Вычеркнуть из времени

Глава 1

Загадки истории

В жизни всегда есть место тайне.

Кажется, что все пути изведаны,

Но оглянись, и поймешь случайно:

Сколько дорог предстоит неведомых!

Ксандр

Москва, 2024 год

— Дедушка! Дедушка, ты дома?

Звякнули ключи, опускаясь на тумбочку в небольшой прихожей. Отправились в обувной ящик удобные коричневые балетки, а оттуда появились розовые тапки с помпонами. Все привычно, словно ежедневный ритуал.

— Деда?

Алина толкнула дверь, ведущую в коридор. Из гостиной доносились голоса. Понятно, у дедушки гости. Значит, не стоит мешать. Дед всю жизнь отдал истории, и к нему часто приезжали на консультацию люди из самых разных уголков земного шара. Оставалось надеяться, они не засидятся допоздна, потому что Алина тоже хотела обсудить с дедушкой нюансы своей дипломной работы. Тему она выбрала сложную: драгоценности и предметы, которым приписывались мистические свойства. Таких хватало, на самом деле, а дедушка многие из них держал в руках. И то, что для кого-то было красивой сказкой или бредом, для Алины обретало реальность.

Дедушка воспитал их с братом, когда мать с отцом пропали во время одной из исследовательских экспедиций. Их так и не нашли, а заботу о детях взял на себя суровый профессор истории Николай Петрович, дома превращаясь в любящего деда Колю. Дети давно выросли: Алина оканчивала магистратуру, ее младший брат пошел по стопам родителей и не мыслил жизни без археологических экспедиций. Сначала Алина боялась, что Дима повторит судьбу мамы и папы, но потом поняла: он имеет право выбора. Это его жизнь, и не получится пройти путь за него.

Вот и сейчас Дима уехал. Алина уже год как жила отдельно, но каждый день забегала к дедушке — помочь по хозяйству, принести продукты или просто посоветоваться, как сегодня. Поэтому ее не смутили гости. Она прошла в свою старую комнату, тихо включила музыку и взяла с полки книгу, автором которой был дедушка. «Проклятые артефакты». Антинаучно звучит? Еще бы! Но на самом деле, дед знал, о чем писал. Он не раз сталкивался со сверхъестественным. В чем-то даже к нему привык и привил внукам мысль: невозможное возможно. Поэтому Алина не торопилась относиться к миру с научным скептицизмом. О, нет! Мир куда сложнее, чем выведенная формула. Это она усвоила навсегда.

А разговор в гостиной вдруг перешел на повышенные тона.

— Вон отсюда! — послышался громогласный возглас дедушки, и его собеседник, видимо, послушался, потому что вскоре хлопнула входная дверь.

Только тогда девушка выглянула в коридор и изумленно замерла. Ей очень редко доводилось видеть дедушку настолько разгневанным. Он, казалось, готов был снести мебель от ярости, но, заметив внучку, взял себя в руки и сказал почти спокойно:

— Пришла, егоза? Я не слышал.

— Ты был слишком увлечен, — вздохнула Алина. — Кто приходил? Почему поссорились?

— Да так! — Николай Петрович отмахнулся от вопроса внучки. — Старый знакомый. Решил, что я могу помочь ему найти одну вещицу. Я бы и мог… Да только руки у него недобрые, обойдется.

— И он так просто ушел?

— А кто же его спрашивал? — усмехнулся дед. — Сама знаешь, дом под надежной защитой. Идем на кухню, я пряники купил, твои любимые. Чай пить будем.

И прошел мимо замершей Алины к дальней двери, за которой скрывалась небольшая кухонька.

— Аля, ты идешь?

Алина только покачала головой. В этом весь дедушка! Верит, что его артефакты сберегут. А на самом деле это лишь вещи. Находки с раскопок, покупки на аукционах. Да, Алина верила в мистику, но верить — это одно, а полагаться на нечто неосвязаемое полностью — совсем другое.

А дед уже поставил на плиту пузатый чайник, расположил на столе чашки с цветочками, опустил в них кусочки рафинада. Он всегда предпочитал его сахарному песку. Алина сразу почувствовала себя маленькой девочкой. И ей стало приятно от ощущения, что рядом дедушка, способный позаботиться о внучке. Хотя бы напоить ее чаем.

Пряники дед выложил в вазочку, разместил ее поближе к внучке. У них было правило: за едой ни слова о делах, и оба его придерживались. А вот Димка никогда не следовал правилам, но все равно оставался любимым внуком и братом.

— Что Дмитрий, не звонил? — поинтересовался дедушка.

— Нет, — ответила Алина. — Ты же его знаешь! Как уйдет с головой в свои исследования, так и забывает обо всем белом свете. Это же Дима!

— И то так. Сложный характер парню достался, весь в отца. Ты пей, пей. И пряники тоже сами себя не съедят.

Алина улыбнулась и взяла угощение. Действительно, ее любимые, шоколадные. Такие всегда покупала мама, когда Аля была совсем маленькой.

С кухни они с дедушкой переместились в гостиную. Здесь уже ничто не напоминало о недавнем госте, будто и не было его. Алина разместилась в кресле у окна, дедушка сел напротив.

— Спрашивай, — позволил он, уже понимая: внучка пришла не просто так.

— Проклятые бриллианты Романовых, — с горящими глазами проговорила Алина.

— Глупости, — отмахнулся Николай. — Ничего проклятого в камнях нет. Обычные вещицы, пусть и безумно дорогие. Не подойдут для твоей работы.

— Но…

— Плохо ищешь, внучка, — улыбнулся старый исследователь. — Банальные сплетни за основу берешь. Так твою работу не засчитают.

— Тогда на чем же мне еще остановиться?

— Допустим, серьги Мещерских. Их могли носить только потомки рода и верные жены. Иначе серьги «мстили» за неверность.

Теперь уже Аля скептически улыбнулась.

— Мстили за неверность? Ты серьезно? И как? Убивали неверную?

— Зря смеешься. Может, и не убивали, но наказывали. Поищи источники, Алина. Уверен, узнаешь много интересного.

— На одних серьгах дипломную работу не построишь, — вздохнула девушка. — Да и в России мистических предметов не так много, в основном все заграничные.

— Так и быть, подскажу, — усмехнулся дед в седые усы. — Августова крабица.

— Что? — Алина удивленно моргнула. — Никогда не слышала ни о чем подобном.

— Значит, плохо училась, внучка. Августова крабица — это сосуд, который по преданию принадлежал самому Октавиану Августу. И у него своя история…

— И как же крабица попала в Россию? — спросила девушка.

— Доподлинно неизвестно. По слухам, сосуд привезли из Византии во времена Ивана Калиты, с его помощью проводилось помазание на царство. А в 1918 году крабица была похищена вместе с другими ценностями из колокольни Ивана Великого. Некоторые ценности нашлись, крабица — нет. В этом сразу усмотрели дурной знак…

— Наши люди дурные знаки видят повсюду, деда. Даже в черной кошке, которая идет по своим делам. Суеверия…

— Суеверия или нет, а с пропажей крабицы многое в стране переменилось. В последний раз, по слухам, видели ее в Париже. Там след и затерялся. А мистических свойств ей приписывали достаточно. Мой коллега, Антон Владимирович Свихрев, посвятил ей научную работу. И вот там говорилось, что крабица — вещь ритуальная, и с ее помощью многое можно сделать.

— Дедушка, но вот ты ученый, а все о мистике и о ритуалах…

— А ты нет? — рассмеялся Николай Петрович. — Какую тему выбрала? Драгоценности и предметы с мистическими свойствами. Так что крабица для твоей работы подходит как нельзя лучше. Драгоценнее не найдешь. Не зря ее называли «русским Граалем».

— Хорошо, возьму на заметку, — кивнула Алина. — Спасибо, деда. Только ведь ее так и не нашли. Как проверить, были у нее мистические свойства, не было?

— Никак. Только на веру принять. А ты поройся хорошенько в документах. Уверен, и к крабице что-нибудь отыщешь. Кстати, мне Аркадий Валерьевич звонил, зовет меня приехать на раскопки под Вологду. Говорит, любопытное что-то нашел. Я соглашусь, наверное…

— Деда! Ну не мальчик ведь! — попеняла внучка. — Может, Аркадий Валерьевич сам разберется, а?

— Возможно, и разберется. Но мне ведь интересно, Аля. Скучно мы стали жить! А сколько той жизни осталось?

— Наверное, ты прав. Поезжай, только ненадолго. Я переживать буду.

— Не стоит, внучка. Твой дед еще ого-го!

И Николай Петрович улыбнулся, демонстрируя крепкие зубы, а Аля только покачала головой. Ого-го, да… Но семьдесят лет никто не отменял. Это же не пятьдесят и даже не шестьдесят. Страх за родного человека заскребся в груди коготками.

— А знаешь, останусь-ка я у тебя ночевать, — решила она вдруг. — Побеседуем о моей работе. Уверена, еще что-то вспомнишь.

— Увы, не получится, — неожиданно ответил дедушка. — Я уже договорился о встрече на этот вечер с коллегами. Тебе скучно будет тут одной сидеть. Давай лучше завтра. А я у них поспрашиваю. Вдруг подскажут, на что тебе внимание обратить. Договорились?

— Хорошо, завтра так завтра, — сдалась Алина. — Тогда я пойду, готовься к своей встрече. Увидимся.

Дедушка проводил ее до двери, обнял на прощание, и Алина села в автобус, чтобы выйти шесть остановок спустя. Ее однокомнатная квартирка находилась близко к университету, была ее личным убежищем, в котором можно было и поработать, и отдохнуть. Вот и сейчас Алина разделась, приняла ванну, а затем села за дипломную работу, стараясь упорядочить все, что рассказал дедушка.

— Так… Августова крабица… — задумчиво проговорила она, набирая текст в поисковике. Интернет услужливо представил изображение и описание требуемого предмета. Да, дорогая вещица. Из золота и яшмы, с драгоценными камнями — рубинами, сердоликами. Привлекла внимание змейка на крышке сосуда. Красиво… Жаль, больше никто не увидит этой красоты. Вряд ли найдется.

А еще дедушка был прав в том, что крабице приписывали мистические свойства, видели в ней едва ли не оплот самодержавия. Алина выписала наиболее важные сведения. Интернет — интернетом, а стоит сходить в архив, посетить библиотеку, поискать различные упоминания. Глядишь, и накопится материал для дипломной работы. И о серьгах Мещерских она тоже прочитала. Занятно… Увы, никак с научной точки зрения не доказуемо, и все же для темы ее работы вполне подойдет.

Выключив ноутбук, Алина легла спать. Никакие сны ее не тревожили, она вообще видела их крайне редко. А уже под утро девушку разбудил звонок мобильного телефона. Высветился номер Раисы Семеновны, соседки деда. Сердце сразу гулко ухнуло.

— Да, Раиса Семеновна, — поспешно ответила Алина.

— Алечка, беда, — сквозь всхлипы соседки разобрала она. — Умер Коленька. Убили…

Убили? Мобильный телефон выпал из ослабевших пальцев, в глазах потемнело. Вот тебе и сработала защита… Это была последняя связная мысль перед накрывшей истерикой, и что было дальше, Аля уже не помнила.

Глава 2

Высшее искусство

Звучи, моя музыка!

Лейся ручьями.

Звени переливами нот.

Когда замолчишь ты —

Мне жизни не станет,

И часть меня тут же умрет.

Ксандр

Москва, 2124 год

— А теперь не отключайте ваши нейрогайды, потому что перед вами талантливый, харизматичный, обаятельный…

Еще на «харизматичный» Ксандр перестал слушать. Ему было совершенно неинтересно, что о нем может сказать ведущая очередного музыкального шоу. Его дело — петь, ее — превозносить его талант. За семь лет концертной деятельности чувство эйфории от всеобщего восхищения улеглось, осталась легкая досада: им все равно, что говорить. Сегодня о нем, завтра о ком-то другом. Ком-то, кто затмит звезду эстрады Ксандра, которому пророчили год или два сияния на музыкальном небосклоне, когда в шестнадцать лет он стал победителем всемирного конкурса вокалистов и проснулся знаменитым. Но вот ему уже двадцать три, он все еще на сцене, в его жизнь ломятся те, кто считает, будто имеет на это право. А Ксандр устал.

