Вулфаир: тропа неминуемого выбора

Глава 1

Ничто не ново под луною:

Что есть, то было, будет ввек.

И прежде кровь лилась рекою,

И прежде плакал человек,

И прежде был он жертвой рока,

Надежды, слабости, порока.

Николай М. Карамазин

Глава I

Мы находились на узкой тропе, представляющую из себя стеклянную мозаику с множества картин из отдельных эпизодов и мест в разном времени. Зачастую на изображениях виднелись силуэты людей разной возрастной категории. Ступая поверху, казалось, что столь хрупкий путь вот-вот треснет и нас навечно засосёт в один из громадных осколков. В некоторых осколках я отчетливо видел эльфов, гномов, а иногда даже огнедышащих драконов. Я был уверен, что мы в данном странном месте не просто так.

– Быстрей! – донесся крик Артура позади.

Я встречал разную магию. Всегда требовалось неимоверное количество манны, а не способность бежать без остановки. Говоря Гавриилу, что я готов, то и представить, не мог, что он отправит меня в перепутье миров, где все временные рамки и отдельные миры соприкасаются. В перепутье время не шло обычным чередом: назад или же двигалось вперёд. Я даже всецело не мог сказать, что оно замерло на месте. Впервые я уразумел, что значит слово хаос. Фраза: всё и ничего – обрела смысл. Для меня это оказалось не просто чьим-то осознанием, которое было обрисовано такими словами. Для Агнес, Артура и меня всё было реальным и происходило с нами в сию секунду.

По милости и совету Гавриила, нам был дан лишь один совет: Бегите! Архангел даже не удосужился объяснить: куда нам бежать? Как долго нужно бежать? Что произойдёт, если мы остановимся?

Совсем не желая проверять на себе пагубность невыполнения слов Гавриила, мы, тяжело пыхтя, исполняли сказанное, видя впереди лишь один узкий путь, так как позади всё рушилось после каждого нового шага. Я был уверен, остановись мы сейчас, то не окажемся в моём времени. Будь всё так просто мы бы уже оказались в моем времени.

По внутренним прикидкам мы, вовсе не сбавляя темп, уже провели в беге больше часа, двигаясь к неизвестности, а путь так и не окончился. Слышался лишь треск позади, а под ногами менялись всё новые и новые пейзажи. Когда я с помощью магии времени отправился в прошлое, то всё было в разы проще. Даже взглядом можно было отследить, как отматывается время вспять. Относительно того что происходило сейчас, можно было только строить теории.

– Что нам делать? – в панике закричала вслед бегущая Агнес.

Впереди отчетливо было видно, что столь хрупкая дорога из осколков резко прекращается, а дальше нет ничего – лишь обрыв, ведущий в пустоту.

– Прыгать, – вовсе не понимая, правильны ли мои слова, огласил вслух я свои мысли.

Не сбавляя темп, пребывая впереди всех, я ускорился, набрав скорость ещё больше. В мыслях присутствовали лишь причитания, адресованные Гавриилу.

Находясь на краю вполне осязаемых и твердых осколков под ногами, я что есть силы, оттолкнулся, прыгнув в прозрачную пустоту впереди себя. Далее время, наконец, знакомо остановилось. Я буквально почувствовал, как меня раздирает на части, как будто в попытке расчленить моё тело. Окружение кружилось в неведомых кульбитах и виденное разделялось на части. Краем глаза немного в стороне я заметил летящего вниз Артура. Его туловище разделило натрое, а через секунду он вновь был целёхонек. Я осознал, что со мной происходит аналогичное действо. Нас разбирало на мелкие части, соединяя вновь.

Меня ослепило вспышкой света, а в следующую секунду я очнулся на уже знакомых клубах ваты. В глазах рябило.

– Как всё болит…– рядом схватившись за грудь руками, стонала Агнес не в силах подняться.

Наше трио валялось навзничь. Я первый нашел в себе силы стать на две. Прийти в себя помогла магия. Пришлось действовать, мгновенно инспектируя свое состояние внутренним зрением, исправляя при этом остатки воздействия на тело неизвестной мне магии. Из-за того, что Гавриил ничего не объяснил, я вовсе не знал, что нас ожидает и есть ли опасность. В конце концов, это ещё не был привычный для меня мир. Окружение напоминало обитель Гавриила при нашей встрече.

– Так-так. Шон Вулф. Неужели?! Почему я не удивлена?

Голос звучал очень знакомо. Оглядевшись, я увидел колодец, с которого вываливались белые клубы, а рядом стояла невысокая особа в белом балахоне с капюшоном. Капюшон полностью скрывал лицо.

– Отец? Но… ты же… – подымаясь и немного постанывая от боли, проговорил Артур, пытаясь всмотреться в говорившего.

Оторвав переведенный взгляд на колодец, я вновь взглянул на странный силуэт в капюшоне.

– У меня много имён. Можешь меня называть отцом. Я не против. В конце концов, от меня зависит ваша жизнь. Словно от родителя.

Голос, который я слышал, принадлежал девушке. Знакомой девушке!

– Розмари? Ты? – не веря своим ушам, произнес я. В душе дрогнуло позабытое, но как-то отдаленно. Словно данные чувства пытались ускользнуть от меня или вовсе не принадлежали мне.

Агнес неожиданно расплакалась, а Артур растеряно перевел взгляд с меня и на белый капюшон. Но я сам не знал, что по истине происходит.

– Кто ты? – немного взволновано спросил я.

– Я та, которую обычно вы живые – видите лишь единожды за жизнь, когда пора проститься со старыми уроками и одержать новые в соответствии с заслугами.

Человек скинул мешающий капюшон. Моему взгляду престало лицо Розмари.

– Я не понимаю…– прошептал я.

– Вы видите? Видите, мою маму? – закричала Агнес сквозь слёзы.

В ответ на её слова Розмари лишь рассмеялась, всматриваясь как будто где-то вдаль позади меня, словно нас и нет вовсе.

– Знатную же вы игру затеял детишки, – Роза вновь засмеялась, заглушив мои мысли.

Впервые я ощутил неимоверную давящую магическую мощь, исходящую от силуэта с лицом моей подруги. Однако судя с реакции Артура и Агнес, каждый видел по неведомым причинам в неизвестном разные личности. Для меня человек в белом одеянии был как две капли воды схож с Розой. Я не мог откинуть мысль, что это она. Но тревоги на душе не ощущалось. Я лишь был рад увидеть знакомого мне человека, не виденного очень давно.

– Но…

Меня перебили.

– Я тут не для того, чтобы давать вам ответы при жизни! Рано. Очень рано для ответов. В конце концов, мы ещё вскоре встретимся.

Мои попытки задать вопросы, чтобы получить объяснения происходящему оборвали на корню.

– Мама…мама… – Агнес было ринулась подойти, я вовремя успел остановить ее глупую попытку, дернув за руку.

– Постой Агнес. Здесь не всё так просто! – предостерег её я.

В руках у белого балахона появился черный витой посох с белоснежным острым лезвием на конце в форме месяца. Я отчетливо увидел костяные пальцы, крепко обхватившие древко.

– Жаль, – проговорило лицо Розы, – я ведь наделась, что хоть одного удастся забрать с собой сразу. Вы нарушили много правил, это было бы мне на руку.

– Жнец! – повторив мои мысли, огласил Артур. – Не подходите к ней.

– Что же ты так, сынок? Разве я заслужил твоего недоверия? – обратился силуэт к Артуру.

– Ты не мой отец!

– Давайте сыграем в игру? – не обращая на слова Артура, произнесла сущность в балахоне.

– Играть со Смертью? – подавляя легкую трусцу от страха, спросил я в ответ, поняв кем является неизвестный.

– Если ответишь правильно, то я…

Жнец махнул рукой над колодцем, развеяв белые дымные клубы, вываливающиеся с него. Из колодца, донеслось пение птиц.

Такой желанный силуэт девушки, которую я так давно желал увидеть продолжил говорить:

– Отправлю тебя Шон Вулф в вожделенное тобой время. Что уж там! Сделаю, как хочется тебе вопреки законам судьбы. Но…

Наступила невообразимо долгая пауза, как будто выжидая нашу реакцию. У меня в горле пересохло. Рядом отчетливо можно было разобрать лишь тихие всхлипы Агнес. Я старался не делать резких движений, не зная, что предстоит и чем мои предпринятые действия могут окончиться.

– Что? – хрипло спросил я, проглотив ком ставший в горле.

– Будет не интересно, принимай участие в игре только ты. Что скажешь? Каждому я даю право ответить на вопрос, от ответа на который будет зависеть, сможет ли он продолжить путь дальше.

Мы переглянулись, кивнув друг другу. Другого выхода мы всё равно не видели, а побороть жнеца в схватке я просто чувствовал, что не смогу. Я ощущал магическую силу не меньше, чем у Гавриила. Мне до такой силы, ещё расти и расти.

– Что будет, если мы ответим неправильно? – задал вопрос Артур.

– Вам уже не нужно будет волноваться о неправильности выбора.

Ответ был весьма красноречив. На кону наша жизнь! Жнец мог вовсе не отвечать.

Наш собеседник продолжил, не ожидая, какой-либо реакции:

– Что же? Начнём! Мой первый вопрос: кто из вас троих умрёт первым?

Вопрос прозвучал эхом. Меж нами повисло молчание.

– Можно сразу ещё один вопрос? – подавленно проговорил я.

Жнец, вовсе не удившись, проговорил:

– Помните! На одного человека по одному ответу на один вопрос, – костяные пальцы с силой опустили посох, сотрясая окружение, как предупреждение, продолжив говорить, – двое молодых людей зайдя в изнутри закрытую комнату без окон, обнаружили труп слабой женщины, явно покончившей жизнь самоубийством, повесившейся под потолком. Молодые люди недоумевали, как она могла это сделать? Ведь в комнате не было ни стула, ни стола, взобравшись на которые, слабая беззащитная женщина смогла бы одеть себе петлю на шею, затем спрыгнув. Единственное, что было обнаружено это лужа воды на полу под ногами самоубийцы. Как же она покончила с собой?

Стало понятно, что это логические загадки. Но я не знал ответа не на один из вопросов. Как вообще можно отгадать, кто умрёт из нас троих первым?! Вся ситуация казалась сном, а потому мысли хаотично сменялись, от чего я не мог прийти к единому ответу. Вся моя хладнокровность улетучилась, так как от ответа зависела жизнь одного из нас. С ответами нельзя было спешить.

– Можно… – было начал я, захотев услышать третий вопрос.

– Отвечай! – уши сдавило от боли, а от посоха пронеслась новая звуковая волна глухого удара. Для меня было не привычно слышать такой голос Розмари. Это была явно не она, но я видел очень сильное сходство.

Мы зажали уши, справляясь от давящей боли на барабанные перепонки. Кому-то из нас нужно было дать первый ответ на один из уже поставленных вопросов.

– У кого-то есть идеи? – спросил я Артура и Агнес, покосившись на белое одеяние неизвестного, стараясь не всматриваться в виденное мной лицо Розы, чувствуя на душе тяготящее чувство подавленной некогда вины из-за моих решений и поступков.

Жнец не мешал нашему общению. Это радовало, значит, мы могли обдумать всё вместе. Впервые моя жизнь не зависела от знаний магии или же боевой выучки. Весь проделанный труд к этому моменту оказался бессмысленным. Если сейчас нами не будет найден ответ, то мои враги победят, а я даже не буду иметь шанса для борьбы. Но у нас должно всё получится, ведь Вулфаир каким-то образом оказался в моем времени. Возможно, он не раз уже был здесь. Шанс есть!

– Тик-так. Тик. Так… – начал проговаривать жнец, покачивая косой, словно маятником, со стороны в сторону.

– Возможно, я умру первым? Ведь я самый старший из нас троих! – всматриваясь в меня с Агнес, вынес теорию Артур.

– Не думаю, что всё так просто! Пока стоит сконцентрировать внимание на втором вопросе, – задумчиво ответил я, порядком зациклившись мыслями на Вулфаире.

– Но… Ладно, – сдалась Агнес, смотря на нас с решимостью, – вам не кажется подозрительным, что в комнате с женщиной вода? В условиях задачи, не говориться какое количество воды было изначально. Может она утонула, захлебнувшись? В комнате есть кран? Но зачем тогда петля?

– Тик. Так, – доносилось к нам.

– Возможно именно в этом разгадка. Но у нас нет права на ошибку! – подметил Артур.

Все заметно нервничали, пытаясь выдавать свои мысли как можно быстрей. Под постоянное повторение жнеца слов: «Тик…Так…», мы принялись спорить.

Теорий было много, но все они отпадали, упираясь в слово – самоубийца.

– Здесь подвох! Ну не могла женщина сама взобраться к петле! Разве ответ может быть столь очевидным? Мебель ведь напрочь отсутствует! – не унималась Агнес.

– Я тоже думаю, что это убийство! – сдвинув брови, подтвердил я её догадку.

– Самоубийство! Ведь это прямо сказано. Агнес. Шон. Ну вы чего! – разочаровано проговорил Артур.

– Не понимаю тогда. Магия? – спросил я его.

– Не всё в жизни зависит от магии. Будь это так, то ответ был бы очевиден. Думаю, здесь всё до банальности просто, но в тоже время с подвохом.

Наши слова внезапно прервали. Разразилась новая звуковая волна от удара древком, от чего пришлось зажать уши.

– Время вышло. Ваш ответ?

– Я… – Артур положил мне руку на плечё, прервав тем самым мои слова.

Он замахал мне головой в знак отрицания: «Ненужно! Дай мне слово!» – читалось в его взгляде. Я замолчал, так как не был уверен в правильности своих мыслей.

– На какой вопрос ты желаешь дать ответ? – спросил силуэт в белом балахоне, всматриваясь в лицо Артура.

– На.… На второй, – огласил он.

– Твой ответ?

– Можно задать вопрос? Тогда я дам свой ответ, – попросил Артур.

– Никаких вопросов! Отвечай!

От крика я вжал голову в плечи, скривив от неприятного звука лицо.

– Я… – друг замолчал, посмотрев на нас обреченно, – я думаю, что женщина сама взобралась в петлю. Ей никто не помогал…

– Артур… – зажав рот от волнения, прошептала Агнес.

Я понимал её реакцию, такую теорию мы отбросили сразу. Такое попросту было невозможным.

Друг тем временем продолжил:

– Не полагаю, что всё в мире зависит от магии и потусторонних сил. Будучи человеком технологического мира, я предполагаю, что женщина хотела ввести всех в заблуждение, кому-то на что-то намекая. Это её намёк, что в её смерти повинен кто-то, пускай она и сделала всё своими руками. Я думаю…думаю… что… вода в комнате взялась из-за растаявшего льда, – Артур глубоко вдохнул на полную грудь, собираясь огласить утвердительный ответ, – она стала на глыбу льда или снега, что вскоре растаял. Отсюда и взялась лужа.

Слушая умственные выводы Артура, я лишь удивился. Его ответ был разумным, но граничащий с безумием. Общаясь с нами, он не сообщал о такой идее, и мы не доходили к такому выводу. Почти все разговоры граничили с тем, что у женщины должен быть сообщник! Как бы она взобралась в петлю самолично? Почему речь вообще шла о самоубийстве?

– Люди удивительны… – с разочарованием огласил жнец.

Костяная рука махнула косой. Артур исчез, тут же возник над колодцем, вольно падая в него. Я, реагируя молниеносно, принял попытку перехватить его. Меня ударило в грудь, неведомой силой, оттолкнув назад. Сила удара была малой, чтобы меня убить, но достаточной, чтобы смять все мои внутренние органы в лепёшку. Лишь крепость тела, приобретенная молниеносно вампирским «я», сохранила мне жизнь без серьезных последствий. Тяжело хватая воздух, не в силах, что-то изменить, я принялся наблюдать, как Артур с криком упал в колодец, исчезая в нём.

– Ты… ты ведь говорила, что нам ничего не угрожает, если мы ответим правильно! – попытался говорить я как можно громче, справляясь с нехваткой воздуха. – Его ответ ведь логичен!? Он ведь оказался прав?

Жнец не принял мои слова во внимание, вовсе не ответив мне. Что произошло с Артуром осталось загадкой. Жив ли он? Возможно, он умер из нас троих первым! Вместо ответов, лицо знакомой мне девушки задало ещё один вопрос:

– Мир был создан, когда о вас даже не было упоминания, он полон историй. Это слово не библиотека и это не является письменами. Этого нельзя прочесть. Где история мира начинается и заканчивается? Какое место служит схроном для истории многовековых событий?

– Артур… ты… да что за загадки такие?! – не выдержала Агнес, залившись слезами.

Не будь я парнем, то, пожалуй, сам возжелал бы: в данный момент расстроится подобным образом, уподобившись девушке. Однако слёзы здесь не помогут. Ответ можно дать лишь поразмыслив.

– Память? – задала во всёуслышание вопрос Агнес, в попытке справится с эмоциями. Время шло, а значит вскоре, нужно будет дать новый ответ.

– Это твой ответ? – спросил жнец.

– Нет! – зло проговорила подруга, зажав рот рукой, чтобы не закричать от распирающей боли изнутри из-за произошедшего с нашим товарищем.

Я выдохнул, успокаиваясь. Решимость Агнес помогла мне немного собраться с мыслями.

– Схрон – это укромное вполне реальное место. Память о чем-то – нематериальна и существует, пока есть написанные книги или же пока живые помнят об прошедших событьях. Я ума не приложу, какое место может вместить в себе историю всего, что некогда происходило. Но это явно не «память», – подавленно ответил я подруге.

Приблизившись к ней, я прошептал:

– Не знаю ответ на последний вопрос, но я несу ответственность за вашу с Артуром жизнь. Если он умер, то ответ на первый вопрос, что первым умрёт Артур. Если нет, то ответ становится очевидным… с нас троих, хоть один должен выжить! Значит здесь, и сейчас, умру я. Думаю, такой ответ устроит жнеца.

– Что ты замыслил?! Ты сума сошел? – закричала на меня Агнес, оттолкнув меня руками от себя со всей силы.

Её движение оказалось для меня достаточно болезненным.

– За что?!

– Чтобы не говорил глупостей. Мозгами лучше пораскинь, а то думалка у тебя сломалась. Как ты решил победить в своем противостоянии, если вовсю отказываешься думать! – запричитала Агнес.

Отчасти она была права, но загадки, что нам задавали, требовали фантазии. Только ухищрениями я могу дать ответ, ведь ответов может быть нескончаемое количество. Как нам вообще понять, что именно хочет услышать жнец!

– Тебе не кажется, что этот вопрос, как и все остальные, имеет подвох? Артур ответил логично, пускай и безумно. Я даже сказала бы верно! Не знай, мы ответа, нам бы не задали такую загадку. Ответ есть! Я знаю, – уверенно проговорила Агнес.

– Разве ты можешь предположить, кто с нас троих умрёт первым? Я могу ответить на этот вопрос, только если сам сейчас укорочу себе жизнь! Именно поэтому Артур дал ответ первым, дав нам шанс найти ответ на первую загадку. Разве ты этого не поняла? Возможно, он уже мёртв! – огорошил её я.

– Дураки! – она вновь попыталась на меня накинуться с кулаками.

– Тик. Так, – коса знакомо под воздействием жнеца начала качаться словно маятник.

Время было на исходе, а умных мыслей мою голову не посещало.

– Зачем эта игра? – прокричал я, обращаясь к белому балахону.

На лице Розмари застыла довольная молчаливая улыбка.

– Тик-так, – коротко ответили мне.

– Почему именно её образ? Почему? – задал я вопрос жнецу, пытаясь потянуть время.

Коса перестала качаться в стороны. Впервые на меня обратили внимание.

– Это мой последний подарок. Напоследок дать увидеть того, кто был дорог при жизни, – задумавшись, жнец ответил, – время вышло. Ваш ответ?

Мой взгляд от последней фразы потупился. Будущий я заключил сделку с архангелом Гавриилом. Но почему он нас отправили в это место?! Разве не было другого способа вернуть меня в моё время? Вулфаир ведь не раз уже путешествовал в моё время. Почему я обязан вести борьбу за жизнь в данном месте, не имея шанса сразиться с Мамоном? Почему судьба вновь как будто забирает у меня шанс на победу!? Разве в моей жизни мало испытаний или я мало приложил усилий для того, чтобы выжили все. Неужели мне нельзя даже ощутить надежду? Почему весь мир как будто кричит, что мне суждено проиграть?

Пребывая в замешательстве, я и не думал давать ответ на загадку. Тем временем Агнес взяла ситуацию в свои руки:

– Только мёртвые хранят историю. Ведь так, жнец? Я не знаю, о каком именно схроне говорится в твоих словах, но если это не «память» и не библиотека, то на ум приходит лишь одно место, что хранит историю каждого. Это кладбище, что тебе под стать! Нет, даже не кладбище. Это земля, которая служит схроном истории некогда живших на ней, что теперь навеки погребены ней!

Я только удивился, как Агнес вообще сумела дойти к такому логическому ответу. Имея понимание, что любой ответ не на жизнь, а на смерть, то мой мозг как будто отключило. Откуда друзья вообще взяли такие невообразимые ответы! «Что, если он и она вовсе не правы в своих словах?» – в голове роилась только эта мысль, отбросив все остальные. Мы все умрём здесь?

– Верный ответ.

Коса накренилась вперёд. Агнес исчезла, повторив судьбу Артура. Я лишь мог наблюдать, как пропадает в колодце мой второй товарищ. Получается: Артур тоже справился? Тогда ответ на первый вопрос…

– Шон Вулф, – прогремело вокруг, – ты слишком много думаешь о смысле жизни, цепляясь за бытие.

– Я не понимаю… но ведь…

– Твои друзья меня не разочаровали и справились с загадками. Настал твой черёд. Ты и так знаешь ответы на всё, но из-за страха смерти увяз мыслями. Я никогда ещё не видела человека, что убегал от своей смерти так долго. Ты мне даже нравишься. Но время почти пришло. Тик. Так, – голос прозвучал хладнокровно.

– Это… это урок? Нам ничего не угрожало? Но ты ведь «смерть».

– У меня много имён. Считай, как вздумается. От твоего ответа всё ещё зависит, продлишь ли ты путь дальше. Готов ли ты к тому, что тебя ожидает, так же как твои товарищи? Тебе слово?

– Почему ты помогаешь мне?! – задал я внезапно назревший вопрос.

Жнец в белом балахоне с улыбкой на меня посмотрел, изучая моё поведение глазами Розы.

– Я умру первым? – вновь я обратился к Смерти.

– Вы все рано или поздно умрёте. Не ты первый, не ты последний.

Не успел я сказать данные слова, как меня с головой окунули в колодец. Мир вокруг закружился, а в следующее мгновение я всматривался в ярко красную полосу горизонта, находясь возле ствола иссохшего, обугленного до черноты некогда живого дерева. Жнец не дал ответа, был ли верны мои слова, просто отправив меня туда, откуда я начал свой длинный путь. Всё вокруг было в жалком состоянии. Через обугленную землю пробивались первые ростки жизни. Словно маленькое чудо под ногами в гордом одиночестве на ветру покачивался совсем молодой цветок, схож с красной бабочкой, что свободолюбиво распустила свои маленькие крылья. Артур и Агнес лежали без сознания неподалеку. Воздух был тяжелым и отчасти раскаленным, а на голову сыпался мелкий пепел, словно снег. Над головой же сновали непроглядные тучи.

Взяв горсть затвердевшего пепла с земли, я с горечью в сердце потёр в пальцах образовавшуюся сажу, что некогда скорей всего была частью живого. После встречи с самой Смертью сформировалось множество вопросов, без ответа.

– Я вернулся… – молвил я вслух к окружающему миру, вовсе не надеясь, что меня кто-нибудь услышит.

В порыве грузных мыслей, я проверил, цела ли связь с Розмари. Печать на шее никуда не делась, а значит, мои друзья обязаны быть живы. Я чувствовал подругу отдаленно, но всё же ощущал её присутствие. Наконец я сумел вернуться в свое время. Если судить по окружению, я отсутствовал явно не один день. К сожалению, мне не известно в какое время меня отправил жнец и как много с момента моего отправления в двадцать первый век, здесь прошло времени: часы, дни или года. Испепелённый мир уже начал отчасти восстанавливаться. Многие ли сумели выжить, везде ли царствует такая разруха?

По мысли связи, наконец, попытались пробиться для диалога. Роза не стала ожидать, ощутив моё присутствие. Несмотря на это, я заблокировал её попытки напрочь. Хотелось сначала свыкнуться с мыслями, что наша связь вновь работает. Сколько времени прошло для неё? Для меня минуло более восьми лет, и я попросту не знал, как начать наш диалог.

Мои размышления прервали:

– Хозяин...

Обернувшись, я увидел уже знакомую вздыбленную густую длинную шерсть, что заметно отсвечивала в почти безжизненном месте, переливаясь волнами от потоков манны. Раздвоенный хвост товарища довольно вилял, видя моё присутствие. Морда же отдавала нотками позабытой мной грубости четырехлапого из-за его шрама.

– Вулфаир! – увидев его, я стремглав кинулся к нему с объятиями, не в силах сдержать эмоции. На мои плечи в ответ опустились мускулистые лапы, словно меня обнимал человек, а не зверь вовсе. Мне с трудом удалось устоять под его тяжестью. Его парные как смоль клыки чуть не впились мне в плечо. Всё же истинный облик Вулфаира разнился с иллюзорным обликом котёнка.

– У вас получилось, хозяин, – довольно промурлыкал он.

– Никогда не привыкну, что ты называешь меня хозяином. Что за фамильярность с твоей стороны? Как ты здесь очутился? Как давно ты здесь? – спросил я, не отпускная его. Эмоции с меня так и хлынули. Увидев единственного товарища, сопровождавшего меня почти восемь лет, я размяк.

– Как бы без вмешательства вне уровневого мага я бы здесь оказался! – с гордость в словах проговорил он.

– Это не важно. Ты жив и это главное. Я рад тебя вновь видеть! – я отстранился от зверя, так как в коленях ощутил давящую тяжесть и позыв к трусце.

– Вижу, наши ряды пополнились. Это не входило в изначальный план. Помнится, мы хотели учинить парадокс, но не обрести новых соратников. Вновь ты удивляешь своим нестандартным мышлением.

– Это долгая история, – улыбаясь, ответил я ему.

– Наконец в известных мне событиях наступила поистине новая глава! – удовлетворённо молвил Вулфаир, обведя нас всех взглядом.

Позади я услышал шорох первого пробудившегося.

Глава 2

Не смотри в прошлое с тоской. Оно не вернётся. Мудро распорядись настоящим Оно твоё. Иди вперёд, навстречу туманному будущему, без страха и с мужественным сердцем.

Генри Лонгфелло

Глава II

Город Депеш словно муравейник, был оживлён торжеством. На главной площади собралось множество дворфов. Почти напротив высеченных рифлёных букв: «Знание – Сила», что зияли над головой, немного ближе к одному из главных фонтанов на ровных каменных плитах собралась пятёрка старейшин в изысканных торжественных боевых облачениях.

На одном колене перед ними гордо подняв голову голубыми бусинками смотрела Мериель, ожидая своей участи. Рыжие волосы гномши длины каре были покрыты белой прозрачной накидкой, сверху приложенной к голове кольцевидной тиарой, ограненной алмазами. Тиара сразу бросалась в глаза, ведь каждый дворф знал, что женщина – дворф, может одеть тиару только если она самоубийца. Если изучать историю дворфов, то диадему надевали последний раз более четырёх сотен лет назад.

Вокруг разливался уже очень привычный звук горна. Звук волнами нарастал приближаясь издали. Город Депеш частями начал погружаться во тьму.

Громкий звук горна был заглушен громким голосом центральной фигурой из властной пятёрки:

– Я Клауд с рода Нотервудов своим незыблемым правом оглашаю: тебя Мериель с почетного рода Фарина – шестым старейшиной многоуважаемой расы дворфов! Готовы ли вы, почтённая Мериель, как и ваш отец Милион, верой и правдой служить народу дворфов?

Звук горна достиг пика, заглушая всё вокруг. Наступила тишина. Можно было услышать лишь неуверенные переминания с ноги на ногу некоторых пришедших посозерцать на невообразимые событие: становления третий раз за историю дворфов старейшиной женщины. Тишину нарушил уверенный голос:

– Я заклинаю предков остановить моё сердце здесь и сейчас, если я когда-нибудь своим словом и действием наврежу своему народу.

Краем глаза я отметила, что некоторые дворфы начали всматриваться по сторонам, как будто ища неведомую силу, что может привести слова Мериель в действие. Однако гномша продолжала твёрдо стоять на одном колене в полном здравии. Проговорив, Мериель в почтении склонила голову, положив руку на сердце.

– Да будет так! С этой секунды ты становишься шестым старейшиной. Пускай твой народ и наблюдающие с мира духов предки, будут свидетелями твоей преданности! – прокричал на всю округу Клауд.

Двое дворфов в военной форме поднесли Клауду громоздкой молот с повреждённым набалдашником, с одной стороны, в виде скола. Ношу, они несли с некой осторожностью на большой мягкой подушке, избегая прикосновений к орудию. Молот на вид был очень стар. Древко молота, казалось, после прикосновение руки Клауда сейчас надломится, но вопреки ожиданиям оно выдержало крепкую хватку гнома в годах. Как только Клауд взялся за молот носильщики ноши тут же в страхе отбежали. Металлический сечёный узорами набалдашник накренился в руках Клауда ударной частью, устремившись вверх повторяя движение его руки.

Схоже народ моей подруги был помешан на схожих приспособлениях. Мне припомнилось оружие Дроудвана схожее с орудием шэнбяо.

– Да прибудет к тебе сила и мудрость нашего прародителя Миттар с рода Агнец через её орудие. Ты готова к последней проверке? – обратился Клауд к гномше.

Мериель ранее рассказывала мне, что в сокровищнице гномов много удивительного оружия. Дворфы были воинственным народом и порой их магия и культура – поражала невообразимыми предметами. В этом моменте я затаила дыхание, ожидая ветра, огня – хоть какой-то магии. Мои ожидания оправдались. Как и говорила Мериель, молот был древним артефактом, коим в качестве оружия пользовалась её предшественница. В столь ветхое оружие ударило молнией, образовавшейся где-то с воздуха. Увиденное мной поражало. Откуда в подземном мире взяться молнии без облаков?

– Если твои слова искренни, примет ли тебя в качестве приемника наш предок Миттар? Возьми в свои руки её орудие Мериель с рода Фарин и покажи нам мощь, которую скрывает наш женский род или умри от духа предка, живущего в молоте! Как и другие женщины до тебя… – Клауд не свойственно запнулся, покосившись на отца Мериель, что стоял немного от него в стороне.

Веснушки Мелиона растворились на его покрасневшем лице от волнения. Его дочь шла по стопам отца и возможно, если она не достойна, пускай это и великое почтение удосужиться шанса стать старейшиной народа дворфов, её возможная смерть отделяется всего одним прикосновением.

Мериель не спешила. Это была последняя часть становления старейшиной дворфов. В следующее мгновение станет ясно, появится ли в рядах дворфов новый старейшина или нет.

Я от Мериель знала о риске, а потому стала наблюдать, мысленно поддерживая подругу. Рядом стоящий возле меня Стипрус нервно топнул ногой по плиточному перекрытию, видимо приводя себя в чувство. Лицо её мужа уже не истощало такую уверенность, как тогда, когда он говорил, что Мериель суждено и вовсе нужно стать старейшиной. На лице любящего мужа читалась борьба внутренних демонов, один из которых говорил вмешаться в происходящее.

Мериель твёрдо стала на две ноги, приблизившись к Клауду. Наконец можно было разглядеть её изысканное воинственное облачение в красно-зелёных тонах, что мы так долго подбирали с ней именно для этого момента. Если она сейчас умрёт, то именно в этом одеянии будет посмертно сделана её статуя в зале предков как шестого оглашенного старейшины, что был старейшиной пускай и несколько секунд, но умер с гордостью, приняв смерть, во благо своего народа, передавая свой дух будущим предшественникам. Наконец я поняла, почему пребывал такой строгий подбор на роль семи старейшин. Даже в случаи смерти всей правящей семёрки люди пользуясь этим обычаем смогут выбрать себе достойных правителей проверив таким способом предрасположенность к трудной роли.

Все затаили дыхание. Мериель всё ещё могла отказаться, но это значило бы большой позор и вечное изгнание на работы в копях, а её род навечно будет заклеймён.

Возможно, кто-то и жаждал бы такого исхода, но Мериель оказалась сильней духом, нежели остальные. Она резким движением взялась левой рукой за древко молота. Клауд отпустив орудие, поспешно отшатнулся от Мериель, сделав шаг назад, вовсе не ожидая от неё такой решимости. В свое время он проходил схожее посвящение, но с другим орудием и ему было известно до мельчайших подробностей, что может произойти. Ведь со слов моей подруги: за последних пятнадцать лет, именно Клауд передал в руки двум предполагаемым старейшинам схожие орудия. Вот только тех дворфов пришлось похоронить с почестями.

Вопреки ожиданиям некоторых Мериель не стала корчиться в муках, а её тело не испепелило. Отнюдь, наоборот её фигура заискрила светом. Тьма что отчасти окутала город Депеш из-за искусственно погашенного света, расступилась в стороны.

Все были восхищены и многие начали ликовать в поддержку подруги. Истощаемый Мериель свет значил только одно – гномша является истинной преемницей своей прародительницы Миттар, а значит, в зале предков ещё долгое время не появится посмертная статуя девушки.

На ослепляющем свечении всё не закончилось. Вокруг Мериель начали обрисовываться священные круги древней печати, что значило, что молот, принял гномшу полностью и сейчас будет заключен контракт хозяина и верного слуги до самой смерти. После же смерти нового хозяина молота – частичка разума Мериель как плата будет заключена в грозное орудие.

Только после всех объяснений подруги я поняла, что Дроудван некогда в нашей схватке дал мне победить, не использовав своё истинное оружие, унаследованное поколениями с рук в руки. Если бы я сражалась против такого артефакта, то скорей всего его магическая мощь от меня мокрого места не оставила бы. Было бы достаточно только один раз скрестить с ним клинки.

Пока я мысленно радовалась за Мериель, то её тело с молотом в руке поднялось на несколько метров в воздух. Со всех сторон ограничиваясь контуром печати – её принялись жалить молнии. Заряды проходили через всё тело гномши, проходя по ней световой волной и скрываясь в набалдашнике оружия.

Заключение контракта с оружием изумляло. Ни один дворф присутствующий здесь своим взглядом не выражал и йоты непочтения. Некоторые наоборот всматривались на происходящее со страхом. Не каждый бы смог положить свою жизнь на кон. Гордый народ, но отнюдь не безумный.

Наконец контуры магической печати начали уменьшаться, а Мериель плавно опустилась вниз. На левой руке гномши появилась отметина в виде множества пересеченных треугольников, а молот начал преображается на глазах, восстанавливая свою некогда изначальную структуру. Скол на набалдашнике исчез, а древко перестало напоминать иссохшее от времени дерево. Оружие стало выглядеть как новое.

Как только Мериель оказалась на земле, то немного пошатываясь, взяла молот за край древка двумя руками и, опустившись на одно колено площади, с силой ударила ударной частью оружия об плитку. Плиточное перекрытие не выдержало и растрескалось на несколько метров по сторонам, а под молотом образовалось углубление. Многие из присутствующих зашептались, изумляясь силе, что даровало столь не большое оружие своей новой хозяйке.

Мериель попыталась скрыть растерянность из-за проделанного ней углубления. Теперь как воин она стала в разы сильней.

Наверное, её потом отчитают за лишнюю порчу имущества, но именно сегодня ей будет позволено многое, а такую демонстрацию силы лишь превозвысят в глазах народа.

– Я Мериель с рода Фарина преемница прародительниц Филн с рода Гейта и Миттар с рода Агнец, торжественно клянусь, вести народ дворфов к величию занимая пост шестого старейшины. Начиная с этой секунды и пока не испустится мой последний дух!

Пока гномша говорила, Клауд кивнул кому-то в толпе. Слух заглушили крики присутствующих дворфов приветствующих нового старейшину. Как будто в подтверждение слов Мериель над головой появилось множество белых лучей, устремившихся ввысь. Прозвучали первые торжественные хлопки салютов, впервые увиденных мной некогда после моей победы над Дроудваном. Площадь залило светом разных красок.

К Мериель хлынул поток присутствующих. Каждый пытался хотя бы притронутся к ней мизинцем, как будто пытаясь захватить с собой хоть частичку её величия. Мне это напоминало спустившуюся богиню с небес и её хлопотных детей. Я предпочла не подходить к Мериель сейчас, после у меня ещё будет уйма времени поздравить её.

На моей душе, наконец, отлегло. Мериель жива! От меня не укрылось, что даже покрасневшее лицо её отца начало приходить в нормальный окрас, а по щеке у старика спустилась одинокая слезинка гордости. Стипрус же – вовсе пропал из моего вида. Подозреваю, что он в первых рядах пытался пробиться к своей жене в попытке разделить свою радость с ней. Надеюсь, она не отвесить ему удар под дых, если он попытается заключить женушку в объятия у всех на глазах. Такая реакция в пору Мериель.

Пользуясь случаем, я, лавируя меж маленькими для меня преградами – дворфами, приблизилась к отцу Мериель.

– Здравствуйте. Приношу Вам свои поздравления. Наконец ваше желание сбылось, – Мелион от неожиданности подскочил на месте, будучи всецело поглощён созерцанием на дочь. Поспешно протерев лицо рукавом, он выговорил:

– Роза! Вампиры всегда ходят так бесшумно? Это пугает! – запричитал он.

На нас вовсе никто не обратил внимания. Говорить можно было свободно, не особо вдумываясь в слова.

– Не льстите. Мне кажется, проделывай я свои шаги в данный момент специально с немалым шумом, все равно никто не обратил бы внимание. Сегодня не мой день, – я кивнула в сторону его дочери.

– Ты же подошла не с целью поздравить отца своей подруги. Вы очень спелись. Подумать только дворф и вампир! – укоризненно подметил он, тут же подаваясь всеобщему настроению и начав выкрикивать имя своей дочери.

Округу заполнил крик: «Мериель. Мериель». Большинство не забывало хлопать в ладоши или издавать другие шумные звуки. Многие воины, присутствующие на площади, с грохотом начали опускать древками копий, высекая искры на перекрытии площади. Над головой же взрывались новые и новые разноцветные звёзды.

Я засмеялась, промолвив:

– Я просто обязана буду рассказать Мериель, как вы искренне, радовались за неё в попытке кричать громче всех!

Гном умолк. Мелион, которого я помню, как вечно серьезного и угрюмого при переговорах, поник на лице.

– Нет… не смей! – поздно спохватившись, обратился он ко мне.

– Становление Мериель старейшиной такое же эпохальное событие, как и улыбка её отца, – пользуясь, случаем, я начала изгаляться над ним.

Впервые я могла отомстить ему за его извечное создание препятствий при моих постоянных просьбах к пяти старейшинам.

– Чего ты хочешь? – отчеканил он с раздражением.

– Вы не забыли, что вы у меня в долгу? – напомнила я ему.

– Ты…ты?! – он злобно на меня посмотрел, указывая мне в лицо указательным пальцем руки.

Мы оба знали, что Мериель, наконец, решилась стать шестым старейшиной лишь благодаря моему появлению. Только из-за перемен, что произошли на поверхности и положению людей, о котором я ей поведала.

Недовольство Мелиона я восприняла спокойно. Мне было известно, что он пускай и вспыльчив, но всё же на моей стороне. Хотя немного не верно – он всецело поддерживает свою дочь!

– Что на этот раз? – охладив пыл, спросил он.

– Попрошу увеличить поставки воды для моей расы, пока не будет найден независимый от вашего народа источник, – проговорила я улыбаясь.

– Мы уже это обсуждали! У нас не хватает рук, сделать то о чем ты просишь. Наше решение по-прежнему останется таким же, – раздраженно проговорил он. – Разве ты не могла выбрать другой день со своими надоедливыми просьбами? Дай порадоваться за семью!

– Неужели меня вот так свободно пускают к вам в дом совета? Последнее время я даже к порогу совета свободно подойти не могу, а ведь если мне не изменяет память, то я почётный «дворф»!

– Ты многого хочешь! Или ты забыла, что нелюди и дворфы разные расы. Почётный, не значит: которому всё позволено. Когда мы воевали с дварфами, нам не помог ни один человек. Будь благодарна тому, что мы выделили уже твоему народу. Кроме того, качество воды сильно упало. Почва не столь хорошо нынче очищает воду из-за произошедшего наверху. У нас самих такими темпами скоро начнутся проблемы с пресной водой! Ещё и вы! Нелюди!

– Я не говорила, что не благодарна. Я прошу о маленькой просьбе…

– Ей богу, – он неожиданно громко хлопнул в ладоши, – ты ещё хуже характером, чем моя дочь!

– Я бы вписалась в вашу семью. А может….

– Нет. Ещё раз нет. Нет и точка! Что бы ты ни удумала, – резко сменил тон Мелион, – я пересмотрю наше решение и вынесу вопрос на повторное рассмотрение, только прошу: оставь меня сегодня в покое.

В мыслях я ликовала. Появился маленький шанс ещё больше облегчить жизнь Когтя, Хенрика и Ивана, что сейчас ведут совместную борьбу за выживание с остальными выжившими людьми.

– Только не подсылай ко мне Мериель опять с расспросами. Впрочем, она теперь тоже будет участвовать в голосовании над твоей просьбой, – предупредил меня Мелион.

– Спасибо, – коротко ответила я, – попытаюсь исправиться. Вот только после вас!

Пока отец Мериель не нашелся, что мне ответить на последнюю мою колкость, я поспешно ретировалась прочь, удаляясь с шумного места наплыва всё новых и новых прибывавших дворфов. Мериель по-прежнему держали в кольце, не давая ей проходу. Казалось, что поток желавших поприветствовать нового старейшину неисчерпаем. Надеюсь, с её буйным характером она не примется махать новым обретённым оружием в стороны в попытке избавиться от надоедливых поздравлений.

Не видя больше смысла находиться на площади, под шум салютных хлопков я направилась на торговую алею, подкрепиться облюбованной мной снедью народа коротышей. Хвала, что теперь я обзавелась с помощью Стипруса немалыми сбережениями денежной валюты дворфов. Можно было поесть вдоволь, не думая о тратах. Жаль только, что мои друзья не могут пользоваться такими привилегиями. Старейшины подземной расы наотрез отказались прямо сотрудничать с людьми, тем более видеть их в своем городе. Пришлось на праве почетного «дворфа» возложить на себя роль посла своей расы, пытаясь через свои заслуги облегчить жизнь остальным.

При первой моей аудиенции с пятью старейшинами после победы над Дроудваном, прежде чем мне удалось договориться о первом реальном контакте представителей дворфов и людей, в целях помочь выжившим продовольствием, прошел почти месяц. В этот месяц, я вовсе не знала, что происходит у моих друзей совместно с выжившими людьми. К ним же меня дворфы не пускали, боясь стать раскрытыми. Дворфов устраивало, что во всём мире их считаются уничтоженными. Мне приходилось много спорить и постоянно не давать проходу старейшинам. Даже несколько раз чуть не закончилось всё новой дуэлью. Благо обошлось. Не думаю, что смогла бы вновь выиграть, полагаясь на скрытые вампирские способности.

Я пребывала данное время, как на пороховой взрывоопасной бочке, ожидая чего угодно, ведь буквально перед моем исчезновением Коготь раскрыл, что он маг. К этому всему не стоит даже вспоминать о приспешниках темных гильдий, затесавшихся между всех, а также тайного ордена, что как оказалось уже не один год поедал соотечественников в силу своих традиций. Попав к дворфам по воле судьбы – мне ничего не осталось… ничего – только надеяться! Надеяться, что за данное время каннибализм не стал столь распространен, а Когтю с Хенриком удалось что-то придумать, решив эту проблему поборов всех врагов.

Даже сейчас я знаю мало о происходящем с друзьями, лишь надеясь, что дворфы доставили первое продовольствие вовремя, остановив ненужные жертвы повернутого мозгами ордена. Пускай, судьба жестока, но в моей душе воцарился покой из-за этого крошечного света надежды, приобретенного для выживших людей. Я не на миг не забыла свои мысли, что на многих представителей человеческой расы более не смогу смотреть как прежде. Дворфы в немногом, но правы: единицы среди людей всё же заслуживают звание «нелюдь»!

Думаю, друзья за это месяц скорей всего меня мысленно похоронили, уже рассчитывая лишь на свои силы или вовсе считая, что до меня добрался наш общий враг. Происходящее с ними за это время я смогу узнать лишь при личной с ними встрече, покинув дворфов окончательно. Главное, чтобы из-за моего внезапного исчезновения на столь долгое время не развязалась гражданская война между выжившими во главе с моими друзьями в одной из групп.

Как не крути, но из-за сражения за собственную жизнь и суда коротышей, мне удалось связаться с друзьями поздней моего собственного желания. Мне приходилось постоянно находиться в городе Депеш, стараясь повлиять на пятерку старейшин, прежде чем это принесло долгожданный результат: встречи представителей людей и дворфов, следом и первую встречу моих глаз с измученными глазами Когтя. Лишь благодаря мне с одной стороны и нахождения знакомого для меня Когтя с другой, удалось наладить такой контакт! Удалось – спустя месяц!

За проведенный мною год в городе Депеш мне удалось увидеть Когтя лишь дважды, и то – вовсе поговорить не удалось. Хорошо, что друг для друга хотя бы выяснили, что все ещё являемся живы. Мне дали право перекинуться с ним лишь некоторыми фразами. Была ли гражданская война мне так и не удалось узнать.

При первой нашей встречи я только и успела, что ввести его в суть дела и попросить переговорить с правящими лицами среди людей на тот момент, объяснив, что дворфы готовы предоставить помощь людям: продовольствие, одежду, воду, освещение и многое другое. Что бы решение было верным, пришлось припугнуть словами о возможной войне, в которой людям не выиграть с одним магом на своей стороне. Дворфы необычайно сильны, не говоря уже о развитость их магии и количестве магов. Ведь Высший, не сумел дотянуть под землю свои загребущие руки.

Во второй раз мы увиделись потому, что я, не выдержав неизвестности, потребовала у старейшин узнать: в порядки ли мои друзья? Мне – устроили короткую встречу…. К сожалению, нам вновь не удалось пообщаться, лишь увидеться. Не смотря на всё, я была благодарна этой непродолжительной встречи со своими друзьями и коротким фразам сказанными друг другу. Это было важным для меня. Лишь знание, что мне удалось помочь всем выжить, помогло мне столь долго находиться под землёй, не сойдя с ума. Ведь чувство одиночества каждый день подпитывается по сей день отсутствием какого-либо ощущения Шона в нашем мире. Даже столь много живых коротышей, находящихся каждый день рядом, не изменяли данное чувство. Лишь присутствие Мериель до сиих пор немного приглушает душевную боль.

Меня злило: что лишь при первой встрече удалось перекинуться некоторыми фразами, обусловив мою роль в происходящем и возможную последующую внезапную помощь народа дворфов; также в последнюю встречу с друзьями, что я, что они были лишь арбитрами происходящих переговоров доверенных личностей с обеих сторон.

С того момента переговоры вовсе происходят через другие доверенные личности с обеих сторон.

Тогда Хенрика я вовсе не видела, лишь по коротким фразам Ивана, мне удалось узнать, что они относительно в порядке. Иван как-то подозрительно сказал мне: не беспокоится о них. Он попросил: сконцентрироваться на налаживании отношений обеих рас, так как только я смогу повлиять на решения дворфов и от меня зависит очень многое. Слова звучали туманно. При встрече от меня не скрылась его перебинтованная тряпками рука. Схоже у них были стычки о которых мне не известно. Я недолюбливала моряка в нашей группе, но всё равно в душе поселилась тревога за их жизни.

Жаль, но истинная суть дел, обстоящая у друзей, мне была не известна. Очень удивило, что при последней моей встрече почти полгода назад: Коготь и Иван – были очень измотанными, как будто после долгой работы в копях. Но узнать или изменить что-нибудь пока не в моих силах.

Все эти воспоминания вмиг всплыли у меня в голове картинкой. Из-за них прогуливаясь по торговой алее города Депеш я чуть не проворонила взять свое любимое лакомство.

Над головой очередной раз раздался хлопок. Прошлый раз при праздновании моей боевой победы над Дроудваном, мне казалось, что салюты были не столь долгими. Сегодня же они невыносимо продолжительно освещали город своим светом. Мне даже успели данные блики надоесть.

Насытившись, что бы глаза отдохнули от окружения и бликов, я отправилась в недавно сделанный именно для меня небольшой уютный домик. Его воздвигли почти на краю величественного города Депеш у самой пропасти. Снаружи он был построен в традициях дворфов, завораживая своей необычностью из-за конусной грибовидной крыши.

Выбирая под присмотром Стипруса место для него, мне хотелось быть как можно дальше от остальных жителей народа дворфов. Даже имея почетное звание, многие в скорее показали своё истинное отношение ко мне. Сила в почёте, но отношение к чужаку сразу не изменишь. Я буквально была изгоем меж остальными дворфами, выделяясь на округу своим ростом. Верно, Мериель некогда молвила, что многие меня станут поддерживать, однако как оказалось, так же многие возненавидели мою персону. Пускай даже, и боялись моей силы сравнимой со вторым старейшиной.

Имея острый вампирский слух – часто до меня, доносились разговоры, что я не победила бы, сражайся пятый старейшина со мной всерьез, используя при этом все доступные ему способы, а наша дуэль закончилась бы почти сразу, столь не затянувшись. Такие особы вовсе не брали в расчет условия, воздвигнуты до боя самим Дроудваном. Это ведь не я решила показать всё свое превосходство в силе, это он – недооценил врага, впоследствии чего получил ценный урок: не возгордись.

Из-за такого отношения за прошедший год жизни меж дворфов пришлось сразиться несколько раз с особо ярыми с их расы разрешая данный спор – доказывая им, что я победила вовсе не просто так. Бои извечно происходили насмерть, от чего у меня появилось немало врагов в лице знакомых и родных умерших, хоть это была вовсе не моя вина. Они сами избрали этот путь пытаясь доказать свою правоту силой, не дав мне выбора. Когда от этого зависит моя жизнь, выбор казался очевиден.

Победы дались мне легче чем с Дроудваном, но даже так после боя я уходила с множеством синяков. Дуэли происходили с использованием магии и боевой выучки. Волшебство дворфов оказалась очень сильным и что бы заполнить пропасть в силе пришлось просить Мериель обучить меня их магии сразу же после первой трудной победы над её очередным побратимом. Их магическая мощь была совсем на другом уровне! Пускай в моем арсенале и нашлось несколько сильных магических заклинаний, но они были ничто с тем, что я начала постепенно познавать от подруги в дальнейшем. Магия же огня и земли у гномов оказалась самой сильной. Несмотря на мой статус, обретенный между дворфами, я довольствовалась лишь знаниями, переданными мне Мериель. В совет магов и ученых меня никто даже на порог не пустил. Чтобы не портить отношения я откинула такую идею вовсе без лишних споров.

Зайдя в свою комнату, я как обычно закрыла все возможные источники света извне моего личного уголка, отстранившись от остального окружения.

Наконец я могла расслабиться. Надеюсь, Мериель не станет на меня злится за такой поспешный побег. Хоть, думаю, ей сейчас вовсе не до меня. Я проиграла в памяти: последние события становления Мериель старейшиной. Ей точно не до меня!

Я радостно прыгнула плашмя на мягкую кровать, уткнувшись носом в подушку пролежав так некоторое время. Наконец ещё один день почти подходил к своему завершению. Проведя под землей год, внутренний будильник, наконец, начал оповещать, когда начинался и заканчивался день в месте без солнечного света. Завтра же или ещё через день, всё вскоре изменится! С такими мыслями я крепко зажмурила глаза, представив момент как наконец покидаю подземелье и ступаю на поверхность вдыхая свежий холодный воздух. Высший – мёртв, а значит – жизнь должна обязательно наладится.

Сердце несвойственно болезненно укололо. Задребезжал давно умолкнувший колокольчик связующей печати. Как? Что происходит!?

Я тут же вскочила с постели. Сонливость сошла на нет.

– «Шон…» – неуверенно послала я мысленный запрос.

Мои мысли достигли адресата, вот только меня поспешно блокировали.

«Что происходит?! Почему сейчас?» – в голове роилось множество мыслей и вопросов, требующих немедленного ответа. Я просто не могла должным образом мысленно принять происходящее.

Спустя год глухой стены, как будто Шона вовсе не было в нашем мире, и вот связующая печать вновь заработала. Я давно подозревала, что он находится в месте, где наша связь блокируется магией или же по другой неведомой мне причине. Спустя столько времени, когда связь между нами восстановлена, он меня блокирует?!

– «Шон! Ответь!» – послала я вновь мысленный запрос.

Ответа, увы, не последовало. По неким причинам меня полностью блокировали. Я сослалась на то, что он находится в такой ситуации, что я буду его лишь отвлекать. Не в силах пробиться на мысленный разговор, я обессилено села на кровать, обхватив голову руками.

– Я ведь уже даже сомневалась, что ты жив! Ты жив! – закричала я во весь голос, от радости вскочив с места. Видимо, не зря я всё ещё жива!

– Кто жив? – донесся недовольный утомлённый голос.

В комнату прикрывая за собой в два раза больше неё дверь, зашла Мериель. Лицо подруги отдавало синевой. Я тут же бросилась к гномше в объятия не в силах сдержать эмоции.

– Задушишь. Мне и так плохо. Я сбежала с торжества, не совсем красивым способом не для того, чтобы меня задушили, – Мериель попыталась освободиться с объятий.

– Ой, – поздно спохватилась я, – извини. Как твое самочувствие? Ничего не болит?

Я начала вращать Мериель руками рассматривая её со всех сторон.

– Да отстань ты! – наиграно разозлилась подруга, отступая от меня на один шаг почти втиснувшись в позади расположенные входные двери.

В этот момент в дверь настойчиво постучали. Я промолчала.

– Быстрей спрячь меня! – испугано прошептала Мериель, побледнев на лице ещё больше.

Я указала подруге на короткошерстный ковёр недалеко от кровати. Она без слов поняла мой намёк. Я только и успела вновь прикрыть имевшийся потайной люк, став истуканом недалеко от своего лежбища.

Дверь резко отворилась. Пришедший вёл себя нетерпеливо, даже не удосужившись получить моё одобрение входить. По комнате забегали, часто перебирая короткими ногами.

– Где она!? Она здесь? – Мелион с рода Фарин нервно бегал со стороны в сторону, при этом отодвигая шторы и отворяя возможные виденные не вооруженным глазом укрытия, где мог бы спрятаться небольшой человек.

Отец Мериель вёл себя озабочено и весьма нетактично. Несмотря на это я не стала ему препятствовать, став в ожидании на месте заложив руки, свои видом показывая свое недовольство.

Укрытие, в котором пребывала Мериель, было тайным для всех и было сделано мной лично после завершения строительства дома. Я уверенна, что Мелиону, как и остальным старейшинам было известно про меня всё возможное. Скорей ними даже было изучено план построенного для меня здания до малейших деталей. В доме было всего две не большие комнаты, и он не был рассчитан для множества гостей. Укромное жилье лишь для одного.

– Кого вы ищите? Почтённый Мелион вы напрашиваетесь быть должными мне ещё одно одолжение. Вам не кажется, что я девушка и весьма нетактично рыскать у меня по дому таким образом! Более того! Возможно, я была бы нагая? Что бы вы тогда делали? Если я человек, то это не значит, что можно себя вести подобным образом, врываясь ко мне домой, что подумают остальные дворфы о своем старейшине?

Я подозревала причину его взбудораженного поведения, но не воспользоваться ситуацией было бы в моем положении глупостью. Мериель видимо вновь отчебучила по полной. Её не остановили даже вековые традиции.

Мелион в третий раз с надеждой заглянул под кровать, отказываясь, по-видимому, верить своим глазам. Его лицо стало пунцовым. Поняв, что ничего не может отыскать, он схватился за сердце, скривив гримасу. Но это не остановило его подвижность.

– Она меня до инфаркта доведёт! Если увидишь мою дочь, тут же сообщи!

Не объяснившись Мелион, скоро выбежал прочь, скрываясь изведу. Я закрыла дверь и для уверенности наложила на входе заклятие, чтобы более никто не смог так беспрепятственно войти. Впервые не защитилась магией и сразу поплатилась за свою оплошность. Дворфы гордый народ и не один из них не ворвался бы ко мне домой со злым намереньем. Они высказывали претензии открыто, никого не опасаясь. Более того у них открытость почиталась как знак мужественности и бесстрашия. Быть трусом в их рядах считалось позором. Схожие поступки без веской на то причины у них безоговорочно карались смертью. Зачем идти ко мне в дом, если потом умрёшь.

Я изучила окружение, убедившись, что Мелион не вернется. На улицах города сновала суматоха.

– Выходи, – в пол голоса молвила я.

Люк скрипнул. Из-за приподнятого неровно лежащего ковра показалась голова Мериель.

– Ушел? – она не спешила выходить с укрытия, вращая головой по сторонам.

– Сомневаешься?

– Нет. Опасаюсь, – кратко ответила она, покидая укрытие полностью, – как он вообще так быстро здесь оказался!

– Что ты опять умудрилась сделать вопреки установленным канонам твоего народа? – в приподнятом настроении спросила я.

– Ничего такого, – Мериель забравшись на кровать, блаженно потянулась.

– Судя с реакции твоего отца. Я бы так не сказала.

Я села на кресло недалеко у окна, периодично переводя взгляд с гномши в окно, всматриваясь на близко пролегающую улицу в попытке контролировать появления возможных новых гостей.

– Они сами все виноваты! Заключение контракта и так осушило мой колодец манны досуха от чего у меня вовсе не осталось сил. На месте старейшин нужно было дать мне отдохнуть, а не заставить выдерживать последующие пытки. Весь город как будто ополчился против меня. Я столько дворфов отроду не видела. Дошло до того, что я перестала различать их лица. Стало казаться, что они, как будто издеваясь, подходят ко мне по кругу – вновь и вновь выражая мне свое почтение. Я сбежала… Бесит!

Мериель зарылась лицом в подушку, закричав. Её крик был приглушен. Схоже она пыталась выпустить пар, убирая излишки нервозности.

– Пожалуй, я тебя поздравлю позже, чтобы во мне ты тоже не разглядела врага номер один, – промолвила я.

Несколько минут мы молчали.

– У тебя, почему столь поднятое настроение? – приглушено прозвучало сквозь подушку.

– Я ещё пока сама не знаю, – мой голос от волнения заметно дрогнул, что не укрылось от собеседницы.

– Ну-у-у… – протянула она.

– Да не знаю я! – отреагировала я довольно резко даже для себя.

– Ты чего? Это на тебя не похоже, – Мериель удивленно взглянула на меня, резко отпустив с удушающего подушку, добавив, – что произошло, колись!?

– Я пока ещё сама не знаю наверняка. Мне кажется, что моя связь с Шоном возобновилась. Но я не совсем уверенна.

– С тем самым? Ты не шутишь?! – оживилась Мериель, сев на кровати и заложив ноги рогаликом, восседая, словно на троне.

– Если ты помнишь мои рассказы, то я связана магией лишь с одним человеком.

Последний год я удосужилась общением лишь с Мериель. Мы очень стали близки, от чего ведали друг другу обо всём. Возможно, её отец прав, мы действительно спелись. Ранее такое сокровенное я никому не рассказывала. О моей связующей печати и истинном её предназначении с Шоном я рассказала кому-либо впервые. Возможно, это произошло от того, что мне, было надобно выговорится хотя бы кому-то, что бы мысленно не сойти сума от происходящего.

– Это изумительно! Он связывался с тобой? Что он поведал? Где он пропадал? Где был? – засыпала гномша вопросами, радуясь за меня.

– Пока лишь молчание… – расстроено поведала я ей.

– Х-м. Негодник! Пускай только на глаза попадется! Я ему!

Мериель, откуда не возьмись, достала свое новое грозное оружие, что слегка отдавало свечением.

– Не смей… – совсем по-девичьи испуганно отреагировала я на её жест, изумившись молоту в руках гномши.

Я стала замечать, что с каждым днём общаясь с ней, мой характер стал намного мягче. Ранее я не могла себе такого позволить в силу обстоятельств. Интересно Шон тоже изменился за прошедшее время?

– Роза, не переживай. Я только научу его ума разума. Разве он не знает, как за него переживали всё это время!? Подумать только, покинул вас! После вовсе бесследно пропал! – рассерженно начала размышлять подруга вслух, пытаясь меня успокоить.

Наверное, было хорошо, что я умолчала про пагубность нашей связи. Ведь если умрёт Шон, умру и я. Шон в тот момент, когда покинул нас, поставил на кон не только свою жизнь. Однако я не имею права его судить, ведь он изначально не соглашался быть связанным со мной таким образом. Я поступила очень эгоистично не оставив ему выбора.

Я лишь промолчала высказыванию подруги.

– Все хоть остались живы после твоего побега? – перевела я тему разговора.

– Ну-уу, почти… – задумчиво протянула гномша, играя с древком своего оружия руками.

Она резко ухватилась за древко и сделала несколько взмахов молотом, проговорив:

– Я их так. Вот так! А потом как…– Мериель опустила молот сверху в низ.

Я засмеялась.

– Расскажешь тоже. Выдумщица. Небось, просто пока все отвлеклись, сбежала по-тихому.

– Всё-то ты знаешь!

Мы, молча, уставились друг на друга. Через несколько секунд комнату заполнило нашим совместным громким смехом.

– Представляю выговор, что тебя ожидает. Ты ведь шестой старейшина! – пригрозила я пальцем Мериель, прерывая свой смех и скривив серьезную гримасу, виденную мной не раз на лице её отца.

– Ну и пускай. Я ведь теперь им спокойной жизни не дам. Вот увидишь! – Мериель ехидно улыбалась.

– Слушай, а теперь молот безопасно брать в руки остальным? – с опаской покосилась я на артефакт, коим Мериель активно махала по сторонам.

– Вполне. Вот только в чужих руках он будет бесполезен. Что боишься? – она начала медленно приближать ко мне набалдашник молота.

Мои зрачки незамедлительно покраснели. Мериель отшатнулась.

– П-ф. Ненавижу когда ты так делаешь! – скрывая молот с глаз, проговорила она.

– Что страшно? – в такт подруге спросила я её.

– Нет. Просто твой вид становится устрашающим. Чувство как будто я тебя совсем не знаю. От этого не по себе, – обижено проговорила она.

Мои глаза приняли нормальный окрас. Но наше ребячество вовсе улетучилось в неизвестность.

– Что думаешь делать дальше? – обратилась я, всматриваясь в её фигуру.

Мериель откинулась на кровати назад, спустив свои маленькие ноги свисать с края. Её взгляд устремился в потолок.

– Я ещё не думала об этом. Ведь до конца не была уверенна, что смогу стать старейшиной при жизни.

– Но ведь всё получилось!

– Так-то оно так, но что дальше? Я вовсе теперь не представляю, что мне делать со своим новым положением среди дворфов!

– Утро – вечера мудренее.

– Кто сказал? – поинтересовалась она.

– Мой дядя, – коротко ответила я.

– У тебя мудрый дядя. Наверное, теперь мы будем, реже видится, – внезапно проговорила Мериель.

– Думаю, ты права, – подтвердила я её слова.

Повисло молчание. Я отважилась первой нарушить тишину:

– Я подумываю отправиться к своим. Более мне незачем здесь оставаться. Теперь у меня есть ты. Раз Шон, наконец, объявился, предполагаю, что наружу тоже уже можно выйти. Не думаю, что последствия неведомой магии столь необратимы.

– Ты хочешь уйти? – Мериель вскочила с кровати, удивленно уставившись на меня.

– Да.

– Это самое печальное посвящения в старейшины! – угрюмо проговорила она.

– Извини. Этот момент все равно настал бы.

– Я понимаю. Но почему именно сейчас?!

Я промолчала. У меня не было четкого ответа. С момента восстановления связи с Шоном, я чувствовала, что более нельзя мешкать и пора действовать.

Глава 3

Наши убеждения и представления часто являются ловушкой, ограничивающей наши возможности. Единственным знанием, способным продвинуть нас на пути развития, является знание того, что воображение способно на все. И все, что возможно в нашем воображении, возможно и в реальности. Альберт Эйнштейн

Глава III

– А-й! Не подходи, – с испугом отпрянула Агнес, увидев вблизи Вулфаира.

Вулфаир, являясь зубчатым королевским котом, гордо стоял на месте. На реакцию Агнес он лишь малозаметно оскалился. Зная своего товарища, я понимал, что скорей всего он подумал: «Хотел бы я навредить, ты бы мне оказалась на один зуб!»

– Я не ем друзей Шона, – басовито прозвучал голос зверя.

– Он разумен? – не меньше перепуганный Артур с недоверием начал изучать зверя взглядом. Его взгляд остановился на раздвоенном хвосте. – Этого просто не может быть!

– Ещё как может, – подтвердил я его догадку, – извините, стояло вас предупредить, что у меня есть такой боевой товарищ. Его зовут Вулфаир.

