Я Димасик? Но я же дроу!

Глава 1

— Кто у нас хороший мальчик? Димасик хороший мальчик! У собачки боли, у кошечки боли, а у Димочки не боли.

Странно было наблюдать за немолодой женщиной с короткими каштановыми волосами, в синем закрытом платье до пят, которая дула на помазанную зелёнкой ладонь здоровенного парня и сюсюкалась с ним, словно с малышом.

Больше всего чувство странности испытывал сам парень на вид лет двадцати. Его лицо было простым и одутловатым, даже несколько туповатым. На голове чёрные волосы, небрежно подстриженные под горшок, словно неумелым парикмахером. Фигура хоть и массивная, но рыхлая — больше жира, чем мышц. Одежда на нём простая и большего чем нужно размера: чёрная футболкав дорожной пыли, аналогично запачкались свободные спортивные штаны.

Дело происходило посреди людной улицы. У парня нещадно трещала голова, которой он приложился об бордюр во время недавнего падения. А ещё у него под черепной коробкой крутилось множество мыслей.

«Что за безумный мир?! Почему я переродился человеком? Почему воспоминания пробудились только сейчас? И ладно человеком, но ещё каким-то неполноценным! Определённо, ритуал перерождения стоит доработать».

Димасик, как его звала стареющая мама, был в шоке. Минуту назад он был обычным умственно отсталым парнем, если слово «обычный» применимо к нему. Но он упал посреди дня на улице и шмякнулся головой о бордюр, после чего в ней что-то замкнуло. И раз! Он пробудил память прошлой жизни. Будто в одно мгновение прожил её.

Будь парень сообразительней, его бы личность не задавило на задний план. Да хотя бы на уровне обычного подростка. Но у него было сознание шестилетнего шкета, которого может обмануть первый встречный.

Так вышло, что память прошлой жизни оказалась куда сильнее, и это сознание подавило нынешнее. Так что место Димасика занял Кайн.

В прошлой жизни он был… дроу! Да-да, тем самым темнокожим остроухим тёмным эльфом, которые живут в подземельях и пещерах. Ни разу не дружелюбные и жестокие существа, как минимум, женская его пятая часть.

Почему пятая? Так это из-за особенностей их общества. Мальчики-дроу воспитывались отдельно от девочек при лютом матриархате. Но их жизнь — отдельная история.

Девушки-дроу варились в собственном адском котле. Каждая из них должна по достижении зрелости стать жрицей Ллос — жестокой богини-паучихи.

Воспитывали девочек крайне жестокими методами при искусственной жёсткой конкуренции. Поощрялись смертельные схватки, садистская и лютая месть и всё в таком духе. В итоге до становления жрицей доживала всего одна девушка из десяти. Это была лютая хтоническая хрень: суровое и властное существо, привыкшее к применению силы. И вот такая женщина, прошедшая через горнило пыток, разборок, смертельных дуэлей и выживания в паучьей банке, начинала собирать себе гарем.

Парней у дроу таким ужасам не подвергали. До подросткового возраста они жили вполне себе на уровне кого-то наподобие слуг в средневековье: вроде бы не скотина, но особого отношения не заслуживает.

Вот когда начинался подростковый бум, приходило понимание того, что девушек мало. За них начиналась конкуренция. А поскольку общество у них суровое и жестокое, то часто доходило до схваток со смертельным исходом.

В гарем к женщине могли попасть лишь лучшие из лучших. Самые сильные и суровые бойцы. Они же становились не только мужьями, но и охранниками жрицы.

Во взрослом возрасте женщины переставали убивать друг друга, как в молодости. Но котёл интриг у них не переставал кипеть.

До взросления доживали пятеро парней из десяти. Оттого и соотношение полов у дроу было один к пяти (мужчин больше).

До пятидесяти лет, то есть до совершеннолетия, Кайн был как все его сородичи. Лет с двадцати, то есть с момента начала полового созревания, он сражался за право вступить в гарем к какой-нибудь юной жрице. Но особыми талантами к фехтованию и воинскому искусству он не обладал. Физическая оболочка ему тоже досталась не лучшая — он не был склонен к изящной гибкости или огромной силе, или скорости, что ценится среди воинов. Зато магия давалась ему легко, но молодняк парней-дроу ей не учили.

Зачастую он проигрывал в этой конкуренции, выживая в дуэлях лишь чудом. В итоге к своим пятидесяти пяти годам он настолько устал огребать на дуэлях, что решил сдаться и поставить крест на женитьбе. Это было осознанное решение.

Однажды во время дуэли он чуть не погиб. Его с того света вытащил мужчина-маг. Большая редкость среди их расы, поскольку волшебство считается прерогативой жриц. И тогда он решил, что если так продолжится, то он рискует окончательно сгинуть.

Та дуэль что-то надломила в нём. Побывав одной ногой в могиле, он начал бояться смерти. Этот страх заставил его держаться подальше от дуэлей за право попасть в гарем. А ещё он жаждал познать волшебство жизни и смерти и пытался создать способ обезопасить свою жизнь — стать настолько бессмертным, чтобы убийство или несчастный случай не окончили его существование. Добиться этого можно было лишь с помощью магии. Поэтому он напросился в ученики к тому магу, который его вылечил.

Сто пятьдесят лет с хвостиком он потратил на постижение магических искусств. Вернее, учился у наставника он всего десяток лет. Всё остальное время занимался саморазвитием.

Воинские техники он забросил. Они ему были не нужны, поскольку от сражения за баб он отказался. И это его отчасти сгубило.

Один заносчивый дроу невзлюбил его за то, что он отказал этому хаму в оказании магических услуг. Этот мерзавец подстроил всё так, что вызвал Кайна на дуэль, от которой нельзя было отказаться, и прикончил его, отрубив голову. По сути это была казнь, замаскированная под дуэль. Ещё и время негодяй подобрал такое, когда маг находился в состоянии магического истощения после использования мощного ритуала. Если бы не это, то даже такой сильный воин был бы ему на одно заклинание. Второе он бы потратил на свою защиту.

К счастью, то, что его перед дуэлью истощило, было разработанным им за полтора столетия ритуалом перерождения души. Он предполагал, что после смерти душа возродится в другом дроу, после чего в ней пробудятся воспоминания прежних жизней. Это должно было дать лёгкий старт в подростковом возрасте.

Но что-то пошло не так. Он, во-первых, переродился не тёмным эльфом, а человеком, о которых ему доводилось слышать, но в глаза он их не видел. Во-вторых, память у него пробудилась не в детстве, а во взрослом по человеческим меркам возрасте. В-третьих, это явно был не его родной мир. Вокруг сновали громко гудящие волшебные повозки, дома были высоченными и из неизвестного камня, а главное — тут не было на поверхности испепеляющего солнца.

Память нынешнего тела давала мало ответов на множество вопросов. Его разум до пробуждения Кайна соответствовал шестилетке. Хорошо ещё, что он нормально говорить может. Хотя бы не придётся учить новый язык.

Что именно не так прошло с его перерождением, Кайн понял практически сразу. Он припомнил о том, как размышлял над своим перерождением. Ему не хотелось заново учиться ходить, говорить и всё такое. Он хотел сразу получить подготовленное тело. Для этого и выбрал возраст полового созревания. А он у дроу начинается в двадцать. Димасику как раз недавно стукнул двадцатник. Удар головой лишь стал катализатором.

Но всё же: почему человек?! Почему неполноценный? Такого он явно в ритуал не закладывал.

«А ведь я умер двухсотлетним девственником! — внезапно подумал он. — А сейчас я двадцатилетний девственник… Жизнь жестока — любой дроу подтвердит».

— Димочка, что с тобой? У тебя что-то болит? — мать этого тела напомнила о реальности вокруг, внимательно его разглядывая.

— Всё в порядке, госпожа, — Кайн, как и любой мужчина из его расы, испытывал подобострастие перед женщинами и подсознательно их опасался.

От самки дроу никогда не знаешь, чего ожидать. В одно мгновение она требует, чтобы ты её ласкал. Потом внезапно может начать тебя хлестать плёткой. Поэтому вежливость и спокойствие в смеси с игрой словами на минном поле — вот три оружия мужчины.

На самом деле у молодого человека жутко болела голова. Он сложил кончик указательного и большого пальцев правой руки в круг, который напоминал знак «Окей». Это не сигнал окружающим, а попытка активировать целебные чары.

В следующее мгновение Кайн испытал жуткое потрясение, сравнимое с недавним пробуждением воспоминаний. Его охватила паника, которая заплескалась в глазах. Он не чувствовал ману! Ту самую волшебную энергию, которая позволяет магам колдовать. Он не мог понять: это он лишился магических способностей или это мир настолько жуткий, что в нём отсутствует мана?

Магия, к которой он за полтора столетия привык настолько, что не представлял без неё жизни, внезапно стала ему недоступна. Эта мысль сделала его реакции на окружающий мир такими же, как у Димочки до этого. То есть он смотрел на окружение пустым глупым взглядом.

Мама, которая после его странного ответа с использованием слова «госпожа» в моменте испугалась за сыночку, увидев его привычный тупой взор, сразу же успокоилась.

— Пойдём домой, сыночка, — повела она его за ручку, словно бычка на заклание.

Глубоко шокированный Кайн, испытывающий душераздирающие муки, безропотно следовал за ней. Он мог принять перерождение в человека. Мог принять даже то, что его тело неполноценное даже по людским меркам. Но лишение магии… Этого он никак не мог принять и осознать. Его будто нокаутировали этой новостью.

В таком пришибленном состоянии его завели в подъехавший трамвай.

Для Димочки это была далеко не первая поездка в подобном транспорте. Он почти всегда относился к таким путешествиям с восторгом. Ему хотелось бегать по салону, дёргать за ручки, открывать и закрывать окна. Но мать, которая в таких случаях его сопровождала, всегда его останавливала, чтобы не устраивать скандалов с другими пассажирами.

Восприятие Кайна в этот момент почти не отличалось от Диминого — он разглядывал внутренности трамвая с восторгом. Но причина крылась в ином. Фактически, он впервые видел столь сложный артефакт, который при этом был создан обычными людьми без толики маны. Так он ещё и ехал на нём под грохот колёс.

— Госпожа, — пожирал он глазами интерьер трамвая, на время отрешившись от чувства ужаса, который дарила ему утрата магии.

— Димочка, это ты мне? — удивлённо распахнула глаза мама. — Где ты нахватался таких слов? Называй меня мама, как раньше.

— Простите, почтенная родительница, — виновато склонил голову Кайн. — Я просто хотел спросить: на каких принципах работает сей чудный артефакт?

— Э-э-э… — в глазах женщины будто на мгновение отразились два синих экрана. Возможно, это было отражение рекламного билборда за окном, но это не точно. — Сыночка, ты очень странно заговорил… Такого с тобой ещё не случалось. Это какое-то обострение? Хм… — на её лице отразилось беспокойство. — Ох! Ещё одно посещение психолога в этом месяце я не потяну. А на третью работу у меня попросту не хватит ни времени, ни сил...

— Простите, что заставил вас волноваться, почтенная матушка…

Для Кайна память его тела была подобна решету. В своей прошлой жизни он мог выловить мельчайшие мгновения и детали. В этом же мозге он даже не сумел найти, как правильно обращаться к родительнице. Поэтому старался подобрать правильный вариант. Назвать же её просто мама, как она предложила сама, его тёмно-эльфийский мозг отказывался. В их обществе за такое укоротили бы на голову или прописали бы порцию плетей.

— Опять? — тяжело вздохнула женщина с усталым видом. — Ладно, — махнула она рукой. — Что за артефакт?

— Вот этот артефакт, — обвёл Кайн рукой салон. — Который называется трамвай.

— Ах, трамвай! — прорвалось облегчение у дамы. — Он ездит по железным рельсам и питается от проводов электрическим током.

— Питается?! — ошалело округлил глаза Кайн. У него по спине от ужаса пробежал табун мурашек. — Трамвай живой? Мы что, находимся внутри прирученной химеры? В её брюхе?!

— Боже, дай мне сил! — закатила глаза женщина и украдкой осмотрелась по сторонам. Обнаружив, что пассажиров в салоне мало и никому они не интересны, она с облегчением выдохнула. — Нет, трамвай не живой. Это машина, которую рабочие сделали на заводе.

— Но как машина может питаться? — как только Кайн выяснил, что он не находится внутри брюха химеры, ему стало легче. Страх отпустил его.

— Это не то питаться… — замолкла собеседница, подбирая слова. Это было непросто, как и любое объяснение чего-то сложного ребёнку простым языком, особенно если не знаешь нюансов. — Когда человек ест — он питается едой. Но также это понятие используется для приборов. Они потребляют электричество, то есть питаются им. Понятно?

— Понятно, почтенная матушка, — вежливо склонил голову Кайн. Он понял, что спутница сама плохо разбирается в трамваях, возможно, и в других артефактах. Получить от неё достойное объяснение будет непросто, если вообще возможно. Нужно действовать иначе.

Тут ему в голову пришло воспоминание о том, что у его матушки имеется невероятный артефакт, который предоставляет доступ в информационную сеть. И если хорошо попросить, она даст воспользоваться этим артефактом.

— Достопочтенная матушка, дозволено ли мне будет использовать ваш смартфон? — одарил он её подобострастным взглядом, как и положено мужчине-дроу при общении с женщиной.

В ответ на это спутница часто заморгала, смотря на него дикими глазами.

— Кошмар! А где истерика с громкими требовательными воплями дать смартфон? — тихо прошептала она себе под нос. — Похоже, одним визитом к психологу не отделаться… Что мы будем есть в следующем месяце?

— Простите, матрона, я вас чем-то обидел? — сжался дроу, заметив её расстройство. Обычно от жрицы Ллос после такого следовал удар плёткой или пинок ногой, если до плети тянуться далеко или лень.

Вместо ответа она прикрыла глаза и принялась массировать виски.

— Ух, как это тяжело… — она достала из сумочки телефон и отдала сыну. — Держи. Смотри свои мультики.

— Благодарю.

Пальцы Кайна, к его удивлению, действовали довольно проворно. Несмотря на дырявую память, его тело великолепно справляюсь с управлением диковинным артефактом. Пальцы будто зажили своей жизнью.

Нажатие на кнопку сбоку. Чернота сменилась сначала на осветлённый фон с красными волнистыми полосами и часами в цифровом виде.

Подушка указательного пальца заскользила по экрану снизу вверх. Открылось основное меню с портретом какого-то мужчины. Как подсказала память — это изображение певца, певшего про рюмку водки на столе. Его любит слушать матушка.

Далее палец надавил на одну из множества иконок, после чего открылась страница поискового запроса.

Дальше начались некоторые трудности. Печатал текст он шустро и на автомате. Если задуматься над своими действиями, то процесс стопорился. Поэтому Кайн научился отстраняться от осознанного управления.

Первый запрос оказался неудачным. Оказывается, если написать «как работает артефакт под названием трамвай», ответа на этот вопрос не получишь. Лишь кучу новостей о трамваях со всей России — это страна, в которой он очутился.

У него ушло не меньше дюжины попыток на то, чтобы получить ответ. Работать с поиском во всемирном информационном хранилище оказалось довольно непросто. Для этого требовались специфические навыки.

И вот, наконец, он с удовольствием погрузился в чтение Википедии, узнавая многое об истории трамваев и принципах их работы. Этой информации ему показалось мало, и он дошёл до изучения схемы работы электрических двигателей.

В этот момент мама вырвала у него из рук смартфон и уставилась на экран.

— Слишком тихо для мультиков, — хмурилась она. — Ты что там искал? Неужели опять голых де…

В следующий момент она резко замолчала и с удивлением начала переключать множество вкладок.

— Трамвай, чертёж трамвая, принципы работы, инструкция по ремонту трамвая, принципы работы электрических двигателей… — бормотал она с круглыми глазами. — Сынок, — перевела она него взгляд от экрана. — Ты чем занимался вместо просмотра мультиков?

— Я изучал этот невероятный артефакт, — обвёл он рукой салон трамвая, заставив спутницу сжать губы. — Разве нельзя?

— Нет-нет, можно. Просто я удивлена. Вставай, нам пора выходить. Следующая остановка наша.

Глава 2

По пути от трамвайной остановки до дома, Кайн много крутил головой, осматривая всё вокруг с небывалым энтузиазмом. Помимо этого он запоминал ориентиры, чтобы в будущем суметь самостоятельно попасть на остановку.

Ему было интересно всё. Ровное асфальтовое покрытие, пешеходная брусчатка, многоэтажные дома и материалы, из которых они построены. Не обошёл он своим вниманием и автомобили.

Ему хотелось задать множество вопросов, но помня, с какой неохотой отвечала на них матриарх и как это её расстраивало, он запоминал их, чтобы потом получить ответы в интернете.

Но один вопрос он не мог удержать. По пути им несколько раз встречались странные люди. Их лица были сморщенными и покрыты бороздами, фигуры сгорблены. Сил у них было меньше, чем у других людей, что выливалось в небольшую скорость передвижения.

— Почтенная матушка, дозвольте мне спросить… — не удержался он.

— Опять? — закатила она глаза. — Спрашивай, конечно.

— Те люди, — украдкой указал дроу на странных мужчину и женщину, которые общались, стоя на тротуаре. — Кто они? Какие-то мутанты?

— Мутанты?! — с недоумением посмотрела она сначала на указанных дедушку с бабушкой, затем на сына. Её лицо вскоре прояснилось. — Сыночка, милый, это старики.

— Старики? — вопросительно приподнял он брови.

— Ну, пожилые люди, — вновь женщина столкнулась с затруднением в формулировке своих ответов. — Они уже постарели и скоро умрут.

Глаза Кайна медленно и неотвратимо начали расширяться, пока не достигли предела. В них плескался истинный ужас. Его страх смерти всплыл на поверхность.

Дроу не старели точно так же, как и их дальние сородичи — эльфы. Впрочем, это не мешало им погибать в огромных количествах в результате устройства их общества и жестоких условий жизни с постоянными стычками с гномами и иллитидами. Редкий подгорный остроухий доживал до тысячи лет. Правда, счастливчики, которым это удавалось, являлись настолько сильными и могучими тварями, что убить их становилось почти невозможно. И они доживали и до пяти, и до десяти тысяч лет. Губила их лишь скука, которую они пытались развеять экстремальными впечатлениями.

При этом концепция старения Кайну была знакома из-за животных, которыми питались его сородичи. И хотя в их мире жили люди, он ими никогда особо не интересовался. Знал лишь о том, что это дикари, живущие на поверхности. Что у них круглые уши. Что рабы из них плохие.

В этом мире всё было иначе. Людей невозможно было назвать дикарями, поскольку их достижения превзошли то, что было у дроу в подземном царстве. Эти их сложные самоходные артефакты, ровные дороги, высокие постройки, красивая одежда из качественных тканей. Но…

Старость? Серьёзно? Люди стареют! Это непросто осознать. А когда понимаешь, что это правда, до начинает пугать до жути.

«Мало мне было отсутствия магии, так ещё выяснилось, что моё нынешнее тело настолько несовершенное, что ещё и стареет!» — подумал Кайн.

— Димочка, что с тобой, сыночек? — заволновалась мать. — Что-то случилось? Чего ты испугался?

— Почтенная матушка, — эмоции прорвались наружу, заставив голос Кайна дрогнуть. — Скажите правду, я тоже постарею?

— Ха-ха-ха! — ей полегчало, когда она поняла, откуда растут корни ужаса сына. — Конечно, милый. Все люди стареют. Я старею. Ты тоже будешь стареть. Не сразу. Люди до двадцати пяти лет растут, после восемнадцати это и происходит гораздо медленней. Лишь после этого их организм начинает деградировать. Ощущаться это начинается лет с тридцати. Тебе же пока двадцать — впереди ещё много времени.

— Десять лет — много?! — изумился он. Для дроу его возраста это было мгновение, а для тех, кому перевалило за пять сотен — и вовсе краткий миг. — А сколько всего живут люди?

— Ну-у… — задумалась собеседница. — Лет шестьдесят-семьдесят. Если повезёт, то и все восемьдесят-девяносто. Если не повезёт, то можно умереть и раньше.

— Какой кошмар! — в глазах Кайна плескался ужас. — Получается, мне осталось прожить жалкие сорок-семьдесят лет…

— Ха-ха-ха! — реплика сына подняла матери настроение. — У всех людей так. Не надо этого пугаться.

«Жалкие пятьдесят лет… — мысленно продолжил сокрушаться Кайн. — Ужас! Как эти люди со столь коротким сроком жизни умудрились создать все те удивительные предметы вокруг? Это же чудо какое-то. А главное — как мне изменить свою судьбу, ещё и без магии? Прожить всего лишь пятьдесят лет — не то, к чему я стремился, когда создавал чары духовного перерождения».

В пришибленном состоянии Кайн добрался до места проживания. Это была однокомнатная квартира на шестом этаже семиэтажного дома из красного кирпича. Наверх их поднял лифт.

В жилище он ожил и посетил каждую комнату. Особенно его поразил санузел. В нём не было ни капли магии, при этом всё невероятно удобно.

Дроу справляли нужду в особых отнорках с дырами в полу. Эти отверстия вели в техническую пещеру. Отходы оттуда рабы выносили на улицу или в специальную глубокую пещеру или расщелину, в которой невозможно жить. Запах в отнорках и возле них стоял такой, что лишний раз посещать туалет мало у кого имелось желание. Обычно тёмные эльфы терпели нужду до последнего, чтобы пореже посещать отхожее место.

Если же помочиться или опорожниться где придётся, то за это можно серьёзно ответить. Никто не хочет нюхать запах мочи или наступить на экскременты. Особенно это усугубляется в пещерах, в которых вонь от испражнений никуда не девается.

Тут же всё так чисто и без вони. Вода льется из кранов: хочешь — холодная, хочешь — горячая. Как этим всем добром пользоваться он помнил благодаря рефлексам.

Белоснежный унитаз так и вовсе казался чудом света. У дроу такой роскоши удостоилась бы разве что Верховная жрица Ллос. А тут обычные люди пользуются подобными чудесами.

Он готов был молиться на унитаз и любоваться им вечность, но мать выгнала его из туалета, спеша им воспользоваться по назначению.

Единственная жилая комната была разделена пополам шкафом, который стоял боком к стене и дверцами к окну. Это давало хоть какой-то намёк на уединение. При этом звуки хорошо доходили до обоих обитателей.

Своё место Кайн обнаружил сразу. Он попросту доверился рефлекторной памяти. Ноги сами его завели в глубину комнаты подальше от окна. Одноместная узкая кровать, небольшой столик и на нем лежит старенький ноутбук — очередной артефакт с доступом к всемирной информации.

Ноутбуку дроу обрадовался больше всего. Он тут же сел на скрипящий деревянный стул со спинкой. Его пальцы порхали над клавиатурой так, словно он до этого печатал годами.

Его интересовало очень многое, но на все вопросы попросту невозможно было получить ответ сразу. Поэтому первым делом он нашёл сведения о смартфонах, компьютерах и всемирной информационной сети. Даже поверхностное ознакомление с их историей и принципами работы заняло немало времени. К более углублённому изучению решено было вернуться позже.

Затем он начал искать информацию о продолжительности жизни людей. К его глубокому сожалению, слова матери подтвердились. Это была не жестокая шутка — люди действительно стареют.

Попутно он наткнулся на данные по человеческим болезням. И чем глубже он в них погружался, тем грустнее становилось у него лицо.

Мать несколько раз заглядывала к нему, поскольку тишина казалась ей подозрительной. Но, видя, что он читает статьи в интернете, она успокаивалась и шла заниматься своими делами.

Тем временем Кайн выяснил, что люди не просто смертные. Они внезапно смертные! В один момент человек может с тобой разговаривать, потом БАЦ! И сваливается с кровоизлиянием в мозг или от разрыва сердца. Жуть жуткая.

У дроу подобного не было. Их раса условно бессмертная. Дроу может получить ранение или травму, отравиться, поймать проклятье. Но заболеть? Нет! Тем более у них не бывает никаких инсультов и инфарктов.

«Кошмар! — в очередной раз подумал он с ужасом. — Какое несовершенное тело мне досталось. Интересно, где я накосячил в ритуале перерождения и как это исправить?»

Он начал подозревать, откуда появилась ошибка.

Все дроу в их мире были посвящены Ллос. После смерти их души попадали в чертоги богини. Он же использовал в своём ритуале концепцию перерождения души.

Предположительно, его душа после гибели телесной оболочки, как и полагается, попала в чертоги Ллос. Там её начало разъедать на питательные элементы для божества. Но в какой-то момент сработало заклинание перерождения, выдернув его душу с «божественного стола».

Если эта концепция верна, то всё становится на свои места. Куски его души, которые отвечают за бессмертие и магическую одарённость дроу, были попросту уничтожены. Скорее всего, оказались повреждены и иные части сути. Из-за этого он и переродился не просто человеком, а с отклонениями. Ведь, как известно, душа влияет на тело, и наоборот. Даже люди этого мира говорят: «В здоровом теле здоровый дух».

Раз уж он заинтересовался человеческими болезнями, то не сумел обойти вниманием и свой недуг. И ему сильно не понравилось то, что синдром Дауна — хромосомная болезнь, то есть врождённая и неизлечимая без применения магии. Да и с ней с подобным недугом справиться будет весьма непросто.

Мысль о том, что его состояние может оказаться неизлечимым даже с помощью магии, которую он пока не может использовать, повергла Кайна в глубочайший ужас. Это был страх куда более сильный, чем осознание смертности. Смерть он, как маг, надеялся обмануть. Но быть запертым в «неисправном» теле, с сознанием, которое он с трудом удерживал от расползания, — это было похоже на самую изощрённую пытку, какую только могли придумать жрицы Ллос.

С разумом тоже оказалось всё неладно. Он провёл обычную ментальную проверку с воссозданием своих воспоминаний. И так повторял каждый час. И каждый раз он замечал, что его память хуже функционирует. Пусть это были сотые доли процента, которые с трудом можно было уловить, но эта тенденция была слишком настораживающей. Так пройдёт всего два-три года, и его сознание откатится обратно до уровня Димасика. Это было в его положении вообще пиком ужаса. Ладно, магия. Её как-то в теории можно вернуть. Ладно, бессмертие. С ним тоже можно что-то придумать. Но разум... Без своей нынешней соображалки ему точно стопроцентно кирдык!

Он сглотнул комок в горле и продолжил читать. Статьи о синдроме Дауна были полны медицинских терминов, которые он не понимал, но общая картина вырисовывалась мрачная: пожизненные ограничения, повышенный риск болезней сердца, раннее старение организма.

