Взгляд истинной страсти

Пролог

Коридор зиял чернотой. Он заглатывал в своё тёмное нутро. Казалось, что тени от единственной свечи, мерцающие от каждого сквозняка - это призраки прошлого, смотрящие сейчас сквозь щели чёрных прожилок камней. Тонкая фигурка, на которой ярким пятном выделялся только небольшой аккуратненький животик беременной, шла не сбавляя шага. Чёрный камень медальона в серебряной оправе, как и нутро коридора на бледной тонкой шее поглощал любой отсвет свечи. Тонкая сорочка когда-то белая, украшенная тонким кружевами, сейчас мокрая от крови, противно липла к ногам, волосы молодой женщины растрепались, а в глазах застыло бешенство. В одной руке она сжимала окровавленный нож, а в другой держала свечу тонкими аристократичными пальцами. Без подсвечника. Зачем он одержимой? Тем более ожогов от воска на тонких пальчиках уже давно не оставалось.

Ещё один поворот, другой и шлёпанье босых миниатюрных ножек по ледяным камням пола замерло. Молодая беременная девушка остановилась прямо напротив стены и постучала рукоятью ножа куда-то рядом со своей головой. Сначала на несколько мгновений замерла пугливым кроликом тишина. Затем раздался раздирающий душу скрип, противный, тихий, тайный. Именно таким скрипом и открываются все секретные ходы, которыми давно не пользовались. Девушка замерла на пороге. Взгляд её был тёмен, как и недра чёрного медальона весящего на её шее и ничего не выражал.

- Входи дитя моё, - старческий голос как будто вернул жизнь в тело одержимой. Взгляд стал осмысленным и… хищным. – Как прошла встреча?

- Продуктивно, мастер, - прошипела девица чистым и невинным голосом. – Мы с малышом наелись досыта, – поглаживание аккуратненького животика могло вызвать умиление, если бы не окровавленная ладонь будущей матери. Девушка зашла, наконец, в богато украшенную, красивую, невероятную, заполненную различными книгами комнату. Дверь закрылась следом за ней. Оплавленная свеча исчезла из руки одержимой, как будто её и не существовало. И все же в ускользающем свете, было видно, как окровавленные следы на пыльном полу заброшенного коридора для слуг исчезают, а пыль, годами лежавшая, казалось бы, на этом месте снова забирает свои владения себе. Ещё совсем немного и последние улики исчезнут в небытие.

- Хорошо, - согласился говоривший стариковским голосом из соседней комнаты. – Иди сюда, пора принять лекарство, дорогая. И больше босиком, прошу тебя, не выходи, каким бы сильным голод у тебя не был. Это может быть вредно для малыша, – назидательно увещал нахмурившуюся одержимую пожилой мужчина.

- Да, мастер, - степенно ответила девушка. По чёрному камню медальона сверкнула пара искр, а взгляд девицы на мгновение стал более осмысленным, чем до этого. Но ещё доля секунды и все по-прежнему. Одержимая покорна, мастер зовёт её к себе. И всё же…

…На стене напротив секретного входа висела картина. Юная леди с букетом полевых цветов. Чёрные локоны развивает легкий ветерок, вокруг травы, а небесно-голубое платье с белыми лентами…красавица. Тонкие черты лица бледная кожа, кокетливая шапочка…. Девица смотрела на эту картину и усмехалась. Себя прошлую она терпеть не могла. Мелкая, противная девчонка, слащавая и ничего не знающая о жизни. Влюбилась, как последняя глупышка и оказалась у разбитой чашки. Её идеал на проверку оказался бабником и самовлюблённым типом, которому от неё нужен был только наследник. После того, как стало известно о беременности, он даже не посещал её покои! Якобы чтобы не утомлять! Чушь! Она всё равно прознала! От собственных фрейлин! Как он посмел! Он только её! Они давали клятвы перед богами!

Одержимая сжала кулаки. Вспоминая о тех выскочках, что покусились на её главную собственность. Он принадлежал только ей! Ей и малышу! Они семья! Поэтому девчонка совершила в своей жизни первый правильный поступок и теперь... Да! Скоро она и её малыш будут самыми главными, самыми сильными! Самыми лучшими! И больше никто не посмеет им перечить, с ними буду считаться! А тот, кто их кинул на дно ямы отчаяния, будет принадлежать только им. У них будет крепкая, целая семья. Как в сказке. Как самой лучшей правильной сказке. И для этого она сделает всё. В том числе и уберёт всех соперниц на своём пути!

Одержимая улыбнулась. Она не чувствовала холода, идущего от пола, так как стояла босыми ступнями на тёплом дорого ковре, и липкого подола сорочки, так как той давно вернулся её первоначальный вид. Ничто не напоминало о том, что совершила девушка около получаса назад. Этот старый маразматик очень полезен. Пока. После окончания ритуала в нём уже не будет нужды.

Чёрноглазая направилась через комнату в соседнее помещение, чтобы понаблюдать за исполнением своих планов и выпить одно нужное зелье. Пусть девчонка и провела обряд правильно, у неё не было магической силы. Жаль. Теперь приходится подпитываться и тратить энергию.

Старик, варивший зелье из крови, что собрал магией с ткани, рук, ног и следов своей протеже, помешивал своё варево, разглядывая блеск искорки каждой частички страха и ухмылялся. Превосходно! Он уже чувствовал, как растекается по венам радость от того, что всё идёт по плану. Параллельно пожилой колдун варил другое зелье и именно туда шли энергетические сгустки, собираемые его протеже. Именно его и должна пить одержимая, чтобы оставаться в его подчинении. Ничего совсем немного осталось. Скоро наследник родится и тогда…

Утром тело фрейлины королевы Бетани, младшей дочери четы рода Яхонтовых нашли в её покоях. Служанка так и не смогла отойти от увиденного зрелища и взяла расчёт в тот же вечер. Бетани явно сопротивлялась, но не смогла справиться с убийцей. Тринадцать ножевых ранений не оставили шансов выжить несчастной. Но даже не это оказалось самым чудовищным. Все внутренности, начиная лёгкими, заканчивая репродуктивными, были либо съедены полностью, либо надкусаны и разбросаны по постели окровавленными сгустками. Это уже было третье хладнокровное убийство во дворце, но найти никаких следов, так и не удалось. Единственное, что смогли определить лучшие следователи тайной службы: как и в первых двух, третье убийство было совершено одним и тем же орудием. Ножом. Да и следы зубов тоже были одни и те же – женские.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава Первая. Немного о прошлом Леди в Маске.

Жизнь маленькой Герри с самого детства не задалась. Она должна была блистать на балах, очаровательно улыбаться на чаепитиях своей маменьки и тёти. Она обязана была ходить в маленьких розовеньких платьях или же зелёненьких из-за своего цвета волос – огненно-рыжего и глазок невероятно зелёных. Она… Маленькая Гертруда Изумрудная, юная графиня, младшая дочь своего отца с самого детства знала, что должна жить совсем не так. Её мама не должна плакать, а тётя не должна забирать её к себе, и слуги… у всех графов есть слуги! Почему у её семьи их почти нет?! И всё же очень быстро Гертруда поняла, если хочешь выжить, то нужно делать для этого всё возможное самой, поскольку и брат и отец не в состоянии это сделать. Её мама, слабая сердцем и характером решила этот вопрос совершенно по-другому, когда маленькой Герри было одиннадцать лет, а её брату Лесли четырнадцать, леди Изумрудная тихо и мирно скончалась в своей постели, узнав о том, что практически всё состояние её мужа и её приданое проиграно в карты и они по уши в долгах.

Именно тогда тётя, Сильва Яхонтова забрала к себе маленькую Герри, заявив мимоходом, что с девочкой двое мужчин справиться не смогут. В принципе тут, Сильва лукавила. С Герри справиться было довольно просто. Маленькая егоза быстро осознала, что если не мешать «друзьям» отца, то и сама цела останешься. Ну и приносить им выпивку. Ведь, когда девочке исполнилось десять лет, в доме из слуг остался один дворецкий, служивший ещё бабушке маменьки Герри, и он приходил не каждый вечер, так как работал в другом месте. И вот уехала Гертруда Изумрудная из этого дома скорби и желчи, отец даже толком не осознал в тот вечер, что произошло, так как был занят очень важным делом, проигрывал в карты очередной раз, а его сын уподобившись отцу впервые уселся за стол и ему «шла карта». Девочке быстро объяснили, что нахлебницей её никто терпеть не будет. Пусть Сильва и питает к ней тёплые чувства, семейство Яхонтовых давать ей приданое и платить за образование не собирается (у самих две дочери и сын), но вот помочь с рекомендационным письмом при поступлении на казённое учение (о, ужас для благородных семей!) ей вполне могут. Намного позже Гертруда осознала, как её тогда унижал муж её тёти, но в тот момент ей было всего одиннадцать. Она не понимала всей подоплёки подковёрных игр. И всё же тётя Сильва её не бросила, не сдала её в какое-то второсортное училище для детей многочисленных разорившихся полу-благородных фамилий и купцов, а настояла, чтобы девочка пошла учиться в УМиЧ (Университет Магии и Чародейства) на целителя-травника. Королевский университет, куда поступали даже некоторые старшие сыновья благородных семей, правда, дочерей тех же благородных фамилий обучали в основном либо в пансионах благородных девиц, либо на дому. В университет в основном поступали дочки купцов или же девушки совсем уж обедневших родов, да не чтобы учиться, а скорее выскочить замуж за какого-нибудь благородного мэтра. Этот манёвр быстро разгадали и пресекли, так что факультеты травников и бытовых мастеров находились с одной стороны главного здания университета, а боевиков (куда и поступали благородные мэтры) с другой. Так же обстояли дела и с общежитиями. Пересечься можно было только на центральной парковой площади и лекциях. Под строгим надзором преподавателей. Хотя, молодёжь всегда могла ускользнуть, если ей надо, и когда ей нужно.

Впрочем, молодую графиню это тогда не волновало. Её интересовало совершенно другое. С детства Гертруда обожала травы и изучала их свойства. Ничего удивительного не было в том, что она с лёгкостью поступила. Не понадобились даже рекомендации. Правда фамилию девочке изменили из соображений безопасности, как говорили ей, а на самом деле, чтобы скрыть причастность родственных связей Яхонтовых к поступлению дочери Изумрудных и «ужасный позор». Девочка получила фамилию Нефрит. Якобы она беженка, приехавшая из далёкой провинции, рядом с Верниром, спасающаяся от набегов морайнских орков, что постоянно терроризировали эти несчастные земли. Талантливая, но бесприданница. Увы. В этой сделке все оказались довольны. Юная Герри уехала жить в общежитие, как бы даже без участия семейства Яхонтовых, отец не был в курсе, где она и девочке не нужно было быть бесплатной служанкой в доме, ну и в конечном счете сама Герри получила возможность жить, как хочет она. Без криков собственного брата или отца и придирок мужа тёти и её дочерей, сына уже давно отослали учиться в «приличное» закрытое училище.

Прошло семь лет. За это время Гертруда Изумрудная, она же Герри Нефрит умудрилась повзрослеть, похорошеть и набраться опыта в подковёрных интригах. В четырнадцать она решительно взялась за изучение карточных игр, прекрасно понимая, что по-другому набрать денег на свою мечту – лавку трав и пряностей она не сможет. Но потом мечта приобрела новые очертания. Гертруда вознамерилась вернуть свои владения, проигранные собственным отцом. И произошло это, когда рыжеволосой красавице исполнилось шестнадцать и ей пришлось впервые за много лет приехать домой. Отцу якобы стало плохо. Старший брат в письме, переданном через тётю Сильву, просил срочно их навестить. Девушка по наивности сразу же собралась и приехала, хоть тётя не сильно верила в это письмо, о чём и сказала, передавая его в парке молодой рыжеволосой красавице.

- Они какая-никакая, но моя семья, - тихо ответила Герри, качая головой. В тот вечер она поняла, из семьи у неё осталась только тётя.

Парк дома был заброшен и давно превратился в подобие леса. Все земли в округе оказались проданы и там теперь строились дома и усадьбы. Проезжая мимо в карете, из окна Гертруда видела, как вырубается лес, в котором любила гулять девочкой её мама. Видеть, во что превратились эти места было больно. Особенно тяжко оказалось увидеть потухший, сияющий провалами тёмных окон её бывший дом. Некогда богатый, украшенный лепниной и сверкающий огнями, теперь он напоминал призрака, развалины старого замка, руины надежд Гертрудиной мамы.

Войдя в порядком обветшалый особняк, девушка почувствовала запах дешёвых сигар (дорогие так точно не воняют), перегара и чуть не запнулась о бутылку из-под какого-то пойла. В следующую секунду дверь закрылась, отрезая путь к спасению.

- А она ничего, хорошенькая, – раздалось откуда-то из полутьмы ближайшего зала. – Неплохая сделка.

От этих слов внутри всё оборвалось. В голове на первое мгновение не осталось мыслей, а затем они стали зарождаться со скоростью света. И одна другой кровожаднее, острее. Маленькая Герри уже была не той одиннадцатилетней малышкой, пришедшей в УМиЧ, она умела выживать в этом грубом мире. Ей недавно исполнилось шестнадцать, и Герри знала, что не на кого положиться. И вот сейчас она поняла – выберется отсюда. Она – не маленькая барышня, что боится лишний раз спуститься по лестнице, столкнуться с папиным «другом», получить от которого затрещину – обычное дело.

- А я о чём говорил, моя сестрёнка огонь, думаю, на ещё одну партию потянет, да мелкая? Ты же хочешь помочь папочке поправиться? – брат появился откуда-то сбоку и схватил её за локоть, чтобы не сбежала. – Здесь опробуешь? Или к себе повезёшь? – ухмылка вышедшего на слабый свет загрязнённого окна холла некогда богатого дома говорила сама за себя. Огромный, воняющий теми самыми дешёвыми сигарами, бородатый. Один взгляд на него и Гертруду начало подташнивать, особенно когда она видела частички еды на свалявшейся бороде своего «нового» владельца. Чёрные бусинки-глазки противно сверкали похотью. Тошнота усилилась, только чудом Гертруда взяла себя в руки.

- Здесь, хороша девка, - ухмыльнулся мужик, подходя ближе.

- Да? – Герри резко дёрнула руку, освобождаясь от хватки брата, тот не ожидал такого, наверно поэтому и не сильно возражал. Он всё равно стоял у заветной двери, ведущей на выход. – Раз я так хороша, то могу и сама за себя играть, а?– девушка оглянулась на брата, в полутьме толком не видя его лица, и сложила руки на груди. Да, поведение не достойно леди, но сегодня её и приравняли уж точно не к благородным девицам.

- Барышни из благородных домов не умеют нормально играть, - бородач подошёл почти вплотную. Тошнота казалась нестерпимой. Лицо приходилось держать изо всех сил. Но Герри так просто не сдавалась. Она обязана. Ради себя, ради мамы. Раз не схватил, раз не тащит, значит ещё есть шанс.

- А почему вам это не проверить? – вдох через рот, носом лучше тут не дышать.

- А зачем? Я итак уже выиграл тебя на неделю, а Фил на пару дней после, - ухмылка превратилась в оскал, – как Гертруда не выругалась, девушка сама не знала, но решила сохранить марку. Раз себя она продать не может, то придётся идти на хитрость. Мгновенные решения – правильная способность остро развитая за время учёбы не раз выручила в своё время рыжеволосую морайнку.

- Всего лишь неделю? Пару дней? – мисс Нефрит (Изумрудной она вряд ли теперь станет когда-либо) посмотрела зелёными глазищами на мужика и тот невольно вздрогнул. Ведьма-травница пусть и без диплома пока, но всё же ведьма. Против такой не устоишь. И мужлан не устоял. – Мой папочка явно тебя обманул, – и прошла мимо вглубь прокуренного зала, пока никто не опомнился.

Папочка сидел за столом, рядом с ним лежали карты рубашкой вверх и пара монет. Годы сильно изменили его, как и дом, обветшал он также, покрылся морщинами, горами бутылей вокруг и пропитался запахом всё тех же дешёвых сигар. Седые волосы, серые глаза, морщинистая кожа, покрытая сеткой капилляров, красные лопнувшие сосуды в глазах, слегка отдающих безумием. Жуткое зрелище. Герри обернулась, чтобы разглядеть брата. Он стоял за её спиной, так что толком она его не рассмотрела, а сейчас при свете свечей легко можно было разглядеть точную копию отца, только молодую и красивую, как папочка в молодости. Братец возмущал, сероглазый брюнет даже слыл щёголем и довольно преуспевающим альфонсом. Правда ни одна из великовозрастных любовниц долго не могла терпеть измены, что оплачивались на её же деньги.

Гертруда Нефрит оглядела всю компанию, что собралась за столом, отец не удостоил её даже взглядом, просто произнёс её имя, чем заставил оживиться почти всех стервятников. Рыжеволосая красавица тонко улыбнулась и уселась на свободное кресло. Ну игры с матёрыми жуликами не подведите.

- Давайте сыграем на месяц? – разрубила тишину девушка голосом, что не дрогнул, хотя сама зеленоглазка дрожала внутри, как осенний лист. Главное, в карточной игре держать лицо. А остальное… не зря она год изучала технику и запоминала комбинации, способы крапления карт.

Игра началась.

Конечно, карты были краплёные, Герри это поняла сразу. Причём краплёные стандартно. Феноменальная память на сотни оттенков сушёных трав в разные фазы луны или дневные часы, помогли ей разобраться, что к чему, ну и поставить свои метки. В ту ночь девушка отыграла себя. Делала она это правильно, пару раз проиграв, а потом снова забирая выигрыш. И… ей это понравилось. Правда один взгляд на отца выбивал всякое удовольствие от игры. Сонный порошок, что носила девушка для самообороны в потайном кармане платья довершил дело, когда оказался добавлен в бутылку дешёвого вина. Действовал он мгновенно.

Больше Гертруда Изумрудная не возвращалась в свой бывший дом. И не говорила о произошедшем. Она ушла на расцвете, гордая и свободная. С распиской собственного папочки. Правда на этом история не закончилась. Гертруда приняла решение вернуть всё, что принадлежало ей по праву и заполучить расписки своего отца и брата, чтобы никто не смог воспользоваться и добраться уже до неё. Как это сделал в своё время бородач. Именно поэтому уже спустя месяц один из столичных домов полусвета распахнул перед Леди в Чёрной Маске свои гостеприимные двери.

***

Знаменитый театральный дом «Каменный цветок» располагался в самом центре Тантала. На главной площади именуемой Алмазной, в честь фамилии главного рода империи, он блистал в свете маго-светильников различных цветов и поражал воображение лепниной, украшающей его фасады. Сюда не брезговал заезжать сам император с семейством и, конечно же, вельможами. Наверно из-за своего огромного статуса это знаменитое на всю Теллурскую империю здание (да и за пределами о нём говорили) должно было выглядеть именно так: вычурно и помпезно. Но не сегодня. Сегодня мягкие кресла убрали из огромного зала, оставив только несколько по углам, около колонн. Украсили интерьер живыми цветами и масками, то весёлыми, то грустными. В малом зале расположились крупье и официанты, а так же расставили карточные и просто игральные столы. Великолепный и неподражаемый бал-маскарад по случаю дня рождения самого театра «Каменный цветок» отмечался всегда нежно, без надуманного пафоса (разве что чуть-чуть) и… в масках. Таков закон. Ведь кем, по сути, являются актёры? Людьми в масках. Они надевают на себя чью-то жизнь и играют роль. И в этот вечер театр открывал возможности для дворян и вельмож стать людьми в масках, сыграть роль, о которой они мечтали.

…И она тоже играла роль.

Черные локоны (не рыжие, нет!) увиты в прекрасную причёску почти лишённую шпилек из экономии, но ведь это можно преподнести, как интересный ход. Бархатное чёрное платье с красными вставками по бокам. На гране вульгарности и приличия (перешито как раз из платья куртизанки, что получила в качестве оплаты за отличное зелье). Декольте, в котором могут утонуть любопытные мужские взгляды, наглый взгляд из-под ресниц, но невозможно выяснить, кто она. Ведь незнакомка пришла в чёрной, кружевной маске, закрывающей половину лица. Да-да, именно сегодня, в этот день, многие простолюдины могли оказаться за одним столом с дворянами (если им хватит денег на дорогой костюм). Представители древних родов находили это пикантным и очаровательным. Тем более, специально обученные маги должны были следить, чтобы никто не пронёс яд или же кинжал на это изысканное, слегка вульгарное и безумно популярное мероприятие.

Без труда Леди в Чёрной Маске прошла контроль. Опасность составляли только её умения и знания, а они всегда были при юной леди. Впрочем, никто и не догадывался, насколько юна эта прелестная незнакомка в бархатном платье, граничащим по открытости с платьями куртизанок, но всё же не так открыто, как этого хотелось многим мужчинам. Восемнадцать лет! Но разве может такое прелестное создание возраста дебютантки оказаться на таком балу? (Возраст девушек, представляемых на балах варьировался именно от шестнадцати до восемнадцати, очень редко двадцати).

Леди в Маске улыбалась на приветствия, мило беседовала с некоторыми представителями знатных фамилий, как бы показывая, что она здесь своя. Аристократка. И ей поверили. Девушка же искала определённого игрока, Фавия Оникса. У этого жирн… упитанного на вид мужчины было припасено около десяти расписок от её братца и парочка от отца, а значит он был в списке. Именно он осмелился требовать в качестве оплаты руку и сердце юной девы Гертруды Изумрудной, которую видел на скромном приёме у её тёти (дань вежливости, приходилось ей следовать). Молодая Герри прекрасно знала, что этот стервятник и не подумает пропустить такой знаменательный вечер. Красавица, которой уже исполнилось восемнадцать лет, поднаторела в интригах и сплетнях, из-за чего не должна была ошибиться в своих суждениях. Поэтому рыжеволосая (в данный момент, тёмноволосая, благодаря парику) ожидала свою жертву, мило улыбаясь и танцуя на балу. Кто бы мог подумать, что в свои годы она побывает ни на одном таком празднестве, а на девяти. Явно не её папочка и, уж тем более, мамочка. Тётя и не подозревала о деятельности молодой интриганки. Для неё первый бал для Герри наступит на восемнадцатилетие, на правах бедной родственницы в имении Яхонтовых. Или же, что более вероятно, на школьном ежегодном балу для выпускников УМиЧ. Как же ошибалась родня юной Герри….

Упитанный Фавий Оникс, банкир и тот ещё пройдоха появился на мероприятии в маске, но спутать с чем-то ещё эту сальную полуулыбку и огромный шляпу-цилиндр на голове при довольно небольшом росте было просто невозможно. Герри улыбнулась, как истинная хищница, едва заметно и решила дать своей жертве дойти до своего жертвенника, а затем уже присоединиться к игральному столу. Пришлось даже станцевать пару танцев с молодыми денди. Какие же они глупые павлины. Герри могла с лёгкостью обвести вокруг пальца каждого, хотя многие являлись намного старшими особами, чем сама Гертруда.

Игральный зал встретил девушку огнями магических свеч, чем благодаря особому напылению горели дольше и не дымили, и красивым убранством. Правда Леди в Чёрной маске красота и вычурность не впечатлили. У леди была цель и она не хотела отвлекаться на какие-то глупости.

- Здравствуйте, дорогие мэтры, - улыбнулась темноволосая незнакомка сладкой улыбкой гостям театра. – Примете скромную леди в свое высшее общество, а то я так устала танцевать…, - кокетливый взгляд из-под ресниц.

- О, прекрасная леди, как вы смелы, - тут же ответил Фавий Оникс. Он резко подскочил, отодвигая стул для леди в сторону. Леди, разумеется, приняла приглашение и с видом милой кокетки уселась с грацией милой девушки, решившей немного поразвлечься и пощекотать себе нервы. Кому-то сегодня придётся очень сильно и много просить папочку помочь с возникшими проблемами, ай-яй-яй! Именно такие мысли преследовали всех, сидящих за этим столом. Тем более, что первые две партии, леди проиграла подчистую, но затем… Фавий решил потребовать юную леди сыграть не на деньги, к слову девушка слегка побледнела под маской. Мэтр Оникс уже счастливо потирал ручки, подумывая, чтобы попросить на выигрыш. Интересно, а что если потребовать не деньги дорогого папочки этой маленькой мышки, а скажем…

- Давайте больше не будем играть на деньги, милая, признайтесь, это не ваш… талант. Вы безусловно талантливы, но… -произнёс мужчина таким скользким тоном, что любой бы мог догадаться за этим столом, что это оскорбление, которое должно заставить маленькую глупую кокетку только сильнее раззадориться. И никто спасать бедняжку не пытался, джентльменов за этим столом не существовало. Стервятники наоборот думали, кому из них перепадёт кусочек. Что ж, они сами подписали этот разговор, особенно когда согласились с тем, что…

- Как вы можете так говорить, я требую ещё партию! – возмущённо произнесла маленькая леди в маске. «Джентльмены» заулыбались коварными улыбками. Зелёные глаза под маской недобро сверкнули на эти улыбки, но… никто не заметил предупреждающего огня.

- Тогда… раз уж вы просите. Джентльмен не может отказать даме… может сыграем на вашу маску? Согласитесь, это небольшая плата, - улыбка мэтра Оникса стала акульей. Ведь если девушка согласится и снимет маску будучи за карточным столом в одиночестве, в полутьме зала… её репутация будет погублена. Пустоголовая кокетка, так будут судить о несчастной. Ни одной выгодной партии. Слишком много мужчин в данный момент окружало маленькую мышку. И тогда можно будет делать с зарвавшейся кокеткой, что захочется. Папочка будет только рад.

- Давайте! – звонкий голос заставил на мгновение всех замереть, а затем захлопнулся капкан и разговоры продолжились, как ни в чём не бывало. Ближайшие пятнадцать минут.

Откуда в картах маленькой выскочки, жертвы, появился туз? Этого никто так и не понял. Леди в маске мило улыбнулась. Она с всё той же безмятежной счастливой улыбкой решительно позволила увести себя в следующую партию. Шансов у заядлых игроков не было. Спустя каких-то сорок минут за столом больше никто не улыбался. Девушка выигрывала партию за партией. Легко и непринуждённо. Ставки повышались и повышались. Азарт завладел сердцами алчных людей. Азарт и игра, которую вела молодая леди.

Леди в Маске.

- Спасибо за игру, но мне пора, - вдруг сказал девушка выкладывая на стол очередной раз выигрышную комбинацию. Затем она встала и кокетливо поклонилась ошарашенным мужчинам. – Думаю, вы уже достаточно проиграли, – строгий взгляд зелёных марев глаз прошёлся лучом огня по «джентльменам» и остановился на мэтре Ониксе.

- Милая маленькая леди, вам сегодня очень везёт, - начал Фавий, заискивающе поглядывая на остальных, - но… удача переменчива… - последнее прозвучало угрозой.

- Не спорю, – девушка слегка наклонила голову соглашаясь с этим суждением. – Поэтому я заберу свой выигрыш не совсем деньгами, – улыбка юной леди стала коварной. – Вы проигрались в пух и прах, - леди в маске повела плечиком. – В ваших интересах, чтобы ваши опекуны не узнали о суммах ваших долгов. Ведь так, мэтр Гай Огден Гаюнит, я полагаю, - зелёные глаза под маской резко сузились. Выше упомянутый мэтр нахмурился, мало кто называл его этим именем, по большей части его звали просто Гай Гаюнит. – Прошу вас расторгнуть помолвку с мисс Верной Берилл, тогда вам не придётся закладывать второй раз свою летнюю резиденцию близь Эрбия.

- Милая леди, я вижу, вы спланировали это всё с самого начала, - Гай лениво посмотрел на маленькую девочку, что вздумала портить ему планы, положить руку на довольно увесистое состояние торговцев Бериллов через их очаровательную, пусть и довольно глупую дочь. – Советую вам, просто взять деньги и больше не появляться здесь. Намёк, я думаю, - он повторил её тоном, - вы поняли.

Все мужчины ухмыльнулись за столом. Маленькая леди в маске улыбнулась им в ответ.

- Я просто озвучу сейчас свои требования, а как вам поступать дальше, вы решите сами, но… - улыбка превратилась на секунду в ехидную усмешку, - я бы советовала вам соблюсти правила, ведь… карточные долги, это долги, которые всегда отдаются. Итак мэтр Фавий Оникс, отзовите вашу помолвку с мисс Гертрудой Изумрудной и отдайте мне все расписки её пресловутых родственников, они как раз задолжали вам примерно сумму вашего проигрыша. Ареол Корунд, думаю, вы понимаете, что вам стоит на время уехать из города. Лучше на этот год. Фэстер Ларимар, у вас самая сложная задача. В заведение «Огненный дом», - мужчины ухмыльнулись синхронно, все знали это заведение. Леди в маске не стала комментировать их похотливые улыбки, она просто продолжила. Её задача была сказать всё до конца, тем более ей позволили. Ведь пока мужчины думают, что они главные, ими так легко управлять. Ещё один взгляд на Фэстера и потому, как он напрягся за этой тонкой ехидной улыбкой, девушка решительно продолжила, - в этом заведении, вам нужно будет всего лишь решить пару проблем. Вам о них расскажут по вашему приходу.

- Итак, маленькая леди из «Огненного дома» всё высказала? – Ареол Корунд встал из-за стола, а за них поднялись и другие.

- Да, - глаза Герри по-прежнему сверкали таинственным светом. Как будто она совсем не боялась этих «милых» джентльменов, - а если условия будут не выполнены, то… эти сведенья будут известны всему высшему обществу. – На стол легли запечатанные конверты. На каждом было написано определённое имя. Мужчины посмотрели на конверты, затем перевели взгляд на маленькую несносную девчонку, но… её уже не было, как и фишек на столе.

Что было в тех конвертах доподлинно неизвестно, но все условия Леди в Маске оказались соблюдены в точности, слишком уж личные сведенья там оказались написаны. Самым первым, свой карточный долг оплатил именно Фэстер Ларимар. В его конверте было написано летящим подчерком самопишущего пера имя одной милой барышни, что оказалась в беде и больше ничего.

***

Гертруда Нефрит села в наёмный экипаж и устало откинулась на спинку сидения. Ей предстояло проехать всего пару кварталов, до Главного Городского Парка, прозванного (очередной раз) Алмазным, в честь правящей династии. Именно в парке она намеревалась переодеться в менее вызывающую одежду и исчезнуть в улочках средних кварталов Тантала. Но планам девушки до конца не суждено было сбыться.

Весна уже давно вступила в свои права. Буйная зелень цвела и пахла, обдавая терпкими ароматами, особенно яркими в утренней росе. Девушка попросила остановиться якобы у ближайшего дома и дождавшись, пока повозка уедет, перешла дорогу в особо тёмном месте и исчезла в парке.

Переодевшись в простое тёмное платье и нахлобучив на голову чёрную шляпку, скрывающую волосы и при помощи вуали, а так же лицо, Герри выбралась из кустов и направилась к выходу. Вдруг идя вдоль дорожки, усыпанной гравием, чтобы не шуметь, она услышала шорохи. В голову ударил импульс магии. Удушающий, чёрный, оставляющий горький привкус. Девушка моментально присела на корточки, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Облако чёрной магии находилось где-то рядом. Его щупальца искали себе жертву. Нет, уже нашли и пировали. Металлический привкус крови наполнил рот. Гертруда с трудом поддерживала ментальный щит и дышала через раз. Она не состояла на боевом факультете, как девушек-травниц их учили только защите, да и то поскольку-постольку, чтобы не дай боги не покалечили будущих мужей (мужьям калечить почему-то не возбранялось, не официально конечно, официально это порицалось).

Наконец страшное нечто стало отступать. Девушка смогла вздохнуть. Внутри инстинкт самосохранения кричал о побеге из Алмазного парка. Как можно дальше! Куда угодно! А лучше в маленькую съёмную квартирку на чердаке доходного дома, одну из многих, что сдают студенткам, таким, как Герри, но… Гертруда не была бы собой, если бы не пошла в противоположную сторону.

Едва ступая, тихими шажками она приблизилась к эпицентру. Сюда проникал только след луны и звёзд. Маго-фонари не освещали не единого участка. Да и не нужен был их жёлтый свет, чтобы показать ужасающую картину, которой луна стала свидетелем. Поляна для отдыха благородных дам с огромной цветущей клумбой наполненной белыми цветами долго не будет пользоваться популярностью у прелестных барышень и серьёзных джентльменов. Белые цветы выкопают позже и отправят на экспертизу. Некогда уютная полянка окажется в забвении, правда далеко не сразу. Сначала здесь побывает очень много народу, но это будет всё потом, а сейчас… сейчас на краю поляны непрошенная свидетельница смотрела на ужасающее действие и сглатывала приступы тошноты. Смотреть на примерзейшую картину спокойно девушка не могла. Намного позже именно это событие и послужит желанием Гертруды проходить практику в городском морге, а не в военном госпитале, как у многих девиц. Но это будет позже…. Всё будет потом.

Пентаграмма уже впиталась в землю, как и кровь несчастной жертвы. Молодая девушка, не старше самой Герри уже мёртвая лежала в центре клумбы среди белоснежных цветов, как будто спящая красавица. Чёрные локоны раскинулись среди белоснежных цветов. Лицо её было чистым от крови и бледным в свете луны. Тонкие черты исказила маска страха. Она навсегда застыла на некогда прекрасном лике несчастной. Жертва ритуала была одета в некогда белую сорочку, в данный момент практически полностью пропитанную кровью. Небольшие белые участки остались вблизи подола, открывающего ножки, опутанные кольцами кандалов. От чего умерла девушка со своего наблюдательного места Герри определить не могла, но вычислить логически не составило труда. Кинжал в руках чёрного мага ловил отблески лунных лучиков чёрным лезвием и переливался силой, только что выпитой крови.

Мужчина (если судить по фигуре) в огромном балахоне с надвинутым на лицо капюшоном обошёл жертву по кругу пентаграммы, читая непонятные слова и делая пассы ритуальным ножом. Он рисовал в воздухе руны. Когда же полный круг был пройден, они засветились. Гертруда чувствовала как чёрная скользкая энергия щупальцами расползается от пентаграммы. Она приближается к краю поляны и скоро достигнет её укрытия, но рыжеволосая молодая графиня не могла пошевелиться. Девушка как будто впала в транс. Умом она понимала, нужно бежать, но не могла сделать ни шагу. Сердце колотилось, как ненормальное. Дышать бесшумно (единственное, что ей пока удавалось делать самой, без воли извне) становилось всё труднее. Герри уже проклинала своё любопытство на чём свет стоит, как вдруг мужчина сбросил капюшон подставил бледному свету своё лицо. Обычное лицо, осунувшегося человека, если бы не глаза. Чёрные бездонные, без белков, без тени какой-либо эмоции. Чёрная магия оставляет след. В этот же момент, когда Гертруда увидела лицо мага, оцепенение спало. Чёрные щупальца больше не тянулись к ней, как к новой жертве, они ползли к новому хозяину.

Гертруда поняла, это её шанс. Стараясь не производить шума, она ползком стала пробираться сквозь кусты подальше от злополучной поляны. Когда же почувствовала, что маг остался позади, Изумрудная вскочила и что есть силы побежала к выходу из парка. Сердце продолжало колотиться, как ненормальное, а голове мыслей не было, но… лицо жертвы и её палача Гертруда запомнила на долгие годы.

Оказавшись дома, закрыв за собой дверь, рыжеволосая красавица опустилась на пол, скользя спиной по шершавой поверхности. Подтянув к себе колени обхватив их руками, девушка уронила голову на них и тихо заплакала. Истерика её не отпускала долго. Да, она поступила правильно! Да, всё верно! Она ничего не могла сделать, но…. Ведь она знала этого жуткого мужчину, палача. Пожилой маг недавно приезжал к ним, в Королевский университет и давал лекцию. Только вот глаза у него были тогда нормальные – голубые. Гертруда подняла заплаканные очи. Окно напротив, занавешенное лишь на половину обыкновенной застиранной занавеской не скрывало полную луну, просто прикрывало, как стыдливую барышню. Девушка шмыгнула носом совсем как плебейка и встала на дрожащие ноги. В полицию идти нельзя, ей не поверят, а когда она наконец дотащит этих жирдяев до места преступления след мага исчезнет, как будто его и не существовало. Да и поздно уже, бежать в полицию. Если она пойдёт сейчас, то преступление вообще могут пришить ей самой. Действительно. Кто она такая? Ей никто не поверит? Но так просто оставлять ничего нельзя. Кто, если не она? Пусть Гертруда и поступила, как трусиха, но это было отступлением, а не поражением. Ей нужны доказательства. И она их найдёт.

Гертруда утёрла слёзы, после принятия такого тяжёлого решения дышать сразу стало легче. Это очередная работа. Дело. Нефрит улыбнулась и прошептала в открытое окно лунному диску:

- Что ж господин императорский маг Бернар Демантоид, я знаю вашу тайну.

Глава Вторая. Бал – место, где встречаются взгляды.

Год спустя

Жизнь преподносит нам различные ситуации, но она всегда нам задаёт вопросы, прежде чем ударить в новые проблемы лицом. О да, жизнь (судьба) всегда задаёт вопрос. Он может быть глупым: «подкрасить ресницы или нет?»; «сделать ли высокую причёску?»; «свернуть ли на ту улицу или пойти по аллее, через парк?» - вроде бы обычные вопросы, но за каждым из них прячется судьбоносное решение. Подкрасишь ресницы и опоздаешь на курсирующий наёмный экипаж и в итоге встретишь джентльмена, который будет очень настойчиво за тобой ухаживать. Высокая причёска будет настолько тяжёлой, что испортит тебе весь день, а в конце ты нагрубишь какой-нибудь пожилой леди, чьё влияние окажет на твою судьбу непосредственное участие позже. А про аллеи и улицы можно рассуждать бесконечно, там может встретиться кто угодно от маньяка до джентльмена.

Гертруда не понаслышке знала об этом правиле «вопроса» и старалась прислушиваться, к сожалению, не всегда выходило. Идти или не идти на бал выпускниц основного курса? Вопрос выбора состоял не в этом. Присутствовать она должна была обязательно. Скромное платье, отданное ей Старшей по этажу (явно на пару размеров больше) уже лежало на постели. Какой должна быть скромная причёска Гертруда итак знала, но…. Девушку внутри сжигал протест. Будучи Леди в Маске, нашумевшей красавицей, что облапошила столько «достопочтенных» джентльменов, Герри просто физически было трудно надеть на себя это уродство. Да, она одевалась скромно и подчёркнуто неизящно. В университет она поступила, чтобы учиться и перейти на специальный курс, для углублённого изучения травоведенья (ей уже обещали казённые дотации), а не выскочить замуж. И тем не менее, платье надевать не хотелось. Даже в образе скромницы должны быть свои границы!

Ещё раз посмотрев на платье на своей постели, Гертруда поморщилась и решительно подошла к шкафу. Нет! Она просто не может так гулять на балу! Да, придётся пойти на уступки, но Офелия совсем отбилась от рук. Хорошие платья конечно перешли её свите, а заучкам и простым смертным (как госпожа Фелия или просто Фея) досталось то, что досталось. Всем известно, что на балу будут самые сливки общества. Можно сказать это единственный бал, куда пускают всех, не считая бала знаменитого театрального дома «Каменный цветок», конечно. Прекрасный шанс найти себе, если не мужа, так хотя бы покровителя. Офелия просто убирала конкуренток, а рыжеволосая красавица Герри Нефрит, не смотря на скромную одежду всегда вызывала восхищение у противоположного пола. О да, будущие офицеры так и вились вокруг девушки. Гертруда же не обращала на них ровным счётом никакого внимания. Она переехала из университетского городка жить в город, но по правилам Университета должна была в выходные ночевать в общежитии. Глупость, но правила есть правила. И вот сейчас перед балом, когда соседка девушки уже умчалась реветь по поводу платья одной из подружек Офелии (вымаливать себе что-нибудь), Гертруда осталась одна, предоставленная сама себе. Это её вполне устраивало.

Та-а-ак, где же оно было? Неужели осталось в той квартирке? Хм… Та-а-ак, посмотрим, ага! Вот оно! Девушка вынула одно из своих скромных платьев из обихода Леди в Маске. Оно когда-то было откровенным: глубокий вырез на грани приличия, различные потайные карманы для интересных вещиц, юбка открывающая ножки…, но потом Герри оказала услугу одной леди и та ей самолично перешила это платье в более скромный вариант. Красивое, изящное, пусть в серо-синих тонах (что совершенно не должны были идти мисс Нефрит, но почему-то шли). Платье облегало фигуру до талии и струилось тёмно-синим подолом в пол (потайные кармашки конечно же остались). Нескромный вырез был зашит тёмной бархатно-синей тканью, придавая очарование и лёгкий налёт кокетства. Казалось, он (вырез) ничего не открывал взору, но стоило только присесть в реверансе…. Переплетение серого оттенка с синим так похожего на цвет Университета прекрасно сочетались с белыми кружевами на манжетах рукавов и вырезе декольте. Лёгкие, едва заметные, они дополняли образ. Гертруда покрутилась перед зеркалом, улыбаясь сама себе. Скромно, красиво и изящно. И не смахивает на Леди в Маске. Разве что совсем чуть-чуть, но как же иногда ей это нравится!

- Теперь причёска, - протянула девушка и… не стала мучиться, заколола обычный пучок, для выпускниц. Только пару шпилек добавлять не стала. Через пару танцев причёска растреплется и образ будет совершенно другим. Никакой косметики – выпускницам не полагалось, да и не нужна была косметика мисс Нефрит. Образ готов!

Гертруда улыбнулась своему отражению и подошла к постели, где возлежало платье от Старшей. Она взяла его и ловко надела на себя через голову. Конечно же выпускницам разрешалось приходить в своих платьях (скромных и определённой цветовой гаммы), а бедным выдавались вот такие вот реквизиты. Гертруда завязывая многочисленные ленточки на уродском наряде преследовала вполне обычную цель. Выйти из общежития и не нарваться Офелию. Нет, можно было устраивать скандал, но зачем сотрясать воздух по пустякам, если на балу у милой «Феи» не получится и этого?

Как ни странно платье село довольно неплохо. Ленточки помогли. Правда выцветший тёмно-синий, ставший чуть ли не голубым от многочисленных стирок навевал жуткую тоску.

- Вот это да! Труди! А тебе идёт! – соседка по комнате, Мэтрикэри Хризолитова замерла на пороге их комнаты. Молоденькая соседка, третья за прошедшие пару месяцев. И куда прошлые деваются? Белокурая, шестнадцати лет отроду. Несмышлёная глупышка. Она была тоже приглашена на бал, по просьбе своей семьи. Денег у Хризолитовых особо не водилось, но вот договариваться братец Кэри умел. Гертруда могла свою косу на отсечение отдать, что и платье нормальное братец нашёл для несравненной сестрёнки, но если она недалёкая, что с этим поделать?

