Выше облаков

Глава 1. Обычное утро

В шесть сорок две утра стены квартиры едва заметно вздрогнули.

Лера, не открывая глаз, протянула руку к прикроватной панели и отключила будильник. До сигнала оставалось ещё восемнадцать минут.

— Да чтоб вас всех, — пробормотала она в подушку.

Через несколько секунд раздался низкий протяжный гул. Он продолжался недолго и постепенно растворился среди привычных звуков города.

Сел грузовой самолёт.

Судя по времени и характерной вибрации — большой транспортник из Южного сельскохозяйственного региона. Тот самый, что доставлял свежие овощи, фрукты и молочную продукцию.

Впрочем, он мог привезти и что-нибудь другое. За последние две недели график поставок меняли трижды, а уведомления об этом поступали с таким опозданием, что сотрудники транспортной службы иногда узнавали о корректировках уже после посадки самолёта.

Лера перевернулась на спину.

Потолок над кроватью был белым, совершенно гладким, с тонкой полоской встроенного освещения вдоль стены. Никаких украшений. Только небольшое тёмное пятно возле вентиляционной решётки, которое управляющая компания обещала устранить ещё зимой.

Она посмотрела на часы.

Шесть сорок четыре.

Можно было поспать ещё пятнадцать минут.

Лера закрыла глаза.

Сосед сверху что-то уронил.

Она открыла глаза.

— Прекрасно.

Вставать всё равно пришлось.

Квартира состояла из одной комнаты, небольшой кухни и санузла. Общая площадь — двадцать три квадратных метра. По меркам нижнего жилого сектора вполне приличное жильё для одного человека.

Особенно если не учитывать его расположение над технической галереей.

Лера снимала квартиру уже четвёртый год. За это время она успела привыкнуть к шуму грузовых терминалов, вибрации стен и периодическому запаху нагретого металла, появлявшемуся в коридоре после профилактики вентиляционных систем.

К чему она никак не могла привыкнуть, так это к ежеквартальному пересмотру стоимости аренды.

На кухонном терминале мигало новое сообщение.

Уведомление от управляющей компании.

Лера открыла его, пока кофемашина прогревала воду.

Стоимость аренды с первого июня увеличивалась на четыре процента.

Она перечитала сообщение.

Потом ещё раз.

— Конечно. Почему бы и нет.

Лера вызвала на экран финансовое приложение.

До конца месяца оставалось девять дней. После оплаты жилья, коммунальных услуг и обязательных расходов на накопительный счёт удастся перевести немного меньше, чем планировалось.

Она изменила сумму перевода и посмотрела на общий баланс.

Цифра была вполне приличной.

По крайней мере, значительно больше той, которую она могла себе представить несколько лет назад.

Но до первоначального взноса за собственную квартиру на верхних жилых уровнях было ещё далеко.

Лера открыла сохранённое объявление.

Двухкомнатная квартира площадью сорок восемь квадратных метров. Большие окна, отдельная кухня, небольшая лоджия. Дом находился неподалёку от центрального парка, в районе с хорошим транспортным сообщением.

Объявление висело уже третий месяц.

Цена не снижалась.

— Ну и ладно, — сказала Лера экрану. — Подождём.

Она закрыла приложение.

Слова прозвучали вполне убедительно.

***

В половине восьмого Лера вышла из дома.

Дверь за спиной закрылась с мягким щелчком. Она дёрнула ручку, проверяя замок, и направилась к лифтам.

На этаже пахло свежей выпечкой.

Соседка из сорок шестой квартиры, пожилая женщина с очень сильным Откликом, регулярно пекла хлеб на продажу. Управляющая компания несколько раз пыталась запретить ей использовать жилое помещение в коммерческих целях, но всякий раз возникали какие-нибудь обстоятельства, мешавшие довести разбирательство до конца.

Лера подозревала, что соседка искренне не хотела прекращать своё занятие.

И обладала достаточной силой, чтобы соответствующие желания иногда находили весьма удачные способы реализации.

На площадке ожидали лифт трое человек.

Мужчина в рабочем комбинезоне, девочка лет десяти с огромным рюкзаком и женщина в строгом сером костюме.

Над дверями горела цифра восемнадцать.

Лера посмотрела на часы.

Если лифт придёт через минуту, она успеет зайти в кофейню возле станции.

Если через три — придётся покупать кофе на работе.

Женщина в сером костюме нетерпеливо постучала ногтем по панели вызова.

— Только бы не останавливался на каждом этаже.

Индикатор мигнул.

Лифт прошёл сразу четыре уровня, не сделав ни одной остановки.

— Вот и хорошо, — удовлетворённо произнесла женщина.

Мужчина в комбинезоне хмыкнул.

— Вам бы в транспортной службе работать. Там вечно что-нибудь не так.

— У меня вторая категория Отклика, — ответила женщина. — На ваши поезда не хватит.

— А жаль.

Лера улыбнулась.

Подобные разговоры были настолько привычными, что мало кто обращал на них внимание.

Отклик имелся примерно у части населения, хотя сила способностей сильно различалась. Большинство людей обладало слабым воздействием, которое редко выходило за пределы мелких совпадений.

Кому-то чаще доставались хорошие места в транспорте. Кто-то регулярно находил потерянные вещи. Другим удавалось избегать небольших бытовых неприятностей.

Впрочем, далеко не каждый счастливый случай имел отношение к Отклику.

На эту тему существовало множество шуток, исследований и бесконечных споров.

Лера относилась к обладателям третьей категории — средней, согласно её личной карте.

Результаты последнего обследования показывали стабильные показатели и хорошую управляемость.

Ничего выдающегося.

Она никогда особенно не интересовалась своими способностями.

В детстве несколько лет посещала обязательные занятия по управлению Откликом, как и большинство школьников. Научилась распознавать некоторые реакции и не пытаться воздействовать на события в состоянии сильного раздражения.

Последнее давалось не всегда.

Особенно в рабочее время.

Лифт наконец прибыл.

Каскад просыпался.

Лера любила этот час.

Не настолько, чтобы добровольно вставать ради него в выходной, но достаточно, чтобы иногда задерживаться на открытой транспортной галерее.

Сегодня город двигался над широкой зелёной равниной.

Сквозь утреннюю дымку далеко внизу просматривались поля, небольшие поселения и тонкие светлые линии дорог.

Солнце находилось чуть выше горизонта. Его лучи ложились на металлические конструкции города, окрашивая их в тёплый золотистый цвет.

С открытой галереи были видны несколько жилых башен, соединённых переходами. Между ними располагались небольшие сады и общественные пространства.

Дальше поднималась массивная центральная конструкция климатического комплекса.

Её верхняя часть уходила высоко над жилыми кварталами, а по внешним опорам проходили тонкие светящиеся линии усилительных контуров.

На таком расстоянии они казались декоративной подсветкой.

Но Лера знала, что именно там расположена значительная часть оборудования, ради которого несколько десятилетий назад и построили Каскад.

Когда-то город был всего лишь климатической платформой.

Теперь в нём жили десятки тысяч человек.

Лера никогда не видела первоначальную платформу своими глазами. Только на старых фотографиях в школьном музее.

Там она выглядела довольно невзрачно: широкая металлическая конструкция с несколькими техническими башнями и небольшим жилым сектором.

Трудно было поверить, что из этого вырос целый город.

Мимо прошёл школьный автобус, направлявшийся к центральному образовательному комплексу.

На борту красовалась яркая надпись:

«Наше небо — наша ответственность».

Лера проводила автобус взглядом.

— Лучше бы ответственность за расписание кто-нибудь взял, — пробормотала она.

На электронном табло возле станции появилось уведомление.

Транспортная линия 4. Задержка прибытия — 6 минут.

— Вот именно.

Она свернула к кофейне.

За стойкой работал молодой парень, которого Лера видела почти каждое утро.

Имени его она не помнила, хотя бейдж висел у него на груди уже несколько месяцев.

— Как обычно? — спросил он.

— Как обычно. И что-нибудь съедобное.

— Сегодня есть булочки с корицей.

— Вчера тоже были.

— Сегодня свежие.

— Убедил.

Парень принял заказ.

Лера облокотилась на стойку и посмотрела через окно на транспортную галерею.

По соседнему пути медленно проходил грузовой состав.

Небольшие автоматические платформы перевозили контейнеры из распределительного центра к внутренним складам.

На некоторых виднелись яркие жёлтые наклейки с предупреждением о температурном режиме.

Лера машинально проследила взглядом за номерами контейнеров.

Один из них показался знакомым.

Она достала терминал.

Проверила сегодняшнюю ведомость.

Так и есть.

Контейнер с молочной продукцией должен был находиться на седьмом распределительном складе, а не двигаться в сторону третьего транспортного узла.

Она открыла маршрут.

Оказалось, что груз перенаправили по заявке получателя.

Лера удовлетворённо кивнула и убрала терминал.

— Вы даже кофе без работы выпить не можете? — спросил продавец, протягивая ей стакан.

— Могу. Но тогда что-нибудь обязательно случится.

— Может, вам просто захотеть, чтобы ничего не случалось?

Лера усмехнулась.

— Это самое опасное желание для логиста.

Парень рассмеялся.

