Выйти замуж за Кощея
Глава 1. Сказка – ложь, да в ней намёк
Люблю лето. В институте каникулы, все экзамены позади. Можно спокойно пройтись по магазинам, подставляя тёплому солнышку побледневшую за время сессии мордашку.
Хорошо-то как! Тихий ветерок ласково напевает замысловатую мелодию, бледные облачка украшают лазурное небо.
- Верико! – вдруг раздался чей-то голос.
Верико это я. Странное имя, да? Грузинское. Особенно необычно, что его носительница обладает курносым носом, голубыми глазами и русой копной волос.
- Верико! Верка, да стой же! – кричал высоченный парень, перебегая улицу.
Ну, точно, меня зовёт.
- Чего тебе?
- Вер, зайди в книжный, пожалуйста. Тебе же по пути, а мне тут надо…
Я прищурилась.
- И что же тебе надо?
Это мой бывший. Ну как бывший… Бывший несостоявшийся. Всё пытались любовь наладить, а какая любовь, если при попытке поцеловаться нас в смех бросает. Знаем друг друга с детства. Мучились, мучились да и плюнули. Решили просто дружить. Так и дружим.
- Так чего тебе надо?
- У Сашки день рождения завтра, - шёпотом сказал он.
Сашка это сын нашей разведённой соседки. Маленький, хорошенький. Трёх лет от роду.
- Ну и что? – не поняла я.
- Поздравить хочу…
- На мамашу его глаз положил?
- Вер, скажи просто, купишь или нет? – насупил брови парень.
- Куплю. А что купить-то?
- Сказки. Ну знаешь, чтоб царь, царевна…
- Король, королевна. Ладно, поняла. Поищу что-нибудь.
- Спасибо, ты чудо!
Я улыбнулась. Конечно, чудо. Кто бы сомневался.
Вот так у меня и появилась эта книга. Яркая. С картинками. Думаю, любой обрадовался бы такому подарку, не только Сашка.
Зайдя в ближайший парк и присев на скамеечку, я с любопытством полистала страницы. У меня в детстве подобной не было. Книжки моего поколения не снабжали столь красочными иллюстрациями, герои не выглядели словно живыми, не размахивали руками… Стоп. Что?!
Рыжеволосый царь настойчиво махал рукой куда-то за пределы листа, а золотая рыбка, плескавшаяся в рисованной трёхлитровой банке, весело подмигивала. От неожиданности я едва не выронила книгу. А потом крепко зажмурилась, силясь прогнать сказочные видения, и…
***
До этого события, я, разумеется, слышала, что многие фантастические истории начинаются с пробуждения главного героя или с того, как он приходит в себя после внезапного обморока. Но никогда и подумать не могла, что такое может случиться со мной.
Очнулась я от непонятного и неразборчивого шума. Три голоса, яростно споря, пытались перекричать друг друга, и пробивались в моё, затуманенное беспамятством, сознание. Если честно, то вначале сочла их каким-то дурацким сновиденьем, больно уж чудно звучали произносимые слова. Глаза открывать не хотелось, лежать было уютно и тепло. Даже жёсткая парковая скамейка не причиняла неудобств.
- У-у-у, селёдка бесчешуйчатая! Зачем ты притащила сюда это дикое создание? – заворчал первый голос.
- И вовсе я не бесчешуйчатая, – звонко отозвался второй.
- Ты ещё пререкаться вздумала? Вот как пущу на уху, будешь знать!
- Уху? Из меня?! Водяного на вас нет!
- Ты посмотри, кого ты приволокла!
- Так вы же сами просили!
Голоса продолжали громко переругиваться. Заметив, что речь идет обо мне, прислушалась к разговору внимательнее.
- Ёлки-перепёлки, неужели трудно хоть раз в точности сделать так, как тебя просят?
- Я так и сделала.
- Нам нужна была кра-са-ви-ца! Такая девка, чтоб в жёнах задержалась.
- Вот, вот. С косой до колен! – встрял третий голос
- И где? Где эта красавица? Кого ты притащила? Нет уж, всё, хватит! На уху!
- Стой, стой! Давай разбираться. Ты просил девку?
- Просил.
- Это девка. Не юнец. Хотел подальше от сюда, чтоб своих не трогать? Хотел?
- Ну хотел.
- Так вот. Эта самая дальняя.
На пару минут воцарилась напряженная тишина. И почему-то появилась уверенность, что объектом их неподдельного внимания стала именно я.
В голове возникал ряд вопросов: кто они такие, что со мной, и что, в конце концов, происходит? Открывать глаза оказалось немного страшно, но, как назло, почему-то сильно затекли руки. Делать нечего, придется оповестить всех присутствующих о своём "пробуждении".
Я приподняла голову и осмотрелась, медленно потягиваясь и растирая онемевшие конечности.
Парка не было. Уж не знаю, что произошло, но теперь вокруг меня высились белокаменные стены и куполообразный потолок, расписанный причудливым красочным узором.
- Посмотри-ка на нас, девица…эээ… красавица, - раздался осторожный голос.
Чуть повернувшись, я узрела двух мужчин. Один оказался совершенно лысым и толстым. Второй же выглядел так, будто только-только сошёл со сказочной картинки: широкие штаны, алый кафтан и золотая корона на рыжей макушке. Он задумчиво почёсывал густую бородку.
- Особенно колоритно выглядит персонаж из книжки, - закусив губу, нахмурилась я.
Мужчины переглянулись. Рыжий громко вздохнул, страдальчески закатил глаза и вновь затянул:
- И всё-таки уха по тебе плачет, ты зачем её приволокла?! Что нам теперь с ней делать?
Ответа не последовало. Куда делся обладатель звонкого третьего голоса, пока оставалось загадкой.
- Нет, ты только посмотри! - подхватил толстяк. – Волосы стрижены пару лет назад, видать болела чем-то, так и не успели до пола отрасти. Фигура тощая, как пустой кошель, а кожа чёрная, как у крестьянки. Как её людям показывать-то?
Я возмущённо пискнула и сердито нахмурила брови. Уж не знаю, что это за чудаки, но уважение к женщине ещё никто не отменял.
- Нашёл! – обрадованно выдохнул рыжий.
- Что нашёл?
- Хоть что-то нашёл, - пояснил он. - У неё глаза голубые. Но всё равно уха по тебе плачет, красивше не было?
Я всерьёз обиделась. Кого этот рыжий мужик оскорбляет? Да что вообще тут происходит?! Или это галлюцинации? Ну точно! Всему виной жаркое летнее солнышко. Присела в парке, дневное светило пробралось сквозь листву, и бац – солнечный удар - лежу без сознания, вот глупости и мерещатся. Может, стоит себя ущипнуть? Вдруг очухаюсь.
Мужчины с недоумением наблюдали, как я сосредоточенно щипаю руки, ноги и пытаюсь искусать палец. Но все попытки оказались напрасными. Жива, здорова и даже в сознании.
Странно… А что же тогда произошло? Где я и кто эти актёры деревенского театра?
То, что передо мной находятся представители сельской самодеятельности, сомнений уже не вызывало. Корона на голове, странные рубахи и кафтаны, сапоги у первого и лапти у второго, окладистые бороды, стрижки «под горшок». В общем, полный набор.
- Как твоё имя, девица? - очень вежливо поинтересовался рыжий.
- Верико.
Видя различные оттенки недоумения на мужских лицах, уточнила:
- Грузинское.
- Какое? - переспросил старик.
- Грузинское. Ве-ри-ко, - я произнесла каждый слог раздельно.
- Вера-и-кот?
- Нет. Верико. В крайнем случае, просто Вера. Без кота.
- Не морочь голову, девка! – внезапно взвыл толстяк, стоявший позади. – Верка, так Верка. Точно крестьянка… Ещё и безграмотная, небось.
На кратчайший миг я смутилась, но потом справедливый гнев взял верх, отодвигая на задний план испуг и осторожность.
- Какое имеете вы право повышать на меня голос? Почему я здесь? Вы меня похитили? Выкуп хотите? На тракторы не хватает?
Глаза моих похитителей мгновенно расширились.
- Не уха… Сковородка! – гаркнул рыжий, почему-то косясь на стоявшую в углу банку. – Таких крестьянок у меня полцарства!
- Так откуда ж я знала, - из пустоты раздался тот самый звонкий голос. - И что теперь делать?
- Что, что... Вертай обратно, давай другую!
- Не могу. Доставить сюда девку из дальних земель было твоим третьим желанием. Больше желаний нет. Закончились.
Рыжий тут же сменил тон на заискивающий:
- Как закончились? Я же попросил умницу-красавицу, а ты привезла не ту. Твоя вина.
- Эй, Вера-и… без кота, - зазвенел голос. - Ты красавица? Умница?
Не желая больше спорить насчет имени, нагло и самодовольно кивнула. А что? Высокая, стройная. Уродиной никто не называл.
К сожалению, я тогда не понимала, что от внешности зависел исход «похищения». Нужно было с пеной у рта доказывать, что у них есть богатый выбор прекрасных девиц, и на мне свет клином не сошелся. Но женское самомнение не позволило преуменьшить достоинства.
- Ну вот. Она считает, что красавица и умница. Так что, царь-батюшка, желание исполнено. Неси меня к морю.
- Э, не-е-ет, - протянул рыжий. - Желание было какое? Чтобы ты доставила сюда ту, что сможет выкрасть яйцо. Так?
- Так, - согласился голос.
- Значит, пока эта девица не принесет нужную вещицу, желание выполненным не считается. Нет тебе моря!
- Как это нет?!
- А вот так! Нет и всё, - рыжий упёр кулаки в бока.
Я не стала прислушиваться к их разговору, а поднявшись на ноги, сделала пару шагов к окну.
Во-первых, это не мой город. Могу сказать точно. У нас большой мегаполис, а тут сплошные деревья и махонькие домишки. Не слышен шум суетливой толпы, присущей современному граду, и вместо родных высоковольтных линий ростут белые берёзки. Во-вторых, как стало ясно из разговоров, неизвестный обладатель звонкого голоса меня всё-таки похитил и привёз к хозяевам.
Не думала, что такое когда-нибудь случится. Но вот случилось. Теперь понять бы, что им надо?
- Э... товарищи колхозники... или селяне... или... Короче, господа артисты, потрудитесь объяснить, зачем я вам, и когда меня домой отпустите?
Спорщики замолчали и, кажется, фыркнули.
- Скажи-ка, девица-почти-красавица, а как называется царство, где живут такие смуглокожие, как ты?
- Из России я. И, между прочим, не такая уж и смуглая. Пока была сессия на пляж не ходила.
Рыжик задумчиво пригладил бороду.
- Какой такой пляж? И где находится сие государство?
- Ну знаете! Просто возмутительно. Вы, конечно, далеки от крупных городов, но не знать где живёшь, это уж слишком. Чему вас только учат? Вроде пенсия скоро, а в элементарных вещах не разбираетесь.
Толстопузый всплеснул руками:
- Да чтоб тебя! Девка, как ты разговариваешь с царём?
- Да хоть с Папой Римским!
- Ну всё... Она еще и сумасшедшая.
- Сами вы... А, кстати, вы кто?
