Вынужденная жена дракона

Пролог

— Едут! — звонкий мальчишеский голос выдернул меня из мутного сна. Я резко села на постели и повернула голову в сторону настежь открытого окна. — Едут! Хозяин возвращается!

Страх ледяной коркой сжал сердце, так сильно, что даже в глазах потемнело. Нельзя бояться! Нельзя! Говорят, драконы могут считывать сильные эмоции, и проверять правдивость этих слухов мне не шибко хотелось. Всё же на кону моя жизнь.

Я откинула одеяло и подтащила непослушное тело к окну. Во внутреннем дворе туда-сюда сновали слуги, и от их мельтешения кружилась голова. Дверь позади меня резко открылась.

— Леди, Амелия, — с улыбкой протянула моя горничная, — как хорошо, что вы уже встали! Нам нужно торопиться, хозяин…

— Дракон едет, — одновременно закончили мы. Вот только в голосе Мики было гораздо больше радости и предвкушения. Точнее, в моём его вообще не было.

Она метнулась к платяному шкафу и ловко выудила оттуда лёгкое сиреневое платье. Кажется, это платье она любила даже больше, чем своего дракона. Мика трепетно разложила его на кушетке и вдруг схватилась за сердце.

— Ой! Что же это мы …нужно быстрее привести вас в порядок!

Время сборов полетело незаметно, Мика порхала надо мной с расчёской, пытаясь на южный манер уложить волосы, затем вооружилась краской для лица. Сегодня я чувствовала себя послушной куклой и соглашалась со всем, что она предлагала. Опомнилась, лишь когда служанка сунула мне в руку небольшое зеркальце.

— Какая вы красавица, леди! Лорд сразу же влюбится!

Я чуть не поперхнулась воздухом. До любви драконьего лорда мне не было никакого дела. Лишь бы не убил при встрече, и на том спасибо. Но Мика была слишком романтичной и легкомысленной, даже для своего юного возраста. Надеюсь, это пройдёт до того, как кто-нибудь не слишком благородный успеет воспользоваться её наивностью.

В коридорах царила не меньшая суета. Я с трудом переставляла деревянные ноги и с переменным успехом пыталась успокоить выпрыгивающее из груди сердце. Кому нужно помолиться, чтобы моего будущего мужа хватил внезапный приступ? Слепота на оба глаза тоже подойдёт.

Словно в насмешку над моими жестокими мыслями, яркое солнце на миг ослепило меня саму. Я заслонилась от него рукой и почувствовала лёгкий толчок в спину. Мика явно переживала, не хотела огорчать хозяина, и моё промедление ощутимо действовало ей на нервы.

У парадного входа, кажется, собрались все обитатели замка. На двор резко опустилась напряжённая тишина, и все вокруг замерли не дыша. Я скользнула взглядом по подъездной дорожке и сразу узнала его…

Чёрные как смоль волосы, чёрные же глаза, и такое суровое выражение лица, что вмиг захотелось упасть ниц и признаться во всех смертных грехах. Он ловко соскочил с коня и передал узду, подбежавшему мальчишке с конюшни.

Дракон был выше всех присутствующих во дворе мужчин, да что там говорить, он был выше всех, кого я когда-либо знала. Широкий разворот плеч, крупные руки и сильное, по-мужски развитое тело не оставляли сомнений, что передо мной предстал воин. Умелый, если верить слухам, что доходили до моих земель.

Шаг, другой … и вот наши взгляды встретились. Мне словно кипятка в лицо плеснули, а потом придавили каменной плитой, не забывая при этом потоптаться сверху. Я пошатнулась, но к гордости своей устояла. Изнутри навстречу его тяжёлому взгляду поднялось что-то тёмное, ледяное, бурей пронеслось по венам и тут же свернулось в груди. Я надрывно выдохнула, а дракон в ответ нахмурился. Мою затуманенную от страха голову посетила первая здравая мысль. Я ведь должна была склониться, а не пялиться своему палачу в глаза!

— Светлого дня, мой лорд, — слова хоть и дались с трудом, но голос прозвучал ровно.

Внушительная, под стать хозяину, тень заслонила меня от солнца. Он подошёл слишком близко, нарушая все правила приличия. От дракона пахло горечью полыни, можжевельником и чем-то незнакомым, терпким, диким. Мне хотелось заорать, оттолкнуть эту глыбу от себя…

— Рад приветствовать тебя, Амелия, — густой, чуть хриплый голос дракона острыми когтями прошёлся по моим чувствам. Только радости в его голосе не было. А имя сестры, к которому я почти привыкла, вдруг снова показалось чужеродным, неживым.

Может быть, не стоит с ним играть? Пусть догадается о подмене сам, и тогда я смогу покаяться, выпросить у него прощение за обман … Висок ожидаемо прострелило болью, и я поморщилась. Память тут же подкинула мне несколько красочных рассказов о том, как дракон жесток и скор на расправу. Я скосила глаза на внушительный меч, прикреплённый к его поясу, и как-то разом перехотелось и признаваться, и каяться. Побег — мой единственный шанс выжить.

— Оставьте нас, — уронил дракон, — хочу уделить время будущей жене.

О милостивые боги, если вы есть, не бросайте рабу свою в столь трудный час!

Дракон развернулся в сторону небольшого сада, где местные выращивали виноград и некоторые целебные травы. Он не сомневался, что я последую за ним.

Глава 1

Несколькими днями ранее

Вчера зацвела вишня. Перламутровые соцветия облепили тонкие ветви, словно свежевыпавший снег. С красотой их мог поспорить разве что жемчуг на свадебном платье моей сестры.

С самого утра я пряталась в саду, и к обеду от сладкого фруктового аромата разыгрался поистине зверский аппетит. Но лучше уж умереть с голоду, чем попасться разъярённой мачехе под горячую руку.

Истеричные вопли леди Хелен доносились до меня с завидной регулярностью, и я к ним настолько привыкла, что попросту перестала замечать. Момент, когда на дом опустилась блаженная тишина, совпал с яркой вспышкой. Я выползла из укрытия и обняла себя обеими руками. Небо вдруг снова полыхнуло, и через пару мгновений над садом разнёсся хриплый раскат грома, пробирающий до костей. Резкий, порывистый ветер беспощадно терзал хрупкие лепестки. Жаль, что красота так недолговечна.

У входа в замок толпились члены поискового отряда с такими хмурыми лицами, что даже спрашивать о результатах не было никакой нужды. Беглянку-сестру до сих пор не нашли. Честно признаться, она никогда не отличалась сообразительностью, и я сильно сомневалась в том, что у неё бы хватило ума самостоятельно организовать побег.

Красавица Амелия с детства купалась в роскоши и родительской любви, и единственным тёмным пятном в её жизни была помолвка с сыном нашего соседа. Будущий брак рассматривался лордами, как гарант перемирия, и должен был положить конец затяжной междоусобной войне. Зачем это отцу я могла понять, а вот зачем этот мезальянс дракону — нет.

О драконах у нас ходили не самые приятные слухи. Чаще всего их описывали как не в меру жестоких и кровожадных воинов, способных когда-то обращаться в огромных чудовищ. Поэтому ничего удивительного в том, что нежная и избалованная Амелия не желала становиться его женой, не было. Только вот отец был непримирим и не реагировал ни на слёзы юной девы, ни на уговоры её матери. Думаю, больше всего он боялся драконьего гнева. И не он один.

Я невидимой тенью проскользнула в сторону кухни. Оттуда доносились умопомрачительные запахи.

— Ох, леди Анна, где же вы пропадали? — с волнением произнесла одна из новеньких служанок. — Мы уж было подумали, что и вас постигла та же участь.

— Какая ещё участь? — удивилась я. Дородная Берта показательно закатила глаза и поставила передо мной тарелку с пышными булочками. Я с благодарностью ей кивнула и тут же набросилась на угощение.

Наша повариха знала меня с самого детства и была единственным по-настоящему близким мне человеком. Отец не чурался случайных связей и даже после брака с моей матерью не обременял себя супружеской верностью. А потому, когда порядком округлившаяся Хелен разродилась черноволосой девочкой, сомнений в отцовстве ни у кого не возникло. Амелия была почти полной копией лорда.

Через полгода родилась и я. Но только матушка моя не успела насладиться материнством — несколько месяцев спустя она подхватила лихорадку и очень быстро угасла. Хелен воспрянула духом и, воспользовавшись моментом, сумела добиться признания. Амелия стала наследницей, а я сиротой при живом отце. Говорят, он любил мою мать и даже горевал после её смерти…но разве так поступают с теми, кого любят? Если это и есть любовь, то лучше оставьте её при себе. Обойдусь.

— Так это … говорят, дракон утащил молодую леди, — прошептала девчушка. Мы с Бертой снова переглянулись.

— Она сбежала, — отрезала я.

— Как сбежала? — служанка осела на скамью и прижала руку к груди, а Берта тяжело вздохнула. — Леди не могла. У них же договор с драконом! А если сбежала, так он ведь разгневается и нас всех … Не могла она.

Такая вера в добропорядочность Амелии меня умиляла. Я вот была уверена, что жизни обитателей замка её волновали в последнюю очередь. Она спасала свою шкуру и даже о любимой маменьке не подумала.

— Ну чего расселась? — внезапно гаркнула Берта и шлёпнула служанку полотенцем. — Бери свою подружку и поезжайте в деревню. Возьми у Греты ещё молока, яиц и мяса.

— Но как же? Там ведь гроза…

— Ты спорить вздумала? Бездельники! Пока ты эту вертихвостку отыщешь, и гроза пройдёт…

Берта всё причитала, хотя девчонки уже и след простыл.