Четырёхлапый сонно раскрыл свою пасть пошире. Краем глаза он изучал реакцию Агнес и Артура. Они незамедлительно отошли от нас на несколько метров. Агнес вовсе спряталась за спину Артура опасаясь быть ненароком проглоченной целиком.

– Откуда он здесь взялся? Много здесь таких существ? – дрожащим голосом спросила девушка.

Я себе поставил в мозгу неудовлетворительную галочку. Ведь когда я готовил их в путешествие в мой мир, мог ведь обучить их таким знаниям. Но нет же, я сделал упор лишь на знание действия магии и на знание ведения боя с целью выжить.

– Ранее, таких как Вулфаир можно было встретить не часто, но хватало зверей разного размера с излишком. Сейчас… затрудняясь ответить, – я кинул взгляд за друзей, где виднелся серый, почти чёрного цвета далекий горизонт.

Словно подтверждая мои слова, подул резкий ветер, и начали накрапать первые капли ещё не начавшегося дождя. Пепельный снег, витавший в воздухе, начало прибивать к земле. Погодные условия изменялись.

– А-й! – заученно на сегодня выкрикнула Агнес. – Жжется!

– За мной! Скорей! – зарычал недовольно Вулфаир.

Он большим прыжком преодолел расстояние в пять метров и, не останавливаясь, сделал ещё несколько схожих прыжков. Обернулся и угрожающе зарычал:

– Быстрей!

Не до конца понимая, что происходит я, принял попытку бежать, следом подавая пример остальным. На меня упало несколько капель и мою кожу опалило, словно кипятком. Дождь начал резко усиливаться.

– Так мы никуда не успеем! – закричал я вслед четырёхлапому, что только намерился сделать очередной прыжок. Мой голос его затормозил как вкопанного. Зверь послушно застопорился на месте и стал наблюдать за моими движениями.

Я предпринял первое, что пришло на ум. Сделав несколько движений руками, я принялся творить магию, сильно охлаждая окружение. Манны я не жалел, вливая в заклятие своей силы с излишком. Земля начала замерзать, покрываясь инеем. От меня толстой коркой принялся, распространяясь, лед на многие метры, повторяя контур выжженной поверхности с лежащими не крепкими пепельными клубами. В обмен на капли дождя на землю начали падать замерзшие капли зелёного цвета. Стало очень холодно. По коже пошли мурашки. Капли назойливо бились об тело маленькими ледяными шариками, падая после наземь.

– Это временная мера, пока дождь не усилился. Моя магия не всесильна, – обратился я ко всем.

– Значит, стоит ускориться, – Вулфаир поджав хвост, резко обойдя мордой свое туловище по кругу – развернулся, после вжавшись лапами в землю, вновь совершил прыжок.

Артур и Агнес не надо было уговаривать или вновь указывать на надобность двигаться за Вулфаиром. Все понимали, что дождь не сулит ничего хорошего. Мы все вместе принялись бежать вслед за громоздким пушистым комком.

– Ты знаешь куда ведёшь!? – крикнул я ему вслед.

– Здесь не далеко! – прорычал он.

Дождь усилился ещё в несколько раз. Хоть я и был, источником заклятия, что поддерживает холод вокруг, но окружение начало паровать. Началось таянье. Заклятие более не справлялось со своей задачей в полной мере.

Сделав ещё несколько прыжков, четырёхлапый друг скрылся под землю. Из-за однообразности цветовой гаммы поверхности, я сразу даже не сообразил куда именно, пока не подбежал ближе.

В земле виднелась дыра не малых размеров, что уходила вглубь под уклоном.

Увидев мой силуэт в проеме входа, Вулфаир поторопил:

– Скорее! Тут ещё не безопасно. Вскоре вода хлынет по уклону пещеры.

Борясь с неровной поверхностью у входа, мы забрались внутрь. Вздыбленная шерсть Вулфаира заблестела в темноте ещё ярче, подсвечивая путь. Не мешкая, я создал несколько фаерболов, предвидя, что вслед идущая Агнес и Артур не видят, куда ступать на каменистом пологом склоне и могут упасть, навредив себе. Приходилось немного пригибаться из-за малой ширины прохода.

– Спасибо, – кратко проговорил Артур, подавая руку хрупкой женской фигуре Агнес, идущей позади.

Мы углубились под землю, идя по пологому склону тоннеля, приблизительно на метров восемь вглубь. Далее ход выровнялся и начал смещаться влево, словно перешеек. Вскоре пространство резко расширилось. Но Вулфаир не стал останавливаться, ведя нас дальше ещё больше вглубь.

– Здесь не безопасно, так как, собственно, здесь будут собираться тонны жгучей воды. Нам следует пройти по системе тоннелей в пещёру повыше этого уровня, – подметил Вулфаир.

Я не до конца понимал, что он имеет введу. Артур, осматривая пещерные образования и гладкие стены пещеры при свечении фаерболов, в отличие от меня с понимание кивнул. Я ощупал пальцами землю. Поверхность под ногами оказалась одним громадным валуном, что казался чем-то высеченным и пребывал в неимоверной гладкости. Камень оказался слойчатым и имел разные цветовые прослойки. Проследовав по цельному камню взглядом, немного в стороне справа я разглядел немалую неровную расширяющуюся щель, уходящую, где-то в низ. Камень как будто был сколот в данном месте, вовсе не прилегая к ближайшей стене.

– Именно туда устремится вся вода, попадая в подземные истоки через грунт и сродные отверстия в породе, – проследив мой удивлённый взгляд, пояснил Артур.

– Он прав, – осторожно ведя нас дальше к ещё одному пещерному переходу, молвил Вулфаир.

Нам пришлось несколько раз повернуть, а в тупиках, казалось бы, взбираться в пещерные отверстия между пород, чтобы опосля попасть в схожие не особо широкие неровные тоннели. Ход начал изгибаться резко вниз, но Вулфаир прыжком прыгнул куда-то вверх.

– Нам сюда на верхний уровень, – пояснил зверь.

– Мы так прыгать не умеем, – покосился я взглядом на Агнес и Артура, – погоди. Сейчас придумаем, как можно взобраться.

Пришлось мыслить, как преодолеть расстояние в четыре метра. Выступ вверху куда нам оказалось было нужно, находился как раз над резким спуском вглубь по тоннелю. Одно не верное движение и можно пойти кубарём в неизвестную темноту, а ухватится было почти не за что. Стены оказались как не кстати гладкими.

– Несколько минут в твоем мире, а уже чувствуется значение твоих слов. Путешествие в один конец. Возможно, прожить день, а возможно в разы больше! – с азартом проговорил Артур.

– Вижу тебе нравится, – без радости в голосе подметил я.

Артур лишь промолчал. Я же не так надеялся, что меня встретит моё время. Вздохнув, я слился со своим вторым «я» и одним махом оказался на вверху, поражая сзади стоящих. Это они ещё не видели моё сражение с морозной обезьяной!

Я нашел походную верёвку в пространственном кольце и кинул один конец Вулфаиру. Он без лишних слов послушно взялся за неё зубами, я обмотал часть веревки на руке и после кинул один конец Артуру.

– Обвяжи ним Агнес на всякий случай и пускай пытается взобраться, – крикнул я, смотря сверху вниз.

Я уперся в имевшийся каменой выступ ногой, надеясь, что выдержу чужой человеческий вес и нас не потянет обоих вниз. Сзади как страховка с веревкой в пасти стоял Вулфаир. Было видно, что вкус сизали ему не по нраву, но он принялся стоять как вкопанный, упёршись лапами и приготовившись тянуть, если потребуется.

Агнес удалось поднять без задоринки, даже Вулфаир ни разу не дрогнул. Всё удалось проделать своими силами. С Артуром и его громоздким телом всё обошлось в разы сложней. Не смотря на свою казалось не малую силу, пришлось поднатужится. Даже Вулфаир несколько раз с силой потянул мордой на себя. Артур, то и дело взбираясь постоянно крутился в стороны, изрядно дергая веревку. Пребывая в роли якоря, пришлось не сладко. Мою правую руку добротно передавило петлёй от верёвки, но оно того стояло. Спустя несколько минут мы наконец продолжили шествие за Вулфаиром, вскоре попав в обширное пещерное образование под землёй.

– Мы на месте, – огласил Вулфаир.

Я поднял фаерболы повыше, чтобы все могли осмотреться.

– Какой твой мир красочен… Сырость и холод! – угрюмо подметила Агнес.

– Я и не говорил, что тебя тут будут ожидать сказочные явления и бабочки в величину вашего технологического самолёта, – парировал я.

– Тут серо и безжизненно как в морге с первых минут пребывания. Здесь вообще есть, что спасать или Мамон уже закончил свою грязную работу по уничтожению мира? – спросила она.

– Я не знаю, – приглушено ответил я, садясь на ближайший валун, что мог послужить в качестве стула.

– Ну что? – обратилась Агнес.

– Агнес! – громко выговорил Артур. Схоже её вопросительные слова были адресованы именно к нему, так как он сделал ей замечание жестом.

– Артур, пускай говорит. Агнес ведь права. Я ведь сам не знаю истинную обстановку, царящую сейчас в мире. Судя с увиденного, возможно многие мертвы. Но не все…– я задумался о моей связи с Розмари. Она явно была жива.

– Давайте будем радоваться уже тому, что нам удалось избежать лап жнеца смерти! – заметил победно Артур.

Вулфаир услышав его слова, нешуточно оживился.

– Жнеца? – переспросил он.

– Ну да, жнеца. Разве ты когда каждый раз перемещался в моё прошлое сквозь время, не оказывался у колодца с ним, отвечая на безумные его вопросы? – спросил я зверя.

– Ничего такого не припоминаю. Обычно всё обходилось тонной твоей магической силы! – сменившись на морде, огласил он, всматриваясь на меня, как будто ожидая, что сейчас я скажу, что пошутил.

Схоже Вулфаир знал об жнеце – смерти, не по слуху, но как мы с ним не разу не встречался.

– Тогда я не понимаю…– задумчиво протянул я.

Все на меня с удивлением посмотрели.

– Можете на меня так не смотреть. Я не знаю таких заклинаний. По крайней мере пока. Перемещением во времени занимался Гавриил по договоренности. Я ещё не дожил до того момента, когда придумаю такую магию! Вообще я не знаю, до чего я доживу с имеющимися сейчас силами! – зло проговорил я.

Никто не вымолвил и слова. Я просто говорил свои мысли вслух.

– Взбодрись, – Артур подошел ко мне и положил руку на плечо, сильно напомнив мне лорда Серой башни своим движением.

Артур поступал уже так не впервые. Друг продолжил говорить:

– Так или иначе, от тебя зависит многое. В частности, и наши жизни, которые мы тебе доверили. Мы сюда прибыли не только увидеть мир в корне отличительный нашему, но и помочь по мере сил! – Артур грозно помахал материализовавшимся пистолетом в руках. Он на удивление быстро свыкся с подаренным ему пространственным амулетом.

– Твое оружие грозное, но лишь с незнанием принципа его действия. Любой опытный воин нашего мира найдёт способ убить тебя, даже не подходя на расстояние твоего выстрела. Пока ты только подумаешь, что тебе что-то грозит, то уже может быть поздно. В этот момент в голову уже будет лететь стрела, выпущенная из тетивы. Хотя, если правильно помнится, имеются и амулеты, что вовсе блокируют пулю! – констатировал я, описав как я вижу своими глазами его грозное уверенное движение оружием.

Артур поспешно спрятал пистолет назад в амулет, стушевавшись.

– Хозяин. Твои мысли и слова не очень кстати и сильно мрачны! – отчитал меня Вулфаир.

Он туда же. Агнес лишь назидательно на меня смотрела безнадежным взглядом. Её взгляд гласил: и за этим человеком мы согласились пойти?

Я ударил руками об колени, встав. Что это я в самом-то деле!

– Извините, – проговорил я, опустив взгляд.

– Не с-л-ы-ш-и-м… – протянула слова Агнес, выговаривая каждую букву с паузой.

– Извините! – более уверенно проговорил я. – Я растерялся, оказавшись в столь изувеченном окружении. Впредь я не буду поступать так опрометчиво!

– Так-то лучше, – проговорил Артур, вновь похлопав меня дружески по плечу, подмигнув с улыбкой Агнес.

– Не думаю, что всё так плохо как кажется на первый взгляд. Судя с твоих рассказов то, ты долго шел именно к такому исходу. И явно тот «Ты», знал на что идёшь. Мы ведь ещё вовсе нигде не бывали, – резонно заметила Агнес.

– Разве я не говорил? – удивлённо произнес Вулфаир.

– Говорил что? – поднял я на него глаза.

– Мы находимся в той части материка Крибрум, что пострадала больше всего. Ведь именно здесь неподалеку впервые и появился Мамон после смерти Высшего.

– Мне это ничего не говорит. Пострадал больше или меньше. Лишь о близости врага! – отчеканил я, срываясь отчасти на четырехлапому из-за накопившегося внутри.

– Дак мир пострадал отчасти именно на материке Крибрум, а точней на его восточной части. Мамон ограничился именно таким ущербом при своем появлении. Скорей всего он решил не уничтожать сразу всё, – зло и в тоже время немного радостно прорычал Вулфаир.

– Ты раньше не мог сказать! Это ведь важно! – после слов зверя, я не знал прыгать мне на месте или же скорчить грустную гримасу.

С одной стороны эта новость была радостной, но с другой один из самых больших континентов мира пострадал до неузнаваемости безвозвратно, что запомнится на века.

– Это многое меняет! – ещё радостней проговорил я, не в силах сдержать свои мысли.

На меня смотрели как на сумасшедшего. Каждый видел последствия появления Мамона и выезженную пустошь вокруг. Моя радость казалась абсурдной.

– Я ведь… Я ведь думал, что такое обстоит везде…

Я попытался оправдаться в глазах остальных за свои слова. Все восемь лет я думал, что моему миру конец. В мыслях я извечно видел только картину, виденную буквально полчаса назад. Но оказалось, что Вулфаир просто никогда не уточнял известное ему, а я никогда не спрашивал. Все разговоры склонялись лишь к тому, что Мамон погубил мир магии и не осталось ничего живого! Лишь выжженный мир до корней!

– Не думал, что это столь важно, – наиграно, виновато опустил морду четырехлапый.

Я лишь удивился его реакцией. Королевский зубчатый кот, что жил сотни лет, допустил столь явную и важную промашку! Не верю! Но я был рад его словам. Значит, всё ещё есть шанс спасти то немногое, что уцелело.

– Плохо, что материк Геккон уцелел. Лучше бы катаклизм случился бы на нём, – проговорил я.

На меня вновь уставились как на полоумного. Пришлось немного освежить память друзей и рассказать об сконцентрировавшихся врагах именно на материке Геккон, откуда во все стороны извечно тянул свои лапы Высший управляя темными гильдиями.

– М-да, – протянул Артур, – действительно лучше бы Геккон пострадал. Хоть судя с того, что там всё же живут ничем неповинные люди, как и здесь, то лучше не желать таких перемен. Произошло то, что должно было. Этого не изменить. Лучше думать, как поступить дальше.

– Извини. Вырвалось – не подумав, – сказал я.

– Я понимаю твои слова, но начни уже думать, наконец, головой! Или мрачность данного места на тебя так влияет? – вновь отчитала меня Агнес.

– Как падение даже одного метеорита не отобразилось на остальном мире непойму? – вдруг спросил Артур.

– Я… – у меня вращалось много мыслей в голове и хотелось сразу дать ответ, но это оказался вопрос – ответ, на который, я не знал. Поспешив, мое предложение оборвалось на полуслове.

– Магия, – понимающе покачал головой Артур, высказав догадку.

Мне не осталось ничего, как просто кивнуть ему в ответ. Магия действительно могла дать ответы на все объяснение.

– Я замерзла, – прервала наш разговор Агнес, всматриваясь на густую шерсть Вулфаиру.

– Нет! – прорычал четырехлапый, проследив её взгляд. – Ещё раз нет!

Агнес надула губы.

– Не дуйся, он даже меня не сильно охотно впервые подпустил к себе. Хотя зная этого притворщика! Он умеет свою роль играть до конца, в этом я уже убедился неоднократно. Вулфаир, что ты ещё от меня скрываешь? – насупившись, вгляделся я в него.

Я уж как никто понимал, что он знает многое. Но вот в каком количестве он позволяет узнать то, что ему действительно ведомо? Данный вопрос у меня назревал с разу в раз. Из-за этого часто хочется вернуть всю свою память. Но хвала, лишь иногда!

Зубчатый королевский кот промолчал. Другой реакции я от него и не ожидал. Я лишь добавил:

– Не надоело воспитывать меня в своей манере, делая с меня того человека, которого ты знал прежде? – задал я вопрос Вулфаиру.

Четырехлапый вновь промолчал, а значит: в догадках я попал в точку. Возможно, ему ведомо не всё, но он знаком со многим. В его силах было бы посветить нас во множество вещей, но по неким причинам, он этого не делал. Даже сейчас он навряд расскажет, как именно он оказался здесь и почему именно сейчас я с ним встретился. Его вмешательство происходило косвенно, очень в редких случаях. Последнее такое вмешательство произошло по одному из наставлений будущего меня. И то, как оказалось, всё сменилось в невообразимом кульбите свев роль зубатого кота на нет. По итогу, я сейчас нахожусь в своем времени, а за меня в двадцать первом веке гуляет моя идентичная копия, сотворенная магией. Вспомнив об этом, у меня всё внутри ушло в пятки. Я ведь так до конца и не разобрался, чем мне это грозит.

– Мы хоть немного похожи? – задал я ему вопрос вновь.

Но и на этот вопрос Вулфаир отмолчался.

– Дождь будет длиться не менее нескольких дней, прежде чем можно будет продлить путь. Советую вам запастись терпением, – проговорил он через спину, по-кошачьи утаптывая под собой почву. Более того, он демонстративно свернулся клубком, отвернув от нас свою морду, показывая, что разговоры с его участьем закончены.

– У тебя питомец с характером! – заметил Артур.

– Зря ты его так называешь. Как бы он не невзлюбил тебя за твои слова, – обняв себя руками, молвила Агнес, наблюдая за нами.

Наша одежда была летней. Верхняя одежда без рукавов, в которой была Агнес плохо подходила под окружающую обстановку. Я показал ей жестом на свой пространственный амулет в кольце, намекая одеться. У неё точно имелась теплая одежда в подаренном амулете.

Она томно вздохнула, посматривая с завистью на шерсть Вулфаира, но выполнила бессловесное указание, укутавшись в материализовавшийся с воздуха походной плащ с мехом, не так давно подаренный мною. Я понимал её, сам хорошо помня, как впервые оказался на четырехлапому верхом и то чувство, что испытывал, зарывшись в его шерсть с головой. Это был невообразимо приятный опыт. Чувствуя прохладу, я с Артуром проследовал примеру подруги.

Некоторое время все попросту умостились там, где казалось, было удобно, выжидая. Но с течением времени, все же мы начали общение, нарушив тишину. Из всех не ясных целей дальнейшего похода, меня интересовал исключительной важности для моей личности, только один вопрос:

– Мне кто-то расскажет, что именно я сделал с собой, создав своего двойника? – выпалил я на одном духу, как будто промежду прочим.

Агнес, услышав мой вопрос, обижено отвела взгляд. Весь разговор застопорился не долгим молчанием. Ответил Артур:

– Как пояснил «ты», – Артур запнулся, – другой «ты». Своим заклятием ты отделил часть души.

– Это я помню. Я случайно не пояснил, что всё это значит? Чем мне это грозит?

– Извини. Но твоя копия оказалась не многословной, лишь сказав, что это единственный выход в сложившихся обстоятельствах. Дословно: «Что бы что-то обрести, надо что-то потерять. Это вынужденная единственная правильная мера. Надеюсь, в будущем, мы станем единым целым. Хоть возможно, я и не доживу в своем теперешнем обличии к этому моменту», – процитировал Артур второго меня.

– Как понимать: станем едины?

О том, что моя копия не доживет до этого времени, я подозревал. Ведь именно я должен был возвести печать, сотворив врата «Желаний», что станут легендой моего времени. В месте, где он похоронен, берёт начало вся магия. Подозреваю, что речь именно обо мне, а с нынешними знаниями скорей речь о моей идентичной копии. Именно возведенная печать у врат с толикой помощи Гавриила впервые стала препятствием правление Мамона в нашем мире. Но если у моего двойника не получилось победить Мамона с тысячелетними знаниями, как у меня это должно получиться?! Если судить по нынешней ситуации я столько явно не проживу. Пока мне лишь везло или меня направляли невидимой рукой.

Агнес, фыркнув, вовсе отвернулась от нас лицом.

– Ты не объяснил подробно. Лишь сказал, что ты сам поймешь со временем и сам решишь, как поступить, – огласил Артур.

– Я не говорил, что-то об отделении части души более конкретного? Я не чувствую никаких изменений, что именно значат эти слова? – я начал откровенно злится на себя самого из-за вечных недоговоренностей и частичности слов. Сновало впечатление, что только я поистине всегда не знаю, что происходит в действительности, узнавая всё последним.

– Пока знание истинной сути отделения души тебе могут стать помехой в предстоящей борьбе. Как-то так. Твои слова…е-м… двойника, – Артур пожал плечами показывая языком тела, что ему более ничего не известно.

– Более ничего не говорил? – не веря ушам и своему зрению, спросил я.

– Нет, – кратко ответил Артур.

– Это очень странно, – угрюмо молвил я.

– Не странней того, что человек разделил, отделил, отрезал или выкинул важную часть себя! Ты хоть задумываешься, что именно тебе довелось оставить со своим двойником? От какой части воспоминаний или чувств, эмоций – пришлось избавиться? Ты решил, что, пожертвовав чем-то, что-то обретёшь? С перечисленным твой двойник проживает каждый день до самой смерти! Ты уверен, что отделенная часть души для тебя не столь важна? – закричала на меня с претензиями Агнес.

Вулфаир лежащий в стороне клубком, рассерженно кратковременно зарычал в полумраке реагируя на её слова. Именно её слова как будто пробудили его. Это остепенило всех, заставив говорить всех на пол тона ниже. Схоже мы ему мешали.

– Ты причинил себе вред неимоверных масштабов! Если ты не сможешь из-за содеянного больше улыбаться или плакать? Что тогда?! А?!! – уже тише, но не менее рассерженно продолжила она с напором. – Ты уверен, что всё ещё являешься именно тем Шоном Вулфом, которого мы знаем? Тем, который некогда помог мне в трудную минуту или уже являешься другим человеком?!!

Она резко замолчала. Наконец напор её невысказанных слов, которые она хотела сказать видимо ещё в доме Артура иссяк. Повисло молчание. Ни на один из заданных вопросов я не знал, что ответить. Пока не наступит нужный момент узнать правду, если я правильно понял самого себя, то ничего и не прояснится. Пока я могу лишь догадываться. Сколько бы не перебирал всё известное мне в памяти, то пока не натыкался и на малейшую подсказку. Думал, хотя бы разговор с друзьями, что-либо прояснит.

– Может действительно стоит вернуть воспоминания о забытом, – проговорил я, отчасти обращаясь к себе, нежели к друзьям.

– Может… Может и стоит! – решительно проговорила Агнес в порыве эмоций, хоть и не понимала истинную суть сказанных мной слов. Из них двоих я никому не доверил столь важные о себе подробности. Как и учил Мигдаль, незачем даже своим знать твои плюсы или изъяны, враг может завладеть такими знаниями через друзей из-за чего я, мы все – можем погибнуть.

Вулфаир встал, блеснув в темноте своими зрачками косо на нас вглядевшись. Хоть думаю, что именно на меня. Нарезал несколько кругов и вновь улегся. Своим движением он отвлёк всех от разговора.

– Я не могу вот так вот принять такое решение. Нужно всё взвесить, – я поднял ладонь от себя, прекращая дальнейшие споры.

– Но…– начала Агнес.

– Агнес! – охладил её пыл Артур.

Я был ему благодарен. Именно он стал громоотводом возможной новой бури потока её слов. Мне не пришлось ставить жирную точку в разговоре самолично. О чем я мог спорить с подругой, если она даже не понимала конечную суть спора и сказанных мною слов.

– Хозяин, у тебя все равно не получится, – проворчал Вулфаир с полудрема, более ничего не объяснив.

Его слова были как будто из-за стены. Зверь, по-видимому, закрыл нос лапами, от чего и получился такой странный говор.

– Это ещё почему, – удивился я.

– Ты сам поймёшь, – кратко ответил он.

Мне сильно захотелось подойти и пригреть его чем-то. Ну или просто ткнуть ногой в бок потребовав говорить. Но я лишь промолчал в серьез восприняв сказанное им. Покрайней мере злость я ощущал явно, не оставив это чувство своему двойнику!

Злость не помогала, потому отбросив все разговоры на потом, я молча обособился от всех в стороне. Поудобней уселся, заложив нога на ногу, принявшись внимательно осматривать каждый сантиметр своего тела внутренним зрением. Аура не пострадала, даже стала более громадней и запутанней с последнего такого осмотра своего физического и ментального тела. Манна, как и прежде бурлила потоком, а озеро манны почти до краев было заполнено. Как маг я был целёхонек. Я не чувствовал ни единого внутреннего или наружного повреждения. Мысли не были приторможенными. Я даже специально попытался вспомнить грустные или смешные моменты из жизни вызывая у себя разные эмоции пытаясь проверить теорию Агнес, но отклонений в вызванных эмоциях не заметил. Как и прежде я ощущал восхищение, грусть, веселье, тревогу, трепет, смущение и многое другое. Главной эмоцией пока я всё это проделывал оказалась скука. Погодя вновь подключилась злость. Я вообще не чувствовал стороннего воздействия на свое тело. Его попросту не было. Не было ни единого намека на магию извне…

Я резко открыл глаза, от назревшей догадки.

– Заметил-таки, – перевернувшись на бок, потягивая лапами перед собой, басовито проурчал Вулфаир.

– Но ведь… я не пойму… ранее…Вулфаир растолкуй! – потребовал я, почти прокричав.

– Что произошло? – оживился уже начавший клевать носом от скуки Артур. Агнес успела уснуть, скрутившись калачиком в мягком плаще.

Я подошел к четырехлапому став над ним монолитом, всматриваясь на его мощное туловище, так как глаза не могли полностью охватить всего зверя вблизи. Мои фаерболы угрожающие закружили над нами в танце.

– Вулфаир!!! Ты ведь всё знаешь?!! – мои зрачки побагровели от злости, автоматически после приказа своему телу слиться со вторым «я».

Для меня время стало течь медлительней обычного. Но и Вулфаир не был обычным зверем.

– Эти знания не сулят тебе ничего хорошего! По-другому твоих целей было не достичь. Это твое решение! Так выживут все, – зло прорычал он.

Зверь в перекате в сторону стал на четыре лапы разорвав дистанцию на несколько метров, несвойственно зло зарычав почувствовав от меня прямую угрозу. Его шерсть в боевой стойке сильно вздыбилась. Пространство вокруг Вулфаира знакомо исказилось, начав интенсивно наполнятся манной, а его шерсть знакомо начала переливаться волнами. Мой боевой товарищ впервые столь яро отреагировал на мои слова и моё буйство. Все его движения высказывали решимость накинутся на меня если того потребуется. Он был готов защищать знания ведомые ему силой.

Столь буйная реакция зубчатого королевского кота привела меня в ступор. Его черные как смоль клыки угрожающее были направлены в мою сторону.

– Почему ты препятствуешь моему желанию? – я угрожающе поднял руку, выстроив позади себя дополнительно несколько шаровых молний показывая, что намерен узнать правду так же решительно, как и он защитить свои знания. Фигура зверя осталась непоколебимой даже после такого жеста.

Мысли буйствовали. В голове выстраивалась невысказанная зверю цепочка вопросов. Что я поистине потерял? Где подевались все блокированные знания мной будущим?!

От чего-то, именно эта мысль приводила меня в ярость. Ранее мне не хотелось вспоминать всего от боязни. Мне казалось это правильным. Но я всегда чувствовал, что часть меня никогда не захочет избавится от этих знаний. Сейчас они были отделены. По неведомым причинам, позабытое теперь на вечно – было важным для меня, как воздух. Именно из-за этих знаний я ввязался во всё это. Неведомое чувство извечно придавало мне сил идти дальше. Хоть я и не помнил всего, но испытывал к той части воспоминаний непомерное тепло и в одночасье сильную душевную боль. Именно из-за ощущения, что воспоминания болезненны я возжелал не вспоминать. В тот день при моей встрече с собой в обители Гавриила второй «я», обманул самого себя! Я и так не вспомнил бы всего из-за заклятия отделения души!

Голова заболела. Выводы приходили сами по себе. Но я не мог вспомнить свою важную утрату. Впервые мне довелось почувствовать, что в моей груди как будто зияет дыра, что не заполнится более ничем. От переизбытка эмоций моё сознание начало тухнуть. В глазах вовсе потемнело из-за психологической нестабильности.

Погодя я начал приходить постепенно в себя, осознавая, что лежу с головой укрытый чем-то мягким. Схоже, оказываться в беспамятстве входит у меня в привычку.

– Данное состояние лишь будет ухудшаться с каждым днём, так как его душа лишь недавно разделилась надвое и пока он полностью не чувствует истинную суть разделения, – послышался голос зверя вблизи, – он не должен знать всего. Позабытые чувства ему лишь будут мешать. Ранее этот эффект был временным, сейчас после сотворенного ним заклятия Шон станет лишь сильней. Я не могу всего рассказать вам. Но не судите его реакцию строго из-за произошедшего. Часть его самого приказала хранить мне эту тайну даже под угрозой смерти, я не хотел вас напугать. Но некоторые люди более не будут занимать в его жизни столь важную роль, как и прежде. Шон уже начал меняться на глазах!

Преданность зверя поражала. Его слова для меня прозвучали как обычно загадкой. О каких именно людях он имел, введу? В какую именно сторону я начал меняться? Злость куда-то улетучилась, сменившись чувством опустошенности. Внутри сдавило, напоминая об образовавшейся пустоте. Я начал мыслить о Хенрике, Когте, Розмари, дяде Бернсе, учителе Мигдале. Я не чувствовал, что стал к кому-то относится в корне иначе. Они, как и прежде были важны мне. Мысля, я всё равно из раза в раз возвращался к необъятному чувству, поселившемуся внутри после осознания отсутствия сторонней магии, блокирующей воспоминания. Я помнил многое сказанное Вулфаиром ещё в Нью-Йорке. В частности, и о том, что я некогда возжелал спасти вампиршу от смерти. Но для меня данные слова звучали обыденно, не вызывая должных эмоций. Я с таким же усердием, если бы имел шанс всё изменить, пытался бы спасти Когтя и своего дядю. Даже Хенрика и Мигдаля. Сейчас же и Артура с Агнес. Данные люди давно принялись занимать важное место в моей жизни. Все эмоции оказались подавленны, как будто находясь под неизвестной пеленой. Для себя я сослался на эмоциональное потрясение, испытанное недавно.

Агнес ещё пыталась, как обычно спорить, говоря безумные мысли вслух. Её фразы были с целью выудить больше информации, но Вулфаир не был мной и у девчонки не получалось узнать и йоты. По воле судьбы, я и так услышал достаточно, чтобы приняться мыслить над сказанным долгое время. Мне стоит злиться на себя, а не на преданного долгие годы, Вулфаира.

Четырехлапый фыркал на каждое слово Агнес. Вскоре её пыл угас, и образовалось молчание. Я решил не подавать виду, что пробудился. Мне было неловко от произошедшего.

– Скукота, – немного с обидой проговорила Агнес, – долго ещё ждать.

– Ещё не прошло и дня. Ты возжелала бы погибнуть под жгучими каплями? – прорычал Вулфаир.

– Нет. Просто, я не привыкла столь долго бездействовать. Чем тут можно заняться, если на единственную интересную тему ты вовсе не отвечаешь, – томно продолжила она.

– Агнес да будет тебе, – впервые подал голос Артур. – Я уже давно понял, что нам не в силах понять суть всего происходящего. Не стоит даже пытаться. Со временем я уверен, этот мир нас ещё поразит своей необычностью.

– Расскажи что-то? – потребовала она от друга.

– У меня лишь армейский истории. Для девушки они не под стать, – огласил Артур.

– Вулфаир! Тогда слово тебе. Я многое не знаю о вашем мире. Хотелось бы послушать, ведь Шон всегда был немногословен. Если Артур не хочет ничего узнавать, то я на такое не соглашусь.

Зверь недовольно заворчал, но всё же ответил:

– Я не умею рассказывать красиво, – говоря, он как обычно закончил фразу громким рыком.

– Тогда спой, – потребовала она совсем не шуточно.

– Я не.… Хотя… – задумчиво проговорил зверь. – Одну песню могу попытаться спеть. Но после, ты оставишь меня в покое! Договорились?

– Это уже интересней, – оживилась девушка.

– Не трогай мех! – вдруг прорычал зверь.

– Недотрога, – обижено проговорила она, после секундной возни, – ну так? Что за песня?

Вслушиваясь в их речь, я лишь удивился тому, насколько сильно Агнес смелая, раз видимо попробовала притронуться к Вулфаиру, наплевав на безопасность.

– Её сочинил…. мой давний знакомый, – раздраженно продолжил зубчатый кот.

Вулфаир несколько раз сильно зарычал, после своды пещеры начали отдавать эхом басистого голоса четырехлапого.

Никогда не думал, что звери умеют петь. Это оказалось приятным опытом.

Когда он окончил, Агнес вовсю рыдала.

– Красиво, – приглушенно констатировал Артур. – В вашем мире имеются хорошие поэты. Впервые слышу целую историю в форме песни.

– Я спать! – грубо прорычал Вулфаир, не ожидая последующих оваций.

Сквозь всхлипы Агнес спросила:

– Солнце и луна. Они ведь ещё встретятся? Они смогут победить проклятие?

На её вопросы от зверя ответа так и не последовало.

– Ну чего ты сырость развела? – спросил Артур. – Ну же, успокойся.

– Тебе легко сказать! Ты же не девушка! Я ведь не думала, что он споет столь красивую песню о любви.

– Будет тебе, – Артур вздохнул.

Вновь повисла тишина. Лежа на боку, я почувствовал, как по щеке скатилась одинокая слеза. Схоже история Вулфаира даже мой мозг сумела немного взбудоражить. Я как будто уже где-то слышал данную песню. Но, увы, так и не вспомнил где. Может ещё дядя Бернс мне её некогда пел. Но четких воспоминаний из детства у меня не осталось.

Неловкость в мыслях из-за произошедшей стычки с Вулфаиром, после спетой песни грубым голосом четырехлапого, вовсе улетучилась. Вставать не хотелось, но и просто валятся было невыносимо. Я задумался, а почему, собственно, я ещё не связался с Розмари. С чего бы я начал так мешкать с другом. Стоит исправить данную ситуацию. Что с того, что прошло столь долгое время. Рано или поздно, нам придется отыскать друг друга, более незачем быть порознь. Вулфаира я уже встретил, выполняя свои указания, под предлогом смерти друзей от рук Высшего. Но он уже мёртв, а Мамона мне никогда самому не победить. На кону жизнь всего живого. Сейчас я могу опереться лишь на друзей, передав им свои обретенные знания в магии.

– «Здравствуй», – послал я мысленный запрос, стараясь не обращать на шумные продолжающиеся всхлипы Агнес.

Как и ожидалось, некоторое время ответа не последовало.

Глава 4

Когда мне было пять лет, мама всегда твердила мне, что самое важное в жизни — быть счастливым. Когда я пошел в школу, меня спросили, кем я хочу стать, когда вырасту. Я написал «счастливым». Мне сказали – «ты не понял задание», а я ответил — «вы не поняли жизнь».

Джон Леннон

Глава IV

После праздника посвящения и нашего с Мериель разговора по душам, я то и дело ворочалась и не могла уснуть. Наша беседа в конечном итоге не задался. Гномша так и не захотела принять факт моего скорого ухода. Она очень старалась, но не смогла преподнести мне ни одной причины остаться.

Хоть, по прикидкам уже была глубокая ночь город Депеш так полностью и не смог погрузиться в темноту. Находились ещё личности, что пытались до этих пор праздновать посвящение шестого старейшины. Дворфы поистине любили выпить и пошуметь. Обычно в такое время я уже крепко спала, но не сегодня.

Можно было бы сослаться на шум, но истинные причины были вовсе другими. Слишком много мыслей не хотело покидать мою голову, найдя себе в моих мыслях укромный приют. Впервые за столь долгое время у меня было такое мысленное буйство. Неразрешимых вопросов, как обычно, ещё больше.

– «Здравствуй», – внезапно прозвучал в моих мыслях мужской немного огрубевший голос.

От удивления я резко перевернулась на кровати, упав на пол и больно ударившись локтем. Я немного замешкала от боли, ещё больше меня остановила внезапность мысленного приветствия Шона. Его мысли отозвались в подсознании, как будто мы толь вчера последний раз поддерживали связь мысленно – общаясь.

– «Шон?» – не веря своему разуму послала я мысленный запрос.

– «Кто же ещё… Не схож?» – сомнений быть не могло, это был отдающий эхом в мыслях именно его голос.

Его слова звучали немного не уверенно, но решительно. В голове всплыл новый вопрос, адресованный им:

– «Как вы? Все живы?»

Чувствовалась его отдаленная тревога. Ответ на высказанный ним вопрос схоже его интересовал на данный момент больше всего. В разы больше, чем общение со мной спустя столь долгое время. Но даже так, я пребывала в неимоверной радости.

– «С нами всё хорошо», – я ответила, справляясь с трусцой в руках.

Хотелось кричать от счастья. Это он… Как же я соскучилась за ним… Не смотря на наше общения, ещё больше хотелось его увидеть, услышать и вовсе задушить в объятиях. Спустя год он объявился и мое чувство наладившейся связи не оказалось игрой подсознания. Сейчас, меня вовсе не волновала причина его исчезновения. Я лишь хотела оказаться с ним рядом.

Невольно я прикрыла лицо руками, чувствуя, что оно становится пунцовым от волнения. На глаза накатило с трудом сдерживаемые слёзы.

– «Ты жив…» – только и смогла выдавить я, обращаясь к нему мысленно. Я пыталась блокировать град нахлынувших эмоций, не дав Шону почувствовать свое истинное состояние. Но мои не высказанные эмоции струйкой просачивались через не крепко выстроенный мною блок. Волнение мешало мне контролировать себя в полной мере.

– «По-другому мы бы более не общались. Ты ведь…», – его мысли на краткий миг прервались. – «Жива», – констатировал он.

Звучало как явное утверждение. Его фраза имела смысл, ведь наши жизни связаны. Пока он жив, жива и я. Магии, что смогла бы разрушить условия наложенной мной печати не существует.

Нет сильней магии, чем магия за цену которой платишься своей жизнью без остатка.

Все мои вращающиеся до этого в голове вопросы в раз пропали. Голову заполнили мысли только о Шоне.

– «Где ты сейчас? Почему так долго отсутствовал?»

– «Я сам не сильно понимаю, где именно сейчас нахожусь. Знаю только, что на материке Крибрум. Более точно ответить не могу. Ориентиров тоже не имеется. Об остальном…» – мысли Шона прервались.

Хотя бы стало понятно, что мы на одном клочке земли. Но почему он тогда ранее не связался со мной? Почему я не ощущала его столь долгое время?

Из-за долгого его молчания я разволновалась, что он опять исчезнет.

–«Шон!» – взволновано обратилась я.

–«Что?», – переспросил он.

Я вздохнула. Сердце вырывалось из груди. Было трудно принять, что мы вновь можем общаться мысленно, как и прежде. Я ощущала нашу связь, но боялась, что в какой-то момент снова буду испытывать чувство, что Шона как будто не существует в этом мире. Хотелось нагрубить, из-за его столь явного спокойствия в выражениях. Прошел год, а он ведёт себя как будто мы вовсе и не разлучались!

– «Ты…ты можешь объясниться? Разве мне нужно с тебя выуживать по слову?» – прошедшее время изменило его манеру речи. Я ощущала, что это был он, но я не могла принять то, что его первое слово после столь долгого отсутствия было: здравствуй.

– «Извини. Я до сиих пор не знаю с чего мне начать. Если честно, я не смогу объяснить всего», – огласил он.

– «Тогда просто открой свое подсознание и дай мне прочесть всё самой», – попросила я его.

– «Не могу», – печально ответил он.

– «Ты вновь так поступаешь! Вновь закрываешься! Здравствуй. Здравствуй! И всё?! После всего произошедшего!» – мой поток мыслей пришел в буйство. – «Ты хоть знаешь, что мне пришлось пережить за прошедший год? Ты знаешь, чем сейчас занят Коготь с Хенриком? Ты…ты!»

– «Год?», – с неким удивлением задал он вопрос.

– «Тебе бы хотелось, что бы прошло больше времени? Разве недостаточно?» – мой поток мыслей было не остановить. Он меня разозлил. Моя недавняя радость сменилась противоположным чувством – злостью.

– «Ты не права… каждый из нас нечто пережил. Я рад, что вы в порядке. Главное вы живы», – спокойно с толикой радости молвил он.

Мой напор после его слов показался мне глупым. Слова Шона охладили мой пыл. Не думаю, что этот год оказался легким хоть кому-то. Наконец я смогу узнать подробности смерти Высшего и вообще узнать, где пропадал Шон, не пребывая в догадках.

– «Извини», – искренни, адресовала я ему.

– «Коготь с тобой? Как вас можно отыскать? Где вы находитесь?» – его слова казались взволнованными.

– «Ты решил к нам вернуться?» – моему удивлению не было предела. И это после того, как он нас покинул. Он вот так просто спустя год хочет вернуться!

Не смотря на злость из-за его поступка, я всё же ответила, пояснив, как обстоят дела:

– «Мы сейчас с ним по разные стороны баррикад. Нам пришлось вынужденно разделиться. Но это позади, вскоре я отправляюсь к нему».

Я думала, что Шон начнет расспрашивать об этом, но он задал вовсе другой вопрос:

– «Как вам удалось выжить? Почему вы вообще вдруг оказались на материке Крибрум?»

Странно. Я ведь не говорила свое местоположение, откуда он знает.

– «Мы уцелели благодаря святыне предков, укрывшись под землю. Во всём мире царит хаос и разруха», – говоря я, передала Шону последние воспоминания виденных падающих метеоритов. Добавив: – «Не думаю, что хоть что-то на поверхности уцелело. Наружу нам ход закрыт будет ещё долгое время».

– «Тебя удивит, с какой скоростью матушка природа восстанавливается».

Шон передал мне мысли-образы выжженной поверхности, виденной им с одиноким цветком прорастающем в этом ужасе.

– «Ты…ты был на поверхности?» – оживилась я. Это многое могло бы изменить.

– «Даже немного успел прогуляться в столь не благоприятном для жизни месте».

– «Ты тоже прятался под землёй? Как тебе удалось выжить? Почему ты был недосягаем для нашей связи?» – задала я, наконец волнующий изначально вопрос.

– «Для начала нам всем нужно встретиться. После всё и объясню… как смогу. При встрече всё прояснится», – увильнул он от ответа.

– «Шон!» – было взорвалась я, но тут же успокоила хоровод своих мыслей. Просто так, он не ответил бы в такой манере. – «Как ты намереваешься нас отыскать?»

– «Ты помнишь, где именно находится ваше укрытие. Возможно, знаешь конкретное место или город?»

– «Неподалеку у входа в небольшой город Мезвит. Он относительно не далеко от моря», – я переслала Шону воспоминания о карте местности, какой её помнила, так как видела несколько раз карту, когда ней пользовался Хенрик.

– «Далековато…» – задумчиво протянул он.

– «Не уж то ты всерьез решил прийти к нам через этот хаос?» – удивилась я.

– «Путь будет не легкий. Ждите. Я обещаю, вскоре мы придем», – после слов меня вновь поспешно заблокировали.

– «Шон! Ответь!» – мои мысленные запросы встретились с глухой стеной.

Он не объяснил ровным счетом ничего, лишь пообещав прийти к нам. И что вообще значило его «МЫ!». С кем он держит путь. Не уж то с королевским зубчатым котом? Вновь недомолвки! От общения с Шоном веял некий мало уловимый холодок, что принес после нашего короткого разговора самое большое волнение в мою душу.

Я зарылась головой под подушку. Хотелось повторить подвиг Мериель и просто закричать, выпустив накопившуюся злость. Но благоразумно я не стала этого делать. Всё же на улице по меркам города была ночь. Некоторые дворфы могут неправильно воспринять крик в доме человека. Проблем потом не оберешься. Не хочется слушать с утра поучительные слова одного из старейшин или ещё хуже принимать гостей ночью, в лице озабоченной стражи. Из-за праздника у них и так хлопот достаточно.

Меня распирала буря эмоций. Мне, то хотелось плакать, то безвозвратно от распирающей злости сломать, что-то в комнате. Разговор с Шоном не дал ни одного вразумительного объяснения из накопившихся вопросов. Лишь добавились новые.

Я лежала так очень долго, пребывая в постоянных размышлениях. Наконец мое тело обессилило и глаза сомкнулись. Не успела я, погрузится в мир грез, как в двери настойчиво постучали. Еле открыв потяжелевшие веки, я поняла, что в городе Депеш вновь наступило дневное время суток. Через окно пробивался яркий штучный свет, его не могла полностью заглушить даже имевшаяся занавеска. С некой злостью от недосыпа глазами я впилась в потолок.

– Кого ещё принесло? – обессилено спросила я.

– Это твоя вездесущая тень, – загадочно прозвучал голос Мериель, – бойся!

– Мериель. Некоторые люди пытаются поспать, – я недовольно перевернулась на бок, закрыв уши ладошками и сомкнув глаза.

Имея хороший острый вампирский слух, мне не удалось полностью заглушить звуки за дверью. Приглушенно, но отчетливо прозвучало:

– Пойдём. Иначе ты пропустишь…

Я с новой силой зажала уши, конец фразы, так и не расслышав. Наконец тишина! Чувство сна накатило новой волной. От того, что тело испробовало сонное состояние на краткий миг, меня буквально тащило в мир грёз.

– Ау! Я к кому говорю?! – громко говоря вблизи, меня начали грубо тащить за ногу.

Я вовсе не расслышала, как в дом вошли. Нужно было добавить Мериель в запрет на вход в дом. Но я имела неосторожность настроить заклятие на дверях на её беспрепятственный вход внутрь. От чего пожалела.

– Не хочу вставать, – взмолилась я, натягивая на голову съехавшее в сторону одеяло.

– Тебя никто не спрашивает. В отведенное время для сна нужно было спать! Повсюду уже буйствует жизнь, только ты здесь прохлаждаешься. Раз уж ты решила покинуть меня, то изволь провести со мной время. Пускай и ограниченное, – с напором в голосе проговорила гномша, принявшись стягивать меня с кровати с новой силой.

Мне очень хотелось запустить в неё каким-либо заклятием. Нехотя, но пришлось привстать и взглянуть гномше в глаза. Я попыталась выразить во взгляде всё имевшееся недовольство.

– Боже…что с тобой? – ужаснулась Мериель моего вида.

– Не выспалась! – отчеканила зло я.

– У тебя синие круги под глазами. Ты вообще спала? – беспокоясь, спросила гномша.

– С тобой отдохнёшь!

– Ведь даже не поспоришь, – Мериель с улыбкой смотрела на меня. Было видно, что она приведена в смятение моим состоянием, но и отступать подруга была не намерена. Неуверенно, она продолжила свои действия.

– Что такого важного может быть в такую рань?! – медленно сонно моргая, спросила я.

– Не спать! – Мериель с силой дернула за ногу.

– Да отпусти ты. Твоё не спать, это не очень-то и важно! – дернулась я в попытке освободиться от гномьего крепкого хвата.

– Это очень важно!

– Не верю! – опять я приняла попытки освободиться, дернув ногой к себе.

– Мне и не надо твоя вера. Пошли!

Меня грубо стянули с кровати, вовсе не оставив выбора. Пришлось нехотя приложиться об пол спиной по вине гномши. Удар выветрил из меня всё желание спать напрочь. Что за напасть – оказаться на полу за последних десять часов во второй раз?! Захотелось лишь отомстить. Несмотря на мою злость, я понимала, что ничего не предприму. Уж больно я переживала за здравие этой несносной девицы.

– Скажи хоть зачем? Ну, от чего такая надобность именно сейчас?! Разве нельзя сделать задуманное тобой позже? – скривившись от болезненных ощущений, спросила я.

– Надо! – коротко отрезала она.

– Иди, посовещайся или что ты нынче обязана делать! Прими несколько новых решений, чтобы улучшить жизнь дворфам, – продолжила я свой напор.

– Розмари! Это единственный шанс!

Мериель отпустив меня, настойчиво взглянула мне в лицо. Мне не оставляли какого-либо выбора. Обижать её не хотелось. Кое-как, я всё же встала с пола, потирая ушибленные части и начала собираться. Попытки привести себя в порядок были тщетны. Синяки под глазами всё выдавали. Мериель хоть и смотрела на меня с некой жалостью, но продолжала стоять на своем. Пришлось просто подчиняться. Надеюсь, потом удастся выспаться.

– Веди! – буркнула я, когда более-менее пришла в чувство.

Мериель довольно вышла с моего дома, немного оглядываясь на мою фигуру. Сбегать я не собиралась, хоть очень и хотелось! Пришлось идти за ней, с недовольным лицом следуя попятам.

Пришлось, пошатываясь от недосыпа, преодолеть немало ступенек взбираясь по городу вверх и вниз. Победив длину нескольких изогнутых умощённых улиц, вскоре мы стояли возле хорошо охраняемого здания. Меня с Мериель ещё на подходе к мосту, которым было отделено строение от всего города, взяли на прицел дальнобойного оружия. Мосты у дворфов расположенные над пропастью встречались в двух случаях: когда это было прихотью матушки природы, когда нужно было что-то защитить от всех.

– Ну и? Что это за здание? Впервые нахожусь здесь, – очередной раз, справляясь с зевотой, задала я вопрос, подсчитывая количество направленных в мою фигуру арбалетных болтов.

Мериель промолчала. Как только мы подошли ближе, стража увидев подругу, стала спокойней. Арбалеты опустились к земле.

– Шестой старейшина, – в почтении склонил голову один из облаченных в военную форму дворф, – что вас привело в такую рань к сокровищнице?

Мои глаза округлились от удивления. Неужели Мериель это всерьез? Меня сюда на пушечный выстрел не подпустили бы ранее. Уже как-то я пыталась узнать, где находиться сокровищница, но мне никто так и не поведал, удосужив лишь косыми взглядами. Не желая учинить конфликт или добавить излишнего недоверия к своей персоне, более об этом я не спрашивала.

– Нужно кое-что забрать и это не требует отлагательств! – важно подняв голову, сказала она невзначай, словно это было пустяком.

– Вы согласовали свои действия со всеми старейшинами? – подозрительно взглянул он на мою подругу.

– Да.… Беру всю ответственность на себя! – кивнула Мериель.

Дворфы перед нами расступились, освобождая путь. Говоривший указал рукой идти дальше, двинувшись впереди нас. Мы проследовали за ним, пройдя к самому зданию, вскоре остановившись перед громоздкой дверью высотой в два человеческих роста. Дверь выделялась на общем фоне золотой отделкой и вставленными на поверхности двери драгоценными камнями. Всего я насчитала семь камней разной формы и цвета. Они расположились в ровную линию с лева на право, будучи на одном уровне в верхней части двери. Здание снаружи более ничем не восхищало. Я бы даже сказала, оно было специально построено таким образом, чтобы не бросаться в глаза своей необычностью.

Сопровождающий резко остановился, обратившись к нам:

– Далее я с вами пойти не могу.

– Почему? – поинтересовалась я.

Мериель не ожидая его ответа, лично начала пояснять:

– Из-за того, что только истинный старейшина может отворить данные двери без вреда себе. Видишь семиугольный тааффеит, установлен вверху двери, – видя, что я не понимаю, она уточнила, – полупрозрачный драгоценный минерал розовато-лилового оттенка?

Я кивнула, подтверждая, что вижу. Мне было лень говорить, поэтому просто вопросительно уставилась на подругу.

– Данные камни зачарованы. Если дверь попробует отворить посторонний, то мгновенно поплатится жизнью из-за защитных чар.

– Ну и? – томно протянула я, ожидая дальнейших объяснений.

Пространство схлопнулось. Мериель достала свой молот. Она, развернув его ко мне основанием рукоятки, указала пальцем на маленькое углубление в древке. Присмотревшись, я увидела неприметный схожий семиугольный минерал, ограненный в дереве. Тааффеит сливался с рукоятью, повторяя её форму. Без подсказки Мериель, я бы никогда его не увидела на её новеньком артефакте.

Более ничего не говоря, Мериель подняла молот над головой, ожидая. Тааффеит на двери отдал бликами, после все драгоценные камни ярко засветились, враз посерев. Раздался щелчок.

– Зачем здесь тогда стража? Боитесь, что маг снимет наложенные чары, – с подозрением спросила я.

– Нет. Стража лишь для того, чтобы отпугнуть назойливых детишек, что не ценят свою жизнь. Данную же печать, обычному магу не снять. Её устанавливало, как минимум сотня магов шестой ступени, оставив семь ключей, которыми владеют лишь старейшины.

Мне было удивительно, что такие места ещё существуют. Интересно, смог бы Высший уничтожить тайны, что хранятся в сокровищнице дворфов. Ведь стать обладателем такого молота очень не просто.

– Смогла бы я войти, завладей я молотом? – поинтересовалась я у подруги.

– Зачем тебе это? – удивилась Мериель, схлопывая пространство вокруг оружия, пряча его с глаз.

– Просто интересно, – пожала я плечами.

– Нет. Я ведь уже говорила тебе, что молот – бесполезен в чужих руках, как и все скрытые свойства артефакта, – пояснила она, вглядываясь на меня с подозрением.

– Я просто спросила, – уточнила я, в попытке исключить возможное недопонимание.

– Ага, – протянула она задумчиво.

Мериель подошла к двери и, прилагая усилие, толкнула её. Бородатый русый страж средних лет просто провел нас взглядом, безразлично смотря, как мы исчезаем внутри здания. Стража свою роль выполнила, остальное происходящее было делом лишь почетного старейшины.

Дверь, скрыв нас за собой внутри, с грохотом закрылась. Почти с самого входа в сокровищницу на глаза сразу начали попадаться разные предметы: свитки, броня, оружие, украшения. Некоторые предметы я видела вовсе впервые в жизни, не зная их предназначение. Вокруг причудливо было светло, хоть глазами я не могла найти ни одного источника света.

– Тут ты не найдешь ни одного предмета без кровавой истории. Всё нас окружающее таит немалые секреты, – поясняя гномша, после принялась продвигаться вглубь здания.

Пришлось не малое время следовать за Мериель, минуя множество стеллажей со свитками. Не раз на глаза с лева или права от меня попадался стеллаж с лежащим оружием и частями целой или поврежденной брони. Виденные мною предметы были с разного временного периода. Можно было увидеть ухоженное оружие, словно его только вчера достали из раскаленной печи, а рядом так же непринужденно лежащий меч со следами многогодовой коррозии. Казалось, если я дотронусь до такого меча, он превратится в пыль на глазах.

– Почему мы здесь? – нарушила я тишину, обращаясь к Мериель.

– Что бы ты себе выбрала достойную награду.

– Награду? За что? Мериель, что ты уже себе удумала? Кто и достоин награды, так это ты. Лишь благодаря тебе и Стипрусу я всё ещё жива. И не только я!

– Ты разве не можешь просто выбрать себе здесь один из предметов, не задавая лишних вопросов? Просто без размышлений, из-за того, что я так хочу! – начала она злится.

– Не совсем тебя понимаю…

– Незачем тебе понимать? Только благодаря тебе, я всё же стала старейшиной. Если бы не твоё появление, то город Депеш ещё долго не увидел изменений. Теперь же это стало возможным. Так что не выделывайся и выбери один из понравившихся предметов, – попросила гномша, добавив, – я не люблю быть в долгу. Тем более, что это ты!

– Настолько раздражает моя личность? – улыбнулась я. – Это сойдёт.

Находясь у одной из полок с оружием, я взяла в руку первое попавшееся. В руке оказался лишь набалдашник от некого старого приспособления, немного походило на рукоять некогда меча. Я сама удивилась выбранному предмету, совсем не смотря, что загребла рукой.

– Розмари! Ты издеваешься? – в глазах Мериель читалась обида.

– Ну ладно…Ладно! Проведи экскурсию по сокровищнице. После я выберу! Всё равно, я более чем уверенна, что к некоторым предметам мне доступ закрыт.

Схоже я оказалась права. Не всё здесь я смогла бы вынести с собой по собственному желанию. Мериель хмыкнула, будучи раздраженной моими словами. Из-за своего небольшого роста, её глаза пытливо смотрели на меня снизу, вглядываясь в моё лицо.

Промолчав моему замечанию, она молвила:

– Сокровищница представляет собой круглое здание, что снаружи вовсе заметить не возможно. Я сама здесь была с отцом лишь несколько раз из любопытства. Сегодня я, как и ты, впервые оказалась здесь лично, без его ярого присмотра: «Не ходи туда! Не тронь это!», – передразнила она его. – Сейчас мы находимся во внешнем самом большом кольце, а всего их пять. Здесь всё не столь ценное. Как на меня во внешнем круге ценность предметов лишь историческая, нежели из-за необычных свойств. Нам стоит сместиться ещё дальше вглубь.

– Получается в центре самые ценные предметы? – уточнила я.

– Не совсем, – Мериель замешкалась, как будто мысля: стоит мне открывать секреты данного места или же нет.

Её загадочное молчание удручало.

– В независимости от объяснений, я все равно пойду вглубь. Мне поистине интересно хотя бы взглянуть, что там, – огласила я.

– В центре пентаграмма, перемещающая на нижние ярусы здания. Но это может оказаться не безопасно, – выпалила она на одном духу.

– Почему? – молвила я, остановившись на месте от её слов.

– Мне известно о наличии трёх ярусов данного места. Однако ниже второго подземного этажа, я никогда не бывала, так что думаю их может быть больше! Но я бы на нашем месте не сунулась на следующие ярусы вовсе, чем ниже, тем больше неизвестных ловушек и защитных смертельных чар. Я только вчера стала старейшиной и мне ещё не известны все детали, – виновато поведала она. – Как бы это не звучало, но моего отца здесь нет, чтобы поделился сейчас знаниями.

– Наконец прозвучали интересные слова, – мои глаза от таких объяснений оживились.

– Роза не вздумай! Нам лучше туда вовсе не сунуться, – предостерегла меня Мериель.

– Разве часто выпадает вампиру побывать в сокровищнице дворфов? Возможно, я вовсе первая такая за всю историю, посетившая данное место. Мы должны спуститься хоть на один ярус ниже!

– Розмари, за тебя говорит ребячество, а не здравый смысл. Если что-нибудь пойдёт не так? Что тогда?

Я, проигнорировав Мериель, минуя стеллажи с разным старьем, двинулась в направлении центра здания. Она постоянно пыталась меня остановить, но тщетно.

По пути пришлось преодолеть нескончаемый поток предостережений подруги и пять арочных входов. Каждый такой вход приходилось искать, так как они расположились в различных местах новой ограждающей стены следующей кольцевой комнаты меньшего размера. Пускай квадратура комнат и уменьшалась, но всё равно приходилось проходить немалое расстояние влево или вправо, следуя рядом на вытянутую руку новой преграждающей стене в поисках очередного входа ведущего ещё ближе к центру здания. Такое расположение проходов сильно мешало в скором темпе продвигаться к интересующей мне центральной комнате.

По пути в редких случаях попадались поистине завораживающее взор и требующие особого внимания статуи и разнообразные орудия, предметы и латы, но это было всё не то. Если я сейчас взяла бы что-то, Мериель незамедлительно меня заставила бы вернуться назад.

Немного походив серпантином в поисках арочных проходов, всё же удалось достигнуть цели. Центральная комната оказалась совсем маленькой, имея внутри форму круга десять на десять метров. На полу была начерченная знакомая пентаграмма телепортации, с множественными отличиями, виденным мне схожим пентаграммам. Лишь начерченные четыре руны сторон света остались неизменным сопутствующим аксессуаром, что напоминали истинное предназначение хаотично выстроенных линий, пересекающих рунные письмена.

– Странно. Печать активна и напитана манной. Ней не так давно пользовались, – подметила Мериель.

– Думаю, твое новое загадочное оружие было доставлено именно с нижних этажей, – стала мыслить я вслух.

– Не знаю наверняка, но, наверное, ты права, – согласилась она, – сокровищницей пользуются обычно очень редко. Другого разумного объяснения я тоже не вижу.

Не дожидаясь согласия подруги, я стала в центр очерченного круга пентаграммы и с вызовом всмотрелась в лицо Мериель. От телепортации меня отделяло лишь несколько движений.

– Ладно! – сдалась подруга. – Только если почувствуем опасность, сразу возвращаемся.

В руках Мериель материализовалось её новенькое оружие в форме молота. Она крепко обхватила древко рукояти и шагнула в пентаграмму, становясь почти рядом.

Я была почти уверенна, что подруга зажмурила глаза, ожидая перемещения.

В теле я чувствовала усталость, из-за отсутствия сна, но интерес был выше данного состояния. После взмаха руки, в помещении знакомо потемнело. Искусственный свет, излучаемый от потолка, замигал. Мгновение и яркость освещения вернулась в норму.

Я была уверенна, что нас телепортировало, однако окружение было очень схожим с тем, из которого мы переместились. Не знай, я принципа действия пентаграммы – то подумала бы, что перемещение не сработало.

Я, помня слова Мериель про надобность осторожности, сделала несколько пробных шагов в сторону нового арочного проема впереди нас.

– Ты идешь? – обратилась я к подруге, немного осмелев от проделанных беспрепятственно движений.

Только после моих слов Мериель открыла веки, взглянув по сторонам.

– Уже всё? Переместились? – озадачено спросила она, сжав рукоять молота ещё крепче.

– Ну да…. Постой…. Ты боишься телепортироваться?! – догадка добавила улыбку на моем лице.

– Я просто не люблю перемещения. Они не безопасны!

Со словами Мериель спорить не имело смысла. Если проделывать всё в спешке, можно навредить себе или окружающим, как некогда случилось с Когтем. Особенную опасность представляет создание подобной печати телепортации с нуля. Малейшая ошибка может стать роковой.

Я смело вошла во внешнюю кольцевую комнату нового этажа, пройдя арочный проход. Я подметила, что центральная комната, где находится пентаграмма телепортации, почти идентична виденной на первом ярусе. Отличия придавали новые хаотичные линии, начерчены, не выходя за контуры пентаграммы.

– Впечатление, что ты опасаешься именно меня, – кивнула я на молот в руках подруги.

Идя задом наперед, я не предумышленно зацепила железный щит в форме лепестка с выпуклостью с одной стороны и кромкой в виде полукольца, предназначенного для хвата рукой с другой. Раздался грохот. Мериель со злостью на меня посмотрела. Было видно, что она опасается этого этажа не на шутку. Я ранее здесь не бывала, а потому не сильно представляла реальную угрозу. Вся опасность – лишь неподтвержденные слова подруги.

– Ну что нам здесь может грозить? Разве что пустующие или припавшие пылью предметы или старинные артефакты! – попыталась я успокоить Мериель. – Нужно просто меньше всё трогать руками. И только!

Я с опаской отошла от упавшего металлического щита, оставив его валяться на каменном полу.

– Ты не права. Надеюсь, мы не убедимся в правильности моих слов! – Мериель не отпуская свой молот из рук, положила его на грудь, обняв крепко руками.

Я развернулась на триста шестьдесят, пытаясь найти взглядом возможную угрозу. Чувства опасности мною не испытывалось.

– Вот видишь! Всё хорошо, – я уверенно прошла дальше, направившись к следующему возможному проходу, ведущему к третьему внешнему кольцу. – Где можно отыскать телепорт или спуск на третий подземный этаж? – оглянувшись на Мериель, стоявшую на одном месте, молвила я.

Она вздохнула, после сдвинувшись с места, проговорила:

– Иди за мной!

Видя сторону, в которую она направилась, я двинулась на опережение, отыскав в данной стороне проход в третье кольцо. Войдя, пространство вокруг вновь расширилось. Сзади в нескольких метрах слышались неспешные шаги гномши.

Я сделала очередной шаг к имевшимся историческим предметам дворфов, поинтересовавшись, чьи очередные блестящие латы, припавшие пылью от времени навешены в стороне. Было скучно от нерасторопности и чрезмерной осторожности Мериель. Изучая всё вокруг в деталях, становилось отчасти немного веселее.

Не дожидаясь подругу, я сделала очередной шаг в помещении. Под ногой раздался хруст и всё вокруг тут же затрясло. Не удержавшись на ногах, я оказалась на пятой точке.

Краем глаза мною было замечено, что Мериель тоже упала от резкой тряски. Комнаты на глазах двигались. Арка, разделяющая меня с Мериель начала смещаться в сторону вместе со стеной, хоть возможно, это каменный пол перемещал меня вместе с собой. Вскоре Арка скрылась, изведу. Тряска, наконец, прекратилась, дав возможность встать с пола.

– Мериель? – только и смогли выдавить мои уста. – Мериель!