Она забрала кофе и булочку и направилась к станции.

К восьми двадцати пяти Лера уже сидела на рабочем месте.

Офис логистической компании занимал два этажа здания, примыкающего к главному распределительному комплексу.

Большая часть сотрудников работала в общем помещении, разделённом невысокими перегородками.

У каждого имелось несколько экранов, персональный терминал связи и небольшое пространство, которое можно было обустроить по собственному вкусу.

Лера предпочитала порядок.

На её столе стояли монитор, кружка, небольшое растение в керамическом горшке и фотография, сделанная несколько лет назад во время прогулки по верхним садам.

На фотографии она сидела рядом с Мартой, своей давней подругой.

Обе смеялись.

Причину смеха Лера уже не помнила.

Зато помнила, что в тот день впервые за долгое время позволила себе никуда не торопиться.

Она поставила кофе и включила рабочую станцию.

На экране открылась утренняя сводка.

Поступление грузов за последние сутки: 96,8% от плана.

Нарушения сроков доставки: 14.

Отклонения температурного режима: 2.

Нераспределённые партии: 7.

Лера поморщилась.

Семь нераспределённых партий — многовато для начала недели.

Она открыла список.

Большинство проблем были совершенно обычными.

У одного получателя закончился срок действия разрешения на приём определённой категории товаров.

В другом случае груз поступил раньше согласованного времени.

Третий заказ вообще оформляли с ошибкой, и теперь никто не мог определить, кто должен был её исправить.

Лера начала разбирать заявки.

— Доброе утро, — раздалось за спиной.

Она обернулась.

Возле соседнего стола стоял Костя, её коллега из отдела распределения.

Он держал в руках огромный стакан кофе и выглядел так, будто спал не больше трёх часов.

— Доброе, — ответила Лера. — Ты чего такой счастливый?

— У меня ночью четыре раза меняли посадочное окно.

— Поздравляю.

— Потом один самолёт пришёл раньше.

— Отлично.

— А второй вообще сел в соседнем терминале.

— Прекрасная смена.

Костя тяжело опустился в кресло.

— Я начинаю ненавидеть авиацию.

— Ты в логистике работаешь.

— Вот именно. Я слишком много о ней знаю.

Лера улыбнулась и вернулась к экрану.

— Что там с южным рейсом?

— Который в шесть сорок два сел?

— Он самый.

— Всё нормально. Разгрузили почти полностью. Только по одной партии расхождение.

— Какое?

— Документы.

Лера медленно повернула голову.

— Костя.

— Что?

— Какие документы?

— Ну, там код получателя не совпадает.

— Почему сразу не сказал?

— Потому что это не твоя партия.

— И что?

— И потому что я ещё кофе не выпил.

Лера протянула руку к его терминалу.

— Показывай.

Партия оказалась небольшой.

Восемнадцать контейнеров со свежими фруктами, предназначенными для нескольких торговых точек нижнего жилого сектора.

В сопроводительных документах значился распределительный центр № 5.

В городской системе груз был зарегистрирован за центром № 2.

Оба склада имели соответствующие условия хранения.

Проблема заключалась в том, что ни один из них не хотел принимать партию без подтверждённого назначения.

Лера открыла историю перемещений.

— Кто оформлял перенаправление?

— Земной отправитель.

— На каком основании?

— Не знаю.

— А ты спрашивал?

— Лера, я в три утра получил уведомление об изменении посадочного окна. Потом два часа разбирался с разгрузкой медицинского оборудования. Я не успел поговорить со всеми людьми на планете.

— Справедливо.

Она изучила документы внимательнее.

Исходная накладная была составлена правильно.

Ошибка появилась на этапе объединения грузов в наземном транспортном центре.

Код получателя автоматически заменился после обновления маршрута.

Ничего необычного.

Подобные случаи происходили регулярно.

Но сегодня у обоих распределительных центров были полностью расписаны холодильные мощности.

А восемнадцать контейнеров со свежими фруктами уже больше часа находились в зоне временного хранения грузового терминала.

Температура пока оставалась допустимой.

Однако долго держать их там было нельзя.

Лера открыла служебную связь.

— Пятый распределительный, доброе утро. Координация поставок. Подскажите, сможете принять восемнадцать контейнеров свежей продукции?

Ответила женщина с усталым голосом.

— Если это южный рейс, то нет. Мы уже два раза отказали.

— Я вижу. А почему?

— Потому что партия не наша.

— По исходным документам ваша.

— По текущим документам — второго центра. Пусть они принимают.

— У вас есть свободные камеры?

— Есть.

— Тогда в чём проблема?

— В том, что мне потом эти восемнадцать контейнеров повесят на остатки, а получатель скажет, что ничего не заказывал. И кто будет разбираться?

Лера вздохнула.

Женщина была права.

Принять чужую партию без надлежащего оформления означало получить проблемы при следующей инвентаризации.

— Хорошо. Если я оформлю временное размещение с отдельным актом ответственности, примете?

— Кто согласует?

— Я согласую.

— У тебя полномочия есть?

Лера посмотрела на экран.

Полномочий не было.

Точнее, она могла инициировать согласование, но окончательное решение принимал руководитель направления.

— Будут, — сказала она.

— Когда будут, тогда и звоните.

Связь прервалась.

Костя с интересом наблюдал за происходящим.

— Ну что?

— Пока ничего.

— Можем оставить до обеда.

— Не можем.

— Почему?

— Потому что до обеда температура хранения выйдет за допустимые пределы, и потом мы будем объяснять, почему испортили товар на сумму, равную твоей зарплате за три месяца.

Костя задумался.

— Я недостаточно зарабатываю.

— Вот именно.

Лера открыла внутреннюю систему согласований.

На экране появился список ответственных лиц.

Руководитель направления находился на совещании.

Его заместитель — в отпуске.

Ответственный за складские операции — на проверке транспортного терминала.

Она посмотрела на часы.

Девять семнадцать.

Потом на список свободных холодильных камер.

И вдруг заметила одну деталь.

На четвёртом распределительном центре значилась резервная камера, которую должны были вывести из эксплуатации для планового обслуживания.

Работы назначили на следующее утро. Сегодня камера ещё могла использоваться.

Лера быстро открыла характеристики помещения.

Температурный режим подходил. Свободного объёма хватало.

Она набрала номер начальника четвёртого центра. Мужчина ответил после шестого сигнала.

— Слушаю.

— Доброе утро. Это Лера, координация поставок. Мне нужна ваша резервная холодильная камера до завтрашнего утра.

— Нет.

— Я ещё не объяснила, зачем.

— А я уже знаю, что не дам.

— Почему?

— Потому что завтра с восьми утра у меня обслуживание оборудования. Если ты туда сейчас что-нибудь поставишь, мне придётся всё выгружать.

— Я заберу груз сегодня до конца смены.

— Все так говорят.

— Оформлю отдельный транспортный маршрут.

— Чем?

— Резервными платформами шестого узла.

— Они сегодня заняты.

Лера проверила расписание.

— До двенадцати — да. После двенадцати у них свободное окно.

Мужчина помолчал.

— Откуда знаешь?

— Я смотрю в систему.

— А я тебе говорю, что они заняты.

— Тогда давайте проверим вместе.

Следующие десять минут они обсуждали расписание шестого транспортного узла.

Выяснилось, что две платформы действительно были зарезервированы под внутренние перевозки, но соответствующая заявка ещё не получила подтверждения.

Лера связалась с диспетчером.

Потом с ответственным за перевозки.

Потом снова с начальником четвёртого центра.

В результате удалось договориться о следующем: контейнеры временно размещают в резервной холодильной камере, а после обеда перевозят на основной склад, когда освободится необходимая площадь.

Начальник центра получал письменное подтверждение, что к моменту обслуживания камера будет пустой.

Диспетчер — согласованный маршрут без необходимости перестраивать всю дневную смену.

А получатели — товар без нарушения температурного режима.

Ничего особенного. Просто нормальная организация работы.

Оставалось получить разрешение руководителя. Лера уже собиралась отправить запрос, когда дверь кабинета в конце помещения открылась.

Оттуда вышел Роман Сергеевич, руководитель её отдела.

Она посмотрела на часы.

Совещание закончилось на сорок минут раньше запланированного.

— Удачно, — пробормотала Лера.

Костя поднял глаза от терминала.

— Что?

— Ничего.

Она быстро подошла к руководителю.

— Роман Сергеевич, можно вас на минуту?

— Если действительно на минуту.

— У меня согласование временного хранения. Восемнадцать контейнеров, ошибка в назначении получателя, рискуем выйти за температурный режим.

— Кто виноват?

— Земной транспортный центр.

— Пусть исправляют документы.

— Исправят. Но груз сейчас у нас.

Он посмотрел на неё.

— И?

Лера коротко изложила подготовленное решение.

Руководитель выслушал, проверил документы на своём терминале и нахмурился.

— Четвёртый склад согласился?

— Да.

— Шестой узел?

— Да.

— Ответственность за перемещение?

— Наша, до передачи на основной склад.

— А если до конца дня не успеют?

— Успеют. У нас запас по времени четыре часа.

Роман Сергеевич некоторое время изучал расчёт.

— Хорошо. Согласую.