Но как только у ведущей закончился словарный запас, он нацепил улыбку и вышел на сцену, чтобы слегка оглохнуть от рева. Собственное изображение раздесятерилось по экранам: высокий, светловолосый, с тремя яркими бирюзовыми прядями на правом виске. Одежду Ксандр предпочитал удобную, а не броскую. Поэтому и сейчас — только белая футболка и светлые штаны. Лишь кроссовки на толстой подошве ядовито-зеленого цвета. Зато в них тоже удобно. Когда у тебя три концерта в день, к вопросу собственного комфорта начинаешь относиться особенно придирчиво.

Впрочем, стоило раздаться первым аккордам музыки, как все постороннее забылось. Ксандр давно перешел с устаревших микрофонов на нейроусилители, и теперь чистый мощный звук разнесся по зрительному залу на десять тысяч мест. И все билеты выкуплены. Когда-то это был предел его мечтаний, а теперь… Что изменилось? Иногда у Ксандра выдавалась свободная минутка, чтобы подумать об этом. О том, в какой момент собственная слава стала в тягость. Но завершать карьеру в двадцать три года глупо. А музыка? Как долго он протянет без музыки? Ни дня.

И Ксандр пел, только здесь чувствуя себя живым и полноценным. На эти два часа, которые длился концерт. А потом… Потом все тоже было привычно и прозаично. Протянутая бутылка воды от его личной помощницы, которую толпа поклонников усиленно записывала в любовницы. Чистая футболка — концертную можно было выжимать. Отвод глаз: очки со встроенной функцией легкой коррекции внешности, чтобы поклонники не разобрали выходящего из здания кумира на сувениры.

Вместо Ксандра к ним выйдет двойник, пока он сам поедет домой. Последний концерт на сегодня. Завтра всего один, уже легче. Потом три дня в студии — и здравствуй, мировое турне! На которое Ксандр решительно не хотел соглашаться, но отец настаивал, и пришлось. Отец решал многие текущие вопросы. Лучше сказать, он был единственным, кто выносил нелегкий характер сына. С должности родителя нельзя уволиться, поэтому Даниил Владимирович Кудасов оставался единственным постоянным «сотрудником» своего сына Александра, который от имени и отчества давно оставил краткое и емкое «Ксандр».

— Саша!

Отец был легок на помине. Такой же высокий, светловолосый, загорелый после недавнего отпуска с очередной кандидатшей на роль матери, давно перебравшейся в Китай и позабывшей о сыне и муже. Это было еще до судьбоносного конкурса, и с тех пор отец в постоянном поиске, меняются только имена очередной госпожи Кудасовой.

— Саша!

Отставать любимый родитель не собирался, и Ксандр замер почти у самого выхода из концертного зала.

— Завтра даешь интервью Всемирному каналу, — сообщил отец. — Я договорился на два, они к тебе приедут.

— А меня спросить не забыл? — поинтересовался Ксандр.

— Ты сам говорил, что хотел бы.

— Но не завтра. У меня планы.

— И как зовут твои планы? Кристина? Полина? Марина?

— Ты в поэты подался? — устало спросил Ксандр. — У тебя все девицы в рифму. Или своих перечисляешь? У тебя как раз Катерина.

— Сашка! Зачем упрямишься? — Отец продолжал говорить спокойно. К проявлению упрямства отпрыска он привык. — Перед турне интервью Всемирному — это предел мечтаний. Сразу такая реклама!

— У нас и без рекламы билеты почти распроданы.

— Почти!

— Пошли к ним двойника.

— Еще чего! Завтра в два часа дня к тебе приедут, будь готов. И не опаздывай вечером, концерт в восемь. После него еще надо примерить костюмы для турне, поэтому в одиннадцать…

Ксандр перестал слушать. Он пошел прочь. Двойник уже должен был выйти из здания и отвлечь толпу почитателей. А скромного паренька под иллюзией никто не заметит.

У одного из служебных выходов было пусто. Охрана сопровождала двойника, а сам Ксандр не любил посторонних рядом. Он сел за панель автомобиля, опустил ладонь на сенсор, заурчал мотор. Конечно, у него в гараже были и автолеты, верное средство от пробок, но предпочитал Ксандр эту устаревшую модель на четырех колесах, со стареньким сенсором и без возможности подняться над землей.

Как он и ожидал, толпа радостно брала автографы у его двойника Кирилла. Самое забавное, они почти не были похожи, но все дело в настройках нейропанели. Она все скроет. Даже то, что Ксандр сейчас не в толпе фанатов, а в стареньком авто.

Всего лишь хотелось побыть в одиночестве. Такая редкая привилегия! Словно он преступник, обреченный проводить все свое время с посторонними людьми. И этим людям было плевать, как он себя чувствует, в каком настроении находится. Для них он всегда должен быть милым и улыбаться.

В такие минуты Ксандр ненавидел свой голос. Ему казалось, это его проклятие. Родился бы он таким, как все. Окончил школу, выбрал скучную профессию. Никто не лез бы в его жизнь!

Обычно на этом размышления и заканчивались. Ксандр решительно не знал, чем бы мог заниматься кроме музыки. Это была сама его суть. То, ради чего он жил. Все остальное пустое…

Вот и сейчас он ехал домой, а в голове звучала новая мелодия. Только один парадокс: его слушателям она не нужна. Им интереснее однотипные песни, которых завтра никто и не вспомнит.

— После турне завяжу с концертами, — тихо пообещал себе Ксандр.

Автомобиль подъехал к дому: огромному, трехэтажному, купленному совсем недавно на смену съемным апартаментам. А квартира, в которой Ксандр жил до развода родителей, стояла наглухо запертой. Отец не желал туда возвращаться, да и сам Ксандр бывал там редко: не по статусу жилье. Не может звезда первой величины обитать в трехкомнатной квартирке на пятом этаже.

Пришлось потратиться на дом. Навстречу вышла домработница, поприветствовала вернувшегося хозяина.

— Кофе, — не ответив на приветствие, скомандовал Ксандр. — К бассейну.

Он разделся на ходу. Бросил вещи, где придется. Есть кому собрать. Вода в бассейне всегда поддерживалась комфортной температуры, и сейчас он, не задумываясь, нырнул. Прохлада обняла тело, помогла вернуть порядок в мысли. Сразу исчезло раздражение, отступила усталость. Он столько готовился к турне! Неужели для того, чтобы теперь психовать? Надо больше отдыхать, но это потом. Когда все закончится.

Где-то в глубине комнат зазвенел его нейрогайд. Противный пиликающий звук, который многие заменяли на шум прибоя или приятную музыку, но Ксандр понимал: тогда ничто не заставит его взять нейрогайд в руки. А так хотя бы выключить захочется.

Домработница принесла источник неприятного звука. Звонила одна из его многочисленных знакомых. Хотя, лучше сказать, подруга, и едва ли не единственная. Вера, одноклассница. Потому и пользовалась привилегией иногда беспокоить старого приятеля. Ксандр поднес нейрогайд к лицу, и тут же перед ним возникла проекция: Вера сидела за столиком в каком-то кафе, вокруг гремела музыка, слышались голоса.

— Привет. Ты уже дома? — спросила она весело, будто не замечала бассейна и мокрых Ксандровых волос.

— Дома, — безо всякой радости ответил он. — Три концерта отыграл.

— Сочувствую, Сань. Но такова участь знаменитости. Ты помнишь, что у меня послезавтра день рождения? Заглянешь?

— Не могу, у меня запись на студии, — торопливо отказался он.

— Слушай, Сань. — Вера придвинулась ближе к нейрогайду, и ее лицо казалось огромным и неестественным. — Когда ты в последний раз куда-то выбирался с нами? Год назад?

— Полгода, — вспомнил Ксандр. — На день рождения Макса.

— Точно. Скоро забудем, как ты выглядишь. Карьера — это, конечно, классно, но мы ведь можем обидеться. И с кем ты останешься? С поклонницами своими?

— Тебе нужен лишний шум? — хмыкнул парень.

— Так мы у меня дома собираемся. Все свои, человек десять, и всех ты знаешь. Поэтому не бойся, пронырливые журналисты не пройдут.

И Вера состроила забавную физиономию.

— Хорошо, — сдался Ксандр. — Послезавтра у тебя. Во сколько?

— В шесть. Не опаздывай, Сань. Мы скучаем.

И нейрогайд погас, отправился на бортик бассейна. Действительно, жизнь каким-то образом проходила мимо него. Ксандр даже не мог вспомнить, когда в последний раз был на свидании с девушкой. Не поклонницей, а просто девушкой, которой был интересен он сам, а не созданный образ и деньги. Выходит, давно.

Он поплыл на спине, позволяя воде забрать дурные мысли. Завтра интервью и концерт, послезавтра студия и день рождения Веры. В конце концов, Верка — его единственная подруга детства. Все остальные постепенно улетучились, а она осталась. И еще Макс. Тоже приятель, но не по школе. Когда-то жили неподалеку, гуляли в одной компании. Когда музыкальному гению Сане кто-то хотел набить морду, рядом появлялся легкоатлет Макс, и желание у противников резко таяло. Легкая атлетика не предполагает умения драться, но удар у Макса всегда был что надо.

Вот и выходило, что с друзьями Ксандр встречался два раза в год: на день рождения Веры и Макса. Свой собственный он праздновал с шиком и размахом. И для друзей не было места на этом торжестве безвкусной роскоши, а встретиться где-нибудь по-тихому не хватало времени. Иногда Ксандру было за это стыдно, но чаще он вспоминал о так и не состоявшейся встрече через месяц или два, когда уже поздно было поднимать тост за его здоровье.

После бассейна он выпил кофе, а затем поднялся на третий этаж, где организовал небольшую студию, и записал пришедшую в голову мелодию. Теперь можно и спать…

Сон, правда, вышел тревожным. Во сне Ксандр видел бабушку, давно уже покойную. Он был совсем мальчишкой, когда ее не стало. Как раз после этого и рухнул родительский брак. Бабушка глядела на него с укором, а Ксандр никак не мог понять, что сделал не так, в чем провинился.

Следующий день промелькнул яркой чередой бликов: завтрак, интервью, покупка подарка для Веры, концерт. Подарок он выбрал в онлайн-магазине, его доставят завтра сразу к имениннице вместе с букетом ее любимых голубых роз. Концерт тоже прошел привычно, и усталость после него была привычной. Ничего, что выбивалось бы из обычного уклада жизни.

На следующее утро Ксандр поехал в студию. Пока он будет в турне, выйдет несколько новых песен. Вот последнюю из них он как раз и записывал. Материал ему нравился, только не было полной уверенности, что понравится почитателям его таланта.

— Сам себе могилу роешь, — говорил отец, а Ксандр только согласно кивал и делал, как считал нужным. По-своему.

Когда время приблизилось к пяти, ехать уже никуда не хотелось. Куда больше было желание вернуться домой, устроить очередной заплыв в бассейне и лечь спать, но вместо этого Ксандр направил старенькую машину к дому Веры. Она жила в так называемом частном секторе, которого в Москве почти не осталось еще, наверное, лет сто назад. Весь секрет в том, что раньше это был пригород, который теперь «вполз» в черту города, и три улицы с одноэтажными домами каким-то чудом сохранились, пусть и постоянно шли разговоры о том, чтобы расселить отсюда жильцов. Однако Вера добивалась, чтобы дома признали объектами архитектурного наследия ушедшего двадцать первого века. Кто знает? Может, и добьется своего.