Крикнув во весь голос, я кинулась к повторяющей очертание круга стене. В кирпичной изогнутой в круг кладке не было и намека на недавнее нахождение в данном месте сквозной арки-прохода. Нервничая, я принялась бежать вправо под самую стену, но даже спустя несколько минут я не увидела и единого намека на скрывшийся изведу проход. Не веря своим глазам, я принялась бежать возле стены без остановки. Только спустя десять минут, я поняла, что уже дважды пробегаю на всех парах возле лат по кругу, по вине которых произошла встряска. Арочного прохода более не было вовсе.

Мериель говорила о ловушках. Вот ведь, угораздило же!

За стеной раздался приглушенный звук интервального стука и криков. Даже мой вампирский слух из-за толщи стены не мог разобрать всего отчетливо. Что шум принадлежал отчасти гномше, я была уверенна, но предположить, что там происходит ничего не видя, было невозможным.

Я крикнула во всё горло:

– Ей. Мериель? Есть способ вернуть всё вспять?

Ответа не поступило. Шум, как и прежде, был не понятен. Сейчас я как никогда чувствовала себя неимоверно глупой, из-за проявленной мною беспечности. А ведь меня не раз остерегли!

Я решила постучать в ответ, дав знать, что со мной всё хорошо. Материализовав свой посох, я приняла попытку стукнуть в стену латунным наконечником. Посох, не достигнув стены, застыл в нескольких миллиметрах. У самого основания стены я ощутила образовавшийся магический мешающий моей задумке фон. От места ожидаемого мною соприкосновения посоха с твердой поверхностью кирпича, волнами разошлась энергия в стороны, при этом искажая пространство вокруг стены, а после поглощаясь невидимым барьером. Сновало чувство, что на водную гладь упала капля и в стороны разошлась рябь, почти ровными кольцами. Произошел глухой приглушенный звук, как будто удар в замкнутом помещении полном воды.

Я повторила свои действия, с силой ударив, имея цель повредить поверхность кирпича. Сила удара полностью была поглощена: новой более мощной разошедшейся рябью в стороны. Рябь, так же, как и мелкие волны, на водной глади, постепенно пропадала, обретая привычное незаметное прозрачное очертание. Не прими я попытку, дотронутся или ударить об стену, то даже не заметила бы невидимый барьер.

– Что теперь делать? – спросила я вслух, подсознательно желая, чтобы меня услышала Мериель. Однако этого не произошло…

Судя по периодичности глухих ударов, то Мериель пыталась в данную секунду силой активно избавиться от преграждающей стены, между нами. Магия, которой покрыли стену, была мне не знакома, а потому представления не имела, как обезвредить такое заклятие, чтобы помочь нам обоим. Проверяя догадку я использовала наконец доведенное до совершенства изученное мной заклятие принадлежащее расе Мериель, создав фаербол по мощи отличительный мне ранее ведомым. В десятки раз сильней. Созданный мною шар напоминал больше сгусток магмы, нежели сжатый шар огня. Немедля я запустила заклятием в стену. Произошел грохот. От раздавшейся вибрации я еле устояла на ногах, но стена осталась цела даже после столь мощного соприкосновения с магией. Из-за моего магического удара в стороны зарябили многочисленные прозрачные волны, показывая действие наложенного магического барьера в большем масштабе, нежели от удара посохом. Волны оказались отчасти покрыты остатками пламени разлетевшегося вдребезги фаербола.

Я мысленно сопоставила эффект магии и физического удара. Как на меня, то пространство вблизи стены исказилось сродни удару посохом. Магия, как и физические удары, оказалась бессильна. К сожалению, я не обладала исключительными сильными заклятиями, чтобы можно было побороться с выстроенной защитой вокруг стены. Это была моя самая сильная магия на данный момент. Последующие попытки изменить положение магией, приведут лишь к моему магическому истощению, не более. Стало ясно одно: нужно искать другой выход однозначно. Нам просто так – друг к другу, через стену не пробиться.

Я принялась созерцать во все стороны, ища взглядом возможный выход из сложившейся ситуации. Как не странно, более я принялась не делать резких движений, ещё не хватало запустить ещё один внезапный скрытый от глаз механизм, что может уже навредить, а не поставить в неоднозначную ситуацию. Кто знает, с какой неизвестной магией мне может довестись встретиться.

Оглянувшись, кроме: военных облачений, оружия, статуй, странных по форме предметов, кусков неизвестных мне камней и множества свитков и книг на полках – ничего не увидела в поле моего зрения. Прежде чем двигаться дальше, я решила сначала восполнить пробелы в знаниях. Возможно, в моем пространственном кольце имеются нужные ответы.

Боясь двинуться в стороны, пришлось потратить около часа, находясь на одном месте, чтобы понять, что Мигдаль не обладал или же не снабдил меня ни единой книгой с упоминанием о сокровищнице дворфов. Может быть, подобные знания всё же имеются в пространственных кольцах Когтя или Шона. Мигдаль разделив имевшиеся у него письмена, не мог тогда предположить, что именно мне удосужится повстречать расу дворфов, которую как все считали, уничтожили довольно давно. Да и, в конце концов, кто вовсе мог предвидеть, что наше трио разделится на долгое время. Нас готовили к совместной борьбе с одним человеком, который теперь мертв!

Стук почти прекратился. Видимо, у Мериель мало что получалось, но она отчаянно пыталась силой победить незыблемость магии. Однако магию, победит лишь магия помощней.

Е-х. Придется выбираться по наитию или же ожидать, пока кто-то с остальных старейшин не поможет своим вмешательством. Это явно была система защиты данного места. Открытие сокровищницы одним из семи ключей старейшин, лишь первая принятая мера от нежеланных захватчиков или предателей.

Продолжаемый редкий, но периодический стук с другой стороны стены, мне не внушал более доверия. Вера в то, что Мериель исправит случившееся, почти улетучилась. Таким способом мне отсюда не выбраться. Делать новые шаги по сокровищнице самой не очень и хотелось, но другого выбора не осталось. Я сделала несколько постукиваний по стене своим посохом – один продолжительный сильный удар и три коротких. Это было моё бессловесное послание Мериель, что я начала действовать и не собираюсь оставаться на месте. Для себя стук я перевела как: «Я. Пошла». Стук в ответ участился и стал сильней, вполне в духе знакомой гномши. Но я более не реагировала на него.

Что бы ни оказаться вовсе слепым котенком, для начала я принялась изучать пространство магией на наличие мощных магических следов и потоков манны. Мне удалось в итоге обнаружить некоторые не очень скрытые от глаз печати, ожидающие моего неверного шага. Всё в сокровищнице имело магический фон, но, к счастью, в некоторых местах больше, чем в остальных. Почти сразу мне удалось понять, куда лучше вовсе не сунуться. Отмечая данные места в памяти, я принялась неспешно продвигаться, ища вход во внешнее четвертое кольцо.

– «Шон. Ты здесь?» – послала я, мысленный запрос, встретившись с выстроенной от меня глухой стеной.

– «Я тут».

Было не привычно, так как мне ответили почти сразу, дав возможность, для мысленного диалога припустив занавес своей ментальной защиты. Ещё ночью меня наглухо заблокировали, но сейчас поведение Шона удивило. Послав мысленный запрос, я и не надеялась на столь скорый ответ. Меня удручало осознание, что важный в моей жизни собеседник ограничил нашу возобновившуюся связь во всём. Более не было как прежде столь крепкой связи. Я не ощущала ни единой эмоции Шона сквозь оставшуюся нить связующую нас. Все его фразы в общении казались сухими, строгими, как будто безразличными к происходящему.

– «Можешь сделать услугу?» – спросила я.

– «Попытаюсь…. Что-то произошло? Чем я могу тебе помочь?» – Шон попытался передать отдаленную взволнованность в своих мыслях. Видимо, он понимал, что, находясь далеко, поистине помочь ничем не сможет. Но даже такая его реакция меня очень радовала.

– «Произошло!» – зло начала я, подумав только для себя: «Ты покинул нас на целый год, не давая о себе вестей. Более того даже не даешь шанса, что-то разузнать сейчас! Ты черствый и странный до невозможности! Кто ты? Ты всё ещё Шон, которого я знаю? В конце концов, что с тобой происходит!?»

– «Я слушаю?» – продолжил он, осознавая, что я не тороплюсь в диалоге с ним, мысля о своем, не давая познать свои истинные мысли, ровным счетом поступая так же, как и я.

– «Ты знаешь что-то о расе дворфов? Возможно, в твоём пространственном кольце, подаренном Мигдалем, что-то имеется?» – не подала я виду, что нахожусь в замешательстве от его столь спокойного тона.

Вопрос даже у меня в мыслях прозвучал так себе. Мы ведь обучали одно и то же на занятиях с моим дядей. Если Шону, что-то и известно, то только с обучений в мире пустоты, о котором проболтался Хенрик. Что он ответит сразу надеяться не стояло, ведь даже я не смогла овладеть полностью знаниями в своем пространственном кольце, лишь познав за прошедший год треть. Так или иначе, но всё же был маленький шанс хоть на какие-то знания неизвестные мне.

– «Довольно многое. Постой… я ведь думал, их давно уничтожили!?» – удивился Шон.

– «Живы как видишь…. Да сейчас не об этом!» – отбросила я ненужные разговоры. – «Открой ещё немного свою выстроенную защиту, я передам тебе мысли образы об интересующем меня, словесно долго объяснять».

Меня беспрекословно послушали, я почувствовала, что связь стала не столь скованной. Я стала передавать образы своего окружения пояснив, где нахожусь, а также проблему, что возникла с магией окружившую стену.

Пользуясь моментом, пока мною передавался поток информации, я осторожно принялась прощупывать память Шона в попытке что-то узнать без его согласия, однако меня тут же выдворили со своего разума.

– «Р-р-р! Бесишь!» – обижено обратилась я к Шону. – «Когда ты стал столь осторожным?!»

Мне стало обидно, что моя девичья хитрость не удалась. Шон не обратил на мой вопрос внимание, вместо этого он ответил:

– «Такой барьер ты устранить одна никак не сможешь. Это разновидность гибкого барьера, чтобы устранить его с пути, судя с размаха заклинания, потребуется уйма манны или же заклятие силой не меньше мага седьмой ступени».

Его голос звучал спокойно, как будто до этого я ничего и не предпринимала необдуманного без его согласия. Он вел себя со мной как с не смышлёным ребенком, от чего начинал бесить меня ещё больше. Как бы я не скучала за ним, но факт перемены его характера не остался мной не замеченным, даже на таком расстоянии.

– «Ты хотел сказать шестой ступени?» – переспросила я, удивившись, справляясь с присущей злостью от его поведения.

– «Да. Ты права. Извини, немного позабыл уроки учителя…»

– «Ты ведешь себя странно! Не верю, чтобы хоть один из нас троих смог забыть его уроки…», – наступила неловкая кратковременная пауза в мысленном общении.

– «Над барьером работала немалая группа обученных сильных магов. Как бы то ни было, тебе не разрушить выстроенный дворфами барьер. У них как оказалось магия совершенно на другом уровне. Удивительно! Ты меня сильно удивила. Не ожидал увидеть такую сильную магию…» – промолвил Шон, замолчав.

Шон ответил настолько уверенно со знанием сказанному, что мне даже показалось, что данные слова могли принадлежать моему дяде Мигдалю, а вовсе даже не ему.

– «Как я поняла, про сокровищницу дворфов тебе ничего неизвестно?» – спросила я в надежде.

– «Увы, но нет. Тебе придётся искать другой выход со сложившейся ситуации».

Услышав ответ Шона, я тут же заблокировала между нами связь поступив так же, как недавно поступил он. Я желала, чтобы он хоть немного задумался о том, как поступает. Шон ко мне мысленно попытались обратиться, нечто поведав, но я не пропустила Шона в свою голову даже отчасти. Осталось надеяться, что его новые мысли не важная идея или вдруг вспомнившиеся ему знания.

Завершая разговор с Шоном, мне удалось найти вход в четвертое внешнее кольцо. Правильно ли я делаю, смещаясь дальше от центра, где находится пентаграмма телепортации и Мериель, покажет время.

Глава 5

Жизнь - вещь грубая. Ты вышел на долгий путь - значит, где-нибудь и поскользнёшься, и получишь пинок, и упадешь, и устанешь, и воскликнешь «умереть бы!» - и, стало быть, солжешь.

Санека Луций Анней

Глава V

С перехода, что вел в одно из подземных помещений с длинного туннеля, показался свет рашлайта. В данной части подземелья освещение отсутствовало вовсе. Потому в тупиковой небольшой подземной комнате слабый свет миниатюрного факела с подручных средств был виден издалека.

От выхода с тоннеля к помещению по земле постелилась еле уловимая тень человеческой фигуры. Темноту слабо осветило. Свет тусклого огонька рассеивался в стороны пытаясь дотянуться до ближайших стен своим свечением. Пришедший сделал очередных несколько шагов, наконец, покидая тоннель и войдя в само помещение. Он, ступая по рыхлой, казалось недавно разрытой и утоптанной отсыревшей земле, остановился у мешающей преграды впереди себя.

– Ей! Заключенные! Проснитесь! – громко отдало эхом мужского огрубевшего голоса по небольшому помещению.

Рашлайт в руке приблизился к преграде вплотную. Мужчина принял попытку осветить находящееся за ней.

– Я к кому говорю!?

Говоривший человек со злостью ударил ногой, по нижней части, неровной ограждающей от остальной части помещения, покрытой слоем ржи металлической решётке. Раздался глухой не сильно отчетливый стук. После маленькой заминки и полной тишины в ответ его действиям – в темноте раздался звук вытягиваемого с ножен оружия. Лезвие меча запело тонкую для слуха мелодию обретенной «свободы». Удар по переплетенным металлическим прутьям решётки повторился. Звук отдал громкой луной, заглушая все возможные звуки вокруг, заложив барабанные перепонки пришедшего.

– Вы решили так мстить, чтобы я оглох? – зло спросил мужчина, повторив удары металла об метал, порождая новые неприятные звуки.

– Зачем пожаловал? – грубо отозвалась личность, находящаяся в дальнем темном угле оборудованной тюремной камеры. Голос заключенного был хриплым.

– Ваши пайки пожаловали!

На землю возле решётки, пришедший выложил две тарелки с вареными корнями растений вперемешку с мясом. В тусклом свете, больше походило на коричневую жижу.

– Я не голоден… – томно ответил заключенный.

– Как обычно! Каждый раз, высоко почитаемый маг, поет одну песню. Уже неделю ты ничего не ел, а нам ведь нужно что бы ты оставался живым!

– В горле просохло. Дай воды и проваливай, – безразлично отозвались к надзирателю.

– Коготь ты хочешь, чтобы мы вновь пошли на крайние меры? Какой ноготь оторвать Ивану сегодня? Они ведь отрастают очень долго.

Свет пал на лицо надсмотрщика. Было видно, что мужчина, предался мечтаниям предстоящих пыток, пригрозив ему.

В решётку впились руки Когтя. Он, буквально вынырнув из темноты своей камеры, оказался лицом к лицу со своим врагом.

– Пускай только один волосок упадёт с его головы!

– Будешь слушаться, то его жизни ничего не грозит. Если ты позабыл, то я могу освежить твою память.

Перед лицом Когтя потрясли связкой, на которой виднелось три пожелтевших ногтя с засохшей кровью на них.

– Пускай не сейчас…. Дерил.… но я убью тебя! Обязательно убью вас всех! – прошипел Коготь, сдерживая свои эмоции.

– Как? – Дерил засмеялся. – Вновь будешь пытаться остановить нас магией? Ты один! Нас же много. Носом! Послушно делай, что тебе говорят. Тогда все кого ты пытался спасти, включая Ивана – выживут.

По испачканной Щеке когтя провели кончиком лезвия меча. На землю упало несколько капель крови.

– Жри!

Дерил с силой толкнул деревянную тарелку ногой, перекинув её. Он скривился в лице. Ноздри Дерила от внезапного наплыва злости расширились.

– Похоже, всё же один из вас сегодня останется без еды! Винсент? Ты ведь сегодня не разочаруешь старого друга, так же, как и твой новый любимый товарищ, что так яро отказывается от лакомства?!

По полу послышалось шарканье. Кто-то полз по земле. В низу возле решётки через прутья протянулась дрожащая исхудавшая рука, взяв тарелку. Коготь отступил на шаг назад, смотря на Дерила испепеляющее, после опустив с печалью глаза на лежавшего на земле Винсента.

– Не надо…. – только и смог проговорить Коготь.

Винсент стал помогать себе второй рукой пальцами сгребая еду с тарелки. Его бил озноб. Вот первая порция пищи оказалась у него во рту. Послышались всхлипы сорокалетнего мужчины. Он сдерживался, но слёзы на щеках лились тонкими струйками.

– Правильно Винсент. Вот так, – удовлетворенно проговорил Дерил. – Так твой сын проживёт на несколько дней дольше, не став очередной пищей ордена.

– Будь проклят ваш орден и приспешники гильдий! Вам ведь помогают дворфы! Зачем вы продолжаете убивать невинных людей?! Что они вам сделали? – спросил Коготь.

– Много ли ты знаешь о власти мальчишка! – говоря, Дерил развернулся на триста шестьдесят. – Я приду завтра. Винсент, пускай ты оставишь хоть крошку! – с угрозой промолвил он через плечо.

Свет стал удаляться. Вскоре в подземном небольшом помещении стало вновь темно, а окружение наполнилось новыми и новыми всхлипами и ерзаньем по тарелке.

******

Прошло несколько дней. Агнес за всё время ожидания изрядно достала всяческими разговорами. Я пребывал в относительно радостных чувствах, что мы вскоре, если верить Вулфаиру, сможем продлить свой путь.

– В кого ты такая пошла? – немного раздраженно спросил я Агнес.

– В себя! – ответила она. – Лучше расскажи, чем ты был занят последних несколько часов?

Я вздохнул. Мне не хотелось ей рассказывать, что я уже во второй раз связывался с Розмари. Разговоры получились так себе, но я теперь знаю где именно искать всех. Розмари же схоже попала в передрягу, но находясь здесь, я не смогу ей помочь. Нужно выступать в путь, как только будет возможно.

– Узнавал куда нам стоит держать путь. Честно сказать, мне хочется уже выдвинуться, – ответил я.

– Хозяин? Ты связывался с Розмари? – влез в разговор Вулфаир.

Я только хлопнул себя ладошкой по лбу. Вот зачем он вклинился? Теперь Агнес как обычно не отстанет с расспросами. Я ведь никогда не рассказывал, как у меня возникла метка на шее. Даже намёка на это не делал. Даже будучи не в себе от действия алкоголя, схоже мне удалось умолчать о моей тайной связи с одним из членов своей команды. Слова Вулфаира были восприняты девчонкой именно так, как мне ожидалось.

– Шон? – с нарастающей интонацией в голосе спросила Агнес, посмотрев на меня из-подо лба, как будто вовсе не доверяя более ни единому моему слову.

– Ну что, – отмахнулся я, – если даже он прав, вам данные знания ровным счетом ничего не дадут! Нам просто стоит выдвинуться в дальнейший путь.

– Как вы общаетесь? Эмпатия? Все маги могут так общаться? – видя, что я не собираюсь объясняться, она продолжила: – Ну тебя! Согласна в одном, нужно выдвигаться! Мне не хочется в ЭТОТ день оставаться здесь, – сорвалось с её уст с обидой.

Её слова невольно заставили задуматься. В какой такой день? Догадки сразу нашлись. Я ведь вовсе позабыл.… Как-то выкинул такое событие из памяти, ведь ранее мной уже был вручен подарок.

– Агнес… извини… – молвил я.

– За что это ты опять извиняешься? – удивился моим словам Артур. – Ты о том, что произошло недавно? Мы ведь уже обсудили, что не осуждаем твое поведение! Всё в порядке…

Артур схоже шел по моим стопам, сделав туже ошибку. Агнес с обидой ещё больше насупилась.

– Можешь ко мне дотронутся. Но только сегодня! – прорычала четырехлапая морда, схоже достоверно зная, о чем идёт речь.

Артур перекинул на него взгляд, не понимая внезапную смену в поведении зверя.

– Не нужно мне ваших подачек! – передразнивая Вулфаира, прорычала Агнес со злостью пытаясь быть голосом схожей с ним.

Артур непонимающе принялся вращать головой, переводя взгляд на каждого поочередно. Схоже только он не понимал, что происходит вокруг.

– Ну, я ведь извинился, – стал отстаивать хотя бы себя я.

Я подошел к другу и шепнул:

– Кто-то сегодня повзрослел ещё на год…

– Видеть вас не хочу, – Агнес демонстративно развернулась от нас в попытке уйти, однако пещера не была столь великой. Идти было некуда, только в направлении выхода, откуда мы прибыли, куда ход пока был вовсе закрыт.

Друг на меня с удивлением посмотрел. Я лишь в ответ утвердительно кивнул, что не ошибся. Всем из нас было известно, что вскоре у Агнес должна была наступить памятная дата, что припадала именно на сегодня. Мне тоже осталось ждать несколько месяцев к двадцати четырёхлетию, но я как Агнес, после своего восемнадцатилетия не придавал этому дню столь великое значение. Лишь становление на год старше и напоминанием о грузных событиях начавшейся моей тяжелой жизни.

– Сколько ей? Восемнадцать? – шепотом переспросил Артур у меня, вполне зная ответ сам.

Я вновь кивнул. Ведь точно, Агнес сегодня исполнялось ровно столько же, сколько было мне в день инициализации. Я с тревогой взглянул на неё. Да нет… Такого не должно быть! Просто стечение обстоятельств, не иначе. Она ведь с другого времени, откуда в ней взяться магической энергии. Магия появилась задолго после её появления на свет. Я махнул головой, отбрасывая столь абсурдные мысли. Ранее о таком я даже не мыслил.

– Изначально, я хотел сразу отправиться в путь. Однако, Агнес у меня кое-что есть для тебя, – не ожидая её реакции, я воспользовался пространственным кольцом.

Подул слабый ветер вокруг моей руки. Пространство схлопнулось. Я разжал кулак, но Агнес не оборачивалась к нам лицом. На моей руке в тусклом свете фаерболов я стал держать небольшой предмет, что был не чем иным как украшением, раздобытым в её мире.

– Браслет? – так же шепотом спросил Артур, видя в свете фаерболов, что именно я держу в руке, добавив: – От меня ничего не мог прихватить? Ты ведь уже презентовал ей подарок на днях.

Он задумчиво на меня посмотрел.

– Сам выкручивайся.

Артур от моих слов поник на лице. Видимо он действительно сильно запамятовал из-за нашей суеты перед отправлением в моё время, совсем не подготовившись к этому моменту. А ведь на этом дне был сделан акцент, когда мы выпивали напоследок в двадцать первом веке. Видимо из-за дальнейших событий у Артура вылетели эти знания из головы вовсе.

Я же не спеша стал продвигаться с немного вытянутой рукой впереди себя к Агнес, сокращая дистанцию шаг за шагом. Я остановился сбоку от неё. Она попыталась сделать вид, что всё ещё обижается, пытаясь повернуть лицо от меня в противоположную сторону. Ведь могли хотя бы вспомнить и поздравить словесно, но мы не удосужились даже на это. Видя реакцию Агнес, я остался настойчив, даже не подумав об элегантности. Пришлось, пользуясь своей скоростью схватить её за руку и буквально вложить в её ладонь свой очередной подарок. Она хотела тут же выбросить его. Стараясь быть не сильно грубым, я сжал её пальцы в кулак, немного придержав руку от столь поспешного движения. Агнес даже не пискнула. Резко отдернув руку, она отошла в сторону, зло всмотревшись в мою фигуру. После всё же принялась смотреть на содержимое, перекочевавшее в её сжатую в кулаке ладонь. Она взяла двумя пальцами содержимое, с опаской вытянув перед собой, спросив:

– Что это?

Я добавил ещё несколько фаерболов кружить над головой, осветив пространство, добавляя ещё больше света. Все смогли увидеть блестящую переплетенную короткую висюльку на первый взгляд.

– Позволишь? – я неспешно протянул к ней руку.

Агнес всё ещё истощала всем своим видом недовольство, но протянула мне держащее в руке.

Сделав к ней шаг, я осторожно взял браслет и неспешно принялся одевать его на туже протянутую руку. Когда мне удалось справиться, Агнес всмотрелась на сложные переплетения украшения, лишь в этот момент, заметив маленькую подвеску синего цвета в форме капли, что был аккуратно прицеплен к основанию одного из звеньев браслета. Подвеска была схожа с драгоценным камнем, однако невообразимо искусно раздвоенная надвое в длину. Сразу не поняв предназначение столь странного строения подвески, Агнес щелкнула имевшейся неприметной защелкой, отворив верхнюю крышку, что скрывала полость внутри.

– С восемнадцатилетием. Я с Артуром не знал, что тебе будет по вкусу, потому сошлись на украшении. Девушки ведь любят такие безделушки.

Говоря, пользуясь моментом, я подмигнул Артуру. Он лишь удивленно покачал головой, не зная согласиться с моими словами или нет. Я предоставил товарищу шанс выбраться из неловкости. Судя с реакции, Агнес его забывчивость может долго не простить!

– Вот почему вы шептались…. Спасибо, – расстроено проговорила она, хоть я не совсем такой ожидал реакции.

Я кивнул Артуру, надеясь, что он, наконец, выйдет со ступора и хоть что-то скажет! Неловкость и совсем не радостное настроение Агнес меня немного напугала.

– С именинами… – выдавил из себя он.

Я взволновано на него посмотрел, мысля: не перемудрил ли я с подарком. Друг лишь пожал плечами. Оно и не мудрено, он не мог видеть с несколько метров содержимое полости столь маленькой подвески. В средине скрылась совместная фотография её матери, тетушки Лилит и самой Агнес ещё малюткой. Пускай изображение было очень малым, но отчетливым. Я надеялся, что такой подарок обрадует нового члена моей команды, но схоже прогадал, лишь расстроив девушку.

– Тебе не нравится? – неуверенно спросил я у неё.

– Спасибо… – не ответив на мой вопрос, Агнес на всех парах кинулась к Вулфаиру, утопившись лицом в его мехе, зарыдав.

– Что? Нет! Я не настроился! – было дернулся с места наблюдавший всё время молчаливо Вулфаир. Расслышав своими острыми ушами начавшийся плач, он прорычал: – Ладно… только в этот раз...

В мою же сторону четырехлапый оскалился. Схоже он обвинил меня в том, что ему внезапно довелось оказаться подушкой для рыданий.

– Шон во что ты опять меня ввязал? Что внутри синей капли? – шепотом спросил Артур, пытаясь понять начавшуюся сырость на лице подруги.

– Фото дорогих ей людей… – так же шепотом пояснил я, будучи немного встревоженным поведением Агнес.

– Достойно! Кх-м. Тогда незачем тебя ругать. Думал, ты очередной раз меня втянул в авантюру, а я по незнанию сам в неё попал. Но в следующий раз, хотя бы предупреди, – попросил он всё так же шепотом.

– А ты подготовься сам к такому дню и не будь забывчив! Да и я ведь не ожидал такой реакции…

Он промолчал. Я потушил все фаерболы, оставив лишь один, что бы Агнес не смущало, что все видят её женскую слабость столь отчетливо. Я начинаю уже привыкать к столь эмоциональному поведению Агнес. Она никогда не скрывала своих чувств. Что её поведение не показушное, я был уверен.

Я решил не терять времени зря в ожидании пока Агнес успокоится. Пока Артур стоял ступором, не зная куда себя деть, я решил разведать обстановку в той части переходов, откуда мы пришли.

Прежде чем выдвинуться пришлось повозиться, чтобы оставить сотканный фаербол из манны над головой друзей, чтобы не оставить их без освещения. У них не было приспособленного зрения к темноте как у Вулфаира или вампирских способностей как у меня.

Вскоре я стоял уже у знакомого места, по которому мы взбирались. Смотря сверху, я отметил, что спуститься будет проще. Всё же спрыгнуть легче, чем подняться на такое расстояние. Ловко спустившись, я прошел уже по знакомому перешейку. Под ногами начали встречаться лужицы застоявшейся меж камней воды. Ступать пришлось осторожно, так как вода отдавала зеленевой. Для эксперимента я опустил в воду кусок вяленого мяса. Жидкость забурлила, покрывшись мелкой пеной, оставив в моих пальцах лишь кусочек длинной мясной полоски.

Даже представлять не хочу, что бы было с нами останься мы на поверхности. Это не что иное, как кислотная субстанция!

Медленно ступая, я преодолел путь, в конце концов, увидев заветный свет, просачивающийся в темный пологий тоннель снаружи. Как и прежде всё вокруг имело серый окрас. Плотные небесные грозовые тучи добавляли темноты. До этого летавший пепел в воздухе бесследно пропал, а земля немного паровала, сея по поверхности мелкий туман – схожий с теми, что я видел некогда на болотах. Хоть подозреваю это не так, его попросту прибило к земле смертельными каплями. Я вышел на поверхность, вновь ощутив сдавливающий тяжелый воздух в легких. Поверхность всё ещё была отсыревшей. Стопы странно неистово запекло. Будто прошелся по раскаленному углю. От внезапности таких ощущений я запрыгал на месте, вмиг оказавшись вновь на небольших камнях у входа под землю. Не желая терпеть боль, пришлось в скором темпе скинуть с себя обувь. Подошва оказалась проедена в некоторых местах и вся скукоженная.

Я вспомнил одинокий цветок, что прорастал во всём этом хаосе. Как он вообще мог расти в таких условиях? Останься я сейчас на мокрой покрытой пеплом земле, скорее остался бы без стоп, получив за короткий миг ожоги в лучшем случаи! Двигаться к Розмари придётся медленно.… Очень медленно! Схоже вновь без магии не обойтись. Поможет заморозка окружения или же испарение остатков влаги с поверхности под ногами. Другой идеи за столь короткое размышление я не придумал.

Хорошо, что у меня есть кольцо подаренное Мигдалем. Мысленно пошарив в кольце, по моему желанию раздался хлопок в пространстве. Переобувшись, я запустил испорченную обувь далеко в полёт. Движение по такой поверхности очень усложнит дальнейшее путешествие. Когда мы прибыли в это время такого эффекта не было. Остается надежда, что кислотная поверхность эффект не постоянный и является временным явлением.

Воздух в пространстве как будто всколыхнуло звуковой волной, отдавая давлением манны где-то в стороне. Ощущения были сбивчивы и мало ощутимы. Я так и не смог проследить, откуда происходил всплеск манны.

Я принялся возвращаться к друзьям. Стоит рассказать им увиденное. Ещё не хотелось натыкаться на неизведанное. Всплеск манны здесь не просто так! Местность для меня скрывала много тайн. Может, пробудь я здесь несколько месяцев, то происходящее столь не удивляло бы.

У меня теплилась надежда, что Вулфаир сможет предложить более действенные способы передвижения. Он ведь здесь явно не первый день, а значит, сумел приспособиться даже к такому. Не думаю, что идея забрести в пещерную пустоту под землёй, в которой мы оказались, ему пришла спонтанно.

Вернувшись, меня встретили всем своим видом обеспокоенный Артур.

– Со мной всё хорошо. Я лишь разведал обстановку. Незачем смотреть на меня с таким видом, – обратился я к нему.

Мне надоело смотреть на тусклое свечение фаербола. Прошептав про себя слова, я наложил на всех заклятие «окайрин». Я часто заморгал, привыкая к новым уже почти позабытым ощущениям данного заклятия. Это будет действенней, нежели свет пламени одного из убийственных шаров. У меня имеются и другие способы упростить себе жизнь в темноте, друзья же просто люди и не обладают исключительными способностями.

– А-а-а-а, – вдруг закричала Агнес.

– Что? Что случилось? – озабоченно отреагировал Хейз, начав её ощупывать, убеждаясь в её целостности.

– Опять! Это случилось опять… – взволновано, закричала Агнес.

– Я тоже вижу всё как ясным днём! Я тоже стал магом? – вдруг спросил у неё Артур.

– Кем ты стал? – непонимающе спросил я, не сразу приняв значение его слов.

Ранее я никогда не использовал на друзьях данное заклятие. Схоже сильно этим удивив.

– Магом… – растеряно констатировал он, вглядевшись в меня.

– Я всего лишь наложил на вас заклятие для улучшения зрения. Надоела темнота просто. Фаербол же плохо справляется со своей задачей, – пояснил я.

– Но Агнес ведь… постой… я не маг значит? – Артуру вёл себя подозрительно.

– С чего бы тебе им быть? Просто моё заклятие. Извините, что не предупредил.

– Но я ведь, только что… Артур ты ведь видел? – растеряно обратилась Агнес к нему.

Меня радовал уже тот факт, что её настроение пришло в норму. Уж больно она впечатлительная особа и любит порыдать. Ведь когда она узнала, кто убил её маму, мне тогда сдавалось, она станет в разы жёстче. Однако схоже пока ещё не настал этот момент. Девушка есть девушкой – оно к лучшему.

– Видел что? – спросил я.

Друзья внезапно замолчали. Вулфаир в стороне раздражительно заурчал, принявшись облизываться. Я кратковременно перевёл на него взгляд, ожидая ответа. Видимо он пытается смыть с шерсти остатки девичьих слёз.

– Огонь! – Агнес выставив руки, внезапно закричала. – Вода! Огонь! Воздух!

– Что ты делаешь?! – встревожился я.

– Я только что сияла, некой синевой… я просто подумала… я…– принялась оправдываться Агнес.

Артур утвердительно закивал на мой не высказанный вопрос. Этого просто не могло быть! Как? У меня не укладывались слова девушки в голове!

– Ты уверенна? – на всякий случай задал я вопрос. – Может вам привиделось!?

– Я бы начал понимать, если бы сходил сума, – закачал головой Хейз.

Всё ещё не веря сказанному, я использовал одно из первых обученных заклинаний у своего наставника пытаясь рассмотреть потоки манны в пространстве. Оглядевшись, манна как обычно из пространства хлынула немалым потоком к силуэту Вулфаира. Артур на общем фоне выглядел серо, но Агнес удивила. Вокруг неё манна неспокойно бурлила. Была видна не сформировавшееся ещё аура мага. Я разволновался. Ведь только недавно уверял себя, что это попросту невозможно. Но всё вокруг указывало на то, что Агнес маг!

– Как ты себя чувствуешь? – обратился я к ней.

– Чувствую некую легкость в теле. Что со мной? – взволновано, спросила она.

– Похоже, тебе удосужится испытать чувство колдовства… – ответил я.

До этого во мне бурлила сила и желание отправиться в путь, но после увиденного я смог лишь устало сесть неподалеку. Я был уверен, что сейчас хлынет множество вопросов.

– Ты серьезно? – чуть не подпрыгнув на месте от радости, переспросила она, не доверяя моим словам.

– Вокруг тебя все признаки произошедшей недавно инициализации, – я сделал паузу, продолжив, – Агнес – ты маг!

– Кто? Маг? Ура! – заликовала она. – Я смогу колдовать так же, как и ты? Я…

– Агнес! – перебил я её. – Не вижу ничего хорошего. Быть магом в моем времени не привилегия, а вечная борьба за жизнь. Разве ты забыла о том, что я рассказывал? Да и не раскатывай губу, тебе даже до моих знакомых в магической выучке далеко! Что уже говорить обо мне. Прежде чем колдовать, научись для начала контролировать себя, не говоря уже о потоке манны, – укоризненно посмотрел я на девчонку, вспоминая её недавние бесконтрольные слёзы.

Когда-то я был не лучше, но у меня хоть не было присущей такой сильной наивности. Мы ведь не на прогулке, чем раньше она это поймёт, тем лучше.

Закрыв глаза, про себя я подумал: правильно ли я поступил, взяв её в свое время. Иногда из-за её пытливости и чрезмерной любви к магии, мне хотелось, чтобы Агнес была магом. Однако такие мысли я быстро прогонял. Магия, очень сложная наука!

Как я понял, то Китти жива и хаос, царящий здесь, не коснулся её местонахождения. Узнай она про появление нового мага, то обрадовалась бы. Кроме того, в предстоящей войне, даже маленькая крупица силы может стать решающей. Пускай Высший мёртв, но найдутся другие сродни ему, пока люди не изменят свой способ мышления установленный годами.

– Шон. Ты как обычно. Полегче нельзя? – нарушил моё уединение Артур.

Я, открыв глаза, обвёл всех взглядом.

– Как бы то ни было. Агнес, с этого дня тебя ожидают невыносимые тренировки. Я не шучу, – сдвинув брови, с серьезным видом взглянул я на неё. После, добавив. – Никогда не думал, что обзаведусь учеником. Нонсенс!

– Буду рада учится! – глаза Агнес, как и прежде сияли от счастья. Она шуточно отдала мне честь, рукой приложившись к виску.

Далее Агнес засыпала меня множеством вопросов. Нехотя, но пришлось вдумчиво отвечать. Была бы моя воля, я бы приставил столь пытливого новоиспеченного мага к Мигдалю. Это он любитель воспитывать незрелых учеников. Я же мало представлял, с чего требуется начать. Виски начали пульсировать от внезапной головной боли.

– Я хоть магом не стану? – опасаясь, спросил Артур, перебив не прекращающийся поток вопросов Агнес.

– Не должен. Думаю, будь ты магом, мы бы уже давно узнали. Я сильно удивлён, что вообще Агнес маг! – констатировал я, успокоив его.

– Зря! Это же прекрасно! Артур… ты… просто не понимаешь! – принялась Агнес переубеждать его.

– Агнес, не все как ты мечтают стать разыскиваемыми преступниками, – огорошил её я, ответив вместо Артура.

– Это почему я преступница? – надула она губы.

– Потому что в этом мире такой уклад! Ты меня вообще слушала всё это время? К кому я говорю! – я вздохнул. – За что мне такой ученик – горе-беда!

Агнес демонстративно обиделась, заложив руки перед собой, внезапно замолчав.

– Не кипятись Шон. Она остепенится. Мыслю, просто у неё сбылась скрытая мечта. От того у неё столь бурное поведение, – подметил Артур. – Как там наверху? Уже можно выходить на поверхность? – перевёл он тему разговора.

Я с легкостью поддался смене темы. Разговоры о магии начали удручать. В какой-то веке я возрадовался, что Агнес себя так повела и хоть на краткое время наступило молчание с её стороны.

– Можно было бы выдвигаться, если бы не одно, но…

Артур вопросительно на меня посмотрел. Даже Агнес как мне показалось, проявила интерес к моим словам, что не были вовсе про магию.

Я продолжил:

– Поверхность сейчас опасней чем когда мы только здесь появились. У меня имеется только надежда на скрытые знания Вулфаира в данном аспекте, – я перекинул взгляд на зверя.

Четырехлапый, наконец, обратил внимание на моё появление в пещере должным образом. Ведь он видел, что здесь происходило в моё отсутствие, и мог проронить хоть одно слово! Однако с последней ссоры мы так и не разговаривали. Очередной раз, облизав языком морду, он молвил:

– Мне нечего вам рассказать, – отчеканил он.

– Поверхность сейчас кислотная в буквальном смысле. Ты же как-то передвигался всё это время в данных местах! Разве ты не знаешь, как нам быть с этим?

– Научись летать, – спокойно ответил он мне.

– Об остальных подумал? Издеваешься?

– Возможно, – не обращая на меня более внимания, он широко открыл пасть – зевнув.

– Вулфаир! – зло воскликнул я.

– Шон Вулф! – прорычал он устало, как будто я очередной раз донимаю пустяками.

Мне осталось только удивиться тону. Совсем не мог понять, он на меня в обиде или его слова были вполне серьезны, вот только я не воспринял его слов должным образом.

– Была бы не прочь научиться летать, – вклинилась Агнес, проговорив с немалым интересом в голосе. Вот кто из нас был действительно отчасти ребёнком, так это она.

– Можешь и не мечтать. Даже мне такой магии неизвестно! – фыркнул я, раздраженно спуская на ней пар, чтобы не взорваться внезапно на Вулфаира.

– Жаль, – поникла она.

Вулфаир делая вид, что он глубоко в раздумьях с усиленным интересом всматривался в свою лапу, периодически полируя её языком до блеска. Его поведение начинало раздражать. Такие повадки зверя мне довелось не раз уже видеть, ещё находясь в Нью-Йорке. В памяти начали всплывать догадки.

– Разве ты не должен помогать? – задал я ему вопрос, так как зверь начал меня попросту донимать своим поведением.

Реагируя на мои слова – в меня тут же уставились два больших звериных глаза, как будто просканировав насквозь.

– Так же, кто-то должен быть командиром, а не давать повод к тревогам очередной раз, – ответил он мне в тон.

– Что ты подразумеваешь?!

– Разве ты не должен иногда думать сам? Не устал полагаться на окружающих? Разве своей головы нет?

– Вулфаир! Да что с тобой? – сделал я вид глубокого непонимания происходящего.

Я, наконец, разгадал, что последует далее, но принялся играть роль до конца, подыгрывая хитрому пушистому комку!

– Ты в своем времени. Именно ты!! Именно на тебя полагаются все. Вулфаир то, Вулфаир это! Да у меня есть знания! Но ты всегда был на шаг впереди всего! Ты об этом забыл? Возьми уже себя в руки! Сколько раз тебе ещё это напоминать? – у четырехлапого был непривычно отцовский тон.

– Всё?

– Что… – опешил от резкого вопроса Вулфаир.

– Говорю: ты всё? Сделал напутствия? – с серьёзностью в голосе проговорил я.

– Да… – стушевался он.

Было смешно, как столь громадный зверь опустил виновато уши перед хрупким человеком, пытаясь мордой, устремится как можно ниже к земле.

– Так вот, я не забыл об этом всём! Не переживай. Спасибо конечно, но это было лишним. Вулфаир! – четырехлапый друг встрепенулся. – Не пугайся ты, остальные неправильно воспримут тебя. Ты же королевский зубчатый кот! Притворщик! Я просто пытался быть рационален. От меня и так многое зависит. Думаю, ничего плохого, если в чем-то я стану полагаться на остальных.

Вулфаир вновь сменился вмиг в поведении:

– Ты… всё?

– Я что? – не уследил я сразу его резкую смену поведения.

– Говорю: ты всё? Спасибо конечно, но это было лишним! Не переживай. Мои предки не перестанут гордиться своим потомком, – он кратковременно замолчал, продолжив, – королевским зубчатым котом! – схоже он догадался смене в моем поведении.

Агнес и Артур только успевали переводить взгляд, вслушиваясь в наши слова не совсем понимая, что происходит.

Это была наша давняя игра. Изредка, мы приводили друг друга в чувство. Обычно, это всё происходила спонтанно, но без сторонних наблюдателей. Со стороны могло показаться, что мы ссоримся или же очень близки к этому. Однако – всё сказанное, было лишь с целью приободрить и напомнить суть дел.

Мы засмеялись, переведя на немного испуганные глаза двух никогда не видевших такой сцены друзей. Кому вздумается ссориться с столь устрашающим зверем?

– Извини. Не удержался. Проверял в порядке ли ты, – обратился ко мне Вулфаир.

Я лишь кивнул, жестом огласив, что он может более не переживать повторения моих грузных мыслей.

– Так что? Ты знаешь способ преодолеть препятствия? – продолжил я, как будто до этого не произошло меж нами столь странного разговора.

– Не совсем. Как ты заметил, я предпочел спуститься сюда, нежели остаться на поверхности. Двигаться по такой поверхности у меня получалось лишь с помощью магии хождении по воде. Задействовав свою магию, мне удавалось безболезненно ходить по такой поверхности. Но в нынешних обстоятельствах, придется ожидать, пока почва немного не просохнет, – прорычал он.

Видя, что Агнес и Артур не понимают, о чем мы, я поведал о том, что смог выяснить за короткую прогулку.

– Значит, ещё некоторое время остаемся здесь? – спросил Артур.

– Видимо придется немного переждать. Я давно овладел заклинанием, о котором говорит Вулфаир. Как оказалось, это я придумал способ передвижения по поверхности воды, которым он поразил меня при первой нашей встрече. Хотя, сейчас не об этом. Вулфаир может понести одного из вас, если пожелает. Я могу двигаться сам. Но что делать оставшемуся?

Все как один вгляделись на Артура.

– Постойте! Почему сразу решили оставить меня? – возмутился друг.

– Потому что нужно заботиться о маленьких и беззащитных, – запела довольно Агнес, улыбаясь. Последние события сложились в благоприятном для неё русле, что отпечаталось на её лице. Новость о том, что она маг отбросила все грузные мысли девицы.

Она подошла к Вулфаиру. Немного замешкалась, но после уверенно начала гладить его по холке. У четырехлапого задергался уголок правого глаза от удовольствия. Он усиленно пытался сделать вид, что ничего не чувствует, но более заметное подергивание усов выдавало его с потрохами. Его длинные передние как смоль клыки и довольная морда не очень сочетались. Я привык к более грозному виду зверя, когда он принимал свой настоящий рост.

– Предатель! – всматриваясь на Вулфаира, проговорил Артур.

– Спелись, – подметил я, с ехидством смотря на Вулфаира, спросив, – как же твои пафосные слова: не смей меня трогать или подходить?

Четырехлапый почти-что замурчал под натиском движений пальцев Агнес. Под моим пристальным взглядом зверь разнервничался. Он внезапно отстранился от неё в сторону. Было видно, что ему это стояло определенных усилий.

Я не видел в этом ничего такого, но мой взгляд и вопрос видимо Вулфаиру сильно не нравился.

– У неё ведь сегодня такой день… Вот я…– начал оправдываться он.

Нам было ясно его поведение, но мы лишь молчали, сдержав смех, чтобы не ставить его в неловкое положение. Это могло сильно ранить чувства зверя. Он ведь королевский зубчатый кот! Сильный, непоколебимый, устрашающий! При первой моей с ним встрече, я и подумать не мог, что зубчатый кот, с которым я буду знаком, окажется столь: приветливым, добрым и неимоверно надежным!

Чтобы не выдать свои мысли перед ним, я слегка отвернулся лицом от всех, скрывая лицо в тени. Наверное, в этот момент на моем лице можно было бы прочесть черты благодарности.

– Как вы вообще познакомились с Вулфаиром? – задала вопрос Агнес, не одобрительно смотря на зверя из-за того, что он отстранился от неё.

Делать было особо нечего, потому я принялся рассказывать, не забыв упомянуть про изначальную хорошую актерскую игру зверя. Ведь он вовсю делал вид, что мы вовсе не знакомы. Я рассказал то, что сам знал. Как мы познакомились ранее до этого момента, который помнил сам и где именно произошло это знакомство увы мне известно не было. Как я уже понял четырехлапый сам никогда не расскажет. Надежда лишь на то, что всё же когда-то мне удастся вернуть хоть часть воспоминаний.

В разговоре время начало течь немного быстрей, но недостаточно. Моё терпение начинало истощаться.

– Потом он начал говорить о долге расплаты с главарем морозных обезьян и отбросивши одного из недругов, прыгнул….

– Вы слышали? – внезапно перебил меня Артур.

– Ты о чем? – недовольно спросила Агнес.

Она всё время сидела, тихонько слушая мой рассказа, Артур же перебил славную сказку на полуслове.

– Странное скрежетание и глухое постукивание?

Я прислушался. Почти был уверен, что в безжизненном месте мы стопроцентно одни. Что за шум? Неужели вновь пошел дождь?

Шум исходил из внешней части пещеры, как будто кто-то пытался взобраться во внешнем тоннеле на наш уровень пещерного перехода, преодолев высоту в четыре метра. Действительно, слух Артура не подвёл. Неподалеку, что-то происходило невнятное.

– Тише… всем молчать, – предостерег Вулфаир.

Он вжался к земле, затаившись. Его дыхание стало вразы ровней. Он как будто приготовился к охоте на оленя – выжидая. Все лишь проследовали его примеру, застыв на месте в том положении – котором находились изначально при разговоре.

Шум начал стихать и спустя десять минут вовсе прекратился.

– Что это было? – полушепотом поинтересовался я у своего четырехлапого товарища.

– Тише…

С прохода в некоторой отдаленности от нас звук вновь усилился, реагируя на издаваемый мною шум.

Косо смотря на зверя, я не выдержал воцарившегося бездействия. Что это за шум?!

Задействовав свои нечеловеческие способности, я слился с вампирским «я». Всё вокруг привычно замедлилось. Мой слух уловил отточенное бойцовское дыхание Артура и сбивчивое немного нервное дыхание Агнес. Я не ощутил лишь Вулфаира, отметив про себя, что только он является истинным хищником с нечеловеческой силой и дюжинной тренировкой сливаться с окружением. Лишь спустя несколько секунд я сумел сообразить, что дыхание Вулфаира повторяло звуки падающей капли воды со свода пещеры. Его дыхание начиналось и растворялось вместе с еле уловимым звуком невесомого полета и тихого «ляп» об небольшую лужицу на земле. В данный момент я даже захотел быть похожим на зверя. Его концентрация поражала.

«Клац» – послышалось в стороне. Что-то с грохотом шумно принялось катиться, издавая звуки, схожи с ударами камня по полому дереву.

Я, пытаясь контролировать дыхание не хуже Вулфаира, стал неспешно продвигаться к источнику шума.

Спустя секунду, я прирос взглядом в одно место, смотря сверху вниз.

Мои зрачки округлились от увиденного. Я тут же сместился всем телом к близ расположенной стене, пытаясь слиться с ней воедино, проделывая всё беззвучно.

Такого врага я видел впервые. О том, что это был враг, сомнений быть не могло! Моему взору предстала дюжина движущихся скелетов. Видимо их было больше, так как глухие звуки нечто падающего продолжались, отдавая эхом по подземному пространству вокруг.

Наблюдая с помощью недавно наложенного заклятие «окайрин», мне было видно каждое движение недруга. Эти тёмные эфемерные скелеты прекрасно чувствовали себя в темноте. Оставалось загадкой, как с помощью их пустых зениц можно вообще ориентироваться в такой темноте. Я не заметил не единого глазного яблока или намека на человеческие глаза. Кости казались давно обглоданными зверьем и необычайно иссохшими. Крепились части костей одна к одной странным образом. На вид казалось, будто сам воздух служил в качестве крепления суставов. Только изучив магический фон вокруг, стало понятно, что всему виной является дюжинное количество манны. Присмотревшись, я подметил, что всё же скелеты некогда были людьми, и они не являются сугубо продуктом магии. На костях были присущи рваные тряпки, что скорей были некогда одеждой. Один из костяных скелетов заметно выделялся имеющейся обувью, легкой кольчугой, изодранной шляпой на черепушке и саблей, висящей на боку. Данная особь из имевшихся вела себя заметно осторожней. Походило на то, что это был их предводитель, обладавший немного большим интеллектом, нежели остальные. Несколько скелетов имели колчаны со стрелами наперевес позади и с древками луков в костяных пальцах. Скелеты-лучники стояли позади всех, периодически клацая челюстями, как будто от недовольства. Из-за отсутствия обычной человеческой оболочки из мышц, мяса и кожи – кости издавали неприятное еле уловимое постукивание друг об друга.

Я созерцал своими глазами нежить впервые. Костяные руки жнеца не оставили и немного сравнимого впечатления с увиденным сейчас. Только Мамон мог быть источником такой магии. Если бы не виденная выжженная пустошь сверху, то я бы ещё мог предположить, что такой магией владеет обезумевший маг, схожий повернутым умом с Высшим. Но сейчас – я даже не сомневался в скорых выводах: склонности в пользу демона.

Так как я использовал свое второе «я», костяные останки людей были мало подвижны, будучи очень медлительны.Хотелось жахнуть по ним магией, но почему-то я чувствовал, что магия здесь мало чем поможет. Спускаться же вниз, чтобы показать физические способности, я не думал. Даже если мною будет одержан верх в неравном бою, то путь на поверхность нам все равно пока закрыт.

Не мешкая, я вернулся к друзьям, будучи счастливым, что к нам взобраться скелеты не могут. Вулфаир пускай немного и замедленно, но вгляделся на мою рядом возникшую фигуру. Лишь он сообразил, что я осуществил вылазку. Мгновение и время для меня вновь пошло своим чередом.

Сливаться со своей вампирской силой подаренной некогда Розмари вошло в привычку. Ныне я мог подолгу находиться в таком состоянии. Видимо предполагалось, что я буду пользоваться подаренными силами выборочно: острым слухом, недюжинной силой, реакцией, зрением, выносливостью и сродными качествами, принадлежащими лишь роду вампиров. Но тогда никто и предположить не мог, что я сумею развить подаренную мне силу настолько, чтобы овладеть полным слиянием со вторым «я» присущим лишь вампирам, при этом буквально останавливая на краткий миг течение времени вокруг себя. Для обычного нетренированного человека моя скорость покажется магией – не что иное, как телепортации с места на место. Хоть это и не так.

– Успокоился? – прорычал четырехлапый товарищ.

– Более чем… хоть и возникло множество вопросов, – шепотом ответил я, пытаясь более не обращать на приглушенные звуки копошившихся недалеко в переходе.

– Ныне весь материк кишит существами с нижнего мира. Не видел смысла ранее расстраивать вас наперёд. Такое нужно узреть своими глазами, – пояснил четырехлапый.

– Ты извечно немногословен в таких вещах…. – недовольно подметил я.

По звуку, снова нечто скатилось. Я лишь сощурил недовольно глаза. Как долго нам теперь ожидать, пытаясь не подавать звуков? Пока вся нежить от тупости не скатится по крутому резкому спуску вниз?

Агнес кивнула в сторону неизвестных ей звуков, покосив взгляд, задав безмолвный вопрос: что там?

– Нежить… ходячие скелеты, – кратко пояснил я.

Артур и Агнес всмотрелись мне в лицо, пытаясь сообразить, не шутка ли прозвучала с моих уст. «Хотели мир магии, вот он вам – во всей красе» – с ехидством подумал я.

Приложив указательный палец к губам, я призвал очередной раз к тишине, о которой так просил зверь…

Глава 6

У тебя есть враги? Хорошо. Значит, в своей жизни ты что-то когда-то отстаивал.

Уинстон Черчилль

Глава VI

Мне удалось спуститься ещё на этаж ниже по имевшейся лестнице на внешнем пятом кольце второго яруса здания сокровищницы дворфов.

Спуск по лестнице оказался до жути смертельным. Примерно, когда я была на середине пути, позади меня раздался грохот, как будто произошел горный обвал. К моему удивлению, это оказалась всего лишь очередная задействованная ловушка. На меня попросту скатывался неимоверных размеров валун, заполняя собой всё пространство хода. На тот момент пришлось забыть всю осторожность, сломя голову устремившись вниз боясь быть расчавленной. Впервые тренировки бега были поистине полезными не только для обретения выносливости. Ловушка казалась наивно простой, но очень устрашающе действенной. Все отправленные в панике фаерболы отлетали от валуна, так же, как и от ограждающей меня от Мериель стены. Лишь вампирская прыть и скорость помогла выжить в тот момент.

Забежав на нижний ярус мне особо, не было времени изучить всё вокруг, пробегая как можно дальше от входа. Я думала, что смертельный шар закатится на этаж, настигнув меня. Но этого не произошло, он рассыпался на немалые части у входа, отгородив мне путь наверх.

Когда я опомнилась, переведя дух, то сообразила, что нахожусь в центре внешнего пятого кольца третьего яруса подземного здания. Дальше начались новые странности. Я вовсе не заметила сразу изменений окружения, забежав на этаж столь стремительно. Пол и высокий потолок этажа был схож с окаменевшими морскими волнами, пространство же стало вразы больше. Осторожно продвигаясь вглубь помещения, порой сновало чувство, что на меня вот-вот сейчас упадет очередной громоздкой стеллаж со всем содержимым или же просто на голову упадёт потолок, стремительно на глазах устремляясь резко к полу. Пространство было невообразимо искажено. Сообразить не могла как стеллажи, будучи в таком положении накрененными под градусом, вообще стоят, не завалившись на бок. Предметы же, на полках, стали более утонченными на вид. Хоть здесь не было ни единого живого человека, но пыль отсутствовала напрочь. Видимо чистота в данном месте была частью магии защитного механизма. По пути начали встречаться каменные статуи гномов, схожие с теми, что я уже видела на арене «Воителей». Все каменные гномы стояли по струнке, имея кованые топоры в руках, будучи облачены в однотипную броню. На лицо они все были аналогичны, что удивило. Ранее виденные мной статуи в городе Депеш имели отличительные черты в лицах, сейчас же различий не было вовсе. Как будто это была одна и та же самая статуя многократно раз скопированная.

Минуя подозрительные на вид скульптуры, двигаясь по каменных волнах – вверх и вниз, с трудом удалось отыскать стену, ограждающую от четвертого кольца данного этажа. Даже стена впереди на вид перестала быть закругленной, приняв волнообразное неправильное строение.

Сделав новый шаг вперёд, подсознательно почувствовав опасность, я в перекате отскочила в сторону уклоняясь от очередного смертельного фаербола. Оказавшись на новом месте, пришлось вновь сместиться, чуть носом, не зарывшись в пол из-за резкого спуска на волнообразной поверхности. Над головой вновь пролетел смертельный сгусток энергии, раздав в стороне неприятный хлопок встречи заклинания и мешавшего ему на пути.

Что бы выжить, за последние полчаса мне уже раз пять пришлось доказывать себе, что мое тело очень гибкое. Делая каждый раз несколько шагов, приходилось вновь и вновь изучать пространство на наличие магического фона. Даже так, зная, что впереди есть магия другого выбора, как идти данным путём не оставалось. Всё вокруг было пропитано манной. Где-то больше, где-то чуть меньше. Ух, если бы знать, как выключить все эти смертельные ловушки или же способ вернутся назад к Мериель – было бы враз спокойней. Что такого гномы сохраняют в сокровищнице от посторонних глаз, что напичкали каждый сантиметр ловушками, остается для меня загадкой. Я даже не уверенна, что если спущусь ниже смогу найти столь долгожданный выход наружу с загадочной сокровищницы. Может вовсе стояло остаться на месте в ожидании помощи других старейшин, более опытных, чем Мериель.

Очередной раз, увильнув от гибельного заряда, мысль о моей неразумности посещала всё больше. Самочувствие у меня было так себе. Все вина плохой сон. Что-то мне подсказывало, что отдохнуть я смогу ещё не скоро. От этого моя реакция была немного приторможенной. Но именно данное состояние заставляло быть более внимательней к окружению и таящейся опасности на каждом шагу.

В поиске прохода дальше, по первым мыслям мне хотелось уже как обычно проследовать вдоль внешней стены четвертого круга направо или же влево. Но именно в сторонах от стены просканировав пространство, ощущалось больше всего магической силы. Истощаемая в окружении манна буквально голосила, что весь путь усеян ловушками, количество которых в разы больше, чем ранее.

Устало вздохнув, я приняла попытку прощупать стену. Так же ли здесь стена защищена как этаж выше? Уже привычно посох застыл у самой стены, в месте соприкосновения отдав рябью в стороны. Я вновь до капли выпустила воздух с легких, расстроившись. После в мгновение ока сработал мой инстинкт самосохранения. Пришлось резко пригнуться. Как только рябь разгладилась, сработали защитные чары и устремившись мне прямо голову ударил синий луч, напоминающий небольшую молнию. В стороне позади, шарахнуло в оказавшийся на пути стеллаж, опалив часть его поверхности. У меня волосы взъерошились, будучи намагниченными пролетевшим над головой зарядом. Что-то новенькое! Ранее воздействие с барьером не отвечало убийственными свойствами. Во второй раз дотрагиваться до защитного покрытия не хотелось. Надеюсь, это только у меня барьер бьется заклинаниями в ответ. Появилась скрытая тревога за Мериель. Вдруг она до сиих пор пытается проложить путь силой.

Чем дальше в лес, тем больше дров! Если уже сейчас столько опасностей, как мне быть в дальнейшем? Доброта Мериель и благие цели, что отобразились в выборе подарка, превратилась в смертельную прогулку. Мысленно кинув монетку, я приняла решение идти вправо, надеясь на свою удачу, нежели на отсутствие ловушек.

Как ожидалось, не успела я ступить шага, с двух сторон перекрестно в меня полетело несколько фаерболов под воздействием хорошо скрытой затронутой мною печати. Резко отскочив, я буквально почувствовала пятками, что ещё секунда промедления и мои ноги были бы приморожены заклятием. Не удержав равновесие, я ушла кубарём с очередного каменного холма, тормозя туловищем об поверхность. На боку прибавилось несколько синяков. Я привстала, уперевшись на руки, справляясь с болезненными ощущениями, тут же пригнувшись.

Один из магических фаерболов угодил прямо в стену, защищенную барьером, от чего в разные стороны ударило несколько мощных молний, создав паутину электрического разряда, наэлектризовав пространство. Ещё этого не хватало! Переждав действие магии, встав, я немного сместилась поодаль от стены, боясь быть поджаренной очередным буйством электрических разрядов. Дальнейший путь состоял из прыжков и танцев. Изучая магический фон окружения, мне кое-как удавалось не наступать на очередные скрытые печати. Порой приходилось невообразимо изгибать свое тело, что бы преодолеть очередной метр пути. Но даже так, я то и дело натыкалась на новую скрытую магию.

Несколько раз меня чуть не пригвоздило ледяными копьями. Один раз чуть не расплющило выдвижным каменным блоком, устремившимся на меня с потолка. Волнистая поверхность и наличие ловушек, больше походили на лабиринт пыток сумасшедшего архитектора. Сумеет ли жертва найти выход с его угодий?! Дворфы очередной раз удивили меня своей находчивостью, а также безумностью!

Вскоре, наконец, показался арочный проход, ведущий к центральному помещению.

Я застыла на месте, переводя дух после очередной свистопляски от действия смертельной магии в пространстве, будучи рада, что заклятия были рассчитаны отчасти на дилетантов. Окажись я обычным человеком, вовсе без должной подготовки и знаний в магии, то давно умерла бы. Все заклятия были не выше третей ступени магии, что позволяло избежать их действия разными ухищрениями. Магия, создавших все эти ловушки, уже три раза разрушала мой наложенный барьер защиты. От чего моя магия начала ослабевать, а физические возможности тела вскоре будут на пределе, что хорошо ощущалось. Появилась отдышка. Пришлось кратковременно застыть на месте. Из-за одного положения без движений ноги начали отекать, отдавая покалыванием.

Всё вокруг внезапно затряслось. Что бы устоять на ногах пришлось приложить немалых усилий. На этаже выше приглушенно отдало звуками громких ударов. Что там происходило, мне было неведомо, однако подозреваю, что это расшумелась Мериель в своей манере. В памяти всплыл образ разъяренной гномши. Боюсь даже представить, что она предприняла для такого устрашающего эффекта.

Не дожидаясь новых колебаний, я осторожно выдвинулась дальше. Ожидать на месте не имело смысла. Вдруг ещё потолок на голову рухнет. Хоть подозреваю, подруга будет не в силах разрушить столь искусную магию защиты такими действиями.

Арочный проход охраняло четыре уже виденных мною статуи дворфов. Их присутствие у входа в следующее кольцевое помещение этажа настораживало. Как будто четыре стража у входа в истинную обитель сокровищницы, всё остальное же было преддверьем.

Пересилив эмоции и трусцу от частой опасности жизни, вглядываясь в безмолвные лица каменных дворфов я проследовала дальше.

Ещё на подходе следующая комната удивила своим отличительным строением от предыдущего помещения. Пол превратился в умощенную плитку разной формы и цвета. Чаще всего бросаясь в глаза, повторялся светло синий цвет. Плитка под углом немного просвещалась. Под ней виднелась непроглядная пустота.

В данном помещении я не увидела ни единого шкафа или же стеллажа, вообще хоть одного предмета, указывающего на артефакт или сокровище. По всему периметру слева направо – от входа вглубь, на расстоянии друг от друга около пяти метров разместились всё те же статуи дворфов. Наконец были хоть какие-то отличия в их исполнении с уже виденными в сокровищнице статуями. Все дворфы как один стояли на колене скрестив кованые топоры на груди, слегка склонив приветственно головы, словно приклоняясь пред вошедшим внутрь. Учитывая, что обычно данное место посещали явно лишь дворфы, что должно быть были не кем иным как старейшинами, тогда это всё объясняло. Даже не проверяя окружение заклятием обнаружения манны – её действие ощущалось отовсюду! Третье кольцо данного яруса сильно отличалось от остальных помещений своей цветовой гаммой и наличием бездушных дворфов в большом количестве.

Всмотревшись на окружавшие не выражающие эмоции статуи, я приняла решение не мешкать, начав продвижение дальше. Хотелось очень передохнуть, но боязнь защитной магии оказалась сильней. Статуи вовсе не внушали доверия. Ведь я не старейшина. Если судить миновавшие ловушки, то ожидать можно было чего угодно.

Сразу у входа под ногами лежало семь плит разной формы и разного цвета. Я обратила внимание, что можно было ступить на любую из них, сделав свой первый шаг.

Плиты по мере продвижения вглубь помещения сменяли свое местоположение, образуя мозаику из семи плиточных фигур разного цвета. Не понимая такого чудного строения пути, я несмело шагнула на первую попавшуюся полупрозрачную плитку в форме квадрата желтого цвета. От моего шага плита загорелась ярко желтым цветом, сигнализируя контакт с моей подошвой. По всему помещению раздался каменный грохот, что-то освобождая от сдерживания. Мне показалось, как будто одно из каменных лиц подняло голову, уставившись на мои действия. Не делая резких движений, я стала как истукан двумя ногами на выбранной ранее плите. Грохот со временем прекратился.