Лера почувствовала облегчение.

— Спасибо.

— Только на будущее предупреждай заранее, когда начинаешь договариваться от имени отдела.

— Я не принимала решений без согласования.

— Но обещала людям, что согласование будет.

Она открыла рот, собираясь возразить.

Потом закрыла.

— Да. Это правда.

— Вот и хорошо. Работай.

Он вернул ей терминал и направился к своему кабинету.

Лера посмотрела на подтверждённую заявку.

— Получилось, — сказала она.

Костя покачал головой.

— У тебя иногда всё слишком удачно складывается.

— Если бы всё складывалось удачно, я бы сейчас сидела дома с кофе, а не устраивала экскурсию для восемнадцати контейнеров с фруктами.

— Тоже верно.

Лера улыбнулась.

Но на секунду задержала взгляд на времени согласования.

Четыре независимых подразделения, несколько свободных транспортных окон и руководитель, неожиданно освободившийся раньше срока.

Всё совпало.

Впрочем, подобные ситуации случались и раньше.

Она не стала об этом думать.

К обеду груз был размещён на четвёртом складе, документы исправлены, а получатели уведомлены о переносе доставки на несколько часов.

Лера закрыла последнюю заявку и откинулась на спинку кресла.

В животе заурчало.

— Костя, обедать пойдёшь?

— Через десять минут.

— Ты это час назад говорил.

— Я оптимист.

— Необоснованный.

Она взяла терминал и направилась к выходу.

На стене возле лифтов висело объявление о наборе сотрудников на программу повышения квалификации.

Лера прошла мимо, потом остановилась и вернулась.

Программа подготовки руководителей логистических направлений.

Набор на следующий учебный период.

Срок подачи заявок — до конца месяца.

Она внимательно прочитала условия.

Для участия требовалось не менее пяти лет профессионального опыта, положительная оценка руководителя и отсутствие дисциплинарных взысканий за последний год.

Лера быстро прикинула сроки.

Опыта хватало.

С оценкой руководителя проблем быть не должно.

Взысканий не было.

Она открыла приложение и сохранила объявление.

— Собралась учиться? — раздалось рядом.

Лера обернулась.

Роман Сергеевич стоял возле лифта с папкой документов в руке.

— Думаю.

— На руководителей направлений?

— Да.

Он взглянул на объявление.

— Рано тебе.

Лера почувствовала, как внутри поднимается раздражение.

— Почему?

— Потому что ты пока хороший исполнитель.

— А это плохо?

— Нет. Но хороший исполнитель и хороший руководитель — не одно и то же.

Она скрестила руки.

— Я понимаю.

— Вот и отлично.

Он нажал кнопку вызова лифта.

Лера помолчала.

Потом спросила:

— А как мне стать хорошим руководителем, если мне не дают попробовать?

Роман Сергеевич посмотрел на неё уже внимательнее.

— Тебе дают. Просто пока не всё сразу.

— Я шесть лет занимаюсь координацией поставок.

— И хорошо занимаешься.

— Тогда почему рано?

Он вздохнул.

— Потому что сегодня ты решила проблему с восемнадцатью контейнерами. Отлично решила. Но ты сначала договорилась со всеми, а потом пришла за разрешением. Представь, что я бы отказал.

— Я предусмотрела альтернативный вариант.

— Какой?

— Перенос части груза на временную площадку с привлечением мобильного холодильного модуля.

— И кто бы его согласовал?

Лера замолчала.

Роман Сергеевич чуть улыбнулся.

— Вот об этом я и говорю. Ты привыкла решать задачи сама. А руководитель должен ещё понимать, какие последствия его решения создают для других людей.

Лера хотела возразить.

Но не нашла подходящих слов.

Лифт прибыл.

— Заявку всё равно подавай, — сказал он, заходя внутрь.

Она удивлённо подняла глаза.

— Вы же сказали, что рано.

— Я сказал, что ты пока не готова. Это не значит, что не нужно учиться.

Двери начали закрываться.

— И отчёт по сегодняшней партии не забудь!

Лера осталась перед лифтом.

Несколько секунд она смотрела на закрытые двери.

Потом тихо произнесла:

— Спасибо за разрешение.

Обеденный зал находился на открытом уровне между административным корпусом и центральной транспортной галереей.

С одной стороны его окружали высокие прозрачные панели, защищавшие посетителей от ветра.

С другой располагалась широкая терраса с видом на Землю.

Лера купила салат, горячее блюдо и чай.

Свободных столиков почти не было.

Она устроилась возле окна и открыла личные сообщения.

Марта прислала фотографию.

На ней был небольшой комнатный цветок в ярко-синем горшке.

Подпись гласила:

«Смотри, какой красавец. Забрала из отдела списания. Они хотели его выбросить!»

Лера приблизила изображение.

У растения было три листа.

Один явно пожелтел.

Она написала:

«Вижу. Весьма жизнерадостный экземпляр».

Ответ пришёл почти сразу.

«Он просто переживает сложный период».

«Как и все мы».

«Не начинай. Ты сегодня вечером свободна?»

Лера посмотрела на рабочий календарь.

Никаких обязательных встреч после смены не было.

«Пока да. А что?»

«Пойдём на верхнюю террасу. Там сегодня открывают сезонные сады».

«Ты меня опять потащишь смотреть на растения?»

«И есть пирожные».

Лера задумалась.

«Во сколько?»

Марта прислала смеющееся лицо и время встречи.

Лера отложила терминал.

За прозрачной стеной медленно проплывали облака.

На горизонте виднелась широкая синяя полоса — вероятно, крупный водоём. По текущему маршруту город должен был двигаться над речной долиной, а к вечеру выйти к побережью.

Лера попыталась вспомнить, какой именно регион они сейчас пересекали.

Не получилось.

Она работала с наземными поставками ежедневно, знала расположение транспортных узлов, складов и маршрутов внутри города, но географией почти не интересовалась.

Почти всё, что ей нужно было знать о Земле, помещалось в логистических справочниках.

Регион отправления.

Расстояние.

Время в пути.

Таможенные и транспортные требования.

Название получателя.

Остальное редко имело значение.

На соседнем столике двое молодых людей обсуждали предстоящую поездку.

— Я тебе говорю, за три дня мы успеем всё посмотреть, — настаивал один.

— Ты видел стоимость билетов?

— Видел.

— И тебя ничего не смущает?

— Слушай, я два года откладывал. Я хочу наконец побывать на Земле.

— Адаптант тебе вообще разрешили?

— На прошлой неделе прошёл обследование.

— И что?

— Второй класс допуска.

— Тогда поздравляю.

Лера невольно прислушалась.

Поездки на Землю были достаточно обычным делом, чтобы никто не считал их чем-то невероятным.

Но для постоянных жителей климатических городов путешествия оставались дорогими.

Пассажирские рейсы обслуживали несколько крупных транспортных компаний. Приоритет имели служебные перевозки, а стоимость коммерческих билетов зависела от маршрута, сезонной нагрузки и категории самолёта.

Сверхскоростная авиация давно стала привычной.

Правда, для некоторых режимов полёта пассажирам требовались специальные адаптанты — препараты, помогавшие переносить значительные ускорения.

Лера ни разу ими не пользовалась. Она вообще не летала на Землю с детства. Не потому, что не могла.

Просто всё время находились более важные расходы.

Сначала образование. Потом аренда квартиры. Потом накопления. А позже она решила, что лучше дождаться отпуска подлиннее.

Отпуск так и не появился.

Она отпила чай.

Внизу, под городом, продолжала медленно перемещаться земля.

Лера посмотрела на неё ещё несколько секунд. Потом вернулась к обеду.

Рабочий день закончился в восемнадцать двадцать. На сорок минут позже положенного.

Лера проверила, что все срочные заявки закрыты, передала незавершённые задачи вечерней смене и выключила рабочую станцию.

Костя всё ещё сидел за соседним столом.

— Ты домой? — спросил он.

— Да.

— А я ещё немного посижу.

— Ты сегодня вообще спать собираешься?

— Когда-нибудь обязательно.

Лера покачала головой.

— Не геройствуй.

— Это ты мне говоришь?

— Именно поэтому и говорю.

Она надела куртку и направилась к выходу.

В коридоре её догнало уведомление.

Заявка на программу подготовки руководителей логистических направлений успешно зарегистрирована.

Лера остановилась.

Она подала заявку ещё после обеда.

Заполнила форму, прикрепила необходимые сведения и отправила её почти не задумываясь.

Но теперь, увидев подтверждение, почувствовала неожиданное волнение.

До начала отбора оставалось несколько недель.

Конкурс был большим.

Свободных мест — всего двенадцать на весь город.

Она прекрасно понимала, что шансы невысоки.

Тем не менее заявка была принята.

А значит, по крайней мере попробовать она могла.

Лера убрала терминал в карман.

Впереди была встреча с Мартой, свободный вечер и целых два выходных дня на следующей неделе.

Для начала неплохо.

Когда она добралась до верхней террасы, солнце уже клонилось к горизонту.

Здесь было прохладнее, чем в жилых кварталах.

Ветер свободно проходил между высокими опорами, колыхал декоративные растения и заставлял посетителей плотнее запахивать куртки.

