Вторжение в Ирион

Глава 1. Клан Красный Рог

Приближался рассвет. Солнце лениво поднимало своё огненное тело над горизонтом, окрашивая небо алым, пробуждая дневную жизнь. Луна, тускнея, плавно скрывалась за холмами Ленагора на западе, чтобы следующей ночью вновь сеять свой голубовато-серебристый свет на землю.

Вдруг из-за холмов послышался крик. Все зверюшки, населяющие поля к востоку от Ленагора, тут же испуганно замерли, прислушиваясь.

Вот над вершинами показались шлемы с рогами, а затем и их хозяева. Два десятка орков на полном ходу спускались в долину Гниру.

- Быстрее, братья! Быстрее! – грозным басом рычал глава отряда, подгоняя своих воинов.

Когда орки оказались у подножия, на холмах позади засверкали на солнце доспехи рыцарей. Заметив спустившихся беглецов, всадники пришпорили коней. Хотя поначалу казалось, закованным броню рыцарям трудно даётся спуск, на равнине они с лёгкостью догонят свою цель.

У двух десятков пеших орков было мало шансов на победу в схватке с кавалерийским отрядом в полсотни копей. А в поле, где всаднику можно полностью использовать свою манёвренность, тем более. Оркам ничего больше не оставалось, только драться. Они разбежались группами по трое-четверо в каждой и залегли в высокой траве, стараясь хотя бы на пару мгновений потеряться из виду преследователей.

Рыцари приближались на полном ходу, выставив острые копья перед собой. Когда же они оказались приблизительно в двадцати шагах, орки повскакивали. Один воин из каждой группы был подброшен товарищами вверх, да так, чтобы он очутился над левым плечом рыцаря, и тот лишился возможности использовать длинное копьё. А орк в свою очередь имел достаточно пространства для нанесения удара.

После такого рискованного манёвра пять преследователей оказались на земле. Глубокие вмятины виднелись в их нагрудной броне, но все остались живы. Быстро поднявшись на ноги, рыцари обнажили мечи, но против каждого стояло по два рослых орка.

Человеку всегда приходилось тяжко в схватке с мощными воинами Орды, а одолеть двух одновременно удавалось лишь единицам.

Но у орков имелся, похоже, другой план. Резким нападением с разных сторон им удалось схватить и обезоружить рыцарей. Затем отряд вновь собрался, стащив вместе и окружив пленных. Людей поставили на колени и приставили им длинные охотничьи ножи к горлу.

К этому моменту кавалерия Ленагора уже полностью окружила их.

- Орки! – Капитан людей выехал немного вперёд. – Вы посмели вторгнуться в земли короля Кордина. Более того, вы напали на одну из наших деревень. Наказание за это – смерть.

- Мы никого не убили в твоей деревне, человек, - спокойно ответил ему глава орков. – Но если же ты хочешь прикончить нас здесь и сейчас, то можешь попробовать. Топоры мы носим не как украшения, махать умеем и с людьми дело имеем тоже не в первый раз. Пленным рыцарям мы головы снесём вмиг. - Орк указал на стоящих на коленях людей. - И ещё добрая дюжина твоих воинов не покинет этого места живьём. Стоит ли рисковать ради отмщения деревни, в которой не стало больше вдов и сирот?

- Ленагор никогда не ведёт переговоров с Ордой, - провозгласил капитан. – У вас нет шансов. Нас больше, и вы окружены.

- Человек, мы не сдадимся, - грозно произнёс орк, крепче сжав рукоять топора. – Мы намереваемся ещё пожить. А за жизнь дерутся отчаянно.

- Сейчас увидим.

Люди приготовились к атаке. Но вдруг в небо взвилось короткое копьё, украшенное пёстрой ленточкой. Ещё мгновение, и его остриё вонзилось прямо в горло командира кавалерийского отряда, угодив в щель между шлемом и кирасой.

Воспользовавшись растерянностью людей, орки кинулись напролом, громко рыча и свирепо орудуя топорами. Однако рыцари всё же быстро овладели собой и атаковали уходящий отряд с флангов.

Следом в воздухе засвистели сразу несколько десятков копий. Некоторые со звоном отлетали от доспехов, но другие находили слабое место, обагряя траву человеческой кровью. Один за другим всадники падали, сбитые прилетевшей со стороны смертью.

Оказавшись в тяжёлом положении, люди начали отступать, потеряв практически половину отряда. Побитые рыцари прикрываясь щитами и отмахиваясь мечами уходили, подбирая и закидывая своих раненных на коней, которым тоже досталось. Но орки не стали их преследовать, проводив победными криками. Они были рады вырваться из окружения и впервые осмотрелись в поисках неожиданных спасителей.

На небольшом возвышении примерно в сорока шагах к югу стояло четыре десятка странных существ.

- Тролли, - шепнул какой-то орк, озадаченно чеша затылок.

- У троллей кожа тёмно-серая. У этих серо-зелёная, - возразил товарищ.

- А волосы гребнем, как у троллей. И нос длинный, острый. И уши такие же, - не унимался первый.

- Это верно. Но тролли меньше. Эти же размером с людей.

Их размышления прервал зов окровавленного соплеменника. Восемь орков лежало в смятой боем траве с тяжёлыми ранениями. Остальные ещё держались на ногах. Лишь пятерым удалось простоять схватку, отделавшись царапинами. Убитых не было.

«Тролли» дружно подбежали, вытащили свои короткие копья из мёртвых рыцарей и лошадей, споро соорудили из них носилки, затем подняли раненых орков и спешно пошли в сторону Комнского леса. Отряд последовал за ними.

Какое-то время все молчали. Орки внимательно изучали новых неожиданных друзей, мучаясь вопросом о том, почему эти существа спасли их и теперь помогают. Они точно знали – тролли так не поступают. По крайней мере, те тролли, с которыми они встречались. Обычно все другие существа относились к оркам либо враждебно, либо нейтрально, так как орки есть орки, а другие… другие.

Углубившись в лес, сделали первый привал, чтобы осмотреть раненых и сменить носильщиков. Воспользовавшись моментом глава орков подошёл к предводителю странных троллей. Его левая рука оказалась проколота копьём от локтя до плеча, но он лишь прижимал к ране кроличью шкурку, пытаясь остановить кровотечение.

- Меня зовут Тлах, - представился орк.

- Я – Ренгал, - отозвался «тролль» дружелюбно, но в то же время хмуро оглядевшись. – Мы должны торопиться. У тебя могучие воины, но четверо из них не доживут до завтра, если не успеем.

Остановка получилась короткой. Уже минутой позже отряд двинулся дальше. Чем глубже он уходил в лес, тем гуще тот становился, и тем меньше пробивался дневной свет сквозь кроны деревьев. Однако ни оркам, ни троллям это сильно не мешало, так как их глаза видели лучше человечьих.

С первого привала Тлах шёл рядом с Ренгалом.

- Почему вы спасли нас? – задал он давно заботящий вопрос. – Тролли оркам никогда друзьями не были.

- Мы не обычные тролли, – улыбнулся Ренгал в ответ. – К тому же нас так уже очень давно никто не называл. Мы – генханы. И мы друзья оркам, даже тем, которых не знаем.

- Значит, в этих местах обитают кланы орков?! - удивился орк, подняв густые брови.

- Мне известны два, - совершенно буднично кивнул Ренгал. – Я отведу вас к одному из них.

- Это было бы хорошо. Благодарю.

Отряд двигался по лесной тропе весь день до тех пор, пока окончательно не стемнело. Во время всего пути двое генханов, видимо, разведчиков, изредка убегали вперёд, после чего слышался отдалённый свист.

Теперь же, когда все на небольшой ровной полянке расположились на ночлег, из темноты леса вышла группа генханов, не принадлежавшая к отряду Ренгала. Один из прибывших был старше всех и передвигался, опираясь на кривой посох с большим наболдажником, украшенным всякой всячиной. За его спиной висел небольшой мешок, набитый разным добром.

- Это Залеб, наш старейшина, - объяснил Ренгал Тлаху с явным уважением в голосе. – У нас сейчас время охоты, поэтому почти все генханы-воины находятся в этом лесу. Сегодня переночуем здесь, а завтра к вечеру вернёмся домой.

Прибывшие с Залебом тролли принесли воду и лоскутки ткани, затем стали подходить к оркам и перевязывать их раны. Один подошёл и к сидящему у костра Тлаху, но тот лишь отмахнулся, крепче прижав к плечу кроличью шкурку.

- Вы ещё более гордые и ещё более свирепые орки, чем те, которые мне встречались. – Ренгал плюхнулся рядом и протянул деревянную чашку с водой. – Но сейчас здесь нет врагов.

Тлах молча взял чашку, покосился на генхана, но в мгновение опустошил её.

- Скажи мне, зачем отряду таких проворливых орков нужно нападать на деревню людей, поднимая рыцарей Ленагора, а затем двигаться в долину Гниру, где нельзя укрыться от погони?

Орк с едва заметной улыбкой посмотрел на генхана.

- Для того чтобы по другой стороне человечьих владений незаметно провести весь свой клан. - Улыбка стала шире, но появилась лишь на мгновение. Тлах стал серьёзен. - К тому же мы не знали, что укрыться нам потом будет негде. Мы шли вслепую, полагаясь лишь на силу и верный топор.

- Ты хочешь сказать, через северные границы Ленагора прошёл целый орчий караван?! – удивился Ренгал почёсывая правое острое ухо, сверху как будто бы надкусанное каким-то зверем, а мнизу украшенное парой серьг. В голосе зазвучало неподдельное уважение. – Сначала рискованная атака на рыцарей, а теперь ещё это. Кто вас научил таким хитростям?

- Лигром, - с гордостью ответил Тлах. - Он наш лучший воин.

- Я буду рад познакомиться с ним.

В этот момент в середину лагеря, опираясь на посох, вышел Залеб, присел над кучкой дров и начал бросать туда разные вещи из своего мешка. Что это за предметы в темноте разглядеть не получилось. Затем старый генхан шепнул что-то, и дрова загорелись.

- Зачем он разжигает костёр, когда вокруг их уже достаточно? – поинтересовался Тлах, не сводя глаз со старика.

- Узнаешь утром, - улыбнулся в ответ Ренгал. - Ложись спать. Наши воины охраняют лес вокруг. Вас никто не побеспокоит.

Орк откинулся назад и облегчённо выдохнул. Его взгляд устремлялся в звёздное небо. Как же он устал сегодня. Из-за опоясовших поляну высоких деревьев луны не было видно, но орки знали, она и этой ночью благосклонно будет светит им.

Ещё мгновение, и басистый голос Тлаха затянул песню. Постепенно к нему присоединились другие, а генханы притихли, слушая.

И песня эта рассказывала историю доблестного воина Клина, в тёмную дождливую ночь сражавшегося с огромным и несокрушимым каменным големом. Орки пели о волшебном топоре Клина - Еконе, с помощью которого отважному силачу удалось разбить чёрную глыбу – голову голема. И о том, как благодаря этой победе клан Красный Рог мог в безопасности жить у западного подножия Серых гор.

Всё это произошло очень давно и сохранилось лишь в песнях воинов Красного Рога, превратившись в красивую легенду.

Генханы сидели и завороженно слушали многоголосое пение. Только Залеб, расположившись у своего костра, что-то нашёптывал, медленно покачиваясь.

Тлах проснулся от зова. И кто-то настойчиво тряс его за плечо. Он открыл глаза. Ренгал склонился над ним.

- Солнце взошло, мой друг, - провозгласил он бодро. - Пора в путь.

- Мне показалось, я только заснул. - Орк не спеша сел. - Выходит, крепко я спал.

Произнеся это, Тлах убрал измазанную кровью кроличью шкурку, чтобы осмотреть рану. Не веря своим глазам, он прощупал плечо до самого локтя, но не обнаружил ни единой царапины, ни шрама.

- Что произошло? – спросил орк, поднимаясь и оглядывая себя целиком.

И тут он увидел всех своих товарищей живыми и невредимыми. Даже те, кто вечером лежал в ожидании смерти, стояли на ногах, с удивлёнными физиономиями разминались, размахивая топорами.

Ренгал уже убежал к своим, поэтому ответа Тлах не получил. Он прошёлся по полянке, весело хлопая по плечу собратьев, искренне радуясь их чудесному выздоровлению.

Достаточно споро собрались и вскоре двинулись в путь. Несколько маленьких групп генханов отделилось ещё утром, чтобы продолжать охоту. Отряд состоял теперь из двадцати орков, Залеба, Ренгала и ещё восьмерых воинов-генханов.

Следуя за тропой, какое-то время двигались на строго юг, затем повернули на юго-восток, всё дальше удаляясь от неприветливого королевства людей.

Лишь только когда приблизился вечер, лес начал редеть. Примерно получасом позже выбрались на опушку, с которой начиналось поле, усеянное различными травами и цветами, наполняющими тёплый вечерний воздух приятными ароматами.

Спустившись к ручью Кары, разделяющему цветочное поле надвое, не упустили возможности напиться после долгого пути. Утомлённые воины расположились возле журчащей воды.

Тлах присел рядом со старым другом Якиром, которого знал с тех пор, как вылез из колыбели. Совместное детство у них было наполнено нескончаемыми приключениями, происходившими в основном в воображении подрастающих орков, и озорными играми, за которые нередко прилетало от старших.

Якира тяжело ранили в схватке с рыцарями Ленагора и, как и остальные, он чудесным образом выздоровел прошедшей ночью.

- Как твой бок? – поинтересовался Тлах.

- Ещё побаливает где-то внутри, - ответил Якир, прислушиваясь к собственному телу. – Копьё вонзилось глубоко. Похоже, рана ещё не совсем зажила.

- Я уснул быстро. Что произошло ночью?

- Этот тролль, - Якир указал подбородком на Залеба, полоскающего ноги в ручье в нескольких шагах от орков, - развёл колдовской костёр. От этого костра ночью поднимался зеленовато-красный дым, рисующий странные знаки в воздухе. Кажется, я слышал даже чей-то шёпот. Приподнял голову, осмотрел лагерь, но все спали, даже часовых не выставили.

- Это голоса предков, - пояснил Ренгал, незаметно подошедший сзади.

- Я слышал голоса предков? – недоверчиво переспросил Якир. – Чьих?

- Моих. Твоих, - последовал неоднозначный ответ. Орки с недоумением, переглянулись, но Ренгал не дал им выразить его в новом вопросе. - Пора. Мы уже почти дома.

Отряд снова взял курс на юго-восток. Вскоре дошли до скалы, замеченную ещё от ручья. Обогнув её с западной стороны, оказались в редком лесочке. Всего за несколько минут миновали и его, выйдя на большую поляну.

Перед орками лежало селение генханов. Оно состояло из нескольких десятков маленьких хижин и одной большой, расположенной в центре.

Повсюду лежали разделанные туши убитых на охоте оленей и кабанов, рядом на длинных жердях, положенных на деревянные опоры висело целое множество мелочи, начиная зайцами и белками, заканчивая птицами разных мастей. Часть добычи варилась и жарилась на кострах, остальное заготавливалось на зиму. Это можно было видеть по развешанным на солнце кускам засолённого мяса.

В основном об этом заботились женщины-генханки. Их дети со своими короткими, пушистыми волосами шныряли повсюду. По традиции им подстригали первый гребень к десятилетию. И после этого юные генханы считались взрослыми. При этом у них появлялись новые обязанности перед кланом. Но пока детишек это не заботило, и они могли беззаботно играть и бегать.

Орки, ведомые Ренгалом, подошли ближе. И к своему удивлению не вызвали у генханов никакой реакции. Деревушка продолжала свою бурную деятельность, и на орков внимания даже почти никто не обращал.

- Как часто вы встречаетесь с орками? – спросил Тлах, пытаясь понять поведение генханов.

Ренгал взглянул на заходящее солнце, оценивая имеющееся в распоряжении время.

- Пойдём, - махнул он рукой и зашагал на восток.

Орчий отряд последовал за ним в очередную полосу леса, лежащую по другую сторону селения. Примерно через полчаса, когда над землёй уже воцарились сумерки, путники вышли к огромной поляне, усыпанной огнями костров и тёмными силуэтами зданий, отбрасывающими дрожащие тени. Почти сразу же будто из ниоткуда показались стражи. Ими оказались орки.

- Приветствуем тебя, Ренгал! – обратился один из них грозным голосом. – Кого ты привёл?

- Здравствуй, Кирон! - поприветствовал в ответ генхан. - Это воины клана Красный Рог.

- Кто?! - поразился тот.

Стражи насторожились, а Кирон, сжимая обеими руками рукоять боевого топора, подошёл к Тлаху, стоящему рядом с Ренгалом. Тот был ростом побольше и грозно смотрел на Кирона сверху.

Примерно полминуты оба орка молча изучали один другого. Ренгал достаточно хорошо знал орков и понимал, такая ситуация может разрешиться плачевно, если воины не поймут друг друга. Но тут страж нарушил молчание:

- У воинов Красного Рога на правом плече имеется знак клана, - заявил он, ткнув пальцем в плечо Тлаха. – У тебя этого знака нет.

Вместо ответа глава отряда Красного Рога поднял ладонь правой руки, остальные его воины сделали то же самое. Даже при свете факелов у всех можно было различить изображение красного рога.

- Как видишь, не у всех он на плече.

Кирон воткнул топор в землю и положил руку на плечо Тлаха.

- Добро пожаловать в Полок, город клана Белый Клык. – Он указал в сторону многочисленных огней. - Пойдёмьте! Вас ждёт радушный приём.

Весь город окружал высокий и мощный частокол прерываемый несколькими воротами, по бокам которых возвышались дозорные башни. Стражи довели отряд к ближайшим вратам. Там их встретили ещё охранники.

Когда вошли внутрь, воины Красного Рога поразились. Никогда раньше они не встречали таких хорошо выстроенных поселений с большими зданиями, разве что только у людей.

Пройдя по хорошо освещённой факелами улице, добрались до центра, где в огненном свете костров возвышался Зал Старейшин. Охрана, состоявшая из ещё более рослых и суровых воинов, впустила лишь Кирона, Ренгала и Тлаха. Остальным пришлось остаться у входа, но хозяева уже принялись организовывать ужин для нежданных гостей, так что бойцам Красного Рога оставалось лишь терпеливо ждать, глотая слюну.

Стражи Зала Старейшин по освещённому факелами коридору провели посетителей в просторный зал, посреди которого у костра расположились четыре старых орка. Кирон отложил оружие в сторону и сел напротив старейшин. Ренгал и Тлах последовали его примеру.

- К нам пришли воины клана Красный Рог, - начал без предисловия глава стражей. – Они пришли с запада через земли Ленагора. Генханы помогли им избавиться от преследования и…

- Красный Рог? – перебил Кирона Аленгат, самый старый и мудрый орк. – Потерянный клан. - Он задумчиво потирал подборок, вспоминая. - Очень давно, после Великой битвы, союз орков был расколот. Разгневанный вождь Красного Рога увёл свой клан через распавшееся царство людей. С тех пор никто больше не слышал о нём. Теперь же приходите вы и заявляете о своей принадлежности к Красному Рогу.

- Это так, - спокойно ответил Тлах, упрямо удерживая взгляд на старике.

- Что привело вас к нам? – спросил вождь орков, Кролон.

- Я не обладаю знаниями столетий, как старейшины Белого Клыка, - с уважением начал отвечать Тлах, - и до вчерашнего дня я даже не знал точно, существуют ли ещё где-нибудь орки. Наш приход имел лишь целью познакомиться с себе подобными. И мы рады оказаться здесь, среди своих братьев. Что же касается причин ухода нашего клана на запад за века до моего рождения, мне они неизвестны, и отвечать за них ни я, ни мои воины не в состоянии.

На лице Аленгата появилась едва заметная улыбка. Ответ его удовлетворил. Тлах понравился ему из-за уравновешенности и открытости. Орк Красного Рога вёл себя достойно и гордо, но не забывал проявлять вежливость и уважение.

- Где сейчас ваш клан? – продолжал деловито распрашивать Кролон. Его мысли унеслись уже дальше.

- Если не случилось ничего непредвиденного, то он находится на севере той степи, в которой мы встретились с генханами, и движется на восток.

- Значит, Красный Рог возвращается в родные земли.

- Если мы не догоним его, он пройдёт родные земли, - поправил Тлах.

- В таком случае, отдыхайте сегодня, а завтра отправляйтесь на север. Я дам вам воинов. Они помогут найти верный и быстрый путь. Через пять дней догоните свой клан. Приведите его сюда. Для орков безопасней места нет.

- Благодарю.

Итак, отряд Тлаха остался на ночь в городе Белого Клыка. Воины спали под открытым небом. За время похода они настолько привыкли к ночной свежести, что предпочитали её теплой, душной, полной различных запахов орчьей хижине.

Рано утром, ещё до восхода солнца, Кролон разбудил Тлаха и остальных. Он привёл шестерых воинов с нарисованными белыми клыками на плечах.

- Это ваше сопровождение, - пояснил вождь. – С ними вы быстро найдёте свой клан. И не медлите. Привалы делайте как можно реже. Останавливайтесь на ночлег после захода солнца.

- Что-то не так? – насторожился Тлах. – Существует какая-то опасность для клана?

- Приведите Красный Рог сюда, - вместо ответа добавил Кролон.

Быстро собравшись и даже не позавтракав, отряд сразу же двинулся в путь. Подготовленные и выносливые воины, привыкшие к лишениям во время длительных переходов, выглядели несколько вяло. Плотно поужинав накануне, они не рассчитывали так рано утром снова отправляться в путь, предвкушая продожительный отдых с вкусным жаренным мясом и кружкой пива. Но... Сонные бойцы угрюмо шли следом за шестёркой проводников.

Тлах догнал ведущего.

- Почему мы должны торопиться? – спросил он, не став ходить вокруг да около.

- Не знаю, - последовал ответ. – Но если старейшины советуют не медлить, у них есть на то причины.

Тлах обернулся.

- Бодрее, братья! Скорым шагом! – воскликнул он.

После этих слов отряд, действительно, зашагал быстрее. Заметив это, орк, которого только что спрашивал Тлах, представился:

- Меня зовут Ромит, - произнёс он негромко. – Твои воины послушны. Они уважают тебя и доверяют.

- Мы уже многое пережили вместе, - последовал ответ.

- Я заметил, - улыбнулся Ромит.

- Но вы тоже не впервые собрались, - заметил Тлах, имея ввиду слаженнность действий группы сопровождающих.

- Мы – следопыты. Все земли вокруг города Белого Клыка мы знаем, как свои пять пальцев.

Орки двигались весь день. Они делали лишь один привал и остановились на ночлег уже в свете луны. Отдохнув, поднялись ещё до восхода солнца и продолжили путь.

Следующий день прошёл так же. Вечером вышли из леса в степь. Ромит решил не останавливаться, поэтому воины всю ночь двигались в высокой траве на север. Луна добродушно освещала им путь голубыми лучами, а растительность успокаивала тихим шелестом.

Идти оказалось не так утомительно, как днём, но ноги орков уже гудели от стремительного похода. Несмотря на это, никто не произнёс ни слова, и в ночи слышалось лишь тяжёлое дыхание воинов, да их глухие шаги.

Только после полуночи Ромит позволил передохнуть. Пользуясь моментом, Тлах спросил его, почему следопыты не хотят ждать утра.

- Вы взбудоражили людей Ленагора, - отвечал тот. – С помощью генханов вы даже убили часть из них. Это очень мстительный народ. Наверняка, рыцари патрулируют в степи днём. Ночью же они возвращаются в замок. Так безопасней. К тому же, - добавил Ромит, - мы быстрее нагоним ваш клан.

- Понимаю.

- Тогда вперёд.

Воины неохотно поднялись с земли, устало вскинули на плечи боевые топоры, но с той же скоростью и свирепым сопением двинулись дальше. Хоть им и не привыкать, но усталость давала о себе знать.

К утру достигли опушки Хромого леса и на этот раз устроили часовой привал с завтраком. Запасов, принесённых с собой, из-за редких привалов могло хватить ещё на неделю, поэтому орки их не берегли, набираясь сил.

Хромым этот лес назывался потому, что почти все деревья в нём росли криво, и стволы их большей частью мешали друг другу, часто переплетаясь. По этой причине лес стал труднопроходимым. Хотя, на окраинах этого не замечалось.

Ромит коротко рассказал, что лес стал таким после Великой войны. Тогда старый эльфийский великий маг Дуириас, пришедший на подмогу союзу с далёкого юга, чтобы остановить продвижение нежити произнёс страшное заклинание, и лес поглотил войско мертвецов. Однако после случившегося и сам не смог стать прежним, превратившись в кривого уродца. С тех пор его стали называть Хромым.

Наконец-то взошло солнце, высунув своё ярко-жёлтое туловище из-за горизонта. В его лучах отдохнувшие орки повеселели. Но вдруг из леса послышался крик. Следопыты вскочили первыми, затем остальные. Секундой позже над лесом прозвучал рог.

- Караван! – воскликнул тут же Тлах и побежал на звук. Отряд кинулся за ним.

Воины мчались так быстро, как позволяли им кривые деревья. Огромными шагами приближались они к месту событий, могучими топорами пробивая себе дорогу сквозь заросли, попутно злобно ругаясь и проклиная наследие древнего эльфиского мага.

Караван Красного Рога атаковали дикие гноллы. Устроив заранее засаду, они прыгали прямо с веток деревьев на с трудом пробирающихся через лес орков. Гноллы использовали дубинки, палицы и примитивные арбалеты с короткими болтами.

Воины, сопровождающие караван, с большими трудностями отбивались от неожиданного врага, атакующего со всех сторон и даже сверху. Некоторые пали, пронзённые арбалетными болтами ещё в первые мгновения схватки. Другие пытались организовать отступление, прикрывая женщин и детей.

Не будь с воинами остального клана, они бы кинулись в атаку, не думая о пути назад. Сейчас же приходилось оберегать беззащитных. И вот неожиданно с правой стороны с грозным рёвом выскочил отряд Тлаха. Его разъярённые орки смели ближайших разбойников в мгновение и стали пробиваться дальше. Следопыты не уступали им в свирепости, размахивая топорами направо и налево.

Не ожидавшие такого резкого поворота событий, гноллы испуганно завопили и бросились врассыпную.





* * *

Яркая луна вонзала белые лучи в мёртвую землю. Бесчисленные звёзды поблекли. Что-то этой ночью было не так. Запах смерти, веками царивший здесь, будто растворился, уступив место новому, парализующему запаху иного мира.

И вот, в двух метрах над землёй показалось серое облачко дыма. Оно сформировалось в диск, поверхность которого беспокойно колебалась. Вдруг из его центра ударила кроваво-красная молния, и что-то, выскочив следом, совершило кувырок в воздухе и приземлилось на одно колено.

Внешний облик существа чем-то напоминал человеческий, но тёмно-серая кожа, покрытая белыми и тонкими ярко-красными полосами, говорила о другом. Безволосая голова, отсутствие носа и мёртвое свечение узких глаз дополняли картину.

Существо поднялось, распрямилось и подняло голову, впитывая в себя признаки этого мира, его характер. Оно издало тихий, гортанный звук. Похоже, здесь ему нравилось.

Глава 2. Странный парень или вести с Пустых земель

- Как он? – послышался голос где-то рядом.

- Очень слаб, - последовал ответ.

- Откуда у него так много ран?

- Когда мы нашли его в лесу, вокруг лежало несколько мёртвых гноллей. Я полагаю, они напали на парня.

- Но, похоже, они его недооценили.

Талит медленно открыл глаза. Над ним склонился священник, а рядом возвышался рослый, крепкий человек. Его лицо обрамляла густая тёмная борода с вкраплениями седины, а в голубых глазах виднелись необычайная сила и спокойствие.

- Давай-ка! - Священник помог парню сесть. Незнакомец положил Талиту руку на плечо.

- А ты крепкий малый, - улыбнулся он. – За что на тебя набросились гнолли? Обычно они не забираются к нам, тем более так далеко. Последний раз они так дерзнули года четыре назад. Но мы их быстро проучили. Позарились на лёгкую добычу?

Ответа не последовало. Вместо этого парень указал на себя и как-то неловко произнёс:

- Талит.

- Ага, значит, тебя зовут Талит, - без труда сообразил человек. – Моё имя – Налимгот. Ты понимаешь меня?

Парень мгновение поразмыслил, затем неуверенно кивнул.

- Выходит, не очень, - вздохнул несколько разочарованно Налимгот.

- Он такое пережил, не стоит удивляться, - вмешался священник, поднося ковш воды. Талит жадно выпил всё и несколько растерянно уставился на собеседника.

- Тогда пускай выздоравливает. Я зайду через неделю.

Налимгот ушёл.

- Давай, па… Талит. Ложись. Ты ещё слишком слаб, чтобы вставать. – Священник помог парню опуститься на постель. – Налимгот человек хороший. Он глава королевских паладинов, самый могучий воин на земле людской. Тебе удалось привлечь его внимание. Это хорошо. Ну, ладно. Спи теперь.

Священник вышел, тихонько прикрыв за собой тядёлую деревянную дверь. Талит остался один в светлой уютной комнате. Он лежал в белоснежной постели, рассматривая красочные узоры на потолке. Его ослабшее тело ныло от многочисленных ран, умело перевязанных заботливыми руками.

Священника звали Моланор. Добродушный и уважаемый человек. Жил он в небольшой старой церкви на краю города Норинда. Будучи неплохим лекарем, Моланор в поисках полезных трав и кореньев частенько наведывался в северный лес. Обычно его сопровождали ученики и племянница Тая. Вот так во время последней прогулки по лесу они нашли едва живого паренька. Тот лежал в луже крови без сознания, обречённый на погибель. И, если бы не счастливый случай, служить ему кормом для червей.

Талит водил взглядом по потолку, размышляя. Вот он и добрался. Норинд. Великий город людей. Теперь у него есть несколько дней на выздоровление. Проклятые гнолли. Глупые гнолли. Они ведь ещё ничего не знают. Или они...? Нет. Наверняка, просто грабительское нападение. Теперь всё в порядке. Гнолли ему больше не угроза.

Вдруг дверь медленно отворилась, прервав размышления. Парень спешно прикрыл глаза, притворившись спящим. В комнату бесшумной тенью скользнула молодая девушка. Она тихо подошла к кровати, склонилась над раненным. Рука потянулась к перевязанной груди, но тут Талит открыл глаза. Девушка от неожиданности ойкнула, отдёрнула руку и отступила на шаг.

Повернув голову, парень окинул взглядом девушку. Перед ним стояло прекрасное создание. Длинные каштановые волосы падали за спину, открывая чистое прелестное личико. Немного растерянный взгляд вовсе не портил его. Скромное тёмно-синее платье облегало стройную фигуру. Парень улыбнулся.

- Здравствуй. Ты – Талит, верно? – поинтересовалась шёпотом девушка. Последовал кивок. – Я – Тая. Дядя Моланор просил принести тебе ещё воды. – Она тут же спохватилась. – Ой, я воду забыла, - сказала виноватым тоном. – Сейчас.

Девушка спешно вышла. Парню стало весело. Нет, он не насмехался над Таей, но её поведение всё-таки было смешным.

Она вернулась минуты через две с кувшином в руках. Набрала ковш и поднесла к губам Талита, левой рукой одновременно поддерживая его голову. Парень сделал несколько жадных глотков и произнёс:

- Спасибо, Тая.

Его голос звучал как-то странно. Слова произносились так, словно были для него чуждыми, хотя, очевидно, Талит знал их давно. Девушка на мгновение растерялась, затем смущённо улыбнулась и затеребила волосы.

- Ты перевязала мои раны, - догадался Талит. - Я благодарен.

Щёки Таи порозовели. Она ещё смущенней улыбнулась и выбежала. Через несколько секунд вбежала вновь, подхватила забытый кувшин и, бросив неловкий взгляд парню, покинула комнату. Это вызвало новую улыбку на губах Талита. Почему-то ему стало гораздо легче. Казалось, боли прошли, и осталось приятное, тёплое чувство в груди.

* **

Тем временем капитан разведчиков Архет слушал донесение одного из своих лучших следопытов. Тот только что прибыл с северо-западных окраин королевства и немедля явился на доклад.

- Что-то странное происходит у подножия Серых гор, - говорил Сахин. – Мы обнаружили следы орков. Следы старые, поэтому трудно сказать сколько. Я полагаю, несколько сотен. Они ведут на восток, вдоль Серых гор.

- Как давно?

- Недели две, не больше.

- А что в Пустых землях? – продолжал распрашивать встревоженный новостями Архет.

- Ничего не видно. – Сахин нахмурился ещё больше, чем обычно. – но... у меня плохое предчуствие. Что-то там неладно. Будто всё замерло, словно в ожидании.

- А так как по ту сторону Пустых земель находится королевство мёртвых, ничему хорошему не быть. – Капитан вздохнул. – Ладно, я доложу обо всём королю. Ты же отправляйся обратно. Возьми ещё нескольких разведчиков, и, насколько возможно незаметно, осмотрись в Пустых землях. Постарайся узнать ещё что-нибудь.

- Сделаем. - Уставший с дороги Сахин тем не менее бодро поднялся, готовый отбывать вновь.

- Отлично. Ступай!

* **

Прошло пять дней с того момента, как очнулся Талит. Парень быстро выздоравливал. Это радовало всех, особенно Таю. Девушка с самого начала неустанно заботилась о раненном. Благодаря ей Талит стал более менее связно говорить, правда, особо разговорчивым он не оказался. Он также уже мог самостоятельно покидать свою комнату. Хотя чаще его сопровождала Тая.

Комната прилегала к храму, относительно маленькому, но светлому и богато украшенному. Моланора здесь, правда, не всегда можно было встретить. Он ходил с учениками в лес или же посещал старых и больных, которые не могли сами прийти на воскресную службу в церковь.

День только наступил. Талит бодро оделся и вышел на улицу. Солнце стояло уже высоко, нагревая землю, мостовую и здания. Парень прикрыл глаза, глубоко вдохнул тёплый воздух и прислушался к городским шумам. Всё это было чужим и всё-таки таким знакомым.

Вот до его ушей донеслись звуки металла. Значит, кузница где-то неподалёку. Талит пошёл на звук. И правда, в сотне шагов дальше по улице старый мастер постукивал молотком по раскалённой косе. Рядом стоял здоровый детина, раздувая огонь в печи, при этом сам достаточно шумно пыхтя.

- Добрый день, - поздоровался Талит.

- И тебе того же, - ответил мастер, задержав замах и пытливо взглянув на незнакомца. – Ты просто посмотреть, иль дело какое?

- Просто. Вы мечи куёте?

- Только во время войны. - Рука с молотом снова уверенно заработала по остывающей косе. - А если тебе сейчас надо, то иди в королевские мастерские. Там оружие куют постоянно. Правда, тебе не продадут. Только для войск, сам понимаешь.

- Спасибо.

Талит повернулся, чтобы идти дальше, и увидел Таю. Девушка облегчённо улыбнулась. Она не нашла его в церкви, сразу же отправилась на поиски и вот как раз подошла к кузнице.

- Здравствуй, дядя Нирофон, - приветствовала она кузнеца.

- Тая, - улыбнулся мастер в ответ. – Ты что-то давно к нам не заходила. Милана по тебе уже соскучилась.

- Дел много, – виновато опустила глаза Тая, но тут же взглянула на Талита.

- Да, - вздохнул Нирофон, - дел у всех хватает, - он покосился на замершего и вслушивающегося в разговор ученика, - если не полениться и посмотреть.

Тот виновато опустил голову, что-то едва слышно пробурчав.

- Мы пошли, - улыбнулась девушка.

- Ну, иди красавица. И не забывай заходить, - напомнил кузнец.

- Непременно, - откликнулась Тая, удаляясь с Талитом по улице.

- Бери пример с парня, Валат. – Нирофон подал остывающую косу подмастерью. – Восемь дней назад он расправился с несколькими гноллами и уже опять на ногах. Да ещё меч ищет. Видал?

- Я бы давно ушёл служить на границу, - нахмурился виновато детина. – Но, сам знаешь, дядя Нирофон, у меня мать больная. Кроме меня у неё никого нет.

- Ладно. Ты не дуйся. Не хотел я тебя обидеть. Мне тоже больше никто не помогает. Давай новую косу.

Парень достал из печи ещё одно лезвие и щипцами опустил на наковальню. Через несколько секунд на улице вновь слышался звон металла.

- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась Тая, когда они вернулись к церкви.

- Хорошо, - улыбнулся Талит. – Покажешь мне город?

- Прямо сейчас? – удивилась девушка.

- Почему бы нет.

- Тогда пойдём на рынок. Сегодня приехали торговцы из восточного королевства. Они частенько привозят интересные вещи.

Талит и Тая прошли ещё шагов сто по улице, затем свернули в узкий переулок и, миновав его, попали на маленькую площадь с каменным фонтанчиком в центре. Возле воды бегали радостные дети, играя во что-то. Парню даже показалось, он знает эту игру.

Вот ещё узкая улица, перекрёсток с одной из главных. Тая вывела Талита на дорогу, ведущую к северо-восточным воротам города. Пройдя немного, свернули налево. И вот показался рынок, шум которого разносился над домами и вилял по улицам, привлекая покупателей и зевак.

Торговцы со всех концов королевства предлагали разнообразнейшие товары, зазывая народ к своим лавкам.

- Мне нужно купить яиц и молока, - будто извиняясь сообщила девушка. – Если хочешь, можешь пройтись, посмотреть. Я скоро. Только... не уходи далеко. Не хочу тебя потерять. Дядя Моланор… знаешь…

Проводив взглядом Таю, Талит побрёл между прилавками, не столько рассматривая товары, сколько наслаждаясь самой атмосферой, присутствием множества людей. Вдруг справа его кто-то окликнул.

- Лови парень! – выкрикнул улыбающийся торговец, бросая грушу.

- Благодарю. – Талит откусил сладкую боковину плода.

- На здоровье. Нужны будут фрукты, обязательно заходи ко мне. Продам не дорого, не обману.

Кивнув, Талит прошёл ещё шагов сорок и случайно услышал старческий голос. Он свернул за угол и увидел седого деда, рассказывающего какую-то историю, усевшимся вокруг ребятишкам.

- Мы сопровождали торговый караван, - загадочно вещал старик. – Возвращались мы с востока, от моря и шли по старой дороге между Хромым лесом на юге и Серыми горами на севере. Но тут на нас напали мертвецы. Видимо, пробрались незаметно через Долину мёртвых душ. Они догнали караван и, быстро разбив охрану, атаковали сзади. Все, кто ещё был жив и не хотел стать жертвой вурдалаков, бросились бежать. Мы с братьями хотели спрятаться в ущелье Серых гор, но нежить двигалась попятам, загоняя нас всё дальше. И вот мы оказались на опушке Чёрного леса. Как раз стемнело и резко похолодало. Вурдалаки рыскали где-то рядом. У мертвецов отличный нюх на живую плоть. - Старик придал голосу зловещие нотки, стараясь придать рассказу больше значимости, а детишки, раскрыв рты, внимали каждому его слову. - Нам пришлось углубиться в Чёрный лес, чтобы не попасться. - Старик принялся жестикулировать, слово колдун делая многозначительные пассы руками. - Звуки погони расстаяли во тьме, но что-то ужасное чувствовалось в воздухе. Я был самым младшим, возрастом, как вы, не старше, и крепко вцепился в руку среднего брата. Но вдруг что-то или кто-то вырвал его из моих рук. Я закричал, зовя старшего брата, но тот тоже пропал. Бросился наутёк. Спотыкаясь, вскоре выбежал из леса. Как раз взошла луна, пробив своим светом лёгкую пелену тумана. Обернувшись, я увидел странную тень, мгновенно исчезнувшую в листве. Это был дух Чёрного леса. Даже сейчас, много лет спустя, я вижу тень во сне. Она меня зовёт голосом моих братьев. Она жаждет моей души.

- Не верьте в сказки этого древнего деда, - послышался тут насмешливый голос сзади.

Талит обернулся и увидел молодого солдата, жующего вяленую рыбу, разделывая её коротким ножом. Тот, очевидно, уже слышал этот рассказ, но не верил ни единому слову старика.

- Ойгрен, - позвал тут начальник караванской стражи. – Оставь человека в покое! Сдался он тебе? Пойдём! Налимгот ждёт нас.

Бросив презрительный взгляд деду, солдат зашагал за командиром, одновременно пряча рыбку в походный мешок.

- Вот ты где. – Тая подошла сзади с полной корзиной покупок. – Послушал историю? – Парень кивнул. – Интересно?

- Да. О духе Чёрного леса.

- Веришь ему? - Взгляд девушки указал на старика, оставшегося в одиночестве, так как детишки уже разбежались по своим делам.

- Да. Я всегда верю людям. Разве это плохо?

- Он же… сказочник.

Талит внимательно посмотрел в глаза Таи.

- Ты тоже, веришь в его истории, - улыбнулся он.

- Почему ты так решил? – смутилась девушка, тут же пытаясь спрятать глаза. – Старик немного сумасшедший.

- Именно поэтому ты боишься признаться в этом. – Парень заметил, что разговор стал Тае неприятен, поэтому сменил тему. – Кто эти воины? – Он указал на нескольких солдат в доспехах, стоящих в пятнадцати шагах у одной из повозок.

- Это стража каравана из восточного королевства.

- Старик тоже оттуда?

- Весь этот торговый ряд оттуда, - улыбнулась девушка. – Пойдём?

* **

Архет только сел обедать, как за окном послышался стук копыт, затем появился шум взволнованных голосов. Что-то произошло.

Капитан вскочил и выбежал во двор. Там он столкнулся с солдатами, вносящими в дом раненного следопыта.

- Что случилось? Сахин, что произошло?

Раненного опустили на постель. Одежда следопыта была изорвана и запачкана подсохшей кровью.

- Вернувшись к... мы пошли по следам орков, намерева… узнать, откуда двигался караван. Следы привели к брошенному поселению у подножия западных с... склон… Серых гор. Поднявшись по тропинке выше, мы оказались на дозорной площадке… орков. Оттуда можно… разглядеть Пустые земли и небольшую часть… – Сахин закашлялся, сплюнул кровью и заговорил чуть более связно: - …царства мёртвых. Мы намеревались спуститься и осмотреть всё сблизи, но наткнулись на отряд вурдалаков. С трудом отбившись, вернулись на границу. Я сразу же отправился к тебе.

- Но теперь всё хорошо, - попытался успокоить капитан.

- Нет… – следопыт вновь закашлял, жадно хватая воздух. – Не всё хорошо. Над Сарусом поднимается дым. Мертвецы готовяться к войне. Иди… к королю. Предупреди его.

- Быстро за лекарем! - приказал Архет стоящему рядом солдату.

- Не надо… Когти вурдалаков отравляют. Ране уже больше двух дней. Я умру.

- Держись воин. Налимгот может тебе помочь.

Капитан резко развернулся и умчался прочь.

Глава 3. Дурное предчувствие

Архет вбежал во дворец, миновал озадаченную таким бесцеремонным поведением стражу, взлетел по широкой мраморной лестнице и тяжело дыша отодвинул обитую золотыми узорами массивную дверь из белого дерева.

- Орки?! – удивлённо воскликнул глава паладинов. – Входи капитан, - совершенно спокойным тоном произнёс он следом, даже не глянув в сторону Архета.

В просторном холле, украшенном различными картинами, иконами и драгоценными предметами от прекрасных ваз до искусного оружия, стоял Налимгот. Похоже, он только что встал, может быть, даже вскочил с богато украшенного золотом кресла. Напротив него вытянувшись стояло два уже знакомых солдата восточного королевства. Очевидно, они принесли плохие вести.

- Завтра вы получите мой ответ, - отпустил их глава паладинов, спустя минуту раздумий. – Теперь идите, отдыхайте!

Попрощавшись, воины удалились, и Архет не стал тянуть.

- Налимгот, мне нужна Ваша помощь, - выпалил капитан.

- Что случилось?

- Один из моих лучших следопытов вернулся с Пустых земель. Он ранен вурдалаком. Он умрёт, если…

- Идём! - мгновенно отреагировал Налимгот, спешно зашагав к двери.

Архет последовал за ним, стараясь не отставать от стремительного шага главы.

- Сколько времени прошло с атаки вурдалака?

- Около трёх дней. Это плохо?

- Многовато, - констатировал Налимгот, оценивая шансы укушенного.

- Что произошло на границе? – продолжал расспрашивать паладин, спускаясь по лестнице, нисколько при этом не замедляясь.

- Разведчики поднялись на Муар, самую западную из Серых гор, после того как обнаружили у её подножия брошенное поселение орков.

- Орков? – Налимгот нахмурился и потребовал: – Дальше!

- На горе существует дозорная площадка, построенная орками. Оттуда видны Пустые земли и часть мёртвого королества… Видимо, орки наблюдали за происходящим на севере. – Капитан сделал паузу, затем добавил: - Над Сарусом поднимается дым.

- Это уже серьёзно. Знает король об этом?

- Ещё нет.

- Я сам ему доложу.

Спеша по центральным улицам и только одним хмурым, встревоженным видом разгоняя прохожих, добрались до дома Архета, являющегося одновременно штаб-квартирой разведчиков. Капитан провёл паладина к раненному, возле которого суетились лекари, и приказал всем оставить их одних. Сам он тоже покинул комнату.

Разведчики столпились за дверью, усиленно вслушиваясь, но кроме скрипа половых досок от переминающихся от волнения ног, ничего не было слышно. Архет даже не сразу заметил, что среди них оказался священник. пока капитан бегал во дворец, кто-то успел смотаться в ближайшую церковь и позвать отца Пиласа для очищающей молитвы, но тот всё твердил, мол отмучился Сахин, и надо бы молиться за душу грешную, дабы не попала она на вечный костёр, после обращения в вурдалака и сожжения во спасение. Потом дверь открылась, и из комнаты вышел Налимгот, чистым мокрым полотенцем вытирая руки от крови.

- Будет жить, - произнёс он тихо, вызвав общий выдох облегчения. – Шрам останется навсегда, но это не самое страшное.

- Благодарю Вас, - склонил голову Архет, а разведчики радостно заголосили, начиная расходиться, освобождая дорогу главе паладинов.

- Не стоит. Это мой долг. Сахин должен ещё пару дней лежать. Лишь только потом пойдёт на поправку. Обращение далеко зашло. И ещё. Как только он достаточно окрепнет, отправишь его опять обратно, на границу.

- Но он едва живым оттуда ушёл, - возмутился капитан. – Может, лучше отправить другого?

Глава паладинов шагнул к Архету и пристально посмотрел ему в глаза, буквально пригвоздив на месте.

- Рана на его теле не просто рана. Она даст о себе знать, когда нежить окажется поблизости. Сахин нужен у Пустых земель. Что-то там неладно. Сначала орки, теперь нежить. Прикажи разведчикам быть начеку и пошли ещё нескольких на границы на северо-западе, к Муару, и на северо-востоке, к ущелью Серых гор.

- Но это северная граница Ленагора, - удивился Архет.

- Верно. Из восточного королевства прибыли плохие новости. Нужно узнать, в чём там дело. Возможно, Ленагору понадобится наша помощь.

- Я всё сделаю.

- Знаю, - улыбнулся Налимгот и в дружественном жесте положил руку на плечо капитана. – Ты всё сделал правильно. Что ж, теперь к королю.

Паладин удалился почти так же стремительно, как и прибыл. Будто тёплый ветер пронёсся по улицам Норинда. А капитан разведчиков принялся выполнять указания. Он созвал к себе всех подчинённых, находящихся в столице, объяснил им ситуацию и разослал по пограничным постам, а также на север Ленагора, как было приказано.

* * *

Наступило воскресное утро, десятый день с того момента, как тяжело раненный Талит был найден Моланором в лесу.

Парень проснулся рано. Он чувствовал себя достаточно окрепшим, чтобы помочь своим спасителям по хозяйству. Он не знал, как ещё мог отплатить за своё спасение. Подошёл к священнику и заговорил на эту тему.

- Благодарю, - улыбнулся тот слегка устало. – Сегодня воскресенье. Я ожидаю нескольких прихожан к воскресной службе. Больше ничего делать не будем.

- Однако, если уважаемый Моланор позволит, я попрошу мне помочь.

Сзади стоял Налимгот. Он бесшумно вошёл в церковь и услышал короткий разговор.

- Давай поговорим, Талит. – Паладин отозвал парня в сторону. – Ты крепкий и ловкий парень. Именно поэтому я прошу тебя выполнить одно моё поручение. Торговый караван Ленагора отправляется обратно. Поедешь с ним?

- Зачем? – не понял парень.

- Солдаты говорят, восточное королевство в опасности. Вроде бы орки готовят поход на землю людей. Одна деревня уже разорена. Если дело особо важное, обычно посылают гонца, а тут послание прибыло с торговым караваном. Я отправляю двух паладинов к королю Ленагора, Кордину, чтобы всё выяснить. Тебя же никто не знает, поэтому ты осмотришься там, куда паладинов не поведут. И ещё.

Налимгот дополнил своё поручение шёпотом на ухо Талиту и вложил в его руку какое-то письмо.

- Если согласен, жду тебя обратно через недели две.

Талиту потребовалось с минуту на раздумья, затем он принял письмо и кивнул.

- Хорошо. Я постараюсь. Но почему я?

- Как я уже сказал, мне нужен человек, которого никто не знает. Если же ты имеешь ввиду неожиданное доверие к тебе, я не поручаю тебе великой тайны. Просто на скорую руку больше никого не найти.

- Я понял. Я выполню поручение.

- Не побоишься?

Талит отрицательно покачал головой, уже углубившись в размышления относительно неожиданного поручения. Но, как ни странно, оно оказалось ему как раз кстати, хотя и заставило переосмыслить изначальный план.

- Хорошо. Караван уже собирается. Советую тебе поторопиться.

Парень попрощался с Моланором, приняв от пожилого священника походный мешок, наполненный вяленным мясом, свежим хлебом и фруктами. Он хотел бы ещё увидеть Таю, но девушки не было дома, а Налимгот велел поспешить.

Караван ленагорцев покинул Норинд через восточные ворота и направился по равнине Ретаве домой.

Талит шёл рядом с телегой того самого торговца, который угостил его грушец на рынке. Хоть какое-то знакомство. Немного позади по левую сторону телеги ехали закованные в блестящие на солнце доспехи паладины Налимгота. Они величественно восседали на своих красивых сильных конях. Длинные мечи покоились в ножнах по бокам всадников, слегка постукивая по доспехам.

Дорога тянулась через покрытую зелёной сочной травой равнину. По обеим сторонам виднелись деревни королевства Тадалона, столицей которого являлся Норинд. Кое-где крестьяне обрабатывали поля. Вскоре предстоял сбор урожая. Пшеничные поля налились золотом. Дети, заметив караван, кричали и махали руками, какое-то время шумно сопровождая его. Тот не сворачивал с дороги, уверенно двигаясь на восток.

К закату второго дня караван добрался до постоялого двора, расположенного на окраине деревни Яи, существующей лишь потому, что постоялый двор служил пристанищем для караванов. Крестьяне Яи снабжали путников провиантом, разводя птицу, выпекая хлеб, поставляя фрукты и овощи для кухни местной таверни. Кроме того, Яи была приграничной деревней, сразу за ней начинались земли Ленагора.

Паладины Налимгота куда-то быстро удалились вместе с хозяином постоялого двора, а Талит и знакомый торговец по имени Имла уселись за столом в таверне и, пока ждали сытную гороховую похлёбку со свинными рёбрышками, продолжили прерванный разговор.

Когда-то давно существовало три царства людей. Тадалон, Ленагор и Садим. Но последнее было уничтожено очень давно. Руины его городов до сих пор возвышаются на западе от Тадалона, между рекой Айлой и Ифринскими горами. Неожиданное вторжение нежити решило судьбу Садима, и помощь короля срединного королевства опоздала.

- Владения Ленагора когда-то расстилались до Восточного моря, - рассказывал торговец Талиту. – Вернее, в те давние времена наше королевство называлось иначе. Но приход нежити всё изменил. Сначала она разорвала в клочья царство высоких эльфов на севере, с той стороны Серых гор, затем двинулась на людей. Однако мертвецы плохо рассчитали свои силы. Захват эльфийских земель и сокрушение Садима истощило их, - эльфы с помощью магии помешали некромантам поднять своих убитых и пополнить ряды врага - поэтому объединённым силам людей и союзу орчьих кланов удалось не только выстоять, но и победить. Теперь на юго-востоке обитают орки, а равнина между Ленагором и восточным морем стала ничейной территорией, дикими землями, где обитают всякие разрозненные племена огров, гноллей и других существ.

- Откуда Вы всё это знаете? – спросил Талит, жадно слушавший истории.

- Мой дед бывал в библиотеках Норинда, а потом рассказывал мне старые легенды. Теперь уже многие столетия нежить обитает на севере от Серых гор, на земле побеждённых высоких эльфов. – Имла вздохнул с досадой. – О, это были стройные, величественные создания. Сильные мужчины, красивые женщины. Жаль, что на их место пришла смерть, а вместе с ней упадок.

Покинув деревню Яи, к концу второго дня прибыли в столицу Ленагора, Трафоб.

Несмотря на свой многовековой возраст город выглядел просто и серо. Правда, порой над крышами домов возвышались древние здания великой эпохи. Рядом друг с другом в центре города располагались Алафийский собор и королевский дворец.

Прямо туда и направились паладины Налимгота. Талит же последовал за торговцем, пригласившим его на ужин в свой дом. Жена Имлы, стройная светловолосая женщина открыла им дверь. Она вежливо пригласила Талита войти, затем обняла мужа.

- А-а, соскучилась, - довольно и с гордостью засмеялся Имла, сам не отпуская рук с талии супруги.

Тут из разных углов повыскакивали дети. Поднялся радостный шум. Парню даже стало как-то неловко, но Имла быстро усадил его за стол, и сам сел напротив, настойчиво твердя, что гостя следует привечать с открытым сердцем и чистыми закромами. Или наоборот. Имла махнул рукой, не желая разбираться, как там по обычаю правильно. В любом случае, Талит должен чувствовать себя у него как дома и наяривать за обе щёки. Ужин оказался простым, но достаточно разнообразным и сытным. Знакомство с торговцем оказалось очень удачным, и Талит был искренне благодарен ему за это.

На следующий день Талит отправился гулять по городу. Древние, величественные строения встречались всё чаще на пути к королевскому дворцу. Вероятно, во время последней большой войны против нежити Трафоб подвергся осаде, поэтому внутренний город уцелел, когда осадные орудия сокрушали окраины. Видимо, былое величие восстановить не удалось.

Парню, однако, было не до старых зданий. Он искал паладинов Налимгота. Ещё вчера он слышал, что с утра они планировали посетить место недавней схватки с орками, поэтому хотел найти их пораньше и присоединиться.

В сопровождении двенадцати рыцарей паладины встретились Талиту у ворот воинской конюшни. Парень попросил взять его с собой, не зная, предупредил ли их Налимгот насчёт него, но всё обошлось.

- Сходи к конюху, - ответил один из паладинов. – Пешком за нами не угонишься. Скажи, Дассир просил. Встретимся у восточных ворот.

Талит кивнул и поспешил в конюшню.

Конюх Лоик с грустным, но всё же добрым лицом поил лошадей, поглаживая то одну, то другую. Что-то тихо шептал им, словно любовнице.

Посланник Налимгота подошёл к нему и поздоровался.

- Можешь брать любую, - сказал тут же Лоик, лишь коротко глянув на гостя. – Хозяева этих лошадок погибли в недавней схватке с орками. Осиротели животинушки.

- Я ещё… никогда не… – смутился Талит.

- Ничего страшного, научишься. Дело не хитрое.

- А как Вы узнали, что мне лошадь нужна?

- А какое дело у тебя может быть к незнакомому конюху, - равнодушно пожал плечами Лоик. - К тому же я видел, как ты с Дассиром разговаривал. – Конюх взял за поводья молодого сильного жеребца, на груди которого виднелся свежий заживающий рубец, подвёл к Талиту и вручил поводья. – Держи. Это Силь, отличный, бесстрашный конь. Даже паладин гордился бы таким.

Однако бесстрашие Силя оказалось под подозрением. Когда парень протянул руку, чтобы взять поводья, конь испуганно встрепенулся и попятился назад.

- Тихо. Тихо, - попытался успокоить его Лоик. – Что с тобой? Позволь…

- Талиту, - назвался парень.

- Позволь Талиту прокатиться на тебе. Это не мерзкий орк, не убийца твоего хозяина. Ну... Ну... Тшш…

Юноша вновь шагнул навстречу Силю, тот боязливо затряс головой, занервничал, но всё же позволил ему подойти. Талит осторожно погладил коня, затем дал себя обнюхать. Очевидно, жеребец постепенно привыкал к странному человеку, хотя всё никак не мог понять, что же с ним не так, и взволнованно мотал головой.

Отряд рыцарей нетерпеливо ждал у ворот, когда Талит подъехал к нему.

- Не особо ты и спешил, - с намёком заметил Дассир.

- Прошу прощения, - невинно пожал плечами Талит. - Так получилось.

Он хотел ещё что-то добавить, но паладин махнул рукой отряду, и все поскакали в степь.

Солнце катилось по небосводу, яркими лучами прогревая утреннюю землю. Дюжина рыцарей в походном построении вокруг паладинов и Талита двигались по восточному тракту в сторону Рыжих холмов, видневшихся на горизонте и отмечающих границу королевства.

Примерно через полдня пути свернули на юго-восток, следуя за дорогой, идущей к южной окраине холмов.

К ночи отряд добрался до маленькой пограничной заставы, расположенной на вершине высокого холма, где и остановился на ночлег.





Ржавые холмы остались позади. Среди отчасти затоптанной травы виднелись запёкшиеся на солнце пятна крови. Трупов, разумеется, не было. У орков потерь не оказалось, а люди своих убитых забрали после схватки, вернувшись за ними с подкреплением. Два стервятника взмахнули в небо, напуганные топотом копыт. Их здесь удерживал лишь запах крови.

- Сколько было орков? – поинтересовался Дассир у рыцаря, участвовавшего в сражении. Сам паладин спешился и внимательно осматривал место боя.

- Десятка два, - ответил тот.

- И вы не смогли справиться с ними?!

- Мы собирались перебить их, - горячо запротестовал рыцарь, - как появились тролли – ну, те, что с ними в союзе – и забросали нас копьями. Это оказалась засада.

- Генханы, - шепнул Дассиру другой паладин.

- Куда они ушли? – продолжал расспрашивать тот.

- Следы ведут в Комнский лес. Где-то там и обитает Орда.

- Поехали, заглянем под кроны деревьев!

- А если встретим орков?

- Это нейтральная территория. Если мы их не спровоцируем, то и они нас не тронут.

- Это вы в своём далёком Норинде считаете, что Орда всё ещё придерживается древнего договора, - вмешался глава отряда. – Откройте глаза! Орки уже начали грабительские набеги на наши земли. Если мы не ответим им тем же, они не остановятся.

- Вы тоже хотите устраивать набеги и убивать невинных?! - возмутился паладин, недоумённо подняв брови.

- Н-нет… Я имею…, - начал было оправдываться собеседник, но был прерван.

- Ваша задача, рыцари Ленагора, верно служить королю. – От голоса Дассира повеяло грозой. – Он будет решать, что делать, а что нет. Наша задача – узнать, что произошло, чтобы наш король мог решить, помогать вам или нет.

Глава рыцарей недовольно фыркнул, но не стал продолжать спор. Хоть паладины и были из другого королевства, тем не менее их главенство над рыцарями Ленагора никто не смел оспаривать.



* * *

Орк-воин по имени Ацер отправился в лес за дровами. Его маленький сын Тлум, которому ещё не исполнилось и восьми лет, навязался сопровождать отца. Он прихватил деревянный меч, который выстрогал ему Ацер и всю дорогу только и делал, что размахивал им, сражаясь и сокрушая воображаемые бесчисленные полчища врагов и злодеев.

- Потише, потише, сынок! – смеялся Ацер. – Так ты всех перебьёшь, и никого не останется другим доблестным воинам.

- Я отыскал их логово, - выкрикивал мальчонка, размахивая мечом. – Здесь на всех хватит. А вот и их главарь! – Тлум указал на отца остриём своего оружия. – Защищайся, бесчестное создание!

- О, это самый великий воин орков, - изменив голос, подыграл сыну Ацер, одновременно вытаскивая хворостину из охапки. – Но мой несокрушимый меч накажет его за дерзость, с которой он вызвал меня на поединок.

Отец и сын начали сражаться, то наступая, то отпрыгивая назад. Оба увлеклись игрой и громко смеялись. Тут Тлум сделал неожиданный выпад, Ацер отскочил назад, но споткнулся и опрокинулся прямо на траву.

- Всё, это мой конец, - хохотал он. – Меня сразил великой орк Тлум.

Однако смех сына смолк. Ацер позвал его, но ответа не последовало. Орк поднял голову, желая узнать, почему Тлум не откликается. Мальчик стоял с напуганным лицом и смотрел за спину отца. Это Ацера насторожило. Он повернулся; перед ним стояло несколько людских воинов.

Паладины Тадалона и рыцари Ленагора, добравшись до Комнского леса, оставили нескольких воинов охранять коней, а сами пешими углубились под кроны деревьев. Маленький отряд ещё издалека услышал смех и пошёл ему навстречу.

- Даже не думай об этом! – Дассир заметил, что орк размышлял над тем, чтобы выхватить топор из-за спины. – Мы пришли с миром. Веди себя спокойно, и мы не тронем тебя.

- Это земли орков. – Ацер медленно поднялся и скрыл за собой сына. – Зачем вы здесь?

- Орки напали на одну из деревень Ленагора. Это так?

- Я не знаю, кто напал на деревню, но это были не орки, - уверенно ответил Ацер. – Наши вожди мудры. Они никогда не стали бы причинять вред людям без причины. Никто из наших воинов не ступал на землю людей уже долгое время.

- Кто ты такой, что говоришь так уверенно о целом клане? – Дассир сделал шаг вперёд, заставив насторожиться всех. Его рука спокойно лежала на рукояти меча.

- Я тот, кто бывает у вождей и знает их мудрость не понаслышке, - уверенно, но стараясь не показаться дерзким, ответил орк. - Мы не желаем вам зла.

Дассир шагнул ближе и пристально посмотрел ему в глаза. Ацер точно не знал, что именно хотел увидеть там паладин, но он слышал из легенд – это делается неспроста. Паладины не простые воины и обладают какими-то магическими способностями. Несмотря на своё превосходство в росте и силе Ацер не стал бы связываться ни с одним из них.

- Возвращаемся! – приказал тут Дассир, не сводя взгляда с орка. – Он говорит правду.

Рыцари Ленагора растерялись и хотели возмутиться, но грозный взгляд второго паладина заставил их отложить все вопросы и недовольства на обратный путь.

Когда люди удалились, Ацер облегчённо выдохнул, повернулся к сыну.

- Вот ты и увидел в первый раз людей, сын мой, - улыбнулся он. – Страшно было?

- Вовсе нет. Я же храбрый воин.

Ацер похлопал паренька по плечу и рассмеялся. Он чётко видел по глазам, как испугался сын, но не стал говорить об этом. Мальчонка должен стать храбрым воином.

- Пойдём домой. Дров для топки мы набрали предостаточно. Да и не стоит дразнить судьбу.

Весь путь по лесу рыцари шли молча, то и дело недовольно поглядывая на паладинов. Только когда добрались до остального отряда, охранявшего коней на опушке, глава рыцарей подошёл к Дассиру.

- Мы могли захватить этого орка в плен и выведать у него всё, что нужно.

- Да, мы могли, но тем самым вызвали бы гнев Орды. Когда вы уже поймёте, что война нам не нужна?

- Когда орки перестанут грабить наши селения, - разгневался рыцарь.

- Поехали к той деревне! Посмотрим, что натворили там орки.

Немногословие Дассира давило на рыцарей. Им трудно было влиять на паладинов, не понимая, что именно у них на уме. Приходилось делать так, как они хотят. Ссориться с Тадалоном сейчас было не с руки.

Отряд вскочил на коней, и уже был на пути к Ленагору, когда обнаружилось, что странного паренька, навязавшегося сопровождать паладинов, среди всадников не было. Жеребец, которого Талит получил от конюха, скакал вместе с отрядом без наездника.

Эта странная пропажа, правда, не задержала воинов. Дассир обернулся в сторону леса и через минуту приказал следовать в деревню, подвергшуюся орчьему нападению. Очевидно, он понимал, куда и зачем "испарился" Талит, но сообщать об этом рыцарями он точно не собирался.

Глава 4. По следам демона

Она двигалась по следам уже несколько дней. Уже несколько дней она ни ела, ни пила. Сна лишилась давно. В голове у неё билась одна единственная мысль. Ещё только кошмарная, нестерпимая боль в груди и больше ничего.

Густой лес начинал расступаться. Едва заметный свет звёзд струился от величественных крон древних деревьев, осыпая серебром зелёную траву. И несмотря на то, что это был всё ещё тот же лес, он не казался больше родным и уютным.

Когда прямо из ниоткуда возникло чудовище… Оно убило её сестру. Оно растерзало её единственную младшую сестрёнку. О, богиня! Все краски исчезли. Мир потерял свою красоту. Остались только ужасная боль и сумасшедший гнев. Гнев, рвущий всё внутри, сочащийся наружу, уничтожая всё. И месть стала смыслом жизни.

Скорее всего, Лаи была убита демоном. Но откуда он взялся? Уже около тысячи лет Сим не встречала демонов. И что это был за демон? Чудище оставляло чёткие кровавые следы. Откуда только бралась эта кровь? Преследуемый двигался слишком быстро, чтобы охотиться. Не встречались по пути и растерзанные тела лесных существ.

Сим не раздумывала над этим долго. Жажда мести, полыхающая в груди пожаром, гнала её по следу. Никаких задержек. Никаких отвлечений. Найти и уничтожить. Расправиться с этим кошмаром.

Вот показался очередной след. Двухсотлетний дуб был сломлен бешеным чудовищем, словно щепка. Сим на мгновение остановилась, окинула пронзительным взглядом погибшее дерево. Она чувствовала каждое омерзительное прикосновение зверя в родном лесу, видела каждый его кровавый след в траве.

Сломленый дуб говорил ей, демон сменил направление. До этого он двигался чётко на север в сторону царства людей, теперь же он повернул на северо-восток к долине Гнире, очевидно, стремясь к в Долину мёртвых душ.

Сим не хотела углубляться в чужие земли, поэтому спешила нагнать монстра, оставляющего за собой следы свежей крови.

Три дня бешеной погони вымотали даже Сим, вынудив остановиться и передохнуть. Она взобралась в крону высокого дуба и уселась на ветвях. Отсюда северная граница великого леса сумеречных эльфов уже просматривалась сквозь деревья.

Куда-то туда, за пределы их владений умчался «кровавый» демон. Следы говорили Сим, нагнать монстра ей не только не удалось, но расстояние между ними лишь увеличилось. Осознание своей неудачи ещё больше гневало эльфийку, да так, что ветка в её руке хрустнула, заставив на мгновение отвлечься от мыслей. Теперь она уже причиняет боль деревьям…

Нет, она никогда не откажется от мести. Теперь это смысл её жизни, и, где бы не скрывался убийца её сестры, она последует за ним хоть на край земель, хоть в вечный огонь.

Там, за пределом леса сумеречных эльфов на западе садилось солнце. Сумерки стали расползаться по округе, погружая во мрак приграничную поросль. Там начиналась нейтральная полоса между землями людей и орков.

Демон направился в земли орков. Вдалеке виднелась южная граница Комнского леса, жалкого северного придатка их Лесной Обители, находящегося во владениях могучих воинов клана Белого клыка и их союзников. Большие и неуклюжие, но могут быть опасными.

Сим поднялась, спрыгнула с дуба и решительно двинулась дальше. Теперь ей надо стать осторожней. В любой момент можно наткнуться на суровых орков, ревностно охраняющих свои территории.

Время шло. Эльфийская охотница пробиралась сквозь лес по ночам, отдыхая в кронах деревьев днём. Уже несколько раз ей приходилось останавливаться, чтобы избежать встречи с орчьими и генханскими охотниками. Каким-то чудом они не обнаруживали кровавый след демона, оставаясь от него в стороне.

С каждым днём преследования понимание того, что случилось необратимое, Лаи погибла, всё больше оседало в сердце, заставляя принимать эту данность и мириться с ней. Иного выхода не было. Сим прекрасно понимала, месть не отменит смерть сестры, но она теперь стала её смыслом жизни. Конечно, от этого нисколько легче не становилось. Даже наоборот. Некое отчаяние всё больше обволакивало душу, гнев, пылающий внутри. От этого становилось не по себе, но деваться-то было некуда. К её смерти приходилось привыкать. Но как же больно в груди.

Сим остановилась и отвлеклась от мыслей о сестре. Что-то вновь было не так. Следы уже какое-то время предавали ей, что демон замедлился. Он уже не мчался с огромной скоростью, ломая ветви и вдавливая листву в землю. Отпечатки его лап стали не столь глубоки, крови тоже убавилось.

Сим прислушалась и, мгновенно вскочив на ближайшее дерево, вскарабкалась выше. Через мгновение на месте, где она только что стояла, появились орки.

Отряд орков возник внезапно. Эти воины немного отличались от встреченных ранее. Они были немного крупнее и не имели никаких знаков о принадлежности к какому-либо клану. Сим, конечно, не была знатоком орков и встречалась с ними лишь однажды, лет триста назад, но про знак клана она знала. А вообще, для неё это не имело значения. Она здесь не для того, чтобы изучать орков. Хм… уж не идут ли они по следу демона?

Сим присмотрелась. Ведущий орк явно остановился и рассматривал кровавый отпечаток лапы убийцы её сестры. О, нет! Этого ещё не хватало.

Тут один из орков вдруг остановился и втянул глубже воздух. Эльфийка спряталась за ствол, утонув в тени, и замерла. Орк глянул вверх, почти прямо на неё, но тьма была сумеречным эльфам верным союзником и не предала.

Вдалеке послышался странный звук птицы. Орки тут же напряглись.

- Вперёд! - прорычал самый рослый из них, и весь отряд устремился по направлению источника крика птицы.

Сим расслабилась. Орков она не боялась. Она, вообще, ничего не боялась. Но сейчас быть остановленной и вынужденной уходить самой от преследования ей совсем не хотелось. К счастью, орки умчались не в том направлении, куда вёл след. Хотя это казалось странным. Воины явно обнаружили присутствие здесь демона, но проигнорировали его. Происходило что-то, бывшее для них важнее? Были ли они союзниками этому монстру? Нет. Что-то она пока не понимала.

Сим продолжила преследование и через некоторое время поняла – демон сворачивал влево, делая дугу. И тут её осенило. Она совершила ошибку. Тот «крик» птицы, на который рванул отряд орков… Кто-то ещё следил за демоном и наводил орков на него. А она пошла длинной дорогой…

Охотница ускорилась. Нет! Нет! Они не должны найти его первыми. Она не смирится с тем, что месть ушла от неё. Демон только её. Только она имеет право вонзить в его глотку свой клинок.

Словно паря над землёй, Сим остервенело неслась меж деревьями. Ветки хлестали её по лицу, царапая кожу. Луна освещала её путь, сузившийся до тоннеля, ведущего к цели. Сейчас уже ничего она не слышала и не видела. Лишь кровавый след, словно светящаяся линия, вёл к цели сквозь лес. Нужно только успеть. Только бы успеть.

Сколько времени она бежала, эльфийка не знала. Для неё время остановилось уже давно. Но в какой-то момент она наткнулась на разорванное тело одного из орков и замедлилась. О, как знакома была ей эта картина. Лицо Лаи всплыло в памяти, картина растерзанной сестрёнки. Бешенство забурлило в Сим. Она двинулась дальше.

Уже через минуту она обнаружила новые окровавленные тела, и испытала извращённое чувство радости, испугавшее её саму, как только она поняла, чему она радуется. Орки не смогли убить демона, первенство мести восторжестовало, судьба была к ней благосклонна.

Охотница настолько сосредоточилась на предвкушении скорой встречи с монстром, что едва сама не оказалась добычей, когда сзади послышался шорох, показашийся знакомым. Да, она сама только что так мчалась через лес, забыв обо всём.

Сим забралась на дерево. Теперь она не беспокоилась о возможности убийства орками демона. Он был явно слишком силён для них. Стоило подождать и посмотреть, кто приближается на полном ходу.

И тут практически вылетел из-за деревьев странный орк. Он имел красноватый оттенок кожи, могучее тело, покрытое тёмными татуировками и светлыми полосами шрамов. Он был свиреп и растерян. А вот то, что он держал в руке, всерьёз обеспокоило Сим. Меч, покрытый магическими рунами. Меч, способный убивать демонов и другую нечисть. Да, перед ней был мастер клинка орков.

* * *

Город орков Полок гудел. Клан, давно живший в отшельничестве, наконец, отыскал сородичей. И теперь орки радовались столь долгожданной встрече. Но кое-кого не особо прельщали пиршества и громкие песни.

Лигром только что прибыл с охоты. Он любил охотиться один. Только он и добыча; туша огромного кабана, привязанная за пояс, тащилась следом. И ему хотелось какое-то время побыть одному.

Последние несколько дней мастер клинка и лучший воин Красного Рога неустанно следовал за своим кланом, оберегая его от возможных преследователей и заметая следы.

Почти никто не знал, что ему удалось отвести внимание патрулей Тадалона от каравана, благодаря чему Красный Рог проследовал вдоль границы могучего королевства людей незамеченным. Именно Лигрому пришла идея отвлекающего манёвра в королевстве Ленагор, который совершил отряд Тлаха, его лучший отряд, состоящий из крепких воинов и верных друзей.

Многие орки обоих кланов, искренне радуясь, приветствовали Лигрома, едва завидев. Тот старался отвечать также весело, но странное предчувствие вдруг закралось в сердце, и взгляд мастера клинка стал искать тех, кого не мог найти.

Вот показалось лицо Кирона, главы стражей Полока. С ним Лигром мимолётом успел познакомиться, когда впервые вступил в город. Он поспешил к нему.

- Приветствую тебя, мастер клинка! - пробасил сурово Кирон. Он не веселился, как остальные, не только по долгу службы. И, прежде чем Лигром успел что-либо спросить, сообщил: - Мы наткнулись на следы демона в лесу пару дней назад. Следопыты вышли первыми…

- Где они? - не дожидаясь полного рассказа, спросил Лигром.

- Отряд Тлаха вызвался за ним в погоню…

- Где? - Голос Лигрома прогремел так, что все в округе притихли, обернувшись на шум.

- Они ушли на север к долине… - несколько виноватым тоном произнёс Кирон и указал топором направление.

Скорость, с которой мастер клинка покинул город, была настолько высокой, что многие даже подумали, что он применил волшебство и растворился.

Лигром мчался сквозь лес, как ветер, ураган, сминающий на своём пути кусты и мелкую поросль, низкорастущие ветви. На след он вышел практическим сразу и мчался, словно на запах, всё больше набирая скорость.

Сердце бешено колотилось в груди, и только одна мысль вместе с его ритмом билась в голове: только бы успеть.

Сколько бежал, Лигром не знал, но в какой-то момент он почуял запах крови, орчьей крови, и остановился. Буквально через секунду возле старого дуба обнаружилось растерзанное тело орка из отряда Тлаха. Молодой воин, лишь недавно взятый в отряд. Вол звали его.

Мастер достал из-за спины клинок и стал осторожнее. Почти бесшумно он двинулся дальше по следу, политому горем орков. У корней, среди сломанных и разрубленных веток лежали трупы его собратьев, лучших воинов клана. Всех он знал, со всеми ходил в поход и на охоту. Многих он учил первым навыкам боя. Рука до боли сжала рукоять меча. Сердце колотило изнутри всё с большей силой.

Лигром двигался тихо, постепенно ускоряясь. Вот лежал Якир, старый соратник Тлаха, его правая рука и близкий друг. В его груди зияла огромная дыра. Демон пробил доспехи орка и вырвал из него целый кусок.

Ещё сотня шагов и... Лигром услышал чьё-то всхлипывание. Он рванул на звук и оказался перед Тлахом. Тот лежал в луже собственной крови, льющейся из многочисленных ран. Горло тоже оказалось порванным, и кровь мешала дышать.

- Тлах… - выдавил из себя Лигром, склонившись над истерзанным, но ещё живым собратом.

Вместо ответа воин повёл глазами вправо, очевидно, указывая направление. Где-то вдалеке за спиной послышались звуки. Это орки кинулись за Лигромом на помощь.

- Живи брат! - едва слышно, но жёстко приказал мастер клинка. - Помощь идёт.

И могучий орк, вооружённый клинком, полным шаманских заклятий, кинулся по следу демона, чьи кровавые следы уходили на север. С демонами ему ещё не приходилось сталкиваться, но он был единственным, кто мог с ним потягаться. И Лигром это знал, мчась за самой страшной своей судьбой.

* * *

Неожиданное появление мастера клинка всерьёз насторожило Сим. Она никогда ещё не видела такого орка. Мощь, проворство и воля истекали от него мощным потоком. Этот воин был опасен. Очень опасен.

Нет, пока она не станет вмешиваться. Она проследит за ним. Незаметно, перебираясь с дерева на дерево.

Мастер клинка следовал от одного к другому телу своих растерзанных собратьев, затем метнулся вперёд. Смотри-ка, один был ещё жив. Мастер назвал его имя. Тлах.

За спиной послышался шум приближающихся орков. Это был немаленький отряд. Но могучий орк лишь что-то приказал едва живому товарищу и кинулся догонять демона.

Сим спрыгнула на землю прямо перед Тлахом. Ей придётся бежать по земле, иначе опасность не успеть будет слишком высокой. Захлёбывающийся собственной кровью орк поднял взгляд на эльфийку. Вместо дыхания лишь бульканье крови. Она едва заметно улыбнулась, сама не поняв, следствие ли это злорадства или просто попытка подбодрить умирающего. Попытка подбодрить умирающего. Сим удивилась собственной мысли, но тут же отмела её и кинулась в погоню.

Несколько минут она бежала со всей скоростью, пока её слух не уловил звуки. Звуки боя?! Ночная охотница взмыла на дерево и двинулась дальше по ветвям.

Лес закончился. На опушке лежало несколько деревьев, часть срублена мечом, часть вырвана с корнями. Да, бой мастера клинка. Он догнал демона. Его мечь вихрем блистал в свете луны в высокой траве рядом с опушкой. А демон… Демон возвышался над орком, превышая его размерами в два раза.

Это было создание с тёмно-серой кожей, сквозь красные полосы на которой сочилась кровь, могучим телом на шести лапах, обладающих когтями, словно кинжалами. Мощная шея, чуть ли не превышающая по толщине голову, говорила о невероятной силе. Глаз у монстра не имелось вовсе. Четыре дырки спереди, через которые со свистом проносился ночной воздух, обозначали наличие носа. Две челюсти размером с половину лица вооружились длинными клыками, причём клыки нижней челюсти оказались гораздо длинее клыков верхней и могли запросто пробить старого матёрого вепря. Длинный хвост угрожающе метался из стороны в сторону, готовый в любой момент смертельным хлыстом атаковать на большой дистанции.

У орка не было шансов, но он кинулся в бой и пока держался. Сим встревоженно наблюдала за неравной схваткой, пытаясь разобраться в собственном отношении к происходящему. Она заложила магическую стрелу и натянула лук. Целиться удавалось с трудом, так как мишени двигались слишком резко и хаотично. Однако попасть в орка охотница не опасалась. Если она не вмешается, тому всё равно конец.

Мастер клинка бился отважно. Используя свою скорость, он нанёс пару ударов мечом по хвосту и лапе демона, однако ему не удалось даже пробить его кожу. Демон казался спокойным. И тут эльфийку осенило - он играл с орком, как кошка с мышкой, перед тем как прикончить.

Едва эта мысль посетила Сим, как чудовище резким движением хвоста сбило мастера клинка с ног и нависло над ним, вдавив в траву четырьмя лапами его руки и ноги. Кровь от него стекала прямо на орка, отчаянно пытавшегося вырваться, попадая на тело, лицо и даже в рот. Орк завертел головой, пытаясь помешать крови проникать внутрь.

Охотница спустила стрелу, приняв решение. Та, словно молния, пронзила расстояние до цели, но демон лишь отмахнулся от неё, словно от мухи. Не теряя ни мгновения, Сим спустила ещё одну и ещё. Вторая попала под лопатку, третья отлетела от непробиваемого лба.

Монстр недовольно проревел и отпустил жертву. Из леса послышался шум приближающейся орды. Демон раздражённо фыркнул так, что мастера клинка отбросило в сторону. Эльфийка пустила ещё стрелу, но зверюга на неё почти не обратил внимания, повернулся и продолжил свой путь на север, удаляясь с огромной скоростью прочь. Сим спрыгнула с дерева и рванула следом за демоном.

- Стой! - замученно проревел мастер клинка. - Погибнешь.

Охотница на мгновение остановилась и глянула на орка. В его взгляде виднелось понимание и, возможно, даже просьба.

- Погибнешь, - повторил он настойчиво.

Сим посмотрела на удаляющегося демона. В груди всё защемило.

- Значит, такая судьба, - ответила она и рванула было следом, но орк оказался проворнее, чем она ожидала.

Лигром кинулся на эльфийку, обхватил могучими руками и повалил на землю. Сим пыталась вырваться, гневно рыча, но без особого успеха.

- Ты спасла мне жизнь, - твердил орк прямо в ухо Сим, измазав её щёку кровью от демона. - Теперь мой долг сохранить твою.

- Он мой! Я убью его! Он убил мою сестру! - Эти слова, словно стрелы, одно за другим вылетали из её уст. В ярости Сим пыталась вырваться, но стальные мышцы орка не поддавались.

- Демон слишком силён. Ты просто погибнешь.

В этот момент из леса появился отряд орков и генханов в полном вооружении. Все остановились в нескольких метрах от лежащих в траве Лигрома и Сим. Та замерла, понимая, что ей уже не уйти.

- Мы найдём его вместе, - заявил Лигром, ослабляя хватку. Затем он поднялся и протянул охотнице руку. - Обещаю!

Проигнорировав протянутую руку, Сим вскочила на ноги, гневно посматривая то на орков, то на мастера клинка. Ещё раз посмотрела вслед демону, который уже скрылся во мраке ночи. О богиня… Ей придётся связаться с Ордой, если она хочет покончить с ним, а не просто положить свою жизнь в безуспешной попытке отомстить. Что ж, пусть будет так.

Погоня за демоном затягивалась.

Глава 5. В гостях у Кролона

Поговорив с людьми, неожиданно появившимися в Комнском лесу, обеспокоенный Ацер, заторопив сына, скорым ходом направился домой. Но не успели они отойти на сотню шагов от места встречи, как перед ними из-за дерева выскочил юный человек.

Ацер тут же выхватил топор, но незнакомец поднял руки ладонями вперёд, показывая свои мирные намерения. Орк оценивающе глянул на безоружного и хилого человека - этот точно не опасен. Но на всякий случай отгородил Тлума широкой спиной.

- Кто ты, и что тебе надо? – грозно пробасил Ацер, не опуская топора.

- Я – Талит. У меня срочное послание для Кролона. Проведи меня к нему.

- Кто ты такой, что хочешь видеть самого вождя моего клана? И откуда ты знаешь его имя?

- Я лишь посланник. У меня нет оружия, и я один. Проведи меня к Кролону.

Орк задумался. Орчий город Полок находился в двух днях пути. Сам Ацер с несколькими другими орками жил у старой дозорной башни и должен был вернуться в город только через несколько дней. Он и сына взял с собой, чтобы тот привыкал к дальним переходам и ночёвкам в лесу. А тут возвращаться... Но требование встречи с вождём требует исполнения.

- Ты пойдёшь впереди и будешь держать руки за спиной, чтобы я их видел, - приказал Ацер, держа боевой топор на изготовке.

Талит послушно выполнил условия орка. Он не боялся этого дровосека, хотя физически был слабее любого взрослого орка. Вместе они отправились по тропе на юго-восток.

Вскоре дошли до накренившейся дозорной башни, разместившийся посреди небольшой полузаросшей поляны. Пара грозных орков вышла навстречу. Ацер подошёл к ним и переговорил, то и дело поглядывая на Талита, смиренно ждущего на окраине поляны. Вернувшись к человеку, Ацер сделал могучей рукой приглашающий жест в сторону леса.

- Ты идёшь впереди. Тлум! Ты помнишь дорогу домой?

- Да, отец! - радостно отозвался ребёнок.

- Веди нас, великий следопыт!

Сказав это, Ацер слегка смущённо посмотрел на Талита, тот понимающе улыбнулся и последовал за маленьким орком, резво рванувшим в сумерки леса.

К вечеру второго дня тройка путешественников добралась до ворот города, где её встретили стражи во главе с Кироном. Тот выслушал сначала Ацера, затем внимательно осмотрел Талита, приказал ждать, а сам удалился к Залу Старейшин, заодно приказав одному из стражей проводить Тлума домой. Рановато маленькому орку знать о делах взрослых.

Пока Талит ждал, он имел возможность осмотреться. Город орков впечатлял своими размерами и архитектурой. Казалось, захватить такое поселение можно только огромными силами, и имея в наличии осадные орудия. Однако он прибыл сюда не враждовать, а передать послание Налимгота, которое оказалось ему как раз кстати, чтобы завести знакомства с народом суровых воинов.

Вернувшись через несколько минут, Кирон велел Талиту следовать за ним, а Ацеру высказал похвалу и отправил домой.

Глава охраны Полока показался весьма суровым и жёстким, но в его взгляде человеку удалось разглядеть чувство вины, причина которого пока оставалась неизвестной.

Посланник Налимгота следовал за воином-орком по улицам города. Он видел много движения вокруг. Очевидно, в орчью столицу недавно прибыл большой караван. Талит мог разглядеть различные знаки кланов на плечах у воинов. Главы отрядов громко раздавали распоряжения, подгоняя тех, кто разгружал повозки. Многие орки, завидев человека, останавливались и с неподдельным любопытством разглядывали его, но грозный взор Кирона быстро возвращал их к оставленным занятиям.

У входа в Зал Старейшин два рослых стража поинтересовались причиной прибытия человека, затем впустили Талита и Кирона.

В освещённом факелами коридоре человеку встретился выходящий наружу орк-воин с необычным излучающим силу мечом за спиной. Его взгляд пылал гневом и болью. Он практически без интереса взглянул на парня, и, не останавливаясь, покинул Зал Старейшин.

Представ перед четырьмя пожилыми орками, сидящими на толстых медвежьих шкурах, Кирон надавил на плечо Талита, принуждая его сесть напротив старейшин, затем сам опустился рядом.

- Я – Кролон, - представился вождь Белого Клыка. – У тебя послание для меня?

- Да, - ответил Талит, доставая из-за пазухи свёрток бумаги. – Глава паладинов Тадалона, Налимгот передаёт тебе, вождь, это послание.

- Налимгот… - хрипло вздохнул вождь. – Да, я помню его. Мы встречались с ним однажды. Очень давно.

Кролон взял из рук человека свёрток, с любопытством взглянул на печать, раскрыл и стал читать. По сдвинувшимся к крупному носу морщинам Талит заметил, орка послание главы паладинов несколько обеспокоило. Через минуту он поднял взгляд на Кирона.

- Позаботься об этом человеке! Накорми, обеспечь ночлег и безопасность. Он наш гость и пробудет у нас несколько дней.

Вместо ответа Кирон чётко кивнул, поднялся сам и легко поставил Талита на ноги, вздёрнув вверх, как пустой мешок. Затем они вместе покинули Зал Старейшин.

На выходе из здания глава стражей коротко что-то приказал одному из своих воинов, и тот быстро скрылся из виду. Сам же Кирон повёл Талита по улице к юго-западной окраине города.

- Я вижу, у вас пополнение, - решил поинтересоваться человек, указывая взглядом на суету вокруг телег, мимо которых они проходили. - Родственники приехали?

- Можно и так сказать, - сухо бросил орк, давая понять, что не желает говорить на эту тему.

Талит вздохнул с некоторой досадой. Он не желал Орде ничего плохого, просто стремился узнать больше.

Через несколько минут Кирон привёл парня к хижинам, расположенным полукругом вокруг маленькой площади, посреди которой стоял дом-шатёр, превышающий своими размерами любую из ближайших хижин почти вдвое.

Возле шатра, слегка прихрамывая, прохаживался старый орк, облачённый в шкуру медведя. Пасть убитого зверя красовалась на капюшоне, откинутом назад. Перед шатром лежало несколько окровавленных покрывал, скрывающих что-то.

- Кто это? - не оставлял своих попыток разговорить Кирона Талит.

- Шаман, - коротко ответил воин.

- Погибли ваши воины? Что произошло?

- Какое твоё дело, мальчик? - недовольно прорычал Кирон, бросив грозный взгляд на гостя.

Пока человек размышлял, стоит ли и дальше испытывать судьбу, к ним приблизился уже знакомый Талиту орк, тот самый, которого он встретил с сыном в лесу.

- Ты звал меня, Кирон? - спросил с уважением прибывший.

- Поручаю тебе присматривать за мальчиком, - просто приказал тот, скосившись на человека, действительно, казавшегося рядом с могучими орками юным недорослем.

Ацер, видимо, сначала хотел что-то возразить, но, уловив суровый взгляд начальника стражи, поспешил сообщить:

- Хорошо-хорошо, я присмотрю за ним.

Услышав нужный ответ, Кирон фыркнул, мгновенно развернуся и скорым шагом удалился проверять посты.

Уже темнело. Орчья столица готовилась к ночи. Охотники, дровосеки и собиратели появлялись из леса по давно проложенным тропам. Стражи зажигали огни вокруг крепостных стен, расставляли часовых.

Город наполнился орками. Котлы с варящейся похлёбкой и костры, над которыми на вертелах жарилась добыча, постепенно окружались голодными ордынцами.

Талит сидел у хижины, предоставленной ему для ночлега, и наблюдал за шаманом, что-то колдующим над трупами орков перед шатром. Подошёл хозяин и протянул ему деревянную чашку с похлёбкой. Уже только запах оказался для Талита настолько крепким, что он даже не стал её пробовать. Ацер же уселся рядом и стал с аппетитом стучать ложкой по дну своей чашки, одновременно подталкивая плечом человека всё же попробовать столь вкуснейшее блюдо.