— Негоже всухомятку есть, — женщина сменила гнев на милость и поставила передо мной большую чашку с малиновым взваром.

— Думаешь, они успеют покинуть замок до приезда дракона?

— На то воля богов. Тебе, Анна, тоже нужно бежать, — устало протянула она и присела напротив.

— А ты?

— Да брось, — отмахнулась Берта, — я ему не по зубам!

Она хлопнула себя по широким бокам и заливисто рассмеялась.

— Что известно об Амелии? — тихо спросила я.

— Да странно всё это. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Только конюх говорит, что живность беспокойно ночь провела. Но то ведь и к грозе могло быть.

— Вот именно. Амелия настолько всё продумала, что не оставила следов? Не верю. Ей кто-то помог.

— Чует моё сердце, что тут наша леди замешана. Не нравится мне всё это. Езжай-ка с девчонками в деревню, — прошептала повариха.

Что ж, совет был и правда хорош. Мачеха меня ненавидит, отцу вообще плевать, а слуги разбились на два лагеря. Одни выслуживались перед Хелен, донося о каждом моём шаге и промахе, вторые грели постель отцу. В змеином гнезде и то приятнее находиться. Так что меня здесь уже ничего не держало. Кроме Берты.

Дракона мы ждали ещё прошлой весной, как раз когда сестра достигла совершеннолетия. Однако он так и не явился за невестой, и к концу лета нам доставили короткую весточку от жениха. Его отец умер, и пока молодой лорд принимал дела, на их земли напал давний враг, а затем ещё один. Так, Амелия Амелия получила отсрочку длиною в год.

Пока Берта задумчиво смотрела на начищенные котлы, а я предавалась тягостным думам о будущем, на кухню, стуча каблуками, вплыла личная горничная леди Хелен. Ничего хорошего от её появления я не ждала и оказалась права…

— Анна, — сухо обратилась она, как обычно пренебрегая моим титулом, — лорд хочет тебя видеть.

Я вскинулась и наткнулась на тревожный взгляд Берты. Она медленно покачала головой, словно пыталась меня отговорить. От нехорошего предчувствия по спине пробежал холодок, и сердце в груди забилось пойманной птичкой. Каждая из нас прекрасно понимала, ослушаться отца я не могла себе позволить, поэтому медленно встала и под бдительным надзором старой карги двинулась в сторону отцовского кабинета.

Глава 2

Пока поднималась на второй этаж, я всё гадала, зачем вдруг понадобилась отцу. Мы практически не общались, да и отцом я называла его лишь мысленно. Как-то раз в детстве посмела обратиться к нему по-свойски и тут же получила по губам от разгневанной Хелен. Этот урок я усвоила на всю жизнь. Слуги, конечно, знали, о нашем родстве, но не смели упоминать об этом вслух.

Моим воспитанием занималась специально нанятая гувернантка. Сухощавая и очень строгая женщина сильно меня пугала, отчего учёба шла из рук вон плохо. Она каждый день отчитывалась Хелен, и та хвалила её за "усердие". Мачехе грела душу мысль, что я вырасту глупой и безграмотной.

Однажды учительница сильно опоздала на урок, она весь день задумчиво хмурилась и очень долго изучала меня грустным взглядом. С того дня подход к обучению и наши с ней отношения сильно изменились. Со временем я перестала ненавидеть письмо и чтение и довольно быстро научилась считать. Вот только Хелен почему-то по-прежнему получала доклады о моих неудачах. В общем, о странностях моей гувернантки я вспоминала не раз, но относилась к ней с благодарностью и уважением.

На втором этаже у кабинета лорда я столкнулась с двумя молодыми стражниками. Один из них коротко постучал в дверь и тут же толкнул её.

Я прошла внутрь и сразу поняла, что попала в ловушку. Отца в кабинете не было, только Хелен и странный незнакомый мужчина. Каждый раз, когда я пыталась взглянуть ему в лицо, оно подёргивалось дымкой и ускользало от восприятия. Он не хотел, чтобы его лицо запомнили. Сильный маг.

— Где мой отец? — скрыть волнение не получилось. Хелен подскочила из-за отцовского стола и скорчила презрительное лицо.

— Не смей так его называть! Ты не имеешь права!

— Успокойтесь, леди, — непонятно кому из нас двоих ответил мужчина. Его неожиданно приятный голос заставил меня вздрогнуть. Он отступил от окна и подошёл ближе. Я же, напротив, сделала шаг назад и наткнулась спиной на горничную. Мне показалось, что маг усмехнулся моей нелепой попытке сбежать. — Лорду нездоровится, так что решать проблему придётся без его участия.

— Нездоровится? Что случилось?

— Сердечная хворь, — равнодушно ответил он. — Но его жизни ничего не угрожает.

— Кроме дракона, — вырвалось у меня.

Я прикусила язык, однако было слишком поздно. Хелен открыла рот, чтобы облить меня очередной порцией желчи, но маг остановил её жестом руки.

— Леди, Анна, вы верно заметили. Дракон сейчас ваша главная проблема.

Да уж, не заметить такую проблему было сложно. Маг сделал ещё один шаг ко мне, а я поняла, что не могу пошевелиться. Ноги перестали слушаться, руки вдруг показались такими тяжёлыми, словно их отлили из металла. Я тщетно металась в своей клетке, пока страх внутри меня не стал совсем невыносимым…

От резкого порыва ветра распахнулось окно, и в комнату ворвался ледяной воздух … Взвизгнула Хелен, витражные стёкла шкафа брызнули во все стороны, а я вместе с обжигающим горло холодом вдруг почувствовала свободу. Внутри билась только одна мысль — беги! Я оттолкнула опешившую горничную, схватилась за ручку двери и сразу же напоролась на стражников. С двумя мужчинами мне было не справиться.

— Не усложняйте, Анна, — раздражённо протянул маг. — Вы же говорили, что в ней нет магии!

Последнее явно предназначалось не для моих ушей. О чём он? Во мне и правда нет магии. Мужчина схватил меня за руку, и его прикосновение показалось таким обжигающим… Мысли стали вялыми, мутными, ноги подкосились, и я упала на колени.

— Анна, не сопротивляйтесь, иначе вам будет очень больно, — его слова можно было принять за заботу. — Я всё равно выполню свою работу.

Наверное, нужно было послушаться.

***

Я очнулась в кресле, всё в том же кабинете. Голова разрывалась от боли, а свет обычно тусклой лампы больно резал глаза.

— Мне нужны гарантии!

Хотелось оглохнуть, только чтобы не слышать визгливый голос Хелен.

— К сожалению, никаких гарантий дать не могу. У вашей падчерицы довольно сильный родовой дар.

— Неужели такой талантливый мастер, как вы, не в силах справиться с какой-то девчонкой? — пошла в атаку Хелена.

— Лесть здесь не поможет, вы должны понимать все риски. Однако, дар Анны не раскрылся в полной мере. Без хорошего учителя и тренировок внушение ей не сбросить. На это могут уйти годы.

— Годы? — задумчиво протянула Хелен. — А выжечь её дар нельзя?

Я дёрнулась и парочка моих доброжелателей наконец-то обратила на меня внимание. Маг задрал мою голову и заглянул в глаза.

— Выжечь дар не составит труда, но тогда Анна умрёт, — безэмоционально произнёс он. От собственной беспомощности из глаз полились слёзы. — И тогда с драконом придётся разбираться иначе.

Хелен мельтешила за спиной мага, видимо, иначе разбираться с драконом ей не хотелось.

— Леди, — привлёк моё внимание мужчина. — Теперь вас зовут Амелия. Вы первая и единственная дочь лорда Нортона. Попытки рассказать правду будут приносить вам невыносимую боль, как и попытки вспомнить или рассказать кому-то о том, что в ваших жилах течет магия. Я в любом случае не советую ставить дракона в известность, ваш будущий муж не оценит. Скорее всего, вы первая лишитесь головы. Будьте тихой и послушной, не вызывайте подозрений, и тогда ваша жизнь будет долгой и… Ну, насчёт счастья врать не буду.

Он выпрямился, насладился моим убитым видом и направился в сторону двери.

— Постойте! — Хелен бросилась за ним. — Вы должны остаться до приезда дракона!

— Я вам ничего не должен, — всё показное дружелюбие исчезло из его голоса. Мачеха отшатнулась. — Свою работу я выполнил. И приведите её в порядок.

Хлопнула дверь, а я обессиленно прикрыла глаза.

Глава 3

Гроза утихла так же резко, как началась. Меня быстро умыли и переодели в одно из платьев сестры, и когда настало время встречать жениха, на улице уже во всю светило солнце.

Тело до сих пор мне не принадлежало, я лишь молча выполняла все распоряжения Хелен. Внутри медленно разгоралась буря из ярости и гнева, но, не находя выхода, лишь разрушала меня саму.

Перед самым выходом из поместья мачеха подхватила меня под руку и приказала улыбаться. Губы против воли растянулись в улыбке, хотя больше всего мне хотелось плакать.

В момент, когда у ворот показались всадники, я чуть не потеряла сознание, как какая-нибудь дамочка из высшего света. Только это не было игрой, к тому же чужое платье ощутимо жало в груди, из-за чего вдохнуть полной грудью не получалось.

Семеро мужчин не сбавляя хода, неслись прямо на нас. Все они были вооружены и одеты в доспехи, словно не за невестой приехали, а воевать. Я всматривалась в их лица, пытаясь понять, кто из них мог бы оказаться моим женихом.

