Второй шанс на счастье
Глава 1
Пролог
– Скучно. – Тяжело вздохнул демиург и отвернулся к окну.
Я сжала пальцы и промолчала.
– Да ты садись, садись. В ногах правды нет, – бросил он мне через плечо.
Присела на внезапно появившийся стул и осторожно огляделась по сторонам. Комната была полностью белая. Нет, не так, а – абсолютно белая и абсолютно пустая. Единственным ярким пятном было окно, которое выходило на летний луг. Разнотравье, полевые цветы, жжужание пчелок. Мир и красота, одним словом.
– Нет, ну, в самом деле, зачем тебе это? – повернулся он ко мне через мгновение, – Давай на перерождение и точка.
– Нет, – еле слышно, но довольно четко прошептала я.
– Что? – от удивления его брови взметнулись вверх.
– Нет, – снова, но чуть более твердо повторила ему.
– Что значит, нет? – он обиженно засопел и снова отвернулся к окну.
Потом театрально вздохнул, посмотрел на меня через плечо и опять в окно. Скорчил гримасу, пошевелил губами будто что-то подсчитывает и продолжил каким-то до безобразия будничным голосом:
– Скучно. Вся жизнь сплошная скука… А там – цветочком будешь. Красивым, – мечтательно выдохнул он, улыбнувшись.
Я сжала пальцы до белых костяшек и …промолчала.
– Скучная серая жизнь… а здесь – красота! – кивнул он мне, махнув рукой на окно. – Перерождение, и точка.
– Нет, – мотнула головой.
– Что?
– Нет, – снова, чуть смелее повторила я.
– Что значит «нет»?!
Он всплеснул руками, опять посмотрел: в окно, на меня.
– Тебя машина сбила?
– Да, – глухо согласилась с ним.
– Смерть зафиксировали?
– Да.
– Ну, так о чём мы вообще говорим?! Перерождение!
– Нет, — снова мотнула головой.
К счастью, пока я в коридоре ждала в очереди, успела пройти местный ликбез.
– Во‑первых, – загнула палец, замирая от страха, – меня сбили на пешеходном переходе. На зелёный свет. Во‑вторых, моё время не пришло. А в третьих, у меня осталось незавершенное дело. Поэтому отправляйте меня обратно.
– Обратно…, – надул губы демиург, и вдруг на его месте оказался Брэд Питт, ну, тот, знаете, который Смерть в кино играл. Джо, кажется… милашка, короче. И смотрит так на меня внимательно-внимательно. Потом вдруг улыбнулся и говорит задушевно:
– Елизавета, ну зачем? Там ведь скучно было, да? Что тебя там ждёт, а? Муж ведь бросил, живёшь одна, сутками на работе. Ни детей, ни хобби…
– Пусть, – глухо согласилась я, – все равно верните.
Он отвернулся, а передо мной словно фильм промелькнула вся моя взрослая жизнь за каких-то пару секунд.. Да, муж ушёл, когда мне исполнилось 35… Подарок на день рождения сделал: «Люблю, – говорит, – другую». Детей не было тоже по его милости. Я, дура, аборт в первый год совместной жизни согласилась сделать… Работа — да была, но ничего крутого. Пока я его обслуживала: квартиру в чистоте содержала, да ужины и завтраки готовила, — на своей карьере крест поставила… А сейчас… В 40 кому уже нужна? Сейчас моё образование допотопным считается… Всё, что в жизни есть, — это кот Маркиз, книги и отпуск раз в год…
Прав демиург: скучно и серо.
– Есть у меня дела, – отгоняя от себя мысли, смотрю на него твёрдо, не моргая. — Незавершенные.
«Ну а что? Книга‑то у меня не дочитана!» Как раз эпилог открыла, когда на светофоре стояла, вот и не заметила этого бешенного.
– Лизонька, милая моя, ну о чём ты вообще говоришь? – ко мне повернулся мой дед.
Дедуля… Ой, как же я по нему соскучилась! Аж заулыбалась вся, и слёзы на глаза навернулись.
– Ну какие у тебя дела, малыш? Книжка недочитанная? Да плюнь и разотри!
Он так всегда говорил, когда я со своей огромной бедой шла к нему. Будь то коленка разбитая или двойка по контрольной.
– Лизок, ты в окошко‑то глянь! Смотри, какая красота: бабочки летают, цветочки… Иди на перерождение и ни о чём не переживай. Будешь у нас самой красивой бабочкой! –подмигнул он мне лукаво.
Бабочкой? Ошарашенно посмотрела на деда и замотала головой.
– Не хочу бабочкой.
– Ну, тогда цветочком. А что, тоже хорошо. И польза: пчёлки нектар собирать будут.