Кайн сжал кулаки так, что костяшки побелели.

«Нет. Нет, этого не может быть! Я не позволю этому телу диктовать мне условия. Я Кайн, маг, проживший два века в подземельях Мензоберранзана! Я перехитрил саму смерть! Я найду способ».

Эта мысль, словно глоток чистой воды в пустыне, вернула ему немного самообладания. Отчаяние сменилось холодной и цепкой решимостью. Если этот мир лишён магии, значит, нужно искать другие инструменты. А раз уж у него в руках оказался ключ ко всем знаниям человечества, грех им не воспользоваться.

Он сменил тактику. Вместо того чтобы вчитываться в пугающие диагнозы, он начал с основ. Его пальцы залетали по клавиатуре.

«Физика. Законы мироздания».

«Химия. Из чего состоит материя».

«Биология. Строение человеческого тела».

«История. Как люди достигли своего нынешнего уровня?»

Он погрузился в чтение с таким жадным энтузиазмом, с каким когда-то изучал древние гримуары. И чем больше он читал, тем сильнее росло его изумление. Эти люди, эти «смертные дикари», не имея ни капли маны, сумели разгадать тайны вселенной! Они не повелевали энергией стихий напрямую, но они приручили электричество — ту самую силу, что питала трамвай. Они не могли летать с помощью чар, но построили металлические крылатые повозки, преодолевающие тысячи километров по воздуху со скоростью, которой позавидовали бы драконы. Они не варили эликсиры бессмертия, но их медицина творила чудеса, продлевая жизнь и исцеляя болезни.

«Они не маги, — с восторгом подумал Кайн, — они — инженеры мироздания! Они не прорываются сквозь законы вселенной, они используют их против неё же! Это гениально!»

Его эльфийский разум, привыкший к сложным заклинательным формулам и многослойным интригам, с лёгкостью схватывал фундаментальные принципы мироздания. Закон всемирного тяготения объяснил ему, почему он упал и ударился головой. Молекулярная теория дала понять, почему вода течёт, а камень неподвижен. Каждая прочитанная страница была для него откровением, маленьким чудом, которое заставляло его забыть о собственном горе.

В какой-то момент мать принесла ему тарелку с ужином — гречневой кашей с котлетой. Кайн машинально поблагодарил её, не отрывая глаз от экрана, на котором анимированная схема объясняла принцип работы ядерного реактора. Он ел автоматически, почти не ощущая вкуса пищи. Его сознание в этот момент пребывало в другом мире — в мире квантовой механики и теории относительности.

— Димочка, ты чего это такими умными вещами заинтересовал? — тихо проговорила мать, наблюдая за ним с порога. В её голосе смешались тревога и какая-то робкая надежда. Она ничего не понимала из того, что было нарисовано и написано у него на экране. — Раньше ты только мультики смотрел и по стенке мячиком бил… А теперь… Википедию читаешь. Может, и правда, тот удар головой… тебя починил?

Кайн оторвался от экрана и посмотрел на неё. В её глазах он увидел не привычную для самки дроу холодную жестокость или расчёт, а искреннюю, почти болезненную заботу. Это чувство было ему незнакомо и вызывало лёгкую растерянность.

— Простите, матушка, если я заставляю вас волноваться, — сказал он мягко. — Просто… этот мир оказался куда интереснее, чем я думал. Я хочу его понять.

— Да уж интереснее… — она вздохнула. — Ладно, понимай. Только лечь спать не забудь. Свет потом сам выключи.

Она ушла, оставив его наедине с морем информации. Кайн снова погрузился в изучение. Он узнал о ДНК — крошечных спиралях внутри каждой клетки, которые определяют судьбу живого существа. Именно здесь, как он понял, была заключена причина его нынешнего состояния. «Хромосомная аномалия», — гласила статья. Не проклятие, не порча, а ошибка в фундаментальном коде жизни. И если это ошибка кода, значит, её можно исправить. Как инженеры исправляют ошибки в программах или маги устраняют неточности в магических формулах. Мысль об этом зажгла в нём новый огонь надежды на то, что не всё потеряно. Что он хотя бы не откатится до состояния Димасика.

Но чем глубже он копал, тем яснее становилось: технологии редактирования генома были ещё в зачаточном состоянии. На исследования ушли бы десятилетия, которых у него не было. Ему нужен был другой путь.

И тогда его взгляд упал на ссылку в одной из статей о биологии: «Психофизиология. Влияние сознания на тело».

Сердце Кайна ёкнуло. Это было то, что он искал. Магия, которую он знал, была именно инструментом влияния сознания на реальность. Пусть у него нет маны, но разве его собственное сознание, сознание мага, пережившего смерть и перерождение, не является уникальным ресурсом?

Он начал читать о плацебо-эффекте, о случаях спонтанной ремиссии неизлечимых болезней, о йогах, способных контролировать сердцебиение и температуру тела. Учёные называли это «резервами организма». Кайн же видел в этом слабый, неосознанный аналог магии.

«Что, если мана — внешняя энергия, но при этом ещё существует и какая-то иная сила — внутренняя? — размышлял он. — В статьях эту силу называют Прана, Ци, Ки, Чи — одним словом Жизненная энергия. Что, если она у живых существ есть всегда, но управлять ей тяжелее, чем маной, поэтому и доступна она считанным единицам? Маной управляют через волю, фантазию и концентрацию. Сомневаюсь, что с внутренней энергией обстоит иначе. Разве что она может оказаться «тяжелее» маны. В таком случае ему просто понадобится больше воли и концентрации. Неужели я не смогу их выдать после полутора веков занятия магией?!»

Он откинулся на спинку стула, закрыл глаза и попытался сделать то, что делал тысячи раз в своей прошлой жизни: обратиться внутрь себя, ощутить поток магической энергии, циркулирующий по телу. А в ответ ничего. Лишь пульсация крови в висках и тягучая усталость.

Но он не сдался. Он вспомнил свои первые уроки у наставника-мага. Тот говорил:

«Прежде чем повелевать миром, научись повелевать собой. Управляй дыханием. Управляй сердцем. Стань господином для каждой клетки своего тела».

Дыхание. Это было доступно ему и здесь.

Кайн сделал глубокий вдох, стараясь дышать не грудью, как всегда, а животом, как это делали мастера медитации, о которых он только что читал. Он сосредоточился на звуке своего дыхания, на движении воздуха в лёгких. Он представлял, как с каждым вдохом в него вливается чистая, светлая энергия — не мана, а просто жизненная сила. А с выдохом он мысленно выталкивал из себя всё тёмное, больное, всё, что делало его тело слабым.

Это была лишь игра воображения, детская попытка. Никаких чудес не произошло. Голова продолжала болеть, а тело чувствовало себя чужим и непослушным.

Но когда через полчаса он открыл глаза, то с удивлением обнаружил, что тревога и паника отступили. Его ум был ясен, а в груди теплилась та самая решимость, что вела его сквозь тёмные туннели подземелья.

«Хорошо, — подумал Кайн, глядя на своё отражение в тёмном экране монитора. — Магии нет. Тело несовершенно. Время ограничено. Но у меня есть знание. Знание двух миров. И я буду использовать его. Я найду способ обмануть не только смерть, но и саму природу этого мира».

Он бесшумно выбрался на кухню и посмотрел за окно, где горели огни ночного города — творения рук человеческих, этих хрупких, но невероятно упрямых существ. Совсем тихо передвигаться не получалось, но мать он не разбудил.

«Эх... — грустно вздохнул он. — Двадцать лет взросления. Тридцать лет тренировок бою на мечах. Пусть я и не был хорошим бойцом, но физическая форма у меня была идеальной, особенно если сравнить с этим убожеством, — оттянул он от живота кожу с жировым валиком. — Кто-нибудь вообще видел толстого или слабого мечника? Попробуй, помаши час-другой железякой весом в пару килограммов, не имея хорошей физической формы. Ещё и тело нужно привести в порядок...»

Он продолжал любоваться улицей. Рассматривал припаркованные во дворе автомобили и горящие фонари.

«Вы построили всё это без единого заклинания, — мысленно обратился он к людям. — Что ж, посмотрим, смогу ли я, маг из дроу, для которого магия была воздухом, повторить ваш путь. Начать придётся с малого. С ремонта собственного тела».

С этими мыслями он отправился спать, впервые с момента пробуждения чувствуя не страх, а азарт первооткрывателя, стоящего на пороге неизведанной вселенной, имя которой — Земля.

Глава 3

После пробуждения Кайн с удивлением обнаружил, что находится далеко не в своей пещере. Слишком много тут было комфорта.

Нельзя сказать, что у него в пещере всё было плохо. По меркам тёмных эльфов он жил в шоколаде. Личные апартаменты, куча магических артефактов, создающих уют. И всё же в человеческой квартире было лучше.

В первую очередь он отметил, что тут тепло, светло и уютно. Затем узрел свой объёмный живот, и тут же всё вспомнил.

«Всё же это был не сон… — с грустью подумал он. — Я действительно умер и переродился человеком. Эх… Лучше бы это было сном».

— Димасик, ты проснулся? — заглянула с кухни мать.

Она уже была одета в уличную одежду: синие джинсы и белая блузка.

— Приветствую вас, достопочтенная матрона, — ещё не успев подняться с кровати, он вежливо кивнул.

— Ты всё ещё такой? — тяжело вздохнула женщина. — Завтрак на столе. Мне пора на работу. Сыночка, никому не открывай. Никуда не уходи. Ничего не ломай… Хотя бы постарайся ничего не сломать. Денег на новые вещи у нас нет.

— Как скажете, уважаемая матушка, — склонил голову Кайн.

— Всё, я убежала, — мать быстро обулась и покинула жилплощадь.

Первым делом Кайн проделал ментальное упражнение — тест на качество памяти. К его огромному сожалению вчерашние выводы подтвердились — его мозги действительно деградируют. До прежнего уровня состояния Димасика ещё далеко, но уже сейчас наблюдается ухудшение памяти на несколько десятых процента.

Такими темпами он отупеет в течение года. А ведь чем дальше, тем сложнее ему будет даваться умственная деятельность — единственная его сила на данный момент. Следовательно, нужно было найти выход быстрее — в идеале максимум за полгода.

Свой резкий скачок интеллекта до уровня разума себя в прошлой инкарнации он объяснял пробуждением памяти. Оно должно было сопровождаться магическим всплеском. А это значит, что магия в этом мире возможна.

Вот только возникает вопрос: каким образом было запущено заклинание, если у него отсутствует мана? Напрашивался единственный ответ: мана или аналогичная энергия была взята из его души. Скорее всего, это была не мана, а энергия высших сфер, которой оперируют боги. Её активировал встроенный в его душу ритуал перерождения. Вот только сможет ли он достучаться до этой силы и использовать её по своему усмотрению? Весьма сомнительно.

В прошлый раз он на создание ритуала потратил десятилетия и использовал на его активацию гигантские объёмы маны. Он даже не предполагал, что в будущем будет задействована энергия высших сфер. Это получилось случайно. А значит, достучаться до этой силы осознанно в его ситуации почти невозможно. Лучше применить свои силы в других сферах, где можно добиться успеха с большей вероятностью.

Слушаться матрону Кайн не стал. Хоть он и испытывал трепет в смеси со страхом перед женщинами, но в его случае есть вещи, которые гораздо страшнее.

После завтрака он отправился на улицу изучать человеческий мир. Он надеялся в окружении найти подсказки, которые помогут ему. Возможно, это будет место силы, в котором сходятся энергетические жилы планеты. Возможно, какой-то намёк на волшебство. Это всё равно было лучше, чем попытаться за год изучить генетику и открыть способ изменения ДНК людскими методами без грамма магии.

Первая сложность, с которой он столкнулся, был вопрос: как спускаться вниз? Первое — лестница. Привычное для всех устройство. Шагай себе ножками, пока не придёшь куда надо.

Дроу в своих подземных городах предпочитали использовать спиральные наклонные коридоры. По ним было проще ходить ездовым и тягловым паукам, которых использовали для перемещения грузов и обеспеченных жриц. Но для пешеходов в узких отнорках обустраивали лестницы.

Вторая штука — артефакт под названием лифт. Вчера с матроной они поднимались на нём. Но сегодня, оставшись один на один с этим устройством, Кайн замер в нерешительности.

Он помнил, что для вызова лифта требуется нажать на единственную кнопку. Кажется, что всё просто, но… Это же закрытая коробка, которая работает по неизвестным перерожденцу принципам! Знай он больше об этом устройстве, возможно, вёл бы себя смелее. Но сейчас он не знал о лифтах ничего, кроме названия и внешнего вида внутри и снаружи. От этого он испытывал иррациональный страх перед этим подъёмником.

После некоторых колебаний он остановился на компромиссе: сейчас спустится по лестнице, а после прогулки поднимется на лифте.

Их дом располагался неподалеку от пруда. Берега густо поросли камышом. Местами встречался мусор в виде мятых пластиковых бутылок, сигаретных окурков и упаковок от различных товаров. На другом берегу красовались роскошные коттеджи.

«Всё же люди строят с размахом, — с завистью подумал он. — У нас в подземелье пространство было ограничено. Получить в своё распоряжение целую комнату — огромное достижение, особенно для одинокого мужчины. Если ты не в гареме влиятельной жрицы, то рассчитывать на подобную роскошь сложно. Тут же люди владели квартирами или целыми домами. Последние могли себе позволить окружить себя растениями.

«Если решу свои проблемы… Нет-нет! Отставить паникёрские мысли!.. Когда я решу проблемы, то обзаведусь своим домом. Возможно, тоже посажу много растений. Они смотрятся очень красиво».

Предками дроу являлись лесные эльфы. Но в какой-то момент в мире произошла катастрофа. Дневное светило начало палить так сильно, что растительность сгорала, а животные не выдерживали сильной жары. Эльфы были вынуждены спасаться кто как мог. Кто-то сбегал в другие миры. Кто-то уходил жить в пещеры и зарывался под землю глубже. Последние со временем превратились в дроу.

Тёмные эльфы назывались таковыми из-за их чёрной кожи. Она у них потемнела в те времена, когда эльфы ещё жили на поверхности планеты под палящими солнечными лучами. А когда они стали жителями подземелья, кожный покров так и остался чёрным.

В подземельях дроу сталкивались с новой живностью, которая до них мигрировала туда и мутировала в процессе эволюции. Основными приручаемыми монстрами стали гигантские пауки. В качестве еды в основном выращивали многочисленные грибы, которые без проблем произрастали в темноте.

Совсем уж темно у них не было, ибо глаза тёмных эльфов не предназначены функционировать при абсолютном отсутствии света. Их строители создавали системы вентиляции и пробивали на поверхность окошки, дающие слабый свет. Помимо этого повсеместно на стенах выращивали светящиеся грибы.

Гигантские пауки — свирепые твари. Их удалось подчинить лишь с помощью поклонения жестокой богине Ллос, которая представляет собой смесь тёмной эльфийки и паучихи. Лишь сильнейшие жрицы способны приручать пауков. На этих членистоногих держится вся жизнь дроу. На них ездят и перевозят грузы. Их молоко пьют, делают из него масло, сыры и прочие продукты, как люди из коровьего молока. И да, их пауки дают молоко и рождают потомство, словно млекопитающие, а не откладывают яйца. Как и почему это происходит? Кайн не вдавался в эти вопросы, поэтому не мог на них ответить.

Помимо прочего, мясо пауков является одним из основных в рационе дроу. Их паутина использовалась для изготовления тканей.

Их пауки были всеядными, в противном случае они бы с такими размерами в пещерах не выжили. Подземелья не особо богаты на живность, но она там водится. В основном это грызуны и змеи. Если в паутину кто-кто из них попадет — он станет ужином членистоногого. В остальное же время эти твари питаются грибами.

Грибы — это основа основ рациона дроу. Большая площадь пещер отведена под грибные плантации. За них постоянно идут сражения с другими кланами тёмных эльфов, гномами и иллитидами.

Другие расы их мира не миновала участь жаркого солнца. Им тоже пришлось искать спасения в подземельях. Вот и вышло так, что они конкурировали с дроу. Единственные, кому сначала не повезло, а потом улыбнулась удача — люди.

В благословенные времена, когда светило ещё нормально согревало мир, люди являлись слабейшей расой. Остальные жители мира вытеснили их в суровые северные регионы, в которых очень холодная зима длилась большую часть года, а на лето приходились два-три месяца. За это время промёрзшая земля даже не успевала разморозиться. На ней лишь вырастали трава, мох и чахлые кустарники.

Когда все центральные расы были вынуждены искать спасения в других мирах или в подземельях, у людей наступило благоденствие. Они начали на своём благословенном севере плодиться как кролики.

Там, где раньше грунт был проморожен на несколько метров в глубину, стало возможным снимать по три урожая в год.

Когда эльфы, гномы и прочие поняли, что у людей райские условия, они попытались отжать в них земли. Но короткоживущих человечков стало так много, что они количеством задавили вторженцев. Отступать им было некуда, поэтому они бились подобно медоедам — бесстрашно, жестоко и до самого конца. Таким образом, людям удалось отстоять свои территории.

И хотя родные пещеры с грибами были милы Кайну, но нечто от дальних предков лестных эльфов заставляло его с восторгом любоваться зеленью у пруда. Камыши, трава, деревья — всё у него вызывало щенячью радость. А воздух, хоть и имел некий дымный привкус, был намного свежее, чем душный и прохладный пещерный. Им хотелось дышать полной грудью.

В целом, это оказалась обычная прогулка. Кайн не нашёл в окружающем мире никаких подсказок. Не ощутил никакой волшебной силы. В общем, всё обычно по людским меркам. И очень необычно по меркам дроу, который за всю жизнь ни разу не выбирался на поверхность.

Ему захотелось подольше пожить в этом мире с нормальным климатом. Насладиться поверхностью полностью и с ясным сознанием. А для этого следовало продолжить искать выход из сложного положения. Пока же ему оставалось только глубже знакомиться с Землёй и человеческими достижениями. А это эффективно можно сделать лишь за компьютером, за который он поспешил вернуться.

Как себе и обещал, подниматься на свой этаж он решил на лифте. Стоило ему с трепетом в сердце зайти в распахнувшуюся кабину и нажать номер своего этажа, как внутрь забежала молодая девушка. Пышногрудая блондинка в джинсовой юбке до колен, кедах и футболке с ярким принтом была примерно его ровесницей.

При виде девушки Кайн испуганно замер, стараясь дышать как можно тише. Он привык, что из женщин по городам свободно разгуливать могли лишь жрицы. А от них никому ничего хорошего ждать не приходилось.

— Фу! — брезгливо сморщила она носик. — От тебя воняет потом. Ты что, из деревни, раз не моешься?! Знаешь ли, во всех квартирах в нашем доме есть ванная и водопровод. Можно мыться каждый день. Я бы сказала нужно!

Девушка покинула кабину лифта раньше, чем Кайн. Он застыл в прострации, опасаясь женского гнева. Но удара плетью не последовало.

Лишь когда двери закрылись, он с облегчением выдохнул.

— Как хорошо, что человеческие матроны ходят без кнутов… — он понюхал правую подмышку. — Вроде нормально. И что её не устроило? Или для местных матрон это действительно неприятно?

У дроу с купанием имелись определенным сложности. Воду давали им подземные источники. Для питья и полива её можно взять в общественных накопителях — небольших искусственных заводях, выложенных из камней. А чтобы попасть в купальню, следовало добраться до полноводной подземной реки. Путь туда занимал продолжительное время. Ходили туда обычные дроу по расписанию, ибо единовременно всех желающих купальни не могли вместить. В общем, мыться раз в месяц у них считалось нормой.

Понятное дело, что подогреть воду — удовольствие дорогое. Дров в подземельях нет. Каменный уголь при горении выделяет слишком много ядовитого дыма, да и стоит недёшево. Поэтому его использовали лишь в хорошо вентилируемых кузницах, которые всегда располагались на окраине поселений.

Единственный способ в их условиях нагреть воду — магия. Воспользоваться волшебными купелями могли себе позволить лишь высокопоставленные жрицы. Даже обычные жрицы и такие маги, как Кайн, были вынуждены использовать общественные купальни с ледяной водой. Холодный душ удовольствия не доставляет. Оттого купание воспринималось как вынужденная и неприятная мера.

Когда обнажённый Кайн залез в ванну и начал принимать душ с горячей водой, он впервые получил от процесса омовения непередаваемое наслаждение.

— Ох! — зажмурился он со счастливой улыбкой. — Когда у тебя есть такая личная купальня, тогда становится понятно, почему ею пользуются ежедневно. Это же уровень высшего комфорта, доступный разве что верховной жрице и её приближенным. Как же я завидую жителям этого мира… Людям, которые могут каждый день наслаждаться этой божественной купелью! Да я даже сам себе завидую. Если бы знал, что получу в этой жизни, то поскорее бы постарался попасть в неё.

Его взгляд упал на пробку. Обычную резиновую пробку, которой в ванной затыкают сливное отверстие. Её предназначение сразу стало понятно Кайну.

В следующее мгновение его сознание прострелила крамольная мысль:

«А что если почувствовать себя верховной жрицей?!»

По слухам, которые он не проверял, у Верховной имелась личная артефактная купель с подогревом. Поговаривали, будто она обожала лежать в горячей воде, в которую добавляла ароматические соли, масла и пену.

Он увидел её на полке в углу над ванной — баночку с надписью «Ароматическая соль». Она затерялась среди других флакончиков с шампунями, какими-то гелями, масками и прочими достижениями местной алхимии.

Кайн сомневался, что даже у их Верховной жрицы имелась столь обширная коллекция ухода и мытья. Для него же, почти обычного дроу, верхом доступной роскоши являлось обычное жидкое и вонючее мыло из паучьего жира.

С одной стороны, ему очень хотелось хотя бы раз в жизни насладиться тем же уровнем роскоши, который был доступен только правительницам дроу. С другой стороны, он опасался реакции своей матроны на то, что он воспользуется её явно недешёвыми средствами.

Несмотря на сомнения, его рука сама потянулась к крану с горячей водой.

Чпок! Заглушка вошла в сливное отверстие с тихим звуком. Кайн с восторгом, смешанным с благоговейным страхом, наблюдал за тем, как струя горячей воды ударяется о дно эмалированной ванны и начинает медленно, но неотвратимо подниматься.

«Ладно, — решил он пойти на компромисс с совестью, — я не трону ту красивую розовую ароматическую соль, которой на полке всего одна баночка. Это явно нечто особенное. Я использую ту штуку в большом флаконе — шампунь. От него, судя по картинке, много пенных пузырьков. Надеюсь, если я вылью треть флакона, матрона не заметит. Да и судя по размерам упаковок, соль стоит куда дороже шампуня».

Его рука дрожала, когда он взял большой пластиковый флакон с яркой этикеткой. Он с трудом открутил крышку — навык мелкой моторики всё ещё отставал от его интеллекта. Пахнущий невиданными тропическими фруктами густой гель вылился в воду под струю. И тут началось волшебство.

Сначала это были лишь мутные разводы. Но через мгновение вода вспенилась, словно разгневанный водный элементаль! Белоснежная, воздушная, благоухающая пена стала стремительно расти, заполняя ванну пушистыми облаками. Кайн отшатнулся, на мгновение испугавшись, что вызвал к жизни неконтролируемую стихию. Но пена лишь нежно щекотала его кожу, распространяя по крошечному помещению дивный аромат.

«Великая Ллос! — мысленно воскликнул он. — Это… это алхимия высочайшего уровня! Без единого заклинания! Они заключили дух воздуха и аромата в этот флакон!»

Осторожно, словно совершал священный ритуал, он погрузился в наполняющуюся ванну. Ощущение было ошеломляющим. Горячая вода — не ледяная, как в подземных реках, и не прохладная, как в общественных купальнях, а именно горячая! — обняла его тело, смывая усталость, стресс и печаль двух жизней. Он откинул голову на холодный бортик, закрыл глаза и просто наслаждался. Никакие благовония в храмах Ллос не пахли так божественно. Никакие магические эликсиры не могли подарить такого чувства полного, абсолютного расслабления и блаженства.

Он провёл в воде почти час. Время текло иначе, измеряемое не песчинками в часах, а медленным остыванием воды и постепенным оседанием пены. Он экспериментировал: набирал полную грудь воздуха и погружался с головой, слушая, как приглушённо шумит вода; лежал неподвижно, чувствуя, как пульсация в висках отступает, сменяясь приятной дремотой; играл с пеной, сооружая из неё бесформенные замки, которые тут же рассыпались.

В какой-то момент его взгляд упал на его тело, просвечивающее сквозь прозрачную воду. Рыхлое, неспортивное, несовершенное. Но сейчас к нему не было ненависти или отвращения. Была лишь странная благодарность. Это тело, пусть и слабое, пусть и обречённое на старение, дало ему возможность ощутить это. Познать комфорт, о котором дроу из самых низов общества не могли и мечтать.

«Они называют это гигиеной, — размышлял Кайн, лениво проводя пальцами по воде. — Для них это рутина. А для меня… это чудо. Если они способны творить такие чудеса из простой воды и алхимической пены, что же ещё они могут?»

Мысли о деградации разума и о страхе смерти на время отступили, уступив место новому, неожиданному чувству — надежде. Если новый мир способен подарить ему такое простое и настолько потрясающее удовольствие, значит, в нём наверняка найдётся и решение его проблем. Нужно только искать. Не в панике, а с холодной, ясной решимостью мага и с детским, жадным любопытством первооткрывателя.

Вода окончательно остыла. С невероятной неохотой Кайн потянулся за пробкой. С тихим бульканьем волшебство стало уходить в сливное отверстие. Он встал, и его обдало потоком прохладного воздуха. Но он не мёрз. Вместо этого он чувствовал себя… обновлённым. Чистым не только снаружи, но и внутри.

Он тщательно, почти ритуально, сполоснулся из душа, смывая остатки пены, и насухо вытерся мягким, пушистым полотенцем — ещё одно неслыханное удовольствие после грубых тканей из грибных ножек с небольшим добавлением нитей из паутины.

Выйдя из ванной в лёгком облаке пара и фруктового аромата, он почувствовал прилив энергии. Его взгляд упал на ноутбук. Теперь это был не просто артефакт с доступом к знаниям. Это был ключ. Код к исправлению ДНК он, возможно, ещё не нашёл. Но он нашёл нечто, возможно, более важное — точку опоры. Тот самый комфорт и роскошь, ради которых стоило бороться.