Отряд возглавлял огромный детина на таком же огромном коне. Щеку его пересекал уродливый шрам, а выражение лица могло испугать даже самых стойких.

Только бы не он! Только бы не он! — билось в моей голове.

Но мужчина ещё больше подался вперёд и подъехал к самым ступеням. Остальные же воины принялись топтать газон. Я слышала, как скрипят от злости зубы мачехи, и даже почувствовала себя слегка отомщённой.

— Рада приветствовать дорогих гостей, — начала Хелен, но воин, кажется, её не слушал, — мы приготовили…

— Где лорд Нортон? — вместо ответного приветствия рыкнул мужчина. Слуги слаженно отшатнулись поближе ко входу.

— Мой муж слёг с сердечной хворь, поэтому поручил мне…

— Смею предположить, его здоровье пошатнулось из-за побега вашей дочери? Наречённой моего лорда, — как-то тихо, но угрожающе протянул он.

— Какой побег? — натурально удивилась Хелен. Если бы не знала её всю жизнь, наверняка поверила бы. — Кто вам сказал такую глупость?

Упоминание глупости разозлило мужика ещё больше, он спрыгнул с коня и подошёл ближе.

— Тогда я хочу увидеть леди Амелию!

— Так вот же она, — мачеха толкнула меня вперёд, и я, споткнувшись о длинную юбку, чуть было не встретилась с вымощенной камнем дорожкой. Воин успел меня подхватить, приподнял за плечи и поставил ровно перед собой. Он нахмурился, внимательно рассматривая моё лицо, затем сунул руку в небольшую сумку, прикреплённую к поясу, и достал оттуда изрядно помятый листок. Снова посмотрел на меня и на листок … и так раз пять.

— Похожа, — констатировал детина, и лицо его приобрело чуть более дружелюбное выражение. Совсем чуть.

Рядом с ним я чувствовала себя мелкой букашкой, которую он мог прихлопнуть двумя пальцами. Шея затекла оттого, что пришлось высоко задрать голову, но пожаловаться было некому.

— Я Лазар Гройс, друг и помощник вашего будущего мужа, — Лазар низко склонил передо мной голову. Хелен недовольно буркнула, ведь первым делом он должен был поприветствовать хозяйку дома. Но видимо, Лазар не из тех, кто соблюдает этикет. Это прямо у него на лице было написано.

Наверное, он ждал ответную реплику.

— Он не смог приехать из-за некоторых сложностей, — оправдался друг дракона. Под некоторыми сложностями, надо полагать, он подразумевал очередной военный конфликт. Так и не дождавшись моей реакции, Лазар повернулся к Хелен.

— Леди …кхм… нездоровится? — гораздо тише обычного спросил он.

— Что вы имеете в виду? — недоумённо протянула мачеха.

— Почему леди молчит и всё время улыбается? — прошептал Лазар.

Хелен опомнилась и воткнула свой локоть мне в бок. По её мнению, это должно было стряхнуть с меня подчинение. Однако все попытки сомкнуть губы провалились, честно говоря, к этому моменту я почти не чувствовала нижнюю половину лица…

— Прекрати улыбаться и отвечай на вопросы, — зло шепнула она мне и добавила с улыбкой. — Простите её, она просто перенервничала. Пройдёмте же в дом.

Она махнула в сторону входа, но потом вспомнила, что с Лазаром прибыли ещё шестеро мужчин. Улыбка мачехи вмиг скисла.

— Простите, но мы вынуждены отказаться. Нам лучше выехать немедля. В целях безопасности леди Амелии.

Боги, мне что ещё какая-то опасность угрожает, кроме дракона? Чем я так провинилась?

Мачеха прямо на глазах повеселела и поспешила заверить Лазара, что все мои вещи давно собраны и дожидаются своего часа. Очень уж ей натерпелось спровадить всех нас с глаз долой. Она наконец-то оставила меня в покое и ускакала раздавать распоряжения.

Я обернулась к дому и в толпе слуг заметила Берту. Женщина теребила платок и тихо плакала, даже не пытаясь скрыть это от окружающих. Она вдруг тяжело вздохнула и целеустремлённо двинулась в нашу с Лазаром сторону.

— Милорд! — с надрывом выкрикнула Берта. — Разрешите мне поехать с вами! Я согласна на любую работу.

— Нет, — прохрипела я.

— Это невозможно, — одновременно со мной ответил Лазар. И не соврал. Для переезда ей необходимо особое разрешение, в нашем случае, от самого дракона. Иначе её даже на пушечный выстрел к замку не подпустят. — Вы можете подать прошение на переезд. Если владеете каким-нибудь полезным навыком…

— Я подам, обязательно подам! — перебила его женщина, я наступила ей на ногу, но повариха не унималась. — Но, может быть, вы позволите мне отбыть с вами?

— Это не в моей власти.

— Берта, — тихо сказала я, поскольку голос всё ещё не слушался, — не нужно. Со мной всё будет хорошо. А ты уезжай.

Если мне удастся сбежать… Берта может стать заложницей дракона, и я никак не могла этого допустить. Одно дело рискнуть своей жизнью, другое — жизнью близкого человека. Надеюсь, она меня послушает.

Мой скудный багаж быстренько загрузили в роскошную карету, предоставленную моим наречённым. При виде неё у мачехи пропал дар речи, а в глазах мелькнул алчный блеск. Мы знали, что дракон неприлично богат, но слухи одно, а факты другое. Наверняка она ещё не раз задумается, не просчиталась ли с побегом Амелии.

— Доченька, — в голосе мачехи были слышны нотки искреннего беспокойства, — счастливой дороги! Да хранят тебя боги!

Пока я подыскивала правильный ответ, она легко приобняла меня за плечи и зло шепнула:

— Только попробуй что-нибудь выкинуть, и гнев дракона покажется тебе детской забавой.

— Береги себя матушка … и позаботься об отце. Уверена, муж мой будет милосерден, и мы ещё встретимся, — наслаждаясь её опешившим лицом, протянула я.

Глава 4

В карете я ехала впервые, и до того как мы тронулись, представляла себе это немного иначе. Лазар, видимо, вознамерился сделать из меня отбивную, поэтому лошадей гнали во весь опор. Меня нещадно мотало из стороны в сторону, а на особо глубоких ямах моя многострадальная голова постоянно встречалась с крышей. Я прокляла всё на свете и даже решила, что побега будет мало … я буду мстить!

Через целую бесконечность мы остановились на первый привал. Когда я откинулась на сиденье в попытках отдышаться, в карету заглянул Лазар.

— Леди, не желает немного размять ноги? — наслаждаясь моим потрёпанным видом, спросил он.

— Желает, — прорычала я. Лицо драконьего друга вытянулось от неожиданности.

Как я ни старалась, покинуть карету изящно у меня не вышло. Пока я ходила кругами вокруг экипажа, Лазар о чём-то тихо переговаривался со своими людьми.

Мысли о побеге пришлось оставить до лучших времён. Солнце давно село, и несмелый вечерний воздух приятно холодил лицо. Но я не тешила себя иллюзиями и прекрасно понимала, что в лесу ночью без еды и оружия мне не выжить. У меня будет всего одна попытка и подготовиться к ней необходимо со всей тщательностью.

Возвращаться в пыточную не хотелось, но выбора мне не дали. Лазар церемонно предложил руку и неожиданно забрался следом. Он кое-как уместился напротив, зажёг масляную лампу и вытащил из-под сиденья плетёную корзину.

— Ваша кухарка передала, — пояснил он и откинул льняное полотенце. Карету тут же заполнил запах моих любимых булочек и вяленой колбасы. Я сглотнула, с трудом сдерживая себя от желания вырвать корзину из его рук и наброситься на еду. — Она очень за вас переживала. Вы были близки?

— Да бросьте, — отмахнулась я, — она всего лишь искала лучшей жизни.

— Вашим слугам так плохо живётся? — как бы между прочим спросил он. Долгожданная еда оказалась у меня в руках, и я, пренебрегая всеми приличиями, запихнула в рот побольше сдобы. Пока жую, у меня есть время обдумать ответ.

— Я мало интересовалась жизнью челяди, но вроде бы никто не жаловался, — меня передёрнуло от собственных слов и интонации. Амелию действительно интересовали лишь платья, смазливые богачи и балы, после которых она неделями рыдала в подушку и кричала на всех вокруг. Дракона и свой вынужденный брак она ненавидела всеми фибрами души.

Лазар после моего ответа помрачнел и больше не лез с расспросами. Я должна защитить Берту. Пусть думает что хочет. Плевать.

Расправившись с едой, откинулась на спинку и прикрыла глаза. Мерный стук колёс убаюкивал, и я сама не заметила, как провалилась в сон…

… и очутилась в нашем саду. Ветер трепал деревья и кусты, а зелёная сочная трава щекотала мои голые ступни. Я повернула голову вправо и опешила от неожиданности. Возле засохшей вишни спиной ко мне стоял обнажённый мужчина. Высокий и крепко сложенный он больше напоминал статую, высеченную из белого мрамора. Только статуй в нашем саду отродясь не было.

Он вдруг пошевелился, и всё вокруг изменилось. Густой туман полз по земле прямо к мужчине и услужливо вился возле его ног. Я поёжилась от сгущающейся темноты и отступила назад … тогда-то он меня и заметил. Обернулся резко, взмахнул огромными чёрными крыльями и зарычал, как стая диких зверей.