- Позволь представиться, крестьянка необразованная, - вновь встрял толстяк, делая бодрый шаг вперед. - Я думный дьяк нашего славного царя Еремея. Ну а царя-батюшку-то все знают… - он чуть склонился в сторону рыжего.
- Кто царь? Где? Очень смешно. Заигрались вы, дяди. Кстати, а где ваш третий? С таким звонким, полудетским голосочком.
- Смешно ей, - нахмурился рыжий. – Да будет тебе известно, девица, что голос принадлежит Рыбке.
- Кому-у? – сощурилась я. - Вы издеваетесь? Понимаю, сельский колорит, национальные сказки и тому подобное, но не стоит держать меня за полную дуру. Золотая Рыбка, к сожалению, не из нашей реальности.
- Гляди-ка, а девка не так глупа, как кажется с первого взгляда. Слышала о ней.
- Конечно, слышала, - огрызнулась я, разозленная постоянными подколками о необразованности. - Каждый ребенок читал эту историю. Старик, старуха, Золотая рыбка, невод и корыто.
- Вот, вот, - кивнул рыжий, задумчиво разглядывая меня. - Это и есть Рыбка.
- Где? – я удивленно взметнула брови.
- В банке сидит.
Я хихикнула, а потом еще раз. Через несколько секунд хохотала уже в полный голос. А мои похитители, оказывается, с юмором, это надо же придумать такое. А ведь, правда, и рыжий, и толстячок уж очень похожи на жителей сказочного мира. Вот только рыбка...
- И это она болтала, да? - продолжала посмеиваться я. – А почему за стеклом? Можно гляну?
Я потянулась к стоящей неподалёку ёмкости. Ничего примечательного – маленькая жёлтая рыбка. Таких множество в специальных магазинах.
Уж не знаю, как так получилось, но банка попала в мои руки беспрепятственно, словно похитители и подумать не могли, что "девка" изъявит желание поближе рассмотреть мелкую живность.
Стоило только дотронуться до стеклянной тары, я тут же стала вылавливать рыбёшку. Ну а вы как бы поступили на моем месте? Любопытно же.
- Эй, ненормальная, что делаешь?! – хором воскликнули мужчины.
Рыба шлёпнула хвостом по моим пальцам и вдруг…
- Руки прочь от жабр! - раздался обиженный голос.
Я взглядом поискала источник звука. Внутри банки, нахмурив золотистые чешуйчатые бровки, ругалась маленькая Золотая Рыбка.
- Ааа! - заорала я, отшвыривая посудину в сторону.
- Да чтоб тебя, - укоризненно покачал головой рыжий, едва успев поймать самодельный аквариум, - зачем пугать-то? И так пуганая. То старухи, то девахи.
- Она... она... молчала, а потом... прям оттуда... - ткнув пальчиком в банку, я с надеждой посмотрела на окружающих. – Может, это всё-таки сон?
Царь грустно вздохнул.
- И за какие грехи мне досталась эта безумная девица? - он печально вздохнул. – Скажи-ка, ты слышала о Кощее именуемом Бессмертным? - но видя полнейшее непонимание, совсем приуныл. – Нда… а желание, сказанное Рыбке, уже не исправить. Ну тогда слушай…
Разговор у нас получился невеселым. Толстопузый дьяк постоянно ругался и поминал лешего и водяного, рыжий царь грустно излагал факты, а мелкая рыба подбадривала меня звонким голосом и тёплой улыбкой.
Вы видели, как улыбаются селёдки? Жуть.
Постепенно я осознала, что произошло. Силами Золотой Рыбки и треклятым желанием царя занесло меня бедную туда ... не знаю куда.
Ох, конечно, мне, как современному человеку, не очень-то верилось в сказки, но отрицать очевидное невозможно. Волшебство существовало. Я его видела, слышала и даже тайком пощупала.
За окном припекало жаркое солнце, и зеленели берёзы. Слышались трели птиц и пение длиннокосых девушек, стирающих белье в речке неподалёку. А где-то на горизонте, за высокими лесами, величаво вздымались одинокие скалистые горы.
- Вот там и живёт Кощей, - сквозь мысли пробился голос царя. – Прямо аккурат вровень с нашим Лукоморским царством.
- А я домой хочу.
- С удовольствием, Вера-и…
- Верико.
- Ве-ра-ко… Как только выполнишь загаданное желание, окажешься в своей далекой стране.
- Я сейчас хочу.
- Э нет, сейчас никак нельзя, - подала голос Рыбка. - Желание было последнее. Теперь надо ждать, пока исполнится.
Пара слезинок скатилась по моим щекам.
- У-у-у, не плачь, девка, не плачь. Слезами тут не поможешь, - заворчал дьяк. - Всё зависит от тебя самой. Достанешь нам смерть Кощея - вернёшься. Не достанешь – бери коромысло, да ступай к колодцу работать. Дорога назад закрыта.
Слезы вмиг высохли. Ну уж нет! Быть чернавкой при сельском клубе? Увольте!
- Ну и почему мы до сих пор тут? Где этот Кощей? Давайте сюда. Иглу из желтка выковыривать буду. Всё как в сказке, - с мрачной решимостью буркнула я.
Глава 2. Невеста по призванию
- Повернись, девица, дай взглянуть на тебя со всех сторон. Ёлки-перепёлки, какая же ты тощая...
- Эй, ты слова-то выбирай! Не тощая, а стройная, — тихо бурчала я себе под нос.
- Кощей и внимания на тебя не обратит.
- А зачем обращать на меня внимание? Приду, яйцо умыкну и домой. Не замечала за собой уголовных пристрастий, но раз надо, - я демонстративно вздохнула, - значит надо.
Сказочный царь почесал макушку.
- Видишь ли, в чём дело… Попасть к Кощею не так легко. Абы кто в его хоромы не проползёт. Уж мы пытались, ты не думай! Но вот, зараза, каждый раз ловили и выдворяли обратно.
- Откуда выдворяли?
- С Тёмного царства. Ты не перебивай, девка, негоже царя перебивать, - рыжий сел на лавку и вновь почесал макушку. – И появилась у нас задумка такая.... А чтоб ты знала, раз в год требует Кощей девку молодую себе в жёны. Умницу-красавицу. Вот мы и подумали, а пущай на этот раз не наша девица в полон идёт, а чужачка…
- Угу, чужих не жалко, да?
- Опять царя перебиваешь! Уй, я тебе! – взмахнул он кулаком. – Пойдёшь к Кощею! Слышишь? В жёны пойдёшь! А там про яйцо-то всё и узнаешь.
- А на фига ему каждый год новая жена?
- На… что?
- Зачем ему каждый год новая жена? – перефразировала я. Надо следить за речью.
- Так никто не знает. Он просит, мы отправляем. А уж что он там с ними делает, нам не ведомо.
- Как-то всё мрачненько звучит.
- Да ты не боись, девка, не боись. Мы для того и просили умницу-красавицу, чтоб там не сразу померла. Сначала яйцо украсть надо, нам принесть, а уж мы тут Кощееву смерть из яйца вытащим! Не сомневайся.
- Не сомневаюсь. Богатыри, блин.
- Проголодалась? – понятливо кивнул царь. – Ничего, ты главное к Кощею попади, а мы уж тут блинов-пирогов приготовим.
- А вот не пойду.
- Как не пойдёшь?
- Мне жизнь дорога. Не пойду и всё.
- Домой хочешь?
- Хочу.
- Рыбка домой отправит только после яйца, - довольно ощерился царь.
Я нахмурилась. Ну что за сказочка такая неправильная? Золотые Рыбки и Кощеевы яйца всегда в разных сказках были. Зачем всё в одну окрошку мешать?
- Так пойдёшь? – рыжий подался вперёд.
- Пойду…
- Вот это дело! А то «не хочу», «не буду», ёлки-перепёлки.
- Эх, ладно, - махнула рукой я. – Как привлечь Кощея, значит, моя забота. Выкручусь. Кстати, он как? Молод, красив, сногсшибательно харизматичен?
- Страшен, стар… и что ты спрашивала? Хари…Хара… В общем, характер тот ещё!
- Стар? Что-то я упустила в твоём рассказе. Кощей уродливый старик? И вы меня ему в жёны?! Я так не согласная!
- А выбора-то нет, - хихикнул стоявший рядом дьяк. – Тебе ж объяснили, глупая, вначале попасть к Кощею, потом найти…
- Стоп, не продолжай. Надеюсь, всё ограничится одним свиданием по разные стороны стола. Приглянусь, пофлиртую и умыкну чёртово яйцо. А потом... р-р-раз! И домой.
Мне, как исключительно современной девушке, было невдомёк, что в сказках легко и просто быть не может. И на что только надеялась, соглашаясь на «яичную» авантюру? Но обратного пути нет. Вернуться возможно только с помощью Золотой рыбки. А значит, последнее желание царя Еремея должно быть выполнено.
- Верико-о, это обычная одежда всех девиц, — втолковывал мне дьяк, потрясая парочкой ночных сорочек советского периода. — Ты не можешь появиться перед Кощеем в своих ди... жи... джинясах!
- Джинсах, — поправила я. — Они удобные.
- Надень рубашку и сарафан, — настойчиво повторял он.— Как только достанешь смерть злодея, сможешь носить хоть шамаханские шаровары.
Я насупилась. Но поразмыслив немного, решила, что сказочный персонаж говорит правильно. Всё-таки он дьяк, тем более этот… как его… думный, вот! Не последний человек в государстве. Должен лучше меня знать вкусы Кощея.
- Отвернитесь, — недовольно пробубнила я, быстро скидывая джинсы и футболку.
Новое облачение состояло из длиннополой рубахи и бордового сарафана. Ай, прелесть!
- Ну? Как вам?
В глазах царя мелькнули искры одобрения.
- Ух, девка, в скором времени ты станешь красавицей.
- Что значит в скором времени? — уточнила я, пытаясь рассмотреть себя сзади.
Длина до пят вызывала некое неудобство, но вроде не слишком сковывала движения.
- Его царское величество хочет сказать, что тебе надобно питаться лучше, — поторопился пояснить дьяк.
- Ага, как же, размечтались. Я ползимы на диете просидела.
- О-ой, дура… — прогундел он, хватаясь за голову. — Зачем так уродовать себя? Одни кости, даже собаки подавятся.
Тут я спорить не стала. Бесполезно. У каждого человека свои представления о красоте.
- И надо что-то сделать с твоими волосами, Вери-ко, — вновь подал голос дьяк, старательно выговаривая имя. — Коротковаты.
- Эй! Вообще-то, у меня специальная удлинённая стрижка.
- Эх, девка, девка, тогда понятно, почему ты не замужем, — он упорно продолжал меня жалеть.
- Слушай, — я упёрла руки в бока и повысила голос. — Ещё раз оскорбишь, врежу промеж глаз. Обещаю.
- Ха! Горяча девка! Горяча! — царь, прислушивающийся к разговору, радостно подпрыгнул. — То есть... Ай-яй-яй, Верико, как можно так плохо разговаривать со старшими? Прикроем голову платком.
- К тому моменту, как Кощей тебя разглядит, успеешь хоть что-то разузнать, — согласился дьяк. — А оттуда уж сама выбирайся… Что он там с девками делает никто не ведает.
