Вывернутая Система

Глава 1

Несколько лет назад в мир пришла Система. Появились подземелья с чудовищами, которые прорывались наружу, сея хаос и уничтожая все на своем пути.

Только вот теперь чудовища, кажется, — это и есть мы. Поначалу ничего не предвещало беды.

Я брёл по улице, пиная пустые алюминиевые банки из-под лимонада, попадавшиеся на пути. День был как день. Самое обычное солнце стояло в зените. Светофоры тускло мигали зелёным.

Все до единого. Только зелёный.

“ Хоть бы один красный зажёгся, что ли!”, - мрачно подумал я. Но ведь нет. А ещё машины…

Машины стояли, припаркованные возле обочин. Ни одна попросту не заводилась. Бензин словно передумал работать.

«Да ну, спасибо. Замечательно просто», — сумрачно подумал я, скользнув взглядом но новенькой иномарке, о которой прежде мог только мечтать.

А теперь вот она, бери. Только не поедет.

Очередной день, который мне, Павлу Агееву, предстояло провести в аду. Или в чистилище — это уж как посмотреть. Я задумчиво перекинул бейсбольную биту с плеча на плечо. Очень скоро где-то откроется портал. И в нем по воле Системы появятся монстры. Зеленокожие, угрюмые, облачённые в черные доспехи из непонятного материала.

Сам приход Системы не был для землян чем-то неожиданным. Она явилась уже во второй раз. В первый Система принесла с собой открывающиеся порталы, за которыми таились подземелья с чудовищами. Тут, казалось бы, всё просто: мигом появились избранные, которые зачищали эти самые подземелья, набирали очки, повышали уровни.

Ну, в общем, вы поняли. Сюжет довольно избитый.

Однако потом что-то пошло не так. И я вместе с ещё кучей народа оказался в подземелье.

Я наклонился, поднял жестяную банку и с силой запустил её в незримую преграду, которой был окружён город. В силовую стену или что-то вроде того.

“Или попросту конец, мать её, матрицы”,- мрачно подумал я.

В любом случае дальше не пройти. Ни мне, ни кому-либо из нынешних жителей города. Они, кстати, в большинстве родом вовсе не отсюда. Да и город вокруг — какой-то усреднённый.

Судя по иероглифам, это был Токио или что-то похожее. По крайней мере, именно так я себе этот самый Токио и представлял.

Люди, что мне тут повстречались, были самые разные: мужчины, женщины, даже ребенок.

Преимущественно, к счастью, мужчины. Детей и девчонок слишком жалко.

Всех их объединяло лишь то, что судьба занесла их в эту нелепую, до невозможности странную локацию — опустевший город. Полные прилавки магазинов, всё, что нужно, здесь есть. Вот только насладиться этим нам не успеть.

Очень скоро придут зеленокожие монстры зачищать своё подземелье.

Хотя кто ещё тут монстр? “Ведь это же мы — монстры в их подземелье”, сумрачно подумал я.

По сути, так оно и было. Вели они себя точно так же, как земляне несколько лет назад, когда порталы начали открываться на Земле. А потом Земля победила. Порталы перестали открываться, и в один непрекрасный день я, Пашка Агеев, всего лишь Зачищальщик самого низкого ранга, без Системы даже, оказался вот в этой новой вселенной.

Вместе с зелёными монстрами. И ещё кучкой несчастных, которым предстояло отыгрывать мобов.

Наконец я что-то почувствовал. Как будто земля под ногами незримо задрожала. Я покрепче сжал биту.

Похоже, открылся портал.

Что ж, смысла бояться или бежать не было. Всё равно, пока эти твари не зачистят подземелье, ничего не закончится. Так что мне оставалось лишь поспешить туда, где тревожное чувство нарастало сильнее всего.

Это было примерно в центре города.

Нет, всё-таки не Токио. “Для Токио слишком маленький”, - прикинул я. Может, всего лишь один из районов. Жаль, что ничего не написано. Да ещё и метро не ходит — я уже успел самолично это проверить.

Я явился к месту открытия портала как раз вовремя. Самые крепкие мужчины из тех, кто оказался в этой локации первыми, уже сражались с зеленокожими монстрами. Они вкладывали всю свою ярость в каждый удар.

Но всё равно проигрывали.

“Ну ещё бы! Мы, кажется, мобы первого уровня”, - угрюмо подумал я.

Из оружия — только то немногое, что удалось найти. В основном в магазинах спортинвентаря: бейсбольные биты. Кому-то повезло больше — удалось отыскать монтировку. А одна пожилая женщина вооружилась лопатой.

Я невольно улыбнулся боевой старушке. На вид она была китаянка или японка с туго стянутым на затылке пучком седых волос. Я, честно говоря, не особо их различал. Да и говор её был для меня необычным, а мобильные переводчики здесь не работали, как и сами телефоны. Оставалось изъясняться жестами.

Я уже не первый раз сталкивался с этой пожилой леди в разных локациях, и каждый раз она принимала вызов с оружием в руках, пусть даже продержаться ей удавалось недолго.

Не выдержав при виде огромного зелёного громилы, замахнувшегося на неё металлическим тесаком, я ринулся на помощь.

—Ах ты ж, падла зелёная! — взревел я и со всей силы вмазал по ногам чудовища.

Зелёные вдобавок были ещё и рослые. Выше обычного человека примерно на пол головы. Этот был гигант, за два метра ростом.

Громила грохнулся мордой в асфальт, и я с удовольствием вдавил его глубже.

—Надеюсь, вы тут сдыхаете по-настоящему! — прорычал я, изо всех сил молотя голову монстра об дорогу.

Получилось кроваво. Зато старушка уцелела. На какое-то, впрочем, время.

Все эти схватки всегда заканчивались одинаково. Рано или поздно мир в глазах мерк, а дальше на небесах появлялись зелёные инопланетные буквы, обозначавшие обратный отсчёт. Точно так же, как когда-то в данжах, которые зачищал я сам.

“Вот же насмешка судьбы!”, - подумал я минут тридцать спустя, валяясь на асфальте с распоротым животом. Один из монстров оказался вооружён необычным коротким тесаком с кривой рукоятью.

Боль была адская, но я знал — скоро пройдёт. Мне оставалось лишь смотреть на обратный отсчёт, висевший в небесах.

Чуть повернув голову, я с содроганием увидел старушку — ту самую, которую пытался защитить.

Я торопливо перевёл взгляд снова вверх. Лучше уж на безжалостные цифры смотреть.

Наконец, я прикрыл глаза, ощущая, как в теле появляется невероятная лёгкость. А затем оно просто исчезнет — растворится или перенесется в другое место. Кто их разберёт, этих загадочных создателей клятой Системы.

“Недолго вам хозяйничать, зелёные твари!”- мысленно пообещал я существам, что деловито обыскивали тела в поисках лута.

Краем глаза я заметил, как исчезает тело какого-то парня неподалёку, и вместо него на земле остаётся сияющий зелёный кристалл.

“Да уж. Мы как гоблины первого ранга!” - сообразил я, вспомнив, что уже добывал такие на родной Земле. Наверное, после меня тоже что-то подобное останется.

Извернувшись, я торопливо перекатился туда, где только что лежал собрат по несчастью, и накрыл ладонью кристалл, пока его не заметили зеленокожие.

Больно. Но спрятать попросту некуда — меня всё равно сейчас начнут обыскивать. Пока не исчез. Ведь после исчезновения от мобов остаются только кристаллы.

Не придумав ничего лучше, я спрятал находку под собой, вдавив прямо в рассеченную плоть. Пусть подавятся!

На мгновение живот обожгла нестерпимая боль, а затем всё кончилось.

“Перезагрузка”, - подумал я, прочтя наконец незнакомые буквы. Словно на мгновение мне открылся их смысл.

Глава 2

Я очнулся на зелёном лугу. Вокруг пели птицы. Неподалёку мерно покачивались деревья, и, кажется, где-то, судя по журчанию, тёк то ли широкий ручей, то ли река.

Я залюбовался жёлтыми цветами, мягко покачивющими круглыми головками на ветру. Такие росли в бабушкиной деревне, где я проводил каниулы. Желтолистник? Да как же их? Эх, жаль, не помню.

Куда делось то босоногое детство, когда просто гоняешь с пацанами по округе целыми днями, а впереди бежит железный обод от тележного колеса? Хотя таких деревень, наверное, и на земле-то уже не осталось, где дети бегают за тележным ободом.

Теперь там все в телефоны воткнуты.

Ха, повезло им — у них работают мобильники. А вот здесь, в подземельях, их не зарядишь. Я пытался в городе, да не вышло. Ну и связь не работает, ясное дело. Так что я свой отключил, надеясь сохранить заряд. А для чего я и сам не знал.

Я с трудом приподнялся на траве. Голова гудела, как и всегда после загадочного воскрешения. Взглянул на свой живот. Целёхонький. Только тонкая белёсая полоска напоминала о том, что ещё совсем недавно при желании там можно было увидеть собственные кишки.

Впрочем, такого желания я никогда не испытывал.

Поднявшись на ноги, я огляделся. Ну что ж, вполне себе симпатичное местечко! Вон опушка леса, а вон там пригорок. Я неторопливо взбежал на него, зная, что пока ещё есть время. До ближайшего нашествия зелёных монстров ещё пара дней, как минимум. Обычно Система дает осмотреться и хоть как-то подготовиться к встрече с ними.

Я взглянул на небеса в ожидании подсказки Системы. Ничего.

Значит, пока что рано. Пока ещё портал в мир этих тварей не открылся. А значит, у нас есть время.

Я окинул взглядом картину, открывавшуюся с пригорка.

Внизу была деревня, самая настоящая. Старинная, с деревянными избами и кирпичными трубами.

— Юху! — радостно завопил я, бросившись вниз.

Неплохо бы занять домик поприличнее! Вдруг мы задержимся хотя бы на неделю? Эх, вот бы сейчас баньку истопить!

Добравшись до деревни, я увидел знакомые лица. С десяток человек, с которыми мы познакомились в локациях.

А вот и знакомая старушка жизнерадостно помахала рукой. Я мило улыбнулся японке — кажется, она всё-таки была японкой. По крайней мере остальные звали ее мадам Макото, и она не возражала.

Коротко остриженная, пожилая, с сапфировыми на вид серёжками, она улыбалась так радушно и приветливо, словно совсем недавно не таращилась бессмысленным мёртвым взглядом в асфальт.

—Рад вас видеть в добром здравии, — заверил я.

Хотя, конечно, она ни слова не поняла. Что ж, с большинством окружающих изъясняться было куда проще. Мы говорили на одном языке.

—Паша! Паша!

Раздался весёлый девичий голос, и на мне повисла белокурая девчонка подросток с длиннющими косичками.

—И ты тут, Вольха! — обрадованно произнёс я, обняв её.

Несколько раз мне удавалось её защитить, но по большей части этим занимались её

собственные родители. Я натянуто улыбнулся, глядя на долговязую фигуру её отца.

Пожалуй, он был самым сильным бойцом здесь. И самым яростным. Артур сражался подобно озверевшему медведю шатуну. До последнего.

Впрочем, по его собственным словам, когда они первый раз оказались мобами в подземелье, он был самым обычным офисным планктоном. Работал вроде в логистике. Но теперь раскачался до нельзя.

—Привет, Паш! — произнёс он, крепко стиснув мою ладонь. — Ну, как ты пережил Токио?

—Замечательно, — сумрачно проговорил я, стараясь вытряхнуть из головы мертвый образ мадам Макото.

—Думаешь, это и правда был Токио?

—Да сто пудов он. У меня жена обожает всё японское. И вот леди подтвердила —

Токио.

—А, так вы успели поговорить? — улыбнулся я.

—Ну да.

—Эх, жаль, всегда мечтал побывать в Токио!

Вот только не грабить при этом супермаркеты и не носиться по городу в поисках хоть какого-то спортинвентаря.

Я продолжил свой путь по деревне с интересом оглядываясь, приветствуя старых знакомых. И, наконец, добрался до строения, в котором кто-то уже растопил печь, судя по валившему из потемневшей трубы дыму.

Как я и надеялся, идея с банькой пришла в голову не мне одному. Это был не просто дом, а самая настоящая баня.

Открыв дверь, я с удовольствием вдохнул аромат горячей хвои и распаренного дерева. На широких деревянных скамьях лежали липовые веники. В большом чане нагревалась вода. Словом, самая настоящая банька!

Внутри уже орудовал какой-то незнакомый пока ещё парень в квадратных очках. В одной локации я его видел, но он погиб прежде, чем мы познакомились.

—О, привет, — жизнерадостно заявил он. — Подай-ка дровишки!

Я тут же поспешил выполнить его просьбу, ухватив вязанку дров, сложенную в предбаннике. В конце концов, хочешь баньку —изволь топить наравне с тем, кто догадался до этого первым.

—Где спички-то раздобыл?

—А нигде. Так разжег, в лагере научился, когда пацаном был, — весело ответил парень.

—Ох и славно, — произнёс я, усевшись на постепенно нагревавшуюся скамью.

Вскоре банька наполнилась людьми. После недолгого спора решили, что первыми пойдут всё-таки девчонки — потом им будет слишком жарко.

“А жизнь-то, кажется, налаживается!”,- подумал я. И вот только пусть попробуют заявиться сюда зелёные монстры. Да я их утоплю в этом чане, всех, кто явится, если с баней обломают!

Судя по решительным лицам остальных, они думали то же самое. Вооружаться пока никто не спешил — обычно между вторжениями проходило какое-то время.

Тот самый парень, из-под тела которого я совсем недавно умыкнул кристалл, тоже оказался здесь. Вскоре он появился в дверях, таща целую вязанку дров.

—Я вот чего раздобыл в одной избе, — жизнерадостно произнёс он. — Я, кстати, Кирилл.

—Паша.

—Да знаю, я тебя видел несколько раз, только издали.

—А я видел, как твоё тело исчезло, а вместо него остался зелёный кристалл.

Как от гоблина первого уровня, — кивнул я. Кирилл мрачно хмыкнул.

—Ну, полагаю, от тебя остался бы точно такой же.

—Да уж. Все мы мобы в этой чёртовой игре, — вздохнул я.

— Интересно, что это за раса зелёных? У типа орки какие-нибудь?- произнес Кирилл.

—Да не, орки на Земле в подземельях были, — махнул рукой я. — Орки другие: крупнее, шире. Да и цивилизация у них примитивнее. А у этих уж больно оружие хорошее.

—Это да, не повезло нам.

—Лучше б мы оказались мобами во вселенной каких-нибудь орков, — выдохнул я.

Они сильные, но в большинстве своем хоть интеллектом не блещут. И вооружены хуже.

—Не, фу, только не орки, — передёрнулся какой-то старик, уже пристроившийся поближе к печке.

—А почему фу?

—Ну а представьте: если мы прорвёмся в их мир, а там сплошь такие… Что за радость?

—Да, и правда… что делать, если мы прорвёмся в их мир? — задумался Кирилл. Паша пожал плечами.

—Я как-то не думал об этом.

—А я вот думал, — вступил в разговор широкоплечий Артур, отец Вольхи. — Это ведь всё, что нам по сути остаётся. Если мы не захватим мир этих зеленокожих, они так и будут нас мочить.

—Не, ну почему же? Ведь монстры, нападавшие на Землю, проиграли, — напомнил паренек, растопивший печку.

—Угу, — хмыкнул дедок. — Монстры!

—Мы теперь сами на правах монстров, — мрачно проговорил Кирилл.

“Да, может, и те бедолаги не особо рвались на нашу Землю!” - друг осознал я.

—Может быть, — согласился Артур сумрачно. — Но теперь нам остаётся только одно. Захватить их мир.

—Нас слишком мало, — проговорил я, сам не узнавая собственного голоса. —

Как вы это себе представляете? Мобы первого уровня захватили мир?

На некоторое время воцарилось мрачное молчание.

—Да ладно вам всё о мрачном! — буркнул паренек в очках и решительно взялся за веник. — В конце концов, у нас тут такая классная локация!

—И то верно, — оживился дедок. — Я, кстати, Игнатыч.

Банька прошла на ура. Спустя минут сорок я вышел из неё совершенно довольный, ощущая каждую косточку в своём теле. Наконец-то каждая из них вроде как была на своём месте, а не где придётся после бесчисленных битв.

Эх, интересно, куда кристалл-то подевался?

Раздеваясь в бане, я, конечно же, себя обыскал. Но, к сожалению, от кристалла не было и следа. Я посмотрел на свой живот. Обычно раны на нём заживали полностью, не оставляя даже шрамов. А в этот раз его украшала тонкая белёсая полоса.

Так, быть может, этот самый кристалл всё ещё находится внутри? Я ж тогда на него всем телом навалился, не взирая на рану. Лишь бы зеленым не достался.

“Хм, да если б он был в моих кишках, наверное, это было бы капец как больно”,- подумал я. Я не особо разбирался в анатомии, но что-то подсказывало, что для людей не совсем нормально таскать внутри себя огромные магические кристаллы размером с кулак.

Интересно, что можно сделать с кристаллом первого уровня?

На Земле ими обычно усиливали оружие для новичков либо толкли в порошок, чтобы приготовить какое-нибудь восстанавливающее или усиливающее зелье. Будь у меня этот кристалл… Мне оставалось лишь мечтательно вздохнуть.

Интересно, а что кристаллы дают монстрам? Сами монстры как-то не спешили прояснять этот вопрос, но чем выше был уровень монстра, тем круче кристалл после него оставался.

Итак, вопрос номер один. Появляется ли кристалл после того, как монстр умирает, просто из воздуха? Или же он до того хранится где-то внутри?

Если первый вариант — то, наверное, увы. А вот если второй… тогда получается, что монстры могут как-то использовать кристаллы целыми.

Эх!

Быть может, можно как-то прокачаться при помощи этих кристаллов. В конце концов, Зачищальщики на Земле имели ранги. Самые крутые обладали сверхспособностями, которых мне было не дано. К тому же у них было системное окно с характеристиками.

Ничего подобного ни у меня, ни у кого из окружающих бедолаг, насколько я знал, не было.

Эх, нам бы сюда Систему! Ну, то есть она тут уже есть. Вот только мы мобы. А у мобов, как выяснилось, её преимуществ нет.

Я прикрыл глаза на секунду, попытавшись сосредоточиться на кристалле. Вдруг он где-то внутри?

Неожиданно что-то внутри и правда отозвалось слабым теплом. Как будто там был источник энергии. Нечто, совсем не похожее на тупой предмет размером с кулак.

Нет, скорее средоточие силы.

“Ого!”, - подумал я. –“Вот это уже интересно”.

Недолго думая, я отправился на пригорок и уселся в позу лотоса. Не раз видел такое в японской манге. Значит, садишься, медитируешь до опупения, прорываешься к небесам, а потом становишься весь такой суперкрутой мечник.

К сожалению, минут через пять чуда не случилось. И через десять тоже. Все попытки сосредоточиться заканчивались всего лишь теплом в пузе.

“Ну да, не густо”, - подумал я. –“Но это, по крайней мере, хоть что-то”.

Забросив бесплодные попытки, я вернулся в деревню. Совсем забыл выбрать себе дом!

Самые расторопные уже заняли лучшие. Я заглядывал в один за другим, но они оказывались заняты. Так я дошёл до самой окраины, и наконец тут повезло.

Пустая хибара. Вполне себе приличная, если считать, что совсем недавно на скалистом побережье мне пришлось ночевать под открытым небом.

“Ну, или одна из самых хреновых хат, какие тут есть”,- оценил я.

Внутри — небольшая деревянная комната, маленькая печка, минимум утвари: чугунная сковородка, глиняная плошка, деревянная ложка. Вот и всё богатство.

Я прошёлся по домику, задумчиво оглядывая его. Интересно, кто здесь жил раньше?

Ответ напрашивался сам собой. Да, скорее всего, никто.

Я присел, разглядывая домотканый ковёр. Ромбовидные узоры переплетались, образуя большой ровный круг.

Озарённый внезапной догадкой, я принялся методично обыскивать дом. Если Система перенесла сюда настоящий дом, должно было остаться хоть что-то от прежних хозяев.

Я перерыл буквально всё. Оторвал каждую скрипучую половицу. И вскоре выяснил: мест, где можно было бы что-то припрятать, хватало. Но никаких следов на прежних хозяев не было. Даже оторвавшейся пуговицы или упавшей на пол иголки не нашлось.

Судя по всему, этот дом был создан с нуля Системой. Просто по образу и подобию человеческих домов, как она их понимала.

Так что, скорее всего, и Токио, где мы побывали недавно, был не совсем настоящий. “Так, лишь видимость”, - сообразил я.

Ну что ж, в конце концов, это было открытие, хоть и неприятное.

С этими мыслями я лёг на узкий деревянный топчан, обнаружившийся в углу. Продавленный старый матрас система изобразить потрудилась с полной реалистичностью. Особенно хорошо ей удались торчавшие из него колючие пучки соломы.

“Нет бы где-нибудь мягкий, новенький, ортопедический скопировать!”- раздражённо подумал я, прежде, чем провалиться в глубокий сон.

Глава 3

Прожить в деревне спокойно удалось почти целую неделю. Это, пожалуй, была лучшая неделя за последнее время. Не только для меня, но и остальных тоже.

Артур с семейством ходили на местную речку, добывали рыбу, с помощью найденного в одном из домов прохудившегося куска сети. Кое как его подлатали обрывком веревки, вышло терпимо. Система то ли издевалась, то ли просто скопировала где-то полувымершее поселение. Вероятно в такой глубинке, куда прогресс еще лет двести не доберется.

Дед, как его все называли — Игнатыч, — насобирал в лесу грибов, набрав с верхом полную плетеную корзинку, которая на вид была старше моей прабабки. Заодно показал всем, какие съедобные. Вообще-то я сомневался, что здесь можно умереть по-настоящему. В конце концов, если уж выпущенные наружу кишки не сработали, то от грибов точно не помрёшь.

Но с другой стороны — а вдруг всё-таки помрёшь и пропустишь возможность нормально пожить в хорошей локации? А вместо этого переродишься в каком- нибудь мелком аду с текущей лавой да голыми камнями, где будешь ждать нашествия зелёных монстров как манны небесной, лишь бы с голоду не пухнуть? Э, нет уж!

Так что нехитрую науку Игнатыча все слушали внимательно. Грибы, ягоды —

это было хорошо. Рыбка, что добывал Артур на реке, тоже заходила на ура. Я и сам в долгу не остался. С помощью силков ловил в лесу диких перепёлок, щипал и жарил вместе со всякими кореньями. Вышло обалденно — пальчики оближешь.

Своей добычей я, конечно, поделился со всеми, а заодно научил Кирилла ставить силки. Когда-то давно баловался этим ещё в детстве, летом, вместе с другими деревенскими пацанами. Они и научили. Кто бы знал, что однажды детская забава вот так пригодится!

—Эх, коровы нам не хватает, — ворчал Игнатыч. — Сейчас бы молочка надоили, сметану взбили, творог сделали… Хорошо было бы!

—Да и так всё отлично, — заверил я, наворачивая жареную перепёлку.

«Эх, только зелёных монстров здесь не хватало! Чтоб они провалились куда подальше или вовсе не нашли дороги в этот портал!» — мечтательно подумал я.

Я бы, пожалуй, здесь и остался. А что — компания преотличная. И мужиков, и женщин хватает.

Мадам Макото с удовольствием участвовала во всеобщей кухне: раздобыла где-то на грядках свежую морковку, разнообразные травы для салата, даже огурчики в развалившемся парнике отыскала. Ну не жизнь, а лафа!

Мне вдруг подумалось, что те деревни орков, которые мы когда-то уничтожали вместе с серьёзными Зачищальщиками, тоже ведь не выглядели так, будто их жители каждую секунду планируют напасть на Землю. Нет, там текла своя, по-своему мирная жизнь, бегали ребятишки…

Я передёрнулся. Сам я ни одного орчонка или гоблинёнка пальцем не тронул. Моя роль в команде обычно сводилась к другому: тяжёлое таскать, сильно не отсвечивать, помогать собирать кристаллы, держать оборону и защищать нехитрый скарб, пока профессионалы разбираются.

В общем-то, и в бою мне довелось поучаствовать всего несколько раз — так, чтобы действительно пришлось руками-ногами махать, да воспользоваться тяжёлым автоматом.

По автомату я, конечно, скучал. Сюда бы автомат — я бы этим зелёным задал! Но нет, увы.

А сами они лезли в порталы пока исключительно с металлическими тесаками. От которых толку ноль. Разве что если ты Рэмбо. Артур вот раскачивался из локации в локацию — любо-дорого смотреть.

Скоро, наверное, и сам станет напоминать зелёных с их широкими плечами и мощным торсом. Впрочем, я понимал стремление Артура: прокачаться любой ценой. У него тут семья. Жена. Дочка маленькая. Сколько раз он уже видел их смерть…

Об этом я предпочитал не думать. Каково это — защищать раз за разом то, что защитить всё равно не сможешь.

«Мобы, блин, первого уровня. Вот она наша судьба», — зло подумал я, ковырясь допотоной двузубой вилкой в тарелке.

И где Система такую раздобыла только?

Но, как ни крути, салатик зашёл на ура. Эх, сюда бы к нему ещё сметанки или хотя бы подсолнечного масла… Так ведь нет. Пришлось довольствоваться тем, что есть: смесью нарезанных мадам Макото листьев да редкими огурцами, которые поделили на всех.

—Остаться бы здесь, — мечтательно протянул Игнатыч.

О том, чтобы вернуться на Землю, к родным и близким, никто уже даже не заикался. Люди просто хотели выйти из этого бесконечного круга.

Злая, жуткая мясорубка — иначе и не скажешь. Как назло, ни одного нормального Зачищальщика к ним в команду не попало. Был только я, хоть и с реальным боевым опытом. Но без суперспособностей.

Даже системного окна у меня не было. Таких на Земле, называли пушечным мясом.

Впрочем, обычно Зачищальщикам хватало совести защищать персонал, шедший с ними в порталы. Я попытался прогнать непрошеные мысли — к чему портить хороший солнечный день?

Но зелёные испортили его и без того. С улицы внезапно донёсся пронзительный женский крик.

«Ну вот, опять начинается», — подумал я и уставился в свою тарелку.

Мы сидели за столом вместе с Игнатычем, мадам Макото и семейством Артура в их доме. Если честно, покидать стол не хотелось. Даже бежать кому-то на помощь. А смысл? Всё равно бесполезно.

Я медленно поднёс ложку ко рту и решительно зажевал салатные листья. Потом ещё.

Если эти уроды сейчас сюда придут, вломятся в чистенький, обустроенный домик… Ну и пусть. Пусть убиваю на прямо за столом, понимая всю свою

низость и подлость, решил я. Тоже мне, выискались Зачищальщики!

Раз за разом вырезать кучу невинных, почти безоружных людей… Впрочем, почему безоружных? Первым делом Артур раздобыл в каком-то сарае внушительные вилы, и теперь они стояли у стены.

«Как будто эту деревню можно отстоять!» — угрюмо подумал я.

Нет, на Земле люди точно не угомонились бы, пока не закроют подземелье. Всем известно: когда выйдет срок, его обитатели могут прорваться наружу.

Артур покосился на вилы, явно собираясь встать у входа, но его жена едва заметно покачала головой.

—Я так старалась… — тихо сказала она.

Угрюмо кивнув, Артур остался за столом. Так мы и ели, слушая крики с улицы. Наверное, это было ужасно, но психика моя уже просто не выдерживала. Крики и крики.

Сейчас убивают тех, кто снаружи. Через несколько минут придут сюда. И положат конец этому странному пиру во время чумы.

Если честно, кусок уже не лез в горло.

Оставив бесполезные попытки прожевать, я опустил ложку и мрачно посмотрел на присутствующих. В их глазах было то же, что и в моих собственных, — усталая обречённость.

Лишь глаза мадам Макото всё ещё сверкали яростью и гневом, но даже она не спешила на улицу за стоявшими в углу вилами.

Наконец дверь отворилась, и внутрь вошёл зеленокожий. Высокий, черноволосый, совсем ещё молодой. Он оглядел нашу компанию и поражённо замер.

В руках у него был внушительный тесак, расписанный и украшенный причудливым узором.

Он стоял в дверях, словно не знал, что делать. Перед ним была просто горстка людей, сидевших за обеденным столом, и девочка подросток. Зеленокожий растерянно переводил взгляд с одного на другого, вероятно ожидая, что низкоуровневые мобы вот-вот нападут.

Я знал этот взгляд. Я и сам, когда только начал ходить в подземелье, смотрел так же.

Не было у меня тогда ни сил, ни отваги, чтобы первым ударить того, кто выглядел почти человеком. Поэтому я просто ждал.

А потом, когда твари набрасывались раз за разом, они постепенно утратили для меня всякое сходство с людьми, хоть и оставались с двумя руками и ногами. Разве что гоблинские уши — забавные, зелёные, мясистые, свисали по бокам.

Похоже, сейчас зеленокожий испытывал примерно то же самое. Только люди не спешили нападать — просто мрачно смотрели.

Я демонстративно подцепил вилкой немного салата и прожевал прямо у него на глазах.

«На вот тебе. Почувствуй, каково это — мирняк резать», — сумрачно подумал я.

Зеленокожий неуверенно шагнул внутрь, замахнулся было тесаком на неподвижного Артура. Но он даже не шелохнулся. Только Вольха вскинула голову.

Неожиданно зелёный опустил тесак и издал какой-то странный рокочущий

звук.

—Ары! — произнёс он растерянно.

Я замер. Это было первое существо, которое пыталось с нами заговорить за всё время.

—Ры? — неуверенно переспросил я.

