась еще час. Были речи, поздравления и даже небольшой фейерверк, организованный местными магами. После официальной части Палмер нашла тихий уголок и достала телефон.

– Валера? Это я. Да, все прошло хорошо. Нет, никто не пытался меня убить. Да, я уверена. Нет, ты не можешь приехать и проверить лично. Потому что ты нужен Михаилу. Да, я точно уверена в этом. Пока.

Она убрала телефон и вздохнула.

– Братья, – пробормотала она. – Три тысячи лет, а все еще ведут себя как дети.

***

Царевна Екатерина работала без устали.

Ее задачей было обеспечить социальные связи между иномирцами и жителями Сахалина. Звучало просто. На практике это означало решать конфликты между существами, которые даже не могли нормально друг друга понять.

– Значит, вы говорите, что он украл вашу... – Екатерина посмотрела в блокнот. – Душевную эссенцию?

– Да! – возмутился синекожий воин. – Он просто подошел и высосал ее!

– Я не высасывал! – защищался пушистый комок. – Я просто дышал рядом! У нас так принято здороваться!

– На вашей планете, может, и принято! А у нас это считается нападением!

Катя потерла виски. Уже третий подобный случай за день.

– Хорошо, – она подняла руку. – Давайте разберемся. Господин Кзар, вы можете вернуть душевную эссенцию?

– Она уже переварилась...

– Что?! – хором произнесли Катя и синекожий.

– Шутка! – пушистик захихикал. – Конечно, могу. Просто выдохну обратно.

Он сделал глубокий вдох и дунул в сторону синекожего. Тот моментально просветлел.

– О! Вернулась! Спасибо!

– Не за что. Извини за недоразумение.

Они пожали руки. Или что там у них было вместо рук.

Екатерина сделала пометку в блокноте: "Составить справочник приветствий разных рас. СРОЧНО."

– Следующий! – крикнула она.

В кабинет вошел трехглазый великан с жалобой на то, что местные дети дразнят его "светофором".

День обещал быть долгим.

***

Администрация Сахалина.

Финансовый отдел.

Надежда смотрела на цифры и не верила своим глазам.

– Они действительно заплатили, – пробормотала она.

– В срок, – подтвердил бухгалтер. – До последнего цента.

Деньги от Европы на восстановление Сахалина пришли точно по графику. Все до единой монеты. Без задержек, без отговорок, без “технических проблем".

– Это подозрительно, – нахмурилась Надежда.

– Почему? Они же подписали договор.

– Именно поэтому. Когда европейцы платят вовремя, это значит, что они чего-то боятся.

Она быстро набрала номер Михаила.

– Миша? Деньги пришли. Да, все. Да, вовремя. Нет, я тоже не верю. Хорошо, буду следить.

Положив трубку, она еще раз посмотрела на цифры.

Сумма была внушительной. Денег тут достаточно, чтобы восстановить разрушенные районы, построить новые укрепления и даже начать несколько инфраструктурных проектов.

– Распредели по приоритетам, – сказала она бухгалтеру. – Сначала жилье для пострадавших, потом оборона, а затем все остальное.

– Понял.

Она откинулась в кресле.

– Знаешь, – сказала она задумчиво. – Иногда мне кажется, что я работаю не на гениального царя, а на сумасшедшего, который случайно стал правителем.

– А разве это не одно и то же? – хмыкнул бухгалтер.

Надежда рассмеялась.

– Пожалуй, ты прав.

***

Звонок от Дункан застал меня в тренировочном зале с рыцарями.

– Михаил? – ее голос был странным. Взволнованным и усталым одновременно.

– Ася? Что случилось?

– Первый отчет, – она сделала паузу. – Мы нашли кое-что интересное.

Я жестом попросил Лиру подождать и отошел в сторону.

– Рассказывай.

– Мы с Финианом добрались до метеоритного пояса. Пришлось зайти почти до центра. И там... – она снова замолчала.

– Ну! – не выдержал я этой драматической паузы.

– Там следы божеств, Михаил. Много следов. В центре Дикой Зоны их действительно много.

Я не был удивлен после того, что мы с Лорой узнали. Но все же пока неприятно.

– Что именно вы видели?

– Следы божеств. Они как-то умудряются попасть внутрь кристалла, – она сглотнула. – Потом вылетают, как только купол раскрывается

– Твою мать...

– Это еще не все. На нас напало одно из них. Уже вылупившееся. Оно попыталось вселиться в Финиана.

– Он в порядке?

– Да. Не успело. Финиан... Ну, он неплохо владеет магией, и у него есть какой-то блок в голове, так что все нормально.

Я невольно улыбнулся. Финиан был тем еще монстром.

– А ты?

– Так я же невосприимчива, – в ее голосе ощущалась гордость за себя. – Оно попыталось вселиться и в меня тоже. Но не смогло. Неудача года получается.

– Удачна, – пробормотала Лора.

– Лора, тсс…

– Что?

– Ничего. Продолжай наблюдение. И будь осторожна.

– Буду. Кстати, Михаил...

– Да?

– Тут красиво. Если не обращать внимание на метеориты с монстрами, центр Дикой Зоны – потрясающее место.

– Мы с тобой говорим об одном и том же месте? – удивился я, вспоминая свой опыт пребывания в центральной части метеоритного пояса.

– Ага. Единственный минус – Финиан храпит. Даже в вакууме.

Я рассмеялся и положил трубку.

– Ну что? – Лора уже выводила данные. – Божества в метеоритах. Связь с Хаосом. Романтично.

– Нам нужен план.

– У меня уже есть идеи.

***

Мы просидели в моем кабинете до глубокой ночи. Лора развернула огромную голограмму, схему метеоритного пояса, траектории падения, точки происхождения метеоритов.

– Смотри, – она ткнула пальцем в центр. – Здесь находится источник. Та штука, которую мы видели, когда вернулись из мира Хаоса. Именно оттуда запускаются метеориты.

– Можем уничтожить их?

– Теоретически, да. Практически, нам нужны ракеты, способные достичь космоса и точно поразить цель, – развела руками Лора.

Я задумался.

– Нам нужны НАШИ технологии…

– Так-то да. Унур и Наталья, конечно, гении. Но космос – это другой уровень.

– Сколько времени?

Лора вывела поэтапный план. Он был огромным.

– Первый этап – разработка двигателей. Шесть месяцев минимум. Второй этап – системы наведения. Еще четыре месяца. Третий – тестирование. Два месяца. Итого – год, если все пойдет хорошо.

– А если не пойдет?

– Тогда два года. Или три. Или мы все умрем от метеоритов раньше.

– Оптимистично.

– Я стараюсь.

Я изучал план, прокручивая в голове варианты.

– Знаешь, о чем я еще думаю?

– О сне? – с надеждой спросила Лора.

– Об интернете.

Она замерла.

– Серьезно?

– Абсолютно. Представь, мгновенная связь между всеми точками острова. Обмен информацией в реальном времени. Координация армии, торговли, всего.

– Это... – Лора задумалась. – Это будет сложно. Очень сложно. Нужна инфраструктура, серверы, кабели...

– Но возможно?

– Возможно. В будущем, – кивнула она и хитро улыбнулась той самой улыбкой, которая появлялась, когда ее что-то по-настоящему интересовало.

– Знаешь что, Миша? Это будет интересно.

– Вот и договорились.

– Только давай сначала не умрем в Египте, ладно?

– Постараюсь.

***

Кафе "Сахалинский бриз".

Центр города.

Мы с Петром сидели у окна, наблюдая за прохожими. Обычное кафе, обычные люди, обычный вечер. Если не считать того, что завтра мы летим в Египет на встречу с человеком, который хочет нас убить.

– Кофе тут паршивый, – заметил Петр, отодвигая чашку.

– Зато пирожные отличные, – парировал я.

– Это да.

Он взял эклер и задумчиво откусил.

– Знаешь, о чем я все время думаю?

– О том, что ваш отец готовит ловушку?

– Нет. О том, КАКУЮ ловушку он готовит, – провел он эклером по воздуху, словно дирижер.

Я кивнул. Та же мысль не давала мне покоя.

– Он написал, что придет с матерью, – продолжил Петр. – Но он не будет рисковать ею. Она для него слишком важна.

– Значит, либо это блеф, либо...

– Либо он придумал что-то, что гарантирует ее безопасность, – закончил Петр. – Что-то, что мы не предусмотрели.

– Телепорт? Защитный артефакт? – предложил я.

– Возможно. Или что-то совсем другое.

Мы помолчали, каждый погрузился в свои мысли.

– А может, он правда хочет поговорить? – вдруг сказал Петр.

– Вы сами в это верите? – ухмыльнулся я.

– Нет. Но хочется.

Он допил остывший кофе и поморщился.

– Триста лет, Михаил. Триста лет он искал способ спасти свою жену. Превратил страну в диктатуру, создал тайную организацию, развязал войны. Да даже тело Володи… И все ради мамы, – он помолчал и добавил: – Хотя… если бы я знал, что она жива… Может, сделал то же самое.

– Это любовь или одержимость?

– А есть разница? – пожал Петр плечами.

Хороший вопрос. У меня не было ответа.

– Ладно, – я встал. – Завтра узнаем, что он задумал. А пока нужно выспаться.

– Ты? Выспаться? – Петр усмехнулся. – Это что-то новенькое. Я знаю, СКОЛЬКО работает царь…

– Маша и Света пригрозили отключить мне доступ к кофе, если я снова не лягу до полуночи.

– Суровые женщины.

– Не то слово, – кивнул я и ушел.

***

Звонок от Надежды застал меня уже дома.

– Миша? – ее голос был странным. – Ты сидишь?

– Лежу. Почти сплю.

– Тогда садись. У меня новости.

Я нехотя поднялся.

– Что случилось?

– Со мной только что связался помощник президента США.

Сон как рукой сняло. Я даже вскочил.

– Что?

– По-мощ-ник. Пре-зи-ден-та. США! – повторила Надежда по слогам. – Он хочет организовать разговор между тобой и президентом.

– Это шутка? – удивился я. – Зачем?

– Если бы я знала... Звонок был официальный, через дипломатические каналы. Все по протоколу.

Я переглянулся с Лорой. Она уже выводила данные.

– Когда?

– Завтра утром. Если согласишься.

Я задумался. США до сих пор держались в стороне от наших конфликтов. С чего вдруг такой интерес?

– Хорошо, – сказал я наконец. – Организуй.

– Уверен?

– Нет. Но когда это меня останавливало?

Надежда вздохнула.

– Иногда я думаю, что ты нарочно ищешь приключения...

– Они сами меня находят.

Я сел в кресло.

– Ага, конечно. Спокойной ночи, Миша.

– И тебе.

Я положил трубку и посмотрел на Лору.

– Ну что скажешь?

– Скажу, что сегодня ты точно не выспишься.

***

Администрация.

Следующее утро.

Экран занимал всю стену кабинета. На нем было лицо президента США. Пожилой мужчина с золотистыми волосами, элегантно прикрывающими лысину, и с цепким взглядом. С автозагаром он явно переборщил.

– Господин Кузнецов, – он слегка кивнул. – Рад наконец познакомиться.

– Взаимно, господин президент.

Мы обменялись дежурными любезностями. Погода, экономика, общие знакомые. Все как положено в дипломатии.

Потом он перешел к делу.

– Скажу прямо, господин Кузнецов. Нас беспокоит ситуация в регионе.

– Какая именно?

– Российская Империя, – он сделал паузу. – И ее новый... руководитель.

Я изобразил удивление.

– Петр Первый? А что с ним не так?

– Многое, – президент чуть наклонился вперед. – Его методы... нетрадиционны. Его цели туманны. И его влияние растет слишком быстро.

– Понимаю, – кивнул я.

– Мы считаем, что такой человек у власти... нежелателен.

Ага. Вот оно что.

– И что вы предлагаете?

– Пока ничего конкретного, – он откинулся назад. – Просто... обмен мнениями. Налаживание контактов.

– Звучит разумно.

– Мы хотели бы направить на Сахалин нескольких советников. Для... ознакомительного визита.

Я почувствовал, как Лора напряглась где-то на периферии сознания.

– Советников?

– Дипломатов. Экспертов. Людей, которые помогут нам лучше понять вашу... уникальную ситуацию и позицию.

– А также собрать разведданные, – подумал я и сказал вслух: – Конечно. Мы будем рады гостям. Когда планируете визит?

– Через неделю, если вас устроит.

– Вполне.

Мы обменялись еще несколькими фразами и попрощались. Экран погас.

Я откинулся в кресле.

– Ну что скажешь?

Лора материализовалась рядом.

– Скажу, что это может быть ловушка.

– Согласен.

– Они хотят использовать тебя против Петра Первого. А потом, возможно, и против тебя самого.

– Тоже согласен.

– И ты все равно согласился на визит?

– А что мне оставалось? Отказать президенту США?

Лора покачала головой.

– Иногда мне кажется, что ты специально усложняешь себе жизнь.

– Это называется дипломатия.

– Это называется безумие.

Я улыбнулся.

– Одно другому не мешает.

За окном вставало солнце. Новый день. Новые проблемы. Новые возможности.

А завтра – Египет.

Глава 6. Вот так встреча.

Сборы в Египет заняли больше времени, чем я рассчитывал.

Нет, не потому что мы долго паковали чемоданы. С пространственными кольцами это занимает примерно три секунды. Проблема была в другом.

С Романовым мы решили, что отправимся вдвоем. Этого вполне хватит. Валера будет защищать Сахалин. Эль тоже. Что-то мне подсказывает, что они будут куда полезнее тут, чем с нами. К тому же, и я, и Петр достаточно сильны, чтобы выбраться из любой передряги.