- Да поняла я, поняла.
Как бы наигранно это ни звучало, но я и правда всё поняла.
Согласно всем сказкам, Кощей берёг яйцо с иголкой, как зеницу ока. Верней всего прятал в сокровищнице. Как там? «Царь Кощей над златом чахнет…» Вот в этом злате и буду искать.
***
Вечера на руси короткие. Вроде совсем недавно яркое солнце озаряло червонным золотом синеву небес, и вот уже фиолетовый бархат застилает горизонт.
- Спи спокойно, Верико, - сказал на прощанье дьяк. - Завтра утром мы подготовим тебя к встрече с Кощеем, а пока спи.
Я не придала значения словам о «подготовлении». И напрасно...
- Верико-о. Верико! - чей-то голос настойчиво пытался меня разбудить.
- Что? Сплю я.
- Верико, скоро Кощей откроет ворота своего дворца для невесты. Тебе надо быть готовой. Вставай, вставай.
К сожалению, моим мнением никто не интересовался.
Дверь со скрипом отворилась, и в комнату зашёл вчерашний дьяк. Точнее, в дверном проёме появилась его обширная пятая точка. Усиленно пыхтя, он старался затащить в спальню огромную бадью, наполненную горячей водой.
- Треска костлявая! – ругался он. - Ты заставила приготовить купальню для девицы, но не сказала, как донести!
- Дьяк – он и есть дьяк, - широко улыбнулась Рыбка, обнажив мелкие зубы. – Ума палата, да только все мозги на государственные дела заточены, а для быта… Горе просто. Эй, умнейший из мужей Лукаморского царства, не проще было бы нашей красавице самой прийти в баню?
- Ай-яй! - хлопнул себя по лбу дьяк. – И что ж ты раньше молчала? На уху, как есть на уху!
Он ещё немного поохал, развернулся и начал переть деревянную ванну обратно вниз. Мне стало его откровенно жаль. От нервов, что ли, все мозги растерял?
- Эй, Рыбка, - шепнула в сторону улыбчивой жительницы морей и океанов. - Сделай что-нибудь.
Как оказалось, даже волшебным существам не чуждо сострадание. Рыба покорно махнула плавниками.
В ту же секунду тяжёлая бадья приподнялась на полметра от пола и самостоятельно полетела в нужном направлении.
- Фу-у-ух... Уха отменяется, - обмахиваясь пухлой ручкой, прошептал дьяк. - Идём в баню, девка. Кто знает, может, в последний раз моешься.
***
Баня находилась на первом этаже. Ступени, двери, коридоры, и вот уже пышущая парами купальня принимает в горячие объятия.
- Красота! – я улыбнулась. – Спасибо, милейший, но тут я сама управлюсь.
Дьяк, который вознамерился идти со мной в святая святых, неуверенно вздохнул:
- Сама?
- Сама.
- Тогда я приведу к тебе чернавку для помощи и, уж, прослежу, чтобы всё было сделано как надо, - он сложил бровки домиком. – И глаза мои даже не посмотрят в твою сторону!
Но почему-то мне не верилось в целомудренные намерения.
- Знаешь, уважаемый, я девочка не маленькая: искупнусь, ополоснусь, вернусь. Не успеешь соскучиться, - решительно заявила я, захлопывая деревянную дверь прямо перед его носом.
Современных баночек с шампунями и прочей ерундой там, конечно, не было, но зато это всё компенсировалось богатым выбором непривычных пенных настоек. Разноцветные составы находились в маленьких плошках, расставленных по скамьям. От продукции мыловарения исходил приятный цветочный аромат.
Через полчаса, чистая, жизнерадостная и обновлённая, вернулась в комнату. И первым, кого там увидела, был рыжеволосый царь Еремей.
- Доброго утра, девица, - кивнул он.
- И вам добрейшего. Вы к нам на завтрак или как? – я вопросительно обвела взглядом мужчин.
- Потом, потом завтракать, - укоризненно покачал головой дьяк. – Сейчас главное – красота.
О, ну как тут можно отказаться? Мне даже стало казаться, что некоторые сказки вполне правдивы. Особенно про принцесс. Не жизнь, а рай.
- Руководи! – велела я дьяку, вольготно располагаясь на подушках. – Что нужно? Маникюр, педикюр?
- Ты чего это ругаешься?! – подозрительно нахмурился он. – Рыбка научила?
- Да я не ругаюсь. Это же просто… - но увидев скорбно поджатые губы, лишь махнула рукой. – Ну и ладно. Больше не буду. Подумаешь.
Со стороны послышался лёгкий смешок. Рыбка не скрывала своего веселья:
- Мне кажется, ты напрасно волнуешься, - сказала она царю. – Верико придётся по душе Кощею. Характерами сойдутся.
- Какими такими «характерами»? – вскинулась я. – Сами сказали, что Кощей противный старикан. А я нежное добродушное создание, так что не сравнивай.
И царь, и дьяк скептически оглядели мою вольготно распластанную тушку и синхронно кивнули.
- Сойдутся.
На дальнейшие пререкания времени не хватило. Кинув мне платок, который обязательно нужно повязать на голову, мужчины вышли из комнаты. Осталась только Рыбка.
Нет, я конечно не против пообщаться с книжным персонажем, но улыбка золотой живности ставила меня в тупик. Поэтому, одеваться пришлось, не обращая внимания на добродушные восклицания жаброносного чуда.
***
Нда… если вы думали, что я прохожу в чёртовом платке половину истории, то глубоко заблуждались. Головной убор оказался скинутым буквально через минуту.
- И что за садист придумал носить покрывало в такую жару?
- Это не покрывало, а платок.
- Разница небольшая. Без него лучше.
- А косу? Косу-то прикрыть надо!
- Нормальная коса. Да, не до колен! Нет, не болела ничем! И не надо на меня так недоверчиво смотреть. В моей стране мода такая – косы стричь.
- То-то ты и не замужем, - дьяк прищурился. – Али замужем? А ну-ка отвечай, как на духу. Девка али баба?
- Сейчас за «бабу» получишь, - возмутилась я. Ты смотри-ка, книжный персонаж, иллюстрация размалёванная, а туда же… – Не твоего ума дело.
- Да как же не моего? А вдруг мы Кощею порченный товар подсунем!
- Переживёт. Он бессмертный.
Дьяк надулся.
- Баба, что ль?
- Слушай, ну вот честно, тебе не всё ли равно? Звал же меня девкой, так и зови дальше. А с твоим Кощеем я сама разберусь.
- А ежели он недоволен будет?
- Чем? Мной? С чего бы?
- Ну так у него выбор большой…
Я нахмурилась.
- А вот отсюда поподробнее. Какой такой большой выбор? Я не одна невеста?
Дьяк моргнул, и, схватив платок, неожиданно заголосил:
- И как же ты с такой косой-то? А ежели мы её надставим? Я слышал, девки надставляют. От лошадиной гривы прядь отстригут и в волосья вплетают.
- Ты тему-то не переводи. Я одна невеста или нет?
- А коли от гривы не хочешь, так мы от хвоста можем отрезать. От хвоста-то ещё длинней получится.
- Понятно, - сделала вывод я. – И сколько?
Дьяк оттопырил три пальца.
- Три? Три невесты? Офигеть… Откуда?
- Золотое, Подземное и наше Лукоморское царство.
- А остальные? – я помнила по книжкам, что как минимум ещё пару царств точно должно существовать.
- Дык, Серебряное дани не платит, у них договор с Кощеем. А Медное обнищало совсем, там девки страшные, даже злодей на них не зарится.
- А Кощей из трёх лучшую выбирает?
Вот только конкурса красоты мне не хватало.
- Не-а, он всех берёт.
- Как всех?
- А вот так. Всех трёх.
- И часто берёт?
- Каждый год.
- Ого… Это у него уже гарем образовался, - я задумалась. – Столько жён. Всё интереснее и интереснее наша сказка… Скажи-ка, уважаемый думный дьяк, а мне, случаем, несколько мужей завести нельзя? Ну если этот ваш Кощей такой страшный, то может я пару-тройку молодцов-красавцев приголублю?
- Нет!
- Совсем нет? Я же только двоих! Что? Даже двоих нельзя? А если одного? Тоже нет? Дискриминация!
***
- Ну вот, наконец, ты стала похожа на нормальную девку! – восхищённо поцокивал языком царь.
- Верико, теперь ты точно сможешь выкрасть яйцо! — умилялся дьяк.
- И разбить сердце Кощея, — зубасто улыбалась Рыбка.
А я…
А я стояла перед ними, с головы до поясницы укатанная в плотную ткань, и чувствовала себя настоящей гусеницей. И если ей суждено хоть когда-нибудь стать бабочкой, то мне прямая дорога в вечные шелкопряды.
- Что-то не поняла. Это мода такая, да? А как этим соблазнять? Ничего ж не видно.
Бирюзовый платок скрывал не только многострадальную косу, но всю верхнюю часть тела. Сарафан, длиной до самых пяток, не оставлял ни единой надежды любопытному мужскому взору. На ногах красовались новенькие плетёные лапти, прочно зашнурованные умелыми руками чернавки. И лишь горящие глаза, подведённые печным угольком, зловеще озирались вокруг.
- Чем я Кощея привлекать буду, изверги? Зрачками?!
- Как чем? — изумился дьяк. – Красотой!
- Какой? Где ты увидел во всём этом красоту? Ты, конечно, умный, хитрый и… каким там должен быть дьяк? – возмущалась я. – Но ты ничего не знаешь о мужчинах. Думаешь, ему будет интересно, что за тётка под семью покрывалами прячется?
- Не под семью, а под одним-единственным платком, — поправил царь.
- Какая разница? Где один, там и семь. Тем более на мне ещё дурацкий сарафан и рубашка ниже колен.
- Всё верно. Так правильно.
- Что правильно?! Зачем такой огромный платок?
- Косу прятать.
- Да у меня коса ещё на первой четверти закончилась!
- А дальше он твою худобу прячет. Ты что ж думала, мы тебя вот такую прям и отправим? Чтоб все потом говорили, что в Лукоморье девок нормальных не осталось?!
- А вот и брали бы своих! Чего на меня покусились? Я б сейчас на пляже загорала, а не к свиданию с Кощеем готовилась.
- Да как же ты не понимаешь? Я загадал Рыбке желание, чтоб она…
- Всё! – я зажмурилась. - Хватит.
На пол полетел платок.
- Если уж мне суждено быть жертвенной девой, то хоть выглядеть буду так, как привыкла.
Дьяк ахнул.
- В джинясах?!
- Нет. В сарафане. Но без платка!
- Хорошо, хорошо, - закивал царь. – Как твоей душеньке угодно. Главное, яйцо принеси. А с платком или без, не велика разница.
- Вот-вот, - поддакнула Рыбка. – Без платка даже интересней.
Я ухмыльнулась:
- Хоть селёдка понимает, что Кощея надо радовать экзотикой.
Царь оглядел меня с головы до ног, и, решив больше не спорить, выдал любезную улыбку.
- После полудня откроются двери его дворца. И все невесты предстанут перед очами Бессмертного…
- Ох, как не по душе мне такая перспектива.