- Да, Труди, отличное платье, - Офелия Танзалит вступила в комнату следом за Кэри. Глаза девушки были сощурены донельзя. Янтарные, злобно сверкающие, их взгляд пронзал насквозь. Гертруда поморщилась. Она терпеть не могла, когда её называли «Труди». Что за плебейское сокращение? – Не хочешь обменять его на что-то более существенное?

- Зачем? - девушка пожала плечами. Она знала расценки Офелии и её свиты. Рабыней тряпок становиться не хотелось.

Офелия подошла вплотную и посмотрела на зарвавшуюся рыжую неряху с высоты своих каблуков.

- Затем, что оно не совпадает цветом, размером, например.– Фели зашипела, как настоящая змея. – Я бы на твоём месте согласилась, нечего становиться посмешищем, но как знаешь, - и вышла гордой походной от бедра, оставив покрасневшую Кэри хлопать ресницами.

- И что же ты ей пообещала? – Герри улыбнулась, завязав последнюю ленточку.

- То есть…

- Так просто это новенькое платье не получить, значит… - зеленоглазая красавица развела руками.

- Шпионить, - Кэри опустилась на свою постель вместе со скомканным платьем.

- За мной?

Кэри кивнула.

- Ты и раньше это делала, - Гертруда пожала плечами, задумчиво посмотрев в окно. Кэри всхлипнула. Она знала о том, что Гертруда Нефрит очень умная, но не думала, что до такой степени, хотя Офелия как раз так и думала. Старшая потому и видела в рыжей замарашке угрозу, но почему-то додавить эту девицу без рода не получалось. Та ускользала из ловушек как пресловутый налим. – Не верю. Что-то более страшное. – Герри продолжила рассуждать вслух, постукивая кончиком пальца по нижней губе.

- Ты пойми, не осуждай меня! Это мой единственный шанс встретить себе нормального жениха! Это ты можешь себе позволить жить самостоятельно! Ни от кого не зависишь! А у меня семья! Они ждут,… ждут определённых результатов от меня!

- Неужели украсть что-то? – Гертруда, казалось бы, пропустила запальчивую речь мимо своих прекрасных ушек.

- Так одну мелочь, - Кэри дёрнула плечом.

- Значит что-то крупное и ты обязательно попадёшься, - Гертруда обошла свою кровать, открыла сундук для вещей и вытащила оттуда маленькую синюю сумочку как раз для выходов в свет на территории Университета. Скромно и в меру со вкусом.

- Не попадусь!

- Хочешь совет? – Герри обернулась. – Могу дать даже два. Первый: свяжись со своим братом, он должен знать, у кого твоё настоящее платье. А второй, если не удастся связаться с братцем - надень старомодное платье, как я. Кражи из запретного отдела библиотеки ещё ни для кого хорошим не заканчивались.

- Что?... Как…

Зеленоглазая красавица уже закрыла дверь и на дальнейшие вопросы отвечать не собиралась. Девушка понимала, всех спасти невозможно. Тем более тех, кто и не хочет быть спасённым, таких людей нужно остерегаться. Они могут утянуть на дно за собой. О желании Офелии околдовать ректора знали все, как и то, что уже пара девиц из её свиты были пойманы в запретном отделе библиотеки рядом с книгами о запрещённых приворотных зельях. Гертруда покачала головой в такт своим мыслям. Нет, иногда невозможно помочь всем, но предупредить хотя бы она может.

***

За всю свою жизнь Гертруда побывала на многих балах. Это были теневые балы для пресыщенной аристократии, желающей немного пощекотать себе нервы. Это были великолепные балы-маскарады, в том числе и знаменитый бал театрального дома «Каменный цветок». Это были скучные балы, на которых Гертруда была обязана присутствовать, как племянница своей тёти. Последние она больше всего не любила, подбирала наряды такие, чтобы сливаться со стеной, волосы покрывала специальным лаком, для эффекта мыши-незаметной, как сама называла этот образ. Невзрачная девушка, так проигрывающая во внешности своим двоюродным сёстрам, одна из которых даже приглашена во дворец в качестве фрейлины императрицы! Ах! В УМиЧ девушка предпочитала одеваться изящно и просто. Да, она ученица, поступающая из школы при университете непосредственно на факультет травников. Да, она красива, но её интересует только учёба. Отрывалась за свою невзрачную маску Гертруда на теневых балах и балах-маскарадах. Конечно, у неё там были дела, нужно было выкупить все расписки своего брата и отца, а так же помочь некоторым девушкам в беде – такова была своеобразная плата за предоставление информации определёнными лицами. И всё же Гертруда Нефрит (Изумрудная) обожала надевать образ Леди в Маске и ходить по краю. Она чувствовала себя живой в такие моменты, как танец с отъявленным мерзавцем или же увлекательная игра в карты в кругу мужчин. Она чувствовала себя свободной. Не многие девушки её поколения могли позволить себе даже мысль о таком. Молодых прекрасных представительниц аристократии воспитывали совершенно в других условиях. Главной мыслью девушек было выйти замуж, чтобы избавиться от гнёта маменек, тёть и нянек. А за кого выйти? За богатого, желательно не очень смотрящего в сторону невесты, и, следовательно, не мешающего потом этой самой невесте (жене) развлекаться. Молоденькую Гертруду тоже ждала бы подобная участь, но история с продажей девочки собственным отцом, всё же всплыла в качестве пары слухов, что погубило все попытки Сильвы Яхонтовой пристроить нерадивую племянницу. Сама племянница тоже этому способствовала. В конце концов, в один прекрасный вечер две леди обсудили данный вопрос, остались при своём мнении, но Сильва прекратила понапрасну тратить время. Да и её дочкам конкуренции поменьше….

За думами и разглядыванием родного парка, раскинувшегося перед главным зданием Университета Магии и Чародейства по сути своей каменного замка, Гертруда зашла центральные двери УМиЧ в ужасном платье, пройдясь с гордо поднятой головой мимо охранников, мимо студентов и, естественно, мимо сподручных девиц Офелии. И только у самого центрального зала спрятавшись за портьерой (как раз под тем местом, где в последствие будет висеть её официальный портрет), стянула с себя ненавистный балахон. О, как мисс Нефрит улыбалась, складывая и пряча казённую тряпку за колонну. После секундного колебания девушка подошла к окну, где уже начало темнеть и свет маго-светильников отражал её внешность во всей красе. Растрёпанный пучок волос совершенно не понравился зеленоглазой красавице. В крови загуляла жажда сделать что-то совершенно неподобающее. Герри сощурилась и распустила волосы. Да, так гораздо лучше. Рыжие локоны рассыпались по плечам и спине, закручиваясь в колечки, обрамляя личико, делая черты лица девушки ещё более изящными. Мисс Нефрит качнула головой. Нет, так не пойдёт, с распущенными волосами в этом сезоне ходить не модно (даже вульгарно), значит нужно сделать причёску. Девушка снова заколола пучок, но на этот раз свободный. Локоны обрамляли лицо, спускались по спине, едва заколотые на макушке шпильками с маленькими цветочками на конце. О да, теперь она готова блистать и шалить.

Может если бы Гертруда знала тогда, что её желание поиграть с огнём, выйдет ей сильно боком, она не стала бы надевать то платье и выпускать наружу сущность Леди в Маске, но Герри не знала, да и уже давно подпортила образ паиньки своим острым умом и колкими высказываниями. Скромная одежда, изящность манер, язвительность – Офелии и её свите было о чём волноваться. Пусть Гертруда никогда напрямую не упоминала о своём благородном происхождении, но никогда его и не скрывала, просто прибыла из дальних земель и всё. А как, зачем и почему – это уже не ваше дело.

До начала бала оставалось совсем немного. Вот уже появились первые гвардейцы, за ними менее солидная охрана. После начали подходить и первые гости бала. Преподаватели, лорды, солидные мужи и их жёны, нужно посмотреть, как выросли их девочки и мальчики. Чуть позже начали появляться старшие девушки, молодые офицеры, выпускники. Скоро будет и её черёд. Офелия вплыла в коридорную вместе со своей свитой. Кэри, бледная как мел двигалась в конце колоны девушек в длинном серо-голубом платье, что ей так шло. И так явно бросались в глаза кружева, которые сегодня уже видела Гертруда. Девушка покачала головой и сама напомнила своей совести, что честно предупредила глупышку. К слову, причёски у девушек все были разные и ни одного скрученного унылого пучка. Девушек пускали по одной, сканируя специальным прибором с головы до очаровательных ножек. Прибор представлял собой стеклянную трубку, внутри которой находилась магически-активная пыль, она реагировала на другую магию. Умельцам из закрытых лабораторий УМиЧ, удалось сделать пыль реагирующей разным цветом на разные колдовские амулеты, заклятья, проклятия и прочую бутафорию, даже на оружие, правда такая пыль пока была очень дорогой в плане изготовления, поэтому прибегали к старому-доброму физическому досмотру.

С небольшим скандалом из-за «физического» досмотра девушек наконец пропустили. Гертруда вышла из своего укрытия и направилась по коридору, как будто пришла со стороны главных дверей. Её «физический досмотр» был очень тщательным, но девушка не стала устраивать скандал, как сделала это одна из девиц Офелии, она просто улыбнулась и сверкнула зелёными глазищами. Досмотровой упал на мягкое место под смех коллег.

- Мэтр гвардеец, вы не ушиблись? – Герри наклонилась к нему со всем участием.

- Ведьма! – прошипел гвардеец.

- Что вы, уважаемый мэтр! – мисс Нефрит хлопнула ресничками. Гвардеец скривился вставая, учитывая, что он был не намного старше Гертруды. – У меня ещё нет диплома.

- Учишься на травницу, значит?

- Немного, - Герри стрельнула глазками в сторону более старшего. – Но сегодня с собой ничего не взяла, запрет же, – вздохнула.

- Это мы сейчас и проверим, если физически ничего не нашли, это не значит, что этого нет, - назидательно сказал старший, водя трубкой с тихой пылью, та не засветилась ни разу. – Действительно, сознательная леди.

- Спасибо, уважаемый мэтр, - Герри склонилась в лёгком реверансе, - удачной вам смены.

- Спасибо за пожелания, милая леди, можете проходить.

- Вы что! Она же ведьма, она меня….

- … не тронула, не прокляла, а просто напугала, ещё одна жалоба на тебя, разжалую в конюхи!

Герри покачала головой. И это гордость нации? Защита императора? И как он до сих пор жив с такими-то телохранителями? Вот не задавай глупых вопросов, обязательно получишь на них ответы. Гертруда поняла через секунду, когда увидела трон его императорского величества. Эти охранники у входа и гвардейцы являлись отвлекающим манёвром, успокоением публики. Настоящая гвардия находилась непосредственно на балу. Защитный купол опутывал зал, давил на плечи, значит сделан самим императорским магом. Гертруда терпеть не могла работы этого мага. Что ж придётся потерпеть.

Его императорское величество пока не появился, значит официальное начало бала не наступило. Фоновая музыка уже играла, но легко заглушалась нестройным хором голосов. Прибывали всё новые и новые гости. Герри была одной из них. Поскольку у девушки не было ни одного мало-мальски известного родственника (официально), то её глашатай и представлять не стал. Впрочем, как и многих других девушек. Мисс Нефрит ухмыльнулась недвусмысленности такого приветствия, но опять же ничего говорить не стала.

Девушка спустилась по широкой мраморной лестнице, всего пять ступенек и ты в главной зале, украшенной в синие и белые цвета. Вокруг белые розы, синие розы, синяя посуда на столах, изящная, ажурная, как подобает на балах императорского двора. Гертруда скучающе оглядела обстановку, улыбнулась паре мэтров-преподавателей, встретилась взглядом с онемевшей Старшей своего общежития и ехидно ей ухмыльнулась. Улыбка ехидства и презрения не успела сойти с её очаровательного личика, когда Гертруда Нефрит встретилась взглядом с кристально-голубыми глазами высокого мужчины по другую сторону зала.

Этот мужчина ей сразу не понравился. С первого взгляда. Белый мундир сиял чистотой. Высокий рост неумолимо наводил на мысли о ничтожестве остальных мужчин на этом противном балу. Чёрные волосы зачёсаны назад по новейшей моде. Строгое загорелое лицо. Отпечаток очень серьёзных дум на нём, вот прямо так и отпечаталось, что захотелось отвернуться. Перчатки, так же белоснежны, а руки огромные. И всё же походку хищника невозможно утаить. На том конце зала находился воин и Гертруда умудрилась встретиться с ним взглядом. Девушка сразу же опустила очи в пол и тихо выругалась про себя. Пусть её платье не сильно выделялось из платьев остальных учениц УМиЧ, но, тем не менее, ей шло. Вот и поиграла! Светиться во время танца сейчас она совершенно не хотела. Как же тяжело, когда на тебе нет маски!

Вместе с грохотом собственных мыслей девушка услышала слова глашатая, объявляющего о начале официальной части бала. Лёгкая и ненавязчивая музыка стихла, заставив смолкнуть все разговоры. Остановиться на половине фразы и обернуться к возвышению, где ранее пустующее кресло занял он – мужчина с кристально-голубыми глазами. Ледяной взгляд, жёсткая линия губ и лицо без эмоций.

- Его Императорское Величество Нарцисс Седьмой, герцог Алмазийский, - дальше перечисление титулов Герри слушать не стала. Она могла с ужасом наблюдать, кому бросила вызов взглядом. Его Императорскому величеству. Ох уж эта Офелия! Сумела устроить пакость, пусть сама не знает об этом. И ведь надо же такому случиться, что сегодня его Императорское Величество вышел в свет без своей супруги. Наверно опять нездоровиться несчастной императрице Кризанте Алмазийской. Тяжело выносить наследника такой империи, особенно когда муженёк славиться своими шашнями с фаворитками.

Гертруда вздохнула, выдохнула и решила вести себя как обычно. Она особо не выделялась в этом платье, да и не хотела. Выглядела красиво, но скромно, а Его Величество несомненно любит другой тип женщин. К примеру, её двоюродная сестра намного более эффектна, за что и получила должность фрейлины королевы. Правда, Гертруда с ней давно не общалась, но что поделать, теперь Бетани – птица высокого полёта. Так что, если сделать вид, что ничего не было (и ведь не было!!!), то должно обойтись. Никаких взглядов прямо, никакого вызова! Даже Офелии! Покорность и смирение. Смирение и покорность. Повторяя про себя эти слова Гертруда успокоилась. Ещё раз выглянув из-за колонны и заметив, что Нарцисс Седьмой на неё даже не взглянул больше, девушка успокоилась окончательно и согласилась на скромный танец с одним из юношей после ритуала представления. Нет, Герри понимала, что на неё поспорили, но танец же – это всего лишь танец, почему бы не повеселиться? Пока не началась церемония, девушка решила выпить стакан воды.

Увы, мисс Нефрит была остановлена оповещением, что сейчас дев и юношей будут представлять Его Величеству. Что ж, воде придётся подождать, ведь его величество ждать точно не будет.

Гертруда встала в ряд вместе с остальными девушками слева, как полагается. Справа располагалась шеренга кавалеров. Они по отдельности должны были пройти пару шагов, затем дева облокачивалась на локоть кавалера и далее пара подходила к подножию кресла-трона, где восседал император. Далее следовал поклон – своего рода традиция. И расхождение по своим шеренгам. Так сделано было для того, чтобы представить тех, кто не имеет достаточного аристократического статуса. И этикет соблюдён и стрельнуть глазками можно. Герри правда больше стрелять глазками не собиралась. Не хотелось совершенно, только вот планы у Судьбы оказались совершенно противоположные.

Ритуал представления происходил, как и год назад, как и несколько десятков лет до этого. Шеренга девушек, шеренга юношей и его императорское величество. Имена представляемых, лёгкий кивок императора и представляемые разошлись по разным концам зала. Гертруде достался кавалер из числа «даже не запомнила ваше имя». Его титулы мисс Нефрит благополучно прослушала в пол-уха, наверно поэтому не впечатлялась и не стала строить глазки, как её товарки по шеренге. После того, как побывала на совершенно других балах и знаешь, что скрывает за благосклонностью таких вот «благородных» юношей…. Нет, своё очарование на таких хлыщей Герри разменивать не собиралась. Её задача покружить пару танцев с местным населением и отбыть к себе. У неё слишком много дел. Например, подготовка к балу Теней, проходящему через три дня. Ещё один маскарад, но поскромнее, чем в «Каменном цветке».

Между тем, пока Герри летала в облаках, обдумывая, как будет себя вести на балу Теней, какое наденет платье, какую выберет маску и образ. Бал Теней ей был интересен по нескольким причинам. Первая – игра в карты с сильными империи всей; вторая - Бернар Демантоид. Гертруда не забыла события, произошедшие год назад. Ей удалось так же выяснить, что было совершено ещё три ритуала, но дело так и не придали огласке, чтобы не наводить панику. Конечно, это ведь рекомендация придворного мага. В отличие от стражи, девушка знала, что искать и где. И след её вёл на бал Теней или Теневой бал. Она не могла упустить такой шанс. Ведь если копнуть глубже и разобраться в рунах пентаграммы… жертв явно должно было быть больше. Намного больше трёх.

…Дорожка неожиданно закончилась. Очередная пара представляемых выпускников предстала перед его величеством. Гертруда присела в реверансе, как учили на уроках по манерам. Вышло идеально. Мэтра Астэрия должна была ей гордиться. Кавалер бледной тенью склонил голову и спину в такт с ней, а после представления распрямились и наконец посмотрели на Нарцисса Седьмого вблизи. Он тоже смотрел… на Гертруду Нефрит. На юношу, почтительно предоставившего свой локоть даме, его величество даже не взглянул.

Мисс Нефрит-Изумрудная снова встретилась взглядом с голубыми глазами, что бросали в дрожь не единожды глав тайной канцелярии, послов иностранных королевств и прочих влиятельных личностей Тэллурской империи. Зелёное марево встретилось с ледяным взглядом голубых глаз, скованных льдом безразличия, сдобренных лёгкой пудрой непоколебимости и грядущего краха. Толика любопытства, но безразличие, спокойствие и смирение - основа. Смирение и спокойствие. Его величество даже не прищурился толком, выдавая своё удивление. Нет, он остался недвижим и непоколебим. Увы, всё равно маленькая зеленоглазая зельеварка заинтересовала императора. Как приятная головоломка на ночь, не более. Именно с таким оттенком глава тайной канцелярии получил приказ разузнать об этой девушке подробнее, едва закончилось представление юных особ Нарциссу Седьмому и императорскому двору.

Бал, между тем, продолжился. Лёгкий, дурманящий, такой невинный. Матёрые вельможи присматривали себе новых любовниц, юные девы покровителей, думая, что мужей…. Молодые студенты так просто развлекались, рассказывая друг другу, как будут завлекать в свои сети, разрушившие ни одну судьбу, новых несчастных. В общем, бал продолжался. Во всём своём блеске очарования и прогнивших чертог, так пытающихся сойти за сады Богини Хлории.

Гертруда Нефрит умудрилась станцевать пару-тройку танцев. Ни один из претендентов не обладал особым умом, ни очаровательностью. Отвязаться от них не составило труда. Девушка просто хлопнула ресницами и сделала вид, что совершенно не понимает намёков. Позже эти два спорящих моранских орчёнка попытаются устроить ей проблемы, но это будет потом. Леди Без Маски вздохнула, отходя подальше от борова, происходившего из знатного рода, уже помолвленного, кстати, к столам с закусками, якобы, чтобы глотнуть водицы. Опять. Взяв стакан, напоминающий больше изящную вазочку, Герри решительно стала наливать в него воду. Вечер переставал быть томным. Официальная часть бальных танцев шла своим чередом. Участвовать в ней не хотелось совершенно. Гертруда морщилась от звуков, издаваемых клавесином, и ждала, когда же можно будет уйти. Вернее, когда исчезнет Его Величество – тогда и можно будет уйти. Уходить с празднества раньше императора – вопиющее нарушение этикета (дословные слова мэтры Астэрии).

Вдруг девушка заметила, что его величество решил пройтись и встал со своего кресла-трона. Наверно это было глупым считать, что сам Нарцисс Седьмой решил прогуляться именно в её сторону, но… Гертруда привыкла доверять своей интуиции, а она утверждала, что пора сбегать с этого праздника жизни. Ведь дамам может стать плохо? Конечно, может! Она же не навсегда уходит? (Конечно навсегда!). В общем, не дожидаясь, пока Его Величество подзовёт себе верную тень и незаменимого человека, мисс Нефрит не раздумывая исчезла за колоннами и скрылась из зала в сторону парка. Так поступали некоторые парочки. Она тоже решила последовать их примеру.

Выход в парк просматривался из зала плохо. Стража стояла и тут, но саму искусно украшенную листвой и декоративными узорами арку загораживал ряд колон и ступени из тёмного мрамора. Зал был освещён прекрасно, тогда как арка утопала в тенях и полутонах. Наверно это было сделано специально для вечернего променада для местных влюблённых. Гертруда скользнула через арку и вдохнула прекрасный по-летнему тёплый воздух. Весна уже давно бушевала. В парке университета царила пора цветения. Великолепие различных ароматов перекликалось с влажным ночным воздухом, ещё прохладным, но уже не таким холодным, как например в марте.

Девушка направилась в сторону самых больших зарослей, что мерцали тёмной зеленью, отдающей синевой где-то вдалеке. Здесь дышалось намного легче, без удушающих чар придворного мага. Офелия осталась внутри. Она и не думала покидать пост, чтобы упустить шанс найти себе богатого любовника или жениха (уж как повезёт). С ней (Гертрудой) она ещё успеет поквитаться. Герри же сняла туфли и пальцами ног зарылась в густую, полную мокрой росы траву.

Парк манил, жизнь не казалась такой тяжёлой, а решения принимать совсем не хотелось. Девушка скрылась в зарослях кустарника и углубилась в глубину парка. Обычно эта часть была закрыта для повседневного посещения – грех не воспользоваться возможностью.

Убедившись, что ушла достаточно далеко от здания, где уже сотню лет проводился ежегодный бал УМиЧ, рыжеволосая красавица присела под деревом на самую низкую ветвь и прислонилась к стволу высокого и древнего дуба.

- Интересное зрелище, - раздалось совсем рядом. Голос у неизвестного глубоким тембром разрезал тишину. Герри неуловимо сморщила носик. Она чувствовала приближение кого-то, правда думала, что это будет кто-то другой. Скорее всего, кто-то с «просьбой». В свете луны же перед Гертрудой Нефрит предстал Нарцисс Седьмой, смешно…. Гертруда невольно улыбнулась своим мыслям. Герцог Алмазийский бегать за ней точно не будет, а вот послать кого-нибудь может. Будем надеться, это просто её больное воображение. Пока же перед девушкой предстал Эрван Цитрин. Занятный малый, как сказала бы одна знакомая Герри, швея на службе у тайной канцелярии его величества. Достопочтенная Эветта была известная своим тёмным прошлым в определённых кругах, но это добавляло ей особой перчинки – клиентки просто обожали заходить к ней на чем-нибудь «этаким». Нечего думать, просто когда-то мэтра Эви шила платья для куртизанок и дам полусвета, актрис и прочее, но её талант не остался в тени и ей предложили более… официальную (пусть и тайную, простите за каламбур) работу. Эветта согласилась, после чего с удовольствием шила и куртизанкам и тайным агентам, а оплата стала такая, что золота хватило на открытие ателье и найм «девочек». Единственное, что в Эветте тяжело уживалось с практичностью, так это творческий дух, временами её навещающий. С этим приходилось мириться и самой Эветте и агентам, а порой и главе тайной канцелярии, Кедару (последнему было особо тяжко). Увы, все гении порою слишком гениальны.

- Интересные собеседники в кустах, - отозвалась Гертруда. – Не ожидала тебя в гости.

- А кого ожидала? Его Величество собственной персоной? – проницательно ухмыльнулся старый знакомый и щёлкнул пальцами, активируя амулет беззвучия. Чары тут же окутали всё в радиусе пяти метров. Сильно, значит, разговор будет долгим и не очень хорошим. Эр знал Герри ещё со времён подпольных игр в фабричных кварталах. Девушка там действовала виртуозно и ей нужна была информация. Взамен она предложила услугу. Эрван решил, что сотрудничество может быть плодотворным и долгоиграющим. Единственным условием Гертруды была полная анонимность. Кедар не знал источников сведений своего помощника, вернее догадывался о том, что это была Леди в Маске, но вот настоящее имя Леди… ему не сообщалось, а сама мисс Нефрит могла делать, что ей необходимо не оглядываясь за спину каждую секунду. Пока, по крайней мере. Нужно же было так подставиться!!!

- Знаешь, учитывая мою везучесть в последнее время вполне возможно и такое, - не стала спорить мисс Нефрит.

- Ты проницательна как никогда, – согласился Эрван хмуро сдвинув брови.

- Эр… тебя послал Кедар? – Гертруда распустила одним движением причёску и рыжие локоны неуправляемым потокомраспустились по плечам и спине красавицы. Девушка с блаженством запустила пальцы в них и начала массировать голову круговыми движениями.

- Не совсем, он послал меня выяснить твоё прошлое и рычаги давления. Лёгкий интерес, но от этого не легче, – Эр склонил голову набок. Худощавая долговязая фигура мужчины не обманула Гертруду, как и серые невыразительные глаза. – Не хочешь объяснить, как ты попалась на глаза Его величеству?

- М-м-м, на балу, - Гертруда развела руками. – На церемонии, я полагаю.

- Как мило! Не верю, - Эр был опытным агентом, не смотря на свой субтильный вид. – Что произошло, Герри, ты нам нужна, я не могу тебя вывести из игры прямо сейчас!

- Знаю, но так получилось, - Нефрит терпеть не могла оправдываться. – Это был взгляд, один взгляд.

- Какой ещё к морайнцам взгляд?

- Обычный, - Гертруда пожала плечами, - наверно он принял его за вызов.

- Только этого нам не хватало! – Эр прислонился к дереву рядом с девушкой. – Его любовницей становиться….

- …не очень хочется. Спорить не буду.

- Беспокоит моральная сторона вопроса? – усмехнулся посланник недобрых вестей.

- Нет. – Герри поморщилась, - Беспокоит, что его фавориток убили. Всех. В течение предыдущего года, и это не считая пятерых девушек в городе. Кого мне удалось найти без вас. После ещё три девушки умерли во время неизвестного якобы другого ритуала. Эр я согласилась помочь, но есть вещи, которые от меня не очень-то и зависят.

- Что ты узнала? – голос мэтра Цитрина стал сразу же серьёзным. Без какой-либо толики шутки.

- Немного, придётся проверить скоро, а потом предъявлять улики.

- Надолго задержать начальство я не могу. Кедар привык выполнять поручения Семёрки в точности и быстро.

- Два дня.

- Уверена?

- Да.

Цитрин опустил голову и уселся на ветку рядом с Гертрудой. Оперившись локтями в колени, он обхватил руками голову и взъерошил волосы. Мужчина не хотел говорить, ведь это могло помешать делу. Делу, из-за которого уже сбились с ног многие агенты его величества. Делу, зацепки у которого появились только после того, как Эрван узнал о Леди в Маске и том, что она ищет в тех злополучных фабричных кварталах. Именно поэтому эта девушка имеет право знать, что… в общем она имеет право знать.

- Недавно была убита ещё одна фрейлина Её величества, виконтессы, императрицы Кризанты Алмазийской, – сказал молодой мужчина глядя перед собой.

- Скрыли, опять? – раздражение в голосе Гертруды можно было резать ножом. – Зачем ты перечисляешь титулы?

- Семейство пострадавшей узнало о произошедшем только сегодня вечером, - Цитрин устало вздохнул, не обращая внимания на ехидные замечания Нефрит. – Да, подробности убийства скрыли. Официальная версия – добровольный уход в сады Хлории. Будут хранить с мороком.

- Да. Сама виновата, что хотела славы и жить во дворце, - с сарказмом прошипела Гертруда и тут же замерла, чувствуя, как замолчал её собеседник. – Зачем ты мне это рассказываешь.

Эрван ничего не ответил, только с горечью повернул к ней голову и стал смотреть тем самым противным сочувствующим взглядом.

- Кто? – Гертруда поднялась с импровизированного сидения и встала перед… другом? Да, наверно именно так.

- Ри… я не должен тебе сообщать. – Эрван снова взъерошил волосы и опустил взгляд на землю. Траву недавно подстригли. Ровный ковёр мягко стелился под ногами. Роса выступила маленькими капельками….

- Кто? – она уже знала ответ до того, как прозвучало роковое имя, но всё равно оказалась совершенно не готова.

- Бетани Яхонтова.

Гертруда Нефрит закрыла глаза на пару мгновений. Воздух исчез из лёгких, как будто его там и не существовало. Девушка склонила голову, закрываясь от мира своими рыжими волосами. Ладони сами собой сжались в кулачки, а ногти впились в кожу до крови. При этом лицо девушки осталось спокойным. Всё же игра в карты накладывает свой отпечаток на мимику.

- Она не могла быть его любовницей, – процедила девушка сквозь зубы.

- Да, не могла, - согласился Эвран, - мы не знаем, почему фрейлина императрицы была убита, но…

- Отпечаток ауры, или же… я могу взглянуть на тело? – Герри вздохнула и взъерошила волосы обеими руками, как и собеседник пару минут назад. Необходимо думать об этом, как о обычном деле. Не паниковать, не сходить с ума. Она не виновата. Она не… да кто ещё виноват?! Сколько можно копаться и доказывать, что это именно придворный маг уже несколько лет подряд убивает молодых девушек, преимущественно невинных! Сколько ещё должно быть жертв?!

- Взглянуть на тело… не знаю, там уже работают над наведением морока, - пожал плечами Эр.

- Дай угадаю, замять любой ценой и пусть мрут дальше? – Герри стала расхаживать по поляне туда и обратно. Хотелось орать, ругаться, кидать вещи, попадающиеся под руку. Да, воспитание не позволяло. И годы выдержки. Злость закипала внутри огненным шаром, а выхода не существовало.

- Дело государственной важности. На кону престиж империи, – заученные слова. От их произношения скривился и сам говоривший и мисс Нефрит.

- Да, пара десятков невинно убитых девушек, в том числе и привилегированных сословий тут просто рядом лежали. Это он убийца! Если нужно буду свидетельствовать в суде перед зеркалом правды… его нельзя оставлять на свободе.

- Твоё слово, против слова придворного мага, даже перед зеркалом правды… - Эрван вздохнул и отвернулся. – Думаешь, я не предлагал такие варианты Кедару?

- Ясно, ему нужны доказательства, неоспоримые, - последнее слово девушка как будто выплюнула. Мэтра Астэрия сейчас бы схватилась за сердце, увидев такую сцену.

- Да, – что ещё оставалось ответить Эрвану.

- Они будут, – кивнула рыжеволосая травница и направилась к выходу из парка, - через пару дней, – секунда и девушка почти исчезла в зарослях. Полог тишины амулета беззвучия начал таять вместе с её уходом. Энергия в нем сама по себе заканчивалась, а тут ещё и границы оказались на грани разрешения.

- Подожди,…причина Кедара в недоверии кроется ещё в одной детали.

- Какой? – Герри обернулась.

- Твою сестру убила женщина. Не Бернар.

Гертруда замерла и обернулась. Щелчком пальцев она вернула полог тишины на место. Правда, теперь питался не от амулета мэтра Цитрина, от её силы.

- Что ты сказал?

Эр усмехнулся, но повторять не стал. Гертруда не стала спрашивать ещё раз. Вдруг у девушки мелькнула идея в голове. Мысль. Она не успела толком сформироваться, но Герри уже задала ещё один вопрос.

- А в каком состоянии было тело Бет?

- В плохом…. – Цитрин задумчиво нахмурился, потом всё же добавил. – Её закололи, разрезали живот и съели все внутренние органы.

Мисс Нефрит замерла. Дыхание перехватило, но она смогла произнести пересохшими губами:

- Внутренние органы… съедены? Кем… - прошептала она. Ничего незначащая идея, мельком подсмотренная в старом фолианте из запрещённого отдела городской библиотеки, начала обретать всё больше и больше черт.

- Форма зубов человеческая, женская, - Эрдан посмотрел на девушку особо внимательно. Он не просто так рассказал о подробностях секретного дела, которое курировал его начальник лично.

- Предыдущие девушки…. – прошептала травница лихорадочно вспоминания, где именно видела ту книгу и что мельком в ней увидела, – так же?

- Только во дворце. В городе же ритуалы, девушек просто закалывали внутри…

- …пентаграммы, я знаю, - мисс Нефрит отрешённо схватилась пальчиками за свой подбородок и начала его тереть.

- Их никто не ел. И аура, кинжалы, да всё разное, – Эрдан развёл руками. – Вот почему нужны доказательства.

- И, тем не менее, я видела именно его тогда и гарантирую, что Бетани его рук дело.

- Нужны…

- Доказательства. Да. И они будут.

- Уверена, что справишься сама, я могу послать за тобой ребят.

- Извини, но планы поменялись, – девушка покачала головой, К тому же Кедару и его ребятам я не доверяю. – Гертруда поморщилась. – Где гарантия, что они будут защищать меня от мага, а не мага от меня? – девушка махнула рукой. – Встретимся через пару дней на третьем месте встречи.

- Хорошо.

Девушка уже давно скрылась в листве кустарников, а Эрдан всё продолжал сидеть на той самой ветке дерева и напряжённо хмурить брови. Спустя пару минут, он поднялся и, наконец, снял полог тишины. Неслышными шагами он направился прочь. Ни он, ни Гертруда не заподозрили, что их разговор всё же слышали, не смотря на «полог тишины», и зря.

***

Его Величество Император Нарцисс Седьмой восседал на своём кресле-троне и задумчиво смотрел на танцующие пары. Угрюмое выражение лица он надёжно спрятал за непроницаемой маской. Будь всё иначе, он бы пригласил и способствовал приглашению нескольких барышень. Да и та, с кем танцевал сам император, будет пользоваться особым уважением, но мужчина понимал, что лучше не гневить судьбу. Пусть прямых доказательств не удалось найти, но все девушки, которым он благоволил и не как любовницам, а просто улыбнулся, например, в ходе разговора через некоторое время умирали. И умирали жестоко. Оставалось только не обращать внимания и жить как монах. Супруга же должна была вот-вот родить и лекари уже давно запретили навещать её покои. Император не стремился туда идти, если честно.

Кризанта в самом начале казалась милой девушкой из благородной семьи. К тому же брак с ней решал проблемы с соседними королевствами. Ведь внутри политической игры брак с принцессой одного, мог показаться со стороны союзом против другого государства. Нарцисс предпочёл решить проблему именно таким образом, чтобы никто не был в обиде и не допустить открытого военного конфликта. Слишком неуравновешенная политическая обстановка была на тот момент. Кризанта показалась ему идеальным выбором. Девушка была благородна, воспитана в лучших традициях знатного общества и красива. Её род состоял в родстве с семействами обеих держав, дальнем, но всё же. Это позволило всем сесть за стол переговоров. Нарцисс тогда считал, что получает выгоду по всем фронтам. Войны удалось избежать.

Лишь позже император понял, какую он сделал ошибку. Он не собирался быть верным супругом с самого начала, о чем искренне сказал будущей императрице. Он предупреждал, что между ними договор и не более. Ей тоже будет предоставлена свобода после того, как родится наследник, в определённых рамках, конечно. Например, она сможет уехать в дальнюю резиденцию или заниматься делами благотворительности, как поступала его матушка. Препятствий со стороны императора не будет. Он ей предлагал отказаться от договора (была ещё одна кандидатура, пусть и не столь удачная), когда она схватилась за горло тонкой ладонью и начала судорожно глотать воздух. Нужно было ещё тогда заметить, как она отреагировала. Но он списал это на обычную нервозность юной леди. Так и заверял её отец. Тем более девушка сама произнесла, что согласна с условиями. Почему он тогда не стал спорить, решив, что девочка понимает, на что идет? Воспитание аристократок должно готовить их к такому браку. Оказалось, нет, девчонку не только не готовили к договорному браку, так ещё и давали читать романтическую чушь! Она думала, что договорной брак императорской четы легко можно сделать настоящим, а восемнадцатилетняя девчонка может легко влюбить в себя императора, используя поведение малолетней принцессы, не вышедшей из детских комнат. Скандалы, многочисленные истерики составляли быт Его величества довольно долгое время, пока императрица не понесла. Запах успокоительного осточертел Нарциссу настолько, что узнав об интересном положении супруги, свёл своё общение с ней к минимуму. Но не это более всего выводило императора Теллурской империи из равновесия, а то, что секрет Кризанты Алмазийской, в девичестве Турмалиновой удалось скрыть даже от тайной службы его величества. Нет, все участвовавшие в сокрытии тайны были наказаны, включая так называемого отца юной особы. Император выдворил его из дворцовой жизни и лишил части земель «в качестве приданого». Виконту Турмалиновому прямым текстом указали, что он остаётся в живых, не лишаясь своих титулов и родового поместья только потому что его жизнь выгодна Тэллурии, но вот самого дорогого, к чему он так стремился, у него жестоко отняли. Две трети его богатств в пользу казны и полное отстранение от интриг дворца. Виконту было запрещено появляться в столице Тантала до конца жизни. Дочь могла его навещать. Ему же было позволено подъезжать только к воротам или останавливаться в пригородах области, не более. К слову, виконт Турмалиновый, после изгнания, навестить дочь не пытался ни разу. Даже не прислал ни одного ответа на письма. Боялся гнева императора наверно. Нарцисс Седьмой славился своими изощрёнными наказаниями. Смертная казнь не сильно прельщала Его Величество.

Его императорское величество позволил себе небольшую слабость и откинулся на спинку кресла, на котором восседал во время проведения ежегодного бала. Мысли мужчины витали от темы к теме. Ходы на ближайшую партию на политической арене сменялись мыслями о супруге и о том, что её состояние с каждым днём ухудшается. Нет, физически ни лекари, ни даже придворный маг не смогли найти у девушки изъянов в здоровье, но вот что творилось в голове у этой юной особы. Может беременность сильнее сказалась на её душевном состоянии, чем могла бы?

- Ваше величество, - Кедар, верный помощник, незаметный и незаменимый. Он оказался рядом с креслом и тихим голосом привлёк внимание императора.

- Слушаю, – немногословность его величества уже давно стала притчей среди аристократии.

- Мне удалось выяснить о той юной особе, что вы просили, несколько интересных фактов. Один из них, она работает в весьма специфической сфере.

Нарцисс тут же открыл глаза, более чем он не выдал своего волнения. Слабость застыла в теле необъяснимым комком тревоги. Зря, он решил узнать о ней. Секундная слабость. Порыв из прошлого, когда он точно так же просил узнать о понравившейся ему особе, чтобы затем предложить ей сделку. Нарцисс с детства предпочитал сразу обговаривать условия сделки, во избежание недоразумений.

Девочка с невероятными зелёными глазами. Изумрудное марево ехидного, остроумного и наглого взгляда. Как будто молния ударила, лишив его покоя и хладнокровия. Да, она пыталась скрыть свои глаза и свою натуру, но он успел увидеть. Лёгкий аромат трав, когда она стояла совсем рядом. Под руку с малолетним хлыщом, что пожирал её взглядом. Скромная, но её скромность – это тонкий лёд, за которым скрыт океан. Необъятный, невозможный океан. Он чуть не повёл себя как мальчишка и не пошёл прямо к ней, не выдержав вида, как она танцует сначала с одним денди, затем с другим. Слава Богам, девушка успела скрыться! И он сам вовремя очнулся.

- Действовали предельно осторожно? – голос ровный. Император ведь должен заботиться о своих подданных, пусть факты убийства молоденьких служанок, а сейчас и фрейлины, скрываются от общественного мнения и мнения аристократии. Он ничего не забыл и не забудет. Нужно найти крысу, что завелась в его дворце. И найти как можно скорее.

- Да, мэтр, никто не заподозрил, - короткий поклон.

- Это мы узнаем чуть позже, - император неуловимо скривил кончики губ. Он терпеть не мог самоуверенность, когда неизвестны все факты. – Разговор будем вести при меньшем количестве свидетелей.

- Как скажете, Ваше Величество.

***

- Я узнал, кто тебя вычислил.

- И кто?

- Ты умудрился наследить!

- Что?

- Тебя видела одна вертихвостка. Именно она стала копать и нашла нити. Девица слишком много знает.

- И много она знает?

- Достаточно. Она задавала очень неудобные вопросы мальчишке.

- Значит ничего толком говорить не стала?

- Доказательств у неё нет, но она сказала, что знает, где их взять.

Тишина некоторое время транслировалась по сигналу связи. Тяжёлый громоздкий кристалл могли позволить себе только особо богатые аристократы.

- Она обладает даром? – вдруг раздался искажённый голос из кристалла.

- Да. Ведьмовской. Весьма сильный.

- Что ж, мне как раз не достаёт ещё одной жертвы.

Глава Третья. Тени сливаются с тьмой.

Бал Теней праздновался каждый год в первую неделю лета. Яркий, фееричный, его следовало бы назвать карнавалом, маскарадом Теней, но так повелось, что когда-то неделю празднеств проводили в бальных залах, с тех пор много времени утекло и многое изменилось, но дань традиции и название праздника осталось прежним. Пусть большинство жителей Тэллурской империи не подозревало об истинном предназначении повода для веселья.

В древние времена люди надевали маски животных, чтобы их не утащила нечистая сила, а не для того, чтобы покрасоваться перед друзьями. Обряды же помогали найти покой душам родственников за Грань слишком рано. Например, девушкам не вышедшим замуж или же, детям, умершим от болезней. Для них плели венки из полевых цветов и кидали в реку Лазурь с середины моста, напевая специальные наговоры, как бы давая путеводную ниточку за Грань на тот берег. Река символизировала течение жизни и с этой стороны и уход на другую и переход из нашего мира в мир Ромия (Мория у оркских племён). И вот времена изменились. Теперь же всё было иначе: венки покупали в лавках и носили как дань моде, а кидать в реку – запретили власти города, из-за загрязнений местной плотины. Приходилось ограничиваться сорванным цветочком. Бал превратился в феерию красок, а обряды стали сводиться к обычным гаданиям на женихов.

Гертруда Нефрит появилась в районе торговцев, как раз к самому началу праздника. Сегодня угодья веселья располагались прямо на улицах торговых кварталов. Лёгкая феерия, карнавал для среднего класса. Слишком просто для высшей знати, но достаточно пёстро и красиво, чтобы простодушно смеяться людям попроще. Гирлянды, мишура, налёт лёгкости и счастливой беззаботности, что заставляет снова и снова тратиться на сувениры, что в обычной жизни тебе абсолютно незачем. Мягкие шаги, разговоры в полный голос, музыка самая разная из разных углов улицы и потрясающий летний вечер. Именно такой вечер, каким он должен быть. Уже не весна пришла в Тантал, а настоящее лето!