Страх ледяной рукой сжал горло, а ноги словно приросли к земле. Он метнулся ко мне огромной чёрной тенью и навис сверху…

— Ты обманула меня, — прошипел он. Лицо его начало меняться прямо у меня на глазах. Челюсть выдвинулась вперёд, кожа стала матово-чёрной, грудная клетка раздалась вширь … Я слышала мерзкий звук ломающихся костей. — Амелия…

Я всё же заорала, но крик потонул в диком рёве твари, явно намеревающейся меня сожрать.

— Леди Амелия! — кто-то тряс меня за плечо. — Проснитесь!

Рука взметнулась до того, как сумела осознать, что это был всего лишь сон. Кисть прострелило болью, и я прижала её к груди, с трудом сдерживая выступившие на глазах слёзы. Боги, этот мужик что, из камня высечен? Лазар ошалело хлопал глазами, держась за челюсть.

— У вас неплохо поставлен удар, — со странными интонациями протянул воин. От Амелии он такого явно не ожидал. Хорошо, что я не она.

— Простите, — покаялась я. — Плохой сон.

Сердце заполошно билось в груди, а руки до сих пор тряслись, как будто я всё ещё находилась в саду. Наедине с чудовищем.

В карете повисла тяжёлая тишина. Из окошка лился яркий утренний свет, выгодно подчёркивая контраст между чёрным бархатом сидений и золотой вышивкой. Также контрастно смотрелся багровый шрам на бледном лице Лазара. Когда я против воли зависла на нём взглядом, мужчина дёрнул изувеченной щекой и отвернулся. Мне стало неловко и захотелось искренне извиниться за своё поведение.

— Идёмте, леди. Нас ждёт завтрак.

Я пригладила волосы и расправила складки на дорожном платье. Мои сопровождающие уже выстроились у входа в таверну, и когда я подошла чуть ближе, слаженно кивнули. Сегодня они выглядели гораздо более расслабленными, словно родная земля придавала им уверенности и сил.

О том, что мы уже на землях дракона стало понятно сразу же. На двери постоялого двора был нарисован летающий ящер, вполне миленький и безобидный по сравнению с тем, который мне привиделся во сне. Я передёрнула плечами, стряхивая неприятные воспоминания, но заглушить поднявший голову страх до конца не удалось. Это просто сон, Анна. Сон, навеянный страхами…

Глава 5

Несмотря на раннее утро, внутри было довольно много людей. Едва мы вошли, в зале повисла напряжённая тишина. Лазар заслонил меня от чужих взглядов и провёл в самый дальний угол. Небольшое помещение было плотно уставлено деревянными длинными столами и лавками. Довольно чистыми, на мой взгляд. Я жадно впитывала все мельчайшие подробности внутреннего убранства, детали одежды и лица незнакомцев.

Неподалёку за самым большим столом расположилась молодая пара с детьми. Глава семейства при виде вооружённых мужчин насторожился, но стоило ему рассмотреть на спине одного из воинов вышитого дракона, моментально успокоился. Остальных постояльцев больше всего волновала я. Люди оборачивались, перешёптывались…но не выглядели злыми.

Кроме Лазара за нашим столиком расположились ещё двое воинов, полностью скрывая меня от чужих взглядов. Я нервно выдохнула и подняла глаза на того, что сел напротив. Он был самым молодым из них, наверное, даже моложе меня. Совсем ребёнок. Парень, заметив мой пристальный взгляд, подскочил и церемонно представился.

— Меня зовут Витар, леди. К вашим услугам, — гаркнул юнец.

— Садись уже, прислужник, — добродушно протянул Лазар. — Не мельтеши.

— Я Истон, — буркнул второй.

— Амелия, — на всякий случай представилась я.

От неловкости нас спасла подоспевшая подавальщица. В настолько чистом и белоснежном переднике, словно надела его впервые. Она так преданно и с вожделением смотрела на Лазара, что даже у меня щёки покраснели. Однако драконьего друга мало волновала её вздымающаяся грудь и разрумянившееся миловидное личико, он отчеканил заказ и потерял к погрустневшей женщине всякий интерес.

Завтрак прошёл в гнетущем молчании. Лазар методично поглощал еду, периодически бросая на меня угрюмые взгляды, от которых хотелось забиться под стол. Да и молчаливый Истон напрягал не меньше. Я чувствовала исходящую от него неприязнь, но отыскать причину так и не смогла. Кажется, только Витар был настроен ко мне более-менее дружелюбно.

Я расправилась со своим завтраком раньше остальных и, поблагодарив, отпросилась в уборную. Лазар не препятствовал, но послал Витара проследить за безопасностью леди. Ага, как же. В женских уборных ведь так опасно.

Услужливая подавальщица проводила меня на второй этаж и пригласила в покои. В небольшой, но чистой комнате была своя личная уборная со всеми удобствами.

Витар деловито обшарил взглядом каждый угол, заглянул в шкаф, под кровать, а когда обыск закончился, молча удалился за дверь.

Вода в деревянной лохани исходила паром, рядом лежало полотенце и лавандовое мыло. Надо же, как предусмотрительно…

— Господин велел приготовить, — отчиталась женщина. — Я помогу вам.

— Нет! — прозвучало слишком резко, и я поспешила исправиться. — Не нужно, я сама справлюсь. Благодарю вас. Можете подождать за дверью.

Женщина не рискнула спорить со знатной дамой. Я немного постояла у двери, прислушиваясь к разговору Витара и прислужницы, а затем на всякий случай подпёрла ручку двери стулом.

И что делать? Бежать сейчас? Если поймают, Лазар совсем озвереет и если не прибьёт на месте, то с этим прекрасно справится мой будущий муж. Хватит ли мне сил и смекалки уйти от целого отряда вооружённых мужчин? Вряд ли. С другой стороны, граница с моими родными землями ещё не слишком далеко. Вот только как мне это поможет?

Я металась по комнате, словно это как-то могло помочь работе мысли. Села на кровать и сдавила виски… Если рядом только лес, то далеко мне не уйти. Или нет? Лазар не похож на лесничего. А если город, то я могу попробовать слиться с толпой. Сначала нужно просчитать пути отхода.

Сегодня удача была на моей стороне — узкое окно комнаты выходило на задний двор. Я высунулась по пояс и прикинула расстояние до земли. Если очень постараться и зацепиться рукой за раму соседнего окна, оттуда можно спрыгнуть на крышу сарая. Последовав примеру Витара, заглянула в шкаф, надеясь отыскать там что-нибудь полезное. Но ни там, ни под кроватью, кроме пыли, ничего не нашлось.

Я расслабила шнуровку на платье и обмотала подхват для штор вокруг пояса, чтобы заправить в него края юбки. Лучше бы, конечно, разжиться штанами.

Надеюсь, Берта меня послушала и уехала как можно дальше. Лазар мог что-то заподозрить, не зря вынюхивал...

Додумать мысль не успела. Я как раз закончила с юбкой, когда позади скрипнула половица. Сердце болезненно сжалось в груди и оголтело забилось, отдаваясь шумом в ушах. Краем глаза заметила мелькнувшую тень… Я присела на корточки и, стараясь не выдать себя, медленно потянулась к табуретке.

Снова скрипнула половица, и незнакомец замер. Наверное, он понял, что скрываться больше нет смысла, и резко метнулся в мою сторону. Я ухватилась за ножку и, развернувшись, наотмашь ударила мужчину.

Он успел взмахнуть кинжалом, но тот лишь вскользь прошёлся по моему плечу. Меня повело в сторону и я, неловко запнувшись, упала. Стул разлетелся на куски, а мой убийственный незнакомец теперь одной рукой держался за голову. Нижняя часть его лица была скрыта платком, а в глазах плескалась злость.

Даже моргнуть не успела, как дверь, больше не сдерживаемая стулом, с грохотом отлетела в стену. Витар вихрем ворвался в комнату и сцепился с наёмником. Я отползла к стене и ухватилась за крупный деревянный обломок.

Я считала Витара ребёнком? Как обманчиво первое впечатление. Он швырял противника с такой лёгкостью, словно тот вообще ничего не весил. Его движения были скупыми, выверенными, и такими быстрыми, что ускользали от моего взгляда. Когда появились Лазар и Истон, наёмник уже лежал на полу и, кажется, даже не дышал.

— Амелия! — взревел друг дракона. — Ты цела?

Мне показалось, что ещё немного и он кинется ощупывать меня с ног до головы.

— Я в порядке! — поспешила заверить его.

— Что здесь произошло? — рявкнул он на Витара. Истон перевернул наёмника на спину и обыскал карманы.

— Леди принимала ванну, — отчеканил парень и вдруг запнулся. Мы все дружно посмотрели на нетронутую воду. Неловко вышло. Я аккуратно отцепила и расправила край юбки … к сожалению, это не осталось незамеченным остальными. — Я услышал шум и сразу вошёл.

— Аларик тебе голову снимет, — не без угрозы протянул Лазар, и Витар сник.

— Я приму любое наказание, — храбро ответил он.

— Постойте, постойте. Какое ещё наказание? За что? Он мне жизнь спас, — недоумённо протянула я.

— Он знает за что, — отмахнулся Лазар. — Расскажите, как всё было.

Пока я подбирала слова, Истон подошёл к лохани и нахмурился.

— Ну … я собиралась принять ванну. Заметила у окна мужчину, он прыгнул на меня, я увернулась.

Мужчины как-то странно переглянулись, словно не поверили ни единому моему слову. Даже обидно стало.

— Вода заговорена. К этому моменту леди должна была уснуть. Если бы хоть раз к ней прикоснулась, — констатировал Истон, и все разом посмотрели на леди. Я неловко поскребла щеку.