– Я туда, – потянула шею и качнула головой в сторону окна, – не хочу. Ни пчёлкой, ни бабочкой.
– А пчёлкой и не получится, – грустно сказал дед и снова стал демиургом. – Пчёлки – они ответственные, а ты свою жизнь проср…ла.
Закусила губу. Ну а что мне сказать? Проср…ла, значит, проср…ла. Но по закону положено – обратно. Будьте любезны, верните.
– Лизок, да ну её, эту Москву… – на меня смотрел Дмитрий Нагиев.
– Ты девка видная, умная… просто невезучая, да? Вот скажи, ты зачем за дурака замуж-то пошла? А? Чтобы он тебя бросил? Любишь, когда больно? – он поиграл бровями.
– Я, когда замуж выходила, думала, что раз и навсегда, – буркнула обиженно, – На нем не написано было, что дурак.
– Ну а сейчас‑то что? Знаешь же, что он за фрукт? Знаешь! Что ты ему сделаешь? Под коврик нагадишь?
Я медленно покраснела и сглотнула.
– Фу, Лизок, некрасиво, – Нагиев укоризненно покачал головой. – Давай подписывай быстренько отказ от претензий и вали уже на своё место, – дернул он рукой в сторону окна.
В воздухе повис раскрытый потрёпанный пергамент, возникший из ниоткуда.
– Не буду, – покачала я головой, заёрзав на стуле. – Положено обратно – значит, обратно. У меня Маркиз некормленый.
– А мы позаботимся, – тут же встрепенулся Дмитрий. – К соседке котяру определим… Всё? Вот и хорошо… Подписывай.
– Нет.
Он замолчал, отвернулся и снова развернулся в своей ипостаси… Хотя теперь я уже не была в этом уверена, что это именно его форма. Может, опять чью слямзил.
– Елизавета Лисичкина, ну, не хочешь мне сделать доброе дело – себе-то ответь правду: ну зачем тебе та жизнь? …Тебя машина сбила?
«Кажется, я уже отвечала на этот вопрос… Мы что, по кругу так будем?»
– Да.
– Смерть зафиксировали?
– Да.
– Так чего ты хочешь??? Травмы, несовместимые с жизнью! Хочешь калекой очнуться? Или вся переломанная? Думаешь, так свою инфантильность исправишь?!
– Что?
– А что? Правда не нравится? Кто свою жизнь загубил? Кто звоночки видел – слышал, а ничего не делал? Ты когда чужой волос на сиденье нашла – чего ждала? А ребёнка –почему не родила? Почему под его дудку плясала? Хотела ведь родить? Так… Ну‑ну… Не плачь… Ладно…Ладно, говорю, не плачь… Я тебя птичкой определю… Только из жалости…
– Но ты, главное, меня не подведи! У них, у птичек, ой сколько ответственности: по утрам петь, червячков с деревьев снимать, гнёзда вить, птенцов растить. Вот, кстати, и мамой станешь… Высидишь себе птенчиков сколько хочешь — хоть три, хоть пять…
– Я не хочу птенчиков высиживать… Я последние 20 лет только и думаю о малыше… О ребёнке… Который молоком пахнет…
– Телят нет… Извини. Это другое ведомство.
– Я обратно хочу… Человеком.
– Лиза! Да чтоб тебя… Ну зачем? Нет, я понимаю, когда какой‑нибудь генерал, сраженный пулей‑дурой, просится обратно: так ему реально там до победы один рубеж оставался. А тебе зачем?
И он посмотрел на меня так, как я обычно смотрела на Маркиза, когда он по весне начинал орать: мол, выпустите его! Жалостливо так… Ну а что, придёт весь побитый, исцарапанный…
– Подписывай!
– Нет.
– Подписывай, а то…
– Не имеете права! Вы обязаны предоставить мне второй шанс!
– Фу ты какая… А я думал, подружиться с тобой…
Мы оба замолчали. Нет, я ему, конечно, ни на грамм не поверила. Демиург и дружба со мной… Нет, конечно. Я, может, и бесхребетная, но не дура же.
– Зачем я вам там? – кивнула на луг за окном.
– А это правильный вопрос! – встрепенулся великий. – Очень хороший. А туда, Лизонька, попадают все, кто не смог ответственность за свою жизнь взять. Вот и продолжают жить там, как цветочки. В тепле и уюте… Ну потихоньку, глядишь, чему‑то и научатся….А нет – так и не страшно. Что с них, с цветочков взять? И главное, не обидно… А то энергию на тебя потратили, через межмировое пространство отправили, искру божию вдохнули, а ты взяла и все в унитаз спустила… Обидно.
Мне и самой было обидно.
– Я не такая, – прохрипела, сама удивившись своему голосу. – Я могу решать, могу бороться. Просто обстоятельства так сложились…
– Угу… Обстоятельства… А ты ни при чём… Угу… – он снова задумчиво покачал головой.