Когда оставалось проехать еще пятнадцать минут, автомобиль издал протяжный скрежет и заглох. Ксандр выругался. Ждать эвакуатор? Опоздает на праздник. По всему выходило, стоит оставить авто здесь, а самому пройтись. По пути можно набрать кого-то из многочисленных помощников. Пусть займется машиной, а Ксандр вызовет такси или поедет по скоростной линии метро. Все равно его никто не ожидает там увидеть, и очки с иллюзией при нем.

Именно их Ксандр нахлобучил на нос, только пока не стал активировать. Он шел по мосту, заложив руки в карманы ветровки, и смотрел на видневшиеся небоскребы, вокруг которых лавировали серебристые автолеты. Строго по обозначенным воздушным линиям, никак иначе. Город жил и цвел, дышал полной грудью, а Ксандр задыхался. Казалось, еще немного, и сойдет с ума. И как с этим бороться, он отчаянно не понимал.

Но вот мост закончился. Еще три улицы, и впереди показался небольшой одноэтажный дом. Хотя, не такой уж небольшой, если задуматься. Внутри скрывались четыре комнаты, вокруг цвел сад — весна заканчивалась, и деревья радовали мир буйным торжеством цвета. У порога яркими пятнами привлекала взгляд клумба. Вера старалась создать уют. Ее родители жили за городом, а она вот осталась, училась, высаживала эти безумные растения. Ксандр недовольно нахмурился. Почему-то стало не по себе, будто надвинулась туча. А может, он просто завидует Вере?

Мысль вызвала глупый смешок. Ксандр нажал на кнопку старомодного дверного звонка, раздалась трель, и вскоре именинница появилась на пороге, увидела его и радостно махнула рукой.

— Здравствуй, — проговорила она, подставляя щеку для поцелуя. — Твой подарок уже прибыл, спасибо. Я даже подумала, что сам ты не придешь.

— Прости, опоздал, — ответил Ксандр. — Машина сломалась неподалеку.

— И тебя по пути не разобрали по запчастям? — рассмеялась Вера. — Надо же! Проходи, все уже в сборе.

Видеть «всех» не хотелось, но это действительно был ближний круг, и Ксандр нацепил на лицо глупую улыбку. Он прошел в огромную гостиную с высокими потолками. В век «умного» освещения Вера не отказалась от ламп, и те бросали на лица неверные отблески. Ксандр коснулся дужки очков, и они из солнцезащитных стали самыми обычными.

— Надо же, кто пришел!

Макс тут же подошел к старому знакомому и пожал ему руку, а затем увлек к другим приглашенным. Вокруг сразу поднялся шум. Ощущение, что он зря приехал, стало и вовсе невыносимым, но Ксандр держался и улыбался. Вера пригласила всех к столу, они разместились на стульях, будто перешедших имениннице по наследству от бабушки. Хотя, может, так оно и было? Полились тосты за виновницу торжества.

Ксандр едва пригубил шампанское. Во-первых, совсем не полезно. Во-вторых, ему еще завтра работать, а голова начнет болеть уже сегодня. Зато другие гости налегали на выпивку. Ну, им-то не ехать в мировое турне, можно и расслабиться. Главное, знать меру.

Вера смущенно принимала поздравления. В ярко-сиреневом платье она казалась очень весенней. В голове тут же возникла новая мелодия. Будь рядом гитара или фортепиано, Ксандр бы даже сыграл ее в честь именинницы, но, увы, музыкальных инструментов в доме не водилось.

— Слу-ушай, Сань, — чуть растягивая звуки после нескольких бокалов, проговорил Макс. — Ты же в турне едешь, да?

Ксандр терпеливо кивнул. Легкий алкогольный угар, повисший в воздухе, начинал раздражать.

— Правильно! — Макс хлопнул ладонью по столу. — Покажи всем, как у нас петь умеют.

Почему-то стало тошно. Умеют петь, да? Будто в это все упиралось. Открывай рот, и споешь. Но что говорить Максу, который в нотах понимал столько же, сколько Ксандр в железках, которыми занимался Максим? Каждому свое.

— Хорошо ты устроился, конечно. — Макс и не собирался останавливаться. — Петь — не мешки ворочать, в конце концов.

Вера первой почувствовала неладное.

— Он шутит, Ксандр, — неловко улыбнулась она. — Не слушай.

— Я? Я и не начинал. — Макс не понял прозрачного намека. — Это же не смена на заводе, честное слово.

— Можно подумать, вы робототехнику не используете, — хмыкнул Ксандр.

— Используем. Но роботам тоже обслуживание нужно, на них весь процесс не повесишь.

— Зато петь они не умеют.

— Умеют.

— Копировать звуки. Не петь.

— Макс, Сань, это так важно? — не вытерпела Вера. — Мы видимся раз в полгода, и вам больше нечего обсудить?

И она развернулась к парню, сидевшему слева, начала обсуждать какие-то глупости. Макс глядел сычом. Ксандр жалел, что не настоял на тотальной занятости, что, между прочим, не было бы ложью.

— Мне пора, — поднялся он из-за стола. — Много работы. Вера, не обижайся, обещаю, в этот раз увидимся раньше, чем через полгода.

Хотя, учитывая турне, годика так через полтора…

— Но…

— Пока!

Ксандр, не дожидаясь, пока его проводят, вышел из-за стола и направился к двери. Вера догнала его уже на пороге.

— Не злись, — попросила расстроено. — У Макса просто неприятности на работе.

— Ничего страшного, — равнодушно сказал Ксандр. — Пусть разбирается со своими неприятностями, а у меня и правда много дел. Еще раз с днем рождения!

И пошел прочь. Уже у калитки вспомнил, что остался без верного «коня». Вызвать такси? Пройтись пешком до скоростной линии? Наверное, Ксандр остановился бы на такси, если бы из ближайшего переулка на него не вылетели двое парней и девушка.

— Ксандр! Можно пару вопросов? — заверещала журналистка, перекрывая менее голосистых коллег.

Забыл активировать очки… Да чтоб им провалиться!

— Мне некогда, — рыкнул он.

— Мы займем всего лишь несколько минут.

Злость подняла голову.

— Я непонятно выразился? — Ксандр замер, вперив взгляд в журналистку. — Мне. Некогда. И если вам нечем заняться, ищите другого идиота. Всего хорошего.

Он сделал шаг в сторону. Журналистка и ее товарищи не собирались отступать. Она схватила его за локоть, уже открыла рот, чтобы что-то спросить, когда Ксандр махнул свободной рукой, и девушка застыла изваянием, вытаращив глаза.

— Карина! Эй? Карина? — засуетились вокруг нее коллеги, а Ксандр, пользуясь произошедшим, помчался как можно дальше.

Его немного потряхивало. Опять! Опять это случилось! А ему казалось, все осталось в прошлом. Вот только замершая фигура журналистки так и стояла перед глазами. Не сдержался! Теперь легко представить завтрашние заголовки. Но это будет завтра, а пока…

Ксандр активировал иллюзию на очках и ускорил шаг. Он не любил спасаться бегством, но иногда жизнь не оставляла выбора. Вот прямо как сейчас.

Глава 3

Августова крабица

Не заглядывай в завтра,

Не грусти о прошедшем.

Позади — лишь минуты,

Впереди — еще вечность.

Ксандр

Москва, 2024 год

Дни до похорон дедушки прошли, словно в страшном сне. Алине очень хотелось проснуться, только реальность оставалась реальностью, а все надежды открыть глаза и обнаружить, что все хорошо, рассыпались прахом. Еще и любимый брат подбросил беспокойства: он не приехал на похороны. Сначала пообещал, потом перезвонил и сообщил, что никак не получится.

— Не могу сорваться с раскопок, прости, — с нотками сожаления проговорил он, и когда Алина попыталась позвонить позднее, не стал брать трубку.

Вот как так? Дедушка ведь их вырастил, учил всему, залечивал разбитые коленки, выслушивал первые проблемы, которые детям казались неразрешимыми и безумно важными. А Дима даже приехать не смог! Ну куда от него денутся эти раскопки?

Хотелось высказать брату все, что она о нем думает, но даже этой возможности у Алины не было. В трубке мобильного летели гудки, а родной голос не торопился отвечать. Ох, уж этот Димка… Но сил злиться и обижаться не осталось. Внутри все выжгли слезы, а затем и они закончились, оставляя после себя выжженную пустыню.

Сам день похорон Алина и вовсе едва могла вспомнить. Бесконечный поток людей, каждый с соболезнованиями, только кому от них легче? В том-то и дело, что никому. Большинство из них Алина видела в первый и, наверное, в последний раз в жизни. Они говорили о том, каким великим человеком был ее дедушка, однако для Алины все их слова слились в бесконечный и бессмысленный гул.

Ночевать она осталась в дедушкиной квартире — полиция завершила свою работу, печати с места преступления сняли. Не было сил даже поехать домой. Алина сидела в гостиной, смотрела прямо перед собой и чувствовала, как внутри образовывается пустота. Это та рана, которая никогда не затянется. Она понимала истину предельно точно.

— Надо лечь, — произнесла Алина вслух, чтобы хоть как-то развеять тишину дедушкиного дома.

А еще навести порядок. После визита полиции вокруг царил хаос. Алина с соседками кое-как попытались вернуть квартире первозданный вид, но получилось плохо. «Убили». В это с трудом можно было поверить, но сюда действительно ворвались какие-то люди. Полиция говорит, с целью ограбления. Думали подзаработать на древностях? Но все эти безделушки представляли интерес только для деда, как настоящего ученого. Ювелирной ценности в них не было. Иначе они не хранились бы в квартире ученого, а отправились в музеи, как самые ценные дедушкины находки.

Алина закрыла лицо руками и глухо всхлипнула. Она не легла, а завалилась на диване на бок, зажмурилась, словно это могло хоть как-то помочь. Слезы все-таки снова побежали по щекам. У кого поднялась рука? Задержать убийцу по горячим следам не получилось. Сказать, что именно украдено из квартиры, Алина не могла. На первый взгляд, все на месте. Она уже год здесь не жила. Возможно, дедушкина коллекция пополнилась? Как знать?

Что такого могло здесь храниться? Что могло стоить жизни самого близкого ее человека? С ума сойти…

Нет, так нельзя, нужно что-то делать! Иначе от горя можно сойти с ума. Алина заставила себя подняться и принялась раскладывать вещи по местам. Страшно было представить, что дедушка до них больше никогда не дотронется, они стали просто не нужны, а еще недавно что-то значили. Зато нехитрые действия помогали немного успокоиться. А когда квартира стала более-менее напоминать человеческое жилище, Алина снова легла и закрыла глаза, даже не надеясь, что получится отдохнуть.

Тяжелый сон пришел внезапно. Навалился, будто лицо накрыли подушкой. И в него ворвалась трель звонка мобильного телефона. Навязчивая, громкая. Это точно не мобильный Алины. Дедушкин? Кажется, его.

Девушка устало поднялась с дивана. За окнами занимался рассвет. Спросонья она не могла понять, откуда идет звук. Наклонилась и увидела старую «раскладушку» на полу: дедушка так и не сменил ее на нечто более модное и функциональное. Номер не был подписан. Кто может звонить в такой час? А главное, зачем?

Алина сбросила вызов. Объяснять, что хозяин телефона больше никогда не ответит на звонок, не было сил. Она пошла на кухню, попить воды. Мобильный зазвонил снова. Пришлось возвращаться в гостиную.

— Алло, — сипло ответила она. — Вы на часы смотрели?

— Слушайте сюда, — произнес незнакомый мужчина. — Ваш брат должен мне крупную сумму денег. Отдать ее он не может, поэтому…

Алина сбросила вызов. Опять мошенники! Однажды дедушка чуть не попался на их удочку. Позвонили, сказали, что Алина кого-то сбила, и ей срочно нужны деньги. Хорошо, сама она как раз прибежала к деду и успела до того, как он перевел мошенникам все свои сбережения. А сейчас нелюди, наверняка, узнали, что в семье горе, и решили сыграть на эмоциях.

Телефон зазвонил снова. И что ты будешь делать?