Впереди меня окружили плиты другой формы и цвета. Сновало чувство, что я уже где-то видела что-то схожее. Но мозг отказывался вспоминать, где именно.

Нужно было выбрать: ступить на синюю, зеленую, белую плиту или же перемахнув три метра оказавшись на аналогичной квадратной желтой плите. Меня кинуло в жар. Подозреваю, что под ногами под плитами вовсе ничего нет, о чем я рассудила из-за частичной прозрачности некоторых плит. Если сейчас плита под ногами исчезнет, то я упаду в пропасть. Я не могла понять логики в строении мозаики, что прибавляло переживаний.

Добраться до аналогичной желтой плиты будет трудно. Такое решение казалось абсурдным, но более логичным. Проверив отсутствие на поверхности ближайших плит магических печатей, я просто ступила на впереди стоящую плиту белого цвета. Отдало белым свечением.

Вновь раздался грохот. Воздух наполнился короткими взмахами топоров. Все статуи, пребывая на колене, уставились на меня взглядом, принявшись держать оружия на изготовке. Застыв на месте, я принялась обдумывать происходящее. Как-то не хотелось отбиваться от неживых кукол в бесконечном количестве, что вдруг начали двигаться. Можно было бы проверить их прочность магией, но интуиция подсказывала, что они так же неразрушимы, как и барьер на стенах или валун на лестнице, что меня чуть не изувечил. Жаль, что я не настолько сильный маг. Если судить скорость Дроудвана в нашем поединке, то вампирская прыть мне тоже не поможет в данной ситуации, так как я ещё пока не поняла истинного действия неизвестных чар. Ведь пока не ясно, чем мои действия могут обернуться вовсе.

Это был всего третий внешний круг этого яруса. Если этажей больше? Что тогда? Какая магия или механизмы защищают оставшиеся комнаты на этаже?! Хорошо уже то, что статуи пока стоят на месте, а не хлынут к моей персоне нескончаемым потоком.

Задаваясь бесчисленными вопросами мой взгляд пал на семиугольную плиту уже виденного недавно цвета – розовато-лилового оттенка. Цвет был совсем, как тааффеит на древке молота Мериель. Безумие! Разве дворфы установив такую систему защиты, сделали бы такую оплошность, подарив путь к прохождению дальше? Стояло проверить догадку.

Что бы добраться до плиты схожей цветом на тааффеит, нужно было перепрыгнуть пять метров. Разогнаться стоя на плите размером метр на метр было негде, а магии хождения по воздуху меня не обучили. Я не была магом стихии ветра. Все равно придется пробовать, не иначе!

Взвинтив все свои вампирские способности на максимум, я оттолкнулась с места, воспарив в воздухе как можно выше. Пришлось вытянуться горизонтально во весь рост, чтобы удлинить расстояние прыжка. Группируясь в воздухе поджав ноги под себя, мне почти без задоринки удалось преодолеть намеченное расстояние. Пытаясь не зацепить остальные плиты, я приземлилась на самом краю плитки, пяткой зацепив соседнею. Плиты отдало свечением от прикосновений. Не удержав равновесие, пришлось несколько раз переступить с ноги на ногу, вновь наступив на разные плиты подошвой. Свечение повторилось несколько раз, сопровождая округу грохотом в десять секунд. Под ногами затрясло и мне с трудом удалось вовсе устоять на ногах в одном положении.

Когда тряска прекратилась, гномьи статуи сместились со своих мест, целенаправленно идя в мою сторону, крепко держа свое оружие в руках. Закрыв глаза, я с опаской переместила правую ногу на розовато-лиловую плиту, оказавшись на ней полностью. Грохота не последовало. Сдерживая дрожь, я уселась на корточки, убирая взмокшие волосы со лба. Что же получается? Была права! Но зачем давать шанс вору пройти дальше? Я бы была рада сейчас услышать пояснение хоть от одного старейшины на этот счет!

Догадка оказалась весьма кстати. Как назло, чтобы проверить теорию, пришлось вновь перепрыгнуть три метра на схожую плиту. Грохота вновь не последовало. Немного переведя дух, я принялась изучать расположение схожих плит, что бы они были подальше от мест нахождения каменных воинов. Много нужных мне плит семиугольной формы были некстати заняты застывшим на месте недругом. Некоторые плиты вовсе непосильно мне будет достичь из-за большого расстояния.

Успокоив свое сбивчивое дыхание, я начала действовать. Прыжок, кульбит. Воспользоваться посохом. Приземлиться. Прыжок. Посох. Приземлиться. Ошиблась, скользнув ногой на соседней плите. Грохот повсюду.

Даже не смотря на промашку, это позволило освободить нужное пространство для прыжка.

Проделав ещё около шести прыжков, меня угораздило вновь промахнуться. Каменные статуи сделали несколько уверенных шагов в мою сторону, что меня сильно напугало. Ранее их движения были незначительны и заканчивались очень быстро. Сейчас же, стражи двигались обычной походкой дворфов, преодолев несколько метров меж нами. Схоже чем ближе я находилась к входу следующего кольца, тем больше мои промашки давали воли в движениях каменным гномам. Сложность магии в таком исполнении увлекала и в тоже время страшила.

Следующая плита находилась через восемь метров. Это была самая близкая плита нужного мне цвета. Вернуться я не могла – только вперёд. На пути, как назло, стояла одна из статуй, преградив дистанцию прыжка. Не зная, справлюсь ли, захотелось оставить послание всем, связавшись с Шоном. Однако вспомнив о нём, в душе воцарилась злость. Я справлюсь, а с ним поговорю после! Нет, ещё лучше! Вмажу ему по его физиономии при встрече! Меня удивила моя мысленная жестокость, но это было именно то, что так сильно хотелось сделать из-за его всех выходок в данный момент!

Настроение немного поднялось. Была, не была. Очередной раз, оттолкнувшись, прыгнув в полет – использовав посох, я с силой уперлась ним об голову каменного вояки для второго прыжка повыше. Задумка получилась, даже превысив мои ожидания. От прикосновения посохом к голове гнома ударило молниями в стороны. Молнии попадали по другим фигурам каменных дворфов ослабевая в силе, после распространяясь в стороны всё дальше, передавая заряд от статуи к статуе. Хорошо, что вверх, где я пребывала в полёте не устремилась и частица убийственного заряда.

Пребывая в полете, я перелетела на метр дальше нужной мне плиты, приземлившись двумя ногами на плиту треугольной формы. Я приземлилась буквально через миллисекунду после того, как все заряды молний пролетели устремившись вдаль. Следом последовал знакомый грохот из-за того, что я оказалась не в нужном месте. Ко мне в немыслимом темпе подбежал ближайший каменный дворф и занёс топор мне прямиком в туловище. Я только и успела отпрыгнуть назад, вскользь отведя его удар от себя в направление земли. Отскочив по итогу, я оказалась на нужном мне цвете. Раздался грохот соприкосновения топора с плитой, высекая искры и частички цветного пола. Наконец движения каменной статуи на этом застыли. Плита от повреждения начала трещать по швам, покрываясь неспешно паутиной из увеличившихся в размерах трещин. Спустя пару секунд каменный воин скрылся в темноте образовавшейся дыры, что повторила очертание разрушенной плиты. Моя догадка была верна. На лице появились новые испарины от волнения.

Внутри всё вопило о скрытой опасности. Мне повезло. Я сочла именно провалившуюся в дыру статую виновником своих продолжающихся ощущений. Однако оглядевшись, поняла, что буквально в полметра за мной застыл ещё один однотипный враг, угрожающе занесши лезвие топора для удара. Ещё бы всего один неверный шаг на плиту неправильного цвета и мне в спину впился бы хорошо заточенный топор.

Обладая отличным слухом, несмотря на образовавшуюся дыру, звука разбитой статуи или упавших обломков плиты я так и не услышала. Если я провалюсь следом, то наверняка погибну в бездонном колодце под ногами!

Ранее мое решение оказалось правильным. Нужно прыгать, словно кузнечик по травке. Попробуй я просто продвигаться, напролом задевая все плиты по пути, то судя с теперешней скорости каменных врагов меня, давно обступили бы со всех сторон – зарубив или скинув вместе с собой в бездну.

Следующая ближайшая нужная плита находилась через два метра, далее через пять, а ещё дальше я вовсе, не видела, есть ли нужные плиты на пути моего зигзагообразного продвижения вглубь помещения. На данный момент я находилась примерно чуть дальше середины кольцеобразного помещения. Учитывая, что вход в следующее внутреннее кольцо может находиться где-то в стороне или вовсе с другой стороны ожидаемой мной стены, то я начинала сомневаться, что буду в состоянии преодолеть весь путь без задоринки. Сомневаюсь, что дряхлые на вид старейшины, приходя сюда, устраивали такие же игры на выживание. Существует способ отключить ловушки, вот только оказавшись в сокровищнице, я с Мериель о таком способе не позаботились, от чего мне удосужилось оказаться в такой ситуации. Всё окружение больше походило на полосу препятствий, как будто испытывая меня в: силе, выносливости, находчивости, внимательности, знанию магии, решительности, подготовке и многом другом.

В несколько прыжков я преодолела выделенное в подсознании расстояние. Далее взору нужные плиты не попадались. К сожалению, до входа в следующее помещение было ещё далеко. Пытаясь разглядеть цвет плит ещё намного дальше от себя, пришлось пользоваться акробатикой, подключив до своего неожиданного испытания фантазию.

Уперевшись посохом в центр плиты одним концом, я обхватила его, зажав ногами выше центра, держа изначально под углом. Обернувшись на сто восемьдесят градусов очертив полукруг, я, резко сместившись по посоху, оказалась на его вершине, став на нём словно на колоне. Высокие потолки позволили проделать всё свободно.

Стоя на одном носочке, я огляделась вокруг, вообразив себя ястребом. Для лучшей балансировки я заложила руки за спину, так как постоянно кренило тюкнуться носом вниз. Наконец мой вампирский взгляд смог уловить не только мутное очертание слившихся воедино цветов, так как они были на одном уровне. Взору более ничего не мешало. Ближайшая плита розовато-лилового оттенка оказалась через пятнадцать метров. Чем дальше я проходила вглубь, тем сильней увеличивалось расстояние меж нужных мне плит. При всей моей прыти и физическому превосходству, мне не удастся за одно движение попасть на нужное место, что я понимала наверняка. Радовало хотя бы то, что отчетливо удалось уловить очертания стены, отделявшей от следующего помещения. Надеюсь, приблизившись ближе, я увижу не только кирпичную кладку.

Наблюдая с высоты, я разглядела численное превосходство каменных статуй дворфов. Находясь на поверхности плиты до этого было не видно, что меня уже буквально обступили со всех сторон. Вскоре из-за количества статуй я вообще не смогу нормально двигаться, а про прыжки вовсе можно будет позабыть. Хотя…

Меня осенило догадкой. Статуи движутся, когда я ступаю на неправильный цвет, находящийся на полу. Но ведь эффекта движения статуй не наблюдалось, когда я опиралась посохом об каменную голову дворфа. Зачем пытаться достичь прыжком нужную плиту, если можно в буквальном смысле пойти по головам! Затея рискованная, но это лучше, чем сделать несколько неверных движений, будучи после пополам разрубленной. Спустившись, несколько раз вдохнув, разминая ноги перед предстоящим скорым марш-броском по недвижимым врагам, я вновь прыгнула.

Далее я двигалась в скором темпе, не имея возможности, остановится на месте. Медли я хоть на секунду, разряд от прикосновения до каменной статуи мог парализовать ногу. Во все стороны непрерывно искрило, отчасти слепя мне глаза, но я не имела права остановиться. Вскоре показалась стена. Мне стало трудней дышать от постоянных физических нагрузок. После того как я разделилась с Мериель у меня не было и минуты для отдыха. Я сама себя подгоняла, чувствуя, что промедление ни к чему хорошему не приведёт. Как показала сложившаяся ситуация, окружение с течением времени стало лишь опасней. Сомневаюсь, что это от того, что мне удалось столь далеко зайти.

Спуститься на плиты уже было опасно для жизни. Не дай бог быть парализованной при спуске на плиту! Непрерывно перебирая ногами отталкиваясь от новой и новой статуи, я, наконец, увидела долгожданный арочный проход. К превеликому моему сожалению, возле арки не оказалось ни одной статуи поблизости, а до входа нужно было преодолеть ещё пятнадцать метров.

Остановится, мне было не позволено! Разряды молний мне по скорости не уступали. Мозг лихорадочно подал сигнал приготовится к неминуемому разряду, что меня скорей всего достигнет, как только я окажусь на уровень с лицами каменных дворфов.

Видя такой поворот событий, собравшись с силами, я как можно дальше оттолкнулась вверх, вновь воспользовавшись посохом, материализуя его в руках. Мне удалось преодолеть более десяти метров. Сделав кувырок при приземлении, подомной я краем глаза уловила синее и красное свечение. В эту секунду перед глазами как будто телепортировав выросли силуэты трёх недругов, нанося удары топорами с разных сторон. Не притормаживая сделав короткий шаг, задействовав все свои вампирские силы на краткий миг затормозив течение времени, я оттолкнулась в новом прыжке головой вперёд закручиваясь словно древко стрелы в полёте разложив руки и ноги в невообразимом положении в попытке проскочить между лезвиями, несущими смерть. Спину покрыло влагой, а окружение наполнилось рвущейся одеждой. В этот момент я ощутила сильный разряд по всему телу, от чего сердце забилось в разы быстрей. Пальцы на руках онемели, а в глазах заискрили звездочки. Не в силах остановить свой прыжок я пролетела широкую арку, плашмя упав после прохода на втором внутреннем кольце этажа. По инерции приземления на полу меня несколько раз перекрутило вокруг оси на триста шестьдесят. Наконец не в силах двинутся, я застыла лежа на боку.

Будучи парализованной, лежала я обездвижено долго. Полностью, будучи истощена. Одежда на спине измокла из-за обильной потери крови. В глазах всё плыло, но я всё ещё была жива! Через несколько минут губы, наконец, начали меня слушаться. Не в силах двинуть руками я принялась шептать заклятие, чтобы хоть как-то остановить потерю крови. Кое-как мне это удалось. После проделанных успешных попыток творить магию колодец манны почти опустел. Слишком много я использовала чар для защиты во время прохождения второго этажа этого безумного места! После закрыв глаза, я сосредоточилась на дыхании, успокоив его до возможного мной предела, чтобы замедлить циркуляцию крови по телу, как некогда учил Хенрик. Спину отдавало холодом, но я ощущала, что постепенно мне удается двигать отдельными частями тела. Если так далее пойдёт я смогу перевязать ранение, отделавшись минимальной потерей драгоценной крови. Надеюсь, рана поверхностна и не задела важных органов. Изучая свою ауру, я ощущала повреждение в форме пореза от правой лопатки к центру спины. Боль из-за парализованных мышц, к моему счастью, пока я не чувствовала.

Уже почти год моя жизнь не бывала на такой грани. Сокровищница напомнила, что моя борьба со всем миром ещё не окончена. Ещё не время расслабляться, надеясь на мирную беззаботную жизнь. Смерть Высшего, только начало и предстоит ещё много чего сделать. Пока я не имею на это права.

Пришлось проваляться на холодном полу около часа, прежде чем мне удалось сесть. Было трудно даже пользоваться пространственным кольцом. Облив себе спину спиртным из фляги, я, крепкой чистой тканью используя имевшиеся силы, перемотала себе груди и часть правого плеча. Не бинты, но сойдёт. Дыхание стало ещё скованней прежнего из-за появления сдавливающего тело внешнего фактора. Но даже так я была рада, что уцелела. Сейчас главное найти выход, о полном лечении подумаю после.

Всё время я усилено пыталась не уснуть, боясь потом – вовсе не проснутся. Меня то и дело лихорадило, а лицо горело, отдавая жаром. Руки немного были синими, видимо из-за обильной потери крови за прошедшее время.

Пытаясь восполнить жидкость в теле, я опрокинула жгучую смесь из фляги некогда подаренной Стипрусом, наполняя желудок. Он, вручая мне ее, уверял, что такого пойла я более нигде не попробую. Я не люблю алкоголь, но что бы его не обидеть пришлось тогда принять его жест внимания.

Горло обожгло, а по телу разлилось тепло. Стипрус был прав – такого отвратного вкуса я действительно никогда не ощущала! Пришлось опрокинуть флягу ещё несколько раз, постоянно корча гримасы, как будто пробуя особо кислый лимон. Вот только отдавало горечью и слабоватым привкусом неизвестного мне фрукта. Напоминало яблоко. Спустя пять минут мне уже было всё равно что происходит вокруг. Настроение немного повысилось, а болезненные ощущения вовсе отошли на второй план. Вот так сила алкоголя – не хуже восстанавливающего зелья!

Окружение немного плыло в глазах, но я, наконец, смогла обратить на него внимание более детально.

Каменные статуи гномов с третьей комнаты застыли у входа более меня не преследуя. Будь моя воля, я бы разрушила их в щепки, но более чем уверена, что у меня это не получится известными способами. Над головой вновь всё сотрясло от сильного удара. Схоже Мериель всё ещё пыталась пробиться сквозь стену. Видимо другого способа всё изменить не существовало. Существуй он, Мериель давно с помощью отца отключила бы магическую защиту данного места. Не думаю, что она за столь долгое время ещё его не уведомила о случившемся.

В последующем помещении вновь виднелись уже привычные стеллажи – только с книгами, что тянулись длинными коридорами, несколько раз разделяясь проходами в стороны. Пространство очень походило на библиотеку моего учителя. Вот только мне было известно, что это никакая не библиотека, а сокровищница дворфов с множеством скрытых от глаз артефактов и редких предметов. Я начала неспешно продвигаться меж ними заметив, что каждых несколько метров на проход направленно громоздкие зеркала в рост человека, полностью отражавшие мою фигуру в себе. Наличие зеркал меня насторожило. Здесь, по-видимому, тоже имеется скрытый смысл их нахождения. Так же, как было с мозаикой на полу в третьем кольце этого этажа.

В груди сжало. В мыслях всплыл нечеткий образ некого предмета. Он взывал ко мне. Я чувствовала, что зов исходит откуда-то впереди. Пришлось замешкаться возле одного из зеркал, пытаясь прийти в чувство. Постепенно зов ослаб, а разум очистился от внешнего вмешательства. Похоже, это была не последняя странность на сегодня.

Всё ещё держась за грудь, я подошла к одному из зеркал и вгляделась в свое изображение. Ощупала гладкую отражающую поверхность. Зеркало ничем не отличалось от обычных ранее виденных, разве что размером и точеной рамой с искусной отделкой. Облицована отражающая часть была исполнена чёрным деревом с красным еле пробивающимся оттенком. Сверху и снизу можно было увидеть изображение герба в форме щита с фигурой кота в центре. Герб принадлежал неизвестному мне семейству дворфов. По сторонам от него были изображены гиппогрифы.

Используя женскую принадлежность, я развернулась спиной и вгляделась на свою рану на плече. Ткань пропиталась кровью по всему периметру. Схоже кровь удалось остановить, но не полностью. Смотря через плечо, я поправила неправильно замявшуюся часть ткани, краем глаза заметив, что отражение моей головы самовольно поднялось, а на лице зияла ехидная улыбка.

Я резко отпрянула в сторону, но моё изображение даже не шелохнулось, продолжая показывать мне мою спину. Голова развернулась в мою сторону, прослеживая мои движения. Что туловище было развернуто в противоположную сторону, моему отражению это не мешало. Туловище медленно развернулось на триста шестьдесят, показав мне мою грудь. Глаза моего отражения запылали красным оттенком, со рта отчетливо показались хищные малозаметные клыки. Отражение показывало мою настоящую суть, хоть я сама на лице была спокойна. Даже сказала бы перепуганной от своего зловещего отражения. Моё отражение жило собственной жизнью.

Мой допельгангер протянул с той стороны руку в моём направлении, ощупывая разделяющую наши миры поверхность. Зеркало зарябило волнами, как будто превратилось в жидкость. Показались кончики вполне реальных пальцев, просочившиеся в мой мир.

Ну, нет! На такое я не подписывалась!

Я со всего размаха разбила зеркало на осколки, мой допельгангер зло закричал. Во многих осколках на меня принялся смотреть красный зрачок, принадлежащий моей вампирской сути. Наконец хоть один предмет в сокровищнице был подвластен разрушению.

Позади послышались бьющиеся зеркала. Обернувшись, по пути, которому я шла, валялись осколки нескольких зеркал, но никого не было.

– Это не хорошо. Очень не хорошо! – прошептала я.

Судя по звуку за стеллажами что-то упало.

– Покажись! – крикнула я, но более ничего не произошло.

Я кинула взгляд на остальной путь, усеянный целыми зеркалами. Почему я не додумалась их избегать!? Ведь чувствовала подвох. Сколько зеркал я успела пройти мимо?

Я взобралась по полкам на стеллаж, чуть не упав из-за резкой потери координации движений. Пережатая грудь очень мешала двигаться. Моё физическое состояние желало лучшего. Я была выжата словно лимон!

Глазами я пыталась проследить по сторонам. Пока в проходах между стеллажей увидеть мне никого не удалось.

Радовало, что это помещение было враз уже остальных в длину. Через метров тридцать я увидела стену к центральному помещению и впервые сразу я увидела арочный выход в центральное помещение. Нужно быстрей добраться туда. Другого способа решить свою проблему у меня нет.

Я хотела перепрыгнуть, минуя часть прохода, где стеллажи с книгами разделились между собой, но рана отдала сильной болью. Пришлось отказаться от прыжков в несколько метров и вовсе спуститься. Достав несколько коротких клинков, я метко бросила их в виденные мной по последующему предстоящему пути зеркала. Восемь из них мне удалось безвозвратно повредить. У оставшихся двух ожидал сюрприз. Когда я уже думала услышать мелодию бьющегося стекла, возле зеркал выросло по несколько девичьих фигур – допельгангеров. Мои злые двойники, на вид были полной моей копией, вот только рана им, по-видимому, ничуть не мешала. Двигались мои копии чересчур самоуверенно и явно с вампирской прытью – словно тени.

Откуда у гномов знания такой сильной и не обычной магии!? С момента посещения сокровищницы я увидела достаточно незнакомых заклятий. Не думала, что мне придётся повстречать такое волшебство. По сути, против меня стояло несколько сильных быстрых вампиров. Я же была ранена, а магический колодец опустошен.

Мои копии ехидно развернули зеркала на себя. Я увидела, как из зеркала вновь потянулась знакомая рука, пытаясь покинуть пространство с той стороны отражения.

Допельгангеры размножали себя самих! Ещё с парочкой я бы сумела справиться, но что мне делать, когда их станет с десяток или больше. Копия прошла через зеркало, после чего зеркало затрещало по швах и разрушилось.

Злые копии моей персоны стояли на проходе ведущему к нужному мне месту. Обойти их попросту не получится. Сзади ожидают каменные гномы, а впереди не слабей меня самой стояло уже восемь моих точных копий, что продолжат размножаться. Я была уверенна, что это не все виденные мной зеркала и по всему периметру остальных проходов их на много больше. Я ведь двигалась по самому короткому пути, ведущему сразу к виденной мной арке-входу в следующее помещение.

– Ей! Я здесь! Разве вы настолько слабы, что не победите меня имеющимися силами? – задала я вопрос с надеждой, что мои двойники обладают разумом и их не посетит мысль отыскать другие зеркала.

Ответа не последовало. Я запаниковала. В нынешнем состоянии я не смогу с ними справится!

– «Шон!? Что мне делать!!?» – в панике обратилась я к нему. Я не думала, что он может помочь, просто мне была необходима поддержка, чтобы отыскать в себе силы цепляться за жизнь, что в скорее может окончиться.

Он ответил сразу:

– «Розмари? Что произошло?»

Я передала ему мысли-образы всей ситуации ничего не тая. Во всех деталях которых только могла, не теряя драгоценного просачивающегося сквозь пальцы времени. Несколько копий задействовав красный оттенок глаз неспеша выдвинулись ко мне. Радовало, что в их руках по крайней мере не было оружия.

– «Я была рада услышать снова твои мысли. Я рада… Рада что ты жив!» – мысленно попрощалась я с ним, не веря в чудо, приготовившись встречать свою неминуемую смерть.

Глава 7

Счастье можно найти даже в самые темные времена. Просто не забывайте зажечь свет.

«Гарри Поттер и узник Азкабана»,

Джоан Роулинг

Глава VII

Из-за неожиданных гостей мы надолго застряли в отсыревшей пещере. Как бы Агнес не хотела покинуть в свой день рождение данное место, но пока всё происходило не в нашу пользу. Приходилось ожидать. Взбесившись, что приходится соблюдать тишину, я наложил полог безмолвия над нами и активировал камень мортирель. Эфемерные скелеты по-прежнему продолжали околачиваться в тоннеле, мешая свободному выходу наружу, но теперь хотя бы можно было без опаски шуметь. Впоследствии долгого ожидания, даже Артур с Агнес сходили на разведку, своими глазами впервые в жизни увидев магических существ потустороннего мира, что в корне отличались от магических зверей. Было решено ожидать, не вступая в бой с нежитью. Я опасался, что нежить может быть самым малым, кто может нас ожидать с врагов впоследствии необдуманных действий. Возможно, это лишь патруль из парочки недругов.

Спустя некоторое время от нечего делать я принялся передавать первые наставления для новоиспеченной волшебницы, пытаясь тренировать её внимание для возможности в дальнейшем обучить заклятиям, что она сможет сотворить лично. Она хотела сразу научиться такому, но незамедлительно получила только мою злость и раздражение Артура с Вулфаиром из-за своей настырности в выражениях. Агнес была очень неусидчива и попросту не могла подолгу концентрировать свое внимание, следуя моим наставлениям. По итогу я вручил ей книгу с базовыми указаниями с ярким запоминающимся названием: «Магия для чайников», сказав, что пока она её не изучит вдоль и поперёк, то я не буду дальше обучать. Агнес, взглянув на книжный том, удивлённо на меня уставилась. Сразу после вручения книги неожиданному ученику, я столкнулся с проблемой: Артур и Агнес не были обучены письменности и языку моего времени.

По этому поводу довелось выслушать от Вулфаира долгую тираду о моей недальновидности и ограниченности моего ума. Было обидно слушать поучения от зверя, но правдиво и по факту. Было видно, что Вулфаиру доставляет удовольствие меня учить уму разуму. Умение драться это хорошо, но как выжить в мире, где ты не можешь общаться с остальными? Противореча сам себе, всё же я согласился и дальше иногда проводить уроки с Агнес, обучая её концентрировать внимание, а также научить читать моим языком. Я не был от этого в восторге, но деться более было некуда – сам виноват. Нужно было ранее думать об этом, пользуясь прошедшим годом тренировок.

Сразу после открытия моей большой глупости я начал обучать друзей необходимым знаниям своего языка не забыв использовать магию. Пускай знания полученные магией можно будет разрушить, но до того момента мои друзья смогут свободно общаться с остальными представителями моего времени и даже отчасти уже сами выучить часть нужных для общения знаний. Так, рисуя закорючки на своем языке, попутно объясняя их значение, закрепляя наложенную мною магию, я провел не малое время. В дальнейшем если магия будет разрушена, у друзей останутся хоть какие-то знания.

Спустя пол дня устав от роли учителя я умостился спать. В пучину сна я провалился довольно быстро, проснувшись от мыслей Розмари.

– «Шон!? Что мне делать!!?» – в панике обратилась она ко мне.

– «Розмари? Что произошло?» – устало ответил я, совсем не ощущая какой-либо тревоги сквозь сон. Происходящее, да и мои личные ощущения по этому поводу показались мне странными. Ранее наше общение меня более тревожило, и я не был отчасти безразличен к мыслям Розы.

Она передала мне мысли-образы происходящего у неё до мельчайших подробностей. Розмари находилась в помещении подобному библиотеке, а вокруг неё присутствовало множество допельгангеров – злых двойников, явно не желающих ей добра. Прошло чуть более пол дня с последнего нашего общения, схоже она всё ещё перебывала в сокровищнице дворфов так с неё и не выбравшись. Вот только её жизнь явно весела на волосок. Я вскочил с места, ощущая далекую приглушенную тревогу. Мне хотелось тут же предпринять хоть что-то, но что именно я смогу сейчас сделать?

– Агнес. Артур! Нужно выдвигаться, – мой порыв сломя голову, чтобы помочь подруге был безумен, но я не мог и не хотел сидеть сложа руки. Это претило моим взглядам. Будь на месте Розы – Коготь, я поступил так же.

– Что произошло? – сонно спросила Агнес.

Я кратко всем обрисовал ситуацию, в которую попала моя подруга.

– Ну и как ты хочешь туда попасть? Сядь! Не мельтеши как маятник, – подметила Агнес, потирая руками глаза. – Опять эмпатия?

Я лишь кивнул в ответ.

– Идти, бежать. Толку? Это ничего не изменит, выйди мы даже прямо сейчас. Разве нельзя хлоп… – Агнес хлопнула в ладоши, – и там! Хлоп! – повторила она своё движение.

Я застыл на месте. Глубоко задумавшись над её словами.

– «Я была рада услышать снова твои мысли. Я рада… Рада, что ты жив!» – мысленно попрощались со мной.

Слова Розмари не пробудили во мне сверх переживания. Ранее я бы места себе не нашел. Вулфаир скрыл от меня правду, но я видел перемены в себе отчетливо, что выражалось в поведении и мыслях к подруге. Так или иначе, несмотря на это, я ощущал, что должен сделать всё возможное спасая её.

Вулфаир приблизился ко мне, сзади громко зарычав, что выдернуло меня с мысленной борьбы. Рык повлиял на мою мозговую деятельность, ускорив мое мышление вразы.

– Агнес, повтори, что ты сейчас сказала? – попросил я.

– Хлоп…– только и успела сказать она.

– Агнес! Я тебя обожаю! – воскликнул я.

Артур и Агнес переглянулись, всматриваясь на меня как на сумасшедшего.

– Что ты хочешь делать? – спросил Артур.

– Телепортировать! Приготовьтесь, нам предстоит бой с численным врагом!

– Телепортировать? Бой? Мне не послышалось? – вновь спросил Артур, тут же материализовав в руке излюбленный пистолет.

– Именно!!

Моментально, я просканировал пространство, пытаясь понять досконально нынешнее наше местоположение. Я вскинул руку от себя, направив свои движения в точности до направлений четырёх сторон света. Ныне я уже знал, как должен действовать до мелочей, ведь теперь это не тот зелёный юнец только начавший постигать магию, как много лет назад. Каждую сакральную руну я чертил уверенно и очень детально. Вара – север. Гондвана – юг. Атланта – запад. Кали-юга – восток. Ко мне устремились ломаные линии, отсвечивая тьму вокруг. А ведь ранее, я даже не знал названия рун!

– Почему ты раньше не предпринял такой шаг!? – спросила, восторгаясь моими действиями Агнес.

Продолжая творить магию, я ответил:

– Запомни. Не используй магию, если можешь достичь поставленной цели без неё. Магия израсходует необходимую жизненную энергию человека, отчасти сокращая жизнь. До этого момента спешки не было, потому и не использовал такой способ. Да и телепортация очень опасная вещь!

– Как и вся магия! – обижено фыркнула Агнес, по-своему восприняв мои слова.

Я вложил манны в творимую магию побольше. Очертился круг громадного диаметра. Более я не допущу промашки. Никто не пострадает от моей былой неопытности. Оглядев всех, я убедился, что все попали в поле сотворенного круга телепортации. Руны принялись вращаться по кругу.

– Подойдите все к Шону! – прорычал Вулфаир. Схоже телепортация не была для него чем-то новым. Я был благодарен зверю. Это сэкономит несколько секунд времени. Сосредоточившись вновь на заклятии, я не мог сказать этого, я мог лишь продолжать сосредоточенно бубнить заклятие.

Я отчетливо представил мысли-образ, переданный мне Розмари, ведь знал от неё, где она находится неимоверно точно! В который раз был благодарен нашей необычной связи. Чертились всё новые и новые линии, образуя узоры, а руны неистово быстро завращались, став единым золотистым кругом. Такую четкость в заклятии я приобретал впервые. Поверхность круга пентаграммы заискрила ослепляя. За пентаграммой уже обычно для меня потемнело, образуя полумрак.

– Готово! – огласил я, всматриваясь в силуэты друзей в образовавшейся темноте, добавив – Агнес, вскоре будет очень неприятное зрелище. Советую, как я когда-то учил не рваться в бой. Предоставь всё нам. Вид того, что будет твориться после перемещения может тебя сильно обескуражить, – сделал я последние напутствия перед предстоящим.

Артур с пониманием кивнул моим словам. Агнес в ответ мои словам схватила меня за свободную руку. Она дрожала от страха. Её поведение меня удивило. Разве она не доверяет мне и моей магии? Вулфаир потеснил всех ко мне, сам становясь как можно ближе.

Столь отчетливое действия круга телепортации я сам видел впервые. Я был уверен, что пентаграмма идеальна. Это был второй раз, когда я лично использовал «это» – некогда страшившее меня заклятие. Всё же для меня прошло более восьми лет с первого использования телепортации. У меня было достаточно времени изучать книги данные мне учителем. Ныне я, наверное, превзошел Мигдаля по силе, даже переступив седьмую ступень магии, становясь с каждым днём действительно внеуровневым магом, которого если всё получится – этот мир запомнит надолго.

Будучи отчасти довольным собой, я взмахнул рукой. Пространство закружило. В следующее мгновение я стоял по среди книжных стеллажей, неуклюже пытаясь поймать упавшую из-за моего движения падающую книгу, еле отцепив руки Агнес от своей. В груди сжало, что я списал на остаток последствий действия заклятия. Когда я впервые переместился в степь с друзьями сотворенной мной пентаграммой, тогда я вовсе упал в обморок. Я замешкал, совсем позабыв, почему нахожусь совсем в другом месте. Отчасти это так же было волнением встречи спустя долгое время с дорогой подругой.

Окружение наполнилось рыком Вулфаира. Он сломя голову бросился по проходу вперёд. Артур, поддаваясь настроению зверя не мешкая, прикрыл один глаз, целясь прицелом пистолета. Произошло несколько хлопков, заглушив пространство. В ушах зазвенело. Агнес, как и учил, отскочила на несколько шагов назад, прикрывая спину Артура, недовольно покосив на меня взгляд.

«Молодцы» – подумал я, оглядевшись.

Я обернулся… Мой взгляд встретился с раненой полулежащей Розмари. Она зажала ладонями лицо, смотря на меня глазами полными слёз не в силах сдержать эмоции. Увидев её, я тут же наложил на свою ауру кратковременную маскирующую печать, боясь сразу выдать перемены во мне размером своей магической ауры.

Я приветливо помахал рукой, совсем не зная, как себя повести в данной ситуации. Я не ощущал к Розе ничего кроме привязанности и неимоверной дружбы. Ощущалась некая тревожная пустота, что очень злила. Я даже не знал, что мне сказать. Лишь мысленно выдавив:

– «Всё будет хорошо! Теперь я здесь».

Ответа не последовало. Разозлившись от своих глупых слов ещё больше, я развернулся к врагу. После взмахнул рукой, наложив на Розу усиленный гибкий барьер с целью защиты от любой возможной угрозы. Далее взвинтив темп и задействовав слияние со вторым «я», ринулся на помощь во всю сражавшемуся Вулфаиру.

Мы немного сместились вперёд, продвигаясь навстречу врагу. Артур с Агнес остались позади меня, прикрывая тыл и находящуюся за нами Розу. Я же, минуя всех, кинулся в самую гущу. Под лапами четырехлапого валялось множество знакомых на вид тел. Весь пол был заляпан кровью, а черные клыки Вулфаира приобрели бурый оттенок. Шерсть товарища знакомо дыбилась, заряжая пространство вокруг электричеством. Он громко рыкнул, используя при этом известную ему магию: оглушив и оттеснив воздушным потоком на несколько метров численное превосходство врага.

Даже будучи в эту секунду неимоверно быстрым, я на немного превосходил врагов вместе с Вулфаиром по скорости. Но даже так ускоряться ещё больше я не видел смысла. Это лишь израсходовало бы лишние доступные мне силы.

Зверь ударил массивной лапой, сметая ближайшую женскую фигуру допельгангера Розмари в сторону. После поднялся на задние лапы, довершив громким «клац» свои смертельные действия. На пол упала часть ноги.

Видя неравный бой, по меньшей мере, с пятнадцатью врагами, я вихрем втиснулся меж зверем и двойниками Розмари. Все сотворенные куклы были как две капли воды схожи с ней. Я осознавал, что это не она. Обычно, я бы впал в панику от вида умершей Розы и её окровавленного тела. Но сейчас, я не чувствовал и йоты былых ощущений. Странно, разве спустя года я хоть на миг забывал о Розмари? Ведь именно мысли о ней иногда помогали не упасть духом. Но сейчас – ничего. Наконец мысленно, я стал догадываться о чём говорил зверь. Слившись со вторым «я», мысли бурлили потоком с неимоверной скоростью. Но сейчас обо всём этом думать было не время. Не на миг не останавливаясь, продолжая свои движения, я заученно начал вить связующие нити ауры с фантомными телами, создав себе троих двойников. Я оставил одного рядом, дав указание прикрывать от неожиданных атак в спину. Если допельгангеры являются полными копиями Розмари, то стояло опасаться неимоверной прыти и ударов в самые уязвимые места. Остальных двух я отправил защищать раненую вампиршу. Не стояло надеяться только на гибкий барьер.

Зарядив манной морозный шар немалых размеров, я вскинул руку вперёд себя, доводя энергию в шаре до предела. В последнюю секунду я наложил барьер, прикрывая себя и Вулфаира от действия моей магии. Шар громко лопнул с небывалой скоростью ударив потоком ледяных игл в сторону врага сметая и замораживая всё на своем пути. Первая тройка допельгангеров была навечно заморожена и омертвлена действием заклятия. Копии Розмари вовсе не успели среагировать. В слиянии все мои действия происходили неистово быстро.

Позади раздался отчетливый хлопок и возле меня просвистела пуля, пробив грудь, перемотанную тканью. На моё лицо брызнули капли крови. Несколько врагов нами была уничтожена не без помощи новых друзей. Сражение мне казалось борьбой с детьми. Ожидания ожесточенного боя не оправдались. Особой сложности не ощущалось. Всё же это были лишь копии, а не сама Роза. Ни одна копия не пользовалась магией, лишь скорость и физическая сила вампира, что мне с Вулфаиром вовсе не было помехой.

Я подскочил ещё к одной фигуре девушки и провёл серию ударов. Уличив момент, у меня в руке возник скрытый клинок, пронзивший горло, от чего ещё один враг осунулся наземь. Глаза недругов пылали столь знакомым алым оттенком, но вампирских сил допельгангеров явно не хватало. Они не были Розмари и в полной мере не обладали всей её скрытой силой.

Несколько копий попытались сбежать по проходу, устремившись подальше от нас. Но я взмахом руки оградил им путь огненной стеной. Не знаю, почему они хотели сбежать, но доверяя своей интуиции подсознательно, я не дал этого сделать. Врагу более ничего не осталось лишь встретиться с нами лицом к лицу. Под ногами то и дело хрустели частицы стекла. Только сейчас я заметил, что недалеко от врагов стоят пустые рамы, некогда, по-видимому, принадлежащие зеркалам. Розмари прокричала:

– Не дайте им найти новые зеркала! Через них они увеличивают свою численность! – схоже она, увидев меня, наконец, собралась с мыслями от первого потрясения, дав нам важные знания.

Она добавила мысленно: «Это действительно ты?»

Я промолчал, сместившись к новому врагу. После ещё к одному, верша казнь копий своей подруги своими же руками. Со стороны могло казаться, что я убиваю именно Розмари. Быстро, безжалостно и хладнокровно. К счастью, все эти существа не были моей подругой.

На меня попытались напасть с боку, но мой фантом уже ожидал такого коварства заблокировав все выпады, более того, он удачно контратаковал парализующей молнией. В этом бою я не использовал сверх сильных заклинаний, так как их силой можно было бы навредить всем в округе. Ныне моя магия пускай и простенькая превратилась в моих руках в убийственное оружие массового поражения. Рисковать я был не намерен. В стороне послышались частые выстрелы. С полок полетели книги.

Отвлекшись от боя, я вгляделся на источник звука. Один из допельгангеров пробрался мне с Вулфаиром за спину, вылезши поверх книжных полок. Артур вовсю пытался, пользуясь дистанцией и незнакомым этому миру оружием, убить проворного врага сбив его метким выстрелом наземь. Однако копия Розмари была для него очень быстрой и почти неуловимой для человеческого глаза. Пришлось отвлечься, отправив в полёт один из клинков нарушив координацию движений допельгангера, дав Артуру шанс попасть в цель. От метательного оружия допельгангера перекрутило на пол оборота и сбросило в проход. Копия Розмари оказалась, между нами. Я, не мешкая, послав импульс через связующую нить, дал команду своим фантомам разобраться с недругом, если Артуру не удастся его остановить своими силами. Мне не хотелось вмешиваться в бой друга: один на один – понапрасну. Он должен сам прочувствовать опасность моего мира и сразу отбросить наивные мысли, поселившиеся у него в голове ещё с двадцать первого века.

Более не оборачиваясь, я принялся отбиваться от новых ударов. Пускай допельгангеры сражались только руками, но всё равно постоянно приходилось уворачиваться. Помня бритвенную остроту когтей Розы, мне не хотелось быть порезанным. С их мощью обычно Розмари и меча не нужно было, лишь физическая сила.

Я принял ещё несколько попыток поразить врага ледяной магией, но на этот раз они были готовы – некрасиво укрывшись своими павшими собратьями. В дальнейшем пришлось рассчитывать только на физическую силу, боясь иной магией навредить окружающим. Не смотря на все попытки задавить нас численностью – злым копиям Розмари нечего было нам противопоставить. Вскоре последний враг пал, оказавшись в пасти Вулфаира.

Как только всё окончилось, я остался стоять на месте, прислушиваясь к своим ощущениям. Так ли мы никого не пропустили изведу и врагов больше нет? Вулфаир стоял, рядом навострив уши, схоже, будучи со мной солидарен в моих невысказанных мыслях.

Большая часть расположившихся тел была на земле заморожена как после ледяной вьюги, лёд немного скрыл истинную ужасающую картину побоища, но всё равно окружение вокруг пребывало в темно красном цвете. Картина для Агнес, что выросла отчасти в мире без насилия и не видела смерти своими глазами – пребывала ужасная. Знакомство с такой реальностью для неё будет шоковым.

Поняв, что врагов больше нет, я промолвил:

– Вулфаир, приведи свою шерстку в порядок, что ли. Агнес может быть тяжело наблюдать столько крови.

Он беспрекословно понял меня, принявшись вылизываться. Факт того, что вокруг продолжали лежать тела, его ничуть не смутил. Всё же зверь – не человек.

Будучи немного параноиком, я лишний раз просканировал окружение с помощью магии на наличие врагов, лишь тогда подойдя к остальным без опаски.

Не успел я подойти, как Агнес в страхе отпрянула от меня. Артур, скривив кислую мину, невзначай показал мне на свое лицо пальцем. Поняв, что со мной что-то не так, я материализовал первую попавшуюся тряпку из пространственного кольца и протер лицо. Оказывается, оно было всё измазано кровью. В процессе моих движений кровь попала на мои белоснежные волосы, от чего они приняли бурый несвойственный цвет, слипшись.

– Привыкайте. Таков мой мир магии, – угрюмо констатировал я, пытаясь справиться с грязью, что пыталась захватить мои волосы.

Спустя несколько секунд мне это более-менее удалось.

– Шон! Я не могу поверить… это ты? – послышался в стороне дрожащий обессиленный голос Розмари.

Я обернулся на речь, и наши взгляды впервые подолгу встретились.

– «Ты так вырос, возмужал…» – послышались тихие мысли у меня в голове.

Секундное промедление и на меня накинулись с объятиями, крепко сжав мою шею. Только и успел словить хрупкое тельце девушки руками. Розмари не сдерживалась, я успел подумать, что сейчас произойдёт неприятный хруст в области моей шеи. Краем глаза при этом я уловил, что настроение Агнес тут же сменилось со страха на злость и разочарование.

– Год прошел. Рад тебя видеть… – не зная, как себя повести, выдавил я, пытаясь обойти некую возникшую неловкость, держа Розу за талию.

– Ты просто дурак. Может… хоть обнимешь в ответ, – прошептала Розмари мне на ухо еле слышно.

Держа её за талию, я растерялся. Попросту не ощущал к вампирше того тепла, что она, по-видимому, пыталась передать мне своими действиями.

– Розмари, на нас смотрят, – прошептал я ей.

– Меня это не смущает! Более того, что это за девица с тобой!? – сменив тон, спросила она.

Розмари пыталась не отпускать меня с объятий, но её сил не хватало бороться со мной. Её хват оказался очень слабым. Кое-как сумев освободиться от неё, я принялся всех представлять, сказав имя каждого. Для себя я подметил, что Агнес возрастом почти схожа с Розмари. После добавив:

– Присядь! Я тебя залечу, – обратился я к Розе, – детальное знакомство отложим на потом!

Все кивнули, соглашаясь со мной. Вампирша молча, поддаваясь своему плохому самочувствию выполнила указания.

– Может, предоставишь это мне? – спросил четырехлапый.

Розмари насупилась, вопросительно на меня посмотрев, мысленно добавив:

–«Я ему не доверяю. Шутишь! Королевский зубчатый кот, ещё слопает меня, учуяв кровь. Вообще, он ещё и разговаривает!?».

– Ему можно верить. Меня же не слопал, – вслух огласил я.

– Всё равно, я не хочу, чтобы он ко мне подходил! – молвила остро она, попытавшись встать, но боль в плече дала о себе знать, сменив Розу в лице.

Вздохнув, я принялся жертвовать драгоценными крупицами своей манны пытаясь залечить подругу.

– Было бы проще помоги он. Его целебные свойства поражают! Однако согласен, что не стоит. Потом будет долго разить от тебя не первой свежестью, – заняв позицию за спиной Розы, проговорил я, принявшись творить магию лечения.

– Когда я тебе помог в пещере, ты не был против, – угрюмо проговорил зверь, услышав мои слова.

– Тогда я смог смыть с себя последствия твоего лечения. Да и моё состояние тогда было в разы хуже, я даже двинуться не мог, – вступил я с ним в спор.

Я уловил на себе беспокойный взгляд Розы. Очевидно ведь, что она не раз могла ощущать мое истинное состояние, граничащее со смертью. Вулфаир лишь прорычал, обижено отвернув морду в сторону. Он явно лишь играл для всех роль обиженного, таковым не являясь.

– Что ты вообще забыла в столь пропитанном магией месте? – задал я вопрос Розмари, пытаясь нарушить образовавшуюся тишину.

– Тебя забыла спросить! – сменив первоначальную радость встречи на злость, ответила она устало.

Артур всё это время угрюмо на меня смотрел, после ухватив Агнес за руку, отвёл её немного в сторону. «И правильно!» – подумалось мне. Новоиспеченный маг тоже нуждалась в помощи, вот только в психологическом плане. Поведение у неё было взбудораженным, хоть она и молчала, но лицо выдавало всё с излишком. Сновало чувство, что она начнет сейчас необоснованно кричать на всех, выплескивая эмоции наружу. Артур был военным, а потому, как и я понял сразу, в чём было дело. Если встреча Розмари и волновала Агнес, то в данный момент это было второстепенным.

По мере излечения Розмари её дыхание становилось ровней. В конечном итоге она, обессилив, сидя уснула. Это я понял только после того, как она накренилась в мою сторону, оказавшись у меня на груди.

– Роза…– попытался я её разбудить, но на меня шикнули с недовольным взглядом.

Агнес поедала нас взглядом. Вот ведь, не думал, что она всё время наблюдает, ещё и примет сторону Розмари в качестве защитницы. Движением руки я подозвал Вулфаира. Он недовольно на меня всмотрелся, но беспрекословно впервые послушался, выполняя требование сразу без препираний. Лёг на четыре лапы, подставив мягкий пушистый бок.

Пришлось действовать очень аккуратно. Как только я попытался освободиться от лежащей на груди Розмари, то меня сквозь сон крепко ухватили рукой за шиворот одежды. В полудрёме Роза прошептала: «Шон».

Артур всё это время на меня ехидно смотрел, кося взгляд на Агнес. Но я не понял значения его мимолетного взгляда.

Уложив Розмари на теплый мех, я укрыл её пледом, материализовав его с пространственного кольца.

– Как мне дать себя потрогать, так сразу: нет! – полушепотом заметила Агнес, обращаясь к зверю.

Она прекрасно понимала, что он её услышал. Вулфаир лишь мотыльнул ушами, положив звериную морду на пол и закрыв глаза. Более нам пока ничего не угрожало. По крайней мере, я хотел так думать. Не веря в безопасность данного места, мной было установлено защитные чары, что оповестят при первом изменению пространства. Магический фон был неимоверным. Я только сейчас задумался, что нам повезло. Хорошо, что Агнес с Артуром плохо разумеют магию. Что если бы здесь стояла защита против телепортации? Об этом я удачно не подумал! Везение и только! Хорошо, что всё обошлось. Видимо создатели этого места понимали, что переместиться прямо в сокровищницу сможет лишь человек, что хотя бы единожды видел, что находится внутри. Не думаю, что дворфы были столь опрометчивы, что пускали внутрь всех подряд. Уже удивительно, что Розмари здесь оказалась. Кто её вообще удосужил такой великой чести?

Ранее я откладывал разговор с ней. В данную минуту увидев её спустя столько лет, для неё же год – стало очень любопытно, что она позабыла среди расы дворфов и почему Коготь с Хенриком вовсе отдельно от неё? Как получилось, что они разделились? Точней как Хенрик это допустил вовсе!?

Оставалось лишь всматриваться на мирно спящее лицо Розы, пребывая в неведенье. Думаю, у Розмари тоже ко мне уйма вопросов, ответы на которые я откладывал. Ума не приложу, как ей поведать про путешествие в другое время – фактически совсем другой мир. По моему виду она явно уже начала догадываться про перемены в моей персоне. Года жизни в другом месте наложили свой определённый отпечаток. Может я и не позабыл, откуда родом, но жизнь изредка была вовсе не сладким мёдом, насыщена многими незапланированными боями и преследованием разнообразных организаций. Лишь знание магии помогло остаться незамеченным, зачастую вовсе притворившись мёртвым.

– Я хочу осмотреться. Вы не против? – вдруг проговорил Артур.

– Здесь может быть довольно опасно. Не стоит этого делать. Кто знает, вдруг опять придётся отбиваться от орды допельгангеров, – видя, что друзья не совсем понимают значение последнего слова, я пояснил, – от многочисленных копий Розмари.

– Я буду избегать зеркал, – пообещал он.

– Всё равно я не хочу отпускать тебя одного, – заспорил я.

– Я пойду с ним, – вступилась за него Агнес.

– Но…

– Всё будет в порядке. Кроме выжженной пустоши мы в этом мире ничего, по сути, не видели. Когда нам ещё удосужится погулять по таким местам? – проговорил Артур, прервав меня.

– Это может быть очень опасно!

– Мы знаем.

Артур, говоря демонстративно взял книгу с ближайшей полки, добавив:

– Видишь, ничего не произошло. Не так уж здесь и страшно, как кажется на первый взгляд.

– Тебя не смущает раненый вампир? Она ведь в разы сильней и быстрей тебя в физическом плане, ещё и маг! Я против! – стоял я на своем.

– Шон! – командирским тоном осек меня он. – Мы с тобой пошли в твое время не для того, чтобы нас постоянно опекали. Соглашаясь с тобой отправиться в твой мир, мы ещё тогда понимали весь риск. Ты доходчиво объяснял всё это время о людях гильдий, опасности магии и многом другом. Дай свыкнуться с окружением!

Мы принялись меряться взглядом. В этом психологическом бою я потерпел фиаско. Артур был весьма решительным. Он развернулся и принялся идти по проходу. Я, было, дернулся пойти за ним, но осекся, вспомнив об ослабленной и всё ещё частично раненой Розмари, что требовала присмотра. Я стал как вкопанный между двух огней. Как оказалось я командир нашего отряда, которого ни во что не ставили!

– Я с ним, – кратко огласила Агнес.

– Я… да вы издеваетесь! – только и смог проговорить я, смотря вслед уходящим друзьям.

– Всё будет хорошо. Позаботься о девушке! – кинул через плечо Артур, неспешно двигаясь, скрываясь на одной из развилок.

Агнес остановилась на повороте, обернувшись. Она хотела, что-то сказать, сощурив глаза и всматриваясь в Розмари, но её выдернула рука Артура из-за поворота, не дав этого сделать.

Я остался наедине с Розмари и Вулфаиром.

Глава 8

Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь, и он по-прежнему знает все — значит, ему все еще семнадцать. «Вино из одуванчиков», Рэй Брэдбери

Глава IIX

– Ты очень изменился!

Розмари пришла в себя. Постепенно нехотя мне пришлось по немного начать отвечать на её вопросы. Фразу: «ты очень изменился» за последние десять минут она произносила уже около пяти раз. Очень хотелось сказать о своем возрасте, но у меня закрадывалось впечатление, что ещё не время.

– Не меньше, чем ты, – вздохнув, ответил я ей.

Прошло более часа, а Артур с Агнес так и не вернулись. Я принялся сильно волноваться из-за этого. Потому, как только Роза пришла в себя, Вулфаир был отправлен мной на поиск пропавшей двойки. Всё же они не из моего мира, кто знает, во что они могли вляпаться.

– Может всё же дашь мне покопошиться у тебя в разуме? – с надеждой спросила Роза.

– Это мой разум и мои мысли… это лишнее.

– Разве ты позабыл уроки моего дяди?

– Нет. Очень даже помню. Словно только вчера мы втроем восседали в стенах его особняка. Но причем здесь вообще он? Мигдаль рекомендовал нам быть одним целым мысленно, но также, не он ли говорил, что это наша самая большая слабость?

– Слушай его больше! Тоже мне! – воскликнула возмущенно Розмари.

– Определись. Мне его слушать или нет? – устало парировал я.

На меня лишь обиженно надули губы.

Сравнивая мой внешний вид и Розы, было очень заметно, что я уже явно на несколько лет старше. Странно, что она ещё прямо не задала вопрос о моем возрасте. Возможно, Роза списывала все изменения во мне на скорый темп развития моего организма за минувший год разлуки, который миновал по её меркам.

Внешне я окреп и вырос на десять сантиметров, а также обзавелся крепким стройным телом, если сравнивать с моим восемнадцатилетним возрастом. Уже только это могло вызвать серьезные подозрения. Подросток столь в скором темпе превратился в полноценного мужчину, только седин не хватает. Что мне только стояло ухаживать за своим лицом, устраняя все волосы, лезущие постоянно на щеках и бороде. Мои белые волосы так же удлинились, от чего мне ныне приходилось собирать их, перевязывая посредине. Я как-то хотел их обрезать, поступив точно так же, как некогда на моих глазах учинила Роза, но Агнес увидев моё неуверенное движение с клинком в руках, принялась сильно кричать. Вспомнив сейчас об этом, мне вновь захотелось укоротить свои волосы, от чего я машинально взял пучок волос в руку всмотревшись на немного запачканные пряди от крови.

– Они очень отросли за год, как будто прошло на много больше времени, – прокомментировала Роза мои движения.

– Мешаются до жути. Ухаживать за ними ещё большая морока. Я теперь понимаю, почему ты тогда так поступила, – я кивнул на волосы Розы, что толь-только начали немного отрастать. Её волосы с последней встречи заметно окрепли и стали гуще, хоть былая длина была утеряна на не один год. Будучи девушкой, почти уверен Роза ухаживает за собой вразы лучше меня.

– Ты на удивление хорошо пользуешься пространственной магией перемещения, – вдруг выпалила Роза, рассматривая меня очевидно с помощью магии.

– Жизнь заставила постичь много магических трюков, – подавленно ответил я.

– Загадочный мир пустот? – Роза из-подо лба всмотрелась на меня, добавив: – Почему ты не рассказывал раньше? Мигдаль… мой дядя… не должен был столь сильно тебя изматывать и беречь всё в столь строгом секрете. Имеющихся занятий и так было очень много.

Её слова меня удивили. Каким-то образом Роза узнала эту тайну, хоть я никому и не говорил.

– Ты виделась с ним? – оживился я в надежде, что подруге известно, где сейчас наш учитель.

– Нет. Хенрик, – кратко ответила она.

– Ясно.

– «Откройся мне», – вновь приняла попытку мысленного общения Роза. Несмотря на мысленный блок, ей удалось вклиниться для мысленной фразы. Близость добавляла брешь в ментальном блоке из-за окрепшей некогда связи. Мне не удавалось полностью блокировать её.

– Не время. Многое может тебя обескуражить. Ныне я и сам не знаю, чем могу грозить своему окружению. Не так давно, я думал, что, увидевшись – сразу всё расскажу…

– Что изменилось? Почему тогда молчишь? – напирала она.

– Увидел тебя. Мои мысли беспорядочны, а в душе непонятная пустота. Я знаю от чего такое чувство, но….

Я вгляделся в лицо вампирши, уверяясь, что более не смотрю на неё также как некогда. Разделив душу, я навеки потерял важную часть себя. После боя, мысли вновь вернулись к этим ощущениям. Вид вампирши более не заставлял трепетать моё сердце. Ничего…. Пустота. Только увидев Розу в спокойной обстановке я это начал отчасти осознавать.

– Ты вновь заставляешь ощутить себя одинокой и брошенной. Хоть в этом ты не меняешься, – разражено подметила она.

– Но ведь я вас не бросал! Я… – мне хотелось оправдаться, но запнулся, увидев покрасневшие глаза Розы. По её щеке образовалась влажная струйка.

В этот момент в проходе показался силуэт зверя с двумя отсутствующими спутниками из двадцать первого века. Всё недосказанное стало комом в горле. При них у меня вовсе не получится выдавить даже слова в попытке хоть как-то объясниться.

Агнес довольно кивнула, увидев нас. Глазами оно измеряла расстояние между мной – сидящим на корточках и Розой – полулежащей неподалеку. Оставшись от увиденного довольной.

Подойдя, Артур нарушил тишину:

– Она пришла в себя! Это хорошо. Хоть и не верится, что ей удалось так быстро восстановиться. Скажи, ты ведь не человек?

– Нет. Я вампир, – утирая лицо рукавом, отвернувшись от них, произнесла Роза.

– Это объясняет скорость допель…. твоих точных копий, – пояснил Артур свои мысли, не сумев выговорить новое для себя слово.

Агнес скрестила указательные пальцы обеих рук, направив их на Розу, приближаясь к ней.

– Агнес прекрати. Вампиры не такие как преподносят их обычно в книгах, – пояснил ей я.

– Ну, ты ведь не вампир, вот и не могла проверить ранее, а тут такая возможность.

Артур опустил рукой её импровизированный крест, от чего Агнес недовольно надула губы.

– Ты поступаешь не красиво, – поучительно заметил он девушке.

– Вы достали меня всегда учить. Не мешайте ребёнку познавать мир! – огрызнулась Агнес.

– Ребёнку? – удивилась Роза, вновь всмотревшись пристально в Агнес. – Ты маг, а значит, потеряла право называться ребёнком. Добро пожаловать во взрослый мир трудных решений!

– Она только сегодня инициализировалась, – пояснил я Розе, пытаясь охладить её пыл.

В отличие от меня и Розы – Агнес не выросла в мире, где магия гонима почти всеми вокруг. Она попросту не понимала значения слова «маг». Для неё это было лишь игрой.

– Всё равно. Любой мыслящий понимает, что значит это звание. Ты не маг, ты смертник! Где ты её вообще повстречал? Ты отсутствовал столько времени пребывая в поисках магов? – задала Розмари вопрос.

– Ты ей ещё не сказал? – спросил меня Артур.

– Видишь же, что нет! – в своей манере резко произнесла Агнес, мстя за поучения.

– Не сказал что? Кто вы вообще такие? – зло спросила Роза.

– Тебе нет смысла скрывать всё сейчас, – влез молчавший Вулфаир.

– Тебе легко сказать! – вспылил я, буквально прокричав на всех.

Артур лишь неодобрительно покачал головой. Схоже он единственный сумел сопоставить всё происходящее вместе.

– Полагал, тебе хватит времени нашего отсутствия, – проговорил он.

– Нам пора выдвигаться, – резко встал я с места, приковав на себе всеобщий взгляд.

– Что он не сказал? – произнесла Роза, говоря мне в спину.

– Мы все прибыли…. – начал говорить Артур.

– Цыц! – зло прервал его я, оборачиваясь к нему.

– Но это ведь твои друзья. Она всё равно узнает. Смысл твоего молчания? Шон! – заспорил он.

– Это мне решать, – поставил я точку в обсуждении.

– Тебе не решить за меня! Что он не договаривает!? Что вам известно? Откуда вы прибыли? – обратилась Роза, к остальным игнорируя мои слова вовсе.

Я не знал, как мне поступить. Уйди я сейчас, окажусь ребёнком так же, как и Агнес. Но и проговорить обо всём язык не поворачивался. Открыть же мысли Розмари я попросту в глубине души боялся. Хоть и давно перестал сам понимать почему.

– Ребёнок… – обозвала меня Агнес, подтвердив мои мысли.

Повисла тишина. Не смотря на моё уверенное движения как лидера группы, меня вновь не слушали. С чего бы я вовсе себя возомнил лидером?!

Уважая моё решение, все молчали, не спеша отвечать Розмари. Я оказался в центре внимания.

– Это на тебя разделение души так повлияло? До чего можно быть таким глупым?! – продолжила Агнес, победно всматриваясь на моё осунувшееся лицо после услышанных от неё слов.

– Разделение души? Мне, очевидно, послышалось. Что он сделал? – ужаснувшись, изумилась Розмари, переспросив.

– Неважно что! Ради чего?! Глупый неотесанный мужлан! – продолжила свою тираду Агнес, победно заложив руки накрест.

Хотелось накричать на неё, но тут же подумалось, может всё к лучшему. Пускай говорит то, что я не в силе произнести лично. С бравады Агнес становилось понятно, что она так и не высказалась в полной мере касательно произошедшего. Она будет ещё долго многократно вспоминать мою выходку. Я знал, что друзья никогда не одобрят моё решение, но на тот момент я другого пути не ведал. Даже толком не знал сути заклинания. Если бы существовал бы другой способ, то будущий «я» его предоставил, не иначе.

– Но ведь… как душу вовсе можно разделить? Ты что-то путаешь! Шон?

Я обернулся к ней лицом. Розмари вопросительно на меня всмотрелась, смотря в зеницы. От её пристального взгляда я забыл, что такое моргать, от чего глаза принялись пересыхать. Я отвел взгляд в сторону, промолчав.

– Этого не может попросту быть! Ты же шутишь? – Розмари подошла ко мне и резко развернула меня за руку в попытке вновь установить зрительный контакт.

У меня не сильно получилось ей препятствовать. Секундное промедление и её силуэт заполнил мой взор. Руки Розы неуверенно дрожали.

– Скажи, что она пошутила! Ну же! – потребовала вампирша.

– Это не шутка, – хрипло начал я, – это цена, за которую я могу вновь стоять пред вами.

Я думал, что Роза как обычно разозлиться, но она лишь отступила от меня на один шаг.

– Как это произошло? – с покрасневшими белками в глазах спросила она Агнес.

– Он сам должен рассказать. Потом ещё прибьет меня, – дала попятную она, увидев реакцию Розы, а ведь буквально секунду назад от неё веяло решимостью говорить без остановки.

– Шон… да ты парень нарасхват! – прокомментировал Артур. – Розмарин? Правильно? – спросил он.

– Хоулд Розмари, – тихо прошептала она, исправляя Артура и машинально говоря родовое имя, которым на моей памяти вовсе никогда не пользуется. Слова Агнес её схоже шокировали.

Он продолжил говорить, я же не вмешивался в разговор. Артур решил принять удар на себя, раскрыв все карты, кратко объяснив, что они с прошлого, относительно нашего мира. Он поведал, как мы познакомились и отчасти как оказались здесь. В его рассказе было очень много пробелов и недоговоренностей, о которых он сам лично не знал, ведь я не рассказывал, но главную суть понять было можно.

– Артур, твой рассказа просто не может быть правдой, это перечит всему, чего нас учил наш учитель! – молвила Роза, пытаясь быть спокойной.

– Но это правда, – пожал друг плечами, – разве ваш мир магии не прямое тому доказательство?

– Пускай сам рассказывал бы! – фыркнула Агнес, тыкнув в меня пальцем.

– Он и ранее таким был… весьма нерешительным, – молвила Роза, как будто защищая меня.

– Я всё ещё нахожусь с вами, – напомнил им я. – В отличие от вас меня учили не делиться информацией такого рода.

– Будь я не такой ослабленной, въехала бы тебе в твою физиономию, – обозлено проговорила ко мне Розмари.

– Но…. – вздохнув, я продолжил говорить. – Да… ну вас! Для вас всё так легко? От части рад вашей беззаботности. Хоть голова у некоторых не болит!

– Но мы ведь не говорили, что тебе легко, – подметил Артур. – Наоборот я начал этот рассказ, так как понимаю твою растерянность. Прошло ведь столько времени. В первый день подобной встречи, не думаю, что сам бы смог непринужденно заговорить обо всём. Пускай я многие пробелы восполнить в рассказе не смогу, но хоть объясню отчасти твоё поведение.