Талит из вежливости улыбнулся орку и передал ему свою порцию, после чего удостоился благодарного хлопка по спине и картины заглатывания огромной орчьей пастью содержимого чашки.

Лишь только когда Ацер управился с похлёбкой, он проследил за взглядом человека и обратил внимание на шамана.

- Да, жалко ребят, - сочувственно протянул он. - Могучие были парни. Отважные.

- Не знаешь, что произошло? - без особой надежды на ответ спросил Талит.

- Демон какой-то их растерзал. Ходят слухи, что сам Лигром едва выжил в схватке с ним, не сумев даже поранить зверюгу. В наших местах демонов отродясь не было, а тут такое. Нехорошие дела.

- А шаман что делает?

- Очищает их тела от злых духов, питающихся смертью, и подготавливает к сожжению. - Ацер покачал головой. - Нехорошие дела. Совсем нехорошие.

- А Лигром кто такой?

- Лигром - мастер клинка клана Красный Рог. Мы долго считали этот клан потерянным, но несколько дней назад он объявился в наших краях, покинув старое место обитания.

- Почему? - не унимался парень.

- Этого я не знаю, - добродушно промычал Ацер, заканчивая со второй порцией похлёбки. - Это тебе к вождю идти надо.

Когда наступила ночь, и орки пошли на покой, Талит заметил, что его опекуну хотелось уйти от него. Да, почему он должен ночевать с каким-то человеком, то ли пленником, то ли нет? У него есть дом и семья. Однако очевидным было и то, что Кирон отдал чёткий приказ. А ослушаться главу стражей Орды не решался никто.

Талит расположился внутри душной хижины, наполненной терпкими запахами орков. Спать в ней казалось невозможным. Шкура-подстилка, на которой ему следовало провести ночь, провонялась потом и какой-то травой, предназначенной для борьбы с назойливыми насекомыми. Юноша всегда предпочитал чистый свежий воздух, и запахи лишь раздражали, мешая ясно мыслить. Казалось, они затуманивали его рассудок.

Ацер улёгся на собственной подстилке перед входом в хижину и мирно засопел, несмотря на недавние заверения перед Талитом, что он страж и глаз не сомкнёт. Ведь это и есть настоящая Орда - всегда бдительная и безошибочная.

Посланник Налимгота поднялся с лежака, бесшумно подкрался к выходу и глянул сверху вниз на мирно сопящего Ацера. Улыбнулся. Ещё одно лёгкое движение, и он, никем не замеченный, покинул хижину. Вдохнув глубже ночной воздух, наполненный запахами дыма, жаренного мяса и много чем ещё, но всё равно гораздо более свежий, чем внутри не столь уютного жилища, Талит скользнул в темноту, избегая света костров.

Человек бесшумно двигался во мраке ночи, используя хижины и прочие постройки в качестве укрытия от освещённых кострами и факелами площадок. Большинство орков крепко спало, похрапывая и отмахиваясь от насекомых во сне. Не все ночевали под крышой. Видимо, воинам, как и ему, больше нравился свежий воздух, нежели затхлые запахи хижины.

Южнее центральной площади Полока обнаружился и ночлег свежеприбывшего каравана Красного рога. Здесь многие не спали. Воины сидели группами и едва слышно переговаривались. Кое-кто плакал, грубо всхлипывая.

«Видимо, по погибшим» - подумал Талит и стал двигаться осторожней, чтобы не обнаружить себя. Время от времени его чуткий слух улавливал имя Лигрома, произнесённое кем-то из орков, и почему-то в памяти сразу всплыл образ могучего необычного воина, встреченного в Зале Старейшин.

Через несколько минут Талит приблизился к северо-западной внутренней стене. Шагах в двадцати слева возвышалась сторожевая башня со стражем. Тот сонно шагал из стороны в сторону, видимо, стараясь не уснуть.

Никем не замеченный, человек взобрался на башню и встал позади стража, который остановился и уставился в сторону леса.

Лес начинался с этой стороны города шагах в двухстах. Между наружной стеной и опушкой лежали небольшие возделанные поля; орки не были умелыми земледельцами, но могли разбавить свой рацион растительной пищей.

Талит глянул немного правее и всмотрелся в темноту. Там, вдалеке, в ветвях древнего дуба сидел сумеречный эльф, женщина. Вероятно, она считала, что в ночное время её никто не смог бы заметить в густой листве, но человек прекрасно видел очертания её фигуры. Он почувствовал её горечь и гнев, грызущие изнутри.

Видимо, это была большая потеря. И связана она, очевидно, с появлением неизвестного демона, растерзавшего отряд орков…

- Эй, Крамор! - вдруг разорвал тишину грубый голос снизу.

Страж на башне встрепенулся, словно очнулся ото сна. Талит тенью метнулся за ограждение и прицепился с внешней стороны башни в десяти шагах над землёй. Внизу у лестницы стоял орк и, задрав голову, обращался к воину на башне.

- Чего тебе, Орок? - отозвался страж.

- Ты спишь на посту что ли?

- Ещё чего, - недовольно фыркнул Крамор. - Я никогда не сплю.

- А замер, как будто отрубился. Вот. Подкрепись.

Орок подбросил вверх кусок жаренного мяса. Страж ловко поймал его, коротко поблагодарил орка внизу, и тот удалился обратно к ближайшему костру, где спали другие воины.

Талит бесшумно соскользнул на землю и направился к части стены, расположенной ближе всего к эльфийке, сидящей на дереве. Он двигался, умело используя тени хижин и других строений, миновал ещё три сторожевых башни, а четвёртую использовал, чтобы взобраться на городскую стену. И вот уже почти у цели.

Поля в этом месте уже заканчивались, и начинался лес. Возле стены рос толстый старый дуб, ветви которого свисали над наружным частоколом и прочими оборонительными сооружениями.

Человек перебрался в крону дерева и прислушался. К эльфийке, находящейся от него шагах в пятидесяти, кто-то приближался. Этот некто двигался очень тихо и почти незаметно. Талит прокрался по ветвям поближе и замер метрах в пятнадцати.

По дереву, создавая по мнению человека довольно много шума, взобрался уже знакомый мускулистый орк, в котором Талит сразу же узнал Лигрома, мастера клинка. Орк с недовольным видом расположился на ветке рядом с эльфийкой, посмотрел на неё.

- Сколько ты хочешь ещё ждать? - раздражённо спросила эльфийка.

- Мы должны узнать, как одолеть этого зверя, прежде чем вновь столкнуться с ним, - пытался усмирить пыл собеседницы орк.

- Никто из твоих старцев не знает о нём ничего. Мы поймём, как убить его, когда найдём и атакуем. - Несмотря на тихий голос, гнев, вложенный в слова, чувствовался отчётливо.

- Он нас просто прикончит.

- Трус! - бросила с презрением охотница.

Мастер клинка на мгновение замер, справляясь с вспыхнувшим приступом ярости. Талит почувствовал необъяснимое чувство вмешаться, и даже эльфийка насторожилась, заметив взгляд орка.

- Я дрался с ним и знаю, о чём говорю, - выдавил более спокойно, чем ожидалось, Лигром. - Ты выпустила лишь несколько стрел с расстояния.

- Именно они спасли твою несчастную жизнь, - съязвила эльфийка с высокомерной усмешкой.

- Они или толпа орков, следовавшая за мной? - парировал Лигром.

- Не хочешь идти, не надо было останавливать, - бросила охотница. - Я пойду сама. - Она презрительно фыркнула, спрыгнула на землю и растворилась во тьме.

Орк тихо прорычал от раздражения, соскочил вниз и исчез в ночи в том же направлении.

Талит пробрался по ветвям на то место, где они сидели. Нечто привлекло его внимание. Следы рук Лигрома. Когда эльфийка оскорбила его, назвав трусом, он держался за толстую ветку. Теперь на этом месте была содрана кора, а сама ветка смята и едва держалась, чтобы не сломаться. Да уж, могучий орк.

Но что за пламя вспыхнуло в глазах, когда его оскорбили? Нет, это не просто гнев… там проскользнуло что-то ещё. Обычная эмоциональная вспышка Талита бы так не насторожила. Чувствовалось в промелькнувшей эмоции холодное дыхание смерти. Наверное, эльфийка тоже это почувствовала, раз замерла. Но вряд ли в своём высокомерии смогла понять, насколько близко прошла от неё смерть.

Парню хотелось последовать за этой парочкой и узнать о них больше, но надо было возвращаться. Вскоре наступит рассвет, и орки обнаружат его отсутствие.

По ветвям он вернулся на стену, спрыгнул с неё вниз и чуть не столкнулся с Кироном, обходящим посты. Грозный орк замер, настороженно прислушался, затем двинулся дальше.

«Суровый парень», - отметил про себя Талит, вновь двинувшись к хижине, со спавшим перед входом Ацером, которому, как надеялся юноша, снились сладкие сны, и он не просыпался.





Пока человек делал вид, что крепко спал всю ночь, Ацер рано ушёл за завтраком. Однако вернулся он спешно и без него.

- Вставай, вставай! - теребил он Талита за плечо.

- Что случилось? - поинтересовался тот, делая сонный вид.

- Поднимайся! Вождь зовёт тебя.

Быстро пробравшись по улицам Полока, Ацер и Талит были встречены суровым взглядом бессменного Кирона перед Залом Старейшин. Глава стражи коротким движением головы позволил Ацеру удалиться и похожим движением пригласил человека следовать за ним.

Миновав уже знакомые коридоры, Кирон и Талит предстали перед старейшинами клана Белый клык. Но на этот раз все они стояли и, видимо, собирались расходиться.

- А, ты привёл его, Кирон, - как будто бы обрадовался Кролон. Затем он сделал шаг навстречу и обратился к молодому человеку: - Я отправляюсь в гости и хочу, чтобы ты меня сопроводил. Пойдём.

Вождь провёл Талита другими коридорами и вывел с обратной стороны Зала Старейшин, где снаряжался небольшой караван. Пару телег работники нагрузили провизией, ещё на одной лежало оружие. Отряд из двух десятков воинов готовился в путь, а немного в стороне престарелый орк запрягал огромного чёрного волка.

Именно туда вождь и подвёл Талита. Волк явно насторожился и грозно зарычал на человека, оскалив огромные белые клыки, отчего сразу стало понятно происхождение названия клана. Парень замер в нескольких шагах, стараясь не спровоцировать атаку.

- Что с тобой, Хул? - нахмурился и погладил по густой длинной шерсти своего любимца Кролон. Но волк лишь ещё больше ощетинился, когда Талит вновь попытался приблизиться. - Спокойно. Это всего лишь человек. Он ничего тебе не сделает.

- Возможно, мне лучше поехать сзади в одной из телег, - подал идею парень, поглядывая на грозного зверя, не желающего успокаиваться.

- Возможно, - несколько задумчиво протянул Кролон. Затем более весело добавил: - Тогда запрыгивай, мы выдвигаемся!

Караван закончил приготовления и выдвинулся из города через восточные ворота.

Лесная дорога начиналась сразу за Полоком и вела вдоль леса с севера, а с юга вдоль больших полей на восток. Оказывается, орки, всё же, какие-никакие земледельцы.

Вдали, южнее города виднелись скотоводческие фермы и малые орчьи деревушки. Там уже с рассвета копошились трудяги, обеспечивающие Орду пропитанием и припасами.

Через пару часов караван углубился в лес. Стало темнее из-за густой листвы вековых деревьев. Орки-воины взяли обозы в кольцо, но шагали довольно спокойно, перекидываясь между собой шутками.

К полудню путники наткнулись на пограничных стражей Белого клыка. Воины появились тихо и незаметно, словно выскочив из-под земли. Коротко переговорив с вождём, они так же внезапно рассеялись в лесу.

Судя по всему, защищённые владения могучего орчьего клана остались позади, так как теперь сопровождающие бойцы замолкли и сосредоточенно поглядывали по сторонам, крепче сжимая боевые топоры.

Кролон, величественно восседавший на огромном волке, подъехал к телеге, на которой расположился Талит. Хул недовольно заворчал и порывался держать дистанцию к человеку. Старому орку приходилось прикладывать усилия, чтобы тот шёл, как было нужно.

- Не переживай, мальчик. Это лишь обычные меры предосторожности. - Вождь указал на воинов, охраняющих караван. - Эта дорога безопасна.

- Я знаю, - спокойно ответил Талит. - Я в обществе орков, а они умеют постоять за себя.

Кролон расхохотался низким слегка хриплым голосом.

- Ты умеешь говорить льстивые слова. Но всё же мои воины не должны расслабляться и обязаны быть всегда начеку. Очень редко, но бывает, что лихие двухголовые огры забредают в эти края. - После очередной предотвращённой попытки Хула отойти в сторону, вождь решил сменить тему разговора. - Расскажи о себе. Откуда ты?

- Я сирота, - сразу ответил Талит, но потом задумался, тщательно подбирая, что рассказать Кролону. - Мои родители погибли, когда я был ещё младенцем. Ничего о них не помню. Меня вырастили… другие родители. Они научили меня многому. Думаю, мне повезло.

- Ты из Норинда?

- Говорят, я родился там. Больше ничего не знаю.

- Тогда где- же ты вырос?

- В... другом месте. - Уж о чём о чём, а об этом говорить ему не следовало.

Видимо, на этом любопытство вождя было утолено, и он разрешил Хулу ретироваться. Огромный волк тут же поспешил к передовому дозору. Возможно, Кролон просто устал сдерживать порывавшегося удалиться зверя.

На ночлег остановились на небольшой поляне, очевидно, часто используемой для остановок, так как следы недавнего пребывания другого каравана орков были ещё отчётливо видны.

После беседы с Кролоном, Талит стал осторожнее в разговорах и старался избегать распросов о нём. Орки относились к гостю вождя дружелюбно и довольно открыто. И человеку даже нравилось пребывание среди них больше, чем в Ленагоре. Рыцари восточного королевства показались ему подозрительными и грубыми.

Ночь прошла тихо и спокойно. Треск костров щекотал слух, а чистое звёздное небо напоминало о доме, месте, где он вырос.

С восходом солнца караван собрался в путь. Дорога повернула немного к северу. Лес поредел, вдали показались скалистые холмы. К полудню орки вышли на опушку Комнского леса, и перед ними, словно из-под земли, показался патруль орков-наездников.

Они выглядели немного иначе, чем воины Белого клыка. Более дикие, свирепые в своих повадках, но меньшие размерами, они восседали на крупных волках, не настолько огромных, как Хул, но тоже внушающих уважение.

Патруль подъехал ближе, и орки радостно приветствовали друг друга. Главный отряда коротко переговорил с Кролоном, затем один из всадников умчался вперёд, к холмам, видимо, предупредить о прибытии каравана. Остальные распределились вокруг для сопровождения.

До самого вечера караван поднимался и опускался среди холмов, ведомый извилистой дорогой. Талит старался не казаться обузой, время от времени соскакивал с телеги и наряду с воинами толкал «проклятую» в гору.

Стемнело рано. Холмы возвысились со всех сторон. Но мрак был оркам нипочём, и они двигались в нём не менее бодро, чем при свете дня.

Затем последовал ещё один долгий подъём, и в конце концов путники оказались на возвышенности, плоской вершине, наверное, самого большого холма, освещённой красными лучами заката.

Здесь находилось главное поселение орчьего клана Вольчья пасть, клана свирепых и грозных наездников на волках.

Орки дружно взялись за разгрузку каравана. Человек хотел было присоединиться к ним, дабы не стоять без дела в стороне, но Кролон, передавший Хула в умелые руки одного из местных воинов, позвал его с собой.

Вместе они направились на соседний скалистый холм, в восточном склоне которого зияла чёрная дыра пещеры. Однако встреченный у пещеры охранник сообщил, что хозяина дома нет, и указал на вершину холма.

Ходьба вверх-вниз немного испортила настроение Кролону, который шагал всё медленнее и, тяжело дыша, всё больше опирался на свой посох.

Заметив это, Талит, словно невзначай, стал на трудных отрезках подставлять плечо старому вождю, а тот, тоже словно невзначай, опираться на него.

Этот жест молодого парня помочь старику и, тем не менее, сохранить его достоинство – ведь для орка физическая сила всегда являлась признаком власти, а её утеря сигналом для соперников – пришёлся Кролону по душе. Нет, конечно, власть вождя была бесспорной… сейчас, но Талит теперь ещё больше нравился ему.

Забравшись на вершину холма, пожилой вождь и человек увидели сквозь полумрак сидящего в невысокой траве лицом на северо-запад седого орка. Приблизились. Орк не пошевелился.

- Приветствую тебя, Такифир, - тихо и с уважением произнёс Кролон.

Какое-то время ничего не происходило. Вождь Белого клыка опустился рядом на траву, знаком показав парню сделать то же самое. Стали ждать.

Солнечный диск на западе окончательно опустился за горизонт. Тьма сгустилась. Почти сразу же повеяло холодом с севера, где перед взором расстилалась долина Гнира, а за ней возвышались мрачные очертания Серых гор. Порыв ветра принёс приятные запахи цветущих трав, но и какую-то необъяснимую тревогу.

Талит заметил это по сдвинувшимся бровям вождя и встревоженному взгляду.

- Кролон, - зашевелился, наконец, седой орк. – Рад тебя видеть, мой друг. Я ждал твоего прихода.

- И я рад снова встретиться с тобой, - вежливо отозвался Кролон.

- Кто с тобой? Я чую запах человека.

- Ты не ошибся, друг мой. Его зовут Талит. Его послал Налимгот с целью предупредить нас о...

- Пробуждении нежити, - перебил Такифир. – Да, я чувствую это. Надвигается война. В наших краях появилась странная злая сила, чужая сила. Она направляет мёртвых.

В течение всего разговора седой орк ни разу не моргнул и не отвёл взгляда с северного горизонта. Парень догадался; орк слеп. Это пророк.

- Я так понимаю, следует готовиться к войне, - прервал возникшую паузу Кролон.

- Да... следует.

- Тогда я завтра же отправляюсь обратно. Могу я рассчитывать на помощь твоего клана?

- Мы союзники навеки, мой друг. Мы соберём войско и позовём всех, кого сможем. Я уже отправил гонцов. А теперь возвращайтесь в поселение. Отдыхайте. Завтра мы снова поговорим.

На следующее утро Талит проснулся от звуков работающих орков. Воины Белого клыка собирались в дорогу. Местные помогали им, поднося припасы. Юноша поднялся, попрыгал, согреваясь. Солнце ещё не показалось из-за горизонта, и ночная прохлада не спешила рассеиваться.

Орки, заметив, что человеку холодно, громко расхохотались. Затем один из них, которого, как помнил Талит, именовали Ерохом, подозвал и с насмешкой предложил для разогрева потаскать мешки. Когда же человек с охотой согласился, смех затих, уступив место уважительным кивкам.

В это время Кролон прогуливался по холму, наблюдая и размышляя. Долгое время на землях орков царил мир. Теперь надвигались тревожные времена. Не нужно быть пророком, чтобы это заметить. Уже несколько месяцев его посещали беспокоящие сны. И вот послание Налимгота, окончательно обрисовавшее начало перемен.

- Кролон, - позвал вождя знакомый голос из-за спины.

Он обернулся и увидел Такифира, стоящего в нескольких шагах позади. Вождь подошёл и взял седого орка за плечо.

- Мои ребята поймали огра, - сообщил тот. – Думаю, его стоит допросить. Пойдём!

Талит основательно разогрелся при загрузке телег в поход и теперь остановился, чтобы перевести дух. Орки хлопали его по плечу своими могучими руками в знак одобрения. От каждого такого хлопка парень прогибался чуть ли не больше, чем от мешка, что ещё больше веселило воинов. Но тут приблизился наездник на волке, при появлении которого сразу все притихли. Он окинул воинов хмурым взглядом бледно-серых, как будто стеклянных глаз, затем сверху вниз посмотрел на Талита.

- Садись! – тихо и безоговорочно приказал он человеку, протянув в помощь руку. – Вождь зовёт тебя к себе.

Волк, чья морда была покрыта шрамами, а шерсть местами вырвана, недовольно фыркнул и оскалился. Наездник насторожился, но не вмешался, просто выжидая.

Парень сделал шаг вперёд, чуть не коснувшись левым плечом клыков встревоженного волка, схватил протянутую руку и одним махом вскочил на зверя за спиной наездника. Тот дёрнул поводья, и волк, развернувшись, помчался прочь от поселения.

Ехали совсем недолго. На соседнем холме, располагавшемся южнее главного, находился загон и несколько строений из крепких толстых брёвен. Рядом настороже расположилось несколько всадников.

Подъехав к ним, извозчик Талита спустил его на землю и приказал войти в ближайшее строение, из которого доносились грозные звуки, похожие на разговор.

Ступая по тёмному узкому коридору, человек слышал, как позади ступает его сопровождающий. Нет, опасности он не чуял. Орки всё это время относились к нему открыто и покровительственно. Он был гостем вождя, а это многое значило.

Грубые звуки становились громче и отчётливее. Человек вошёл в круглое помещение с высокой крышей шагов двадцать в поперечнике. С одной стороны в нём стояли Кролон и Такифир, а напротив стоял… огромный двухголовый огр.

Он возвышался над головами орков, почти достигая потолка, и был прикован толстыми цепями к двум мощным столбам, вкопанным в землю. Рядом с ним стояли воины с длинными копьями, готовые прикончить его при первой же попытке вырваться. Поэтому огр вёл себя относительно спокойно, недовольно косясь на стражей.

- Враги не мы вам, - гремел он протяжно в два голоса, обращаясь к Такифиру. – Пусти!

- Перестань твердить одно и то же! - спокойно приказал седой орк. – Тебя поймали на наших землях…

- Голодный, - со всей возможной невинностью в голосе пробасил огр. – Пусти!

- Мы отпустим тебя. Но ты должен выполнить одно поручение.

- Голодный. Пусти!

После этих слов один из охранников чувствительно ткнул великана копьём. Тот взревел от боли.

- Чего надо?

- Ты найдёшь самого сильного из своих сородичей, вождя. Если у вас ещё есть вожди, - спокойно продолжил Такифир. – Передашь ему это. – Пророк показал небольшой свёрток. – Скажи ему, что я буду ждать его у Долины Мрачных душ.

- Голодны… – сначала хотел затянуть старую песню огр, но, заметив шагнувшего ближе стража с копьём, поспешил заверить: - Я сделаю. Отпусти!

- Если ты выполнишь моё задание, и у Долины Мрачных душ я встречу того, кто мне нужен, мы накормим тебя до отвала.

- Добрый орк, - поспешил завыть огр. - Я сделаю…

Такифир и Кролон повернулись лицом к Талиту и стоящему позади него сопровождающему.

- Ахира, проследи, чтобы этот негодный увалень спокойно покинул наши земли.

Стоящий сзади орк с ледяным взглядом направился к стражам выполнять поручение, а вожди в сопровождении человека вышли из постройки.

- Слушай меня, Талит, - повернулся к парню Кролон. – Мы немедленно отправляемся обратно. У нас много дел. Ты же по прибытии в Полок не задерживайся и отправляйся в Норинд. Мои воины тебя проводят до границы Комнского леса. Ты должен передать мой ответ Налимготу. Справишься?

- Справлюсь, - уверенно кивнул парень.

- Ну, ступай!

Едва Талит удалился, а Кролон хотел последовать за ним, Такифир остановил вождя.

- Будь внимателен к этому человеку. Он не совсем такой, каким хочет казаться. Что-то в нём покрыто мраком. Пугающим, непроницаемым мраком.

Кролон, нахмурившись, посмотрел вслед парню, взбирающемуся по склону противоположного холма, и кивнул, хотя собеседник не мог этого видеть.

- Я знаю, мой друг. Знаю.

Глава 6. Мёртвый беглец или Нежить собирается на юг

Второй день Сим и Лигром пробирались через Комнский лес, не переставая спорить.

Орк почти сразу же нагнал эльфийку, когда она направилась в ночь в сторону долины Гниры, и преследовал её, стремясь переубедить.

Охотницу иногда бесила его противоположная позиция относительно перспектив схватки с демоном. Она язвила и пыталась его «ткнуть носом» в страх перед зверем, один раз уже чуть было не прикончившего его. Но мастер клинка на редкость внешне спокойно воспринимал её уколы, лишь время от времени призывая отбросить жажду мести и высокомерие.

Вот и сейчас старый спор разгорелся с новой силой.

- Я не понимаю, почему ты, наделённая тысячелетиями долгой жизнью, так стремишься её потерять. – Лигром следовал в двух шагах позади и, словно совесть, раздражал слух эльфийки.

- У тебя этой жизни намного меньше... – Она остановилась и повернулась лицом к орку. – Но ты же кинулся в атаку.

- Меня охватил гнев и безрассудство. - Слова вучали как оправдание, хотя орк вовсе не намеревался этого делать и повторил бы свою атаку.

- И теперь ты желаешь оградить меня от этой же ошибки?

- Да. Ты спасла мне жизнь. Мой долг спасти её тебе.

- От демона?

- Прежде всего, от тебя самой, рвущейся в земли нежити без единого шанса на победу.

- О, богиня! – вздохнула тяжело Сим. – Зачем ты позволила мне спасти его жалкое существование? Неужели в твоих помыслах имелось такое наказание для меня, как сообщество этого невыносимого орка?

К вечеру очередного дня путники достигли опушки Комнского леса, и Лигром удалился на охоту. В такие моменты, когда эльфийка оставалась наедине, её посещала мысль о том, чтобы скрыться от мастера клинка и продолжать свой путь в одиночку. Но уверенность в том, что на равнине ей не уйти от прыткого орка, всегда останавливала. Кроме того, было ещё что-то, что не давало ей отправиться вслед за демоном, плюнув на все уговоры представителя, по сути, враждебной для сумеречных эльфов расы. Сначала Сим приняла это за сиюминутную слабость, позже за струсость встретиться с демоном один на один, но сейчас… сейчас ей казалось, что тут скрывалось нечто большее. И она не была уверена, хочет ли она выяснять, что же останавливало её.

Тем временем Лигром вернулся с парой кроличьих тушек в руке, развёл костёр, быстро разделал принесённую добычу, нанизал её на палки и стал жарить.

О, богиня! Что бы ни останавливало её, это должно быть очень важным, если раз за разом приходится терпеть «столовый этикет» этого дикаря.

Орк проглотил обоих кроликов, лишь один раз жестом из вежливости предложив одного из них эльфийки. Та брезгливо фыркнула и отмахнулась. Лигром, пожав плечами, завершил трапезу, затушил костёр, и они двинулись прочь от Комнского леса в ночную даль.





Долина Гнира казалась пустынной степью. Засыхающая под палящим солнцем высокая трава и открытая местность являлись не лучшими условиями для обитания животных. А где нет животных, там нет и хищников. Кроме того, на равнине, открытой со всех сторон, не построить защищённое поселение.

Долина Гнира пустовала ещё и потому, что являлась чем-то вроде нейтральной территории между землями людей и орков. На севере она граничила с Долиной Мрачных душ, территорией странной и страшной, лежащей между землями живых и мёртвых.

Именно к этой безлюдной местности спустя три дня приблизились Сим и Лигром. Северо-восточная окраина Гниры переходила в мелкие скалистые холмы, бугры над ровной поверхностью долины. Слева от путников, на северо-западе виднелась окраина Хромого леса.

Близилась ночь. Солнце ушло за горизонт и в чистом небе замерцали первые звёзды. Луна поднялась над Хромым лесом, щедро раскидывая свой свет по округе.

Лигром и Сим сделали короткий привал, передохнули немного и вновь отправились дальше. Однако едва они сделали первые шаги, как повеяло холодом. Нет, не свежестью наступившей ночи, а мертвецким ознобом. Орк и эльфийка тут же насторожились. Сим взметнулась на торчащий из земли ближайший валун, чтобы осмотреться. Её рука легла на рукоять кинжала.

Едва она это сделала, как за спиной зашевелилась земля. Затем из неё показалась костяная рука и следом обтянутое полусгнившей кожей тело вурдалака.

Охотница развернулась, молниеносно достала лук и вложила в него стрелу. Однако спустить тетиву ей не дали. Снизу кинжальные когти прошлись по ноге, облачённой в броню. Эльфийка тут же соскочила с валуна, чуть не попав в объятия вылезшего из-под земли мертвеца.

С другой стороны из-за камней показались ещё вурдалаки и кинулись в атаку. Они приближались, ужасно хрипя и взрыхляя почву длинными смертоносными когтями-клинками. В глазных впадинах светился ледяной свет, заставляющий холодеть от страха.

Однако добежать до Сим они не смогли. Лигром молниеносно сократил расстояние с ними и несколькими взамахами меча положил двоих. Третий в диком прыжке кинулся к нему, стремясь вцепиться клыками в шею, обратить на сторону нежити. Мощные руки орка схватили его в прыжке и отбросили в сторону. Едва вурдалак ударился о камень, как был прибит к нему пущенной эльфийкой стрелой.

Вылезший из-под земли слуга мрака и холода к этому моменту оказался к ней в опасной близости и уже вытянул костлявые руки, чтобы заключить в смертельные объятия, но резкий взмах эльфийского кинжала отсёк ему сначала левую руку, а последующий голову. Череп рухнул к ногам Сим. Холодный блеск в глазных впадинах погас.

Едва воин и охотница расправились с вурдалаками, как из-за ближайшего холма вылезло ещё несколько мертвецов. Мастер клинка кинулся вперёд, а охотница натянула тетиву лука. Но вдруг её сковал ужасающий холод, от которого скрючило руки и ноги. Эльфийка рухнула на землю.

Орк тем временем искуссно размахивал мечом, поражая тянущиеся к нему мёртвые конечности, и не сразу заметил, что стрелы сзади не летят. Когда же он обернулся и увидел Сим, корчившуюся на земле от ужасного ледяного колдовства… Первым порывом было кинутся к ней на помощь, но...

Лигром уже однажды сталкивался с этой мертвецкой магией, когда несколько лет назад отряд Красного рога под его предводительством совершил дерзкую вылазку в земли нежити, пытаясь найти древние артефакты высших эльфов.

Тогда полегло много хороших воинов. И мастер клинка не раз винил себя в том, что в рейде погибло так много его товарищей, так и не заполучивших в свои руки артефакты. На стороне нежити выступило колдовство, леденящее, сковывающее колдовство. И сейчас было очень похоже.

Лигром взмахнул мечом над травой, одним ударом разрубив пополам сразу двух напирающих вурдалаков. Сделал выпад, достал одного, пытающегося добраться до эльфийки, метнулся вперёд, туда, откуда лезли мертвецы.

По другую сторону бугра он заметил того, кого и надеялся встретить. Король нежити, великий некромант стоял перед ним, творя свою чёрную магию. Ещё рывок, и орк оказался в досегаемости клинка.

Некромант слегка парил над землёй. Холодный свет из его глазниц растекался по округе. В костяной руке зрело заклинание холода, другая взмыла вверх, призывая разрубленных вырдалаков восстать. Времени на раздумья не было.

Лигром взмахнул клинком. Но поднятая рука, мгновенно облачившись в ледяную броню, перехватила удар. некромант глянул прямо в глаза орка, стараясь поразить его мраком. Промедление смерти подобно. Мастер не думал, он вошёл в боевое безумие и использовал своё преимущество в скорости. Отпустив на мгновение рукоять клинка, он нанёс несколько чувствительных ударов кулаками, вновь взялся за меч, выдернул его из льда. Мертвецкий холод замедлял его движения, но ярость битвы всё ещё была сильнее, и Лигром одним взмахом отрубил некроманту правую руку, изготовившуюся нанести параллизующий удар, каким была поражена охотница.

В глазницах врага блеснуло недоумение, но он уже ничего не мог успеть поделать. Орк рубанул в область ног. Короля нежити подкосило, и он рухнул на траву. Вурдалаки, сползающиеся воедино, замерли. Клинок, покрытый множеством могучих заклинаний древних шаманов, взмыл над великим некромантом.

- Стой! – зазвучало тихое, зловещее шипение прямо в голове Лигрома.

Удар клинка пришёлся не в голову, а в плечо, и отсёк левую руку лича. Орк, чувствуя, как леденеют конечности, склонился над поверженным врагом.

- С чего бы? – бросил он, пылая от ярости, и снова замахнулся.

Однако некромант успел воспользоваться мгновением и нанёс удар заклинанием холода прямо в грудь мастера клинка. Тот отскочил и упал на колени. Тело онемело и перестало повиноваться. Меч выпал из рук, звякнув о землю.

Король нежити взмыл в воздух. Его отрубленные конечности стали вновь срастаться с полугнилой плотью тела.

Ярость и отчаяние в глазах Лигрома запылали с новой силой. Он сделал неимоверное усилие, сжал рукоять меча и медленно поднялся на ноги, готовый к последнему рывку в своей жизни. Но...

Некромант поднял ладонь.

- Я не хочу убивать тебя, орк, - зазвучало в голове его страшное шипение.

Он взмахнул другой рукой, мгновенно облачившейся в ледяную броню, и отбил стрелу, пущенную из-за спины мастера клинка. Это Сим подползла к месту схватки и попыталась прикончить некроманта. Она выглядела мертвецки бледной, но, видимо, руки и ноги вновь повиновались ей.

Тем временем Лигром медленно поднимался, прилагая огромные усилия, чтобы противостоять сковывающему колдовству. Его глаза заволокла странная пелена, через которую пробивалось слабое багровое свечение. Его грозное рычание нарастало, и нога сделала шаг навстречу королю нежити.

- Остановись! – вновь потребовал зловеще некромант. – Или я убью эльфийку.

Вурдалаки, вновь сотканные воедино мраком и холодом, окружили охотницу и гурьбой накинулись на неё. Сим отбросила одного, кинжалом отрезала ногу другому и, когда он упал в траву, вонзила клинок прямо в глазную впадину. Мертвец затих, но другие воспользовались мгновением, повалили её, схватив по рукам и ногам, прижали к земле и изготовились к последней атаке. Ядовитые когти застыли, почти вонзившись в незащищённую плоть.

Лигром видел всё, но не остановился. Он метнулся вперёд с неимоверным усилием. Вроде бы он ещё стоял, параллизованный магией, но в то же время он летел на некроманта, выставив вперёд остриё меча.

- Стой! – словно крик раздался в голове мертвецкий шёпот.

Орк вновь сбил врага с ног, навалился всем своим могучим телом и...

- Вы ищите демона! – вновь вспыхнуло в голове.

- Стой! – На этот раз закричала Сим. Она, побеждённая, с занесёнными над ней когтями нежити, раздвинутыми клыками, в любой момент готовыми сомкнуться на её шее, всё ещё думала о мести.

Лич шевельнул пальцем, и вурдалаки отпустили эльфийку. Она неуклюже подобралась к орку, готовому вонзить остриё своего меча меж светящихся ледяным светом глазных впадин мертвеца.

- Я мог бы убить вас… - Вурдалаки некроманта вновь окружили их. - Но мне нужно другое.

Лигром, видимо, немного успокоился. Его дыхание становилось более размеренным, а ужасающее багровое свечение в глазах растворилось вместе с пеленой. Но клинок, по-прежнему, дрожал на расстоянии полувздоха от лица короля-лича.

- Я не буду нападать на вас, - продолжал говорить прямо в голове некромант. – А вы сохраните мне... жизнь.

- Говори, что ты знаешь о демоне, мешок с костями! – потребовала Сим неровным, но угрожающим голосом.

- Пусть орк отпустит меня.

Охотница положила руку на плечо мастера клинка, но тот не шевельнулся.

- Ну, же Лигром! Ослабь хватку.

- Говори! - приказал орк, убирая остриё меча от лица некроманта, в любое мгновение готовый снова броситься в атаку.

Тот вывернулся из ослабшей хватки воина и поднялся. Его противники тоже встали и насторожились, ожидая любую хитрость. Вурдалаки, слегка покачиваясь и издавая хриплые, иногда чавкающие звуки, стояли вокруг, ожидая приказа.

- Я Тер'Зур, повелитель несметных полчищ нежити. Неужели вы думаете, я оказался бы здесь без своих войск, не будь на то причины?

- К делу, мертвец! – потребовала Сим, жаждущая поскорее узнать интересующие её сведения.

- Некоторое время назад, - продолжил некромант, после короткой паузы, - стало происходить… странное. В моих владениях появилась неизвестная сила, поколебавшая мой контроль. Мои слуги переставали подчиняться мне. Я отправил своих могучих воинов разобраться, но и они ослушались приказа, перейдя под чужую власть. Некая сила, большая, чем моя, взяла в моём царстве верх. К Сарусу приблизились чужие, демоны, каковых я раньше не встречал. Уж поверьте, я долго в этом мире и имел дело с демонами неоднократно.

- Ближе к делу! – вновь потребовала Сим.

- Куда уж ближе. Ты, эльфийка, наделена долгой жизнью, а терпением не обладаешь. Это погубит тебя когда-нибудь.

- Продолжай! – коротко приказал Лигром, взглядом напомнив про меч.

- Сначала их было трое. Против них почти бессильна магия. И просто убить их мне не удалось. Несокрушимые. Им подчинились мои ближайшие помощники, и власть над нежитью перешла к ним. Я бежал.

- Великий король мёртвых, - зло ухмыльнулась охотница, - спасал свою шкуру от горстки демонов.

- Но и вы не остановили одного из них, - ответил холодным голосом Тер'Зур. – Жаждать мести недостаточно. Да, я встретил «вашего» демона на пути сюда. И он не самый грозный из них. К тому же их стало больше.

- Сколько?

- Не знаю, наверняка. Я насчитал семерых. Но, полагаю, их будет больше.

- Что тебе нужно в наших краях? – сменил тему орк. – Желаешь основать новое царство?

- Скоро негде будет основывать что-либо, - всё так же спокойно отозвался лич. - Пришлые демоны поднимают нежить на войну. Куда они направятся, по-вашему?

Лигром и Сим переглянулись. Верить заклятому врагу причин не было, но и не верить, казалось, бессмысленным.

- Ты знаешь подробности? - Орку было за что опасаться. Именно его сородичам придётся принять первый удар мертвецов на себя.

- Нет. Мне пришлось бежать. Но, возможно, позже я смогу добыть сведения.

Лигром окончательно опустил меч и уселся на траву. Он выглядел усталым и задумчивым.

- Убери своих вурдалаков! - вдруг приказал он жёстким тоном, словно вновь жаждал кинуться в атаку и порубить всех и вся.

Некромант промедлил секунду, но всё же сделал едва заметное движение рукой, и вурдалаки разбрелись, расстворившись во мраке ночи.

- Ну, что ж, труп ходячий, теперь разворачивайся; мы идём в твои земли, - нарушила тишину охотница. – Поможешь нам разобраться с этими демонами.

- Без войска… несокрушимого живого войска там делать нечего, - спокойно заявил в ответ Тер‘Зур. – Соберите войско.

- Ты пойдёшь со мной к вождю и расскажешь всё ему! – всё с той же непоколебимой настойчивостью произнёс Лигром. – Иначе я убью тебя.

- Ты хочешь вновь идти обратно?! – возмущению Сим не было предела, и она на мгновение замолчала, лишь чтобы набрать больше воздуха в лёгкие.

- Глупо пугать мёртвого смертью, - как будто бы расхохотался лич и более грозно добавил: - Я есть смерть! И я самый ценный союзник, о котором ваши жалкие вожди могут только мечтать. Я не собираюсь быть твоим пленником…

- Тогда я прикончу тебя! – Лигром молниеносно вскочил на ноги, а эльфийка почти так же быстро натянула тетиву лука.

Однако некромант не был бы столь могучим повелителем мёртвых, если бы не мог за себя постоять. Он предугадал такое развитие событий и сплёл своё заклинание холода заранее. Теперь он нанёс удар. Орк и эльфийка, сражённые сковывающей мрачной магией, рухнули на землю. Вурдалаки появились так быстро, словно спрятались в их собственной тени. Тер‘Зур склонился над поверженными противниками и размеренно закончил:

- Но я пойду с тобой, орк.

Едва эти слова коснулись мыслей Лигрома и Сим, как холод отступил. Бешеный взгляд мастера клинка приугас, и он поднялся на ноги. Охотница же с трудом восстанавливалась от очередного магического удара, лёжа на траве и растирая конечности, чтобы согреть. Тер‘Зур прошёл мимо своих новых союзников, оставив их за спиной.

- Пойдём! Не стоит больше медлить.

Глава 7. Барабаны бьют войну

Норинд встретил Талита открытыми юго-восточными воротами и блеском величественных башен, отражающих лучи восходящего солнца.

Начиналось утро, и город всё больше оживал. Улицы наполнялись прохожими и телегами. Ночные часовые отправились на покой, а свежие солдаты заступили на посты.

Парень радовался оказаться снова в великой столице срединного королевства. Да, когда-то он был рождён здесь и, возможно, поэтому чувствовал себя здесь достаточно уютно. А может быть, просто добрые люди, принявшие и позаботившиеся о нём, создали это положительное впечатление. Однако сейчас чувствовалась некая тревога в воздухе. Люди казались более расторопными, настороженными, словно боялись не успеть.

Талит устал с дороги. Прошло уже девять дней с тех пор, как он покинул Полок, чтобы донести ответное послание Кролона до Налимгота. Время утекало безвозвратно, поэтому медлить с доставкой не стоило.

Юный друг орков пробрался через половину города и остановился перед мощными стальными воротами королевского дворца. Грозные и молчаливые стражи преградили ему путь. Однако печать Налимгота, именно на этот случай подаренная главой паладинов, мгновенно открыла ему проход во внутрь.

Огромный светлый холл предстал перед Талитом во всей красе, когда он шагнул сквозь массивные двери. Отделанные белоснежным мрамором пол и стены, украшенные золотом, серебром и драгоценными камнями, буквально ослепляли. Посреди холла начиналась не менее светящаяся белизной широкая лестница, устланная посредине алой ковровой дорожкой, уводящей вверх, где разветвлялась, достигая сразу нескольких коридоров.

Некоторое время Талит блуждал по коридорам, созерцая всю рукотворную красоту дворца. Везде ему встречались каменные и даже золотые и серебряные статуи великих королей прошлого, множество различных украшений, обворожительные светильники, оснащённые мириадами свечей, словно россыпями звёзд. От великолепия и величественности захватывало дух.

Однако всему этому вскоре грозил пылающий конец. Именно поэтому парень пришёл во дворец, надеясь отыскать Налимгота, но безуспешно. И лишь через некоторое время какой-то служащий, обратив на парня внимание, величественно заявил, что главы паладинов нет в городе.

- Где же мне его найти? - поинтересовался Талит в надежде получить нужные сведения.

- Не имею чести знать, - всё так же величественно отчеканил слуга и хотел что-то добавить, но вдруг в коридоре появился сам король Тадалона в сопровождении одного из советников.

- Ты отправил гонцов в Бракхмал'Тул? - вопрошал король, куда-то направляясь.

- Разумеется, Ваше Величество, - отвечал ему советник, поспевая за правителем. - Однако, боюсь, ответа нам придётся ждать долго. Гномы не очень гостеприимны и любят повеселиться сами. В прошлый раз, когда мы отправляли к ним посланников, их не было два месяца. И вернулись они нагишом, все ободранные.

- Голыми?! - поднял бровь король.

- Да, Ваше Величество. Над ними издевались. Поили пивом допьяна, заставляли плясать под угрозой скормить медведям, высмеивали. В конце концов, раздели, ткнули в... под зад копьём и отправили домой.

- Да уж, вряд ли с ними соскучишься с этими гномами, - хмыкнул король, не сильно расстроившись от такого рассказа. - Но для меня важно, чтобы гонцы донесли моё послание Гуиру. Остальное второстепенно.

- Остаётся лишь надеяться на ту не великую толику благоразумия, которая сделала гномов когда-то давно нашими союзниками.

- Как идёт подготовка…

Король и советник прошли мимо Талита и слуги, замершего, словно статуя. Они даже взглядом не повели в сторону постороннего, занятые своим разговором. Как только Его Величество исчез за углом, слуга вновь ожил.

- Проводить из дворца? - поинтересовался он с неоднозначной интонацией в голосе.

- Я знаю дорогу, - коротко ответил Талит, поворачиваясь в сторону лестницы.

Бросив цепкий, пронизывающий взгляд, слуга тут же развернулся и удалился.

Покинув дворец, Талит остановился во дворе, размышляя, где теперь ему стоило искать Налимгота, так несвоевременно покинувшего Норинд. И тут его окликнул знакомый голос. Парень повернулся влево и увидел того самого паладина, которого сопровождал в поездке в Ленагор. Тот стоял рядом со своим конём, видимо только спешившись.

- Здравствуй, Талит!

- Приветствую Вас, Дассир, - поздоровался юноша, подойдя ближе. - Я ищу Налимгота…

- Налимгот отбыл к северо-западным рубежам, командовать обороной наших границ, - поспешил сообщить паладин. - Грядёт война, и он отправился на передовую.

- У меня для него письмо. Нужно доставить как можно быстрее прямо в руки.

- Да, командир предупреждал нас. Что ж, я завтра вместе с отрядом усиления отправляюсь к крепости Омагон. Поедешь с нами.

- Хорошо.

- У тебя есть, где переночевать?

- Думаю, да, - ответил, поразмыслив, Талит.

- Если вдруг понадобится, найди меня в юго-западном крыле дворца.

- Договорились. - Дассир хотел вскочить на коня, но вопрос Талита остановил его. - Как закончилась ваша поездка в Ленагор?

- Орки, действительно, напали на деревню севернее Трафоба, - не сразу начал рассказ паладин. - Однако они лишь напугали крестьян, немного покрушили и бежали на юго-восток, где рыцари Ленагора их потом и нагнали. Рыцари сгустили краски, пытаясь воспользоваться случаем и втянуть нас в авантюру похода на орков.

- Зачем? - искренне недоумевал парень.

- Страх, ненависть, - пожал плечами Дассир. - Кто знает. Возможно, с нашей помощью они хотели поквитаться за поражение их отряда. В любом случае им это не удалось. Война с орками нам сейчас никак не нужна. – Задумчиво добавил: - Как и любая другая война. – Несмотря на тяжёлые доспехи, он резво вскочил на коня. - Жду тебя завтра с восходом солнца у королевских оружейных. Не опаздывай!

Распрощавшись с Дассиром, Талит направился на поиски небольшой церквушки, запомнившейся ему в прошлое посещение Норинда своими гостеприимством и добротой.

Через пару часов блужданий по городу Талит оказался на знакомой улице в юго-западной части города. Звон металла разносился по округе. Парень прошёл ещё шагов сорок, и перед его взором появилась кузница Нирофона.

Кузнец трудился в поте лица. Однако вместо подмастерья Валата, ему помогал незнакомый Талиту молодой человек. Рядом лежало несколько мечей, на которые нельзя было не обратить внимания.

Посланник Кролона поздоровался, после чего был радостно встречен кузнецом.

- Моланор сказал мне, что ты отбыл по поручению Налимгота, - рассказывал Нирофон, присев передохнуть и пообщаться с гостем. Он отхлебнул воды из кружки. - Уже гадали, когда ты объявишься и объявишься ли.

- Мечи, - коротко заметил Талит, никак не отреагировав на слова Нирофона.

- Да, - с горечью в голосе протянул кузнец. - Надвигается война. Приказ короля всем кузнецам - ковать оружие. Валат, вот, тоже подался добровольцем в пехоту, оставив мать на попечение Моланора и Таи. Эх! - Он показал на нового помощника, тайно прислушивающегося к разговору, и с упрёком в голосе сообщил: - Вот, сын тоже теперь не хочет жить кузнецом. В армию рвётся. Хочет умереть героем. Или того хуже… тьфу… обратиться в нежить, кровожадного вурдалака, жаждущего отведать крови собственного отца.

- Надо защищать родину! - Подмастерье виновато опустил голову.

- Надо! - согласился Нирофон. - Вот и защищай! Куй оружие для воинов! - Он повернулся вновь к Талиту. - Валата мне не удалось удержать. Но сына не пущу. Пусть люди косо смотрят, осуждаю, говорят, что струсил. Мне своё ремесло передать надо. Войны войнами, а ремесло должно жить всегда.

Парень лишь понимающе кивнул в ответ.

- А ты сам теперь куда? - не унимался с вопросами кузнец.

- Завтра отправляюсь с отрядом паладинов к крепости Омагон.

- Что, тоже воевать?! - хлопнул себя по бокам Нирофон.

- Нет, - улыбнулся Талит. - Мне лишь нужно передать послание Налимготу. Я не солдат. Пламя битвы - это не для меня.

- Не желаешь тогда пойти ко мне в подмастерья?

- Нет. - Посланник Кролона глянул в сторону сына кузнеца, с любопытством вслушивающегося в разговор. - У Вас уже есть лучший подмастерье, о котором можно мечтать. Мой путь ведёт меня в совсем ином направлении.

Нирофон погрустнел и внимательно всмотрелся во взгляд Талита.

- Погоди. - Он поднялся и направился в кладовую. Пару минут оттуда доносились звуки, словно кузнец что-то упорно искал. Затем он вернулся с небольшим тряпичным свёртком и протянул его гостю. - Возьми это.

Талит развернул ткань и увидел красивый и элегантный кинжал. Он вопросительно посмотрел на кузнеца.

- Это клинок мага Света, - сообщил тот в ответ. - Только маг может его использовать.

- Но я не маг, - смутился парень. - Откуда он у Вас?

- Когда я был ещё ребёнком и жил в Омагоне, мы с братом любили уходить в поход в разрушенное королевство Садим. В то время много различных охотников за сокровищами наведывались туда. После войны там осталось множество ценных вещей. Пока, в конце концов, король не приказал раз и навсегда покончить с грабительскими вылазками. К тому же там время от времени гибли люди, натыкавшиеся на блуждающих мертвецов и прочее эхо той войны. Там мы с братом и нашли этот кинжал мага. Кстати, именно он тогда вдохновил меня стать кузнецом. Оставь его себе, Талит. Думаю, он больше пригодится тебе, чем мне. А то, что ты не маг, не страшно. Я ведь тоже не маг. Мне этот клинок уж точно ни к чему. А в тех тёмных местах, где ты можешь оказаться, любая частичка света в помощь будет.

- Благодарю. - Парень ещё несколько мгновений осматривал подарок, затем завернул обратно в ткань и сунул за пазуху.

- Здравствуй, Талит! - вдруг послышался сзади знакомый, приятный женский голос.

Талит обернулся и увидел перед собой Таю, стоявшую с корзиной фруктов и овощей. Её глаза блестели от радости.

- Ты вернулся, - произнесла девушка, очаровательно улыбаясь.

Парень, немного растерявшийся от восторженных эмоций собеседницы, лишь утвердительно кивнул. Затем всё же решил что-то сказать, чтобы не показаться не вежливым.

- Я решил зайти в гости перед тем, как покинуть Норинд.

- Ты снова куда-то отправляешься?! - печаль мгновенно накрыла прекрасное личико Таи.

- Да, завтра.

- Значит, у нас есть ещё немного времени. Пойдём, дядя Моланор будет рад тебя видеть.

Девушка взяла Талита за руку, помахала на прощание кузнецу и потянула за собой.

С тех пор, как Талит покинул Моланора и его церквушку, ничего не изменилось, кроме одного; прихожан стало больше. Священник объяснял это приближением войны.

- Многие мужчины взялись за оружие, - говорил он. - Теперь их матери, жёны, дочери приходят сюда помолиться за их благополучное возращение. Им нужна поддержка в этот трудный час. Я стараюсь дать её. Времени заниматься лекарьством почти не остаётся. - Моланор посмотрел на Таю. - Время лечить тело ушло. Пришла пора лечить душу.

Ужин выдался богатым и вкусным. Прихожане в благодарность несли священнику плоды своего труда: овощи, фрукты, хлеб, мясо. Вымотанный в дороге, Талит с аппетитом налегал на всё, вызывая улыбки на лице Моланора и Таи.

Они приняли чужого им парня, как родного. Почему-то он в мгновение ока стал членом их маленькой семьи. Талит в свою очередь с благодарностью принял новую роль, хотя ещё и не осознавал в полной мере ответственности, прилагавшейся к ней. Ему просто нравилось быть среди этих добрых, великодушных людей. Словно он был дома.

После ужина девушка взяла его за руку и повела к своему любимому месту, где, как она сказала, ей очень нравится сидеть и мечтать о будущем.

Этим местом оказалась черепичная крыша сторожевой башни у юго-восточных ворот. Знакомый стражник пропустил их наверх, наказав, чтобы, после заката, они обязательно вернулись домой, так как времена стали неспокойные.



На крыше парню и девушке открылся восхитительный вид города, готовящегося к ночи. Высокие башни, окрашенные пламенем заката, словно огненные столбы уходили в небо, возвышаясь над сереющим морем городских построек, в котором, словно звёзды зажигались точки светильников.

Но не эта картина больше всего успокаивала молодую душу Таи. С другой стороны, южнее, там, где начинался лес, в лучах заката озолотились вековые деревья. Тепло и умиротворение исходили от них. Масса душистых ароматов истекала из древней чащи, наполняя окраину города своей сладостью и великолепием. Шелест листвы ласкал слух, и свежий ветерок трепал за волосы.

- Когда погибли родители, я была ещё младенцем, - рассказывала Тая. - И сколько я себя помню, я прихожу сюда, помечтать, повспоминать их. - Она с тоской улыбнулась и поправилась: - Придумать воспоминания о них. Как бы они любили меня, если бы были живы?

- Как они погибли? - спросил Талит, взяв девушку за руку.

- Дядя Моланор рассказывал, что на караван, возвращавшийся от восточных холмов, напали гнолли. Охрану перебили, и люди бросились бежать кто куда. Мои родители схватили нас...

- Нас?! - Парень немного удивился и тут же уточнил.

- Да, меня и старшего брата. Ему года два было, когда... это случилось. - К глазам Таи подкатили слёзы. - Они убили всех. А люди бежали, просто пытаясь спастись. - Девушка сглотнула горечь воспоминаний, хотя они и были воображаемы по рассказам старого священника. - Раненный воин, которому удалось избежать гибели, подобрал меня из рук матери, застреленной арбалетным болтом в спину. Так я попала к дяде Моланору.

- А брат?

- Брат? Погиб, пожалуй, ведь никто больше не спасся. - Тая вытерла слезу, немного виновато посмотрела на Талита. - Извини, что нагоняю тоску. Я знаю, твои родители тоже погибли давно.

- Ничего. Я тоже их почти не помню. Меня воспитали... другие. - Парень сунул руку за спину и достал оттуда маленькую угольно-чёрную пластинку, вырезанную в форме замысловатого узора. Он протянул её Тае. - Возьми этот... амулет в качестве подарка. Грядёт война, и я не знаю, когда мы вновь увидимся. Носи его всегда с собой. Он выручит тебя в трудную минуту.

- Спасибо. - Тая взяла пластинку и сжала её в руке, словно она уже была ей дорога. – Но, а как же ты? Разве тебе он не пригодится в тех опасных местах, где ты можешь оказаться?

Талит улыбнулся.

- Со мной ничего не случится. А вот тебе, возможно, придётся покинуть Норинд, когда начнётся война.

Тая лишь согласно кивнула, крепче сжав чёрную пластинку.

Ночь тянулась долго. Талит не мог уснуть, чему сам удивлялся. Обычно он спал беспечным, мирным сном. Но в этот раз мысли будоражили, не давая покоя. Неужели Тая... его сестра? Если это так, он позаботится о ней, сделает всё, чтобы никакая опасность не угрожала её жизни. Но, видимо, Тая ещё не заметила... или не захотела заметить совпадения в их историях. У неё к нему, очевидно, несколько иные чувства.

Талит поднялся задолго до рассвета, пока все ещё спали, и незамеченным, чтобы лишний раз не прощаться, ушёл.

Королевские оружейные долго искать не пришлось. Звон наковален, громкие разговоры мастеров и воинов наполняли окрестности. Парень прошёл в ворота, вновь предоставив стражам в качестве пропуска печать Налимгота, и оказался в большом дворе, окружённом кузницами, оружейными мастерскими, кладовыми и прочими постройками.

Несколько обозов загружались оружием и доспехами. Паладины, которых тут оказалось с десяток, руководили этим действом. С другой стороны двора в два ряда выстраивались пехотинцы. Их число росло с каждой минутой.

Талит бродил среди обозов, пытаясь отыскать Дассира. Его замечали, смотрели, кто с любопытством, кто оценивая, но никто не останавливал и не заговаривал. Парень уже и сам собирался обратиться к ближайшему паладину с вопросом, как вдруг с противоположной стороны кто-то громко закричал, обратив к себе общее внимание.

Все кинулись к источнику крика, хотя те, кто был к нему близко, наоборот, старались поскорее оттуда убраться. Там что-то грохотало, словно десяток кузнецов стучали металлом прямо по камню двора.

Талит тоже приблизился к кругу солдат, опасливо выставивших копья вперёд, и увидел вихрь из раскалённых, пылающих стальных прутьев. И в центре этого смертельного круговорота кто-то был, кто в неистовом порыве крутился и махал руками, создавая и направляя его. Прутья били в том числе и по камню, выстилавшему двор. Искры фонтанами взмывали вверх, после каждого удара, словно извергался маленький вулкан. Часть искр метнулась к ближайшему деревянному сарайчику. Огонь начал заниматься, но стоявшие там мастера и солдаты успели задушить пламя в зародыше.

Талит с любопытством наблюдал за происходящим из-за спин солдат. Подоспевшие паладины спешились и, выхватив мечи из ножен, приблизились. В округе чувствовалась магия, не сильная, но всё же магия.

- Я сам! - прозвучал у всех над головами знакомый голос.

Дассир на ходу спрыгнул с коня, подошёл ближе остальных и, выставив правую руку вперёд, стал сокращать расстояние, переключив внимание источника вихря на себя.

Что-то происходило на уровне магии или близком к нему. Вихрь стал замедляться. И тут камень, брошенный чей-то меткой рукой в затылок человеку, являвшемуся центром смертоносного смерча, приостановил круговерть. Два раскалённых стальных прута, медленно краснея и темнея, разлетелись в стороны, чуть не покалечив близстоящих зрителей, а их владелец опустился на колени и потом рухнул навзничь, потеряв сознание.

Дассир опустил руку и скомандовал унести человека и позаботиться о нём. Несколько солдат поспешили исполнить приказ. Постепенно все стали расходиться. Талит подошёл ближе и поднял достаточно крупный булыжник, использованный в качестве успокоительного одним из паладинов, взвесил его в руке. Мостовой камень вокруг был расколот, почти превратившись в крошку. Невероятная сила заколдованной раскалённой стали раздробила его.

- Кто это был? - поинтересовался Талит у Дассира, стоявшего в паре шагов.

- Берсерк. Новый вид воина, обученного некоторым магическим приёмам. Войдя в неистовство, он способен сокрушить много врагов парой раскалённых стальных прутьев. Иногда, правда, случаются и такие непредвиденности. Люди это особенные, горячие. Им, в прямом смысле слова, не стоит попадаться под горячую руку.

Дальнейшая погрузка прошла без происшествий, и караван двинулся в путь. Покинув город через северо-западные ворота, он миновал поля, где уже началась уборка хлеба. Ещё через некоторое время к нему присоединились другие отряды, прибывшие из окружавших Норинд селений и малых городов.

Теперь это уже было серьёзное подкрепление, призванное усилить оборону северо-западных границ и крепости Омагон, оплота Тадалона в тех краях.

Талит уже привычно расположился в одной из телег и с любопытством наблюдал. Паладинов стало больше, десятка три. Они распределились вдоль всего каравана, время от времени отдавая распоряжения. Было видно, они здесь главные. Около двух сотен мечников, разделившись на четыре группы тоже шли в охранном порядке. А вот лучники и арбалетчики двигались сами по себе, кто пешком, кто в обозах. Их тоже набралось чуть больше сотни.

Два дня двигался караван через большую равнину. Изредка встречались дубовые рощи. Две маленьких речушки позволили пополнить запасы воды. Южнее вдали виднелись маленькие деревни. А севернее, у подножия Серых гор, встречались укреплённые пограничные поселения. От основной дороги туда уходили ответвления.

К полудню третьего дня, когда караван повернул на север, вдали на западе замаячили постройки крепости, предвещавшие скорое окончание пути.

- Это Омагон, - сообщил один из солдат, с которым Талиту удалось познакомиться. - Если не удержим нежить на границе, эта древняя крепость будет связывать главные силы врага от наступления вглубь королевства.

- А сейчас мы куда направляемся?

- В Бордонар. Это укреплённый район, наша первая линия обороны. Вон, - солдат указал рукой вперёд, где уже показались первые каменные башни, - смотри.

Бордонар просто кипел работой. Старые укрепления в спешном порядке обновлялись, новые вовсю возводились в усиленном темпе. Около двух тысяч воинов Тадалона готовилось тут к обороне, и по слухам в пути находились ещё большие силы. К тому же народ поговаривал о войске Ленагора, которое должно вот-вот выступить из Трафоба на подмогу.

Именно в центре всей этой суеты Талит и отыскал Налимгота, командовавшего подготовкой к обороне. Глава паладинов беспрерывно отдавал приказы, выполнявшиеся скоро и с наибольшей точностью. Его авторитет, как непревзойдённого воина и полководца, был настолько высок, что казалось, его понимали с полуслова. И никто не осмеливался ослушаться его.

- А, Талит, - скупо улыбнувшись и положив руку на плечо, приветствовал он своего посланника. - Признаюсь, я тебя заждался. Надеюсь, всё в порядке?

- Вот. - Парень без лишних слов достал из-под рубахи свёрток и передал паладину.

Тот развернул послание, сдвинул брови, читая.

- Что ж. - Налимгот вновь посмотрел на Талита суровым пристальным взглядом, в котором промелькнула искорка радости. - Хорошую новость ты принёс мне. Орда вступит в войну с нежитью и прикроет Ленагор с востока. Какое вознаграждение ты желаешь получить за оказанную помощь?

- У меня есть одна просьба, которую можете исполнить только Вы, - немного загадочно начал парень. Паладин слегка поднял правую бровь в немом вопросе. - В этот мир вторглись демоны, - не сразу продолжил Талит, взвешивая каждое слово. - Это они ведут нежить на людей и орков. Их силы растут с каждым днём, и в этой войне вам не выстоять. - И спешно добавил: - Несмотря на всю подготовку.

- Уж не предлагаешь ли ты сдаться или бежать и прятаться? - В голосе Налимгота повеяло грозой, заставив окружающую суету на мгновение стихнуть.

- Нет, - коротко и спокойно ответил парень. - Я предлагаю собрать отряд и атаковать самих демонов напрямую.

- Как ты хочешь это сделать? - Теперь Налимогот невольно принял роль «обороняющегося». - Они, я так понимаю, у Саруса обосновались. И до Саруса нам точно не пробиться. Пойдём.

Главный паладин вывел Талита из своего штаба. По лестнице, располагавшейся рядом, поднялись на стену, построенную сразу на укреплённом валу, перед которым работники усердно расширяли и углубляли старый ров, оснащали его рядом деревянных пик и подготавливали смолу. Со стены можно было разглядеть пустынную равнину на севере, земли нежити. Где-то далеко там едва виднелась двойная вершина горы, над которой поднимался чёрный дым.

- Вот Сарус, - указал на вершину Налимгот. - Если двигаться по прямой и без... приключений… туда идти три недели. Если на лошадях, две. Уже сейчас мои разведчики наблюдают по ночам скрытые перемещения мертвецов, скапливающих силы на северо-востоке. - Паладин вновь указал направление. - Нам нигде не пробиться и не обойти. Как ты хочешь туда добраться?

- Через Ущелье Серых гор, - спокойно ответил Талит, заставив собеседника широко раскрыть глаза.

- Ха… Ты откуда, парень?! - Налимгот, видимо, теперь совсем держал его за глупца и не собирался дальше выслушивать. - В Ущелье Чёрный лес, полный тёмной магии и духов. Через него никто не пройдёт. Даже нежить со всем своим войском не решается туда соваться.

- Именно поэтому на той стороне никто не будет нас ожидать. Демоны соберут свои войска для атаки к западу и востоку от Серых гор. Мы сможем подобраться к Сарусу, если удастся, даже не замеченными.

- Талит, ты не слушаешь меня?! Через Чёрный лес дороги нет! Там...

- Нас пропустят, - спокойно заявил парень, осмелившись перебить главного паладина королевства.

Налимгот, немного ошарашенный, чуть не поперхнулся и внимательно всмотрелся в спокойный, уверенный взгляд молодого человека, которого всё это время держал за неплохого паренька. Теперь он, словно возмужал, преобразился, заставив взглянуть на себя по-другому.

- Кто ты, чёрт возьми? - Взгляд ясных глаз буравил парня.

Но Талит не ответил так, как хотелось паладину.

- Я тот, кто пытается спасти этот мир. - И он вновь с некоторой настойчивостью повторил: - Нам нужно собрать отряд.

- Сколько человек тебе надо? - Паладин всё же решил дослушать мысль стоящего перед ним загадочного незнакомца, возникшего на месте простого мальчишки.

- Немного… и я, думаю, лучше даже не человек. - Парень ответил на молчаливый вопрос Налимгота: - В Орде я встретил могучего воина, которого сопровождает эльфийская охотница…

- Сумеречный эльф? - насторожился неожиданно Налимгот.

- Да, - коротко подтвердил Талит.

- Хорошо, - поразмыслив, сообщил главный паладин. - Если найдёшь толковых спутников, я пойду с тобой. Но мне нужно время, чтобы укрепить оборону Тадалона.

- Я отправляюсь обратно к оркам, чтобы собрать остальных воинов. К тому же войска нежити должны завязнуть в сражениях и освободить нам проход. Встретимся через две недели у входа в Ущелье Серых гор?

- Я буду там, Талит. Пойду с твоим отрядом, по крайней мере, до Чёрного леса, а там будет видно. И, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Парень лишь коротко кивнул, бросил взгляд через пустынные земли к Сарусу и спустился со стены. Ему снова надо отправляться в путь. Но завтра.

Глава 8. Отряд

- Я не собираюсь принимать на себя роль вождя! – буквально разрывал воздух своим рёвом Лигром.

В последние дни Традра серьёзно беспокоило поведение лучшего воина клана и сына недавно скончавшегося вождя. Его настроение становилось всё более непредсказуемым, а возбуждался он мгновенно из-за любой мелочи. Ещё больше бесили его чьи-нибудь попытки успокоить его.

- Ты великий воин, - покорно склонил голову Традр, стремясь охладить пыл собеседника. – Но нашему клану нужен вождь. Если мы собираемся воевать в составе Орды… Кто же лучше тебя сможет руководить нами?

- Ты! – немного спокойней ответил Лигром.

Мастер клинка сам порою не понимал, что с ним творится. Его даже пугали собственные перепады настроения. Ему всё чаще хотелось кого-нибудь убить, придушить, растерзать. И держать себя в руках становилось всё сложнее.

- Ты будешь вождём! – повторил Лигром, нарушив возникшую паузу.

- Я не могу быть вождём, - произнёс Традр так, словно такое было просто невозможным. – Ты забыл? Меня коснулась рука смерти. Твой отец…

- Мой отец мёртв, - резко отрезал Лигром. – Он не готов был принять верное решение и поплатился за это. Как и ты. Если бы он не погиб, наш клан оказался бы сейчас между людьми и нежитью, как между молотом и наковальней.

Мастер вновь почувствовал бурю внутри себя, рвущуюся наружу, и замолчал. Традр это заметил.

- Ты спас наш клан. За тобой он пойдёт. Но ты волен выбирать свой путь.

- Давай отложим этот разговор. – Лигрому хотелось уже выйти. – У нас ещё будет время закончить его.

Традр склонил голову в знак согласия, и его собеседник спешно покинул шатёр.

Клан Красный Рог, прибыв во владения Белого Клыка, получил от Кролона южные территории в полдня пути от Полока для основания собственного поселения. Этим клан и занимался последний месяц. Рабочие и воины возводили хижины и ограждения, фермы и ремесленные постройки. Ещё очень много предстояло сделать и начать активную заготовку провизии на зиму. Кроме того, уже все знали, грядёт война, и орки примут в ней участие.

Именно в такой ситуации Красный Рог очень нуждался в сильном и мудром вожде. Однако Лигром считал себя не только не обязанным взвалить на себя такую ответственную роль, но и не достойным её. Традр, опытный и мудрый орк пытался переубедить его, но не смог. Лигром желал другого, и эльфийка своим стремлением на север лишь подрывала все старания Традра.

Едва мастер клинка отвлёкся от тревожных мыслей и взялся помогать воинам возводить сторожевую башню, как прибыл гонец из Полока. Кролон звал Лигрома к себе, чтобы обсудить кое-какие вопросы. От такого приглашения не отказываются, поскольку Кролон не только мудрый вождь более сильного орочьего клана, но и гостеприимный хозяин этих земель.

Так Лигром вновь оказался в Зале Старейшин перед мудрейшими орками Орды. Но оказался он там не один. Странный человек, которого ему уже доводилось видеть тут раньше, едва слышно разговаривал с вождём в стороне. Аленгат, старый, седой орк медленно подошёл к ожидающему мастеру клинка, сопротивляющемуся очередному наплыву гнева, вызванному всего лишь тем, что ему приходилось ждать.

- Ты беспокоен, друг мой, - совершенно хладнокровно заметил старейший. Лигром посмотрел на него, сдержав недовольный рык. – Я наблюдал за тобой. - Аленгат медленно поднял руку и слегка ткнул им в могучую грудь воина. - Ты не один. Ты знаешь об этом?

На этот раз Лигром удивлённо глянул сверху вниз на старца. Неужели этот старик знает о нём больше, чем он сам?

- Ты испил кровь демона, не так ли? – Этим вопросом Аленгат, словно громом среди ясного неба, вдруг дал ответ на множество вопросов, будоражащих ум мастера клинка. – Ты становишься сильнее, и эта сила разжигает тебя изнутри. Пока ты не сгоришь, она будет овладевать тобой, омрачая рассудок и распаляя чувства.

- Как... – Лигром с трудом пытался сложить мысли в вопрос. – Что ты знаешь об… этом?

- Немного. – Казалось, спокойствие было присуще этому старому орку, как текучесть воде. - В четырёх днях пути к юго-западу, недалеко от границы Комнского леса и земель ночных эльфов живёт отшельник, генхан. Возможно, он сможет помочь тебе справиться с твоим недугом.

Разговор орков прервало появление Сим. Эльфийка ворвалась в зал старейшин вся взбешённая, словно порыв горячего ветра.

- Этот проклятый труп ничего не хочет говорить!

Кролон и Талит тоже замолчали и обернулись к охотнице.

- Ну, раз наша эльфийская гостья тоже соизволила посетить нас, - провозгласил вдруг вождь Белого Клыка, - начнём нашу беседу.

Все собрались в центре зала и расселись. Сим несколько недовольно оглядела возникший круг из орков и человека, почувствовала себя, видимо, несколько неуютно стоя и тоже опустилась на медвежью шкуру рядом с Лигромом.

- Наш юный друг, Талит, - начал Аленгат, коротко указав рукой на паренька рядом с собой, - на удивление хорошо осведомлён о предстоящей войне с нежитью. Его, как и нас всех, очень беспокоит появление в нашем мире чуждых ему демонов, взявших контроль над мертвецами. Мы готовы сражаться за наши земли и жизни до последнего вздоха, но, кажется, этого будет недостаточно. Талит предлагает найти и уничтожить демонов прямо в их логове. И сделать это необходимо поскорее.

- Ну, хоть один нашёлся моего мнения, - фыркнула Сим, наконец, одобряюще взглянув на человека. – Молодец, мальчик!

- Для этого, - продолжил Кролон, убедившись, что эльфийка закончила и готова слушать дальше, - он предлагает собрать небольшой отряд из лучших воинов и подобраться к Сарусу через Чёрный лес.

После этих слов многие зашевелились, не зная, что сказать, но желая как-то выразить своё удивление. Вождь поднял руку, призывая всех успокоиться и слушать дальше.

- Талит уверяет меня, что путь через Чёрный лес не только безопасен для отряда, но и обязателен для успеха предприятия. Признаю, я не совсем понимаю смысл, но в одном мальчишка прав... мы не выдержим совместного натиска нежити и демонов. Возможно, мы выиграем одну или две битвы, но победить в этой войне… - Кролон покачал головой.

- Кто пойдёт в отряд? - спросил Лигром. Ему эта затея показалась тем самым выходом, который он искал, чтобы обуздать непонятный гнев, бушующий внутри, а также возможностью выполнить обещание, данное Сим, и причиной отказаться от роли вождя Красного Рога.

Эльфийка в свою очередь тоже оживилась.

- Один демон всё равно мой, - заявила она, воодушевившись. – Так что я с тобой, мальчик.

- Я буду вашим проводником, - наконец, нарушил молчание и Талит. – Великий воин людей, Налимгот тоже пойдёт с нами. Если мастер клинка и эльфийская охотница присоединяться…

- Мы с тобой, парень, - склонил голову Лигром.

- Ещё нам нужен мертвец, о котором говорила Сим. - Талит не знал, кто это, но сразу понял, что представитель нежити мог бы быть очень полезным союзником.

- Он пойдёт, - тут же заявила охотница, но поймала строгий взгляд Лигрома.

- Я поговорю с ним, - заявил он.

- Пятеро?! - Аленгат в недоумении поднял бровь. - Маловат отряд.

- С этим не поспоришь, - согласился Кролон. – Я знаю, все мои воины готовы будут взять штурмом Сарус, но они нужны здесь. Нам надо удерживать натиск нежити.

- Сходите к отшельнику. – Аленгат не забыл о крови демона, бушующей в мастере клинка. Она могла сыграть печальную роль в будущем походе, и её стоило усмирить. - Думаю, несколько дней ещё есть. К тому же сильный шаман для вашей затеи необходим.

- Тогда не медлите! - Кролон поднялся. - Отправляйтесь к отшельнику немедленно. С королём-личем я договорюсь.

На этот раз Талит несколько удивлённо глянул на вождя. Он чувствовал присутствие магии нежити и понимал, что мёртвый пленник не какой-нибудь вурдалак, но чтобы им оказался сам владыка нежити… Это увеличивало ничтожные шансы отряда на успех.

Талит, Лигром и Сим выдвинулись в путь практически сразу. Аленгат подробно объяснил им дорогу и, отведя в сторону Сим, попросил присмотреть за Лигромом и не раздражать его своим резким поведением. Эльфийка не совсем поняла, к чему это, но пообещала старцу постараться.

Аленгат немного недооценил скорость путников, так как они преодолели четырёхдневный путь всего за три.

Комнский лес на юге становился более тёмным и густым, плавно переходя в великий лес сумеречных эльфов. Но в одном месте, где два древних лесных царства соприкасались, имелась небольшая поляна, к которой приближались могучий орк, ловкая эльфийка и загадочный человек.

Лигром не ожидал атаки, когда вдруг с растущец над головой ветки на него кинулась змея. Мастер упал на землю, стараясь руками ухватить тонкое и гибкое тело пресмыкающегося, но у него ничего не выходило. Руки словно хватали пустоту. Сим молниеносно пустила стрелу прямо в голову змеи, но та проскочила насквозь, уткнувшись в траву.

- Посмотрите сюда! – позвал Талит, воспользовавшийся мгновением схватки, чтобы запрыгнуть на ветку, с которой кинулась рептилия. На ней стоял маленький сосуд с непонятной жидкостью, источающей неприятный запах.

Орк и эльфийка подняли взгляды, и сверху к ним полетел тот самый сосуд. Когда он упал в траву, змея, словно дым, растворилась в воздухе.

- Магия, - недовольно фыркнула Сим, стыдящая себя за то, что не разгадала ловушку раньше человека.

Лигром молча поднялся и отряхнулся. Его кипящий гневом взгляд не сулил шутнику-отшельнику ничего хорошего. Однако пришли они за помощью, поэтому стоило придержать гордость и своенравие при себе.

- Пойдём! – прорычал недовольный орк едва слышно.

Спутники сделали ещё около сотни шагов и там уже распознали сквозь листву вдали небольшую полянку и хижину, рядом с которой над костром висел котелок. Испарения содержащихся в нём трав разлетались по округе, лаская нюх и умиротворяя сознание.

- А, гости пожаловали, - раздался тут украшенный необычным акцентом голос откуда-то сверху.

Путники глянули вверх и увидели сидящего у них над головами крупного генхана, с серо-голубым оттенком кожи, ярко-красным гребнем на голове и могучими длинными клыками. Тот с любопытством смотрел на них сверху вниз, оценивая. Его тело украшало множество различных амулетов и прочих «безделушек». При движении они стучали друг об друга, издавая тихий, приятный деревянный звон.

- Ты спустись и узнаешь, гости мы или нет, - недовольно проворчал Лигром, вложив вызов в свои слова.

Генхан соскользнул по ветвям вниз быстро и бесшумно. Он возник перед орком лицом к лицу, и было видно, по силе и ловкости шаман-отшельник ненамного уступал великому воину Красного Рога. Он глянул снизу вверх прямо в глаза мастеру клинка, стоя так близко, что его клыки едва не касались груди Лигрома.

Все напряглись, выжидая. Никому сейчас не хотелось стать свидетелями схватки орка, охваченного бешенством крови демона, и колдуном-генханом с непредсказуемым характером и опасными заклинаниями в арсенале.

- Друзья, - встрял Талит, желающий как раз не допустить такого развития событий, - у нас есть общий враг. Возможно, стоит…

- Стоит, - поддержал тут же генхан, поворачиваясь к человеку. – Я – Ирзумга. Пошли!

Хозяин здешних окрестностей повернулся и зашагал к хижине, словно совсем забыл про разгневанного орка за своей спиной. Тот сделал глубокий вдох и бесшумно метнулся вперёд. Клинок блеснул на солнце…

Ни Сим, ни Талит не успели даже вскрикнуть, чтобы предупредить генхана. Меч Лигрома уже почти достиг плоти своей жертвы, как Ирзумга, словно чудом, извернулся в последнее мгновение, нырнул вниз и ловким ударом ноги вывел из равновесия мастера клинка. Тот пролетел вперёд, перекувыркнулся, вскочил и вновь бросился в атаку.

В руке генхана появилось необычное, изогнутое двустороннее копьё. Вертясь, оно полетело в орка, но было отбито мечом и со звоном улетело в сторону.

- Хватит! – Ирзумга выставил руку вперёд, обескуражив этим Лигрома. – Драться будем с другими. – Мастер клинка остановился, опустил меч, и гнев его приутих. – Я вижу, зачем пожаловали. Сущность демона надо изгнать из орка вашего. Странная сущность у него. Необычная.

Генхан на мгновение задумался, словно мысленно споря с самим собой. Талит и Сим замерли, ожидая продолжения, но тот лишь нахмурился и зашагал в сторону хижины. По пути копьё само вернулось ему в руки.

Усевшись перед хижиной, путники рассказали шаману о своём плане и намерениях, о схватке Лигрома с демоном и странных изменениях, происходящих в нём с тех пор.

- Я попробую обратить действие проклятия крови, - заявил Ирзумга, дослушав рассказ. – Что получится, не знаю. Ты, - он ткнул пальцем в Сим, - иди на охоту, принеси нам чего-нибудь на ужин!

- Ещё чего, - отозвалась недовольная таким обращением эльфийка.

- Орк, понятно, остаётся тут, - соизволил объяснить генхан. – У мальчика даже оружия нет. Ты – охотница. Иди, занимайся своим делом.

- Я охотница на всякую нечисть, а не на безобидных животных.

- Си-им! – зарычал Лигром.

- Ладно, - фыркнула та в ответ. – Я пойду. Но добычу выберу на свой вкус.

Эльфийка развернулась и почти мгновенно скрылась в лесу.

Пока Лигром и Ирзумга занимались своими ритуалами, Талит блуждал по округе, не зная, чем заняться.

Солнце уже склонилось к закату. Кроны деревьев окрасились алым. Человек блуждал среди вековых стволов, размышляя о предстоящем походе. Мысли его были тяжелы, и лес каким-то чудесным образом это ощущал. Деревьям такие думы совсем не нравились. Они нарушали здешний покой и гармонию.

Талит в свою очередь тоже чувствовал недовольство окружающего леса. Он прикасался ладонями к толстым стволам, пытаясь... успокоить. Деревья не особо верили ему, словно пытаясь отодвинуться. И парень не настаивал. Он лишь старался отогнать тревожные мысли.

Лигром и Ирзумга всё ещё не показывались из хижины. Талит мог лишь догадываться о происходящем там. Он мало понимал в шаманизме орков, как, впрочем, и в магии людей, но чувства его могли воспринимать их присутствие и силу.

Увлекшийся своими размышлениями человек отошёл на приличное расстояние от жилища генхана-отшельника. Когда уже стемнело, он решил вернуться, поскольку Сим должна была возвратиться с охоты, а Ирзумга, очевидно, рассчитывал закончить свой ритуал к ужину.

Однако в этот момент с грозным рычанием из кустов на него бросился огромный медведь. Талит едва успел увернуться, чтобы не попасть в могучие и, пожалуй, смертельные объятия зверя.

Медведь, промахнувшись, гневно заревел, сменил направление и вновь бросился в атаку. Огромная лапа содрала кору с дерева за спиной человека, когда тот, увернувшись, нырнул вниз. Ещё в движении парень выхватил кинжал, подарок кузнеца Нирофона, и вонзил его медведю в заднюю левую лапу.

Зверь взвыл от боли. Его глаза налились кровью от бешенства. Такой ловкости и проворства от человека он не ожидал. Рана и промахи ещё больше распаляли медведя.

Но тут с дерева спрыгнула Сим. В её руках не было оружия. Она казалась спокойной и не желала драться со зверем. Талит, воспользовавшись мгновением, отскочил от взбешённого медведя и замер, держа кинжал наготове. Эльфийка сделала шаг навстречу бурой горе меха, вооружённой смертельной силой и длинными острыми когтями.

Однако ещё один сюрприз не заставил себя ждать. Из кустов на всех парах вылетел рослый и сильный сумеречный эльф. Он тут же накинулся на Талита, сбил его с ног и замахнулся, чтобы нанести удар изящным изогнутым мечом. Но молниеносно пущенная Сим стрела, попавшая в рукоять меча, буквально вырвала его из рук эльфа.

- Хватит! – прогремел гневный голос Сим. Его звучание, словно гром, взорвалось среди деревьев так, что все замерли. Даже медведь от неожиданности притих.

Эльф отпустил Талита и встал. Парень перекувыркнулся назад и вскочил, встав рядом с охотницей.

- Сим! – произнёс сумеречный эльф несколько растерянно.

- Что тебе здесь нужно, Дородрис? – От Сим, по-прежнему, веяло грозой.

- Я искал тебя, - отозвался эльф. – После того, как… погибла Лаи… ты исчезла… я беспокоился…

- Не стоило. – Хладнокровие охотницы говорило о напряжённых отношениях между ней и этим Дородрисом. Талит почувствовал себя лишним. А медведь, сев, принялся зализывать раненную лапу.

- Я пытаюсь защитить тебя.

- От кого? Твой медведь пытался растерзать моего друга.

- Твоего друга?! – На этот раз эльф не выглядел виноватым. Он высокомерно глянул на человека. – Ты связалась с человеком?

- Ради мести я свяжусь хоть с самой смертью.

- А-а, мои новые друзья нашли себе друзей поновее. – Из-за деревьев показались Ирзумга и Лигром.

Орк выглядел изнеможенным, но при виде эльфийского друида и его грозного медведя, молча достал из-за спины свой меч, изготовившись к схватке. Однако ночного эльфа мастер клинка мало интересовал. Он больше не собирался сражаться, поэтому лишь с подозрениеми некоторым пренебрежением глянул на того и повернулся снова к Сим.

- Что с тобой произошло? Кто они?

- Это мои спутники. Лаи убил демон, и они помогут мне его прикончить.

- Мы отправляемся в земли нежити, - решил объяснить Талит, – и собираем отряд, чтобы схватиться с демонами. Помощь нам не помешает.

- Даже не старайся, - повернулась Сим к человеку, бросив презрительный взгляд на друида. – Дородрис не поможет нам. Он занят внутренними интригами королевства сумеречных эльфов. Ему нет дела до низших созданий и их забот.

- Интриги – это нехорошо, - заявил Ирзумга. – Ты, охотница, нам ужин принесла?

- Принесла, - бросила недовольно эльфийка. – Там, - она кивнула головой за спину, - у дерева оставила.

- Тогда пошли. – Генхан шагнул к друиду, ткнул его пальцем в грудь. – Ты с нами пойдёшь?

- Нет, - коротко ответил тот. – Мне пора возвращаться в свои края.

- Ну, нет, так нет, - совсем не расстроившись пожал плечами шаман и направился в сторону хижины.

Лигром убрал меч и пошагал следом. Талит глянул на Сим, желая понять, что сделает она, затем последовал за остальными. Эльфийка в свою очередь уже шагнула в сторону дерева, где скинула добычу, когда Дородрис взял её за руку. Он выглядел опечаленным.

- Ты уверена, что хочешь отправиться с этими… - он замолчал, подбирая слова.

- Уверена, - не стала дожидаться окончания охотница. – Они сильные воины, и я им доверяю. – Она на мгновение задумалась. – Ты можешь отправиться с нами, если пожелаешь.

- Нет, - поразмыслив ответил друид. Затем виновато добавил: – Моё место среди эльфов. И даже ради тебя я не готов покинуть их.

- Печально. Впрочем, всё как всегда.

Сим уже повернулась, чтобы идти, но Дородрис остановил её.

- Будь осторожна в тех злополучных местах, куда заведёт тебя дорога мести. Я буду молиться о твоём возвращении.

- С севера надвигается большая война. Возможно, люди и орки не достойны нашего общества, но, ради спасения самих себя, мы должны помочь им выстоять. Пусть сумеречные эльфы не остаются в стороне.

- Я обещаю передать твои слова Верховному Совету. Прощай! – Дородрис повернулся к медведю, обнюхивающему корни деревьев в нескольких шагах слева. – Пойдём, Гру!

Косолапый отвлёкся от своего занятия и побрёл вслед за друидом, удаляющимся в сторону леса сумеречных эльфов. Он ещё раз глянул на Сим, прорычал что-то жалобное, словно извинялся, и исчез в густой листве сразу за хозяином.

Ужин выдался немного бедным на мясо, поскольку Сим принесла с собой только одного фазана, которого, конечно же, для могучего орка, шамана и человека оказалось маловато. Однако у генхана имелись кое-какие запасы ягод, фруктов и кореньев, которые заполнили пустоты в желудках путников.

- Мне не знакома магия демона, отравившая вашего друга, - объяснял Ирзумга, качая головой. – Многое попробовал. Гнев притупил, жажду крови затушил, проклятую кровь не осилил.

- Что это значит? – поинтересовался Талит, беспокоящийся об успехе всего предприятия.

- Когда-нибудь, - вместо шамана ответил Лигром, - я всё же обращусь в демоническую сущность, подвластную тому, чья кровь попала в мои жилы.

- Но это будет не скоро, - перебил его Ирзумга. – Ваш путь, вероятно, уже будет пройден.

- Мы потеряем его? – не отставал человек.

- А если мы покончим с демонами? – вставила свой вопрос и Сим.

- Не знаю. – Генхан пожал плечами, затем, немного поразмыслив, добавил: - Надо пойти, посмотреть.

- Куда пойти? – не сразу сообразила охотница.

- К Сарусу, конечно. Я пойду с вами. Маловато вас для демонов. Восемь их. Разные они. Вожак у них есть и мать. Зверь и громила. Королева и слуга. Любая сила нам не повредит. Возьмём с собой и короля мёртвых, и паладина. Справимся или нет, мальчишка прав – идти надо к двойной горе, сражаться.

- Откуда ты знаешь столько про этих демонов?! – удивился Лигром.

- Духи, - просто ответил генхан, беззаботно жуя корень.

На следующий день выдвинулись в обратный путь. Шли налегке. Лишь Ирзумга взял с собой достаточно объёмный мешок, пояснив, что это подарки для Аленгата.

Примерно на половине пути к Полоку Сим, скакавшая по деревьям впереди отряда, остановилась, заметив нечто подозрительное. На кусте в нескольких шагах листва была измазана кровью.

Спрыгнув на землю, эльфийка присела у куста. Остальные догнали её и с любопытством остановились за спиной.

- Орочья кровь, - коротко сообщила Сим, поднимаясь. – Совсем свежая.

Словно порыв ветра, охотница метнулась сквозь куст и исчезла из вида. Лигром рванул за ней не менее быстро. Талит и Ирзумга последовали.

Через всего сотню шагов отряд остановился возле израненного орка, лежащего в траве у дерева. Лигром кинулся к нему и приподнял голову. Орк, явно принадлежащий к Белому Клыку, приоткрыл глаза и тут же закашлялся, выплёвывая сгустки крови.

- Кто на тебя напал? – не теряя времени спросил Лигром, пока Ирзумга готовил ритуал излечения.

- Дикие люди, - выдавил раненый орк.

- Дикие люди? – переспросили разом Талит, Лигром и Сим.

- Западней живут, - словно невзначай пояснил Ирзумга, продолжая возиться в мешке. – Гнилые люди, злые, слабые. Застава орков охраняет границу там. Этот орк оттуда.

В то время, пока шаман давал свои короткие пояснения, раненый орк с недоумением поглядывал на своих спасителей. Незнакомый орк, эльфийка, человек и генхан. Чего от них ожидать?

- Покажи направление! – зло сверкнув глазами, потребовал Лигром у Ирзумги.

Шаман ткнул пальцем на запад, и мастер клинка сорвался с места. Сим кинулась следом.

- Иди! – коротко приказал Ирзумга, замешкавшемуся Талиту. – Я спасу орка. Будет он жить. Помоги там.

Через несколько минут бега Лигром заметил над верхушками деревьев поднимающийся дым, чётко указывающий направление. Слегка подправив свой курс, мастер ускорился. Некоторое время спустя послышались звуки схватки и крики. Пришлось замедлиться и стать осторожней.

Буквально через несколько мгновений, двигаясь по деревьям, Лигрома догнала Сим. Со своего места на ветке она уже могла рассмотреть заставу орков.

Форпост представлял собой почти круглое поселение, огороженное мощным частоколом метра три высотой. Три дозорные башни располагались треугольником на равном расстоянии друг от друга и обеспечивали достаточно полный обзор окружающего леса. Вокруг форпоста лес вырублен полосой шагов в двадцать шириной, дабы никто не смог подобраться незамеченным. Одни единственные ворота располагались с юго-западной стороны и были распахнуты.