Марта ждала возле небольшого фонтана.

Она сидела на краю широкой скамьи, держа в руках два бумажных стакана.

— Ты опоздала! — объявила она вместо приветствия.

— На четыре минуты.

— На пять.

— У тебя часы неправильно идут.

— У меня часы с государственным временем.

— Тем более.

Марта протянула ей стакан.

— Держи.

— Что это?

— Горячий шоколад.

Лера принюхалась.

— А пирожные?

— Сначала пойдём смотреть сад.

— Я знала, что здесь подвох.

Они направились вдоль прогулочной дорожки.

Сезонные сады занимали несколько открытых террас. Здесь выращивали декоративные растения, которые могли переносить перепады температуры и достаточно сильные ветра.

Часть цветов только начинала распускаться.

Между клумбами стояли небольшие информационные таблички с названиями растений и рекомендациями по уходу.

Марта рассказывала что-то о новой программе озеленения.

Лера слушала вполуха.

Ей нравилось проводить с подругой время, даже если та в очередной раз увлекалась темой, в которой Лера почти ничего не понимала.

Они дружили много лет.

С того времени, когда обе ещё учились в городском образовательном центре.

Марта была одним из немногих людей, которые знали о её семье.

И одним из ещё более немногих, кто никогда не пытался давать ей советы о том, как следует относиться к прошлому.

За это Лера была ей особенно благодарна.

— Ты меня вообще слушаешь? — спросила Марта.

— Конечно.

— И что я сказала?

— Что растениям нужен правильный уход.

Марта остановилась.

— Ты ужасный человек.

— Зато честный.

Они рассмеялись.

Потом Марта спросила:

— Как на работе?

Лера вздохнула.

— Нормально.

— Это значит плохо или хорошо?

— Это значит нормально. Сегодня спасала фрукты.

— От кого?

— От нашей системы документооборота.

— Победила?

— Временно.

— А повышение?

Лера посмотрела на неё.

— Подала заявку на обучение.

Марта улыбнулась.

— Ну наконец-то!

— Не радуйся раньше времени. Меня ещё не приняли.

— Примут.

— Ты откуда знаешь?

— Хочу, чтобы приняли.

Лера усмехнулась.

— С твоей категорией Отклика шансы у меня примерно такие же, как и без неё.

— Не мешай мне быть полезной.

Они вышли к краю террасы.

Отсюда открывался вид на одну из внешних частей города.

Сотни огней загорались в жилых башнях, на транспортных переходах и вдоль широких технических платформ.

Далеко впереди виднелись несколько огромных вертикальных конструкций климатической системы.

Вечером их усилительные контуры светились особенно ярко.

Под городом лежала земля.

Тёмные поля, редкие огни поселений, широкая полоса реки.

Марта оперлась на ограждение.

— Красиво сегодня.

— Угу.

— Представляешь, через месяц мы уже будем над побережьем?

— Представляю. У нас опять изменится график грузовых рейсов.

— Лера!

— Что?

— Ты можешь хотя бы здесь не думать о работе?

— Могу.

— Тогда посмотри вниз.

Лера посмотрела.

Земля действительно была красивой.

Река изгибалась между полями, отражая последние солнечные лучи. Дальше начиналась широкая полоса леса, постепенно растворявшаяся в вечерней дымке.

С такого расстояния всё выглядело удивительно спокойным.

— Я иногда думаю, каково это — жить там, — сказала Марта.

Лера удивлённо повернула голову.

— Ты же всегда говорила, что не хочешь переезжать.

— И сейчас не хочу.

— Тогда зачем думаешь?

— Просто интересно.

Марта немного помолчала.

— Представь: у тебя собственный дом. Не квартира в башне, а настоящий дом. Выходишь утром во двор, а там деревья. И никакого расписания климатических маршрутов.

— И до работы добираться час.

— Не обязательно.

— И за домом самой ухаживать.

— Ну и что?

— И крыша протекать может.

Марта рассмеялась.

— Ты неисправима.

— Я реалистка.

— Ты логист. Это хуже.

Они некоторое время молчали.

Потом Марта спросила:

— А ты сама хотела бы когда-нибудь жить на Земле?

Лера задумалась.

Вопрос оказался неожиданным.

Она привыкла считать Каскад своим домом.

Здесь прошла большая часть её жизни.

Здесь находилась работа, друзья, знакомые улицы и магазины.

Здесь она знала практически каждый транспортный переход, каждую станцию и почти все короткие маршруты между жилыми секторами.

Уезжать ей никогда особенно не хотелось.

Но мысль о собственном доме, окружённом деревьями, почему-то показалась приятной.

— Не знаю, — ответила она наконец.

Марта удивлённо посмотрела на неё.

— Серьёзно?

— А что?

— Обычно у тебя на всё есть ответ.

— Не на всё.

Лера сделала последний глоток остывшего шоколада.

— Мне сначала здесь квартиру купить надо.

— Вот опять.

— Что опять?

— Ты всё время говоришь, что сначала должна что-нибудь сделать. Получить должность, накопить деньги, купить квартиру. А потом уже можно подумать о чём-то другом.

— Потому что это разумно.

— Возможно.

Марта посмотрела на темнеющую Землю.

— Просто иногда мне кажется, что ты всё время готовишься жить.

Лера почувствовала лёгкое раздражение.

— Я и так живу.

— Я знаю.

— Работаю, отдыхаю, покупаю себе вещи. Иногда даже хожу с тобой смотреть на растения.

— И тратишь на это драгоценное время.

— Вот именно.

Марта улыбнулась, но больше ничего не сказала. Лера была ей за это благодарна, она не любила разговоры, в которых кто-то пытался объяснить ей, как следует жить.

Особенно когда речь заходила о будущем. Слишком многое в её жизни когда-то зависело от решений других людей. Теперь она предпочитала принимать собственные.

Домой Лера вернулась около десяти.

В коридоре по-прежнему пахло хлебом.

Соседка из сорок шестой квартиры, видимо, получила очередной крупный заказ.

Лера разулась, повесила куртку и включила мягкое вечернее освещение.

Квартира встретила её привычной тишиной.

Она поставила чайник, переоделась и снова открыла объявление о продаже квартиры.

На экране появились знакомые фотографии.

Большая светлая гостиная.

Отдельная спальня.

Кухня с окном.

Небольшая лоджия, с которой открывался вид на парк.

Лера увеличила последнюю фотографию.

На лоджии стояло плетёное кресло.

Рядом — небольшой столик.

Она представила, как сидит там утром с чашкой кофе.

Никто не шумит за стеной.

Не нужно каждые несколько месяцев ожидать очередного повышения арендной платы.

Никто не может внезапно сообщить, что ей пора съезжать.

Она знала, что наличие собственной квартиры не гарантирует отсутствия проблем.

Но ей хотелось иметь хотя бы что-то, что действительно принадлежало бы ей.

Лера закрыла объявление.

На терминал поступило рабочее уведомление.

Она посмотрела на время.

Двадцать два семнадцать.

Открывать служебные сообщения после окончания смены было плохой привычкой.

Лера прекрасно это понимала.

Поэтому открыла уведомление.

Предварительное изменение графика грузовых рейсов на следующую неделю.

Она пробежала глазами список.

Три самолёта переносились на другие посадочные окна.

Два дополнительных рейса назначались на четверг.

Один грузовой коридор временно закрывался из-за плановых климатических операций.

Лера нахмурилась.

Потом открыла календарь.

На четверг у них уже была запланирована крупная поставка продовольствия.

Если новые рейсы оставят в том же временном интервале, терминал окажется перегружен.

Она быстро проверила доступность распределительных центров.

Свободных мощностей было немного.

— Ну конечно.

Лера сделала пометку, чтобы утром обсудить ситуацию с диспетчерской службой.

Потом посмотрела на экран ещё раз.

Изменения пока были предварительными.

Окончательный график обещали утвердить через два дня.

Вполне возможно, что к тому времени всё успеют скорректировать.

Она выключила терминал.

Подошла к окну. За стеклом простирался ночной город. Огни жилых кварталов образовывали причудливый узор между огромными тёмными конструкциями.

Где-то далеко внизу находилась Земля. А над городом мерцали звёзды.

Лера постояла у окна, прислушиваясь к привычному гулу вентиляции. Потом задёрнула штору и направилась в спальню.

Завтра предстоял обычный рабочий день.

По крайней мере, она очень на это рассчитывала.

Глава 2. Пересечение маршрутов

К четвергу Лера успела трижды пожалеть, что открыла рабочее уведомление перед сном в понедельник.

Первый раз — во вторник утром, когда выяснилось, что диспетчерская служба ещё не получила окончательный график авиаперевозок. Второй — в среду, когда представитель наземного транспортного центра уверенно заявил, что никаких изменений вообще не планируется. И третий — сегодня, в восемь часов семнадцать минут, когда новая версия расписания наконец появилась в системе.

Лера смотрела на экран и пыталась понять, каким образом пять грузовых самолётов должны разгрузиться на двух посадочных площадках за полтора часа.

Вероятно, кто-то рассчитывал на чудо.

Впрочем, в мире, где человеческое желание действительно могло повлиять на вероятность события, слово «чудо» давно утратило первоначальный смысл. Но даже самый сильный Отклик не позволял одновременно разместить три крупных транспортника на площадке, рассчитанной на два.