В его словах была логика, но меня все равно распирала изнутри некая злость. Очередной раз мне на выручку пришли извне. Порой в поступках я действительно как подметила Агнес, являясь ребёнком. Сам не в силах начать серьезный разговор.

Я вновь попытался уйти от ответов:

– Не думаю, что сокровищница гномов и недавнее поле боя, – я обвел взглядом уже принявшийся таять лёд, – подходит для обсуждения всего, что со мной происходило. Мне тоже хочется задать множество вопросов. Не торопите события. Всему свое время. Верь вы мне чуточку больше, я бы и сам рассказал всё погодя, но не в этой обстановке. Да и здесь не хватает нескольких человек.

Я укоризненно посмотрел на Артура с Агнес. Косого взгляда удосужился и Вулфаир. Ведь именно он, придя с ними начал говорить, что я излишне молчалив и должен был сразу всё рассказать. Зверь знал, что у меня с Розмари особая связь. Будь у меня желание, она бы уже давно всё знала в мельчайших подробностях. Однако по неизвестным ему причинам, я не мог этого сделать. Стояло признаться самому себе, что я боялся, но именно с этой боязнью мне хотелось справиться самому. Начав разговор с Розой, я и так удосужился множество раз услышать, что очень изменился. Не хотел всё вот так вываливать ей на голову. Пускай Артур многое не смог поведать, но этого было достаточно, чтобы вскрыть многие тайны.

Отчасти моё поведение было связано с неизвестной мне переменной. Я ощущал себя рядом возле Розы иначе. Что-то изменилось, но что именно?! Почему смотря на Розу, я ничего не ощущаю? На ум приходили услышанные слова от Вулфаира: «некоторые люди более не будут занимать в его жизни столь важную роль». Кто эти люди? Это Розмари? Каких людей коснулась моя выходка с разделением души?!

Я поднял взгляд на Розу, вглядевшись в её глаза. Было видно, что она в отличие от Агнес умеет сдерживать свои эмоции, даже будучи подавленной. Роза при всех не проронила и слезинки. Меня её состояние ничуть не смутило, лишь рассердило. Злила сама ситуация и не понимание от чего просто всё рассказать, кажется, для меня столь трудным. Нужно просто открыть мысленную связь полностью, даже говорить ничего не доведется. Розе можно доверять. Наши жизни сплетены. Если бы она хотела моей смерти, то это коснулось бы и её. Не думаю, что она самоубийца.

Внутри преобладала необъяснимая злость.

– Пойдём, – прошипел я словно змей, двинувшись, прочь, не останавливаясь на месте.

– Не злись на него. Я знаю, что вы все многое пережили. Однако Розмари, поверь: у него тоже есть причины так себя вести. Дай ему время, – молвил Артур.

– У него был год для этого! – зло проронила Розмари.

– Год? Не думаю, что ты вовсе права. Мне многое неизвестно о ваших магических штучках, но я знаю Шона больше, чем год однозначно.

Над головой что-то взорвалось. От внезапности звука я наложил поверх всех немалый магический барьер. Когда рокот, разносящийся вокруг, утих, я спросил:

– Что это было?

– Моя подруга! Я не могу пока тебе рассказать о ней. Ведь ещё не время! – немного сменив интонацию голоса, пытаясь меня копировать, произнесла Розмари.

– Но…

Артур положил мне руку на плечо, останавливая мои попытки оправдаться. Розмари, подняв голову, прошла мимо меня, направившись к хорошо виденному впереди арочному проходу, схоже зная – куда направляется.

– Она вскоре остынет. К тому моменту, будем надеяться, ты созреешь объясниться всё, без чей-либо помощи, – обратился он ко мне.

– Авось, – всё ещё со злостью в голосе к его персоне ответил ему я.

Я махнул рукой, убрав защитный кокон. Ничего не осталось, как просто проследовать за Розой. Из-за подмерзшей поверхности было немного неудобно идти. Хорошо, что поле нашего боя не было столь велико, и мы вскоре его минули.

Розмари, похоже, немного восстановила свои силы. Еле сумел её настигнуть. Она остановилась посреди круглой комнаты десять на десять метров пытаясь отыскать что-то взглядом. Кроме семи пьедесталов и одного арочного прохода, с которого мы пришли, более ничего не было. Шесть пьедесталов пустовало, лишь один был загражден небывалой чистоты прозрачным стеклом. Походило на виденную в двадцать первом веке витрину. Такой чистоты стекло в своем мире я видал впервые.

Я попытался развернуть Розмари рукою за плечо, чувствуя неладное, обращая на себя внимание, но она не отреагировала.

– Роза, – окликнул я её голосом. На меня не обратили внимания.

Это было странным. Она, пребывая в трансе, подошла к прозрачному стеклу возле пьедестала и вновь замерла.

Мне ничего не осталось, как проследовать за ней. За прозрачным стеклом в воздухе на расстоянии сорока сантиметров парил куб из жидкой субстанции. На вид предмет казался металлическим. Вовсе было не ясно, как он может пребывать в жидком состоянии, будучи на вид сделанным с метала. Розмари, широко раскрыв веки, сконцентрировала на нем взгляд, не обращая на остальное пространство внимания. Я просканировал тело Розы на наличие магического воздействия на неё, но это не дало результатов. Она вполне была в норме и должна была бы руководить самостоятельно своими действиями. Я не учуял и йоты сторонней магии возле неё хоть всё казалось указывает именно на это.

Не успел я сделать шаг по направлению к Розе, как меня отделило невидимой стеной, не позволяя двинуться дальше. Руки уперлись в невидимую преграду, словно в кирпичную стену.

– Роза, – я кулаком с силой ударил об преграду, между нами.

Сработало шестое чувство. Пришлось тут же отскочить в сторону, при этом прикрывая магическим коконом от летящего фаербола сзади стоящую Агнес с Артуром. Пламя с грохотом облизало барьер своими языками, обтекая полукруглый кокон защиты по сторонах, теряя свою первоначальную мощь. Сгусток огня, не на шутку перепугал Агнес. Впрочем, как и меня! Совсем не ожидал ответной реакции образовавшегося защитного барьера вокруг вампирши с загадочным пьедесталом.

– Что происходит? – став, в боевой стойке, прикрывая собой Агнес, выпалил вопрос Артур. На его лице выступила испарина. Ещё бы, они были на волосок от испепеления.

– Мне почем знать! Розмари совсем не реагирует на мой голос. Теперь вот это! – кивнул я на образовавшуюся рябь в воздухе, что искажала пространство. – Впервые вижу защиту, что отвечает магическими заклинаниями. Теперь у меня руки чешутся от желания изучить магические заклинания дворфов.

– Дворфов? – переспросил Артур.

– Гномов! – пояснила Агнес, обходя его со стороны принявшись изучать с интересом застывшую в одном положении с сосредоточенным взглядом Розмари.

– Не подходи, – предупредил я Агнес заранее.

Артур на меня вопросительно посмотрел. Я, используя все свои магические знания, принялся расхаживать вокруг барьера в попытке понять его строение. Моё занятие вовсе не мешало мне говорить.

– Я бы сейчас пояснил всё, но скажу лишь, что Агнес отчасти правильно подметила. Всё же в будущем не стоит этих коротышей называть гномами. Кто знает, как они отреагируют на такое название, – я задумчиво сделал паузу, – сейчас важней разобраться с неизвестным барьером. Он мне не по душе, большая вероятность того, что Розмари грозит опасность!

– Как-то ты чересчур спокойно себя ведешь! – подметила Агнес, смотря на мои неторопливые действия.

– Спешка здесь не поможет. Или хочешь ещё от нескольких фаерболов увернуться?

– Шутишь?

– А ты думаешь я всерьез? – краем глаза я взглянул на Агнес. – Серьезно? Ты именно так и подумала?!

Её вид источал недоверие ко мне. Пуф. Пускай думает, что вздумается. Выкинув лишнее из головы, я принялся изучать плетения печати магического барьера с удвоенным вниманием в надежде понять его строение, чтобы разрушить его или хотя бы найти брешь. Хорошо, что Роза стояла, неподвижно, будучи как будто зачарованной загадочным предметом за стеклом, разделяющим их друг от друга.

Наложив защиту на друзей, я вновь попытался дотронуться до барьера, схлопотав в ответ новое заклятие в виде прозрачного режущего серпа, сотканного из ветра. Я дотрагивался несколько раз в попытке понять, почему барьер именно таким образом реагирует на мои прикосновения. Каждый раз в меня вылетало убийственное заклятие одной из четырёх основных стихий: земля, ветер, огонь, вода. Сразу в раз мне приходилось обновлять свой защитный магический кокон вокруг себя из-за силы магических снарядов. Когда мне казалось, что я почти понял, как можно будет разрушить барьер, Роза начала двигаться. Она вытянула руку в направлении медленно кружащей на одном месте в воздухе субстанции в форме куба. Прозрачное стекло, отделяющее её от загадочного предмета, часто заморгало, вовсе пропав.

Занервничав, я вновь выкрикнул:

– Роза!

Она, как и прежде не обратила на меня внимания, продолжая свое движение, приближаясь рукой к жидкому металлу всё ближе.

Куб начал преображаться на глазах раздаваясь в размере. Отделившись, вокруг него закружило несколько жидких кольцеобразных поясов металлического цвета. Реагируя на приближение руки Розмари, одно кольцо разомкнулось, последовав струйкой, словно это было щупальце к руке вампирши, обвив ним её ладонь. Субстанция вела себя как разумный организм. Со стороны казалось, что с Розой здороваются и вовсе знакомятся.

Не зная, чем всё может обернуться, я принял попытки разрушить барьер, что мешал попасть к Розе. Времени на изучение барьера всё же оказалось мало и мне не удалось его даже повредить. В назидание вмешательства в его работу в меня полетело сразу несколько разнообразных заклятий. Пришлось, изворачиваясь выстраивать несколько защитных коконов в одночасье. Мои барьеры сыпались как карточные домики один за другим. Не успев вовремя среагировать, пришлось пропустить один из электрических сгустков мимо себя. Хорошо, что я заранее наложил защиту на друзей.

– Ты нас убить хочешь?! – со злостью в голосе прозвучали за спиной слова Агнес.

– Извините, – переводя дух, попросил я прощение, – другого способа освободить Розу с ловушки, попросту нет!

– Ты вообще уверен, что ей нужна твоя помощь!?

– Не совсем, но я не могу безучастно наблюдать!

Я вновь принялся изучать барьер магическим взглядом. Тем временем знакомство неизвестного предмета и Розмари продолжалось. С этим я был не в силах, что-либо сделать.

Фигура Розмари внезапно заискрила красным свечением, ослепляя всё вокруг. Я прикрыл рукою глаза пытаясь избавиться от излишка образовавшегося света. Под ногами Розмари начали вырисовываться круги неизвестной мне печати. Печать начала подыматься снизу вверх, подымая Розу, словно на платформе на полметра от земли. Пространство начало холодать, а на пол прямо с потолка сыпало мелкие снежинки. Несколько снежинок попало мне на лицо, растаяв.

– Снег? – удивился Артур перемене погоды в закрытой комнате.

Свечение начало угасать и стало отчетливо видно действие жидкой субстанции. Она извивалась, принимая очертания разных форм: лука, молота, ятагана, палаша, топора… В конце концов жидкость приняла контуры стилета подолгу оставаясь в таком состоянии без отчетливой формы орудия, после пляс смены состояния жидкости повторился вновь. Схоже субстанция пыталась выбрать подходящую для себя форму, не в силах определиться.

– «Роза! Приди в себя!» – завопил я мысленно, пытаясь выдернуть из транса девушку. Я почувствовал, как меня нагло выдворили с мыслей. Походило на вмешательство извне, как будто вовсе не Розмари поставила мысленный блок. В этот момент я удостоверился, что куб, чем бы он ни был – имеет сознание. Так или иначе, сейчас сознание Розы было занято кем-то иным.

Если даже сейчас я пойму, как можно разрушить барьер, то я даже догадок не имел, как помешать инородному сознанию овладеть Розмари! Оставалось безучастно наблюдать, чем всё закончится, надеясь, что всё обойдется.

Жидкость вновь вернулась в форму стилета, приобретая более выразительную форму. Вырисовывалась рукоять золотисто-черного цвета занимательной формы. Гарда приобрела форму крыльев, а клинок приобрёл форму четырехгранной острой тонкой иглы. На навершие образовалась корона. Далее лезвие принялось покрываться ножнами цветом рукояти. На ножнах можно было увидеть мелкие крылья ближе к гарде.

Когда жидкая субстанция завершила преображение, окружение вокруг Розы на расстоянии метра было намертво заморожено. Лишь Роза осталась пунцового живого цвета. На короне набалдашника образовалось мелкое кольцо, потом ещё одно и ещё, пока кольца не образовали цепь в полметра. Как только цепь образовалась, то она вновь как живое щупальце потянулось к руке Розмари, обвив её запястье и сомкнувшись на нем, намертво сковав её руку в своем хвате.

Всматриваясь в это действо, Артур полушепотом спросил:

– Что происходит?

– Если бы я знал или вовсе мог повлиять! – ответил я подавленно.

От прикосновения с оружием рука Розмари начала преображаться до самого плеча покрываясь руническими знаками. Стилет лег в ладонь Розы как будто постоянно находился в её руке. После в стороны ударило потоком воздуха и тело Розмари с новым орудием в руках принялось неспешно опускаться к земле, пока она не оказалась в положении лежа. Схоже она была без сознания. Барьер, отделявший меня от подруги, наконец исчез. Я с недоверием ощупал пространство впереди себя. Мне ничего более не мешало. Я подбежал к Розе, приподняв её руками, она не выпускала образовавшееся оружие из рук. Благоразумно я не стал трогать руками стилет. Всё произошедшее было в не моего понимания, но хотя бы Розмари была жива. Очередной раз я осознал, что многое в жизни мне не подвластно. Особенно магия!

– Она жива? – впервые подал голос Вулфаир.

– Должна быть живой! Дышит и пульс в норме, – взволновано ответил я ему, держа у неё на запястье два пальца.

Каждому сейчас хотелось увидеть пояснительную бригаду. Разве такое можно было вовсе предвидеть?!

Давящий магический фон в сокровищнице пропал, что я сразу ощутил после того, как Роза взяла в руки новое весьма опасное разумное орудие убийства.

– Как поступим дальше? – спросил Артур.

– Будем ожидать. Она должна прийти в себя. Сейчас я не ощущаю какой-либо угрозы от окружения. Похоже, после того, как Роза прикоснулась к образовавшемуся оружию, что-то изменилось.

– Ты уверен? – подала голос Агнес.

– Нет. А ты?

Она лишь отмахнулась от меня, понимая, что мне известно не больше, чем ей.

Пребывая в неведенье, мы принялись просто ожидать пробуждения вампирши. Она, похоже, не спешила почтить нас своим присутствием. Окружение вокруг неё: то холодало, то приходило в норму. Если оружие разумно, то с нами попросту игрались, ведь именно оружие подавало слабый магический фон. Для безопасности я заставил всех отойти подальше, чтобы хоть немного увеличить дистанцию. Ещё не хватало, чтобы кого-то заморозило насмерть из-за излишней близости. Взявшись за посох, я попытался хотя бы отодвинуть стилет от руки Розмари, но при первом же прикосновении до звеньев цепи окружение начало стремительно холодать. Пришлось отбросить данную идею, надеясь, что этот артефакт никак не повредит подруге.

Примерно час каждый сидел, стоял или лежал, где ему вздумается, спокойно ожидая пробуждения Розмари. Первая не выдержала Агнес начав ходить из стороны в сторону. За ней со своего места встал Артур, разминаясь на одном месте, как будто у него затекла спина и шея.

Я стал молча наблюдать. Агнес походила немного и вновь уселась у стены, погодя так же поступил и Артур. Вулфаир лишь недовольно вылизывал лапы смотря на наших знакомых безразлично. Спешить было некуда. Пока нам ничего не угрожало. По крайней мере я ощущал всё именно так.

Ныне о расе дворфов мало что известно, для внешнего мира это загадочный народ. Впрочем, как и остальные расы. Высший приложил немалые усилия, чтобы уничтожить об таких расах какие-либо записи или упоминания. Если бы не молва среди людей и наставления Мигдаля из прочитанного из парочки книг, я бы возможно вовсе не знал, что такой народ существовал. Хорошо, что прочитанные мной упоминания в двадцать первом веке в качестве легенд и бытности народов гномов давали некие представления.

Мой острый слух уловил беспокойные басистые голоса в далеке. Кто-то приближался, очевидно проходя помещение с зеркалами.

– Агнес, Артур! – обратился я к друзьям махнув им рукой на арочный проход.

Мы заняли оборонительные позиции по обе стороны входа. Артур уже привычно для меня взвел пистолет в готовность. Агнес взяла в свои руки свой козырь, врученный некогда Артуром – электрошокер. Будем надеяться, что врагов не много.

Я украдкой взглянул на мирно лежащую Розмари, почти по средине комнаты. Она по-прежнему не подавала признаков пробуждения. Сейчас судить было нельзя: к нам нагрянул друг или враг. Однако кто в здравом уме отправит в такое место вампира?! Её явно хотели убить. Спросить же Розу об обратном сейчас было невозможно.

Пользуясь моментом, я установил несколько магических ловушек. Их действие будет слабым, но это возможно поможет перехитрить врагов или даже спасти жизнь в случаи действительной необходимости.

Все приготовились, вслушиваясь в шаги. Пришедшие совсем не скрывались. На их месте я бы тоже не стал. Будь я обладателем такого места, то не ожидал бы здесь увидеть ничего кроме трупа одной девчонки. Не окажись мы здесь, пользуясь ухищрением, что мне некогда преподнесла Розмари в виде связующей печати, она явно давно была бы мертва.

Я наложил на нас покров, отчасти скрывая наши ауры и присутствие.

В комнату на всех парах забежала коротышка с рыжими веснушками и ещё более рыжими волосами, заплетенными аккуратно в маленькие косички. Она, не замечая ничего вокруг, прокричала:

– О боги! Розмари!

Я впервые видел дворфа. Не такими маленькими я себе их представлял. Невзирая на рост, было невооруженным взглядом заметно крепость тела миниатюрной девушки, ростом чуть больше метра. Она была облачена в железную, явно не игрушечную броню. Даже для меня такой слой метала, был бы весьма тяжел, она же двигалась непринужденно. Несмотря на малый рост, её скорость передвижения не уступала любому известному мне человеку. Облицовка метала, была весьма искусной. Хоть что-то правдивое писалось в прочтенных мной книгах. Дворфы явно мастера кузнечного дела.

Агнес смотрела на происходящее с восторгом изучая малый народ своими пытливыми глазами. Мне кивнул Артур, взглядом спрашивая будем ли мы действовать. Я показал ему рукой – «погоди». Подбежавшая гномша явно знала Розу и по первому впечатлению сопереживала ей.

В помещение быстрым шагом вошло ещё четверо дворфов. Трое из них были изысканно одеты. Все гномы как на подбор пребывали в наружной крепкой броне. Трое из них имели поддетые кольчуги. Можно было лишь представить общий вес одетого на них железа. У одного из гномов на спине отчетливо виднелся массивный кузнечный молот. Оружий у остальных я не увидел, но имея недоверие к неизвестным, я отметил, что у четверых из пятерых вошедших имелись сродные кольца как у меня с Розой. Как минимум это были не обычные гномы. Изучив их ауры магией моему удивлению, не было предела. Все пришедшие являлись магами. Трое из них были не меньше пятой ступени, возможно даже шестой! Столько магов в одном месте! Нонсенс. Как будто рука Высшего вовсе не притронулась к их народу.

Будь я один, то смог бы победить их всех, даже будучи не знаком с их магией. Но смогу ли я уберечь всех друзей завяжись схватка?

Вулфаир скрываясь в тени стены начал неспешно подкрадываться к гномам пребывая в полной готовности совершить прыжок.

Я замахал всем, знаменуя не ввязываться в бой. Мои движения всех удивили, но исходя с ситуации, стоит решить всё мирным путем, если это удастся.

Тем временем рыжеволосая малышка с короткими волосами уселась возле Розмари и попыталась её взять за плечи, в чем сразу поплатилась. Окружение стремительно принялось покрываться коркой льда. Я впервые подумал о стилете как о защитнике. Оружие реагировало на меня не как на угрозу, оно защищало Розмари от окружения. Так поступает либо же партнер или же слуга. Орудие становилось для меня ещё более загадочным. Судя с рунических знаков на руке Розы, то их можно принять за схожую связующую печать между мной и вампиршей, что зияет у меня на шее.

– Мериель, – к гномше кинулся сородич с молотом, резким движением её отдернув от тела Розмари.

Окружение неспешно начало приходить в норму.

– Этого попросту не может быть! Я не верю своим глазам! Как? – запричитал не менее рыжий гномши – гном в годах.

Одни из гномов начал выводить неизвестные мне руны в воздухе. Проследив магические потоки, я понял, что заклятие направленно на стилет, а не на Розу. Оружие покрыло полупрозрачным небольшим коконом, и морозная аура, распространявшаяся вокруг, пропала. Становилось понятно, что пока Розе ничего не угрожает. Но как нам оповестить о своем присутствии, не ввязавшись в ненужную драку?

– «Роза, нам бы не помешало, что бы ты пришла в себя!» – попытался достучаться я мысленно, но мои мысли вновь встретились с неизвестным блоком, не принадлежащему Розе.

Стилет в покрытом барьере после моего мысленного запроса взбесился. Окружавший его кокон полностью покрылся льдом, превращаясь на вид в крепкий ледяной шар.

– Господин не гневайтесь!

Три гнома в изысканных нарядах упали навзничь, уклонившись стилету в ледяной сфере.

– Мериель! Стипрус! На колени! – прозвучало басом.

– Живо! – провизжал гном, что наложил барьер на оружие.

Очевидно, не понимая происходящего они послушались говоривших.

Их поведение привело меня в полное замешательство. Что такого особенного в стилете, что они ему кланяются?

– Не гневайтесь прародитель. Извините нас, что мы сразу не отреагировали должным образом, – проговорил рыжий гном.

Ледяная корка принялась трещать, начав таять.

– Но как?! – прошептал один из гномов в годах, очевидно спрашивая остальных. – Как он мог выбрать именно её!

Реагируя на слова гнома стилет испускал морозную ауру внутри барьера то больше, то меньше.

– Не гневайтесь. Мы просто не можем поверить, что король гномов, наконец, выбрал себе приемника… – прошептал рыжебородый.

– Отец, что ты сейчас сказал… – резко подняв голову, проговорила рыжеволосая гномша.

– На колени, кому я сказал! – закричал на неё, как я понял её родственник, подбежав, опустив с силой её голову к земле.

Молчаливая сцена пред лежащей без памяти Розмари в поклоне до самой земли продолжалась несколько минут, пока морозная аура внутри барьера не пропала вовсе.

Гномы, наконец, начали неспешно подыматься с колен.

– Пока об этом никто не должен знать! Если кто-то нарушит обет молчания – я, как первый старейшина, лично совершу казнь на месте! – в руках гнома образовалась массивная ударно-дробящая булава с острыми шипами на навершие.

Все гномы закивали, не проронив и слова. В глазах единственной девушки среди гномов я уловил испуг и вовсе не понимание происходящего.

Глава 9

Сон, прекраснейшее из наслаждений жизни, в отличие от других, не утомляет и не приедается.

Роджер Желязны

Глава IX

Уже привычно для данного уголка подземного мира свет тусклого огнива осветил лицо одного из узников. Прозвучал вопрос:

– Как ты?

– Что ты здесь делаешь? Уйди сейчас же! – взволновано заговорил Коготь.

– Тише! У нас мало времени. Начнем с пищи, – Хенрик достал из-за пазухи скудные пожитки из сушеных сухофруктов. Особенно кинулось в глаза давно иссохшая кожура банана.

– Он на вид не очень, но не утратил своего вкуса и питательных свойств, – с виноватым видом Хенрик протянул банан, просунув руку через решётку. – Возьми. Ты сильно исхудал.

– Ты вновь сильно рискуешь. Я пока в состоянии ещё на пару фокусов.

Над пальцем Когтя воспламенился магический огонёк, осветив пространство вокруг перебив свет рашлайта в руке бывшего агента Серой башни. На Хенрика всмотрелись синие круги под глазами и острые скулы, образовавшиеся от недоедания.

– На сотворенной магией пище, долго не протянешь! – покачал он в недовольстве головой.

– Лучше скажи: как там Розмари? Слышно что-нибудь? Как Иван – жив? – резко сменив тон, задал вопрос Коготь, вновь погружая всё в полутьму.

– Возьми, – Хенрик вновь запустил руку за пазуху, достав свернутый сверток, ответив на вопросы подопечного по-своему.

– Что это?

В темноте сверкнул закругленный метал с грантидом неправильной формы.

– Где ты его достал? – к ткани потянулись немного дрожащие пальцы Когтя.

– Нет времени объяснять.

– Зачем оно мне здесь – в темнице?

Приблизившись лицом к решётке ещё ближе, посмотрев по сторонам, Хенрик прошептал:

– Мы планируем побег.

– Шутишь! – не поверил его словам Коготь.

– Совсем нет. Как только они поймут, что более не нуждаются в тебе, рано или поздно тебя убьют. Я уже слышал схожие разговоры между приспешниками темной гильдии и орденом.

– Удивительно, что ты вовсе смог разузнать что-то. Они как мне помнятся очень скрытны. Ведь именно потому, что мы не сумели вывести их на чистую воду я здесь.

– Парень, не стоит списывать старого волка со счета. У меня ещё есть порох в пороховых бочках. Да и на тот момент ты попросту сильно поторопил события. Дай ты мне времени немного больше…

– Не начинай вновь. У меня жизнь сейчас простая. Пришли не избили уже хорошо. Дали нормальной пищи без человечины, ещё лучше. Во всяком случаи я тебе верю. Что делать с Винсентом? Он всё-таки один из них, – Коготь покосился на мирно лежащего напарника по камере, что отказался вовсе подавать голос, отреченным взглядом думая о своем. Возможно, у него уже произошел сдвиг по фазе из-за поедания человечины. Рано или поздно, это должно было произойти, подумалось Когтю. Уж больно его склоняют на сторону ордена.

– Это будет его выбор: помочь нам или нет, – кратко оповестил Хенрик.

– Как бы он ножа в спину в ненужный момент не воткнул!

– Сколько я уже вас навещаю? Ещё ведь не обмолвился обо мне. В противном случаи мы бы уже не увиделись. Со всех выживших как на зло осталось очень много солдат гильдии, а ключевые фигуры тайного ордена ещё так и не объявились.

– Но ведь та женщина?

– Милона такая же пешка, как и остальные, только она более предана и фанатична чем остальные. Чувство, что она постоянно чествовала человечину, потому так безоговорочно идет у их предводителя на поводу. Ей поможет лишь смерть во искупление сотворённого!

– И поделом ей! Из-за неё я здесь.

– Ты здесь, потому что кто-то не держал язык за зубами! – прошипел сквозь зубы Хенрик.

– Но ведь я думал помочь всем в сложившейся безвыходной ситуации! – принялся отстаивать он свою правоту. – Что мне ещё нужно было делать?

– К чему это привело? Лишь ускорил работу приспешникам гильдии. Изучив тебя как угрозу, буквально на третий день тебя схватили. Мне кажется, если бы не Розмари, ты бы гнил тут очень долго трудясь на благо выживших с целью создания пищи для избранных! Радуйся, что не убили по эти поры.

– Когда планируем побег? – кисло спросил Коготь. Эму не нравилось, как его отчитывают, но его учитель был прав.

– Как можно скорее. Спрячь пока кольцо у себя. Среди выживших много недовольных нынешним правлением. Вскоре назреет бунт. Тогда я навещу тебя.

– Куда отправимся? К дворфам?

– Другого выбора у нас всё равно нет. Надеюсь, они нас примут так же, как Розу, – прошептал Хенрик. – Всё. Хватит пустой болтовни.

– Мы бросим всех остальных людей на произвол?

Хенрик несколько раз обернулся, всматриваясь в тоннель позади, после молвил:

– У тебя есть другой вариант как нам выжить? Или ты хочешь принять веру ордена начав поедать человечину? Или может, вовсе примкнешь к повернутым фанатикам?

– Зачем такое спрашивать, если и так знаешь ответ!? – зло фыркнул Коготь.

– Если только бы не воины гильдий… может мы бы смогли повоевать, но сейчас всё не в нашу пользу. Иван под постоянным присмотром! У него дела хуже твоих. На нём живого места не видно. Ты со своей магией хоть немного питаешь, он же стал походить на живое «нечто»! Вскоре если так продолжиться, он переступит через себя и в его голове заиграет лишь одна музыка – нескончаемый голод. По неволе он примется есть, то, что ему дают. Сейчас пока лишь я хоть немного поддерживаю в нём здравый рассудок, но это удается с большим трудом. С каждым разом всё хуже и хуже. Пищу пронести к нему всё сложней. Не всегда удается укрыть запасы, каждый кусочек хлеба считается.

– Разве ему не могут давать пишу дворфов?!! Её ведь достаточно! – Коготь не выдержал и ударил кулаком об железные плетения своей камеры.

– Тише ты!! Они пытаются сломить его волю, а всё потому, что им нужны послушные куклы. Скажи спасибо, что его более не пытают как в первые дни.

– Да я бы их! – зло проговорил Коготь.

– Охотно верю. Тебя ведь отчасти я воспитывал. Но вся ситуация не в нашу пользу. Пока выжидаем. После действуем! – Хенрик очередной раз огляделся. – Всё я пошел. Не действуй сам хоть в этот раз, – предупредил Когтя он, начав удаляться по коридору темного тоннеля.

******

– Я ещё понаблюдал бы за вашими действиями, но рано или поздно вы и так заметили бы наше присутствие, – подал я голос, обращаясь к коротышам, что никак не хотели отступать от бессознательного тела моей подруги.

На мой голос резко обернулись. Отреагировали воинственно. У каждого в руках образовалось оружие. Как я и предвидел, пришедшие дворфы не были столь просты и имели пространственные амулеты.

Я поднял руки, показывая открытые ладошки.

– Мне не хотелось бы вступать в ненужный бой, – громко обратился я к ним.

– Кто ты такой? – говоривший на вид был старше всех присутствующих. Несмотря на его возраст, дробящая булава в его руках имела грозный вид. Пожалуй, с таким шутки шутить мне не хочется. Так же, как и с остальными вооруженными дворфами. Вид пришедших показывал, что оружие в их руках им не просто для украшения.

– Сами вы кто такие? Дворфы, не много ли вы о себе возомнили?! – прорычал Вулфаир из тени. Видимо он пожелал показать всю пагубность ситуации для неизвестных нам. Пускай сразу задумаются о надобности переговоров, а не глупой уличной стычке с целью помахать кулаками.

На него перевели взгляд. У девушки-гномши и её спутнику помоложе промелькнул испуг при виде королевского зубчатого кота. Старцы, наоборот, как будто обрадовались, увидев столь грозного противника. Один из них растер радостно ладони, взяв после свой громадный меч двумя руками. Я лишь удивился, как гном мог вовсе держать такую громадину и как его не перекренило таким весом в сторону. Какая силища!

– Без резких движений, – обратился я больше к Вулфаиру, чем к старейшинам, но мои слова сильно не понравились воинственно настроенному старейшине с невообразимым мечом в руках.

– А то что? – спросил он, всматриваясь за меня находя взглядом Агнес и Артура.

– Я же сказал, мы не хотим драться. Вы ведь знаете Розмари? Мы её друзья! – объявил я, настроившись подсознательно на худшее.

Мои слова могут не дойти до ушей адресата и скорей вовсе будут восприняты по-своему. Я бы тоже не стал вот так просто слушать незнакомца, кричащего о мире.

– Что-то я не припомню, чтобы вас, – он обвел всех взглядом, – кто-то вовсе пускал в сокровищницу дворфов! Нелюди, как вы здесь оказались? Высший?

– Е-м… Шон ты ведь говорил, что Высший мёртв. Разве это не так? – полушепотом неуверенно спросил Артур.

– Им то откуда знать! Мёртв, но в данную секунду это ничего не меняет, – кинул я ему через плечо.

– Что вы шепчитесь там!? – гном угрожающе опустил свое орудие наземь сотрясая всё вокруг. Как оказалось, меч был увесистым не только на вид.

– Мы… – было начал я, но в голове возник знакомый голос.

– «Они не будут тебя слушать. Пятый старейшина так точно! У тебя лишь один шанс разрешить эту ситуацию. Вызвать пятого старейшину на бой один на один», – всплыли в голове мысли Розы.

– «Я не хочу никого убивать!» – ответил я ей.

– «Не будь в себе столь уверенный! Поверь, они не настолько слабы как ты думаешь. Мне некогда уже доводилось с ним сражаться. Я сама боюсь, не выиграла бы некогда. Я ещё жива лишь по воли случая и благодаря безграничному везению. Думаю, пятый старейшина захочет отыграться после тогдашнего поражения на тебе и примет вызов».

Несмотря на такие напутствия, меня интересовало не это, я обратился к Розмари мысленно:

– «Как ты себя чувствуешь?»

Ответа не последовало. Я взглянул на Розу. Она по-прежнему делала вид, что является без сознания. Притворщица. Как давно она пришла в себя?

– Чего застыл? В штаны наложил парнишка? – принялся меня провоцировать дворф. Действительно было заметно, что он настроен более воинственней остальных.

Смотря на их убийственное оружие, я обернулся к Агнес и Артуру. Они стояли в боевых стойках. Лишь я по-прежнему как идиот держал руки ладошками вверх, как будто под дулом пистолета Артура.

Опустив руки, я тяжело вздохнул. Ну почему всегда так?!

– Раз уж вы отказываетесь поверить в искренности моих слов, вы не оставляете мне выбора. Я вызываю вас на бой! – обратился я к столь воинственно настроенному гному. Раз уж Розмари победила, то мне это не должно составить особого труда. Я давно не тот, что был раньше.

– С чего бы мне тебя слушать? Нелюдь! Ты не имеешь права! – прорычал он, разозлившись ещё больше. Дворф зло взглянул на лежащую недалеко Розу. Видимо он, ещё не забыл поражение в сражении с вампиршей. Хотелось разузнать об их бое, но сейчас было не время задавать вопросы, про которые я вовсе не должен знать. Только лишних подозрений прибавлю.

– «Скажи ему, что ты пользуешься правом на бой. Он просто обязан согласиться! Такой уж у него характер» – вновь влезла в голову Розмари.

Немедля, подчинившись её словам, я огласил:

– Это мое право! Разве нет? Да и почему я нелюдь? – искренне удивился я слову, которым меня опорочили.

Дворф скис на лице, а на скулах появились желваки. От чего-то мои слова очень сильно его задели.

– Здесь? Сейчас? – ухватив свое орудие руками покрепче, спросил он.

– Д-да, – неуверенно ответил я, видя его резкую смену реакции.

– Что ж! Приступим!

В мгновение ока справа от меня почти мгновенно возник дворф, держа свой длинный затупленный меч двумя руками. Он немного подпрыгнул, нанося свой удар у головы – слева на право, как будто пытаясь меня размозжить ударом от плеча наискось через всё туловище.

– «Остерегайся ударов слева! Не блокируй этот удар!»

В миг, задействовав свое вампирское «я», для меня время застыло. Дворф двигался приторможенно, однако его движения были не столь сильно медлительны. Это не соответствовало моим ожиданиям. Не думал, что дворф настолько прыток. Краем сознания я заметил, что Розмари привстала, расположившись полусидя. Её лицо было бледным, а в глазах читался испуг. Впервые я пожалел, что использую свою приобретенную силу от Розмари не на все сто процентов. Ведь уже пришло в привычку сдерживать себя, используя второе «я» не на полную, из-за долгого времени, что я не видел противников с невероятной скорость.

Реагируя на выпад неприятеля, я поднырнул под его длинный меч, пропуская удар в сторону. После машинально провел удар в грудь. Но кулак встретил лишь металлическую броню, от чего несколько костяшек на руке неприятно хрустнуло. Я не думал бить таким образом, всё получилось машинально, как при спаррингах. Я долгое время не проводил бой с людьми в латах. В двадцать первом веке такого не отыскать. Я не учел, что враг нынче не Артур, а рост у моего врага метр пятьдесят, что сильно усложняет ведения боя, ещё и по всему телу дворф увешен железом. Сновало чувство, что передо мной десятилетний ребёнок, вот только больно сложенный в теле, враз превосходя обычного человека.

От моего удара дворф отлетел от меня на метр. В полёте он сменил траекторию своего удара, развернув свое туловище на сто восемьдесят в сторону, реагируя мгновенно. Его мечу ничего не осталось, как затормозить свое первоначальное движение и потянуться за руками хозяина справа налево – разворачиваясь с туловищем гнома. Пришлось прыгнуть, пропуская столь длинный меч под собой. На удивление все движения происходили достаточно быстро, не так как я привык при задействования второго «я». После нашего соприкосновения, я сравнил гнома с тяжеленным валуном, который с трудом удалось сдвинуть ударом, что было не сопоставимо на вид с его ростом.

Вернув течения времени вспять, я перевел дух от первых ударов. Похоже, меня испытывали. Заканчивая вполне контролируемое движение такой громадиной, дворф сделав несколько вдохов, промолвил:

– Не плохо, но не обольщайся! Твоя скорость для меня пшик.

Для меня было диким, что остальные дворфы не стали вмешиваться. Они после начала спарринга вовсе отступили подальше. Хоть их воинственность не исчезла, о чем открыто говорило их тело. Мышцы у дворфов так и вздымались от крепкого жима пальцами своих орудий смерти.

Рыжеволосая гномша видя, что Роза пришла в себя подбежала к ней, что-то спросив. Из-за образовавшегося боя я не мог расслышать её слов. Лишь спустя мгновение я уловил встревоженный взгляд гномши остановленный на моей фигуре. Как будто она поняла некую скрытую истину, прозрев от долгого обмана.

По земле заискрило от соприкосновения с кончиком тупой кромки меча. Дворф не стал ожидать и вновь нанес серию ударов. Нанося новый удар, гном как будто пытался лопатой зачерпнуть в меня частички каменного плиточного покрытия под ногами, атаковав мелкими камнями бросая в меня их на мгновение быстрей, чем движется его меч. Пришлось уйти в глухую оборону, отбив несколько выпадов тяжелого орудия! Я попытался сделать подсечку, но моя нога, делая круговое движение, встретила лишь пустоту. Дворф поднял ногу, сделав шаг назад. Далее я, быстро пытаясь закончить бой, вновь взвинтив восприятие, поднырнул под очередной выпад и приблизился к горлу дворфа. Я использовал допустимую скорость своего второго «я», как и ранее в подобных условиях. По моей руке послушно скользнул холодный метал, и я ловко схватил освобождаемый короткий клинок за рукоять целя в горло дворфа. У меня было в мыслях остановить выпад у горла, но мой удар попросту отбили, что поставило меня немного в шоковое состояние. Моя скорость оказалась не достаточной. Я вовсе сообразить не мог, как гном сумел прочесть моё хитрое движение.

Лишь спустя несколько секунд после мне удалось осознать, что действительно моя нынешняя скорость для него вовсе не проблема, дворф двигался не на много медленней. Кроме того, в его движениях читался опыт в подобном спарринге. Он как будто знал, что могу поступить подобным образом. После моей попытки закончить всё одним движением, удары дворфа стали более яростные. В своих ударах гном как будто изливал свою злость. После такого фиаско, мне осталось лишь надеяться на то, что мой противник быстро выдохнется, таская за собой такую громадину. Использовать свой максимум я не спешил. Одно неверное движение и для моего противника это будет значить мгновенную смерть без объяснений. Скорее никто ничего вовсе не поймёт.

Меня впервой за многие года действительно теснили в бою, как будто заставляя показать всю свою скрытую силу. Впервые бой оказался на жизнь, а не тренировкой или игрой со слабыми противниками. Невольно на моем лице растянулась улыбка. Всё моё тело радовалось данной схватке. Я даже сумел размять свои мышцы, что казалось: уже успели атрофироваться из-за долгой спячки.

Сделав несколько отскоков разрывая дистанцию, я покрепче ухватил короткий холодный клинок, не выпуская его с ладони. По телу прошла волна жара и мелкий озноб. Я взглянул на своего противника по-новому. Мышцы запели от удовольствия. Впервые мне можно было не сдерживаться. Впервые можно было задействовать в бою все, что благо рассудится. Мысли заметались в вальсе: магию, может двойников или точечное заклинание? Что задействовать? Может второе «я» на максимум!

– Я рад, что заставил твое тело проснутся от глубокого сна! Но игры закончатся через несколько секунд. Позволишь? – спросил он, сделав шаг назад, как будто прочитав мои мысли.

Я не совсем понимал смысл его слов, но голова предательски кивнула в согласии, а мысли метались от радости. Мне сдалось, что для гнома наш бой это подарок, который родители ребенку так долго не дарили и наконец, вручили. Он читал моё настроение как открытую книгу, видя во мне свое отражение.

Отчасти взгляд дворфа мне напоминал взор Хенрика. Вот только в отличие от дворфа – лорд никогда не пытался меня действительно убить. Видимо я оказался ничем не лучше своего противника. Возможно, я согласился, потому что хотел, наконец, испытать – многого ли сумел достичь за столь долгое время как боец. Впервые за долгое время я испытывал вкус «опасности» именно для своей жизни, а не жизни кого-то из знакомых.

–«Зачем! У тебя был шанс! А теперь?!!» – прокричала у меня в голове мысленно Роза.

Что бы ничего мне не мешало, я заблокировал нашу связь, лишь послав мысленно: «Не сейчас!»

Дворф принялся скидывать с себя сковывающие его движения части своей тяжелой брони. Он не оставил даже кольчугу. Вот что он имел ввиду! Увидев его движения, я, отбросив все мысли, сконцентрировался на бое, кинув при этом напоследок тревожный взгляд на своих друзей.

– Не думал, что меня вновь заставят скинуть свою броню. Не переживай, их я пока не трону, – заговорил дворф проследив мой взор.

– Я больше переживаю, как бы моя истинная сила не зацепила их, – вздохнув, я продолжил говорить, – они в состоянии за себя постоять и без моей помощи. Да и не думаю, что после нашего боя вы ещё будете мыслить, как бы им навредить. Извини, но я даже не думаю, что вы сможете победить в честном бою.

Несмотря на ситуацию, я испытывал к дворфу некое почтение из-за его кажущегося возраста, что заставило меня говорить к нему на «вы».

Услышав меня, Артур и Агнес отошли подальше, а Вулфаир стал перед ними, прикрывая их своим телом. В лице Агнес читались нотки гордости, что её столь высоко преподнесли в чужих глазах. Дворф недовольно хмыкнул, реагируя на мое замечание, но видимо из-за моей учтивости в словах не стал вступать в спор.

– Пространства маловато, – молвил дворф оглянув и от того тесное помещение, в котором находилось столь много людей.

– Может, выйдем? – кивнул я ему на арочный проход.

Мы оба, не упуская друг друга с виду, начали пятиться в сторону единственного выхода. Я вышел первый, при этом прислушиваясь к своим ощущениям, боясь подвоха в действиях дворфа. Вулфаир среагирует вовремя, но я не имел права безоговорочно до конца верить словам незнакомца. Его сила была для меня очевидно велика. Артур и Агнес вовсе ему не противники. Радует, что Роза пришла в себя. Если остальные дворфы так же сильны, то мы в невыгодном положении. Остается верить словам Розы, что после нашего боя, к моим словам всё же благоразумно прислушаются.

Я только мог представить, во что выльется наш бой, ведь из нас ещё никто не использовал магию. Помещение, в котором находились наши знакомые, не подходило для этого. Осталось надеяться, что никто не вмешается в бой из незнакомцев, всё той же магией.

Пространства стало больше, но также вокруг появились мешающее стеллажи с книжными полками.

– Не хотел бы повредить ценные здесь предметы и знания. Я бы прочел несколько книг после, – проговорил я к противнику, пытаясь понять его настроение и прощупать, насколько он сконцентрирован на происходящем.

– Можешь не сдерживаться, всё здесь под хорошей защитой от внешнего повреждения. Конечно, будет жаль хоть что-то повредить, но я не верю в такую вероятность.

Дворф переложил грубый меч, в противоположную руку, сменив стойку. Мне это показалось подозрительным, ведь в таком положении он не сможет со всей силы наносить удары слева, как предупреждала Розмари. Стоит ли мне быть из-за этого на стороже?

За нами никто не последовал. Это меня волновало, но также и радовало. Теперь можно было разгуляться во всю силу. Я был спокоен, так как успел оставить несколько магических ловушек на непредвиденный случай. Всё просто обязано быть хорошо!

Мы внезапно сблизились, обмениваясь ударами, пытаясь понять перемены в движениях своего оппонента после смены окружения вокруг. Наши движения стали более быстрыми и точными. На мне появились первые царапины от ударов гнома, проходящих вскользь от меня. Я пытался ввести противника в заблуждение, что его удары приходятся в цель, реагируя на выпады дворфа в последнюю секунду. Но гном схоже не купился на такие выходки, в результате у меня лишь прибавилось царапин. Избавившись от лишнего, метала, дворф стал в разы быстрей, полностью сравнявшись со мной по моей привычной скорости. В таком темпе для нас минул как минимум пятиминутный бой в обычном течении времени – для возможных наблюдателей лишь секунда. Если Артур и Агнес могут наблюдать через арку, то они вообще не понимают, что происходит, видя лишь движущиеся смазанные пятна. С такой скоростью на моей памяти на их глазах подолгу я движусь впервые. Ранее я пользовался такой скоростью при них лишь с цель напомнить цель подготовки и немного нагнать жути.

Окружение заполнилось частыми лязгами соприкосновения метала. Никто из нас не хотел уступать в бою. Читая движение противника, мне становилось понятно, что для дворфа это не просто схватка, он пытался всеми силами победить. В то время как я просто пытался проверить свои силы. Конечно, проигрывать я не думал, но от чего-то, я был уверен безоговорочно в своей победе, ведь мне было достаточным использовать всю мощь моей связующей печати с Розмари и исход боя будет предрешен. Дворф сможет выиграть в нынешней ситуации лишь чудом. Мне вообще было не ясно, почему он не пользовался своим преимуществом сильных ударов слева. Ещё несколько раз сблизившись, нам обоим стало понятно, что нужно менять тактику боя иначе проиграет тот – у кого выносливость хуже. Измотав себя сейчас, потом я не смогу выдать максимум своих сил. Скорость, которой я обладаю, в действительности истощает до крупицы буквально за минуту. Используй я такой козырь, то выиграю буквально за секунду. Но что потом? Гном ведь не один.

Очередной раз мы разорвали дистанцию, принявшись кружить по кругу всматриваясь вдруг друга. Каждый из нас делал выводы, пытаясь придумать, как поступить дальше. Я осознал сильные и слабые стороны врага.

Что же, похоже, настало время использовать магические уловки. Судя по движениям дворфа выносливости у него ничуть не меньше моей, возможно даже больше. Проверять правильность таких мыслей как-то не хотелось, а использовать козыря будет вовсе не честно.

– Может, перестанешь сдерживаться? – с обидой в голосе спросил внезапно дворф.

Я не стал томить его ответом:

– Боюсь, если я не буду сдерживаться, то после вашей смерти у меня появятся лишь новые враги. Мне это не на руку!

Дворф удивленно сдвинул брови. Или это была злость? Лицо незнакомого мне гнома приобрело небывалую серьезность.

– Похоже я был прав, – принялся говорить гном, сжав меч в правой руке, – игры с тобой не приведут ни к чему хорошему. Смотри не пожалей, когда будет уже поздно! – подметил он, завершая свои слова показывая своенравность.

– Раз уж вы так уверенны в себе, боюсь непредвиденных случайностей. Можно хотя бы узнать ваше имя, прежде чем мы скрестим клинки насмерть? Другого шанса его узнать от вас у меня может и не быть. Меня учили уважать истинных воинов.

Своими словами я искренне, попытался передать гному свое почтение. Не знаю, выживет ли он после нашей схватки, но мне это показалось правильным.

– Ты первый! – всё ещё с гонором в голосе проговорил противник.

– Шон Вулф, – кратко огласил я.

После моих слов, мне на секунду показалось, что меч в руке гнома немного дрогнул. Но видя по-прежнему воинственно настроенное лицо, я не сильно придал этому значение.

– Дроудван с рода Амметит, пятый почтённый старейшина дворфов, – с некой гордостью огласил он, внезапно добавив в конце, – почту за честь скрестить с тобой оружие! Шон Вулф!

Перемена в поведении гнома была явной, ведь до этого он вовсе не желал меня слушать. Сейчас же всё как будто изменилось. Хотелось добавить ему в ответ: «Да победит сильнейший!». Однако более я не видел резона говорить подобные возвышение фразы. Мне показалось, что впервые с наших словесных споров дворф говорил искренни, без пафоса и злости. Не хотелось нарушать образовавшуюся атмосферу некого уважения к происходящему.

Я остановился на месте, приняв оборонительную стойку, махнув рукой своему противнику, сигнализируя, что жду его атаки.

Дворф не спешил набрасываться на меня, реагируя на мой бессловесный зов. Пока гном собирался с мыслями, я стал изучать его до мелочей. Никак не могло уложиться в голове, что столь малый рост может обладать столь большой силой. Интересно, если бы я прошел через тот труд или подготовку, которую наверняка испытал дворф, насколько бы я стал сильней?

Дроудван, как будто поняв мой взгляд, спокойно принялся изучать меня в ответ. Он будто пытался запомнить каждый рельеф моих мышц. Впрочем, я тоже не скупился пристальным взглядом, бесстыже разглядывая его сивую запутанную короткими волосами бородку. Мышцы в столь невеликого человека так и вздувались, удерживая невообразимо длинного размера меч. Одежда с коротким рукавом сильно подчеркивала короткие руки со стальными бицепсами. Штаны тоже придавали своего шарма. Единственное что я не понял в бытности гномов это короткий, но отчетливо выражающийся на Дроудване килт. Ранее столь отчетливо я не мог разглядеть одеяние гнома из-за обильного наличия металлических составляющих его брони. По моим меркам килт должен лишь мешать. Да и зачем его наличие, если имеются штаны. Если всё разрешиться хорошо – нужно будет разузнать о таком чудачестве на досуге, если представится шанс. Одежда дворфа была сделана, видимо из лучших имевшихся тканей в их обществе. Я не нашел ни единого неровного кроя или торчащей нитки. Портной Дроудвана знал свое дело на высшем уровне. Не удивлюсь, если ткань исполняет ничуть не меньшую роль в защите, нежели броня. Лишь при прямом попадании лезвием клинка я смогу испробовать свою догадку на практике.

За несколько секунд молчаливых взглядов стойка друг друга вовсе не изменилась. Казалось, даже тяжелый меч противника вовсе не накренился, удерживаясь рукой гнома всё время на одном уровне.

– Чего ждём? – не выдержав долгой паузы, спросил я.

– Ошибки, – коротко молвил Дроудван, – но кажется мне, судя с твоих отточенных движений ждать придётся долго.

– Не люблю себя хвалить, но может статься.

– Я начинаю переживать за свой народ. Будет плохо если вампиров столь много.

– Кого? Ах. Нет. Я не вампир. Можете благодарить моим скрытым возможностям Розмари.

Гном, услышав имя «Роза», с силой сжал рукоять, но на удивление от него не исходило и капли злости или ненависти к вампирше.

У меня начала отекать рука в одном положении. Что бы расколыхать пламя боя, я собрал небольшой огненный шар и щелчком пальца отправил в лицо гнома. Огниво встретилось с кромкой меча. Даже в такой ситуации гном не упускал меня изведу. Он пристально наблюдал правым глазом поверх меча.

– Не красивый, однако поступок, – подметил Дроудван.

– Я предлагал нападать. Вы ведь медлите! Другого способа взбодрить ситуацию не придумалось… – начал я оправдываться.

Договорить мне не дали. Схоже дворф именно этого и ждал, желая, что бы я замешкал хоть на мгновение, пускай причиной будет даже бессмысленный пустой разговор.

Как и прежде Дроудван внезапно сократил дистанцию и нанес сокрушительный удар своим мечом в попытке меня расчленить надвое, хоть подозреваю, этот меч раскрошит мне все внутренности, нежели разрежет. Будучи готовым к любым внезапностям, я ускользнул от удара. Гном, потянувшись за своим орудием убийства, прошелся с ним по всей своей оси, тем самым усиливая удар и проделав круговое движение подставив для меня свою спину. Не прекращая стремительно двигаться, он принялся разворачиваться с неимоверной скоростью, повторив удар, при этом делая шаг в мою сторону, вновь уменьшая, между нами, дистанцию.

Хоть удар не был с левой стороны, но я всё равно не думал рисковать. Я задействовала свое второе «я» сравнявшись с дворфом по скорости. Несколько раз вскинув руки концентрируя манну вокруг я наложил ледяной барьер, сотканный на скорую руку. Выдержать такой удар этого должно было быть достаточным. Насколько бы этот меч не был тяжел, но магия враз сильней любой физической силы. Магию может победить лишь магия. В ударе гнома я не чувствовал магического фона, потому был спокоен.

Меч соприкоснулся с полупрозрачным коконом, однако Дроудван даже не думал замедлять свое движение. Лишь уголком глаза я уловил, что он выпустил свой меч с руки, тут же ускорившись ещё больше двигаясь по оси, вновь оборачиваясь на триста шестьдесят градусов, завершая оборот прыжком в мою сторону. Тем временем выпущенный гномом меч в нашем нынешнем темпе медленно падал на землю, но Дроудвана, казалось, это не смущает. Он, как будто держа что-то невидимое, продолжал свой удар, занесши обе руки в хвате пустоты и начав движение из-за головы – сверху вниз.

Чувствуя неладное, я перестал надеяться на свою нынешнюю силу, взвинчивая свои силы на максимум, теперь надеясь на свою скорость, нежели на магию. Отчетливо ощущалось, что я просчитался и сильно недооценил происходящее.

Далее, время в прямом смысле остановилось, двигаясь неимоверно медленно, как будто под заклинанием восприятия, что некогда меня обучал Мигдаль. Стук сердца отражался луной в висках, качая кровь по венам. По причине скорого истощения тела я почти никогда не пользовался своей силой на пределе, давно научившись контролировать состояние слияния с вампирским «я». Но не сейчас!

Увы, но повторно войти в такое состояние я не смогу долгое время, даже отдых не поможет. Ранее, я пользовался данной силой с умом, пользуясь оптимально нужной скоростью, в результате мне удавалось использовать второе «я» больше двух раз подолгу, почти не отдыхая. Схоже я потерял единственный козырь для стопроцентной победы, из-за своей внезапно кричащей интуиции об опасности.

Над головой медленно стали образовывается потоки манны исходя от рук Дроудвана. Время текло настолько медленно, что я мог уследить зрением, как медленно в руках гнома просачиваясь через амулет в пространственном кольце – появляется схожий затупленный громадный меч, окутанный пламенем, что в корне отличало его от того меча, который понемногу приближался в вольном падении к полу. Я буквально ощутил, как в мысли попыталось просочиться потустороннее сознание оружия, имевшего разум. Орудие приняло попытки спутать мои мысли, подчинив меня своей воле, не дав шанса опомниться. Воздух наполнился неимоверной магической мощью, ничем не меньше, чем у неизвестного образовавшегося стилета в руках Розмари. По сторонам от столь слабого сотворенного для такого удара барьера бросило ударной магической волной, прибивая в районе пяти метров всё к полу. Барьер незамедлительно лопнул, как будто его вовсе не было. Покрытие под ногами затрещало, покрывшись трещинами. Ещё секунда и меня прибьет к полу невидимой для глаза энергией магии меча Дроудвана. Лишь резко приобретенная скорость за гранью для всех, давала мне шанс увернуться от удара и нанести точный удар в шею лишив за мгновение дворфа жизни. Ведь я наивный думал, что победить не составит труда. Что если мощь нового орудия гнома имеет постоянный эффект? Я тогда вовсе не смогу победить. Нужно было действовать! После использования вампирского «я» на максимум, я не смогу некоторое время двигаться вовсе! Если бы сумел до этого хотя бы подготовиться, создав несколько фантомных копий, что меня смогли бы защитить хотя бы одну минуту, то бояться было бы нечего.

С каждой секундой промедления я всё больше ощущал эффект магии меча. Всё тело наполнилось свинцом, будто на плечи опустили несколько тон. Колени задрожали, а носом пошла кровь. По ощущениям меня сплющило, как лепешку, потому вся жидкость спешила покинуть тело как вода с выжимаемой с силой одежды после стирки. Хотелось под таким давлением прильнуть к полу, чтобы эффект хоть немного, но стал меньшим. Будь я обычным человеком, то уже потерял бы сознание. Лишь вампирская сила подаренная печатью Розмари удерживала меня на прежнем месте, высасывая жизненную силу тела до крупицы, предоставляя мне максимум моих возможностей. Я наивно полагал, что к такой ситуации меня сможет довести только Мамон. Очередной раз мир доказал мне, что я по-прежнему слаб для сражения с демоном и стоит поразмыслить над иными вариантами нежели бой лоб в лоб.

Пока в данном состоянии у меня оставались силы, хотелось мгновенно убить Дроудвана, но такая мысль меня лишь злила. Гном был силён и его воинственный вид был не на показуху, не используй я этот шанс, то попросту умру. Куда уж тут до игр магией про которые я не так давно думал!

Моё тело и огненный меч дворфа были отделены всего на тридцать сантиметров. С каждым моим последующим вздохом в промедлении, находясь под действием магии меча, орудие убийства продвигалось на пол сантиметра ближе к цели. Давление магии меча лишь увеличивалось.

Хоть и не хотелось убивать Дроудвана, но схоже мне вовсе не оставили выбора.

Сделав несколько вдохов собравшись с мыслями и силами, я принялся действовать. Мешкать более было нельзя. Если в данную секунду я ничего не сделаю, то умру.

Схватив свой короткий клинок покрепче, я принялся двигаться. Было трудно бороться с давлением магии вокруг. Кровь так и хлынула потоком с зениц и носа, лишний раз, доказывая правильность моих мышлений.

Меч моего противника, наконец, полностью образовался в воздухе, увеличив силу своего давления вдвое, но я уже сократил дистанцию с Дворфом. После своей смерти, он наверняка, как и подобные противники до него, подумает, что я телепортировал в близь к нему неведомым ему заклинанием. Не думаю, что он сумет понять, что это была лишь моя истинная скорость.

«Извини» – подумалось мне. Я с силой замахнулся острием лезвия, целясь прямиком в яремную вену. В этот момент мои силы покинули меня, напомнив о том, что я сегодня очень часто полагаюсь на вампирское «я». В глазах дворфа читалось удивление, моему внезапному возникновению возле него. Я не имел права останавливаться. Превозмогая себя, я продолжил начатое. Борясь с болью в теле, я, удерживая клинок двумя руками, с силой выдвинул его от себя…

– Стойте! Я приказываю, стойте! Дроудван! – послышались в стороне крики Розмари, что как рокот обрушилось для моего слуха после возврата времени в обычное течение.

Я не ожидал какого-либо вмешательства извне. Отвлёкшись на её крик, будучи обессиленным, моя рука дрогнула. Острие клинка сдвинулось немного в сторону от намеченного курса, лишь зацепив шею дворфа. Понимая, что у меня более нет сил, в голове всплыл лишь один вопрос: шанс истрачен, я так глупо умру?

Глава 10

Если бы дети не принуждались к труду, то они не научились бы ни грамоте, ни музыке, ни гимнастике, ни тому, что наиболее укрепляет добродетель, — стыду. Ибо по преимуществу из этих занятий обычно рождается стыд.

Абдерський Демокрит

Глава X

– Готов? – спросил Хенрик сквозь полумрак.

– Нет. Или ты ожидал другого ответа? Где Иван? – с изумлением возгласил Коготь, смотря лорду за спину.

– Возникла маленькая заминка… но он в порядке! Ты уж поверь! – заверил его лорд.

– Ты учил меня хорошо, а интуиция говорит совсем обратное! Что произошло?

– Бунт пошел немного не по плану. Сейчас к нему добраться будет трудно. Я лишь расставляю приоритеты… – кисло промолвил лорд. Тусклый свет лишь подчеркнул его слова.

– И какие же у тебя приоритеты?

– Сейчас не время для ответов. Сначала нужно вытащить тебя отсюда!

Лорд принялся с силой дергать за металлические прутья, после вспомнив о своей глупости, достал из кармана предмет, блеснувший во тьме. Мгновение и цепь с замком сползла на сырую землю помещения, что давно приобрело название «темница мага». Металлическая решетка скрипнула.

– Я отказываюсь! – запротестовал внезапно Коготь.

– Ты что? – изумленно застыл на месте лорд. – Ты не можешь!

– Ещё как могу! Я отказываюсь идти, не услышав нынешней ситуации. Да и разве ты забыл о Винсенте? – ещё с большим изумлением напирал он.

– Но ведь бунт…

– Что бунт? Плевал я на всё! – зло фыркнуло измотанные синие круги под глазами.

– Коготь! Не веди себя как ребёнок!

– Я буду себя вести, как считаю нужным. Ничего не случится, если ты введешь меня хоть отчасти в суть происходящего, – уже не так уверенно, но с напором в голосе продолжил он.

– Сейчас ради вас умирают люди, а ты ведешь себя эгоистично! – почти что, вспылив, прокричав молвил Хенрик.

– Плевали на меня те самые люди с самого нашего рождения видя в таких как я только угрозу. Сейчас они спасают себя, нежели некого мага! Мы лишь прикрываемся их незатейливой идеей пошатнуть образовавшуюся нынче власть.

– Коготь! Не время капризничать! Пускай ты даже и прав, – попытался его урезонить Хенрик.

– У меня нет слова «время» с самого рождения. Найди секунду хоть сейчас…

– Ребенок! – зло фыркнул Хенрик, но поняв, что спорить они могут ещё очень долго, продолжил говорить. – Иван сейчас с другой группой выживших принявших нашу сторону и там сейчас идёт непрерывный бой. Они в осаде. Как мне известно они забаррикадировались в проходе туннеля и пытаются вытеснить своих врагов в глухую часть подземелья оттеснив их от главной части. Без нашего вмешательства Иван может погибнуть в этой суматохе! Ну! Ты готов идти? – по голосу многое, очевидно не договаривая, проговорил лорд.

– На процентов тридцать, не более! – твердо ответил Коготь.

– Да что с тобой не так? – уже всерьез вспылил Хенрик.

– Винсент? – обратился Коготь к лежащему телу в полумраке. – Ты готов отомстить за сына?

На вопрос Когтя, с пола кряхтя, принялось подыматься измученное тело мужчины. В ответ не прозвучало и слова. Безмолвные движения говорили сами за себя. На решетку опустился до крови сжатый немного синего оттенка кулак.

– Отлично… – немного неуверенно от увиденного на свету сказал Коготь.

– Дер…Дер…ил…

– Что? – не расслышав, переспросил Хенрик, обращаясь к бывшему узнику.

– Он мой! – на присутствующих в тусклом огниве поднялись красные, запавшие в орбиты глаза – глаза безумца.

– Он… он будет в порядке… – Коготь попытался констатировать состояние Винсента в выгодном для себя свете.

Хенрик лишь кивнул отрицательно головой с некой печалью. Схоже лорд уже видел схожие картины. Воля Винсента почти полностью была сломлена. От полного безумия оставался лишь малый шаг. Лишь ненависть к ордену, к которому он отчасти был причастен, по-прежнему сохраняла трезвость ума уже бывшего узника.

– Не думаю…– прошептал Хенрик, чтобы его услышал лишь Коготь.

– Но…

Лорд лишь с печально покачал головой: «Смирись Коготь. Уже слишком поздно». Молчание сказало в данный момент больше, чем смогли бы выразить слова.

– Я… – несмотря на то, что Коготь был измотан, но вокруг него собрался громадный всплеск магической силы.

«Ранее он не был способен на такую мощь. Даже не видя магию своим зрением – я ощущаю её невообразимую силу» - подумалось Хенрику. Он был прав в своих ощущениях. Вокруг Когтя собралась вся магическая мощь, на которую он был способен, будучи усталым и исхудавшим. Злость хороший катализатор для многих вещей, главное ней правильно пользоваться.

******

Дроудвана придавила к земле неведомая сила, заставив гнома оказаться на коленях. Несколько попыток дворфа подняться на ноги не дали должного результата. Сильное давление от меча вокруг, действующее на меня во время боя, исчезло. Столь грозный магический разумный меч гнома, лежал на земле перед хозяином. Он взбудоражено пылал неровным огнивом по всей своей структуре, видимо понимая, что Дроудван под давлением некой силы, а он – его защитник, не может ничем помочь.

Я же, не понимая, что происходит, лишь отшатнулся в сторону, всё ещё держа короткий клинок обеими руками, что от силы моего хвата повинуясь моей силе воли, вовсе не желал покидать мои ладони. Дыхание постепенно приходило в норму. Помогая себе магией, я тут же принялся восстанавливать свои истраченные силы в геометрической прогрессии. Через минут пять скорей всего смогу вступить в бой вновь. Пока чувство опасности отступило. Мимолетные мысли о возможной смерти переменились новыми событиями, отчасти успокаивая хаотичность сменяющихся мыслей в голове.