- Что там? – нетерпеливо поднял голову вверх мастер клинка.

Восстановить картину произошедшего для охотницы не составило особого труда. С северной и западной сторон в частоколе наблюдались проломы. Взгляд на дальнюю башню подтвердил догадку. Атака началась с неё. В теле дозорного торчали сразу три ровненьких, отлично сделанных стрелы. Под башней пробили первую брешь, чтобы затруднить защитникам обстрел атакующих с других башен. Когда же орки ринулись в рукопашный, и всё внимание оказалось приковано к западной стороне, с севера нанесли второй удар. Здесь на земле валялось толстое бревно, использованное в качестве тарана.

- Сотня дикарей прорвалась внутрь, - наконец начала Сим, но обнаружила, что Лигром уже метнулся к раскрытым воротам, не дожидаясь её ответа.

Ругнувшись по-эльфиски, охотница бесшумно перебралась по деревьям ближе и заняла удобную для стрельбы позицию. Этого глупого орка стоит прикрыть. Возможно, он быстр и силён, но и безрассуден. Хотя... ведь это именно он остановил её от необдуманного преследования демона. Сим на мгновение удивилась своим мыслям. С каких пор это она считает свои действия необдуманными, а действия орка разумными?

В этот момент из леса выбежал Талит. Он остановился на краю поляны, наблюдая и пытаясь понять, что происходит. Лигром тем временем миновал распахнутые изнутри ворота и ринулся в бой. Сначала он действовал как ветер, стремительно и бесшумно, свалив троих первых попавшихся под руку дикарей. Те даже не успели понять, откуда на них дохнула смерть.

Тем временем оставшийся десяток орков окружили и длинными грубо выстроганными пиками прижимали к южной ограде. Последние огрызались, делали выпады, хватая неосторожных дикарей, но шаг за шагом отступали, всё больше попадая в ловушку, из которой им уже не спастись.

Сим натянула тетиву. Ещё мгновение...

Талит метнулся к воротам и уже там услышал рёв Лигрома, открыто кинувшегося на строй дикарей с тыла, привлекая к себе внимание. Два бородача свалились рядом с ним наземь, сражённые эльфискими стрелами. Талит скользнул за ворота, поднимая по пути орочий топор, хозяин которого лежал убитым лицом вниз. Видимо, он открывал ворота, чтобы выпустить гонца, и был убит в спину ржавым ятаганом.

Орки, увидевшие подмогу, хором заорали и воодушевившись кинулись на окружавших дикарей. Бой разбушевался с новой силой. Мечущийся в толпе Лигром косил врагов с такой стремительностью, что казался злобным дыханием ангела смерти. Там, где он не успевал, дикари падали от невидимой кары эльфийской охотницы. Вырывающиеся из окружения орки окончательно разрушили строй врага. В предсмертные крики замешались испуганные вопли ещё живых, и дикари кинулись врассыпную.

В ограде заставы имелось три выхода, через которые, как зерно из дырявого мешка, посыпались драпающие дикари. Они бежали бросая всё захваченное и принесённое с собой, лишь бы унести свои кривые ноги из этой смертельной ловушки.

Пока орки разбирались с теми, кто не успел уйти, Лигром помчался следом за группой чужаков, улепётывающих через пробоину в западной стене. Дикари, отрезанные от пробоин, выскакивали через распахнутые ворота. Талит, стоявший неподалёку с огромным топором наизготовку, не останавливал их. Схватка окончена, лишать жизни бегущих, он не собирался. Такого же мнения была и Сим, прекратившая стрельбу. Никакой жалости к диким оборванцам она не питала, но считала ниже своего достоинства стрелять в спину отступающим.

Уцелевший десяток орков, убедившись, что внутри ограды врагов не осталось, повернули головы к единственному человеку, замершему у ворот.

Талит медленно опустил топор. Трое орков, грозно фыркая, распалённые боем, потерявшие товарищей от рук мерзких людей, двинулись к нему. С их топоров капала кровь, и они не прочь пролить её ещё немного.

С лёгким свистом в утоптанную землю перед ними вонзилась стрела, и эльфийка запрыгнула на ограду, легко балансируя на кромке частокола.

- Мы помогли вам выстоять, - достаточно высокомерно бросила Сим. - Если сейчас ещё кто-то погибнет, ими будем точно не мы.

Орки замерли, размышляя. Их сильно потрепали, но разум возвращался в разгорячённые головы.

- Зачем так сложно? - вдруг раздалось недовольное бормотание вышедшего из леса Ирзумги. За спиной он тянул волокуши, связанные из нарубленных веток, на которых лежал раненный орк. - Все друзья. Встанут вот всё, смотрят, угрожают. Как не родные. Угомонитесь, я сказал.

В этот самый момент вернулся из леса Лингром. С его меча стекал тонкий ручеёк крови. Видимо, никто из диких людей не ушёл живым.

- Это будем им уроком, - прокомментировал мастер клинка вопросительные взгляды. - Никто не имеет права безнаказанно нападать на орков.

- Нам бы отправляться в путь, - напомнил Талит, роняя тяжёлый орчий топор на землю. - Время не ждёт.

- Пошли, - Лигром согласно кивнул и присоединился к остальным.

Глава 9. Заложник

Эдора долго не могла уснуть. В постели не лежалось. Беспомощно таращиться в потолок молодая девушка, одарённая острым и пронзительным умом, терпеть не могла.

В конце концов, отчаявшись уснуть, юная волшебница вскочила с постели. Раздражённым взмахом руки она зажгла все свечи в комнате и стала мерить её шагами из стороны в сторону.

Как жаль, что она не знает ни одного заклинания, способного усыпить её саму. Мышь, шуршащую по ночам, запросто. Собаку, чтобы не лаяла попусту, тоже. Лошадь… одним взмахом руки. Даже няньку свою Эдора давно научилась убаюкивать в мирный сон, чтобы не мешала бегать босиком по дворцу и совать свой нос в чужие дела и закрытые двери.

А вот свою беспокойную натуру девушка меньше всего контролировала. И учителя-наставники не могли совладать с ней. Сам Алигерд признавал неукротимость её натуры.

Ну, Алигерд Алигердом, но что же она не успокоит себя? Эдора прихватила накидку и вышла из комнаты.

В королевском дворце в этот поздний час было тихо. Даже необычайно тихо. Девушка любила иногда прокрадываться в тишине по коридорам и вслушиваться в тишину стен, мебели, картин. Ночью резиденция короля, шумная и кипящая страстями днём, наполнялась совсем иным духом. Словно, опускаясь в потусторонний мир, она находила себе новых обитателей. Загадочных, таинственных, волшебных.

Эдора босиком прошлась по коридору верхнего этажа, где располагались её покои, и бесшумно скользнула по лестнице вниз. Лунный свет пробивался в окна, освещая её путь. Редкие светильники зажигались только на нижних этажах. Здесь же девушка обитала практически одна.

Нет, Эдора не была из королевской семьи. Она родилась самой простой девчонкой в деревушке рядом со столицей Ленагора, Трафобом. Отец её погиб рано, а мать вскоре вышла замуж за благородного рыцаря, вхожего во дворец короля.

Именно там белокурая, очаровательная девочка познакомилась со своим ровесником, принцем Ленагора, Тонлердом, который сразу выбрал её в свои друзья и приказал никогда не отправлять Эдору домой.

Каприз наследника короля был, конечно же, выполнен. Да и сама девочка оказалась слишком задорной, проворной и смышлёной, чтобы остаться незамеченной.

Верховный маг Ленагора, Алигерд быстро обратил внимание на пламенный характер и острый ум Эдоры. Мало того, он не просто взял её в Алафийский собор для обучения, а лично стал заниматься с ней, преподавая основы магии Света.

Теперь шестнадцатилетняя девушка могла посостязаться с многими опытными магистрами ордена, за что получила имя Рождённая в Свете, так как волшебство давалось ей легко и непринуждённо. Алигерд даже шутливо называл ей Ваша Светлость, поскольку, казалось, сам Великий Свет выбрал её в качестве своей обители.

И вот сейчас самое светлое создание Ленагора в полупрозрачных одеждах бесшумно скользило босиком вниз по лестнице, словно добрый призрак озаряя собой ночную темноту дворца.

Вдруг где-то скрипнула дверь, и Эдора тут же замерла, прислушиваясь. Она заглянула с лестницы на этаж, на который уже почти спустилась и увидела вдали по коридору едва заметный огонёк свечи. Огонёк сдвинулся влево и исчез за поворотом.

Кто бы это мог быть в столь поздний час? Охрана здесь не располагалась, поскольку тяжёлые сапоги солдат создавали слишком много шума и мешали благородным особам мирно спать в своих кроватях. Странно. Но это как раз то, что будоражило ум Её Светлости, поскольку представляло собой загадку. И эту загадку предстояло во что бы то ни стало разгадать.

Эдора шагнула на ковровую дорожку коридора и устремилась за огоньком свечи.

Следуя за свечой, прячась за углами, Эдора опустилась в подземелье дворца. Вокруг стало почти абсолютно темно и холодно. Девушка слегка дрожала, ступая босыми ногами по холодному камню. Мысли воспользоваться магией, чтобы согреться и осветить свой путь, стали приходить в её голову, но юная волшебница слишком опасалась быть обнаруженной, чтобы зажечь в ладошке согревающее пламя.

В узких извилистых коридорах свеча затерялась от взгляда Эдоры, но скрип двери вновь указал ей путь.

Кому это потребовалось спускаться глубокой ночью в подземелье и зачем? Какие у этого незнакомца могут быть дела здесь в такой час? Всё выглядело как минимум подозрительно.

Вот девушка подкралась к двери, скрип которой услышала издалека. О Великий Свет! Неужели это она?

Перед Эдорой зияла чёрная дыра прохода. Дверь, прикрывавшая его, являлась самой запретной дверью в королевстве Ленагор. Мало кто знал о её существовании, но юная волшебница подслушала историю о ней не так давно из уст самого Алигерда. В разговоре с королём магистр ордена поведал о тайном древнем подземном проходе, ведущем никуда иначе как по ту сторону Серых гор, в земли нежити.

Когда-то давно этот проход служил тайным средством связи с королевством высоких эльфов. Но, после падения последнего, его запечатали, местами завалили, чтобы избежать опасности проникновения нежити на землю Ленагора. Уже многие годы на двери лежало сильное заклинание, защищающее её от любой попытки открытия. Что же случилось? Почему дверь открыта?

Эдора почувствовала волну ужаса, подымающуюся внутри. Беспокойство нахлынуло, словно порыв горячего ветра. Девушке нестерпимо захотелось убежать, куда-нибудь спрятаться. Кромешная тьма вокруг словно сгустилась и мешала дышать.

Юная волшебница почувствовала приближение чего-то страшного и в какой-то мере непроизвольно попятилась назад, прочь от двери, прочь от жуткого, холодного чувства. Руками нащупывая путь, она забилась в маленькую нишу, предназначенную для светильника.

И только она скрылась, затаив дыхание, как нечто, какой-то едва воспринимаемый ледяной поток воздуха коснулся её руки.

Впервые Ваша Светлость испугалась и растерялась настолько, что показалась сама себе маленькой девочкой, всеми забытым, никому не нужным ребёнком, затерявшемся во мраке.

Сзади послышались шаги, и Эдоре вдруг нестерпимо захотелось побежать навстречу этому звуку. Однако она собрала волю в кулак и прислушалась.

- Ты здесь? – послышался тихий знакомый голос.

Проклятье! Неужели её обнаружили? Застукали ночью в подземелье, вынюхивающей чужие дела. Эдора уже подалась вперёд, чтобы покинуть своё убежище и сдаться в руки строгого, но справедливого суда, как…

- Ты здесь? - зазвучало в ответ, словно дразня, шипящее, зловещее эхо.

- Я пришёл. Что тебе нужно от меня?

Наконец, девушка поняла, кому принадлежит этот знакомый голос. Король. Это сам король Ленагора. Что ему нужно в подземелье ночью? Но кто же другой? Кому принадлежит это страшное шипение?

- Где ты? Ну же, говори! - тихо, но настойчиво потребовал Кордин.

- Не гони лошадей, король, - с некоторой издёвкой ответил шипящий голос. - Будешь делать, что сказано, твой сын вернётся домой целым и, может быть, невредимым.

Сын?! Сын короля?! Тонлерд?! Он же уехал на охоту четыре дня назад. Неужели с ним что-то стряслось?

О, Великий Свет! Эдора вздрогнула. Кому принадлежит это зловещее шипение? Что приключилось с её лучшим другом, Тонлердом? Почему здесь так холодно?

Девушку зазнобило. Её лёгкое ночное одеяние годилось для постели, но никак не для вылазок в подземелье. Она бывала тут и раньше. Они с юным принцем прокрадывались сюда, прячась от назойливых нянь, чем просто выводили их из себя. И никогда тут не пробирало так сильно, как сейчас. Словно Эдора нагишом стояла на морозе.

- Ты исполнишь этот приказ, - продолжал шипеть зловещий голос, - и мой хозяин пощадит твою кровь. Не исполнишь, её ждёт проклятие и вечное служение нежити.

Какой приказ? Эдора малость отвлеклась и уже прослушала что-то важное.

- Как я это должен сделать? - противился король.

- Мне не важно, - раздражённо ответил голос. - Тадалон будет раздавлен, и Ленагор падёт вместе с ним, если ослушаешься.

Вдруг стало совсем тихо. Эдора даже перестала дышать, вслушиваясь в кромешную тьму. Ледяное дуновение вновь коснулось её руки, затем стало заметно теплее.

Послышались удаляющиеся шаги короля, и девушка, выбравшись из укрытия, поспешила за ними. Озорство и любопытство, с которыми она спускалась совсем недавно в подземелье, сменились чувством тревоги.

Этой ночью ей не суждено было больше уснуть. Слово за словом Эдора прокручивала в голове подслушанный разговор, пытаясь понять его смысл. Кто-то от нежити явно пробрался во дворец и отдавал приказы самому королю. Но как такое возможно? Кто снял охранное заклятие с двери, запирающей древний подземный проход?

Юная волшебница знала только одного, кто был, по её мнению, способен на такое. И в то же время она не могла себе представить, что он, действительно, мог сделать это. Алигерд.

Всё утро Эдора не находила себе места. Она уже что только не думала в своей маленькой смышлёной головке. Какие только хитрости и планы не выстраивались в голове, чтобы как-то прояснить ситуацию, найти решение головоломки. Её Светлость даже не пошла на занятие с верховным магом, опасаясь не сдержаться и выпалить всё, что она узнала прямо в лицо учителю.

Девушка не знала, как теперь относиться к наставнику. Если он открыл запретную дверь, это чистой воды предательство. Но как он мог?! Нет. Вдруг это всё же не он. Вдруг это какие-то чары, околдовавшие мага?

Голова Эдоры заболела от тревожных дум. В конце концов, она давно живёт во дворце, король благосклонно к ней относится. Она ученица Верховного мага. Она пойдёт и спросит короля прямо в лицо. Да, точно.

Девушка, наконец, выбралась из комнаты, спустилась по лестнице вниз и направилась прямиком к тронному залу. Повсюду царила обычная дневная суета, но теперь она не казалась девочке… уютной, приятной. Её даже раздражала та беспечность, с которой люди жили и не подозревали о том, что на самом деле творится во дворце.

Эдора подошла ко входу в тронный зал. Внутри у неё всё пылало. Она готовилась выплеснуть всё на короля и потребовать ответов, но в последний момент образумилась и, лишь слегка приоткрыв дверь, заглянула в него.

Его Величество, облачённый в королевскую мантию и с короной на голове, стоял лицом к окну и спиной к трону, возле которого переминался с ноги на ногу советник Зегорд. Дело было не шуточным. Девушка сразу об этом догадалась. Кордин любил наряжаться, но только к официальным приёмам. Сегодня ничего подобного не намечалось, и раз король облачился в свои атрибуты власти, значит, он принимает тяжёлое решение и хочет лишний раз подчеркнуть, кто здесь главный… чтобы не забывались.

- Ваше Величество… - Зегорд пытался, видимо, отстоять своё мнение или напомнить королю о его долге, но действовал явно неуверенно. - Мы нарушим все договорённости, действовавшие веками. Мы не можем просто взять и не послать помощь Тадалону, потому что тогда война придёт к нам.

Король повернулся. Его лицо выражало не только решимость, но и отчаяние.

- Мы не отправим своё войско в Тадалон, - ещё раз медленно и отчётливо произнёс он. - Нам оно нужно здесь.

- Но... Но что же сказать гонцу? Какое послание передать королю Готгарду?

С минуту Кордин думал, безмолвно глядя в окно. Затем ответил, так и не отведя взгляда от улиц старого Трафоба:

- Сообщи Готгарду, что мы готовимся к войне и придём, когда..., впрочем, этого достаточно. Хотя, нет. Упомяни орков и нашу последнюю стычку с ними. Пусть думает, что мы укрепляем свои юго-восточные рубежи и держим на них обиду за то, что не поддержали нас. Это даст нам время.

- Время для чего, Ваше Величество?

- Не знаю ещё, - недовольно фыркнул король и махнул рукой, давая понять, что разговор закончен, и советнику пора удалиться выполнять поручение.

Зегорд развернулся к двери и увидел Эдору, тайком подслушивающую разговор.

- Ваша Светлость, - приветствовал советник девушку, одновременно выдавая её присутствие королю.

Кордин мгновенно повернулся и грозно глянул на юную волшебницу, поспешившую выпрямиться и сделать вид будто только вошла.

- Что тебе нужно, Эдора?

- Ваше Величество, мне... надо с Вами... - неожиданно для самой себя запинаясь начала Эдора.

- Извини, девочка, мне сейчас некогда. Ступай!

- Но...

Гневный взгляд короля мгновенно прервал попытку совсем не кроткой девушки воспротивиться. Она ещё никогда не видела Его Величество в таком настроении. Да, ночью в подвале он тоже не был похож сам на себя, но то был испуганный, обеспокоенный король. Сейчас же его взгляд пылал гневом и жаждой кого-нибудь растерзать. Стать же жертвой такого страшного желания даже весьма строптивой и бесстрашной Эдоре совсем не хотелось, поэтому она, слегка поклонившись, попятилась из тронного зала и закрыла за собой дверь.

Вплоть до самой ночи Её Светлость не находила себе покоя. Запершись в своих покоях под крышей дворца, девушка измерила их вдоль и поперёк. Даже случилась неприятность. В порыве страсти Эдора увлеклась, подпалила свои занавеси и не сразу заметила пламя. Решение этой небольшой проблемы и выветривание дыма ненамного отвлекли её, но всё же…

Она должна поговорить с королём наедине. Тот был занят весь день, и настроение, судя по разбегающимся по сторонам придворным, не давало шансов приблизиться к Его Величеству.

В какой-то мере сейчас у короля и юной волшебницы причина для гнева была одна и та же – проникновение нежити и похищение наследника трона Ленагора.

Эдора выскользнула из комнаты и направилась вниз по лестнице, желая застать Кордина перед сном, когда он будет один, и никто не сможет помешать разговору.

Дверь в королевскую спальню оказалась приоткрыта, и через щель оттуда пробивался слабый свет. Девушка бесшумно подкралась и заглянула внутрь.

В мерцающем свете свечи фигура короля выглядела сгорбленной и неправильной. Кордин сидел на кровати и казался подавленным. Он склонил голову и обхватил её руками.

Эдора могла себе представить, что творилось сейчас в ней, как усиленно Кордин искал путь, отличный от того, которым приказал следовать посланник нежити.

Девушка до сих пор не могла поверить в происходящее. Неужели можно терпеть возможность проникновения заклятого врага прямо в сердце королевства людей, во дворец правителя?

- Король, король, - вдруг словно пропел зловещий шёпот из спальни Его Величества, мгновенно развеявший все мысли Эдоры.

Кордин поднял голову и осмотрелся, пытаясь увидеть источник звука. Девушка пыталась разглядеть что-то сквозь дверную щель, но тоже не могла ничего разобрать.

Из камина полыхнуло дымом, растворившемся в полумраке спальни.

- Что тебе нужно? - решился спросить король, не уверенный слышал ли он что-то на самом деле, или его сознание сыграло с ним злую шутку.

- Мне нужно всё, - послышался ответ с ноткой насмешки.

Кордин повернулся в одну сторону, затем в другую, но так и не определил, откуда ему ответили. Казалось, шёпот исходил отовсюду.

- Я выполнил твоё… указание. Зачем явился?

- Дать тебе новое.

- Верни мне сына, проклятый, и тогда будем разговаривать, - попытался потребовать Кордин, вскочив. - Я хочу знать, что он жив, что с ним всё в порядке. Только тогда я выполню следующее условие.

- Будь по-твоему, - всё с тем же зловещим напевом ответил голос. - Гляди.

Перед Кордином возникла магическая сфера, на поверхности которой появился образ его сына. Король шагнул ближе и всмотрелся.

Принц лежал без чувств на холодной каменной скамье. Рядом с ним возвышался некромант и что-то нашёптывал на языке мёртвых.

Эдора со стороны двери не могла разглядеть изображения на сфере, но полное страдания и безысходности лицо короля говорило больше любого образа.

Она должна положить этому конец. Эта, словно молния, проскочившая мысль заставила Эдору отойти от двери. Она должна положить этому конец. И она положит конец. В конце концов, она талантливый маг, и кроме неё никто не знает о той страшной угрозе, появившейся во дворце.

Девушка бесшумно попятилась назад, затем развернулась и побежала к лестнице. Босиком она устремилась вниз. Оказавшись в подземелье, она рискнула зажечь свечу и кинулась на поиски запретной двери.

В прошлый раз она блуждала во мраке, ориентировалась по звукам и наткнулась на неё практически случайно. Теперь задача оказалась несколько сложнее. Эдора то и дело заворачивала не туда. Кроме её сбившегося от бега дыхания и шорканья босых ступней о каменный пол ничего не было слышно. Волнение нарастало. Девушка боялась не успеть.

Да, вот она. Юная волшебница остановилась. В паре шагов от неё, зияя чёрной пастью прохода, располагалась запретная дверь, разделяющая царства света и тьмы, жизни и смерти. Свет свечи вырывал из мрака её очертания.

Девушка встала в дверной проём спиной к тоннелю, глубоко вдохнула, словно собиралась нырнуть под воду, затем взглядом потушила свечу.

Ещё несколько мгновений она наблюдала, как раскалённый фитиль тускнел, остывая, пока окончательно не растворился во тьме.

Стало совсем страшно. Но Эдора уже всё решила и отступать не собиралась. Хотя… мысли шагнуть в сторону и где-нибудь спрятаться, оставить борьбу со злом на попечение более взрослых, более мудрых и более могущественных магов и воинов пришли почти мгновенно и стали буравить ум Её Светлости.

Может, ещё несколько мгновений, и юная волшебница отступила бы, но неподалёку вдруг что-то послышалось. Едва слышный хриплый вздох оборвал все мысли и заставил замереть сердце.

Девушка не дышала, прислушиваясь и пытаясь разглядеть хотя бы что-то в кромешной темноте. Время словно остановилось. Мгновение будто растянулось на всю жизнь. Такую коротенькую, длиной всего в шестнадцать лет, но жизнь.

Стало холодно. Нестерпимо холодно. Зло приближалось бесшумно и безжалостно. Знало ли оно уже, что его ждут?.. Ждёт… Его ждёт маленькая девочка, трясущаяся от страха и холода.

Эдора собралась и приготовилась, как учил Алигерд. В её глазах полыхнул огонь, а из рук вырвался свет, ослепивший всё вокруг. В шаге от девушки что-то дико завопило от боли.

Некое мрачное существо, тень подобралась почти вплотную, почуяв запах лёгкой добычи. И, как вспыхнул свет, шарахнулось от нестерпимых, обжигающих лучей. Но всего лишь на мгновение.

Оно метнулось в сторону и набросилось на Эдору справа. Сбитая с ног, Эдора рухнула вниз по лестнице. Несколько раз больно ударившись о каменные ступени, она оказалась на земле и не сразу пришла в себя. Голова и левый бок ужасно болели. Руки и ноги ободрались при падении, и явно откуда-то текла липкая кровь.

С большим трудом девушка поднялась, и в этот самый момент на неё накинулось что-то лёгкое, невидимое и обжигающе холодное. Жуткое оцепенение схватило Эдору, пытаясь, как ей показалось, похоронить заживо. Жизнь словно высасывали из тела, пока сознание боролось с обездвиживающим холодом.

Её Светлость уже почти лишилась рассудка. Но в какое-то мгновение мысль о сопротивлении, словно молния прорвалась сквозь холод и мрак. Чувство ярости сначала лишь едва ощутимым огоньком раздвинуло тьму, затем усилилось, придав надежду. И вдруг что-то вспыхнуло перед глазами, странный жар охватил голову, постепенно распространяясь по телу.

Эдора не могла ничего понять. Казалось, её волосы горели белым пламенем, и все остальные части тела одна за другой тоже словно воспламенялись. Враг дрогнул. Его хватка ослабла. Даже наоборот. Пламя настолько обжигало злую сущность, что та намеревалась удалиться. Но волшебница в пылу ярости увидела свой шанс, обхватила тень руками и ногами и прижала к себе, что было сил.

Сущность отчаянно рвалась на волю, бросая девушку из стороны в сторону, ударяя её о стены тоннеля. Её жгло сияние света, буравил ужас перед скорым концом. И удары имели воздействие. Но Эдора не отпускала, изо всех сил прижимая нежить к своей пламенно сути. В конце концов, создание зла в неистовом приступе паники совершило последнюю попытку - рвануло внутрь волшебницы.

С диким визгом от обжигающей хватки врага сущность бросила все оставшиеся силы на проникновение сквозь жар и плоть волшебницы, чтобы впиться в её душу и выжить.

Эдора устала. Её хватка ослабла, и приходилось тратить все оставшиеся силы на то, чтобы не отпустить. В голове не осталось ничего, кроме одной единственной мысли: «Только держись!». А тень вонзала свои ледяные руки прямо в сердце, пытаясь остановить его. И больше ничего не оставалось, как терпеть. Если ей и суждено погибнуть, то она заберёт эту злобную мерзость с собой.

Сущность рвала сознание Эдоры на куски, проникая в душу, но и её усилия тоже ослабевали. Девушка уже перестала чувствовать своё тело. Силы покинули её.

Те недолгие годы, проведённые на этой земле, промелькнули перед глазами. Вспомнилась мать, горюющая об отце, луг, на котором Эдора любила резвиться совсем маленькой, солнечный свет, которого всегда было в избытке, в котором так любила купаться жизнерадостная девчушка, и которого ей сейчас так не хватало, чтобы рассеять кромешный ледяной мрак схвативший её мёртвой хваткой.

Тьма сомкнулась.

Глава 10. Путь на север

Солнце скрылось на западе, дневные краски поблекли, и земля покрылась серебром взошедшей луны. Ночное светило поднялось высоко над горизонтом и ярким диском висело над головами.

Талит оглянулся. Позади вдалеке едва слышались шорохи вурдалаков, преследующих их каждую ночь. Это сопровождение короля нежити, примкнувшего к отряду, шло по следу хозяина.

Сам Тер'Зур сопровождал их на некотором отдалении и показывался только по ночам. Солнечный свет причинял ему боль, поэтому днём он предпочитал скрываться и отдыхать где-то под землёй. Видимо, вурдалаки каждый раз выкапывали ему укрытие, оберегая повелителя.

Лигром и Сим неспешно двигались впереди и едва слышно переговаривались. Ирзумга, хоть и шагал рядом, постоянно вёл странные разговоры с самим собой, временами меняя интонации и переходя на непонятный язык. Ему было достаточно компании самого себя.

Долина Гнира отражала серебром лунный свет, позволяя без труда ориентироваться в ночи. Слева, на западе виднелись тёмные туши Ржавых холмов, за которыми лежал не такой уж приветливый Ленагор. Талит провёл взглядом по холмам, выглядывая что-нибудь подозрительное, но всё казалось спокойным.

Отряд решил двигаться несколько в стороне от границы восточного королевства и проскочить незаметно севернее холмов, откуда оставалось не так далеко до Ущелья Серых гор. Втягиваться сейчас в бессмысленные и опасные стычки с патрулями Ленагора совсем не хотелось.

- Привал, - скомандовал Лигром, останавливаясь. - Немного наберёмся сил и махнём одним рывком до Ущелья.

Несколько недовольная остановкой Сим плюхнулась на землю, где стояла, скрестив ноги перед собой. Талит ещё раз осмотрелся.

- Не думаю, что нам здесь что-то угрожает, - попытался успокоить его Лигром, подойдя и протягивая фляжку из медвежьей кожи. - Попей. Тут к нам никто незаметно не подкрадётся.

- Я вовсе не боюсь и не опасаюсь. Я просто задался вопросом, почему столь просторные земли пустуют...

- Это хороший вопрос, - произнёс король нежити своим зловещим манящим шёпотом, успев приблизиться и зависнуть рядом с Талитом. - Как хорошо, что среди вас есть тот, кто знает на него ответ.

- И? - бросила раздражённо эльфийка, пока Тер'Зур выдерживал драматическую паузу.

Король нежити бросил на Сим хладнокровный и безразличный взгляд пылающих ледяным пламенем глазниц. Воцарилась тишина, пока, как показалось, главный мертвец размышлял над ответом. Но тот повернул голову обратно к Талиту и произнёс:

- То, что сейчас принято называть Ржавыми холмами, когда-то давно именовалось Железными горами. Много веков назад великая война превратила эти земли в безжизненную пустыню. Заносчивые гномы выстроили своё каменное царство под Железными горами. А на этой равнине простирались прекрасные сады.

Начав свой рассказ, Тер'Зур зазвучал как-то иначе, величественней, менее зловеще, как будто преобразился в нечто другое... живое.

- Эти сады возделывали великие Предки, обитавшие здесь задолго до появления ваших королевств и... нежити. Великая война изменила всё.

- Что случилось? - Талит не стал медлить, чувствуя, как остальных занимает тот же вопрос. Лишь Ирзумга возился рядом в своём мешке, как будто не обращая внимания ни на что другое.

- Причин я не знаю, но магия, бушевавшая здесь, изменила всё. Железные горы рухнули на королевство гномов, похоронив всех одним махом. Сады обратились в прах, и многие века здесь завывал лишь пепельный ветер. Так сменилась эпоха Предков. Большинство событий канули в прошлое, неисчерпаемые знания оказались утерянными, почти все вымерли.

Наступившую тишину нарушил шелест травы. Кто-то метнулся из высокой травы неподалёку. Сим вскочила на ноги и в мгновение ока натянула тетиву. Спустя секунду она снова расслабилась. В нескольких шагах промчалась перепуганная косуля. Но не успела она отдалиться, как во мраке ночи на неё кинулся вурдалак, прятавшийся в кустарнике. Он сбил перепуганное животное с ног и вонзился когтями под рёбра. Сразу раздалось хрипение других мертвецов, сползающихся к добыче. Косуля заблеяла в предсмертной агонии, попыталась вскочить и огреть вурдалака копытом, но безуспешно. Сверху навалился ещё один, и оба с жадным чавканьем принялись разрывать ещё трепыхающееся тело несчастного животного.

Сим перекосило от злобы. Она вновь натянула тетиву ещё не опущенного лука и спустила стрелу, обрывая мучения косули. Бросив испепеляющий взгляд на Тер'Зура, она отвернулась.

- Всё когда-нибудь закончится в пасти вурдалака, - с некоторой издёвкой философски заключил король нежити.

Охотница молниеносно повернулась, и её лук отправил ещё одну стрелу прямо в глаз насыщающегося вурдалака. Но этого оказалось мало. Ещё и ещё стреляла эльфийка, пока не положила всех вурдалаков, сбежавшихся на запах крови. Лишь только тогда Сим снова взглянула на Тер'Зура.

- В пасти вурдалака окажется лишь моя стрела, - выпалила она, едва сдерживая пылающий внутри гнев.

Все не на шутку напряглись, ожидая реакции главного мертвеца. Даже Ирзумга замер над мешком, вперив взгляд в нежить. Лигром же весь сжался словно пружина, готовый в любой момент кинуться в атаку.

- Как будто ты что-то сможешь изменить, - спустя долгую паузу, наконец, произнёс Тер'Зур. В его шипящем голосе присутствовало достаточно насмешки, чтобы понять, он не собирается атаковать.

Однако всё же мертвец направился к кучке уложенных эльфийкой вурдалаков. Там он несколькими движениями заставил стрелы вылезти из поражённых частей, небрежно отшвырнув их в сторону. Ещё с минуту он колдовал так, что повеяло могильным холодом, а трава вокруг зачахла в мгновение ока. Поверженные эльфийкой вурдалаки снова зашевелились, но оставили тушу несчастного животного в покое и отползли обратно в темноту ночи.

Лигром, очень внимательно наблюдавший за происходящим, посмотрел на охотницу, неподвижно сидевшую к нему спиной, затем сделал несколько шагов, подобрал стрелы, отброшенные Тер'Зуром, и принёс ей.

- Они нам ещё пригодятся в том мрачном краю, куда мы направляемся, - произнёс он негромко.

Орк понимал, охотница слишком гордая и вспыльчивая, чтобы позволить разуму взять верх. Завороженные эльфийские стрелы большая редкость, и вряд ли их можно легко изготовить вдали от Великого леса.

Сим не отреагировала, поэтому Лигром положил стрелы на землю рядом с ней и удалился.

- Давайте двигаться дальше, - обратился он ко всем, закрепляя за спиной меч. - Путь долгий, время коротко.



Ближе к концу следующей ночи, проложив немалый путь, миновав Гниру и обойдя с севера Ржавые холмы, отряд приблизился к опушке лиственного леса, лежащего у подножия Серых гор. Высокие деревья тёмной стеной возвышались над головой, шурша листвой, словно перешёптываясь.

Сим вдруг выхватила стрелу и натянула тетиву.

- Покажись! - крикнула она в сторону леса.

Отряд остановился и насторожился, готовый в любой момент кинуться в бой.

В ответ из-за дерева впереди выдвинулся Налимгот. Затем показался уже знакомый паладин по имени Дассир. Последним выглянул из кустов странный человек с горящими дикими глазами и парой длинных стальных прутьев за спиной, скрученных так, чтобы не мешать при ходьбе. Талит узнал его тоже. Тот самый берсерк, устроивший заварушку у королевских оружейных в Норинде. Люди прибыли прямо от крепости Омагон, где обустроили оборону, двигаясь по прямой строго на восток.

Налимгот, крепко сжимая боевой молот в правой руке, сделал несколько шагов вперёд и оценивающе посмотрел на отряд.

- Не густо, - произнёс он наконец.

Талит пожал плечами и ответил:

- Сколько есть. Войско нам и не нужно.

- Хватит ли? - задался вопросом глава паладинов.

- Хватит, - зловеще прошептал король нежити, незаметно приблизившись.

Увидев Тер'Зура люди вскинулись, обнажив оружие, но Талит успокаивающе поднял руку.

- Он с нами.

Налимгот шагнул вплотную к юноше и едва слышно спросил:

- Это же нежить, мальчишка. Не какой-нибудь вурдалак или зомби, а... - Налимгот присмотрелся. - Пресвятой архангел. Это же сам...

Паладин поднял молот, и губы зашевелились, читая боевую молитву Света.

- Стой, Налимгот! - Талит встал между человеком и мертвецом. - Он нам нужен.

- Ты уверен? - глава паладинов не спешил опускать молот. - Он - нежить.

- Он не предаст, - также тихо заверил Талит.

- Предаст, как только будет удобная возможность, - всё же не согласился паладин, бросив испепеляющий взгляд на короля нежити, хладнокровно наблюдающего за собеседниками и наслаждающегося произведённым эффектом.

Парень на это ничего не ответил и зашагал в сторону леса, куда уже удалились Лигром и Сим.

- Пойдёмте, - позвал он остальных не поворачиваясь. - У нас долгий путь впереди. Чем быстрее преодолеем его, тем больше жизней сумеем сохранить.

- Поможете вернуть власть над моей нежитью, - прошипел с язвинкой Тер'Зур, проходя мимо Налимгота, - будет вам мир. На некоторое время.

Вместо ответа Налимгот лишь крепче сжал рукоять молота, сверля взглядом спину нежити. Какая-нибудь мелочь из восставших мертвецов, наверняка, почувствовала бы себя весьма некомфортно от этого, но их короля такая ситуация лишь забавляла.

Углубившись в лес, члены отряда пошли ближе друг к другу. Люди с недоверием поглядывали на остальных. Те отвечали им тем же.

Сим и Лигром двигались в авангарде. Где-то позади, выдавая себя едва слышным ворчанием, следовали вурдалаки, прикрывая с тыла.

Отряд двигался через северные окраины Ленагора, и неприятности в виде патруля Восточного королевства или шайки гноллов могли объявиться в любой момент.

Талит приблизился к Налимготу.

- Что нас ждёт по ту сторону ущелья? - спросил он, словно невзначай.

Паладин, почти беспрерывно наблюдавший за некромантом, ответил не сразу и совсем не на вопрос.

- Он боится, - с чувством удовлетворения произнёс Налимгот.

- А что там, на той стороне? – повторил парень, не обратив внимания на высказывание могучего воина Тадалона.

- Он боится не той стороны, а Чёрного леса, - продолжил о своём главный паладин. – И, честно признаться, я тоже предпочёл бы в него не входить.

Взгляд парня на пару мгновений стал несколько отрешённым, и он с уверенностью сообщил:

- Вас пропустят через Чёрный лес. Более того, именно Чёрный лес будет самым безопасным и спокойным отрезком нашего пути.

- Ты звучишь уверено.

- Я там вырос.

Налимготу потребовалось некоторое время, чтобы осознать сказанное. Он несколько раз смотрел на юношу, затем под ноги, затем снова на юношу.

- Ты что?! - наконец, смог оформить в слова своё недоумение паладин.

- Это долгая история.

- Путь долгий.

- Я бы не хотел рассказывать её сейчас, - многозначительно обведя взглядом вокруг шепнул Талит.

Налимгот нахмурил густые брови и понимающе кивнул.

Утром вышли на северную окраину леса и сделали привал. Нежить привычно исчезла из вида и где-то затаилась до наступления темноты.

Впереди проходила полузаброшенная дорога, на которой могли появляться патрули Ленагора. Встречи с ними стоило избежать. Рыцари этого королевства слишком ревностно относились к нарушителям и в любом случае стали бы задавать вопросы, ответы на которые никто не желал им давать.

За дорогой возвышались величественные Серые горы, образуя северную границу королевств людей с царством холода и смерти. Одно единственное ущелье рассекало их, и через него лежал путь отряда.

Отдохнув и подкрепившись, путники стремительно пересекли расстояние от леса до гор и вошли в ущелье.

Солнце здесь исчезло быстро, и звуки нагоняющей союзной нежити послышались довольно скоро. Однако Лигром, который на этот раз не ушёл вперёд, а предпочёл общество остальных, чем вынудил сделать то же самое и Сим, вдруг остановился и насторожился. Эльфийка лёгким кивком подтвердила немой вопрос в его глазах, и оба резко развернулись, приготовившись к бою. Почти сразу же показался Тер'Зур, догнавший отряд.

- Посмотрите, кого я нашёл, - зловеще прохрипел он.

Из-за поворота показались вурдалаки, тащившие обездвиженного орка.

- Тлах?! - грозно и одновременно удивлённо прорычал Лигром, двинувшись навстречу.

Нежить предусмотрительно отошла в сторону, не желая стоять на пути грозного воина. Мастер клинка приблизился к пленнику и склонился над ним.

- Что ты здесь делаешь?

- Я... с ва-а... ми… - напрягаясь изо всех сил выдавил орк, борясь с последствиями атаки нежити. Он не был ранен, лишь скован магией, действие которой ещё не закончилось. - Я... то-о... же…

- Дай, я помогу. - Подошёл Налимгот и опустил руку на грудь воину Орды.

Между ладонью и грудью вспыхнул на мгновение свет, и Тлах сделал глубокий вдох облегчения, словно у него с груди сняли тяжёлую каменную плиту. Лигром помог ему подняться, всё ещё сверля недовольным взглядом.

- Я пойду с вами, - заявил несколько уверенней воин, ожидая бурной реакции вождя. Затем решил для большей убедительности добавить: - У меня есть счёты с демоном.

- Становись в очередь, - встряла в разговор Сим, как обычно не обращая внимания на то, интересует ли кого-нибудь её мнение или нет.

- Один среди войска я не сыграю большой роли, но в отряде от меня будет больше толку, - продолжал убеждать молчаливого вождя Тлах.

- Я не против, - словно между прочим сообщил Налимгот, отходя обратно к своим.

- Лигром, - позвала Сим, как всегда, не терпящая лишних разговоров, - решай уже и пошли! Живучий какой, - добавила она, удаляясь.

Вместо ответа мастер клинка глянул на шрамы Тлаха, оставшиеся от тяжёлых ран, нанесённых демоном. Они ещё не до конца зажили. Орку сильно повезло, что помощь подоспела вовремя. С такими ранами не выживают, а он продержался до прихода шамана-лекаря.

Лигром строго, но одобрительно кивнул и, повернувшись, последовал за эльфийкой. Тлах встряхнулся, ещё не окончательно восстановившись от паралича некроманта, и двинулся за ним.

- Теперь отряд в сборе, - несколько загадочно прохрипел Тер'Зур, проходя мимо Талита.

Король нежити держался необыкновенно спокойно, величественно и самоуверенно, несмотря на то что находился в обществе заклятых врагов, в другое время бросивших бы все силы на его уничтожение.

- Ещё нет, - вместо Талита отозвался Ирзумга ещё более загадочно и пошёл дальше, оставив вопросительный взгляд Талита без ответа.

Девять путников и маленькая группа вурдалаков направились на север через ущелье. Впереди их ждал таинственный и смертельно опасный Чёрный лес, а за ним исковерканные мёртвой магией земли высоких эльфов, кишащие нежитью, и Сарус - двойная высота, неприступная цитадель врага.

Глава 11. Тадалон под ударом

Отряд Архета медленно поднимался по западному склону. Вершина Муара огромной мрачной тенью возвышалась над головами на фоне светлеющего небосвода.

С другой стороны Серых гор солнце не спешно, словно подражая людям, карабкалось вверх по небу, явно не желая раньше отряда осветить своими лучами вершину Муара.

Воины были настороже и тревожно вслушивались в полумрак. Мечи они вынули из ножен, арбалеты взвели к выстрелу.

Вот уже несколько дней заброшенная орками дозорная площадка на Муаре переходила из рук в когти и обратно. Передовые отряды нежити с закатом подкрадывались к ней и хозяйничали, пока люди отступали, не желая ввязываться в драку. Перед рассветом же вурдалаки, горгульи и их собратья отступали в безопасное место где-то у северного подножия горы, и люди при свете дня могли использовать площадку в своих целях.

Теперь же всё было иначе. Отряд поднимался для зачистки вершины и удержания её любой ценой, так как нежить приготовилась к удару по царству людей и в следующую ночь планировала нанести его.

Обладание вершиной Муара давало отличный обзор места предстоящего сражения и являлось стратегически важным заданием. Поэтому сюда отправили разведчиков Архета, усиленных парой магов. Эти ребята лучше всех знали повадки нежити и уже выработали чутьё к их мёртвому духу.

Отряду следовало рано утром спешно занять вершину и способствовать укреплению и удержанию позиций войсками, ждущими в Бордонаре и готовыми выдвинуться к горе по первому же сигналу. До заката дозорная площадка должна превратиться в укреплённый форпост Тадалона, стать сюрпризом для атакующих.

Добравшись до вершины, отряд рассредоточился. Солнце уже окрасило в цвета дня горы и равнины, поэтому нежити особо опасаться не стоило.

В первую очередь воины принялись искать признаки закопавшихся вурдалаков-лазутчиков, оставшихся здесь с целью слежки и с наступлением темноты быстрого возврата вершины в когти нежити.

Архет ткнул носком сапога свежие останки кабана. Враг не особо нуждался в пище, но часто предпочитал перед битвой подкрепляться свежей живой плотью, пить тёплую, струящуюся кровь. Это придавало ему силы и жажды убивать.

- Готовятся. - Маг по имени Балодан едва слышно подошёл справа и тоже глянул на лежащие перед Архетом кости.

- Верно, - кивнул разведчик.

В этот момент за огромным камнем спереди послышался визг вурдалака. Воины кинулись туда.

- Первый, - вновь коротко заметил Балодан.

- Этого мы должны были найти, чтобы успокоиться и мнить себя в безопасности. Таких ложных лазутчиков будет ещё парочка. Труднее всего будет найти настоящих. И времени очень мало.

- Для этого мы вам и нужны.

Где-то в стороне вновь послышался визг добиваемого вурдалака.

- Давайте быстрей покончим с этим, - закончил разговор Архет и направился к северному краю площадки.

Готгард восседал на своём могучем боевом коне и пристально всматривался вдаль. Пустые земли, нагнетающие тоску в обычные времена, сейчас казались особо мрачными и холодными.

Сзади, заставив расступиться охрану, подъехал Верховный маг Тадалона.

- Сегодня ночью, - произнёс король, не оборачиваясь. - Сегодня ночью они хлынут оттуда, чтобы поглотить нас и сравнять с землёй. - Он обернулся и вопросительно посмотрел на мага. - Есть вести от Кордина?

Вместо ответа Джарстольф протянул ему запечатанное послание из Ленагора. Готгард рывком вскрыл печать, внимательно прочитал написанное и, гневно смяв бумагу, швырнул её на землю.

- Сначала уход Налимгота, затем это. Если мы выстоим в этой войне, Ленагор поплатится за своё предательство!

- Месть ещё ни разу не доводила до добра, - мягко, желая остудить гнев короля, возразил Верховный маг.

- Безнаказанность тоже, - не желая успокаиваться не согласился тот. - Гонцы вернулись из Бракхмал'Тула?

Джарстольф отрицательно покачал головой, но поспешил добавить:

- Гномы слишком... «гостеприимны». Гонцы вполне могут быть ещё у них. Главное – они донесли Ваше послание Гуиру. Остальное от них не зависит.

- Выходит, Тадалон один противостоит нежити в наши дни. - Готгард осмотрелся. Вокруг него солдаты завершали возведение укреплений, готовили припасы и оружие. – Да будет так.

Архет вновь и вновь обходил посты. Вечер приближался. Войска из Бордонара прибыли быстро и заканчивали приготовления. Но что-то всё же не давало покоя, странное мутное чувство тревоги давило изнутри.

Капитан разведчиков взобрался на скалистый пик, располагавшийся в сотне шагов восточнее дозорной площадки. Тут сидел страж и усиленно всматривался вдаль.

- Что нового? - спросил Архет, слегка запыхавшись.

- Я вижу нечто мрачное в небе.

- Где?

- Там. - Дозорный указал пальцем в сторону Саруса. - Это нечто растёт, либо приближается, либо и то, и другое.

Капитан обернулся и посмотрел на уходящее, но ещё уверенно защищающее своими лучами территории людей, солнце.

- Для горгулий рано, - заметил он, словно спрашивая мнения.

- Это не горгульи, - согласился дозорный. - Это чёрная магия.

- Я пошлю гонца в Бордонар. Видимо, бой начнётся раньше заката.

Архет быстро спустился вниз и спешно написал послание королю. Едва гонец скрылся из виду, как капитана позвали с северного края площадки.

- Что у вас, Сахин? – прибежал он на место.

Разведчик, которого чуть не убил вурдалак пару месяцев назад, указал вниз к северному подножию горы, где, как выяснилось, не так давно обитал орчий клан.

- Зашевелились, - произнёс он хрипло и закашлялся.

- Всё в порядке? - поинтересовался Архет, положив руку на плечо друга.

- Да. Рана болит всё сильней, словно время повернули вспять, и она с каждой минутой свежеет.

- Сражаться сможешь?

- Конечно. За этим я здесь. Мне суждено умереть здесь, и я не боюсь. - В голосе Сахина звучала спокойная уверенность. Его путь оборвётся на этой вершине.

- Я пришлю Балодана в помощь. Готовьтесь к бою. - Архет повернулся к остальным и громко воскликнул: - Готовьтесь к бою!

Пока люди заканчивали приготовления, с волнением ожидая заката, с севера небо заволакивали тяжёлые тучи. Они неестественно быстро расползались над землёй, окуная её во мрак, приближая начало битвы.

Готгард въехал на возвышение в сотне шагов по ту сторону вала, возведённого на днях, и пристально всмотрелся в сумерки, сгущающиеся на севере.

Позади него солдаты выстраивались в ряды, занимали позиции на стенах и защитных сооружениях.

- Ваше величество, нам лучше отступить в более безопасное местоположение. - Верховный маг подъехал на своём белоснежном скакуне незаметно и тихо. Он смотрелся ярким пятном в надвигающейся тьме. – Нежить скоро нападёт.

- Я знаю, Джарстольф. Я вижу их копошение вдали. Они уже идут.

Мрачные тучи надвинулись над головами, король стал поворачивать коня, чтобы вернуться за укрепления, как вдруг сверху донёсся страшный вопль, и несколько горгулий молнией устремились вниз.

Маг первым успел взмахнуть посохом, и ледяная стрела вырвалась навстречу атакующим. Пара горгулий увернулась, вовремя заметив опасность, а вот третьей пробило левое плечо, и она со страшным визгом, кувыркаясь, ударилась о землю в нескольких шагах от людей.

- Король!

Готгард, удивлённый столь неожиданной атакой, не успел даже выхватить меч, как сверху на него обрушилась горгулья и, повалив на землю вместе с конём, принялась остервенело рвать на куски всё, что оказалось под ней.

Его величество, придавленный весом врага, отчаянно защищался, подставляя под удары безжалостных когтей руки и пытаясь нащупать на поясе кинжал. Броня пока спасала его от тяжёлых ранений, но схватка не могла продолжаться долго.

Джарстольф, отбившийся от первой атаки других горгулий, кинулся на помощь королю, но он был не один. Солдаты, увидев несчастье, мчались со всех ног. Арбалетчики издалека принялись отгонять летающего врага. Однако на таком расстоянии стрелы не могли причинить вред бездушным созданиям.

Готгарду, наконец, удалось ухватить кинжал. Он высвободил правую руку и нанёс пронзающий удар в левое бедро нежити. Горгулья бешено завопила от боли и слегка ослабила хватку.

В этот момент к ней на помощь с неба рухнула вторая, и они, ухватив короля с разных сторон, резко взметнулись в небо. Однако прилетевшая сзади стрела пронзила правое крыло горгульи, прибывшей на подмогу, и быстро подняться вверх, чтобы сбросить короля с высоты, им не удалось.

Мгновение спустя из земли вырос огромный водный элементаль и, взмахнув руками-волнами, сбил нечисть с неба, обрушив её на землю могучим водяным потоком.

К месту падения уже подоспели солдаты. Они вытащили мокрого и окровавленного короля из-под горгулий, пытавшихся прийти в себя, после мощной водной атаки. Но люди прикончили их на месте, так и не дав взлететь.

Джарстольф подскакал к королю и помог солдатам погрузить его на своего коня.

Ещё не успел он двинуться с места, как в небо ударил зелёный луч, и отовсюду закряхтело, завопило, закашляло. Вся равнина Пустых земель стремительно стала наполняться вылезающей из-под земли нежитью.

- Все в укрытие! Занять посты! – скомандовал во весь голос Верховный маг солдатам и перед тем, как повернуть коня к стенам Бордонара, едва слышно добавил: - Началось.

Солнце ещё не успело опуститься за горизонт, но мрачные тучи, надвинувшиеся с севера, закрыли его, позволив нежити атаковать раньше.

Тысячи оживших мертвецов, скрывавшихся под землёй, выползали на поверхность, вооружённые не только собственными когтями и клыками, но и различным ржавым оружием, прикосновение к которому поражало сильнее яда.

Джарстольф оставил раненного короля в его походном шатре на попечение целителя, а сам поспешил на передовую, чтобы возглавить войска. Сначала уход Налимгота, а теперь ранение его величества перед началом битвы ударило по духу солдат, поэтому срочно требовалось обеспечить небольшой успех для его поднятия.

Нежить напирала с севера широким фронтом. На востоке путь ей преграждала гора Муар, вовремя занятая войсками Тадалона под командованием Архета. Западнее король скрыл кавалерию под руководством паладинов, готовую в любой момент ударить и удержать левый фланг, либо устроить прорыв в ряды врага.

Пока впереди ползущие вурдалаки приблизились на расстояние выстрела из лука, вдали показались ужасающие труповозки, атака которых могла повергнуть в ужас даже отважных воинов королевства.

Верховный маг прямо на коне въехал на стену и оглядел место сражения. Лучники справа уже пытались огненными стрелами зацепить крадущихся впереди вражеского войска вурдалаков. Их пылающие наконечники прочерчивали в тёмно-сером, мрачном небе светлые полосы и вонзались вдалеке в землю. Лишь единицам удавалось на таком расстоянии попадать в цель.

Вурдалак, пронзённый огненной стрелой, вопил и кувыркался по бесплодной почве, стараясь потушить себя, но какого-то влияния на его соседей это не оказывало; они, по-прежнему, двигались вперёд с намерением впиться в глотки людей и закончить их век среди живых, перетащить на сторону бездушной нежити.

- Коня мне! – грозно ревел король, пытаясь подняться с ложа, на которое его силком уложили. – Дайте мне коня!

Целитель и прислуга пытались удержать его. Всё-таки раны хоть и выглядели не особо опасными, но требовалось хотя бы их как следует обработать и заставить затянуться с помощью магии.

Король отмахивался от попыток его удержать, всё больше гневаясь. Его самолюбие сильно задело обстоятельство того, что какие-то гаргульи чуть ли не прикончили его перед самой битвой. Сейчас он готов был разорвать их на куски, но пока не мог даже справиться с прислугой, придерживающей монарха, пока маг что-то спешно нашёптывал в стремлении остановить кровотечения.

- Огонь! – скомандовал Джарстольф, взмахнув правой рукой, держащей посох увенчаный огромным голубым кристаллом.

Несколько требуше и катапульт, располагавшихся позади защитных сооружений, дали залп, и пылающие снаряды, взметнувшись в небеса, ворвались в ряды врага, воспламеняя всё, до чего дотягивались.

Но нежить, понеся первые потери, лишь ускорила своё продвижение. Вот уже первые вурдалаки оказались в нескольких шагах от оборонительного вала, за которым их ждали копейщики и арбалетчики. Последние уже открыли огонь осиновыми болтами, способными утихомирить даже ходячего мертвеца.

Казалось, счёт был открыт в пользу людей, но тут с небес с ужасающим визгом вновь стремительно метнулись вниз стаи горгулий. Нескольких из них солдаты успели сбить, но многие проскочили, похватали воинов и взметнулись вверх. Через несколько мгновений с неба рухнули безжизненные растерзанные тела несчастных.

Всё ещё сопровождаемый прислугой к Верховному магу подошёл гневный король. Он немного хромал, лицо рассекала рана, оставленная когтём горгульи, бинты частично развязались.

Готгард взобрался на стену и выглянул за неё. Битва уже началась. Передовые отряды отбивались, прикрываясь щитами и отстреливаясь стрелами. Потери несли обе стороны.

Король оглянулся на осадные машины, подготовленные к новому выстрелу.

- Огонь! – закричал он, выплёскивая в этом слове весь яростный гнев.

Вновь огненные снаряды взметнулись в сторону атакующей массы, проредив её немного.

В этот момент взгляд короля привлекла вершина Муара. Издали было заметно, как единственная катапульта, установленная там буквально перед началом атаки, отправила пылающий шар далеко на север.

- Хоть бы они продержались подольше, - шепнул сам себе король, вновь оборачивая свой взор на поле битвы.

Как только нежить полезла в гору, Архет находился на северной окраине обзорной площадки. Он видел врага, карабкающегося вверх по склону и командовал обороной.

Сахин, его верный друг и помощник тоже был здесь, на передовой.

- Они попытаются окружить нас с запада, - мрачным тоном заявил следопыт, - чтобы отрезать путь к отступлению.

- Постараемся этого не допустить. – Капитан выглядел бодрым и полным надежды. – Готовьте подарки! – скомандовал он солдатам позади.

Через минуту к краю площадки подкатили несколько деревянных бочек, наполненных освящённым магами маслом. Их подожгли и толкнули вниз по склону.

Бочки устремились вниз, оставляя за собой полосы огня. Пламя вырывало из мрака силуэты вурдалаков, пытающихся уйти с пылающего пути. Помимо магии, огонь являлся самым простым и действенным способом борьбы с мертвецами. Они боялись его и не могли ничего противопоставить. Пылающий склон горы мог стать для них серьёзным препятствием.

- Отлично, - воскликнул Архет, заметив, как враг, впечатлённый сюрпризом, рассеял ряды.

Визг поднялся страшный. Запахло опалённой плотью. Нежить задержалась ненадолго и теперь вновь карабкалась наверх.

Расположенная сзади катапульта запустила очередной огненный шар, который, прочертив полосу света на тёмном небосклоне, открыл взгляду Пустые земли, кишащие ходячими мертвецами.

Среди полчищ вурдалаков переминались с ноги на ногу, продвигаясь вперёд, кошмарные и мерзкие мясники – кровожадные твари, собранные чёрной магией из кусков разных тел и вооружённые топорами и крюками, вшитыми прямо в плоть. Эти беспощадные креатуры, ворвавшись в строй людей, несли погибель десяткам.

Сахин первым попятился назад. Его рана вновь кровоточила, словно её только что нанесли. В глазах бегал панических страх. Архет, заметив это, подскочил к другу.

- Сахин, - капитан, схватив за плечи, хорошенько тряхнул следопыта, - это не твой страх, это гниль в ране заставляет тебя дрожать. Борись!

Но времени долго возиться с одним не было. Архет вновь бросился к северному склону. Нежить почти подобралась к защитникам. Полсотни вурдалаков кряхтя переползали на западный склон, чтобы атаковать людей с фланга.

- Бочки на левый фланг! – заорал капитан, обнажая клинок. – Не дайте им окружить нас. – Затем он повернулся к Балодану, стоявшему в центре площадки с немного растерянным видом: - Сейчас бы не помешало немного светлой магии.

Маг кивнул и стал что-то спешно нашёптывать. Казалось, вокруг стало светлее, словно сам воздух напитал свет и заставил тьму отступить.

И в этот момент вурдалаки добрались до защитников Муара. Они кинулись на людей, но их встретили обнажённые мечи, отражающие свет факелов. Началась мясорубка.

Воины бились отчаянно, удерживая высоту. Нежить горела, пробивалась осиновыми болтами, терпела потери, но всё с большей силой напирала.

- Держитесь, ребята! Держитесь! - подбадривал Архет, рубя мечом направо и налево. - Не сдавайтесь им живьём!

- Живьём мы им и не нужны! - прокричал в ответ Сахин, бьющийся с вурдалаками рядом.

Горящие бочки ещё время от времени срывались со склона, задерживая наступление врага по земле. Сверху же из чёрных туч вынырнули горгульи и пытались в буквальном смысле слова растащить оборону людей. Арбалетчики и лучники старались сбить их на подлёте. Отчасти им удавалось хотя бы ранить крылатого монстра, заставить его приземлиться в досягаемости мечников, тогда горгулью быстро добивали.

Оба мага расположились в центре площадки и постоянно шептали заклинания. Их влияние казалось незаметным, но они поддерживали воинов, давая им больше крепости, делая их удары сильнее, а дух устойчивее. Возможно, шансы продержаться до утра у людей были.

И в этот момент один из солдат, обороняющий северную баррикаду, дико завопил и выронил оружие. Он в ужасе схватился за правую руку, начавшую гнить и ломаться прямо на глазах.

- Некромант! - закричал кто-то изо всех сил. - Некромант!

Солдаты в ужасе попятились, а на площадку вылезло страшное создание, когда-то бывшее чародеем высших эльфов, но давным-давно попавшее под власть нежити.

Балодан тут же переметнул своё внимание на могучего врага, вернее, на солдат, окружавших его, пытаясь поднять им дух. Архет уже мчался туда же.

- Стоять! Не сметь отступать! - кричал он, боясь, что оборона будет сломлена. - Атакуйте!

Пока люди боролись с первым налётом паники, мёртвые воины, лежащие у ног некроманта, едва зашевелились. Плоть на них начала лопаться с треском и хлюпаньем. Кровь залила доспехи, а кости стали оголяться. Медленно и неуклюже скелеты мертвецов поднялись на ноги. Доспехи и разорванная плоть на них болтались, словно были не по размеру. Ужасающий застывший взгляд уставился в сторону людей. Костлявая рука подняла меч.

Мощный удар сбил первого из них с ног, раздробив череп. Это Архет и Сахин пришли на помощь.

- Рубите их! - кричал капитан разведчиков. - Это уже не наши боевые товарищи! Это бездушные слуги врага!

Воин, рука которого распадалась прямо на глазах, немного отошёл от страшного заклинания. Это Балодан снял злые чары некроманта. Он поднял над головой топор и кинулся на чернокнижника. Обхватив его искалеченной рукой, а второй, с топором, отмахиваясь от восставших скелетов, солдат бросился со склона вниз, прихватив некроманта. Его отчаянный крик перемешался с хрипением вурдалаков, карабкающихся вверх, и сгинул в темноте где-то внизу.

Под руководством Архета и Балодана брешь в обороне быстро закрыли. Катапульта сзади сделала ещё один выстрел в поддержку обороняющихся. Последняя пара пылающих бочек скатилась вниз, осветив подбирающегося к вершине тошнотворного мясника.

Архет подбежал к западной баррикаде, где накал сражения пока ещё не был столь велик, и всмотрелся в долину, где основное войско, вцепившись в форпост Бордонар, ещё пока сдерживало натиск.

Готгард и Джарстольф разделились и скакали из стороны в сторону, раздавая команды и поддерживая бойцов. Оборона пока держалась, но любая, даже мельчайшая ошибка могла позволить нежити пробиться и, словно река, прорвавшая плотину, заполонить западные земли Тадалона. А оттуда уже ничего не помешало бы ей выйти к Норинду и уничтожить всё королевство.

После того, как началась битва, ночь наступила незаметно. Кромешная тьма закрыла звёзды и луну, оставив людям лишь рукотворный огонь. Поэтому обороняющиеся толком даже не видели, сколько врагов наступало. Их взгляда хватало лишь на четыре-пять десятков шагов.

Омерзительные существа, сшитые магией из нескольких разных тел и называемые мясниками, пробирались к валу и пытались сокрушить укрепления людей. Их тошнотворный смрад отравлял защитников, лишая их способности обороняться.

Когда мясник подбирался слишком близко и начинал крушить всё вокруг, архимаг спешил к этому месту и вызывал водного элементаля, способного противостоять мерзкому созданию. Но мясники прибывали и прибывали, а Джарстольф... нет, он не был один. Иногда ему на помощь приходили другие маги ордена.

Аила, к примеру, слыла среди других «супругой» Джарстольфа, поскольку находилась с ним в длительных дружеских отношениях и являлась его заместителем в ордене. Возрастом чародейка была под стать архимагу, так что молодёжь за глаза «обвенчала» их.

Аила поддерживала левый фланг, своим искусством превращая тех же мясников в безобидных овец, с которыми солдаты справлялись куда лучше, нежели с неживыми монстрами. Горгульи, срывавшиеся с небес на несчастных защитников Бордонара, под воздействием её чар время от времени настолько замедляли свои движения, что не успевали уворачиваться от стрел и сражённые падали наземь.

Готгард примчался на самый край левого фланга. Здесь было тяжелее всего обороняться, так как обширную открытую местность за столь короткий срок не смогли перегородить. Постепенно нежить сминала тут оборону, заставляя раньше времени вводить резервы.

Обстановка складывалась плачевная. Люди могли держаться ещё какое-то время, но устоять они не могли. И с каждой минутой это становилось всё очевидней.

Король краем уха среди криков, лязга железа и хрипения раненных слышал шёпот поражения. Воины начали уставать. Они понимали, что грядёт неминуемое поражение. Стойкость начала давать слабину, несмотря на поддержку магов, волшебниц и целителей. Требуше и катапульт явно не хватало, чтобы справиться с таким количеством врагов. Но сдаваться ни в коем случае нельзя. Если нежить пройдёт здесь, её уже ничто не удержит, и дни людей будут сочтены.

- Джарстольф! - Готгард окликнул архимага, в пылу сражения приблизившегося на сотню шагов. - Нам нужна твоя магия! Сейчас!

Верховный маг утвердительно кивнул, остановился и сосредоточился. Аила, оказавшаяся неподалёку, поспешила прикрыть, чтобы никто не смог навредить чародею во время сотворения сильного заклинания.

Несколько мгновений спустя что-то прогремело в угольно-чёрном небе, показались едва различимые во тьме молнии, затем стало холоднее, и вдруг с небес на врага устремились острые ледяные осколки. Они охватывали довольно большую область перед оборонительным валом и поражали всё, что в ней оказалось.

Осколки летели и летели, сокрушая вурдалаков и поднятых некромантами мертвецов, пробивая крылья горгульям, раня безобразных мясников. Магия Джарстольфа оказала должное воздействие и на людей. Они воспряли духом и с новыми силами кинулись в бой, стараясь удержать вал, с которого до этого начали медленно отступать.

- Стоять насмерть! - скомандовал в поддержку король, оглядываясь на конницу, нетерпеливо переминающуюся в ожидании приказа. - Мы выстоим эту ночь!

Но буран мага завершился, дав лишь короткую возможность хоть как-то восстановить утерянные позиции. А нежить хлынула с новой силой, и, казалось, ряды её только пополнялись.

- Где же ты, Налимгот, когда ты так нужен? - спросил едва слышно король паладина, ушедшего со странным парнем в ущелье Серых гор.

Да, Налимгота в этой битве явно не хватало. Его сила, его магическая поддержка имели бы большой вес в обороне людей. Но... Он поверил странному, загадочному юноше, убедившему его в возможности победы другим путём. А если это ошибка? А если это уловка врага?

Кто-то отчаянно закричал справа, почти в центре вала, оборвав размышления короля. Огромный мясник, несмотря на все попытки защитников, сумел взобраться на стену. В нём уже торчала пара копей и с десяток стрел, но одна из его рук, вооружённая страшным топором, рубила наотмашь с ужасающей силой, снося сразу нескольких человек.

Требовалось срочно что-то предпринять, иначе всё могло быть потеряно стремительно и бесповоротно.

Несмотря на отчаянное сопротивление, люди несли потери, которые почти сразу же, воскрешаемые чёрной магией некромантов, пополняли ряды врага.

За взобравшимся на укрепления мясником, хлынули вурдалаки и накинулись на мечников, старавшихся оградить собой беззащитных лучников и арбалетчиков. Люди ещё надеялись удержаться на внешней стене, хоть и надежда эта казалась весьма призрачной.

Верховный маг Тадалона, находящийся неподалёку, в очередной раз призвал водного элементаля, который смыл четверых вурдалаков и мощной водяной струёй повалил на камни мясника, отрывающего головы у раненных солдат крюком, вшитым в локоть. Казалось, в этот раз ещё могло повезти, но…

Но из темноты вынырнул ужасающий, полупрозрачный призрак мёртвой женщины, банши. Её колдовской, душераздирающий крик подорвал боевой дух, находящихся рядом солдат. Некоторые даже спотыкались на ровном месте и падали, тут же загрызаемые вурдалаками. Несколько стрел проскочили сквозь призрака, не причинив ему вреда.

Воины Тадалона начали отступать, поддаваясь вражескому натиску и собственному страху. Брешь в обороне стала расти.

К Готгарду подбежал один из военачальников, находившихся в тылу и командовавший резервами. Король заметил его и тут же спросил:

- Орондим, где твои люди?

- Пошли помогать, где прорвало, - спешно сообщил военачальник.

- Тогда почему ты здесь?! – Король отвлёкся, отдав ещё несколько координирующих приказов солдатам, затем вновь повернулся к собеседнику. - А?

- Ваше Величество... – Орондим в нерешительности замялся подбирая слова. – Оборона прорвана. Вам надо... отступать... к крепости.

- Что?! – Король удивился лишь на мгновение. Затем его взгляд вспыхнул испепеляющим презрением, а голос загремел, словно гром: - Бежать вздумал и мной прикрыться захотел?!

Готгард сорвал с доспехов Орондима знаки отличия и жестом приказал охране схватить его. Двое крепких воинов из личной охраны тут же исполнили волю короля.

- Если я покину поле боя, всё рухнет! Ты этого хочешь? Хочешь знать, что будет с королевством людей? – Готгард в страшном гневе указал солдатам по ту сторону вала. – Отправить труса к нежити! Пусть он первым из нас познает цену малодушия!

Охрана лишь на секунду замешкалась в неуверенности; вдруг король передумает в последнее мгновение. Но его безоговорочный взгляд не оставлял надежды. Орондим полетел вниз, и его тут же, словно морской прибой, накрыла волна вурдалаков.

К сожалению, показательная казнь военачальника ничего не могла изменить в судьбе людей. Нежить прорвалась, а резервы старались лишь выиграть время, чтобы солдаты могли отступить и выровнять фронт.

Король тоже это понял.

- Отступаем ко второй линии! - прокричал он. - Джарстольф! Джарстольф! - позвал он мага, атакующего банши острыми ледяными осколками, слетающими, словно стрелы, с острия его посоха. - На вторую линию!

Солдаты принялись отступать, стараясь сохранить порядок.

Готгард тем временем сел на коня и направился в тыл. Там он спешился у обзорной башни, где располагались сигнальщики, и где сам он должен был быть с начала боя. У башни его уже в нетерпении ожидал паладин, руководящий конницей. Его взгляд говорил обо всём.

- Да! Да, мой друг! - обратился сразу к нему Готгард. - В бой! Задайте им жару! Мы должны выиграть время и перегруппироваться! На вас вся надежда!

Не теряя времени даже на короткий ответ королю, паладин помчался к своим. А через несколько мгновений сквозь шум сражения пробился сигнал к атаке, и конница ринулась в бой.

Нежить прекрасно знала о наличии у людей кавалерии, а также горгульи доложили о её местонахождении, поэтому навстречу уже заковыляли тошнотворные мясники, и скрипящие труповозки приготовились к атаке.

Но конница не зря устрашала врага во все времена. На полном ходу она клином вошла в боевые порядки, смяв на своём пути бесчисленное количество всякой мелкой нежити.

Рыцари вдвоём-втроём атаковали мясников с ходу, вонзая в них копья и валя на землю. Вурдалаки и ходячие мертвецы просто растаптывались. Их добивала вторая линия атаки.

Вообще, паладины – элита войска людей имела цепенящее воздействие на нежить низшего порядка. Та зачастую зачарованно смотрела, как её уничтожают, ничего не предпринимая. Но это воздействие всё равно длилось недолго, и вурдалаки, приходя в себя, кидались на лошадей, рассекали им круп длинными острыми когтями или вонзали клыки в шею, любыми способами стремясь повалить на землю или хотя бы замедлить.

Броня хорошо защищала коней и самих рыцарей от многочисленных атак и случайных ранений. Но разница в количестве начинала брать верх. Подвинув нежить на левом фланге и выиграв время для перегруппировки обороняющихся, конница увязла. Началось кровавое месиво.

Но похожая обстановка складывалась и в Бордонаре. Оставив передний вал, солдаты спешно отступали к внутреннему ряду баррикад, проходы между которыми загораживали копейщики. Их высокие щиты образовывали стену, за которой прятались лучники, пытающиеся огненными стрелами сбивать со стены нежить, в огромном количестве переползающую через неё. Горящие мертвецы в агонии метались из стороны в сторону, поджигая всё вокруг. Во многих местах полыхало. Но никому уже не было дела до того, что форпост сгорит дотла.

Катапульты ещё перебрасывали горящие бочки на ту сторону стены, не позволяя нежити беспрепятственно преодолевать оставленный первый рубеж обороны.

Тем не менее половину Бордонара уже заполонил враг и напирал на баррикады и копейщиков. Сражение становилось всё более хаотичным, выходило из-под контроля людей.

К Готгарду, едва успевавшему раздавать приказы направо и налево, подбежал ещё один паладин.

- Ваше величество, берсерки готовы! – прокричал он сквозь крики и визг.

- Да! Выпускайте! – ответил король без промедления.

Паладин тут же помахал куда-то в сторону катапульт, вытащил меч и помчался к ближайшей баррикаде. Через несколько мгновений сзади что-то стало приближаться.

Несколько пеших паладинов, руководивших на местах второй линией обороны, приказали копейщикам расступиться. И, как только те сдвинулись, из-за их спин в бой ринулись берсерки.

Это были уже знакомые крепкие люди с горящим, бешеным взглядом, вооружённые двумя раскалёнными стальными прутьями. Они крутили эти прутья с такой скоростью, что образовывали вокруг себя смертельный огненный вихрь, сносящий всё на своём пути.

Берсерки оставили за собой полосу разрушений, раскромсав атакующую их нежить. Даже подоспевший мясник, кинувшийся на берсерка своей огромной тушей с целью раздавить, лежал, расчленённый раскалёнными стальными прутьями на несколько ещё дёргающихся частей. Ему, правда, удалось сбить с ног берсерка, и вурдалаки догрызали тело могучего воина людей.

Неожиданное появление резервов дало лишь мгновение, позволившее вздохнуть. Но нежить продолжала напирать всё с большей силой. Она стремилась покончить с сопротивлением людей до рассвета. И казалось, ей это удастся.

Вторая линия обороны являлась лишь небольшой преградой для врага и предназначалась в основном для удержания хоть какого-то порядка в стане людей.

Готгард с сигнальной башни наблюдал за тем, как его воины, погибая десятками и сотнями, пытались удержать нескончаемые полчища мертвецов. И в его голове поселилась мысль отступления.

- Ваше величество! - вдруг заорал сзади стражник.

Король не успел обернуться, как на него накинулся солдат, взобравшийся на башню мгновением ранее, как будто бы для доклада, и сбил с ног. В его руке блеснул клинок, но быстрое вмешательство стражи спасло короля от смерти.

Солдата схватили, и из него с ужасающим криком вырвалась банши. Призрак утопленницы, властвовавший над душой солдата, взмыл над Готгардом, готовый нанести магический удар, но мощный водяной поток смыл его с башни. Джарстольф почти взлетел к правителю и протянул руку, желая помочь подняться на ноги.

- Ваше величество, - обратился архимаг, - нужно отходить к крепости. Оборона прорвана. Надо уходить, пока можем. Я прикрою.

Готгард глянул вниз. У основания башни водный элементаль держал путь к отступлению открытым, атакуя снующих поблизости вурдалаков.

- Хорошо, Джарстольф! - ответил, наконец, король и обратился к стражнику: - Отходим!

Маг уже принялся за сотворение заклинания очередного бурана, поэтому не слышал слов повелителя. Готгард же в последний раз взглянул к вершине Муара, где небольшой отряд Архета всё ещё держал оборону.

Было тяжко. Нежить прорвала северное ограждение и в буквальном смысле слова поглощала защитников. Вершина Муара почти отошла врагу.

Архет и остатки отряда сбились вместе, обороняя катапульту, единственное оружие, ещё способное наносить хоть какой-то урон.

К счастью, отчаянная оборона Бордонара отвлекла на себя очень много сил, и мертвецы напирали на дозорную площадку лишь лёгкими войсками. Некромант и мясники больше не появлялись. Видимо, все они перекинулись на форпост и кавалерию. Однако страшные горгульи, стремительно пикирующие из чёрных туч прямо на головы защитников, неумолимо прорежали строй людей.

Сахин, бьющийся по правую руку от Архета, выл от боли и безумства, охваченный пылом сражения. Его рана, нанесённая вурдалаком, превратилась в огромную гниющую язву, всё больше перетягивающую его на сторону мертвецов.

- Архет! - завопил хрипло Сахин, не отвлекаясь от схватки. - Архет! Обещай, что прикончишь меня до того, как я стану одним из них.

- Обещаю! - прокричал капитан в ответ, наверное, даже не сообразив в пылу сражения, о чём именно просит друг.

Сахин это понял и решил убедиться:

- Архет, обещай мне!

- Я обещаю! - ответил вместо Архета Балодан, заговаривающий очередного раненного за спинами обороняющихся.

Тут с небес налетела очередная горгулья и, схватив одного из солдат могучими лапами за плечи, пыталась вырвать его из строя. Сахин развернулся и парой мощных ударов отрубил монстру конечности, после чего тот, бешено вертясь от боли, взмыл вверх и исчез в чёрных тучах.

Повернувшись, чтобы спасти товарища, разведчик не уследил за своей спиной. Два вурдалака тут же вцепились в неё и утащили куда-то в свой тыл. Несколько мгновений ещё слышны были его отчаянные проклятия, уже больше похожие на хриплые вопли нежити.

Архет, рубанув по очередному ходячему мертвецу, бывшему совсем недавно боевым товарищем, коротко осмотрелся. Защитников Муара осталось десятка полтора. Видимо, для врага они уже не представляли большой опасности, потому что его напор немного ослаб. Бордонар пал, и основные силы хлынули вниз, в долину, к крепости Омагон, последнему рубежу обороны на западе Тадалона.

Это был шанс, шанс отступить и спуститься к своим.

- Отходим! - прокричал Архет. - Отходим в долину!

Следуя приказу, воины начали отступать, но их догоняли и убивали. Кто-то рванул быстрее других, оголив фланг, и вурдалаки накидывались на людей с разных сторон, не оставляя ни малейшего шанса. Муар потерян.

Архет отрубил одному из наседающих вурдалаков голову, но со спины уже атаковал следующий, ударив чем-то по голове и располосовав огромными когтями всю спину. Капитан взвыл от боли и упал. Однако врага добила магия; Балодан подоспел вовремя. Он схватил раненного разведчика и потащил куда-то. Но тот уже потерял сознание и ничего не видел.

Люди отступали к крепости Омагон, стараясь хоть как-то удерживать порядок и не стать лёгкой добычей. Примерно половина войска, оборонявшего Бордонар, погибла либо поневоле примкнула к полчищу врага. Отход прикрывали уцелевшие рыцари и паладины. Где-то ещё крутился в бешеном вихре берсерк, кромсая нежить направо и налево. После его ударов вурдалаки и мертвецы больше не поднимались. Магия паладинов, задействованная в создании берсерков, играла здесь решающую роль в усмирении проклятых.

Готгард и Джарстольф разделились и командовали отступлением. Маг вымотался, но всё ещё вызывал на помощь водных элементалей. Другие маги и целители, ещё не попавшие в когти врага, жертвуя собой, спасали всех, кого могли.

Король, по настоянию охраны ускакавший вперёд, с болью в сердце наблюдал, как, отчаянно отбиваясь, погибает его войско. До спасительного рассвета оставалось недолго, но людям, видимо, не суждено до него не дожить.

И вдруг в чёрных небесах показался огонёк. Он взметнулся вверх с юго-запада и стремительно приближался. Затем последовала яркая вспышка, озарившая поле битвы, на котором, словно кровавое злое море расползлась нежить, с ужасающими воплями, хрипением и бульканьем добивающая отступающих воинов Тадалона.

Через несколько мгновений на левом фланге, если его ещё можно было так назвать, послышались разрывы картечи, и нежить, поражённая таким развитием событий и понёсшая заметные потери, отхлынула немного назад.

- Гномы! - радостно воскликнул кто-то из охраны короля. - Ваше величество, гномы!

И действительно, из тьмы вскоре показалась пехота горного народа, вооружённая копьями и мушкетами. Она тут же двинулась в бой чётким порядком и стала теснить не готовую к такому повороту событий нежить.

Стрелки дружно палили дробью, буквально разрывающей на куски вурдалаков, старавшихся приблизиться и впиться гномам в глотки. Но путь им преграждали ряды отлично бронированных копейщиков, непреступных, словно скала. Даже подоспевшие на правый фланг отвратительные мясники хоть и пробивали строй гномов, но те, насадив монстров на копья и пригвоздив к земле прорвавшихся в брешь вурдалаков да скелетов, спешно восстанавливали его. А с тыла их резво поддерживало несколько мортир, прорежающих ряды приближающейся нежити картечью.

Горгульи, сначала было налетевшие на подмогу своей пехоте, оказались успешно отбиты стрелками. Дробь последних, не требующая особого прицеливания, разила их ещё на подлёте. Поэтому летающие твари быстро перекинулись на отступающих людей.

Люди же, увидев долгожданную помощь, воспряли духом и, упорядочив строй, замедлили отступление. Их осталось лишь несколько сотен, но надежда творила чудеса.

В дополнение к гномам с юга, со стороны Омагона прибыл небольшой отряд, чтобы прикрыть отход выживших к крепости. Биться с неумолимым бесчисленным войском на равнине, не имея возможности укрыться, никто не собирался.

А вдали на востоке забрезжил долгожданный рассвет. Готгарду он показался настолько ярким и тёплым, словно уходящая ночь длилась целый век. Король позволил себе вздохнуть с облегчением и без чувств соскользнул с коня. Охрана тут же пришла на помощь и погрузила короля на повозку, направляющуюся с раненными в крепость. Джарстольф остался командовать войском в его отсутствие.

Нежить отшатнулась. Мощный удар гномов с юго-запада и поднимающийся диск солнца на востоке заставили её отступить. Заколдованная ночь кончилась. Теперь, при дневном свете нежить старалась скрыться. Часть мертвецов закапывалась в землю, избегая солнечных лучей. Горгульи, не успевшие скрыться в рассеивающихся чёрных тучах, превращались в камень прямо на лету и падали на обожжённую сражением землю. Но основные силы, прячась в тени Серых гор, ушли обратно на Пустые земли, где могли переждать день, чтобы при наступлении тьмы снова ринуться в атаку на едва устоявший Тадалон.

Глава 12. Одна во мраке

Она открыла глаза, но вокруг царила абсолютная тьма. Могла ли она видеть? И что такое видеть? Мысли очень медленно возникали одна за другой и порождали новые. Их становилось всё больше.

Что она такое? Почему именно Она? Что такое Она? Почему она и где?

Очень медленно какие-то глубинные воспоминания давали ответы на некоторые вопросы. Она поняла, что она есть некое существо, а у существ обычно есть тело, которое можно использовать для перемещения в пространстве. И как это сделать?

Мысли превратились в рычаги, пытающиеся сдвинуть предполагаемое тело, которое она не видела во тьме и не ощущала.

Какое-то время ничего не происходило. Но затем, кажется, что-то шевельнулось. Едва воспринимаемая ответная искорка достигла разума. Она пыталась ещё и ещё, пока ощущения не стали приходить каждый раз, как она желала пошевелить частью тела, которую пока ещё не могла видеть.

Могла ли она видеть? Этот вопрос на фоне успехов движения пока не сильно заботил.

Постепенно стало холодней и тяжелей. Снизу возникло ощущение чего-то твёрдого. Видимо, она лежит на... на... зе... земле... Слова, означающие нечто, пока ещё не совсем понятное, словно огоньки, загорались в памяти, всё больше оттесняя мрак и пустоту. И сверху тоже что-то давило, что-то обжигающе холодное и... мерзкое. Чем больше возвращались чувства, тем сильнее становилось желание избавиться от этого отвратительного давления.

В конце концов, с неимоверными усилиями ей удалось сдвинуть противное нечто в сторону и немного подняться.

А воспоминания тем временем поднимали в сознании бурю вопросов, на которые иногда появлялись ответы. Например, постепенно стало понятно, что у неё есть четыре конечности, которые выполняют разные функции.

Опираясь на те, которые, как ей казалось, были ближе, она вдоль неровной поверхности приподнялась и встала на те, что были дальше. Вторая пара конечностей оказалась сильнее первой, но и слушалась хуже.

Оцепенение постепенно проходило. Само это слово возникло неожиданно и вдруг показалось именно тем правильным словом, которое она никак не могла вспомнить.

Двигаясь вдоль неровной стены... девушка... Да, кажется, это правильное описание для неё. Она была девушкой. Двигаясь вдоль неровной стены, похожей на ощупь на поверхность под ногами...пол... девушка прошла несколько шагов в кромешной темноте. Успехи вдохновили её, и захотелось больше. Однако, воспоминания не спешили возвращаться, а вопросы накапливались.

Пользуясь руками - она уже знала, как называются верхние конечности - продвинулась ещё немного, но стена не заканчивалась. Девушка развернулась и направилась в противоположную сторону. Через несколько шагов ноги упёрлись в мерзкое холодное нечто, совсем недавно лежащее на ней. Обойдя это, она удалилась на несколько шагов в другую сторону, но опять же стена не заканчивалась. Над головой руки тоже ничего не нащупали. Вытянув их в разные стороны, девушка попыталась дотянуться до противоположной стены, которая могла бы быть, но не достала. А отрываться пальцами от единственного ориентира, она пока не решалась.

Сообразив, наконец, ощупать себя, она стала водить ладонями по телу. И, словно по волшебству, тело стало отзываться на прикосновения. Голова болела, и волосы, покрывающие её, были местами липкими и мокрыми. На шее обнаружились неровности, тоже причиняющие боль.

Ниже руки нащупали мягкие бугорки, которые ещё ощущались онемевшими, как и вся... грудь. Именно здесь лежало нечто, вероятно, и являвшееся причиной оцепенения.

Постепенно к девушке пришло понимание того, что она была во что-то одета, и её одежда, разорванная, всё ещё висела лоскутами на ней. Осознание наготы почему-то добавило неприятных эмоций, хотя она ещё не понимала почему и ожидала ответа от пробуждающейся памяти.

А память, словно невидимый советник давала подсказки почти всегда вовремя и иногда неожиданно.

Вот и сейчас она объяснила, что неприятное нечто, воспринимаемое... носом, называется запахом, причём запахом обгорелой плоти мерзкого существа, лежащего без движения в нескольких шагах. А обгорело оно, очевидно, под воздействием огня, дающего свет... А свет - это нечто прекрасное, близкое, приятное, согревающее.

По мере того, как чувства возвращались к ней, находиться там, где она находилась, становилось всё неприятнее. Холод стал бросать в дрожь. Тело ныло от травм, полученных... Что произошло с ней?

Перед глазами стали проскакивать странные видения. Эта отвратительная... тварь пыталась её убить... или... или наоборот?

«Ваша Светлость» - прозвучал вдруг в голове чей-то, кажется, знакомый голос. Ваша Светлость... Так называли её... «девочка моя»... нет... вернее, так тоже называли, но в мыслях крутилось ещё имя... имя... Э... Эдора. Да, её звали Эдора.

Вспомнившееся имя вызвало волну приятных ощущений по всему телу и одновременно заставило его дрожать от холода. Кромешная тьма начала восприниматься всё больше угнетающе.

Девушка обхватила себя руками, чтобы согреться, но это не помогло. В груди принялось нарастать новое сильное чувство, направленное против тьмы. Видимо, характер Эдоры решил проявить себя, распаляя её изнутри. Да, это чувство называлось гневом.

Нужно выбираться отсюда. Выбираться... на свет, туда, где тепло и радостно. Эдора сделала несколько шагов, опираясь о стену. Ничего нового не обнаружилось. Она двинулась дальше, надеясь найти хоть какую-нибудь зацепку, способную помочь найти выход из тьмы. Но ничего. Только холод, противный запах обгоревшей мёртвой плоти и сырость. Однако, что-то внутри тянуло именно в этом направлении, какое-то необъяснимое чувство... привязанности...

Девушка неуверенными шагами продолжила идти. Она была ранена и слаба, но не останавливалась, всё больше удаляясь от мерзкого создания, с которым сражалась не на жизнь, а насмерть. Когда? Память не давала ответ на этот вопрос. Очень многие вопросы ещё оставались без ответа.

Продвигаясь в кромешной темноте по подземному проходу, дрожа от холода и вынося повсеместную боль, девушка тешила себя мыслью о свете, тёплом солнечном дне. Она черпала свои немногие силы именно из воспоминаний. Хотя они представляли собой нечто смутное, не ясное.

А подземелье и не думало заканчиваться. Оно растянулось в бесконечность, превратившись в целый пустой, холодный и противный Эдоре мир, в котором ничего не менялось. Хотя бы противного запаха больше не было. Он остался позади.

Сколько времени прошло, девушка не знала. Она с трудом вспомнила, что такое время, но никак не могла его измерить. Сначала надеялась посчитать шаги, чтобы иметь хоть отдалённое понимание расстояния, но те немногие цифры, которые удалось вспомнить, путались и нисколько не помогали.

Прошло ещё немало времени, как вдруг девушка заметила вдали светлое пятнышко. Сначала она подумала, что принимает желаемое за действительное, но по мере приближения пятнышко превратилось в пятно и приняло более внятные очертания. Это придало уже изрядно измотанной Эдоре сил, и она поспешила к находке.

Вскоре пятно приняло окончательные формы, и стало понятно, что оно возникает из-за света, проникающего в этот жутко тёмный тоннель откуда-то сверху. Девушка встала в освещённый на полу круг и подняла глаза вверх. Над её головой, вне досягаемости находилось отверстие, перекрытое решёткой. Оттуда лился дневной свет, наполнивший душу счастьем.

Дышалось здесь легче, благодаря свежему воздуху, льющемуся через отверстие вниз.

В новой обстановке девушка, наконец-то, смогла рассмотреть себя, наполовину нагую, изодранную когтями мерзкого создания, оставленного далеко позади. Плечи и спина оказались больше всего покрыты ранами и запёкшейся кровью. Грудь до сих пор чувствовалась слегка онемевшей. Спереди на ногах тоже обнаружились весьма глубокие порезы. Кое-где нашлись огромные синяки. Да, схватка с существом, видимо, была не на жизнь, а на смерть. Но она уже в прошлом. А в настоящем согревающий луч, проникающий сверху.

Земля в круге света была теплее, и изнеможённая Эдора улеглась на неё, желая насладиться и отдохнуть.

Проснулась она от усилившегося чувства холода. Голод - новый весьма неприятный спутник, с которым девушка успела познакомиться в пути - тоже обозначился с новой силой.

Но больше всего опечалило её и без того плачевное состояние отсутствие света. Сквозь решётку наверху Эдоре с трудом удалось разглядеть звёзды и понять, почему солнечные лучи больше не греют её.

Очередное разочарование больно ударило по надежде выбраться из подземелья, и Её Светлости потребовалось какое-то время, чтобы собраться и решить, что делать дальше. А необъяснимая тяга тянула дальше в том направлении, куда девушка двигалась всё это время.