Зеленокожий нахмурился и принялся решительно рычать, оживлённо жестикулируя пальцами. Может, это бы и привело к чему-то, но внезапно дверь отворилась, и в помещение ввалилось ещё трое зелёных, старше и крупнее, чем этот новичок, с забавным жёлтым матерчатым поясом. Оттолкнув новичка в сторону, они решительно принялись за дело.

Артур успел вскочить и схватить вилы, так что первый же, потянувшийся к Вольхе, заплатил за это жизнью. Артур недобро оскалился и кинулся на остальных. А я лихорадочно соображал: можем ли мы отбить эту атаку?

Нет, мы всё ещё низкосортные мобы первого уровня. Но вот этот с жёлтым поясом был единственным, кто попытался заговорить. Ни я, ни знакомые мне Зачищальщики ни разу не пытались заговорить с мобами в подземельях. Просто не приходило в голову. Зачем? Все казалось простым и понятным: они напали на Землю.

Не успел Артур ударить вилами зазевавшегося зеленокожего с желтым поясом, как я решительно вытолкнул его на улицу, спасая его от удара.

—Эй, Паш, ты чего? — изумлённо спросил Артур.

Я не ответил. А просто выталкивал зеленокожего подальше от здоровяка

Артура, который однозначно пробил бы ему башку вилами.

—Пошёл вон отсюда! — рявкнул я на растерянного паренька. — Уходи!

Зеленокожий потрясённо лупал глазами. Судя по всему, это действительно новичок.

Я огляделся. Вокруг происходил тот самый фирменный ад, который обычно устраивала Система. Люди боролись с зелёными. Одна девчонка отчаянно дралась, схватив в руки огромный камень.

«Ее зовут Виолетта», — припомнил я недавнюю перебранку перед баней, когда девчонки и парни выясняли, кто первым будет мыться.

Я с восхищением наблюдал, как девчонка увлечённо крошит зелёного, а тот от растерянности просто отступал. Видно, во-первых, понял, что перед ним самка, а во-вторых, под яростным натиском Виолетта справилась бы с кем угодно.

Аж руки зачесались помочь ей, но исход всё равно был один. Виолетту я защитить не мог. Нужно было спасти парня с жёлтым поясом.

Недолго думая, я затащил ошарашенного парнишку за дом.

—Стой здесь! — велел я, торопливо оглядевшись. Ни зелёных, ни людей поблизости не было.

— Стой и никуда не выходи, даже не высовывайся!

После этого я решительно выскочил из-за дома на помощь Виолетте. Толку, конечно, всё равно было немного, разве что впечатлить девчонку. Но почему бы и нет? Я с силой вмазал очередному зелёному в бок, отвлекая. И Виолетта, наконец-то, сумела ударить его булыжником по голове. Отлично вышло.

—Чем занималась? - спросил я.

Виолетта откинула белокурые волосы, сверкнув изумрудными глазами.

—Кикбоксингом! - с достоинством сообщила она и от души вмазала зелёному ногой, когда тот попытался подняться.

Я присвистнул — вот почему девчонке удалось продержаться одной так долго против урода с тесаком. Тот, кстати, валялся неподалёку. «Поразительная девчонка», — подумал я, торопливо подхватил оружие с земли.

—Эй, это моё! — запротестовала Виолетта.

Я без слов отдал ей клинок, затем кинулся проверять поверженного зеленокожего. У него нашлась еще пара ножей, которые надевались на пальцы как кастеты. Дырки были великоваты для человека, но в принципе сошли. Вооружившись ими, я встал спиной к спине с Виолеттой.

—На этот раз дорого продадим жизнь, да? — радостно произнесла Виолетта.

—Ещё как дорого! — согласился я.

Вдвоем мы расправились еще с одним зеленым.

Попутно я следил, чтобы парень с жёлтым поясом не высунулся из-за укрытия. Новичка явно “повело”. Высунься он, явно был бы не жилец.

—Слушай, Лета, подожди тут минутку, я сбегаю кое-куда!

Я внезапно осознал, что упускаю важную возможность, которую встретил впервые за всё время в локациях.

С этими словами я ринулся обратно за дом.

—Эй, ты, как там тебя, Ры? — произнёс я, глядя на всё ещё ошарашенного парнишку.

Тот испуганно озирался, вцепившись в клинок, но не спешил нападать.

—Я Павел! Павел Агеев! — стукнул я себя в грудь окровавленным кулаком. Хорошо, кастет догадался снять.

Парень смотрел во все глаза.

—А ты? — ткнул я пальцем в грудь зеленокожего. Тот замешкался, затем стукнул себя по груди:

—Раух! — произнёс он. — Доран! — добавил решительно.

—Итак, имена у вас есть. Впрочем, еще бы их ни было, — задумчиво пробормотал я.

Затем снова стукнул себя в грудь кулаком:

—Я не хотел тут оказаться, — произнёс я.

Доран просто смотрел на меня, будто баран на новые ворота, не понимая ни слова. Я тяжело вздохнул. И как объяснить это посреди сражения, когда вокруг льётся кровь и раздаются крики?

Я демонстративно положил трофейный кастет на землю.

—Просто человек, — прояснил я.

Доран явно не понимал. Я вспомнил, что хотя мобильная связь не работает, кое-что можно попробовать. Торопливо извлёк телефон из джинсов. Я сам не понимал, как до сих пор сохранил девайс, но тщательно берег заряд.

Включив мигавший последний остаток заряда, я стал показывать Дорану фотографии: обычные из жизни — с Ленкой, в ресторане, еда, клуб, сцена с микрофоном. Доран внимательно разглядывал всё. Когда я включил небольшой отрывок своего выступления, зеленокожий изумлённо замер.

—Урус! — произнёс он растерянно, глядя на меня. Видимо, «певец» на их языке.

Доран внимательно листал фотографии, затем нахмурился, снова взглянув на меня. Судя по всему, он осознал: перед ним не моб, а обитатель другого мира, самого обычного.

И вовсе не нечисть, которая кидается на всё живое подряд с оружием, как это делали гоблины в человеческом мире, а самый обычный человек — Павел Агеев, студент четвёртого курса, игравший в рок-группе. Встречавшийся с сокурсницей Ленкой, хотя, наверное, она про меня уже и забыла. Да и встречались-то всего три месяца.

Доран растерянно стоял, глядя на меня. А затем я почувствовал лёгкую дрожь. Такое бывает, когда подземелье почти защищено. “Если ты в нём моб!”- угрюмо добавил про себя, я. Это означало, что людей здесь почти не осталось.

Доран нахмурился — видать, тоже ощутил.

«Что ж, пока не умрёт последний человек, подземелье не закроется», — подумал я. А значит, и зеленокожие твари не успокоятся, пока я жив.

«Каковы шансы, что зеленому удастся хоть в чём-то переубедить свою группу?» — размышлял я.

Он, судя по всему, сам ещё новичок. Так что шансы на это стремились к нулю. В лучшем случае Доран попытается что-то объяснить, ну а меня, быть может, попытаются вытащить из подземелья и пустят на опыты.

Так себе перспектива! Я не знал, что делать. Судя по растерянным глазам Дорана, он тоже. Все ближе раздавались голоса зеленокожих. Он искали последних оставшихся людей.

Неожиданно раздался пронзительный вопль Виолетты:

—Эй, кончай отлынивать! Тут их до хрена!

—Не высовывайся! — предупредил я Дорана и, подобрав кастет нож, решительно помчался на голос Виолетты.

Я ринулся к девушке, решительно орудуя кастетом. Заставив даже двоих отступить от вопившей, махавшей трофейным тесаком Виолетты.

—Интересно, а если мы их победим? — с надеждой сказала Виолетта.

—Надо будет обязательно это узнать, но не в этот раз, — проговорил я, ощущая, как кто-то из зелёных подкрался со спины и успел ранить.

Не оборачиваясь, я подался вперед, чтобы прикрыть Виолетту. Впрочем, это было уже напрасно — её горло только что перерезали.

Я грохнулся на землю, вцепившись в Виолетту. Я держал её с такой силой, что оторвать не смог бы никто. И зелёные, оторопевшие, замерли — видать, приняли нас за пару влюблённых.

В их глазах читалось изумление. Ну ещё бы — мобы вдруг проявляют чувства! Правда, уже сражённые: один мёртвый полностью, второй вот-вот сдохнет.

Однако меня интересовало вовсе не это. Прижав к себе Виолетту, я ждал.

А затем, как по волшебству, прямо в моих руках вместо нее очутился небольшой зеленый кристалл.

Я не знал, что делать, и попросту сжал его до белизны костяшек, стараясь спрятать от зелёных и от самой вездесущей Системы.

«Эх, прости, Виолетта, надеюсь, ты будешь в порядке, когда мы очнёмся…» — подумал я, ощущая, как боль со спины разливается по телу. А затем наступила темнота.

Глава 4

Следующая локация была каменистой пустошью. Очухавшись, я увидел перед собой камень. Самый обычный серый камень. А повернув голову, еще один: черный, небольшой, на обсидиана кусок похож. Где-то вдали виднелся поросший зеленым ковром травы вулкан.

Вот, собственно, и весь пейзаж: ровная пустошь, да вулкан. Красота и ничего кроме. Я с трудом поднялся на ноги. Меня всё ещё потряхивало от пережитого.

Доран… Зеленокожего типа с желтым поясом зовут Доран. У них есть имена, разумеется. Как и у нас. Скорее всего, по сути, они такие же, как и земляне. В их мире просто стали открываться порталы в подземелья, а потом из них принялись выходить монстры — то есть мы. А теперь они старательно их зачищают, как было у нас. Вот кто бы знал, что когда-нибудь я начну сочувствовать гоблинам или оркам! Я задумчиво взглянул на вулкан. Повсюду вокруг медленно с земли поднимались люди. Мадам Макото приветливо помахала мне со своей неистребимой оптимистичной улыбкой. Мне захотелось закрыть глаза и провалиться под землю. Ведь на этот раз там, в локации деревни, я ничем ей не помог.

А вон и Виолетта воинственно вскочила, размахивая кулаками. Видать, ещё не сообразила, что все закончилось. Я помахал ей, а она радостно улыбнулась, с облегчением опустив руки. Бой закончился.

— О, Пашка, ты живой, целый! — произнесла Виолетта и подошла ко мне. — Ну как, удалась твоя затея с кристаллом?

Раскусила! Я смущенно улыбнулся, а затем взглянул на свою руку и вздрогнул. В ней действительно был самый настоящий кристалл первого уровня. Он светился мягким зеленым светом, и Лета уставилась на него так, словно в моей руке было самое настоящее сокровище.

— Эй, народ! — радостно заорала Лета. — Только посмотрите, что у Паши есть!

Все тут же столпились вокруг: и старик Игнатыч, и Кирилл и все остальные. Я заметил, что Артур несет Вольху, крепко прижав к себе всё ещё всхлипывающую девчонку. Мои кулаки сами собой сжались. Пожалуй, всех сородичей Дорана, я бы истребил. Кроме него самого.

«Так, нет… Стоп! Спокойно! Это не входит в план. Тебе не под силу истребить жителей целой планеты! А там наверняка целая планета», — одернул я самого себя. — «Думай, Пашка, думай!..»

— Ну, ребята, смотрите. Вот, — я смущенно показал всем зеленый кристалл. — Появился, когда Виолетта умерла, — пояснил я.

Игнатыч поскрёб пальцем седую бровь.

— Вот это да! Получается, с нас и кристаллы сыпятся. Прямо как с настоящих мобов, — произнёс он глубокомысленно.

Судя по вытянувшимся лицам присутствующих, эта мысль понравилась далеко не всем.

— Хотя чего уж, и так понятно, что в этой игре мы мобы, первоуровневые, — кисло произнёс Артур, озвучив мою мысль.

— Ай, ладно. Всё равно это уже что-то, — Я покрутил кристалл в руке.

— Его можно использовать, чтобы закалить оружие, — поделился своими познаниями Кирилл.

— Или для целительных зелий, — вспомнила Виолетта. — Интересно, а если я снова умру, ещё кристаллы посыпятся? — бесхитростно предположила девушка.

Все посмотрели на неё. Я инстинктивно заступил Виолетту.

— Ничего и ни с кого не посыпется. Мы так делать не будем! — громогласно отрезал я.

— А собственно, почему? — произнёс Батур, громоздкий, широкоплечий смуглокожий парень.

— Потому что мы люди! — выкрутился я.

— Ещё неизвестно, будем ли мы воскресать, если начнем мочить друг друга, — резонно заметил Артур. — По правилам системы мобы воскресают после того, как их зачистили игроки. А что будет, ополчись мы друг на дружку?

На пустоши повисло мрачное неловкое молчание. Анна, жена Артура, растерянно посмотрела на кристалл:

— Он всего один. Как же мы будем его использовать?

— Раз один, то пусть будет у Пашки, это же он додумался, — беспечно сказала Виолетта.

— Значит, постараемся добыть ещё таких. Но друг друга убивать не будем, — огласил я.

— Тогда как же? — спросил Игнатыч.

— А так: надо успеть схватить кристалл, если кого-то убьют первым, до того, как эти нелюди присвоят его себе.

— Странно, что кристалл перенёсся вместе с тобой, — заметил Артур.

— Система, наверное, несовершенна, — предположил я. — Скорее всего, она просто не рассчитана на то, что мобы заинтересуются кристаллами и примутся их собирать.

Над пустошью вновь воцарилось задумчивое молчание.

— Эх, хорошо вам, молодежь! Вы хоть в игры играли, — тяжело вздохнул Игнатыч. — А я ж пасьянс пару раз разложил в телефоне. И все. Вообще ничего в этом не смыслю, — признался он. — Да и когда эта вся долботня на Землю пришла, так я уже далеко от этого всего был. На рыболовном траулере ходил. Просто рыбу ловил, да и всё. — Он развёл руками. — Лишь один раз портал видел прямо над морем.

— И что тогда? — заинтересовались все, потому как даже я не слышал эту историю.

— Да и ничего, — пожал плечами дедок. — Одни из членов экипажа опознал портал и сказал, что там оставаться ни в коем случае не надо. Ну, несколько чаек в портал залетело, да и всё.

— Да… Ты там донёс куда следует? В правительство? — уточнил я.

— Ну а как же? — степенно подбоченился Игнатыч. — Мы куда надо сразу-то позвонили. Приплыли, значит, корабли большие военные, энти Зачищальщики, как их, известные… Большой такой, бритоголовый, с косичкой сзади, китаец. Он туда с командой-то и вошел. Прямо с корабля прыгали.

— Ну а потом чего? — заинтересовался я. — Как прыгали, прямо в воду? Так, может, то был водяной портал?

— Так они ж это, в масках, ластах, да и с оружием. А потом я не знаю, нам отплывать было велено, — пожал плечами дедок.

Я задумался: «Бритоголовый с косичкой, — это, наверное, Шайлу, один из самых известных Зачищальщиков планеты. Не припомню, чтобы он где-то помер. Так что, скорее всего, из того портала вернулся живым, наверное, даже и со своей командой. Эх, жаль, что кого-то вроде Шайлу здесь нету, —подумал я. — Вот бы пригодился он сейчас».

Я спрятал кристалл в карман, и мы огляделись: большая равнинная пустошь, черные камни оплавленного обсидиана, серые просто камни перемежались островками растительности (трава всякая, да цветочки желтые). Словом, ничего примечательного.

— А есть-то мы тут что будем? — озвучил Артур всеобщую мысль, которая медленно и неумолимо закрадывалась в головы присутствующих.

— Э, ну… — произнёс я растерянно. Это был прямо-таки хороший вопрос.

И тут Игнатыч радостно завопил:

— Рыбу!

— Рыбу?

— Так мы же на острове! — Игнатыч жизнерадостно ткнул рукой в сторону и там вправду плескалось оно — самое настоящее светлое море.

— Лишь бы Система нас туда пустила, — произнесла Вольха, слезая с рук отца.

С этими словами девчонка припустила бегом разнюхивать, пустит нас туда Система или нет.

Мы с замиранием сердца ждали, что вот-вот она остановится, наткнувшись на незримую стену. Но нет. Вскоре Вольха скрылась из виду и должно быть добралась до пляжа.

— Эй, поосторожнее там! — завопил Артур и кинулся вслед за девчонкой. Анна пустилась догонять семейство. Мадам Макото и Виолетта тоже не спеша потопали к берегу.

Я же, чисто из противоречия, развернулся и пошел наверх к возвышавшемуся над нами вулкану.

— Паш, ты куда? — окликнула Виолетта.

— Да я вулканов вблизи ни разу в жизни не видел! — беспечно крикнул я в ответ.

— А, ну ладно. Налюбуешься, приходи, — хмыкнула Лета. — Я пойду пока позагораю.

«Чего? — подумал я, подбирая отвисшую челюсть, — Её прирезали совсем недавно и не в первый заметьте раз, а она загорать… Всё равно от этого тела вскоре ничего не останется. Да и на хрена мобу первого уровня загар спрашивается? Лучше бы оружие какое сделала, чтобы встретить зеленых достойно!» Кстати, насчёт оружия… (я огляделся). Припоминаю, что в истории Земли был такой период, когда большое распространение получили обсидиановые ножи. Кажется, это было у индейцев.

Выбрав кусок черного камня посимпатичнее, я отыскал несколько серых и принялся ими долбить по черному. Что ж, если как следует постараться, то, пожалуй, что-то и получится. Осталось добыть каких-нибудь веток в качестве рукояти для оружия и зеленым несдобровать. Ну а что касалось вопроса, как закрепить камень, то он даже не стоял. Пущу на это дело собственную рубашку.

«Да уж, таким образом ты скоро без порток останешься», — одёрнул я самого себя. Нет, пожалуй, закреплять это надо как-то по-другому. Может, из травы что-нибудь сплести, а может, если повезёт, среди зарослей видневшегося вдали кустарника водятся какие-нибудь козы или овцы, или хоть что-нибудь, кроме рыбы.

С этими мыслями я прихватил уже слегка обработанный обсидиановый камень с собой и поднялся к самому жерлу вулкана. Не знаю, что я надеялся там увидеть. Наверное, тёмно-красное зарево, плещущуюся лаву и вот это вот всё, как со страниц учебника географии. Но нет, жерло вулкана давным–давно закрылось и, спустившись вниз, я просто оказался на серой песчаной насыпи. Вот и всё. Под ногой были мелкие камешки, серая пыль, да куски всё того же вездесущего чёрного обсидиана.

«Да… Вот тебе и вулкан, — с сожалением подумал я. — А было бы забавно, если бы он пробудился прямо по пришествии зеленых и затопил здесь всё окончательно. Ахаха!..»

Поднявшись обратно на верхнюю кромку вулкана, я прошелся по ней кругом, разглядывая остров. Он был сравнительно небольшой. Кое-где торчали одинокие деревья. На другой стороне острова среди заросли низкорослых кустарников я даже заприметил несколько коз.

— «Ура, вот это повезло нам! Система расщедрилась. Козочки! Молоко, творог! — дошло до меня. — Нет, нельзя пускать их на шкуры. А то что ж мы есть-то будем?»

С другой стороны острова наши азартно ловили рыбу прямо руками. Ну, по крайней мере, я так охарактеризовал для себя это занятие. Они наклонялись к воде, что-то там пытались схватить, затем явно ругались и повторяли попытки. Самая мелкая фигура Вольхи просто плескалась в волнах. Ну а Виолетта сдержала своё слово, устроившись загорать. Издали аппетитных форм не было видно, но я не сомневался, зрелище заслуживает того, чтобы посмотреть. И чего я, спрашивается, на вулкан-то попёрся? Просто пустышка, и всё.

Резво спустившись с вулкана, я принялся расстегивать на ходу рубашку. Кто знает, когда сюда принесёт зеленых! А так, по крайней мере, позагораю рядом с Летой. Добравшись до пляжа, я с размаху плюхнулся на песок рядом с девчонкой, подняв небольшой клубок песчаной пыли. Рубашку я скинул, и в спину тут же впились мелкие ракушки, украшавшие песок.

— Хорошо отдыхается? — осведомился я.

Лета блаженно зажмурилась.

— Прямо отлично, — она кивнула на солнце. — Словно с Земли никуда не уходили. Не хуже Мальдив! — жизнерадостно заявила девушка.

— Да, наверное, точно не хуже.

Улегшись радом, я осторожно потянулся и взял её за руку. Подождал пару секунд, на случай, если она отдернет пальцы, но она не стала этого делать. Лишь крепко сжала мою ладонь.

Так мы лежали с ней, наверное, час, любуясь солнцем и белоснежными облаками, пока над нами не раздался скрипучий голос Игнатыча.

— Кто не работает, тот не ест! — жизнерадостно провозгласил Игнатыч. — Идите рыбу ловить, лежебоки. За вас это делать никто не станет.

Я нехотя поднялся на ноги и отправился к воде. Скинув кроссовки, я с наслаждением засунул ноги в слегка прохладную воду. Было приятно. Рыба здесь и правда водилась, причём не так уж далеко от берега. Не то, чтобы крупная, скорее размером с бычков, только не бычки, а какая-то золотистая, с хитрой мордой. Одного взгляда на этих рыбёшек хватало, чтобы понять, руками их сложно выловить.

— Нужна острога, — со знанием дела заявил я.

— Давай, тащи сюда острогу, — фыркнул Артур, всё ещё пытавшийся поймать рыбу руками.

Судя по некоторому количеству рыбёшек, сваленных на песок, ему всё-таки это удалось. Впрочем, хитрость Артура была понятна. В отличие от меня, зашедшего в бухту наобум, Артур пошел к камням, туда, где заплывшим рыбкам было сложнее скрыться. Я тут же пошлёпал к нему, разгадав хитрость.

— Э нет, дружище, выбери себе другое место, а то ты мне сейчас всю рыбу распугаешь! — потребовал Артур. — Ну вот! Уже распугал! Давай-давай, иди делай свою острогу! - подначил он.

— А вот и сделаю! — фыркнул я.

Вернувшись на берег, я отыскал пару обычных камней и принялся обрабатывать свой обсидиан. Что ж, из одного отщеплённого куска и правда получилось что-то похожее на лезвие для остроги. Я попросил Виолетту найти хоть что-то, напоминающее палку, а лучше парочку: одну для копья, а другую для остроги. Или хотя бы одну палку: «С одной стороны прикреплю маленький отщепленный кусок обсидиана, с другой стороны будет полноценным копьём, — решил я».

Виолетта не подвела. Вскоре она приволокла какое-то полое растение, весьма напоминавшее бамбук. Это было лучшее, о чём только можно мечтать! Мы закрепили получившееся небольшое тонкое длинное лезвие на одном конце, попросту примотав косичкой, из сплетенных Виолеттой тонких побегов лиан. Получилось неплохо. То есть всё держится «на соплях», конечно, но пару ударов об рыбёшек выдержит.

Я отправился в воду и принялся за работу с азартом викинга. Тырым-пым-пым! Первые несколько ударов бодро вошли в песок. Хорошо, что дно было мягкое и мой кусок обсидиана при этом не сломался. И где-то с двадцатого раза, наконец, я поднял палку, на конце которой действительно билась небольшая худосочная рыбёшка.

— Виолетта, у нас сегодня будет ужин! — жизнерадостно сказал я.

— Это больше похоже на ужин для моего котика! — фыркнула девушка.

Лета сидела на берегу и пыталась смастерить ещё одну острогу из остатков обсидиана и ещё одной трубчатой палки.

Вскоре она присоединилась ко мне. Хитро прищурившись, Виолетта немного выждала, а затем быстрым броском опустила острогу в воду. Судя по торжествующей мордахе, я ожидал, что прямо сейчас она вытащит что-то не меньше окуня, но нет. Палка Виолетты оказалась пустой. Девчонка обиженно надулась.

— Ну вот, я же почти наверняка била! — возмутилась она и даже топнула ножкой.

— Эй, рыбу распугаешь! — заявил я на матросский манер. — Отойди хоть подальше и не поднимай муть со дна.

Возмущенно надувшись, Виолетта отошла и принялась решительно лупить по дну. Однако вскоре ей это занятие надоело. Вета вручила свою острогу подошедшей Вольхе, а сама отправилась плавать.

— Паш, ты же поделишься? — крикнула она напоследок.

— Куда я денусь, — заявил я, относя уже вторую худосочную рыбёшку на берег.

Где чья кучка рыбы каждый и так знал, так что нужды прятать особо не было. Крыс в нашей компании вроде как не водилось.

— «Ну а если кому не повезёт с охотой, так мы же поделимся, — подумал я. — Как можно оставить в такой ситуации голодного человека?»

Следующие несколько часов я бил рыбу. Наконец моя кучка на земле стала достаточно большой, чтобы угостить плавающую Вету и мадам Макото, которая хоть и пыталась (приняв острогу из рук, выловившей пару рыбёшек, Вольхи) самостоятельно добыть себе обед, но всё же старость и глазомер слегка её подводили. В конце концов, мадам Макото отдала острогу кому-то ещё, а сама отошла в бухту, туда, где берег был изрезан скалистыми камнями.

— «Ну что ж, дело её, — решил я».

Я проследил за ней взглядом — ничего угрожающего там не было. Да и до прихода зеленокожих монстров всё ещё было далеко. Наконец солнце взошло в зенит и на берегу стало нестерпимо жарко. Самое время для обеда. Егор снял свои очки, раздобыл где-то травы пожухлее и принялся возводить костёр при помощи линзы, пропуская через очки солнечный свет.

— Ух ты, вот это ты хорошо придумал, — обрадовался я.

— Ага! — жизнерадостно произнёс Егор.

Вскоре на берегу уже радостно запыхтел костёр, над которым все по очереди пристраивали жариться свою рыбу.

Мадам Макото тоже подошла к костру. В руках она несла свою серую рубашку, полную каких-то зеленых водорослей. Из одежды на ней оставались короткие бриджи и, повязанная на манер топика футболка. Мадам Макото принесла в больших зелёных листах кучу каких-то водорослей. Она произнесла некое японское слово, которого никто не знал. Но смысл и так был ясен: мадам Макото решительно считала, что это съедобно. Всем сомневающимся она продемонстрировала, как запихивает эти самые водоросли в рот, так что Егор просто немного подвинулся, пропуская её к общему костру, и протянул рыбину из своих запасов.

Вскоре появилась и Виолетта. В руках она несла свою футболку, завязанную с одной стороны, на манер мешка. Что-то её изрядно оттягивало. Добравшись до нас, Виолетта продемонстрировала свой улов.

— Ух ты! — восхищенно воскликнул Артур.

Вся футболка Виолетты была до краёв заполнена чёрными мидиями.

— Вот так житуха… А как их готовить-то? — обрадовался Артур

— Их вроде как жарят или варят, — припомнила его супруга.

— Да просто положить вокруг костра, да и всё, — махнула рукой Виолетта. — Они и приготовятся.

Что мы и сделали.

— Что ж, пир на весь мир, — жизнерадостно произнёс Игнатыч, которому, кстати, удалось выловить самую большую рыбину, но дедок так и не сознался каким образом. У него же даже остроги с собой не было.

— Неужто сеть изготовил? — восхитился я.

«Да нет, не успел бы он её сплести из травы. Это же на полдня возни. Быть может, с помощью рубашки поймал или удочку сбацал? Точно, удочка! — до меня дошло. — Каким же я был остолопом. Ведь надо было попросту изготовить из чего-нибудь удочку».

Игнатыч, хитрый жук, молчал. Отошел, небось, туда, где поглубже, постоял немного с какой-нибудь импровизированной палкой, к которой приладил крючок из чего-нибудь.

—Игнатыч, сознавайся, старый хрыч. Из чего леску сделал? — возмутился я.

— Так это, у девчонок волос попросил, — бесхитростно заявил дедок.

Виолетта и Ирма, симпатичная высокая брюнетка весело заулыбались.

— Так, ясно. А крючок из чего?

— Ну так из булавки, — весело сказал Игнатыч

— А червяка где добыл? — я терял уже терпение.

-Как где? Выкопал! — бесхитростно фыркнул дедок. — Их тут как грязи. Только не червяки, а такие маленькие, на креветок похожи.

Я взглянул на берег. Действительно, пока я шел по берегу, было ощущение, что иногда под ногами что-то шевелится.

— Не мог с другими идеей поделиться? — надулся я.

— Так вы же все видели, — удивился Игнатыч.

Я помотал головой.

— Да нет, Пашка сразу бросился остроги делать. Ну и мы за ним, — хмыкнул подошедший к костру Кирилл и гордо продемонстрировал своё оружие.

Острога Кирилла больше всего напоминала самое настоящее копьё. Он прочно примотал его посредством зелёных гибких верёвок. Видать тоже раздобыл что-то похожее на лиану. Обколотый кусок обсидиана, надо сказать, был лучше моего.

— Это как тебе так удалось? — удивился я, с уважением разглядывая его оружие.

— Надо же смотреть, как бьёшь, — хмыкнул Кирилл. — Обсидиан — он тонкое обхождение любит. Отщепляешь вот так по кусочку… —Кирилл продемонстрировал в воздухе. — И смотришь, где какие трещины уже есть на камне, потому как где есть — там уж точно отколется.

— Ага. — Я с жалостью посмотрел на собственное оружие, которое, пожалуй, годилось, чтобы бить рыбу, но вот встречать зеленых мне хотелось с чем-то посущественнее.

— Можно ещё взять вот такую палку и с боков закрепить небольшие обсидиановые куски, — рассказал Кирилл. — Тогда будет оружие как у ацтеков. Они такие дубинки делали.

Я заинтересованно слушал.

— А если вот так ещё сделать, на перекрестие, то будет и вовсе непобедимая булава, — довольно заявил Кирилл.

— А что, идея отличная! А крепить-то их как? Это ж тебе не копьё.