Лера открыла характеристики терминала и проверила время обслуживания воздушных судов. Ничего не изменилось: средняя продолжительность разгрузки составляла семьдесят минут. Для самолётов с температурными грузами — иногда больше. Все эти цифры были известны каждому сотруднику отдела, а автоматическая система планирования обязана была учитывать их при формировании расписания.

Она ещё раз посмотрела на документ.

Рейсы двести восемнадцать и триста сорок первый должны были прибыть в одиннадцать двадцать и одиннадцать сорок соответственно. Третий самолёт ожидался в двенадцать ноль пять, ещё два — до половины первого.

На бумаге всё выглядело вполне аккуратно. Интервалы между прибытием рейсов составляли от двадцати до тридцати минут.

Проблема заключалась в том, что самолёты после посадки не исчезали.

— Кость, — позвала Лера, не отрывая взгляда от экрана.

За соседним столом что-то негромко стукнуло.

— Что?

— Ты новый график видел?

— Видел.

— И?

— А что?

Она повернулась к нему.

— Ты заметил, что у нас на следующей неделе пять самолётов приходят практически одновременно?

Костя пожал плечами.

— Значит, будут приходить не одновременно.

— Каким образом?

— Разведут по времени. Они постоянно так делают.

— Кто разведёт?

— Диспетчеры.

Лера вздохнула и снова посмотрела на экран. Иногда Костина способность сохранять спокойствие казалась ей разновидностью магии, хотя его Отклик был настолько слабым, что последняя проверка едва позволила присвоить ему первую категорию.

— Ты в курсе, что это окончательный график?

Костя замер с чашкой у рта.

— В смысле окончательный?

— В прямом. Статус «Утверждено». Все согласования закрыты.

Он поставил чашку.

— Покажи.

Лера развернула к нему экран. Костя несколько секунд изучал таблицу, после чего открыл собственный терминал и вызвал расписание посадочных площадок.

— Так, первая площадка занята до тринадцати десяти. Вторая — до двенадцати пятидесяти... Ага. Слушай, действительно странно.

— Спасибо. А то я уже начала сомневаться в собственных способностях к арифметике.

— Может, они разгрузку ускорили?

— Чем? Силой мысли?

— Ну, у нас всё-таки климатический город.

— Тогда пусть сначала силой мысли освободят склады.

Костя усмехнулся, но довольно быстро посерьёзнел.

— Надо диспетчерской написать.

— Я уже написала.

— И?

— Пока ничего. Запрос зарегистрирован.

— А позвонить?

— Тоже пробовала. Сказали, что график соответствует утверждённому плану.

Костя помолчал, затем осторожно спросил:

— А ты уверена, что это наша проблема?

Лера посмотрела на него с некоторым раздражением. Вопрос был разумным, но от этого не становился менее неприятным.

Формально их отдел отвечал за распределение грузов после приёмки. Планирование посадочных окон находилось в ведении авиационного терминала, а за международные и межрегиональные рейсы отвечала отдельная транспортная служба. Ни одна из этих структур непосредственно Лере не подчинялась, и вмешиваться в их работу она не имела права.

— Пока нет, — ответила она. — Но когда самолёты не смогут разгрузиться, проблема почему-то обязательно станет нашей.

— Ну, тогда подождём.

— Чего?

— Когда станет.

Лера медленно развернулась к своему компьютеру.

— Иногда я тебе завидую.

— Знаю, — довольно отозвался Костя. — У меня здоровое отношение к работе.

Каскад уже третий день двигался над сельскохозяйственными территориями Восточного региона. За окнами административного корпуса расстилались поля, разделённые тонкими полосами дорог и лесопосадок. Иногда вдали появлялись небольшие города с высокими зданиями и широкими транспортными развязками, но большую часть времени поверхность представляла собой бесконечное чередование зелёных и коричневых участков.

На следующей неделе город должен был изменить направление и пройти через область повышенной атмосферной влажности. Там планировались очередные работы по стабилизации осадков, после которых Каскад продолжил бы движение к побережью.

Лера знала об этом из транспортных уведомлений. Собственно климатические операции интересовали её мало, пока не начинали влиять на расписание поставок. Но в последние дни сообщения о предстоящем изменении маршрута поступали настолько часто, что она уже невольно запомнила даже название программы.

«Сезонная коррекция атмосферных потоков. Цикл 17-Б».

Красивое название для мероприятия, из-за которого логистическим компаниям предстояло полностью перестроить недельные графики.

Она открыла карту грузовых маршрутов. На экране появилось изображение города с расположенными вокруг него воздушными коридорами. Голубые линии обозначали действующие направления, жёлтые — маршруты, требовавшие согласования. Несколько участков были отмечены красным: их собирались временно закрыть на время климатических работ.

Лера увеличила восточную часть схемы.

Именно оттуда должны были прибыть три самолёта с продовольствием.

В назначенное время воздушный коридор оставался открытым, но его пропускная способность сокращалась почти вдвое. Это означало, что самолётам придётся подходить к городу с увеличенными интервалами. В случае задержки хотя бы одного рейса всё расписание последующих посадок могло сдвинуться.

Она наложила карту воздушных коридоров на график терминала.

Несовпадение стало ещё очевиднее.

Теперь Лера понимала, почему возникла проблема. Транспортный центр пересчитал время прибытия самолётов с учётом нового положения города, но не согласовал изменения с графиком разгрузочных операций.

Каждое подразделение выполнило собственную работу правильно.

А общий результат оказался совершенно непригодным.

Она сохранила расчёт и направилась к кабинету руководителя.

Роман Сергеевич разговаривал по видеосвязи. Через прозрачную перегородку Лера видела, как он что-то объясняет собеседнику, периодически указывая на документы перед собой. На столе стояла нетронутая чашка кофе, а рядом лежала стопка распечаток, которыми он пользовался значительно чаще, чем следовало человеку, работавшему в технологически развитой логистической компании.

Лера постучала.

Он поднял глаза, показал жестом подождать и продолжил разговор.

Она осталась возле двери. Через несколько минут к кабинету подошла женщина из финансового отдела, затем сотрудник службы складского учёта. Оба бросили на Леру вопросительные взгляды, но ничего не сказали.

Когда связь наконец завершилась, Роман Сергеевич открыл дверь.

— Что случилось?

— Проблема с графиком на следующую неделю.

— Какая именно?

— По четвергу не сходится пропускная способность терминала. Пять самолётов в одном временном интервале, две посадочные площадки и сокращённый воздушный коридор.

Руководитель посмотрел на неё, затем на ожидавших рядом сотрудников.

— Это всё?

— Пока да.

— Тогда отправь запрос в транспортную службу.

— Отправила. Они считают график корректным.

— Значит, пусть подтверждают.

— Уже подтвердили.

Он нахмурился.

— Лера, я сейчас не очень понимаю, что ты от меня хочешь.

Она на мгновение замолчала. Этот вопрос застал её врасплох, хотя следовало ожидать именно его.

— Хочу, чтобы мы заранее начали готовить альтернативную схему разгрузки и распределения.

— На основании чего?

— На основании того, что утверждённый график невыполним.

— Есть заключение авиационного терминала?

— Нет.

— Официальное уведомление о нарушении сроков?

— Тоже нет.

— Тогда какая у нас причина вмешиваться?

Лера почувствовала, что начинает раздражаться, и заставила себя говорить спокойнее.

— Если мы дождёмся уведомления о нарушении, перераспределять грузы будет поздно. На четверг запланированы крупные партии скоропортящейся продукции. Часть складов уже работает практически на пределе.

Роман Сергеевич протянул руку.

— Давай расчёт.

Она передала терминал. Руководитель внимательно изучил схему, несколько раз переключился между расписанием рейсов и данными терминала, после чего положил устройство на стол.

— Несовпадение есть, — признал он. — Но пока это не означает, что рейсы задержатся. Авиационный терминал может изменить порядок обслуживания. Ты их возможности полностью знаешь?

— Не полностью.

— Вот именно. А теперь представь, что мы начнём перестраивать складские графики, менять смены, переносить доставки, а потом окажется, что терминал всё решил самостоятельно. Кто будет компенсировать затраты?

— Можно подготовить резервный план без фактического изменения графиков.

— Можно. Только у тебя свои задачи есть.

Лера сжала губы. Роман Сергеевич помолчал, затем взглянул на часы.

— Сделаем так. Подготовь краткую оценку рисков. Без запросов на дополнительные ресурсы и без обязательств перед другими подразделениями. Если ситуация подтвердится, будем обсуждать.

— До какого времени?

— Завтра до обеда.

— Хорошо.

Она уже собиралась уходить, когда руководитель добавил:

— И, Лера, не договаривайся ни с кем заранее от имени отдела. Мы ведь об этом разговаривали.

— Помню.

— Вот и отлично.

Она вышла из кабинета с ощущением, что получила одновременно разрешение и запрет.

До обеда Лера разобралась с текущими поставками, закрыла несколько заявок и успела поссориться с сотрудником второго распределительного центра из-за неправильно оформленного возврата. После этого она открыла отдельный рабочий файл и начала собирать данные по следующему четвергу.