– Миша, ты точно не хочешь взять с собой Посейдона? – спросила Маша, держа на руках нашего сына. Витя спал, периодически пуская пузыри, что выглядело бы мило, если бы эти пузыри не были из чистой энергии и не искривляли пространство.

– Дорогая, Посейдон… как бы так сказать… Слишком ценный питомец для защиты как Сахалина, так и КИИМа. В пустыне он будет чувствовать себя примерно как я на балете. То есть очень неуютно.

Хотя, если вспомнить, где я его нашел… Будь Маша в курсе про это, было бы гораздо больше вопросов.

– А Болванчика? – прищурилась жена.

– Болванчик летит со мной по умолчанию, – кивнул я.

– А я? – с надеждой спросила Света, появляясь в дверях.

– У тебя и так битва в детской, чтобы покормить Аню, – напомнил я.

– Это другое!

– Света, я обязательно возьму и тебя, и Машу, но в другой раз. Я понимаю, что вам хочется размяться, но сомневаюсь, что Петр Первый будет насылать на нас армии.

– Сплюнь! – сказала Лора.

Света надулась, но возразить ей было нечего.

Петр Петрович ждал меня внизу. Он был одет в дорожный костюм и выглядел так, будто собрался на прогулку, а не на встречу с отцом, который так хотел его убить.

– Готовы? – спросил я.

– Всегда, – кивнул он. – Кстати, как мы туда попадем? Ты же не был в Египте.

– В том-то и проблема. Телепортация работает только в места, где я уже бывал. Так что придется идти длинным путем.

– Через Москву?

– Через Москву.

***

Московское поместье Кузнецова.

Портал выплюнул нас прямо в гостиную. Граф Бердышев, который в этот момент пил чай, закашлялся.

– Михаил! Петр Петрович! – он вскочил, расплескивая чай на ковер. – Предупреждать же надо!

– Извините, Ростислав Тихомирович. Срочные дела.

Бердышев быстро пришел в себя. Он был из тех людей, которые могут сохранять достоинство даже с мокрыми штанами. К счастью, чай попал только на ковер.

– Рад вас видеть, ваше величество, – он поклонился мне, потом Петру. – Ваше… высочество? Я не совсем уверен в вашем статусе…

– Да, – кивнул Петр, – теперь я высочество. Даже странно звучит.

– Как обстановка в столице? – сразу перешел я к делу.

Лицо графа помрачнело.

– Если честно, паршиво. После того как вы... эм... устроили небольшой переполох в прошлый раз, Петр Первый закрутил гайки. Очень сильно закрутил.

Он подошел к столу, взял несколько карт, положил их перед нами и показал пальцем на несколько обведенных точек.

– Видите? Жандармы везде. На каждом углу. Проверки документов, досмотры, обыски. Любой повод и тебя тащат на допрос.

– Это из-за меня? – нахмурился я.

– Не только. Царь заключил несколько сделок с Европой. Теперь в Москве полно иностранных предприятий. Французские, прусские, даже румынские. Товары льются рекой. Народ доволен, цены упали.

– Звучит неплохо, – заметил Петр.

– Звучит – да. Но за это пришлось заплатить. Около тридцати баронов и графов уже сидят банкротами. Кто-то в тюрьмах. Официально за измену. Неофициально за то, что посмели иметь свое мнение.

– Классика, – хмыкнула Лора у меня в голове. – Хлеба и зрелищ, а несогласных отправляем в кандалы.

Бердышев продолжал:

– Среди арестованных есть и наши знакомые, и партнеры, Михаил. Князь Оболенский, барон Штольц, графиня Мещерская...

– Мещерская? – удивился я. – Которая покупала у нас мебельную продукцию, и мы сливали ей алмазы?

– Она самая. Говорят, у нее нашли портрет Петра Петровича в спальне.

– Это преступление? – удивился я.

– Теперь, да.

Я переглянулся с Романовым. Его лицо не выражало никаких эмоций. Кажется, он и так догадывался о том, что может сделать его отец.

– Мы разберемся с этим, – тихо сказал он. – Когда придет время.

– Надеюсь, ваше высочество. А пока... – Бердышев понизил голос. – Будьте осторожны. За этим домом следят. Я стараюсь вести себя как законопослушный гражданин, но долго это не продлится.

– Спасибо за информацию, Ростислав Тихомирович, – я пожал ему руку. – Мы не задержимся. Нам нужен портал в Китай.

– В Китай? – брови графа поползли вверх.

– Небольшой крюк по дороге в Египет. Дипломатия, знаете ли.

Бердышев только покачал головой.

– Иногда я думаю, что вы специально выбираете самые сложные маршруты...

– Это называется стратегия, – улыбнулся я.

– Это называется головная боль для ваших союзников, – парировал граф, но в его голосе слышалась теплота.

***

Пекин.

Запретный город.

Петр Петрович заранее связался с Блин Лолом о нашем визите. Мы вышли из портала на вершине горы. У подножья нас ждала делегация. Они отвезли нас во дворец.

Китайский император принял нас в тронном зале. И выглядел он... уставшим. Очень уставшим. Под глазами залегли тени, а взгляд был таким, будто он не спал несколько недель.

– Царь Сахалина, – произнес он на ломаном русском. – Мы рады видеть вас в наших землях. Кажется, последний раз мы с вами виделись в подвалах Кремля. Помните? Я готовил вам яичницу…

– Благодарю за гостеприимство, ваше величество. – поклонился я. – Конечно помню. Как можно забыть блюдо от самого императора?

Мы обменялись положенными любезностями. Чай, комплименты, разговоры о погоде. Все как положено в дипломатии. Скучно до зубовного скрежета, но необходимо.

– Миша, у него под мантией что-то интересное, – шепнула Лора. – Похоже на защитный артефакт высокого класса.

– Не удивительно. В его положении я бы тоже носил бронежилет под пижамой.

Наконец мы перешли к делу.

– Ваше величество, – начал я, – Сахалин заинтересован в расширении торговых связей с Китаем. Мы готовы поставлять магические артефакты, защитное снаряжение и... – я сделал паузу для эффекта, – технологии. Помимо того, что уже мы отправили вам.

Глаза императора слегка расширились.

– Какие технологии?

– Летающие машины. Системы связи. Медицинское оборудование.

Блин Лол едва заметно облизнулся, но быстро взял себя в руки.

– Это интересное предложение. Но что вы хотите взамен?

– Шелк, фарфор, чай. И право прохода через ваши воды для наших подлодок. Ну и безвизовую зону для туристических поездок.

– Туристическую? – удивился Император. – Вы же в курсе, что мы находимся через метеоритный пояс? Конечно, я не против, но… Неужели вы думаете, что к вам будет такой большой поток туристов?

– А почему бы и нет? Скоро у меня появятся технологии, которые позволят безопасно переплывать море, – кивнул я.

– Это все? – кивнул Блин Лол.

– И информацию. О передвижениях европейских дипломатов через ваши земли.

Император задумался. Потом медленно улыбнулся.

– Царь Сахалина, вы либо очень умный человек, либо очень наглый.

– Почему не оба варианта сразу? – улыбнулся я в ответ.

Блин Лол рассмеялся. Впервые за всю аудиенцию он выглядел живым.

– Мне нравится ваш стиль. Петр, этот парень очень амбициозный, – поглядел он на Романова и улыбнулся. – Давайте обсудим детали.

Следующие два часа мы провели за переговорами. Петр молчал, наблюдая. Это было правильно. Здесь он был просто моим сопровождающим, а не наследником российского престола.

Когда мы наконец закончили, у нас был торговый договор и обещание императора «закрыть глаза» на наше присутствие в регионе.

– Неплохо, – признала Лора, когда мы вышли из дворца. – Ты становишься настоящим дипломатом.

– Не говори так, будто это комплимент. Дипломаты это люди, которые могут послать тебя к черту так вежливо, что ты еще и поблагодаришь за направление, – вздохнул я.

Что ж, продолжаем совмещать приятное с полезным.

***

граница Османской Империи.

Далее я телепортировал нас в ту часть Османской Империи, где я был в прошлый раз. Солнце палило нещадно, и я сразу пожалел, что не взял шляпу.

– Где мы? – спросил Петр, оглядываясь.

– Небольшая деревушка, где мы переправляли беженцев в Римскую Империю, а оттуда через Павла ко мне… – я прикинул расстояние. – Нам до границы с Египтом… – Лора дала точные данные, – пятьсот километров.

– Пешком?

– Нет, конечно, – улыбнулся я. – Может, наперегонки?

В глазах Петра я увидел азартный огонек и почувствовал, как его тело начало разгонять энергию по каналам.

– А угонишься? – ухмыльнулся он.

– Кто знает?..

Я щелкнул пальцами, Болванчик вылетел из кольца и начал прилипать к моему телу, формируя экзоскелет.

Мы сорвались моментально. Петр оставил за собой огненный след, а я синюю энергетическую полосу. Скорость была сумасшедшей, пейзажи мелькали с невероятной скоростью. Жара немного спала благодаря системе охлаждения, которую Лора любезно активировала. Разумеется, одну детальку я прикрепил к Романову, чтобы координировать маршрут.

– Расскажите мне о своем отце, – попросил я Петра. – Каким он был... раньше?

Романов долго молчал. Потом заговорил, вырвавшись чуть вперед:

– Строгим. Справедливым. Любящим. Он обожал мать. Буквально боготворил ее. Когда она заболела... – он сглотнул. – Он изменился. Сначала немного. Потом все больше. К тому моменту, когда я понял, что происходит, было уже поздно.

– Ты думаешь, его можно вернуть?

– Не знаю. Иногда я вижу в нем проблески прежнего Петра. Но они становятся все реже.

– А мать? Разве она осталась с ним не потому, что увидела в нем что-то?

– Мама… Скорее всего, она просто видит в нем то, что хочет. – Петр вздохнул. – Она всегда была тихой. Мягкой. Настоящей императрицей. Но прошло слишком много времени, пока она была в теле гусыни. Да и сколько они не виделись? Вот она и...

– Может, Петр Первый хочет, чтобы она всегда была рядом?

– Да. Триста лет он желал этого. Но пока я не понимаю конечную цель. Оправдание благом семьи как-то не вписывается в его картину мироздания.

Я промолчал. Что тут скажешь? В каком-то смысле я понимал старого царя. Ради Маши и Светы я бы тоже пошел далеко. Может, не так далеко, но...

– Внимание, – вмешалась Лора. – Впереди засада. Восемь человек с оружием. Прячутся за скалами.

– Бандиты?

– Похоже на то. Местные любители легкой наживы.

Я посмотрел на Петра.

– Хочешь размяться?

Он усмехнулся. Впервые за весь разговор.

– С удовольствием.

Мы сбавили скорость и перешли на обычный шаг уже у широкого входа в ущелье. Между скал к нам вышли восемь человек в грязных халатах, с кривыми саблями и допотопными ружьями. Их предводитель, здоровенный детина с бородой до пояса, ткнул в нас пальцем.

– Вы! Деньги, ценности, все давай!

Мы с Петром переглянулись.

– Справитесь сами или помочь? – спросил я.

– Сам.

Он вышел вперед. Восемь бандитов окружили его, ухмыляясь. Один даже сплюнул ему под ноги.

– Богатенький, да? Хорошая одежда. Дорогие сапоги. Снимай все!

Петр посмотрел на него. Просто посмотрел без какой-либо агрессии.

– Ты хоть знаешь, кто я?

– Мне плевать! Хоть сам султан! Раздевайся или...

Он не успел договорить.

Петр двинулся так быстро, что я едва уловил движение. Первый бандит рухнул с дымящейся дырой в груди. Второй и третий вспыхнули, как факелы. Четвертый попытался выстрелить, но его рука отлетела в сторону раньше, чем он нажал на спуск.

Остальные бросились бежать.

– Куда? – холодно произнес Петр.

Земля под ногами беглецов раскалилась докрасна. Они завизжали, прыгая на месте, но это не помогло. Через секунду от них остались только обугленные силуэты.

Главарь, единственный выживший, стоял на коленях, дрожа всем телом.

– П-пощади! Я не знал! Клянусь, не знал! – бился он головой о землю.

Петр подошел к нему и наклонился.

– Теперь знаешь.

Щелчок пальцев. Вспышка. Тишина.

– Возможно, это было немного чересчур, – заметил я, подходя ближе.

– Они бы убили нас и ограбили, – пожал плечами Петр. – Я просто сэкономил время.

– Все равно. Ты мог хотя бы одного оставить, чтобы он рассказал про нас остальным.

– Зачем? Это обычные бандиты. Ничего интересного.

Он был прав, но меня все равно немного передернуло. Петр Петрович обычно был сдержанным и благородным. Видимо, предстоящая встреча с отцом действовала ему на нервы сильнее, чем он показывал.

– В дорогу, – его тело в мгновение окутал огонь, и он ракетой взлетел в небо. – До границы еще далеко.

***

Каир.

Вечер следующего дня.

Египет встретил нас жарой, пылью и шумом. Каир был огромным городом, переполненным людьми, верблюдами и торговцами, которые пытались продать тебе все на свете, включая твои собственные носки.

– Нам нужно переодеться, – сказал я, оглядывая улицу. – Мы слишком выделяемся.

Это было мягко сказано. Два светлокожих мужчины в европейской одежде посреди восточного рынка привлекали внимание, как маяк в ночи.

– Есть идеи? – спросил Петр.

– Лора?

– На соседней улице есть лавка с местной одеждой. Владелец – простой честный торговец. Редкость для этих мест, но бывает.

Мы нашли лавку и потратили полчаса на переодевание. Когда я посмотрел в зеркало, то едва узнал себя. Длинный халат, тюрбан, сандалии. Выглядело... экзотично.

– Миша, ты похож на верблюжьего погонщика, который выиграл в лотерею, – хихикнула Лора.