В отличие от потупившегося в землю дворфа мне ничего не мешало осмотреться. К нам, опершись на маленькую незнакомую для меня гномшу, небольшими шагами приближалась Розмари. В руке Розы переливаясь лиловым оттенком, сверкал её приобретенный таинственный стилет. Схоже результатом своих слов она была весьма довольна. Позади Розы по одному шла разношерстная компания, составленная из остальных дворфов и моих спутников. Последним с прохода показался Вулфаир который пытался охватить всех и вся взглядом.

– Я повинуюсь! Повинуюсь! – вдруг закричал Дроудван.

Только сейчас я заметил, что с каждой секундой дворф оказывался всё ближе лицом к полу, не в силах сопротивляться. «Неужели он под действием магии?» – подумалось мне. Проверяя догадку, я просканировал пространство, ища неизвестную мне магию. Многое вокруг было пропитано манной, но я так и не понял, что за сила заставляла гнома буквально кланяться, не давая подняться.

– Роза. Пожалуйста, прекрати.… Это ведь Дроудван, – заговорила рыжеволосая коротышка.

– Я ничего не делаю, – устало ответила она.

– Ваша свет… Розмари, – подал голос самый старый дворф среди всех с неким изумлением и печалью в голосе, – магия крови предка пробудилась… только твое позволение отменит эффект, действующий на пятого старейшину. Будь лояльней. Прикажите. То есть прикажи ему, как сделала прежде или отмени свой приказ.

Схоже дворф с дробящей булавой в руках не мог определиться, как теперь ему относится к Розмари. Я до этого подозревал, что что-то эпохальное произошло в центральном помещении, но пока не совсем мог всё сообразить. Что вовсе значат слова: «Король гномов избрал приемника». Не зря же гномы кланялись вампиру, что вовсе не является представителем их коротконогой расы.

– Я понимаю твое желание. Но прошу тебя… – добавил он.

– Сер Клауд, я не совсем понимаю вас, – они измерили друг другом взглядом, – ну… почтенный Дроудван приказываю встать! – изумленно проговорила Роза, всё же проиграв в гляделки сивобородому.

Давящая сила на Дроудвана тут же отступила, он выпрямился по струнке как солдатик, тупясь взглядом на вампиршу. В его глазах читалось удивление, но отнюдь не было непонимания к происходящему.

– Это ещё что за новшество!!? – увидев реакцию гнома, на одном духу выпалила Розмари.

– Угораздило же… – еле слышно промолвил Дроудван, – и кто? Вампир!

Он, наконец, смог сдвинутся в сторону по своей воле. Хмыкнув, гном отвернулся от всех, спрятав лицо и прикрывая шею рукой. Я успел кратковременно заметить край набухшего неглубокого пореза.

– Парень. Ты выиграл. Не будь вмешательства извне… как не крути, мне повезло.… Признаю твою мощь. Более никто не станет на тебя нападать, пока я жив, – промолвил через спину Дроудван и принялся удаляться в единственный имевшийся проход впереди него.

Схоже гному не было важно куда идти, он попросту хотел побыть один.

– Что же это творится! Проиграл? Опять? – у рыжеволосого гнома от удивления широко открылись глаза. – Да быть такого не может! Гроза всех дворфов и сильнейший из нас проиграл в честном бою, без каких-либо ограничений!

Он было дернулся, чтобы догнать Дроудвана, но его остановил гном стоящий рядом. Как на меня, именно этот гном был спокойней всех и ещё не разу не проронил и слова.

– Он будет цел, ты ведь знаешь его характер. Пускай немного поубавит свой пыл. Он достойнейший из нас, но также и самый вспыльчивый и своенравный, – проговорил одногодка рыжебородого.

Понимая, что нужно окончательно разрешить сложившеюся ситуацию я представился:

– Шон Вулф. Рад приветствовать вас, – я встал и отвесил полупоклон. – Теперь то можем спокойно поговорить? – спросил я, подымая голову, немного её разминая со стороны в сторону, после изнурительного боя.

Тело почти пришло в норму. Теперь я мог спокойно дышать ровным тактом, не боясь и не скрывая свое истинное состояние перед всеми. Хотя подозреваю выступающие круги под глазами, что постепенно принимали нормальный окрас выдавали меня с лихвой. Некоторое время я не смогу пользоваться вампирским «я», даже хорошо, что всё сложилось именно так.

– Шон Вулф? Тот самый? – у человека, которого Розмари назвала Клауд, сощурились в недоверии глаза. Он пристально начал изучать меня. Шепнув что-то, он всмотрелся на меня.

– К-хе-к-хе, – Клауд закашлялся, резко отведя от меня взгляд. – Шон Вулф. Не мудрено, что Дроудван проиграл. Да ты бы мокрого места от нас всех не оставил бы.

–«О чем он говорит?» – вклинилась в мысли Роза, прочувствовав, что я перестал её блокировать.

– «Не знаю», – соврал ей я, сам понимая, что видимо гном, попытался изучить мою магическую ауру, опешив от её вида. Кратковременное маскирующее заклятие, наложенное мной по прибытию к Розе, видимо в ходе схватки перестало действовать.

– Я первый почтённый старейшина рода дворфов – Клауд с рода Нотервудов. Это второй и третий почтённые старейшины – Мелион с рода Фарина и Левир с рода Беда, – проговорив он кивнул молодой рыжеволосой гномше продолжать говорить.

– Я от недавно занимаю пост шестой старейшины рода гномов. Я Мериель с рода Фарина, а это мой супруг…

– Стипрус с рода Изумир, – перебил он супругу, от чего удосужился от неё гневного взгляда.

С каждым сказанным словом я всё больше не мог скрывать своего изумления.

– Меня зовут Артур. Е-м.. я с почтенного рода Хейз. Рад приветствовать вас, – проговорил до этого молча наблюдавший Артур, неуклюже попытавшись скопировать мой полупоклон. Видимо он понял, что я очередной раз пребываю в замешательстве, от чего решил представиться, напоминая мне, что я здесь не один. С рода Хейз. Надо же как загнул. Мне ведь прекрасно было известно, что в двадцать первом веке немного другое понятие и отношение к родовому имени.

– Голден-Блэк Агнес Мэйсон, – мелодичным голосом прощебетала она.

– Надо же, какие необычные имена, – потирая бородку, проговорил первый старейшина, – поздравляю вас юная леди со становлением магом, – обратился он к Агнес, изучая остальных моих спутников магическим взглядом.

Агнес на меня кинула вопросительный взгляд, пытаясь понять как дворф узнал о её секрете.

– Он тоже маг, как и я. Как и все здесь, – ответил я Агнес на не заданный нею вопрос.

– «Ты нашел только одного мага?» – прозвучало в голове.

– «Да, хоть и не специально. Впрочем, ты тоже отыскала магов. Вот только ты нашла не совсем людей», – ответил я, посылая свои мысли к Розе.

– «Это она тебе помогла одолеть Высшего?» – спросила Роза.

– «Нет. Это долгая история. Я ведь говорил правду, она только инициализировался. К тому же сегодня. Когда всё утихнет, попытаюсь рассказать всё в подробностях», – про себя мысленно я содрогнулся, тут же блокируя эти чувства от Розмари. Ведь сейчас стоит всех расстроить истинным лицом врага. Хоть Высший и мёртв, но он мелкая сошка в этой долгой борьбе. Мамон сейчас пребывает где-то там: на поверхности, становясь в нашем мире лишь сильней с каждой секундой.

– Обо мне все позабыли? – прорычал позади Вулфаир, добавив мурашек некоторым присутствующим, что в действительности позабыли о его существовании. Хоть возможно они попросту не хотели о нём помнить, немного страшась зверя.

– Нет, – не мешкая, оборачиваясь к зубчатому коту, проговорил Клауд, – как можно позабыть о столь величественном звере. Короле королей.

– Вы ему льстите! – внёс я свое скорое замечание.

На меня многие кинули лишь гневный взгляд. Королевский зубчатый кот для многих оказался, по-видимому, чем-то эпохальным и высоким.

– Снова ты за свое! Я только ведь начал наслаждаться почтением, на которое заслуживаю. Почтение, которое от тебя вовсе не дождёшься! – прорычал ко мне Вулфаир, замахав своим раздвоенным хвостом с завидной скоростью.

– Какие мы ранимые! – зло проговорил я к нему в ответ.

Наш разговор лишь всех удивил. Многим не было понятно, как человек вовсе может так разговаривать столь непринужденно с таким величественным зверем, ещё и не ставя его ни во что. Ведь о королевских зубчатых котах ходят лишь истории о смерти. Вблизи, разговаривающего как друга, ещё и в роли спутника зубчатого кота видели впервые.

–«Долгая история», – добавил я мысленно Розмари, видя её не первый за сегодня тревожный и восхищённый взгляд на рычащую громадину.

– Другого я не ожидал от Шона Вулфа, о котором уже давно наслышан за последний год, – коротко заметил первый старейшина, – хочется расспросить о многом, но сейчас не время.

– Удивлён, что вы обо мне знаете. Это немало объясняет в неких произошедших моментах. Но сейчас не об этом. Согласен с вами. Если убивать мы друг друга более не намерены, и вы поняли, что мы являемся друзьями Розмари, нам бы отдохнуть. Всё остальное после. Как я понял, нам от вас ничего не угрожает, как и Розе? – задал я мучающий меня главный вопрос.

– Точно подмечено… у меня много не высказанного, но пока соглашусь с тобой, – подняв руку, как будто останавливая слова остальных дворфов, проговорил Клауд, – попрошу проследовать за мной, вы и так оказались там, где вас быть не должно. Вообще попрошу о вашем присутствии здесь дальше этой комнаты не распространяться! Особенно дворфам! – о чем-то задумавшись, сощурившись, проговорил он, после начав незамедлительно идти по неизвестному остальным пути.

– Будет трудно молчать пред остальными дворфами. Особенно скрывать что мы люди, – проговорил Артур, соизмерив свой рост и рост говорившего, догоняя его по пятам. Я только удивился проворности и бесстрашию Артура. Он довольно быстро подстроился под ситуацию и принял решение, что ему делать.

– В этом с вами соглашусь. Предоставьте объяснения нам. Сейчас же пока пытайтесь просто помалкивать, – с силой потянув за волосы свое бородки, проговорил старейшина, не останавливая свой темп ходьбы.

Схоже данные мысли тоже не давали ему покоя. Это был вопрос, на который он должен был придумать вразумительный ответ для своего народа. Другого объяснения для себя я найти не смог. Если я правильно помню мысленные образы Розы, то именно с расой дворфов нам и предстоит столкнутся в дальнейшем. Не думаю, что это затесавшиеся дворфы среди людей. Скорей наоборот. Сокровищница дворфов тому доказательство.

– Первый старейшина, ваша просьба изначально провальная, – подметила Мериель.

– Это почему? – выдернула она его из мыслей.

– В сокровищницу дворфов зашел лишь один человек. Точней вампир. Выйдет же наружу, – отойдя от всех на шаг, она посчитала всех пальцем, – четверо. Ещё и зубчатый кот. Это с какой эпохи вы их отрыли в сокровищнице. Я о таком артефакте слышу впервые!

– Я…. – он резко замолчал, остановившись на месте. – Из-за стольких событий вовсе об этом не подумал. Очень хорошо подмечено!

– Может не скрывать вовсе? – спросил я. Уж больно мне не нравились эти игры.

– Придется. Дворфы народ сильный и независимый. Как думаешь, что начнется, если пойдёт слух о том, что в сокровищницу пробрались люди?

– Люди оказались сильней и коварнее чем все думали, а потому представляют угрозу для всех дворфов. Они даже в сокровищницу пробраться сумели. Ещё и обвинят Розмари в помощи людям, – проговорила Агнес.

На девчонке сошлись взгляды присутствующих.

– Что? Первый старейшина ведь спросил. Я и ответила свои мысли. Я что-то не так сказала? – потупила взгляд она.

– Всё верно! – громко проговорил Клауд, махая рукой следовать за ним дальше, излишне более не останавливаясь по пути.

– Я поверил бы, скажи это кто-то иной, но как в твою голову пришли такие доводы? – удивленно обратился я к Агнес.

– Разве по реакции пришедших гномов это было не понятно? По их взгляду сразу читалось изумление в том, что мы вообще здесь делаем! Говорила ведь, что в наших книгах в жанре фэнтези многое написано о бесконечных войнах гномов, людей и эльфов! – ответила она мне. – Если сопоставить всё, то вывод сам собой напрашивается.

– Но всё же. Ты удивляешь, – я сдвинул бровями, нахмурившись, пытаясь сам осмыслить сказанное ней. – Мне нечего предложить, чтобы решить эту ситуацию. Я очень плохо представляю бытность дворфов и не знаю многое. Знаю только, что не хочу враждовать с вашей расой из-за такого пустяка, – продолжил я говорить, уже обращаясь к старейшинам.

– Собственно. Как вы здесь оказались? – проговорил Клауд.

Все коротконогие с интересом на нас всмотрелись.

– Телепортировали, – не стал скрывать я.

– Любопытно…. Очень любопытно… – проговорил в задумчивости Левир с рода Беда.

Я в который раз подметил его молчаливость и некую странность в поведении.

– Мы не собираемся никому рассказывать, как можно попасть к вам в сокровищницу, – поспешил я успокоить старейшин.

– Но это невозможно… – как будто придя к некому выводу разговаривая сам с собой, проговорил Левир.

– Видимо очень даже возможно. Хоть мне и самому мало в это верится. Вы ведь никогда не могли видеть стен сокровищницы, а потому не могли телепортироваться сюда! Действительно нонсенс, – подал голос Мелион с рода Фарина. – Вам станется, про что потолковать с Левиром. Настройтесь на допрос с пристрастием. Он единственный учёный по магии среди старейшин и отвечает за магическую безопасность города Депеш… – Мелион тут же умолк.

Видимо гном понял, что сказал немного лишнего незнакомцам. Пускай казалось, что мы не несём угрозы, но излишняя самоуверенность может плохо сказаться. Об этом знают все.

– Им можно верить, как и мне, – поравнявшись со мной и взяв меня крепко за ладонь рукой, проговорила Розмари. Я осекся, почувствовав её холодную, как ледышка – ладонь. Взгляд покосился на стилет. К счастью, схоже Розмари сумела обуздать оружие и спрятала его, по-видимому, в пространственное кольцо.

Сказанные нею слова немного успокоили дворфа, но даже так он удосужился косых взглядов от присутствующих старейшин.

– Что же это творится… столько людей, – пытаясь сказать шепотом, но довольно громко сказал Мелион, делая вид, что допустил промашку из-за замешательства происходящим.

– Не нервничайте. Поберегите сердце, – с издёвкой в голосе обратилась к нему Розмари.

Мериель прыснула, прикрыв рот рукой что бы не засмеяться. Схоже ранее уже был некий неизвестный мне инцидент. На досуге будет о чём поговорить.

Далее некоторое время все двигались молча. Я несколько раз чуть не схлопотал от Розы, так как пытался освободиться от её хвата рукой. Было не удобно идти, держась за руки. От каждого прикосновения вампирши в душе ощущалась некая пустота и скреблись кошки. Меня попросту злила эта близость. Агнес, видя, что я веду себя как не в своей тарелке, подбежала к Розмари и взяла её под руку.

Роза хотела было отстраниться, но Агнес настойчиво, что-то шепнула и меня оставили одного. Мне осталось лишь хмурится в долгожданном одиночестве. Я не был против, но такое поведение Агнес меня насторожило.

– Не переживай. Агнес хоть и несносная, но они найдут общий язык, – смотря как от нас немного отдаляются две девушки молвил Артур.

– Надеюсь… – полушепотом отреагировал я на его слова вспоминая об характере Мередит Кляйн.

Злясь на образовавшуюся неловкость в душе, я не мог более бездействовать. Хотелось хоть что-то предпринять, нежели просто идти за старейшиной. На данный момент мы лишь миновали множество кольцеобразных на вид помещений, статуй гномов в них и стеллажей – заполненных артефактами и в большей степени старинными предметами.

– Вы уже придумали, как мы будем исходить из сложившейся ситуации? – задал я вопрос Клауду, поравнявшись с ним.

– Есть некоторые мысли, – кратко ответил он, не спеша ними делиться.

Я вопросительно посмотрел в лицо гнома, немного склонив голову вниз вцепившись в усы старца взглядом. Он устало провел огрубелыми массивными пальцами по глазам, массируя веки, как будто пытаясь отогнать от себя чувство усталости.

– Почтённый не томите, – стал я настаивать, возжелав услышать ответ.

– Вас всё равно все увидят. Так что скрыть ваше присутствие, а тем более появление людей среди нашей расы будет не возможно. Хочу предоставить всё воле случая.

– Но ведь… Разве нет другого выхода?

– Я уже всё обдумал. Если не ошибаюсь, Розмари хотела вскоре покинуть наш славный гномий город. Что же. Несмотря на её новый статус, думаю именно сейчас, ей стоит заняться этой славной мыслей.

– Вы пытаетесь избавится от нас? – я выдержал паузу. – Или от неё?

Старейшину немного подкосило, как будто у него внезапно кратковременно потемнело в глазах от изнеможения.

– Нет… что ты… совсем нет! Скорей обезопасить! – он чрезвычайно быстро пытался говорить. – Да! Именно обезопасить! – словесно он попытался говорить убедительным тоном. Хотя подозреваю, он пытался успокоить именно себя.

– То есть вы попросту всем расскажете о том, что здесь произошло, а после выгоните нас в три шеи? – выразил я свои истинные мысли, обдумав услышанное.

– Зачем так грубо… парень… ты не совсем понимаешь происходящее! – пошел на попятную гном.

– Впрочем… мне всё равно! Делайте, как вам заблагорассудится. Главное, что живы. Однако….

– Что!? – резко перебил меня Клауд, думая о своем.

– Могли бы хоть скрыть свои эмоции. Зачем так грубо, – несмотря на то, что передо мной был на много старше за меня годами дворф, я принялся его отчитывать. Для меня давно стёрлись возрастные рамки, к тому же, когда разговор затрагивал мою жизнь или моих друзей.

– Извини. Меня вся эта ситуация вовсе выбила из колеи. За долгое время, это впервые. Самому не привычно. Если бы ты не появился здесь вместе со своими друзьями, я даже не знаю, как мне стояло бы поступить по отношению к Розмари….

Гном вновь поник в лице, погрузнев.

– Я лично не вижу в случившемся и йоты проблемы. Вы себя накручиваете.

– В твоих словах была бы правда, если бы не одно, но! Во все времена, дворфы ни разу не ослушались слов своего короля! Прикажи нам идти на бойню – все пойдут! Вампир – приемник короля гномов! Только вдумайся! Ты и так всё понял, ведь вы давно за нами наблюдали! Пятый старейшина – Дроудван, тому доказательство! – немного ошеломленно и взбудоражено проговорил первый старейшина.

– Уверяю вас, что Роза вовсе не подумала бы о вас как о боевой единице. Мы ведь не Высший! Пускай вы и воинственный на первый взгляд народ, – не менее удивлённо проговорил я ему в ответ, пытаясь передать ему свое первое впечатление о дворфах.

– И слава богам! Хорошо, что прародитель сам выбирает себе приемника... ну... или преемницу... я не сомневаюсь, она явно достойна этого звания, – гном на ходу стушевался, продолжив говорить, – просто боюсь, что её выбор в дальнейшей жизни дворфов станет эпохальным. Боюсь, что многие могут не дожить до ожидаемых перемен. Судя с того, что мне известно, может назреть война с людьми. Что делать гномам, если все люди столь сильны как ты и Розмари? Я ведь уже не один год занимаю пост первого старейшины. Мне известны истории появления каждого из известных королей гномов и все они кровавые!

– Мне бы хотелось вас успокоить, но я прибыл в этот мир… – я на краткий миг замолчал, поняв, что гному моя история о двадцать первом веке в данный момент вовсе не нужна, это лишь лишняя информация, что нагрузит его мозг ещё больше, да и незачем ему это знать вовсе, – скажу лишь, что как бы вы не поступили, если сейчас остаться в стороне, то вы не выживете.

Клауд резко поднял на меня взгляд, ища в моем лице подвох или вранье в сказанном. Молчание возникло на несколько минут. Я не мешал дворфу переварить информацию, произнесённую мной.

– Высший ведь мёртв? Разве Розмари соврала нам? Её слова под пряжей правды не показались лживыми! Я ещё не разу не слышал, чтобы пряжу правды можно было обмануть, – заговорил он.

– Пряжей чего? – удивился я. – Хотя не важно, – видя, что первый старейшина хочет пояснить, прервал его я, продолжив говорить, – Высший не главная угроза, хоть он и мёртв. Даже Роза и все мои друзья не в курсе всего. Тогда, поведав Розе, что мне удалось победить Высшего, вовсе не хватило времени поведать о главном. Вы изучали демонологию? Знаю, что она в нашем мире не распространена. Но всё же?

Лицом я попытался передать всю серьезность которую только мог. Клауд от моих слов нахмурился пуще прежнего, сдвинув брови в раздумьях.

– Я не пошутил, – молвил я, вновь замолчав.

– Демоны? Ангелы? Парень ты сбрендил? – опешил Клауд, вовсе остановившись на месте. Вся группа, идущая по пятах, остановилась из-за того, что все чуть не врезались в наши спины.

– Ей вы чего? – подал голос Артур, что до этого пытался утопать взглядом на бесчисленных полках стеллажей.

Я промолчал. Делая вид, что ничего не произошло, а всё лишь наше чудачество, я поспешно принялся идти дальше, кивнув Клауду поступить так же. Мы приблизились к лестничному проходу, по сторонам прохода лежало множество камней, как будто недавно здесь был завал.

– Не думаю, что стоит сейчас знать всем о сути нашего разговора. Не будь вы первым старейшиной, я бы не начал этот разговор вовсе, – проговорил я полушепотом к гному. Лишь после этого, он нагнал меня вновь поравнявшись. Не смотря на его короткие ноги, шли мы единым темпом, пускай и не нога в ногу, что меня посредственно удивляло.

– Ты же пошутил? Так ведь? – засыпал он меня вопросами.

– Мы плохо знакомы, но разве вы думаете, что я стал бы шутить? – задал я гному вопрос.

– Но как? Но ведь! Да не может такого быть! Это ведь легенды…

Он, идя рядом, пытался словесно отрицать услышанное, но каждый раз смотря на моё лицо, его взгляд становился всё серьёзней. Новость о том, что Роза прародительница короля гномов, похоже вытиснилась с мыслей старейшины вовсе, после сказанного мной.

– Когда-то я так же думал о существовании «жнеца». Легенды. Выдумки. Проза. Никогда подумать не мог бы, что «смерть» не просто слово – она осязаема. Это не просто измышление, ведь её коса коснется жизненной нити каждого…

Задумчиво проговорил я, всматриваясь в лицо и без того озабоченного гнома.

– Что? – словно вовсе несмышлёное дитё переспросил Клауд.

– Я думал, мы уже уяснили, что мои слова звучат довольно прямо, без фальши, – очередной раз пришлось указать на свою излишнюю прямоту в разговоре. Первый старейшина никак не мог собраться с мыслями.

– Я слышу каждое твое слово. Просто всё звучит как будто рассказ написанный в самой старой книги моего народа.

Я приблизился к старейшине и осторожно без лишних движений взяв его руку положил её на свое запястье, проговорив:

– Настоящий?

– Да. Но? Неужели ты действительно видел его – жнеца? Демоны? Да откуда ты свалился!? Кто ты в действительности такой!? – отпуская мою руку с не наигранным страхом, проговорил Клауд.

Мне вдруг вспомнились слова «смерти» и невольно, мне захотелось повторить её загадочную манеру в разговоре. Моя жизнь настоль непостоянна после восемнадцатилетия, что иногда так и хотелось хотя бы словесно позабавиться и показать миру что «я», есть «я».

Сделав шаг от старейшины в сторону, разорвав дистанцию, я принялся творить магию, вытянув руку перед собой, демонстрируя всё не просто на словах, а на деле. Секунда и основа будущего удивительного сложного заклинания для любого мага была готова. Впрочем, если задуматься, то заклинание вовсе невозможно для любого известного мне мага, ведь нужно обладать предрасположенностью ко всем основным стихиям нашего мира, чтобы показать истинную мощь этого магического творения.

– У меня много имён. Дитя пророчества. Шон Вулф. Вулфаир. Надежда мира. Прародитель магии. Создатель писаний о магии. Тот, кто вышел с врат «Желаний». Источник манны.

Говоря слова, я не на секунду не останавливался в творении магии. Все манипуляции бессловесной магии я проделывал без излишеств. Шаровидный кокон плотно покрыл помещённую в самый его центр стихию молнии. Пальцы так и искрили от переизбытка магии стихии молнии. Ныне имея значительный контроль над своими силами, не дожидаясь, когда шар со стихией молнии стабилизируется с моих пальцев сорвалось четыре тонкие струи стихии льда, огня, земли, воздуха. Стихия молнии под воздействием сразу ещё четырёх различных несочетаемых стихий принялась бушевать, ударяя разрядами по основанию кокона. Началось быстрое преображение заклинания. Сформировалась яркая большая звезда, засияв на несколько метров в стороны. Заклинание бушевало в середине кокона выкидывая частички песка, льда и искры огня, при этом кружась под воздействием силы стихии воздуха. Внезапно сияние пропало, а цвет ядра заклинания начал меняться и преобразился в всепоглощающую черную точку. В центр знакомо для меня начало засасывать воздух, как будто прореха стремилась заполнить в себе безграничную пустоту. Когда моё заклинание было законченным, я, играя со своим убийственным заклятием кончиком указательного пальца несколько раз обернул сферу вокруг себя.

– Ныне, мне не зачем это скрывать… я есть я…

Я взглянул на дворфа, тут же осекшись. Дворф стоял во все оружии. Его руки дрожали, крепко держа перед собой массивную ударно-дробящую булаву с острыми шипами на навершие, переливающуюся огнём. Схоже Клауд достал схожее орудие, с тем, что использовал Дроудван. Хоть оно и было похожим на уже виденную ранее булаву в руках гнома, но я был уверен, что это совсем другое орудие. Сейчас, как и от меча Дроудвана веяло неудержимой магической мощью в стороны.

– Вы что сума сошли! – закричала Розмари возник, между нами, в одно мгновение.

Видя столь яростную реакцию, сделав несколько жестов я принялся высасывать манну из своего заклятия. Вскоре кокон, наполненный манной, лопнул, рассыпавшись в воздухе. О моем заклинании вокруг напоминали лишь вздыбленные волосы присутствующих.

– Что ты творишь?! – с кулаками на меня накинулась Роза. – Вы что опять за старое! Решили вновь учинить драку? Да я вас сейчас!

Пришлось увернуться от нескольких точных ударов в нос, адресованных в мою сторону ослабленной, но вполне активно двигающейся Розмари.

Я лишь краем глаза заметил, как Клауд неспешно принялся опускать своё оружие, поняв, что угрозы что исходила от меня более нет. Воинственность гнома исчезла, но по-прежнему ощущалась давящая мощь исходящая от булавы. Само оружие было готово самолично оказаться у меня на голове, не согласовав свое решение с хозяином. Лишь неуверенность и мелкая трусца старейшины мешало булаве это произвести в жизнь.

Все обступили нас, удивленно наблюдая.

– Опять хозяин отчебучил, – прорычал Вулфаир заливаясь звериным рыком очень схожим с человеческим смехом.

Многие удивлённо на него всмотрелись. Своими словами он лишь прибавил жару в произошедшем. Многие были не готовы услышать слово «хозяин» от такого зверя. Он впервые при всех обратился ко мне в такой форме. Артур и Агнес не подали вовсе никакого удивления, ведь они плохо представляли до недавнего времени кем вовсе является мой черный двухвостый кот. Тем более плохо представляли уникальность магических зверей, тем более разумных редких особей. Хотя, мне кажется если бы им объяснять на понятном им языке их времени, то можно представить, что бы они сказали узнав, что я завел дружбу и даже более того – дракон считает меня хозяином.

Поняв, что Розмари не остановится пока не попадёт в цель, я резко остановился на месте, более не предпринимая попытки увернуться. Вот кулак занесся в ударе.

Закрыв глаза, я стал ожидать толчка, от которого скорей всего моя голова некоторое время будет побаливать.

Мою шею резко сжали. Я уж думал, что меня решили удушить, но это оказались лишь объятия. В нос ударил позабытый тонкий запах цедры.

– «Что ты творишь? Зачем!?» – прозвучало в мыслях. У уха почувствовалось немного сбивчивое, но ровное дыхание девушки.

– Вот так поворот… – бестактно просвистел Стипрус. Пребывая с закрытыми глазами, я лишь по звуку понял, что Стипрус видимо схлопотал под дых.

Открыв глаза, я проговорил:

– Я спокоен. Лишь доказывал свои слова на практике.

Розмари, поняв, что я никак не реагирую на неё отступила от меня, став немного боком прижав правую руку к груди. Очевидно, что бинт на плече сильно мешался, ей было заметно всё ещё болезненно стоять самой, а поврежденная спина так очевидно и отдавала болью. Поражало сколько силы в девичьем теле. Пускай я её подлатал магией, но это не могло заменить необходимый покой.

– «Зачем?» – подала она мысленный вопрос, продолжая молча тупиться в пол.

Пока остальные молча наблюдали, мы придались мысленному общению.

– «Я ведь объяснил, я лишь доказывал свои слова первому старейшине гномов».

– «Я во что бы то не стало верну не достающую часть тебя!» – угрожающи прозвучало в мыслях.

– «О чем ты?» – осекся я, сообразив, что мысленный разговор вовсе о чем-то другом.

– Ты меня услышал! – вдруг выкрикнула она.

Я пристально взглянул на лицо подруги. По её лицу текли сдерживаемые слёзы. Глаза были красными и заполненными влагой. Замотав головой в недоумении, я лишь увидел прячущийся силуэт Агнес за более-менее уже успокоившегося от смеха Вулфаира.

– Я помогу.

К Розмари на выручку кинулся Артур. Он попытался подставить ей свое плечо, но Розмари лишь оттолкнула его.

– Ты ведь был рядом! Ты! – прокричала Роза. Артур лишь в недоумении застыл возле неё.

Подбежали рыжеволосые косички и схватив Розмари за руку, потащила её в сторону от него, проговорив:

– Не прикасайся к ней! – прошипела Мериель в адрес Артура.

Не думаю, что она поняла, в чем причина поведения Розмари. Просто гномша пыталась отстоять подругу, будучи истинным другом. А мы? Мы ведь для дворфов поистине никто. Возникшие из неоткуда, не более. Шон Вулф? Прародитель? Сейчас для коротышей, я являюсь никем!

Данные мысли прибавили печали. Моя выходка с демонстрацией сил оказалась не чем иным, как пустым сотрясением воздуха. Я показал свое ребячество и мнимо имеющуюся силу. Силу то я имел, вот только её наличие мне ничего в данный момент не давало.

– Я с ними, – полушепотом проговорила Агнес, прокрадываясь пользуясь моим замешательством к девушкам.

Я понимал, что в поведении виновна именно она. Но зачем? Я ведь говорил, что сам вскрою многие карты. Впрочем, стоит злиться лишь на себя. Мне ничего не мешало поведать о многом, передав свои воспоминания.

– Нам стоит продлить путь, – сухим голосом громко проговорил Клауд, справившись с своими эмоциями за это время, – я… ты… Шон. Поговорим после. Очевидно, перемен в дальнейшем не избежать. Остаться в стороне просто-напросто не получиться.

Первый старейшина в задумчивости провёл взглядом немного отошедших от обшей группы девушек.

– Мериель! – выкрикнул он. – Только посмей! Почитаемый Мелион ответственность за дальнейшее поведение дочери буду спрашивать с вас обоих!

Гномша лишь кисло улыбнулась старейшине. Он похоже хорошо знал характер Мериель, обрубив задумки гномши на корню.

Артур удивленно на меня всмотрелся, пытаясь понять, что такого могла сказать Розмари мне шепотом. Да и вовсе от чего относительно него была такая реакция.

Глава 11

Порядок и беспорядок – это число; храбрость и трусость – это мощь; сила и слабость – это форма. Если нет выгоды, не двигайся; если не можешь приобрести, не пускай в ход войска; если нет опасности, не воюй. Государь не должен поднимать оружие из-за своего гнева; полководец не должен вступать в бой из-за своей злобы.

Сунь-цзы

Глава XI

– Дер..ил…Дер…ил… – доносилось по длинному тоннельному переходу ведущему в более широкую часть тоннелей, заглушая человеческие неспешные шаги.

– Он вовсе обезумел. Было ли правильно брать его с собой? – шепотом что бы не услышал Винсент проговорил Коготь.

– Это ведь ты решил не оставлять его в камере! – эмоционально ответил ему лорд.

– Я просто не хотел оставлять человека в столь беспомощном состоянии, – фыркнул Коготь, – оставлять его за решёткой бесчеловечно! Он и так настрадался. Дерил как то намекнул, что пища, которую он приносил, приготовлена с его сына… вот результат.

– Мог бы просто оставить дверь открытой. Ребячество! Мы не имеем на свои предпочтения и йоты права. По крайней мере пока не выбрались! – зло проговорил лорд, следуя глазами за медленно передвигающимся спутником – Винсентом.

– Если слова Дерила были правдивы, то Винсент как никто другой имеет право на месть. Хенрик, тем более на мою с тобой поддержку!

– Что? – не расслышав из-за слов подопечного, переспросил Хенрик, обращаясь к бывшему узнику.

– Он сказал, что перегрызет кому-то глотку… – шепотом повторил за Винсентом Коготь, расшифровав невнятную речь.

– Хоть знаем, что он на нашей стороне, – угрюмо констатировал лорд.

– Про одного противника думать не придётся явно, – хмыкнул Коготь в ответ.

– Если ты покажешь такую же мощь как несколько минут назад, то нам вовсе можно никого не бояться. Не думаю, что здесь найдется хоть немного блокирующих магию амулетов! – думая вслух проговорил лорд.

Его воспитанник лишь взглянул на учителя удивлённым взглядом, проговорив:

– Не переживай: я напомню обидчикам за каждый ноготь Ивана!

– Лучше не отомстить, а выбраться со сложившейся ситуации! Я освободил тебя не ради мести, а ради всеобщего выживания и сохранения людей в целом. Каннибализм? Это ведь уму не постижимо, нужно что-то изменять. Приспешники гильдий, ещё теперь это… разве мало в мире грязи и черноты?

В тусклом свету рашлайта Хенрик уловил лишь малозаметное колебание тени. Коготь кивнул головой, соглашаясь с ним, не проронив при этом и слова. Посулы сказанному были излишни. Привычно для лорда в воздухе образовалась давящая атмосфера чего-то невидимого. Магия. Это была точно она. Хоть лорд её и не видел, но всеми фибрами осознавал, что тот малыш, пребывая в темнице, за эти дни сильно преобразился. Лорд понимал, что скорей всего это и дало толчок к развитию Когтя как мага. Лорд как воин, лишь мог оценить степень нынешней исходящей угрозы от черноволосого уже изрядно заросшего парня. Почти год в темнице закалили в нём стальной характер, отчасти изменив юнца в лице.

«Эх. Будь время для отдыха Когтя и хоть крупица нормальной пищи. Он бы скорей всего вовсе не дал нашим врагам и шанса в нынешней ситуации» – подумалось Хенрику.

– Стой!

В темноте рашлайта можно было увидеть серые зрачки Когтя. В них излучалась решимость. Его потрёпанная грязная одежда лишь придавала шарма, показывая, что этот человек прошел через немалые испытания. Будь это на поверхности, его можно было бы принять за разбойника.

– Коготь, что произошло? – прерывая свои мысли, спросил его лорд.

– Я слышал сторонний шум. Враги близко, – с восторгом в голосе проговорил он, хрустнув костяшками правой руки.

– Я ничего не слышал, – неуверенно проговорил Хенрик прислушиваясь.

– Деррриииллл!! – заглушило всё вокруг восклицание Винсента. На вид второй бывший заключенный напоминал зомби – обезумевший ходячий труп.

– Выжидаем, – прошептал лорд, сдерживая своего воспитанника от рывка вперёд, уловив на себе злой взгляд парня.

Винсент, не смотря на шепот спутников, продолжил путь по тоннелю. Идти более не было куда, лишь вперёд. До нужной развилки с несколькими путями в тёмном мести, было ещё как минимум метров двадцать. Двое из троих идущих вжались в стены. Лорд поспешно потушил рашлайт, оставив всех в полной темноте.

Можно было расслышать лишь шарканье тянущейся за Винсентом дряблой ноги. Впереди показался схожий свет. Он неумолимо приближался.

«Друг? Или враг?» – подумалось лорду.

Внезапно глаза лорда прозрели. Стало видно, как под светом солнца. Он удивлённо впился взглядом на Когтя, который неспешно опускал правую руку, заканчивая свое движение по наложению заклятия. Лорд уже успел позабыть об таком заклинании за прошедший год. Теперь можно было осмотреться на много метров вперёд, увидев приближающихся к ним. Лишь свет от огнива преградивших дальнейший путь по тоннелю, мешал понять отчетливо, кто с каждым шагом становится к ним ближе.

Винсент, оторвавшись от Когтя с Хенриков на метров пять вот-вот должен был встретиться с неизвестными. Их разделяло всего несколько метров.

– Винсент? Ты ведь должен быть в камере?! – прозвучал испугано голос женщины.

Хенрик отметил про себя, что данный голос он уже слышал не раз. Он принадлежал Милоне.

– Ты… ты!!! Виновна!!! – заполнило всё криком, что уши заложило.

Несмотря на слабость, что истощалась от вида заключенного – он, будучи разъяренным, ускорил свои медлительные движения, набросившись на женщину. С силой схватив её за волосы, Винсент дернул головой Милоны в сторону ближайшей стены. Раздался глухой удар. Рашлайт выпал с рук женщины залив округу не ровным светом. Кто-то, будучи позади Милоны, набросился на узника. Произошла возня, которую в узком проходе было невозможно разглядеть из-за спины Винсента.

– Ты… буд…ешь… гореть… в аду! – прозвучали слова, с каждым вздохом утихая всё больше.

Тело Винсента сползло наземь, расположившись в проходе неподалеку от бездыханного тела Милоны. Единственный удар оказался достаточным для мгновенного убийства женщины. В свету перекинутого на пол огнива отчетливо было видно, что взгляд Милоны безжизненный. Винсент не пожалел оставшихся сил. Остался стоять лишь один человек, который оказался никем иным как Дерилом. Можно было подумать, что Милона была в сопровождении охраны, но схоже в этот раз она отправилась в путь только с одним соратником.

– Выходи! – крикнул как можно громче он, пытаясь вглядеться в темноту перед собой, откинув ногой руку Винсента, который на последнем вздыхании попытался схватить своего палача за ногу.

В руках Дерил держал излюбленный ним меч. Вот только сейчас по стечению обстоятельств лезвие его орудия обтекала свежая кровь. Будь Винсент немного нетороплив, то выжил бы, но не в этот раз. «Другого шанса отомстить у него более не будет» – подумалось Когтю.

– Спи спокойно. Твоя жертва не будет напрасна. Я за тебя обязательно отомщу! – прошипел в пустоту он.

– Выходи!!! – провизжал с страхом в голосе Дерил.

Будучи озлённым на кричавшего, Коготь поддался порыву своих эмоций. В мгновение он возник в нескольких метрах от Винсента. Хенрик, вжавшись в стену, даже не смог понять, когда воспитанник столь стремительно принялся двигаться.

– Как быстро ты всё понял. Интересно с чего бы такие субъекты как ты и Милона к нам решили сегодня пожаловать? Ещё не время кормёжки – тебе так не кажется? – зло проговорил Коготь.

– Как вы выбрались!? Как? – завизжал пуще прежнего Дерил.

– Я маг. Ты совсем идиот? – проговорил уже более спокойно Коготь.

– Иван… Да точно! Иван теперь не жилец! За твое непослушание, его казнят! – с некой уверенностью в словах начал напирать Дерил.

– И? – безразлично переспросил он.

– Коготь, его ведь убьют! Тебе конец!

Дерил достал из-за пазухи связку, которой не раз трусил перед лицом своих узников, извечно угрожая пополнить её их ногтями.

– Не вижу ничего общего с его и моей смертью. Я пока в полном здравии, тебе так не кажется? – с ухмылкой спросил Коготь, становясь в стойку. – Умирать я не намерен вовсе, а вот укоротить тебе жизнь – всегда пожалуйста!

– Если ты сейчас…

– То что? Ты думаешь, я не знаю, что сейчас происходит?

Лицо Дерила побледнело на глазах.

– Вы ведь наивные думали видимо использовать меня в своих целях? Хотели видимо моей силой остановить восставших? Как вы себе вообще это представляли? Х-рр. П-фу.

Коготь плюнул на пол перед Дерилом, показывая, что именно он думает о нём и его предложении.

– Он умрёт! Умрёт! – завопил Дерил.

Руки Дерила задрожали при виде Когтя. Он прекрасно понимал, что не является противником магу. Дерил надеялся отыскать Когтя в темнице, где ему на его мнение и место. Смиренного и послушного. В данной ситуации ему не хватало воина темных гильдий и их амулетов. Зря он единолично пытался управлять всем. Было странным, что ни один воин гильдий за всё время пребывания в темнице так и не посетил Когтя. «Что ж это хорошо! Возможно, поэтому я всё ещё жив.» – подумал он.

Дерил принялся неуверенно отступать назад. Его и Когтя отделяло лишь два тела мирно лежащих на земле. Шаг и Дерил оказался в мнимой темноте. Более свет рашлайта его не освещал. Но приверженец ордена ошибался, его движения были видны Когтю в полной мере. Магия искоренила все неудобства. Ещё несколько шагов и именно Дерил окажется в невыгодной ситуации оказавшись в полной темноте. Но Коготь помня всё, что с ним пытался сделать этот человек не спешил. Его главной целью не было убить одного Дерила, он хотел искоренить всех приспешников ордена поголовно. Каннибализм нужно прекратить, а смерть одного ничего не изменить, тем более если из-за ошибки смерть коснется именно Когтя. Только поступая осторожно, можно будет продвигаться уверенно вперёд. Сейчас же спешить некуда.

– Ты думаешь, что темнота скроет твои движения. Я посчитаю до трёх. Столько же времени ты давал, перед тем как вырвать Ивану очередной ноготь! – громко огласил Коготь.

Послышались громкие шаги. После бег.

– Один! Два! – прокричал Коготь, формируя убийственную шаровую молнию, осветив пространство вокруг себя.

– Три!

С рук Когтя сорвалась шаровая молния с скоростью пролетев не один метр.

На расстоянии пятнадцати метров, почти у развилки с тоннеля осветило лицо Дерила, что крепко держал пред собой меч.

Раздался неистовый крик. Разряд электричества достиг своей цели осветив проход тоннеля на несколько метров.

– Черт! – Коготь бросился по проходу, споткнувшись об труп женщины, замешкав.

– Постой! Куда ты? Он ведь нежилец, – наконец решил показаться Хенрик, подав голос.

– Он живее всех живых!

Коготь, не останавливаясь побежал по тоннелю дальше. Лорду осталось только проследовать за ним.

Коготь остановился возле меча с закипевшей кровью на нём. От метала исходил пар. Разряд молнии хорошо накалил меч. Однако ожидаемого трупа Дерила нигде не было, лишь запах поджаренной курицы.

– Дерил!!! Ты не жилец! – во всё горло закричал Коготь, опустившись на колени.

Его реакция была кратковременной, он как будто извинялся перед Винсентом, что не смог отомстить за него сейчас.

– Коготь. У тебя ещё будет шанс! Сейчас не до этого. Нам стоит продлить свой путь, – Хенрик подойдя сзади, помог своему ученику встать на ноги.

– Веди, – охрипшим голосом проговорил он.

– Ты в порядке? – поинтересовался лорд.

– Всё просто отлично. По крайней мере лучше, чем было до этого.

Хенрик опередил Когтя и с осторожностью бывалого воина принялся неспешно продвигаться. У развилки лорд остановился. Впереди показались первые духи света не так давно установленные людьми после истолкований технологии дворфами, что вовсе духами не являлись. Хоть многим и было диким видеть такое освещение, но ради выживания пришлось привыкнуть и принять, что это не духи и вовсе не магия.

– Сдается мне, что нужно повредить источник освещения, – часто поморгав, подметил Коготь.

– Это будет трудно сделать. Да и вскоре освещение отключится само по себе. Пока перезапустят… эм… маши… ген… герат… генерал… П-ф! Устройства! То у нас будет как минимум несколько часов. С твоим заклинанием у нас явное преимущество. У наших же врагов таких способностей нет.

Коготь лишь хмыкнул.

– Что тебе не нравится? – изумился лорд реакции воспитанника.

– Я хорошо знаю кто такие воины серой башни. В силе остальных воинов темных гильдий у меня сомнений тоже нет. Если бы всё было так просто как ты говоришь, я бы сейчас не был в ситуации, в которой я оказался узником!

– Я промолчу относительно твоего замечания! – проговорил лорд, про себя подумав, что Коготь сам виновен в сложившемся. Если бы только не его человеческая доброта и хоть капля выдержки, то к Когтю, так же к остальным членам команды не подобрались так скоро и столь вплотную. Уже чудо, что пока все живы…. Все, кроме Шона.

Лорд нахмурил брови, что не укрылось от Когтя.

– Что? – резко выпалил он.

– Ничего, – кратко ответил Хенрик.

– Вновь винишь себя о пропаже Шона? – прочитал лорда как открытую книгу его воспитанник.

– Ничего подобного!

– Судя с реакции, так сразу и не скажешь: ничего подобного, – передразнил его Коготь.

– Много ли ты ведаешь в своей жизни?!

– Достаточно, что бы было детям рассказать. Если, конечно, доживу до того момента, – задумчиво проговорил воспитанник. – Ты лучше приступай двигаться дальше. Дерил явно опережает нас! С каждой секундой промедления я всё больше в невыгодном положении.

– Мы. Коготь, мы, – отметил лорд, подчеркнув, что Коготь теперь вновь не один и наконец, они действительно воссоединились.

– Извини. Ты прав, – осекся он.

– Вижу пребывание в заключении совсем не отобразилось на тебе в лучшем свете! – застыв на месте принялся рассуждать лорд, продолжив. – Я думал ты повзрослел!

– Да там вообще почти «света» не было. В каком ещё свете всё ещё должно было отобразиться? Как на меня только в пагубном.

– Я понимаю, что ты испытываешь к приспешникам ордена и к самой гильдии, но не стоит всех людей судить под одну гребенку.

– Хенрик, как ещё вовсе о них можно мыслить. Разве все не знали обо мне? Не знали где меня содержат?

– Знали. Но… – лорд замолчал.

– Тогда не суди мои решения столь строго. Те, кто считали данный лад вполне разумевшимся, имеют сильный процент отрицательности в дальнейших моих решениях. Я даже не знаю стоит ли им вовсе давать шанс на жизнь в этой борьбе.

– Коготь! Мы ведь тебя не так учили с Мигдалем. Конечно стоит! Разве люди что стали безвольными овцами из-за своей слабости заслуживают наказания!? Тем более смерти…

Хенрик, говоря, подумал о самом себе. Ведь именно ему выпала участь стать одним из безвольных солдат серой башни. Мозги они промывали до основания.

– Почему нет? Разве бездействие это не тоже самое что обречь меня на смерть? Они имели право принимать такое решение понимая на что идут?!

– Нет, но… Ты преувеличиваешь! Однозначно! – начал выгораживать поступки людей Хенрик. Лорд понимал, что если слова Когтя единственная истина, то сам лорд отнюдь после сотворенного ним некогда, не имеет право на жизнь вовсе!

– Я с тобой вовсе не согласен. За время, проведенное в темнице, мне так не кажется! Даже малейшая мысль может стоить кому-то жизни. Сегодня я. Кто был бы следующим? Ты так же уверен, что все без причастны в смертях с целью каннибализма? – буквально закричал Коготь.

– Нет…но… ты не понимаешь!! Вопрос стоял о выживании! Многие сделали бы всё, чтобы выжить! – заспорил Хенрик.

– Ты бы смог съесть своего ребенка? – вполне серьезно спросил он.

– Нет… но я ведь не об этом! – дался на попятную лорд.

– Как ты думаешь кого со слов Дерила съел не так давно Винсент?! Из-за чего у него столь большое помешательство в разуме? Этих людей ты защищаешь?

– Я их вовсе не защищаю…. Просто…. Это ведь люди… – почти сдался Хенрик.

– Я… вовсе не это имел ввиду… да – это люди! Но! В общем, это пустой спор, – так же принял попятную Коготь. – Так или иначе, многие виновны! Я бы не стал защищать многих из них, они потеряли разумность и то, что их делало человечными! Лишь те, что подняли восстание, поистине сохранили разум в этом бардаке. Остальные как на меня виновны!

– Ты. Я…. Мы все виновны. Скажи? Почему ты, понимая, что происходит впервые, не принялся отговорить от такого поступка остальных? Меня ты тоже считаешь виновным?

После этих слов спесь Когтя тут же ослабла. Было верно подмечено. Ведь ему никто не мешал раскрыть коварный план Милоны. Ведь именно она впервые доставила пищу человечины, когда Коготь, Розмари и Иван пребывали вместе, понимая в отличие от остальных, что происходит. Они, догадываясь обо всём, позволили отведать человечину изголодавшим людям. Именно они не стали препятствовать тому, что происходило. В тот момент стоял вопрос о выживании популяции людей. Даже сам Коготь тогда думал, что другого выхода найти невозможно. Он сам был отчасти виновен в случившемся. Он с друзьями делал попытки всё изменить, но всё помогало лишь на краткий миг. Если бы только Роза отыскала дворфов раньше… может тогда, орден вовсе не стал бы действовать, оставаясь в тени.

– Чёрт!!! – ударил Коготь кулаком со злости близ находящуюся стену.

– Ты, наконец, понял. Зачинщики виновны. Соглашусь. Но не все люди. Стоит поступать осмотрительно.

– Что ты тогда предлагаешь!? Как вовсе можно понять, кто заслуживает смерти, а кто нет? Я ведь тоже испачкал руки и мне с этим жить.

– Вот этого не надо. Ты вовсе не виновен. Сейчас судить более обширно я не смогу. И тебе не советую, мой юный друг. Предоставим всё воле случая. Время покажет, кто сохранил человечность, а кто нет. Ведь ты до последнего не пробывал человечину. Вон как исхудал, – проговорил Хенрик.

– Не разобраться в этих вопросах это может значить поставить свои жизни очередной раз на кон. Я и так настрадался! – со злостью, с сильной уверенностью в голосе проговорил Коготь.

– Мы все настрадались ещё во времена браздов правления Высшего. В его времена творились вещи и похуже… – сдвинув брови, с серьезностью во взгляде проговорил Хенрик, зная всё от первого лица.

Коготь так и не смог понять, что именно имел в виду его учитель, произнося эти слова. Пришлось поверить на слово и молча продолжить путь. Но именно эти слова зажгли в его сердце давно пропавшую искру доброты и надежды в человечество.

******

Совсем от недавно я устало лежал на изысканной кровати в выделенных мне апартаментах в гномьем городе – Депеш. Комната походила на хоромы некой знатной особы. Даже обычный ковёр, находящийся внутри помещения, можно было использовать в качестве кровати, настолько длинный ворс использовался в его изготовлении. Вулфаиру это нравилось, ведь именно в него он зарылся мордой блаженно урча на зверином.

В комнате мы находились лишь вдвоем. После всего происходящего прошло несколько дней, и они оказались для меня тяжелыми….

Впервые я видел, что бы кто-то столь много и долго мог пить. Празднество закатили знатное, от чего мне с Розмари не то, что поговорить не удалось, я даже не мог подойти к ней на расстояние вытянутой руки. Как я узнал почти сразу, то оказывается народ дворфов только успел отметить появление шестого старейшины. Все и подумать не могли, что появиться приемник самого короля гномов. Для них это оказалось шоком. Имелось много недовольных, но новые приобретённые способности Розмари помогли в краткий миг искоренить какие-либо недопонимания. Её приказу, не мог противиться ни один дворф. По сути, теперь в руках одного имеется громадная армия сильных, ловких, пускай даже коротышей!

Мысля порой в таком амплуа, я пытался не делать акцент именно на это. Пользоваться слабой стороной дворфов было бы черство. Да и Розмари на это не согласилась бы. Она во второй раз воспользовалась своей новой силой лишь чтобы нам всем ничего не угрожало пока мы пребываем среди гномов. Да и пользоваться своими новыми возможностями оказалось для вампирши чрезмерно изнурительным. Всё же, это оказалось ни чем иным как разновидностью неизвестной мне магии. Эффект такой магии был очень неуловим. В первые разы я даже ничего понять не сумел.

Последние сутки, пытаясь отдохнуть от шума пиршества я проводил в раздумьях. Ведь действительно именно в руках Розы оказались неисчерпаемые возможности. В рядах гномов по моим анализам почти каждый третий был магом. Если все были бы столь обучены как я… Но это лишь мечты... Мне не стать королем гномов, и я никогда не смогу управлять этой армадой. На Розмари в этом плане я тоже не смогу когда-либо столь сильно полагаться. Она попросту всего не поймёт, а объяснить всего я не смогу. Пока…. Если бы только она была мной…. С одной стороны – большая сила. С другой – это бесполезное новшество. Именно так для меня самого обстояло всё. Что творится в голове у вампирши после того, как она стала преемницей короля гномов, я не понимал и подавно!

Интересно что об этом всём мыслит первый старейшина Клауд? Кажется мне, он тоже сейчас ломает над схожими вопросами голову. Кто сейчас вовсе имеет вес пред Розмари? Всё происходящее будет теперь зависеть от её решения. Зная подругу не один день, как мне казалось, я понимал, что рассчитывать придётся не на многое. Народ дворфов не станет щитом или основной силой в моей войне. Хотя нет! Именно в нашей войне. Глупо сейчас возлагать всё на себя. Давно стоит рассказать всё Розмари, но из-за многих событий я медлил. Было странным осознавать, что когда-то мой путь начался нога в ногу с Когтем, а сейчас всё преобразилось в немыслимых масштабах. Не хватает только сопротивления и Мигдаля. Ведь о них мне вовсе ничего не известно.

Сколько об последних событиях я не думал, все мысли возвращались к благоразумности. Гномы не мясо, чтобы ними так распорядиться. Ни один человек не пойдёт на такое. Пускай Роза и вампир, но она ничем не отличается от человека. Сила и долголетие не в счет! Вовсе, кто мне дал право распоряжаться, кому стоит вступить в войну. Пускай я себе не оставил выбора, но в остальных ведь он остался.

Мысля, я возвращался лишь к своей собственной силе, что в отличии от этих размышлений казалась реальной и вполне осязаемой. На поверхности царит хаос…. Как сейчас стоит поступить дальше?

– Ты тоже так думаешь? – задал я вопрос зверю, обращаясь больше к себе нежели к нему.

– Шон? Ты о чем? – ответил он мне, отвлекаясь от своего занятия утопания мордой в ворсе, словно в грудях своей матери.

– Мысли вслух….

Ответил я лаконично, прекращая бессмысленный разговор. Четырехлапый хорошо меня знал, потому лишь прорычал в недовольстве. Разговор застопорился. Мои мысли казались глупыми и наивными. Будь я правителем целой нации, то не использовал бы свой народ в целях, о которых думал. Обратное просто нонсенс.

В дверь постучали.

– Войдите, – кратко отмахнулся я, будучи в полном безразличии. Даже не стал проверять магией или прислушиваться к инстинктам кто за дверью. Было всё равно, а хуже и нет куда. Воссоединился я с Розой, а дальше то что? С каждым днём всё казалось лишь в разы сложней. Думал, когда окажусь в своем мире, станет проще. Ожидания не оправдались.

В комнату прошел Артур. Увидев меня на кровати, он сильно удивился. Он, кинув беглый взгляд на Вулфаира, молвил:

– Где былая активность? Мы в мире магии просто что бы полежать? – удивился он.

Наверное, будь это даже незнакомец, я не повел бы и бровью.

– Просто так. Потому что, ничего вовсе не просто! – зло ответил я.

– Какие возвышенные слова. У тебя семь пятниц на неделю. Ранее ты был очень озабочен как победить Мамона, сейчас же как будто его не существует, – огласил он.

– Он то никуда не делся! – ещё более злей ответил я.

– Тогда что за уныние? Ты собираешься что-то предпринимать? – спросил он.

– Наверное… – огласил я, – нужно всё обдумать. Существует множество неразрешимых моментов требующих внимания.

Вулфаир удивлённо поднял морду прислушавшись к разговору. Только сейчас зверь, по-видимому, понял мою озадаченность.

– Ты удивляешь.

Артур, подойдя ко мне, начал тянуть меня за ногу. Он рассчитывал меня стянуть с кровати, но у него это не получилось. Я лишь безразлично продолжил тупиться в потолок. Что вовсе за выходки с его стороны!

– Не время прохлаждаться. Вижу, достигнув определённых целей ты отчасти успокоился, – Артур оставив мою ногу в покое подошел к столу с фруктами.

Он взял яблоко и несколько раз подбросил его в руке, после надгрыз его, спросил:

– Я, между прочим, давно не видел Агнес!

– Она в порядке! – с холодком ответил я.

– Да? Ты её видел? Лёжа здесь?

– Артур она скорей с Розмари. Или, наоборот, Роза с ней. С Агнес точно всё хорошо, если только Роза не захочет укоротить чью-то жизнь. Во что я не верю.

– Ты расслабился! Даже чересчур, – покачал недовольно головой Артур.

– Я не расслабился. Просто не знаю, за какую соломинку сейчас ухватиться. Выбор очень велик!

– Х-м. Что вовсе решиться ни на что не можешь? Хоть Розмари рассказал уже всё? Что стоит ожидать далее? Вновь резкую смену в событиях? Телепортация? Новый бой?

– Артур! Я уже говорил об этом. Не стоит вновь подымать об этом тему. Наше трио магов не в полном составе. После я всё расскажу! Да и я говорил уже ведь, что от меня не зависели нынешние события.

– Пока ты удумаешь всё рассказать… именно Агнес, которую ты упустил изведу всё сделает за тебя. Когда ты начнешь задумываться, что ты не центр вселенной!? Мир движется и без тебя! – ухмыльнулся друг, оставляя от яблока лишь огрызок, зияющий семенем.

– Да знаю я! Что ты предлагаешь!? Спешка ни к чему хорошему не приведёт, – вздохнул я.

– Бездействие тоже. Парень, я побывал во многих боевых заданиях, будучи военным. Судя с увиденного мною на поверхности…, ты уверен, что только Розмари требовалась твоя помощь? – спросил Артур.

– Но… нет! Как ты уже сказал: я не центр мира. Всё предвидеть не в моих силах, тем более всё изменить. Это я знаю на собственном опыте – поверь, – грузно ответив, я взглянул на Артура, сдвинув брови.

Давно постиг эту истину. Что бы спасти всего нескольких человек, мне довелось испытать многое. Многие ещё умрут. Но возможно именно эти смерти дадут нам шанс победить демона Мамона. Так я себя может лишь успокаивал, но жертв в это войне будет поистине много. Не в моих сила сосчитать сколько, тем более решить чья жизнь важней. В нынешней ситуации я должен был сделать всё, чтобы не просто спасти одного человека, а что бы победить Мамона. Надеюсь, Розмари и Коготь мне во многом помогут, ведь только на них всё время я мог и могу опираться. Как показала нынешняя ситуация и новый титул Розы, мои усилия были не напрасные. Королева воинственного народа – уже грозная сила. В другом амплуа о вампирше я пока и думать несмел.

Я несколько раз махнул головой вытрясая все из головы о Розмари и гномах. Вновь я мыслил не самым красивым образом по отношению к дворфам.

– Сейчас уже всё немного устаканилось. Придерживаться плана будем или выжидаем, пока старейшины не начнут действовать? – задумавшись о своем, задал вопрос Артур.

– Планом это можно назвать с натяжкой, – закрыв глаза рукой, проговорил я.

– Как сказать, но это лучше, чем смотреть, как ты себя съедаешь изнутри. Что за монстр в тебе такой: прожорливый!

– Воссоединиться с остальными членами моей былой команды, это не план, а больше необходимость. Артур лучше не пили меня, а наслаждайся удобствами бытности дворфов. Мы здесь ненадолго. Остальной мир скорей всего не будет таким же приветливым. Нас действительно очень скоро попросят убраться подальше. Разве ты не заметил настрой многих дворфов?

– Ещё как заметил. Я к тебе пробирался тайком, чтобы не наткнуться ни на одного из них. Если верить объяснениям Мериель, то мне не хотелось бы встревать в ненужный бой даже с одним из дворов. В нашей ситуации вызов на дуэль может быть незамедлительным. Дворфы сильны. Я уверен, что не смогу победить кого-то похожего на Дроудвана.

– Е-х. Зачем я столько времени потратил на ваши тренировки? – проговорил я, невзначай пытаясь задеть самолюбие Артура.

– Шон. Я ведь не маг, – удивился Артур.

Я засмеялся.

– Знаю. Извини.

– Кроме пистолета у меня нет никакого преимущества над такими противниками. Мне везёт, что в вашей бытности такого рода орудий нет. Лишь болты и стрелы.

– Почему же нет. Ещё как есть!

Я тут же вспомнил приближенного по имени Крыса и рукоять орудия плохо знакомого мне капитана корабля. Как же там было… Точно. Я хлопнул себя по лбу. Veni, vidi, vici. Пришел, увидел, победил. Хороший девиз. Если бы между строк ещё не присутствовало – попотел, двести раз повторил и один раз порадовался. Как говориться: без труда не выловишь рыбки из пруда.

– Ранее ты об этом не упоминал…

– Такого рода оружие я сам видел единожды. Даже в самой развитой нашей стране таких пистолей можно по пальцам пересчитать, – заметил я. – Порох у нас есть однозначно, но его трудно достать. Порох часто совмещают с магическим, от чего его столь мало.

– Но они есть!

– Такого пистолета как у тебя – нет, – успокоил я друга, – лишь примитив.

– Ага. Ещё у вас не развито электричество и технологии. Тут я могу поспорить! – Артур кивнул на светящиеся шары у потолка.

– Я удивлён этим не меньше, чем ты. Пускай я многое знаю от своих учителей о своем мире, но это не значит, что в нём что-то невозможно. Ранее я уже видел освещение в своем мире. Тогда мы думали, что это духи…

– Ну, вы дае….

Артур осекся, увидев в моем лице нотки недовольства.

– Я тебе сейчас как дам! Извини уж, у нас мир до мозга костей магический! Вспомни, как ты сам отреагировал на магию. Она ведь тоже сродни науки, только с другими принципами. Освещение! Электричество? Побывав в двадцать первом веке, я теперь тоже могу блеснуть знаниями, а не пытаюсь объяснить на свой лад, то, о чем не ведаю.

Друг промолчал, поняв, что я прав. Образовалось неловкое молчание.

– Ранее я не мог предвидеть, что мы отыщем дворфов. Возможно, теперь ты сможешь наладить изготовление нужных для твоего орудия патронов. Судя с освещения и развитости архитектуры, они мастера изготавливать столь трудные детали. Для них это может быть пустяком, – проговорил я, нарушая тишину.

– Я об этом даже не подумал. Нужно пошептаться со старейшинами относительно этого. Может мне помогут в данном вопросе. Я даже нужные книги с чертежами захватил со своего мира, – с восторгом проговорил Артур взглянув на свою руку, на которой красовалось пространственное кольцо.

– Смотри не учини революцию вооружения этого мира. Ракеты там… – задумавшись проговорил я.

– Не бойся Шон, я не собираюсь этого делать. Мне будет достаточно обзавестись патронами…

В дверь внезапно постучали, прерывая наш разговор. В душе образовалось мимолетное волнение, будто предупреждая о важности стоящего человека за дверью.

– О-па. Оживился! – ехидно протянул Артур.

По телу отдало волной волнения. Я стал по струнке недалеко от кровати, проговорив:

– Войдите.

Дверь скрипнула. Я принялся искать лицо человека на уровне своего роста, но тут же пришлось сместить взгляд ниже. Пришедшим оказался незнакомый мне доселе дворф. Вулфаир увидев незнакомца, недовольно рыкнул, перепугав относительно молодого на вид дворфа.

– Чего рычишь? Пугаешь посетителей! – обратился я к Вулфаиру. – Здесь врагов нет.

Сонная морда Вулфаира развернулась от меня в другую сторону выражая недовольство. Схоже зверь только начал засыпать и его сон потревожили. Лежа на ковре, он, блаженно вытянув лапы пытаясь поймать когтями воздух впереди себя, вновь опустил морду зарывшись в длинный мягкий ворс.

– Соня… ничего не меняется, – проговорил я, при этом переведя внимание на полностью вошедшего дворфа, что за долю секунды оказался внутри помещения.

– Вас ожидают, – кратко огласил он, – позвольте проводить?