- И примет он дань…
- На меня намекаешь?
- И даст он нам передышку ещё на год…
- Инфаркт вам от счастья не грозит? Нет?
- И будем мы ждать тебя со смертью кощеевой прямо тута.
- Смельчаки-и. Себе наитруднейшее задание оставили.
Царь поджал губы.
- Ну и девка, язык как помело! И что я тебя терплю?
- А кто ещё согласится по собственному желанию в логово главного злодея сунуться? Никто? То-то и оно.
За окошком порхали птички, а солнце сияло высоко в небесах. Зелёные кроны берёзок ярким пятном выделялись на фоне редких облаков. Горячий летний ветер приносил зной на узкие переулки Лукоморья. И в шумную мелодию обыденной жизни умело вплеталась весёлая песнь девушки-чернавки.
А после полудня, как и было обещано, распахнулись створки Кощеева царства, открывая пытливому взору всё богатство и роскошь жестокого владыки.
***
На улице нас уже поджидала телега.
- Присаживайся, Верико. Да не гляди так нагло на мужчин вокруг! Скромнее надо быть, скромнее. Что ты делаешь? Зачем щупаешь коней? Да, они повезут нас в горы. Нет, они не сдохнут по дороге. Кто толстый? Я толстый?! Да поцелует тебя леший в макушку за такие нехорошие слова! И вовсе я не толстый…
Солнце пекло нещадно. Хорошо, что до Кощеева дворца было не так уж далеко. Буквально через два часа я рассматривала обитель Его Темнейшества.
А посмотреть, и правда, было на что.
Ворота, словно сплетённые из тончайшего чёрного кружева, со скрипом распахнулись для гостей. Сад, красоте которого уступал бы сам Эдем, радовал глаз диковинными цветами и редкими кустарниками. Фонтаны, дарящие горному воздуху свежесть морских просторов, встречались буквально на каждом шагу.
- Ничего себе… Нехилый домик у Кощея.
- Он его строил на наши деньги, - скривил губы дьяк. – Ты не особо-то разглядывай, а то голова закружится. Чего вертишься? В Лукоморье всяко лучше.
- У твоего Еремея дворец поменьше.
- У царя-батюшки дворец на честных деяниях построен, а тут на крови дев безвинных!
- Хорошо, хорошо. Даже спорить не буду.
Оставив телегу за забором, мы с дьяком направились к широкой лестнице, ведущей к главному ходу.
- Верико, - вдруг шепнул он. - У тебя вообще план есть?
- Есть, - кивнула я. - Называется "а там посмотрим". Безотказен.
- Ну-ну.
Мы смело вошли в распахнутые двери.
Зал для приёмов очаровывал с первого мгновенья. Изящество линий, замысловатость узоров, широкая палитра красок. Огромный сводчатый потолок, поддерживаемый колоннами из светлого мрамора. Широко распахнутые окна, украшенные бархатными шторами. Высокие двери из ценных пород дерева. Прекрасные ковры, застилающие пол.
- Вон там от Золотого царства невеста приехала. Видишь?
В уголочке стоял высокий мужчина, приобнимая за плечи дрожащую темноволосую девушку в сарафане из золотой парчи. Да и на самом сопровождающем кафтан отделан золотом. Богатое, видать, царство.
- А вот тут из Подземного. Нет, не там… Правее. Ага. Видишь, как светлокожа? У них там света солнечного отродясь не бывает.
- А как живут-то?
- Да так и живут. Огнём города освещают.
Бледная красавица разглядывала меня в ответ. В серых глазах светилось любопытство. Я приветливо улыбнулась. Девушка кивнула в ответ и чуть растянула губы, будто опасаясь, что мимолётное дружелюбие придётся не по вкусу охраннику. А то, что это охранник, а не добрый дядюшка, было понятно сразу. Уж слишком крепко он держал красотку за руку, словно боялся, что вот-вот сбежит.
- Нда, не все по доброй воле сюда идут.
- Не все, - кивнул дьяк. – Да и мы старались только сироток отправлять. За них волноваться некому.
- И не жаль было?
- Жаль, как не жалеть. Но, коли не отправим, тогда всем будет худо. Ох и намучились мы от этой напасти, но теперь-то всё хорошо станет. Рыбка не могла ошибиться, ты достанешь яйцо.
- А если всё-таки ошиблась?
- Тьфу на тебя! Не каркай.
- Ну ладно, а если это не Рыбка ошиблась, а царь Еремей желание неправильно сформулировал?
- Не может такого быть. Всё верно просил: девку молодую, красивую…
- Умную, - подсказала я. Сама себя не похвалишь, так и забудут.
- Умную. Чтоб у Бессмертного заветную иглу стащить могла.
- С яйцом.
- А как же. Ведомо, с яйцом. А ты без яйца-то и не тащи, потеряешь ещё. Ты главное, не боись, Верико. Он ведь тоже… какой-никакой, а мужик. Зачем-то ему ведь невесты нужны. Кто знает, что он там сразу с тремя делает, но требует ведь.
- Благодарю покорно, - фыркнула я. – Успокоил.
- Ты поласковей будь. Глядишь, да по нраву придёшься. Не сразу убивать кинется.
- Вообще надежду внушил!
- Да не язви… Не язви… Не к лицу это девке.
Ожидание начинало раздражать. И где Его Темнейшество шастает? Возможно только мне, избалованной цивилизацией девушке, было трудно выстоять длительное время на параде невест. Затекли ноги. Хотелось уже плюнуть на всё, как вдруг в зале воцарилась непривычная, испуганная тишина.
- Гляди, Верико, - едва разжимая губы, выдал дьяк. – Гляди внимательней. Вот он… Кощей.
Я кинула взор на того, кто внушает страх и ужас местному населению и замерла от неожиданности. Кощей был просто…
- Да не пялься так, дура! Тебе его соблазнять надо, чтоб подольше в живых походить, а не морду кривить. Не пялься, разозлишь же!
А как не пялиться-то? Как? Господи Иисусе… Кощей оказался просто отвратителен.
Глава 3. Плен плену рознь
Кощей оказался просто отвратителен.
Нет, в самом деле, кому может понравиться этот… этот… одном словом, «оно»?
Высокий, тощий. Кожа да кости! И даже кожи-то почти нет, сплошные струпья. Бр-р-р! Лет сто «жениху», не меньше. А челюсть вставная… Ну точно вставная, вон как плюётся, когда разговаривает. А зубы-то, зубы... Интересно, что за умелец протез делал? Старательный очень. В два ряда установил.
Лысый, с кривыми ногами и белёсыми глазами. А взгляд-то грозный… Очень грозный. Сразу видно, привык властвовать, даже мысли не имеет, что кто-то может воспротивиться. Что ж, тем приятнее сюрприз будет.
Немногочисленные посетители выстроились вдоль стен и безропотно ждали своей очереди. Первыми на середину зала выступили послы соседних держав. Один за другим они почтительно склонялись перед Кощеем, демонстрируя прекрасных дев. Старик их рассматривал, иногда щупал, и что-то бубнил себе под нос.
Наконец пришла и наша очередь.
- Лукоморье… да-да… - задумчиво произнёс Кощей. – Подойди, девица.
Я шагнула ближе.
- Ещё.
Сделала пару движений и остановилась.
Кощей не внушал страх, нет, тут было другое. Жители сказочного мира боялись его, видимо, из-за хорошо прописанной истории. Такими их создали авторы. Я же, будучи не книжным персонажем, могла оценить героя не вникая в хитросплетения сюжетных линий. Кощей вызывал брезгливость.
Уродлив, даже слишком. Возможно умён, не из-за улыбки же он обрёк на дань три царства. Вполне адекватен. Склочного характера пока не заметила, но может всё впереди?
- Подойди ближе, на заставляй меня самому делать это, - Бессмертный сдвинул редкие брови.
Шагнула ещё.
Рядом притёрся дьяк.
- Вот, Кощеюшка, всё как договаривались. Невеста новая. Хорошая девка, ты не смотри, что тоща.
Кощей милостиво кивнул. Поднявшись с возвышения, на котором сидел до этого, злодей медленно спустился ко мне.
Ну вот и всё. Положено начало авантюре, исход которой до сих пор не определён.
Тяжёлые шаги мужчины глухо прозвучали в наступившей тишине. Предательские мурашки пробежали вдоль позвоночника. Я ждала.
Ждала слова, действия, хоть какой-то эмоции, но Кощей молчал. Мгновения показались минутами, а напряжение достигло апогея.
- Как твоё имя? - наконец произнёс он.
- Верико, - ответила уверено, даже не думая прятать взгляд.
- Дай руку, Верико.
Повинуясь воле Бессмертного, вскинула подбородок и протянула ладонь.
У Кощея оказались странные глаза. Почти без зрачков, пронизывающие, гипнотизирующие, таящие в себе многолетнюю мудрость.
- Тонкокостная… - шепнул он, будто про себя, задумчиво рассматривая ладошку.
И вдруг улыбнулся.
- Я принимаю от тебя дань, - благосклонный кивок дьяку. – Передай Еремею, что девица годна, но в следующий раз, пусть присылает посвежее. Уж больно костлява.
- Кто бы говорил… - фыркнула я, едва слышно.
Но Кощей заметил, сжал челюсти и прошипел сквозь зубы:
- Вот только уму-разуму не обучена.
Дьяк побледнел.
- Так девка-же… Откуда ум у девки? Молодая, горячая. Ты уж не злоби, Кощеюшка, она впредь толковее будет.
Я возмущённо закусила губу. Кто ж знал, что у старика слух хороший?
Кощей раздул ноздри, но буйствовать не стал.
- Все свободны. Эй, кто-нибудь заберите девок!
Тут же подбежали молодцы в серых, застиранных рубахах.
- Ступайте следом, - отрывисто бросил один из них.
И вот нас уже выводят из парадного зала. Что можно ещё сказать? Я дань преподнесённая главному гаду всех сказок. Я вещь. Я … ничто.
Как же так получилось? Обрекла себя на положение рабыни в Кощеевом царстве. И ради чего? Ради жалкого яйца с иголкой? Но, увы, это единственный путь домой.
А значит, стоит запастись терпением.
***
И вот, шествуя по коридорам Тёмного дворца, впервые за последнее время задумалась о том, что же я знаю о сказках?
Некоторые книги, прочитанные ранее, ровно, как и фильмы, не давали полной картины о жизни и характере героев.
Персонажи влюблялись, ссорились, плели интриги. Вокруг царило веселье, а у главной красавицы была всего одна забота: шикарно выглядеть и любить местного богатыря.
Вот такое загадочное слово «сказка»... Оно отдавало романтикой и негой. А сколько чудесных историй связано с вызволением девицы из лап Кощея! И в каждой истории бедная пленница, словно по волшебству, становилась любимой женой смелого царевича. Интересно, а моя сказка чем закончится?
Так, полностью погрузившись в размышления, я не заметила, как коридоры кончились и теперь, прямо перед носом, возвышались украшенные причудливым орнаментом двери.
- Проходите, да скорее, скорее, - отрывисто бросил сопровождающий молодец, распахивая высокие створки. - Очередные невесты, - пренебрежительно бросил он направившейся к нам старухе и тут же удалился.