– Спасибо за комплимент.

Петр выглядел не лучше. Его царственная осанка никак не сочеталась с простой одеждой торговца.

– Старайтесь сутулиться, – посоветовал я. – И не смотрите на людей сверху-вниз.

– Я не смотрю сверху-вниз, – пробубнил Романов.

– Смотрите. Это у вас врожденное.

Мы вышли на улицу и смешались с толпой. Или попытались. Несмотря на маскировку, некоторые прохожие все равно косились на нас и в основном из-за роста. Мы были выше всех на голову.

– Слышал новость? – донеслось до меня из соседней лавки. Два торговца обсуждали что-то, попивая чай.

– Какую?

– Говорят, сам Петр Первый приезжает! Русский царь! Завтра или послезавтра!

– Да ладно! Зачем ему наш Египет?

– Кто знает? Может, пирамиды хочет посмотреть. Или с султаном встретиться. Но точно приезжает! Мой двоюродный брат работает в порту, он видел, как готовят причал для большого корабля!

Я переглянулся с Петром.

– Он не теряет времени, – тихо сказал Романов.

– Значит, мы успели вовремя.

Мы двинулись дальше по улицам Каира. Город гудел слухами о визите русского царя. Кто-то боялся, кто-то радовался, кто-то просто хотел посмотреть на диковинного гостя.

– Интересно, – произнесла Лора, – весь город знает о приезде Петра Первого. А о нас никто не подозревает.

– В этом и смысл, – ответил я. – Элемент неожиданности.

– Или элемент полного безумия.

– Одно другому не мешает.

Мы нашли небольшую гостиницу на окраине города. Хозяин, пожилой египтянин с хитрыми глазами, не задавал лишних вопросов. Деньги для местных были универсальным языком.

– Отдыхайте, – сказал я Петру, когда мы устроились в комнате. – Завтра будет тяжелый день.

– Ты думаешь, он готовит ловушку?

– Я уверен в этом. Вопрос только в том, какую именно?

Петр кивнул и лег на кровать, закрыв глаза.

Я подошел к окну и посмотрел на ночной Каир. Завтра намечалась встреча с Петром Первым. Какая она будет? Нападет ли он? Скорее всего. Но взял ли он тело Владимира с собой? Судя по тому, что царь собирался прийти один… А вдруг он человек чести?

– Лора?

– Да?

– Как ты думаешь, что он хочет на самом деле?

Она помолчала.

– Честно? Не знаю. Но одно могу сказать точно.

– Что?

– Завтра будет очень интересный день.

Я усмехнулся и отвернулся от окна. Интересный день. Это еще мягко сказано. Но уснуть у меня не получилось.

И чтобы хоть немного отвлечься, я спустился на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. На углу стояла небольшая чайная, откуда доносилась легкая, спокойная музыка. Туда-то я и направился.

Сев за столик у окна, посмотрел на звездное небо.

– Тут спокойно… – произнесла Лора, появившись напротив меня.

– Ага…

Помимо меня в кафе было еще несколько человек. Мужчина в дальнем углу в тюрбане. Два мужчины у барной стойки, да сам владелец, который протирал кружки.

– Миша! – резко сказала Лора. – Он рядом.

Дверь открылась, и в помещение вошел высокий мужчина, замотанный в простыни.

Вот уж кого я не ожидал увидеть в этой глуши, так это Петра Первого.

Он огляделся и, когда наши взгляды встретились, искренне удивился.

– Вот уж не думал, что мы с тобой встретимся в такой дыре, – ухмыльнулся он, садясь напротив. – Судьба иногда преподносит такие случайности, в которые просто невозможно поверить.

– Случайность? – ухмыльнулся я. – Думаешь, я в это поверю?

Глава 7. Неожиданная разминка.

– Интересно, – произнес Петр Первый. Его голос был спокойным, почти равнодушным. – Но я правда не ожидал тебя тут увидеть.

Мы смотрели друг на друга. Воздух между нами, казалось, загустел. Хозяин за стойкой продолжал натирать кружки, не подозревая, что в его заведении находятся два правителя, способные стереть с лица земли целый квартал. Остальные посетители тоже занимались своими делами.

– Миша, – голос Лоры был напряженным, – уходи. Сейчас.

Но я не двинулся.

И он не двинулся.

– Что будем делать? – спросил я.

Петр посмотрел на меня с легкой усталостью в глазах.

– Можем подраться. Разнесем половину города. Погибнут тысячи людей. Очень эффектно.

– Или?

– Или ты закажешь чай и сядешь.

Я подошел к стойке и заказал мятный чай. Потом сел за столик напротив Петра.

Через несколько минут нам принесли чай.

– Если вам что-нибудь еще понадобится, позовите, – кивнул хозяин. – Не смею мешать.

И удалился. Мудрый человек.

– Значит, перемирие? – уточнил я.

– На ближайшие полчаса. Потом можешь снова меня ненавидеть.

– Великодушно, – ухмыльнулся я.

Чай был горячим и неожиданно вкусным.

Петр разглядывал меня с каким-то странным выражением. Не враждебным. Скорее оценивающим.

– Хм… При близком рассмотрении ты кажешься еще моложе, – сказал он.

– А ты старше, – чуть не вырвалось, что в учебниках он совсем другой.

– Триста лет в тюрьме никого не сделают моложе. Это сказывается.

– Могу представить.

Повисло неловкое молчание. Но без угрозы. Как будто два хищника оказались у одного водопоя и решили не драться. Пока.

– Зачем ты здесь? – спросил я. – В этой гостинице. В этой забегаловке посреди ночи.

– Катя плохо спит в незнакомых местах, – он пожал плечами. – Я вышел, чтобы не мешать ей.

– Екатерина здесь? – удивился я.

– Наверху. Отдыхает.

Он сказал это просто. Без пафоса. Как будто муж, который заботится о жене.

Это было странно. Передо мной сидел уставший человек, который не мог уснуть.

– А ты? – спросил он. – Тоже бессонница?

– Нервы. Завтра важный день.

– Для нас обоих.

Снова молчание. Хозяин за стойкой всхрапнул особенно громко, и мы оба невольно посмотрели в его сторону.

– Завидую, – усмехнулся Петр. – Спит как младенец. Никаких забот.

– Ты умеешь завидовать?

– Я умею многое. Удивлен? – он посмотрел в окно, на небо.

– Немного.

– С рогами и копытами?

– Ну ты уж не перегибай палку. Просто сумасшедший, – улыбнулся я.

Он хмыкнул. Почти весело.

– Разочарован?

– Пока не решил.

Петр крутил чашку в руках. Даже в таких движениях чувствовалась сила.

– Можно вопрос? – сказал я.

– Валяй.

– Зачем тебе эта встреча? Завтрашняя. Официальная. Ты мог просто привезти Екатерину на Сахалин. Или взять с собой армию.

– Мог, – согласился он. – Но армии у меня достаточно. А вот ответов не хватает.

– Каких ответов?

Он посмотрел мне в глаза.

– Ты за полгода прошел путь от студента до царя. Разбил моих лучших магов. Создал армию из ничего. Заключил союзы с Китаем и Японией. Откуда?

– Талант, – соврал я. Хотя тут была нотка правды.

– Не смешно.

– А я и не шучу.

Петр откинулся на спинку стула.

– Знаешь, что меня больше всего раздражает в тебе, Кузнецов?

– Моя скромность?

– Твоя наглость. Ты ведешь себя так, будто имеешь на это право.

– Может, имею, – я наклонился ближе к столу.

– Может.

Он отпил чай. Я отпил свой.

– Два врага за одним столом. Звучит как начало плохого анекдота, – произнес он без улыбки. – Как там мой Петя?

– Он сейчас спит, – сказал я. – Но видно, что переживает.

Лицо царя дрогнуло. Едва заметно, на долю секунды. Но я заметил.

– Знаю.

– И? – удивился я.

– И ничего. Он сделал свой выбор.

– Ты не злишься?

– Злюсь? – Петр покачал головой. – Нет. Я горжусь им. Он единственный, у кого хватило смелости пойти против меня.

– Странный способ выражать гордость. Охота на собственного сына.

– Я не охочусь на него.

– Нет?

– Нет. Если бы охотился, он был бы уже мертв.

– Кажется, ты забыл, что отравил его артефактом из Кремля?

– Да, вот только как удачно, что рядом оказался Есенин и ты, – прищурился он. – Верно?

Я догадывался, что он тоже мог это все продумать. Но зачем? Неужели, чтобы спасти и Сашу Есенина, и спровоцировать Петра? Но на что?

– Значит, завтра, – сказал я. – Переговоры.

– Переговоры, – кивнул он. – Ты придешь с требованиями. Я приду с условиями. Будем торговаться, угрожать, блефовать. Как положено.

– Звучит увлекательно, – кивнул я.

– Дипломатия всегда увлекательна. Особенно когда обе стороны знают, что в любой момент могут начать убивать друг друга.

– Прямо праздник какой-то, – без веселья ответил я.

Петр допил чай и поставил чашку на стол.

– Пора, – сказал он, поднимаясь. – Катя проснется, будет волноваться.

– Она знает, что ты здесь?

– Она знает все, – загадочно ответил Петр.

Он бросил на стол несколько монет и направился к лестнице. У первой ступеньки остановился.

– Кузнецов.

– Да?

– Завтра я буду твоим врагом. Буду делать все, чтобы добиться своего. Но сейчас... – он помолчал. – Сейчас скажу одно. Ты мне нравишься. Жаль, что придется тебя уничтожить.

– Взаимно, – ответил я. – Кроме части про уничтожение. Эту часть я планирую изменить.

Он усмехнулся. Почти по-настоящему.

– Посмотрим.

И ушел.

Я сидел в пустой забегаловке, глядя на остывший чай.

– Миша? – голос Лоры был тихим. – Что это было?

– Понятия не имею.

– Он мог тебя убить.

– Мог. Но не стал.

– Почему?

Я вспомнил его лицо, когда он говорил о сыне. О жене. Об ответах, которых ему не хватает.

– Потому что ему скучно, – сказал я. – Триста лет быть самым сильным. Триста лет без достойного противника. А тут появляюсь я.

– И это хорошо?

– Это опасно. Очень опасно.

– Тогда почему ты улыбаешься?

Я поймал себя на том, что действительно улыбаюсь.

– Потому что завтра будет интересный день.

Поднялся и пошел в номер.

Уснуть я так и не смог.

***

Утро следующего дня.

Солнце нещадно било в глаза.

Я проснулся от того, что Лора орала мне прямо в мозг какую-то бодрую мелодию. Кажется, местный вариант побудки.

– Выключи это, – простонал я, натягивая подушку на голову.

– Не-а. Уже девять утра. Ты проспал завтрак.

– Какой завтрак? Я заснул в шесть.

– Твои проблемы. Вставай, соня. Романов уже час как на ногах.

Я с трудом разлепил глаза и сел на кровати. Тело ломило так, будто меня всю ночь били мешками с песком. Хотя нет, после ночного разговора с Петром Первым я просто лежал и смотрел в потолок, прокручивая в голове каждое его слово, а Лора продолжала устанавливать обновления.

Рассказать Петру о встрече?

Нет. Не сейчас. Это только собьет его с толку перед переговорами. Пусть думает, что мы встретим его отца на нейтральной территории. Так будет лучше для всех.

– Ты уверен? – спросила Лора, читая мои мысли. – Скрывать информацию от союзника не самая умная идея.

– Я не скрываю. Я откладываю.

– Ага. Так говорят все, кто потом получает нож в спину.

– Лора, он мой союзник. Не враг.

– Пока что.

Я проигнорировал ее пессимизм и пошел умываться.

***

Петр сидел в общем зале гостиницы и завтракал чем-то, отдаленно напоминающим кашу. На его лице было выражение человека, который пытается понять, что именно он ест, но боится спросить.

– Доброе утро, – сказал я, садясь напротив.

– Доброе, – он отодвинул тарелку. – Ты ужасно выглядишь.

– Спасибо. Вы тоже.

– Не спал?

– Почти. А вы?

– Как младенец, – он пожал плечами. – Странно, учитывая обстоятельства. Но я давно научился отключаться перед важными событиями. Иначе сойдешь с ума.

Хозяин гостиницы принес мне такую же подозрительную кашу и чашку крепкого кофе. Кофе оказался на удивление приличным. Каша... Ну, я предпочел не анализировать ее состав.

– Кстати, – Петр кивнул на радиоприемник в углу зала, – включи погромче. Там что-то интересное.

Я прислушался.

Из динамика доносился возбужденный голос диктора. Лора мгновенно перевела с арабского:

– “...историческое событие для нашей страны! Сегодня утром в порт Александрии прибыл корабль с российским императором Петром Первым и его супругой Екатериной! Царская чета планирует провести в Египте несколько дней. На сегодня запланирована обширная культурная программа: посещение музея, прогулка по набережной Нила и торжественный ужин с представителями египетской знати…”

Я чуть не подавился кофе.

Сегодня утром? Прибыл сегодня утром?

– Интересно, – Петр нахмурился. – Значит, он только что приехал. А я думал, он уже здесь.

– Видимо, нет, – я старался говорить ровно. – Культурная программа, надо же. Музеи, прогулки... Не знал, что твой отец любит искусство.

– Он не любит, – Романов скривился. – Он ненавидит музеи. Считает их пылесборниками для мертвецов. Это явно для прикрытия.

– Или для Екатерины, – предположил я.

– Возможно. Мама всегда любила историю.

Диктор продолжал разливаться соловьем о величии русского царя и о том, какая честь для Египта принимать столь высокого гостя. Судя по тону, местные власти были в полном восторге. Или в полном ужасе, что в дипломатии часто одно и то же.