– Хорошо, давай так. Хочешь назад?
– Да.
– Это твоё последнее слово?
– Да!
– Ладно, будь по‑твоему. Но на Землю вернуть не могу: там тело уже похоронили. Извини, бюрократия… Кто‑то что‑то напутал. Но есть другой мир. Всё, как ты любишь: драконы, магия… Разберёшься. Только помни: ты обещала бороться.
–Так что не про..фукай свой ВТРО-ОООРО-ООООЙ ШАА-ААНС! – свистело у меня в ушах, когда меня втягивала в себя какая‑то воронка.
* * *
С трудом приоткрыв глаза, я поняла, что лежу в кровати. Но голова будто стала квадратной, а во рту всё пересохло.
«Где я? Как же хочется пить… Что вчера было?»
Потянувшись рукой, я с ужасом поняла, что тумбочки рядом нет — как и телефона, и привычного стакана воды. Тут в голове вдруг прозвучал визг тормозов. И я резко вспомнила: светофор, книжка, удар.
«Понятно, это больница, — пошевелила головой по подушке, устраиваясь поудобнее. — И сон такой дурацкий… Или не сон? Или это от уколов — небось, накачали меня! Может, даже операцию делали… Демиург… Надо же такому привидеться!»
Пошевелила рукой и радостно поняла, что всё чувствую.
«Пить», — прошептала едва слышно пересохшими губами.
К счастью, меня услышали и тут же поднесли стакан с вкусной холодной водой.
Я подняла глаза и посмотрела на медсестру. Закрыла глаза и снова посмотрела. Она была одета… Ну, кого я обманываю? Совсем как горничная. Горничная в состоятельном знатном доме викторианской эпохи.
— Г- где я?
— Ой, ваша светлость! Так вы у себя в комнате! Какое счастье, что вы очнулись! Побегу родителям вашим сообщу!
Пока я поднимала руку, чтобы остановить её, она уже выскочила из комнаты.
«Госпожа»… Звучит… многообещающе… Но… А, ладно. Значит, демиург был! Реально отправил к драконам? Круто… Но только что я сейчас скажу этим людям? «Я не ваша дочь»? Или опять буду притворяться? Опять буду жить и делать всё, чтобы было тихо и спокойно, чтобы всем вокруг было хорошо… С другой стороны, они сейчас возьмут и выгонят меня… Или голову оторвут за то, что я их дочь куда то дела… Ну и ладно. Оторвут голову — пойду к демиургу. Мы же с ним теперь друзья, — усмехнулась своей шутке, — пристроит ещё куда-нибудь. А врать и молчать я больше не буду!
В этот момент вошли двое: мужчина и женщина лет сорока.
«Ого. Если я их дочь — значит, совсем ещё девчонка!»
— Милая, как ты? — кинулась ко мне женщина.
От этой заботы и материнской любви в её голосе у меня вдруг защипало в глазах. Я всхлипнула и… разревелась во весь голос.
— Ну-ну, Элиза, не плачь, — подал голос мужчина. Он присел на край кровати и похлопал меня по руке. — Всё же обошлось. Ну, отравилась случайно — с кем не бывает… Но впредь, будь осторожна.
— Как ты себя чувствуешь, девочка моя? — женщина потрогала мой лоб.
— Мы так за тебя испугались! Надо же быть такой неосторожной — не смотреть под ноги на лестнице! Элиза, Элиза… А бедная Роззи? Она полночи проплакала, ведь она была рядом и даже пыталась тебя схватить, когда ты полетела вниз по этой злосчастной лестнице!
— А я вам говорила, милорд, — тут она повернулась к мужчине, — лестницы очень скользкие — нам просто необходимы ковровые дорожки на них.
Он кашлянул в кулак и согласно пробормотал:
— Хорошо, распорядитесь.
— Элиза, — обернулась ко мне эта деятельная женщина, — ты хочешь чего-нибудь?
«Была не была. Сейчас или никогда!»
— А где мой телефон? — сглотнув, спросила я.
«Ну а как мне ещё дать им понять, что я не Элиза?»
— Телефон? — переспросила дама, меняясь в лице.
— Телефон, — повторила я печально.
«Просто выгонят или всё-таки голову откусят?»
Они переглянулись.
— А что это? — деловито спросил мужчина.
— Приспособление… чтобы разговаривать на дальние расстояния, — добавила я, тяжело вздохнув, и опустила глаза. Почувствовала, как из глаз катятся слёзы. Нет, я, конечно, осознавала, что последствия могут быть самыми печальными, но всё равно было страшно и до ужаса жалко себя.