- Дань, значит, - промычала та. – Меня звать тётушка Марфа. Всё покажу, расскажу. Устали в дороге-то?
Представительницы Золотого и Подземного царств синхронно кивнули.
- Оно и понятно, небось, полдня пришлось в телеге ехать? – вновь полное согласие.
Старуха перевела взгляд на меня.
- А ты, выходит, с Лукоморья пожаловала? Недалече оно, чего ж такая заморённая?
- Кормили плохо.
- Э-э, Еремейка обижал, что ли?
- Кто? – не сразу поняла я.
- Царь ваш.
Странная старуха… С чего бы правителя соседнего государства так запросто «Еремейкой» величать?
- Ну мы сейчас накормим, - прокряхтела она. – Накормим, обиходим. Проходите, девоньки, проходите дальше. Вот сюда садитесь, на лавку.
Тут же захотелось сбежать. Появилось предчувствие, что стоит сделать хоть шаг, и уже никогда не вырвусь из волшебной клетки.
Старуха удивлённо зыркнула:
- Идёшь?
Я вздохнула. Неприятное ощущение лишь усилилось.
- Идёшь, спрашиваю?
- Иду. Конечно, иду.
Этим «иду» всё сказано. Пора кончать с неуверенностью. На это не было ни времени, ни сил, ни желания. Да и вообще, откуда она появилась? Неужели сказка так действует? Ну так я не стандартный персонаж, книжным характером не наделена.
Так что… была не была! В крайнем случае, перепишу историю по-своему.
***
Комнатка, куда нас завели, оказалась довольно своеобразной, даже для сказочной Руси. Окна с резными ставнями и парчовыми занавесями, добротная мебель, включающая в себя четыре низеньких скамеечки с белоснежной россыпью подушек. Всё выглядело намного дороже, чем во дворце Еремея, но я успела соскучиться по встроенным шкафам с зеркальными дверцами и компьютерным столикам, к которым так привыкла с детства.
- Сюда, садитесь сюда, - старуха кивнула на единственную скамью без постельного убранства. – Тут горница ваша будет. Потом упомните дорогу, чтоб не плутать по дворцу-то. Что глазками хлопаешь, чернявая? – обратилась она к представительнице Золотого царства. – Втроём жить будете. Да недолго, не заметишь, как одна останешься. Если, конечно, останешься… Ох, что-то заболталась…. Не слушайте меня, старую, не то сказала. Совсем не то.
Я хмыкнула. Эх, бабуля, плохая из тебя актриса. Всё ты верно сказала, сразу видно, что заучена речь. Не удивлюсь, если такие оговорки перед каждой троицей допускаешь. С чего бы, интересно? Запугать нас велено? Так мы вроде уже пуганые. Уж эти-то невесты, точно.
Окинув взглядом притихших девушек, нахмурилась. Лишь бы под ногами не путались, да спать по ночам не мешали. Не люблю общежития.
- Голодные, наверное? – суетилась старуха. – Сейчас накормим, приголубим. А пока, держите-ка, водички испейте.
Откуда у неё в руках оказался кувшин? Ей-богу, ещё минуту назад не было. Не заметила, что ли? Странно.
- Пейте, пейте, девоньки. И ты, лукоморская, пей, не стесняйся.
А я и не стесняюсь. Совсем не стесняюсь. Вот только кувшин твой глаза мозолит…
- Пей, родимая, пей.
Я принюхалась. Вроде обычная вода, но чем чёрт не шутит. Уж слишком гостеприимны хозяева.
Поднесла кувшин поближе, наклонила, коснувшись ледяной водой губ, и тут же обратно отпустила.
- Спасибо. Вкусно. Колодезная?
- А то как же! С самого глубокого колодца. Напилась?
- Напилась, - улыбнулась я.
- Вот и умница, вот и молодец, - щебечет в ответ старуха, по голове меня гладит, а сама всё на окно поглядывает.
Что уж там пыталась разглядеть тётушка Марфа, не знаю, но вот то, что у моих подруг по несчастью одновременно стали закрываться глаза, очень настораживало.
- Что такое? Истомились? Спать хотите?
Я поскорее зевнула и рьяно закивала вместе с остальными.
- Вот сюда ложитесь. На лавки. А я вам одеяльце подоткну, ставни закрою, чтоб в глаза не светило… А вы спите, спите, девоньки…
Сказала так и вышла.
Девушки уснули. Брюнетка, кажется, даже похрапывала. Так и хотелось дёрнуть её за косу. А коса-то до самого пола свисает… Завидно.
Просто лежать оказалось скучно. Я думала, размышляла. Пыталась угадать, где может Кощей смерть свою хранить? Вот где бы я хранила? Оглядев нашу светлицу, поняла, что точно не тут.
В лесу бы закопала, поглубже. Карту нарисовала, чтоб потом легче отыскать. Хотя нет. Вот только поисков сокровищ нам и не хватало. Надеюсь, Кощей не такой умный, про лес не подумал. Эх… Куда бы ещё спрятать-то? В сейф… точно в сейф… железный такой… с замочком… и его закопать…
Сама не заметила, как тоже уснула. Неужели зря отказывалась от питья?
Нет, не зря. Сквозь сон, едва уловимо, послышались голоса.
- Я же говорила. Спят давно.
- Заснули быстро?
- Эти две, как только зелья хлебнули. А лукоморская считай не пила, губ не разжимала.
Кто-то хмыкнул.
- Что смеёшься? Думаешь, она провела меня? Нет, и не таких умных видали.
- И как же усыпила?
- Наговор шепнула.
Голоса вновь затихли.
- О чём думаешь, Кощеюшка?
- Сердце не на месте, чует беду.
- А есть ли оно? Сердце-то?
- Есть, Марфа. Есть.
Послышались осторожные шаги. Кто-то подошёл очень близко, так близко, что чужое горячее дыхание обожгло лицо. Я замерла.
- Нагляделся?
- Чудная она.
- Девка, как девка. Были у тебя такие.
- Правильно говоришь. Были. Были да сплыли, - Кощей скрипнул зубами. – И эти ненадолго.
Шаги стали отдаляться. Осторожно выдохнув, чуть приподняла ресницы. В дверях вырисовывался силуэт уродливого царя.
- Пойдём спать, Марфа. Разбираться с невестами поутру будем.
- Разбираться… Опять разбираться. А правду-то когда им поведаешь? – недовольно пробурчала она из коридора.
- А нужна ли правда? Вон сколько лет прошло, а толку никакого. Пусть в этот раз всё своим чередом идёт.
- Значит, не скажешь?
- Не скажу.
- Не прав ты, Кощеюшка. Ох, не прав. Правда она всегда слаще хитрости.
- Даже такая?
- Тем более такая. Вот посуди сам…
- Нет! Не будет правды!
- Тише, тише! Разошёлся-то как. Девок ещё разбудишь, - укоризненно проговорила старуха. - Тебе виднее, конечно. Да только, как бы опять беды не вышло. Девки-то хорошие, красивые. Может, пущай тут живут?
- Не береди душу, Марфа.
- Неужто у тебя и душа есть, Кощеюшка? Ох, молчу, молчу.
***
В следующий раз я проснулась от того, что одеяло на пол упало. Лень было шевелиться, но прохладный воздух настойчиво пробивался сквозь затворённые ставни. Разлепив один глаз, охнула. Неожиданно наступило утро. Сколько же я проспала?
Буквально в тот же миг проснулись и остальные девушки. Волшебство да и только. По указанию спим, по желанию просыпаемся. Марионетки, блин.
Вчерашний подслушанный разговор тут же всплыл в памяти. Что за тайны у Кощея? Вот ведь персонаж попался. Нет бы, за Ивана-царевича замуж отдали. Или у них все царевичи наперечёт? Мучайся тут с Чёрным владыкой.
А впрочем, мне на секреты Бессмертного на-пле-вать! С высокой колокольни, вот. Пусть хоть планы по захвату мира вынашивает. Главное заветной яйцо найти и домой вернуться.
Где же оно может быть? Надо сегодня про сокровищницу поспрашивать незаметно.
- Здравствуй, - ко мне на лавку опустилось бледнокожее дитя Подземного царства. – Как тебя звать?
Я подозрительно оглядела девушку. Кувшина в руках нет? А то от этих сказок всего можно ожидать.
- Верико.
- Вера-и…
- Верико! Либо запомни, либо называй просто… «моя леди».
- Как?
Я грустно вздохнула. Вот, в кои-то веке, захотелось примерить на себя титул, а не судьба.
- Вера. Просто Вера.
- А я Чаяна, - расплылась в улыбке она. – Ты из Лукоморья? Я сразу поняла, - девушка обернулась к третьей пленнице. – А ты из Золотого, значит. Как звать-то?
- Маланьица.
- А что такое имя есть? На самом деле? – фыркнула я. – Не шутишь? Я ещё ничего среди вас, простенькая.
Девушки в ответ лишь пожали плечами. Ну да, ну да, куда уж мне до многообразия народного творчества.
- К Кощею невест по именам, что ли, выбирают? Чем сложнее, тем шансов больше?
- Почему по именам? – искренне удивилась белокосая Чаяна. – Кого не жалко, того и отсылают. У вас разве не так?
- У нас умных отправляют.
- Тогда самые умные должны дурами прикидываться, чтоб участи скверной избежать, - улыбнулась она. – А я чернавкой была. У кривого барина. Не смейся, у него и правда глаз кривой. Как окосел по молодости, так и величают – кривооким. Кто побогаче, тот в лицо так зовёт, а кто победнее... чтоб не слышал. А я…
- Неужто тоже назвала? – ахнула Маланьица.
- Он меня за косу схватил да под подол полез!
- А ты?
- Морду расцарапала.
- И «кривым» нарекла?
- Не только «кривым», - Чаяна закусила губу. – А он и говорит, или я или Кощей. А мне тогда - вот поверьте! - злыдень приятнее барина показался.
- Ужели сама согласилась?
- Сама. Лучше сразу у Кощея помереть, чем всю жизнь бабой кривого зваться.
Я чуть улыбнулась. История, конечно, грустная, но сама девушка мне пришлась по душе. Такая не побоится и Кощею отпор дать.
- А тебя сюда как отправили? Тоже по собственному желанию? – спросила я Маланьицу.
- Ой, что ты! – замахала руками брюнеточка и вдруг заплакала. Да не просто заплакала, а заревела крокодиловыми слезами. – Пользованная я. Не девка.
Вот тебе и сказочка. Не для детей… нда…
- Не за Кощея замуж собиралась, - пояснила она, - за друга милого, любимого, единственного. Решили свадьбы не ждать, осталось-то всего две недели… А как пошёл клич невесту новую для дани подбирать, так меня и выдвинули.
- А жених что?
Маланьица горько всхлипнула.
- Там остался. Не стал с царём спор держать.
Ого, вот это богатырь! По-тихому в уголочек забился, от проблем и забот спрятался. Молодец. Всё правильно, а что воевать-то? Подумаешь, невеста к Кощею ушла, зато можно новую подыскать. Глядишь, вновь такая же дурёха попадётся.
- Малаша, ты не реви… - Чаяна глянула на меня, словно искала поддержки. – Что ни делается, всё к лучшему. Может у Кощея не так уж и плохо.