«Хорошо, — подумал он, садясь перед экраном, его пальцы уже лежали на клавиатуре. — Если я хочу иметь это всегда — горячую ванну, крышу над головой, безопасность… и если я хочу это заслужить, а не быть обузой для матроны… мне нужны ресурсы. Власть. Знания. Или… деньги».

Его следующий поисковый запрос был лаконичен и полон новой, окрылённой решимости:

«Способы заработка для человека с ограниченными возможностями».

Магия могла и подождать. Сначала ему предстояло освоить магию выживания и процветания в мире людей. И он был готов учиться.

Глава 4

Вариантов заработка в интернете оказалось множество. Перейдя по одной из ссылок, Кайн попал на сайт, который предлагал работу для инвалидов. Тут же с ним списалась дружелюбная женщина, отчего он резко насторожился.

Женщина, ещё и дружелюбная… Да от такого у любого дроу волосы на голове встанут дыбом. Вот соседка, которая его отчитывала за неприятный запах — это нормальное поведение для женщины. А тут такое ощущение, будто его хотят куда-то заманить, чтобы с живого снять шкуру.

В общем, Кайн насторожился.

Мария: У нас отличные условия для старта. Ты сможешь быстро разбогатеть. Работа из дома в интернете в любое удобное время. Интересует?

ДД200: Я готов выслушать ваше предложение.

Мария: У нас ты сможешь получать высокие доходы без риска. Все риски берёт на себя компания. Тебе нужно будет всего лишь скачать нашу невероятную программу для анализа крипто-биржи. Благодаря инсайдерской информации, которую туда оперативно загружают наши аналитики, доходность практически стопроцентная.

ДД200: Я многих слов не понял. Видимо, эта работа не для меня.

Мария: Не стоит беспокоиться. У нас предусмотрено обучение для новичков. Тебе предоставят лекцию про то, что такое криптовалюты, как создать личный кабинет на нашей бирже и расскажут, как зарабатывать миллионы! Не сомневайся, у нас лучшие условия на рынке.

ДД200: Звучит так, словно вы хотите не только меня освежевать, но и съесть… Ни одна ЖЕНЩИНА не станет делиться способом обогащения! Она сама им воспользуется. Признайтесь, матрона, вы желаете меня заманить к себе, чтобы убить?

Мария: Убить?! О_О Нет, конечно. Никто в интернете таким не занимается. Мы предлагаем людям заработок. Основатель нашей компании честнейший человек, который желает помочь другим таким же людям. Поэтому он решил поделиться с вами своим способом обогащения. Я вы сразу предполагаете такие ужасы.

ДД200: А что такое честный человек? Это как? Какое-то отклонение? Каким богам ты поклоняешься, Мария?

Мария: Причём тут религия?

ДД200: Я просто хочу знать, какому богу ты молишься, чтобы знать, чего от тебя ожидать. Может, в твоей религии обманывать сородичей считается нормой.

Мария: Какой обман?! Да я нашему боженьке каждую субботу молюсь и свечки в храме ставлю! Побойся бога!

ДД200: Понятно… Прощайте.

Кайн был сильно разочарован. Он не понял, о каком боге идёт речь, но судя по всему, его собеседница младшая жрица. А от таких стоит ожидать плети в спину. Так что в любом случае тут какой-то обман, от которого ему стань лишь хуже.

Он написал ещё по нескольким заманчивым предложениям с заработками, но каждый раз ощущал обман. В их обществе среди дроу подобное было на каждом шагу: обман, интриги, ложь и опасность, причём от своих же. Так что он был осторожен, как и привык.

Денег он не заработал, а времени потратил почти весь день. При этом он себя чувствовал оплёванным с ног до головы. Все эти сладкие речи, предложения установить какое-то приложение на смартфон или компьютер, просьбы сфотографировать банковскую карту, заполнить анкету с личными данными и продиктовать цифры с банковской карты… Везде он чуял подвох и опасность, оттого быстро прекращал беседу.

Потом он поискал в интернете, и выяснил, что всё это обман с целью лишить его денег. И обмана в интернете гораздо больше, чем способов реального заработка.

— Так может, мне тоже заняться обманом в интернете? — откинулся он на спинку стула. Спина гудела от долгого сидения, ноги затекли. — Но для этого требуется знать нюансы денежного обращения, сокрытия путей к себе от ищущих и более глубоко разбираться в людях. Я же до сегодняшнего дня не знал о том, что такое банковская карта. А для местных жителей это базовые знания.

И всё же это его не остановило. Он продолжил поиск информации в интернете. На этот раз он искал способы мошенничества. А их было ну очень много. Этому посвящалось множество статей и видеороликов. Поскольку просмотр видео занимает много времени, Кайн читал.

В итоге он нашёл то, что вызвало у него интерес. Это был обман из серой области. Он не был запрещён законом, но при этом, если перегнуть палку, можно было понести наказание. Тренинги!

В сети было множество курсов по обучению всему на свете. Многие курсы предоставляли реальные сведения. Именно они относились к серому сектору. Учили почти всему: играть на бирже, как стать богатым, языкам, как писать книги, как фотографировать или программировать. Реклама тренингов обещала, что по окончании курсов ученик сам сможет говорить на уровне носителя языка, программировать как боженька, писать книги на уровне профессионального автора и зарабатывать миллионы.

Но Кайн прекрасно понимал, что такого не бывает. Не могут все быть успешными. У кого-то есть талант в какой-то области и желание чего-то добиться, у кого-то их нет. Первые и так добьются успеха, ведь для них тренинг лишь способ обрести уверенность в себе и почерпнуть полезные знания, а вторые обречены на провал, поскольку идут не за знаниями и успехом, а за обещаниями золотых гор.

В общем, дроу понял главное — если предоставлять реальные знания и учить людей, то можно продавать любые курсы. После этого у него родился гениальный план.

Что если не самому пытаться добиться невозможного — пробуждать в себе магию? Что если доверить это другому магу?

На Земле нет магов? Такого попросту не может быть. Наверняка они есть, просто могут не знать о своей одарённости.

Он может через интернет набрать группу, а лучше несколько, и за деньги учить их магии. Если у кого-то получится — он выиграет суперприз. С помощью мага под его наставничеством он сможет справиться со своим недугом и возможно пробудит волшебную силу сам. Не получится? Тогда он разведёт руками и скажет правду, что этот человек не одарён магически, поэтому ничего не вышло. При этом у него останется на руках приличная сумма денег. В то же время он может параллельно заниматься поисками других способов избежать деградации мозга.

Главное — не обещать стопроцентного успеха. Ну и цену выставить солидную, чтобы было понятно, что он никакой не обманщик. По крайней мере, за второй этап. Первый же этап стоит сделать доступным, чтобы он был по карману любому желающему. Иначе это может отпугнуть многих претендентов.

Если верить интернету, ему понадобится арендовать помещение для проведения собраний и личных встреч с учениками, потому что волшебству невозможно научить удалённо. На это понадобятся деньги. Впрочем, стоит привлечь одного клиента и развести на предоплату, и средства на аренду найдутся (от автора: наивный тёмно-эльфийский парень).

Осталось найти способ создать свой сайт и завести банковскую карту, на которую будут приниматься платежи.

И с тем, и с другим помог интернет. Недолгий поиск позволил найти конструктор сайтов, с которым свою страничку в сети сумел бы создать даже прежний Димасик.

Стать обладателем банковской карты тоже просто. В сети нашёлся некий онлайн-банк, в котором достаточно оставить заявку с паспортными данными. В тот же или на следующий день к тебе приедет курьер с пластиком. По крайней мере, так обещала реклама банка. Они даже не стали проверять дееспособность заявителя — сразу одобрили заявку. Старше восемнадцати лет — большего им и не надо.

Вечером усталая мать вернулась с работы. Она застала сына за компьютером, отчего у неё вырвался тяжёлый вздох.

— Димочка, я вернулась, — обратила она на себя внимание парня.

— Приветствую вас, уважаемая матушка, — натянуто улыбнулся ей Кайн. Он почти доделал сайт, поэтому отрываться от монитора ему было сложно. — Как прошёл ваш день? Всё ли у вас в порядке?

— Опять ты странно говоришь… — нахмурилась она. — Сыночек, ты хотя бы ел?

— Да, — кивнул он. — Утром приготовленное вами блюдо. Это было очень вкусно. Спасибо за кров и пищу.

— Ты что, не обедал? — всплеснула она руками, стараюсь не обращать внимания на странную речь сына.

Дроу в теле человека развёл руками в стороны и смущённо улыбнулся. В их культуре обычные тёмные эльфы питались всего два раза в день: утром и вечером. К тому же, он опасался есть еду без разрешения матриарха. За такое можно и наказание понести.

— А надо было?

— Конечно, нужно! — устало вздохнула женщина. — Какой же ты у меня непутёвый… И как ты будешь жить, когда я помру?

Бормоча себя под нос, она пошаркала ногами в тапочках в ванную комнату, чтобы принять душ и переодеться.

Кайн замер в попытке переварить услышанное.

«Это что такое было? Забота, словно воспитателя о ребёнке? Как же я от этого отвык».

Не все дроу жестокие. Это не то, с чем они рождаются. Сам Кайн не любил жестокость своей расы, хотя при необходимости мог быть безжалостным.

Взять к примеру воспитателей, которые выращивают мальчиков. Многие из них слишком добрые для взрослых дроу. В противном случае до своего двадцатилетия не доживали бы многие парни.

А вот воспитатели девочек-дроу — те ещё конченые твари. Гестапо по сравнению с ними мягкосердечные любители. То, через что они заставляли проходить своих воспитанниц, невозможно назвать чем-то приемлемым с точки зрения морали. Но в этом виновата не только жестокая религия.

Место в подземельях ограничено. Бесконечно расширять тоннели невозможно. При этом дроу изначально условно бессмертные. То есть, нет убыли населения от старости, как у людей. А новые жители рождаются, пусть и редко. Им требуются дополнительные ресурсы для существования: еда, вода, воздух, одежда, своя комната.

Откуда этому взяться, если строительство новых тоннелей идёт медленно, мало и редко, а завоевания движутся с переменным успехом — то они отожмут тоннель у гномов, то гномы наваляют им? Вот и придумали дроу свой способ регулирования населения. Да, он жестокий, но так сложилось как-то само собой со временем.

Впрочем, и тут можно найти плюсы. Выживали у них сильнейшие. Все жрицы поголовно обладают волшебными способностями. А поскольку новые дроу рождаются ими, то их дети тоже могут стать магами.

Их предки эльфы такими не были. У них в лучшем случае магически одарён один из ста. Маги у них назывались высшими эльфами и выводились в отдельную касту.

В общем, во взрослой жизни тёмные эльфы редко сталкиваются с заботой в стиле воспитателей-мальчиков. Оттого Кайн испытал шок. Он осознал, что всё это время эта женщина заботилась о нём, словно о ребёнке. А ведь в их обществе такого инвалида убили бы младенцем.

Мотнув головой из стороны в сторону, Кайн отбросил лишние мысли. Прошли уже сутки с момента его перерождения. За это время его разум успел незначительно деградировать. Ему следовало спешить, чтобы хотя бы стабилизировать своё состояние.

Пока он доделывал интернет-страничку с помощью простого и понятного конструктора сайтов, его голову бомбардировала мысль о том, как продвигать свой товар? Ведь, по сути, курсы по обучению магии являлись товаром.

Если потенциальные покупатели не увидят прилавок, они в жизни не узнают о существовании определённого товара.

Для примера можно взять артефактора, который изготовил уникальный амулет для отпугивания пещерных тараканов. Эти твари могут быть опасны. Бывали случаи, когда они забирались в уши и нос к спящему, после чего тот либо глох, либо задыхался насмерть.

Определённо, такие амулеты будут пользоваться спросом. Но если артефактор оставит их в своей комнате, то никто о них не узнает. Если он будет ими торговать в нежилой отдалённой пещере, то всё равно не найдёт покупателей.

Проще говоря, Кайн понял, что ему нужна реклама. О том, что это такое, он знал. Уличные зазывалы и вывески имелись у него на родине.

Ещё ближе с рекламой он познакомился за недолгий срок использования интернета. Там её было нереальное количество. Следовало постараться, чтобы не утонуть в потоках ложной информации, которую представляли собой зазывающие баннеры.

«Мне нужна реклама своего сайта», — решил он.

Стоило ему начать знакомиться с тем, как прорекламировать что-нибудь, как он утонул в потоках информации. Почти сразу ему стало понятно, что реклама у людей — целая отдельная отрасль со многими специальностями. И чтобы разобраться в этом, ему придётся потратить немало времени. А для него сейчас время — самый ценный ресурс. Каждый день приближает конец его интеллекта, что означает кончину его личности.

«Раз нет времени вникать в проблему, то нужно нанять готовых специалистов, — решил он. — Осталась маленькая проблема. Где взять деньги? Интересно, моя матрона богатая? Что-то я в этом сомневаюсь. Судя по её оговоркам, нам едва хватает средств на жизнь. Вряд ли у неё найдутся деньги на рекламу моего сайта».

Тем временем женщина закончила с гигиеническими процедурами и на скорую руку приготовила ужин.

— Всё, Димочка, — твёрдо заявила она, встав возле шкафа, который выступал в виде импровизированной разделительной стены по центру комнаты, — оставь в покое компьютер и иди есть!

— Сию минуту, — сохранил он все изменения. — Благодарю за заботу, высокопочтенная матушка.

В ответ на его речь она лишь молча вздохнула и устало потёрла переносицу.

За стол они сели вдвоем. Кайн чувствовал себя неуютно в компании женщины. За все двести лет он оставался наедине с жрицами всего несколько раз. И ничем хорошим это не заканчивалось. Каждая такая посиделка выливалась в то, что ему приходилось залечивать раны от кнута.

— Сыночка, что с тобой? — заметила его скованность женщина. — Ты как себя чувствуешь?

— Спасибо, матушка, со мной всё хорошо.

— Чем ты занимался в моё отсутствие? — продолжила мать.

— Работал за компьютером, матушка. Принял ванну. Надеюсь, это не возбраняется?

— Нет-нет! — на лицо женщины выплыло удивление. — Ты сам принял ванну? Удивительно, но там всё чисто.

— Я убрал за собой.

Для Кайна это казалось само собой разумеющимся. Ведь в общественных купальнях дроу было принято убирать за собой. Не дай Ллос оставить после себя грязное место — смотрители могут дать по шее.

— Я удивлена, — улыбнулась собеседница. — Димочка, и чем же ты весь день занимался за компьютером? В игры играл или мультики смотрел?

— Нет, — качнул он головой из стороны в сторону. — Я создавал свой сайт.

На мгновение мать растерялась, но вскоре широко заулыбалась.

— Ах, сайт… Новая браузерная игра? Это хорошо. Ты у меня такой умница.

Дальше ужин проходил в молчании. Кайн догадался, что матрона его не так поняла, но поправлять её не стал. Она считает его недалёким дурачком, каким он был до пробуждения воспоминаний прошлой жизни. Разубеждать её — лишь вредить себе. Для убеждения придётся раскрыть ей свою тайну. Как она отреагирует на это — одним богам известно.

Он бы на её месте заподозрил одержимость демоном или промывку мозгов иллитидом. А что делают с одержимыми? Убивают или истязают, чтобы демон погиб или покинул их мир.

Понятное дело, что погибать или страдать от пыток он не собирался. Кому вообще может такое понравится? Поэтому и молчал, стараясь лишний раз ничего не говорить. Но и не отвечать на вопросы было нельзя, ибо это ещё подозрительней. А отвечал он на них так себе. Это для него было очевидно.

«Нужно научиться говорить как местные, — сделал он себе мысленную заметку. — А то не дай Ллос меня объявят одержимым и подвергнут изгнанию демона».

На воспоминания Димасика никакой надежды. Его память настолько же дырявая, как и сыр маасдам. Поэтому Кайну остаётся натренировать свой навык общения.

Для этого есть два пути: быстрый и сложный, а также медленный и лёгкий.

В первом случае нужно воспользоваться услугами мага-менталиста или иллитида, который впихнет в голову готовые шаблоны.

Второй случай — обычное обучение, через которое проходят как дроу, так и люди. Для этого нужно наблюдать за окружающими и общаться с ними, копировать их манеру разговора и поведения, интонации, эмоции.

Вот только где и как ему найти людей, за которыми можно наблюдать? Выбраться на улицу и следить за соседями? Найти местный базар и наблюдать за покупателями? Или же…

У него же есть компьютер! Нужно посмотреть какое-нибудь видео с общением.

Не успел он додумать последнюю мысль, как мама домыла посуду и переместилась на диван. Она включила закреплённый на стене телевизор, на котором появилось изображение. По телеку показывали сериал про продавца обуви, его жену и детей. И главное — в фильме было много общения между персонажами.

Кайн застыл в проходе, не сводя глаз с экрана.

— Хочешь посмотреть телевизор? — заметила его интерес мать. — Садись на диван и смотри.

Кивнув ей с благодарностью, он сел рядом с ней и начал постигать манеру общения людей этот мира.

Глава 5

Мать уснула на середине серии. Кайн выключил телевизор и переместился к ноутбуку. Решив, что сон для слабых, он продолжил просвещение. Подключил к ноутбуку наушники. Сам портативный компьютер положил себе на живот, перед этим лёг на свою кровать.

Найти этот же сериал в интернете оказалось несложно. Вскоре он начал просмотр с первой серии, старательно запоминая речи, эмоции и интонации главных героев.

Ближе к четырём утра он сдался. Человеческий организм, ещё и лишенный магии, оказался недостаточно выносливым, чтобы обходиться без сна.

Проснулся Кайн перед уходом матери на работу. Она растолкала сына.

— Димочка, еда на столе. Не забудь пообедать. Борщ в холодильнике. Нальёшь себе его в тарелку и разогреешь в микроволновке. Никому не открывай. Всё, я ушла.

— Доброе утро, мам. Поменьше тебе скандальных толстух.

Женщина едва не споткнулась на ровном месте. Она медленно обернулась и пристально посмотрела на сына.

— Скандальных толстух? — в недоумении переспросила она. — Ты где взял эти слова, сынок?

— В сериале, который мы вчера смотрели. Там мужчина работал, чтобы содержать семью, прямо как ты, и говорил, что все проблемы на работе от вредных толстух.

— Больше не смотри этот сериал, Димочка, — она продолжила путь на выход из квартиры. — Ох! Может быть, он эту свою «матушку» тоже в каком-то фильме услышал?

«Прокололся? — подумал он. — Но где? Я же вроде бы взял за образец поведения младшего члена семьи — парня моего возраста. Неправильный образец? Взять в качестве объекта отца семейства? Дочь? Она вроде бы глупая или таковой притворяется. Возможно, от меня ожидают того же? Надо попробовать разные модели поведения и вечером посмотреть другой сериал. Возможно, там найдутся иные поведенческие модели».

Но это было дело будущего. Сейчас перед ним стояли более важные задачи. Во-первых, найти рекламщика и выяснить, сколько будут стоить его услуги. Во-вторых, найти помещение и также узнать, сколько на него понадобится средств. Ну и, в-третьих, изыскать финансы на оплату хотя бы первых двух пунктов. С рекламой и помещением останется лишь ждать желающих изучать магию.

Кайн старался не думать об одной из ключевых проблем — одарённости людей.

Он знал о том, что почти все дроу имеют склонность к магии. Каждый сотый эльф становится Высшим, то есть магом. А вот о статистике магической одарённости среди людей он не знал ничего. И это идёт речь о людях его мира. Что творится в этом мире — под ещё большим вопросом.

Впрочем, имелось у него одно решение. Чрезвычайно опасное, но рабочее. Дроу к таким методикам не прибегали, но у их исконных врагов гномов подобное практиковалось. Крайне редко и самими гномами подобные приёмы не одобрялись... Призыв демона и заключение с ним контракта.

Среди гномов рождается, дай боги, один магически одарённый на тысячу. Их маги намного слабее, чем у тёмных эльфов. В основном они занимаются артефакторикой — с помощью рун и кузнечного дела создают волшебную броню и оружие.

Но когда гномы терпят серьёзное поражение, они идут на крайние меры. Среди них вызываются добровольцы-смертники, которые заключают договоры с демонами. В обмен на свою душу они получают магические способности.

После такого трюка начинается обратный отсчёт — гном может прожить лет десять, редко дольше. Дарованная демонами колдовская сила со временем всё сильнее поражает душу гнома скверной. В итоге демону достаются и душа, и тело контрактора. Но зная о своей незавидной участи, эти колдуны-воины превращаются в отчаянных берсеркеров, ищущих смерти на поле боя. Чем ближе к полному поглощению скверной, тем более отчаянными и самоубийственными становятся эти бойцы. В итоге они гибнут до того, как демоны захватят их тела, жертвуя лишь душами.

Дроу всей душой ненавидели берсеркеров. Появление этих воинов на поле боя означало жуткую мясорубку с высокими шансами расстаться с жизнью.

За долгие столетия противостояния с гномами дроу выяснили их секреты. Расставаться с душой и сокращать срок своей жизни до жалких десяти лет — потенциально бессмертные и магически одарённые существа даже помыслить о таком не могли. В общем, тёмные эльфы не спешили заключать контракты с демонами. Но принципы призыва этих тварей Кайну были знакомы.

В крайнем случае, ради своего благополучия он готов был пожертвовать душами и жизнями своих будущих учеников, если среди них не найдётся ни одного мага. Но лучше было бы обойтись без призыва демонов. Хорошим это редко заканчивается.

Остаток дня Кайн провёл в лихорадочной активности. Его сайт, гордо названный «Специальные Оккультные Сокрытые Искусства», был готов. Он представлял собой лаконичную страничку с тёмным, мистическим дизайном — дань эстетике дроу. Там не было обещаний мгновенного обогащения или фото Кайна в мантии (его нынешняя внешность лишь отпугнула бы клиентов), которые можно встретить на курсах по обретению богатства. Вместо этого имелся текст, написанный витиеватым, слегка архаичным языком, предлагающий «раскрыть дремлющий потенциал сознания», «познать первоосновы мироздания» и «овладеть искусством управления внутренней энергией». Курс назывался «Современная Онтология Сущего: Идеальная Теория Единства». Он позиционировался как элитный и строго индивидуальный, с обязательным очным посещением.

Нигде конкретно не говорилось о том, что он всех учеников обучит магии, но повсюду были намёки на то, что именно волшебству там и будут учить. Самой настоящей и крутейшей магии.

Кайн этот вопрос хорошо изучил в сети и проконсультировался у онлайн-юриста, у которого первая консультация бесплатная. Несмотря на то, что законник свои услуги предоставлял бесплатно, он пояснил, как действовать правильно, чтобы не угодить в тюрьму.

Во-первых, нигде не стоило давать твёрдых обещаний. Это как с политиками. Нужно растекаться маслом по хлебу и ходить вокруг да около. Потому что если дойдёт до суда, например, по причине того, что гуру не научил магии ученика, тот сможет смело заявить: а где я обещал, что буду учить магии? У меня на сайте написано, что я веду философские курсы, для которых не нужно никакого образования.

Отсюда вытекает второе. Если кто-то задаст вопрос по поводу лицензии на обучение, можно смело всех слать в пещеру к иллитидам. Какие корочки и лицензии для обычных философских бесед?

В-третьих, самое главное — с доходов нужно было честно платить налоги. Без утайки, без отмывания денег, без дробления бизнеса. Если у налоговой не будет никаких вопросов, то докопаться до с точки зрения закона до подобных образовательных курсов будет почти невозможно. Конечно, докопаться можно до кого угодно, и причина найдётся. Но если действовать честно и не переходить дорогу высокопоставленным лицам, то проблем быть не должно.

На выбор у Кайна имелось две формы организации бизнеса: индивидуальный предприниматель и общество ограниченной ответственности. В первом случае он мог воспользоваться упрощённой системой налогообложения, то есть отдавать государству меньше денег. Во втором варианте ему требовалось как минимум оплатить работу бухгалтера, плюс налоговая ставка выше. Но тут он не отвечал своим имуществом. Впрочем, никакого имущества у него не имелось, поэтому на это можно было плевать.

Как физическое лицо он не мог брать деньги за подобные курсы. Это могло быть интерпретировано в качестве незаконной предпринимательской деятельности. Там бы к ней подтянули бы и мошенничество. А это уже две уголовные статьи.

Нарушать закон Кайну было нельзя. Любое наказание приведёт его к краху. Заключение под стражу повлечёт за собой серьёзное ограничение на поиск способов избавиться от проклятья деградации сознания и их реализацию. Поэтому ему оставалось лишь действовать в правовых рамках.

Цена за курсы была определена опять же с помощью консультантов из интернет-форумов. Весь курс был разделён на несколько этапов.

Первый — дешёвый, чтобы люди втянулись и поняли, что им обещают настоящее волшебство. На этом этапе дроу планировал отсеивать всех тех, у кого нет ни малейших шансов стать магом и отсутствуют деньги.

Второй этап стоил столько, что у Кайна перехватывало дух. Аналитики из интернета определили эту цену как «психологически правильную» для создания ауры эксклюзивности. На второй этап он планировал отбирать либо людей с деньгами, чтобы отбить затраты, либо тех, кто действительно имеет хотя бы малейшую возможность пробудить магический дар. Последних он готов был учить бесплатно.

Проблема оставалась прежней: деньги. Никаких волшебных кошельков ему не досталось, а копаться в вещах матроны он считал делом недостойным и опасным. Мысль о краже он отбросил сразу — в его положении привлекать внимание властей было равносильно самоубийству.

И тогда он решил действовать так, словно деньги у него есть, и продолжил воплощать свой план в реальность. Он нашёл на одном из фриланс-форумов человека под ником «Таргет_демиург», анкета которого пестрела хвалебными отзывами и обещаниями «выжать из рекламного бюджета максимум». Его специализацией была «раскрутка проектов с нестандартной целевой аудиторией». Кайну показалось, что это именно то, что нужно.

Он написал ему, стараясь копировать сдержанно-деловой тон, почерпнутый из сериалов:

«Добрый день. Меня интересует комплексное продвижение образовательного проекта в сфере эзотерики и саморазвития. Высокий ценник, узкая целевая аудитория. Готов обсудить детали».

Ответ пришёл быстро.

«Ок. Скиньте ссылку на сайт/лендинг. Озвучу бюджет после анализа».

Кайн отправил ссылку на свои «Специальные Оккультные Сокрытые Искусства».

Минуты тянулись мучительно долго. Он представлял, как этот «Демиург» сейчас ржёт над его убогим сайтом и бредовой идеей.