«Чёртов демиург со своим вторым шансом и его „не профукай его!“ А если мне нравится жить тихо и спокойно?! Почему всё время нужно бороться, что-то доказывать?! Вот сейчас сожрут меня и… всё!»
Слёзы потекли ручьём. Я вытерла их и посмотрела на своих новоиспечённых родителей.
Они удивлённо переглядывались.
— Милая, ты очень устала. Головой ударилась. Поспи, и всё пройдёт, — ласково успокоила меня женщина.
Мужчина хмурился, и было понятно, что он считает, будто я умом тронулась.
Они снова переглянулись.
— Как тебя зовут, дитя? — наклонился ко мне хозяин дома.
— Лиза. Лисичкина Лиза.
Мужчина резко побледнел, а женщина прикусила нижнюю губу, сдерживая, очевидно, свои рыдания. Они снова переглянулись.
— Нет, милая, ты болела, ударилась головой и всё забыла, — она начала говорить очень ласково, но настойчиво. — Ты — леди Элизабет Вейн. А я — твоя матушка, леди Сирена, а лорд Эверетт Вейн — твой отец, — закончила она маленький экскурс, показывая на мужчину.
Тяжело вздохнув, я опустила глаза. Да, им больно, но я буду бороться. Буду отстаивать себя. Я больше не буду жить так, как хотят другие.
— Меня зовут Лиза. И я из другого мира. Меня сюда отправил демиург, а что стало с вашей дочерью, простите, не знаю. Дайте мне, пожалуйста, возможность прийти в себя, и обещаю, что сразу же уйду. Я не буду доставлять вам беспокойства, обещаю.
— Вот именно, милая, — кажется, леди услышала только последние слова. — Приди в себя. А потом мы поговорим.
Она сделала знак рукой, к моим губам поднесли стакан с какой-то сладкой жидкостью, и я снова заснула.
* * *
Когда я проснулась в следующий раз, было уже темно. Но теперь я чувствовала себя вполне отдохнувшей и выспавшейся. Потихоньку спустила ноги на пол, подобралась к окну и ахнула. К такому реально ни одно фэнтези подготовить не сможет. В общем, если в двух словах, то я была в башне какого то замка, который стоял на высокой горе, а под нами, далеко-далеко, в долине угадывались очертания города.
— Это Дрэгон — самый большой город для людей, — раздался мягкий голос позади меня. — И тебе лучше надеть обувь, полы холодные.
Немного покраснев, будто пойманная с поличным, я медленно развернулась. В комнате стояла леди Сирена и, улыбаясь, протягивала мне шаль.
— Накинь, милая.
Сглотнув, собралась что-то возразить, но она покачала головой и опередила меня:
— Сначала в тепло, а потом разговоры.
Передав шаль, она усадила меня в кресло, стоящее возле окна, а сама села напротив.
— Итак, ты…
— Лиза, — не желая лгать, я упрямо вздёрнула подбородок.
— Хорошо, как скажешь… — она мягко улыбнулась, покачала головой и посмотрела в окно, а потом продолжила: — Элиза — дочь моего мужа от первого брака. Она была совсем малюткой, когда я вошла в этот дом, и… я вырастила её и люблю как свою дочь… Мне так жаль, что она ушла… Но ещё хуже, что она даже не попрощалась… Понимаешь? — на меня смотрели глаза, полные скорби и боли.
«Бедная женщина, как же ей, должно быть, тяжело — потерять вот так ребёнка… Смотреть на меня, видеть дочь и осознавать, что это не она, а какая то самозванка!»
Сдержанно кивнула.
— Она болела? — задала я крайне глупый вопрос.
— Нет, вовсе нет… Просто упала и ударилась головой. Роззи, её младшая сестра, сказала, что она поскользнулась на лестнице. Три дня горячки… И вот теперь с нами ты.
«Точно, я же слышала что то про лестницу и ковры… Видать, точно ударилась головой».
Мы обе вздохнули.
— Лиззи, можно я буду тебя так называть?
Конечно, я кивнула.
— Лиззи, понимаешь, нам очень тяжело осознать, что нашей девочки больше нет… Но когда я смотрю на тебя — становится немного легче. Мы долго говорили с мужем и оба чувствуем ответственность за тебя. Мы не знаем, как ты попала к нам… Но, может, это и неважно? Может, главное то, что ты здесь?
Её голос был такой нежный, мягкий, обволакивающий. Я мотнула головой, сбрасывая сонное наваждение.
— Хочешь спать?
— Нет, просто уже так темно.
И тут я увидела её магию. Леди Селена щёлкнула пальцами, и рядом с креслами загорелись свечи.
— Ух ты! — не сдержала я возгласа изумления. — Магия!
— В твоём мире её нет? — почти равнодушно спросила она.
— Увы, только в книжках.
— Как странно… У нас в книжках пишут только то, что существует на самом деле.