Наконец, Эдора поднялась и зашагала дальше. Сил у неё становилось всё меньше, и лишь сила воли заставляла держаться на ногах.

И вновь бесконечный слепой тоннель, тянущийся в неизвестность. После лучика света, вновь сомкнувшаяся вокруг тьма угнетала с большей силой. Она давила к сырой земле под ногами, старалась лишить рассудка и... жизни.

У обессиленной Эдоры подкосились ноги, и она рухнула наземь, тяжело дыша. Но едва она притихла, чтобы перевести дух, как вдруг где-то далеко впереди послышался какой-то звук. Он был настолько тихим, что ничего разобрать не удавалось.

Девушка поднялась и бесшумно двинулась на звук. Наконец-то, чёрная безмолвная пустота была разбавлена.

Через некоторое время босые ноги наступили на камень, затем ещё на один. Исследование на ощупь показало, что стены подземелья стали неровными и скалистыми. Прежде они состояли из земли и глины. Пришлось ступать ещё осторожней, так как вероятность пораниться об острые края лежащих на полу булыжников, оказалась весьма высока. А на теле Эдоры ран, итак, уже предостаточно.

Вот уже гораздо ближе повторился непонятный звук. Лёгкий стук, шуршание, опять стук. Щелчок. Очевидно, кто-то находился поблизости. Но кто? Друг или враг?

Девушка осторожно поползла вперёд, постоянно прощупывая чёрную пустоту правой рукой. И тут её руки что-то коснулось, что-то тонкое и лишь слегка. Звуки тут же затихли. Незнакомец, видимо, насторожился.

Наконец, Эдора решилась и вновь вытянула руку вперёд, желая нащупать хоть что-нибудь, способное рассказать о встреченном существе. Видимо, незнакомец додумался до того же. Эдора почувствовала резкую боль от укуса, вскрикнула и...

Тут произошло нечто, чего она никак не ожидала - из ладони правой руки вырвался яркий обжигающий свет. Лишь на мгновение девушка смогла разобрать существо, укусившее её, затем, ослеплённая и испуганная светом, она отодвинулась назад.

Взвизгнув от неожиданности и боли, обожжённый светом огромный жук умчался прочь. Эдора слышала его удаляющиеся звуки.

Но девушке сейчас было не до жука, до смерти напугавшего её. Укушенная рука пылала изнутри, и она никак не могла понять, виноват ли в этом укус насекомого или тот яркий обжигающий свет, вырвавшийся из ладони.

И память, как обычно, принялась давать подсказки. Подобных жуков она никогда раньше не встречала, а вот свет... свет оказался таким знакомым.

Эдора напрягала свою израненную головку, стараясь понять источник света, но именно тут память почему-то противилась. Что-то внутри не хотело думать о свете и вызывало чувство опасности.

Девушка с трудом поднялась. Ослеплённая вспышкой она чувствовала себя несколько неловко несмотря на то, что и без вспышки она совершенно ничего не видела. Хотя нет, она видела и ощущала тьму, окружавшую её на протяжении долгого времени. А теперь она не видела тьму, и это обстоятельство вызывало неуютные ощущения. А бледное пятно перед глазами не спешило растворяться; слишком долго Эдора пребывала во мраке.

Но девушка решила двигаться дальше. У неё становилось всё меньше сил и меньше времени, чтобы выбраться из бесконечного тоннеля и выжить. Спотыкаясь о лежащие на полу камни, она, держась за стену, поплелась вслед за умчавшимся прочь жуком. Где-то эта тварь выбирается наружу, и она должна найти этот выход.

Глава 13. Путь через Чёрный лес

Налимгот стоял и смотрел на возвышающиеся впереди «кудри» Чёрного леса. Справа рядом с ним остановились Лигром, Сим и Ирзумга. Слева Дассир и берсерк. Все они молчаливо и с нерешительностью замерли, словно упёршись в невидимую стену.

Чёрный лес перегораживал ущелье, взбираясь на склоны охватывающих его по бокам Серых гор. Обход его с любой стороны стоил бы многих дней, которых у отряда не было.

Талит и Тер'Зур подошли к остальным сзади.

- Вам не стоит бояться, - начал парень. - Не в этот раз. Духи Чёрного леса отправили меня в Норинд именно за тем, чтобы я собрал отряд воинов и провёл их к Сарусу. Пришедшие из другого мира демоны начали свою войну против всех. Их знания об этом месте равны знаниям нежити.

- Здесь не пройти, - прохрипел Тер'Зур, озвучивая эти самые знания.

- Мы осведомлены о Чёрном лесе не больше нежити, - сообщил Налимгот. - Никто и никогда не возвращался отсюда ни живым, ни мёртвым. Кроме тебя.

- Я родом из Норинда. Но, когда моих родителей убили на Северной дороге, духи Чёрного леса взяли меня к себе, вырастили, дали знания, научили многому... с одной целью – собрать вас и спасти этот мир.

- У нас получится? - поинтересовался Лигром.

- Не положено знать это, - вместо Талита ответил Ирзумга. - Всё узнать в своё время полезнее знать не вовремя.

- В лесу нет троп, - шагн3в вперёд начал пояснять парень. - Там легко заблудиться. Вам придётся держаться вместе, чтобы этого не случилось. Не теряйте друг друга из вида. Идите строго на север. Не наносите вред ни единой ветке. Они этого не любят. И ещё одно касательно этого места: меньше видите - меньше опасность.

- Двинулись? - спросила нетерпеливая охотница, поборов робость и не собираясь показывать свой страх.

И отряд шагнул в Чёрный лес, место, о котором ходили пугающие легенды среди всех обитателей этих мест. Вурдалаки Тер'Зура показались немногим позже, но не пошли под кроны деревьев. Талит сразу предупредил некроманта, что сопровождение не пройдёт через лес. Поэтому вурдалаки, постояв какое-то время в ожидании, двинулись в обратном направлении. Им придётся оставить хозяина одного среди смертельных врагов и искать другую дорогу, чтобы попасть на северную сторону Серых гор.

Отряд двигался сквозь почти кромешную тьму. Несмотря на дневное время и сияющее над кронами деревьев солнце, почти ничего не проникало сюда снаружи. Было необычайно тихо и мрачно.

Воины сначала напряжённо вслушивались в каждый шорох, издаваемый отрядом. Странным образом они шли словно в каком-то пузыре, почти отрезанные от окружающего их леса.

Пробираться сквозь заросли оказалось тяжело, тем более, не имея возможности прорубать себе дорогу. Угольного цвета ветви и листва создавали труднопроходимую преграду. И постепенно напряжение сменилось раздражением.

Лигром сурово ворчал про себя, двигаясь впереди отряда. За ним шла Сим, которой путь давался заметно проще. Рядом, немного в стороне тоже несколько бодрее карабкался по ветвям Ирзумга, продолжая увлекательные беседы с самим собой и с лесом вокруг. Казалось, он знакомился с деревьями, просил прохода и извинялся, если действовал не так осторожно, как ему хотелось.

Слева шли Налимгот, Дассир и берсерк. Людям в доспехах тяжелее всего давалось продвижение. Они с опаской поглядывали по сторонам каждый раз, когда ненароком срывали листья, ломали маленькие веточки. А лес, словно живой, всё больше сплетался вокруг них, мешая пройти.

- Сим, - обратился к охотнице Налимгот, - ваш народ давно живёт на этом свете. Что вам известно об этом месте и о духах?

- Сумеречные эльфы обитают далеко от здешних земель, поэтому знания о нём весьма скудные, - отозвалась эльфийка. - Когда-то очень давно Чёрного леса здесь не было. - Она ловко перепрыгнула ветку, опёршись рукой о ствол, но потом резко убрала её, будто запачкалась в чём-то противном. - Те существа, которых вы называете духами, проникли в этот мир так же, как и демоны, убивать которых мы идём. Они чужие здесь. Проявившись в нашем мире, им потребовалось место, где бы они могли обитать, место, где бы их никто не трогал, где их мироустройство оказалось бы неприкасаемым. Так начал расти Чёрный лес, перекрыв короткий путь между царствами людей и высших эльфов. Сначала люди и эльфы пытались с ним бороться, но он не горел. Не помогала против него и магия. А войска, рискнувшие войти под его кроны, не возвращались. Так Чёрный лес появился, и никто с тех пор ничего не мог с ним поделать. Высшие эльфы канули в лету, столетия прошли, но лес до сих пор тут.

- К счастью, он прекратил расти, а духи не вмешивались в жизнь других обитателей этих земель, - добавил Налимгот. - Ты вырос здесь, Талит. Что ты нам расскажешь о Чёрном лесе? Талит?

Все обернулись, но загадочного парня нигде не было. Он исчез настолько незаметно, что даже Тер'Зур, шедший с ним рядом, ничего не понял.

- Домой пошёл, - коротко заметил Ирзумга, ответив на немой вопрос всех присутствующих, и двинулся дальше, продолжая бормотать себе под нос.

Остальные последовали за ним.

Шли тяжело и долго. Лес всё больше сопротивлялся путникам, пока не вымотал их окончательно. Плетущиеся ветви и корни у самых ног постоянно цеплялись, мешали пройти, липли к доспехам, одежде и коже с помощь какой-то клейкой субстанции. Тяжёлый тягучий воздух с большим трудом позволял собой дышать, заставляя напрягаться при каждом вдохе. Казалось, отряд увяз здесь всерьёз и надолго.

Но в какой-то момент, когда путь стал совсем невыносим, деревья вдруг расступились, выпустив отряд на небольшую поляну.

Над головами мерцали далёкие звёзды. Свежий воздух наполнил грудь, вытеснив тяжесть, тянущую вниз.

- Думаю, никто не будет против остановиться на ночлег именно здесь, - обратился к спутникам Налимгот.

- Ответ очевиден, - отозвался, осматриваясь, Лигром. - Даже слишком.

- Мальчишка сказал, мы будем здесь в безопасности, - прохрипел Тер'Зур леденящим шёпотом.

- А, может, он с демонами заодно и решил заманить нас в ловушку? - решила высказаться и эльфийка. - Вы все очень нужны там, на поле боя. А тут с вами можно покончить легко и быстро.

- Насчёт легко я бы поспорил, - не согласился Лигром, взвешивая в руке магический меч.

Тер'Зур приблизился к Налимготу и спросил:

- Вы паладины любите полагаться на своё горячее сердце. Что оно говорит тебе про юношу?

Паладин грозно взглянул на некроманта и предупреждающе приподнял свой могучий молот. Мёртвый маг вновь отдалился, и Налимгот ответил во всеуслышание:

- Талит на нашей стороне. Он не предатель.

- Но ночной дозор я бы выставил, - поделился соображениями орк. - Я могу первым подежурить.

- Выставлю стража я, - заявил Ирзумга и начал копаться в мешочке, болтающемся у него на поясе.

Шаман удалился на несколько шагов и в невысокой почти такой же чёрной, как сам лес, траве оставил маленькую скляночку, нашептав на неё какое-то заклинание. То же самое он сделал ещё два раза, с разных сторон расположения отряда. Однако Тер'Зур в заключение заявил, что он никогда не спит и может быть на страже всю ночь, после чего выслушал сразу несколько высказываний касательно недоверия к его персоне в качестве стража.

Тем временем Ирзумга разжёг магический костёр, поскольку вокруг не удалось найти ни одной сухой ветки, чтобы запалить обычный. И вокруг костра собрался весь отряд.

Начинать разговор как-то никто не спешил. Люди предпочитали поедать небольшие запасы провианта, принесённые с собой.

Лигром сидел и жевал маленький кусок вяленного мяса. Он всегда рассчитывал в дороге на свои ловкость и силу во время охоты, поэтому имел при себе лишь скудный походный резерв. Но в этом проклятом лесу, во-первых, ничего живого на глаза не попадалось, а во-вторых, Талит ясно дал понять, ничему здесь нельзя причинять вред, иначе наказание последует быстро и неотвратимо. Конечно, могучий орк готов был поспорить с неотвратимостью, но судьбу испытывать не рискнул бы. Всё-таки он находится в Чёрном лесу, царстве загадочных и беспощадных духов из другого мира, с которыми в своё время не смогли справиться даже великие маги высших эльфов.

Тлах, как и его вождь, бросившись в погоню за отрядом, меньше всего думал о провианте. Теперь он обглодал последние косточки кролика, пойманного днём ранее.

Ирзумга достал из мешочка на поясе небольшой корешок и, громко чавкая, принялся его жевать. Чем заставил коситься на себя эльфийку, присевшую немного в стороне и всматривавшуюся в чёрную стену леса.

- Может, немного познакомимся? - наконец, спросил Налимгот, покончивший с ужином. - Нам всё-таки придётся сражаться бок о бок.

Его предложение встретило лишь молчание в ответ, но главу паладинов это не смутило, поэтому он продолжил:

- Как вы уже знаете, меня зовут Налимгот. Я военачальник Тадалона и должен сейчас быть на передовой у крепости Омагон, командовать обороной королевства в войне с нежитью. Но Талит убедил меня оставить свой пост и отправиться с ним к Сарусу устранять угрозу моему народу иным путём.

- Дассир, - коротко продолжил рядом сидящий паладин. - У меня та же история. - Он перехватил взгляды, направленные на третьего человека. - Это Молт. Он берсерк - воин нового вида, созданный нами для борьбы с нежитью. Он не может говорить и очень вспыльчив. Старайтесь не задевать его.

- Лигром, - представился и орк, - вождь клана Красный рог. Мой клан долгое время обитал у северного подножия Муара, пока нежить не стала посещать эти земли чаще, подготавливаясь к войне. Теперь мы воссоединились с остальными кланами Орды.

- Это вы напали на Ленагор недавно, - догадался Налимгот.

- Нет, мы лишь отвлекли внимание, чтобы беспрепятственно пройти на восток. Поверь мне, если бы мы напали, вы бы это заметили даже в Тадалоне.

Теперь все обратили взгляд на эльфийку, но та лишь фыркнула:

- Я здесь лишь, чтобы прикончить демона, а не дружбу заводить.

- Это Сим - великая воительница сумеречных эльфов, - представил охотницу Лигром, тут же уловив её испепеляющий взгляд.

- Тлах, - негромко представился орк из клана Красный рог. - Я меньше всего достоен быть среди столь могущественных воинов и магов. Но я не пожалею жизни, чтобы помочь вам достигнуть цели и расправиться с демонами.

- Тер'Зур - король нежити, - самодовольно заявил о себе и некромант.

- Король без королевства. - Налимгот меньше всех терпел присутствие живого мертвеца поблизости.

- Но ваш самый могущественный союзник, - прошипел в ответ Тер'Зур.

- Или предатель, - не переставал глава паладинов.

Тер'Зур сверкнул глазами и отвёл руку назад, готовясь сотворить заклинание холода.

- Увидишь, если проживёшь достаточно долго.

Обстановка начала накаляться. Все насторожились. Дассир положил руку на плечо Молта, не позволяя берсерку вспыхнуть гневом.

- Я - Ирзумга. - Генхан встал между Налимготом и Тер'Зуром и взмахнул посохом. - Я вели-икий шаман. Могу превратить вас в лягушек и... съесть. - Он приблизился вызывающе к паладину, затем к некроманту. - Хотите? - Прибавил интонации и спросил ещё раз низким голосом: - Хотите?

Своим странным, непосредственным и кое-где смешным образом поведения Ирзумга немного разрядил обстановку.

- Спать давайте. Завтра путь до-олгий.

Предложение шамана приняли, однако укладываться не спешили. Люди выставили для начала своего дозорного, Дассира. Лигром улёгся одним из первых, показывая, что доверяет компаньонам. Тлах последовал его примеру, но не спешил засыпать, то и дело приподнимая веки и тайком поглядывая на спутников. Ирзумга разложился чуть ли не в обнимку с орками и беззаботно захрапел. Эльфийка присела в сторонке, наблюдая за остальными. Тер'Зур же не собирался спать, поскольку не нуждался в таком виде отдыха с тех пор, как умер впервые.

Безоблачная ночь надвинулась скоро, словно кто-то исполинский одним махом накрыл лес чёрным одеялом, украшенным яркими звёздами.

Сим очнулась от тяжёлого и беспокойного сна. Но ощущение тяжести, бессилия, оцепенения не проходило. Она открыла глаза и в ужасе попыталась вскочить на ноги, но ничего не получилось. Над ней склонилось абсолютно чёрное существо, голова которого не имела ни лица, ни глаз, ни рта, ничего. Но оно словно смотрело на неё и при этом вытягивало жизненные силы. Сим чувствовала, как постепенно начинают холодеть кончики пальцев... Тошнота подкатила к горлу... Воздуха не хватало, словно его высасывали из лёгких...

Мысли эльфийки метались из стороны в сторону, но ни к каким действиям это не приводило. Парализованная она лежала под мистическим существом настолько чёрным, что лишь затмевая звёзды оно было различимо. Чёрный призрак мог делать с ней всё, что угодно; она не могла помешать ему. "Великая воительница" сумеречных эльфов лежала пред духом Чёрного леса беспомощная и раздавленная, как букашка, придавленная тяжёлым ботинком.

Но тут существо отодвинулось назад и мгновенно растворилось во мраке, окружающем всё вокруг. Сим почувствовала себя лучше. Тяжесть ушла, и оцепенение стало постепенно растворяться. Бешеное биение сердца она ощутила лишь позже, когда немного пришла в себя.

Успокоившись, эльфийка осмотрелась. Лагерь спал спокойно. Никто даже не заметил чёрного гостя. Но вот Тер'Зура, который никогда не спал, не было на месте.

Утром отряд поднялся рано. За коротким завтраком воины коротко переговорили по поводу дальнейшего пути и начали собираться в дорогу.

Лигром подошёл к Сим.

- Ты сегодня какая-то тихая, - обратился он к охотнице. - Что-то случилось?

Сим не особо горела желанием рассказывать о ночном посетителе, так как всё ещё не могла отделаться от чувства абсолютной беспомощности, но всё же едва слышно ответила:

- Ночью в лагере был дух леса.

- Что?! - Орк тоже перешёл на шёпот. - Как...? Ирзумга же... А Тер'Зур?

В этот самый момент объявился и сам некромант, словно никуда не пропадал.

Сим мгновенно натянула тетиву лука, но Лигром успел отклонить её руку, и стрела пронеслась над головой короля нежити.

- Где ты был? - свирепо зарычала эльфийка, доставая лунный кинжал.

Шум привлёк внимание других членов отряда.

- Что происходит? - грозно спросил Налимгот, держа молот наготове.

- Он покинул лагерь ночью, - уже тише ответила Сим, постепенно понимая, что не желает рассказывать о ночном посетителе, а без этого мертвеца обвинять не имело смысла.

- А ты надеялась, что я вас, как бравый пёс, сторожить буду? - с лёгкой пренебрежительной насмешкой в голосе прохрипел Тер'Зур.

Эльфийка лишь гневно фыркнула, злясь больше на саму себя, и, развернувшись, направилась в сторону леса. Остальные последовали за ней.





Продвижение через Чёрный лес, по-прежнему, давалось с большим трудом. Но, в конце концов, к заходу солнца путники выбрались из его плетущихся объятий и вновь глотнули свежий воздух. Вымотанные непростой дорогой, они решили остановиться на ночлег в некотором отдалении от чёрной опушки, всё ещё чувствуя себя весьма некомфортно рядом с обителью загадочных духов.

Не успел Ирзумга развести костёр, как из леса показался Талит. Он спешно приближался, и что-то в его облике было не так.

- Талит, - вышел навстречу Налимгот. - Мы тебя потеряли. Всё в порядке?

- К сожалению, нет, - ответил парень, приблизившись. - Нежить атаковала Тадалон и прорвала оборону Бордонара. Остатки войска людей при поддержке гномов отошли к крепости Омагон, но у врага слишком большое численное превосходство, чтобы крепость могла выстоять. Нам надо поторапливаться.

- Рванули! - тут же поддержал Налимгот, и люди мгновенно вскочили на ноги.

Пока Талит говорил, члены отряда не только его слушали, но и внимательно рассматривали изменения в его облике. Вроде бы это был всё тот же парень, всё в той же скромной одежде, в которую облачился, после излечения в доме Моланора в Норинде. Но что-то существенное и не сразу на первый взгляд заметное произошло под одеждой. Там скрывалось нечто могущественное, загадочное и чёрное, словно кожа парня стала темнее и маслянистей. Загадочная сила истекала от юного человека, превратившегося в короткий срок не то в воина, не то в мага.

Но обсуждать тут было нечего. Остальные тоже засобирались в путь, успев сделать лишь маленькую передышку.

Удивительно, но ущелье с северной стороны от Чёрного леса казалось таким же нетронутым злом, как и с южной. Словно нежить не захватывала этих земель. Иссыхающая трава колыхалась на ветру, гуляющем среди каменистых гор, возвышающихся с обеих сторон. Однако на этой стороне они казались не столь величественными.

Отряд прошёл немного, как Тер'Зур его приостановил.

- Я что-то ощущаю, - объяснил он своё поведение. - Магия населяет эти места.

- Какая магия? - Настороженный Лигром достал из-за спины меч.

- Эльфийская, - с некоторым удивлением ответил некромант, ведя взглядом по ущелью.

Все насторожились, не зная, чего ожидать. Налимгот же заявил:

- Эльфы нам не враги. Чего нам бояться? Тем более их истребили давным-давно твои прислужники, мертвец.

- Ты сказал правильно, паладин, - заметил Ирзумга. - Давным-давно.

- Ну и что? Люди помогали эльфам отбиваться от нежити, хоть и тщетно. И бессмертные эльфы помнят прошлое получше людей или орков. Ничего не изменилось с тех пор.

- Кроме того, - вдруг послышался голос из-за ближайших камней, - что королевство эльфов перестало существовать, и люди больше не посещают эти земли.

Все обернулись на звук, взяв оружие наизготовку. Из-за камней вокруг отряда показались высшие эльфы. Это были воины-ведьмаки во главе с магом с горящими глазами. Они стояли все как на подбор: высокие, сильные, облачённые в сверкающие доспехи, вооружённые большим щитом и мечом необычной формы... и готовые к бою.

- Кто вы, и что вам нужно в наших землях?

Намереваясь разрядить обстановку, Налимгот выступил вперёд.

- Приветствую тебя, великий маг, - начал он, сделав небольшой поклон в знак уважения. – Меня зовут Налимгот. Я – глава паладинов Тадалона. Я и мой отряд направляемся к Сарусу. Власть над нежитью захватили пришлые из другого мира демоны. Они направили армию мертвецов на королевство людей, на мой Тадалон. Другая армия атакует орков на востоке. Война уже началась. Мы идём, чтобы убить демонов и спасти свои народы.

- Начните с него, - спокойно, но с угрозой в голосе предложил эльфийский маг, коротко указав на Тер'Зура.

- К сожалению, мы этого сделать не можем, - выступил вперёд Лигром, не скрывая обладания магическим мечом. – Не стоит задерживать нас.

- Не стоит? – переспросил эльфийский чародей, словно не расслышал.

- Артир, - обратился к эльфу Талит, шагнув вперёд. – Не пристало высшим эльфам нападать на друзей в угоду врагам своим. Помогите нам, и вы обретёте честь.

- Честь… - задумчиво повторил маг. – Это слово часто звучало в великих залах моего народа. Только ничего, кроме краха оно ему не принесло. Откуда тебе известно моё имя? И кто ты?

- У падения высших эльфов было много причин, но честь никогда к ним не относилась. – Талит не приближался, продолжая говорить практически из-за спины Лигрома. – У вас есть шанс отомстить нежити. И у вас есть шанс сыграть важную роль в судьбе этого мира. Это больше того, чем вы занимались последние столетия. Неужели вам не надоело прятаться среди камней, в пещерах, зажатыми с севера бесконечным царством мёртвых и Чёрным лесом с юга?

Почувствовав свой шанс, Налимгот шагнул вперёд.

- Помогите Тадалону выстоять. Спасите мой народ от ядовитых клыков нежити. И вам всегда найдётся место на землях людей и за одним столом с ними. Что скажете?

Эти слова вызвали лишь горькую усмешку у эльфа.

- Сколько пафоса и торжественности ты вкладываешь в эти слова, Налимгот. Пытаешься усладить наши уши, взываешь к чести, говоришь о благородстве. Думаешь, эти слова ещё хоть что-то значат для нас?

- Для тебя они никогда не значили много, - вместо паладина ответил Тер'Зур. - Ты всегда был диковат, брат. Слаб, отчуждён, быстр на гнев.

- Именно поэтому я выжил, а ты пал, Растан. - От гневных слов Артира повеяло жаром. - Ты стал гибелью нашего рода.

- А ты был слишком далеко, чтобы спасти его, спасти свою семью и...

Сим, как и другие, наблюдала за этим странным разговором высшего эльфа с королём-личем с ошеломлением и всё же держа оружие наготове, поэтому от её зорких глаз не ускользнул огонёк, зародившийся в ладони Артира.

- Осторожно! - успела лишь крикнуть она, отпрыгивая в сторону и спуская тетиву лука.

Пламя вокруг Артира вспыхнуло настолько мгновенно и ярко, что стрела охотницы превратилась в пепел, не достигнув цели. С правой ладони высшего эльфа сорвался огненный шар, и некромант, вспыхнув словно свеча, отлетел назад и разиблся о скалу.

Все остальные мало что успели сделать. Схватившись за оружие, они столкнулись с ведьмаками и были задержаны ими.

- Хватит! - прогремел голос Артира, останавливая схватку. Эльф взмахнул рукой, в мгновение туша воспламенившуюся от магического огня траву. - Вы нам не враги. Можете идти хоть к Сарусу, хоть в ад, хоть на все четыре стороны.

Взбешённый Лигром резко отпихнул ближайшего ведьмака, не давшего ему вовремя выхватить меч, обвёл всех взглядом, желая лишь одного, хоть малейшей провокации. Талит поспешил положить руку на его могучее плечо в стремлении удержать от новой драки.

- Нам лучше уйти.

Налимгот же не терял надежды. Он сделал шаг к Артиру.

- Ты один из великих огненных магов древности. Ты один способен обратить поражение в победу в любой битве. Спаси мой народ!

- Войны начинаются и заканчиваются, - сухо ответил эльф. - Людишки погибают, затем нарождаются новые. Наши жизни слишком ценны, чтобы обменивать их на что-либо.

- Ты всегда был слабаком, младший брат, - раздался вдруг гневный хрипящий голос.

Король нежити, казалось бы, уже догорающий в магическом огне у скалы, медленно поднялся. От него повеяло ледяной стужей, гася пламя. Захрустела от мороза обгорелая трава.

- Позор рода, - продолжал Тер'Зур, медленно приближаясь. - Великий пламенный маг высших эльфов, ты не справился.

Талит и другие члены отряда расступились, стараясь оказаться подальше от лича и эльфа. Даже эльфийские ведьмаки отступили на шаг. Тут назревала схватка совсем другого порядка.

- Ты погубил наш род. - Артир старался говорить спокойно, но воспоминания будоражили его снова, вырывая из глубин души весь гнев, прятавшийся там уже тысячу лет. - Это ты не справился, Тирий.

На руках вспыхнуло пламя, готовое сорваться в любой момент, но тут между ними встал Ирзумга, подняв вверх руки.

- Давние дела, старые обиды. Будете сражаться потом. Тысячу лет терпели, потерпите ещё. Нам к Сарусу и ему с нами. - Палец уткнулся в Тер'Зура. Затем генхан повернулся к эльфу и протянул: - Теперь он знает, где ты прячешься. Хочешь драться, он придёт. Плохо будет, если победит. Правда?

- Пламенный некромант, - очевидно, представив поражение высшего эльфа, произнёс Налимгот.

Артир молчал, впярив задумчивый взор в шамана.

- Надеюсь, я не увижу этот день, - согласился с впечатлённым паладином Лигром.

- Не увидишь, - подтвердил Ирзумга и ошарашил: - Ты будешь мёртв.

- Убирайтесь! - наконец принял решение эльф. - Желаю удачи! И уничтожьте его, когда закончите.

- Просишь других сделать твою работу? - Король нежити не скрывал свой гнев, всячески провоцируя атаку. - Слишком хочешь сохранить своё никчёмное бессмертие?

- Идите! - настойчиво повторил Артир, стараясь не обращать внимания на слова некроманта.

Ведьмаки-воины расступились, открывая проход на север, и отряд двинулся дальше.

Глава 14: В ожидании конца

Готгард очнулся, словно вынырнул из воды, резко и жадно хватая воздух. Он осмотрелся и понял, что находится в своих палатах в Омагоне. В окна бил яркий дневной свет, и снаружи доносился шум. Но не шум битвы, и это радовало.

Король приподнялся, сел на край большой высокой кровати и прокрутил в гудящей голове прошлые события.

Ночной кошмар, должный сокрушить оборону людей, закончился. Нельзя сказать, что люди выстояли, но они ещё не были сломлены. Нежити теперь предстоит взять крепость и истребить войско гномов, подошедшее на помощь союзникам в самый последний момент. Ничего, они ещё посопротивляются.

Готгард поднялся на ноги. Лекарь хорошо с ним поработал. От ран остались лишь шрамы, а от самой битвы усталость.

Самостоятельно облачившись в походные одеяния, Готгард покинул покои. Стражи, завидев короля, выпрямились и замерли. Тут же подбежала прислуга, поправляя одеяние и желая угадать волю повелителя. Но король лишь отмахнулся.

- Где Джарстольф? - лишь прозвучал вопрос.

- Проверяет укрепления, Ваше величество, - тут же сообщил слуга. - Послать за ним?

- Нет. Коня мне!

Тон Готгарда становился всё более гневным. Ему совсем не нравился тот факт, что он, пусть и вынужденным образом, но спал, в то время как верховный маг беспрерывно был в строю.

Покинув башню, король вскочил на верного коня и направился к северным воротам. Повсюду при виде правителя прекращались работы. Солдаты радостно приветствовали короля, но сразу же возвращались к оставленным делам, замечая его гневный взгляд.

Крепость готовилась к осаде. С юга завозилось продовольствие. Крестьяне из окружающих деревень, не попавшие в ополчение, сдавали все запасы на нужды гарнизона, а сами отправлялись в сторону Норинда, на восток.

Готгард довольно быстро добрался до северных ворот, где основная часть войска готовилась к ночной обороне. Джарстольф тут же объявился рядом с ним.

- Как обстоят дела, мой друг? - поинтересовался король, искренне гордясь верховным магом.

- Готовимся, - коротко ответил чародей, выглядя крайне уставшим.

Готгард всмотрелся ему в глаза и всё понял.

- Я мог бы приказать тебе отдохнуть, но, вижу, это будет без толку. Хм... Поехали, пообщаемся с Гуиром. Позже ты отдохнёшь.

Верховный маг лишь коротко кивнул седой головой. На споры не было ни сил и ни желания.

Войско гномов расположилось немного западнее крепости в открытом поле. Гномы усиленно возводили собственные укрепления, наспех сооружая некое подобие вала с башнями и рвом. Выходило это у них более внушительно и споро, нежели у людей.

Короля Тадалона и верховного мага тут же проводили к предводителю, который, как и все, трудился на передовой, готовясь к новому ночному побоищу.

- А-а, король Готгард, - радостно воскликнул он, увидев людей. - Я уже думал, когда ты выспишься.

- Гуир, рад тебя видеть. - Готгард сглотнул шутку повелителя гномов. Сейчас не до этих мелочей. - Безумно рад тебя видеть.

- А ещё больше моё войско, - опять же язвительно заметил гном.

- И войско тоже, - стараясь оставаться спокойным, согласился человек. Уж больно рад был он прибытию гномов, спасших его людей. - Только что-то долго оно до нас добиралось.

- О-о, на то есть причина, мой юный друг.

Гуир был на две головы ниже короля Тадалона, но и в два раза старше. Он правил Бракхмал'Тулом ещё со времен деда Готгарда, которого он, впрочем, совершенно не уважал. К нынешнему королю Тадалона его отношение явно улучшилось. Готгард выгодно отличался от мягкотелого деда более суровым и действенным нравом.

- Мы наткнулись на большой отряд нежити на пути сюда, - продолжал гном. - Он обошёл вас с запада через земли Садима и планировал атаковать деревни с юго-запада. В отряде имелось много некромантов, должных поднять убитых крестьян и увеличить их войско. Затем Омагон атаковали с юга, откуда удар совсем не ожидался. А твои войска оставались бы закрыты в Бордонаре и не смогли отступить. Это был бы ваш конец. Пришлось задержаться и расправиться с ними.

- В таком случае я ещё больше благодарен тебе, Гуир. Скажи своим воинам, что люди признательны им за спасение.

- Что-то ты спешишь, человек. Пока что мы не дали им себя сокрушить, но до победы ещё ой как далеко.

- Это верно. Я отправляюсь в Бордонар на разведку. Поедешь со мной?

- Нет, у меня здесь дел хватает. Пока солнце высоко, надо успеть подготовить укрепления.

- В таком случае, увидимся позже.

Готгард и Джарстольф попрощались с королём гномов, вскочили на коней и направились обратно.

Гномы заняли позиции западнее Омагона, взяв за опорную точку небольшой холм шагах в пятистах от внешней стены крепости. Создаваемый вал соединял укрепления людей и гномов в единую линию создавая широкий фронт, должный растянуть нежить и ослабить её способность сконцентрировать силу атаки на какой-то одной точке.

Для усиления огневой мощи гномы привезли с собой множество мортир, способных зарядами картечи крошить мертвецов в большом количестве. С десяток таких штуковин они передали людям для установки на крепостных стенах. Сейчас несколько расчётов из числа защитников крепости вовсю тренировались артиллерийскому мастерству. Гномы-инструкторы, ворча и ругаясь, старались научить этих бедолаг обращаться с мортирами хотя бы так, чтобы снаряд улетал куда-нибудь в сторону наступающей нежити, а не взорвался в пределах крепостной стены, помогая разрушить и без того недостаточную оборону.

Союзники готовились, как могли, но понимали - вряд ли этого хватит для победы в войне. Они могли выстоять ещё одну ночь, возможно, даже две, но в итоге...

Пока солнце стояло ещё высоко, отряды людей рыскали по равнине между Бордонаром и Омагоном в поисках выживших своих или уцелевших вурдалаков, горгулий и прочей нечисти. Раненых и убитых спешно увозили в сторону крепости - раненых на лечение, мёртвых на сожжение. Нежить добивали прямо на месте, да так, чтобы уже больше нечему было восставать из праха ночью. Окаменевших горгулий разбивали молотами и мечами в крошку. В общем, делалось всё, чтобы силы врага не могли увеличиться за счёт чужих потерь или возвращения в строй закопавшихся от солнечных лучей или иначе переждавших день на равнине остатков войска.

Готгард с полусотней всадников прибыл к догорающему Бордонару ближе к вечеру. Повсюду валялись куски тел, останки, источающие тошнотворную вонь. Смотреть на обгоревшие и полуобглоданные трупы воинов было тяжело, но, пока имелась возможность, стоило провести разведку.

Враг лишился многих сил, пробивая укрепления здесь. Маги, прибывшие с королём и Джарстольфом, имели задачу не допустить возвращения в строй части уже случившихся потерь. Они накладывали особые заклинания, заставляя трупы рассыпаться в пыль.

Бордонар догорал в лучах уходящего солнца. Этот форпост теперь потерян, как и половина войска, оборонявшего его. Да, ополченцы со всех уголков Тадалона прибывали на подмогу. Их вооружали и распределяли по отрядам, но это не обученные воины, а крестьяне и ремесленники, хорошо умеющие держать своё орудие труда, но не меч. Хватит ли у них храбрости и сил выстоять против беспощадного вала нежити? Уже будет счастьем, если они не дрогнут лишь от одного вида катящейся по равнине смерти.

Готгард с сопровождением взобрался на полуразрушенную стену, откуда открывался вид на Пустые земли, усыпанные испепелёнными солнечными лучами останками вражеского войска.

- Что скажешь, друг мой? - обратился Готгард к Джарстольфу, вставшему рядом.

Король был хмур. Маг видел, как его терзают сомнения, страхи и боль.

- Хочешь ли ты знать, превратиться ли Тадалон в последнее человеческое кладбище? - Верховный чародей королевства знал своего повелителя с пелёнок, знал, как горд он был, вступив на трон, после смерти отца, как мечтал сделать Тадалон ещё богаче и прекраснее, и как тяжело ему сейчас понимать, что при его правлении королевство людей падёт. - Нет, - спустя довольно продолжительную паузу, ответил маг. - Не сегодня. И не завтра. А дальше знают лишь небеса.

- Ваше величество, - пробасил подошедший слева воин и указал на север, - смотрите.

Там вдали вновь собирались тёмные тучи и, расширяясь, ползли в сторону Бордонара.

- Начинается, - прошептал Готгард будто сам себе, затем повернулся к воину. - Заканчивайте здесь! Отступаем в Омагон!

Передовой отряд во главе с королём и верховным магом закончил поиски и добивание отдельных вражеских прислужников, скрывшихся от солнечного света в развалинах форпоста да под землёй, и отправился обратно к крепости.

Людям и гномам предстояла новая кошмарная ночь, после которой так хотелось вновь увидеть солнечный свет.

* * *

Архет очнулся от резкой тошнотворной боли. Его знобило. Глаза не желали открываться. Всё тело ныло. На шее, правой ноге и левом боку пекло, как от прикосновения раскалённой стали.

С трудом капитану разведчиков удалось пошевелить руками и нащупать эти места. Укусы! О Великий Свет! От ужаса получилось раскрыть залипшие глаза и осмотреться.

Архет лежал среди других своих соратников. Все они были мертвы, растерзаны безжалостными клыками. Их оборванные конечности словно тянулись к нему, желая утащить в мир нежити.

Приподняв голову, разведчик понял, что лежит на том самом месте, где бился с вурдалаками, обороняя дозорную площадку на Муаре.

Значит, они не справились. Им не удалось уйти живыми.

С трудом превозмогая боль и тошноту, Архет выполз из груды тел и приподнялся на четвереньки. Над головой царил мрак. Где-то в небесах проносились тени. Откуда-то появились крики, скрежет и чавканье.

Разведчик оглянулся и увидел Балодана. Тот стоял на коленях, придавленный к земле огромным мерзким мясником. Он ранен, но дух его не сломить. Древний некромант подковылял к нему на костяных ногах, склонился, непрерывно что-то шепча. Мгновением позже мясник взмахнул крюком, и голова мага слетела с плеч.

Архет постарался сдвинуться с места, но руки не выдержали, и он рухнул, уткнувшись лицом в окровавленную землю.

Когда разведчик вновь поднял голову, спину безжалостно пекло полуденное солнце, а тошнотворный запах мертвых тел выворачивал желудок наружу. Лишь только потому, что он был пуст, рвотные порывы переносились немного легче. Вокруг никого живого или неживого не наблюдалось. Он будто провёл в беспамятстве полночи и полдня.

Архет приподнялся и поспешил отползти в тень большого валуна. Жар постепенно пропал, хотя дневной свет больно резал глаза. Озноб вновь дал о себе знать. Тело трясло, боль растекалась от мест укусов по всему телу и, волной ударяясь о противоположную сторону, возвращалась обратно, наполняя каждый уголок, каждый кончик пальцев, каждый волосок.

Время шло, и капитану разведчиков становилось всё хуже. Солнце двигалось по небосводу сдвигая тень от валуна, заставляя человека перемещаться. Она вытянулась и будто бы показывала направление - север.

Боль стала невыносимой. Тело ломило всё сильнее, скручивая конечности и выворачивая органы. Архет полуслепым взором видел, как руки его дряхлеют, а на пальцах вырастают когти. Ко всему добавился нестерпимый зуд, а волосы выпадали чуть только к ним прикасались пальцы.

И, когда солнце медленно, но верно приближалось к закату, в голове зазвучал едва слышный зовущий голос. Он тихо принялся ласкать истерзанное сознание. Он манил к себе с такой силой, которой невозможно сопротивляться. Да Архет этого и не хотел.

Он пополз на четвереньках вдоль тени валуна, затем, укрываясь от солнечных лучей, пролез в брешь в ограждении и принялся спускаться по северному склону Муара.

В тени горы стало немного легче. Затем небо заволокло тяжёлыми тучами, наступили сумерки. Жар отступил, а озноб усилился. И лишь сладкий, голос доставлял непонятное болезненное наслаждение, маня на север, к Сарусу.

Где-то вдали на западе солнце ещё пробивалось под наползающими тучами, но всё вокруг уже зашевелилось, пришло в движение.

Прямо перед носом Архета вылез из земли вурдалак. Разведчик шарахнулся в сторону и попытался найти хоть что-нибудь, чтобы защититься, но ходячий мертвец, не обратив на него никакого внимания, поспешил на юго-запад к крепости людей.

Сверху пронеслись горгульи, в нескольких шагах проковылял отвратительный мясник, результат чёрной магии. Им больше не было дела до полуживого капитана. А голос продолжал ласкать и тянуть дальше. Архет следовал ему, жаждая "искупаться" в его звучании в конце пути.

Нежити вокруг становилось всё больше. Войско оживало и в своём стремлении уничтожить людей тут же направлялось к Омагону.

В очередной раз Архета скрючило от боли, и он распластался по земле, уже почти спустившись с горы.

В этот момент он увидел костяную ногу перед собой. Его остекленелый взгляд пополз по ноге вверх, пока не увидел мрачный силуэт некроманта. Но этот силуэт, взирая сверху вниз на несчастного человека, вдруг становился всё светлее и притягательнее. Вообще, всё вокруг преобразилось, стало размытым и непонятным. В ушах звенело и сводило с ума. А нежить вокруг преобразилась в светящихся воинов. Проносящиеся над головой уродливые горгульи облачились в серебристые блестящие перья. Мясники, словно светлые рыцари-великаны, шагали в рядах войска доблестных воинов.

Архет потянул руку вверх, словно прося помощи, но некромант лишь произнёс:

- Скоро всё пройдёт. Останется только наслаждение. Скоро ты будешь наш.

Мёртвый колдун двинулся дальше, оставляя разведчику его боль и мучения.

И тот, словно сквозь туман, увидел ещё одно существо. Оно выделялось из всей этой массы, словно божество, спустившееся с небес. Оно было особенным. Где-то в сознании ещё промелькнуло воспоминание о нежити. Да, оно не было... нежитью... Но он, Архет теперь... нежить?!

Испугавшись неожиданной мысли, капитан расплывчатым взглядом осмотрел руки. Они стали костлявыми. Когти вытянулись. Кожа начала медленно облезать. Боль во всём теле не давала подняться, заставляя ползать, как... вурдалак.

А тем временем существо, повелевающее полчищами нежити, удалилось в сторону вершины Муара.

Испуганный своим открытием, Архет, изо всех сил пытаясь скрыться от сладостного манящего шёпота, пополз на восток, надеясь затеряться где-то в горах. Но, чем дальше он удалялся от направления, заданного голосом, тем немощнее становился.

Укусы вызывали невыносимый жар, сменяющийся ознобом. Дыхание стало свистящим, а сам голос хриплым. Это выдавали приступы кашля, всё чаще находившие на несчастного разведчика.

Большая ли стойкость или невероятная удача послужили тому причиной, но Архет прополз эту ночь и пережил день, скрючившись под огромным валуном. Его сознание сузилось до маленькой точки, позволяющей видеть лишь то, до чего могли дотянуться, когтистые, словно бы чужие руки.

Манящий голос превратился в ужасный оглушающий бас, гремевший в ушах всё сильнее по мере того, как Архет удалялся от пути, навязываемого им. Неоднократно несчастный готов был сдаться, прекратить сопротивляться, но сила воли в какой-то момент добавляла ещё немного сопротивляемости, позволяла сделать один лишь шаг прочь от Саруса.

Хотя Архет уже и не знал, чего ему ожидать от этого сопротивления, кроме мучительной смерти, но он точно понимал, что случится, сдайся он воле голоса.

И вот такой еле живой, полумёртвый, привыкший к существованию в аду собственного тела вечером следующего дня, когда тяжёлые тучи в очередной раз заволокли небо, полз Архет по склону горы, покрытому сухим кустарником и колючками, рвущими и без того облезшую тонкую кожу. И в какой-то момент его рука наткнулась на ботинок. Сначала разведчик даже не сообразил и попытался как-то обползти препятствие, но, получив порядочный пинок в бок, взвыв от боли, перевернулся на спину и увидел пылающий силуэт, смотрящий на него сверху вниз.

Рядом появились такие же силуэты, от взора на которые становилось невыносимо жарко. Затем послышались голоса:

- Он почти вурдалак.

- Верно. Почти.

- Его надо прикончить и прекратить мучения.

- Нет. - Этот голос звучал ещё более властно, чем другие. Он гремел, словно гром, сотрясая и придавливая к земле, словно на несчастного навалили кучу раскалённых камней. - Он долго сопротивлялся магии смерти. Он заслужил попытку. Мы вернём его.

Пылающая фигура склонилась над капитаном, положила руку ему на грудь, словно раскалённый кусок металла, придавив и неимоверно обжигая. Взгляд ярких, пылающих словно полуденное солнце глаз прожигал, проникая в самую глубь тела и души. Архет визжал и дёргался, пытаясь вырваться, как настоящий вурдалак. Его челюсти клацали по воздуху, пытаясь укусить хотя бы что-то, но жар проникал всё глубже, испепеляя тело изнутри. Шёпот Саруса гремел ещё настойчивее, оглушая несчастного, заставляя его вернуться. Сколько длилась эта пытка, капитан не понимал, но в итоге он перестал дёргаться и безжизненно распластался на обожжённой земле.

Глава 15. Битва в долине

Кролон оглянулся. Верный Хул вёз его на спине, мягко ступая по траве Гниры. Вождя окружало множество орков - Орда шла на войну.

Утро только наступило, и солнце лениво поднимало своё огненное тело над горизонтом на востоке, освещая войско, движущееся в высокой желтеющей траве на север.

Как только Кролону стало известно о намерениях нежити вновь начать войну, вождь Белого Клыка отправил сразу несколько отрядов на север наблюдать за подступами к нейтральным землям, лежащим между царством мёртвых и владениями Орды.

Недавно разведчики доложили о приближении войск нежити к Долине Мрачных Душ. Теперь пришло время выдвигаться оркам. Нужно было действовать быстро и решительно, чтобы не пришлось позже отбиваться в своих селениях, подвергая опасности стариков, женщин и детей.

Это людям сподручней прятаться за каменными стенами и отстреливаться из-за них. Орки предпочитали бой в открытом поле, где можно размахнуться, использовать преимущество в размере и силе.

Кролон планировал напасть со следующим рассветом на лагерь врага в Долине Мрачных Душ, чтобы использовать дневное время для нанесения наибольшего урона уязвимой в такие моменты нежити.

Он отправил отряд во главе с Кироном в авангард войска, дабы избежать сюрпризов. Ерох с тремя сотнями воинов ушёл на запад присматривать за Ленагором, чтобы восточное королевство людей не могло застать войско врасплох. На всякий случай. Красный Рог под командованием Гарока занял правый фланг.

Пока всё шло хорошо. Лишь с закатом могли наступить проблемы, если орки приблизятся настолько, что авангард нежити или горгульи-разведчики обнаружат подбирающееся войско. В таком случае никакой неожиданной атаки не получится. Нежить уйдёт глубже в свои территории, переждёт день, заранее подготовив позиции, чтобы окружить и покончить с орочьим войском с наступлением темноты.

Сейчас, вероятно, мертвецы пережидали день, чтобы ночью сделать стремительный бросок через долину и к рассвету оказаться у границы Комнского леса, где под кронами деревьев они смогут воевать и днём. Пускай не так эффективно, как ночью, но численное преимущество сыграет свою роль.

Кролону предстояло решить, сколько пройти сегодня. Дело в том, что до лагеря нежити оставалось не так уж далеко, и шансы оказаться обнаруженными не вовремя возрастали практически с каждым шагом.

Прикинув ещё раз расстояния и скорость передвижения войска, Кролон всё же решил не рисковать и приказал повернуть на северо-запад. Огромный лагерь орков будет легче спрятать немного в стороне от направления движения нежити у южной окраины Хромого леса. Хотя орки оказывались ближе к Ленагору, но всё же готовая к бою Орда, даже остановившаяся на ночлег, не сильно опасалась войска людей. Куда важнее было остаться незамеченными нежитью.

День прошёл спокойно. Войско благополучно добралось до Хромого леса и принялось разбивать лагерь. Воины старались действовать тихо, песен не орали. Костры старались не разжигать, а если приходилось, то тщательно маскировали, чтобы горгульи, воздушная разведка врага, залетающая достаточно далеко вперёд, не смогли их обнаружить.

Кролон предусмотрительно отправил дозоры во все стороны, чтобы вовремя знать о приближающихся неприятностях, если таковые появятся. Вернее, когда они появятся. Уж в этом старый орк не сомневался. Несколько сотен умелых воинов охраняли теперь отдалённые подступы к лагерю. Незаметно мимо них вряд ли проскользнёт кто-то живой или неживой.

Хотя орки, не раз сталкивавшиеся с нежитью в прошлом, прекрасно знали, есть у неё создания, способные на всякие пакости вроде невидимости и передвижения под землёй. Но на этот случай в лагере заготовили многочисленные факелы, в любой момент готовые вспыхнуть ярким пламенем и окатить им диверсантов врага.

Когда на западе заалел багряный закат, вернулся авангард Кирона. Отряд дошёл до входа в Долину Мрачных Душ и наблюдал оттуда первые признаки наступления нежити. На окраинных холмах разместились окаменелые горгульи, пережидавшие день. Видимо, они забрались слишком далеко, чтобы вовремя вернуться в лагерь, и приземлились в безопасном месте. Местность довольно пустынная, так что никто не должен был их потревожить.

Орки тоже не стали этого делать, не желая выдавать себя. Очевидным был факт скорого приближения нежити, и решающим в предстоящем сражении являлось именно обнаружение врагом войска Орды. Если оркам удастся остаться незамеченными до рассвета, они смогут нанести очень чувствительный удар по мертвецам днём, когда те сильно ослаблены.

Кролон к тому же знал, самый могущественный маг врага сейчас движется в отряде Талита на север через Чёрный лес и точно не станет участвовать в сражении на стороне нежити. Но большой загадкой оставались те, кто смог лишить короля мёртвых власти над его царством. Их способности и сила представлялись достаточно внушающими, раз они без войска взяли власть над самым страшным врагом всего живого.

К Кролону, стоящему на северо-восточной окраине лагеря, подошёл Кирон и молча встал рядом. Опытный воин проверил посты, дал указания бойцам, оценил готовность лагеря к возможному ночному бою и, видимо, убедившись, что всё в порядке, позволил себе поговорить с вождём.

- Ты обеспокоен, друг мой, - вместо приветствия начал Кролон.

- Такифир должен был прислать гонца, - поделился тревожными мыслями Кирон.

- Это ещё ни о чём не говорит. Есть множество причин для задержки.

- Ночью будет слишком опасно пересекать открытую местность, чтобы добраться до лагеря, а другой возможности прибыть до начала битвы у него не будет. Нам необходимо знать, что клан Волчьей пасти на подходе и будет готов атаковать вместе с нами. От этого зависит исход битвы.

- Такифир - опытный вождь и Ясновидящий. Он знает, что делать и когда получше нашего. Он мог и не отправить гонца в ночь, чтобы не подвергать нас опасности обнаружения и зря рисковать воином.

Кролон ещё толком не успел договорить, как с южной стороны лагеря прибежал боец и сообщил о приближающейся группе волчьих всадников.

Через несколько минут гонца доставили к вождю, возле которого неизменно стоял Кирон. После короткого приветствия, запыхавшийся воин принялся докладывать:

- Мы уже несколько дней наблюдаем за Долиной Мрачных Душ, скрываясь в Диких холмах. В первую очередь нам показалось странным, что нежить не спешит продвигаться вперёд, ведь она уже должна была достигнуть долины, однако остановилась заранее.

- И что удалось узнать? - коротко спросил Кирон.

- Едва добравшись до населённых земель, нежить принялась рыскать по округе в поисках живых существ. Но не с целью сожрать. То есть да, конечно, мелочь всякую жрали, а вот всё, что крупнее зайца, сажали в клетки и увозили куда-то на север.

- Хм... Это странно, - сдвинул брови Кролон. - Такое за нежитью раньше не наблюдалось. Ладно, пленные люди, орки, эльфы. Их можно обратить, либо использовать для тёмных ритуалов. Но чтобы даже зверьё по лесам и холмам отлавливали... необычно.

- Ещё что скажешь? - Кирона больше беспокоила скорая битва, не странное поведение врага.

- Волчья пасть готова к бою. Завтра на рассвете подойдём к Долине Мёртвых Душ с юго-востока и зажмём клятую нежить с двух сторон.

В этот момент как раз со стороны названной долины послышался жуткий вопль горгульи.

- Мы обнаружены! – Встревоженный Кирон, недолго думая, кинулся в лагерь.

Кролон, всматриваясь вдаль, обратился к гонцу:

- Отправляйтесь немедленно к Такифиру. Похоже, на наше несчастье битва начнётся до утра. Волчья пасть должна зайти нежити с левого фланга. Мы постараемся как можно дольше уходить из-под удара и дотянуть до рассвета. - Очередной вопль приближающихся горгулий раздался уже не так далеко. - Вряд ли у нас получится.

- Держитесь, - коротко бросил гонец и умчался в сторону своего отряда, уже спешно снаряжающегося в обратный путь.

Где-то вдали послышались переклички дозорных орков и генханов, пытающихся сбить разведчиков врага до того, как они смогут доложить о своей находке.

Рядом с вождём бесшумно возникла охрана и замерла в ожидании дальнейших действий, но лёгким обеспокоенным ворчанием дающая понять, что пора бы командующему Ордой переместиться в более безопасное место.

Кролон не стал дожидаться развязки перехвата разведчиками нежити, происходящего где-то перед его взором, но не видного из-за наступления темноты, и к облегчению охраны быстрым шагом направился в лагерь.

Едва вождь вступил в кольцо ограждения, как его окружили Кирон, Гарок, Ерох и вождь генханов Залеб. Кирон, будучи самым приближённым к Кролону, первым открыл рот:

- Соединиться с Волчьей пастью будет крайне трудно при нынешних условиях. Нежить перехватит нас на открытой местности. Но и самим нам не выстоять. Если поспешим, можем попробовать оторваться на просторах Гниры.

- Бежать обратно?! - пробасил удивлённо Гарок.

- Отступить и сохранить силы, - ответил ему грозно Кирон, явно разгневанный таким неуместным намёком на трусость. Уж в ком-ком, а в этом орке трусости не было ни малейшей капли.

- Нет, - спокойно ответил Кролон. - На открытой местности более быстрые вурдалаки и горгульи нас изрядно потрепят. Нам не удастся от них оторваться, и нежить всегда будет знать, где мы и куда направляемся. Останемся здесь и будем обороняться. Лес прикроет нас с севера. Через него смогут пробраться только вурдалаки и прочая мелочь. Врагу придётся атаковать нас с востока и юго-востока...

- И тогда Волчья пасть, подоспев, ударит им в тыл на равнине, - подхватил мысль вождя Гарок, - где у неё будет простор для манёвра волчьими всадниками.

- Кирон, - обратился Кролон к своему лучшему воину, - позаботься об обороне с востока и юга! Ерох, собрать и подготовить к бою катапульты. Залеб, твоя магия нужна будет нам сегодня, как никогда.

Предводитель генханов молча кивнул. Кирон и Ерох поспешили удалиться выполнять поручения. Гарок тоже было направился к своему клану, но Кролон остановил его.

- Для воинов Красного рога у меня есть особое поручение. - Вождь подождал несколько мгновений, выжидая пока Гарок обратится в слух. - Нежить доберётся до нас не раньше, чем через пол ночи. Надо использовать это время, чтобы нанести ей наибольший урон до главного столкновения и с наименьшими потерями для нас. У Красного Рога наибольший опыт в борьбе с нежитью. Вы долго жили на границе Пустых земель. Отбери сотню своих лучших и опытных вояк. Они пойдут с разведчиками на северо-восток и будут атаковать нежить прямо из Хромого леса. Пять десятков генханов пойдут с вами в поддержку против летающих тварей. Ромит поведёт отряд.

Гарок согласно прорычал и спешно удалился выполнять поручение. Кролон окинул взглядом лагерь. Воины торопились, готовились к предстоящему сражению, подбадривали друг друга выкриками, пытались шутить, но за всем этим шумом вождь чувствовал, если даже не страх, то волнение. Спустя многие годы Орде предстоит новое противостояние со злейшим врагом, теперь менее предсказуемым и от того более опасным, ведомым странными демонами, возникшими из неизвестно откуда. Первая война Кролона с нежитью. Вероятно, последняя.

Когда уже окончательно стемнело, ударный отряд Красного Рога под предводительством разведчиков Ромита покинул готовящийся к ночному сражению лагерь. Воины двинулись на северо-восток через Хромой лес, стараясь передвигаться бесшумно, но тем не менее быстро. Воины двигались налегке, и запутанные, труднопроходимые тропы не сильно их замедляли.

К полуночи отряд подобрался достаточно близко к предполагаемому расположению войска нежити, чтобы отправить разведчиков и проверить предположение.

Три тройки, по два орка и генхану в каждой, выдвинулись в разных направлениях. Ромит сам хотел пойти, но ответственность за отряд не позволила ему уйти на передовую раньше времени. Следовало вывести бойцов к флангу врага, по которому можно будет нанести удар. Скоро тройки вернутся, и тогда он выведет отряд к нужному месту.

Плотные кроны деревьев Хромого леса мешали проникновению звуков, но на грани слышимости орки уловили визги горгулий, кружащих вокруг войска нежити. Враг приближался.

Вскоре вернулись тройки. В одной из них уже имелся раненный.

- Мы наткнулись на вурдалаков-разведчиков, - докладывал раненный Ромиту. - Они движутся среди деревьев по окраине леса, чтобы никто не застал их войско врасплох. Нас заметили, и пришлось сражаться.

- Вы убили всех, кто вас видел? - забеспокоился Ромит.

- Да, - заверил его раненный орк. - Мы подобрались ближе и проследили, чтобы ни один вурдалак с нашей стороны не приблизился к войску.

- Хорошо. - Ромит одобрительно похлопал раненного по плечу. - Куда нам лучше ударить?

- Горгульи уже доложили об обнаружении нашего лагеря, поэтому лучшие силы нежити выдвинулись на передний край, чтобы встретить нас. Войско пока растянуто и можно ударить ему в правый фланг.

- Было бы хорошо разломать пару-тройку труповозок, - заметил кто-то.

- Это вряд ли, - не согласился раненный, возле которого уже возился генхан, каким-то порошком посыпая рану.

Через пару дней этот орк превратится в прислужника смерти, но до того момента он с ещё большей яростью будет крушить врага. Если ему повезёт, после битвы орочий шаман вылечит его от этой раны, но сейчас она не имела значения. Все вокруг понимали - он не переживёт эту ночь. Эта мысль придавала раненному воину ясность и уверенность. Он знал свою судьбу наперёд и мог сбросить груз страха, сковывающий разум.

- Если разделимся, - заметил орк из другой тройки, - может получиться. Мы видели четыре труповозки рядом с лесом. Там придётся выбраться на короткое время на открытую местность, но, если действовать быстро, сможем к ним подобраться. Жаль только, у нас нет зажигательных кувшинов под рукой.

- Да, жаль. Мы разделимся, - решил Ромит. - Но перед атакой ещё раз убедимся, можно ли добраться до этих труповозок. Все должны действовать тихо, быстро и не лезть на рожон без надобности. - Последние слова он отчётливо выделил, чтобы все поняли. - Пошли!

Кролон восседал на верном Хуле и осматривал готовый к битве лагерь. Казалось бы, всё, что можно сделать за такой короткий срок, сделано. Вдали мелькал Кирон, пытаясь искоренить ошибки подготовки, гонял нерасторопных, сурово рычал на всех. Он был хорошим военачальником, преданным сыном Орды, но для роли вождя ему не хватало знаний за пределами военного искусства. Залеб, предводитель генханов, очень мудр и уравновешен, но ему недостаёт боевого духа орков. Орки будут к нему прислушиваться, но уважать, как воина...

Кролон поймал себя на мысли, что подбирает себе наследника. Неужели он, и правда, так уверен, что не переживёт эту войну? Хотя... даже если и переживёт, он уже слишком стар, чтобы оставаться вождём Орды. Лигром. Этот молодой и могучий воин за короткий срок проявил себя с лучшей стороны. В нём скрывалась великая сила, острый ум и текла кровь одного из могущественных кланов Орды. Он - идеальный кандидат... если выживет.

Вдали раздался неожиданный и в то же время долгожданный вопль горгульи. Его подхватили крики орочьих голосов.

Битва скоро начнётся.

Восточная окраина Хромого леса оказалась чуть более проходимой, чем южная. Сплетённые корни и ветви порядком мешали, но орки всё же карабкались молча сквозь преграды, лишь недовольно пыхтя. Отряд Ромита пробирался в северном направлении, то и дело останавливаясь, чтобы не привлечь к себе внимания нежити. Полторы сотни орков и генханов крались меж деревьев, выискивая подходящее место для неожиданной атаки. Но время поджимало. Вдали уже слышались тревожные вопли гаргулий, оповещающих об обнаружении войска орков. Если уж перед отрядом стояла задача - нанесение неожиданного удара, чтобы задержать нежить, то действовать следовало прямо сейчас.

Ромит, шедший ближе всего к опушке и сквозь ветви способный видеть войско нежити, поднял руку в останавливающем жесте. Вот они. Целая армия вурдалаков, мясников и прочей нечисти злобно рыча и упираясь от натуги, толкала, тащила, тянула шесть огромных труповозок. Ближайшая из них находилась примерно в двух сотнях шагов, двигаясь практически вдоль кромки леса.

Едва приблизившись, воины орды прикрыли лица тряпками, настолько отвратительный стоял смрад. Все замерли и сжались от ужаса, наблюдая за тем, как конструкция, вынырнувшая, казалось бы, прямиком из ада медленно катилась по жухлой траве. Из её нутра исходил зловещий шёпот тысяч замученных жертв, словно эхо нескончаемых страданий, он пронзал душу, напоминая о неизбежности конца мира живых.

- Во имя всех духов, - пробормотал кто-то рядом. - Как нам это уничтожить? Топорами такое не порубить.

Из ныне живущих, пожалуй, никто не подбирался к этим кошмарным осадным машинам так близко, поэтому ужас и замешательство орков было вполне понятным.

- Хорошо бы поджечь, - ответил Ренгал, с досадой вспоминая об отсутствии зажигательных кувшинов. - Но можно поломать хотя бы колёса, чтобы они не могли так быстро добраться на поле боя. Смотри, как они упираются, чтобы поспеть на битву.

- Топоры-то у нас острые, и махать умеем, - продолжал сомневаться тот же орк, - но такое... - Он так и нашёл, чем закончить фразу.

- Разделяемся! - скомандовал Ромит, активно жестикулируя в полумраке. - Генханы держатся позади. Сначала пробиваемся к первой труповозке. Димгол!

- Тут, - отозвался названный орк.

- Твой десяток рубит переднюю ось! Ямок и Траср, ваши прикрывают. Ирс, Шурак и Вурла, на вас защита генханов. Генханы, постарайтесь уложить хотя бы одного мясника.

- Уложим двоих, - уверенно заявил кто-то из молодых воинов, схлопотав укоризненный тычок локтем от опытного товарища.

- Помните, мы должны отвлечь и задержать. Не вздумайте умирать раньше времени. Это будет лишь попыткой сбежать от долга. Ясно вам?

В ответ послышалось единогласное и негромкое: "Ху!".

Превратиться в нежить никто из орков и генханов не опасался. Они прошли ритуал Залеба и рассыпятся в прах, как только испустят дух от жадных клыков вурдалаков или ржавого крюка мясника.

- Сможем ли пробиться хотя бы ко второй, - спросил Ренгал, пробравшись ближе к Ромиту. - Вон какая толпа нежити их охраняет.

- А у нас есть выбор? - зло улыбнулся глава разведчиков. - Всё одно этой ночью нам стоять насмерть, что здесь, что там. - Он кивнул в южном направлении, где орда сейчас готовилась схлестнуться с войском мёртвых.

- Шевелитесь, лентяи! - орал во всё горло Кирон, выстраивая воинов на битву. - Этой ночью мы положим море нежити! Вы не будете отступать, вы не познаете усталости, вы сокрушите всех!

Да, глава стражи Полока, а в эти бурные времена полководец Орды, вовсе не являлся хорошим оратором, но дело своё знал. Большинство молодых воинов учились своему мастерству именно у него. Вместе с уроками владения орудием они впитали каждую команду, каждую интонацию учителя и командира, понимая всё с полурыка.

- Страх присущ только жалким людишкам! - продолжал тем временем Кирон.

В набежавших тучах раздался крик горгулий, перебив пламенную речь орка. Тот поднял взор и ещё громче заорал:

- Пики в небо!

- Пики в небо! - эхом отозвались другие командиры.

Из чёрной непроглядной дымки, заволочившей небеса, вынырнула стая горгулий и яростно визжа метнулась к выстраивающимся рядам орков, надеясь собрать свой первый кровавый урожай. Но, казалось бы, уязвимое в чистом поле к атакам сверху войско Орды ощетинилось длинными острыми пиками, и первая волна горгулий, напоровшись на них, оставила на земле десяток своих. Добивая крылатых монстров, предвкушающие жаркую битву воины окропили топоры первой кровью.

Эта схватка вчистую осталась за орками, но ночь предстояла долгая.

Диверсионный отряд Ромита распределился, приготовившись атаковать. Ещё два успокаивающих вздоха и вперёд. Орк уже поднял руку, готовясь отдать приказ, но опытный взгляд разведчика зацепился за маленький отряд вурдалаков, проползающий неподалёку в обратную сторону от движения основного войска. Вурдалаки тащили мёртвых животных: оленей, лис, зайцев и даже волка.

Проследив взглядом за подозрительным отрядом, Ромит вскинул руку, останавливая уже почти сорвавшихся в атаку воинов. Те зашептались, соображая о причине задержки.

- Что ты видишь? - Ренгал вновь подобрался ближе.

- Что это? - вместо ответа спросил орк, указывая пальцем на странную конструкцию, возвышающуюся вдали.

Из-за практически кромешного мрака - хвала всем духам, орки могли достаточно неплохо видеть в темноте - трудно было разглядеть конкретные очертания наблюдаемой громадины, медленно-медленно ползущей, как и труповозки, с помощью натужных усилий... поганищ.

Орки и генханы даже раскрыли рты. Этих созданий не видели уже сотни лет. Огромные туши на четырёх толстенных ногах-лапах, собранные воедино, как и мясники, из множества тел чёрной магией, наклонив от напряжения оплывшие головы, тянули упомянутую конструкцию вперёд. Она же возвышалась над войском нежити словно многовековое дерево из плоти, обросшее множеством ветвей, усыпанных полупрозрачными "плодами", внутри которых виднелись... Вот тут зрение орков подводило. Слишком далеко и темно.

Убедившись, что все в отряде заметили причину заминки, Ромит жестом показал следовать за ним. Необходимо выяснить, что это за чудище такое, что за новая напасть. О таком уж точно никто и никогда не слышал в песнях прошлых лет.

- Я не знаю, что это за бесово порождение, - шепнул Ромит Ренгалу, который теперь оставался рядом, - но думаю, если мы уничтожим это... это будет весомей, чем пара труповозок.

- Согласен. - Ренгал с сожалением глянул на своё короткое копьё. - Только как?

Воины перешёптывались, соображая, как подступиться к этой исполинской непонятной штуковине. Кто-то предлагал просто-напросто резво подскочить и срубить её топорами, полагаясь на силу и ловкость. Другие на такое предложение крутили пальцем у виска и советовали сразу пойти к вурдалакам на трапезу, результат ведь будет одинаков.

- Давайте испортим колёса, - пытался кто-то найти варианты. - Сломать не сломаем, но задержим. Это же наша задача. Кто знал, что такая тварина попадётся.

- Эту... бесовщину надо задержать, уж точно, - кивали согласно другие.

Орки с генханами настолько увлеклись обсуждениями, что не сразу заметили, как рядом с ними зашевелилась земля. Почти прямо под ногами одного из воинов высунулась костлявая рука и слепо ухватила его за башмак, словно за корень, пытаясь подтянуться. Одного удара топора хватило, чтобы избавиться от руки, но не от хозяина. Мертвец упорно лез из-под земли. И он был не один.

Видимо, здесь когда-то погибло несколько человек, и теперь призыв ближайшего некроманта поднял их на бой. Чтобы не навлечь на себя беду лишним шумом, оркам пришлось чуть ли не лечь сверху на землю, откуда ползли мертвецы, в то время как генханы копьями пытались как-то их упокоить. Выходило крайне плохо.

- Ромит, - обратился шёпотом Ренгал, - надо срочно решать, иначе нас обнаружат. Атакуем или отступаем?

В ответ Ромит с досадной зарычал. Ему совершенно не нравилось, что приходилось действовать так, спонтанно, без плана и подготовки позиций. Он ещё раз быстрым взглядом опытного разведчика окинул местность. Труповозки уже успели проползти мимо. Отвратительное мясное дерево же ещё не приблизилось на нужное расстояние. Шагов двести предстояло преодолеть отряду, пробиваясь через полчища вурдалаков, чтобы добраться до него. Но лезущие из-под земли мертвяки скоро выдадут диверсантов Орды, и тогда единственное преимущество - неожиданность будет утеряно.

Ромит негромко ругнулся и принялся отдавать приказы:

- Рвём вдоль опушки сколько сможем оставаться незамеченными. Потом к это... му... Димгол, Ямок, Траср, действуем, как задумывали.

Орки кивнули, и тут же отряд пришёл в движение. Сто пятьдесят воинов шурша ветвями метнулись к цели. Огромным везением было то, что движущаяся на битву нежить нисколько не пыталась быть тихой. Кряхтение вурдалаков, скрип труповозок, хлюпанье мясников и крики горгулий в небесах создавали столько шума, что орков никто не слышал. А деревья скрывали их от мёртвых взоров. Нежить не ожидала подвоха.

Сто пятьдесят шагов. Сто двадцать. Сто.

- За Орду! - завопил Ромит, и отряд выскочил из леса.

Пятьдесят копий сразу же метнулись вперёд, скосив ближайших вурдалаков. Пока генханы доставали из-за спины вторые копья, орки принялись рубить направо и налево, в первые мгновения стремительно прорываясь к цели. Но нежить опомнилась достаточно быстро, и вот уже яростно завопили сотни вурдалаков, завидевших потенциальную добычу. Ближайший мясник неуклюже повернулся навстречу, подмяв под себя кого-то из мелочи.

- Траср, рубите его! - скомандовал Ромит, указывая на мясника, вместе с передовыми силами пробиваясь к «дереву».

Десятник кивнул и шагнул к тошнотворному порождению чёрной магии. Орки были достаточно крупными существами ростом от двух до двух с половиной метров, но вот эта уродливая тварь ещё на метр возвышалась над их головами, будучи при этом гораздо массивнее.

Крюк рванул вперёд, пытаясь достать ближайшего орка, но тот в последнее мгновение успел рухнуть на землю, пропустив страшное оружие над головой. Затем воин, не вставая, толкнулся вперёд и рубанул как мог по правой ноге чудовища. Оно взревело, и в дело пошёл монструозный тесак, разгоняемый левой рукой. Мгновение, и сильный удар орочьего топора рубит по руке, пытаясь остановить удар. Ещё один орк прыгает сзади и пытается вонзить нож в плечо мерзости. Но, несмотря на все усилия, тесак опускается на первого орка, отрубая ему руку по самое плечо.

И вот уже на мяснике практически висит трое орков, замедляя его движения. С гулким хлюпающим ударом в грудь вонзается пара генханских копий. Ещё одно секундой позже удачно впивается в левый глаз.

- Аррр... Аррр... - кричат орки хором, слаженно подрубая ноги твари и наконец заваливая её на окровавленную землю. - Хоу! Хоу! Хууу!

Мясник, потеряв равновесие, изрубленной массой ухает вниз. Но передышки нет. Вурдалаки целой стаей уже цепляются за броню в поисках незащищённых мест, чтобы впиться ядовитыми клыками.

Лишь краем глаза отметив, что его ребята успешно разобрались с мясником, Ромит обратил взор к «дереву». Но над головой нависло поганище. Пятиметровое уродливое чудовище, кровожадно смотрело на мелкого орка, желая сожрать. Хаотично торчащие из его тела мёртвые человеческие руки тянулись к добыче в надежде ухватить, притянуть, поглотить.

Недолго думая, гораздо более проворные орки несколькими мощными ударами подрубили передние лапы поганища, и оно, обиженно взвыв так, что задрожала земля, плюхнулось мордой в грязь. Огромный мясной таран был крайне опасен для сооружений, осадных машин или прорыва строя, но запряжённое в эту адскую повозку не представляло особой угрозы уже разогнавшимся оркам, атакующим с разных сторон.

Двадцать шагов. Пятнадцать. Вурдалаки остались позади. Мясники далеко. Секунда и быстрый взор на исполинскую древоподобную структуру из плоти, возвышающуюся над головой, и плоды, охваченные мертвенно бледным свечением. В них что-то есть, что-то живое, лениво шевелящееся, словно в дрёме.

Орки на мгновение замерли, поражённые увиденным.

- Чего встали?! - пробился сквозь вопли сражения голос Ренгала, проскочившего вперёд. - Рубите его!

Не успели воины опомниться, как из кроны «дерева» показалась чья-то голова. Она окинула происходящее пристальным взглядом светящихся ледяным светом целых пяти глаз, слегка повернулась, словно желая посмотреть на всё под другим углом... Гортанное возмущённое ворчание пробилось сквозь шум сражения, и из кроны спрыгнуло создание целиком. Ростом оно оказалось лишь немного выше орков, было достаточно худощавым, но с оплетёнными тугими мускулами четырьмя руками и парой ног.

- Руби! - заорал кто-то, словно снимая оцепенение с воинов Орды, и орки кинулись к колёсам платформы, несущей странную конструкцию.

------------

В ответ в уши врезался тревожный визг хозяина "дерева", разнёсшийся над Долиной Мрачных Душ.

Войско Орды выстроилось на бой. Воины взволнованно всматривались в темноту, откуда уже слышались вопли приближающихся вурдалаков. Вой нарастал, вселяя страх перед пока ещё невидимой волной нежити.

Кролон тоже всматривался в темноту перед собой. Война с нежитью. Конец эпохи? Последняя война с этим непримиримым врагом всего живого случилась давным-давно. Она уничтожила высших эльфов и одно из королевств людей, но помогла оркам, вступившим в союз с терпящим поражение альянсом эльфов и людей, получить признание и технологии. С тех пор из разрозненных кланов орков образовалась Орда, поселившаяся в основном в Комнском лесу и холмах восточнее. Клан Красный Рог, как и ещё несколько малых кланов, тогда что-то не поделили с Белым Клыком, решили остаться независимыми и ушли.

И вот новая война. Первая война Орды за сотни лет, не считая незначительных стычек с Ленагором и жителями Диких холмов. Кролон тяжело вздохнул. Он ненавидел нежить всеми фибрами души. Пятнадцать лет назад его сыновья Кромк и Сарнар ушли на охоту, но так и не вернулись. Спустя несколько дней мерзкая тень появилась среди ночных костров Полока. Она нашла Кролона и сообщила, что его дети в плену у князя нежити Саграса, и, чтобы спасти их, вождь Орды теперь должен повиноваться воле Саграса. От воспоминаний заболело в груди. Тогда ещё молодой и сильный вождь, горячо любящий своих сыновей, сделал свой выбор. Он отказался подчиниться, выбрав благополучие Орды и через несколько дней охотники нашли в лесу головы Кромка и Сарнара. Так что этой ночью Кролон будет мстить. Он высвободить весь гнев, всю свою боль. Нежить познает мощь Орды.

- Поджигай! - Команда Кирона вырвала вождя из воспоминаний.

Расчёты генханов зарядили лёгкие баллисты (одна из тех самых приобретённых технологий прошлой войны) и подожгли снаряды.

- Пли!

Щёлкнули рычаги, и в чёрное небо устремилось два десятка огней, озарив собой поле боя. И картина открылась поистине пугающая. Прочертив в небе огненные полосы - пара даже умудрилась зацепить горгулий, беснующихся средь тяжёлых туч - стрелы осветили кишащую нежитью долину. Мертвецы крались в темноте, оттягивая своё обнаружение, стараясь сблизиться с орками, но теперь ринулись в атаку.

Кролон толкнул пятками Хула, и верный волк вышел вперёд.

- Воины! - прогремел вождь, стараясь перекрыть шум надвигающейся волны смерти. И его голос зазвучал необычайно сильно, словно старик сбросил двадцать лет. - Мы уже побеждали это зло! Мы не ведаем страха и не сдадимся никогда! Мы сражаемся за саму жизнь! - Голодное хрипение вурдалаков становилось всё громче, отчитывая последние мгновения до начала мясорубки. - Мы выстоим!

- Ого-онь!

Из глубины построения орков в небо взметнулось семь огненных шаров и, вновь осветив страшную картину накатывающей нежити, порадовали обороняющихся, когда взорвались всепожирающим пламенем прямо в гуще вурдалаков.

- Пли-и! - могучий бас Кирона внушал уверенность.

Следуя приказу, два десятка баллист плюнули в темноту очередную стаю тяжёлых пылающих стрел.

- Пики!

Передние ряды войска тут же ощетинились густой порослью острых шипов. Как раз вовремя, чтобы встретить первых вурдалаков, выскочивших из темноты.

- Ху! - заорали орки, делая выпад вперёд и насаживая нежить на пики, пока второе построение нервно сжимало в руках боевые топоры, готовые присоединиться к начавшейся мясорубке.

Тем временем расчёты баллист проворно откатывали их в тыл, чтобы перезарядить и с безопасного расстояния расстреливать приближающихся мясников, то и дело мелькающих среди полыхающих огней.

Личная охрана спешно отвела Хула в тыл, к большому плоскому валуну, возвышающемуся практически посреди поля. Отсюда можно было относительно неплохо наблюдать за ходом битвы. Верного волка вождя тоже облачили в кожаные доспехи, и он нетерпеливо ворчал, ожидая приказа вступить в бой.

- Спокойно, мой друг. - Кролон погладил Хула по загривку. - Твои клыки и когти сокрушат сегодня много врагов. - Вождь повернулся к охраннику. - Елкир, есть вести от Такифира?

- Нет. И теперь уже не будет. Дозорные сообщили, что нежить начала обход с юга. Волчьей пасти будет трудно к нам пробиться.

- Ничего. Такифир знает, что делать. - Казалось, Кролон утешает сам себя.

Вождь вернул взгляд на передовую. Вурдалаки и поднятые мертвецы давили своей массой, постепенно продавливая в центре первые ряды пик. Рубаки с топорами уже яростно вступили в бой. Чуть дальше первый мясник словил своей тушей сразу несколько огненных стрел от баллист и теперь, вопя, крутился факелом, поджигая окружающих. Катапульты снова дали залп, отправив пламенные подарки кровожадному врагу.

- Мы выстоим, - снова повторил Кролон, как будто заверяя сам себя.

Над долиной, охваченной сражением, раздался незнакомый тревожный визг. На мгновение он будто бы парализовал всех. Но лишь на мгновение. Вождь всмотрелся в даль, вспомнив, что где-то там его отряд должен был атаковать нежить с тыла.

Визг хозяина «дерева» заставил схватиться за уши, задержав орков. На помощь пришли генханы. Пять копий метнулись в сторону существа, но оно умудрилось отбить их все. Гневный гортанный клёкот, и окружающая отряд нежить кинулась на него с ещё большей яростью.

- Ренгал! - завопил Ромит. - Ренгал! Бейте по коконам!

- Копья кончились! - прокричал в ответ генхан, отбивая атаку вурдалака, пытающегося пробиться с тыла.

- Проклятье! - Плюнул Ромит и вскарабкался на платформу.

Он замахнулся, одновременно рассматривая, куда бьёт. В полупрозрачном коконе размером практически с орка медленно ворочалось существо, чем-то похожее на хозяина "дерева". Удар. Ещё удар. Оболочка поддалась, в лицо и на руки брызнула тягучая слизь. Удар. Кокон упал на платформу. Существо, почувствовав свободу начало выпрямляться, но два последующих удара топора оборвали его попытки.

Рык демона (наконец-то, орк понял, кто перед ним) на этот раз выдавал его бешенство и снова на мгновение парализовал атакующих. Он подскочил к Ромиту, и обе левых руки молниеносно метнулись к орку. Едва успев выставить перед собой топор, Ромит отлетел на несколько шагов и рухнул с платформы в пропитанную кровью грязь. В глазах помутнело, лёгкие судорожно хватали воздух, выбитый из них мощным ударом. В груди разгорался пожар. Пара рёбер точно сломаны... Некогда разлёживаться, надо вставать.

Взгляд Ромита попытался сфокусироваться на платформе с деревом из полоти, но всё выглядело размазанным. Проклятый демон очередным ударом сорвал голову с одного из его воинов. Ромит не смог разглядеть с кого. Но это было лишь началом. Коконы пришли в движение. Они лопались, высвобождая своих обитателей, и те, шлёпаясь на деревянный пол платформы, приходили в движение.

- Ромит! - Ренгал подскочил сзади и помог подняться. - Надо уходить, Ромит! - проорал он в ухо. Но во всём этом безумии орк едва расслышал его слова. - Ромит! Уходим! Мы сделали, что смогли!

Генхан потянул разведчика за собой в сторону леса, одновременно командуя отступление. Ромит ещё плохо видел и соображал, но смог разглядеть, как порядком поредевший отряд начал отходить, отбиваясь от вурдалаков, уже практически завершивших окружение.

Зрение постепенно восстановилось. Вот Ирс со своими ребятами отходит с правого фланга. Шурак и Вурла слева пробивают коридор к спасительному лесу. Вдали пал последний воин из десятка Трасра. Самого десятника с остервенением уже пожирали вурдалаки. Десяток Димгола также погиб. Ему так и не удалось перерубить толстую переднюю ось платформы.

На Ренгала накинулся мертвяк, и он отпустил Ромита. Разведчик ещё нетвёрдо стоял на ногах, но приготовился к бою. Брызжа ядовитой слюной, одноногий вурдалак прыгнул на него. Орк замахнулся топором, но в последнее мгновение заметил, что в руке у него лишь обломок черенка.

Опытный разведчик не растерялся. Он успел ухватить вурдалака левой рукой, а правой всадил ему под рёбра острый обломок рукояти. Челюсти клацнули перед лицом, так и не достав до желанного горла. Разведчик швырнул врага на землю и пригвоздил всё той же рукоятью. Вурдалак бешено задёргался, пытаясь освободиться, но Ромит уже бежал к лесу.

Около пяти десятков орков и генханов из полутора сотни с трудом смогли вырваться из гущи мертвецов. Раненные, укушенные, они достигли деревьев, среди которых надеялись оторваться от преследования. Но не тут-то было.

Тяжело дышащий Ромит успел бросить последний взгляд на "дерево" из плоти.

- Уходим! - позвал Ренгал, уже шагнувший под кроны Хромого леса. - Ну же!

- Смотри.

Генхан повернулся в сторону, куда смотрел разведчик. Из коконов вылезали существа, похожие на демона. Они были меньше, имели лишь две ноги, две руки и бледную серую кожу. Выпав из кокона, они вскакивали и устремлялись в погоню за орками, двигаясь стремительно и прямо по спинам кишащих вокруг вурдалаков. Последние послушно уступали дорогу. Те же, кто не успевал повиноваться, получал раздражённый удар и отлетал в сторону.

- Они ведут себя как хозяева, - пробормотал Ренгал. - Проклятые "демонята".

- Уходим! - рыкнул Ромит, и все устремились в глубь леса.

Бледные существа визжа кинулись вдогонку.



Битва разгоралась всё сильнее. Стоял такой шум, что крики вынырнувших из чёрных туч горгулий не сразу удалось различить. Крылатые твари пикировали вниз к катапультам, стараясь сломать механизмы. Прикрывавшие их генханы, метали копья с удвоенной скоростью, стараясь успеть сбить всех атакующих. Удавалось через раз. Камнем рухнувшие горгульи, невзирая на защитников и собственные потери, разломали одну из метательных машин.

- Елкир, отправь подкрепление к катапультам! - скомандовал Кролон. - Где Залеб?

- Он расставлял ловушки на правом фланге, - отозвался охранник.

- Горгульи! - заорал кто-то рядом.

Кролон вскинул голову и едва успел заметить, как тройка крылатых тварей, вынырнув из мрачного неба, метнулась к нему. Мгновение, и верный Хул приник к камню, крутанулся так, чтобы аккуратно сбросить с себя хозяина, тут же вскочил и молниеносным прыжком настиг горгулью, пронёсшуюся в метре от него и буквально чуть не снёсшую голову вождя. Огромный волк успел ухватить горгулью за правую ногу и дёрнуть к земле. Отчаянно взвизгнув, летающая нежить ударилась о камень, попыталась быстро вскочить и взмахнуть вверх, но туша грозного зверя придавила её, а мощные лапы и острые клыки принялись раздирать на куски.

Две другие горгульи смогли уйти, получив по копью в крыло. Бросив удовлетворённый взгляд на питомца, Кролон сел.

- Вождь! - Взволнованный Елкир подскочил и помог подняться, одновременно осматривая на наличие ран.

- Всё в порядке, - поспешил заверить Кролон, пытаясь угадать перепугался телохранитель за него или за то, что с ним сделает Кирон, если с вождём что-то случится.

Взгляд снова устремился на передовую. Левый фланг, упирающийся в Хромой лес, удерживался Красным Рогом. Гарок знал своё дело. Правый фланг, самый открытый, пока ещё не подвергался массированным атакам. Нежить прощупывала слабые места. Из-за темноты там почти ничего не разобрать. В центре же мертвецы медленно, но верно продавливали, заставляя орков шаг за шагом отходить и подвергать опасности фланги.

- Пора, - шепнул сам себе Кролон, и в его глазах затрепетали молнии.

Он вскинул грозовой топор вверх, и в небесах прогремел гром, от которого задрожала земля. Среди туч засверкало, высвечивая мечущихся там горгулий. Мгновение, и в топор ударила молния, заряжая его смертельной энергией.

- За Орду! - прокричал вождь, спуская силу грозы на врага.

С топора метнулись молнии, поражая ближайшую толпу нежити. Завопив от боли, обожжённые вурдалаки и мясники заметались в стороны. Разряды разрушительной энергии перепрыгивали между ними, нанося всё больше урона. Воспрявшие духом орки, грозно заорали и кинулись заделывать брешь в строю.

- Держаться! - донёсся откуда-то справа бас Кирона, словно гром, прокатившийся по рядам.

Катапульты в очередной раз дали залп, отправив огненные шары в полчища нежити. Снова визги боли, полыхающая нежить. Приятная для любого живого взгляда картина.

- Труповозки! - заорал воин, расположившийся в наскоро собранной дозорной башне, представлявшей из себя три вкопанных в землю бревна и маленькую деревянную площадку, утыканную пиками для защиты от вражеских летунов.

Кролон посмотрел туда, куда показывал дозорный. Действительно, кошмарные конструкции медленно ползли к месту битвы.

- Ерох! - позвал Кролон. - Ерох!

- Да, вождь? - наконец, донёсся ответ.

- Побереги снаряды! Нужно уничтожить труповозки! Слышишь?

- Да! - Ерох повернулся к расчётам. - Заряжай! Стрелять по моей команде по труповозкам! Гар-р-р?

- Гар-р-р! - отозвались воины.

- Елкир! - Кролон повернулся к телохранителю. - Ты чего? Что потерял?

Охранник, действительно, с тревогой осматривался и даже прикладывал руку к земле, пытаясь что-то ощутить.

- Жуки, вождь. Я вспомнил, что у нежити есть огромные трупные жуки, способные прорывать ходы под землёй. Они же могут напасть на нас сзади.

- Не беспокойся об этом. Жуки не подчинились демонам. Они сбежали и спрятались.

- Хотя бы одно облегчение, - выдохнул воин. - А откуда ты это знаешь?

- Король нежити сказал, - успел ответить Кролон, как вдруг Хул закрутился на месте, пытаясь ухватить нечто невидимое.

Огромный волк так вертелся, что отбросил Елкира в сторону, и тот слетел с валуна. Сам вождь едва удержался на спине зверя. Тот же клацал зубами по воздуху, безуспешно пытаясь что-то поймать.

- Тень, - догадался Кролон.

Он приник к мохнатой шее, крепко охватив её руками.

- Спокойно, мой друг, - прошептал он Хулу на ухо. - Вспомни, чему я тебя учил. Спокойно. Ну же.

Зверь перестал крутиться и зло озираться, замер, прикрыл глаза. На несколько мгновений звуки битвы стихли. Вдох. Выдох. Вдох...

С каждым выдохом могучий зверь становился будто бы прозрачным. Его шерсть стекленела, а глаза превратились в два сияющих голубым светом пятна. Глухой рык, резкий рывок, и невидимая тень забилась в пасти призрачного волка. Кролон взмахнул топором, обвитым паутиной молний, и окутанная дымом голова, проявившись, покатилась с камня.

- Молодец! - похвалил волка Кролон, поглаживая полупрозрачную шерсть. - Красавец!

Зверь удовлетворённо фыркнул, словно говоря: "я великий воин", и просящим взглядом уставился на хозяина.

- Давай! - дал добро Кролон. - Не щади врагов!

Радостно завыв от предвкушения, могучий зверь огромными прыжками умчался в гущу событий.

- Зря ты его отпустил, вождь, - тут же подскочил обеспокоенный Елкир. - С волком надёжнее.

- Мы в тылу. Пока нам ничего не угрожает.

Стоило Кролону закончить предложение, как на передовой в один голос заорали:

- Воздух!

Из темноты на орков посыпались жутко смердящие куски плоти. Некоторых они сбивали с ног, чем позволяли напирающим вурдалакам прорваться по низу к ногам воинов и вонзить свои клыки в живое мясо. Следующая волна последовала почти мгновенно, и на этот раз прилетевшие снаряды перелетели передний край обороны и покатились между ног. Грубых орков трудно напугать видом мертвечины, но тут была задействована чёрная магия.

- Вождь, - позвал ошарашенный Елкир, подняв прилетевший снаряд труповозки.

В руках он держал орочью голову.