– Миша, – голос Лоры был задумчивым, – он ведь сказал тебе ночью, что Екатерина спит наверху. В этой самой гостинице.

– Помню.

– И теперь по радио говорят, что он прибыл только утром. В Александрию. Которая в ста пятидесяти километрах отсюда.

– Тоже помню.

– То есть либо он телепортировался туда после вашего разговора, либо...

– Либо это прибыл его двойник, – закончил я мысленно.

– Или он очень быстро выселился из гостиницы.

Вариантов было много. И ни один мне не нравился.

– “...после культурной программы царская чета отправится к пирамидам Гизы, где, по слухам, запланирована важная встреча…”

Петр Петрович резко выпрямился.

– Слышал?

– Слышал. Значит, расписание не изменилось, – кивнул я.

– Пирамиды. Сегодня вечером.

– Похоже на то, – я начал поедать кашу в ускоренном темпе.

Романов допил свой кофе одним глотком и встал.

– Нужно подготовиться.

– Успеем. До вечера еще много времени.

– Время имеет свойство заканчиваться в самый неподходящий момент, – Романов направился к лестнице, но остановился. – Миша.

– Да?

– Ты точно в порядке? Выглядишь так, будто увидел призрака.

Я вспомнил лицо Петра Первого в полутьме кафе. Его усталые глаза. Слова о том, что ему скучно без достойного противника.

– Просто не выспался, – ответил я. – Идите, я догоню.

Когда он ушел, я откинулся на спинку стула.

– Лора.

– М..?

– Проверь все записи с деталек за ночь. Есть ли следы телепортации в радиусе километра от гостиницы?

– Уже проверяю... Есть. Два всплеска. Один в три часа ночи, второй в пять утра. Оба примерно в трехстах метрах отсюда.

– Направление второго?

– Северо-запад. В сторону Александрии.

Значит, он действительно был здесь. Разговаривал со мной. А потом телепортировался в порт, чтобы “официально прибыть” утром на корабле.

Зачем такие сложности?

– Потому что он не хочет, чтобы кто-то знал о вашей встрече, – озвучила Лора мою мысль. – Так же, как и ты.

– У нас с ним больше общего, чем мне хотелось бы.

– Это точно.

– Но он сказал, что мы встретились случайно? – задумалась Лора.

– Скорее, это связано с Екатериной.

Я доел завтрак, хотя аппетит пропал окончательно. Потом поднялся в номер, чтобы привести себя в порядок.

Культурная программа. Музеи и прогулки.

Интересно, о чем думает Екатерина, пока ее муж водит ее по достопримечательностям? Знает ли она о предстоящей встрече? О том, что сегодня вечером она впервые увидит своего сына за столько времени?

Впрочем, это не мое дело. У меня своих проблем хватает.

– Кстати, – Лора вывела передо мной голографическую карту, – я нашла несколько удобных точек для наблюдения за пирамидами. Если хочешь прийти раньше и осмотреться.

– Хорошая идея. Покажи.

Следующие несколько часов мы потратили на планирование. Маршруты отхода, точки телепортации, возможные ловушки. Петр Петрович присоединился к обсуждению, внося свои коррективы. Болванчик старался раскинуть свою сеть деталек как можно шире, чтобы я видел больше мест для телепортации.

Ни один из нас не упомянул очевидного: что бы мы ни планировали, Петр Первый наверняка продумал все на десять шагов вперед.

Но это не значило, что мы сдадимся без боя.

– Готов? – спросил Романов, когда солнце начало клониться к закату.

– Нет, – честно ответил я. – Но когда это меня останавливало?

Он усмехнулся.

– Тогда идем. Пирамиды ждут.

***

Плато Гиза.

Два часа до заката.

Пирамиды выглядели именно так, как на картинках. Огромные, величественные, древние. И абсолютно непрактичные с точки зрения обороны.

– Слишком открытое пространство, – пробормотал Петр, когда мы подкрались к точке наблюдения.

Мы лежали на холме в полукилометре от Великой пирамиды. Местные халаты отлично маскировали нас среди песка и камней. Болванчик выпустил несколько деталек для разведки, и теперь Лора выводила мне картинку в реальном времени.

– Сколько их? – спросил я.

– Минутку... – Лора сканировала территорию. – О... Ого. Ого-го!

– Лора, конкретнее.

– Семьдесят три человека. Все маги. Все от Архимага и выше в двадцати двух точках по периметру. Снайперские позиции, засады в руинах, группа быстрого реагирования за Сфинксом.

Я присвистнул.

– Серьезная подготовка для культурной программы.

– Это не для охраны Петра Первого, – Романов нахмурился, разглядывая позиции через бинокль. – Расположение неправильное. Они не защищают, они готовятся атаковать.

– Уверен?

– Абсолютно. Я командовал армией достаточно долго, чтобы отличить оборону от засады. Это засада, – кивнул он.

Лора подтвердила его слова:

– Он прав. Линии огня направлены к центру площадки, а не наружу. Они ждут кого-то, кто придет туда.

– Твоего отца, – догадался я.

– Похоже на то.

Мы переглянулись. Ситуация становилась интереснее с каждой минутой.

– Кто их нанял? – спросил я. – Можешь определить?

– Работаю... – Лора увеличила изображение одного из наемников. – Есть. Татуировка на запястье. Гильдия “Песчаные Шакалы”. Местные ребята, работают на того, кто больше заплатит. Сейчас подпущу к ним детальку.

– А кто больше заплатил?

– Судя по экипировке и количеству... Кто-то очень богатый. И очень заинтересованный в смерти Петра Первого.

Романов опустил бинокль.

– Египетское правительство.

– С чего ты взял?

– Логика. Мой отец приезжает в страну без предупреждения, требует встречу на их территории и ведет себя так, будто это его владения. Любое уважающее себя государство воспримет это как оскорбление.

– И решит убить его прямо у пирамид?

– А где еще? Идеальное место. Древние руины, много укрытий, можно списать на террористов или конкурирующие державы. Египет сохранит лицо, а проблема решится сама собой, – пояснил Петр.

Я обдумал его слова. Звучало логично. Безумно, но логично.

– Есть проблема, – сказала Лора. – Если они убьют Петра Первого здесь, Российская Империя ответит. Война с Египтом будет меньшей из проблем.

Я передал слова Лоры.

– Они, видимо, считают, что справятся, – пожал плечами Романов. – Или им пообещали поддержку.

– Европа? – предположил я.

– Или США.

Картина складывалась неприятная. Международный заговор против Петра Первого прямо у нас под носом. И мы оказались в самом центре.

– Ладно, – я начал подниматься. – Нужно подобраться ближе. Хочу понять их план.

– Это опасно, – предупредила Лора.

– Когда это меня останавливало?

– Никогда. Поэтому и предупреждаю, – улыбнулась она.

Мы начали спускаться с холма, используя естественные укрытия. Халаты помогали слиться с местностью, а Болванчик глушил наши магические сигнатуры.

До ближайшей точки наемников оставалось метров сто.

– Стоять! – раздался голос справа.

Из-за камней вышли трое. Местные, судя по внешности. В руках короткие жезлы, в глазах жадный блеск. Конечно, я их видел. Но надо было выглядеть естественно, поэтому пришлось сделать удивленный вид.

– Смотри-ка, Ахмед, – один из них ухмыльнулся. – Туристы заблудились.

– Территория закрыта, – второй направил на нас жезл. – Разворачивайтесь и уходите. Или платите штраф.

– Штраф? – я изобразил испуганного путешественника. – Какой штраф? Мы просто хотели посмотреть на пирамиды...

– Все хотят. А потом исчезают, – третий хохотнул. – Давай, вытряхивай карманы. Деньги, украшения, артефакты. Все.

Петр рядом со мной напрягся. Я почувствовал, как в его каналах начала циркулировать энергия, а воздух стал накаляться.

– Подождите, – шепнул я ему. – Давайте поговорим.

– С этими?

– Они могут знать что-то полезное.

Я поднял руки в примирительном жесте.

– Хорошо, хорошо. Не стреляйте. Мы мирные люди. Вот, смотрите... – я потянулся к карману.

Наемник расслабился на долю секунды.

Этого хватило.

Болванчик выстрелил тремя детальками одновременно. Они врезались в жезлы наемников и вывели их из строя раньше, чем те успели среагировать.

– Что за...

Я шагнул вперед и ударил ближайшего в солнечное сплетение. Он согнулся пополам. Петр справился с двумя другими еще быстрее: короткая вспышка огня, и оба рухнули без сознания.

– Ты же сказал поговорить, – заметил Романов.

– Передумал, – пожал я плечами.

Лора уже сканировала лежащих.

– Плохие новости. Один из них успел подать сигнал. К нам идут.

– Сколько?

– Двенадцать человек. Будут здесь через минуту.

– Отлично, – Петр Петрович размял шею. – Наконец-то нормальная разминка.

– Вы называете это разминкой? – ухмыльнулся я. – По мне, так просто возня.

– После того как я сжег пятьсот магов в Южно-Сахалинске? Да, ты прав, возня.

Группа наемников появились из-за скал. Двенадцать человек в боевом построении, с активированными щитами и заряженными жезлами. Профессионалы.

– Это они? – крикнул их командир, указывая на нас.

– Да! Эти двое напали на наших!

– Убить!

Первый залп прошел мимо. Болванчик успел развернуть щит, отразивший большую часть атак. Остальные я погасил вручную.

– Моя очередь, – сказал Петр.

Он вышел вперед и поднял руку. Воздух вокруг него задрожал от жара.

– Вы напали на наследника Российской Империи, – его голос был спокойным, почти скучающим. – Это было ошибкой.

Столб пламени взметнулся к небу.

Наемники даже не успели закричать. Шестеро превратились в пепел за секунду. Еще трое попытались бежать, но огненные плети настигли их раньше.

Оставшиеся трое бросили оружие.

– Пощадите! Мы просто выполняли приказ!

Я подошел к ним, пока Петр держал их под прицелом.

– Чей приказ?

– Г-гильдия... Нас наняли...

– Кто нанял?

– Правительство! Египетское правительство! Приказ пришел прямо от визиря!

– Цель?

Наемник судорожно сглотнул.

– Русский царь. Петр Первый. Он должен умереть сегодня. Вместе с женой.

– Почему?

– Не знаю! Клянусь, не знаю! Нам просто заплатили! Много заплатили!

Я переглянулся с Романовым. Его лицо было каменным.

– Сколько вас всего? – продолжил я допрос.

– Семьдесят... Может, восемьдесят... По всему периметру...

– План атаки?

– Когда царь выйдет на площадку перед Сфинксом, мы откроем огонь со всех сторон. Одновременно. Никто не выживет.

– А если он приведет охрану?

– Сказали, что он придет один. С женой и небольшой свитой. Максимум десять человек.

Лора хмыкнула у меня в голове:

– Интересно. Значит, кто-то слил египтянам информацию о переговорах. Вопрос: кто?

Хороший вопрос. Но ответ подождет.

– Что с ними? – спросил Петр, кивнув на пленных.

– Оставь. Они нам еще пригодятся.

Болванчик мгновенно спеленал троих наемников магическими путами. Они даже пискнуть не успели.

– Так, – я огляделся. – У нас проблема.

– Какая?

– Мы только что убили девятерых наемников. Скоро остальные заметят, что группа не выходит на связь. И тогда начнется веселье.

– Веселье? – Петр приподнял бровь.

– Ну, для нас веселье. Для них не очень.

На горизонте я заметил движение. Еще одна группа направлялась в нашу сторону.

– Лора, сколько?

– Двадцать человек. Идут проверить, что случилось.

– А за ними?

– Еще тридцать. На всякий случай.

– Прекрасно. Просто прекрасно.

Петр Петрович выступил вперед, расправляя плечи.

– Знаешь, Михаил, – он улыбнулся той улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего для его врагов. – Я думал, что сегодня просто поговорю с отцом. А вместо этого получаю полноценное сражение. День определенно становится лучше.

– Рад, что вам весело.

– Это семейное. Романовы любят хорошую драку, – просто ответил он.

– Заметил.

Первая волна наемников показалась из-за скал. Двадцать магов в полной боевой готовности.

– Готов? – спросил я.

– Всегда.

Мы атаковали одновременно.

***

Бой длился семь минут. Потом стало скучно, и мы закончили.

Я стоял посреди поля, усеянного телами, и пытался сканировать территорию. Рядом Петр Петрович спокойно отряхивал халат от пыли, будто только что вернулся с прогулки.

– Пятьдесят три, – сказал он.

– Что?

– Мой счет. Пятьдесят три.

– Я не считал.

– Зря. Это мотивирует.

Лора вывела статистику:

– Всего нейтрализовано шестьдесят один наемник. Осталось примерно двенадцать. Они отступают к Сфинксу.

– Преследуем?

– Не стоит. Они уже поняли, что план провалился. Сейчас пытаются эвакуироваться.

Петр посмотрел в сторону пирамид.

– Значит, путь свободен.

– Относительно свободен, – поправила Лора. – Но главная угроза устранена.

Я присел на камень, восстанавливая дыхание. Энергии ушло немало, но внутреннее хранилище все еще было заполнено на три четверти. Спасибо тем божествам, которых я поглотил раньше.

– Забавно получилось, – сказал я.

– Что именно?

– Мы пришли на переговоры с твоим отцом. А в итоге спасли ему жизнь.

Романов помолчал.

– Да, – наконец ответил он. – Забавно.

В его голосе не было веселья.

Глава 8. Визирь и его "сильные" ребята.

Плато Гиза.

Когда корабль прибыл в порт, Петр почувствовал, что что-то не так. Хотя их встречали большой толпой важных чиновников, Романов чувствовал какую-то подставу. Охрана, с которой он приехал, ничего не заподозрила. Но она и не должна. Не тот уровень. Они здесь только для вида.