Девушка двигалась вдоль рядов с сувенирами лёгкой походкой, постукивая каблучками. Чёрное платье без пышных юбок с воротом без декольте и открытыми плечами, вплоть до локтей, чёрные перчатки в тон, скрывающие руки как раз по локоть. Узоров немного. Они изумрудно-зелёного оттенка, мерцают, переливаются, почти сливаясь с основной тканью. Рыжие волосы спрятаны под париком чёрного цвета воронового крыла. Причёска лёгкая и непринуждённая: распущенные волосы заколоты у висков кокетливой заколкой в виде бабочки, а ободок в виде чёрных мохнатых ушек довершает образ. Зелёные глаза скрыла вуаль чёрной маски похожей на кошачий лик. Сама по себе Герри сегодня решила нарядиться в чёрное с ног до головы, создавая образ мрачной девы. Наряд чёрной кошки как раз способствовал её настроению и её делам, да и к тому же сегодня не она одна вырядилась именно кошкой. Последняя мода этого сезона. Да и плясать, наслаждаясь красками и смехом всё равно ей не хотелось.

Утром девушка как раз пребывала на похоронах Бетани. Как Эрван и обещал, несчастную скрывал качественный морок, только от этого легче не становилось. Боль потери и… Гертруда винила именно себя, что не уберегла, что не нашла доказательства быстрее, прежде чем пострадала её двоюродная сестра. Тётя Сильва рыдала не переставая, бледная с огромными кругами под глазами, она не стеснялась своего горя. Шлейф аромата успокоительных трав тянулся за ней, как плащ.

Старший представитель рода Яхонтовых свои эмоции наоборот скрывал и не проронил ни слова, только мрачно смотрел на всех с высоты своего роста. Жених Бетани Томер Жадеит же наоборот умудрялся быть везде, со всеми пообщаться, у всех вызвать сочувствие. Его отец пристально следил за рыжеволосой девушкой, скромно стоящей поодаль. Гертруда внутренне поморщилась, вспоминая обоих представителей семейства Жадеитов. Особенно потом, во время поминального обеда, проходившего в городском доме четы Яхонтовых. Здесь её и позвал к себе в кабинет глава рода. Гертруда прикрыла глаза, скрывая своё раздражение, за безучастной маской. В день похорон своей младшей дочери, не больше, не меньше. Талгат Яхонтов был в своём репертуаре. Высокий, статный, грузный мужчина, привыкший держать всё под своим контролем. Изначально приживалка в виде рыжей племянницы его жены ему была совершенно не нужна, но с тех пор, как отца девочки и её брата признали худшими опекунами и назначили его полноценным представителем интересов девушки, чему способствовала его родимая жёнушка, в голове мэтра Яхонтова стали рождаться определённые планы. Выгодные для него и казны рода Яхонтовых, разумеется. Смерть младшей дочери их попутала, как же не вовремя она померла! Могла потерпеть до свадьбы, истеричка морайская! Но придётся работать с тем, что есть, тем более мальчишку всё устраивает, а раз мальчишку утраивает, то и его отца тоже.

Гертруда остановилась около очередной лавочки, разглядывая цветы в венках. Ромашки – такие маленькие, лёгкие и нежные, именно на этот венок девушка указала пальчиком продавцу. Мысли Герри пребывали далеко. Всё ещё в том кабинете её названного дядюшки. Рабочая зона дяди не утопала в роскоши, как можно было подумать изначально. Массивная дубовая мебель, широкий стол с писчими принадлежностями, мягкое кресло, оббитое красным бархатом, в котором собственно восседал дядюшка и ковёр яхонтового цвета.

- Дорогая моя девочка, - начал вступление Тангал Яхонтов, - сегодня очень печальный день, но, тем не менее, дела не могу ждать, пока мы окончим скорбеть. Как только закончится траур по несчастной Бетани, - он неуловимо поморщился, произнося имя дочери, - ты должна будешь выйти замуж на Томера Жадеита, – дядя, как истинный торговец по линии матери, не любил церемониться и расшаркиваться на любезности. – Думаю, ты не возражаешь, семейство Жадеитов отличная партия, особенно для тебя. Я уже переговорил с утра с мэтром Жадеитом старшим и его сыном. Вы познакомились сегодня утром. Они оба согласны и даже закроют глаза на твоё не слишком светское образование, – и добавил так не услышав ответа. – Как твой опекун, я забочусь о тебе, запомни это девочка. На этом всё, можешь идти.

Гертруда ухмыльнулась собственным мыслям и задала вопрос, перевернувший всю её официальную жизнь, но она не жалела. Становиться женой Томера и любовницей его отца она не собиралась. Девушка прекрасно знала повадки обоих, очень часто встречалась и с тем и другим на балах полусвета.

- И не возвращаться?

- Что? – не понял сначала мужчина, пододвигая к себе приказные бумаги, что хотел посмотреть после. О, эти поминки! Опять траты! Одни траты!

- Я могу уйти и не возвращаться? – задала вопрос Герри и улыбнулась улыбкой леди в маске. – Могу задать и другие вопросы: за сколько вы продали собственную дочь, например? Или уже меня?

- Что ты себе позволяешь? Я устраиваю твою судьбу! Каждая девушка высшего света мечтает оказаться на твоём месте, - жёстко прервал монолог девушки Тангал. – Учитывая долги твоего отца и брата. И твоё обучение…

- Не прибедняйтесь, вы покупаете себе связи в Нептунии и выход в Агатовое море, минуя сборщиков дани, - Гертруда даже не поморщилась, выдавая тайные планы Яхонтова и его сообщников, - за обучение вы не платили и медяшки, переговоров тоже не было. Изменение имени я оплатила из денег с украшений моей матери, заложенных в ломбард. Долги моих родных составляют сейчас примерно три тысячи, но расписки точно не у вас в столе.

Тангал откинулся в кресле и молча уставился на рыжую тихоню, что сильно его удивила. Правда она слишком молода, значит, выложит достаточно информации, которую потом против неё он и использует. Останется выяснить, откуда она узнала про Нептуний. И про расписки тоже. Ведь если она знает, что они не у него (жаль, такой хороший рычаг давления!), то может быть осведомлена у кого злосчастные бумажки на самом деле, и тогда их можно будет выкупить.

- Ты всё равно пойдёшь под венец, - выдал он. – Пусть с твоим нравом разбирается муж, а пока я твой официальный опекун и ты можешь говорить, что угодно, это не поможет, – мужчина нацелился уже на истерику, как это обычно бывало с его женой и дочерями, но юная леди его удивила и на этот раз. Ни одной морщинки, ни единого взмаха ресниц, даже кулачки не сжала. Она просто склонила голову набок и тихо выдохнула:

- Виллоу.

Мэтр Яхонтов замер не дыша. Откуда? Как? Кто эта рыжеволосая стерва? Где несуразная скромная девочка, которая вечно мозолила его глаза и вызывала раздражение на протяжении почти десяти лет? Перед ним сейчас стояла хищница, опасная, коварная и он её разозлил. И не просто разозлил, а вывел в холодную ярость. Гертруда прекрасно отдавала расчёт своим действиям. Неожиданно.

- У каждого есть слабое место, - улыбнулась она уголком губ.

- Откуда…

- Местонахождение взамен на свободу, - девушка повела плечом и направилась к выходу из кабинета. – И да… не выдавайте Диану за Рияда. Их семья скоро разорится, а они сами уйдут в опалу, – сказала рыжеволосая бестия. – Мы же родственники и должны помогать друг другу, – и ушла лёгкой походной, не дав сказать и слова своему дядюшке.

-… эти цветы вам подойдут гораздо лучше, - продавец шустро начал нахваливать более дорогие венки, но Гертруда покачала головой и заплатила именно за скромный венок ромашек. Девушка мыслила, что теперь ей делать. Нужно было сосредоточиться на деле, но пока не наступил самый разгар праздника можно и подумать о том, как выпутаться из сетей дядюшки Тангала. То, что он понял, что перед ним не кроткая овечка, а настоящая волчица будет играть на руку, но совсем недолго.

Гертруда надела на голову ромашковый венок, вдохнула едва ощутимый аромат трав и продолжила шествие по улочке вниз, к главной площади, где развернулись основные гуляния праздника. Рядом с главной площадью расположился Алмазный парк, хранящий уж очень много тайн за своими деревьями и огромное количество секретов. Девушка не любила в него заходить после того случая около года назад, но иногда прогуливалась по дорожкам, предпочитая обходить место ритуала как можно дальше. Может это было и малодушно, но Нефрит ничего не могла поделать с собой и брезгливым ощущением вязкой чёрной магии, что до сих пор ощущалась в той части парка.

Улочка свернула из торговых рядов. Остались только редкие лавочки, которым не нашлось места на главной аллее. Зазывалы здесь были более смурные, оттого и более отчаянные. Тяжело было от них отбиться, но Герри смогла. Красавица в ромашковом венке спокойной походкой двигалась к намеченной цели, где сегодня должно было состояться представление, подготовленное магами её университета, а так же подарок жителям Тантала от придворного мага – салют. Как вдруг особо настырный продавец цветов схватил её за локоть. Мужчина тут же отпустил руку, когда девушка обратила на него внимание. Однако, ход мыслей оказался нарушен. Жаль.

- Уважаемая мисс, такой красавице больше подошёл бы гораздо более роскошный головной убор. Не желаете приобрести, дорогая? – тут же зачастил лавочник. Гертруда только слегка скривилась на его слова. Отвечать она даже не думала.

- Вам не кажется, что вы только что оскорбили юную леди? – раздалось рядом. Незнакомый полный власти голос холодом обжёг всех присутствующих. Герри обернулась и увидела высокого мужчину с военной выправкой. Брюнет в чёрном костюме простом на вид, но сшитом явно по фигуре на заказ и из хорошей ткани появился из тени ближайшего дома. Чёрная маска надёжно скрывала половину лица. Взгляд светлых глаз, чей цвет тяжело было разглядеть в вечерних сумерках, казался жёстким и твёрдым. Фонарики, что освещали улочки праздничным светом, искажали цвет всего, на что падали их лучи.

Мужчина приблизился к замершей Гертруде и внимательно посмотрел на неё, затем обернулся к лавочнику. Продавщик цветов тут же начал бледнеть и хвататься за горло, частя извинения, боясь нового собеседника, как огня.

- Что вы?... Как… мисс… я не хотел… вы прелестны… - слова сыпались из несчастного, как из рога изобилия и вызывали разве что мигрень у незнакомого брюнета и мисс Нефрит.

- Не переживайте, - Герри улыбнулась уголком губ. – Всё хорошо, можно приобрести у вас вот этот цветок?

Лавочник тут же замолчал на секунду, а после зачастил снова:

- О, Пеларгония Леди Гертруда! Прекрасный выбор! – цветок оказался одним из пяти на одной большой ветке. Нежно-розовые бутоны с бледными лепестками, благоухающие и очень красивые тут же оказались у неё в руках. Герри чуть не скривилась, вот зачем она указала на этот цветок?! Мало того, что денег стоит немерено, так ещё и таскать его теперь с собой. Тут одна ветка, как букет!

- Позвольте, я заплачу? – спросил незнакомец. Теперь его голос напоминал…. Гертруда не могла сообразить что, но что-то порочное, хрипловатое. Куда там денди высшего света! Так соблазнять голосом далеко не каждый сможет.

- Нет, спасибо, я могу и сама, - Герри уже достала кошель из потайного кармана (один из нескольких).

- Что вы, как я могу не поухаживать за леди? – аристократ (явно аристократ) улыбнулся одним уголком губ и протянул монеты лавочнику. Тот схватил их и живо убрал в карман, хотел начать пересчитывать, но один строгий взгляд брюнета ввёл его в новый приступ страха.

- Спасибо, - Гертруда склонила голову в знак почтения.

- Благодарю, - улыбнулся мужчина снова. – Как вам этот фестиваль?

- Ярко, - мисс Нефрит была лаконична и немногословна. Незнакомец ей не нравился. Он пугал своей аурой власти. Хотелось ему подчиняться, а вот Гертруда терпеть не могла подчиняться кому-либо. Обычно все подчинялись ей. Путём шантажа или интриг, но плясали под её дудку. Незнакомец же явно был не под её контролем, и отвязаться от него так просто не получится.

- Интересная характеристика, мисс, - неуловимым движением мужчина подхватил девушку под локоть. Они направились в сторону главной площади уже вместе. Гертруде оставалось только морщиться про себя. Раз уж она выбрала такую линию поведения и тем более приняла (три раза «ха»!) цветы, придётся терпеть.

- Какая есть, - девушка повела плечом. Задавать вопрос, который будет продолжать эту бессмысленную светскую беседу, недипломированная травница не собиралась.

- Вы правы, очень ярко и пёстро, я бы добавил, - незнакомец улыбнулся уголком губ. – Только ваше настроение совершенно не яркое, - проницательно заметил он.

- Оно ярче, чем вы думаете, - Герри ответила гораздо быстрее, чем того хотела. Всё же вовлёк её в разговор. Вот же… аристократ! Привык получать, всё что хочет!

- Неужели, - деланно удивился мужчина. – И позвольте спросить, кто вас так разозлил? Не думаю, что это тот несчастный лавочник.

- О, вы не представляете, сколько на свете есть людей, что могут разозлить приличную леди, - саркастично отозвалась Герри. Может если этот человек поймёт, что с ним не будут церемониться, он отпустит, наконец, её руку не привлекая внимания?

- Обычно приличные леди всегда невозмутимы, - с улыбкой отозвался незнакомец.

- Вы просто их после сцены не видели, - чуть не прошипела «леди».

- Наверно сегодня это первый раз, - лаконично отозвался незнакомец, не отпуская впрочем, руку Гертруды из захвата.

- Первый раз? – Герри отвлеклась на высокую фигуру впереди и слегка потеряла нить разговора с надоедливым ухажёром.

- В первый раз вижу разозлённую приличную леди, - продолжил надоедливый разговор ни о чём мужчина.

- Я могу вам только посочувствовать, - Гертруда передёрнула плечом. – Извините, мне нужно идти. Спасибо, что оплатили цветок.

Дальше расшаркиваться девушка не стала. Она практически вырвала руку из захвата незнакомца и быстрыми шагами двинулась в сторону замеченного придворного мага. Тот как раз заканчивал приготовления будущего праздника, наводя последние заклинания на специальные коробки с ящиками. Именно так содержались в особенных коробочках порошки – основа будущего салюта. Девушка даже отсюда чувствовала привкус его магии. Как он не пытался скрыть, но Герри ощущала нотки гнили и увядших цветов. Леди Нефрит, будущая травница и лекарь очень хорошо могла улавливать такие ароматы, особенно на магическом уровне, что отметили ещё два курса назад её преподаватели.

Шарик с отводящим внимание порошком растирался в руке, в мелкое крошево по мере приближения к заветной цели. Нет, конечно, лучше было сонное зелье, более спокойная остановка, желательно без свидетелей вообще, но на это не было ни времени, ни возможности. Поймать мага вне дворца в ближайшие несколько месяцев точно не выйдет. И это может стоить жизни не одной, а нескольким невинным девушкам. Придётся действовать сейчас. Герри внутренне напряглась. Она не умела хорошо воровать, было очень мало практики. Шантажировать, жульничать в карты – это всегда пожалуйста, тут Гертруда была асом из асов, но вот вытягивать из карманов кошельки или амулеты, увы. Девушка даже просила одного знакомого показать ей, как правильно залезать в карманы доверчивых граждан. Знакомый долго объяснял науку, помог с «практикой», после сказал, что дело наживное, научится. Герри же поняла, она не профи, но не так плоха, как думала, значит шансы есть. Раз так, нужна была страховка, ей и стал порошок. Кстати, именно порошки, а не склянки с зельями стали визитной карточкой Гертруды в УМиЧ. Порошки получались у зельеварки гораздо лучше и дольше сохраняли свои свойства. Вот и сейчас щепотка такого порошка, растёртая пальчиками, ожидала своего часа.

Бернар Демантоид доделал последние пассы рукой над ящиками с волшебными порошками. Удовлетворённо кивнув своей работе, придворный маг что-то негромко сказал одну из помощников и двинулся в сторону одной полутёмной улочки, проходя мимо Гертруды и других молодых граждан, заполнивших площадь до отказа. Время основных увеселений приближалось.

Девушка последовала тенью за своей целью.

На шее придворного мага поблёскивал амулет. Гертруде нужен был именно он. Именно на нём маги-эксперты могли провести ряд манипуляций и выявить отголоски жизненной силы, вытянутой из невинных жертв. Других шансов не будет, так что у неё нет выбора. Тем более теперь, когда на счету ещё одна жертва у маньяка – жизнь маленькой весёлой Бетани. Может убил и не он, как утверждал Эрван, но… мисс Нефрит нутром чувствовала, что придворный с этим связан. Гертруда на миг прикрыла глаза, беря эмоции под контроль. Она понимала, как сейчас ей нужен трезвый рассудок.

Девушка не успела догнать Бернара на площади, поэтому она нырнула за ним в тёмный переулок, выждав около минуты и слушая стук удаляющихся шагов. Как только она оказалась в полутьме забытой празднествами улочки, перед её глазами вспыхнули искры, а смутно знакомый и ворчливый голос произнёс:

- Надо же, сама пришла в руки…. Хорошая девочка.

- В… ваша помощь неоценима, - тихо произнёс его верный слуга и тайный шпион.

- Это было несложно, - качнул головой мужчина в тёмном хорошо скроенном костюме и маске, скрывающей его лицо. – Теперь главное, не потерять её из виду.

- Этот хрустальный шар нам поможет, - с готовностью согласился собеседник незнакомца в маске. Смотрите, вот она идёт по площади.

- Хорошо, я итак это вижу. Она направляется к придворному магу. Ты можешь знать зачем?

- Скорее всего, за тем, что и вы, в…. – молодой человек запнулся под взглядом мужчины и продолжил через секунду, как ни в чём не бывало. – Он главный подозреваемый, уважаемый мэтр.

- Ясно, – незнакомец в маске кивнул своим мыслям. - Не спускай с девочки глаз здесь и отдай приказ, когда будет необходимо.

- Но главнокомандующий операцией вы….

- Временно будешь исполнять мои обязанности, – сказал, как отрезал мужчина в чёрном, затем он снова обернулся к площади. Народ змеился стаями и потоками людей. Простой люд бурчал, кричал и повизгивал в ожидании представлений и увеселений.

Среди этих людей недоставало черноволосой макушки одной ехидной маленькой леди. Девица успела исчезнуть с поля зрения своих наблюдателей.

- Мэтр… - под строгим взглядом молодой собеседник мужчины в чёрной маске не дрогнул и без заминки продолжил, - она исчезла.

- Это я итак вижу. Где она сейчас? - тон не выдал раздражения, разве что постановка слов. Впрочем, ответ он получил незамедлительно.

- Она действительно исчезла, мэтр. Жучок перестал работать… ва… мэтр… - каждое последующее слово наталкивалось на предыдущее и вязло в ночном воздухе сгущающихся сумерек.

***

Голова болела нещадно. Во рту чувствовался неприятный привкус какого-то зелья. Герри сглотнула, пробуя на вкус и чувствуя, как холодеют её ноги и руки. Отвар призыва сил. Очень мощное зелье. Выпив его, даже плохонький маг со слабым даром на короткий период становится очень сильным и могущественным, но это зелье не зря запретили. Энергия так просто не берётся из ниоткуда. Зелье освобождало жизненную силу, перенаправляя её в магический потенциал. После такого напитка восстанавливаются месяцами или же могут вовсе лишиться дара, а так же просто умереть от перенапряжения. Слишком высокая цена за десять-пятнадцать минут славы. Гертруда попробовала пошевелить руками, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Звякнули цепи. Тяжёлые, чёрные и… усеянные рунами. Значит так, да? Гертруда закрыла глаза и досчитала до пяти. Вот зачем ему зелье. За счёт кандалов, вытягивающих магию (раздобыл интересно где, они в самой неприступной тюрьме империи находятся, для особо опасных магов-преступников такие берегут), вытянуть всю магическую энергию и использовать в ритуале. Поэтому магией пользоваться нельзя. Её в момент «высушат досуха», а зелье пробудило в ней дремлющую силу, завязанную на жизненной энергии. Девушка чуть не застонала. Энергия бурлила внутри, требуя выхода и создания хоть какого-нибудь заклятия. Герри начала считать до ста, пытаясь побороть свои неуёмные сейчас желания. Помогло мало, но прояснило мозг.

Гертруда осторожно огляделась по сторонам из-под полуоткрытых ресниц. Она находилась в каком-то старинном здании. Круглое помещение, оббитое камнем светлых оттенков. Барельефы вокруг, но сцен на них не разглядишь – слишком темно. Старинные колонны утонули в полутьме, свет почти не проникает в помещение. Только тут Герри поняла, что единственные круги света, это лунные лучи, что прорезали пространство зала то здесь то там. Они-то и открывали каменную крошку на полу и создавали причудливые тени в полутьме, открывая взору трещины и запустение заброшенного здания. Гертруда посмотрела наверх и увидела трещины в потолке. Когда-то красивый витраж, призванный услаждать взоры тех, кто находится в зале, осыпался, оставив от себя только скелет каркаса и пару ярких пятен цветных осколков, сейчас получивших почти одну и ту цветовую палитру. Луна обеляла все цвета радуги, показывая их совершенно с другой стороны.

Девушка перевела взгляд с остатков витража снова на стены. Она явно в заброшенной усадьбе. Но где? На окраине Тантала есть целый квартал заброшенных усадеб во главе со старым храмом, где уже давно никто не селится. Тёмная и мрачная история этого места разбавлялась прозаичными добавлениями о строительстве фабричных кварталов поблизости (богачи не захотели дышать загрязнённым воздухом), но ведь тогда бы дома снесли, а на их месте построили бы жилые кварталы для рабочих. И всё же этого не произошло. Старинные дома остались. Их какое-то время хотели восстановить, как памятники архитектуры ушедшей эпохи, но почему-то и этого не сделали. Здания так и остались заброшенными.

Герри задумчиво снова посмотрела на осколки витража над её головой. Есть ещё место за городом, там пара заброшенных особняков разорившихся семейств, как, к примеру, и её семья. Земли, принадлежащие когда-то этим семействам, давно распроданы. Их заняли фермы, снабжающие город продуктами и мясом, но в усадьбах давно никто не селится – их содержать, только зря тратить деньги. Вот усадьбы и дорогие некогда дома для знати приходят в состояние заброшенности. Может она в одной из таких усадеб? Но тогда откуда алтарь?

Темнота и холод начали пробирать до костей. Размышления о местоположении уже не спасали и плохо помогали отвлечься. Огня факелов или магических светилок не существовало и в помине. Гертруда прикрыла глаза и снова начала считать до ста, чтобы сосредоточиться. Руки затекли, а пальцы сами собой пытались сложиться в пас, дающий силу простенькому заклинанию согрева. Девушка усилием воли заставила их разжаться.

В голову ничего толкового не приходило. Добраться до порошка в карманах она не могла – запястья сковывали наручники, прикованные к цепи, а руки находились над головой. Да и чем бы помогли ей гранулы усыпляющего и затормаживающего движения зелья? Мага нет, видимо ожидает где-то, когда наполняться его накопители её энергией, а после последние искры жизни он заберёт лезвием кинжала.

Гертруда с трудом выдохнула воздух из лёгких, пытаясь чуть двинуться, так как не только руки, но и ноги затекли от долгого лежания на холодном камне. Звякнули цепи в полнейшей тишине. На запястьях и щиколотках. Про ноги она совсем забыла!

- Очнулась, подстилка, - прошипели откуда-то из-за угла. – Тварь! Уродина рыжая! Р-р-р….

Будущая жертва ритуала замерла от удивления. Она даже не ощущала никого в этом углу. Ничего живого здесь по определению ни чувствовалось. И вот же голос из самого тёмного угла зала, пропитанный насквозь ядом говорил ей об обратном. Гертруда смогла только начать вглядываться в непролазную тьму, пытаясь увидеть там хоть что-то, но ничего не могла разглядеть. Вязкость и чернота вызывали тошноту.

- Очнулась… - продолжила шипеть странная личность из тьмы, измочаливая в белых, слишком длинных пальцах то, что когда-то было её париком. – Я уже съела предыдущую, а он нашёл новую! Сразу же! – последнее переросло в визг, от которого осыпалось несколько осколков стёкол с потолка. – Ничего, - тихо продолжила тень. – Я и тебя съем. Твои внутренности будут во мне, такие вкусные… мне и малышу нужно хорошо питаться. Ням-ням…ням-ням… ня-я-я-я-м….

Девушка с ужасом осознала, что голос принадлежит женщине, точнее тому, что когда-то было женщиной. И оно уже не живо – мертво. Так, она сказала «мне и малышу»? То есть у «этого» будет потомство?! Как?! Мёртвые же родить не могут, если только….

Додумать соображения о том, что прочитала несколько дней назад, Гертруда не успела. Ход её мыслей прервал голос. Давно знакомый и вполне ожидаемый голос.

- Дитя мое, не нужно так сильно пугать нашу гостью, – мягкие слова стекали патокой, связывающей всё нутро. Сразу же захотелось пить. Герри терпеть не могла тон, так напоминающий отеческий. Правда, сейчас именно им вышедший из темноты на лунный свет пожилой мужчина нежно успокоил тёмное существо в другом конце зала. Та (то) даже перестало рычать. Придворный маг эффектно решил посетить местную публику своим присутствием.

Загорелись факелы вокруг алтаря после первого же щелчка. Мисс Нефрит, она же графская дочь, леди Изумрудная невольно сощурилась. Свет оказался очень ярким. Она посмотрела в сторону мага и чуть не вскрикнула от удивления. Рядом с Бернаром Демантоидом стоял ещё один мужчина. И она его неплохо знала. Кедар – глава тайной службы (или канцелярии, как будет удобнее) его величества.

Мысли сразу же защёлками, сопоставляя факты. Теперь многое становилось яснее. Гертруда судорожно обернулась в сторону угла, где обитала вязкая тьма. Она чувствовала, что (кто) там обитает, но ещё надеялась, что нет. Ведь тот самый ритуал в запретной книге как раз описывал возможность….

Она видела её мельком. На площади. Рядом с его величеством Нарциссом Седьмым, затем пару раз в театре «Каменного цветка» и на балу, куда пришлось проникнуть по делам тайной службы и помочь Эрвану в одном деликатном деле. Особо не обращала внимания ни на императора, ни на его супругу. Всегда дела требовали неотлагательного вмешательства. Да простит, его величество, такое пренебрежение, но его самого Гертруда рассмотрела нормально только на балу выпускниц несколько дней назад. Тем не менее, супруга императора запомнилась ей гораздо лучше. Может дело было в прекрасно сшитом платье или украшениях? Девушки всегда подмечают такие вещи. Кризанта, герцогиня Алмазийская, урождённая виконтесса Турмалинова – императрица Теллурской империи. Сейчас это нечто почти не походило на ту красивую, статную женщину, что гордо стояла рядом с императором. На Герри смотрела нежить. Жестокая, ссутулившаяся, с отросшими руками до середины колена. Волосы чёрными паклями свисали до пола. Лицо бледное, как восковая маска, осталось прежним, но тело теперь походило на скелет обтянутый кожей, на котором выделялся белым пятном круглый животик. Белая сорочка, что была надета на «императрице», пестрела бурыми пятнами.

Нежить же истребили более ста лет назад…. Подумала про себя Гертруда в ужасе. Оказалось, последнее она не подумала, а сказала вслух.

- Ну что ты, Кризанни у нас не нежить, а будущая мать наследника престола, - тем же самым тёплым баритоном, что и читал лекции в УМиЧ, произнёс маг. – Правда, дорогая?

- Да! И всяким подстилкам нет места в моей семье! – нежить зашипела из угла, не выходя на свет факелов. С недавних пор то, что осталось от императрицы тяжело переносило свет (с момента поедания последней жертвы). Даже свет факелов был ей неприятен, а солнечные лучи и вовсе причиняли боль.

Неужели никто не заметил, как выглядит императрица?! И почему мрут её фрейлины? Герри мельком взглянула на Кедара. Ах да, глава тайной службы. Все доносы проходят через него. Он главный советник Его Величества. Странное поведение императрицы они смогли скрыть, но… император же видел хоть иногда свою жену?! Как он мог не заметить?!

- Конечно, милая, - Бернар улыбнулся нежити и снова уставился на жертву.

- Она последняя? Ты уверен, что сработает? – Кедар был гораздо более практичен. К тому же он терпеть не мог расшаркивания. Ему нужны были действия.

- Нет, нужно ещё две как минимум, – отозвался маг уже деловым тоном.

Гертруда внимательно посмотрела в сторону мага. Ещё двое как минимум? Всего должно быть тринадцать девушек убитых при помощи ритуала самим магом, если верить той старинной книге, по количеству новолуний в году. И двадцать четыре несчастные, которых должна съесть будущая «прародительница», – по количеству часов в сутках. Всех тайн мисс Нефрит не знала, не знала и о количестве погибших от рук Бернара и его ручной нежити, но что-то ей подсказывало, что дополнительных жертв тут не нужно.

- Сколько было жертв? – тихо произнесла она, заставив замереть занятых приготовлениями мага, стоявшего рядом с ним Кедара и даже то, что осталось от императрицы.

- Что? – вопрос заставил напрячься всех.

- Сколько было жертв на алтарях города? Двенадцать? Или десять? – Герри посмотрела на Кедара, затем на мага. Тот сощурился, но ничего не сказал. Пусть, толику страха девушка успела разглядеть в его глазах. – Двенадцать, – сказала сама себе она. – Значит я последняя, - добавила она и закрыла глаза. – Скольких съела бывшая императрица?

- Я не бывшая! Это ты бывшая! Бывшая подстилка!– зашипели в углу, но не смогли даже вынырнуть из своей темноты. Бернар просто щёлкнул пальцами.

- Ты не притащил бы её сюда, если бы это была не завершающая часть ритуала, - девушка пристально смотрела на придворного мага. – Наверно наведение морока очень утомительное дело…. Даже если все доносы о странностях удаётся скрыть от императора.

Маг ухмыльнулся.

- Тебе когда-нибудь говорили, что ты слишком умна? – спросил с ехидством мэтр Демантоид.

- Откуда ты всё знаешь? – Кедар сощурился. Он не стал спрашивать у Бернара, почему тот соврал о количестве жертв, да и сама Гертруда в принципе представляла почему. Окончательного доверия в этой зале не испытывал никто. И нежить в том числе.

Девушка отвечать не стала.

- Свиток в центральной библиотеке УМиЧ, - усмехнулся придворный маг. – И как же тебе удалось обойти защиту? Я, помнится, сам её устанавливал, - в ладони у мужчины блеснул кинжал. Значит скоро полночь. – Будь обстоятельства другими, взял бы в ученицы.

- Вряд ли, - Герри не открывала глаз от лезвия, блестевшего белоснежным светом. Я слишком хорошо осведомлена, – и тут же добавила. – Вы хоть цену тому ритуалу знаете?

- Да, - придворный маг усмехнулся снова. Кедар согласно с ним кивнул. Лики обоих мужчин превратились в оскал. Черты заострились ещё больше. Каждая морщина обозначилась на бледных, как папиросная бумага лицах. Становилось жутко только от одного взгляда на чудовищ. Похоже, цена устраивала всех, кроме жертвы разумеется.

- Приступим же к трапезе, - оглашённым приговором прозвучало над сводами разрушенной усадьбы.

***

Он уже давно разучился верить. Каждый раз искал подвоха там, где, казалось бы, его и быть не может, но находил его. Это не раз и не два спасало ему жизнь. Так и сегодня, он чувствовал подвох. Вернее начал ощущать его уже давно, только не мог понять, откуда это противное липкое чувство. Слишком много новых слуг во дворце или перешёптывания за его спиной. Ни одного доноса. Ощущения зрели и зрели. И вот, буквально несколько дней назад, к нему пришло письмо…. Оно было кратким, но перевернуло всё. Его передал верный лакей. Мальчишка казался очень бледным, его руки дрожали и всё же он набрался храбрости и протянул ему конверт.

Подписи не было.

«Подозреваю, что ваша жена уже не ваша жена, а нежить, ваш придворный маг готовит жуткий ритуал, а помогает ему в этом ваш глава тайной службы. Именно он перехватывает всю вашу почту, письма ваших доносчиков и прочих доброжелателей».

Глупое письмо, его стоило выкинуть, но вот беда. Сомнения упали в благородную почву. Он самолично решил проследить за придворным магом и Кедаром. Доверять кому-либо в его положении было глупым. С другой стороны, такая ситуация могла оказаться ловушкой. Банальной ловушкой на любопытство.

И всё же он рискнул. Не прогадал. Правда оказалась куда страшнее, чем предполагал мальчишка, написавший о своих подозрениях. И лакей, что оказался его близким другом. Почему парень написал ему, прекрасно зная, чем может грозить несоблюдение субординации? Ответ был прост, потому что переживал за одну рыжеволосую особу. Глупо, но… Нар сам умудрился попасть под влияние этой девушки. Один взгляд и всё, ты уже не соображаешь.

Их разговор он будет вспоминать с нежностью и горьким привкусом свободы. Будь у них больше времени….

Она не хотела с ним разговаривать, а ему нужно было до неё дотронуться и прицепить маленького жучка-следопыта. Ведь он был единственным, кого рыжеволосая дикарка могла не признать из их конторы. Нар согласился. Роль ему нравилась, игра нравилась до тех пор, пока девчонка не исчезла. Леди в маске, непредсказуемая леди, превосходный игрок в азартные игры, шпионка, милая травница из университета УМиЧ – у неё столько различных масок, что сразу и не поверишь, что это один человек. И вот… леди исчезла. Была и нет. Жучок-следопыт пропал вместе с ней.

Они всем маленьким отрядом оказались рядом с той подворотней, где исчезли и придворный маг и девушка, но никого и ничего не могли найти. Только цветок, что он купил ей около получаса назад. Пока же они все (и Нар в том числе) обшаривали каждый закоулок той подворотни, к нему пришла ещё одна новость. Императрица исчезла из собственной спальни. Это случайно обнаружила новенькая служанка, она же и кликнула клич о пропаже Кризанты….

- Сегодня же полнолуние! – вскричал тут же его помощник. – Он точно что-то замыслил!

- Но вот что? – неужели Нар произнёс это вслух. – Что?

Глава Четвёртая. Спаситель или палач.

Кинжал блестел в свете факелов, налитый силой, пропитанный кровью многих жертв. Смотреть на него было противно, не то, что думать, что вот-вот эта дрянь, воняющая чёрной магией окажется сейчас у неё в животе, разрывая его и принося кошмарную боль.

Гертруда невольно дёрнулась. Звякнули цепи, но, конечно же, шансов освободиться у неё не было. Почему-то так захотелось дышать. Всего лишь ещё пару минут. Один вопрос, который так хотелось задать. Неразрешённая загадка, требующая ответа. Герри не могла уйти за Грань без ответов.

- Вы действительно хотите этого? Переселиться в младенца? Будущего наследника престола? – прохрипела девушка. – Это же безумие, вы станете нежитью! Неживым существом!

- Очень даже живым и наделённым магией, - качнул головой придворный маг, ухмыляясь, подтверждая, что мисс Нефрит всё прочитала в той книге правильно. Кровавый ритуал, рассказанный без подробностей. Как Бернар нашёл недостающие фрагменты уже неважно, но это именно то…. Всё ради власти. Ведь император не может быть магом. Специальное заклятие лежит на Короне, надеваемой во время коронации. Она блокирует дар его величества. Если он у его величества, конечно же, есть. – И кто сказал, что переселение произойдёт сразу? Сначала малыша надо выкормить!

Последние слова, как слизь, плывущая по трубам канализации Тантала, вызвали приступ омерзения. Герри смотрела на приближающуюся к ней смерть. Страх неожиданно начал уступать место злости и какой-то опустошённости. Девушка понимала, что обречена, однако уходить собиралась с музыкой, изрядно подпортив жизнь своим палачам.

- Нежить живой быть не может, - прошипела она. – И я больше чем уверена, не ты один хочешь оказаться на месте властителя, - и жертва коротко взглянула на Кедара. – Или я не права? И да, как вы решили проблему с дядей нашего славного императора? Он же недавно женился, если я не ошибаюсь? Девица-то молода и полна сил!

Кедар поморщился, пробормотав что-то про хорошую жертву, хоть помрёт с пользой, а то слишком умная выискалась.

- Глупая маленькая девочка, - тихо ухмыльнулся Бернар Демантоид, в руке у него поблескивал нож. – С «дядей» вопрос решён уже давно и с его женой тоже. Запасных наследников не будет, не переживай, – улыбка мужчины превратилась в подобие маски. Восковая пародия на живое лицо.

«Наверно именно так человек превращается в нежить», - невольно подумала Гертруда. Она дёрнулась последний раз. Цепи звякнули особенно плачевно. Наверно именно поэтому девушка сразу не услышала грохот, который заставил её обернуться.

Треск оставшихся стёкол от старого витража. Быстрые шаги в ближайшем полуразрушенном коридоре. Во многих коридорах. Чёткие приказы, сказанные отрывистым тоном, что был ей уже знаком. Не может быть!

Буквально спустя одно моргание Герри увидела, как алтарь и мага окружают люди в чёрной форме тайной службы. Многих она уже успела узнать. С некоторыми даже поработать. Они стояли сейчас хмурые, сосредоточенные и не собирающиеся промахнуться. Четверо магов и пятеро активов и ещё несколько людей, явно военные. Неслабо разошлись, даже сверху кинулись штурмовать. Мельком Гертруда насчитала четверых, взглянув наверх, где чернели остатки купола. Эрван был среди них вместе с ещё одним человеком.

Наверно секунда прошла, прежде чем девушка осознала окончательно. Её пришли спасать. Невероятно! И кто?! Эрван и этот мужчина в чёрной маске. Только вот сейчас он был без маски, но в чёрном костюме. Слегка небрежный вид не умолял строгих черт лица и ауры истинной власти. Она ещё тогда, когда он был в маске, почувствовала – проблем не оберёшься. И была права. Как только не признала эти синие глаза. Впрочем, они виделись всего мельком. На балу. До этого она не разглядывала его на празднествах города. Дел было по горло.

- Приказом его величества, герцога Арийского, императора Нарцисса Седьмого, вы арестованы! – зычный голос разнёсся по каменной зале. Арч всегда любил говорить эту фразу. Эрван когда-то над этим посмеивался…. Герри прикрыла глаза, чувствуя, что действие зелья усиливающего её магию начинает спадать. Тут же захотелось спать. Пусть она не использовала свой дар, лёжа на алтаре, как овечка на убой, но страх смерти поневоле пробуждает в маге скрытые инстинкты. Сил кандалы всё же вытянули из неё порядочно.

Свет факелов замерцал под натиском потоков воздуха, образовавшихся после прихода новых действующих лиц. Сотрудники Тайной службы во главе с Эрваном сужали кольцо вокруг злоумышленников со всех сторон.

В какой-то момент Эр замер, чтобы тут же кинуться открывать цепи несчастной жертвы. Вид Гертруды бледнеющей с каждой секундой не нравился молодому человеку всё больше и больше. Когда же в мерцающих отблесках огня факелов отразились руны на кандалах, сковывающих запястья и щиколотки девушки, Эр не выдержал и выругался не хуже матросов речного порта. К таким кандалам требовался особый ключ и он мог быть только у одного человека – мага. Специфика кандалов была именно такова. Их мог закрыть и открыть только человек, наделённый магическими способностями. Он один.

- Ключ! – зло дёрнув кандалы практически прошипел Эрван обращаясь к придворному магу. Бывшему придворному магу, разумеется.

Тьма в углу залы всколыхнулась и вязко опала. Почему-то этого никто не заметил. Бледная Гертруда же едва приоткрытыми глазами смотрела на его величество, которому умудрилась нагрубить во время бала Теней, а до этого дерзко встретиться взглядом на университетском балу. Вроде бы университетский бал можно списать на больное воображение, но вот Бал Теней…. Мысли путались, желание спать надавливало на виски всё сильнее и сильнее. Она что-то забыла, что-то должна сказать.

Тьма… Кризанта… Придворный маг… ритуал…спать….

Бернар отступил от вбежавших нарушителей его планов и опустил руки. Длинные рукава скрыли нож и сжимающие его побелевшие пальцы мага от взоров, прервавших ритуал.

- Ключ? – произнёс он с самым невинным видом. – Какой ключ?

- От кандалов! Она умирает! Эта дрянь тянет из неё силы!

- Но у меня нет никакого ключа, я пришёл, чтобы спасти эту девушку, а не убить….

- Да, а нож просто так в руке держишь, - на выдохе произнесла Герри. Почему-то едва слышный шёпот, наполненный сарказмом, услышали все.

- Старания наврать убедительны, но глупы, - тихо произнёс император глядя на мага в упор. – Где ключ?

Кедар отступил в тень, за ближайшую колонну. Его, конечно же, не теряли из виду, но внимания он получал гораздо меньше, чем его сообщник с ножом. Этим и воспользовался мужчина через некоторое время.

- Ваше Величество, у меня нет ключа…. – блеянье на середине фразы изменилось в чисто издевательскую речь.

Нарцисс сам приблизился к девушке на алтаре. Герри смотрела во все глаза на строгий профиль, слегка склонившийся над ней, и судорожно пыталась сообразить, что сказать. Она смотрела испуганно и удивлённо. Сон отступил под натиском удивления.

…Рыжие волосы ей идут гораздо больше тёмных. Зелёные марева сейчас затуманены и похожи на настоящие изумруды, мерцающие в самых глубинах сокровищницы Теллурской империи. Нежная кожа, усеянная россыпью едва видимых веснушек и удивление с примесью паники в глазах. Боится она не Бернара, а его, Нарцисса Седьмого, и его реакции. Так и хочется качнуть головой и провести по нежной щеке пальцами….

Его Величество решительно перехватил ближайшее к нему кольцо кандалов, вглядываясь в замочную скважину. Цепи звякнули. В его огромной руке, ручка девушки казалась крошечной. Она вздрогнула всем телом, когда он коснулся её прохладной кожи. Мужчина нахмурился, почему-то он чувствовал, что с ключом есть подвох, однако не мог сообразить какой.

Щелчок пальцами не ожидал никто.

- Ключ у неё, – завеса дыма появилась и разнесла плетения заклинаний магов, стоявших за спиной у агентов тайной службы. Бернар Демантоид исчез издевательски улыбаясь. Рот мага казался просто кривым чёрным росчерком на его коже лица. Настолько бледными были губы придворного мага. Его белое восковое лицо с чёрными омутами глаз, заставляющими дрожать каждого, на кого смотрел Бернар, исчезло последним в дымке портала, только не серого, как у обычных магов, а чёрного. Ещё одно доказательство того, что перед ними находился Чёрный маг.