Первым делом потребовалось выяснить, какие грузы действительно нуждались в срочной разгрузке. Из пяти рейсов два перевозили преимущественно товары длительного хранения, один — промышленное оборудование, а оставшиеся два доставляли свежие продукты.

Самыми сложными оказались последние.

Объём поставок был значительным, причём часть продукции предназначалась для школьных столовых, медицинских учреждений и небольших торговых предприятий. Крупные сети имели собственные холодильные мощности и обычно могли принимать товар с определённой задержкой. Небольшие получатели такой возможности не имели.

Лера открыла сводку складских остатков. Продовольственных резервов в городе хватало, поэтому серьёзной угрозы снабжению не возникало. Но если несколько крупных партий поступят одновременно, холодильные зоны терминала могут оказаться перегружены. Тогда потребуется либо срочно перераспределять товары между складами, либо задерживать их на борту самолётов.

Оба варианта означали дополнительные расходы.

Она создала таблицу возможных решений и начала заполнять её.

Через полчаса стало понятно, что без информации от наземных отправителей расчёт останется неполным. В официальном графике указывались только сроки прибытия и основные категории грузов. Для полноценного планирования требовалось знать, какие партии можно перенести на более поздний рейс, а какие должны поступить строго в назначенный день.

Она позвонила в наземный транспортный центр.

Ответил молодой мужчина, представившийся Артёмом.

— Добрый день. Логистика Каскада, менеджер по координации поставок. Мне нужна информация по рейсам на следующий четверг.

— По каким именно?

Лера продиктовала номера.

На другом конце связи раздался стук клавиш.

— Что вас интересует?

— Возможность изменения времени отправления и разделения некоторых партий.

— График утверждён.

— Я вижу. Мне нужна оценка возможности переноса.

— Переноса по какой причине?

— Из-за ограничений разгрузочного терминала.

Мужчина помолчал.

— У вас официальная заявка на изменение расписания?

— Нет. Пока предварительная оценка.

— Тогда мы не можем менять график.

— Я не прошу его менять. Я хочу узнать, какие грузы можно перевезти другим рейсом, если возникнет необходимость.

— Такие вопросы решаются через транспортного координатора.

— Соедините меня с ним.

— Он сейчас недоступен.

Лера прикрыла глаза.

— А когда будет доступен?

— После четырнадцати часов.

Она посмотрела на часы.

Было двенадцать двадцать семь.

— Хорошо. Можете хотя бы подсказать, какая часть груза по двести восемнадцатому рейсу имеет строгие ограничения по срокам?

— У нас нет такой информации.

— Как это нет? Она должна быть в транспортной ведомости.

— В нашей системе указана общая категория.

— А где подробная?

— У отправителя.

Лера несколько секунд молчала, глядя на экран. Подобный разговор она могла бы предсказать почти дословно ещё до набора номера.

— Спасибо, Артём. Хорошего дня.

— И вам.

Связь прервалась.

Она открыла справочник контрагентов и начала искать контакты отправителей.

К половине третьего на её рабочем столе накопилось столько открытых документов, что пришлось подключить дополнительный экран.

Костя вернулся с обеда, поставил рядом с ней маленькую коробку и сел за свой компьютер.

— Держи.

Лера заглянула внутрь.

Там лежала булочка с корицей.

— За что?

— Просто так.

Она подозрительно посмотрела на него.

— Что ты натворил?

— Ничего.

— Костя.

— Ну, может, одну заявку случайно тебе назначил.

Лера медленно поставила коробку на стол.

— Какую?

— Там небольшое расхождение.

— Насколько небольшое?

— Сорок два контейнера.

Она закрыла лицо ладонями.

— Ненавижу тебя.

— Я знаю. Поэтому булочку и принёс.

Лера невольно рассмеялась. Она забрала у него номер заявки и быстро просмотрела документы. К счастью, проблема действительно оказалась незначительной: из-за обновления программного обеспечения система продублировала часть грузовых единиц в учётной ведомости.

— Исправишь сам, — сказала она.

— Конечно.

— И больше не назначай мне ничего без предупреждения.

— Договорились.

Костя посмотрел на её экраны.

— Ты всё ещё с четвергом разбираешься?

— Да.

— Что нашла?

— Пока ничего хорошего. У двух отправителей есть возможность разделить партии, но им нужны согласованные изменения рейсов. Ещё один может задержать отгрузку на сутки. По оборудованию проблем вообще нет — его можно привезти позже.

— Ну вот. Значит, всё решаемо.

— Если кто-нибудь согласится менять график.

— А ты хочешь, чтобы все согласились?

— Очень.

Костя задумчиво посмотрел на неё.

— Может, тебе попробовать на Отклике?

Лера покачала головой.

— Я и так постоянно пытаюсь.

— Серьёзно?

— Конечно. Каждое утро искренне желаю, чтобы у меня был нормальный рабочий день. Как видишь, не помогает.

Он рассмеялся и вернулся к своим заявкам.

Лера тоже улыбнулась, но затем задумалась.

Она действительно иногда пользовалась Откликом сознательно. Обычно для мелочей: успеть на транспорт, найти потерявшийся документ, получить ответ на срочное сообщение. После школьных занятий по управлению вероятностью ей удавалось относительно уверенно направлять способность на простые, конкретные события.

Но с крупными задачами всё было сложнее.

Чем больше обстоятельств требовалось изменить, тем менее предсказуемым становился результат. На последнем профессиональном обследовании специалист даже посоветовал ей не пытаться использовать Отклик для решения рабочих конфликтов, особенно если в них участвовало много людей.

Лера тогда спросила почему.

Врач ответил, что воздействие на сложные социальные процессы плохо поддаётся оценке.

Она восприняла это как обычную предосторожность и больше к разговору не возвращалась.

Впрочем, сейчас мысль о том, что несколько подразделений могут внезапно договориться без бесконечных согласований, показалась ей чрезвычайно привлекательной.

Она посмотрела на таблицу и мысленно сформулировала желание.

Пусть получится найти нормальное решение. Такое, чтобы никому не пришлось разгребать последствия.

Ничего не произошло.

Лера подождала несколько секунд, затем усмехнулась собственной наивности и вернулась к работе.

В три часа сорок семь ей позвонили с Земли.

На экране появился незнакомый номер транспортного центра. Лера ответила, продолжая просматривать очередную ведомость.

— Слушаю.

— Добрый день. Это Илья, региональный центр грузовых перевозок. Мне передали, что вы интересовались возможностью переноса нескольких партий по Каскаду.

— Да, интересовалась.

— У нас как раз возникла ситуация. Один из отправителей просит перенести часть поставки на более раннюю дату. Но для этого нужно подтвердить готовность вашего терминала принять дополнительный груз.

Лера выпрямилась в кресле.

— Какую поставку?

Илья назвал номер.

Это была одна из партий, которые она отмечала в своём расчёте как наиболее проблемные.

— Насколько раньше?

— На сутки. Возможно, на двое, если согласуем с перевозчиком.

Она быстро открыла календарь.

Во вторник и среду терминал был загружен значительно меньше. Если часть продуктов удастся доставить заранее, количество одновременно прибывающих контейнеров в четверг сократится почти на треть.

— Почему отправитель хочет перенести отгрузку?

— У них освобождаются производственные мощности. И склад переполнен, насколько я понимаю. Хотят отправить раньше, чтобы не оплачивать дополнительное хранение.

Лера почувствовала, как внутри появляется знакомое возбуждение, возникавшее всякий раз, когда сложная задача начинала складываться в понятное решение.

— А перевозчик?

— У них есть свободный рейс во вторник, но пока без подтверждённой загрузки.

— Температурный режим подходит?

— Да.

— Объём?

Илья назвал цифру.

Лера быстро прикинула вместимость складов. Если товар поступит во вторник, его можно будет разместить на пятом распределительном центре, а в течение среды развезти получателям. Для этого потребуются дополнительные транспортные платформы, но их можно будет взять из резервного парка.

— Предварительно мы можем принять груз, — сказала она. — Но окончательное подтверждение только после согласования с терминалом.

— Конечно. Мне пока нужно понять, есть ли смысл вообще оформлять запрос.

— Есть. Присылайте данные.

— Хорошо. Сегодня отправлю.

Лера уже собиралась завершить разговор, когда Илья добавил:

— Кстати, у нас ещё один отправитель интересовался переносом. Но там другая категория товаров. Могу передать ваш контакт?

— Какой рейс?

Он назвал номер.

Лера взглянула на свою таблицу.

И снова совпадение.

— Передавайте, — ответила она. — Буду благодарна.

Когда связь прервалась, она несколько секунд сидела неподвижно.

Затем открыла историю изменений расписания.

Действительно, во вторник появилось свободное посадочное окно. Его освободили после отмены плановой технической перевозки, причём уведомление поступило всего двадцать минут назад.

Лера проверила время звонка из наземного центра.

Практически сразу после освобождения окна.

Странно удачное совпадение.

Она вспомнила собственное желание, сформулированное меньше часа назад, и почувствовала лёгкое беспокойство.

Но почти сразу отмахнулась от этой мысли.