Наконец, пришёл ответ:

«Ясно. Нишевый проект. ЦА — искатели, маргиналы и неудачники, верящие в чудеса. Бюджет на запуск — от 50к. Моё вознаграждение — 30% от привлечённых средств. Предоплата за работу — 15к. Не выходим на связь — за вами уже выехали?»

Сердце Кайна пропустило удар. Пятнадцать тысяч! Для него, чей единственный источник благ — матронина зарплата, это было астрономической суммой. Но ум тёмного эльфа сразу же уловил подтекст. Этот человек не смеялся. Он сразу понял, с кем имеет дело, и выставил цену, соответствующую риску. Фраза «за вами уже выехали» была явным намёком на то, что он считает проект если не откровенной финансовой пирамидой, то чем-то очень на неё похожим.

Кайн собрался с духом и ответил, пытаясь играть на опережение:

«Предоплата обсуждается. Наш проект абсолютно легален! Работа в чистую от юридического лица. Мы не продаём воздух, а предоставляем уникальные знания, которые не требуют лицензирования. Риски для рекламщика минимальны. Ваши условия по оплате завышены. Насколько я знаю, таргетологи сейчас берут от двадцати до двадцати пяти процентов от РЕКЛАМНОГО БЮДЖЕТА!»

«Демиург» парировал мгновенно:

«Легальность — понятие растяжимое. Ваш «воздух» пахнет будущими исками от разочарованных клиентов. Мои условия — это страховка. 15к — это не только за работу, но и за молчание и быстрые ноги, если что. Или ваши «уникальные знания» включают в себя искусство становиться невидимым для руцензорнадзора? С привлечёнными средствами я ошибся. Я имел в виду 30 процентов от рекламного бюджета. Оке? Двадцати пяти мало за ваш проект с высокими рисками для всех участников».

Кайн глубоко задумался. Этот человек был опасен и циничен. Но он готов был выполнять свою работу. Идеальный партнёр для тёмного эльфа. С одной стороны, Кайн ликовал — он нашёл того, кто понимает правила игры. С другой — рука жаба-хомяка сжимала ему горло. Где взять эти деньги? У него нет средств даже на предоплату.

Он сделал последнюю попытку снизить цену:

«10к. Предоплата. Запускаем пробную рекламную кампанию с минимальным бюджетом. Остальное — по результату».

Пауза затянулась. Кайн уже почти решил, что сделка сорвалась, когда пришёл ответ:

«Идёт. 10к. Перечисляйте на карту [номер счёта]. Как поступят — начинаем. Креативы, тексты, настройка — моя зона. Вам — отбор клиентов и их… «обучение». Удачи. Она вам понадобиться)))»

Сделка была заключена. Чувство триумфа смешалось с леденящим душу ужасом. Он, Кайн, бывший маг Мензоберранзана, только что нанял таргетолога для продвижения своих курсов по магии. Абсурд ситуации был столь велик, что он на мгновение закрыл глаза и тихо рассмеялся — хриплым, нервным смехом.

А потом он вернулся к суровой реальности. Десять тысяч рублей. Где ему, Димасику с синдромом Дауна, раздобыть такую сумму?

Он принялся бродить по квартире. Его взгляд блуждал по комнате. Он видел старый телевизор, потрёпанный диван, скрипящий стол. Ничего ценного. Его взгляд упал на ноутбук. Старая, потрёпанная модель. В интернете он быстро нашёл, что подобные устройства стоят в лучшем случае пару тысяч. Да и расставаться с источником заработка и окном в мир информации ему не хотелось.

Отчаяние начало подступать вновь. Он мысленно перебирал все возможности. Украсть? Слишком рискованно. Попросить у матери? Бесполезно. Она едва сводит концы с концами.

И тогда его взгляд упал на смартфон, лежавший на столе. Не её основной, а старый, запасной, который она иногда давала ему поиграть. Серый, потрёпанный пластик. Ничего особенного.

Но потом его память, та самая, что пестрела дырами, выдала обрывок информации. Что-то о… криптовалюте. О том, как люди «майнят» её с помощью мощных компьютеров. Это было сложно для понимания, почти как магия. Но был и другой путь. Что-то связанное с… русограмм-ботами. С какими-то «чеканками», «фермами». В памяти Димы это отложилось как яркая, но непонятная картинка — кто-то из «нормальных» парней во дворе хвастался, как легко заработал на каком-то «НОТ».

Кайн схватил ноутбук. Его пальцы, всё ещё движимые мышечной памятью тела, залетали по клавиатуре. Он вбивал обрывки фраз, продираясь сквозь дебри сленга и технических терминов. И постепенно картина начала проясняться. Совсем недавно в том самом русограмме, которым он уже научился пользоваться, запустили какую-то новую криптовалюту. И её раздавали почти даром, просто за определённые действия внутри мессенджера. Люди скупали её, надеясь на то, что цена взлетит.

Это было азартной игрой. Риском.

Он нашёл инструкцию. Нужно было создать кошелёк, найти нужного бота, выполнить простые задания…

Стоило ему ознакомиться с этими данными, как сразу всё встало на свои места. Это была та самая «работа», которую ему предлагала мошенница Мария, но на один уровень ниже — здесь не требовалось вкладывать свои деньги, только время. Но и деньги тоже выманивались у пользователей.

Его губы скривились в отвращении.

— Сколько же способов обмануть друг друга придумали люди этого мира? Они даже дроу превзошли в своей циничности. Интересно, в моём мире люди были такими же?

Осознав, что это очередной мошеннический проект, Кайн потерял к нему интерес. Неважно, каким образом будут зарабатывать создатели этой криптовалюты. Он был уверен в том, что они обязательно кинут всю эту толпу доверчивых людей, которые повелись на их байки.

«Стоп! — промелькнула у него мысль. — Кажется, я понял принцип этого плохотрона».

Для привлечения доверчивых и жадных клиентов используют раздачу неких коинов. Затем объясняют пользователям, что они могут обменивать эти коины на реальные деньги и вкладывать их в различные проекты, получать огромную прибыть. Люди пробуют выводить средства — они выводятся. Потом жадность берёт своё — они покупают эти коины за настоящую валюту. На их средства начисляются огромные проценты. Они видят перед глазами большие числа, но это всего лишь циферки на экране монитора. Как только кто-то собирается вывести не подарочный начальный бонус, а солидную сумму, как его аккаунт блокируют. Можно придумать множество отмазок. Мол, заподозрили вас в мошенничестве — докажите, что вы не преступник. Или можно сказать, что ваш аккаунт взломали компьютерные преступники и украли ваши деньги, а мы тут ни причём. Лучше нужно подходить к безопасности своего компьютера.

«А если мне создать подобный проект? — задумался Кайн. В следующий миг он мотнул головой из стороны в сторону. — Нет-нет-нет! Точно не сейчас. Если бы я хотел лишь заработать денег, то это неплохой вариант для беспринципного дроу. Но мне нужна магия, чтобы сохранить самого себя».

К тому же, на этом поле имелось множество подводных камней. Всё это похоже на реальное мошенничество. Так что есть немаленькие шансы угодить в тюрьму. Поскольку он сам в криптовалютах и компьютерах мало что понимал, то и скрыть свою личность не мог. Ему требовалось привлекать программистов и рекламировать этот проект. А на это нужны деньги. Он же как раз думал над тем, где достать средства, а не куда их потратить».

— Хорошо, — прошептал Каин, его глаза горели странным огнём со смесью отчаяния и надежды. — Если уж я не могу создать подобный проект, то я могу заработать небольшую долю на мошенниках.

Он погрузился в работу. Создавал новые аккаунты, регистрировался в ботах, смотрел рекламу, добавлялся в чаты. Это была монотонная, изматывающая работа, от которой у него слипались глаза. Но он чувствовал себя алхимиком у тигля, который пытается добыть философский камень из цифровой пыли. У него было создано множество левых аккаунтов, с которых он сразу же продавал крипту и выводил деньги на электронный кошелёк.

Через несколько часов, потраченных на это занятие, он проверил баланс. Ничтожная сумма, выраженная в десятках рублей. Чтобы наскрести десять тысяч, ему понадобились бы недели. У него их не было.

«Плохая была идея, — усмехнулся он. — Надо же было подумать, будто я окажусь умнее аферистов. Эти жулики всё предусмотрели, в том числе и защиту от подобных умников. Можно целыми днями создавать левые аккаунты и не вылезать из-за компьютера, но больше трёхсот рублей за день таким образом не заработать. Смехотворная сумма».

Отчаяние вернулось. Он отшвырнул смартфон на кровать и сжал голову руками. Тупик. Абсолютный тупик.

И вновь в тишине комнаты, нарушаемой лишь гулом компьютера, его взгляд снова упал на старый, потрёпанный смартфон. Затем он посмотрел на своё собственное тело.

Мысль, которая пришла ему в голову, была ошеломляющей. Он вспомнил, как в прошлой жизни использовал различные ингредиенты для ритуальной магии и алхимии. В их число входили кровь, волосы и плоть различных существ. И всё это можно было купить за деньги. Паучий хитин продавали жрицы. Плоть иллитида можно было купить у солдат. Кровь дроу... у самих тёмных эльфов. Они просили большие деньги за то, что пожертвуют свою кровь или волосы на магические эксперименты. А что, если в этом мире есть что-то столь же ценное? Что-то, что можно… изъять из себя без вреда для здоровья?

Он снова полез в интернет. На этот раз его поиск был целенаправленным. Он искал информацию о донорстве. О продаже крови. Плазмы. И… костного мозга.

Цифры, которые он увидел, заставили его поморщиться. За разовую сдачу плазмы платили сущие копейки. Костный мозг и вовсе предлагалось сдавать бесплатно. Но были и другие объявления, менее официальные и на сомнительных форумах. Там говорилось о «донорстве» для частных клиник и исследований. Цены там были в разы выше. Риски — тоже.

Это был путь в никуда. Путь, ведущий к ещё большему разрушению и без того хрупкого тела. К примеру, там предлагали продать свою почку. Их же две. Человек может прожить и с одной. Но это был ШАНС.

Кайн закрыл глаза, чувствуя, как его новая, человеческая сущность содрогается от ужаса, а древняя, эльфийская — холодеет от решимости.

— Я пережил дуэли, интриги и саму смерть, — прошептал он в тишину комнаты. — Я не позволю этому миру сломать меня так легко. Если для магии нужна жертва… что ж, я принесу её.

Он снова взял в руки смартфон. Его пальцы дрожали, но он твёрдо начал набирать новый поисковый запрос. Он должен был найти тот самый, самый быстрый и самый опасный способ получить деньги. Цену, которую он мог бы заплатить прямо сейчас.

А в углу экрана ноутбука безмятежно висел открытый чат с «Таргет_демиургом», напоминая о том, что билет в его возможное будущее стоит ровно десять тысяч рублей. И Кайн был полон решимости его купить. Любой ценой.

Глава 6

На следующий день Кайн дождался, когда его матрона снова уйдет на работу. Её вид ему не нравился. Женщина с самого утра выглядела усталой, словно в одиночку сразила десяток гномских берсеркеров. К вечеру же она больше походила на результат удачного эксперимента по поднятию нежити.

Но лезть к женщине с вопросами и советами не в привычке мужской части тёмных эльфов. Поэтому он помалкивал.

Вскоре он потянулся к смартфону и набрал номер частной клиники, которая вполне себе официально занималась трансплантацией внутренних органов и покупала их у доноров.

Милая барышня по телефону объяснила парню, куда и с какими документами приехать.

К поездке Кайн подготовился основательно. Он вывел на виртуальную карту заработанные за вчерашний день сто десять рублей. Таким образом, он с помощью смартфона собирался расплачиваться в общественном транспорте. По крайней мере, в интернете писали, что такое возможно.

На самом деле его накоплений хватит лишь на две поездки. На третью средств уже не останется. Плюс он не знал города Волгограда, в котором ему довелось переродиться. Поэтому к построению маршрута он отнёсся ответственно.

Приложение на телефоне показывало, как ему дойти пешком до клиники, доехать на общественном транспорте или автомобиле. Он выбрал второй вариант, поскольку идти пешком туда слишком долго.

Карта вела его с невероятной точностью. Она предоставила на выбор множество автобусов, позволив выбрать один, для поездки на котором не потребуется пересадка.

Автобус впечатлил Кайна не меньше трамвая. Впрочем, на автомобили он поглядывал через окно с не меньшим интересом.

И вот он оказался в холле клиники, где его встречала улыбчивая девушка в белом халате. Молодая и очаровательная голубоглазая блондинка, словно у неё в роду отметились светлые эльфы, была будто создана для подиума, а не для работы медсестрой.

— Добрый день, — посмотрела она на раннего посетителя. — Вы по какому вопросу?

— Здравствуйте, — Кайн с настороженностью смотрел на блондинку. Это же была женщина, а от них можно ожидать всего наихудшего. — Я хочу стать донором почки. Вы же платите за это деньги?

— Простите, но у нас в стране нельзя покупать человеческие органы, — подмигнула она. — Но можно пожертвовать почку «родственнику», например, двоюродному брату. Никто не будет проверять степень родства между донором и пациентом. А донор получает некое денежное вознаграждение, подарок от чистого сердца от «своего брата», который, так уж сложилось, передаёт от него наша клиника.

— Угу, понятно, — схема была нехитрой и даже откровенно прозрачной. Та же покупка органов, но слегка замаскированная для придания законности. — И сколько же готов подарить «братец» за почку?

— Три миллиона рублей, — не замедлила с ответом блондинка.

Кайн улыбнулся. Сумма его полностью устраивала. Это даже не десять тысяч, которые ему нужны позарез. Это гораздо больше. А почка…

Ну, у него их две. Проживет и с одной. Всё равно у него в запасе всего лишь год. Он либо за это время найдёт способ стабилизировать мозги от деградации, либо ему проще будет отправиться на следующее перерождение. Там у него хотя бы есть шанс родиться полноценным человеком, но это не точно. Иначе он бы сразу отправился на реинкарнацию, как только выяснил бы масштаб бедствия.

Если его голова будет работать нормально, то он придумает способ пробудить магические способности. Когда же ему станут доступны манипуляции маной, он отрастит себе хоть вторую, хоть третью почку.

— Мне понадобится ваш паспорт, — продолжила медсестра за стойкой.

— Вот, прошу, — протянул ей паспорт Кайн. Он заранее изучил, что нужно взять с собой, поэтому и нашёл свои документы.

Девушка вбила текст в базу данных. Чем дольше она всматривалась в монитор, тем сильнее хмурилась. Она медленно подняла глаза и посмотрела на посетителя. Затем с той же плавностью неспешно, с выражением искреннего недоверия на лице, опустила взгляд на паспорт. Долго разгадывала фотографию, потом снова посмотрела на парня. Затем вернула внимание на монитор.

— Что-то не так? — насторожился Кайн.

— Господин Иванов, в медицинской базе данных указано, что у вас диагностирован синдром Дауна. А вы точно Дмитрий Иванов?

— Да, — кивнул он, — я точно Дмитрий Иванов. И что с того, что у меня такой диагноз? Разве это мешает мне продать почку?

— Да-да… — натянуто улыбнулась блондинка. — Мешает, причём дважды. Во-первых, вы с таким диагнозом ограничены в дееспособности. А это значит, что вы не имеете права лично распоряжаться дарением, к примеру, квартиры, машины или… своих внутренних органов! Во-вторых, ваш диагноз означает недопустимые изменения в ДНК. Проще говоря, ваши органы непригодны для пересадки обычным людям. Увы, — она протянула ему обратно паспорт. — Мы не можем вам ничем помочь. Всего доброго.

— Как так-то?! — он с шокированным видом покинул клинику. — В смысле, мои органы негодные? Что б вас Ллос покарала! Я, понимаешь, тут решился. Думал, что всё, вот они деньги лежат в моих руках. А для них моя почка подобна куску протухшего мяса, которым брезгуют даже крысы! Что за несправедливый мир?!

Отчаяние захватило его. Мало того что он не заработал, так ещё и потратил на проезд солидную часть своих средств. У него осталось лишь на обратный проезд.

— И где мне взять деньги? — тяжело вздохнул он.

Чтобы сэкономить, он решил возвращаться домой пешком. По дороге он вертел головой из стороны в сторону, восхищаясь достижениями местных людей. Неоновые вывески, красочные плакаты и огромные билборды с рекламой — всё его восхищало.

Если бы на его месте оказался любой из собратьев из пещер, у него была бы аналогичная реакция.

Впрочем, Кайн предполагал, что если человек с Земли попадёт в подземелье тёмных эльфов, он тоже будет в шоке в смеси с восторгом. И так ровно до того момента, пока его не поймает первый встречный и не превратит в раба для грибных плантаций. После этого ему вряд ли станет до восторгов.

Неожиданно на глаза перерожденцу попалась надпись на стене киоска с названием «Мгновенно деньги». Там было написано:

Мы вам верим и дадим деньги.

Займем до 20 000 рублей. Нужны только паспорт и 20 минут.

«Чего?! — застыл на месте Кайн. — Это провидение от Ллос или у меня глюки? Неужели так просто можно было получить деньги? Просто найти такую постройку и зайти туда с паспортом? Странно это, но ладно, попробую».

После того, как он едва не продал свою почку, ему было уже не страшно обращаться в сомнительную контору. А в её сомнительности он был уверен на сто двадцать процентов, словно в алхимическом гномьем самогоне. Только глупец будет думать, что самогонка не может быть крепостью выше девяноста шести градусов. С помощью алхимии, рун и какой-то там гномской матери возможно превзойти непревзойдённое.

Пока Кайн медленно двигался к конторе, от которой на версту разило обманом, его внезапно озарило:

«РУНЫ!!! МАТЬ ИХ, ГНОМСКИЕ РУНЫ! Как я мог их игнорировать?»

Если задуматься, то гномы создавали свою рунную магию как раз под слабых магов, то есть под себя. Некоторые руны можно даже активировать, совершенно не обладая магическим даром. Для этого требовались жертвоприношения.

И да, гномы добряками ни разу не были. Какие добряки призывают демонов и продают им свои души ради десяти лет условного могущества?

Они как практиковали демонологию, так и не брезговали ритуалами с жертвами, зачастую разумными. Своих сородичей они пускали под нож очень редко — только преступников и отступников-предателей. В основном же к ним на алтарь попадали пленные дроу и иллитиды. Но и те, и другие магически одарённые. Поэтому лишь по ним нельзя сказать, что эта магия работает без маны. А вот редкое использование гномов как раз говорило о том, что это волшебство работает и без маны.

Гномскую магию Кайн изучал лишь для галочки. Чтобы противостоять врагу, нужно знать, как он действует. Поэтому он поверхностно изучал руны гномов и менталистику иллитидов.

Вообще, иллитиды прирождённые менталисты. Тёмные эльфы, как и другие расы, с ними в этом не сравнятся. Но всё же, некоторые маги не брезговали изучать ментальную магию и даже специализироваться на ней. Это было очень полезно в обработке разумов рабов.

Сам же Кайн в ментальную магию не углублялся. Зачем? С рабами он не работал и даже близко не был с ними связан. На сородичах такое волшебство применять чрезмерно опасно — можно быстро стать короче на голову. Бороться против иллитидов на их же поле стал бы лишь безумец или ну очень крутой менталист, который посвятил этому искусству тысячелетие. А для защиты своего сознания от ментальных чар хватало всего одного защитного заклинания. И второго для ответной атаки на того, кто покуситься на его мысли.

Хотя, стоит отметить, что кое-кто из магии разума он изучил. Это техники, которые улучшают память и ускоряют мышление. Но это базовые навыки любой жрицы или мага дроу.

«Я просто обязан испытать руны, — продолжил размышлять он, нажимая на дверную ручку. — Если они работают, то…»

На самом деле, на его уровне познания гномской магии он не мог сделать ничего существенного. Он был словно новичок-радиолюбитель, которому в клубе показали, как правильно держать паяльник и продемонстрировали несколько простеньких схем. В то время как мастер-рунолог был подобен опытному инженеру способному создавать сложные микросхемы и микропроцессоры.

Для его целей, то есть как минимум устранение деградации мозга, было недостаточно столь незначительных познаний во вражеском волшебстве. А вот чтобы будущим ученикам продемонстрировать чудеса магии — в самый раз.

Дверь в контору «Мгновенно деньги» отворилась с тихим щелчком. Внутри пахло дешёвым освежителем воздуха, пылью и чем-то ещё — едва уловимым запахом отчаяния, которое обычно ощущается в местах обитания рабов или там, где повышенная концентрация жриц Ллос. Небольшое помещение было разделено на три кабинки из тонких перегородок. За одной из них сидел бородатый мужчина в мятом пиджаке и что-то оживлённо обсуждал по кнопочному телефону. В углу, за столом с компьютером, дремал охранник, похожий на медведя, разбуженного посреди зимы.

Из-за стойки поднялась женщина лет сорока с яркой, почти неестественной улыбкой. Её взгляд, быстрый и оценивающий, скользнул по Кайну, мгновенно считывая его дешёвую одежду и растерянное выражение лица.

— Здравствуйте, молодой человек! — её голос был сладким, словно сироп. — Прошу, присаживайтесь. Чем мы можем вам помочь? Нужны деньги? У нас всё просто, быстро и без лишних вопросов.

Кайн, всё ещё находясь под впечатлением от своего открытия про руны, машинально кивнул и опустился на предложенный стул. Женщина, представившаяся Светланой, скользнула обратно за свой компьютер.

— Итак, Дмитрий, — она уже вбивала данные из его паспорта. — Первый раз у нас? Хотите взять заём? Какую сумму рассматриваете?

— Пятнадцать тысяч рублей, — твёрдо сказал Кайн, стараясь скопировать деловой тон из сериалов. Он решил брать деньги с запасом, чтобы после предоплаты услуг таргетолога у него осталось что-то на мелкие расходы, которые в его случае неизбежны.

— Отлично! — пальцы женщины порхали над клавиатурой. — Пятнадцать тысяч — прекрасная сумма для начала. На какой срок? У нас самые гибкие условия. Можем оформить на тридцать дней.

— Хорошо, — кивнул Кайн. Он уже осознал, что тут деньги дают не просто так, а в качестве займа, который придётся возвращать. Раз так, то он не видел подвоха... По крайней мере, пока.

— Прекрасно! — Светлана улыбнулась ещё шире. — Сейчас рассчитаю для вас график платежей.

Она что-то быстро посчитала на калькуляторе и развернула монитор к Кайну.

— Вот, смотрите. Сумма займа — пятнадцать тысяч рублей. На тридцать дней. Процентная ставка — один процент в день. Это всего лишь триста шестьдесят пять процентов годовых, но так как вы берёте на короткий срок, это не так страшно, правда? — она говорила так, словно предлагала ему конфетку, а не кредит под нереальные и безумные проценты. — Итак, через тридцать дней вам нужно будет вернуть… Девятнадцать с половиной тысяч рублей.

Кайн заморгал. Его разум, привыкший к сложным магическим формулам, мгновенно произвёл расчёт. Четыре с половиной тысячи рублей сверху? За один месяц? А если не вернуть сумму сразу, а сделать это через два месяца, то нужно было вернуть уже двадцать четыре тысячи. Это было… чудовищно. В его мире ростовщиков если и терпели, то презирали, а за подобные проценты могли и на сталагмит посадить.

— ВСЕГО ЛИШЬ ТРИСТА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЯТЬ ПРОЦЕНТОВ ГОДОВЫХ?!! — переспросил он, не веря своим ушам. — ЧЕТЫРЕ С ПОЛОВИНОЙ ТЫСЯЧИ ОДНИХ ТОЛЬКО ПРОЦЕНТОВ С ПЯТНАДЦАТИ ТЫСЯЧ?!! Я не ослышался?

— Ну да, — Светлана не изменилась в лице и даже не моргнула глазом, сохраняя хладнокровие. — Ну что вы паникуете? Это же всего лишь по сто пятьдесят рублей в день! Смешные деньги. Вы их даже не заметите. А главное — деньги вы получаете прямо сейчас, наличными. Никаких справок, никаких ожиданий.

Светлана достала из ящика пачку купюр и игриво помахала ею перед его носом. Запах от денег ударил Кайну в ноздри, а глаза прикипели к банкнотам. Его разум метался между холодной логикой и жгучей необходимостью. Четыре с половиной тысячи переплаты за месяц… Это грабёж, самый натуральный. Но что ему оставалось? Продажа органов провалилась. Заработок в интернете — копеечный. А время утекало сквозь пальцы, как песок в часах. Каждый день его разум слабел.

«Это похоже на ритуал, — подумал он, успокаиваясь. — Только не на ритуал с кровавой жертвой или сложными чарами. Я жертвую в нём свои будущие ресурсы. Я продаю часть своего будущего, чтобы купить шанс на спасение в настоящем. Если у меня не будет денег — не станет учеников. Я не заполучу в свои руки магов. Соответственно, мой разум деградирует, и я останусь ни с чем. В таком случае мне будет плевать на то, какие у меня долги — хоть двадцать тысяч, хоть сто миллионов».

Он вспомнил демонические контракты гномов. Они продавали души за десятилетие могущества. Он же продавал… что? Своё финансовое благополучие? В условиях, когда его ждала неминуемая деградация и смерть, это казалось смехотворно малой платой.

— Я согласен, — тихо сказал Кайн, и в его голосе прозвучала та самая решимость, что вела его на дуэли.

— Вот и славно! — Светлана сияла. — Сейчас быстро оформим. Вот здесь распишитесь… и здесь… и здесь. — Она подсовывала ему один бланк за другим, её палец тыкал в поля для подписи. Текст был написан мелким шрифтом, и у Кайна не было ни времени, ни желания его читать. Он подписывал договор, чувствуя себя демонологом, ставящим свою печать на договор с демоном.

— И последний штрих, — Светлана достала какой-то небольшой прибор. — Для безопасности. Нужна фотография.

Она щёлкнула его на фоне какой-то зелёной ткани, и через минуту протянула ему пачку денег.

— Всё! Ваши пятнадцать тысяч. Поздравляю! И помните, — её улыбка вдруг стала немного жёстче, — возвращать лучше вовремя. Просрочки у нас караются… штрафами. Очень неприятными штрафами.

Кайн, не глядя, сунул деньги в карман и вышел на улицу. Солнце слепило глаза. Он стоял на тротуаре, сжимая в кармане пачку купюр. Он сделал это. У него были деньги на начало работы с таргетологом, но не на саму рекламу. Она наверняка будет стоить других средств, а каких, предстояло узнать у специалиста.