— Можно спросить?
— Конечно.
— А драконы? Они у вас тоже есть?
Леди Селена засмеялась звонко, словно колокольчик.
— Милая, ты обратилась по адресу. Завтра с утра посмотри внимательно из окна: город Дрэгон окружают скалы, а на них — замки драконов.
— Но ведь и ваш замок… на скале, — едва слышно прошептала я.
— Умная девочка и наблюдательная, — похвалила меня хозяйка дома. — Да, мы принадлежим к дому Зелёных драконов.
— И превращаетесь в них? — затаив дыхание, спросила я.
Нет, ну честно, ради того, чтобы увидеть настоящего живого дракона оборотня, можно было и все эти приключения пережить.
— Конечно, взрослые мужчины превращаются.
— И сэр Эверетт?
— И он тоже… Уверена, мы сможем упросить показать тебе его зверя. Он, правда, нечасто летает, но, надеюсь, нам с тобой не откажет.
— А вы?
— Я же женщина…
— ?
— Женщины не умеют превращаться… Мы храним очаг и рожаем драконов.
— Мне, честно говоря, не совсем понятно, — призналась я, смущаясь.
— Ну, ничего страшного. Завтра попрошу твою горничную, Анну, принести пару книг из библиотеки.
— Думаете, я смогу их прочесть?
— Язык то ты наш понимаешь. Будем надеяться, что и с этим проблем не будет, — она на минутку задумалась. — И знаешь что, Лиззи: пока ты гостишь у нас и думаешь, что делать дальше, мы будем называть тебя леди Элиза — не нужно пугать слуг и вводить смуту, если ты, конечно, не против.
Честно говоря, после таких слов мне реально было сложно быть против. Я молча кивнула, а леди Селена, медленно поднявшись, развернулась к выходу.
Но в дверях она остановилась и попросила:
— Позволь тебя обнять, милая… Да да, я понимаю, что ты — Лиза, но ведь ты теперь совсем одна, а мне так хочется стать тебе подругой. Хоть как то позаботиться о тебе в память о нашей девочке.
Ну что ж, и в этом я ей тоже не смогла отказать.
Уже лёжа в постели, почти засыпая, я мысленно обратилась к демиургу:
«Ну что, Деми, ты рад? Я всё правильно сделала? Никому не позволила управлять своей жизнью?»
А ночью мне приснился ужасный сон. Один нервный полубог бегал по серой комнате и выговаривал мне:
— Ну что ты себе позволяешь? Какой ещё Деми? Разве можно из профессии имя делать?! Ну я же не зову тебя, землянку, Земой, или Лянкой?
Говорю же — нервный какой то.
Глава 2
Открыв глаза и обнаружив, что волшебный мир никуда не делся, и я всё так же в нём, радостно потянулась. Ну а что? Разве плохо? Мне было сорок, а моя жизнь — это нудная работа менеджера‑логиста с бесконечным стрессом и долгие вечера с книжкой на диване. Пожалуй, Деми прав: в этот раз надо не оплошать!
Ещё раз потянувшись, улыбнулась и приняла твердое решение быть счастливой в этом мире!
Спустилась с кровати и медленно подошла к окну. Вчера я уже поняла, что вид у меня —сплошное загляденье, но сегодня он был — просто вау. А это что? Ой!
Быстро отпрянула от окна и спряталась за занавеску, потом не выдержала и аккуратненько подглянула в щёлочку. Мама дорогая! Драконы! По небу летают драконы! Настоящие огромные… рептилии… или ящеры? Вот уж не сильна в биологии, но смотрятся – просто загляденье. Да еще и разноцветные: несколько синих, красный, парочка зелёных…Интересно, а на них верхом катаются? Вот встречу истинного и узнаю… Эх, жаль не успела этого демиурга подробно расспросить… Но я же его встречу, правда же?
Опять прижалась к стене, положив руку на грудь, пытаясь унять сердце, которое готово было выскочить и бежать куда глаза глядят. Но вот от страха или восторга — так и не поняла.
И в этой сомнительной позе — в длинной сорочке, с выпученными глазами, нерасчёсанная и неумытая — меня и застала моя горничная. Да ещё и не одна: рядом с ней стояла какая‑то чопорная женщина.
— Элиза, что за вид? Жду вас через полчаса в классной комнате, — и, не прощаясь, она удалилась из комнаты.
— Ваша светлость! — всплеснула руками девушка. — Ну что же вы босиком на холодном полу, а?
— Ты — Анна, — улыбнулась ей.
— Ой, вы меня вспомнили? — счастливо заулыбалась девушка. — А то лорд сказал, что после падения у вас проблемы с головой, — и тут же смешно прикрыла рот ладошкой, поняв, как двояко это прозвучало.