- У кого? – настороженно спросил Эрван, оглядываясь по сторонам, - у Кедара? Он же не маг. Это магические цепи! И мужчина!

Тьма в углу угрожающе зашипела, отвечая на его вопрос.

Бывший глава тайной службы, услышав своё имя и шипение взбесившейся императрицы бросился наутёк. К морайнцам эту власть, с нежитью шутки плохи. Лучше отсюда бежать и бежать далеко пока не поздно.

- Кажется, нам ответили на этот вопрос, - произнёс кто-то из магов тайной службы, вскидывая руки в защищающем жесте и активируя амулеты защиты. Чёрную тьму в углу зала, куда указал Бернар наконец заметили.

- Она больше не человек, - прохрипела неожиданно Гертруда. Услышал её, конечно же, Эрван. Он же до сих пор воевал с кандалами, периодически оглядываясь по сторонам. Нарцисс Седьмой уже успел отойти, отозванный одним из людей тайной службы. Молодой агент кое-что нашёл в другом углу зала.

- Что? – Эрван оторвался от войны с замком.

- Они блокируют магию, так просто не откроешь. Лучше беги, - Герри указала на колышущуюся тьму, которую уже окружали маги. Шипение усилилось.

- На за что, и как будто я не знаю, что это за кандалы, - буркнул Эрван, доставая очередной амулет (явно запрещённый на территории Теллурии).

- Тогда возьми у меня в кармане платья шарик и раскатай его в пальцах. Когда тварь приблизится. Кинь ей в лицо. Не промахнись, – прошептала девушка, чувствуя, как силы начинают снова оставлять её. Всплеск удивления сошёл на нет. Действие кандалов усилилось.

- Вот ты всегда так! – Эр не стал спорить. Он быстро кинулся потрошить карманы давней подруги.

- Да-да, в гуще всех событий.

- В самом центре! В роли жертвы! – прорычал парень, вытаскивая горсть шариков из кармана девушки. – Не можешь по-другому?

- Такова моя суть, - Герри ухмыльнулась прикрывая глаза, держать открытыми не выходило, но не успела девушка сказать больше и слова, когда как услышала….

- Что здесь происходит? Почему ты распускаешь руки? – процедил сквозь зубы, внезапно обернувшийся к жертве и Эрвану Нарцисс Седьмой.

- Он достал, что нужно, - фыркнула Герри, приоткрывая яркие изумруды своих очей. Легкая ухмылка проявилась и пропала с губ засыпающей. Нар приблизился снова вплотную к алтарю, как вдруг тьма перестала шипеть. Раздался звучный голос с шипящими нотками:

- Отойди от неё! Ты мо-о-о-о-о-й!!! – зашипела тьма, выпуская из себя своё же творение. Вязкое, чёрное с белыми руками и в окровавленной сорочке. В этом нечто почти невозможно было угадать её величество, императрицу Кризанту. – Мо-о-ой!!!!

- Что за…. – кто это не слишком деликатно выразился, понять не представилось возможным. Тьма начала колыхаться и разрастаться по залу. Огромные щупальца как будто вытягивали свет из факелов и становились сильнее с каждым проглоченным отблеском. Маги попытались ударить заклинаниями по наступающей тьме, затрещали активированные амулеты (и не только у самого глазастого мага), но та стала только ещё больше. Увы, знания придворного мага оставались только у самого придворного мага. Учеников Бернар брал себе в услужение, но редко кто задерживался надолго, и мало чему бедняг получалось научиться.

И вот, когда погас последний факел, раздалось нежным голосом, в котором Нарцисс узнал голос собственной жены, Кризанты Алмазийской.

- Любимый! Ты мой! – тьма расступилась окончательно, являя на лунный свет своё творение. Из неё вылезло… нечто. В свете факелов, в отблесках огня нежить представлялась расплывчатой фигурой с длинными руками. В лунном свете же, обеляющем все краски, каждая черта главного опытного образца Бернара Демантоида становилась чёткой линией. Это нечто не могло быть императрицей. Невозможно было поверить, что Её Величество больше… не Её Величество. И всё же, на ужасном чудовище с длинными белыми руками и чёрными спутанными волосами, была надета та самая утренняя сорочка, в которой и исчезла императрица из собственной спальни. И даже если Нарцисс не знал, как выглядит сорочка жены (мужчина, увы, так и не навещал супругу на сносях в покоях и виделся с ней разве что на балах и торжественных мероприятиях), он узнал черты лица, практически неизменившегося. И животик. Императрица была на последнем сроке беременности. Её живот без перерыва шевелился. Там, внутри появлялась то ладошка, то ножка. Возможно, в другом случае это выглядело мило, но милым не может быть ручка с пальчиками когтями, живот нормальной беременной не увит чёрными венами. И девушки в положении не щёлкают зубами, как нежить, одетые в окровавленную сорочку.

- О, боги! – прошептал Эрван в ужасе глядя на нечто вылезшее из тьмы. – Этого не может быть!

- Зачем? - прошептал один из магов. – Зачем творить такое? – молодой совсем парень отступил на шаг назад. Нар не мог его винить, ему самому захотелось завыть от безысходности. Как он мог не заметить изменений супруги? Никакой качественный морок не мог скрыть такое…. И слуги тоже. Значит предателей гораздо больше.

Несчастный маг, озвучивший вопрос, что теснился в голове каждого в зале, с криком ударился о стену, сметённый чёрным щупальцем появившимся из сгустка тьмы, что окружал императрицу.

Гертруда последний раз приоткрыла глаза и шепнула Эрвану. - Прямо в лицо! Это нежить.... ритуал... не дай ей.... - последние слова утонули в рёве злобного монстра, которым стала бывшая императрица.

- Замолчи-и-и!!! - от визга посыпались остатки витражей. – Ты никто!!! Н-и-к-т-о!!! – крики срывались рычанием. Тьма полностью выпустила творение тёмного мага на всеобщее обозрение. Почему-то никто не сомневался, что перед ними именно Кризанта. Не только из-за кукольного личика её величества, сохранившегося без изменений. Медальон на шее, конечно, служил определением, но… глядя на это нечто просто начинаешь верить в невозможное.

Маги тайной стражи ударили слажено. Они не стали больше ждать приказов и действовали, как при угрозе населению города и непосредственно императору. Жестко. Наверняка. Нар им не стал препятствовать. Будь у него магия, он был бы в первых рядах заклинателей. Однако нежить в Теллурии уже давно была истреблена, только в дальних степях Вернира среди племён морайских орков можно было встретить какое-нибудь полумёртвое порождение, выползшее из пещер Серебряного Хребта. Как бороться с мёртвой плотью здесь не знали. Давно забытые знания находились в главной библиотеке императорского дворца, но вряд ли их кто-то удосужился пролистать… кроме Гертруды наверно. И самого Бернара, разумеется.

Свет факелов погас. Повисла вязкая тишина. Луна, стыдливо заглядывающая сквозь остатки купола на верху залы, не могла осветить всё помещение. Противный скрежет от когтей и ухмылка, в шипящем голосе нежити, заставила всех вздрогнуть. В том числе и самого императора.

- Сколько еды-ы-ы, жертвы… мои-и-и-и….

Маги ударили снова. Вспышки озарили всё вокруг на одно мгновение, а затем раздался первый крик умирающего. Чавкающие звуки в полнейшей темноте не добавили оптимизма. Рычание, новые заклинания, крики, полнейшее отсутствие света. Луна скрылась за облаком, не желая освящать проклятое помещение.

- На неё магия не действует! Хватит! – Нар взял дело в свои руки. Он же приказал нападать мечами на «супругу».

- Действует! Она становится сильнее. – Эрван пытался перекричать крики вокруг. Луна выскочила из облака, давая возможность разглядеть кандалы, сковавшие Гертруду по рукам и ногам, но от этого было мало толку. Молодой человек не знал, как помочь боевой подруге. Обычно с такими кандалами он мог справиться гораздо быстрее, но не сегодня. Может нервы, может магическая составляющая металла. Ничего не выходило.

- Зря! На жену поднял руку! Я ношу наследника! – Визг невозможно было спокойно перенести. У более слабых пошла кровь из ушей. Эрван упал на колени.

- Уходите отсюда! Быстрее! – принял решение Нарцисс. В голове у него неожиданно возник план, как открыть кандалы. Он должен сработать! У дедушки сработал и у него сработает!

Нар подбежал к алтарю во вспышках заклинаний, среди звона мечей о когти. Он схватил тонкие запястья Гертруды, а затем тихо произнёс:

- Именем императора Теллурии, откройся, - давняя притча, рассказанная ещё дедом, что магические замки должны повиноваться королевской крови Императора, оказалась неожиданно верной. Замок щёлкнул тихим щелчком. – Сработало… - выдохнул Нар, хватая рыжеволосую травницу на руки. Девушка тихо застонала, но глаз не открыла. Видимо магия кандалов оказалась гораздо сильнее, чем многие думали. Надо будет заняться этими железками и теми, кто их производит и кому продаёт – невольная мысль посетила голову императора и тут же исчезла. Нужно было спасать рыжеволосую девушку и самого себя, а так же всех вокруг из чертог грешников на краю Грани. Со всем остальным можно разобраться и позже.

- Ты мо-о-о-й!!! – новый визг взорвал перепонки несчастных магов и самого Нарцисса. Чтобы ещё раз он женился! Да ни за что! Нет, можно было бы поверить, что это не его жена, а просто чудовище, созданное придворным магом, но…. У представителей королевской крови не бывает магии, но магический дар иногда проявляется. Наследие короны блокирует его. Император, король, царь, государь – названий много, но суть одна, его величество не может быть магом. И всё же, дар проявляется, и как быть тогда? Полная блокировка дара очень негативно сказывается на здоровье. Наделённый даром просто сгорает (страшнейшее наказание для преступников, но уж никак не императоров). И вот было найдено решение. Магия преобразовывается в интуицию. Не у всех представителей королевской крови проявлялся магический дар, но именно у них развивалась хорошая интуиция. Интуиты, так называли правителей Алмазийского дома.

- Нет, не твой, - тихо произнёс мужчина, крепче прижимая к себе маленькую фигурку в чёрном платье. Бледная кожа светилась, а пятна чёрных веснушек россыпью темнели на щеках. Пудра давно стёрлась, тушь поплыла, от макияжа ничего не осталось, так намёки, однако именно сейчас Гертруда Изумрудная казалась более красивой и беззащитной в глазах Нарцисса. Мужчина поудобнее перехватил девушку на руках.

Вой разразился по закоулкам заброшенного храма. Даже в самой столице услышали этот протяжный крик пробудившейся нежити, окончательно утратившей человеческое начало.

Вспыхнули заклятия магов, раздавались крики то тут, то там, вспышки магии. Эрван опустошал один за другим защитные амулеты, но тьма расползалась по залу. Нежить росла на глазах, поглощая свет Луны и магии нападающих магов. Теперь она его не боялась. Ночь давала силы, обрисовывала черты более злобного и древнего существа, которое вселилось путём кровавых ритуалов в мать и младенца. Как так вышло, что маленькая девочка Криззи согласилась с ушлым придворным магом. Он нашёл брешь в её душе, её ауре и сделал своё чёрное дело. Монстр поглотил душу императрици. Где-то внутри остатки нечастной ещё пытались сопротивляться, выжить, но скоро и они должны были исчезнуть.

В одном ошибся Бернар. Он думал, оставляя нежить одну, он заменит жертвоприношение одной жертвы, трапезой нескольких. Смерть императора была ему только на руку. Императрица должна была бы «выжить» и родившийся «младенец» считался бы наследником. Кедар просто хотел сбежать с поля жатвы. В принципе, мысли главы тайной службы не были далеки от истины. И всё же…

Эрван неожиданно остановился. Вместо очередного амулета он нащупал в кармане крошащийся шарик. Тот порошок, что попросила вынуть из кармана Гертруда. Он сунул его туда машинально, когда началось основное представление. Сейчас, когда они с Нарциссом пробирались сквозь щупальца, окутавшие зал и несчастный отряд тайной службы, и Эрван прикрывал отступление императора с Герри на руках, порошок скатанный в шарик остался последним оружием. Эрван магом не был.

Вдруг перед мужчинами появилось бледное лицо Кризанты.

- Мой!!! – закричала она противным писклявым голосом с примесью чёрной магии. Магия отдавала Гранью.

Эрван не стал долго размышлять. Хуже уже не будет, так решил он, и кинул раскатанный меж пальцев шарик с сонным порошком прямо в бледное лицо нежити. Пыльца неожиданно плотная, окружила лицо нападавшей плотным облаком.

- Что это-о-о-о-о?! – заорала нежить, пытаясь выпутаться из вязкого тумана, обволакивающего её лицо (единственное, что осталось родным от Кризанты). – Что?!

Крики стали стихать. Щупальца, убираться во тьму. Странные чавкающие звуки раздавались с разных сторон. Противные, вязкие, как и сама субстанция, залившая больше половины зала. В зале стало намного светлее. Вспыхнули один за другим факелы. Ещё несколько секунд и тьма окончательно втянулась в чёрный кокон посередине зала. Он начал менять цвет. И вот уже перед застывшими магами, императором и Эрван лежит на каменном полу та, что когда-то была императрицей Тэллурской империи. Грудь под изодранной ночной сорочкой поднималась и опускалась, как у живой, животик шевелился, как у настоящей беременной, только вот…. В данный момент не было придворного мага рядом, чтобы скрыть истинный вид Кризанты. Чёрные вены на тонких руках, белое лицо, покрытое язвенными ранами, из-за распирающей девушку чёрной силы. И когтистая лапа то и дело проявляющаяся под тонкой кожей живота девушки. Пальцы на руках и ногах украшали жуткого вида чёрные когти, а из-под верхней губы спящей легко можно было увидеть клыки.

- Невероятно… - тихо прошептал кто-то из магов.

Никто не хотел приближаться к уснувшей. Император решил сделать это сам. Он осторожно передал свою драгоценную ношу Эрвану, а сам подошёл к тому, что осталось от его жены. Кризанта спала, но иногда по её белоснежному лицу, лишённому даже самых малых признаков румянца проскальзывали тени. Чёрные прожилки, очерчивающие временами лицо и руки, наводили ужас одним своим появлением.

- Отвезти во дворец и запереть в восточном корпусе. Вы знаете где, - мужчина не стал распространяться. Он сказал достаточно. – Так же вызовите лекаря, тайно разумеется. – Эрван кивнул на слова его Величества. – Мэтр Углёв и мэтр Демантоид с сегодняшнего дня более не занимают свои должности при дворе и лишены всех привилегий. Место Кедара займёт Эрван Цитрин, – никто естественно возражать не стал.

- Какие-то отдельные распоряжения по поводу мэтров будут? – Эр подошёл ближе к Нарциссу и поудобнее перехватил девушку на руках. Герри застонала, но глаза так и не открыла.

Нар молниеносно протянул руки и взял мисс Нефрит обратно в свои объятия. Эр не смог на это ничего ответить или сказать. Если император желает поносить на руках девушку, кто он такой, чтобы ему запрещать? В руках его Величества Герри сама устроилась поудобнее и прижалась бледной щекой к груди Нарцисса. Наверно добротная ткань камзола Его величества оказалась гораздо удобнее форменной жилетки Эра, защищающей его от магических атак.

- Допрашивать в моём присутствии, происходящее скрыть, - это были последние слова императора.

***

Она так и не проснулась, пока они ехали в карете. Выпустить её из рук казалось кощунством. Рыжие волосы разметались по его плечу, цветочный аромат, смешанный с пылью и каменной крошкой того злополучного старого особняка, построенного на основании старого храма Древних Богов. Пользуясь моментом, Нарцисс зарылся носом в спутанные кудряшки рыжеволосой девушки и ещё раз вдохнул аромат. Пока никто не видит и не узнает. Пусть хоть немного, на мгновение у императора будет слабость. Успел. Он успел. Почему это было так важно? Что такого в этой маленькой леди, одним взглядом приковавшей к себе его внимание, не знал наверно и сам Нарцисс Седьмой, но это ему не мешало. Её дерзость взгляда, её слова, как она хотела отвязаться от него на празднике Теней. Как и все интуиты своей семьи Нар чувствовал, что девушку отпускать нельзя. Он один раз не послушал интуицию в угоду политическим интересам. И вот результат. Внутри него кричало, рвало всё при одной только мысли, что рыжеволосую интриганку придётся выпустить из рук. Именно поэтому Судьбу молодой графини он уже решил. Сегодня Нар действовал слишком грубо и необдуманно для своего статуса. Многие увидели, что девушка ему дорога. Да, по-другому было нельзя, но и последствия у таких решений соответствующие.

Мужчина осторожно коснулся губами огненных спутанных кудрей. Нет, он не жалел о своих поступках. Девушка жива, удалось прервать ритуал, раскрыть заговор. Единственное, кого не удалось спасти – это Кризанту и их ребёнка. Нарцисс не вчера родился. Он понимал, что дни жизни его супруги сочтены. От этого на душе становилось гадко. Император не должен жалеть о своих решениях. Его ошибки дорого обходятся не только ему, но и его Империи. Кризанта изначально являлась его ошибкой. Пусть с точки зрения политической игры на тот момент, она считалась хорошим вариантом, но далеко не единственным (далеко!), девушка морально была слаба. Она не воспитывалась будущей императрицей, да и герцогиней, если судить правильно, тоже. Пусть Нарциссу и преподнесли другую информацию. Бедняжка воспитывалась игрушкой, подставкой под украшения, она могла именно украшать балы и радовать глаз и слух почтенных мэтров своими разговорами. Как учредительница благотворительности и балов, она была великолепна, как императрица и правая рука супруга, увы нет.

Мужчина прикрыл глаза, заставляя себя отстраниться от эмоций и стал продумывать дальнейшие действия, касающиеся в том числе и маленькой рыжей девушки, спавшей в его объятиях.

Маленькая девушка? Кто бы подумал…

…Досье на «Леди в Маске» не раз попадалось ему на глаза в последние годы. Император много раз требовал, чтобы с ситуацией разобрались как можно скорее (что само по себе нонсенс!), но эти морайские орки не могли даже выяснить, кто скрывается под маской. Десять договорных браков, выгодных империи сорвано. В карты проиграно такое количество золотых и ассигнаций нескольких предприятий, что волосы становились дыбом. Эта девушка за пару лет своей деятельности наделала шуму в высших кругах именитых дворян больше, чем любая другая за несколько столетий. Жёстко, хлёстко и коварно. Она выигрывала в карты огромные суммы, но так же легко от них отказывалась в пользу совершенно незнакомых ей людей. Иногда, Леди отказывалась от самого выигрыша, требуя взамен услугу. И эта услуга спасала зачастую несколько судеб. Когда удалось эту Леди завербовать (таких либо вербуют, либо убирают), вся Тайная Служба праздновала по случаю. Пусть к нему на стол лёг отчёт о великолепном плане вербовки, но Нар умел читать сквозь строки и прекрасно понимал, что помогла простая случайность. Леди хотела поиграть в анонимность. Что ж ей не мешали, но и контролировать своенравную рыжую графиню стало проще.

Нар поудобнее устроил на руках драгоценную ношу. Та вздохнула и продолжила спать. Кандалы больше не сковывали движений девушки. Теперь её сон был целительной мерой, а не желанием организма сохранить как можно больше сил.

Нарцисс снова уткнулся в макушку маленькой Леди и крепко задумался над происходящим. Мужчина не любил терять времени даром. Тем более, сейчас, когда по всем признакам ясно, что затевался довольно крупный и хорошо поставленный заговор. Из этого следует, что существует кто-то, кому была выгодна такая игра. Но кому? Самому Бернару и Кедару? Возможно, но… слишком прилизанно выглядит история. Значит, есть подвох. Он всегда есть, но здесь вырисовывается слишком ярко. Дядя? Возможно, он недавно вступил в брак с довольно молодой родовитой особой. Пусть детей пока у них нет, но это вопрос времени. Помимо дяди есть ещё несколько родственников. В том числе и со стороны самой Кризанты. Пусть и мало вероятно, но ненавистью за несбывшиеся денежные планы папочка ненаглядной доченьки мог послужить косвенным фактором произошедшего. До прямого вмешательства мужчина слишком глуп.

Нарцисс отвернулся к окну. Вариантов и деталей, перебираемых им в голове мыла масса, а вот данных не так много. Доверять Тайной службе, что в принципе и должна была собирать нужную информацию, теперь не представлялось возможным. Нужна чистка кадров и решение насущных вопросов. Это требует времени, которого почти нет.

День предстоял долгий. И рыжеволосая графиня Изумрудная не вписывалась в общую схему, как бы этого не хотел сам Нарцисс. Будь ситуация несколько проще и не было бы проблем с Кризантой, он бы уже с утра объявил Гертруду своей фавориткой. Для девушки это была бы хорошая защита, а для него спокойствие и она всегда рядом. Доучиваться в университете молодой зельеварке незачем, да и работать на разведку он вряд ли ей позволит. И всё же… Нарцисс понимал, не та ситуация. Герри в данный момент может показаться истинно слабым местом, просто девицей появившейся не в то время. Рождение наследника и «болезнь» Кризанты на пару лет изменили уклад двора. С этим приходилось считаться. Добавить к этому убийства молодых девушек. Нарцисс не сомневался в главном подозреваемом (теперь). Пару недель назад он и помыслить не мог, об измене империи со стороны собственной жены и придворного мага.

Отсюда напрашивался вывод – нужно ждать. Только вот время… ритуал почти завершён, значит враги перешли из фазы ожидания в фазу активности. Они ждать точно не будут. Придётся подождать самому Нарциссу и не пропустить первый шаг. Чего он категорически не любит делать, предпочитая действовать на опережение.

Мужчина смотрел в окошко экипажа, продолжая обыгрывать ситуацию с разных сторон. Карета проехала черту Тантала. Пёстрые огни наполнили черноту ночи яркими красками. Их свет успокаивал, давал надежду, ведь эти огни горели, не смотря ни на что. И будут гореть впредь. Столетия пройдут, а огни Тантала будут освещать черноту ночи, отражаться в водах реки Лазурь и манить молоденьких девушек и юношей из провинциальных деревень и городков. Так было и так будет впредь.

***

Гертруда зашевелилась в руках Нарцисса Седьмого и приоткрыла глаза. Зелёные изумруды удивлённо смотрели на знакомое-незнакомое лицо перед ней. Бровки нахмурены, а в голове наверно миллион мыслей.

- Здравствуй, Леди в маске, - произнёс Нарцисс. – Вот мы и встретились… без масок, - подумав добавил он.

Герри нахмурилась ещё больше. Она чувствовала подвох. И он ей совсем не нравился. Где же она видела этого мужчину? Мысли путались, ответ никак не находился. Затем лицо того, у кого она сидела на коленях (что?) приобрело чёткость.

Вот же…!

- Вовремя ты посмотрела на меня, - улыбнулся мужчина уголком губ, продолжая глядеть на юную девушку сверху вниз. Глаза будущей травницы стали просто огромными от удивления. Она действительно узнала, на чьих коленях оказалась и кто её обнимал.

Герри огляделась и снова посмотрела на мужчину. Визга не было, как и лишних слов. Даже в полуобморочном состоянии она соображала быстро, правда иногда сдержать язык за зубами у неё не получалось. Эх, молодость!

- Вовремя, это точно, - поморщилась мисс Нефрит. – Спасибо за спасение жизни, ваше величество. – девушка склонила голову в признании, пусть она и компрометирующем виде и на коленях у императора (ужас какой!).

Нар повёл бровью. Правила этикета требовали, чтобы император сказал: «любой мэтр помог бы леди в беде, не преувеличивайте», но это был не аристократ, а Нарцисс Седьмой. Правила этикета обычно служат императору, а не он раболепствует перед ними. Именно поэтому Нарцисс ничего говорить не стал, только кивнул, ожидая продолжения монолога со стороны «Леди в маске».

Девушка же предпочла аккуратно выкрутиться из лап императора и сесть рядом на сидение, а затем и вовсе пересела напротив. Благодарность в устной форме лучшая из всех благодарностей. К тому же, Герри чувствовала, насколько плохо выглядит. Голова у неё гудела, как старый колокол, но зелёные марева глаз смотрели чётко, выискивая подвох в каждом движении высокопоставленного лица: красивого, породистого, аристократичного до изгиба бровей. С одной стороны невозможно оторвать взгляд от этого совершенства в людском обличии, но с другой она понимала – ничего хорошего во дворце её не ждёт. Император не делает что-то просто так.

- Мы направляемся во дворец? – в маленьком окошке кареты девушка успела увидеть знакомые черты знаменитого здания Тантала. Высокие острия шпилей разрезали тонкими иглами черноту ночных облаков, освящённых полной луной. Узкие окна мигали жёлтым ярким светом, в них то появлялись, то исчезали тени придворных и слуг. До резиденции императорской фамилии оставалось совсем ничего. Серый камень и красная черепица, во тьме ночи, казавшаяся черным облаком над сереющими камнями старинного сооружения, наводили благоговение на души простых жителей города.

- Да, дорогая леди, именно так.

По тону мужчины легко можно было определить, что в данный момент от самой Герри ничего не зависит. Решение принято за неё. Именно поэтому девушка предпочла перевести тему в другое русло.

- Вы были на балу Теней, - констатировала факт леди через некоторое время, насладившись проплывающими за окном кареты видами. Император её не торопил, ждал. - На балу выпускников тоже. У вас очень узнаваемые черты лица. Как я вас сразу не признала?

Мужчина предпочёл ничего не отвечать. Снова. Разве что усмехнулся уголком губ. Решение о будущем девушки в качестве его фаворитки Его величество уже принял, поэтому говорить что-либо сейчас считал лишним. По обыкновению обычно больше узнаёшь, когда молчишь.

Гертруда слегка сощурилась, чувствуя, как захлопывается капкан. Вывести на эмоции не получилось. И это ей ох как не нравилось! Вроде бы совершает все действия правильно, но подвох чувствуется в воздухе, вязкий, как кисель. Н-да, играть с такими игроками ей раньше не приходилось.

- Согласна, ответ очевиден – магия, как и жучок-следопыт у меня в кармане, – тем не менее, она продолжила разговор, глядя на лёгкую морщинку меж бровей мужчины. Морщинка появилась и тут же исчезла. – В следующий раз суйте куда-нибудь кроме кармана, коим может воспользоваться объект слежки, – жучок путём перекидывания перекочевал из рук в руки.

- Учту, - не стал спорить Нар. Лязг воображаемого капкана стал слышен более отчётливее.

- Буду благодарна, - Герри выглянула в окно. Хмуро сдвинутые брови, строгий взгляд вторили её словам. Она совершенно его не боится. Зря.

- По пришествию, вас осмотрит лекарь, - мужчина оказался на редкость краток.

- Спасибо, Ваше Величество, - Гертруда склонила голову в поклоне, однако, жест покорности получился смазанным и не произвёл должного эффекта. Последующий вопрос стёр остальное. – Избежать встречи с лекарем не получится? – капкан практически сомкнулся. Герри чувствовала, как огромные зубья впиваются ей в ногу, а на шею надевают красивый ошейник. Она привлекла внимание совершенно не того мужчины. И выбраться не выходило. Похоже, Его Величеству нравились непокорные особы. Вот дёрнуло же её посмотреть на него тогда! Интересно, что скажет муженёк её тётки, узнав кого она привлекла своими шпионскими играми? Он ведь официальный опекун.

- Да, - Нарцисс даже не повёл плечом. Он следил за сменой эмоций на лице собеседницы. Затянулось молчание.

- Ваше величество, - через пару минут произнесла девушка.

Он перевёл взгляд с пейзажей на мисс Нефрит.

- Мой сонный порошок сработал? – неожиданно спросила бывшая Леди в Маске.

- Да, - Нар слегка повёл рукой, – леди Кризанта и мэтр Демантоид более не ваша проблема.

- Тем не менее, я хотела бы её осмотреть…. Ваше Величество.

- Можешь наедине обращаться без «величеств». – Герри оторопела от такой чести, но у неё не было сил даже воспротивиться, когда Нарцисс продолжил, – Зачем тебе осмотр императрицы? Лекарь осмотрит её и без вашего участия.

- Я знаю по какому ритуалу готовилось её тело и зачем его проводили, - Герри в упор посмотрела на императора. – Думаю, ваши маги вряд ли в курсе всех деталей.

- А вы, леди, в курсе? И откуда сведенья? – ледяной тон, как легко ему подчиниться.

- Злодеи любят пообщаться с жертвами, - Герри повела плечом, как бы отгораживаясь от приказного голоса Его величества. - Со мной они тоже оказались откровенны, - девушка тряхнула головой, на пол экипажа посыпалась каменная крошка. – Как же я так умудрилась… - пробормотала Гертруда, двигая пальцами по волосам, ловка вынимая из локонов самые крупные камешки.

- Хорошо, но под присмотром магов и в моём присутствии. Подумав ответил император.

- Она должна проспать до следующего дня, но надолго удержать вашу супругу в темнице, пусть и даже магической не выйдет. Те кандалы, что были на мне, её тоже особо не удержат.

Нарцисс отвернулся.

- А ребёнок? – наконец спросил он.

- Ребёнок? – Гертруда удивлённо посмотрела на мужчину. Ответ ей казался очевидным.

- Наследник. Что-нибудь… его можно будет спасти? – впервые голос мужчины слегка дрогнул. Или Герри это просто показалось. Всё же император умеет обычно скрывать эмоции.

Гертруда устало прикрыла глаза. Всё же слишком рано она проснулась. Лучше было бы оставаться спящей или хотя бы притвориться. Ведь понравилось же лежать на коленях императора. Но мы же гордые! Какие императоры! Мы сами можем за себя постоять!

- Я не знаю. Меня не принесли в жертву, но… - девушка вздохнула. – Ритуал почти завершён. Я была у них последней, так что…

- Шансов нет, – закончил за неё Нарцисс Седьмой.

- Почти нет, - покачала головой Гертруда. – Впрочем, скоро мы сами всё узнаем.

- После вашего осмотра?

- После того, как родится ребёнок, - неожиданно глаза Гертруды начали сами собой закрываться. Пара секунд и она потеряла сознание. Не упала рыжая красавица только потому, что Нар удержал её в своих объятиях. Рано она проснулась, рано.

***

Камера утопала в роскоши. Удивительное дело, но иногда требовалось сохранить или задержать очень высокопоставленных людей взаперти. Именно для них и создали такие покои. И именно сюда принесли уснувшую магическим сном Кризанту. Девушка лежала на кровати, свернувшись калачиком, и стонала во сне. Её живот изрешечённый чёрными венами, ходил ходуном. То и дело сквозь стиснутые зубы просачивались стоны, ничего не имеющие с человеческими криками боли. Внезапно раздался чавкающий звук. Как будто кто-то прорезал что-то липкое и вязкое. Противный, склизкий звук, утонувший в предсмертном крике несчастной девушки, оказавшейся пешкой в этой страшной игре. Пара конвульсий и всё было кончено для несчастной Кризанты. Душа, порабощённая тёмными ритуалами прошлого, наконец-то освободилась от оков и воспарила над бренностью этого мира, чтобы отправиться за Грань. Более ничего её не волновало, не тревожило и не страшило. Даже то, что её собственное «дитя» сейчас поедает плоть своей матери. Клыки его остры, как бритвы, а в глазах тлеет огонь. Больше это не касалось несчастной. Единожды взглянув на монстра, вышедшего из её утробы, призрачная императрица не испытала ничего, только лёгкую тень жалости к несчастному существу, чью душу исковеркала чёрная магия, но скоро исчезла и она. Кризанта так хотела любви и любила своего малыша, что магия придворного мага питалась ей как одной из составляющих энергий. Нежить вселившаяся в императрицу тоже не осталась равнодушной такой любви. Она извращала и питалась чувствами несчастной все эти месяцы. К концу беременности почти все чувства кроме ненависти, ярости и ревности оказались «съедены». Наверно поэтому истерзанная душа оказалась так безразлична к своему земному телу и некогда долгожданному малышу.

Ничего не осталось.

Душа наконец оказалась свободна. За Гранью.

В покоях остался только младенец с клыками, поедающий плоть своей матери. С каждым проглоченным кусочком, он становился более похожим на человеческого детёныша. Только вот глаза выдавали – они светились красным загранным светом; перемазанная кровью пасть, полная клыков и более зрелый возраст, чем у новорожденного. Правда, кто обратит внимания на такие мелочи?

Глава Пятая. Шанс для чудовища.

Просыпаться было невыносимо. Чугунная голова, как будто она варила всю ночь дурно пахнущую мазь для заживления ран. Причём по древнему рецепту, а не усовершенствованному по стандартам третьего столетия от Пятой Магической войны. Гертруда поморщилась, ненароком вспомнив практику по истории зельеварения, которую им любил устраивать их преподаватель.

Противное ощущение с привкусом металла на языке никуда не проходило. Открывать глаза совершенно не хотелось. И всё же юная зельеварка терпеть не могла разлёживаться. Она жила в движении, куда-то шла, что-то делала, так что, не смотря на головную боль, девушка попыталась встать с постели и оглядеться.

Покои не были знакомы ей. Это не комната в женском общежитии и уж точно не её квартирка. Девушка огляделась по сторонам. Дорогая обстановка, со вкусом обставленная в кремовых тонах с вкраплением коричневого. Позолота на стенах, мебели, почти не заметная, но она есть. Недешовое удовольствие. Это заставило нахмуриться Герри ещё больше. Рыжеволосая красавица поморщилась от того, что её слегка замутило, когда она резко села на постели. Происходящее ей не очень нравилось. Что произошло придворным магом? И Кедаром? Как поживает императрица? Её нельзя оставлять без присмотра.

Голова раскалывалась от мыслей и хаотичных размышлений. Герри не привыкла плыть по течению жизни. Она предпочитала действовать. Для начала нужно было встать и найти какую-нибудь прислугу. С первым пунктом нехитрого плана оказалось куда проще, чем со вторым. Девушку кто-то раздел и нарядил в сорочку бледно-салатового цвета. Пеньюар более насыщенного оттенка был повешен рядом с постелью на специальную вешалку. От этого легче не становилось.

Гертруда потёрла виски тонкими пальчиками, пытаясь унять стучащие молоточки внутри черепа, не преуспела, но всё равно осталась довольно результатом. Пеньюар через секунду оказался накинут на плечи, в глазах заплясала решимость, а вместе с ней раздался звон магического колокольчика вызова прислуги. Следом девушка уже открывала дверь ведущую в смежную комнату. Именно здесь знатные дамы могли принимать гостей. Ведь показывать постель, пусть и заправленную для благородной мэтры считалось верхом неприличия.

- Вы звали госпожа? – молоденькая служанка, бледная как полотно с белокурыми волосами, убранными в белый платок, и одетая в чёрную форму показалась буквально через несколько секунд. – Меня зовут Сири, я ваша горничная, - почти прошептала девушка.

Гертруда даже не задумываясь перешла на внутреннее зрение. Виски тут же отозвались резкой болью, но юная лекарка смогла разглядеть, что ей нужно.

На лицо истощение ауры. Сильное.

Герри мысленно скривилась, если ещё мгновение назад она хотела покинуть эти гостеприимные стены как можно быстрее, то сейчас уже нет. Приглядевшись к ауре «горничной» ещё пристальнее (виски заныли, как будто туда начали вбивать гвозди) будущая лекарка обнаружила в не самом заметном месте его, паука-аурита. Противное насекомое-паразит, питающееся жизненной силой своего носителя. Да ладно бы, оно просто питалось! Такие пауки исчезли с лица мира очень давно, но их научились воссоздавать не самые чистоплотные маги. Такой паук-аурит прикреплялся к жертве, не обладающей магией, и поглощал её жизненную силу, и передавал её создателю. При беглом осмотре ауры его не увидишь, а вот при детальном легко. Применение таких пауков каралось законом. Так что эта дрянь забыла во дворце, прикреплённая к служанке?

Ответ напрашивался сам собой.

- Да, звала, - согласилась мисс Нефрит. – Мне нужна моя одежда, и переговорить… с Эрваном Цитрином. – Гертруда не была уверена, что слышала в полутьме, но Эрван всяко должен был быть во дворце. Не к императору же идти? Она конечно Леди в Маске, да только сейчас маски на ней нет.

- Конечно, уважаемая мэтра, - девушка поклонилась и уже хотела выйти за дверь, как Герри её остановила вопросом.

- Скажи, когда ты начала себя плохо чувствовать?

- Простите? – глаза белокурой служанки расширились. – Я хорошо себя чувствую… ничего… не…

- Я будущий лекарь, так что истощение ауры легко могу определить. И помочь, так скажешь? – Герри подошла к служанке и провела рукой, помогая себе обрисовать ауру девушки. Та пискнула, но не успела и слова вставить, как её щёки порозовели, а волосы стали наливаться силой и уже не казались такими бледными. Скорее русыми.

- Что… как… - голубые глаза удивлённо уставились на что-то чёрное, мелькнувшее меж пальцев рыжеволосой леди. Мелькнувшее и тут же исчезнувшее.

- Кто-то приставил к тебе проклятие паука-аурита, не переживай, - отмахнулась лекарка. – Сейчас лучше?

- Да-а-а… - Сири хлопнула ресницами.

- Хорошо, лучше питайся и больше спи, ты молодая, восстановишься, - улыбнулась зельеварка.

- Спасибо, мне и правда легче… - девушка вздохнула, как будто давно не могла этого сделать раньше. – Я раньше такой весёлой была, быстрой, - вдруг прошептала она, - устроилась во дворец, как будто вся радость ушла, но мне нужны деньги и…ваши распоряжения будут готовы в самое ближайшее время.

- Хорошо, я никому ничего не скажу, не переживай, - Гертруда улыбнулась.

Служанка скользнула за дверь, а мисс Нефрит нахмурилась и поплотнее закуталась в полы своего пеньюара. Если на такую маленькую служанку повесили паука-аурита не таясь! Значит, никто не хотел замечать или некому было. И пострадать могла не только одна несчастная служанка, но и многие другие. Да что тут твориться?!

***

Эрван появился гораздо позже, чем принесли одежду. Не платье Гертруды, а совершенно неудобный наряд бледно-салатового цвета, от которого Гертруду уже начало подташнивать. Если она ещё раз увидит одежду такого оттенка, то устроит местной швее тёмную! Почему именно салатовый? Не мятный или цвет молодой листвы, что нравился самой Гертруде или же чёрный! Это же классика!

Правда, выбирать не приходилось, у Гертруды имелось слишком много дел, чтобы тратить их на потрошение местной гардеробной. От услуг горничной в причёсывании и одевании зельеварка отказалась. И потребовала, чтобы девушка отдохнула. Сири ничего не оставалось, как исчезнуть за дверью. Перед тем, как уйти, служанка предупредила, что мэтр Цитрин будет через сорок две минуты.

На сорок третьей минуте в гостевые покои постучали. Гертруда как раз завязала волосы в простенькую шишку на макушке, оставив несколько завитушек свободно ниспадать на плечи. Получилось довольно мило.

- Войдите, не заперто, - произнесла Герри, разглядывая себя в зеркало. Об этикете она в данный момент думать не хотела, как и о реверансах. К тому же, ждала Эрвана, а перед коллегой по службе раскланиваться по меньшей мере глупо. – Сейчас выйду!

Девушка ещё раз посмотрела на себя в зеркало, расположенное в дальнем углу комнаты. В окружении маго-светильников, встроенное прямо в трюмо. Да, даже с этим платьем у неё получилось выглядеть неплохо. Пользоваться пудрой, чёрной подводкой для глаз и другими женскими хитростями, Герри не стала. Во-первых, девушка предпочитала делать косметические средства сама, а что не могла, покупала в проверенной лавке. Во-вторых, на полноценный вечерний туалет у неё не было ни желания, ни времени.

Дверь открылась. И снова закрылась.

- Истинная леди, всегда перед зеркалом. – Эрван покачал головой. Этикет он решил не соблюдать и сразу направился в спальню. Впрочем, заправленная Сири постель выглядела благопристойно, как и сама Гертруда, хотя сама ситуация и оставалась неприличной. Впрочем, и Гертруде и Эрвану, как говорилось ранее, было не до сантиментов.

- Истинный мэтр, - отозвалась Гертруда, - должен был остаться в приёмной и не заходить в спальню, – зелёные глаза девушки сверкнули холодным отсветом.

- Брось, ты уже давно не юная дебютантка, - фыркнул Эр, скрестив руки на груди. – Да и ханжеством не страдаешь.

- Брось, ты здесь не чтобы нарушать этикет, - в тон другу усмехнулась Герри. – Что происходит сейчас? Кедара поймали? Бернара? Императрица? Она родила?

- С чего ты решила, что… она родит скоро?

- М-м-м, сроки, Эр, обычные сроки, - Герри хмуро вышла из спальни в приёмную. – Так что?

- Кедара не поймали, - Цитрин скривился. – Он слишком хорошо знает наши методы поиска. Бернар, я думаю тоже.

- Пусть всех слуг, особенно не обладающих даром, осмотрит лекарь-маг, сильный маг, - на последних словах Гертруда сделала особое ударение.

- Что? – Эрван свёл брови на переносице. Переход с одной темы на другую был слишком резким.

- На служанке, что принесла мне одежду, был паук-аурит, - пояснила ответ на немой вопрос лекарка. - Ты понимаешь, что это значит? – строгие зелёные глаза смотрели на Эра с укором.

- Аурит? Ты серьёзно? – хмуро поинтересовался молодой мужчина.

- Да. Сколько у Бернара ещё источников подпитки я не знаю, но надо перекрыть их все. И как можно быстрее.

- Ты думаешь, это Бернар?

- Кедар не обладал даром, - покачала головой Герри. – К тому же он наиболее явная кандидатура. И как вы могли проворонить такое вопиющее нарушение правил во дворце?

- Сама догадаешься? Или подсказать?

- Не надо. – Герри поморщилась. Вопрос действительно был глупым. - У твоего отдела есть соображения, где искать?

- Нет, ничего явного, – задумчиво ответил мужчина. – Решили проверить пару адресов. Что ещё остаётся?

- Логично, - отозвалась Гертруда, проходя мимо друга в приёмную и усаживаясь в одном из кресел, поставленных как раз для удобных бесед в приятной компании за чашечкой травяного чая. Приёмная была выполненная в том же стиле, что и спальня, однако, здесь преобладали в обстановке более строгие линии и меньшее количество позолоты. Однако, милые женскому сердцу безделушки, замеченные то на одной полочке, то на другом столике, придавали комнате очарования и женственности.

Минута молчаливого диалога затянулась.

- Ты готова? – наконец спросил Эрван.

- Для чего?

- Для аудиенции у Его величества, – как само собой разумеющееся произнёс молодой глава тайной службы его Величества.