— Да! — гаркнула Алина. — Послушайте, если вы немедленно не угомонитесь, я вызову полицию!

— Попробуй, и твой брат умрет, — пообещали по ту сторону. — Говорю в последний раз: он мне должен. Деньги меня не интересуют. Дима пообещал мне принести кое-что, хранившееся у твоего деда. И либо ты это сделаешь, либо он последует за дедом.

— Не смешно, — резко ответила девушка.

— А похоже, что я смеюсь? Чаша. Золотая чаша с яшмой. А пойдешь в полицию, потеряешь не только деда, но и брата.

— Августова крабица? — изумленно догадалась Алина.

— Ты знаешь о ней? Вот и замечательно. Как найдешь, перезвони по этому номеру. На поиски у тебя сутки. Или ты находишь крабицу и отдаешь ее мне, или заказывай второй гроб.

А ведь эти люди могут стоять за смертью дедушки! Нужно немедленно связаться с Димой. Он на своих раскопках, ему угрожает опасность. В то, что брат должен хоть что-то преступникам, Алина не верила.

Она набрала номер брата. Понятное дело, раннее утро. И он еще видит десятый сон, но пусть лучше считает, что сестра тронулась рассудком, чем попадет под удар каких-то сумасшедших. Гудок, еще гудок… Ну же, Дима! Давай! Пожалуйста!

— Алло.

Аля замерла, потому что в трубке раздался совершенно чужой голос.

— А можно Диму? — растерянно попросила она. — Это его сестра.

— Дима выехал домой, — сообщил ее невидимый собеседник, — хотел успеть на похороны. А телефон забыл. Не беспокойтесь, если не успел в срок, значит, где-то на подъездах.

— Хорошо, спасибо. Простите за беспокойство.

Аля отложила мобильный в сторону. Все это начало напоминать чью-то дурную шутку. Очень дурную! Потому что брат четко сказал: он на похороны не приедет. Почему вдруг переменил свое мнение? И если решил ехать, почему не сообщил? Ситуация вызывала слишком много вопросов, и тот ответ, который Алина получила совсем недавно, казался наиболее правдоподобным: Дима в опасности. Он не поехал домой, а захотел спрятаться от преступников. Но, кажется, ему это не удалось…

Девушка обессилено опустилась на краешек дивана и закрыла лицо руками. Она не хотела верить, что Дима впутался во что-то серьезное. Не хотела, но все указывало именно на это. А может, его обманом втянули в черные дела? Чтобы получить «русский грааль»? Но такая ценность — и у дедушки? Звучит абсурдно! Ее уже сто лет найти не могут, и вдруг здесь, в Москве? Так сказать, под носом? Глупости… Какие же глупости! И в то же время Аля понимала: они могут стоить брату жизни.

Она подскочила, забегала по комнате, словно зверь, загнанный в угол. Допустим, тот, кто ей звонил, не солгал, и крабица где-то здесь, в доме дедушки. Где бы она могла быть?

Аля поспешила к старому застекленному серванту, в котором на полке выстроились находки дедушки. В основном яркие черепки, оставшиеся от древней посуды, наконечники стрел, остатки украшений, бусины. Живые свидетельства истории, которые не представляли музейной ценности. Нет, никаких драгоценных чаш! Просто кусочки, осколки. Ничего больше.

Тогда Аля принялась рыться в шкафах. Наверное, со стороны она сейчас выглядела одержимой: каштановые волосы растрепались и лезли в глаза, щеки горели. Но ей нужен был ответ! Средство спасти последнего близкого человека. А если из-за крабицы убили дедушку? Вдруг ее уже унесли из квартиры? Это ведь могут быть совершенно разные люди: те, кто охотится за Димой, и убийцы дедушки. А могут одни и те же… И раз они звонят, значит, искомое не обнаружили.

Ощущение собственного безумия становилось все сильнее. Алина вытерла вспотевший лоб. Вещи из шкафов теперь усеивали пол. Дедушке не понравилось бы! Он во всем любил порядок. Но уборка подождет до утра. Все ляжет по полочкам. Только бы найти нужное! Куда? Куда дедушка мог деть особенно ценную вещь? И почему она вообще оказалась у него в квартире? Может, преступники ошиблись? А может, дедушка просто не успел отдать ее в музей?

Тайники… Где у дедушки были тайники? Об одном Алина знала, и он был пуст. Там хранились деньги на похороны, она взяла их после убийства. Но там был маленький ящичек, в котором не поместилась бы довольно большая золотая чаша. А более объемных тайников в доме не было…

Три часа Аля переворачивала комнаты вверх дном. Пол усеивала одежда, на столе ровными стопками лежали дедушкины записи. Он скрупулезно вел исследования, записывал ход раскопок. Все важно, все нужно, но не то! Алина покосилась на бумаги. Может, в них найдется разгадка? Она посмотрела по датам, выбрала ту стопку, которая относилась к текущему году, и принялась рыться в ней.

Исследования, экспертизы… И ни намека на крабицу! Никакой зацепки, которая указывала бы, что мифический предмет оказался в руках дедушки. Что он вообще где-то был!

Алина чувствовала себя измотанной. Она упала на диван. Этот день выпил ее досуха! Как убедить преступников, что крабицы здесь нет? Если бы она и появилась, дедушка не стал бы держать у себя такую ценность, а немедленно отдал бы государству. Но все эти мысли проносились в голове Алины, а для преступников не были достаточным подтверждением. Им мало сказать: «Мой дедушка был честнейшим человеком и крабицу не брал. Не мог!» Нужны доказательства. Но где их взять?

От безысходности хотелось рыдать. Слезы катились по щекам, оставляли темные следы на светлой обивке дивана. Постепенно иссякли и они. Осталась только глухая тоска. Надо было подняться, хотя бы переодеться: после похорон Алина так и не сняла темно-синее платье, слишком жаркое для последних дней мая, выдавшегося необычно теплым. Не хотелось шевелиться.

Она закрыла глаза. Бог с ним, с платьем. Отдохнуть бы…

Алина и сама не заметила, как провалилась в глубокий сон. Ей ничего не снилось. Она будто ухнула в яму без дна, да там и осталась, в постоянном полете вниз. И когда рядом что-то упало, она только повернулась на другой бок. Понимание, что некому шуметь в абсолютно пустой квартире, пришло сквозь сон и заставило резко открыть глаза.

Алина медленно села, опустила ноги на пол, прислушалась и замерла, чувствуя, как бешено колотится в груди сердце. В соседней комнате кто-то ходил! Она отчетливо слышала шаги в дедушкиной спальне. Преступники? Убийцы вернулись, чтобы все-таки найти крабицу? Но зачем тогда звонили ей?

Девушка поднялась и тихо пошла к двери в коридор. Сделать вид, что ее здесь нет? А вдруг вор нашел то, что все ищут, и унесет? Нет, нельзя этого допустить!

А ведь Алина всегда считала себя здравомыслящей девушкой. И куда подевалось все ее здравомыслие, когда она шмыгнула в коридор и направилась к дедушкиной спальне? По пути зацепилась взглядом за старую швабру. Решила, что лучше такое орудие самообороны, чем никакого, подняла ее и замерла под дверью. Кто бы там ни был, ему придется пройти через коридор. Не прыгать ведь в окно многоэтажки!

А шаги снова прошуршали за стеной, что-то щелкнуло, затем тихо стукнуло. Алина не выдержала. Она приоткрыла двери и заглянула внутрь. Мужчина в черной куртке доставал из тайника нечто, завернутое в тряпку. Капюшон скрывал его лицо. И, судя по очертаниям, он нашел чашу.

— А ну стой! — крикнула Алина, замахиваясь шваброй. В эту минуту она не думала о том, что делает. Забыла, что преступник может быть вооружен, а она замерла между ним и дверью. Крабица — залог безопасности Димы. И если ее упустить, брат может погибнуть.

Вот только вор удивил. Вместо того, чтобы прорываться к выходу, он вытащил крабицу из ткани, в которую она была завернута, кинул какой-то камень себе под ноги, и перед ним возник сияющий портал, прямо посреди комнаты. Вор бросился в него.

— Стой! — выпалила Алина и прыгнула следом.

В спину будто что-то толкнуло. Она пролетела вперед шагов десять и упала, больно ударившись коленками и выставленными вперед ладонями. Вокруг больше не было дедушкиной квартиры. Вместо этого шумел зелеными кронами парк, Алина лежала на гравийной дорожке, а тот, за кем она побежала, улепетывал со всех ног.

И когда девушка обернулась, портал растаял в воздухе.

— Кажется, я сошла с ума, — призналась себе Алина прежде, чем на нее нахлынул ужас. Где она вообще оказалась? И как возможно все случившееся? Ответа не было. А когда в небе над ней пролетел автомобиль, ощущение собственного безумия и вовсе достигло максимума.

— Эй, чего сидишь? Ушиблась? — наклонилась к ней какая-то старушка. — Под ноги смотреть надо! Вот молодежь пошла! Привыкли носиться, как ненормальные. Ну вставай, вставай.

Алина медленно поднялась, потерла глаза левой рукой, в правой так и сжимая швабру. Она надеялась, что ночной вор ей просто приснился. Но нет, ничего не исчезло, даже летающий автомобиль. К нему, кстати, присоединился еще один. Промчался так быстро, что заложило уши. А вдалеке виднелся знакомый шпиль высотки на Котельнической набережной. Значит, Москва. Только… Как? Увы, никто не торопился это объяснить.

Глава 4

Есть ли друзья у знаменитости

Где тот дом, что давно знаком?

Он остался во дне ушедшем.

Оглянусь на него тайком.

Где ты, прошлое? Нет ответа…

Ксандр

Москва, 2124 год

С тех пор, как он стал всемирной знаменитостью, Ксандр редко пользовался метро. Вот и сейчас, став на ступеньку эскалатора, чувствовал себя неловко. К счастью, очки скрывали его от назойливого внимания, а линия не зря называлась скоростной: до центра города можно было добраться за четверть часа. Небольшие вагончики, сменившие здесь гигантов, которые все еще ездили по основным, куда более медленным веткам, были комфортными. Ксандр сел, надел одноразовые наушники, прикрепленные возле сидения, чтобы не оглушило шумом, и выбрал на панели точку назначения. До его дома останется пройти десять минут через парк, а пока…

В наушниках заиграла приятная музыка. На миг вжало в сидение, но ощущение быстро прошло. Между музыкальными заставками вклинивалась реклама и информационные минутки. Они немного раздражали, но и хорошо отвлекали от мыслей о едва ли не ссоре с Максом и расстроенной Вере. Кажется, он испортил ей праздник, но Ксандр давно разучился соответствовать чужим ожиданиям и подстраиваться. Да, в работе приходилось, но день рождения не работа.

Вагончик полетел медленнее, затем и вовсе остановился, и Ксандр вышел на платформу. Здесь было многолюдно, как и всегда в центре. Он недовольно поморщился, пробираясь к эскалатору. Люди громко разговаривали, обсуждали свои, без сомнения, сверхважные проблемы, а ему хотелось поскорее глотнуть свежего воздуха. Поэтому, когда он выбрался на Таганской, испытал небывалое счастье.

Ксандр быстро пробежал через новый парк, миновал еще две улицы и наконец-то замер перед дверями дома. Снял очки, чтобы защита просканировала сетчатку глаза, вот только прозвучал металлический голос:

— В доступе отказано.

Какого черта? Сбой у них, что ли? И это самая надежная защита во всей стране! Пришлось жать на дверной звонок.

— Слушаю вас, — раздался голос домработницы.

— Наталья, у нас что-то с защитой. Откройте дверь, — потребовал Ксандр.

— А вы кто такой?

Это еще что за новости? Парень переступил с ноги на ногу. Кто такой?

— Владелец этого дома, — стараясь не злиться на дуреху, ответил он.

— Александр Данилович давно дома. Убирайтесь, пока я не вызвала охрану.

Дома?