Я рассмеялась.
— Так и есть, Анна, проблемы, — кивнула ей. — И с головой, и с памятью. Вчера вечером леди Сирена заходила, она‑то мне и сказала, что с утра ты будешь со мной возиться.
Увидев, что лицо девушки вытянулось, а глаза округлились, негромко добавила: — Я, наверное, раньше так не говорила?
Анна замотала головой.
— Ну, не знаю, плохо это или хорошо, но теперь я такая… Ну, что у нас там по плану? Ты же слышала эту строгую …женщину — мне в классе через полчаса быть.
Горничная подхватила домашние туфли, поднесла мне и, склонившись, помогла надеть. Конечно, я могла бы и сама. Но вот стоило ли ещё больше пугать бедную девушку?
— Что дальше будем делать? — осторожно спросила её.
— Вам надо умыться и одеться, а ещё я вас заплету, — тихо ответила она.
— Ну, тогда я в ванную.
Закрывшись в небольшой комнате, включила воду и выдохнула.
«Уф, не думала, что будет так сложно изображать кого‑то, кого совсем не знаешь. Хорошо, что меня пока жалеют из‑за травмы и списывают всё на ушиб головы… Но надо следить за словами!»
После этого набралась мужества и посмотрела в зеркало.
Как и ожидалось, я была молоденькой — вряд ли больше девятнадцати лет. Порадовала миловиднность: тёмно‑русые волосы, маленький носик, лицо сердечком, выразительные глаза.
«Очень хороша! — покрутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон, —Изящна, стройна, почти этакая хрупкая нимфа, но чуть приземлённей… Одним словом, повезло! Как ни крути, а красивым всегда в этой жизни достаются лучшие места. Да и, судя по романам, что я прочитала, — лучшие драконы… Так, Лиза, стоп. Какие драконы?! Ты в новом мире — разберись сначала, как тут что работает, а потом уже думай о приключениях … на одно место».
Быстренько умывшись и переодевшись в домашнее платье — что‑то из викторианской эпохи, полагаю, — я села на пуфик перед горничной.
— Анна, а просто косы будет недостаточно? — спросила у неё.
Она вздрогнула и выпустила волосы из рук.
— Вы всегда говорили, что настоящая леди даже дома, даже в спальне должна выглядеть так, будто вышла в свет.
— У‑у‑у… Непрактично, — помотала головой. — Как думаешь, леди Сирена будет ругаться?
— Не уверена. Она обычно не уделяет вам много внимания… Её всегда больше Роззи интересует.
— Ну, это и понятно, — пожала я плечами. — Все-таки Роззи – младшенькая. Хорошо. А моя сестра как ходит — тоже с причёской?
— С косами тоже может, — подумав, согласилась Анна.
— А ты вот так умеешь плести? — и показала ей сложный колосок.
Она ахнула:
— Как красиво!
— Повторишь?
— Постараюсь, ваша светлость.
— Скажи‑ка мне ещё вот что: а разве в этом доме с утра не завтракают? Почему меня сразу в класс пригласили?
— Миссис Стрейндж всегда ведёт у вас урок этикета до завтрака, — кивнула девушка, работая руками.
«Ого, как имя человеку соответствует, это ж надо!»
— Ой, как замечательно получилось! — радостно воскликнула горничная, закончив заплетать.
— Проводишь меня, Анна?
— Конечно, ваша светлость… Разрешите сказать?
— Да?
— Вы стали такой… решительной.
— Это плохо?
— Нет, что вы… Скорее…. необычно. Ваши родители будут очень удивлены, — тихо сказала она.
Я внимательно посмотрела на девушку и кивнула, принимая завуалированный намёк.
«Мягче, дорогая, мягче. Ты здесь не для того, чтобы мир завоевать, а всего лишь чтобы быть счастливой. Не надо никого пугать, а то как бы милые хозяева не пожалели о своём гостеприимстве!»
Мы вышли из комнаты. Классная комната оказалась на этом же этаже, всего лишь через несколько десятков метров в конце коридора.
— На этом этаже живёте вы, её светлость Роззи и миссис Стрейндж, ещё ваша классная комната и наша с Сарой.
— А Сара?
— Сара — это горничная вашей сестры. Мы живём рядом, чтобы вам не приходилось долго ждать. Этажом ниже — большая гостиная, там семья завтракает, но никогда не обедает. Обедаете вы в центральной синей. Над ней — ещё библиотека, выше — спальни леди Сирены и лорда Эверетта, а ваш брат и его классные комнаты с кабинетом — в противоположном крыле. Из синей гостиной можно пройти в бальный зал, а оттуда — в оранжерею. А из библиотеки можно спуститься в сад. Леди Роззи сад не любит, говорит, он скучный, она предпочитает оранжерею.