Дав штатное интервью корреспондентам, они с Катериной отправились в гостиницу. Там, перекусив и переодевшись, они направились к пирамидам, где их должен был ждать один из представителей государства. Кортеж из трех бронированных машин остановился в двухстах метрах от Сфинкса. Петр вышел первым, не дожидаясь, пока охрана проверит периметр.

Слишком тихо. Опять это странное чувство.

Он огляделся. Ни представителя, ни даже обычных туристов. Площадка перед древним монументом была пуста, если не считать нескольких бродячих собак.

– Где египтяне? – спросила Катерина, выходя следом.

– Хороший вопрос.

Петр прищурился, глядя на горизонт. За холмами поднимался едва заметный дымок. Ветер доносил запах, который он хорошо знал. Запах горелой плоти.

– Охрана, занять позиции, – негромко приказал он. – Что-то здесь не так.

Гвардейцы рассредоточились, держа руки на оружии. Катерина подошла ближе к мужу.

– Может, уедем?

– Ты боишься? – улыбнулся Петр и провел рукой по волосам жены. – Не бойся, моя дорогая. Если это ловушка, то очень глупая. Я чувствую следы недавнего боя. Кто-то уже здесь повоевал.

Он сделал несколько шагов в сторону Сфинкса, когда заметил движение. Со стороны пустыни приближалась одинокая фигура.

Романов напрягся. Силуэт казался знакомым.

– Сын?

– Петя? – прошептала Катерина.

Царь молча смотрел, как его сын приближается. За спиной Петра, на горизонте, виднелись неподвижные тела и следы разрушений.

– Интересно, – процедил Петр Первый. – Очень интересно.

***

Я наблюдал за этой сценой с расстояния в триста метров, укрывшись за обломком древней стены. Болванчик держал периметр, а Лора транслировала мне картинку с нескольких ракурсов.

– Трогательное воссоединение, – прокомментировала она. – Папочка явно не рад. Смотри, как он напрягся. Ставлю сотню, что он думает, не сынок ли устроил все это веселье?

– Не отвлекай.

– Я не отвлекаю, я создаю атмосферу. Кстати, к Сфинксу приближается еще один кортеж. Четыре машины, тяжелая броня, магическая защита. Судя по гербам, это пресловутый визирь.

– Который заказал убийство?

– Скорее всего. Случайно опоздал, как будто в пробках, а когда приехал, то на Петра Первого уже совершили нападение неизвестные хулиганы. Какой конфуз выйдет, когда он увидит, что клиент жив.

Я усмехнулся. Сейчас будет интересно.

***

У пирамид.

Петр остановился в десяти шагах от отца. Они молча смотрели друг на друга, воздух между ними буквально потрескивал от напряжения. Катерина переводила встревоженный взгляд с сына на мужа.

– Ты похудел, – наконец сказал Петр Первый.

– А ты все такой же, – ответил сын.

– Что здесь произошло?

– Тебя хотели убить. Семьдесят наемников, оплаченных египетским правительством. Они должны были открыть огонь, когда вы с мамой выйдите к Сфинксу.

Петр Первый не изменился в лице. Только чуть сузил глаза.

– И где они сейчас?

– Мертвы. Большая часть.

– Ты один справился с семьюдесятью магами?

Петр Петрович помедлил с ответом.

– Не один.

– Кузнецов?

– Ты ожидал услышать другой ответ? – ухмыльнулся Петр.

Прежде чем царь успел ответить, со стороны дороги донесся шум моторов. Четыре черных автомобиля с египетскими флагами выехали на площадку и остановились полукругом.

– О, а вот и заказчик пожаловал, – процедил Петр Петрович. – Будет весело.

***

Визирь Ахмед аль-Махмед вышел из машины с широкой улыбкой на лице. Он был невысоким полным мужчиной с аккуратной бородкой и хитрыми глазами. На пальцах блестели кольца с артефактами, а под дорогим костюмом угадывалась защитная броня.

– Ваше величество! – воскликнул он, радушно раскинув руки. – Какая честь! Простите за задержку, были неотложные дела...

Визирь осекся, когда он увидел Петра Петровича. Улыбка дрогнула, но он быстро взял себя в руки.

– О! И наследник здесь! Какой приятный сюрприз!

– Хватит, – холодно произнес Петр Первый. – Я знаю про наемников.

Визирь моргнул.

– Наемников? Каких наемников? Ваше величество, я не понимаю, о чем вы...

– Семьдесят человек. Приказ от вашего правительства. Цель – моя смерть, – холодно произнес Романов.

– Это какое-то недоразумение! Клевета! – Визирь всплеснул руками. – Кто посмел распространять такую ложь?

– Трое ваших людей, которых мы взяли живыми, – ответил Петр Петрович. – Они были очень разговорчивы.

Лицо визиря изменилось. Улыбка исчезла, и под маской дипломата проступило что-то жесткое и расчетливое.

– Лора, что у него? – спросил я мысленно.

– Защитный артефакт класса «А», скрытый кинжал с ядом, и четверо магов в свите. Один из них серьезный, остальные так себе. Еще у него в машине что-то фонит, но я не могу определить что именно. Похоже на какой-то ритуальный предмет.

– План Б?

– Скорее всего. Если не получилось чужими руками, попробует сам. Ну что за наивный мужчина…

Визирь медленно поднял руку, и из машин вышли его люди. Восемь человек в боевой броне.

– Что ж, – он вздохнул. – Жаль, что так получилось. Вы могли бы просто умереть, быстро и безболезненно. Теперь придется пачкать руки.

Петр Первый не шелохнулся. Он смотрел на визиря с выражением легкой скуки на лице.

– Ты серьезно думаешь, что эта горстка справится со мной?

– С вами одним? Нет, конечно. Но вы не один. У вас сын и дочь. И десяток гвардейцев. А у меня есть кое-что особенное.

Визирь щелкнул пальцами, и один из его магов шагнул вперед. Высокий, худой, с пустыми глазами и татуировками на лице.

– Познакомьтесь, – улыбнулся визирь. – Это Анубис. Не настоящий, конечно, но близко.

– Одержимый, – прошептала Лора, тут же почувствовав знакомую ауру. – В нем божественная сущность. Не полноценный бог, но что-то серьезное.

– Насколько серьезное?

– Достаточно, чтобы доставить проблемы, хм… скажем, Трофиму или рыцарям. Может, даже Толстому, но не Романовым.

Анубис поднял руки, и песок вокруг него начал подниматься в воздух. Из него сформировались силуэты шакалов – десятки песчаных тварей с горящими глазами.

– Атаковать! – приказал визирь.

Все началось одновременно. Маги визиря ударили заклинаниями, песчаные шакалы бросились вперед, а Анубис начал формировать что-то большое и опасное.

Петр Первый среагировал мгновенно. Волна чистой силы смела половину шакалов и отбросила двух магов. Рядом вспыхнул Петр Петрович, его огонь испепелял песчаных тварей одну за другой.

– Катя, в машину! – крикнул царь.

Но жена не послушалась. Вместо этого она достала из-под плаща короткий жезл и ударила по ближайшему магу ледяным копьем. Тот рухнул, схватившись за грудь.

– Неплохо, – оценила Лора. – Царица умеет за себя постоять.

– Следи за Анубисом, – приказал я.

– Слежу. Он готовит что-то крупное. Очень крупное, – ухмыльнулась Лора.

Песок вокруг одержимого поднимался все выше, формируя гигантскую фигуру. Голова шакала, человеческое тело, в руках огромный посох.

– Ого, вот это владение песком, – прошептал Петр Первый. – Давно не видел такого.

– Он мой! – крикнул сын.

Оба Романовых ударили одновременно. Молния Петра Первого и столб пламени сына врезались в песчаного гиганта. Тот пошатнулся, но устоял.

Анубис рассмеялся. Голос был нечеловеческим, словно скрежет камня по стеклу.

– Глупые смертные, – произнес он голосом, от которого дрожал воздух. – Вы думаете, ваша сила что-то значит?

Голем замахнулся посохом.

Петр Первый поставил щит, прикрывая жену, но удар оказался слишком мощным. Царя отбросило на десяток метров, он врезался в стену древнего храма.

– Петя! – Катерина бросилась к нему.

Петр Петрович перехватил следующий удар, но было видно, что он долго не выдержит. Пламя против песка было не лучшим сочетанием. Пусть оба Романова и сильнее, но они попали в ловушку. Кругом один песок.

Нет, я не говорю, что они бы проиграли, просто на это ушло бы чуть больше времени.

– Михаил, – Лора говорила спокойно, но я слышал в ее голосе напряжение. – Если не вмешаешься сейчас, это может затянуться.

Признаюсь честно, мне не очень нравилось лежать на песке под грудой каких-то досок и наблюдать за тем, как очередное божество выпендривается. Оно бы вполне могло пополнить своей энергией мое внутреннее хранилище.

Так что я вышел из укрытия.

***

Анубис занес посох для финального удара. Ну как он думал, что для финального. Петр Петрович стоял перед ним с легкой ухмылкой.

– Прощай, огненный принц, – прогудел голем.

Посох обрушился вниз.

И замер в метре от головы Романова.

– Что? – удивился Анубис.

Между посохом и человеком висел полупрозрачный щит. Нет, ну я же не мог просто пройти мимо?

– Ну блин, на самом интересном месте, – выдохнул Петр и вспыхнул.

Я вышел из-за руин, держа Ерх в правой руке. Меч пылал, раскаленный докрасна.

– Знаешь, – произнес я, – у меня сегодня был тяжелый день. Сначала бегал по пустыне, потом убивал наемников. И вот теперь какая-то песочница решила испортить мне настроение.

Анубис развернулся ко мне. Пустые глаза одержимого уставились на меня с интересом.

– Кузнецов, – прошипел он. – Тот самый Кузнецов. Наслышан.

– О, меня знают даже в Египте. Приятно.

– Ты убил моих братьев.

– Возможно. Я многих убил. Не всех запоминаю, – пожал я плечами.

– Михаил, – предупредила Лора, – он накапливает энергию. Сейчас ударит.

– Вижу.

Голем размахнулся посохом, но я был быстрее. Болванчик выстрелил десятком деталек прямо в лицо песчаному гиганту. Не чтобы повредить, а чтобы отвлечь.

В этот момент я ускорился. Ерх рассек ногу голема. Песок начал осыпаться, но тут же восстановился.

– Бесполезно! – рассмеялся Анубис. – Я бессмертен, пока мой сосуд жив!

– Спасибо за подсказку.

Я сменил направление и рванул к одержимому. Тот стоял в центре песчаной бури, уверенный в своей неуязвимости.

Зря.

Детальки Болванчика сформировали туннель в песке. Я проскользнул внутрь и оказался прямо перед Анубисом.

– Привет.

Ерх вошел ему в грудь по рукоять. Одержимый захрипел. Песчаный аватар начал рассыпаться, превращаясь в обычный песок.

– Невозможно, – прохрипел он. – Как ты прошел сквозь защиту?

– У меня хорошие игрушки, – я вытащил меч и отступил. – И очень умная помощница.

– Спасибо за комплимент, – довольно произнесла Лора. – Кстати, визирь пытается сбежать.

Я обернулся. Действительно, толстяк уже залезал в машину.

– Болванчик!

Несколько деталек метнулись к автомобилю и пробили ему все колеса. Визирь выскочил наружу, но далеко не ушел. Петр Петрович перехватил его огненным хлыстом.

– Куда же ты, пухляш? Мы еще не закончили.

Визирь упал на колени, дрожа от страха.

– Пощадите! Это был не я! Мне приказали! Приказали!

– Кто? – спросил Петр Первый.

Царь поднялся, отряхивая пыль с одежды. На его лице не было ни царапины, только холодная ярость в глазах.

– Кто тебе приказал?

– Я... я не могу сказать... они убьют меня...

– А я убью тебя прямо сейчас, если не ответишь.

Визирь затрясся еще сильнее.

– Начальство! Я просто выполняю приказы! Они хотели устранить вас, чтобы ослабить Империю!

Петр Первый помолчал, переваривая информацию. Потом повернулся ко мне.

Мы встретились взглядами.

– Кузнецов, – его голос был ровным, без эмоций.

– Романов, – я не поклонился.

Повисла тишина. Гвардейцы напряглись, не зная, что делать. Катерина смотрела на меня с любопытством. Петр Петрович встал рядом со мной, явно показывая, на чьей он стороне.

– Зачем? – наконец спросил царь.

– Зачем что?

– Зачем спас меня? Я объявил тебя преступником. Назначил награду за твою голову. Отправлял армии на твой остров.

– Все верно.

– Тогда зачем?

Я пожал плечами.

– Мне нужна Катерина. Ты и так бессмертный, а она… вряд ли.

Петр Первый моргнул. Кажется, такого ответа он не ожидал.

– Разумно…

– Раз мы утрясли все нюансы, может, перейдем к тому, зачем мы тут собрались? – продолжил я.

– Так я о том же, – ухмыльнулся Петр Первый. – Но я бы хотел поговорить с сыном наедине, без какой-либо поддержки.

Я посмотрел на Петра. Тот посмотрел на меня, и стало ясно, что лучше мне оставить их одних.

– Просто теоретически, а если я хочу остаться? – улыбнулся я.

– Миша! – Лора хмыкнула. – Ты издеваешься. Царь сейчас взорвется.

Но Петр Первый не взорвался. Вместо этого он... рассмеялся.

Коротко, хрипло, без особой радости. Но рассмеялся.

– Ты наглец, Кузнецов.

– Мне говорили.

– И идиот.

– Это тоже.

Царь посмотрел на сына, потом на меня, а затем на визиря, который все еще валялся на песке.