— Это что, розыгрыш? — тихо спросил Ксандр. — Если так, он зашел слишком далеко. Советую вам прекратить…

Прозвучал сигнал тревоги. Эта ненормальная действительно вызвала охрану! Может, хоть они разберутся, что тут творится? А домработницу, кажется, пора сменить! Если уж хозяина дома в лицо не узнает и несет чушь.

Вскоре рядом загудел автолет охраны. Быстро прибыли, недаром зарплату получают. Ксандр к тому моменту сам себе напоминал огнедышащего дракона. Испепелить бы всех, чтобы неповадно было! Но он держал себя в руках. Иначе несложно представить завтрашние заголовки. Да его живьем сожрут! Прямо перед турне.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровался начальник охраны. — Можно ваши документы?

— Они дома. — Ксандр указал на запертые ворота. — А права остались в машине. Подождите, у меня на нейрогайде есть скан…

И активировал браслет. Пролистал документы, нашел скан паспорта, предъявил охране.

— Видите? Кудасов Александр Данилович, — проговорил он. — А это мой дом. И замок почему-то меня не впускает!

— Подождите, мы проверим по базе.

Охранник активировал свой нейрогайд, ввел туда данные паспорта и нахмурился.

— Документ поддельный, — сообщил он и вовсе невероятную новость. — Вам придется проехать с нами.

— И не подумаю! — Ксандра взяло зло. — По какой причине я должен с вами ехать? Мой паспорт не поддельный, я здесь живу. А эта дура… Наталья. Ей, наверное, заплатили, чтобы она разыграла весь этот спектакль. Если я не Александр Кудасов, тогда где он?

— Что там такое? Сколько можно шуметь?

Новое действующее лицо показалось у ворот. Ксандр обернулся. Ну, как он сразу не догадался? Кирилл, его двойник! Точно розыгрыш. И где тут камеры? Надо прекратить орать, иначе завтра на всех экранах страны он будет в самом неприглядном свете.

— Кирилл, скажи им! — потребовал Ксандр.

— Вы меня с кем-то путаете, — спокойно ответил двойник. — Меня зовут Александр. А вам я советую уйти.

— Но… — попытался было встрять охранник.

— Очередной поклонник, — отмахнулся лже-Ксандр. — Пусть идет. Не он первый, не он последний. Спасибо за бдительность.

— Ступай, — подтолкнул Ксандра один из охранников. — Или хочешь ночевать за решеткой?

Певец развернулся и пошел прочь. Он не понимал, что происходит. Если это и розыгрыш, то зашел он слишком далеко. Как такое могло случиться? Нужно позвонить отцу! Ксандр снова активировал нейрогайд, тот мигнул, а затем дал установить связь, показывая: заряда осталось мало.

— Да, кто это? — откликнулся отец.

— Это я, Саша, — растерянно ответил Ксандр. Что значит «кто это»?

— Слушайте, что за шутки? По-вашему, я не знаю номер собственного сына? — рявкнул собеседник и сбросил вызов, а когда Ксандр попытался перезвонить, понял: его добавили в черный список.

— Да чтоб вам провалиться… — пробормотал он.

И куда теперь идти? Как добиваться справедливости? Начинало темнеть, безумно хотелось отдохнуть. Может, на старую квартиру? Ключи с собой, старинные, из прошлого века, когда еще не были распространены сканеры. И идти не очень-то далеко, можно прогуляться.

Ксандр ускорил шаг, обещая себе отдых. А утром, на свежую голову, можно будет подумать над случившимся и решить, как дальше быть. Пока же он шел, заложив руки в карманы и не глядя по сторонам. Ровно до того момента, как услышал женский вскрик. Прямо перед ним четверо парней окружили девчонку. Та замерла с… шваброй? У бабушки была такая же, и она не раз грозила ей неугодным. Один из парней хотел схватить девчонку за руку, та попыталась отбиться, но что может она против четверых? И Ксандру пройти бы мимо, но девушку стало жаль. Не отобьется ведь! И помощников вокруг нет.

— Эй, вам делать нечего? Полицию позвать? — окликнул Ксандр парней.

Те развернулись.

— О, защитник нашелся, — заплетающимся языком произнес один из них. — Твоя, что ли?

— Не моя.

— Так иди себе мимо! Может, рожа останется не битой!

— Если кто здесь и пойдет, то это вы.

Когда первый из парней набросился на Ксандра, тот впервые за вечер вспомнил Макса добрым словом: это друг учил его драться. Аккуратно, чтобы не повредить руки: для музыканта недопустимо! Ксандр ушел от прямой атаки, ударил в бок, сбивая с ног. Вот только помощь пришла быстро.

— Ах, ты ж… — взревели остальные и набросились втроем на одного, и четвертый тоже вскоре оказался на ногах.

Кажется, сейчас ему таки набьют морду! Но и Ксандр не собирался так просто этого позволять. И уж чего точно не ожидал, так это что девчонка, издав воинственный клич и выставив швабру, кинется на помощь. А шваброй она орудовала ловко! Ксандр отправил на землю еще одного, второго приложила своим «оружием» незнакомка. Остальные, видимо, решили не связываться с безумной парочкой, подхватили товарищей и помчали прочь. Ксандр вытер вспотевший лоб, убирая светлые пряди. Его сообщница, такая же лохматая, открыто смотрела на него огромными карими глазищами.

— Тебе не говорили не гулять одной по вечерам? — беззлобно спросил Ксандр.

— Говорили, — ответила девушка. — Спасибо, что помог. Не сильно пострадал?

— Ничего страшного. Они больше получили. Ты где живешь? Куда тебя проводить?

— Похоже, нигде.

Девушка мигом помрачнела. Ксандр едва удержался, чтобы не закатить глаза. Да что за день-то такой? Бесконечный…

— Пойдем со мной, — устало предложил он. Запоздало возникла мысль, что девушку могли подослать. Но его отец родной отказывается узнавать! Почему еще кто-то должен? И не хотелось сейчас ни в чем разбираться.

— А еще мне говорили не идти домой к незнакомым мужчинам, — поделилась кареглазка.

— И правильно, — кивнул Ксандр. — Но если тебе есть, куда идти…

— Некуда. Поэтому я приму твое приглашение. Меня Алина зовут. Аля.

— Ксандр. Идем, Аля. Я чертовски устал.

И пошел вперед, даже не глядя, следует ли за ним девчонка. Было как-то все равно. Голова начала раскалываться, и весь этот день казался одним сплошным недоразумением, апофеозом которого стала встреча с Алиной и драка. Прекрасный финал! Достойный лучших постановок.

А впереди наконец-то показался знакомый дом. Ксандр нащупал в кармане ключи. Лифт поднял их с гостьей на пятый этаж. Мелькнул страх, что вот сейчас ключ не подойдет, и придется ночевать на лавочке у подъезда. Но нет, замок щелкнул, и хозяин квартиры впервые за долгие годы перешагнул через порог.

Внутри пахло пылью. Алина тут же звонко чихнула, а Ксандр поморщился. Да, не собирался он сюда возвращаться. Слишком много воспоминаний все еще обитало под этой крышей. И тем более он не имел привычки приводить к себе незнакомых девушек. Однако сейчас он слишком утомлен, чтобы выяснять, по какой причине его жизнь вдруг перевернулась с ног на голову. А надо было еще найти в шкафу старое постельное белье, провонявшее пылью, вытрусить его, застелить кровать в своей бывшей детской. Второй комплект постельного он выдал Алине и указал на родительскую спальню:

— Спать будешь там.

— Хорошо, спасибо, — буркнула она и скрылась с глаз, а Ксандр, убедившись, что кровать стала пригодна к использованию, рухнул на нее, раскинув руки в позе морской звезды.

Он не понимал, что происходит. И настолько привык держать свою жизнь под контролем, что сейчас это неимоверно раздражало. Так не бывает! Не могут все родные и близкие в один вечер забыть, кто он такой, и принимать за него другого человека. Но это был не единственный повод для беспокойства. И причину происходящего он видел и в том, что впервые за столько лет применил силу. Магию, если угодно.

Даром обладала его бабушка. И сделала все, чтобы ее внук никогда не использовал свое наследие. Показала, к чему может привести магия, а потом запечатала начавшие просыпаться способности внука. Говорила, после ее смерти печать постепенно станет слабее, и Ксандр обещал, что даже в этом случае никогда не будет применять заклинания. А сегодня не сдержался…

— Прости, бабушка, — сказал он пустоте.

А если его магия спровоцировала некий… выброс? Поменяла что-то, и о нем забыли? Ксандр едва не рассмеялся. Он так устал от внимания к собственной персоне! А теперь выходило, внимания можно больше не ждать. Он стал пустым местом, нулем. А как же турне? А запись оставшейся песни? Они же ее не завершили, и…

Ксандр закрыл глаза. За стенкой тихо ходила Алина. Его не интересовало, откуда она взялась. Только сейчас он вообще подумал о том, что выглядит девушка странно: слишком уж старомодное платье на ней. Такое, если покопаться, можно найти в здешних шкафах, в старом бабушкином гардеробе. Хотя, может, она актриса? Или у нее нет другой одежды? Сказала ведь, что жить ей негде.

Все эти мысли тянулись вяло, лениво и переросли в крепкий сон. Проснулся Ксандр поздно, чего давно уже себе не позволял. Сначала не понял, почему комната такая маленькая, за окнами светло, а его никто не будит. Потом вспомнил, подскочил на ноги, уже осознавая: ему ничего не приснилось. И это был не розыгрыш, раз до сих пор его нейрогайд не разорвался от сообщений. Кстати, о нейрогайдах… Ксандр снял браслет, нажал на скрытую кнопку, и тот завис рядом с розеткой, начиная зарядку. А его владелец направился на кухню, надеясь хотя бы воды из крана попить. Но там его ждал сюрприз: заварочный чайник дымился, в воздухе плыл приятный запах заварки, а Алина сидела за столом и мирно пила чай.

— Ему лет десять, если не больше, — кивнул Ксандр на открытую пачку.

— Это я уже поняла, — ответила девушка. — Другого все равно нет.

Сейчас, на свежую голову, Ксандр разглядывал ее более внимательно. Симпатичная. Особенно глаза. И волосы каштановые, густые, заплетенные в косу. Так давно не носят. На ногах — найденные где-то в недрах дома тапочки.

— Пей, на вкус неплохо, — поделилась Алина своим открытием, и Ксандр сполоснул для себя чашку, налил чай без сахара и примостился на стуле напротив.

— Я не очень подхожу для задушевных бесед на кухне, — сказал он, — но твою историю услышать хочу. Почему тебе негде жить?

Алина посмотрела на него настороженно.

— Отвечу — посчитаешь меня сумасшедшей, — ответила она.

— Меня сложно удивить.

Особенно после того, как перестал узнавать родной отец, но об этом парень пока промолчал.

— Хорошо. — Алина, видимо, решилась. — Я… прыгнула в портал за вором, который украл вещь, нужную для спасения моего брата, и оказалась здесь. А родилась в две тысячи первом году.

— В две тысячи первом?

Ксандр не сдержался, замер изумленно. Сам он появился на свет в две тысячи сто первом году.

— Выходит, ты перенеслась на сто лет вперед, — задумчиво произнес он.

— На сто лет? — испуганно замерла Алина. — Нет, я, конечно, поняла, что переместилась в будущее, но на целый век! Сейчас две тысячи сто двадцать четвертый?

— Именно. И, откровенно говоря, вчера весь день творилась какая-то дичь. Моя семья неожиданно меня забыла. Друзья, коллеги. В шесть часов вечера они меня знали, в девять уже нет.

— А если… Если это связано с моим перемещением? Как в фильмах: вторгаясь в чужое время, ты случайно меняешь ход истории.

— Звучит безумно, — признал Ксандр. — Я склоняюсь к другой версии. Но… На самом деле, не знаю, что произошло. Какую вещь у тебя украли? Может, если ты ее найдешь, сумеешь вернуться домой?