Было видно, что броня на гноме ему ещё немного велика. Голос дворфа только начал преображаться вследствие наступления определенного возраста. Его присутствие меня немного разочаровало. Мне больше хотелось увидеть Розмари лично. Скорей бы она, наконец, освободилась от навалившихся внезапно обязанностей. Хоть подозреваю, ей пришлось быть лишь арбитром, всем в действительности занимались и занимаются старейшины. Звание короля гномов пока имеет фиктивный характер. Что бы управлять народом, нужно иметь навыки, которые у Розы напрочь отсутствуют. На внутреннем представлении добра и зла далеко не уйдёшь. Быть правителем это знать множество аспектов жизни подданных. Государь должен стараться, чтобы в его поступках обнаруживались величие, сила духа, значительность и твердость в решениях. Его политика должна быть направлена на создание условий для спокойной жизни народа. Ещё экономика целого города, обучение неграмотных, рабочая сила, воины, часы отдыха, празднество, обычаи – и это лишь верхушка всего.

Розмари в жизни не согласиться остаться в городе Депеш! Я ждал, когда она лично ко мне придет или хотя бы как сейчас, кто-то придет провести нас к ней.

– «Могла сама за нами прийти!» – немного разочаровано послал я ей свои мысли. Меня блокировали. – «Ну и дуйся дальше! Погодя ты меня поймешь. Обязательно… хоть даже я многое не понимаю…» – подумал я, но мои мысли вновь встретились со стеной. Схоже придется постараться наладить обычное общение, особенно после того, как Розмари узнала о моем разделении души. Пока я не чувствовал какого-либо дефекта после разделения души. Некая пустота во мне никуда не делась, но она более и не тревожила мои мысли. Более того, я стал ощущать себя, как мне казалось: обычно. Применил я безумную магию, что с этого – зато я вернулся в свое время. Чего она злится то? Даже если мне отрезать палец, я ведь останусь собой – всё тот же Шон Вулф. Разве не так? Злость подруги я мог объяснить лишь её неразделенными чувствами к моей персоне. Но я ведь не виноват, что не чувствую к ней того же? Про себя я отметил, что мысли в голове даже для меня прозвучали черство по отношению к Розе. Ранее меня больше волновало, что она думает, и я боялся учинить ей лишней боли или переживаний. Недовольно сощурившись, я молвил:

– Еще, какие-то указания тебе давали? – спросил я нашего молодого проводника.

– Нет. Только отвести вас на место встречи, – каждое слово дворфа звучало неуверенно.

– Далеко нам идти? – поинтересовался я.

Дворф не успел осмыслить мой вопрос, что бы ответить. Вклинился Артур:

– За несколько дней я уже привык, что старейшины приходя к нам с личным визитом. Странно, что прислали тебя. Я Артур, это Шон. Мы не столь страшные и явно не настроены враждебно. Вас за этими дверьми пруд пруди. Нечего бояться несколько людей, – подметил Артур, пытаясь подбодрить молодого дворфа. Артур то и дело посматривал на двери, как будто должен был ещё кто-то прийти.

– Е-м. Хорошо, – дворф неуверенно сощурился, как будто пытался проглотить слова Артура, что стали комом в горле. Он развернулся лицом ко мне продолжив говорить, – мне не дали указаний говорить вам о конечном месте встречи. Лишь отвести. Остальное не мои заботы.

– Ничего себе, – присвистнул Артур. – Шон, мы пойдем за ним? Клауд помниться говорил нам лишний раз не покидать свои апартаменты вовсе в целях безопасности. Кто поручил? Почему сейчас?

Я прислушался к своим ощущениям.

– Я не чувствую угрозы исходящей от него. Скорей всего из-за занятости праздником это поручили исполнить ему. Ничего необычного, – пожал я плечами.

– Раз ты так говоришь, – согласился со мной Артур.

– Веди, – обратился я к дворфу, – Вулфаир ты с нами? – обратился я к зверю.

– Постойте… мне сказали привести лишь вас: Шон Вулф, – занервничал дворф, увидев, что со мной собрался Артур, а я ещё зазываю с собой королевского зубчатого кота.

– Это ещё почему? – удивился Артур. – Я с вами.

– Вы не понимаете. Дворфам будет сильно непривычно видеть в чертах города столь грозного зверя. За вами же сер Артур послали другого посыльного. Мне… нас…поймите правильно. Мне дали четкие указания. Мне не сносить головы…. Извините, что не сказал сразу, – дворф заметно занервничал, его руки затряслись.

Впервые видел столь неуверенного дворфа. Все с его расы казались частично огрубелыми и с твердым характером, соответствуя воинственному образу своего народа. Поведение пришедшего я списал на возраст. Может всё потому, что почти всё общение у меня происходило с главенствующей верхушкой их расы. Впервые довелось общаться с обычным подручным их народа. На вид он походил на воина. Я не видел ещё ни одного гнома без брони. Видя их воинственное облачение, становилось трудно вообще понять к какой касте их бытности каждого стояло бы отнести. Человек передо мной легко мог оказаться кем угодно. Внутри всё молчало. Потому я не стал удаваться в подробности. Не хотелось создавать излишних проблем. Уже нашим присутствием народ дворфов всполошился не на шутку.

– Ничего. Я пойду один, – огласил я свое решение.

– Но… Шон! – было начал Артур.

– Артур, встретимся позже. Ведь слышал его слова.

– Я пойду с тобой! Какая разница, если мы уже вдвоем?

– Зачем создавать кому-либо лишних проблем? Артур, что за ребячество? – пытался я настоять на своем.

– Если я сейчас не пойду вместе с тобой тогда проблем создам всем больше – нежели пойду! – решительно проговорил друг, всматриваясь в меня решительным взглядом.

Дворф вовсе сменился в лице. Очевидно, криков и недовольства ему явно было не нужно. Ещё больше гном боялся быть тому причиной.

– Я сумею объясниться пред старейшинами лично. В твоих действиях вины нет. Веди нас парень, – Артур приветливо ладонью похлопал коротыша по руке.

– Извини. Тут спор действительно будет худшим вариантом. Если он решил, то даже я бессилен. К кровати ведь его не привяжешь, – стал я оправдывать действия своего друга пред молодым дворфом.

Это я конечно погорячился. К кровати я мог бы и даже отчасти хотел бы привязать своего друга. Мне бы было интересно на него посмотреть окажись он в такой ситуации. Дорогу молодым! На моём лице расплылась ехидная улыбка. Я прокашлялся, пытаясь скрыть свои эмоции, что так и вырывались наружу. Что за сумасшедшее желание? Думаю, как садист, ей богу! За какие такие грехи моя душонка хочет отомстить бывшему жителю Нью-Йорка.

– Вам нездоровиться? – учтиво спросил гном всматриваясь на мои потуги скрыть свое кратковременное замешательство, переведя совсем кстати тему разговора. Его глаза то и дело бегали в стороны. Видимо его мозг пытался придумать хоть что-то в качестве довода, но действительно здравой причины не идти нам всем вместе вовсе не было. По первой я согласился лишь для того, чтобы никому не доставлять неприятностей. Вулфаира вовсе можно было бы замаскировать под котёнка, вот только после того, как мы попали назад в моё время он наотрез отказывался уменьшаться в размерах. Играло его величественное эго королевского зубчатого кота. Пожалуй, он действительно на этот раз останется в отведённых покоях, не сделав и шагу.

– Что ж… – неуверенно начал дворф. – Пройдёмте.

Он развернулся и принялся шагать в сторону дверей. Мы проследовали следом.

Наконец я смогу немного поглазеть по сторонам в более спокойно обстановке. Впервой, когда мы оказались в городе Депеш, то нас встретили во всё оружие, а погодя спустя немалые разбирательства закатили праздник. Вот только, собственно, меня и Артура с Вулфаиром заточили в роскошных комнатах до окончания всех пиршеств. Если на девушек под два метра ростом дворфы реагировали спокойно, то мужской пол не давал им покоя и воспринимали нас с излишней осторожностью. Не говоря уже о звере, которому любой дворф на один зуб.

Вышли мы через черный вход невысокого здания. Не успели мы выйти на главную улицу искусственно освещённого города на нас потупилось множество пытливых взглядов. В лицах многих читалось некое призрение и ненависть. Знали бы они, что я победил Дроудвана в честном бою, может смотрели на меня немного иначе. Однако не думаю, что в следствии всего происходящего старейшины стали ошеломлять народ дворфов ещё и этим. Как мне уже известно, сам признанный всеми по силе второй воин их народа – проиграл. Сейчас точно не стоит шокировать таким. Как сказала Агнес: люди представляют угрозу для всех дворфов. Довольно пока событий с острым сюжетом.

Пространство вокруг города было бы вовсе неуловимо взору, если бы не мои нечеловеческие способности. Не будь мы под землёй я и подумать не мог, что здесь существует край города. Казалось, что улей раскинулся на многие километры буквально снуя на протяжении почти всех континентов, но слава богам это лишь казалось. В противном случаи я даже не смог представить количество дворфов. Как можно вовсе выиграть в споре в воинственного народа численностью которого в миллионы раз больше людей. Ещё каждый второй маг.

Проходя за нашим поводырём по системам переходов после очередного поворота, я уже растерялся – мы подымались по лестнице вверх к поверхности или стремительно всё же опускались вниз!

Если бы я не побывал в Нью-Йорке, то, пожалуй, счел бы всё вокруг городом будущего человечества. Он был весьма развит. Казалось, что большинство строений и отдельных архитектурных приемов сделано вовсе не руками человека. Сейчас, побывав в прошлом я бы подумал, что в моем времени как минимум в ход пускались бульдозеры или более развитая техника. Идя мимо, я только и мог, что контролировать себя, чтобы не идти с открытым ртом от удивления. Насколько же люди моего времени отстали в развитии, а дворфы наоборот преуспели. Даже не в магии, а просто в бытности! Увиденные мною крепости в моем мире ранее, казались мне игрушками в сравнении всего с одним городом дворфов.

– Вы всегда имели столь развитую архитектуру? – спросил я у сопровождавшего нас с изумлением.

– Сколько себя помню.

– Это сколько, – покосился я взглядом на молодого гнома.

– Мне двадцать. Мне трудно ответить. С известной мне истории, то этому городу не менее ста лет. Это самый молодой подземный город, – дворф резко замолчал, – я ничего не говорил! Пожалуйста, давайте продолжим путь молча.

– Людям можно верить. Мне так точно.

Я сильно удивился словам дворфа, но ограничился лишь словесным замечанием.

– Я вас не знаю. Вас никто не знает. Король…. Во всяком случаи, вы – нелюди. Не вижу повода вам доверять вовсе, – впервые с нашей встречи дворф говорил твердо, без нервозности и неуверенности.

– Мы не… Да где вы таких слов набрались? Вас ваши старейшины вовсе ни во что не посвящают? Я победил Высшего и уже хотя бы из-за этого заслуживаю быть просто человеком, а не тем, кем ты меня опорочил! – зло фыркнул я.

– Высшего… но… опорочил? Я не понимаю, о чем вы… чем я вас опорочил вовсе, – дворф умолк задумавшись. – Я не ослышался? Высшего?

Гном резко стал на месте, побелев на лице. Пришлось ему неоднозначно намекнуть, что стоит продолжить путь. Впереди нас явно ожидают. Он как будто вовсе забыл, куда хотел идти, словно путь в место, куда нас вели, перестал существовать.

– Он странный, – прошептал мне Артур.

Я лишь пожал плечами. С каждым последующим шагом в душе нарастала тревога, но все чувства были притуплены окружившим нас пейзажем. От дворфа опасности не исходило. Я хорошо запомнил слова Клауда, в открытую на нас никто не нападёт, а значит не стоит надумывать лишнего. Угрожать могут максимум несколько дуэлей. Сильней Дроудвана я никого не встречу, а значит мне бояться явно нечего. За пару дней я уже полностью восстановился.

–«Розмари» – послал я очередной мысленный запрос, реагируя на слова Артура, пытаясь выяснить хоть что-то. Надоело идти, ничего не ведая.

В этот раз меня блокировал, бесспорно, не Роза. Я хорошо запомнил момент, когда разумный стилет отрезал наши мысли друг от друга в первый раз. Сейчас было схожее чувство. Похоже, Розмари пользовалась своим новым странным оружием. Стояло поспешить. Столь отдаленная тревога могла поселиться внутри именно из-за этого. С чего бы Розе вовсе использовать оружие. Если только не успокоить взбунтовавшуюся толпу.

– Поспешим! – поторопил я гнома.

Он довольно улыбнулся, немного успокаиваясь. Схоже он стремился быстрей выполнить свои указания и оставить нас одних, более не желая делить с нами один воздух и время.

С каждым новым шагом, гномов встречалось всё меньше и меньше. Взглядов в нашу сторону поубавилось. Похоже, место встречи выбрали весьма безлюдное. Оно верно. Зачем новые споры или вовсе лишние взгляды. После двух дней обособленного ожидания, мне самому хотелось просто отправиться в путь более не задерживаясь. Если бы я мог заставить Розмари выступить народ дворфов за нас, был бы смысл такой задержки по времени…. Но сейчас? Незачем! Рабы – это не воины. Это лишь безвольные сущности. Человек с волей всегда будет сильней многократно. Если вдуматься, будь я на месте Розы то сам бы не смог пойти на то, чтобы ограничить хоть кого-то собственной свободы. Всегда легче, когда всё делается не твоими руками. В случаи плохого исхода, можно найти себе оправдание – я не виновен. Думать в подобном ракурсе весьма удобно.

Вскоре мы принялись идти по вовсе безлюдному длинному тонелю. Окружавшие нас стены были плохо отработанными, как будто именно здесь дворфы пожалели своих сил. Освещения стало в несколько раз меньше. Зачастую большая часть тоннеля была вовсе не освещена, приходилось идти на свет впереди, что как спасательный островок давала одна из редко расположенных потолочных светильников.

– Мы верно идём? – спросил я гнома, косясь на резкую смену обстановки.

– Да, – уверенно ответил он.

В его словах не слышалось фальши. Через парочку поворотов стало неистово жарко. Одежда прилипла к телу. Я только удивился тому, в какое место нас вели. Впервые под землёй я чувствовал себя как будто под солнцем. Вот только по ощущениям оно расположилось над самой макушкой, пригрев в самый лоб.

– Почему так жарко? Здесь что ваши плавильни? – спросил Артур, оттягивая футболку от груди с ярким рисунком не присущему этому миру, пытаясь подуть воздухом под неё.

– Мы недалеко от магматических течений, – спокойно ответил коротыш. – Плавильни в другом месте. Вам туда вовсе не попасть.

– В странное место ты нас ведёшь. Почему именно сюда нас кликнули. Разве не было места поудобней? Зачем идти так далеко, ещё и в столь жаркое место? – спросил друг.

– Не мне задаваться такими вопросами. Моя служба – это зеркало верности. Мне осветили нужду – я выполнил, – продолжил говорить дворф, реагируя на наши слова.

– Кто же отдал тебе приказ? Что за безумный старейшина! Клауд? Дроудван? Левир? Мелион? Или его вспыльчивая дочь? – проговорил я, неспешно передвигаясь за гномом по столь жаркому окружению.

Дворф внезапно стал на месте, с паузой он проговорил:

– Дальше я не пойду. На этом участке пути я вас оставлю, – он склонил голову в полупоклоне.

– Как это ты дальше не идёшь? – удивился я. – Куда нам вовсе идти дальше!?

Его слова меня взбудоражили. Завел в самую жаркую часть их города и решил смыться по-тихому. Мне захотелось очень сильно узнать имя старейшины, что любил столь жаркий климат!

– Вам прямо, – без лишних слов ответил сопровождавший коротыш.

– Ты с нами не пойдешь? – изумился Артур.

– Мне не зачем, – холодно ответил он.

– Да вы двор… – было начал мой друг.

– Артур. Он лишь выполнил указания. Незачем на него вымещать злобу. Дойдём до конца пути, а там и будем возмущаться. Да и вовсе, нам следует поспешить. У меня не приятное предчувствие. Пока не могу понять, от чего именно, но Розмари вовсе не отвечает мне. Это странно, – сдвинул я брови.

Дворф остался стоять на месте, как копаный, делая вид, что не понимает суть нашего разговора, а мы, переглянувшись, двинулись дальше. С каждым шагом температура возрастала.

– Нас что решили в магме искупать!? – зло спросил Артур.

– Не думаю. Но место встречи действительно странное, – ответил я.

– Вовсе не могу понять, зачем такие ухищрения. Разве просто встретиться в городе, это столь опасно?

– Артур, я сам сообразить не могу, зачем это всё. Зачем Розмари сейчас использовать стилет? Более того, зачем она пошла или её завели в такое жаркое место! На мои запросы она же не отвечает! – с раздражением проговорил я, смахивая пот со лба.

– Шагай! Сейчас увидим, – не менее раздраженно проговорил друг, стягивая бесцеремонно с себя футболку.

Моему взору предстал хорошо накаченный торс товарища.

– Сам то, не думаешь так поступить? – ехидно добавил он, смахивая выступившую воду с груди.

– Я не настолько бесцеремонный. Ты про женскую половину не подумал. Мне думается, они явно не стали снимать с себя верхнюю одежду выставляя всё на показ.

Последнее слово я подчеркнул, кивну на его грудь. Друг лишь хмыкнул, но не стал одеваться. Температура действительно была весьма повышенной. Я сам с трудом сдерживался, чтобы не уподобиться Артуру.

Артур оглянулся, проговорив:

– Странный у нас был сопровождавший. Он не молвил по сути даже лишнего слова. Я вовсе не смог понять цель его визита! Думаешь, он прибыл действительно сопроводить?

– Не вижу ничего странного. Нас просто отвели в условленное место. На этом его роль закончилась. Дай тебе указания в твоей излюбленной армии твой командир ты поступил бы иначе?

– Ну он мог хотя бы предупредить куда мы отправляемся. Я может вовсе не пошел бы, знай всё! – зло проговорил друг. – Язык у него ведь не отрезали!

– Где же твоя былая уверенность? – я искренни засмеялся, добавив на лице товарища ещё больше недовольства.

– Ты такой довольный?! Я вот думаю, что что-то произошло. Ещё с самого начала. Зачем нас зазывать в столь отдаленное место? Ты в этом не находишь подвоха? Говоришь Розмари пользуется стилетом!? Где? Здесь что ли? Ещё скажи заставляет недовольных прыгать в магму! Такого я точно от неё не ожидаю, – молвил Артур, постоянно смахивая с рук крупицы пота.

– Вот зачем ты это говоришь? Думаешь мои друзья способны на такое? – зло проговорил я, ускоряя подсознательно темп. Жара пробирала неистовая, казалось, что мозг начинало плавить.

Землю под ногами затрясло. Несколько минут мы пытались балансировать, чтобы не упасть. Оставалось только хвататься за неровные уступы округлой пещеры. Стены оказались излишне горячими.

– Вот о чем я говорю! Ещё огня под ногами только не хватает! – зло проговорил Артур.

– Да успокойся ты! Сейчас облегчу твои страдания, так и быть.

Говоря, я не переставал думать о том, что ещё немного даже я не смогу нормально мыслить. С каждым шагом под уклоном вниз, жар вокруг становился лишь сильней. Ни одно известное мне магическое пламя не действовало на меня столь пагубно и продолжительно. В моем понимании огонь изничтожал сразу до остатка, а не по крупице.

Вскинув руки, я произнес несколько заученных строф. Вокруг похолодало. Пускай не совсем убрало действие магмы, находящейся где-то вблизи, но теперь мы могли немного перевести дух. Легкие наполнились прохладой.

– Раньше не мог так поступить!

– Раньше я думал совсем о другом. Сейчас из-за такой жары, я даже не могу понять, о чем мыслил в самом начале. Давай передохнём, – предложил я другу, делая несколько вдохов пытаясь вытеснить изнутри весь жар.

Под ногами вновь затрясло пуще прежнего. Вот только теперь это больше походило на некий взрыв в стороне. Задребезжал колокольчик шестого чувства. Реагируя моментально, я прокричал:

– Артур…

В следующее мгновение я прижался к стене, закрыв глаза и голову от потока жаркого воздуха с частицами поднятой пыли, что в мгновение под давлением устремилось с места, откуда мы шли вглубь длинного подземного тоннеля. Только краем глаза я заметил, что друг поступил моему примеру, реагируя на мои слова. У меня заслезились глаза. Вокруг было ничего не видно. Вблизи Артур часто закашлял.

– Погоди… Сейчас попробую чем-то помочь, – молвил я погромче, борясь с схожими позывами кашля как у Артура. Свет, что и до этого был редкостью в этой части тоннеля, вовсе пропал. Разглядеть окружение вовсе стало невозможным.

Я наложил на нас заклятие «окайрин», но даже так частицы пыли не давали увидеть ничего дальше, чем на расстояние вытянутой руки. Артура я отыскал на ощупь и по звуку кашля, что схоже плавно принялся перерастать в кашель с кровью. Утверждать я не мог, но сновало чувство, что друг пытается избавиться от всего, что есть внутри. Дышать было очень трудно. Я не сразу сообразил закрыть дыхательные пути тряпкой, которой послужил мой рукав.

Оценив ситуацию, потратив несколько минут я кое-как наложил на несколько метров возле нас непроницаемый кокон. Далее в попытках избавиться от пагубных пыльных частичек, пришлось повозиться. Как не странно, мне вспомнились мои эксперименты при первом знакомстве с Агнес. Собравшись с мыслями, удалось избавиться от пыли, попросту вытеснив её за кокон, в котором мы сейчас находились. В груди всё пылало из-за заполнивших раскаленных частичек пыли.

Друг стоял у стены на коленях в позе смирения – раскаяния за ошибки и грехи. Весь торс Артура и его лицо было пунцового цвета, как будто его только вытянули из кипятка. Артур полностью закрыл лицо своей футболкой, словно марлей, но его кашель вовсе не прекращался. Футболка с силой вжата к лицу давала понять, что Артур в данный момент явно вспоминает не о своих богах. Что бы не терять и секунды времени пришлось задействовать свое второе «я». В ускоренном темпе удалось за короткое время проделать намного больше операций. Боясь, как бы защита вокруг не лопнула я создал фантома приказав ему наблюдать и поддерживать магию барьера. Сам же я, пользуясь коротким заклинанием, изучил состояние друга и незамедлительно принялся выводить с его организма песок, что уже успел превратиться в его теле в жижу. Артур периодично во время кашля отрывая в судорогах от лица импровизированную марлю, отхаркивал кровью с комками земли. Сканируя его тело магией, я заметил, что легкие друга полностью посечены мелкими царапинами изнутри. Мое вмешательство требовалось незамедлительно. На свое состояние я пока не обратил интерес. Вампирская сила второго «я» затормозила все пагубные процессы, что происходили у меня внутри, тем самым дав мне время на другие очень важные действия.

Стояло помочь сейчас именно Артуру. После можно будет подумать и о себе. Песок с его дыхательных путей удалось изъять сразу. Пуская, я сделал это не аккуратно и болезненно, но зато действенно и очень быстро. Далее я принялся заживлять увиденное с помочью магии. Возможно, вылечить полностью я не могу, но состояние друга улучшалось на глазах. Кашель становился всё тише.

Спустя минут двадцать, наконец я смог оторваться от лечения Артура и просканировать свое состояние. Это оказалось, кстати. Мои органы были повреждены ещё больше, чем у моего друга. Не имей я скрытых способностей, мы бы уже, наверное, умерли.

Глава 12

Я заметил, что люди, которые утверждают, что все предопределенно и что мы не можем ничего изменить, всегда смотрят по сторонам, переходя дорогу.

Стивен Хокинг

Глава XII

– Держи оборону! – закричал неизвестный в толпе. – Они скоро прорвутся. Не дадим пройти извергам. Уничтожим всех, кто принял их сторону! Изверги! Демоны!

Половина присутствующих даже не поняла, что именно имел ввиду лепетавший. Слово «демон» окружавшим людям говорило не столь многое, как и самому говорившему. Многие не один раз слышали такое выражение, но от недавно никто не понимал, что оно означает. Книги по магии изничтожены, а сам облик расы демонов никто не знал. Последнего живого демона видели не один век назад. Пускай нечисть в мире магии никуда не делась, но истинного демона с ныне живых никто не видел. Просто все ассоциировали данное слово как самое отвратное, что можно вовсе представить в их мире. Даже не смотря на слова одного из толпы, все действовали, приложив максимальных усилий для обороны. Они жаждали справедливости. Каждый хотел сделать всё, чтобы смерти их близких были не напрасны.

Закон природы гласит, что сильный пожирает слабого. Вся череда теперешних событий произошла, поскольку кто-то себе решил, что без жертв под землёй не выжить, ведь путь наружу закрыт. Теперь появились дворфы, и все поняли, что если гномы могут жить под землёй не голодая, то люди смогли бы так подавно. Привратники ордена просчитались. Появление дворфов внесло не ожидаемую всеми коррективу всему происходящему.

Выжившие — это обычные люди, что в гробу желали видеть: Высшего и схожих на него.

Многие незамедлительно стали на сторону умерших, ведь изначально они хоть и подались искушению из-за голода, но лишь из-за страха смерти или по незнанию. Люди раскололись на два берега, одна третья которых жаждали мести за каждого умершего, о котором они раньше не подозревали.

Темные гильдии как оказалось, будучи под землёй не утратили своего веса, лишнее упоминание о Высшем отображало на людских лицах по-прежнему страх. Многие и представить не могли, что воинов гильдий меж ними столь много. Ранее когда искали магов во имя спасения все действия и грубость по отношению к человеку гильдии были лишь театром расчетливого командира. Главные же основатели ордена по сей день остались в тени пытаясь набрать как можно больше приверженцев, действуя неспешно. Про существование такого объединения обычный люд мог лишь догадываться и узнавал обо всём лишь в тот момент, когда становился зависим от употребления в пищу человечины. Со временем не посвященные всё равно начали подозревать неладное и по воле случая всё вскрылось. Даже так имея знания истинного положения дел, воины гильдий прибрали недовольных в ежовые рукавицы, закрыв им рты. Пришлось помалкивать о своих мыслях, группироваться, растить влияние, прежде чем решиться взбунтовать против установленного нынче положения вещей. Потому людей, которые приветствуют и пропагандируют свою власть, объединившись с приспешниками гильдий многие не переносили на дух, вследствие чего с каждым днём группировка думающих в корне иначе увеличивалась. Сегодня же настал день икс – возник спешный бунт. Ведь те, что до сих пор были живы, понимали, что с каждым днём не пропадает риск, что завтра или через несколько дней опять кого-то могут не досчитаться, а позже всем попытаются преподнести вкусное мясное рагу.

Никто из ордена не думал останавливаться в своих действиях. Они хорошо осознавали значимость каждой жизни. Заручившись поддержкой расы дворфов и провизией от них, зачем по сей день тайный орден использовал самых слабых в пищу, оставалось для многих тайной.

Наконец ситуация достигла своего апогея. Многие не подозревали, что именно Хенрик приложил не малых усилий поднять данное восстание. Он как один из бывших приспешников серой башни знал, как сделать давление на мысли людей постоянным. Остановись тайный орден хоть на немного, прекратив поедания человечины или же сделав такие факты редкими и вовсе не постоянными, это было бы невозможным. Инакомыслящим, оказалось, по нраву, что даже единственный известный им волшебник – тоже за них. Вот только его вовсе никто долгое время не видел. Лишь некоторые ведали, что маг — это их тайный козырь, за которым отправился загадочный человек по имени Хенрик. Между остальных же сновали лишь слухи, что где-то в темных переходах есть узник – маг, который не разделяет нынешнее правление.

Люди по своей натуре думают сначала о выживании, после о цене, которую им стояло заплатить ради этого, зачастую оправдывая свои вынужденные на первый взгляд действия. Но сейчас с вмешательством дворфов ситуация была в корне иначе. Орден каннибалов заигрался! Возможно, стояло вовремя остановиться, но притягательные бразды власти не дали этого сделать, показав высшую степень алчной натуры некоторых людей. А ведь из-за них страдали все!

– Пропусти! – закричал кто-то из толпы. – Я кому говорю. Воевать они собрались!

Прозвучало несколько глухих ударов в толпе правящей нынче стороны. Взбунтовавшиеся насторожились. Кто-то грубо продвигался, пытаясь вырваться в самую гущу событий минуя всех. Прозвучал боевой клич и ругань, от чего многие из ордена обернувшись, расступились, вжавшись в стены не широкого тоннеля. В узком месте не могло поместиться множество людей в одночасье. Место борьбы было выбрано умело. Тоннель правильное решение, другое дело, если бы это было широкое помещение. Сражаться могло сразу максимум три – четыре человека.

Импровизированные препятствия в тоннелях надолго сдержать такое количество людей не могло, пускай и было ограниченное пространство. Между противниками двух взглядов имелось лишь множество деревянных крепких досок служащими в роли баррикады, что дворфы не так давно предоставили людям, что бы они могли обустроить себе хотя бы примитивные условия существования под землёй в некой бытности, а не просто за частую сырой земле. Восставшие нынешнему укладу использовали столь драгоценный ресурс в своей манере, пытаясь выудить немного преимущества в борьбе.

В глазах взбунтовавшихся читалось: «Мы сегодня обязаны победить. В противном случаи всех, кого сегодня припишут к восставшим, будут убиты. Возможно, съеденными».

Бунт планировался длительное время. Даже если битвы не будет и все займут выжидательную позицию, то именно люди в здравом уме имеют больше шансов на выживание из-за беспрепятственного прохода по туннельным переходам к дворфам. Именно они смогут поддерживать связь с гномами. Ордену и приспешникам темных гильдий придётся воевать со своими за право получать пищу от дружественной расы.

– Стоять до последнего вздоха! Пускай эти изверги пожрут друг друга до единого! Не дадим себя и своих близких в обиду, – прокричала пожилая женщина с синими кругами под глазами и осунувшимся лицом.

Только некоторые окружавшие её знали, что синева под глазами появилась после долгих бессонных часов и слёз из-за внезапного таинственного исчезновения дочери. Если бы она могла знать, что её дочь тогда пропала не просто так, то женщина уже давно попыталась бы забрать жизнь хоть одного из тайного ордена даже умерев сама. Сейчас же узнав всю правду она рассчитывала уничтожить любое напоминание об людях, которые так поступили с её дочерью. Почему её молодая дочь? Почему не забрали её жизнь? Она ведь как никак прожила достаточно, повидав многое в этом мире. Она видела, как пришел к власти Высший, как изменялось общество под его правлением. Она хотела лишь спокойной жизни. Её муж их бросил и дочь это всё что держало её в этом мире, погрязшем в черных тонах. Сейчас же у неё забрали единственную белую полосу в её жизни. «Люди, находящиеся напротив виновны! Они заслуживают смерти!» – подумалось женщине.

Кто-то не сильно аккуратный находящийся вблизи чуть не выколол женщине палкой глаз. У мятежников особо не было оружия, насчитывалось до пяти мечей. Не имея режущего предмета в руках, каждый был вынужден держать в руках, что попало. Начиная от камня, заканчивая бытовыми предметами схожими с подсвечником. Некоторые даже умудрились обзавестись щитом использовав обычную крышку от чана. Почти все не были воинами, а преимущественно обычными жителями некогда процветавшего городка, что простирался на земле над подземельем. Чего нельзя было сказать об второй стороне, где имелось немалое количество воинов гильдий и разнообразного оружия.

Смотря со стороны, приходило на ум, что восстание с половниками изначально проигранное. Выиграть в этом сражении поможет чудо. Даже так, люди всё равно имели немалую решимость и желание бороться. Всегда найдутся те, которые независимо от происходящего будут вести борьбу до последнего.

Мимо оборонявшихся постоянно пытались протиснуться, чтобы поломать их строй. Несколько людей сцепилось у деревянных баррикад. Люди с мечами пытались сигануть через преграду, но их то и дело отталкивали подобием металлического щита или вовсе удерживали импровизированными копьями на расстоянии. От неумелых действий у нападавших на лицах прибавилось синяков. Было сразу заметно, что на передовой такие же обычные люди, как и оборонявшиеся. Члены гильдий ещё не вступили в бой. Вот один из защитников не удержался на ногах и его вытянули к себе, кинув об землю. Тут же на беднягу обрушился град ударов ногами. Ему повезло, что не убили, сразу используя меч. Возможно, в дальнейшем, ход боя изменится и ему удастся выжить, пускай и с увечьями. Несколько его соратников хотели перепрыгнуть через баррикаду спеша на помощь, но другие более благоразумные отдернули горячие головы от такого поступка. Силы врага были в несколько раз больше. Врагу это будет лишь на пользу, так как они не могли пока перебраться через препятствие и не могли задавить численностью.

– Изверги! Отпустите его, – закричал один из мужей средних лет, борясь сам с собой, чтобы не ринуться на спасение в самую гущу к врагу.

– Сдавайтесь! – нанося очередной удар об рёбра бедняги, крикнул приверженец режима ордена.

Говорившего человека кто-то, находясь позади, отдернул в сторону, оттесняя ближе к стене.

– Отойди! – оголяя меч с ножен, проговорил один из воинов гильдий, что, наконец, смог добраться до места стычки. – Сейчас мы поговорим с ними по-взрослому. Такие дети как вы на войне не нужны.

Оборонявшиеся, увидев военную форму с решимостью, покрепче обхватили длинные деревянные палки, пытаясь ними уколоть словно копьем. Человек в форме просто отбил сильным ударом палку в сторону, от чего державший оборонительное приспособление от внезапного удара выпустил орудие из рук.

– Дети! Молча ли бы в тряпочку, пожили бы ещё немного, – сделав несколько осторожных шагов, проговорил приверженец гильдий. Он внезапно остановился. За его спиной можно было увидеть ещё нескольких людей в схожей форме.

За его ногу вцепился руками лежавший мужчина. Его кратковременно перестали избивать, оставив в покое. Он, тяжело дыша, проговорил:

– Изверги… не прощу! – прокричал он и с силой укусил за голень воина гильдии. Воин даже не вскрикнул, вместо этого подали испуганный голос по другую сторону баррикады, увидев, что горло их побратима проткнули мечём.

– Так будет с каждым. Зря вы всё это затеяли, – с угрозой в словах проговорил он. Свет над головой несколько раз моргнул.

– Как не вовремя, – посмотрев на мигающие над головой огни ламп, проговорил человек, при этом вытирая меч об одежду в попытках избавиться от крови убитого ним мужчины.

Свет резко погас. Зажглось несколько факелов и рашлайтов, частично освещая тоннель, заполнив окружение запахом копченого масла. Замельтешили тени людских силуэтов пытавшихся сдержать воинов гильдии, которые пытались воспользоваться замешательством. На земле оказалось ещё несколько людских бездыханных тел.

Пока посредине длинного тоннеля шло сражение, в другой его части спешно формировалась вторая линия защиты.

– Да что вы делаете! – раздраженно кричал Иван. – Куда ты потащил доски?! Сюда неси. Говорили ведь стащить всё деревянное к выходу с тоннеля.

Иван, подавая пример, взял несколько деревянных предметов у рядом идущего. Подойдя к наваленной куче, он кинул их на общую груду.

– Но там ведь наши люди? – неуверенно проговорил щуплый парень.

– А здесь что нет!? – зло проговорил бывший моряк, уже за жизнь, побывав не на одном сражении, будучи в море. – Не переживай, – вздохнул он, добавив, – мы помним о них и не собираемся их там бросать на произвол просто так. Спасем как можно больше.

Парень тринадцати лет начал икать. Видимо из-за нервов. Он послушно поволочил одним концом по земле тяжелую для него доску и как можно сильней бросил её на будущее кострище. Он взглянул на Ивана, словно спрашивая: правильно ли я поступил?

Иван кивнул ему, натянув на лице улыбку, пытаясь своим видом успокоить молодую особу. Сначала темные гильдии, притесняющие обычных людей каждый день, далее метеориты, после жизнь под землёй, поедание людей и наконец – война с людьми, в жилах которых течёт такая же кровь, как и у парня. Его чувства и слова можно было понять. Не каждый в таком возрасте сможет решиться на подобные действия. Конфликты, кровь, смерть – зачастую ломают несформированную психику детей. Но если ничего не сделать, а дать беспрепятственно пропагандировать надобность каннибализма и заставлять людей идти на такие зверства, что за монстр с этого парня вырастит в дальнейшем!?

«Хорошо, что парень не видел, сколько людей умерло, освобождая меня. Да и вовсе он не видел ужас, что скорее творится на поверхности. Скорее всего, от прошлого мира, там лишь пепел», – подумал Иван.

Ивана охраняли приверженцы гильдий. Под предводительством Хенрика не так давно его освободили. К сожалению, не удалось обойтись без жертв. Бой оказался жарким, от чего умерло семь человек. Из них оказались двое из спасителей Ивана. Приверженцы гильдий были намного сильней как бойцы. Они каждый день держали оружие в руках, не то, что обычные жители родного города Ивана. Лишь потому, что Хенрик был намного опытней и обучался некогда в рядах Серой башни, удалось минимизировать жертвы с числа обычных людей. Это была первая грандиозная победа для восстания. Смерть пяти воинов гильдий и приобретение от них отсутствующего нужного на сегодняшний день оружия было весьма важным событием. Любое уменьшение численности воинов гильдии приближало к далекой почти невозможной победе для восставших. Воевать лоб в лоб с обученными людьми почти не было кому. Несколько моряков помимо Ивана и бывших военных, парочка дроворубов и просто крепких мужчин. Остальные дети и женщины. В таком положении спасет только хитрость.

Смотря на молодого парня, у Ивана сжимало сердце в тиски. Пока он был в заточении, у него было достаточно времени обдумать всё произошедшее за последний год. Все пострадали от возникшего катаклизма. Иван множество раз задался вопросом: что если бы? Резко возникшая душевная боль начала притихать, будучи подавленной невообразимой волей бывалого бывшего моряка. Он надеялся, что члены его команды, возможно, ещё живи. Надежда в его душе ещё не умерла, но скорей всего они были мертвы и только Ивану удосужилось выжить.

Почти каждый укрывшийся под землёй думал подобным образом. У каждого есть сожаления, недосказанности перед знакомыми, родными, что почили на поверхности. Ведь не всем удалось найти столь укромное место для спасения. Хорошо, что мир имеет множество загадочных мест и существ. Выживших обязано быть больше чем тысячу сто тридцать девять человек! Иван сдвинул брови, подумав, что уже тысяча сто тридцать два человека…. После их противостояния, будет и того меньше. Даже в эту секунду число живых могло сократиться ещё.

Ивану хотелось сейчас быть в тоннеле, сдерживая их врага, но он понимал, что с нынешними силами не способен победить хорошо обученного солдата гильдий. Его тело пребывало в сильном истощении. Ежедневные издевательства Дерилом дали о себе знать. Более изображенная на лице звериная часть не выглядел эстетично с игривостью и нотками устрашения. Ныне тату моряка добавляло его лицу только безудержную безумность, слившись со второй человеческой частью лица в едином тоне. Иван был очень бледным. Ему вовсе не давали нормальной пищи, а мясо что ему предлагали он есть отказывался, от чего исхудал до неузнаваемости. Дерил давал Ивану пищи только для того, чтобы он не умер, а Хенрик из-за такой охраны вовсе не мог попасть к узнику. Хоть у Ивана и было подкаченное тело, но сейчас он больше походил на ссохшегося ходячего мертвеца. Его легкая одежда только подчеркивала это состояние. Он выделялся между остальных невообразимо сильно.

Многие занимались каннибализмом, не ведая всей истины до недавнего времени. Мысли о бунте и сам такой скорый бунт, был само собой разумеющимся. Не мог попросту нормальный человек воспринять истину, которая вскрылась.

Тот самый парень, выполняя чьи-то указания, поднес один из горящих факелов к Ивану. Он неуверенно протянул горящую большую скалку к лицу. Скорей ему дали указание по команде бросить, как и другим присутствующим, факел в образовавшееся общими усилиями кострище, но молодая особа решила уйти от ответственности.

Иван с решимостью отобрал факел с рук парня, положив ему ладонь на плечо, взглянув в глазные яблоки. Белок в глазах парня был весь покрасневший, он еле сдерживался, чтобы не заплакать.

– Не переживай. Мы обязательно победим и не допустим, что бы нашим навредили, – Иван натянуто улыбнулся, но его лицо, пребывая в нынешнем состоянии, лишь нагнало жути на парня.

– Они все наши… – отвернув лицо, прошептал парень.

– Не пугай молодое поколение паршивец! – зло проговорил один из пожилых мужчин, таща в руках, казалось не подъемное для него увесистое бревно.

– Даже не думал так делать. Я хотел лишь его успокоить, – парировал Иван.

– Иван ты свое лицо видел? Положи тебя возле парочки несколько дневных трупов, что ты жив можно было бы понять лишь по дыханию, – сдвинув брови, отчитывая, проговорил Сейн – почти, что единственный, которого Ивану удосужилось встретить из знакомых после катастрофы.

Сейн на вид казался не крепким, однако держал в руках очень габаритное бревно. Это было по счёту третье бревно, которое Иван видел за это время. Остальных два тащило по два три мужчины. Сейн же проделывал всё сам, более того злился, когда ему пытались помочь.

– Это всё медовуха по рецепту моего деда! – похлопал он себя по малозаметному под одеждой животу, видя косой взгляд Ивана, направленный на увесистый объект в руках.

Говорить этот старик мог многое, но ещё когда Иван жил в родном городе, то слышал множество историй про безумно сильного человека, что может молодого быка завалить голыми руками. Ходили слухи, что он не совсем человек, а выходец из расы зверолюдей. Как так получилось, что зверочеловек проживал среди обычных людей, оставалось загадкой. Но кроме молвы это ничем не подтверждалось. Сейн был миролюбив и магией он не владел. Из-за слухов к нему всегда был излишний интерес со стороны приверженцев Высшего, но никто так и не смог доказать правдивость разговоров обычных людей между собой. Почему его до сиих пор просто не повесили на петле, в стиле черной гильдии, осталось загадкой.

– А это всё правители, которым остальные дали право вести подобным образом свое правление, – загладив изрядно выросшие длинные волосы за голову, проговорил Иван. Лицо бывшего моряка стало видно ещё лучше. Можно было рассмотреть на свету близ горящего факела отчетливые впадины на его щеках.

– Как ты ещё только жив!? – цокнув языком, проговорил Сейн.

Он потащил бревно дальше, кинув его на кучу, что уже почти возвысилась в предельную границу верхней части тоннеля. Подошло несколько женщин, начав брызгать на кострище с фляг. Видимо приняли решение облить дерево маслом, что было весьма разумным решением.

К Ивану подбежала молодая девушка лет двадцати с короткой стрижкой. Увидев столь близко лицо Ивана, она отшатнулась, закрыв ладонью рот. В пространство вырвался краткий женский писк. После чего Ивану протянулась дрожащая рука с увлажненной тканью.

Действительно умно придумано, подумал Иван, забрав клочок ткани. Подпали такое огниво в тоннеле, то не только всё вблизи, но и отдаленные части пещеры на многие метры заполнит дымом. Вентиляции данного места не справится, сразу отфильтровав всё заменив чистым воздухом. Они же смогут справиться с излишком дыма, приготовившись, а вот приверженцы ордена, объединившиеся с солдатами гильдий, пострадают сразу. Расчет был на то, что многие с них из-за нехватки воздуха задохнутся. Такие действия могут сильно повредить и самим восставшим, но из-за численности врага другого способа кроме как пойти на хитрость нет.

– Надеюсь, мы мыслим в верном направлении, не будет также как тогда, когда мы только сюда попали. В противном случаи мы не только победим своего врага, но и уничтожим всех выживших, – несколько раз примеряя ткань ко рту проговорил вслух Иван.

– Не думаю, что всё настолько плохо. Нам есть куда уйти, если всё будет вовсе худо. Возможно, придётся столкнуться с народом дворфов, но это как-никак шанс на спасение. Противник же останется отрезанным от спуска на нижние ярусы подземелья и им придется на ходу придумывать, как побороть нехватку воздуха. Если только они не удумают подняться прямиком на поверхность. Во что я вовсе не верю, – молвил Сейн.

Разговор прервал крик со стороны тоннеля.

– Идут! Идут! – закричал мужчина, выбегая с туннеля.

Он перецепился через бревно, чуть не упав лицом вниз. Всё же, устояв на ногах, он пробежал в центр помещения. На него чуть не набросились взвинченные происходящим побратимы. С толпы присутствующих мужчин вновь последовал крик: «Свой! Он свой!». Мужчина со страхом застыл на месте и остался стоять на нём, пока кто-то не подошел, подсветив его лицо рашлайтом.

Последовал шепот: точно свой… чуть не замахнулся мечом не глядя… слава богу….

– Ты один? Где остальные? – крикнули с темноты.

– Я…. они… мертвы….

На подтверждение слов мужчины послышался скорый бег с тоннеля. Некоторые со страхом в глазах отшатнулись. Оно не мудрено, большинство с восставших не были воинами даже немножко, а меч в руках вовсе держали в своей жизни лишь единицы. Только Иван, имея какой не какой опыт в морских боях еще, когда он бороздил море, хладнокровно оценил ситуацию.

«Только один… я надеялся на большее» – подумал он. В это же мгновение с его рук в полёт сорвался факел и, пролетев несколько метров, приземлился в центр немалого кострища.

– Чего ждёте?! Вы желаете, что бы их смерти были напрасны? За что умерли ваши близкие?!! – закричал он угрожающим тоном.

Никто не ожидал такого командирского тона от человека, что казалось на вид, даже говорить не мог. Вторым сдерживающим фактором было понимание того, что впоследствии их действий умрёт много людей. Пускай воины гильдий или каннибалы, но это всё же люди.

Послышался женский и детский плач с толпы. Некоторые начали осознавать слова мужчины, что только прибежал. Некоторые, наконец, поняли, что попятного пути более не будет. Уже умерли люди, а теперь их умрёт ещё больше. Лишь одна из сторон в это междоусобной схватке выживет. Схоже сред не возвратившихся, пребывали так же близкие для некоторых люди. Плач и паника женского пола вывела некоторых мужчин из ступора, в кострище последовало ещё несколько факелов. Языки пламени принялись медленно перекидываться с факелов на собранное в спехе дерево, постепенно увеличиваясь в размере.

Иван тут же бросился к костру, доставая меч. Пока огонь разгорится нужно время. Не все как планировали, смогли кинуть свой факел в костёр. Сейчас же не стояло надеяться, что вовсе не один человек из ордена или воинов гильдии не прорвется к ним в главное помещение, устроив побоище.

Следуя ожиданиям Ивана на него выбежав с тоннеля, не останавливаясь, набросился человек одетый в военную форму, нанося сходу удар мечом. На вид один из воинов гильдии. Ещё один в схожем облачении с татуировкой темной башни на плече попытался протиснуться между ними сбоку, пытаясь сквозь узкий проход между кострищем и входом в тоннель пройти в само помещение. Благо, что те, кто был на стороне моряка тоже не стали мешкать, бросившись на помощь. У входа произошла давка. Кострище тем временем всё больше начинало освещать окружение. Во все стороны повалили клубы черного дыма. Желтые языки затрещали, наконец, облизав остатки разбрызганного масла на горящем дереве. Несколько раз вспыхнуло в стороны огненными клубами.

– Вы что обезумили?! Вы же всех погубите. Воду! Несите воду! – закричал враг в попытке обратиться к собратьям стоящим позади.

Из-за узкого оставленного прохода пока не пал Иван и несколько бравых мужей, остальные пройти не могли, им оставалось лишь мешаться под ногами, ожидая позади.

По тоннелю эхом начали проноситься схожие крики, видимо передавая по цепочке сказанное людям, что пребывали в другой части схожего помещения на втором конце тоннеля. Даже если не все осознавали, что случилось, то дым, который сочился по потолку и запах гари даст им очень скоро понять значение слов кричавшего.

– Если нам суждено умереть, то только вместе с вами! Вы нас вынудили своими действиями! – нанося новый удар сверху вниз острой стороной меча, проговорил Иван.

Его удар был поспешно заблокирован. Несмотря на то, что Иван был измотан и давно не ел вдоволь, в его руке было достаточно силы, чтобы заставить своего врага опуститься на колено под натиском его удара. Сил моряку прибавляла ненависть. Он винил во всех бедах людей гильдии. Постоянная ноющая боль из-за ногтей только начавших отрастать на руке не давала забыть эму об этом. Иван, борясь со слабостью в теле выжимал остаток своих сил до крупицы. Его удар всё же отбили, с силой отбросив меч в сторону. Подпитывая себя ненавистью, от Ивана последовал новый незамедлительный удар. После ещё один и ещё. Разгоревшееся огниво осветило лицо моряка. Воины гильдий поведали много сражений, но такое лицо как было у Ивана в данный момент, схоже за их службу им давно не доводилось видеть. На секунду увидев лицо бывшего моряка, враг замешкал, увидев в нём нечто ужасное не от мира сего, чем поплатился. Укол в живот и после удар в шею оставил на его лице удивление навечно.

Кострище начало сильно припекать бок Ивана. «Более через тоннель никто не прорвется, пока не потушат огонь, и пока я жив!» – подумал он.

– Посторонись! – закричал позади давний знакомый Ивана – Сейн.

Один из близко стоявших мужчин с силой дернул Ивана за руку, оттянув его от сражения с новым врагом. В следующее мгновение произошел сильный хлопок, и часть кострища обвалилась, загораживая проход при этом горевшими обломками накрыв собой одного из пытавшегося прорваться воина гильдии лишив его сознания. Вверх помещения устремился столб резкого выброса пламени. Произошло ещё несколько хлопков, изрыгая шары пламени по сторонам опалив несколько человек стоявших по ту сторону от костра. Тоннель заполнился неистовым криком боли:

– А-а-А. Горячо! Я горю! Горю!! А-а-А. Помогите!

Крики заполнили всё окружение.

Возгласы утихли так же резко, как и начались, отдав неотчетливым бульканьем человека по ту сторону. Все находящиеся по сторону Ивана стали молча наблюдать. Многие принялись давиться кашлем от избытка образовавшегося дыма. Хоть и была увлажненная ткань, через которую многие старались дышать, но справиться в полной мере она не могла. Что происходило за огнивом, с другой стороны, можно было лишь догадаться. Теперь две враждующие фракции надолго разделены по разные части подземных ходов. Даже потуши сейчас разбушевавшееся пламя, дыма станет лишь больше.

– Похоже, мы перестарались… – выдавил из себя Иван, лежа на боку.

– В самый раз, – периодически кашляя с выступившими слезами на глазах, проговорил Сейн, подавая Ивану руку, чтобы подняться.

– Спасибо, – Иван взялся за его руку, сев.

Он не спешил вставать, так как сосредоточение всего дыма было вверху. Верное решение сейчас быть ближе к земле. Иван, прилаживая ткань к лицу, спросил:

– Что ты сделал? Откуда взрывы?

– Ничего особенного. Я лишь бросил кувшин с маслом в самое жерло огнива. Сам не ожидал, что оно так сильно шарахнет. На крайний случай, я бы приложил немного усилий заградить проход. К счастью, этого не потребовалось, – Сейн сложил руку в изгибе, показывая средних размеров бицепс.

– Откуда у тебя столько силы. Ты удивителен, а ведь я знаю людей с мышцами больше, чем у тебя. Если они на половину сильны как ты, уже хорошо, – проговорил Иван.

– Перестань. Что дальше? – начав кашлять чаще, задал вопрос Сейн.

Большинство людей принялось поспешно отползать от огнива подальше, только они вдвоем находились к огню ближе всех.

– Поступим, как и остальные. Для начала… – протянул Иван приглушено, пытаясь как можно сильней прижать влажную ткань к лицу. В голове Ивана начало кружить. Сказывалось недоедание.

– Скорее, отойдите от пламени подальше. Все вожмитесь в землю! – прокричал один из незнакомых мужчин.

Все и так были на земле. Кто ещё не успел принялся отползать ещё дальше, послушав слова мужчины, лишь один парень пятнадцати лет вжавшись головой в землю, закрыв уши, оставался на месте. Иван пригляделся, пытаясь через пока ещё не густые клубы дыма в округе понять, кто же там. Языки пламени хорошо освещали ближайшее окружение, не смотря на излишки черных облаков, застеливших верх подземного пространства. Иван почты сразу узнал парня, у которого не так давно он отобрал факел.

Сейн было принял попытку помочь Ивану идти, но моряк лишь отмахнул его очередной жест помощи.

– Сейн. Помоги лучше парню! Ему это нужней, я сам справлюсь, – проговорил он, перевернувшись на четвереньки.

«Кто бы мог подумать, что я буду ползти как пёс, чтобы выжить…» – подумал моряк, начав передвигать конечностями. Он не стал оглядываться, убеждаясь, послушал ли Сейн. Он просто знал, что послушал. Не смотря на ужасающую силу старика, он до мозга костей был добр. Он никогда не оставил бы на верную смерть ни одного невиновного человека.

– Вы не жильцы!! Слышите! Мы доберемся до вас! – послышался крик, что отчасти приглушало из-за обрушивающихся периодично частей горящих балок к основанию костра.

******

Впереди не скрываясь, громко переговаривалось множество людей, зажигая рашлайты и факелы. Свет, как и предвидел Хенрик, не так давно погас. Кто-то отдавал приказы. Коготь же вжался у стены перед одним из поворотов, очередной раз, думая, что же предпринять. Глазами он пытался отыскать лицо Дерила, ведь по ходу всего пути им вовсе никто не встретился. Жив ли Дерил? Почему ещё никто не предпринял попытки остановить их продвижение?

Когтю хотелось сразу выйти и порешить всех ставших на пути на месте, но он пытался поступать, как велел Хенрик: не стоит сразу всех мерить под одну гребёнку. Он немного успокоился с прошедшего разговора, сейчас его ненависть больше была направлена на зачинщиков и основателей ордена, а так же приверженцев гильдий, которые давали ордену непосильную помощь. Приверженцы гильдии как будто не могли думать самостоятельно, в данных условиях сменив одного мирского деспота на кучку безумцев поедающих людей. Скорее всё потому, что пускай воинов гильдии боялись, но они были в очень заметном меньшинстве среди выживших людей. Что бы сохранить свой статус, как грозной силы им пришлось пойти на хитрости, заручившись поддержкой тайного ордена. Так никто из их общин не утратил слово – власти, тем самым лишь укрепив свои силы. Если подумать у них ведь не было выбора. В противном случаи обычные люди из-за ненависти и страха, рано или поздно уничтожили бы воинов гильдии лично. Уж очень много они натворили.

Хенрик сделал несколько безмолвных указательных жестов руками, скрываясь в тени по другую сторону подземного перехода. Лучшего способа общения в нынешней ситуации было не придумать. Коготь ответил ему в своей манере. Он несколько раз повторил один и тот же жест. На лице Когтя отобразилось изумление своим же жестам. Лорд из-подо лба взглянул на воспитанника укоризненно. Похоже, Коготь забыл некие безмолвные знаки, запутавшись в том, что хотел передать Хенрику жестом. В окончание Коготь вовсе просто махнул рукой. После показал пальцем на ближайших говоривших и провел пальцем по шее. Хенрик отрицательно замахал головой. Он не хотел просто так лишать жизни любого им встретившегося под землёй.

– Он же имеет меч. Обычному человеку меч не выдали бы, – прошептал Коготь, говоря как можно тише.

Хенрик всё равно замахал головой в отрицании, рисуя в воздухе пальцами.

– Что? Да скажи ты нормально! – шепотом, но с сильным раздражением проговорил Коготь.

– У них нет логотипа или тату гильдии. Это обычные люди! – прошипел лорд. – Разве тебе просто по стойке не заметно?

– Не вижу в этом особой разницы. Значит они с приближенных ордена. Если я правильно понял, то Иван с остальными в осаде. Остальные, так или иначе, не за нас.

Хенрик жестом показал, что их стоит лишь отправить в беспамятство. Он с силой вложил руку ребром в ладонь.

– Смотри потом не пожалей. Часто ли ты видел, что бы Высший жалел магов!

– Коготь! Без лишних жертв. Не все здесь укоренившиеся мерзавцы. Мы ведь с тобой об этом только говорили, – вздохнул Хенрик.

Насупившись, Коготь показал знак согласия, далее жестом предложил напасть на троих зевак, что стояли от общей суматохи в стороне и мешали им пройти дальше беспрепятственно.

Коготь, было, хотел ринуться в бой, но Хенрик остановил его жестом. Он показал на себя и потом один палец, что означало желание Хенрика проделать всё одному.

«Он вовсе помешался, пока я был в темнице. Откуда такая доброта в лице лорда, который учил убивать любого, кто угрожает нашей жизни! Ещё лично пытается лезть на рожон». – Подумал Коготь.

Ладно, ещё этих троих они кое-как обезвредят, а дальше что? Оставаться добренькими не получится. Больше полтысячи человек повернутых на голову. Им не совладать со всеми, другого же пути к Ивану нет.

Хенрик не успел выйти к недругам, как издалека, послышались крики. Лорд, очевидно, был готов уже напасть, но лишь дернулся телом, застыв на месте принявшись наблюдать за происходящим.

– Воды! Несите воду! – эхом пронеслось отовсюду.

– Что произошло? – вынырнул из темноты старик с сивой козлиной бородкой, держа в руке трость.

Коготь заметил, что данного старика хорошо охраняют. Люди у входа тоже схоже были из его свиты. Хенрику повезло, что он не сунулся к врагу, оказалось схожих людей с мечами, в помещении было намного больше тех, что они видели, просто увидеть их мешали присутствующие колоны. Даже заклятие «окайрин» не помогло разглядеть точное количество пребывавших внутри в действительности. Крик спас их от необдуманных действий.

– Ей! Сюда! Хватай их! Помогите! Нарушители! – послышался голос Дерила позади.

На новый крик оглянулось несколько человек. Старец вовсе отреагировал по-своему. Он, взглянув в сторону тоннеля у выхода, которого прятался Хенрик и Коготь, поспешно стал отдаляться в дальний угол, что-то проговорив, закончив фразу громким словом – носом.

Обернувшись, Коготь увидел силуэт человека, который поспешно убегал подальше от них в противоположную сторону.

– Дерил-л… – прошипел Коготь, – как только мы его пропустили мимо себя?!

– Сейчас не время об этом думать. У нас проблемы! – уже не скрывая своего присутствия, проговорил Хенрик. – Ты хотел сражения и смертей. Похоже, теперь нам этого не избежать! Отступаем вглубь тоннеля, в узком проходе мы хотя бы будем сражаться без численного перевеса.

– Смотри! – указал рукой лорду Коготь.

С туннеля ведущему к дворфам валили клубы черного дыма. В след за клубами поспешно друг через друга пыталось выбежать множество мужчин. Странным было то, что женщин среди всех почти не было, как будто они находились совсем в другом месте.

– Не время глазеть по сторонам! Ты видел эту толпу. Отступаем! – видя, что не все поглощены суматохой поторопил Хенрик. Некоторые, следуя указаниям неизвестного старика направились в их сторону реагируя на словесный призыв Дерила.

– Жаль, что он выжил! – зло проговорил Коготь.

– Это не имеет значения. Лучше смотри, как бы он не напал вдруг.

– Я буду готов! – пообещал Коготь, обострив свое восприятие предельно. Тело Когтя всё же было истощено и было трудно быть сконцентрированным подолгу.

– Не перестарайся, – видя участившееся дыхание подопечного, подчеркнул лорд.

В нос Когтя ударил запах гари и отчасти сгоревшего мяса. Запах распространился по подземелью намного быстрей чем чад, который постепенно заменял воздух.

– Здесь кто-то есть. Осторожней, я видел несколько силуэтов! За мной, – послышалось в нескольких метрах.

Хенрика и Когтя от полного обнаружения спасало лишь отсутствие света и помощь магического заклятия «окайрин». Обычным людям их просто так не увидеть в этой кромешной тьме. Стояло остановиться и дать отпор, но не было времени оглядываться что бы оценить степень угрозы. Их благополучие зависело от количества увязавшихся по пятам людей.

«Если там несколько человек, то мы ещё сможем справиться. Если людей больше, то Коготь долго не выдержит» – подумал лорд, прибавив шагу, созерцая, как его подопечный с каждой секундой всё больше становится медлительней. Коготь закашлялся, на секунду остановившись на месте.

– Ну же мальчик мой! Поднажми, ещё несколько метров к нужному нам повороту. Пускай ты маг, но нас лишь двое! Там будет самое лучшее место для отпора врагов в любом их количестве, главное, чтобы сил у нас хватило на всех.

Хенрик подошел к кашлявшему во всю Когтю и взяв под руку, почти-что не с силой потянул его за собой.

– Ещё несколько шагов и можно будет перевести дух, ожидая преследователей, – подбадривая в большей степени себя, проговорил лорд.

Держа Когтя под руку – Хенрик, переживая о благополучии воспитанника, резко завернул за поворот – став ступором на месте.

Коготь опустился на колено, вдыхая затхлый воздух на полную грудь.

– Чего стал ступором, у нас мало времени. Хенрик ты тоже передохни. Спасибо тебе за помощь, – глаза Когтя выедали мало уловимые частички дыма. Он, вытирая руками накатившиеся слезы, поднял взгляд на лорда. Заклятие «окайрин» дало отчетливо увидеть со спины, что с тела лорда торчит острие меча.

Хенрик с силой замахнулся кулаком. Кто-то впереди него отлетел, упав на землю.

– Ты… Сукин сын… – лорд, отшатнувшись, уперся плечом об стену, схватившись около груди. Одежда лорда моментально намокла от просочившейся крови.

– Хенрик! – выкрикнул Коготь, бросившись к нему.

Шаги позади, слышались всё ближе.

Неизвестный поднялся. Он, достав кинжал из-за пояса, с силой замахнулся в область сердца Хенрика, пытаясь исправить не точный удар исподтишка. Лицо нападавшего было обугленным с потресканой до красноты кожей. По безумной улыбке, что Коготь созерцал почти год, он узнал в нём Дерила. Волосы и часть одежды приверженца ордена были оплавлены, но он был живей всех живых. Будучи шокированным, Коготь не придумал ничего умнее как выставить ладонь пред острием кинжала. В центре ладони отдало болью. Следующее мгновение Коготь схватился пальцами за гарду и с силой вывернул запястьем в сторону, действуя машинально. Раздался хруст и крик Дерила. Он, схватившись за руку, отступил на несколько шагов от Когтя. Хенрика полностью сполз по стене на землю. Лорд тяжело дышал.

– Ты псих! Ты не человек! – завопил Дерил.

– Ты! – ухватившись за черенок, Коготь с силой вытащил кинжал с руки, улаживая в него ману превращая оружие в бритву. Кинжал осветило синевой.

– Хватай его! – прокричал кто-то почти в несколько шагах позади.

Коготь не стал оборачиваться, он вовсе не обратил на окружение внимание, превратившись в машину мести. Он с силой замахнулся кинжалом наискось, целясь по телу Дерила. Кинжал оказался неожиданно коротким, не достав до туловища врага. Дерил в страхе выставил перед собой руку, прикрываясь от удара, но дол оружия прошел насквозь, словно это была бумага, а в руке вовсе нет никаких костей. В стороны брызнуло кровью, а наземь упала большая часть руки.

– Так не бывает! Рука!

Округу заполнил испуганный мужской крик.

– Коготь. Позади, – хриплым голосом молвил Хенрик.

Кто-то ударил Когтя ногой в спину, но это не помешало ему закончить новый удар кинжалом сверху вниз по голове Дерила. От удара Коготь не удержал черенок, от чего кинжал, переставая подпитываться манной, встрял во лбу Дерила.

Потеряв равновесие от удара, Коготь попытался уйти в перекате вперёд. Кое-как это вышло. Места было недостаточно. Использовать магию он не успевал, а к нему уже стремился меч, нацеленный в живот. Человек гильдии отчетливо знал, что делает. «Откуда здесь взялся воин гильдии» – подумал Коготь. Со рта капнула капля крови из-за поврежденных внутренностей. Коготь, не веря своим глазам, схватился рукой за меч, удерживая его в животе всматриваясь в испачканное сажей лицо воина гильдии.

Глава 13

Бессмысленно делить людей на хороших и дурных. Люди бывают либо очаровательны, либо глупы.

Оскар Уайльд

Глава XIII

Наконец я закончил свое лечение. Легкие потрепало, даже больше чем я ожидал. Теперь телу нужен был покой. Пришлось использовать тонну магической силы, что бы я вместе с Хейзом не отдали концы.

Разделение сил с фантомной копией и поддержание защитного кокона принялось быть изнурительным, но частички мелкой пыли вокруг кокона всё ещё не переставая, кружили. Рано ещё было расслабляться.

Артур достал из пространственного амулета флягу, после жадно в который раз, смочил горло.

– Побереги воду. Здесь неистово жарко, кто знает, сколько нам ещё удосужится здесь быть, – предостерег его я.

Артур в блаженстве протёр потрескавшиеся увлажненные губы, молвив:

– Поскорей бы понять что происходит. Розмари так и не ответила?

– Нет. Я уже пытался несколько раз с ней связаться, но меня извечно блокируют.

– Как у них обстоят дела, хоть есть догадки? Почему с нами так поступили и что это вовсе было?

– Я не имею никакого понятия, так же как и ты, – я, пересилив усталость, после использования вампирского «я» подолгу, встал оглядевшись.

Через барьер было видно, что пыль постепенно оседает.

– Я ведь говорил, что этот дворф подозрительный! – констатировал Артур.

– Даже если так, какие у нас доказательства. Давай попробуем вернуться назад.

Впервые меня подвели мои собственные чувства. Почти час назад я и подумать не мог, что может произойти нечто подобное. Я сжал кулак, мысленно себя, опережая – представив как мой удар, достигает лица того, кто придумал всё это.