Гертруда замерла, сидя в кресле, но виду не подала. Разве что повела бровью. Эр продолжил стаять около двери между приёмной и спальней, только поза его не располагала к этикету. Он облокотился о дверной косяк.

- Повтори, - девушка проигнорировала скептичный взгляд коллеги.

- Он просил выяснить твою подноготную, - растягивая слова произнёс Эрван, – и ринулся спасать тебя.

Гертруде захотелось ругаться, как пьяному моряку, чей корабль застрял на ремонте в самом замшелом порту, где даже борделя нет. Мисс Нефрит не понравилось такое мысленное сравнение, однако, именно оно было самым точным и верным.

- Ясно, - произнесла девушка сквозь зубы.

- Да, тебе больше не работать приманкой, – усмехнулся коллега.

- А тебе не приударить за мной, - огрызнулась в ответ лекарка.

- Вот же морайнка!

- Идём, императорам не отказывают.

- Чушь! Им просто не говорят истинное положение дел.

Гертруда не стала ничего отвечать на этот выпад. Её мысли витали уже далеко. Слишком много проблем, которые требуют немедленных решений. И император – не самая главная из них.

***

Аудиенция у Его Величества состоялась в кабинете. Эрван провёл свою спутницу сквозь кордон стражников, приёмную, кабинет младшего секретаря и старшего секретаря. Только после этого Гертруда смогла увидеть, наконец, собственно кабинет Его Величества. Он не пестрел дорогими статуэтками и милыми безделушками (как, к примеру, кабинет старшего секретаря и комнаты, выделенные самой Гертруде). Всё строго, из чёрного дерева и бумаги сложенные на столе по папочкам. Договора, приказы, около стены дорогой шкаф наверно доверху наполненный такими же архиважными документами. Правда, из-за заклинания на дверце не разглядишь. Герри огляделась, слегка перемявшись на пару шагов по дорогому тёмному ковру без узоров, и встретилась взглядом с Нарциссом. Зелёное марево и льдинисто-голубое схлестнулись в вихре противостояния. Дух захватило у даже Эрвана, но у парня хватило и ума не прерывать дуэль взглядов.

- Ваше Величество, - улыбнулась неестественной улыбкой мисс Нефрит и присела в реверансе. Внутри неё всё дрожало. Девушка, однако, не могла толком понять от чего. От страха или гнева. Нарцисс Седьмой не скрывал своего интереса, по крайней мере, в битве взглядов с ней. Секунда и снова непроницаемое выражение лица. Молодец! Показал мальчишке, что леди занята и интерес проявлять не стоит, а самой девушке, что интерес проявить стоит ей самой – к нему. Отлично! Мало ей отчима и взбесившегося придворного мага, так теперь и его озабоченное Величество.

- Ваше Величество, - в тон с Гертрудой произнёс Эрван Цитрин, но без натянутой улыбки и битвы взглядов.

Нарцисс коротко кивнул, приветствия словами человеку его положения можно было и пренебречь.

- Сегодня можно обойтись и без титулов. Меня интересуют только факты, – сухо произнёс он. Как будто не показывал место будущей фаворитке одним взглядом только что.

- Хорошо, Ваше Величество, - Герри не стала спорить, но и субординацию нарушать не стала. Эрван слегка прикрыл глаза, нутром чуя, он тут скоро станет лишним. Между тем, Гертруда продолжила, - необходимо осмотреть Её Величество, как можно скорее. Ритуалы могли сильно повредить здоровью её величества и здоровью наследника, – и всё милым ровным тоном с нотками паники.

Замерли все.

Герри не стала ждать, пока пройдёт шок. Ведь же сам просил факты. Девушка понимала, слушать её будут только в том случае, если дадут сказать. Без шокирования никак не обойтись. Темница ей итак светит. Пара дней погоды не изменят. Цитрин чуть склонил голову, стараясь не выругаться вслух. Ходит по лезвию ведьма рыжая! Не дождаться конкретных вопросов, сразу перейти к фактам (пусть сам Нарцисс Седьмой приказал, но есть негласные правила, которым следуют, чтобы выжить!). Мало того, сообщить неутешительные подозрения о здоровье императрицы и наследника. Столь открыто показать, что не заинтересована во внимании, переведя тему! Без кокетства! Да если она через пару часов окажется в темнице, Цитрин будет не удивлён. Никак!

Нужно спасать дурёху. Увы, кроме него – больше некому. Придётся ждать момента и вывести девушку дальше от кабинета Его Величества.

- Новый придворный лекарь прекрасно знает своё дело. Насколько необходим осмотр? – строго спросил Его Величество.

- Насколько возможно, - Герри слегка скривила губы при упоминании о «новом» придворном лекаре. Насчёт «старого» у неё были определённые сомнения. Что ж, похоже, Его Величество их разделял. Как будущая знахарка, девушка не могла понять, как можно будучи магом и целителем императорской четы, не заметить того, что происходит? Значит либо, придворный лекарь получил должность за красивые связи, или он в деле с придворным магом и главой тайной службы, возможен ещё и шантаж, но все же… Герри склонялась к более прозаичным версиям, – выяснились новые подробности, – девушка прямо встретила взгляд Нарцисса. Снова, - у служанки без дара на ауре обнаружен паук-аурит. – зельеварка чеканила каждое слово. – Так же нужно срочно проверить всех слуг, особенно тех, кто без дара к магии.

- Аурит? Уверена? – Нарцисс легко перешёл на «ты», опустив все титулы (Герри на мгновение отвела взгляд). Мужчина слышал об этих пауках, но чтобы их носители нагло разгуливали по дворцу и никто ничего не заметил…. Ни один маг? Тем более лекарь императора и императрицы? Вопросов к пожилому мужчине, что сейчас находится в пятой допросной северного крыла, прибавилось ещё больше. Кстати, доклад о здоровье её Величества до сих пор не принесли….

- Да, я сама сняла его с несчастной, – кивнула рыжеволосая ведьма.

«И это после ранения и возлежания на алтаре», - едва не простонал Эрван. Вслух мужчина ничего не говорил. Предпочитая ожидать. По взгляду Его Величества трудно было что-то понять, что он думает, но интуиция молодому сотруднику тайной службы подсказывала, что Нарцисс не далёк в своих думах от самого Цитрина.

- Есть шанс вычислить, куда уходит энергия? – Его Величество обошёл стол, за которым стоял, тем самым приблизившись к собеседникам.

- Нет, но можно вычислить мага по слепку дара, Ваше Величество, – покачал головой Эрван, вступая в разговор как положено – после озвучивания вопроса.

- Я передам слепок магам из отдела, - будущая дипломированная лекарка передёрнула плечом. – Ваше Величество, – ровным тоном. Она явно нарывается!

- Это нужно будет сделать немедленно, - согласился Нарцисс Седьмой и позвонил в колокольчик с магическим звоном. Такой колокольчик не звенел в кабинете императора, но его дубликат преспокойно голосил в приёмной секретаря. Однако, не успел затихнуть звон колокольчика, как в кабинет постучали.

- Разрешите войти? – проблеяли за дверью.

Нарцисс неуловимо повёл бровью, не выказывая и тени брезгливости над раболепием и велел войти. Вошёл не старший помощник, как полагалось, а стражник. Император узнал мужчину в костюме старшего гвардейца своей личной охраны. По взгляду мужчины многое стало ясно ещё до произнесённых слов.

Через пару десятков секунд все дела были отложены, а Император с верным помощником, «новым» придворным лекарем и будущей фавориткой быстрыми шагами в сопровождении охраны двинулись в сторону подвалов. Вернее секретных покоев, куда велено было отвезти её Императорское Величество Кризанту Алмазийскую.

***

Некогда дорогой ковёр, привезённый из самого Интастана, был залит кровью. Императорские, по-другому не скажешь, покои превратились в поле битвы, побоище. Погром был везде. Свисали клочьями гобелены ручной работы, порезанные огромными когтями. Кровать поистине императорских размеров, залитая кровью не хуже ковра, была разворочена, часть перины разорвана, а от подушек остались только перья. Разбитая посуда, повсюду раскиданы черепки от тарелок и фарфоровых чашечек. Корзина с фруктами перевёрнута. Фрукты испачканы в крови.

На постели тело императрицы. Вернее то, что от него осталось.

Жуткое зрелище.

Посерединевсего этого сидит маленький розовощёкий младенец месяцев шести отроду и скалится рядами острых как бритвенные лезвия цирюльника зубов (нет, скорее клыков). Он довольно мил: черноволос, черноглаз и красив, только вот окровавлен, клыки острейших зубов не дают сомневаться, кто виноват в погроме, острые чёрные когти, слишком большие для такого маленького мальчика и чёрные как у нечисти, а на дне глаз проскальзывают красноватые искры. Приближаться к наследнику императора не рискнул ни лекарь, ни охрана императрицы. Страшный младенец пугал всех, кто на него взглянул. Успел взглянуть.

Гертруда увидела «малыша» через специальное окошко, открывающееся, чтобы проверить темницу для высокопоставленного лица без морального ущерба для оного. Только вот через это самое окошко можно было увидеть далеко не всё, а чтобы разглядеть «всё», нужно было идти к секретному ходу и подглядывать, через специальные отверстия в стене. Увы, на это нет времени.

- Кто в курсе инцидента? – спросила девушка.

Император молчал. Он стоял в стороне и смотрел на дверь, скрывающую его сына, с непроницаемым выражением лица. Нарцисс обдумывал ситуацию. В принципе, все собравшиеся под дверью бывшей темницы императрицы знали, как нужно поступить с… этим младенцем, но сказать такое вслух, особенно при императоре…. Каждый ждал приказа Его Величества.

- Все, кто находится в этой зале. Более никто, - высокий мужчина с чёрной густой бородой отчеканил фразу только после того, как дождался кивка от Его Величества. Именно он и принёс неблагую весть.

Все присутствующие, включая лекаря, повернулись в сторону Нарцисса Седьмого. В глазах у подданных Его Величества отчётливо звучал только один вопрос: «Что делать?».

Ответ на этот вопрос был настолько очевиден и вместе с тем настолько страшен. Как императору, Нарциссу Седьмому, герцогу Алмазийскому приходилось часто принимать серьёзные решения и отдавать приказы, идущие вразрез с моралью и принципами? Не счесть. Он должен был отдать приказ и сейчас. Чудовище, созданное из его плоти и крови бывшим придворным магом (за что того ждёт не самая лёгкая смерть, Нар лично проследит!), не должно было выжить. Не имело права. Нечисть, нежить, неважно. Этот ребёнок не мог стать его наследником престола! Империю ждал крах с таким наследником. Нельзя было допустить чудовище к власти. Нельзя!

Внутри императора разгорался огонь, он пожирал все его чувства. Нар должен думать о будущем своих подданных, но мужчина мог думать сейчас только о своём ребёнке. Не о наследнике, а о младенце, сыне, которого вот-вот потеряет ради общего блага империи. Морайнцы, сотворившие такое с его мальчиком, заплатят. Обязательно! Только вот маленькую жизнь… это не вернёт.

Кивок дался… тяжело.

Вязкое, противное чувство, похожее на отчаяние, что виноват, что упустил, затомило сознание мужчины. Держать лицо стало невыносимо. Он занялся слишком плотно внешней политикой. Не бывал во дворце месяцами, не замечая, что творится. Дядя тоже хорош, не появлялся в своих дворцовых покоях, пока не женился на молодой девице. Виссарион Третий, герцог Алмазийский, получивший титул и правление землями рода Алмазийских, когда сын его старшего брата Нарцисса Шестого взошёл на престол. Виссарион мог бы побороться за власть, но предпочёл управление землями рода, когда как на плечи Нарцисса Седьмого легли заботы о всей империи. Однако скидывать вину дядю будет верхом беспомощности и глупости. Виноват здесь только один человек – тот, кто допустил ситуацию. И цена этой ошибки непомерна.

…Дверь открылась бесшумно. Стража приготовила арбалеты. У каждого из пяти охранников, включая главнокомандующего, был такой на поясе. Небольшой, заряженный самонаводящимися стрелами. И именно от стрелы одного из них должен был погибнуть ребёнок. Нежить.

Гертруда стояла как раз за стражей напротив двери. Она впервые в жизни не знала, что сказать, предотвратить то, что происходит сейчас. Как никто, девушка прекрасно понимала, что будет, если оставить «это» в живых, но…. Не как маг, не как лекарь, а как обычная девушка, принять то, что творилось сейчас, Гертруда не могла. Боль сковывала её нутро. Именно эта боль горела в ней, как и в Нарциссе, когда девушка неожиданно встретилась взглядом с чёрными глазами младенца, сидевшего на ковре в луже крови. Дверной проём, стража, она же охрана, арбалеты, всё перестало существовать.

Мгновение.

Вдох.

Выдох.

Секунда «до» и секунда «после».

Ещё один взгляд, который изменил судьбу целой империи. И снова этот взгляд принадлежал ей, Гертруде Изумрудной, в данный момент Нефрит. Девушка пока этого не знала. Она просто смотрела, как в вязкой замедленной полутьме, страж возводит стрелу на прицел. Как за его широкими плечами в доспехах исчезает младенец с чёрными пронзительными глазами, поймавший её взгляд. В ворохе ткани упавшего покрывала, не возможно толком разглядеть и тельце, только глаза. Тёмные с красноватыми искрами. И кудряшки.

Вдох.

Выдох.

Крик, леденящий душу.

Гертруда вздрогнула и в следующий миг, неожиданно приняла в объятия нечто с чёрными перепончатыми крыльями. Нечто обхватило её шею маленькими пухлыми ручками с обычными ноготками. Нечто пискнуло. Крылья исчезли, оставляя после себя небольшие уплотнения на лопатках младенца. Нечто…. Девочка! Не мальчик, как утверждали все вокруг, даже Бернар. Малышка. Наследница. Она смотрела на Гертруду огромными голубыми глазами шестимесячного младенца и улыбалась беззубым ртом, нет, парочка зубиков прорезались, но….

В полнейшей тишине Гертруда поудобнее перехватила девочку на руках. Та прижалась к ней и закрыла глазки, уткнувшись в шею крохотным носиком. Чёрные кудряшки оказались такие мягкие наощупь….

- Мисс… мэтра… отдайте э-э-это…- короткий взгляд в сторону его величества и поспешное исправление, -… этого ребёнка, - высокий мужчина, начальник охраны императрицы протянул руки. Стража ощетинилась арбалетами. Нарцисс молча смотрел на младенца, не реагируя. Вблизи тот, кого все считали мальчиком, оказался девочкой с короткими кудряшками. Тёмные волосики, пухленькие ручки, носик кнопка. Мужчина сглотнул вязкую слюну, пытаясь прийти в себя. Не получалось.

- Нет, - Гертруда обняла малышку сильнее. Та обняла её в ответ ещё крепче и засопела. Громко так.

- Герри… не стоит, - Эрван подошёл на полшага ближе к девушке. – Ты же понимаешь…

- Гертруда, мэтра Изумрудная, - Нарцисс отмер и тоже попытался подойти к лекарке. Глаза мужчина не отрывал от маленькой девочки на руках у рыжеволосой красавицы.

- Нет, - девушка тряхнула головой. Пара рыжих прядей выбилась из причёски и упала на лоб, а скинуть их не получалось. Сердце Герри забилось как сумасшедшее. Она лихорадочно вспоминала, что читала про Нелюдей. Когда-то давно учёные-маги, ещё во время даже не Пятой, а Второй Магической войны, пытались создать совершенную расу. Конечно, у них ничего не вышло, но опыты скрещивания нежити и человека были своего рода успешными (если судить по древним свиткам). Образцы так и называли Нелюди. Многих держали в клетках, натаскивали как зверей – это считалось нормальным, но одного младенца спасла помощница тогдашнего Придворного мага. Именно её поступок и привёл к тому, что опыты прекратились. Правда, что стало с младенцем, куда пропала помощница и множество других вопросов (например, куда исчезли другие образцы?) в том свитке не оговаривались. Герри нашла только одну заметку, интересную и потому, кажущуюся неправдоподобной. Заметка была странной и сообщала якобы о переселении Нелюдей в Вернир, но… она была карандашом на полях одного из свитков. Точнее сведенья были бы только на воде вилами писанные.

- Мисс, вы понимаете, что это… это не обычный ребёнок, - стражу пришлось вздохнуть, чтобы не выругаться. Надо же привели женщину! Они же от детей с ума сходят! Как теперь убрать это чудовище, если только его величество отдаст приказ ликвидировать и девчонку и… это. Не хотелось бы.

- Ещё как понимаю, в отличие от вас. – Гертруда деловито краем рукава стала вытирать щёчки наследницы. – Я читала о том, кто это и… - девушка краем глаза следила за происходящим. Так просто отдавать ребёнка, который не до конца превратился в нежить, в отличие от собственной матери, нет уж! - …и убивать её не дам.

- Её? – это удивило всех. Особенно лекаря.

- Вы что так и не догадались посмотреть, что младенец девочка, а не мальчик?! Как вы глядели?! – Гертруда слегка прикрыла глаза от злости. И это придворный лекарь? Простите, «новый» придворный лекарь! Это мужчины? Все были так уверены, что младенец мальчик, что никто не удосужился посмотреть на главный признак?!

К ней тут же кинулись все наперерез. Девочка вздрогнула в руках зеленоглазой ведьмы. Заклинание защиты само сорвалось с губ. Малышка распахнула голубые глазки. С зелёными всполохами. Она оторвала личико от шеи рыжеволосой колдуньи и посмотрела на всех присутствующих зелёным маревом глаз, как и у Гертруды Нефритовой. Глаза обеих девушек сияли не хуже истинных изумрудов.

- Герри, хватит, - Эрван стал приближаться к зельеварке, как самый знакомый с ней.

- Гертруда Изумрудная, - Нарцисс двинулся следом за Эрваном. – Передайте мне ребёнка. – официальный тон, замораживающий, не хуже льдов Серебряного горного хребта мог охладить пыл любого, но не Гертруды.

- Я Нефрит! – прошипела девушка, зелёные марева глаз сверкнули, а защита стала ярче. – Девочка будет жить, остудите своих псов! Пока не сделаете этого, ребёнка не получите!

- Гертруда… - Эр прикрыл глаза, стараясь успокоиться. Рыжеволосая бестия всегда умудрялась влезть, куда не следует, но это уже перебор. Возражать императору! При посторонних! Виселицей тут не отделаешься.

- Ритуал не был завершён! Она имеет право жить!

Девочка загулила на своём о чём-то, явно соглашаясь. Её глазки позеленели окончательно. Пухленькие ручки сжимали шею зельеварки. Сама же причина спора смотрела испуганно и враждебно на суровых мужчин. В том числе и на своего отца. Он казался ей родным, но… тёплая и добрая тётя казалась более надёжной сейчас. Казалась родной, как… мама…. Малышка снова положила головку на плечо своей защитницы.

- Она сожрала внутренности собственной матери! – практически выплюнул каждое слово начальник имперской стражи.

- Её мать уже перестала быть человеком к тому времени, - огрызнулась Герри поудобнее перехватывая драгоценную ношу. – В отличие от неё девочка может стать человеком.

- Может. Стать. Она угроза! И её необходимо обезвредить. Мэтра передайте «это» мне в руки и покончим с этим, – мужчина уже не стеснялся в выражениях, видя, что Нарцисс Седьмой не реагирует. Как оказалось зря.

- Хватит! – император решил прекратить этот балаган.

- Она не ЭТО! У неё есть имя! – Гертруда сделала шаг вперёд. Защитное заклинание выматывало. Кандалы, вытягивая жизненную силу, прилично порвали ауру Гертруды, но сила почему-то не уходила, наоборот девушка чувствовала истинный прилив магии внутри себя. Она готова была сражаться за маленькую жизнь всеми возможными средствами. – Белладонна!

- Ядовитый цветок? Очень мило, - съехидничал кто-то из молчаливых стражей. Едва слышно, но Гертруда его прекрасно услышала, как и император.

- За то верно, - Нарцисс подошёл к самой черте защитного кокона. – Девочку и её защитницу не трогать. Всем разойтись. Сейчас же.

- Но…

- И вам мэтр-лекарь тоже. Заодно соберёте вещи.

Секунда, заставившая всех замереть.

- Быстро!

- Ваше величе…

- Мэтр Цитрин, прошу, покиньте помещение, - вежливый тон не обманул Эрвана. Он понял, приказ лучше выполнить. У всего есть пределы. Жаль только, что Герри их не знает.

- Да, Ваше Величество, – поклонился молодой начальник Тайной Службы Его Величества. Он коротко бросил взгляд в сторону Гертруды Изумрудной и исчез за дверью.

Император и зельеварка остались одни. Между ними потрескивала защитная стена. И сопела малышка Белла.

***

В ту же секунду, как маленькая девочка оказалась на руках у рыжеволосой ведьмы, сердце Нарцисса Седьмого, не императора, а просто мужчины, отца, забилось сильнее. Впервые в жизни он растерял слова, не мог пошевелиться и сказать, что-то сделать. Отменить приказ, в конце концов! Время остановилось!

В отличие от него, его будущая фаворитка действовала решительно. Полог защиты заставил замереть даже главу охраны императрицы Кризанты. Да уйдёт её душа за Грань и прибудет в покое.

Привело его в чувство имя. Белладонна. Гертруда назвала так малышку. Ядовитый цветок. Прекрасная девушка. Другого имени для такой необычной малышки и не придумаешь. Единственное, что не мог понять мужчина, так это цвет глаз девочки. Сначала они были чернее ночи, затем стали голубыми, как небо, а сейчас позеленели, как изумруды, как глаза защитницы малышки. Это наводило на мысли. Определённые. Но сейчас думать про них было смешно и нелепо. На пути стояли совершенно другие задачи.

Мужчина даже думать не мог о том, что случилось, если бы Гертруда волей случая не оказалась здесь в подземельях дворца вместе с ним его приближёнными. Нарцисс нутром понимал – именно девушка смогла предотвратить полное превращение Беллы в нежить. Или нечисть? Он в этом плохо разбирался. Он даже толком не понял, что послужило превращением чудовища в маленькую девочку, но знал, что это как-то связано именно с Гертрудой Изумрудной, что упорно предпочитает откликаться на фамилию Нефрит.

- Можешь опустить полог, вас с малышкой никто не тронет, – тихо произнёс Нарцисс.

- Сколько секунд? – в тон ему ответила Герри. Девушка нахмурила бровки, совсем, как малышка у неё на руках. Сейчас обе они были очень похожи. И с каждой секундой Нарцисс замечал всё больше и больше сходства, разве что волосы у Беллы оставались чёрненькими, а так… она более и более походила на свою защитницу. Мужчина всё более и более начинал верить в свои предположения.

- Бесконечность, – откликнулся мужчина.

- Ваше величество, простите, но я вам не верю, - последние слова девушка сказала, как отрезала. – Вы отдали приказ, не разобравшись в ситуации.

- Справедливо, – не стал спорить Его Величество. Как истинный дипломат, он умел вовремя уступать, чтобы потом перейти в настоящее наступление, что уже ничего не сможет остановить. Впрочем, если бы его услышал кто-то кроме Эрвана (подслушивающего под дверью) мог бы разразиться скандал, но Эр умел хранить тайны, так что ничего страшного не случилось. Подумаешь, императору указали на ошибку и он признал, что ошибся. Бывает и такое! – Но и ситуация неоднозначна, – тихо добавил Нарцисс.

Герри ничего на это не ответила. Она прижала малышку сильнее к себе.

- Леди, я всё понимаю. Ситуацию удалось решить, девочке действительно больше ничего не угрожает.

- Если она не будет угрожать, так? – зеленоглазая мисс Нефрит сверкнула изумрудными очами.

Императору оставалось всего лишь усмехнуться. Отрицать разумность такого суждения он не мог. Правда, пока выводы делать было рано, но… изменение цвета глаз у малышки Беллы говорили сами за себя.

- Она не человек, выгодно продать замуж не выйдет.- Гертруда не выбирала выражения. Тема принудительного замужества, как представительницы аристократии и как просто девушки была ей довольно близка. И от того не менее противна. Будучи свободолюбивой и привыкшей самой решать свою судьбу, эта девушка по поведению и мышлению шла в полнейший разрез по сравнению с другими леди своего круга. Само понятие девушки как гарантии сделки, «вещи» вызывало у Гертруды отвращение.

- Что вы имеете ввиду? – Император серьёзно посмотрел на дочь. Политические браки были необходимостью в высших кругах. Это залог успеха и процветания империи. Юных леди готовили к своей судьбе чуть ли не с рождения. Таков удел знатной особы. В этом ни император и другие представители аристократии не видели ничего зазорного. Мнение самих юных леди, разумеется, никто не учитывал. - И кто же она?

- Она Нелюдь. Насколько я могу полагать, - Герри повела плечом, другим, ко второму по-прежнему прижималась маленькая Белла, прикрыв глазки, уже полностью позеленевшие. Зельеварка и интриганка решила не скрывать происходящее. Заблуждение в данном вопросе могло стоить кому-нибудь жизни. В том числе и самой Белле.

- Нелюдь? – Нар подошёл совсем близко к мерцающей завесе. Герри наоборот отступила на шаг. Пусть разговор длился, но держать завесу становилось труднее и труднее. Похоже на это и был расчёт.

- В старинных свитках говориться о расе, полученной опытами скрещивания людей и нежити. Мы их называем морайнские орки, что живут на просторах степей Вернира, - Герри улыбнулась слегка проказливой улыбкой.

- Вы взломали архивные заклятия имперской библиотеки?

- Похоже, наша девочка, чем-то напоминает их, – отвечать на глупые вопросы Гертруда не стала, предпочла их игнорировать и сосредоточиться на более важном.

- То есть превращение в человека произошло не полностью? – глубокий ледяной взгляд императора встретился со строгим взглядом изумрудных глаз.

- Даже не сомневайтесь. Ваша дочь больше нелюдь, чем человек, – девушка качнула головой. – Поэтому повторяю ещё раз, я не отпущу малышку. Девочка опасна для себя и окружающих. Держать её в клетке… не выход. И скинуть на нянек-маменек не выйдет, они не смогут с ней справиться.

Император повёл бровью, сохраняя отчуждённое выражение лица. Про маменек-нянек ему не понравилось. Обычно именно так воспитывали принцесс. Некоторые императоры до пятилетнего возраста своих дочерей видели только один раз – при рождении. Ну и пару раз на званных обедах, а там и при отправлении в дом жениха. Всё. Лишние привязанности могли помешать политике.

- Девочка может превратиться в то, что было в той комнате?

- Да, – зельеварка не стала отрицать. – Девочка должна жить немного по другим правилам, чем привыкли в семьях аристократов.

- Что ты предлагаешь? – мужчина перешёл на «ты».

Завеса потускнела внезапно. Бледность обозначилась и на чертах рыжеволосой красавицы. Пока ещё защита держалась, но скоро должна была пасть. И всё же упрямая Гертруда держалась из последних сил. Она должна выбить из императора клятву, а уж потом можно и падать в обмороки и отпускать из рук маленькое чудо, что доверилось ей. Больше ничего для этой малышки она сделать не сможет. Вряд ли её подпустят к девочке теперь…. Герри осторожно погладила маленькое чудо по спинке и прикрыла глаза, мысленно прощаясь с названной… дочкой. Именно так! Магия штука странная, а магия древних особенно. Гертруда читала о таком давным-давно, даже усмехнулась тогда, но теперь… как же жаль, что жизнь такая сложная.

- Сохранить её появление в тайне, обучать магии и управлению её способностями и, главное, человечности. Девочка и не будет угрожать престолу. Напрямую, по крайней мере.

- Предлагаешь, сделать её козырем?

- Вы уже обдумали решение с Верниром, как только я упомянула о нём, - зеленоглазая девушка тихо вздохнула. Защита почти пала.

- Тебе нужна клятва?

- Да, – защита на мгновение стала сильнее и блеснула ярким светом. Малышка приоткрыла зелёные глазки. Её защитница почувствовала прилив сил. Удивительно!

- Я её дам. – Нарцисс тоже заметил изменения. - Девочку будут воспитывать в резиденции за городом, вдали от чужих глаз, пока же объявят Кризанту и её дочь ушедшими за Грань.

- Хорошо. Нужно обучение магии, контролю над даром и забота. И поле для полётов, - последнее само вырвалось.

- Согласен. Клянусь выполнить все оговоренные условия.

Гертруда прикрыла глаза. Получилось.

- А можно мне… её будет навещать? – как жаль, что она не успела спросить это до того как Нарцисс поклялся.

- Только при определённых условиях, – улыбка императора в момент стала хищной. Секунда и снова нормальное выражение лица. Правда этого Гертруда уже не увидела. Защита упала. Девушка стала заваливаться в обморок с Беллой на руках. Император смог подхватить обеих в самый последний момент.

Белла удивленно смотрела на отца зелёными глазками, как у её защитницы. Казалось, она понимала, что задумал мужчина, и смотрела с укором. Нарцисс решил не обращать на это внимания, он окликнул стражу. Впереди было много дел. Всё же клятва императора – не шутки. Она требует исполнения.

Послесловие к первой части.

В одно мгновение он лишился всего. И из-за чего? Из-за глупой девки, возомнившей себя великой интриганкой?! Она слишком много знала с самого начала. Откуда? Где он упустил внимательный взгляд мелкой сошки? Она стояла на пути и даже с пользой избавиться не вышло. Жаль! Вместо того, чтобы её прирезать, как свинью, он расшаркивался перед ней. Все планы пошли прахом. Все! Сгорбленный старик сжал кулаки. Его пальцы походили на кости обтянутые кожей и внушали отвращение. Старик, казалось, этого не замечал.

Озлобленный сгорбленный, он мало чем напоминал придворного мага Его Величества Нарцисса Седьмого, герцога Алмазийского. От прежней внешности остались только глаза – уже давно почерневшие и напитавшиеся тьмой из-за Грани. Старик сам не понимал, что давно превратился в подобие нежити. Ещё пара чёрных ритуалов и он станет одним из Мёртвых. Нет, наверно он это осознавал, но жажда мести, жажда власти делали собственную жизнь жалкой платой за бессмертие, за возможность вершить судьбы. Кристалл на тонкой чёрной стеклянной триножне попросту ОКО, уходящий чёрной кляксой в пол заискрился, оповещая о рождении наследника Его Величества. Нет, наследницы.

Ритуал не был завершён, поэтому произошёл диссонанс в потоках магии. Лекарь, сам Бернар и даже императрица, ушедшая за Грань, предсказывали рождение мальчика. И новый лекарь-недотёпа тоже. Все разглядели и поняли верно. У императора должен был родиться мальчик. Наследник, но…. Ритуал не был завершён. Произошли сбои и договорённости, правильно проведённые ритуалы, всё, абсолютно всё пошло наперекосяк. Существо, родившееся из утробы императрицы, должно было быть совершенно другим. Да, расти не по дням, а по часам. Да, сожрать то, что осталось от его матери. Императрица должна была уйти за Грань при родах (как и случилось). Поначалу всё шло как нужно, но потом…. Ребёнок родился, подкрепился, вырос, только вот… это была девочка, что сейчас сидела на руках той самой мелкой сошки. Как? Почему? Какие морайнцы приволокли её сюда? Этого не знал и сам Бернар, как паук, следящий из своего логова за тем, что происходило в подвалах дворца, в сердце Теллурской империи.

Придворный маг, глядя на рыжеволосую колдунью, обнимающую «существо», как обычного ребёнка в сердцах чуть не опрокинул Око! Она! Опять эта рыжая бестия! Ну ничего всё ещё можно исправить. Завершить ритуал. Последняя жертва, якорь, что делает «существо» человеческим детёнышем. Неуправляемым, умным, наглым…. Детёнышем. Придворный маг замер. Ведь действительно, девчонка стал якорем для ново-родившегося. Изменение цвета глаз это подтверждало. Значит, если убрать якорь….

Гадкая улыбка исказился потрескавшиеся черты.

Старик сильнее потерял свой человеческий облик.

Над сводами Теллурских лабиринтов разразился хриплый смех.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ Глава Первая. Цена благосклонности Императора.

Всегда есть подвох. В любом деле, при принятии любого решения. Благородство, удел рыцарских романов, особенно среди мужчин. Гертруда не верила в благородство, жизнь её научила. Возможно, попадись ей настоящий мужчина в своё время, она может и поспорила с утверждением, что так просто благородные мэтры помогать не будут, но, увы, девушка знала своего отца и своего брата, а после пришлось окунуться в мир лжи и притворства высшего света. Так что…. Сказать, что она была удивлена, нет. Наоборот, она ждала того пресловутого подвоха, и ненавидела себя, за то, что надеялась обойтись малой кровью.

Действительно, минуй нас гнев господ и их благосклонность.

Очнулась она, когда на улице вечерело. На столике около её постели стоял прозрачный стеклянный стакан с холодной водой. Рядом с ним небольшая чашечка с отваром. Мило, однако, градус настроения шутка не смогла поднять. Что ж временно убираем чувство юмора и живём без него.

Гертруда открыла глаза и перевела взгляд в окно. Даже эти простые движения вызывали тошноту. Она никогда не тратила столько магических сил своего дара. Дежурства в казённом госпитале для рабочих не идут ни в какое сравнение с этим. И всё же на разлёживание у неё не было времени. Девочке, маленькой принцессе, могла понадобиться помощь в любой момент. Белладонна сейчас абсолютно нестабильна, а она – Герри, служит для неё своеобразным защитным барьером. Душа девочки борется с чудовищем внутри себя каждую минуту. И стоит только спровоцировать…. Белла может навредить и себе и другим. Нянечка явно не сможет справиться, если у малышки вырастут кожаные крылья вместе с остренькими зубками.

Гертруда резко села на постели, откинув одеяло. Мужественно она пережила очередной приступ тошноты, не открывая глаз. Отвар, что ей дали слабоват. Жаль, что здесь его готовить его некому. Ни придворный маг, ни лекарь не смогли оправдать своё доверие. Кто их утверждал на посты?

Кстати, очень своевременный вопрос. Интересный.

Девушка невольно усмехнулась своим мыслям. Она допила отвар и более внимательно огляделась. Мисс Нефрит находилась в той же комнате, куда её поместили первый раз. Салатовое платье. Другое, но такого же фасона висело на специальной вешалке, на ширме, за которой стоит переодеваться приличной леди. Герри поморщилась от одного вида этого противного платья. Если в прошлом хотя бы фасон платья компенсировал его цвет, то тут… одни сплошные рюши и белоснежные вставки а-ля «я дебютантка, утащи меня в парк, давай целуйся просто так» выводили из себя одним видом. Напяливать такое морайство она не будет. Фу! Хватит! Где же тут колокольчик вызова? Колокольчик оказался ближе, чем можно было бы представить. Прямо на столике рядом с постелью. Звонил он без шума здесь и с шумом в другом месте довольно долго. Причина ожидания стала ясна, едва служанка приоткрыла дверь в спальню.

Девушка оказалась другой, не Сири. И она сразу не понравилась Гертруде. Чванное выражение на услужливом личике, противно сжатые губки, слегка взлохмаченная причёска, как будто девицу оторвали от довольно увлекательного занятия, и конечно же наряд из явно более дорогой ткани, чем у обычной служанки. Значит у нас тут два варианта, либо повысили статус самой Гертруды и обслуживают её слуги более высокого ранга (как они достигли этой высоты вопрос другой), либо кто-то решил, что она будет полезна или знает слишком много, а служка поможет это узнать. В любом случае, Герри собралась вернуть служанку, что нравилась ей, а не местному дворецкому или кому-то из стражников.

- Госпожа, - девица присела в лёгком реверансе.

- Где Сири? – не стала церемониться рыжеволосая зельеварка и ждать, пока девица поправит передничек и представится, как положено. Глаза колдуньи сверкнули жёстким светом.

- Она больше не будет вас обслуживать, - тут же отозвалась служанка, не вдаваясь в подробности. – Меня зовут Далия и…

- Почему? И кто принёс сюда отвар и воду?

- Что, простите? - девица явно не могла понять, почему её спрашивают про какую-то оборванку, и про какую-то воду с отваром.

- Почему отстранили служанку, что меня вполне устраивала, - расшифровала Гертруда вставая. Её слегка ещё вело, но она с прямой спиной, как истинная графиня приблизилась к ширме, где помимо платья находился такой же салатовый пеньюар, и накинула его на плечи. Нет, с камеристками и швеями данного места нужно что-то сделать и немедленно!

- Она оказалась не компетентна, - скривилась Далия, - госпожа, - тут же услужливо добавила она.

- А ты более компетентна, смотрю, ну-ну, - выразительный взгляд на пару засосов на шее девушки. – Значит так, я хочу, чтобы вернули мою служанку обратно, другие будут вышвырнуты отсюда, это ясно? Второе, унеси это платье, и попроси швею прислать что-то более приличное и другого цвета, можно изумрудного, но никакого салатового, персикового и тем более кремового или жёлтого, ясно?

Личико девушки приобретало с каждым хлёстким словом рыжеволосой колдуньи всё более противное выражение злости, даже ярости. Герри намеренно сделала вид, что не заметила этого. Она уже поняла, что воду и отвар принесла, скорее всего, Сири, потому что эта не принесёт ничего и не кому. Она явно не служанка. Но кто? И кому выгодно, что эта чванная девица будет рядом с ней?

- Не знаю, почему кто-то счёл твоё общение со мной выгодным для тебя, - не стала скрывать своих мыслей Гертруда, заставляя скривиться Далию, как будто ту заставили пройтись по каналу с нечистотами,-но здесь тебе и другим любительницам наживы ловить нечего. Зря ублажала распределителя, - хлёстко закончила свою речь Герри.

На этот раз ждать пришлось недолго. Далия тут же выдала то, из-за чего оказалась тут, а Сири отослали прочь.

- Думаешь, залезла в постель императора и теперь всё можно? Прошмандовка! С таким характером он быстро от тебя избавится! Кризанта на тебя найдёт управу, морайнтка! Не сомневайся! – сказала и выскочила за дверь.

М-да, хорошие тут порядки. Император вообще в курсе, что творится в стенах дворца и какие интриги тут плетутся? Стало быть, одна из подручных Кризанты. Возможно фрейлина. Скорее всего, бывшая любовница Нарцисса (или метившая на тёплое местечко, хотя с такой королевой как Кризанта поостереглась бы…). Была бы настоящая не устраивала сцен в таком ключе и служанкой не претворялась, заявилась бы разодетая в пух и прах как раз в тот момент, когда Герри была бы в худшем состоянии. Девушка качнула головой, решая отложить вопрос с несостоявшейся служанкой. Она с сожалением посмотрела сначала на колокольчик, потом на платье. Неужели придётся надевать эту гадость? Увы. Пришлось. Через пять минут после того, как Далия выскочила за дверь, раздался стук. Вежливый.

- Мисс Изумрудная, - раздалось за дверью. Видимо страж всё же обладал знанием элементарных приличий. – Вас ожидает его величество, вы не могли бы поторопиться. Ему уже доложили, что вы очнулись.

Герри прикрыла глаза, мысленно ругаясь, на чём свет стоит, но вслух поблагодарила за предупреждение и попросила привести её служанку. Сири. Не Далию уж точно.

***

Сири появилась намного быстрее своей предшественницы. Маленькая, нервно улыбающаяся, она походила на взъерошенного воробушка, которого перед тем, как отправить к вредной, наглой «мисс Изумрудной» хорошенько повыдёргивали пёрышки. Они что, вообще здесь интриги плести не умеют? На такие топорные действия Гертруда только качнула головой, указывая на платье. Без помощи в такую гадость облачиться было невозможно. Платья дебютанток, они такие. Без помощи нянек их не наденешь, не снимешь. Блюдём чистоту, конечно же.

Впрочем, служанка работала быстро и слаженно. Так же она усадила свою госпожу на пуфик перед трюмо и мягкими, точными движениями, заколола волосы в высокую причёску, особо не расчёсывая. Рыжие кудри расчесать за пару мгновений, не смешите! У нас там император бьёт копытом за дверью! Ну, почти за дверью…. В общем, не стоит заставлять ждать Его Величество. Нет, дадут небольшой аванс на самочувствие, но не смешите, император же!

- Спасибо, - поблагодарила Герри свою будущую камеристку. То, что девушка станет её камеристкой, рыжеволосая зельеварка не сомневалась.

Сири ничего не ответила, просто присела в реверансе.

- И Сири, милая, - зельеварка осторожно дотронулась до маленькой ручки служанки. – Если тебя будут третировать, дворецкий или эта девица Далия, можешь даже не говорить, просто кивни. Я найду на них управу. Ясно?

Сири замерла широко раскрыв глазки. Она смотрела, смотрела, а затем медленно кивнула:

- Спасибо! – прошептала она одними губами, опустив глаза. – Всё не так плохо.

- Обычно, когда так говорят, дела обстоят хуже некуда, – покачала головой Герри.

Сири покраснела от кончиков ушей до пальчиков на руках. Бледная кожа белокурой девочки покрылась пятнами. Голубые глаза скрылись под пушистыми ресницами, а передник начал мяться под нервными пальчиками девушки.

- Всё не так плохо, но… раньше набором персонала следили его сиятельство Углёв Ке-да-р и его сиятельство Демантоид Бер-нар. Сейчас у нас полная… - девушка замолкла, как бы спохватившись, что сказала лишнего, затем быстро перевела тему, - ой! Время! Нужно срочно бежать! Заставлять ждать Его Величество…

- Да, ты права, такие персоны обычно не ожидают, это их все ждут, – согласилась Герри, обдумывая слова и оборванные фразы юной служанки.

***

Всё тот же кабинет, всё те же декорации. Вот только сейчас не было рядом Эрвана или кого-то ещё. В полутёмном помещении они были одни. За узким застеклённым окном, защищённым, Боги знают, сколькими защитными заклинаниями, темнели последние лучи заката. Смотреть на них было грустно и тяжело. Тишина давила какой-то убеждённой определённостью, что заставляла морщиться. Герри чувствовала, что сейчас она поплатится за то, что выбила клятву в представителя правящей крови. Так просто такие клятвы, да ещё и касающиеся наследников Его Величества не проходят. Придётся чем-то жертвовать. Свобода, деньги, власть – Герри перебирала варианты, пока шла по коридорам дворца за Сири, а затем и за стражниками. Денег у неё нет, вернее есть, но их не так-то просто взять и не настолько их много. Да и зачем они Правителю? С казной в Теллурии и так неплохо. Власть? Разве что немного ценной информации, что помогает жить свободно. Его Величество и тайную службу вряд ли заинтересует сколько у кого любовников и кто кому должен. Они сами в курсе всех событий в кругах высшего бомонда. Свобода? Наверно придётся поплатиться именно ей. Девочке нужна няня, что знает о её… индивидуальности. Что ж нужно будет решить вопрос с учёбой. Ей остался последний год. Часть экзаменов Герри уже сдала, но некоторые курсовые и практические работы требовали времени, а так же стажировка в госпитале сама себя не пройдёт. Мысли переходили от одной к другой возможности, решить вопрос.