— Августову крабицу, — со вздохом ответила его гостья. — Это…

— Легендарный утерянный сосуд, — кивнул он. — В подростковом возрасте я интересовался историей. Читал о нем когда-то. Однако откуда он у тебя?

— Думаю, моего дедушку из-за него убили, — тихо проговорила Алина, отставляя чашку. — Потом позвонили и сказали, что в его квартире находится крабица, и если я ее не отдам, моего брата убьют. Я искала — и не нашла, зато это сделал вор, которого и увидела в последнюю минуту. Прыгнула за ним в портал — и вот я здесь.

Ксандр молчал. Алина права, звучало безумно. Но бабушка рассказывала ему и не такое. Пыталась предупредить внука о тех неожиданностях, которые может подсунуть жизнь. Наверное, поэтому сейчас он не крутил пальцем у виска, а слушал и понимал, что верит этой девушке с глазами-омутами в синем старом платье.

— Помоги мне, пожалуйста, — попросила Алина. — Я не знаю вашего времени. Вроде, и мой город, и не мой. Мне надо найти крабицу! И того, кто ее украл, чтобы он вернул меня в тот же день, и я смогла спасти брата.

— А если не получится?

Гостья покачала головой. Она не знала, как ей быть. У Ксандра тоже не было ответа. Но если и правда она нарушила ход времени и заставила всех о нем забыть, значит, найти крабицу в его интересах. Однако причина может быть не в ней. Как разобраться?

— Ладно, попробуем, — решился Ксандр. — Я, правда, понятия не имею, как. Особенно теперь, когда меня будто стерли из родного времени ластиком. Однако если в это время кто-то с такой легкостью открыл проход, значит, он маг, и можно попытаться отследить его силу.

— Маг? — изумленно спросила Алина, будто подобная мысль и не приходила ей в голову. — Они существуют в будущем?

— Единицы, — ответил Ксандр. — И их не любят. Более того, о них мало кто знает. Уверен, и в вашем времени встречаются люди силы, только ты слишком от этого далека. Да и я не близок, просто… Моя бабушка была из них. И где-то здесь должны храниться ее записи. Я едва помню, когда видел их в последний раз.

— Поищем?

— Обязательно. Только сначала схожу в магазин и куплю что-то поесть, у меня желудок липнет к спине. А ты отдыхай.

По взгляду девушки он видел: ей хочется напроситься с ним. Но сейчас Ксандр хотел побыть в одиночестве. Слишком многое смешалось. Ему надо было подумать, а присутствие посторонней мешало. Вокруг всегда было много посторонних!

Он накинул куртку и вышел в майский день. В кошельке оставалось немного наличных. Редкость, они почти вышли из употребления, но Ксандр как-то потерял нейрогайд на концерте в глубинке и остался с пустыми карманами. С тех пор носил с собой хоть немного. Сейчас этого хватило на хлеб, масло, сосиски, чай и сахар. От голода не умрут, а потом стоит проверить, не заблокировали ли его банковский счет. Раз его нет, вероятнее всего, нет и денег. И это сбивало с толка.

Как и то, что не приходилось активировать иллюзию на очках. Его больше никто не узнавал в лицо, и часть Ксандра от этого ликовала, а часть боялась. Он семь лет работал не покладая рук. И что теперь? К чему пришел? Получается, ни к чему! Нет, надо поскорее найти эту крабицу. И, может, тогда выйдет все вернуть на свои места.

Глава 5

Секреты ведьминой тетради

Слово мое крепко, слово мое лепко.

Лети, белое слово! Черное, вейся!

Поднимись, дым от костра! Лети, ветер!

Переплету слова — выйдет песня.

Ксандр

Когда Ксандр ушел в магазин, Алина даже с места не сдвинулась, так и сидела у него на кухне, глядя перед собой. Ей казалось, она сошла с ума. Безумие — все, что случилось с ней с минувшей ночи. С того самого момента, как она шагнула в портал за вором и очутилась в будущем. И ей еще повезло: Ксандр вмешался, когда на нее напали, привел к себе домой и пытался как-то помочь. Но Алина до сих пор не могла осознать, что все происходит на самом деле. Она в двадцать втором веке, по небу рассекают автомобили, на месте дома дедушки теперь парк, и, кажется, она здесь надолго.

Как найти иголку в стоге сена? Ученые вроде бы дали ответ на этот вопрос. А вот как обнаружить Августову крабицу в многомиллионном городе? Это та еще задача! Учитывая, что похитили ее не просто так. Кто-то ради этого прошел сквозь время и пространство. С ума сойти…

Или она уже сошла? Может, это все бред? Игра ее воображения? Но вот хлопнула входная дверь, и в квартиру вернулся Ксандр. Он выглядел угрюмым. Еще бы! У него своих проблем по горло, и Алина боялась, что все-таки она тому виной.

— Я купил еду, — сообщил хозяин квартиры, проходя на кухню и опуская на стол увесистый пакет. — На первое время хватит. А дальше надо подумать, откуда брать деньги. Схожу ближе к вечеру в банкомат, попытаюсь что-то снять со своих счетов, но не уверен, что получится.

— Хорошо, — откликнулась Алина.

Она не представляла, что им вообще делать. Но пока она тут сидит на чужой кухне, ее брата, возможно, убивают. И от одной этой мысли голова готова была взорваться.

— Разложи все на полки и в холодильник, — попросил Ксандр. — А я пока займусь поисками бабушкиных записей.

Алина поднялась, чувствуя себя, как шарик, из которого выпустили воздух: шарик еще есть, но он сдут и бесполезен. Продукты отправились на полки, а она решила, что вот так сидеть и смотреть в пространство перед собой сможет хоть в двадцать первом веке, хоть в двадцать втором, а надо что-то делать! И, желательно, прямо сейчас, поэтому хватит! Надо идти и помочь Ксандру.

— Как могут выглядеть записи? — спросила она, входя в гостиную.

— Тетрадка. Черная, — ответил, обернувшись, ее новый знакомый. — Я уверен, она была здесь, но, наверное, отец куда-то дел. Главное, чтобы не выбросил.

И продолжил рыться в многочисленных старых бумагах, от которых остро пахло пылью.

Черная тетрадка… Алина тоже принялась за дело. Кстати, бумаг в квартире было много: стопки, кипы. И среди них она пыталась отыскать одну, самую необходимую.

— А это не она? — спросила Аля, выцепив из стопки объемную тетрадищу листов на двести.

— Она! — радостно подтвердил Ксандр. — Откровенно говоря, не думал, что когда-либо ее открою.

— Но почему? — искренне удивилась Алина. — Иметь силу — это ведь круто!

— Я бы так не сказал.

Аля замерла. Она ожидала каких-то откровений, но вместо этого Ксандр принялся листать старую тетрадь. Казалось, страницы рассыплются под его пальцами. Но нет, они держались, пусть и желтые, словно осенние листья. Есть еще время, пока они окончательно увянут и уйдут в прошлое.

— Ничего, что могло бы быть нам полезно, — задумчиво произнес Ксандр. Он выглядел очень сосредоточенным, и это не вязалось с его внешностью. Таким парням только на сцене выступать и в кино играть — как картинка. Но в эту минуту «картинка» хмурилась и вчитывалась в скупые строки.

— А можно мне посмотреть? — рискнула Алина.

— Вообще-то нет, — прищурился её новый друг. — Моя бабушка была бы решительно против. Но она умерла пятнадцать лет назад и вряд ли сейчас способна меня осудить.

Он подвинул тетрадь к Алине. Аля пролистала около десяти страниц, чувствуя, как окончательно переворачивается ее мир. «Обереги от дурного глаза», «Способы противостоять колдуну», «Заговоры на плодородие», «Помощь беременным». Это что, настоящая тетрадь знахарки? Слово «ведьма» крутилось но языке, но Алина не торопилась его употреблять.

— Кстати… — Она случайно взглянула на оборот обложки. — Тут множество адресов. Чьи они?

— Как я понимаю, бабушкиных идейных соратников, — хмыкнул Ксандр. — Только, думаю, все данные безнадежно устарели.

— Но ведь не все за пятнадцать лет переезжают.

— А может, этим адресам куда больше?

Ксандр поморщился, будто старался что-то вспомнить и не мог.

— Ксандр? — тихо позвала его Алина.

— Бабушка говорила о ковенах, — откликнулся он. — Раз из вашего мира был похищен магический предмет, значит, в ковенах могут что-то об этом знать. Только я понятия не имею, кто там заправляет и как связаться с этим человеком. Из тех, чьи адреса здесь указаны, я помню только бабу Люсю.

И он указал пальцем на полустертый адрес с подписью «Людмила Борисовна».

— Древняя была она, вряд ли сейчас у власти, — продолжил Ксандр. — Но точно ведунья, бабушка сама говорила. И вот еще — Владимир Андреевич. Не уверен, что он ведьмак, но хотя бы самого его помню. Он к бабушке в гости часто приходил и был младше нее, так что, вероятно, еще жив и здоров. Только давай отложим вторжение в мир колдовства до завтра, хорошо? У нас есть куда более насущные проблемы.

— Например? — спросила Аля.

— Мои недействительные документы. И дыра в кармане, — усмехнулся Ксандр. — Раньше мы жили небогато, но, если честно, обходиться малым я давно отвык.

— А чем ты занимаешься? Работаешь? Или еще учишься?

— Работаю, — с заминкой ответил он. — И занимаюсь музыкой.

— Здорово! А я оканчиваю университет, должна была вот-вот защитить магистрскую дипломную работу. Писала о мистических предметах. О крабице тоже хотела, дедушка посоветовал… Только, увы, ничего не успела из-за смерти дедушки.

— Сочувствую, — склонил голову Ксандр. Его серо-голубые глаза сверкнули, и Алина невольно подалась назад. Но, кажется, хозяин квартиры даже этого не заметил. Он снова сосредоточился на разложенных перед ним записях, а Алина поднялась и вышла из комнаты.

Ближе к вечеру Ксандр заглянул к ней.

— Пойду, попробую решить наш денежный вопрос, — сообщил он. — Заодно позвоню друзьям. Вдруг хоть кто-то из них меня узнает?

— Может, я с тобой? — попросилась Алина.

— Ну, если хочешь…

Она хотела! Более чем! Не каждый день ты оказываешься в далеком будущем, но вместо того, чтобы изучать «дивный новый мир», приходится сидеть в чужой квартире и строить планы по возвращению домой. Собралась Алина быстро. Она понимала, что выглядит так, словно порылась в шкафу чьей-то бабушки. Девушки, которых она вчера видела, носили платья ярких цветов, и ткань казалась незнакомой. Кстати, почти никто не ходил в джинсах. Их сменили светлые обтягивающие брюки. И в прическах было много яркого. Например, прядки, как у Ксандра. Поэтому на общем фоне траурное платье Алины выглядело не просто пережитком прошлого, а саркофагом, привлекавшим внимание.

Но, видимо, Ксандра это не смущало. Он подождал, пока она причешется найденной у зеркала расческой, обуется, а потом они вместе вышли в теплый весенний вечер.

Теперь Алина куда внимательнее смотрела по сторонам. Одежда людей действительно отличалась от привычной для нее. Обувь мало видоизменилась, разве что преобладали туфли и босоножки на платформе. Как говорится, мода движется по кругу… Правда, платформы выглядели очень изящно, а не массивно.

— Ищешь отличия? — спросил Ксандр. — И как, многое изменилось за целый век?

— Не то чтобы… — задумчиво ответила Алина. — Летающих машин в моем времени еще не было. О них, конечно, болтали, но между словом и делом иногда пропасть.

— Понимаю. Они называются автолеты, официально введены в эксплуатацию сорок лет назад. Для них развешены указатели на зданиях, нарисованы маршруты. Но мне они не нравятся. У меня был старый автомобиль, который вчера заглох. Надеюсь, мой помощник успел вызвать эвакуатор и доставить его домой.

И Ксандр чуть повернул голову, замедлил шаг, разглядывая что-то. Алина проследила за его взглядом, вцепилась в руку.