Кирилл крепко задумался.

— Гм, ну я такие в музее видел, — признался он. — Чем же они их крепили?

— Не знаю. Может каучуком или смолой какой?

— Так. Значит, надо раздобыть смолу, — сообразил я, — и поскорее.

— Ага. Зелёным не поздоровится, когда сунутся! — жизнерадостно заявил Кирилл.

— «Не поздоровится как обычно нам, — кисло подумал я. — Мы чёртовы мобы первого уровня, и несмотря на то, что у нас есть кристалл… Да, точно, кристалл». — Я задумчиво посмотрел на своё недавнее приобретение, достав его из кармана.

— А может усилить оружие с его помощью? — решил посоветоваться я.

— Было бы здорово, — согласился Игнатыч. — Но тогда надо сделать достойный клинок, чтобы уж наверняка зеленых «порадовать».

Достойный обсидиановый клинок. Это стало главным проектом всей нашей маленькой общины.

======

Помните, ваши лайки, комментарии и любая активность мотивируют автора!!

Глава 5

Мы перерыли буквально весь остров, пока нашли несколько подходящих деревьев. По крайней мере, гораздо более прочное, чем полые бамбукообразные штуки, которыми мы пользовались для ловли рыбы. Затем, отколов крупные и острые куски обсидиана, мы принялись по очереди изгаляться, пытаясь срубить молодое дерево. Мы били, ломали, драли и наконец, оно поддалось. Затем пришлось разделить полученную древесину надвое. А то получился бы боевой шест. Вырезать некое подобие ацтекского оружия пришлось с помощью острых кусочков обсидиана поменьше такой-то матери. Обсидиан соскальзывал с непривычки, задевая пальцы. Слишком тонкая местами кромка крошилась. К тому же, его было неудобно держать. Короче, далеким предкам с их каменными скребками я не завидовал. На своей шкуре ощутив, как жилось людям в каменном веке каждый день, я мог только восхититься их стойкостью.

Из найденных же деревьев добыли смолу, надрезав обсидиановыми лезвиями тонкую кору. Поначалу смола текла неохотно, пока Игнатыч не догадался надрезать под углом. Дело пошло веселее. Анна и Виолетта бережно собрали получившуюся смолу в белесые округлые ракушки, которыми изобиловал берег.

-Ее надо с золой смешать, так прочнее будет! - авторитетно заявила Вольха.

Мы со все глаза уставились на девчонку.

- Откуда ты знаешь?! - поразился Артур.

Девчушка пожала хрупкими плечами.

- Передачу смотрела. Про индейцев.

-А что еще было в той передаче? - жадно спросил я, отчаянно сожалея, что вместо передач типа "выживи на острове в одиночку" и "построй цивилизацию из говна и палок за десять дней" в свое время смотрел комедийные сериалы. Давно, еще до прихода Системы.

-Про пирамиды, жертвоприношения.., - начала перечислять Вольха.

- Это нам не подходит! - быстро сказал я.

Девчонка приуныла было, поняв, что расстается с ролью главного эксперта на острове.

-Молодец! Здорово, что ты про смолу вспомнила! - утешил ее Егор.

Вольха снова просияла, а мы вернулись к сбору смолы.

Оставалось дело за малым. Мы с Кириллом и Батуром раздобыли крупные куски обсидиана и сумели отколоть от них длинные острые кромки, которые воткнули в дерево. Залили всё это смешанной с золой смолой. Жестко обмотали лиановыми побегами. А дальше пришлось ждать.

Смола, как мы и надеялись, высохла. Получилась вполне себе хорошая дубинка с режущими краями.

— До настоящего ацтекского меча этому ещё далеко, — задумчиво произнёс Кирилл. — Но гораздо лучше, чем ничего.

После его слов, мы все вместе уставились, на получившееся чудо каменного века. В смолу, которой мы укрепляли лезвие, помимо золы, я добавил кристалл. Для этого пришлось истолочь его часть, посредством камней, в мелкую крошку. К счастью, это получилось не сложнее, чем происходило на Земле. При большом желании выданные Системой кристаллы можно было размолоть буквально в порошок. Ученые их изучали и пришли к неоднозначным выводам. Одни считали, что они синтетические, другие, что натуральные, а их свойства объяснить никто не мог.

— Давайте пробуем! — решительно сказал я, подняв, дубинку.

Парни и Артур в восхищении замерли. А дальше я сообразил, что пробовать в общем-то и не на чем. Это же пустынный остров. Единственно живое, помимо людей, что тут было, — это козы. Но Игнатыч двух своих любимиц, которых мы и так с трудом поймали, в обиду не даст. Он надеялся надоить с них молока в большие витые раковины, которые удалось раздобыть с глубины Виолетте. Девчонка, оказывается, отменно ныряла.

Все желающие смогли попить понемногу. А Игнатыч сетовал, что ему бы этих коз да в ту деревеньку, откуда нас недавно вышвырнули, и он бы уж там развернулся. И масло бы понаделал, и творога, и сыра заодно. Словом, на козах пробовать, было не вариант.

«Подождём нашествия зеленых, — решил я, любовно оглядывая обсидиановую дубину».

Я все же вмазал ей по внушительного вида растению с раскидистыми листьями. Оно переломилось надвое. Вышло чисто, с одного удара. Но зеленые, это вам не тропическую крапиву бить.

— Я бы тоже такую хотел, — скромно произнёс Артур, просительно поглядев на меня.

Он понимал, что кристалл подобрал я и он мой. Но, с другой стороны, Артуру надо было защищать семью. Занятие явно бесполезное, но и отказаться от него было невозможно. Я молча достал кристалл, отколол от него быстрым ударом серого камня половину и протянул Артуру. Тот благодарно кивнул и ушёл мастерить из остатков ещё одну обсидиановую дубину. Теперь, когда у нас был опыт, она получился даже лучше моего. Да и Артур действовал значительно терпеливее: и рукоятка вышла поудобнее; и плоская дубинка, которую он выстругал с помощью кусков обсидиана, была значительно аккуратнее.

Я постарался не завидовать. В конце концов, первая модель всегда экспериментальная. Но я всё равно уже нежно любил свою дубинку за одну только мысль о том, что на этот раз перед зеленокожими не буду беспомощным.

Лета тем временем соорудила себе копьё из обсидиана и полой палки. На несколько ударов хватит, ну а больше девушка, скорее всего, не переживёт. Мадам Макото вооружилась коротким обсидиановым ножом с псевдобамбуковой рукоятью и взирала на мир философски. Пока мы постигали азы искусства каменного века, она навострилась добывать рыбу на камнях, как Артур. А ещё обнаружила на склонах вулкана вполне съедобных улиток.

Поначалу, когда она предложила отведать жареных улиток, я немного напрягся. Не привык я ко всем этим возвышенным кухням, типа фуа-гра и жареных улиток, фрикасе из какой-нибудь морской дряни и рыба фугу в придачу. Но улыбка мадам Макото была столь доброй, что я просто не мог отказаться попробовать её угощение. Оказалось вполне себе ничего. Что-то среднее между улиткой и лобстером. Ближе к улитке, намного ближе. Девяносто процентов улитки и десять лобстера.

Вечером над островом пошёл дождь. Он лил буквально стеной. Думаю, на каждого из нас вылилось вёдер по десять воды, никак не меньше. Мы сидели на берегу совершенно продрогшие, глядя на потухший костёр, и чертыхались.

— Надо было шалаш какой-нибудь соорудить, — клацая зубами, заявил Кирилл.

— Ага. Или лучше навес, — подхватил молоденький парнишка по имени Егор. — Я в передаче видел про остров, где знаменитости выживали. Они там первым делом всегда навес делали.

По виду Егор походил на старшеклассника. Красная футболка, кеды в цвет с белыми полосками. Насколько я знал, он вроде как недавно стал первокурсником чего-то сугубо гуманитарного — то ли филолог, то ли философ, я уж не помнил. Егор говорил при первом знакомстве, но я не запомнил: не до того тогда было.

— Эх, — проговорил я, глядя в пасмурное небо, которое и не думало проясняться. На лицо мне сразу же закапали крупные капли дождя.

Виолетта сидела, тесно прижавшись ко мне, будто это могло хоть немного согреть. К сожалению, не особо помогало, но радовало морально. Я обнял девушку и попытался прикрыть её своей рубашкой, но жест был исключительно дурацкий, разве что, романтичный. Толку с него не было никакого — рубашку хоть отжимай. У нас тут словно тропический лес в сезон дождей.

— Рано или поздно дождь кончится, — со знанием дела проговорил Артур. Он сидел в обнимку со своим семейством и всем своим философским видом выражал, что всё, в общем-то, в порядке. — По крайней мере, никто не пытается убить. Всего-навсего дождь, подумаешь. В конце концов, это всего лишь дождь, — улыбнулся он. — Зато как здесь красиво!

Он выразительно взглянул на море, которое, смешиваясь с водой и небом, казалось буквально безграничным. Я тоже залюбовался.

— Эх, корабли бы сюда! — вздохнул Игнатыч. — Рыбки наловить, да и уплыть куда подальше. — С этими словами он выразительно сплюнул на песок.

Я скосил глаза на мадам Макото. Она переносила дождь стойко, прикрылась парочкой широких зелёных листьев и сидела с выражением: ну, знаете, такое бывает на открытках, где изображена прикрывшаяся листом лягушка. Дескать, ей, в общем-то, и так ничего, но с листиком как-то уютней. Я ободряюще улыбнулся старушке. Ничего умнее мне в голову не приходило.

— Эх, а вот бы сейчас пришли зелёные! — мечтательно проговорила Виолетта. — Вымокли бы по самые уши.

Над пляжем раздался нестройный смех.

— Поскользнулись бы в ближайшую лужу! — добавил Кирилл.

— Ого! Вот это было бы весело! — засмеялся Егор.

Я только вздохнул. Бывало, что в локациях, куда приходили Зачищальщики, шёл дождь. И не просто дождь, а вот такой же проливной ливень. Драки тогда с орками были невообразимыми. Скользкая грязь, озверевшие орки… «Бившиеся с такой яростью, словно их убивали уже до этого раз так десять, а то и все сто», — мрачно подумал я. Вот с какой яростью они сражались, как существа, не боящиеся смерти, но которых достало всё до печенок. Наверное, скоро и мы превратимся в таких же орков, накидывающихся на каждого приходящего сюда, просто чтобы побыстрее сдохнуть.

Ну уж нет! Я сжал кулаки, вспомнив зеленокожего парня с жёлтым поясом. У меня всё ещё была надежда. Пусть даже я и был для него странным незнакомцем. Но увидел в нас что-то, кроме дурацких мобов, чёртовых NPC или кем там нас зеленокожие считают. Люди вот без тени колебаний и сомнений относили и орков и гоблинов именно к ним.

«Интересно, кстати, — задумался я, — откуда вообще взялись орки и гоблины в нашей мифологии? Ведь откуда-то же взялись, а потом бац — и вот они вам являются из порталов». Неужели когда-то давно Система уже приходила на Землю и, соответственно, земляне уже имели с ними дело? «Интересно, а есть ли мы в мифологии зелёных и какое место мы там занимаем?» — кисло добавил я про себя. Если, скажем, зелёным доводилось иметь дело с людьми, например, во время средневековья, агрессивные рыцари, настроенные стереть с лица земли всё, что только увидят, приняв за демонов… Да ну, не такие же они были тупые! Наверное, при виде зелёных они просто охренели бы и задали стрекача…

Я сам не заметил, как принялся размышлять об этом вслух. Окружающие, как ни странно, подхватили мою идею.

— Наверное, мы в их мифологии что-то вроде низкорослых бледных дьяволов, — предположил Артур.

— Не таких уж и бледных, — я покосился на мадам Макото, которая бледностью точно не страдала. — Хотя, если к ним попали самураи, вообще не представляю, какими они себя представляют людей.

Я вспомнил сложные самурайские доспехи, которые видел на выставке, приезжавшей как-то в наш город.

— Действительно, — хихикнула Виолетта. — Если, конечно, они их не одолели и не посмотрели, что там под доспехом прячется.

Иные самурайские маски на выставке были зловещи настолько, что только в кошмарах могут привидеться.

«А может, и в их основе лежали проделки Системы, — призадумался я. — Быть может, когда-то давным-давно в Японии уже открывались порталы локально, так сказать?» Ведь откуда-то же есть практически во всех традициях изображения всяких жутких нечеловеческих демонов, уродливых существ, которые подлежат уничтожению.

Я принялся бездумно чертить пальцем линии на песке.

— Зеленокожие уничтожают нас. Мы уничтожаем гоблинов, орков всяких. Всем весело. Все при деле.

— Интересно, кто эту Систему выдумал вообще? — спросил Артур.

— Ну кто бы ни выдумал, он явно способен создать пространственную дыру, запихать туда целую локацию, да и притом не маленькую. И всё это не стоит ему особого напряжения — открывать такие штуки раз за разом. А ведь мы ещё только мобы первого уровня, а где-то небось у зелёных скоро порталы с мобами второго уровня откроются, - глубокомысленно изрек я.

Виолетта встрепенулась:

— А вот интересно, откуда берутся мобы второго уровня?

Мы притихли.

— Хороший вопрос, — медленно проговорил Игнатыч.

— А что, если это наши Зачищальщики? — сообразил я. — Ну, люди со способностями.

— Типа того, — кивнул Игнатыч.

Наша компания задумчиво переглянулась.

— Народ, у нас же нет никого со способностями, да? — уточнила Ирма, весёлая черноволосая девушка, приятельница Виолетты. Подружились поневоле, так сказать. Женщин у нас не слишком много.

Я развёл руками:

— Ну, я с Зачищальщиками в подземелья ходил, но в основном как обслуживающий персонал. Так, с автоматом около добычи подежурить, донести.

— Так ты стрелять умеешь? — оживилась Виолетта.

Я пожал плечами:

— Да ничего там хитрого. Ну так, умею.

— Вот бы автомат сюда, — мечтательно протянула девчонка. — Ты бы их всех положил, да? Только автомата тут нету.

— Может, в локации Токио стоит поискать? — оживился Егор. — Если вдруг снова туда попадём.

— Да я искал уже. Нету там.

Мадам Макото тоже оживилась, услышав знакомое название, но тут же утратила интерес к разговору, когда он перетёк с Токио обратно к зелёным.

— Интересно, а что мы будем делать, если вдруг прорвёмся однажды в их мир? — проговорил Кирилл.

Мы с Виолеттой переглянулись.

— Ну вот гоблины, например, в нашем мире тут же принимались убивать и грабить, — припомнил Егор.

Я задумался. С одной стороны, это было, конечно, ужасно и выглядело омерзительно. Низкорослые зелёные человечки, кидающиеся на всё живое, громящие витрины магазинов, хватающие всё подряд. Да уж, ясное дело, что встретили их на Земле за такое поведение весьма неприветливо. А с другой стороны…

— Народ, а может, они просто искали оружие? — предположил я. — Как мы привыкли искать его в локациях, пока зелёные не придут? Ну и мочили заодно всё, что встретится, зная, что надо бить первым.

Над пляжем воцарилось тягостное молчание.

— Да ну! — передёрнул плечами Артур. — Скажешь тоже. Это же гоблины. Ты им прямо человеческие чувства какие-то приписал.

— Не, ну вообще может быть, — задумчиво протянул Кирилл, оттерев капли дождя с лица. — Так, если подумать, мы ведь тоже, если окажемся в их мире, попытались бы раздобыть себе оружие получше, чем то, что есть здесь.

-Но мы бы не стали мочить всех первых встречных. Да ведь? — проговорила Виолетта.

Я задумчиво посмотрел на неё:

— А как ты отличишь хорошего зелёного от того, кто явился к порталу, чтобы нас убить?

Виолетта глубоко задумалась.

— Ну, детей там не трону.

— А какого размера у них дети-то? — усмехнулся Кирилл.

Мы притихли. Зелёные ростом обычно превышали человеческий. Тот же Доран, по моим подсчётам, должен был быть весьма молод: мы с ним практически одного роста, а многие его соплеменники — примерно на голову выше. По всему получалось, что парнишка на человеческий манер, наверное, лет 18–20, не больше. А то и значительно меньше. Кто знает, может, у этих зелёных принято детей с собой на охоту в подземелья таскать? От одной мысли я передёрнулся. Мы ж не они, мы бы никогда! Ну то есть как никогда? Что касалось зачисток подземелий с гоблинами и орками… но это ж не люди. Они же просто мобы…

Я обессиленно уронил голову:

— Ребят, если всё обстоит так, как я думаю…

Я даже не стал договаривать. И так всем понятно.

Артур мрачно сплюнул на песок, совсем как Игнатыч:

— Если всё обстоит так, как ты думаешь, то дела наши плохи. Люди ведь прошли игру, — сумрачно проговорил он.

Незадолго до того, как мы сюда попали, люди закрыли последнее подземелье, одолели какого-то супербосса, и после этого порталы и подземелья просто перестали появляться. Все уж думали, что всё закончилось. Остались лишь Зачищальщики, оставшиеся не у дел. И надо сказать, далеко не все из них были готовы почивать на лаврах. Самые богатые — те, да, конечно. Они давали бесчисленные интервью, с удовольствием писали мемуары и выступали на встречах с фанатами. Словом, те, кто уже успел подзаработать, не бедствовали и ни в чём не нуждались. Но что касалось начинающих Зачищальщиков, которым уже удалось достичь некоторого уровня, у них-то Система осталась. И они пошли кто куда. Одни отправились служить в органы правопорядка, другие — в армию, а вот третьи подались в криминал. Это было ни для кого не секретом, хотя и обсуждать такое по телевизору не спешили. Всё же герои, как-никак, совсем недавно стоявшие на страже человечества. Опять же, кто знает, может, они послезавтра понадобятся, когда придёт новая Система. Я знал, что некоторые Зачищальщики надеялись на это. Уж больно скучной теперь им казалась жизнь без монстров и подземелий. Я припомнил рассказ знакомого чистильщика примерно среднего ранга, с которым мы выбрались как-то в бар уже после того, как всё закончилось. «Ты не понимаешь, ты в подземельях просто грузы охранял. А каково это — один на один сразиться с монстром, испытать себя, потягаться с самой смертью?» Я его слушал вполуха, признаться, мне всё это было до лампочки. Я в подземелье отправился исключительно по меркантильным соображениям. Ну и потому что подвернулась однажды такая работа: знакомый с собой позвал быстро подзаработать. И как-то втянулся я там. Но, опять же, я не дурак, в серьёзные подземелья не совался и на рожон не лез.

— Такое ощущение, что всех нас поимели, — мрачно произнёс Артур.

— Да и нас, и зелёных, — согласился я, вспоминая Землю и бегущих по асфальту незнакомого города гоблинов. Сам я ни разу Прорывов не видел, но вот по телевизору несколько раз показывали в самом начале, когда ещё никто толком не понимал, что делать с подземельями и что сами собой они не исчезнут. Вернее, исчезнут, а вот их обитатели — нет. Их обитатели вывалятся наружу, сея страх и панику на своём пути. Ну или выбегут наружу, обуреваемые страхом и паникой, оказавшись в совершенно незнакомом и чуждом мире, где нет привычных гоблинам тенистых лесов, маленьких деревенек с округлыми глинобитными домами и того, что ещё мило гоблинскому сердцу.

Да уж! Не хотелось больше о таком думать… Мне оставалось лишь поплотнее прижать к себе задремавшую Виолетту и надеяться, что дождь скоро пройдёт.

Глава 6

Зелёные пришли на остров спустя неделю. Больше всего мне было жалко до зубовного скрежета огромный шалаш, что мы построили на берегу. Соорудили каркас из полых прутьев, сверху прикрепили широкие зелёные листья, защищавшие от дождей и ветра. Листья надрали на второй стороне острова, там было побольше зелени. Получилось что-то типа большой юрты. Как раз на всех — спать, конечно, приходилось вплотную друг к дружке, но зато дождь не страшен. Да и ночами тут порой изрядно холодало. В тесноте, да не в обиде. Помимо укрытия сверху ещё и пол кое-какой забацали, сделав настил из тех же полых растений. И теплее, и вообще как-то уютней.

Еще было жалко прирученных Игнатычем коз. Вкус молока, как ни странно, напоминал о доме. Мире, где есть сметана, йогурты всякие и прочие разносолы.

В общем, только-только по-человечески начали обустраиваться, и тут зелёные.

— Нелюди! — заявил Игнатыч, потрясая своим обсидиановым копьём.

На этот раз их встретили с азартом обречённым. За свой зелёный дом мы были готовы бороться до конца. Не то чтобы зеленокожим он был сильно нужен. Они лишь взглянули на нашу постройку с лёгким недоумением — должно быть, ожидали чего-то вроде деревни орков или просто нашей деревеньки из предыдущей локации. А тут всего-навсего убогое жилище на берегу. Но мы накинулись на них с остервенением тех, кто только-только начал обустраиваться в этом негостеприимном месте и даже нашёл парочку плюсов: пляж, мягкий песок, солнце припекает, мидии вкусные, рыбка опять же.

В общем, я с размаху вмазал первому же появившемуся из портала ублюдку своей дубинкой с обсидиановыми краями. И, честно говоря, было ничуть не жаль. Следующий схлопотал от меня по морде. Неподалёку Артур азартно расправлялся своим оружием с перевшими из портала монстрами. Ну или жителями таинственного мира, что располагался по ту сторону портала. Тут как посмотреть. Я никак на это смотреть не хотел. Я просто был им не рад и желал защитить то хрупкое, что мы построили.

Почему-то именно вулканический остров отстаивать хотелось даже больше нашей деревеньки. Хотя там, несомненно, уютнее. Но деревенька как-то сама собой настраивала на мирный лад. Там мы впервые за долгое время почувствовали себя людьми. А здесь каждая верёвка, скреплявшая что-либо, была сплетена вручную из гибких лиановых побегов, которые я собирал лично. В общем, мы вложили в этот остров слишком много труда, чтобы просто отдать его без боя зеленокожим. Так что зелёным не повезло.

Мадам Макото в этот раз тоже вошла в раж. Она решительно орудовала своим обсидиановым ножом и умудрилась всадить его в бедро какому-то огромному зелёному придурку, который был выше её вдвое. Не останавливаясь на достигнутом, добрая старушка схватила из костра, на котором мы готовили, горящую палку и со всей дури залепила ей по роже зелёного. Тот взревел, чёрные волосы вспыхнули, и бедолага, зажимая рану, понёсся в воду. Отличное было зрелище. Очень жаль, что мадам Макото продержалась после этого не слишком долго. Я видел, как её тело упало, снесённое ударом клинка очередного зелёного ублюдка, а затем исчезло, оставив после себя кристалл.

Ненавидя себя и всё, что происходит вокруг, я рванулся туда, не обратив внимания на вскрик Виолетты, которую, скорее всего, убили позади меня. Преодолев расстояние в несколько прыжков, я просто свалил зелёного убийцу с ног и бил его кулаками по морде до тех пор, пока он не отключился. Сам не знаю, как при этом умудрился не потерять свою дубинку. В следующее мгновение я подхватил уроненную в процессе драки дубину, а второй рукой схватился за кристалл мадам Макото. Он не должен был попасть к этим гадам.

Кристалл я спрятал в кармане. Не слишком надёжное место, но я надеялся, что эта штуковина останется со мной, когда мы перенесёмся снова куда-нибудь. Ну то есть мы же перенесёмся? Вообще, я понятия не имел, как и все мы. Всегда ли воскресают мобы первого уровня или однажды для нас наступит геймовер? Скажем, после того, как игра для зелёных продвинется до второго уровня? Я попытался припомнить, как было на Земле. Со временем начали появляться подземелья и второго уровня, и третьего, и четвёртого. Правда, классификация была весьма условной. Их классифицировали сами Зачищальщики, вернее, корпорации, на которые они стали работать. Они присваивали подземельям уровень и даже имели гибкую систему допусков. Корпорация охраняет вход в подземелье, чтобы монстры, если прорвутся, сразу не мочили людей. Ну а Зачищальщики, извольте, платите процент за то, что прошли внутрь. Да-да, вы не ослышались. Даже до такого маразма дошло. Если поначалу Зачищальщики были героями планеты, то потом на некоторые прорывы успевали наложить лапы корпорации. Вот такой финт ушами. Впрочем, в конце концов Зачищальщики справились, корпорации обломались и теперь пытались вложиться в какой-нибудь другой бизнес. Подозреваю, что некоторые главы корпораций с удовольствием сохранили бы порталы и вечную угрозу над Землёй, но не вышло.

Итак, вопрос на повестке дня: перестают ли появляться подземелья первого уровня после того, как планета переходит на подземелья второго и третьего уровня? Ответ, к счастью, нет. Подземелья начального уровня появлялись исправно даже тогда, когда появились подземелья сорокового. Они просто меняли дислокацию. Сначала в одном месте появлялись, потом в другом, потом в третьем. Но в какой-то момент, когда все подземелья, даже самые высокоуровневые, оказались зачищены, они просто перестали появляться. Game over. Никто поначалу и поверить в это не мог. «Либо game over, или игра перешла на следующую ступень, в которой мы бы уже сами были мобами», — мрачно подумал я.

Поколотив зелёного, я развернулся и поспешил на помощь Артуру. Я как следует вмазал со спины ублюдку, пытавшемуся добраться до Вольхи и Анны, которые укрывались за Артуром. Ну или прикрывали главе семейства спину. Тут как посмотреть. И супруга Артура, и их девчонка уже не были теми беспомощными плаксами, какими я увидел их в первый раз. Вольха решительно сжимала сделанное для неё отцом обсидиановое копьё и колола всякого, кто пытался приблизиться.

Я вздохнул. Подобного среди гоблинов мне как-то не встречалось. Ну то есть гоблины просто разбегались от ужаса, если были слишком слабы, чтобы тягаться с людьми, и тут же накидывались на раненых и упавших, если рассчитывали перерезать им глотки. Чтобы глава семейства гоблинов защищал своих близких, а те прикрывали его спину — нет, пожалуй, я не встречал. С другой стороны, я же по большей части просто караулил боеприпасы и трофеи и практически от них не отходил. Так что, быть может, в деревнях орков и гоблинов всякое встречалось. Зачищальщики покруче рангом не часто распространялись на эту тему. Хотя порой я видел на их лицах глубокие мрачные складки сомнений. Тогда я относил это на тот счёт, что погибали наши ребята, и каждый понимал, что может оказаться на их месте. «Но быть может, у кого-то были сомнения?»— задумался я.

Очередным ударом я подрубил ноги зелёного, атаковавшего Артура и его семейство. Что касалось этого громадного ублюдка, то тут сомнений у меня никаких не было. Я отвлёк его на себя, и Артур вмазал подонку по горлу быстрым ударом. Вот и всё. Тело зелёного свалилось, а я огляделся. В упоении ярости я как-то забыл про Дорана — ведь он мог быть здесь. К счастью, нигде поблизости жёлтого пояса не мелькнуло. Не хотелось мне, чтобы Доран пострадал. В конце концов, он пока что наша единственная надежда.

«Нашёл себе надежду зеленокожую, — подумал я. — И вот как понять, монстры они или мы?»

Перешагнув упавшее тело, я бросился на помощь Виолетте. Та оказалась всё ещё жива. Лицо девушки раскраснелось, глаза яростно блестели. В одной руке было копьё, а в другой — я глазам не поверил — железный тесак кого-то из зеленокожих. Видать, одолела в бою. Я и сам подумывал сменить оружие, но, если честно, оружие зелёных было тяжеловато. В основном они были вооружены тяжёлыми металлическими тесаками, которые человеку поднять-то трудно. Эти твари по силам нас изрядно превосходят. К тому же, моя дубинка с примесью кристаллической пыли.

Уж не знаю, усиляла она удары или мне так казалось, но в этот раз сражение явно пошло не по плану зелёных. Уж больно хорошо у нас выходило.

— Молодец, Ви! — крикнул я на бегу.

А дальше мы с ней вместе, не сговариваясь, набросились на очередного зелёного, а потом следующего. Мы были подобны двум диким волкам, набрасывающимся с двух сторон. Обсидиановое копьё Виолетты и моя дубинка с обсидиановыми вставками разрезали плоть. И я с удовольствием смотрел, как падает очередное тело.

Честно говоря, кровавый кураж, овладевший всем берегом, на время буквально отключил мои мозги.

«Чего мы добиваемся-то?» — подумал я, внезапно осознав, что, пожалуй, наша компания сумеет отбиться. Да-да. Вот так. И вы не ослышались: мобы первого уровня одолели зелёных пришельцев. Вот только у нас огромные потери.

И что это значило? «Что, если мы не респавнимся? — вдруг дошло до меня. — Что, если сохраним за собой локацию?» Быть может, тогда мы сумеем прорваться в реальный мир этих зелёных. Но не будет рядом мадам Макото — только кристалл. Не будет половины наших.

— Ви, что будет, если локация не перезапустится? — крикнул я на бегу.

Девушка остановилась как вкопанная, посмотрела на меня большими испуганными глазами.

— Я не знаю. Ты думаешь, наши тогда не вернутся?

— Я тоже не знаю. Эй, народ, а хотим ли мы вообще выигрывать?! — крикнул я как можно громче, перекрывая шум волн и предсмертные хрипы, что оглашали берег. — А вдруг наши не вернутся, если мы победим?

На несколько мгновений на берегу воцарилось смятение. Зелёные с удивлением наблюдали, как мы отступаем, растерянно переглядываясь. Никто не был готов так рисковать. За время, что мы провели в качестве мобов, вся наша компания изрядно сроднилась.