— Найди хозяина, закройте таверну. Никого не выпускать, — отдал приказ Лазар, — Этого связать и глаз с него не спускать.

Так, я и узнала, что мужчина ещё жив. Лазар лично отконвоировал меня в соседнюю комнату, проверил каждую щель и уже собирался уходить.

— Вы не должны наказывать Витара, — набравшись смелости, заявила я. Лазар застыл у двери.

— Он должен был следить…

— Следить за тем, как будущая жена вашего лорда принимает ванну? — сказанное не сразу дошло до мужчины. Он резко обернулся, и на грозном лице я увидела тень смущения. — У вас так принято? Интересный обычай.

— Нет! — раздражённо выплюнул Лазар.

— Тогда ваши обвинения звучат странно.

— По его недосмотру вас чуть не прикончили, и вы его после этого защищаете? — он смерил меня странным взглядом и нахмурился. — Вы не плачете, и даже истерики нет.

Я бы с ним поспорила. Меня до сих пор трясло, и, несмотря на жаркий день, знобило. Только смысла в слезах я не видела.

— А это поможет? — спросила я, и Лазар хмыкнул. Мы помолчали, меряясь взглядами.

— Хорошо. Будь по-вашему, — он кивнул своим мыслям. Я сдержанно улыбнулась. Витар единственный, кто отнёсся ко мне с радушием, и я не хотела, чтобы он из-за меня пострадал. — Я не стану его наказывать, но с одним условием. Вы сами обо всем расскажете жениху.

Лазар удалился, а я так и продолжала стоять с застывшей на лице улыбкой. Вот теперь можно и поплакать.

Глава 6

Оставаться и дальше на постоялом дворе, где наречённую дракона чуть не убили, Лазар не рискнул. Меня снова засунули в ненавистную карету, а Истон и ещё один воин, имя которого мне было неизвестно, остались расследовать покушение.

Несмотря на то, что угроза миновала, унять внутреннюю дрожь не получалось. Время шло, меня болтало на ухабистой дороге, а в голову лезли совсем нерадостные мысли.

Что, если всё это подстроил…мой будущий муж? Звучит нелепо, но мысль зародилась и теперь отравляла меня изнутри. Заключить помолвку дракона заставил отец, и когда он умер, наследник не слишком то спешил со свадьбой. Целый год тянул. Что, если нарушить обещание он не может, но жениться не хочет? А тут как нельзя кстати наёмник из кустов выпрыгивает…и нет больше обузы.

В сложившуюся картину мира не вписывалась тревога Лазара и то, что Витар меня в итоге спас. Но вдруг за это его и хотят наказать? Я перекладывала эти мысли с полки на полку, пытаясь найти объяснение каждому оброненному слову и действию. Но так в итоге ни к чему и не пришла.

Мы провели в дороге ещё два дня и две ночи. Единственным доступным развлечением были короткие разговоры с Лазаром и разглядывание пейзажей за окном. Однообразные леса и поля сменяли небольшие деревни и посёлки. Наш путь лежал на юг, и с каждым днём зелень становилась ярче и сочнее, а воздух — теплее.

Карету я покидала только для того, чтобы справить нужду и немного размяться, даже есть приходилось на ходу. Так что к моменту, когда мы достигли городских ворот, я выглядела не самым лучшим образом.

Весь город-крепость был обнесён огромной каменной стеной, высотой в четыре моих роста. Я жадно прильнула к окну, не в силах оторваться от этого грандиозного зрелища. Страх перед неизвестностью смешался с предвкушением и трепетом.

Попасть в Наргард можно было лишь по приглашению или в крайнем случае с одобрения самого дракона. О нём, как и о его основателях, всегда ходило много разных слухов и большинство из них были не самого приятного толка.

Мы легко преодолели ворота и сразу же свернули влево. Здесь под защитой крепостных стен, прятались от палящего солнца дома из серого камня с красными черепичными крышами.

Чем дальше мы продвигались, тем выше становились здания и уже улицы. Верхние этажи их выступали над нижними, так что крыши соседних домов почти соприкасались.

Не подозревала, что Наргард настолько большой. Казалось, что мы уже объехали весь город дважды, но на самом деле мы всего лишь достигли внутренних ворот. Я даже привстала, чтобы получше разглядеть главное здание.

Белокаменную громадину украшали узорчатые окна и стройные, изящные башенки. Никогда не видела ничего столь же величественного и захватывающего дух. Арочные балконы, лепнина, обилие позолоты… разве так должна выглядеть колыбель самых диких и кровожадных существ?

Когда мы оказались во внутреннем дворе, на меня вдруг нахлынула необъяснимая тревога, и мир, ещё мгновение назад казавшийся красочным и солнечным, померк. Словно на меня набросили чёрную вуаль. Я моргнула пару раз, но сбросить ощущение гнетущей тяжести не получилось. Что за ерунда?

— Пора, леди Амелия, — сказал Лазар, предлагая мне руку. Он будто постарел на несколько лет с нашего прошлого разговора, а шрам, который я почти перестала замечать, сделался ярче и грубее.

Я выдохнула и шагнула навстречу судьбе.

Не знаю, на что я рассчитывала, но реальность превзошла даже мои, не самые завышенные ожидания. Всё же большую часть жизни я провела на задворках кухни, а из друзей у меня была лишь деревенская ребятня и сын конюха. Но такое откровенное пренебрежение собственной невестой…Однако!

В общем, нас не ждали. Лишь пара ошарашенных нашим появлением слуг подбежала к Лазару, чтобы увести лошадей. Я сразу же вспомнила о наёмнике, и сделанные мной выводы запестрели новыми красками.

— Где Аларик? — спросил воин.

— Хозяина нет, отбыл две ночи назад, — ответил слуга и вдруг замялся. Я протяжно выдохнула. Казнь откладывается.

— Говори, — рявкнул Лазар, и мы со слугой дёрнулись от неожиданности.

— Хозяин велел госпоже Иветте встретить вас как полагается… — прошептал мужчина и робко обернулся в сторону замка.

Лазар красноречиво выругался, и побелевший слуга, подхватив его коня, поспешил скрыться. Из подслушанного разговора я уяснила три вещи. Первое. Госпожа Иветта решила с порога указать невесте, где её место. Второе. Лазар эту самую госпожу сильно недолюбливает. Но самое главное — Иветта не побоялась нарушить указ самого дракона. Возможно, во всей этой истории у меня впервые наметился союзник.

Оказавшись внутри, я поёжилась. Несмотря на жаркую, солнечную погоду в огромном холле было довольно мрачно и холодно. Я растерянно терзала рукав дорожного платья и чувствовала себя нелепо и ужасно неловко во всей этой роскоши.

Лазар в излюбленной манере гаркнул на пробегавшего мимо слугу, и тот со всех ног побежал докладывать о нашем прибытии. Однако долго ждать не пришлось. Из-за угла показалась целая процессия, которую возглавляли две знатные дамы и не менее десятка слуг.

— Рада приветствовать дорогую гостью, — певуче протянула эффектная женщина средних лет. Иветта, надо полагать. Роскошное платье её могло посрамить даже моё свадебное. А ведь отец отдал за него целое состояние. Она плавно приблизилась к нам и широко улыбнулась. — Мы не ждали вас так рано.

Брешет, подумала я. Но поприветствовать госпожу мне не дали.

— Гостья? — как-то нехорошо ухмыльнулся Лазар. — Это леди Амелия Нортон. Ваша будущая хозяйка.

Улыбка Иветты слегка съехала в сторону. Она метнула в мужчину убийственный взгляд.

— А это леди Иветта Геккель, — Лазар продолжил представлять нас друг другу. — Дальняя родственница вашего наречённого. Очень дальняя.

Я наблюдала за этими двумя с затаённым предвкушением и даже была готова поставить на Лазара. Всё же у него меч, а наличие оружия в моём представлении могло решить многое.

Женщина задрала подбородок и окинула меня цепким взглядом. Прошлась им по пыльному платью, растрёпанным волосам и остановилась на лице. Наивная дурочка, — наверняка решила она.

Презрение ей скрыть не удалось, а, может быть, она и не пыталась. Вот только я никогда не считала себя красавицей. К тому же мачеха любила повторять, что с её драгоценной Амелией мне никогда не сравниться. Я ухмыльнулась, вспоминая, как Лазар усердно сверял портрет сестры с моим лицом, и еле сдержала улыбку. Иветта вспыхнула, принимая её на свой счёт.

— Мика проводит вас в покои, — протянула она, и молоденькая служанка покаянно склонила голову. — Вечером состоится праздничный ужин. Вы порадуете нас своим присутствием?

Думаю, больше всего её порадует моё отсутствие в Наргарде, но при таком количестве свидетелей приходилось держать лицо.

— Обязательно! — нарочито восторженно воскликнула я. Дурочка так дурочка.

Глава 7

В моём представлении замок должен был выглядеть как-то иначе. Все же основное назначение такого сооружения — оборона и защита при длительной осаде. Наргардский же замок больше походил на дворец, словно возводился не для войны, а для души.

В широких коридорах было мрачно и безлюдно. Лестницу, по которой мы поднимались, обрамляли кованные перила невероятной красоты, но из-за отсутствия естественного освещения мне не сразу удалось разглядеть, что с каждым шагом рисунок на ограждении меняется, словно рассказывает историю.

Большая часть её была посвящена, конечно же, дракону... Ящер расправляет мощные крылья, летит над над острыми пиками гор, парит над бескрайним морем, сражается с целой армией врагов… Лишь в самом конце в повествовании появился ещё один персонаж — изящная дева у края скалы. И непонятно было, то ли он сожрать её собирается, то ли спасти.