— Подожди! На афише… Этот парень так похож на тебя! И зовут его тоже Ксандр, — выдала она, рассматривая огромную афишу на одном из домов. Там сообщалось о начале мирового турне певца Ксандра, и Алина готова была поклясться — парень с плаката перед ней!

— Увы, ты видишь перед собой моего двойника, — невесело усмехнулся ее спутник. — Который почему-то вдруг занял мое место!

— Ты настолько знаменит? — не унималась Алина. — А может, это происки твоих врагов? То, что о тебе вдруг забыли…

— Я не знаю. Вариантов множество, и каждый кажется невероятным, — с легким вздохом ответил Ксандр. — Мы пришли.

И он свернул ко вполне привычному для глаза банкомату, приложил к экрану банковскую карту, а затем свою ладонь.

— Да чтоб вы провалились! — выругался зло, и Алина поняла: система Ксандра не признала. — Я не могу попасть в свой дом, не могу снять деньги, которые сам же заработал. Что за…

И замолчал, потер ладонями щеки, стараясь успокоиться. Алина его понимала: в один день стать никем — это ужасно! Но ведь и ей было не легче. По сути, в этом мире она тоже была никем.

— А знаешь, — сказал вдруг Ксандр, — я не собираюсь вот так от всего отказываться! Прогуляюсь до своего дома. Глядишь, и получится добраться хотя бы до вещей! Если бы я остался на своем месте, сегодня вернулся бы домой к полуночи. Много работы на студии перед турне. Поэтому, думаю, можно рискнуть. Если хочешь, я провожу тебя, и…

— Я с тобой, — торопливо выдала Алина, для верности цепляясь за его руку. — Вместе что-нибудь придумаем. Кстати, наверняка, твой дом под хорошей защитой. Как ты собираешься туда попасть?

— У любой защиты есть слабые места. Идем.

До дальнейших объяснений Ксандр опускаться не собирался. Он, как на буксире, тащил Алину через парк, в котором они встретились. Впрочем, она и не сопротивлялась. Ей было очень любопытно, где именно жил ее знакомый. А еще — как он собирается туда попасть. О том, чем им обоим это грозит, Алина старалась не думать. Ее не покидало ощущение, что они оба находятся во сне. А если это сон, то чего бояться?

И когда Ксандр замер неподалеку от огромного красивого особняка, Алина почувствовала, как от восхищения захватывает дух. Ничего себе!

— Нравится? — усмехнулся спутник, заметив ее взгляд.

— Нравится, — ответила она. — Только ты ведь понимаешь, что по сути сейчас совершишь воровство, и тебя будут искать?

— Воровать у себя? Забавно.

— Но если засекут камеры…

Ксандр коснулся солнцезащитных очков, и вдруг его внешность изменилась. Перед ней все еще был молодой парень, но совершенно с другими чертами лица. И лишь глаза остались прежними, серо-голубыми.

— Не узнают, — пообещал Ксандр. — Хорошо, что очки у меня были с собой. А вот вторых у меня нет.

— Но и меня в этом мире, по сути, нет, — воспротивилась Алина. — Ни в одной базе данных! И если ты отдашь мне свою ветровку, я надену капюшон.

— Пусть так. Если что, разбираться с проблемами все равно будем вместе.

Ксандр быстро снял ветровку и накинул на плечи Алины. Она натянула капюшон, полностью скрывая лицо.

— А здесь нет камер? — запоздало огляделась она.

— Как раз здесь нет, — заверил Ксандр. — Слепое пятно. Я сам его оставил, потому что обычно именно тут меняю внешность, если мне нужно скрыться от журналистов. Возле дома засекут постороннего человека, догадаются. А здесь риски минимальны.

— Ты все продумал, — восхитилась Алина.

— Да, — не стал скромничать парень. — А теперь нам надо оставить всю улицу без света. И пока включатся альтернативные генераторы, у нас будет три минуты, чтобы проникнуть в особняк. Поехали!

И, как заправский взломщик, поспешил куда-то в сторону с такой скоростью, что Алина едва за ним успела. Там на столбе находилось переплетение проводов. Ксандр на миг замер, сосредоточился, а потом с его пальцев сорвалось крохотное облачко, и когда оно коснулось проводов, те заискрили на миг, а затем погасли.

— Бежим!

И они кинулись вперед. Только не к дому, а обогнули его сзади и нырнули в небольшую калитку.

— Для прислуги и побегов от журналистов, — на ходу пояснил Ксандр.

Он держал Алину за руку, его пальцы казались горячими, словно открытое пламя, но от адреналина в крови Алине было все равно! В свое время она и представить не могла, что однажды нарушит закон. Наоборот, всегда была послушной и порядочной. И вот врывается в чужой дом! Пусть, по сути, это и имущество Ксандра.

А он быстро преодолел двор, втащил Алину в небольшую комнатушку, служившую чем-то вроде прихожей, и они пробрались в коридор, а оттуда — на второй этаж.

— Здесь, — указал Ксандр на приоткрытую дверь.

Вот только из комнаты доносилось тихое пение.

— Домработница, — сообщил он. — Ладно, давай начнем с моего кабинета. Посмотрим, какой пароль у нового Ксандра.

А вот теперь опасно! Наверняка сейф под особой защитой, и если генераторы уже включились… Но свои размышления Алина оставила при себе. А Ксандр поспешно открыл ящик стола, вынул из него дно и достал оттуда немного наличных. Затем так же быстро нашел сейф, спрятанный, как в старых фильмах, за картиной, и набрал код.

— Не тот, — поморщился он. — Ладно, надеюсь, теперь можно забрать вещи.

Когда они вернулись, дверь в комнату была плотно закрыта, а голос домработницы слышался снизу. Она разговаривала с кем-то из охранников.

Ксандр скользнул за дверь. Это оказалась его спальня, граничившая с гардеробной. Он спешно кидал в сумку вещи на первое время, затем забрал еще один припрятанный кошелек и банковскую карту. Запасную? Думает, она сработает?

— Все, пора. Теперь действуем очень тихо. Слышишь? Генераторы гудят. Вот только калитка защищена снаружи и спокойно открывается изнутри.

Ксандр снова взял Алину за руку, на другое плечо закинул сумку, и они почти на цыпочках спустились по лестнице, а оттуда вывалились во двор и бегом бросились к калитке. Кажется, их заметили, потому что где-то позади раздался топот, а затем голос:

— А ну стоять!

Но разве они послушались? Нет, оба вырвались на улицу и побежали так быстро, как только умели. В легких закончился воздух, но Алина летела вперед, увлекаемая Ксандром, пока они не очутились в «слепом пятне». Ксандр тут же коснулся очков, Алина скинула ветровку и прикрыла ей сумку с вещами. Они спокойно вышли обратно на улицу и чинно пошли к парку.

— Мы чуть не попались, — тихо проговорила Алина.

— У меня, как оказалось, плохая охрана, — усмехнулся Ксандр. — Когда все вернется на свои места, закажу совсем другую систему. Но зато я смог забрать все необходимое и нам не придется умирать от голода. Кстати, завтра пополним твой гардероб, это платье слишком приметное.

Алина сначала хотела было отказаться. Где это видано? Полузнакомый парень собирается покупать ей одежду! А потом подумала: у нее денег нет. Надолго ли она в этом мире, никто не сможет сказать. А носить что-то нужно, поэтому и промолчала, сдержав возмущение. Проговорила только:

— Спасибо.

— И тебе. — Ксандр вдруг улыбнулся. — Это было весело. Давно я такого не испытывал!

— Весело? Ну да.

И Алина рассмеялась. Расскажи кому — не поверят, чтобы умница и внучка профессора вдруг пошла на взлом чужого дома. Но как только все вернется на свои места, Ксандр снова станет его владельцем, а значит, ничего страшного они не совершили.

— Давай закажем что-нибудь на ужин, — предложил Ксандр. — Пока дойдем до дома, и курьер доберется.

— Давай…

И в это мгновение Алина заметила яркую вспышку. Позднее она и сама не могла объяснить, откуда такая реакция, но она резко дернула Ксандра на себя, а там, где он только что стоял, осталось обугленное пятно. И двое мужчин чуть поодаль явно собирались атаковать их снова.

— Бежим!

Теперь Алина тащила Ксандра за собой. Он не сразу понял, что случилось, однако быстро сориентировался, затащил Алину в какой-то узкий переход, активировал очки и снова накинул на нее ветровку.

— Выходим отсюда небыстрым шагом, — шепнул он. — И идем домой.

Теперь и одежда на нем неуловимо изменилась, стала другого цвета. Да, за такие очки современники Алины многое бы отдали! Она старалась думать об этом, а не о том, что Ксандра пытались убить. Но зачем? Если он вроде как не звезда больше, а вообще никому не известный человек?

Однако ответа не было. К счастью, у выхода из проулка их никто не поджидал, а когда за спиной закрылась дверь старой квартиры, Алина медленно опустилась прямо на пол, закрыла лицо руками.

— Испугалась? — Ксандр осторожно поставил ее обратно на ноги.

— Кто это был?

— Откуда мне знать? Но явно по мою душу.

Парень снял очки. Он казался бледным, под глазами залегли тени. Да уж, не каждый день на тебя совершают покушение.

— Все в порядке? — спросила Алина.

— Переживу, — с показным спокойствием ответил он. — Я разберу пока вещи. Отдыхай.

И скрылся за дверью своей спальни. Оставалось только послушаться и пройти к себе, что Алина и сделала. И все же страх не торопился разжимать свои коготки. Все это могло плохо закончиться! И еще неизвестно, во что выльется в будущем. Видимо, они оба серьезно влипли.

Глава 6

Исключение из правила

Друзья приходят в минуту трудную,

Расскажут что-нибудь — ни о чем.

Я знаю точно, что если нужно мне,

Они подставят всегда плечо.

Ксандр

Ксандр чувствовал, как его штормит от какого-то детского восторга до черной тоски. Восторга от того, что можно просто пройтись по улице, и никто не станет к тебе цепляться. Тоски, в общем-то, по тому же поводу. А вот покушение… Оно выбило почву из-под ног, и теперь Ксандр пытался понять, что и когда пошло не так. Кому вдруг понадобилась его жизнь, если его, вроде как, не существует.

Да, придется обратиться к старым бабушкиным знакомым. Он не думал, что до этого дойдет. Бабушка тоже желала, чтобы внук прожил нормальную жизнь, в которой не будет места магии. Увы, не всегда мечты сбываются. Судьба и так была слишком щедра к нему, чтобы просить о большем. Ксандр и не просил — ровно до этого дня.

Если бы не Алина, он бы сорвался. И это было бы позорно! Потому что Ксандр считал своим достоинством умение держать лицо. Никто не должен знать, что у него на душе, даже самые близкие люди. Этот урок он усвоил вместе со свалившейся на голову славой. Почему? Потому что отец пытался манипулировать, «друзья» тут же вспомнили о его существовании, посыпались просьбы о встрече с людьми, которых он едва знал. Было, от чего потерять голову. И на какое-то мгновение это случилось: Ксандр слетел с катушек. Гулял, кутил. Ровно до того момента, как понял: теперь он всегда на виду, и любая ошибка будет стоить слишком дорого.

С тех пор он учился владеть собой в самых разных ситуациях. Да, в эти минуты его видела только Алина, но видела ведь! Значит, нельзя падать лицом в грязь. Он не зря столько лет занимал верхушки хит-парадов. Ксандр усердно работал, и вот так умножить все результаты своего труда на ноль? Нет уж, он разберется в случившемся и заставит мир вспомнить, кто такой Саша Кудасов.