Вместо радости, которую он должен был испытать, он чувствовал горечь, словно от полыни. Он только что добровольно вошёл в кабалу, условия которой смутно понимал. Он продал своё будущее ради настоящего.

«Ничего, — мысленно прошептал он, глядя на проезжающие мимо автомобили. — Это лишь временная мера. Когда я найду мага среди людей, когда я верну себе силу… эти долги покажутся мне детской забавой. Я смогу заработать в десятки раз больше».

Он вспомнил о рунах. О гномьей магии, не требующей маны. Это была новая надежда, забрезжившая в конце туннеля. Но для экспериментов с рунами тоже нужны были ресурсы. Инструменты, материалы, место.

Пятнадцать тысяч в кармане горели, словно раскалённые угли. Они были одновременно и спасением, и проклятием.

«Сначала — реклама, — твёрдо решил он, направляясь к ближайшей остановке. — Потом — ученики. Затем — магия. В таком порядке».

Добравшись до дома, он перевёл обещанные десять тысяч «Таргет_демиургу» и отправил ему скриншот квитанции.

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Принято. Вот ссылка для пополнения рекламного счёта. Там вам придётся сверху доплатить двадцать четыре процента налога. После того, как авансовый лимит будет исчерпан, тридцать процентов от суммы рекламного бюджета мне на карту. Пока ваш бюджетный лимит, с которым я буду работать — тридцать тысяч. Как только увижу деньги — запущу тестовую кампанию. Для начала хватит десяти тысяч. Готовьтесь к звонкам. И держите под рукой успокоительное. Ваши «искатели» бывают… настойчивыми и неуравновешенными».

— ЧЕГО?!! — завопил Кайн в пустоту комнаты и схватился за волосы. — КАКОГО ДЕМОНА?! ОПЯТЬ ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ?!! Ты издеваешься?

На самом деле выходило больше — двенадцать тысяч четыреста рублей с учётом налогов.

У Кайна глаза начали наливаться кровью. У него осталось на руках всего пять тысяч, а нужно было снова где-то найти ещё почти восемь. И это он даже не дошёл до этапа аренды помещения.

— Ллос тебя покарай! Где мне опять искать эти мерзкие фантики?!

Глава 7

Кайн немного успокоился, после чего принялся мысленно штурмовать имеющуюся проблему.

Итак, он недавно выяснил, что в этом мире имеются и распространены ростовщики с кабальными условиями. И раз они готовы давать деньги, то стоит этим воспользоваться. Плевать на проценты. Завтра для него может не наступить.

Он начал искать информацию по кредитам в интернете. Стоило ему начать это делать, как вскоре ему на телефон пришло текстовое сообщение.

Национальный Единый Банк (Наебанк) рад предложить вам выгодные условия по кредитованию.

Кредит на любые цели до 500 000 рублей.

Приходите в любое отделение Наебанка, и мы вас как следует обслужим…

«Кредит? — с удивлением смотрел каин на экран смартфона. — Его предлагают взять мне? Но почему так вовремя? Это произошло в тот момент, когда я начал искать в интернете информацию по кредитам. Совпадение? Не думаю».

Связь между поиском информации и рекламой на телефоне была настолько явной, что только прежний Димасик не догадался бы о том, что его запросы каким-то образом подсматривают. А между тем, кто подглядывает и между ростовщиками есть прямая связь.

Кайн сделал себе в голове зарубку быть осторожнее со своими запросами в информационной сети. Но именно такое предложение, какое ему поступило, играло ему на руку.

Он тут же нашёл на онлайн-карте ближайшее отделение Наебанка. Оно находилась в пешей доступности от его дома. Затем собрался и отправился к ростовщикам.

Чистое, красивое и светлое помещение с обилием плитки под мрамор, оставляло приятное впечатление. Чего тёмный эльф не мог сказать о симпатичных девушках в зелёной униформе в зоне обслуживания.

У дроу от такого зрелища пытался начаться нервный тик. На месте этих девиц он представлял жриц Ллос, отчего ему становилось дурно.

«Опять женщины? Б-р… — передёрнул он плечами. — Хотя бы одного мужика посадили. Мне с этими… Этими…»

Ему даже мысленно было сложно подобрать слова по отношению к человеческим девушкам. Он хоть и понимал, что они ни разу не жрицы богини-паучихи и даже не психованные жестокие твари. Более того — это вовсе не дроу, а люди. И всё равно двухсотлетняя привычка опасаться девушек никуда за несколько дней не делась.

Собравшись с духом, он подошёл к одной из свободных специалистов. Его встретила искусственной улыбкой узкоглазая и черноволосая дама лет сорока с широкими скулами.

— Добрый день, — дежурно начала она. — Чем могу вам помочь?

— Мне от вашего Наебанка пришло сообщение с предложением кредита, — показал он ей экран смартфона с сообщением. — Я хочу им воспользоваться и взять кредит.

— Угу, — кивнула женщина. — Присаживайтесь. Ваш паспорт.

Он сел на стул для посетителей и молча протянул ей паспорт. Взяв его, она на некоторое время погрузилась в печать текста и внимательное разглядывание монитора.

— Простите, но вам кредит не одобрили, — вернула она ему паспорт.

— Э-э-э… А-э… — Кайн всерьёз оказался ошарашен и не мог найти слов для выражения своего негодования в смеси с недоумением. Когда же он собрался, то сказал: — Но как же так? Мне же пришло от вас сообщение! Зачем тогда его было отправлять?

— Это автоматическая рассылка, — натянуто улыбалась операционист. — Многим приходят такие сообщения, но не всем кредиты одобряют. У вас ещё будут какие-то вопросы ко мне?

— Да! — внутри дроу нарастало раздражение. Его бесило то, что пришлось потратить на бесполезную ерунду драгоценное время, которого у него было совсем мало. — Почему мне не одобрили кредит?

— Нам об этом не сообщают, — слегка развела руками в стороны собеседница. — Я ещё могу вам чем-то помочь?

— Да, — решил он не останавливаться. — Мне срочно нужны деньги. Вы мне можете их дать?

— Хм… — на несколько мгновенье задумалась женщина. — Могу предложить вам кредитную карту.

— Давайте, — Кайн был приятно удивлён тем, что его повторная просьба сработала. — А почему вы раньше сказали, что мне кредит не одобрили?

— Это другой продукт, — отозвалась брюнетка, снова беря его паспорт и печатая. Вскоре она отложила паспорт и немного спустя сказала: — Вы работаете?

«Работаю ли я? — задался тем же вопросом Кайн. — Определённо, нет. Судя по всему, я считаюсь неполноценным членом человеческого общества и меня до работы не допускают».

— А зачем вам это? — вслух спросил он.

— Наш банк интересуют ваши источники дохода.

В это время он, скрывая экран смартфона от женщины, вбил в поиск вопрос:

Какой источник дохода у человека с синдромом Дауна?

Получив ответ в интернете, он сказал:

— У меня пенсия по инвалидности.

— Угу, — у женщины запорхали пальцы над клавиатурой. — Отлично, Дмитрий Анатольевич. Вам одобрена кредитная карта с лимитом сто пятьдесят тысяч рублей. Делаем?

— Конечно, делаем! — обрадовался дроу. Для него это было как подарок судьбы.

Ему подсунули на подпись договор, который он внимательно прочитал.

«А этот Наебанк оказался не так уж и плох, если сравнивать его с Много деньги, — подумал он. — Тут за пользование деньгами нужно платить всего пятьдесят процентов годовых. Ну, ещё восемь процентов за использование наличных, за исключением покупок в магазинах. В общем, пятьдесят восемь процентов. Жаль, что сумма небольшая. Но ста пятидесяти тысяч мне на первое время должно хватить».

Отделение Наебанка он покинул с чёрной пластиковой картой в кармане. Она внушала ему ощущение надёжности сегодняшнего дня. Это значило, что вскоре будет запущена реклама.

Придя домой, он с кредитки пополнил рекламный счёт сразу на тридцать тысяч. Это ему обошлось почти в сорок тысяч без четырёх сотен. Двадцать два процента с него содрали за налог добавленной стоимости, ещё два процента за налог на рекламу. Восемь процентов с него содрал Наебанк за перевод средств на рекламный счёт.

— Кругом поборы! — недовольно сжал губы Кайн. — А ведь я ещё даже индивидуального предпринимателя не оформил и помещение не арендовал…

Вскоре мессенджер звякнул, сообщая о новом письме:

Таргет_демиург: Оке! Деньги увидел. Запускаю рекламу.

Кайн с облегчением выдохнул, а на его губах заиграла счастливая улыбка. Наконец, ему удалось преодолеть первый этап на сложном пути к сохранению самого себя. А то он уже начинал переживать за то, что ничего не получится и ему грозит снова стать прежним Димасиком.

Сразу же после запуска рекламы он перешёл ко второму этапу — поиску помещения. Поскольку ему требовался офис с доступом к нему людей, искал он коммерческую недвижимость.

По логике дроу, в дальние пещеры сложно попасть. Если бы торговец разместил лавку там, то туда дошло бы мало покупателей. И это даже с условием, что он бы себя активно рекламировал.

Во-первых, стоит помнить, что все разумные существа ленивые. И не важно, дроу это или люди. В этом они похожи, поскольку это природный защитный механизм, который позволяет экономить энергию. А это значит, что многим попросту будет лень ехать в место, расположенное далеко.

Во-вторых, есть ещё одна причина не ехать в ебеня. За людей Кайн сказать не мог, но любой тёмный эльф заподозрил бы ловушку. Сомнительное предложение, ещё и заманивают хрен знает куда. Вдруг хотят ограбить или обмануть? Если задуматься над тем, что у людей вокруг невероятное количество мошенников, то они должны быть настороженными. В общем, можно потерять часть из привлечённых клиентов в случае неграмотной аренды офиса.

В-третьих, неудобство транспортной доступности может остановить многих от визита в его «секту». Если до места долго добираться, а общественный транспорт туда ходит плохо, то это может отпугивать. У кого-то из-за дальней дороги не будет времени на занятия. Кто-то может быть слишком усталым, чтобы добираться до него.

Проще говоря, ему требовался офис ближе к центру. И желательно, чтобы это было большое помещение с мебелью. Вот только второе казалось нереальным, поскольку вся коммерческая недвижимость сдавалась без мебели. Первое тоже проблематично.

Чем ближе к центру, тем выше стоимость аренды. Лимита кредитки попросту не хватит на оплату даже месячной аренды нормального офиса в центральном районе. Поэтому он стал рассматривать варианты в соседних районах.

Цена при удалении от центра падала, но несущественно. В основном его бюджета хватало на аренду склада или переделанного под него гаража. Не лучший вариант для выбранного им формата занятий.

Небольшие офисы, особенно с отдельным входом с улицы, выглядели привлекательно. Но обычно это были либо слишком маленькие помещения, либо слишком дорогие.

А ведь ещё следовало иметь в виду необходимость покупки мебели — в его случае множества стульев. А ещё осталась регистрация в налоговой в качестве предпринимателя. Поэтому всю сумму тратить на аренду было нельзя. В крайнем случае, рассчитывать стоило на половину оставшегося бюджета.

В итоге он нашёл помещение, которое полностью ему подходило. Просторный зал на пятьдесят семь квадратных метров, расположенный в современном торговом центре недалеко от центра города. Хороший ремонт, расположение прямо возле остановки автобуса и троллейбуса «Памятник Североморцам». Огромная парковка для автомобилей перед зданием. И всё это удовольствие всего за сорок шесть тысяч рублей.

Кайн тут же предварительно договорился об осмотре и рванул в этот торговый центр.

В итоге ему удалось договориться об аренде этого помещения через неделю. Он внёс задаток. А договор они должны были заключить позже — когда он сделает себе юридическое лицо. Он как раз собирался уложиться в эту самую неделю. Раньше потока кандидатов в маги он не ожидал.

Триумф от получения кредитки длился ровно до того момента, как Кайн открыл сайт Федеральной налоговой службы. Перед ним предстал не портал госуслуг, а настоящий лабиринт Мензоберранзана, сотканный из непонятных аббревиатур, ссылок, ведущих в никуда, и форм, требующих жертвоприношения в виде цифровых подписей и сканов документов.

«Великая Ллос! — мысленно взмолился Кайн, уставившись на список «кодов ОКВЭД». — Эти люди победили раннюю смертность и покорили электричество, но их ритуал легализации бизнеса требует больше жертв, чем призыв демона!»

Его план был прост и гениален: зарегистрироваться как Индивидуальный Предприниматель (ИП), выбрать «упрощёнку» и спокойно принимать платежи. Реальность же оказалась сложнее гномьих рун.

Первым испытанием стали коды ОКВЭД. Кайн искал что-то подходящее для обучения «внутренней энергии» и «онтологии сущего». Вот только налоговая не старалась сделать жизнь магов легче.

«Деятельность в области здравоохранения»? Нет, его методы явно не одобрил бы местный аналог Жриц Ллос. Да и для неё требовалось лицензирование, которое он бы никогда не прошёл.

«Деятельность религиозных организаций»? Слишком подозрительно и сложно. Это как бы жирный намёк на то, что он создал секту. Словно на центральной улице вывесить плакат с надписью: «СЕКТА С ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯМИ». Долго ли он не будет привлекать внимание властей с таким подходом? Весьма сомнительно, что ему хватит времени войти в силу.

«Консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления»? Уже теплее, но всё ещё не то.

В итоге он остановился на расплывчатом «Деятельность в области дополнительного образования», мысленно добавив: «…для тех, кто мечтает метать файерболы».

«Идеально, — с удовлетворением подумал он. — Ничего не обещаю, но намёки понятны. Прямо как в интригах при дворе Матроны-матушки».

Следующим шагом стала подача заявления. Но для этого требовалась некая «усиленная квалифицированная электронная подпись» (УКЭП).

«Подпись… электронная… и ещё усиленная? — Кайн с подозрением смотрел на описание. — Это что, магический артефакт, который накладывает на душу печать верности налоговому сборщику?»

Выяснилось, что получить этот «артефакт» можно только в специальных «уполномоченных центрах». Один из них находился в полутора часах езды на общественном транспорте.

Путешествие стало для Кайна новым уровнем ада. Он сидел в углу трамвайного вагона, сжимая в потной ладони распечатанную инструкцию, и чувствовал себя шпионом-дроу на вражеской территории. Каждый взгляд попутчиков казался ему взглядом стражника Жрицы.

В «центре» его встретила уставшая немолодая женщина, лицо которой казалось пропитанным эликсиром вечной бюрократии.

— Документы, — сухо выдала она, словно требуя пароль у входа в подземелье.

Кайн молча протянул паспорт.

Женщина несколько минут с выражением глубокого скепсиса изучала документ, затем погрузилась в компьютерную базу, после чего перевела взгляд на Кайна.

— А где опекун? — спросила она. — Вы же ку-ку… — она многозначительно постучала пальцем по своему виску.

Кайна будто окатили ледяной водой подземной реки. Он забыл о самом главном! Его статус «неполноценного» был официально закреплён. В банке для взятия кредита отчего-то это не играло никакой роли. Но в клинике уже другой разговор. В налоговой это тоже начало играть против него.

«Спокойно, Кайн, — прошептал он про себя. — Любая жрица проверяет твою слабость. Прояви слабину — и ты проиграл».

— Я полностью дееспособен, — заявил Кайн, стараясь говорить максимально «по-человечески» и прямо.

— Для УКЭП ваших слов мало, — каменное лицо бюрократа не дрогнуло. — Нужен опекун или нотариально заверенное заявление. Следующий!

Кайн вышел из центра, чувствуя себя так, будто он только что проиграл дуэль, даже не успев обнажить меч. Его великий план трещал по швам.

Интернет снова пришёл ему на помощь. Вскоре он добрался до нотариальной конторы.

Нотариус, пожилая дама с орлиным взглядом и строгой причёской, показалась Кайну Верховной Жрицей какого-то особого, канцелярского культа. Её кабинет словно являлся святилищем, а печать — жезлом власти.

— Вы хотите подтвердить свою дееспособность для регистрации ИП? — уточнила она, просматривая его документы. — При этом у вас диагностирован синдром Дауна... Хм. Нестандартно.

Кайн сидел, стараясь не дышать, и мысленно повторял заклинание защиты, которое могло бы помочь от ударов плетей. И пусть чары не работали, но это помогало ему почувствовать уверенность в себе. Он ожидал чего угодно — от насмешки до вызова стражей порядка. Но нотариус, к его удивлению, лишь тяжело вздохнула.

— Молодой человек, вы понимаете, что берёте на себя финансовую ответственность? Налоги, штрафы… Это вам не в игрушки играть.

— Я всё понимаю, — твёрдо сказал Кайн, глядя ей в глаза. В его голосе звучала не раболепная почтительность мужчины-дроу, а холодная сталь решимости мага. — И я готов нести ответственность.

Нотариус посмотрела на него с нескрываемым любопытством, затем медленно кивнула.

— Что ж… Ваше право. Мне понадобиться заключение психиатра о вашей дееспособности. Для этого вам нужно пройти комиссию в психдиспансере...

Прохождение психиатрической комиссии затянулось на целых три дня. Кайн настолько сильно вымотался, словно прошёл через ментальные пытки дюжины иллитидов. И всё же на четвёртый день он держал в руках заветный документ — нотариальное заверение его дееспособности. Но это был всего лишь пропуск через первые врата лабиринта.

С новым «артефактом» он снова отправился в уполномоченный центр. На этот раз каменнолицая женщина, получив заверенную бумагу, лишь цыкнула, но выдала ему флешку с той самой УКЭП.

Вернувшись домой, Кайн, словно заправский ритуалист, приступил к финальному ритуалу — подаче заявления на сайте ФНС. Он водил курсором, словно магическим жезлом, вбивал данные, сверялся с инструкциями, найденными на форумах. Это было похоже на составление сложного заклинания, где одна ошибка в руне могла привести к магическому обратному удару.

Наконец, он нажал кнопку «Отправить». Экран выдал сообщение: «Заявление принято. Решение будет направлено в течение трёх рабочих дней».

Он откинулся на спинку стула, чувствуя невероятную усталость. Он не сражался с гномскими берсеркерами и не пробирался через паучьи туннели, но эта битва с системой потребовала от него не меньше сил и хитрости.

Через два дня на его электронную почту пришло письмо. Сердце ёкнуло. Он боялся увидеть отказ.

«Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Ваша заявка на государственную регистрацию в качестве Индивидуального Предпринимателя одобрена».

Кайн не сдержался и издал победный клич, больше похожий на карканье ворона. Он сделал это! Он, тёмный эльф в теле Димасика, прошёл все круги человеческой бюрократии и стал полноправным хозяйствующим субъектом!

Глава 8

Вскоре Кайну на телефон стал поступать шквал звонков. Вначале он подумал, что это начала работать реклама. Но вместо этого ему звонили разные банки с предложениями открыть у них счёт для ИП. Эти люди были такими наглыми и навязчивыми, что им вместо положительного ответа хотелось плюнуть в лицо, а лучше вызвать на дуэль и выпустить кишки.

Звонков было настолько много, что телефон разрядился и сел.

По возвращении домой Кайн поставил телефон на зарядку и решил написать рекламному агенту, о котором недавно вспомнил в результате спам-атаки.

ДД200: Привет. Где обещанный тобой шквал звонков от клиентов? За всё время ни одного звонка! Как вообще проходит трата моих денег на рекламу? Почему она совсем не работает? За что я плачу?

Таргет_демиург: Йоу! Сорри, бро. Понимаешь, я тут с семьёй уехал на Бали. Думал оттуда работать. Ну и взял с собой ноутбук. А тут с погодой сильно не повезло — мы попали под тропический ливень, как только прилетели. Ноут залило и он сдох. Прости, из-за этого я не сумел запустить твою рекламу. Через два дня вернусь, и первым же делом запущу! Оке?

Кайн был зол, но постарался написать как можно сдержанней.

ДД200: Ты мог бы меня предупредить об этом. У меня деньги капают. Арендовано недешёвое помещение. А людей как не было, так и нет. Не затягивай с запуском рекламы.

Таргет_демиург: Йоу, бро, как только вернусь с Бали, так сразу же займусь твоим проектом.

Кайн порадовался, что сразу не стал арендовать офис. Иначе потерял бы на этом неделю, что равно потере денег. Впрочем, он не мог этого сделать из-за отсутствия статуса юридического лица. Теперь же он стал ИП, но ему ещё следовало завести кассу и специальный счёт в банке.

Матери он опасался говорить о своём новом статусе. Её реакцию ему сложно было просчитать, впрочем, как и любого другого человека.

Память Димасика подсказывала, что мама его любила и прощала ему многое. Но разве можно полагаться на воспоминания человека, которые по своей структуре напоминают изъеденную проходами гору-город? Вдруг она прощала отпрыску лишь мелочи наподобие разбитой тарелки, но стоит ей узнать о том, что её сыночка набрал кредитов, прошёл комиссию на вменяемость и зарегистрировался как индивидуальный предприниматель… И вдруг на этот раз она разобьёт ему голову? Она же женщина, плоть от плоти Ллос, коварное и жестокое существо.

За два дня, пока рекламщик отдыхал на Бали, Кайн успел оформить коммерческий банковский счёт и заключить договор на онлайн-кассу.

После этого его мучения не закончились. Наконец, он дошёл до заключения договора на аренду офиса в торговом центре.

Деньги таяли на кредитке на глазах. Ему нужно было купить мебель, как минимум стулья. Но вот беда — один новый офисный стул стоит целых шесть тысяч рублей! И это не какое-то там супер-пупер компьютерное кресло с эргономичной спинкой. Это обычный стальной стул с мягкими сидушкой и спинкой. Минимум комфорта за максимум цены — так его можно охарактеризовать.

Естественно, такой вариант Кайна никак не устраивал. После всех трат у него осталась всего пятьдесят одна тысяча. Пошлины для налоговой, оплата справки психиатра, нотариус, проезд — всё это стоило вроде бы недорого, но в совокупности составило приличную сумму.

На оставшиеся средства он мог купить всего восемь новых стульев. А он собирался набирать в начальную группу от двадцати до тридцати человек. Больше тридцати слушателей оратору сложно контролировать. Меньше двадцати — низкая окупаемость, если не нулевая. Ведь за первый этап он собирался брать всего пять тысяч рублей. А вот второй этап уже должен стоить прилично и приносить солидный доход. Но не деньги на первом месте. Он же создавал этот «кружок» для обучения людей магии, чтобы они в свою очередь помогли ему с собственным исцелением.

В итоге он обратил внимание на рынок подержанных товаров. Приложение Хламито выдало ему множество объявлений по продаже подержанной офисной мебели. Судя по количеству предложений, много предпринимателей терпят крах, после чего распродают своё имущество намного дешевле закупочной цены, чтобы хоть как-то покрыть убытки.

На Хламито те же самые стулья, которые продавались в магазине по шесть тысяч, можно было купить по цене от тысячи до полутора. Естественно, Кайн обеими руками и ногами ухватился за объявления, в которых много стульев продавали за минимальные деньги.

В одном офисе он выкупил их два десятка. В другом ещё полтора десятка. На всё он потратил тридцать восемь тысяч. А всё из-за необходимости доставить столь габаритный груз.

Когда он в первый раз во время покупки высказал вслух недоумение по поводу того, как всё это довезти до своего офиса — ему продавец посоветовал воспользоваться услугами грузового такси. Так что во второй раз он знал, как действовать. Но грузовое такси стоило недёшево, оттуда дополнительные три тысячи к стоимости покупок.

***

Прошли десять дней в новой жизни с пробуждённой памятью дроу. Вроде бы небольшой срок, но за него было многое сделано. Кайн стал предпринимателем, обзавёлся офисом и готовился начать первый набор учеников.

А ещё он провёл ментальные упражнения, и выяснил, что его мозг за это время успел деградировать на целых два процента! Очень быстро. Крайне пугающая статистика, которая подстёгивала его на решительные действия.

Даже эти два процента сказались на нём не лучшим образом. Это как проснуться не выспавшимся. Вроде бы ты тот же самый человек, но голова соображает немного хуже. Только в случае сна можно всё наверстать, восстановив режим. А в случае деградации мозгов из-за генетической болезни ничего сделать нельзя. Это порождает отчаяние в смеси с бессильной злобой. Хочется на кого-нибудь накричать, но понимаешь, что никто в этом не виноват и не стоит ни на ком срываться.

Вызов демона ему больше не казался чем-то плохим. Пожертвовать несколькими человеческими душами ради своего благополучия? Это ерунда. Его останавливало иное. Демоны — опасны по своей сути. Призывать их без магической защиты опасней втройне. А у них для первых призывов, без каких-либо магов, защиты не будет.

Создать ритуал призыва с помощью рун в целом возможно, тем более именно так демонов призывали гномы. И эти ритуалы Кайн знал. А вот создать с их помощью нормальную защиту по силам лишь мастеру рун, которым он никогда не был. Будь у него магические способности, он бы возвёл щиты из школы дроу. Но если бы сила у него была, то зачем бы тогда ему заниматься подобным непотребством?

«Что, если не демоны? Какие альтернативы? — мучительно думал он. Потеря двух процентов эффективности мышления и перспективы в скором времени потерять намного больше, заставляли его склоняться к большему риску и искать иные пути дать ученикам магические силы. — Духи? Я о работе с ними слышал лишь краем уха, и как с ними работать не знаю. Боги? Это ещё более опасно и намного более зыбко, чем демоны».

Богам можно молиться годами и десятилетиями, и не получить от них ответа. Они могут быть ложными, то есть не существовать в этом мире вовсе. Могут быть ленивыми, и не вмешиваться в дела паствы. Могут оказаться духовными паразитами, которое только и способны сосать энергию высших сфер, но при этом неспособны влиять на реальность. И что самое жуткое — могут оказаться реальными, но ещё более жестокими, чем демоны.

В общем, путь жреца, который намолит у боженьки выздоровление и волшебную силушку — это настолько же эффективно, как просто лежать на диване перед телеком и ждать, что всё само собой рассосётся. Вроде как шансы на это есть, но они настолько же ничтожные, как на получение тринадцатой зарплаты, не будучи трудоустроенным. Тринадцатая зарплата в принципе большинством людей считается чем-то мифическим: многие о ней слышали, но мало кто видел, а если кто-то и видел, то веры ему никакой. А если не работать — увидеть её вообще фантастика.