… Кабинет открылся очень быстро. Девушка зашла. Стража осталась снаружи. Щёлкнул замок. Особенно громко щёлкнул, предупреждая. Герри присела в реверансе, принимая предупреждение к сведенью. Она не стала смотреть на Нарцисса Седьмого, сидящего в своём кресле-троне и разбирающего какие-то бумаги государственной важности. Девушка благоразумно решила подождать.

Шелест бумаг прекратился.

Тишина стала просто не выносима.

Внезапно очень сильно захотелось поднять глаза и посмотреть, наконец, почему он замер. Гертруда Нефрит не смогла удержаться. Любопытство победило осторожность. Девушка посмотрела на Его Величество. Встретила его взгляд. Снова схлестнулись зелёное марево и стальной вихрь. Перед ней сидел не повелитель Теллурии, в данный момент перед Гертрудой Изумрудной маленькой дочерью графа сидел за столом мужчина с горящим взглядом. Широкоплечий, опасный, жестокий, самоуверенный и тот, что привык получать, что хочет.

- Вы посылали за мной, Ваше Императорское Величество? – полу-спросила, полу-утвердила зеленоглазая колдунья. Выбора нет, нужно играть до конца.

- Да, – сегодня Нарцисс был лаконичен и краток как никогда. Мгновение и он снова спокоен и нет горящего взгляда. Маска. Только вот Герри видела это выражение лица и не единожды, когда гуляла по улицам Тантала в своей маске. Ошибиться было нельзя. – Как ваше здоровье, леди?

- Спасибо за беспокойство, Ваше Величество, всё хорошо, - дежурно ответила Гертруда. Прямо светский разговор, не иначе. Прелюдия к основному.

- Присядь. Разговор будет долгим. И касаться многих аспектов, – сразу же переключился на рабочий лад мужчина.

Герри уселась в кресло напротив стола Его Величества. Оно было менее удобным, пусть и выдержанном в стиле кабинета в коричневых тонах, но без мягкой обивки, а выдержанной дорогой дублёной коже. И походило на обычный удобный стул с подлокотниками, только цельный, чтобы посетители не зазнавались. Нарцисс наблюдал за девушкой всё так же непроницаемым взглядом. Огня Герри больше не чувствовал. Пока.

- Ваше Величество? – тихо спросила девушка, устроив противную юбку с рюшами как полагается (как девицы носят такие платья?). Мужчина моргнул, как будто очнулся. – Дело касается, Беллы, да? – уводим разговор в нужное русло.

- И это тоже. За ней сейчас присматривают.

- Кто? – тон Гертруды моментально изменился. Если насчёт себя, она могла ещё испытывать трепет к Его Величеству, то по поводу девочки… внутри неё поднималась такая волна беспокойства и желания защитить, что всё остальное меркло. Этикет, правила хорошего тона, страх перед императором, армиями и политическими деятелями, что могли прервать жизнь маленькой зельеварки в одну секунду, пропадали напрочь!

- Специально обученные люди, – Нарцисс не стал указывать на то, что пропало «Его Величество» из речи зельеварки. Девушка не осталась благодарной, она наоборот продолжила говорить императору то, что другие побоялись и за спиной бы прошептать.

- Няни, что до этого нянчили принцесс и герцогинь, делая из них неплохие подставки для украшений и приложение к договору? – Герри не смогла удержаться от сарказма.

- Мисс Изумрудная, прошу, не забывайтесь. Девочка, особа правящей крови. Ей необходимо серьёзное воспитание.

- Смешно! – фыркнула девушка, с трудом удержавшись, чтобы по-простецски не скрестить руки на груди. – А как же секретность? Я ни разу не слышала, чтобы хоть одна из таких клуш держала язык за зубами, – зельеварка передёрнулась. У неё тоже такая же нянечка была в глубоком детстве. Первая сплетница. Именно она рассказывала матери о похождениях папочки. Даже, когда та слегла с болями в сердце. Наверно поэтому Герри испытывала к таким вот мамкам-нянькам не самые лучшие чувства. – Они, кстати, ещё живы? Или Белла ими отлично перекусила?

Император нахмурился. Мелькнула тень раздражения на его благородном лице. Показательная тень. Мужчина прекрасно контролировал свои эмоции.

- Гертруда Изумрудная, вы здесь не за тем, чтобы обсуждать вековые традиции в воспитании наследников имперского дома.

- А стоило бы, ведь наследница необычная, так просто продать не выйдет, - метко прервала речь девушка, откинувшись на спинку стула. Она уже поняла, что её клятву извернули и будут делать, что посчитают нужным и если Белла уже не перекусила какой-нибудь нянечкой, то сделает это в ближайшем будущем. А сюда наверно спешит очередная делегация послов заключать выгодный брак с очередным отпрыском. Интастан наверно будет впереди всех королевств. Вот именно туда девочку, что может запросто покусать (пооткусывать) и можно будет сдать. Советники так и сделают, ведь это же такая радость, избавиться от проблемного наследника с выгодой для себя любимых. Интастанцы с роду жаловаться на женский пол не привыкли. Гаремы у них всегда были в части. А уж если Белла не устроит характером или сделает что-то не то… умрёт при родах. Идеальный вариант для обоих государств. Император же сейчас в самом соку. Как только закончится траур по одной императрице, сразу же найдут ещё – более выгодную. Политика – мельница расчётов, перемалывающая множество судеб.

- Гертруда, я искренне рад, что вас беспокоит судьба моей дочери, но всё же это моя дочь и продавать её, как вы выражаетесь, я не собираюсь, – сказал, как отчеканил Нарцисс, глядя как загораются зелёные марева глаз. Его с детства приучали, что девочки правящей династии – залог договора в делах империи. Принцесс с малых лет готовили к своей судьбе, но… он видел глаза собственной дочери. Видел, как эта девушка напротив защищала её. Лекарь (которого выбрал Эрван, не полагаясь на мнение главного управляющего) сказал, что она тратила под конец силы из собственной ауры, свои жизненные силы, чтобы спасти чужого ребёнка. Да что там Гертруда продолжала защищать малышку, не задумываясь с кем спорит. Глядя на неё внутри Нарцисса всё переворачивалось. Он переставал мыслить здраво, вернее наоборот прозрел. Как будто пелена сошла с глаз. Он увидел, что во дворце творится явно что-то не то. Слуги, с пауками-ауритами на ауре, служанки и фрейлины Кризанты, верящие, что их госпожа жива. Фанатичный блеск в их глазах. Слишком много вопросов к управляющему (и старшему, и младшему). Эрван Цитрин оказался толковым парнем и за полночи его люди выяснили достаточно. Возможно, даже у них уже были наработки. Нарцисс как раз закончил читать очередной отчёт. Придётся отложить ненадолго вопросы внешней политики, кроме особо важных и заняться вплотную делами дворца и столицы. И виной всему этому пусть косвенно, оказался взгляд одной рыжеволосой особы.

Она сидела перед ним, такая невинная, милая и возмущённая его решениями насчёт принцессы Беллы. Малышка неохотно далась в руки ему самому, кричала, когда мисс Изумрудную уносили в другую сторону. Мужчина ещё помнил маленькое тельце собственной дочки. Маленькое, беззащитное, вёрткое. Как она смотрела на него. Зелёные глаза начала заволакивать чёрная проволока, но тут же рассеялась, когда Нарцисс сообщил малышке, что, если та будет плохо себя вести, больше свою защитницу не увидит. Малышка неожиданно поняла. Она насупилась, но не сопротивлялась, когда доверенный слуга уносил её в детские комнаты.

- Рада это слышать, - рыжеволосая красавица повела плечом, заставляя мужчину отвлечься от далёких мыслей. Платье дебютантки ей очень шло, лёгкое, воздушное, притягивающее невинностью мужской взгляд. – Можно будет её навестить? – это был даже не вопрос, в скорее утверждение. «Не дадите разрешение, сама приду и проверю», – молчаливо глазами сказала леди. Яркие зелёные глаза сверкали так, что от них невозможно было отвезти глаз. Изумруды сокровищницы Теллурской империи меркли по сравнению с цветом зелёных очень молодой графской дочери. Тонкие руки на миг взметнулись вверх.

Нар позволил себе небольшую усмешку.

- Непременно, стража уже осведомлена. Вас легко пропустят в детские комнаты.

- Спасибо, - мисс Нефрит (графиня Изумрудная) тут же успокоилась. Зелёные марева перестали сверкать так, как будто Его Величество сейчас проклянут (с его амулетами вряд ли, но с кем морайнцы не шутят), – Ваше Величество, – секундная пауза. – Я могу идти? – а вот это уже наглость.

Нарцисс такого стерпеть не мог. Он её спас, лично руководил операцией. Она спала у него на коленях и допущена в покои его дочери. Она вытребовала у него клятву, которую он собирается исполнить, в конце концов! Не-е-т, так просто избежать платы у вас не выйдет, мисс. Всё решено, девочка! Но Нарцисс хотел увидеть выражение лица у этой непокорной кошки. Она его, и должна знать своё место! Он итак дал ей непростительно много свободы!

- Вы здесь совершенно по другой причине, вопрос Беллы решён и я рад, что мы его обсудили, – рыжеволосая бестия закатила глаза (показательно), совершенно не понимая, с каким огнём играет. - У меня к вам есть предложение, выгодное, оно сулит положение во дворце, деньги, власть, море интриг, как вы любите. Довольно выгодная сделка, – давно он не говорил так прямо и открыто. Впрочем, сейчас этого и не требовалось. Не с этой девушкой. Герри подобралась и вытянулась, как струна. Император продолжил свою речь. – Вы сможете навещать принцессу, когда захотите, даже участвовать в её воспитании. Выбирать нянь, преподавателей, – мужчина выдержал паузу.

- А что взамен? – Герри напряглась ещё сильнее. Зелёные марева вспыхнули.

- Взамен нужен будет всего лишь пустяк, твоя благосклонность, – коварная улыбка легко тронула прекрасно очерченные губы. Он намеренно перешёл на «ты», показывая, что согласие просто формальность.

Надо отдать этой великолепной мисс должное. Не дрогнул не единый мускул на лице. Только что изображала одну эмоцию за другой и вот уже надела маску безразличия. Удивительно, как при такой дочери её папочка умудрился проиграть почти всё состояние. Поучился бы немного у своего отпрыска, как нужно держать личико во время игры в карты. Хотя… тогда на руках бы у него не было такого приятного козыря….

- Вот как? – Гертруда Изумрудная сморщила носик. – А потом, когда я вам надоем? Что будет со мной и моей семьёй? С вашей дочерью, что ко мне привяжется, в конце концов.

- Хороший обеспеченный муж и безбедная старость, - почему-то при у поминании о будущем «обеспеченном муже» Нарциссу захотелось скривиться, - с девочкой так и быть, разлучать не будем, – она обсуждает условия, значит уже согласна. Отлично. И всё же лучше дожать, чтобы не сомневалась, что выбора у неё нет. – Разумеется, долги вашего отца и брата уже выкуплены, ваш дядя, как официальный опекун после инцидента, произошедшего с вами в шестнадцать лет, тоже информирован. У него на вас были весьма интересные планы, но нам удалось договориться. Так же, ещё раз говорю, сделка выгодная.

Гертруда понимала, что да сделка выгодная. С одной стороны. Она подозревала о ней ещё с самого начала этого разговора. Нет, ещё тогда на балу, где они встретились. Императорам, да просто лицам правящей крови не отказывают. К тому же здесь задействованы её отец, брат и дядя. Трое мужчин, с которыми Герри уже давно не хотела иметь дело. Нарцисс всё правильно рассчитал. Так просто она бы не согласилась. Морайский орк! И есть фактор, что нужно учитывать особо сильно – Белла. Она должна быть рядом с девочкой! Что ж придётся играть по-крупному. Выдержит ли она…. Мисс Нефрит посмотрела на Императора и поняла, выдержит. Она сможет всё, но переступать свои принципы не собирается. На за что! В голове тут же созрел план. Наброски. Чтобы воплотить их в жизнь, придётся сыграть довольно яркую партию. И потянуть время.

Герри решительно вздёрнула подбородок.

- Хорошая сделка, не спорю, - девушка цедила слова сквозь зубы, стараясь не выдать того, как она раздражена. – Спасибо, но вынуждена отклонить ваше предложение, Ваше Величество. Жизнь при дворе меня не впечатляет, а с делами своих родственников я разберусь сама. – Гертруда резко встала со стула. – Могу я навестить принцессу, пока меня не вывели отсюда? – зеленоглазая колдунья была уже у двери.

Нарцисс встал из-за стола. Гертруда не ожидала, что он окажется так быстро на расстоянии вытянутой руки.

- Гертруда, вы уверены? – тон Его Величества слегка изменился, хотя на вид мужчина оставался на редкость спокойным. Девушка, уже положившая тонкие пальцы на ручку двери, резко обернулась. - Это стоит того? Девочка уже к вам привязалась. Быть моей фавориткой лучшее решение.

Как же он прав! Только вот у Герри уж начал созревать план. И император с его поползновениями в него ну никак не вписывался.

- Да, я уверена, Ваше Величество, - она резко обернулась полностью и оказалась очень близко к Его Величеству. Девушка вздёрнула подбородок. – Для девочки я могу стать няней. У меня есть образование, пусть неоконченное, но знания есть. Я могу помогать искать выход из сложившейся ситуации, но… - мужчина оказался совсем близко. Его дыхание касалось волос девушки. Неожиданно Герри поняла, что император выше её на целую голову. Её макушка упирается прямо ему в подбородок. Мужчина резко наклонился и вдохнул рядом с её ухом, заставив девушку вздрогнуть. – Ваше Величество. Давайте вы найдёте другую девушку для утех, я вам не подхожу, – выдохнула она на одном дыхании.

- Не подходишь? - император замер. Нет, Нарцисс, наглый мужчина, привыкший получать, что хочет замер перед ней. Наверно ему впервые в жизни отказывали по-настоящему.

Зверь.

Ещё секунда и Гертруда оказалась прижата к той самой двери, через которую и хотела выйти. И прижал её уже не император, а отвергнутый мужчина. Жёстко, сильно. Широкие плечи Нарцисса загородили весь обзор комнаты. От сдержанности не осталось и следа. Сталь его взгляда перекрыла чёрная проволока. Посередине кабинета пару секунд назад стоял император, а сейчас прижимал её к двери, закрывая возможность выбраться обеими руками по сторонам её головы, отвергнутый ей Нар. И он был зол. Очень!

- Уверена? – почти прошипел он ей над ушком, и снова заглядывая в глаза. – Мне не нужна «другая девушка для утех», - Нар передразнил Герри. – Ты первая начала, маленькая рыжая мисс Леди В Маске. И теперь не отвертишься. Тебя не спрашивают, рыжеволосая, - неожиданно он снова уткнулся носом в шею девушки и коснулся губами бешено бьющейся жилки. Девушка попыталась вывернуться, не смотря на предательскую дрожь, но куда там! – Ставят перед фактом. Тебе же это нравиться, – огромные руки провели по плечам, большой палец коснулся нежной кожи на изгибе локтя. За ушком девушку обжег поцелуй. Нар просто прикоснулся губами к чувствительной точке, с усмешкой наблюдая реакцию. – С твоим обучением и родственниками вопрос уже решён. И… Я уверен, что предложение вы примите, мисс,- он наклонился совсем близко снова, глядя соблазняемой в глаза. Дыхание их губ смешалось. Их взгляды схлестнулись. Злой, жесткий, на грани искр - её! Самоуверенный, наглый, властный – его! Герри не собиралась уступать или продаваться. Император хотел получить то, что захотел. Он провел костяшками пальцев по нежной щеке девушки. Герри отдёрнула голову. – Оно слишком выгодно. И у вас нет выбора, моя дорогая, – голос мужчины стал ещё вкрадчивее, как будто он не заметил очередного манёвра юной травницы.

- Нет, не приму, - прошипела девушка. – Не такое оно и хорошее, а расписки отца и брата вы не могли выкупить. Это уже сделала я! Новые они не могут написать, вы это тоже прекрасно знаете.

- Да, я полагал, кто выкупил большую часть… однако, - мужчина усмехнулся, – как быть с твоим дядей Талгатом и женихом Томером, кажется?

- О! Я до них ещё не добралась, - кровожадность в словах девушки была просто осязаемой. Нар не удержался и одной рукой обвил талию Герри прижимая её к себе. В гневе его зеленоглазая леди была ещё прекраснее, чем в состоянии испуга. Герри смогла ощутить насколько сильный Его Величество физически и хорошо сложен. И насколько у неё мало шансов вырваться из его лап. Доказательства были неопровержимы и ощутимы. Что и говорить, Кризанта влюбилась вполне конкретного мужчину по вполне понятным причинам, правда удержать силы воли у неё не было, увы. А вот у неё – Герри есть! Однако, она совершенно не хочет связываться с Нарциссом Седьмым!

Нар же уже едва сдерживался, он знал, что согласие девушки толком ничего не решает, но каким-то шестым чувством хотел его получить. Рассказывать о том, что её женишок уже покинул Тантал и более не появится тут ближайшие лет тридцать (а то и сто тридцать, если доживёт), он не собирался, а вот припугнуть им… святое дело. Только вот какие женихи? У маленькой рыжеволосой колдуньи не может быть женихов… пока он, Нарцисс Седьмой, сам не захочет!

- Доберёшься, я помогу, - их губы оказались снова на одном уровне. Дыхание девушки участилось. Нар заметил это с толикой триумфа. Только вот, Гертруда Изумрудная, она же Нефрит, не была бы настоящей девушкой, если бы не нарушила все мужские далеко идущие планы одной фразой.

- Я могу и сама! Отпустите меня! – девушка толкнула Его Величество в грудь. Ему этот удар был как комариный укус, скорее неприятно, чем больно.

- То есть ты отказываешься? – мужчина снова прижал девушку к двери. – Даже за возможность видеть Беллу чаще и видеть её вообще? – это был запрещённый приём. Нар это знал. Гертруда тоже знала, была к нему готова и не была. Взгляд зелёных глаза затуманился такой болью, что Нарцисс отстранился от девушки, опустил руки.

Ответить Гертруда не смогла, только зашипеть, как за дверью раздался голос из стражей. Пожилой мужчина извинился за беспокойство и произнёс:

- Ваше Величество, дело касается вашей дочери….

Герри воспользовалась секундной заминкой и нажала на ручку, открывая дверь и выскальзывая из рук императора. Ей не нужно было дослушивать отчёт стража и глядеть в глаза старшему секретарю, чтобы понять, что Белладонна устроила очередное представление. Нянюшка справиться с ней не смогла. И специально обученные люди тоже.

Девушка закрыла глаза, пытаясь унять сердцебиение. «Предложение» Его Величества было… ожидаемым, но Герри не хотела его принимать. Она понимала, что нужно искать выход из положения, хоть новую фаворитку Нару… то есть Нарциссу, чтобы он от неё отстал. Упрямый баран! Новую игрушку, видите ли, захотел! Тело жены не остыло, а он… впрочем, если судить по слухам и во время супружества верным его величество не был. Герри мимолётно скривилась и решительно сосредоточилась на текущих проблемах.

В данную минуту поползновения правителя Теллурской империи отошли на второй план, на первый встала его дочь. Белла. Это единственное, о чём могла думать Гертруда. Не об огромных руках Его Величества, опирающихся на поверхность двери около её головы. Ни о его голосе, тоне, что будоражил что-то странное внутри. Ни о его глазах, стальных, превратившихся в чёрные, не об усмешке исказившей красивые губы, и уж тем более не о широкой спине, закрывшей весь обзор на кабинет. Нет и нет! Об этом избалованном хаме и эгоисте, думать сейчас не было времени! Все глупые мысли Гертруда выкинула за ненадобностью. Молодая зельеварка уже неслась следом за Нарциссом и стражей (той же, что охраняла Кризанту в злополучную ночь, когда родилась Белла). Коридоры на этот раз вели не в подвалы, а в женское крыло, где ранее располагались покои императрицы. Естественно, детские комнаты были расположены рядом с покоями матери. Наследник со временем переехал бы в покои рядом с комнатами Его Величества, вникать в дела государства, а наследница оставалась в своих детских покоях до совершеннолетия рядом с матерью, после её бы ждало замужество. Отец дочку бы видел только на паре приёмов и когда вёл к алтарю, передавая будущему супругу. Как уже говорилось ранее, правителям не нужны лишние привязанности.

Визг раздался, когда Нарцисс и его будущая фаворитка вместе всё с тем же главой стражей, практически поравнялись с комнатами наследницы престола. Голосила явно нянюшка. После заголосила ещё одна женщина, а затем закричала и ещё одна. Специально обученные люди, говорите? Да?

Гертруда первая ворвалась в покои Белладонны и быстро оценила ситуацию. Белла с крыльями и острыми зубками всего-навсего висела потолком и скалилась на трёх полных женщин, копий той, что когда-то воспитывала саму Гертруду. Женщины голосили, повизгивая и взмахивали руками, не думая ничего предпринимать.

- Что здесь происходит? – отчеканил вопрос император. – Почему в комнатах посторонние? Алона, я тебя спрашиваю! – две из трёх мамок-нянек вздрогнули и втянули голову в плечи. Страж выругался. Тихо, но Герри стояла рядом и услышала что-то про гусынь и главного управляющего. Вопросов к этому самому управляющему и до этого было не счесть, а вот теперь прибавилась ещё парочка.

Внезапно Белла увидела названную маму, свою защитницу и спланировала прямо ей в руки, жалобно агукая, причём уже в образе маленькой миленькой девочки. Правда Герри сразу заметила другое. Синяк на маленькой ручке и ссадину на щёчке. Специально обученные люди? Да???

- Кто посмел? – прошипела она не хуже настоящей змеи, осторожно потирая синяк и ощупывая ребёнка на другие повреждения. Малышка захныкала и попыталась обнять свою защитницу. От этого Герри рассвирепела ещё больше.

Малышка прижалась к защитнице безошибочно улавливая, что теперь её есть кому защищать. Герри поудобнее перехватила Беллу одной рукой. Другой девушка стала придерживать чудо, заодно поправляя разорванное в борьбе с няньками платьице. Кроха засопела, успокаиваясь и спрятала личико на шее у девушки.

- Кто вы… - начала одна из нянюшек.

- Немедленно верните наследницу! – заверещала другая.

- Немедленно! – пискнула третья, видимо уже забыла, что девочка превратилась в «девочку» только после прихода незнакомки.

- Повторяю ещё раз, Алона, что здесь забыли эти двое? – голосом императора можно было забивать гвозди. Его тон ничем не напоминал тот, что был несколько минут назад в кабинете. – Я лично отдал приказ, чтобы ты смотрела за ребёнком, не посвящая ни кого в дела.

Самая толстая из нянюшек побледнела, как мел. Другие тоже осознали, что тут происходит что-то неправильное. Неужели они думали, что их так просто отпустят? Или что слова императора тут ничего не решают? Интересно.

Гертруда укачивала на руках драгоценную ношу, а сама поглядывала на так называемых нянь. Ни одна ей не понравилась. Про себя она назвала тёток Пискля (та, что повторяла за остальными), Басовик и Курица (основная нянька). Знать настоящие имена… это не входило в планы девушки. Она сделает всё, чтобы они надолго не задержались здесь, впрочем, император тоже. Сама не зная как, но Герри научилась определять эмоции повелителя Теллурии, пусть тот и оставался для остальных нерушимой скалой, лишённый каких-либо проявлений эмоций.

- Пусть лучше объяснят, откуда у Беллы синяки? - Герри сделала шаг вперёд в сторону нянь (ей эмоции в данный момент скрывать не требовалось). Угроза читалась на лице молодой зельеварки настолько очевидно, что нянюшки задрожали уже все. Император равнодушно взглянул на наливающийся синяк на крохотной маленькой ручке. Гертруду этот равнодушный взгляд не обманул. В глубине зрачков цвета светло-голубого льда, а затем изменившим цвет на оттенок самой прочной стали плескалась ярость. Это была его дочь. Няни же, видя равнодушие императора, расслабились и начали кудахтать. Нарцисс качнул головой, заставляя «нянюшек» замолчать, затем подозвал к себе Алону (Курицу) и чётко спросил:

- Что здесь произошло?

- Ваше Величество, ничего не произошло… слуга принёс мясо! И это маленькой девочке! Ей же шесть месяцев! Пусть она бастард, но…

- Бастард? – тихо задал вопрос император.

- Леди Кризанта будет не довольна, - взгляд императора заставил нянюшку замолчать, а слова Гертруду нахмуриться. Значит девочку посчитали бастардом? Не мудрено, внешность малышки всё более и более начинает походить на внешность её защитницы. Глаза уже изменили цвет, кожа стала белее и покралась россыпью веснушек, только волосы остались родными – от папочки. Учитывая, что этим клушам и в голову не придёт, что ребёнок может вымахать за одну ночь на возраст полгода, они решили, что ребёнок бастард, а раз незаконно-рождённый, значит его, то есть её можно лупить за любое неповиновение. Бастарды, они бастарды и есть, пусть признанные и императорской крови. И мясо тут не причём. Его может и принесли, но сразу и унесли. Важно другое, Белле попытались указать её место. Морайтки! Только не на ту напали! Гертруда прижала к себе маленькое чудо обеими руками. В её глазах полыхало пламя. Вот не злите ведьму!

- Леди Кризанте уже всё равно, - отрезал император, - продолжай.

- Как…

- Продолжай, – тон не изменился, но интонация. Перечить Его Величеству себе дороже.

- Так на чём это я… - Курица кудахтнула пару раз, боясь смотреть в глаза императору. Гертруда её тоже пугала. Подстилка императора, как пить дать, девчонка её отродье! Да она её копия! Мало она ей врезала, чтобы не орала. Кто же знал, что у мелкой морайнтки такие острые зубы! Ну, нечего, леди Кризанта….

- О том, что слуга принёс мясо, и ты отослала его обратно.

- Да…, а это… взбесилось! И как взлетит…

- Откуда синяк? – Гертруда вставила в явно лживую речь свой вопрос опять. – Когда он появился?

- Может, когда она… оно… это взл-е-т-ало, - проблеяла Алона. Короткий взгляд из-под ресниц показал, как на самом деле нянюшка относится к маленькой девочке, хоть такой и необычной.

- Подведём итоги, - Нарцисс Седьмой, герцог Арийский задумчиво обвёл взглядом слегка разорённые покои принцессы. Немного разорванных штор, перевёрнутая колыбель и слегка ободранный ковёр не являлись настолько ужасающими разрушениями по сравнению с покоями императрицы, где она обрела вечный покой. – Ты, Алона, ослушалась прямого приказа и рассказала двум своим подругам о секретном поручении императора, на управляющего не перекладывай вину, – мужчина скривился, показывая, что к управляющему у него будет отдельный разговор. - Я переговорил с тобой лично! Ты растила не одно поколение герцогинь и прислуживала Кризанте несколько лет. Твои подруги захотели заработать золота? И ты решила им помочь, не смотря на приказ императора? МОЙ ПРИКАЗ. Зарплата няни и гувернантки принцессы, пусть и незаконнорождённой явно больше той, что была раньше у этих клуш, а правители обычно дочерями мало интересуются. Я прав? - Басовик и Пискля побелели, а после посерели. Император же продолжил. – Далее, ты Алона отослала слугу, прямым приказом принёсшего еду для моей дочери. Необычной дочери, о необычности которой тебя предупредили заранее и лично попросили озаботиться, так? – Глаза Нарцисса превратились в стальные щёлочки. Голубизна льда напрочь исчезла из его взгляда. Герри осознала как он зол. – Этого вам показалось мало. Всем троим. И вы решили, что девчонка – бастард, поэтому её положение ниже среднего и защищать её некому, поэтому её можно безнаказанно бить, когда она просит еды. Я прав? Ведь отослав слугу с мясом, вы втроём и не задумались о еде для ребёнка. – Нарцисс замолчал на пару мгновений и втянул в себя воздух, единственное, что выдало его раздражение. – Прошу прощения, питанием вы озаботились. Прокисшее молоко на столе, как я не почувствовал ранее, – взгляд мужчины выражал испепеляющую ярость, видимо Нарцисс более не хотел скрывать своих эмоций – незачем. Нянюшки наконец осознали, что зря уверились в своей безнаказанности. Мужчина же не стал слушать стенания и просто указал стаже на всех троих. – Увезти, – затем добавил. – Вниз. Скоро буду.

- Леди Кризанта так просто это не оставит! Бастардам тут не место! Это дворец, а не бордель! Пускай эта морайнтка забирает своё отродье и валит отсюда! – неожиданно завизжала Пискля.

- Ваша преданность не знает границ, – иронично заметил Нарцисс. - Леди Кризанта умерла родами этой ночью, - произнёс он чеканя каждое слово. – Её нет. Смиритесь.

- Нет! Она жива! Жива! – «няни» начали дёргаться, закатив глаза. Страже пришлось туго, пытаясь удержать женщин. Понять точно, кто кричал из уводимых стражей «нянь» было трудно, но Герри и не пыталась. Её больше занимала драгоценная ноша на руках. Нужно было озаботиться об обезболивающей мази, еде для малышки и сменить ей пелёнку, наконец.

- Нам нужен слуга, пусть несёт мясо и тёплое молоко. Свежее, разумеется, – на ходу начала распоряжаться девушка. – Ещё мне нужна моя сумка, надеюсь её забрали из того жуткого подвала, где меня приносили в жертву. И где тут пелёнки находятся? И вода горячая, малышку надо обмыть.

Слуга, стоявший в отдалении, оставшийся после ухода стражи с «нянями» вопросительно уставился на императора, тот кивнул. В покоях принцессы остались только Нарцисс и Гертруда. Стража за дверью в качестве караула не считалась. Дверь закрыл уходя слуга.

- Они под действием заклятия зомбирования, - вдруг тихо произнесла Герри. – До фанатичного блеска в глазах. И долговременном. Вот почему состояние императрицы никто не заметил.

- То есть за свои действия они не отвечают? – метко спросил Нарцисс. От ответа на этот вопрос зависело, наказание «нянь».

- Почему же, очень даже отвечают, – качнула головой Гертруда поправляя платьице на весело агукающей Белле. Защитница рядом, чего теперь бояться? – Отношение к одному человеку не объясняет отношение к другому. – Они хотели причинять вред ребёнку имперской крови и они причиняли. Проклятие просто приняло удобную ему форму, – фразы становились рубленными и односложными. Внутри Гертруды снова зрел пожар. Для неё причинять вред ребёнку, даже если это ребёнок врага… младенец – она никогда бы до такого не опустилась. Эти «няни» вообще не имели права подходить к детям.

- Ясно, – император вдруг оказался близко, рядом с девушкой. Мужчина наклонился и одной рукой поставил перевёрнутую колыбель обратно наместо. Герри могла только наблюдать вместе с малышкой за быстрыми и чёткими движениями императора.

Наконец на белый бортик колыбели опустилась смуглая рука война. Герри невольно вздрогнула от такой близости царственной особы, но не отступила. Нарцисс же смотрел на агукающую принцессу и не мог оторвать взгляда, затем как во сне протянул к ней руку, осторожно касаясь кончиками пальцев пушистой макушки. Девочка подняла головку с груди защитницы и уставилась на него в ответ. Зелёные глазки лучились довольством. Малышка улыбнулась ротиком, в котором отчётливо виднелись всего два зубика. Человеческих. – Она становится всё больше похожа на тебя, – неожиданно произнёс он совершенно другим тоном.

- Я не могу понять почему… - так же тихо произнесла Гертруда. У неё были соображения, но говорить о них императору девушка считала верхом безрассудства. Травница опустила малышку в колыбель и дала из ближайшего ящика игрушек погремушку, отвлекая от своей персоны.

- Наверно потому что хочет, - неожиданно для себя произнёс мужчина, ещё раз дотрагиваясь до головки Беллы. Та уже не обращала на отца внимания, ей больше понравилась погремушка, что вручила ей Герри. Стучать ей по деревянным бортикам колыбели оказалось очень увлекательно.

Герри пожала плечами. Близость Его Величества её нервировала. Дыхание мужчины касалось её макушки, а затем сместилось, она ощутила его кончиком алеющего ушка. Девушка не знала, как быть. Если бы это был какой-нибудь герцог, а она леди в маске, то тогда решение бы нашлось очень быстро, но… рядом с ней стоял император, а она была обычной дочкой графа и бесприданной племянницей своей тёти и её мужа. Возможности отступить не существовало. Большая рука обвила её талию. Невольный вздох вырвался у будущей фаворитки императора. Похоже, её ответ действительно ничего особо и не значил. Увы.

- Ваше Величество… - начала она осторожно пытаясь отстраниться от Нарцисса, когда тот прижимая её к себе плотнее за талию одной рукой, ласково гладил плечи девушки другой. Слова благодарности так и не сорвались с уст императора, как и законченная фраза у Гертруды. Её прервал слуга, коротко постучавший в дверь. Принесли то, что она заказывала, вернее часть, а главное еду для малышки. Нарцисс хотел остаться в покоях маленькой Беллы, но его вызвали помощники Эрвана Цитрина. Нужно было многое обсудить и принимать меры в связи с открывшимися данными и положением дел во дворце. И дел и обсуждений предстояло много. Его Величество вынужден был удалиться. Надолго.

Напоследок он так взглянул на Гертруду, что та невольно покраснела. Уж очень красноречивым был тот взгляд. Девушка смогла только поморщиться и отвернуться. Нет уж, Ваше Величество, не на ту напали!!!

Мужчина усмехнулся, едва-едва, почти незаметной усмешкой и вышел из покоев принцессы. Герри осталась с малышкой одна.

- Знаешь, Белль, - тихо произнесла мисс Нефрит осторожно подавая маленькие кусочки мяса малышке через некоторое время. Та быстро хватала их маленькими ручками с отросшими коготками глянцево-чёрного цвета и кусала острыми-острыми зубками, моментально выросшими, как только милое дитя почуяло запах парного мяса. Белла немного оторвалась от вкусного дела и посмотрела на маму… защитницу зелёными-зелёными глазами. Волосы у неё по-прежнему оставались чёрными, но кудрявились, боги знают, как. Наверно придётся их слегка обстричь, чтобы не мешались. – Мне так хочется для тебя самого лучшего, - нежно произнесла Гертруда, подавая малышке очередной кусочек мяса, – но самое главное, уберечь тебя… особенно от благосклонности высоких особ. От неё не уйти и не спрятаться. Пусть тебе повезёт, и твоя жизнь не пройдёт в клетке, хотя чего я говорю,… они посчитали тебя бастардом….

Белладонна только фыркнула и пожевала новый кусочек мяса, следующий в неё уже не лез. Она объелась! От этого мяса она не могла расти как по часам, поскольку оно не принадлежало человеку или лучше магу, но утолить голод и почувствовать себя живой и сытой, вполне. Малышка довольная и счастливая уснула, чувствуя, что выбранная её сущностью на роль матери, рядом с ней. Она сидит и оберегает её сон. О чём ещё можно мечтать? Только о новой погремушке, старую она уже успела разломать.

Глава Вторая. Порядку предшествует Бедлам.

Ночь у Эрвана Цитрина и у его команды, верной непосредственно императору, а не Кедару, выдалась тяжёлой. Да, что там говорить, она выдалась ужасной! Того, что успели натворить Придворный маг и глава тайной службы за последние несколько лет, нельзя было убрать за пару ночей. Что-то Эрван подозревал давно, но тогда он был слишком малым звеном в системе тайной службы, полевым агентом, а сейчас картина открылась сама собой. Она Цитрина не радовала от слова совсем. Да уж, если бы не операция по слежке за Гертрудой…. Об этом лучше не думать.

Отчёты ложились и ложились на стол императора. По их итогам необходимо было сменить большую часть слуг, верховного управляющего, часть священнослужителей главного Храма Хлории, это не говоря о снятии пауков-ауритов у большинства слуг не магов. Бернар и Кедар готовили переворот, ребёнок императора преспокойно им в этом бы помог. Учитывая, что дитя росло как на тесто дрожжах, его можно было представить, как близкого родственника или даже брата императора. Кровь не водица, подтвердила бы своё наличие в чудовище. Герри поведала о ритуале переселения душ. Именно это было в планах Бернара. Переселиться в тело наследника императора и добиться свержения Нарцисса Седьмого. Приходится думать, что и дядя императора Герцог Алмазийский с супругой тоже прожили бы недолго. Большая часть слуг без ума от Кризанты. Она должна была погибнуть при рождении наследника, это спровоцировало множественные беспорядки. О похождениях Императора знали многие. Увы. Это сделало бы Кризанту мученицей. Она не справилась с переживаниями, тяжёлыми родами и погибла сама, когда как Нарцисс тискал очередную фаворитку. Волнения были обеспечены. Новый правитель, обладающий магией (что сам и наложил на несчастных), легко бы подавил их все и начал бы своё правление. Нарцисса же ждала участь разорванного толпой в лучшем случае. Морайнски страшный план. Жуткий и он почти сработал. В него вмешалась Гертруда Нефрит, она же Изумрудная и посмотрела на императора в том морайнском балу выпускников, будь он не ладен, а до этого увидела один из ритуалов Бернара в парке, возвращаясь после очередной из своих вылазок. Девчонка спутала множество карт и не только Бернару. Теперь же она станет подстилкой императора. Этого не избежать. Эрван видел, как смотрел Нарцисс на строгую и неприступную Леди в Маске. Ревности не было. Возможно, когда Эр и был увлечён маленькой рыжей леди, но затем в его жизни появились другие интересы, и всё равно маленькую Леди в Маске ему было несколько жаль. Она сама выбрала свой путь, но…. Жаль. Герри явно не рада перспективе стать любовницей Нарцисса. Уже много раз она избегала этой участи с другими знатными вельможами, только вот здесь не сбежишь, как не старайся.

Кабинет Его Величества всё так же тонул в полутьме, до рассвета оставался всего час, а Нарцисс просматривал очередной отчёт, принесённый одним из его людей, переданный в руки – лично.

- И что ты об этом думаешь? – произнёс наконец император. Эр так же читал эти отчёты. Они не утешали. Только за одну ночь удалось найти столько компрометирующих сведений.

- Чистка. Здесь нужна чистка.

Нарцисс кивнул.

- С утра и начнём. Распорядись, чтобы Гертруду Изумрудную и мою дочь отвезли в резиденцию за городом. Пока не утрясём, во дворце небезопасно. «Алмазный Сад» вполне подходит. Слуг минимальное количество. Лично проверишь. На этом всё.

- Ваше Величество, можно задать один вопрос? – Эр коснулся переносицы, собираясь с мыслями.

Нарцисс пострел на него строгим взглядом и едва заметным кивком головы разрешил говорить.

- Что делать со слухом о происхождении… принцессы?

- Не подтверждать, не опровергать, – мужчина кивнул собственным мыслям.

- Как скажете, Ваше Величество.

***

Утро у Герри выдалось суматошным. Эрван с самого раннего утра огорошил её новостью о переезде в «Алмазный Сад» вместе с её подопечной. Не самое лучшее место, но что поделаешь, приказ императора. Девушка с ним смирилась, но потребовала, чтобы вместе с ней переехала и понравившаяся ей служанка Сирень. Так же Герри захотела навестить свою комнату в общежитии и квартирку в городе, что она снимала. В этом ей не отказали. Во время посещения университета Герри умудрилась договориться со своим деканом о прохождении летней практики и написании работы об ухаживаниями за детьми младенческого возраста с тяжёлыми заболеваниями магического характера. Затем в городе девушка заглянула к своей старой знакомой Эветте, швее Тайной Службы Его Величества, выяснила у неё пару интересных деталей, что творится во дворце, а после уже, наконец, направилась в свою новую клетку, алмазную в саду.

Летняя загородная резиденция императорской четы и их родственников находилось довольно близко от столицы, чтобы быть в курсе всех новостей, и одновременно далеко, чтобы не мешал простой люд отдыхать монаршим особам. Гертруду Изумрудную-Нефрит резиденция не впечатлила. Здание оказалось бледным, серым, слегка увядающим и явно с натянутой помпезностью в виде барельефов, сказочных существ и других статуй, украшавших как фасады особняка, смахивающего на замок, так и территорию вокруг резиденции. Видимо здесь редко отдыхали последние годы. Ведь быть императором – это круглосуточная работа. Впрочем, девушка из уроков истории знала, что «Алмазный сад» пользовался популярностью у отца Нарцисса Седьмого и его супруги. Брат тогдашнего правителя, дядя нынешнего императора Виссарион Третий предпочитал резиденцию близ Эрбия под не менее поэтичным названием «Бриллиантовые чертоги».

Мисс Изумрудная огляделась ещё раз. Пусть здание, в котором ей необходимо было обитать ближайшее время, её не сильно впечатлило, то вот сад…. Как истинная зельеварка и травница, девушка сразу же определила декоративную часть и лекарскую в дальней части зелёной территории. Лекарская оказалась запущенной донельзя, при ближайшем рассмотрении. Декоративная не интересовалаГерри в принципе. Белле же, сидевшей на руках у своей защитницы понравились цветочки. Каждый из них она хотела сорвать, пожевать и помять в ручках (в какой части сада цветочки находились Белле было всё равно). Пришлось сорвать самый большой, красивый и красный, разумеется, пион и торжественно вручить малышке. Та тут же стала его крошить, попутно разглядывая. На вкус пион оказался не очень.

Герри решила не мешать малышке познавать мир. И тут к ней подошёл слуга и произнёс очень неожиданную новость. В резиденции оказывается уже какое-то время проживает супруга Виссариона Третьего Камелия, герцогиня Алмазийская, урождённая герцогиня Рубиновая. Девушка тут проходила лечение и отдыхала от путешествия, что устроил ей муж после свадьбы.

Рыжеволосая травница закрыла глаза, затем снова их открыла. Раздражение и как шевельнулось в груди, так оно и исчезло. Ситуацию не изменишь. Она уже здесь. Распоряжение императора есть. Слуги уже приехали и подготовили её покои и комнаты для принцессы Беллы. Сири так же переехала. Её комната находилась в непосредственной близости с покоями Гертруды и её дочери. В обязанности девушки входили помощь с малышкой Белль по бытовым вопросам и повинность личной камеристки при графине. Сказать, что девушка была удивлена оказанной ей честью, не сказать ничего. Сначала леди Нефрит пытались отговорить, предлагали другие кандидатуры, но один взгляд марева изумрудных глаз перечеркнул все возражения. Сири приняла предложение с радостью по своим причинам. Её семья требовала затрат и те росли как над дрожжах, так что золотые лишними не были. Девушка переехала вместе с небольшими пожитками в «Алмазный сад» за несколько дней до приезда Гертруды с Белль, чтобы подготовить комнаты, согласно списку и указаниям новой госпожи.