Эти мысли помогали не возвращаться к покушению. В том, что атаковали его, Ксандр не сомневался. Причем, не оружием, а чем-то другим. Магией? Может, и магией. Это было бы логично: он применил силу в своем доме, ее почувствовали, и за ним пришли. Значит, больше нельзя использовать свои способности. Он жил без них двадцать три года, проживет и дальше. Плохо только, что без них не вернуть свое имя…

Ксандр включил телевизор. В новостях говорили о том, что неизвестные проникли в дом звезды и украли его личные вещи. Видимо, чтобы позднее продать на аукционах. А это мысль… Если с деньгами станет совсем туго, можно продать что-то узнаваемое. Например, ту черную футболку с белым принтом, которую он прихватил. В ней он выступал на открытии олимпиады. Но пусть этот метод остается на крайний случай. Пока же надо решить, к кому обратиться за помощью. Начать с бабы Люси, что ли? Если сама она уже на том свете, у нее все равно должны быть преемники. Сила никогда не уходит «в никуда», ее кто-то должен получить.

Ксандр взял бабушкину тетрадь, взглянул на адрес и старый номер телефона. Попробовать дозвониться по нему? Там ведь не нейронный, а домашний. Или послать запрос в справку? Но там нужно подтверждение личности, а сейчас его личность и отец не может подтвердить. Кстати… Мелькнула еще одна шальная мысль. А если позвонить Вере? Вдруг хоть кто-то его помнит?

Ксандр и сам не знал, откуда это пришло. Просто активировал браслет нейрогайда и вызвал Веру. Сначала никто не отвечал, затем прозвучало знакомое:

— Привет, Сань.

— Вера? — изумленно переспросил он.

— А ты звонил кому-то другому? — зевая, поинтересовалась подруга детства.

— Нет, тебе. Как дела?

Вера молчала. Может, решила, что он головой тронулся? Ксандр и сам не мог вспомнить, когда в последний раз спрашивал у нее, как дела.

— Саша, что-то случилось? — после затянувшейся паузы спросила она.

— Да, — ответил парень. — Видишь ли… Это не сетевой разговор. Можешь приехать на старую мою квартиру? Только аккуратно, чтобы никого за собой не привела.

— Все так серьезно? Во что ты вляпался, Кудасов? — взволнованно проговорила Вера.

— Приедешь — расскажу.

— Через час буду.

Нейрогайд мигнул и погас. Только бы за Веркой никто не проследил! Но она девушка серьезная, раз друг просил, будет осторожной. А пока надо принять душ, переодеться и стать снова похожим на человека.

Именно этим Ксандр и занялся. К счастью, горячая вода в доме была, несмотря на древность самого здания. Он с удовольствием выкупался, надел чистую одежду и сразу почувствовал себя лучше. Прошел на кухню, заварил чай.

— Алина! — позвал новую знакомую.

— А? — Девушка мгновение спустя заглянула в двери кухни.

— Сейчас приедет моя подруга Вера. Она почему-то меня помнит, — поделился Ксандр. — И сможет помочь.

— Это безопасно? — тут же нахмурилась Алина.

— Надеюсь, — не стал лукавить он. — Я просил проявить осторожность. Только давай историю о твоем волшебном переходе из века в век ей рассказывать не будем. И о моей магии тоже. Выдадим что-то… удобоваримое.

— Что, например?

Ответить Ксандр не успел. В двери позвонили, и он отправился открывать, предварительно глянув в глазок и убедившись: это действительно Вера. Подруга тенью скользнула в квартиру и почти вцепилась в него.

— Саша, что происходит? — взволнованно спросила она.

— Ну… Это долгая история, — ответил Ксандр. — Проходи в гостиную, я сейчас принесу чай. Кстати…

Он обернулся и увидел Алину, выглянувшую из кухни.

— Знакомься, это Алина. А это Вера, моя подруга детства.

Девушки кивнули друг другу, вроде как скрепляя знакомство. Ксандр быстро налил чай и отнес его в гостиную. Алина и Вера уже сидели рядышком на диванчике, не торопясь начинать разговор. Ждали его. А он и не знал, что сказать и с чего начать. А главное, как не выдать больше, чем ему хотелось.

— Так и будешь молчать, Сань? — первой не выдержала Вера. — Учти, я сорвалась из дома посреди ночи не для того, чтобы ждать, пока ты на меня наглядишься.

Ксандр улыбнулся. Вера всегда была прямой и открытой. Хорошо, что с возрастом это не изменилось.

— У меня проблемы, — признался он. — Очень большие! Видишь ли… Когда я вернулся домой после твоего дня рождения, оказалось, что система охраны меня не пропускает. И вообще Ксандр — это другой человек, не я.

— Подожди! Ты несешь бред! — перебила его подруга.

— Возможно, но Алина может подтвердить. В моем доме теперь живет другой человек, а обо мне все забыли. И только ты по какой-то невероятной причине меня еще узнаешь.

— Звучит так, будто ты пьян, Сань, — призналась Вера.

— Это правда, — вмешалась Алина. — Мы были дома у Ксандра. Там живет совсем другой парень, охранная система не пропускает. Одним словом, кто-то будто стер его из памяти мира.

— С ума сойти.

Вера поднялась, прошлась по комнате. Ее короткие, до плеч волосы забавно подпрыгивали, как небольшие пружинки. А Ксандр ждал, к какому выводу она придет. Вызовет скорую помощь? Объявит его сумасшедшим?

— А кто на студии? Тоже не ты?

— Не я. Кирилл. Помнишь моего двойника? Теперь он каким-то образом стал Александром Кудасовым, а меня просто нет. И мне хотелось бы знать, что с тобой не так. Почему ты меня не забыла?

И вдруг понял: Вера что-то знает. Его всегда честная подруга сейчас отводила взгляд, будто была в чем-то перед ним виновата. Вот только в чем?

— Вера, если тебе есть, что сказать, просто сделай это! — попросил он.

— Хорошо. — Девушка снова села, закинула ногу на ногу — это была ее любимая поза. — Раз уж на то пошло… Я знаю, чем занималась твоя бабушка, Саш. Она и меня кое-чему учила. Говорила, пригодится. Возможно, поэтому и помню.

— То есть, у тебя есть сила?

Если бы сейчас с потолка сверкнула молния, Ксандр и то удивился бы меньше.

— Есть, — кивнула Вера. — Но, как и ты, я ее не использую. Почти…

— Тогда, может, вы что-то слышали об Августовой крабице? — вмешалась Алина. — Это…

— Я знаю, что такое крабица, — торопливо ответила Вера. — Царский артефакт, символ власти, с кражей которого пала монархия в России.

— Да, именно.

— На самом деле, крабица — ритуальный сосуд, — добавила подруга. — Она была обнаружена около десяти лет назад в частной коллекции в Лондоне. Ее пытались вывезти оттуда в Россию, но ничего не получилось. А потом музей, в котором она хранилась, сгорел. Видимо, так Августова крабица оказалась утеряна навсегда. А какое отношение магический сосуд имеет к тому, что Сашу вдруг все забыли?

— Возможно, прямое, — признался Ксандр. И раз уж Вера знает о его магии, выходит, и ему стоит быть откровенным. — Из дома Алины эту самую крабицу похитили. Важно то, что похититель открыл портал, и Алина, шагнув за ним, из две тысячи двадцать четвертого года оказалась в нашем.

— Безумие! — выдала Вера. — Так не бывает!

— Я перед вами, — поморщилась Аля. — И мне бы очень хотелось вернуться домой, потому что если я не отдам крабицу, моего брата убьют.

Вера молчала. Да, ситуация действительно казалась безумной. Ксандр первый готов был с этим согласиться. А еще он не видел ни единой возможности вернуть все на свои места. Может, если Алина отправится в свой век, и о нем вспомнят? Если крабица снова покинет их время, станет забытым артефактом, исчезнувшем при пожаре. Ее ведь не должно здесь быть!

— Думаю, стоит обратиться к ведовской верхушке Москвы, — тихо проговорила Вера.

— Да, только я понятия не имею, как ее отыскать, — признался Ксандр. — Нашел старую бабушкину тетрадь, там есть адреса ее коллег, если можно так выразиться. Попробую начать оттуда.

— А вот здесь я могу помочь, — сказала подруга. — Мы знакомы с нынешним главой ковена. Ты, в общем-то, тоже. Помнишь две тысячи сто восьмой? Подруга твоей бабушки Людмила приходила сюда в гости с внуком. Его звали Святослав.

— Не помню. — Ксандр нервно убрал волосы со лба. — А у нее был внук?

— Саша! Вы еще подрались, когда он сломал твою мини-гитару. Ну!

Точно… Как из тумана, из глубин памяти выступил образ высокого темноволосого мальчишки чуть старше его самого. Противного до жути! Ксандр тут же придумал ему обидное прозвище: король-лягушка. И еще уговаривал Веру его поцеловать, чтобы лягушка превратилась в принца. Мальчишка обиделся и отомстил: сломал музыкальный инструмент, которым Ксандр очень дорожил. А потом бабушки не стало, и больше мальчика по имени Святослав Саша не видел.

— Вспомнил, — признал он. — Подожди! Ты хочешь сказать, что король-лягушка теперь глава ковена?

— Именно это я и пытаюсь тебе втемяшить! — Вера смотрела на него, как на двоечника с последней парты. — У бабы Люды не было внучек, только один внук. И когда пришло время, она передала ему пост. Мы с Святом не то чтобы хорошие знакомые, но иногда видимся в университете. Он там читает курс истории.

Алина внимательно посмотрела на Ксандра, и тот уловил, о чем она могла подумать. Крабица — исторический артефакт. И ее дедушка, судя из рассказа, тоже был преподавателем этого предмета, исследователем. А тут вдруг выясняется, что главный маг Москвы тоже может испытывать к Августовой крабице неподдельный интерес. Более того, он должен знать способы стереть человека из памяти целого мира. Только почему именно Ксандра? Он-то не имеет к пропаже никакого отношения! Разве что незадолго до этого использовал силу.

— Я завтра поговорю со Святом и попрошу с тобой встретиться, — пообещала Вера.

— Лучше сам ему позвоню, дай только номер.

— Сань, я знаю, как ты умеешь договариваться, — воспротивилась подруга. — Не стоит, поверь! Нам надо, чтобы Свят помог, а не прибил тебя. Поэтому лучше я.

Не иначе, как между Верой и их старым знакомым когда-то что-то было. Иначе откуда такое рвение? Правда, Ксандр оставил свои мысли при себе. Не то время, чтобы задавать подобные вопросы.

— Хорошо, набери меня, если он согласится, — вместо этого сказал он. — А если нет, я и так на него выйду.

— Так и сделаем, — пообещала Вера. — Ладно, я домой. Меня, в отличие от вас, с утра ждет университет. Алина, рада была познакомиться. Увидимся, Сань. И будь осторожен!

Ксандр поднялся, чтобы проводить гостью до двери. Вера выскользнула в коридор, а он остался, глядя ей вслед. Вот так и узнаешь странные вещи о людях, которых считал простыми и понятными. Не то чтобы открытие его разочаровало. Скорее, насторожило, потому что Вера казалась ему распахнутой книгой. А выяснилось, что он читал ее вверх ногами.

Закрыв двери, Ксандр вернулся в гостиную. Алина так и сидела в задумчивости.

— Что-то не так? — спросил он.

— Нет, все в порядке, — поспешно ответила девушка. — Просто… Какая-то мысль не дает покоя, а поймать ее за хвост я не могу. Наверное, стоит отдохнуть. Я чувствую себя измотанной, целиком и полностью.

— Согласен, — кивнул Ксандр. — Денек был тот еще. Кража со взломом, покушение на убийство, новые открытия в магическом мире. Я начинаю скучать по концертам и толпам журналистов, они теперь кажутся мне милашками.

Аля наконец-то улыбнулась, и ее лицо сразу стало светлым, приятным.

— Доброй ночи, — сказал ей Ксандр.

— Доброй, — откликнулась она, так и не пошевелившись.

Он оставил Алину в гостиной и направился в спальню. Разделся, постоял у окна, глядя на то, как засыпает любимый город и медленно гаснут огоньки окон. Да, все перепуталось, и выяснилось, что для него нет места в собственном мире. Но сейчас Ксандр ощущал умиротворение. Хотя бы на несколько долгих минут…