- Отряд Ромита, - понял Кролон, узнав лицо мертвеца.



Ромит пробирался меж корявых переплетённых деревьев так быстро, как только мог, учитывая сломанные рёбра и усталость. Где-то неподалёку в темноте он слышал своих, отступающих вместе с ним на юго-запад, спасаясь от шустрых тварей, порождённых демоническим деревом из плоти.

Обычно в Хромом лесу царила особенная тишина, наполненная лишь звуками природы: шелестом листьев, тихим шепотом ветра и редким пением птиц. Извилистые корни деревьев, выползали из-под земли, сплетаясь друг с другом, словно жилами, передавая жизненную силу. Сейчас же всё как будто замерло в ожидании беды. Нежить явилась в эти дикие края, вновь желая взять кровавую дань с живых.

Ромит спрятался за кривым стволом дерева, намереваясь перевести дух. Дыхание давалось с большим трудом, резкая боль в груди мешала ясно мыслить. Ещё осторожный вдох и плавный выдох. Вдох... выдох.

Рядом показался кто-то из своих. В темноте разведчик не узнал его. Кажется, кто-то из Красного Рога. Он гнал напролом, стараясь двигаться как можно быстрее, но ветки и торчащие из земли корни цеплялись, то и дело задерживая, выводя из равновесия. Вот воин, не заметив очередной извилистый корень, споткнулся и полетел кубарем. Перекувыркнувшись пару раз, он на большой скорости влетел в ствол старого уродливого дуба и охнул.

Ромит шагнул из укрытия, желая помочь бедолаге, но сзади послышался знакомый гортанный клёкот, заставив снова прижаться к дереву. Пара бледных "новорождённых" тварей, проворно перебираясь меж ветвей и корней, радостно накинулась на упавшего орка и принялась разрывать его на части. Тот пытался сопротивляться, но безуспешно. Разведчик на несколько мгновений закрыл глаза, не желая видеть кровавое пиршество, затем медленно сполз по стволу вниз и, стараясь не застонать от боли, двинулся в сторону, прячась в переплетающихся корнях.

Где-то вдали послышался орочий вопль. Кажется, ещё кого-то поймали. Эх, был бы у него верный топор...

Ромит повернул голову, посмотреть, что с бледными. Те, наспех разобравшись с нечастным воином Красного Рога, с ног до головы обляпавшись в крови, радостно ворча, умчались дальше, стремясь нагнать ещё кого-нибудь. Разведчик прислушался. Едва заметный шелест листвы. Кажется, никого. Он уже собрался выползти из-под корня, как вдруг в последний момент слух уловил тихое ворчание, заставившее замереть практически на четвереньках и затаить дыхание. От столь неудобного положения боль с новой силой пронзила грудь. Проклятые рёбра пустят его на корм нежити.

Тишина? Нет. Тихое хриплое ворчание повторилось. Ромит очень медленно повернул голову на звук. В практически кромешной тьме он заметил слабое бледное свечение пары глаз. Точки приближались не спеша. Вот они уже в паре шагов. Тварь залезла на корень, под которым спрятался орк, замерла, вслушиваясь, всматриваясь, принюхиваясь. Мгновение. Ещё одно.

Ромит почти перестал дышать, крепко сжимая зубы от усиливающейся боли. Ну же, мерзкая тварь, ползи дальше! Орк начал терять равновесие, заваливаясь на бок. Ползи дальше!

Тварь зашевелилась, опустила руки на землю в шаге от разведчика. Не спеша сползла с корня.

"Ну же!" - хотел заорать Ромит, но тут он не удержался, просел на левый локоть, чтобы не упасть, и под ним хрустнуло. Проклятая всеми духами сухая веточка.

Тварь тут же развернулась и кинулась. Острые когти угодили сначала по рукам и ногам, которые Ромит, упав на бок, успел выставить перед собой. Молниеносные взмахи рук бледного, пытающегося достать аппетитное живое мясо, цепляли не только орка, но и корень, оставляя борозды, снимая стружку, падающую прямо на лицо.

Поняв, что не получается вытащить добычу, бледный монстр сунулся внутрь, обдав орка горячим смрадным дыханием. Орк же, несмотря на боль и раны, отчаянно отбивался, перехватывая конечности врага, либо успевая отбивать, чтобы клыки и когти не смогли достать лицо и важные органы.

- Ар-р-р! Ар-р-р! - рычал разведчик, применяя все навыки борьбы, которым научился ещё в детстве, когда играл с братьями в охотников и монстров. А тут всё наяву.

И вот наконец орку удалось удачно выбить правой ногой левую ногу монстра. Тот на долю секунды потерял равновесие, и, собрав силы в один мощный толчок руками и ногами, Ромит резко придавил его к корню над собой. Послышался хруст и звук лопнувшей плоти. Получилось насадить бледного на торчащий сухой обломок корня, пробив почти насквозь. Бледный бешено задёргался, громко визжа.

- Замолчи! - зло гаркнул Ромит, рывком мощных рук ломая шею врага.

Тварь почти сразу затихла и сползла на орка. Тот с отвращением скинул тело с себя и отодвинулся в сторону. Ему нужно было отдохнуть хотя бы несколько мгновений, перевести дух, прийти в себя. Как же всё болит. Короткая схватка выжала все соки.

Ромит попытался сделать глубокий вдох, затем ещё один. В глазах потемнело, и он потерял сознание.



Нежить яростно напирала, углубляясь в строй орков. Кровавое побоище длилось уже пол ночи, собирая богатую жатву. В бой вступили некроманты, шепча парализующие заклинания, поднимая мёртвых, а из порубленных тел вурдалаков собирая новых чудовищ. Банши присоединились к атаке на левом фланге. Неожиданным появлением захватили разум воинов Красного рога, изнутри пробив оборону. Теперь Гарок спешно командовал отступление, чтобы восстановить порядок и не потерять всех. Вот труповозки дали новый залп заражённой плотью, позволив мясникам и вурдалакам продвинуться ещё глубже по центру.

С топора Кролона сорвалась очередная ветвистая молния, сожгла подобравшихся ближе мертвецов и, теряя силу, перескочила куда-то дальше. Гром гремел в небесах, разряды вспыхивали, освещая яростную схватку живых и мёртвых. Ещё одна молния умчалась в гущу вурдалаков, сжигая всё на своём пути.

- Держать строй! - слышался голос Кирона. - Не подпускать к катапультам!

Словно в благодарность за стойкость, четыре огненных шара взмыли в пульсирующие вспышками небеса, чтобы всепожирающим пламенем рухнуть на полчища смерти.

Сквозь шум битвы Кролон разобрал многочисленные вопли горгулий. Летающие твари собрались в новую атаку. Вождь собрался выкрикнуть приказ баллистам, но огромная чёрная тень камнем рухнула с небес и сбила старого орка с ног, отбросив в сторону на несколько шагов.

- Вождь! - сквозь волну боли послышался испуганный крик Елкира.

В глазах плыл мутный туман. Грудь с трудом вбирала воздух. Кролон постарался приподнять голову, разобрать, что происходит. Он увидел густую тень... чей-то чёрный силуэт крутился среди орков, снося головы с лёгкостью самой смерти.

Взгляд постепенно прояснился, и Кролон увидел древнего вампира с огромными крыльями, словно клинками, разящими поспешивших на помощь воинов.

- Саграс, - выдавил вождь, поднимаясь на ноги и сжимая крепче рукоять грозового топора.

Князь нежити повернулся к вождю и одарил хищной улыбкой. В левой руке он держал Елкира, пока острый край чёрного крыла, словно отточенное, лезвие медленно перерезал ему горло. Короткое движение, и в руке осталась лишь голова, маленький трофей, которых этой ночью будет в избытке.

- Вождь, - шипящий, самодовольный шёпот вампира зазвучал прямо в голове.

Саграс намеревался высосать из Кролона всю кровь до последней капли, не спеша насладиться утекающей из тела жизнью, чей вкус так сладок. Этот никчёмный дикарь, не пожелавший подчиниться, познает всю горечь поражения.

- Я сделаю тебя своим рабом. Сломлю эту глупую бессмысленную гордость, и буду истязать твоё племя на твоих глазах. Одного за другим, смакуя каждую толику страдания. - Зловещий шёпот вампира звенел в голове, пытаясь сломить волю, подчинить, обездвижить.

И ему почти удалось. Только большой призрачный волк явно имел что-то против. Едва видимой тенью он метнулся на спину вампира и вонзил длинные острые клыки в его правое плечо. Рёв боли раздался над полем боя. Саграс завертелся, пытаясь скинуть со спины намертво вцепившегося зверя.

Пользуясь моментом, Кролон вознёс топор к небу, и молния ударила в него, заряжая мощью стихии. Ещё мгновение, и Саграсу удаётся скинуть волка, успевшего повредить не только плечо, но и часть крыла. Взмах чёрной мантией, ощетинившейся острыми когтями, и в призрачного зверя устремляется смерть. Хулу едва удаётся увернуться, и молния срывается с топора, поджаривая грудь князя нежити.

Обжигающая боль охватывает тело. Запах палёной собственной плоти приводит вампира в бешенство. Он прикончит этого дерзкого слизняка. Прыжок...

В попытке защититься Кролон успел выставить вперёд топор, но Саграс его даже не заметил. Мощным рывком он преодолел разделяющее их расстояние, мощным ударом хвоста сбил орка с ног, и вонзил крылья-пики прямо в его грудь, пригвоздив к земле.

Так показалось самому вампиру. Но в порыве бешенства он не заметил движения слева. Кирон со всей силы врезался в него, одновременно подрубая топором левую ногу. Его топор остался торчать в мёртвой плоти, а сам он...

Саграс почувствовал удар и боль. Резко дёрнув крылом, он смахнул очередного орка с себя. Этот зверёныш умудрился поранит ногу. Но он еще не закончил с вождём.

Задрав голову вверх, вампир подал клич, и стая горгулий тут же пришла ему на помощь. Орки хотели окружить князя нежити и прикончить, пока он не успел взлететь, но летающие твари накинулись на них с ещё большим остервенением, чем обычно, позволив повелителю оттолкнуться и взмыть в небо. Заработали баллисты, засвистели тяжёлые стрелы... Мимо. Саграс растворился в чёрных тучах.

И тут над долиной раздался многоголосый волчий вой. Клан Волчья Пасть, наконец, пришёл на помощь с юго-востока и врезался в море нежити с тыла.

- А-р-р! А-р-р! Ху! - заорали воодушевлённые орки и принялись ещё яростнее рубить мертвецов.

Затрубили в рог. Кирон поднялся на ноги и взглянул на восток. Его зоркий взгляд сумел разобрать бегущих с Диких холмов минотавров и огров. А за ними розовел рассвет.

- Могучая подмога, - мелькнуло в голове.

Дневное светило, наконец, пробуждалось, намереваясь остановить кровавое побоище, дать живым шанс. Шанс прожить ещё один день.

- Вождь!

Кирон кинулся к телу старого орка.

- Вождь!

Горгульи спешно ретировались, но одной вздумалось прихватить с собой свежего мяса. Она прыгнула на Кролона, но огромный волк, снова ставший обычным, ухватил крылатую за лапу и с размаху ударил о землю. Пока тварь не успела очухаться, Хул оттащил её от хозяина и принялся яростно рвать на куски.

Кирон подбежал к Кролону. Тот лежал в луже крови и едва дышал. В правом плече и левом боку зияли порядочные дыры. Могучий воин Орды набрал глубоко в лёгкие пропитанный болью и смертью воздух, вскинул лицо вверх и со всей силы прокричал:

- За-але-еб!

* **

Яркое долгожданное солнце лениво выползало из-за Диких холмов, озаряя окровавленную землю. Чёрные тучи, висевшие всю ночь над головами, спешно улепётывали на север вслед за нежитью, отступающую перед дневным светилой.

Поле битвы было усеяно телами орков, генханов, волков и нежити. Огромные бегемотоподобные звери, прибывшие с минотаврами и ограми, помогали стаскивать погибших для братских погребальных костров, коих этим днём будет немало. Треть воинов Орды уже не вернётся домой. Они полегли здесь, но не стали нежитью. Защитили подступы к родному Комнскому лесу, но не перешли на сторону врага благодаря шаманству предков, защитившему их тела от чёрной магии некромантов.

Орки выстояли. Они заплатили великую цену, но выстояли.

Такифир не спеша ехал на своём верном волке в сопровождении орка с бледно-серыми глазами.

- Что ты видишь, Ахира? - спросил слепой вождь клана Волчья Пасть.

- Я вижу много погибших, - ответил тот, обводя взглядом поле битвы, на котором велась печальная подготовка к сожжению мёртвых. - Слишком много. Но врагов я вижу больше. Славная была битва.

- Видишь ли ты отчаяние в глазах воинов? Есть ли там обречённость?

- Нет. Не может быть обречённости там, где стоит хотя бы один орк с топором.

- Хорошо. - седой орк улыбнулся ответу.

Верный Ахира не любил много говорить, но для слепого вождя делал исключение.

Волки везли наездников к лагерю Белого Клыка. В последние минуты битвы, когда с востока прибыли минотавры на своих огромных комондоках, левый фланг нежити был смят с разбегу. Минотавров было немного, всего пара десятков, но вкупе с комондоками и таким же количеством двухголовых огров они представляли грозную силу, против которой даже отвратительные мясники не могли устоять.

Огромные пасти бегемотоподобных гигантов крушили многочисленных вурдалаков на мелкие кусочки. Генханы и орки сейчас помогали им выковыривать трухлявые кости, застрявшие между мощных тупых зубов размером с голову тролля.

Такифир и Ахира въехали на территорию лагеря посередине которого возвышался большой шатёр. Возле шатра суетились воины Белого Клыка. Ерох и Гарок что-то горячо обсуждали, стоя в стороне. Юный воин слева от шатра промывал и смазывал лечебной мазью раны Хула. Волк Кролона грозно фыркал, когда действия юноши доставляли ему боль, тот боязливо косился на волка, но продолжал. Подбежал другой воин, взял поводья и заверил, что позаботится о волках. Такифир и Ахира спешились и вошли в шатёр.

Внутри при приглущённом свете солнца, пробивающемся сквозь потолок, на ложе лежал Кролон. Рядом с ним шаманил Залеб. Кирон, словно статуя, стоял у стены и наблюдал. Заметив вошедших, он шагнул навстречу.

- Как дела? - спросил Такифир, опустив ненужные приветствия.

- Плохо, - вместо Кирона ответил старый ренгал. - Раны древнего вампира не заживают. Вождь умирает.

Кирон недовольно фыркнул, покосившись на встрявшего в разговор Залеба, затем посмотрел на Такифира.

- Я найду и вырву крылья этой проклятой твари, - прорычал он.

- Я в этом не сомневаюсь. - Такифир говорил спокойно. - Сейчас важнее не месть, а подготовка к следующей битве. Залеб, если Кролона не спасти, тебе следует лечить раненных. Надо использовать день, чтобы подготовиться к следующей битве. С сумерками наша война продолжится, нужен каждый воин.

- Если шаман сейчас уйдёт, вождь умрёт, - предупреждающе пробасил Кирон.

- Такова судьба, - не потерял спокойствия слепой орк. - Залеб может тщетно колдовать здесь или спасти жизни сотни воинов, истекающих кровью снаружи. Что важнее сейчас?

Очевидно, Залеб был согласен с Такифиром, потому что собрал шаманские принадлежности и хотел было пройти к выходу, но могучая рука Кирона бесцеремонно остановила его.

- Сначала вождь.

- Кирон. - Спокойствию слепого орка можно было только позавидовать. - Мы на войне. Кролон пал в бою, как и подобает великому воину. И теперь, пока Белый Клык не выберет нового лидера, я - вождь Орды. Освободи свой разум от гнева. Ты нам нужен на поле боя.

Слушая Такифира Кирона грозно рычал, крепко сжимая кулаки. Вряд ли он решился бы выместить свой гнев на вожде союзного клана, но Ахира был настороже, незаметно шагнув вперёд и положив руку на рукоять ножа. От военачальника Белого Клыка это движение не ускользнуло, и Ахира это прекрасно понимал.

- Ты нам нужен, - тем временем продолжал слепой вождь. - Ты должен провести свой клан через кровавые битвы этой войны. Орда должна устоять. Кролон бы хотел именно этого. Вспомни судьбу его сыновей. Орда превыше всего.

Мгновение. Другое. И рука Кирона опустилась, позволяя Залебу покинуть шатёр.

- Ахира, проследи за дневной охотой. - Орки используют дневное время, зачищая поле боя и совершая рейды на север, стараясь нанести укрывающейся от солнца нежити наибольший урон перед наступлением темноты. Такифир положил руку на плечо воина Белого Клыка. - Кирон, послужишь старику проводником? Нам нужно поговорить.

Бросив предупреждающий взгляд своих бледно-серых глаз на Кирона, Ахира развернулся и вышел.

Перед глазами медленно светлело. Ещё усилие... Очередная ветка преграждает путь. Наклониться, обойти. Ещё шаг. Силы уходят...

Вот она опушка.

Ацер снова махал топором. Махал, рубил, добывал дрова. На этот раз не для домашних очагов родного Полока, а для погребальных костров. Взмах. Удар. Взмах. Удар. И мысли возвращались к уютному дому, где остался Тлум. Сынишка теперь вынужден становиться взрослым быстрее. Все воины Орды отправились воевать с проклятой нежитью, и Полок остался практически беззащитным. Сейчас его обороняли лишь старики и такие мальчишки, как его сын. Это беспокоило Ацера даже больше, чем собственная судьба. С ней он смирился.

Этой ночью он бился с нежитью и выжил. Да, он оказался не в первых рядах, но успел порубать головы вурдалакам и даже немного подсобил справиться с гадким мясником. Ацера передёрнуло от воспоминания близости этой тошнотворной кучи плоти. Взмах. Удар. Взмах. Удар.

В очередной раз замахнувшись, орк краем глаза заметил движение в сумраке между деревьев. Топор медленно опустился, заняв выжидательную позицию. Показалось? Вот. Снова движение. Ацер присмотрелся. Да это же...

- Ромит, - вырвалось у дровосека, и он двинулся навстречу.

Разведчик, отправившийся на опасную миссию во главе отряда в полторы сотни воинов... С рассветом из леса показалось лишь несколько выживших. И то Ацер лишь слышал в пересказе обрывки их истории о труповозках, каком-то дереве из плоти...

- Великие духи, - ошарашенно выдал дровосек, приблизившись, и тут же позвал на помощь.

Перед ним едва стоял на ногах весь окровавленный разведчик. Всё его тело покрывали глубокие борозды ран от когтей. Левый глаз вытек, разрыв щеки на этой же стороне открывал зубы.

Разведчик будто бы облегчённо выдохнул. Его ноги подкосились, и он рухнул бы на землю, но Ацер вовремя подхватил, не дав упасть, и медленно опустил.

Ромит почти ничего не видел, он неимоверно устал и ослаб от потери крови, но осознал лишь одно. Он всё-таки выбрался. Краем единственного глаза он успел различить приближающихся орков и генханов. Среди них, кажется, ковылял и Ренгал. Значит, они ещё повоюют. Надо только...

Мысли оборвались, и Ромит потерял сознание.

Глава 16. Осада

Готгард взобрался на башню Сари и глянул вдаль. Он делал это каждый вечер, вот уже четыре дня. Наблюдая с самой высокой площадки Омагона за наползающей, словно прилив, волной нежити, король каждый раз надеялся увидеть проплешины в шевелящемся и хрипящем ковре надвигающейся смерти, но тщетно. Мертвецов всё ещё было не счесть.

Каждую ночь наступлением темноты небо неизменно заволакивало кишащими горгульями тучами, а по теперь уже пустынной чёрной земле с севера наползала армия мертвецов, и словно прибой билась о стены крепости, смывая за собой всё больше её защитников.

Готгард опустил взгляд. Во дворе по всей крепости уже зажигали костры. Маги готовили заклинания. Скоро труповозки снова начнут забрасывать куски заражённой плоти через стены, и потребуется много огня, чтобы сжигать всю эту гниль и не дать ей заразить людей.

Король моляще поднял взгляд в небо. Хоть бы не было дождя.

Слева, через западные ворота выезжали паладины и рыцари, выходили берсерки. Они будут поддерживать войско гномов, разместившееся у стен крепости. Гномы соорудили укрепления, окопались, нарыли подземных ходов и держали удар не хуже самих крепостных стен.

Ловкими рейдами всадникам Тадалона удавалось пресекать попытки обхода крепости с запада. С востока отдельные вылазки совершали гарнизоны ближайших застав. Но с каждым днём людей становилось меньше, а нежить нехватки не испытывала. Некроманты, сопровождаемые стаями вурдалаков, поднимали убитых и ставили себе на службу, не обращая внимания на пол и возраст.

Готгард с горечью потёр глаза, вспомнив, как на вторую ночь осады перед войском нежити двигались десятки женщин и детей, притащенных горгульями из налётов на отдалённые деревни. Мужья и отцы, прибывшие в крепость в качестве ополчения, взвыли от горя. Некоторые кинулись открывать ворота, желая спасти своих родных, и Готгарду пришлось принять жёсткие меры.

Пусть его проклянут эти несчастные крестьяне, но он сделает всё необходимое и не допустит гибели царства людей.

Готгард спустился ниже, прошёл верховым ходом по второму ряду крепостных стен и оказался в своём штабе, представляющем собой каменную постройку с усиленной крышей, расположившуюся прямо на переднем выступе более высокой второй крепостной стены. Земли перед Омагоном отсюда видны как на ладони. Удобное место, чтобы управлять обороной.

- Филорт, - король сразу обратился к бородатому воину, ожидающему его у входа, - какие новости?

- Плохо дело, Ваше величество, - принялся докладывать бородач. - Нежить разбредается по деревням и заполоняет местность между нами и Нориндом. Получая подкрепление от обращения не успевших сбежать местных, она становится сильнее, а днём нам не хватает сил уничтожать её в укрытиях.

- Проклятье, - зло выдохнул Готгард.

- Оставаясь здесь мы ничего не сможем сделать, - вмешался в разговор прибывший Джарстольф. - Нас заблокировали и уничтожат.

- Это мы ещё посмотрим. - Король был упрям. - Мы сковываем основные силы врага. Уже четыре ночи мы их прореживаем, упокаивая сотни и тысячи мертвецов.

- Но всё это без толку. - Лишь верховный маг имел достаточно смелости перечить королю, когда он пребывал в таком настроении. - Мы должны...

- Пли-и! - донеслось от первой стены, и первый залп мортир и катапульт разорвал чёрное небо, отправив огненные подарки приближающейся нежити.

Проследив за снарядами и оценив нанесённый ими урон, Готгард снова повернулся к чародею.

- Что ты предлагаешь? Оставить крепость и бежать в Норинд? Мы откроем весь юг королевства, оставим на растерзание врагу.

- Заряжай! Цельсь! Пли-и! - Теперь за дело взялись лучники.

Гул надвигающейся нежити нарастал всё сильнее. Бледные огни труповозок проявились из темноты. В мрачных тучах замаячили крылья горгулий. Мерзкие твари научились держаться подальше от крепостных стен. В первые ночи подготовленные лучники хорошо их проредили. Теперь они лишь изредка выныривали из своих туч, неожиданной атакой пытаясь ухватить кого-нибудь с собой.

- Джарстольф, ты нужен на передовой. - Готгард, казалось, забыл про свой вопрос. Да и что тут можно ответить. Был бы лёгкий выход из ситуации, уже бы вышли. - Продержимся ночь, а на утро решим, что делать.

Верховный маг лишь коротко кивнул и устремился прочь. Отряд телохранителей последовал за ним. От этих горгулий всего можно ожидать.



С душераздирающим воем очередная партия заражённой плоти перелетела через первую крепостную стену, ударилась о вторую и рухнула вниз. Воины, укутанные в защитные одеяния и вооружённые длинными крюками кинулись к подаркам нежити и стали стаскивать их в полыхающие во дворе костры. К утру они умрут в страшных муках и тоже будут сожжены, но своё дело они сделают. Герои-смертники. Впрочем, как все защитники Омагона.

С наступлением темноты и до первых лучей нового дня под крепостью шла нескончаемая сеча. Люди и гномы умирали, но стояли до конца. Не имея надежды победить, они держались на силе духа и оружия.

Магический буран Джарстольфа ударил слева, попытавшись задеть труповозку, но клятые мертвецы успели откатить её назад. Чародейка на стене справа превратила мясника в безобидную овцу, в которую тут же жадно впились стрелы защитников, словно иглы в подушечку. Громыхнула мортира гномов, отправив пламенный привет некромантам в тылу.

Два юных мага метались по двору, пытаясь выловить тень-разведчика, убившего сотника защитников главных ворот. Заклятие, раскрывающее невидимых существ, освещало округу бледно-голубым светом.

- Филорт! - Готгард отвлёкся от сражения и повернулся к карте, лежащей на столе. - Если доживём до рассвета, возьми своих людей и найди место, где мы сможем продержаться ночь во время перехода в Норинд. Без стен Омагона нам потребуется укрытие. Смотри. Вот тут, - он ткнул пальцем в точку восточнее Омагона, - мост через Илису. Если успеем перебраться, можно использовать реку как преграду.

- Сделаю, Ваше величество, - отозвался бородач. - Гномы пойдут с нами?

- Выясним утром. Ступай, готовься!

До рассвета дожили. Ещё до первых лучей нежить отхлынула. Некроманты подняли свежеубитых воинов и увели с собой. Следующей ночью они будут остервенело рвать плоть своих собратьев на стороне врага.

Сильно потрёпанные защитники принялись сжигать оставшихся своих убитых и упокоенных мертвяков. Усталость всё сильнее проникала в их ряды. Ещё один недостаток, которого лишён враг.

Солнце поднялось уже достаточно высоко, когда отряд Филорта покинул крепость и направился на восток. Сотня следопытов и пара десятков мастеров гномов должны были найти ночное укрытие для войска на время отступления к Норинду.

Тем временем паладины не знали покоя. Под руководством Мармиса, перенявшего командование вместо Налимгота, они ночь за ночью бились с нежитью, а днём вели зачистку. Только магия света подпитывала их и не позволяла рухнуть без сил.

Вот и сейчас одиннадцать из пятнадцати уцелевших паладинов во главе с Мармисом ускакали на север, за разрушенный Бордонар, чтобы провести разведку, найти и уничтожить кого-нибудь ценнее вурдалака. Ведь некроманты к утру уходили глубже в Пустые земли и прятались, чтобы не попасть под удар такого рейда.

Слава богам, у людей был день. Если бы нежить могла выживать при свете солнца, защитников Тадалона смяли бы в первые же сутки, и враг уже штурмовал бы Норинд. Ни малейшего шанса выжить царству живых не оставалось.

Паладины обошли Бордонар с запада и устремились дальше, предоставив зачистку оставленного форпоста шедшему позади отряду. Каждый день сотня воинов, усиленная магами, выдвигалась из Омагона и вычищала полуразрушенные укрепления от нежити. Вурдалаки неизменно прятались в тени Бордонара каждое утро, и так же неизменно уничтожались посланным отрядом. Самым неприятным было то, что эту работу надо было делать, чтобы нежить не закрепилась в форпосте и не имела возможности быстро отсюда выдвигаться к Омагону. Клятые некроманты это понимали и иногда оставляли ловушки, несмотря на всю осторожность, забирающие жизни то одного, то двух воинов.

Готгард тем временем спустился со стены, быстро позавтракал на ходу вяленым мясом и запил чистой водой. Будучи в возбуждённом состоянии, а вот уже несколько дней он всегда был таким, король никогда не пил вина. Трезвый ум и горячее сердце держали защиту королевства. Вино будет после победы.

Отмахнувшись от обеспокоенного слуги Готгард миновал внутренние залы, затем двор и вышел к западным воротам. Через распахнутые ворота сновали люди и гномы, уже готовящиеся к следующей ночи. Короткие приветственные поклоны королю и дальше за дело.

Готгард прошёл дальше через укрепления гномов и, узнав, где находится их предводитель, последовал к нему.

Оказавшись в подземных укрытиях, Готгард немного поплутал. Всё-таки гномы времени зря не теряли. За эти пару-тройку дней они вырыли настоящую подземную деревушку с центральной и боковыми улицами. Всю добытую землю пустили на укрепление вала, а пустоты использовали как жильё, склады, мастерские и спальни. Вот и сейчас король людей пробирался через зал, в котором спали десятки воинов, державших оборону на передовой этой ночью. Чёткий порядок и крепкие нервы. Если бы не эти стойкие коротышки, люди уже давно...

- А, Готгард! - правитель гномов приподнялся со своего ложа и сел. - Присаживайся! - Он указал на пустой лежак напротив. - Чего хотел?

- Положение у нас тяжёлое, - также без предисловий начал король Тадалона. - Сил всё меньше. Если продержимся следующую ночь, с рассветом хотим уходить в Норинд. Вы с нами?

- Эх, только обустроились. - Кажется, Гуир пытался делать вид, что все эти тяжёлые ночи прошли бесследно, но Готгард прекрасно знал, низкорослым воякам досталось не меньше людей, поэтому он сделал скидку на твердолобость гнома. - Если пойдём с вами, откроем юг нежити. - Гуир задумался, медленно поглаживая длинную рыжую бороду. - Без нас вас при переходе нежить знатно потреплет.

- Попробуем окопаться.

- Не смеши меня, человек. Наши дети строят укрепления получше ваших мастеров. - Рука двигалась вниз по пышной бороде, Гном продолжал размышлять. - Где хотите остановиться?

- За мостом через Исилу. Река послужит препятствием.

- Вода... - скривился Гуир. – Вода - это плохо. Земля пропитана, укрепления не построить. Мост деревянный или каменный?

- Каменный. - Кажется, Готгард уловил ход мыслей собеседника.

- Успеете перейти реку, надо взрывать. - Гном, наконец, перестал теребить бороду. - Несколько бочек с порохом я дам. Мои ребята, что ушли с этим твоим Флир... Фир…

- Филортом, - подсказал Готгард.

- Вот с ним, - согласился Гуир. - Они останутся с вами и всё сделают. А мы всё же будем отходить на юг. Преследуя нас, нежить разделит силы, должно быть легче обороняться. Пока достигнем Ифринских гор, мы славно истощим мертвяков, а под горы они за нами не полезут.

- А если они все кинутся за нами?

- Вернёмся и вмажем им с тыла. Не боись, Готгард, повоюем ещё. Затею твою понял. Ступай, буду отдыхать.

Король Тадалона вернулся в крепость в немного приподнятом настроении. Этот уверенный в себе карлик знал своё дело. Теперь предстояло раздать распоряжения и начать подготовку к отходу в Норинд.

18.07

Однако его настроение тут же серьёзно опустила новость о Джарстольфе, и он поспешил в покои верховного мага. Готгард чуть ли не вбежал в опочивальню и столкнулся с Аилой.

- Что с ним? - с ходу спросил он.

- Удар некроманта, - отозвалась чародейка, ненавязчиво увлекая короля под руку из комнаты. - Последние ночи дались ему тяжело. Времени на восстановление не хватало, магические сосуды, имевшиеся в крепости для пополнения сил, закончились. Джарстольф ослаб, и проклятый колдун смог достать его своей чёрной магией.

- Ещё одна причина уходить из Омагона. Когда Джарстольф будет на ногах?

Чародейка взглянула на короля так, словно хотела и его тут же превратить в безвольную овечку и поджечь на ней шерсть, чтобы не задавала глупых вопросов, но самообладание одержало верх.

- Тебе будет тяжело это принять, но если ты хочешь ещё иметь верховного мага при отступлении в Норинд, этой ночью Джарстольф должен восстанавливаться. И я не уверена, что смогу нейтрализовать проклятие.

Готгарду потребовалось несколько мгновений для осознания сказанного и того, что эти слова означали для защитников крепости. Эта чародейка с ума сошла? Верховный маг ордена являлся стержнем обороны не меньше, чем высокие стены Омагона. Без него нежить потеряет всякую осторожность.

- Я хочу услышать эти слова от него самого, - грозно заявил Готгард, шагнув обратно в опочивальню, и наткнулся на удерживающую его руку Аилы. - Уйди с дороги, чародейка! - В глазах блеснул гнев, и в голосе зазвенела сталь повелителя.

Пожилая волшебница заколебалась. Она прекрасно знала, маги сейчас незаменимы, и король это понимает. Но также она знала Готгарда с детства. Этот человек имел такой стержень внутри, что мог переступить через любые последствия ради преодоления сопротивления своей воле. Важное качество для правителя, но...

Рука будто бы сама опустилась.

- Ваше величество... - сумела лишь произнести просящим тоном Аила, буравя спину короля.

Тот на мгновение остановился, но затем уверенно шагнул к ложу верховного мага.

Поговорить с магистром не вышло. Он спал глубоким сном и пробуждаться не собирался. Магия Аилы боролась сейчас внутри архимага с чёрным проклятием некроманта. Готгард постоял у постели и вышел. Этот седобородый старик отдавал всего себя во время сражения, закрывая дыры в обороне, уничтожая мертвецов сотнями и пропустил удар опасного врага. Если ему нужен отдых, придётся эту ночь стоять без него.

Сзади почти бесшумно подошла Аила.

- Сделай всё возможное, чтобы поставить его на ноги к завтрашнему утру. Но с наступлением темноты ты и все остальные маги должны быть на стене. Это ясно?

- Да, Ваше величество. - Чародейка склонила голову. Она была довольна. Король внял голосу разума, позволив Джарстольфу набраться сил.

Старый маг ещё долго не сможет полностью восстановиться, но к утру он хотя бы сможет подняться на ноги. Некромант был сильным, но не настолько, чтобы убить светлого мага.

Теперь уже скверное настроение Готгарда опустилось ещё больше, когда ближе к закату он спустился во двор и выслушал доклад паладинов, вернувшихся весьма потрёпанными из развед-рейда.

В этот раз воины света ускакали очень далеко в пустые земли, надеясь отыскать дневное логово нежити и нанести ей урон. В трёх часах пути от Бордонара имелся небольшой разлом прямо посреди пустоши. Он оказался весь покрыт следами от когтей.

Мармис и трое его товарищей на верёвках спустились в разлом и обнаружили на его дне во мраке огромные вырытые пещеры, заполненные нежитью. Им едва удалось вырваться на поверхность, когда вурдалаки кинулись в погоню. Один паладин пал, прикрывая отход.

- Восемь поганищ, - произнёс Мармис, словно приговор. - Этой ночью они будут здесь.

Готгард тяжело вздохнул. Голова раскалывалась от тяжёлых мыслей.

- Надо любой ценой выстоять эту ночь, - наконец, выдавил он. - Если придётся оставлять крепость до рассвета, отступайте с гномами на юг.

- Ясно, Ваше величество. - В басе паладина звучало сомнение. Не хотелось оставлять своих без кавалерии.

Солнце ползло к западу, и мрачные тучи уже появились на горизонте. Словно чёрное покрывало они застилали небеса перед каждой ночью, и оставалось лишь благодарить всех богов, что днём это колдовство не имело силы, уступая свету солнца.

Дозорный на башне Сари уже доложил об обнаружении передовых отрядов нежити. Уцелевшие катапульты и мортиры привели в боевую готовность. Лучники приготовили освящённые магией стрелы. Во дворе снова разжигали костры. Готгард занял своё обычное место на второй стене. Все знали своё дело, готовились и ждали.

- Кхм... - Погружённый в тяжёлые мысли Готгард даже не заметил, как вошёл гном.

- Гуир? Что-то случилось?

- Раз решили уходить, мои ребята перестали расширять укрепления. Вместо этого они вырыли небольшой подземный ход.

- Подземный ход?

- Эх вы, люди. Чуть только немного усложнить вашу жизнь атаками нежити, как вы начинаете плохо соображать.

- А вы, гномы, так и не научились шутить. - Готгард сейчас не собирался тратить время на пустые разговоры. Ещё чуть-чуть, и нежить атакует.

- Я говорю, подземный ход вырыли мои ребята. Начинается у восточной сторожевой башни. Через него можно выйти из крепости незаметно. Вот только далеко не получится. Около пятисот шагов прокопали. И двигаться можно по двое всего. Женщин и детей попробовать увести в первую очередь. Потом...

- Вы гномы удивительный народ. - Произнеся это, король решил дальше не пояснять и крикнул стражника.

- Да, Ваше величество? - светловолосый воин замер перед повелителем, готовый исполнить любой приказ.

Пока Готгард раздавал распоряжения, Гуир так же незаметно, как появился, покинул штаб на стене. Вой нежити становился громче.

 Пока проклятые поганища подбирались к стене, людям удалось повалить двух из них огнём из мортир и катапульт. Если бы не массированная атака горгулий, всерьёз помешавшая обороняющимся, уничтоженных таранов из плоти оказалось бы больше.

В первые мгновения атаки нежить поняла, главного мага людей нет на стене, и накатывала на крепость с ещё большей яростью.

Первое поганище разогналось, нацелившись на ворота, самое слабое место в обороне. Чудовищу оставалось шагов двадцать, когда подоспевшая Аила смогла замедлить его (к сожалению, обращение в пушистую овечку на этих гигантов не действовало). В десяти шагах перед вратами раскрылась яма-ловушка, и поганище ухнуло в неё прямо на острые длинные колья.

Можно было бы обрадоваться такому успеху, но следующий таран уже набирал скорость. Он пройдётся по своему предшественнику и достигнет ворот.

- Пли-и! - заорали на стене.

Пара уцелевших баллист плюнули тяжёлыми стрелами. Да, попали, но эффекта это не возымело. Проклятое чудище становилось всё быстрее. Лишь перед самими воротами монстр споткнулся о товарища, застрявшего в яме, но его уже ничего не могло остановить. Потеряв равновесие, тварь со всей скоростью вдарила в ворота головой. Над крепостью раздался треск. Поддались ли ворота или это сломалась шея поганища, выяснять было некогда.

Нежить уже приступила к очередной гадости. Труповозки дали залп. Но на этот раз их снарядами оказались не куски заражённой плоти, а "живые" вурдалаки. С пять десятков кусачих тварей перелетели через стену. Часть разбилась, врезавшись в постройки или рухнув на камень двора, но те, что уцелели...

За первым залпом последовал второй. Мечники кинулись со стены вниз, оставив лучников без должной защиты. Этим тут же воспользовались горгульи, совершив очередной налёт. От их воплей резало уши. Лучники, срочно усиленные немногочисленными копейщиками, с потерями отбились. Сейчас у защитников всё оставалось немногочисленным.

- Стена! - заорал сотник, указывая влево.

Воспользовавшись смятением людей третье поганище ударило в стену левее ворот. Оно не пробилось, но поднялось на задние лапы и смогло достать до верха. По нему уже карабкались вурдалаки, вонзая когти прямо в плоть чудовища.

Тем временем удачный выстрел мортиры таки достал одну из труповозок. Последний выстрел, так как вурдалаки добрались до неё и уже рвали людей на куски.

Готгард не выдержал. Он выскочил на стену и побежал по переходу к первой стене. Четверо стражников, вооружённых копьями, следовали за ним, постоянно высматривая опасность в тёмном небе.

- Уходите на вторую стену! - прокричал король командиру сотни, оборонявшей левый участок стены. - Отходите!

Сотник кивнул, но отдать приказ не успел. Сзади в шею впился вурдалак, сумев достать промеж доспехов. Сотник резким разворотом скинул гадину с себя и рубанул наотмашь. Голова вурдалака отлетела и покатилась по камням.

Над головами пролетела очередная порция жадно ворчащих вурдалаков и ухнула о стену башни. Уцелевшие мертвецы тут же рассредоточились и принялись грызть обороняющихся, погружая в хаос тылы.

Лучникам пришлось развернуться и дать залп по карабкающимся по второй стене вурдалакам, что позволило другим влезть на первую. Катапульта на правом фланге под хрипение нежити потеряла своих защитников и замолкла навсегда.

Оборона рушилась на глазах, и Готгард уже всё понял.

- Отходим! - прокричал он, что было сил. - Отходим к восточным воротам!

Словно желая поспорить, последняя мортира на второй стене громыхнула, накрывая картечью скопление мертвецов, пытающихся вскарабкаться по поганищу на стену и наконец впиться в живую плоть.

Светлый маг из числа тыловых лекарей добежал до перехода между стенами и, опустившись на колено, принялся нашёптывать заклинание. К нему уже неслись отступающие воины, отчаянно отбиваясь от наседающих вурдалаков. Первая стена пала.

Вот шестеро уцелевших достигли мага, вдруг развернулись и с горящими праведным гневом глазами встретили волну нежити, следующую по пятам. Мечи рассекли задрожавший воздух, и разрубленные мертвецы полетели вниз. Но врагов становилось всё больше. Шестёрка воинов держалась, отчаянно рубя, закрывая переход с первой стены на вторую, выигрывая время, позволяя другим отступить.

Готгард, увлекаемый стражей к восточным воротам, успел заметить пикирующих с небес горгулий, но итога уже не разглядел.

Два уцелевших тысячника командовали отступлением. Когда прибыл король, они успели организовать первый отряд из восьми десятков копейщиков, выступающий из ворот. Нежить уже знала об этом и кинулась на перехват. Однако пока что здесь её было не так много.

Укрываясь за строем из копейщиков, защитники начали покидать Омагон. Из крепости выбегали мечники и лучники, устремляясь в поле, за эти ночи превратившееся в мёртвую землю. Там они выстраивались, стараясь сохранить порядок и не дать нежити окружить себя. Хрипение вурдалаков слышалось уже с разных сторон.

Готгард вскочил на коня. Вокруг собрался небольшой отряд из трёх десятков всадников, приближённых короля. Не считая паладинов и рыцарей, оставшихся с гномами по ту сторону Омагона, единственная конница в распоряжении людей. Он ещё раз оглянулся.

Строй копейщиков, умело орудуя ростовыми щитами и насаживая нежить на пики, пятился назад, прикрывая отход. Лучники, каждый раз отбегая на несколько шагов, давали залп огненными стрелами, отгоняя вьющихся над головой горгулий и на пару мгновений освещая темноту, кишащую мертвецами.

- За мной! - скомандовал король. - Надо пробить дорогу!

Всадники устремились во мрак, навстречу смерти, спешащей окружить ускользающую добычу.

Аила поддерживала Джарстольфа, не позволяя раненному архимагу свалиться с лошади. В последний момент ей удалось вытащить старого друга из крепости, буквально вырвав из лап двух проскочивших в покои вурдалаков. Теперь её конь оказался впереди отступающих войск и боязливо смотрел в темноту.

Старый маг пришёл в себя, но оказался ещё слаб. Он воспринимал происходящее сквозь пелену парализующей магии нежити, сковывающей его силы. Буран сейчас бы хорошо помог.

- Посох... - прохрипел он, стараясь быть услышанным. - Аи... Аила... Дай мой п... посох.

- Ты еще слишком слаб, Джарстольф, - отозвалась чародейка, с усилием поправляя положение заваливающегося на бок мага.

- Посох! - хрипло рявкнул архимаг.

Аила оглянулась. Нежить, воодушевлённая взятием крепости, напирала с удвоенной силой, не желая отпускать людей из своих цепких объятий.

Ускакавший вперёд отряд короля пробил оцепление, но кольцо снова затягивалось, и люди не успевали проскочить.

- Помоги! - Голос мага зазвучал немного уверенней.

Волшебница слезла с коня и подхватила соскользнувшего мага. Первые два мечника подскочили как раз вовремя. Из темноты выскочили вурдалаки; твари сумели тихо подкрасться. Мечники успели отбить атаку, но мертвецов вдруг стало больше. Еще мгновение...

- Стой! - Заклинание-приказ вырвалось из уст Аилы, и время в нескольких шагах вокруг них будто остановилось. Вурдалаки замерли даже в прыжке. - Торопись, Джарстольф!

Седой маг закрыл глаза, собрался с мыслями. Перед ним расстилалась земля, покрытая нежитью, словно пшеничное поле колосьями. В сотне шагов отчаянно сражались всадники во главе с королём, пытаясь пробиться обратно и удержать проход открытым. Но нежить наседала, валила лошадей. А жирный мясник уже спешил на пир.

Буран. Нужен буран.

Повеяло холодом. Заскрежетал воздух, словно мороз сковал его, и из земли вверх вырвались ледяные пики, нанизав массу мертвецов. Ледяные шипы проложили путь от архимага до отряда короля, отгородив людей от нежити.

- Что это было? - поражённо произнесла Аила, отменив заклинание замедления, как только мечники покрошили вурдалаков.

- Магия некроманта... - Джарстольф закашлялся. - Моя сила изменилась. Она...

- Неважно. Вперёд!

Воспользовавшись ледяным частоколом как преградой, люди выиграли немного времени и смогли добраться до короля. Оставшиеся в живых всадники самоотверженно защищали заранее выведенных через гномий тоннель женщин, детей и раненных.

Подоспевшие копейщики снова выстроили преграду из щитов, прикрывая остальных. Лучники дали залп, останавливая самых рьяных мертвецов. Один из уцелевших магов зажёг на посохе кристалл Орудри, озаривший округу дневным светом.

Обожжённые светом враги отпрянули от кучки людей, и с едва сдерживаемой жаждой крови переминались на грани света и тьмы. Кристалл сиял обжигающими лучами, не позволяя накинуться и вкусить сладкой плоти.

- Проклятье! - голос короля прогремел словно гром в наступившей на мгновение тишине.

Готгард спешился возле архимагов.

- Шестьсот шагов. - Он с отчаянием бросил быстрый взгляд на восток, но до рассвета было ещё далеко. - Мы смогли уйти только на шестьсот шагов. Джарстольф! Старый друг!

Позади Омагона громыхнули мортиры гномов. Подгорный народ держался, несмотря ни на что.

- Джарстольф!

- Уходи, Готгард! - В голосе старого мага звенела уверенность. - Спаси, кого сможешь. Я задержу их сколько смогу.

- Без верховного мага у нас не останется шансов.

- Без короля у нас не останется надежды. Уходи, Готгард!

* * *

Архет взглянул вниз на равнину. Во мраке ночи он теперь видел вполне неплохо благодаря снаряжению, выданному ему Арисом, одним из двенадцати воинов высших эльфов. Но доспехи жгли повсюду, заставляя невольно искать менее неприятную позу.

- Это тёмная магия, - произнёс Артир, возникший из темноты и вставший рядом. - Колдовство, почти превратившее тебя в вурдалака, настолько могущественно, что с ним не могут совладать даже самые сильные маги. Один раз появившись в мире, оно навсегда остаётся его частью. Его можно подавить, но окончательно искоренить... Доспехи чувствуют его и сопротивляются.

- Переживу. - Архет крепче сжал эльфийский двухклинковый изогнутый меч. Его взгляд снова устремился вдаль.

На погружённой в ночной мрак долине он мог разглядеть полчища нежити, атакующие Омагон.

- Надо спешить.

Маленький отряд эльфов заскользил по южному склону Муара, спускаясь в долину. Действительно, надо спешить.

* * *

Сколько их осталось? Пять сотен? Из двадцати тысяч, начавших оборонять Бордонар, спасшихся в Омагоне и стоявших насмерть, теперь осталось жалких пять сотен, окружённых нежитью и отсчитывающих свои последние минуты.

Плотное кольцо из копейщиков, затем ряды мечников и лучников, а посередине десяток всадников, женщины, дети, Аила, Джарстольф и Олик, спасший всех магией света.

Кристалл Орудри сиял на посохе. Любые попытки приблизиться обжигали нежить и держали на расстоянии. Но это лишь до поры до времени. Как только доковыляют мясники и тем более некроманты, защита их не удержит.

Готгард отчаянно искал выход. Спасением мог быть только рассвет, но до него оставалась пара часов. Лишь благодаря тому, что нежити требовалось время для отступления в укрытие, она начинала уходить еще до восхода солнца. Но теперь у неё есть Омагон. В крепости от света дня может укрыться множество мертвецов. Новое убежище. Отныне это твердыня врага.

Вурдалаки зашевелились, и из темноты показалась пара мясников.

- Сейчас пойдут напролом, - произнёс кто-то из командиров, крепче сжимая рукоять меча.

Действительно, ждать долго не пришлось. Мясники шагнули в круг света с разных сторон. Обжигающий свет опалил их отвратительные тела, завоняла мёртвая плоть, но уродливые порождения некромантии шагали дальше. А за ними, прячась в тени, нетерпеливо копошась и ворча, двигались вурдалаки.

Вот и третий мясник последовал примеру. Нежить наступала.

- Джарстольф! - Готгард тряхнул мага. - Джарстольф!

Старый архимаг, с помощью Аилы едва стоящий на ногах, ткнул посохом в землю, и по окраине круга света из земли вновь взметнулись острые ледяные пики, нанизав вступивших в него мясников и вурдалаков. Одну проклятую тварь две пики разорвали на части.

Верховный маг сполз на землю.

- Это всё, что я могу, - выдавил он, и даже в его голосе впервые зазвучала безнадёжность.

Вдруг кто-то из копейщиков заорал от боли и выронил копьё. Его правая рука начала гнить прямо на глазах.

- Некромант... некромант... - по рядам пробежал испуганный шёпот.

- Не поддаваться панике! - рявкнула Аила, подскочила и подняла руку воина вверх.

Чуть только рука оказалась в свете кристалла, как он перестал орать, а гниение прекратилось.

На границе света и тьмы показался некромант.

- Не смотрите на него! - Властный голос Аилы звучал уверенно. - Опустите глаза и не поддавайтесь его чарам! Не смотрите!

- Мра-ак... - зазвучало в головах.

Чёрный колдун шагнул вперёд, и свет будто бы отодвинулся. Ещё шаг.

Кто-то из всадников метнул копьё, пытаясь достать вражеского мага, но оно рассыпалось в труху, так и не достигнув цели. Некромант сделал ещё шаг, продавливая свет.

Готгард наблюдал за продвижением нежити, и даже его несгибаемая воля дала трещину. Тьма проникала в свет, приближая конец последних выживших. В этот момент ледяные шипы начали вдруг таять. Король осмелился поднять взгляд на некроманта. Холодное мертвенное свечение его глаз потускнело. Чёрный маг... растерялся?

Послышался лёгкий хлопок, затем гул, и вдруг земля, на которой скопились мертвецы, вспыхнула испепеляющим пламенем, огромный столб огня взмыл в небеса, обращая всё в пепел.

* * *

Когда Артир сжёг массу нежити, его воины заняли оборонительную позицию. Архета сдвинули назад, чтобы не мешал. Хотя разведчик был готов дратьсядо конца и встретить смерть с оружием в руках, он понимал, эльфы сотни лет отрабатывали групповой бой, и лишний человечишка лишь помешает. Поэтому он держался сзади, решив прикрывать Артира с тыла.

Испепеляющий столб огня выжег нежить кругом в сто шагов. Сотни мертвяков вдруг перестали существовать. Такой удар враг не мог игнорировать и двинулся к горстке эльфов стоящих с северной стороны войска, тем самым оттянув силы от окружённых людей. И те не растерялись, начав пробиваться из окружения.

Держа круговую оборону вокруг мага и предводителя, эльфы двинулись в сторону, навстречу отступающим людям. Всё-таки их была всего дюжина против полчища нежити, и умирать сегодня в их планы не входило.

Мертвецы мчались на перехват. Вурдалаки пошустрее начали обходить с флангов, намереваясь окружить и сожрать. Всё в их излюбленном стиле. Но Артир имел своё мнение на этот счёт. Он взмахнул рукой, и с неё сорвался огненный шар. Одного из мертвецов охватило обжигающее пламя, затем вспышка, и пылающую плоть разбросало, поджигая окружающих. Округа наполнилась визгами боли.

Ещё один огненный шар. И ещё.

Несколько мгновений, и первые вурдалаки врезались в щиты, а эльфийские двухклинковые мечи закружились в боевом танце, кроша мёртвую плоть.

Не позволяя изрубленным телам скапливаться под ногами, эльфы медленно отступали к точке встречи с людьми. Артир выпускал огненные шары направо и налево, сжигая мертвецов пачками, нанося их войску серьёзный ущерб.

Даже когда подоспела пара мясников, первого поднял в воздух маленький смерч и через пару мгновений разбросал по округе кусками гнилой плоти. Второй успел приблизиться, но ловкий эльф взмахом меча сначала отрубил ему левую ногу и, когда мясник завалился на бок, снёс тошнотворную голову с тошнотворных плеч.

Выступившие было вперёд некроманты как-то незаметно скрылись в тылу, решив не рисковать оказаться сожжёнными эльфийскими заклинаниями. Они предпочли восполнить большие потери за счёт павших людей. И сейчас убитые защитники Омагона восставали на сторону врага, превращаясь в безжалостных, жаждущих крови мертвяков.

* * *

Готгард спешил. Вместе с десятком потрёпанных всадников он пробивал проход к эльфам. Строй копейщиков держал оборону сзади. Да, строй редел, но отступление продолжалось. Лучники бросили луки, так как кончились стрелы, и взялись за мечи. Теперь от кричащих в тёмном небе горгулий спасал только свет магического кристалла.

Один раз тройка самых ретивых летунов попыталась рухнуть прямо на Олика и лишить людей спасительного света, но четверо гвардейцев из свиты короля, предусмотрительно окружившие мага, нанизали их на пики.

Теперь, когда столь желанная добыча могла ускользнуть, горгульи падали с неба, словно дождь, несмотря на потери, стремясь во что бы то ни стало затушить магическое свечение кристалла.

В строю людей воцарился хаос. Летающие твари, увернувшиеся от острых пик, ползали по земле и рвали попавшихся в лапы и клыки на куски. Их разодранные крылья метались из стороны в сторону, сбивая защитников с ног. Мечники кинулись на них, ослабив строй копейщиков... Заварилась кровавая каша.

Спасла ситуацию Аила. Отпустив обессиленного Джарстольфа, она вновь сотворила заклинание замедления, выиграв драгоценное время, позволив воинам расправиться с тварями в тылу. Но теперь и она устало опустилась на колени.

- Не сейчас! - прокричал ей практически в ухо подскочивший Готгард и потянувший вверх.

Король был весь в крови, броня помята, на левой щеке красный рубец. Когда он понял план нежити завалить магов трупами и лишить людей последних шансов, он направил коней обратно. Однако горгульи падали не только в центр круга. Они срывались с небес и на лошадей. Так одна особенно ловкая тварь спикировала на круп коня Готгарда, оказавшись за спиной короля, но тот не растерялся, увернулся от острых клыков и, соскальзывая на землю, со всей силы вонзил меч прямо в сердце мерзкого летуна. Вторая тварь была уже тут как тут. Встав на задние лапы и расправив крылья, она преградила королю путь к отступлению, но... Взмах меча за её спиной отрубил сначала левое крыло, затем клыкастая голова слетела с плеч. Капитан гвардейцев тоже уже лишился коня и едва стоял на ногах.

- Уходите, Ваше величество! - сквозь боль пробасил он. - Уходите...

Договорить ему не дала ещё одна горгулья, упавшая сверху и принявшаяся рвать бедолагу на куски, скрежеща когтями по смятой броне. Готгард кинулся к магам.

- Вставай, Аила! - рявкнул король, ставя волшебницу на ноги. - Уводи Джарстольфа!

Огненный шар полыхнул совсем близко, обдав жаром.

- Эльфы рядом! Надо пробиваться к ним.

Кажется, это подействовало. Аила встрепенулась и осмотрелась в поисках старого мага, затем утвердительно кивнула королю.

* * *

Архет жадно наблюдал за боем людей. За его спиной эльфы крошили мертвецов, не давая подобраться к Артиру, уже порядком проредившему округу от нежити. Сам разведчик в схватку ещё не вступил, прикрывая тыл и отступая вместе с эльфами в сторону людей, которые из последних сил двигались навстречу.

Ему не терпелось самому кинуться в бой и помочь своим, но разум заставлял сдерживаться, сохранять оборонительную позицию, прикрывая спину великого мага высших эльфов. И тут Архет краем глаза заметил нечто зеленоватое, стремительно приближающееся слева. Недолго думая, он развернулся и сбил Артира с ног. Зеленоватый сгусток промчался над головой и попал в эльфийского воина. Послышался мертвенный вой, и эльф будто бы иссыхая рухнул наземь.

Ни на мгновение не растерявшись, Артир ещё лёжа под разведчиком, не успевшим подняться, сотворил непонятное заклинание, и его воин, принявший удар смертельной магии на себя, словно поплый, став будто бы бестелесным. Но это помогло. Чёрное колдовство, потеряв жертву, стекло тёмно-зелёной жижей на землю.

Архет, наконец, вскочил и помог Артиру подняться. Оба посмотрели туда, откуда прилетело заклинание. Во мраке, всё чётче, будто материализуясь, проявлялся и увеличивался силуэт всадника, мчащегося к ним.

- Рыцарь смерти, - ошарашенно выдавил разведчик.

- Гранхольд, - подтвердил Артир.

Они оба говорили об одном и том же. Во время первой войны с нежитью, когда пало могущественное западное царство людей, Гранхольд был его королём. Потеряв королевство, но не желая становиться рабом повелителя мёртвых, Гранхольд бился до конца, упокоив немало нежити, и, когда иссякли силы, приставил остриё Галара, своего освящённого магией меча, к горлу, собираясь покончить с собой единственным способом, могущим удержать его на стороне света. Но судьба распорядилась иначе. Один из приближённых магов, попав под чары банши, стал инструментом врага и вонзил предательский клинок под левую лопатку короля.

Пока Гранхольд истекал кровью чернокнижники успели провести ритуал, и владыка западного королевства восстал из мёртвых в качестве князя нежити, устрашающего и несокрушимого Рыцаря смерти.

Теперь он мчался на горстку высших эльфов, намереваясь упокоить мага огня, так не вовремя появившегося на поле боя.

Не собираясь дожидаться ближнего боя, Артир метнул огненный шар, но тот был поглощён выставленным вперёд Галаром. Когда-то могущественный меч света, как и его хозяин, при помощи чёрной магии и искусства тёмных кузнецов был перекован и поставлен на службу зла, став устрашающей силой.

Гранхольд ворвался и разбил строй эльфов. Двое воинов, попытавшихся встать у него на пути, оказались смяты под тяжело бронированным боевым конём. Артир тоже попал под раздачу и отскочил в сторону, ускользая от удара меча.

Больше не сжигаемые огненными шарами мертвецы полезли с новой силой, накидываясь группами на высших. Эльфы отчаянно отбивались, но численное превосходство брало верх. Вот пал Владрис. Одновременно четверо вурдалаков жадно грызли его тело. Оглис рывком сбил с себя сразу двоих и отскочил назад, разрывая дистанцию. Малрон разрубил толстую руку замахнувшегося крюком мясника, но пропустил кинувшегося в ноги вурдалака.

Артир ещё не успел подняться, на него наступал Рыцарь смерти. Великий маг наспех сотворил новое заклинание, огненный смерч вырвался из земли прямо под ногами противника. Коня Гранхольда охватило пламя, но сам он вовремя отскочил в сторону. Рваный плащ было задался огнём, но быстро погас в окутавшей его тьме.

Маг бросил быстрый взгляд в сторону. Оглиса прикончил мясник. Иминграс лишился левой руки и отчаянно орудовал лишь правой. Братья Ярес и Исали, встав спиной к спине, удерживали щиты и контратаковали, но их уже обходили с тыла.

Неужели это конец? Тысячелетняя жизнь оборвётся этой ночью? Его верные воины... его вечные спутники и преданные товарищи канут в небытие? Конец последних высших эльфов настал? Стоил ли этот бой того? Нет. Ничего не стоит жизни родичей.

Взгляд метнулся обратно. Гранхольд приближался. Галар в руке, готовый оборвать любую жизнь, подчинить чёрной магии смерти. Вот он конец. Очередная ошибка. Он всё равно ничего не смог изменить, лишь привёл своих на погибель.

- Я не хочу умирать, - предательски вырвалось из груди.

- Ты будешь ещё тысячу лет, - отозвался в голове хриплый голос мертвеца. - Со мной.

Гранхольд занёс меч, и тут... неуклюже смотрящийся в эльфийской броне человечишка кинулся на Рыцаря смерти, отчаянно размахивая клинками.

- Артир! - вдруг ворвался в мысли отчаянный крик Архета. - Артир! Вставай!

Весельчак Евангир пал. Пара вурдалаков, предвкушая пир, тащила его безжизненное тело за ноги во тьму. Здоровяка Вандерая укусили прямо в лицо, но он не растерялся и разодрал твари глотку голыми руками.

Глупый человек выиграл время... время... мгновения, чтобы уйти, скрыться, спастись...

Маг поднялся и сделал маленький шаг назад.

- Артир! - На этот раз крик человека пронзило удивление.

Гранхольд отошёл от неожиданной атаки и мощным ударом меча смахнул несчастного Архета в сторону, словно досадливую муху. Разведчик отлетел во тьму и затих.

- Беги, эльф! - мёртвый голос Рыцаря врывался в сознание. - Это твой шанс.

Артир сделал ещё один неуверенный шаг назад и споткнулся о шлем. Он опустил голову. Из шлема на него уставилась отрубленная голова Арадиса. Растерянный взгляд мёртвых глаз буравил господина. Как же так? В душе вдруг заклокотал гнев. Воздух вокруг поплыл. Глаза вспыхнули яркими солнцами.

- Я не мой брат. - Голос мага зазвучал совершенно иначе, словно вулкан изрыгал раскалённую лаву.

Гранхольд занёс Галар назад и, держа меч двумя руками, мощным выпадом направил его в грудь эльфа. Однако в последний момент остриё наткнулось на ладонь мага, превращающуюся в когтистую пылающую лапу. И тут случилось невероятное. Несокрушимый меч Рыцаря смерти раскалился и оплавился, словно сосулька, сунутая в печь кузнеца.

Артир резко шагнул вплотную к поражённому Гранхольду, притянул к себе и вонзил огненные когти в спину врага.

- Я воскресну! Ты! Сгоришь!

Бушующее пламя охватило обоих, словно бешеное дыхание разгневанного дракона. Загорелась даже земля. Нестерпимый жар обдал округу, заставив опалённую нежить пятиться назад.

Артир преображался, превращаясь в нечто иное, становясь ярким, как солнце. Гранхольд горел. Его вой боли и недоумения разносился вокруг, заставляя затихнуть даже далёкие мортиры гномов.

Броня плавилась. Попытки вырваться ослабевали. Рыцарь смерти превращался в пепел.

Ещё несколько мгновений...

Огонь погас также внезапно, как вспыхнул, оставив на опалённой земле лишь остатки расплавленной брони Гранхольда.

* * *

- Смотрите! - Кто-то из воинов оторвал всех от созерцания результата битвы между магом огня и Рыцарем смерти. - Они отступают.

Готгард осмотрелся. Действительно. Нежить утекала в сереющую от занимающегося рассвета тьму. Солнце поднималось над горизонтом, и люди радостно закричали.

Они выжили. Они смогли выйти из окружающего мрака смерти.

Воины устало опустились на землю. Эта ночь стоила им последних сил. И так они сидели какое-то время, просто созерцая начало нового дня. Позволяя долгожданным солнечным лучам ласкать себя, отогнать тьму, пробравшуюся внутрь.

Готгард опёрся о меч и осмотрелся. Вереница трупов тянулась от остатков его войска к дымящемуся Омагону. Их путь отступления. Каждый шаг дорого оплачен кровью. Но нежданно появившиеся высшие эльфы востребовали эту плату многократно назад. Сотни и сотни обгорелых останков мертвяков устилали опалённую равнину. Отчаянная битва. Славная битва. Повержен сам Рыцарь смерти.

- Нежить теперь не скоро оправится от такого, - произнёс вслух король и удивился хрипоте голоса. Этой ночью ему пришлось поднапрячь связки.

- Ваше величество. - Подскочил услужливый лекарь. Умудрился же выжить в такой мясорубке. - Я осмотрю раны.

Готгард не стал сопротивляться. Его внимание привлекло облако пыли, показавшееся со стороны крепости. Вскоре стали различимы силуэты всадников, а ещё через несколько минут к уцелевшим подскакали паладины.

Мармис спрыгнул с белого коня и предстал перед королём. Ранение в плечо, смятая местами броня, слипшиеся от запёкшейся крови волосы.

- Ваше величество! Как вы? - Взгляд командира паладинов уже скользил вокруг, оценивая произошедшее.

- Выжили, - выдохнул король в ответ. Вот и весь отдых. Пора двигаться дальше. - Помогите раненным. Посмотрите, что там с эльфами. - Готгард указал на одиноко стоящего воина-ведьмака в окровавленных, но всё же блестящих на солнце доспехах.

Коротко кивнув, Мармис быстрыми жестами отдал распоряжения своим. И те, рассредоточившись среди выживших, принялись осматривать и залечивать раны. Сам командир почти сразу же направился к эльфу.

Его ладонь раскрылась, и двухклинковый меч, жалобно звякнув, упал на землю. Он поднял руки и стянул ставший вдруг таким тяжёлым шлем. Глаза щипало от пота и гари. Раны кровоточили... Но боль... Боль в груди сжала всё естество. Они все пали. Его братья. Его спутники на протяжении тысячи лет.

- Я Мармис, - представился подошедший паладин. - Я помогу.

Человек стал ходить от эльфа к эльфу, осматривая, проверяя. Что тут проверять? Они...

- Дышит, - вдруг сообщил паладин, оборвав все мысли.

Дышит?! Ферниор обернулся. Этот Мармис склонился над Вандераем. Жив?!

Эльф кинулся к нему. Разорванная щека, пробитая на груди броня (работа уродливого мясника), покусанные руки и ноги...

- Я сделаю, что смогу, - остановил его паладин. - Проверь остальных.

Пока Ферниор ходил от одного погибшего товарища к другому, подошли ещё люди. Вандерая погрузили на носилки. Кажется, Мармис сумел предотвратить смерть. Превращение в вурдалаков эльфам не грозило. Они имели высокую природную устойчивость к подобным проклятиям.

- Если нужно провести какой-то похоронный ритуал, не тяни. Мы выдвигаемся к Норинду. - Рядом остановился человек в доспехах короля. Его голос звучал спокойно и властно. - Часть задержится и сожжёт погибших. Времени нет. До заката нужно успеть перебраться через реку.

Ферниор коротко кивнул. Он ещё не знал, как поступит, но братьев так не оставит. Проклятые некроманты не дадут вознестись им в Чертоги предков. Даже если им не удастся поставить павших себе на службу, они обрекут их души вечно лежать здесь в гниющих телах.

Человек кивнул и удалился. Караван из четырёх сотен выживших потянулся на северо-восток. Несколько воинов и паладинов остались стаскивать тела в кучи и поджигать.

Эльф остановился на месте, где сгорели Артир и Гранхольд. В пепле блеснул огонёк. Ферниор опустился на колено, раздвинул рукой ещё горячие останки и заметил кольцо мага огня. Оно лежало нетронутым, словно только покинуло руку мастера, создавшего его.

- Ты не один, мой повелитель, - прошептал воин кольцу, слегка улыбнувшись, вынул его из пепла и сунул в карман.

Глава 17. Не поражение, ещё нет

Потрёпанный караван выживших устало тянулся на северо-восток, стараясь преодолеть полноценный дневной переход. Однако люди были измотаны. Ночь за ночью шёл бой, днём подготовка к очередной ночи, полной кошмара и крови. Несколько уцелевших лошадей тянули на наспех сооружённых волокушах тяжело раненных. Всадники то и дело удалялись от каравана, неся патрульную службу.

Повсеместно встречались окаменелые горгульи и свежевырытая земля. Редкая нежить, не успевшая убраться в укрытие, пережидала день. Все эти дни люди добросовестно вычищали подобные укрытия, но сейчас у них не осталось на это ни сил, ни времени. Даже если они изничтожат на своём пути сотню мертвецов, роли это уже не сыграет. А задержка не даст добраться вовремя до спасительной переправы через Илису.

Когда солнце уже пересекло середину небосвода, караван нагнал "похоронный" отряд. С ним пришёл и Ферниор. Эльф тут же нашёл на одной из волокуш едва живого собрата и молчаливым стражем пошёл рядом.

Чем дальше небесное светило двигалось к закату, тем боязливее становились взгляды и быстрее шаги. Громкие утром голоса, звучали всё тише.

Добравшись до небольшого ручья, беззаботно журчащего через равнину, Готгард скомандовал привал. Людям следовало немного отдохнуть перед последним рывком.

Пока кто-то наспех набирал походные фляги, а кто-то развалился на траве, давая гудящим ногам небольшую передышку, с севера прибыла часть отряда Филорта, во главе с самим командиром.

- Ваше величество, - докладывал бородатый разведчик, - мои люди обустраивают оборонительные позиции возле моста. Не весть есть что, но попробуем продержаться там ночь.

- Что насчёт подрыва?

- Всё готово. Как только перейдём реку, будем взрывать.

- Хорошо. Надеюсь, бой прошлой ночью достаточно потрепал нежить, и нам будет проще. Иначе с такими силами у нас никаких шансов.

- С Норинда пришло небольшое подкрепление, в основном добровольцы, зелёные ещё...

- Насмерть стоять не будем. - Готгард осмотрелся и скомандовал в путь, затем снова повернулся к разведчику. - Если нежить попрёт, будем уходить.

Отряд засобирался сначала медленно и устало, но как только на западе появились чёрные тучи, людей словно подстегнула злая сила. Чем ближе подплывали клубы черноты, тем больше ускорялся караван. Те, кто был посильнее, либо рвались вперёд, либо помогали слабым шевелиться быстрее.

- Не успеваем, - с досадой заметил Филорт, в очередной раз оглянувшись назад.

Действительно, тьма наползала быстрее, чем караван успевал достигнуть моста через Илису. Совсем страшно стало, когда за спиной послышались крики горгулий, предвкушающих богатую добычу.

Наступили сумерки, ещё не совсем стемнело, но копошение голодно ворчащих вурдалаков уже слышалось вдали. Вскоре показалась погоня. Земля словно шевелилась, волной нагоняя беглецов.

- В строй! В строй! - скомандовал Готгард, и копейщики, заблаговременно переместившиеся в конец каравана, сомкнули щиты, готовясь встретить самых резвых мертвецов.

Лучники пустили огненные стрелы. Они потратили драгоценное утреннее время на пополнение расстрелянных вчистую колчанов. Теперь первые горгульи, не успев подобраться к желанному мясу, загорелись, пронзённые пылающими наконечниками, и поспешили убраться снова под чёрные тучи.

К шуму надвигающейся с запада нежити вдруг прибавился нарастающий гул с севера.

- Это что ещё за напасть?

Готгард с надеждой посмотрел на Джарстольфа и Аилу безучастно едущим на уставшей лошади посреди строя. Нет, архимаги всё ещё не помощники. Олик что-то нашёптывал, остановившись. Приставленные к нему гвардейцы пристально вглядывались в небеса.

- Готовьсь! - скомандовал капитан копейщиков.

Мрак сомкнулся, и одновременно с этим вурдалаки нагнали караван. Завязалась схватка.

Кристалл Орудри на посохе Олика вновь вспыхнул, ограждая священным светом сбившихся в круг людей от ядовитых клыков и когтей. Четыре десятка воинов Филорта, конечно, усилили отряд, но этого было явно недостаточно.

Гул с севера нарастал, становясь всё более знакомым. Такой шум исходит от...

Из сгустившегося мрака вдруг вырвались ряды тяжёлой кавалерии. Длинные острые копья нанизали попавшихся вурдалаков, остальные были сметены натиском.

Заблестели магические вспышки, отгоняющие крылатых тварей.

- Ленагор! - закричал кто-то. - Ленагор пришёл на помощь!

Радостные крики и заблестевшие надеждой глаза. Король выдохнул. Ближайшая нежить сметена. Что будет дальше?

К Готгарду подскакал командир рыцарей Ленагора.

- Ваше величество, уходите! Уводите людей!

- К мосту! Все к мосту!

Воспользовавшись прикрытием кавалерии, полностью связавшей силы нежити, отряд Тадалона поспешил к мосту через Илису. До него оставалось совсем немного. Огни наспех сооружённых укреплений уже виднелись сквозь мрак ночи.

Оставив за собой шум боя караван перебрался через мост. Его встретили солдаты Филорта и ополченцы, прибывшие из столицы и окрестностей.

Готгард быстро осмотрелся. Не больше полутора сотен. Мало. Очень мало. Но он ведь и не собирался держать здесь оборону.

- Освободите мост! - прокричал Филорт. - С дороги!

Не успевшие отдышаться люди расступились и спешно убрались с моста. Рыцари Ленагора возвращались. Они переправились через реку на восточный берег, и их командир вновь подскакал к королю.

- Ваше величество! - приветствовал он, снимая шлем и открывая молодое светлое лицо почти совсем ещё юноши. - Корлеван Вило к Вашим услугам.

Слушая молодого командира, Готгард вглядывался в рыцарей, прикидывая количество.

- Всего две сотни?! - словно само по себе вырвалось удивление. - Где войско Ленагора?

- Войска не будет. - Голос юноши звучал звонко и гордо, хотя и немного виновато. - Король Кордин не прислал помощь. Мы добровольцы. Не желая оставаться в стороне, когда Тадалону и всему живому нужна наша помощь... Мы остаёмся верны древней клятве... Вопреки воле нашего повелителя... Не желая опозорить себя бесчестием...

Явно неоднократно прокрученная в светлой голове гордая речь юнца перестала интересовать Готгарда. Кордин предал. Он не пришёл на помощь, когда нежить раздирает срединное королевство. Почему?

- Ваше величество! - Запыхавшийся Филорт бесцеремонно прервал речь юнца и мысли Готгарда. - Все... перешли. Взрывать... мост?

Король всмотрелся в темноту на той стороне, вслушался.

- Погоди! Слышишь?

Филорт замер, таращась в ночной мрак. Так же поступил и юный рыцарь.

Свет факелов и очагов мешал видеть, фырканье лошадей и встревоженный шёпот людей мешали слышать, но...

- Никого... - произнёс Филорт. В его голосе звучало удивление. - Отступили?

- Мы задали им хорошую трёпку... - начал было Корлеван Вило, но словил грозный взгляд короля и тут же замолк.

- Либо прошлой ночью эльфы так сильно истощили их силы, либо готовится очередная пакость. Оставайтесь наготове. Как только первые мертвецы ступят на мост, взрывайте.

- Понял. - Филорт тут же удалился.

Люди ждали, напряжённо сжимая рукоять меча, древко копья, топорище или рогатину. Но никто не показался.

Прошёл долгий час, затем потянулся второй. Нежить не появлялась.

Не забывая с тревогой вглядываться в темноту ночи, постепенно люди занялись раненными. Из Норинда прибыло несколько женщин-санитарок, среди которых оказалась Тая. Девушка не смогла оставаться в стороне, когда из Омагона и окрестностей поступало столько страшных новостей. Беженцы рассказывали об ужасах, творящихся вокруг, и юная душа не выдержала.

Моланор сначала хотел её удержать, но горячее доброе сердце рвалось на помощь. Вместе с Таей пришёл Ринок, сын кузнеца Нирофона. Узнав, что подруга детства собирается на передовую, он сорвался и сбежал с ней. Нирофону он лишь оставил записку, что не может позволить Тае оказаться одной среди врагов и будет её защищать ценой собственной жизни.

Насколько сильно рвал и метал отец, он представить не решался, потому бежал закоулками через южные ворота, а не через западные, через которые отбывало подкрепление. С собой из кузни парень прихватил два свежевыкованных меча и недоделанную кольчужку.

Сейчас Ринок пытался найти своё место в строю ополчения, а у Таи с прибытием каравана забот оказалось больше, чем хотелось. Рваные раны, залитые кровью, полные страданий и боли лица, стоны и мольба.

Девушку трясло от увиденного, и она пыталась взять себя в руки. Благодаря урокам Моланора, она знала, что и как делать. Раны она распознавала правильно и успокаивала отваром из трав, но вид тяжело раненных давил на доброе сердце.

* * *

Гадкая боль в ноге вырвала из забытья. Архет застонал. Всё тело ныло, словно на него наступил великан. При попытке вдохнуть глубже забулькало в груди.

А-а-ар! Боль в ноге навязчиво разгоралась.

Разведчик разлепил глаза. Сверху развисло мрачное небо, затянутое привычными дымными тучами. Сумерки? Он совершил неимоверное усилие и приподнял голову. Из глотки вырвался лишь сдавленный хрип.

Ногу Архета грыз облезлый вурдалак. Нет, ещё даже не вурдалак, а обращающийся в нежить солдат Тадалона. Истончившийся, утерявший жизнь, скорченный и безнадёжный. Как он сам, всего несколько дней назад.

Во имя всех святых!

Архет попытался пошевелиться, зашарил по земле руками в попытке нащупать оружие. Ничего.

За спиной заражённого вдруг появился светлый силуэт. Сначала он казался размытым и прозрачным, но постепенно и всё быстрее принимал очертания превращаясь в... Ариса.

Резкий взмах меча, и голова несостоявшегося вурдалака слетела с плеч. Несчастный так и не понял, что произошло.

Высший эльф, которого Артир спас своим колдовством от чёрной магии Рыцаря смерти, возвышался над Архетом и выглядел... необычно. Броня и кожа, куда попал зелёный шар, почернели и сморщились, словно бескрайнее время сожрало их. Воин света наполовину походил на опалённого... смертью. Один глаз, по-прежнему горящий жёлтым огнём, другой мертвенно белый смотрели сверху вниз на раненого человека.

Разведчик читал в них отчётливую мысль. Эльф решал, оборвать ли его жизнь.

- Я ещё не закончил, - выдавил Архет. - Помоги. - Рука потянулась вверх.

Во взгляде мелькнуло понимание. Да, они оба ещё не закончили свой путь. Нежить слишком много забрала у них, чтобы остаться безнаказанной.

Арис опустился на колени, достал из поясной сумки какие-то принадлежности и принялся за ногу разведчика. К счастью, выяснилось, что большей частью неполноценный вурдалак грыз доспех, не слишком изранив ногу. А так как Архет уже был на той стороне, превращение в вурдалака ему не грозило. По крайней мере от ещё не полностью обращённого. Более серьёзным оказалось ранение от удара Рыцаря смерти. Эльфийский доспех принял на себя большую часть, но три сломанных ребра и сильнейший ушиб внутренних органов порядком мешали жить.

Арис аккуратно помог подняться на ноги. Подобранное копьё послужило опорой, чтобы не рухнуть тут же обратно на залитую кровью чёрную землю. Дыхание давалось неимоверно тяжело.

Архет постарался выпрямиться и осмотрелся. Вокруг расстилалось то самое поле, на котором шла битва. Почерневшая земля пропитана. Неподалёку тлеют погребальные костры, наполняя округу запахом дыма и горелого мяса. На юго-востоке виднеется серая глыба Омагона. Там тоже струится в небо дым.

- Вечер? - короткий вопрос отвлёк эльфа от созерцания горизонта на северо-западе.

- Да. Надо убираться. Нежить скоро вернётся.

- Надо двигаться на восток, к реке. Омагон пал. Наши должны были уйти туда.

- Днём гномы вернулись в крепость, вычистили её от врага, восстановили ворота. Они попробуют удержать её.

- У них не хватит сил.

- С юга прибыло небольшое подкрепление.

- Это хорошие новости. Но мы...

Архет вдруг замолчал, заметив обеспокоенный взгляд эльфа, устремлённый на северо-запад.

- Что ты видишь?

- Мой взор уже не так остр, как прежде, но у подножия Муара я вижу странные деревья, которых там не было вчера.

- Деревья? - Разведчик всмотрелся в сумерки, но кроме непонятных силуэтов ничего не разглядел.

- На них не менее странные плоды. Необычно крупные... - Арис хотел было показать руками примерный размер, но тут же широко раскрыл глаза. - Надо спешить.

* * *

Тревожная ночь постепенно близилась к рассвету. Люди устали, но были неимоверно рады. Впервые с начала войны ночь прошла относительно спокойно. Не считая вечерней попытки добить выживших, предотвращённой рыцарями Ленагора, нежить не атаковала.

Во мраке то и дело слышались визги горгулий и хрип подползающих вурдалаков, держащих в тревожном напряжении, но мост так никто и не перешёл. Поэтому люди стали опускаться прямо на землю, дабы не тратить зря силы. Отдыхали сменами. Раненных отправили в тыл, а разведчиков вдоль берега на север и юг.

Готгард тоже позволил себе отдых, удалившись в сооружённый для него шатёр. Рядом с ним приходили в себя Джарстольф и Аила. Командование обороной взял на себя Филорт, как самый опытный и отдохнувший командир. Остальные тысячники, сотники и капитаны пытались вырвать для себя несколько минут сна, но оставались на местах.

Король Тадалона прибыл оборонять Бордонар с двадцатитысячной армией, а теперь, после нескольких дней, а точнее ночей кровопролитных боёв с учётом прибывшего подкрепления оставалась от силы тысяча человек. Да, в Норинде стоял ещё достаточно сильный гарнизон, но он там и нужен для предстоящей обороны столицы.

И сейчас король не знал, от кого раньше придётся оборонять город. Предательство Кордина не давало покоя, поэтому Готгард вызвал к себе главу рыцарей, прибывших на помощь из Ленагора. Юноша предстал перед хмурым правителем, стараясь держаться достойно и уверенно. Готгард оценил молодого дворянина. Нужно иметь твёрдый характер, чтобы пойти против воли своего короля и увести с собой две сотни рыцарей. И когда закончится война, если они выживут, Тадалон не забудет их отвагу и помощь.

- Я высоко оценил вашу помощь, юный рыцарь. - Готгард решил не скрывать своего признания. - И позже отблагодарю всех вас по достоинству. Однако сейчас мне нужны сведения.

- Почту за честь ответить на любые вопросы, Ваше величество.

- Что задумал Кордин? Почему он не прислал войско на помощь?

- Король Кордин... не могу сказать, что именно им движет. Но войско Ленагора сейчас собирается у восточной границы. Разведчики доложили, Орда большими силами остановилась у Хромого леса, видимо, чтобы сдержать наступление нежити на юг. Кордин планирует ударить оркам в спину.

- Он совершенно с ума сошёл?! - Готгард не сдержался. - Переметнуться на сторону врага всего живого?! О чём думает этот чокнутый?! Это безумная ненависть к оркам или он подчинился нежити?

- Не могу знать, Ваше величество! - Выпрямившись ещё больше, юный рыцарь попытался скрыть эмоции, вызванные оскорблением его короля, но Готгарду до этого не было дела.

- Когда он нападёт?

- Учитывая наш уход, ему потребуется несколько дней, чтобы восстановить ударную мощь войска.

- Орки сейчас единственная сила, закрывающая Ленагор от врага. И этот самодур решил ударить им в спину?!

Гневную речь Готгарда прервал вбежавший в шатёр слуга.

- Ваше величество! Ваше величество!

- Что тебе? - рявкнул король, отведя суровый взгляд от рыцаря. Выжил же проныра.

- Там пришёл Архет и один из высших эльфов. Они…

- Я очень рад. - сообщение Готгарда совершенно не впечатлило. Однако слуга не спешил удаляться. - Что ещё?

- Они что-то видели....

Слугу перебил вошедший Филорт.

- Ваше величество, надо бы сниматься и двигаться в Норинд.

На этот раз Готгард слушал уже внимательнее.

- Ещё ночь, - бросил он.

- Боюсь, дожидаться рассвета будет ошибкой. Архет выжил и принёс беспокойные вести. Надо уходить немедленно.

- Хорошо. Собирайтесь. Но бдительность не снижать ни на мгновение.

- Да, Ваше величество!

- Филорт! - остановил Готгард уже было метнувшегося наружу командира.

- Да, Ваше величество?

- У нас есть возможность отправить гонца к Хромому лесу, чтобы он мог миновать Ленагор, не привлекая внимания? Нужно передать срочное послание оркам.

- Я найду человека.

Глава 18. Подземелье врага

- Нам туда? - Налимгот недоверчиво вглядывался во мрак.

- Да-а, - протянул довольный король нежити. - Воин света испугался темноты?

Паладин не ответил, лишь недовольно фыркнув.

- Это короткий путь? - уточнил Талит остановившись перед дырой во тьму.

- Это безопасный путь. - Тер'Зур казался спокойным и уверенным. - Тоннели прорыли жуки Ахонрута. Они бесконечны и соединяют многочисленные могильники, разрушенные города эльфов, гробницы и осквернённые места силы высших. Огромное подземное царство, позволяющее нежити безопасно обитать, скрываясь от вашего любимого солнца. Царство мёртвых - это бесплодная пустыня на поверхности и бесчисленные ходы под сухой растрескавшейся землёй.

- Что же такого безопасного по-твоему в этих подземельях? - Дассир тоже глянул в зев входа во мрак. - Не лучше ли передвигаться по поверхности, раз она так пустынна?

- Не лучше. - Казалось некроманта забавлял этот разговор. - Стражи ведут наблюдение за верхним миром. Они обнаружат нас, и скрыться не удастся.

- Тогда вперёд. - Лигром спрыгнул вниз, исчезнув во мраке.

Остальные последовали за ним.

Дассир и Тлах зажгли факелы. Мрак боязливо расступился, прижавшись к стенам и убежав вдаль коридора.

Длинный узкий проход. Земляные стены покрыты мхом и влажными потеками, от которых исходит слабый, едва уловимый запах сырости и плесени. Факелы едва освещают узкие коридоры, тени трепещут и двигаются, словно живые.

- Сколько нам идти так до Саруса? - поинтересовался Налимгот, всматриваясь во тьму прохода.

- Если никого не встретим, шесть-семь дней, - прохрипел в ответ Тер'Зур.

- Тогда поспешим. Война не ждёт.

- Война нам сейчас на руку. Чем больше нежити там, тем меньше её в подземельях.

Отряд двинулся во мрак. Возглавил шествие сам некромант, так как он мог видеть в темноте, а мелкая нежить, на которую можно тут случайно нарваться, вряд ли причинит ему вред. Следом с факелом шёл Дассир, за ним Налимгот и Молт. Им в спину дышал Талит, за ним хмуро буравя взглядами темноту двигались Сим и Лигром. Потом вечно что-то обсуждающий с самим собой Ирзумга. Замыкал шествие Тлах. Орк то и дело оглядывался, высматривая возможную опасность сзади. Но пока всё было тихо, и тьма беззвучно следовала за отрядом.

Пол шёл под уклон, уводя путников всё глубже под землю. Чадящие факелы заполняли удушливым едким дымом тёмный мрачный коридор. В совокупности с тяжёлым сырым воздухом он доставлял серьёзные неудобства, мешая дышать и смотреть. Едкие струйки проникали в глаза, вызывая резь и слезы, вынуждая их часто моргать и щуриться, будто стараясь прогнать невидимую завесу, нависшую над лицом.

К счастью, через некоторое время ход немного расширился, давая возможность идти по двое. Дым стал подниматься выше к потолку, позволив вздохнуть свободнее. Свет факелов трепетал на покрытых множеством следов от когтей и лап стенах.

Спустя ещё некоторое время вышли к первому перекрёстку. Подземелье растягивалось длинными, узкими коридорами, уходящими в темноту, словно бесконечные червоточины. Огромная паутина ходов, созданная гигантскими жуками Ахонрута, расстилалась под поверхностью, где раньше безгранично властвовали высшие эльфы, построившие свои сверкающие дворцы, среди изумрудных лесов и бриллиантовых озёр. Вот уже больше тысячи лет этот край покрыт мраком и пропитан смертью.

- Привал.

В то время как люди и орки остановились на отдых, Тер'Зур пролетел дальше, исчезнув во мраке.

- Пусть разведает дорогу, - остановил Лигром эльфийку, дёрнувшуюся следом.

- Это может быть ловушка. Я бы предпочла держать его рядом и прикрыться в случае чего.

- Они слишком силён, чтобы мы могли с ним что-то сделать в случае опасности. Остаётся только доверять.

Испепеляющий взгляд охотницы послужил ярким ответом на слова орка, но тот уже привык к резкости спутницы.

Дассир плеснул из фляжки в ладонь и промыл глаза чистой водой. Едкий дым доставил ему больше всего неприятностей.

- Побереги воду. - Лигром опустился на сырую землю и достал из-за спины меч, намереваясь заточить. - Вряд ли нам в этих краях удастся пополнить запасы.

Ничего не ответив, паладин заткнул фляжку пробкой и убрал в походный мешок.

- Откуда такой меч? - поинтересовался он, указывая на клинок мастера.

- Это Калин. Вырезан из сердца чёрного голема. Устойчив к магии и обвит древними рунами. Последний в своём роде.

- Как и ты? - Налигот присоединился к беседе.

- Да. Давным-давно мастеров клинка среди орков было гораздо больше, но тяжёлые сражения почти искоренили их. Когда войны закончились, и наступил длительный мир, всё меньше учеников приходило к престарелым мастерам. В итоге остался лишь мой отец. Он передал своё искусство и меч мне. Теперь я последний. Когда погибну я, орки лишаться искусства владения мечом навсегда.

- Ещё не поздно завести учеников, - попытался обнадёжить Налимгот.

- Боюсь, из этого похода я уже не вернусь. Кровь демона разъедает меня изнутри. Даже если выживу, среди орков мне не жить.

- Ты мог бы научить меня. - Талит сделал шаг вперёд. - Я передам твоё мастерство оркам.

- Ну вот, - улыбнулся паладин, - похоже на выход.

- Возможно, - хмыкнул Лигром. - Но надежды мало. Я слышал от отца легенду, будто бы давным-давно орки были гораздо могущественней, умнее, обладали великими шаманами, способными воздвигнуть горы и обрушить небеса. Но во время Первой войны с нежитью, когда исчезли древние народы, на нас было наложено проклятие одичания. С тех пор поколение за поколением, орки становятся всё глупее, теряют способность сохранять и приумножать знания. Когда-нибудь мы превратимся в дикарей, а потом исчезнем.

На этой печальной мысли все замолчали, но вдруг Сим выхватила стрелу и натянула тетиву, целясь в уходящий влево коридор. Все мгновенно насторожились, всматриваясь и вслушиваясь во мрак.

- Выходи! - потребовала эльфийка, не сводя прицела.

Через несколько мгновений послышался шорох, затем в свет факелов ступила тонкая светлая фигура девушки. Она оказалась вся потрёпана, в разодранной одежде, лохмотьями свисающей с плеч.

- Кто ты? - шагнул навстречу Налимгот, всматриваясь. - Да ты вся дрожишь.

- Эд-до-р-ра, - выдавила сквозь стучащие зубы девушка. - Я...