Говорила и сама не верила. Да и я не верила.
- А что он с невестами делает, кто-нибудь знает?
Девушки помотали головами. Маланьица даже плакать перестала, лишь изредка шмыгала покрасневшим носом, да тёрла припухшие глаза.
Неизвестность оказалась удивительно пугающей.
- Да ладно, - хмыкнула я, стараясь разрядить обстановку. – Думаю, отсюда можно сбежать при случае.
- И почему же никто не сбегал?
- Так не надо было. Вдруг Кощей тут всех невест золотом-серебром задаривает, вот и не сбегает никто.
- И где все эти счастливицы?
- В другом дворце, - уверенно говорю я. – Не может же самый богатый царь иметь только один жалкий, паршивый домишко?
Чаяна недоверчиво распахнула глаза.
- Ну если уж этот дворец для тебя жалкий домишко, то боюсь даже спросить, какие богатства у вас в Лукоморье затаены.
- Несметные.
- Никогда не слышала.
- А мы просто не распространяемся. А то всякий сброд набежит, понимаешь ли, грабители, депутаты, бывшие мужья. Мало ли охочих до чужих денег.
Маланьица вновь всхлипнула.
- Чего ты опять?
- Кощея боюсь.
- И я боюсь. Давай бояться вместе. Вдвоём не так страшно.
- Тогда уж втроём, - улыбчивая блондиночка чуть приобняла меня за плечи и наклонившись к самому уху, шепнула: - А я ведь кое-что слышала про побег… Потом расскажу.
Я кивнула. Любопытно. Может, и впрямь, чего нового узнаю.
Тут дверь в комнату распахнулась и на пороге появилась вчерашняя старуха.
- Доброе утречко, девоньки, - ласково поприветствовала она.
- Доброе, тётушка Марфа, - вежливо ответили мы.
- Как спалось? Хорошо ли? Вот и славно.
Старуха хлопотливо выложила на лавку расчёску с редкими зубьями и маленькое зеркальце.
- Вот, красуйтесь. Волосья туго сплетайте, чтоб аккуратнее было. Трапезничать отныне будете с царём Кощеем за одним столом.
Мы замерли. За одним столом с чудовищем? С отвратным, уродливым, непереносимым…
Рядом чуть слышно охнула Маланьица.
- Ну чего побледнели? От счастья, что ль? Чай не каждый день с царями завтракаете. Такой почёт! Он одну невесту по левую руку посадит, другую по правую, а кто-то, вот счастливица, напротив сядет. Почему счастливица? Так видно ж всё хорошо. И как ест царь, и как пьёт… Эй, чернявая, ты чего это? Ставни распахните! Не видите, худо ей! От счастья… ну точно, от счастья. Вот ведь, чуть не померла.
***
Посреди чисто выметенной горницы стоял длинный стол, во главе которого сидел повелитель Тёмного царства, великий и неподражаемый Кощей Бессмертный.
Как я уже говорила, отвратительный старик не внушал мне ужаса, чего не скажешь об остальных девушках… И если Чаяна хоть как-то держалась, то Маланьица буквально тряслась от страха.
- Доброе утро, - проскрежетал злодей, шевельнув поредевшими от возраста бровями.
Он явно ждал ответной вежливости.
Я расщедрилась на улыбку:
- Доброго, ваше царское величество.
- Неужто ко мне на «вы»? – прищурился старик.
Лихорадочно покопавшись в памяти и вспомнив, как лихо лукоморский дьяк обращался на «ты» к царю Еремею, решила последовать примеру.
- Ослышался, царь-батюшка.
Кощей ухмыльнулся. Вроде доволен. С чего вдруг прицепился к слову? Может особенности сказки? А может, я чего-то не знаю о странном средневековье?
- Присаживайтесь, невестушки.
Мы оглядели стол, выбирая места. Как и говорила тётушка Марфа, столовые приборы стояли по левую и правую руку от хозяина, и только одна-единственная ложка оказалась на самом дальнем конце стола, точно напротив ожидающего нашего решения Кощея.
Маланьица встрепенулась и рысью кинулась к дальнему месту. Мы с Чаяной лишь завистливо вздохнули.
Так и сидели. В серединке задумчивый Бессмертный, по бокам мы, две блондинки, и с другого торца – темновласая красавица с пугливым взором.
Кощей хлопнул в ладоши и тут же несколько скромно одетых девиц внесли угощения.
Я внимательно оглядела служанок. Хорошенькие. Может это и есть прошлогодние невесты?
Берёт старик сразу троих. Одну на койку, а других в чернавки. А может всех по очереди через спальню пропускает, а потом на кухню да конюшню трудоустраивает.
Отогнав скабрёзные мысли, посмотрела на Кощея. Осилит троих-то?
Словно почувствовав любопытство, главный злодей медленно глянул в мою сторону и растянул один уголок рта. Примериваешься, гад, да? А вот не видать тебе спальни, как своих ушей!
- Какие сны снились на новом месте? – спросил он.
- Никаких, - честно ответила я.
- Почему же?
- Переволновались мы, - влезла в разговор Чаяна.
Блондиночка храбро старалась пережить тяжёлый завтрак.
- А зачем волноваться? – Кощей повернул к ней голову. – Разве страшно?
Чаяна моргнула. Нда… и что тут отвечать? Страшно. Просто ужас, как страшно. Но старику об это знать не следует.
- Мы неуютно себя чувствуем в роли невест, - разулыбалась я, вновь перетягивая внимание Кощея. - Первый раз, опыта нет. Вот когда опыт будет, тут уж мы себя покажем! А пока стесняемся очень.
- Чего же стесняетесь?
- Ну как же. Три невесты на одного жениха. Непорядок, - я укоризненно качнула головой и тут же, опустив ресницы, добавила: - Ещё и любимую жену выбирать надо. Не ровен час передерёмся между собой.
Бессмертный молчал долго.
Так утомительно. Настораживающе. Маланьица, на другом конце стола, даже всхлипывать начала. Трусишка.
- Как же тебя в дань-то определили? – вдруг тихо спросил Кощей. – Не дура вроде, не уродина. Язык, правда, за зубами держать не приучена, но это не беда. Бойка, горяча, меня не боишься.
- А что тебя бояться? – рискнув поднять глаза на жениха, выдавила улыбку.
- А разве повода нет?
Играешь ты, гад. Вижу, что играешь. И на нервах играешь и на страхе нашем. Так я тоже в душе актриса, пусть не самая талантливая, но зато упорная. Посмотрим кто кого.
- Не боюсь.
Кощей улыбнулся, блеснув мелкими, острыми зубами. А потом вдруг нагнулся и почти в ухо зловеще шепнул:
- Зря.
Я спокойно хмыкнула. Старик, ожидавший иную реакцию, удивлённо подался назад.
Чаяна недоумённо следила за нашим диалогом. Слышать – особо не слышала, но выражение лиц видела.
Оставшееся время завтракали молча. Бессмертный бросал заинтересованные взгляды исподлобья, но больше попыток поразглагольствовать не делал. Оно и к лучшему, нечего портить аппетит.
Кстати, еда оказалась на удивление вкусной. Даже уродливый сосед не портил удовольствия от горячей, свежей пищи.
Благодать, а не питание. Никаких консервантов! Я готова была съесть всё, что чернавушки так вовремя водружали на стол. Эх, вернусь домой, придётся вновь сесть на диету.
Дождавшись, когда мы насытимся (к слову сказать, насыщалась только я, да царь, а вот другие невесты как-то не слишком охотно пощипывали кусочек сдобы), Кощей вновь хлопнул в ладоши, а девушки-служанки послушно унесли пустые тарелки.
- Приятно было разделить с вами хлеб-соль, - старик первым поднялся из-за стола и глянул на нас, словно чего-то ожидая.
- Благодарствуем! – первой сообразила Чаяна.
- Спасибо. Вкусно, - поддакнула я.
Маланьица тоже чего-то тихо пискнула.
Кощей удовлетворённо кивнул.
- Ну раз все довольны, не буду задерживать. Где ваша горница знаете.
И это всё? Поели, поболтали, вновь с глаз долой?
Видимо, неприкрытое удивление так явственно отразилось на моём лице, что старик ухмыльнулся: знаю, мол, о чём думаешь.
Я фыркнула. В горницу, так в горницу. Нам втроём скучно не будет.
Но как только направилась к двери, раздался тихий голос:
- Две вернутся, а чернявая останется.
Мы с Чаяной быстро переглянулись и воззрились на позеленевшую от страха Маланьицу.
Кощей очень медленно двинулся в её сторону. Остановился, оглядел. Протянул руку к лицу, но увидев, что невеста уже готова бухнуться в спасительный обморок, поморщился.
- Что ж ты такая пугливая, - выдал он. – Неужели не по нраву пришёлся?
Малаша, сжав зубы и выпучивая глаза, просипела:
- По нраву…
- А что тогда дрожишь?
- Прихворала…
- Знобит?
Она кивнула.
- То не беда. Согрею.
Кощей выжидающе протянул руку. Девушка в страхе отступила назад.
- Я жду.
- Так больна я…
- Сказал же, не беда.
Старик внимательно наблюдал за невестой. Белёсые глаза, казалось, всматривались в самую суть, в душу, в помыслы.
Маланьица бросила последний взгляд на нас с Чаяной, глубоко вздохнула и, зажмурившись, вложила свою ладошку в руку жениха.
Глава 4. Красавица и Чудовище
- И что теперь с ней будет? - Чаяна заломила руки.
Девушка очень нервничала. Да что говорить, даже я, образец спокойствия, взволнованно грызла губы.
- Он её убьёт! Четвертует, а потом зажарит!
- В печке? – мне тут же вспомнилось всё то, что сопутствовало образу Кощея.
- Может быть и в печке! А потом… - глаза Чаяны расширились, – он подаст её нам на обед.
- Глупостей не говори! Такого в сказках не было.
- Что? В каких сказках?
- Э… нет, не будет такого. Кощей, конечно, тот ещё гад, но есть молодых девиц не станет.
- А вдруг?
Я вздохнула.
- Не станет.
- Уверена?
Нет. Естественно, нет. Никакой уверенности не было и в помине, но девушке об этом знать не стоило.
- Уверена.
В конце концов, он же не Синяя Борода, так ведь? Мысли лихорадило, хотелось, чтоб скорее наступил полдень, возможно там, за обедом, мы увидим Маланью и успокоимся. Но время тянулось неоправданно медленно.
- А зачем тогда Кощей её позвал? – Чаяна пересела на мою лавку и заглянула в глаза.
- Ну… может быть, это связано с тем, что мы… как бы сказать… - не хотелось пугать её ещё сильнее, – невесты.
- И что?
- А сама как думаешь? Должен же жених выбрать лучшую.
- Так он что… выбирает, что ли? – девушка побледнела. – Так как я думаю? Прямо сейчас?
- А ты предпочитаешь особенное время?
- Утро же… не ночь даже.
Я хмыкнула.
- Вот такой он не романтичный.
Длинные белые пальцы Чаяны подрагивали. Интересная она, не такая, как я представляла себе жителей сказки. Конечно, не тянет на роль Василисы Премудрой, но вполне способна взять на себя обязанности подруги. Какая-никакая, а помощь.