— Но с другой стороны, а как мы ещё узнаем, что будет, если мы выиграем? — поинтересовался Артур, который единственный, пожалуй, не потерял боевой дух. Впрочем, это легко объяснялось: Анна и Вольха всё ещё были живы. Будь иначе, Артур бы, пожалуй, первым перешёл на сторону зелёных.

Я застыл. Я не желал рисковать жизнями друзей. Но и победа была так соблазнительно близка. Буквально протяни руку — и получишь.

Хлоп! В моих глазах потемнело от удара.

«Карма решила за меня», — подумал я, падая на песок. Я был уверен, что зелёный добьёт меня следующим ударом. Но вместо этого над головой раздался яростный вопль Виолетты и рядом шмякнулось пронзенное копьем тело зеленого.

Я с трудом поднялся на дрожащие ноги. Остаток боя мы с Виолеттой простояли спина к спине, отражая атаки. Но в конце концов она упала, сражённая ударом по голове. Одного взгляда в остекленевшие глаза девушки хватало понять: я не готов выяснять, что будет, если локация не перезапустится. Мне осталось лишь раскинуть руки, глядя в глаза огромного зеленокожего монстра, чьё тело было покрыто причудливой синей татуировкой. Он нанёс удар, но, как мне показалось, на мгновение заколебался, удивлённый моим поведением.

Видимо, это не укладывалось в его представление о поведении нормальных мобов. Ну ещё бы!

-А это тебе и не игра, парень, - проговорил я, глядя ему в глаза.

И свалился. Весь берег был залит кровью. В последний момент я успел засунуть руку в карман и накрепко вцепиться в кристалл мадам Макото. Надеюсь, он не исчезнет. На месте Виолетты появился ещё один кристалл. Я схватился и за него тоже. Зеленокожие попытались было отобрать, но, кажется, мир померк, и я так и не узнал, удалось им или нет. Пальцы я не разжал точно.

Очухался я в знакомой деревне. Прямо перед носом была ромашка, самая настоящая, на ней сидел шмель. С трудом приподнявшись на траве, я увидел рядом, как ни в чём не бывало, отдыхающую Виолетту. Девушка лежала, бессмысленно глядя в небеса, но, почувствовав, что я очнулся, повернулась с улыбкой.

— Кажется, это будет моя любимая локация, — улыбнулась она. — Вот уж никогда не думала, что захочу жить за городом.

Я сел, созерцая деревню.

— Как ты думаешь, это та же самая или другая? — Виолетта тоже села, пристально разглядывая деревянные домики.

— Да, вроде та же, — согласилась она.

— Просто прежде я респаунился с другой стороны, — дошло до меня. — Вон там, на пригорке. Потому деревня и выглядит немного незнакомо — с необычного ракурса. Как-то ни разу сюда не дошёл.

Я поднялся на ноги и протянул руку, помогая подняться Виолетте. А затем сунул руку в карман. Там был кристалл мадам Макото. А в другом кармане внезапно я нащупал ещё один — ярко-красный, не зелёный, кристалл второго уровня. Видимо, запихал в карман машинально, пока приходил в себя.

— Держи! — произнёс я, протянув ей кристалл.

Она удивлённо посмотрела:

— Ого, что это?

— Ну, это твой, вообще-то, — сказал я.

Виолетта изумлённо разглядывала кристалл.

— Ух ты! Да ладно? Ничего себе! — поразилась девушка.

Я молчал.

— Да нет, забери себе. Ты же его раздобыл, — растерянно проговорила Виолетта.

— Ну, появился он после твоей смерти, — заметил я.

Поколебавшись, Виолетта всё же взяла его в руки, а потом мотнула головой:

— Паш, смотри, твоя дубинка! — с этими словами она указала на землю.

Там и правда лежала моя дубинка. Сейчас она казалась мне верхом совершенства: любовно вырезанная из дерева, с торчащими острыми кусками обсидиана. Я тут же поднял её, с восторгом оглядывая оружие. Оно было заляпано кровью, но это ладно — отмыть не проблема.

— Первый раз, когда что-то перенеслось, кроме нашей одежды, — поражённо проговорил я.

Если честно, насчёт одежды я даже не был уверен. После всех боёв она должна была уже рассыпаться в пыль или висеть на нас лохмотьями. Но нет. Каждый раз, когда мы приходили в себя, на теле не было ни ран, ни порванных шмоток, ни даже штопки. Я пристально оглядел рукав рубашки, который по идее должен был сейчас состоять из одних дыр.

— Хм, — произнёс я, раскручивая в руках дубинку. — Вот это да! По идее, и у Артура должна была остаться, ведь в его дубинке тоже была пыль кристалла.

Порывшись в карманах, я обнаружил, что остатки того кристалла, что пошёл на наше оружие, тоже всё ещё были при мне.

Итак, у нас есть кусочек, два кристалла, плюс ещё тот, что, вероятно, я ношу в своём животе, хотя он, кажется, попросту растворился и стал моей частью. Неплохо!

Мы с Виолеттой поплелись в деревню.

— Ребята! Артур! Мадам Макото! — жизнерадостно позвал я.

Ответом стала тишина.

— Ой, чёрт. Никого нету, — испуганно прижала руки к груди Виолетта.

У меня по спине пробежал холодок. Не может быть такого. Не могло же нас выкинуть в локацию вдвоём!

«Ужас какой», — подумал я. Не может быть, чтобы все наши остались лежать мёртвыми телами там, на вулканическом берегу.

— Паш, а что, если они выиграли? — вдруг посмотрела на меня Виолетта. — Быть может, они остались там, потому что отстояли локацию, а нас выкинуло сюда, потому что мы умерли.

— Мадам Макото! — завопил я.

Неожиданно дверь одной из избушек отворилась, и из неё показалась мадам Макото. Голова старушки была мокрая. Она выглянула, оживлённо жестикулируя и произнося что-то на японском. Должно быть, имела в виду, что решила помыться в бане, покуда никого нет.

— Вот это номер, — произнёс я.

— Ой, ребятки, вот вы где! — раздался жизнерадостный голос Игнатыча, который бодро спускался к деревне со стороны леса. — Как же я рад вас видеть!

— Как там наши на берегу? — нахмурился я.

— Да Кирилл вроде ещё сражается, Артур тоже, — произнёс Игнатыч, довольно потирая руки. — Я в этот раз аж двоих уделал! — широко улыбнулся он, продемонстрировав неровные, чуть пожелтевшие зубы. — Я уж на какой-то момент поверил, что мы и правда отстоим ту локацию. А, может, и отстояли бы, если б ты не заорал.

Мне стало нестерпимо стыдно.

— Ну, я испугался за мадам Макото и остальных. Кстати, где они?

— Да кто ж их знает, — беспечно махнул рукой Игнатыч. — Может, разбросало подальше от деревни. Сейчас сползутся.

— Надеюсь, — проговорил я.

— Ой, Паш, там же морковка растёт! — жизнерадостно вспомнила Виолетта.

— Так мы же её в прошлый раз нашли, — припомнил я. Егор и правда нашёл где-то за домами грядку с настоящей морковкой, которая тут же пошла в общий котёл.

— Так она же того… восстановилась, — счастливо проговорила Виолетта и скрылась за домиком, а тут же вернулась с парой аппетитных морковок. Я отряхнул свою от земли и старательно оттёр рубашкой. Сам не знаю зачем. Какой смысл беречь здоровье, если ты регулярно умираешь и тебе, по сути, выдают новое тело?

Я захрустел морковкой, а затем посмотрел на Игнатыча, который, должно быть, думал о том же.

— Интересно, зачем тут система сохраняет для нас прежние шмотки? Как она это проделывает? Воскрешает нас, а главное, возвращает одежду в исходное состояние.

Последовав примеру Леты, Игнатыч скрылся за домиком и вскоре тоже вернулись с оранжевым уловом.

— Кто успел, тот и съел, — жизнерадостно произнёс Игнатыч, захрустев морковкой.

Мне оставалось лишь пожать плечами.

— Ну что ж, будем обустраиваться. Наверное, у нас есть ещё несколько дней, — с бодростью произнёс я.

Закончившая с помывкой, мадам Макото жизнерадостно улыбнулась и кивнула в сторону полей, с которых уже шли наши. К моему удивлению, Артур бодро потрясал своей изукрашенной обсидианом дубинкой, а в другой руке у него был зажат крупный зелёный кристалл.

«Не иначе от жены подобрал», — прикинул я. Впрочем, его супруга и Вольха шли рядом. Задавать лишние вопросы я постеснялся.

— Итак, это работает. Мы можем брать то, что обработано с помощью кристаллов, — без предисловий огласил Артур, как только добрался до нас.

— А я там морковку нашла! — весело произнесла Виолетта.

— Ой, правда? — вскрикнула Ирма и тут же отправилась инспектировать несчастную грядку.

— Народ, не больше одной в одни руки, — сообразил Кирилл. — Нас много, а морковки такими темпами надолго не хватит.

— Эх, а вообще-то можно было бы и морковный супчик сварганить, — подал голос Батур.

Однако попытка воззвать к разуму не удалась. После пережитого всем хотелось срочно схомячить чего-нибудь сладкого и вкусного. Или хотя бы морковки.

— Эх, конфет бы сюда! — мечтательно проговорил Егор. — Или тортик, или мороженое.

— Ты, я смотрю, сладкоежка, — хмыкнул Игнатыч.

Егор лишь пожал плечами:

— Да хоть бы сахару жжёного…

— Был бы сахар, я б тебе леденцов карамельных соорудил, — вздохнул Игнатыч. — Ну где ж его взять-то?

Мы ещё в прошлый раз облазили все дома, но ничего похожего на сахар, соль или хотя бы муку так и не нашли.

Анна принесла супругу и дочери по морковке, а сама задорно хрустела своей. Артур отмахнулся, отдав свою порцию дочери.

— Паш, надо подумать, — нахмурился он. — Сделать нормальное оружие для каждого. Тогда наша эффективность возрастёт в разы. Глядишь, и прорвёмся в мир этих монстров. Но прорываться надо всем.

Я поймал его взгляд. Не дело, если кто-то погибнет. Ведь тогда этот кто-то окажется заперт в полупустой локации, в то время как остальные прорвутся в реальный мир. Каким бы он ни был, этот чужой мир.

Глава 7

Удивительное дело, но с Дораном мы снова увиделись неделю спустя всё в той же деревне. Я поражённо посмотрел на парня с жёлтым поясом, вооружённого на этот раз двумя железными тесаками. Для надежности, видимо. Он перехватил мой взгляд. Мы стояли друг напротив друга. Позади него и его сородичей разверзся огромный открытый портал. Тёмно-синий, почти чёрный.

«Эх, вот бы проскользнуть туда, — подумал я. — Окажусь с той стороны, увижу мир зелёных… Да там же меня и прихлопнут!” И что-то мне подсказывало, что померев в том мире, мы вряд ли возродимся снова благодаря Системе. Шанс, конечно, был, но я не слишком на это рассчитывал. В конце концов, одно дело умереть в подземелье и совсем другое — в реальном мире, каким являлся мир зеленокожих. По крайней мере, не припомню, чтобы мобы, сдохшие на Земле вне порталов, возвращались к жизни. С другой стороны, о том, что Система упорно их воскрешает, мы понятия не имели.

Ну что ж, защитники нашей маленькой, но гордой деревни стояли перед зелёными, выстроившись в линию. Те же явились облачённые в свои излюбленные черные нагрудники. Позади основных Зачищальщиков виднелись зеленокожие послабее, тащившие за собой пустые мешки.

«Ну замечательно, за кристаллами пришли! И, поохоже, надеются чем-нибудь еще поживиться, — подумал я. — Интересно, нахрена им трофеи из нашей деревни?”

Самое интересное, что тут было, — это прядильное колесо, найденное мадам Макото в одной из избушек. Ох, как она извелась! Всю локацию обегала в поисках чего бы спрясть. Достала где-то пуха с каких-то отцветших цветочков и занялась этим делом. В итоге мадам Макото удалось соорудить при помощи этой хреновины и надёрганного с растений пуха самую настоящую нить, а затем и ещё одну. Их она сплела в целую верёвку. А чтобы верёвка не исчезла после того, как всё закончится, мадам Макото выпросила у Артура кусочек кристалла и щедро посыпала им эту самую верёвку. Впрочем, кристаллическая пыль с неё сдувалась. Тогда Артур развёл немного пыли в воде и вымочил в ней верёвку. Дело пошло лучше. Верёвка даже на одно мгновение засветилась зеленоватым светом. Ну и всё на этом. Она была на удивление прочная, эта верёвка. И теперь мадам Макото планировала её опробовать. Она привязала с обоих концов к верёвке два камня. И теперь с интересом и радостью взирала на зеленокожих, явно планируя вмазать ближайшему камешком в лоб. Специально для того, чтобы верёвка с них не соскальзывала, я даже протёр в камнях небольшие борозды — конечно, пришлось подбирать мягковатую породу для этого, иначе бы не получилось. Но даже мягкая порода камня была всё ещё твёрже чьей-нибудь головы. Словом, вид у мадам Макото был довольно-таки хищный.

Я посмотрел на Дорана. Нам оставалось только сразиться с зелёными. Но если Доран погибнет...

-Парня с жёлтым поясом не трогать ни в коем случае! — объявил я во всеуслышание.

Наши удивленно переглянулись. Надо было раньше предупредить! Не думал, что парня могут прикончить.

— Он нам нужен. Очень нужен, — проговорил я.

— Так что, живым брать, что ли? — уточнила Виолетта бодрым тоном, хотя понятно было, что эту битву мы проиграем так же, как и все предыдущие.

— Нет, просто не трогайте и не вредите ему ни в коем случае! — крикнул я. — Он наша единственная надежда примириться с зелёными.

— Чего?! — охренел Артур.

— Эй, Паша, ты не мог о своих умных планах чуть пораньше сказать? — поинтересовался Батур. — Ну там, знаешь, дня за два до того, как они придут?

Зеленокожим тем временем надоело слушать наш трёп, и все, кроме Дорана, попросту сорвались с места, размахивая тесаками. Мы не остались в долгу. К счастью, поняв, что мне не до объяснений, наши просто не стали нападать на Дорана. Он тоже стоял в сторонке, растерянно глядя в мою сторону. Мне оставалось лишь прорубиться к нему с боем, отчаянно размахивая дубинкой. Нам определённо надо было поговорить.

Ловко поднырнув под размашистый удар клинком очередного противника, я врезал ему локтем в грудную клетку, а затем наградил крепким ударом с колена в пах. Добравшись до Дорана, я просто пробежал мимо, подмигнув ему, и скрылся за ближайшим домом. Доран изобразив яростный азарт охотника, кинулся следом.

Укрывшись за домом, я тихо выдохнул, прижавшись к стене, а затем посмотрел на подошедшего зелёного. Лицо у парня было растерянным. Ещё бы: с одной стороны, он же просто обычный житель мира зелёных, каким бы тот ни был, явился сюда зачищать подземелье мобов первого уровня. Опыт набить, уровень поднять, может, артефактом каким разжиться или даже умением. А вместо этого мы тут с ним в прятки ото всех играем.

— Привет, Доран, — выдохнул я.

— Павел, — произнёс Доран, давая понять, что он меня помнит.

Я кивнул:

— Ага. Павел. — согласился я. — Тут видишь какое дело? Это наш дом. — Я обвёл рукой деревню.

Доран смотрел внимательно.

— Дом, — повторил он растерянно.

— Ну дом, да. — Я ткнул пальцем в ближайшую стену. — Дом, короче, дом, где живут люди. — Я сложил руки домиком и показал крышу над своей головой.

Судя по круглым глазам Дорана, он не очень-то понял, что я пытаюсь ему сказать. А главное, зачем? И так, ежу понятно, что мы тут живём. Я вздохнул.

— Так, короче, слушай, — я присел на землю и принялся чертить, как мог кончиком своей дубины. — Вот это, короче, Земля. — нарисовал я шарик.

Доран смотрел на меня круглыми глазами, как на абсолютно поехавшего: какой-то шарик, вдруг дом…

— А вот это вот, — я снова обвёл рукой всё, что смог вокруг. — Маленький дом. — Я нарисовал рядом с землёй маленький шарик.

Доран удивлённо нахмурился. Он определённо не понимал, что я хочу сказать. Да я и сам не знал.

— Так, ладно, пойдём по-другому. Система.

Я закусил губу, припоминая, как это должно было выглядеть. Счастливые обладатели этой самой Системы, конечно, рассказывали мне, как оно устроено. Я и сам поначалу надеялся, что мне перепадёт избранность. Но Система меня попросту не выбрала. Вернее, выбрала, но, как оказалось, не в качестве Зачищальщика, которому на голову падают уровни и плюшки, а в качестве моба. Ну ладно, с Дораном-то всё по-другому вышло.

Я ткнул в него:

— Доран. Система. — Я показал пустое пространство перед ним примерно на уровне, где обычно висело системное окно.

О, вот теперь Доран напряжённо кивнул. Понял.

— Система, — повторил он. А затем добавил: — Тхала.

— Да, тхала, — согласился я.

Я задумался. Потом я ткнул снова в большой кружок:

— Дом. Тхала. Тхала пришла в дом, — сообщил я. — Дом — Земля.

Доран растерянно мигал. Кажется, конструкция вышла слишком сложной. Я вздохнул. Тогда я снова обвёл взмахом руки деревню, а затем показал ему сведённые вместе ладони.

— Дом маленький, — сообщил я. А затем широко развёл руки. — Большой дом — Земля. Большой дом — пришла Тхала.

Доран снова мигал. Где-то позади за домами слышались крики, но я решил не обращать на это внимания. Наших всё равно убьют так или иначе. Да и отряд Дорана изрядно пострадает. Но мне надо было объясниться с зеленокожим. Я тяжело вздохнул.

— Так, ладно. Идти. Пришла. — Я показал Дорану, как шагаю.

Доран глядел озадаченно.

— Я, Паша, идти, — показал я.

Доран нахмурился, а затем тоже сделал пару неуверенных шагов.

— Идти, — согласился он. А затем остановился, явно вопрошая, куда это я намерен его повести.

Я помотал головой:

— Система Тхала идти.

Зелёный явно уронил челюсть.

— Система Тхала идти?!

Он смотрел на меня так, словно собирался вызвать мне психушку прямо сюда, в разлом портала. Интересно, что скажут медики его мира, если он так и сделает.

— Тхала прийти, идти в мой дом. Большой дом, — изобразил я руками.

На лице зелёного наконец-то начало проступать некоторое понимание.

— У, — протянул он, что, видимо, означало на его языке «а».

— У, — согласился я. — Система идти мой дом. Большой дом.

Доран наконец кивнул. Я понял, что он понял.

— Павел. Виолетта. — Я стал перечислять имена. — Игнатыч. Батур. Люди.

Эта конструкция, кажется, всё ещё была ему непонятна. Я ткнул кулаком себя в грудь:

— Павел.

Затем ткнул пальцем куда-то туда, за дома:

— Виолетта, Игнатыч, Батур, Артур, Егор, Кирилл.

Наконец он понял, что речь идёт о людях, и кивнул.

— Доран, — добавил он, давая понять, что понял: речь об именах. — Эсу, Коту, Дзела, — принялся перечислять он.

Я закивал, обрывая:

— Да, да, понял, понял.

Затем закусил губу, пытаясь объяснить следующее.

— Система пришла дом, большой дом. Порталы. — Я начал изображать руками огромные порталы, вроде того, из которого они только что появились. Ох, это была пантомима не из лёгких. В конце концов, согласитесь, не так-то легко изобразить портал. Я показал, как выхожу из портала. — Монстры, чудища! — заявил я. — Система большой дом — порталы, монстры, чудища.

Я показал, как из портала выпрыгивает нечто небольшого роста, крайне злое, и злобно оскалилось, помахивая мечом. Доран отступил на пару шагов, поначалу, видимо, решив, что я окончательно свихнулся, подцепил вирус бешенства и сейчас наброшусь. Но затем он всё-таки понял и кивнул.

— Порталы, чудища, — согласился Доран, задумчиво глядя на меня.

Я закивал. Дальше всё было ещё сложнее. Что ж, кажется, теперь мне пригодятся их имена. Э… это Доран Эсу Коту Дзела, кажется, так он сказал. Я решительно повторил имена зеленых, потом подумал, как бы назвать Зачищальщиков, защитников. Дальше я коснулся его меча, показывая, что Доран пошёл с порталом. С мечом в портал. Доран согласно укнул.

— Победа, — заявил я.

Доран снова заморгал. Да уж, кажется, у нас не слишком хорошо шли уроки русского языка.

— Победа, чудовище. — Я изобразил характерную пантомиму, означавшую каюк. — Чудовищу каюк. Защитники победили. — Я показал, как потрясаю дубинкой над поверженным монстром.

Доран внимательно наблюдал. Тем временем крики позади нас начали стихать. Судя по всему, оставалось немного времени. Я почувствовал, как по земле проходит знакомая дрожь. Кажется, защитники нашей деревни почти закончились.

«Да, ведь меня это даже почти не трогает, — растерянно подумал я. — Прямо сейчас там, наверное, убивают Артура и его семейство. Возможно, убивают Лету или Вольху. А я тут стою с Дораном треплюсь. Как? Но это наш единственный шанс выбраться из этой передряги. Да, — холодно добавил мой внутренний голос. — Побежав прямо сейчас к Виолетте или Артуру на помощь, никому не поможешь и никого не спасёшь. Лишь оттянешь на пару минут неизбежное».

Надо сказать, что раздававшиеся с той стороны крики нервировали и Дорана. Несколько раз он вздрагивал, заслышав их. Я видел на лице зеленокожего явную борьбу. Ведь там умирали не только мои друзья, но и его команда, кстати, помирала взаправду и навсегда. Я вздохнул.

— Защитник победа! — твёрдо сказал я.

Доран кивнул:

— Большой дом — защитники победа.

А потом я хлопнул в ладоши.

— Маленький дом. Монстры. — Я ткнул в себя пальцем. — Маленький дом — люди, чудовища.

И дальше я изобразил удивление, насколько мог. Изобразил, как растерянно оглядываюсь вокруг, ткнул в себя пальцем и вопросительно произнёс:

— Чудовище?

Доран замер. Он поражённо смотрел на меня. Кажется, эту мою пантомиму, несмотря на то, что я не особо надеялся донести всё с первого раза, он понял. Доран замотал головой.

— Павел Урус, — произнёс он.

Я кивнул.

— Павел Урус, здесь маленький дом. — Я развёл руками и затем ткнул в большой шарик. — Большой дом. Портал.

Я показал, что понятия не имею, как вернуться на Землю. Просто растерянно развёл руками. Надеюсь, Доран поймёт. Доран не понял.

— Портал? — нахмурился он, явно ожидая, что прямо сейчас я открою портал в большой дом.

Я покачал головой и снова развёл руками.

— Нет портала, — произнёс я. — Застряли. Маленький дом. Застряли.

— Застряли, — повторил Доран, явно не поняв ни слова.

Я собирался уже изобразить очередную пантомиму, но тут в наш закуток влетел зелёный громила. Не говоря ни слова, он, видимо, решил, что я угрожаю Дорану, и просто понёсся на меня так быстро, что я не успел среагировать. Я лишь успел поднять свою дубинку, но тот полоснул меня по горлу быстрее, чем я успел сказать «мяу». Я видел, как Доран рванулся ко мне и попытался зажать рану на горле рукой, но ничего из этого не вышло. Мне оставалось лишь улыбнуться Дорану и прохрипеть:

— В следующий раз, парень…

Глава 8

Новая локация оказалась ледяной в прямом смысле. Я ощутил холод ещё до того, как открыл глаза: у меня зуб на зуб не попадал. С трудом разлепив веки, я обнаружил, что лежу в снегу и был им припорошён. Мои руки уже почти онемели, нос вообще не чувствовался.

Я попытался пошевелиться, поняв, что почти не чувствую ног. С трудом сев, я огляделся. Вокруг снежно, бело, и только длинные белые холмики вокруг. Очухавшись, я тут же кинулся к этим холмикам и принялся разгребать ближайший.

Вскоре под ним показалось знакомое лицо. К счастью, от него исходил слабый пар дыхания. Я принялся отгребать снег еще быстрее, попутно тормоша свою находку, чтобы привести в чувства.

Мадам Макото застонала, с трудом села, разлепив запорошённые снегом глаза. Затем на её лице появилась вдруг совершенно детская, непосредственная и счастливая улыбка. Она произнесла что-то на своём, японском, что, должно быть, обозначало снег. Она принялась загребать его морщинистыми ладонями, растирая снежок, а потом тоже увидела холмики и кинулась к остальным ребятам. Мы принялись торопливо откапывать наших.

Попутно я попытался понять, где мы оказались. Вокруг всё было белым-бело, лишь впереди поодаль виднелись деревья. «Это что, тундра какая-то или Якутия? — растерянно подумал я. — Или Сибирь? Где вообще так холодно? Я же самый обычный житель мегаполиса, всё перечисленное только на картинках да в фильмах и видел. Что-то там про дикую природу и, кажется, этих, как его… ненцев?»

Что ж, никаких ненцев поблизости не наблюдалось. Особого разнообразия природы тоже — один только снег. Некоторые холмы оживали сами по себе. Один огромный отряхнулся — и я узнал Артура. Тот сразу же принялся озираться, громко звать: «Анна, Вольха!» Поняв, что родные не отзываются, он последовал нашему примеру и принялся откапывать остальных, начав с самого маленького холмика. Вскоре вся наша разношёрстная компания была в сборе. Мы стучали зубами.

— Интересно, что будет, если мы околеем раньше, чем зелёные нас прирежут? — поинтересовался Кирилл.

— Думаю, ничего хорошего, — мрачно произнёс Батур. — Может, какие-нибудь штрафные санкции от Системы?

— Да куда там нас штрафовать-то? Мы её даже не видим, — заметил я.

А вообще я бы не отказался взглянуть на системное окно и свои характеристики и, быть может, хоть как-то их прокачать. Эх, мечты, мечты!

В своё время, пока я таскался хвостиком следом за крутыми Зачищальщиками, я всё думал, что будет, если вдруг Система одарит и меня. Может, я получу какой-то суперкрутой высокорейтинговый навык. Ну что ж, кажется, получил навык «попадать в неприятности»!

— Там лес, укрытие от ветра и снега, — заметил Артур. Он, безуспешно пытаясь согреть, прижимал к себе Анну и Вольху. — Надо идти туда.

Я кивнул:

— Пожалуй, это правильно, дружище. Лучших идей всё равно нет. Может, хоть костёр разведём?

— А как мы его разведём? — мрачно поинтересовался Кирилл. — Пальцами пощёлкаем, что ли? Был бы у нас Зачищальщик с огненной специализацией…

— Эх, — вздохнул Игнатыч. — Спичек у кого, случаем, нет?

Мы покачали головами.

— Была бы у нас зажигалка, - протянул Батур.

Порывшись в снегу, Артур вдруг наклонился к тому месту, где очухался, и принялся разрывать снег, а затем с торжествующим видом поднял свою обсидиановую дубинку.

— Ребята, смотрите! Паша, а где твой-то?

Опомнившись, я огляделся: где же я очухался-то? Вот ведь засада, не помню! Пришлось бежать туда, где были натоптаны разрытые места, обыскивая всё вокруг. К счастью, ребята пришли мне на помощь. Мадам Макото загребала снег, как и остальные. Вся наша задубевшая компания принялась перерывать снег в поисках моего оружия. Наконец мадам Макото с торжествующей улыбкой вручила мне мою обсидиановую дубинку.

— Отлично. Как жалко, что ты не догадался насыпать кристаллического порошка на коробок спичек, — вздохнул Артур.

— Так его в деревне-то не было, — напомнил я.

Зато там были сухие дрова и всякая мелочь типа сухой коры на растопку. И пальцы не дубели от холода. Я покосился на Егора, нашего главного кострового умельца. Но парень лишь дернул плечами, дескать, не обещаю ничего в таких условиях.

Очень бодрым шагом и даже почти бегом мы направились в сторону леса. К счастью, нам повезло: лес оказался еловый. Мы с Артуром, Кириллом и Егором принялись обламывать тяжёлые тёмно-зелёные еловые ветки. Остальные присоединились без лишних вопросов. Сказывалась командная работа на острове. Никто не ныл и не отлынивал.

— Интересно, мы сможем с помощью наших обсидиановых дубин срубить какое-нибудь небольшое дерево? — задумался Артур. — Тогда бы хоть что-то вроде юрты соорудили.

— Сомневаюсь, — я взглянул на обсидиановые кромки своей дубины. Они были хороши против плоти зелёных, но я был уверен, что древесина доконает мое оружие довольно быстро, несмотря на зачарованность кристаллическим порошком. В конце концов, это был порошок всего лишь кристаллов первого уровня.

— Эх, нам бы раздобыть тесак у кого-нибудь из зелёных, да зачаровать его, — задумчиво проговорил Артур.

— Тогда надо натолочь пыли заранее, а потом, может, и применим, — предложил я.

— Идея хорошая, — одобрил Батур. — Не хочется снова попасть в такую же ситуацию.

— Народ, смотрите! Тут ель просто огромная! — раздался жизнерадостный голос Кирилла. — Давайте все сюда! Обломаем нижние ветки, прислоним какой-нибудь валежник…

Сбежавшись на крик Кирилла, мы и впрямь обнаружили огромное разлапистое дерево. Под ним, по крайней мере, не слишком сильно задувал ветер и сверху не падал снег. Уже хорошо. Девчонки приволокли уже отломанные нами еловые ветки и принялись раскладывать на снегу, предварительно его утрамбовав. Получилось что-то вроде мягкого зелёного пола.