— А та что, весёлая?
Анна замерла и начала краснеть:
— Простите, ваша светлость, но я вас не поняла.
— Ну, ты сказала, что в саду ей скучно, а в оранжерее, получается, весело?
— Не знаю… Может, это оттого, что там всегда ярко, всегда что‑то цветёт. А гости и леди Сирена всегда говорят, что Роззи — самый яркий цветочек в этом месте.
— Понятно, самовлюблённая девчонка, — хмыкнула я почти про себя, но горничная услышала и осторожно спросила:
— Вы что‑то сказали?
— Да нет, не обращай внимания.
— А вот и ваш класс. Я могу идти?
— У тебя есть какие‑нибудь дела?
— Мне ещё вашу комнату убирать.
— А ты завтракала?
— Да, у нас завтрак на кухне, рано утром.
— Хорошо, тогда останься со мной, если что — подскажешь. А то я, честно говоря, побаиваюсь эту женщину.
Анна понимающе улыбнулась и распахнула дверь.
— Её светлость, Элиза Вейн…
На меня уставился настороженный и даже немного враждебный взгляд.
— Где ваши манеры, Элиза? — гнусаво проскрипела мадам.
— Реверанс, — едва слышно прошептала мне в спину Анна.
«О‑па… Я, её светлость, должна кланяться миссис? Я, конечно, не сильна в этикете, но как по мне…прикольно она тут устроилась… Кажется, кого‑то пора расстроить».
Нахмурив брови, я молча прошла в комнату и уселась напротив женщины, чем, вероятно, вызвала у неё сердечный приступ.
— Вы!.. Как?!.. Элиза!!!
— Миссис Стрейндж, вам, наверное, уже докладывали, — начала я ровным голосом, — что на днях я упала и ударилась головой… Так вот, с памятью у меня тоже беда. К сожалению, на данный момент я не помню ничего из наших занятий. Остаётся надеяться, — печально улыбнулась ей, — что вы сможете повторить все уроки ещё раз, специально для меня.
— О Великие Драконы! Какое несчастье! Забыть всё! Все годы наших занятий! — она воздела руки и какое‑то время даже трясла ими.
«Да‑да, я бы вам, может, и поверила, если бы вы со мной в спальне поздоровались и пожелали доброго утра… А так — увольте, здесь больше нет покорной и безмолвной Элизы… Как и безхребетной Елизаветы ….долой покорность, да здравствует… феминизм?»
Женщина, видя, что я никак не реагирую, встала и начала нервно ходить передо мной.
— Неужели вы совсем ничего не помните?
— Ну почему же, что‑то помню. Своих родителей, например, лорда и леди Вейн. Кстати, а где моя сестра Роззи? Разве у нас не общие занятия?
— Леди Сирена забрала её. Она намекнула, что нам лучше позаниматься без неё. Только теперь я понимаю, на что ее светлость изволила намекнуть… Но я даже представить не могла, что всё будет так… так…
— Печально?
— Безнадёжно!
— Ну что вы, миссис Стрейндж, уверена, я быстро учусь. По крайней мере, пока у меня есть желание. Кстати, леди Сирена, раз уж мы заговорили о ней, обещала, что лорд покажет мне своего дракона. А вы что‑то об этом знаете?
Женщина посмотрела на меня тяжёлым взглядом.
— Для этого есть уроки истории и много ещё чего, леди Элиза. Моё дело — этикет.
— Прошу вас, не расстраивайтесь так сильно... Нож в правой руке, вилка — в левой, так? Что ещё? Ах да, например: человек с более низким статусом при встрече первым делает реверанс и говорит какие‑нибудь добрые слова, может, даже комплимент. Например, если бы вы вошли ко мне в спальню, вы, конечно же, сделали бы реверанс, пожелали мне доброго утра и сказали, что я чудесно выгляжу, несмотря на сонный вид. А я бы призналась, что скучала по вашей любезности. Верно?
Я говорила негромко, но, не отрывая взгляда от этой женщины. Сначала она резко побледнела, а потом медленно начала краснеть.
— Ну, раз мы со всем разобрались, — сказала, вставая, — думаю, на сегодня достаточно уроков этикета. Я ужасно проголодалась. Анна, проводи меня в гостиную.
И, подобрав юбку, развернулась к выходу.
— Ого, — только и смогла вымолвить горничная, когда мы стали спускаться по лестнице, — раньше вы жутко боялись её.
— Как странно, почему?
— Ну, миссис Стрейндж преподаёт этикет, а это — самое главное для девушки. Если кто‑то скажет, что леди плохо или дурно воспитана, то можно забыть о брачных контрактах.
— Брачные контракты? Очень интересно… Обязательно расскажешь после завтрака.
— Я могу быть пока свободна?