Утром, стоило матери уйти на работу, как телефон Кайна начал разрываться от звонков. Ему звонили разные неадекваты, которые хотели стать волшебниками. Половина из них отваливались на этапе оглашения цены за курсы обучения. Многие из них возмущались тому, что он меркантильная сволочь, которая не хочет учить чудесам бесплатно… Как один чувак в древности этого мира. Что это был за маг, Кайн хотел выяснить. Ведь тот парень умел ходить по воде и трансмутировать воду в вино. Но ему было не до этого.

Ещё четверть звонили просто поиздеваться и поприкалываться. Некоторые из них заявляли, что это мошенничество и пытались пристыдить Кайна. Ну, успехов им. Двухсотлетний дроу, который чего-то будет стыдиться? Покажите хотя бы одного такого!

Впрочем, Кайн не зарекался. За свою долгую по человеческим меркам жизнь он ни разу не возлежал с женщиной.

Это у людей с половым вопросом всё просто. Сильно хочешь ласки, но не желаешь вступать в отношения? Сфера услуг готова удовлетворить любые твои прихоти. Жрицы любви за деньги сделают что угодно.

У тёмных эльфов даже страшно представить, чтобы девушка занималась чем-то подобным, как продажа своего тела. Зачем? Если она захочет спаривания, то выберет одного из лучших дуэлянтов, а то и парочку, тройку, пятёрку… кто на что горазд… И устроит себе жаркий отдых. При этом у неё может быть свой гарем, который и слова против подобного поведения своей госпожи сказать не посмеет.

Кайн даже был рад и отчасти гордился тем, что не попал в число лучших дуэлянтов, среди которых жрицы выбирают себе любовников и мужей. Он был странным по меркам дроу — не хотел становиться куколдом. Вместо этого он желал того, что у дроу считается извращением — стать единственным мужчиной у женщины или... сам завести себе гарем. Но всё это, конечно же, в своих самых сокровенных мечтах, которыми он не стал бы ни с кем делиться даже под пытками.

Часть из звонящих оказались конечными психами, с которыми даже дроу не желал связываться. От разговоров с ними у Кайна болела голова.

В итоге на курсы записывался всего один человек из десяти.

За день набралась группа из тридцати пяти человек. После этого дроу тут же отписался рекламщику с просьбой приостановить рекламу. А то он опасался, что у него не хватит стульев для учеников и ораторских способностей, чтобы удержать внимание большой аудитории.

Для работы с большим количеством разумных оратору требуются помощники. Они должны находиться в толпе под видом обычных слушателей или иметь официальный статус младших помощников. Этакие провокаторы, которые будут следить за реакцией зрителей и направлять её в нужное русло.

Поскольку помощников у него не было, как и денег на большее количество стульев, Кайн принял волевое решение не распылять свои силы и сконцентрироваться на качестве, а не количестве.

В процессе переписки с таргетологом выяснилось, что на рекламу было потрачено всего девять тысяч из тридцатитысячного бюджета. Немного, если задуматься. На подобный результат Кайн не рассчитывал.

Всех, кто звонил, он приглашал на первую лекцию на вечер ближайшей пятницы, то есть через два дня.

Двое суток он отвёл себе на подготовку реквизита. Ведь он был настолько загружен беготнёй по городу, что не успел заняться демонстрационными рунными амулетами. А ведь до их создания в условиях лишения магических сил нужно раздобыть кое-что специфическое. Первое — это животные для жертвоприношения, чтобы активировать руны их жизненной силой. Второе — материалы под амулеты. Для этого нужны камни и разные металлы.

Кайн не знал, сгодится ли для амулетов древесина. Ведь в пещерах её встретить было нереально сложно. Она там попадалась в виде древних предметов искусства или украшений. Все амулеты были или каменными, или металлическими, или плетёнными из нитей со вставками рунных камешков и покрытых рунами стальных пластинок.

Ни с камнями, ни с металлами проблем не возникло. Сила интернета снова показала себя во всей красе, подсказав, где и что можно найти в Волгограде.

Камней было полно на улице. А если требовалось что-то специфическое, это можно было купить в фирме, которая занималась… поставкой камней! И такие встречались. Люди чем только не торговали.

С металлами ещё проще. Вся современная человеческая цивилизация построена на обширном использовании металлов. Их у людей настолько много, что они даже выбрасывают стальные изделия. Но среди людей имеются маргиналы и просто небогатые люди, которые готовы заработать на этом. Они собирают выброшенные металлические изделия и сдают их в специальные пункты по приёму металлолома. И эти пункты имеются во всех районах города.

Ближайшая металлоприёмка располагалась неподалеку — десять минут неспешной ходьбы. В интернете говорили, что туда можно прийти не только для того, чтобы продавать, но и за покупкой. За цену намного выше приёмной сотрудники продадут что угодно, ибо для них это выгодно.

Кайн добрался до пункта приёма металлолома и попросил у его сотрудника разрешения полазить по горам хлама. Ему такое разрешение дали без раздумий.

В итоге парень набрал множество стальных изделий, а также медных, алюминиевых и бронзовых. Насчёт алюминия он не был уверен, поскольку этот металл был ему незнаком. Но почему бы не попробовать?

Все эти покупки обошлись ему всего в тысячу рублей, что он счёл дешёвым.

Камни же он набрал в куче щебня, которая располагалась на верху их жилого комплекса. Щебень привезли строители для отсыпки дороги. Это был добротный известняк, с которым удобно работать, в отличие от других камней. В известняке хотя бы можно без сильного напряжения вырезать руны. Пакет камней обошёлся ему бесплатно.

А вот где взять животных для жертвоприношений? А главное — где эти самые ритуалы проводить? Ведь он не замечал, чтобы горожане убивали животных. Вот вообще ни разу.

Любой городской житель мог пойти в магазин и купить готовое мясо. Это означало, что где-то животных всё же убивали, чтобы они попадали на прилавки. Но убивать их на улицах или в домах не было принято. Как минимум в городской черте.

Кайн опасался того, что если неправильно выберет место, то может заслужить наказание. Чтобы развеять или подтвердить своим сомнения он снова обратился к силе интернета, перед которой испытывал благоговейный трепет.

Что ж, коллективный сетевой разум подтвердил его опасения. Убивать животных в городе считается неприемлемым, но… Это прощается людям, которые придерживаются определённого религиозного течения. Но они режут лишь баранов. Это хоть и вызывает народное осуждение, но законом не карается. А вот стоит обычному человеку иной религии прилюдно убить какое-то другое животное или того же барана, как он почти наверняка получит наказание за жестокое обращение с животными.

Логики в этом Кайн не видел. Какое вообще жестокое обращение с едой? О чём пишут эти люди? Если побить мясо перед обжаркой, то это рецепт отбивной, который нахваливают. Если побить это же мясо, но в живом виде, то это жестокое обращение с животными.

Но, несмотря на то, что он не понимал этого, закон есть закон. Он сомневался в том, что ему получится удачно изобразить представителя религии, которой прощается прилюдное убийство животных. В первую очередь для этого он не вышел внешностью. Бороду отращивать долго, как и изучать религиозные нюансы.

Следовательно, нужно было найти безлюдное место, в котором его никто не увидит. Нет свидетелей — не будет и наказания.

С местом можно было что-то придумать. В городской черте хватало пустырей, пустынных из-за труднодоступности участков на берегу реки Волги. В крайнем случае, можно арендовать гараж.

А что делать с животными?

Ответ на этот вопрос быстро нашёлся в полюбившейся Кайном сети. Он отправился на птичий рынок. И там его настигло жестокое разочарование. По будням там животных не продавали. Их привозили лишь в выходные, а их наступления ещё долго ждать. При этом до первого занятия осталось всего ничего.

После этого он снова воспользовался Хламито. И этот сайт оказался кладезем всего, что можно продать или купить. Он предложил ему домашних птиц по разной цене.

Животные стоили слишком дорого: чем крупнее, тем дороже. Кайну по бюджету подходили лишь куры. Их продавали от трёхсот до шестисот пятидесяти рублей. Это вполне укладывалось в его финансовые возможности.

В итоге он остановился на аренде гаража в одном из ближайших гаражных кооперативов. Он специально выбрал гараж подальше от сторожки, чтобы не привлекать к себе внимания.

Затем он купил десяток живых кур — самых дешёвых, поскольку его не волновала их порода, количество яиц, которые те несли и прочее. Их жизни — вот что ему было важно.

А дальше оставалось лишь покрыть рунами камни и кусочки металла, после чего в гараже устроить аналог бойни в миниатюре. Естественно, всё это под гномские песнопения на исчерченном геометрическими узорами полу.

Если бы кто-то в этот момент оказался в гараже, он бы подумал, что тут происходит обряд сатанизма. Но благо, что в запертые ворота заглядывать было некому. А если бы свидетелями этого абсурда стали тёмные эльфы, они бы всю жизнь ржали бы над ним.

После настал самый сложный этап — убрать за собой следы. Ощипать и распотрошить кур. Снова убрать за собой.

— Хм… — задумчиво разглядывал результаты своего колдовства Кайн. — И куда мне девать такое количество мяса? Выкидывать жалко, а тащить домой… Как я объясню матушке внезапное появление горы мяса у нас дома?!

Глава 9

Когда мать пришла домой и добралась до холодильника, она впала в ступор. Держась за распахнутую дверцу белого друга для хранения продуктов, она с изумлением широко распахнутыми глазами смотрела внутрь.

— Ди-и-имочка… — дрогнувшим голосом протянула она.

Кайн оторвался от разглядывания камешков с рунами. Он пытался понять, сработают чары или нет? Нужно было провести испытания, но… Почти все амулеты, за исключением одного, получились одноразовыми и с простейшими эффектами. Терять один из десяти было жалко.

Впрочем, нужно было быть уверенным в том, что магия в этих амулетах работает. Если это так, то ему будет что продемонстрировать ученикам. На что-то более серьёзное эти детские поделки не годились.

И да, у гномов подобную ерунду делали разве что детки рунологов в качестве тренировки. Лет этак в шесть-семь. Отчего Кайну было обидно. Он опустился до уровня гномьих малолеток.

С другой стороны, это был огромный шаг вперёд для того, кто волшебством совсем не владеет.

Панический возглас матери заставил его отложить камень в сторону и подняться.

Он тяжело вздохнул, понимая, что сейчас ему предстоит тяжёлый разговор. Конечно же, он заранее подготовил ложь. Ведь нет ничего хуже, чем сочинять враньё на ходу. В этом случае можно легко запутаться. Если уж врать, то по заранее подготовленной легенде с полной уверенностью в своей правоте. А ещё лучше самого себя убедить в том, что говоришь правду, чтобы не выдать враньё движениями ауры и ментальными волнами. В таком случае можно обмануть даже жрицу. Не одну из верховных, но на ком-то уровня младших жриц это почти наверняка сработает.

Стоило ему появиться на кухне, как взгляд матери медленно переместился от нутра холодильника на него.

— Димочка, откуда у нас в холодильнике столько мяса?! — в её голосе слышалось волнение.

— Пока тебя не было, — невозмутимо начал он, — приходили люди из благотворительного фонда. Они передали нам это мясо. Я не стал им отказывать.

— Что за благотворительный фонд? — настороженная женщина захлопнула дверцу холодильника.

В следующее мгновение она поспешила к шкафу в комнате и принялась там рыться. Откопав заначку, она дрожащими руками пересчитала деньги.

— Все десять тысяч на месте, — с облегчением выдохнула она.

После этого она вернула деньги на место и принялась осматривать комнату.

— Странно, — закрыла она шкаф. — Ничего не пропало. Зачем кому-то отдавать кучу кур?

— Наверное, — решил подкинуть свою версию Кайн, — кто-то пожертвовал в фонд курей. И их решили поскорее раздать, пока не протухли.

— Разве что так… — женщина не находила иного объяснения. Ей даже не могло прийти в голову то, что её сын сам каким-то образом добыл это мясо и принёс домой. По её мнению это было что-то из разряда невозможного, словно падение неба на земную твердь.

Пару секунд она стояла с растерянным видом. Внезапно она дёрнулась, будто от пощёчины. И уставилась на сына большими глазами.

— Димасик, ты говоришь нормально…

— Разве это плохо? — вопросительно приподнял он брови. — Я учился так говорить, смотря сериалы. Мама, тебе это не нравится?

— Нет-нет, — резко мотнула она головой из стороны в сторону. — Нравится, очень даже. Но это странно. Очень странно. Милый, мы с тобой давно не ходили к доктору и на реабилитацию. Я скоро получу зарплату, и мы на следующей неделе сходим в реабилитационный центр.

— Не очень бы хотелось, — скривился Кайн.

Для него в нынешней ситуации отвлекаться на подобные ненужные вещи было мучительно больно. Он всё время посвящал цели по спасению собственного сознания. А тут реабилитация, которая ему ничем не поможет.

— Нужно, сыночка, нужно! — твёрдо заявила женщина. — Ох! — всплеснула она руками, вспомнив о содержимом холодильника. — Куда нам деть столько кур? Все они в морозилку не влезут. Нужно что-то придумать… Что-то… Сварить тушёнку? Ну да, точно, тушёнка! Так и поступим…

Кайн с облегчением вздохнул, поняв, что его ложь оказалась действенной. Интернет, в котором он искал совета, в очередной раз доказал свою силу.

***

Весь следующий день Кайн провёл на нервах.

Во-первых, он устал и не выспался, поскольку они с матерью всю ночь варили тушёнку. Он уже мысленно отругал себя за жадность. Проще было выкинуть тех кур или скормить гаражным псам, не разделывая и не ощипывая. Так бы он сэкономил много сил. Но нет. Жадность толкала его к экономии. Каждый потраченный рубль был ему как кнутом по бубенчикам. В итоге после напряжённого дня четверга пришлось ещё и солидную часть ночи провести за плитой, следя за тушащимися в кастрюлях кусками куриного мяса. Потом всё это помогать матери закатать в банки. А их перед этим требовалось найти, отмыть, залить кипятком несколько раз...

Во-вторых, мать разбудила его рано утром и начала раздавать указания на день: перетаскать банки с тушёнкой на балкон, никуда из квартиры не уходить, ничего не ломать, не забыть пообедать и так далее в стиле заботливой клуши, которая общается с малолетним ребёнком. Вид у неё был краше в гроб кладу. Тем не менее, она пошла на работу.

Кайн, провожая её тяжёлым взглядом, задумался о том, что до сих пор не знает, кем работает его мать. Более того — он даже не знал её имени! Для Димасика она была всего лишь мама. Но не знать её имени... Это было эпично. По крайней мере, он догадывался насчёт того, какая у неё фамилия — Иванова. То есть, такая же, как у него. При этом даже знал имя своего отсутствующего отца — Анатолий. Ибо отчество в документах, как он выяснил, указывало на имя бати.

Естественно, полностью мать он слушаться даже не думал. Банки на балкон перенёс, после чего по очередному объявлению о продаже офисной мебели отправился за столом и стулом. Пока он их купил, пока нашёл грузовое такси, пока перевёз в свой офис — незаметно наступил вечер.

Вечером пятницы арендованный зал в торговом центре, заставленный тридцатью пятью разношёрстными стульями, наполнялся людьми. Кайн стоял за скромным лекторским столиком, который до этого был самым обычным потрёпанным столом секретарши в какой-то разорившейся компании. Он чувствовал себя не магом, готовящимся к ритуалу, а главным действующим лицом на арене. Его «ученики» представляли собой пёструю и подозрительную толпой, собранную рекламой «Таргет_демиурга».

Он мысленно классифицировал их, как когда-то классифицировал угрозы в подземельях Мензоберранзана:

«Искатели чуда» (60%): В основном это были женщины средних лет с уставшими, но горящими глазами. Они жаждали не магии, а спасения от скучной реальности, обещанного чуда, которое избавит их от долгов, болезней и одиночества. Легковерные и эмоциональные — идеальный материал для манипуляций.

«Скептики-интеллектуалы» (20%): Несколько молодых людей в очках, с блокнотами. Они пришли не верить, а разоблачать. Их тела излучали напряжение и недоверие. Они будто ощущали себя в опасности — этакой западне, в которую пришли сами. Они сразу не понравились Кайну, но выгонять этих парней он не торопился.

«Маргиналы и отчаявшиеся» (15%): Потрёпанные жизнью мужчины, пахнущие дешёвым алкоголем, и замкнутые юноши с мутным взглядом. Эти товарищи наверняка искали для себя лёгкий путь к силе, чтобы отомстить миру и использовать силу для лёгкой наживы. Непредсказуемые и алчные. Кайн будто мог прочесть их мысли, в которых они обретали магическое могущество, после чего нагибали раком всех своих обидчиков и открывали свой бизнес по отъёму денег у населения.

«Любопытствующие» (5%): Парочка студентов, пришедших «за компанию» или ради экзотики. У них была нулевая мотивация, но при этом они не представляли опасности. Пожалуй, если их заинтересовать, то из них получились бы лучшие маги из всей этой толпы.

Кого тут не было — так это настоящих магически одарённых. Даже ни одного явного кандидата в маги. Сплошной балласт. Но балласт, который потенциально может заплатить.

Несмотря на отсутствие магических сил, Кайн всё ещё мог с высокой долей вероятности угадать, есть у человека магические способности или нет. Ведь он за свою жизнь видел сотни, тысячи магов. Помнил ощущения от их ауры и мог их сравнить с сопутствующей физиогномикой. И ни один из людей не вёл себя хотя бы близко к тому, как себя вели и ощущались волшебники.

«Хорошо, — холодно констатировал про себя он. — Пора начинать. Раз тут нет кандидатов в маги, нужно, чтобы курс купили как можно больше людей».

Он глубоко вдохнул, подавив дрожь в коленях — наследие как страха перед жрицами, так и человеческого тела Димасика. Он не стал как-то пытаться замаскироваться под колдуна в человеческом представлении — его внешность и так была достаточно отталкивающей, а в мантии он стал бы выглядеть, словно клоун или пугало. Да и денег такой наряд стоил немаленьких, а кредитный лимит он уже почти весь использовал.

— Добрый вечер, — его голос, тихий и немного глуховатый, заставил замолчать последние перешёптывания. Все взгляды устремились на него. Кто-то смотрел на него с жалостью, кто-то с брезгливостью, скептики — с усмешкой. — Меня зовут Дмитрий Анатольевич. И я здесь для того, чтобы показать вам, что стены этой реальности… тоньше, чем вам кажется.

Он начал не с обещаний, а с философии, почерпнутой из интернета и переваренной его эльфийским разумом. Он говорил о сознании, словно об инструменте, о вселенной как о голограмме, о том, что законы физики — это лишь договорённость, которую можно пересмотреть, если на то будет могучая сила и воля. Его речь была витиеватой, насыщенной псевдонаучными терминами и намёками на «древние знания», которые «система» скрывает от обывателей.

Скептики ёрзали, но «искатели чуда» ловили каждое слово, а в их глазах разгорался огонь. Кайн мастерски играл на их боли:

— Вы чувствуете, что рождены для большего? Что ваш потенциал спит? Это не ваша вина. Вас просто не научили им управлять.

Затем настал его звёздный час. Он достал один из рунических амулетов — плоский камень из известняка с аккуратно вырезанным гномьим знаком «Искры». Это была простейшая руна, способная на крошечный, почти незаметный выброс тепловой энергии, которую «лектор» зарядил за счёт жертвенной силы курицы.

Таких камней с разными рунами у него осталось всего девять, включая тот, который он держал в руке. Один из амулетов он активировал днём для проверки. После этого он убедился в том, что магия в амулетах работает, и стал чувствовать себя более уверенно.

— Теория — ничто без практики! — торжественно провозгласил он. — Магия не в заклинаниях из книг. Она здесь, — он ткнул пальцем в камень. — И здесь... — Он указал на свою голову, а затем провёл рукой по воздуху перед собой. — Я не буду читать мантры. Я просто попрошу этот камень… поделиться со мной энергией.

Он сосредоточился, изображая невероятное усилие воли. На самом деле он лишь мысленно представил схему активации руны. Его пальцы сжали камень.

Раздался тихий, но отчётливый щелчок. От руны во все стороны брызнули крошечные искры, словно от миниатюрного сварочного аппарата. В воздухе на секунду повис запах озона.

В зале воцарилась гробовая тишина, а затем его нарушил вздох изумления.

Эффект был ошеломляющим. «Искатели чуда» замерли с распахнутыми ртами. Один из скептиков дёрнулся, чуть не уронив блокнот. Даже самый циничный «маргинал» выпрямился на стуле.

— Как?! — выдохнула одна из женщин.

— Это фокус! — тут же выкрикнул скептик в очках.

— Всё, что вы не можете объяснить, вы называете фокусом, — парировал Кайн с лёгкой, почти жалостливой улыбкой. — Я не прошу вас верить. Я прошу вас чувствовать. Энергию, что только что высвободилась. Пульсацию реальности.

Он тут же перешёл к самому важному — технике «закрытия продажи». Он не просил денег. Он создавал дефицит и ощущение эксклюзивности.

— То, что вы видели, — это первый, самый поверхностный слой. «Современная Онтология Сущего» — это не курс. Это путь. Путь, на который я могу взять лишь горстку избранных. Тех, кто действительно готов по нему пройти. Первый этап — это фильтр. Он стоит всего лишь пять тысяч рублей. Это не плата за знания. Это плата за вашу готовность, жертва, доказывающая серьёзность ваших намерений. Деньги — это тоже энергия.

Он посмотрел на своих «искателей чуда» и продолжил:

— Тех, кто пройдёт первый этап, ждёт погружение в основы управления внутренней силой. Мы будем работать с вашим сознанием, учиться чувствовать потоки энергии и изучать техники улучшения разума для лучшего контроля по управлению скрытыми энергиями. Но предупреждаю: это потребует упорной работы и дисциплины. Не все выдержат.

Затем он бросил взгляд на скептиков, одаривая их насмешливой улыбкой.

— А тем, кто сомневается… Я благодарен вам. Ваше неверие — это тоже часть процесса. Оно закаляет веру тех, кто останется. Дверь позади вас открыта.

Он сделал паузу, дав напряжению достичь пика. Он видел, как в глазах его аудитории борются страх, жадность, надежда и недоверие. Это была миниатюрная версия интриг при дворе Верховной Жрицы. Тот самый малый уровень интриг, через который проходят все взрослые дроу. Те, кто не прошёл, до столетия не доживают. Он же прожил двести лет, так что кое-что умеет и знает.

Первой поднялась пожилая женщина с добрым и уставшим лицом.

— Я… я готова, — дрожащим голосом сказала она, доставая из сумки кошелёк. — Я всю жизнь ждала чего-то подобного.

Это стало сигналом. Словно по мановению волшебной палочки (или, точнее, после щелчка руны), «искатели чуда» потянулись к своим карточкам, кошелькам и телефонам, чтобы оплатить первый этап. Даже один из скептиков, с красными от смущения ушами, нерешительно подошёл к терминалу. Его наличие внушало людям уверенность в том, что это не обман. Им даже чеки вручали, что говорило об официальной стороне мероприятия. Правда, в чеке было написано, что он выдан за покупку курса современной философии, а не за обучение магии, но кто на подобное обращает внимание?

Когда последний из записавшихся покинул зал, Кайн остался один. Он медленно опустился на стул, чувствуя, как наружу вырвалась дрожь, которую он сдерживал. Его рука непроизвольно потянулась к опустошённому камню-амулету. Он был холодным и мёртвым. Заряд, купленный жизнью курицы, был истрачен на этот дешёвый, но эффектный трюк.

Из тридцати пяти человек двадцать восемь оплатили первый этап. Сто сорок тысяч рублей. Гонорар «Таргет_демиурга», аренда, долги — почти всё было покрыто. Более того, у него оставался солидный запас.

Но триумф был отравлен. Он смотрел на пустые стулья, а в его голове представали не ученики, а ресурсы. Овцы, которых он повёл на убой ради сомнительного шанса найти среди них того единственного, кто сможет стать для него ключом.

— Я сделал это, — прошептал он в тишину зала. — Я обманул их, словно мелкий жулик. И для этого я использовал гномью магию, которую презирал всю жизнь. Детскую гномью магию для шестилеток...

Он вспомнил горящие глаза той пожилой женщины. В её взгляде отражалась не жадность, а надежда. Та самая надежда, которую он сам испытывал, стоя над ритуалом перерождения.

Чувство, отдалённо напоминающее стыд, кольнуло его. Но оно было мгновенно задавлено холодным, безжалостным расчётом.

«Неважно, что я их обманываю. Цель оправдывает средства. Я должен выжить. Я должен найти того единственного…»

Он поднял голову. Его глаза, сидящие на простоватом человеческом лице, угрожающе сузились.

«А если его нет среди них… что ж, тогда я пойду по пути гномов. И принесу в жертву их души! Ради своего сохранения разума! Лучше они, чем я...»

Он ещё некоторое время размышлял над тем, что сделать первым делом. Ведь теперь у него появились деньги. Сначала требовалось погасить кредит под самые большие проценты. Тот самый, который он брал в микрофинансовой организации. Потом нужно было внести платёж за кредит в Наебанке. Но не гасить его весь — он хотел уплатить половину долга. Если бы он внёс на счёт все средства, то в таком случае у него не осталось бы денег, и пришлось бы снова брать в долг с той же кредитки. К тому же, нужно было оставить часть средств на уплату налогов и социальный взнос, который составлял целых сорок пять тысяч рублей.

Таким образом, когда он закинул часть денег на карту и раскидал все платежи, у него от ста сорока тысяч осталось всего тринадцать тысяч. При этом сохранился долг по кредитной карте на шестьдесят пять тысяч.

Глава 10

Кайн некоторое время чесал в затылке, пытаясь свести концы с концами. Ему казалось, словно это не он обманывал людей, а его жестко обманули. Он на всю подготовку потратил примерно сто сорок тысяч. Заработал за раз столько же. При этом у него остался долг в размере шестидесяти пяти тысяч. Виновниками этого торжества являлись проценты по кредитам и социальный взнос, который должен уплатить каждый индивидуальный предприниматель. Сроки по этому взносу не горели, но Кайн считал, что с такими вещами стоит рассчитываться как можно скорее.

«Так... — тяжело вздохнул он. — Кажется, я погорячился, когда дал рекламщику отмашку на остановку рекламной кампании. Одной группы мне будет мало. Нужно набирать их две... Нет! Лучше три. Два занятия с каждой группой в неделю... Ллос всё под хвост! — резко взмахнул он руками. — Шесть групп. С одними заниматься буду утром, с другими вечером...»