– Ладно, – наконец сказал он. – Поговорим. Но не здесь и не сейчас. Сначала разберемся с этим мусором.

Он кивнул на визиря.

– А потом?

– Посмотрим, – пожал тот плечами.

***

Северная Империя.

Заброшенная хижина.

Богдан держал в руках карту, пытаясь разобрать координаты при свете костра.

– Это где-то на краю Северной Империи, – сказал он. – Ближе к полярному кругу.

– Там холодно, – поежилась Люся.

– Там всегда холодно, – философски заметил Булат, просунув голову в окно. – Но я знаю это место. Мы с Владимиром бывали там. Давно. Еще до того, как все пошло наперекосяк.

– Что там? – спросила Любавка.

Конь помолчал.

– Убежище. Старое, еще времен первых Кузнецовых. Там хранились... вещи. Важные вещи.

– Какие?

– Не знаю точно. Владимир никогда не рассказывал. Говорил только, что если когда-нибудь случится что-то по-настоящему плохое, я должен отвести его потомков туда.

Богдан перечитал надпись на стуле.

– “Но знайте – я не один. Они идут”. Кто “они”?

Булат не ответил. Его глаза смотрели в темноту за окном.

– Булат? – позвала Люся.

– Нам нужно торопиться, – тихо произнес конь. – Что бы там ни было, мы должны добраться до него первыми.

– Первыми? До чего?

– До того, что Святослав там оставил. И до того, что “они” ищут.

Ветер за окном завыл сильнее, словно подтверждая его слова.

***

У пирамид.

Час спустя.

Визиря увезли. Куда именно, я не интересовался. Судя по лицу Петра Первого, допрос будет долгим и неприятным. Мы вчетвером сидели в тени Сфинкса, дожидаясь, пока прибудет транспорт. Странная компания: русский царь, его сын и жена, и государственный преступник.

– Отец, – Петр Петрович нарушил молчание. – Чего ты хочешь?

– Хм… Думаешь, это тот момент, когда пора говорить об этом?

– Но ты же сам хотел встретиться?

– Да, но когда мы будем наедине, – пожал тот плечами.

Царь смотрел на пирамиды, и в его глазах было что-то, чего я раньше не замечал. Усталость? Разочарование?

– Ты выбрал сторону, – продолжил он. – Сторону Кузнецова. Моего врага.

– Он не твой враг, отец. Ты сам выступил против.

Петр Первый вздохнул и потер переносицу.

– Ты так и не научился просчитывать на несколько десятков шагов вперед…

Я молчал, давая им поговорить. Лора тоже притихла, что на нее не похоже.

– Катерина, – царь повернулся к жене. – Чего ты хочешь? По большому счету, все зависит от твоего решения. Мне не хочется отпускать тебя. Но если ты сама согласишься пойти с ним, я не буду сопротивляться.

– Знаю, – кивнула она.

– И что думаешь?

Царица посмотрела на меня, потом на сына.

– Но прежде чем сказать, – продолжил Петр Первый, – прошу вспомнить то, что я тебе говорил.

Катерина замолчала, опустив голову.

– Заставляешь принимать меня такие решения…

Но ситуацию спасли гвардейцы, которые уже допросили визиря.

– Ваше Величество, – сказал главный. – Это был глава правительства. Большего он не знает.

– Вот как? – Петр Первый встал на ноги, отряхнул колени и посмотрел на сына. – Ну так что, продолжим переговоры?

– А как же… – удивилась Катерина.

– А что он нам сделает? Мы прибыли сюда исключительно по личным целям. Не так ли, сын?

– Да, – Петр Петрович встал напротив отца. – Твои условия?

Глава 9. Египетская сила!

Петр Первый сел на камень напротив сына. Катерина стояла рядом, молча наблюдая за происходящим. Я отошел чуть в сторону, давая им пространство, но продолжал слушать.

– Итак, – начал царь. – Мы собрались тут для того, чтобы решить, где будет Катя. Верно?

– Верно, – ответил Петр. – Мне кажется, маме будет куда лучше рядом с сыном, а не рядом с тираном, готовым на все, – он немного помолчал и добавил: – Она будет в безопасности.

– Благородно, – хмыкнул Романов. – Что ж, я готов её отдать.

Я едва не поперхнулся воздухом. Лора тоже замерла с выражением абсолютного непонимания на лице.

– Он серьезно? – прошептала она, выпучив глаза.

Младший Романов тоже выглядел ошарашенным.

– Отец, ты же понимаешь, что это значит? – наконец произнес он.

– Разумеется, понимаю, – спокойно кивнул царь. – Я не впал в старческий маразм.

– Странно. А по твоим последним указам не скажешь.

Романов только приподнял бровь и слегка ухмыльнулся.

– Дерзишь?

– Не забывай, что перед тобой уже не мальчишка. Мне не на много меньше лет, чем тебе. Выбирай выражения.

Катерина едва заметно улыбнулась, но тут же вернула лицу непроницаемое выражение.

– Зачем ты это делаешь? – спросил наконец младший Петр.

– У меня свои причины, – ответил царь. – Но не сейчас. Через неделю. У меня есть дела, которые необходимо завершить.

– Какие дела? – насторожился я.

Царь бросил на меня взгляд, в котором читалось легкое раздражение из-за того, что я вообще вмешался в их разговор.

– Не твоего ума дело, Кузнецов. Это касается только меня.

– Миша, не лезь, – тихо сказала Лора. – Пусть договариваются.

– И что ты хочешь взамен? – спросил Петр Петрович.

– Увидеть внуков, – просто ответил царь.

Воздух словно загустел. Романов-младший побледнел, его кулаки сжались и их окутал легкий багрянец.

– Нет, – сквозь зубы процедил он.

– Почему? – царь приподнял бровь. – Они моя кровь. Я имею право. Сколько я ждал внуков? Достаточно, чтобы с ними повидаться!

– Ты знаешь почему, – голос сына стал жестче. – Я не позволю тебе приближаться к ним.

– Боишься, что я причиню им вред? – хмыкнул царь.

– Да. С таким послужным списком это вполне обоснованное опасение.

– Я примерный дедушка, – возразил Петр Первый с притворной обидой. – Спроси кого угодно.

– Спросил бы, да некого. Ты всех пережил.

Царь хмыкнул.

– Разумно. Я бы тоже не доверял себе на твоем месте. Хотя, кто знает? Может, дед я куда лучше, чем отец? – он хлопнул ладонями по коленям и встал. – Что ж, даю тебе время подумать. Неделя. Решай.

Он отряхнул песок с одежды и протянул руку Катерине.

– Идем, дорогая. Нам пора.

Царица посмотрела на сына, потом на мужа. Её губы дрогнули, словно она хотела что-то сказать, но промолчала. Взяла руку Петра и пошла рядом с ним, иногда оглядываясь.

Мы смотрели, как они удаляются к ожидающему их транспорту. Гвардейцы выстроились в две шеренги. Через несколько минут кортеж тронулся, поднимая клубы песка.

– Что это было? – первым нарушил молчание Петр Петрович.

– Понятия не имею, – честно признался я. – Лора?

– Анализирую, – она нахмурилась. – Но пока не вижу логики. Он просто так отдает жену? Без борьбы? Это не похоже на Петра Первого. Особенно учитывая то, с какой маниакальной целеустремленностью он ее защищал в Кремле.

– Может, ловушка? – предположил Петр.

– Возможно. Но какая? Он мог атаковать нас прямо здесь. Мог потребовать что угодно. А вместо этого просит увидеть внуков и дает неделю на раздумья.

Я потер виски. Головоломка не складывалась.

– Петр понимает, что как только у нас будет Катерина, у нас будет и его смерть. Это слишком большой риск. Он что-то задумал, – сказал я. – Эти его "дела", которые надо завершить за неделю. Что он планирует?

– Миша, у меня недостаточно данных, – развела руками Лора. – Могу только предполагать.

– Тогда давай предполагать.

– Ого, ты разрешаешь мне фантазировать? Запиши дату, это исторический момент.

– Что-то не припомню, чтобы я тебе что-то запрещал, – фыркнул я в ответ. – Может, это ты обленилась?

– Ладно, ладно. Первое: он действительно хочет передать Катерину сыну. Возможно, готовится к чему-то опасному и не хочет подвергать её риску. Второе: это часть более сложного плана, и мы пока не видим всей картины. Третье...

– Третье?

– Он хочет умереть, – тихо сказала Лора. – И хочет уладить дела до конца.

Звучало это как полный бред. Зачем ему проворачивать такой странный ход конем?

– Может, он просто хочет пощекотать себе нервишки, и проверить Катерину, отдаст ли она иглу, или нет?

– Все может быть… Вопрос только в том, как?

***

Мы вернулись в тень пирамид. Солнце клонилось к закату, окрашивая песок в золотые и оранжевые тона. Я присел на обломок древней колонны и задумался.

– Лора, меня беспокоит другое.

– Что именно?

– Нападение. Визирь явно действовал не по собственной инициативе. Глава правительства не станет устраивать покушение на иностранного монарха без веской причины.

– Согласна, – кивнула она. – Я как раз анализировала этот вопрос. Египет не имеет прямых конфликтов с Российской Империей. Торговые отношения стабильные. Караваны поставляют маголит стабильно. Политических разногласий нет. Да они вообще почти по разные стороны метеоритного пояса.

– Тогда зачем?

– Кто-то его надоумил, – Лора вывела голограмму с картой мира. – Вопрос в том, кто и почему.

– Можешь проверить связи визиря? Контакты за последние месяцы?

Как хорошо, что у него был с собой мобильный. Взломать его было делом пары секунд.

– Уже проверяю. Но мне нужен доступ к местным сетям. Это займет время.

– Сколько?

– Час максимум. Хоть их защита полное говно, но у них вся информация как будто стянута в одну кучу. Я ночью уже подключалась к местной сети, я не знаю, как они вообще до кого-то дозваниваются. Видимо, пирамиды единственное, что они умеют строить, – ухмыльнулась Лора. – Но для меня это не особо большая проблема.

– Тогда почему час?

– Как почему? Мы в пустыне. Вам еще надо добраться до гостиницы. А там я подключусь уже напрямую к телефонным сетям.

– Что ж, раз у нас нет больше зацепок, кроме правительства, давай узнаем напрямую.

Я достал телефон и набрал номер администрации Сахалина. После нескольких гудков ответил знакомый голос:

– Газонов слушает.

– Алексей Октябринович, это Михаил. У меня к вам просьба.

– Конечно, Михаил. Что нужно? – радостно ответил тот.

– Свяжитесь с египетским правительством. Мне нужна неофициальная встреча с правителем Египта. Как можно скорее.

На том конце повисла пауза.

– С фараоном? – уточнил Газонов.

– С королем. Они давно не используют титул фараона, – прочитал я небольшую заметку от Лоры из местного журнала.

– Понял. Попробую договориться. Перезвоню, как будет информация.

– Спасибо.

Я отключился и посмотрел на Петра.

– Нам нужно переночевать где-то в городе. Уже нет смысла скрываться, так что можно пожить на широкую ногу. К тому же, местный обменный курс весьма приятный!

– Согласен, – кивнул он. – Знаю несколько хороших гостиниц в Каире.

– Вот и славненько, – я встал и отряхнул штаны.

– Отель "Мена Хаус", – сказал Петр, немного почесав бороду. – Пять звезд, в центре города, вид на пирамиды. Один из лучших в Египте.

– И один из самых дорогих? – с улыбкой спросил я.

– Обижаешь, – улыбнулся Романов в ответ.

– Миша, ты царь. Тебе по статусу положено жить в дорогих отелях. Иначе что люди подумают? – добавила Лора.

– Что я экономный?

– Что ты жадный. А это разные вещи.

***

Отель "Мена Хаус".

Вечер.

Номер оказался просторным и роскошным. Высокие потолки, мраморный пол, окна от пола до потолка с видом на освещенные пирамиды. Романов устроился в соседнем номере.

Я принял душ и сел у окна, наблюдая за ночным Каиром. Город жил своей жизнью: огни машин, музыка из кафе, голоса прохожих.

– Красиво тут, – заметила Лора, материализовавшись рядом.

– Угу.

– Ты о чем-то думаешь?

– О многом. О Петре Первом. О Катерине. О том, что мы чего-то не понимаем.

– Можешь думать вслух. Мне нравится, когда ты озвучиваешь свои мысли. Это как подкаст, только без рекламы, – она подошла ближе и провела руками по моим плечам. – И немного сексуально…

– Лора, серьезно.

– Я серьезно. Продолжай, – улыбнулась она, но руки убрала.

Зазвонил телефон. Газонов.

– Михаил я договорился. Король Египта Ахмед Третий готов встретиться с вами завтра утром. За вами приедет королевский кортеж в десять часов. Только не проспите, а то…

– А что, я когда-то просыпал важные встречи? – удивился я.

– Нет… Просто предупреждаю.

– Отлично. Спасибо, Алексей Октябринович.

– Не за что. Удачи вам там.

Я положил телефон и выдохнул.

– Ну вот, завтра узнаем что-то новое. Надеюсь, этот Ахмед адекватный мужик.

– Или получим еще больше вопросов, – философски заметила Лора. – Ты не забывай, что некоторые до сих пор не воспринимают тебя всерьез. Ты же пацан.

– Это тоже результат.

– Результат чего? Нашей способности находить проблемы на ровном месте?

– Мы их не находим. Они сами нас находят, – вздохнул я, закрыв глаза.

– Это потому что ты слишком заметный. Попробуй быть менее царственным.

– Как это?

– Понятия не имею. Но звучит как хороший совет.

***

Следующее утро.