- Вера.
- Что?
- А он будет сильно зол на неё?
- В смысле?
- Уже ж не девка.
- Господи! – мне стало смешно. – Тебе обязательно об этом думать?
- А о чём ещё? – надулась Чаяна. Ну хоть бояться перестала.
- О чём? Выбор большой. Например, подумай, что ты станешь делать, когда он так же тебя позовёт, - блин, не то ляпнула… опять позеленела.
- Ой…
- Спокойно! Не ной! Может всё не так страшно. Вдруг он просто приглашает чай попить, книжки совместно почитать.
- Всё равно не хочу.
- Я тоже не хочу. Как-то, знаешь ли, не на это рассчитывала.
- А на что?
- О-о-о! Моя супергеройская миссия не может быть так просто объявлена непричастным к данным событиям лицам.
- Че-го?
- Секрет это.
- Так бы сразу и сказала, а то… Я же половины не поняла, - девушка окинула меня подозрительным взглядом. – Ты странная, Вера.
- Почему? – удивилась почти искренне.
- Ты другая. Я не могу объяснить, но ты точно не простая девица. Дай угадаю… купеческая дочка?
- Нет.
- Боярская, стало быть.
- И опять нет, - я улыбнулась.
- Да неужто княжеская?!
- И вновь не угадала.
Чаяна задумалась, а потом вдруг громко ахнула.
- Царская… О-ой, как же тебя спровадили-то сюда?
- Да не царская я!
- Царская, царская! А то я не вижу. Бедная-я, как же тебя царь Еремей отдал злыдню? Али ты не родная ему? – глаза девушки заблестели. – Точно! Заморская ты! Лукоморские в полон взяли. И чтоб своих девок не свозить к Кощею, тебя решили отправить. А я-то думаю, что с тобой не так… А тут вон что происходит…
Вот такими нехитрыми суждениями, я, сама того не замечая, обрастала биографией. Ну а что? Девкой была, бабой была, а вот царевной молодой быть ещё не приходилось.
- То-то у тебя и имя такое… - Чаяна пошевелила пальцами, - заморское. Не наше. И говоришь ты не так, и ведёшь себя иначе. И даже Кощея – ух! – не боишься.
Я хмыкнула.
- Почему не боюсь? Боюсь. Вот как представлю, что супружеские обязанности выполнять придётся, сразу боюсь. Вдруг у него сердце от напряжения не выдержит, обвинят меня в смерти вашего раритета, оправдывайся потом.
Девушка явно не поняла, что такое «раритет», но с умным видом покивала.
- И то правда. Убить-то его каждый рад, но не так. Он же с каждой погибелью всё страшнее становится. Всё уродливее. Богатыри некоторые и мечом кололи, и огнём жгли, а он всё двигается… у-у-у, упырь!
Упырь. Это вампир, что ли? Только этого мне не хватало. Хотя нет. В сказках такого не было. Я почесала макушку. Точно не было. Да и не похож он. Глупости. Фу, какие только мысли не залезут в голову.
- Вера.
- Ммм? – задумчиво промычала я.
- Помнишь наш утренний разговор? – Чаяна мельком глянула на дверь. – Я про побег.
- Конечно, помню. Ты хотела рассказать что-то.
- Да. Слушай…
Но она не успела и слова сказать, как на улице раздался громкий визг.
Не сговариваясь, мы бросились распахивать ставни.
В небольшом саду, прямо перед нашими окнами, надрывалась криками привязанная к столбу молодая девица. А невысокий парень, с алой шапкой набекрень, охаживал её кнутом.
- Твою ма… - я буквально онемела.
- Запорют, до смерти запорют! – запричитала Чаяна прижимая ладошки к щекам.
Хлыст извивался в воздухе, как змея, время от времени противно щёлкая.
- Что же она натворила? Ой… а это не Малаша?
Девушка хоть и была черноволоса, но черты лица имела совсем другие.
- Нет, не Малаша.
Чаяна всхлипнула.
- За что ж её?
- Может на Кощея не так глянула. Не то сказала, не так дышала, в рожу случайно плюнула. Мало ли.
- Ох, я не хочу, чтоб меня так же лупили.
- Никто не хочет.
При сильном взмахе с парня слетела шапка, обнажив русую кудрявую макушку. Но уже буквально через мгновенье, он поднял головной убор с земли и нахлобучил обратно. Хлыст вновь взвился. Жертва продолжала орать. Надрывно, словно из последних сил. Голос бил по барабанным перепонкам, проникал в душу, вытаскивая наружу, совсем недавно запрятанный страх.
Чаяна шумно, порывисто задышала. Ей было страшно. Очень страшно. Ужас сковал её сердце, позволяя лишь глухим хрипам поддерживать жизнь.
Бедная девчонка за окном визжала и визжала. Всё громче с каждым взмахом проклятого хлыста. И откуда только силы находились? Я зажмурилась.
- Ох, как жутко, - сипло выдохнула Чаяна.
А мне… мне…
А мне внезапно стало очень любопытно. Открыв глаза, вновь вгляделась в девушку. Несчастная орала постоянно, не переставая. Даже в те моменты, когда кнут не касался нежной кожи, даже, когда чёртова шапка слетела под ноги и палач отвлёкся. Кричала и кричала. На одной ноте. Так резко, противно. Совершенно… неумело.
- Нас запугивают.
- Что? – Чаяна опять всхлипнула.
- Нас просто запугивают. Смотри, хлыст даже не дотрагивается до неё.
Чаяна моргнула и, переведя затравленный взор во двор, внимательно вгляделась в парня.
- Он бьёт мимо… Как же так? Вера? Что же это?!
- Спектакль. Специально для нас, - я улыбнулась. – Какой хитрый гад.
- Ты думаешь, Кощей специально приказал?
- Уверена, - улыбка расплывалась всё шире.
- Вера…
- Да?
- Ты меня пугаешь, – Чаяна испуганно закусила нижнюю губу.
Не отрывая взгляда от происходящего за окном, я позволила блеснуть всем тридцати двум зубам и послала воздушный поцелуй, застывшему от неожиданности палачу.
Ах, Кощеюшка, ах, гниль болотная, такого я не ожидала даже от тебя. Ну ничего, ничего. Вот добуду яйцо, и посмотрим, как ты запляшешь. У меня тоже фантазия отменная. Твоей иглой ещё в зубах ковыряться стану. Да не в своих, чтоб жизнь бессмертная мёдом не казалась, свинью найду позубастее. Всё для тебя, Кощеюшка, всё для тебя, родимый.
***
На обед мы шли, как на войну.
Я задирала подбородок повыше и ступала, как истинная царевна. Пусть знает, что не абы кто в пленницах, может поаккуратнее станет с театральными представлениями. А то визг крепостной актрисы до сих пор в ушах стоит.
Чаяна тоже что-то бубнила себе под нос, но кажется, ничего боязливого в её шепотке не наблюдалось, по крайней мере «яйцо в яичницу, а голову на кол» звучали абсолютно не пугливо.
- Вера, как думаешь, где Малаша?
Я пожала плечами. Этот вопрос не выходил из головы. Что злодей сделал с невестой из Золотого царства? Жива ли девчонка?
- Не знаю. Будем надеяться, что сейчас увидим. Должен же он её кормить.
- С нами за одним столом?
- А почему бы и нет? Три невесты за столом пряли поздно вечерком… Ой, это не отсюда, - я поморщилась. – Главное Кощея не бояться! Если Малашки не будет, просто спросим, где она.
- Так легко?
- А чего усложнять-то? Пусть отвечает.
- Ох, Вера, храбрая ты, злыдня не боишься. Я так не могу, - Чаяна закусила нижнюю губу.
- Как это не можешь? А кто только что вещал о яичнице и планировал голову старика на кол засунуть?
- Одно дело хотеть, а совсем другое делать.
- Неужели не сможешь? – усмехнулась я.
- Да как? Девка же.
- Так и я не богатырь.
Чаяна улыбнулась.
- Говорила же, отличаешься ты от нас, Вер. Сильно отличаешься. Другая ты. Вольная.
- Какая?
- Вольная. И словом, и делом, и мыслями.
Я остановилась.
- Вольная или нет – не знаю. Но смерть Кощея раздобыть обязана. Поможешь?
Чаяна ахнула.
- Неужто убить проклятого хочешь? Сама?
- Сама.
- Да как же так, Верочка. Не наше дело с Кощеем воевать, на то богатыри есть. Молодые да красивые.
- И много ваши молодцы-красавцы сделали? Как платили дань, так и платят.
- Не всё так просто, - покачала головой девушка.
- Не всё так сложно, - обрубила я. – Поможешь или нет?
Помолчав немного и подумав, Чаяна решительно кивнула:
- Помогу. Но и ты мне помоги.
- Как?
- В Подземное царство вернуться надобно.
- По Кривому своему соскучилась, что ли?
- Не язви, Вер. Надо и всё. Потом скажу зачем.
- Ну ладно, - прищурилась я. – Кстати, ты так и не рассказала про…
- Тише!
Чаяна предупреждающе указала пальчиком вперёд. Сами того не замечая, мы уже дошли до столовой.
Занятный, кстати, дворец у Кощея, несметное количество коридоров, комнат и неприметных дверей. За одной из таких, наверняка, хранится то, что мне нужно. Выберу момент и поищу. Сегодня же! Или завтра. В общем, в ближайшие дни.
За столом уже восседал Его Чародейское Величество Царь всех злодеев, Главный Гад народных сказок, Неумолимый и Неустрашимый Кощей «в яйце — игла» Бессмертный.
На этот раз ложки лежали всего в двух местах: по левую руку от старика и прямо напротив, на месте Маланьицы.
- Присаживайтесь, невестушки. Проголодались, небось? – проскрипел он.
- Угу, - кивнула я, делая шаг назад и предлагая Чаяне первой выбрать, где сидеть.
Не особо раздумывая, девушка направилась за дальний конец стола, от злыдня подальше.
Кощей хмыкнул, но ни слова не сказал.
- Как время провели? Хорошо ли?
- Великолепно, - ответила я, присаживаясь на свободное место. Вновь вплотную к старикану, ну да ладно, аппетит не испортит.
- Чем занимались?
- В окно глядели. На скоморохов.
Старик приподнял лысоватую бровь в немом вопросе. Пришлось пояснять:
- Да к нам под окна циркачи какие-то пожаловали, заезжие, наверное. Сценку смешную показывали, умора такая. Мы с подружкой буквально наслаждались представлением. Жаль только что пьеса какая-то однообразная, ни развития, ни кульминации. Сюжета никакого. Да и актёры бездарные, но в целом весело. Спасибо, дорогой жених, что позволил им выступить, так сказать, скрасил наше одиночество.
Кощей моргнул. Я широко улыбнулась. Чаяна уронила ложку. Воцарилась тишина.
- Кушать-то подавать? – осторожно спросила чернавушка выглядывая из-за двери. – Али не надо?
- Как это не надо? Надо. Мы голодные. Да и царь, верней всего, проголодался. Правда ведь?
Обе брови Бессмертного изумлённо поползли вверх.