Последнее, он сразу понял, что нереально. Те, кто к нему записывался, в основном были рабочего возраста. У большинства из них имелась работа и необходимость на неё ходить. Следовательно, посещать его курсы они могли лишь по вечерам. Поэтому максимум он мог набрать три группы, оставив себе один выходной.

Тут же он схватился за телефон, чтобы связаться с таргетологом. И с ужасом уставился на экран. На нём высвечивалось тридцать три телефонных вызова от матери. Чтобы телефон не отвлекал возможными звонками во время лекции, он поставил его на беззвучный режим. Теперь же он глядел на его экран со страхом в смеси с отчаянием.

Медленно, будто это смертельно опасно, он потянулся пальцем к экрану и инициировал вызов матери. Она взяла трубку практически моментально. Не давая ему сказать ни слова, она тут же взволнованно выпалила:

— Сыночка?! Что с тобой? С тобой всё в порядке? Ты где? Ты потерялся? Где ты?!

В этот поток слов Кайн не мог вставить ни единого слова. Когда же наступил долгожданный миг тишины, он спокойно сказал:

— Со мной всё в полном порядке. Я всего лишь вышел прогуляться. Я прекрасно знаю, где нахожусь. Через час вернусь домой.

— Скажи мне, где ты! — с нажимом выпалила мать. — Я уже обзвонила больницы и морги, написала во все домовые чаты и пошла в милицию. В смысле, в полицию. Уже с сотрудниками разговариваю по поводу твоей пропажи. Немедленно говори — где ты!

— Эм... Матрона, вы злы на меня за самостоятельность?

— Да, я злая, потому что знаю, что ты у меня не умеешь ориентироваться в городе. Что рядом с тобой?

— Матрона, пожалуй, я пока не стану возвращаться домой. Заночую на работе. Лучше подожду, пока ты успокоишься.

— Какой ещё работе?!! — громко закричала женщина. — Димочка, о какой ещё работе ты говоришь?

— Ой... — хлопнул он себя по губам. — Достопочтенная матушка, простите, но я скрывал от вас то, что теперь я работаю. Я видел, как вам приходится тяжело, поэтому решил поддержать наш семейный бюджет.

— Где ты работаешь?!

— В торговом центре. Ну, знаете, все эти неприятные толстухи и алкаши с перегаром. С ними мне приходится общаться.

— В КАКОМ ИМЕННО ТОРГОВОМ ЦЕНТРЕ И КЕМ ТЫ РАБОТАЕШЬ?!!

— Матушка, пожалуй, я вам это не стану говорить. Иначе, боюсь, вы лишите меня заработка. Могу лишь сказать, что работа у меня хорошая, коллектив собрался приятный (ещё бы, если весь коллектив он может разглядеть в зеркало, оставшись в одиночестве, а себя он считал приятным дроу). И вообще, мне сегодня выдали аванс. Я хотел вам сделать сюрприз, но теперь опасаюсь вашего гнева.

— Возвращайся домой! — твёрдо с нажимом заявила женщина. — Немедленно!

— А вы не будете забивать меня плетьми насмерть?

— ЧТО-О-О?!! — мать на мгновение настолько опешила, что застыла в ступоре и замолкла. Потом она заговорила спокойней: — Прости, Димочка, что напугала тебя. Откуда у тебя вообще появились такие мысли? Я же тебя никогда не била... Тем более плетьми. Опять насмотрелся своих сериалов?

— Эм... Да, сериалы... Это всё сериалы, — нервно потирал он грудь и натянуто улыбался.

Когда-то давно на это место пришёлся удар плети одной младшей жрицы, которой показалось, что он недостаточно почтительно на неё смотрел. Плеть нанесла ему настолько серьёзную рану, что достало до рёбер. Если бы он не был тогда магом и не исцелил себя, то скончался бы в тот же день.

— Так, Димасик, — несколько раз громко вздохнула в трубку собеседница, — возвращайся домой. Обещаю, что не стану тебя ругать... по крайней мере, сильно ругать. И бить уж точно не буду. Я... Я рада, что ты нашёл работу. Но мне не нравится, что ты сделал это, не проконсультировавшись со мной. Тебя же могут легко обмануть. А я этого не хочу.

— Не стоит беспокоиться, матушка, меня не обманули. Даже деньги заплатили. Аж тринадцать тысяч рублей! И это только аванс. Зарплата будет больше.

— И чем ты там занимаешься?

— Просто ношу туда-сюда стулья, говорю с людьми о разном... — заюлил он. — Иногда принимаю платежи от покупателей.

— Жду тебя дома! — безапелляционно заявила женщина.

Нажав на отбой, Кайн тяжело вздохнул.

— Это не те проблемы, которые я хотел бы решать... А придётся. Или же стоит озаботиться своим жильём и поскорее съехать от матроны. Причём желательно сделать это так, чтобы в ближайшие полгода она меня не нашла.

Домой Кайн возвращался с опаской. Весь его сегодняшний успех словно одномоментно обесценили. Он чувствовал себя рабом с нижних уровней, которого макнули с головой в испражнения.

Сначала он чувствовал себя красавчиком. Гением, который сумел обработать почти три десятка человек. А тут его ругают за то, что он ушёл из дома и смеет заниматься своими делами без ведома матроны...

Понятное дело, что всё хорошее настроение как ветром сдуло. Он плёлся домой с неохотой. Внутренне он сжимался, ожидая сурового наказания. А чего ещё можно ожидать от злой женщины?

В общем, домой он шёл, словно осуждённый, который поднимался на эшафот для казни.

К его удивлению, мать его бить не стала. Но ругала долго и со смаком.

Кайн привык, что за недовольными женскими криками всегда следует удар плетью. Поэтому на протяжении всей истеричной лекции о том, что ему нельзя уходить из дома, нельзя работать и вообще ничего нельзя, он всё время был сильно напряжён в ожидании удара. Но удара не следовало. При этом напряжение никуда не девалось.

Кайн использовал привычную дня мужчины-дроу стратегию выживания в таких ситуациях: молчать в тряпочку, изображать испуганно-виноватый вид в надежде на то, что бить будут мало и слабо. А в итоге его бить вообще не стали.

Тем не менее, после прекращения ругани он не успокоился. Он понимал, что так жить не сможет. Сложно постоянно находиться в напряжении и параллельно пытаться выжить. А напрягаться при виде матроны он теперь будет всегда, ведь за воплями не последовало главного — ударов.

Он в прошлой жизни зарубил себе на носу основное правило: если жрица тебя не побила, то это не значит, что она тебя простила. Возможно, она затаила обиду и решила отомстить иным образом. Слабый яд с болезненными последствиями в еду, слабительное, подставы… В общем, ожидать можно различных пакостей.

Вряд ли мать стала бы травить своего любимого Димасика. Умом Кайн понимал, что она считает его кем-то на уровне маленького ребёнка и беспокоится о нём. Из-за этого и волнуется. Но одно дело понимать это умом. Совсем иное — внутренние ощущения.

Внутри же он переживал бурю. Паника накрывала его с головой. Опасения готовящейся подлянки со стороны женщины не покидало его. Эти чувства были иррациональными, построенными на восприятии дроу, который двести лет прожил среди жестоких жриц Ллос — бешеных сволочей без капли сочувствия.

Он лежал на кровати и не мог уснуть от того, что его тело было как натянутая струна. Он размышлял над тем, чтобы сбежать от матроны и начать жить один. Деньги на первое время у него имелись. Пусть сумма и небольшая, но хоть какая-то. Плюс у него есть лимит на кредитной карте.

Лишь в середине ночи он вспомнил о том, что хотел связаться с рекламщиком. В итоге он написал ему о том, чтобы тот снова запустил проект по раскрутке его сайта.

Ответа не последовало. По всей видимости, «Демиург» спал. Чего нельзя сказать о Кайне, которому было психологически сложно уснуть в одном помещении с женщиной, которая недавно злилась на него. Это было, словно попытка уснуть в гамаке на отвесном горном склоне — без привычки подобное сложно. А такая привычка у мужчин тёмных эльфов вырабатывается лишь в гареме жрицы. Он же никогда женат не был.

Утром не выспавшийся Дима был поднят на ноги резким окриком матери:

— Просыпайся! Ешь! Сегодня мы едем к психологу.

Он немедленно вскочил на ноги.

Кто такой психолог — он пока не выяснил. Но звучало как целитель.

— Ты плохо выглядишь, — нахмурилась женщина. Она вела себя так, словно вчера ничего не случилось, отчего у Кайна сильнее напрягалось нутро. — Димочка, ты как себя чувствуешь? Ничего не болит?

— Всё хорошо, — недосып за проблему Кайн не считал, чего нельзя сказать о затаённой злости матроны.

В бытии магом ему доводилось не спать по несколько суток. Его больше волновали напряжённые отношения с матроной. А иными они не станут, пока он не скажет правду о том, что сейчас он соображает нормально. Сказать же этого он не может, поскольку после этого неизвестно чего ждать.

Он уже размышлял над тем, что обычно делают с захватчиками чужих тел, и повторять эти мысли не собирался. Доказать же то, что это его душа, он не в состоянии. А если и сможет, то у матроны наверняка в глубине души останутся подозрения, которые будут подтачивать её изнутри. И рано или поздно можно от неё ожидать удара в спину.

Всё это он вёл к тому, что пора бы и честь знать. Этот дом и матрона дали ему многое. Но теперь у него появился источник дохода. Так что пришла пора сделать то, что обычно делают повзрослевшие паучьи птенцы — выбраться из родительского гнезда и создать своё уютное гнёздышко.

Вот только просто так от матери ему не уйти. В смысле, он мог бы попробовать это сделать, но был уверен, что открытый бунт приведёт к неприятным последствиям.

Например, мать может снова заволноваться и побежать к местной страже — милиции или полиции, как она её называла. А поскольку он считается недееспособным, как ребёнок, то они могут начать его искать. Потом они вернут беглеца матроне, а та его накажет. Не может же она повторное неповиновение спустить ему с рук?

К тому же, ему нужны ноутбук и смартфон. Он не может их взять на глазах матери. Она наверняка этому воспротивится.

Остаётся подчиняться её требованиям и ждать, когда она в очередной раз отправится на работу. После этого можно спокойно собрать свои вещи и свалить из дома.

Да, и в этом случае его могут разыскивать стражники. Но в таком варианте у него хотя бы будут на руках документы, техника для работы и запасная одежда. Купить всё это он пока не в состоянии — денег не хватит.

Его занимал главный вопрос: что делать со стражниками, если или когда они его найдут? Скрываться от них? Как?

После завтрака он ждал, пока мать оденется. В это время он искал в своём смартфоне информацию о том, как лучше всего скрыться от стражи-полиции.

Советов на этот счёт было много, но не все из них оказались полезными. Больше всего было информации о том, как прятаться от судебных приставов.

Главное — пользоваться наличными и не использовать банковские карты; не светить свои документы, к примеру, при аренде гостиницы. Если же арендовать квартиру напрямую у собственника и платить за неё наличными, то найти его будет сложно.

Единственная жирная нитка, скорее даже верёвка, ведущая к нему — офис на его юридическое лицо и взаимодействие с налоговой.

С другой стороны, у него имелась справка от психиатра, по которой его признали дееспособным. Если её предоставить стражникам и объяснить им, что он не может жить с матроной, поэтому и ушёл от неё, то… Есть шанс, что от него отстанут.

В худшем случае его силой вернут матери. А она его накажет. Убьёт? Весьма сомнительно. Как он понял, люди за такое не убивают. В худшем случае изобьёт. Но это он как-нибудь переживёт. Так что стоит рискнуть. Осталось лишь ждать.

Сбежать ему следовало до понедельника. В этот день у него вечером занятия с группой «учеников».

Экран телефона засветился. Всплыло информационное окошко о пришедшем сообщении.

Он открыл его. Это было сообщение от Таргет-демиурга:

«Приветы. Увидел твоё сообщение. Оке, понял. Сегодня запущу рекламу. Всё норм? Без изменений?»

Тут же Кайн ответил, что всё нормально. А рекламщик ответил:

«Для лучшей работы мне понадобится метрика твоего сайта. Вот инструкция, как сделать мне к ней доступ [ссылка на инструкцию]».

Кайну пришлось со смартфона открывать доступ к метрике, что было очень неудобно. Он с трудом успел закончить до того, как мать окончательно собралась и начала обуваться.

— Димочка, ты обязательно должен отвести меня к себе на работу! — заявила она, запирая дверь. — Я хочу посмотреть на твоих коллег и поговорить с начальником.

Кайн смерил её нечитаемым взглядом. Он скрывал бушевавшие внутри эмоции. Ему хотелось закричать:

«Женщина, ты моей смерти хочешь?!»

Даже если поставить на его место прежнего Димасика и если бы тот устроился на работу, то такое действие выглядело бы ужасно. Достаточно представить отношение коллег.

Когда инвалид сам приходит к работодателю, устраивается на работу и выполняет свои рабочим обязанности — это одно. К нему будут относиться нормально, пусть и с лёгким покровительством в смеси с пренебрежением, даже если он дурачок.

Другое дело, когда на работу к человеку заявляется мать и начинает лезть ко всем: к коллегам и руководству. После такого даже полноценного парня будут считать беспомощным кретином, который сопли сам не в силах утереть. А отношение к дурачку снизиться до отметки ниже плинтуса. Ему перестанут доверять даже метлу. Да и на работе вряд ли после этого он задержится.

Естественно, ни на какую работу он мать вести не собирался. Но говорить об этом не стал.

— В понедельник я отпрошусь на полдня, — продолжила спутница, заставив Кайна дёрнуться, словно от пощёчины. — И схожу к тебе на работу.

«Бежать надо раньше! — прострелила у него в голове мысль. — До понедельника меня уже не должно быть в этом доме. Она не должна знать, где мой офис и чем я на самом деле занимаюсь. Иначе, чую, мне конец!»

***

Кабинет психолога оказался не таким, как представлял Кайн. Он ожидал увидеть нечто вроде алхимической лаборатории или, на худой конец, камеры пыток. Вместо этого его встретила уютная комната в пастельных тонах, мягкий диван, книжные полки и приятный запах лаванды. Это обманчивое спокойствие лишь сильнее напрягло дроу. Самые страшные ловушки в подземельях всегда были замаскированы под безопасные убежища.

За столом сидел мужчина лет пятидесяти с умными, спокойными глазами и седеющей бородкой. Доктор Аркадий. Он не был похож на жреца какого-либо культа. Он выглядел... обычным человеком. Слишком обычным. И в этом была его главная опасность.

— Здравствуйте, Марина Викторовна, здравствуй, Дмитрий, — его голос был тёплым и бархатистым, словно обволакивающим. — Проходи, садись, где тебе удобно.

Наконец, Кайн узнал, как зовут его мать — Марина Викторовна Иванова. Но это не дало ничего ценного. Зато по общению и обстановке он понял главное — целитель на самом деле не врачует тела. Он выступает аналогом мага-менталиста, который исцеляет разум. И вот это уже напрягало, поскольку дроу не желал, чтобы кто-то копался у него в голове и узнавал его тайны.

Женщина начала свой заранее заготовленный и встревоженный монолог о том, что её сын некоторое время назад ударился головой при падении, после чего он «странно говорит», «завёл какой-то сайт» и «исчезает из дома якобы на работу».

Кайн сидел на диване, опустив взгляд и изображая послушного и заторможенного Димасика. Внутренне он возвёл всевозможные ментальные барьеры, какие только мог вспомнить, хоть и знал, что они без магии почти все бесполезны. Ключевое слово тут «почти», ведь среди этих техник две позволяли защитить разум без волшебства, но лишь ненадолго и от поверхностного внимания менталиста.

С другой стороны, опасение перерастало в надежду. Если этот целитель владеет магией, то Кайн готов был пойти почти на всё, лишь бы договориться с ним на выгодный взаимный обмен: он ему знания о магии дроу, а тот ему исцеление.

Доктор Аркадий внимательно слушал женщину, кивая. Его взгляд, направленный на Диму, не был оценивающим или осуждающим. Он был... изучающим.

— Спасибо, Марина Викторовна, — мягко прервал он её. — Я бы хотел пообщаться с Дмитрием наедине. Это стандартная практика.

Мать немного занервничала, но согласилась и вышла, бросив на сына взгляд, полный надежды и тревоги.

Глава 11

Дверь закрылась. Тишину нарушало лишь тихое тиканье часов на стене. Доктор откинулся в кресле, сложив руки на животе.

— Ну что ж, Дмитрий. Остались только мы с тобой. Твоя мама очень волнуется. Говорит, что ты сильно изменился.

— Ты маг? — смело посмотрел ему в глаза Кайн, решив спросить напрямую.

— Маг? — удивлённо слегка приподнял брови врач. — Почему ты об этом спросил?

— Значит, не маг, — Кайн испытал одновременно и облегчение от того, что в его мозгах не будут копаться напрямую, и печаль из-за того, что его исцеления не состоится.

— Ты веришь в волшебство, Дима? — внимательно разглядывал его Аркадий.

— Нам не о чем больше говорить, — Кайн скрестил руки перед грудью.

— Но мы должны с тобой поговорить, — мягко продолжил доктор. — С момента прошлого визита ко мне ты сильно изменился. Твоя мама переживает из-за этого. Нам нужно понять, что случилось.

Кайн решил играть в молчанку.

— Понимаешь, Дмитрий, — доктор перевёл взгляд на окно, давая ему ложное ощущение передышки. — Человеческий разум — удивительная штука. Иногда, под давлением травмы или сильного стресса, он может создавать... целые миры. Сложные, детализированные конструкции. Новые личности. Чтобы защитить себя от боли или от невыносимой реальности.

Кайн замер. Аркадий будто говорил не о синдроме Дауна. Он говорил о нём — о Кайне, считая его некой новой вымышленной личностью. И ведь они даже толком не поговорили, а уже такие выводы, что заставляло задуматься на тему того, а точно ли он не маг?

— Доктор, вы решили выставить меня сумасшедшим? — Кайн стал размышлять над тем, чем ему может грозить подобный диагноз и не проще ли будет прикончить доктора, чтобы ничего подобного в его личном деле не появилось.

— Конечно, нет, — Аркадий смотрел на него всё с той же мягкой, всепонимающей улыбкой. Но его глаза были безжалостно острыми. — Но иногда нам может казаться, что мы являемся кем-то другим. Кем-то более сильным и мудрым. Особенно если в реальной жизни мы чувствуем себя слабыми и беспомощными.

— Это ваши проблемы, доктор, — ухмыльнулся Кайн, давая понять, что он на подобный трюк не поведётся и не признается в том, что в его голове родилась новая-старая личность. — Не нужно их перекладывать на меня. Если вы считаете себя кем-то другим...

— Нет-нет, — с мягкой улыбкой качнул Аркадий головой из стороны в сторону. — Я так не считаю. А ты... Ты, Дима, считаешь себя кем-то другим?

— Я — это я, а не кто-то другой, — Кайн ощущал себя, будто на допросе. Его собеседник явно использовал технику допроса, доведённую до уровня искусства. Без единого заклинания, без всплеска маны, этот человек копался в его сознании с помощью одних лишь слов и наблюдений. Пугающий талант.

— Твоя мама говорила про сайт, — продолжил Аркадий, заставляя Кайна напрячься. — Она прислала мне ссылку на него... «Специальные Оккультные Сокрытые Искусства». Очень... необычное увлечение для человека, который до этого смотрел только мультики. Словно кто-то подсказал тебе эту идею. Кто-то... изнутри.

Взгляд Кайна стал острым и опасным, словно лезвие бритвы.

— Мне интересно было научиться делать сайты. Я сделал его по шаблону и обучающим статьям в интернете, и написал туда всякую чушь. Мне кажется, что вы ненормальный, раз пытаетесь выставить меня сумасшедшим. Какую цель вы преследуете, Аркадий? Зачем вам это?

— Не бойся, Дмитрий, — голос доктора стал ещё тише и проникновенней. — Я здесь, чтобы помочь, а не выставить тебя безумцем. Твоя тайна останется в безопасности со мной. Давай просто поговорим как два разумных существа. Мне интересно: о чём ты думал, когда создавал этот сайт? Что ты на самом деле собирался сделать? Ты увлекаешься колдовством и мистикой?

Кайн расслабился. Он понял, что доктор не имеет стопроцентной уверенности в том, что его личность заместила разум Димасика. Он всего лишь пытается докопаться до сути, вывести его на откровенность. Только какой дроу повёлся бы на подобные трюки? Разве что доверчивый подросток, который взрослой жизни не видел.

— Заканчивайте, доктор. У меня к вам нет ни малейшего доверия. Мне кажется, что вы мне пытаетесь угрожать, а не лечить. Все эти ваши намёки на новую личность у меня в голове звучат бредово.

— Я знал тебя, Дмитрий, — тепло улыбался Аркадий. — Ты давно наблюдаешься у меня. И ты никогда не был таким. Твой прежний уровень — шестилетнего ребёнка. А сейчас я будто общаюсь с состоявшимся взрослым человеком. Пойми, я не хочу причинить тебе вред. Моя цель помочь тебе. Разобраться с проблемой, если она есть. А как я это сделаю, если ты не хочешь мне помогать?

— Я тут только потому что мать заставила меня сюда прийти, — взгляд Кайна стал жёстким. — Давай на этом закончим, иначе ничем хорошим это не закончиться. Я не люблю, когда кто-то пытается меня выставить сумасшедшим.

— Дмитрий, и всё же вы очень сильно изменились, — продолжала гулять улыбка на губах доктора. — Боюсь, что если вы не хотите сотрудничать со мной, я буду вынужден обратиться к вашей матери и передать информацию о вас в психиатрическую клинику...

— Обращайтесь, доктор, — хищно оскалился Кайн, почуяв от врача угрозу. Он задумался над тем, как незаметно и без следов прикончить этого психолога, который пытался усложнить ему жизнь. — Мне плевать. А вам... — он перевёл взгляд на стену и принялся рассматривать фотокарточки. — О! Это ваши жена и дети? Милые... Они же ходят в школу, как и все прочие дети?

— Э-э... — Аркадий растерялся. Он понял, что что-то пошло совсем не так, как должно. Он ожидал угрозой заставить пациента раскрыться, а в ответ почуял в тоне Димы угрозу в адрес своих детей. Холодок пробежал у него по спине. — Причём тут мои дети?

— Не причём, — сурово сощурился Кайн. — Так же ни при чём, как и моя якобы новая личность. Я совершенно точно не собираюсь с ними ничего делать... Как и вы, наверняка, не собираетесь копаться в моей голове и пытаться выставить меня безумцем... Верно?

— Да, конечно, — ледяной пот выступил у врача на лбу. Он простой психолог с уклоном в работу с умственно отсталыми и больными синдромом Дауна. Его не учили общаться с сумасшедшими. А этот парень перед ним явно был буйным психопатом, которому ничего не стоит прирезать его детей лишь за один намёк на то, что он передаст дело психиатрам. — Я никому ничего не собирался говорить. И эм... Дмитрий, боюсь, что в следующий раз вам лучше посещать другого психолога.

— Следующего раза не будет, — ответил ему твёрдым взглядом Кайн. — Я больше не намерен посещать психологов. Надеюсь, вы не будете говорить моей матери всякий бред по поводу каких-то сознаний в моей голове?

— Нет-нет, — смахнул холодный пот со лба Аркадий. — Конечно же, нет. Кстати, пора бы позвать её и завершить приём...

Когда пациент с его матерью покинули его кабинет, Аркадий откинулся на спинку кресла и с облегчением выдохнул. Женщину он заверил в том, что с её сыном всё в порядке. Но сделал он это вопреки врачебной этики, чтобы спасти жизни своих детей от внимания опасного сумасшедшего.

— Он реально псих! Я с такими не подписывался работать. Всего один удар головой, и такой результат... Раздвоение личности у дауна... Это могло бы стать врачебной сенсацией, но ну его нафиг! Я за эти копейки с опасными психами работать не собираюсь.

***

— Что-то доктор сегодня выглядел нервным… — мать посмотрела на сына, с которым вышла из центра социальной помощи. — Димочка, о чём вы с ним говорили? Что его могло так взволновать? И почему он так быстро завершил приём? А главное — что ты сделал, что он решил нас больше не принимать?!

— Он хотел положить меня в психушку, — получила она от сына спокойный ответ.

Кайн успел в смартфоне найти информацию о том, чем ему грозила постановка диагноза о раздвоении личности. От этого злость к доктору, которая поутихла, возобновилась с новой силой. А главное, непонятно, зачем это было нужно психологу? Он просто выполнял свою работу или это какая-то личная неприязнь к Димасику? Зачем ему пытаться доводить до жуткого диагноза, а фактически сплавлять Дмитрия Иванова в психбольницу?

Ответы на эти вопросы сложно было найти из-за того, что память о жизни Димочки до сих была покрыта мраком. Может быть, он когда-то съел бутерброд Аркадия или надругался над его котёнком. Кто знает? Ведь парень со слов матери посещал этого доктора уже десять лет. За это время многое могло случиться.

Он ничуть не жалел об озвученных угрозах. Они оказались очень эффективными. А главное — угрозы необязательно исполнять. Это всего лишь слова, которые помогают добиться цели. Он своё получил — Аркадий от него отстал. А большего в этой ситуации и не нужно было.

— Доктор Аркадий, и тебя в психушку?! — изрядно удивилась женщина. — Но почему? Как он это обосновал? В смысле, что он тебе сказал?

— Он пытался заставить меня признаться в том, что у меня раздвоение личности, — не стал скрывать Кайн. — Говорил, что из-за этого я стал более умным. Но я с ним не согласен. Личность у меня одна. Мне показалось, что доктор Аркадий просто хотел упечь меня в психбольницу. Уж больно настойчиво он пытался по ходу приёма убедить меня признать своё безумие.

— Ты действительно в последнее время ведёшь себя странно, сынок. Может быть, доктор Аркадий прав?

— Матушка, — Кайн решил действовать нагло и прямо, без утайки. — Я ухожу из дома.

— Что?! — опешила она. — В смысле уходишь из дома?! Это как?

— Ногами, достопочтенная матушка. Я не могу терпеть к себе отношение, словно к психически больному. Я считаю себя полноценной здоровой личностью. Я устроился на хорошую работу и нормально общаюсь с людьми. От вас же, матушка, я получаю истерики. Вы водите меня к сомнительным целителям, которые пытаются меня запереть от общества. И что самое ужасное — вы эти начинания поддерживаете.