Я хотел было устало свалиться на него, но заставил себя обойти округу в поисках пресловутого валежника. Наконец повезло: удалось отыскать несколько худосочных тонких брёвен, уже поваленных, достаточно лёгких, чтобы их притащить. Я крикнул Игнатыча, мы вместе с трудом освободили валежник из-под снега, приволокли к найденной Кириллом ёлке и прислонили.

— Ну что ж, будем пытаться делать стены. Народ, у кого-нибудь есть верёвка?

И тут мадам Макото с радостной улыбкой сняла её с пояса. Я уже забыл, что в деревне она спряла довольно большую верёвку. И даже зачаровала кристаллической пылью.

Вскоре шалаш наш был построен самым нехитрым образом: мы попросту прислоняли валежник к огромной сосне, а забравшийся по стволу Егор примотал длинные худосочные брёвнышки сверху.

— Так себе конструкция, — проговорила Виолетта с явным сомнением. — Она нам на голову не упадёт?

— Ну, по идее, ещё бы укрепить какими-нибудь разлапистыми корягами, — задумчиво проговорил Артур.

— Да где их возьмёшь? Искать надо. Мы пока будем искать, задубеем. Давайте хоть так пока оставим, - откликнулся Кирилл.

— Костёр бы, — мечтательно проговорил Игнатыч.

— Спичек ни у кого нет, — напомнил Артур.

— Я сейчас попробую разжечь трением, — оживился спустившийся Егор. — Нужно что-то сухое на растопку: листья там или ещё что.

Мы принялись искать. Девчонки раскапывали снег в поисках пожухлой травы. Игнатыч откуда-то приволок высохшую еловую ветку.

— На вот, попробуй, — проговорил он.

Всё найденное, включая явно прошлогодние, подсохшие листья — встречались в этом лесу и широколиственные деревья, — мы свалили в одну кучу, отдав Егору. Тот принялся за дело. Туда же пошли деревянные щепки, которые Артур отколол при помощи своей дубины. Надо сказать, что всё-таки магия зачарования кристаллов сработала: как по мне, так обычная дубинка из обсидиана такого не выдержала бы, а благодаря зачарованию он откалывал деревянную щепу довольно бодро. Я даже решился попробовать своим мечом. И оказалось, что он и вправду выдержал. Дерево, конечно, таким не срубишь — скорее обсидиан затупится и обломается, — но наколоть щепу вполне можно. Ну и ветки обрубать им оказалось куда сподручнее, чем отдирать руками.

В общем, Егор занялся делом. Девчонки с замиранием сердца столпились вокруг — уж больно хотелось всем погреться возле костерка.

— Эй, девицы, чего вы тут стоите без дела? — хмыкнул Игнатыч. — Как зайдёт костерок, так надо же будет валежника подбрасывать. Ищите сухие ветки все, кто не занят крышей или стенами!

Мы принялись искать. Девчонки прыснули во все стороны в поисках веток, заодно пытаясь согреться.

— Бу-бу-бу, бу-бу-бу, — проговорила Виолетта на бегу, пытаясь согреть горячим дыханием покрасневшие от холода ладошки. Из её рта вырвалось облачко пара.

Я принялся с утроенной силой рубить очередную разлапистую еловую ветвь. Стены нам крепить в нашей конструкции было совершенно нечем, так что мы попросту сваливали зелёные ветви друг на друга, перекрывали их. Ну и девчонки просовывали их между рёбрами будущего шалаша, пытаясь хоть как-то сплести и закрепить. Короче, держалось всё на соплях.

— Ничего, можно укрепить снаружи снегом, — предложил Артур.

— Снегом? — изумился я.

— Ну да, типа как иглу. Снег подморозится и схватится намертво.

— А, что, идея, наверное, хорошая, — с сомнением протянул я.

— Вот бы иглу построить, как эти эскимосы, — сунулась Виолетта, которая уже притащила откуда-то порцию сухих веток. Видать, нашла мёртвое дерево.

— Иглу строят, вырубая большие куски льда топорами, — порадовал Кирилл. — У нас ни топоров, ни этих самых кусков льда.

— Да где же они их берут-то? — подивилась Виолетта.

— Ну как, где? Наверное, в замерзших водоёмах, — предположил Игнатыч.

— Батур, а ты что думаешь?

— Ничего я не думаю. Я монгол, — мрачно откликнулся Батур, тащивший огромную охапку зелёных веток. — У нас, конечно, бывает холодно, но не настолько, чтобы иглу строить.

— А тут может, олени водятся? — с надеждой спросил я.

Батур ответил мне возмущённым взглядом.

— А что ты на меня-то оглядываешься?

- Ну вдруг ты там след увидел, - пожал я плечами.

Батур закатил глаза.

— Я электрик, — проговорил он. — Какой олень? Я в городе родился и вырос. Так только к дедушке ездил пару раз. Вот если хочешь, про монгольский лук тебе расскажу, — широко улыбнулся парень.

Я покачал головой.

— Давай в другой раз, дружище, хотя бы когда жилище достроим.

— Ага! — хохотнул Батур.

В общем, вскоре — весьма относительно, но мне показалось, что довольно быстро, потому что когда руки заняты делом, а в лицо всё время колют острые зелёные иглы, то всё происходит быстро, — мы наконец собрались в построенном жилище. Стало тепло. Егору всё-таки удалось развести костёр, самый настоящий. И теперь он чадил, нещадно заволакивая наше жилище дымом.

— Надо было оставить дыру для вытяжки, — предположил кто-то.

— Да, не самое удачное место для костра. Ну давайте так: сначала жильё обогреем, а потом перенесём костёр наружу, — предложила Виолетта.

— Это что ж мне его по новый разжигать? — ужаснулся Егор.

— А здесь только тлеющих углей оставим, чтобы тепло было, — не сдавалась девушка.

— Девчонка дело говорит, — поддержал Игнатыч. — А то угорим все, сами не заметим, как задохнёмся.

— А может, оно и к лучшему? — хмыкнул Артур. — Может, окажемся в какой-нибудь нормальной локации, типа того острова с вулканом. Помните? Чтобы рыбка и берег песчаный.

Артур блаженно прикрыл глаза. Его супруга и дочка, просто нахохлившись, сидели около костра и протягивали к нему озябшие руки.

— И правда, рыбки бы сейчас, — мечтательно проговорила Вольха и виновато посмотрела на родителей. Тем оставалось лишь пожать плечами. Еды у нас с собой ни у кого не было.

Кирилл, не вставая с места, протянул руку и оторвал от стены кусочек зелёного елового побега, засунул в рот и принялся сосредоточенно жевать.

— А ничего на вкус, — выдал он. — Как крольчатина.

— Что, правда? — поразился я, тут же схватившись за стенку и оторвав себе кусок.

— Да нет, конечно! — хмыкнул Кирилл, глядя, как мой рот наполнился зелёной слюной и терпким вкусом.

— На вкус как сосна!- Кирилл нахально заржал. — Ну ты даёшь! Ты что, ни разу в жизни еловые ветки не пробовал?

— Как-то нет, не доводилось, — отплёвываясь от колючек, вонзившихся в язык, проговорил я.

— Зря, — улыбнулась Виолетта. — Еловый чай — штука вкусная. Нам бы хоть кружек сюда.

Мы переглянулись. Никому, конечно, не хватило ума зачаровать кристаллической пылью кружку.

— Правда жалко, что кружек нет, — печально согласилась Анна. – Хоть бы воды горячей натопили из снега.

Ирма развела руками:

— Мальчики зачаровали только дубины и ещё верёвку.

Мы благодарно посмотрели на мадам Макото, которая гордо приосанилась. В конце концов, верёвка оказалась самым полезным из всего, что мы с собой притащили. Без неё нам бы не удалось закрепить шесты наверху сосны, обвязав их и прислонив к сосне. И кто знает, сколько бы мы ещё провозились, пытаясь построить хоть какое-то убежище.

Сидеть приходилось буквально вплотную друг к дружке. К сожалению, наш дом много людей одновременно вместить не мог, но строить более крупное жилище было самоубийством: пока строили, задубели бы все окончательно. Так что Виолетта прижалась ко мне поплотнее.

— Ну что, согрелся? — проговорила она.

— Ага.

— Тогда надо идти за зайцами, — улыбнулась девушка.

— А как мы их поймаем-то, даже если предположить, что они в этом лесу водятся? — вздохнул я.

— Так силки поставим, — жизнерадостно проговорила Виолетта. – Как в деревне.

Я только вздохнул. В деревне были хоть какие-то материалы, чтобы их ставить, но здесь, посреди леса, да ещё зимнего, их было банально не из чего сделать. Что я и озвучил вслух.

Виолетта задумчиво посмотрела на меня, а затем решительно тряхнула шикарными золотистыми волосами.

— Дай-ка свой меч, — попросила она.

— Нет, Ви, ты что, не надо! — сказал я, разгадав её задумку.

Однако упрямая девчонка уже решительно отрезала с двух сторон несколько прядей.

— Сейчас сплетём, — заявила Виолетта.

Девчонки присоединились к ее щедрому жесту, пожертвовав часть волос. А затем принялись плести тонкие косички.

— И только попробуй пожалей на них кристаллической пыли! — сверкнули глаза Ирмы, чей лоб теперь украшала коротенькая задорно торчавшая в разные стороны челка. — Кто знает, когда нам ещё пригодятся.

Мне оставалось только вытащить из-за пазухи кристалл. Вот только даже камня, чтобы отколоть и перетереть, не было. Так что в итоге мы с Артуром тёрли два кристалла просто друг об друга, чтобы получился песок. А чтобы добыть воды, пришлось согревать снег в руках, пока не растаял. Для этого я ещё поднёс руки к костру, чтобы потеплее было, но не слишком близко — в конце концов, кипятить воду прямо в ладонях в мои намерения не входило.

Мы обмакнули в получившуюся жидкость сплетённые девчонками силки.

— Ладно, пошли ставить, — решился я, глядя на неровную стрижку Виолетты.

Виолетта, поймав мой взгляд, весело подмигнула:

— Только скажи, что мне не идет!

Мне оставалось лишь одно. Я поцеловал задорно улыбающуюся девчонку, и мы вышли наружу, на промозглый воздух.

Глава 9

Во владениях заснеженного леса и белоснежной равнины мы прожили без малого две недели. Если честно, я был удивлён, что мы не околели все дружно на следующий же день. Но нет, каким-то непостижимым образом нам удалось продержаться так долго. Во-первых, сработали силки, сделанные из волос девчонок. Зайцы попались, и уже утром вместо еловых ветвей мы жевали свежую зайчатину. Артур разделал зайцев, снял шкуры и смастерил из них симпатичные нарукавники для Вольхи и Анны.

— Нам бы зверя покрупнее, — серьёзно произнёс Кирилл, глядя на это.

Вариантов особо не было, так что, изготовив при помощи обсидиановых дубинок длинные копья (та еще задача!), дрожа от холода, мы отправились на охоту. Ясное дело, что единственный зверь, который мог нам в таком состоянии попасться, — это волки. Сами оголодавшие настолько, чтобы не убегать от нас, а напасть. Мы специально разделились по двое, чтобы волки даже не думали удирать, когда нападут на наш след. Впрочем, двойки шли не слишком далеко друг от друга. Впереди шла наша двойка с Батуром. И правда, трое волков, завидев лёгкие, по их мнению, мишени, вооружённые всего-то палками, решительно на нас накинулись. Но они напали на бойцов, закалённых в боях с зелёными. Мы дали волкам решительный отпор, а заслышав звуки драки, Виолетта, Ирма, а также Кирилл с Артуром бросились нам на помощь. Так что вскоре мы стали обладателями двух шикарных волчьих шкур и хорошего запаса мяса. Третий волк попросту сбежал, поняв, что дело плохо. С трудом мы дотащили добычу в лагерь. Держались на чистом упрямстве.

Все, кто не принимал участия в охоте, сидели дома и грелись в шатре возле чадящего костра.

— Мясо у нас теперь завались, на неделю хватит, — довольно цокнул языком Игнатыч.

Я же молчал. Меня одна пушистая мохнатая тварь знатно прихватила за руку, и теперь я размышлял, возможно ли в этом мирке, созданном Системой, сдохнуть от заражения крови или бешенства. Впрочем, на бешеных волки похожи не были — скорее на отощавших и очень голодных. Зашить рану было нечем, так что Ирма, заявившая, что проходила когда-то курсы первой помощи, просто наложила повязку из того, что было: куска моей же рубашки. Не слишком-то чистая перевязка, но уж как есть.

— Надо прижечь рану углём от костра, — предложил Игнатович, —Ничего лучше всё равно нету. А так, может, и выживешь.

Отправляться на перерождение и ждать в следующем мире, когда наконец появятся наши, мне не улыбалось. А я подозревал, что в лучшем случае будет именно это. Так что, скрепя зубами, я согласился. Когда Игнатыч приложил раскалённый уголь к моей руке, я упомянул про себя всех богов зелёных и их родителей, особенно их матерей поименно.

Артуру раскалённым углём тоже досталось: какая-то мохнатая тварь умудрилась повредить его бок, так что прижигали аж в двух местах. Артур на это болезненно морщился, ойкал, а Вольха сочувственно спрашивала, насколько это больно.

— Да всего-то два по шкале от одного до бесконечности, — жизнерадостно произнёс Артур, скаля зубы, и понимающе переглянулся со мной.

В общем, остаток дня на правах раненых, а также героев-добытчиков мы отдыхали у тёплого костра. Батур, Кирилл, Егор с Игнатычем сняли шкуры орудуя по очереди все теми же дубинками. А девчонки накинули их на спины на манер тёплых плащей.

— Эх, вот бы сшить по-настоящему нормальную тёплую одежду! — мечтательно произнёс Кирилл.

— Вроде как из жил животных можно. Древние люди изготавливали, — задумался Игнатыч. — Ну, типа ниток.

Девчонки переглянулись.

— А из чего они иглы делали? — заинтересовалась Ирма.

Игнатович почесал в затылке.

— Из дерева или костей.

Девчонки переглянулись снова.

— Вроде как еще каменные иглы были, — подала голос Виолетта. — Я в музее что-то такое видела.

— Не, не, иглы были из рыбьих костей, — припомнила Ирма. — Я тоже в музее видела, на выставке из Якутии.

Все почему-то снова уставились на Батура. Парень густо покраснел.

— Да сколько раз вам говорить? Во-первых, я монгол, вообще-то. Не якут, не бурят, не тувинец и не ненец. А во-вторых, я в городе вырос. В городе! Я электрик, — возмущённо проговорил он.

— Так что, проведёшь нам сюда электричество? — сверкнул хитрыми глазами Игнатович.

— Да, обязательно, — проговорил Батур. — Как только найду генератор, сразу же и проведу.

От души посмеявшись, девчонки задумались. Вскоре они уже начали экспериментировать: они попытались дырявить шкуры, чтобы проделать те самые завязки, а из волчьих жил — сделать хоть что-то наподобие веревок. Короче, все оказались при деле. Только мы с Артуром блаженно возлежали у костра и ничего не делали. Вернее, делали: наблюдали за тем, как другие работают, а также за танцем отблесков яркого пламени. Наверху в крыше нашего шалаша умница Кирилл проделал небольшую дыру, попросту раздвинув еловые ветки, так что дым теперь вытягивался туда, и мы не рисковали прямо сейчас задохнуться. Красота.

В общем, к концу недели мы все обзавелись приличной одеждой из волчьих шкур. Сделана она была так: шкура спереди и шкура сзади, а по бокам завязки из жил животных, грубо продетые в дыры. Высыхая, жилы давали изрядную усадку, на что мы не рассчитывали, так что пришлось повозиться. Получился такой мешок. Ещё сделали нарукавники. Получилось тепло. Шкуры, вдобавок, пришлось выделывать. Правда, как именно выделывать шкуры, никто не знал. Все знали само слово «выделывать», но опыта ни у кого не было. Даже у Игнатыча, который в молодости жил в деревне.

— Да что вы хотите? — возмутился он. — Я ж не в каменном веке родился! Ну, овец стригли, было дело, шерсть отправляли куда-то на переработку, — припомнил он. — Вот и всё моё великое первобытное знание. А одежду, уж извините, носили купленную в магазине. Кто побогаче да за обновой хотел, те в райцентр выезжали, а остальные довольствовались тем, что привозили в местный магазинчик. — С этими словами Игнатыч развёл руками. — Так что о выделке шкур я знаю не больше вашего.

— Ну так может, тебе дед что-нибудь об этом рассказывал? — с надеждой предположил Егор, самый юный из нас после Вольхи.

Игнатыч рассмеялся.

— Дед меня свистульки из дерева вырезать научил, да и помер, — хмыкнул он. — Хотите свистульку? — хитро улыбнулся Игнатыч.

В итоге шкуры «выделали» примерно так: отскребали с них жир и попросту побили палками. Надеясь, что оно как-то само сработает. В конце концов, мы здесь не навечность. Скоро придут зелёные, и тогда нам просто хана, причём незатейливая.

В этих вонючих, откровенно говоря, шкурах мы рассекали по лесу. Они изрядно затрудняли охоту, потому что воняли, но зато согревали. Собирать зайцев в силках — самое то. Кстати, на новые силки мы пустили всё те же жилы животных. А ещё Кирилл смастерил самый настоящий лук. Подсушил и переплёл жилы, срубил где-то моим мечом упругую гибкую ветку, обтесал так, чтобы удобнее было класть стрелу, и стрелы соорудил тут же. На оперение пустил птицу, попавшуюся в силок для зайцев. Птица была одна-единственная, после бурных обсуждений решили признать её тетеревом. Хотя, если честно, у меня закрадывались сомнения: была ли она вообще с Земли или, быть может, Система просто скопировала ее где-то. Копирует она или ворует — вот в чём вопрос? Размышлял я на досуге, разделывая очередную заячью тушку. Зайцев было жалко, скажу честно, даже жальче, чем зелёных. У них глазки такие темные, они так испуганно метались в силках… Но голод не тётка. Я старался не думать об этом. Так что, собирая очередную добычу, я просто представлял себе голодные глаза Виолетты, Анны и Вольхи и думал о том, что не могу подвести наших девчонок.

Хрясь — шея кролика свёрнута. Квест «Прокорми племя в каменном веке» пройден успешно.

«Вот бы ещё и на ноги обувку какую-нибудь нормальную», — мечтательно подумал я. В своих кроссовках я утопал почти по колено в холодном снегу. Они для этого явно не предназначались. Если ходить подольше, я рисковал отморозить пальцы. Интересно, Система, которая восстанавливает наши тела всякий раз, когда мы сдыхаем, отмороженные конечности потом вернёт? Не хотелось мне проверять, если честно, а то ещё решит, что повреждения недостаточно критические, и ходи потом без пальцев.

Вернувшись в лагерь, я обнаружил жизнерадостного Батура.

— Ребята, я тут понял одну штуку! — проговорил он.

— Это какую же? Как домой выбраться? — лениво поинтересовался Игнатыч, который как раз грелся у костра вместе с мадам Макото, Анной и Вольхой. Те, кстати, раздобыли где-то в кустах сушёных красноватых ягод и съедобных кореньев, выкопав из-под снега. Ну, то есть как съедобных: Анна утверждала, что скорее всего они съедобные, а Игнатыч вызвался попробовать, велев в худшем случае использовать оставшийся от него кристалл на благое дело. Дескать, увидимся в следующей локации, если повезёт.

— Так что же ты выяснил? — поинтересовался я.

— Помните снежную равнину, где мы отреспавнились? — спросил Батур.

— Ну да, такое забудешь! — хмыкнул я.

— Так вот, это озеро! — весело произнёс он.

— Озеро? — встрепенулась Вольха.

— А как ты понял?

— Да снег разгрёб, а там внизу лёд. Самое настоящее озеро, — жизнерадостно проговорил парень.

— Ну, озеро, и чего? — лениво зевнул Егор, протирая свои очки. Очки парень берёг как зеницу ока. Каждый раз перед боем с зелёными он снимал их и прятал в карман. И, кстати, уже успел выпросить у меня кусочек кристалла, чтобы как следует вымочить их на всякий случай в кристаллической пыли. Ну, я его понимал: если бедняга останется без очков, ему придется туго.

— А то! — весело произнёс Батур. — Озеро — значит, рыба! Живём! — Он широко улыбнулся и поднял палец вверх, демонстративно, словно снимался в корейской дораме.

Игнатыч встрепенулся.

— А ведь парень дело говорит! Надо лунку продолбить, — проговорил он и хищным взором огляделся, зацепившись за объедки, которые мы оставляли в качестве приманки для волков и зверей поменьше. Например, недавно нам чуть не удалось поймать ласку. Чуть — потому что Виолетта в последний момент её пожалела и завопила, чтобы не трогали зверя: мол, мяса в ней крошка, а такая хорошенькая. Короче, ласку пришлось отпустить. Ну ладно, хоть не зайцев пожалела, а то бы мы тут все с голоду вымерли.

— Бери, бери, — махнула рукой Анна, поймав взгляд Игнатыча. — Всё равно суп не в чем варить.

— Ага, — жизнерадостно произнёс Игнатыч.

— Как это не в чем? — возмутился внезапно Кирилл. — А вы что, сварите?

— Ну была бы кастрюля, — развела руками Анна.

Кирилл решительно посмотрел на меня.

— Так, нам нужна большая деревяшка и твоя дубина, — требовательно произнёс он.

— И не проси, делай себе каменный нож, — отрезал я. — Моя дубина не для этого. Обсидиан затупится, потом драться будет нечем.

— Он же у тебя кристаллами усиленный, — возразил Кирилл. — Так легко не затупится.

— Всё равно не дам, — прижал я к себе своё сокровище.

В общем, после небольшой перепалки с Кириллом, перешедшей в лёгкую потасовку, мы сошлись на том, что я всё-таки одолжу ему дубинку. С болью я наблюдал, как этот варвар решительно скребёт по деревянной поверхности, откалывая щепки моим сокровищем.

— У нас будет суп! — отрезал Кирилл.

— Ой, дался тебе этот суп? — возмутился я.

— И воду сможем нормально греть, — жизнерадостно произнесла Вольха. — А то уже надоело согревать в ладошках, когда пить хочется.

— А ты просто снег в рот суй, — посоветовал ей Игнатыч.

— У, так ведь холодно.

— А ты представляй, что это мороженое, — ухмыльнулся Егор.

— Да иди ты! — возмутилась девчушка. — Я уже весь язык отморозила этой «мороженкой».

— Да ладно, нам тут живётся ещё вполне ничего, — хмыкнул Егор, засунув в рот свежий еловый побег. Это у нас шло вместо десерта. Особым шиком было найти кусочек смолы и пожевать — жвачка, так сказать. Первым придумал Игнатыч, и оно прижилось.

Спустя примерно три часа мучений Кириллу удалось выдолбить в деревяшке неплохую лунку. Где он взял деревяшку? Да отхреначил от какого-то трухлявого пня, опять же при помощи моей многострадальной дубины. Наконец он вернул мне моё сокровище с новыми зазубринами, за которые я был готов его удавить. А сам гордо вручил девчонкам своё произведение неандертальского искусства.

— Это что, миска? — с восхищением спросила Анна.

Кирилл гордо задрал нос:

— Она самая.

— Больше напоминает творение Сальвадора Дали! — хмыкнул я. — Или этого, как его… Пикассо?

— О, точно, посуда из «Майнкрафта»! — оживился Егор.

— Слушайте, да пошли вы! — возмутился Кирилл. — Кто такой умный, сделайте лучше.

— Да любой пещерный человек сделал бы лучше, — не унимался Егор и не придумал ничего умнее, как просто пнуть Кирилла. Впрочем, на этом, к счастью, перепалка утихла.

— Да тихо вы, ироды! — возмутился Игнатыч. — Суп — это хорошо, будет уха к вечеру.

— А на что ты удить собрался? — поинтересовался Батур.

Игнатыч замер.

— Девчонки, ни у кого обработанных жил не осталось?

— Есть, я собиралась нарукавник починить, — обрадовалась Анна и протянула Игнатычу пару скрученных жильных веревок.

— А удочка? — спросил я.

— Ой, да что там удочка, — махнул рукой Игнатыч. — Так подержу.

— Ты же застудишься, — обеспокоенно произнёс Батур. — Давай лапника наберём, подстелим, а тогда уж и будем на пузе возле лунок лежать. — С этими словами парень забрал ещё несколько жил у Анны и принялся собирать наваленные снаружи еловые ветки. Их мы принесли, чтобы утеплить стены и прикрыть какую-нибудь дыру, если ветром надует.

— Куда?! — возмутилась Виолетта. — Знаешь, сколько времени мы их собирали? Мы же стену утепляли!

— Ой, да ладно, и так с костром неплохо, — отрезал Батур. — Мы потом назад принесём.

— Погодите, парни, а лёд-то чем вы долбить будете? — остановил наших незадачливых рыбаков я.

Те замерли.

— А думаешь, там глубоко? Много долбить надо? — нахмурился Батур.

— Думаю, что да, — я огляделся и нашёл самое прочное на вид копьё из тех, что у нас было. — На, вон попробуй этим.

— Угу, — сказал парень.

— Так, все помнят: если кто-то провалится под лёд, надо тянуть его аккуратно, по-пластунски брякнувшись и отползая на пузе по снегу, — встрепенулся Кирилл.

— Помним, помним, — махнул рукой Игнатыч. — Я на зимнюю рыбалку бывало с мужиками ходил.

— А я нет, — честно признался Батур. Одного взгляда на него хватало понять: если он провалится под лёд, щуплый Игнатыч вряд ли его вытянет.

Ободренные напутствием Кирилла, наши рыбаки ушли, а я решил помочь девчонкам по хозяйству. Они как раз возились с очередной шкурой — на этот раз оленьей. Кириллу с пятой попытки удалось-таки подстрелить из своего лука самого настоящего оленя. Бедняга был изрядно утыкан стрелами. Но надо сказать, что Кирилл у нас стрелял что надо: во-первых, бил почти точно в цель (оказывается, он в детстве занимался в какой-то секции стрельбы из лука), а во-вторых, стрелял со скоростью хорошего автомата. Так что бедное животное не смогло уйти, хоть и пыталось.

«Эх, вот так раскрываются в людях скрытые таланты», — задумался я. Если б не Система, никогда в жизни Кирилл бы не узнал, что из него вышел бы вполне пристойный следопыт и охотник. Пил бы себе своё любимое смузи из киви с бананом, как он обмолвился в самом начале нашего знакомства, что уж больно не хватает ему привычного завтрака. А теперь ничего ест жареную волчатину на завтрак, обед и ужин и не жалуется.

Глава 10

— Обидно будет, когда припрутся зелёные, — проговорил Кирилл задумчиво, ни к кому конкретно не обращаясь.

Мы сидели всем своим маленьким племенем подле костра и грелись в шалаше. Снаружи задувал холодный ветер, но нам было тепло и хорошо. Тёплые волчьи шкуры укрывали наши спины, да и толстые еловые ветки, из которых состояли стены нашего огромного жилища, не подводили. Ни единая снежинка не просачивалась, кроме как в небольшое отверстие под самым потолком, куда вытягивался дым.

— Да, будет обидно, — задумчиво проговорил Игнатыч. — Неправильно это. Мы тут столько старались, обустраивались, а теперь вон оно как! Скоро заявятся, нелюди! — недовольно проговорил он и выразительно сплюнул на пол.

Мадам Макото посмотрела на Игнатыча укоризненно: дескать, нормальные люди на пол не плюют, кому-то ещё предстоит спать на этом месте. Тот сразу смутился и поспешно затёр плевок ногой.

Пол состоял из всё того же елового настила. Конечно, спать на еловых ветках — такое себе удовольствие, довольно колючее. Но если сверху постелить волчью шкуру, да ещё завернуться в такую же сверху, то вполне терпимо получается, я вам скажу.

— Эх, и остаться бы здесь подольше! Подождать, когда весна придёт, — улыбнулся Батур мечтательно.

Я задумчиво посмотрел на огромную рыбину, что медленно готовилась у нас над костром. Причём не одна. Рыбища-то длиной с мою руку, а толщиной тоже немаленькая. Её одной хватило бы на всех, но к ней прилагалось ещё несколько рыбок поменьше. Эту большущую Батур вытащил. Эх, как же я ему завидовал! Когда Батур явился со своим уловом, это был самый настоящий ажиотаж. Конечно, я не раз добывал для нашего скромного племени зайцев, а один раз даже завалил оленя. Но рыба, да ещё такая огромная, почему-то вызвала самый настоящий восторг. Почище волков, от чьих шкур, по правде говоря, куда больше пользы, чем от рыбьей чешуи. Но все равно мы с нетерпением дожидались, пока рыбка испечётся. У меня аж слюнки текли.

И такой рыбы, судя по всему, здесь много. Замерзшее ледяное озеро весной могло порадовать щедрым уловом. И лед часами долбить не придется.

— Да, весной можно было бы лодку соорудить, выдолбить наподобие каноэ, — проговорил Игнатыч.

— Ага, — мечтательно кивнул Артур. — Дело говоришь, старик.

Я вздохнул. Понятное дело, что мы здесь не задержимся. Нигде дольше двух-трёх недель Система нам задерживаться не позволяла. Каждый раз открывался портал, и зелёные появлялись, чтобы нас истребить. Ну, пока мы не явились в их собственный мир.

— А давайте частокол поставим?— вдруг предложила Вольха. — Ну, как в старинных деревнях, знаете. Острый такой. — Девчонка бесхитростно улыбнулась.

Я с болью посмотрел на девочку. Чем больше я узнавал её радостный, солнечный характер, тем с большей яростью думал о зелёных. Нет, конечно, если подумать, то нашим Зачищальщикам из Земли тоже доводилось умножать на ноль деревеньки орков и гоблинов. И там, ясное дело, были и маленькие орчата, и гоблинята. Ну, то есть как были? Поначалу никто вообще не мог сообразить, какого роста взрослые гоблины или орки, и какого возраста те, что поменьше. Ну и младенцев оркогоблинских вроде как не попадалось, к счастью. Уж тут не знаю, я бы и сам не выдержал, полез бы заступаться. Вот сто пудов! Пожалуй, детёныша я бы и зеленых убивать не стал.