Талит, доставший из сумки Дассира плащ, подскочил и укутал дрожащее существо, согревая и одновременно прикрывая наготу. Ещё через минуту бедняжка жадно пила воду из фляжки Налимгота сидя в кругу заинтересованных взглядов и рассказывая о своих злоключениях.

- Сколько ты уже в подземельях? - спросил главный паладин, ведущий разговор на правах старшего по званию среди людей. К тому же девушка казалась ему смутно знакомой.

Эдора лишь пожала плечами. Блуждая во мраке, она потеряла всякий счёт времени.

- Держи. - Талит протянул корочку ржаного хлеба, которая тут же исчезла во рту изголодавшейся Её Светлости.

- Пора идти, - заявил Лигром закрепляя меч за спиной. - Некогда рассиживаться. Перед нами ещё долгий путь, а любое промедление стоит жизни наших сородичей.

- Да, - согласился Налимгот вставая. - Время не ждёт. Погоди. Эдора... Ты же придворная Кордина, подружка его сына. Я видел тебя несколько лет назад во дворце, когда посещал Трафоб.

- Кордина? - девушка нахмурила опалённые бровки.

- Тонлерд. Его зовут Тонлерд. Верно?

- Тонлерд... - Эдора мучительно пыталась вспомнить и, наконец, получилось. - Тонлерд похищен... нежитью.

- Похищен?! - Теперь уже Налимгот поднял брови. - Когда? Как?

- Я не знаю.

Эдора хотела сказать ещё что-то, но из мрака коридора выплыла фигура некроманта, и девушка вскочила на ноги. В ладонях вспыхнул свет, озаривший коридор и ослепивший всех.

Обжигающий свет, словно найдя цель, сузился, превратившись в широкий луч, направленный на Тер'Зура. Король нежити успел прикрыться ледяной аурой, но она быстро истончалась.

- Эдора! - Налимгот попытался переключить внимание на себя. - Эдора, остановись! Он не враг. - Взгляд девушки одновременно гневный, испуганный и удивлённый перескочил на паладина. - Сейчас не враг, - уточнил он, кладя руку ей на плечо. – Это… странно, но это так.

Обжигающий свет потускнел, потерял силу и погас.

- Мы идём к Сарусу, избавиться от демонов, захвативших власть над нежитью, - пояснил Талит, бросив короткий взгляд на Тер'Зура. Древний некромант был невредим. - Пока что Тер'Зур на нашей стороне.

Эдора переводила взгляд с Налимгота, на Талита, затем на Тер'Зура и остальных, пытаясь понять, верно ли она слышит и не какой-нибудь ли это обман, наваждение, но подозрение вроде бы никак не подтверждалось.

- Я хочу пойти с вами, - заявила девушка, после минутных раздумий. - Я должна спасти Тонлерда.

Кажется, Налимгот хотел возразить и произнести речь о том, как опасно путешествие к Сарусу, но Ирзумга шагнул вперёд и совершенно уверенно заявил, поймав недоумённые взгляды спутников:

- Отряд собран. Жрица света с нами. Теперь спешим. Деревья ждать не будут.

Последние слова он сказал прямо в лицо Налимготу, затем направился во тьму коридора, уходящего на север, к заветной горе мертвецов. Остальные последовали за ним.

Следующие несколько часов двигались достаточно быстро. Некромант плыл в авангарде, разведывая обстановку. Несколько раз тоннель разветвлялся, но мертвец прекрасно ориентировался в своём царстве, ведя отряд к цели.

- Зачем нежить похитила Тонлерда? - спросил Налимгот идущую рядом Эдору.

- Заложник, - ответил вместо девушки некромант. - Кордин слаб. Им можно управлять через его наследника. Хорошая возможность.

- Ты бы тоже так поступил? - Казалось, паладин задал риторический вопрос.

- Я так и поступил.

- Что?! - вскинулся Налимгот. - Это твоих рук дело?!

- Да-а... - Тер'Зура забавляло выводить спутников на эмоции. - Я отдал приказ как раз перед появлением демонов. Они ухватили возможность. Они хитры и сильны.

- Опасная смесь, - заметил Талит.

- Разумеется. Иначе вы бы мне не понадобились.

- Мы тебя взяли с собой, а не ты нас, - заметила Сим.

- Ну, конечно-о. - В хриплом шёпоте некроманта звучала отчётливая насмешка.

В одно мгновение он выкинул руку в сторону и схватил воздух. Тот задрожал, заволновался, послышался хрипящий визг, и вдруг возникло мрачное склизкое существо, дёргающееся в костлявой руке Тер'Зура.

Все схватились за оружие, но нужды в этом не было. Некромант крепко держал за горло трепыхающееся создание чёрной магии. Пара мгновений, и существо затихло, покрывшись коркой льда.

- Разведчик? - Налимгот коснулся носком сапога, упавшую на пол тварь.

- Возможно. Лучше бы нет.

- Почему? - Талит тоже решил рассмотреть существо.

- Что здесь делать разведчику, если не искать нас? Девчонка сказала, она убила такую же Тень. Возможно, эта направлялась в Ленагор, посетить Кордина.

- Что будет, если и она не вернётся к Сарусу с докладом? - Кажется, смутная догадка посетила голову паладина.

- Мальчишку прикончат, посчитав, что король перестал подчиняться.

- Тонлерда убьют?! - вскинулась Эдора.

- Да-а... Или обратят. Я бы так и сделал. Из принцев получаются сильные и полезные слуги.

- Если бы ты не потерял власть над своей нежитью, ничего бы не произошло, - буркнула Сим. - Великий король-некромант не смог удержать власть. - В последние слова эльфийка попыталась вложить как можно больше презрения, но это не задело мертвеца.

- Я могущественный маг, - безэмоционально произнёс Тер'Зур, - но у этих демонов необычайная устойчивость к магии. При этом магией влияния они обладают в высокой степени. Без магии я мог мало что противопоставить их необычайной физической силе.

- И они подчинили твоих генералов? - Талит попытался воспользоваться разговорившимся некромантом, чтобы получить больше сведений о демонах.

- Они сами перешли на их сторону. - Казалось, всё же у мертвеца были чувства. Гнев зазвенел в хрипящем шёпоте. - Они предпочитают служить самому сильному повелителю.

- И таким вдруг оказался не ты. - Наконец-то Сим нащупала больное место древнего мертвеца и надеялась там поковыряться.

Если Тер'Зура слова охотницы и задели, он умело это скрыл.

- Сбежал только Ахонрут. Повелитель жуков всегда отличался независимостью. Когда меня свергли, он скрылся тоже.

- Может ли он стать нашим союзником? - Талит думал наперёд, желая обратить любую возможность в шанс на победу.

- Если он остался верен мне, возможно. Обычно я связан со слугами невидимой нитью магии, но мне пришлось её оборвать, так как через неё меня можно отследить. Так что нам его не найти.

- Я сталкивалась с жуком...

- Разведчик Ахонрута, - пояснил Тер'Зур. - Его дети вездесущи. Удобно наблюдать за происходящим вокруг. Ахонрут узнает про тебя. Пойдём.

Отряд двигался дальше. Подземелье то расширялось, обрастая новыми проходами, то сужалось, превращаясь в узкий земляной лаз.

Затхлый воздух царства мёртвых уже порядком осточертел, поэтому, когда на очередном достаточно просторном перекрёстке с одного из боковых коридоров повеяло свежестью, путники встрепенулись.

- Что там? - Налимгот ткнул пальцем во мрак уходящего на восток тоннеля.

- Разлом Грома, - ответил Тер'Зур.

- Тот самый?

- Есть только один, так что да... тот самый.

- Поясните? - попросил Талит. - Что это такое?

- Разлом Грома, - ответил глава паладинов, - это огромное ущелье, разлом в земной тверди, возникший во время древней магической войны, задолго до появления высших эльфов, орков и людей. Никто из живых его никогда не видел.

- Туда около дня пути, - вставил Тер'Зур. - Сходи, посмотри.

- На обратном пути, - бросил Налимгот некроманту в ответ на его насмешливое предложение.

Но тот вдруг изменился, вскинул костлявые руки и ударил морозом прямо по спутникам, не успевшим отреагировать. Всех сковал холод, а Тер'Зур медленно водя руками в несколько мгновений вырастил стену из льда между собой и остальными.

- Что... проис... ходит? - выдавил едва слышно Лигром, пытаясь пошевелиться.

- Клятый... мертвец... предал... - Сим замерла статуей, так и не дотянувшись до стрелы в колчане.

- Рррр... - зарычал Налимгот, сжимая руку в кулак.

Кулак засветился, набираясь силы. Волна тепла пошла от него, заставляя холод отступить. Ещё несколько мгновений, и путники могли пошевелиться, вдохнуть пусть и затхлый, но такой необходимый воздух подземелья.

Могучий удар молота сотряс ледяную стену, перегородившую проход. Ещё один и ещё. Лёд покрылся трещинами.

- Я размозжу череп этого предателя, - рычал паладин, с каждым словом впечатывая молот в стену.

Лигром достал меч, Сим натянула тетиву, Дассир и Тлах встали по бокам, готовые кинуться в атаку. Талит, Молт, Эдора и Ирзумга остались сзади.

Ледяная стена хрустнула и опала от очередного удара молота. И за ней оказался Тер'Зур. Он уже приготовил ледяной щит, отразивший стрелу эльфийки, и поднял руку в останавливающем жесте.

- Стойте! - постарался он предотвратить атаку воинов, но они не остановились. - Стойте! - повторил некромант, одной рукой удерживая щит, другой готовя новое заклинание.

- Дайте ему сказать! - вмешался Талит, схватив Налимгота и Лигрома за руки.

- Я не предал, - первым делом заявил Тер'Зур, пытаясь выиграть время для более внятного объяснения. - Неприятно... я понимаю. - В этот раз он имел в виду удар заклинанием и, казалось, наслаждался тем, что застал всех врасплох. - Но так было нужно. Я почувствовал другого некроманта поблизости, совсем рядом. Он мог бы вас обнаружить, пришлось действовать быстро и каким-то образом скрыть вас от его взгляда.

- А ты? - Талит всё ещё придерживал орка и человека за руки.

- Я - мертвец. Мне легче затеряться среди нежити. К тому же, я всё-таки не просто так король...

- Свергнутый, - фыркнула насмешливо Сим, видимо, всколыхнув остывшее сердце мертвеца гневом, но он всё-таки сдержался.

- Так близко к своим слугам и вдали от демонов я вполне способен подчинить их себе. Некромант увидел не меня, а простого вурдалака. Он не обратил на меня внимания, но я считал его намерения, приказы, которым он следовал.

- И? - не удержался от вопроса Талит.

- Некромант направлялся к Разлому Грома с целью поднять...

- Костяных драконов, - опередил Тер'Зура Налимгот, схватившись за голову, и тот лишь утвердительно кивнул.

- Что за костяные драконы? - Казалось, только парень, выросший в Чёрном лесу, вдали от других людей, не понимал, о чём идёт речь.

- Драконы-нежить, - коротко пояснил главный паладин. - Они огромны, разрушительны и несокрушимы. Когда-то давно четыре исполинских дракона были живыми и дружили с высшими эльфами, но...

- Я их подчинил, - закончил Тер'Зур.

- Сначала убил, подло и жестоко, - бросил Налимгот, вспомнив легенду.

- Переманил на свою сторону, - с издёвкой в голосе поправил некромант.

- Тысячу лет они лежали костьми на дне Разлома Грома, свергнутые туда последними великими магами людей и эльфов. Если демоны поднимут их, люди и орки не устоят. Их разрушительная сила слишком велика.

- Значит, надо помешать некромантам сделать это.

На словах всё казалось не таким невозможным.

- Единственный, кто сможет помешать поднять драконов - это я, - уверенно заявил Тер'Зур и нисколько не преувеличивал. - Я имею достаточно власти и магической силы, чтобы сделать это.

- Но как же демоны?! - Талит переводил взгляд от одного на другого. - Тер'Зур нужен у Саруса.

- Если драконы восстанут, демоны победят. - Видимо, Налимгота мёртвые летающие змеи пугали гораздо больше пришельцев из другого мира. - Кто-то должен им помешать.

- Я отправлюсь туда, - спокойно сообщил Тер'Зур.- Против демонов я почти бессилен, а вот драконы...

- Я пойду с тобой. - Налимгот взмахнул молотом, словно проверяя его тяжесть.

- Не нужно. Нежить почует тебя, и мы...

- Выманим врагов к Разлому, позволив остальным пробраться к Сарусу.

Талит не пытался спорить. За время пути он уже понял, насколько твердолобы его спутники. К тому же никакие разумные слова против этой затеи ему не приходили в голову. Он, действительно, не знал всю серьёзность опасности, исходящей от мёртвых драконов.

- Я справлюсь сам гораздо лучше, - не сдавался некромант. В голосе прозвучало раздражение. - Меня даже не заметят. Ты лишь помешаешь, паладин. Будешь путаться под ногами. Неужели ты до сих пор боишься предательства? Я ведь только что мог это сделать, но помог вам.

Неожиданный шорох со стороны западного тоннеля прервал спор. Путники насторожились. Эдора, оказавшаяся ближе всего к источнику звука развернулась и медленно попятилась назад.

Шорох повторился ещё и ещё.

- Что за чертовщина? - буркнул Дассир, доставая меч и перекладывая факел в левую руку.

Тлах последовал его примеру и шагнул вперёд, намереваясь отгородить собой девушку. Но вдруг, зашумело так, словно прорвало плотину. Шуршание, скрежет, визг, стрёкот. Из мрака тоннеля лавиной повалили гигантские жуки размером с малого телёнка. Они нахлынули на Эдору, Тлаха и Талита прежде, чем те смогли отреагировать. Сим успела выпустить всего одну стрелу и схватилась за кинжалы. Лигром с замахом рубанул, располосовав сразу двух жуков и принялся ожесточённо биться. Налимгот ударил вспышкой света, обдав жаром ближайших врагов, но даже получив ожоги, они продолжили движение, захлестнув перекрёсток. Молт достал стальные прутья, и, хотя в тоннеле оказалось недостаточно места, принялся крутить ими, перемалывая попавших под удар насекомых.

Хитин трещал, летели разрубленные конечности, гемолимфа забрызгала всё вокруг, но казалось, жуков это мало волнует.

- Помогите! - вдруг раздался крик.

- Эдора! - Талит смог вынырнуть из-под жуков, ударами высвобождая себе хоть немного пространства. - Эдора! Держись!

Парень попытался вскарабкаться на волнующуюся лавину, но не продержался и нескольких секунд.

Клятые насекомые утаскивали девушку во мрак, откуда только что появились.

- Идите к Сарусу! - прокричал Талит спутникам, хватаясь за уползающего жука. - Я спасу её!

- Талит! Ты погибнешь! - Налимгот прикончил ещё одного отступающего гада.

- Меня не легко убить! - напоследок крикнул парень, и паладин успел заметить, как нечто чёрное заволокло его лицо и голову, прежде чем масса гигантских насекомых скрыла его, удаляясь во мрак, из которого только что появилась.

Дассир вскинул руку, останавливая разбушевавшегося берсерка. Огненный вихрь замедлился и погас. Тлах подобрал обронённый факел и осветил заваленный трупами жуков перекрёсток.

Никто из отряда не был серьёзно ранен, лишь царапины, слизь и куча трупов гигантских насекомых. Но... Эдора и Талит утащены жуками и...

- Где этот проклятый мертвец? - Налимгот осмотрелся, не находя Тер'Зура.

- Пошёл к змеям, - хмыкнул Ирзумга. Генхан-отшельник казался растерянным. Обычная легкомысленная уверенность куда-то делась. - К горе идти надо. Самим.

- Он поднимет драконов, - попытался поспорить Налимгот как-то без настойчивости.

Отряд только что потерял троих. Пусть и не погибшими. Что уже радовало. Однако теперь их оставалось семеро: Лигром, Сим, Налимгот, Дассир, Молт, Тлах и Ирзумга.

- Идём, - скомандовал шаман, направляясь в северный тоннель. - Долго идти во мраке. Они знают, где искать нас.

Глава 19. Тая в опасности

От седла уже ныло всё тело. Тая тяжело вздохнула, давая понять, что ей нужен отдых. Ринок натянул поводья, и лошадь покорно остановилась.

Девушка сползла на ноги и сразу же плюхнулась в траву.

- Устала? - понимающе спросил Ринок.

- Я недолго.

- Если хочешь, пройдёмся немного пешком.

Сын кузнеца наслаждался компанией девушки. Она ему всегда нравилась, а когда представилась возможность проявить себя, он вызвался ни мгновения не думая.

Прознав о том, что войско Ленагора намерено ударить в спину оркам, король Готгард решил отправить срочного гонца и предупредить Орду о готовящемся предательстве.

Но, чтобы не вызывать подозрений, гонец должен быть не обычный. И тут Тая, случайно услышавшая разговор короля и бородатого капитана, сразу же вызвалась добровольцем, едва узнав, куда нужно было направляться. К оркам. Талит ушёл к оркам.

На сборы ей дали полчаса, выдали не самую молодую кобылку. Тая так и не поняла, ради конспирации или просто другой не нашлось. Это было не важно.

Ринок в свою очередь, узнав, куда собралась подруга детства, сначала возмутился, попытался отговорить, но девушка оставалась непреклонной. В итоге он отправился с ней. Король посчитал эту мысль разумной. Хоть в мирные времена, хоть во время войны, вряд ли одинокая девчонка могла путешествовать сама.

В качестве легенды для патрулей Ленагора придумали роль беженцев. Идёт война с нежитью, вся западная часть Тадалона разорена, и выжившие бегут на восток. Чем дальше, тем лучше. Оставшихся без родителей подростков, бегущих от смерти в пока ещё безопасный Ленагор, не должны были в чём-либо заподозрить.

И вот Тая и Ринок, огибая восточное королевство по северной границе, добрались до первых признаков Хромого леса.

Солнце укатилось на запад и грозило утонуть за горизонт. Серые сумерки наползали с востока, удлиняя корявые мрачные тени изогнутых деревьев, тянущиеся к усталым путникам.

- Пойдём в ночь через лес? - спросил сын кузнеца, готовя речь, объясняющую, почему этого делать не стоит.

- Время поджимает, - неуверенно ответила Тая. Тело совершенно не желало делать ночной бросок через опасный лес, но воля и чувство долга заставляли двигаться дальше.

Вдруг послышался тихий звук. Через несколько мгновений он повторился. Тая и Ринок настороженно переглянулись. Звук усилился, стал уверенней.

- Лошади? - юноша подскочил и, вытянув шею, осмотрелся. Наступающая ночь скрывала помрачневшие дали. Однако вскоре он спешно пригнулся, надеясь спрятаться.

- Что там? - забеспокоилась девушка.

- Я вижу факелы. Всадники.

- Патруль?

- Вероятно. Бежим или остаёмся?

Тем временем стук копыт по полузаброшенной дороге усилился. Кажется, их заметили.

- Кто такие? - прогремел суровый бас совсем рядом, не обещая ничего хорошего.

Как же они быстро подобрались.

- Бежим! - шёпотом вскрикнула Тая и рванула в сторону Хромого леса.

- Тая... - успел лишь крикнуть Ринок и тут же поперхнулся, остановленный и брошенный на землю чьей-то сильной рукой.

Девушка испуганно оглянулась, краем глаза заметила рослые фигуры, нависшие над поваленным парнем, на мгновение дёрнулась обратно, но всё же решилась и кинулась под прикрытие кривых деревьев.

В Хромом лесу оказалось почти совершенно темно. Тая двигалась практически на ощупь, спешила, не разбирая дороги. Главное - уйти подальше. Сзади слышались приглушённые звуки погони. Кто-то определённо бежал за ней.

Погоне, видимо, приходилось не менее трудно пробираться через сгущающийся лес перекошенных деревьев. Однако, судя по звукам, солдаты догоняли, несмотря на мешающие им доспехи и оружие.

Тая постоянно оглядывалась в темноту, пытаясь увидеть преследователей, но могла ориентироваться только по приглушённым звукам. Несмотря на страх, двигалась она не так уж быстро. Сказывался дневной переход и общая усталость. Да ещё это проклятое платье то и дело цеплялось за корни и ветки, словно намеренно пытаясь задержать. Тая с усилием дёрнула одежду, в очередной раз зацепившуюся за сухой торчащий корень.

Звуки погони стали ближе, а затем, когда порвалась ткань на платье, выдав местоположение девушки, затихли. Преследователи прислушивались. Они были совсем близко, и Тая притаилась у ствола одного из деревьев, отчаянно пытаясь слиться с окружающим мраком.

- Эй! Девчонка! - мужской голос донёсся слева. - Зачем прячешься? Мы не бандиты, а солдаты его величества. Мы поможем, сопроводим тебя к командиру. Ты же не шпион какой-нибудь, зачем тебе скрываться от нас?

Паренька твоего мы взяли. Чего ты прячешься? Обогреем, покормим, отведём к командиру. Ну?

Шаги слышались совсем рядом. Пока один говорил, второй рыскал буквально в нескольких шагах. Тая прижалась к стволу ещё сильнее, словно это как-то могло помочь.

- Попалась! - одновременно с торжествующим вскриком, девушку схватили чьи-то крепкие руки сзади за плечи, да так, что она даже дёрнуться не успела.

Оказывается, ещё был третий. Что за невезение.

- Ну вот. - Тот, который всё это время говорил, показался из темноты, чертыхнулся, споткнувшись о корень и чуть не упав лицом в землю, но выпрямился и остановился перед девушкой. - Как тебя зовут, дитя?

Мужик был уже не молодой. Видимо, погоня далась ему не очень легко. После забега по лесу, дышал он тяжело.

- Тая, - ответила девушка, решив не скрывать того, что никак не повлияет на её задание.

- Откуда?

- Из Тадалона. Бежим от нежити.

Собеседник понимающе кивнул.

- И как там? Сильно мертвецы напирают?

- Сильно. - Тая дёрнула плечом, пытаясь ослабить хватку того, кто до сих пор удерживал её в крепком хвате сзади. А затем зло бросила: - Если бы вы тоже были там, знали бы.

- У нас другой приказ, - кажется, даже с сожалением пожал плечами немолодой. - Пошли, пусть капитан решает, что с вами делать. - Он осмотрелся в темноте. - Проклятье. Куда идти-то?

Забег по ночному лесу оказался не самым простым, и солдатам Ленагора потребовалось немало времени, чтобы выбраться сначала на дорогу, а потом уже по ней вернуться к отряду, ожидавшему их на месте поимки Ринока.

Коротко выслушав рассказ немолодого, капитан кивнул и скомандовал устраиваться на ночлег. Возвращаться в лагерь, очевидно, не имело смысла, поэтому решили заночевать прямо тут.

Костёр уже горел, бодро треща ветками. Хромой лес пугающей тенью дыбился вблизи, а с юга прикрывал от ветра заросший травой холмик.

Таю и Ринока связали по рукам и ногам и уложили рядом с костром. Двое солдат, бросив свои подстилки в двух шагах, очевидно, должны были за ними следить. Но они безответственно заснули почти сразу, как только их головы коснулись подстилок. Однако ещё двое бойцов заступили в ночной дозор, и вот они уже, не смыкая глаз, время от времени коротко перекликаясь, несли службу добросовестно.

- Что будем делать? - Тая дёргала запястьями в надежде ослабить верёвки.

- Не знаю. - Ринок выглядел сникшим. - Я слышал, их капитан говорил, что завтра в бой. Хотели успеть вернуться к войску.

- Значит, завтра они ударят оркам в спину, - подытожила девушка, от досады резко дёрнув руками.

- Мы опоздали. - В голосе парня прозвучало даже какое-то облегчение. Задание провалилось, но оно хотя бы закончено. Они ничего не могут сделать.

Осознав, что им не сбежать, Тая и Ринок сдались. Парень достаточно быстро уснул, а девушка, ещё несколько раз безрезультатно попытавшись распутать верёвки, в конце концов тоже успокоилась, надеясь утром что-нибудь придумать.

С началом атак нежити на Тадалон и орков, ночи стали мрачнее. Нагоняемые магией чёрные тучи скрывали луну и звёзды. Но эта ночь, оказалась ещё темнее, как будто мрак материализовался.

Тая неожиданно проснулась, открыла глаза, пытаясь что-то увидеть, но чернота оказалась совершенно непроницаема. Попытавшись двинуться, она поняла, что не может этого сделать. Неужели связанные руки и ноги так затекли? Нет. Не то. Она почувствовала касание, будто бы сама тьма стала осязаемой.

Костёр! Переместив взгляд туда, где горело пламя, девушка увидела лишь едва тлеющие угли. Но их вдруг что-то заслонило. Что-то чёрное. Ужас леденящей иглой пронзил сознание. Ещё мгновение, и путы спали. Паралич прошёл, и Тая ошарашенно поползла назад, не сводя глаз с мрака. Однако через пару шагов она во что-то упёрлась, обернулась, но снова лишь мрак, материальный мрак.

Истинный свет! Это же... духи Чёрного леса.

На груди что-то шевельнулось. Тая испуганно хватила туда рукой... подарок Талита. Чёрная замысловатая пластинка, повешенная на шею за верёвочку. Вспомнились слова Талита, сказанные тогда: "Возьми этот... амулет в качестве подарка. Грядёт война, и я не знаю, когда мы вновь увидимся. Носи его всегда с собой. Он выручит тебя в трудную минуту".

Лёгкий толчок в спину вывел из ступора. Тая машинально обернулась, но взгляд упёрся во всё тот же непроницаемый мрак. Кто-то подталкивал её.

Девушка встала на ноги. Ещё толчок. Её направляли в сторону Хромого леса. И вдруг донеслось понимание, будто кто-то вложил эту мысль прямо в голову. Надо уходить к оркам, успеть предупредить.

Словно слепая, Тая двинулась к мрачным очертаниям Хромого леса. Она то и дело спотыкалась о лежащих бесчувственных солдат. Сначала она ужаснулась, неужели они все мертвы, но всё же нет. Они даже не спали. Их сковала магия Духов.

Всё. Вперёд. Надо успеть.

* * *

Рассвело. Удушающие костры снова заполыхали в полную силу. Теперь они горели практически круглосуточно, сжигая порубленную нечисть и погибших воинов Орды.

Орки превратили эту необходимость в новый рубеж обороны. Длинная череда чадящих горелой плотью костров преграждала путь врагу, заставляя просачиваться в узкие проходы между ними, лишая манёвренности и подставляя под удар усталых, но горящих гневом воинов.

Вот уже восемь дней Орда держала оборону. Кролон погиб от рук древнего вампира, но орков это трагическое событие не сломило, наоборот оно придало им злости и решимости. Такифир, старый слепой вождь Волчьей Пасти временно возглавил Орду, пользуясь авторитетом не только среди орочьих командиров, но и пришедших на помощь союзников.

Тонгрин, очень старый и могучий вождь минотавров привёл своих воинов с западных Пастбищ через Холмы, ответив на зов Орды. Давний союзник прекрасно осознавал опасность и остался верен клятве. Огры же были ситуативной поддержкой. Древнюю клятву в своё время давали и они, но для двухголовых громил она являлась чем-то вроде забытого полумифа. Гирмо, настоящий великан и предводитель огров сохранил кое-какие древние знания и, по крайней мере, понимал, чем грозит нашествие нежити.

Могучие огры и минотавры стали опорой обороны. Распределившись среди орков, они блокировали прорывы мясников и той пары поганищ, оказавшихся в рядах нежити. С трудом, но тройка минотавров смогла свалить и разрубить ожившую громадину, сотканную из множества мёртвых тел. Вторую на третью ночь одолели катапультами. Удачно попавший в голову массивный булыжник контузил тварь, и огры кинулись её добивать. К сожалению, не обошлось при этом без жертв, но всё же самых страшных чудовищ удалось обезвредить малой кровью, при этом сохранив рубеж обороны.

Верный волк вождя Хул тоже каждую ночь метался по передовой как бешеный и яростно рвал вурдалаков на куски. Один раз даже кинулся на мясника, и лишь подоспевшая подмога позволила выйти из этой схватки победителем.

Казалось, потерявший хозяина зверь стремился погибнуть в бою, отчаянно прыгая в самую гущу событий. Его шкуру прорывали многочисленные кровавые раны от когтей и укусов, поэтому Такифиру вскоре предстояло принять тяжёлое решение, прежде чем мохнатый друг Кролона, которого он ещё щенком подарил вождю, превратится в нежить. Признаки обращения уже проявлялись. Шкура в нескольких местах облезла, взгляд стал блеклым и холодным, а и без того длинные когти, превратились в настоящие изогнутые клинки.

Поодиночке вурдалаки не очень опасны для подготовленного бойца или здоровенного волка. По сути, они шустрые, когтистые и ядовитые, но лёгкие пехотинцы нежити. Могучий воин-орк может справиться с десятком таких, если атаковать они станут не разом.

А вот мясники в три-четыре метра ростом - в зависимости от того, сколько тел некромант использовал при сотворении - отвлекают на себя уже от четырёх до шести, а то и восьми орков. Эти тошнотворные твари смертельно опасны. Цепляя своими крюками, они выдёргивают воинов из строя, позволяя вурдалакам проскакивать в проёмы. А силе удара может позавидовать любой великан.

Хвала духам, благодаря минотаврам и ограм Орде удавалось успешно противостоять этим гадким порождениям чёрной магии.

Минотавры хоть и были в большинстве своём стары, но силы им было не занимать. Несколько из юных неопытных телят, которых они привели с собой, правда, уже погибли. Эти потери для немногочисленных тауренов оказались весьма значительны, но, опять же, хвала великим духам, они не собирались отступать.

В сравнении с минотаврами огры были глупее, но обладали не меньшей силой. Один на один двухголовый огр смял мясника, дубиной размозжив его тело в кровавую кашу. Правда, сам огр погиб и позже был поднят некромантом на сторону врага. На него пришлось потратить последние выстрелы баллист. На тот момент катапульты и баллисты ещё имелись, но снаряды к ним закончились. Орки выковыряли в округе все пригодные булыжники.

Можно было бы собирать отстрелянные, но днём теперь не было никакого покоя. Вместо нежити, боящейся солнечного света, с рассветом атаковали монстры посерьёзнее. Они были гораздо сильнее, проворнее и свирепее вурдалаков. Пока что их было не много, но они наседали с устрашающим бешенством. Один на один орки не могли устоять против них. Каждая такая тварь была быстрее, уворачивалась от удара топора, сокращала дистанцию прыгала на орка, цеплялась мёртвой хваткой, сбивая с ног, и буквально разрывала его на части мускулистыми лапами, увенчанными длинным острыми когтями.

Минотавры и огры могли срывать монстров с себя, отделываясь глубокими царапинами и вырванными кусками плоти. Орки же со временем наловчились справляться с ними, действуя маленькими группами, где каждый прикрывает товарища. Это помогло снизить потери.

Всего Орда потеряла уже половину воинов. Но и врагу досталось. Напор нежити по ночам стал ослабевать. Основная опасность теперь исходила от дневных набегов демонических тварей, количество которых почему-то оставалось неизменным. К счастью, древний вампир больше не появлялся и не ввергал тылы орков в хаос, видимо, опасаясь за свою шкуру. Кирон поклялся изничтожить кровососа.

Два дня назад из Полока пришло подкрепление в сотню топоров. Аленгат собрал воинов со всех форпостов и пограничных застав, оставив тылы незащищёнными. Однако, предварительно, после атаки диких людей на западный форпост, был осуществлён карательный рейд, который должен был лишить их любого желания вторгаться во владения Орды на ближайшие годы.

И всё же силы заканчивались. Гонимые магией смерти враги не останавливались ни перед чем, не уставали, не испытывали страха. Демонов отродье свирепствовало, не сбавляя нажим. Выхода, казалось бы, не было, только стоять насмерть.

Через командиров Такифир старался удерживать боевой дух войска и не дать усталости взять верх. И в то время, как тот же Кирон делал ставку на военную мощь, слепой вождь знал, что победить может только отряд, ушедший на север к Сарусу, и надо было тянуть время. Сколько? Он не знал. Но стоять придётся до конца.

Пока основное войско держало натиск на южной окраине Долины Мрачных душ, Ромит и Ренгал, восстановившись после своего пошедшего не по плану разведрейда и собрав новые отряды, охраняли подходы к Орде со стороны Хромого леса.

Отряды разделили между собой обязанности. Один нёс службу днём, другой ночью. И хотя главная сеча шла восточнее, среди кривых деревьев было тоже достаточно жарко. Нападения следовали не всегда и с разных направлений, поэтому приходилось оставаться настороже.

Генханы Ренгала распределились по ветвям, стараясь оставаться недосягаемыми для демонических отродий, но те среди переплетения растительности чувствовали себя весьма комфортно, поэтому орки из этого же отряда в свою очередь попарно держали оборону возле стволов, прикрывая генханов с дротиками.

Не сказать, что эта тактика оказалась очень эффективной, но ввиду опасности атакующих тварей, всё же она была достаточно действенной.

Бойцы Ромита днём старались отдыхать, готовясь к ночной вахте, но всё равно оставались настороже. Они были тут единственным резервом на случай прорыва.

Солнце, не спеша клонилось к горизонту. Звуки сражения вдали постепенно стихали. Кажется, ещё один день продержались. Теперь предстояло выстоять новую кровавую ночь.

Ромит поднялся, рефлекторно почесал пустую глазницу и раздражённо одёрнул руку. Как глаз может чесаться, если его нет? Следующим движением рука легла на топор. Новый топор. Старого он лишился той ночью, когда потерял свой отряд и сам чуть не погиб. Тяжёлая ночь.

Взмах топора придал уверенности. Рукоять сделана из корня старого дуба, растущего в Хромом лесу. Несколько кривая, но крепкая и надёжная. Поначалу Ромит хотел в назидание остальным сделать её из кости демонова отродья, убитого им той ночью, но материал показался ненадёжным, непроверенным. В бою это могло сыграть злую шутку.

Ничего, когда они победят, они сделают из костей врагов дудочки для своих детей. Пусть все знают, как смертельно идти против Орды.

Разведчик растолкал бойцов. В каждом из отрядов, оставленных у Хромого леса, насчитывалось по два десятка воинов. В последние дни их стало меньше, но потери удавалось держать низкими и благодаря шаманам быстро лечить раненных.

Орки и генханы неохотно зашевелились, поднимаясь и берясь за оружие. Короткий завтрак - котелки на кострах вызывали порядочный поток слюны ароматом мясного бульона - и на позиции. Успевшие перекусить дежурные уже отправились наперёд. Остальной отряд потянулся следом, косясь тяжёлыми взглядами в сторону заката.

Ренгал встретил Ромита на линии обороны. Нет, это не была выстроенная защита, как у основного войска в долине, но именно на этом участке они уже несколько дней и ночей отбивались от врага.

- Как прошёл день? - поинтересовался Ромит, окидывая опытным взглядом стволы кривых деревьев, весьма сильно пострадавшие от идущей здесь сечи.

- Относительно спокойно. Мертвецы сами как будто устали. Уже не так сильно лезут.

- Хорошо бы, - буркнул проходящий мимо воин из отряда Ромита. - Может, так и закончится война.

- Твоё дело, Крамор, рубить и выжить.

- Рубить сколько есть сил и перебить всех врагов, - пробормотал орк, удаляясь.

- Увидимся завтра, друг мой. - Ренгал крепко сжал предплечье Ромита, прощаясь и желая удачи, а затем скрылся среди стволов, догоняя свой уходящий на отдых отряд.

Тут в лесу ночь надвигалась быстрее и казалась ещё мрачнее, чем на равнине. Никаких огней. Орки и генханы полагались на острое зрение и чуткий слух больше, чем на свет факелов. Тем более последние прекрасно выдавали их и к тому же больше мешали взгляду, чем помогали. Хотя подпалить шкуру мерзкой твари всегда казалось эффективным оружием.

Первые часы прошли спокойно. Враг решил сегодня передохнуть? Ромит не верил в такую удачу.

Короткие пересвисты между воинами, распределившимися по лесу, подтверждали - пока всё спокойно.

- Не нравится мне это затишье, - озвучил терзавшую всех мысль Крамор. - Сходить на разведку?

- Не спеши, - буркнул в ответ Ромит, вслушиваясь в темноту.

Действительно, буквально через несколько мгновений слева послышался едва уловимый шорох. Жестами приказав двигаться на звук, Ромит крепче сжал топор, стараясь оставаться близ скрученных стволов деревьев, способных прикрыть от атаки хотя бы с одной стороны. Наученные горьким опытом, остальные двигались так же, скользя спинами вдоль деревьев.

Шорох раздался ближе, позволив подправить направление. Кто-то двигался навстречу. Один?

Ромит поднял руку вверх в останавливающем жесте. Кажется, он сумел разобрать силуэт. Человек?! Женщина?! Короткий взгляд на стоящего рядом Крамора подтвердил, что он не ошибся.

- Колдовство? - практически лишь взглядом спросил напарник.

- Не знаю, - пожал плечами Ромит.

Оставаясь настороже, продвинулись ещё немного. Девушка приближалась, очевидно, не замечая их присутствия. Ещё пара мгновений, и она испуганно вздрогнула, когда почти столкнулась с вышедшим из-за ствола Крамором. Занесённый топор замер в предостерегающем жесте.

Однако девушка на удивление не запаниковала и не бросилась наутёк при виде здоровенного воина, а с облегчением выдохнула, поразив этим орков.

- Кто ты? - Ромит возник за спиной незнакомки, в любой момент готовый вонзить ей нож под лопатку.

- Меня зовут Тая, - затараторила девчонка. - У меня послание для вашего вождя. Проводите меня к... Кролону.

- Послание от кого? - растерялся Ромит.

- От короля Тадалона, - ответила Тая, повернувшись к нему лицом. - Послание срочное. Нужно спешить. Ленагор готовит удар в спину. Меня послали предупредить.

Ромит одновременно удивился и задумался. Бросившие все силы на борьбу с нежитью, они уже какое-то время не отслеживали границу Ленагора и, действительно, не знали, что там происходит. Но удар в спину Орде, удерживающей натиск врага, в том числе защищающей этим само восточное королевство?! Безумие. Или это уловка?

- Если у тебя послание от самого короля, где бумага с печатью?

- Нет никакой бумаги. - В голосе девчонки прозвучали нотки раздражения. Неужели ей придётся преодолевать недоверие орков? - Если бы нас поймали с такой бумагой солдаты Ленагора, нас бы казнили.

Орки не спешили верить, и это вдруг так разозлило Таю, уставшую, проделавшую опасный многодневный путь, что она позволила себе повысить голос.

- Вас атакуют с восходом солнца. Отправьте разведку, проверьте сами!

Разговор вдруг прервал предостерегающий свист одного из воинов. Пока Ромит и Крамор занимались человеческой девчонкой, другие оставались настороже.

Глава отряда жестом приказал Тае замолчать и стал напряжённо вслушиваться. Девушка тут же затихла, с опаской всматриваясь в темноту.

Её слух не мог воспринимать звуки так же хорошо, как орочий, но всё же через какое-то время странное царапанье донеслось из темноты.

Орки тем временем уже приготовились к бою. Крамор остался с ней, тяжёлой лапищей заставив сесть среди извилистых корней и прижав спиной к стволу.

Долго ждать не пришлось. Сначала раздался противный визг, затем среди деревьев замелькали страшные силуэты. Таких Тая никогда раньше не видела. Бледная толстая кожа, под которой как натянутые канаты бугрились стальные мышцы. Мощные руки-лапы вооружены длинными бритвенно-острыми когтями. Туловище чем-то напоминало пантеру, картинки которых она видела в книгах, рассказывающих о сумеречных эльфах и других обитателях Великого леса. И в то же время отдалённо напоминало... человека, вытянутого, свирепого, молниеносного.

- Уводи её в лагерь, - бросил Ромит Крамору, кинувшись в бой. - Об атаке Ленагора нужно предупредить.

Здорового орка уговаривать не пришлось. Он прошёл немало схваток и понимал, насколько важно действовать без промедления. Схватив Таю под мышку, воин рванул на юг.

В темноте мелькали деревья, ветви, корни. Противный виз совсем рядом. Тряска не давала возможности ничего рассмотреть. Но вдруг мир перевернулся, и девушка полетела кувырком, больно ударившись спиной о ствол очередного дерева.

Сознание поплыло от боли, но мир через пару мгновений перестал болтаться перед глазами. И тут Тая увидела, как монстр, вскочив на спину нёсшего её орка, яростно разрывает доспехи и плоть жертвы.

Крамор не успел уклониться от прыжка. Он смог лишь мельком заметить тёмную тень, бросившуюся слева, выпустил девочку и начал разворот... Тварь сбила с ног, намертво вцепившись в доспехи. Кувырок, и она вдавила его лицом в гнилые листья. Уверенно заняв положение сверху, принялась бешено рвать когтями спину, шею и затылок.

Два раза Крамор пытался высвободиться, но силы утекали вместе с кровью, жизнь стремительно угасала. Будь рядом орк, он смог бы помочь, но что может сделать человеческое дитя...

От ужаса Тая вжалась в ствол дерева. Монстр закончил с орком и, презрительно фыркнув на безжизненное тело, повернулся к ней.

Предсмертный вдох... Прыжок...

Не дотянувшись до лица девушки всего ширину ладони, чудовище замерло, уставившись мёртвыми глазами. Хруст...

И тут тело монстра начало медленно разделяться надвое, вываливая внутренности прямо на листву перед Таей. Отвратительная вонь. Тошнота подкатила мгновенно, заставив желудок сжаться в комок.

Девушка смогла сделать лишь одно - медленно поднять взгляд. Над ней, обхватив ствол дерева головой вниз сидело существо, похожее на сгусток мрака. От него к монстру тянулось такое же бездонно чёрное... лезвие?

Боясь даже дышать, Тая сползла ещё ниже, практически легла среди корней и медленно-медленно поползла дальше.

Вскоре она набралась смелости подняться на ноги. Звуки схватки стихли позади. Время от времени она вздрагивала от громких визгов и криков, доносящихся откуда-то сзади, но продолжала двигаться, как ей казалось, к лагерю орков.

Ромит был ранен в правую ногу, но мог сносно ковылять. Схватка закончилась так же стремительно, как и началась. Тройка демонова отродья не смогла застать их врасплох. А десяток вурдалаков уже не представлял угрозы. Раньше они казались бы серьёзным испытанием, но спустя столько кровавых ночей... Обошлись ранениями, но все выжили. Теперь предстояло догнать Крамора с девчонкой.

Скомандовав своим оставаться начеку, глава разведчиков, опираясь на топор, поковылял по следу. Вскоре он наткнулся на труп товарища, горестно взвыв от увиденного. Напарника растерзала пропущенная тварь. Но дальше...

Отродье лежало воняющей ещё тёплой кучей буквально в нескольких шагах. Недоумевающе рыкнув, Ромит двинулся дальше. Во мраке ночи следы терялись, а запахи сбивали с толку.

Ещё пару раз он натыкался на странно приконченных вурдалаков. Словно их пригвоздили к земле, в мгновение ока лишив... магии, удерживающей их в мире живых. Вурдалаки, очевидно, преследовали девчонку, но загадочным образом погибали, так и не добравшись до её тёплой шеи.

Саму Таю он нагнал недалеко от опушки. Девушка почти вышла к лагерю, но немного ошиблась и отклонилась западнее. Окликнул.

Она повернулась и узнала его даже в темноте. Однако, когда он попытался приблизиться, она испуганно отшатнулась. Но она не боялась его... скорее... за него.

- Что случилось? - Ромит остановился и перенёс вес на здоровую ногу. Рана ныла и порядком раздражала. Кровь он остановил с помощью специального порошка, но боль злила.

- Не подходи! - Выставленная вперёд ладошка пыталась усилить значение слов.

- Это ты убила демона? - Ромит не хотел тянуть мурлока за хвост.

- Нет, но... Его остановили мои... спутники.

- Спутники?

- Духи Чёрного леса. - Маленькая ручка сжала что-то на груди. Предупреждая новый вопрос ошарашенного орка, Тая добавила: - Я сама их боюсь до дрожи, но они... защищали меня.

Ромит осмотрелся, стараясь не выдать волнение, но так ничего и не увидел. Лес казался обычным.

- Пойдём! Предупредим Орду.

Девушка коротко кивнула, и они двинулись. Страшные спутники, если они всё ещё были рядом, себя никак не проявляли. Ночной лес, наполненный обычными звуками, дополняемыми всё больше гулом сражения по мере приближения к лагерю.



Такифир внимательно выслушал послание Готгарда и приказал тут же сворачиваться.

В то время как на передовой шла отчаянная рубка, лагерь спешно собирали в путь.

- Ромит, - обратился слепой вождь к разведчику, - поднимай Ренгала и совместно прикрывайте наш отход со стороны леса. Бери свой отряд... Ты ранен?

- Пустяки, - буркнул в ответ орк, но слегка пошатнулся, неправильно ступив на правую ногу.

- Нам предстоит стремительный бросок. Я хочу, чтобы ты был в строю. Возьми у лекаря...

- Я всё понял, вождь.

- Действуй. Позови Кирона.

После разговора с военачальником Орда приготовилась отходить перед рассветом. Всё больше воинов оттягивались на юг, организованно оставляя обустроенные позиции.

Почуяв шанс нежить усилила напор, собирая кровавую жатву с отступающих. Отрядам прикрытия приходилось прилагать неимоверные усилия, удерживая строй, не допуская прорыва вурдалаков в тыл.

Катапульты и баллисты пришлось бросить. От них, итак, проку было немного. Отходили спешно и налегке.

Хул яростно сражался, не желая отступать и, выбрав момент, Ахира приблизился и вонзил бесстрашному зверю в сердце заранее приготовленное шаманами копьё. Почти уже обратившийся в неконтролируемую нежить могучий волк, с бесконечным недоумением в глазах посмотрел на бледноглазого орка и опустился на залитую кровью землю.

- Прости меня, крепкий волчонок, - прошептал Ахира, обнимая мохнатую шею умирающего зверя. - Я должен был...

Дальше пришлось быстро отходить. Нежить напирала, и в любой момент какой-нибудь резвый вурдалак мог вцепиться в горло. Ахира вскочил на ноги и скомандовал своим отход.

Тая отступала вместе с вождём и его охраной в первых порядках. Огромный волк, на спине которого она сидела вместе с Такифиром, грозно рычал, то и дело поворачивая морду на север, где шла битва.

Почуяв лёгкую добычу, в небе заверещали горгульи. Пикировать на отступающих воинов, не готовых к атакам сверху, было их любимым занятием.

Несколько ночей летающие твари, понёсшие значительные потери в начале битвы, не лезли напролом, лишь изредка кидались с небес, стараясь отвлечь орков от наземной атаки. Теперь же, видимо, подкопив численность, они все бросились в погоню, стараясь перерезать путь отступающим.

- Сверху! - заорал один из воинов Такифира, готовясь встретить копьём вынырнувшую из тучи тварь.

Тая вжалась в спину вождя и зажмурилась, надеясь, что её не заметят. Но горгулья, видимо, решила иначе. Спикировав, она резко увернулась от копья, выставленного навстречу, получив лишь слабый тычок в левое бедро, потеряла управление и в самоубийственном манёвре протаранила волка вождя.

От такого мощного удара в левый бок мохнатый зверь повалился и перекувыркнулся, потеряв наездников. Охрана тут же подскочила и, подхватив Такифира, потащила его прочь, через несколько мгновений исчезнув в темноте.

Тая пришла в себя от удара о землю почти сразу. Контуженная крылатая тварь распласталась рядом и держала её за ногу, постепенно отходя от столкновения. Отчаянно дёрнувшись, девушка сумела высвободиться и на четвереньках рванула прочь.

Редкие огни разрывали мрак. Орки отходили, отбиваясь то от горгулий, то от выныривающих из темноты вурдалаков. В суматохе никто не обращал на Таю внимания. А она ползла в сторону, на запад, лишь бы скорее выбраться из этого кровавого хаоса. Но хаос не кончался.

Девушка не могла этого знать, но Такифир приказал Кирону отводить основные силы сначала на запад, а только затем отворачивать на юг.

Уже скоро, с приближающимся рассветом Ленагор должен был ударить в спину Орде. Но теперь ситуация изменилась. Отходя на запад, отряды орков заманили рванувших за ними вурдалаков прямо в спящий лагерь войска восточного королевства.

Да, дозоры Ленагора заметили врага заранее и успели поднять тревогу, но орки резво отвернули на юг, удачно сбросив на растерявшихся людей разъярённых мертвецов.

Для кровожадной нежити не имело никакого значения, кто перед ней. Она готова была лишь рвать и жрать. Этим она и занялась, сметя передовые ряды людей, так и не успевшие выстроиться в оборонительную линию.

Последними из орков отходил сводный отряд Ромита и Ренгала. Воины буквально вытащили голову из затягивающейся петли, чуть не попав между нежитью и войском Ленагора за мгновения до столкновения.

Именно Ромит заметил Таю, мечущуюся в темноте.

- Девчонка! Стой! - Ему пришлось отклониться в сторону, чтобы схватить её за плечо. - Куда ты?!

Тая дёрнулась, но обернулась. Ужас в глазах сменился на осознание. Она узнала его. Ромит попытался подхватить её и взять с собой, но девушка не далась.

- Я хочу тебя спасти! - попытался объяснить разведчик. - Мы отходим. За нами только гибель.

Словно в подтверждение его слов из темноты выскочила четвёрка вурдалаков и яростно визжа набросилась на воинов отряда. Ренгал сразу же умудрился пригвоздить копьём самого резвого. От второго отмахнулся топором раненный орк, едва держащийся на ногах. Вурдалак отлетел, но по кряхтению, доносящемуся из темноты, планировал вернуться ещё более злым.

Ещё два вурдалака умудрились совместно атаковать генхана, промахнувшегося дротиком и не успевшего вовремя выхватить клинок. Один привычно кинулся кусать ноги, другой вгрызся в шею. Генхан был обречён.

- Ромит! Уходим! Ромит! - Ренгал выпустил дротик в темноту. По хрипящим звукам, видимо, попал в одного из мертвецов, утаскивавшего товарища прочь. - Ромит! - В голосе явно прозвучало злое рычание. Промедление стоило жизней.

Вместо ответа разведчик попытался снова схватить Таю, но та не далась.

- Погибнешь!

- Там Ринок! - упрямый голосок дрожал, но был твёрд.

- Ромит! - оклик Ренгала становился злее.

Разведчик сделал шаг. В конце концов, девчонка сама должна решать свою судьбу. Её жизнь не стоит гибели товарищей.

Тая проводила взглядом отряд, исчезнувший в ночи. Странное упрямство тут же сменилось ужасом от осознания принятого решения. Что она делает?! Но непонятное наитие указывало двигаться навстречу опасности - разразившейся бойне между войском Ленагора и атакующей нежитью.

Через несколько шагов она расслышала чавканье, а затем увидела вурдалака, жадно пожирающего утащенного генхана. Его напарник, пронзённый тяжёлым дротиком, кряхтя, подползал ближе, надеясь разделить кровавую трапезу.

Тая шарахнулась, стараясь незамеченной скрыться в высокой траве, но пятясь назад, споткнулась о труп орка. Невредимый вурдалак отвлёкся от растерзанного тела и двинулся к ней.

Девушка не была уверена, чует ли он её. Из книг она знала, нежить не только прекрасно видит в темноте, но и чует живых на большом расстоянии. Вурдалак находился всего в пяти шагах, но вёл себя очень странно, как будто не видел её или, скорее, пытался, но не мог.

Поняв это, Тая начала отползать дальше в траву, пока не удалилась на достаточное расстояние, чтобы подняться и осмотреться.

В паре сотне шагов разгоралось сражение, нет, бойня. Душераздирающие звуки, крики, стоны, кровожадное хрипение разрывали тишину. Ворвавшись в не ожидавший ничего подобного лагерь Ленагора, нежить пировала.

Редкие крики командиров, прорывавшиеся сквозь безумный гвалт звуков, призывали отступать, стоять насмерть, выстроить оборону... Где-то впереди вспыхнул свет. Кто-то из магов, наконец, применил заклинание, отгоняя мертвецов, пытаясь создать защищённый купол. Свет озарил округу, и она предстала ещё более ужасающей, чем Тая предполагала.

Вурдалаки первыми ворвались в лагерь, сея хаос и разрушение. Справа уже подбирались оживлённые мертвецы и мясники. По крупам лошадей, разбросанным перед лагерем, девушка поняла, рыцари уже попытались спешно остановить нежить, но... теперь они лишь корм.

Свет дрогнул. Не боящаяся магии демоническая тварь перепрыгнула копейщиков, пытавшихся прикрыть чародея, и прикончила его, одним взмахом когтистой лапы снеся голову с плеч. Тварь, кажется, зарубили, но нежить словно волной смела защитников.

Ночь снова сомкнулась над лагерем. И отвлёкшаяся на происходящее Тая не заметила, как из травы на неё прыгнул вурдалак.

Но ещё в полёте он застыл, пронзённый чёрным, как сама тьма, то ли шипом, то ли клинком. Мертвец на пару мгновений так и замер, словно бабочка, проткнутая иголкой. Затем шип исчез, и вурдалак безжизненной тушей упал на окровавленную траву.

Кажется, невероятный подарок Талита защищает её. Сами Духи Чёрного леса оберегают носителя чёрной пластинки. Пусть будет так.

Тая направилась в почти самую гущу событий. Каждый шаг становился уверенней. Нежить вокруг либо не видела её, либо гибла, попытавшись накинуться.

Девушка успевала лишь замечать, как два силуэта, похожие на сгустки тьмы, мелькали вокруг, упокоевая мертвецов, посягнувших на её жизнь. Их движения были неуловимо быстры, а перемещения почти невидимы.

Это на себе почувствовал и мясник. Уродливое чудовище, оказавшееся поблизости, доковыляло до девушки и, ожидая лёгкую добычу, пыталось атаковать крюком. Вот только вскинутая вверх рука вдруг отделилась от тела и куском мяса плюхнулась наземь. Ещё через пару мгновений от мясника осталась лишь неподвижная куча тухлой плоти.

Такие действия не остались незамеченными. Воины Ленагора, будучи и без того смертельно напуганными, шарахались в сторону. Кто посмелее и сообразительнее пользовались возможностью, чтобы отступить и унести ноги подальше. Кто-то из рыцарей старался организовать оборону, сзывая уцелевших.

Пирующая нежить обращала мало внимания на собственные потери. Однако гибель мясника привлекла взор некроманта. Мёртвый колдун шагнул навстречу Тае, и оказавшиеся рядом солдаты Ленагора пали прахом на землю. Девушка же осталась стоять, словно магия нежити не коснулась её.

В светящихся могильным зелёным светом глазах мелькнуло удивление. Некромант остановился, вовремя сообразив не приближаться, а вот банши, свирепствовавшая совсем рядом, калеча несчастных солдат, завопила леденящим кровь криком и... словно поперхнулась, не причинив Тае вреда. Злобный дух метнулся вперёд, намереваясь вселиться в беззащитную девушку, но в паре шагов до цели словно увяз в липкой тьме. А ещё через несколько секунд яростно мечась и хрипя растворился, словно разодранный на мелкие куски.

Видевший всё это некромант незаметно скрылся в ночи. Только было непонятно, испугался ли он того, что защищало Таю или порозовевшего на востоке неба. И хотя восход ещё скрывался за Дикими холмами, нежить стала отползать, оставив пировать лишь демонических отродий.



Орда более-менее успешно отступила. Благодаря манёвру, позволившему нежити сцепиться с войском Ленагора, орков преследовало лишь незначительное количество мертвецов.

С наступлением рассвета Орда остановилась на привал, а отряды разведчиков на волках устремились в разные стороны.

Если бы Такифир был Кролоном, он бы рвал и метал, узнав, что его воины оставили несчастную человеческую девчонку просто-напросто умирать одну в окружении кровожадной нежити. Но Такифир лишь тяжело вздохнул и промолчал, когда Ромит с виновато опущенной головой доложил, что видел Таю, но не привёл с собой.

Девчонка, по сути, спасла Орду вовремя передав послание Готгарда. Она заслуживала совсем другой участи, участи почётного друга орков, о котором сложат хотя бы одну песню.

Подлечив раненных и передохнув, орки отправились на юг, к своему любимому Комнскому лесу. Где-то здесь, на его северной границе они будут строить новый рубеж обороны. В Полок уже отправлены гонцы с последними новостями.

К ночи добрались до опушки и принялись разбивать лагерь. Пока что нежить не показывалась.

Ближе к полуночи, когда небо снова заволокли тяжёлые тучи, вернулись разведчики. Взмыленных волков увели на отдых, а главные отрядов прибыли на доклад к вождю.

Худощавый и резкий в движениях молодой орк взял слово первым.

- Ушли когда, враг продвинулся дальше и закопался рядком с бывшим нашим лагерем... где бились эти ночи. - Говорил разведчик также резко, порывисто, как и двигался. - Мясные деревья видели. Растут теперь в Долине Мрачных Душ. Много. Созревают отродья, не боящиеся света. Скоро их будут сотни, и они рванут в атаку.

Такифир коротко кивнул, показывая, что услышал, и повернул голову ко второму командиру.

- Рыцари Ленагора разбиты, - пробасил старый матёрый разведчик, лицо которого пересекал старый шрам. - Нежить в волю поживилась. Некроманты подняли свежаков, сильно пополнив своё войско. Мы задержались, чтобы проследить, куда оно двинется дальше, и сколько у нас есть времени.

- И? - с нетерпением рыкнул Кирон.

- Нежить вошла во вкус и двинулась за свежим мясом в Ленагор. - Злорадство прозвучало в голосе орка. - Люди хотели разбить нас, но теперь пожинают плоды своего предательства.

- Передышка - это хорошо, - заметил Кирон, обращаясь к Такифиру.

- Плохо, - незамедлительно ответил вождь и, почувствовав недоумённые взгляды, добавил: - Мы истощали нежить, и в этом был шанс. Поглотив Ленагор, мертвецы двинутся к нам с ещё большей мощью.

- Если Ленагор будет сопротивляться, у нас будет больше времени на подготовку. - Гарок старался найти положительные стороны в ситуации. - Может быть, даже недели.

- Его войско разбито, - не согласился Кирон. Презрение сквозило в его голосе. - Что смогут сделать крестьяне? Король предал своих. Надеяться на стойкость простого люда нет смысла. Он лишь мясо, дрова для костра смерти.

- Вождь, - снова подал голос старый разведчик, - я не знаю, как будет, но мы видели нечто странное. - Дождавшись, пока вопросительные взгляды всех присутствующих обратятся на него, продолжил: - Мои воины отходили последними, и я оставил двоих присматривать за ходом битвы... Булкорг видел хлипкую девчонку, бредущую прямо сквозь мясорубку, и нежить вокруг неё... распадалась на куски. Как будто... нечто невидимое рассекало их кости и плоть.

- Кажется, у людей Ленагора ещё может быть шанс, - улыбнулся Такифир. - Ахира!

Обладатель бледно-серых глаз шагнул из тени, как будто только что появился.

- Собери опытных наездников в один мощный отряд. Сам его возглавишь. Будете «подгрызать» нежити брюхо, мешая расправиться с Ленагором.

Короткий кивок вместо ответа, и военачальник Волчьей Пасти снова отступил в тень.

- Кирон! Подготавливайте оборону! Мы будем стоять здесь.

Глава 20. Мёртвый город

Люди Ленагора говорят, что подземное царство — это наказание для эльфов за их высокомерие. Когда-то их магия проникала в самые глубины земли, нарушая покой старинных духов. Но однажды они пробудили что-то, что не должно было быть пробуждено. Проклятие из эпохи Предков. Жуки появились из трещин и расколов, принося с собой тьму и смерть. Эльфийские маги пытались остановить нашествие, но их ритуалы лишь усугубили положение. В результате они были прокляты, а их души связаны с этими существами навечно.

Теперь это место — символ забытого величия и наказания. Подземное царство продолжает расти, поглощая всё больше земли, и никто не знает, где его предел. Даже самые смелые авантюристы, отважившиеся спуститься в верхние горизонты этого царства, редко возвращались. А те, кто вернулся, никогда не говорят о том, что видели, лишь их глаза, полные ужаса, могут рассказать больше любых слов.

В глубинах царства можно услышать звуки, которые невозможно объяснить. Это не только шум ползающих жуков или скрежет их когтей по камню, но и голоса, будто доносящиеся из самых глубин. Эти голоса иногда зовут по имени, иногда плачут, иногда хохочут. Никто не знает, кто или что говорит, но стоит прислушаться — и безумие станет твоим спутником.

Подземное царство огромных жуков, разросшееся под эльфийскими землями, остаётся загадкой, которую никто не может разгадать. Это место, где жизнь и смерть смешались, где магия и природа создали что-то совершенно новое и ужасающее. Это место, где шёпоты мёртвых никогда не умолкают.

Темнота окутывала всё вокруг. Первое, что ощутил Талит, было сковывающее, липкое тепло. Он попробовал пошевелиться, но его движения наткнулись на упругую преграду. Липкий материал обволакивал его тело, удерживая в коконе, словно в тюрьме. Его сердце забилось быстрее, но страха не было. Как никак, он сам позволил жукам себя утащить.

Рядом, сквозь толщу кокона, раздался слабый звук - стон. Эдора. Её голос был глухим, приглушённым, но он отчётливо достиг слуха Талита. Её тоже держали в таком же коконе, как и его. Парень ударил ладонью по стенке кокона. Липкая субстанция подалась, но не разорвалась. Он сконцентрировался, и липкий материал пронзило чёрное лезвие.

Оно поползло вверх, разрезая стенку кокона. Ещё пара мгновений, и Талит был свободен.

Эдора тоже боролась. Её ногти царапали внутреннюю поверхность кокона, она чувствовала, как мягкая субстанция разрывается под её усилиями. Когда наконец её рука вырвалась наружу, к ней хлынул затхлый воздух подземелья. Она жадно вдохнула, не замечая, как липкая пленка ещё держит её ноги.

Талит подошёл и помог ей выбраться. Девушка с отвращением спешно очистила себя от липкой слизи и удивлённо уставилась на парня, под одеждой которого проглядывала угольно-чёрная... кожа?

Талит заметил это и, пожав плечами, произнёс:

- У всех свои секреты. Давай выбираться? - Его голос прозвучал неожиданно громко в угрожающей тишине.

Девушка кивнула и только сейчас осмотрелась.

Вокруг них раскинулся огромный зал, освещённый странным зеленоватым светом, исходящим от жуков, что бродили вдоль стен. Эти существа казались равнодушными к их пробуждению, но их стрёкот и скрежет когтей, словно разрезающие тишину, создавали зловещую атмосферу.

Талит медленно сел, счищая липкую массу с лица. Его взгляд скользнул по стенам, где хитиновые наросты переплетались с древними эльфийскими фресками. Казалось, что эти образы оживали под мерцанием зелёного света. Он взглянул на Эдору - её лицо было бледным, но страха не было. Разве что немного. Она попыталась встать, но ноги дрожали, будто не слушались её.

- Ты в порядке? - хрипло спросил Талит.

- Где… где мы? - прошептала Эдора, осматривая пространство. Она ещё не до конца понимала, что произошло.

Окружающий мир выглядел как воплощённый кошмар. Потолок зала терялся в темноте, но время от времени там что-то шевелилось. Стены, казалось, дышали, а земля под ногами пульсировала слабым светом, будто сердце этой тёмной земли било где-то в глубине.

Талит помог Эдоре подняться и очиститься от слизи. В голове крутилась только одна мысль: выбраться. Они не знали, зачем жуки утащили их сюда живыми и невредимыми, но оставаться и выяснять это совершенно не хотелось.

- Нужно идти, - сказал Талит, взглядом указывая на самое очевидное, полуразрушенную лестницу, уходящую вверх всего в нескольких десятках шагов.

Эдора кивнула, и они двинулись вперёд, оставляя позади липкие коконы и жуткий зал.

Лестница встретила их лёгким хрустом каменной крошки. Эдора ойкнула и стала подниматься осторожней. Острые камешки больно впивались в босые ноги Её Светлости. Талит, заметив это, поспешил расчистить ногами узкую полосу, по которой девушка могла идти спокойно.

Парень ещё раз взглянул на неё. В почти кромешной тьме девушка выглядела потрёпанным ангелом, от которого исходило лёгкое сияние. Он невольно залюбовался, но тут же отогнал неожиданные мысли прочь. Жуки утащили их сюда живыми не просто так. Теперь предстояло выяснить их мотивы или лучше всего просто быстро и незаметно убраться подальше.

Лестница наверх оказалась витой и бесконечно длинной. Уходя вверх, она пробивалась сквозь земную толщу, будучи единственным выходом к свету солнца.

Устав карабкаться по бесконечной спирали, Талит и Эдора устроили небольшой привал прямо на полуразрушенных ступенях.

- Надеюсь, наш отряд продолжит свой путь, - задумчиво произнёс Талит.

- Думаешь, мы сможем их отыскать?

- Надеюсь. Нас утащили далеко. На что ты смотришь?

Эдора уселась напротив стены, проводя пальцами по древним, полустёртым когтями проползавших тут жуков эльфийским рунам. Покрытые мутным налётом, они казались призрачными, отражающими давно забытое прошлое.

- Я учила эльфийские руны. Здесь написано... - Эдора остановилась и всмотрелась в потёртые линии. - "Кто ступает вниз, навсегда останется в подземном царстве". Здесь неразборчиво. Как будто предупреждение... Оно написано поверх старых фресок, словно наспех.

- Что ты знаешь об этом месте?

- Я украдкой пробиралась в библиотеку Собора и тайком читала книги про нежить, эльфов и древние катастрофы. - Эдора вздохнула, вспоминая. - Кое-что могу зачитать наизусть.

И она начала тихий рассказ. Звук её мягкого светлого голоса был настолько чужд этому месту, что, казалось, сам разгонял тьму и отпугивал ненароком приближавшийся шорох.

Под старым эльфийским городом, где каменные башни давно склонили свои шпили под тяжестью веков, где мраморные мостовые заросли мхом и корнями, а величественные залы наполнились тишиной, раскинулось мрачное и таинственное подземное царство огромных жуков. Это место, поглощённое тьмой, давно перестало быть просто пристанищем существ из мира живых; оно стало воротами в иное измерение — царство мёртвых, где стены шепчут легенды о давно ушедших душах.

Пройти в это царство можно только через узкие лестницы, вырезанные руками эльфийских мастеров тысячи лет назад. Эти ступени, обломанные временем, местами покрыты странным налётом, что переливается в свете магических светильников. На стенах начинают проявляться выгравированные сцены, изображающие битвы, танцы и тайные ритуалы. Однако эти изображения изменены временем — кажется, будто камень живёт своей жизнью...

- Интересно, кто написал эти строки в те книги? - Талит перебил на мгновение замолчавшую девушку. - Много красивых и таинственных слов, но мало полезного.

- Думаю, маги древности, - предположила Эдора, вздохнув. - Они могли записать это со слов немногих выживших эльфов, добравшихся до Ленагора. В книгах всё должно быть красиво.

- Я думал, они должны нести знания.

- Пойдём?

- Ты отдохнула?

- Здесь нельзя отдохнуть, - вздрогнула Её Светлость, словно пытаясь стряхнуть с себя нечто невидимое. - Силы уходят незаметно, как испаряется вода.

Они продолжили путь наверх, карабкаясь во мраке и ориентируясь почти только наощупь. Едва уловимое зеленоватое свечение стен, будто наводило некий морок, дезориентируя, а воздух казался таким густым и плотным, словно волшебной паутиной, мешая двигаться.

Уже когда силы казались на исходе, сверху показался зев прохода. Бесконечная лестница обрывалась столь же мрачным выходом, ведущим... нет, не на поверхность и свежий воздух.

Эдора выглянула из-за спины Талита, взяла его за руку, сконцентрировалась, словно подпитываясь от физически более сильного парня. Спустя пару мгновений на кончике пальца её левой руки засиял крохотный огонёк, словно в это безумное мрачное царство спустился светлячок, пылинка небесного светила.

Он сорвался и полетел вперёд, вырывая из мрака очертания огромного зала, своды которого поддерживали мощные полуразрушенные колонны, уходящие в чёрную пустоту.

Пол оказался покрыт густым слоем земли, смешанной с остатками эльфийских руин - осколками мрамора, обломками колонн, обломками старинных гобеленов. Повсюду торчали останки - то ли жуков, то ли иных существ, что осмелились сюда спуститься за все эти столетия. Кое-где виднелись обрывки старых эльфийских пергаментов. Тексты на них давно стёрлись временем.

Талит опустился на колено и потрогал пальцами неоднородный слой, покрывающий пол, затем взглянул вверх, словно пытаясь разглядеть в непроглядном мраке потолок.

- Если здесь есть земля, - заметил он, вставая, - вероятно, до поверхности не так далеко. Надо найти лестницу наверх.

Эдора коротко кивнула. Её начинало слегка трясти то ли от холода, то ли от жуткой атмосферы, пропитанной магией древних проклятий.

Искать выход наверх посреди зала не было никакого смысла, поэтому они пошли вдоль правой стены, стараясь шагать бесшумно и оставаться не замеченными и дальше. Но каждый шаг отдавался эхом, словно кто-то невидимый шептал в ответ. Стена здесь переливалась, словно покрытая хитином, застывшим в плотной массе. Похоже, что сам камень подземелья давно сросся с трупами жуков, превратив зал в одно невероятное гнездо.

Шорох и скрежет доносился из темноты. Огромные жуки занимались своими делами или следили за ними, опасаясь показываться на глаза магу света?

- Ай! - вскрикнула вдруг Эдора, зацепившись в темноте за торчащий из стены шип. Или это была окаменелая лапа жука?

Предыдущие раны на теле девушки уже успели затянуться, но всё ещё покрывали её кожу багровыми полосами. Одной царапиной больше, одной меньше. Она вскрикнула лишь от неожиданности. Однако вдруг откуда-то рядом эхом раздался «Ай», но звучал он совсем иначе, словно нечто зловещее переспросило, выдохнув затхлый воздух из лёгких.

Талит тут же схватил спутницу и, закрыв рот, притянул к себе, бесшумно сдвигаясь во мрак, за ближайшую колонну. Эдора лишь успела заметить, как его рука, касающаяся лица вдруг облачилась в чёрное, перестав излучать тепло тела. Ещё мгновение, и её заслонил собой сливающийся с тьмой полностью чёрный силуэт. Его рука опустилась, перестав зажимать рот и позволив снова спокойно дышать. Но вместо глубокого вдоха девушка замерла.

Летевший чуть поодаль светлячок тут же погас. И словно в ответ совсем рядом хрустнул маленький камешек. Пока ничего не было видно, но присутствие кого-то или чего-то вдруг коснулось разума, вонзив в него иглу страха. Её Светлость успокаивала близость Талита, излучающего уверенность и решимость сразиться с неведомым, чем бы оно не было.

Вот ещё. Крошка посыпалась с колонны, за которой они спрятались. Тихий хриплый вздох? Эдора почувствовала, как Талит напрягся. Одно мгновение и...

Он сбивает её с ног, одновременно уходя из-под удара. Девушка больно падает на камень, но тут же понимает, что невидимый мощный удар пробил мрамор на месте, где только что была её голова.

Талит бесшумно скользнул во мрак, и оттуда теперь доносились звуки боя, но не обычного, а очень тихого, словно густые злобные тени толкались во мраке.

Эдора, наконец, пришла в себя, вскочила и вспыхнула ослепительным светом. Хотя свет не был столь ярок, как если бы это делал архимаг, он со звуком трескающейся ткани разорвал окружающую тьму.

Из темноты послышался ужасающий, скрипучий крик боли, она на мгновение отшатнулась от них, и, прежде чем она снова нахлынула, Её Светлость смогла разглядеть чёрный силуэт Талита, бьющегося с чем-то... кем-то выглядывающим из мрака.

Вспышка света оказалась неожиданностью для твари, обитающей здесь, и Талит в то мгновение, когда она отпрянула, успел заметить выход из зала. Он располагался не так далеко, и следовало воспользоваться возможностью.

- Беги! Там выход! - прокричал парень, прежде чем густой мрак снова надвинулся.

Благодаря подарку Призраков Чёрного леса, он мог прекрасно видеть сквозь тьму. Никакая магия не имела над ним власти. Поэтому Талит видел существо, прятающееся во мраке, пытающемся окутать его со всех сторон. Пока тварь ещё не поняла, что на него морок не действует, и не перекинулась на уязвимую Эдору, следовало выиграть время.

Девушка сообразила быстро. Она всё ещё светилась, хоть уже и не столь сильно. Словно ангел спустился навести порядок в подземелье смерти. Она рванула к увиденному зеву прохода, где угадывались ступени лестницы, ведущей наверх.

Выпад. Разъярённая тварь метнулась в сторону, но Талит успел перехватить её, преградив путь и взмахнув чёрным клинком. Расплывчатый силуэт, на мгновение показавшийся из тьмы напоминал призрачного паука, но голова и верхняя часть туловища казались эльфийскими... сильно изменёнными магией смерти и тёмными проклятиями, но всё же когда-то это был эльф.

Проклятый не ожидал встретить такое сопротивление. Его магия не действовала. Совершенно чёрный человек не поддавался никаким чарам, его острый клинок, неумолимо жалил окружающую тьму, ставшую за эти столетия частью его самого. Сил было мало. Никто из живых сюда не спускался уже очень долго. Голод изгрызал его, заставив в конце концов впасть в спячку. Но это неожиданное "Ай!" вырвало сознание из дрёмы. Подарок. Возможность утолить гложущий изнутри голод... или жажду...

Вспышка света ударила обжигающей волной, заставив отскочить. Но голод... вот долгожданная добыча. Сама спустилась к нему.

Эдора домчалась. Не обращая внимания на острые осколки на полу, впивающиеся в босые ступни, оставляющие новые раны, девушка успела достигнуть выхода из огромного зала. Она обернулась в надежде увидеть сразу за собой Талита, но он был ещё далеко, неустанно и успешно отбиваясь от кидающегося на него мрака.

- Беги! - крикнул он ей. - Я догоню!

Ну нет. Её Светлость собрала все силы в кулак и метнула в чудовище шар света. Пронёсшись сотню шагов, он врезался во мрак и прожёг его, взорвавшись ослепительной вспышкой. Душераздирающий вопль врезался в уши. Твари, видимо, сильно досталось, но выяснять это не стали.

Талит уже был рядом и, взметнувшись вверх по ступенькам, потащил Эдору за собой.

Бешеный подъём прекратился только минут через пять, когда точно стало ясно, что преследования нет. Чёрная оболочка снова сползла с парня, и он внимательно осмотрел девушку.

- Ты в порядке? - Его взгляд скользил по совершенно истрёпанной стройной фигуре Эдоры, прикрытой лишь изорванной ночной рубашкой. - Сядь. - Талит увидел израненные ноги.

Он оторвал рукава своей рубахи и шустро обмотал ими ступни девушки. Затем снял обувь и, словно облачая малое неразумное дитя, просто надел её на ноги Эдоры.

Её Светлость улыбнулась.

- Спасибо.

- Прости, что не догадался сделать это раньше, - виновато произнёс Талит. - У тебя точно всё в порядке?

Он дёрнулся снять с себя рубаху, но Эдора остановила.

- Не надо. - Её пальцы ненароком коснулись чёрной, облегающей руку парня материи, которая тут же спряталась под рубахой. - Что это?

- Это... подарок. - Талит уселся на ступеньку напротив. - Это такая... живая броня.

- Магия?

- Нет. Я даже не знаю, как объяснить. Это как будто у тебя есть... помощник, готовый в любой момент защитить и придать сил. Без него это чудовище, наверное, слопало бы меня.

- Я бы не позволила, - вдруг совершенно решительно заявила Её Светлость. - Я бы поджарила эту тварь...

- Я верю, - улыбнулся Талит в ответ. Ему была очень приятна компания обжигающей во всех смыслах девушки. - Идём?

Старые эльфийские врата, некогда украшенные витиеватыми символами, вели в подземное царство. Теперь же их орнаменты почти неразличимы — вместо изящных линий видно лишь хаотическое месиво, будто гигантские когти пытались разодрать камень. Врата охранялись несколькими жертвенными статуями, чьи глаза казались слишком живыми для мёртвого камня. Статуи не напугали Талита и Эдору, ведь они не направлялись в подземное царство, а выбрались из него, уже пережив кошмар глубин. Они глубоко вдохнули посвежевший воздух, хотя тот и был наполнен вонью тлена и смерти.

Едва они успели миновать зачарованные статуи, как Талит остановился и сдвинулся так, чтобы прикрыть собой Эдору. Под его одеждой шевельнулся подарок.

- Что? - шепнула девушка, напрягшись.

- У меня есть чувство, будто за нами кто-то следит. - Талит озирался по сторонам, стараясь не выдавать своего напряжения.

- Жуки? Или эта тёмная тварь?

- Нет, тут кто-то ещё. Прячется...

Едва Талит произнёс эти слова, как, хищно свистнув, над головой вонзилась стрела. Парень с девушкой тут же пригнулись и кинулись искать укрытие, обратно к вратам в подземелье. Но дорогу им преградил высокий воин в эльфийских доспехах и изогнутым мечом.

Талит и Эдора остановились, готовые к схватке. На кончиках пальцев Её Светлости затрепетало заклинание магии света. Незнакомец это заметил. Он медленно опустил остриё меча и с удивлением всмотрелся в незваных гостей.

В ответ смогли рассмотреть его и парень с девушкой. Хоть ни Талит, ни Эдора никогда не встречали высших эльфов, этот определённо был одним из них, но... он был каким-то... другим.

Он был высоким - да. Но не грациозным. Тело было неестественно вытянутым, как изломанная тень. Кожа - почти прозрачная, с тонкими венами, пульсирующими под поверхностью. На лице сохранялась призрачная эльфийская утончённость, но рот странно расползался вверх в неподвижной, выученной улыбке. Глаза - стеклянные, глубоко утопленные в орбитах, глядящие сквозь мир, как будто ловили не звук, а шёпот прошлого.

Сзади почти бесшумно показались ещё эльфийские воины. Такие же, как этот. Мрачные, усталые, словно иссушённые временем. Они окружили людей, возвышаясь над ними безмолвными призраками. Тот, кто первым предстал перед ними, шагнул ближе, словно пытаясь почувствовать запах, убедиться, что глаза его не обманывают.

- Кто вы такие? - его голос звучал хрипло, а слова получились несколько нечёткими, будто их очень давно не произносили.

- Меня зовут Талит. - Парень выступил вперёд, готовый к любому развитию событий. Однако то, что с ними решили поговорить, уже давало понять - непосредственной опасности нет. - Мы оказались здесь случайно.

- Нас притащили сюда жуки, - добавила Эдора, не желая быть безмолвной тенью Талита. - Они пленили нас, но нам удалось выбраться.

- Здесь везде жуки, - презрительно фыркнул эльф, давая понять, что ответ его не удовлетворил. - Без их участия ничего не происходит в этом проклятом месте.

- А где мы?

- Это древний город Миерантиль, - торжественно ответил эльф, и его голос зазвучал более звонко, словно величественная эпоха на мгновение пробилась сквозь мрачные века, как солнце из-за туч.

- Но скажите мне, как это возможно, что вы тоже здесь? – Парень окинул взглядом мрачных воинов. – Разве высшие эльфы не пали в войне с нежитью?

- Эльфы никогда не падут до конца. Когда-то здесь всё началось. Чёрная магия долгое время тайно овладевала разумом и душой принца Растана, напевая ему песнь смерти и безграничной власти. Поддавшись, он долгие годы вынашивал свой план, а затем предал короля-отца, вонзив ему проклятый клинок прямо в сердце. Нежить вырвалась из глубин подземелий, заполонив улицы Миерантиля... – Воспоминания нахлынули на эльфа. На его лице вновь отразились почти забытые или подавленные за прошедшие века чувства. – Ни один враг не мог преодолеть стены великого города. Но ужас пришёл из глубин самого Миерантиля. Царство мёртвых прорвалось прямо здесь... погубив свет древ эльфийских родов.

- Будьте нашими гостями, - перебил рассказ другой воин, открывая дорогу и делая приглашающий жест. Он бросил странный взгляд на первого, и тот затих, лишь устало выдохнув.

Эльфы повели Эдору и Талита через руины древнего города Миерантиля, в царствах людей слывшим лишь погибшей, полузабытой легендой.

Они шли через город-призрак.

Вокруг возвышались обугленные остовы башен, стены которых трещали от векового напряжения. Из широких трещин сочился густой серый туман, ползущий по пустым улицам. Каменные мосты над их головами были разорваны, а остатки их пролётов нависали, словно готовые в любой момент рухнуть. Последствия заклинаний чёрной магии.

Ветер гнал по брусчатке клочья пепла и сухие, ломкие как стекло, обломки – некогда лиственные деревья обратились в крошево серых щепок. Высохшие кости животных и эльфов валялись в тенях разрушенных домов, обросшие плесенью и странными хитиновыми наростами.

Однако Талит всматривался не в пустынные мрачные улицы города, он рассматривал провожатых.

Эльфийские воины двигались впереди, будто не замечая ужаса вокруг. Они ступали с холодной, выученной грацией. Их доспехи, обрывки старых эльфийских одеяний, были насквозь пропитаны временем: проржавевшие, запятнанные, покрытые наползающим хитином. На некоторых воинах прямо из плечевых пластин пробивались тонкие, блестящие выросты, как будто тело пыталось вырастить на себе чуждую плоть.

Воспользовавшись моментом, парень незаметно обратил внимание Эдоры на это. Девушка сморщилась и кивнула, давая знать, что поняла.

Они замечали, как в переулках иногда шевелились фигуры. Сгорбленные, с вытянутыми конечностями, покрытые лоскутами какой-то органической материи, эти существа следили за ними из теней, но не выходили на свет.

Фонтан, мимо которого они проходили, был наполнен не водой – в его чаше застыла чёрная, тягучая жижа. В ней покоились серые сгустки и остатки разложившихся тел, а из центра фонтана росло что-то вроде хитинового стебля, пронзившего насквозь несколько скелетов.

Эльфы не обращали внимания на столь ужасающую структуру. Они казались безразличными к руинам древней столицы.

Они миновали разрушенный храм, его колонны были обвиты щупальцами серой лозы, а из-под купола сочилась грязная паутина, набухшая влагой.

Их путь вёл в сердце города – к дворцу.

Дворец когда-то был великолепен. Теперь его стены трещали под тяжестью столетий. Витражи были разбиты, арки – обрушены. Огромные коридоры, ведущие внутрь, тонули в полумраке, источая запах гнили и старой крови. Смерть царила повсюду, отвоевав своё царство у жизни.

На пороге их встречала стража – точно такие же мрачные и молчаливые воины. Их кожа трещала, словно высохшая бумага, но в глазах мелькнул огонёк удивления, когда они осознали, что к ним привели двух живых людей. Они коротко поклонились, жестом приглашая пройти внутрь.

Их провели через тёмные коридоры дворца, где в щели разрушенных стен проникал бледный, словно мёртвый, свет. Стражи шли впереди, держа странную торжественность в каждом движении.

Когда они вошли в большой зал, Эдора зажмурилась от света – ей показалось, что попала в святилище. Повсюду сияли высокие окна с разноцветными витражами, пол был устлан мягкими коврами, а в воздухе витали сладкие ароматы цветов. Женщины в изящных одеждах склонились над детьми, шили, плели венки, пели тихие песни. Вокруг царил мир, надежда и благословение.

Эдора замерла, очарованная этим видом. Сопровождавшие воины преобразились, став именно такими, какими их воспевали в древних песнях, ярких и величественных.

- Что это? Как? – выдавила девушка, восторженно глазея по сторонам. – Какая красота! Тут.

Ответа не было. Её Светлость обернулась и не увидела своего спутника.

- Талит! – Тревога закралась в сердце. – Талит!

Вдруг чёрная рука, ворвавшаяся словно из пустоты, схватила её и потянула к себе. Эдора словно вывалилась из сна. Чёрная рука принадлежала Талиту. Его защита сработала.

- Что...?

- Смотри внимательнее. Их лица… их руки…

Эдора насторожилась. Она всмотрелась — и на мгновение обманчивый свет дрогнул.

Большой зал был покрыт плесенью. Вдоль стен сидели и ползали изломанные, иссохшие фигуры – женщины с ломаными пальцами, чья кожа местами сморщилась, а местами трескалась, обнажая под ней жёсткий, желтоватый хитин. Их лица были искажены, словно в гримасе боли, но поверх натянуты выцветшие, мёртвые улыбки. Дети? Нет. Это были странные, застывшие существа: некоторые с вытянутыми конечностями, у других на лбу прорастали узорчатые наросты, а тела были тонкими, как пергамент, и едва держались вместе.

Эдора увидела, что одна из женщин, сидящих на полу, шила не одежду, а какие-то серые, склизкие нити, которые вытекали прямо из стены. У другой девочки были длинные, насекомоподобные пальцы, тонкие и блестящие, словно покрытые панцирем.

- Что это за морок? - прошептала она, едва двигая губами.

- Они часть этого места, - пояснил Талит. – Порченные, как и весь город.

- Но… Я вижу другое.

Иллюзия всё ещё пыталась удержать Эдору в своих объятиях. Сладкие песни звучали в её ушах, цветы благоухали в воздухе. Но теперь она видела их истинную природу – источники запаха были не цветами, а гниющими тканями, разбросанными по углам. Песни звучали слабо, надтреснуто, будто их пели давно умершими горлами. Восприятие смешалось, вводя в заблуждение, и Эдора крепче сжимала руку спутника, словно утопающий держится за спасительную соломинку.

Вперёд вышла высокая женщина. Её фигура была закутана в белые одежды, а лицо скрыто вуалью.

- Добро пожаловать, - сказала она. - Мы ждали вас, и мы рады вам.

Голос её дрожал, искажаясь эхом в пустом зале.

Талит сжал руку Эдоры. Его силуэт плыл, словно это он был призраком в эльфийском дворце.

- Вы устали с дороги, - продолжала тем временем прекрасная эльфийка. Её голос звучал так мягко и нежно. – Разделите с нами плоды трудов наших и дары природы матери.

Тёплый свет фонарей, подвешенных на золотых цепях, мягко заливал пиршественный зал. Стены были украшены росписями с изображениями деревьев, цветов и птиц. Всё жило и переливалось в иллюзии, сплетённой столь искусно, что даже Эдора, знающая о этом, едва не забывала, где находится.

Стол, накрытый тонкой материей с вышивкой, ломился от угощений: жареная дичь, свежий хлеб, виноград, ароматные травы в глиняных мисках. Вино искрилось в кубках. Женщины-эльфы с детьми усаживались с радостью, оживлённо перешёптываясь. На их лицах была искренняя благодарность.

У Эдоры потекли слюни от обворожительно пахнущей еды. Она изголодалась, и челюсти сводило от желания впиться в мякоть плодов.

Но Талит видел правду.

На месте фруктов лежали жёлто-серые хитиновые массы, источающие кислый запах. Мясо было тёмным, местами с шипами, местами с тонкими усиками. Хлеб – это всё те же засохшие панцири, перемолотые и спрессованные в подобие лепёшек.

Он видел, как воины, в отличие от своих семей, ели сдержанно. Их лица оставались невозмутимыми, но в глазах скользила тень осознания. Воины знали, что подают на стол. Более того, они приносили это.

А дети и женщины… они улыбались, смеялись, утирали губы платками, не ведая, что поедают трупы насекомых, извлечённых из глубин.

Талит вновь одёрнул руку Эдоры и склонился к ней:

- Не ешь. Как бы тебе ни хотелось. Ни крошки. Это всё – иллюзия.

Эдора, облизнув пересохшие губы, с трудом отвела взгляд от блина с мёдом. Мёд пах яблоками и тёплым детством. Её живот болезненно сжался.

- Я... вижу пир, - прошептала она. – Всё как на королевских трапезах в Трафобе.

- Это не мёд. Это слизь. Смотри на воинов. Они знают. А женщины... они – слепы.

Эдора подняла взгляд. Воины действительно стояли мрачными тенями, наблюдая за тем, как питаются их семьи. В их взглядах не было ни радости, ни тревоги, лишь холодное отвращение. Они знали всё.

Они сидели, делая вид, что участвуют в трапезе. Эдора имитировала движения, поднося ложку к губам и лишь притрагиваясь к пище. Одуряюще пахнущие блюда заставляли желудок больно сжиматься, а рот захлёбываться слюнями. И лишь осознание того, что всё это лишь мираж, за которым скрывается страшная правда, позволяли сознанию на грани срыва контролировать себя. Талит не ел вовсе. Он оказался не подвержен иллюзии, благодаря Духам Чёрного леса, одарившим его устойчивостью к подобным уловкам.

После ужина их повели через сводчатый переход, устланный коврами с узорами в виде золотых листьев и плывущих облаков. Эдора снова ловила себя на мысли, что всё здесь прекрасно – и всё же слова Талита, как якорь, держали её в реальности. Она украдкой касалась стен: под слоем красивой росписи чувствовалась шероховатость гнили и сухой плесени.

На повороте дорогу им преградила молодая эльфийка в белых одеждах.

- Для гостей подготовлены покои, - сказала она с лёгким поклоном. - Деве Эдоре – в Саду Вечной Зари. А для воина Талита – в крыле Древней Тишины. Там больше света и воздуха.

- Мы останемся вместе, - сразу сказал Талит, не меняя выражения лица.

- Это обычай, добрый воин. – Голос эльфийки оставался мягким и нежным, как журчание ручья. - Вам требуется покой. Мы не разделим вас надолго.

- Я предпочитаю обычаям здравый смысл. – Талит оставался непреклонным, голос зазвучал твёрже.

Эдора прижалась к нему плечом.

- Где он - там и я.

Женщина выдержала паузу, потом отвела взгляд. Рядом оказались два воина. Они не вытаскивали оружия, но встали слишком близко.

- Прошу вас, - сказала эльфийка уже строже. – Не пристало деве делить покои с мужчиной, не будучи его пред взором богов. – Вы испытали немало, но здесь безопасно. – Она повела рукой, показывая прекрасные эльфиские залы.

Талит напрягся, готовый силой отстаивать своё мнение, но Эдора опустила ладонь на его руку.

- Я не чувствую здесь злого умысла, - шепнула она ему на ухо. – Не стоит драться.