— Димочка, ты не можешь никуда уйти! — твёрдо заявила мать. — Ты же беспомощный, как ребёнок. Ты даже готовить не умеешь. А стирать? Кто тебе будет стирать? А уборка? Ты же утонешь в грязи! Да и вообще, тебя любой обманет. Даже не думай о таких глупостях.

— Доктор Аркадий был прав в одном — тот удар о бордюр действительно изменил меня, — решительно продолжил Кайн. — Я начал чувствовать себя умнее и стал более самостоятельным. Мама, мне плевать на ваши слова и действия. Я уже взрослый мужчина и могу сам решать свою судьбу. Сегодня же я съеду от вас, независимо от ваших желаний.

— Ты не можешь съехать, — в глазах женщины поселился испуг. — Ты же беспомощный мальчик. Тебе негде будет жить.

— Арендую квартиру, — пожал он плечами. — В крайнем случае, раз-два можно переночевать в гараже.

— В каком ещё гараже? — удивлённо смотрела на сына мать.

— В том самом гараже, который я арендую для бизнеса.

— Ты арендуешь гараж?! — на изумлённом лице собеседницы брови поползли на лоб. — В смысле бизнес? Какой ещё бизнес?!

— Мой бизнес, матушка, — сверху вниз посмотрел на неё Кайн. — Вы ничего не знаете обо мне. Вы так привыкли к тому, что я беспомощный, что не обращали внимания на то, что я стал самостоятельным. Что у меня появилась полноценная жизнь. С недавних пор я занялся бизнесом. И работаю я не на кого-то, а сам на себя. У меня довольно успешная фирма. Чем я занимаюсь и где — не буду говорить. А то вам, матушка, хватит энергии разрушить все мои начинания под лозунгом того, что я беспомощный ребёнок, который не знает, что творит.

— Но ведь так и есть! — громко заявила она.

— О чём и речь… — ухмыльнулся Кайн. — Вам сложно поверить в реальность. Легче верить в свои фантазии, в которых я до сих пор неполноценный Димасик. А для других я Дмитрий или даже Дмитрий Анатольевич. Не хочу снова становиться Димасиком. Матушка, считайте, что ваш ребёнок повзрослел и начал новую жизнь. Не пытайтесь меня остановить.

— Нет, — качнула она головой из стороны в сторону. — Нет-нет-нет! Я не верю в то, что это реально. Ты же ещё вчера был тем же Димочкой. Как такое могло случиться сегодня?!

— Матушка, вы уверены в том, что я вчера был таким, каким вы ко мне привыкли? — прищурился Кайн. — Когда я делал сайт для своего бизнеса, вы считали, будто я играюсь. Когда изучал правильные модели поведения людей, вы думали, что я просто смотрю сериалы. Может, вам не стоит так сильно надрываться на нескольких работах?

— Эм… — собеседница потеряла дар речи и выглядела потерянной.

— Я знаю, что вы работали не столько для себя, сколько ради меня. Больше этого не нужно. Вы можете начать вести нормальную жизнь. Заведите себе мужчину или нескольких. Увольтесь с одной из работ. Начните уже жить для себя, а не для меня! И я тоже начну новую жизнь.

— Это какой-то бред… — пробормотала она себе под нос. — Этого не может быть. Неужели доктор Аркадий был прав, и у тебя, сынок, действительно после того удара по голове раздвоение личности? Мне не нравится твоя новая личность, Димочка!

— А мне плевать, что вам это не нравится, — прищурился он. — Главное, что обновлённый я нравлюсь самому себе. Ах да, матушка, надеюсь, вы не будете против того, что я заберу с собой старые ноутбук и смартфон? Они понадобятся мне для работы. В них сохранены важные контакты.

— Нет! — твёрдо заявила женщина. — Ты ничего не возьмёшь из моего дома! И не покинешь его! Я этого не допущу.

— Матушка, я сделаю это так или иначе, — неодобрительно покачал головой Кайн. — Вам рано или поздно придётся пойти на работу. В это время я останусь один. Что помешает мне в этот момент спокойно собрать свои вещи и уйти из дома? Не стоит намеренно мешать мне. Я куплю себе и смартфон, и компьютер. Просто это будет более напряжённо и повысит кредитную нагрузку. Так что ваши запреты лишь немного усложнят мне жизнь.

— Почему? — в глазах матери плескалось отчаяние в смеси с недоумением. — Почему ты решил уйти? Это из-за того, что я тебя недавно отругала?

— Отругала?! — усмехнулся Кайн. — С моей точки зрения это выглядело как безумная истерика с попыткой ограничить мою свободу. Матушка, вам сложно осознать тот факт, что я стал самостоятельным. Но вам придётся это признать. Извините, но я больше не намерен терпеть ваших истерик и гиперопеки. Птенчик вырос и решил покинуть гнездо. Просто примите этот факт как данность. И всё же я прошу вас не усложнять мне жизнь — позвольте взять смартфон и ноутбук. Без них мне действительно придётся сегодня ночевать в гараже на картонках. После такого я точно не воспылаю к вам излишней любовью. Или это вы называете заботой?

— Ты серьёзно решил уйти? — не могла до конца поверить мать.

— Да.

— Это ненормально… Димочка, мы должны вернуться к доктору Аркадию. Он скажет, как это лечить.

— Матушка, это не болезнь. Это взросление и переосмысление своей жизни. Если вам так это надо — можете вернуться к тому мужчине, и делайте с ним что хотите. А моей ноги на пороге его офиса не будет!

Дальше для Марины Викторовны всё было как в тумане. Они с сыном вернулись домой. Она до последнего не верила в то, что он в действительности уйдёт из дома. Но когда он вопреки её воле собрал в сумку часть своей одежды и забрал ноутбук, она осознала, что это конец. Что он действительно решил уйти из дома.

В этот момент она устроила безобразную истерику. Она до последнего не хотела отпускать сына. Поэтому она начала на него кричать. Истерично вопила, перегораживала выход из квартиры, упираясь руками в дверной косяк. Но сынок оказался излишне настойчив в своём желании уйти от неё.

Тогда женщина прибегла к запретному трюку истеричек — упала на пол и застонала.

— Плохо... Ой, как мне плохо. Сердце... Кажется, у меня сердечный приступ. Сыночек, если ты уйдёшь, то я умру.

Она уже внутри торжествовала и праздновала победу. Считала, что притвориться больной — идеальный выход. Это уж точно должно остановить её кровиночку. Для неё стало шоком то, что он с презрительной гримасой, будто раскусил её трюк, перешагнул через неё и вышел в подъезд.

Некоторое время с недоверием на лице она пролежала на полу в коридоре. Затем козочкой вскочила на ноги и погналась за сыном. Но он успел быстро сбежать по лестнице. Пока лифт доехал до её этажа. Пока она на нём спустилась вниз. Пока выбежала из подъезда. Сын к тому времени успел скрыться в неизвестном направлении.

Женщина в шоке застыла, не зная, что делать. Такого она никак не ожидала.

Глава 12

Как только Кайн скрылся между высоток, он вздохнул с облегчением. Наконец, он мог привычно жить в одиночестве, а не находиться в постоянном стрессе, находясь в одном помещении с женщиной.

С одной стороны, он понимал свою мать. Она о нём беспокоилась, поскольку знала, что он болен и беспомощен. Но так происходило лишь до момента пробуждения воспоминаний прошлой жизни. С этого момента он сильно изменился.

Странно, что она этого не заметила. Точнее, заметила, но не обращала внимания. Зато посторонний доктор, который видел их изредка, сразу докопался до сути. Хотя он и ошибся, но лишь отчасти. Да, личность пациента изменилась. Но это не из-за психической болезни, а из-за пробуждения памяти души. Но поскольку магии на Земле нет, то и не верят в неё многие.

«Всё! — с облегчением подумал он. — Больше никаких женщин рядом со мной. Только уют холостяцкой пещеры. И никаких напрягов из-за межвидового недопонимания».

Ему казалось, что этот шаг следовало сделать раньше. Но если здраво подумать, то нет. Всё произошло в своё время. До этого он не был знаком с этим миром в достаточной степени, чтобы без серьёзных последствий покинуть квартиру матери. Теперь же он узнал этот мир лучше. А главное — у него появились свободные кредитные средства, которые он не сумел бы выделить раньше.

Он бы с радостью ночевал в офисе. Для этого достаточно было купить туда матрас. Но в договоре чётко было прописано, что это нежилое помещение. И оставаться там с десяти вечера до шести утра запрещено.

В десять охранники торгового центра выгоняют всех припозднившихся арендаторов и запирают все двери в здании. В шесть утра они могут начать впускать сотрудников, но обычно те начинают подтягиваться с половины восьмого.

В общем, ночёвка в офисе отпадала. Оставался гараж, но это на крайний случай. Кайн предпочитал спать в более комфортных условиях. Хотя при необходимости готов был заночевать хоть на улице. Благо, что сейчас был конец лета — вторая половина августа, и погода стояла тёплая и сухая.

Как он успел узнать, на поверхности жизнь отличается от подземелий. В городе тёмных эльфов всегда стояла одна и та же погода: сыровато и прохладно. Лишь ближе к поверхности можно почувствовать, что становится теплее.

Тут же погода изменчива. То тепло, то прохладно. Хотя по меркам дроу очень жарко и просто жарко. Ведь они привыкли жить при температуре в плюс четыре градуса Цельсия. А небо то светлое и голубое, с перистыми белоснежными облаками. То оно становилось серым, и с него начинала падать влага. Например, как сейчас.

Кайн морщился от капель холодной воды, которые попадали на него. При этом он не переставал восторгаться ими.

«Вода с неба! — не сходила с его лица глупая улыбка, из-за которой он больше был похож на прежнего Димасика. — У нас вода с потолка капала лишь в пещерах с горными реками. Но она так делала там всегда. А тут внезапно».

Природу дождя он постигал в салоне трамвая, пока ехал смотреть квартиру по объявлению на Хламито. Ранее концепция круговорота воды на планете ему не была знакома. Да что там вода? Он в процессе узнал, что Земля круглая и вращается вокруг Солнца. Что Солнечная система всего лишь микроскопическая песчинка в галактике Млечный путь. Что этих галактик настолько много, что они образуют скопления галактик. И вселенная одного лишь этого мира почти бескрайняя. Вернее, конец у неё есть, но он невероятно далёк.

А ведь как маг он знал о том, что миров много. Ведь демоны к ним приходили из других миров. И если каждый мир настолько же огромен, то уму не поддается, насколько же гигантской может быть мультивселенная.

«А что если этих мультивселенных тоже много? — промелькнула у него мысль. — Что если они подобно галактикам образуют скопления мультивселенных, которые формируют мегамультивселенную?»

Эта мысль заставила его застыть в ступоре от осознания бесконечных масштабов мира в целом. А также от перспектив, которые это открывает. Значит, что возможно путешествовать по этому вееру миров, узнавать новое, становиться сильнее. Конечно же, после того, как он выздоровеет и вернет себе волшебную силу.

Он настолько глубоко задумался, что пропустил свою остановку. И обратно вернулся пешком, чтобы лишний раз не тратиться на проезд.

Первая же квартира его не устроила. В ней жили неприятные с виду коричневые насекомые, вид которых заставлял поморщиться и передёрнуть плечами.

Второе жилище, к которому снова пришлось ехать на трамвае, тоже ему не понравилось. Вернее, квартира выглядела уютной и ухоженной, но вот хозяйка подкачала. Это была пожилая женщина с нравом жрицы-дроу. А это для Кайна сразу являлось знаком «стоп». Резкий и властный тон, необоснованные претензии сразу вместо приветствия. Мол, баб не водить, спиртное не пить, не курить.

Кайн и так не собирался всего этого делать. Но какой Ллос он должен терпеть столь нелепые ограничения? Он же не бесплатно собирался там жить, и тем более ему за это не собирались доплачивать. Он сам должен был платить за аренду с глупыми ограничениями.

В третьем месте его даже в квартиру не пустили. Среднего возраста женщина лишь посмотрела на его лицо, с презрением скривилась и выдала отказ. Ей попросту не понравилась его внешность и бедная одежда, из-за чего она решила, что он не сможет осилить арендную плату.

Это хоть и было обидно, но Кайн не привык спорить с женщинами и тем более им грубить. Когда он ругался с матерью, у него сердце леденело от ужаса. Вот был бы на месте хозяйки квартиры мужик, он бы мог запросто огрызнуться и осмеять его. Но отчего-то в большинстве случаев квартиры сдавали дамы.

Следующее жилище он решил осмотреть как можно ближе к офису. Квартира располагалась в пятиэтажном здании из рыжеватого кирпича, стоявшем через дорогу от торгового центра. Окна у неё выходили на оживлённую улицу, то есть прямо на торгушку с его офисом. Идеальное расположение для скрытного наблюдения и быстрого перемещения.

На этот раз Кайну повезло. Дверь открыла не женщина, а пожилой мужчина лет семидесяти, в стёганой жилетке и с умными, добрыми глазами. От него пахло табаком и старой книжной пылью — запах, который почему-то напомнил Кайну о его первом наставнике-маге.

— Здравствуйте, молодой человек. Приехали посмотреть квартиру? — его голос был хрипловатым, но приветливым.

— Здравствуйте, господин… — Кайн замялся, не зная, как обращаться к собеседнику.

— Степаныч. Можно просто Степаныч. Проходи, не стесняйся.

Кайн переступил порог, чувствуя облегчение. Никаких пронзительных женских взглядов, оценивающих его дешёвую одежду и простоватое лицо. Общение со Степанычем было подобно глотку чистого воздуха.

Квартира встретила его запахом свежей выпечки и старого паркета. Это была «однушка» в доме советской постройки, но Степаныч, судя по всему, содержал её в идеальном порядке. В прихожей стоял вместительный платяной шкаф из тёмного «дерева» (ДСП). Маленькая, но уютная гостиная, она же спальня, она же единственная комната с окном и балконной дверью почти во всю стену, которые выходили в сторону торгового центра. Кайн мысленно отметил это как стратегический плюс — он мог видеть свой офис, не выходя из дома, и наоборот. Диван, два кресла, телевизор на тумбе, книжные полки, ломящиеся от классики и технической литературы — всё дышало спокойствием и обжитостью.

— Кухня вот здесь, — Степаныч провёл его в смежное помещение.

Кухня была маленькой, но сверкала чистотой. Бежевый гарнитур, холодильник с небольшой морозильной камерой, белоснежная газовая плита. И главное — электрический чайник и микроволновая печь, два «артефакта», к возможностям которых Кайн уже успел пристраститься.

— А это совмещённый санузел, — Степаныч распахнул следующую дверь в прихожей.

Кайн застыл на пороге. У них с матерью санузел выглядел новее, но и это помещение показалось ему дворцом. Чистая белая плитка, просторная душевая кабина со стеклянной дверцей вместо занавески, стиральная машина и даже маленькое окошко под потолком, ведущее на кухню. Ни паутины, ни ржавчины, ни запаха сырости.

— Балкон застеклён, — Степаныч показал на застеклённую лоджию, заставленную ящиками из-под рассады. — Я там весной помидорки да перцы ращу. Если снимешь хату, то я балкон освобожу, место будет.

Главным достоянием стала спальня – она же единственная комната в квартире, в которой стояла кровать. Кайн вернулся туда и осторожно присел на край спального места. Кровать не скрипнула. Матрас был упругим, но не жёстким. Он провёл рукой по белоснежной простыне — ткань была прохладной и приятной на ощупь. Напротив стоял письменный стол с настольной лампой — идеальное место для его ноутбука. И тут его взгляд упал на розетку с торчащим из неё кабелем. Интернет.

— Интернет… проведён? — не удержался он.

— Конечно, — кивнул Степаныч. — Я сам без него как без рук. Новости читаю, кино смотрю, в шахматы онлайн играю. Скорость хорошая, всё работает.

Кайн почувствовал, как в его груди что-то сжимается. Это было именно то, что он искал. Его личная, безопасная пещера. Без истеричных матрон, без подозрительных взглядов. С водой, теплом и доступом к величайшему достижению человечества.

— Сколько? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Восемнадцать тысяч в месяц, плюс коммуналка. По нынешним временам дёшево. Но я, видишь ли, абы кому не сдаю, — Степаныч внимательно посмотрел на Кайна. — Скажи-ка, парень, а ты чем занимаешься? Сколько тебе лет? Работаешь где?

Кайн глубоко вдохнул и посмотрел собеседнику прямо в глаза, отбросив маску «Димасика».

— Мне двадцать. У меня свой бизнес. Небольшой образовательный центр. Офис как раз там, — он кивнул в сторону окна, за которым виднелся торговый центр. — Поэтому и искал квартиру поближе к работе.

Лицо Степаныча озарилось уважительной улыбкой.

— Бизнес? В двадцать лет? Да ты, я смотрю, парень с головой! Это другое дело. Молодёжь нынче по подъездам бухает или от смартфонов не отлипает, а ты дело делаешь. Уважаю.

Он протянул руку, и Кайн, после секундной паузы, пожал её. Мужское рукопожатие. Простое, честное. Никаких унизительных сюсюканий, никакой жалости или унижений и пренебрежения.

— Договор у меня есть, — Степаныч достал из папки на столе несколько листов. — Всё официально. Посмотри, если что не ясно — спрашивай.

Кайн пробежался глазами по тексту. Всё было чётко и прозрачно. Никаких скрытых пунктов мелким шрифтом, в отличие от договора с МФО.

— Меня всё устраивает, — сказал он, доставая паспорт и деньги. — Я готов внести задаток. Пятнадцать тысяч наличными, остальное переводом или придётся подождать, пока я схожу до банкомата и назад.

— Отлично! — Степаныч похлопал его по плечу, и Кайн лишь чудом не отпрянул от этого непривычного жеста. — Меня и перевод устроит. Заселяйся хоть сегодня. Ключи вот. Со мной на связи, если что. Я на втором этаже живу в тридцать четвёртой квартире. Но ты не думай плохого — я тебя донимать не собираюсь. Раз в месяц за деньгами по согласованию буду приходить, как в договоре указано.

Через полчаса Кайн стоял один в центре «своей» новой квартиры. Тишина нарушалась лишь гулом машин за окном, который казался отдалённым и едва слышимым из-за качественных пластиковых окон.

Он медленно обошёл все комнаты, касаясь рукой стен, мебели, штор. Он был дома. В своём убежище. В своей холостяцкой пещере. Никаких баб и сопутствующей нервотрёпки. Впервые со времени пробуждения воспоминаний прошлой жизни он ощутил себя в безопасности.

Он подошёл к окну и увидел вдали освещённые витрины торгового центра. Среди окон он нашёл несколько из них, которые были тёмными и вели в его офис. Уголки его губ непроизвольно поползли вверх, складываясь в редкую для него, искреннюю улыбку. Он сделал это. Он не просто сбежал. Он основал своё первое «поселение» в этом странном, но безумно интересном мире.

«Всё, матушка, — мысленно обратился он к образу уставшей женщины. — Ваш птенец не просто выпорхнул из гнезда. Он нашёл себе новую скалу. И, возможно, однажды он вернётся. Но уже не беспомощным Димасиком, а сильным Кайном».

Он потянулся к своему старому ноутбуку, ощущая, как по спине разливается давно забытое чувство — предвкушение нового пути. Пути, на котором его ждали не долги и психологи, а тайны этого мира, которые ему только предстояло разгадать. И первым делом ему нужно было проверить, пришёл ли ответ от «Таргет_демиурга». Битва за его разум и будущее продолжалась. Но теперь у него был свой надёжный тыл.

Первый вечер в новой квартире прошёл в эйфории, смешанной с настороженностью. Кайн проверял дверные замки, занавесил окна и провёл рекогносцировку местности, изучая окрестные магазины и маршруты. Он чувствовал себя разведчиком на вражеской территории, на которой каждое дерево или подворотня могли таить угрозу.

Наутро эйфория сменилась суровой реальностью. Он открыл холодильник и осознал, что тот пуст. Заглянул в ванную — на полочке лежал одинокий кусок серого, замызганного хозяйственного мыла, оставленный Степанычем «на первое время». Шампуня, зубной пасты, туалетной бумаги — ничего не было.

«Бытовые мелочи! — с раздражением констатировал он. — Те самые, что пожирают время, силы и деньги».

В его прежней жизни после становления магом этим за него занимались рабы. Позже в этой жизни весь быт на себе тащила мать. Теперь он был предоставлен сам себе. Сжав в кармане кредитную карту, которая вчера начала снова худеть, он отправился в ближайший супермаркет, расположенный в том же торговом центре, что и его офис.

Впервые он покупал что-то подобное сам, будучи полностью осознающим себя Кайном, а не Димасиком. И этот опыт поразил его сильнее, чем если бы внезапно разразилась магическая битва.

Он стоял перед стеной с шампунями, и его разум отказывался воспринимать это изобилие: «для восстановления», «для объёма», «для блеска», «против выпадения». Десятки разных на вид флаконов, и каждый что-то обещал. Он потянулся к самому дешёвому, с кричащим ценником «89 рублей». Рядом висел почти идентичный флакон за четыреста пятьдесят.

«Глупость, — подумал он. — Мыло есть мыло».

С тушёнкой было проще. Он помнил, как они с матерью её готовили. Значит, брать нужно мясо в банке. Он нашёл полку и снова упёрся в ценники. Крошечная баночка за сто семьдесят рублей? Это вообще законно?! Его взгляд упал на банку с непритязательной этикеткой и ценой в шестьдесят пять рублей.

«Вот оно!», — с торжеством подумал Кайн, сгребая в корзину три штуки.

Далее последовали макароны (самые дешёвые), хлеб (вчерашний, со скидкой), пачка дешёвого чая и что-то под названием «доширак», на которое указала ему рука какого-то студента, заметив его растерянный вид. Бытовую химию он игнорировал вовсе, ограничившись тем самым хозяйственным мылом.

На кассе он с замиранием сердца провожал взглядом число на экране, осознавая, что эти деньги лягут тяжким грузом на его кредитку. Две тысячи сто тридцать рублей!!! За какие-то крохи еды и флакон жидкости! Цифры жгли его сознание. Он практически ничего не взял, выходил из магазина с полупустым пакетом. Вроде одна вещь недорогая, другая ещё дешевле. Откуда взялись две тысячи?!

Он внимательно изучил текст и сравнил с содержимым своего пакета. Всё было правильно. Количество товара и его наименование сходилось с тем, что написано в чеке. И если всё посчитать, сумма получалась та же, что в чеке. Но отчего-то у Кайна осталось на душе ощущение, что его где-то обманули. Так обманули, что он не видит подвоха, но чувствует его.

«Экономить нужно жёстче, — подумал он. — Только как это делать при таких ценах?»

На ходу он задал вопрос об экономии интернету, в ответ тут же получил ссылку на ролики блогера Серёги всё пожирающего под названием «Выживаю на 100 рублей в день».

«Перед сном посмотрю, — решил он. — Это должно быть полезно».

Вернувшись в свою «пещеру», он с чувством выполненного долга принялся за быт. Голод давал о себе знать. Он вскрыл банку тушёнки. Запах, ударивший в нос, был далёк от того аромата, что стоял на их кухне. Это пахло чем-то кислым и металлическим. Он попробовал — и чуть не выплюнул. Консистенция жилистого волокна и жира, вкус старого сала и соли. Это было несъедобно. Он с отвращением отправил банку в мусорное ведро, предварительно замотав в пакет, чтобы не воняло.

Вечером настал черёд шампуня. Он залез под душ и принялся усердно намыливать волосы. Но вместо пышной пены дешёвое средство дало лишь жидкую, скользкую слизь, которая с трудом смывалась и оставляла волосы липкими и безжизненными, будто пакля.

Стоя под тёплыми струями воды, Кайн впервые за долгое время почувствовал себя абсолютно побеждённым. Его расчёт, его попытка сэкономить — всё разбилось о быт. Дешёвая тушёнка оказалась отбросами, дешёвый шампунь — бесполезной бурдой. Он экономил на себе, а в итоге просто выбросил деньги на ветер.

— Глупец! — прошипел он сам себе. — Ты думал, что цена — это единственный критерий? Ты, видевший тысячи алхимических зелий и знавший, что самый дешёвый ингредиент может свести на нет весь эликсир!

Он вышел из душа, злой и мокрый, и уставился на экран своего ноутбука. Интернет, его главный источник знаний в этом мире, снова должен был дать ответ. Он вбил в поиск: «как выбрать шампунь», «почему дешёвая тушёнка невкусная», «состав продуктов».

Он провёл за чтением несколько часов. Узнал про пальмовое масло, соевый белок, идентичные натуральным ароматизаторы и SLS в шампунях. Он понял, что сэкономив на цене, он заплатил своим комфортом и здоровьем. Принцип «скупой платит дважды» обрёл для него буквальное воплощение.

«Хорошо, — отчеканил он мысленно, закрывая ноутбук. — Урок усвоен. Экономить — не значит покупать самое дешёвое. Экономить — значит покупать оптимальное. Нужно читать состав. Нужно сравнивать. Эта реальность подчиняется своим законам, и я должен их изучить, а не ломиться напролом с гномьим упрямством».

Он лёг на кровать, глядя в потолок. Чувство стыда за свою некомпетентность постепенно сменялось холодной решимостью. Он научился обманывать людей, чтобы выжить. Теперь он научится покупать шампунь и тушёнку. Это был не менее важный навык.

И тут ноутбук, стоявший на тумбочке, тихо пропищал, извещая о новом письме. Сердце Кайна ёкнуло. Он потянулся к устройству.

Письмо было от «Таргет_демиурга». Тема: «По поводу метрики и результатов».

Кайн медленно выдохнул и открыл его.

«Привет. Доступ к метрике получил, спасибо. Посмотрел статистику. Народ, конечно, у тебя специфический... Но конверсия неплохая. Постинг в тематических группах дал больше отклика, чем таргет по широкой аудитории. Думаю, стоит сместить акценты. Скинь, кстати, описание того, что ты там им на лекции показал. Для более точного попадания в аудиторию. И ещё вопрос: ты планируешь как-то монетизировать их дальше? Или первый платёж — это всё?»

Кайн уставился на строки. Вопросы были простыми и деловыми, но за ними стояло нечто большее. «Таргет_демиург» интересовался сутью. Он спрашивал о магии. Или о том, что он за неё выдал.

Это был новый вызов. Более сложный, чем выбор шампуня, но столь же важный для выживания. Нужно было решить, какую часть правды открыть союзнику, а какую — навсегда оставить в тени.

Он положил руки на клавиатуру, готовясь маневрировать на поле общения с союзником, который в любой момент может оказаться недругом.