— А давайте, — согласился Игнатыч.

— Хорошая идея, — поддержал Батур.

— Я за! Ещё как за! — хищно произнесла Виолетта, хотя все мы прекрасно понимали, что частокол этот выдержит недолго.

Однако за дело взялись с энтузиазмом. Наши с Артуром обсидиановые дубинки кочевали из рук в руки. Каждый раз, когда кто-то уставал, следующий принимался обтачивать очередное бревно для частокола.

Девчонки придумали устроить ловушки. Нехитрые: просто-напросто ямы, замаскированные снегом поверх хрупких веток. Отмечены они были небольшими еловыми веточками, словно невзначай брошенными на снег. Но если видишь такую рядом с лагерем — знай: стоит туда ступить, земля провалится. А внизу, да, правильно, вы угадали, острые колья.

«Эх, нам бы стоило с таким рвением ту деревню защищать, — подумал я, — в которой банька, да, овощи можно найти, и зайцы в местном лесу водятся. И лето там, и зелень. Не то что это царство вечного снега».

С другой стороны, здесь, чтобы выжить, мы приложили столько усилий, что от одной мысли, что придётся бросать наши драгоценные инструменты, у девчонок аж скулы сводило.

Ирма полдня ходила за мной следом, канючила, выпрашивая хоть немного кристаллического порошка, чтобы зачаровать костяные иглы и веревки, из волчьих жил.

— Ну а вдруг ещё пригодится, — упрашивала девчонка. — А так зачаруем, они с нами перекочуют.

— Ты лучше себе оружие какое изготовь, — качал я головой. — Или у зелёных отними. Вот на это кристаллы не пожалею. А иглы — ну, подумаешь, новые сделаешь.

— Ты не представляешь, сколько мы возились, чтобы изготовить эти! — возмущалась девчонка. — Ты хоть понимаешь, как сложно было отобрать подходящую кость?

В конце концов к ней присоединилась Виолетта, и я уступил, отколов краешек кристалла. Жалко было до жути, в конце концов у нас их не так много. Игнатыч хоть и предлагал провести на нем эксперимент: убить и забрать кристалл, но никто не решился. А ну как он реально коньки отбросит, прям насовсем и не переродится в новой локации? Как мы тогда себя чувствовать будем? И вообще, без Игнатыча наше племя было бы уже не полным. Его сварливое ворчание полюбили все, даже мадам Макото, которая, кстати, единственная осмеливалась делать ему замечания. Остальные вежливо помалкивали из-за возраста. А она просто качала порой седой головой, и Игнатыч как-то сразу сникал.

В общем, несколько дней спустя деревню нашу окружал внушительный частокол с натыканными по периметру волчьими черепами. Я вспомнил устрашающий вид деревни орков, что однажды мы штурмовали с группой Зачищальщиков, и вздрогнул, глядя на наше творение. Если честно, один в один.

Ирма повесила самый внушительный волчий череп перед нехитрыми воротами.

— Устрашающе! — довольно улыбнулась Виолетта.

— Точь-в-точь деревня орков, — угрюмо проговорил я, вспоминая, как тогда казалось, что мы практически штурмуем вражескую локацию в компьютерной игре. Ну, знаете, так примерно они и нарисованы. Но теперь я вдруг с ужасом осознал правду. Орки изукрасили свою дурацкую деревню черепами, и даже специально возвели длинные шесты, чтобы издали было видно самые крупные черепа поверженных врагов и животных с одной простой целью — напугать нас, чтобы мы в эту деревню не сунулись. А теперь я будто смотрел на её отражение, только в человеческом исполнении. Разница была почти незаметна.

Я отвернулся, с удивлением осознав, что отчего-то защипало глаза. Перед мысленным взором пронеслись орки, которых мы побеждали. Ну как мы? Я-то всё больше вещи караулил, чего уж. Но однако тоже доводилось схватиться, и парочку орков я всё же пристрелил. Лица их были искажены ненавистью и яростью. Они бросались на нас, точно мобы в игре. “Точно так же, как мы будем кидаться на зелёных”, — осознал я с ужасом.

Я бездумно оторвал еловую ветку и, сунув в рот, принялся грызть. Рот наполнился ни с чем не сравнимым, насыщенным еловым вкусом. Это хоть немного отвлекло меня от мрачных мыслей.

«А что, если орки не такие уж орки? — думал я. — Быть может, они тоже вполне разумная раса, пусть и средневековая. Жили себе, жили, не тужили. И тут, нате, оказались мобами в игре проклятой Системы».

Кажется, последнее я сморозил вслух, потому что стоявшая рядом Виолетта нахмурилась. Она осторожно коснулась моего плеча.

— Паш, ну что ты, ты же не знал.., — тихо произнесла она.

Я сумрачно кивнул. Интересно, а если бы знал, смог бы я что-нибудь сделать? Ведь мой хитрый план с Дораном, он по сути полагается на совсем ещё зелёного мальчишку. В прямом смысле — зелёного. Кажется, паренёк ничего особенного из себя не представляет. Кто он в своём родном мире? Быть может студент? Кто его слушать-то вообще станет? Хоть я и доказал ему, что мы никакие не мобы и не порождения Системы, а просто обычные люди. Такие же, как он сам. Ну, в смысле, живые существа, как он сам. Доран-то не человек. Как и его товарищи.

Что ж. Я взглянул на частокол снова. Изменить ничего уже нельзя. Нам осталось только ждать пришельцев, которые явятся зачищать своё подземелье. И дать им достойный отпор.

— Паш, ну Паш! — принялась канючить над ухом Ирма, закончившая с черепами.

— Ну чего ещё? Я же дал тебе кусок кристалла зачаровать иглы, — отмахнулся я.

— Паш, ну а шкуры? Мы столько времени шили из них одежду.

— А что, если мы в следующий раз в тропики попадём? — поинтересовался я.

— Паш, ну пожалуйста! — продолжила психологическую атаку Ирма.

Неожиданно для самого себя я достал из кармана один из кристаллов и вручил его Ирме.

— Да делай что хочешь! — произнёс я.

Ирма счастливо запищала. Вместе с Виолеттой, Вольхой и Анной они тут же кинулись толочь кристаллы и поливать растворённым кристаллическим порошком буквально всё вокруг. К моему изумлению, они даже на хижину по периметру уронили по несколько капель. Щедро обрызгали и шкуры, и копья наши, и жилы, и луки с тетивами. В общем, всё, что только могли.

— Девчонки, да куда столько? Мы ж это не потащим, — попытался воззвать к разуму Игнатыч. — Нам что, зелёных встречать с полными руками барахла, что ли?

— Мы решили провести эксперимент, — хитро подмигнула Ирма. — Ведь вернулись же мы в ту деревню, помните?

— Ну да, — проговорил Игнатыч.

— А вдруг снова здесь окажемся? А тут — опа! — и всё готово, — жизнерадостно пояснила теорию Виолетта.

Я задумался.

— Ну, в этом есть смысл, — проговорил я нехотя.

— Ну, либо опа, или вы извели кристалл ни на что, — усмехнулся Артур.

Анна пожала плечами:

— Мы столько возились со всем этим скарбом, буквально от сердца жаль отрывать, — призналась она.

— Да я понимаю, — вздохнул Артур, с нежностью глядя на нашу огромную хижину. — Мужчина должен вырастить дерево и построить дом. — С этими словами он легонько хлопнул по огромному стволу сосны, что служила для хижины опорой.

— Дерево даже растить не пришлось! — хихикнул Егор, поправляя очки.

Вот так мы зелёных и встретили. Вначале раздался треск, несколько зелёных, судя по испуганным, полным боли крикам, попали в ловушки с кольями. Ну а затем, ясное дело, мы ринулись оборонять частокол. Зелёные штурмовали снаружи, мы защищались изнутри, протыкая их длинными заострёнными копьями.

«Всё как в деревне орков», — сумрачно думал я, поочерёдно орудуя то копьём, то дубинкой лупя тех, кому удавалось таки пролезть поближе к частоколу. Ясное дело, как и деревни орков, наше укрепление в итоге пало под натиском варваров. В смысле зелёных, защищавших свой мир от прорыва подземелья и нашествия ужасающих мобов — людей.

Всё кончилось довольно быстро. Я ощутил удар в спину и только успел увидеть испуганные глаза Виолетты.

«Да, к такому всё никак не привыкнуть», — подумал я. Из последних сил улыбнулся девчонке и подмигнул, вцепившись в свою дубину.

Падая на землю, я оглянулся — не найдётся ли поблизости хоть какой-нибудь кристалл. Но увы. Так что оставалось только скрючиться от боли. И тут я его ощутил. Он материализовался буквально в моих исчезающих руках. Вцепившись в него из последних сил, я победоносно ухмыльнулся оторопевшему зелёному и исчез вместе с кристалломм.

Глава 11

Очухался я на этот раз в городе. «Снова Токио», — подумал я, оглядывая симпатичные небоскрёбы. Никогда я ещё не был так рад видеть обычные бетонные коробки. Вскочив на ноги, я издал победный клич: «Юхо-хо!» «Токио, Токио, как я рад!» — подумал я. «Эх, где бы суши поесть?»

Единственной проблемой локации было то, что она вообще-то огромная. Ну, по крайней мере, по сравнению с нашим лесом. Лес тоже был не маленьким, но довольно-таки однообразным: что направо пойдёшь — ёлки, налево пойдёшь — ёлки, и по диагонали пойдёшь — всё равно ёлки. Поэтому особо далеко мы и не ходили. Но город - это совсем другое дело.

И теперь у нас есть кристаллы. Ну, вернее, всего парочка кристаллов, потому как целый кристалл я умудрился отдать девчонкам, чтобы они обмазывали дурацкие волчьи шкуры. «Эх, вовсе не волчьи шкуры нам нужны», — подумал я. «Тут же город целый, настоящий, черт возьми, город! Так, тёплую куртку первым делом как следует вымочить в кристаллической пыли», — решил я. Ну а потом… я задумался. Магазин оружия. Вот что надо искать в первую очередь! К сожалению, в прошлый раз в локации магазин оружия я не нашёл, как ни искал. Только магазин спортивного инвентаря, где и раздобыл биту. «Что ж, на этот раз буду настойчивее», — решил я.

Если здесь нет магазина с оружием, а Система, возможно, об этом позаботилась, решив, что мобу первого уровня оно ни к чему, то должны быть, всякие сельхозштуки. Ну там кирка для прополки, лопата годная или ещё что-то такое. Я прикинул, как буду смотреться с лопатой на плече. Ну а что? Выходило мужественно. Этакий небритый мачо. “Виолетте точно понравится», — подумал я. Интересно, что она сама выберет на этот раз? И, кстати, её бы неплохо найти и всех остальных тоже. Если в ледяной локации Система забросила нас примерно в одно место, то здесь, судя по всему, она решила расщедриться, раскидав в разные.

Весело насвистывая, я пошёл вперёд. И только минуту спустя сообразил, что иду, прижимая к животу руку, которая намертво зажала что-то. Я взглянул: в моей руке был самый настоящий тёмно-синий кристалл. Я глазам своим не поверил. Вообще-то синие кристаллы принадлежали мобам аж третьего уровня! И эта штука как раз из меня и высыпалась перед тем, как я исчез. Едва успел схватить. Повезло, что она уже начала материализовываться, когда моё собственное приконченное тело надумало исчезать. «Ну или перезагружаться в новую локацию», — задумался я. В конце концов, несмотря на то, что меня ткнули со спины чем-то (скорее всего одним из тесаков зелёных), сейчас боли не было, и, сунув руку под куртку, я убедился: куртка цела, спина в порядке, даже шрама не осталось. «Хм, — подумал я. — Итак, из меня теперь сыплются кристаллы третьего уровня?” Знакомые Зачищальщики третий уровень мобов ничем серьёзным не считали. Да и, собственно, Зачищальщики сами, кто был третьего уровня, не особо котируются. Но все-таки, третий уровень, это вам не первый! “Эх, вот бы мне хоть системное окошко взглянуть, что там делается», — задумался я. «Быть может, какие-нибудь характеристики привалили усиленные? Ну или, например, способность какая-то полезная, которую качать? Надо, чтобы системное окно появилось». Я принялся неистово размахивать руками на манер наших Зачищальщиков, когда они вызывали окно Системы. Ни хрена. Я точно знал, как это делается, и, похоже, Система решила прокатить нас по полной. “Мобам не положено», — осознал я.- «Вот ведь облом! Да если б не этот кристалл, я бы понятия не имел, что уже достиг третьего уровня». Я бережно спрятал кристалл в карман. Он был гораздо лучше того, что я отдал девчонкам. «Нет, такую штуку нельзя потратить просто на дубинку с обсидиановыми закорючками, причём изрядно стёсанными, за время пребывания в лесу. Хоть я и поднял машинально её с земли и потащил с собой, следовало разжиться оружием получше. Я задумчиво оглядел свою несчастную дубинку.

Следовало-то следовало, но жалко оружие, которое выточил собственными руками, было до боли. Я же изготовил её на острове, где почти ничего не было. Там и палку-то добыть нелегко. А уж как я обкалывал обсидиан, чтобы сделать острые кромки... Весь изрезался в процессе. «Можете назвать меня сентиментальным”, — усмехнулся я про себя. Однако я решительно привязал ручку к верёвке, сделанной из волчьих жил, и закрепил дубинку на поясе.

Зелёные явятся сюда не раньше, чем через неделю. Мои губы сами с собой растянулись в улыбке. Можно сказать, это мечта школьника: очутиться в городе, где всё можно и нету взрослых. Полиции там, всяких кассиров, которые скажут, что нельзя жвачку на халяву. Ну, в общем, вы поняли. Так что я свернул в ближайший магазин. Его украшала какая-то японская надпись. В японском я не в зуб ногой, но надеялся раздобыть внутри сладости. Это оказался небольшой супермаркет. И чего там только не было! Признаюсь, я первым делом кинулся к лапше быстрого приготовления. Просто потому что не слишком хорошо понял, что изображено на других пачках. А лапша, она и в подземелье лапша! Особо надеяться на обычные продукты не стоило. Большая часть из них, как я знал ещё по предыдущему опыту, была попросту испорчена. Система не слишком волновалась о том, что мы тут будем две недели есть.

«Так-с, — сказал я себе, схватив ближайшую пачку лапши. – Надо найти кофе-автомат с горячей водой». На это ушла пара минут. Тадам! Лапша, кофе — день, в общем, удался. С абсолютно счастливой улыбкой я залил мисочку с лапшой горячей водой из автомата и воспользовался маленькой пластиковой вилкой, что была в упаковке. «Пища богов!» — простонал я с набитым ртом. Вот бы нам её туда, в шалаш из вечно зелёной хвои! Я представил, как счастливы были бы мы все, окажись там такая еда. Эх, чёрт! И пяти минут не прошло, а я уже начал скучать по друзьям. Кто бы мог подумать, даже по ворчливому Игнатычу. Хотя в реальной жизни, наверное, абсолютно ничего меня с этими людьми бы не связывало. Все мы были совершенно разные. Просто горстка случайных знакомых, которые как-то незаметно стали семьёй.

От души налопавшись лапши (конкретно эта оказалась с острой устричной приправой, а следующая — с грибами, но не такими, как я привык дома, а какими-то хитро выделанными японскими), я отыскал у касс пакеты и набрал этой самой лапши, затем всяких сладких батончиков. И только потом заглянул в кулинарию. Я специально не пошёл туда первым делом, чтобы не расстраиваться. Смотреть на протухшие продукты из разряда того, о чём мечталось последние несколько месяцев, да еще на голодный желудок, это было превыше моих сил. Колбаса, мясо — всё протухло, ясное дело. Салаты на прилавке тоже были несвежие. По одному ползала самая настоящая муха. Мне оставалось лишь досадливо вздохнуть. Затем я перешёл в хлебный отдел. Ну что ж, хлеб сухой, но его хотя бы можно погрызть. Взяв всё самое съедобное, что нашлось, я в задумчивости перешёл к сыру. По идее, сыр с плесенью — это даже полезно. Но можно ли было назвать плесень, что покрывала эти сыры, благородной, а также съедобной, я не знал. Выглядела она, если честно, не очень аппетитно. В итоге я выбрал несколько кусков, которые просто затвердели. Налёт плесени на них был снаружи, а так они скорее напоминали жёлтый засохший камень. Это по-своему вкусно, если удастся разжевать. В прошлый раз я такими тут и питался.

Наевшись, я продолжил бродить между рядов с товарами. Жевательные конфеты всякие. «О, вот что стоит посыпать кристаллической пылью!» — широко ухмыльнулся я. Этим конфетам ничего не будет даже в случае ядерной войны. Я набрал изрядное количество. Жаль, что нигде здесь не видно поблизости рюкзака. «Так, а надо было озаботиться им в первую очередь, — подумал я. — Удобно носить и всё такое». Я на миг ощутил себя героем зомби-апокалипсиса. В котором все ходят с большими рюкзаками, шипастыми битами и готовы снести башку всему, что вокруг шевелится, потому что, скорее всего, оно неразумное и жаждет скушать твой мозг.

«Вот только у выживальщиков в мире зомби хоть какие-то шансы есть, — подумал я. — А нас зелёные будут преследовать до тех пор, пока не убьют. Ведь если они этого не сделают, то откроется портал в их родной мир, и тогда орки хлынут на Землю. В смысле мы, люди, хлынем на их землю”. Вся наша разношёрстная группа внезапно окажется в чужом мире. И бедных зелёных ждёт ад. Уж мы-то шороху наведём! Особенно Игнатыч — сразу же кинется мочить зелёных детишек и хватать зеленокожих женщин. Ага! Я кисло усмехнулся невесёлым мыслям. Всё-таки орки — раса довольно воинственная. Когда они прорывались на Землю, то дела действительно обстояли именно так. «Веселились, как в последний раз», — подумал я. – “С учётом, так сказать, ментальности”. Что касалось трусливых гоблинов, то они, по-моему, и сами не знали, что делать. Бегали, визжали, кидаясь на все подряд. А может, и орки не знали? Они же понимали, что у нас огромный мир и всех людей им не перебить. Может, просто надеялись найти какой укромный закуток и туда заныкаться?

Только наш мир был не похож на орочий. У орков не было городов с небоскрёбами, ничего такого особо технологически развитого. Только леса, деревни и сами орки разной степени прокачанности. В наших каменных джунглях им попросту негде было спрятаться, разве что в мусорный бак. Кстати, говорили, что одного орка пятого уровня и правда в мусорном баке нашли. Он там отсиживался. «Видать, мозговитый был, — подумал я сумрачно. — Догадался, что просто набрасываться на людей ни к чему не приведёт. Вот и попытался хоть как-то задержаться в нашем мире, чтобы изучить, куда тут можно заныкаться». Теперь я неожиданно сочувствовал этому самому орку. Однако наши его попросту замочили. В этом сомневаться не приходилось, как и в том, что ждёт нас в мире зелёных, попади мы туда. Куда ни глянь — всюду клин!

В том, что Система нас оживит, прорвись мы в мир зелёных, я вовсе не был уверен. А так, по крайней мере, она переносит нас из одной локации в другую. Вечный респаун, так сказать. «Стоп. А он вообще вечный?» — подумал я, разглядывая сковородки, на которых ярко блестели жёлтые и красные ценники. Некоторые из них были зачёркнуты — видать, шли со скидкой. Я прикинул сковородку в руке. «Ну а что? Оригинальненько. Не лопата, конечно. Но бить удобнее, носить проще. Девчонки будут в восторге. И довольно крепкая», — хмыкнул я. Ладно, если самому не пригодится, подарю Виолетте. Будет суровая женщина со сковородкой.

Прихватив сковородку и продел жильную верёвку в рукоять, я подвесил её к поясу с другой стороны от дубины. Поискал еще нож, а лучше крепкий тесак для мяса, но его тут не было. Прошерстив магазин, я отправился на выход. Надо найти своих. Блуждать пришлось примерно час, прежде чем я встретил Игнатыча. Старик застыл перед витриной с удочками.

— Пашка, ты только посмотри! — трясущейся рукой указал он. — Спиннинг! А вон там видишь, блёсны развешаны. Эх, мне бы такую блесну! А вон там и вовсе эхолот лежит.

Он ткнул пальцем куда-то за прилавок, внутрь магазина.

— Так чего не зайдёшь? — удивился я.

— Ну так оно закрыто, — пожал плечами Игнатыч.

Я посмотрел на старика.

— Игнатыч, ты что, серьёзно? — изумился я.

Но старик лишь пожал плечами. Не привык он, видать, обносить магазины. И как только выжил в прошлый раз? Должно быть, ему попались хоть какие-то открытые лавочки.

Я решительно потянул за ручку двери. Хрен там. Она не открывалась. Поборовшись немного с дверью и попробовав вынести её плечом, я перешёл к витрине. Тадам! А вы знали, что стёкла в Токио бронебойные? Я вот не знал. Однако эта хреновина была точно не из стекла. Какой-то прозрачный, довольно крепкий пластик. У меня ушло минут пятнадцать возни со сковородкой, пока я высадил наконец витрину.

— Забирай всё, что пожелаешь, — хмыкнул я.

Игнатыч замер, а потом посмотрел на меня растерянно.

— Что я здесь делать-то с ней буду посреди Токио? — проговорил он. — Тут же рыба не водится.

Тут мы оба просто-напросто расхохотались. И правда, настолько привыкли к лесным реалиям, что всё, что встречалось на пути, мысленно прикидывали, как оно пригодится нам под ёлочкой. Вот сковородка опять же: я ведь сразу подумал, что ежели её зачаровать да снова оказаться в лесу — это ж какой профит будет! Жареная волчатина на сковородке. Это вам не над костром запекать, где пламя норовит облизать кусок, и не в углях печь, что, если честно, надоело. Нет, на сковородке дело совсем другое! Там и маслице подлить можно. Которое я, кстати, не взял. Объедение бы получилось! Многофункциональное, в общем, оружие. Если можно качать сковородку кристаллами, я бы её прокачал до уровня «Золотая сковородка» или “Легендарная”. Сам я легендарных артефактов не видел, но Зачищальщики покруче рассказывали. Каждый мечтал такой получить. Ну или прокачать своё оружие, но это сложно и дорого.

— Бери удочку, — решительно сказал я. — Пригодится. Вдруг нас в следующий раз снова на остров выкинет? Так что зачаруем.

Глаза Игнатыча просияли, а затем он насупился.

— Но у меня кристалла нет.

Я щедро вытащил один из кристаллов, что сберёг (не синий, конечно). Затем, решительно размахнувшись, отколол кусочек от ближайшей стены и вручил Игнатычу:

— На, найди, чем перетереть. Ну а дальше ты знаешь.

С деловым видом Игнатыч кивнул и отправился внутрь магазина выбирать спиннинг получше да блесну поярче.

— Видишь вон там здание высокое? — крикнул он, кивнув на далёкий возвышающийся острый шпиль. — Я так думаю, надо идти к нему. Наверняка наши, кто поумнее, догадаются там собраться. Это самый заметный ориентир в округе.

Я задумчиво кивнул, а затем неожиданно для самого себя раскрыл перед Игнатычем свой пакет с продуктами.

— Выбирай, что захочется.

Глаза Игнатыча просияли.

— Ух ты! — проговорил он, роясь в моём пакете. Затем достал пару упаковок лапши и ещё одну, на которой, скорее всего, было изображено пюре быстрого приготовления. Или сладкий мусс. — Красота!

Я добавил сверху упаковку жевательного мармелада.

— А то мало ли не найдёшь в окрестностях магазин или не сумеешь взломать.

— Вон там дальше по дороге автомат есть такой. Он пирожки, шоколадки выдаёт, — сказал Игнатыч. — Если потрясти хорошенько.

— Спасибо, старина, — сказал я.

Шоколадок в том магазинчике, что мне попался, то ли не было, то ли я не заметил. Одурманенный вкусом лапши. В общем, да, непорядок. Живот мой довольно уркнул, демонстрируя, что готов приступить к дальнейшей трапезе. «День или два буду отжираться», — твёрдо решил я. Ну и что с того? Вряд ли всего за пару дней наем тут пузо. Когда ещё удастся пожрать нормальной еды, которая прежде не плавала или не пыталась загрызть тебя самого?

Последовав рекомендации Игнатыча, я отправился к видневшемуся вдали остроконечному небоскрёбу. По пути мне и правда попался упомянутый стариком автомат. Я от души потряс его, добывая шоколадки. Они отправились всё в тот же пакет. Запоздало я сообразил, что пока Игнатыч выбирал себе удочку, я совершенно забыл про рюкзак. «А ведь надо бы убрать запасы”, — подумал я. Если прямо сейчас встретится зелёный, картина будет прямо маслом: я такой, с пакетом, полным вкусняшек. Грозный донельзя!

«Интересно, а что будет, — подумал я, — если Система стравит между собой две высокоразвитые расы?” Орки — понятно, с ними не договоришься. Они там что-то своё кряхтят. Отдельные слова и то с трудом удаётся разобрать. Ну и орки агрессивные донельзя. Стоит только сунуться к ним, как сразу начинается драка. Ну как и те же гоблины. А вот если бы, скажем, две высокоразвитые цивилизации, по которым сразу понятно, что есть о чём поговорить… Смогли бы они договориться между собой? Доказать друг другу, что это не игра никакая и вовсе они не мобы? Я не знал.

За этими размышлениями и застала меня Виолетта. Она попросту вышла из-за угла решительно топая новенькими берцами. Одета девчонка была в камуфляжную форму с безрукавкой из волчьей шкуры, а с плеча у неё свисало ни много ни мало настоящее ружье.

— Лета, где… — поражённо проговорил я. — Армейский склад ограбила?

Ружей было даже два. Второе за спиной.

— Нет, не армейский, — поморщилась Виолетта. — Это пневматика, они железными пульками стреляют. Я тир нашла, — жизнерадостно проговорила она и извлекла из широкого кармана на штанах цвета хаки железную коробочку с патронами. — Подумала, всё лучше, чем ничего.

Я крепко обнял Виолетту. Она с интересом посмотрела на сковородку, притороченную к моему поясу.

— Я вижу, ты тоже обзавёлся новым оружием, — хмыкнула девушка.

Я смущённо покраснел.

— Просто подумал, что будет, если мы снова окажемся на пляже или в лесу.

— Хорошая идея, — хмыкнула Лета.

Голову её украшала задорно сдвинутая на затылок кепка всё того же вездесущего цвета хаки. А ещё за спиной у девушки помимо ружья свисал огромный туристический рюкзак.

— А это где ты раздобыла? — охнул я. — Вот это прямо здорово! Жаль, не догадалась второй такой прихватить.

Виолетта широко улыбнулась, расстегнула рюкзак, а затем принялась изымать из него ещё несколько рюкзаков.

— Да я несколько взяла, — сказала она. — Подумала, если наши не найдут, надо как следует прибрахлиться. А сами рюкзаки окунём в магический порошок.

У меня аж челюсть отвисла.

— Эта идея… думаешь, сработает? — усомнился я.

Виолетта пожала плечами.

— Попробовать надо. Мы не сможем зачаровать все запасы одновременно. Нам кристалической пыли не хватит. Может, если зачаруем рюкзаки, то сработает?

Рюкзаков наша запасливая белочка набрала целых пять.

— Да у нас и на рюкзаки столько не хватит, — вздохнул я.

Лета пожала плечами.

— Ну, значит, часть уберём в зачарованный рюкзак. Потом ещё кристаллов добудем, — хмыкнула она и застенчиво посмотрела на свою одежду. — Паш, как думаешь, а эти вещи потом не исчезнут, если я перенесусь в другую локацию? А то я сначала переоделась, а потом подумала.

Я тоже задумался. Шмот, выданный Системой, так сказать, с нуля, не исчезал и даже самореставрировался. Но вот как Система отнесётся к новеньким шмоткам Виолетты — неизвестно.

— Это же получится, что я почти голая буду, — расстроенно проговорила девушка, явно представив себе худший вариант.

— Ну, может, Система тебя пожалеет, — с явным сомнением проговорил я.

Однако на этот счёт сомнения мои были слишком велики. Что, если Система считает изначальные шмотки, по умолчанию вместе с тобой, как часть твоего тела? И будет ли Системе разница, насколько одета Виолетта, если она попытается прихватить с собой вещи, которые принадлежат этой локации? Да чёрт его знает.

— Так, ладно, — тяжело вздохнул я, взглянув на остаток кристалла, который собирался израсходовать в этой локации. — Зачаруем мы твои новые вещи вместе с рюкзаком.

А то еще получится, что девушка будет в следующей локации разгуливать в вонючей волчьей безрукавке на голое тело! Я бы, может, и не прочь на такое взглянуть. Но остальным нечего пялиться!

— Спасибо, Паш! Ты самый лучший! — выпалила Виолетта.

С этими словами девушка счастливо прильнула к моим губам.

Глава 12

Это была лучшая неделя в моей жизни. Во-первых, мы нашли хозтовары. Это хоть и не магазин оружия, но там были топоры. Топоры, чёрт подери! Разумеется, именно их все немедленно пожелали зачаровать пылью от оставшихся кристаллов. А ещё спальные мешки, палатки — кучу всего народ приволок в отель, в котором мы обосновались.

Девчонки смотрели на меня глазами кота из «Шрека». Дескать, ну вот это точно надо. И вон то! Даже мадам Макото не выдержала и притащила какую-то симпатичную статуэтку маленького золотого божества. То ли ограбила ближайшую сувенирную лавку, то ли до антикварного добралась.