Мы поднялись на третий этаж и сразу же попали в просторный холл. Здесь солнечные лучи проникали в высокие окна, щедро заливая светом мраморный пол и висящие на стенах портреты. С огромных полотен на меня смотрели мужчины, и все они как на подбор были черноволосы и черноглазы. Мика заметила, что я больше не следую за ней, и подошла ближе.

— Это господа драконы, — пояснила она.

Я медленно двигалась от портрета к портрету, подмечая детали. Мужчины были очень похожи друг на друга , на всех лицах застыла печать решимости и непоколебимой уверенности в собственной правоте. Я остановилась у последнего полотна, на котором был изображён мужчина солидного возраста. Его жёсткий, холодный взгляд проникал в самую душу. Передёрнула плечами, вспоминая о нашей мимолётной встрече десять лет назад…

— А где мой... кхм ... лорд Аларик? — невнятно спросила я.

— Его портрет повесят, когда он…ну… — сказать вслух о смерти дракона служанка не рискнула, и я не могла её в этом упрекнуть.

— Я поняла, благодарю.

Мика протяжно вздохнула и бросила быстрый взгляд в сторону коридора. Мне и самой не хотелось здесь дольше оставаться.

Мы прошли в самый конец коридора и застыли у массивной деревянной двери. Показалось, что Мика что-то хочет сказать, но девушка так и не решилась. Она толкнула дверь и пропустила меня вперёд.

Покои оказались небольшими. Прямо скажем, скромными. Зато довольно уютными и с собственной уборной. Изящная резная мебель отлично сочеталась со светло-бежевой драпировкой стен, делая комнату воздушной и лёгкой. В углу стояли несколько обитых зелёным бархатом кресел и красивый столик для чаепитий.

Всё это разительно отличалось от той каморки, где я провела большую часть жизни. В общем, мне всё понравилось. Только вот никак не удавалось понять, в чём заключается подвох и почему Мика смотрит на меня с затаённым страхом.

— А где покои моего наречённого? — спросила я и, очевидно, попала в цель. Мика замялась и почему-то покраснела.

— Мы в гостевом крыле, леди. А покои хозяина в другой стороне, — промямлила девушка и застыла, видимо, в ожидании бурной реакции.

До меня не сразу дошло, что вроде как эта новость должна была меня расстроить… И как нужно отреагировать? Устраивать фееричную истерику чревато, вдруг проникнутся и переселят к дракону? Ну уж нет, такой шанс держаться от него подальше нельзя упускать! Я опустилась в кресло и прикрыла лицо ладонями. Главное, не переборщить. Вспомнила мачеху, подлую сестру и предателя отца, нож наёмника, мелькнувший у самого моего лица … Слёзы не заставили себя долго ждать.

— Леди, не плачьте! — Мика опустилась у моих ног. В её голосе не было наигранности, она сочувствовала мне так натурально, так искренне. — Потерпите немножечко. Скоро вернётся хозяин и наведёт порядок!

Последнее прозвучало слишком уж угрожающе. Я вздрогнула и присмотрелась к девушке повнимательнее. В её голосе не была страха перед самим хозяином, напротив, она верила в его справедливость.

— Мика, ты давно здесь служишь? — невзначай поинтересовалась я.

— Да я с детства туточки, — сначала она обрадовалась тому, что разговор перетёк в безопасное русло, но тут же покраснела. — Моя матушка служила раньше на кухне, и я с ней была…

Её искренность пришлась мне по душе. Девушка могла соврать, но решилась сказать правду, рискуя своим местом.

— Так ты никогда не была горничной?

— Я немного помогала горничной леди Иветты и её дочери! Я всё-всё умею! Клянусь!

Честно говоря, мне было плевать на её умения. Я всю жизнь мылась сама, а причёски и наряды интересовали меня в последнюю очередь. Дело было в отношении Иветты к невесте дракона. К своей будущей хозяйке! Сначала отселила в дальний угол, а потом ещё и в горничные назначила молодую девчонку с кухни. Заинтригованная смелостью леди, я не сразу заметила, что Мика побледнела и едва ли сдерживает слёзы.

— Если я вам не подхожу, есть ещё Кати, она прислуживала знатной городской даме и хорошо разбирается в моде. Есть Мо. Она умеет делать красивые причёски…

— Постой! Ты умеешь держать язык за зубами? — пришлось оборвать её на полуслове. Мика судорожно закивала головой. — Тогда ты меня полностью устраиваешь.

— Леди, вы не пожалеете! Спасибочки! Спасибочки!

Счастье из Мики лилось через край и заразило даже меня. Я несмело улыбнулась и ещё раз окинула комнату взглядом. Гостевые покои, говорите? Ну и отлично. Интересно, как выглядят покои хозяина? Наверное, огромные и тёмные, как сам дракон. В голове мигом вспыхнули картинки из сна… обнажённый мужчина в нашем саду, мощный, крепкий, красивый, как божество… Усилием воли оборвала эту странную мысль и хлопнула в ладоши, прерывая поток благодарностей от Мики.

— Поможешь мне с ванной?

— Ой! — она тут же подскочила и метнулась к уборной. — Совсем я дурная, забила вам голову! Конечно ! Идёмте, я всё покажу и помогу!

Уборная тоже была небольшой, но её чистота не могла не радовать. Светлый пол и стены перекликались цветом с отделкой комнат, а вместо деревянной лохани в центре стояла миниатюрная мраморная ванна на ножках. Такое я видела лишь на рисунках в книгах. Пока я хлопала глазами, Мика начала крутить какие-то краны, из которых вскоре полилась вода. Холодная и горячая. В поместье моего отца был водопровод, но горячую воду всё равно приходилось таскать с кухни.

— Как это работает? — я тронула рукой воду и с недоверием уставилась на довольную служанку.

— Рядом с кухней есть помещение, такая большая штука с паром, — Мика показательно расставила руки, изображая размеры этой штуки. — Оттудова вода и идёт.

— Как интересно, — протянула я и даже не заметила, что Мика уже споро расшнуровала платье. — Спасибо, дальше я сама.

Служанка расстроено мялась рядом, а я понятия не имела, чем её занять.

— Может быть, ты пока разберёшь мои вещи? Их немного. Я вымоюсь и присоединюсь к тебе.

— Ой! Да я мигом! — глаза Мики радостно заблестели. Как легко, оказывается, поднять ей настроение.

Девушка умчалась навстречу с моим скарбом. Я скинула с себя порядком надоевшее за последнюю неделю платье, и погрузилась в горячую воду. Стон удовольствия сдержать не удалось. Вода приятно ласкала кожу, усмиряла тёмные мысли, убаюкивала.

Я провела по коже кусочком мыла, и воздух тут же наполнился запахом лаванды. Что может быть лучше?

Взгляд скользнул к узкому окну. Оттуда на меня смотрел дракон, выложенный из разноцветных кусочков стекла. Но испортить себе долгожданное наслаждение я не позволила.

— Сгинь, — повелительно взмахнула рукой, и капли воды попали прямо ему на морду. Витражный ящер ответил укоризненным взглядом.

Глава 8

Время до ужина пролетело незаметно. Я успела смыть с себя дорожную пыль и не самые приятные воспоминания минувших дней, и как раз помогала Мике с гардеробом, когда с улицы до нас донёсся колокольный звон.

— Ой — ей! Уже скоро ужин, леди! — девушка поспешно запихнула в шкаф туфли и бросилась к туалетному столику.

В небольшом сундуке, доставшемся мне от заботливой сестры, лежали разнообразные гребни, шпильки, ленты и всякие приспособления, которые я видела впервые. Всё выглядело так, будто меня сейчас будут пытать.

Впрочем, я не сильно ошиблась. Нет, Мика была деликатна и очень ловко орудовала расчёской. В какой-то степени это было даже приятно. Просто к моменту, когда у меня уже зверски затекла спина и шея, причёска была готова лишь наполовину. Как же сложно, оказывается, быть леди.

— Мика, ты очень хорошо справляешься, но… может быть, оставим как есть? Просто уберем немного от лица и достаточно? — умоляюще протянула я.

— Нельзя! Леди Иветта говорит: чем проще причёска, тем меньше у девушки чувства собственного достоинства. А если оставим их распущенными, может и гулящей обозвать! — запротестовала девушка.

— Леди Иветте, видимо, больше заняться нечем, — вспылила я и тут же пожалела. Не стоит демонстрировать характер, пока не пойму, кто из обитателей замка может выступить на моей стороне. Вдруг нам с Иветтой, несмотря на всю её неприязнь, по пути? Однако носить на голове башню я была не намерена. — Просто подколи их. Я не привыкла к сложным причёскам, у нас немного другая мода. Леди Иветта должна понять.

Мика недовольно поджала губы, но просьбу выполнила. Крупные каштановые локоны доходили мне до середины спины, подчёркивали узкое лицо и длинную шею. Слишком непривычно, прям как у кукол, что отец заказывал для Амелии.

Девушка достала несколько баночек с краской для лица, долго рассматривала содержимое и взялась за кисточку.

— Лицо трогать не будем! — запротестовала я.

— Но как же? Обязательно нужно сделать вас красивой! — возразила Мика. — Леди Лаура всегда подкрашивает глаза и губы. Оттого и нравится … мужчинам.

— Мужчинам? Или ты хотела сказать дракону? — я требовательно взглянула на Мику, ожидая ответ. У нас тут ещё какая-то Лаура нарисовалась. — И кто такая Лаура?