Мисс Нефрит ещё раз осмотрела стены, окружающие запущенный сад. Серый камень почернел от времени. Деревья разрослись и давали обманчивое впечатление, что по ним можно попасть внутрь охраняемой стражниками территории или же выскользнуть из неё. Стены поросли мхом в уголках камней, а вот защитные заклинания и амулеты были свежими. «Алмазный сад» являлся одним из самых защищённых магией и высокими стенами зданием. Сама Гертруда недавно просила о таком раскладе карт. То, что тут оказалась супруга Виссариона, когда как сама Гертруда считается фавориткой родившей императору незаконную дочь…. Тут же ничего не поделаешь. Для малышки Белль пока это лучший вариант. Тайна её происхождения должна остаться тайной. Ради безопасности империи. Ради спасения жизни самой малышки. Если из-за этого придётся Гертруде пожертвовать своей репутацией, что ж она пожертвует. Однако, оставались временные не состыковки. Эрвану придётся потрудиться, чтобы легенда стала правдивее. Что ж, будем действовать в ситуации как есть.

Девушка устало вздохнула и распорядилась, чтобы Камелии доложили о её просьбе встретиться в нейтральной территории резиденции. Сам особняк представлял собой трёхэтажное здание, разделённое на два крыла. Видимо как раз, чтобы одна часть родственников императора не могла (не хотела) пересекаться с другой частью. Слуга почтительно (довольно почтительно) кивнул и удалился. Герри, между тем хмуро вспоминала слова Бернара. О девушке позаботился в своё время маг, так что от чего лечится супруга дяди императора, для Гертруды секретом не было. Она чувствовала, что права. Поэтому и решила переговорить с герцогиней Алмазийской сама. Убедиться в своих догадках. Пока же ей предстояло обустроиться в новых апартаментах , накормить Белль и решить множество возникших вопросов соответственно. Особенно девушку интересовал разбор почты, что она захватила из своей квартирки.

***

Камелия изъявила желание переговорить с «фавориткой» в голубой гостиной за лёгким ужином. До этого девушка сказалась больной и просила её не беспокоить. Гертруда сделала вид, что поверила, тем более у неё и так дел было выше крыши. Самое важное из них, поставка сырого свежего мяса для Беллы в детские покои, не вызывая подозрений. Пока Герри вынуждена делить «Алмазный сад» с Камелией, не зачем молодой герцогине знать о пристрастиях маленькой принцессы. В итоге Леди Изумрудная решила вопрос следующим образом. Она предпочла самостоятельно отправляться к мяснику, но Сири её опередила и сказала, что с такой задачей легко справится (юная служанка оказалась вовлечена в тайну принцессы Белль). Пока девушка ходила по поручению в детских покоях один из сундуков с помощью заклинаний и парочки амулетов превратился в холодильню. Такие заклинания изучали в основном бытовые маги, у лекарей проводился усечённый курс для общего развития. Для Гертруды же не было усечённых курсов. Что не додавали на лекциях, девушка находила в библиотеке. К вечеру всё было готово. Поскольку сырое мясо малышка должна была получить только завтра, Белла пришлось довольствоваться молоком и кашей. Девочка в принципе осталась довольна и сразу же уснула после вкусного ужина. Молоко ей вообще нравилось больше других продуктов.

Попутно, решая вопросы кормления и содержания маленькой принцессы, Гертруда очаровывала слуг «Алмазного сада». Если в первое мгновение прислужники резиденции восприняли девушку не совсем хорошо (мягко сказано), то уже к вечеру их мнение стало меняться. Гертруда была вежлива, обходительна и не лезла на рожон, а то, как она ухаживала за маленькой принцессой, не могло оставить равнодушным. Сирень решительно помогала в госпоже, нахваливая её и рассказывая та помогла ей справится с редким заболеванием ауры. По разумению и согласно договору, подписанному у Эрвана Цитрина , девушка не могла рассказать про паука ничего, но просто про болезнь Сири могла говорить легко.

Принцесса Белла в принципе не могла оставить равнодушной. Она улыбалась всем без исключения, показывая свои два зубика (человеческие) и весело хохотала над рожицами, что ей корчили все кому не лень. Позже девчушку так и прозвали хохотушка Белль. Её полюбили все слуги, даже управляющий улыбался при виде маленькой егозы. Наверно поэтому спустя годы Белль будет совершенно другим человеком, нежели ей пророчил когда-то один зловредный бывший придворный маг.

Время ужина настало незаметно. Гертруда хотела бы его бояться, но у неё не получалось. Она знала, что по любому придётся действовать и везти этот разговор. Лучше раньше это сделать, чем позже.

Голубая гостиная находилась на первом этаже. Голубые занавески, более светлые стены, морской пейзаж над камином и диваны оббитые тканью небесно-голубого цвета. Цветы в вазе и те являлись голубоватыми хризантемами. Хотелось, конечно, поморщиться, да только выбор за местом для трапезы был не за Герри.

Камелия уже сидела в кресле и попивала чай из маленькой фарфоровой чашечки настоящего произведения искусства, когда леди Изумрудная-Нефрит пожаловала в гостиную. Девушка была действительно очень молода и бледна одновременно. Ножки Камелии оказались укрыты лёгким темным пледом, острые черты лица наводили на длительную болезнь, а в чёрных глазах застыло… равнодушие. Тонкие пальчики сжимали чашечку так, что, казалось, фарфор вот-вот выскользнет из рук. Вокруг девушки крутилось сразу две няньки из тех, что терпеть не могла Гертруда. Имён и не думала запоминать. Они кудахтали, поправляли плед и без конца причитали. На столе, где расположилось довольно приличное количество блюд, стояла парочка пузырьков с лекарствами. Гертруда сразу же захотела посмотреть названия и понюхать их. Потому что в названии может говориться одно, а вот содержимое пузырьков может оказаться совершенно другим. И всё же придётся обождать. Доверия у молодой герцогини пока нет, да и неоткуда ему взяться?

- Приветствую, леди Гертруда, - тихо произнесла девушка, внимательно следя за новой сожительницей по резиденции.

- Приветствую вас, ваше сиятельство, - в тон ей ответила Гертруда, почтенно склонив голову и присев в реверансе. Незачем строить из себя высокородную особу перед более высокородной, чем ты.

- Давайте приступим к трапезе, - Камелия бледно улыбнулась. Няньки тут же закудахтали по поводу, что горячее ещё слишком горячее, десерт достали только из холодильни, лучше госпоже пить только чай. Гертруда слушала эти завывания в течение нескольких минут, поедая довольно остывший суп. Она наблюдала, как Камелия соглашается со всем, что говорят ей няньки. Не ест ничего из предложенного и постоянно отпивает то из одного пузырька, то из другого. Гертруда перешла на истинное зрение и тут же увидела, как истощена аура девушки. Вглядевшись, она заметила затемнение около виска. Оно было почти незаметно, но… если знать, где искать – найдёшь и не такие тайны. Пусть специальность проклятоведов не совсем специальность травника, но диагноз поставить и направить к специалисту любой лекарь, наделённый даром может. Герри вздохнула, понимая, что Бернар имел ввиду, говоря, что позаботился о Виссарионе Третьем и его супруге. И няньки явно из его личного запаса. Где он только таких клуш нашёл в своё время? И зомбировал как?

Вскоре суп был съеден. Гертруда почувствовала, что пора заканчивать этот балаган. Кудахтанье нянек ей надоело. Нет, она могла спокойно уйти, более не проронив ни слова, только вот оставлять на растерзание этим морайнткам несчастную молоденькую девушку… совесть не позволяла. Были свежи в памяти такие же кудахтанья в сторону маленькой Белль, а вид синяков до сих пор вызывал дрожь. Выбор был сделан. Герри сверкнула зелёным взглядом.

- Хватит! – голос девушки заставил замереть всех в комнате. И нянек, и герцогиню.

- Простите, - скороговоркой проговорила одна из нянь.

- Как вы можете так кричать! Герцогине нездоровится, а вы… - фальшиво запричитала другая.

- Нездоровиться ей от проклятия истощения ауры, возможно заклятия внушения и так же содержимого пузырьков, которыми вы её поите. – Гертруда не стала ходить вокруг до около. У неё итак достаточно дел. Главное из них, маленькая принцесса, что ждёт её в комнатах наверху. – Вы знали, что противозачаточные зелья в таком количестве вызывают бесплодие? – будущая лекарь не говорила слова. Она чеканила их. По поводу того, что действительно плещется в пузырьках – это было только предположение, но увидев, как изменились лица «нянь», девушка поняла – мыслит она правильно.

- Да как вы смеете! Да кто ты такая, чтобы… - начала первая.

Герцогиня между тем оставила пузырёк, который ей заботливо вручили в руки, но ни вставать или сделать какие-либо действия девушка не стала. Она продолжила сидеть, смотря пусть и осмысленным, но слегка расфокусированным взглядом. Не совсем успели опоить.

- Я лекарь по профессиональным качествам, а вот кто вы? Я уже видела троих тварей, маскирующихся под нянек. Во дворце Его величества, одну из них зовут Алона. Ваша знакомая, полагаю? – Герри склонила голову набок. Леди в Маске продолжила сидеть напротив герцогини и её «нянь», как ни в чём не бывало. Красива, грациозна и слишком умна.

Няньки замерли, потом лица обеих превратились в маски. Краска жизни сошла с лица каждой. Противные гримасы раскроили добродушные до этого физиономии, искривлённые челюсти заменили улыбки, теперь раскрытия рта у «нянек» походило на оскал.

- Знаете, значит, - Герри встала из-за стола, мелком кивнув взгляд на молоденькую герцогиню. Девушка почти ничего не соображала. Пузырьки уже начали действовать. Пусть из одного она выпила сегодня и не полную дозу. Значит не заклятие. Значит один пузырёк противозачаточное зелье, другой успокоительное, очень сильное и в больших количествах может лишить воли. Хотя, кого Герри обманывает? Здесь постарался и маг и зелья на основе магии. Если бы не Гертруда и планы Его Величества, а так же зачистка во дворце, ещё бы неделя, а возможно и пара дней и процесс оказался бы необратимым. Бернар просто морайский орг, потомственный! Не иначе! Как всегда, успеваем в последнюю секунду!

- Нет, вы ошибаетесь, - прошипела самая толстая нянька. – Тебе и твоему отродью недолго тут находиться! Уже к утру вас выкинут! Я позабочусь об этом!

- Да! – поддакнула ей вторая «няня» и тут же обратилась к мэтре Камелии сладким голосом. – Идёмте, дорогая, вам стоит отдохнуть и не забудьте выпить лекарство. – последнее слово сладко сказать не получилось. Толстуха скривилась и выплюнула его, как будто излишки яда.

- Забавно, один в один слова сказанные Алоной, - Гертруда обошла стол полностью и молниеносно вырвала из дрожащих рук Камелии пузырёк. Он разбился с тонким звоном, угодив аккурат на место между коврами. Красная жижа разлилась вязким пятном, в котором увязла большая часть осколков тёмного стекла. – Правда вышвырнули тогда Алону – в подвалы, как и её подружек. – закончила говорить лекарка, – даже по запаху я чую сон-корень. Очень сильная граммовка.

- Что?! Ты врёшь!!! – визг был такой силы, что должна была сбежаться вся стража, однако этого не последовало. Гертруда мысленно выругалась. Очаровывай слуг, очаровывай, а защиты в этом «Морайнском Саде» не увидишь никогда. Что же тут творится-то в конце концов???

Дальше раздумывать над провалами имперской службы у девушки не было времени. Нужно было спасать свою жизнь. И как потом показала практика, и жизнь герцогини Камелии, а затем и своей подопечной, что стала ей родной дочерью. Девушка выскочила за дверь и бросилась в сторону ближайшего поста стражи, надеясь на лучшее.

Впрочем, всё оказалось не настолько плохо. Стража «Алмазного сада» разделилась на две неравные стороны. Большая часть была на стороне Гертруды, что не могло не радовать. Хорошо обученные мужчины легко притеснили слуг, готовых устранить угрозу в лице Герри. Тут раздался нечеловеческий крик наверху и все кинулись в покои принцессы, забыв о распрях. Гертруда бежала первой. Леди Камелия, увы, осталась сидеть в своём кресле, укрытая пледом. Безучастный взгляд очень сильно не понравился лекарке, но шансов что-то изменить в данныймомент у рыжеволосой девушки не было. Сначала нужно спасти её маленькую подопечную. Ненадолго же оставила!

Белль, в принципе, справилась и без неё. Слуга, захотевший унести её из покоев и ударивший Сири, сидевшей с малышкой, по голове, намеревался передать девочку какой-то личности в плаще (как выяснилось позже, то количество золота, что посулили мужчине, напрочь лишило того совести и здравого смысла). Впрочем, мужчина оказался укушен маленькой принцессой, побит крыльями и расцарапан довольно приличными когтями. Белла возмущённо пищала под потолком, когда в комнату ворвалась Гертруда. Молодая мама (чего уж скрывать!) успела только руки развести, и малышка спикировала прямо с потолка к ней в объятия. Благо, это произошло довольно быстро, так что стража вбежавшая следом за девушкой не успела ничего разглядеть.

- Морайнское отродье! Она чудовище!!! – верещал слуга ошалевшими глазами глядя на Белль, уже принявшую человеческий облик. Герри сделала вид, что раны на теле слуги нанесла сама, пока вырывала ребёнка у него из рук. Оттуда же и порванная ткань рубашки девочки. Так она и объясняла потом. Похититель же был настолько напуган, что мог повторять только про чудовище и морайнцев. Его сочли сумасшедшим (ведь нормальный человек не станет похищать принцессу! Пусть и незаконнорожденную! Дочь императорского дома!!!).

Гонец отбыл во дворец ровно через столько, сколько понадобилось, чтобы чиркнуть маленькую записку. Другой гонец привёл подмогу уже через тридцать минут. Пусть всё разрешилось, но Мисс Изумрудная-Нефрит не хотела рисковать. Гонец видимо тоже. Он решил не мелочиться и привёл с собой часть гарнизона, что охранял ближние ворота в город. Гертруда это оценила. Верных Бернару и его приспешникам повязали быстро, ни молодая герцогиня, ни маленькая Белль не пострадали. Камелия так и осталась сидеть на диване в голубой гостиной. Её няньки перекочевали в подвал, как и несколько слуг, в том числе и похититель. Гертруда устроила настоящую ревизию.

Она прошлась по кухонным шкафам, по лекарствам в пузырьках леди Камелии. Выкинула большую часть настоек. Послала слуг в город в лавки трав искать довольно дорогие, но сейчас очень нужные ингредиенты, чтобы вылечить леди Камелию от предыдущего «лечения». Распорядилась, чтобы герцогиню Алмазийскую отвели в её покои. Ураганом пронеслась по всем комнатам. Причём рядом с неё шёл слуга по имени Кипарис (или просто Рис), он держал малышку Белль в маленькой корзинке, с которой обычно ходили за ягодами. Белль корзинка понравилась. Малышка довольная заснула, расположившись в переносной люльке, в форме звезды и причмокивала во сне. Гертруда же напрочь отказалась оставлять свою подопечную (дочь, чего уж скрывать!) одну или со служанками, тем более головка Сири пострадала довольно сильно. Девушка в данный момент отлёживалась в своей комнате, напоенная отварами самой Гертруды и с перевязанной головой, поэтому-то малышка и оказалась в корзинке. Слишком много было покушений на маленькую принцессу, а поскольку Герри намеривалась перевернуть резиденцию верх дном, требовался носильщик.

Кипарис был выбран неслучайно. Он оказался не совсем обычным слугой. Бывший военный, высокий широкоплечий, лишённый глаза, покрытый шрамами – этот человек мог испугать кого угодно, но Белль он понравился. Мужчина один из первых загородил Гертруду собой ещё в Голубой гостиной, рыжеволосая красавица это запомнила. Рис отвечал за порядок в северной части поместья. Голубая гостиная как раз находилась в его ведение. Из-за чего интерес к этому молчаливому слуге у Гертруды возрос ещё больше.

Девушка заглядывала в комнаты каждого слуги, особенно тех, кто в данный момент квартировал в подвале. Искала, выискивала, замечала потенциальные угрозы и устраняла их на корню. День прошёл у рыжеволосой зельеварки настолько плодотворно, что под конец дня даже прибывшие из гарнизона солдаты шарахались от неё, как от прокажённой. Маленькая, вёрткая, она хлестала словами, опровергала все аргументы в пользу лени, наводила порядок очень твёрдой рукой. Эрван, прибывший только вечером (посланная следом записка, что всё закончилось благополучно и солдаты прибыли на место дала возможность не выезжать императору лично) смог просто принять бразды правления и дать несчастным слугам и военным немного отдыха, сопроводив деятельную графиню в детские комнаты и отпустив Риса наконец спать. Мужчина остался благодарен и скрылся как можно быстрее. В ураганной энергии, граничащей со стихийной магией молодой леди бывший военный успел убедиться за день.

- Герри, ты ненормальная, «Алмазный сад» до сих пор лихорадит! Ты всколыхнула это болото меньше чем за сутки. – Эрван мог только качать головой, сидя в удобном кресле уютной Коричневой комнаты или попросту Читальни. Именно здесь находилась основная часть книг домашней библиотеки поместья. Герри сидела напротив своего давнего коллеги и укачивала на руках спящую Белль. Малышка оказалась самой стойкой к урагану «Гертруда Изумрудная-Нефрит» и предпочла просто спать. И иногда кушать. Чего ещё для счастья маленькому ребёнку надо? Внимание? Есть! Еда? Есть! Сон? При каких-либо условиях.

- Я всего лишь выполнила вашу работу. Нужна была тотальная проверка особняка, леди Камелию должны были осмотреть не только придворный маг, но и ещё несколько лекарей. Где вообще носит её мужа?! – почтение к императорской семье порядком истрепалось у Гертруды за последние дни.

- В дальней провинции, конфликты улаживает, Интостан, сама понимаешь, дело тонкое, - отмахнулся Эрван Цитрин.

- Как мило, а жену пусть травят, какая разница? – ехидно заметила лекарка. – Графских дочек же огромное количество! Одной больше, одной меньше… - девушка поморщилась и принялась укачивать свою подопечную чуть посильнее. Белла приоткрыла один глазик, зелёненький как и у «мамы», зевнула, но никаких действий (в виде плача, к примеру) предпринимать не стала. Единственное, что сделала маленькая егоза, так это заворочалась, чтобы её сильно не сжимали.

- Конечно, в твоих словах есть доля правды, но… - Эрван почесал затылок, выдавая своё простое происхождение. Аристократы в присутствии дам, особенно, не позволяли себе таких действий. Правда, Герри было глубоко всё равно, откуда её коллега. Она была уверена в нём – этого было достаточно. – Ему послали гонца, - ответил на невысказанный вопрос Цитрин. – Чем хоть травили герцогиню?

- Противозачаточными зельями в больших, очень больших дозах, заклинаниями внушения, эликсирами успокоения, там каплей больше и отправляй на кладбище. Девушка жива до сих пор только потому, что оказалась крепка здоровьем изначально, - Герри покачала головой.

- Сможешь помочь? Или вызвать другого лекаря?

- Смогу, пока я ни одному лекарю не доверяю. Каждый допускаемый в «Алмазный сад» должен быть проверен! Я не шучу! Если Белль попытаются схватить снова… - Гертруда сжала маленький кулачок. Эрван нахмурился, реакция девушки ему очень не понравилась. Так реагировать на проблемы чужого ребёнка тем более такого…. Молодому человеку это казалось странным. Казалось-то, оно казалось, а вот делать выводы Эр умел.

-Ты сделаешь всё возможное, чтобы защитить свою подопечную? – спросил он наводящий вопрос. При слове «подопечная» была соответствующая реакция. Как может женщина привязаться к маленькому неродному ребёнку на пару дней? Впрочем, на этот вопрос отвечать бессмысленно. Каждая мать усмехнётся на него. Объяснения не нужны. По тому, как Герри укачивала малышку, потому, как она смотрела на девочку, и как Белла реагировала на свою защитницу, можно было судить только об одном – они вели себя как мать и дочь.

- Сделаю и даже больше, - Гертруда поднялась с ребёнком на руках и осторожно перенесла малышку в корзинку-люльку. Удобная переноска понравилась и Белль и Герри. Девочка с удовольствием растянулась на мягкой подстилке и сладко причмокнула. Прямо маленький посланник небес!

- Ты же понимаешь, что это всего лишь легенда, ты не её мать… - Эрван встал следом за девушкой. – Она принцесса! Пусть тяжело будет превратить её в наследницу, учитывая обстановку в городе, но император справится и с этим. Девочка будет воспитываться во дворце, как и подобает. Без учёта мнения таких как мы.

- Я знаю, кто она, - тихо произнесла графиня Изумрудная. – И знаю, кто я, – ещё тише добавила она.

- Значит понимаешь, что вам придётся расстаться? Что вы вместе временно?

- Да, – сказано было без эмоций. Это пугало.

Молодой человек устало вздохнул. В этом «да» он уловил больше «нет», чем в иных «нет». С Герри будут проблемы, подумал он. Она точно не смирится и будет искать с малышкой встреч, а Белла будет искать встречи с самой Гертрудой. Даже страшно представить, что их ждёт.

Всё верно предположил Эрван, насчёт планов и будущего Гертруды и маленькой принцессы Белль. Только вот… мнение Гертруды не учёл. Девушка прекрасно понимала, что будет дальше. Что ситуация временная. Пусть временное часто становится постоянным, иллюзий графиня Изумрудная-Нефрит не строила. Она предпочитала действовать. Увы, пришлось повременить с действиями, когда как Эрван ещё не закончил разговор.

- Прекрасно. Пока вы с девочкой и Герцогиней Алмазийской побудите тут, но по истечении месяца вам надлежит прибыть во дворец, – коллега не хотел вдаваться в детали.

- Окончание траура будет грандиозным, так? – лекарка поняла всё сама.

- Не думаю, но дань традиции Сбора Урожая отдать всё же стоит,– повёл плечом Цитрин.

- Ясно. – Герри аккуратно взяла переносную люльку в руку и направилась к выходу и комнаты.

- Герри, ты же понимаешь? – тихо спросил Эр. – Я хотел как лучше…

- Ничего нового ты не сказал, - произнесла Гертруда в дверях, - но лучше бы не говорил, - она отвернулась, - встретимся завтра. Нужно обговорить дела безопасности.

- Конечно, – деловой тон успокоил Цитрина. Молодая зельеварка не выдала своих волнений и взглядом. Она не держала зла на… друга и коллегу. Он ведь сказал правду. Жутко горькую, но правду….

Глава Третья. Сборы на бал. Краткий курс введения в интриги. Часть 1.

Целый месяц в столице Теллурской империи шли «брожения», как скажут потом историки. Аресты, смена многих вышестоящих мужей. Меч императора прошёлся по всем сферам деятельности дворца и прилегающих к нему структур. До простого народа доходили только слухи. Команда Эрвана старалась действовать осторожно и без лишнего шума, но полностью огласки избежать не удалось. Пришлось ещё пару месяцев зачищать хвосты, но то было после. Пока же после истекания срока тридцати дней, за пару суток до начала основного праздника сбора урожая Гертруде Изумрудной (Нефрит), её подопечной и герцогине Камелии (если ей соблаговолит её здоровье) вернуться во дворец к главному приёму. Этим приёмом император и его свита собирались показать, что империя нерушима, что всё идёт своим чередом. Заговора нет. Проблем нет. Император и его династия в здравии.

Камелия восстановилась довольно быстро после последствий того, чем её «лечили» до этого. Как заметила Гертруда в самом начале, девушка обладала исключительным здоровьем. Помимо здоровья, юная герцогиня обладала довольно кротким нравом смешанным с огромной порцией любопытства. Неудивительно, что состояние Белль не стало для неё особой тайной. Герри попросту не успела поймать маленькую негодницу, когда та очередной раз резвясь улетела под потолок, хоть с метлой гоняйся, честное слово!

Девчушка росла непоседливой егозой. Маленькой врединой, за которой нужен глаз да глаз. Помимо характера у малышки присутствовали проблемы присущие всем детям её возраста. Да только как с ними справляться?! К примеру, у малышки резались зубки в «обычном» состоянии, что причиняло Белль сильнейшие неудобства, а вот в «необычном» клыки могли впиться в любой кусок мяса, не успеешь уследить. Понятное дело, девчушка хотела всегда и везде довольствоваться клыками, но этого Герри допустить не могла. Она заметила, что развитие «человеческого облика» замедляется, когда Белль превращается в свою вторую сущность. Зубки не растут, хотя у обычного ребёнка уже бы выросли, а здесь только воспалённые дёсны и всё. Но не это было самой тяжёлой проблемой. Мази, уговоры и много-много вкусностей могли убедить маленькую егозу, а вот хождение… тут были настоящие проблемы. Малышка до сих пор не начала даже ползать! Конечно, ведь в её распоряжении были крылья! Кто рождён летать – ползать не будет! И точка. Однако Гертруду такое положение вещей абсолютно не устраивало. Белль нужно было научить ходить ножками. Не будет же она перемещаться только по воздуху? Камелия наблюдала за потугами новой подруги с сильнейшим интересом. Белль (не смотря на все свои нюансы) очень понравилась девушке. Перед обаянием зеленоглазой морайнтки устоять было просто нереально. В общем, месяц пролетел незаметно. Приближалась пора отбывать во дворец на приём. Скорее всего, сразу после приёма надлежало снова вернуться в поместье и забыть о существовании интриг и Его Величестве, но это потом. Завтра нужно было быть при параде и действовать в рамках строжайшего этикета. Предстоит путешествие в имперский дворец, с почестями и кортежем. Император должен показать, что судьба империи в надёжных руках. Демонстративная защита сразу двух особ приближённых к династии (кто вторая – Белль или Герри, догадаться не трудно) наилучшее подтверждение в силе императора и его людей. Хотя Гертруда не сомневалась, что исчезни и Белль, и она сама, и даже Камелия особо никто не расстроится. Разве что Ками будут спасать первой, да и то ради престижа. Виссарион Третий не страдал особой сентиментальностью.

- Здравствуй, - Камелия Алмазийская зашла в комнаты, где расположилась Герри и её… дочь. Девочка выговаривала всего три слова чётко и хвасталась аж двумя выросшими в «обычном» состоянии зубками. Слова были просты «мама», «мясо» и «тю». Последнее в зависимости от интонации означало «не хочу» или «хочу», а так же «дай», «плохая» ну и так далее. Молодая зельеварка с ходу определяла обозначения «тю», но от этого было не легче.

- Здравствуй, - Гертруда отложила перо. Она писала свою дипломную работу, когда малышка Белла спала или спокойно играла (что случалось в последнее время всё чаще и чаще).

- Пишешь? – Ками уселась в удобнейшее кресло с вышитыми узорами на спинке. Цветы и пастельные тона. Комнаты были украшены, как подобает в имперской загородной резиденции. Со вкусом и не вычурно. Представителям династии требовался отдых время от времени. Поместье «Алмазный Сад» соответствовал всем канонам и правилам. Интерьер его должен был быть строго регламентирован модными тенденциями и традиционного вкуса, идеальное сочетание которых способствовало лучшему отдыху династической семьи. Приглушённые тона, неперегруженное статуэтками, различными шкатулками и вазами с цветами убранство комнат, красивые изящные вещи. Слуги, знающие своё дело. Идеальное место. До тошноты. Наверно поэтому Герри наводила периодически здесь шороху. Зельеварка терпеть не могла, когда она не в курсе событий.

- Да, пишу, - Герри сложила исписанные листы в шкатулку и закрыла её, щёлкнув по камню крышке, тем самым закрывая деревянный ларец. Ларец представлял собой обычный маленький деревянный ящичек, лишённый каких-либо узоров. Гертруда любила лаконичность. – Сегодня удалось пообщаться с Бутти и Лианой, они много рассказали о малышах. О возможных болезнях и профилактике лекарств.

- Именно магических? – Камелия склонила голову набок. Молодая герцогиня знала, что именно такие болезни в основном интересуют мисс Нефрит (Изумрудную).

- В основном, конечно, нет, но всё равно очень познавательный вышел разговор. Например, Бутти поделилась, как ухаживать, за малышом, больным чёрной чахоткой. Какие в их семье, Бутти с матерью и отцом прибыли с севера, использовали рецепты для лечения заболеваний простудного характера, а Лиана передала даже основной рецепт мази для режущихся зубок у младенца, традиционно использующийся на юге. На севере рецепт такой же мази резко отличается. Ведь травы и там и там совершенно разные, если постараться, можно отыскать аналоги того или иного растения. Это будет прорывом в лекарском деле и поможет создать каталог обязательно-дешёвых зелий для тех или иных земель империи, что резко повысит уровень здоровья во всей жителей, – о своих научных изысканиях Гертруда могла говорить вечно.

- Как же тебе хорошо, - улыбнулась Камелия, - занимаешься интересным и полезным делом.

- Да, согласна, - улыбнулась мнимая любовница Его Величества. – Ты же не просто так пришла, что случилось? – проницательные зелёные глаза смотрели так по-взрослому и тепло и понимающе, что Камелия не могла не откликнуться. Молодая зельеварка восхищала юную герцогиню не только своими научными исследованиями, но и поведением, образом, манерой изъясняться. Самостоятельность. Вот! Гертруда Изумрудная не боялась принимать решений. Она была сама себе хозяйка, не смотря на обстоятельства, мнение окружающих её мужчин и просто жизнь аристократии, что декламировалась этикетом от рождения до кончины. И это действительно восхищало.

- Завтра нам следует прибыть во дворец, сборы…

- Уже идут, нужно будет к ним присоединиться и проконтролировать, - согласилась Герри. – Тебя интересует явно не это. Тем более, в вопросе сборов ты перещеголяешь многих дам, – вот что было правдой, то правдой. Камелия очень ответственно подошла к подбору платьев, вещей и украшений, слуг и немаловажных атрибутов прибытия во дворец. Юная герцогиня получила высоко-светское воспитание и знала все тонкости.

- Он будет там, – вдруг выдохнула Ками.

- Он? – Герри отвлекалась на Беллу, проверяя как там малышка. Малышка увлечённо грызла мягкий сухарик, смоченный специальным отваром трав, чтобы зубки резались безболезненнее.

- Мой муж, – выдохнула Ками и покраснела.

С мужем у Камелии отношения не сложились. Вернее с точки зрения аристократии они были довольно неплохими. Виссарион был старше своей супруги на пятнадцать лет и не замечал её со свадебной церемонии. Она не видела его месяцами после того как узнала о «болезни». Видимо герцог ждал, когда же супруга поправится, чтобы, наконец, сделать ей наследника, а после ещё несколько лет не видеть. Женился герцог только ради этого. Ему нужна была молодая племенная кобыла с хорошей родословной и безупречным воспитанием. К чести Виссариона, он хотя бы не скрывал от супруги, заодно и от всего света своё отношение к ней. Официальная любовница у него тоже имелась. Наглая девица, надо сказать. Герри не запомнила её имени, о чём жалела теперь. Няньки прогнали в своё время низшую аристократку (хоть какая-то от них польза), но она вполне может оказаться на балу во дворце. Хотя… меньшее, что сейчас нужно Нарциссу – это скандалы вокруг его семейки. Значит, красотки скорее всего не будет. Да и Виссарион Третий мог легко отказаться от услуг девчонки, когда та стала требовать слишком много, вдобавок заявилась к его жене. Герри была уверена, что об инциденте дядя императора узнал буквально через пару часов после происшествия (а может и раньше).

- Муж… да-а, - глубокомысленно произнесла Гертруда. – И ты хочешь его поразить? Или наоборот сделать так, чтобы больше его не видеть. Могу устроить второй вариант, с первым будет посложнее, – девушка сделала попытку улыбнуться. Белль улыбка мамы понравилась и она тоже улыбнулась. Клыками. – Белль! А ну немедленно верни себе нормальные зубы! - строго рыкнула на девочку зельеварка. Девочка ничуть не обиделась, но клыки сделала поменьше и не до конца. – Белль! – Герри упёрла руки в бока, совсем по-свойски и довольно комично. Даже её тон не казался таким уж строгим.

- Тю! – обиженно фыркнула Белль и стала грызть сухарик вдвое усерднее.

- Ох! – Герри всплеснула руками. Малышка на это подняла перепачканную крошками мордашку и улыбнулась пустыми дёснами. Маленькие зубки – всего два передних, ярко белели на розовом фоне.

- И так всегда! Как будто мне делает одолжение. Герри взяла малышку на руки и стала укачивать. Белль довольно захрустела сухариком и засопела. Наверно с самого начала она добивалась именно этого.

- Хочу стать счастливой, – подумав, произнесла герцогиня Алмазийская, глядя на Герри с приёмной дочкой на руках. – Я знала с самого детства, что единственное, на что я смогу рассчитывать – уважение своего супруга и то в лучшем случае, но… теперь…

- Уважение и то оказалось недоступно, – тихо произнесла Изумрудная-Нефрит, - знаешь, что я поняла, общаясь с мужчинами высшего сословия, да и низшего, если посудить тоже?

- И что же? – Ками жадно смотрела на Гертруду. Для неё Герри олицетворяла собой всё! Свободу! Ум! Приключения! Девушка, которая не побоялась родить вне брака и не бросить своё дитя! Аристократка по происхождению…. Как такое возможно!

- Что уважение нужно заслужить. Покорность и раболепие, как учат компаньонки юных дев, а так же наставницы храмов ни к чему хорошему ещё не привели ни одну девушку. Только к слезам и полному безразличию со стороны мужчин. В тоже время игнорировать и быть слишком независимой может доставить ещё больше проблем. От таких девиц обычно довольно быстро избавляются.

- Но ведь воспитание и репутация… нельзя выходить за рамки приличий.

Белла пискнула, требуя, чтобы её отпустили на пол. Разговор ей не нравился, а сухарик почти закончился. Зубки чесались, значит нужно почесать. Вот те кубики очень даже подходят. Так при-и-и-я-т-но-о-о-о… Хрум…. Ням! Неплохое дерево.

- Белль!

Пришлось вставать и выдать новый сухарик, пока кубики оказались не изгрызены до последней щепки. И почему сухарик вкусный, когда ешь его без клыков? Непонятно! Белль захрустела новым лакомством и вообще потеряла интерес к беседующим девушкам (пока сухарик не будет съеден, конечно).

Гертруда смотрела на малышку и молчала, затем вздохнула и произнесла:

- Приличия - это иллюзия, скрывающая повадки зверей. Маска, за которой может оказаться и лев, и шакал, а может вообще кролик затаиться. Не больше, не меньше. Маски нам нужны, чтобы окончательно не скатиться за Грань. Надо не подчиняться этим иллюзиям, а заставлять работать на себя. – Герри повела плечом и отвела взгляд от Белль, которая как раз уселась мягком ковре и теребила ворс маленькими пальчиками без когтей. Крылья тоже исчезли. Сухарик с секретом похоже и правда пошёл на пользу.

- Как? – Ками прервала ход мыслей зельеварки.

- Как? – Герри удивлённо посмотрела на новую подругу. Если не подругу, но новую хорошую знакомую приятельницу точно.

- Как управлять иллюзиями? Заставить их работать на себя. Как? – девушка смотрела, как будто ей сейчас расскажут тайну бытия. Рыжеволосая красавица опустила ресницы, пряча за ними горечь в глазах. Неужели кто-то ещё верит, что ответы на такие вопросы даются так просто?

- В твоём случае нужно первый уровень понять, - наконец произнесла она.

- И какой?

- Как управлять мужчинами. Иллюзии и этикет для тебя Ками, просто средства достижения цели. – Гертруда качнула головой.

- И как???

- Если бы всё было так просто….

Вот как объяснить то, что сама Гертруда Изумрудная познала и успешно совершенствовала на протяжении почти восьми лет. Как управлять мужчинами? Как в рамках приличий неприлично флиртовать, да так, чтобы комар не нашёл лазейки упрекнуть? Искусство кокетства освоить непросто, особенно если не природного таланта. Вести диалог, виртуозно лавируя между умными высказываниями и глупыми фразами, попутно хлопая ресницами и держа в поле зрения всех поклонников. Такому так просто не научишься. И всё же… Герри не могла говорить с Виссарионом Третьим напрямую (пусть и очень хотелось, желательно в тёмной подворотне и при ней бы была чугунная сковородка на двенадцать персон), не того она поля ягодка, но вот рассказать пару своих изречений Камелии рыжеволосая роковая Леди в Маске может. Хуже точно уже не будет. В крайнем случае, разъедутся в разные части империи, что итак уже сделали.

- Могу рассказать только на собственном примере, - Изумрудной пришлось отвлечься снова, чтобы вплотную заняться малышкой Беллой, погладить её по спинке и дать новый сухарик, - но ты понимаешь, что работает для одного, не сработает для другого?

- Да! – Ками кивнула и нервно улыбнулась, теребя ткань светло-сиреневой юбки с минимальным количеством кружев. Платье, как и полагается платью для замужней леди, было очень скромным и в меру кружевным. Герри такие терпеть не могла. Её же платье, хоть и домашнее, выглядело на порядок красочнее. Да, кружев почти не было, но экстравагантное содержание тёмно-зелёного цвета с светло-зелёными лентами и красными розами, вышитыми на рукавах, вселяло огромный контраст цветов во всей комнате.

- Нет, увы, не понимаешь. – Гертруда скривилась, как будто съела лимон с солью. – Ты будешь действовать, как медведь в кладовке.

- Не думаю, что я настолько глупа, - неожиданно обиделась Ками.

- Не глупа, а наивна, - Герри устало вздохнула. – Тебя воспитывали правильной женой, такое не выбьешь парой уроков обольщения.

- Неужели так всё сложно? Кокетки так легко на балах флиртуют с кем угодно.

- Они не флиртуют, а добывают сведенья. Сплетни, те же сведенья, что могут стать и серьёзным оружием и причиной шантажа, срыва важных сделок и других интересных подковёрных интриг, что как змеи кишат во дворце его императорского Величества.

- И зачем им нужны эти сведенья? Смысл в таких интригах? – Ками передёрнула плечами. Она не переносила фальшивые улыбки и шепотки за спиной. Дворец принял её в своё время весьма прохладно.

- Чтобы получить в обмен нужные им привилегии, статус, дары, - Герри пожала плечами. – Иногда для себя, иногда для мужей, те могут быть в курсе измен супруг, кстати, а некоторые и вовсе сами подкладывают жёнушек для лучших тёплых кусочков пирога.

- Не может быть!

- Чем выше статус, тем больше соблазнов и проблем, - Изумрудная-Нефрит по-простецски развела руками.

- Думаешь, у меня совсем нет шансов понравиться мэтру Виссариону? – тихо произнесла Камилия через пару минут, наблюдая, как Белль грызёт очередной размягчённый сухарик. – Не единого шанса, что он обратит на меня внимание, как на девушку, а не… не… - Ками отвернулась, владеть эмоциями эта девушка умела очень плохо. Чистая, открытая, по- своему наивная и, в принципе понятно, почему герцог Алмазийский держал жену подальше от дворца. Не выжила бы бедняжка. Отравили бы. Хотя… Ками и так травили, так что Вися просчитался (интересное сокращение, Эру бы понравилось).

- Почему, есть…. – уж очень не хотелось говорить, что нет. Виссарион славился тем, что обожал скандальных особ. Маленькая слабость сильного мужчины. Скандальные барышни, кидающиеся вазами и разбивающие чайные сервизы. Темпераментные особы, кричащие так, что закладывает уши. Покладистые девушки у Виси вызывали разве что зевоту. Как шпионка Гертруда прекрасно была осведомлена о вкусах большинства дворян столицы. Не самые лучшие знания, но они помогали ей выжить на протяжении многих лет и получать нужные сведенья, естественно.

- Утешаешь? – общаясь с рыжеволосой особой Ками невольно стала опускать часть оборотов, присущих этикету. Герри терпеть не могла разглагольствования и добавления в виде «мисс Изумрудная, мэтра Гертруда, ах, дорогая моя…» и так далее. С друзьями она общалась по-простому. Ками этот стиль речь очень понравился. Она с удовольствием окунулась в новый стиль общения.

- Есть такое, - не стала скрывать Изумрудная, снова отвлекаясь на Белль, той уж очень понравилось грызть деревянные кубики. Попробуй, отними!

- Я пыталась быть хорошей женой вначале, когда ещё не заболела, но… он только кривился глядя на меня и всё время повторял о наследниках, потом нанял компаньонок, и я заболела.

- А герцог уехал, не желая даже задумываться о проблемах жены. Помрёт, женюсь на новой, - Герри поморщилась. Её новая подруга опустила взгляд на ковёр, где возилась малышка Белла. – Уверена, что хочешь завоёвывать такого морайского орка?

- Мне кажется, компаньонки его уговорили уехать, может…

- Если мужчина захочет, то его никто уговорить не сможет, будет нестись как орк, не замечая препятствий, – качнула головой графская дочь.

- Он…

- Ладно, бессмысленный спор с влюблённой девушкой может порядком утомить, поэтому перейдём сразу к фактам. – Герри почесала подбородок, обдумывая дальнейшие слова. Камелия покрасневшая как маков цвет во все глаза уставилась на подругу. – М-м-м, твой муженёк любит темпераментных особ, но ты это уже итак поняла.

- Каких особ?

- М-да, я погорячилась. Неужели слухи не доходили? А последнюю любовницу, что ломилась в двери «Алмазного сада» помнишь?

- Я тогда очень плохо себя чувствовала…

- Ладно. Ясно. Так вот, Вися предпочитает девушек с характером. Если ему откажешь, сразу в стойку станет. Кинешь вазой, устроишь скандал, утащит в постель, как пить дать. Он очень темпераментный мужчина. Таких называют охотниками. Ему нужно постоянно сопротивляться. Не каждая девушка выдержит такой накал страстей. Поэтому любовниц он меняет довольно часто. Тайная служба только плюётся от количества хвостов, что приходится за ним подчищать. – Герри скривилась от не самых лестных воспоминаний о муженьке подруги. – В общем, седина в бороду, бес в ребро у Виси.

- Вися? Почему ты так его называешь?

- Виссарион слишком длинно, да и Вися звучит как-то по-домашнему, - Герри пожала плечами. Неожиданно Ками сначала улыбнулась, а затем захохотала.

- Вися? Нет, я не могу! Ви-ся!!! – хихикала она сначала тихо, а затем захохотала в голос. – Ви-ся… да он бы орал тут как настоящий моряк, ни одного бы приличного слова не оставил! Он ненавидит, когда его имя переиначивают. Я только один раз попыталась сократить до «Риона», так меня отчитали, как маленькую девочку! А тут Ви-ся! Ах-хах-аха-ха!

- Юмор – это хорошо, значит идём на поправку, - улыбнулась Изумрудная.

- Хорошо, - согласилась Камелия. – И всё же… хотелось бы, чтобы он меня заметил. Как это сделать?