— А это зачем? — обречённо спросил я, даже не надеясь понять ответ на японском.

Мадам Макото вздохнула. Она тоже не знала, как мне объяснить, поэтому просто прижала статуэтку к сердцу. Наверное, статуэтка напоминала ей о доме. Отказать я не смог.

Насчет спальников я задумался.

- Допустим, протащим мы спальники в дивный новый мир, каким бы он ни был. Если это снова будет лес, пригодились бы. Но думаете, во время боя нам удастся их с собой захватить? — с сомнением произнёс я. - Насчёт палаток и вовсе не обсуждается. Так мы изведём все кристаллы просто чтобы зачаровать парочку.

Девчонки разочарованно повздыхали. Артур с Кириллом тоже пригорюнились.

— Ты просто кристалл пожалел! Жадина! — обвиняюще ткнула в меня пальцем Вольха, но я остался непреклонен.

Отель, который мы выбрали в качестве своей резиденции был шикарный. С бассейном, кухней, отличными люксовыми номерами. Надо сказать, в прошлый раз я вёл себя гораздо скромнее. Не понимая толком, что происходит: я просто выбрал наугад первую квартиру, в которую сумел зайти — она была открыта. Но теперь мы уже не стеснялись ломать любые двери и выбирать самое лучшее. Честно говоря, мы отрывались подобно детям, которые остались в целом мире одни без родителей. Правда, по телеку в отеле решительно ничего не шло, он даже не включался. Лифт не работал. В общем, проблем хватало. Электронные двери отеля, которые должны были разъезжаться в стороны при приближении людей, пришлось попросту выламывать. Зато там был бассейн, остатки кое-какой еды, в том числе не слишком испорченной. А в нашем с Летой номере громная двуспальная кровать с удобными матрасами.

Виолетта хотела зачаровать матрас и таскать повсюду с собой. Я посоветовал туристический коврик: оно практичнее будет. Виолетта лишь посмеялась. В конце концов, у нас пока не так много кристаллического порошка.

Впрочем, Артур в скором времени попытался это исправить. Он отозвал меня в сторону в холле отеля и очень серьёзным голосом сказал:

— Паша, убей меня.

— Ты чего, рехнулся? — обалдел я. — Совсем из ума выжил?!

Артур тяжело вздохнул:

— Нам нужны кристаллы. У нас их катастрофически мало. Даже оружие нормальное зачаровать не хватит, если вдруг мы его найдем где-нибудь.

— Ну и что? — мрачно произнёс я.

— А то, что у меня семья, — хмуро проговорил Артур. —Знаешь, сколько раз я смотрел, как их убивают?

Я содрогнулся. Знал, конечно. И видел боль в глазах Артура каждый раз, когда мы возвращались к жизни в новой локации. А уж в глаза Вольхе в такие моменты и вовсе старался не смотреть. Наверное, именно из-за неё я так безжалостно убивал зелёных. Может, они принимали нас за орков, гоблинов или кого-то ещё. Но Вольха — всего лишь ребёнок. Этого они не могли не видеть. «Интересно, смог бы Доран?»— подумал я. Оставалось лишь надеяться, что нет. В конце концов, они с девочкой уже виделись. Он не напал.

— А теперь представь, балда стоеросовый, — мрачно процедил я, — что будет, если ты окончательно сдохнешь? Кто знает, вдруг убийство одним мобом другого засчитается фатально? И тогда Вольха с Анной останутся одни. Ты этого хочешь?

Артур побледнел.

— Но если не попробуем, не узнаем! — закусил он губу.

— Если узнаем, что ты окончательно загнёшься, то что мне прикажешь делать? — осведомился я. — Как с этим жить потом? И твоим девчонкам я что скажу? Нет, даже не проси!

Артур растерянно закусил губу. Я понимал, что Артур — мужик упрямый. Он вполне способен на сам такое провернуть. Так что предупреждающе положил руку ему на плечо:

— Просто подумай. Эта гадская Система может вывернуть правила как угодно. Кто его знает, какие штрафные санкции на тебя наложит, если что.

Артур кисло посмотрел на меня:

— Думаешь, лучше играть по их правилам? — С этими словами он выразительно посмотрел вверх.

Я пожал плечами:

— Думаешь, есть какие-то «они»?

— Система сама собой не зародилась, — задумчиво протянул Артур. — Конечно же, есть те, кто ее создал.

Мы оба замолчали, глядя, как Ирма, Анна, Виолетта и Вольха проходят мимо в раздобытых в шкафах люксовых номеров халатах в сторону бассейна. Вода в нём, конечно, была прохладная, без подогрева, но девчонки были рады и этому.

— Раз есть «они», как думаешь, что им может быть надо? – задумался я.

-Развлечение! — процедил сквозь зубы Артур. — Игра создана, чтобы в неё играли, верно?

Я вспомнил «Цивилизацию», в которую играл когда-то на заре своей юности. Ты кликаешь мышкой по клеточкам, ведёшь войска туда-сюда, строишь — здание тут, здание там… ресурсы копишь… Цивилизацию, блин, прокачиваешь.

«А что если… — мысль ошпарила меня кипятком. — Что если прямо в игре была жизнь? Настоящая?»

Нет, бред, конечно! Двоичный код, единички и нули, всякое такое. Я же не сумасшедший. Знаю прекрасно, как оно там всё устроено у нас в компьютерах. Создатели Системы пошли значительно дальше. Им куда интереснее играть в живых людей.

Мы с Артуром зависли. Да ещё Егор подошел, видать, услышав наш разговор.

— Парни, а что если… — Егор многозначительно помолчал. — Не, ну вот только представьте: а вдруг они нами играют? Ну там… Может, мы делаем не то, что сами хотим, а то, что… они решили?

Мы с Артуром подвисли. Затем я решительно тряхнул головой:

— Точно нет! Ладно. Нам пока всё равно до них не добраться. Мы всего лишь мобы начального уровня в долбанной Системе.

— А чтобы выйти на программистов… — задумался я.

Артур терпеливо ждал, как будто я сейчас собирался высказать какую-то великую истину. А сказать было решительно нечего.

— Арт, да я телефонами, блин, торговал раньше, до прихода Системы. Я же не программист, — выдал я вместо того, что он ожидал. — Понятия не имею, как изнутри игры добраться до программистов.

— Думаешь, есть какой-то способ? — нахмурился Артур. — Ну, знаешь, там, ввести код какой-нибудь читерский. Твои знакомые Зачищальщики не говорили ничего такого? Может, из интерфейса Системы как-то можно? — нахмурился он.

Мысль была дельная. Вот только…

— Начнём с того, что у нас нет системного интерфейса, — развёл я руками. — Ходили слухи, что кто-то пытался. И не Зачищальщики, а целые корпорации, на которые они работали. Но сколько ни изучали интерфейсы, по-моему, только несколько человек угробили. Да и всё.

Артур приуныл:

— Да уж, хакеры из нас с тобой… никакие, — признал он.

— Абсолютно, — согласился я. — Пойдём лучше с девчонками искупаемся.

С этими словами я поднялся наверх, взял из номера халат с полотенцем и потопал составлять девчонкам компанию. Там уже вместе с ними плескался Игнатыч и задорно нырял рыбкой Кирилл.

— Эх, а в бухте на острове всё равно лучше было, — проговорил Кирилл.

Его голос звучал так, словно мы совсем недавно побывали на острове, ну, скажем, в отпуске. Такой курорт, где по итогу всех туристов перебили.

— По острову я скучаю, — призналась Анна. — Там было здорово.

— А я вот скучаю по нашему лесу, — сказала Вольха.

— По лесу? Там же хавки не было! — возмутился Кирилл.

— Ну и что? Зато весело. И папа меня из лука стрелять учил. А на острове только рыбачили.

— Я вам покочусь на острове! — нахмурил брови Игнатыч. — Чтобы моих козочек ни одна свинья не тронула!

— Ты кого тут свиньями назвал?! — возмутился я и плюхнул водой в сторону Игнатыча, подняв тучу брызг.

Тот в долгу не остался.

Виолетта подплыла ко мне и нежно обвивала руками за плечи.

— Тут и джакузи есть, — проговорила она. — Если бы электричество работало, можно было бы пузырьки пустить. Жалко, что не получится.

— Ну да, — я притянул девчонку к себе. — Жалко.

Впрочем то, что у нас было, после ледяного леса, казалось самым настоящим раем.

Виолетта забралась ко мне на плечи и радостно бухнулась бомбочкой в воду. Следом за ней развлекаться полезла Вольха. Что ж, мне не жалко — я подсадил её.

В общем, вот так, веселясь и перешучиваясь, мы проводили свои дни, постепенно обследуя город. Искали мы, конечно, оружие. С большим сожалением я признал, что зачарованный топор — это всё-таки посерьёзнее обсидиановой дубины. Но ничего с собой не мог поделать к дубине я прикипел. Уж больно удобно, и сколько зелёных мы с ней одолели! Я начинал понимать рыцарей, что давали своему оружию имена. Что касалось сковородки — везде пригодится. И воды в ней согреть, и еды поджарить, и кристаллический порошок растолочь. В общем, как ни крути, мне не хватало третьей руки. Вот в неё бы топор как раз уместился. В итоге, поколебавшись, я отказался от идеи и остановил свой выбор на большом кухонном тесаке, который я нашёл на кухне отеля. Его и зачаровал кристаллической пылью — всегда пригодится. Ну а топоры… пусть будут у остальных. Всё равно злобная Система нам их с барского плеча не так много пожаловала. На всех не хватило.

Глава 13

Утро началось с жизнерадостных криков Вольхи:

— Собака! Собака!

Я с трудом приоткрыл глаза. Если бы она орала «зеленые», это было бы понятно. Как раз по времени уже скоро должны явиться. Но «собака» — я почувствовал себя героем в мире зомби-апокалипсиса, который внезапно обнаружил, что тут водится ещё что-то живое.

Чмокнув спящую Виолетту в щёку, я выбрался из постели, наскоро оделся и вышел в коридор отеля. Не прошло и минуты, как я уже был в холле, откуда доносились радостные вопли Вольхи.

— Собака! Настоящая собака!

Я в полном обалдении уставился на девчонку, которая возилась на ковре с большущей чёрно-рыжей немецкой овчаркой. Собака высунула язык и радостно облизывала девочку.

— Представляешь, мы с Егором решили пройтись на вылазку, — сверкая глазами, проговорила Вольха. — А там, у мусорного бака, собака рылась. Самая настоящая. Смотри, её кто-то забыл!

Девочка ткнула пальцем в ошейник, украшавший шею псины. Я растерянно подошёл ближе и погладил собаку. Пёс был на редкость добродушным. Он лишь глянул на меня подозрительно, но не огрызнулся. Видать, был готов терпеть уже всё, лишь бы накормили. На полу валялись остатки еды, которые скормил собаке Егор: лапша быстрого приготовления да размоченный кусок булки. Что ж, вполне нормальный набор. Учитывая, что почти всё мясо, которое нам удалось где-либо найти, было протухшее. Выручали всякие копчености, если правильно срезать с них плесень.

— Паш, можно я его себе оставлю? — спросила Вольха, увидев Артура, вышедшего на вопли.

Артур замер, растерянно глядя на пса.

— Вы где это подобрали? — проговорил он угрюмо.

— Да там, у мусорных баков рядом с отелем, — махнул рукой Егор.

Затем посмотрел на меня вопросительно: — Паш, ну а правда, давай искупаем его в кристаллической пыли?

Я мысленно схватился за голову, учитывая объём собаки и оставшиеся у меня кусочки кристаллов. Но не бросать же зверя! Что он тут будет делать один? По помойкам рыться, куда никто уже не выбрасывает объедки?

— Ладно, — махнул я рукой. — Давайте!

Вскоре уже вся наша честная компания, включая Игнатыча и Батура, занималась тем, что размешивала толчёный кристалл в ванне, пытаясь запихать туда собаку. Пёс возмущённо скулил, недоумённо дёргался и всячески пытался избежать помывки холодной водой. Заталкивать в ванну упирающуюся чужую незнакомую собаку — скажу я вам, ещё то приключение. Не волк, конечно, но зубы-то у неё — ого-го!

Нам повезло. Прямиком в номер семейства Артура заявилась мадам Макото. Критическим взглядом оглядев ситуацию, она решительно подошла к псу и что-то сказала ему на японском. Пёс тут же послушался и мигом запрыгнул в ванну, принявшись терпеливо ждать. Нам осталось лишь стоять с разинутыми ртами.

— Чёрт, это же японская собака! — дошло до Артура. — Мы же посреди Токио.

— А давайте его так и назовём — Кио! — радостно проговорила Вольха, погладив псину. -В честь Токио!

— А я думал, попросту Шариком, — пробормотал Артур, задумчиво оглядывая зверюгу.

Неожиданно шерсть собаки засветилась. Серьёзно. Прям только что была самая обычная собака, и тут вдруг её шерсть приобрела такое нежно-зелёное свечение. Мы замерли с открытыми от изумления ртами. Несколько мгновений длилось чудо, а потом перед нами снова была самая обычная собака.

— Кажется, мы только что ему уровень повысили! — дошло до Егора.

Артур поражённо посмотрел на ванну:

— Мы идиоты! Надо же было самим ванну с кристаллами принимать, — проговорил он растерянно. – А не вещи зачаровывать!

— Вот незадача! — с досадой проговорил Игнатыч. — Паша, у тебя кристаллы ещё остались?

— Да почти уже кончились, — мрачно проговорил я и внезапно ощутил прилив жадности. Сколько кристаллов я перевёл на то, чтобы зачаровать Виолетин рюкзак? Ну это ладно, мы туда самое нужное сложили. Оружие — это тоже ладно. Ну вот одежду Леты… надо было ее саму в кристаллической пыли купать вместо этого. Ничего, перебилась бы в своих старых джинсах и футболке с меховой безрукавкой. Разве что кроссовки… действительно была хорошая идея — сменить на крепкие берцы. В общем, у меня аж зубы свело от мысли, что зря потратил столько кристаллического порошка. «А ведь всё это надо было извести на себя любимого!» — мелькнула крамольная мысль.

Ведь понятно, что раз я отыгрываю долбаного моба Системы, то надо прокачаться до невероятного уровня, нагнуть Систему, найти тех, кто всё это придумал и начистить морды… А потом оглянуться и понять, что растерял всех друзей где-то далеко позади, потому что скорее всего их убьют ещё на подступах к создателям Системы, а может, и раньше.

Я тяжело вздохнул:

— У нас осталось мало кристаллов.

Повисла мрачная тишина.

— А я предлагал еще сделать! — хором проговорили Артур и Игнатыч, каждый из которых предлагал в своё время провести эксперимент на себе. Всего-то убить друга — и, может, кристалл будет у нас в руках. И если повезет, то и друг окажется в следующей локации живым. Или мёртвым.

В ванной повисла нехорошая тишина. Кио издал удивлённый, жалобный скулёж. Ему явно не понравилась эта тишина. Только что гладили, восхищались, любовались его светящейся шёрсткой, а теперь приуныли ни с того ни с сего. Вольха принялась исправлять наше упущение и чесать псину за ушком.

— Мы должны оставаться людьми, — тяжело сказал я, а затем извлёк из карманов несколько зеленых обломков и внушительный кусок синего кристалла.

— Ого, какое богатство! — поражённо выдохнул Егор.

— Паш, ты не говорил, что у тебя так много, - с легкой укоризной заметил Артур.

— А вы не спрашивали, — мрачно сказал я и поймал взгляд Виолетты. — Да вам волю дай, вы бы всё спустили на волчьи шкуры! — напомнил я.

Девушка пожала плечами:

— Это чистая правда, — честно призналась она. — Но мы столько времени их шили, свежевали, выделывали… — Лета передёрнулась.

— Да стоило просто зачаровать здесь нормальные спальники, — согласился Егор.

— Кто ж знал, — философски пожал плечами Игнатыч. — Ну что, кто первый после собаки?

Мы удивлённо переглянулись.

— Думаешь, ещё сработает? — нахмурился Артур.

Игнатыч пожал плечами:

— Ежели других желающих экспериментировать на себе нет…

С этими словами он решительно скинул сапоги и, подвернув штаны, полез в ванну прямо к псу. Пёс обалдел от такого соседства и тут же из ванны пулей выпрыгнул, поняв, что в маленькой японской ванной они оба не поместятся. Игнатыч с размаху плюхнулся прямо в воду и застыл с задумчивым выражением.

— Ну что? — с нетерпением спросил я.

— Прохладно… — выдохнул Игнатыч, и прикрыл глаза в ожидании волшебства.

— Может, раздеться надо было? — предположил Егор, подталкивая Вольху к выходу.

— Может, надо, — согласился Игнатыч и принялся расстёгивать рубашку.

Девчонки и мадам Макото вышли. Игнатыч же разделся донага, а затем решительным нырком погрузился в воду.

— А чего это он первый полез? — вдруг спросил Егор.

Игнатыч, будто услышав наш вопрос, высунул голову из-под воды:

— Так я ж того… старый, во-первых. Не жалко, если помру, — хмыкнул он деланно весёлым тоном. — Ну а во-вторых… Мне за вами, молодёжью, знаешь, как трудно угнаться? Если вдруг эта штука реально повышает уровни, ну и там статы хотя бы на единичку… Силу, выносливость…

Игнатыч мечтательно прикрыл глаза и вновь бухнулся под воду.

Артур с тревогой уставился на старика, пытавшегося как можно дольше задержать дыхание под водой. Я посмотрел на Артура, а затем бесшумно вытащил два небольших куска кристалла из кармана и потёр друг об друга, кроша кристаллическую пыль прямо в ванну. Игнатыч лежал, прикрыв глаза, и не видел моих манипуляций. Неожиданно вода засветилась мягким зелёным светом — буквально вся. А затем с Игнатычем что-то произошло. Вода забурлила. Мы с Артуром испуганно сунули руки в воду, чтобы вытянуть Игнатыча. Это было уж слишком — сварить беднягу заживо в мои планы не входило уж точно! Однако не успели мы выдернуть Игнатыча из воды, как бурление прекратилось. Игнатыч оказался стоящим посреди ванны с совершенно обалдевшим видом. Мы с Артуром поддержали его, чтобы не поскользнулся.

— Ну что?! — спросил Артур. — Чувствуешь что-нибудь?

Игнатыч пожал плечами. Зеленоватая вода с остатками собачьей шерсти стекала с его худого тела. Я отметил, что руки, да и все тело Игнатыча украшал рельеф мышц. Не особо выделяющийся, но он был. Игнатыч, похоже из породы жилистых и крепких. Наверное и на Земле, держал себя в хорошей форме. Ну или раскачался, пока тут по лесам за волками бегал.

— Чувствуешь что-нибудь? — с нетерпением спросил Егор.

— Да, чувствую, — недовольно проговорил Игнатыч. — Отвернитесь! Чего уставились все?

С этими словами он решительно взял полотенце, висевшее на крючке, и обернул вокруг талии.

— Эх, одежда моя вся мокрая, — сокрушённо проговорил он, вылавливая одежду из ванны.

-В шкафу халат есть, - сообразил Артур. – Сейчас принесу.

— А чего вода забурлила-то? — спросил Игнатыч.

— Так Пашка тебе кристаллов подсыпал, — хмыкнул Егор.

— О как! — кряхнул Игнатыч. — Расщедрился. Ну, спасибо, жалко, что не сработало, — пробасил старик и вышел из ванной вслед за Артуром, запахнувшись в полотенце.

Снаружи его встретили Анна, Вольха и мадам Макото.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросила мадам Макото на японском, обеспокоенно коснувшись плеча Игнатыча.

Тут не требовался переводчик, чтобы уловить смысл.

А Вольха просто бесхитростно спросила:

— Ну как, получилось?

— Не, — покачал головой старик. — Ничего не вышло. Зря добро израсходовали!

Завернувшись в протянутый Артуром халат, он отфыркался от остатков воды и отправился в свой номер сушить вещи.

— Ну, хорошо, хоть Кио уровень повысили, — задумчиво проговорил Артур. — Видать, оно не так просто действует на живой организм, чтобы полежал в кристаллической водичке — и всё.

Я разочарованно вздохнул:

— И правда. Но почему же у собаки всё получилось, а у Игнатыча нет?

Хороший вопрос, чтобы обдумать на досуге. Попрощавшись с остальными, мы с Летой отправились в свой номер.

По пути нам повстречался заспанный Кирилл, которому мы кратко пересказали недавние события.

— Так у нас теперь есть собака? — обрадовался он.

— Да, Кио зовут, - подтвердил я.

- Пойду знакомиться! – расплылся в улыбке парень.

Похоже, ему, как и всем нам не хватало хороших новостей.

— Жалко, что у Игнатыча не получилось,— уже в номере проговорила Виолетта. Затем она чмокнула меня в нос: — Там ещё чипсы остались, — кивнула она на холодильник с мини-баром. — И немножко вяленых колбасок. Давай Кио потом угостим?

-Давай! – мужественно согласился я, хотя на колбаски имел совсем другие планы.

-Надо Ирме рассказать про собаку! Она же еще не в курсе! – сообразила Виолетта.

Я улыбнулся. Девчонки! Им только дай поболтать!

Наскоро слопав горсть чипсов, Виолетта умчалась к подруге. Кажется, сам факт того, что у нас появилась собака, произвёл на неё куда больше впечатления, чем то, что пес умудрился повысить уровень. «Кстати, насчет уровней», - задумался я. Ведь из меня теперь выпадают синие кристаллы. Потому что я умудрился запихать в себя целый кристалл? Да и зеленых убил немало. И теперь синие кристаллы просто появляются из воздуха в качестве награды за моё убийство.

Я сам не заметил, как пришел в ванну.

«Поступаешь как крыса, парень», — проговорил мой внутренний голос, пока я крошил синий кристаллический порошок в воду, которую натаскал вчера из бассейна.

«Ну, может, и как крыса», — согласился я, глядя на чуть поголубевшую от кристаллической пыли воду.

Совесть в конце концов меня всё-таки дожрала. Я решил дождаться Виолетту. Она явилась счастливая, с горящими глазами. Оказалось, они с Ирмой вместе навестили псину.

— Ты представляешь, Кио — он такой умница! Он прямо сходу выучил команду «сидеть». А мадам Макото вообще может с ним разговаривать. Он её слушается безоговорочно. Он такой классный!

Виолетта сияла таким счастьем, что я сразу понял: живи мы в самом обычном мире и будь она просто моей девушкой, то этим же вечером у нас бы появился щенок. В крайнем случае, на следующий.

— Я тут ванну приготовил, с кристаллической пылью, — проговорил я. — Примем вместе.

-Если что, помирать так вместе! – весело хмыкнула девушка. – Думаешь, сработает?

— Может, нам повезёт, - я понятия не имел, что выйдет из моей затеи.

То, что пес и Игнатыч выжили, еще не гарантия. С Системой всегда надо держать ухо востро.

Вскоре, по очереди мы влезли в прохладную воду. Бодрило, но вполне терпимо. Закаленное регулярным купанием в бассейне, тело быстро привыкло к температуре.

Мы с Виолеттой замерли друг напротив друга, ожидая, пока что-нибудь произойдёт.

— Что-нибудь чувствуешь? — с надеждой спросила Лета.

Я промолчал. Что-нибудь я чувствовал. Но определённо не совсем то, о чём шла речь. Наверное, это была не самая лучшая идея на свете, хотя с другой стороны…

— «А к чёрту!»— подумал я и потянувшись, поцеловал Виолетту.

– Ой, Паш, смотри! – взвизгнула Виолетта, когда мы с ней выбрались из ванной.

– Что такое? – спросил я.

Вилка показала мне засветившийся на её коже прозрачно-синий узор. Я пораженно застыл. Это не было такое же свечение, как у Киото, скорее что-то другое. Тонкая сеть узоров, оплетавшая тело девушки.

– Ой, Паша, и на тебе такое же, – пораженно проговорила она. – У собаки иначе было.

Поспешно добравшись до зеркала, я взглянул на своё тело. И правда, тонкие линии узоров, синея, переплетались на мне. ----Быть может, потому что у Кио более низкий уровень, – сообразил я. – Зелёный – это же более низкий. А мы с тобой купались в пыли синего кристалла.

Узор был тонкий, едва заметный. Но всё-таки он был. Несколько мгновений он сиял на нашей коже, а затем бесследно исчез.

Мы с Виолеттой оделись и отправились к остальным делиться своим открытием. Ну заодно и кристаллом, чего уж…

Глава 14

На этот раз зелёные заявились неожиданно. Мы, честно говоря, подрасслабились. Сначала ждали их недели через две, но потом прошел месяц – и ничего. Начало казаться, что мы так и будем жить в Токио: перебиваться случайными находками японского «Доширака», наслаждаться неубиваемыми копчёными колбасками и всякой острой фигнёй в цветастых пакетиках, название которой знала только мадам Макото. Пожалуй, я был рад, что Система выбрала именно Токио для своих гнусных целей. Японцы, как оказалось, изобрели кучу странной еды, которая могла храниться примерно вечность. Одни сушеные водоросли чего стоили! Или моти всех сортов: тягучие кругляшки из рисовой муки с разнообразной начинкой.

Наконец, зеленые явились по наши души. На них красовалась чёрная блестящая броня. «Явно укреплена кристаллами», – определил я сходу, каким-то шестым чувством.

Артур, который был в этот момент рядом со мной (мы как раз вышли из отеля раздобыть еды), мрачно нахмурился:

– Прокачались нелюди, – сумрачно проговорил он.

Я кивнул. Без оружия мы, конечно, никуда не ходили. У меня при себе была обсидиановая дубинка. Артур же предпочёл сменить дубину на топор. Он даже использовал побольше кристаллического порошка, чтобы не только взять его с собой в следующую локацию, но и попытаться проапгрейдить. Ну что ж, вперёд…

Мы ломанулись навстречу незнакомцам, прекрасно понимая: либо мы убьём их, либо они пройдут дальше к нашим девчонкам, которые, конечно, и «сами с усами», и сдачи дадут ого-го, но в конечном итоге погибнут.

Драка была ожесточенной. Чёртова броня защищала тела зелёных, но, с другой стороны, она закрывала лишь грудь и спину: руки и ноги она не защищала, голову кстати, тоже. Так что –хрясь и хлобысь! – ближайший ко мне зелёный грохнулся, с черепом, раскроённым моей обсидиановой дубинкой. Артур с топором, надо сказать, тоже управлялся ловко, со сноровкой человека, который уже успел выйти в одиночку с куда более простым оружием против медведя. И надо сказать, Артур тогда почти победил! Ну… непременно победил бы, если бы в итоге не удрал, сверкая пятками. Но и медведь тогда получил по морде так, что не решился его преследовать.

Второй зелёный попытался дотянуться до меня, полоснув своим железным тесаком по хребту, но не вышло: я ускользнул в сторону, дал подножку третьему, помогая Артуру, и толкнул четвёртого, что слегка зазевался. Артур тоже не медлил. Он танцевал со своим топором смертельный танец с такой скоростью, словно обернулся вихрем из железа и мышц. Подхватил с земли железный клинок одного из мерзавцев и, не мудрствуя, запихнул в горло ближайшему.

Я последовал его примеру, схватив тесак убитого во вторую руку. И тут же обнаружил, что драться с помощью двух видов оружия – было плохой идеей. Неудобно. «Что ж, ладно, не всем быть мастерами двурукого стиля боя», – решил я. Надо потренироваться как-нибудь потом. Так что трофейный тесак я попросту запулил в того, что прямо сейчас планировал напасть на Артура со спины. Я надеялся, что тот просвистит, красиво воткнувшись в башку мерзавца, но вместо этого зелёному просто прилетело массивной рукоятью по голове. Тоже неплохо. Тот покачнулся, схватившись за голову. А затем с коротким рёвом напал на меня. Вскоре он лежал на земле с перерезанным обсидианом горлом.

Мы с Артуром остановились, тяжело дыша и изумленно глядя на четверых поверженных зелёных.

– А это… как это так?.. – медленно проговорил Артур. – Они ж крутые, уровень пятый-шестой, не меньше.

– Ага, – согласился я, глядя на Артура.

Однако доказательства были зримы. Четверо зеленокожих лежали мёртвые у наших ног. Артур наклонился и сноровисто принялся стаскивать с них сверкающую броню.

– Надо забрать, – решил он.

Пожав плечами, я поступил так же. Вскоре мы уже тащили броню в отель вместо чипсов, за которыми нас послали девчонки, разленившиеся настолько, что собирались остаться там, играя в найденные мадам Макото карты. В общем, вместо еды мы притащили пять комплектов брони.

– Налетай, горячие пирожки! – жизнерадостно объявил Артур. – Кому подойдёт, те и берут.

Себе мы, конечно, тоже оставили по комплекту. Кирилл с Егором и Виолетта с Анной тут же приступили к оглядыванию брони. Для девчонок она была великовата. Все четверо зеленых были мужчинами. На Земле среди Зачищальщиков встречались и девчонки. Но среди зелёных – пока ни одной. Если честно, я был очень рад этому факту. Не представляю, как перерезал бы горло женщине, хотя бы и зеленокожей.

– Великовата конечно, но ничего так! – жизнерадостно провозгласил Кирилл, решительно ударив себя по новенькому сине-чёрному нагруднику.

Виолетта обиженно надула губы. Хоть ей и дали примерить броню, но та сидела на ней так, что сразу становилось ясно: в бою скорее будет мешать, чем поможет. Пришлось уступить парням.