В конце концов, отправитель хотел избавиться от дополнительных расходов, перевозчик — загрузить свободный самолёт, а она сама — уменьшить нагрузку на четверговый график.

Их интересы совпадали.

В подобных ситуациях договориться обычно было значительно проще.

Никакой магии.

Или почти никакой.

К пяти вечера Лера подготовила предварительный план.

Он состоял из трёх вариантов.

Первый предусматривал перенос части продовольственных поставок на более ранние рейсы. Второй — разделение грузов между разными терминалами с последующей доставкой на внутренние распределительные центры. Третий оставался резервным: если согласовать изменение расписания не удастся, часть товаров длительного хранения можно было оставить в наземном транспортном центре до следующего цикла поставок.

Главное заключалось в том, что ни один вариант не требовал дополнительных самолётов или серьёзного увеличения расходов.

Лера составила таблицу с предполагаемыми затратами, указала необходимые согласования и отдельно отметила риски для небольших получателей, которые не располагали собственными холодильными мощностями.

Она была довольна результатом.

Не настолько, чтобы считать задачу решённой, но достаточно, чтобы наконец спокойно выпить остывший кофе.

В этот момент на терминал пришло сообщение от четвёртого распределительного центра.

Подтвердить возможность временного использования резервной холодильной зоны на следующей неделе не представляется возможным.

Лера нахмурилась.

Она не запрашивала использование четвёртого склада.

По крайней мере, сегодня.

Открыв сообщение, она обнаружила, что оно относится к заявке, которую отправляла ещё в понедельник по другой поставке. Сотрудники центра просто перепутали номера.

Лера исправила ссылку, отправила уточнение и уже собиралась закрыть переписку, когда заметила приложенный график технических работ.

В следующем четверге значилось плановое обслуживание холодильного оборудования.

Но не только четвёртого центра.

На тот же день были назначены работы ещё на двух крупных складах.

Она медленно отставила чашку.

В сводном графике распределительных центров эти помещения до сих пор отображались как доступные.

Лера открыла технические заявки.

Обслуживание оборудования было согласовано несколько недель назад. При этом складская система учитывала только ограничения на непосредственную эксплуатацию камер, но не время их подготовки к ремонту.

Получалось, что к четвергу реальная вместимость холодильных зон окажется значительно меньше расчётной.

Она провела рукой по лицу.

— Ну почему именно в четверг?

Костя поднял голову.

— Что там ещё?

— Три холодильных зоны уходят на обслуживание.

— Одновременно?

— Да.

Он присвистнул.

— Неудачно.

— Очень содержательный комментарий, спасибо.

Лера снова открыла свой план.

Теперь перенос части грузов на вторник становился не просто удобным решением, а практически обязательным условием нормальной работы.

Она быстро пересчитала загрузку терминала с учётом новых ограничений.

Если все пять самолётов прибудут по утверждённому расписанию, а часть холодильных помещений окажется недоступной, несколько партий придётся держать на временных площадках значительно дольше допустимого.

Это ещё не означало, что продукты обязательно испортятся.

Но риск становился неприемлемо высоким.

И теперь у неё появились достаточно веские основания для официального обращения.

Роман Сергеевич снова оказался на совещании.

На этот раз Лера не стала ждать возле двери, а отправила ему короткое сообщение с приложенными расчётами.

Ответ пришёл спустя десять минут.

«Зайди ко мне в 17:30».

Она посмотрела на часы.

До встречи оставалось двадцать минут.

Лера использовала их, чтобы проверить данные ещё раз.

На этот раз особенно внимательно.

Она не хотела повторения ситуации с восемнадцатью контейнерами, когда хороший результат удалось получить ценой превышения собственных полномочий. Роман Сергеевич тогда был прав: организовать работу недостаточно, необходимо ещё понимать, кто несёт ответственность за последствия.

К половине шестого расчёты были готовы.

Она распечатала краткую сводку и направилась в кабинет.

Руководитель сидел за столом без пиджака, с расстёгнутой верхней пуговицей рубашки. Перед ним стояла уже третья за день чашка кофе.

— Садись, — сказал он, не поднимая головы. — Посмотрел твои материалы.

Лера устроилась напротив.

— И?

— Почему не указала стоимость привлечения дополнительной смены на пятом складе?

— Потому что по первому варианту она не понадобится. Я проверила график: если груз прибудет во вторник до четырнадцати часов, его успеют принять в пределах обычной смены.

— А если позже?

— Тогда будет дополнительная нагрузка. Я указала её в резервном расчёте.

Он перелистнул документ.

— Вижу.

Несколько минут Роман Сергеевич молча изучал таблицы. Лера старалась не торопить его, хотя испытывала сильное желание объяснить каждую цифру и заранее ответить на возможные вопросы.

Наконец он отложил бумаги.

— Ты права. Проблема серьёзнее, чем выглядело утром.

Лера едва удержалась от замечания, что именно об этом и говорила.

— Я связался с авиационным терминалом, — продолжил руководитель. — Они уже получили несколько замечаний к графику. Но окончательное решение пока не принято. По их оценке, часть рейсов всё-таки придётся переносить.

— Тогда нам нужно заранее согласовать распределение.

— Нужно. И вот здесь возникает вопрос.

Он посмотрел на неё.

— Кто будет этим заниматься?

Лера осторожно ответила:

— Транспортный координатор?

— Транспортный координатор будет заниматься самолётами. Складская служба — складами. А нам нужен человек, который соберёт всё в единую схему и проследит, чтобы решения разных подразделений не противоречили друг другу.

Она почувствовала, как сердце забилось немного быстрее.

Роман Сергеевич продолжил:

— У меня сейчас три крупных проекта, два руководителя направлений в командировке и совершенно нет желания лично разбираться с очередным спором между складами и терминалом.

Лера молчала.

— Поэтому предлагаю тебе взять координацию этого вопроса на себя.

Она подняла глаза.

— Полностью?

— В рамках нашего отдела. Ты будешь готовить общий план, собирать информацию, организовывать согласования. Окончательные решения, влияющие на бюджет и графики других служб, проходят через меня. Это понятно?

— Да.

— И никаких самостоятельных обещаний от имени компании.

— Понятно.

Роман Сергеевич чуть улыбнулся.

— Вижу, ты запомнила.

— Вы достаточно часто напоминаете.

— Значит, не зря.

Он открыл внутреннюю систему и создал новое поручение. Несколько минут заполнял поля, затем отправил документ на согласование.

На терминале Леры появилось уведомление.

Назначена ответственным координатором по подготовке схемы распределения грузов на период изменения климатического маршрута.

Она прочитала формулировку дважды.

Это ещё не было повышением.

Не означало новой должности, прибавки к зарплате или отдельного кабинета.

Но впервые ей официально поручили координировать работу, выходившую за пределы обычных обязанностей.

Роман Сергеевич заметил её выражение лица.

— Только не радуйся раньше времени. Работы будет много.

— Я понимаю.

— И результат может оказаться не таким красивым, как на твоих таблицах.

— Тоже понимаю.

Он кивнул.

— Хорошо. Тогда завтра утром соберём представителей складской службы, транспортного терминала и распределительных центров. Подготовь повестку. Начнём с реальных ограничений, потом обсудим варианты решения.

Лера встала.

— Спасибо за доверие.

Роман Сергеевич посмотрел на неё с лёгким удивлением.

— Посмотрим, за что будешь благодарить в пятницу вечером.

Когда Лера вернулась на рабочее место, Костя уже собирался домой.

Он застёгивал куртку и пытался одновременно доесть что-то из небольшого бумажного пакета.

— Ну что? — спросил он с набитым ртом.

— Поручили координацию.

— Какую?

— По четверговым поставкам. Буду собирать общий план.

Костя перестал жевать.

— Тебе?

— Представь себе.

— То есть теперь ты будешь всем звонить и заставлять работать?

— Примерно.

Он задумался.

— Тогда мне тебя заранее жаль.

— Почему?

— Потому что ты ещё не представляешь, сколько людей умеют ничего не делать и при этом выглядеть очень занятыми.

Лера рассмеялась.

— А ты, значит, представляешь?

— Я один из них.

— Это многое объясняет.

Костя выбросил пустой пакет и направился к выходу. Уже возле двери он остановился, обернулся и сказал:

— Слушай, а если серьёзно — хорошая возможность. Ты же давно хотела попробовать что-нибудь посложнее.

Лера посмотрела на него.

— Хотела.

— Ну вот. Только не пытайся всё сделать сама. А то ты так и будешь до пенсии чужие ошибки исправлять.

Он махнул рукой и вышел.

Лера осталась сидеть за столом.

Совет был неожиданно разумным.

Особенно для человека, который ещё утром предлагал просто подождать, пока проблема решится сама собой.

Она открыла новое поручение и начала составлять список участников завтрашнего совещания.

***

К семи вечера офис почти опустел.

За окнами постепенно темнело. Каскад двигался над широким речным бассейном, и последние лучи солнца отражались от воды далеко внизу.

Лера закончила повестку совещания, отправила приглашения и ещё раз проверила расчёты. На завтра были назначены встречи с четырьмя подразделениями, а до конца недели требовалось согласовать предварительный план перераспределения грузов.

Работы действительно предстояло много.