- Мужчину кормить надо, - авторитетно заявила я. – Без этого счастливой семейной жизни не видать. А мы ведь к счастью стремимся? Стремимся. Приятного аппетита, многоуважаемый жених, вот супчик попробуй, вкусный на вид.
Я говорила откровенную чепуху. Первую попавшуюся ерунду, что лезла в голову. За последствия не боялась, даже наоборот, мне необходимо было попасть в «счастливицы» и стать ближе к Кощею. Должна же, я, в конце концов, приступить к поискам яйца! Хватит отлынивать, полдня уже потеряла.
К сожалению, старик совершенно не рассердился на мою абсурднейщую наглость, и, вернув брови на место, вполне миролюбиво поддакивал.
Чаяна же сидела ни жива, ни мертва. И до этого бледное лицо, сейчас соперничало белизной с накрахмаленной скатертью. Она моментально забыла и про «яичницу» и про «голову на кол». Губы дрожали, глаза вниз опустились. Неужто и правда, думает, что Кощей невест ест? А кстати…
- А где наша третья подруженька? – взмахивая ресницами, мимоходом поинтересовалась я. – С утра не виделись.
- Занята она.
- Ей плохо было, переволновалась чуток.
- С ней всё в порядке.
- Увидеть можно?
Кощей прищурился.
- Не доверяешь?
- Конечно, доверяю! Просто Малаша пугливая немного.
- Немного… - хмыкнул старик и тут же стёр мимолётную улыбку. – Коли сказал, что в порядке всё с девкой, стало быть, в порядке!
Я торопливо кивнула. Жива Маланьица, точно жива. «Девкой» назвал, значит, не проверял. Хотя, может, убил не проверяя?
Торопливо глянула на Кощея. Спокойно ест, чуть зубами поскрипывает. Мог убить или не мог? Нет, не мог. Иначе нам была бы представлена не показательная порка, а вполне реальная, с Малашкой в главной роли.
Да и разве мог убить, не проверив девку на профпригодность? Хоть и старый, а всё ж… жених.
- О чём задумалась, красавица? – Бессмертный с интересом вглядывался в моё лицо.
Уж не знаю, что он там увидел, но вдруг резко откинулся назад, сжав губы в тонкую полоску, и швырнул ложку на стол.
- Ну всё, закончился обед. Хватит!
Служанки мигом собрали всю посуду.
Кощей не отрывал от меня взора, словно заметил что-то нелицеприятное. Хмурил брови, и раздувал ноздри. Тот ещё красавец! Портрет хоть на забор вешай, с надписью: Не влезай, убьёт! Всех желающих распугает.
Мы с Чаяной сидели смирно. Я старалась придержать врождённую язвительность, а Чаяна скрывала неожиданные слёзы. Да что ж такое-то? Ведь, пока не видела его, не боялась, а как увидела, сразу бедной овечкой заделалась. Или прикидывается? Не похоже. Эх, сказка, что ж ты такая несовременная.
Сидели мы уже долго. Ждали чего-то. Точнее, чего ждала я – понятно, а вот чего Кощей ждал?
Бессмертный царь по-прежнему разглядывал мои глаза. Внимательно так, пристально, без опаски показаться настырным. Поначалу я тоже решила поиграть в гляделки и даже настроилась на выигрыш, но потом плюнула и принялась рассматривать горницу.
Прошла минута. Кощей всё настойчиво пялился.
Вздохнув, я перевела взор на окна. Их в столовой оказалось четыре. Странно, что раньше не замечала. Миленькие такие окошечки, с голубыми занавесочками и ставнями с резными цветами. Даже подоконники имелись в наличии.
Старик по-прежнему впивался своими белёсыми очами в меня. Зрачки что ли разглядывал? Ну-да, своих-то нет, так хоть на чужие полюбоваться. На, ирод, смотри! Красиво?
Кощей криво ухмыльнулся.
- Одна из вас вернётся в комнату, другая пусть останется со мной, - прошипел он.
Отлично! Ура! Я мысленно потёрла ручки. И Малашку найду, и где яйцо выведаю.
Чаяна пискнула и торопливо, словно опасаясь, что произойдёт что-то ещё более ужасное поспешила к дверям. Я же демонстративно осталась сидеть, не отводя взора от пытливых царских зениц.
Старик шумно выдохнул и вдруг рассмеялся. А смех-то оказался вовсе и не зловещий… Наоборот, какой-то старческий, хрипловатый. Даже неинтересно. А как же образ главгада поддерживать?
Видимо расстройство слишком явственно отобразилось на моём лице, Кощей резко замолчал, а потом вдруг поймал за руку пробегавшую мимо Чаяну.
- Куда собралась? Ты со мной остаёшься.
Девушка оступилась и чуть не упала. Реакция старика оказалась моментальной, он быстро вскочил на ноги и, подхватив невесту за талию, обернулся ко мне:
- А с тобой встретимся за ужином.
***
Время до вечера пролетело незаметно. Я тихо отсиживалась в комнате, скучала в одиночестве и старалась не привлекать внимания. Шестое чувство подсказывало, что сегодня не следует устраивать обыск. Рано. Кощей нервный какой-то, того и гляди вытворит что-нибудь.
Девчонок было жалко, особенно Чаяну. Что ни говори, но с ней мы почти подружились. Да и Малашка не заслуживала той участи, что приготовил злодей.
Честно сказать, я до сих пор не знаю, чего там он намудрил, но вряд ли с почестями отпустил домой. Значит, девочки где-то тут, почти рядом.
Эх, может зря затаилась? Пару часов до ужина ещё есть… Поискать, что ли? Нет, на смерть Кощееву даже замахиваться не буду, подружек бы найти.
Только успела подумать, как дверь в горницу распахнулась.
- Скучаешь? – на пороге возникла старая Марфа.
- Немного, - осторожно ответила я. Мало ли что взбредёт ей в голову?
- Оно и понятно. Одна осталась, горемычная. Последняя!
Старуха протопала в комнату и, усевшись на лавку, улыбнулась щербатым ртом.
- А ты не пугливая.
- А чего пугаться?
- Обычно девки верещат, когда Кощеюшку видят. Хоть и жених, а всё ж не люб. А тебе? – Марфа пытливо заглянула в глаза.
- Что мне?
- Люб?
Я сглотнула.
- Кощей?
- Ну не Леший же! Кощей, кто ж ещё.
- Э-э…
- Люб? – старуха нахмурилась. – Отвечай, да не ври, ложь я сразу чую!
Почему-то я была уверена, что она не шутит.
- Ну, он богатый, - мне очень хотелось найти в Кощее хоть что-то хорошее. – А золото все любят.
- А он сам? Ты на монеты рот не разевай, не для тебя собирал веками.
- И сам он… такой… интересный.
Это не ложь, он и правда интересный. Для любого патологоанатома научную ценность представляет.
- Хорошо, - кивнула Марфа. – Но ты словами-то не виляй, не дело говоришь, а лишь воду мутишь. Да или нет! Люб Кощей?
Я закусила губу. Что ответить? Солгать нельзя, мало ли что у колдуньи в закромах припасено, ещё превратит в безвольный овощ, живи потом морковкой. Правду сказать? Так не это услышать хочет.
- Чего молчишь?! – старуха притопнула ногой.
- Чувства анализирую, - пробубнила я, отводя взгляд. – Да и вообще, уважаемая, невежливо спрашивать такое у стыдливых девиц. Я, может, в любви признаваться только жениху планировала, а тут сплошные расспросы. Сейчас, как застесняюсь и передумаю откровенничать. Так и будет суженый мой в неведении ходить до самой свадьбы.
Я с ужасом ждала, что будет дальше, но Марфа лишь довольно крякнула и почему-то уточнила:
- Так свадьба будет?
- А с чего б ей не быть? – я фыркнула, радуясь окончанию допроса.
Понимание того, что мне приспичило ляпнуть, пришло только после ухода старухи. Матерь божья, замуж за Кощея! Не просто в невесты, а полноценно замуж! Сама! Согласилась! Ду-ура…
***
Ужин. Вечернее время приёма пищи. Закат, усталые птичьи трели, прохладный воздух. Романтика.
Не тут-то было! Ужин – это кошмар. Это бешеное биение сердца, вспотевшие ладони и головная боль.
Но Кощей думал иначе…
- Ты задержалась, - недовольно поприветствовал меня Бессмертный.
- Марафет наводила.
Белёсый взгляд скользнул по лицу и удивлённо замер. Да, румянца нет, извините! У меня кровь и душа лишь в пятках.
- Не люблю ждать, - жених покривился.
- Дамы всегда опаздывают, так заведено.
- Но не в моём доме!
Опустив очи долу, я смиренно направилась к приготовленным для меня приборам. В конце стола. Аккурат напротив Кощея. То самое место, с которого девушки попали в злодейские объятия.
- Больше не буду, - поморщилась я.
Старик хоть и был далеко, но гримасу заметил.
- Что не по нраву?
- За трапезой поговорить хочется, а тут чуть ли не кричать придётся.
- А ты, значит, компании ищешь?
- Я общение ищу. С умным собеседником.
Лесть ещё никому не вредила. Кощею тоже понравилась, вон как заулыбался.
- Бери ложку и пересаживайся.
- Можно? Ой, спасибо!
Нацепив на мордашку выражение полнейшего счастья, я заняла уже привычное место подле старика.
- Теперь всё по нраву?
- Угумсь, - и милую улыбочку в подарок. Пусть порадуется, пенсионерам полезны положительные эмоции.
- Подавайте на стол.
Служанки бегло разложили тарелки. Иногда на меня смотрели, хихикали, но под гневным взглядом Кощея, мигом утихомиривались.
- Что-нибудь ещё, невестушка? – поинтересовался он, когда чернавки удалились.
- Нет, спасибо.
Старик кивнул (больше своим мыслям, чем мне) и принялся за еду.
А я вдруг неожиданно почувствовала волчий аппетит. Словно весь день ничего не ела. Жуть просто.
- Вкусно? – усмехнулся будущий супруг.
- Вкусно.
- А ты ещё огурчиков возьми, солёненьких. Прошлогодние невесты сами солили.
Я чуть не подавилась. Вот же зараза!
- Не нравятся? Неужели кислые?
- Нормальные.
- А что ж не пробуешь? А может лучше компотик? Весьма не плох.
- Тоже они варили? – хмуро поинтересовалась я.
Кощей довольно ухмыльнулся.
- А кто ж ещё?
- Невесты, значит… Прошлогодние. И что же ты, дорогой жених, упустил таких хозяек-то?
- А кто тебе сказал, что упустил?
Разговор сам собой пошёл по опасной дорожке, но отступать не хотелось.
- Невесты жёнами ведь не стали? – уточнила я.
- Не стали.
- И где же они?
Бессмертный внимательно глядел в глаза, словно боялся проморгать что-то важное.
- А тебе какая разница?
- Большая.
- Все девки любопытные, - рассмеялся он. - Ты не исключение, - вдруг смех оборвался. – Идём, и сама всё увидишь.
Кощей подал руку.
- Или боишься?
Сердце остановилось и заколотилось вновь с удвоенной силой. Виски болезненно заломило. Была не была…
- Нет, не боюсь.
И я решительно ухватилась за протянутую ладонь.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге