Вторжение

Интерлюдие

Центр контроля воздушного пространства где-то на территории Российского объединения

Генерал Кинеев сидел в мягком кресле в своём кабинете. Уже десять лет он управляет этим местом, и ещё ни разу не было никаких серьёзных проблем. Вот и сейчас пожилой мужчина, отпив кофе, лениво уставился в монитор. Ничего не изменилось: в воздушном пространстве чисто.

Кинеев откинулся на мягкую спинку и задумался о своём. Неожиданно из мыслей его вырывает голос помощника, доносившийся из звукового коммутатора:

— Товарищ генерал, возможно нападение! Множественные неопознанные цели вошли в атмосферу Земли, на связь не выходят, на высокой скорости движутся к городам. Какие будут указания? — Голос первого заместителя был ровный, но опытный генерал различил нотки недоумения и, возможно, даже страха. А напугать отставного спецназовца, повидавшего в этой жизни всякого, ох как непросто.

Чтобы принять решение, Кинееву понадобилось несколько секунд.

— Поднять авиацию, привести всех в полную боевую готовность, работаем по протоколу 1.9 и немедленно свяжите меня с министром обороны!

Кинеев ещё не знал, что то октябрьское утро войдёт в историю как "Вторжение", а его дежурная группа лётчиков первой вступит в бой с инопланетной расой, но на базу никто не вернётся.

Глава 1

Пришёл я в сознание от резкого падения и адской боли. Чёрт, всё тело будто разобрали и собрали заново. Да и что за взрывы? Где я, чёрт возьми?

Проморгавшись, смог убрать пелену с глаз и осмотреться: лежу возле какой-то разбитой капсулы, рядом ещё десяток целых. Тёмно-синий потолок и такие же стены, явно неземного происхождения. Из одежды только шорты. Из комнаты ведут два коридора.

Очередной взрыв где-то вдалеке напомнил мне, где я. Кое-как поднявшись, начинаю подходить к остальным капсулам и вдруг слышу неподалёку знакомый рык. В сознании сразу всплывает одно единственное слово: "Залтисы".

Тело охватывает страх, и я сам не замечаю, как начинаю быстро двигаться в сторону коридора. Каждый шаг сопровождается адской болью, но надо идти. Очередной рык где-то совсем рядом придаёт мотивации.

Быстро перебирая ногами, я преодолеваю синий коридор. Хорошо хоть стены тускло освещаются какими-то камнями.

Через десяток секунд меня встретила новая комната. Огромное количество тёмно-фиолетовых ящиков занимали почти всё пространство. Если мне не изменяет память, они наполнены энергией. По функциям — что-то вроде современной земной батарейки, но сейчас это мне никак не поможет. Недолго думая, прячусь за ними и жду, задержав дыхание.

Буквально через полминуты в коридор вбегает пара инопланетных созданий, одетых в лёгкую неземную синюю броню, с укороченными лазерными винтовками. Не останавливаясь, они вбегают в лифт, похожий на большую капсулу, и исчезают там.

Облегчение в совокупности со страхом – вот что я испытал. Полежав ещё пару минут, встаю и начинаю медленно передвигаться в сторону лифта. Редкие взрывы и звуки стрельбы никуда не исчезли, поэтому даже не пытаюсь попробовать запустить лифт. Выехать и оказаться прямо посреди боя – такая себе идея, но тут должна быть лестница. И она оказалась прямо за поворотом.

Стараясь не издавать громких звуков, я начал подъём. Ступеньки шире и выше земных, даже умудрился разок споткнуться, но вовремя успел выставить руки. Через пару пролётов лёгкий сквознячок приятно обдал тело и придал мотивации. Преодолев ещё десяток ступеней, я увидел причину: в эту часть стены прилетел снаряд или ракета.

Вообще, Залтисы – строители из внеземного материала. Один слой этих тёмно-синих блоков шириной в 9 сантиметров в несколько раз превышал прочность земного кирпича и спокойно выдерживает попадание снаряда небольшого калибра. А тут этих слоёв пять!

Опустился на колени и посмотрел: отверстие было полметра в ширину и сантиметров 30 в высоту. А снаружи, вдобавок, сильно искривлено.

На всякий случай огляделся и, никого не увидев, полез в проём. Сразу вылезать не стал, сначала нужно осмотреться. Сооружение, в котором я находился, было в каком-то земном городе. Веет тёплым ветерком, видны зелёные деревья, а солнце клонится к закату. Звуки боя почти стихли, но где-то в полукилометре лежал подбитый военный вертолёт и такая же подбитая БМП, рядом с которой продолжал вести огонь одинокий стрелок.

«Ну что, сейчас или никогда», — подумал я и начал вылезать. Сам не заметил, как положил руку на искорёженный угол и еле сдержался от крепких слов: кусок стены глубоко порезал ладонь.

Спрыгнул на землю, благо высота там была не больше метра, и оторвал кусок ткани от шорт.

Одной рукой делать себе импровизированную повязку – то ещё удовольствие, но, потратив немного времени, у меня наконец-то получилось. Подняв голову, я понял, что надо спешить: выстрелы стихли, а за ними последовал победный рык Залтисов.

Повернулся в сторону когда-то жилых кварталов и, практически вплотную к строениям, начал двигаться перебежками.

Отбежав метров на триста, упал за искореженную иномарку и посмотрел назад: ящеры уже почти вернулись на свою базу, как обычно, тащат за собой наиболее целые трупы вояк.

«У кого-то сегодня будет трапеза из человечины», — подумал я и отвернулся. А мне нужно поскорее уносить ноги.

Так же, стараясь не шуметь, вышел к многоэтажкам и там, прикрываясь высокими стенами, побежал. Асфальт и мусор стирали и царапали стопы, но мне было всё равно. Страх и желание жить – лучшие мотиваторы. Чем дальше я окажусь, тем больше шансов, что они меня не достанут, главное – не нарваться на других тварей.

Ещё каких-то пару лет назад этот город пылал жизнью, а сейчас… Разбитые окна, искореженные машины, следы боя и разрушения – всё это выглядело жутко.

Бежать пришлось несколько кварталов, многоэтажки сменились старыми домами в пять этажей, и, кажется, уже виднелся конец города. Разрушений здесь было поменьше: видимо, в этой части бои почти не проходили. Рядом с домами цвела сирень. А на небе красивый закат.

Стоп, цветущая сирень – значит, сейчас май. А последние мои воспоминания до лаборатории были 25 января 2030 года. Картинка потихоньку начала складываться, осталось теперь узнать, прошло всего три месяца или целые годы, но для начала нужно найти место для ночлега. Ночь – это время тварей, и если я не потороплюсь, то весь мой чудесный побег станет напрасным.

Надо осмотреться. До темноты ещё часа два. Недолго думая, вошёл в первый попавшийся подъезд. Если была эвакуация, есть шанс, что кто-то забыл запереть дверь.

Подъём с первого на пятый занял немного времени. Старые, облезлые стены с неприличными граффити навеяли приятные воспоминания. От этих мыслей я невольно улыбнулся и опёрся на перила. Стоило мне их коснуться, как по всему подъезду разнёсся скрип. Десять секунд, двадцать, тридцать. Отмирев выдохнул. Мне повезло: на меня в этот момент никто не выбежал.

Помня об этом, продолжил подъём. Как оказалось, риски были напрасными: бывшие владельцы позаботились о своем имуществе и закрыли все двери. Единственной моей находкой стал старый велосипед, пристёгнутый к батарее. Поначалу я даже обрадовался, но когда подошёл, понял: колёса спущены. За столько времени резина стала непригодной.

Эх, если бы не решётки на первом!

Спустился и пошёл в другой подъезд, там ситуация повторилась. Все двери оказались закрыты.

"Да что за засада, неужто никто не спешил?" — подумал я и направился в соседний дом.

Время утекает как сквозь пальцы. Если я в ближайшее время не найду хоть что-нибудь полезное, даже думать не хочу, что со мной станет.

Быстро прошёл ещё два подъезда, моей наградой стали шлёпанцы на два размера больше, чем мой, и сохранившаяся зажигалка, которая смело закрепилась на резинке.

Солнце уже почти село, и у меня появился выбор: либо продолжать поиск в надежде найти не закрытую дверь в квартиру, или попробовать зайти в подвал, забиться в дальний угол и как-то пережить эту ночь. Главное, чтобы там не было логова, однако выбор был сделан за меня.

Из дома напротив, из разбитого окна второго этажа, выпрыгнула Кара. А Кара – это в прошлом обычная кошка, на которую подействовал вирус Зэл. Она мутировала, как и больше половины планеты. Теперь это существо лишь отдалённо напоминало домашнюю кошку: 45 сантиметров в холке, мощное тело с хорошо видимыми крупными мышцами, твёрдая, но пышная синеватая шерсть, широкие и длинные лапы с острейшими когтями и челюсть с небольшими выпирающими зубами. Вдобавок ко всему этому из прошлой жизни сохранились ночное видение и ловкость. Идеальный ночной охотник, но одиночка, на большие отряды не нападает. Убить можно с одной очереди.

Все эти воспоминания в одно мгновение пронеслись у меня в голове. Резко приседаю и ухожу за более-менее уцелевшее авто. Если она меня заметит – я не жилец.

Снова сознание окутывает страх. Взяв себя в руки, аккуратно двигаюсь в сторону ближайшей двери в подвал. Она была всего в нескольких метрах, хорошо хоть замка не было. Подойдя, я очень медленно начал открывать дверь. В голове была лишь одна мысль: хоть бы она не скрипнула, но всё обошлось. Быстро зашёл и аккуратно закрыл за собой, после прислушался. В подвале тишина, и на дверь никто не бросается.

Вух, видимо, не заметила.

Вокруг — кромешная темнота. На ощупь достаю зажигалку. Маленький огонёк освещает пространство с бетонными стенами, в нескольких местах баллончиком нарисованы неприличные органы.

Дрожа и еле перебирая ногами, я аккуратно продвигался вглубь подвала, мысленно молясь, чтобы здесь никого не было. Через несколько метров начали попадаться двери: видимо, местные настроили и использовали помещения как свои кладовки.

Проверяя каждую дверь, потихоньку шёл дальше. Несколько раз зажигалка гасла, и я на несколько секунд оставался в кромешной темноте. Где-то на седьмой двери понял, что после моих усилий старая деревянная дверь чуток сдвинулась. Крепко взявшись за ручку, дёргаю на себя. Скрип дерева о дерево, как колокол, бьёт по ушам, и я замираю. Стою, не шевелюсь, одной рукой придерживаю дверь, а другой держу зажигалку. Страшные бетонные стены вокруг ещё больше давили на сознание. Простояв так секунд тридцать, затаив дыхание, прислушиваюсь: вроде тихо. Выдыхаю и захожу в импровизированную каморку.

Под светом зажигалки приступаю к осмотру помещения. Передо мной сразу предстали деревянные настилы с маринованными помидорами и огурцами в банках. Снизу лежали какие-то пакеты, а сбоку стоял старый закрытый шкаф и, о чудо, маленькая керосиновая лампа!

Беру её и аккуратно вытираю накопившуюся пыль рядом лежащей тряпкой, после снимаю старинный плафон. "Хоть бы получилось", — думаю я и подношу зажигалку к фитилю. Секунды шли как целые часы, но фитилёк наконец-то загорелся. Возвращаю плафон на место и регулирую яркость. Яркий свет режет глаза, но в душе стало чуточку спокойнее.

Ставлю лампу на полку, начинаю дальнейший осмотр. В пакетах лежали тряпки и детские игрушки. А в углу кто-то прислонил к стене пару лопат. Недолго думая, подхожу к деревянному шкафу: на вид ему лет сорок, а то и больше. Берусь за ручку и открываю. Негромкий скрип снова нарушил тишину. Сердце застучало в несколько раз быстрее, а я, уставившись в проход, затаил дыхание и стал ждать. Десять-пятнадцать-двадцать секунд тишины, только после этого выдыхаю. Пытаясь дышать ровно, закрываю дверь каморки.

Сразу после этого приступил к осмотру шкафа. Сверху на вешалках висели старые рабочие куртки, снизу стояла такая же старая обувь, а на полках лежала остальная одежда. Достаю ближайшую куртку и случайно задеваю повязку на руке. Под адреналином совсем забыл о ней, а ведь порез был глубоким, и шанс того, что я получил какое-то заражение, очень большой. Непонятно, как наспех сделанная повязка вообще смогла остановить кровь.

— Что за хрень? — прошептал я.

Нет, я, конечно, рад, но что это такое? Я сбежал из какой-то лаборатории, лежал долгое время в капсуле с непонятной жидкостью. Неужели регенерация — это какой-то побочный эффект? Надо проверить, но в данный момент у меня нет ни малейшего желания наносить себе какие-то увечья.

Дальнейший осмотр шкафа занял совсем немного времени. Женские вещи сразу отложил в сторону. Хозяин этого места был явно выше и шире меня: мои 177 см против, наверное, 184, но выбирать не приходится. Прямо на шорты надел потрёпанные штаны и сразу подвернул, затем надел рубашку, которую заправил в штаны, и сверху — старую рабочую куртку, протёртую во многих местах. На стопы навязал тряпки в качестве портянок и обул берцы на три размера больше моих. Ну ничего, на первое время пойдёт, лучше, чем шлёпанцы.

Отошёл, осмотрелся. Вроде ничего полезного больше нет. Развернулся и смотрю на банки. В этот момент живот предательски заурчал.

Закрыл плотно дверь, скинул остальные куртки на пол, соорудил себе лежанку — теперь должно быть удобно и тепло. После вскрыл рядом стоящие банки. Первую пятёрку сразу убрал в сторону: была видна плесень. Ещё парочку, но уже вскрытых, отправил в тот же угол. А дальше мне улыбнулась удача: маринованные огурчики ещё не испортились. Со второй попытки также нашёл неиспорченные помидоры. Чувствуется лёгкий уксус, но хоть какая-то пища за последнее время. Не хватает только воды, маринад не особо помогает в этом. Но начало положено.

Перекусил, поставил лопаты так, чтобы, если кто-то откроет дверь, они упали и я проснулся от грохота. Уменьшил яркость на минимум и завалился на импровизированную лежанку.

Нормально уснуть у меня так и не получилось: пару раз покрутился и понял, что сон так и не идёт. В голове полный бардак, вопросов очень много, поэтому заново начинаю вспоминать основные события до и после вторжения.

Итак, с чего всё началось? 15 апреля 2028 года сначала пропала спутниковая связь. Как мы потом узнали, большая часть спутников была уничтожена в первые часы. Затем на Землю влетели тысячи орбитальных кораблей. Большая часть отдалённо напоминала наши земные истребители, но инопланетные были гораздо маневреннее и живучее. Остальные корабли, размером от небольшого дома до футбольного поля, высаживали неизвестных существ в синей пластинчатой броне разного типа и боевых дроидов.

Земная ПВО и авиация разных стран были уничтожены за несколько часов. Крупные города, такие как Москва и Вашингтон, превратились в арены боевых действий и за неполные трое суток были частично разрушены и взяты под контроль инопланетными созданиями. Большая часть воинских подразделений была уничтожена, а остатки отступали в леса и небольшие города, не тронутые в первые дни.

Людей убивали или, как скот, сгоняли в отдельные места. Оттуда часть сажали на летающие корабли, а остальных впоследствии использовали как рабочую силу или мясо. Ящеры начинали строить свои базы, обживали территории, охотились на людей. Человек перестал быть на вершине пищевой цепочки.

Но это не значит, что человечество сдалось. В нетронутых небольших городах начали собираться очаги сопротивления, которые объединялись с уцелевшими военными и остальными выжившими. Все они изучали противника и пытались оказать сопротивление.

Впоследствии инопланетным ящерам дали название Залтисы. Не знаю, почему именно так, но название как-то прижилось. Прямоходящие, с сине-зелёной расцветкой, с шестью глазами (по три с каждой стороны), их сила и скорость превышали человеческую. В среднем около двух метров в высоту, с когтями и зубами, они представляли собой опасного противника. Но не это давало им основное преимущество, а энергетический доспех, который накладывался поверх основного. Невидимая человеческому взгляду энергетическая плёнка обхватывала весь каркас и принимала на себя основной урон. Чтобы убить ящера, нужно было сначала всадить очередь в энергоплёнку. Каждая пуля и удар в любую часть корпуса разряжали питающий аккумулятор, который потом на 10–15 секунд отключался и начинал подзарядку. Именно в эти секунды нужно стрелять по открытым участкам тела с наименьшим количеством брони. Этим же способом, но более мощной энергоплёнкой, покрывалась и техника.

Энергетическое и плазменное оружие прошивало лёгкие земные бронежилеты как бумагу, при этом на одного Залтиса требовалось минимум три бойца с калашами.

Полтора месяца боёв, постоянные отступления и потери — лишь одна из пяти стычек приводила к победе. И неожиданно враг допустил ошибку. Видимо, решив, что земля уже принадлежит им, залтисы переместили свой главный космический корабль ближе к планете. Теперь его было видно с земли, и его размеры поражали.

Но в этом человечество увидело шанс. В короткие сроки всеми возможными способами командование разных стран впервые в истории решило объединиться.

По всей планете начали создаваться ударные отряды с одной лишь целью: захват шахт с баллистическими ядерными ракетами. С огромными людскими потерями в разных точках земли шахты снова перешли под контроль человека. С помощью кодов, предоставленных командованием, ракеты были запущены. Десятки росчерков устремились в космос.

Не все ракеты долетели. Большая часть была сбита ещё в полёте. Всего несколько штук достигли цели, но даже их хватило. Не знаю, во что мы попали, но взрыв был такой силы, что вспышку с земли, наверное, рассмотрели все, а взрывная волна подняла многометровые цунами.

Но это была не победа. После попадания огромный многокилометровый корабль стал медленно падать на землю. Упав где-то на краю Европы, возле Атлантического океана, эта громадина включила глушилку. Связь с Европой, Америкой и Африкой была потеряна.

А после, в короткие сроки, весь мир подвергся влиянию вируса, получившего название "Зэл". Каждое четвёртое живое существо, начиная с рыб, птиц, насекомых и заканчивая животными и людьми, начало мутировать, превращаясь в опаснейших тварей. Земля подверглась новым испытаниям, но напор залтисов спал, дав людям возможность с помощью оружия и техники очищать территории и создавать свои анклавы и подобие защищённых городов, окружённых импровизированными стенами.

В одном из таких городов при его создании оказался и я, Серафим Климовский, бывший студент 3 курса экономического факультета. Ничем не примечательный человек, в первое время прятался и выживал с остальными выжившими, а после падения вступил в один из анклавов. Там меня и научили обращаться с оружием. Через какое-то время стал бойцом элитного спецотряда. Нас отправляли на зачистку территорий от новых мутировавших тварей. Грубо говоря, мы были ударным кулаком.

Так прошло чуть больше года. Мы возвели стены, пустили воду и электричество, наладили связь и коммуникацию с другими похожими поселениями, была создана новая валюта, а наш анклав из нескольких сотен вырос до 10 000 человек.

Осенью 2029 года залтисы снова начали наступление. Но на этот раз их сила была не так велика, а нападали они небольшими отрядами. Пусть и с большими потерями, но мы научились давать отпор, даже смогли отбросить ящеров на запад.

Но не всё так просто: зимой мой отряд попал в засаду, нас окружили, а меня серьёзно ранило взрывом. На этом все мои воспоминания обрываются. Следующие события уже в лаборатории, из которой я только что выбрался.

Последние события я уже вспомнил, когда проснулся, так как в процессе сам не заметил, как вырубился.

Не знаю, сколько я проспал, но когда очнулся, тело уже не ломило, а в голове сложилась полноценная цепочка событий.

Кинув ещё пару огурцов в рот и запив рассолом, потянулся и встал. Пора выбираться отсюда, но сначала ещё раз надо всё пересмотреть, вдруг найдётся ещё что-то полезное.

Сверху на полках обнаружились гвозди и ряд других инструментов. Из полезного был только ржавый маленький топорик, который сразу занял место на ремне. На всякий случай завернул десяток гвоздей в тряпку и кинул в карман, может, пригодится. Так же разорвал одну из старых рубашек на лоскуты, сложил и кинул в карман.

Снова осмотрел шкаф. На первый взгляд казалось, что нет ничего полезного, но тут удача снова обернулась в мою сторону: в момент, когда уже хотел уходить, заметил, что одна доска чуть выпирает. Попробовал её приподнять — ничего не получилось. Уже хотел плюнуть на это дело и уйти, но любопытство взяло верх. Загоняю лезвие топорика между досками и рычагом стараюсь вырвать вместе с прибитыми гвоздями. Несколько несложных манипуляций — и дерево вырвано. Под нижней стенкой оказалось потайное дно. Таким же способом вырываю ещё одну доску и с огромным любопытством смотрю вниз. Внутри лежат пара ЗИП-пакетов и какой-то свёрток ткани. Достаю и осматриваю. В одном пакете лежат деньги разного номинала — до вторжения довольно крупная сумма, а сейчас всего лишь бумажки.

Во втором пакете обнаружил несколько золотых цепочек и колец. Золото всегда можно продать, поэтому, осмотрев содержимое повнимательнее, закинул пакет во внутренний карман куртки.

А вот свёрток приятно удивил. В нём лежала старенькая обрезанная двустволка, полностью смазанная оружейным маслом, и восемь патронов с картечью.

Уже зная, где тут лежат тряпки, я быстро протёр ими моё новое оружие. Стволы поблёскивали даже в тусклом свете. Переломив их, загнал в каждый по патрону. Решительно сложил свою двухстволку. Стволы лязгнули. Вот теперь повоюем!

"Ну что, пора выбираться", — думаю я.

Последний раз оглядываюсь, мысленно поблагодарил хозяина этого места за такой подгон и, взяв лампу в одну руку и двустволку в другую, начал медленно пробираться к выходу.

Аккуратно открыл дверь в подвал и на мгновение ослеп: резкий солнечный свет больно ударил по глазам. Сделав пару шагов назад и проморгавшись, я наконец-то смог нормально посмотреть: ясная погода, солнце примерно над головой, вокруг тишина.

Выключил керосиновую лампу и, стараясь не шуметь, начал отходить подальше от этих домов. Нужно найти еду и воду, по-хорошему ещё разжиться рюкзаком и базовыми вещами.

Есть шанс, что этот город изначально был захвачен, и магазины, по большей части, будут не тронуты. Ближайший ларек нашёлся буквально через пару домов, но всё содержимое уже давно прогнило. Откинул обломки, и моей находкой стали пара запечатанных литровых бутылок. Сразу, недолго думая, выпил одну и схватился за вторую. Да, это совсем не экономно, но мне пофиг! Пить хотелось адски.

Утолив жажду, решил перейти на другую улицу, там стоял когда-то дорогой красный автомобиль. Проверять его слишком опасно: сигнализация привлечёт мутантов, а вместе с ними нагрянут и Залтисы. Поэтому иду дальше искать подобие магазина, и ближайший оказался через несколько домов, с выбитыми стёклами и поломанной дверью. Зажёг лампу на входе, аккуратно зашёл и осмотрелся.

Когда-то это был обычный, ничем не примечательный магазин. На входе меня сразу встретила голубая касса, слой пыли такой, что можно картины рисовать.

Зашёл вглубь помещения, и моему взору предстал самый настоящий хаос: поваленные стеллажи, кучки давно сгнивших продуктов, разбросанные банки и бутылки, а также огромное количество побитого стекла. Такое ощущение, что здесь велась драка. Но из приятного — большинство скоропортящихся продуктов не тронуто.

В самом углу, возле алкогольного отдела, обнаружил ещё больше разрушений. Повсюду лежали обломки стеллажей, а на стенах видны следы когтей. Весь пол был усеян тысячами осколков. Медленно, держа образ перед собой, подошёл и увидел остатки человеческого тела. Хотя, скорее, это больше напоминало месиво: обглоданные кости, части вырванных кусков плоти. Этому телу уже не меньше полугода: запах давно пропал, остались только кости и волосы. Когда этого беднягу рвали, он был ещё жив. Этому свидетельствовали черкаши, оставленные берцами, в предсмертных агониях.

Трупы меня уже давно перестали пугать. Подойдя практически вплотную, осмотрел всё вокруг. Вблизи следов от когтей было гораздо больше, а рядом с телом лежали уже проржавевшие гильзы. Однако не это привлекло моё внимание, а старый кожаный рюкзак, лежавший в нескольких метрах сбоку. Не знаю, как он сохранился в такой бойне, но, кроме потёртостей и нескольких небольших дырочек, он был целый.

Взяв его в руки, я сразу открыл. Внутри лежали: полная пачка сигарет, старый жгут, пара индивидуальных перевязочных пакетов (ИПП), несколько пар носков и белья. Бонусом к этому — пара старых журналов с газетами.

Закинув рюкзак на спину, подхожу к трупу и сажусь на корточки. Как и было понятно изначально, от вещей ничего не осталось, а оружие уже кто-то успел забрать.

Встаю и, держа перед собой обрез, иду к витрине с консервами. Часть из них уже просрочилась и вздулась. Но четыре банки каши и пяток тушёнки аккуратно отправились в рюкзак. Туда же пошла и одинокая баночка персиков.

Дальше в очереди — вода, но тут вообще проблем не возникло: несколько двушек уместились рядом с консервами. Рюкзак уже заметно потяжелел, хотя я этого, сказать что, не ощущал. Туда же отправились пара окоченевших шоколадок и бутылка коньяка, а также, в последний момент, обнаруженная пластиковая посуда.

Вот теперь всё, подумал я и аккуратно пошёл к выходу, но и моё везение имеет свойство заканчиваться. Чёртова бутылка водки, которую я задел рюкзаком, с громким звуком разлетелась по полу.

А дальше всё произошло за считанные секунды. Упырь, который, видимо, спал в подсобном помещении, вышел ко мне и бросился на меня.

Когда-то это существо было человеком, но сейчас это мутант с очень прочной кожей. Местами на ней росла короткая серо-синяя шерсть, а длинные руки позволяют бегать на четырёх конечностях. Челюсть слегка вытянутая и имеет два ряда острых зубов. Короткие когти компенсируются огромной силой, но вот от интеллекта ничего не осталось и следа: вместо него появились звериные инстинкты. Даже его секундный взгляд заставил моё сердце сжаться.

Дальше я уже действовал не думая: резкий страх и адреналин заставили тело вспомнить старые навыки. Как только упырь бросился на меня, я прицелился и выстрелил ему в грудь, но картечь лишь затормозила эту тварь, пули застряли в толстой коже, не нанося какого-либо урона. Мне ничего не остаётся, как бежать. На выходе, не придумав ничего лучшего, покидаю уже практически пустую, но горящую керосинку в мутанта.

Разбившись о лоб, остатки горючего подожгли тварь. Это я уже видел краем глаза, так как в данный момент убегал подальше от магазина. Этот выстрел мог привлечь половину города.

Отбежав на метров двести, я обернулся. Упырь вышел на улицу, огонь лишь подпалил ему шерсть и оставил ожоги на теле, но не нанёс серьёзных повреждений. Увидев меня, он бросился в погоню.

Дожидаться, пока он меня догонит, я, понятное дело, не стал и побежал дальше, держа курс на край города. Расстояние между нами стремительно сокращалось, и в последний момент, когда мутант уже прыгал на меня, я резко упал на живот, и тварь пролетела мимо. Громкий звук разбиваемого стекла разнёсся по улице: упырь, оказывается, влетел в машину, но мне на это было всё равно. С соседних домов выбрались остальные особи. Пока бежал, на ходу насчитал штук двадцать.

Не знаю, что мной двигало, но я продолжал бежать, зная, что эти твари не бросят свою добычу, они преследуют.

Возле крайнего дома ещё один упырь получил картечь в брюхо.

А потому что не надо выскакивать передо мной, и вообще, я не вкусный!

А в тот момент, когда выбегал на выездную дорогу, за мной уже бежало не меньше пятидесяти любителей полакомиться человечиной.

Понимаю, что мне не оторваться, кончилось, похоже, моё везение: эти твари бегают гораздо быстрее человека. Но, обливаясь потом, с рюкзаком на плечах, я всё равно продолжаю бороться за жизнь. Через метров триста быстро обернулся: упыри должны были меня уже догнать. Не знаю как, но мутанты начали отставать.

Это невозможно! Именно такие мысли были у меня в голове. Не знаю, сколько я бежал. Но в один момент я понял, что погони уже нет. Тяжело дыша, падаю в траву на обочине.

Вот только сейчас, когда адреналин начал спадать, я почувствовал все последствия этого марафона. Ноги, скорее всего, стёрты в мясо: большие берцы таких забегов не прощают. На копчике, наверное, огромный синяк, спасибо прыгучему рюкзаку. В общем, приятного мало.

Аккуратно стягиваю рюкзак, снимаю куртку и берцы. Да, всё как я и ожидал: тряпки, заменявшие портянки, в крови. Страшное это зрелище, скажу я вам.

Вскрываю литровый коньяк, делаю глоток и после аккуратно промываю раны. В этом ещё очень помогли лоскуты от старой рубашки. ИПП пока решил не трогать: на свой страх и риск надо проверить свою новую регенерацию.

Подтянул поближе вещи и, кое-как встав, босиком пошёл в лесополосу. Больно, тело ноет, но там, мне кажется, безопаснее. Глубоко заходить не стал: место, укрытое травой, деревьями и кустами, обнаружилось почти сразу. Дойдя, опускаюсь на землю, кидаю куртку и облокачиваюсь на толстую берёзку.

Согнул стволы, зарядил в каждый по картечи и вернул обрез в боевое положение. Затем разместил его на коленях, вскрыл банку тушёнки. Холодная она обычно невкусная, но я был настолько голоден, что даже такая пища казалась самой лучшей едой на планете.

Так, за ранним обедом, я проанализировал последние события и вот что понял: видимо, во мне проснулась ещё одна особенность. В моих воспоминаниях упыри легко догоняли даже тренированного человека; от них убегали, только закидывая гранатами или используя хитрость. Но сейчас я как-то смог от них оторваться.

Глава 2

Просидев так под деревом, по ощущениям, несколько часов, я вскрыл ещё одну банку каши, а также разложил вещи в рюкзаке. Теперь даже при беге они не будут так больно бить по копчику.

Регенерация уже начала действовать: раны покрылись корочкой и начали потихоньку стягиваться. У человека на это ушло бы не меньше пары дней. С этого теперь возникает вопрос: человек ли я?

Сам не заметил, как погрузился в лёгкий сон. Дурак ли я, спать в такой обстановке? Безусловно, да, но тут уже ничего не поделаешь.

Сон оказался не из приятных. Мне снилось моё последнее сражение: как моя группа попала в засаду, как товарищи, ставшие за последнее время братьями, умирали. Нас поливали плазмой со всех сторон. Единственный шанс выжить был сквозной проход в многоэтажном доме, а потом — бежать. Но все попытки добежать двадцать метров не увенчались успехом. Из двенадцати человек нас осталось пятеро, из них два трёхсотых. Добив магазин, ухожу за укрытие. Рядом грохочет пулемёт, и вдруг — взрывная вспышка плазмы, и мир гаснет.

Просыпаюсь и резко хватаю ружьё. Сердце бешено стучит, но вокруг всё спокойно.

Открываю и делаю ещё глоток коньяка. Нужно успокоиться. Прошло уже много времени, а для меня это было как вчера.

Нужно найти часы. Я снова не знаю, сколько точно проспал. Но ноги, по большей части, уже затянулись. Неуверенно встаю и делаю несколько шагов босиком. Всё в порядке.

Что ж, надеюсь, носки из рюкзака были постираны, и я не занесу себе грибок или ещё что похуже. Надеваю их и снова лезу в большие берцы. Мне предстоит неблизкий путь непонятно куда, ведь пока что я даже не знаю, где нахожусь.

Встаю, закидываю рюкзак и выхожу к дороге. Прошагав километров семь, наконец-то появился первый значимый для меня знак. Оптимизма он не добавил: до Москвы 500 с лишним километров, но мой путь лежит в сторону Смоленска. Сам город был уничтожен, но в его округе был создан мой родной анклав. Возможно, я надеюсь, там ещё все будут живы.

Но в данный момент меня заинтересовал именно поворот на деревню Р...... До неё всего пару километров, можно попробовать обжиться вещами и переночевать, солнце уже клонится к закату.

Дорога до первых домов не заняла много времени. Кстати, по пути в кювете лежал дорогой чёрный джипик, правда, всё ценное из него уже давно достали: даже аккумулятор и колёса тоже были кем-то сняты.

Подходя ближе, стало понятно, что эта деревня превратилась в дачный посёлок. Много хороших домов, ЛЭП, крепления от спутниковых антенн. Но даже невооружённым взглядом было понятно, что здесь не один раз уже были другие выжившие: разбитые окна и выбитые двери встречали меня возле каждого дома.

Уже без серьёзных надежд захожу на территорию первого двухэтажного дома. Когда-то здесь была красивая лужайка с качелями и беседкой, а вон там сбоку, похоже, стояла теплица, но сейчас это лишь заросший травой отголосок прошлого.

Внутри ничего особенного не было. Лёгкий бардак с перевёрнутыми вещами, сразу видно, выносили всё, что представляло хоть какую-то ценность: одежда, обувь, еда, электроника, инструменты. Но это было давно, огромный слой пыли свидетельствовал этому.

Потратив на дом минут пятнадцать, я понял, что это бесполезно. Даже одеяла и подушки и те вывезли. Хотя, пару кухонных ножей я забрал, предварительно, замотав их в тряпки, они отправились в рюкзак; туда же, кстати, полетели и вилка с ложкой.

Это были долгие три часа. Я осмотрел двенадцать домов и, наверное, столько же пристроек – везде пусто. Хотя нет, вру. Нашел колонку с водой и набрал воду в бутылки, а ещё в одном из домов обнаружил логово мутировавших крыс.Такие милашки, выросли и стали размером с домашних средних котов. Эти твари опасны в темноте, а сейчас: две получили по картечи, а в голове последней оказался топорик.

Последняя заставила немного попотеть. Разобравшись с двумя и не видя третью, я начал перезаряжать ружьё, и именно в этот момент эта крыса-переросток решила напасть. Спасла реакция, а также ружьё, которое полетело в тварь и сбило её в полёте. А дальше — топорик: шаг в сторону при её атаке, и загнанное лезвие прямо в черепашку.

Солнце уже садится. Пора всерьёз задуматься о ночлеге. Следующий дом был с приятным сюрпризом. Не знаю, что здесь произошло, но, похоже, уходили отсюда в спешке. Много полезных вещей было скинуто внутри, недалеко от входа, даже газовый баллон лежал в углу. Похоже, его тащили, а потом почему-то оставили.

В основном оставленные вещи были женские или, в данный момент, для меня бесполезные. Не знаю, чем мне сейчас может помочь разряженный планшет или тостер, но в этой груде я нашёл хорошие кроссовки своего размера. Как же приятно они сидят на ногах после огромных берцев! Ух, блаженство.

В этом же одноэтажном домике и устроил себе ночлежку. На улицу матрасы никто не выносил и предварительно закрыв окно передвинутым шкафом и проверил плотно ли фиксируется дверь я, снова вышел на улицу.

Разжёг небольшой костерок из найденных в городе журналов и газет, подогрел кашу, нашел в доме старый кипятильник и, сорвав листья с кустов малины, сделал себе чай.

Вернулся в комнату и плотно закрыл дверь, уселся на мягкую кровать. Кстати, забыл сказать: в этой же кучи нашлись и свечи, поэтому ночь в темноте меня не ожидает. Сново пригодилась найденная в первый же день зажигалка.

Вот такая вот романтика темная комната, свечи, ароматный чай, банка перловки и банка персиков.

Поев, положил двустволку рядом, оставил рядом одну горящую свечку, и лёг спать.

Ночью была гроза, поэтому раннее утро встретило меня чистым, прохладным воздухом. Где-то щебечут птички, а это хороший знак. День обещает быть удачным, подумалось мне.

По старой схеме разогрел тушёнку с чаем и позавтракал, а ещё смог умыться дождевой водой. Но не всё так радужно: пришлось снова переобуться в большие берцы. Грязь и лужи — мои почти новые модные кроссовки этого не переживут. С тоской и лёгкой грустью они отправились в рюкзак, а мой взгляд упал на напротив стоящий дом — вчера под вечер не захотел рисковать.

А дом оказался не простой: почему-то он был не тронут, только разбитое окно на втором этаже. По сравнению с остальными домами он казался ещё жилым. Красивый, большой, кирпичный, с красной черепичной крышей, окружённый красивым бордовым забором с каменными столбиками и дорожками из плитки, — это место выделялось на фоне остального апокалипсиса.

Будь я чуточку умнее, я бы, наверное, заподозрил что-то неладное и обошёл бы это место. Но грёбаное любопытство!

Хотя, признаю, чуйка орала об опасности, но, несмотря на это, я всё равно, аккуратно держа ружьё в руках, сначала зашёл на территорию, а потом и в сам дом.

Открыв дверь настежь, я позволил уличному свету осветить коридор. Длинное помещение с проходами в комнаты и широкая лестница вверх и вниз сразу бросились в глаза. А ещё я сразу подметил огромный слой пыли и явно нетронутую мебель.

Аккуратно и медленно начинаю заходить; пол предательски заскрипел, оповещая весь дом о нежданном госте.

Пройдя половину коридора, пол за мной снова заскрипел, и я резко понял, почему этот дом был не тронут.

Очень редкий случай, когда вирус заставляет несколько существ соединиться. Наши учёные не могли дать точное объяснение, почему это происходит, но сам факт — это происходит.

Однажды мою группу отправили на зачистку. Мы нашли документы, что за пару недель до вторжения в одной из школ полностью обновили медикаменты в медпункте. Туда отправилась одна мелкая группа добытчиков из пяти человек. Через десять минут после захода в здание начали раздаваться длинные очереди, как будто кто-то в панике за раз выстреливал по магазину. Ещё через пять минут из здания без оружия выбегает один из добытчиков. Он силой и с криками, что сама смерть пришла за ними, пытается вырвать ключи от машины у двух оставшихся снаружи людей.

Охранение машины, мягко сказать, офигело от такого. Этот выбежавший сорокалетний мужик не был профессиональным бойцом, но и трусость у него никогда не была замечена. Бывали случаи, когда он первый заходил в здание и вёл за собой бойцов. А тут он в панике кричит, дерётся и дрожит.

В анклаве, успокоив и расспросив Серёгу — так звали этого добытчика, — стало известно, что на них напала невидимая тварь: только глаза от луча фонарика светились.

Было принято решение отправить нас, все двенадцать человек, с тяжёлым вооружением. В процессе мы выяснили, что это была усовершенствованная Кара, которая слилась с хамелеоном, получив его способность менять свой окрас.

Ох и настрелялись мы по ней! Ловкая, шустрая и умная, она легко уходила и пряталась. У неё даже получилось ранить одного из группы: выпрыгнув из кабинета, она полоснула когтями по спине и руке и снова ушла в тень, изменив окрас. Бойца спас рюкзак и броник, но руку всё равно пришлось штопать.

Минут пятнадцать охоты, и пуля оказалась быстрее скорости зверя. Её труп мы отвезли научникам на изучение, а после нашли и террариумы, где держали ящериц. Задание мы, кстати, выполнили, и медикаменты тоже доставили на базу.

Так вот, сейчас ко мне на четырёх лапах вышел, похоже, ещё один подвид: упырь с, мать его, панцирем! Их кожа и так тяжело пробивается, а тут ещё и дополнительная защита, причём не только корпуса: выращенные пластины укрепляют лапы и даже голову. Это живой бронированный танк!

Шагаю спиной вперёд в одну из комнат, спотыкаюсь о порог и падаю на спину. Именно это меня и спасло: тварь пролетела прямо надо мной и врезалась в шкаф. Не теряя ни секунды, встаю и начинаю бежать в сторону выхода. Но не тут-то было. Этот живой танк оказался ещё и маневренным: он вылез из поломанного стеклянного шкафа с посудой и, оттолкнувшись от него, полетел в меня.

Столкновение было неприятным: по ощущениям, меня как будто грузовик сбил, а дальше мы... вместе полетели в стену. Удар пришелся на выставленные руки и ружье отлетело в сторону выхода.

Превозмогая боль кое-как ползу на коленях, тварь сзади держит меня за рюкзак и резко дёргает на себя, а я сопротивляюсь и рвусь вперед. У меня перехватывает дыхание, слышу как разрываются швы на рюкзаке, как-то лямки соскальзывают и я вырываюсь с этого плена. Спотыкаясь бегу к выходу, на ходу как мячик бью ногой ружье в открытую дверь, из-за этого удара происходит выстрел, картечь вонзается в стену. А я сам чуть ли не вылетаю на улицу в след за двустволкой.

Бегу, спотыкаюсь на скользкой грязи и мой полет продолжается прямо в лужу, супер! Перекатом ухожу за забор и смотрю: тварь вылетела с дома. Именно сейчас стало заметно: кто-то грамотный подстрелил ей глаза – она слепая.

Выбежав на улицу, упырь прыгнул в лужу, прямо в то место, где я сам приземлился. Тварь постояла так некоторое время, принюхалась, а потом ловким прыжком вернулась на крыльцо и зашла в дом. Кстати, то ли случайно, то ли намеренно, но, проходя возле двери, она коснулась её лапой, так что дверь прикрылась.

Сказать, что я охренел, — это не сказать ничего. И вот я, мокрый и грязный, лежу возле забора и думаю, как дальше быть.

Рюкзак потерян, еды и вещей больше нет. Всё, что я смог добыть за последние дни, осталось в доме. Хотя нет, не всё: обрез лежит возле крыльца. Хоть что-то хорошее.

Из того, что я успел заметить, дом полностью не тронут. А это значит, что если как-то убить тварь, то можно много чего полезного найти. Так, всё, пора вставать.

Подбираю ружьё и возвращаюсь в своё место ночлега. Снимаю мокрую и грязную одежду, остаюсь снова в одних шортах, опять разжигаю костёр. Вбив две палки в землю и связав в несколько слоёв толстые вязальные нитки, найденные в одной из полок, сделал подобие сушилки. Принёс табуретку, уселся и ещё минут двадцать потратил, чтобы протереть обрез.

Вообще идей нет. У меня осталось три патрона и топорик. Как с помощью этого уложить тварь, против которой нужно тяжёлое вооружение, я вообще не представляю.

Просидев в своих мыслях ещё полчаса, принимаю решение ещё покопаться в вещах, может, что полезное найдётся. Так же надо обследовать остальные дома. Шансы невелики, но они хотя бы есть, а соваться к той твари в нынешнем состоянии — это сродни самоубийству.

Подходя к вещам, в досаде пинаю первую попавшуюся игрушку. Она отлетает прямо в угол, где лежит газовый баллон. И тут у меня появляется идея. Проверяю на наличие газа по весу — всё отлично, и приступаю к реализации своего плана.

Баллон весом 18 килограммов дотащил довольно-таки легко. Уложил его на плитку в метрах восьми от крыльца и принёс вёдра и бутылки с водой, поставив их за забором. На всякий случай, пусть будет. Дальше ходил в поисках сухой травы, тряпок и маленьких деревяшек. Предварительно связал их так, чтобы можно было поджигать и кидать.

Провозившись с баллоном какое-то время, у меня получилось сделать так, что газ в небольшом количестве начал выходить. Теперь самое опасное. В кроссовках и шортах поднимаюсь на крыльцо. В руках тарелки и всё, что может вызвать много шума. Открываю дверь. Тварь, как и раньше, спряталась.

Ну, поехали. Несколько тарелок летят в центр коридора и громко разбиваются. Упырь среагировал мгновенно и выпрыгнул прямо на источник звука. Железная банка полетела в начало коридора. А дальше я уже сам, издавая громкие звуки, бегу на улицу, скидываю весь громкий хлам возле баллона, а сам максимально тихо ложусь за кирпичный заборный столбик.

Тварь выбежала вслед за мной и остановилась, сбив кучу барахла.

Это мой шанс: поджигаю импровизированную бомбочку. Бумага вспыхивает, а за ней и трава. Кидаю навесом из-за укрытия в сторону баллона. Вслед за первой кинул и вторую, и тут жахнуло. Да так, что в ушах какое-то время ещё свистело.

Аккуратно вылезаю из своего укрытия. В разных местах горит огонь, плитка стала отличным осколочным снарядом, всё вокруг было усеяно повреждениями и мелкими кусками. Верхняя часть твари лежала в нескольких метрах от дорожки, её, видимо, откинуло взрывом. А вот нижние лапы были в другой стороне. На всякий случай кинул в тело кусок плитки, а потом несколькими ударами топора отсоединил голову от тела.

Ещё какое-то время я тушил уже разгоревшееся пламя. Воды, понятное дело, не хватило, и в ход пошли руки и песок.

Разобравшись с огнём, я понял, что это очередная маленькая победа.

Весь в земле, я начинаю заходить в дом. Всё равно держу ружьё перед собой, готовый к выстрелу. Внутри, в конце коридора, возле лестницы под слоем пыли обнаружились засохшие лужи крови. И, судя по следу, тела тащили прямо в подвал.

Куда я решил пойти в первую очередь? Правильно, именно вниз. Но перед этим сходил к своим импровизированным огненным шарикам. Привязал их к черенку от лопаты и поджёг. На пару минут должно хватить.

И вот так, держа перед собой в одной руке источник света, а в другой ружьё, я начал спуск. В подвале меня встретила адская вонь, как и ожидалось: всё было завалено трупами, вернее, остатками. Да и похоже, давно здесь никто из людей не появлялся. Помимо четырёх человеческих тел, были видны остатки каких-то животных.

Сразу, за что зацепился взгляд, так это за генератор и канистры, стоящие возле него. Опускаю на пол уже почти потухший импровизированный факел и, как когда-то учили, заливаю топливо с рядом стоящим маслом. Несколько манипуляций, и вот приятный грохот нарушает тишину. Рядом загорается лампочка, и я ещё раз, но уже под нормальным светом, наблюдаю жуткую картину из разорванных тел, а также само помещение, которое у прошлых хозяев, похоже, использовалось как склад барахла.

Подхожу к человеческим остаткам, переворачиваю кусок и снимаю окровавленную «Ксюху». Похоже, АКС-74У был закреплён на ремешке и вместе с его обладателем был затащен вниз. Неполный магазин свидетельствовал о том, что стрелок успел пострелять.

Дальнейший осмотр добра на телах принёс мне ПМ с полным магазином и чудом уцелевшей кобурой, дополнительный целый рожок для «Калаша», а также 62 патрона 5.45 для той же «Ксюхи» и 4 целых патрона 12 калибра. Это всё с учётом одного целого магазина АК, плюс нескольких искорёженных, из которых я вытащил часть уцелевших боеприпасов.

Заряжаю полный магазин и вешаю АК на спину, после, взяв обрез, поднялся наверх. Исследование дома продолжается.

Как и ожидалось, живых здесь больше не было, а все помещения остались нетронутыми. Двигаясь дальше, на втором этаже, обнаружил разбитое окно. Похоже, упырь через него, когда имел зрение, и выбирался на... охоту. Много красивых комнат, ковры и 3d обои с картинами на стенах, всё это очень украшало.

Кстати в одной из комнат на первом этаже я обнаружил искореженную бинельку. На нее видимо и пришел первый удар упыря. Из ружья я смог вытащить только 1 вроде как целый патрон, все остальные были, как и само оружие смяты.

В доме ещё была интересная комнатка, в которой я надолго задержался. В ней лежали удочки, снасти, ножи, походные принадлежности, в углу была сложенная палатка, также в шкафу нашлись комплекты темно-зелёных горок и несколько пар облегченных берец моего размера. На соседней полке лежал футляр Открыв его я даже присвистнул, Винторез с оптикой! Но есть одно НО, взяв его в руки я понял, что что-то не так. Это крутая пушка оказалась обычным страйкбольным приводом. Грустно вздохнув я положил его обратно.

В этой комнате, за тумбой в стене, я обнаружил большой сейф; в таких обычно хранят боевое оружие. Вскрыть его я никак не мог: попробовав разок только что придуманную комбинацию, я оставил сейф в покое.

В доме, в ванной, висел старенький бойлер, в котором ещё снизу разжигался огонь, и с помощью него вода нагревалась.

Моему счастью не было предела. Быстро, в несколько ходок, я натаскал воду из колонки и зажёг огонёк. Ещё и пару наполненных вёдер рядом оставил. Для счастья, оказывается, много и не надо.

Тщательно помывшись, постояв под тёплой водой, я вышел с ружьём, завёрнутый в полотенце.

В одном из шкафов я нашёл чистое бельё. Хозяин этого дома был телосложением и ростом примерно как я, поэтому горка подошла как влитая.

Холодильник решил не открывать — мало ли что. В полках нашлись крупы, макароны, рис, даже консервы с кашей и мясом были. Запасливые жильцы! А упырь не давал шанса даже мышам.

Вышел на улицу, снова разжёг огонь. Из крутой комнаты вынес треногу и повесил на неё котелок. Дальше туда полетела вода, макароны, тушёнка и какие-то специи.

Пока готовился мой обед, продолжил изучать дом. В одной из комнат, в прикроватной тумбочке, нашлись походные часы. В них я наконец-то увидел дату и аж отлегло. May 15 2030 показывало на них. Привычная западная дата. Но это значит что прошло всего три с лишним месяца с моего исчезновения.

Надев часы на левую руку, продолжил осмотр. В этой же комнате, в комоде, нашлись женские украшения из драгоценных металлов и камней и остальные женские штучки. А ещё стояла рамка с фотографией: на ней, улыбаясь в камеру, смотрела обнявшаяся семья. Мужчина и женщина лет по 50. Рядом справа, похоже, их сын, на вид около 23; слева — девушка лет 17, и между ними — два мальчика-близнеца лет по 7.

Война не щадит никого. Поэтому упырю даже не понятно, кто из этой семьи это был до мутации.

Без эмоций опускаю фотографию. Прошло уже то время, когда такие фотографии вызывали тоску. Мы все кого-то потеряли, а потом эти потери стали ещё чаще.

Оставив пока всё как есть, я спустился вниз, заранее захватив тарелку и ложку. Плотно поел, запив всё водой, вернулся обследовать дом.

Ещё 20 минут хождения по комнатам и открывания каждой тумбочки особо ничего полезного не принесло, поэтому принимаю решение собрать рюкзак на будущее.

В необычной комнате нашёлся и тактический рюкзак на 36 литров; в нём отлично уместилась ещё одна горка с берцами и пара комплектов белья. Кстати, в доме нашлась и аптечка: большая часть медикаментов была просрочена, но бинты, уголь, вата, перекись и ещё что по мелочи отлично уместились в дополнительном кармане.

Палатку решил не брать, а вот спальник прицепил к рюкзаку. Так же посмотрел коллекцию ножей, длинный охотничий сразу повесил на ремень, парочку обычных отправились в рюкзак, а один небольшой смог зацепить под штанам над берцом ,так сказать на всякий случай.

Фонарик скотчем примотал к Ксюхе, в кармашки так же полетели дополнительные батареи, которые я перед этим конечно же проверил. Ещё один фонарик разместился там же.

Крупы, макароны, банки каш и мясо, плюс пакетики чая и котелок с небольшой треногой тоже уместились и закрепились на рюкзаке. Кстати специи тоже захватил, а вместе с ним средства для умывания. Огниво и пару упаковок спичек и зажигалок. Женские украшения найденные в комодах были отправлены в карманы горки, а часть завёрнутые в ткань в тот же рюкзак. Вроде все. А нет, про воду забыл. Пару бутылок и походная фляга на ремень и бутылочка алкоголя, вот теперь всё.

Долго искал подобие карты, но ничего похожего не нашел, заряжать планшеты тоже бесполезно, связи нет практически с начала вторжения.

Со всеми собираниями забыл про разорванный рюкзак. Он лежал в том же месте. Похоже тварь выпустила всю ярость на этого беднягу. Из целого остался только один ИПП и одна банка каши. Понятно куда они отправились. А вот дорогой коньяк было жалко.

На часах всего 17:15, поэтому два часа потратил на хорошую чистку калаша, ПМ и ружья. Маслёнка нашлась в одном из шкафчиков, рядом с коллекцией ножей. И вот, наконец-то, я закончил это занятие: стволы аж блестели. Красота!

Ещё разок перекусил, завёл будильник на часах, минут пятнадцать разбирался, как это делается, и ушёл спать на мягкую кровать.

Проснулся я в шесть утра. Часы с будильником — отличная вещь. Быстро позавтракал, принял душ, по-быстрому перепроверил вещи, зацепил кобуру с пистолетом, зафиксировал на рюкзаке двустволку, раскидал по карманам горки дополнительный магазин и патроны и взял в руки «Ксюху». Вууух, вроде ничего не забыл. Как будто на курорт собираюсь.

Вышел за территорию, ещё раз обернулся. Красивое место, надо запомнить на будущее, как минимум, чтобы продать информацию о большом количестве полезных вещей.

Пройдя несколько домов, использовал приём «рука-лицо». Часть украшений осталась в высыхающей куртке. Тяжело вздохнув, вернулся обратно. Теперь, надеюсь, точно всё.

Выхожу на дорогу и возвращаюсь на уже знакомый перекрёсток. Снова в путь.

Через какое-то время начали попадаться вскрытые автомобили. Заглянув в парочку из них, до меня дошло: залезать и проверять их уже бесполезно. Во многих даже сиденья вырвали.

Идти в удобной горке и в облегчёнках было одно удовольствие: тёплая майская погода и зелёный пейзаж добавляли к этому красок. Прошагав километров пятнадцать, на очередном перекрёстке был установлен знак, на нём красной краской было написано: «Анклав Надежда: помощь, убежище, кров и торговля». И стрелочка — 12 километров.

Хмыкнув, проверил патрон в патроннике и свернул ближе к обочине. Человек всегда остаётся человеком. Тварей можно перехитрить, да и действуют они на инстинктах. А вот человек... В непредсказуемости нас обогнали только Залтисы.

И что делать? Взвесив все за и против, пришёл к выводу, что возможность разжиться картой, патронами и, если очень повезёт, транспортом не всегда выпадает, нужно рискнуть.

Через четыре километра указатели начали попадаться чуть ли не каждые пятьсот метров. Всё больше признаков указывало на наличие людей: искорёженные автомобили сдвинуты на обочину, упавшие деревья тоже откинуты в сторону.

Ещё несколько километров прошли вполне спокойно, но лесополоса, на которую я решил свернуть, начала заканчиваться, поэтому я зашёл в лес. Последние сто метров пробирался через деревья и редкие кусты. И знаете что? Не зря! Не доходя до конца, падаю за дерево.

Дорога немного заворачивала в сторону, и там, через метров двести, удачно расположился блокпост. Мешки с песком по обочине с двух сторон и старенький БТР-60 с направленным на дорогу пулемётом.

Полежал на мягкой траве минут двадцать. За это время насчитал пять человек: все вооружены и с лёгкими полицейскими бронежилетами. Трое сидят около костра за мешками, один смотрит за дорогой, и ещё один, похоже, за пулемётом в технике.

Несмотря на то, что блокпост хорошо виден из леса, мимо него ничего не пройдёт. Двести метров перед ним и где-то четыреста после легко заросшего поля. И всего одна единственная дорога. Незаметно пройти, наверное, невозможно.

Полежал ещё минут десять – всё без изменений. Жаль, разговоров не слышно. Отсюда сложно делать выводы, поэтому принимаю решение ещё понаблюдать. Но выбор сделали за меня.

Кто говорит, что у человека нет чутья, – ошибается! Оно есть, особенно когда часто играешь со смертью.

Вот и сейчас почему-то я решил повернуться. Моему взору предстали мутировавшие волки. Наши научники не стали мудрить и прозвали их просто вервульфами. Вообще, правильно "вервольф", но как-то прижилось через "у", да и никто не спорил.

Размером эти твари с небольшого бычка, с длинными лапами, короткой шерстью и острыми зубами, способными перекусить человека пополам. Как и у всех мутировавших, их кожа стала прочнее, но не настолько, чтобы остановить пулю. Вервульфы хорошо размножались и сразу вытесняли естественных волков. Известны случаи, когда те и другие объединялись, но мутировавшие всё равно стояли выше.

И вот эти создания сейчас аккуратно подходили ко мне. Между нами было ещё метров сто, но я уже насчитал не меньше шести мутировавших и пары обычных волков.

Сражаться с ними с одной Ксюхой бесполезно, поэтому принимаю единственное возможное решение, встаю и резко начинают убегать в направлении блокпоста. Держу автомат в одной руке стволом вверх, показывая что не я несу угрозу.

Тяжёлый пулемет БТРа сразу навёлся на меня, а через мгновение начал поливать свинцом мне за спину, через пару секунд подключились и остальные стрелки.

В момент когда подключились остальные стволы, я уже пробежал больше половины пути и когда рядом начали свистеть пули калашей, уже лежал в какой-то ямке. А прямо на меня бежала здоровенная клыкастая махина.

Перевожу переводчик огня на автоматический и в тот момент, когда до меня осталось несколько метров, всаживаю длинную очередь прямо в грудь и морду твари. Пули идеально вошли в плоть и огромное тело, падая, прочерчивает борозду в земле.

А я в этот момент уже целюсь в другое место, но бойцы на блокпосте явно не новички, и несколько тел вервульфов падает рядом со мной. Остальные твари поняв безвыходность ситуации разворачиваются и убегают обратно в лес.

Продолжаю лежать и вдруг слышу громкий разговор, состоящий из трёх голосов, направленный в мою сторон.

— Парень, жив?

— Да там столько зверья было вряд ли выжил, хотя бежал со скоростью косули, похоже, на адреналине из леса вылетал.

— Да подождите вы человека хоронить. Парень, если живой давай вставай поговорим. Главное, оружие держи на виду, мы как-никак тебе жизнь, возможно, спасли.

Полежав ещё секунд 10 на мягкой травке, начинаю аккуратно вставать. При этом калаш держу так, чтобы можно было воспользоваться, но не направляя в сторону людей.

Ох, неприятно идти под прицелом двух стволов. Один из самого БТРа, второй от РПК с дисковым магазином. Ещё три человека стояли с опущенными автоматами, но готовые к бою.

Не спеша подхожу к мешкам , в метрах десятиот мешков меня останавливает голос одного из стрелков.

— Стой на месте и теперь назовись.

Что ж, легенда была придумана ещё давно, осталось проверить её в деле, поэтому отвечаю: — Обычный странник, путешествую исключительно в собственных интересах. Сюда зашёл закупиться некоторыми вещами, там на знаке у вас было написано: «Торговля».

— Слышь, странник, ты нам не заливай. Снимай калаш, ложи рюкзак на землю и вали, пока не передумали. — Наводит на меня дуло другой стрелок.

Вот тут я уже очканул. Это же надо было так глупо встрять, ещё и сам к ним подошёл на чистом поле. Ну не дебил ли?

Но мои опасения не оправдались. В разговор влез тот, кто меня изначально первый окликнул.

— Боря, харе людей пугать. Нам ясно дали понять: всех путников, не несущих серьёзную угрозу, пропускать, дальше начальство решит. Плюс он может нам многое рассказать. Но твоя история вызывает слишком много подозрений, — а это он уже ко мне обращается. — На ближайшие сто километров в этом направлении лишь опустошённые деревни с тварями, куча мутировавшего зверья в лесах и город, заполненный упырями и Залтисами. И ты такой один, практически чистенький, в хорошей форме и с лёгким стрелковым. Поэтому я повторю ещё раз: кто ты и откуда взялся?!

Развернуться и уйти? Честно, была такая мысль. Но будь что будет. Посмотрим, какой из меня актёр.

— Ладно, мужики, хотите подробности, вот они. Я реально странник, но таких, как я, было восемь. Ездим, ищем, торгуем. Так сказать, в поисках приключений на пятую точку. Возле города нас подбили. Я единственный, кто в этот момент отошёл в кусты и не словил плазму. Часть вещей была на мне, а часть, считая ружья, нашёл в одном из домов в какой-то деревне. Там был скрытый подвал, который до меня никто не обнаружил. Там же, под колонкой, разогревая огнём, помылся и привёл себя в порядок. Как выжил, не знаю. Просто повезло, а ещё бегаю быстро. Вот мой краткий пересказ.

— Ну ты даёшь, парень, много пробелов, очень интересно услышать полную версию твоих приключений, да и в составе твоей погибшей группы тоже. Но если это правда, ты капец какой фартовый. А сейчас можешь проходить. И спасибо за шкуры волкодавов, за них мы выручим немного прибыли.

Пообщавшись ещё минут пять с ними, я узнал, что у главного, который меня допрашивал, позывной Стриж. Толковый мужик. Он мне и рассказал: этих мутировавших волков они называли волкодавами, в этих лесах их много расплодилось, но кожа ценится. А также поведал систему и вкратце, куда лучше зайти в самом анклаве. Кстати, принятые деньги у них называются просто "карточками".

Вроде всё хорошо, но что-то они не договаривают, опасно всё это. Но уже идём до конца, поэтому, попрощавшись с мужиками, я пошёл дальше по дороге в сторону анклава.

До поселения добрался быстро. Сам анклав находился на месте бывшего санатория. Вон даже буквы ещё видны, хотя прямо по верху красной краской написано: "Поселение Анклава Надежда".

Обычный забор был везде усилен разным хламом. Где-то прикрепили листы шифера с досками, где-то вообще части автомобилей укрепляли стену. Такая себе защита, но два с половиной метра в высоту она набирала.

Сам вход был представлен металлическими воротами, к которым приварили стальные листы. С обеих сторон от входа, на спущенных колесах, параллельно забору стояли два прицепа от фур с такими же наваренными листами, выполняющие роль дополнительной защиты. На дороге змейкой также стояли сваренные из рельс противотанковые ежи. Из КПП санатория сделали полноценную огневую точку. Между мешками с песком торчит дуло крупняка, ДШК, если не ошибаюсь, даже бронеплиты где-то достали. Отсюда видно минимум троих: два в самой будке и один стоит снаружи. А прямо за воротами — вышка с прожектором и стрелком на ней.

Подходя к самим воротам, мне навстречу выдвинулся один из охранников бандитской наружности, вооруженный "Сайгой". Он вёл себя вполне спокойно. Без приветствий сказал мне, что их предупредили о моём приходе, а ещё объяснил местные правила. Ничего особенного, по типу: не воровать, чужое имущество не трогать, оружие держать в кобуре или в рюкзаке, брать в руки только при непосредственной угрозе. Во всех остальных случаях, он с улыбкой указал на "Сайгу".

В целом ничего особенного: большинство анклавов устроено примерно одинаково. Хорошо хоть за вход платить не надо. Но меня зацепила одна-единственная фраза, после которой я напрягся: "Чужое имущество не трогать".

Весь разговор занял от силы пару минут, и меня пропустили через встроенную дверь. Перед этим пришлось сложить АКС-74У в рюкзак. Правила есть правила.

Не успел я пройти и пятидесяти метров по территории, как до меня всё дошло.

Вообще, изначально я увидел хорошо убранную территорию. В санатории ещё изначально были построены жилые корпуса, которые сейчас переоборудовали под разные нужды. Если идти прямо по асфальту и миновать когда-то работающий фонтан, то можно зайти в ещё одно большое здание, в одном крыле которого была столовая, а в другом — медицинские помещения.

Как я это понял? Так там большими буквами написано "СТОЛОВАЯ", а в другом — табличка "МЕДИЦИНСКИЙ КОРПУС". Что первое, что второе, было видно прямо со входа. Прямо на этом центральном здании и стоит специальная антенна-отпугиватель — устройство, которое создаёт волны, неприятные большинству тварей, поэтому без провокации и серьёзной причины они не лезут. Принцип там довольно простой, и именно этот способ используют большинство поселений.

Санаторий представлял собой одну широкую прямую дорогу, ведущую к большому зданию. Параллельно ей когда-то были посажены клумбы с цветами. Местами в разные стороны уходили проходы, ведущие в жилые и не только постройки. В самом центре, где находился фонтан, было что-то наподобие дорожного кольца.

И вроде всё хорошо, но снова есть одно «но». И это рабы. Они сразу выделялись из общей массы: ослабленные, истощённые, грязные, в порванной и потёртой одежде, все в собачьих ошейниках. Несколько человек прямо рядом со мной катили на тележке небольшой железобетонный блок.

Рядом с ними шёл человек — полная противоположность тех бедолаг: в хорошей одежде, чистый, в руках держал кнут, а на ремне висел шокер. Таких групп было много. Сбоку шла какая-то стройка.

В моём родном анклаве и в его окрестностях рабства не было. Даже не так: оно было запрещено под угрозой расстрела. С подобными поселениями мы не вели никаких отношений, и были случаи, когда сами же и уничтожали их, освобождая невольников.

И вот сейчас я иду по этой дороге, наблюдаю всю картину и ничего не могу сделать! Именно моё бессилие раздражало больше всего.

Невольники тоже имели различия, основное из которых — железная бирка на ошейниках у некоторых. Как я узнал позже, там указывались номер и имя владельца раба. Те, у кого этих табличек не было, принадлежали анклаву.

Благодаря Стрижу с блокпоста я примерно знаю, куда идти. Одно из зданий переоборудовано под магазины. Туда я и отправился. Одно я знаю точно: в этом месте я надолго не задержусь.

Иду, стараюсь не смотреть на рабов и никак не выдавать себя. И тут девчонка лет одиннадцати, в старом грязном платье и сандаликах, на ошейнике бирка...

Сердце пропустило удар. Она посмотрела на меня замученными, уставшими глазами, а у меня внутри всё сжалось. Секунд семь я не мог отвести от неё взгляд, но меня оторвал голос:

— Что, парень, понравилась? Всего 40 карточек, и она твоя на ночь. Молодая и нетронутая, доставлю к тебе в самом лучшем виде.

Сука, клянусь всем чем только можно, я еле сдержался, чтобы не достать ПМ из кобуры и не высадить в эту ухмыляющуюся обезьянью морду всю обойму. Руки сами потянулись к рукояти, но в последний момент я сделал вид, что поправляю ремень. Даже если я достану калаш, шансов выбраться отсюда не будет. Либо сам попаду под этот ошейник, либо прощай, этот жёсткий мир. Но девочку всё равно не спасу...

Пришлось промолчать, сделать незаинтересованный вид, отвернуться и пойти дальше.

Ладно, мы, взрослые люди, мы много дерьма в жизни совершили, но детям это за что?

С такими мыслями я дошёл до нужного мне двухэтажного корпуса.

На входе меня встретил охранник, но, ничего не сказав, просто проводил меня заинтересованным взглядом. Прямо в центре была поставлена табличка с указателями, где какой магазинчик. Походив и прикинув примерно цены, я поднялся на второй этаж и зашёл в дверь с надписью "Ломбард".

Внутри не было ничего примечательного. Обычное спальное помещение, переоборудованное под другие нужды. В дальней части стоял стол, и за ним сидел какой-то старичок.

Вежливо поздоровавшись, я положил перед ним заранее смятую бумажку, в которой лежали две золотые женские цепочки не самого лучшего качества и одно такое же кольцо.

Внимательно осмотрев, старик выдал вердикт: — Шестнадцать карточек за всё, и ни одной сверху.

Попробовал торгануть, но он был непреклонен. Честно говоря, рассчитывал на большее. Я знал, что золото упало в цене, но чтобы настолько!

Делаю вид, что задумался, достаю небольшую пачку макарон. И вот тут я попал в самое яблочко: глаза старика на миг загорелись. Пусть он и попытался это скрыть, но я понял, на что давить.

— Семь за пачку, — говорит он мне.

И главное, смотрит с таким лицом, как будто это не просто цена, а якобы он мне ещё и сверху накидывает.

Ну нет, так дело не пойдёт.

— Пятнадцать, — устанавливаю я цену.

— Дам десять, — отвечает, офигевший от моей цены, старик.

И вот тут начались настоящие торги. Мы боролись за каждую карточку. Дело дошло до того, что я схватил пачку макарон и развернулся, чтобы уйти.

В общем, сошлись мы на двенадцати. Апокалипсис — страшная вещь: пачка макарон продаётся дороже золота.

Но это не конец наших отношений, и я с улыбкой достаю банку высококлассной, отборной тушёнки. Ох, как же громко он сглотнул слюну! Ставлю на стол и говорю лишь одно число: "Двадцать".

— Смилуйся, я же не на продажу, ни карточки за это не получу, чисто для себя возьму, давай за 15, — с щенячьими глазами говорит он мне.

Не прокатит, разворачиваюсь в сторону выхода. Уже открывая дверь, слышу:

— Стой, хорошо, договорились.

Не скрывая улыбки, возвращаюсь и ставлю банку на стол. Я даже заметить не успел, как она оказалась в руках старика, причём держал он её как настоящее сокровище.

Пересчитал деньги и вышел за дверь.

Итак, у меня 48 карточек — довольно крупная сумма для местного населения. В первую очередь нужно зайти в оружейный магазин. Он, в свою очередь, находился на первом этаже и объединял в себе несколько помещений, усиленных решётками. Для покупателей выделено две комнаты: одна со стволами, другая с боеприпасами. Держали этот магазинчик два брата-близнеца.

Поздоровавшись сразу с обоими на входе, приступаю к осмотру содержимого.

Арсенал впечатлял, но и цены кусались. АК-74У стоил 20 карточек, а такая же модель, только со складывающимся прикладом, — 23. За АК-74 базовой комплектации просили 30. А за АКМ под патрон 7.62 вообще 40. В нынешних реалиях оружие под более мощный патрон ценилось больше. ПМ отдавали всего за 10, а вот за ту же СВД нужно было отвалить целых 55 штук. В общем, перечислять можно очень долго, выбор был большой и, по правде говоря, мне не по карману.

Идти и продавать остальное золото — такое себе решение. Я и так уже засветился, потом просто прирежут и скажут, что так и было. Поэтому отправился прямо к торговцу боеприпасами.

Вышел я из магазина без карточек. Это с учётом того, что смог продать ПМ с восемью патронами за 7. А для чего? Чтобы купить ТТ последнего выпуска с мощным патроном 7,62 за 20 карточек и два полных магазина за 8. С него и по тварям бить можно, и по людям.

Также взял 130 патронов для Ксюхи и три самих рожка, плюс маленькая маслёнка и сам подсумок для магазинов.

Ради интереса по-быстрому прошёлся по остальным магазинчикам. Теперь я понял, почему у старика горели глаза. Крупы и овощи продавали по нормальной цене, но мясо... Оно стоило слишком дорого. Кстати, долго искал карту, но ничего похожего здесь не продавалось.

Выхожу из здания в 16:55. В принципе, если сейчас выйти, я успею за 3 часа отдалиться от поселения и переждать ночь в каком-нибудь автомобиле, не засыпая. Но моим планам не суждено было сбыться.

На выходе меня поджидали.

— Извините, мой господин хочет с вами поговорить, — обращается ко мне какой-то заросший невольник с биркой на ошейнике, при этом взгляд направлен вниз.

Из одежды на мужчине были лишь старые спортивные штаны и такая же рубашка, порванная в нескольких местах; на ногах — потёртые туфли. Неухоженная борода у мужчины доставала до кадыка. Так и вшей завести можно.

— А если я откажусь? — спрашиваю его.

— Вынужден настаивать, господин сказал, что это ненадолго.

— А твой господин сказал, о чём именно будет разговор?

— Простите, но я ничего не знаю, меня послали лишь сопроводить вас. Господин сказал, что вас заинтересуют его слова.

И тут он поднял взгляд. Этому мужчине, оказывается, и 35 не было, а во взгляде читалась мольба.

Что ж, надеюсь, я об этом не пожалею, и делаю отмашку, показывая, что готов следовать за ним.

Через десять минут быстрого шага мы были возле отдельно стоящих домиков. Похоже, когда-то здесь находились VIP-номера.

Пока шли, увидел вдалеке солнечные панели и подобие теплиц.

На входе в дом нас остановил вооруженный охранник, который перегородил мне дорогу и приказал сдать всё оружие. Интересный момент: у этого мужчины отсутствовал левый глаз, и от него в сторону виска шёл жуткий шрам.

Ну нет, мы так не играем.

— Либо я захожу со своим снаряжением, либо до свидания, и приятно было пообщаться.

И тут из рации охранника вырвался смешок и последующее слово: «Запускай».

Здоровенная детина открыла дверь и отошла в сторону, а я с невольником вошёл в помещение. Внутри меня встретил очень дорогой интерьер и ещё один охранник. Кожаный диван и богатая люстра были прямо в коридоре, но раб повёл меня дальше и завёл в гостиную.

Вот это я понимаю, VIP-комнатка: камин, барная стойка, дорогое освещение, кожаная мебель, вон даже бильярдный стол стоит. Сколько же электричества уходит только на этот домик?

За диваном сидел человек в спортивном костюме и с сигаретой в зубах. Именно к нему меня повели. Он и начал диалог.

— Здравствуй, присаживайся. Что-нибудь будешь: чай, кофе, алкоголь, сигаретку?

— Добрый вечер. Спасибо, откажусь. — Но сам присел напротив, поставив рюкзак рядом.

— Ну как хочешь, а я вот от кофейку не откажусь. — И, сделав знак рабам, затянул сигарету. — Я Михаил Александрович, один из управляющих этим местом. Как тебе у нас тут, нравится?

— Я Серафим, вольный странник. А что касается вопроса, то довольно специфично.

— Надеюсь, это не доставит нам обоим проблем?

— Долго я тут задерживаться не планирую, — вполне честно отвечаю ему. — Цены у вас кусаются, а я мясо люблю.

Лёгкий смешок служит мне ответом. В этот момент молодая полуобнажённая девушка с ошейником поставила перед нами чашку кофе и блюдце с печеньем, после чего быстро удалилась из комнаты.

Взяв одну печеньку и отпив горячий кофе, местный лидер продолжил:

— На дорогах нынче опасно. Приходят весточки, что на юге новые мутации появились. Слышал что-нибудь о них?

— Не знаю, возможно, несколько существ снова объединились, но при всём уважении, я очень тороплюсь, поэтому давайте переходить прямо к делу.

Лицо Михаила на секунду изменилось, похоже, не привык он к такому общению, но вовремя взял себя в руки и, сделав миловидную улыбку, продолжил наш диалог.

— Ну, давай сразу к делу. Несколько дней назад мои люди предприняли попытку сунуться в город и атаковать цитадель Залтисов. В атаку я отправил кучу техники и людей. Оказалось, что в той постройке была своя инопланетная техника и даже пара Демонов. Операция превратилась в мясорубку, только самоходка и смогла выкатиться обратно. Всех остальных, кто сбежал, тупо порвали упыри.

— Для чего вы мне это всё рассказываете?

— Не перебивай, пожалуйста, и дослушай. Судя по твоей истории, ты не так прост, как кажешься. Мотаться по очень опасному миру, уверен, в одиночку ты тоже не один день ходишь. Думаю, воевать ты умеешь не только с людьми и тварями, с Залтисами тоже опыт имеется, — сделал паузу, посмотрел на меня, улыбнулся своим мыслям и продолжил. — Я предлагаю тебе очень опасное, но весьма, весьма выгодное предложение. Видишь ли, недалеко от иноземной базы есть подземный склад, наполненный консервами и другими долго не портящимися продуктами. Еды хватит на много лет вперёд. Грубой силой не получилось, поэтому будем пробовать скрытность. Ты человек с опытом, а мне такие и нужны. Твоя задача будет вместе с остальной группой скрытно проникнуть и открыть подземный проход, который там имеется.

Ох и угораздило же меня во всё это вляпаться, но, сделав заинтересованное лицо, спрашиваю:

— Какое снаряжение и что в качестве гонорара?

— Снаряжение: ПНВ, прицелы и всё остальное — весь арсенал будет в вашем распоряжении. А что насчёт гонорара? АК-12 под патрон 7,62, подствольник и коллиматор, цинк патронов к нему, банки с тушёнкой и фрукты. Также получишь бронированный транспорт с бензином. Твой же уничтожили вместе с группой. Устраивает?

Предложение ой какое выгодное, даже слишком щедрое, но, честно говоря, попахивает кидаловом. Лезть к Залтисам, у которых есть демоны, — это уже почти самоубийство. И даже если у меня получится остаться в живых, мне просто пустят пулю в затылок. Если сейчас так скажу, то исход будет такой же. Я просто отсюда не выйду. Поэтому, немного подумав, отвечаю:

— Предложение очень выгодное, и мне нравится, но я привык принимать решение на свежую голову и скажу свой ответ завтра утром.

Не такого ответа он ждал, но и негатива я не увидел. Вместо этого услышал другое предложение:

— Без проблем, располагайся у меня. Алкоголь, еда, ванна, девочки. — Он щёлкнул пальцами, и из комнаты рядом вышли красивые полуобнажённые девушки, все с ошейниками и бирками. Они встали прямо перед нами. — Можешь выбрать любую или взять всех сразу. В общем, располагайся, мне нужна твоя услуга, а я умею быть благодарным.

Ну-ну, что-то мне подсказывает, что в случае отказа из этой комнаты вышли бы не девушки, а вооружённые мужчины, и разговор был бы короткий.

— Благодарю, но, пожалуй, откажусь. Не люблю роскошь. Мне спокойнее в стандарт.

— Ха-ха, человек, походу. Ну, тогда до встречи завтра, надеюсь на твой положительный ответ.

— Типа того, до завтра.

Выходя из дома, мой мозг уже был загружен. Надо валить отсюда и валить срочно. Но на часах уже почти шесть. Сейчас уходить слишком опасно, ночь — время тварей. Нужно переночевать и где-то в районе четырёх утра уходить отсюда. Надеюсь, за пару часов за стеной ко мне никто из ночных обитателей не выйдет. А сейчас надо достать ещё карточек и где-то переночевать, поэтому, знакомый старичок, я снова к тебе.

Ломбард был уже закрыт. Порасспрашивал народ и узнал, где находится местная гостиница. Не получилось карточками — значит, пойдём на обмен.

Местная ночлежка была где? Правильно, в одном из бывших жилых зданий. Первый этаж был переоборудован под бар-кафе, а вот второй — уже с комнатами.

Снял комнату и взял поесть: кашу с салатом. И то, и другое мне стоило золотой цепочки. Перекусив на первом этаже, решил пойти к себе, но мне снова не дали. Да что это такое сегодня?

Вернулась с моей смены группа Стрижа. Мужики, завидев меня, сразу окружили и заставили выпить за их счёт со словами: «Отказа не потерпим, мы тебе жизнь спасли, так почему бы не выпить за это?»

Посидели, пообщались, немного выпили. Узнал, например, почему Стриж именно Стриж: не нравится ему его имя Ярик. Не знаю, можно ли назвать нормальными людей, которые живут и участвуют в этой системе, но в данный момент эта группа казалась нормальной.

Пока мужики весело обсуждали какую-то женщину, я всё время поглядывал на соседний столик. Ну не давала мне покоя эта компания. Что я могу с этим поделать?

Там сидело семь человек, примерно от 17 до 25 лет. Жрали, пили, кричали. Но моё внимание привлекло не это, а то, что в этой компании сидела уже знакомая обезьяна. Почему, кстати, обезьяна? Потому что морда у него была именно такая и характер, похоже, соответствовал. А рядом на полу сидела знакомая девочка, явно голодная, периодически бросала взгляды на еду, и эти мрази моментами игрались и бросали в нее кусочками, а дальше ржали и смотрели, как она это ест. Ну не сволочи?

Я честно старался держать себя в руках, но когда проходил рядом, тот самый с обезьяньей рожей решил выйти, и вместо того, чтобы сделать полшага в сторону, он просто толкнул ребенка ногой. Хрупкая девочка аж отлетела. И тут я уже не выдержал.

— Эй, мудила! — громко окликнул его и прописал боковой в челюсть.

Пьяное тело никак не успело среагировать, и обезьянья морда отправилась в полёт.

Не трезвая компания подлетела из своих мест и направилась ко мне. Ну, давайте, уроды, поиграем.

Тут случилось то, на что я в принципе и надеялся. Группа Стрижа стала рядом со мной.

Краем глаза вижу, как охранник что-то говорит по рации и достает длинный шокер. Как вдруг то ли мой удар включил ему мозги, то ли там серое вещество ещё осталось, но парень с обезьяньей мордой встал и произнес:

— Не нужно, мужики, третью драку за неделю нам не простят. А ты, гнида, — посмотрел он на меня, — лучше глаза ночью не закрывай.

Сказав это, парень с улыбкой пошёл к выходу. Вся банда последовала следом, ребёнок также был рядом. Я уже хотел сделать шаг в их сторону, как меня остановил Стриж и сказал:

— Зря ты так, эти от тебя теперь не отстанут.

— Ну-ну, посмотрим, — шепчу я, продолжая смотреть в только что закрывшуюся дверь.

Дальше я узнал, что эти семь человек зарабатывают на жизнь ловлей людей и последующей их продажей.

На противоположной стороне, если смотреть от направления, откуда я пришёл, оказывается, много небольших поселений от 15 до 100 человек. И вот эта банда ездит и пакует всех, кто выходит из своей охраняемой территории. Были случаи, когда они врывались в поселение из человек семнадцати, убивали немногочисленных мужчин, а всех женщин и детей везли сюда на торги.

А эта девочка с ним уже несколько месяцев. Решил оставить себе после одного из рейдов, говорят, лично убил её родителей. Но мне кажется, врут.

Причём сам её не насилует, избивает, да, но не насилует. Всё пытается продать её невинность. Сейчас она у него в качестве прислуги.

В общем, после всего этого настроение испортилось, и я, попрощавшись с группой, ушёл в свою снятую комнату.

Умылся холодной водой, завёл будильник на 4:10, снял берцы и, не раздеваясь, завалился спать, предварительно положив пистолет под подушку.

Снова знакомый сон: последний бой с моим отрядом. Всё, как и раньше, я отстреливаюсь из-за укрытия. Нас уже окружили. В метрах восьми от меня грохочет пулемёт, рядом лежит мой раненый друг и что-то пытается мне сказать, я не слышу, продолжаю стрелять. Добив магазин, сажусь за укрытие. На мгновение пулемёт замолчал, и я слышу, что повторяет мне раненый товарищ, а там было всего одно слово: "ПРОСНИСЬ!"

Просыпаюсь и на одних рефлексах достаю ствол из-под подушки, представляю его к голове рядом стоящему человеку.

От моих действий офигели оба: и я сам, и рядом стоящий человек, который лишний раз теперь даже дыхнуть боится.

Остатки сна слетели мгновенно, а в руке у ночного посетителя был нож.

— Медленно положил оружие, сделал три шага назад и встал на колени, — шёпотом говорю я ему.

Ночной гость выполнил всё, что я сказал, и только после этого я встаю и включаю прикроватную лампу.

Подхожу к нему с целью снять маску, и вот тут я совершил ошибку. Незадачливый убийца сделал резкий выпад на меня. Опять спасли рефлексы и навыки рукопашного боя, которым меня обучили в родном анклаве. Резкий уклон вбок, хватаю свободной рукой руку с ещё одним ножом, бью коленом по лицу, дальше пара движений, и ночной гость лежит лицом в пол, а нож — в другой части комнаты.

В принципе, я не удивлён: сняв балаклаву, я обнаружил уже знакомую обезьянью морду.

Просто вырубил ударом по затылку, связал простынёй, засунул тряпку в рот, обшмонал, нашёл десяток карточек, ещё один нож и очередной ПМ, который сразу переместился в рюкзак. Туда же полетел и один из самых, как мне показалось, качественных ножей, ну а сами карточки — в карман.

Хочется грохнуть его, очень хочется. Но почему-то не могу: убивать спящего связанного человека, пусть даже и такого подонка, пока что не могу...

Время 4:06. Выключаю будильник, надеваю берцы, скидываю рюкзак с окна и сам прыгаю за ним. Благо, высота там небольшая, хоть и второй этаж. Да и трава с землёй немного смягчают падение.

Дальше мой план был прост: перелезть через забор, сделать небольшой круг и выйти на дорогу со стороны второго КПП.

Начинаю движение в сторону забора и слышу тихий детский голос:

— Дядя, не получится, там на заборе колючая проволока.

Честно говоря, я немного опешил: это говорила та самая девочка, видимо, её "хозяин" взял ребёнка с собой.

— А с чего ты решила, что я собираюсь бежать?

— Дядя, там мой хозяин, он хотел вас убить, а раз вы здесь и прыгнули через окно – значит, он не справился, и вы решили сбежать. — Сделав небольшую паузу, она продолжила: — Возьмите меня с собой, пожалуйста, я пригожусь: я готовить умею, стирать, кушаю мало, знаю некоторые моменты в медицине и бегаю быстро. Я пригожусь, пожалуйста. Вы человек хороший, вы первый, кто заступился за меня за последние месяцы.

Всё это девочка протараторила очень быстро. Но смогу ли я взять её? Я тут сам от тварей бегаю, а ещё и ребёнок рядом будет. Есть шанс, что меня самого сразу за стеной загрызут. Как всё сложно! Не я же хотел её спасти, значит, будем пробовать.

— Ладно, идём со мной, но при условии, что будешь делать всё, что я скажу, без пререканий и лишних вопросов. — И, видя, как у ребёнка от ужаса расширились глаза, поспешил добавить: — Нет, нет, я не об этом. От тебя мне это не нужно, я о том, что если скажу стоять – ты стоишь, скажу бежать — ты сразу без лишних вопросов бежишь, скажу тихо – ты сразу молчишь. В общем, суть ты уловила. За стеной очень опасно, и зачастую лишний шаг или звук может стоить жизни. И ещё, как тебя зовут и знаешь ли ты обходные пути?

— София, а путь знаю, и у меня кое-что ещё есть.

Короче, она отправила меня в определенную часть территории, и там, в пышных зелёных кустах, я начал её ждать.

Ребёнка не было минут пятнадцать. И вот, наконец-то, я её увидел. Девочка бежит ко мне, а за ней мчится патрульный. Поначалу я напрягся, хотя нет, я и так не расслаблялся. Не добегая до кустов метров пять, София спотыкается и падает.

Патрульный подбегает к ней, даёт ей сильную пощёчину и поднимает за волосы. Малая, в свою очередь, молящими глазами смотрит на меня.

Выйти я не могу, не потому что не хочу, а потому что, пока я добегу, он может успеть поднять тревогу. Сжав кулаки, жду.

Держа ребёнка, охранник попытался узнать, где её хозяин, но, ничего не добившись, развернулся. Этого и ждав, я вырываюсь из кустов, преодолеваю расстояние и вонзаю нож ему прямо в горло. Девочка падает, а ещё живое тело начинает заваливаться, чего я ему, понятное дело, не даю: быстрым движением перехватываю и тащу в кусты. Там, уже проверив пульс и убедившись в смерти, возвращаюсь.

Малая, видимо, привыкшая к боли, уже шла ко мне.

— Ты в порядке?

Лёгкий кивок служит мне ответом.

Шмонать тело нельзя, мы и так потеряли слишком много времени, поэтому, отстегнув магазин от АК, следую за Софией.

Так, лёгким бегом, двигаясь между кустами и деревьями, мы приблизились к забору. Оказывается, в нём был лаз: проволоку кто-то грамотно перерезал.

Освободив проход, я первый на коленках вылез на другой стороне и сразу же взял на прицел пистолета все окрестности. София быстро появилась рядом. Отдалившись на метров пятьдесят, я снял рюкзак и достал АКС-74У, плюс дополнительные магазины, которые я снарядил вчера вечером, отправив их в подсумок.

— Ну что, София, готова?

— Угу.

— Тогда подходи, я срежу тебе этот проклятый ошейник, и пошли.

Глава 3

Тридцать два километра от санитария анклава "Надежда" свободное поселение в 45 человек. 2:05 ночи

На охраняемом посту было тихо. Безветренная майская ночь так и манила прогуляться по ночному полю. Яркая, полная луна и звёзды только усиливали это желание. Когда-то в такую погоду парочки любили сбегать на сеновал, но сейчас с таких прогулок обычно никто не возвращается, поэтому приходилось сидеть на вышке и вглядываться в темноту.

Этой ночью Максим Гончаров был не в духе. Мало того, что эту смену он вчера проиграл в карты, так и следующая ночь на посту снова его. Бонусом к этому голова забита всяким бредом.

Несколько костров и факелы, стоящие по всему радиусу забора, освещали местность всего на несколько метров.

А ведь когда-то у них тут стоял прожектор, и лампочки освещали всё поселение. Сейчас — всего лишь факелы, костры и свечи. Как в средневековье. Генераторы, конечно, есть, но топливо без резкой необходимости трогать запрещалось.

Последняя зима была тяжёлой. Помимо человеческих смертей, в одну из холодных ночей лесная тварь уничтожила большинство ульев, а это главный источник дохода. Мёд и воск охотно скупали бродячие торговцы, а поселение, в свою очередь, покупало бензин, еду, патроны и остальные вещи.

Теперь же они едва сводят концы с концами. Патронов немного, порции урезаны, топлива практически не осталось, антенна-отпугиватель периодически барахлит, ещё и людей постоянно теряют.

На прошлой неделе группа охотников не вернулась обратно. И никто не знает, звери это или работорговцы из Надежды. Последние уже утащили 16 бедолаг, и это только про тех, про кого точно известно. На дорогах закона нет, хватают всех.

Ещё в начале зимы в поселении было почти 90 человек, а теперь...

Гончаров покрепче сжал свой старенький СКС.

Все эти мысли проносились у него в голове. И ладно он сам, ему уже шестой десяток идёт, но там, за спиной, спит его восьмилетний внук. Дочь с мужем погибли ещё в первые месяцы после вторжения, и Максим Гончаров поклялся во что бы то ни стало уберечь маленького Антошку.

Так прошло ещё минут тридцать. Вдалеке показалось движение.

— Даник, там кто-то есть, — сказал он двадцатилетнему парню, с которым дежурил.

— Уверены? В прошлый раз это был просто ветер. — Но предохранитель с РПК молодой мужчина снял.

Минуты три Максим вглядывался в темноту, и когда уже подумал, что ему просто показалось, движение повторилось. А за ним ещё и ещё, и вот он уже видит минимум два десятка силуэтов.

— Твою... — Не успевает он закончить, как его опережает очередь из РПК. Видимо, Даник тоже заметил.

София оказалась крепкой девочкой: сделав большой круг по просёлочной дороге, мы прошли километров десять, а она ни разу не попросила сделать хотя бы двухминутный перерыв.

Я понимал, что ребёнок устал идти быстрым темпом, но нутром чуял, что на наши поиски уже отправлены отряды, и поэтому старался отойти как можно дальше.

Ещё и вервульфы мешали. Они, конечно, находились на приличном расстоянии, но приходилось сворачивать.

До этого, как только мы выбрались за территорию Анклава, София показала мне, зачем бегала. Это были карты ближайших двухсот километров. На многих из них были какие-то пометки и зарисовки. Кстати, благодаря этой карте мы и узнали об этой дороге: она идёт параллельно трассе через леса и поля. Дорога гораздо хуже, поворотов больше, но намного безопаснее.

Пока шли, накинул на ребёнка запасную куртку. Правда, ей она по колено, но это лучше, чем старое платье и лёгкая потёртая кофточка. Рано утром на улице градусов двенадцать-тринадцать, как никак.

Пройдя ещё несколько километров, всё-таки решил сделать небольшой привал. Девочка аж упала на траву. Дал ей печенье с водой, а сам открыл карту и начал прокладывать дальнейший наш путь. В двадцати километрах от нас, если выйти на трассу и сделать пару поворотов, есть деревня, которую кто-то обвёл красным маркером. Как пояснила моя новая знакомая, это свободное, независимое поселение, из которого её бывший господин периодически похищает людей на продажу.

Первой мыслью было зайти туда, но я сразу отбросил её. Не хочу подставлять других, вроде как мирных людей, да и время жалко. Поэтому принимаю решение: через двадцать километров просто выйти на трассу и, не заворачивая, продолжать путь.

— Эй, мелкая, вставай, надо оторваться как можно дальше, — говорю я ребёнку.

Ребёнок аж подскакивает, в глазах огонь. Она готова себя до смерти загнать, лишь бы отдалиться от этого страшного места.

Долго идти нам не дали: через минут пятнадцать мы услышали звуки мотора.

— Быстро в лес! — скомандовал я.

Отбежав метров на двадцать, мы упали за густыми деревьями.

— Дядя Серафим, у меня сандалик упал, — провинившимися глазами говорит мне малышка.

И правда, всего в нескольких метрах от дороги лежал детский порванный сандалик. Вот только добежать я до него не успею, остаётся только надеяться, чтобы его не заметили.

Не прошло и пяти секунд, как появился когда-то белый микроавтобус. Сейчас же на нём была приварена арматура и железные листы — вот такая импровизированная защита.

Машина проехала мимо детской обуви, я уже успел выдохнуть, как вдруг микроавтобус резко остановился и сдал назад, а из него вылезла уже знакомая мне вооружённая компания из семи человек.

— Стас, они где-то рядом, это её сандаль, — беря обувь в руки, говорит один из них.

— Рассредоточиться! Чиж, Гарик — возле машины, остальные — в лес! — Обезьяноподобный выступал, видимо, в роли лидера этой шайки.

Что же делать? Возле машины двое с калашами. И в нашем направлении идёт ещё пятеро с таким же вооружением, только у «обезьяны» пистолет-пулемёт «Кедр».

— Как только начну стрелять — беги! — шепчу я ребёнку.

Дождавшись кивка, прицеливаюсь в ближайшего работорговца и выпускаю короткую очередь. Не дождавшись продолжения, навожу прицел на второго и спускаю курок.

Дальше мне уже ничего сделать не дали. Сразу несколько стволов заработали по моей позиции, я чудом успел спрятаться за толстую сосну.

София убегает, а меня самого начали окружать. Нужно срочно что-то придумать.

Воспользовавшись неровностями земли, перекатом ухожу под другое дерево и сразу стреляю. Мало того, что не убил, так и меня самого ранили в руку. Правда, пуля лишь задела кожу, но всё равно больно.

Продолжаю отстреливаться и только в последний момент замечаю, как меня обошли. Быстро разворачиваю автомат и выпускаю остаток магазина. Работорговец сам не ожидал такой резкости.

Снова мои планы испортили. Придётся ехать в это, по словам ребёнка, мирное поселение и надеяться, что там есть врач.

Ключ в зажигании, поехали. Просёлочные дороги были ужасные, состояние ребёнка становилось всё хуже, через какое-то время она вообще потеряла сознание. В этот момент я принимаю решение выехать на трассу, по-другому я банально не успею доехать.

Выжимаю движок на полную, до поселения меньше 8 километров, и тут на обочине две машины с символом Надежды.

Понятное дело, знакомый бронированный микрик, летящий со скоростью 130 километров в час, их заинтересовал. А моё красивое личико за рулём их, похоже, сильно соблазнило, настолько, что они сразу кинулись в погоню.

Легковушки легко догнали мой новый транспорт, и тут началось. Стрельба, взрывы, и я, петляющий на скоростях. Они даже с подствольника пытались попасть! Хорошо, что мазанули.

Меня пытаются обогнать и прижать, но я тараном не даю. Через зеркало смотрю на ребёнка: ей совсем уже плохо, лежит на сиденье, хорошо, что пристёгнута и вроде ещё дышит.

И вот долгожданный поворот в поселение, уже отсюда виден частокол. Ещё когда выезжал, приметил в двери какое-то белое полотенце, и теперь, подъезжая, вытягиваю руку с ним и начинаю махать.

Из частокола появляется пулемётчик, и когда я уже подумал, что нам конец, он смещает ствол и начинает поливать преследующие нас машины. Случайно заметил выстрел снайпера, в чудом уцелевшем боковом зеркале вижу: легковушка уходит в кювет.

Вторая разворачивается и уезжает. А дальше я уже не видел, так как заехал на территорию поселения.

Как только остановился, машину сразу окружили люди с оружием. Какая-то женщина за тридцать, с ружьём, начала целиться через боковое выбитое стекло мне в лицо. Именно она и начала говорить:

— Быстро вышел из машины и без резких движений!

— У меня тут ребёнок, она ранена, ей срочно нужна медицинская помощь, — говорю я, продолжая сидеть в машине.

— Выйди из машины, и я обещаю, что мы попытаемся помочь ребёнку, — настаивает женщина на своём.

Выбора нет. Выхожу и сразу получаю дулом под коленку. Не сильно, но этого хватило, чтобы я согнулся, а дальше меня приложили лицом к капоту и надели наручники. Неприятно, я скажу, очень неприятно.

Один из мужиков заходит в машину, и я сразу услышал:

— София?!

За ним заглянула та самая женщина, и донеслось:

— Срочно предупредите Арину, пусть готовит операционную — это дочь Валерии и Артёма!

Дальше всё произошло за короткое время. Ребёнка куда-то аккуратно понёс какой-то мужчина. А ко мне подошла уже знакомая женщина и расстегнула наручники.

— Где ты её нашёл? Это поэтому за тобой гнались? Почему ты в машине работорговцев? — посыпались вопросы.

— Рюкзак со всем содержимым, АКС-74У, ТТ и охотничий нож сначала мне верните, и я буду говорить только с главным, — отвечаю я.

— Мне кажется, ты не в том положении, чтобы диктовать условия.

— А мне кажется, враг моего врага — мой друг, а вы, похоже, тоже с надеждовцами не очень ладите, — с ухмылкой говорю я.

— У меня нет настроения шутить. Если хочешь поговорить с главным, рюкзак и остальное снаряжение вернём после.

— Нож хотя бы дайте, без оружия как голый, — попробовал я последнюю попытку.

— Ладно, бери нож и следуй за мной.

Только сейчас я смог нормально осмотреться. Теперь понятно, почему я видел трупы вервольфов на дороге: тут был бой, причём бой не слабый. Твари смогли пройти за стену, много разрушений, трупов и крови, а вон там недалеко лежат человеческие тела, прикрытые простынёй. В целом это было обычное поселение со старыми деревянными домами, усиленное частоколом.

Снайпер, который удачно убил водителя одного из авто, сейчас лежал на какой-то подстилке, контролируя окрестность. Окровавленные бинты и отсутствие ноги говорило, что ампутацию сделали несколько часов назад, а этот человек держится на морально-волевых и не покидает пост.

— Что здесь произошло? — спрашиваю я у ведущей меня женщины.

— А ты сам не видишь!? — зло бросила она. — Ночью напала большая стая мутировавших волков. Суки, восемь человек разорвали, и десяток раненых, вон, — указала она на одноногого снайпера. — С молодым парнем первые приняли удар, пацана разорвали в первые секунды, а этот на вышке был, его сразу всяким хламом завалило и прижало ногу, когда пост снесли.

Было видно, что женщина на нервах.

— Ты кого-то потеряла? — аккуратно спрашиваю я.

— Там лежит мой племянник с женой, — грустно отвечает она. — Но не нужно соболезнований, давай молча дойдем до нужного дома, и я пойду.

Просьба была выполнена. Через несколько минут ходьбы мы подошли к небольшому одноэтажному домику.

— Дальше сам, его уже предупредили, а я пошла.

Не медля, поднимаюсь на крыльцо и захожу в коридор. Меня встретили старые комнатки и такая же старая, облезлая мебель.

— Я здесь, заходи на кухню, — зовёт меня мужской голос.

Пройдя в помещение, мне открылась интересная картина. Мужчина лет 55 сидит за столом с сигаретой в зубах, чистит разобранный перед ним калаш, рядом дымящийся чайник и наполненная чашка.

— Ну, чё застыл? Проходи, присаживайся, поговорим, — указывает он на табуретку. — Если будешь чай, возьми кружку справа в шкафу.

В этот раз, всё-таки взяв кружку, сажусь за стол.

— Заварку видишь? Чайник стоит, чего ждёшь? — с ухмылкой указывает он.

Секунду выждав, я сделал себе чай. Мой собеседник подождал, пока я совершу первый глоток, и только потом начал:

— Зови меня Яков, а как тебя звать? С какого поселения? Как Софию спас и что с хозяевами этого авто?

— Звать Серафимом, но так дело не пойдёт. Сначала вы рассказываете, откуда тут все знают этого ребенка, и только потом я сам рассказываю свою историю, — отвечаю я ему.

— Ну даёшь, видимо, не из ближайших ты поселений. Софию тут много кто знает: её мама была профессиональным хирургом, да и просто отличным врачом, а отец — спецназовцем. Они вместе основали одно из поселений, натаскали туда всякого оборудования из больниц и скорых. Много людей приютили и спасли. Большинство отсюда, да и с остальных поселений, к ней ездили. Она мне самому жизнь спасла, хотя я и не просил, — рассказал Яков, отложил ствольную коробку, сделал пару глотков чая и продолжил: — София ей во всём помогала, и Валерия — это её мама — очень многому учила свою дочь. Ей всего 12, а она уже шарит в медицине и умеет штопать людей. Её мама также обучала и других людей, наш врач — это один из её учеников. А отец учил обращаться с оружием, но несколько месяцев назад главарь "Надежды" решил заполучить хирурга себе. Ох, и страшный там был бой! Он даже бронированную технику нагнал, и из-за этого поселение и пало. Как потом узнали из источников, отец девочки умер, защищая семью, а мать заслонила собой ребёнка от гранаты. Вот так они и заполучили девочку и других людей из того поселения, — немного помолчав, добавил: — Мы все в долгу перед её родителями.

— А в чём проблема была помочь? Ведь вам всем были важны эти люди, — в недоумении спрашиваю я. — Ведь все вместе вы могли отбить атаку.

— Мы пытались, но у Михаила слишком большая армия. Люди, идущие на помощь, ввязывались в бои с блокпостами. Там не было шансов. По правде говоря, если они захотят, они смогут уничтожить и захватить любое другое мелкое поселение, но почему-то этого не делают, — с грустью отмечает Яков.

— Расскажите подробно о силах, которыми располагает Михаил, — решил я продолжить получение информации.

— Обязательно, но перед этим расскажи о себе, — отвечает мне местный лидер.

Так за беседой мы просидели ещё минут сорок. Я рассказал ту же легенду про странника и поведал, как именно удалось сбежать с ребенком. Стычку с работорговцами я немного изменил, но всё равно Яков достал из-под стола карту и попросил показать, где лежат их трупы.

Мне же, в свою очередь, рассказали, как устроены свободные поселения, и более подробно — о его тяжелом состоянии. Людям пора уезжать отсюда, но ульи не на чем везти, нет нужной техники, а бросать никто не хочет. Пасека принадлежала Якову ещё до вторжения. Так же спросил, не хочу ли я остаться и помочь. В общем, разговор был интересным и продуктивным.

Через сорок минут пришел человек и, после одобрения Якова, рассказал об операции Софии. Всё прошло хорошо: пулю достали, рану заштопали. Она потеряла много крови, но жить будет. Сейчас она без сознания, и ей нужны лишь отдых, время и лекарства, которые у них есть.

Вот после этого разговор с главой изменился. Если вкратце: Софии грозит серьезная опасность, за ней будут охотиться, это же ставит под удар и поселение. Но они готовы защищать её, пока она не встанет на ноги и я не смогу увезти её отсюда в одно из самых дальних свободных поселений. Почему именно я? Так ответ был простой: "Мы в ответе за тех, кого спасаем". Железный аргумент, блин.

Хотя, по правде говоря, я бы, наверное, не смог её бросить.

Яков разрешил мне тоже остаться здесь. Но им нужна помощь, хоть какая-нибудь. Мужиков очень мало осталось. С большего тут только женщины и дети. Посты, охота, строительство — рук очень не хватает. Да и патронов теперь почти не осталось.

Попрощались, а когда вставал, заметил то, что было скрыто за скатертью. Теперь я понял, почему он сейчас не участвует в работах: у местного лидера отсутствовали обе ноги.

Уже вышел с крыльца, как услышал крик из окна:

— Машину и содержимое я приказал не трогать. Если там есть что-то, что тебе не нужно, отдай, пожалуйста, моим людям.

— Спасибо, — кричу я в ответ и иду к своему транспорту.

Мдааа, и потрепало же его! В задней части было куча отверстий от пуль — маленькое решето. Но какой-то умник как-то прикрепил бронеплиты от БТРа на спинки сидений и на некоторые стенки машины. Именно это нас и спасло.

Пистолет-пулемёт также лежал между сиденьями. Как и сказали – машину не трогали.

Внутри нашлось много интересного: стяжки, наручники, кляпы и ошейники. В бардачке лежал пистолет ПМ, в задней части, с несколькими дырками, находилась аптечка, такая же пробитая запаска и целый трос. Под сиденьями обнаружилась коробка с патронами 5.45, навскидку штук 500. Из интересного нашёл ещё две РГДшки и пару магазинов для «Кедра». О, надо же, чудом уцелевший целый пулемёт Калашникова с банкой на сотню!

Скрепя сердцем и душа своего внутреннего хомяка, половину патронов и пулемёт передал защитникам данного поселения. Судя по их лицам, боеприпасов и вправду почти не осталось.

Проведал Софию и дальше, не зная куда податься, подошёл к уже знакомой женщине с вопросом: «Чем могу помочь?» Женщину, кстати, звали Жанной.

Задач оказалось много, мне даже дали возможность выбрать. Поэтому — молоток, гвозди и исправлять разрушения.

За всё время мужчин я видел штук семь, с учётом снайпера и лидера. Да, есть ещё в лазарете, но женщин всё равно раза в три больше. Остальные — дети и подростки, последние работают сейчас наравне со взрослыми. Вот такая тяжёлая жизнь.

Весь оставшийся день провозился, помогая устранять последствия ночной атаки, а после, перекусив из своих запасов, пошёл спать на выделенную мне койку.

Часа три крутился, сон так и не пришёл, даже усталости не чувствовал, поэтому взял рюкзак с автоматом и отправился в сторону охраняемого поста проветриться.

— Здорова, охрана, всё тихо-спокойно?

— Здоров, вроде всё тихо, — отвечает мне пацан лет шестнадцати с калашом в руках. — Зачем пришёл?

— Да не спится, могу кого-нибудь заменить на пару часов, — говорю я.

— Нас самих скоро сменят, можешь только за водой сходить, чай сделаем, а то нам покидать пост после последних событий вообще не вариант. Меня, кстати, Ирой звать, — а это уже обращалась ко мне рыжеволосая девушка с косой до самой поясницы.

Я представился, взял котелок и сходил к колонке. Фонарик — капец какая полезная вещь, без него я бы эту колонку в темноте фиг нашёл.

— Что-то ты долго, потерялся, что ли? — не удержалась от подколки Ира, с улыбкой перехватила у меня чайник и продолжила: — Давай я сама сделаю, а то твоей медленной скорости позавидует даже черепаха.

И вот сейчас, в свете огня, я смог её полностью разглядеть. Рыжие волосы были её не единственной особенностью. Где-то метр шестьдесят пять ростом, эта девушка имела огромное количество веснушек, причём к её волосам они очень подходили и никак не портили внешность. На вскидку лет 25, с худым телосложением и небольшой грудью.

В общем, посидел я с ними часа два, пока не сменился пост. Пацана, кстати, звали Славик, интересные ребята. Благодаря своей жизни в рядах штурмового отряда в родном анклаве, я смог рассказать им о разных тварях, заранее соединив правду о мутантах и вымысел о своём приходе. Никто не усомнится в моей легенде.

Ира всё это время всячески пыталась строить мне глазки, по правде говоря, почти все вопросы были именно от неё, даже предложила завтра прогуляться за частоколом со словами: "С таким сильным и опытным мужчиной мне ничего не грозит". Я обещал подумать, а сам расспросил их об окрестностях и узнал один интересный момент, который заставил меня достать карты.

В десяти километрах отсюда есть, или, лучше сказать, был небольшой городок. До вторжения ничем не примечательный, если не считать того, что в городе есть своя гидроэлектростанция, но это не единственная причина нынешней его важности. А дело в том, что этот город взял под охрану целый полк, усиленный двумя танковыми ротами и системами ПВО с артиллерией. Этот объект стал стратегически важным, и его хотели сберечь.

Под охрану военных шёл и мирняк. В городе создавались палаточные лагеря, работало электричество, организовывались полевые кухни и работали врачи. Это был один из немногих городов, который после вторжения продолжал жить. Но он же стал и их смертью.

Когда падал многокилометровый корабль, распространяя вирус Зэл, по непонятным причинам некоторые территории подвергались более сильному заражению и, следовательно, большей мутации. Если в целом на земле вирусу подвергся каждый четвертый человек, став упырём, то конкретно в этом городе — каждый второй, считая военных.

Теперь город неприступен: не меньше 15 000 тварей скрывает он в своих стенах. У упырей есть свои особенности. Первая — их активность обычно ночью, с 23:00 до 5:00 утра, но любой шум в любое время суток их будит. Вторая — они не отходят далеко от места своего обитания. И третья — упыри как-то чувствуют людей с расстояния примерно 15 метров. Да, толстая стена или броня танка спасёт, но эту преграду нужно сначала найти.

О последнем пункте я, по правде говоря, как-то забыл. И если сделать выводы по моему первому дню после капсулы, да и в целом по остальным дням тоже, похоже, они меня не чувствуют, иначе я бы тут сейчас не сидел. А я-то думал, что мне просто везёт.

В 3 часа ночи пришла смена, и я тоже, сославшись якобы на усталость, ушёл в свою комнату. Спать вообще не хотелось, и, провалявшись на кровати и немного подремав, я созрел для плана.

В 6:00 я уже выходил из поселения со всеми своими вещами. Меня ждала дорога на 10 километров и ряд тестов со своим телом. Микрик решил оставить в поселении — зачем зря топливо жечь?

Отойдя на километра четыре, я нашёл удобную поляну, прикрытую лесом. Вот теперь можно проверять: бег на сотню метров, прыжки, кувырки, бой с тенью. И ничего, никаких изменений, все движения со скоростью обычного тренированного человека. Только вот вообще не устал, и рюкзак кажется почти пустым по весу, как будто там не лежит одежда, еда, ружьё и куча остального барахла.

Затратив на всё около часа, я пришёл к выводу, что выносливость у меня сейчас, мягко говоря, идеальная, а ещё сила добавилась. Выхожу обратно на дорогу и начинаю бежать, постепенно наращивая темп и периодически переходя на спринт до 100 метров.

И вот наконец-то получилось: во время очередного ускорения спотыкаюсь о какой-то камень и падаю.

Выругавшись, со злостью снова стартовал и почувствовал странное ощущение в теле. После остановки обнаружил, что расстояние я преодолел гораздо быстрее. А ещё какое-то странное ощущение в теле.

Ещё минут двадцать я пытался вызвать это ощущение, и после нескольких повторений у меня начало получаться. С передышками в пару минут я научился вызывать лёгкое покалывание во всём теле, правда, всего на пару секунд, но этого хватало, чтобы со скоростью гоночного автомобиля пробежать сотку.

Класс! Пока что мои новые способности мне очень нравятся, а вот о последствиях я предпочту сейчас не думать. Надо радоваться тому, что получил.

До города добрался без приключений. Вон уже видны кирпичные многоэтажки и частные дома. Безжизненные улицы навевают неприятные ощущения страха и одиночества, и даже на въезде слышно, как тишину разрывает скрип старых качелей, качающихся на ветру.

Пришло время подтвердить свою теорию невидимки. Именно с такими мыслями, держа автомат в боевом положении, я и заходил в частный сектор, обходя центральную дорогу.

Дорога между старыми домиками была из щебня, никем не ухоженная трава всё больше занимала её.

Иду по прямой и вглядываюсь в каждое разбитое окно, в каждую щель и автомобиль. Пусто. Если на самых крайних домах ещё встречались следы сравнительно недавнего мародёрства, то уже через пару-тройку домов город вымер. Только зелёные деревья качаются на ветру.

Выйдя к многоэтажкам, я пошёл в сторону перекрёстка. Тут шагать было приятнее, асфальтированное покрытие ещё сохранилось.

Судя по тому, что я сейчас вижу, в этом месте когда-то стоял блокпост. Мешки с песком и бронированный автомобиль «Тигр» свидетельствовали этому. Заруба тут была страшная: вокруг разбросаны ржавые гильзы, в разных местах лежат такие же уже ржавые автоматы и куски бронежилетов. Сам «Тигр» с пулемётом сверху представлял собой груду металлолома. Вскрытый, как консервная банка, — кто-то просто разрывал и мял толстую сталь.

Заглянул внутрь: всё было, как я и предполагал. У пулемёта на крыше кончился боезапас, и стрелок попытался укрыться в бронированной машине. Вон остатки костей, броника и помятый ПП «Витязь».

Всё оружие и патроны нужно тщательно высушить, почистить и смазать. Без этого за два года на песке и со всеми погодными условиями они не представляют особой ценности.

Заходить в сами кварталы у меня вообще желания не было, поэтому дальше решил всё-таки выйти на центральную широкую дорогу. Остатки человеческих костей и более крупные — от упырей — встречались довольно часто. Периодически попадались и автоматы, лежащие на асфальте. А чудом сохранившийся многолетний венок, висящий на столбе, лишь грустно напоминал чью-то смерть ещё до вторжения. Возможно, этому человеку повезло больше остальных, ведь в последующем ужасе мало кто выжил.

Так, не будем о грустном. Как рассказала мне Ира, до заражения город охраняли почти 3000 военных и человек 500 органов правопорядка. Исходя из этого, оружия и техники тут должно быть очень много.

Пустые улицы давили на сознание, ощущение постоянной слежки не давало покоя, но как бы я ни вглядывался в окна многоэтажек, никого не видел.

В одном месте между домами выгодно расположилась так называемая Плачущая ива. Не знаю, кто дал такое название, но это тот самый случай, когда мутации подверглось и растение.

Вот только ближе чем на 25 метров к ней лучше не подходить. И так длинные ветки станут ещё длиннее и легко притянут несчастного, а дальше плотоядное дерево начнёт растворять тело. Страшная и очень болезненная смерть.

Дальше, на одном из поворотов во дворах, был виден ещё один усиленный блокпост. Любопытство пересилило осторожность, и я перебежками направился прямо туда. Между домами ощущение слежки усилилось.

Усиленный блокпост охранял какое-то одноэтажное здание, похоже, именно здесь раздавали еду. Мешки с песком, колючая проволока вокруг, БТР-80 на усилении и на крыше точка с пулемётом. В отличие от того тигра, этот боевой транспорт выглядит целым.

Провёл осмотр, залез в люки, проверил боезапас и топливо — всё по максимуму, похоже, во время заражения его не использовали. Сажусь на место водителя, и тут начинается так называемый момент истины.

В родном анклаве нас учили управлять разной техникой, конечно, не профессионально, но основы я знаю. И вот запуск. Громкий гул мотора разрывает городскую тишину.

Какой же я дурак! Сразу же вырубаю движок и закрываю люк. Но уже поздно: десятки упырей вылезают из разбитых окон домов и начинают искать виновника их пробуждения.

Автомат в руках, сижу в БТРе, боюсь даже шевельнуться. Увидят – вскроют броню за несколько минут, и меня уже ничего не спасёт.

Почти час, почти грёбаный час они пытались меня найти. Даже пару раз запрыгивали на броню, но отсутствие интеллекта у них и моя невидимость для чутья стали моим спасательным кругом.

Просидев в машине ещё часа полтора, я решил вылазить. На всякий случай оставил люк водителя открытым.

Дверь в помещение была нараспашку, внутри меня встретил лишь слабо освещаемый улицей коридор. Зелёные облезлые стены и старый потолок – вот и весь видимый интерьер. Включаю фонарик на Ксюхе. Я точно знаю, что сюда зашли минимум 3 упыря, но, по моему опыту, они должны были снова уснуть.

Через метров восемь от входа путь перегораживают повешенные на потолок до самой земли толстые шторы и клеёнка. Медленно и очень аккуратно отодвигаю их. Помещение представляло собой обычный склад: куча стеллажей, коробок и ящиков.

Делаю пару шагов и чуть не нажимаю на курок. Одна тварь решила уснуть в нескольких метрах от входа, между стеллажом и стеной. Стараясь не шуметь, иду дальше. В коробках и ящиках оказались консервы, крупы, макароны и куча других долго непортящихся продуктов. Но на большинстве стеллажей остались лишь пятна от гнили.

Дальше на полу обнаружился ещё один упырь, а за ним ещё несколько, но тут я решил больше не рисковать. Взял коробку с крупами и так же тихо понёс к БТРу. Самое сложное было оттягивать громкую клеёнку.

Таких заходов сделал очень много. Десантный отсек потихоньку заполнялся. Даже чёрствые плитки шоколада обнаружились в одной из коробок.

Как всегда бывает, удача имеет свойство заканчиваться, вот и сейчас я нёс очередную коробку, в темноте не заметил лежащую на земле консерву с килькой – лёгкий пинок ногой, и тишина разорвана.

Ближайший ко мне упырь ещё не успел полностью подняться, как я уже выпускаю очередь ему в голову. Но этого времени хватило остальным, и они бросились в мою сторону. Разворот на 90 градусов, и ещё полмагазина летит в корпус рядом оказавшейся твари.

Перекат в бок, врезаюсь спиной в стеллаж и опрокидываю его. Упырь уже совсем близко, от бедра выпускаю оставшиеся в магазине патроны, десяток пуль вонзаются в толстые мышцы лап, но это лишь тормозит мутанта. Выхватываю ТТ из кобуры и дважды нажимаю на курок. Тяжёлые пули, выпущенные практически в упор, пробивают череп, и тварь падает прямо мне на ноги. Именно это меня и спасает: удар от четвёртого упыря приняло на себя тело погибшего собрата.

Больно, я вам скажу. Но, стараясь не обращать на это внимание, в упор выпускаю ещё пять пуль. Этого хватило, и тварь падает.

Вылезаю из-под тяжёлых туч и хватаю отброшенный автомат. Вешаю на ремень и на ходу перезаряжаю магазин.

За шторками я остановился. Тварей уже очень много, они бегут ко мне с улицы. До БТРа метров тридцать. Из кармана достаю гранату РГД-5. Усики, чека — и вот она уже летит навстречу упырям. Грохнуло знатно, сразу троих ближайших положило, но мне нет времени любоваться. Врубаю свою новую способность с ускорением и, пробежав между тварями, я чуть ли не залетаю в люк мехвода.

Пару секунд на запуск, и вот я уже валю рядом стоящий заборчик. Несколько упырей запрыгнули на броню и начали наносить мощные удары, от которых тяжёлые бронелисты мялись.

Зигзагами пытаюсь скинуть лишний груз. Так и выезжаю на центральную улицу, с которой пришёл. А тут их ещё больше, и все они бегут в мою сторону. Бортом тараню рядом стоящий грузовик и тем самым скидываю остатки мутантов с брони.

Набираю максимально возможную скорость, давлю и тараню всё живое мясо, бегущее ко мне. И тут я увидел то, что не видел из-за домов, когда заходил: две фуры перекрыли дорогу!

Твою мать! Что делать? Вокруг сотни голодных упырей, а я тут такой вкусный по городу катаюсь. Броня сдержит их в лучшем случае на пару минут. Заворачиваю в какой-то поворот и чуть не врезаюсь в стоящий на дороге танк. В последний момент успеваю вывернуть, немного поцарапав краску. Сбиваю выбежавшего передо мной упыря и на полном ходу тараню легковушку.

Твари успевают запрыгнуть на броню и, сделав пару ударов, снова слетают. На высокой скорости их несложно скинуть.

Вспоминаю карту, скоро появится ещё один выезд. Надеюсь, хоть он свободен. Дрифтуя, захожу в поворот, проезжая ещё один блокпост. Приметил вроде бы целую БМПшку и наконец-то выезжаю из города. Через недолгое время твари отстали, и я остановился.

Осмотрел боевую машину. Очень много вмятин, местами оторванные сколы, но в целом БТР вроде бы целый.

Выезд на другую дорогу увеличил моё расстояние до поселения практически вдвое. Но что такое двадцать километров, когда ты на технике? Это не ножками топать.

Добравшись до поселения без происшествий, я увидел то, что меня очень напугало. Недалеко от частокола стояло несколько машин с уже знакомым гербом "Надежды".

Рядом с машинами находились вооружённые люди. А прямо по центру, между ними и стенами, велись какие-то переговоры.

Перебравшись на место стрелка, я стал ждать. Между нами было метров триста пятьдесят, и услышать, о чём они там говорят, было невозможно, но если вдруг что, я готов к бою.

Спустя долгих пять минут разговор закончился, и обе стороны начали расходиться. Надеждовцы сели в автомобили и выехали на дорогу. Стоявший БТР они осмотрели задумчивым взглядом, но, не останавливаясь, поехали дальше.

В поселении меня встретили с улыбкой и немалым удивлением, но я кожей ощущал презрение. Все думали, что я сбежал, оставив микрик в качестве компенсации. А когда узнали, откуда я пригнал БТР-80 и что в нём коробки с едой, люди потеряли дар речи.

От них же, в свою очередь, услышал неприятную новость. Им дали трое суток, чтобы самим вернуть ребенка и, в качестве компенсации и якобы жеста доброй воли, отдать микроавтобус, мед, продукты и ещё небольшой список того, что они хотят. А взамен они не придут сюда сжигать поселение и брать людей в рабство. Так себе ситуация, я скажу.

Ещё два часа потом происходило общее собрание, прямо на улице возле колодца. Как бы сильно люди ни уважали родителей Софии, но умирать никто не хотел. Поселение разделилось на три группы.

Первая, самая маленькая, предлагала дать бой, как они всегда это и делали: запросить помощи у соседей и воевать. Но им понятно объяснили, что боеприпасов почти не осталось, из бойцов — от силы человек тридцать, большая часть которых — женщины и дети без серьезных навыков. А то, что было до этого, — это были обычные набеги с целью похищения, а не уничтожения. Поэтому эти несколько активистов сразу замолчали.

Вторая и третья группы оказались примерно равны. Вторая предлагала отдать меня и Софию и вместо большинства продуктов и домашнего скота попробовать откупиться моим БТРом. В этот момент я незаметно для всех положил руку на предохранитель калаша — мало ли что, а своя рубашка ближе к телу.

Третья, в свою очередь, хотела уйти. Взять всё возможное и уйти в какое-то другое поселение. У них есть несколько овец, пара коз, тройка лошадей, куры и даже одна корова. Если всё это взять и как-то ещё перевезти ульи, любое поселение их примет. Но есть одно «но»: до ближайшего дружественного укреплённого поселения почти сорок километров, транспорта немного, а топлива считай и нет.

На второй час споров слово взял уважаемый здесь Яков. Толкнув длинную речь о том, какие они молодцы, как всем важно это место и как ему самому больно об этом говорить, он сказал: «Пришло время уйти, что все и так понимают: поселение постепенно гибнет, и вопрос их вымирания — это дело времени». Закончил Яков тем, что наутро второго дня все должны быть готовы уходить. Их ждёт тяжёлый путь, и брать должны только самое необходимое.

Удивительно, как один человек может заставить толпу замолчать и поверить ему.

После того как все люди разошлись, Яков позвал меня к себе. Когда я зашёл к нему в дом, в гостиной уже сидело несколько человек. Сам Яков занял кресло, на старом диване расположилась Жанна и уже знакомый мне одноногий снайпер, который представился Максимом. На табуретках сидело ещё двое мужчин, обоим около 30 лет, и рядом, облокотившись на стену, стоял молодой парень — мой ровесник. Старших звали Денисом и Николаем, а моего ровесника, который оказался сыном Якова, — Никитой. Как я понял в дальнейшем, это были самые доверенные люди старосты, которые сейчас в строю. Ещё одного потеряли позавчера ночью, а второй в данный момент в лазарете.

Этот разговор затянулся ещё на час. Мы рассуждали, как поступить дальше и как лучше уводить людей. Тут пригодились мои подробные карты. Также попросили рассказать, как я достал БТР из заражённого города. Сейчас уже не стал придумывать велосипед и ответил прямо: «У меня свои секреты и способы». Это, конечно, не то, что они хотели услышать, но мне как-то побоку.

Смотря на их кислые мины, поспешил добавить, что смогу достать ещё. Возможно, даже сегодня есть возможность пригнать БМПшку. После этих слов в глазах собеседников появился интерес и... надежда, что ли.

Сразу посыпались вопросы. Но перед тем как отвечать, я узнал, кто здесь умеет водить грузовики и военную технику. Оказалось, с грузовиком много кто может управиться, но четыре человека, умеющие водить боевую технику, меня прямо обрадовали. Например, Денис в прошлом десантник, а потом и боец управления «В», снайпер, умеет водить БТРы; именно благодаря его руководству держалась оборона поселения.

Николай срочку проходил мехводом танка. Только вот тут я его сразу заверил: танк я достать не смогу. А почему? А потому что у нас в объединении анклавов уже были обученные танкисты, и руководство не хотело тратить на наше обучение горючку.

На это Коля заявил, что разок на БМП тоже ездил и там ничего сложного, в общем, если что, справится. Ещё двое умеющих на собрании не присутствовали.

Так вот, я всё-таки решил сгонять за БМП, сейчас почти пять вечера. Если взять микрик, то успею. Со мной поехали Николай и Жанна, остальные остались в поселении.

Доехать до того места, где я выехал из города, не составило огромного труда. На дороге встретились вервульфы, но, обогнув их по встречке, мы легко оторвались. Сказал своим новым знакомым ждать в двух километрах от города и, если я до 20:00 не появлюсь, уезжать.

Они, конечно, пытались пойти со мной, но так мы все умрём, я им это и объяснил, следовательно, отстали быстро.

Ну что, дубль два. Этот же "мёртвый" город. Только вот теперь я не уверен, что после такой взбучки абсолютно все твари пошли снова спать. Поэтому с ещё большей осторожностью, тихонько, держа автомат перед собой, иду в сторону БМП.

В этой части города дома выглядели по-другому. Похоже, именно здесь проходили бои: во многих местах видны следы от пуль, местами оторваны целые куски кладки, а в одном двухэтажном здании обрушилась боковая стена.

На земле возле техники видны следы моего сегодняшнего заезда. БМП-2 была относительно целая, сбитая краска, вмятины и сколы не в счёт. Башня повернута вбок. Поднимаюсь на броню, и кажется, я уже могу предположить, что здесь произошло. Во время заражения стрелок залез в башню и, не закрыв люк, начал обстрел. Видимо, когда врагов стало слишком много, они смогли забраться на броню и достали беднягу через открытый люк. Похоже, кто-то из тварей случайно люк потом и опустил.

Внутри обнаружил засохшие следы крови, причём их было настолько много, что, похоже, беднягу разорвали прямо тут, а потом достали остатки тела.

Проверил топливо: его осталось больше половины бака, пулемётная лента на треть пустая, 30-мм снарядов осталось где-то плюс-минус четверть от полного комплекта. Немало стрелок смог положить тварей.

Осталось только проверить запуск движка, но, помня прошлый опыт, сначала решил собрать трофеи. В рядом стоящей будке в шкафчике обнаружил целый АК-74 и несколько магазинов к нему. Больше рядом ничего не было, а заходить в дома, по правде говоря, я опасался.

Запрыгиваю в люк мехвода, и… ничего. Двигатель не заводится. Пробую ещё и ещё. На четвёртый раз наконец-то раздаётся приятный гул. А это значит, что пора валить. Самое сложное сейчас – вспомнить управление. Рычаги вперёд, один останавливаю, кручусь на месте. Уже вижу упырей, спрыгивающих с окон, но к этому моменту руки всё вспомнили. Выезд на дорогу и полный вперёд.

На договорённом месте меня уже ждала моя группа.

— Ну даёшь! Ты не перестаёшь нас удивлять, — с лёгким восхищением говорит мне Жанна.

— Даа, респект тебе. Ты либо очень талантлив, либо очень удачлив. Из мёртвого города никто обычно не возвращается, — а это уже Николай.

— А может, и то, и другое? — улыбаясь, отвечаю им и добавляю: — Ну что, поехали?

Вот в таком составе мы поехали обратно. Николай на месте мехвода, я за башней, а Жанна ведёт микроавтобус.

За пять километров до поселения по другой дороге навстречу перекрёстку ехал какой-то транспорт.

— Надеждовцы, — зло бросил Николай в рацию. — Судя по кунгу и машине сопровождения в виде бывшей инкассации, везут не меньше десяти рабов. Надо вмешаться. Они едут со стороны Павловки, там человек двадцать жило.

— Нельзя! Нам самим уходить скоро, и так транспорта считай нет. Мы должны думать в первую очередь о своих людях, так на нас ещё больше обозлятся, — раздался голос Жанны из рации.

— Мы можем помочь! Лишние руки наоборот будут полезны! У нас БМП, мы их легко разнесём. Они же такие же, как и мы, нельзя бросать! — не сдавался Коля.

— Хватит! — обрываю я уже начавшийся спор. — Мы поможем. С техникой вопрос я постараюсь решить, но нам реально нужны дополнительные люди. Жанна, держись за броней. Колян, давай медленно заворачивай на встречу.

Удивительно, но спорить никто дальше не стал. Когда между нами осталось меньше двухсот метров, я произвёл короткую очередь из пулемёта по обочине рядом с инкассацией.

Что ж, я хотя бы попытался.

Вражеские машины сразу набрали скорость и разъехались в разные стороны. Короткая очередь из тридцатимиллиметровой пушки, и все три снаряда легко пробивают бронестекло легкобронированной инкассации. Второй ЗИЛ уже совсем рядом. Понимаю, что не успеваю повернуть башню, но тут сработал Николай: резко вывернув БМП навстречу, он заставил водителя грузовика дать по тормозам.

Лёгкая авария всё равно получилась, но столкновение было настолько слабым, что у ЗИЛа лишь бампер слегка помялся. Но уже в этот момент мой ствол был направлен в кабину, и сидящим там людям ничего не оставалось, как поднять руки.

Выгнав незадачливых похитителей из кабины, опустив их мордами в асфальт, Жанна и Коля прошли аккуратно открывать кунг. Я же оостался за башней, ппредварительно отъехавшего БМП.

Кунг оказался забит народом: женщины, дети и мужики в общем количестве 17 человек. Последние, когда началась взбучка, напали на двух охранников и толпой их убили, завладев оружием. Также оттуда вынесли несколько раненых, которым срочно нужна медицинская помощь.

Мужики, завладевшие оружием, были готовы снова вступить в бой, но когда увидели знакомое лицо Жанны, успокоились.

Это всё я узнал немного позже остальных. Я же, сидя в башне, резко понял, что мы забыли про инкассацию в кювете. В этот самый момент из задней части вылезали вооружённые люди.

— Гранатомёт! — кричу я и одновременно жму на курок пулемёта.

Моя пуля обогнала надеждовца всего на доли секунды, но этого хватило, чтобы выпущенная им ракета ушла чуть в сторону и пролетела мимо моей БМП.

Вторую ракету им зарядить уже никто не дал. Длинными очередями из пулемёта я ликвидировал всех троих.

В этот самый момент водитель ЗИЛа и его дружбан попытались сбежать, но обоих в спину застрелили выбравшиеся мужики.

Нет, даже не так: одного застрелили, а второму намеренно прострелили ноги. После этого к нему подбежал какой-то мужик лет сорока и начал избивать упавшего водителя. Избиение продолжалось несколько минут. Основные удары ногами были направлены в пах, потом этот мужик достал висящий на ремне водителя нож и загнал его ему прямо в мужское достоинство. Достал, несколько секунд подождал и перерезал тому глотку. Его никто не останавливал. Как мы узнали после, этот урод прямо перед ним избил и изнасиловал его 15-летнюю дочь, которая в данный момент была ещё в кунге.

Больше выживших надеждовцев не было. Подбитая инкассация теперь представляла собой решето, оттуда мы подобрали чудом уцелевшее РПГ с одним зарядом и пару стандартных калашей.

А вот ЗИЛ был в нормальном состоянии и очень пригодится нам через сутки.

Быстро переговорив со спасёнными, мы поняли, что возвращаться им некуда. Всё сожгли, а несколько клеток с курами стояли в кунге. Поэтому нам ничего не оставалось, как забрать всех с собой.

Приехали мы где-то в полдевятого вечера. Новичкам сразу объяснили порядки и расположили. Предварительно всем рассказали, что через сутки всех ждёт тяжёлая дорога. И на всякий случай возле их домов сделали ещё один пост, мало ли что. Вдруг предатели есть. Хотя после того, как те изнасиловали почти всех девушек, избили всех остальных и сожгли всё тяжело нажитое хозяйство с домом, они готовы, если нужно, зубами рвать надеждовцев.

В общем, перекинувшись парой предложений с Яковом о планах следующего дня, я поужинал вкусным пловом, приготовленным из привезённого мною риса, и отправился на честно заслуженный отдых.

Вернее, попытался, но меня подло перехватили, не дав даже шанса на побег.

— Привет, ты, оказывается, у нас местный герой и одновременно местная большая проблема. Но я всё равно за тебя, давай прогуляемся немного, — с улыбкой встретила меня рыжая девушка.

— Привет, Ир, ты меня караулила, что ли?

— Нет, нет, просто рядом проходила и тебя увидела. — Вы когда-нибудь видели, как краснеют рыжие девушки с веснушками? Странное и одновременно милое зрелище.

— И какие у тебя дела были? — делая вид, что поверил, спрашиваю её.

— Да так, я уже закончила, теперь полностью свободна, так что прогуляемся?

А девочка не промах, попыталась в сумерках продемонстрировать мне своё небольшое декольте, якобы штанина закатилась. Но я не пятнадцатилетний пацан, меня этим не возьмёшь.

— Если честно, день сегодня был очень напряжённый, давай как-нибудь в другой раз, сейчас у всех дел по горло, и я сам не исключение, — пытаясь слиться, отвечаю ей.

— Ну, пожалуйста, ты обещал, недолго. Скоро мы уедем с этого места, я хочу заполнить последние дни приятными воспоминаниями, — не унимается Ира.

Девчонки, блин! Я никому ничего не обещал! Но от двадцатиминутной прогулки, думаю, ничего не потеряю, и через пару предложений всё-таки согласился.

Девушка один на один оказалась довольно интересной личностью: заводит разговоры, сама рассказывает, интересуется. Поняв, что я не собираюсь рассказывать, как достал БТР и БМП, сразу сменила тему. В общем, вместо запланированных двадцати минут мы гуляли возле частокола больше часа.

В конце Ира шла чуть впереди меня, величаво попами, но в этот момент я уловил лёгкое движение рядом с девушкой. Твою мать, тень!

— Ира, БЕГИ! — кричу я, резко выхватывая пистолет из кобуры.

Не успела она, короче, убежать. Обернулась и оцепенела от страха. Неудивительно, тварь реально страшная. Это частично бестелесное существо по силуэту напоминает парящего над землёй человека, от него исходит лёгкая серая дымка, лицо отсутствует, руки длиннее обычных. Лица нет, только две красные точки в районе глаз. Жуткая тварь!

Воспоминания проносятся в моей голове за мгновение, и я делаю выстрел. Урона это не наносит, лишь немного тормозит. Это как бить надувным молотом по идущему человеку: затормаживает, но особо не мешает.

Выпускаю ещё две пули и на ускорении толкаю девушку в противоположную сторону, а тварь уже рядом со мной. Нельзя позволить ей коснуться меня. На том же ускорении кувырком ухожу под руку и гоню существо на себя, отхожу, высаживаю остатки магазина и тянусь за запасным.

Тень слишком быстрая. Как только магазин опустел, она снова оказалась рядом со мной и попыталась прижать своими длинными руками. Снова в ускорении ухожу из-под рук, отступаю назад. Шаг, уклон, шаг, присед. Я двигаюсь на невозможной для человека скорости. Мышцы на пределе. Вдруг что-то попадается под ногами, и я, теряя равновесие, падаю на спину.

Всё, конец. Вот и закончилась моя чудесная история. Но тут кто-то рядом со мной выпускает длинную очередь из автомата.

— Серафим, давай назад, я прикрою! — кричит мне уже знакомый Денис, держа АН-94 "Абакан" в руках.

Вдруг рядом появляется патрульный с ружьём и тоже начинает стрелять по твари. Дважды уговаривать меня не надо. Воспользовавшись моментом, перекатом ухожу в бок.

— Её ничего не берёт! — орёт патрульный.

— Не позволяйте ей себя коснуться, я сейчас! — а это уже во всю глотку кричу я сам.

Со стороны можно было подумать, что я убегаю, но на самом деле бежал в сторону костра. Достал из него толстую и длинную горящую палку и бегу обратно. Когда тварь уже почти коснулась Дениса, я в прыжке бью огнём ей по спине.

Визг тени на ультразвуковых частотах заставил всех в радиусе 25 метров схватиться за уши. Резкий разворот твари с вытянутой рукой был абсолютно неожиданным. В последний момент успеваю выставить перед собой палку.

Пусть он и бестелесный, но удар получился сильный. Я отлетел на несколько метров, выронив палку. И снова тень рядом со мной, и снова Денис в последний момент вонзает горящий наконечник твари в бок.

Очередной визг давит по ушам.

— Гоним его к костру! — мой крик, наверное, слышали все в поселении, но свою цель я выполнил – внимание привлёк.

Снова гонка со смертью. Тварь пытается попасть по мне длинными руками. Использую ускорение, для моего зрения удары становятся медленнее. Уклон, уворот, опять уклон. Тень злится, её движения всё быстрее и быстрее. Моё ускорение сейчас закончится, до костра ещё метров пять. В последний момент делаю кувырок в сторону. Вух, больше использовать мутацию не могу. Но вовремя подоспевший патрульный, Денис и ещё какая-то женщина уже взяли факелы и гонят тварь в сторону огня.

Тень пытается отбиваться, неожиданно использует свой крик. Через пару секунд на ногах остался только бывший спецназовец, но и до огня было меньше метра. В этот момент тварь резким движением выбивает факел из рук мужчины и устремляется к нему.

Реагирую очень быстро, беру рядом стоящую лопату и бросаюсь на парящее существо. Острие заходит лишь на несколько сантиметров, не причиняя твари никакого вреда, но это и не нужно. Резкий толчок – и тварь опускается на огонь.

Ультразвук от посмертного крика заставляет меня упасть. В глазах пелена, неожиданно сознание покидает меня.

Очнулся от того, что кто-то бьёт меня по щекам.

— Крепкий ты орешек, Серафим, очень крепкий и главное живой, — продолжая сидеть рядом, говорит Жанна. — Что эта за тварь такая?

— Подожди с расспросами, дай я сначала его осмотрю, — перебивает её какая-то девушка с каре. — Пелена на глазах есть, голова кружится. Встать сможешь?

— Всё со мной нормально. А это была тень. Редкое создание, которое путешествует по миру. Остальные вопросы завтра. Другие живы? — с реальным беспокойством спрашиваю я.

— Никто особо не пострадал, синяки и оглушение не в счёт. В любом случае жить будут, — отвечает мне всё та же девушка с каре. — Я Арина, единственный врач в этом поселении, поэтому если тебя что-то сейчас беспокоит, расскажи сразу.

— Всё нормально, уже сказал ведь. Только поспать бы сейчас. Но это я мигом.

— Тогда не буду мешать, — сказал наш медик и отошёл в сторону. — Завтра перед рейдом зайти ко мне, дело есть.

— Зайду, и спасибо.

Девушка улыбнулась и пошла по своим делам, но в последний момент, но в последний момент я успел её окликнуть

— Собери синюю пыль, смешай её с водой и чистым спиртом в пропорции 3:1. Потом, когда станет кашкой, растирай на ране. Это в несколько раз увеличит регенерацию этого участка — многие уже завтра смогут встать в строй. Только экономь: средство очень редкое.

— Дай-ка я лоб тебе потрогаю, похоже, не всё с тобой так хорошо, — быстро вернулась девушка.

— Ясно, тогда я сам, — еле сдержался, чтобы не закатить глаза.

Достал из кармана тряпочку и подошёл к праху.

— Да подожди ты, — рядом присела Арина и предоставила откуда-то медицинские колбы. Процесс пошёл быстрее.

Потом я перекинулся словами с остальными людьми, с благодарностью пожал руку Денису и патрульному, провёл испуганную Иру до её дома и наконец-то дошёл до своей кровати. Спать!

Глава 4

Пришлось вставать рано. Знаете, очень сложно вылезать из-под тёплого одеяла, но в 5:00, пересилив себя, я уже вышел во всеоружии и сразу отправился навестить Софию. Малышка всё ещё спала, но, несмотря на раннее пробуждение, девочка была рада меня видеть.

Спросил о её состоянии, как она тут вообще. Даже достал пару шоколадок и конфет из кармана. Да, я не всё тогда отдал поселению, чуток оставил и себе. Но главное, в этот момент ребёнок был счастлив.

Врач всё-таки послушал мой совет и помазал раненых новой сывороткой. Это дало свой эффект: например, через несколько дней рана у Софии затянется полностью. И это поистине чудо.

Ещё ребёнок поинтересовался, почему на неё некоторые так странно смотрят. Пришлось рассказать последние события и о переезде всего поселения тоже. Девочка поникла, она понимала, что это всё из-за неё, поэтому мне пришлось её подбодрить и заверить, что всё у них получится. Поселение объединится с другим и станет только крепче.

Напоследок, на всякий случай, отдал из рюкзака ПМ и, задержавшись, показал и рассказал, как пользоваться, вернее, напомнил: девочка всё знала и без меня.

Дальше зашёл к уже не спавшему Якову.

— Заходи, заходи! Есть новость, и боюсь, она не из приятных. Чай будешь?

— И вам здравствуйте. Только если быстро. Что там по новостям?

— Ночью я через закрытую частоту связался с поселением, куда мы хотели уехать, но они нам отказали. Боятся, что мы весь гнев Михаила на них переключим. Также ещё два ближайших мирных поселения в 70+ человек нас тоже не впустят.

— Хреново. Тогда что будем делать? — в недоумении спрашиваю я.

— Ты опять перебиваешь! — зло бросает Яков.

Показываю жест руками, что я молчу, и он продолжает:

— Крупное поселение "Восток" готово нас принять. Почти 400 человек представляют из себя реальную мощь. У них только постоянных бойцов человек 95, и техника есть. Они готовы принять нас и оказать помощь в 30 километрах от стен. Проблема в том, что само поселение находится в 150 километрах от нас на запад, — предвидя мой вопрос, добавляет, — я в душе не гребу, почему название именно Восток, поэтому не смей открывать рот, и давай карты покажу, где оно.

Ещё минут пятнадцать мы разговаривали. Он дал мне список того, что больше всего нужно для нашего похода. На первом месте, понятное дело, грузовики и топливо, на втором и последующих пунктах — провизия, вооружение и боеприпасы. Также там были, на случай если попадутся, удобрения, семена, медикаменты, одежда, инструменты и ещё много-много чего. Но приоритет я обозначил.

После всего этого в моих руках оказалась карта мёртвого города с указанными карандашом складами, медпунктами и другими важными объектами. Пожелав успехов, отправил к микроавтобусу, со словами: "тебя уже ждут". Вот как он это всё успевает?

По дороге вспомнил о просьбе местного врача и забежал в лазарет. Разговор был недолгим. Если вкратце: одноногий снайпер Максим, да и большинство других раненых держатся исключительно на обезболивающих, которые почти закончились. Их и желательно найти.

Возле микроавтобуса меня ждали шесть человек. По старинке Жанна с Николаем и ещё четверо, имён которых я не знал, но все они умели водить какую-либо технику.

До города добрались без происшествий. Вокруг сплошная лесополоса, погода, правда, плохая, небольшой дождик только усложнял моё дело. Благодаря картам, которые предоставил Яков, я понял свою главную ошибку первого захода: не нужно идти через весь город. Если штаб, склады продовольствия и медпункты находятся непосредственно в центре, то вот грузовики и часть другой техники немного отдалены от города, на территории гидроэлектростанции, просто с противоположной стороны.

Сделав крюк, мы приблизились к другой части города. Благодаря открытой местности и небольшой возвышенности смогли увидеть часть военного парка, а прямо за ним — речка со станцией. Колючая проволока и высокий забор были по всему периметру. Когда-то функционирующие вышки и блокпосты расставленные каждые 200 метров, в прошлом представляли реальную мощь.

Ещё раз проинструктировал сопровождение и вышел на дорогу. Первое, что бросилось в глаза, так это то, что почти на каждом блокпосту отсутствовали пулемёты и любое другое вооружение. Забор в виде трёхметровой бетонной стены с колючей проволокой сверху. Перелезть без нужного оборудования будет очень сложно, хотя надо сначала сами ворота проверить.

Ага, щас! И почему я не удивлён? Ворота оказались закрыты, и как их перелезть, я пока вообще не представляю.

Всё вокруг когда-то представляло собой настоящую мощь: пулемётная будка, противотанковые ежи, большие стальные ворота. Не удивлюсь, если поле перед стеной заминировано.

С улыбкой достаю пуговицу и царапаю одну поверхность. Орёл или решка?

Фиг знает, где что, но выпала чистая сторона – значит ,иду направо.

Долго шагать не пришлось. Через метров 350 я дошёл до края забора и повернул на другую его часть. Тут ситуация такая же: ровная бетонная стена и ни одного дерева или чего-то, что могло бы помочь перелезть. Пройдя ещё пару сотен шагов, меня вдруг осенило: для чего же мне мутация дана? Я же могу набрать скорость, прыжок, по сути, должен быть дальше и выше.

Пробные прыжки показали, что в высоту на метра два и в длину на все пять я спокойно прыгаю, но этого всё равно не хватает. Хотя, есть идея.

Беру мешки с песком и создаю из них подобие трамплина. Набираю дистанцию, активирую своё ускорение, иии... Колючая проволока где-то в двух метрах подо мной, а я лечу прямо в крышу деревянной курилки.

Бабах. В последний момент успел сгруппироваться и пробиваю своей тушкой тонкие доски.

Было громко, а ещё больно. Тут, кстати, я резко и осознал, что пора хотя бы кожаные накладки где-то достать.

Ладно, автомат в руки, встаю и оглядываюсь. Вроде бы никого не привлёк.

Как и было видно с бинокля, на защищённой территории имелось большое количество палаток и навесов для техники. Недалеко от моего приземления под маскировочной сеткой стоял зенитно ракетный комплекс Тунгуска М. Полезная машинка, но не для моей ситуации.

Прошёл немного дальше, заглянул в одну из ещё целых палаток. Лучше бы не заглядывал. Несколько упырей выбрали ее в качестве логова. В остальных палатках была похожая ситуация. Любого другого человека тут бы уже разорвали, а я как будто невидимый.

В большие палатки для людей я даже заглядывать не хочу, чисто ради интереса решил вернуться и залезть на одну из вышек. Надо было сделать это изначально, мне открылся вид всего лагеря, вон техника уже видна. Под навесами стояли военные мазы для перевозки солдат и несколько единиц бронированных машинок. А ещё в самой вышки под брезентом в ящике обнаружил старенькую СВДшку и несколько магазинов к ней. Разместив винтовку на спине отправился в сторону техники.

Быстрая проверка показала, что в большинстве горючка почти закончилась, Для меня вообще не вариант. Надо искать где здесь хранится топливо, но и тут будет проблема. Громкий звук мотора может разбудить упырей и тогда ни о какой заправке и речи не будет идти.

Спрыгиваю с БТРа и отправляюсь на поиски. Погода снова начала портиться, пошёл моросящий дождик. Осматривая палатку за палаткой и заглядывая под каждый куст, я постепенно вымок.

Ругаясь зашёл на второй круг, не может же быть такого, чтобы топлива не было. Подхожу к деревьям и использую прием рука лицо. Горючка нашлась неподалеку от сюда, зря обходил территории.

Огромные баки закапали под землю, а сверху положили железобетонные настилы с маскировкой, плюс за два года природа начала заново отвоёвывать свои владения. С дистанции это хранилище очень сложно обнаружить.

Однока проблема осталась: как вывезти технику больше одной единицы, если любое мое громкое действие поднимет небольшую армию?

Ухожу к воротам, пока разобрался как в одиночку без электричества открыть эти махины прошло минут 10. А дальше взяв рацию, связался со своим сопровождением в микрике и мы вместе начали думать.

Идеи были, но все они казались слишком безбашенными и больше смахивали на моё самоубийство. Например, чтобы я выманил упырей на ВОЗМОЖНОЕ минное поле и как-то при этом сам выжил. Или вывозил технику к воротам, а потом кругом, как и зашёл, возвращался. Всё бы ничего, только я невидим для их чутья, а не для зрения. В общем, поскольку я главный участник и рискую своей тушкой, то и конечное решение из всех предложенных принимать мне.

Я знаете тоже не пальцем деланный. Единственный нормальный вариант, где рискуют все, но и шансы есть — это принять бой. Озвучил свою идею, с упоминанием, что я достану патроны и какую-нибудь бронированную технику и стал ждать.

Не знаю что там происходило, но через десять минут со мной снова связались и согласились. По-быстрому обговорив план я стал действовать.

Склад с вооружением был закрыт, но сейчас мне это и не требовалось. Будки и некоторые небольшие кунги представляющие собой караулки, целые, а это значит, что внутри возможно будут стволы, не тронутые погодой. Но сначала к технике.

Как бы не хотел взять именно БТР, но все стоящие в разных местах были практически пустые, причем и в боезапасе, и в топливе, надеюсь они хотя бы на ходу, 2 балла отвечающему за них. Кстати видел ещё другие зенитно ракетные комплексы, также под маскировочной сеткой и даже несколько танков и САУ, находившейся рядом с самой станцией.

Единственное, что подошло под мои параметры и имело больше половины топлива и вроде бы полный боезапас с дополнительными лентами – это была потрёпанная МТЛБ, на которой я решил и ехать, но перед этим надо достать патроны и стволы.

На закрытом КПП, возле ворот во внутренней части, обнаружился ПКМ в хорошем состоянии и полным коробом. Там же лежал АК-74 и несколько полных магазинов к нему. Загрузив находку в бронетехнику продолжил поиск.

Автоматы на земле даже не рассматриваю, за 2 года без ремонта они бесполезны.

Помня, где нашёл СВД, решил ещё полазить по вышкам, ну, потому что нет у меня желания бегать по палаткам с упырями. Я вроде как не бессмертный.

Не знаю как конкретно здесь развивались события, но почему-то из 5 вышек, которые я решил осмотреть, только в одной я нашел оружие, РПК с магазином на 45 и несколько дополнительных стали мне наградой. Только вот состояние у них не очень, но надеюсь постреляет.

Спускаюсь и продолжаю поиск. Дальше по очереди БТРы и остальная техника. Заглядываю в первый броневик, опа, плюс один АК-74У, на вид ему лет 30. Посмотрел на серию. Значит реально старичок, 78 год выпуска.

Дальнейшие поиски в самой технике принесли пару троек стандартных укороченных автоматов и по магазину к каждому из них. Так же нашёл в одном из пустых кунгов старые остатки трупа и рядом с ним западную М-16 с несколькими полными магазинами 5.56, плюс четыре гранаты РГД-5.

Больше времени искать нет, и так уже долго со всем этим провозился. Сложил всё в десантный отсек и прыгаю на место мехвода. Момент, запуск, пару секунд и старт. Машина проехала метров двадцать и заглохла.

Выругавшись, пробую повторно, заводится с первого раза и снова вперёд. На этот раз казалось бы всё отлично и снова глохну. Сука!

Третья попытка, твари уже покинули свои укрытия и бегут ко мне. Ну давай родная, не подводи, в слух обращаюсь я к МТЛБ

И она как будто меня услышала, тогда, когда мутанты подбежали, я уже мчался в сторону ворот.

Без особого труда доехал до своих.

— Ну, что, готовы надрать зад зубастым ублюдкам? — вышел я из машины.

— Как ты слишком оптимистично оцениваешь ситуацию. — парировала Жанна.

— А у нас есть выбор? Действовать в любом случае придётся, так зачем изначально настраивать себя на провал? — отвечаю ей.

— Аргумент. Убедил.

После ещё раз объяснил ситуацию и началась проверка вооружения. Быстрая чистка, осмотр и пробные выстрелы. Найденные стволы не подвели.

Теперь уже все вместе едим в направлении стен , не доезжая примерно километр, останавливаемся. МТЛБ с пулемётом ставим по центру дороги, ПКМ справа, РПК слева. Жанна с СВД на броне и 2 калаша рядом.

Честно скажу, ориентируясь на мой прошлой опыт, если на нас побегут сплошным потоком, мы загасим 110, ну в лучшем случае 140 упырей, остальные нас тупо задавят числом. И то, это при условии, что пулемёты не заклинят. Вот был бы здесь крупняк, тогда да. Но довольствуемся тем что есть.

Судя по лицам сопровождающих, как минимум половина понимала тоже что и я. Наши шансы зависят исключительно от удачи. Снова эта удача, вообще ничего без неё не проходит.

А дальше уже сажусь в микроавтобус и еду в сторону стен, не доезжая, разворачиваюсь и выхожу из машины с целью поставить 3 растяжки на разном расстоянии перед воротами. Удачно разместив их на разном расстояния залажу обратно и жму на звуковой сигнал.

Твари не заставили себя долго ждать. Практически сразу сработала первая растяжка; для меня это было сигналом, и я, продолжая жать на звуковой сигнал, вдавил педаль газа. В зеркало заднего вида вижу ещё два взрыва и целую толпу за собой. Вот уже заработала СВД, за ней через пару секунд застрочил станковый ПКТ, а ещё через мгновение подключились остальные стволы.

Проклятье! РПК, сделав десяток выстрелов, заклинил. Теряем драгоценные секунды!

По оговоренному плану заезжаю за броневик, выскакиваю и присоединяюсь к остальным. Калаши уже отстреливают вторые магазины. Пулемёты грохочут почти без остановки, но твари только приближаются.

Вот РПК расстрелял первый заклинивший магазин и уже вставляет второй, а я только делаю первые выстрелы.

Прочные шкуры упырей позволяют спокойно выдержать несколько попаданий из лёгкого пулемёта, а расстояние только увеличивает выживаемость. Часть мутантов решила обогнать своих сородичей по полю, но очень быстро разорвалась на минах. Всё-таки они там были.

Вот лента ПКМ закончилась, и стрелок ушёл на перезарядку. В этот самый момент я сам уже выстреливал второй магазин.

Твари всё ближе. Длинные очереди бьют почти без перерыва. Магазины от АК быстро меняются, пулемёт в МТЛБ уже начал перегреваться. Долго мы так не продержимся.

Вторая лента пулемётчика пошла в оборот. РПК за это время уже успел несколько раз дать осечку. После последней стрелок откинул непригодный ствол и взял в руки стандартный АК-74.

До упырей меньше 100 метров, а их ещё несколько десятков. Резко замолчал ПКТ: раскалённый и лопнувший ствол своё изжил. Надо что-то делать, иначе нам конец. Активирую свой дар. Теперь всё движется для меня с огромным замедлением. По очереди срываю чеку с последних двух гранат и кидаю в толпу упырей. Сразу же меняю магазин на "Ксюхе" и отключаю усиление. Долго я пока что удерживать его не могу.

Гранаты убили не меньше восьми тварей, а ранили и сбили ещё столько же. Одним нажатием выпускаю весь магазин в оставшихся тварей и снова ухожу в ускорение. Смена магазина, до тварей меньше 30 метров. Я вижу, как летят пули. Вижу, как Жанна на броне уже давно откинула СВД и сейчас медленно меняет магазин, как в глазах рядом стоящего человека читается неподдельный ужас: он понимает, что это конец. Для них прошло мгновение, а для меня – несколько секунд. Не отключая способность, иду навстречу тварям, выпуская полный магазин; пули с моего ствола такие же медленные, как и у остальных. Ещё одна смена рожка, и ещё один магазин уходит одним долгим нажатием. Голова раскалывается, и вдруг мир перед глазами гаснет.

Старый сон, мой старый родной отряд. Засада, бой, несколько убитых в первые секунды. Сквозь шум и взрывы слышу крик нашего снайпера, он что-то кричит о предательстве. Неожиданно рядом с ним появляется двухметровый залтис с мощным лазерным бластером и выпускает несколько выстрелов. Мощный лазер на близком расстоянии легко прожигает броник шестого класса защиты, и наш самый меткий стрелок падает на грязный асфальт. Сразу после этого десяток пуль из земных стволов устремились в пришельца, сняв его энергощит и продырявив во многих местах. Ящер падает на мёртвого товарища, но я этого уже не увидел, отвлечённый очередным взрывом, поворачиваюсь к остальным врагам.

Снова просыпаюсь от того, что меня обливают водой и дают лёгкие пощёчины.

Надо мной столпилось несколько человек из моего сопровождения, вроде все живы и даже без травм. Но где остальные?

— Серафим, ты кто вообще такой? Как ты это вытворил? С такой скоростью двигаться и менять магазины, я ведь рядом с тобой был, как ты это сделал? — с шоком спрашивает меня тот самый мужик, которому достался галимый РПК. — В любом случае, именно благодаря этим твоим действиям мы и вышли без потерь, я же ближе всего к ним был. С меня причитается!

— Сочтёмся ещё, а сейчас дайте воды, я как будто год не пил, и где остальные? — отвечаю и жадно полностью опустошаю протянутую бутылку.

В горле и правда пересохло, даже губы немного потрескались, а ещё чувствуется неприятная слабость. Похоже, я перенапрягся.

Встаю на ноги, ну как встаю, скорее пробую встать. Меня сразу занесло, и я чуть снова не упал, повезло, что подхватили другие и усадили под бронёй отдыхать.

Меня, конечно, порасспрашивали, но так и не получив внятного ответа, через пару минут отстали.

Взглянув на поле боя, я немного охренел. Мёртвых мутантов было очень много, трупы лежали на всей дистанции. А воздух периодически разрезали звуки одиночных выстрелов.

Переговорил с Жанной, узнал, что я пролежал в отрубе минут десять. За это время сопровождение успело разделиться на две группы. Одна стояла возле меня и приводила в чувства, плюс следила за окрестностями, а вторая добивала раненых.

Патронов, кстати, почти не осталось. У каждого примерно по одному, максимум по два магазина, поэтому добивание происходило одиночными, точно в голову. Во время боя один даже начал использовать М-16 с другим боеприпасом.

Долго мне полежать не дали.

— Ну что, отлежался? — спрашивает меня Николай. — Давай вставай и пойдём, пора и нам узнать, что ты там интересного видел.

Денис Пудовкин, в прошлом профессиональный оперативник управления "В", а сейчас главный в защите поселения, уже 15 минут тянет время во время переговоров с надеждовцами.

А ведь раньше все не было так смертельно. Да, их поселение переживало не лучшие времена, но с появлением странного человека по имени Серафим жизнь многократно усложнилась.

Как мужчина Денис его понимал, но как защитник своего поселения – нет. Этот человек с самого первого дня показался ему подозрительным, в его истории было много пробелов. Начиная с того, как он смог в одиночку убить всю команду работорговцев, и заканчивая тем, что он же смог пригнать из мертвого города БТР и БМП, из мертвого города, к которому даже приближаться опасно, не то что заходить и гулять.

И это не всё. Вчера поздно вечером, при появлении твари, которая никому ранее не была известна, он действовал так, как будто уже не раз сталкивался с подобным. Позднее странный парень объяснил, кто это и как с ним бороться, и даже сказал, как приготовить странную сыворотку регенерации, которая сразу подействовала.

Денис умел читать людей. По-другому в элитном спецподразделении никак, и вот сейчас бывший сотрудник управления "В" составлял для себя полную картину. Кем бы ни был Серафим, но он профи, это видно по взгляду, по хвату оружия и стрельбе, пусть он и пытается это скрыть.

Его история странника кажется правдивой, но Денис уже почти уверен, что это чистая ложь или только часть правды. У всех свои секреты, но этот человек – одна сплошная загадка. И даже София, дочь многоуважаемых родителей, молчит, хотя по ней видно, что что-то ей известно.

И вот сейчас из-за них поселение вынуждено отправляться в поход с минимальной техникой и практически без вооружения. Серафим обещал решить этот вопрос, но не предатель ли он? С ним отправилось шесть мощных бойцов, вдруг это все заранее хорошо спланированная ловушка, чтобы ослабить поселение и дать призрачный шанс на... странное чувство, надежду?

Нет, не может быть. Серафим похож на человека слова, он не предатель и на деле только пытался спасти ребенка, раз за разом повторял себе в голове Денис. Только вот есть ли теперь от этого смысл?

Сейчас перед частоколом стоит мощное подразделение, состоящее из БТРа, танка Т-72 и нескольких грузовиков.

Денис понимал, что шансов у них нет, поэтому в данный момент в БТР, пригнанный Серафимом, загружались все дети поселения. Как только начнется бой, машина стартанет и постарается вывезти их отсюда. Это хотя бы даст шанс на спасение. А они прикроют. Все мужчины и женщины сейчас держат оружие, они дадут время детям уйти, дадут, во что бы то ни стало.

На место стрелка в БТР посадили 16-летнего Славу, водителем стал 21-летний Егор, который на момент вторжения проходил срочную службу механиком-водителем БТРа. Парни рвались в бой, но со словами Дениса никто не посмел спорить. Вместе с детьми едут ещё пара женщин, местного врача тоже заставили зайти в бронетехнику: мёртвым лечение не нужно, а отдавать врагу полезного человека точно нежелательно.

Вот только долго они точно не протянут. БК почти нет, у каждого по одному, максимум по два неполных рожка. И даже БМП не поможет: снимать вооружение нет времени, а все, кто умел управляться с гусеничной техникой, сейчас с Серафимом.

— Денис, они окружают частокол, что будем делать? — спросил один из обороняющихся мужчин.

— Отправь по паре человек во все стороны, пускай до боя не высовываются: мы должны потянуть время, — без страха отвечает боевой лидер. Они обречены, но ему нельзя показывать страх. Люди смотрят на него, он пример, поэтому сегодня Денис примет свой последний бой как мужчина и как человек, до последнего защищавший своих людей.

Вот и всё, это конец. 15 минут он переговорами сдерживал надеждовцев от атаки, и вот это время закончилось. Дети должны были уже загрузиться, осталось только держать врага до предпоследнего патрона. А последний — для себя, ведь лучше смерть, чем жизнь в ошейнике раба.

Бах! Разорвал тишину выстрел танка, деревянный забор частокола разлетелся в щепки, отбросив всех, кто был рядом, и тут начался штурм. Поехал вражеский БТР, заработал башенный пулемёт, вокруг начали идти люди, поливая частокол свинцом.

Просунув автомат между брёвен, короткой очередью Денис убил ближайшего стрелка. Что ж, если суждено умереть, то он заберёт с собой как можно больше жизней.

Тут резко в заднюю часть башни танка прилетает ракета, а из-за лесополосы выезжают два БТРа и сразу начинают поливать из пулемётов надеждовцев в спины.

Не проходит и пары секунд, как вторая ракета поражает вражеский БТР. И тут Денис понимает: это ещё не конец, сегодня ещё повоюем!

Когда мы подъехали к стальным воротам, я приказал всем оставаться на местах, а сам пошёл на разведку.

На расчистку дороги от трупов с помощью тягача мы потратили ещё минут 30, и вот сейчас передо мной снова раскрывается военный лагерь. Только вот в этот раз разрухи гораздо больше. Твари бежали без разбора, легко разрывая толстую ткань и сминая стоящие кунги. Быстро прошёлся по территории и вернулся к своим.

Удача? Это мягко сказано. Нам несказанно повезло. Прочесав весь лагерь, мы в погребе обнаружили запасы консервов, а также нашли медицинский кунг в хорошем состоянии; часть медикаментов ещё можно было использовать. Во многих других палатках обнаружились инструменты и одежда, под одеждой можно было найти ещё и бронежилеты со шлемами. Помимо многочисленного оружия в палатках, с помощью техники вырвали дверь в подземную оружейку, и тут понеслось!

Ящики со смазанными АК-74 разных модификаций, пистолеты, несколько тяжёлых пулемётов, даже один крупнокалиберный, снайперские винтовки, разновидности РПГ, гранаты, подствольники и куча БК для каждой разновидности.

Но моё внимание больше всего привлекли отдельно стоящие серые шкафчики; открыв их, я присвистнул. Пора менять свой укороченный АК на нечто более продвинутое.

В шкафчике лежало пару-троек «Калашей» сотой серии, прицелы, подствольники, «Печенег» и даже одна укороченная СВД нового поколения. А ещё возле каждого ствола лежал броник спецподразделения 5 класса защиты с уже пристёгнутыми подсумками под магазины и гранаты, а на нём — боевой шлем с фонарём и прозрачным забралом. В общем, блеск! Поэтому я своих сразу предупредил, что один полный комплект с АК-103 под патрон 7.62 забираю себе.

А вот уже после полного обследования началась заправка и загрузка техники. Не скажу, что всё прошло без происшествий: несколько тварей выбежали под общий поток и попытались достать нас сами, за что и поплатились — теперь в каждой из них по несколько десятков дырочек.

В общей сумме на заправку и загрузку мы потратили почти 5 часов. Полностью заполнены два БТРа, два армейских МАЗа, наш микроавтобус и даже МТО-АТ; на этой подвижной мастерской настоял именно тот самый мужчина, которого я прикрыл во время боя. Аргумент: «Технику надо где-то и чем-то чинить» оказался настоящим аргументом.

Также была озвучена мысль переехать сюда и держать оборону здесь, но её сразу откинули. Слишком мало людей для удержания такого крупного объекта, да и на самой станции, скорее всего, тварей будет не меньше, просто шум из-за воды заглушил выстрелы. В общем, загрузив всё в транспорт, решили тянуть жребий, кто останется и закроет изнутри ворота, а потом, когда остальные через час приедут, снова их откроет. Техники мы планировали вывезти побольше, благо топлива тут было много.

Скажу без лишней скромности: я добровольно решил остаться. Но перед этим сходил за отложенным для меня комплектом. Чёрную горку с кожаными накладками, найденную рядом со шкафом, решил пока оставить, а вот броник нашёл своего нового хозяина. Пристрелял АК-103, нацепил подствольник, банку на 75 патронов и призматический прицел. Полный комплект.

Вообще была мысль взять «Печенег», ведь благодаря своей новой выносливости я вес оружия почти не замечаю, но, вспомнив, что никогда особо не ладил с пулемётами, всё-таки выбор пал на привычный АК.

Раскидал БК по подсумкам и снова обратил внимание на старую двустволку, закреплённую у меня на рюкзаке. Когда-то она мне спасла жизнь, а теперь даже избавляться не хочется. Может, ещё пригодится.

После недолгого разговора колонна из шести единиц техники выехала за территорию, а я, закрыв ворота, взял бинокль и полез на вышку рядом с воротами.

Погода ещё больше ухудшилась. Не прошло и десяти минут, как пошёл ливень. Хорошо хоть вышка была с крышей из шифера. Поэтому, удобно там разместившись на маленькой табуретке, от скуки стал смотреть вдаль.

Первое время ничего не происходило. Я уже подумал, что в такую погоду вообще бесполезно тут сидеть. Вместе с проливным дождём поднялся ещё ледяной ветер, даже не сказать теперь, что сейчас конец мая: ветер пронизывает до костей. Пришлось достать из рюкзака ещё одну горку, которую когда-то давал Софии.

За всеми этими действиями я пропустил появление новых персонажей, а именно: несколько мутировавших волков вышли из леса полакомиться трупами упырей. Не прошло и пятнадцати минут, как их стало десятка полтора, это не считая тех, кого мутация не коснулась. При этом поток прибытия не заканчивался. Уже начались драки между стаями, несколько особей даже на минах смогли подорваться.

По правде говоря, я уже начинаю беспокоиться. В ближайшее время должна подъехать моя группа. Они, конечно, при подъезде попробуют связаться со мной по рации, но с такой погодой не факт, что получится. А если они приблизятся: не меньше шести десятков особей их разорвут.

Была мысль гасить их отсюда, со стены, но эту идею я сразу откинул: рано или поздно они смогут её перепрыгнуть. Поэтому остаётся только ждать и надеяться, периодически пытаясь связаться со своими по рации.

Спустя три часа меня уже напрягали не вервульфы, а отсутствие моей группы. Даже дождь уже успел прекратиться, оставив после себя огромные и глубокие лужи.

Жду ещё два часа, и если моя команда не вернётся, попробую выехать отсюда сам.

При проверке техники многие образцы были в плохом состоянии. Самый идеальный сейчас вариант — это брать уже знакомую МТЛБ или МАЗы. Но не пришлось.

Через полтора часа я заметил, что мутанты начали расходиться. Троглодиты они ещё те. И тут то ли самый смелый, то ли самый умный мутировавший волчара решил подойти к трупам возле самих ворот, которые мы скинули на обочину.

Вот тут уже я напрягся, беру его в прицел и стараюсь не шевелиться. Но даже моя удача имеет предел: как только тварь вцепилась зубами в плоть, наши взгляды пересеклись. Видимо, она уже имела опыт с огнестрелом и сразу отпрыгнула в сторону на несколько метров, после попыталась завыть. Вот только ей это сделать уже никто не дал — тяжёлые пули из моего калаша прилетели ей прямо в морду.

Звук выстрела разнёсся по воздуху, и часть ближайших тварей развернулась в мою сторону.

А вот это очень плохо. Расстояние до них метров 300. Беру в прицел вроде как вожака стаи и жду его действий. Умный, зараза, понимает, поэтому, сделав вид, что меня нет, продолжил рвать плоть упыря, краем глаза наблюдая за мной. Только вот десяток особей, видимо, другой стаи, решили по-другому и отправились ко мне.

Длинная очередь в одного, потом в другого. Дальше, используя подствольник с осколочной гранатой, сношу ещё двоих. На этом моё преимущество в дистанции закончилось. Мощные прыжки волков позволили им практически перепрыгнуть трёхметровый забор. Мешала лишь колючая проволока.

Выношу ещё пару, и тут раздаётся сигнал с рации:

— Серафим, приём, всё спокойно, мы подъезжаем.

Твою ж мать, как не вовремя. Сношу очередью ещё одну тварь и слышу новый сигнал:\

— Мы слышим стрельбу, что бы там ни случилось? Держись, мы уже рядом!

Ох, как это мне сейчас не нужно. Сделав ещё пару выстрелов в волков, беру рацию и кричу:

— Стойте! Останьтесь в пяти километрах отсюда и не вздумайте сюда ехать! Я свяжусь с вами, как закончу.

В этот самый момент после многочисленных попыток несколько волков смогли допрыгнуть и уже перелезают через погнутую проволоку.

В мыслях ещё раз выругавшись, беру на прицел ближайшего и спускаю курок. Вот только три твари успевают перелезть и тараном сносят один из столбов, на котором держится вышка.

Падаю вниз, прямо в лужу, а доски — на меня сверху. Благо, большую часть удара принимает на себя рюкзак с броником.

Всё равно в глазах искры, но автомат из рук не выпустил. Появление первой твари я практически пропустил. В последний момент успел выставить ствол и нажать на спусковой. Пули легко пробили толстую кожу, обрызгав меня кровью. Ещё два вервульфа пытаются порвать меня с разных сторон. Снова активирую ускорение, перевожу дуло и выпускаю в упор несколько пуль.

Проклятье, не успеваю! Даже в моём ускорении последняя тварь бьёт лапами по броне. Сука, резкая и очень острая боль в рёбрах выводит меня из ускорения. Еле успеваю упасть, головой — огромная челюсть смыкается в миллиметрах от моего лица.

Этого мгновения хватило, чтобы я снова ушёл в ускорение. Теперь движение твари гораздо медленнее. Достаю нож и вонзаю вервульфу в шею.

Тварь сопротивляется. Очередной незамеченный удар лапой останавливает мою способность. Нож, как будто, даже урона не наносит. Свободной рукой я пытаюсь удержать вервульфа за шею, а левой продолжаю наносить колющие удары. Несколько раз челюсти твари были рядом с моим лицом, но каждый раз я успевал приложить дополнительные усилия и немного остановить тушу. Вот только поцарапать мутант меня всё равно смог, и прямо сейчас у меня со лба течёт струя крови, заливая глаза. Эти все действия произошли за несколько секунд. Как-то успеваю перехватить нож и вонзаю в верхнюю полость челюсти.

Вервульф заскулил и попытался языком вытолкнуть нож. Именно этого момента я и ждал. Отвлечённый мутант дал мне возможность войти в ускорение и достать пистолет. Две тяжёлые пули входят в череп, и мутант падает на меня.

Кровь заливает глаза. Засунув пистолет в кобуру, пытаюсь выбраться из-под тяжёлой туши.

Было нелегко. Боль в рёбрах отзывалась после каждого движения. Кое-как выбравшись, достал аптечку и протёр салфеткой лицо. После расстегнул броник и, приподняв, не вставая на ноги, снял его. Под горкой на рёбрах обнаружились многочисленные гематомы, но вроде бы переломов нет. А в подсумках на броне, на месте удара, остались лишь смятые магазины.

Всё-таки хорошо, что именно сегодня я решил надеть защиту.

Обработал царапины на лбу, взял автомат в руки и, с трудом поднявшись, пошёл в сторону второй, целой вышки, держа вату на порезе.

Забрался на башню, связался со своими и, сообщив, что горизонт чист, спустился открыть ворота.

Регенерация начала действовать, кровь уже остановилась, а через пять минут подъехал знакомый микроавтобус. Вышедшие из него люди сразу оценили место боя и попытались меня расспросить, вот только я сейчас мокрый, немного раненый и злой, поэтому им самим пришлось отвечать на мои вопросы. А именно: «Какого хрена они так долго?!»

Выяснилось, что Михаил решил уже сегодня зачистить поселение и отправил на его уничтожение и захват мощный отряд. Однако в момент атаки новая техника была недалеко. Жанна взяла командование на себя. Быстро оставив грузовики, все шесть человек приготовились к бою: четверо заняли два БТРа, а ещё двое, взяв РПГ, пошли немного кругом. В общем, если бы они не вмешались, поселение бы долго не простояло. А так, ударив в спину ничего не подозревающему противнику и взорвав технику, они смогли изменить итог боя.

А после маленькой победы они устраняли последствия боя. Даже сейчас у них цель — как можно быстрее забрать технику и уехать на защиту поселения.

Сейчас в одной из палаток меня осмотрели. Перевязали открытую рану на лбу со словами: «В поселении сразу к медику, нужно зашивать!» — и помогли заменить искорёженные магазины. О синяках я решил умолчать, и так насчёт регенерации глубокой царапины придётся что-то придумывать.

С большего всё полезное имущество мы вывезли в первой ходке, поэтому сейчас много времени на загрузку не ушло. И уже через полтора часа колонна из четырёх грузовиков, одной МТЛБ, микроавтобуса и зенитно-ракетного комплекса «Тунгуска-М» выехала к поселению. Насчёт последней в прошлом танкист Николай яро заявил, что справится с управлением. В принципе, если не считать пару сбитых палаток и одно поваленное дерево, он свои слова сдержал. И вот мы такие крутые едем обратно.

Михаил Александрович, глава анклава «Надежда», в последние дни был в очень плохом настроении. Волна неудач захлестнула его с головой, а ведь раньше всё было по-другому.

Ещё до вторжения он был крупным бизнесменом, владельцем корпорации, его продукцию закупали почти по всему миру.

Ещё с подросткового возраста Михаил обнаружил в себе талант: он легко договаривался с людьми. Всё началось со школы, когда за небольшие услуги отличники делали за него домашку, а учителя шли на компромиссы, но основной прогресс пришёл именно во время обучения в колледже. Небогатые родители были очень рады его поступлению на бюджет, хотя сам Михаил этого никогда не хотел, но увидеть улыбку матери и гордый взгляд отца многое для него стоило. Пусть он и не был гением в учёбе, но умение договариваться — очень важная составляющая.

Будучи старшим ребёнком в семье, Миша всегда знал лежащую на нём ответственность: в однушке ему, родителям и двум семилетним сестричкам-близняшкам уже тесно. Поэтому он принял решение переехать в общагу. Вот там и началась реальная новая жизнь.

С помощью этого же умения Михаил легко вышел на стипендию, но этого, понятное дело, было мало, и в дело пошла подработка. Так получилось, что в один из дней, когда он в очередной раз нёс еду в качестве курьера, решил сократить путь через лесок и увидел то, что не следовало видеть.

Человек в форме полицейского и со звёздами полковника совершал сделку на очень крупную сумму. И как это бывает в фильмах, случайная ветка раскрывает Михаила. Только его талант смог убедить здоровенных мужиков, что он может быть полезен. Полковник, услышав это, взял пацана к себе. И вот с этого момента и началась криминальная жизнь молодого парня с талантом.

Через этого полицейского по имени Владлен проходило всё: и оружие, и наркотики, и информация, и даже похищение людей с целью продажи в другие страны. Так получилось, что полковник разглядел в Михаиле своего человека, и дела юного парня пошли в гору. Семь лет он работал на Владлена, часто выступал от его имени. С помощью денег закрывал учёбу и через несколько лет получил диплом. Как бы то ни было, но родителей Миша любил и не хотел расстраивать. На заработанные деньги он купил им новую трёшку, начал помогать деньгами, говорил, что работает на богатого бизнесмена. А семья гордилась и верила.

Владлен научил Мишу многому: как обходить спецслужбы, как обманывать налоговую, да и в целом как жить в криминальном мире. Но через семь лет один из людей полковника по незнанию похитил сестёр-близняшек. Обычно девочек не трогают, чтобы дороже продать, но не в этот раз. Когда Михаил узнал, сестёр уже пустили по кругу. В ярости он пришёл к Владлену, но услышал лишь: "Издержки профессии, случилась ошибка, и ты сам знаешь, как это работает", — и тот просто положил стопку денег.

Когда Миша пришёл домой и увидел плачущую мать, он понял – это конец. Как, в принципе, и было понятно. Родители узнали о его бизнесе и что он сам организовывал с другими девушками то, что сделали с его сёстрами. После отец сжёг пачку денег, которую принёс Михаил, и выгнал, сказав никогда не появляться здесь. Больше у них нет сына.

После этого Миша впервые в жизни убил похитителей, а после и самого Владлена. Забрав огромную сумму денег, он уехал и со временем смог открыть свой легальный бизнес, который через несколько лет поднялся, а ещё через десяток вышел на мировой уровень.

Семья так его и не простила. Он следил за ними, пытался отправлять деньги, поговорить, но ответ был один: "Ты здесь никто".

И вот, спустя много лет, на землю вторгается инопланетная раса, и деньги перестают что-то значить. Вот тут и проснулись старые навыки: он смог объединить вокруг себя людей. Рабство и насилие только приветствовались. Почти за два года он создал свою империю. Но в последнее время ряд неудач бьет по его репутации.

Сначала неудачная операция в атаке на Залтисов с большой потерей ценной техники и людей. Потом, казалось бы, наконец-то нашелся толковый человек, оставалось только перекупить его, но нет же! Его бестолковый двоюродный племянник, который объявился еще до вторжения, все испортил. Надо было забрать у него ту девчонку. Он, конечно, профессиональный ловец людей, но мозгов у него как не было, так и нет. Мало того, что этот кретин подсыпал снотворное наблюдателю, которого он лично отправил следить за гостем, так еще и после смог упустить. А сейчас жрет обезболивающее и стонет, как баба, в лазарете.

Но, если судить здраво, Михаил и сам виноват: слишком безбашенной кажется задача, которую он рассказал Серафиму, и это огромный косяк. За последнее время местный лидер и вправду стал слишком самоуверен.

И вот недавно, рассудив и взвесив все факты, он принимает решение полностью зачищать другие поселения: всех людей – в рабство, а технику и оборудование – себе. Пора избавляться от гнойников. Но и тут очередная неудача. Одну из команд уничтожили прямо на дороге, освободив всех рабов. А потом оказывается, что это действия единственного поселения, которому дали выбор. Именно в нем спрятался тот самый Серафим с девчонкой.

Тогда Михаил приказывает взять когда-то мощное поселение силой. По его данным, там почти не осталось боеприпасов, а часть опытных бойцов для чего-то уехала в мертвый город.

Позже уже и им стало понятно, для чего. Только перед этим они потеряли всю штурмовую группу, усиленную танком и БТРом.

Как они достают технику из мертвого города, он не знал, но теперь ясно одно: в поселении появилась тяжелая техника и так не хватающие им в последнее время боеприпасы.

Михаилу доложили, что сейчас к этому поселению стекаются остальные мелкие группы людей, а сами поселенцы планируют бежать. Этого лидер надеждовцев допустить никак не мог. Его репутация и так уже подпорчена. Поэтому, кинув наводку союзникам, сел думать, какие именно силы отправлять на перехват.

Где-то на полпути встретили небольшую группу людей. Ну, как встретили. Спасли, скорее. В данный момент они стояли на двух старых пикапах и отбивались от вервольфов, шансы были далеко не в пользу людей. Пришлось немного пострелять. Позже выяснили, что они едут к нам. Вернее, ехали, но лопнуло колесо, и появились мутировавшие волки. Двоих сразу разорвали, остальные пытались держать оборону.

Как ни странно, Жанна и Николай их тоже знали. Километров в 35 от нашего поселения небольшая группа людей обустроила несколько домов в бывшей деревне и там жили сами по себе. А бегут, потому что надеждовцы устроили зачистку, и это уже известно всем в радиусе 50 километров, видимо, всем, кроме нас.

Глупо ли это? Очень, но мы взяли их с собой. По пути ещё встретилась машина, но при виде нас сразу же развернулась и на больших скоростях уехала.

Поселение встретило нас разрушенным частоколом и побитой техникой. Заехав на территорию, я сразу отправился к Якову.

— Принимай пополнение, как обстоят дела в данный момент?

— Честно говоря, лучше, чем могло быть, но пора уезжать, — отвечает мне Яков. — Благодаря твоему рецепту из "тени" многие раненые уже встали в строй. Мы потеряли несколько человек при последней атаке, но при этом к нам уже с разных мест подтянулось в общей сумме человек 25. Благодаря тебе теперь у нас хватает топлива, техники, БК и продовольствия. Сейчас остаётся лишь загрузка имущества и сам выезд, но и надеждовцы уже если не знают, то точно догадываются о нашем побеге, поэтому поездка будет непростой.

— Мы изначально знали, что это явно будет не курортный заезд, но меня беспокоит другое, а именно новые люди, — сажусь на знакомый стул. — Какой шанс того, что нам подкинули лазутчика и весь план пойдёт по одному месту?

— Как минимум пару человек я знаю лично, мы часто сотрудничали между поселениями, никто не хочет ходить в ошейнике, — отвечает мне Яков.

— Но всё же, предложи кому-то то, что он хочет, и он предаст остальных. Это обычная человеческая натура, — встал и, не спрашивая, подошёл к шкафчику с алкоголем, вскрыл хороший коньяк и, сделав пару глотков, продолжил: — Поэтому прямо сейчас нам нужно место, где нас никто не подслушает, оно здесь есть?

Яков был неглупым человеком, и мы сразу проследовали в соседнюю комнату без окон, предварительно закрыв все двери. Единственным условием было позвать Жанну, Николая, начальника по безопасности Дениса, снайпера Максима и Никиту, сына местного старосты. Также пришла и Арина, местный врач. Во всех этих людях Яков был уверен как в самом себе и настоял на их присутствии.

Когда все собрались, я начал свою заготовленную речь

— Итак, я знаю, что все устали и у всех куча дел, но сейчас расскажите мне подробно, как обстоят дела в поселении, — предвидя речь Якова, жестом его останавливаю и продолжаю: — Мне нужен полный отчёт по каждому направлению от первого лица.

— Кто ты такой, чтобы говорить с нами в таком приказном тоне? Тебе напомнить, что именно из-за тебя мы сейчас вынуждены бежать?! — грозно бросает в мою сторону сын Якова.

Очередной раз останавливаю порыв местного лидера и сам отвечаю:

— Я тот, кто достал кучу техники, БК, провизии и топлива из мёртвого города, тот, кто даёт вам возможность выжить, и тот, кто умеет воевать как с людьми, так и с тварями. Ещё вопросы есть? Давайте начистоту: ваше поселение доживало последние месяцы, это был только вопрос времени, когда вас либо убьют, либо закуют в кандалы. Теперь хотя бы появился шанс на выживание.

— Всё равно, кто тебе дал право командовать? Ты здесь никто! — не останавливался Никита.

— Люди по большей части собраны, осталось только загрузить всё в технику. С учётом того, что появились новые образцы и новые люди, нужно всё заново рассчитать, но с этим проблем не будет. Кур закроем в клетках и в ЗИЛ, в наш старенький КрАЗ пойдут овцы, коровы и несколько лошадей, также в армейские МАЗы. Еду распределим на каждый образец техники, чтобы не рисковать всем сразу. Утром, как и планировали, всё будет готово, — отвлекая на себя внимание, заговорил Максим, видимо, в отсутствие Жанны он выполнял роль завхоза.

Никита ещё раз попытался что-то сказать, но его перебил Денис.

— Благодаря вашим вылазкам в мёртвый город на данный момент мы имеем три БТРа, одну БМП, одну «Тунгуску» и один МТЛБ, но последний без пулемёта. На каждого бойца теперь есть АК-74, броник и шлем, также каждому будет выделен полный БК. Не как спецназ, конечно, но люди стрелять умеют. По сравнению с тем, что было, да и в целом мы представляем из себя хорошую мощь. Да и опыт у некоторых присутствует, водители для каждой техники уже подобраны. Стрелки тоже, также один из пришедших имеет навыки управления вооружением «Тунгуски». В плане боевой части к утру также всё будет готово.

— Отлично, что насчёт раненых и медикаментов? — обращаюсь я к Арине.

— С помощью твоего чудесного средства на ноги встали почти все, мелких травм и ранений, конечно, много, но критических уже нет. Многие, пусть и не с максимальной эффективностью, но уже готовы выполнять задачи. Вот только этот раствор закончился, последние капли ушли во время последнего боя.

Благодарю, Арин. Никит, я понимаю твоё негодование, но в данный момент мы все в одной лодке, а моя жизнь странника дала мне большой опыт в разных ситуациях. Поэтому давай не будем мериться, сам знаешь чем. Лучше скажи: у тебя есть что добавить к прошлым ответам?

Было видно, что сын старосты хочет продолжить, но разум взял верх над эмоциями, и он сказал:

— В данный момент вчерашний захваченный грузовик с кунгом как могут оснащают звукоизоляцией. Ранним утром мы погрузим ульи туда, ночью будет совершена предварительная подготовка. Максимальная скорость, с которой можно ехать, — 40 километров в час. Немного холодную температуру, надеюсь, поддержит выстроенный кондиционер. В любом случае для пчёл это огромный стресс, поэтому боя желательно избегать и добраться до места как можно скорее.

— Кто-то ещё хочет что-то добавить? — интересуюсь я. — Нет? Тогда слушаем, что я хочу поменять в нашем плане.

Если вам нравится первая книга, поставьте лайк и подпишитесь на автора:

https://author.today/work/478901# Вам не сложно, а для автора это стимул писать и поскорее выкладывать новые главы.

Глава 5

В 3:15 я уже стоял, готовый, в полном облачении: чёрная горка с кожаными накладками, тот самый броник и шлем из этого же комплекта, рюкзак с одеждой, едой, ружьём, патронами и прочей мелочью, АК-103 в руках со вчерашним обвесом и ТТ в кобуре. Напоминает старые времена: со своей группой я ходил в похожем снаряжении. В данный момент заспанные люди в суматохе выходили из своих домов.

Вчерашнее маленькое собрание затянулось аж на целых два часа, но во время него мы внесли много поправок. Как минимум, немного изменили наш маршрут, а также, вместо объявленных всем 6:00, выезд теперь в 4:00. И прямо сейчас я наблюдаю, как люди в суматохе выходят из домов и не понимают, почему их так рано разбудили.

Все вещи были сложены вчера вечером, самые сложные части – ночью. Улья с определёнными людьми загрузили полчаса назад. Сейчас у людей время умыться, быстро перекусить и в путь. Всё сделано так, чтобы шанс на слив информации был минимальным. У Якова ещё оказалась спрятана мощная глушилка, и даже рации в радиусе километра не работали.

Не став тратить время, зашёл к Софии. По дороге встретилась Ира, но, сделав вид, что меня не знает, ушла дальше. А почему? Всё довольно просто. Вчера она пробралась в мою комнату, разделась догола и попыталась залезть ко мне в постель, так сказать, отблагодарить за спасение от "тени". Не то чтобы я не хотел – гормоны никто не отменял, – но в данный момент мне было откровенно не до этого. Поэтому я её немного грубовато отшил. Пообижается и прекратит, а если нет, мне как-то по барабану.

Когда зашёл к Софии, она уже не спала и спокойно стояла возле окна.

— Ну что, мелкая, как рана? Готова к новому путешествию?

Девочка лишь немного кивнула.

— Эй, что случилось? Тебя кто-то обидел? — беру ребёнка за руку.

— Нет, всё хорошо, меня никто не трогал, просто... Просто это из-за меня всё это, ведь даже ты бы тут не появился, если бы я не напросилась с тобой. Это я во всём виновата и даже помочь не могу. Я же лечить умею, даже человека уже один раз зашивала, правда, там была лишь маленькая царапина, и мама смотрела, но всё равно, — при словах о матери девочка ещё больше расстроилась, но, взяв себя в руки, продолжила: — А из-за ранения я сама только вот сегодня смогла наконец-то встать без боли.

— София, ты не виновата. Мы, наоборот, даём этому поселению возможность улучшить свою жизнь. Ты, скорее всего, не знала, но ещё до нас они переживали не самые лучшие времена. А сейчас люди смогут объединиться и войти в состав более крупного и мощного поселения. Ты врач, твои знания и умения в нынешних реалиях дороже всего остального. Со временем ты сможешь развить их ещё больше и спасти десятки, а то и сотни жизней. Твоё спасение стоит всего этого, а этому поселению мы дарим возможность войти в новую жизнь, — сделав паузу, продолжил: — Не переживай, теперь у нас есть техника и оружие, сейчас мы сами много кому нож в пятую точку можем засадить.

Было видно, что девочка прислушивается к моим словам и старается им верить, но детский разум всё равно винит себя. А ведь я не врал. За одним потенциальным хирургом мой родной Анклав выставил бы небольшую армию. Врачей мало осталось, а толковых ещё меньше.

— Можно я поеду с тобой? Мои вещи — это то, что на мне, больше ничего нет, я много места не займу, — с надеждой в глазах смотрит на меня.

По правде говоря, я ждал нечто подобное, но этот вопрос выбил меня из колеи.

— Мы оборудовали отдельную бронемашину, там навешены опознавательные знаки и большие надписи "Дети". Тебе лучше ехать с остальными детьми, так безопаснее, — отвечаю я ей.

— Сверстники меня гнобят и обвиняют, говорят, что это всё из-за меня. А ещё у одной девочки вчера во время атаки погиб папа, пожалуйста, можно я поеду с тобой?

Я прошёл десятки битв, убил сотни тварей, сражался с людьми и с Залтисами. Даже имея закалённый характер, я понимал, что не могу отказать ребёнку.

— Ладно, помнишь тот микроавтобус, на котором мы приехали? Найдёшь его возле остальной техники, там, скорее всего, будет ждать несколько человек. Скажешь им, что место возле водителя твоё, потому что я так сказал.

— Спасибо большое! — радостно визгнула девочка.

Ещё пару минут мы поболтали, и я вышел. На часах без десяти четыре, люди уже грузятся в технику, но Якова нигде не видно. Недолго думая, иду к нему домой. Там стал свидетелем громкого спора между Никитой и его отцом. Немного подслушав, я понял, в чём проблема. Не стучась, захожу в дом. Две пары глаз сразу устремились в мою сторону, но мне как-то побоку, сразу с порога начинаю:

— Так, Яков, у нас не хватает одного пулемётчика для БТРа, поэтому у тебя есть два варианта: либо ты едешь добровольно, либо я привязываю тебя изолентой к сиденью, и ты всё равно будешь стрелять. Что скажешь?

— Серафим, ты понимаешь, я инвалид, грубо говоря, лишний груз. Я уже своё отжил, тут у меня пасека была, здесь полжизни своей провёл, я всему обучил Никиту, а сам не хочу никуда ехать, оставьте лучше мне здесь пулемёт, я их встречу и дам вам время, — говорит он мне.

— Пап, не надо, — умоляюще смотрит на него сын.

— Никит, неси скотч или изоленту. Яков, ты поедешь с нами, и это не обсуждается, — говорю и уверенным шагом направляюсь в сторону местного старосты.

— Так, стоп. Не надо меня ни к чему привязывать! Я сам могу принимать решения, и я его принял! — сопротивляется Яков.

— Обязательно, вот когда приедем, можешь хоть сам себя закапывать. А сейчас не сопротивляйся! — беру его коляску и качу к выходу.

Мне побоку, что он там говорит и как ругается, но оставлять человека, который мне помог, на верную гибель я не намерен.

Благо, когда довезли до техники, Яков замолчал и позволил посадить себя в башню БТРа.

Стоило отойти, как ко мне подошёл Никита с одной фразой: "Спасибо". Лёгкий кивок служит ему ответом, и я отправился к своему микрику.

— Командор, я, конечно, понимаю твоё желание, но лучше возле водителя буду сидеть я, как минимум, это более эффективно, — борзо встретил меня мужчина лет 35 с калашом.

Почти два метра ростом, накачанные мышцы, таких шкафами обычно называют.

Рядом с ним стояла, похоже, семья: мужчина, женщина и пацан лет пяти. Не все согласились отдать своих детей в бронированную и обозначенную для этих целей МТЛБ. Вот и сейчас один из этих примеров стоит возле машины и ждёт мою команду. Как и вчера было оговорено, каждый стрелок имеет броник и шлем. В моём случае их было двое.

— Я сам решу, что эффективно, а что нет, девочка едет рядом со мной, — говорю я. — Всю дорогу вы слушаете и выполняете исключительно мои команды. Никакой самодеятельности! Ты, — указываю я на того, кто с семьёй, — садишься справа и контролируешь правый сектор. А ты, — говорю борзому, — берёшь в салоне РПК с диском и садишься под люком, контролируешь левую часть и в случае боя вылазишь. Чтобы ни началось, без моей команды никто не стреляет, даже если перед нами взорвётся транспорт, всё равно ждём мою команду. Всем всё ясно?

— Как бы да, но… — пытается сказать тот, который первый начал со мной диалог, но я перебиваю и продолжаю:

— В микроавтобусе по бокам во многих местах приварены бронеплиты, но задняя дверь — картон, имейте это в виду. А теперь грузимся.

Спустя несколько минут большая колонна техники выдвинулась в путь. На часах 4:02

Время 5:30. Анклав «Надежда», комната местного лидера.

Михаил Александрович крепко спал, окружённый несколькими молодыми обнажёнными рабынями, как вдруг в комнату влетает его главный помощник — единственный человек, который вот так может потревожить его в любой момент без последствий.

— Михаил, у нас проблемы. Информатор нас обманул: они выехали гораздо раньше по другой дороге, минуя нашу засаду.

Мгновенно проснувшись, лидер надеждовцев начал двигаться прямо по телам в сторону одежды, игнорируя болезненные стоны девушек.

На то, чтобы одеться, у лидера ушло пару минут. Во время этого он уже раздал команды своему помощнику, и тот пошёл выполнять.

Идеально организованная засада с большим количеством техники провалилась, и он не допустит этого вновь.

Два часа мы неспеша катились кругом через просёлочные и лесные дороги, проехали от силы километров 55. Ночь — время тварей, но даже так я прям чутьем ощущал, что стоит нам выехать на трассу, как нас чем-то накроет.

Вот только про ночь слухи не с воздуха взяты. Все мутанты наиболее активны именно в эту часть суток, поэтому у всех фары и боковые прожекторы горели на максимуме. Боевая техника вращала башнями, а в каждой машине в открытые окна торчали стволы. Вылезать даже в люки настоятельно не рекомендовалось.

Но даже так без нападений и потерь не обошлось. Несколько раз мы подвергались атакам небольших групп вервульфов, но те максимум успевали сделать пару вмятин, как в них прилетало десятки пуль. Небольшому отряду тут не выжить, а на большую колонну мало кто рисковал нападать.

Также в пути неожиданно вылетел мутировавший кабан — здоровая трёхметровая махина с прочной коричневой кожей и огромными клыками. Такими можно тяжёлую бронированную технику переворачивать и разрывать. Повезло только, что его заметил стрелок БМП и сразу выпустил десяток 30-мм снарядов. И тут реально повезло: автоматы бы его не взяли, да что автоматы, тут даже пулемётами эту тварь будет сложно завалить.

Один раз даже пришлось остановиться, что делать категорически не рекомендуется. Сверху налетело что-то похожее на сову, только вот размах крыльев был метров 10, наверное. Даже я не знаю эту мутацию. Так эта тварь огромными когтями оторвала крышу и часть кузова у пикапа, а после опрокинула машину в кювет. Хорошо хоть люди отделались лишь синяками и седой головой.

Однако подстрелить её никто не успел: мутант оказался слишком быстрым и после неудачной попытки сразу поднялся в темноту. Выпущенные пули улетели в никуда.

На протяжении часа по лесу, чуть вдалеке, колонну преследовала какая-то шустрая тварь. Кто это, так никто и не видел, все замечали лишь движущиеся тени от фонаря. Словом, она так и не атаковала.

И вот долгожданные 6 утра — время, когда лес становится условно безопасным. Но в это время мы уже выезжаем на нормальную асфальтированную дорогу.

Ещё час прошёл без происшествий. За счёт того, что едем большим кругом, расстояние до нужного нам поселения увеличено. София и женщина с пацаном даже подремать смогли.

— Как-то подозрительно спокойно, — раздаётся из рации в нашем эфире.

— Согласен, меня тоже это очень напрягает, — говорит второй голос.

— А ну-ка, закрылись оба, а то ещё накаркаете! — затыкает обоих Денис.

Меня это тоже напрягало: слишком тихо. Если с тварями понятно, то вот отсутствие надеждовцев очень подозрительно.

Ну вот, сглазили.

— Сосна, ответьте, чёрт возьми! — уже третий раз звучит одна и та же фраза, относящаяся к разведывательному УАЗику. Вдруг резко раздаётся взрыв, а после — автоматная очередь. — Колонна, к бою!

Артур Стрельцов — обычный мужчина 27 лет. Ничем не примечательный, он пришёл в поселение Якова спустя несколько месяцев после его основания, легко вошёл в ритм, и жизнь вроде как начала налаживаться. Вот только спустя три месяца к ним присоединилась группа, где была она — рыжеволосая Ира.

Артура с самого детства привлекали рыжие девушки, а последние отношения у него были ещё до вторжения. Вот только все попытки не увенчались успехом: он её даже не интересовал. Она любила героев, храбрых мужчин, как в сказке, а Артур таким не был. Храбрым — да, но не героем. И вместо того, чтобы отпустить, он влюбился в неё ещё больше.

Неожиданно в поселении появляется некий Серафим, парень со своими секретами, опытом и навыками спецназа. Она сразу начала с ним заигрывать, а потом он её ещё от непонятной твари спас. Героем стал и технику как-то достал.

Вот только Ира его совсем не интересовала. Он это видел, а потом и убедился. Непонятный герой отказался брать её к себе в машину, а ещё до этого, когда она пришла ночью к нему в комнату и разделась, — отшил её. Артур тогда следил за ней и был уже готов влезть через открытое окно и заколоть этого человека.

Сейчас Артур сам попросился в разведывательную машину в напарники, ведь именно они принимают первый бой, именно они становятся героями.

Но он забыл один пункт: разведка в таких случаях умирает первой.

Сейчас они едут в нескольких километрах впереди от основной колонны, и вроде всё спокойно, как вдруг рация перестаёт работать, а ещё через несколько секунд по их автомобилю начинают работать с нескольких стволов с глушителями.

Водителя сразу убило, а в Артура, находившегося на заднем сиденье, прилетело три пули в броник и одна в плечо. Уазик полетел в кювет и перевернулся, оставшись лежать на крыше.

Раненое плечо залило бронежилет кровью, и, когда нападавшие открыли двери, Артур притворился мёртвым, и это сработало: враги лишь посмотрели и отошли.

Артур услышал лишь одну фразу: "Отлично, теперь ждём, через полторы минуты они должны въехать в зону обстрела".

Этой фразы хватило, чтобы раненый молодой мужчина осознал: если он сейчас что-то не сделает, то вся колонна попадёт в засаду. Притворяться больше нельзя.

Взяв волю в кулак, он подтягивает автомат и аккуратно смотрит в окно. Большое количество людей с разным вооружением прятались за деревьями. Рядом с машиной всё ещё стояла группа с глушителями, которая их и расстреляла. Именно по ним полетела граната Ф-1, а после взрыва длинная очередь из АК-74 ударила по людям между деревьев.

По машине сразу заработали из десятка стволов, и одинокий стрелок затих.

Последней мыслью Артура была лишь одна фраза: "Герой ли он? Безусловно, да, только вот награду он свою никогда не получит".

После команды Дениса "К бою!" тяжёлая бронированная техника разъехалась в разные стороны. Ещё пару команд из рации — и весь сектор, куда поехала наша разведка, оказался под прицелом тяжёлых стволов.

Остальная техника, в свою очередь, начала сдавать назад и разворачиваться. Но именно это спровоцировало противника: они поняли, что засада провалилась, и начали атаку.

В ближайший наш БТР из леса прилетела ракета от РПГ. Ещё одна, по счастливой случайности, ушла вбок, не касаясь БМП, а после начали работать пулемёты, но уже с обоих сторон. Наша техника начала движение, и ещё несколько ракет промахиваются.

В мгновение была продырявлена наша легковушка. Ближайший к врагу ЗИЛ тоже подвергся длинной очереди, но тут уже грамотный водитель вывернул и дал по газам. Мой микроавтобус находился чуть дальше, и нас задеть не успели.

Наша техника по приказу Дениса сдавалась назад, безостановочно поливая врага в лесу свинцом. Большая часть грузовиков и людей уже отъехала на условно безопасное расстояние. Вдруг резкий звук, и недалеко падает мина из миномёта. А за ней прилетает ещё одна, но обе никого не задели.

— Набирайте скорость, дистанция между машинами — минимум 70 метров, — продолжает отдавать приказы Денис. — Тяжёлая техника отходит, идём за колонной, продолжаем поливать лес, не дайте себя накрыть.

Ещё раз бабахнули миномёты. Они намеренно били по легкобронированным целям. Одна мина упала рядом с нашим КрАЗом, оторвав ему колесо и повредив капот. Одного ранило, но все выжившие перебрались в остановившийся рядом МАЗ.

Неожиданно с тыла подъехали запоздалые вражеские грузовики, перегородив дорогу. Они выпустили бойцов.

Мгновенно был расстрелян экипаж крайнего грузовика. Остальные, не зная, что делать, разворачивали технику бортами вбок и выходили с автоматами. Казалось, что ситуация патовая, но тут произошло то, чего никто не ждал.

Экипаж отступающей «Тунгуски» развернул технику и произвел несколько очередей по вражеским грузовикам. Эта мощная дура своими 30-мм пушками выпускает 90 снарядов в секунду. Вследствие этого техника превратилась в груду металлолома, а выжившая пехота, если и осталась, то в данный момент вряд ли сможет продолжить бой.

Ещё несколько команд от Дениса, и вся наша техника проезжает мимо искореженных грузовиков.

Все маршруты были изучены заранее. Снова мы переезжаем на лесную дорогу и делаем круг.

В результате этого боя мы потеряли 4 единицы техники, включая БТР-80, немного имущества и 9 человек. Двое получили ранения. Бонусом к этому была напуганная скотина. Враг потерял гораздо больше, но всё равно ситуация не очень.

В лесу, если кто-то нас и поджидал, то решил не атаковать, поэтому мы без происшествий почти доехали до моста и остановились в километре от него.

Я сам добровольно решил сходить на разведку, но, поскольку не все мне доверяли, со мной отправился уже знакомый Денис.

Вот так, вдвоём, быстрым шагом через лес мы и дошли до моста.

— Есть идеи? — спрашивает у меня шёпотом Денис, целясь из своего «Абакана» с оптикой.

— По нулям, — так же шёпотом отвечаю я.

Защита моста была приличной. Сразу с двух сторон стояли противотанковые ежи, настроены пулемётные доты с крупняками и так же, видимо, недавно подъехавшая тяжёлая техника: несколько БТРов, одна БМП и даже один старенький Т-62А. Без серьёзного боя не пройти. И это ещё не считая пехоты.

Вернулись обратно к своим и начали думать. Долго сидеть нельзя, люди нервничают, но и штурмовать мост слишком опасно. А ехать до следующего слишком долго, да и местность будет полностью неизвестная.

Решение мы приняли довольно быстро. С помощью «Тунгуски» и ручных ПТУРов будем бить врага. Рискованно ли это? Очень, есть шанс разрушить мост. Но мы готовы рискнуть.

Через 20 минут все были готовы. Экипаж «Тунгуски» и 10 человек, у каждого либо ручной ПТУР, либо гранатомёт, плюс 4 пулемёта, снайпер со СВД и пять стрелков. Я и Денис тоже вошли в эту команду.

Немного времени — и все заняли позиции, никто не светится. Сигнал, и "Тунгуска" с большого расстояния выпускает свои ракеты. Сразу за ней работает пехота.

Многочисленные взрывы сотрясли тишину. Враг не ждал такой атаки, ведь о ручных ПТУРах знал только определенный круг лиц. Как только их привезли в поселение, их мгновенно накрыли и перенесли.

А после мы начали работать из стрелкового оружия по выжившим. В этот самый момент на линию огня уже въезжала наша боевая техника и тоже открыла огонь.

Оборона перед мостом сломалась всего за несколько минут, и мы заняли позиции, продолжили обстрел по противоположной стороне, где всё ещё огрызались пулемёты.

Тут до меня дошло: атака в лесу, оборона здесь — всё сделано не с целью нас уничтожить. Их цель — повредить технику, заставить нас самих сдаться. Иначе нас давно бы уже чем-нибудь прижали.

Теперь я почти уверен: если бы мы поехали к другому мосту, то где-то там нас бы ждала в несколько раз более организованная засада, которую мы бы, скорее всего, не обошли. А сейчас, благодаря ПТУРам, мы смогли пробить оборону.

Все эти мысли пронеслись у меня за несколько секунд, и я схватил рацию:

— Берёза один и три, живо развернуться и катитесь в тыл, надо прикрыть нашу технику! — кричу я в рации двум оставшимся водителям БТРов и продолжаю, но уже к экипажу БМП: — Кактус, бери на броню людей и давай на мост, работай из пушки, надо закрепиться на той стороне! Все, кто рядом, быстро убираем ежи!

К выполнению приступила только часть людей, не все признавали моё главенство, но тут из рации доносится голос Дениса:

— Выполнять!

Оба БТРа стартовали в сторону нашего тыла, и уже через 15–20 секунд раздались первые выстрелы. Я был прав: в их плане было связать нас боем с обороной моста, а потом зайти со спины.

В этот самый момент мы уже отодвинули ежи, и несколько человек, считая меня, запрыгнули на броню. Резкий старт — и мы въезжаем на мост. По нам работают из пулемётов, но крупняк уничтожил стрелок БМП из пушки, поэтому лобовой броне вообще всё равно на остальные пульки.

Не доезжая до ежей, водитель снизил скорость, и мы спрыгнули с брони. Я сразу ушёл за колонну, и сделал это максимально вовремя, так как в то место, куда я приземлился, прилетела очередь.

Выставляю свой ствол и сношу высунувшегося врага с РПГ, дальше из подствольника выстреливаю в пулеметный дот, а после попадания кричу:

— Давим! — и, подавая пример, первый выхожу из укрытия и иду, стреляя в сторону противник

Михаил Александрович был в ярости: его организованная засада в лесу провалилась, да ещё и по глупости его же солдат. И это профи? Какие профи не добивают врага?!

В его планах не должно было быть мясорубки, всего лишь уничтожить бронированную технику, а остальных задавить огнём и вынудить сдаться. А что в итоге? Куча людских потерь с его стороны. Ещё и «Тунгуска» усложнила ситуацию, полностью отбросив план с вертолётами.

Сейчас ему доложили, что поселенцы уже закрепились на мосту и успешно его штурмуют, отбиваясь и от атак с тыла. И если с «Тунгуской» понятно, то откуда у них взялись ручные ПТУРы — нет. Информатор ни слова об этом не обмолвился.

Отпив успокаивающего напитка, Михаил взял себя в руки.

Раз они не хотят по-хорошему, значит, будем по-плохому. Остался последний план, и, возможно, он уничтожит всю колонну к чертям, но на это уже плевать. Главное, чтобы информатор выжил, уж слишком много он не сказал и должен поплатиться за это.

Последних нескольких врагов мы уничтожили без каких-либо проблем и, отодвинув ежи для нашей БМП, заняли позиции, начали прикрывать переезжавшую по мосту технику.

С этим тоже вопросов не возникло. Грузовики быстро перебрались на противоположную сторону. Вот и последний БТР с развёрнутой башней заехал на мост и погнал к нам.

Враг боялся повредить мост, вот только у меня этого страха не было. Как только БТР проехал больше половины, я взял у рядом лежащего трупа гранатомёт и произвёл выстрел в центральную опору моста. Чёткое попадание.

Полностью это мост не разрушило, но неслабо повредило. В ближайшее время без серьёзного ремонта эксплуатировать его не смогут.

Больших потерь это сражение не принесло: раненые были, но никого не убило. Однако с техникой появилась проблема. Один грузовик настолько повредили, что он уже еле едет. Основная проблема в том, что в нём находились овцы. А пара штук уже лежат дохлые.

Перегрузить испуганных животных — дело непростое, поэтому какое-то время пришлось тупо стоять на месте. А ведь до дружественного поселения всего 50 километров, а через 20 они уже обещали помочь.

В итоге мужики психанули и, взяв животных на руки, сами перенесли их в другой транспорт. Кому-то придётся потесниться. Не забыли забрать и тушки мёртвых: шерсть и кожу никто не отменял. И вот наконец-то мы двинулись дальше.

Я уже привычно занял место водителя в своём микроавтобусе. Только Софии в нём уже не было. Девочка решила быть полезной и перебралась в грузовик с ранеными. С её навыками она сможет помочь Арине, нашему врачу.

Долго ехать нам не дали.

— Колонна, стой! — раздалось из рации. — Смотрим в оба, перед нами поваленные деревья.

Пришлось тратить время на расчистку, хорошо хоть я сам в этом не участвовал. Меня как опытного стрелка оставили следить за периметром.

Я нутром чуял, что кто-то в лесу за нами наблюдает, но сколько ни вглядывался – никого заметить не мог.

Откинув деревья, колонна двинулась дальше, через полкилометра снова донеслось:

— Колонна, стой! Повторяем всё то же самое.

Эти действия повторялись ещё 6 раз, и тут кто-то не выдержал.

— Да они издеваются? Тут нет другой дороги?

— Эта единственная, — поясняет кто-то.

После этих слов из рации донёсся сплошной мат.

— А ну, закрылись! — рявкнул Денис. — Не засоряйте эфир. Делаем всё как и раньше, мы почти добрались.

Пока мужики расчищали дорогу, ко мне подошёл главный безопасник.

— Видишь что-нибудь?

— Пусто, кто-то там есть, — указал я направление, — но отсюда хоть глаз выколи, ничего не разглядеть.

— Это точно, у меня тоже ощущение слежки, мы сто процентов идём в ловушку, — признался Денис.

— Других путей всё равно нет, давай я возьму пару человек, и мы в лес двинем? Свяжем противника боем, может, что сможем узнать, — предпринял я попытку.

— Нет. Охранения и так мало, опытных ещё меньше. Все бойцы мне нужны здесь.

— Тогда давай на разворот. В любом случае идти в ловушку — такое себе, — продолжаю настаивать я.

— Толку? Обратно возвращаться, если только. Сейчас изменим порядок техники и двинем дальше. Смотри в оба. Если что, бери руководство на себя, — после этих слов бывший спецназовец удалился.

Как же я его понимаю, и врагу не пожелаешь быть на его месте. Впереди откровенная ловушка, но отступать нельзя.

Через 13 километров эти остановки каждые 500 метров закончились. Вот только никто уже не радовался. Все ждали чего-то плохого. И это "плохое" не заставило себя долго ждать.

Резко под направляющей БМП происходит взрыв, обе гусеницы слетают, а в замыкающий БТР прилетает ракета. Спереди и сзади выезжают грузовики и преграждают дорогу, вокруг по нам начинают работать стволы.

— Круговая оборона! — кричит в рацию Денис.

Машины поворачивают и пытаются создать стену. Вдруг в рацию кричит другой голос:

— Увози детей влево!

И тут резко в МТЛБ раздаётся выстрел, тяжёлая машина устремляется по полю в сторону противника, но где-то на половине пути она также нарывается на мину. Передняя часть вместе с гусеницей повреждены взрывом, машина встала.

Одновременно с бронёй по дороге стартовали два грузовика с прицепами и один с кунгом, именно в них находилась большая часть скота, а в последнем — ульи. Техника спокойно проехала рядом с противником, который уступил им дорогу и не стал стрелять.

— Вот теперь мы знаем, кто у нас крысы, — зло бросает в рацию Жанна.

А бой при этом продолжается. Нас давят с четырёх сторон, стрелок нашей БМП молчит. Огрызается только БТР и Тунгуска, которую спрятали в центр между машинами.

Я сам уже давно дал команду своему пулемётчику, и он пытается поливать врагов свинцом. Женщина с пацаном лежали живые под колесом, а я и ещё один мужчина отстреливались из-за колёс.

Врагов очень много, они расположились в лесу, установив множество пулемётных точек. Я едва успеваю вылезать, чтобы хотя бы сделать пару выстрелов. Под ускорением высовываю ствол и сношу ближайшего пулемётчика и рядом стоящих противников.

Ухожу из укрытия и вижу, как из шеи моего соседа с РПК течёт кровь. Чёрт, мы находились чуть дальше от остальной техники. Надо уходить в общий круг. Снова в ускорение, сношу несколько человек и громко матерюсь.

В лесу появляется крупняк. Тяжёлые пули насквозь прошивают автобус, чудом никого не задев. Ухожу в перекат и через разбитое стекло убиваю этого стрелка, но на его место через несколько секунд становится новый.

— Прикройте! — кричу я в рацию. — Бежим к машинам? — и, подняв женщину с ребёнком, толкаю их вперёд. Я и мужчина бежим прямо за ними. На полпути разворачиваюсь и начинаю стрелять, отступая назад, выигрывая время. Вот только этот мужчина, по моему примеру, делает то же самое. И это стало ошибкой. Огромной ошибкой. В мой бронежилет прилетает две пули, и я немного заваливаюсь. А рядом отступающему товарищу не так повезло. Помимо пуль в броник, ему ещё прилетело в бедро и плечо.

Твою мать! Ругаюсь я и выпускаю длинную очередь по противнику. Барабанный магазин — полезная вещь. А после беру раненого за лямки и тащу к своим, продолжая одной рукой стрелять от бедра.

Затащил, упал за колесо ЗИЛа. Тут рядом появляется Денис и кричит:

— МТЛБ с детьми загорелся, дети с женщиной выбрались, но сейчас лежат под броней между двух огней. Надо их вытаскивать. Ты как, в порядке? Мне там нужны все самые лучшие люди.

Быстро проверил свои ощущения, вроде цел, и отвечаю:

— Надо пробивать коридор, иначе нас задавят огнём!

— Сначала надо вытащить детей к нам, а там будем думать. Лучше умереть свободным, чем рабом! — отвечает мне Денис. — Пошли!

Перебежав по диаметру, я увидел горящий МТЛБ в метрах ста пятидесяти от нас. Дети в большом количестве лежат чуть ли не друг на друге, спасаясь от пуль. При этом с двух сторон работают стволы, и если с нашей по детям никто не стреляет, то те воспользовались ситуацией, перешли по направлению к броне так, чтобы с нашей стороны даже стрелять в их сторону боялись.

Но детей однозначно надо вытаскивать. Рядом находятся куча плачущих матерей и отцов, готовых кинуться на пули. Их останавливают только слова Дениса.

— Все всё знают, прикрывайте, — кричит бывший спецназовец. — Серафим, готов? Начали!

Мы оба рванули в сторону МТЛБ. Десяток стволов без перерыва начали бить из-за спины. Пару раз я включал ускорение и отклонялся от пуль. В последний момент успел толкнуть Дениса — свинец полетел дальше.

Оба достигли детей без происшествий.

— Как вы тут, малышня, никто серьёзно не ранен? — спрашивает он.

Куча испуганных глаз устремилась в его сторону, но вроде все целы. Быстро объяснив детям, что делать, мы по плану ждём, когда наши стрелки сменят магазины, сами же готовим гранаты.

Денис начал показывать на пальцах обратный отсчёт: три, два, один. Начали! Две гранаты Ф-1 летят навесом в сторону противника, и после взрыва мы стартовали.

Мой автомат на спине. В руках два самых маленьких ребёнка. Денис прикрывает, а мы бежим к своим. Я еле сдерживаюсь от использования ускорения. Пули свистят с обоих направлений, краем глаза вижу, как Денису попадает в плечо, но он не обращает внимания и помогает подняться упавшему ребёнку. Резкий взрыв, но мы уже за укрытием, опускаю детей и разворачиваюсь.

Денис на две трети пути, дети отстали, он вернулся за ними и сейчас полусидя прикрывает собой малышей. Расстреляв магазин, он берёт детей на руки и пытается бежать, но рядом взрывается подствольный снаряд, и осколок прилетает слева над тазом.

Это не останавливает бывшего спецназовца, и он кое-как продолжает движение. Ещё одна пуля вонзается в бедро, а другая — в броник и, похоже, прошила пластину, но даже это не убивает волю бойца.

Я на ускорении бегу к нему, вижу летящие в него пули, но понимаю, что не успеваю. Также вижу, что несколько из них должны попасть в ребёнка на руках. И тут произошло невозможное: такое чувство, что он услышал мои мысли и немного довернул корпус.

Не меньше семи пуль вонзаются в тело, и Денис начинает падать, но тут уже стою я, опоздавший всего на мгновение, ловлю детей и на таком же ускорении ухожу за укрытие. Сам словил в броник пулю, но на это всё равно.

Денис Пудовкин, бывший спецназовец управления «В», падает на твёрдую землю. До последнего прикрывал собой детей и ушёл из этого мира Героем.

А бой продолжается, нас осталось мало. Много убитых, а раненых ещё больше. Вражеский огонь не прекращается. Уже горит последний БТР, повреждена «Тунгуска», а мы продолжаем огрызаться. Но враг уже понял, что оборона почти пала.

Вот и моя вторая последняя банка с патронами опустела, в ход пошли стандартные магазины на 30.

Враг начал движение, неожиданно начинает работать пушка нашей подбитой БМП, разрывая всех людей рядом. Долго ей работать не дали. Несколько врагов забрались на броню, вскрыли люк и расстреляли выжившего стрелка.

— Они уже близко, — говорит появившаяся рядом Жанна, — вы как хотите, а я живой не дамся, — и кладёт рядом с собой гранату.

Я тоже продолжаю отстреливаться. Вдруг произошло неожиданное: где-то в небе раздался гул вертолётных лопастей.

— Они пехотой, что ли, не справляются? Решили ещё вертушкой под конец выпендриться?! — раздаётся чей-то голос.

Вот уже виден борт Ми-24, он идёт на снижение и...

Выпускает из своей кассеты неуправляемые ракеты прямо по пехоте противника. Пока опешившие враги приходят в себя, пилот заходит на второй заход и повторяет свои действия, а после набирает высоту и улетает.

Прямо за ним на дороге появляются два БТР-90. Своим разнообразием вооружения они несут панику в ряды врага. А ещё в лесу появились стрелки, которые также начали обстреливать надеждовцев, и как будто этого мало, на дороге появляется бронированный «Тигр» с пулемётом.

Через 5 минут всё было кончено: враг либо убит, либо в плену, либо сбежал — четвёртого не было.

БТРы остались держать периметр, «Тигр» поехал прямо к нам. Не доезжая, остановился, и из него вышел мужчина средних лет в полной амуниции, направившись к нам.

— Денис, знатно вас потрепало, надеюсь, выживших много хоть осталось? Нам ради этого пришлось нарушить приказ и поехать к вам на помощь больше чем за обещанные 30 километров, — подходя, сходу начал мужчина.

Никто не решался ответить, и тогда слово взял я сам:

— Спасибо за помощь, но Дениса больше нет, погиб в этом бою, — немного промолчав, добавил, — с кем я говорю?

— Командир спецгруппы поселения Восток. Позывной Барсук, так меня и зови. Как погиб мой товарищ? — отвечает и спрашивает он.

— Прикрыл собой детей. Поговорить мы можем и потом, у нас много раненых и толпа напуганных детей, вы нам поможете? — выхожу я из укрытия.

— Ради этого мы и приехали, — говорит Барсук и делает знак своим людям.

Дальше под прикрытием оцепления к нам подъехало ещё пару старых «буханок» скорой помощи, и оттуда вышло несколько человек в медицинских халатах. А после подъехали ещё тягачи.

Врачи помогли раненым, многим сказали, что нужно оперировать, но это уже в самом поселении. Конкретно мне вправили одно ребро. А потом к нам подошёл Барсук и со словами: «Дальше мы сами», всех выживших посадили в подъехавший большой автобус и под прикрытием одного БТРа и уже знакомого вертолёта повезли в поселение. Кстати, Яков жив, немного обгорел за пулемётом, но жив.

Из всех людей в нашей колонне выжило меньше половины. Если бы не много прибывших в последние сутки, мы бы вряд ли доехали. По технике я не знаю, Барсук ещё добавил, что его люди перехватили грузовики со скотом. Хоть что-то хорошее, блин.

о поселения ехали недолго. Лесополоса сменилась длинными полями, где недавно было что-то посажено, и вот, через какое-то время, показался четырёхметровый бетонный забор и колючая проволока. Возле въезда — вышка и пулемётный дот с крупнокалиберным оружием, а чуть в стороне торчит башня старого танка Т-55, с полностью закопанным в землю корпусом.

Когда мы подъехали, в автобус зашёл человек в лёгком полицейском бронежилете и в форме охранника. Посчитав людей, он дал добро на проезд.

Само поселение находилось на территории завода или какой-то фабрики с многочисленными складами. Большие ангары были переоборудованы под другие нужды. Вдалеке видно несколько ветроэлектростанций. Всё было более-менее убрано, также заметил работающих людей, строящих какую-то постройку, но самое главное: никаких ошейников или следов рабства.

После въезда наш автобус остановился возле невысокого здания. Там, под присмотром двух охранников, нас заставили выйти из автобуса и сдать всё оружие и снаряжение под роспись и имена, с условием, что вернут на выходе.

Раненых пропустили вперёд, а потом на другой машине увезли. Дальше нам зачитали общие правила поселения и повели в один из ангаров.

Я пытался скрыть ПМ и нож, но после металлоискателя пришлось выложить всё на стол.

Пока мы шли, я сразу приметил вдалеке ряды посаженных саженцев, а за ними, похоже, теплицы, но сказать сложно — расстояние приличное. Также обратил внимание на патрульных, которые смерили нас внимательным взглядом. С безопасностью, похоже, тут всё прилично: как минимум, эти охранники также в брониках, с рациями, в кобурах пистолеты, а в руках уже привычные «Ксюхи» АК-74У.

Внутренняя часть ангара, в который мы зашли, была переоборудована в жилые помещения. Небольшие комнаты из досок и фанеры, ко всем проведено электричество. Всё это было построено в два этажа. Похоже на принцип общаги. Большая общая кухня, левее от входа, с газовыми плитами, на которых сейчас пару женщин что-то готовили, даже водопровод имеется. Туалеты, правда, похоже, на улице, или я просто их пока не вижу.

Пройдя по длинному серому коридору, нас завели в одну большую комнату. Это помещение было построено по принципу армейских кубриков. Также стояло большое количество двухъярусных кроватей и по маленькой тумбочке возле каждой из них.

Эту комнату нам выделили до утра, а завтра, после индивидуальных разговоров, людей распределят и переселят. Сопровождающая нас женщина и мужчина сказали, что у нас есть примерно час, потом за нами придут. Выходить нежелательно, только если в туалет, который на улице, куда я сразу и направился, по дороге разведывая всё вокруг.

Открылась фанерная дверь, и из комнаты вышла женщина с грудным ребёнком. Люди живут небогато, но и неплохо; по крайней мере, все чистые, ухоженные и явно не голодают.

Обычные деревенские туалеты были расположены сбоку от ангара и грамотно огорожены декоративными кустами. Пока шёл, обнаружил ещё одну интересную особенность: во многих местах были выведены камеры видеонаблюдения.

Хотел пройтись вокруг ангара, но ко мне подошёл вооружённый охранник и попросил вернуться в комнату.

Сходил по малой нужде и вернулся в кубарик. Там, оставив первый ярус для детей, запрыгнул на второй и задремал на скрипучей кровати.

Мне снилось прошлое, далёкое прошлое, день вторжения, если быть точным. Тот самый день, когда я в последний раз видел свою семью. Мы тогда с девушкой ушли на свидание, с той самой девушкой, которая после стала для меня всем. Тогда я ещё не был солдатом, впервые меня стошнило от расчленённых трупов и впервые убил человека. За этот день наша жизнь, как и жизнь всей планеты, кардинально изменилась.

Проснулся я в крайне плохом настроении: голову забило прошлое, и если с родителями и сестрой я смирился уже давно, то воспоминания о своей невесте... Прошло уже почти полгода с момента нашей последней встречи. Интересно, как она там, жива ли вообще, нашла ли другого? Тогда, в январе, мы поругались из-за ерунды, а потом я ушёл на задание и не вернулся. Для неё я, скорее всего, уже мёртв.

От воспоминаний меня отвлёк голос уже знакомой женщины, которая попросила пойти за ней, а сзади пристроился охранник.

Всё это время люди ждали моих действий. Меня, похоже, негласно объявили лидером, и только после того как я встал и пошёл в сторону дверей, остальные подтянулись следом. Это полностью незнакомое поселение, и они стараются держаться рядом с тем, кто по-настоящему сможет защитить.

Минут десять ходьбы, и мы прошли в длинное здание из досок. Видно, что построено оно сравнительно недавно, и от него тянуло вкусным запахом еды. Когда мы зашли внутрь, подозрения подтвердились: это был аналог местной столовой. В пристройке рядом, полагаю, большая кухня, а вон буфет и местные кассы.

Нас попросили выстроиться, и по очереди мы получили полноценный ужин: котлета, рис, немного овощей и чай с хлебом. Вкусно, скажу я.

Дождавшись, пока все поедят, нас повели в постройку возле какого-то цеха. Одно могу сказать точно: тут раньше был небольшой завод по производству железобетонных изделий, а прямо за ним — склады и ангары для общих целей, которые сейчас переоборудовали под новые реалии. Судя по запаху и звуку вдалеке, похоже, сюда ещё перевезли оборудование лесопилки.

Деревянная постройка представляла собой дом, разделённый на два участка: мужскую и женскую половины. На крыше стояли большие баки с водой, подогреваемые солнцем. Судя по дыму из самого здания, вода подогревалась дополнительно огнём.

Кайф, нас ждёт баня с душем! Надеюсь, моё предчувствие меня не подведёт.

Нас сразу попросили долго не задерживаться, ведь вода тут для всех. Эх, облом.

Кстати, запасную одежду у нас не забирали, из рюкзака пришлось выложить только оружие, боеприпасы и средства связи. Всё остальное под присмотром охранника я тогда собрал и сложил обратно.

В бане всё-таки мне пришлось задержаться: прилипшая грязь с кровью никак не хотели отлипать. Зато теперь я чистый и красивый, плюс вкусно пахну. Прям мачо.

На выходе переоделся уже в знакомую зелёную горку, которую мне в последний вечер постирали добрые женщины, и чистое бельё. Грязные вещи мы сложили в предоставленные пакеты, а насчёт стирки объяснят всё завтра.

Дальше нас вернули в кубарь отдыхать.

Ночь прошла скучно, в лежачем положении. Утром нас по одному или семьями начали подзывать на собеседование: сначала к одному, потом к другому. Мне сказали заходить в конце. В среднем на каждого уходило минут 15-20. На первом пробивал психолог, на втором всех подробно расспрашивали о прошлом и настоящем, а после подбирали нужную профессию.

Поселение живёт по принципу коммунизма, ну или его отлаженному подобию. Всё в руках коммуны, люди все работают на благо этой самой коммуны, плюс получают за это местную валюту.

Вот только ни на одно, ни на второе собеседование я так и не попал: меня вызвал к себе местный лидер этого огромного поселения на индивидуальную беседу. Везёт же мне, блин!

И вот я уже с сопровождением стою возле кабинета бывшего директора этого завода. Неудивительно, что именно его выбрал местный лидер.

Захожу в приоткрытую дверь и наблюдаю картину: офисное кресло, мягкий диванчик, стол, разные офисные шкафы, кулер с водой. Красиво, в общем. А возле окна стоит мужчина средних лет восточной национальности и смотрит вдаль. Он первый и решил начать диалог:

— Признаться честно, я ожидал тут увидеть совсем другого человека, но судьба — злая тётка, и вот ты вместо него. Поэтому здравствуй, зови меня просто Геннадием и давай подходи к окну, тут потрясающий вид.

Когда я подошёл, мне открылся реально отличный вид: отсюда была видна большая часть поселения, весь быт людей. Вдалеке ещё разглядел большое количество солнечных батарей и загоны для скота.

— Твои люди очень хорошо о тебе отзываются, хотя ты и заварил всю эту кашу, — продолжил он.

— Это не мои люди, — парировал я.

— Но это не отменяет сути: в данный момент они верят и готовы идти за тобой. Думаю, их судьба тебе тоже не безразлична, раз ты бросился спасать их детей. Кстати, как к тебе обращаться?

— Я Серафим. Почему вы нам помогаете?

— Приятно познакомиться, Серафим. Давай чайку выпьем, видимо, разговор у нас будет долгий.

Местный лидер нажал на кнопку на столе, и через 5 минут нам принесли горячий чай с сушками. Всё время, пока ждали, мы молча смотрели в окно, а потом продолжили.

— Как думаешь, сколько в поселении человек? — спрашивает меня Геннадий.

— Мне говорили, что где-то четыре сотни, но по тому, что я наблюдаю, тут минимум в два с половиной раза больше.

— У тебя очень устаревшая информация. Точное число я тебе называть не буду, но скажу, что нас ещё больше. Видишь ли, чем больше людей, тем мы сильнее, тем больше шансов на нормальное будущее, поэтому мы принимаем всех, кто готов следовать нашим правилам и работать на благо коммуны, — сказал он мне.

— Жильё, вода, еда, одежда, боеприпасы и топливо. Это всё мы должны будем отработать? — спрашиваю я, ведь этот вопрос меня интересует сейчас больше всего.

— Хочешь знать то, что мне доложили мои люди насчёт вас? — отвечает вопросом на вопрос он мне.

Дождавшись моего кивка, продолжает:

— Наши правила тебе должны были уже рассказать: всё принадлежит коммуне, хочешь больше или что-то исключительно своё — работай. Так вот, после последней стычки ваша колонна потеряла много людей, также сильно повредили технику, но несмотря на это вы привезли много полезного.

— Например? — поднимаю взгляд.

— Куры, овцы, козы, несколько гусей, пара коров и лошадей, даже три улья с пчёлами чудом уцелели. Не все, конечно, доехали: например, обитатели пяти ульев не пережили дорогу, но это уже огромный вклад. Помимо этого, наши механики смогут восстановить вашу БМП и большую часть грузовиков. Отдельное спасибо за «Тунгуску» и МТО-АТ, эти две машинки тоже подлежат восстановлению и очень нам помогут. Плюс к этому — провизия и ящики с боеприпасами. Вы уже внесли большой вклад и получите базовый набор нового поселенца. А это комната и немного денег на первое время.

— Понял, с этим тогда всё ясно. А что насчёт меня? Не просто же так меня удостоили такой чести?

— А насчёт тебя у меня есть индивидуальное предложение: вступай в мою гвардию. Судя по тому, что мне о тебе рассказали, ты легко пройдёшь в спецгруппу. А это в первую очередь — очистка города от мутантов. Хорошую комнату и зарплату гарантирую, а вместе с этим — почёт и уважение от поселенцев. Там нужны такие люди, — деловито отвечает мне Геннадий.

— Не сочти за грубость. Это, конечно, всё классно, но с таким предложением ко мне могли обратиться и люди поменьше должностью. Вон, потерявшему сознание в БМП Николаю предложили тоже место в гвардии, только водителем этой самой машины. К чему мне такие почести? — задаю ему этот вопрос, ведь мне это реально интересно, хотя и догадываюсь.

— Думаю, ты и сам догадываешься. О твоих походах в мёртвый город мне уже известно. И нам бы очень пригодился человек с таким талантом. Мы живём за счёт того, что потихоньку зачищаем город от мутантов и выносим всё имущество. Упырей там гораздо меньше, чем в мёртвом городе, и это вполне возможно.

— Спасибо за честность, но я, пожалуй, откажусь. Готов заплатить за временный простой, а дальше снова в путь. Жизнь странника такая, — отвечаю ему.

— Так ты из этих, гуляешь по опасному миру в поисках приключений?

— Всегда мечтал путешествовать, а тут такая возможность: ни штрафов, ни виз и остальной рутины. Сказка, короче, — с наигранной улыбкой облокачиваюсь на спинку.

— Странный ты человек, Серафим, а впрочем, по большей части все, кто называют себя странниками, такие. В любом случае я должен был попытаться. Тогда другой вариант. Помоги с тремя моментами. То же самое, что ты сделал в мёртвом городе: надо достать некоторые вещи или поделись опытом, как ты это делаешь, и тогда мы сами. Взамен дам бронированный «Волат», полный бак и канистры с топливом. Согласен?

В общем, поболтали мы ещё минут 45, обсудили разные вопросы и просто поговорили о жизни. Например, о том, что у них с Михаилом и его приближёнными война, но идти в атаку бойцы "Востока" не смогут, поэтому находятся чисто в обороне. Кстати, предложение вполне нормальное: Геннадий готов обеспечить прикрытие и компенсировать все расходы. Взамен просит вынести некоторые вещи из города и, само собой, тот обещанный гонорар. Я в любом случае планировал задержаться, поэтому согласился. Лидер "Востока" спросил насчёт рёбер, но, получив утвердительный ответ, сообщил, что через день я могу подходить к казармам.

После Геннадий рассказал, где получить документы. По его словам, у меня будет свободный вход и выход с территории поселения, а на ближайшие 25 километров я могу по чистоте вызвать помощь. Почему только 25 километров? Потому что именно эта зона вокруг контролируется ими, и там можно встретить патрули. Вот на этой ноте мы и попрощались.

На то, чтобы сделать документы, ушло минут тридцать. На входе меня встретила миловидная девушка с каштановыми волосами до плеч, стройная, с бюстом не меньше третьего размера – мечта многих мужчин.

Время за интересным разговором пролетело быстро. В конце девушка приклеила мою фотографию, сделала пометки об уровнях допуска и вручила мне документы.

Вышел я из здания в приподнятом настроении: у меня ещё полтора дня, поэтому нужно себя чем-нибудь занять. Рёбра всё ещё побаливают, идею с выходом пришлось откинуть. А знаете, что обычно делают туристы в незнакомом городе? Вот и я лучше похожу по территории, осмотрюсь, плюс по магазинам надо сгонять.

Как и ожидалось, магазин работал в одном из ангаров, вся продукция – по фиксированным ценам от руководства поселения. Для постапокалипсиса выбор был немаленький. Всё полезное из города, что не нашло своего места, продавалось здесь для общих нужд.

Отделы разделены тонкой фанерой, бери что надо и плати на кассе. Отдельно находилось только оружие и боеприпасы. Оно находилось в свободной продаже, но носить его без последствий разрешалось только определённым людям, всем остальным – исключительно в специальных чехлах.

По факту мне ничего не нужно, всё есть в рюкзаке, поэтому я только обменял часть золота и вышел. Получил за драгоценности не очень много, но чисто на еду и жильё хватит.

После всех приключений в одном из ангаров я забрал свой ТТ из оружейки. Геннадий дал добро на ношение в кобуре, а с ним мне спокойнее.

Если я правильно прикинул масштаб поселения, где-то три километра на два. Причём люди занимали метров 700, остальное отвели под сельское хозяйство, животноводство и гаражи.

На многие объекты меня не пустили, больно и хотелось.

— Стоять на месте! — Через какое-то время слышу я голос мужчины за спиной.

— Да вашу ж мать! Четвёртый раз за последний час! У вас рации для красоты, что ли, висят? — развернувшись, взорвался я.

А что? Задолбали! Это уже четвёртый охранник, который подходит ко мне и просит документы. Видите ли, новое лицо со стволом. Бесят!

— Документы, живо! — опустил он руку на кобуру с пистолетом.

— На! — снова достаю их из нужного кармана. — Документы только выдали, а на первой и третьей страницах уже следы твоих товарищей. Можешь ещё свой автограф для кайфа оставить.

— Всё в порядке. Осталось только автограф поставить, — проверив, с улыбкой вернул он мне документы. — Давно здесь?

— Вчера прибыл.

— Так ты из этих. Говорят, вы надрали зад приспешникам Михаила, — любопытство охранника, похоже, вызвано молодостью: парню и двадцати трёх вряд ли было.

— Изначально да, а потом они нам. Ещё и ремнём по верху надевали, — сложив документы, ответил ему.

Лёгкий смешок служит мне ответом.

— Слушай, а где тут можно недорогой номер снять? — решаюсь всё-таки спросить местного.

— Вон там, — указал он рукой, — ангар под номером два. Только ты деньги считай и лишнего не давай: там управляющий та ещё скотина, даже нищего разденет и на улицу выкинет.

— Ух ты, спасибо, учту.

— Не за что. Ладно, иди, не бойся, кину на тебя наводку, охрана больше трогать не должна.

— А вот за это отдельное спасибо, — протягиваю руку.

— Сочтёмся, — улыбается охранник и принимает рукопожатие.

Так называемая ночлежка находилась в одном из жилых ангаров. Часть комнат сдавалась. Возле самой первой висела вывеска, где маркером были написаны цены за комнаты. Разница в числах большая, а описания никакого нет. Хоть наугад бери.

Рядом на кухне находились люди, вот к ним я и отправился.

Оказалось, что в данный момент за столом была целая партия. Четыре человека играли в покер на местную валюту. Не обращая на игру внимания, я подошёл к стоявшей рядом невысокой женщине лет сорока.

— Добрый вечер, подскажите, пожалуйста, к кому насчёт комнат обращаться?

— Здравствуй, новенький? Вон видишь того пухлого за игрой, вот он этим и заправляет.

— Спасибо. Долго они обычно играют? — задал я следующий вопрос.

— Да пока деньги не закончатся. Это уже стабильность. На тебя внимания тоже обращать не будет. Если хочешь быстрее – выиграй. По-другому только ждать.

Ещё раз поблагодарив женщину, я подошёл к столу.

Нужный мне мужчина сидел справа. Толстый, с несколькими подбородками и блестящей лысиной на голове. Рост, похоже, не меньше 1.80. Его пухлые пальцы слегка сминали карты, а взгляд был сосредоточен на игре.

Я пристроился рядом и стал наблюдать. Я был не единственный, поэтому вопросов не возникло.

За треть часа без денег ушли два человека. Последние ещё десять минут яростно сражались, но вот деньги уходят толстяку, и худой мужчина с матами встаёт и уходит.

Мухлюет, даже я это заметил. Колода одна, и определенные карты слегка согнуты по-разному. Странно, что я один это вижу.

— Ещё желающие есть? — громко с улыбкой произнёс пухлый. — Нет? Ну ладно.

Деньги мгновенно исчезли во внутреннем кармане.

— Добрый вечер, — подошёл я, — мне нужна недорогая комната на ближайшие трое суток.

— Вывеска висит. Называешь номер – получаешь ключ. Деньги вперёд, — окинул меня презрительным взглядом собеседник.

— Третья, — называю я номер и достаю нужную сумму.

Тяжело вздохнув, толстяк сходил в одну из комнат и принёс старый ржавый ключ.

— Деньги вперёд, — деловито сказал он.

— А как же открыть и показать? — с издёвкой ответил я ему.

— А ты не оборзел? — как-то очень быстро начал заводиться толстый.

— Ставлю цену комнаты на то, что ты с первого раза ключом дверь не откроешь, — кидаю я пари.

Ключ уже еле живой. Вот и проверим мою наблюдательность.

Пухлому ничего не оставалось, как согласиться. Тяжёлыми шагами он пошёл к нужному номеру. Дверной замок оказался в таком же состоянии, но ключ спокойно вошёл.

Поднатужившись, мужик попытался провернуть его, но оборота не было. Намеренно загородив своим телом обзор, толстяк слегка толкнул дверь, только после этого ключ повернулся, но поздно.

— Мухлюешь! Некрасиво порядочных людей обманывать, а вдруг остальные узнают? Такие слухи пойдут, сложно будет потом жить, — повернулся я кобурой к нему.

— Первые сутки бесплатно, за остальное плати.

К моему удивлению, мужик оказался с мозгами: прикинув, что кобура с оружием в свободном ношении доступна немногим, он сделал правильные выводы.

Заплатив на несколько суток вперёд, я зашёл в комнату. Ничего примечательного: железная кровать с матрасом и бельём, стол, табуретка и шкаф. На первое время сойдёт.

Вечером за территорией происходили похороны, если их так можно назвать. Тела погибших наших поселенцев привезли обратно, и часть людей с самого утра отправилась копать могилы.

Не то чтобы я был с кем-то в близких отношениях, но из уважения даже к тому же Денису пришёл. Много хороших людей погибло.

А после зашёл в местный бар. Красивые танцующие девушки, выпивка, музыка. Классно всё сделано. Надо немного расслабиться.

Взял литровый бокал пива, закуску и занял боковой столик. Через какое-то время в бар зашли знакомые лица. Максим с костылём, Яков с бинтами и на коляске, и Николай с перевязкой. Вся эта банда присоединилась ко мне, а потом подтянулись и остальные люди, с которыми мы приехали. Пиво сменилось напитком покрепче, но в хлам из наших никто старался не напиваться. То ли потому что типа траур, то ли потому что прямо при нас двух пьяных местных скрутили и увели. Непонятно.

Хотя и с нашими лёгкая стычка произошла. Когда я уже начал их своими называть? Так вот, танцующие девушки в топиках и коротких шортах были чисто для создания атмосферы, но никак не для большего. Несколько наших этого не знали, пришлось взять их под руки и оттащить, а потом ещё как-то убедить подоспевшую охрану, что такого больше не повторится.

В общем, время пролетело весело. Даже с местными познакомились, после этого выпивка пошла по новому кругу.

В свою комнату я вернулся к часам двум ночи и с грустью подумал, что поутру снова придётся сходить в ломбард обменять ещё пару цепочек. Ну а после завалился спать.

Глава 6

— Контакт! — доносится голос отставного майора, прежде чем очередь из плазменного пулемёта выжигает дыры на его теле.

Не проходит и нескольких секунд, как вокруг начинают подходить инопланетные ящеры.

Резко ухожу под ближайшее авто и выпускаю очередь. Пули разряжают энергетическую защиту и вонзаются в броню, но добить не успеваю.

— Гранаты и отходим на пять часов! — отдаёт приказ наш командир и, подавая пример, достаёт лимонку.

Через пару секунд во все стороны в ящеров полетели различные виды гранат. Десяток взрывов и снова крик:

— Пошли!

Резко встаю и, что-то почувствовав, сразу падаю. Плазменный луч, который предназначался мне, влетает в сзади вставшего товарища, прожигая его плечо насквозь. Боец вскрикивает от боли и пытается завалиться, но тут уже я снова встаю и ловлю его. Вместе мы начинаем отходить.

Одной рукой держу товарища, а другой от бедра добиваю магазин. Пули ушли выше, но ящер ушёл за укрытие.

— Давай брат, ещё немного! — Кричу я раненному в ухо.

Неожиданно ему в спину прилетает плазма, насквозь пробив заднюю пластину бронижелета.

Оглядываюсь и вижу: в теле товарища пятисантиметровое отверстие на уровне лопаток – мгновенная смерть. Пришлось отпустить тело и снова взяться за автомат. Свои уже отошли на метров двадцать в подобие ямки и прикрывают огнём. Бегу к своим, в подкате залетаю в ямку и вижу, почему мы остановились. Со всех сторон видны доспехи окруживших нас ящеров.

Поспал я до полудня, не знаю как работает моя мутация, но, похоже, за последние дни я вымотался очень сильно. Ещё и сны о прошлом в голову лезут. Не могу только понять связь между ними.

Немного ещё полежав, встаю. Быстро умылся в общих умывальниках и отправился в столовую завтракать или лучше сказать обедать. По дороге встретилась маленькая знакомая.

— Здравствуйте Дядя Серафим.— подходит ко мне София.

— Привет мелкая. — отвечаю я, — куда направляешься?

— В медицинский ангар, когда узнали, что я умею и могу, меня сразу определили туда на обучение. — Девочка на секундочку задумалась, а потом с улыбкой добавила. — Тут даже школа есть, меня туда тоже зачислили, но медицина всё равно важнее.

— Я смотрю тебе очень нравится, — отвечаю ей.

— Очень. Я наконец-то могу быть по настоящему полезной, — гордо заявляет ребенок.

— Как тебя заселили? — спрашиваю у неё и вижу как взгляд Софии помрачнел. — Так давай рассказывай.

— Тут сирот много. Меня заселили в комнату к ещё трём девочкам, вон там, — указала рукой на один из небольших ангаров, — они меня принимать не хотят, гнобят и ночью спать не дают, в этой комнате я самая младшая.

— Да уж... Не знаешь, есть ли там комнаты с остальными девочками куда тебя можно переселить?

— Есть, но мест там больше нет, я подходила уже к воспитателю. Они сказали: "со временем приживешься" — грустно ответила София.

— Эй, не грусти, я попробую решить этот вопрос. А сейчас пошли пожуём что-нибудь. — пытаюсь подбодрить ребенка.

— Не могу, у меня сейчас занятия в медблоке, надо идти. — при упоминаниях медицины девочка снова повеселела.

— Тогда не смею задерживать. Хотя подожди, — останавливаю я её и даю свои последние деньги. Пусть сирот тут бесплатно кормят и одевают, но лишними деньги не бывают.

Попрощался с Софией и пошёл в ломбард, снова обмен золота.

Надо найти тут временный способ заработка, иначе я такими темпами лишусь всех драгоценностей.

Под эти мысли я и "завтракал". Пришел к выводу, что подожду завтрашнего дела, а там уже будет видно.

После отправился за своим снаряжением. За чисткой оружия время пролетело быстро. Тряпочки и маслёнку предоставила добродушная охрана. Теперь хоть на парад можно идти.

Вечером забрал вещи из прачечной, вчера в последний момент успел занести. Позже переговорил с Яковым и остальными знакомыми и в девять вечера пошёл спать.

На следующее утро пришёл в назначенное время в своём полном облачении, только шлем в руках.

— Ты уходить что ли собрался или на задание? — слышу я весёлый голос Барсука. — Зачем тебе такой баул? Только энергию будешь тратить. Оставь всё на базе, мы туда и обратно.

— И тебе здорова Барсук. Да привык я уже. Хрен знает что может произойти, а так все своё всегда с собой.

— Разгрузи хотя бы половину для маневренности. Вон там БК возьми столько сколько нужно, и другой такой же броник, а то твой уже еле дышит. Столько попаданий выдержать – фартовый ты. Ещё минут 30 точно есть. Потом нужно будет поговорить.

В принципе я сделал как сказал Барсук, ну, частично сделал. Перецепил подсумки на новый броник, но рюкзак наполовину только освободил. Один комплект горки и часть еды оставил на базе, туда же положил и свой БК, взамен взял предоставленный, только два магазина по 30 оставил своих, мало ли что.

Через полчаса появился местный командир, и начался новый диалог, в котором он подробно попросил рассказать о моих умениях. Ничего нового ему не поведал, кроме того, что твари чутьём меня не ощущают. На что Барсук очень удивился, но, зная, сколько я достал техники, поверил. Вот только этот город полон жизни. Если в мёртвом всё живое съели упыри и впали в спячку, то в этом местная фауна кишит различными мутантами.

В сам город мы будем выдвигаться на бронированном «Тигре» в составе рабочей колонны: два мотострелковых отделения с БТР-90 и столько же грузовиков. Только они остаются в каком-то районе выносить имущество из дома, а мы оставляем технику и дальше двигаемся пешком.

Мы — это я, Барсук и ещё четыре спеца, которые с минуты на минуту должны подойти.

После мне выдали ПБС для моего «Калаша» и один рожок, помеченный красной изолентой. На вопрос: «Зачем?» — я получил ответ: «На всякий случай, тут чередуются бронебойные, разрывные и зажигательные патроны. Использовать только в самом крайнем случае».

А дальше в поле зрения появилось ещё четыре человека: трое мужчин и одна женщина, всем где-то от 25 до 30. Речь тут снова взял Барсук:

— Знакомься, моя и на какое-то время твоя команда. Общение по позывным, имена, если захочешь, узнаешь у каждого в личном порядке. Вон видишь этого крупного мужика с АЕК-999 — это наш пулемётчик, позывной Вата. Девушка с махиной ОСВ-96 — наш снайпер, зови Осой, она гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд. — В ответ на это дама улыбнулась, а Барсук продолжил: — У того парня, наверное, старше тебя будет, позывной Гром, он специалист по минам и взрывным устройствам. Последний — Лист, штатный медик. Ну, а меня ты знаешь. Вот вроде всё, у тебя, кстати, у самого позывной есть?

— Клим, — отвечаю ему.

— Здорова, Клим, — подходя, говорит мне пулемётчик отряда. — Значит, ты сегодня с нами? Уже наслышаны о твоих подвигах, вот только правдивостью что-то не особо пахнет.

— Не волнуйся, как и все новички, он, если что, спрячется за твоей огромной спиной, — с издёвкой произносит Оса.

— Оставить юмор, — останавливает начавшуюся игру слов Барсук. — У него есть таланты, которые нам очень помогут в ближайших делах.

— Командир, ты знаешь, мы не любим новичков в команде, они слишком быстро умирают, но раз ты говоришь, мы постараемся прикрыть его, — говорит Лист.

— Так, мужики и дамы, не нужно хоронить меня раньше времени, свои навыки покажу на деле, а там уже всё будет видно.

— Не конфликтный, значит, человек дела. Уважаю, — на полном серьёзе отвечает мне Вата. — Тогда добро пожаловать в отряд «Домино».

— Всё, познакомились по пути, а сейчас грузимся. Клим, давай за пулемёт на крыше.

До города добрались без приключений. По дороге встретился вооружённый патруль поселения. В отличие от мёртвого города, в этом хорошо заметны следы людей. Многие здания полностью вычищены, даже двери с окнами сняты. На многих домах красной краской нарисован X, видимо, обозначающий уже вынесенные здания.

Проехав километра полтора, мы остановились возле какой-то серой девятиэтажки. По дороге несколько раз охраняющие БТРы производили короткие очереди по осмелевшим мутантам, но было видно, что этот район регулярно чистится местными силами.

Грузовики подъехали к дому, оттуда посыпались люди. Тяжёлая техника встала по обе стороны, и по четыре вооружённых бойца с каждого отделения отправились проверять подъезды.

Оставив бронированный «Тигр» под охраной, мы отошли в сторону.

— Напоминаю: идём к уже привычной восемнадцатиэтажке, чистим её, если нужно, оставляем Осу для прикрытия и выдвигаемся в указанную точку. Через 300 метров территория мутантов. Клим, ты в центре с Осой в паре. Я и Гром направляем, Вата и Лист замыкаете, пять метров между парами. Всё ясно? Тогда пошли. — Командует Барсук.

Так, почти вплотную к домам, мы и выдвинулись. На свободном пространстве две группы прикрывают, одна перебегает.

Вдруг Барсук поднимает кулак, и все остановились, после команды аккуратно подошли к нему. Прямо напротив лежал труп упыря, и его поедали какие-то мутировавшие грызуны. Даже непонятно, от какого животного они появились. Хвост крысы, морда хомяка, густая слегка розоватая шерсть. В общем, жуть.

Очередной знак, и мы идём в обход. Но и тут загвоздка: даже я увидел яркие красные цветы, которые выпускают галлюциногенную пыльцу, как правило, растут на трупах, а потом переходят на землю.

— На прошлой неделе их ещё не было, — шёпотом говорит мне Оса.

— Гром, пометь место на карте, отправим сюда бойцов с огнемётами и ищем новый путь, — так же тихо произносит Барсук.

Разворачиваемся и снова меняем направление. И тут я что-то ощущаю и резко на ускорении разворачиваюсь, выставляю ствол и выпускаю длинную очередь в спрыгивающего из окна третьего этажа упыря.

Пули вонзаются в тело, и тяжёлая туша, потеряв свою траекторию, падает рядом с Ватой. Вот только тварь не умерла: упав на землю, она отталкивается лапами и бросается в сторону бойца. Именно в этот момент я и убедился в профессиональности группы: упырь только оттолкнулся, а в него уже летят пули из двух других стволов.

— Спасибо, — благодарит нас Вата.

Ещё минут десять мы шли без серьёзных приключений. Интересно, сколько времени пройдёт, прежде чем человечество снова сможет вернуть эти места? Мне кажется, очень много. А ведь прошло всего пару лет.

Местная фауна также впечатляла. Город живёт своей жизнью. Удивительно, что на нас до сих пор никто не кинулся. А ведь за это короткое время мы успели увидеть немало различных мутантов. Но все они были на доступном расстоянии от наших позиций.

Могу отметить, что у каждого существа разная область ощущения людей. Если у упырей аж целых пятнадцать метров, то у тех же вервольфов от силы пару метров будет. И то не у всех.

Очередная остановка. Перед нами несколько синеватых кроликов, по колено каждый. Условно безопасные и травоядные, они — основная пища для местной фауны. Но вот когда на них с дерева спрыгнула большая белка с пятисантиметровыми когтями, я резко понял, откуда у меня позаимствована скорость.

Кролики стартовали так, что обычным зрением виден лишь силуэт перемещения. И только активировав своё ускорение, я понял, что они обладают такой же способностью. Однако одной особи всё равно не повезло. Спикировав сверху, мутировавшая белка полоснула когтями всё тело по длине, после схватила ещё живую тушку и потянула на дерево.

Эти действия привлекли упырей, несколько тварей появилось рядом. Поняв, что добыча упущена, они чутьём обнаружили мою группу.

— Контакт, четыре упыря на 12 часов, — говорит в гарнитуру Гром.

— Два на пять часов, — также предупреждает Лист.

Дальше группа сработала сама. Головняк отработал по передним, замыкающие — по флангу. Оса, в данный момент держащая в руках пистолет-пулемёт с глушителем, начала осматривать окна.

Я же на секунду замешкал, но вовремя пришёл в себя и начал помогать со стороны фронта.

Барсук с Громом уже положили двоих, я же начинаю бить по третьему. Шустрая тварь пытается бежать зигзагом, ловлю лапы в прицел и выпускаю очередь. Мутант спотыкается и падает, ещё очередь в морду добивает её. Барсук, в свою очередь, уже также добил четвёртую.

Сзади Вата и Лист легко разобрались со своими.

— Воздух! — осведомляет всех Оса и начинает поливать из ПП-2000 по мутировавшим и теперь всеядным голубям.

Мутация лишь увеличила им размеры, улучшила когти и изменила пищеварительную систему, а ещё усилила клюв. Теперь им черепа как орешки можно раскалывать. И прямо сейчас небольшая стая летит прямо на нас.

Все шесть человек начинают бить в воздух. Вот только магазин ПП быстро закончился, а остальные не успели сменить на своих АК-12. В итоге через несколько секунд по птицам работаем только я и Вата.

Длинными очередями, практически без остановок, разряжаю свою банку. Рядом Вата с бесшумным пулемётом продолжает поливать мутантов. Перезарядив магазины, остальные присоединяются, но уже поздно. Вата сносит последнюю птичку, и она, вслед за несколькими десятками собратьев, падает вниз.

Смена магазинов, и выдвигаемся дальше. Если в обычное время сто метров можно пройти чуть больше чем за полминуты, то сейчас, стараясь избегать всех мутантов, у нас могло уйти минут десять. И вот наконец-то долгожданная восемнадцатиэтажка.

Заходим тактически: один держит лестницу, остальные поднимаются и проверяют. И так все восемнадцать этажей. Ладно, я с мутацией на расслабоне поднимаюсь, но как это делает Оса со своей винтовкой и остальной экипировкой, я вообще не представляю.

В старом, изрядно повидавшем сером подъезде никого не обнаружили, но были видны сколы и засохшие следы крови. А потом и Гром сказал, что растяжки сработали.

На лестнице между двенадцатым и тринадцатым этажом была импровизированная ловушка. Сваренные между собой куски арматуры на верёвке падали с потолка и насаживали несчастного. Она, кстати, сработала на ком-то, да и на лестнице засохшая синеватая кровь.

— А дальше аккуратно, смотрим под ноги, Клим, ты особенно, — предупреждает Гром.

Ещё встретилось пару растяжек. В самом конце вообще двустволка, направленная на проход, с леской.

— Мощно тут всё у вас, — не удержался я.

— А то, — гордо отвечает специалист по взрывчатке. — Ты ещё не всё увидел.

И тут передо мной открывают квартиру. Войдя в неё, я аж присвистнул. Помещение было переоборудовано: чистый схрон и места под отдых. На входе ещё несколько ловушек, не знающего легко продырявят.

— Пятнадцать минут на отдых и зарядку магазинов, потом идём на крышу, — командует Барсук и направляется в одну из комнат.

Квартирка оказалась трёхкомнатной: в двух диваны и кровати, а в последней запасное БК, провизия и оружие. Когда-то тут был сделан евроремонт. Огромное количество различной техники и разнообразных ламп украшали всю квартиру.

Присев на диван, я принялся заряжать банку патронами. Пришлось потратить на это всё отведённое время. И вот мы на крыше.

Потрясающий вид заражённого города открылся сверху. Даже без оптики во многих местах была видна местная фауна. Вон упыри кого-то загоняют. А там какие-то мутировавшие насекомые. Вдалеке что-то очень похоже на заражённое дерево.

— Тут раньше было логово летающей огромной твари. Ох, сколько она нам проблем доставила, ты даже не представляешь, — поделился со мной Лист.

— И как избавились от неё? — спрашиваю его.

— Да по старинке: нагнали технику и задавили крупняками. Но силища у неё огромное было, БТР даже перевернуть смогла. Ты, кстати, аккуратнее будь, в этом городе большой зоопарк раньше был, много зверья мутировало и расплодилось, — продолжает рассказывать медик.

— Спасибо за совет, учту, — вполне честно отвечаю ему и хочу задать следующий вопрос, но меня опережают.

— Так, сейчас время 12:15. До четырёх твари наименее активны. Оса, как всегда, прикроешь сверху и ведёшь нас. Доходим до спортивного комплекса, и дальше Клим — твой выход. Надеюсь, ты не соврал насчёт своего таланта, — командует наш командир, и ничего не остаётся, как подчиниться, оставив свои вопросы на потом.

После фразы Барсука я взглянул на нужное нам здание. До него было метров пятьсот. Снайпер легко прикроет. Вот только в самом здании я буду один. Мне, конечно, сообщили цель и что там ждёт, но всё равно страшно.

Внутри создали себе логово охотники. А это уже не мутировавшие животные, а целый иноземный вид. Создания, ходящие на двух полусогнутых лапах, в человеческий рост, с немного вытянутой челюстью, частично прикрыты шерстью, а местами — тёмно-фиолетовыми пластинами. Обладают огромной живучестью и регенерацией. Их нужно сразу добивать в голову или в костяной нарост на спине, на крайняк — расчленять, иначе регенерация даже полсотни отверстий от пуль за несколько минут затянет.

Из оружия — 30-сантиметровые когти с ядом, вызывающим мгновенный паралич. Ещё и стаей охотятся. Единственный плюс, что эти твари активны только ночью. Днём, если не потревожить, они спят. Вот именно в это логово мне и нужно будет зайти.

А самое ироничное, что даже неизвестно, есть ли смысл. Поселенцы нашли упоминание, что, возможно, в это здание свезли много полезных вещей. Типа, в спорткомплекс никто не полезет. Это мне и нужно будет выяснить.

Спуск с крыши занял немного времени, и мы начали путь до нужного здания. Под прикрытием опытного снайпера дошли сравнительно быстро. Один раз только Оса произвела выстрел в разбитое окно третьего этажа, и, судя по звукам, кого-то там задела.

— Так, Клим, мы будем на крыше вон той серой пятиэтажки. Здание будет просматриваться с трёх сторон. Если вдруг что — вали оттуда нафиг, а мы постараемся прикрыть. Задачу помнишь? — спрашивает Барсук.

Дождавшись моего кивка, он продолжил:

— Оса, что по окнам?

— Никого не вижу, давайте на крышу, и начинаем операцию, — с азартом отвечает девушка.

Пока я стоял возле подъезда и осматривал здание, в которое мне нужно будет зайти, группа зачистила лестничные пролёты и открытые квартиры в доме, а после растянулась на всю крышу.

После недолгих переговоров я ещё раз перепроверил свой АК, взял его на изготовку и отправился к центральному входу.

Когда-то красивые стеклянные двери были разбиты. Уже на входе меня встретили следы от когтей на стенах — так охотники помечают свою территорию. Аккуратно переступая осколки, добрался до будки охранника. Компьютер, стол и всё, что в прошлом на нём стояло, сейчас представляло собой лишь груду сильно поломанного хлама.

Чуть в стороне, под огромным слоем пыли, висел стенд с фотографиями когда-то лучших спортсменов этого места. Все двери, которые сейчас попадали в моё поле зрения, были либо настежь открыты, либо выбиты с петель.

Не стал долго задерживаться и пошёл дальше. По плану это здание имеет несколько подвальных помещений, оборудованных под разные нужды, плюс места для различных секций, четыре этажа с блоками и несколько площадок для волейбола и баскетбола. Также в этом комплексе присутствует небольшой бассейн.

Чтобы обойти все помещения в прошлом, потребовалось бы немало времени, а сейчас даже предполагать страшно.

По договорённости я должен выходить на связь каждые пятнадцать минут. Меня будут ждать до шести вечера, и если я не объявлюсь, группа уйдёт. У меня на всё часа четыре.

Начну с первого подвала и против часовой стрелки, снизу вверх, буду осматривать помещения. В гардеробе решил включить фонарик на шлеме и уже идти с ним.

На стенах хорошо выделялось большое количество порезов, а вокруг лежала обломанная мебель. Первый спуск по отдельно стоящей лестнице, и я упираюсь в закрытую на замок дверь. Фанера, выбить легко, но и шуметь не хочется.

Логически, либо у охранника, либо на вахте должны быть ключи, поэтому снова поднимаюсь и начинаю открывать все возможные шуфлятки — пусто. Дальше поднимаю весь хлам, и только в самом низу нашлась связка помеченных маркером ключей.

Спускаюсь, снова трата драгоценного времени. Пока разобрался с надписями, пока нашёл ключ... Всё слишком долго.

Медленно открываю дверь и свечу фонарём. Ничего интересного: боксёрские груши, лапы, маты, но не то, что мне нужно. В самом помещении дверей я больше не обнаружил и вернулся наверх. Время потрачено зря.

Ещё два туалета, подсобка и какой-то кабинет не дали нужного результата. В принципе, неудивительно.

Захожу в раздевалку, поворачиваю в душевую и чуть не нажимаю на курок: охотник в полусидячем состоянии спал рядом со входом. Чёрная морда, чем-то напоминающая морду игрушки у мягкого медведя, придаёт твари образ милоты и безопасности, вот только длинные когти сразу говорят об обратном.

Вот сейчас можно было бы воткнуть нож в костяной нарост на спине — самую слабую точку твари. Только если тот успеет рыкнуть, сюда сбежится вся стая.

Стараясь не шуметь, разворачиваюсь и захожу, судя по помещению, в фитнес-зал. Выхожу из него через другую раздевалку и шагаю дальше. Поиск продолжается. Уже произошёл первый выход на связь, и скоро будет второй.

Ещё один какой-то зал в подвале. Теперь либо вверх, либо прямо по одному из двух коридоров. Выбираю подняться на второй этаж, но, обнаружив там огромный тренажёрный зал с раздевалками и несколькими спящими «милашками» с когтями, поспешил спуститься.

Если думать логически, то если и будут здесь что-то прятать, то, думаю, точно не на верхних этажах. Ну или я просто на это очень надеюсь. Не хочется мне осматривать все помещения. Во всём здании может быть до полусотни охотников, а ещё плюс гнездо, которое на их территории точно где-то есть.

Эти создания оставляют потомство в одном месте, а потом всей стаей охраняют его. Вообще желания нет нарваться на эти ясли.

Пути теперь два, и оба через длинные коридоры. Выбираю один из них и начинаю движение. По дороге осмотрел несколько пустых коморок и пару входов в раздевалки. Не знаю почему, но ещё один охотник обнаружился спящим именно в душевой.

В волейбольный зал я заглянул совсем ненадолго. Слишком много дверей, похоже, поиски могут затянуться не на один день.

Выхожу обратно в коридор, и тут мой взгляд падает на лестницу, ведущую в очередной подвал. По ней кого-то тащили, причём сравнительно недавно: кровь ещё свежая, но трупный запах тянется аж до сюда.

Нужно осмотреть подвал, это понятно, вот только жить тоже хочется. Кое-как собрав волю в кулак и предупредив группу прикрытия, я начал медленный спуск.

Тащили явно не человека, слишком много крови. Выбитая дверь лишь придавала устрашения, а запах стал уже практически невыносим. Шаг, ещё шаг, резко захожу, держа автомат перед собой.

«Твою ж!» — еле сдерживаюсь я. Десятки остатков тел разных животных. Шлейф крови был то ли от мутировавшей лошади, то ли такой же коровы, уже непонятно.

Быстро осветив все помещения фонариком, я обнаружил целых шесть спящих охотников. Эта миссия всё больше и больше перестаёт мне нравиться.

Аккуратно и медленно поднимаюсь, смотрю, откуда тащили тело. Разбитое окно обнаружилось почти сразу же.

На этом осмотр первого этажа первого блока закончился.

Дальше — или вверх, или в блок с бассейном, или вернуться и пойти в следующий, с футбольным и баскетбольным полем. Единственное, что радовало, так это то, что на всех полях были высокие потолки, а сами верхние этажи имеют гораздо меньшие помещения.

«Сейчас бы вспомнить прошлое и поплавать», — подумал я и отправился к бассейну. Дверь оказалась закрыта на ключ, но нужный нашёлся в общей связке. За ней меня встретил коридор из синей плитки. Желание поскорее выйти к воде только усилилось. Это место казалось безопасным: не было ни следов когтей, ни каких-либо признаков другой жизни. Как будто очутился в прошлом.

Вот наконец-то уже вижу дорожки. На удивление, даже спустя два года вода ещё находится на приличном уровне и не подверглась новой фауне. Само помещение выложено из красивой плитки. Так и тянуло снять с себя всё и спрыгнуть в воду. Тут так жарко, ничего же не будет, если я искупаюсь разок? Надо и для себя ведь жить. Поставил автомат, снял рюкзак, начинаю расстёгивать броник, и тут резкая боль в висках выводит меня из наваждения.

На рефлексах врубаю ускорение и отталкиваюсь назад. Сделал это максимально вовремя: ещё бы мгновение, и какая-то тварь, похожая на здоровенного слизняка с большими усиками, сомкнула бы челюсть с моей плотью.

Чёртов менталист. Теперь мне открылся настоящий вид помещения. Все стены и вода в какой-то зелёной слизи, разбитые окна, через которые заманивали жертв. Вокруг — куча костей разных тварей. А этих созданий тут я вижу минимум штук шесть, и, похоже, их ментал не действует на охотников, а они, в свою очередь, почему-то тоже нейтральны.

На весь этот анализ у меня ушло меньше секунды.

Автомат рядом с тварью, ещё пятеро ползут в мою сторону. Хватаюсь за пистолет, но потом убираю руку: охотники гораздо опасней. Набираю разгон и запрыгиваю на небольшие трибуны. Там обнаружилось ещё несколько подобных мутантов, вот только размерами были гораздо меньше. Если те мне по солнечное сплетение, то эти едва дотягивали до коленей.

Резким ударом ноги отправляю ближайшего ко мне в полёт. Взрослым особям это не понравилось, и они начали двигаться по стене вертикально вверх, прямо ко мне.

Ещё один удар ногой, и ещё одна мелочь летит в бассейн. Задолбали. Достаю нож и вонзаю такой же мелкой прямо в подобие головы.

Твари максимально медлительные и, похоже, живут за счёт ментала. А вот в остальном режутся как масло. Пока взрослые достигли трибун, я успел порезать остальную мелочь и растоптать новые кладки. Берцы теперь придётся тщательно чистить.

Мне даже их жалко немного стало: стоило большим особям забраться и начать ползти ко мне, как я врубил ускорение и снова спрыгнул вниз. В полёте сам себя похвалил за то, что не полез к крупным с ножом. У них обнаружился длинный язык с шипом на конце. У мелких я такого не видел.

Взял автомат в руки и закрыл дверь в бассейн. Пусть на «Калаше» глушитель, но привлекать внимание тоже не хочется.

Прицелился в голову ближайшего и нажал на спусковой крючок. Пуля зашла чётко в подобие лба, и тварь растянулась на полу. Ещё пятерых убил таким же способом.

А дальше сфоткал на предоставленный фотоаппарат и пошёл осматривать помещения. Когда зашёл в женскую душевую, перед моим взором предстали красивые голые девушки. Не успел я насладиться видами, как снова резкая боль в висках, и я вижу очередного слизняка в раздевалке.

Похоже, моя мутация защищает меня от ментального воздействия. Обычный человек, похоже, даже не увидит мутанта. Ведь воображаемые девушки находились в душевой, а тварь — в раздевалке, и без резкой боли я её даже не видел.

Пару залов с тренажёрами, служебные помещения — практически везде двери нараспашку, и во многих местах по всему зданию знакомая зелёная слизь.

Ещё 9 слизняков встретил я в этом блоке. Если в начале галлюцинация проходила через секунд пять-семь, то уже на последних организм справлялся с ней меньше чем за пару секунд. Даже к резкой боли начал привыкать.

По началу я даже не понимал, откуда эти мутанты берут идеи. Я видел и детей, играющих в коридоре, и взрослых, молящих о помощи в тренажёрном зале, и даже гору трупов с младенцем. Но когда я увидел погибших родителей, до меня всё дошло...

Твари, которая их воспроизвела, я не дал лёгкой смерти: сначала пули пробили ей корпус, заставив её биться в конвульсиях. Это моё прошлое, моя голова и моя боль, никто не вправе туда лезть!

Ещё были разные люди из прошлого. Но я больше не задерживался, ждал свой блокиратор и убивал тварь. Один раз мутант почти смог достать меня языком, спасло только ускорение и резкий уклон влево.

На весь блок у меня ушло минут сорок пять. За всё это время я ни разу не вышел, хоть и слышал голоса своей группы. У меня была цель — вывести этих тварей, и надеюсь, у меня это получилось. По-хорошему, тут нужно огнемётом пройтись.

Связался со своими, и вот, сделав круг, я стою перед закрытой дверью последнего, самого большого блока. Там, возможно, моя цель, но там же будут и ясли охотников.

На всякий случай сменил банку с патронами и только после этого зашёл. Кромешная темнота встретила меня. Вот теперь я узнаю почерк охотников. Твари имеют небольшой интеллект и используют его, огораживая чем-нибудь окна. Не любят они свет, хоть и жить с ним спокойно тоже могут.

На стенах следов от когтей ещё больше. Заглянул в первую дверь и сразу же вышел, даже сосчитать не успел, сколько их там было. Длинный коридор, почти в каждом помещении спят в своих позах по несколько охотников. Жить хочется: прямо к ним не захожу. Заворачиваю к небольшому футбольному полю — это единственное хорошо освещённое помещение. Через высокие окна проникает солнечный свет, вот только количество костей и тел ужасает, причём даже отсюда видно большое количество человеческих останков и части боевого снаряжения.

Перехожу поле максимально близко к стене и выхожу в следующий коридор, но там ситуация, как и в самом первом блоке: следов гораздо меньше. И, на удивление, пустые помещения, хотя нет, один охотник обнаружился. Быстро обошёл комнаты и с грустью вернулся в центральный коридор. Снова в темноту.

Ещё комнаты, ещё охотники. Я уже насчитал не меньше четырёх десятков, а это ещё на верхние этажи не заходил. И, видимо, придётся, так как нигде ничего нет.

Тут на глаза попадается непримечательный угол, а за ним раскрытая решётка, её я не заметил при первом обходе. Но есть проблема: у меня максимально плохое предчувствие. Хотя кого я обманываю, оно у меня последних часа три точно держится.

Выбора нет, снова спуск по лестнице. Чутьё орёт, желание с каждой ступенькой пропадает. Луч фонаря освещает тёмные стены, проход, поворот и опять небольшой коридор. Очень похоже на старые бомбоубежища, и, видимо, я прав: толстая открытая стальная дверь свидетельствовала этому. Вот только на плане здания я не помню, чтобы видел этот спуск.

На входе немного задержался, а потом аккуратно зашёл. Луч фонаря освещает пространство, и перед моим взором предстают пять спящих охотников, которые собой образуют форму звезды, а между ними такие же, только маленькие особи разных размеров. Спят в подобии большого гнезда из веток, травы, тряпок и остальных мягких вещей, которые они смогли притащить.

Заходить вообще не хочется, у нянек чутьё посильнее будет. Из рассеивающего переключаю фонарик на лучевой режим. Теперь главное — случайно в морду не посветить.

Начинаю осматривать помещения. Как и ожидалось, по всем законам подлости: большое количество ящиков, коробок и контейнеров находились именно здесь, прямо возле стен. Оружие, еда, медикаменты — тут могло быть всё, но и не быть ничего.

Снова переключаю фонарик и, стараясь даже дышать через раз, аккуратно захожу в помещение, держу на прицеле ближайшего охотника и двигаюсь в сторону ящиков.

Шаг, главное — не наступить на какой-то громкий мусор, ещё шаг, и вот я возле контейнера. Открываю его и вижу сумки с различными медикаментами. В следующем контейнере было то же самое, а таких тут десятка два стоит. А вон там, похоже, стволы лежат, подхожу и открываю. Ага, калаши в солидоле.

Быстро всё фоткаю, закрываю, оборачиваюсь и мгновенно ухожу в ускорение. Ближайшая ко мне тварь поднялась, а это значит, что она проснулась. Не теряя времени, двигаюсь к ней, достаю нож и со всей силы вгоняю его в слабый бугорок. Охотник дёргается и падает, вот только успевает издать звук, похожий на предсмертный рык.

Всё, капут, доигрался я: остальные твари тоже начали просыпаться.

Уже всё равно на скрытность, бегу напрямую к выходу. Чуть ли не лечу по ступенькам и слышу протяжный громкий вой одной из нянек. Аж кровь застыла от этих звуков.

Стреляю на ходу по ногам ближайшему охотнику, пытаюсь его замедлить и бегу к окнам. Твари уже выбежали и перегородили мне дорогу. Сворачиваю на футбольное поле, но и там уже проходы перекрыты. Активирую ускорение и прыгаю на трибуны на втором этаже, оттуда — в незнакомый мне коридор, и в последний момент успеваю уйти в подкат. Острые когти проносятся в миллиметрах от моего тела. Встаю и резким оборотом от бедра выпускаю очередь в тварь и снова убегаю. Очередной скачок и уход в ускорение.

В проходе прямо передо мной три охотника, а за ним — окно. Выставляю автомат и выпускаю осколочную гранату из подствольника.

Небольшой снаряд разрывается в теле ближайшего и ранит остальных, это ненадолго: регенерируют твари очень быстро.

Под ускорением сразу после взрыва ухожу от когтей и пробегаю между ними. А дальше на бегу — прыжок, разбиваю собой окно и падаю со второго этажа. В последний момент успел принять нужную позу и сделать спасательный полукувырок, в конце развернулся лицом к окну.

За мной следуют охотники. Я, вместо того чтобы бежать, лежу и разряжаю обойму прямо в выбитое окно, задерживая тварей. Резко разбивается соседнее, и оттуда прямо на меня летит туша с когтями. Магазин, как назло, показал дно, но тут неожиданно сработала Оса: прямо в полёте девушка смогла поразить цель.

Тяжёлая пуля 12,7 отрывает лапу с когтями у твари и отталкивает её. А после заработали стволы остального прикрытия.

— Клим, хватит лежать, живо к нам! — кричит мне в гарнитуру Барсук.

Под пулями встаю и бегу к своей группе. Стоило мне немного отбежать, как в тварей прилетает граната из одноразового РПГ.

Я, кстати, успел оторванную лапу с когтями прихватить и сейчас бегу с автоматом и лапой в руках.

Сразу после РПГ в охотников полетели гранаты из подствольных ГП-25. А я добегаю до подъезда и разворачиваюсь. Эти создания тоже не тупые. Поняв, что на открытой местности они выступают в качестве мишеней, охотники поспешили вернуться в здание, оттащив с собой раненых.

Хотя штук пять мы вроде зацепили безвозвратно, так как их никто не оттаскивал и регенерация остановилась.

— Клим, давай за дом, мы через окна первого тоже вылезем, — раздаётся из гарнитуры голос Барсука.

— Принял, — отвечаю ему.

Захожу за дом и держу сектор на прицеле. Через пару минут появилась моя группа.

— Да ты капец какой фартовый! — искренне говорит мне Лист и хлопает по плечу. — Надеюсь, не зря рисковал? Давай рассказывай, что увидел и как справился.

Восемь пар любопытных глаз уставились на меня. Думаю, и Оса, контролирующая сектор, тоже прислушивается в гарнитуру.

— Большое количество ящиков в бомбоубежище, которого нет на плане. Из того, что я успел увидеть, — это оружие и медикаменты. Но и в этом же помещении — ясли охотников. Молодняка я только штук двенадцать видел, а во всём здании взрослых особей не меньше полусотни, — отвечаю им.

— Как ты выжил? — прищурившись, спрашивает Гром.

— Да какая разница? Подробно узнаем на базе, главное — выжил и принёс хорошую информацию. Клим — красава, с меня выпивка! — вступает в разговор Вата.

— Движение на одиннадцать! — раздаётся из наушников голос Осы.

Все резко приняли боевое положение.

— Уходим, — командует Барсук.

Путь до Осы много времени не занял, дважды вступили в бой с небольшими группами различных мутантов.

Дождавшись, пока девушка спустится, отправились к колонне. Командир на БТРе несколько раз уже выходил на связь. Надо уходить из города.

Быстро возвращаясь, нарвались на толпу упырей. Нас зажали к стене, мутанты лезли, а мы только и могли отстреливаться, не подпуская их близко.

Барсук связался с колонной, и, против инструкции, два добровольца, взяв бронированный «Тигр», поехали за нами.

Приближение нашего транспорта мы услышали заранее, пулемёт на крыше работал почти без остановок. Сменив магазины, начали пробивать себе коридор и через минуту уже сидели в бронеавтомобиле.

Вот только и «Тигру» досталось. Дополнительные вмятины и оторванный пулемёт были ценой потерянного времени. Повезло, что сам стрелок успел упасть в салон.

На высоких скоростях доехали до колонны и под прикрытием двух БТРов выехали из города.

Пока ехали в нескольких километрах от города, заметил укреплённый дом с людьми. На мой вопросительный взгляд Лист пояснил, что это их боевой блокпост, который следит за обстановкой и используется в качестве небольшой базы. Не всегда есть возможность вернуться в поселение, а тут можно отдохнуть, переждать ночь и пополнить боеприпасы.

Разъехались мы только непосредственно в самом поселении. При этом доверху заполненные грузовики поехали разгружаться.

— Клим, не спеши уходить, нас ждёт Геннадий, и нам самим очень интересен твой рассказ, — остановил меня Барсук.

Эх, не успел, не люблю я такое, но, видимо, выбора особо-то и нет. Тяжело и скорее показательно вздохнув, я пошёл следом.

Когда поднялись в кабинет местного лидера, для нас всех уже стоял горячий чай и немного сладкого.

— Все молодцы, но ты, Клим, прямо удивляешь, — обращается к нам Гена.

— Последнее время я это очень часто слышу, — с улыбкой отвечаю ему.

— Примерно такой ответ я и ждал, а теперь давайте присаживайтесь и рассказывай.

Мой рассказ затянулся минут на десять, моменты о своей скорости я, понятное дело, опустил. Особенно заинтересовало их моё описание новых тварей с ментальными способностями и как я с ними справился.

Ага, сейчас, разбежались. Я просто особенный, так им и ответил. Но когда они начали задавать личные вопросы о том, что я там видел в своих галлюцинациях, — начал злиться, и Геннадий попросил продолжить основной рассказ.

В конце лидер поселения Восток остался очень доволен. Завтра они будут зачищать это задание. Но всё моё любопытство было перекрыто фразой: "Завтра приходите в качестве поддержки и узнаете, наши специалисты тоже на месте не стоят". После этого я понял, что обязательно нужно посмотреть.

Дальше он отпустил отряд и попросил меня задержаться. А потом достал из-под стола местную валюту и протянул мне.

— Немного за выполнение задания на жизнь, а остальное за уничтожение опасных тварей и информацию о них. Ты оказал нам услугу. Советую купить свой фотоаппарат для таких целей. За информацию о новых мутантах многие поселения платят валютой. — Этой фразой Геннадий закончил диалог, а после, приняв деньги и попрощавшись, я вышел за дверь.

В коридоре меня ждал Гром.

— Через полтора часа в баре всей командой собираемся, приходи тоже, — сказал он мне и ушёл.

А у меня появилось время на свои нужды: сходил в свою комнату, оставил вещи и отправился мыться.

Геннадий валюты не пожалел, и у меня на руках сумма, как у кого-то небольшая зарплата.

А после всех действий встретился с группой в баре. Что ж, похоже, после этой операции меня восприняли всерьёз.

Отлично посидели под выпивку, закуски и музыку. Чем-то напоминает мне мой отряд: такая же сплочённая команда.

В процессе разговора узнал интересную информацию: под городом есть какие-то древние катакомбы. Причём тянутся они на много километров под землёй. Скорее всего, тот бункер в здании построен именно на их куске, и таких бункеров по городу много находили, вот только заходить да и в целом спускаться в древние туннели вообще не желательно. Туда переместилось большое количество мутантов, говорят, там даже двадцатиметровая змея живёт. Но это только слухи. Из двух отрядов вернулся только один, и то вернулось меньше половины. После этого было принято решение оставить катакомбы и заняться поверхностью.

Кстати, новой официанткой в этом заведении стала кто? Правильно, та самая рыжеволосая Ира, которая не оставляет попыток добиться моего внимания.

Задолбала! Намеренно всё сама подносила, ещё так становится, чтобы мне всё демонстрировать. У меня тоже гормоны, которые дают о себе знать, уже сам еле держусь.

Даже мужики подкалывать начали: "Чё, тип, не стоит?" Вот только всё стоит и очень хорошо стоит. Но я хочу вернуться в свой анклав и сначала убедиться. Есть принцип, и я стараюсь его придерживаться.

Разошлись только ближе к двенадцати ночи, договорившись завтра в 9 встретиться возле оружейки.

Быстро добрался до своей комнаты и отрубился.

Проснулся с отличным настроением: что-то снилось хорошее, вот только не помню, что именно.

Умылся, позавтракал и в назначенное время был рядом с командой.

На бронированный «Тигр» уже установили новый пулемёт взамен оторванному, и мы двинули.

Когда доехали до места, операция уже шла полным ходом. Центральная дорога до спортивного комплекса была расчищена тяжёлой техникой. По краям лежали трупы мутантов. Ближайшие дома вокруг всего комплекса зачищены, а само здание окружено бронированной техникой. Я только отсюда насчитал два БТРа, одну БМП и одну БМД-2, и даже несколько бронеавтомобилей. Думаю, это явно ещё не вся техника. Тут, похоже, не меньше двухсот человек задействовано.

Когда спросил своих, стоит ли тот схрон таких затрат, мне ответили, что медикаменты сейчас в приоритете, также к этому Геннадий решил расширить территорию людей и зачистить часть района от тварей. Так сказать, убить двух зайцев одним выстрелом.

Всю группу Барсука пропустили без проблем, на мне только остановились, но после нескольких слов командира боец отошёл в сторону.

Поднялись на уже привычную пятиэтажку. Там стояло несколько стрелков и снайперов для прикрытия. В принципе, теперь хорошо видно, что здание по всему периметру находится под прицелом десятков стволов.

— Может, теперь расскажете, что придумали ваши научники, что вы так уверены в победе? — спрашиваю я у группы.

— Вон смотри, — указывает мне Лист на людей снизу, одетых в микс пожарных и боевых костюмов, — огонь, вот наша сила, прожжёт тварей и уберёт регенерацию.

В этот момент отряды начали заходить в здание. Вот теперь я хорошо обратил внимание на их снаряжение. Только на вид оно весит килограммов двадцать пять, а то и тридцать, ещё и баллон на спине. Не завидую я этим парням.

В целом состав каждой группы одинаковый: два бойца с огнемётами, три стрелка с АКС-74 и по одному человеку со щитом из бывшего СОБРа. И тут до меня всё дошло. Хватаю стоящую на столе рацию и громко говорю:

— Отмените операцию! Никаких серьёзных повреждений огонь не наносит, он их только злит!

— Кто это на канале? — раздаётся ответ. — По окончании доставьте этого смельчака ко мне, остальные продолжаем операцию!

— Вы убьёте своих же людей! — предпринимаю ещё одну попытку убедить дурака.

После этого меня отключают от общего канала. И Барсук показывает ещё одну рацию с общим каналом и качает головой.

Мне остаётся только смотреть, а операция уже идёт полным ходом.

# Бронированный автомобиль рядом со спорткомплексом. Командование операцией.

Бывший подполковник милиции Станислав Гопиев сидел на мягком сиденье и курил сигарету.

Всё шло идеально: сначала он случайно достал сведения о возможном спрятанном схроне, потом их лидер нашёл опытного человека, который каким-то образом смог разведать здание и подтвердить информацию. И вот сейчас он был назначен старшим этой операции, которую сам же и придумал.

Гопиев всегда знал, что в этом мире правят только деньги и сила, и если с первым вариантом у него не получилось, то стоило приставить ствол к голове научника, как тот очень быстро нашёл оружие против тварей в этом здании.

А именно огнемёт, ведь всё вполне логично: огонь не наносит колотые раны, а выжигает всё сразу, не позволяя телу регенерироваться.

В его планах было не просто достать схрон, но и полностью вывести эту заразу из здания.

Успех в этой операции принесёт ему ещё больше уважения и власти, ведь у него в планах войти в близкий круг лидера Востока, а потом убрать его, забрав власть себе. Что это за политика такая – помогать всем и работать на поселение? Вон там, недалеко, целый анклав с рабством, вот там жизнь! Ничего не делаешь, а вокруг все работают. А ещё трахать можно кого хочешь. А то это свобода выбора... Ну, ничего, скоро всё изменится.

От этих мыслей его отрывает голос из рации:

— Отмените операцию! Никаких серьёзных повреждений огонь не наносит, он их только злит!

Гопиев аж обалдел от такой наглости. Кто посмел?!

Но, взяв себя в руки, ответил:

— Кто это на канале? По окончании доставьте этого смельчака ко мне, остальные продолжаем операцию!

Сколько усилий ему стоило не сорваться, а тут непонятный голос продолжил:

— Вы убьёте своих же людей!

Но тут рядом сидящий мужчина, отвечающий за связь, спасает ситуацию, предлагая просто отключить ту рацию и не брать в голову бредни паникёра. На что бывший подполковник и согласился.

— Первая группа в здании! — раздаётся голос из рации.

С этого момента Гопиев устроился поудобнее, приготовившись слушать и смотреть на изображение с камер на снаряжении его бойцов.

— Вторая группа в здании.

— Третья группа работает.

— Пятая группа зашла.

— Четвёртая группа на позиции.

Посыпались многочисленные доклады.

— Контакт с противником, работаем, — раздаётся голос командира из второго отряда. — Отлично, огнемёт отпугнул тварь, она бежит.

В этот самый момент Гопиев отклонился на спинку сиденья. Все его опасения оказались ложными, он сам видел убегающую тварь, а тому смельчаку из рации он лично испортит жизнь.

— СЗАДИ!!! ДА СКОЛЬКО ИХ !? ОГНЕМЁТ НЕ БЕРЁТ! РАБОТАЕМ СТРЕЛКОВЫМ. ААА-аааА-аааа.— вырывают Гопиева из приятных мыслей крики бойцов.

— Вторая группа потеряна,— докладывает рядом сидящий помощник. Всё произошло меньше чем за 10 секунд.

— Срочно картинку на экран, — командует бывшей подпол.

Картинка появилась. Вот убегает тварь, вот бойцы резко поворачиваются на 180 градусов и сталкиваются не меньше чем с пятью охотниками. Вот начали работать огнемёты, только тварям всё равно, они спокойно проходят сквозь огонь и наносят когтями удары двум ближайшим бойцам. Щитоносец развернулся, начал работать из калаша сам командир группы. Вдруг резких крик, брызги крови и боец падает на землю. Камера зафиксировала ещё смерть двоих, а после связь пропала.

—Твою м. — не успевает договорить подпол как начался доклад пятой группы и сразу включилась картинка.

— Контакт с противником, работаем! — раздаётся голос командира из второго отряда. — Отлично, огнемёт отпугнул тварь, она бежит.

В этот самый момент Гопиев отклонился на спинку сиденья. Все его опасения оказались ложными: он сам видел убегающую тварь, а тому смельчаку из рации он лично испортит жизнь.

— СЗАДИ!!! Да сколько их?! Огнемёт не берёт! Работаем стрелковым! ААА-аааА-аааа! — вырывают Гопиева из приятных мыслей крики бойцов.

— Вторая группа потеряна, — докладывает рядом сидящий помощник. Всё произошло меньше чем за 10 секунд.

— Срочно картинку на экран! — командует бывший подполковник.

Картинка появилась. Вот убегает тварь, вот бойцы резко поворачиваются на 180 градусов и сталкиваются не меньше чем с пятью охотниками. Вот начали работать огнемёты, только тварям всё равно: они спокойно проходят сквозь огонь и наносят когтями удары двум ближайшим бойцам. Щитоносец развернулся, начал работать из калаша сам командир группы. Вдруг резкий крик, брызги крови, и боец падает на землю. Камера зафиксировала ещё смерть двоих, а после связь пропала.

— Твою м... — не успевает договорить подполковник, как начался доклад пятой группы и сразу включилась картинка.

— Контакт с противником, потерян огневик, тварь расстреляна из автоматов в упор. Подождите-ка... Вон они! Огонь не берёт! Принимай удары на щит! Заходят сзади. Колян, нет! Не трогайте меня, твари!!!

Связь также оборвалась, камера целая, но залита кровью.

Не успевает управление прийти в себя, как идут доклады одновременно первой и третьей групп.

В рацию летят только отдельные слова, или это Гопиев начал так слышать:

— Бой. Охотники. Огонь. Сука. Нет. Потери. Минус. Трёхсотый. — На этом одна из групп замолчала, и пошли чёткие слова: — Закрепились в комнате, нас осталось четверо, нужна срочная эвакуация!

— Четвёртая группа вступила в бой, твари близко не подходят, но они нас поджидают, — пошёл доклад последней группы, которая по плану осталась рядом с одним из входов.

— Надо отменять операцию! — говорит рядом сидящий помощник.

— НЕТ! — взбесился Гопиев. — Первая группа, давите тварей, закидайте гранатами, делайте что хотите, но задача должна быть выполнена!

— Нас осталось трое, Олимп ранен, паралич начал действовать. Нам нужна срочная поддержка и эвакуация, сейчас мы закрепились в раздевалке, но выйти нам не дадут, — пытается достучаться командир первой группы.

— ВЫПОЛНЯЙТЕ ПРИКАЗ! — орёт в рацию бывший мент. — Четвёртая группа в обход и на помощь первому отряду, вы должны объединиться! Выполняйте!

Тут дверь резко открывается, и в кунг забегают люди в чёрной робе спецназа. Первый зашедший боец сразу сходу бьёт кулаком в лицо только вставшего с кресла Гопиева. Бывший милиционер опустился обратно, после этого человек в черном взял рацию и заговорил:

— Говорит командир сил специального назначения поселения Восток, позывной Барсук. Приказываю отменить операцию. Четвёртая группа, отходите на оговоренную позицию для эвакуации. Первая, держитесь, мы вас вытащим. Сейчас с вами поговорит знающий специалист. Повторяю, отмена операции!

После этого человек передал рацию другому, и тот заговорил. Именно в этом голосе Гопиев узнал того наглого смельчака.

Это были долгие секунды. У Барсука была рация с частотой командования, и мы все слышали. Как только группа поняла, что огнемёты бесполезны, Барсук мне поверил, и мы бросились к кунгу командования. Пока спустились с крыши, пока добежали, было потеряно ещё две команды, и скоро будет убита и третья.

Наш командир уже всё осознал и первым влетел в кунг. Сразу же приложил кулаком тупого руководителя, взял рацию и начал:

— Говорит командир сил специального назначения поселения Восток, позывной Барсук. Приказываю отменить операцию. Четвёртая группа, отходите на оговоренную позицию для эвакуации. Первая, держитесь, мы вас вытащим. Сейчас с вами поговорит знающий специалист. Повторяю, отмена операции!

И сразу после этого даёт мне рацию со словами: "Ты же знаешь, что делать, помоги парням".

— Так, мужики, доложите о ситуации, — говорю я в рацию.

— Мы заперлись в раздевалке, забаррикадировали двери всем, чем только можно. Нас осталось четверо, возможно, уже трое. Один трёхсотый, насквозь пробили когтем ногу. Рану мы перевязали. Вот только у него работают только лёгкие и сердце, сам по себе даже не моргает, но зрачки бегают, — отвечает мне старший группы.

— Всё ясно, раненый, если что, всё слышит и в сознании. Паралич начнёт сходить часа через четыре. Ваша задача сейчас — смотреть, чтобы он не умер, а ещё закройте ему глаза и по возможности вырубите. Надо сохранить психику бойцу. Сами сидите и не вылазьте. К вам в ближайшее время сунуться не должны, мы что-нибудь придумаем. Как понял? — спрашиваю у старшего.

— Понял вас хорошо, ждём, поспешите главное, — с паузой отвечает он мне.

После этого я отдал рацию ближайшему бойцу и приказал связываться с группой каждые 15 минут.

— Есть идеи, что будем делать? — с надеждой в голосе спрашивает у меня Барсук.

— Пока нет. У нас есть примерно 3 часа. Это максимум, сколько охотники будут держать чужаков на своей территории. Сейчас они скормят тела молодняку и будут ждать сумерек. Эти твари ночные и солнце не очень любят, а потом нам лучше рядом не находиться, — отвечаю ему.

— Значит, думаем, — говорит за всех Вата. — Парней бросать нельзя.

Идея пришла довольно быстро. Ясли для них — священное место. Надо сосредоточить удары именно по этому корпусу, изобразить штурм. Тогда большая часть побежит на защиту. В охране они оставят две, максимум три особи, а с ними постараются справиться.

Через час все были готовы. Бойцы получили нужные инструкции и приказы бить по окнам при малейшем появлении охотников. Техники поставили частокол именно возле нужного блока, и я пошёл.

Да, я псих, самый настоящий. Сам вызвался создать взбучку в корпусе, чтобы в этот момент отряд Домино вытащил бойцов из другого блока.

И вот меня закидывают в здание через окно второго этажа, прямо над яслями. У меня рюкзак со взрывчаткой на спине, а в руках — «Вепрь» с расширенным магазином.

Начинаю забег. Первый охотник вылетает на меня и получает несколько выстрелов в ноги. Активирую ускорение и слетаю с лестницы, именно слетаю, лицом вниз. Потому что ещё одна тварь появилась максимально неожиданно, пришлось присесть. Сделать это на лестнице непросто, и вот я уже на холодном полу между пролётами. В последний момент успел выставить руку и смягчить себе падение.

Отталкиваюсь ногами от стены, вскакиваю на ноги, и вот через секунду бегу по первому этажу. Охотников тут не меньше пятнадцати, стоят плотной толпой, никак не пройти, но мне это и не нужно. На том же ускорении снимаю рюкзак и кидаю в толпу.

Даже не смотрю, долетел он или нет, я жить хочу. Сразу после того как рюкзак полетел, развернулся и побежал в сторону ближайшего окна.

Несмотря на то что я научился довольно долго поддерживать ускорение (только благодаря этому и вызвался сюда пойти), всё равно у меня пока что есть предел. Голова начала болеть.

Но выйти из мутации не могу, именно она уже несколько раз спасла меня от острых когтей.

Башка кружится и болит, в глазах искры. До окна метров пять. Вырубаю ускорение и кое-как бегу к нему. С помощью соседних окон по догоняющим тварям начали работать стволы. Вот наконец-то спасательное окно. Прыгаю в него, и стоило мне коснуться земли, как в то место, откуда я вылетел, заработало сразу несколько пулемётов и 30-мм пушек.

Перекатом ухожу в сторону, тут же подбежали бойцы и помогли мне подняться, вместе мы побежали к своим.

Отбежав метров на пятьдесят, разворачиваюсь и нажимаю на дистанционный детонатор.

Мощный взрыв прогремел в здании. Судя по грохоту, часть стен и потолок обвалились.

Всё, Домино, теперь ваш выход.

В поселение вернулись только через 4 часа после операции по спасению. Сама операция считалась неудачной. А Гапиева ждёт суд за бестолковый обмен жизнями. Из 30 человек выжило только 10, и то благодаря нам.

Отряд «Домино» идеально выполнил свою задачу, не зря они считались лучшими.

После взрыва почти все охотники двинулись к яслям. Многочисленные стволы заработали по всему периметру. Теперь здание во многих местах выглядело так, будто прошло небольшую войну.

Как только охотники побежали, отряд «Домино» начал действовать. Двух охраняющих тварей они задавили огнём. По моей рекомендации сначала пробивали ноги, а потом били по небольшому наросту на спине.

Первая группа была спасена. Плюс паралича в том, что он останавливает многие процессы, и, по мнению врачей, через три недели раненый уже снова сможет спокойно ходить. Без этого эффекта ногу бы пришлось ампутировать.

А уже после всего этого меня вызвали на разговор, где попросили подробно рассказать о том, что я знаю об охотниках. Геннадий, зараза, как всегда не вовремя.

Ох, как хорошо теперь на душе! Я сходу вывалил на лидера все претензии. Отчитал как маленького ребёнка, а потому что нечего. Людей проверять надо и испытания проводить, прежде чем рисковать жизнями.

Геннадий такого явно не ожидал, но молча выслушал. Интересно, меня вечером кто-то случайно задушит или дадут сначала лечь спать?

Ладно, а если серьёзно, то после того как выпустил пар, я серьёзно порекомендовал в город ближайшие двое суток не соваться. Пусть мы и не задели ясли, но посягнули на их дом, плюс убили не меньше двадцати пяти особей. Охотники будут в ярости и начнут мстить. Причём и днём, и ночью. Перепадёт всем.

На этот раз к моему совету наконец-то прислушались, и после всего этого я смог принять душ. После еда и снова в бар, ведь спасённые девять человек сегодня проставляются отряду «Домино» и их временному помощнику. А ещё пьют за павших товарищей.

Глава 7

Впервые с момента пробуждения в капсуле я решил выпить, не контролируя себя. Ага, напился, блин! Мой новый организм как будто фильтровал алкоголь и не давал мне сильно опьянеть. Слегка — да, но сильно — ни фига. И как теперь быть?

Поначалу я злился, а потом, когда все уже немного поплыли, ко мне начали подходить с разными расспросами, например, откуда я и что ещё знаю. Вот тогда я понял, что не зря всё ещё могу здраво мыслить. Но всё равно, прикинувшись пьяным, рассказывал какой-то бред, в который даже сам бы не поверил.

Поздно ночью разошлись по своим ангарам. В ближайшие двое суток вылазки не планируются, поэтому можно отдыхать.

Спал я аж до часу дня. Потом сходил, умылся, поел и снова встретил Софию, спешащую на занятие. Её ситуация с коллективом не изменилась, и я прямо сейчас решил пойти разобраться.

Нужный небольшой ангар нашёл быстро. Захожу туда и вижу сидящую за столом женщину лет сорока. Короткие волосы были собраны в хвостик, лицо овальное, я бы сказал, даже слишком. Одета она была в строгую юбку с блузкой.

— Добрый день, — говорю, направляясь к ней.

— Здравствуйте, вы что-то хотели? — спрашивает она меня.

— Поговорить насчёт одной из ваших воспитанниц.

— Вы хотите удочерить кого-то или просто поговорить? — продолжает интересоваться женщина.

— Поговорить, — отвечаю ей.

— К сожалению, дети сейчас на занятиях. После четырёх все освободятся, и можете приходить. Кто вас конкретно интересует?

— Нет, вы не поняли. Я хочу поговорить именно с вами или тем, кто здесь заправляет. Недавно к вам поступила девочка двенадцати лет по имени София, её заселили к детям постарше, и начался буллинг. — На серьёзе делаю шаг к ней.

— А вы кем ей приходитесь, что так беспокоитесь? — сделав шаг назад, насторожилась женщина.

— Хороший друг и человек, который когда-то спас девочке жизнь.

— Вы же понимаете, что я не могу подробно рассказывать всем о детях? — задаёт она мне вопрос.

— Понимаю, но меня интересует именно вопрос буллинга, и я бы очень хотел посмотреть на условия жизни конкретно Софии. Это же можно устроить? — спрашиваю с доброй улыбкой.

— Давайте тогда присядем и поговорим. А насчёт проживания — это без проблем, но сразу предупреждаю: условия у нас не шикарные. Вот пройдите сюда. — Повела она меня по коридору.

Сам по себе этот ангар был небольшой, но высокий. Поэтому всё было устроено на два этажа. Самостоятельно жить в поселении разрешалось с шестнадцати лет. До этого времени сироты жили вот в этом месте.

Комната Софии была на первом этаже, ближе к дальней стене. Фанерные стены, как и в большинстве ангаров, и лёгкая деревянная дверь. Открыв её, я увидел небольшую комнатку: две двухъярусные кровати по бокам, посередине стол с двумя стульями, четыре небольшие тумбочки слева и справа возле стены, ковёр в центре и шкаф возле двери.

Почему-то мне сразу вспомнилась общага. Только обычно на такую жилую площадь селили трёх человек.

— Не богато, но жить можно, — прокомментировал я. — Какая кровать и тумбочка?

— Верхняя слева кровать, нижняя там же тумбочка, вот эта полка с вещами, — показывает она мне.

Не густо. Из вещей, видимо, выданные учебные и мыльные принадлежности, плюс к этому два комплекта одежды.

Подошёл, потрогал матрас. Пора менять, но ещё терпимо. Хоть постельное белье чистое.

Ладно, о том, что о детях тут заботятся, я и так был уверен. Теперь перейдём к вопросу непосредственного буллинга.

Вернулись обратно и сели за стол. Первой слово дала женщина, которая представилась Олей.

— Понимаете, детей, лишённых родителей, с последним пополнением стало очень много. В данный момент свободных мест просто напросто нет. Да, девочки там сложные, они очень обижены на мир. Но главной заводиле через несколько месяцев будет 16, и она покинет это место. Любые методы воспитания не работают.

— Так, стоп. Вы поселили одиннадцатилетнюю девочку в комнату к пятнадцатилетним девушкам? — в недоумении переспрашиваю я.

— 14 и 15, если говорить точнее, — отвечает мне.

— Пиз... — начинаю говорить, но вовремя взял себя в руки. — Значит, вы ничего с этим делать не собираетесь, я правильно понимаю? А если расселить и поменять её с кем-нибудь?

— Нет, не будем. Остальные тоже не хотят. А София — способная девочка, и большую часть времени проводит на занятиях или ходит в библиотеку, тут только по вечерам бывает и ночует. За лето многим исполнится шестнадцать, и снова постараемся расселить, — констатирует Оля.

— Слишком долго. Хорошо, что вам нужно для того, чтобы София жила в другой комнате вместе с ровесницами? — спрашиваю у неё и достаю местную валюту.

— Уберите это, пожалуйста. Боюсь, я даже не знаю, как вам помочь. Судя по пистолету, — указывает взглядом на кобуру, — вы человек состоятельный и с привилегиями. Возьмите девочку к себе. Я понимаю, это ответственность, но если вы так переживаете за неё, то это единственный вариант.

— Я в этом поселении ненадолго, — говорю ей. — Могу помочь финансово или ещё как-нибудь.

— Это поможет всем детям, но никак не поменяет ситуацию конкретно Софии, — отвечает Оля. — Возьмите её хотя бы на время. Ей немного помогают приезжие с вашего поселения. Но девочке нужна поддержка, подарите ей радость хотя бы на время.

— Вы случайно не психолог по профессии? — прищуриваюсь я.

— Скорее любитель, — улыбается женщина.

— Какие документы нужно подписать для того, чтобы забрать? — спрашиваю я.

— Да тут всё довольно быстро, это не как раньше. Пойдёмте в кабинет, всё заполним.

Вот так я стал временным опекуном двенадцатилетней девочки. На заполнение документов ушло минут десять. В них я подписал, что отвечаю за неё, что временно забираю и ещё кучу не столь важных подпунктов. София пробудет со мной, пока я не уеду с этого поселения, потом она вернётся сюда.

— Сегодня после пяти можете приходить забирать, — с улыбкой произносит женщина.

— Хорошо, пусть будет готова, — отвечаю я. А я хочу придушить эту женщину. Какой из меня опекун? Ладно, посмотрим, что выйдет.

После этого, попрощавшись, вышел из ангара.

Теперь у меня была куча свободного времени. Сходил в госпиталь, поболтал там со старыми знакомыми. Узнал, что Яков вместе с сыном будет обучать новых пчеловодов. А одноногого снайпера Максима взяли в гвардию в качестве часового на вышке. Удивил он всех своей меткостью. Интересно, короче.

Теперь на очереди снять дорогую комнату с двумя кроватями и душем.

Знакомого толстяка нашёл на том же месте, что и раньше. Назвав номер, достал деньги и принялся ждать. В этот раз пухлый делал всё быстро. Интересно, а сколько ему капает от всей стоимости жилья?

Прежде чем я получил ключ, пришлось изрядно придушить своего внутреннего хомяка. Этот гад никак не хотел столько платить за какую-то комнату, но после недолгих усилий над самим собой грызун был побеждён. Я получил ключ и зашёл в помещение.

Эта комната оказалась в три, а то и в четыре раза больше, чем мой прошлый номер. А ещё сюда был проведён краник и стояла газовая плита на две конфорки. Роскошь для одной комнаты! Плюс к этому имелся небольшой холодильник, но, как я уже успел узнать, если сама кухня с плитами и умывальниками у всех общая, то маленький холодильник есть почти в каждой комнате.

Вечером забрал Софию. Столько радости было у ребёнка, но и зависти вокруг было не меньше. Заметил местную заводилу. Неудивительно, в принципе, крупная и высокая девочка. Её взгляд мне больше всего не нравился.

Вещей у ребёнка особо не было, и всё поместилось в один предоставленный пакет. А дальше занесли всё в номер, и девочка упала на мягкий, хороший матрас.

— Кайфффф, — протяжно произнесла она. — Так приятно вот так сразу лечь, не забираясь на второй ярус. Но, дядя Серафим, этот номер очень дорогой, я знаю, вы жили в более простом, неужели ради меня вы сняли такое, — на мгновение замолчала, подумав над словом, — такие хоромы?

Вот уж блин. Я уже забыл, что девочка из-за пережитых ситуаций успела повзрослеть.

— Не переживай, у меня хватает финансов, — о том, что на пять суток в этом номере мне пришлось оставить половину всех моих запасов, ей знать не обязательно. И это с тем учётом, что Геннадий ещё немного накинул после спасения людей, на тот момент мне казалось, что сумма набежала приличная. Печально, короче, но я не хотел, чтобы ребёнок жил в плохих условиях. Пускай хотя бы временно, но поживёт прилично.

После этого отправились в столовую. К котлетам с картошкой добавил ещё и тортик с соком. Вкусно перекусив, оставил девочку в комнате, а сам отправился к научникам.

Ту лапу с когтями, которую я достал тогда из первой вылазки, сразу по приезду отправил в морозильную камеру. Предварительно заплатив за услуги и припугнув учёных, что откручу голову тому смельчаку, кто хотя бы прикоснётся к ней, а когда Барсук подтвердил мои слова, научники сразу потеряли своё настроение.

Было несколько попыток купить у меня её. Даже местный лидер на это намекнул, но у меня на эту лапу другие планы.

Так вот, достал лапу, зашёл в мини-лабораторию, куда мне дали доступ, и начал свой процесс.

Ещё в моём прошлом анклаве учёные ломали голову над способностями охотников, но за всё время смогли найти только одно применение их трупам — их лапам. Чуть дальше от кисти располагались мешочки, где вырабатывался паралитический яд. Если тварь перед смертью не успевала воспользоваться когтями, то эти мешочки должны быть полными.

Самое большое преимущество этого яда в том, что он действовал абсолютно на всех: любого мутанта, человека и даже залтисов. Наступал полный паралич, исключение составляли только сами охотники.

Вот только яд нужно использовать сразу или держать в этих же мешочках. Он имеет свойство впитываться в любую поверхность, кроме стекла: на нём он испаряется меньше чем за сутки.

Аккуратно разрезаю мешочек и выливаю содержимое в миску. Мне повезло, он был полный. Затем помещаю туда 45 автоматных и 16 пистолетных патронов калибра 7,62. Примерно на столько его должно хватить.

Яд впитается в патроны примерно за 30 минут. Не зная, чем себя занять, я поставил будильник, сел на стул и задремал.

— Клим, твою мать, ты мишени вообще видишь? — ругается командир, мой хороший товарищ.

— Батя, ты же знаешь, я штурмовик, а не снайпер. Мне бы автомат, и я тебе на 250 метров без оптики попаду, — с улыбкой отвечаю ему.

— Ты в первую очередь боец спецназа, такие как мы — элита нашего Анклава. А элита должна уметь поражать цели любым оружием. А будешь много говорить, я тебе рогатку дам и пока не научишься бить на сотню метров, к операциям не подпущу, — не поддерживает мой юмор мужчина.

— Понял, молчу, — отвечаю я, а сам в душе смеюсь. Рогатку он мне даст! Там хотя бы цель будет нормально видна.

— Дистанция 1200 метров, 4 цели. Задача: один выстрел — один труп, — даёт он указание.

Только прицеливаюсь, собираюсь нажать на курок, как тут из рации доносится:

— Батя, собирай своих людей, общий сбор в штабе через 20 минут.

— Повезло тебе сегодня, — поднимает меня мой командир. — Но мы ещё вернёмся к этим занятиям, а сейчас пошли.

Просыпаюсь от своего будильника. Я уже понял, что нормальных фантастических снов, похоже, мне больше не видать. Всё время снится какое-то прошлое. Вот и сейчас воспоминания поначалу вызвали улыбку, а потом она же и потухла. Ведь общий сбор был именно насчёт операции, после которой мой отряд прекратил своё существование. Интересно, я единственный выживший или ещё кто-то смог выбраться?

Проверил патроны. Яд уже полностью впитался. Теперь у меня есть 61 патрон против любого мутанта. Это, конечно, не полноценная смесь, и время паралича будет гораздо меньше. Но в бою вырубить Залтиса хотя бы на 10 минут очень многого стоит.

Зарядил магазины, а потом подумал и достал 15 автоматных. Затем оторвал от самой лапы длинные когти и отправился на выход. За дверью меня ждали пять любопытных учёных с самым главным научником.

— Молодой человек, давайте вы поделитесь рецептом вашего эксперимента, а взамен мы вас, так сказать, отблагодарим, — показывает он стопку местной валюты.

— Зачем мне вам что-то рассказывать, если вы и так всё видели? — с ухмылкой спрашиваю я, ведь камеру на стене сложно не заметить. — Вот вам ещё подарочек: при взаимодействии с кровью на короткое время парализует практически любого мутанта, — произношу и отдаю им отложенные 15 патронов.

Научники немного прифигели, но старший взял себя в руки и вручил мне стопку купюр. А дальше мы просто разошлись.

Когда я вернулся в номер, София уже спала. Разложил пакет из магазина. Это, конечно, не тот магазин, как до вторжения, но товары первой необходимости имелись, и я тоже лёг спать.

На утро, как бы не пыталась малая делать всё тихо, я всё равно проснулся. Пока ребёнок собирался, я приготовил ей бутерброды и сделал себе заметку в голове, что сегодня нужно обновить ей гардероб. После завтрака отправил ребёнка на учёбу, а сам пошёл на подозрительно громкие звуки толпы.

Идти долго не пришлось, и вот я уже вижу источник шума. Бродячие торговцы – люди, которые живут в дороге. Благодаря им и держатся очень многие поселения.

Эти люди охотно скупают драгоценности, интересные и полезные вещи, а также остальное имущество. Идёт чистый обмен, но валюту конкретного анклава принимают очень редко.

Например, одно поселение разводит скот и обменивает какую-то его часть на патроны, которые делает другое поселение или анклав. А те, в свою очередь, за что-то нужное обменялись с торговцами.

Как правило, их людей никто не старается трогать, если сами не спровоцируют. А так торговцы выполняют полезную функцию для всех. Ведь именно у них можно найти большой ассортимент товаров и редких в наше время предметов. Да и чтобы на них напасть, нужно иметь храбрость и вооружение, ведь колонны обычно не маленькие. Хотя встречаются и небольшие.

Самые простые, которых я когда-то видел, имели два грузовика и два боевых "Тигра" с двумя прицепами. А про большие я лучше говорить не буду. У этих одна фура, три грузовика и один бензовоз, а из охранения — три БТР-80А, два бронеавтомобиля "Тигр" и один бронеавтомобиль "Рысь". Все с тяжёлыми крупнокалиберными пулемётами. Дополнительно к этому — несколько усиленных легковых с прицепами.

Вот и сейчас они заехали на территорию поселения и выставляют товары. Пока люди по большей части на работе, решил сходить посмотреть.

Много интересного тут скопилось: компьютеры всякие, ПНВ, тепляки, куча бытовой техники, оружие, еда, броня, генераторы, всякая проводка, семена, медикаменты и много чего ещё. Можно с нуля новое мощное поселение возвести.

Если бы мне не обещали бронеавтомобиль, я бы купил сейчас велосипед и отправился в путь. А так, по большей части, у меня всё есть. А то, что интересует, имеет заоблачные расценки. Не хочется отдавать все свои драгоценности. Их и так не так уж и много осталось, самые лучшие образцы я сохранил на потом.

Ого, автоматы АШ-12 и снайперская винтовка "Выхлоп" — оба под патрон 12.7, а вон вроде бы очень дальнобойная винтовка СВЛК-14С "Сумрак".

Ради интереса узнал, сколько хотят за АШ-12 в золоте.

С учётом всех драгоценных камушков на украшениях, мне должно хватить.

И вот началось очень мощное противостояние между моим внутренним хомяком, здравым смыслом и сильным желанием. Здравый смысл и хомяк победили, но осадочек остался. Уж очень манил собой крупнокалиберный автомат. Но патроны для него мало где можно достать. Наверное, это и сыграло основную роль. Хотя один ствол я всё-таки взял, а именно карманный ОЦ-21, в простонародье "Малыш". Мутанта таким не завалишь, а вот человека в критической ситуации вполне можно. Заплатил за него двумя колечками и серебряной цепочкой. Надо где-то пополнить запас украшений, а то осталось совсем немного.

А после в ещё одном лотке взял бестиарий, описывающий разных мутантов с их фотографией или зарисовкой. Сравнительно дорогая штука, но очень полезная.

Вот так постепенно я дошел до самого конца, как вдруг слышу:

— Серафим, ты что ли?

Разворачиваюсь и вижу:

— Серёга?! — с огромным удивлением произношу я.

Да ладно, неужто судьба наконец-то подкинула мне знакомого человека с моего поселения. После рукопожатий он продолжил:

— Так ты живой, что ли? Ты же погиб, как так-то? Вас героями сделали, что ты тут делаешь?

— Так, Серёг, давай не здесь. Слишком много ушей, — останавливаю я старого друга.

— Идём в один из дом-прицепов, всё равно сейчас охранник особо не нужен, — отвечает он мне.

И только сейчас я обратил внимание, что Сергей был одет в робу охранника каравана.

Когда зашли и уселись, старый друг снова взял слово:

— Так, давай рассказывай, что с тобой случилось, что ты тут делаешь, почему домой не вернёшься?

— Тебе честно говорить? Я сейчас и пытаюсь это сделать, домой вернуться. А тут техникой хочу обзавестись, — отвечаю ему.

— А раньше где был? Ты полгода уже мёртвым считаешься, — с нескрываемым интересом спрашивает он меня.

— Не поверишь, не знаю. Я очнулся чуть больше двух недель назад в одних шортах, примерно в двухстах километрах отсюда. Что было, вообще не знаю. Последние мои воспоминания — бой с Залтисами в тот холодный день. Я сам ничего не знаю, ты первый, кого я вообще встретил из наших мест, — почти честно отвечаю ему.

— Жееесть, как так-то, Фим? В том, что ты смог выбраться, будучи в одних шортах, в этом я не сомневаюсь. Но как так-то? Мы ж тебя похоронили, я сам твой окровавленный шлем в гроб опускал, это всё, что нашли после тебя, — с грустью продолжает рассказывать Серёга.

— Не знаю, честное слово, не знаю. Ты лучше скажи, как там наш Анклав и город в целом? И самое главное — как там Вика? Ведь это для вас прошло почти полгода, для меня — всего пару недель, — наклоняюсь к нему. — Только, Серёг, прошу, всё как есть выкладывай.

— А знаешь что, такие разговоры без алкоголя не идут, давай по одной для лёгкости, — говорит он и достает из шкафчика бутылочку с прозрачной жидкостью.

Налили, чокнулись и выпили.

— Ух, хорошо зашла. Насчёт Виктории, — сделав театральную паузу, продолжил, — очень тяжело перенесла твою смерть. Она была уверена, что ты не умер, что где-то всё ещё жив и тебя надо спасти. Даже кричала об этом в истерике. Видимо, она была права. Я её видел в последний раз в апреле, уже отошла, но всё равно мужчин близко ещё не подпускала. Что прямо сейчас, извини, не знаю. А по поводу самого анклава: практически всё как и раньше. Растём, развиваемся, объединяемся в союзы. Но что-то в руководстве происходит, люди массово меняются.Говорят заговор кто-то готовит, но это так, чисто слухи. В целом, думаю когда-нибудь Звезда и до сюда дойдёт. Но сам знаешь. Больше чем на 250 километров связь очень плохая.

— Ясно, поднебесные опять что-то не поделили, но хотя бы не всё так критично. А сам-то ты как? Как вообще в караван занесло? — решаю тоже поинтересоваться жизнью старого друга.

— А я что? А я отлично. Вон тридцатник недавно стукнул, а мир я так и не повидал. Работать всю жизнь солдатом вообще кайфа не было, хотелось адреналина с приключениями. А поскольку семьи у меня нет, оставил службу и заключил контракт с караванщиком. Тут платят хорошо, и каждый день что-то новое. За один месячный рейс можно выручить полугодовую зарплату в анклаве на моей прежней должности. Только 25% охранников обычно не возвращаются, но это дело удачи. Лучше жить весело, но мало, чем наоборот, — улыбаясь во все зубы, рассказывает Серёга.

— Рад, что ты нашёл то, что тебе по душе, — искренне радуюсь за друга.

— Да, брат, всё так, а теперь извини, но продолжим вечером, скоро меня искать начнут.

Попрощались и разошлись. Теперь, по правде говоря, настроение даже улучшилось. Ответы на важные для меня вопросы я получил. Моя девушка жива, а остальное уже узнаю в будущем.

Чуть позже вернулась София. Как и обещал, повёл её в местный супермаркет. Взяли несколько комплектов разной одежды и обуви, а после дал ей денег и отправил в отдел со сладостями. Финансы улетели моментально, ну, ничего, мне не жалко, а завтра снова на задание, и там, может, ещё заработаю.

Вечер прошёл довольно быстро. Ребёнок вернулся в комнату, а я пошёл уже в излюбленный бар. Посидели с Сергеем, поболтали. К сожалению, они едут в противоположную сторону и подкинуть не могут. Потом подтянулся отряд Домино. Вот тут я наконец-то и узнал их имена, как они сказали, "посвящение в отряд". Осу звали Наташей, Листа — Лёхой, Гром оказался Егором, Вата — Женей, а сам Барсук так и остался Барсуком. Мало кто в поселении знает его имя, и сейчас он тоже решил его скрыть. Вот так в дружной компании время и пролетело. Откланялись часов в девять вечера, всем рано вставать.

В пять утра я снова был возле оружейки. Ничего нового: амуниция, БК и инструктаж. Сегодняшнее задание по сравнению с прошлым было вообще детским: проверить несколько мелких зданий и домов на наличие полезных вещей. Только в этот раз участвует вся группа. Десять минут — и выехали.

Руководство поселения послушало мой совет, и рядом с логовом охотников любые действия пока что прекратились, поэтому идёт разведка других районов.

Подъехав к городу с другой стороны, мы отдалились от бронированной колонны и поехали сами, а добравшись до частного сектора, остановились.

Выхожу из машины и осматриваюсь. Ничего примечательного: обычные частные домики, гравийка и заборы. Где-то побогаче, где-то поскромнее, но в целом больших я не видел.

— Сегодня осматриваем этот квартал. Тварей тут относительно немного, поэтому разделяемся на пары и начинаем прочёсывать дома. В приоритете топливо, аккумуляторы и медикаменты. Хотя всё ценное вы и сами знаете. Чистим помещения и помечаем краской дома. Если в здании вообще пусто, то синий крест; если много полезного – красный; что-то среднее – зелёный. Если соваться нельзя — рисуем красный восклицательный знак. В час приезжают грузчики. У нас примерно четыре часа, все всё поняли, работаем! — командует Барсук и, подавая пример, идёт в сторону первого дома.

В пару мне достался медик. Взяв из Тигра баллончики с краской, приступили к осмотру первого дома. Поскольку работать будем в узких помещениях, пришлось сложить приклады и прицепить стандартные магазины на 30 патронов.

Первый одноэтажный домик ничего интересного не дал. Из техники – стандартные кухонные приборы и телевизор. Похоже, из этого дома сбежали, прихватив всё ценное. Однозначно зелёная метка.

Зайдя во второй дом с красной черепичной крышей и разбитыми окнами, услышали хлопки глушителей в соседнем. Пришлось остановиться и выйти на связь. Узнав, что там ничего серьёзного, просто мутировавшие крысы вышли посмотреть, мы продолжили осмотр.

Пройдя длинный тёмный коридор, перед нами предстала закрытая комната. Став по бокам, мы по очереди зашли, контролируя обе стороны. Неожиданно в висках возникает знакомая острая боль, и уже автоматически врубаю ускорение и толкаю собой Лёху в сторону.

Оба влетаем в стеклянный шкаф с какой-то посудой. Звук разбитого стекла слышен на весь дом. Не теряя времени, разворачиваюсь на 180 градусов и сразу же принимаю на автомат острые когти Кары. Вместе с мутировавшей кошкой я заваливаюсь на бок и чувствую, как её когти вонзаются мне в броник. Держу автомат поперёк, как палку, не позволяя мутанту коснуться острыми зубами моего нежного тела. Вдруг короткая очередь, брызги крови, и труп Кары падает на меня.

Рядом подходит Лист с автоматом:

— Ты как? Не задела? Спасибо, что оттолкнул, — говорит он, помогая мне подняться. Дождавшись ответа, продолжил: — Осмотри дальше дом, только аккуратнее, я сниму шкуру, их синий тёплый мех высоко ценится.

Осмотрев автомат и броню, я с грустью приметил несколько царапин, но из серьёзного – только замена магазина. Тварь пробила пластик.

В когда-то современных шкафах обнаружилась уцелевшая одежда, а в комоде — немного женских украшений с косметикой. Отложив драгоценности в карман, я пошёл дальше. В отряде присутствовало своё правило: все драгоценности забираем, потом делим. А с учётом заслуг начальство закрывает на это глаза, главное — то, что нужно именно поселению, себе не пытаться присвоить.

Дальше на очереди кухня. Захожу и открываю первую попавшуюся на глаза оливковую дверку. Мда, как говорится: «Вздутые консервы кушайте сами».

Холодильник даже открывать страшно, поэтому обходим стороной.

В следующем шкафчике такого же цвета обнаружилась маленькая сумочка с медикаментами, которая также отправилась в рюкзак. Потом кину в общую кучу, врачи разберутся.

Так неинтересно. Я уже было подумал, что это очередной дом с синей меткой, как взгляд упал на пол. А именно — на расстояние между плитками. Так сразу и не заметишь. Убираю небольшой коврик и вижу выемку для ключа.

Сам ключ нашёлся в одном из шкафов рядом. Открываю и включаю фонарик на шлеме. Невысокая лестница, стеллажи с банками и полки, вернее, всё, что от них осталось. Практически всё было обвалено. Прямо рядом с грудой хлама лежали очень давние части человеческих останков.

Взяв автомат в боевое положение, я начал медленный спуск. На последней ступеньке заметил движение в темноте и на ускорении разворачиваюсь. В принципе, этого и не требовалось. Настолько худого упыря я ещё не видел. С тем учётом, что во время сна их метаболизм замедлялся, похоже, тут в первые дни спряталась целая семья, и один из членов мутировал и убил выживших. Вон обглоданные кости ещё лежат, и похоже, детские. А после упырь просто не смог выбраться отсюда.

Короткая очередь почти в упор обрывает жизнь голодного мутанта. На звуки хлопков глушителя прибежал Лист, но увидев, что всё нормально, через пару фраз вернулся к тушке Кары. А я начал осматривать подвал. Сравнительно небольшой, где-то четыре на четыре метра. А вот в углу стояло то, что мы искали. Маленький генератор и несколько канистр с топливом, рядом ящик, наполненный всякими крупами и консервами. Но вот свежесть под вопросом. Также на полу лежал старенький наган, в барабане ещё 2 пули. Кидаю его в рюкзак и после ещё одного осмотра вылезаю.

Лист к этому времени уже закончил со шкурой и, продемонстрировав мне связку, отправился в машину.

Дальнейший осмотр дома ничего полезного не дал. Пару маленьких сейфов, которые мы с помощью взрывчатки вскрывали, не в счёт. Драгоценности нам, а прошлую валюту — нафиг, это просто бумажки.

Отличились Гром с Осой, которые нашли оружейный сейф и несколько охотничьих ружей с патронами.

Ещё были стычки, во многих домах находились мутанты. Но это не город, тут не такой огромный поток. Один дом вообще обошли стороной и на воротах оставили большой восклицательный знак. Против природы воевать желания не было, а именно пристанищем какого-то мутировавшего растения он и являлся.

Через три часа больше половины запланированных домов мы обошли и обозначили. В данный момент я и Лист заходили в какую-то пристройку, похожую на баню, как вдруг в рации раздаётся голос Осы:

— Ребёнок! Человеческий ребёнок!

Офигели все. Какой такой ребёнок в этом городе? Вот только следующая фраза Барсука вернула всех в строй:

— Оса, стоять! Чёрт, Вата и Лист — давайте в тигр и на перехват! Гром и Клим — за ней! Побежала по направлению красного дома, я за вами через соседнюю улицу. Оса, остановись!

Кивнув медику, я рванул по указанному направлению. Ловко перепрыгнув через забор, в полёте увидел бегущую Осу и ребёнка, по телосложению лет семи, в джинсах и тёмно-синей куртке с капюшоном.

Приземлился, бегу дальше через заросший огород и снова, отталкиваясь от ящиков, перепрыгиваю забор. Ребёнок очень шустрый и ловкий, Оса еле поспевает. Слышу, как она кричит: "Стой, мы поможем", а тот лишь продолжает убегать.

Ещё несколько секунд, и они сворачивают за поворот. Надо догонять. Быстро вращаю головой, вроде никого нет, активирую ускорение. Быстро добежав до поворота, я снова замечаю бегущую пару.

Прямо при мне ребёнок пытается забраться на гараж, но кирпич откалывается, и он падает вниз. Капюшон слетает, и всем предстоит вид лица с короткой шерстью. Оса оцепенела, смотря на него. Рядом появляется Гром и целится в напуганного мутанта. Снова на ускорение преодолеваю дистанцию и в последний момент бью ногой по автомату. Пули летят немного вбок, не касаясь мутанта.

Гром не понимая смотрит на меня, я же встаю между людьми и мутантом, закрывая его собой.

— Не стрелять! — говорю я.

Снимаю рюкзак и достаю оттуда, недавно купленных, пару яблок и консерву. Кладу на землю и делаю несколько шагов назад. Мутант, дрожа и не торопясь, подходит, берёт яблоко в руки, нюхает и только потом откусывает кусок. В этот момент все увидели его острые зубки. Дальше он берёт в руки остальное, и тут выстрелы.

Уже на рефлексах, в ускорении, поворачиваю голову и, не успевая подумать, прыгаю в сторону летящих пуль. Сразу две вонзаются мне в бронежилет, и я падаю.

Подбежавший и ничего не понимающий Барсук снова целится в мутанта.

— Стой! — Через боль кричу я.

В этот самый момент мутировавшее существо с едой в руках делает разгон и забирается на гараж, а после убегает.

Шесть пар недоумевающих глаз уставились на меня. Хоть бы один подошёл и помог подняться!

Принимаю сидячее положение, и только после этого они вспомнили, что меня как бы подстрелили, и бросаются ко мне.

Гром вызывает Листа, Барсук уже достал аптечку, Оса рядом и хочет расстегнуть броник.

— Всё нормально, вошло в пластины, рёбра, думаю, тоже целые, — останавливаю я всех жестом руки.

— Кто это был? — Спрашивает Оса, всех интересующий вопрос.

— Хранитель, Ангел, маленький бес. У них много названий. На деле — плохо изученные и сравнительно неопасные существа. Я сам только слышал о них, — отвечаю им.

— И что они? Давай, рассказывай всё, что знаешь, — требует у меня девушка.

— Да ничего особо рассказывать. Говорят, что это редкая мутация детей, которые сохранили часть прошлых знаний и адаптировались под новые реалии. Например, находят и носят одежду, могут открыть бутылку, обладают большой ловкостью. Общаются угуками. Когти и зубы сами видели, мясо не очень любят, но есть могут. Живут небольшими группами, — рассказываю я.

Уже подъехал тигр, и оттуда присоединились Вата с Листом.

— А почему ангелы? — продолжает допытывать Оса.

— Выглядят со стороны как дети, а вообще бывали случаи, когда они помогали людям. Тварь какую-нибудь отведут или безопасную дорогу покажут. Я знал человека, который утверждал, что именно такой мутант его как-то из города и вывел. Главное — по-доброму относиться, если повезло с ними столкнуться: еды дать, одежду тёплую, если погода холодная. По крайней мере, он мне так сказал.

— Ну, а маленький бес? Ты тоже это название упомянул, — не останавливается девушка.

— Злопамятные, в открытую не нападут, но кирпич на голову скинуть могут. Барсук и Гром, лучше оглядывайтесь и надейтесь, чтобы они поняли вашу ошибку и не начали мстить. Таких убивать вообще не хочется, — предупреждаю я их.

— Ясно, — грустно отвечает Оса и уходит к тигру.

— Чего это она? — спрашиваю я.

— Через 15 минут должны приехать грузчики и после расскажу, а сейчас давайте все вместе вон тот большой дом из кирпича проверим, — указывает Барсук.

Через назначенное время приехали грузовики с охранной. А Барсук отвёл меня подальше и начал свой рассказ.

# Отряд Домино. 2 ноября 2029 года. Примерно 6 месяцев назад от последних событий.

Группа из восьми человек двигалась по лесу против сильного ледяного ветра. Зима обещала быть холодной. Прошло семь месяцев, как поселение Восток начало быстро прогрессировать и отстаивать свои права и свободу.

Когда-то небольшое сообщество людей, а теперь — целых 700 человек. Люди перестали бояться работорговцев, и даже твари теперь не представляли серьезной опасности на территории человека. Только зима, а за ней — холод, голод и смерть. В прошлом году из-за этого погибло почти 200 человек. Участились случаи каннибализма, люди начали терять свою человечность. Но не в этот раз. В этот раз они будут готовы: склады ломятся от накопленной еды, каждый поселенец получил по несколько комплектов теплых зимних вещей и одеял, огромное количество дров ждет своего часа. Остался только один момент.

— Барсук, твою… — сильный свист ветра заглушил продолжение. Когда стихия немного стихла, человек продолжил: — Почему мы не могли доехать на технике?

— Шум техники привлечет опасных мутантов, да и круг придется делать немаленький, — ответил женский голос.

— А, типо, сейчас мы такие невидимые? — не унимался первый. — Под такой ветер никакая нормальная тварь не выйдет, мы быстрее околеем, чем дойдем.

— Коршун, хорош ныть, достал уже, — вклинился в разговор третий голос.

— Все трое, заткнулись! — рявкнул в гарнитуру командир отряда с позывным Барсук, и все замолчали. — Сова, сверь координаты, мы точно движемся в том направлении?

— Всё четко, вон там, за деревьями, должно быть старое кладбище, а за ним — разрушенная деревня. До нашей точки еще пять километров топать, — ответила женщина.

— Коршун, Жук и Гром, давайте вперед. Как дойдете до первых захоронений, выходите на связь, но в само кладбище сами не суйтесь.

Через несколько минут раздались короткие очереди.

— Парни, что там у вас? — спросил в рацию Барсук.

— Ничего серьезного, пара вервульфов, — ответил ему Гром.

— Оса, расслабься, что-то ты сегодня какая-то нервная, — тихо произнес командир, так, чтобы только девушка услышала.

— Да, ничего, просто предчувствие плохое, как будто в ловушку идем, — так же тихо шепнула девушка.

— Предчувствие — это хорошо, верь ему, но, к сожалению, другого пути у нас нет, поэтому держись на расстоянии, и если что, будешь нас вытаскивать, — похлопал по плечу девушки Барсук. — А теперь выдвигаемся.

Через пять минут весь отряд Домино был уже возле кладбища.

— Жуткое место, — поежилась Сова.

Старые, заросшие могилы и заборы уже наполовину ушли в землю. Казалось, сам лес вымер в этом месте, а сильный вой ветра только придавал устрашения.

— Рассредоточиться. Коршун, Гром — слева. Жук и Оса — тыл. Сова и Лист — за вами правый фланг. Я с Ватой берём фронт. Готовы? Пошли! — командует Барсук и первым начинает движение.

Быстрым шагом отряд пошёл между могилами. Именно здесь пропала связь с другими разведчиками.

Шаг, ещё шаг — и тут резкая, ослепляющая вспышка.

— Контакт! — слышится голос Совы.

Со всех сторон начали вылезать какие-то мелкие твари, похожие на фантастических гоблинов. Темно-зелёная кожа обтягивала тонкие кости, ростом по пояс взрослому человеку, острые когти и торчащие клыки сразу выдают их намерения.

Разом заработали все стволы.

— В круг! — кричит Барсук, и весь отряд переходит в круговую оборону.

Твари даже подойти не могут, вот только они не заканчиваются: из леса бегут ещё и ещё. — Создаём коридор на 12 часов и выходим отсюда! — продолжает руководить командир.

Все бойцы перестроились, в дело пошли гранаты. Но одна шустрая тварь умудряется уйти из-под пуль и вонзает свои когти в бедро мужчине.

— Сука! — кричит Коршун и ножом убивает мутанта, вот только та успевает полоснуть второй лапой ему по шее.

— Лист! — громко произносит Гром.

— Прикройте, работаю! — двигаясь к раненому, кричит медик отряда. Несколько манипуляций, и раздаётся продолжение: — Ястреб минус.

— Забирай БК и пошли! — руководит Барсук, меняя очередной магазин. — Откуда они только лезут?

Число трупов уже перевалило за полторы сотни. Боезапас расходуется слишком быстро, а гоблиноподобные мутанты только лезут.

— Двигаем, двигаем! — кричит кто-то из отряда.

— Воздух! — ругается Вата. Одна из тварей спрыгнула с дерева и прочертила глубокую полосу ему на плече.

— Барсук, я не понимаю! — обращается Сова. — Это кладбище метров 100 от силы было, мы уже прошли минимум 350 и даже края не видим.

— Последний магазин, — кричит Оса, вставляя магазин в короткий пистолет-пулемёт. СВД в данный момент висит у неё на спине.

— Заходим правее! — командует Барсук.

— Оса, берегись! — резко кричит Жук.

В этот самый момент сразу четыре твари умудряются подойти вплотную к девушке. Рядом стоящий мужчина успевает снести двоих, ещё одну прикладом отталкивает сама Оса. Но вот последняя, уйдя из-под пуль, засовывает лапу прямо под броник и вонзает свои острые когти в таз девушке.

— Нет! — взрывается рядом стоящий Жук и бьёт тварь ногой в морду, одновременно ловя девушку.

— Лист! — придерживая девушку, орёт боец, видя огонь.

Подбежавший медик сразу начинает осмотр, перехватывает раненую и, сняв с неё броник, начинает накладывать повязку.

— Нужна срочная эвакуация, она продержится, но нужна операция! — пытаясь перекричать звуки стрельбы, громко произносит медик.

— Надо выбираться отсюда! Готовьте гранаты и взрывчатку! Тратим всё! — пытается командовать Жук.

— Оставить! Взрывчатка нужна для задания. Выбираемся в сторону, и сразу, как появится связь, вызываем помощь. Ты же сказал, что она ещё сможет продержаться? — стреляя, орёт Барсук.

— Сможет, но затягивать тоже нельзя, она без сознания, — говорит Лист, и его сразу перебивает Сова.

— Барсук, мать твою, уходим, используя всё что есть, она беременна!

— ЧТО??? — недоумевает Жук.

— Да, ты почти отец, второй месяц, она не хотела пока говорить! Барсук, решай! — напирает Сова, меняя магазин.

— Готовим взрывчатку, готовность 15 секунд, — даёт команду командир.

Через отведённое время в тварей летит взрывчатка, и раздаётся взрыв. Новая вспышка, и перед отрядом расстилается новая картина. Вместо нескольких сотен трупов гоблинов на земле лежит лишь пара десятков, и ещё столько же живых. Вокруг простирается какой-то туман, а кладбище уже за спиной.

— Сука, это была иллюзия. Тварей гораздо меньше, мы били в молоко! — первым анализирует ситуацию Гром, одновременно стреляя в настоящих мутантов, которые, похоже, ещё не поняли, что их способность не работает.

Меньше минуты, и мутанты все мертвы, а после раздаётся голос Барсука:

— В километре отсюда начнёт работать связь, создаём носилки и пошли!

— До дороги мы тогда добрались без происшествий. Пришлось вызвать группу эвакуации. Осу забрали, вот только ребёнка она потеряла. Остаток отряда восполнил боезапас и продолжил выполнять задание. Но плохое предчувствие нашего снайпера относилось не только к мутантам. В туннеле, куда мы шли, по данным, когда-то спрятали бензовоз. По заданию мы должны были увезти машину и обрушить стены. Но нас там ждали. Тот, кто дал информацию, оказался предателем. Бензовоза там не было. А вот десятки вооружённых людей были. Произошёл страшный бой. Жук и Сова погибли. Задание было провалено. Так Оса и потеряла за один день любимого и ребёнка. Вот именно с тех пор на детей у неё такая реакция, — закончил свой рассказ командир группы.

— Да уж, сочувствую, — честно отвечаю ему.

— Новый мир суров, думаю, ты тоже много кого потерял, — проговорил Барсук.

Не успеваю я ответить, как из рации раздаётся голос Грома.

— Кто-нибудь Осу видел? Она тогда ушла в один из домов, но сейчас её там нет и на связь перестала выходить.

Через несколько минут весь отряд был уже в нужном доме. Оса на связь всё так же не выходила.

— Ищем следы, — командует Барсук.

После недолгого поиска на земле за забором обнаружили след от берца девушки. Самое ужасное, что он вёл прямо в город.

Недолго думая, оставив тигр под охраной, отправились на поиски. Оса была профессиональным снайпером, и если бы захотела, найти её было бы очень сложно. Вот только она намеренно оставляла едва видимые следы для отряда. Через 20 минут девушка вышла на связь.

— Извините, мне нужно было побыть одной, — раздаётся в эфире.

— Оса, твою мать, где ты находишься? — включается Барсук.

— Я в красной пятиэтажке, третий подъезд, пятый этаж. Тут проблемка, упыри меня учуяли. Они столпились на лестничной площадке, я забаррикадировала дверь, но мне кажется, ещё немного, и они её просто вынесут, — докладывает девушка.

— Держись, мы идём, а твою субординацию обсудим на базе, — отвечает Барсук, и мы двинули.

Нужное здание нашли быстро. Как только зашли в подъезд, то услышали хлопки глушителя.

Я и Гром остались прикрывать на первом, остальные ломанулись вверх.

Через десяток секунд раздались новые хлопки, и в рации сообщили, что всё нормально.

Как только упыри устали ждать и начали ломать дверь, Оса выпустила в неё полмагазина из укороченной СВД, убив одну. Но на шкаф и дверь у остальных ушло меньше пяти секунд. Дальше девушка использовала пистолет-пулемёт, опустошила магазин, закрылась в комнате, одновременно меняя его. Эту дверь вынесли с одного удара, но в этот момент подошло подкрепление. Это всё рассказали нам, когда мы спустились.

Стоило мне первому покинуть подъезд, как знакомая боль в голове толкнула меня на ускорение. Мгновенно ухожу влево, и прямо на место, где я был, приземляется огромная туша.

— Блин, кто это? — вышел офигевший Гром.

Но мне было не до офигевания. Мутировавший медведь размером с маленький грузовик двигался слишком ловко для своих габаритов. Только благодаря ускорению я несколько раз уходил из-под его когтей, чтобы встать и снова уклониться.

Резко заработали автоматы, но пули, по ощущениям, только гладили мишку. А вот я начал уставать. Боль в голове начала нарастать.

Начал строчить АЕК-999. Только после этого мутант обратил внимание на остальную группу, и я смог уйти за стоящую машину.

Ага, хрен мне. Медведь решил меня добить и мощным ударом лап сложил капот автомобиля, как будто тот был из бумаги.

Кто-то из группы наконец-то додумался использовать подствольник, и 30-мм граната ВОГ влетела в бок мутанту. Вот это наконец-то подействовало. Тварь развернулась и пошла на таран. Группа уже успела разбежаться, но двое остались на выходе из подъезда и сейчас забежали в него обратно.

Мутант вынес дверь со стеной и попытался забежать в подъезд, вызвав разрушения. Но, кажется, ему было всё равно на падающие куски железобетона, и он вышел обратно.

Мы все уже рассредоточились и безостановочно поливаем тушу свинцом.

Понимая, что в подствольнике у меня осколочная, предпринимаю попытку задеть глаза мутанту. После громкого крика нажимаю на спусковой — промах, граната ушла выше и взорвалась на холке, немного опалив шерсть, но серьезных ран не нанесла.

Как по слону дробью стрелять, вот честное слово. Тут из окна второго и третьего этажа появились забежавшие в подъезд.

Вот сейчас бы очень пригодилась крупнокалиберная дура Осы, но сегодня у неё была укороченная СВД, которая мутанту делала больно, но критического ничего не наносила.

Выбежавший медведь ломанулся в сторону Ваты с пулемётом. В этот самый момент я сам перезаряжал подствольник. Опытный пулемётчик не подкачал и зарядил длинную очередь в морду твари. Видимо, одна пуля попала в приоткрытый глаз, и мутант немного потерял траекторию. Это и спасло бойца, который вовремя успел отскочить в сторону.

Уже поняв, чего боится мишка, начали бить подкалибером. Целюсь и попадаю мутанту в мягкие ткани. Аж кусок плоти оторвал! Мутант рычит. В порыве ярости бросается на Барсука, но тот успевает перепрыгнуть через капот авто и уйти за детскую железную горку. Это дало секунду для того, чтобы ещё одна подкалиберная граната вошла в лапу мутанту. А за ней ещё две.

У медведя, видимо, инстинкт самосохранения всё ещё работает, поэтому, поняв, что его окружили, он ломанулся к дороге, сбивая стоящие авто, и ушёл за угол дома.

— Все живы? — сразу раздаётся голос Барсука.

Посыпались доклады.

— У меня подкалиберные закончились, — если он вылезет, я буду бесполезен, — говорит Гром.

— Так об этом надо думать потом, сейчас сюда твари набегут, — указывая рукой, говорит Вата.

— Оса, Лист, спускайтесь через окно и валим отсюда, — командует Барсук.

Так быстро, наверное, они давно не бегали. Ещё и в полной амуниции. А как по-другому, если ты прям чувствуешь, что за тобой бегут мутанты? Хотя пострелять всё равно пришлось. Благо, находились только на въезде к многоэтажкам. По рации сообщили охранению грузчиков, и нас прикрыли тяжёлыми пулемётами с БТРов. А потом ещё и сами стрелки подключились. Даже была мысль сворачивать операцию и увозить людей, но мутанты отступили.

До вечера остались со всей колонной, зачистив ещё десяток домов. Охранение тоже рвалось в бой, но Барсук ясно дал понять, что их работа — охранять, а не зачищать и штурмовать.

В поселение с остальными решили не возвращаться, а заночевать в том самом укреплённом доме в паре километров от города.

Оказывается, отряд «Домино» там все хорошо знали и радушно приняли. Двухэтажный кирпичный дом представлял из себя крепость. Укреплён бронелистами со стальными ставнями на окнах.

Из импровизированной бойницы торчит дуло крупняка. В подвале — работающий генератор, весь второй этаж оборудован под спальные помещения с двухъярусными кроватями. На первом этаже — ящики с боеприпасами, печка и кухня с небольшой библиотекой. Сзади — встроенные душевые с баками. На улице — пара туалетов, огороженные колючей проволокой и освещаемые прожекторами. В гараже обнаружил БРДМ-2.

В общей сумме в этой крепости постоянно находилось десять человек, которые дежурили по трое, сменяясь каждые три дня. Почему так много? Место очень опасное. На крыше стоит отпугивающая антенна, это полноценный блокпост и точка для отдыха. Слишком много полезного здесь можно найти, поэтому нужна хорошая охрана.

Поели, даже в душ смогли по-быстрому сходить. Не полноценный контраст, но всё равно приятно. А дальше — карты, чай с печеньем, немного разговоров и спать.

Ночь прошла быстро. Часовые докладывали, что вдалеке был виден свет фонарей. Эту информацию я случайно услышал, проходя мимо.

В 8 утра мы снова поехали в город и продолжили чистку домов, а в обед вернулись в само поселение. Там выложили все украшения и поделили на шестерых, примерно учитывая качество драгоценностей.

Мех Кары был чисто моим с Листом трофеем. После всех мероприятий он попросил отдать мне деньгами или украшениями половину стоимости. Мех ему самому нужен: жена на шестом месяце, так на зиму из этого одёжку для ребёнка сошьют. Что-что, а греет этот мех лучше термобелья. Немного подумав, я просто отдал ему связку и взял одну цепочку, которая даже трети от половины стоимости не закрывала, но уговоры медика взять больше не сработали, и я, тепло попрощавшись, ушёл к себе.

По дороге встретил Николая. Водитель БМП, вернее, уже танка, был в хорошем настроении и, немного поболтав, передал мне конверт со словами: "От Сергея, он представился твоим другом и попросил передать лично в руки".

Отойдя немного в сторону и проверив, чтобы никто не смотрел, я вскрыл конверт. Там было следующее:

"И снова здравствуй, дружище! К сожалению, к моменту, как ты приедешь, я уже выдвинусь в путь, дорога ждёт. Но я должен тебя предупредить: никому здесь не доверяй. Какие-то люди очень интересуются тобой, я послал их, но в караване есть те, кто знал тебя, и они молчать, скорее всего, не станут. Будь настороже и всегда держи оружие в кобуре. Успехов, брат, ещё дома вместе выпьем".

Да уж, надо поскорее уезжать отсюда. Эта информация подкинула пищу для размышлений.

Вернувшись в комнату, застал Софию. Умная девочка всё сама понимала, и моё отсутствие её особо не смутило. Главное, деньги тогда оставил. Завтра сделаю себе выходной день, а там уже будет видно. Чувствую, ещё несколько дней, и я обзаведусь обещанным бронированным автомобилем "Волат" и смогу выдвинуться в путь.

Если вам нравится первая книга: поставьте лайк и подпишитесь на автора. https://author.today/work/478901# Вам не сложно, а для автора это стимул писать и поскорее выкладывать новые главы, так же буду признателен если напишите комментарий и оставите ваше мнение

Глава 8

К нашему приезду каравана уже не было. А жаль, я всё-таки решился купить АШ-12, но увы.

Ночью я отсыпался, а наутро узнал, что у Софии тоже выходной. Я не отец, но с помощью денег можно устроить и ребёнку праздник. Скоро мне уезжать, и надо позаботиться о том, чтобы оставить девочке запас на первое время.

София не глупая и сама всё понимает. Я как-то поднял тему с Листом насчёт неё. Медик часто бывает в госпитале, так вот, по его словам, девочка уже достигла больших успехов. Говорят, что у неё талант в медицине, и персонал её любит. Даже Наталья Викторовна, лучший и очень уважаемый хирург в поселении, заинтересовалась ею. Несмотря на свой преклонный возраст, женщина всё ещё продолжает работать, вот только учеников берёт очень редко, и Софии очень повезло.

А вечером меня вызвали к Геннадию. Прямо сейчас я стою возле кабинета и почему-то не хочу заходить.

Вздохнул, выдохнул и толкнул дверь. Прямо за ней сидел хорошо знакомый мне отряд Домино и лидер поселения.

— День рождения у меня вроде не сегодня, к чему такое собрание? — попытался пошутить я, но, увидев их лица, спокойно сел на стул и стал ждать.

— Климовский Серафим Александрович, 2006 года рождения. Профессиональный боец элитного отряда «Тайфун» союза поселений, называемого «Звезда», обучен воевать с людьми, мутантами и даже с залтисами. Храбр, умён, справедлив и опасен. В феврале этого года числится погибшим после боя с ящерами. Вроде ничего не забыл, — с серьёзным лицом смотрит на меня Геннадий.

Вот и то, о чём предупреждал Сергей. Как только я понял, о чём говорит местный лидер, моя рука легла ближе к кобуре. Это не осталось без внимания отряда. Я бы очень этого не хотел, но если придётся… У меня в магазине 8 пуль, тут 6 человек, на ускорении есть немаленькие шансы выйти из комнаты победителем, а там уже будет видно.

В целом всё так, как он и сказал, кроме того, что «Звезда» — это придуманное обычными людьми название, потому что шесть самых крупных поселений расположены так, что сверху можно нарисовать звезду с одним городом посередине. На деле же наш союз носит название «Новая Республика». Шесть крупных поселений населением от 10 000 человек и большое количество мелких.

— Так спокойно, — заметив, как я напрягся, продолжил местный лидер, — так было нужно, мы должны знать, с кем работаем. Уж слишком много загадок в тебе, Серафим, а наша служба безопасности тоже не просто так создана. Нам нужен твой опыт и знания. Именно с этой операцией и будет заключаться твоё последнее задание по нашему уговору. Готов слушать дальше?

— Что вы ещё знаете обо мне? — серьёзно спрашиваю я.

— По правде говоря, это всё, что удалось узнать, и ты сам подтвердил достоверность этой информации. Новая Республика знает о нас, а мы знаем о них. И только большое расстояние не даёт нам заключить нормальный союз, — отвечает он мне.

«Проклятие, так легко спалиться», — даю себе мысленную затрещину и задаю следующий вопрос:

— От меня что конкретно хотите?

— Клим, мы тебе не враги, — вмешивается в разговор Барсук. — От твоего опыта просто зависят жизни людей и успех операции.

Принципиально молчу, давая ему возможность продолжить.

— Эта информация является секретной, и о ней знает только определённый круг лиц. Видишь ли, в городе есть упавший корабль Залтисов. Никакой инопланетной активности рядом с ним нет. В городе мы не видели ни одного ящера, поэтому можем смело предположить, что корабль пустой, а у нас в планах совершить на него рейд.

— Для чего вам это и какая модель корабля? — перебиваю я Барсука.

— Не знаю, насколько у вас там изучены технологии пришельцев, но мы знаем только об их сплаве и за ним и собираемся идти. Это позволит усилить технику и, возможно, победить Михаила и его приспешников. А модель... без понятия, мы с Залтисами не воевали, и какие бывают модели, я не знаю. Могу сказать только то, что размер корабля как три земных пассажирских «Боинга», причём как в ширину, так и в высоту, издали напоминает большой наконечник стрелы, — отвечают мне.

— Тяжёлый десантный, судя по описанию. Внутри никогда не был. Но минимум 30 Залтисов с одним демоном он может нести. Это минимум, — на секунду замолчал, а потом продолжил: — АШ-12 или АШБ-27 для каждого бойца. Три штурмовых отряда по 15 человек, по возможности в экзоскелетах, у каждого по несколько ЭМИ-гранат, вокруг лёжки снайперов с крупнокалиберным оружием и отряды прикрытия с техникой, гранатомётами и тяжёлыми пулемётами. При худшем раскладе шансы на победу с наименьшими потерями будут не маленькие.

— Где ж мы тебе это всё возьмём? — бросает в недоумении Барсук. — Боевых экзоскелетов у нас нет, да и неудивительно, они только за пару лет до вторжения начали появляться. АШ-12 штук восемь есть. Тяжёлых пулемётов и снайперских винтовок хватает, но вот насчёт АШБ-27 ты вообще загнул. Они только в 2028 были приняты на вооружение, за несколько месяцев до вторжения. Их на всё объединение пару десятков от силы будет. Нет у нас сил, о которых ты говоришь.

Я, конечно, немного преувеличил, но не сильно. Смотря что или кто остался в этом корабле. Залтисы обычно захватывают города под свои нужды, как там, в той лаборатории, где я очнулся. А здесь их никто не видел. Возможно, они все погибли, но боевых роботов на корабле никто не отменял, а ещё могут быть инопланетные твари. В общем, лучше перестраховаться.

По поводу АШБ-27, это скорее была проверка. Один раз только его видел. Сверхмощный автомат нового поколения, с абсолютно новым, практически безгильзовым патроном 10,5×102. Конструктор как-то смог совместить безгильзовый патрон с небольшой гильзой, при этом исправив недостатки прошлых инженеров по поводу первого типа боеприпасов, использовав какую-то новую смесь пороха. После выстрела вылетает лишь небольшая, толстая гильза. На вид чем-то напоминает АШ-12. Вот только технические показатели выросли почти в полтора раза при стандартном магазине в 40 патронов, вместо 10. Идеальное оружие против Залтисов: прошивает энергощит и саму броню за одну очередь. Вот только стволов таких, можно сказать, что и нет, и изготовление непростое.

Все эти мысли промелькнули у меня в голове за секунду, и я ответил:

— Тогда я крайне советую отменить операцию, чтобы не получилось как с охотниками.

— Это исключено. По нашим данным, Михаил и его приближённые собираются в ближайшее время как-то брать наше поселение, нам нужны эти сплавы, — снова заговорил Геннадий.

— У вас есть немаленький шанс потерять всех бойцов, отправленных на это задание, — пытаюсь убедить их.

— Но при этом есть и шанс достать то, что нам нужно, а без этих сплавов нас, скорее всего, уничтожат, — снова вмешивается Барсук.

— Ну, а вы что скажете? — обращаюсь я к остальному отряду. — Готовы рискнуть всем ради мизерного шанса?

— У нас нет выбора, Клим. Противостоять силам Михаила вряд ли получится. Ту базу, которую ты видел в бывшем санатории, это просто его место для отдыха. Основное поселение, чуть поменьше нашего, находится в нескольких километрах севернее. А таких подобных городов несколько. Также, насколько нам известно, он начал зачистку, и до моста все мелкие группы людей уже в ошейниках, а после моста — все здесь, за стенами. Мы — последний оплот свободной жизни, — подняв голову, говорит Вата.

— Я не хочу видеть будущего ребёнка и жену в ошейнике и готов рискнуть, — отвечает Лист.

— Лучше смерть, чем рабство, — произносит Оса.

— Возьмём инопланетный корабль, а потом засунем нож Михаилу в жопу, — с улыбкой говорит Гром.

— Клим, ты слышал мнение Домино. Тебя мы не просим лезть внутрь. Нам нужна только консультация и твой анализ, можешь находиться вне корабля, — кивнул мне лидер поселения.

— Хорошо, допустим, я согласен. Есть только несколько условий: первое — я сам командую операцией. Второе — вместе с Волатом мне нужен один из ваших АШ-12 с цинком патронов. Третье — отряд Домино корабль не штурмует, — серьёзным голосом говорю я.

— Что?! — раздаётся возмущение со всех сторон.

— То! — грубо отвечаю им.

— И правда, если с первыми двумя пунктами я согласен, то третий поясни, — наклоняется ко мне Геннадий.

— А я смотрю, вам нравится терять хороших людей, — с издёвкой говорю ему. — Они пойдут второй группой, которая, возможно, зайдёт в корабль. Первая группа должна быть из смертников. У вас же есть тюрьма и есть те, кого вы периодически расстреливаете. Да, я знаю об этом, у вас с наказаниями не церемонятся.

— Прошу заметить, — перебил меня местный лидер, — мы казним только убийц, насильников, рейдеров и работорговцев.

— Да мне пофиг, — останавливаю его. — Сам факт: сначала нужно пустить тех, кого не жалко. Шанс того, что они выживут, меньше 10%. Помимо живых Залтисов, там можно встретить боевых дроидов и автоматические турели. Даём им «калаши» и аппаратуру с камерами, плюс рацию, дальше запускаем в качестве разведки. Если выживут – свобода.

— Этих людей лучше не выпускать, вернутся ведь с оружием в руках, — тонко подмечает Гром.

— Тогда пулю в затылок, но уже после всех мероприятий. Сами всё знаете, — равнодушно отвечаю.

Ещё час обсуждали операцию, и начало назначили через сутки. Тяжёлая техника расчистит коридор, а дальше начнём действовать.

Отведённый день был назначен для подготовки. Всех людей, участвующих в операции, я лично инструктировал, как воевать с Залтисами. На картах обозначили все точки прикрытия. В качестве разведки отправляют шестерых заключённых: насильник, психопат-убийца и четыре работорговца. Каждый из них получит АК и три магазина к нему.

В качестве прикрытия дают несколько «Тигров», две БМП, три БТР, одну БМД-4, один танк Т-72М и почти сотню человек пехоты. Реальная мощь. Надеюсь, этого хватит.

Через сутки, ранним утром, боевая колонна выдвинулась в путь. Почти пять часов ушло на зачистку дороги. Было истрачено уйму боеприпасов. Потеряли два "Тигра", один БТР и два грузовика. Одну БМП повредили, и пришлось вызывать тягач с прикрытием для возвращения её на базу. Не считая экипажей техники, погибло 20 человек пехоты. Я бы уже давно повернул назад, но Барсук напоминал, что отступление лишь отсрочит их смерть или рабство.

Когда с крыши спикировала тварь, похожая на сказочного дракона, и уцепилась лапами за башню БМП, я подумал, что всё, ещё одна единица техники потеряна. Но спасли танкисты: они быстро навели пушку и разорвали мутанта из основного орудия.

К середине четвёртого часа ящики с боеприпасами в грузовиках начали показывать дно. Казалось, весь город сбегался в нашу сторону. Вся дорога, по которой мы медленно продвигались вперёд, была усеяна трупами различных мутантов. Сюда бы группы для разделывания шкур — и можно обогатиться.

Ещё полчаса ушло на зачистку дома культуры (так было написано на входе) и установку отпугивающих антенн. И вот мы наблюдаем парк, в котором лежит упавший иноземный корабль. Самолёт, визуально похожий на толстый ярусный наконечник стрелы с выпуклой задней частью. Даже отсюда можно было оценить повреждения. Похоже, система ПВО хорошо поработала. Одно из трёх крыльев отсутствовало, второе наполовину откололось при посадке и лежит в метрах двухстах; из целых — только верхнее. В длинной кабине видны следы от попадания ракет.

— Держать корабль под прицелом. Стрелки держат территории вокруг всего здания, 70% стволов — в сторону возможных пришельцев. Технику расположить полумесяцем, из них "Тигр", БТР и грузовики — в сторону, откуда мы пришли, и готовьте заключённых, — отдаю я приказ. Скоро всё начнётся.

Паша Таращенко по кличке Пахан уже двое суток сидел в камере и ждал своего расстрела. Скучно, жесть как. Это надо было так глупо вляпаться! А ведь всё начиналось так красиво.

Сначала он со своей группой таких же ловцов людей поехали по уже знакомому адресу. Именно там, в этом небольшом поселении, и находился его объект желания. Несмотря на большое количество рабынь и свободных девушек, которых он успел поменять за всю жизнь, эта юная девочка-подросток вызывала у него жгучее желание и приток крови в нижнюю часть тела. Вот только она никогда не покидала поселение, а ведь Пахан намеренно караулил. Была даже мысль выкрасть девчонку, но тогда есть шанс быть замеченным. А приближённый к Михаилу Александровичу, лидеру Анклава «Надежда», строго-настрого запретил создавать большие потери среди будущих рабов.

И вот недавно им отдали приказ зачистить поселение. Скрытая операция, несколько убитых мужчин и женщин, и вот эта плачущая шестнадцатилетняя девушка с разорванной блузкой прямо перед ним на коленях. Несколько ударов по подростку заставляют её ещё больше запищать.

От этих воспоминаний раболовец улыбнулся.

Но вот дальше всё пошло не по плану. Стоило ему нагнуть девушку и задрать юбку, как на улице начинают раздаваться выстрелы, а ещё через несколько минут в комнату влетает ослепляющая граната, и кто-то надевает ему наручники.

Вот так он оказался здесь, в камере поселения Восток. Оказывается, их спецназ был неподалёку и решил вмешаться. Сейчас его и ещё троих выживших надеждовцев ждёт показательный суд и расстрел.

— Пахан, надо что-то делать, там легавый хромает, можно использовать это, — отрывает его от мыслей голос Чижа. — Подыхать вообще не хочется.

— Тут только охраны человек 25 будет ещё, а у нас полудохлый, — разрушает надежды говорящего Шурик, получивший своё прозвище из-за небольшого роста, всего метр шестьдесят четыре сантиметра.

— Я и одной рукой сейчас тебе шею сломаю, — грубо отвечает последний человек Паши, Костыль.

— Рискни! — злобно улыбается Шурик.

— Заткнулись все! — обрывает очередной раз начавшуюся перепалку главарь. — Башка и так от вас уже трещит, ждите мою команду, у меня есть идеи.

Вот только идей у Пахана не было, но по-другому этих дуболомов не заткнуть.

А на следующее утро, вместо того чтобы провести на расстрел, им предложили выбор: билет в один конец, но с мизерным шансом на спасение. И этот шанс Паша Таращенко точно упускать не собирался.

В течение дня к ним приходили разные люди, но больше всего запомнился парень лет двадцати пяти. Похоже, именно он будет командовать операцией. «А раз он молодой, то и неопытный, — подумал Пахан, — поэтому шансов сбежать больше, но и погибнуть тоже». О последнем Пахан старался не думать.

На следующий день их и ещё двоих заключённых, связанных и с мешками на голове, медленно и долго везли, казалось, через самую гущу боя. Мешки сняли только перед каким-то парком с большим инопланетным кораблём. Дали старые, убитые автоматы и по три магазина к каждому, а после повесили каждому аппаратуру с камерой, зацепили одну рацию и отправили в сторону инопланетного корабля.

— Пахан, надо валить, на этих кораблях люди не выживают, — обращается Чиж, как только вся группа начала движение.

— Нас караулит десяток стрелков, плюс мы в мутировавшем городе. Хочешь сдохнуть — беги, — отвечает Паша.

Вход на корабль нашли довольно быстро. Недалеко от крыла обнаружили отверстие в человеческий рост, и тут Чиж не выдержал. Пригнувшись, он резко стартовал за дерево, отбежав его, перепрыгнул через невысокий куст и упал лицом в землю. Одинокий выстрел со стороны ближайшего здания и брызги крови свидетельствовали, что раболовец своё отжил.

Следя за Чижом, Пахан не заметил, как маньяк тоже стартовал в другом направлении. И вот он уже пробежал полторы сотни метров, а по нему всё не стреляют.

«Неужели повезёт?» — подумал главарь, смотря вслед убегающему. Но нет, на второй сотне метров маньяк по колено провалился под землю. Какая-то стелющаяся трава начала двигаться и обхватывать его тело. Длинная очередь из АК-74 разрывает воздух, а после — панический крик и резкие движения. Не прошло и двадцати секунд, как тело полностью окутала растительность, погрузив его под землю.

— Кто-нибудь ещё хочет сбежать? — раздаётся из рации голос того парня. — Нет? Тогда забирайте магазины у подстреленного и заходите на борт.

— Во урод! — раздаётся сзади чей-то голос.

Забрав патроны, они по очереди зашли внутрь. Тёмно-синие стены и тусклые лампочки аварийного освещения сразу предстали перед глазами.

— Начальник, это нормально, что спустя несколько лет тут всё работает? — спрашивает в рацию Пахан.

— Аккумуляторы Залтисов могут работать в автономном режиме десятки лет. Продолжайте задание, — служит им ответом.

Немного дальше обнаружились останки различных мутантов и сломанная плазменная турель.

Так получилось, что Паша Таращенко уже встречался с Залтисами и даже парочку смог завалить, поэтому ему известны некоторые основы.

Медленно продвигаясь по длинному коридору, Пахан обдумывал пути побега. В одиночку выжить сложно. Надо забрать с собой Костыля и Шурика. А вот этого, так называемого убийцу, который сейчас дрожит от каждого шороха, надо пустить в расход.

Аварийное освещение давило на сознание, а единственного выданного фонаря не хватало. За поворотом обнаружился первый труп ящера. Лёгкая броня из иноземных сплавов не спасла его от падения. Рядом лежал лазерный пистолет, который Шурик поспешил поднять.

— А где на валыне спусковой? — тихо спрашивает он.

— Оставь, для нас он бесполезен, — останавливает энтузиазм Пахан. — Там небольшое отверстие в рукоятке, туда из ладони ящера высовывается щупальце и синхронизируется с оружием, именно поэтому люди до сих пор не знают, как его использовать.

С грустью раболовец положил пистолет обратно.

— Справа должен быть проход в сторону кабины, идите туда, — командует голос из рации.

Стоило им завернуть, как снова приходит команда.

— Стоять, киньте сначала туда что-то покрупнее.

Пришлось вернуться за лазерным пистолетом. Замах, бросок, и из стены вылетает лазерный луч, пронзающий летящий ствол.

Скрытая турель, понял Пахан. Это же подтвердил и голос из рации, который направил группу в другой коридор. А вот там уже стало очень интересно. Какие-то капсулы ровными рядами стояли прямо перед ними.

Резкий вскрик и отпрыгивающий силуэт вырывают главаря из его мыслей. Оказывается, тот четвёртый дурак решил подойти к одной из капсул и заглянуть за стекло.

Последовав его примеру, Пахан тоже посмотрел.

— Твою ж, — произнёс он.

В капсулах лежали Залтисы, похоже, спящие, по крайней мере, изнутри работали какие-то системы.

Очередь из автомата заставляет главаря упасть на землю, сразу за ним последовал лёгкий хлопок от лазерного выстрела и звук упавшего тела. Заработали ещё два автомата. Из рации донеслось:

— Длинными очередями в лоб или короткими в борта, нужно зайти сбоку, спереди мощный энергощит.

Пахан аккуратно выглянул из-под капсулы. Летящий и шустрый шар диаметром где-то 30 сантиметров, с видимым энергощитом спереди, маневрировал по помещению, периодически стреляя из короткого лазерного ствола.

Шурик и Костыль сидят за укрытиями и пытаются сбить угрозу. Вот только редкие попадания поглощает передний щит. Костыль вообще формально одной рукой стреляет из АК-74У, вторая, перевязанная, используется как подставка.

Вспомнив слова из рации, он ползком начал заходить в бок летающему шару. Занятая двумя стрелками, боевая машина не замечала Пахана, и он это понимал. Через десяток секунд несколько коротких очередей из его калаша заходят в корпус шара, прерывая его работу.

— Что это за штука? — громко спрашивает Шурик.

— Какая разница? Вопрос в том, сколько тут таких, — прерывает его речь Костыль.

В этот самый момент Пахан находился рядом с шаром. Его внимание привлекли капсулы, в которые прилетели шальные пули: они почему-то начали мигать, а из них выходил воздух. Следом за повреждёнными те же самые действия начали происходить и с целыми.

«А вот это очень плохо», — подумал главарь и побежал. Через несколько секунд, как он выбежал, из комнаты донеслось большое количество матов, затем стрельба, и всё стихло. Только Пахану было всё равно, он уверен, что все, кто были в капсулах, уже давно их покинули.

Во время бега по коридорам Паша убрал звук на рации и скинул камеру. Забежав в какую-то комнатку, он залез в что-то наподобие шкафа и стал ждать. Бежать сейчас в сторону выхода слишком опасно.

Аппаратуру с экранами расположили прямо на третьем этаже, рядом с разбитым балконом. Именно отсюда открывается вид практически на весь бывший парк и, главное, на корабль Залтисов.

Когда-то здесь росли деревья, были выстроены красивые дорожки, и, возможно, в озере плавали уточки, а сейчас... В центре растительность как будто вымерла, плитка во многих местах разбита, озеро по непонятным причинам почти высохло. Лишь по краям росла трава с кустами.

— Группа выдвинулась, — доложил мне рядом стоящий боец.

— Следите за ними. Как только зайдут, отправьте отряд из трёх человек с НСВТ вот туда, — указываю на какие-то руины. — Ствол пускай держат на 11 часов.

Не нравится мне всё это. Ой, как не нравится.

— Барсук, слышишь? Если вдруг что, при первой команде собирай и увози людей на максимальных скоростях. Всё понял?

— Задачу надо выполнить, но я понял, — отвечает он мне.

— Группа остановилась и начала диалог, — докладывает мне боец.

Прислушиваюсь в наушник и слышу:

— Пахан, надо валить, на этих кораблях люди не выживают.

— Нас караулят десяток стрелков, плюс мы в мутировавшем городе. Хочешь сдохнуть – беги.

— Продолжаем держать всех под прицелом. Если кто-то побежит вправо, позвольте ему это сделать и не тратьте патроны, — продолжаю я давать наставления.

Как только группа подошла к отверстию в корпусе и уже приготовилась заходить, один из заключённых побежал. Мой кивок, и лежащий рядом снайпер с СВД убивает беглеца. Воспользовавшись неудачей первого, второй заключённый уже достиг нужной мне точки. А потом на глазах у всех его обволокла трава и втянула под землю.

— Запомните на будущее, может, это спасёт вам жизнь: если трава идёт волнами и как будто подпрыгивает – обходите это место стороной, сами видели, что будет, — даю всем бойцам совет через общий канал.

Дождавшись, пока заключённого утянут под землю, я произнёс:

— Кто-нибудь ещё хочет сбежать? Нет? Тогда забирайте магазины у подстреленного и заходите на борт. — Оскорбление в мой адрес я проигнорировал.

Как только все четверо зашли, один из них решил обратиться ко мне:

— Начальник, это нормально, что спустя несколько лет тут всё работает?

Пришлось ответить:

— Аккумуляторы Залтисов могут работать в автономном режиме десятки лет. Продолжайте задание.

А сам добавил, обращаясь к рядом стоящим парням:

— Мы ещё не научились преобразовывать их энергию, но их батарейки отлично взрываются.

— А если их поджарить, они на вкус как и их земные собратья? — с улыбкой спрашивает рядом сидящий радист, а вокруг раздались смешки.

— Не знаю, но обещаю, первый кусочек твой, — также отвечаю ему.

— А вы... — пытался продолжить боец, но под взглядом Барсука поспешил замолчать.

— База, это пулемётный расчёт возле развалин. Тут многометровая дыра вниз, решётка разорвана. Похоже, это спуск в катакомбы, есть шанс, что вылезет какая-то тварь.

— Понял вас. Пока не начался бой, держите спуск на виду. Потом, вплотную к звукам стрельбы, вряд ли кто-то выйдет, — успокаиваю я бойцов.

Контролируя каждый шаг заключённых, я попытался направить их в кабину экипажа, но вовремя увидел знакомый контур турели. Как бы я ни хотел смерти этих людей, разведка важнее.

В другом помещении они обнаружили капсулы, вот только они кардинально отличались от той, с которой вылез я.

Ещё, как назло, из ниоткуда вылетел зонт — разведывательный дроид в форме небольшого шара. Против подготовленного отряда он не представляет собой серьёзных проблем, но заключённые смогли потерять одного, и если бы не действия их главаря, возможно, и ещё кого-то зацепило.

Однако выстрелы задели капсулы, и вот именно в этот момент я напрягся. Осознание того, что происходит, пришло очень быстро.

— Код красный 2, — говорю я в общий канал, готовя людей к бою с Залтисами.

В этот самый момент главарь побежал куда-то по коридорам, сорвав камеру, а двое оставшихся приняли бой. Поскольку ящеры пробыли долгое время в отключке, энергетический доспех многие включить не успели. Благодаря этому одного удалось ликвидировать и двоих ранить. После этого обоих рабов расстреляли.

Всё это я видел через экран. И тут произошло то, чего я сам не ожидал. Из верхней части начали вылетать таблетки — также летающие дроиды, но уже штурмового типа. Выглядят как таблетка диаметром где-то метр и 40 сантиметров в высоту. В отличие от прошлого разведывательного типа, эти уже имели по бокам два автоматических лазера и плазменную лёгкую пушку. Так же наличие энергетического щита спереди и энергоплёнки в остальных местах делали их дроида большой проблемой.

— ПТУРами и добивайте стрелковым. Стена, стоишь не вылазишь из укрытия и не вступаешь в бой без моего приказа, — отдаю распоряжения в рацию, одновременно остановив рвение танкистов.

Таблетки начали разлетаться в разные стороны, послышались первые выстрелы и первые крики раненых и убитых бойцов. Через несколько секунд с разных частей здания вылетели управляемые ракеты. После взрывов повторяю команду, одновременно обращаясь к экипажу БМД:

— Гасим из стрелкового! Камень 1 и пулемётный расчёт возле катакомб, держите на прицеле заднюю дверь корабля!

ПТУРы хорошо отработали, несколько таблеток упали на землю, но у остальных только разрядился щит. Вокруг заработали стволы, сбивая дроидов.

— В сторону! — кричу и отталкиваю рядом стоящего бойца в бок.

В то место, где он стоял, прилетел заряд плазмы, обсыпав нас штукатуркой и опалив стену.

Встав на ноги, я выглянул на балкон и сразу ухватился за рацию.

— Задняя дверь! — даю команду бойцам.

И как только оттуда начали выбегать залтисы, по ним сразу заработали НСВТ и БМД. Снаряд от 100-миллиметровой пушки влетел прямо внутрь и взорвался там.

Вот только ящеры тоже не тупые. Потеряв несколько сородичей, они заняли позиции внутри. В разных местах начали появляться амбразуры с инопланетными стрелками. Залтисы разбились по всему кораблю. А я даю команду БМД спрятаться за углом. Выкатываясь на секунду, чтобы сделать выстрел из основного орудия и очередь из 30-мм пушки, и закатиться обратно.

Через несколько секунд развернулся корабельный лазерный пулемёт и заработал по нашим позициям. Сразу несколько ракет из РПГ полетели в него, напрочь уничтожив орудие. В ответ из одной из амбразур вылетел луч плазмы, взорвав стреляющий БТР.

А дальше залтисы перешли в наступление. Вылетело ещё несколько таблеток и штук десять шаров. Из боковых уже открытых дверей иноземного корабля спрыгивали лёгкие боевые дроиды Марк-2, представляющие собой двуногую машину. В каждой руке встроено лёгкое лазерное оружие. А само тело, как и броню ящеров, усиливает энергоплёнка.

Прямо за ними пошли сами залтисы. Часть сменили тяжёлые бластеры и взяли энергетические щиты с лёгкими лазерными пистолетами. А это уже проблема. Их не так просто пробить стрелковым вооружением, но пока жду и в бой не вступаю. Не скажу, что всё идёт как я и планировал, но надо ждать.

30-мм пушка БМД-2 несколькими выстрелами разряжала бронеплёнку и добивала дроидов. Тяжёлые крупнокалиберные пулемёты делали то же самое.

Залтисы разбежались по парку, продолжая бой. Если это всё, то мы задавим их огневой мощью.

Пулемётчик с НСВТ идеально расположился возле катакомб, не давая группе ящеров пробиться дальше. Вот только таблетки и шары очень мешали. Но почему-то залтисы со всеми дроидами после атаки просто закрепились на позициях и не идут на штурм. Их броня и скорость дадут им возможность быстро дойти до наших позиций, и это очень смущает.

Ответ не заставил себя долго ждать. Из задней двери вылетела банка с плазмой и напрочь выжгла башню и часть корпуса нашей БМП, мгновенно убив весь экипаж. В процессе боя я не заметил, как они, поверив в себя, немного выехали из-за укрытия и поплатились за это.

И вот в задней двери показался тот, кто выпустил эту банку. Самая большая опасность. Живой танк, который мы прозвали Демоном. Почти четыре метра в высоту и два с половиной в ширину, эта штука представляла собой экзоскелет для залтисов с огромным количеством брони. В левой руке — встроенный гранатомёт, стреляющий зарядами с плазмой, в правой — вращающийся, очень скорострельный лазерный пулемёт. На спине — контейнер с вылетающими минами.

Едва Демон вышел из корабля, он сразу начал обстрел. Несмотря на мой инструктаж, люди были не готовы. Без остановки вращающийся пулемёт начал стрелять по нашим позициям. Мгновенно двухсотив стрелка в «Тигре». Сразу за ним вылетела ещё одна банка плазмы и выжгла сразу несколько комнат на втором этаже. Очень быстро посыпались доклады о раненых и убитых.

Залтисы перешли в атаку. Вражеский снайпер снёс пулемётчика возле катакомб, но на его место встал новый.

Ещё тогда, когда Демон вышел, я уже отдал команду тяжёлой технике. Выкатились БМД и танк. Оба навелись и произвели выстрелы. Боевая машина ещё и штук десять 30-мм снарядов отправила.

Вот только когда дым немного рассеялся, в БМД полетела новая банка с плазмой, уничтожив технику и не оставив экипажу ни единого шанса на спасение.

Понимая, что залтис сейчас без энергоплёнок, хватаю заранее заготовленный РПГ, прицеливаюсь и произвожу выстрел. Взрыв происходит в левой руке, и она опускается без возможности функционировать. Однако только лазерный пулемёт продолжает стрельбу.

К этому моменту орудие танка успело перезарядиться, и он, выкатившись, также произвёл выстрел. Снаряд зашёл чётко в корпус, и многотонная броня завалилась на бок.

Но залтисы уже почти добрались до здания.

— Резерв, вступайте в бой! — отдаю я распоряжение бойцам, которые следили за остальной территорией.

Оставив по одному человеку с каждой стороны, дополнительные силы приняли бой. Я сам, заняв позицию, начал стрелять. В двадцати метрах пролетела «таблетка», обстреливая здание. Кто-то из бойцов снизу умудрился попасть по ней подствольником и снять щит.

Стоявший рядом со мной Барсук, тоже заметив это, выпустил несколько длинных очередей, тем самым уничтожив дрон.

Из техники остался только танк, использовавший тактику БМД с откатом за укрытие. Вот только после очередного выстрела взрыв плазмы произошёл рядом с ним, повредив гусеницу.

— Оса, срочно сними рептилию с гранатомётом! — скомандовал я в рацию.

— Меня зажали! Вызовите огонь на себя на левом фланге! И там пулемёт возле катакомб замолчал! — крикнула девушка.

Проклятье. Выглянув из-за стены, я увидел вдалеке группу, бьющую по позициям Осы. Снизу, стволом вверх, стоял НСВТ, рядом с обожжённой головой лежал стрелок.

Надо срочно убрать ящера с тяжёлым вооружением. Сейчас пулемёт танка и орудия не дают ему высунуться, но остаются другие.

— Барсук, прикрой! — крикнул я и спрыгнул вниз.

Благодаря мутации, прыжок с третьего этажа я почти не заметил. А на маскировку сейчас всё равно, главное — выжить. Залтисов осталось не так много.

Приземлившись на землю, я на ускорении побежал к катакомбам. Третий боец лежал раненый рядом. Лёгкая плазменная пушка в «таблетке» оторвала ему обе ноги, но почему-то он был ещё жив. Времени помогать нет, хватаю за рукоять НСВТ и поворачиваю ствол в сторону той самой группы.

Секунда — и тяжёлые пули 12,7 полетели в залтисов, заставив их отвлечься на меня. Ещё через несколько секунд произошёл выстрел из крупнокалиберной винтовки Осы.

— Готов! — доложила девушка.

Залтисов и всех дроидов на вскидку осталось в сумме штук двадцать пять, и тут произошло то, чего я боялся. Ещё один демон начал выходить из двери, сразу выпуская банку с плазмой прямо в танк.

— Чёрный 2, повторяю, чёрный 2! — ору я в рацию приказ об отступлении.

И тут краем глаза вижу, как демон целится в меня и выпускает очередную банку. На ускорении пытаюсь уйти вбок, но до конца не успеваю. Понимая это и спотыкаясь, лечу в катакомбы. Слышу взрыв прямо над головой, за мной падают камни и земля. Приземляюсь на руки и падаю грудью на что-то твёрдое. Через боль как-то кручусь в сторону, и вдруг что-то тяжёлое прилетает в голову — мир перед глазами тухнет.

— Надо пробить коридор! — кричит пулемётчик в экзоскелете сразу после смерти снайпера, одновременно поливая противника свинцом.

— Прикройте! — так же орёт самый молодой товарищ нашего отряда с позывным Малой, одновременно для чего-то стреляя в шифер рядом стоящего дома.

Тяжёлые пули крупнокалиберного автомата насквозь пробивают препятствие. Недолго думая, боец побежал.

Бывший полковник, а сейчас командир нашего отряда с позывным Батя, попытался остановить смельчака, но рука схватила пустоту. Тогда он даёт команду прикрыть Малого.

После этого весь отряд вылезает и стреляет по врагу. Два бойца в экзоскелетах начинают поливать ящеров из тяжёлых пулемётов.

Малой в этот момент уже добежал и вырывал шифер. Через несколько секунд я краем глаза увидел проход прямо за ним.

Освободив спасательный выход, боец забежал внутрь и, прижавшись к стене, также начал стрелять.

— За ним, быстро! — орёт во всё горло Батя, и сразу три бойца под прикрытием выдвигаются к проходу.

Вот упал на землю один из пулемётчиков, и, судя по вскрику, кого-то из отступающих зацепило осколком. Вдруг навесом прилетает плазменная банка и взрывается возле прохода. На мгновение поворачиваю голову и вижу три опалённых трупа, вернее, всё, что от них осталось. Малой всё ещё жив, но его ослепило. На этом мой магазин опустел, и я ушёл на перезарядку.

Пришёл я в сознание практически мгновенно, всё ещё думая, что нахожусь в бою, в той ямке со своим отрядом. Резко пытаюсь встать, и тут с болью приходит осознание.

Сейчас я лежу в древних катакомбах, засыпанный мелкими камнями и землёй. Кисть на левой руке, похоже, вывернута. С помощью правой поднимаюсь, скидывая с себя мелкую породу. Чудом уцелевший фонарик на шлеме позволяет разогнать тьму и осмотреться.

Проход завален. Если бы я при падении не перевернулся в сторону, то прямо сейчас был бы под этим завалом. А так рюкзак и экипировка спасли от остального. Пусть тело и болит, но, похоже, регенерация уже давно работала сама, и ничего серьёзного я не ощущаю.

Достал платок из кармана, взял его в зубы и резко вправил кисть обратно. Было больно. Но теперь хотя бы могу действовать.

Попытался связаться по рации, но на фоне лишь одни помехи. Ещё и автомат где-то там, под завалом. Прямо передо мной один тёмный проход, ведущий в древние катакомбы.

Вспомнив, кто здесь водится, поспешил проверить пистолет и старенькое ружьё на рюкзаке. Всё никак руки не доходили с ним что-то сделать, поэтому я, докупив патроны, таскал его с собой, похоже, не зря.

Достал его и сразу зарядил: в один ствол картечь, в другой — пулю. В общей сумме у меня по пять штук каждого. Плюс к этому пять полных магазинов для ТТ, два из которых с ядом охотника, и целая куча в данный момент бесполезных для меня патронов 7.62.

Ещё раз осмотрел завал в поисках моего калаша, но так и не увидев даже намёка на него, взял ружьё на изготовку и не торопясь пошёл во тьму.

Всё, что я слышал об этих подземельях, не внушало оптимизма: многокилометровые туннели, уходящие глубоко под землю, и различные мутанты.

Не прошёл я и пятидесяти метров, как туннель разделился на два. Достал монетку и доверился воле случая.

А ещё через пару десятков метров я услышал за спиной стук быстро приближающихся когтей.

Резкий разворот, и луч фонаря попадает на слепую тварь с облезлой кожей, бегущую ко мне на четырёх лапах.

Какая-то помесь крота и крысы, только размером чуть выше колен.

Прицеливаюсь и произвожу выстрел. Тяжёлая пуля пробивает голову мутанта. Звук выстрела разносится на сотни метров, неожиданно сразу с двух сторон туннеля слышится приближающийся цокот.

Максимально быстро заряжаю ещё один патрон, и как только первая тварь показалась рядом со мной, выпускаю в неё картечь. Видя, как мутант падает, разворачиваюсь и почти в упор стреляю в следующую.

Морда твари от картечи разлетелась в разные стороны, но в этот момент я уже без разбора перезаряжал ружьё. Рядом появившуюся из темноты тварь отпихиваю ногой и чудом успеваю отпрыгнуть назад. Острые когти прочертили то место, где я стоял.

Следующим выстрелом простреливаю мутанту лапы и убиваю следующую. Последняя тварь уже почти вплотную ко мне, понимаю, что не успеваю перезарядить ружьё, делаю несколько шагов к стене и достаю пистолет. Несколько чётких выстрелов, и мутант не дышит.

С пистолетом в руке прислушиваюсь и освещаю обе стороны. Вроде чисто, только тварь с простреленными лапами всё ещё дёргается.

Зарядил в ТТ полный магазин, а в ружьё ещё два патрона. Я, недолго думая, достаю нож и добиваю раненного мутанта, а потом выцарапываю метку на стене. Кто знает, сколько мне здесь плутать придётся. После включил маленький фотоаппарат, купленный в городе, и сфотографировал урода. Может, потом мне за него заплатят. А ещё нужно начать читать бестиарий, купленный у караванщиков, а то он так и остался лежать на базе.

Шагая дальше по коридору, я обнаружил вырытые ямы, которые образовывали дополнительные мелкие проходы и уходили ещё глубже в землю.

Встретилось ещё несколько поворотов, в одном из них я слышал какое-то жужжание и поспешил пройти мимо. Через пару сотен метров вышел в тупик. Старый красный, местами треснувший кирпич свидетельствовал о том, что эта стена тут достаточно давно. Пришлось вернуться назад и свернуть в один из проходов, который вывел меня в такой же туннель.

Не забывая о метках, достаю нож и рисую стрелку. На звук вышел какой-то мутант, похожий на огромную гусеницу. Ну, как вышел, скорее незаметно полз по потолку. И только резкая боль в голове, сигнализирующая об опасности, спасла меня от ядовитого плевка.

Отскакиваю в сторону, прицеливаюсь и всаживаю пулевой патрон в тварь. А после этого резко уворачиваюсь, прикрывая голову руками. Пуля отрекошетила сначала от спинных пластин, а потом ещё от стены, пройдя в сантиметрах тридцати от моей ноги.

Ещё один плевок гусеницы не дал мне додумать, только на этот раз я увидел, что этот плевок разъедает кирпич.

Помня о прошлой ошибке, я решил не стрелять, а просто быстро отдалиться от твари. Оказалось, что плеваться она может на метров 10 максимум и передвигается не быстро. Поэтому вскоре мутант отстал.

Иду дальше, неожиданно вижу в темноте какие-то силуэты, даже описание сложно дать, и, похоже, их там много.

На мазохиста я слабо похож, приходится снова сворачивать. Пометку лучше сделаю чуть дальше, ведь звук может привлечь тварей.

А следующий мой поворот оказался возле очередного завала. Там стена шла полукругом с двумя проходами: один — на лестницу, которая ведёт ещё глубже, а другой — прямо.

Спускаться вообще желания нет. Показываю неприличный жест лестнице и иду дальше.

Какое-то время шагаю без приключений, но вскоре слышу знакомое приближающееся впереди цоканье.

Как только оба мутанта вошли в луч фонаря, каждый из них получил по пуле. А мне пришло осознание, что для ружья у меня осталось только две картечи и одна пуля. Зарядив по одному, я пошёл дальше, чтобы уже через полсотни метров очень некультурно и громко выругаться, вот только в своей голове, потому что мой фонарь осветил тот самый завал, где я очнулся. Получается, за все полтора часа хождений я сделал обычный круг.

Взяв себя в руки и сев на камень, я снял рюкзак и вскрыл консерву. Быстро перекусил, оставил банку здесь и пошёл обратно по туннелю, откуда вернулся. Но перед этим разорвал запасную одежду и обвязал обувь. Именно звук шагов привлекает тварей, это нужно было сделать изначально.

Вскоре меня пробрал холодный пот. На месте убитых мутантов были лишь лужи крови, но ни трупов, ни каких-либо следов не было. Это получается, какая-то крупная тварь, способная заглотить ту смесь крысы и крота, была совсем рядом со мной, а я даже этого не слышал.

Немного понизив яркость фонаря, я пошёл дальше и свернул в ближайший проход, не забыв оставить метку. Ещё минут сорок я прошёл, никого не встретив. Хотя звуки в разных проходах были. А потом встретились упыри в бодрствующем состоянии.

Я, поворачивая, вышел прямо на них. Свет фонаря ослепил привыкших к темноте мутантов, и именно это дало мне возможность сделать первый ход.

Сразу два выстрела: картечь и пуля влетают в морду ближайшей твари. После этого ружьё падает на землю, а у меня в руке появляется пистолет. В ускорении выпускаю три пули в голову следующей, ещё два выстрела в корпус последней не приносят никакого результата.

И тут приходит мысль пользоваться своей мутацией по-новому. Для меня упырь движется очень медленно, поэтому я легко подхожу вплотную и стреляю прямо в пасть мутанту.

Кручусь по кругу в поисках выживших, но вроде тихо. На всякий случай бью ногой каждого упыря, а после беру ружьё. Последний патрон с картечью занял своё место. Только сейчас я вспомнил, почему всё ещё живой. Чутьё тварей на меня не действует. Именно поэтому стычки только с теми, кто неподалёку слышит мои шаги.

Через минут десять на меня вышла небольшая стая мутировавших крыс. Ну как вышла — вылезла из ходов в стенах. Картечью смог убить сразу двоих. Ещё в одну выстрелил из пистолета, а потом, подумав, взял в руки нож, включил ускорение и пошёл в атаку. Удар лезвием сверху вниз, уворот от челюсти и колющий удар под лапы, ещё один шаг влево, и провожу режущей кромкой по шкуре. Возвращаюсь обратно и так же добиваю раненых мутантов.

Резкие движения в ускорении тратят больше сил, но это вполне реально делать.

Ещё час туннелей и разных поворотов. Во многих местах видел крепления для старых факелов. Также встречались небольшие комнатки, но их я предпочитал обходить стороной. Много раз, избегая боя, сворачивал в очередной поворот.

Вот только до сих пор не могу понять предназначения этой постройки. Такое количество древних туннелей и развилок! Есть даже мысль, что где-то здесь может быть древний подземный город. Но ведь это бред. Так ведь?

Неожиданно фонарь ловит человеческую тень. Я чётко вижу силуэт человека, который, скрестив руки, стоит, облокотившись на стену. Последний поворот был метров двести назад. Вот только откуда тут люди!?

Целюсь из пистолета и увеличиваю яркость фонаря, одновременно вслух произношу:

— Эй ты, выйди на свет!

Но силуэт даже не реагирует на меня.

— Эй! — громче произношу я.

Силуэт как будто меня не слышит.

Держа подозрительного человека под прицелом, я медленно начал движение в его сторону. Как только луч фонаря окутал силуэт, то на его месте никого не было.

Да ну нафиг, — думаю я.

И резко поворачиваюсь назад. Но чуйка, которая так спасала, на этот раз ошиблась: сзади никого не было.

Разворачиваюсь, и снова, до того как луч фонаря направился в то самое место, силуэт появился.

Ради интереса немного отвёл фонарь в сторону и опять вижу отчётливый контур. Что странно, одежда как будто не наша.

От этого видения мне стало не по себе.

Достал запасной фонарь и отключил на шлеме, а потом медленно, не наводя луч фонаря на тень, начал приближение.

Чутьё почему-то молчало. Шаг, ещё шаг, и просто обхожу тень. Самое жуткое было пройти прямо перед ней, тогда даже у меня сердце в пятки ушло. А дальше свет фонаря упал на новые тени. Их было много. Я бы сказал, слишком много. Кто-то стоял, кто-то сидел, они все замерли в разных позах. А на земле лежало огромное количество костей. Туннель не пройти, не коснувшись хотя бы одной из них. А вот на это чутьё прямо заорало об опасности.

Слева в стене была открытая, ржавая, сгнившая и очень старая решётка, похоже, ей лет столько же, сколько и самим катакомбам.

Аккуратно, смотря куда наступаю, захожу внутрь. Там моему взору открылась комната где-то 5 на 8 метров, а в углу был человеческий труп. Подойдя ближе, я понял, что это боец нашего времени. Телу не меньше полугода. На рукаве, ещё не до конца сгнившей одежды, я обнаружил шеврон поселения Восток.

Рядом лежал модифицированный автомат АКС-74У с ручкой и прицелом, рюкзак, записывающее устройство, а в руках у трупа был пистолет ТТ.

Проверил автомат с пистолетом. Первый в хорошем состоянии, но ни одного патрона не оказалось. А вот в ТТ обнаружил магазин без одного патрона, и в кобуре лежал полный. Всё как раз для моего.

В рюкзаке ничего ценного не оказалось, он был практически пуст, лишь немногочисленная нижняя одежда.

Взяв и покрутив записывающее устройство в руках, я, к сожалению, понял, что аккумулятор сел, но тут в голову пришла идея. Всовываю запасной для фонарика. На вид они были очень похожи и на деле тоже подошли.

Маленький неяркий экран засветился передо мной, немного понажимав на кнопки, я обнаружил 7 разных записей.

Расположившись так, чтобы видеть проход и контролировать всю комнату, я включил первую.

— Говорит сержант Котов: сейчас 3 сентября 2029 года. Не знаю, с какой целью записываю это, но пускай будет.

Сегодня всем военным поселения Восток предложили выгодную и опасную сделку. Собирается отряд для исследования катакомб. Цель миссии не довели, но обещали высокую награду, а в случае смерти — большая компенсация семьям погибших. Туда набирают исключительно добровольцев.

Я поначалу не хотел, ведь туда уже отправляли большой отряд, и никто не вернулся. Но после названной суммы гонорара...

— Папа, что ты тут делаешь?

— Ничего, малышка, просто работаю.

— А можно мне с тобой тоже поработать?

— Конечно, только давай через пару минуток. Подожди меня на общей кухне, и мы вместе сходим по очень важным делам.

— А маму возьмём?

— Мама на работе, но вечером мы обязательно расскажем ей о наших приключениях. А сейчас налей мне, пожалуйста, водички на кухне к моему приходу.

— Пап, ещё минуточку. А мне же завтра пять исполняется, мы купим то пирожное в столовой?

— Конечно, малышка.

— Ура!

Так приятно смотреть на своё убегающее маленькое чудо. Именно ради дочки я должен пойти добровольцем. Скоро Лиза подрастёт, и в этой маленькой комнатушке нам втроём станет тесно. Я должен!

Не долго думая включаю вторую запись.

7 сентября 2029 года. На следующий день после праздника Лиза серьёзно заболела. Местный бесплатный медпункт только разводит руками. Дочке нужны редкие, дорогие лекарства. Пришлось достать всё, что смогли накопить, продать украшения, а после взять в долг у знакомых.

Вчера Аня ночью плакала на моём плече. Она до последнего не хочет меня отпускать, но теперь жена понимает, что выбора у меня как такового и нет. Не зря позавчера подписал контракт. Завтра выходим.

Сразу же включаю третью запись, а затем и четвёртую.

8 сентября 2029 года. Теперь мне известна цель нашего рейда. Где-то в катакомбах спрятан огромный подземный бункер с провизией, оружием, медикаментами и остальными полезными вещами. Только его нужно найти. Сейчас мы готовимся к спуску, начинаем с западной стороны города. Нас 18 человек, думаю, всё будет хорошо, и скоро я вернусь к своей семье.

10 сентября 2029 года. Мы здесь чуть больше суток. Уже потеряли четверых. Твари нас чувствуют и лезут со всех сторон, также многих мутантов мы видим впервые. Например, гигантских сколопендр со щупальцами на спинах.

Старые карты, которые нам предоставили, уже не особо действительны: слишком много завалов. Приходится идти наугад, рисуя метки и новую карту. Мне кажется, поиски затянутся.

13 сентября 2029 года. Нас осталось семеро. Патронов почти нет. Еда и вода закончились. Спим по паре часов. Фонари светят по очереди в целях экономии аккумуляторов. Ещё вчера мы приняли решение выходить из катакомб на поверхность, но уже сутки не можем найти ни одного выхода. А там, откуда мы пришли, столпились мутанты, пришлось убегать, двоих из-за этого и потеряли. Даже патроны не успели подобрать. А ещё нашли остатки других сталкеров. У многих оказались целые рожки с патронами.

Вот сейчас я и прапорщик Гаврилов сидим на охране возле импровизированного костра и смотрим в темноту, пока остальные товарищи спят.

— Кот, слышишь, к нам что-то приближается!

— Подъём!

Вот тут уже становится интересно. Включаю пятую запись

13 сентября 2029. Прошло почти 5 часов с момента последней записи. В той стычке убили ещё двоих. Какие-то мутировавшие летучие мыши налетели в большом количестве. Пришлось снова убегать. А потом мы обнаружили какие-то тени. Кто это и откуда — непонятно, но рядом с ними мутантов нет. Один из наших выстрелил в одну из них, но касаться никто не рискнул. На пулю это существенно никак не отреагировало, зато теперь у нас есть место, куда твари не лезут. Если тени и вправду безобидные, то ближайшие 12 часов мы по очереди будем высыпаться.

19 сентября 2029. Кхе-кхе. Будь проклято это задание, будь проклят сам Геннадий Джамшутович. Таких отрядов, похожих на наш, было много! Мы далеко не второй, кхе, как нам говорили. Мы нашли дневник одного из сталкеров: Геннадий отправил на смерть ещё минимум 5 разных групп. А сейчас я остался последним, серьёзная рана на боку не даст мне отсюда выбраться. Несколько часов назад мы смогли найти выход, а рядом с ним находятся закрытые гермоворота бункера — цель нашей миссии. Кхе. Там... кхе. Там гигантская змея. Напротив входа большая площадка, и там её логово, а в потолке сбоку дыра с выходом на поверхность.

Дышать становится труднее. Кхе. Её не берут пули, выстрел из ручного гранатомёта только разозлил тварь. Меня отбросило обратно в туннель и пробило торчащей арматурой. Все, кто был со мной, погибли. Последние магазины к АК я истратил, чтобы кое-как добраться к теням. Осталось два на, кхе, на пистолете. Мне отсюда уже не выбраться. Если кто-то слушает эту запись и когда-нибудь наведается в поселение Восток, прошу, кхе, найдите мою семью и передайте им кольцо, жетон и письмо, а в награду вам справа в нише в стене я оставил карту всех мест, где мы были. Кхе. Кто бы это ни слушал, удачи вам. Бах.

По описанию нашёл нужную нишу и достал оттуда два ЗИП-пакета с содержимым.

Раскрыв один из пакетов, обнаружил нарисованную на коленках карту с разными пометками и вместе с ней старую распечатанную, с большим количеством исправлений.

Во втором ЗИП-пакете находились жетон, обручальное кольцо, письмо и фотография девушки средних лет с маленькой девочкой на руках. Рядом на окровавленном листе было написано: «Котовой Анне Николаевне и Котовой Лизе Артурьевне».

Убрав этот пакет в рюкзак, вскрыл тот, который с картами: до так называемого бункера и логова змеи меньше километра, путь полностью показан. Надо рисковать. Но это чуть позже. Сейчас спать.

Глава 9

Проспал я часов восемь. Только сном это сложно назвать: рефлексы работали на максимуме, много раз просыпался. Пусть мёртвый сержант и сказал, что это место условно безопасное, но атмосфера и тени давили на сознание.

Перед уходом сложил приклад калаша и закинул его в рюкзак — патроны 5,45 легче найти. До нужного места добрался довольно быстро; моя невидимость для чутья мутантов — это очень полезный бонус. Уже на подходе я увидел изменения в туннелях: старая кирпичная кладка начала сменяться на современные железобетонные блоки каждые десять метров. Также были прикручены выключенные лампы.

В конце туннеля остановился. Приятный солнечный свет с потолка радовал взгляд, к нему вела длинная лестница, змеи нигде не было. Само пространство было где-то 100 на 150 метров. Сразу видны современные технологии: в самом углу — большие гермоворота, а в самом помещении в разных местах разбросаны стволы.

Посидел минут пятнадцать. Вроде никого нет, поэтому потихоньку выдвинулся в сторону лестницы. Шаг, ещё шаг — медленно дошёл до подъёма. Ставлю ногу на ступеньку, и тут — привычная резкая боль в висках. В ускорении отпрыгиваю назад, затем делаю боковой кувырок.

Прямо в то место, где я стоял, врезалась огромная челюсть. То, что я принял за землю и груду мусора, оказалось телом гигантской змеи. Не меньше 30 метров в длину и толщиной с микроавтобус. Ещё и в метрах пяти под мордой находилось шесть коротких лап. С этим анализом я снова сделал кувырок, уходя из-под зубов мутанта.

На ускорении убегаю и стреляю, пытаюсь попасть в глаза. Но тут открылось то, что я не заметил изначально: глаз у неё было по четыре с каждой стороны. Высадив полный магазин, я смог поразить только один из них и снова ухожу из-под атаки. На этот раз тварь ещё бьёт хвостом и с помощью лап атакует головой сверху вниз.

Только благодаря мутации я смог уйти из-под этих ударов, однако, споткнувшись обо что-то, падаю спиной на пол. Всё ещё действуя в ускорении, ухожу перекатом и получаю удар хвостом в грудь.

Отлетаю на метров двадцать и качусь по полу. По ощущениям — как будто локомотив протаранил. Ускорение сразу пропало. Пистолет лежит рядом. Действуя на адреналине, пытаюсь до него дотянуться и с ужасом замечаю перелом правой руки. Хватаю ствол левой рукой и встаю. Всё тело отдаёт болью, и я чуть не падаю. Краем глаза вижу кладку с яйцами, а затем змея снова атакует. Кое-как отскакиваю, но часть тела всё равно попадает по мне, и я теряю равновесие.

Распластавшись на спине, отталкиваясь ногами, ползу назад, а потом снова в ускорение встаю и убегаю в тот туннель, из которого я вышел. Как только забежал, я остановился. Мутант ударился об стену и, поняв, что не пролезает, начал ползать рядом. А я, тяжело дыша, опустился по стене на землю.

Через минут десять, отдышавшись и приведя мысли в порядок, сменил магазин на пистолете и, взяв несколько крупных камней, зафиксировал руку, а потом, с тряпкой в зубах, вправил кость обратно. Регенерация займётся этим, а мне нужно добраться до теней.

Прошёл по уже знакомому туннелю довольно быстро и в конце опустился на прежнее место, рядом с мёртвым сержантом.

Регенерация жрёт очень много энергии. Сейчас в планах сытно поесть и дальше спать. В таком виде, как сейчас, с переломом, ушибами и синяками, шляться — такая себе идея.

Вскрыл консерву с поломанными галетами, запивая всё водой, поел и завалился спать.

Спустя 10 часов я наконец-то проснулся. Рука целая, тело как новое. Можно действовать. Даже пара идей появилось, как завалить змейку.

Кстати, пришлось тут оставить погнутые магазины, несколько вогов и часть патронов 7.62. Тот удар хвостом не остался незамеченным, зато теперь стало полегче.

Добрался по туннелю до логова змеи. По пути расстрелял несколько каких-то мелких, но очень шустрых мутантов на шести тонких лапках, и вот я на прежнем месте. Вижу замаскированную тушу. Сделал два выстрела, а она, похоже, их даже не заметила.

Ладно, тогда буду ловить на живца. Вставляю нужный магазин и уже не прячась, прогулочным шагом иду к лестнице.

Тварь не заставила себя долго ждать. Та же тактика, молниеносная атака. Вот только на этот раз я был готов. Резко стартую в сторону, пропуская змею рядом с собой, в перекате ухожу из-под хвоста. Тут тварь поднялась и раскрыла свою пасть — именно этого я и ждал.

Не тратя ни секунды, целюсь и высаживаю столько пуль, сколько успеваю. А если конкретно, то успел всего четыре. Ещё две прилетели в острые клыки, а последние — в губу, или как это у рептилий называется?

Сразу после этого стартую на ускорение в один из узких туннелей и жду. Мой план не заставил себя долго ждать: через минуту тварь падает парализованная на бок. Яд охотников — очень мощная штука. Достаточно было слегка пробить гортань до первой крови.

Не теряя времени, бегу обратно к змее, на всякий случай зарядив второй магазин паралитическими.

Мутант лежит на боку, челюсть слегка приоткрыта — то, что надо. Глаза уставились в меня. Не знаю, сколько у меня есть времени, но надо действовать.

— Извини, подруга, но тут или ты, или я, — говорю я змее и достаю гранату РГД-5.

Снимаю чеку и закидываю ей в глотку. Хлопок внутри, и глаза твари наполняются болью и ужасом. Не стал мучить рептилию и поспешил закинуть более мощную Ф-1. Бросок, взрыв. Всё, сдохла. Дыхание прекратилось, зрачки закатились.

Полезная вещь — яд охотника. Парализует всё, кроме основных процессов: дыхания, зрачков, кровообращения. По возможности надо приберечь оставшиеся патроны.

Сфоткал труп, решил подойти к кладке. Несколько яиц, каждое с меня ростом. Вот если вынести отсюда тушу змеи и все яйца, можно разбогатеть. Непробиваемая кожа — это аргумент.

Ну, а сейчас взял нож в руки и начал колотыми ударами пробивать скорлупу. Не так уж и просто они пробивались. Но за минут 15 я смог разбить все. Уже хотел уйти, как в углу заметил рюкзак, похоже, какой-то бедняга обронил его перед смертью. Внутри обнаружил уже вздувшиеся консервы, немного одежды, старый разряженный фонарь и патроны 5.45, упакованные в промасленную бумагу. 120 штук, неплохо, как раз для того АК, который у меня в рюкзаке.

Походив по помещению, собрал в кучу разные стволы. Почти все пустые, видимо, оставленные перед смертью.

Снял целые, подходящие и зарядил их патронами. В общей сумме ещё несколько рожков нужного калибра нашлось, только не факт, что спустя год с лишним на полу выстрелит. Также не смог оставить найденный пистолет-пулемёт АЕК-919К с полным магазином на 30 патронов.

Дальнейший осмотр всего помещения не принёс ничего полезного. Возле гермоворот обнаружил рабочую встроенную камеру. Есть шанс, что за этими стальными дверьми за мной кто-то наблюдает.

На этом моё обследование закончилось, и я поднялся по лестнице. Выход был расположен в полуразрушенном здании, вокруг куча мусора. В небе вдалеке какие-то летающие мутанты. Проверив, плотно ли сидит магазин, я начал спуск на улицу и сразу присел за помятый автомобиль.

Местная фауна даёт о себе знать. В метрах тридцати от меня какой-то крупный мутант схватил более мелкого и, сломав ему шею, утащил в одно из зданий.

Сейчас 7 утра, основная проблема, что я даже не знаю, в какой части города нахожусь и куда идти.

Выбрав одно из направлений, я выдвинулся, стараясь не шуметь и идти практически касаясь стены.

Полтора километра я, на удивление, прошёл без выстрелов. Много раз был на грани, но и моему везению суждено было закончиться: о прыжке с окна предупредила знакомая боль. Кувырок в сторону, и острые когти врезаются в асфальт. Короткая очередь — и бежать. Мутанты, привлечённые звуком, стартовали в мою сторону.

Передо мной выскакивают упыри, и сразу первый из них получает длинную очередь в грудь. На ускорении ухожу из-под лап другого. С помощью мутации пробежал метров двести, уворачиваясь от других тварей и добивая магазин. На последнем повороте обнаружил открытый подвал, сиганул в него и плотно закрыл железную дверь.

Сразу быстро осмотрел помещение: вроде всё чисто и тихо. Подошёл к вентиляции, через отверстия в кирпиче смотрю на улицу. А там было на что посмотреть! Различные твари, потеряв меня, начали драться между собой. То ещё зрелище, я вам скажу.

Снова включил фонарик, взял ствол и двинулся в глубь подвала. Два поворота.

— Медленно положил ствол на землю, — упёрлось мне дуло автомата в шлем.

Признаться, я не ожидал здесь встретить людей, но даже так это меня не сбило с толку. Медленно кладу автомат, после врубаю ускорение и резким разворотом увожу ствол в сторону, наношу несколько прямых ударов кулаками и один ногой в голень.

Мужик этого не ожидал и попытался заблокировать, но куда ему до ускорения? И вот он уже на земле. Достаю пистолет и целюсь в голову.

Прикид его, кстати, меня удивил. На нём оказалась свежеснятая шкура упыря, а сам он был обмазан кровью.

— Назови хоть одну причину сохранить тебе жизнь! — тихо говорю я.

— Начальник, ты что ли? Я думал, вас всех там положили, но нет, один, похоже, сбежал, — отвечает он мне.

— Ответ неправильный, — говорю ему.

— Начальник, ты же не дурак, тварей выстрелом привлечёшь. А я пригожусь.

Признаться, кого-кого, а этого заключённого я не ожидал тут встретить. Вроде Паханом его звали.

— Как ты выбрался? — не опуская ствол, спрашиваю его.

— Я стреляный, много чего знаю, — но, видя мой взгляд, продолжил: — Спрятался, а потом сбежал, не шарю, как получилось, ну а от мутантов сам мой прикид видишь. А вот как ты это сделал? Заднюю дал и под землёй больше суток сидел?

— Под землёй нынче опаснее, чем на поверхности, — не реагируя на его укол, честно отвечаю бывшему заключённому.

— И то верно, в катакомбы лучше не лазить, я слышал, там огромная змея живёт. Впрочем, мне не важно, но поодиночке из города выйти почти нереально, вдвоём у нас хотя бы небольшие шансы будут, — говорит он мне и продолжает: — Я жил в этом городе когда-то, знаю его вдоль и поперёк, могу вывести нас отсюда. Сейчас мы в метрах трёхстах от парка с инопланетным кораблём. Согласен?

Признаться честно, я даже примерно не понимаю, в какую сторону мне идти, и не помешал бы проводник, но к такому спиной лучше не поворачиваться.

— Сразу за городом разойдёмся: у тебя своя жизнь, у меня своя. Патронов только отсыпь, я уже пустой, — продолжил он.

Скорее всего, я дурак, но проводник мне нужен, поэтому думал недолго и опустил пистолет. Сейчас ему меня валить тоже невыгодно, вдвоём шансов выбраться больше. Одно понятно: за городом только один из нас продолжит путь.

Обменялись ещё несколькими фразами, и я дал ему два магазина с патронами. У самого теперь только три рожка осталось.

В процессе он попытался меня заставить облачиться в такой же костюм, указывая на целый труп упыря, мол, это спасает от чутья тварей. Но, услышав, что я не буду, сказал что-то по типу: "Неженка, тогда просто сдохнешь!" — и направился к выходу.

На улице мутантов больше не было. Все тела уже растащили. Как только выбрались из подвала, Пахан лёгкими перебежками двинулся вперёд. Через двести метров нам нужно было перебежать дорогу, но прямо на ней расположилась какая-то огромная ящерица с горизонтальной челюстью.

Я по привычке принял боевое положение, контролируя стволом сектор, и краем глаза наблюдал за проводником. Тот рукой показал, что идём в обход, и пошёл вперёд, я, понятное дело, двинулся за ним. Сделав небольшой полукруг, мы смогли перебраться на другую сторону и сразу во дворах упёрлись в лежащие на земле шары. Не знаю, что это, но временный проводник пошёл снова в обход.

Так постепенно мы выбирались из города. Возле одного из поворотов на нас кинулись упыри. Вернее, на меня, а потом уже на Пахана. Проблема в том, что их было около восьми, а ускорение я решил оставить как козырь на будущее. Поэтому бывший заключённый истратил полный магазин, и я ещё полтора. А тогда, когда я уже хотел бежать, временный проводник открыл какую-то трубу и, достав карманный фонарик, на четвереньках пополз вовнутрь.

— Не забудь закрыть за собой! — донеслось из трубы, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

В полной экипировке и с автоматом в руках в узком коллекторе было очень тесно. Ещё больше усложнял ситуацию тот факт, что рюкзак приходилось толкать перед собой. Минут пятьдесят мучений, и вот Пахан выбивает крышку и вылезает наружу. Яркий солнечный свет ударил по глазам.

Какое же блаженство было выйти и выпрямиться в полный рост! Осмотревшись вокруг, я понял, что узнаю это место. Мы недалеко от того частного сектора, где обнаружили хранителя — мутанта, похожего на ребёнка.

— Этот коллектор уже лет пятнадцать не использовался до вторжения. Ещё подростками по нему лазали, — неожиданно пооткровенничал Пахан и резко добавил: — Воздух!

Я на рефлексах мгновенно целюсь в небо и начинаю искать цель. В этот же момент Пахан наводит автомат на меня и выпускает короткую очередь.

Слишком поздно я это заметил. Развернулся спиной, и только звук выстрела привлёк моё внимание. Успел на ускорение подставить бронежилет под пули. Две влетело в пластины, и одна — чётко в бедро. Заваливаюсь на бок, и тут мне прилетает тяжёлым берцем в лицо.

В глазах искры, а этот урод достаёт запасные магазины и гранаты у меня из подсумков. Рядом раздаётся рык. В этот момент Пахан пытается одновременно стянуть с меня уже надетый рюкзак, но я вцепился в него руками и со всей силы бью головой ему в лоб. Тяжёлый шлем разбивает раболовцу кожу в кровь, но взамен я получаю ещё один удар в челюсть и вижу, как бывший сопровождающий нажимает на курок. Щелчок — и выстрела нет. Осечка. Порох в патроне за два года окислился. Поняв это, Пахан схватил мой автомат и побежал.

В глазах всё ещё искры. Рядом появляются твари, а со стороны, куда убежал бывший сопровождающий, раздаются выстрелы. Прижимая рукой кровоточащую рану, не придумываю ничего лучше, как залезть обратно в коллектор. Сбросив рюкзак, забрался, закрыв вход.

Вот только острые когти легко пробили тонкий металл. Ещё и нога кровоточит. Не проходит и нескольких секунд, как крышку, отделяющую меня от мутантов, полностью оторвали. Ползу, отталкиваясь целой ногой, и достаю пистолет. Несколько пуль в голову сразу положили лезущего ко мне упыря. Его туша закрыла собой проход и дала мне время наложить самому себе жгут.

Тупые твари! Вместо того чтобы вытащить мёртвого собрата, начали ломать трубу. Напомню, что их удары способны мять и ломать бронетехнику, поэтому труба быстро треснула.

Взял на прицел ближайшего упыря и высадил остатки магазина. Рядом со мной уже пробил стенку следующий. На ускорение несколько раз бью ножом по глазам и достаю из рюкзака пистолет-пулемёт.

Длинная очередь в одного, и остатки — в другого. Всё, пустой. Вставляю предпоследний магазин в пистолет и целюсь в мутанта.

— Я помогу! — раздаётся в голове детский голос.

И тут напор на трубу спал. Судя по звукам, снаружи началась драка, а потом упыри за кем-то побежали.

— Выходи, они скоро вернутся, — снова голос в голове.

Через боль вылезаю и сразу падаю. Нога ведь под жгутом.

Закидываю рюкзак на спину, беру рядом лежащую палку и, благодаря ей, встаю. Тут рядом появляется хранитель — мутант в образе ребёнка, в одежде, стоящий на дорогом автомобиле.

— Скорее, туда! — указал он направление.

Кое-как, с помощью палки, я поплёлся в указанном направлении.

Хранитель бежал рядом, указывая дорогу.

— Туда, — через метров 300 показал он на один из маленьких домиков.

Зайдя внутрь и пройдя в одну из комнат, я сел на пол и достал аптечку.

Пуля прошла насквозь по касательной, пробив лишь мышцы и не коснувшись кости. Обработал, наложил повязку и снял жгут. Самому себе это было сделать непросто, но всё получилось.

— Твоя кровь привлекает врагов, спускайся в подвал, я покажу, — появляется рядом хранитель.

Поднялся и пошёл за ним. В одной из комнат он маленьким ключом открыл на первый взгляд невидимый люк.

— Сюда, — снова раздаётся голос в голове.

Кое-как спустился, прыгая на одной ноге по ступенькам. Сразу после этого хранитель закрыл люк, и помещение погрузилось во тьму.

Выждав секунд пять, включаю фонарь на шлеме. Передо мной стоит тот самый мутант, которого я прикрыл от пуль Барсука.

— Располагайся, — слышу я.

Похоже, хранители — телепаты. Ведь как ещё объяснить, что звука и движения губами не было, но я всё равно услышал это в голове.

— Спасибо, — шепчу я ему и сажусь на рядом стоящую табуретку.

Лёгкий кивок служит мне ответом, и мутант запрыгивает на кровать.

Разворачиваю фонарь и осматриваю помещение. Маленький бункер. Полки когда-то с едой, но теперь пустые, кровать с матрасом, генератор, стол, отдельные комнаты, закрытые дверями, и большое количество книг и свечей — в принципе, всё. Единственное отличие — то, что маленький хранитель сделал всё под себя.

— Почему людь предал людя? — слышу я вопрос.

Очень непривычно слышать чужой голос в голове.

— Это был плохой человек, таких в наше время очень много. — отвечаю ему.

— Человек? Что это значит?— поднимает глаза мутант.

— Правильно не людь, а человек.— объясняю ему.

— Почему человеки такие злые?

Этот разговор вызвал у меня улыбку.

— Человек это когда он один, а людИ когда несколько, — без упрека поправляю мутанта и продолжаю ,— жизнь у нас такая, хочешь не хочешь, но придётся убивать.

— Не понимаю. — серьезный тоном отвечают мне.

— Это сложно понять, — говорю и достаю последние две консервы с рюкзака, — будешь? — протягиваю одну мутанту.

— Я ту ещё не пробовал, можно её? — вместо тушёнки мутант попросил кильку. Мне не жалко, поэтому меняю консервы и наверх кладу ещё полпачки крекеров.

— Спасибо, — забирает еду он и сразу ногтем вскрывает содержимое.

Я же, в свою очередь, сделал то же самое ножом и через несколько минут молчания заговорил:

— Извини за вопрос, но кто ты такой?

— Я Морф. — чмякая отвечает мутант.

— Это имя? — спрашиваю я

— На вашем языке раса, как вы человеки, — на секунду замолчал и исправился, — люди называете, а зовут Келий.

— Я Серафим. От куда ты, Келий? — не останавливаюсь я

— Не с этой планеты, — раздаётся злой голос в голове, а после более спокойным спрашивает, — у тебя остались те красные штуки, вроде яблоки?

Поняв, что он не хочет об этом говорить так же спрыгиваю с темы.

— К сожалению, эти консервы с крекерами были последние из того что у меня есть.

— Очень жаль.

— Откуда ты знаешь человеческую речь? — спрашиваю его.

— Мы быстро изучаем новые языки. Я прочитал все книги, которые есть в этом подвале, и ищу новые. В этом нет ничего сложного, — гордо звучит голос в голове. — Ладно, отдыхай пока тут, а я пойду поищу что-нибудь ещё поесть.

— Стой, почему ты мне помогаешь? — останавливаю мутанта.

— Ты прикрыл меня своим телом. Думаю, ты хороший человек. А теперь я пошёл. Жди меня тут.

Ещё минут пять я сдерживал своё любопытство, а потом отправился подробно осматривать бункер.

Канистры с топливом были наполовину полные. Оружейный шкаф — открытый и пустой. За первой дверью оказался туалет, сделанный по принципу деревенского сортира с глубокой ямой. Открыв вторую комнату, я обнаружил запечатанные и пустые 18-литровые бутылки с водой и несколько бочек, так же небольшой бойлер и подобие душевой.

Очень интересно, что случилось с бывшим владельцем этого места. Судя по когтям на бутылках, тут уже давно хозяйствует Келий.

Вернулся обратно, взвёл будильник на часах и разместился на полу отдыхать. Надо поскорее вылечить ногу.

Проснулся я, когда Келий вернулся и открыл люк. Прошло каких-то пять часов. Снял повязку — нога ещё не зажила, но наступать на неё уже можно. Никогда не перестану повторять, что регенерация — очень полезная вещь.

— Я наблюдал за людьми. Почему у тебя так быстро всё заживает? — спрашивает голос в голове.

— А это уже моя тайна, — дружелюбно говорю мутанту. — Мне нужно поскорее выбраться из города. Можешь подсказать безопасную дорогу?

— Знаю, но тебе надо отлежаться ещё день-другой. Даже с твоей регенерацией бегать ты пока не сможешь. Побудь у меня, а потом я тебя провожу. Вот возьми, — протягивает мне какие-то синие фрукты, похожие на апельсины, — очень вкусно. Я видел, люди тоже ели их.

— Спасибо. — Взяв один из предложенных, я начал снимать кожуру.

— Стой, он весь такой, просто кусай, — останавливает меня Келий.

Последовав совету мутанта, кусаю фрукт. Жёсткая, но вкусная штука, как будто киви с бананом смешали.

Ещё полчаса разговоров, и я смог убедить Келия вывести меня из города. Немного усилий, и, хромая, я вылез из подвала.

Если бы не ранение, я бы и сам смог выбраться. Километра полтора — и вот уже знак, обозначающий конец населённого пункта. В какой стороне поселение "Восток", я знаю, поэтому, быстро поблагодарив мутанта, снова двинулся в путь.

С собой два магазина для пистолета. Нужно пройти кругом километров десять и выйти на блокпост. Там меня знают и помогут.

На третьем километре терпеть боль в ноге стало невыносимо. Когда уходил из города, пришлось понаклоняться и даже немного пробежаться. Это вызвало дополнительные разрывы, регенерация не успевает справляться. Пришлось упасть под ближайшее дерево. Живот предательски урчит, требуя пищу для энергии, а я сижу и разматываю окровавленную повязку.

Дело плохо, ноге нужен покой. Зря я поспешил уйти, нужно было ещё часов шесть отлежаться, и регенерация сделала бы своё. Вот только тогда пришлось бы ждать дополнительную ночь, а этого не хотелось.

Наложив новую повязку и с помощью той самой палки, встаю. Кое-как проковылял ещё километра два, облокачиваюсь на отбойник. Слишком долго, но знакомый вой в лесу вынуждает достать ТТ из кобуры и снова двинуться в путь.

Моя кровь работает как маячок, и уже совсем скоро я услышал за спиной движение.

Разворачиваюсь и целюсь в одинокого вервульфа, а тот, в свою очередь, шагнул в кусты.

Нельзя терять время. Не убирая ствол, зашагал дальше. Мутировавший волк держался рядом, но ближе 150 метров не подходил. Умная тварь чует кровь и ждёт, пока я сам упаду. Не дождётся. Вот уже знакомая прямая: слева в километре город, справа — в двух — блокпост. Совсем чуточку осталось.

На 15 минут упал на траву и решил отдохнуть. Вервульф держится рядом. Ничего, либо сам уйдёт, либо скажу снайперу убрать его.

Как бы ни хотелось дальше лежать, но надо вставать. Идти всего ничего осталось.

Уже с пятисот метров я заметил странности: темнеет, а освещение не горит. Появилось очень плохое предчувствие. Возможно, просто генератор заглох, но что-то слабо верится. Когда осталось меньше трёхсот метров, по моей спине побежал холодок. То, что я издалека принял за новую декорацию, оказалось повешенными людьми, и прямо сейчас трупы жрали птицы. Форма бойцов Востока, рядом со зданием стоит уже сгоревшая БМД, в пулемётную точку, похоже, прилетело из гранатомёта. Жуть.

Сжал покрепче рукоять пистолета и пошёл по обочине. В любом случае менять направление нельзя.

Подходя ближе, меня встретил трупный запах плоти. Этим разорванным телам уже не меньше суток. Возле самого входа видны следы боя: стальная дверь взорвана, во многих местах видны следы от пуль.

Мёртвым уже не помочь. Ориентируясь на это, аккуратно захожу в здание. Сразу как зашёл, понял, что это было ошибкой: несколько вервульфов ели тела погибших. Вот только так же, как и я их, так и они меня сразу заметили.

Ближайший ко мне мутант громко рыкнул и двинулся, за что и поплатился: сразу две пули влетели ему в морду. Навскидку добиваю магазин и убиваю ещё двоих. Последний прыгает на меня, но я, в ускорении, падаю на здоровую ногу, одновременно с этим вонзая нож под лапу твари.

Громкий визг, и вервульф отпрыгивает. В этот момент в дверях появляется тот самый мой преследователь. Я пустой, в руках только нож, стою, опираясь на здоровую ногу, и тут резкая атака сразу с двух сторон. У обычного человека в моём положении не было бы ни единого шанса, но я теперь не обычный человек. Врубаю ускорение и двигаюсь навстречу раненому, в последний момент ухожу с линии его атаки, одновременно нанося удар в шею.

Секунда, и мы остаёмся с преследователем один на один. Он рычит и идёт полукругом, я же хромаю на одну ногу, снова разорвав уже заживающую рану.

Резкий бросок. В ускорении пытаюсь уйти в бок, но мутант, предвидя это, заранее изменил траекторию. Я успел лишь увернуться от челюсти, однако тяжёлая туша всё равно снесла меня.

Полёт был недолгим, а падение — больным. Рукой упираюсь в кодык твари, не давая челюсти сомкнуться на моём лице, и через полсекунды наношу несколько колотых ударов в шею. Тварь дёргается, а я продолжаю наносить удары до тех пор, пока тело не упало на меня.

Тяжело дыша, я вылез из-под мёртвого мутанта. Вспомнив, что в этом здании был подвал, я пополз к нему. Открыл крышку, включил фонарик и спустился вниз, закрыв всё за собой.

Всё самое ценное, включая генератор, отсюда вынесли, но деревянные настилы остались, на них я и разместился. Быстро обработал вновь кровоточащую рану и погрузился в сон.

Двенадцать часов! Я проспал почти двенадцать часов! Уже восемь утра, зато теперь тело как новое, на месте ранения остался лишь небольшой шрамик. Ещё бы поесть, и вообще сказка будет.

Стоило мне подумать о еде, как живот снова заурчал.

Зарядив последний магазин с паралитическими боеприпасами, я открыл люк. Вроде чисто, хотя видно, что ночью тут побывал какой-то зверь.

Надо найти еду и оружие, возможно, нападавшие что-то забыли. С этими мыслями я проходил по дому ещё двадцать минут. Всё вынесли подчистую, на выходе решил заглянуть под упавший шкаф. Немного усилий, и я вижу знакомое мёртвое лицо. Пересекался с ним в баре на прошлой неделе.

По крайней мере, этого не мучали. Похоже, он даже не успел понять, что умер. Открытые глаза лишь придавали ужаса. Приседаю, чтобы их закрыть, и пальцем случайно дотрагиваюсь до лба, и тут вспышка.

— Всем внимание! В темноте движение.

— Мутант или человек?

— Человек, и он идёт к нам. Минуточку, это наша форма, и он ранен.

— Саня, сходи проверь. Саня!

Все эти звуки я слышал в полудрёме. Чёрт, чуть не уснул! Встряхнул головой, снял предохранитель с АК-74, передёргиваю затвор и подхожу к стальным дверям.

— Тяжёлый день, — громко говорю я кодовые слова в открытую щель.

— Вкусная мята, — доносится в ответ.

— Старый пароль! — слышу из-за спины голос товарищей. В данный момент все они встали и взяли в руки оружие, а один из них побежал будить остальных.

И тут дверь сносит взрывом. Меня отталкивает к стене, больно бьюсь затылком, автомат куда-то отлетел, в глазах искры, а в ушах свист.

Сквозь пелену вижу, как идёт бой. Вдруг в помещение прилетает несколько гранат, и я на морально-волевых вскакиваю и падаю за шкаф.

Прогремело два взрыва. Выглядываю из-за мебели и вижу, как группа бойцов пошла на штурм. Ищу глазами автомат, но вижу его в другой части комнаты, достаю ПМ и двумя выстрелами убиваю ближайшего врага.

Поразить второго я не успел: в меня прилетела очередь из автомата. Скатываюсь спиной по стене, и тут по второму этажу жахнули чем-то мощным, штукатурка посыпалась, прогремело ещё несколько взрывов, и на меня падает шкаф, а одна из полок бьёт по голове.

Так анализирую: кажется, я каким-то образом увидел последние минуты жизни этого бойца и теперь понял, как пал этот блокпост. Нашивки принадлежали надеждовцам. Надо поскорее вернуться в поселение Восток. Похоже, во время моего отсутствия началось наступление, хотя я могу и ошибаться.

А насчёт видения надо будет потом ещё попробовать. Оно произошло сразу, как только я коснулся лба. Думаю, в будущем будет возможность тестировать.

Но теперь так просто уйти я не мог, поэтому почти четыре часа у меня ушло на копание могилы и захоронение погибших бойцов за зданием. В конце связал из подручных материалов крест и воткнул в землю. Вот тут моя мутировавшая выносливость снова выручила.

Все снятые жетоны сложил в карман, а у того, чьи воспоминания я смотрел, забрал ПМ с шестью патронами. Очень хочется есть, но пока нечего, поэтому, недолго думая, выдвинулся в сторону поселения.

Уже на подходе к нему я заметил изменения. Охрану усилили в три раза, только на меня навели не меньше шести стволов, а после того, как я громко представился и поднял пропуск, ко мне на встречу выдвинулись два бойца в полной выкладке.

Меня заставили снять рюкзак с бронежилетом и опустить на землю всё оружие. И только после этого, под прицелом, повели к воротам.

Признаться, не такого приветствия я ждал.

Только за воротами отвели в отдельную комнату, где меня узнал один из командиров. Оказывается, он видел меня, когда я пошёл взрывать логово охотников. Именно от него я узнал, что здесь произошло.

На поселение были совершены многочисленные атаки. Большинство блокпостов уничтожили, с неба территорию обстреляли с дронов, и говорят, что враг готовит наступление.

Подробности он рассказать отказался, но картинка мне и так стала понятна.

Поблагодарив и попрощавшись со служивым, я отправился в свою комнату. Сегодня, кстати, последний день её оплаты, и завтра утром нужно либо продлить, либо выселяться.

Зайдя в ангар, моему взору предстала странная картина. Мои вещи лежали возле двери, около них стоит София и держит словесный напор мужика, которому я платил за жильё. Рядом стояла ещё какая-то женщина и несколько зевак.

— Я тебе ещё раз повторяю: отпусти вещи и выметайся отсюда! — слышу я конец фразы толстяка.

— Это не ваши вещи, и комната оплачена до завтра! — кричит ребёнок.

— Тот, кто брал у меня эту комнату, уже давно сдох, поэтому убирайся отсюда! И вообще, что я этим занимаюсь! — зло бросил мужик и, взяв ребёнка на шкирку, кинул её в толпу зевак.

В последний момент успеваю оттолкнуть какую-то женщину и поймать девочку. Накопившаяся за последние дни ярость наполнила меня. Опустив ребенка, я одновременно с шагом прописываю мужику боковой в челюсть, а после того, как он упал и опёрся на руки, добиваю коленом, разбив нос.

Не обращая ни на кого внимания, наклоняюсь и наношу ещё несколько ударов кулаками в лицо. После встаю, переступаю через тело и из своих вещей достаю заначку.

— Ещё трое суток, — кидаю я лежащему мужику свои последние деньги.

— Серафим! — бросается мне на руки София.

— Привет, мелкая, — обнимаю ребенка в ответ.

— Стоять на месте! — из толпы показался охранник с пистолетом. — Опусти ребенка и отойди к стене!

— Что-то ты долго, — ухмыляюсь я, но ребенка на землю поставил, загородив собой. — Пока тут творился беспредел, ты снизу играл в карты, так и теперь не мешай.

— Отойди к стене! — грозно крикнул он и снял ПМ с предохранителя.

— София, отойди вон туда, — указываю я направление.

Девочка ни в какую не хотела отходить, пришлось легонько подтолкнуть. После, как и положено, отошёл к стене и сложил руки за голову.

— Вот так бы сразу, — улыбнулся охранник и сделал уверенное движение в мою сторону.

Именно это стало его ошибкой: резким разворотом и лёгким движением перехватываю пистолет и приставляю его к затылку охранника.

— Стой, подожди! — в панике произнес он.

— Мой позывной Клим, отряд «Домино», и сейчас у меня никакого желания тратить на тебя время.

— Отряда «Домино» больше нет, погибли несколько дней назад, — тихо пробубнил охранник.

Эта информация выбила меня из колеи, и я не заметил, как сразу несколько человек с автоматами окружили меня.

Продолжать сопротивляться не видел смысла, и уже через несколько секунд я позволил надеть на себя наручники, а уже через тридцать минут сидел в комнате для допросов, пристёгнутый к стулу.

— Итак, Серафим Климовский, судя по пропуску, имеете второй уровень допуска и право на ношение оружия, — сходу заговорил мужчина в чёрной робе спецназа.

— И вам здрасьте, — с улыбкой ответил я.

С учётом того, что моя одежда, да и я сам, представляли собой жуткую картину из засохшей крови и грязи, со стороны это выглядело не очень.

— Чувство юмора — это хорошо. Значит, вы утверждаете, что были в составе отряда «Домино»? — не спрашивал, а утверждал мужчина. — А известно ли вам, что «Домино» больше нет?

— Моё имя вы знаете, а как к вам обращаться? — вопросом на вопрос отвечаю ему.

— Это не важно. У меня нет времени на дружескую беседу. Либо ты, вражеский шпион, сейчас расскажешь мне всё, что знаешь, либо я начну ломать тебе пальцы.

— Как грубо. Тогда я тоже продиктую свои условия, — церемониться у меня вообще желания не было, и я начал: — Я буду говорить только с Геннадием Джамшутовичем или Барсуком. А ещё я жутко голодный и хочу поскорее помыться. Так же...

Удар в челюсть оборвал мою речь.

— Ты будешь говорить только тогда, когда я тебе разрешу. А теперь отвечай: где вы, свиньи, засели и когда следующая атака? — взяв меня за волосы, прорычал мужчина.

Ещё один удар прилетел мне в лицо. А вот это было не за что и больно. Бонусом, я вместе со стулом оказался на холодном полу, но не прошло и десяти секунд, как нас (меня и стул) вернули в исходное положение.

— Го-во-ри! — медленно по слогам произнёс мой дознаватель.

— Ну, ок, — начал я говорить. — Я участник операции с логовом охотников. А если конкретно, именно я спас тех парней и никакого отношения к врагу не имею. Был на задании по приказу Геннадия, и сейчас мне срочно надо с ним поговорить.

— Ты лжёшь! — прокричал он мне в лицо с последующим ударом. — Того человека больше нет в живых!

— Меня узнал ребёнок и часть бойцов на северном КПП, — попытался я образумить его, но удар ногой в грудь снова заставил мой рот заткнуться, а стул упасть.

Потом дознаватель подошёл и лёгким движением сломал мне безымянный палец.

Мой трёхэтажный мат прервал очередной удар в лицо.

— Говори! — взялся он за второй мой палец.

Сразу куча идей возникало у меня в голове, одна из которых была — зубами вырвать ему кадык, но я воспользовался самой банальной. Резким движением бью лбом по носу и дёргаю руками с целью освободиться.

Наручники сидели крепко, но когда дознаватель, с окровавленным лицом, замахнулся для удара, цепь лопнула, и я смог отбить его руку. На ускорении рву цепь на второй руке и освобождаю ноги. Следующий удар принял в руки и сам стартовал, войдя в тесный контакт.

Ещё через секунду мы оба лежали на земле. Этот человек, похоже, шарит в борьбе, по крайней мере, у него почти получилось меня скрутить, вот только несколько ударов локтем в уже разбитый нос помогли мне выбраться из захвата.

— Хватит! Прекратить! — слышу я знакомый голос Геннадия. А через мгновение нас растащили в разные стороны, но на меня наставили ствол. — Капитан Резко́, как вы это объясните?

— Геннадий Джамшутович, — начал мой дознаватель, — вот шпиона словили, дебоширил в одном из жилых ангаров. Сейчас пытался сбежать, утверждает, что он некий Клим, был в городе по вашему приказу.

— Серафим, реально ты что ли? — повернулся ко мне местный лидер.

— Собственной персоной, — отвечаю ему.

— Санитара сюда, живо! И снимите с него браслеты.

Ещё в течение часа меня и дознавателя, который оказался Евгением, держали в местной больнице. Мне вправили палец, наложили гипс и обработали раны. Женя, в свою очередь, ещё долго будет ходить с опухшим носом после перелома.

Пока ждали, разговорились. Он извинился, а я узнал информацию. Оказывается, в результате нападения и налёта дронов он потерял жену, а состояние ребёнка критическое. Вот он и на взводе, и жаждет мести. Попрощались мы рукопожатием, и я убыл мыться.

Через час я уже сидел в кресле возле Геннадия с чашкой горячего кофе.

— У меня очень много вопросов, но сначала: зачем ты устроил это представление, зачем было избивать того гражданского и охранника? — заинтересованным взглядом уставился в меня лидер.

— Думаешь, нужно было убить? — отпив напиток, серьёзно спрашиваю его. Геннадий аж подавился, а я продолжил: — Тот урод орал матом на Софию, а потом применил силу на ребёнке. Пусть радуется, что легко отделался.

— А охранник?

— А этот сидел снизу и игнорировал всю ситуацию.

— Ясно, накажу его за бездействие. Это, кстати, София ко мне и прибежала. Её, понятное дело, не пускали, но мне стало интересно, почему ребёнок так яростно пытается докричаться до меня. Умная девочка, — проговорил Геннадий.

— Она такая, что с Домино? — меняю я тему.

— Барсук и Гром погибли. Вата, скорее всего, тоже, но этого никто не видел. Осу контузило, но он уже в строю. Лист по локоть потерял руку и получил множество мелких ран, сейчас лежит в госпитале. — На мгновение мой собеседник замолчал и потом продолжил: — Обратно вернулись только БТР и один грузовик. Всего 27 человек, а уходило больше сотни. Не говори, что ты предупреждал, помню. Просто сложно принять это.

— Понимаю, сложно быть лидером и отвечать за всех, — искренне ответил я ему.

— Это точно. Давай что ли помянем ребят, сейчас наша главная задача — защитить их семьи.

Тут на столе оказалась обычная водка. Разлили, выпили.

— А ты как смог выбраться? Люди видели, как в тебя прилетел заряд плазмы. Это как-то связано с тем, что ты смог разорвать цепи наручников голыми руками в камере?

Пришлось рассказать о моём приключении, опуская многие моменты. Информации про бункер лидер Востока был рад, но она уже неактуальна. Сейчас нет возможности и людей. А ещё смог вытянуть правду о группах, отправленных в катакомбы. Поселению нужны ресурсы бункера, всё как я и думал.

Узнал о последних событиях. Через день после неудачной операции были захвачены блокпосты, после чего надеждовцы ударили дронами. Были повреждены практически все важные промышленные пункты. Теперь в поселении проблемы со светом, лесопилка сгорела, потеряна определённая часть техники, несколько десятков человек больше никогда не обнимут свои семьи, и ещё не меньше сотни получили ранения разной тяжести. Никто не был готов к такому...

Сейчас всё поселение переведено в боевую готовность, и, как докладывает разведка, со дня на день ожидается новое наступление.

— Да уж, расклад, честно говоря, хреновый, — прокомментировал я рассказ Геннадия.

— И не говори. Слушай, я помню о нашем договоре, третье задание провалено, но ты свою часть выполнил, — проговорил и резко замолчал лидер.

— Говори как есть, — успокоил я его.

— Я не могу дать тебе «Волат», сейчас каждая броня на счету. Максимум какую-нибудь легковушку и АК-12. В общем, да.

— Гена, не тяни, давай всё сразу излагай, — сказал я ему, опуская формальности, вижу ведь, что это не всё.

— Я понимаю, что это не твоя война, и ты захочешь уехать. Завтра с утра тебя будет ждать машина и АК-12 с цинком патронов в ней. Если рано выйдешь, думаю, у тебя будут шансы проскочить. А сейчас, с твоего позволения, я закурю.

— Какие шансы у Востока? — не обращая внимания на речь Гены, спрашиваю я.

— Хотел бы я сказать большие, но не могу. Слишком много техники и бойцов мы потеряли за последние дни, — ответил мне лидер.

Как всё сложно. После лаборатории я хотел по-быстрому добраться до своих, но моё "по-быстрому" затянулось уже почти на месяц. Сейчас я вынужден втянуться в войну, не мою войну, но я должен. Здесь слишком много хороших людей и, возможно, уже друзей и союзников.

Кажется, что может сделать один человек? А если этот человек со сверхспособностями?

— Мне нужен бесшумный АС-Вал с бронебойными и снайперскими патронами, пистолет Ярыгина "Грач" с глушителем, десяток метательных ножей, гранаты, ПНВ и такой же бронекостюм, как мой повреждённый, — и прежде чем Геннадий охренел и уже хотел перебить, добавил: — Ты хотел знать, как я разорвал наручники? У меня много секретов, и завтра ночью я ими воспользуюсь. Вы укрепляйте позиции, а я пройдусь по рядам наших противников.

— Серафим, ты не обязан, — начал говорить лидер.

— Я уже всё решил. А ещё мне нужен адрес семьи сержанта Котова, а так же где конкретно можно найти Осу и Листа, плюс наличка.

Вышел я из кабинета с крупной суммой и нужной мне информацией. Ну что, пора на первый адрес.

— Здравствуйте, Анна Котова? — нашёл я наконец-то нужную дверь.

— Здравствуйте, вы что-то хотели? — ответила мне слегка полноватая брюнетка лет тридцати, чуть ниже меня ростом.

— У меня есть то, что ваш покойный муж перед смертью просил вам передать, — сходу говорю ей.

На какое-то время глаза женщины расширились от удивления, но, взяв себя в руки, она продолжала:

— Зайдите, пожалуйста, не нужно стоять на проходе. Только потише, дочка спит.

Зайдя в номер, я увидел не очень богатый интерьер, но всё для жизни присутствовало, а за дверью, похоже, была ещё одна комната.

— Может, чаю? — неуверенно спрашивает женщина.

— Спасибо, но не нужно, я ненадолго, — сказал я и присел на указанный стул. Аня села напротив и вопросительно уставилась на меня.

— Рассказывать особо нечего. Я нашёл тело вашего мужа в катакомбах. В своих голосовых записях он просил передать, что любит вас, и вот этот зип-пакет, — сказал я и положил его на стол.

В глазах Анны читались любопытство и печаль, но к пакету она не притронулась.

— Я могу послушать записи?

— Боюсь, что нет, — не соврал я, ведь уже передал их Геннадию. А потом задал следующий вопрос женщине: — У вас для жизни всего хватает?

— Нам тогда дали эту квартиру, а сейчас платят пенсию, и я подрабатываю. Без мужа очень тяжело, но мы справляемся, — замолчала Аня, а затем добавила: — Смерть моего мужа не была напрасной?

— Думаю, нет. Вот врага победим, и важная информация, которую достал ваш супруг со своей группой, пойдет в оборот. А сейчас прошу меня простить, но мне нужно идти, — говорю ей, ведь дел и вправду много.

— Спасибо вам большое, — сказала она и достала из полки небольшую стопку местных денег. — Тут немного, но...

— Не нужно, потратьте их на дочь, — сказал я и направился к выходу.

Ещё четыре часа ушло на то, чтобы навестить Листа и Осу. Первый держится бодрячком и был очень рад меня видеть. Оса, в свою очередь, пусть и была более сдержанной, но было видно, что она разделяет мнение Лёхи.

Вечером договорились собраться в баре, но до этого я зашёл за Софией и провёл время с ребёнком. Потом наполнили холодильник едой, съели мороженое, поболтали и я ушёл в питейное заведение.

В принципе, всё прошло как обычно, разве что атмосфера в баре была не очень. Даже вечно весёлый бармен ходил без настроения. Все ждут войны.

С Алексеем и Наташей я просидел пару часов, выпили за павших, и после они отправились к выходу, а я заказал себе поесть и решил обдумать завтрашнюю операцию. Но, как это часто бывает, моим планам, как обычно, не суждено было сбыться.

— Привет, — услышал я знакомый голос за спиной. — Не против компании?

— Привет, Ир. Сейчас я занят, — ответил я рыжеволосой девушке.

— Да ладно тебе! Я слышала, ты погиб, а сегодня увидела живым и здоровым, — надула она губки. — Я вообще-то весь вечер тебя ждала. Не откажи красивой девушке в беседе.

— А скромности тебе не занимать, — говорю ей.

— Какая есть, — улыбнулась Ира и, сделав максимально заинтересованный вид, наклонилась ко мне. — Расскажи о городе и последнем приключении.

Так получилось, что я невольно засмотрелся и ответил не сразу. Тонкая, летняя, облегающая одежда идеально подчёркивала стройную фигуру, а открытые руки и живот лишь придавали сексуальности. К сожалению, мой взгляд не остался незамеченным.

— Ты же вроде работаешь, — взял я себя в руки.

— На ближайшие несколько часов я свободна. Ну, так что, поделишься с девушкой о своих приключениях? — и после добавила: — Слышала, там с Залтисами воевали. Это уже давно не секрет. Расскажи, какие они вблизи.

— Двухметровые, зубастые и очень опасные... — начал я свой рассказ. Серьёзного ничего не говорил, но рассказал и о некоторых тварях, которых встречал, и даже часть историй других людей вспомнил. А весь этот рассказ сопровождало вкусное вино, заказанное на середине.

— Круто! — искренне произнесла Ира.

На последних пятнадцати минутах она пересела ко мне поближе, так что я смог чувствовать сладкий запах духов и почти вплотную наблюдать, как при дыхании поднимается и опускается небольшая, но упругая грудь.

— Я слышала, тебя назвали Страхом Охотников. Я так много слухов уже узнала, но из первых уст всегда интереснее, — двинулась ко мне девушка, так что мы теперь сидели чуть ли не касаясь друг друга.

— Интересно послушать, что говорят обо мне.

— Ух ты! Значит, и я смогу рассказать что-то, вот только людей тут многовато стало, — снова улыбнулась девушка. И правда, бар наполнился прибывшими после работы людьми. — Я знаю столик, где нам не помешают, идём.

И тут я сам не заметил, как уже сидел за столом в комнате для индивидуальных бесед.

— Начинай, — тихо говорит девушка, протягивая мне бокал с вином из уже второй вскрытой бутылки.

Сделав большой глоток, я начал рассказ об операции с охотниками. Не прошло и минуты, как Ира переместилась мне на колени, а мои руки опустились ей на бёдра. Майка слетела мгновенно, а после лёгких движений рук девушки и её топик также оказался на полу, а в мою сторону были направлены горящие глаза рыжей. Мои руки пошли выше и остановились на полпути.

— Что-то не так? — спрашивает девушка, двигая ноготочками мне по груди.

— Извини, но ничего не будет, — говорю ей и убираю руки, а затем уклоняюсь от поцелуя.

— Но почему? Ты же хочешь, и всё у тебя рабочее, я же вижу, — недоумевает Ира.

— Дело не в этом, — сухо отвечаю, снимая девушку и на ходу надевая майку. Уже через несколько секунд я вышел за дверь.

Настроение было испорчено, но я должен сначала узнать, что с моей Викой, моя ли она до сих пор?

Вернулся в свой номер поздно, София уже спала. Недолго думая, последовал её примеру и где-то во сне вспомнил, что забыл гипс в баре, но пофиг, палец уже восстановился.

Казалось, только лёг, только закрыл глаза, как вдруг очень громкий стук в дверь вырывает меня из сновидений.

Открыл глаза, смотрю на часы: 1:30. Выругавшись про себя и взяв ТТ, завёл руку за спину. Приказал Софии оставаться в комнате.

За дверью меня встретила Ира. Было видно, что девушка напугана и растеряна.

— Если это очередной твой план, по типу тех, что были в баре, то лучше сразу проваливай, — дерзко, но по факту говорю ей, хотя тело предательски откликнулось. Чёрные облегающие штаны с кофтой выглядели весьма сексуально.

— Можно зайду? — но, увидев, что я не сдвинулся с места, продолжила. — У меня брат пропал.

— У тебя есть брат? Что-то не припомню я этого, — с таким же подозрением отвечаю ей.

— Неудивительно, мы особо и не общались, — по привычке надула губы девушка, но быстро взяла себя в руки. — Ему 13. Можно я зайду и расскажу?

На этот раз я сделал шаг в сторону. А когда девушка зашла, закрыл за ней дверь и расслабил руку с пистолетом. Быстрый испуг на лице девушки сменился пониманием.

Сделав кивок головой на стул и, дождавшись, пока девушка сядет, я приготовился слушать.

— У меня из родных только он остался. Мы вместе живём в соседнем ангаре. Так вот, он познакомился с местными детьми. Я особо не вникала, а потом оказалось, что он должен пройти какое-то испытание, чтобы что-то доказать. А испытание заключалось в том, чтобы вылезти ночью через дырку в заборе за территорию и дойти до какого-то дома. Он умный у меня, и я ему неоднократно говорила, чтобы не воспринимал это всерьёз, но его на понт начали брать. И вот я возвращаюсь с работы, а его нигде нет. Разбудила соседей, никто не видел, куда он исчез.

— Так иди к безопасникам. Для этого есть дежурная группа, пусть и разбираются, — говорю я ей.

— Это у тебя тут репутация и привилегии, а мы — обычные поселенцы. Мы не можем спокойно выходить, а наказание за это очень суровое, вплоть до изгнания. Поможешь? — молящими глазами смотрит она на меня.

— Поспал бы, — шёпотом произнёс я.

— Что? — спрашивает девушка.

— Ничего, — отвечаю ей.

— Надо взять снаряжение и узнать, где конкретно эта дырка в заборе. Так же есть не маленький шанс, что он где-то на территории, и моя очень опасная вылазка окажется бесполезной.

— Я понимаю, но тот домик за поворотом, там идти всего ничего. Может, без снаряжения по-быстрому? Оно только лишние вопросы в оружейке ночью привлечёт? А ещё я с тобой пойду, — умоляет меня она.

— Со мной точно нет. А что насчёт второй части? — продолжаю допрос.

— Он точно за территорией, я уверена, и должна пойти с тобой. Он меня знает, а тебя, скорее всего, нет. Он мой брат, и я его не оставлю! — уверенно отвечает мне девушка.

Я прямо поражаюсь. Как девушки так умеют менять эмоции?

— Идёшь шаг в шаг и молчишь, все команды выполняешь без каких-либо вопросов, поняла? — говорю и смотрю на неё серьёзным взглядом.

Дождавшись кивка, проверил свой ТТ. Взял фонарик и тройку запасных магазинов, плюс припрятанный ПП «Кедр» — ещё тот самый, из которого по мне стреляли, когда убегал с территории Надежды. Прицепил нож, и мы отправились к забору, перед этим проинструктировав Софию.

— Вот там есть проход, мне это Ярик показал, говорил, даже взрослый мужчина может пролезть, если прутья разогнуть, — указывает мне Ира направление.

И правда, убрав шифер и решётку, я обнаружил подкоп, в котором лежала арматура. Достал практически всё и первым отправился за территорию.

Днём тут патрулирует конный патруль. А сейчас темнота, только звёздное небо освещает пространство.

Дождался, пока Ира вылезла, включил фонарик на минимальную яркость, снял ПП с предохранителя, и мы пошли.

Дойдя до деревьев и набрав расстояние от стены, увеличил мощность фонарика.

До дома добрались довольно быстро, он реально оказался в метрах двухстах от стены. Да и домом это назвать сложно, какая-то одноэтажная заброшка. Из окна был виден свет небольшого фонаря.

— Ярик, это я, — громко говорит девушка и пытается зайти в дом.

Стоило ей сделать первый шаг, как я перехватываю её руку и жестом показываю остановиться, а сам резко захожу в здание. И тут справа, сразу за порогом, почти вплотную — движение. На рефлексах врубаю ускорение и пытаюсь уйти в бок, выставляя ствол. Вот только слишком поздно, понимаю, что даже на ускорении не успеваю. Нажимаю на спусковой. Очередь вошла в тело нападавшего в тот момент, когда приклад врезался в мою голову. Последнее, что я увидел — злую ухмылку Иры, а затем сознание меня покинуло.

Глава 10

Очнулся я прикованным к стулу, снова. В голове мутно, где я, вообще не представляю, хотя последние события начали всплывать. Осмотревшись, понял, что нахожусь в комнате без окон и с кирпичной кладкой. Руки, ноги и даже голова надёжно зафиксированы: так просто не разорвать. Вон и камера на стене – значит, скоро меня навестят.

Ждать пришлось недолго. Двери открылись, и я увидел знакомое мне лицо.

— Серафим, Серафим, какое удачное стечение обстоятельств, не находишь?

Моё молчание служит ему ответом.

— Ну, что ты молчишь? Я же к тебе со всей душой отнёсся, а ты увёл важную рабыню, ранил моего племянника, убил большое количество моих людей и, самое важное, испортил мой авторитет. Разве друзья и товарищи так поступают?

— Ха-ха, — усмехнулся Михаил, — а ты дерзок. Помнится, в тот вечер ты был более вежлив.

— А ты как был змеёй, так ей и остался, — бросаю я в ответ.

— Змеёй? О нет, я тигр. Там, где я, всегда смерть, кровь и страх. Хочешь, расскажу тебе, что будет с поселением Восток и дорогими тебе людьми? По лицу вижу, что хочешь. Через пять часов я запущу дроны и взорву все важные объекты, а после отправлю многочисленную пехоту с техникой. Поселение будет взято без серьёзных потерь, а все выжившие примерят ошейник. Но я смотрю, тебя особо это не затрагивает. Так вот, слушай: София в этот момент будет находиться в комнате номер семнадцать, да, в твоём номере с человеком, которому она доверяет, но который служит мне. Девочка станет моей наложницей, люблю молодые, невинные тела. Она ответит за все твои грехи передо мной.

Сука, комнату он угадал, но это не сложно. А насчёт человека… Проклятье! Надо выбираться отсюда.

— Я знал, что это тебя заденет, но ты отсюда свободным не выйдешь. Так уж и быть, я позволю тебе после первой ночи с ней повидаться. Ты же обещал защитить её, да? А наивный детский разум тебе поверил. Мой человек много рассказал о её мыслях.

Чёрт, чёрт, чёрт! Кто этот человек? У неё друзей особо и нет, так, от силы несколько человек, и все с медицины. Я не сильно вникал. Сам хирург и пару ровесниц. Чёрт!

— А ведь ты мог работать на меня. Человек с талантом невидимости для чутья тварей очень бы пригодился, — не останавливался Михаил.

— Зачем ты мне это всё говоришь? — потерял я терпение.

— Если честно, просто позлорадствовать. Люблю смотреть на людей, потерявших надежду и утонувших в отчаянии. Они всегда легко подчиняются. Очень скоро и ты станешь послушной собачкой. На тебя у меня заготовлены особые планы.

— А может, ты мне это без цепей скажешь? — оскалился я. — А то я слышу лишь трусливые обещания больного ублюдка.

— Волк, попавший в капкан, до последнего будет огрызаться. Вот только как бы он ни скалил зубы, исход один – охотник получит его шкуру. Подумай над этими словами, пока твоё сознание принадлежит тебе. А сейчас меня ждёт вертолёт, бывай. — Сказав это, Михаил вышел из камеры. После из коридора донеслось: — Ира, забирай.

— Снова здравствуй, красавчик. — Произнесла девушка и, встав на табуретку, заклеила объектив камеры.

— Ах ты сука! — зло бросил я.

— Но-но. Ты сам виноват. Если бы ты выбрал меня, ничего бы этого не произошло. Там, в баре, я дала тебе последний шанс. — Ответила девушка.

— Хочешь сказать, ты предала из-за меня?

— Ты слишком большого мнения о себе. Хотя, честно говоря, на какое-то время я вышла из игры, но твой отказ взять меня тогда с собой в микроавтобус вернул меня обратно.

— И давно ты крысишь? — Спрашиваю я.

— Крысишь? Ха-ха, — засмеялась девушка. — Я лишь выживаю и ищу лучшую жизнь, как и все мы, а тут у меня будет очень многое. Михаил умеет выполнять обещания. — Вдруг девушка встала и повесила мне на шею ошейник. — Теперь у меня есть первый свой собственный раб.

— И много ты чего слила? — Игнорируя выходку, задаю следующий вопрос.

— Очень. Думаешь, почему во время нашего побега не использовали вертолёты, или как надеждовцы знали наши пути? А ещё самое любимое: те водители грузовиков со скотом не предавали никого. Просто я передала им послание, что случится с их семьями, если они не поедут. А вот уже бойцы Востока просто убили их, даже не разобравшись. Забавно, да?

— Ты больная! — Прокомментировал я.

— Я гений! Я лучше всех остальных, а шестёрок в поселении много, и думаю, они ждут команды. Конец твоим друзьям. — Зло улыбнулась девушка.

— Я убью тебя! — Спокойным голосом ответил ей.

— Это вряд ли, а сейчас мне надоело болтать. Я хочу то, что ты не сделал в баре! — Сказала она и оголила верх. — Нравится? Знаю, что нравится, а теперь мы разнообразим эту игру.

После этих слов Ира взяла и достала нож, разрезала мою майку, а потом, приземлившись мне на колени, поднесла лезвие к моей груди. — Мне с детства нравились сердечки. — Сказала она и вонзила кончик мне в кожу.

— Сука, не смей! — Злостно гаркнул я.

— Не шевелись, рисунок испортишь. — Азартным голосом ответила она, продолжая вести лезвие. — Вот красота!

Эта тварь вырезала мне на груди большое сердце, и сейчас я чувствую, как кровь заливает живот.

— Дура, у меня же не встанет на тебя после такого. — Говорю я, а сам пытаюсь освободиться. Сталь потихоньку начала поддаваться.

— А если так? — Разделась полностью девушка и потянулась к моему ремню. — Я знаю, что любят мужчины.

В этот момент я наконец-то смог освободить руку и схватил её за волосы, затем ударил её ручкой стула. После этого освободил себя от всех остальных стальных креплений. Хорошо иметь нечеловеческую силу.

Встал, потянулся и взглянул на свою грудь. Она всё ещё кровоточила, но регенерация сделает своё дело, даже шрама не останется.

Взглянул на лежащую голую девушку. Снова появилось огромное желание, но, переборов его, накинул на неё её же кофту и лёгкими пощёчинами привёл в чувство.

— Что? Как же больно, — промямлила Ира. Рассечённая скула заливала лицо кровью.

— Сейчас ты попросишь открыть дверь, и не дай бог пискнешь что-то лишнее. Поняла меня? — дождавшись её кивка, повёл к двери, предварительно достав спрятанный ОЦ-21 "Малыш". Не зря тогда купил этот пистолет. В городе он был бесполезен, зато сейчас против людей — самое то. Повезло, что не обыскали.

— Мальчики, я всё, — постучала она по двери.

— Как-то слишком быстро. Импотент, что ли, попался? — донеслось оттуда.

Стоило ей открыть дверь наполовину, как я толкнул девушку, стартовал на ускорение и ручкой от пистолета ударил по голове ближайшего надеждовца. Силу не рассчитал, судя по звуку, череп треснул. Не обращая на это внимания, кулаком разбил нос следующему, ногой ударил под коленку и, поставив пистолет к затылку, вышел из ускорения.

— Дёрнешься – умрёшь, — прошептал я.

Достал из кобуры пистолет ПМ, снял рацию с ножом, толкнул его в камеру. Не специально сбил им Иру. А после затащил туда труп и ударом ноги снова откинул живого.

— У вас ровно минута сказать мне, где я нахожусь и сколько человек в здании и вокруг него, — тихо говорю я им.

— Да пошёл ты, — ответил мне боец.

— Ок. — Резким движением закрываю ему рот и вонзаю нож в ногу. Ира вскрикнула, но, получив очередную оплеуху, замолчала.

Ещё пару движений ножом, и уже через минуту я получил нужную мне информацию.

— Вставай, — говорю я девушке после того, как перерезал горло мужчине.

Рыжая в страхе быстро выполнила мою команду.

— Идёшь вперёд. Твоя задача — со слезами броситься в руки ближайшим охранникам. Тебя тронули вон те, — указал я на трупы, — скажешь что-то обо мне — умрёшь. Поняла? Пошла.

— Можно хотя бы надеяться? — спрашивает она у меня.

— Нельзя. Твоё голое тело на мгновение отвлечёт взгляд, и кофту тоже расстегни.

Вот так мы выдвинулись по коридору. Из оружия у меня ПМ с двумя магазинами, нож и малыш.

В данный момент мы находились на территории склада, в шестидесяти километрах от поселения Восток и в двух — возле агрогородка.

Стоило нам выйти в коридор и пройти метров двадцать, как нам навстречу вышел надеждовец. Ира выдвинулась, но тот уже увидел меня. Нож, в ускорении, был выпущен быстрее, чем он успел достать пистолет. Вскрик девушки и звук упавшего тела совпали.

— Ты убьёшь меня? — тихо спросила Ира.

— Кто предатель рядом с Софией? — задаю я встречный вопрос.

— Я честно не знаю, — отвечает мне девушка.

Вдруг за дверью раздались голоса. Быстро, но тихо подхожу и выглядываю в щель. Твою ж… прямо за дверью ангар, а в нём десяток вооруженных бойцов и шесть рабов, которые носят какие-то ящики. Сбоку стоял диван, и напротив — небольшой телевизор с подключенным дисководом. На диване девушка с ошейником ублажала одного из надеждовцев.

— Если привлечёшь к себе внимание и хорошо сыграешь роль — свободна, — шепчу я девушке.

Секунда — и Ира пошла, крича какой-то бред, но, увидев количество надеждовцев, сменила сторону.

— Пленник сбежал, он за дверью! — крикнула она.

Но в этот момент я уже на ускорении вонзил нож в ближайшего бойца и двигался к следующему.

«Какие они медленные», — думал я, перерезая глотку второму. Видя, что на меня начали наводить дула автоматов, выпускаю весь магазин из восьми пуль в толпу надеждовцев и ухожу за ящики.

Ор и мат слышу я, перезаряжая пистолет. Вот первая очередь из автомата начала бить по моему укрытию, но, используя свою мутацию, выбегаю с другой стороны. Три выстрела — и снова за укрытие. Из десяти в общей сумме я поразил шестерых, один ранен. Рабы спрятались, скоро прибежит подкрепление.

Выбегаю на ускорении, отклоняюсь от летящих в меня пуль и по очереди отстреливаю магазин, добивая двоих и раненого. Его же тело стало щитом от летящего в меня свинца последнего. Снова мутация, ухожу в сторону и бросаю нож. Попадание в живот, но ничего, перемещаюсь и добиваю.

— Бейтесь за свою свободу! — кричу я людям в ошейниках, а сам в этот момент снимал АКС-74 у ближайшего трупа.

Ира, петляя голым задом, бежала к выходу. В этот момент дверь открылась, и вбежавший боец, перепутав её с рабыней, ударил девушку прикладом. Остальное я досмотреть не смог: в меня полетели пули.

Это было огромной глупостью так бросаться в бой, но я уже не совсем человек, мои способности многократно улучшились, и сейчас самое время проверить мой максимум.

Уйдя из-под пуль в ускорении, очередями выпускаю полный магазин и ухожу за укрытие. Как же медленно летают пули!

Достаю рожок у рядом лежащего трупа и снова готов к бою. Никто из рабов, понятное дело, не присоединился.

У трупа была и граната РГД-5, она сразу полетела ко входу. Прогремел взрыв, а я уже возле запасного выхода, и тут произошло неожиданное.

Девушка с ошейником, которую насиловали на диване, схватила автомат и неумело начала стрелять.

— Давай сюда! — кричу я ей, но у девушки шок, её магазин уже опустел, а она всё равно продолжает жать на курок.

Делаю первые шаги к ней, но вижу резкие брызги крови из её головы — убита метким выстрелом.

Снова разворачиваюсь к запасному выходу, и вот я уже на ускорении бегу к забору, отталкиваюсь от скамейки и перепрыгиваю его. Так же очень быстро преодолеваю метров триста и останавливаюсь за деревом.

Если верить словам Михаила, до запуска осталось часа четыре. Ну, а если вспоминать слова Геннадия: у Востока есть какая-то одноразовая экспериментальная защита от дронов. Новая разработка, ещё до вторжения. Проблема в том, что развёртывание занимает минут тридцать и работает недолго. Нужно знать примерное время атаки.

На этих складах должна быть техника, возможно, со связью. Нужно захватить и связаться со своими, а ещё достать информацию, подтверждающую атаку.

В одиночку, практически без оружия, захватить вражескую базу. Чувствую себя психом, но с мутацией у меня есть шанс. Вон уже слышно голоса преследователей.

Вчера, будучи в душе, я вспомнил один интересный момент: утром, когда я проснулся в катакомбах после боя со змеёй, мои руки были прозрачными. Тогда я подумал, что мне это привиделось спросонья, но вчера, когда мылся, я как-то снова стал прозрачным. Удивление — это мягко сказано. Повезло, что в помещении больше никого не было. В тот момент я спешил и решил оставить эту новую мутацию на потом. Похоже, это «потом» и настало.

Сосредоточившись, я попытался войти в это состояние. После шестой попытки преследователи были уже совсем близко, поэтому, оставив это занятие, я приготовился к бою.

Не успел я выйти из-за дерева, как начались выстрелы и крики. Аккуратно выглядываю и вижу, как надеждовцы вступили в схватку со стаей вервульфов, и на их территории люди её проигрывают.

Прямо при мне крупный мутант оторвал голову бойцу и прыгнул на второго. Бой закончился меньше чем за 30 секунд, а я, на удивление, обнаружил, что стою невидимым. Вся одежда и даже автомат в руках также почему-то подверглись маскировке.

Думать, что и как, буду потом. Одно я чувствую точно: ощущение похоже на ускорение, но немного отличается. Ещё немного, и маскировка упадёт, поэтому я снова спрятался за дерево. Как говорили раньше в играх, инвиз, то есть маскировка, исчез. Но, в отличие от ускорения, чувствую, что ещё секунд десять, и счётчик обнулится.

Через названное время я снова активировал новую способность и начал полукругом возвращаться. Но меня выдал запах: стоило стать по ветру, и мутанты все сразу повернулись в мою сторону. Похоже, я не совсем невидимый. Если знать, куда смотреть, я очень даже видимый. А по-другому не объяснишь, почему они сразу кинулись на меня.

Там ещё особей 15, поэтому я просто побежал. Маскировка во время бега через мгновение исчезла.

Добежал до забора, прыжком перелезаю и сразу активирую инвиз.

Маскировка — вещь очень полезная, но использовать долго я её пока не могу. Пришлось сразу уйти за мусорный бак. Восстановившись, снова сменил позицию и, дойдя до пожарной лестницы, залез на крышу одного из зданий.

По данным, добытым с того пленного, тут ещё бойцов 40 и в три раза больше рабов, большинство из которых сейчас занимаются стройкой. Эту территорию хотят усилить и сделать жилой базой.

Вспоминаю прошлый опыт: ставку на рабов лучше не делать. Кстати, через отражение в окнах понял, что вблизи я виден за счёт размытости, но это лучше, чем ничего.

Где находится начальство этого места, я примерно знаю, поэтому двинул туда. Здание выделялось и когда-то, похоже, использовалось как маленький офис.

Так, под маскировкой, я начал медленный спуск вниз. Стоило мне наступить на землю, как я услышал за спиной:

— Что это?

— Где?

— Вон там, возле лестницы, что-то мутное.

— Тебя, похоже, по голове хорошо приложили. Хотя стой.

В этот самый момент я вышел из маскировки, резким разворотом направил ствол на говорящих. Как оказалось, это были рабы, которые катили тележку с песком.

О том, что меня заметят другие, я не переживал: возле лестницы росли пышные кусты.

— Тихо, — шепчу я и левой рукой делаю соответствующий знак, — я вас вытащу, но вы меня не видели.

Вряд ли они мне поверили. С голым торсом и кровью на груди я не очень был похож на штурмовика. Так или иначе, рабы двинулись дальше.

Короткими перебежками, под новой мутацией, я добрался до офисного здания. На входе курят два человека, но оба готовы к бою.

— А я тебе говорю, не человек он! — воскликнул голос одного.

— А что же тогда? Инопланетянин с человеческой внешностью? — раздался смешок второго. — Ты, Виталя, меньше пей, а то уже видишь всякое. Пленный либо очень удачлив, либо ему просто кто-то помог. Судя по выстрелам, наши уже кого-то догнали и скоро вернутся.

— А я говорю, он двигался невероятно быстро, ещё и через забор налегке перепрыгнул. Мне кажется, наши уже мертвы, он призрак, — не сдавался первый.

— Ай, всё, не хочу даже с тобой говорить, — закончил диалог второй.

После этого разговора я направился к запасному выходу. К моему невезению, он был закрыт, зато окно одной из комнат было настежь открыто. Туда я и сиганул. Очутившись в туалете, в котором, на удивление, работала вода, я столкнулся с выходящим из кабинки бойцом.

Мой приклад в ускорении оказался быстрее его понимания, и он мешком завалился на пол. Затащил тело в кабинку, ножом перерезал горло, а после закрыл двери изнутри и перелез через верх. Никакой пощады.

Выйдя под маскировкой в коридор, я услышал интересную часть диалога.

— Как это сбежал? — раздался злой голос Михаила из рации. — Он должен был при побеге наткнуться минимум на тринадцать человек. Только не говори мне, что вы сняли людей оттуда! Ну, чего замолчал? Докладывай!

— Он убил шестнадцать человек, ещё двое раненых. Я отправил группу преследования, после выстрелов они прекратили выходить на связь. Уверен, ему кто-то помог, — быстро проговорил надеждовец.

— Дебилы! Всех людей в полную готовность, он вернётся, в этом я уверен. Доклад мне каждые тридцать минут. Конец связи.

Мужчина, оставшийся здесь за старшего, тяжело откинулся на спинку стула и закурил.

— Никит, отправь мне двух девочек погрудастей и сообщи, если что-то обнаружите, — проговорил в рацию надеждовец, но в ответ была тишина. — Никит, твою мать! — крикнул он в сторону коридора, не дождавшись ответа, встал и пошёл к выходу.

Чтобы уйти с пути надеждовца, пришлось изменить направление, пол предательски заскрипел.

— Кто здесь? — резко поднял голову мужчина. — Никита?

Не получив ответа, он потянулся к пистолету. В этот момент я вышел из маскировки и устремился к нему.

Надеждовец быстро среагировал и ушёл из-под приклада, вцепившись руками в мой автомат. Ещё секунда — и тот оказывается на полу, а меня отталкивают ногой. Ничего такого, но командир этой гоп-компании снова потянулся к пистолету.

Тут уже я среагировал и на ускорении бросился к нему, вонзил нож в плечо. Ещё несколько быстрых ударов руками — и мой противник лежит, с шокированным взглядом смотрит на меня.

А теперь моя самая нелюбимая часть.

Так, после быстрого допроса и пары ножевых мне подтвердили атаку дронами и ещё несколько других моментов. Вот только время разнилось почти в полтора часа. В любом случае, прямо отсюда я могу связаться с Востоком. Частоту знаю, это, возможно, меня выдаст, но у поселения появится шанс.

Сделал то же самое, что и с Никитой в туалете, я сел за рацию.

Несколько манипуляций, затем нужная частота, объяснение ситуации и разговор с Геннадием. Что ж, теперь они хотя бы будут готовы. А в данный момент здание уже окружено, возле комнаты находятся надеждовцы. Кто-то обнаружил кровь в туалете и услышал мой разговор с лидером Востока. Ну, а прямо сейчас я сижу и смотрю в документы, делая вид, что не знаю о предстоящем штурме.

Смешно было смотреть на лица бойцов, когда я резко исчез и появился возле них, почти вплотную расстреляв всех штурмующих. Минус пять. Следующей в комнату влетела граната, но я уже был в коридоре.

Моему эффектному появлению из ниоткуда были не очень рады, а когда я ещё начал стрелять и через пару секунд снова ушёл в инвиз, у врага началась лёгкая паника.

Возвращаться в коридор не стал, а в одной из комнат выпрыгнул из окна на землю и сразу же оказался под прицелом нескольких надеждовцев.

В ускорении стартовал уже под пулями, одновременно стреляя в ответ. Ухожу под автомобиль, активирую маскировку и появляюсь с другой стороны, затем в ускорении на новую позицию.

Надо срочно уходить с открытого пространства. В мою сторону развернули станковый пулемёт, ещё не меньше десяти стволов пытаются попасть по мне и поливают угол здания, за которым я только что укрылся.

Неожиданно дверь за мной открылась, и из неё выбежал боец с ружьём. В последний момент я успел уйти из-под картечи и прикладом со всей силы ударил нападающего в грудь. В этот момент здания уже обошли, использовав ещё живого надеждовца как щит. Я разрядил остатки магазина и выбросил опустевший автомат. Подхватил ружьё и забежал в открытую дверь.

Пробежав по коридору, выбежал на сам склад и сразу ушёл в ускорение, но даже так одна пуля задела кожу на руке. Не обращая внимания, почти в упор, выстрелил в ближайшего противника. Тело отбросило, а я, перезарядив ружьё, ушёл в маскировку и, обходя стеллажи, двинулся ко второму.

В процессе боя я не заметил третьего, и тот был умнее. Вооружённый пулемётом РПК, он предугадал моё передвижение и от бедра начал поливать свинцом.

Мне пришлось упасть на пол, из-за этого маскировка слетела. Второй меня заметил, я ушёл перекатом в сторону и пополз за ящики.

У пулемётчика кончился магазин, и он ушёл на перезарядку. Второй начал движение ко мне, стреляя короткими очередями, тем самым не давая мне сменить позицию.

Попытка высунуть ружьё увенчалась потерей оружия: сразу две пули прилетели в ствол.

Снова заработал пулемёт, вдруг выстрелы за ним, и он стих. Одновременно с этим опустел магазин второго стрелка. Воспользовавшись моментом, в ускорении вылетел с ножом и распорол противнику живот. Сразу свободной рукой перехватил ПП-19 "Бизон", быстро перезарядил и вышел из ускорения, целясь в сторону замолчавшего пулемётчика. Оттуда на меня смотрело не меньше шести десятков рабов, двое из которых были те самые мужчины, которые катили тележку. Один из них держал АК-74, другой — РПК погибшего надеждовца.

— Призрак, ты обещал вытащить нас отсюда, мы готовы помочь.

— Я возьму огонь на себя, а вы открываете ворота и гасите их, — ответил им и устремился к запасному выходу.

Не успел я добежать, как оттуда появился вражеский боец. Это и стало его ошибкой: короткая очередь из моего пистолета-пулемёта вошла чётко в грудь.

Ворвавшись в коридор, в ускорении увёл ствол ближайшего и длинной очередью убил стоящего за ним надеждовца. Ближайший снова навёлся на меня, но сразу получил очередь по ногам и добивание в голову. Ещё во время падения перехватил его АКС-74У и кинул в сторону рабов, туда же пихнул ногой пистолет первого.

Из-за этих действий не заметил, как в коридор влетела граната. Резко ушёл обратно на склад, а после взрыва в инвизе вернулся в коридор и расстрелял штурмующих. Думал сразу вылететь на улицу, но в последний момент остановился.

Именно это меня и спасло. Ведь стоило мне чуток выглянуть, как в коридор устремились десятки пуль. Отсюда не выйти. Я краем глаза увидел крупняк, и в подтверждение моих слов он заработал. Я резко бросился на пол. Тяжёлые крупнокалиберные пули легко прошивали тонкую кирпичную кладку. Засыпав меня штукатуркой и сделав около 30 выстрелов, надеждовцы двинулись проверять.

Штукатурка на теле почему-то никак не препятствовала маскировке, и первый штурмующий споткнулся об меня. Я сразу упёр в него ствол и произвёл выстрел. Те, кто шёл за ним, в испуге выскочили на улицу. Снова заработал крупняк, но я уже вбежал на склад и упал там. Голова начала болеть — это свидетельствовало о перегрузке.

Стоило мне упасть на пол, как рабы открыли ворота, и кто с чем устремился в атаку. Огнестрел был только у пятерых.

Караулящий возле запасного выхода враг никак не ожидал встретить сопротивление из ворот, но пулемёт всё равно поставили. В атаку побежали человек 40, но только треть смогла добежать до надеждовцев и захватить оружие, и то благодаря знакомому рабу, который с калашом снял с пулемётчика.

Воспользовавшись этим, я, игнорируя боль в голове, рванул в коридор и выскочил на недоумевающего противника, длинными очередями опустошив большой магазин пистолет-пулемёта.

Последние пули ушли, когда я запрыгнул в ускорении на капот бронеавтомобиля с крупняком и поразил пулемётчика.

Упав за броню, я понял, что с ускорением всё — ещё немного, и я потеряю сознание.

Магазин пустой, из оружия только нож. Недалеко воюют рабы. По моим подсчётам, из надеждовцев осталось человек 15, и то, если они сняли посты.

Зная, что меня окружают, ухожу в маскировку. Вот только они знают обо мне, а значит точно увидят – меня есть максимум пару секунд.

Взял пистолет-пулемёт и кинул его в появившегося бойца. С новой силой, пять метров оружие легко преодолело, и благодаря этому автомат нападавшего ушёл в сторону.

В этот момент я запустил нож во второго и бросился к первому. Несмотря на то, что враг шёл полукругом с двух сторон, я смог уйти за спину и со всей силы ударить боковым в позвоночник. Мужчина согнулся, а я перехватив автомат, толкнул его в сторону стреляющих, а сам прыгнул за дерево.

Без мутаций воевать сложновато. Со своей позиции смог помочь рабам, поразив одного надеждовца, и развернувшись переключился на своих противников.

После недолгой перестрелки, понимаю, что готов к ещё одному броску, в магазине не больше пяти патронов. Резкий обманный выход для выстрела и осечка. Снова кидаю автомат в ещё целого и иду в рукопашную. Ускорение закончилось, голова раскалывается, из-за этого пропускаю удар в плечо прикладом. Резкая боль охватывает тело, хватаю под ногами песок и кидаю в глаза. Пули, которые предназначались мне, улетели мимо, а я вошёл в клинч и выбил автомат, в ответ мне коленом прилетело в живот, удар кулаком я принял на блок и сам прописал боковой, чётко попал в лицо. Противник схватил меня и принялся душить, в ответ скрутил ноги на его шее и ударил прямым в нос, на мгновение дезориентировал его, но это мне не помогло ещё и в бок удар прилетел.

Пытаясь отталкивать врага ногами, одной рукой начинаю двигать по земле в поисках какого-нибудь камня, проклятие, ничего нет.

Противник слишком крупный, килограмм 110 против моих 77. Он легко поднял меня и приложила об землю. На мгновение я ослабил ноги и он всем весом навалился на мою шею.

Пытаюсь искать что-то другой рукою, держусь только за счёт мутаций в силе и выносливости и тут выстрел. Очередной раз лицо обрызгало кровью и мёртвое тело завалилось на меня.

Не прошло и пары секунд, как тушу скинули с меня и тот самый раб протянул мне руку, ухватившись за неё встал на ноги.

— Ты кто такой? — задал мне вопрос мужчина.

— Я из Востока. — ответил ему, — и мне нужно спешить.

— Я Степан, мы ехали к вам 5 дней назад, но нас захватили эти уроды, — плюнул он на труп, — разреши пойти с тобой.

— Вас слишком много, есть раненые, а если я сейчас не поспешу, то никакого поселения Восток может больше и не быть. — охренел я от своей откровенности.

— Я бывший десантник, вон Слава с РПК, с разведки, мы можем помочь. Тогда возле лестницы это мы увели патруль.

И правда, я тогда добрался довольно легко, как будто кто-то увёл людей.

— Мы не бунтовали, потому что под офисами в подвале были наши жёны и дети, — продолжил он, — ты убил начальство и привлёк внимание, вот и они забыли о наших слабых местах. Скажи чем мы можем помочь, тут больше половины с одной общины.

— На Восток планируется массированная атака дронами, техникой и пехотой, — описал я ситуацию.

— Тут спрятано две заряженных реактивных системы залпового огня "Град", и у меня есть люди, умеющие ими пользоваться, — резко выдал Степан.

— Где? — сразу понял, к чему он клонит.

— Да вон там, в гаражах, — указал мне направление.

— Что хочешь взамен? — спрашиваю я десантника, но слово взял Слава.

— Ты не простой человек, думаю, такие, как ты, там очень ценятся. Замолви за нас словечко, когда всё закончится. Семнадцать человек готовы поехать сейчас с тобой, остальные останутся защищать женщин и детей.

Прямо сейчас возле офисного здания собралась целая толпа.

— Через сколько будут готовы "Грады"? — спрашиваю я.

— Они в отличном состоянии и заправлены, их держали на экстренные случаи, я подслушал одного из охранников, — ответил Степан, — поэтому через минут тридцать можем выезжать, но нужно вооружиться. Мы знаем, где тут оружейка, — идём.

Через обещанное время мы выехали. Два "Града", один джип и тот самый "Тигр" с крупнокалиберным пулемётом.

За эти полчаса мы успели вооружиться в очень бедной оружейке. Хоть разгрузки у всех теперь есть. Я ещё свои вещи нашёл. ПП "Кедр" и ТТ разместились на мне, плюс АКС-74 в руках. Ира, кстати, пропала, а я искал, пока Степан со Славой говорили с родными. Плюс хотел связаться с Геннадием, но связи больше нет.

— Так кто ты такой? — задал свой вопрос Степан. — Мы видели, что ты умеешь, извини за прямоту, но человек ли ты?

— Ты назвал меня призраком, так и продолжай называть. Насчёт второго вопроса, я сам не знаю, и теперь давай закроем эту тему, — коротко ответил ему.

Дальше ехали молча.

За 25 километров появилась связь с Востоком. Атака дронами уже идёт, новая экспериментальная система отлично выжгла электронику летательных аппаратов, но на территории Востока произошли многочисленные диверсии, северные ворота захвачены, на землях поселения уже идут бои, южные ещё держатся: смогли перехватить предателя. Вот только силы неравны. Их сотни и куча техники.

— Серафим, война проиграна, я велел прятать гражданских в убежища, но это лишь вопрос времени. Это не твоя война, и ты один не сможешь уже ничего изменить, мы умрём за свою свободу!

— Гена, заткнись! — отбросил я все формальности. — Укажи координаты противника на северных воротах, и если там есть наши, уводи их оттуда на помощь югу. Но врага малыми потерями надо удержать там!

— О чём ты?

— Координаты, живо! — взорвался я.

В этот момент уже все всё поняли, и Степан со Славой разворачивали «Грады».

— Люди уходят, лови координаты, — проговорил в рацию лидер Востока.

— Призрак, всё готово. Ждём твоей команды, — сказал подошедший Слава.

— Мочи козлов! — даю команду.

Ракеты пошли, превращая северные ворота и всё, что рядом с ними, в огненный ад. Взрывы стали слышны даже отсюда.

Взяв «тигр», я почти успел стартовать, но мне перегородил дорогу Степан.

— Мы с тобой! — Пытаясь перекричать звук выпускаемых ракет, орёт он. — Десять человек готовы вступить в бой.

— Зачем вам это? Не рискуй людьми и уходи! — кричу я в ответ.

— Нам нужен дом, с Михаилом давно пора кончать. Мы с тобой!

Так, поместившись в «тигр», мы на максимальных скоростях устремились к южным воротам.

Через двадцать минут доехали. Напротив стен стояла подбитая техника, а бои происходили на самой территории. Связи уже как десять минут не было. В разных местах слышны многочисленные звуки боя, многие ангары в огне.

За воротами я вышел и пошёл пешком в сторону ближайших выстрелов. Группа Степана выдвинулась в другое место.

Долго бежать не пришлось. Прямо передо мной силы надеждовцев поливали свинцом засевших в ангаре бойцов Востока.

К чёрту огнестрел, достал нож и активировал маскировку. Тихие движения — и два трупа уже на земле, а я иду к следующим.

Увлечённые боем, враги не сразу заметили потери. Только после того, как я закинул в люк БТРа гранату, кто-то обернулся. Вот только к этому моменту их осталось всего трое.

Бойцы Востока, заметив потери противника, начали более активно отстреливаться.

Убив ещё одного и взяв с земли РПГ, я двинулся к следующим выстрелам. Тут солдаты против двоих должны уже сами справиться.

Не знаю, что подумали люди, когда из ниоткуда, по центру дороги, вылетает ракета РПГ, потом появляется человек в маске, а затем он снова исчезает, но получилось довольно эффектно.

Так, под маскировкой и недолгими появлениями, я уничтожал небольшие скопления врагов.

Бой закончился в пользу Востока. Моё вмешательство позволило избежать ещё более крупных потерь, но без меня и людей Степана, после обстрела "Градом", обороняющиеся бы тоже, скорее всего, справились.

Основной бой происходил возле высокого здания, где располагался кабинет Геннадия. Там та же схема, но пришлось немного пострелять. К тому же с другой стороны подошли люди Степана.

Когда я, после многочисленных убийств, под маскировкой появился рядом с лидером Востока, тот был также вооружён.

— Гена, что по ситуации? — сходу начал я, предварительно за углом сняв маскировку.

— Благодаря тебе все войска на северных воротах были уничтожены, но на территории ещё должны быть скопления врагов. Сейчас я соберу людей, и мы выдвинемся на зачистку.

— На южной территории чисто. На юго-западе работал вон тот отряд, — указал я на Степана, — Но вот насчёт восточного направления ничего сказать не могу. Гена, где София?

— Она была с подругой. Я отправил к ним бойца, он должен был завести их в один из подвалов, но в процессе боя связь прервалась.

— Где они были и в каком убежище сейчас? — быстро приблизился я к Геннадию.

— Были у тебя, подвал под вторым ангаром. Стой, подожди!

Но я уже бежал в указанном направлении. Кое-как убедив людей открыть двери подвала и осмотрев все лица, я помчался в свой номер.

Мой ангар был более-менее целый, лишь в одной части видны попадания небольшого снаряда и следы огня.

Забежав к себе в номер, я никого не обнаружил. Пару раз обошёл весь ангар, зовя ребёнка, но в ответ мне была тишина.

Снова вернулся на улицу и начал искать хоть какие-то следы. Торчащая нога из рядом растущего куста сразу привлекла внимание. Подойдя ближе, я обнаружил труп в форме Востока с лезвием в шее и ножевым ранением в спине. Оружия не было.

Не тратя время, вспомнил о новой способности и прикоснулся ко лбу. Резкая вспышка осветила сознание.

— София и Лида, срочно откройте! Служба безопасности поселения Восток. — Кричал я, стучась в дверь, как только она открылась, продолжил. — Я прапорщик Синицкий, вы почему не спустились в убежище.

— Мы думали тут безопаснее, — взяла слово старшая Лида.

— Ясно, быстро за мной! — не стал я тратить время на разъяснение.

Так, держа пистолет в руках я краем глаза следил за обстановкой. Девочки шли прямо за мной. На улице были звуки боя.

Спустившись на первый этаж я приказал им остановиться, а сам через щель оценил обстановку и только потом дал команду выходить.

— Пригнитесь и не отставайте! — говорю я девочкам.

Вдруг в ангар попадает снаряд, разворачиваюсь к детям и в этот самый момент старшая вонзает лезвие мне в шею. Слыша испуганный визг Софии, я на последних силах отталкиваю Лиду, одновременно направляю на нее пистолет и тут что-то острое вонзается мне в спину. Последнее, что я услышал было:

— Закрой ей рот и живо уходим!

И тут сознание покидает тело.

Резкий вылет из видения, понимание сразу дошло до меня: я опоздал...

Конец первой книги.

Если вам понравилась первая книга: поставьте лайк и подпишитесь на автора. https://author.today/work/478901# Вам не сложно, а для автора это стимул писать. Также буду признателен если напишите комментарий и оставите своё мнение.