Но впервые за последние несколько месяцев она испытывала не привычную усталость от бесконечных заявок, а настоящее профессиональное воодушевление.

Ей доверили сложную задачу.

Не потому, что она оказалась единственным свободным сотрудником.

По крайней мере, Лере хотелось так думать.

Она сама обнаружила проблему, разобралась в причинах и предложила варианты решения. Теперь ей предоставили возможность довести дело до конца.

Перед выключением компьютера она открыла личный кабинет программы подготовки руководителей.

Статус заявки не изменился.

«На рассмотрении».

Лера усмехнулась.

— Ну, посмотрим.

Она закрыла страницу и выключила рабочую станцию.

В транспортной галерее было непривычно тихо.

Вечерние грузовые составы уже прошли, а следующий пассажирский поезд ожидался через семь минут. Лера решила немного пройтись пешком.

Дорога вдоль внешней стены распределительного комплекса была открытой. Высокие прозрачные панели защищали пешеходов от сильного ветра, но не мешали наблюдать за окружающим пространством.

Слева тянулись металлические фермы и технические площадки, справа открывался вид на Землю.

Город постепенно входил в область облачности. Белые массы медленно поднимались навстречу, заполняя пространство под нижними конструкциями. Иногда сквозь разрывы можно было увидеть тёмные полосы лесов и извилистые дороги, но вскоре всё исчезало под плотным слоем тумана.

Лера остановилась возле ограждения.

Ей нравилось наблюдать за облаками, особенно когда город двигался достаточно низко и казалось, будто они проплывают совсем рядом.

На одной из технических площадок работали сотрудники климатической службы. Несколько человек в защитных костюмах проверяли оборудование возле большой вертикальной установки. По её поверхности проходили тонкие светящиеся полосы, которые периодически становились ярче.

Лера понятия не имела, что именно они делали.

Вероятно, готовились к очередному циклу атмосферных работ.

Она вспомнила, что завтра нужно будет связаться с климатической службой и уточнить график ограничений воздушного пространства. Возможно, именно там удастся найти дополнительные временные окна для грузовых рейсов.

Мысли снова вернулись к работе.

Лера покачала головой.

Марта была права: иногда ей действительно стоило научиться отдыхать.

Она достала терминал и открыла сообщения.

Подруга прислала несколько фотографий с верхней террасы. На одной из них был вчерашний цветок в синем горшке, теперь установленный возле окна.

«Смотри, он уже выглядит лучше!»

Лера приблизила изображение.

Растение выглядело примерно так же.

«Поздравляю. Похоже, он решил жить», — написала она.

Марта ответила почти сразу:

«В отличие от тебя, он хотя бы отдыхает после работы. Ты уже дома?»

«Нет, иду к станции».

«Опять задержалась?»

«У меня новое поручение».

«Хорошее?»

Лера немного подумала.

«Надеюсь».

Ответ пришёл через несколько секунд.

«Тогда расскажешь в выходные. И пожалуйста, поужинай нормально, а не булочкой с кофе».

Лера улыбнулась.

Иногда Марта слишком хорошо её знала.

Она убрала терминал и продолжила путь к станции.

***

В то же самое время, несколькими уровнями выше, в одном из кабинетов городской службы контроля Отклика завершалась плановая обработка результатов ежедневного мониторинга.

Большая часть данных не представляла особого интереса.

За сутки система зарегистрировала несколько тысяч незначительных вероятностных воздействий. Большинство относилось к обычной бытовой активности жителей. Отдельные случаи требовали дополнительной проверки, но находились в пределах допустимых значений.

Сотрудница вечерней смены просматривала автоматические отчёты, отмечая те, по которым программа не смогла сформировать однозначное заключение.

Один из них появился в системе в шестнадцать часов двенадцать минут.

Тип воздействия: не классифицирован.

Предполагаемая категория мощности: третья.

Число связанных вероятностных цепочек: определить не удалось.

Сотрудница нахмурилась и открыла подробные данные.

Обычно даже сложные воздействия удавалось отнести к одному из известных типов. Система могла ошибиться с силой Отклика, неправильно определить его источник или не учесть внешние обстоятельства, но основные закономерности были достаточно хорошо изучены.

В этом случае всё выглядело иначе.

Несколько независимых событий, произошедших в разных частях города и на поверхности Земли, демонстрировали необычно высокую согласованность.

При этом общий уровень магического воздействия оставался сравнительно небольшим.

Сотрудница запустила повторный анализ.

Результат не изменился.

Она проверила журнал ошибок оборудования. Никаких неисправностей зарегистрировано не было.

Затем открыла карту вероятностных аномалий.

Основная часть событий концентрировалась вокруг транспортного комплекса Каскада. Отдельные совпадения отмечались на наземных маршрутах, связанных с городскими грузовыми перевозками.

Женщина некоторое время изучала карту, затем добавила к отчёту короткую пометку:

«Необычная согласованность независимых событий при отсутствии выраженного энергетического пика. Рекомендуется повторное наблюдение».

Она присвоила документу низкий уровень приоритета и отправила его в архив мониторинга.

За последние годы служба сталкивалась с самыми разными проявлениями Отклика. Некоторые из них выглядели значительно страннее.

Скорее всего, и этот случай имел вполне обычное объяснение.

Сотрудница закрыла отчёт и перешла к следующему.

***

Дома Лера обнаружила, что забыла купить продукты.

В холодильнике лежали два яйца, немного сыра, половина помидора и контейнер с рисом, оставшимся со вчерашнего дня.

Она несколько секунд изучала содержимое полок, затем решила, что этого вполне достаточно для ужина.

Пока разогревалась сковорода, Лера включила городской информационный канал.

На экране появилась ведущая новостей, рассказывавшая о завершении очередного этапа климатических работ. За её спиной демонстрировались кадры земных полей, над которыми двигались широкие полосы дождевых облаков.

— По данным регионального экологического управления, распределение осадков в сельскохозяйственных районах соответствует прогнозным значениям. В следующем месяце климатический город Каскад продолжит плановые работы в прибрежной зоне. Представители администрации напоминают, что временные изменения транспортных маршрутов не повлияют на регулярность снабжения города.

Лера невольно рассмеялась.

— Конечно не повлияют.

Она выключила новости.

Ужин получился вполне съедобным, хотя несколько пересоленным. Лера устроилась за небольшим кухонным столом и открыла на терминале список квартир, сохранённых за последние месяцы.

На этот раз она не стала смотреть на дорогую двухкомнатную квартиру возле центрального парка.

Вместо этого выбрала несколько более скромных вариантов.

Одна квартира располагалась в жилом районе недалеко от транспортной станции, другая — на среднем уровне города, в доме с небольшим внутренним садом.

Цены всё равно оставались высокими.

Лера открыла финансовый калькулятор и начала пересчитывать накопления с учётом возможного повышения зарплаты.

Если её примут на программу подготовки руководителей, а затем удастся получить новую должность, необходимую сумму можно будет собрать значительно быстрее.

Конечно, всё зависело от того, действительно ли её повысят.

Но сегодня эта перспектива впервые показалась не такой уж далёкой.

Лера закрыла расчёты и облокотилась на спинку стула.

Она вспомнила разговор с Романом Сергеевичем.

«Нам нужен человек, который соберёт всё в единую схему».

Эта фраза почему-то доставляла ей больше удовольствия, чем само поручение.

Всю жизнь Лера старалась быть полезной.

Сначала потому, что от этого зависело, насколько спокойно к ней будут относиться окружающие. Позднее — потому, что хорошие результаты помогали получать образование, работу и деньги.

Она привыкла рассчитывать собственные возможности, заранее продумывать последствия и по возможности не просить ни у кого помощи.

А теперь ей предстояло организовать работу нескольких подразделений, сотрудники которых были значительно старше, опытнее и занимали более высокие должности.

Лера понимала, что это будет непросто.

Но отступать не собиралась.

Она встала, убрала посуду и подошла к окну.

За стеклом светились огни города. Где-то далеко работали транспортные узлы, по внутренним магистралям двигались небольшие грузовые составы, а над жилыми кварталами проходили редкие вечерние самолёты.

Каскад продолжал свой путь.

Лера вспомнила, как в детстве любила наблюдать за прибывающими рейсами. Тогда ей казалось удивительным, что огромные машины могут прилетать из мест, в которых она никогда не бывала, и привозить самые обычные вещи: хлеб, одежду, книги, игрушки.

Позднее она узнала, сколько людей и сложных процессов требуется для того, чтобы всё это действительно происходило.

Наверное, именно тогда ей и понравилась логистика.

В ней существовал порядок.

У каждого груза был отправитель и получатель, у каждого маршрута — начало и конец. Даже если что-то шло не так, обычно можно было найти причину, исправить ошибку и добиться результата.

В жизни всё было значительно сложнее.

Лера постояла у окна ещё несколько минут, затем выключила свет и направилась в спальню.

Завтра ей предстояло провести первое совещание в качестве ответственного координатора.

Она очень хотела, чтобы всё прошло хорошо.

***

И где-то на другом конце города, в автоматическом архиве службы контроля Отклика, небольшая строка в незначительном отчёте изменила свой статус.

Повторное совпадение зарегистрировано.

Наблюдение продолжено.