– Значит, уже всё, началось? – тихо проговорила Анна, и я увидел в её глазах обреченность человека, который скоро умрёт в очередной раз. И что самое плохое – увидит, как умирает Вольха. Девчонка же, напротив, крепилась, закусив губу, глядя жадными, расстроенными глазами на броню, что приволок её отец. Вольха в ней буквально бы утонула.

– Ничего, и тебе потом что-нибудь раздобудем, – кисло проговорил Артур.

Но мы все прекрасно понимали, что никто в здравом уме никто уж точно не потащит зеленокожего ребенка в подземелье. Да и как, скажите на милость, мы бы с ним сражались..? Эх, если только зеленый карлик какой в Зачищальщики вступит. «Тогда бы и раздобыли Вольхе броню», – кисло подумал я.

– Надо срочно замочить её в кристаллической пыли, – сообразила Виолетта. – Иначе броня потом исчезнет, после того как мы все помрём.

Мы переглянулись. Все взгляды оказались устремлены на меня. Мне не оставалось ничего, кроме как вытащить пару оставшихся от синего кристалла кусочков.

-Пошли скорее, - вздохнул я.

К счастью, у Игнатыча уже была на всякий случай заготовлена ванна. Он натаскал туда воды из бассейна.

Наскоро накрошив кристаллической пыли, мы вымочили доспехи. Прямо туда же, в ванну, Артур кинул парочку прихваченных железных тесаков, которые достались Егору и Кириллу.

– Ребята, Батур-то где? – вдруг вспомнил Кирилл о нашем монголе.

– А Батур с Ирмой собирались пройтись по городу, – сумрачно проговорила Вольха. – И мадам Макото тоже с ними пошла.

– Ну, значит, они уже мертвы, – философски сказал Игнатыч, а затем крякнул: – Увидимся, так сказать на респауне.

За шутливой мрачной улыбкой он явно скрывал искреннее беспокойство. Подозреваю, что о мадам Макото он беспокоился чуть-чуть больше, чем обо всех остальных.

Зелёных мы решили встретить все вместе в холле нашего отеля. В конце концов, так у нас гораздо больше шансов прихватить с собой на тот свет побольше зелёных. Уж не знаю, если честно, зачем. Спускаясь, я вдруг поймал себя на мысли, что не то чтобы ненавидел зелёных или опускал руки – просто не видел смысла в особом сопротивлении. Ну вот убьём мы их, и что дальше?.. Всё равно рано или поздно мы отправимся на респаун. «Может, тогда лучше побыстрее?» – закралась дурная мысль. Я решительно тряхнул головой: «Ну нет, если начать так просто сдаваться, задрав лапки, то исчезнет что-то важное, что-то человеческое. Что-то, что заставляло меня верить, что в конце концов мы все выберемся и напинаем по роже тем скотам, что создали Систему, стравив нас с зелёными. А ещё с орками, гоблинами и ещё бог знает кого с кем».

Спустившись вниз в холл, мы принялись ждать. Наконец в дверях показалась высокая, мощная фигура, в которой мы с удивлением узнали Батура. Он был в сине-чёрном нагруднике, на котором остались пятна крови. Глаза его горели холодным огнём. В руках был железный тесак противника.

– Всем привет! – жизнерадостно проговорил он.

Я вздохнул. Батур тем временем посторонился, пропуская сияющую, как солнце, мадам Макото. Та бережно прижимала к груди статуэтку, что я позволил ей искупать в кристаллической пыли. Она неожиданно улыбнулась и проговорила что-то на японском. Что-то очень воодушевленное. Батур взглянул на неё уважительно. Следом за мадам Макото зашла Ирма. Перевязанная, в крови, но живая. В руках она волокла ещё один доспех.

– Ребята, вы не представляете! Мадам Макото вынесла аж двух зелёных! – жизнерадостно проговорил Батур.

– Чего?! – я поймал отвисшую челюсть.

– Да ладно! – удивился Егор. – Да она ж ни разу…

Нет, Мадам Макото была, конечно, закаленным бойцом и не сдавалась всегда до последнего. Она и ранить могла зелёных, от души всадив обсидиановый нож в ляжку, и ещё много чего. Но чтобы хоть одного одолеть... А тут сразу двух?! Мы уставились на мадам Макото, пытаясь понять, не скрывала ли она всё это время тот факт, что является тайной наследницей клана ниндзя. Мадам Макото, счастливо просияв, продемонстрировала нам свою драгоценную статуэтку. Та едва заметно светилась золотом.

– Они напали, а мадам Макото, как выставит её, потом вдруг бах! Статуэтка засветилась, и зелёных просто на землю снесло! Ну тут мы с Ирмой их и докончили, – жизнерадостно проговорил Батур.

Мадам Макото закивала, счастливо сияя. Видать, по оживленной жестикуляции Батура, поняла, что он пересказывает ее подвиг.

- Так это что, мы их победили что ли?.. – изумленно спросил Игнатыч, и принялся загибать пальцы. – Народ, вот смотрите: четверка, с которой расправились Паша с Артуром; ещё двое. Обычно отряд состоит из восьми-девяти, ну максимум пятнадцати. Это же если мы поднапряжемся…

Мы переглянулись.

– А может Система даёт какой-нибудь бонус победителям? – с надеждой спросил Артур.

Кирилл пожал плечами.

– Будь мы игроками – несомненно давала бы. А даёт ли она его мобам? – глубокомысленно проговорил Егор.

Я попытался вспомнить, не становились ли подземелья опаснее, если команда Зачищальщиков проваливала первый раунд. «Не попробуем – не узнаем», – решил я. Прокачивались ли уровни тех гоблинов и орков, что я встречал в подземельях первых уровней на Земле, я понятия не имел. Ведь в лицо-то я их не запоминал. Ну, как и зелёные едва ли запоминают нас, за исключением разве что Дорана. «Надеюсь, что его тут нет, – подумал я. – Ведь тогда задание будет завершить невозможно. Мы не можем его убить».

– Паш, ты о чём-то задумался?

– Да, если встретите парня с желтым поясом не убивайте его ни в коем случае, – попросил я.

– Паш, ты сдурел?! – изумился Артур.

– Да это дружок его, – широко ухмыльнулся Игнатыч. – Он как его видит – сразу в какой-нибудь укромный уголок тащит.

Игнатыч весело крякнул при виде моей ошарашенной рожи.

Вредные девчонки захихикали.

– Народ, я просто пытался объяснить Дорану, что мы не мобы какие-то, а обычные жители Земли. И во всё это не просились.

– Ну и как? – тихо спросила Ирма. Глаза девушки стали донельзя серьёзными.

Я вздохнул.

– Ну, Доран вроде как понял.

– Так почему он их не остановит?! – возмущенно проговорила Вольха. – Почему он не расскажет всем?! Почему? – голос девчонки захлебнулся от подступивших к горлу рыданий. Анна тут же обняла дочь, прижав к себе.

-Думаю, Доран - Зачищальщик самого низкого уровня. Скорее всего, он молоденький пацан типа нашего Егора. Вот стал бы Егора слушать какой-нибудь президент или хотя бы глава корпорации Зачищальщиков?..

В холле повисла тягостная тишина.

– Не стал бы, – сумрачно признал Артур.

Егор беспомощно пожал плечами. Видимо, представил, что делал бы на месте Дорана. Обратись к нему за помощью, скажем, орки.

– Тогда на что ты надеешься? – уточнил Батур.

– Да не знаю. Может, что он прокачается как-нибудь, – мрачно проговорил я, – и к нему станут прислушиваться.

– Ага, прокачается он на наших собратьях-землянах! – хмуро проговорил Игнатыч. – И сразу после этого победит нам помогать!

– Ты думаешь, есть ещё? – вскинулась Анна. – Бедняги, застрявшие так же как мы?

– Ну конечно же есть, – мрачно проговорила Виолетта. – На Землю куча орков и гоблинов ломанулась. Значит, и людей в подземельях хватает.

– Хорошо бы как-то с ними связаться, – проговорил Игнатыч. – Может, объединили бы усилия, наваляли бы этим зелёным по рожам все вместе.

– Это возможно только одним способом, – угрюмо проговорил Артур, – если люди из двух подземелий прорвутся одновременно в мир зелёных и там встретятся.

Я вздрогнул. Было такое однажды на Земле. Видел по телеку. В одном городе открылось сразу два портала, и оба не смогли вовремя зачистить. И тогда твари, хлынувшие из них, действительно объединились против несчастных горожан. Короче, полгорода как не бывало. ЧП было жёсткое. А второй портал тогда попросту не заметили: он открылся в какой-то безлюдной пустоши. В общем, с тех пор даже самые малодоступные места регулярно патрулировали на предмет – не откроется ли что-то подобное. А теперь мы сами – такая вот напасть, которую зелёные будут пытаться избежать изо всех сил.

Я испытывал двойственные чувства. С одной стороны, у зелёных там, за спинами, был их родной мир, который они защищали. Так что вроде как они герои, прямо как наши Зачищальщики. А с другой стороны – нам-то куда деваться?.. Умирать регулярно уже, честно говоря, надоело.

– Так, всё. Паш. Хватит рефлексировать, – понял мой взгляд Артур. – Всё сложилось как сложилось. Не мы эту Систему придумали. – С этими словами он решительно закинул на плечо топор.

Вооружившись топорами и тесаками (лишь я остался верен своей неизменной обсидиановой дубинке), наша команда отправилась на охоту. По нашим прикидкам, Зачищальщиков осталось не так и много. Кирилл предложил было следовать первоначальному плану и дождаться их в холле отеля. Но, окрыленным успехами, всем не терпелось покончить с этим побыстрее. Да и охотиться приятнее, чем ждать нападения. Роль другая.

– Только давайте сразу так договоримся, – проговорил Игнатыч. – Если все выживем, то мочим их. Но если кто-то один умрёт, то тогда все идут на респаун. А? – он вопросительно посмотрел на нашу группу.

«Понятное дело, что Игнатыч, опасается оказаться где-то в одиночестве, тщетно ожидая нас», – сообразил я. Потом, проследив за его взглядом, густо покраснел: да нет, не за свою шкуру трясся старик. Он смотрел на мадам Макото. Та, казалось, не замечала его взгляд. Её сверкающие решимостью глаза смотрели строго вперёд, а руки нежно прижимали к сердцу золотую статуэтку. «И вот как так получилось, что из всего, что мы окунули в кристаллический порошок, самой мощной оказалась именно статуэтка? – размышлял я. – Быть может, она изначально являлась каким-то духовным предметом, полным сакральной силы? Или эта сила появилась в ней благодаря вере мадам Макото?»

Примерно спустя час, зелёных мы обнаружили в магазине. Их и правда оставалось всего двое. Невысокие по меркам зеленокожих, два парня стояли в небольшом магазинчике из тех, что называют у нас «Всякая мелочевка 24 часа», и оживленно уплетали человеческие вкусняшки. Они пробовали конфеты, жвачки и всё остальное, что валялось в изобилии вокруг в разорванных пачках. Заметив нас, они растерянно уставились на чёрную окровавленную броню своих товарищей, украшавшую мужчин. Вид у них был словно у двух нашкодивших подростков, которых застали за ограблением магазина. Я даже замер, не зная, как поступить: «В конце концов, это всего-то два молодых парня. И если мы их убьём, то убьём, – пронеслась растерянная мысль. - У них не будет респауна, они же Зачищальщики».

К счастью или нет, обжоры попросту ломанулись на нас, выхватив свои железные тесаки. Это и решило дело. Пока я колебался, Артур с Батуром встретили их тяжелыми ударами топоров. Оба парня рухнули к моим ногам. Я заметил, что в оскаленном от боли рту одного была всё ещё чёртова жвачка. Меня замутило, впервые за долгое время. Развернувшись, я вышел на воздух, а затем из моего горла послышался хриплый, полный ярости и боли вопль.

– Паш, ты чего? – раздался тихий голос Виолетты позади. Она внезапно прильнула к моей спине, буквально обняв всем телом, обвила руками, словно пыталась стереть с меня всё то плохое, что случилось за последние месяцы.

– Паш, всё будет хорошо! – успокаивала она. – Мы же победили. Смотри, видишь? – с этими словами она указала на зеленые таинственные символы, висевшие высоко над горизонтом.

– Победили, блин… – мрачно проговорил я, вспоминая разорванные пакетики сладостей, которые отважились попробовать зелёные. Надо сказать, что земные Зачищальщики не особо стремились пробовать орочью или гоблинскую похлебку. Опасались, ведь никто не знал из чего она там приготовлена и не является ли для человека смертельным ядом. Однако эти двое решились. Они пришли сюда убивать, а в итоге просто зависли в магазине вкусняшек! Я с яростью и ненавистью уставился на таинственные символы.

– Что это? Язык зелёных? – тихо спросила Виолетта, пытаясь отвлечь меня от мрачных мыслей.

Я пожал плечами.

– Не знаю. Может быть, либо это язык тех, кто создал Систему.

– Но скорее язык зелёных, – вышел к нам Артур. – Ведь на Земле надписи в подземельях были на земных языках.

– И то верно, – бодро согласился я, глядя на кровь, стекавшую с топора в его руках.

Артур понятливо перехватил мой взгляд и мрачно усмехнулся.

– Они бы нас не пощадили, – хмуро проговорил он.

Я кивнул. У меня и в мыслях не было осуждать Артура. Это был первый раз, когда ему удалось защитить жену и дочь. Глаза Артура сияли торжеством и были полны решимости.

– Ну, а что теперь-то будет? – задумчиво проговорил вышедший из магазина Игнатыч. – Раз мы победили и не идём на респаун, то что?

Я пожал плечами.

– Наверное, останемся здесь и будем ожидать следующей волны зелёных. Либо, если повезёт и наше подземелье продержится без зачистки достаточно долго, окажемся в их мире.

– То есть нам никаких плюшек за победу не будет? – капризно протянула Вольха, вышедшая последней. Руки девчонки были полны пакетиков со сладостями.

Пара трупов на полу ее не смутила.

– Что ж, видать, в этот раз наша награда – жизнь и возможность провести еще немного времент в более–менее комфортных условиях, – разочарованно хмыкнул Артур.

Мы уже собирались расходиться, как вдруг внезапно я ощутил лёгкое покалывание в кончиках пальцев. А потом будто волна энергии прокатилась по всему телу. Судя по изумленным переглядываниям остальных, они ощутили то же самое. Даже пёс Кио, увязавшийся следом за нами, и преданно охранявший в битве Вольху, радостно взвизгнул и завилял хвостом. По его шерсти было видно, как по ней пробежал еле заметный электрический зелёный заряд.

– Так, ребята. Кажется, у нас повысился уровень, – растерянно проговорил Егор.

– Да, только вот системного окна не видно, – хмуро сказал Кирилл.

– Мобам оно вообще не положено, – проговорил Егор. - Но это не значит, что они не качаются.

– Замечательно! – ответил я. – Итак, мы теперь суперпрокаченные мобы! Кто чувствует появление в себе мегасуперспособностей?

– Я! – решительно сказал Батур и с этими словами силой саданул кулаком в ближайшую стенку, а затем запрыгал, тряся рукой. – Ай, блин, больно же!.. Нет, я ошибся, – жалобно проговорил парень. – Это был просто прилив бодрости и вдохновения.

Глава 15

Мы отстояли Токио! Эти слова беззвучно витали в воздухе. Они передавались от взгляда к взгляду, от улыбки к улыбке.

Целых полдня мы все отмокали в бассейне, вооружившись конфетами и всякими десертами, что удалось раздобыть. Эх, это был прямо райский денёк! Вода в бассейне, конечно, была прохладной, но всем, словно хотелось отмыться от недавней победы. Хотя девчонки настояли на том, чтобы перед тем, как идти отмокать в бассейн, мы сначала всё же окатили себя холодной водой из бутылок в душевых и смыли кровь. В общем, торжество справедливости наступило. Мобы отстояли свою локацию, и теперь нам предстояло здесь построить…

А что, кстати?

— Были бы мы орками, построили бы деревню второго уровня, — хмыкнул Батур.

— А Токио нам как укреплять? Вот бы танк найти! — мечтательно проговорила Вольха.

Артур задумчиво покосился на дочь. Ну, какие времена, такие и нравы. Он прекрасно понимал, что воспитать милую принцессу у него уже не выйдет. В лучшем случае из Вольхи получится боевая валькирия. Я представил себе, каково будет её будущему мужу, и содрогнулся. А потом взгляд невольно скользнул на Егора. По возрасту он был к Вольхе ближе всех.

— Как думаете, если закончится отсчёт и нам удастся выбраться из подземелья наружу к зелёным, — мечтательно проговорила Виолетта, закинув голову на край бассейна, — какой он, их мир?

— Ну, наверное, попродвинутее орков, но значительно отстает от нашего, — предположил Кирилл.

— А я вот думаю, не менее развитый, чем наш будет, — мечтательно проговорил Егор, поправив сползшие на нос очки.

— Это почему же? — нахмурился Кирилл. — Одеты они как оборванцы какие…Земные Зачищальщики куда лучше экипированы!

— Оборванцы не оборванцы, а одежда-то у них из фабричной ткани, —заметил Егор. - И сапоги отличные. Не хуже тех, что нашла Виолетта.

Кирилл нахмурился.

— Зато у них огнестрела нет.

— Так он не всегда помогает против мобов, — напомнил юнец. - На Земле Зачищальщики тоже им редко пользовались. Только самые слабые. У кого способности никудышные.

Я закусил губу. Егор говорил правду, но она была с горьким привкусом. По сути, я не был Зачищальщиком. Только частью персонала, что им помогали в подземельях. Но тогда казалось, еще немного - и я стану избранным, получу способности. Да и, в конце концов, я ведь тоже защищал Землю, как мог... Остальные тоже притихли, погрузившись в размышления

Неужели зелёные — какая-то развитая цивилизация? Но для развитых они выглядели со своими тесаками как-то по-дикарски что ли. С другой стороны, Дорана не удивил мой мобильник. Фотографии да. А сам продвинутый девайс особых вопросов не вызвал.

— Может, у них традиции такие. С холодным оружием идти на врага, — пожал плечами Егор, когда я поделился мыслями.

— Поговорить бы с этим твоим Дораном, — задумчиво протянул Игнатыч, закидывая в рот копчёную колбаску из наших запасов.

Народ приуныл. Упоминание Дорана их не слишком обрадовало. В конце концов, зелёные были врагами. А я тут с одним из них дружбу задумал водить. А всё ради чего?.. Чтобы выбраться из Системы? Я честно поведал остальным свою задумку. Но никто, кроме Игнатыча, в неё не поверил. Даже Виолетта отнеслась скептически, хоть и сказала, чтобы я делал как считаю нужным. Хуже всё равно не будет. Мы ведь и сами не знали, хотим ли оказаться в мире зелёных. С одной стороны, любопытно было. А с другой — как я буду там защищать Виолетту и остальных? Ведь нас там положат как стайку гоблинов. Часом раньше или часом позже. Но положат обязательно. И едва ли Система расщедрится нас воскрешать за пределами подземелий.

— Получается, что, победив, мы, по сути, проигрываем, — пробормотал я, придя к неутешительным выводам.

Батур недоуменно изогнул бровь.

— Что за упадническая философия?

-Если мы окажемся в мире зелёных раньше, чем Дорану удастся убедить своих сородичей нас не мочить, то всё, что мы успеем сделать — это отсеченными башками полететь в разные стороны, - порадовал я.

— А я слышал, гоблинам как- то удалось прорваться в супермаркет, — подал голос Игнатыч. — Даже кадры видел такие по телеку.

— Ага, замечательно. Только я не хочу быть гоблином в супермаркете.

Мне невольно вспомнились тела двух зелёных парней, которых мы оставили в магазине, валявшихся в окружении вкусняшек. Ну уж нет…

— Так что ты предлагаешь: если откроется портал в мир зелёных, просто им не пользоваться, что ли? — нахмурился Артур.

Я задумался: «А была ли вообще у мобов такая опция?.. Или Система их попросту выкидывала сквозь этот портал? Кто знает, может, у них там земля под пятками горела? А с другой стороны, их встречали вооруженные до зубов Зачищальщики, примчавшиеся к очередному прорыву. Жаль, что этого никто на Земле не выяснял. Собственно, даже орочий язык так никто и не удосужился выучить. Хотя, наверное, он не такой и сложный. «Или всё же потрудились? Только в новостях не было?» - пришло мне на ум. Ну должны же были спецслужбы захватить хоть одного-двух в плен! В таком случае, может, кто-нибудь на Земле знал правду? Кто-нибудь в самых верхах, знал о том, что это всего лишь бедняги, запертые в Системе, в мире, похожем на ад, в котором было уготовано заклание раз за разом. Знал и молчал…»

— Вот теперь у тебя совсем упадническое выражение, Паша, — проговорил Батур.

Я поделился с остальными своими безрадостными выводами. Портить всем настроение, не хотелось, но и молчать я не мог. Одна мысль о том, что кто-то знал о подлости Системы и преспокойно продолжал отправлять Зачищальщиков дальше мочить деревни орков и гоблинов, казалась теперь отвратительной.

Над бассейном ненадолго повисла гробовая тишина. А затем подала голос Ирма:

— Паш, ну а что ты предложил бы им сделать? Ведь эти орки и гоблины прорывались в самых разных местах. И везде, где оказывались, они атаковали людей. Что их, с конфетами встречать надо было?

Я пожал плечами. У орков и гоблинов и правда отвратный характер. Или они настолько дурели от страха, что уже неслись не разбирая дороги и мочили всё на своём пути, радуясь ненадолго обретенной свободе.

— Быть может, и мы через пятьсот итераций будем рады просто сдохнуть, — угрюмо процедил Кирилл.

Вот теперь тишина над бассейном повисла такая, что её можно было резать ножом. Потому как Кирилл был прав. Подыхая тут раз за разом, быть может, когда-нибудь мы будем рады прорваться в мир зелёных, прекрасно зная, как нас там встретят, и радуясь уже тому, что это будет в последний раз.

– Ну уж нет! — прорычал я сквозь зубы. — Кто бы ни создал эту Систему, не дождется! — Я с силой сжал кулак, а затем, неожиданно для самого себя, ударил им по воде. К моему изумлению, от удара по водяной глади разбежались синие светящиеся круги. Я застыл в шоке, глядя на воду. Нет, ничего больше не случилось, вода не вскипела, наши не завопили, сраженные неведомым заклинанием, но что-то, безусловно, произошло.

— Паш, что это было? — изумленно спросила Виолетта, осторожно касаясь всё ещё синеватой воды.

Я растерянно пожал плечами.

— Не знаю.

— Итак, поздравляем, у тебя теперь есть магия! — хмыкнул Кирилл.

— Видимо, активизировался какой-то навык. И хорошо, что он нас всех не убил. Но лучше больше не делай так, — посоветовал Егор.

Парни переглядывались с видом знатоков.

Да я и сам нахмурившись, старался припомнить, что бы это такое могло значить в играх, которые играл когда-то.

«Так, синее заклинание, концентрические круги расходятся по воде, — всё это не вредит союзникам. Кто ж его знает… Быть может, благодаря Системе мобы не способны в принципе навредить союзникам? А вот Зачищальщики — запросто. Бывали на Земле случаи сражений между высокоуровневыми, пару раз чуть ли не до смерти. Хотя такое корпорациями, на которые они работали, не приветствовалось. Да и правительствами тоже, ведь сильные Зачищальщики — штучный товар. Если они начнут мочить друг друга, то Земля осталась бы без защиты перед вторжением монстров.

— Паш, ты может хилер? — осторожно высказал своё предположение Кирилл.

— Хилер? — растерянно переспросил я. «Если так, то вот уж удружила Система, так удружила. Зачем мне хилерство? Мы всё равно перезагружаемся каждый раз. Хочу быть танком. Или лучше магом. Так, стоп, это тебе не игра, в которую ты бился в счастливые годы студенчества, по вечерам! Это всё серьёзно, реальный мир».

Я сосредоточился на кончиках своих пальцев, пытаясь вызвать то самое ощущение, которое заставило меня ударить по воде. Что-то такое было. Едва заметные крошечные синие искорки. Оставалось лишь найти жертву и на ней опробовать.

Оглядевшись, я подплыл к Кириллу: на его плече красовался свежий кровоподтёк с довольно глубокой царапиной, оставленной кем-то из зелёных. Должно быть, задел клинком по касательной. Не раздумывая, я подошел и приложил пальцы к его ране. Кирилл поморщился, а затем вдруг зашипел, будто дикая кошка, но плечо не отдёрнул. Пару мгновений спустя из моих пальцев вырвались осторожные синие искры. Я прикрыл глаза, пытаясь представить, как его рана исцеляется, зарастает. Ну, примерно так это описывали Зачищальщики, обладавшие целительными силами на Земле. Они, кстати, вовсе не рвались идти в подземелья, потому как и без того были заняты. С их способностями можно было отлично заработать и вне порталов. Но всё ж таки некоторые из них выбирали эту нелёгкую стезю — спасать Зачищальщиков. Их безмерно уважали, прекрасно зная, что они и без подземелья жили бы преотлично. Значит, вела их вперёд не нажива, а исключительно желание защитить саму Землю.

«Что ж, поздравляю, ты стал одним из них», — подумал я, вспоминая высокую статную фигуру одного из Зачищальщиков-целителей в стильном чёрном плаще. Это был мужчина средних лет, по прозвищу Докер. Я безмерно им восхищался. Он с одной стороны был могучим целителем, а с другой — невероятно круто владел сине-чёрным боевым посохом, которым буквально сбивал мобов с ног и прикачивал одним ударом. Да, мне хотелось в ту пору стать таким, как Докер. Только вот теперь я был мобом! И вместо немереной крутизны Докера, который мог с лёгкостью исцелить весь отряд и после этого, вздремнув часок и выпив кофе, отправиться дальше в рейд, я с трудом заставил уменьшиться красовавшуюся на плече Кирилла царапину. Буквально чуть-чуть. Припухлость спала и покраснение немного уменьшилось. Она даже не затянулась. Я убрал опустевшие пальцы, в которых больше не было синих искр.

— Всё что мог. — развёл я руками.

Кирилл с сомнением посмотрел на своё плечо.

— Как все? Паш, ты ведь только что выдал куда больше! — напомнил Игнатыч.

— Жаль только, что всё в воду ушло, — усмехнулся Батур.

— Видимо залп был сильный. Всем понемногу, а по сути ничего и никому, — развёл руками Артур.

— Кажется у моих синяков цвет изменился, — проговорила Ирма, разглядывая свои руки. — Но я не уверена.

— Может, это спецэффект первого применения способности? — предположила Виолетта. — Типа красиво, круто, прямо как в игре.

Игнатыч мрачно поморщился.

— В игре! — процедил он. — Для кого-то это всё развлекалово, игра со спецэффектами… — глаза старика недобро сверкнули.

Он посмотрел на мадам Макото, которая безмолвно наблюдала всю эту сцену. Мадам Макото вдруг улыбнулась и изобразила пальцами то, что можно было перевести словом «чуть-чуть». Два пальца практически сведенные воедино, затем они расширились, увеличивая пустое пространство, и ещё немного.

Мадам Макото весело подмигнула и показала мне большой палец. Должно быть, она имела ввиду постепенный рост моих возможностей.

Ну, я по крайней мере надеялся, что именно это, а не что-то другое.

До открытия портала в мир зелёных оставалось совсем немного. Судя по зелёной надписи, висевшей в облаках, это явно был обратный отсчёт. Пусть символы нам незнакомые, но тот факт, что из двузначных они стали однозначными, уже радовал. К тому же времени между провалом рейда Зачищальщиков на Земле и прорывом портала наружу проходило обычно не так уж много. О, мы как следует подготовились! Захватили с собой топоры, облачились в трофейную броню – ну, в общем, красавцы.

-Экспедиция смертников, – придирчиво проворчал Кирилл, оглядев наш отважный отряд.

Если честно, я был с ним согласен.

– Самое разумное, что мы можем сделать, – это остаться тут, – попытался увещевать Кирилл нашу бойкую компанию. – Тогда, если нас замочат здесь, мы просто перенесёмся в другую локацию. Если рванём наружу, то зелёные сто процентов будут к этому готовы. А если окажутся не готовы, то вскоре сообразят, что к чему.

– Может, нам повезёт и удастся прорваться? – мечтательно проговорила Виолетта. – Вдруг портал откроется где-нибудь не в городе зелёных, а поблизости? Ну, скажем, в лесу или ещё где… Тогда мы сможем осмотреться, закрепиться и т.д.

– Да, и дальше выживать будем в мире зелёных, – кисло проговорил Егор.

Виолетта пожала плечами.

– Всё равно лучше, чем шататься здесь от локации к локации до бесконечности.

– Не факт, что лучше, – задумчиво проговорил Игнатыч. – Нас мало. Вряд ли мы там сумеем основать полноценную колонию землян.

– А мы других найдём, поддержим, когда прорвутся через портал, – неожиданно сказал Артур.

Я с удивлением посмотрел на него, сожалея, что такая идея мне самому в голову не пришла. А то образы воображение, благодаря словам Кирилла, рисовало самые упаднические. Ведь я вот-вот потеряю кого-то из нашей команды. Надежд на то, что нам удастся прорваться мимо зелёных, хотя бы за город, оторваться от них и скрыться в незнакомом мире было минимум.

«Так, ладно, отставить панику! Лучше конечный ужас, чем ужас без конца», – бодро решил я, глядя, как зелёные цифры тают на небесах. Вот-вот…что-то случится.

Внезапно портал и правда открылся. Неподалеку от отеля, словно Система знала, где мы. Перед нами сиял огромный и чистый портал, никаких вам прущих навстречу зелёных… Наша команда безмолвно переглянулась. Время оставить сомнения. Или поддаться им. Взявшись за руки, мы с Виолеттой, шагнули в портал первыми.