— Это дочь леди Иветты, — обронила она и почему-то засмущалась. — Мама говорит, что хозяева не любят, когда их называют драконами. Злятся. И нашему хозяину никто не нравится. Точнее, вы понравитесь обязательно! Точнёхонько вам говорю! Давайте хоть щёчки подрумяним?

Она двинулась на меня с кисточкой и ловко воспользовалась моим ступором. Я готова была дать руку на отсечение, что между Лаурой и моим драконом что-то есть … Ну, то есть не совсем моим. Не зря Мика так быстро перескочила на другую тему! Теперь мне стала понятна и неприязнь Иветты , и её желание указать невесте на ворота. Нужно получше присмотреться к этой дальней родственнице. Кажется, она действительно может оказаться очень полезной.

— Что наденете? — поинтересовалась Мика. Она отворила шкаф и невзначай провела рукой по сиреневому платью. Я ещё в прошлый раз заметила, что девчонка положила на него глаз. Платье и правда было красивым, лёгким и воздушным, и именно поэтому я не собиралась его надевать.

— Коричневое.

— Коричневое? — Мика незаметно поморщилась, подтверждая мою догадку, но спорить не решилась.

Платье из дорогой шерсти немного кололось и болталось в области талии, делая меня похожей на квадрат, а из-за странного оттенка моё и без того бледное лицо выглядело ещё более усталым. То, что нужно!

— Леди, хотите, я подгоню его по вашей фигуре? — вежливо поинтересовалась Мика.

— Зачем? У нас так модно, — соврала я.

На лице Мики на миг отразилось всё, что она думала о нашей моде, и я с трудом сдержала смех. Чувство такта у служанки хромало, а прямолинейность иной раз сбивала с толку, но именно от таких людей не ждёшь удара в спину.

Мы поспешили в обеденную залу. В мрачных и холодных коридорах не было людей… эта мысль заставила меня запнуться. Люди! Где жители города? Я видела дома, видела каменные дорожки и опустевшие улицы. Но людей в городе почти не было!

— Мика, сколько людей живёт в Наргарде? — спросила я, заранее предчувствуя, что ответ мне не понравится.

— Мало, — легко ответила она. — Только жители замка и войско др…хозяина! Мама говорит, раньше за первыми воротами людей было больше, чем во всех соседних городах вместе взятых.

— И куда все делись? — я передёрнула плечами, борясь с опустошающим чувством внутри. Мика лишь пожала плечами.

***

В обеденной зале было довольно просторно и светло. Огромная люстра нависала над столом, отбрасывая на стену причудливые узоры. Место в центре стола пустовало, справа от него восседала леди Иветта и её дочь, слева сидел мужчина, и от одного только взгляда на него у меня зашевелились волосы на голове. Маг. С некоторых пор я их на дух не переносила. Мы уставились друг на друга, но я не выдержала первой и отвернулась.

Кажется, ужин начался без меня. В зале находилось ещё с десяток неизвестных мужчин и Лазар. Мика оставила меня у входа, и теперь без её молчаливой поддержки я ощущала себя котёнком, брошенным в клетку с бешеными собаками. Одно из двух пустующих мест находилось в конце стола слева и не слишком подходило ни для дорогой гостьи, ни уж тем более для невесты хозяина. Второе находилось рядом с магом…

— Амелия, дорогая, мы уже было подумали, что вы не придёте, — уколола меня Иветта.

Маг встал и показательно отодвинул соседний стул, очевидно, предлагая сесть рядом с ним. Что ж, выбора у меня не осталось. Я подошла, изо всех сил стараясь держаться от него как можно дальше, но когда противный маг вскользь коснулся плеча, еле сдержала рвущиеся наружу ругательства. Внутри поднялась целая буря, прокатилась колючей волной по венам, заставляя пальцы рук холодеть. Мне даже показалось, что воздух в зале стал прохладнее.

— Я Элрис. Практикующий маг, — представился мужчина. Его голос совсем не походил на голос того мага, из-за которого я попала во всю эту передрягу. — Приятно познакомится, леди Амелия.

— Взаимно, — соврала я.

Несколько мужчин также поспешили представиться. Многие из них, как оказалось, являлись членами совета Наргарда. Я присмотрелась и к девушке, сидящей рядом с Иветтой. Миловидное личико, изящная шея, пухлые губки, богатое декольте… Сомнений в том, что такое может нравиться мужчинам, у меня не возникло.

Лаура молча окинула меня презрительным взглядом и ядовито улыбнулась в ответ. Ну точно, метит на моё место. С радостью уступлю этой змеюке, наверняка у неё с летучим гадом много общего.

— Думаю, Аларик вернётся уже завтра, — высказался Элрис, когда я мучила приборами поданную отбивную. Нож чиркнул по тарелке с противным звуком, от которого на руках выступили мурашки.

— Заговорщиков поймали? — с интересом спросил солидный мужчина с противоположной стороны стола. На меня он за весь ужин ни разу не взглянул и не представился. — Он послал весточку? Когда состоится казнь?

— Десять человек, — кивнул Элрис. — Казнь уже состоялась. Аларик самолично привёл приговор во исполнение.

Кусок мяса встал у меня поперёк горла.

— Вы побледнели, деточка. Ваш отец тоже лорд… — с изрядной долей сомнения произнесла Иветта. — Ему не приходилось рубить головы?

— Не думаю, — тихо ответила я.

— И это не делает ему чести, — тот самый мужчина остро взглянул на меня. На его висках отчётливо виднелась седина, а правую бровь пересекал небольшой шрам. По манере речи и выправке я сразу определила в нём воина. — Тот, кто выносит приговор, должен сам занести меч.

Он говорил так, будто я собиралась с ним спорить. Надо признать, его слова не были лишены логики. Воображение услужливо подкинуло сцену, в которой Аларик Виолар узнает, что его наглым образом обманули, нарушили старый договор, подсунули меня…и то, как он приводит приговор во исполнение.

До конца ужина я не произнесла ни слова. Кусок не лез в горло, я выпала из непринуждённой беседы о казнях и погрязла в собственных мыслях. Учительница любила повторять, что безвыходных ситуаций не бывает, и у меня действительно было целых четыре варианта.

Первый. Выйти замуж за дракона, а когда он выяснит правду обо мне, с очень большой вероятностью лишиться головы. Второй. Попытаться убрать запрет и рассказать ему правду. Вероятность лишиться головы чуть меньше, но исключать её полностью тоже нельзя. Третий. Побег. Оставим его на крайний случай, всё по той же причине, связанной с головой. И последний. Сделать так, чтобы дракон сам от меня отказался. В таком случае Лаура с Иветтой получают дракона, а я свободу. Этот вариант нравился мне гораздо больше остальных.

Всю дорогу до покоев Мика щебетала, выспрашивая об ужине.

— Мика, — прервала я её, — скажи, Лаура и Аларик любовники?

Девушка споткнулась и даже икнула от неожиданности.

— Не-е-ет, — она интенсивно замотала головой. — Все знают, что хозяин много лет обручён.

Как одно могло противоречить другому я не понимала.

— Но он мог отказаться от меня и жениться на ком угодно. Или не жениться вовсе.

— Как это? Не мог! — воскликнула девушка, пропуская меня в комнату. — Лорд всегда держит своё слово. Если сказал, что женится, значит, женится!

После такого обещания я ещё долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок и пытаясь найти удобное положение.

В комнате царил полумрак, и лунный свет, пробиваясь сквозь незашторенные окна, отбрасывал на стены причудливые блики. Я распахнула створку и глубоко вдохнула наргардский воздух. На улице было тихо и мрачно, лишь яркая луна освещала неказистую часовню, с чёрными провалами вместо окон. Сторожевые собаки затянули свою заунывную песню, и от воя их мне вдруг стало так тоскливо и одиноко… Я вытерла влажные щёки рукой и рухнула в кровать.

А утром прибыл дракон.

Глава 9

Аларик Виолар

За пределами Наргарда всегда было легче дышать. Я не замечал этой странности до своего первого совершеннолетия, а, может быть, просто не придавал этому особого значения. Но после него находиться в родных стенах стало практически невыносимо. Стены города давили на меня, угнетали мою внутреннюю сущность, а тяжёлый местный воздух душил. Когда я рассказал об этом отцу, он не стал смеяться над моими слабостями.

— Рано или поздно это должно было случиться, — мрачно протянул он.

— О чём ты, отец?

— О проклятии. Точнее, о той его части, которую принято держать в секрете, — отец поморщился и принялся тереть виски. Головные боли к тому моменту участились и основательно его изматывали.

Когда ты последний из драконов, то волей-неволей знаешь об угасании рода всё. Так, я думал до того дня.

— Как только последний дракон испустит дух, город падёт, погребая под собой всех, кто в нём находится.

Об этом я действительно слышал впервые. Драконами нас теперь называли разве что в насмешку, ведь мы давно потеряли способность к обороту. Тогда я ещё не осознавал в полной мере всей ответственности, что ляжет на мои плечи. Наивно полагал, что самым страшным для меня станет одиночество.

— Значит, из-за меня умрут сотни … нет, тысячи горожан? — с ужасом спросил я.

— Я что-нибудь придумаю, — пообещал отец. — Обязательно придумаю.

И он сдержал своё обещание. Отец перевернул вверх дном всю семейную библиотеку, он пропадал там неделями, пока практически не ослеп от головной боли. В какой-то момент мне даже показалось, будто он помешался на этом проклятии и всём, что с ним связано.