Ровно в десять часов к отелю подъехал кортеж из трех черных автомобилей с золотыми гербами на дверях. Водители и охрана были одеты в белоснежную форму с золотыми эполетами.

Петр Петрович провожал меня у входа. Мы договорились, что я буду один.

– Уверен, что не нужна поддержка? – спросил он.

– Справлюсь. Это дипломатический визит, а не боевая операция.

– С тобой никогда не знаешь, – усмехнулся он.

Один из офицеров подошел и почтительно поклонился.

– Царь Кузнецов? Его Величество ожидает вас. Прошу в машину.

Я кивнул Петру и сел в средний автомобиль. Салон оказался роскошным: кожаные сиденья, кондиционированный воздух, легкий аромат благовоний. Типично для египтян.

– Неплохо живут, – оценила Лора.

Кортеж тронулся и поехал по улицам Каира. За окном мелькали старинные здания, минареты мечетей, пальмы. Город был шумным и хаотичным, но в этом хаосе чувствовалась своя гармония.

Минут через двадцать мы въехали на территорию королевского дворца. Он поражал воображение: белоснежные стены с золотой отделкой, колонны в древнеегипетском стиле, фонтаны с кристально чистой водой. Повсюду стояли статуи львов и сфинксов.

– Впечатляет, – признал я.

– Дворец Абдин, – пояснила Лора. – Построен в девятнадцатом веке, но с тех пор неоднократно реставрировался. Один из красивейших дворцов на Ближнем Востоке.

– Ты как экскурсовод.

– Могу добавить исторических фактов. Знаешь, сколько золота ушло на отделку?

– Нет, и не хочу знать.

– Много. Очень много. Достаточно, чтобы купить небольшую страну, – продолжила она.

– Лора.

– Молчу.

Машина остановилась у парадного входа. Двери открыли слуги в традиционных одеждах. Я вышел, и меня тут же окружили почтительным вниманием.

– Царь Кузнецов, добро пожаловать во дворец Его Величества, – произнес пожилой мужчина в расшитом золотом халате. – Меня зовут Фарук, я главный церемониймейстер. Позвольте проводить вас к королю.

– Надо же, церемониймейстер! – передразнила Лора.

Мы прошли через анфиладу залов, каждый из которых был красивее предыдущего. Мраморные полы с инкрустацией, потолки с росписями, хрустальные люстры. Слуги кланялись при моем появлении.

– Они явно наслышаны о тебе, – заметила Лора. – Обычно иностранных гостей так не встречают.

– Или их проинструктировали.

Наконец мы вошли в тронный зал. Огромное помещение с колоннами из красного гранита, золотым троном на возвышении и гигантскими окнами, через которые лился солнечный свет.

На троне сидел мужчина лет пятидесяти в белом костюме с золотыми знаками отличия. Его лицо было смуглым и властным, с аккуратно подстриженной бородой. Рядом стояли советники и телохранители.

– Царь Михаил Кузнецов, правитель Сахалина! – объявил церемониймейстер.

Король поднялся и спустился с трона мне навстречу. Это был знак уважения: монархи редко покидают свои места ради гостей.

– Царь Кузнецов, – он протянул руку. – Рад наконец познакомиться. Слухи о вас дошли даже до берегов Нила.

– Ваше Величество, – я пожал его руку. – Благодарю за согласие встретиться.

– Прошу, присаживайтесь, – он указал на кресло рядом с троном. – Фарук, принеси нам чай.

Когда мы устроились, король внимательно посмотрел на меня, явно не понимая, зачем я приехал.

– Итак, чем обязан визиту? Полагаю, это связано со вчерашним инцидентом?

– Вы правы, Ваше Величество. Меня интересует, почему второй человек в правительстве решил устроить покушение на Петра Первого.

Король вздохнул и откинулся на спинку трона.

– Визирь действовал без моего ведома. Когда я узнал, было уже поздно. Приношу извинения за этот инцидент.

Я слегка удивился тому, как быстро он признал ошибку.

– Извинения приняты. Но меня интересует другое: кто его надоумил?

Король помолчал, словно решая, стоит ли отвечать.

– Царь Кузнецов, прежде чем я скажу, хочу заметить, что любые попытки спровоцировать наши страны на конфликт, это проделки тех, кому это выгодно. Но я, как лицо государства, уверяю вас, что мы не хотим с вами войны.

– Я понимаю. Мне тоже не нужна война.

Хотя его опасения были вполне обоснованы. Я, молодой царь с маленьким новым государством, что поставил всю Европу на колени. С этим невозможно не считаться.

– Тогда скажу прямо. Около месяца назад к визирю приезжал посланник из Соединенных Штатов. Они провели несколько закрытых встреч. После чего визирь стал одержим идеей устранить русского царя.

– Посланник президента?

– Именно. Президент США лично заинтересован в дестабилизации Российской Империи. Это не секрет для тех, кто следит за мировой политикой.

Я переглянулся с Лорой. Она кивнула, записывая информацию.

– Благодарю за откровенность, Ваше Величество.

– Это меньшее, что я могу сделать после того позора, который устроил мой визирь, – король покачал головой. – Египет не желает быть пешкой в чужих играх.

***

Вашингтон.

Белый дом.

Овальный кабинет.

Президент США положил телефонную трубку и откинулся в кресле. За окном садилось солнце, окрашивая Белый дом в теплые оранжевые тона.

– Итак? – раздался голос из динамика на столе.

– Не получилось, – спокойно ответил президент. – Визирь провалил задание. Петр Первый жив.

– Я предупреждал, что это рискованно.

– Знаю. Но я и не ожидал положительного результата. Главное, что процесс пошел. Египет теперь под подозрением. Петр Первый будет искать врагов там, где их нет. А мы тем временем продолжим работать.

– Разумно, – согласился голос. – Что дальше?

– Продолжаем по плану. Держи меня в курсе.

Связь прервалась. Президент потер виски и посмотрел на карту мира, висящую на стене. Российская Империя занимала на ней большую территорию. Слишком большую.

В дверь постучали.

– Войдите.

Вошел личный помощник президента, молодой мужчина в строгом костюме.

– Господин президент, есть информация, которая может вас заинтересовать.

– Слушаю.

– Сегодня утром на нашу горячую линию позвонил человек. Он утверждает, что владеет секретной информацией о царе Сахалина.

Президент рассмеялся.

– И много таких звонков поступает каждый день? Десять? Двадцать? Почему этот особенный?

– Потому что он перечислил всех питомцев Кузнецова. С точными именами и способностями. Включая тех, о которых нет информации ни в одной разведке мира.

Президент перестал смеяться.

– Продолжай.

– Он также утверждает, что знает, откуда взялся Кузнецов. Его истинное происхождение.

Президент медленно выпрямился в кресле.

– Где этот человек?

– В Пруссии, господин президент. Его зовут Буслаев. Леопольд Буслаев.

– Буслаев... – президент задумчиво повторил имя. – Организуй встречу. Немедленно.

– Да, господин президент.

Помощник вышел, а президент снова посмотрел на карту. Сахалин был крошечной точкой к востоку от Российской Империи. Но эта точка в последнее время доставляла ему слишком много беспокойства.

– Леопольд Буслаев, – произнес он вслух. – Посмотрим, что ты знаешь...

Глава 10. Переговоры, тошнота, похищение.

Я вернулся в отель ближе к обеду. Петр Петрович ждал меня в холле, делая вид, что читает газету. Судя по тому, как быстро он ее отбросил, ожидание далось ему нелегко.

– Ну что там? – он подошел ближе и понизил голос. – Король что-нибудь рассказал?

– Давайте переместимся в номер. Не хочу обсуждать это тут.

Мы поднялись наверх. Я плюхнулся в кресло и потер виски. Информация, которую выдал Ахмед, требовала осмысления. И складывалось ощущение, что весь мир недоволен тем, что Сахалин теперь отдельное государство, но напрямую это не говорили.

– Визирь действовал не сам по себе, – начал я. – К нему приезжал посланник из США. После этого он и загорелся идеей убить вашего отца.

Петр нахмурился.

– США? Какой им смысл лезть в дела Империи?

– Дестабилизация. Классика жанра. Если Петр Первый погибнет в Египте от рук местного визиря, начнется международный скандал. Россия и Египет сцепятся, а Штаты будут сидеть в сторонке и потирать руки.

– Логично, но... – Петр задумался. – Почему именно сейчас? Что мы им сделали?

– Ты ничего не сделал. А вот я, возможно, сделал, – вздохнул я.

Лора тут же материализовалась рядом с видом человека, который знает ответ на все вопросы.

– Город в Дикой Зоне, – произнесла она. – Помнишь ту заварушку?

Я помнил. Еще бы не помнить. Совсем недавно про это кричали из каждого утюга. Надя все уши прожужжала, собственно, как и граф Бердышев.

– Погоди, – Петр поднял руку. – Ты про тот город, который показывали по всем каналам? Американцы строили его почти двадцать лет. Там были лаборатории, исследовательские центры...

– И все это превратилось в руины за один день, – закончил я. – Да, теперь картина складывается.

– Мисс Палмер рассказывала мне про этот город, – добавил Петр. – Она сама участвовала в его строительстве. Говорила, что там разрабатывали какие-то технологии для изучения Дикой Зоны. Когда узнала, что произошло, она была огорчена — сколько сил, и все зря.

– Вот тебе и мотив, – кивнула Лора. – Двадцать лет работы коту под хвост. Я бы тоже обиделась.

– Ты бы отомстила?

– Я бы составила план мести на сорок страниц с графиками и диаграммами, – она улыбнулась. – Но это я. Американцы, видимо, предпочитают действовать через третьих лиц. Тоже неплохо. Тут я даже согласна, что так хитрее.

Петр покачал головой.

– Значит, отец для них просто инструмент. Убить его, спровоцировать войну, а потом...

– А потом ловить рыбку в мутной воде, – закончил я. – Стандартная схема.

Мы помолчали. За окном шумел Каир, не подозревая о том, какие игры ведутся за его спиной.

– Нам нужно вернуться, – сказал я. – Здесь мы уже узнали все, что могли.

– Согласен. Обычным транспортом?

– Петр Петрович, – улыбнулся я, наклонив голову набок. – Обижаете. Телепортом. Так быстрее.

***

Телепортация на короткие расстояния давно стала для меня рутиной. Шаг туда, шаг сюда, никаких проблем. Просто надо найти подходящий по весу предмет. Но перемещение из Египта на Сахалин оказалось совсем другой историей.

Когда мы вышли из портала во дворе поместья, меня качнуло. В голове зазвенело, а перед глазами поплыли разноцветные круги.

– Что за... – я оперся о крыльцо, пытаясь прийти в себя.

Петр выглядел не лучше. Он побледнел и тяжело дышал.

– Михаил, ты как?

– Бывало и лучше, – честно ответил я.

Лора тут же начала сканирование. Ее лицо приобрело озабоченное выражение.

– Так, интересно... Телепортация с сильным магом на такое расстояние через Дикую Зону дает побочные эффекты. Ваши энергетические поля вступили в резонанс.

– И что это значит на человеческом языке?

– Это значит, что вы оба перенапрягли свои магические каналы. Ничего критичного, но ощущения, мягко говоря, неприятные. Короче, Миша, рановато пока вам с Романовым по порталам гулять. Надо подкачаться.

Я и сам чувствовал, что внутри что-то пошло не так. Словно кто-то провел наждачкой по нервам. Мелкая дрожь в руках, легкая тошнота, шум в ушах.

– Может, я старею?

– Ага… – сухо ответила Лора. – Через пару часов пройдет. Но я бы рекомендовала временно не телепортироваться вместе с Петром. По крайней мере, на такие расстояния.

Лицо Петра приобрело зеленоватый оттенок.

– Учту, – сказал я. – В следующий раз полетим обычным транспортом или через домашние порталы.

– Ну ты не переживай, это временно. Скоро пройдет. Грубо говоря, вас укачало, только в энергетическом плане, – добавила Лора. – Но это требует исследований.

Мы поднялись в дом. Свежий сахалинский воздух немного привел меня в чувство. После египетской жары это было то, что нужно. Даже снег, попадающий на лицо, приятно покалывал кожу.

– Могу попросить Данилу довезти вас до дома, – сказал я Петру. – Завтра обсудим, что делать с этой информацией.

– Хорошо. Спасибо, Михаил, – кивнул он. – Можно еще водички, а то что-то мутит…

Он ушел на кухню, а я попросил Трофима, чтобы предупредил Данилу, и сам пошел в гостиную. Хотелось просто побыть с семьей без политики, без интриг, без древних сущностей, пытающихся захватить мир.

В гостиной Маша сидела на диване, держа на руках Виктора. Малыш что-то лепетал на своем языке, размахивая погремушкой. Рядом в кресле устроилась Света, укачивая Аню. Обе выглядели немного уставшими, но счастливыми.

– Привет, – я наклонился и поцеловал сначала одну, потом вторую. – Скучали?

– Немного, – улыбнулась Маша. – Как прошла поездка?

– Продуктивно. Расскажу потом.

Виктор увидел меня и потянул ручки, требуя внимания. Я забрал его у Маши и подбросил в воздух. Сын засмеялся.

– Осторожнее, – Маша покачала головой. – Он только покушал.

– Все под контролем.

Света отложила уснувшую Аню в люльку и внимательно посмотрела на меня.

– Ты бледный какой-то. Случилось что?

– Телепортация не задалась. Ничего серьезного.

– Ничего серьезного, говорит он, – фыркнула Лора, появляясь рядом. – Его чуть не вывернуло наизнанку.

Маша встала и, подойдя ко мне, положила руку на лоб.

– Температуры вроде нет. Но ты точно отдохнешь сегодня. Никаких дел.

– Да я и не собирался...

– Миша… – пристально посмотрела Маша.