Артур взял свою футболку и выкинул в сторону наземь как ненужную тряпку. Его кожа начала приходить в нормальный окрас. Духота была страшная. Впервые на памяти я решился поступить подобным образом, также как друг. Моя верхняя одежда вся была мокрой и в грязи. Оголив торс, я вдохнул на полную грудь.

– Наконец-то, уж думал только я такой мужлан. Я и не думал, что у тебя столь стройное тело, – вглядевшись на меня, проговорил Артур. – Всё равно ему далеко до моего, – с гордостью добавил он.

– Я больше полагаюсь на скорость, нежели на ненужную мышечную массу. Мое тело достигло нужного мне состояния. Я давно лишь поддерживаю свою форму, более не раздувая себя как шарик! – ехидно взглянул я на друга.

– Вот ты! – заложив руки на груди, проговорил он в ответ. – Кто тебя такому научил вовсе?

– Один из лучших воинов данного времени. Надеюсь, я вскоре вас познакомлю. Нужно только выбраться отсюда.

– Ты уж познакомь, – нахмурив брови, потребовал Артур, – я ему объясню про мужскую эстетику.

– Смотри, что бы он, не приложил усилий, заставив тебя забыть такие слова, – засмеялся я, вспомнив строгость Хенрика.

Я сконцентрировался, применив заклинание эхолокации. Как мной и ожидалось в месте, откуда мы пришли, более не было прохода.

– Нам туда, – кивнул я в нужное направление.

– Мы не пойдём назад? – от него веяло непониманием. – Хотя бы чтобы понять что произошло? – добавил он.

– Проход обвален. Там некуда идти, – я отобрал флягу у Артура, сделав несколько глотков обмочив горло.

– Ты откуда…. А-а-а, – удивленно протянул он, – всё ещё не могу привыкнуть. Магия удобная штука, но порой меня пугают возможности магов. Значит только вперёд. Вот только мне пока не хотелось бы покидать твой защитный барьер. Частицы пыли, которые мне довелось выплевывать, до сиих пор витают в воздухе, – Артур протянул руку через барьер и тут же её отдернул, – А-а. Жжется.

– Будешь знать, как сунуть руки, куда не надо, – улыбнувшись, проговорил я. – Не переживай. Я буду удерживать защиту вокруг нас по мере нашего продвижения. Пока у меня достаточно сил для этого. Но стоит найти место уютней, я не всесилен. Кто знает, как ещё долго придется удерживать барьер.

– Может, щелкнешь пальцами – заморозив всё. Тогда не будет никаких проблем. Я знаю, ты так можешь, – с серьезность в голосе проговорил старший товарищ.

– Давай ты просто сейчас отожмешься несколько тысяч раз. Сможешь? Потом через время, когда будет необходимо подтянуться над обрывом, я тебя спрошу, логично ли было перед этим отжиматься до изнеможения, – раздраженно спросил я.

И ежу было понятно, что для таких действий нужна тонна манны. Сейчас я решу проблему, а потом когда это действительно будет нужно я не смогу использовать магию. Нет уж, пока просто барьер! Точка.

– Я тебя понял… – схмурился Артур, молча приняв мои резкие слова.

Он, более не разглагольствуя, достал с пространственного кольца короткий перочинный ножик, прихваченный из своего мира и принялся обрезать штанину одежды у колена, тем самым оголив ноги. Спустя несколько минут я проделал такие же действия.

Впитав остатки магии своей фантомной копии, я сосредоточился на самостоятельном поддерживании магического барьера. Более барьер не был привязан к одному месту, можно было выдвигаться. Мы сделали несколько шагов вперёд и тут же отступили назад. Земля под ногами оказалась сильно накаленной. Барьер мог защитить от излишков частиц в воздухе, но не от температуры пола. Артур задумчиво приложил палец к лицу. Он хотел что-то сказать, но я, опередив его, кинул ему несколько клочков ткани.

– Только хотел сказать, что можно обмотать ноги тканью, это убережет от излишка температуры, пускай и ненадолго. Я не удивлюсь, если вскоре мы окажемся где-то у магмы. Никогда не подумал бы, что я окажусь в таком месте вовсе.

Я промолчал, занявшись делом. Ввиду экономии я использовал ткань, что была отрезана от штанины. Получилось не аккуратно, но действенно.

Я задумался о том, то мы сильно много разглагольствовали! Пока мы здесь неспешно пытаемся идти, у Агнес с Розмари могло происходить неведомо что. Я послал очередной мысленный запрос, убеждаясь, что вампирша всё ещё жива. Я подозревал, что скорей, как и до этого – ответа не последует, просто хотел убедиться, что ещё не всё потеряно.

–«Невежа! Такой как ты: ущербный, не имеет права общаться с королём гномов мысленно», – всплыло в мыслях, но отвечала явно не Роза. Я ощущал, что мои мысли от неё по-прежнему отделены, чем-то или кем-то. У меня глаза от удивления поползли на лоб. Ощущалась магия стилета. Неужто разумный стилет имеет собственное сознание и вовсе может действовать по собственной воле отдельно от хозяина. Я впервые сталкивался со схожей магией. Вовсе магия ли это? Нежели дворфы обрекли душу живого человека на вечное заключение в оружии. Как так вышло, что я могу общаться с орудием для убийства?!

– «Я не ущербный! Кто ты?» – задал я вопрос, обращаясь к неизвестному голосу.

– «Обычному человеку не понять всего величия королевского оружия! Ты не достоин знать! Прочь с мыслей хозяйки! Неполноценный!»

– «Да заладил, то ущербный, то неполноценный!»

Голос разозлил меня. Я не успел ничего ответить, меня вновь полностью заблокировали и мои мысли не смогли достичь адресата. Видимо именно из-за сознания неизвестного я не мог общаться с Розмари. По итогу приобрёл лишь уверенность в одном: раз её орудие мешает нашему общению, то Роза однозначно пользуется обретенной силой.

– Поспешим на всякий случай, – хмыкнув, обратился я к Артуру.

– Я на тот свет не стремлюсь. Быстрей идти, чем продвигается твой магический барьер вместе с нами, я не смогу.

Я несколько раз я с осторожностью наступил на раскаленную поверхность. Задумка действовала. Я ускорил темп ходьбы, насколько это было возможно. Артур был прав, о безопасности не стояло забывать, приходилось двигаться осторожно.

Вскоре туннель предоставил нам развилку. Мы долго пытались понять, куда бы нам податься. В итоге пришлось идти по наитию. Выбрали мы путь, где жар близости предполагаемой нами магмы чувствовался немного меньше. Если вообще можно было измерить степень этой жары. То и дело с нас лилось три ручья.

Мы вышли в просторное помещение. Штучное освещении, что было и так не сильно частое, вовсе пропало. Мы как будто вышли за границы всех подземных переходов сделанных руками живых существ на самый край всего развитого мира дворфов.

– Ты не мог бы сделать что-то, что бы я видел хоть бы дальше своего носа, – попросил Артур.

– Будет сделано мой господин, – шутя, ответил я товарищу, пытаясь сохранить хоть чуточку спокойствия. Вся сложившаяся ситуация мне в корне не нравилась. Где-то внутри я ощущал тревогу. Нельзя нам было здесь находиться. Ох, и нельзя!

– Чего ждёшь? – спросил лорд, увидев, что я мешкаю.

– Мне как-то не спокойно. Почему дворф отрезал нас от их города, приведя в столь отдаленное место? Зачем мы здесь? Сомневаюсь, что под землёй обитают лишь дворфы. Мир магии многогранен и порой очень удивляет!

– Куда уж больше удивлений? Шон, так или иначе, я знаю не больше тебя! Надеюсь ближайшее время я не познакомлюсь с подземными существами вашего мира. Знаешь ли, мне пока хватило жнеца и ходячих склетов. Я даже к виду Вулфаира ещё не совсем привык.

– Потому, я это и озвучил. Как минимум обсудить. Мне тревожно. Почему-то в голове снуют мысль о том, что магия может мне навредить. Впервые у меня такое. Это приносит в моё сознание не понятное волнение, – протянул я задумавшись. Я пытался прислушаться к тому, что ощущаю. Было странным то, что меня это вовсе тревожит. С магией я давно был на «ты».

– Доверяй своим чувствам, – твердо сказал Артур. – Вот только в отличие от тебя я не умею видеть в темноте.

Я уже хотел наложить на друга нужное заклятие, однако увидел впереди тоннеля просочившийся, где то со стороны свет.

Я махнул другу рукой:

– Видимо не понадобится тебе моя помощь. Я вижу свет… и слышу схоже звук сверчков, – удивленно протянул я.

– Сверчки под землёй? Ты уверен. Я ничего не слышу, – сдвинул брови Артур.

– Я не сошел сума.

– Ещё скажи, что мы у выхода на поверхность, – съязвил друг.

– Я этого не говорил! Но этого не исключаю.

– Судя с жары вокруг, сомневаюсь, – запнувшись о камень, сказал Артур. Замешкав на несколько секунд, мы опасливо продолжили идти.

Вскоре показался овальный выход. Стены тоннеля провалились, как будто вовсе исчезая в громадном отверстии. Уже у выхода отчетливо было видно папоротники, что преградили путь. Они как будто разумно пытались облепить листьями вблизи стоящие стены, покрыв их собой с излишком. Воздух увлажнился и ощущался вразы чище, жара почти моментально отступила. Я попятился на несколько метров назад, на меня вновь обрушилась давящая атмосфера жары. Моему примеру поступил и Артур.

– Всего несколько шагов, а такая разница. В моем мире такое называют полосовым дождём!

– Дождь то здесь причем? – не совсем сообразил я, привыкший к затяжным непрерывным дождям в своей деревушке.

Артур сдвинул брови. В полутьме я хорошо разглядел его удивлённый взгляд.

– Разве ты никогда не пытался оказаться на краю дождя. Вот он вроде льет как из ведра. Делаешь всего несколько шагов в сторону, и дождевые капли уже вовсе не достигают твоего тела. Но так лишь сдается, ведь обернувшись, ты увидишь, что сверху по-прежнему струит как из ведра, но лишь в том месте, где ты стоял секунду назад. В моем мире это частое явление и многие гонятся запечатлеть в памяти такое явление. Так то, это только один из известных мне видов дождя.

Пока он говорил, наши тела привыкали к образовавшейся прохладе.

– Мне больше напоминает баню из твоих рассказов! С жары и в холод.

– Ух. Я жалею, что так и не смог показать тебе прелесть бани! Я вообще не понимаю, как в мире магии вовсе не додумались до такого.

– Не начинай вновь. Мы ведь пообещали не возвращаться к этой теме. Лучшего после тренировки как ледяная вода ничего нет, – раздраженно отмахнулся я от темы наших извечных споров. Артуру так и не удалось уговорить меня создать в мире пустоты эту его «баню», я по старинке загонял его вместе с Агнес в ледяное озеро. Ведь именно так тренировался я сам.

– Это ты просто не пробовал отдохнуть в хорошо разогретой баньке!

– Ар-тур! – мой возглас можно было спутать с рыком Вулфаира. Получилось довольно громко.

– Да не заводись ты, – Артур залился смехом.

– Если здесь есть враги, то они уже знают, что мы тут! – буркнул я.

На мое замечание друг лишь пожал плечами. Я часто проморгал, дав высохшим глазным яблокам увлажниться. Осторожно протянув руку через магическую защиту, я удостоверился, что больше барьер не надобен, тут же отменив заклятие.

– Ей, – воскликнул Артур тут же прикрыв ладонью рот.

Я лишь удивленно взглянул на него. Было странно смотреть на него, как он пытается не дышать. Через короткий промежуток времени друг покраснел на лице, а его щеки вздулись. Я ткнул Артура пальцем в живот, от чего он со свистом выпустил воздух.

– Всё… не могу больше, – вдохнув на полную грудь, сказал он.

– Ты это чего? – взглянул я на товарища как на умалишенного.

Часто дыша, он молвил:

– Кто тебя знает, вдруг твоя магия перестала резко работать. Я ещё не забыл горечь во рту и дикое жжение в легких. Не веришь, можешь посмотреть на моё горло. Я уверен оно по-прежнему красное от раздражения!

В подтверждение своих слов Артур открыл широко рот, указывая пальцем на горло.

– Во. Смот-ли. Видал, – проговорил он, обращаясь ко мне держа рот по-прежнему открытым.

Как только ему удалось выдавить из себя речь, не закрывая рот? Я вновь тыкнул друга в живот, от чего он ойкнул.

– А-й. Ты чего опять в меня пальцами тычешь. Чуть язык не прикусил! – закрыв резко рот, недовольно начал он.

Я вновь повторил свое незамысловатое действие пальцем. После ещё раз и ещё. Артур крепко обхватил меня за запястье руки, прекращая мои действия.

– Перестань! – взглянул он на меня исподлобья.

– Это ты перестань дурью маяться. Годиков то тебе сколько!? Привык к смене температуры? Пошли! – освободив свою руку от хвата словесно отмахнулся я и принялся пробираться сквозь заросли. – Сам бы продвигался в разы быстрей, – молвил я шепотом с раздражением.

– Ты что-то сказал? – идя позади в попытке не отставать от меня, переспросил Артур.

Я лишь промолчал. В голове сновали мысли разного рода. Действительно если бы он за мной не увязались и не настояли на своем, то в данной ситуации я оказался бы сам. Не было бы переживаний за здравие друга, за которого я теперь несу ответственность. С моими способностями я бы нашел себе совет. Отчего-то имею уверенность в этом. Я в краткий срок добрался бы к Розмари и Агнес, где бы они небыли. Однако если целью посыльного гнома был лишь я, то что сделали бы с Артуром. Оставили бы его в покое или тоже подготовили подобную напасть.

Просканировав пространство, мне не удалось обнаружить ни одной живой души кроме вблизи находившегося Артура. Это было вдвойне странным. После того как нас отрезали от поверхности разрушив проход, где делась ожидаемая мною в дальнейшем засада? Где недовольные вооруженные дворфы? К чему было удаваться таким ухищрениям?

Кое-как удалось одолеть густо поросший папоротник. Помогло то, что очевидно я не первый продирался через него. Частично просматривался протоптанный проход сквозь него, а значит, здесь все же были люди или точней дворфы. Примятые или надломленные части растений ещё не успели полностью восстановиться после последнего посещения этого места кем-то.

Заросли окончились. Следующий мой шаг заставил встрять меня ногами в рыхлой вспушенной земле. Лицо ослепило светом, источаемым от десятков шарообразных огней расположенных на возвышенности на приличном расстоянии. Прищурив глаза, я огляделся. Всё же мы всё ещё были под землей. Неровный свод пещеры плохо просматривался, где то вверху, будучи подсвеченным имеющимся светом, но он никуда не делся. Свет был очень яркий, от чего я вовсе не мог смотреть в сторону, откуда он походил. Будучи заслеплён, я почти ничего не мог различить дальше нескольких метров. Не веря своим первичным ощущениям, я просканировал пространство магией, ожидая недруга вблизи неизвестного свечения, ожидая в этом уловку. Опять оказалось пусто.

Я очередной раз прокрутил в мыслях: «засада ты где?».

Выставив руку перед лицом и потупив взгляд вниз, я произвел ещё несколько шагов вперёд, тут же наткнувшись ногой на воткнутую в землю худую метровую палку - колышек, к которому тканью было привязано зелёный росток. Растение выклюнулось с земли лишь на десять сантиметров. Присмотревшись на расстоянии полуметра, я крайне неотчетливо различил несколько подобных колышек. Прикреплённые к ним неизвестные мне растения были разной высоты.

– А-й. Чёрт побери. Кто здесь натыкал этих колышек!? – запричитал Артур, наткнувшись в стороне на один из них пахом.

– На моей памяти ты впервые столь несобранный и шумный. Везёт, что нас здесь никто не поджидал. Наверное, у тебя это возрастное! Артур с тобой точно всё в порядке?

– Ты меня сейчас дряхлым обозвал? – зло переспросил друг.

– Соберись! Поведение напоминаешь мне моего друга в первые дни нашего путешествия, – подумал я про Когтя.

– Извини Шон, но мне по эти поры трудно осознать, что моя жизнь была на волоске уже несколько раз, а я в большей степени был бессилен, – с силой вытащив колышек и запустив его в полет, проговорил Артур. Через несколько секунд послышался лишь тихий хлопок встречи тонкого дерева с землей. Увидеть, где упал не использованный по назначению предмет было невозможно из-за света.

– Я думал ты уже привык к такому, – удивился я. Что бы такое говорил бывший армеец, мне было удивительным.

– Парень, мы здесь не долго, но уже несколько раз наши жизни были на грани. Трудно вот так сразу отвыкнуть от жизни в Нью-Йорке и привыкнуть к новому окружению. Ранее о ходячих скелетах я лишь читал в книгах. Жнец? Вампиры? Гномы? Ну серьезно эти коротыши? Допельгангеры? Всё это очень притягательно, – он замешкал, продолжив, – но одно – видеть созданное лично тобой с помощью магии, понимать, постепенно осознавать откуда прорастают корни, другое – резко столкнуться со всем без предупреждения. Я не прожил в твоем мире даже недели. Мне всё в диковину.

Он поднял руку думая, что я хочу его перебить, сам же продолжив речь:

– Даже не смей сравнивать меня с собой. Ты пробыл в моем мире достаточно долго, чтобы смотреть на вещи моего времени обыденно. Извини, но, когда тебя пытаются убить уже как минимум пятый раз за несколько дней, это перебор. Даже когда я пребывал на войне, там было всё более понятно. По крайней мере я уразумевал, что если в окоп упадёт снаряд, то я не выживу. Тут же постоянно приходится гадать, от чего я вовсе могу умереть. Ещё и происходящее вышло за рамки обычного понимания. Нормальность для меня вовсе вышла погулять. Куда не кинь взгляд остается лишь открывать рот от удивления. Я ведь не Агнес, которая долгое время мечтала о реальном фэнтези и доселе грезит мечтами.

– Я ведь предупреждал, что мы не на прогулку собираемся, а также говорил, что пути назад не будет, – повторил я ему свои давние слова. – По крайней мере, сейчас я не знаю способа как вас отправить назад в ваше время.

– Да понимаю я всё! Отправлять меня никуда не нужно однозначно. Я не против всего происходящего, но мне надобно свыкнутся.

– Ты только ускорься в этом. Как минимум те, кто нам желают зла, точно не будут ждать, когда ты опомнишься в полной мере, – подметил я. Схоже я ожидал от Артура намного большего, чем нужно было бы. Даже не думал, что на него всё происходящее производит такое давление. Хоть, наверное, не мудрено. Это ведь мне не привыкать из-за охоты, за моей жизнью, ещё начиная с момента, как я стал магом. Скорее всего, в тот момент я был очень схож с Хейзом.

– Всё будет хорошо. Лучше сделай что-нибудь с этим светом, – проговорил Артур, всматриваясь в далекие огни, что нас столь слепили. – Иначе я точно покалечу себе ноги.

Я ухмыльнулся. Он был прав, нужно было что-то предпринимать. Сам не мог разглядеть дальше, чем на метр от себя. То, что глазами видел вблизи, походило на ухоженный огород. Мне стало весьма интересно, что за молодые растения высажены в грунт? Схоже мне с Артуром довелось узреть способ, которым орудовали гномы для выращивания фруктов и овощей, находясь под землёй. Интересно, что за объекты они использовали для освещения? Издалека походило на маленькие светящиеся солнца.

– Для начала стоит пройти немного ближе. Нужно хотя бы видеть, что настолько мешает взору. Но отчего-то мне кажется, будет не в моих силах исправить столь яркий свет, – молвил я.

– Шон, как скажешь.

Артур после болезненных ощущений сообразил, что не следует идти напролом через колья с растениями, между ними есть довольно широкий проход. Расположившись, друг за другом посредине гряд, мы некоторое время шли вперёд. Свет по-прежнему слепил неумолимо, но более под ноги не попадались колья, из-за которых можно было сломать ногу.

– Вовсе не понимаю бытность дворфов. У них всё с сильным размахом. Порой кажется, что они первобытные люди, но смотришь в другую сторону – присмотрелся и понимаешь, что это мы скорей по сравнению с ними таковы, – проговорил друг.

– Я так же думаю. За короткое время в городе Депеш я успел не один раз удивиться. Если бы я не знал, что мы в моем времени я подумал бы, что мы просто переместились в пространстве с Нью-Йорка, а всё окружение это постановка ваших так званых кинорежиссеров. Люди же в подземном городе – актёры, специально отобранные дети и коротконогие люди. Имеем, что имеем. Другого выбора нет, так или иначе, – делая очередной шаг к слепящему взгляд объекту, ответил я Артуру.

Мы пытались ещё несколько раз обговорить явление, что нас слепило, но все наши догадки сходились лишь на том, что там магическое нечто. Я неоднократно пытался просканировать свет магией, но так и не смог сообразить, что именно производит столь сильное свечение. Не одно имевшееся в моем арсенале заклинание не помогло проанализировать белый излучаемый в округу свет. Похоже, пока мы не подойдём вплотную, мне не удастся узнать похождение света. После очередного заклинания, я ощутил, что слепящий свет, как будто пытается связать себя с моей манной. Это было очень странным, но такое ощущение я ощутил кратковременно.

– Шон! Ты что творишь?! – воскликнул Артур, потянув с силой мое плечо на себя.

В следующее мгновение я осознал, что парю в воздухе на расстоянии несколько сантиметров над землёй и непроизвольно источаю манну в окружение, от чего мелкие камешки зависли в воздухе вместе со мной. Опомнившись, я резко, повинуясь силе притяжения, зарылся головой вперёд. В последний момент, при падении, я успел лишь выставить перед собой руки. Оказавшись на четвереньках. Моему удивлению не было границы.

– Что сейчас произошло? – обратился я к Артуру, встав на ноги – отряхиваясь.

– Ты вдруг завис в воздухе и перестал отвечать на мои словесные возгласы. Ты провисел так около минуты. С тобой всё хорошо? Что за магические фокусы? – обеспокоенно спросил товарищ.

– Не уверен, – я поставил перед собой руку и попытался сотворить магический фаербол. Магия меня не слушала, с пальцев слетело лишь несколько искр. Внутри я отчетливо ощущал, что вся моя магическая энергия ведёт себя странно.

Закрыв глаза я, сосредоточился, что оказалось несвойственно невообразимо сложно, после чего заглянул в свой магический колодец, где обнаружил картину очень схожую со штормом. Моя магическая сила взбесилась.

Открыл я глаза от того, что на ладонь что-то капнуло. Отдало влагой. Увидев перед собой Артура, я поспешно попытался вытереть каплю крови, что оказалась на руке, но это было бесполезно. С носа начало сочится. На землю упало ещё несколько капель, и ещё. Окружение закружило, а ноги стало подкашивать.

– Шон?!

Артур словил меня под руки, чтобы я не завалился как мешок. В моей голове забили колокола. Подобные ощущения я испытывал давным-давно, только тогда я нырнул под воду на очень приличную глубину.

– Да ты весь горишь! – воскликнул друг.

Артур достал с пространственного кольца флягу и обильно облил моё лицо водой. Мне немного полегчало, но головная боль только усилилась.

Меня стало корчить от боли. В следующее мгновение я не помню что происходило.

Очнулся я на жестком полу в мало освещенном месте. На лбу у меня был компресс. Мысли путались. Рядом копошился Артур, а в мыслях зудело от бесчисленных мысленных запросов.

– Шон. Ты пришел в себя! Держись друг мой, – проговорил Артур, заботливо меняя мне компресс, от чего на лбу повеяло холодком.

– «Шон….» – всплыл в мозгу запрос Розы, но мой рассудок вновь помутнел и я отключился.

Далее помню лишь отрывки происходящего. Время от времени я приходил в память. Периодически меня с силой тащили или несли на руках как беспомощного котенка. Не один раз я отдавал отчетность, что лежу или спёрт сидя на холодной поверхности. Неизменным было присутствие рядом обеспокоенного лица Артура.

Один раз, когда я очнулся, то даже успел испугаться. Мои руки, ноги, голова – всё свисало вниз. Пришлось приложить усилий, что бы поднять голову вверх и понять, что я в подвешенном положении, а посредине туловища морским узлом перевязана веревка. Похоже, меня тащили куда-то вверх. Последнее, что я запомнил на тот момент это яркий свет на глубине обрыва, над которым меня перемещали в подвешенном состоянии, что походило не на что иное, как на магматическое течение лавы. Отдавало жаром. У меня самого был жар, потому смену температуры я особо не ощущал. Каждый раз, придя в себя, я пытался сообразить, что же со мной происходит на самом деле. Мысли путались, а потому все попытки были безуспешны.

–Шон. Очнись. Шон.

Меня с осторожностью тормошили, держа плечо. Голос был девичьим.

– Отойди от него, ещё сама заболеешь магической лихорадкой! – послышался голос Мериель.

– Мне безразлично. Ты сама знаешь почему! Да и Мериель, это ведь не заразно! Сама ведь рассказывала, – возмущалась Розмари.

– Всё-то ты помнишь. Все равно отойди от него, в противном случаи не дай бог ещё придется думать, как вас спасать обоих!

– Девочки не ссорьтесь, – вклинилась в разговор Агнес.

– Цыц! – хрипло прозвучал голос Артура, явно поддерживая Агнес. – Мы выбрались оттуда, не для того что бы слушать споры. Что делать!? Его состояние всё хуже и хуже!

Голос друга звучал приглушено, как будто металлические части его гортани забыли намастить маслом, от чего всё заржавело и скрепит. Сейчас он выглядел в разы лучше, чем когда я его лечил.

Меня хоть и разбудили, но мне не удавалось открыть веки.

– «Я рад, что теперь все вместе. Вы в порядке? Что у вас произошло?» – мысли путались, но мне удалось ясно сформулировать их.

– Он ответил, мне! Ответил, – внезапно закричала Роза, что уши заложило.

– Эй, открывай глаза, – потребовала Мериель, – тебе ещё рано умирать!

Меня с силой пихнули в бок. Очевидно, не только слова Мериель были требовательны и прямолинейны, но и действия близ находившегося.

– «Я…»

Внезапно меня накрыло новой волной жара, за все моменты моего кратковременного пробуждения, я впервые почувствовал, как изнутри потоком прорывается манна, устремившись бесконтрольно наружу.

– Осторожно!!

– Ай, – пискнула Агнес.

Дальше я вновь окунулся в беспамятство.

******

– Открывай глаза. Хватит спать милый мой.

Я с трудом раскрыл глаза, обнаружив, что стою во весь рост перед виденным единожды колодцем. Рядом в воздухе повис уже знакомый мне белый балахон с капюшоном. Но в отличие от прошлого раза, на меня не смотрела Розмари. Несколько раз, проморгав я так и не смог разглядеть лица говорившего. Мне как будто что-то мешало узреть, что же находиться под капюшоном.

– Снова здравствуй. Я ведь говорила, что вскоре мы увидимся. Ты готов?

У меня от волнения свело скулы. Я не мог и слова с себя выдавить. Готов? Готов ли я?

– Вижу ты удивлён? Что же ты, чувствуй себя как дома. Не часто мне приходится провожать таких людей как ты. Не прочь немного пообщаться?

Взмахнув костяной рукой, появился белоснежный круглый стол с двумя стульями. Меня жестом пригласили присесть. Жнец неспешно сел напротив. Я медлил несколько секунд, но выполнил безмолвную просьбу. На столе возле меня с воздуха преобразилась фарфоровая кружка с жидкостью.

– Промочи горло, – приказали мне.

Спутать я не мог – звучало явно как приказ, нежели просьба. Мне сразу показали, кто в этом месте хозяин, а кто гость. Повинуясь приказу, я надпил. На удивление я ощутил очень знакомый мятный привкус.

– Я….

– Почти, – перебил меня мой собеседник.

– Но….

– Ни сколько не рано. Рано или поздно все окажутся здесь, – вновь перебили меня.

– Но я не могу вот так вот…. как же? Этого попросту не может быть! Мамон…

Окружение резко закружило и столь белое место покинуло мой взор. Моргнув, я всмотрелся на силуэт сидящей рядом возле меня Розмари. Её лицо было бледным. Судя с окружения, я вновь принял положение лежа. Белоснежное место показалось наваждением. Увидев, что я всматриваюсь в неё, она хрипло прокричала:

– Он вновь пришел в себя! Мериель? Мериель!!? Она уже вернулась?! Артур! Что мне делать?

Послышались быстрые приближающиеся шаги. Краем сознания я заметил, что Роза вся была потрёпана словно преодолела тяжелый бой, в котором ей всё же удалось выиграть.

На этом мое пребывание в реальном мире вновь окончилось. Я вновь очутился в кресле, с которого как мне показалось, я так и не вставал. Хотя понять было трудно – я ли сижу в нём или это лишь моя оболочка, или же душа. Не мог же я в одно и то же время находиться в двух местах. Ведь, над чьим телом тогда сидит Розмари? Она пускай в плохом здравии, но живее всех живых, а значит, я тоже жив. На меня вновь всмотрелась пустота из-под капюшона. Лицо под балахоном было расплывчатым, не имея четкого очертания. Отчего-то я всеми фибрами ощущал, что Смерть, будь это она или он, истощала улыбку.

– Я ведь ещё не умер? – ощупывая себя, обратился я до костлявой. Моё тело было полностью осязаемым и на ощупь вполне реальным.

– Ты близок к этому. С минуты на минуту. Угощайся, у нас есть немного времени пообщаться, прежде чем врата будут готовы тебя принять.

В руках у собеседницы материализовалось её грозное оружие, и она пододвинула серпом красивую посудину с круглыми шоколадными шариками. Мог поклясться, что сладости появились точно так же как и всё остальное – с воздуха. Я даже не понял, в какой именно момент.

– Что ещё за врата? – на мой вопрос промолчали, я же продолжил говорить. – Если я ещё не умер, то всё ещё есть шанс.… Не могу я вот так умереть!

– Шон, ты вправе считать как угодно, но твои минуты подходят к концу. Тик – так.

– Я не согласен умереть вот так.

– Я не видела ещё ни одного человека, который сразу принял свою участь безоговорочно. Постоянно у вас людей появляются незавершенные дела при моём виде. Начинаете задумываться о времени. Пока не повстречали меня, никто не может ответить на вопрос: что можно изменить за одну минуту? А ведь! Нужно жить тогда, когда вы ещё полны энергии, не прожигая драгоценное время понапрасну. Даже одна минута – полна времени. Ты, наверное, скажешь: этого хватит лишь для того, что бы поесть или сказать несколько слов. Однако – за минуту можно изменить всю жизнь! Минута – это почти, что вечность. Если за то время, что было вам отведено вы так и не сумели понять эту истину, то даже дай я вам время, вы – люди, не усвоите урок!

– Но ведь я никогда не поступал подобно твоим словам! Я даже умираю не по своей воле! Не так как я хочу! Мою минуту у меня просто отобрали! – довольно грубо выпалил я из себя.

– Что написано на нити судьбы – не изменить, – вздохнув, парировала костлявая. – Ранее нужно было думать о том, что хочется и что не сделал. Доселе, ты очень долго изворачивался от этой участи. Пожалуй, хватит.

– Но я с этим не согласен! Разве….

Всю округу внезапно заполнил гул колокольного перезвона. Я с силой зажал уши, так и не договорив.

– Извини у меня важная работа, – услышал я голос собеседницы в голове, так же как при разговоре с Розмари.

Силуэт Смерти растворился на долю секунды. Покрайней мере мне так показалось. Она возникла вновь рядом сбоку от стола, во все оружие, с крепко обхваченной костяными пальцами окровавленной косою, что сильно выделялось на всеобще белом фоне данного места. Я подметил резкие изменения в виде Смерти. Балахон был весь потрепан и весел на костлявой огрызками, от чего через дыры можно было увидеть, что находиться за ним. Как оказалось под балахоном не виднелось ожидаемого скелета, под ним просто было пусто. Недоумевая, я продолжал молчаливо всматриваться на собеседницу.

– Что ты такое? Где твое туловище? Даже костей не видно! Вовсе, где на этот раз делось твое лицо!?

Мне не ответили. Костяное запястье неожиданно отвалилось от балахона вместе с металлическим полумесяцем. Острие косы, падая, чуть не зацепило мою руку, рухнув в белые клубы, вовсе пропав из поля зрения.

– Ты чего творишь!? – вскочив в сторону, прокричал я.

– Шон Вулф…. помоги….

Приглушенный голос заполнил всю округу. Он проник в мое подсознание и в каждую клетку, аж по всему телу пробежали мурашки.

– Кому? Тебе что ли? – удивился я.

Балахон стал сминаться и падать, как будто то, что придавало ему форму начало исчезать вовсе. Вся округа загромыхала, а в белом казалось бескрайнем пространстве, принялись появляться черные бескрайние трещины. Само измерение трещало по швам. Через трещины я ощутил не что иное, как близость измерения пустоты.

– Да что творится?! – прокричал я к почти опустевшему одеянию, что с каждой секундой медленно падало, словно обычная тряпка.

– Мне…. нужна твоя мощь…. от….дай свою силу или баланс мира безвозвратно будет нарушен…. я… исчезаю….

– Как, по-твоему, я это сделаю? Я и так одной ногой на том свете. Разве не так? Разве не по этой причине я нахожусь в твоем измерении?

– Ты….

Окружение закружило. Следующее, что я услышал это запойное девичье рыдание. Схоже я опять оказался в обычном мире.

– Почему я всё ещё жива? Почему!? Разве я не должна была умереть вместе с ним! Почему?? – сквозь слёзы выкрикивала Роза.

– Розмари… успокойся. О какой смерти ты вовсе говоришь? Почему ты вдруг должна умереть? – допытывалась Мериель.

– Не волнуйся, виновные будут наказаны. Отличный боец и маг был. Его похоронят с почестями, со всеми вековыми традициями дворфов, – проговорил Клауд, заскрипев зубами. Не знал, что дворф столь почтительно стал ко мне обходиться.

Меня заколотили кулаками по груди, добавляя болезненных ощущений. Всхлипы лишь участились. В стороне ещё кто-то плакал, но из-за присутствующих я не разобрал кто именно. Схоже было на Агнес.

Мои глаза были закрыты. Я не нашел в себе сил, что бы взглянуть на говоривших рядом и на обстановку в целом. Мои суждения были сугубо из услышанного. Рассудок вновь начал ускользать. Я не мог понять, что со мной происходит. Раздался грохот.

– Берегитесь! – закричал Артур.

– Мериель, – послышался голос первого старейшины.

Вслед за грохотом моё подсознание вытолкнуло наружу. Паря в астральной форме над своим телом и над всеми присутствующими, я несколько раз оглядел себя, пытаясь понять происходящее. Мою астральную оболочку схоже никто более не видел. Если я умер, то почему я всё ещё здесь? Нонсенс какой-то, что вообще творится? Что костяная имела ввиду о необходимой ей помощи и балансе мира?

– Мир не довольный его смертью, – пытаясь устоять на ногах, проговорил Клауд.

Округу затрясло еще пущё. Все бытовые предметы принялись падать на деревяное покрытие комнаты, в которой все находились. Лишь кровать, в которой лежало мое тело, не сдвинулась и на дюйм, оставшись на месте как монолит.

– «Парень ты не должен здесь быть!» – прозвучало в близости.

Голос обратившегося ко мне был довольно знаком. На источник голоса никто из присутствующих даже не обратил внимание. Схоже голос слышал только я.

– «Где ты?» – я принялся вращать глазами по помещению, ища источник в этом хаосе.

– «Ущербный!!! Да не крути ты головой. Я здесь!» – со стилета Розмари, который она принялась носить на поясе, отделилась полупрозрачная дымка, увеличиваясь в размерах.

Вскоре на меня всматривались пустые зеницы старухи дворфа с изысканной диадемой на седых прядях. Ноги отсутствовали. Вместо этого, присутствовал лишь небольшой канал связи выползшего со стилета духа. Пускай это был дух, но выглядела пожилая женщина грозно. Сразу приходило осознание, что астральный дух принадлежит воину, пускай и в прошлом.

– «Мне кажется, но ты…. Вы тоже не должны здесь быть», – поспешно выразил я почтение.

Стояло наладить хорошие отношения с говорившей. Скорей всего, именно из-за неё, ранее, я не смог связаться с Розой. Я вновь оглядел свое астральное тело. Хотя. Возможно, это уже не надобно.

– «Моё почтение…» – отвесил я полупоклон.

Сивоволосая несколько раз облетела вокруг меня, осмотрев моё астральное тело со всех сторон. После подлетела к моей оболочке оставшейся на кровати, вглядевшись.

– «П-ф. Ущербный! Я там, где мне полагается быть. Другое дело ты!» – воскликнула она.

– «Почему я ущербный и почему вы меня видите?» – спокойным тоном спросил я. Я начал уже привыкать к тому, что дух орудия Розмари меня постоянно так называл.

– «Как почему? Ты ведь мёртв милок. Только не пойму, почему твоя ущербная душа ещё здесь!?» – удивленно проговорила женщина. – «Когда только дворфы так плотно начали общаться с людьми!?» – рассматривая присутствующих, прошептала она себе под нос.

Я уже несколько минут осознавал, что скорей всего я умер. Её слова об этом меня вовсе не удивили. Мне было чему удивляться кроме этого! Даже так, моё сознании пыталось найти выход со сложившейся ситуации. Ведь, я просто обязан жить!

– «Просто я не тороплюсь на тот свет. Почему вы говорите извечно в мой адрес – ущербный?» – повторился я.

– «Твоя душа не полноценна. Она изувечена. Разве ты не ощущаешь или не видишь зияющей дыры?»

– «О чем вы?»

Я принялся себя обследовать. Как только я начал об этом задумываться в мое астральном теле как будто, что-то треснуло и картонная перегородка начала рушиться. В место, где раньше я ощущал рукой свою грудь, мои пальцы свободно скользнули внутрь. Взору открылась зияющая дыра посредине груди.

– «Как это…что происходит!?» – прокричал я с ужасом к собеседнице. Мое настроение подчеркнуло новое содрогание окружения реального мира. Пока мы беседовали, происходили землетрясения. Земные толчки с каждым разом лишь усиливались.

– «Заметил-таки. Я не знаю», – развела собеседница плечами, продолжив, – «кто-то сильно постарался, что бы ты, не осознавал своей ущербности!»

– «Но как во мне может быть дыра?!» – спрашивая, я уже подозревал в чем причина, но до конца уверен я быть не мог.

– «Не в тебе, а в твоей душе! Странный что ли, твое физическое тело вон где!» – она кивнула на кровать. – «Это и слону ведь понятно!»

– «Я не об этом…» – вздохнул я.

– «Дык. Черной магией небось занимался! Или с демонами якшался! Тьфу!» – старуха попыталась плюнуть в меня, но из-за того, что наши тела были астральные у неё, это не получилось.

– «Я с демонами дел не веду! Магия же не бывает черной или белой. Магия – это магия в любом её проявлении. В добро же или она во зло, уже решается от воли обладателя магии».

– «Т-фи. Какой умный попался! Умён не по годах», – женщина всмотрелась на меня по-новому. – «Всё равно не понимаю, почему костлявая ещё не явилась за тобой?»

Точно. Я хлопнул себя по лбу. Моя неполноценность души сейчас наименьшая из проблем. Я даже причину скорей всего знаю. Мне резко вспомнился недавно виденный сон. Но сон ли! Я уже как несколько минут парю над своим телом, в то время как явно оплакивают мою смерть, а вокруг всё сотрясает! Вспомнился опустевший плавно опускающийся балахон костлявой. Нужно было спешить. Но что предпринять!? Что я вообще должен сделать, если я умер?

– «Что-то произошло? Ты вдруг сменился. Посерьёзнел что ли, понять не могу? Осознал свою ущербность и поумнел ещё больше?» – сощурив глаза, всмотрелась на меня незнакомая собеседница с расы дворфов.

– «Просто вспомнил, кем я являюсь и почему оказался здесь в такой ситуации!» – зло огрызнулся я.

– «Ты мне не дерзи!»

Окружение вокруг духа женщины дворфа заметно похолодело. Я думал, что в таком состоянии не могу ощущать холода, но у меня даже кончики пальцев оклякли.

– «По мере от тебя, я ещё до сих пор принадлежу этому миру. Погрузить твою душу в вечную спячку мне не составит труда! Костлявая потом мне ещё спасибо скажет! Опаздывает она, однако…» – в задумчивости протянула гномша.

– «Вы с ней знакомы? Знаете как к ней попасть?!» – тут же оживился я.

– «Не то, что бы знакомы», – немного смягчилась она. Было видно, что ей по нраву общение, какого рода оно не было. – «Не спеши. На тот свет успеешь. Она сама придёт, как и тысячи раз до этого. Я знаю».

Гномша очень уверенно закивала.

– «Но что, если не придет?»

– «Такого быть не может», – гномша отмахнулась от меня рукою и засмеялась.

– «Но она действительно не придёт!» – настоял я на своем.

– «Малыш, не шути так! Тогда мир ждёт хаос! Этого попросту не может быть! Представь, сколько неупокоиных душ будет бродить по миру в одночасье».

– «У меня нет времени с вами спорить!» – придумав первое, что пришло на ум, я передал или точней попытался передать свои воспоминания через канал связи с Розмари. Розмари никак не отреагировала на мои попытки, но вот старуха резко завопила:

– «Кто! Кто посмел! Да они понимают, что натворили! Кого? Её! Тронуть саму смерть!? Кто такой смелый? Кто решил разрушить этот мир и основы выстроенного бытия?»

Старуха резко приблизилась ко мне, схватив за горло одной рукой. Из-за резкости движения, наши духи оказались за близ стоящей стеной позади. Мое бездуховное тело и все мои друзья пропали с виду. Меня заслепил часто моргающий непостоянством свет уже знакомых огней города Депеш. Мы находились на окраине гномьего города. Схоже природное явление по-своему действовало на обычное течение жизни в городе. Блики света было тому подтверждением. Не удивлюсь, если некоторые районы города вовсе вскоре окажутся без постоянного освещения подолгу, пока не восстановят возникшие неполадки. Всё трясло, но город продолжал жить, как и его жители, пускай в испуге от происходящего. Сейчас моё внимание от происходящего отвлекал неизвестный мне дух, поселившийся в орудии Розмари.

Моё горло отпустили. Я завис на месте, а старуха в шаге от меня злобно поглядывала с вытянутой рукой к горлу. Я не сразу понял, что она не может преодолеть разделившее нас расстояние из-за канала связи со стилетом. Похоже, она была зависима от оружия и секрет нахождения её души в мире живых, крылся в убийственном орудии. Сейчас от действий пожилой гномши меня спасло расстояние. Я же в свою очередь не чувствовал какого-либо дискомфорта из-за возникшего расстояния со своим физическим телом. Подобные трюки я проделывал и при жизни, но с помочью магии.

– «Я не знаю!» – выкрикнул я. – «Не знаю!»

Послышался громкий грохот столкновения громадных булыг и скрежет, что резал уши. Соприкосновение громадных частей не окончилось и тонны камня упавшего на здания города, продолжали сдавливать всё своей массой, производя характерный звук. Послышались мольбы о помощи и вопли отчаянья и страха. Пещерный свод над городом рушился. Над отдельными зданиями я увидел появление таких же бестелесных тел дворфов, что с непониманием смотрели на свой новый облик в духовном обличии. Похоже, Смерть действительно исчезла. Она не появится проводить умерших дворфов в последний путь.

Будучи сконцентрированным на себе, только после массивного столкновения обрушившегося камня я стал осознавать масштабы происходящего. Громадное пространство под землёй вскоре будет засыпано, словно землекопатель кинул в громадную яму груду земли, от чего яма попросту исчезнет. Масштабы разные, но ситуация схожа. С массивным муравейником города Депеш с лица земли исчезнут и обитатели подземного мира. Всех просто раздавит тоннами подземной породы.

– «Что творится то!? Это всё из-за исчезновения костлявой. Сделай то, что она хотела! Быстрей! Иначе все погибнут. Мир погибнет!» – озабоченно проговорил дух гномши. Ненависть сменилась растерянностью.

– «Я всего лишь дух. Сейчас я не ощущаю в моей власти и капли магии. К тому же, моё тело бездыханно».

Собеседница, что-то выкрикивала в мой адрес, но я не слушал. Я поступил так, как поступал всегда в подобных ситуациях. Выкинув всё лишнее из головы, я стал мыслить. Мой взгляд то и дело останавливался на духе гномши.

– «Я не могу. Но вот вы! Вы можете!»

Я прокричал очень громко, словно сделал научное открытие. Сквозь меня пролетела часть мелких камней, что осыпались сверху, вовсе не ощутив препятствия.

– «Парень! Я не могу понять ты умный или очень глуп? Ведь должен был понять, чем я сейчас являюсь. Ведь, я лишь инструмент, пускай с душой – орудие для сражения!».

Один из обломков упал на дом, где были мои друзья, к счастью дом оказался крепче, чем сила удара и крыша обвалилась лишь частично.

– «Преемница!» – прокричала она и ринулась сквозь стену.

Я проследовал за ней. Внутри дома это почти никак не отобразилось. Лишь одна из балок треснула посередине и потолок помещения немного провис.

Артур прижал Агнес к себе, прикрыв её своим телом. В остальном почти все остались на своих местах. Лишь непонимание на лицах присутствующих выдавали мысли каждого.

– Куда идти? Я никуда не пойду! – крикнула Роза. – Я останусь с его телом!

Никто даже не обратил внимания на её слова.

Схоже виденная мною сивоволосая старуха мысленно что-то сказала Розмари, но я не слышал и единого слова. Мериель, Клауд и непонятно откуда взявшийся для меня Мелион зазывали всех спасаться бегством и выйти наружу. Вот только в этом почти не было толку. Они попросту не видели того, что уже успел увидеть я, побывав снаружи дома.

– «Почтенная!!!» – паря приблизился я к силуэту духа гномши.

– «Меня зовут Сейна с королевского рода Ветрокрылых! Наш разговор окончен. Ты мёртв, но Розмари жива. Не мешайся!» – со злостью, проговорила она.

– «Но я знаю способ, который может спасти всех!»

– «Не смеши. С исчезновением костлявой более ничего не изменить. Разве что ты сам можешь занять её место!»

– «Не могу. Я ведь о другом…»

– «Ты меня не слушаешь!»

Окружение принялось холодать, мой астральный дух покрылся ледяной коркой. Даже окружение вокруг Розмари покрылось инеем, от чего все от неё отстранились.

Пока меня не заморозили, нужно было действовать. Я не мог больше спорить с Сейной. Пользуясь тем, что мысленная связь с Розой, а в частности с душой, привязанной к стилету, что стала теперь нашей частью, по-прежнему действует – я принялся передавать свои личные знания.

Закончив передавать поток информации, будучи почти обездвиженным и полностью замороженным от воздействия магии Сейны, я молвил:

– «Прошу, попытайся всё исправить и предупредить меня…. Исход всего должен быть иным!»

Глава 14

Бегут за мигом миг и за весной весна;

Не проводи же их без песни и вина.

Ведь в царстве бытия нет блага выше жизни, –

Как проведёшь её, так и пройдёт она.

Омар Хаям

Глава XIV

– Где былая активность? Мы в мире магии просто что бы полежать? – удивился Артур.

– Просто так. Потому что, ничего вовсе не просто! – зло ответил я.

– Какие возвышенные слова. У тебя семь пятниц на неделю. Ранее ты был очень озабочен как победить Мамона, сейчас же, как будто его не существует, – огласил он.

– Он то никуда не делся! – ещё более злей ответил я, ловля себя на мысли, что это я уже как будто говорил не так давно. Но когда? Было ощущение дежавю.

– Тогда что за уныние? Ты собираешься что-то предпринимать? – спросил он.

– Я… – слова застряли в горле. Что-то было не так. Но что? – Наверное… – огласил я, потеряв вовсе суть разговора.

Вулфаир очень знакомо для меня поднял на меня с удивлением морду прислушавшись к разговору.

– Ты удивляешь!

Артур, подойдя ко мне, начал тянуть меня за ногу. Он рассчитывал меня стянуть с кровати и ему это удалось. Моя озадаченность происходящим сыграла с моей реакцией злую шутку. Я не то, что мог, я даже и не думал реагировать на выходку друга.

– Не время прохлаждаться. Вижу, достигнув определённых целей ты отчасти успокоился, – Артур с торжеством затормошил меня по шевелюре, будучи возрадованным тем, как я плюхнулся об деревяное перекрытие комнаты.

Дале он взял яблоко и несколько раз подбросил его в руке, после приняв попытку надгрызть его, но я принялся мстить и яблоко застыло в воздухе над головой друга. Зубы друга создали «клац» улавливая лишь пустоту. Пускай теперь попытается добраться до него! Седалище отзывалось болью от падения.

Артур после молча попытался несколько раз в прыжке добраться до желаемого, но у него этого не получилось.

– Ты расслабился! Даже чересчур! Теперь за свои оплошность вот мстишь мне! – покачал в недовольстве головой Артур.

– Помолчи! – с холодком ответил я.

Меня будоражил сам разговор, а волосы на голове становились дыбом. В случайности верить я не привык, а потому начал мыслить, что не так! Что меня так тревожит?!

– «Розмари?» – подал я мысленный запрос, чувствуя неладное.

– «Шон! Хвала богам!» – ответили мне, но говоривший не был Розой.

– «Кто ты? Где Роза?» – спросил я обеспокоенно.

– «Я Сейна с королевского рода Ветрокрылых. Ты меня не помнишь?» – удивлённо спросили меня.

– «Где Роза?» – уже раздраженно переспросил я.

– «Она в порядке… немного занята, но она будет в норме! Верь мне».

– «Кто ты!? С чего мне верить незнакомому голосу?»

Мне промолчали. Я ощущал присутствие магии стилета. Оружие было разумным как ни крути. Я почти не имел сомнений, что разговор ведёт именно поселившийся в стилете.

– «Каким образом ты общаешься со мной?!»

– «Я часть нынешнего короля дворфов, а Розмари теперь до самой смерти часть меня. После смерти я с ней стану одним целым…» – мысли неизвестной звучали с удивлением, но без фальши.

Почему раньше стилет не принимал попыток общения со мной? В голове принялись нарастать болезненные ощущения. Чем больше я пытался всё осмыслить, тем больше начинала болеть голова.

– Хозяин! Что-то не так! – внезапно завопил Вулфаир.

Представившаяся как Сейна пыталась мысленно связаться со мной, но я заблокировал её из-за нарастающей головной боли. Лишь после этого боль начала утихать.

– Ты то, с чего рычишь? – спросил я его, потирая лобные кости вблизи висков.

Он не на шутку перепугал Артура, ведь до этого четырехлапый был тише некуда. Его шерсть вся была вздыблена, и он стоял на изготовке в любой момент кинуться на врага. Воздух вокруг зверя сжался, напитываясь магической энергией.

– Успокойся! Нам ведь ничего не угрожает, – попытался я успокоить зверя. В душе закралась тревога.

– Время взбудоражено. Хозяин, ты опять играл со временем? Когда только успел, если я этого не заметил, – проговорил Вулфаир. – Я ведь всё время был рядом. Воистину гений магии!

– Будь твои слова правдой, я бы это помнил!

– О чем вы? – обеспокоенно спросил Артур, наблюдая за нашим разговором. – Мы опять переместились во времени?

– Не знаю, я не ощущаю особых изменений, хоть в воздухе и витает остаточный фон использования магии. Такое же чувство, как тогда, когда я пытался учинить парадокс, пытаясь полностью изменить ход истории. Но тогда ухищрениями я всё свёл на нет.

Вулфаир прорычав, кивнул гривой в подтверждение моих слов и догадок.

– Хозяин, неужели ещё кто-то способен кроме вас путешествовать во времени? – подчеркнул зубчатый кот.

– Думаешь, кто-то пытается изменить ключевое событие хода истории? – задал я вопрос зверю.

– Так я ощущаю, – шерсть Вулфаира вновь вздыбилась.

– Успокойся. Это лишь наши предположения.

Моя головная боль почти отступила. В дверь внезапно постучали, прерывая наш разговор. От чего-то, мне не хотелось открывать заслонку между нами и пришедшим. Возможно, это Розмари или кто-то из старейшин, не стоит из-за предположений становиться параноиком. Делать было нечего, вздохнув, я громко проговорил:

– Войдите.

Пришедшим оказался незнакомый мне доселе дворф. Незнакомец, увидев Вулфаира во всей красе на изготовке, сменился на лице. Вулфаир подыгрывая ситуации, громко клацнул зубами, от чего молодой гном дернулся на месте. Черные как смоль клыки медленно принялись приближаться к дворфу.

– Вулфаир! Перестань в самом-то деле?

– Извини, не сдержался поиграться с человеческим ребёнком, – довольно промурлыкав, молвил он.

– Я…Я гордый… гордый дворф! Не ребёнок! – безусловно, смело отпарировал гном реагируя на издёвку зверя.

Вулфаир внезапно громко зарычал, открыв пасть пошире, окончательно перепугав молодого дворфа.

– Чего рычишь? Здесь врагов нет! – отчитал я четырехлапого.

– Вас ожидают, – кратко огласил гном, пытаясь выглядеть мужественно, найдя за мной взглядом некий предмет, чтобы увести взгляд от страшащего. – Позвольте проводить? – в окончание слов, опустив взгляд в пол, спросил он.

Соизмерив несколько раз взглядом дворфа, я дал ответ:

– Почему бы и нет.

– Я с тобой, – вклинился Артур.

– Я тоже, – воинственно замахав парным хвостом, молвил Вулфаир.

Видя его поведение, я представил, что он может отчебучить. О нас и так перешептываются буквально все, лишнего внимания я более не хотел. Я хотел взять Вулфаира с собой, но всмотревшись на его морду в шрамах – передумал. Поступим так, как желал Клауд. Незачем лишний раз привлекать лишнее внимание. Разок Вулфаир может и отсидеться, довольствуясь одиночеством.

– Ты – останешься! Побереги нервную систему жителей города. Сам вдумайся, какие легенды и истории ходят об королевских зубчатых котах. Мне не охота объясняться: почему много дворфов пало от твоих лап? А ведь, много, очень много желающих сразиться в равном бою с таким зверем. Дворфы воинственны. Ты на этого паренька не смотри! Он просто ещё зелен, – увидев, что дворф хочет возразить, я тут же принял меры, прошептав, приблизившись к нему, – извини, я не хотел тебя обидеть, просто по-другому он меня не послушает. Думаю, ты бы сломал ему несколько усов с легкостью.

Про себя я улыбнулся. Думал я вовсе по-другому, но стояло сохранить хорошее отношение с дворфами, заведя себе поменьше врагов среди них.

– Я тебя слышал! – трухнув ушами, зло прорычал Вулфаир.

– Если расслышал, то ты остаешься здесь!

Вулфаир демонстративно с обидой обернулся ко мне спиной и сел на задние лапы, гордо выпучив грудь вперёд. Его голова оказалась почти у самого потолка помещения. Хоть здесь и было относительно просторно, но высота строения заметно – строилась для расы ростом поменьше. Уже удивительно то, что даже мне не нужно было пригибаться в движении. Почему дворфы строили именно с таким расчетом, а порой вовсе выполняли невообразимо непропорционально гигантские проекты при стройке, лично для меня было загадкой. На ворота, арки и проходы, созданные явно для гигантов – мельком пребывая в городе Депеш, я насмотрелся.

– Мне велено отвести вас на место встречи, – дворф видимо решил напомнить о своем присутствии.

– Далеко нам идти? – поинтересовался я.

Дворф не успел осмыслить мой вопрос, что бы ответить. Вклинился Артур:

– За несколько дней я уже привык, что старейшины приходя к нам с личным визитом. Странно, что прислали посыльного. Я Артур, это Шон. Мы не столь страшные и явно не настроены враждебно. Вас за этими дверьми пруд пруди. Нечего бояться несколько людей, – подметил Артур, пытаясь подбодрить молодого дворфа. Вот ведь, даже Артур счел пришедшего дворфа вовсе не противником, а малышом. Артур то и дело посматривал на двери, как будто должен был ещё кто-то прийти.

– Е-м. Хорошо, – дворф неуверенно сощурился, как будто пытался проглотить слова Артура, что стали комом в горле. Он развернулся лицом ко мне продолжив говорить, – мне не дали указаний говорить вам о конечном месте встречи. Лишь отвести. Остальное не мои заботы.

– Ничего себе, – присвистнул Артур. – Шон, мы пойдем за ним? Клауд помниться говорил нам лишний раз не покидать свои апартаменты вовсе в целях безопасности. Кто поручил? Почему сейчас?

Я прислушался к своим ощущениям.

– Я не чувствую угрозы исходящей конкретно от него. Скорей всего из-за занятости праздником это поручили исполнить ему. Ничего необычного, – пожал я плечами.

– Раз ты так говоришь, – согласился со мной Артур.

– Веди, – обратился я к дворфу, сам же замешкав.

Дворф недовольно взглянул на Артура, но промолчал. Он со страхом пытался не всматриваться на шерстяную спину Вулфаира. Видимо такая демонстрация силы зубчатого кота заставляла покинуть мои апартаменты, ускорившись. Если дворф должен был ещё что-то исполнить, то, наверное, в спешке всё позабыл.

Впервые я видел столь неуверенного дворфа. Все с его расы казались частично огрубелыми и с твердым характером, соответствуя воинственному образу своего народа. Поведение пришедшего гнома, я списал на возраст. Мериель выглядит чуточку старше, но от неё лишь за косой взгляд можно тут же схлопотать. Если вспомнить её оружие как шестого старейшины, вовсе лучше с ней не встречаться.

Минув несколько ступенчатых переходов, мы вышли на мощеную улицу, следуя вслед за дворфом. За всё время разговора в подсознании так и щекотало.

– «Перестань пытаться со мной связаться! Если ты не Розмари, мне с тобой говорить не о чем!» – довольно грубо отослал я мысленный запрос по мысли связи.

– «Дай мне молвить. Прошу! Это вопрос жизни и смерти!» – всплыло в моем подсознании.

Мозг снова сдавило в тиски. Да что ж такое! Мне подумалось, что дух стилета, представившийся как Сейна, пытается магически путём атаковать моё подсознание. Исследовав ощущения детально, оказалось, что я не прав.

– «Розмари в порядке? Её жизни, что-то угрожает?»

– «С ней всё хорошо, я за это ручаюсь! Речь вовсе не о ней».

Ничего не осталось, как согласится с говорившей, выслушав:

– «Говори!»

– «Детали мне не известны, но тебе нельзя….»

– «Погоди минуту», – я прервал мысленные высказывания говорившей, временно выстроив мысленный блок.

– Мы верно идём? – спросил я гнома, косясь на резкую смену обстановки и безлюдность места.

– Да, – уверенно ответил он.

В его словах не слышалось фальши. Стало неистово жарко. Одежда прилипла к телу. Я только удивился тому, в какое место нас привели.

– Почему так жарко? Здесь что ваши плавильни? – спросил Артур, оттягивая футболку от груди с ярким рисунком не присущему этому миру, пытаясь подуть воздухом под неё.

– Мы недалеко от магматических течений, – спокойно ответил коротыш. – Плавильни в другом месте. Вам туда вовсе не попасть.

– В странное место ты нас ведёшь. Почему именно сюда? Зачем идти так далеко, ещё и в столь жаркое место? – спросил друг.

– Не мне задаваться такими вопросами. Моя служба – это зеркало верности. Мне осветили нужду – я выполнил, – продолжил говорить дворф, реагируя на наши слова.

– Кто же отдал тебе приказ? Что за безумный старейшина! Клауд? Дроудван? Левир? Мелион? Или его вспыльчивая дочь? – проговорил я, неспешно передвигаясь за гномом по столь жаркому окружению.

Дворф внезапно стал на месте. Выдержав паузу, он проговорил:

– Дальше я не пойду. На этом участке пути я вас оставлю, – он склонил голову в полупоклоне, так и не ответив на вопросы.

– И куда нам дальше? – спросил я дворфа.

– Здесь только один путь. Вы не ошибётесь, – парировал он. – Я вас покидаю. На дальнейший путь у меня указания отсутствуют.

Гном развернулся и скорым шагом принялся уходить прочь.

– Странный у нас был сопровождающий, – подметил Артур. – Где-то я его вроде бы уже видел, – почесав затылок, задумавшись, добавил друг.

– У меня тоже такое ощущение. Пойдём, – кивнул я товарищу в направление, куда нам было велено идти.

Неспешно мы стали продвигаться.

– «Говори, что такое жизненно необходимое ты хотела сообщить», – тем временем обратился я по мысли связи.

– «Наконец-то! Берегись излучающих свет кристальных ежей!»

Странным было то, что как только я принимался общаться по мысли связи, у меня начинала раскалываться голова. Такое я ощущал впервые. Ранее магия связующей печати сбоя не давала, нужно будет как-то решить вопрос с вмешательством разума обитающего в стилете в нашу мысленную связь с Розой.

– «Кого мне бояться?» – переспросил я.

– «Поглотители!»

– «Я не понимаю, о чем ты?»

В мозгу возник мысли образ предмета схожего на образование с множеством острых стеклянных игл торчащих в разные стороны.

– «Не видел ранее ничего подобного и не знаю их предназначения. Зачем мне их остерегаться?», – обратился я к Сейне.

– «Ты ведь умрёшь! Слушай, что я тебе говорю!»

После данных слов у меня потемнело в глазах и мои ноги подкосились.

– Шон! Что с тобой, – подхватив меня под руку, обеспокоенно молвил Артур.

– Давай пока остановимся здесь, – попросил я его.

Он меня облокотил об ближайшую стену, после достал флягу и протянул мне.

– Согласен, жара тут необычайно сильная. Сам едва держусь, – проговорил он.

Я не стал говорить Артуру истинную причину своего самочувствия. На меня так подействовали слова Сейны, не иначе. Я даже ещё задуматься не успел о том, что она сказала, а уже были такие последствия. Я заметил, что фон сторонней магии в пространстве увеличился. Время было взбудоражено больше прежнего.

Сейна предоставляла множество мысленных доводов, но я не мог воспринимать её мысли как полагается. Лишь после одной фразы в мыслях всё спуталось.

До меня начало доходить. Неужели для меня вскоре всё окончится. Как только в моем мозгу появилась мысль не идти дальше, время внезапно остановилось. Артур вблизи застыл в одном положении. Парадокс достиг апогея, но ещё не начал своего полного проявления. Я понял, что всё зависит от моего решения после услышанного.

Пока магия времени принялась действовать, исправляя вмешательство, мне представился удобный случай всё не спеша осмыслить. Я не боялся, что с моего разума сотрутся воспоминания о разговоре с Сейной. Ведь давно сам являюсь отчасти парадоксом. Розмари тогда славно постаралась. Мне только было обидно, что я ничего не помню о тех событиях и о том, какое ней было использовано заклинание для этого. Почему всё произошло так, как произошло?

Я впервые подумал, что отделил от себя нечто важное, чем являлось смыслом моей жизни. Сейчас я понял, что даже не попытался выяснить, что именно утеряно.

У меня было много шансов исправлять случившееся в жизни, трудно даже представить на какие жертвы мне доводилось пойти, а я этого попросту не помню. Моя жизнь была всегда предопределена и являлась исключительно единственной в своем роде, события которой кардинально изменить я лично никак не мог, даже владея такой сильной магией как «время». Всё что я мог и в итоге таки смог, это сохранить несколько чужих жизней.

Шанс….Шанс. Шанс! Схоже и сейчас мой единственный последний шанс вскоре попросту отберут. Судьба жестока. Подымаясь, падаю, вновь подымаюсь – до бесконечности. Сколько я не пытаюсь идти наперекор всему, всегда достигаю глухую непреодолимую стены. В отличие от предыдущих попыток, эту уже не изменить. Похоже, мне только то и удалось, что воссоединиться с друзьями. Более я ни на что не годен! Сейчас вернувшись в свое время, я даже потерял истинную суть: почему я вовсе так стремился вернуться? Скорей всего это из-за воздействие на меня разделение души надвое. Ранее я отчетливо знал – чего хочу, сейчас я даже не понимал, почему так стремился спасти всех. Для чего мною было предпринято столько всего? Что бы спасти Розу? Когтя? Мигдаля? Может я чествовал свое Эго, желая быть спасителем мира? Неужели такова моя истинная участь в этом мире? Я ведь не хочу быть просто чьим-то инструментом с определенным предназначением. Сейчас я прекрасно помню, что байку о пророчестве «Меча желаний» придумал лично. Отчасти схоже я сам себе подготовил такой исход. Загнав себя в угол, мне даже нечего сказать на прощание.

«Вулфаир хорошо, что ты со мной не пошел. Я даже не знал, что принимаю столь правильное решение. Ты бы меня остановил…» – подумал я напоследок, наконец, принимая свое решение.

– «Ничего не изменить значит», – обратился я к голосу, пытающегося все время пробиться на разговор. Время медленно, но начало течь вперёд.

– «Ты ведь сам сказал предупредить тебя! Шон Вулф ты сейчас о чем?»

– «Я хочу знать всё. Поведай мне, что тебе известно!» – потребовал я.

В мой мозг хлынула информация. В этот раз голова не болела, ведь я уже принял решение. Не всю историю можно переписать. Ранее это удавалось, находя лазейки, но не в этот раз. Моё время пришло.

Пред глазами всплыл лишь единственный момент из жизни.