- Самый простой способ, сказать «нет», - пожала плечами Гертруда, - но, не думаю, что у тебя будут что-то спрашивать. Ревности быть не может тут по определению, а попытаешься уйти к другому, накажут обоих. Традиционно рога имеет право наставлять только мужчина, - зельеварка развела руками очередной раз за разговор.

- И как же быть? – Ками хлопнула ресницами, всё ещё икая от смеха после «Виси».

- Второй способ привлечь внимание мужчины – игнорирование, - зельеварка сморщила носик, - он не такой действенный, как первый, и всё же неплох. От себя могу добавить, что игнорировать нужно с умом, переиграешь и вообще ничего не добьёшься.

- А третий тогда какой?

- На самом деле их, то есть способов, множество. Всё зависит от ситуации. Например, одна моя знакомая поставила мужа на место тем, что стала показательно послушной, - Герри усмехнулась собственным мыслям.

- То есть? Разве ты не утверждала…

- Утверждала. Говорю же, зависит от ситуации. Вот у этой знакомой ситуация была такова, что она всё время ссорилась со своим мужем, иногда и до разбитых ваз доходило. Он её не слушал, делал, что хотел. А потом он так ей надоел, что мэтра возьми и стань послушной, вообще не реагировала на муженька. В постели стала, как бревно. – Ками покраснела, как до кончиков пальцев на руках. Герри сделала вид, что не заметила и продолжила, как ни в чём не бывало. - Смотрит отрешённым взглядом. Сначала муж обрадовался, да через месяц выл. С ним соглашались, делали, всё как он скажет, однако послушная жена ему была больше не нужна. Бедняга хотел вернуть свою темпераментную. Ссориться и мириться с ней!

- И они смогли договориться? – жадно спросила девушка, как и все юные леди, Ками являлась романтичной девушкой.

- Да, смогли, - улыбнулась рыжеволосая красавица. Рассказывать, как приложила к этому свою маленькую милую ручку, девушка не собиралась. Слишком много секретов раскрывать не стоит.

- Может и у меня получится?

«Ага, быть послушной, что может быть проще?» - грустно усмехнулась подруга.

- Ты помнишь, что я рассказывала про твоего мужа? Про его любовниц? Послушание тут не поможет.

- Тогда мне что. Кинуть в него вазой???

- Не плохой вариант, да только вазы жалко.

- Неплохой?

- По-своему, он вещевой.

- Это как?

- Есть материальные последствия, а вот когда их нет, девушка может выйти сухой из воды. Вроде это не я, а он сам ко мне пришёл. Когда есть осколки вазы, поневоле придётся объяснять, почему она разбилась. – Гертруда указала пальцев вверх.

Белль всё это время ползала по мягкому ковру и грызла кубики. Ей нравилось слушать мамин голос. Девочка чувствовала в нём уверенность и спокойствие. В последнее время, спокойствие стало приходить чаще. Буря в душе утихала. Малышка не вдавалась в высокие понятия, как учёные. Она была для этого слишком мала, ей просто нравилось, что мама рядом и что она даёт такие вкусности. Девочка подползла к маме и протянула ручки.

- Тю, ути-и тю! – заявила она нахмурив бровки. Зелёные глазки сощурились.

- На ручки хочешь?

- Тю!

Пришлось взять девочку на руки и начать покачивать на коленях. Малышка довольная заурчала, как маленькая кошечка. Герри мимолётно поцеловала Белль в макушку и продолжила:

- Я бы на твоём месте сначала разведала обстановку. Заговорила, выяснила, как говорит с другими женщинами, говорю же универсального рецепта кокетки нет. Да, малышка? Да, моя хорошая, - Герри начала сильнее укачивать малышку на коленях. Белль стала повизгивать от радости.

- Разведать обстановку?

- Что ему нравится? Как хотят угодить ему его любовницы, какие скандалы он предпочитает, - Герри пожала плечами, продолжая укачивать Белль на коленях. – То, что он любит скандалы – это факт.

- А что сделала бы ты?

- Серьёзно?

- Да, вот, чтобы ты сделала?

- Ну, во-первых, не оказалась на твоём месте, - рыжая зельеварка ухмыльнулась, но Ками на неё так глянула, что девушке пришлось принять серьёзный вид. – Хм-м-м, а если попала в такую ситуацию, наверно не давала бы ему скандалов.

- То есть, ты же сказала, он их любит.

- Ну-у-у, скандал, скандалу рознь. Лучшие кокетки дворца к услугам твоего супруга, о верности, прости, там говорить не приходится, но вот если бы я была на твоём месте, я бы не давала ему скандала, хотя поводы для скандала замечала.

- Не понимаю, - Ками нахмурилась.

- Ну вот смотри, - Гертруде Белль пришлось опустить на ковёр, девочка тут же поползла к кубикам, они ведь такие вкусненькие и деревянные, и зубки чешут. – К примеру, застала ты его с любовницей в самый пикантный момент, что делать?

- Уйти и не мешать? – Ками пожала плечом, пример и сам разговор ей перестали нравиться. – Что я ещё могу сделать?

- Поскандалить точно у тебя не выйдет, - согласилась Герри. – Этого и не требуется, а вот если ты начнёшь давать советы, например, что по слухам леди Астрид гораздо искуснее в постели, чем леди Розали и вообще, зачем лежать в такой возе, когда на столе гораздо удобнее.

- Почему на столе? Ведь же… супружеский долг….

- М-да, тяжёлый случай, - Герри покачала головой, - неважно, главное сказать такую муть, а затем, когда взбешённый муженёк, поддерживая штаны ринется в атаку, сказать, что хотела как лучше, и скандала не дать. И так во всём. Да, и вопросы о любовниках игнорировать. Не прямо отвечать «нет», не оправдываться, а уклоняться от ответа, давая пищу для размышлений. Врать, говоря правду, как говорится.

- Как это врать, говоря правду?

- Нууу, сказать, что сейчас любовника у тебя нет, а не просто, что любовника у тебя нет. – Согласись одно слово «сейчас», а как меняется произношение, хотя ни словом ты не соврала. Манипуляция словами основной вид кокетства и оружия женщины. Нужно заставить работать фантазию мужчины против него самого, но также необходимо быть осторожной, чтобы огонь ревности не опалил тебя, только согрел.

- Да это же философский труд.

- Угу, вот сейчас пойду и напишу трактат на тему: «Мужчина. Способы применения и управления. Методы. Факты. Типы соблазнителей».

- Я думаю, трактат взорвал бы мировое книжное сообщество! – Ками звонко захохотала, представляя себе такой труд на полках книжных лавок. - Да все девушки разобрали эти книжки с полок, как горячие пирожки!

- Нет уж! – Герри скривилась.

- А почему бы такие и не написать? Инкогнито, разумеется, - Ками видимо вошла в раж. Неожиданно от такой тихони и правильной герцогини.

- И как ты себе это представляешь? – Гертруда скрестила руки на груди.

- Как-как, сделать, как обычный научный труд, с примерами, практическими, разумеется, советами для правильных жён, предостережениями для любовниц, да…

- Я поняла, - Герри приподняла ладони к верху. – Я разбудила зверя.

- Да я сама могу написать, ты только диктуй!

- Ками-и-и.

- Ну пожалуйста, а то всё равно тут делать нечего. Слуги знают, как работать, ты их так разогнала по всей резиденции, что слов нет.

- Если только в качестве развлечения, согласись, если такой труд попадёт на книжные полки, взвоют все. Мужчины.

- Им будет полезно. – добрая леди. – Да он бы просто превратился в бульварное чтиво, никто особо не придал бы ему значение. Это же не труд по травоведенью или новейшим методикам хирургии, - глаза Камелии загорелись с новой силой. Девушка превратилась из скромной милой жёнушки в одно мгновение маленькую страстную девчонку, которой была в далёком босоногом детстве в доме престарелого деда. У того не было особого желания сделать правильную жену в отличие от его сына. В доме деда маленькая Ками и лазила по деревья и стреляла из рогатки, и играла с дворовыми мальчишками. Потом всё изменилось. Дедушки не стало и воспитанием дочери-дикарки занялся отец.

Внезапно прерывая разговор, в дверь постучали. Девушки разом повернулись в сторону звука. Ками тут же замерла и превратилась обратно в простую жёнушку без права выбора и слова, только глаза искрились под пушистыми ресницами. Этот блеск пришлось скрыть, опустив взгляд в долу, однако, от Герри такой манёвр быстро разгадала. Дворецкий пришедший, увы, нет. Виссарион-то не знает о сокровище, что попало к нему в руки.

- Уважаемые леди, кортеж с сопровождением прибыл.

- Спасибо, Аллиум, мы скоро спустимся, - Гертруда улыбнулась очаровательной улыбкой.

- Да, Аллиум, спасибо, - в такт ей кивнула Камелия.

- Простите, уважаемые мэтры, но вместе с кортежем и сопровождением прибыли гости, и…

Девушки повернули головы в сторону в сторону дворецкого. Ками не скрывая своего наивного удивления, а Герри только выгнув бровь.

- И кто же нас будет сопровождать во дворец?

- Виссарион Третий Арийский, леди.

- Спасибо за предупреждение, Аллиум, - Герри склонила голову, никак не показывая своего удивления, в отличие от Камелии, у которой задёргался кадык, а в глазах застыл настоящий шок. – Мы скоро спустимся. Нам необходимо приготовиться. Проводи достопочтенных гостей в шоколадный кабинет и прикажи подать напитки и закуски, наверняка господа устали с дороги.

- Конечно, мисс, разумеется, всё будет исполнено, – Аллиум снова поклонился и после этого скрылся за дверью.

Глава Третья. Сборы на бал. Краткий курс введения в интриги. Часть 2.

ПРОДОЛЖЕНИЕ. 13.11.22.

- Что происходит? Как? – от морайских орков в очах прекрасной Камелии не осталось и следа. Девушка была в панике. Она не знала, что делать, говорить, как быть! Раньше за неё говорили другие! Сначала нянюшки, затем отец, после снова нянюшки и соглядайки, а теперь… как… ах…

- Дыши, родная, дыши! – Гертруда быстро встала из-за стола и подошла к подруге, обняв её плечи. – Всё хорошо, помнишь, о чём мы только что говорили? Да? Начнём общение в таком духе немного раньше, вот и всё.

- Я не смогу! Он здесь, а если… если он… придёт сегодня, я не… не смогу! Мне было больно и страшно, он больше… больше… не приходил, - Ками начала задыхаться от воспоминаний, от страха, от паники, что захватывала всё её существо. Монументальность её мужа давно стала притчей.

- Вот ведь Вися, - прорычала Гертруда, обнимая подругу изо всех сил и опускаясь вместе с ней на ковёр. Виссариону лучше в этот момент не попадаться лекарке на глаза. Пламя в зелёных маревах не предвещало старшему родственнику императора ничего хорошего. Малышка Белль это заметила и поползла к маме и тёте на быстрой скорости. Вскоре девочка поравнялась с обнимающимися и тоже обняла Камелию.

- Тю! – заявила девочка и положила голову на руку девушке. Ками от такого разрыдалась сильнее. Перед обаянием Изабеллы невозможно было устоять!

Мисс Нефрит-Изумрудная не заплакала, отличие от мэтры Арийской, однако, глаза у неё заблестели. Маленькая девочка завоевала сегодня её сердце ещё сильнее. С каждым днём Герри понимала, что так просто не отдаст малышку Белль на попечение дворцовых нянек. Она будет сражаться за будущее маленькой девочки до конца. И она бы не изменила ничего в своей жизни, ведь все её действия и поступки привели к тому, что Белль оказалась у неё в руках. Даже огромные букеты цветов от её папочки, что наводнили весь «Алмазный сад» не могли испортить настроения. Письма тоже были, но гораздо меньше. Всего два. В первом содержался вопрос, во втором… второе письмо осталось без ответа. Гертруда разумно решила промолчать. Ей не нравилась партия, которую вёл Его Величество, но… императору не отказывают… в игре.

- Иди сюда, моя хорошая, - Гертруда взяла на руки маленькое улыбающееся чудо. Ками тут же помогла обнять девочку в ответ. Девушка не скрывала слёз. Белль оказалась в объятьях двух леди и довольная жизнью заугукала. Малышке нравилось внимание. Пусть даже пришлось оставить любимые кубики.

- Ну как успокоилась? – по-простому спросила мисс Нефрит через некоторое время.

- Да, - Камелия шмыгнула носом совсем не как присуще леди и улыбнулась. – Белль, ты чудо. Запомни. – она дотронулась указательным пальчиком до кончика носика маленькой проказницы. Белль весело засмеялась и попыталась поймать пальчик. Ей его дали, девчушка тут же потащила интересный предмет в рот. Пришлось пальчик отнимать и давать хлебушек с травами.

- Она великолепна. – Камелия с улыбкой смотрела на Белль, грызущую мягкий хлебушек, пропитанный настоем.

- Она знает. – Гертруда осторожно усадила непоседу в специальный ограждённый вольер. – Сейчас позову Сири, а ты пока умойся из кувшина. Нечего Висе давать повода для превосходства. Ками грустно улыбнулась.

- А потом мы…

- Да, спустимся вниз и устроим спектакль, - Гертруда ухмыльнулась своим мыслям. Недобро, даже зло. Император далеко не единственный, кто любил писать письма Леди в Маске. Эрван Цитрин предпочитал не сориться с коллегой по интригам. Виссарион Третий не представляет, что его ждёт. Ками стала подругой рыжеволосой травницы, интриганки, Леди в Маске; стала той, кто дорог, а дорогих людей Гертруда умела защищать.

***

Шоколадный кабинет утопал в запахах заграничного кофе и дорогих сигар. Коньяк обычно не пахнет так явно. Мужчины в принципе не тяготились ожиданием барышень. Во-первых, они были к этому привычны, во-вторых, в шоколадном кабинете располагался довольно обширный выбор напитков. Именно поэтому Герри и направила гостей в кабинет приёма гостей. Именно здесь в прошлые времена величественные особы, учёные мужи любили обсудить будущее Тэллурской империи. Вот и сейчас Шоколадный кабинет открыл двери новым интригам и хитроумным комбинациям. Застеклённый бар сопутствовал принятиям и не настолько важных решений. Ничего делает благодушным настроение высокопоставленного мужчины, как коллекционный коньяк. Правда тут нужна грань, чтобы не переборщил высокопоставленный с количеством стаканов, но тут уже сама леди должна следить за течением ситуации и алкоголя.

Кабинет помимо бара, камина, удобных, но не слишком кресел шоколадного цвета, содержал при себе несколько картин на стенах с лесными пейзажами и диванчик в стиле кресле близь камина, очевидно для дам. Именно перед мягким, крайне удобным диваном прекрасно смотрелся чайный резной столик, а на нём стоял поднос с сервизом и тончайшего белоснежного фарфора. Идеально.

Мисс Нефрит внутренне скривилась от помпезности происходящего, но лицо сохранила бесстрастным. Всё же ей сейчас предстоит играть партию. Красиво, игриво, а может цинично и саркастично. Кто знает! Через минуту стало понятно, красивая мордашка не поможет, нужны цинизм и сарказм в очень больших количествах.

В креслах напротив зажжённого камина, успевшего нагреть помещение, сидели двое. Один очень походил на племянника внешне, поэтому узнать Виссариона Третьего не составило труда. Те же аристократические черты, прямая осанка, гордость и острый стальной взгляд голубых глаз, широкий разворот плеч. Строгий тёмно-синий китель только подчёркивает на сколько опасен хищник, сидящий в кресле у камина. Злой хищник. Что ж, Гертруда тоже являлась и является хищницей, не жертвой. Жертвой она перестала быть уже давно, именно поэтому на лице девушки не дрогнул ни один мускул, когда она приблизилась к гостям и посмотрела в глаза второму гостю.

- Здравствуйте, уважаемые господа, добро пожаловать в «Алмазный сад», надеюсь ожидание не принесло вам столько неудобств?

- Нет, дорогая мэтра Изумрудная, нисколько, - улыбнулся второй гость. В отличие от Виссариона Третьего, что мог себе позволить сидеть в кресле и попивать коньяк, гость предпочёл этикет соблюсти. Что ж, ясно, кто дам здесь уважает, а кто нет. - Мы прекрасно понимаем, что визит слегка неожиданный, и вы не могли принять нас сразу, – высокий лоб, юношеские черты уже сошли с лица, но осталась та молодая припухлость, что выдаёт более юный возраст. Светлые глаза, мягкая улыбка и чёрные волосы, завязанные сзади в модный хвостик дэнди. Молодой аристократ, давний знакомый, лёгкий на общение и ставки. Ставки, однако, с недавнего времени прекратились от его имени. Герри улыбнулась в ответ на улыбку молодого человека.

- Оставим разговоры, Фэстер, это она? – грубый тон герцога Алмазийского заставил вздрогнуть почти всех в кабинете: застывшую на пороге кабинета и державшуюся за горло бледной рукой Камелию, гостя, поднявшегося и замершего в приветственном поклоне, даже сам герцог приподнялся в кресле исподлобья глядя на рыжеволосую зельеварку.

Гертруда не вздрогнула и ни единым жестом не показала, что знает всех присутствующих насколько хорошо, что шантажировала обоих мужчин в прошлом. Одного из них недавно Леди в Маске обыграла в карты, а другому просто карты спутала, отправив его куда подальше (Интостан), чтобы не мешал проводить партию с придворным магом.

- Думаю, да, уважаемый мэтр Виссарион, - Фэстер Ларимар улыбнулся обворожительной улыбкой дэнди, попытавшись этим смягчить тон собеседника. – Именно этой леди удалось на балу «Каменного цветка» совершить невозможное.

- Да, разорвать две великолепные помолвки, отправить половину твоего состояния за Грань, не говоря уже о моих планах на Фавия Оникса и его невесту, так я говорю? Леди Изумрудная? – герцог изволил подняться с кресла, чтобы встретиться с зелёными очами любовницы императора. – Конечно, я тогда не знал, что у девицы не такая завидная репутация, какой следовало бы быть. – с усмешкой добавил командующий армией Тэллурской империи. Военный, в мирное время ставший дипломатом. В данный момент дипломатом Виссарион не был. Он являлся разозлённым медведем, зверем, что терпеть не мог, когда план идёт не по его стороне поляны, а добыча ускользает из лап. – Вот что, милочка, ваше присутствие более не понадобится бастардской дочке. Воспитываться она будет правильно. Исключительно во дворце и без влияния своей морайской матери. Я ясно выразился?

- Предельно, - Гертруда выслушала поток брани в свой адрес с таким хладнокровием, что позавидовали многие бы военные имперской гвардии. Камелия же белая как снег в ужасе почти упала на диван. Она боялась взять изящную чашечку, чтобы не привлечь к себе внимания. Девушка дрожала как осиновый лист. Она уже и забыла, каким может быть внушительным в гневе её супруг.

- Раз ясно, тогда пакуй вещички, - на ковёр упал мешочек для монет, характерно звякнув. – Этого должно хватить с лихвой за услуги няни, – видимо унизить было главной задачей этого мужчины сегодня.

Ками боялась вздохнуть. Как можно такое говорить? Как? Неужели супруг может быть так жесток? Как можно отнять у матери ребёнка? Девушка с трудом узнавала в чёрством страшном мужчине своего галантного некогда мужа. Она помнила его занудным, суховатым, жёстким, в брачную ночь скупым на ласки, но… не таким разъярённым. Этот мужчина ей совсем не нравился. Она не хотела быть его женой. Она не желала иметь ничего общего с человеком, который, не имея представления о ситуации сильно, так быстро судит людей, человека, что отнимает у ребёнка мать! Камелия с ужасом поняла. У неё бы тоже ребёнка отняли. Девочку возможно немного позже, но мальчика она не увидела бы и после родов. Мысль оказалась настолько страшная и кощунственная, что требовала немедленного опровержения. Молодая герцогиня впервые в жизни, трясясь, как осиновый лист задала интересующий её вопрос.

- Значит и моих детей ждёт та же участь? – тихо спросила она.

- Что? – видимо её присутствие изначально не предусматривалось. Виссарион наконец посмотрел на свою супругу слегка раздражённым взглядом. С наивной девицей разбираться ещё придётся! Что она тут делает? По последним данным она почти при смерти. Он уже о новой помолвке договорился, а супруга сидит жива и здорова. Даже недостаточно бледная. Решила храбриться, румяна? Неважно. Впрочем, ещё не время судить. Помолвку с младшей дочерью герцога рода Рубиновых можно заключить чуть позже, пока же пусть составляют договор. Время есть.

- Почему вы до сих пор здесь? Через десять минут, чтобы вас резиденции не было, - мужчина отвернулся в кресле и решительно взялся за стакан с благородным напитком. – Я сегодня добрый!

- Я пустое место, да? Значит и мои дети будут воспитываться во дворце, без… меня… правильно? То есть… значит… - Камелия говорила тихо, почти не слышно. – Значит нет шансов, никаких?

Прерывая тихие слова, за которые потом не один месяц будет вымаливать прощения, мужчина позвонил в колокольчик, вызывая слугу.

- Уведите отсюда эту блаженную, и пурпурную девку тоже, более с ними разговаривать не будут. И где приглядывающие за моей супругой компаньонки?

- Ступай, Алллиум, - Гертруда мягким тоном повергла в шок всех присутствующих без всякого рыка. – В данный момент мэтр Виссарион обладает неверной информацией, а значит здраво мыслить не может. Походит на блаженного, как видишь, - девушка говорила таким спокойным голосом, что вызвала невольно улыбку у Фэстера Ларимара. Молодой мужчина решил не вмешиваться в дальнейший разговор Леди в Маске и герцога Арийского. Наблюдать за партией по изящнее карточной игры всегда интересно.

- Что ты себе позволяешь, выскочка! – мэтр вскочил. Огромный страшный. Да, он побольше императора будет. Теперь понятно зачем ему темпераментные барышни. Обычные просто падают в обморок!

- В данный момент, я стою спокойно, а вскакиваете вы. – осадила Гертруда зарвавшегося герцога.

- Да как ты смеешь? – Виссарион отставил стакан на столик около камина, скрытый от любопытных глаз за боком огромного кресла и направился прямиком к девушке.

Герри моментально оказалась около двери и отрыла её настежь.

- Аллиум, ступай, и принеси в розовую гостиную успокаивающий чай леди Камелии. Чёрный слишком возбуждает, как мы видим. – дворецкий кивнул и быстрым шагом вышел из кабинета, мудро решив не говорить ничего. Герцогу и мэтру Ларимару он не завидовал, однако, сочувствия тоже не испытывал – сами виноваты.

- Я пойду, - Ками встала с диванчика, залитое слезами лицо говорило о многом. – Мне нужно… подышать свежим воздухом! – и девушка выскочила из кабинета, как будто за ней гнались морайские орки. Муженёк толком не обратил на это внимания.

- Ты, да как…

Гертруда закрыла дверь на засов и повернулась к мужчинам лицом.

- Это не вы прибыли сюда карать. Это я вас запели в одной комнате со мной, - зловеще произнесла девушка. – Всё сказали? Моя очередь.

***

На следующий день морозным осенним утром кортеж из нескольких карет отправился ко дворцу в сердце Тантала, сопровождаемый личной гвардией Виссариона Третьего, герцога Алмазийского. Леди Изумрудная-Нефрит ехала в одной карете с дочерью леди Изабеллой, личной служанкой Сиренью Агатовой, так же с супругой Виссариона, Камелией Алмазийской. Девушки устроились со всеми удобствами, присущими высокородным особам. Огромные сундуки с вещами, столь необходимыми высокородным особам, ехали отдельно, но их так же сопровождали гвардейцы. Герцог в сопровождении молодого протеже и помощника Фэстера Ларимара ехал верхом. Хмурый, с жёсткой линией рта, он не проронил ни слова. Длинная дорога способствовала размышлениям. Не самым приятным, но очень нужным.

Глава Четвёртая. Воля Императора. Часть 1.

Дворец императора не изменился на прошедшее время внешне. Внутри же всё поменялось. Придворные, обстановка, слуги, даже портьеры и те сменили цвета, на более светлый тон. Гертруда наблюдала за суетой слуг, относящих вещи в отведённые ей, смежные с комнатами маленькой Белль покои с лёгкой грустью и пониманием, что на балу придётся быть кем угодно, но не Леди в Маске. Вуаль осталась в прошлом. Таком простом, наполненном интригами, однако, дающем передышку хотя бы на время. Увы, те времена прошли. Теперь Гертруда является матерью незаконнорождённой дочери императора (слухи не опровергались, что логично, как ещё объяснить возраст девочки?), а это накладывает свои отпечатки. Сейчас Изабелла отдыхала в своих детских комнатах вместе с Сири и Камелией, пока Гертруда лично следила за переездом вещей в свои покои. Детские вещи уже перевезли. Леди Изумрудная-Нефрит распорядилась, чтобы вещи девочки переносили в первую очередь. Сирень Агатова разбирала их в данный момент, когда как Ками с радостью возилась с маленькой егозой. Наверно это послужит ещё большем всплеском слухов.

«- Как же мэтра Камелия Арийская, герцогиня приняла бастардовскую дочку какой-то графини из разорившегося рода!»

«- Ах-ах!»

«- А вы слышали, что её отец игрок?!»

«- И братец тоже! Неудивительно! Яблоко от яблони не далеко упало!»

«- Наверно именно мэтра Камелия будет после воспитывать малышку, когда выгонят эту безродную девку. Нечего общаться особам имперской крови с плебеями! Ах-ах!»

Гертруда Изумрудная не позволяла себе даже тени проявления реальных эмоций, краем слушая те слухи и перешёптывания. За ней наблюдали, шептались в коридорах, пока она сопровождала сундуки с вещами. Пальцем не показывали, ведь аристократизм напрочь убивает плебейские замашки, но взгляды говорили сами за себя. Эрван в письмах успел рассказать пару самых интересных сплетен, что Герри оказывается скрывала дочь от отца, и вот тайна раскрылась благодаря её дяде, достопочтенному Талгату Яхонтову. Гертруда усмехнулась и ничего не сказала в ответ. Она знала «достопочтенного» дядю и хорошо осознавала, как тот любит выгоду. С паршивой овцы шерсти клок. Продать не удалось, так сыграем крупную партию и выбьем привилегии через маленькую девочку – дочку паршивой овечки. Интересно, как император бы отнёсся к такой характеристике собственного дитя? Впрочем, он сам приложил руку к большей части слухов о своей же дочери.

Мысли продолжали течь своим чередом, пока слуги переносили сундуки один за одним. Встреча с другой родственницей, что присутствовала во время прибытия картежа из «Алмазного Сада», заменяя «достопочтенного» дядю, что не смог явиться в силе неотложных дел, оказалась гораздо более сложной, чем думалось вначале. Сильва Яхонтова смотрела на племянницу с высоты ступеней парадной лестницы дворца, поджав тонкие губы и сверкала неодобрительным взглядом. При улыбке маленькой Белль, что устроилась на руках «мамы», сверкая прорезавшимся зубиком (не клыком, а зубиком!!!), женщина едва поморщилась. Зелёные глаза и тёмные кудряшки, девочка окончательно определилась со своей внешностью, а также бледная кожа и черты лица императорской семьи не оставляли сомнений в том, кто родители малышки. Смерть Бетани подкосила почтенную мэтру, а весть о незаконнорожденной внучатой племяннице и вовсе изменила Сильву до неузнаваемости. Гертруда хотела утешить единственную женщину, что отнеслась к ней по-доброму ничего не требуя взамен, но… у них уже давно установились не те отношения, благодаря Талгату Яхонтову и в том числе. Незаконнорожденная дочь племянницы оказалась слишком сильным ударом для женщины, выросшей в консервативном обществе и довольно жёстких условиях этикета, особенно после смерти младшей дочери. Мэтра Сильва не захотела позже взглянуть на малышку. Короткий светский разговор по приезду во дворец племянницы, ничего не значащий и при этом значащий очень много (для сплетников, собравшихся на крыльце, особенно) и леди Яхонтова отбыла в свои покои, готовиться к веренице балов, что должны были начаться всего через пару дней.

Гертруда проводила тётю отрешённым взглядом и повернулась в сторону шушукающихся фрейлин. Зелёные марева сверкнули. Девушка передала Сири дочку, аккуратно придерживая тёплое покрывальце, ведь осень окончательно вступила в права, давая о себе знать промозглыми ветрами и облетающими с деревьев оранжевыми и грязно-жёлтыми листьями. Сири улыбнулась егозе, ласково что-то ей приговаривая, девушка отошла в сторону к леди Камелии, та захотела взглянуть на девочку. Виссарион Третий успел спешиться и теперь переговаривал с начальником стражи о чём-то важном. На жену мужчина так и не взглянул. На Гертруду тоже. Камелия проводила взглядом супруга и снова занялась малышкой. Про себя девушка решила, что не будет более ставить герцога Алмазийского на пьедестал почёта. И если случиться страшное, Белль оставят без матери, то она сделает всё, чтобы девочка росла с ней, под её опекой. Изабелла доверчиво прижалась к её груди, обвив ручками шею. Она засопела глубоко и надрывно, как будто понимала мысли молодой герцогини.

- Я сейчас подойду, - произнесла рыжеволосая зельеварка, разглядывая более пристально шушукающихся девиц на краю высокой лестницы.

- Ты их знаешь? – Ками начала укачивать Белль на руках. Егоза засопела утвердительно. Её всё устраивало.

- Да, они из свиты Кризанты, удивительно, что до сих пор живы, - произнесла Гертруда злорадно, заставив вздрогнуть и Ками и Сири. О причинах смерти императрицы, как и о том, кем на самом деле является Изабелла ни та, ни другая не знали. Единственное, что объяснила Герри – это колдовство Бернара Демантоида, превратившее маленькую невинную девочку в чудовище. Остальные подробности на тот момент леди Изумрудной показались лишними.

- Лучше нам пойти во дворец, становится прохладнее. – дипломатично произнесла Сирень забирая к Камелии малышку с рук. Она хорошо знала горящий взгляд изумрудных глаз своей госпожи.

- Ты права, Сири, определённо права. – согласилась Камелия и двинулась следом за служанкой вверх по лестнице. Вещи должны были перевезти через другой вход, оставленный специально для таких целей. Девушки скрылись за огромными дверьми дворца, те захлопнулись, оставляя Гертруду наедине со змеями. Виссарион до сих пор разговаривал с начальником стражи. Он явно не собирался выручать рыжеволосую бестию из лап разбушевавшихся дворцовых интриганок, простите, фрейлин её безвременно ушедшего величества.

Гертруда разговор подруг услышала мельком. Она направилась к молоденьким особам с мягкой улыбкой. Пусть у неё более нет маски, но она определённо осталась Леди в Маске. И знает поболее местных сплетниц. Остальные девицы двинулись за ней, якобы загоняя её в кольцо. Унижай и властвуй? Смешно.

- Здравствуйте, мэтры, - девушка улыбнулась самой приторной улыбкой из своего арсенала.

- Ну здравствуй, - усмехнулась белокурая красавица лет семнадцати на вид. Юная и прекрасная. Голубые глаза, светлая кожа, платье по последнее моде, приглушённо бардового цвета. – Надолго к нам пожаловала? Отродье показать? Себя порекомендовать? Или может покровителя искать будешь? Девчонку-то скоро отберут, нужно запасной план готовить, - желчь так и лилась с невинного на вид ротика. Подружки захихикали следом за предводительницей.

- Не думаю, что она загадывала так далеко? – ехидно заметила одна из девиц за спиной Гертруды.

- Асти, зачем подаёшь идею этой пурпурке? – раздалось с другой стороны. И куда делись манеры? И это цвет Теллурской аристократии?

Гертруда про себя ухмыльнулась. Она мельком поймала взгляд Виссариона Третьего Алмазийского. Тот спешно отвернулся, сделав вид, что ничего не замечает. Как и начальник стражи. Перед женскими боями мужчины бессильны, что поделать. Молоденькие фрейлины почувствовали свою безнаказанность и решили разорвать соперницу на тело и привилегии от императора. Морально, разумеется. Пока морально.

Прослушав весь поток ничего незначащих фраз, мисс Изумрудная-Нефрит сверкнула глазами и начала говорить. Чётко. Ясно. Обрубая репутации девиц так же легко, как они пытались только что сделать это с ней.

- Астильба Рубиновая, я понимаю, ваш папочка уже договорился о помолвке с герцогом Алмазийским, но милая моя, леди Камелия поправилась и за Грань пока не собирается отправляться, - Гертруда повторила сахарную улыбку. – Может будете вести себя поскромнее? Или… - пришлось хлопнуть ресницами в притворном ужасе, глядя на нахмурившиеся бровки юной глупышки, не понимающей ещё тонкостей дворцовых интриг. – Вы знаете о каком-то заговоре, против герцогини? Или же, не дай боги, учувствуете в нём?

- Да что ты себе, морайтка позволяешь! – зашипела девчонка, не обращая внимая на шокированных товарок. – Как ты смеешь обвинять меня? Меня?! Да мой отец, герцог Рубиновый, он… он…

- В вашем возрасте пора бы научиться решать проблемы самой без помощи родственников, - Гертруда отвернулась от хватающей воздух Астильбы и с той же сахарной улыбкой взглянула на вторую девицу, кричавшую за её спиной про далеко и загадки. – Леди Леатрис Хрустальная, прошу вас, более не встречайтесь с вашими ухажёрами в юго-восточной беседке, ваши возгласы мешают спать половине дворца, – «леди» покраснела как маков цвет и улетела во дворец шурша юбками, как маленький вихрь.

- Да как ты смеешь, безродная девчонка! – хамоватая девица, любительница оскорблять приличных леди, называя их девушками пурпурного поведения, видимо не осознала с кем столкнулась.

- Бокарнея, баронесса, мне оповестить вашего жениха наследственных проблемах вашей семьи по материнской линии? Или вы будете молчать так же, как и я? – тот же мягкий тон, та же сладкая улыбка.

- Да, кто ты такая? – сказала девушка, что не улыбалась на выкрикивания товарок. Русоволосая, в более скромном платье. Карие глаза выражали удивление, насквозь пропитанное умом.

- Гертруда Изумрудная, - Герри внутренне скривилась, свою фамилию она продолжала не жаловать, но как говориться, раз её знают под этим именем здесь, лучше пусть так и остаётся. – Графиня и мать леди Изабеллы Алмазийской, дочери Его Величества, целитель в будущем и жесткая особа в настоящем. Извольте, не стоять на моём пути. До свидания.

Уход Гертруды оказался ещё более фееричен, чем подъём по главной лестнице дворца. Девушка скрылась за парадными дверями, а фрейлины ещё долго стояли на холодном осеннем ветру, пока Виссарион Третий, проходя мимо не прикрикнул на них, как на стаю глупых птиц, заставив закудахтать с новой силой.

- Как она…

- Что…

- Ах…

Раздавалось за спиной старшего родственника императора, но он не стал ничего говорить и останавливать поток сплетен, что закружился и завертелся с новой силой. Мужчина не далее, как вчера успел побывать под пристальным взглядом зелёных марев глаз и решил, что с него пока хватит. Ведьма любит играть, пусть играет, но не на его поле. Правда по поводу помолвки придётся вопрос решать. Астильба Рубиновая не должна была догадываться о предмете разговоров Виссариона со своим отцом. Излишняя спесь может послужить плохим сообщником в длинной партии.

***

Поздно вечером, когда хлопоты переезда и тяжёлые думы остались позади, в дверь покоев Гертруды Изумрудной постучали. Белль уже успела покушать, наиграться с Сири, мамой и Камелией. Девочка спокойно спала в кроватке, раскинувшись на манер звезды, смешно сопя носиком. Камелия ушла к себе, а Сири осталась в качестве няни для малышки. Пожилую точную копию нянек Камелии Алмазийской, присланную в помощь с девочкой отправили очень быстро и далеко. Няня тут же растеряла весь свой добродушный настрой, Гертруда же ещё раз убедилась в своих мыслях и укрепилась в полнейшем недоверии к няням.

- Уважаемая мэтра Изумрудная, - голос молоденькой румяной служанки вывел из задумчивости леди Изумрудную, заставляя поднять голову от исписанных листов. Работа над дипломом кипела, несмотря на завтрашний бал. Он должен был начаться вечером. Первый из череды балов, на котором должна была появиться Гертруда в новом для себя качестве. То будет завтра, сегодня же есть время на более необходимые дела. Вечер скоро станет ночью, но дописать раздел всё же стоит. Мысль больно хорошая. Все спят и никто не мешает.

- Да, заходите, - Гертруда отложила перо и поднялась из-за стола. Она легонько начала разминать пальцы.

- Просили передать, что вас требует к себе Его Величество, - служанка опустила взгляд и склонила голову в поклоне.

- Спасибо, можешь идти, передай, что буду через несколько минут, – и показала на свои пестрящие чёрными пятнами пальчики. Служанка согласно кивнула и скрылась за дверью.

Ненадолго.

Герри успела только схватить тряпицу, чтобы вытереть особо огромное пятно на большом пальце, как дверь отворилась снова. Без стука и без предупреждения, как это было со служанкой.

Тишина стала вязкой, удушающей. Гертруда оборачиваться не хотела. Она слышала, как закрылась дверь. Как щёлкнул замок, но оборачиваться не хотела. Трусливая мысль, если не обернёшься, он уйдёт, не заметит, не станет говорить. Его не будет. Глупая мысль.

- Императора обычно не заставляют ждать.

- Император обычно не приходит сам, – Гертруда обернулась с отрешённым выражением лица. Леди в Маске надела вуаль и готова была к неравной схватке. – Приветствую вас, Ваше Величество. – реверанс глубокий и почтительный. Он абсолютно не вяжется с тоном и взглядом непокорных изумрудных глаз.

- Здравствуй, Гертруда Изумрудная, фаворитка императора, - тихий ответ, отрезающий любые толкования и недомолвки.

Глава Четвёртая. Воля Императора. Часть 2

Девушка не вздрогнула только из-за выдержки. В душе, глядя на Нарцисса Седьмого, всё переворачивалось. Да, мужчина император был видный, чего уж спорить. Один взгляд голубых небесных глаз, что во полумраке комнаты приобрели жёсткий серый цвет говорил о многом. Широкий разворот плеч. Осанка. В каждом движении хищная грация и мощь. Он привык повелевать. Покорять. Отдавать приказы. Он прислал её всего два письма. В первом говорилось, какова её роль в жизни Изабеллы и на каких условиях. Там ответа не требовалось. За Гертруду Изумрудную уже решили всё. Император просто давал ей возможность поиграться в независимость, приручая, пользуясь возможностью, что его дочь ещё очень мала, а её тайна пока не контролируется, чтобы без последствий отдать её другим няням, пусть и с учётом клятвы. Весь поток витиеватых фраз заканчивался обычным ультиматумом. Пока Герри послушна – Изабелла полноправно на её попечении. Девушка тогда про себя усмехнулась, как только Белль научится контролировать превращение, Гертруда Изумрудная тут же исчезнет из её жизни. Логичная ситуация, если бы не второе письмо…. Лучше бы она ответила на первое, а не предпочла замалчивать проблему, плывя по течению и задумывая своё преступление! Увы, второе письмо показало, что император захотел новую игрушку.

{«…вам, юная леди, придётся согласиться с условиями договора, потому что потом условий не будет».}

Слишком строптива, непредсказуема, много знает, работала на тайную разведку, стальные нервы – Гертруда сама создала себе этот образ. Да только Леди в Маске являлась именно маской. Да, ей нравилось быть всесильной, управлять людьми, мужчинами в особенности. Одни игры на балах полусвета чего стоили. Танцы! Музыка! Возможность урвать кусок побольше! Вырвать своё будущее из лап условностей и тех, кто определяет судьбу женщин в империи. Пришлось признать, она пошла страстью к игре в отца, о котором так старалась забыть. И если у дорогого Брюса Изумрудного это были просто карты, то у неё игра с собственной жизнью. Она настолько верила в свои решения, удачу, правоту, справедливость, что, расхаживая по тонкому краю, читая сведенья, добытые Цитрином, которые ей нельзя было читать, не заметила, как оступилась.

Пора признать, слишком легко Леди в Маске выходила из опаснейших ситуаций, слишком просто. Судьба не научила её проигрывать. И произошло страшное – противник оказался гораздо сильнее её самой, а защитников у леди Изумрудной никогда и не существовало толком. Она чудом выжила на алтаре жертвоприношения, да вот не придала значения своей везучести, принимая её как должное. Она продолжила играть Леди в Маске даже со своей новой подругой, не замечая, как роль выходит за рамки условных обозначений, когда начинает тяготить. И как назло, маленькая Герри осознала проблему именно сейчас, когда ей нужна вся её выдержка.

- Фаворитка императора? – только и удалось выдавить из себя, стараясь не потерять лицо.

- Да. После того, что сегодня вы, мэтра Изумрудная заявили на главной лестнице дворца, вы являетесь фавориткой, главной фавориткой императора. Уловок больше не будет. Как и договоров. Я два раза предлагал приемлемые условия, теперь всё. – Жёсткий взгляд стал по-настоящему плотоядным.

- И что же я сказала такого, что обесценивает всё? – хорошее слово «обесценивает». Герри прикрыла глаза, перевести дух, как оказалось зря.

Нарцисс приблизился намного ближе, чем хотелось бы. Он горой возвышался над маленькой рыжей бестией, прилично потрепавшей нервы его разведке и ему самому. Мелкая девчонка должна была молиться за милость, оказанную ей, вместо этого она отказалась от приемлемых условий сделки, оговаривающих даже решение проблем её семьи. Вопреки всему Нарцисс послал договор во второй раз. Условия стали ещё лучше. Он предлагал очень много. На третий мужчина не выдержал. Его жизнь итак напоминала прогулку за Грань в последнее время. Решения, выявление шпионов, вскрытие гнойников заговоров. Чистка среди высокопоставленных лиц – это очень кропотливое дело. Слишком много было завязано на этих людей. Он заслужил награду, а мелкая рыжая морайнтка не ответила ни на одно письмо!

Зелёные марева глаз смотрели на него снизу вверх с вызовом. Да вот он видел, как внутри плещется страх. Какой страх? Перед ним? Он император, но она его не боялась. Значит страх другого рода. Впрочем, неважно! Он слишком долго ждал.

- Ты признала себя матерью Изабеллы официально. До этого были только слухи. Теперь нет.

- Несущественно, - Гертруда отступила на шаг, пытаясь уйти от давящей ауры хищника, вышедшего на охоту и почуявшего страх своей жертвы. – Это подразумевалось. Дочь и Кризанту официально признали мёртвыми совсем недавно. Я могу быть матерью для Белль, но не вашей… фавориткой. Сделайте милость, подумайте о своей репутации и о репутации своей жены! – Гертруда не выдержала и сорвалась на крик на последнем слове.

- Ты права, - шаг и они снова рядом. Совсем близко. – Только это ничего не меняет.