- Я буду рядом. Только позови. – Парень оставался напряжённым, словно натянутая тетива лука. Он взглянул на терпеливо ожидающую эльфийку. - Хорошо. Мы примем ваше гостеприимство. Но ненадолго.

Женщина кивнула и жестом велела отвести девушку прочь. Эдора бросила последний взгляд на Талита и позволила себя увести.

Талит задержался. Он пристально смотрел вслед Эдоре, а затем развернулся к одному из сопровождающих его воинов.

- Показывай дорогу.

Их шаги разошлись по двум противоположным коридорам, но между ними осталась незримая нить - осознание иллюзии, фальши и решимость не дать ей оборваться.

Покои Эдоры находились в прозрачной ротонде, будто построенной из утреннего света и цветущих лоз. Вокруг – тихий сад, полный шелеста лепестков, пения птиц и звона фонтана. Воздух пах жасмином, тело наполняла усталость, сладкая и мягкая, как одеяло в детстве.

- Здесь вы можете забыть тревоги, - сказала её провожатая, эльфийка с лицом такой спокойной красоты, что оно само вызывало желание довериться. – Ваш путь был долгим и утомительным. Вода тёплая, подушки свежие. Мы оставим вас наедине с покоем.

Она исчезла, растворившись в саду.

Эдора осталась одна.

Сначала было тихо. Очень тихо. Слишком.

Она села на краю ложа, окружённого цветами, и попыталась сосредоточиться. В воздухе появился тонкий звон, почти музыкальный, будто её мысли подхватил чей-то невидимый хор. Цветы склонились ближе. В фонтане отразилось небо, которое она любила в детстве.

Пускай это иллюзия, но какая же красивая, успокаивающая. Почему бы не воспользоваться возможностью и не расслабиться в этом прекрасном месте? Хотя бы на несколько часов окунуться в спокойствие, перед тем как придётся выбираться и снова бороться с нежитью и демонами.

«Не поддавайся», - встрепенулась Эдора. - «Это не моё. Это не настоящее. А вдруг я ошибаюсь?»

Внимание девушки привлекла птичка, воробей. Шустрый пернатый резвился в кронах золотых деревьев, спрыгивал к воде и снова взмывал вверх, бодро чирикая.

Усталость постепенно брала верх. Голодный желудок перестал бунтовать. Руки ослабли, и Эдора опустилась на кровать. Глаза медленно закрылись.

Талит не стал задерживаться в своих покоях. Какими бы они не казались чудесными под действием иллюзии, они были фальшивыми. Что здесь не так, в этом странном месте, где выжили те, кто давно считался погибшими?

Он скользнул наружу через окно и оказался на каменной террасе дворца. Ещё мгновение, короткая перебежка, и он вновь оказался внутри, но теперь уже в тёмном коридоре другого крыла.

Талит двигался быстро, но осторожно. Его шаги по потрескавшимся плитам древнего коридора отдавались в тишине глухим эхом. Стены были покрыты густой сетью трещин и почерневшими от времени росписями. Свет магических факелов был тусклым, будто боялся осветить правду.

Он почти добрался до Эдоры, когда путь преградили двое эльфийских стражей.

Их лица были бесстрастны, броня потускневшая, потрескавшаяся, в швах проглядывала какая-то серая органика, словно металл прирос к плоти. Они молча перекрыли ему путь, вытянув копья.

Талит остановился.

- Я не хочу драться, - хрипло сказал он, сжимая кулаки. – Дайте мне забрать свою спутницу и уйти.

Воины не ответили. Только шагнули ближе.

Талит поднял ладонь в знак мира.

- Скажите. Почему вы так живёте? Почему ваши семьи живут в иллюзии?

Один из воинов медленно повернул голову, и его голос прозвучал так, будто исходил сразу из нескольких ртов:

- Мы... защищаем их, - прохрипел он наконец. - До конца. Пока будет хотя бы один из нас...

Первый воин сделал выпад копьём - стремительный, как удар змеи.

Талит в последний момент ушёл в сторону, подарок Духов Чёрного леса мгновенно обволок его кожу, защищая, ускорил движение, почти сливаясь с окружающим мраком. В глазах воинов на мгновение мелькнуло удивление, но останавливаться они не собирались.

Они нападали теперь молча, методично, каждый удар отточен веками выживания в мёртвом мире.

Талит понял, говорить больше бессмысленно. Он двигался быстро и бесшумно, словно тень, сливаясь с темнотой там, где не падал свет магических факелов. Этот бой не был враждой. Он не хотел убивать, но и позволить им одолеть себя не мог.

- Стойте! – попытался он остановить воинов. – Я… - молниеносный выпад, уход от атаки, - Я хочу просто уйти. С Эдорой.

Это был чей-то приказ или эльфы действовали сами? Они как будто не хотели слушать, фанатично защищая… что?

В руке Талита появился чёрный клинок. Игры закончились. Взмах, и выброшенное в выпаде вперёд копьё упало на пол вместе с отрубленной рукой. Раненный воин отскочил. В его взгляде удивление. Он словно очнулся от сна.

- Линтор! – его голос зазвучал как-то иначе… живым.

Второй воин отпрыгнул назад, увеличивая дистанцию, и посмотрел на раненного собрата. Он тоже как будто всё понял.

- Что..?

Оба недоумённо повернули головы к Талиту.

- Вы во власти иллюзии, - попытался объяснить тот. – Вы хотели убить меня, чтобы я не раскрыл правду.

- Иллюзия… - задумчиво произнёс первый, зажимая кровоточащую культю.

- Иллюзия – это наше спасение, - вдруг раздался новый голос.

В коридоре появился тот самый первый эльф, которого Талит и Эдора встретили у врат в подземное царство. Он выглядел величественно и уверенно.

- Ты ранил одного из нас. – Одним движением головы он приказал воинам удалиться.

- Я не хочу смертей, - уверенно заявил Талит, чёрная защита которого, снова сползла под одежду. – Что здесь происходит?

- Я расскажу тебе. Но… - эльф шагнул ближе, но от его движений не исходило угрозы. – Мы возвели иллюзию.

- Вы?!

- Когда мёртвое царство ворвалось в город, начался кошмар. Большинство погибло, либо бежало. Нас окружили. Мы спрятались во дворце, надеясь дождаться помощи. Мы наивно думали, что наши войска сумеют отбить врага и вернутся сюда. Нужно было лишь продержаться до их прихода.

- Но они не пришли, - подытожил Талит, начиная понимать.

- Нет, не пришли. – Эльфийский воин тяжело вздохнул. – Пойдём, я отведу тебя к твоей спутнице. Поверь мне, ей не угрожает опасность. Иллюзия…

Они направились по коридору дальше, углубляясь в затянутые паутиной, прахом и мраком залы эльфийского дворца.

- Иллюзия – это творение нашего великого мага Элмирона, волею богов оставшегося тогда во дворце. Она помогает нашим семьям не сойти с ума.

Талит прищурился.

- Они не знают, что едят мертвяков. Они не знают, что их дети уже не дети. Что они сами... – он прервался. – Вы сами-то понимаете, кем стали?

В глазах эльфа вспыхнул гнев, но также быстро затух.

- А каков у нас выбор? Лишь смерть.

Талит лишь опустил взгляд. Какое он имел право осуждать этих несчастных, на протяжении веков запертых в городе, в котором не осталось надежды.

Эдора спала на ветхом, пыльном ложе, затянутым повсюду паутиной. Вся потрёпанная, изнеможденная, она тем не менее выглядела невероятно красивой и… живой, на фоне мёртвого окружения. Талит сделал шаг ближе и коснулся её руки.

- Эдора - позвал он тихо, но уверенно. – Эдора. – Голос зазвучал громче, и глаза девушки открылись.

Но она не видела его, оставаясь в иллюзии. Талит вопросительно взглянул на эльфа, стоящего за спиной.

- Иллюзия начинает овладевать ей, - озадаченно произнёс он. – Как и нашими семьями.

- Что делать? – в голосе Талита зазвучало беспокойство и слегка скользнула угроза.

- Надо идти к Элмирону. Он поможет.

Недолго думая, Талит подхватил Эдору на руки и последовал за воином через полуразвалившиеся коридоры, спускаясь временами вниз по лестнице всё ниже и ниже. Свет факелов становился всё более призрачным, нагнетая магическую атмосферу.

Когда закончился очередной коридор, кажется, находящийся уже под землёй, они вышли в большой зал В конце зала, у алтаря, на каменном постаменте, стоял старик в длинной потрёпанной мантии. Его лицо было скрыто под глубоким капюшоном, но руки – тонкие, узловатые, со светящейся татуировкой древних рун – уверенно держали раскрытую книгу.

Маг был один.

Он не обернулся, даже когда их шаги зазвучали по потрескавшимся плитам.

- Я чувствую вас, - произнёс он спокойно. Голос был тихим, обволакивающим, но не зловещим. В нём звучали лишь усталость и печаль.

- Разбуди её! – потребовал Талит.

Маг обернулся.

Лицо его было необычно ясным: светлая кожа, глаза, затуманенные временем, и взгляд – тяжёлый, как мир на его плечах. В нём не было ни ненависти, ни фанатизма. Только горечь.

- Зачем? Разве не лучше оставить её в мире, где нет зла, полном света, красоты и добра?

- Не лучше. – Терпение Талита заканчивалось. – Освободи её, верни в реальность, и мы уйдём из этого проклятого места.

- Отсюда нет выхода. Жуки никому не дадут уйти.

- Мы попытаемся. Жуки притащили нас сюда, мы и найдём путь наружу. Это не наша участь.

- Жуки?!

Казалось, Элмирон только сейчас осознал, что перед ним не его усталые и измотанные эльфы, а люди. В глазах отразились недоумение и растерянность. Он опустил книгу на постамент, подошёл ближе и осмотрел девушку. Провёл ладонью над её лицом.

- Она… Хм… Давно она так?

- Нет. Что с ней? – Беспокойство о спутнице начало стремительно возрастать.

Вместо ответа маг вернулся к книге, начал спешно её листать.

- Что с ней? – на этот раз голос Талита прогремел громом в магическом зале.

- Она… в иллюзии. Но не в моей. – Попытался объяснить Элмирон, пробегая пальцами по страницам древней книги. – Вернее, она глубже. Как будто внутри моей иллюзии есть ещё иллюзия.

- Что это значит?

Маг вернулся, занёс руку над лицом девушки и начал что-то шептать на эльфийском. Его голос становился всё глубже, проникая куда-то внутрь Эдоры. Талит даже почувствовал лёгкую вибрацию сквозь её тело. Подарок заволновался, готовясь в любой момент прикрыть хозяина.

И в этот момент, казалось, за стенами зала шевельнулось что-то огромное. Едва заметно, и, кажется, заметил это только Талит. Он медленно пустил Эдору на пол, осмотрелся.

Каменные стены зала, исписанные светящимися рунами, начали вибрировать едва заметно – словно старое дыхание, проникающее сквозь древние швы.

- Глубже, - пробормотал Элмирон, всматриваясь в зрачки Эдоры, - как будто кто-то уводит её за грань моего влияния…

Он приложил ладонь ко лбу девушки. Под его пальцами заструился тёплый золотистый свет. Иллюзорные лепестки, будто приставшие к коже Эдоры, сначала проступили в реальность, затем начали таять. Щёки вспыхнули, как от жара, губы шевельнулись.

- Кто-то ведёт её… - выдохнул маг.

- Кто?! - Талит словно пытался проникнуть взглядом сквозь стены, в попытке высмотреть неизвестного. - Кто ещё, кроме тебя, управляет иллюзией?

Но Элмирон не ответил. Его лицо исказилось напряжением, словно он пытался не просто вытянуть девушку, а удержать что-то, что с силой тянуло её в обратную сторону. Его руки дрожали.

В этот миг Эдора вздрогнула. Она будто дёргалась внутри сна. Лоб покрыли капли пота. Её дыхание участилось. Талит наклонился ближе, сжимая её ладонь.

- Я здесь. Эдора. Вернись. Слышишь меня?

Её веки дрогнули.

- Талит… ты…

- Да. Я с тобой. Слушай мой голос, и не верь ничему больше.

Где-то за пределами зала снова шевельнулось нечто. На этот раз звук был отчётливым, как движение сухого хитина по камню. Воздух стал чуть гуще.

Маг резко поднял взгляд.

- Кто-то сквозь мою магию добрался до неё…

Талит поднялся и шагнул к арке. За ней клубился мрак, в котором что-то двигалось, что-то неясное, тяжёлое, древнее.

- Это ты. Ты нас сюда заманил, - бросил он через плечо. - Или кто-то через тебя.

- Я не знал… - с трудом прошептал Элмирон, - я лишь пытался уберечь их… хотя бы разум. Чтобы не сошли с ума. Я не знал, что оно использует моё заклинание.

В этот момент Эдора резко втянула воздух, словно вынырнула из-под воды. Она села, широко распахнув глаза. В её взгляде была паника и… понимание.

- Он… он был там… - прошептала она.

- Кто? - Талит схватил её за плечи.

Она посмотрела на него, дрожа. Обернулась на Элмирона.

- Покажи мне заклинание, которое ты шепчешь, маг.

Что-то в её голосе заставило мага повиноваться. Он вернулся к книге вместе с ней.

- Ты обманывал своих эльфов тысячу лет, - прошептала Эдора, словно обвинение, начиная всматриваться в заклинание.

- Воины знали, они… - голос Элмирона сорвался. – Они просили меня спасти их семьи. Запертые в городе, мы были обречены жить в вечном царстве мёртвых.

На одном из разворотов было выписано заклинание - старое, сложное, из золотой эпохи высших эльфов. Руны, переплетаясь, образовывали светящееся сплетение. Они дышали и изменялись прямо на глазах.

- Это... заклинание света, - прошептала она.

Маг кивнул.

- Я никогда не изучала таких сложных структур. – Девушка недоумевающе водила взглядом по страницам древней книги. – Но… я понимаю их. – Она вскинула голову на Элмирона. – Это не заклинание иллюзии, маг.

Теперь уже эльф поразился. Он шагнул ближе и всмотрелся в руны. Его взгляд стал растерянным, мечущимся, словно он пытался что-то вспомнить.

- Это должно быть заклинание очищения, - предположил он. – За столько веков… я… я не помню… Я пытаюсь его пробудить, чтобы... очистить город. Чтобы отпустить их. Но мои руки давно опорочены. Я стал частью этой тени, и свет не слушает меня.

Он горько улыбнулся и скинул мантию, показывая свою настоящую суть – такое же осквернённое и изменённое поеданием мёртвой плоти жуков тело.

- Я не предатель. – В голосе Элмирона сквозило отчаянье. – Я не чудовище. Я хотел только одного: уберечь их от окончательной гибели. Я перепробовал всё… Но теперь... теперь я сам стал частью гнили, которую пытался остановить. Я уже не маг света. Я осквернён.

Эдора прикоснулась к странице. Её пальцы слегка дрожали.

- Я могу помочь. Я... вижу, как это должно быть.

В этот миг маг поднял на неё взгляд, и в нём вспыхнула странная надежда, тонкая, как последний луч солнца перед ночью.

- Тогда спаси их, дитя света, - прошептал он. – Спаси нас всех.

Талит, стоявший за её спиной, готовый к любому развитию событий, видел больше.

Он чувствовал: маг не лжёт. Но рядом, где-то под камнем, в тенях древних фундаментов, скреблась другая сила. Старая, коварная.

Эдора склонилась над книгой. Руны пульсировали. Казалось, сама ткань пространства сдерживала дыхание.

Маг отступил в тень, почти растворившись в ней. Где-то там стоял замершей статуей воин, приведший их сюда.

Талит стоял рядом с девушкой, настороженный, ловя малейшие колебания. Он ощущал, как напряжение поднимается из глубин – не от мага, а снизу, откуда-то из самой земли. Подарок был настороже: кто-то древний, сильный, наблюдает.

Эдора сжала зубы. Заклинание было не просто трудным – оно сопротивлялось, как живая сущность. Но с каждым мгновением, с каждой строкой, её свет всё глубже проникал в ткань заклинания, и оно начинало отзываться.

- Оно не лечит, - прошептала она. – Не очищает... Это оружие.

Маг резко поднял голову, побледнев.

- Что ты сказала?

- Это боевое заклинание света, - Эдора говорила медленно, будто слова давались с усилием. – Оно уничтожает. Сжигает тьму. Вырезает заразу. Но оно не спасает.

Маг сделал шаг назад. Его лицо исказилось в неверии.

- Этого не может быть... Я... я искал очищения столько лет. Я думал...

Эдора подняла глаза. Взгляд её стал твёрдым, зрелым. В этом взгляде было нечто новое – решимость.

- Ты хотел исцеления. Но кто-то другой подкинул тебе это заклинание. Кто-то, кто знал, что я маг света. Только я могла завершить его. Овладеть его разрушительной силой.

Талит напрягся. Под ногами прошла волна, как если бы что-то древнее, колоссальное, отступило вглубь.

- Тогда ты можешь высвободить нас. – В голосе мага зазвучала надежда. - Уничтожить зло, сковавшее этот город на тысячу лет.

- Нет. – Резкий голос Талита заставил всех повернуться к нему. – Тот, кто скрывается во мраке, хотел, чтобы ты получила это заклинание. Почему?

Эдора опустила руки.

- Не знаю. Возможно, он хочет, чтобы я применила его против кого-то.

- Но не против жуков. – Кажется, Талит всё понял. – Это Ахонрут… Великий жук, о котором говорил Тер‘Зур.

Услышав это имя, Элмирон схватился за голову, словно боль молнией пронзила её.

- Пожалуйста, - взмолился он, - не произносите это имя.

- Они в его власти, - понял Талит. – Заклинание точно не против него.

- Чего же он хочет? Я ведь могу использовать эту силу, чтобы убить его.

- Нет. Жуки покончат с эльфами и нами раньше, чем мы доберёмся до Ахонрута. Это древнее существо хотело, чтобы ты овладела оружием… против демонов.

Маг опустился на колени. Его плечи дрожали.

- А мой народ?.. Я... Я надеялся...

Эдора закрыла книгу. Свет рунических знаков погас, но память о них осталась с ней.

- Мы скажем им правду. И они сами выберут – остаться ли в этой тени... или уйти навстречу свету. Я не буду пытаться очистить город, но я могу вывести вас из него.

- Но жуки…

- Если Талит прав, я им нужна, чтобы победить демонов. Сейчас у нас есть общий враг. Они выпустят меня, а значит выпустят и вас. Ты нужен был лишь для того, чтобы заполучить заклинание, но ты, пытаясь спасти свой народ, ушёл от света. Заклинание теперь у меня, вы не нужны мёртвому царству… живыми. К чему им ещё горстка отчаявшихся поедателей трупов.

Слова Эдоры звучали твёрдо и хлёстко, как презрительный приговор. Она знала, что права. На её стороне была сила Света, та, которой не осталось больше в Элмироне и его эльфах.

- Куда нам идти? – впервые за долгое время воин заявил о себе. – Вокруг всё мертво. Мы последние своего народа. Мы поклялись защищать свои семьи до скончания времён, если потребуется. Нам остаётся лишь смерть.

- Вы не последние. Вы не одни.

В зале повисло напряжение. Воздух будто стал плотнее.

- Мы встретили Артира, - продолжил Талит. - Принца вашего народа. Он жив. С ним были воины. Они сражаются на поверхности. Есть эльфы, есть свет. Вы не единственные выжившие.

Сначала наступила гробовая тишина. А потом она треснула.

- Н-не может быть... - прошептал маг, побелевший, словно мрамор. - Артир... мой ученик... жив?

Воин сделал неловкий шаг вперёд, его дыхание сбилось.

- Это ложь... быть не может... - пробормотал он, но в его голосе уже не было уверенности. - Мы остались одни… тысячу лет назад…

- Нет, - твёрдо ответил Талит. - Ваше одиночество - иллюзия. Вы жили под куполом лжи и отчаяния. А снаружи остались те, кто не сдался.

- Мы… - маг зашатался, опираясь на посох, - мы поедали плоть жуков… чтобы дети не голодали… Мы хоронили свою природу. Мы позволили себе меняться… потому что верили, что надежды больше нет!

Воин опустил голову. Вся его броня дрожала. Казалось, в его иссохшее осквернённое тело проникла живительная влага, возвращая толику былой силы.

Тишину нарушил голос мага, дрожащий и едва слышный:

- Всё это… было зря?

Талит покачал головой.

- Нет. Вы выжили. Вы защищали своих. Это тоже путь. Но теперь у вас есть выбор. Принц Артир должен узнать, что вы живы. Возможно, он сможет помочь. Мы выведем вас из города и укажем путь. – Талит поднял голову и прокричал: - И жуки позволят вам уйти, если они хотят победы над демонами!

Дворец остался позади, словно сон, в котором когда-то было тепло, но который просыпаясь не хочется вспоминать. Эдора и Талит спустились по широким, изломанным лестницам, где под их шагами скрипели осколки эльфийской мозаики. С ними не было ни провожатых, ни слов прощания - эльфы, иссохшие, осквернённые влиянием мёртвого города неверным шагом удалялись через полуразрушенные южные ворота. Они обрели новую надежду на спасение, надежду, удерживающую их в живых много веков, но которая почти иссякла. Они найдут Артира, и он поможет. Совместно они обретут то, что потеряли.

Город, некогда сияющий, теперь лежал внизу, растрескавшийся и мёртвый. Его башни были покосившимися зубьями, мосты – провалами в бездну. Над ними нависал каменный купол пепельного неба, как будто сам воздух был тенью.

Талит шагал первым, его костюм, подарок Духов Чёрного леса, снова облегал тело, готовый к бою, но теперь он казался скорее щитом от стыда и боли, чем оружием. Эдора шла рядом, тяжело ступая, унося в себе свет древнего заклинания – и груз того, что её сила была запланированной частью чужого плана. Эльфийские женщины, прощаясь, одарили её древними доспехами Алиели, юной принцессы, павшей от предательской руки старшего брата. И теперь она уже была не потрёпанной израненной девчушкой, пробравшейся в почти беспамятстве через подземелье. Она стала воительницей света, возможно, самым могущественным оружием против пришельцев из другого мира.

- Он направлял нас всё это время, - проговорила девушка, не поднимая глаз. – Ахонрут.

Талит кивнул.

- Он не просто притащил тебя сюда. Он понял, что его силы, и силы всего мёртвого царства недостаточно, чтобы победить. Но он догадался, где взять эту силу, и кому её передать.

- Чтобы я сразилась с его врагами, - закончила Эдора. – Демонами, контролирующими нежить.

- Врагами всего в этом мире.

Из-под земли донёсся дрожащий гул.

Талит замер. Земля под ногами затрепетала, будто сама плоть подземелья проснулась. Из трещин начали выбираться жуки. Огромные, сегментированные, бронзово-чёрные, с мхом и коркой из кристаллов на панцирях. Но они не атаковали. Они просто стояли, окружая их полукругом, словно стража.

Один из них сделал шаг вперёд. Его усики колыхнулись, и он наклонился перед Эдорой. Выказывая почтение?

- Они не хотят драться. – Талит мрачно улыбнулся. – Они притащили нас сюда, они и доставят к Сарусу.

Эдора смотрела на жука, и в её глазах сверкнул слабый отблеск света. Она больше не чувствовала страха. Только тяжесть предназначения. И… голод. Ведь ей так и не довелось поесть за это время.

Глава 21. Некуда бежать

Готгард остановил коня. Перед ним простирались поля. Зелёные волны молодой пшеницы тянулись до самого горизонта, где уже виднелись башни Норинда. Ветер ласково колыхал тонкие стебли, как будто мир всё ещё был цел.

Но Готгард знал - через несколько часов сюда ступят мёртвые. Они выжгут всё. Земля почернеет от тления, и в пшенице больше не будет ни жизни, ни надежды.

В полях виднелось несколько суетящихся крестьян, спешно пытавшихся скосить незрелую пшеницу. Глупая попытка сберечь то, что скоро погибнет. В голове проскочила мысль отчаяния. Он ведь тоже пытается спасти то, что вероятно уже не спасти.

Филорт и его отряд остались в арьергарде, также как и рыцари Ленагора.

Успев сняться затемно, остатки войска поспешили убраться через долину на восток. Несколько гномов и всадников остались, чтобы подорвать мост, когда на неё ступит нежить. Но взрыв последовал слишком быстро, едва на горизонте забрезжил рассвет. Отряд подрывников появился вскоре. Всадники привезли гномов и доложили о странных существах, кинувшихся через мост и вплавь через реку. Мост пришлось подорвать, чтобы не дать им догнать людей. И хотя довольно спокойная река позволяла себя переплыть, эти монстры, кинувшись в воду, сначала хаотично махали когтистыми лапами, пытаясь плыть и тонули. Но уже вскоре их сородичи стали двигаться плавнее, учась плавать на ходу.

- Мы не стали дожидаться, пока нас сожрут, схватили гномов и дали дёру. - Так докладывал командир отряда подрывников Филорту в присутствии короля. - Монстры эти жуткие. Очень резвые. Если такой догонит, раздерёт на куски. И главное - свет. Они не боятся дневного света.

- Река их надолго не задержит, - повернулся Филорт к королю. Но в его взгляде читалось гораздо больше.

Теперь людям не скрыться под светом солнца, и враг будет гнать их без устали, ночью и днём, пока не падёт последний человек.

- Собери отряд, - скомандовал Готгард, недолго думая. - Возьми рыцарей. Если они быстры, нам нужно быть быстрее. Прикрывайте отход выживших. Уводите их в сторону, пусть петляют.

Филорт понимающе кивнул. Опытному следопыту не требовались подробные пояснения. Он схватывал на лету.

Что бы не делали Филорт и Корлеван, им удавалось держать нежить и этих дневных монстров на расстоянии уже вторые сутки, спасая жизни и выигрывая время для подготовки города к обороне.

Сзади подъехал Джарстольф.

Архимаг выглядел уже лучше. Аила за время пути помогла ему восстановиться, так что в следующей битве он примет участие. И его помощь совсем не будет лишней.

Так как весть о прибытии короля уже достигла Норинда, из города навстречу мчал отряд стражи, поднимая по дороге клубы пыли и заставляя сторониться крестьян-беженцев, стремившихся спастись за мощными стенами столицы.

- Ваше величество! - Возглавлявший отряд капитан резко осадил коня, который, чуть ли не встав на дыбы, недовольно заржал. - Ранвик приказал нам встретить вас и сопроводить.

Готгард смерил взглядом молодого капитана, готового в любой момент спрыгнуть с коня и опуститься на одно колено перед своим повелителем.

- Посмотри туда. -Король указал за спину, туда, где уже показался караван выживших, тех, кто пережил Бордонар, Омагон и ужасы перехода через западную равнину. - Сопроводи их.

- Но... - осмелился было возразить капитан, - Ранвик... - Грозный взгляд короля оборвал его на полуслове, заставив ещё ниже склонить голову. - Разумеется, ваше величество.

Он короткими жестами приказал отряду следовать за ним, и взметнув по дороге облако пыли, стражники умчались по дороге.

Джарстольф закашлял, наглотавшись пыли, а Аила едва слышно выругалась.

- Поберегите свой гнев для ночи, - произнёс архимаг, восстановив дыхание. - Этим бравым воинам придётся сегодня умирать. Позволим им эти мелкие оплошности.

Готгард впервые за несколько дней едва заметно улыбнулся. Его чертовски радовало снова иметь верного верховного мага рядом с собой.

Стук молотков и ругань мастеров стали слышны за сотни шагов до того, как Готгард и его спутники достигли северных ворот. Город готовился, гудел, спешил.

Сотни копателей перед стенами расчищали и углубляли давно заброшенный ров. На стенах сооружали укрепления, устанавливали оборонительные механизмы, готовились стрелы, снаряды и щиты от воздушных атак.

Завидев короля, многие простолюдины коротко останавливались, смотрели с любопытством, надеясь по виду своего повелителя рассмотреть, как складывались дела на западных рубежах, и правда ли сражения были такими тяжёлыми, но быстро возвращались к оставленной работе, прекрасно понимая, что надо успеть.

- Они боятся, - негромко сказала Аила, стараясь быть услышанной только Готгардом и Джарстольфом.

- Но они надеются, - возвразил архимаг.

- Они не видели того ужаса, что грядёт.

- И не должны, - вставил король. - Паника ещё никого не спасла.

Архет снял эльфийские доспехи сразу, как только вошёл в дом. Проклятие вурдалака, которым был отмечен глава разведчиков, заставляло доспехи жечь его кожу. Он долго терпел это во время боя и перехода, но сейчас нужно было отдохнуть и расслабиться. Битва будет ночью, сейчас только отдых.

Дом. Он даже не думал оказаться здесь снова, когда отбывал к Муару. Он даже умудрился за это время целых два раза практически погибнуть.

Оба раза его спасли эльфы. Высшие эльфы. Лишь трое из них выжили и сейчас тоже вошли в его дом. Он будет их прибежищем столько, сколько они пожелают. За тот вклад, который они внесли на поле боя, весь Тадалон был в вечном долгу перед ними. Вместе с принцем Артиром, могущественным магом огня они значительно проредили войско нежити, под конец повергнув самого Рыцаря смерти.

Могучий Вандерай тяжело опустился на стул и с облегчением выдохнул. Он был на грани гибели, когда Мармис нашёл его и вылечил с помощью исцеления света, которым в разной степени владели паладины Тадалона. Выздоровление длилось несколько дней, и Вандерай ещё не полностью восстановился, но он уже набирался сил и точно не останется в стороне этой ночью.

Рядом молчаливой тенью застыл Арис. Словно иссушённый проклятием, он походил на призрака. Изуродованная сторона, как назло, отражалась в зеркале напротив, словно напоминая, что он больше никогда не станет прежним. Его пронизывающий взгляд сейчас буравил своё отражение, словно пытаясь найти ответ, кто он такой.

Третий, Ферниор оценивающе прошёлся по прихожей, заглянул в проход, ведущий к лестнице и, не сказав ни слова, оставил оружие в углу.

- В доме никого нет, - произнёс Архет, будто отвечая на незаданный вопрос. - Разведчики заняты войной и разбросаны по всему Тадалону, а прислуга покинула город. Вы можете отдохнуть. Никто вас не потревожит.

Говоря это, разведчик удалился в свои покои, где переоблачался в человеческие одежды. На нём всё ещё оставались следы эльфийской экипировки - лёгкая рубаха из тонкой ткани с серебряной нитью, грязные, погрызенные вурдалаками сапоги. Он осторожно снял их, чувствуя, как тело ноет в местах, где доспехи касались кожи. Тьма коснулась его, и теперь он навсегда будет отмечен проклятием смерти, а любое прикосновение света отдаваться болью.

Архет стряхнул тяжёлые мысли. Он уже давно попрощался с жизнью, так что нечего больше грустить. Ему остаётся только бой, до конца. Каким бы он ни был.

- Я вас покину, уважаемые, - произнёс он, шагнув к двери. - Я должен поговорить с главой стражи города. Еда и вино в кладовой. Мой дом отныне ваш дом. Если вы решите уйти дальше, никто вас не осудит. Но, если вы останетесь, ваша сила будет востребована больше, чем когда-либо.

Эльфы не ответили, и Архет шагнул наружу, из тишины дома в шум и гомон улиц, по которым крича и ругаясь бегали люди. Кто-то тащил скарб, собираясь покинуть город через южные ворота, кто-то заколачивал окна, готовясь к осаде.

Разведчик пристроился за отрядом солдат, спешащих к северным вратам, и за их спинами быстро добрался до штаба обороны.

Готгард шагнул в зал. Он уже успел скинуть потрёпанные доспехи, помыться и облачиться в повседневную одежду. Прислуга уже готовила запасные доспехи, и ночью он будет снова во всеоружии, но сейчас можно было позволить себе скинуть тяжёлую броню.

Теперь уже привычный быстрый взгляд в окно, чтобы оценить время до наступления темноты и лишь потом внутрь, рассматривающий присутствующих.

Перед ним, по разные стороны огромного стола, на котором ещё несколько веков назад мастерами прошлого был вырезан подробный макет города, стояли трое.

Стареющий Северий Ралмарк, лорд-казначей Тадалона, опытный и хитрый лис, превосходно знающий своё дело. Толстоватый, неуклюжий, он казался на первый взгляд случайным человеком в столь серьёзной обстановке. Мятый халат с потёртым воротом, чернильное пятно на пальце, ремень, застёгнутый на разном уровне — всё в нём говорило о неряшливости. Но стоило взглянуть ему в глаза, и становилось ясно: этот человек замечает больше, чем говорит. Его острый, вороватый взгляд останавливался на каждом мелком несоответствии, словно ум уже складывал картину провизии, наличия строительных материалов, вооружения и, разумеется, монет.

Готгард знал его таким ещё с детства. Казалось, старый лис за эти годы совершенно не изменился, лишь стал чуть толще и больше покрылся морщинами да сединой.

Рядом с ним в напряжении застыла Вирдана.

Крепкая, высокая женщина лет пятидесяти. Она облачилась в старые отполированные фамильные доспехи.

Когда Готгард был маленьким, юную Вирдану, бывшую всего на тройку лет старше принца, король использовал в качестве няньки-телохранителя. Она играла с Готгардом и другими придворными детьми, а заодно следила за порядком и безопасностью наследника. Она была из древнего знатного рода, обеспечивающего охрану дворца, в котором очень надеялись на мальчика, но родилась она. Рослая, крепкая, умная и даже красивая, но всё же девочка.

Король на этот факт смотрел снисходительно и всё равно приказал отцу воспитать из девчушки воина. Большая редкость для Тадалона.

Позже, когда Готгард вырос, Вирдана тоже продвинулась по службе, став на короткое время главой городской стражи, но несчастный случай во время охоты в южных землях Тадалона на Болотный брак перечеркнул всё.

Болотным браком или «двое сытых», как любили говорить крестьяне, называли редкий случай, когда два болотных хищника, массивный гортоз и шустрый зунт объединялись в пару и охотились, помогая друг другу прокормиться. Такой союз делал зверей слишком смелыми, и они нападали даже на людей.

Вот королю и пришлось действовать. Он устроил охоту, чтобы избавиться от хищников и заодно показать свою заботу о простолюдинах южных земель.

Гортоз вырвался из прибрежной трясины прямо на коня Готгарда. Вирдана тогда не дрогнула — первой подняла копьё и пошла на зверя, оставив сына короля. А потом… потом появился зунт. Тонкая тень с когтями, как ножи. Он прыгнул из тумана, и лишь чудо спасло жизнь принца. Готгард сумел справиться с юрким хищником, а вот Вирдана, оказавшаяся меж двух противников... Сломанная нога, кровь, и всё это под завывания хищника, которых даже жеребцы не выдерживали. Она выжила. Но король был недоволен тем, что она не смогла предотвратить атаку зунта на сына. С тех пор Вирдана больше не служила в страже, уйдя на раннюю пенсию против воли.

Она не должна была быть здесь, но явилась, посчитав это своим долгом. Об этом говорил её прямой, немного виноватый, но гордый и строптивый взгляд, упёршийся в короля.

Готгард долго смотрел на неё, замечая целую бурю эмоций. Вирдана пришла сражаться, если надо даже за право защищать Норинд. Она готова была отдать всю себя, лишь бы король не отверг её службу.

Взгляд скользнул дальше.

Жрец огня, посланник Ордена Пылающего Глаза. Совсем молодой, ещё почти мальчишка. Худощав, с бледной кожей, исписанной тонкими ожогами, очевидно, следами неудачных контактов с огнём, в который он слишком часто заглядывал в поисках откровений. Его глаза серые, цвета пепла, но в трансовом состоянии, в них вспыхивал золотой отблеск, пугающий, словно отражение далёкого костра среди снегов. Волосы коротко острижены, немного вьются, чуть растрёпаны, как будто он только что вышел из дыма.

- Олдрин Вэйр, - представился жрец, не выдержав строгого оценивающего взгляда короля и склонив голову.

Орден Пылающего Глаза. Древняя секта, основанная двумя выжившими высшими эльфами, братьями Элтарасом и Миал’Вейном. Они бежали от войны, когда нежить вовсю пожирала их королевство. Затем, используя магию огня, помогали людям. Спустя пару поколений стали брать себе учеников из числа одарённых, положив тем самым начало ордену. Но соблазнам честолюбия и власти даже высшие не могли сопротивляться. Чем глубже распространялось их влияние, тем заметнее становилось властолюбие самих эльфов. Элтарас и Миал’Вейн всё больше вели своих учеников не к свету, а к идее, что лишь они, хранители пламени, должны править, ибо только они способны различать, где свет, а где тьма.

Возжелав править южными землями Тадалона и основать своё царство, братья пошли наперекор правящей династии.

Это вызвало острый конфликт с королём Калрегором I, предком Готгарда. Когда жрецы начали самовольно вмешиваться в управление провинциями, король приказал арестовать эльфов. После недолгого противостояния с королевскими паладинами и архимагами, они были объявлены предателями, судимы и казнены, а сам орден упразднён, его храмы закрыты, его последователи изгнаны из столицы.

Спустя столетия Орден восстановил свою репутацию, сохраняя древние знания и совершенствуя мастерство огня, но в Норинде не появлялся. Старые раны не позволяли пойти на поклон к королю, а король лишь регулярно отправлял эмиссаров проверить, не замышляют ли жрецы чего-нибудь подозрительного.

Тяжёлый взгляд Готгарда задержался на юном Олдрине, и тот добавил:

- Каэр Пылающий шлёт послание. Жрецы огня верны древней клятве и встанут на защиту Тадалона, если король позволит.

- Король позволит, - обронил Готгард, словно ему было всё равно, но в душе он обрадовался. Жрецы огня могли помочь, и эта помощь Тадалону жизненно необходима.

Боковая дверь в зал открылась, и вошли Джарстольф и Аила. Они переоделись и отдохнули, выглядели почти такими же, как до сражений с нежитью.

Их взгляды встретились. Джарстольф улыбнулся, прошёл к столу и покровительственно опустил руку на плечо юного жреца.

- Я очень рад видеть Орден Пылающего Глаза в этот тяжёлый час с нами, Олдрин Вэйр.

Тот в свою очередь склонил голову ещё ниже, приветствуя архимага. Кажется, такое приветствие немного разрядило обстановку, и все повернулись к столу.

- Северий, как обстоят дела?

- Снабжение, как вы догадываетесь, нестабильно. Южные склады - те, что в Лаортине и у старого тракта - опустели за двое суток. Переброска продовольствия и припасов идёт через южные ворота, где мы наспех наладили учёт и приёмку.

Он указал пальцем на часть макета города, где были помечены маршруты доставки.

- На сегодня у нас осталось около двух недель зернового пайка при текущей норме. Я уже сократил выдачу муки до полутретьей меры на дом, что вызвало... протесты. Особенно среди торговцев и цехов.

Пауза. Северий поджал губы, затем продолжил:

- Что касается оборонных нужд - двадцать восемь возов гвоздей, проволоки, кузнечного железа доставлены к северной стене. Однако дёготь, масло, ткань в дефиците. - Эвакуация - отдельная песня, - устало вздохнул он. - У нас больше трёх тысяч человек беженцев, и народу становится больше?

- Что значит больше? - удивился король. - Вы должны эвакуировать город, отправлять людей в Греймар, а не принимать новых.

- Мы так и делаем, - поспешил заверить Северий, быстро заморгав. Он достал платок и вытер со лба испарину. - Но... Людей гонит страх. Они боятся отправляться в долгий путь. Скоро ночь, крестьяне сбегаются с окрестностей за стены города.

- Во имя великого света. - Готгард поднял глаза к потолку, снова вниз, и его суровый взгляд опустился на старую подругу. - Вирдана.

- Я здесь, мой король. - Воительница подобралась и в ожидании уставилась на него.

- Возьмёшь командование над корпусом Гарделин и охраной южных ворот. Выведи всех людей из города в сторону Греймара. Нежить идёт с северо-запада, и у вас будет шанс уйти в безопасные земли.

- Но я хочу сражаться, - постаралась возразить Вирдана.

- Я поручаю тебе жизни нашего народа. - Голос Готгарда прогремел в зале. - Если ты способна лишь махать мечом, тебе здесь не место.

- Я повинуюсь, - тут же склонила голову старая подруга и повторила, не поднимая взгляда: - Вывести людей в Греймар.

- Северий, передай Вирдане в помощь своего заместителя. - Готгард перестал терять время, краем глаза отмечая, как неумолимо солнце движется к горизонту. - Даю тебе все полномочия для спасения людей. Иди!

Вирдана резко развернулась и поспешила выйти.

- Джарстольф, я надеюсь, маги все готовы к войне?

- Те, что ещё живы, готовы. Мы вскоре отправляемся на стену.

Голос архимага звучал спокойно и даже слегка безмятежно. После всего случившегося за последние дни, разволновать престарелого волшебника было весьма трудно.

Ранвик держал военный совет в Туманной башне, уходящей в небо рядом с северными воротами. Столетия назад она служила связующей точкой с башней Сари в Омагоне.

Однако сейчас её вершина не использовалась, а вся остальная часть служила штабом стражи Норинда.

На совете присутствовали маги, мастера и сразу несколько капитанов, ответственных за свои участки обороны. Люди, знающие город как свои пять пальцев. Но имелась одна важная деталь. Стражи не были регулярными войсками, ни по оснащению, ни по количеству. Превосходно обученные для поддержания порядка в мирное время, они должны были также прекрасно справляться с обороной города в военное. Однако Норинд уже несколько столетий не подвергался атакам, поэтому и на высококлассное обучение в этом направлении смотрели сквозь пальцы.

Нет, стражи будут стоять на защите города до конца, будут проливать кровь и гибнуть. Страх будет сковывать их сердца, но они не побегут. Истинные воины Тадалона. Но стойкость их не спасёт.

Архет, оказавшийся в башне, предпочёл занять тёмный угол в зале и углубиться в свои мысли, подслушивая, как будет обороняться город.

Ранвик делал всё, как положено, правильно, добросовестно. Он досконально расспрашивал, перекрыты ли все канализационные каналы, тайные лазы и подземные ходы в Норинде. Везде ли стоит стража, готовы ли маги, достаточно стрел у лучников и прикрыты ли важные точки от атак сверху.

Но что-то не давало покоя разведчику. Тяжёлое чувство, что уйти уже будет невозможно. Последняя битва людей Тадалона. После неё останется только расправа над беженцами.

Углубившись в тревожные мысли, Архет не сразу заметил, что все замолчали и повернулись к нему.

- Архет, - подал голос один из капитанов, - мы обсуждаем уязвимости мертвецов. Учитывая твой опыт... скажи, что ты думаешь?

Разведчик поднялся, медленно подошёл к круглому столу, вокруг которого собрались все.

- Войско разбито. В нашем распоряжении лишь городская стража и жалкие остатки, вымотанные, пережившие Бордонар и Омагон. Мы справимся лишь с армией высших эльфов на нашей стороне, - съязвил он, криво улыбнувшись. - Победу не одержать под стенами Норинда.

- Архет! - Голос Ранвика прозвенел в зале, словно удар молота по наковальне, коротко, звонко, твёрдо. Предупреждение не сметь опускать боевой дух присутствующих.

- Они поднимают наших мертвецов. Восстанавливают ряды из павших. Мы теряем, а они собирают и ставят себе на службу. - Теперь уже разведчик звучал серьёзно. - Город не удержать, если позволить этому повторяться из раза в раз. Жечь тела. Везде. Без исключений. Даже если некогда. Даже если это кто-то, кого вы знали, кто вам дорог.

Архет замолчал на миг, вглядываясь в лица собравшихся.

Молчание в зале стало тяжелее стали. Наконец, магистр Сейра тихо произнесла:

- Мы подготовим заклинания очищения на внешних улицах. Пусть хотя бы первые упавшие не восстанут вновь.

- А мы, - хмуро добавил Ранвик, - организуем сжигание тел прямо за внутренними воротами. Без церемоний.

Архет тяжело вздохнул, сделал шаг назад.

- Рубите, жгите и не дайте себя убить.

Разведчик развернулся и вышел, оставив совет в недоумённом молчании.

До заката оставалось недолго. Проклятые тучи на горизонте уже скребли вершины Серый гор.

План был прост. Вернуться домой, надеть эльфийские доспехи – пусть жгут, как проклятые, но защищают от тьмы – взойти на стену и биться до конца. Без надежды, лишь изо всех сил, не сдаваясь крушить, рубить, сжигать. Но войдя в дверь Архет растерянно замер.

Эльфы собирались в дорогу. Они уже надели доспехи и складывали скромный провиант в заплечные мешки.

- Мы уходим, - коротко произнёс Ферниор.

- Но... куда?

Архет понимал, что эльфы вовсе не должны защищать город. Они достаточно сделали. Если бы не они, из Омагона не спасся бы никто. И войско нежити явилось бы к стенам Норинда гораздо более многочисленным.

Ответ Ферниора прозвучал неожиданно.

- Артир убил Рыцаря смерти, но нежитью продолжает кто-то управлять. Мы найдём и прикончим эту демоническую тварь. Другого шанса нет.

Справившись с первоначальным удивлением, Архет шагнул ближе.

- Я с вами.

- Ты будешь мешать. - Эти слова прозвучали как приговор.

Ферниор раскрыл ладонь. На ней лежало кольцо Артира.

- Возьми. - Он протянул руку Архету. - Оно ни в коем случае не должно попасть в руки нежити. Ты должен уйти из Норинда, унести кольцо прочь.

Разведчик медлил, со смешанными чувствами переводя взгляд то от одного эльфа к другому, то опуская его на кольцо.

- Я не могу уйти. Я должен оборонять город.

- Если мы преуспеем, город будет спасён. - Ладонь Ферниора, по-прежнему, предлагала кольцо, а голос звучал… терпеливо. - Если встретимся с предками, кольцо будет последней надеждой людей уцелеть.

- Оно настолько ценное?

- Это кольцо Феникса. Ты поймёшь.

Архет ещё раз внимательно всмотрелся в переливающийся огнём металл кольца. Оно казалось некой смесью золота и меди, но пылало магической силой.

Эльфы в ожидании смотрели на человека, решавшего, как поступить.

- Мы повоюем за тебя здесь, а ты унеси кольцо, - нарушил затянувшееся молчание Вандерай.

- Легко умереть за правое дело, - негромко произнёс Арис, уставившись единственным глазом, - труднее выжить. Ты получаешь самое тяжёлое задание из нас. Выполни его.

Архет, наконец, протянул руку и взял кольцо. Правда, почти сразу чуть не уронил его, так как оно обдало руку магическим жаром, но не причинило её вреда.

- Я выполню свою часть, - обещал он, сжимая ладонь в кулак.

Ферниор одобрительно кивнул, и эльфы вышли в дверь.

Архет ещё несколько минут стоял, словно статуя, размышляя, как теперь быть.

После того, как он чуть не стал вурдалаком и был возвращён эльфами к жизни, он являлся вольным воином, не занимающем никакой должности. Уцелевшие разведчики подчинялись теперь старине Филорту. А сам Архет, хоть и сохранил авторитет среди сослуживцев, официально никакой должности за собой не имел. Он мог покинуть город. Теперь нужно было лишь придумать, каким образом.

Вместе с беженцами на юг? Если он вызовется в охрану, никто ему слова не скажет. Решено. На юг. Унести кольцо подальше от нежити.

Глава 22: Сарус

Под сводами склепа пахло холодным камнем и прелой пылью. Отряд ворвался внутрь, сбивая факелами паутину и шорох теней. Сзади, в дальнем тоннеле, хрипло выл мертвец - за ними шла погоня.

- Быстрее! - рыкнул Налимгот, подгоняя своих.

Несколько минут назад они едва вырвались с перекрёстка, где нарвались на патруль нежити. Проклятый Пастух не дал себя обмануть, спустил голодных вурдалаков, надеясь сразу прикончить нежданных гостей.

Чудом удалось вырваться из замыкающегося кольца.

Теперь перед ними лежал очередной эльфийский склеп. Когда-то он был прекрасен: колонны в форме переплетённых ветвей, арки с барельефами древних королей, золотая вязь имён над саркофагами. Но крышки гробниц были сброшены, а внутри - пусто.

- Их вынесли, - заметил Налимгот, на ходу заглянув внутрь одной.

- Или они вышли сами, - буркнул Дассир, чуть не перелетевший через другую в потёмках.

Слова утонули в низком рычании. Из боковых нор полезли вурдалаки - иссохшие, но быстрые. Их было больше, чем в южных тоннелях, и среди них мелькали новые твари: тонкие, как ивы, мертвецы с вытянутыми руками и обломанными пальцами-крючьями. Их черепа были пробиты металлическими штырями, из которых тянулись тонкие нити магических рун.

- Это не просто поднятые, - процедил Налимгот, перехватывая поудобнее молот и готовясь к схватке. - У них есть поводырь.

Склеп сотрясся, когда что-то тяжёлое шагнуло из глубины. Каменные двери в дальнем пролёте распахнулись сами собой, и в проёме возник Страж.

Когда-то он был эльфом – это угадывалось по тонким чертам черепа и остаткам резных доспехов. Но теперь его тело было сковано пластинами чёрного металла, вросшими в кости. В груди зияла полость, где вращался кристалл цвета засохшей крови, пульсируя тёмным светом. Да и сам Страж внушал уважение своими габаритами, будучи заметно здоровее могучего Лигрома.

- Его питают эти... - Ирзумга оказался выбит из обычного равновесия, и, хотя оставался бодр, находить слова ему удавалось сложнее. Он указал на вытянутых, изогнутых мертвяков.

Страж поднял алебарду, и воздух стал вязким, словно в болоте. Дышать и двигаться стало сложнее. Но вурдалаки ринулись вперёд.

В ответ Налимгот вскинул молот, произнося слова Света, от которых чёрная магия шарахнулась прочь. Сразу стало легче, а нежить отпрянула назад, обожжённая святым сиянием.

Но вспышка длилась недолго, и как только стало терпимо, опалённые вурдалаки, крича от боли и рыча от жажды крови двинулись в новую атаку. Воля хозяина давила на них непреодолимой силой.

Схватка была яростной и грязной. Лигром удерживал центр, отбивая удары алебарды. Налимгот молотил направо и налево, разрывая плоть и кости, намереваясь зайти проклятому Стражу во фланг. Ирзумга, прикрываемый Дассиром и Тлахов колдовал призрачных змей, жалящих напирающую нежить магическими выпадами.

Молт впал в бешенство и ушёл вперёд, расчищать дорогу, оставшись без прикрытия. Но его стальной вихрь бушевал вокруг, кромсая всё, чего касался.

Сим уже выпустила несколько стрел, застрявших в Страже. Магические – они причиняли ему вред, но недостаточный, чтобы остановить.

- Кристалл! – крикнул Ирзумга. – Уничтожь источник!

- Быстрее! – рыкнул Лигром. – Если мы сейчас не пробьёмся, сюда стекутся все полчища нежити в округе. Нас просто сомнут.

Проклятый эльф взмахнул алебардой, намереваясь достать Лигрома, но орк оказался проворнее. В последнее мгновение он ушёл в сторону и рубанул по левой руке. Удар прошёл и надрубил руку у локтя. Страж глухо взвыл, ещё раз махнул алебардой, чтобы отогнать Лигрома. Тот снова увернулся, но гонимые злой волей вурдалаки кинулись на него сзади.

Пока воины бились с мелкой нежитью, кромсая её прямо на лету, тонкие магические нити, тянущиеся от «ивовых» мертвяков, засветились чуть ярче, напитывая хозяина силой. Надрубленная рука стала зарастать, на глазах затягивая рану.

Тем временем Лигром вырвался из окружения и вернулся в круг.

- Нужно идти за Молтом! – прокричал Дассир, стараясь быть услышанным через вопли вурдалаков. – Он пробивает нам путь.

Но берсерк в пылу ярости удалился слишком далеко, оказавшись в полном окружении.

Налимгот занёс молот над головой и, громовым голосом произнося заклинание, со всей силы опустил на пол. Тяжёлый сокрушающий удар и вспышка яркого света, взрывом заполнившая склеп, разметали и опалили нежить.

Пол склепа пошёл трещинами и провалился, увлекая всех за собой в тёмную глубину.

Отряд рухнул вниз вместе с камнями и нежитью. Вопли опалённых и раздавленных обломками вурдалаков били по ушам. Лишь только тонкие красные магические нити двигались во мраке.

- Страж! – крикнул Ирзумга, предупреждая товарищей.

Он взмахнул рукой, держащей амулет, и призрачная змея сорвалась навстречу проклятому эльфу, осветив на мгновение место, где они оказались. Её рывок быстро погас, встретив алебарду врага.

Тлах поднял и снова разжёг факел, а генхан подкинул вверх светящийся шар, зависший в недосягаемости над головами и осветивший пространство.

Древняя кузница эльфов встретила их молчанием мёртвых мехов и запахом застывшей магмы. Огромная наковальня стояла в центре, а от неё тянулся магический канал, соединяясь с кристалом в груди Стража.

- Это эльфийский кузнец, - понял Налимгот, поднимаясь на ноги. – Его дух привязан к этому месту древним проклятием. Наверняка, дело рук Тер'Зура.

Но разговаривать было некогда. Нежить тоже успела прийти в себя и накинулась на живых с новой силой.

По Стражу били все, кто успевал, одновременно отмахиваясь от наседающих вурдалаков и питающих кузнеца мертвецов. Его тело трескалось от ударов, но сила не убывала – напротив, руны вокруг наковальни, поначалу невидимые, разгорались ярче.

- Разбейте руны! – крикнул Налимгот, одной рукой ломая шею накинувшемуся вурдалаку, а другой перекидывая молот Дассиру.

Отряд разошёлся, расширяя контролируемое пространство. Дассир ударил по резной плите, и низкий гул волной ударил по ушам, словно били по огромному колоколу. Страж согнулся, словно получил удар, но и его противники были ошеломлены звуковой волной.

Всё вдруг замедлилось, словно воздух стал плотным, как вода. Остальная нежить казалась в порядке и не упустила возможности.

Три вурдалака вцепились в Тлаха, грызя и стремясь повалить здоровяка. «Ивовые» толпой накинулись на Дассира, всячески стараясь не дать ему возможности ударить по следующей руне.

Окружённые Ирзумга и Сим едва сдерживали натиск благодаря ловкости и точечным ударам, перехватывающим выпады мертвецов. Но Генхан уже пропустил пару укусов по рукам, в то время как эльфийке удалось подставить наручи под кровожадные клыки.

Налимгот, лишившись основного оружия, достал кинжал и в ближнем бою самостоятельно держал левый фланг. Его ауры света нежить боялась больше всего и не сильно свирепстовала в нападении.

Лишь Лигром, хоть и замедлился, но атаковал Стража, нанеся ему ещё две раны – подрезав левый голеностоп и, скользнув за спину, рубанув по правому плечу.

Пространство древней кузницы эльфов оказалось гораздо больше того перекрёстка, и нежить уже заполонила почти всё, хрипя и чавкая. И лишь узкие коридоры, ведущие сюда, не позволяли появиться чему-то более крупному вроде мясников. Но вот некромант...

Проклятый колдун шагнул в кузницу несколько мгновений назад. Он оценил схватку и выбрал свою первую цель. Паладин с молотом представлял сейчас главную опасность. Разметав наседающих мертвяков, он ударил по второй руне из шести, заставив Стража вновь согнуться и пропустить пронзающий удар меча орка.

Некромант поднял руку, нашёптывая всё громче слова древнего проклятия. Оно должно было превратить в труху тело человека, пусть и не сразу – такой удар в спину сокрушит даже паладина.

Но вдруг из его груди выскочил чёрный клинок, а через мгновение с плеч слетела голова. Некромант рухнул на холодный камень кузницы и рассыпался в прах.

Талит, облачённый в чёрную защитную оболочку, оглянулся назад, проверить, где там Эдора. Девушка стояла за спиной в переливающихся живым светом доспехах эльфиской принцессы. А в глазах читалась решимость сокрушить врага.

Глаза вспыхнули, руки засветились, и волна ослепляющего света ударила по нежити, обжигая проклятую плоть.

Пространство до звона в ушах заполнили ужасающие визги боли и страха. Вурдалаки кинулись прочь из кузницы, оставляя своих опалённых товарищей тлеть под тяжестью Света.

Эдора опустилась на колено у края горна и начала шептать древние слова, призывая память этого места.

Кузница откликнулась.

Пламя под наковальней вспыхнуло золотым, чуждым тьме. Руны на полу треснули одна за другой, словно пересохшая глина. Кристалл в груди Стража задрожал.

Проклятый кузнец издал звук – не крик, а скрежет металла по кости. Он бросился к Эдоре, но Талит чёрной тенью метнулся к нему, взмахнул лезвием, рассекая ноги.

- Сейчас!

Налимгот прыгнул к Стражу, вырвал из груди пылающий алым кристалл и, дотянувшись до наковальни, положил его сверху. Дассир взметнул молот вверх и со всей силы ударил по кристаллу.

Звенящий гул удара тяжёлой волной нырнул в тоннели, разлетаясь по подземному царству.

Кристалл раскололся. Багровый свет внутри него колыхнулся несколько раз, с каждым разом всё слабее, и погас, словно сердце перестало биться.

Страж замер, его доспехи осыпались ржавчиной, а кости рухнули на камень, лишённые воли.

Тишина в кузнице была тяжёлой, как после грозы.

Тяжёлое дыхание, хриплое и сбитое раздавалось в наступившей тишине. Наконец, Налимгот повернулся к Талиту и Эдоре. Бросил усталый взгляд.

- Не буду спрашивать, как вы тут оказались, но благодарю за помощь.

Откуда-то издалека донёсся вой вурдалака.

- Надо уходить из тоннелей, - нарушил наступившее молчание Талит. - Здесь нас в конце концов зажмут в угол и добьют.

- Согласен, - кивнул Налимгот, беря обратно протянутый Дассиром молот.

- Наверх идти. Вход в гору находить надо, - добавил Ирзумга, колдуя над ранами Тлаха.

Укусы вурдалаков уже покрылись гноем, и яд проник в кровь. Однако бывалый орк смотрел на это спокойно. Будто всё это часть его плана, а не коварный поворот судьбы.

Собравшись, нашли полуразрушенную лестницу, ведущую наверх и вниз, куда-то глубже, под великую гору. Но двигаться надо было вверх, ко входу в лабиринты Саруса.

Лестница была пережитком иного времени - узкая, вырезанная в толще камня ещё до того, как подземные лабиринты Саруса перешли во власть нежити, и теперь она с трудом выдерживала вес живых, крошась под сапогами и осыпаясь вниз мелкой каменной крошкой, исчезающей в темноте.

Налимгот первым ступил на подъём, коротко оглянувшись на остальных, и, убедившись, что отряд собрался, двинулся вверх, стараясь держать темп, который позволял бы не только оторваться от преследования, но и не потерять никого в этих узких, извивающихся переходах.

Сначала они шли молча, тяжело дыша после боя, ощущая, как усталость постепенно начинает брать своё, но вместе с этим всё сильнее проявлялась и боль - от ран, от ударов, от укусов, которые уже начинали пульсировать под кожей, напоминая о яде, оставленном вурдалаками.

Именно тогда Дассир первым нарушил тишину.

- Молт… - произнёс он негромко, словно неловкое напоминание о том, которого как будто все забыли.

Налимгот не остановился, но его плечи едва заметно напряглись.

- Он ушёл вперёд, - добавил Дассир, уже громче.

- Он сам сделал этот выбор, - глухо отозвался Лигром, поднимаясь следом. - Вы создали берсерков именно такими, не так ли? Безрассудными. Безудержными.

- Но он пробивал нам путь, - не унимался Дассир. - Если он жив…

Налимгот резко поднял руку, заставляя всех замолчать.

Впереди, где лестница делала резкий поворот, раздался слабый звук.

Не шаги. Скорее - скольжение. И хрип.

Отряд замер.

Сим медленно натянула тетиву, Талит растворился в полутени у стены, а Лигром сжал рукоять меча, готовясь встретить всё, что появится из-за поворота.

Но когда они осторожно продвинулись вперёд, свет факела выхватил из темноты не врага.

Тело.

Молт лежал поперёк лестницы, словно пытался удержаться, но силы покинули его на полпути. Его броня была раскурочена в нескольких местах, а под ней виднелась плоть, изорванная клыками. Укусы покрывали его плечи, грудь, шею - глубокие, рваные, некоторые уже почернели по краям.

Он был жив.

Пока.

Его грудь едва заметно поднималась, а из горла вырывался хрип, больше похожий на скрежет, чем на дыхание. Вокруг лежали части тел вурдалаков, рассечённые огненными прутьями берсерка.

По этим останкам взгляд мог хорошо отследить путь человека, дошедшего сюда из тоннеля.

- Молт… -- прошептал Дассир, опускаясь рядом.

Берсерк медленно повернул голову. Глаза его были мутными, но в них ещё теплилось узнавание.

- …долго… шли… -- выдавил он, и на губах выступила тёмная кровь.

Единственные слова, произнесённые им за всё время. И в них слышались боль, отчаяние и негодование. Он ринулся вперёд, расчищать путь... а за ним никто не пошёл.

- Тихо, - произнёс Налимгот, тоже опускаясь рядом и отодвигая Дассира чуть в сторону. - Не трать силы.

Он положил ладонь на грудь Молта, и мягкое, золотистое сияние начало разливаться по его руке, проникая под кожу, в разорванную плоть, в кровь.

Обычно этого было достаточно. Но не сейчас.

Свет гас.

Он словно натыкался на что-то внутри и рассеивался, не находя пути, не пробивая себе путь к сердцу человека.

Налимгот нахмурился, усиливая поток, произнося слова исцеления глубже, усиливая поток молитвой, но результат был тем же. Раны на поверхности затягивались, но внутри плоть не откликалась.

И тогда Ирзумга тихо произнёс, не поднимая глаз:

- Отравлен совсем. Не спасти.

Налимгот не ответил.

- Он… перевоплощается, - вмешался орк, поднимаясь на ступень выше, чтобы лучше видеть. - Ты сам всё знаешь, паладин.

Слово «перевоплощается» повисло в воздухе.

Сим тоже скользнула вверх по лестнице, давая понять, что надо двигаться дальше, а не задерживаться, спасая того, кого уже не спасти.

Дассир сжал зубы. Он хотел бы возразить, но прекрасно всё понимал. Молт не был его другом. Он, как и все берсерки, был лишь орудием, созданным для борьбы с нежитью. Без страха, колебаний, только пылающий гнев и жажда битвы. Однако этот берсерк стал ближе. Через вспомогательный контроль, который оказывал Дассир, сдерживая бушующий внутри него гнев, он чувствовал медленно растущую в том личность, словно некий нежный цветок, зародившийся внутри бури.

- Надо уходить, - спокойным голосом напомнил Лигром, но в нём чувствовалась тревога. - Нельзя медлить.

Молт вдруг дёрнулся.

Его пальцы судорожно сжались, а по телу прошла волна напряжения, будто что-то внутри пыталось пробиться наружу.

Он зашипел сквозь зубы, и на мгновение в его взгляде промелькнуло нечто чужое. Слов не прозвучало, но смысл был ясен.

Налимгот закрыл глаза на короткое мгновение.

Когда он их открыл, в них уже не было сомнений.

Он убрал руку с груди берсерка и медленно поднялся на колено, доставая из-за пояса кинжал.

- Ты был воином Света, - тихо сказал он, глядя на Молта. - И останешься им.

Дассир хотел что-то сказать, но слова остались внутри.

Сим закрыла глаза, сдерживая своё нетерпение, понимая - сейчас лучше помолчать.

Ирзумга склонил голову. Эдора уткнулась в плечо Талита, не желая смотреть.

Молт смотрел прямо на Налимгота, и в этом взгляде читался вопрос: сделал ли я всё правильно?

Налимгот положил руку ему на плечо.

- Покой тебе, - произнёс он.

И одним точным движением вонзил кинжал в сердце.

Тело берсерка дёрнулось. Затем обмякло.

Тишина, наступившая после этого, была тяжелее любой битвы.

И как будто только сейчас он все осознали цену, которую придётся заплатить возможно каждому из них.

Налимгот медленно вытащил клинок, вытер его о край плаща и на мгновение задержал взгляд на павшем.

- Уходим, - глухо сказал он.

Лигром и Сим первыми метнулись наверх, словно только и ждали сигнала.

Подъём продолжился, но теперь каждый шаг давался сложнее, чем прежде. Сама лестница будто сопротивлялась им, становясь всё более неровной, местами обрушенной, местами и вовсе уходящей в трещины, через которые пробивался холодный, но уже не мёртвый воздух.

Стены постепенно менялись.

Сначала в них появились тонкие разломы, затем тёмные прожилки, а вскоре и нечто иное: бледные, мягкие на вид отростки, пробивающиеся сквозь камень и медленно шевелящиеся, словно реагируя на тепло живых тел.

Тлах, шедший с факелом, невольно коснулся одного из них, и тот едва заметно сжался, втягиваясь обратно в трещину.

- Не корни, - тихо шепнул Ирзумга.

Никто не стал спорить.

Чем выше они поднимались, тем сильнее становился запах - густой, тёплый, сладковато-гнилой, от которого начинало мутить, и который никак не вязался с холодным камнем подземелий.

И наконец впереди показался свет.

Тусклый, серый, почти призрачный, но с каждым шагом в него подмешивался странный розовый оттенок.

Лестница обрывалась выходом в коридор, там, дальше свет. Розовый.

Отряд почти одновременно выбрался из прохода.

И замер.

Перед ними раскинулось подножие горы Сарус, но оно было искажено до неузнаваемости.

Не то, чтобы кто-то из них раньше вживую бывал здесь, но описания в древних трактатах, описывали другую картину. Холодный, обледенелый край нежити.

Вместо каменных осыпей и редких иссушенных деревьев, скованных инеем, вся равнина была покрыта странным, живым лесом, в котором не было ни листьев, ни коры - лишь вздутые, мясистые стволы, покрытые влажной, блестящей поверхностью, местами разорванной, обнажающей алую плоть.

Ветви этих «деревьев» изгибались, словно кости, а на их концах пульсировали огромные плоды, дрожащие в такт какому-то невидимому ритму.

Земля под ногами была мягкой, податливой, и казалось, что она едва заметно дышит.

Но лес не был пустым.

Между этими извращёнными формами жизни сновали существа - быстрые, резкие. Они передвигались, то на четырёх конечностях, то выпрямляясь, то ловко карабкаясь по деревьям.

Их было много. Слишком много. С видом опытных садоводов они проверяли плоды, острыми когтями вспарывали их оболочку, откуда вываливалось такие же создания. Буквально через минуту, они начинали шевелиться, вставать на лапы, через короткие хриплые гортанные звуки товарищей получали какие-то указания и двигались дальше.

Отряд замер надолго, рассматривая развернувшуюся перед ним сцену.

- Смотрите туда! - Налимгот ткнул пальцем вдаль, где к лесу стекались «струйки» вурдалаков, тянущих куски плоти, словно муравьи к родному муравейнику.

- Кормят лес, - протянул Ирзумга.

- Тащат всё, что смогли найти, - согласился глава паладинов, разглядев в мёртвых когтистых лапах части человеческих тел и туш животных.

Талит первым отвёл взгляд в поисках входа в гору. За спиной, из тоннелей слышался далёкий хрип нежити.

- Вход там! – Пытаясь привлечь внимание, парень указал на тёмный провал выше по склону.

Но в этот момент из-за одного из деревьев показалось странное существо. Оно двигалось не спеша, почти лениво, но в его движениях чувствовалась направленность, будто каждый шаг был частью заранее выверенного действия. Оно напоминало остальных тварей лишь общими очертаниями – вытянутое тело, длинные конечности, способность быстро менять позу, но при этом отличалось деталями, которые сразу выбивались из общей картины.

Его кожа была не такой грубой, как у остальных, а более плотной и гладкой, с бледным, почти лакированным блеском, будто затянутая тонкой плёнкой. Вдоль позвоночника шёл ряд утолщений, похожих на узлы или сросшиеся позвонки.

Голова была вытянута назад, с непропорционально широкой нижней челюстью, которая могла раскрываться значительно дальше, чем позволяла анатомия прочих созданий. Глаз как таковых не было - вместо них по бокам головы находились тёмные впадины, в глубине которых временами вспыхивали тусклые отражения, словно оно воспринимало мир не напрямую, а через потоки, проходящие сквозь него.

Оно не выглядело сильнее остальных, но излучало странную ауру. К нему тянулись едва различимые, но многочисленные нити силы со всего леса. А оно, словно опытный паук, плело из них свой загадочный узор.

Вдруг оно медленно повернуло голову в сторону отряда, словно почувствовав запах, и, раскрыв пасть шире, чем это было возможно для живого существа, издало протяжный, режущий слух звук.

Сигнал.

И где-то в глубине этого мясного леса что-то огромное ответило ему.

- Бежим! - закричал Талит.

Скрываться смысла больше не было. Все твари в мясном лесу уже кинулись к горе.

Отряд сорвался с места почти одновременно.

Склон, ведущий к входу, оказался круче, чем казалось снизу, а почва предательски мягкой, вязнущей под ногами. Каждый шаг давался с усилием, будто сама земля пыталась удержать их, замедлить, не дать уйти.

- Не сбавлять! – крикнул Налимгот, поднимаясь первым и буквально выдирая ноги из податливой поверхности.

Позади уже слышалось движение. Сначала отдельные шорохи. Потом десятки. Затем резкие, режущие слух вопли превратились в пугающую волну, которая накатывала сзади, заставляя холодеть кровь в жилах.

Твари не бежали, нет, они мчались вверх по склону так, словно их гонит немыслимой силы жажда. Жажда крови.

Сим обернулась на бегу, на мгновение замерла, поражённая неистовством монстров, нагоняющих отряд. Она выпустила стрелу. Та вошла в ближайшее существо, сбив его с ног, но через мгновение на его месте уже были двое других.

- Их слишком много! – выкрикнула она, спеша догнать остальных.

- Значит, не останавливаемся! – отозвался Лигром, притормозив и прикрывая тыл.

Он двигался быстрее всех, поэтому страховал. Он разрубил первую тварь, сумевшую подобраться достаточно близко, и скользнул к следующей.

Тлах двигался медленнее остальных. Он тяжело дышал и чаще запинался. Он опирался о топор, помогая себе карабкаться вверх, но у него это не очень хорошо получалось.

Сим чередовала стрельбу из лука с перебежками. Она уже успела спасти жизнь Лигрому, вовремя сбив прыгнувшую ему на шею тварь.

- Шустрые, - пытался улыбнуться Мастер клинка и, увернувшись от острых когтей нового монстра, отскочил вверх, чтобы разорвать дистанцию и не дать себя окружить.

- Ну же, орк! Двигайся! - Дассир подхватил Тлаха под руку и потащил вверх.

Талит и Эдора бежали сразу за Налимготом. Парень буквально поднимал девушку в гору, таща за руку. Её Светлость время от времени спотыкалась, но благодаря поддержке не падала и усердно карабкалась вверх.

Ирзумга на ходу бросал короткие заклинания, не пытаясь уничтожить врагов, а лишь сбивать их ритм. С талисмана срывались призрачные змеи, жалящие нагоняющих тварей. Это их не убивало, но отвлекало.

Безглазые, они кидались на всё, что представлялось хоть какой-то добычей.

- Они слушают его! – крикнул шаман, не оборачиваясь. – Того, у деревьев!

- Тогда радуйся, что он не бежит за нами сам! – резко бросил Дассир.

Вход в гору становился ближе.

Тёмный провал в склоне теперь был отчётливо виден – неровный, частично обрушенный, но достаточно широкий, чтобы туда мог пройти весь отряд.

- Ещё немного! – крикнул Талит, ускоряясь.

Но именно в этот момент земля под ними дрогнула.

Сначала это было едва заметно, будто склон просто просел под тяжестью бегущих, но затем толчок повторился уже сильнее, и по поверхности пошли короткие, рваные трещины, расходящиеся в стороны прямо перед самым входом.

- Не останавливаться! – рявкнул Налимгот, но сам уже сбавил шаг.

Трещины резко разошлись.

Из-под земли что-то ударило вверх.

Комья вязкой почвы разлетелись в стороны, и из разлома вырвалось огромное тело с силой, с массой, как зверь, привыкший прорываться через плоть и землю.

Оно рухнуло на склон, перекрывая проход.

Существо было массивным и приземистым, с широким туловищем, покрытым плотной, натянутой кожей серо-бурого цвета, местами растрескавшейся и обнажающей более тёмные, почти чёрные слои под ней. Его тело напоминало зверя, но искажённого, слишком широкого в плечах, с укороченной шеей и тяжёлой, вытянутой вперёд головой.

Глаз у него также не было.

Там, где они могли находиться, поверхность оставалась гладкой и плотной, лишь едва заметно подрагивая, словно внутри двигалось что-то живое.

Пасть занимала почти всю переднюю часть головы. Она раскрывалась не вперёд, а вниз, раздвигаясь в широкую, неровную щель, усеянную толстыми, тупыми зубами, больше похожими на обломанные костяные пластины, способные не резать, а давить и перемалывать.

Передние лапы были короткими, но мощными, с широкими, расплющенными когтями, которыми тварь тут же вцепилась в склон, закрепляясь и разворачиваясь поперёк пути. Задняя часть тела оставалась ниже, частично ещё в разломе, но даже так было видно, что существо значительно длиннее, чем казалось сначала.

Оно не рычало.

Вместо этого из его груди вышел низкий, вибрирующий звук, больше ощущаемый, чем слышимый, от которого у всех невольно свело зубы.

- Обход! – скомандовал Налимгот, но, взглянув по сторонам, сам понял, что обхода нет.

Склон уже заполняли твари.

Огромный зверь медленно повернул голову, как будто прислушиваясь, и резко ударил передней лапой.

Удар пришёлся по земле в нескольких шагах от Налимгота, выбив кусок склона и заставив всех отшатнуться.

- Оно чувствует нас! – выкрикнул Ирзумга.

Демон снова ударил. На этот раз ближе, и комья земли полетели в стороны, сбивая с ног.

Сзади уже налетали мелкие создания.

Лигром развернулся, встречая их. Мощным движением руки он поймал одну тварь за горло прямо в прыжке. И хотя пасть оказалась на безопасном расстоянии, когти располосовали руку.

- Долго не продержимся! – крикнула Сим, выпуская стрелу почти в упор.

Налимгот сжал молот, быстро оценивая расстояние до входа.

Слишком близко, чтобы отступать. Слишком далеко, чтобы прорваться сразу.

Демон тем временем опустил голову ниже и резко двинулся вперёд, делая короткий, но мощный рывок, буквально вдавливаясь в склон и окончательно перекрывая проход своим телом.

Он раскрыл пасть и... замер на долю мгновения, словно что-то уловив.

Именно в этот момент воздух над ними изменился. Сначала пришёл холод. Резкий, сухой, выбивающий дыхание.

Затем мрак.

Налимгот поднял голову.

В мрачном, затянутом свинцовыми тучами небе скользнула огромная тень.

- Все ко мне! – со всей силы заорал Налимгот, да так, что его голос казался осязаем.

Члены отряда сбились в кучу вокруг паладина, вскинувшего молот к небу. И в этот момент поток холода ударил сверху точно в огромного зверя, накрывая его голову и переднюю часть тела. Лёд не взорвался – он нарастал, сковывая движение, обволакивая кожу, забивая щели между пластинами, фиксируя лапы, впивающиеся в склон.

Ледяная волна пошла от поражённого демона, захватив всех, кто оказался рядом. Но отряд стоял. Налимгот в центре, окружённый коконом непробиваемой защиты Света.

Тень в небе сгустилась, и из туч вынырнул огромный ледяной дракон.

Его крылья рассекали воздух, оставляя за собой облака инея.

На его шее, в седле из тёмного металла и костей, сидела неподвижная фигура.

Тер'Зур. Король мёртвых.

- Сейчас! – рявкнул Лигром, подхватывая ослабевшего Налимгота.

Отряд сорвался вперёд.

Они рванули к входу, перепрыгивая через застывающие лапы, скользя по резко похолодевшей земле.

Талит первым нырнул в проём, сразу обернувшись и помогая Эдоре пройти внутрь.

Ирзумга проскочил следом, не оглядываясь.

Лигром в последний момент оттолкнулся от застывшей лапы твари и скользнул внутрь прохода.

Сим и Дассир буквально втащили Тлаха, который уже почти не держался на ногах.

Налимгот остался на мгновение снаружи.

Он обернулся.

Король мёртвых смотрел прямо на него сверху, неподвижно, будто отмечая. Но в то же время, казалось, он доволен своим появлением и тем, что паладин Света будет у него в долгу.

Затем лёд на теле демона треснул. Твари вокруг снова пришли в движение. Визги, жаждущие крови снова резанули по ушам.

Дракон издал ответный рык, от которого холодела кровь, и, зависнув над склоном, обдал врагов волной острых ледяных осколков, пробивших тела множества из демонова отродья, пригвоздивших этих мерзких тварей к земле.

И Налимгот шагнул в темноту.

Все тяжело дышали. Но отдыхать было некогда. Проход в гору оставался открыт, и порождения демонов в любой момент могли ворваться внутрь.

Не теряя времени, Ирзумга зажёг магический огонёк, осветив каменный тоннель. Он быстро достал из заплечного мешка небольшие сушёные тыквы, всучил Дассиру и... хотел было Тлаху, но орк хрипел, со свистом втягивая воздух, и выглядел совсем плохо.

Он вырвал из рук генхана тыкву и выдавил:

- Я... справлюсь.

Дассир с недоумением крутил тыкву в руке.

- Это «бум», - коротко пояснил Ирзумга, продемонстрировав руками, что имеет в виду.

Он достал ещё одну из мешка, поднёс к огоньку, висевшему над головой, и верёвочка, торчащая из тыквы, загорелась. Шаман тут же кинул её наружу, где режущие слух вопли становились всё громче.

Прогремел взрыв, и каменные осколки влетели внутрь, обдав стоявших воинов.

- Уходим! Скорее! - Талит рвался вперёд.

Сомнений в том, что демоны уже готовятся к отражению атаки, не было. Нужно было спешить, пока они не успели перекрыть все подходы к своему логову.

- Ну же!

- Идите! - отозвался Дассир, отталкивая Ирзумгу. – Мы прикроем вход. Эти мерзкие твари не пройдут и не ударят вам в спину.

Под «мы» он имел в виду себя и Тлаха. Орк как раз дрожащей рукой поджигал вручённую ему тыкву.

- Уходите! - рявкнул снова Дассир.

И в этот момент в проход заскочила первая тварь. Она вцепилась в руку орка, держащую подпалённую тыкву...

Взрыв раскидал противников.

Дассира впечатало в стену, выбив воздух из лёгких. В ушах звенело, перед глазами плыл пыльный туман.

Паладин с трудом повернул голову вправо, заметив, как остальные, наконец, вняли его словам и удаляются в темноту тоннеля.

Он опёрся на руки и тяжело поднялся. Нашёл отлетевший меч, взялся за рукоять и глянул на выход.

Видимо, два взрыва заставили тварей стать осторожнее. В овальном провале показалась сначала одна клыкастая морда, затем из дыма и пыли появились другие.

У них не было глаз, но они отчётливо видели паладина, едва стоявшего на ногах. Ещё мгновение... и они рванули к нему, вопя от жажды крови.

Талит и Эдора двигались впереди. За ними Лигром и Сим, затем уже Налимгот и Ирзумга.

Тьма прохода забрезжила впереди розовым отблеском на стенах и мечущимися тенями. Вопли приближались спереди и сзади.

Налимгот обернулся на звуки, готовясь отразить атаку из тьмы. Дассир и Тлах не справились. Кровожадные отродья одолели их числом. Ничего. Он будет покрепче.

Крики становились громче, отражаясь от стен, усиливались, буквально оглушая. Целая свора, готовая разорвать их в клочья, стремительно приближалась.

Вот так сгинуть на подходе к цели, зажатыми в узком проходе с двух сторон преобладающим количеством врагов. Это было бы крайне... печально.

Ирзумга достал из-за спины резную палку, обвешанную несколькими побрякушками. Он не выглядел потерянным, как остальные, готовящиеся к последнему бою. Его губы негромко нашёптывали непонятные слова, впрочем, для странного генхана это было обычным делом.

Ещё мгновение, и твари кинулись из темноты. Яркая вспышка Света Налимгота застыла, осветив всё пространство, когда Ирзумга с силой ударил палкой в каменный пол.

Твари замерли на месте, словно время остановилось.

Ошеломлённые спутники растерянно оглядывались, стараясь понять, что произошло.

- Бейте! – рявкнул Ирзумга, отсекая клинком голову ближайшего монстра. – Мало времени.

И отряд принялся рубить замерших гадов, продвигаясь вперёд.

Талит, ведущий Эдору за собой, обратил внимание на отличия между этими тварями и теми, что преследовали их на склоне.

Эти казались более мускулистыми, были крупнее и проворнее.

- Гвардейцы, - буркнул Налимгот, отвечая на безмолвный вопрос парня. – Видимо, стража логова. Мы совсем близко.

Ирзумга подталкивал товарищей в спины, торопя. Теперь он начинал нервничать.

Тем временем, его воткнутая в каменный пол палка сначала едва, затем всё сильнее вибрировала. Несколько мгновений, и, не удержавшись, она упала. Вспышка погасла.

Вход в тоннель был засыпан крошкой и забрызган кровью. Дассир не сдался тварям без боя. Он прикончил нескольких прежде, чем его самого разорвали на части.

Но враги спешили в погоню, поэтому не заметили лежащего неподвижно израненного орка.

Его тело изувечило близким взрывом, и было чудом, что Тлах ещё дышал. Хотя дыханием эти неровные едва слышимые всхлипы тоже нельзя было назвать.

Один глаз вытек, но второй повернулся вверх, когда возникшая тень накрыла его.

Тер‘Зур опустил взгляд на то, что осталось от орка.

- Живучий, - с ноткой удивления прошептал он не столько вслух, сколько в голове самого Тлаха.

Несколько мгновений редкие всхлипы нарушали тишину тоннеля, хотя где-то вдали слышались визги тварей, загоняющих отряд.

Снаружи тоже донеслись крики новой волны погони. Тер‘Зур повернулся, вскинул руки, и стена льда выросла перед ним, перегораживая вход.

Пронизывающий холодный взгляд короля нежити вновь опустился на орка. Ответный взгляд Тлаха отчаянно умолял лишь об одном.

- А ты упёртый. – Уважение в голосе? – Смерть уже пришла за тобой, но ты не готов сдаться. – Мгновение раздумий. – Что ж…

Глава 23: Логово

Раздражённые крики монстров звучали неподалёку, отражаясь от стен и разлетаясь по узким тоннелям.

Казалось, их потеряли из виду.

Перебив остановленных ловушкой времени гвардейцев, отряд успел добраться до разветвления и нырнул в боковой тоннель. Немного виляний по узким ходам, подъёмы вверх, спуски вниз, и они оказались в каком-то заброшенном закутке, куда, кажется, давно никто не заглядывал.

Появилась возможность перевести дух, собраться с мыслями и обработать раны.

- Напрямую нам не пробиться, - озвучил негромко очевидное Налимгот, осматривая каждого из отряда и с помощью магии Света залечивая их раны.

Он задержался возле Ирзумги, так как предплечья генхана пострадали от укусов вурдалаков в трёх местах. Оценил начавшие уже гноиться раны. Применил Лечение.

Ирзумга тем временем не стоял просто так. Он рылся в своём весьма похудевшем за время похода и последние схватки мешке, увлечённо шёпотом бормоча себе что-то под нос.

- Замри хоть на секунду, - буркнул ему недовольный беспокойным пациентом паладин. – Я пытаюсь залечить твои раны.

- Шаманство духов… - кинул в ответ генхан, продолжая своё занятие. – Ирзумга не обратится. – Он уставился на мгновение на Налимгота. - Ирзумга сам лекарь.

- Что ты делаешь? – спросил Талит.

Он стоял дальше всех, наблюдая за подходами. Его чёрная броня делала его почти невидимым в полумраке тоннелей.

- Глаз нет у них, - слегка раздражённо бросил шаман. – Мы пахнем добычей. Нужно скрыть… нас.

- Ты сможешь? – Талит заинтересованно подошёл ближе.

Вместо ответа Ирзумга недовольно пробурчал себе под нос что-то неразборчивое.

- Уйди! – неожиданно громко рыкнул Лигром, когда Налимгот подошёл к нему осмотреть раны.

Все тут же обратили свои взоры на орка. Тот забился в угол и выглядел не лучшим образом.

- Я всего лишь хочу помочь, - миролюбиво заметил паладин, отступая на шаг назад.

- Это кровь демона, - пояснила Сим. – Как мы приблизились к Сарусу, он начал меняться внутри.

- Что ты имеешь в виду? – насторожился Налимгот, чуть крепче взявшись за рукоять молота.

- В нём кровь одного из демонов. – Сим коротко кивнула в сторону Ирзумги. – Шаман приглушил её власть над ним, но теперь… когда они рядом…

- Как это влияет на него? – Талит шагнул ещё ближе и всмотрелся в орка. – У тебя жар.

- Я… слышу их, - выдавил из себя Лигром. – Пять…

Он закрыл глаза, собираясь, упорядочивая мысли, ища слова. Руки вцепились в рукоять меча, жадно сжимая её, словно шла схватка. Только внутри. И меч служил опорой.

- Пять? – переспросил Налимгот. – Их пять? Демонов.

- Сгустков, - поморщился орк, силясь описать ощущения. – В голове… - Снова напряжённая пауза. – Пульсируют… в голове. Словно карта… направления… тяжело…

- Ты можешь видеть, где они?! – удивился Талит.

Лигром тряхнул головой, закрыл глаза.

- Словно в густом… тумане. Моё сознание разрывает между ними. Пять…

Орк вдруг открыл глаза, уставившись на вход, от которого все отвернулись, выслушивая его.

Талит резко развернулся… И в этот момент из-за угла кинулась одна из тварей.

Но юноша оказался быстрее. Рука, окутанная чёрным, взмахнула мгновенно выросшим из неё клинком, и голова монстра, слетев с плеч, прокатилась к ногам спутников. Тело, шлёпнувшись на пол, покрытый слоем пыли и праха, несколько раз дёрнулось и замерло, истекая кровью.

На мгновение все вслушивались в доносящиеся звуки. Кажется, тварь была одна.

- Надо уходить. – Лигром поднялся. – Я… чувствую их присутствие. – Он коротко указал пальцем на свою голову и перехватил меч.

Орк собрался.

- Что ты делаешь? – Налимгот обратил внимание на копошение и бормотание взбодрившегося генхана.

Шаман ловко собирал руками кровь монстра, смешанную с пылью и прахом. Добавлял туда какие-то сухие измельчённые травы из мешка.

- Теперь хорошо, - сообщил он, глянув на паладина и протянув ему часть получившейся смеси. – Невидимы для них. – Он всё же неуверенно поморщился и добавил: - Надеюсь.

Налимгот не спешил, а Ирзумга не желал ждать. Он размазал смесь по броне человека, бросив побуждающее «Ну!». Затем обернулся к Лигрому и протянул ему следующую порцию получившейся смеси.

Орк спорить не стал и принялся намазываться резко пахнущей чем-то кислым и одновременно мертвенно сладким массой.

Остальные последовали его примеру. Сим брезгливо сама подняла горсть жижи с пола, сурово глянула на шамана и принялась натираться, кажется, ругнувшись про себя на эльфийском. Эдора тоже морщилась, но молча обмазывала руки, ноги, тело.

Ирзумга тем временем глянул внимательно на Талита, его чёрное покрытие. Склонил голову на бок, крякнул и удовлетворённо сообщил, что ему это не нужно.

А вот парень тем временем склонился над трупом монстра, протянул руку, и из чёрной брони к телу протянулись тонкие отростки, словно усики, принявшиеся… щупать окровавленную рану.

С минуту все безмолвно наблюдали за происходящим.

- Эти существа – помеси. Живая плоть – тело, когти, ярость, принесённые из другого мира. И магия нежити – жажда, яд и власть над стаей.

- Ты хочешь сказать, они были выведены уже в Ирионе? – Налимгот шагнул чуть ближе.

- Они только первые. Первое поколение. Быстрые, яростные. – Талит встрепенулся. – Идём!

И отряд двинулся по тоннелям куда-то вниз, дальше в гору, уходя в мрачные глубины Саруса.

Постепенно склепы нежити видоизменялись, превращаясь в нечто иное... живое.

Даже воздух изменился. Вместо сухого запаха пыли и смерти здесь стояла тяжёлая влажная духота, напоминавшая одновременно бойню и теплицу.

Несколько раз путь им преграждали странные органические образования, через которые приходилось с усилием продираться.

Достаточно узкая шахта уходила почти вертикально вниз, заставляя спускаться поодиночке. Поверхность шахты медленно менялась, покрываясь чем-то живым… кожей… скользкой, липкой, влажной.

Первым двигался Налимгот, то и дело цепляясь бронёй за стены. Светлячок Ирзумги горел гораздо выше, так как генхан двигался лишь четвёртым, поэтому паладин не сразу заметил, как из темноты снизу вынырнула голова твари, ползшей вверх.

Громкий, режущий слух визг. Глухой удар сапога в голову и…

Человек сорвался, потеряв опору. Остальные также не удержались за скользкое покрытие и полетели вниз, врезаясь в стены.

Однако их полёт длился недолго. Уже через несколько метров шахта заканчивалась, выбросив путников в широкий зал.

Лигром, приземлившийся сразу на паладина, вскочил и помог тому подняться. Тварь под ним была сильно поломана, но ещё жила. Молот с противным хрустом оборвал её страдания.

Сим и Ирзумга спрыгнули рядом. Они успели зацепиться ещё в шахте и остановили падение. Шаман бросил взгляд вверх, где неуверенно держалась Эдора, махнул ей рукой, мол поймаю, и девушка упала в его объятия.

Пока генхан ставил её на ноги, Талит бесшумной тенью оказался внизу и осмотрелся.

- Они ищут нас, - коротко заметил он, взглянув на мёртвого врага.

- И найдут, - согласился Налимгот и добавил: - Когда мы придём к ним.

- Что это? – Эдора осмотрелась и привлекла внимание остальных.

Повсюду возвышались ряды каменных платформ, когда-то служивших нежити для хранения саркофагов и останков. Теперь их покрывали органические коконы, сосуды и переплетения плоти.

В одних ёмкостях вызревали новые существа. В других лежали расчленённые тела людей, орков, зверей и нежити.