Его слабостью постоянно пользовались разные шарлатаны. Одной из них даже удалось убедить его в том, что она видит будущее и знает, как разрушить проклятие. К сожалению, он ей поверил. Так, я и оказался помолвлен с дочерью лорда Нортона.

Последние годы его жизни я упустил из-за постоянных посягательств на наши границы. Время выдалось нелёгким, и мне пришлось довольно рано повзрослеть. Я редко навещал Наргард, и ощущение нависшего над нами проклятья в памяти моей ослабло, как и мысли о навязанной невесте.

Я даже решил, что смогу переубедить его и разорвать невыгодную для нас со всех сторон помолвку, но отец уже впал в беспамятство.

— Сколько ему осталось? — мрачно спросил я у лучшего лекаря всех соседних земель. Очередного шарлатана.

— Скорее всего, эту ночь лорд не переживёт, — проблеял он. Я бросил на него лишь один взгляд и светило медицины сдуло ветром.

Мужчина, что должен быть в самом рассвете своих сил, превратился в старика. Я едва ли узнавал его, исхудавшего и растерявшего все краски жизни.

Склонился, чтобы поправить сползшее с его плеча одеяло и вдруг почувствовал прикосновение к своей руке. Отец открыл глаза.

— Аларик … это ты? — прошептал он через боль, но не дал ответить: — Ты помнишь, что обещал мне? Помнишь? Девчонка Нортон… ты должен взять её в жены, продолжить род. Обещай!

— Тише, отец! Тише! — я придавил к кровати его тщедушное тело. — Обещаю!

— Хорошо…хорошо. Лайна пришла за мной, сынок, — вдруг улыбнулся он, произнося имя моей матери. — Я так долго её ждал.

Он резко выдохнул и откинулся на подушки. На лице отца застал маска умиротворения и спокойствия.

Отец называл это истинной любовью. Что это за зверь такой я представлял лишь отдалённо, поскольку и мать свою почти не застал. Он не заводил фавориток и не женился во второй раз, хотя желающих породниться с драконами было немало. Всё же о богатствах рода Виолар ходили целые легенды.

В будущем я не раз вспоминал этот момент и клял себя за данное обещание. Одно неосторожное слово теперь отделяло меня от свободы. Мог ли я его нарушить? Нет. Отец привил мне стойкое отвращение к лжецам, и предать его таким образом мне не позволяла совесть.

После смерти отца находиться в Награде стало совсем невыносимо, проклятье развернулось в полную мощность, и целый год я вынужден был скитаться по собственным землям словно неприкаянная собака.

Со дня нашей помолвки прошло уже десять лет, и образ Амелии Нортон в моей памяти подёрнулся дымкой. Глядя на её детский портрет, я силился представить себе молодую женщину, в которую она превратилась за это время, но выходило плохо. Тогда-то мне и пришла в голову идея узнать её получше.

По моим сведениям, она много времени проводила в знатных домах столицы. Сам я довольно часто получал приглашения ко двору, но они носили скорее рекомендательный характер… никто в здравом уме не стал бы настаивать на моём присутствии на балу. За неимением времени я решил написать старому другу отца.

Его письма оказались очень содержательными, и сначала я даже решил, что старый лорд намеренно оклеветал мою невесту. Но доносы других приближённых лишь подтвердили его слова. Злость и отвращение, которые я испытывал к этой девке, однажды чуть не стали причиной обрушения западной башни. И теперь единственное, в чём я точно был уверен, так это в том, что полюбить Амелию Нортон я не смогу никогда.

О её похождениях в высших кругах ходили легенды, как и о количестве её любовников. Развратная, лживая, избалованная, заносчивая дрянь. Одно лишь её имя способно было привести меня в бешенство… Но время шло, и обещание, данное отцу, всё чаще тяготило мои мысли. Спустя год от назначенной даты я всё же решился.

В конце концов, любовь не обязательное условие для брака, а если её присутствие станет совсем невыносимым, я всегда смогу отослать её подальше. Желательно, чтобы к тому моменту она успела подарить мне сына. Если случится такое чудо, я, возможно, даже смогу её простить. Правда, от одной только мысли о близости с ней меня снова замутило.

В этот раз дорога домой тянулась дольше обычного. Меня не столько тяготил сам Наргард, ставший для меня клеткой, сколько предстоящая встреча с наречённой. Очень скоро я встречусь с женщиной, которая, по мнению отца, могла избавить нас от многовекового проклятья. Я зло рассмеялся. Какая насмешка судьбы…наверное, даже хорошо, что он не дожил до этой встречи.

Когда впереди показались внутренние ворота, я против воли задержал дыхание, а сердце пустилось вскачь. Даже поимка заговорщиков и собственноручно приведённый во исполнение приговор не будоражили меня так сильно, как эта проклятая помолвка. Нужно будет найти ту бабу, которая убедила отца помириться с Нортонами, и казнить. Эта мысль немного усмирила меня и к моменту, когда мы достигли парадного входа, я был почти спокоен. Почти.

Амелия Нортон. Моя наречённая. Наше спасение. Она стояла среди слуг и других встречающих, но мой взгляд сразу намертво прикипел к ней. Всё вокруг перестало существовать, замерло. Наши взгляды встретились, и мир кувыркнулся…

Я шагнул навстречу, пытаясь унять поднявшуюся в душе бурю из странных чувств, и девчонка едва качнулась назад. Словно собиралась сбежать, но в последний момент передумала. Неужели испугалась слабоумного, немытого, дикого дракона? Я скрипнул зубами, припоминая все красочные эпитеты в мою сторону, которыми она так щедро разбрасывалась в столице. Что же, я с удовольствием оправдаю её ожидания.

— Светлого дня, мой лорд, — будто насмехаясь над моими мыслями, протянула она.

— Рад приветствовать тебя, Амелия.

Я шагнул ближе, и её нежный запах коснулся моего лица… Пришлось задержать дыхание. Девчонка скривилась. Стерва.

— Оставьте нас. Хочу уделить время будущей жене, — не без угрозы протянул я, и Амелия напряглась. Её страх будоражил меня, заставлял испытывать злое предвкушение.

Я двинулся к саду, абсолютно не заботясь её мнением. Большего всего мне хотелось, чтобы она на собственной шкуре испытала всё, что по её вине пришлось пережить мне. Гнев, стыд, унижение. А ведь всё могло быть иначе…

Когда мы скрылись от многочисленных взглядов, я резко остановился и позволил себе получше её рассмотреть. Амелия застыла на дорожке и, забрав подбородок, уставилась на меня в ответ.

Красивая. Вообще ничего общего с тем, какой я её представлял. Солнечные лучи путались в её густых, длинных волосах. Хотелось трогать их, пропустить сквозь пальцы, ощутить их мягкость и шелковистость. На бледной, почти прозрачной коже ярко выделялись серые глаза и тёмные брови. Верхняя губа была чуть полнее нижней, и я с трудом отогнал от себя яркие картинки того, как провожу по ней языком…

Терпкий запах страха меня отрезвил. Усилием воли стряхнул с себя наваждение и до боли сжал кулаки. Что со мной? Это какая-то магия? Она хорошо держалась, смотрела с вызовом, но руки манерно сложенные спереди слегка тряслись. Правильно, бойся меня.

— Выглядишь иначе, — протянул я. Миндальничать с невестой у меня не было никакого желания, хотя, думаю, она привыкла совсем к другому обращению. Её реакция мне понравилась, а девчонка дёрнулась как от пощёчины.

— Иначе? Разве мы виделись раньше? — спросила она, и запах её страха усилился.

— Наша помолвка. Десять лет назад. Незабываемая встреча, — зло усмехнулся я.

Я вспомнил маленькую девочку, лицо которой распухло от рыданий. Глаза превратились в две крошечные щёлки, а красный нос походил на огромную сливу. Лорд Нортон долго извинялся и подарил мне её свежий портрет. Пришлось даже выдавить из себя пару комплиментов. К слову, Амелия после этого разрыдалась ещё больше. Когда я спросил отца о её странном поведении, тот лишь ответил, что моей вины в том не было, мол, женщины сами не знают чего хотят. Судя по донесениям, эта уж точно знала.

— С тех пор много воды утекло, — выдохнула она, избегая моего взгляда. — Мы оба изменились.

Сомневаюсь…

— Как вам замок? Пришлись по душе выделенные покои? — спросил я.

— Прекрасный замок, прекрасные покои, — ровно ответила она. Ни жалоб, ни слёз, ни истерик, на которые я так надеялся.

Меня до рези в глазах злило её напускное равнодушие.

— Люблю уединение, — многозначительно добавила она. Я хотел уязвить её, унизить? Просчитался, не учёл, что она и сама брезгует мной и воспримет отселение как подарок. Может быть, засунуть её в подвал? Там много пустых камер и уединения.

— Сад тоже прекрасен? — с издёвкой спросил я. Она скользнула взглядом по щербатым дорожкам, заросшему сорняком газону и кустарникам, изрядно высохшим на солнце.

— Как и всё в вашем замке, — кивнула она равнодушно и пожала плечами.

Держать себя в руках в присутствии Амелии становилось всё сложнее, но, к счастью, наше милое свидание было прервано появлением Лазара. Он застыл неподалёку, не решаясь подойти ближе.

— Жаль, — я привычно положил руку на рукоять меча, и девчонка громко сглотнула. — Чувствуйте себя как дома. Меня ждут дела.

Я повернулся к ней спиной и направился к другу. Спину жгло от чужого взгляда, и нестерпимо захотелось обернуться. Я медленно выдохнул, усмиряя чувства, и приказал себе выкинуть Амелию Нортон из мыслей.