– Ладно, ладно. Отдыхаю.

Я передал Виктора обратно его маме и плюхнулся на диван. Сын недовольно запищал, но быстро успокоился.

***

Вечер прошел в семейной атмосфере. Мы поужинали вместе, потом по очереди укладывали детей. Виктор капризничал и не хотел засыпать, пока я не посидел рядом с ним минут двадцать. Аня, наоборот, уснула сразу, едва коснувшись подушки.

Когда я вернулся в гостиную, Маша и Света уже приготовили чай.

– Садись, – Света похлопала по месту рядом с собой. – Расскажи, что там было в Египте.

Я рассказал. Про короля Ахмеда, про визиря, про американский след. Они слушали молча, не перебивая.

– Значит, США теперь наш враг? – спросила Маша, когда я закончил. – Надо написать папе.

– Не враг. Скорее, недоброжелатель. Они пока действуют чужими руками, так что пока Сергею Михайловичу не стоит звонить. Он и так в последнее время нервничает больше обычного.

– Ключевое слово “пока”, – сказала Света. – А потом?

– А потом будем разбираться по мере поступления проблем.

Лора появилась с чашкой виртуального чая.

– Философский подход. Одобряю.

– Ты же не пьешь чай, – удивился я.

– Но я могу делать вид. Это называется мимикрия, – и сделала глоток. – Ох… не хватает кое-чего…

На столе появилась бутылка с надписью “ром”, содержимое перешло в кружку.

Я закатил глаза.

– Лора, ты неисправима.

– Я совершенна. Это разные вещи.

Мы просидели еще час, болтая о всякой ерунде. Никакой политики, никаких заговоров. Просто семья. Просто вечер. Просто жизнь.

Иногда мне казалось, что ради таких моментов и стоит бороться.

***

Утро началось с того, что Лора бесцеремонно разбудила меня в семь часов.

– Подъем, ваше царское величество.

– М-м-м... пять минут...

– Нет у тебя пяти минут. Есть информация, которую ты должен знать.

Я с трудом разлепил глаза. Лора сидела на краю кровати и смотрела на меня с видом учительницы, поймавшей ученика за списыванием.

– Что случилось?

– Ничего не случилось. Пока. Но неделю назад, если ты еще помнишь, президент США договорился с твоей администрацией о визите.

Я сел в кровати, пытаясь собрать мысли в кучу.

– Какой визит?... А-а-а, визит…

Совсем вылетело из головы. Тот звонок президента, когда он намекал на то, что надо бы устранить Петра Первого… Ну да, в целом, ситуация с Египтом стыкуется.

– Официальный. Послы и советники. Они должны прибыть сегодня, – добавила Лора.

– Сегодня?! – я тут же вскочил с кровати.

– Именно. В одиннадцать часов. В администрации уже все готово.

Я потер лицо. Ничего себе новости с утра пораньше.

– Надо подготовить зал для переговоров. Элья предупредить. Да и Газонов сейчас занят другими делами… Блин, совсем забыл.

– И потому что твоя администрация прекрасно справляется без тебя, – довольно хмыкнула Лора.

Это было... неожиданно приятно. Я столько сил вложил в то, чтобы система работала автономно, и вот результат. Даже в мое отсутствие все функционирует как надо.

– Газонов организовал?

– Он, Маргарита и Надежда. Рыцари обеспечивают охрану. Протокол встречи согласован, помещения подготовлены, переводчики на месте.

Я присел на кровать и откинулся на подушку, позволив себе улыбнуться.

– Знаешь, иногда приятно осознавать, что ты не единственный компетентный человек в команде.

– Ого, это что, скромность? От тебя? – Лора театрально приложила руку к груди. – Запишу этот день в историю.

– Не язви.

– Я не язвлю. Я констатирую факт. Так что надо собираться на встречу.

Я задумался. С одной стороны, хотелось посмотреть на американцев своими глазами. Особенно после того, что рассказал король Египта. С другой стороны, они точно не так просты, как казалось на первый взгляд. Те же мысли про уничтожение Петра Первого, у президента США могли быть и на мой счет.

– Пусть начнут без меня. Посмотрим, что они из себя представляют. Если понадобится, подключусь позже. А мы проверим их дирижабль. Сомневаюсь, что там система, с который ты не сможешь справиться.

– Это что, какой-то упрек, который я не понимаю? – удивилась Лора.

– Прости. Хотел похвалить, но вышло так себе.

– Действительно комплименты не твоя сильная сторона. Тогда у тебя есть время позавтракать. Маруся уже накрывает на стол.

***

Аэропорт Южно-Сахалинска.

Одиннадцать часов.

Американский дирижабль приземлился точно по расписанию. Массивная машина с флагом США на борту медленно опустилась на посадочную площадку.

Газонов стоял во главе встречающей делегации. Рядом с ним Маргарита в строгом деловом костюме и Надежда в традиционном платье. За их спинами выстроились рыцари в парадной форме. На этот раз на них нацепили специальные пуховики.

– Впечатляющая картина, – тихо произнесла Маргарита. – Американцы любят помпу.

– Мы тоже умеем показать себя, – ответил Газонов. – Надеюсь, Михаил не будет против.

– Он уже в курсе, – Надежда улыбнулась. – Маша передала, что он доволен нашей подготовкой.

Трап опустился, и из дирижабля начали выходить гости. Первым шел высокий мужчина в дорогом костюме с американским флажком на лацкане. За ним следовали еще трое в похожих нарядах.

– Посол Джеймс Ганн, – представился первый, протягивая руку Газонову. – Рад наконец побывать на легендарном Сахалине.

– Алексей Октябринович Газонов, заместитель главы администрации. Добро пожаловать.

Они обменялись рукопожатиями. Американец улыбался широко и дружелюбно, но глаза оставались холодными и оценивающими.

– Позвольте представить моих коллег. Советник по экономике Роберт Редфорд, советник по безопасности Дэвид Швиммер, специальный помощник Эмили Блант.

Каждый из них коротко поклонился при упоминании своего имени.

– А это Маргарита, просто Маргарита, и Надежда Измайлова. Члены нашей администрации, – в свою очередь представил их Газонов.

Ганн задержал взгляд на Надежде чуть дольше, чем требовал этикет.

– Надежда Измайлова... Если не ошибаюсь, дочь барона Иннокентия Измайлова?

– Вы не ошибаетесь, – спокойно ответила она.

– Тогда вдвойне польщен знакомством.

Надежда удивилась, но виду не подала.

– Прошу за мной, – Газонов указал на ожидающие машины. – Отвезем вас в отель, где вы сможете отдохнуть с дороги. Официальная часть начнется через два часа.

– Отлично, – кивнул Ганн. – Нам есть о чем поговорить с вашим правительством.

Рыцари выстроились в шеренгу, пока делегация шла к машинам. Лира незаметно кивнула Газонову, давая понять, что все под контролем.

Когда американцы погрузились в автомобили, Маргарита наклонилась к Надежде.

– Что происходит?

– Я не знаю, откуда он знает отца, – тихо ответила та. – Меня это немного беспокоит. Предупредите Мишу.

– Я тоже это заметила. Будем держать ухо востро.

Кортеж тронулся в сторону города. Начиналась новая партия в большой политической игре и ставки в ней были как никогда высоки.

***

Не сказал бы, что сильно удивился, когда мне позвонила Маргарита и сообщила, что посол как-то странно намекнул на знакомство с отцом Нади.

Конечно, это можно посчитать как намек на то, что если что случиться, ее отец тоже пострадает. Но также это могло означать, что у них есть достаточно сведений о каждом члене моей семьи. Что ж, так даже интереснее.

Дирижабль американцев стоял на отдельной площадке, огороженной временным забором. Два охранника патрулировали периметр, но делали это скорее для галочки. Видимо, не ожидали, что кто-то полезет на их дирижабль..

Зря.

– Лора, сколько у нас времени?

– Послы сейчас на ужине с Газоновым. Часа два точно есть.

Я активировал маскировку и перемахнул через забор. Охранники даже не повернули головы. Еще бы они меня услышали! Наша разница в силе огромна!

– Любители, – фыркнула Лора. – Даже артефактов обнаружения не поставили.

– Может, не ожидали, что царь лично полезет шариться по их вещам?

– Тем хуже для них.

Я подобрался к дирижаблю и нашел технический люк в нижней части корпуса. Замок оказался электронным, но для Лоры это не было проблемой. Через десять секунд люк бесшумно открылся.

Внутри было темно и пахло машинным маслом. Я оказался в техническом отсеке среди труб и проводов.

– Начинаю сканирование, – сообщила Лора. – Их системы безопасности примитивные. Даже обидно.

– Не расслабляйся.

Я двинулся вглубь дирижабля. Техотсек перешел в коридор с каютами. Двери были пронумерованы, всего я насчитал двадцать штук. Так же наверху были четыре больших каюты, и три поменьше.

– Лора, сколько человек прилетело с послом?

– Четверо. Сам Ганн и трое советников. Ну и шесть охранников.

– А кают тут двадцать.

– Именно это меня и беспокоит.

Я открыл первую дверь. Каюта была пустой, но явно использовалась. Смятая постель, стакан с недопитой водой на столе, забытая зарядка для телефона.

– Кто-то тут жил, – констатировала Лора. – И совсем недавно.

Следующие три каюты показали ту же картину. Следы присутствия людей, но самих людей нет.

– Копирую данные из бортового компьютера, – сказала Лора. – Интересно... Согласно журналу, на борту было тридцать человек.

– Как тридцать?

– Угу. А вышли только четверо. Два охранника снаружи. Два с послом, два внутри. Куда делись остальные?

Я прошел дальше по коридору. Каюты заканчивались, начиналась зона отдыха. Диваны, столы, бар. И снова следы недавнего присутствия: пепельница с окурками, разбросанные карты, пустые бутылки.

– Они тут неплохо проводили время, – заметила Лора. – Покер, виски, сигары. Классический набор.

– Но где они сейчас?

– Хороший вопрос. Очень хороший.

Я заглянул в последнее помещение. Кабинет с рабочим столом и несколькими мониторами. Лора тут же подключилась к системе.

– Ого, а вот это уже интереснее. Тут есть зашифрованные файлы. Дай мне минуту.

Пока она работала, я осматривал кабинет. На столе лежала карта Сахалина с какими-то пометками. Несколько точек были обведены красным маркером.

– Лора, это что?

– Судя по координатам, это наши стратегические объекты. Электростанция, порт, администрация, твое поместье.

– Они собирали разведданные. Ну… Не удивительно. Их же мы показывали и Имперскому послу.

– И не только собирали. Смотри.

На экране появились фотографии. Наши солдаты на учениях. Рыцари в полной экипировке. Маргарита, выходящая из магазина. Газонов в машине.

– Следили за нами, – процедил я.

– И довольно профессионально. Эти снимки сделаны с большого расстояния, скорее всего, с помощью артефактов.

Я сжал кулаки. Значит, визит посла был просто прикрытием для разведывательной операции. А двадцать человек, которые “исчезли” с борта...

– Они сейчас где-то на острове, – закончила мою мысль Лора. – Скорее всего, рассредоточились и продолжают сбор информации.

– Можешь их найти?

– Попробую. Но если они профессионалы, то используют маскировку.

– А тебя это остановит?

– Пфф… Обижаешь.

Я уже собирался уходить, когда услышал в голове знакомый голос.

– Мишаня! – раздался голос Валеры. – Ты меня слышишь?

– Валера? Что случилось?

– Короче, тут такое дело... Меня похитили.

Я замер на месте. У Лоры открылся рот от удивления.

– Что значит “похитили”?

– Ну, технически, я сам позволил себя похитить. Притворился слабым, и какие-то иностранцы меня сцапали. Говорят на английском, если это важно.

Лора уставилась на меня с выражением крайнего недоумения.

– Валера, – медленно произнес я, – зачем ты позволил себя похитить?

– А что такого? Хотел узнать, кто они и чего хотят. Заодно развлекусь немного. А то скучно стало. Не забывай, иногда надо притвориться слабым, чтобы узнать чуть больше…

– Ты... развлекаешься?

– Ну да. Они думают, что везут беспомощного пленника. А я пока изучу их. Тут, кстати, интересно.

Я прислонился к стене и закрыл глаза.

– Он серьезно сейчас? – спросила Лора.

– Судя по всему, да.

– Мишаня, не переживай! – продолжал Валера. – Когда надоест, я их всех раскидаю. Просто хотел предупредить, чтобы ты не волновался, если меня какое-то время не будет.

– Валера, послушай меня внимательно. Не делай ничего, пока идет встреча с послом. Понял?

– Да ладно тебе, справлюсь...

– Валера!

– Ну хорошо, хорошо. Буду сидеть тихо. Но если они начнут меня бить, я не отвечаю за последствия.

– Где ты находишься?

– Понятия не имею. Темно, пахнет соляркой. И холодно. Я бы мог подглядеть, но пришлось бы выдать себя.

Связь оборвалась.

Я посмотрел на Лору.

– Скажи мне, что вы решили меня разыграть?

– К сожалению, Миша. Я отследила его. Северная часть острова, примерно в ста километрах отсюда. Заброшенный промышленный комплекс.

– Двадцать человек с дирижабля?

– Вероятнее всего. И они только что совершили самую большую ошибку в своей жизни.

Я выбрался из дирижабля тем же путем, что и зашел. Охранники по-прежнему ничего не заметили.

А мне пора на встречу с послом. Судя по тому, что они “похитили” Валеру, это может быть наша первая и последняя встреча.

От автора: Дорогие друзья! Спасибо вам, что остаетесь с героями и Михаилом с Лорой! Без вас этой истории бы не было! Только благодаря вам она обрела такой масштаб!

Погнали на следующую главу?