Третьи содержали результаты экспериментов, на которые никто из присутствующих не захотел смотреть слишком долго.

- Какая мерзость. – Налимгот, кажется, озвучил общее мнение.

Вдали вдруг послышались знакомые вопли. Они стремительно становились громче.

- Надо уходить, - выдохнул Талит, направляясь к дальнему выходу из зала, ведущему ещё глубже в гору.

Он не успел сделать и десятка шагов.

Из прохода впереди донёсся быстрый топот, а затем в полумрак зала влетело сразу несколько помесей. Они двигались рывками, пригнувшись почти к самому полу, обнюхивая воздух и нервно дёргая головами.

Лигром шагнул навстречу, вскинув меч, но существа неожиданно остановились. Не потому, что испугались. Страх им был неведом. В этом уже давно убедились без всяких сомнений. Они словно потеряли след.

Несколько мгновений твари метались между рядами коконов, шипели, сталкивались друг с другом, пытаясь вновь уловить запах добычи.

Ирзумга с довольным прищуром глянул на Налимгота, мол работает моя смесь.

Однако радость оказалась преждевременной.

Вопли становились всё… гуще, нарастали, приближаясь. Теперь они доносились не только из тоннелей позади, но и откуда-то сверху, из переплетений старых шахт и ходов, пронизывающих внутренности горы. Казалось, твари постепенно заполняют весь этот уровень, прочёсывая камеру за камерой, и лишь вопрос времени, когда одна из них вновь наткнётся на след добычи.

Даже если враги больше не чувствуют напрямую их запах, в узких проходах можно просто не суметь разминуться с ними.

Талит ускорил шаг, ведя отряд к дальнему выходу из зала. Остальные бесшумно следовали за ним, стараясь держаться ближе друг к другу среди рядов органических коконов и каменных платформ, превращённых демонами в свои отвратительные инкубаторы.

Тварей становилось больше и становилось всё труднее выйти отсюда без боя.

Но вдруг от одного из мясистых коконов внезапно отделилась фигура.

- Сюда! – поманила она.

Лигром едва не снёс её ударом меча. Незнакомец отшатнулся и поднял руки.

- Не бейте!

От неожиданности даже орк замер.

Перед ними стоял мужчина непонятного возраста, худой, заросший, в потрёпанной одежде, которую трудно было назвать дворянской лишь потому, что от прежней роскоши почти ничего не осталось.

Мгновение потребовалось всем, чтобы рассмотреть его.

- Тонлерд?! – Эдора узнала его первой.

Имя сорвалось с её губ почти шёпотом.

Человек вздрогнул. На мгновение в его взгляде мелькнуло что-то очень похожее на растерянность. А потом он улыбнулся. Попытался улыбнуться. Усталой, какой-то чужой улыбкой.

Да, это был он. И не он.

Лицо осунулось. Под глазами залегли глубокие тени. На висках появилась ранняя седина, а среди спутанных тёмных волос серебристых прядей оказалось неожиданно много. Но в чертах всё ещё угадывалось благородное происхождение.

Кожа выглядела бледной и какой-то тонкой, словно полупрозрачной. Под ней отчётливо проступали тёмные сосуды, напоминавшие жилки на внутренней стороне листа.

Больше всего тревожили глаза. Они оставались человеческими. Живыми. Но зрачки казались непривычно широкими даже при свете факелов, а радужка приобрела странный серовато-жёлтый оттенок, словно глаза постепенно привыкали к вечному полумраку Саруса.

- Принц? – удивился Налимгот, шагнув ближе. – Ты…

Напротив стоял не юноша шестнадцати лет, а молодой старик, перенёсший слишком много.

Он поманил их рукой, призывая следовать за ним.

Тварей вокруг становилось всё больше. Выход оказался перекрыт, и выбора больше не оставалось.

Тонлерд шагнул к одной из стен и отодвинул в сторону длинный лоскут высохшей органической ткани, напоминавшей старую шкуру. За ней обнаружилась узкая трещина, лаз. Настолько узкий, что его невозможно было заметить со стороны.

Принц Ленагора нырнул туда первым, за ним последовали остальные, едва протискиваясь меж стен.

За стеной начинался настоящий лабиринт.

Тонлерд уверенно вёл их через древние коридоры, скрытые между основными тоннелями Саруса. Иногда приходилось ползти через узкие щели между огромными каменными блоками. Иногда перебираться через старые осыпи. Несколько раз путь проходил прямо сквозь опустевшие кладки, из которых когда-то вылуплялись те самые усиленные твари, гвардейцы, остановленные ловушкой времени.

Наконец Тонлерд остановился.

Перед ними открылась небольшая камера, скрытая глубоко внутри старой гробницы.

Когда-то здесь, на нижних уровнях находился некрополь эльфов, которым в своё время воспользовался Тер‘Зур, перенеся столицу своих владений внутрь горы. Теперь же помещение выглядело странным смешением древнего склепа и логова какого-то зверя.

Часть стен сохранила старую каменную резьбу.

В центре горел слабый зеленоватый огонёк, заключённый в прозрачный органический пузырь.

Источник света напоминал скорее внутренний орган какого-то существа, чем лампу.

Здесь не было уюта. Но было видно, что кто-то жил здесь уже достаточно долго.

Эдора медленно огляделась.

- Ты... живёшь здесь?

Тонлерд кивнул. Его глаза бегали от одного к другому, словно не верили, что встретили настоящих людей. Пальцы двигались, словно он мысленно касался чего-то или кого-то, но не решался сделать это по-настоящему.

Здесь было очень тесно, поэтому Эдора шагнула ближе к другу детства. Он вдруг нервно обнял её и заплакал. Тихо, почти бесшумно.

Её Светлость не вырывалась. Она гладила его по голове, жалела.

Сим обвела взглядом помещение.

- Ты прожил здесь всё это время?

Тонлерд, наконец, отстранился от Эдоры, опустился на потёртую подстилку из непонятного материала - видимо, она служила ему постелью – кивнул.

- Не только здесь. – Принц звучал хрипло, неуверенно, снова вспоминая, как говорить. – Есть другие… места.

Талит, напряжённо следивший за ним, пока он стоял возле Эдоры, слегка расслабился и осмотрелся.

Стены камеры были разрисованы переплетающимися линиями, которые он принялся рассматривать.

В убежище повисла тишина.

За пределами укрытия вновь прокатился далёкий вопль.

На этот раз никто даже не вздрогнул.

Все ждали продолжения.

Тонлерд некоторое время молчал, словно решая, с чего начать. Потом медленно заговорил:

- Меня похитили во сне. – Тяжёлый хриплый вдох. – Король нежити хотел использовать меня против отца. Но… появились эти… существа… Он бежал, потеряв власть.

Все внимательно слушали, замерев каждый в своём уголке, переводя дух и стараясь вникнуть в рассказ.

- Нежити было не до меня. Я бежал, спрятался.

- Ты не был связан? – поинтересовался негромко Налимгот.

- В этом не было необходимости. – Голос Тонлерда постепенно становился твёрже, уверенней. Хрипота уходила, словно масло попало на старые шестерни, и они закрутились без помех. – Я был среди нежити, я не мог сбежать. Но потом, когда… существа взяли власть, я скрылся… забился в самый дальний угол. – Мгновение тишины, нарушенное упавшей с потолка каплей, ударившейся о дно перевёрнутого человеческого черепа. - Я был уверен, что меня найдут. – Тонлерд невесело усмехнулся. – Первое время прислушивался к каждому звуку. Мне мерещилось, отец пришлёт людей. Или что Тер'Зур вернётся. Или что всё это скоро закончится. – Он покачал головой, горько усмехнулся старым никчёмным надеждам. – Потом стало ясно, что никто не придёт.

Несколько секунд он молчал. Остальные молчали вместе с ним, не решаясь прервать рассказ.

- Я прятался. Искал воду. Иногда находил что-то съедобное. Иногда ошибался.

Тонлерд скривился. Видимо, эти ошибки стоили ему слишком многого.

Сим поморщилась.

- Как долго?

- Не знаю. – Тонлерд пожал костлявыми плечами. – Здесь легко потерять счёт времени. Дни и ночи не меняются. Сначала я пытался считать… Какой смысл?

За пределами убежища послышался далёкий скрежет.

Принц машинально прислушался и лишь затем продолжил:

- Больше всего я боялся нежити. Она была повсюду. Я слышал её. Иногда видел. Иногда она проходила совсем рядом. Некроманты могли делать с моим телом кошмарные вещи. А вурдалаки просто сожрать, пока никто не смотрит. – Он замолчал, вспоминая. – А потом её стало меньше.

Налимгот нахмурился.

- Меньше?

- Да. Сначала я решил, что ошибаюсь. Но проходили недели... или месяцы... и я всё реже встречал её в глубоких тоннелях.

Тонлерд обвёл рукой стены убежища.

- Раньше здесь постоянно кто-то бродил. Потом коридоры начали пустеть.

- Они ушли? – спросила Эдора.

- Не знаю. – Он покачал головой. – Иногда я находил места, где нежить просто исчезала. Без следов боя. Без костей. Без обломков. – В убежище вновь стало тихо. – А потом я увидел их.

Тонлерд произнёс это так спокойно, что от его слов стало только тревожнее.

- Сначала издалека. Мне показалось, это ошибка. Что я слишком долго просидел один и это голодный бред. – Он посмотрел на зелёный огонёк в пузыре. – Они не были похожи ни на нежить, ни на живых существ.

Налимгот переглянулся с Талитом.

- Демоны?

Тонлерд не ответил сразу.

- Не знаю, демоны ли они. – Он медленно поднял взгляд. – Но самое страшное было не это.

- А что?

- Теперь они были здесь хозяевами. Они принялись преобразовывать Сарус. Выращивать свой… выводок… тварей, опасней любого вурдалака. – Тонлерд поднял взгляд, обвёл им присутствующих. – Вы видели их.

- Да, мы видели их, сражались с ними, - подтвердил Налимгот. – Мы здесь, чтобы убить демонов и покончить с их властью.

Взгляд принца блеснул тревогой. И он заговорил быстрее, испуганней:

- Вы не сможете. Тер‘Зур не смог. Он великий колдун и повелитель полчищ.

- Ты слишком высокого мнения о старом мертвеце, - фыркнула Сим.

Тонлерд продолжил качать головой, проигнорировав слова эльфийки.

- Вы не знаете, с кем столкнулись.

- Расскажи нам! – Талит внимательно посмотрел на принца, затем положил руку на стену с линиями. – Ты нарисовал карту тоннелей. Ты знаешь, куда нам идти. Мы ударим быстро и сокрушим врага.

- Они из другого мира. И они принесли с собой его часть. Они не хотят просто захватить Ирион. Они хотят вырастить свой. Всё, что вы видели до сих пор – это лишь семя, начало их власти.

- Потому нам надо их остановить, - вступил в разговор Лигром, до хруста в костяшках сжимая рукоять меча. – Там уже идёт война, гибнут наши королевства.

Эдора присела к принцу, погладила его по щеке.

- Мы пришли сюда за этим, - произнесла она мягко. – Мы готовы умереть, чтобы победить. Мы не хотим выжить. Это не главное. Помоги нам, милый, добрый Тонлерд. Без тебя мы не выберемся из этих тоннелей.

Тишина вновь прервалась падением капли.

Юноша собрался и встал.

- Идёмте! Я покажу вам путь.

Он направился к выходу, протиснувшись между Лигромом и Сим. Бросил короткий робкий взгляд на Ирзумгу.

- Внутри горы их четверо. Главные. Важные.

Отряд, крадучись, последовал за принцем, оставаясь настороже, готовый к любой неожиданности.

- У них есть Матерь… - продолжал Тонлерд, ведя через узкий тёмный тоннель. – Она даёт семя…

- Семя? – удивилась Сим.

- Я это так называю. Королева забирает семя и… вы видели лес на склоне Саруса?

- Да.

- Это растёт из её семени.

- Погоди, - вмешался Талит. – Королева?

Ирзумга вдруг остановился, поднял палец вверх.

- Слуга был в лесу, Громила закрыл вход. – Он повернулся к Лигрому. Зверь – твоя судьба. – Он перебил Сим, уже открывшую рот, чтобы заявить о себе: - И твоя.

- Нужно убить эту Матерь и их Королеву, - решил Налимгот. – Если покончить с ними, мы остановим расширение их… мира в наш. – Он положил тяжёлую руку на плечо Тонлерда. – Веди нас к Королеве.

Тонлерд молча кивнул и повёл их дальше.

Чем глубже они проникали в гору, тем меньше Сарус напоминал древний город или некрополь. Старые каменные коридоры постепенно исчезали. Всё реже попадались полуразрушенные древние резные арки и следы эльфийской кладки. Камень уступал место чему-то иному.

Сначала это были лишь отдельные пятна тёмной плоти, покрывавшие стены. Потом появились толстые жилы, уходившие в трещины и оплетавшие древнюю кладку.

Стены стали мягкими и слегка податливыми. Пол едва заметно пружинил под ногами. В воздухе стоял тяжёлый сладковатый запах, напоминавший одновременно влажную землю, кровь и гниющие цветы.

Несколько раз им приходилось обходить огромные мясистые стволы, проросшие прямо сквозь толщу горы. От них во все стороны расходились толстые корни-щупальца, исчезавшие в стенах.

- Они растут быстро, - шёпотом пояснил Тонлерд. - Раньше этого здесь не было.

Чем ближе они подходили к логову Матери, тем больше становилось света.

Но свет этот не имел ничего общего с огнём.

Из стен проступало мягкое красноватое сияние. Под полупрозрачной плотью медленно пульсировали потоки густой тёмной жидкости, словно вся гора превратилась в единый живой организм.

Даже звуки изменились.

Теперь отряд постоянно слышал глухое биение. Медленное. Размеренное. Будто где-то в глубине Саруса билось огромное сердце.

Лигром недовольно проворчал и крепче сжал меч.

Тонлерд резко остановился. Все замерли.

Из соседнего тоннеля донёсся влажный скрежет. Затем ещё один. И ещё.

Принц побледнел.

- Нас нашли.

В тот же миг из боковых проходов послышался ответный стрёкот.

Звук быстро приближался.

- Слишком рано, - выдохнул Тонлерд. – Мы не успеем добраться. – Тихом голосе просквозила паника.

Ирзумга поднял голову, прислушался, затем уверенно указал в два разных тоннеля.

- Королева там. Главарь и Зверь дальше.

- Разделяемся, - мгновенно решил Налимгот. - Он посмотрел на Ирзумгу. - Идёшь со мной.

Генхан кивнул, обернулся к Тонлерду.

- Покажи им путь.

- За мной, - быстро произнёс юноша, уже пятясь к узкому проходу. - Если задержимся, нас окружат.

- Убейте демонов, - сказал Налимгот, обернувшись к друзьям. – Иначе…

Он не договорил. Все и так всё понимали.

Из темноты впереди уже появлялись первые силуэты тварей.

Отряд разделился.

Налимгот и Ирзумга скрылись в широком тоннеле, откуда доносилось низкое вибрирующее гудение.

Принц свернул в противоположную сторону, указывая путь, но…

Сим метнулась вперёд первой. За ней рванул что было сил Тонлерд. Талит и Эдора следовали за ним, удивляясь прыти измождённого человека.

Лигром двигался последним. На удивление орк замедлился, словно двигался против ветра. Ему приходилось прилагать усилия, чтобы не отстать. И этот факт ещё больше смутил его рассудок.

Пульсирующие сгустки в голове становились всё ближе. Они били в голову, словно молоты, вызывая боль и смятение.

Вдруг из бокового прохода метнулась тварь. Она успела на мгновение вцепиться клыками в правое предплечье, но молниеносный поворот меча отсёк ей голову.

Некогда.

Демоны уже давно знали, где они, и их порождения кишели в тоннелях в поисках чужаков.

Впереди показался розовый отблеск. Остальные уже достигли тронного зала Тер'Зура.

Спеша за Сим, Талит и Эдора оторвались от Лигрома, но пока и не догнали охотницу. Принц Ленагора остановился и, задыхаясь, опёрся о стену.

- Нам нужно дальше. - Эдора подошла. - Тонлерд.

- Я... не могу... - выдавил тот. - Я...

- Спрячься где-нибудь!

Талита пугала задержка. Не за себя. За эльфийку. В гневном порыве она могла наломать дров.

Дождавшись судорожного кивка, он схватил Эдору за руку и рванул дальше.

Сим они догнали уже у тронного зала.

Рядом лежало несколько тел гвардейцев. Проход был открыт, но эльфийка ждала, сжимая в руках лук и единственную оставшуюся стрелу.

- Сим?

Талит и Эдора остановились рядом.

- Они там, - шепнула она, коротко кивнув в сторону выхода из тоннеля. Она бросила взгляд на стрелу. - Я берегла её для мести.

Охотница, казалось, была в смятении. Она бросила взгляд на Талита, словно спрашивала о готовности.

Он был готов. Боялся? Да. Но не за себя. За успех. За соратников, ставших друзьями. За Эдору, ставшую... дороже. И не потому, что она была их главным оружием.

Из мрака тоннеля, словно порыв горячего ветра появился Лигром. На правой руке, вцепившись клыками, висела отрубленная голова монстра. Орк, кажется, заметил это только сейчас. Резким взмахом руки стряхнул её и вопросительно посмотрел на остальных.

Кивнул.

* * *

Ирзумга бежал впереди и первым ворвался в... зал Матери... или Королевы.

— Надо закрыть вход, - рявкнул он не оборачиваясь подбежавшему сзади Налимготу.

Но тот не спешил отвечать. Он осматривался.

Перед ними раскрылась почти круглая пещера шагов сто пятьдесят в диаметре. Её пол и некоторые выступы на стенах были покрыты уже встречавшимися коконами, в которых ворочались, созревая, тёмные силуэты.

В центре пещеры с высокого потолка и до самого пола располагался... столб из живой ткани каковая покрывала большую часть пола и стен. В центре столба толщиной в несколько шагов виднелось уплотнение, в котором просматривался ещё один силуэт. Чуждый.

— Матерь, - пробормотал Ирзумга, затем гневно глянул на паладина и рявкнул. - Тоннель!

Вышедший из лёгкого оцепенения Налимгот развернулся, окинул оценивающим взглядом выход из тоннеля, размахнулся и начал бить по своду.

Каждый его удар сотрясал пещеру, но скрываться смысла не было. Визги нагоняющих тварей уже приближались по каменным ходам.

Драться с демонами и отбиваться одновременно от своры их отродий было очевидно обречено на провал.

Но, к счастью, на пятый или шестой тяжёлый удар молота свод пошёл трещинами и с грохотом обвалился.

Паладин едва успел отскочить, чтобы не быть заваленным каменными глыбами. Сквозь клубы пыли на него смотрела раздавленная голова отродья, пытавшегося проскочить и ещё суметь достать того, кто собирался покуситься на Матерь.

Но расслабляться уж точно не стоило. Этот ход был закрыт. Однако в дальних стенах пещеры виднелось как минимум ещё три тёмных зева других проходов, из которых также доносились режущие слух визги.

Налимгот вскинул молот и ударил им по ближайшему кокону, пробив его оболочку и сразу же размозжив тварь, растущую в нём. Замахнулся над следующим, но вдруг гневный стрёкот раздался в пещере. Он бил не по ушам, а сразу в голову, проникая в саму душу.

Паладин опустил молот. Ирзумга крутился, пытаясь найти источник звука.

И тут появилась она. Сверху из-за столба, возвышающегося в центре пещеры выглянуло существо. Серое, безглазое, с шестью конечностями, покрытыми тугими жгутами мышц и длинным хвостом. Крупнее обычных отродий и даже гвардейцев. Королева.

И хотя глаз у неё не было, Налимгот и Ирзумга словно прогнулись под давлением её пристального, злого внимания. В ушах зазвенело. Не голос. Чуждая воля, могущественная, прогибающая, ломающая, сжимающая дух.

Прикрываясь левой рукой, словно это могло как-то помочь, Ирзумга размахнулся и метнул свой двусторонний изогнутый меч вверх. Тот, раскрутившись словно бумеранг, преодолел расстояние в сорок шагов и легко вонзился в плоть рядом с Королевой.

— Не попал, - крякнул раздосадованно генхан, глянув на Налимгота.

Тот не успел ответить, как справа, от одного из проходов, в демона полетели ледяные осколки. Они поразили Королеву, заставив её взвизгнуть и резко скрыться за толщей столба.

Взгляд туда и...

Тер'Зур показался из тоннеля, укрытый магическим коконом холода. Его глаза излучали ледяное сияние. Древний маг больше не выглядел беглецом или пленником обстоятельств. Сейчас он напоминал того самого Повелителя Нежити, имя которого долгие годы наводило ужас на весь Ирион.

Он пришёл сюда, чтобы вернуть себе власть.

Вокруг него кружились снежные кристаллы. Они не таяли даже в тяжёлом влажном воздухе пещеры. Наоборот – там, где ступала нога Тер'Зура, живая плоть, покрывавшая пол, чернела и превращалась в прах.

Не говоря ни слова, лич вскинул руку.

Холод ударил по пещере подобно зимнему шторму.

Воздух затрещал.

Вода, сочившаяся по стенам, мгновенно превратилась в лёд. Из прохода, откуда появился Тер'Зур, с оглушительным треском начали вырастать толстые ледяные наросты. Они сплетались между собой, запечатывая тоннель от пола до самого свода.

Через несколько мгновений вместо прохода стояла сверкающая голубоватая стена толщиной в несколько шагов.

Из-за неё донеслись яростные визги и удары множества тел. Твари рвались вперёд, царапая и грызя твёрдый лёд в надежде прорваться, защитить свою Мать.

Лич опустил руку.

- Этот путь закрыт. – Тихий, хриплый голос, но слышимый всеми, словно звучал в голове, преодолевая любой шум извне.

Ответом ему стал новый стрёкот Королевы. Гневный. Приказывающий.

Из двух других тоннелей в другом конце зала почти одновременно хлынули отродья.

Они бежали по полу, стенам и даже по потолку, цепляясь длинными когтями за живую плоть пещеры. Десятки серых тел неслись вперёд единым потоком.

- К Матери! - прорычал Ирзумга, выхватывая из-за пояса длинный изогнутый клинок-кукри.

Первое отродье прыгнуло на него сверху.

Генхан встретил тварь ударом снизу вверх. Изогнутое лезвие рассекло существо от живота до головы, разбрызгав по сторонам густую багровую кровь.

Налимгот шагнул вперёд.

Его молот описал короткую дугу.

Раздался хруст, похожий на удар кузнечного пресса. Сразу две твари разлетелись в стороны, ломая коконы и сбивая со стен ещё не созревших собратьев.

Но поток не иссякал.

Отродья продолжали прибывать.

Королева вновь показалась на столбе. На этот раз она не пряталась. Её хвост с силой ударил по живой колонне. По всей пещере прокатилась волна стрёкота. Коконы вокруг начали раскрываться. Один за другим. Выпуская недозревших тварей.

- Проклятье... - выдохнул Налимгот, в очередной раз вскидывая молот. Он взглянул вверх и виновато пробормотал: - Да простит меня Свет.

Сражение за логово Матери началось.

* * *

И они вошли.

Тронный зал представлял собой помещение в сотню шагов в поперечнике и шагов двадцать в высоту. У дальней стены возвышалась каменная терраса, от которой по обе стороны спускались широкие лестницы.

В зале царил полумрак. Не было ни окон, ни факелов – лишь холодное магическое сияние, разлитое где-то среди камня, позволяло различить очертания. На стенах ещё висели истлевшие остатки древних полотнищ, вероятно, останки эльфийского прошлого.

Это всё Талит успел заметить в первый миг, пока лёгкое шевеление на троне в дальнем конце зала не привлекло его внимание.

Там сидел демон. Он не был большим. Обычный, размером с не самого крупного орка. Левая рука на большом, светящимся холодным светом кристалле. У него тоже не было глаз, но его внимание, словно яркое солнце, ослепило вошедших, заставив пошатнуться, вызвав желание забиться в угол, подчиниться.

Чёрная броня Талита мгновенно обволокла голову парня, закрывая от чужого влияния, позволяя ему мыслить и действовать трезво.

Он заметил, как рядом с троном шевельнулся камень. Но нет, это был вовсе не камень. Громадный шестилапый демон с длинным хвостом возлегал на террасе справа от трона. Из него выступала кровь, стекающая на камень.

Разум Сим поначалу просел под давлением чужой воли. Словно яркое солнце оказалось слишком близко... слишком ярко, слишком горячо.

* * *

Отродья разных мастей заполонили пещеру, защищая логово Матери. Король Нежити разошёлся, метая ледяные осколки, замораживая врагов вокруг себя.

И Королева больше не смотрела в сторону Тер'Зура. Могущественный маг пока был занят. Нужно было разобраться с остальными.

Она исчезла. На миг. А затем серая тенью скользнула вниз с вершины столба.

Налимгот едва успел вскинуть молот.

Благодаря невероятной удаче удар пришёлся не по телу, а по древку оружия, с треском надломив молот Света. Паладина отбросило назад на несколько шагов. Каблуки зацепились за живую плоть пола, и перекувыркнув его несколько раз.

Но Налимгот быстро вскочил на ноги.

Королева двигалась неестественно быстро. Не как тяжёлое чудовище. Как паук. Как мысль.

Её шесть конечностей почти не касались земли. Она бросалась из стороны в сторону короткими стремительными рывками, исчезая из поля зрения и вновь возникая уже совсем рядом.

И всё это время её воля продолжала давить. Налимгот чувствовал её внутри собственного сознания. Не голос, а приказ.

Опустить оружие. Отступить. Преклонить колени.

На одно страшное мгновение паладину показалось, что он вновь стоит перед судом Света. Что все его ошибки, все погибшие товарищи, все сомнения внезапно обрели вес и теперь тянут его вниз.

Руки налились свинцом. Дышать стало трудно.

Королева рванулась вперёд.

Налимгот успел лишь подставить плечо.

Когти с визгом прошли по броне, оставив глубокие борозды. Паладин рухнул на одно колено.

В тот же миг в спину демона ударил поток ледяных игл.

Королева взвизгнула и отпрыгнула, цепляясь за стену пещеры.

Тер'Зур с другого конца нашёл мгновение помочь временному союзнику.

Иней расползался вокруг него подобно живому существу, замораживая пещеру.

— Ты же длань великого Света, - произнёс лич с лёгкой усмешкой. – Не позволяй ей проникнуть глубже.

Тем временем Ирзумга уже пробивался к центральному столбу.

Отродья бросались на него одно за другим.

Генхан рубил длинным изогнутым ножом коротко и яростно. Одному он вспорол брюхо, второму отсёк передние конечности, третьего попросту сбросил ударом плеча в россыпь коконов.

Но тварей становилось всё больше.

— Прочь! – зарычал он, как будто стараясь рыком напугать кровожадных тварей.

Оттолкнув очередное отродье, Ирзумга прыгнул на выступ живой ткани и начал быстро взбираться вверх.

Столб оказался скользким и едва заметно пульсировал под руками.

С каждым шагом биение становилось сильнее.

Где-то внутри, за слоями полупрозрачной плоти, медленно двигался огромный силуэт Матери.

Наконец Ирзумга увидел свой меч.

Изогнутое лезвие по самую рукоять вошло в живую ткань рядом с тем местом, где прежде стояла Королева.

Генхан ухватился за рукоять обеими руками и рванул.

Глухой протяжный стон прокатился внутри столба, словно пробудилось само огромное существо, скрытое в его глубине. Живая плоть заходила волнами. Коконы на стенах задрожали, а из многочисленных тоннелей с новой силой донеслись визги отродий.

Именно этого мгновения и ждала Королева.

Она выскочила из укрытия, куда скрылась от острых пик Тер‘Зура и длинным стремительным прыжком, обрушилась на Налимгота всей своей массой. Паладин успел выставить молот, но удар оказался чудовищным. Броня жалобно заскрежетала, ноги заскользили по покрытому живой тканью полу, а чужая воля вновь навалилась на сознание, заставляя руки тяжелеть, а сердце забывать, ради чего оно ещё продолжало биться.

Королева двигалась так быстро, что взгляд едва поспевал за её рывками. Она исчезала, растворяясь в серых отблесках пещеры, и возникала уже с другой стороны, оставляя после себя лишь рваные полосы на освящённой броне паладина.

Тер'Зур не вмешивался. Он медленно переводил поднятую руку от одного тоннеля к другому.

Лёд рождался прямо в воздухе.

Острые, как копья, кристаллы пробивали бегущих отродий, сковывали проходы, замораживали живую плоть, стараясь перекрыть путь бесконечным подкреплениям.

Королева не была диким зверем, каковым могла показаться. Она прекрасно чувствовала образующийся рисунок. Она вновь бросилась вперёд.

На этот раз паладин не стал отступать.

Он шагнул навстречу.

Удар когтей пришёлся ему в грудь, оставив на броне глубокие борозды, но молот уже описывал широкую дугу, предвосхищая попытку уклонения.

Свет вспыхнул на освящённом металле.

Удар оказался настолько тяжёлым, что воздух вокруг вздрогнул.

Королева не успела увернуться.

Молот настиг её прямо в груди.

Раздался влажный хруст. Серое тело оторвало от земли и с чудовищной силой впечатало в живой столб. Плоть лопнула. Позвоночник треснул.

Королева медленно сползла вниз, оставляя за собой густую чёрную полосу.

Её стрёкот на мгновение прервался, но… Она была жива. Сломанная грудная клетка вдруг треснула, выправляясь…

Налимгот не отличался скоростью, но в этот раз он метнулся вперёд, вскинул молот и опустил его на голову Королевы, пока та не успела подняться и…

В тот же миг вся пещера стихла. Невидимое давление вдруг на мгновение оборвалось.

Отродья перестали двигаться.

Все до единого они медленно, одновременно, повернули безглазые головы. К паладину.

Налимгот почувствовал, как по спине пробежал холод.

Твари смотрели туда, куда смотрел Тер‘Зур.

Человек всё понял.

Демоны могли контролировать нежить, но что, если… Король нежити мог контролировать и их порождения, когда их собственный контроль исчезал?

Он хотел было предупредить Ирзумгу, но сказать уже ничего не успел.

Что-то мягко вошло между лопаток. Не коготь. Не клык. Нож.

Налимгот дёрнулся. Дыхание перехватило. Он медленно обернулся.

За его спиной стоял Тонлерд.

Руки принца дрожали так сильно, что рукоять ножа едва удерживалась в пальцах. Взгляд трепетал, как будто он плакал, но по щекам не текли слёзы.

— Простите... – едва слышно дрожащим голосом прошептал он. – Простите меня...

Налимгот перевёл взгляд ниже.

На груди Тонлерда, под изодранной одеждой, покачивался небольшой чёрный амулет.

Проклятье! Почему он не заметил этого раньше?

Такие знаки паладин видел лишь однажды в древних хрониках о Тенях, неприкаянных душах, навеки привязанных к воле некроманта.

И тогда ему стало ясно всё.

Почему принц сумел выжить здесь.

Почему растворялся среди стен.

Почему Тер'Зур так легко нашёл дорогу, хотя они долго блуждали по лабиринтам.

Тонлерд не предал их. Он уже давно не принадлежал самому себе.

Ноги Налимгота подкосились. Он медленно опустился на колени.

Тонлерд поспешно отполз прочь, к ногам своего хозяина.

Тер'Зур неторопливо приблизился.

Вокруг него всё ещё кружились снежные кристаллы.

Одним плавным движением он поднял руку.

Ледяные шипы выросли прямо из воздуха и пронзили доспехи паладина у запястий и голеней, намертво пригвоздив его к полу пещеры.

Затем некромант едва заметно пошевелил пальцами.

Молот Налимгота дрогнул. Медленно поднялся над землёй. Повис в воздухе.

Тер'Зур долго смотрел на него. Потом перевёл взгляд на паладина.

— Забавно... – негромко произнёс он. – Всю жизнь ты нёс смерть моим слугам этим оружием. Теперь оно убьёт тебя.

Молот плавно развернулся.

Тяжёлый боёк оказался обращён к голове паладина.

— А когда демоны падут, - продолжил Тер'Зур с едва заметной усмешкой, - всё, что они породили, станет моим. Ваш блеклый Свет не будет мне угрозой. Ты сам расчистил мне путь к новому царству.

- Ты всё это… спланировал, - выдавил едва слышно Налимгот, кашлянул: - с… самого… начала.

- Нет, друг мой. – Самодовольное хрипение некроманта проникало повсюду. – Не сразу. Я бежал, потерял власть над своим царством, потому что сила демонов не в когтях и скорости. Все восемь они объединялись в единую волю, подавляющую мою власть. Принц остался в Сарусе, потому что мне нужен был шпион, глаза и уши. Не нежить. Иначе он получал бы приказы не от меня. Мальчишка смог прятаться тут, противостоять влиянию демонов, выяснил их роли и дал мне ключ к власти над их порождениями. Теперь их осталось всего пять. Я это чувствую. Их воля слабеет.

Тер‘Зур лёгким движением левой руки погладил отродье, подползшее к ногам, отпугнув Тонлерда.

- Но Матерь должна жить. Я подчиню её, когда с остальными будет покончено. Он создаст мне новую армию… которую уже никто не остановит.

Налимгот молчал. Он лишь медленно закрыл глаза. Губы едва заметно шевельнулись.

Последняя молитва?

Тер‘Зур бросил надменный взгляд на распятого паладина. Лёгкий поворот правой руки… и молот сорвался вниз.

И в это самое мгновение пещеру разорвал новый звук. Глубокий, вибрирующий стрёкот, от которого задрожала сама гора.

Столб живой плоти раскрылся там, где скрывался в утолщении демон.

Матерь просыпалась. Отродья одновременно дёрнулись. Их головы резко повернулись уже к Тер'Зуру.

Некромант вздрогнул. Из ладони вырос ледяной шип и пронзил голову поглаживаемой твари. Незримая нить власти оборвалась.

Именно этого мгновения ждал Ирзумга. Шаман всё слышал.

- Мать ты не получишь, - рявкнул он сверху.

Ухватившись за живо столб лишь ногами, он обеими руками вскинул меч и, вложив в удар всю свою силу, по самую рукоять вогнал его в раскрывшееся кокон Матери. С влажным хрустом провернул клинок внутри.

Пещера содрогнулась. Матерь закричала. Не голосом. Всем своим существом.

Живая плоть вокруг начала судорожно сокращаться. Коконы лопались один за другим, рождаясь раньше времени, лишь бы защитить мать.

Обезумевшие отродья метались по залу, больше не подчиняясь никому.

Тер'Зур резко вскинул обе руки. Ледяной вихрь разметал ближайших тварей, но их становилось всё больше.

И в этот миг яркий свет вдруг озарил пещеру.

Он исходил от тела Налимгота.

Из неподвижного паладина медленно поднялась высокая человеческая фигура, сотканная из чистого сияния.

Тонлерд вскрикнул и забился ещё дальше, закрывая лицо руками. Его одежда воспламенилась, и он рванул прочь.

Тер'Зур развернулся. Впервые за всё время он ужаснулся.

Фигура Света приблизилась.

Некромант поднял руки, собираясь произнести заклинание, но сияющая ладонь уже легла ему на грудь.

Свет вошёл в тело Тер'Зура.

Некромант закричал.

Ледяной кокон вокруг него взорвался тысячами осколков.

Из его костлявого тела одновременно вырывались потоки мрака и ослепительного света. На голых костях вдруг начала стремительно нарастать живая плоть, тут же чернея, иссыхая и вновь рассыпаясь прахом. Жизнь и смерть схлестнулись внутри одного тела, разрывая древнего повелителя нежити на части.

Во все стороны ударили волны магии.

Свет испепелял ближайших отродий.

Лёд разрывал камень.

Ирзумга, спрыгнув со столба, короткими, безжалостными ударами добивал мечущихся тварей, но взгляд его снова и снова возвращался к Тер'Зуру.

Даже генхан, проживший долгую жизнь и повидавший немало, понимал – сейчас перед ним происходит не просто битва двух могущественных магов.

Это был суд. Суд Света над Тьмой. Жизни над Смертью.

* * *

Зверь не спеша поднялся и медленно двинулся навстречу противникам. Каждый его шаг глухо отдавался под сводами тронного зала. Чёрные каменные плиты, отполированные веками, местами ещё сохраняли следы древних узоров, но теперь между ними пробивались толстые жилы живой ткани. Они расползались по полу, взбирались на колонны и исчезали в трещинах стен, словно чужой организм медленно прорастал сквозь саму гору.

Безглазая голова была слегка опущена, лениво свисая вниз. Он не искал добычу взглядом. Его воля уже проникла в каждый угол тронного зала, ощущая всё живое не хуже, чем зрение.

Сим глубоко вдохнула и первой сорвалась с места.

В её руках сверкнули кинжалы, тело привычно растворилось в стремительном броске, но едва она успела сделать несколько шагов, как из бокового прохода справа с пронзительными визгами высыпали отродья. Одно за другим они устремились наперерез, отрезая путь к демону.

Эльфийка мгновенно сменила направление. Первый клинок распорол шею ближайшей твари, второй глубоко вошёл под рёбра другой. Она кружилась среди чудовищ, не позволяя сомкнуть кольцо, однако понимала, что каждое потерянное мгновение приближает Зверя к Лигрому.

Орк остался один.

Чужая воля давила всё сильнее. Она ломала сознание, дробя мысли, огромной каменной плитой ложась на душу. Она просто вытесняла всё остальное – мысли, ярость, память, оставляя одно-единственное действие: склониться перед существом, стоящим выше в этой чудовищной иерархии.

Лигром глухо зарычал и схватился свободной рукой за голову.

Пальцы другой руки ещё крепче сомкнулись на рукояти рунического меча.

По лезвию одна за другой вспыхнули древние шаманские знаки. Голубоватое сияние побежало по клинку, словно духи предков откликнулись на безмолвный зов своего потомка.

Орк рванулся вперёд.

Даже Сим успела заметить лишь размытую тень.

Удар, способный рассечь даже мясника надвое, обрушился на демона с чудовищной скоростью.

Но тот не уклонился. Он лишь лениво поднял переднюю лапу, предугадав направление удара.

Раздался тяжёлый грохот.

Лигрома смело в сторону, будто он налетел на крепостную стену. Орк несколько раз перекатился по каменным плитам и тяжело рухнул у стены, осыпавшейся крошкой. Рунический меч, вырвавшись из рук, со звоном пролетел через зал и остался лежать далеко позади Зверя.

Свет рун дрогнул. И медленно погас.

Демон коротко повернулся в сторону Лигрома, из которого ударом, казалось, выбило дух. Удовлетворённо рыкнул он прошёл мимо, направляясь к Сим.

Эльфийка успела прикончить последнее отродье. Тварь успела дотянуться до неё, вонзив когти в бок. Багровая кровь медленно стекала с кинжалов. Охотница стряхнула её коротким движением кистей и впервые ощутила то, чего не чувствовала ещё никогда.

Не страх. Беспомощность.

Она не представляла, как остановить существо, которое приближалось к ней. Одной только жаждой мести этого зверя не убить. Стрелы его не берут, кинжалы коротки. Слабого места... нет.

За спиной демона послышался тяжёлый хрип.

Лигром пытался подняться.

Его тело сотрясали судороги. Пальцы впивались в камень, оставляя глубокие борозды. Ногти вытягивались в когти. По красноватой коже медленно расползались серые пятна, будто чужая плоть проступала изнутри. Из груди вырывался низкий, глухой рык, в котором с каждым мгновением становилось всё меньше самого Лигрома. Боль пронзала тело, обращая во что-то иное.

Из бокового прохода выскочили новые твари. Они кинулись было на орка и эльфийку…

Но вдруг что-то изменилось. Давление воли колебнулось, ослабло, на мгновение позволив мыслить яснее.

Зверь замер.

Мгновение… второе…

Короткий гневный рык. Замершие вместе с демоном отродья завизжали вновь и ринулись обратно в проход.

Одна тварь бросилась сначала к орку, но вдруг резко остановила рывок в мгновении от удара. Втянула воздух. Потом осторожно опустила голову. Она больше не чувствовала врага.

Лигром медленно поднял лицо. Его глаза затянула мутная серая пелена. Отродье сделало ещё шаг. И тогда орк бросился на него.

Он схватил чудовище обеими руками, с нечеловеческой силой притянул к себе и стал разрывать её плоть. Затем вгрызся клыками в ещё дёргавшуюся добычу, рыча уже не как воин, а как обезумевший зверь.

Демон остановился. Его безглазая голова медленно повернулась в сторону орка.

Охотница быстро расправилась с тварями. Почувствовала, как воля, заполнявшая тронный зал, едва заметно изменилась.

В ней не было торжества. Лишь спокойная уверенность хищника, увидевшего, что сопротивление сломлено.

Лигром больше не принадлежал предкам. Оставалось лишь дождаться, когда он окончательно станет одним из порождений нового мира. И тогда самый могучий воин отряда, на который возлагали наибольшие надежды в схватке с демонами, станет врагом.

Сим поняла, что у неё больше не осталось ни времени, ни права на выбор.

Зверь уже двигался к ней, не торопясь и не ускоряясь, словно сама неизбежность обрела форму. Его присутствие давило на мысли, сглаживало границы между решением и покорностью, и даже боль в раненом боку становилась чем-то далёким, несущественным, как будто принадлежала не ей, а кому-то другому, уже проигравшему этот бой.

Каждый шаг отзывался в груди Сим тяжёлым ударом. Она понимала: ещё несколько мгновений, и он окажется рядом. Против такого противника кинжалы ничего не решат. Его воля пробралась в голову, ворочая мысли, предугадывая любые атаки.

Она медленно потянулась за спину, достала лук и последнюю стрелу.

Зверь никак не отреагировал. Для него это не было угрозой. Его воля уже смяла сопротивление орка, а эльфийка с её луком не могла изменить исход схватки.

Тихо скрипнуло древко. Тетива натянулась до предела.

И вдруг Сим резко повернулась влево.

Пальцы разжались.

Стрела сорвалась почти беззвучно и стремительно пересекла весь тронный зал.

И в тот же миг Зверь прыгнул.

Тяжёлая лапа с чудовищной силой ударила Сим в бок ещё прежде, чем её руки успели опуститься после выстрела.

Мир мгновенно перевернулся.

Каменные колонны, чёрные плиты пола и высокий свод смешались в одно размытое пятно. Эльфийка ударилась о стену так сильно, что из лёгких разом вышел весь воздух. Где-то в груди громко хрустнуло. Лук разлетелся в щепки, а сама Сим медленно сползла по камню вниз, оставляя за собой широкую кровавую полосу.

Боль пришла не сразу.

Сначала всё тело охватило странное онемение. Потом каждый вдох превратился в мучение, словно внутри что-то разорвалось. Горячая кровь быстро пропитывала одежду, стекала по боку и тяжёлыми каплями падала на древние плиты.

Зверь уже стоял там, где мгновение назад находилась его добыча.

Он не двигался.

Безглазая голова медленно приподнялась, и Сим вдруг почувствовала, как нечто неуловимо изменилось. Давление чужой воли, всё это время незримо державшее в напряжении весь тронный зал, впервые дрогнуло. Оно не исчезло, но утратило прежнюю цельность, словно в безупречно выстроенном порядке появилась едва заметная трещина.

Невозможное всё же произошло. Яркий слепящий свет, вспыхнувший в другом конце зала, подарил надежду.

Стиснув зубы, Сим заставила себя перевернуться. Левая рука почти не слушалась, каждое движение отзывалось жгучей болью, а кровь продолжала вытекать из глубокой рваной раны, медленно расползаясь по полу.

И только теперь эльфийка заметила странность.

Тонкая алая струйка не растекалась по сторонам, а медленно ползла к Зверю, будто пол тронного зала имел едва различимый уклон.

Что будет, если он впитает её кровь? Этот вопрос сам возник в голове, без эмоции, как будто просто любопытство обречённого. Схватка была проиграна. Ей не победить.

Ну уж нет, она ему не достанется. Сим повернула кинжал, чудом оставшийся в руке, приставила остриём к горлу, готовая убить себя, но горькая мысль встревожила. Они ведь повелевают нежитью, возможно, её обратят и всё равно заставят служить. Как гадко, если так выйдет.

Она подняла голову и помутнённым взглядом увидела за спиной демона Лигрома.

Орк бесшумно взмыл в воздух, сжимая обеими руками рунический меч. Ни крика, ни рыка не вырвалось из его груди. Лишь короткий стремительный взмах – и тяжёлый клинок с силой вошёл под основание хвоста.

По залу прокатился рёв, какого Сим ещё не слышала.

В нём впервые звучала настоящая боль.

Зверя выгнуло дугой. Задние лапы подломились, хвост судорожно дёрнулся и бессильно ударился о каменные плиты. Он попытался резко развернуться, но тело больше не слушалось так, как прежде. Огромная туша по инерции проскользнула вперёд и с глухим грохотом врезалась плечом в колонну.

В следующее мгновение боль сменилась яростью.

Демон развернулся и всей своей массой обрушился на Лигрома, не давая ему возможности выдернуть меч. Орк исчез под чудовищным телом. Когти рвали плоть, ломали кости, вдавливали его в каменные плиты. Лигром ещё сопротивлялся, ещё пытался подняться, ещё тянулся к рукояти, но каждый новый удар всё глубже вминал его в древнюю кладку тронного зала.

Сим с усилием поднялась на ноги.

Боли она почти не чувствовала. Остались только слабость, тяжёлое дыхание и ясное понимание, что другого мгновения уже не будет.

Пошатываясь, она бросилась вперёд. Последние несколько шагов сделала почти вслепую, оттолкнулась от выступа в стене и прыгнула.

Кинжал уткнулся в жёсткую кожу демона. Не пробил, конечно, но зацепился.

Зверь дёрнулся, но всё его внимание было приковано к Лигрому.

Сим взобралась, нащупала рукоять меча и изо всех сил рванула её на себя.

Клинок не поддался.

Она выбросила кинжал, взялась двумя руками, закричала от боли и напряжения, потянула снова.

С влажным хрустом лезвие наконец выскользнуло из раны. Не теряя ни мгновения, эльфийка перебралась выше, почти к самой безглазой голове, подняла тяжёлый рунический меч обеими руками и, вложив в этот удар всё, что ещё оставалось в её теле, со всей силы вонзила его в основание черепа.

* * *

Демон медленно поднялся с трона, оторвав руку от кристалла.

Его уверенность подавляла, гнетя невидимым грузом.

Талит бросился вперёд первым.

Он двигался нечеловечески легко и стремительно, словно сами духи Чёрного леса направляли каждый его шаг. Живая броня плотно облегала тело, непрерывно меняя форму. Чёрный клинок возник в ладони в тот самый миг, когда юноша оказался рядом с демоном, но уже во время следующего обмена ударами исчез, чтобы через мгновение вырасти из предплечья, изменив угол атаки. Затем лезвие вновь растворилось в живой коже и вырвалось уже над локтем, заставляя противника защищаться совсем не там, где ожидался удар.

Даже для столь древнего существа такой стиль боя оказался непривычным.

Демон отступил на полшага, принимая очередной удар когтями, однако Талит уже менял направление. Казалось, сама броня предугадывала движения хозяина, рождая оружие именно там, где оно было нужно в следующее мгновение.

Во время одного из стремительных сближений юноша неожиданно ушёл вниз и, развернувшись всем телом, нанёс мощный рубящий удар.

Чёрное лезвие глубоко рассекло серое предплечье демона.

Рука едва не отделилась от тела.

Но торжество длилось всего одно мгновение.

Ни капли крови. Рана дрогнула и начала стремительно затягиваться. Разрубленные мышцы переплетались вновь, сухожилия срастались, словно время обращалось вспять. Через несколько ударов сердца от страшного разреза не осталось почти никаких следов.

Талит невольно задержал взгляд на демоне.

Именно тогда он почувствовал перемену.

Она пришла не через лицо - его у противника словно не существовало. Не через глаза - их тоже не было.

Изменилось само давление чужой воли.

До этого оно было ровным, холодным, безличным, всеобъемлющим, как сама смерть.

Теперь в нём впервые возникло направление.

Внимание.

Оно коснулось чёрной брони, покрывавшей тело Талита, и юноша неожиданно ощутил странное чувство, которое невозможно было назвать мыслью и которое всё же было предельно ясным. Демон будто узнал её. Словно проскочило удовлетворение, будто бы мысль: «Наконец...»

Будто существо, стоявшее перед ним, долгие годы искало... Искало тех, кто создал эту живую броню. Духов Чёрного леса.

Ощущение исчезло почти сразу, уступив место прежнему всеобъемлющему давлению.

Но Талит уже понял.

Демон узнал её.

И это было очень плохим знаком.

Следующая атака оказалась совсем иной.

Враг перестал осторожничать.

Когти вытянулись ещё сильнее, движения стали резче, быстрее. Он уже не пытался разобраться в необычном противнике.

Он стремился уничтожить его прежде, чем тот успеет воспользоваться своим преимуществом.

И один из серии ударов смог достиг цели.

Длинные когти распороли Талиту бок, прорвав живую броню до самой плоти. Кровь юноши брызнула на пол. Однако чёрная кожа сразу пришла в движение. Она потекла навстречу разрезу, затянула рану и вновь сомкнулась, словно повреждения никогда не существовало.

Эдора воспользовалась этим мгновением.

Она вскинула руки, и ослепительный луч света ударил демона в грудь. Серую плоть прожгло глубоко, камень под ногами задымился, но и эта рана почти сразу начала затягиваться.

— Эдора! Заклинание! – не переставая двигаться прокричал Талит.

Она кивнула, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться.

Но едва в сознании начали складываться первые слова древнего языка, как чужая воля обрушилась на неё с новой силой.

Она ощущала её уже давно, однако теперь поняла, что до этого демон лишь удерживал её. Теперь он давил по-настоящему.

Мысли становились вязкими. Каждое слово заклинания распадалось, не успевая оформиться. Образы света гасли один за другим. Казалось, само желание сопротивляться медленно растворяется под тяжестью чужого присутствия.

Эдора попыталась вновь.

Безуспешно.

Она знала заклинание наизусть, но не могла удержать его в памяти даже несколько мгновений подряд. Слова утекали, как песок сквозь пальцы.

Талит понял всё сразу.

Пока живая броня покрывала его тело, воля демона словно скользила мимо, не находя опоры. Но Эдора оставалась перед этим давлением совершенно беззащитной.

Он бросился вперёд ещё яростнее, заставляя демона вновь принять бой.

Клинок продолжал рождаться то из кисти, то из предплечья, то прямо из плеча, каждый раз меняя направление удара и заставляя демона отступать на доли мгновения. Ни один фехтовальщик не смог бы сражаться подобным образом, но броня сама становилась оружием, делая движения Талита непредсказуемыми.

И всё же этого оказалось недостаточно.

Демон уже понял, кто представляет настоящую опасность. Он резко отвернулся от Талита и рванул к Эдоре.

Она вновь попыталась поднять руки. Но воля Главаря буквально смяла её сознание.

Заклинание вновь рассыпалось.

Талит успел оказаться между ними прежде, чем успел осознать собственное решение.

Чёрная кожа удивилась этому и попыталась воспротивиться его воле. Она не имела личности, но имела назначение, которое исполняла каждой клеткой своего существования. Но она должна была подчиниться приказу хозяина.

Едва Талит коснулся Эдоры, она сорвалась с тела юноши густой чёрной волной и за одно мгновение перетекла к девушке, полностью окутав её с головы до ног. Тёмная кожа плотно окутала девушку, а вместе с ней исчез и клинок, растворившись внутри нового хозяина.

Талит остался без защиты. И без оружия.

Когти демона с чудовищной силой вошли ему в грудь, легко пробив человеческое тело. Юношу оторвало от пола и отбросило назад, но даже в этот миг он не позволил себе просто умереть. Обеими руками он вцепился в руку демона, повиснув на ней всей тяжестью собственного тела и заставив Главаря потерять то единственное мгновение, которого ему так не хватало.

Именно тогда через весь тронный зал почти бесшумно пролетела стрела.

Демон почувствовал опасность слишком поздно. Он начал поворачивать голову, но наконечник уже глубоко вошёл ему в висок. Серое тело дёрнулось, хватка ослабла, и Талит тяжело рухнул на каменные плиты.

Эдора увидела это. Увидела, как неподвижно лежит её друг. Её...

Увидела кровь, быстро растекающуюся по древнему камню.

И в ней будто что-то оборвалось.

Страх исчез. Исчезла усталость. Исчезла даже чужая воля, ещё мгновение назад сковывавшая разум.

Вспыхнула ярость, и девушка бросилась вперёд.

Чёрный клинок вырос из её правой руки ещё до того, как она приблизилась к демону. Первый удар пришёлся ему в грудь. Второй почти в то же место. Третий оказался глубже предыдущих. Она не пыталась убить его клинком. Она прорубала себе путь внутрь его тела, не давая серой плоти времени затянуться.

Демон попятился.

Регенерация ещё работала. Рассечённые мышцы судорожно смыкались, живая ткань вновь переплеталась, стремясь закрыть страшные раны, но новые удары обрушивались быстрее, чем успевало завершиться восстановление.

А Эдора не намеревалась останавливаться. Она буквально пылала от ярости.

Каждый взмах клинка становился продолжением предыдущего. Чёрная броня двигалась вместе с ней, усиливая каждое движение, подталкивая руку именно туда, где плоть ещё не успела срастись.

Наконец лезвие глубоко ушло внутрь.

Серая грудная клетка разошлась.

Перед Эдорой открылось огромное, непрерывно пульсирующее сердце демона, оплетённое густыми жилами живой плоти.

Она подняла свободную руку.

На этот раз слова древнего заклинания прозвучали ясно и без единой запинки.

Чёрная броня сразу почувствовала её намерение. Она мягко разошлась на груди и вдоль руки, освобождая место для магии Света. Она понимала, что сейчас должно произойти.

В ладони Эдоры вспыхнул огненный шар. И она вбила его в рассечённую грудь демона.

Искра коснулась его сердца. И в следующее мгновение тронный зал озарился ослепительным светом.

Казалось, внутри тела демона родилось солнце.

Огонь и свет одновременно хлынули по его жилам, пронизывая каждую клетку, каждое волокно чужого естества. Это было уже не заклинание, направленное снаружи. Оно рождалось внутри демона, и потому регенерация оказалась бессильна. Всё, что она успевала восстановить, мгновенно обращалось в сияющий пепел.

Демон впервые закричал.

Не голосом.

Само пространство вокруг него содрогнулось от этого беззвучного крика. По серой коже одна за другой побежали ослепительные трещины, из которых вырывались потоки бело-золотого света. Они становились всё шире, всё ярче, пока наконец вся фигура демона не превратилась в ослепительный силуэт, сотканный из огня.

Ещё одно мгновение он продолжал стоять. Потом свет прорвался наружу окончательно.

Тело демона рассыпалось изнутри, превращаясь в серый пепел, который медленно осел на чёрные плиты древнего тронного зала.

Эдора ещё несколько секунд стояла, не опуская руки.

Только когда последние искры погасли и от чудовища не осталось ничего, кроме тонкого слоя пепла, она медленно обернулась туда, где неподвижно лежал Талит.

* * *

Лигром стоял на четвереньках над растерзанным отродьем. Его широкая грудь тяжело вздымалась, а по подбородку медленно стекала густая тёмная кровь. Он смотрел на разорванное тело и видел перед собой не врага, а добычу. Когти, ещё недавно бывшие пальцами, глубоко вошли в изуродованную плоть, а в груди поднималось странное удовлетворение, пугающе чужое и вместе с тем необычайно естественное.

Весь мир сузился до запаха крови. До ещё тёплого мяса.

Сладкая плоть наполняла рот, заставляя забыть обо всём. Только голод, неутолимый голод имел значение. И сгустки воли, пульсирующие в голове. Властные, приятные... необходимые. Дающие смысл существованию.

Он медленно наклонился ниже. И вдруг почувствовал чьё-то присутствие. Затем тень легла на него.

Он коротко поднял голову, не желая отвлекаться от пиршества. Перед ним стоял... вурдалак. Лигром раздражённо рыкнул. Это его добыча. Но нежить не повиновалась, неподвижно возвышаясь над орком.

И тут он фыркнув снова поднял взгляд.

Перед ним стоял орк.

Когда-то могучий, широкоплечий воин превратился в иссохшее подобие самого себя. Серо-зелёная кожа плотно обтягивала кости, на груди и плечах темнели глубокие рваные раны, давно переставшие кровоточить, а помутневший единственный глаз смотрел неподвижно и холодно, словно жизнь покинула его уже очень давно. В руке он сжимал старый боевой топор, знакомый Лигрому до последней зарубки на лезвии.

Что-то болезненно шевельнулось в памяти. Он знал этого орка, но не мог вспомнить. Он и не хотел. Сладкий запах плоти, её тепло, ощущаемое пальцами, манили, подавляя любые мысли.

Но тут неожиданно один сгусток в голове растворился, лопнул пустотой, словно пробив дыру в мироздании.

На мгновение что-то поднялось из глубины.

Тлах.

Лигром ещё раз поднял взгляд. Над ним возвышался его друг детства, боевой товарищ, прошедший через... смерть, чтобы оказаться здесь.

Тлах поднял топор. Так поднимают оружие не перед боем, а перед последним ударом, который обязан быть нанесён.

И в этот миг Лигром вдруг всё понял. Неожиданное осознание, всплывшее из глубины.

Он уже не был собой.

То, что сидело сейчас над растерзанным телом, ещё дышало, ещё двигалось, но это был уже не орк. Его друг пришёл слишком поздно. Настоящий Лигром почти исчез, уступая место существу, которое не должно было появиться на свет.

Тлах уже занёс топор для последнего удара...

Топор замер над головой.

Мгновения тянулись мучительно долго. Но удар всё не приходил.

Мёртвый орк вдруг медленно повернул голову. Его взгляд остановился где-то в стороне, там, куда улетел меч.

Топор медленно опустился.

Глава 24: Победа

- Талит!

Пепел демона ещё не успел осесть, как Эдора кинулась к неподвижно лежащему в луже крови парню.

Едва она коснулась его, как чёрная броня перетекла на хозяина, обеспокоенной матерью обволокла огромную рану, зияющую в груди.

Её Светлость обхватила голову Талита руками, отчаянно пытаясь найти в потухшем взгляде искорки жизни.

Слёзы текли по щекам и сразу испарялись от пыла её тела. Ярость ещё не погасла и жгучий свет исходил от девушки.

- Ну же! – закричала она. Встряхнула безжизненное тело. – Ну же! Живи! – Голос сорвался. Она заплакала. – Не оставляй меня!

* * *

С криком боли Сим скатилась с тела замершего Зверя, упав прямо в месиво из крови, плоти и каменной крошки.

Не имея сил подняться, она подползла под громадную тушу, надеясь найти там тело Лигрома, но… Мастер клинка был определённо мёртв.

Он был буквально растерзан и раздавлен проклятым демоном, не оставившим ему ни малейшего шанса.

Охотница со свистом вдохнула, хрипло закашлялась, сплюнула кровью и завалилась на бок.

Её взгляд скользнул вверх, зацепился за рукоять меча, торчащего из затылка монстра.

- Если я… выживу, - прошептала она едва слышно: - я… верну твой… меч… Орде.

Снова кашель. Вдох со свистом.

Она закрыла глаза. Голова опустилась на пол. Сил больше не было.

Но неожиданный голос вернул её из забытия:

- Что значит «выживу»?

Едва разлепив тяжёлые веки, эльфийка увидела над собой фигуру генхана.

- Ирзумга – лекарь! – заявил шаман, возвышающийся над телом Сим. – Ты жить будешь.

Он опустился на колени, скинул мешок и принялся копаться в нём, бормоча что-то ободряющее.

* * *

- Не оставляй меня! – повторила Эдора, прижимая голову Талита к груди.

Девушка не сразу заметила, как сзади кто-то приблизился, бросив на неё едва различимую в полумраке тень.

- У него есть тьма, - произнёс незнакомый низкий голос, звучащий властно. – Дай ему свет!

Её Светлость подняла взгляд и увидела незнакомца, отдалённо напоминающего ей кого-то, кого она не могла вспомнить.

- Свет, - повторил незнакомец.

Эдора закрыла глаза, собралась. Ладонь замерцала мягким светом. И едва она опустила руку на грудь Талита, как чёрная броня обволокла её, принялась пульсировать, словно заменяя биение сердца.

Какое-то время она сидела так, чувствуя странную лёгкость и пульсацию жизни. Она не понимала, чью… жизнь она чувствует. Свою? Брони? Талита?

Эдора медленно открыла глаза, и взгляд наткнулся на незнакомца, прошедшего дальше и остановившегося возле трона.

Тот медленно протянул руку и коснулся кристалла.

Может быть, девушке послышалось, но она различила отдалённый визг вурдалака.

Мысль: «Это новый повелитель нежити» проскочила в сознании. Эдора попыталась подняться, мысленно настраиваясь на новый бой, но грудь Талита вдруг всколыхнулась. Он вдохнул.

- Талит… - выдохнула она, не веря.

Пальцы Эдоры дрогнули на его груди, и чёрная броня ответила на этот импульс лёгкой волной, будто услышала отклик изнутри.

Глаза всё ещё были закрыты. Мгновения тянулись вязко, как смола. Потом веки дрогнули.

Талит сделал ещё один вдох. Уже ровнее.

Чёрная броня, покрывающая его, будто бы слегка расслабилась. Она внедрилась в громадную рану, заштопала её собой, переняв функции того, что было порвано.

Эдора резко перевела взгляд вверх. Теперь она могла рассмотреть чужака.

Тот стоял неподвижно, закрыв глаза. Кристалл в его руке светился блеклым потусторонним свечением.

- Тер‘Зур? – произнесла Эдора, не веря собственным словам.

Незнакомец открыл глаза и посмотрел на неё. Это были определённо его одежды. Если истлевшее за тысячу лет эльфийское платье можно было ещё так назвать.

- Я… - он задумался, как будто не зная, что ответить.

Сзади подошли Ирзумга и Сим. Шаман поддерживал эльфийку, и та выглядела уже лучше. Видно, она уже не планировала расставаться с жизнью.

- Не Тер‘Зур, - пробормотал генхан. – Новое. Не мертвец… но и не живой.

Существо медленно наклонило голову.

- У меня нет имени. Я…

В этот момент в зал вбежало несколько отродий. Они выглядели потерянными, но всё равно бесконечно голодными. Они замерли, принявшись принюхиваться.

Тело огромного демона не смутило их. Кажется, они не чувствовали ничего, кроме жажды утопить свои когти и клыки в живой плоти.

Ирзумга отпустил Сим, развернулся, приготовившись к бою. Эдора поднялась. В глазах и ладонях вспыхнул свет.

Но твари вдруг пригнулись, как будто на них кто-то громко прикрикнул, затем попятились назад.

Её Светлость посмотрела на существо у трона. Его глаза источали бледный свет. Оно слегка повело головой в сторону девушки.

- Я власть.

И в этот момент тронный зал, усеянный телами, каменными обломками и остатками демонической плоти, будто отозвался на его движение. Тени дрогнули.

Эдора почувствовала это кожей. Свет в её ладони вспыхнул ярче, чем раньше. Она приготовилась к бою.

- Я не враг, - повторил незнакомец.

Ирзумга подошёл к девушке и мягко опустил руку на плечо.

- Свет выжег из повелителя нежити… это. – Он кивнул в сторону трона. – Налим‘Зур… или Тер‘Гот. – Не определённо пожал плечами. - Теперь он повелитель Саруса. – Закачал головой. – Не враг. – Ему приходит в голову имя, Ирзумга поднимает палец вверх. – Сарусмагор.

Напряжённая тишина, как будто все мысленно примеряют новое имя на образ, стоящий у трона.

Талит вдохнул снова. И на этот раз открыл глаза.

- Талит!

Эдора опустилась на колени, обняла за голову.

- Демон? – первым делом спросил он.

- Убит, - с радостью сообщила Её Светлость. – Я испепелила его. Не думала, что на такое способна. – Талит! – Она обняла его крепко, что сбила слабое дыхание.

Он улыбнулся. Прикрыл глаза.

- Я бы отдохнул ещё.

- Оставайтесь. – Новый повелитель Саруса двинулся к выходу. – Вас не тронут. Остальные, следуйте за мной.

Поддерживая Сим, Ирзумга направился следом за Сарусмагором, оставив людей в тронном зале.

В бесконечных тоннелях, которые им пришлось пройти, они никого не встретили. Как будто все, кто ещё был внутри горы, заранее попрятались, избегая попадаться на глаза.

Вот впереди забрезжил свет, и через минуту они вышли на террасу, высеченную прямо в скале горы.

Перед ними расстилалась долина, покрытая мясным лесом. Левее внизу на склоне лежала огромная туша демона, убитого драконом.

Всё-таки древний ледяной змей смог одолеть гиганта с воздуха.

Сам же лес был… в смятении, ведь в нём появились жуки. Большие и маленькие, медлительные и быстрые, с длинными режущими жвалами, широкими копательными лапами, тяжёлыми панцирями самых разных форм и цветов лезли из-под земли в бесконечном количестве, пожирая корни, стволы и плоды мясных деревьев. Твари, ещё оставшиеся в лесу, кидались на них, разрывали хитиновые панцири, убивали, но не могли повлиять на общую картину.

Прямо на глазах лес уничтожался, перемалываемый волнами жуков мёртвого царства.

- Смотрите! – Сим указала рукой. – Один демон ещё жив.

С левой стороны леса, окружённый свитой из отродий, виднелся тот самый демон, который и спустил всю свору в погоню за отрядом. В его движениях чувствовалась если не паника, то страх. Он остался один. Его более крупных и сильных сородичей больше не было.

- Садовник лишился сада, - удовлетворённо произнёс Ирзумга.

Шаману в общем нравилась картина перед глазами, хотя Сим такое количество представителей мёртвого царства внизу напрягало. Хоть они сейчас и делали полезную работу.

В этот момент земля под демоном и его свитой вздрогнула, приподнялась на мгновение, а потом ухнула вниз, увлекая за собой отродий и их главаря.

В образовавшейся дыре мелькнуло что-то огромное, блеснув тяжёлым тёмным панцирем.

- Ахонрут забрал своё, - спокойно произнёс Сарусмагор. Он слегка повернул голову к стоящим рядом генхану и эльфийке. – Вы выполнили миссию. Ирион спасён.

- Спасён ли? – вдруг спросила Сим. – Стоят ли ещё города людей?

* * *

Над Нориндом поднимался дым. Город горел уже несколько дней.

Дым застилал небо, просачивался в окна и забивался в лёгкие. Он смешивался с запахом горелого дерева, крови, мокрого камня и чего-то ещё – сладковатого и тяжёлого, от чего мутило даже тех, кто давно привык к смерти.

Крики и стоны множества людей, вурдалаков, нежити покрупнее и демонических тварей сливались в единый кошмарный гул. Иногда через него прорывался звон стали, грохот рушившихся стен или отчаянный колокольный звон. Но всё это уже давно перестало складываться в отдельные звуки. Норинд стонал целиком.

Готгард уже перестал понимать, ночь сейчас или день.

За последнюю неделю всё слилось в один беспрерывный бой, в котором не существовало ни времени, ни отдыха. Единственным отличием дня от ночи было то, что нежити становилось меньше, а демонических тварей больше.

Они словно сменяли друг друга.

Когда с первыми лучами солнца вурдалаки и мертвецы отступали в утренний туман, из него выползали другие твари. Они не боялись света, не знали усталости и не нуждались в отдыхе. Они лезли на стены, карабкались по домам, проламывали двери и бросались на людей с той же яростью, с какой ночью наступала нежить.

Людям не оставляли даже нескольких часов передышки.

Готгард настолько устал, что уже не помнил, как оказался в Туманной башне.

Последнее, что он помнил, - перед ним возникла очередная безглазая тварь. Огромная, покрытая бугристой серой кожей, она перебралась через зубцы стены и бросилась прямо на него. Король успел выставить меч, но сил для удара уже почти не осталось.

Когти скользнули по доспеху.

А затем тварь схватила его за ногу.

Готгард рухнул на спину.

Демоническое отродье зарычало и потащило его к краю стены, намереваясь сбросить вниз. Король перевернулся и попытался зацепиться рукой за зубец, но пальцы не слушались.

Ближайший гвардеец заметил происходящее и не раздумывая кинулся на помощь.

Копьё вошло безглазой твари сбоку и пробило её насквозь.

На мгновение отродье замерло. А потом, словно копьё только разозлило его, резко развернулось и рухнуло за край стены. Вместе с ним исчез и гвардеец, до последнего не выпускавший оружие.

Готгард остался лежать на камнях.

Спохватившаяся охрана успела подхватить его и оттащить в тыл. Только там выяснилось, насколько серьёзно он ранен. Когти вскрыли поножи и распороли ногу почти до кости.

Теперь, спустя неизвестно сколько времени, Готгард пришёл в себя. Опираясь на плечо слуги, он медленно подошёл к окну Туманной башни и выглянул наружу.

То, что он увидел, было хуже любой битвы.

По улицам Норинда уже почти без сопротивления сновали твари. Они рыскали среди развалин, заглядывали в распахнутые двери, переворачивали обломки в поисках живых.

Где-то ещё звучали крики. Где-то сражались. Но единой обороны больше не существовало. Прорывы уже некому было закрывать.

Гарнизон рассыпался на отдельные островки сопротивления. Люди держали королевский дворец, казармы, склады, башни, некоторые укреплённые дома и другие важные места. Там ещё были воины, оружие и командиры. Там ещё жили.

А между этими островками остался город. И его жители.

Готгард долго смотрел вниз. Он видел дым, видел огонь, видел маленькие фигурки людей, бегущих по улицам. И видел, как за ними гонятся твари.

Король медленно закрыл глаза. Он больше не мог помочь им.

* * *

Знакомая небольшая церковь на юго-западной окраине Норинда сейчас выглядела совсем иначе.

Когда-то сюда заходили лишь редкие горожане. Кто-то поставить свечу, кто-то помолиться, кто-то поговорить с Моланором. Теперь же от прежней тишины не осталось ничего.

С начала осады церковь была забита людьми.

Здесь плакали дети, молились старики, перевязывали раненых, лечили… кого могли. Люди спали прямо на полу, сидя у стен или прижавшись друг к другу. Те, кому не хватало места внутри, ютились в подсобных помещениях и даже под лестницами.

Моланор принимал всех, пока ещё была такая возможность.

На третий день боёв первые вурдалаки появились на ближайших улицах.

Сначала люди ещё пытались запираться в домах. Потом стало ясно, что это не спасёт.

Твари вламывались через двери, окна и крыши. Они убивали тех, кто не успевал убежать или спрятаться, а остальных гнали по улицам.

И тогда люди начали сбегаться сюда.

Церковные двери были толстыми. Стены каменными. А окна теперь закрывали толстые железные пластины.

Нирофон нашёл время укрепить их ещё до того, как стало совсем поздно. Теперь сам кузнец находился здесь. Он почти не расставался с тяжёлым молотом и руководил теми, кто ещё мог держать оружие.

Иногда твари пробирались внутрь. Через дымоход, крышу или через какую-нибудь щель, которую не заметили при очередном осмотре.

Тогда раздавался крик, люди хватались за оружие, и в тесном помещении начиналась короткая, яростная схватка.

В спокойные минуты крепким мужикам под началом Нирофона удавалось делать вылазки.

Они уходили на несколько улиц от церкви, находили оставшихся без защиты горожан и возвращались с ними, прикрываясь щитами и мечами.

Иногда приносили раненых. Иногда лишь сжигали тела, не давая нежити пополнить свои ряды.

А пару раз им приходилось делать то, чего никто из них никогда не хотел делать. Расправа над укушенными.

Моланор жалел каждого из них, старался лечить, возносил молитвы Великому Свету рядом с теми, кого ещё можно было спасти, и до последнего пытался найти хоть какой-нибудь способ остановить обращение.

Но Нирофон не позволял состраданию поставить под угрозу остальных.

Если человек начинал меняться, кузнец действовал. Жёстко, быстро и без колебаний.

Моланор ненавидел эти минуты. Нирофон тоже. Но оба понимали: если они ошибутся хотя бы один раз, погибнут десятки тех, кого они приютили и пытаются защитить.

В последние два дня вурдалаки почти не отходили от церкви. Когти без конца скреблись по дверям. Что-то тяжёлое било в стены.

Иногда снаружи раздавался яростный рёв, и люди внутри вздрагивали, понимая, что очередная тварь пытается найти лазейку, чувствуя дурманящий запах страха и живой плоти.

Дети давно перестали спрашивать, когда всё закончится. Лишь всхлипывали и крепче прижимались к взрослым. Те тоже замолчали или крепко зажмурившись усердно шептали молитвы. Но Свет не помогал.

Оставалось только ждать. И надеяться.

Хотя надежда становилась всё тоньше. Когда-нибудь на их улицу пробьётся мясник, и двери уже не выдержат ударов его тесака.

И вот однажды Нирофон вдруг резко обернулся.

- Тихо!

Его голос раскатился под сводами церкви. Несколько женщин вздрогнули. Кто-то прижал ребёнка к груди. Кто-то хотел возразить, но кузнец поднял руку.

- Тихо, я сказал!

Постепенно плач стих. Последние всхлипы растворились под высоким каменным сводом. Люди замерли, прислушиваясь.

Моланор тоже поднял голову, отвлёкшись от очередного раненного.

Несколько мгновений никто не понимал, что именно изменилось. А потом они услышали.

Ничего.

Никто не бил в дверь. Не скреблись когти. Не раздавался хрип. Не трещало дерево под ударами, и щепки не отлетали от изрядно повреждённых дверей.

Снаружи было тихо. По-настоящему тихо.

Нирофон медленно подошёл к двери и приложил к ней ладонь.

Несколько десятков людей смотрели на него, боясь даже дышать.

Кузнец осторожно посмотрел на Моланора. Священник ничего не сказал. Он просто слушал. Тишина оставалась тишиной.

Впервые за последние вечно тянущиеся дни и ночи эта тишина не казалась затишьем, короткой передышкой, когда вурдалаки отползали, чтобы поживиться более лёгкой добычей.

Она казалась... странной.

Нирофон нахмурился.

- Что вы задумали?.. – произнёс он, обращаясь к двери, но никто ему не ответил.

* * *

Готгард ещё долго стоял у окна, опираясь одной рукой на плечо слуги.

Внизу всё ещё продолжалось то, что за последнюю неделю стало для Норинда привычным кошмаром. В дыму мелькали тени, между домами метались какие-то существа, где-то совсем рядом раздавались крики. Отдельные звуки доносились до башни приглушёнными, словно город оказался накрыт огромным колоколом, через толщу которого пробивался только гул происходящего.

Король уже почти привык к этому.

Он научился не вслушиваться в каждый крик. Не пытался различать, где зовут на помощь, где отдают приказ, а где умирает очередной человек. За несколько дней всё это превратилось в единый фон войны, такой же постоянный, как дым над городом.

Но теперь в происходящем было что-то не так.

Готгард пока не понимал, что именно. Он просто продолжал смотреть.

На соседней улице из полуразрушенного дома выбрался вурдалак. Обляпанный человеческой кровью он несколько мгновений стоял посреди дороги, поднимая голову и принюхиваясь. Совсем недавно подобное существо мгновенно бросилось бы на любого живого, оказавшегося поблизости. Теперь же оно словно не знало, куда двигаться.

Кажется, дальше по улице мелькнуло женское платье – юная девица пыталась скрыться от нежити, но не могла найти подходяще укрытие. Готгард невольно напрягся. Вурдалак сделал несколько шагов вперёд, затем остановился и повернул голову. Потом пошёл в другую сторону.

Король нахмурился.

- Видишь? - спросил он слугу.

Тот перегнулся через подоконник.

- Что, ваше величество?

- Вон того. Он точно почуял девчушку.

Слуга некоторое время всматривался в дым.

- Вурдалака? – уточнил он, всё ещё не понимая.

- Да, - раздражённо буркнул король.

Они оба молча наблюдали за нежитью.

Вурдалак пересёк улицу, свернул за угол и вскоре снова появился уже дальше, будто бродил без всякой цели. Он то ускорял шаг, то останавливался, оглядывался, а затем вдруг сорвался с места и побежал прочь.

Готгард проводил его взглядом.

Странно.

Он уже хотел отвернуться, когда из другого переулка показалась ещё одна тварь. За ней третья. Потом несколько демонических отродий выскочили из-за горящего дома.

Король напрягся, бросив взгляд к ближайшей баррикаде, которую ещё удерживало несколько стражей.

Твари двигались быстро, и в первое мгновение Готгарду показалось, что сейчас начнётся очередная атака. Но твари не пошли к баррикаде. Они остановились посреди площади.

Одна из них резко повернулась к другой и зарычала. Та ответила таким же рыком. Через мгновение они сцепились. Остальные отступили, словно не желая вмешиваться.

Готгард не мог понять, что происходит. Демоны дрались между собой.

Он видел подобное и прежде, но это всегда было редкостью, случайной вспышкой ярости среди чудовищ. И в основном под такую раздачу попадали вурдалаки или прочая низшая нежить, неудачно оказавшаяся под… лапой. Сейчас же всё выглядело иначе. Не было добычи, которую они делили. Не было человека, из-за которого возникла ссора. Они просто набросились друг на друга, словно внезапно перестали различать врага и союзника.

Одна тварь повалила другую на землю и впилась когтями ей в грудь. Но затем вдруг отпустила. Подняла голову и замерла. Она смотрела куда-то вдаль, на север. Потом развернулась и пошла.

Сначала медленно. Затем быстрее. И вскоре исчезла в дыму.

Готгард выпрямился, забыв о боли в ноге.

- Что за...

Он не договорил, потому что, подняв взор, теперь увидел то же самое в другом конце города.

Нежить двигалась. Но она двигалась прочь.

Сначала королю показалось, что ему просто изменяет зрение. Дым, усталость, боль… всё это могло заставить человека увидеть то, чего нет. Но чем дольше он смотрел, тем очевиднее становилось происходящее.

Вурдалаки покидали улицы. Некоторые уходили через разрушенные ворота. Другие выбирались из города через проломы в стенах. Одни двигались на север, другие на запад, третьи сначала бесцельно бродили по улицам, прежде чем всё-таки направиться прочь.

Защитники города, заметив такое поведение, сначала кинулись вперёд, надеялись воспользоваться шансом, чтобы отбить атаку в одном месте, успеть закрыть дыру в обороне в другом. Но потом и они остановились, наблюдая за тем, как нежить… уходит?

Это не было отступлением армии. Никакого порядка не существовало. Мертвецы и демонические отродья просто уходили, словно незримая воля тянула их обратно, назад, на север.

Измученный Норинд будто бы вздохнул. Это было словно лев схватил добычу, вонзился клыками в плоть, передавил горло… но вдруг отпустил.

* * *

Ромит приподнял голову.

Кажется, пронесло.

Как же хотелось остаться лежать ещё хотя бы несколько мгновений. Высокая степная трава скрывала их лучше любой крепости, а прохладная земля словно вытягивала из тела накопившуюся усталость. Ноги гудели после бесконечных переходов, плечи ломило, а стоило глубоко вдохнуть, как грудь отзывалась тупой болью.

Что-то легонько кольнуло его в пятку.

Ренгал.

Генхан уже высунулся из травы и внимательно осматривал небо. Убедившись, что опасность миновала, он коротко подал знак подниматься.

Ромит перевернулся на живот и посмотрел вслед горгулье. Летающая тварь ещё несколько раз описала широкий круг, выискивая движение в высокой траве, затем тяжело взмахнула крыльями и ушла обратно на север.

Не заметила. Сегодня повезло.

Разведчики медленно поднялись. Никто не ворчал. На это уже не оставалось сил.

После того как Орда отошла к Комнскому лесу, война не закончилась. Она лишь сменила лицо.

Основная масса нежити повернула на запад, к Ленагору, и Такифир немедленно воспользовался этим. Пока люди сдерживали удар, волчьи всадники почти каждую ночь уходили на север и северо-запад, жаля войско мертвецов короткими, стремительными набегами.

Однажды десяток всадников ворвался прямо в середину колонны и свалил мясника прежде, чем тот успел поднять свой чудовищный тесак. В другой раз орки набросили заколдованную шаманами сеть на некроманта, вырвали его из толпы пресмыкающейся нежити и, утащив за собой, растерзали, пока мертвецы не успели нагнать их. Ещё через день удалось поджечь труповозку, медленно катившуюся на запад. Она вспыхнула так ярко, что ещё долго освещала округу, отпугивая мертвецов.

Зажигательные кувшины… Их так не хватало тогда.

Но каждая удачная вылазка стоила дорого.

Демон, управлявший вражескими силами, быстро разгадал их тактику.

Вурдалаки начали зарываться в землю у привычных мест привалов. Демонические твари прятались в высокой траве, ожидая, пока разведчики пройдут мимо, а горгульи часами кружили над степью, вынуждая орков лежать неподвижно, иногда до самого рассвета.

Два рейдерских отряда так и не вернулись.

О третьем напоминали лишь найденные волчьи следы, обрывавшиеся посреди вытоптанной окровавленной травы.

Ромит медленно оглянулся.

Отряд…

Он невольно усмехнулся.

Когда-то в Хромой лес за ним уходили сто пятьдесят орков и генханов. Теперь их было… пятеро.

Сам Ромит. Старый добрый Ренгал. И тройка молодых орков, впервые понюхавших кровь лишь несколько дней назад.

Они двинулись дальше, осторожно раздвигая траву.

За последние дни разведчики сумели подобраться ближе к Долине Мрачных Душ, чем когда-либо прежде. С одного из холмов Ромит впервые увидел его целиком.

Даже на таком расстоянии мясной лес выглядел противоестественно.

Багровые кроны медленно шевелились, будто жили собственной жизнью. Между искривлёнными стволами непрерывно сновали вурдалаки, стаскивая туда человеческие и звериные тела. Иногда над лесом разносился визг его повелителя, а ветер доносил сладковатый запах гниющей плоти.

Ромит тогда долго молчал. Он видел немало ужасов этой войны. Но именно мясной лес впервые заставил его поверить, что демонов невозможно победить.

Он гнал эту мысль из головы, но с каждым днём боёв, переходов, смертельной опасности, потерь и накапливающейся усталости она возвращалась всё чаще.

Его отряд, как и несколько других, выбирались в степь днём в поисках засад нежити. Выковыривали эту мерзость, пока она пряталась от солнца, чтобы отряды на волках могли пробираться на север и жалить основные силы врага.

Да, Ленагор предал и хотел ударить в спину, но выгоднее было помогать им, чтобы ослабить нежить и задержать её.

Удивительно, как западное королевство людей вообще ещё держалось. Его основное войско было разбито за одну ночь. Но позже кто-то организовал сопротивление, кто-то дал людям надежду, забрал панику и повёл за собой.

Когда Такифиру доложили об этом, он лишь улыбнулся и произнёс: «Девочка».

Ромит первым поднялся на невысокий холм и остановился. За ним молча вышли Ренгал и остальные.

Внизу, у самой кромки Комнского леса, раскинулся лагерь Орды.

Земляной вал полукольцом прикрывал северные подступы. За ним тянулись ряды шатров, загоны для волков, кузницы и тяжёлые повозки союзников. Над лагерем лениво колыхались знамёна Белого Клыка, Красного Рога, Волчьей Пасти, минотавров и огров – тех, кто ещё оставался в строю.

Ромит задержал взгляд на северной линии укреплений.

Даже отсюда были видны свежие насыпи, проломы в частоколе, уже затянутые новыми брёвнами, и длинные полосы вытоптанной земли перед валом. Там давно не росла трава. Каждый день её вновь перемешивали кровь, грязь и тысячи ног.

Нежить не оставила Орду в покое.

Да, её главный удар обрушился на Ленагор, но демон не позволял защитникам Комнского леса перевести дух. Стоило одному отряду мертвецов пасть, как из Долины Мрачных Душ приходил следующий. Они не пытались сокрушить укрепления одной лавиной — они давили медленно, упорно, вынуждая орков снова и снова занимать одни и те же рубежи, спать в доспехах и жить от сигнала рога до следующего сигнала.

У восточной окраины лагеря поднимались несколько густых столбов чёрного дыма.

Орочьи погребальные костры.

Вокруг них стояли воины, опустив головы. Одни клали в огонь топоры погибших товарищей, другие молча держали знамёна своих кланов. Здесь не звучало ни песен, ни прощальных речей. Предков провожали тишиной.

Далеко севернее, уже за земляным валом, горели другие костры.

Туда стаскивали тела вурдалаков, мертвецов и прочей нечисти. Их сваливали в огромные груды и сжигали до тех пор, пока не оставались лишь почерневшие кости. Никто не собирался оставлять некромантам ни единого тела, способного вновь подняться.

Ромит тяжело выдохнул и сделал шаг вниз.

В этот момент со стороны степи донёсся знакомый грохот.

Пятеро волчьих всадников неслись к лагерю во весь опор, поднимая за собой длинный шлейф пыли. Волки неслись так, словно за ними гналась сама смерть. Не сбавляя хода, отряд проскочил ворота, а их предводитель ещё на бегу спрыгнул на землю и, не передав поводья, бросился к шатру вождя.

Ромит и Ренгал переглянулись.

— Что-то случилось…

* * *

Такифир медленно повернул голову к вбежавшему орку. В шатре сразу стало тихо.

- Нежить отступает! – чуть ли не завопил запыхавшийся воин.

Присутствующие военачальники Гарок, Кирон, Ахира и другие поднялись, каждый со своей скоростью.

- Повтори! – негромко приказал Кирон.

- Нежить… отступает, - повторил воин, глотнув воздуха, и добавил: - Уходит на север.

- В Долину Мрачных Душ? – поинтересовался Гарок.

- Нет, - воин покачал головой. – Они просто рвут когти на север. Без строя. Некроманты ещё гонят своих, но общей армии больше нет. Словно… словно исчезла воля, которая вела мертвецов. – Ещё раз коротко набрав воздуха закончил: - Драпают.

В шатре повисло молчание.

- Демонические твари? – Такифир не видел, но прекрасно ориентировался в пространстве, и его невидящие глаза были направлены к говорящему.

Орк замялся, соображая.

- Не знаю. – Он задумался, вспоминая то, что успел заметить. - Мы не видели их. Они, наверное, стянулись к мясному лесу.

Слепой вождь улыбнулся, приковав взгляды присутствующих к себе. Затем произнёс:

- Отряд справился.

Улыбка исчезла так же быстро, как появилась. Такифир поднялся, опираясь на посох.

- Война ещё не окончена. Пока стоит мясной лес, демон способен вновь наполнить эту землю своими порождениями. - Он повернул голову к военачальникам. – Собирайте Орду. Мы идём на север.

Гарок сжал кулак.

- Раздавим эту нечисть!

Кирон молча поднял с земли свой тяжёлый топор и закинул его на плечо.

- Когда прикончим демона… - произнёс он негромко, - …у меня останется ещё один неоплаченный долг. – Он задержался у выхода и, не оборачиваясь, бросил: - Надо отрубить голову одному кровососу.

Полог шатра качнулся, и Кирон вышел готовить воинов.

* * *

В тронном зале сейчас было необычайно тихо.

Талит всё ещё лежал на полу, наполовину укутанные его чёрной бронёй.

Эдора сидела рядом и улыбалась.

- Мы победили, - произнёс парень, любуясь девушкой.

- Да. – Она кивнула, подняла взгляд, осмотрелась. – Мы справились.

Её Светлость завалилась рядом с Талитом.

- Спасибо тебе, - вдруг сказала она, рассматривая потолок.

- За что? – удивился тот.

- За моё спасение. Ты кинулся за мной в гущу жуков и защищал там… в мёртвом городе эльфов.

- Я не мог поступить иначе.

Эдора приподнялась на локтях и хитро посмотрела на него.

- Не мог или не хотел?

Талит устало улыбнулся. Всё-таки рана была ещё тяжёлой, и даже смотреть доставляло боль.

Вдруг они услышали странный звук. Насторожились, прислушиваясь. Затем одновременно посмотрели на прах демона, лежащий рядом.

- Ты чувствуешь? – спросила Её Светлость, садясь.

- Магия?

Талит хотел было подняться, но пока что не мог.

Эдора подошла к пеплу, раздвинула его рукой и увидела пульсирующий комок.

- Его сердце бьётся, - сообщила она удивлённо, затем посмотрела на Талита и спросила: - Он что, собирается снова ожить?

Парень ничего не ответил. Он не знал.

Девушка тем временем оглянулась по сторонам в поисках какого-нибудь оружия. Талит понял это, с трудом шевельнулся, поворачиваясь на бок и достал магический кинжал, когда-то подаренный ему Нирофоном. Он совсем забыл про него, ведь его чёрная броня была получше любых человеческих изделий.

- Возьми, - тихо произнёс он, с трудом протягивая кинжал Эдоре.

Та взяла клинок в руки, присела над пульсирующим сердцем демона, размахнулась и со всей силы нанесла удар.

Тронный за словно ухнул в ответ. Но не так, словно принял тяжёлый удар, а как-то иначе… словно само пространство внутри исказилось.

- Талит… — успела прошептать Эдора.

Над головой появилось серое облачко дыма. Оно быстро разрослось, уплотняясь, пока не превратилось в большой диск. Его поверхность беспокойно колебалась.

Девушка отодвинулась назад, к Талиту, который попытался подняться на локтях, чтобы лучше видеть происходящее.

Вдруг поверхность диска заколебалась, словно вода, и из него вышло три могучих фигуры, высотой более двух метров, в необычных доспехах.

Они коротко осмотрелись, оценивая обстановку. Увидели тушу Зверя, прах главного и пронзённое кинжалом сердце. Затем их взоры обратились к Эдоре и Талиту.

Тот, что стоял посередине, коротко кивнул, и двое других, шагнули вперёд.

Один легко подхватил девушку, даже не дав ей возможности сопротивляться.

Другой склонился над парнем. Чуть только он протянул руку, чёрная броня заволокла того полностью, пытаясь защитить. На мгновение рука остановилась, словно воин пытался понять, с чем столкнулся, но затем дёрнул Талита на себя и без видимого усилия вскинул на плечо.

Оба вместе со своими ношами снова скрылись в волнующемся диске. Третий задержался на секунду, с любопытством ещё раз окинув взглядом зал, затем последовал за ними.

Диск ещё мгновение беспокойно колебался, затем беззвучно схлопнулся, словно его никогда не существовало.