— Да. Дальше я сама, — кивнула и решительно расправила плечи.
«Ну, здравствуй, моя дорогая новая семья!»
Двери открылись практически бесшумно, и я вошла в огромную темно‑голубую гостиную.
«Так, платье у меня синее, обеденный зал — синий, эта комната — голубая. Мы фанаты этого цвета? Или это я так неудачно оделась?»
Впрочем, мои сомнения тут же разрешились: все сидящие за столом были также одеты в разные оттенки синего. Совсем юная девочка, лет 15–16, — видимо, моя сестра Роззи —была в нежно‑голубом, почти белом платье. Лорд Вейн — в тёмно‑синем сюртуке; напротив него — леди Сирена в очень тёмно-синем, почти чёрном, а напротив свободного стула, предназначавшегося мне, сидел молодой человек лет 25 в лазурном костюме. Сначала сердце бешено забилось.
«Надеюсь, это никак не связано с брачными контрактами? Вдруг это мой жених?!»
Но леди Сирена меня спасла:
— А вот и наша милая Элиза! Мы так все счастливы, что тебе уже лучше! Правда, дорогой?
— Да, Элиза, мы очень рады, — кивнул лорд, слегка натянуто улыбаясь.
Понимающе кивнула. Даже не представляю, что бы я сама чувствовала, окажись в подобной ситуации: ходит тело твоей родственницы, дочери или даже подруги, а ты точно знаешь, что это не она. Жуть!
Кто‑то из слуг отодвинул мне стул, и я присела.
— Роззи, Дерек, ну же, поздоровайтесь со своей сестрой!
«Ага, значит, не жених, а брат. Отлично! К любовной истории я пока совсем не готова!»
— Доброе утро, сестрица, — ко мне тут же повернулась обворожительная девушка с милой улыбкой, но ледяным взглядом. — Как тебе спалось? Ничего не болит?
— И тебе доброе утро, — ответила с улыбкой. — Еще побаливает голова и все как в тумане, но спасибо, что спросила.
— А как тебе урок с миссис Стрейндж?
— Мне кажется, ей нездоровится, — качнула головой. — Мы почти не занимались: она была какая‑то грустная и несобранная.
— Да? Как жаль, что я такое пропустила! Матушка уверяла, что тебе сегодня достанется, — хихикнула Роззи, но, поймав взгляд матери, тут же, ничуть не смущаясь, исправилась: — Я имела в виду, что, раз ты всё забыла, мы думали, что миссис Стрейндж будет с тобой заниматься очень долго.
Слегка пожала плечами и потянулась за чашкой чая.
— Ты пьёшь чай? — усмехнулся Дерек. — Как же так, Элиза? Он же портит цвет лица. Не боишься?
— Возможно, после падения с лестницы для меня это теперь не самое страшное. Но я последую твоему совету, брат, и добавлю молоко.
Сказано — сделано.
На меня посмотрели как на …извращенку и промолчали.
Ну и ладно. Что, мне теперь даже по поводу еды разрешения спрашивать? Всё равно кому‑нибудь не понравлюсь. Тем более их Элизу я не знала: ни её привычек, ни её мыслей, ни манеры общаться.
Из задумчивости меня вывел голос лорда:
— Элиза!
— Да?
— Я говорил о том, что сегодня у нас в обед небольшой приём, но тебе, наверное, ещё тяжело выходить к гостям?
— Конечно, отец, — ровным тоном ответила ему. — Я бы предпочла отдохнуть в своей комнате.
Он с облегчением выдохнул.
— Не расстраивайся, Анна принесёт тебе обед и пару книг, как я и обещала, — поддакнула леди Сирена.
Дальше завтрак проходил в абсолютной тишине.
«Не очень‑то у них тут весело, — думала я, рассматривая новых родственников из‑под полуопущенных ресниц. — Но только непонятно: это они меня стесняются или всегда такие… замкнутые?»
Постаравшись побыстрее закончить с едой, наконец, повернулась к хозяевам дома:
— Благодарю вас за завтрак. Могу ли я идти к себе?
Получив кивок, пошла к выходу. Но у самой двери не удержалась и улыбнулась девушкам в униформе:
— Всё было очень вкусно. Передайте, пожалуйста, мою благодарность повару.
Они приоткрыли рты и захлопали глазами, но я уже вышла.
К моей радости, за дверями меня ждала Анна, которая и повела меня в комнату. Когда мы немного отошли от дверей, я развернулась к ней. Девушку подставлять не хотелось, но…
— Анна, леди Сирена сказала, что передаст для меня пару книг по истории… Может, сразу зайдём в библиотеку?
Она слегка нахмурилась и в чём‑то засомневалась.
— Понимаешь, доктор сказал, что воспоминания будут быстрее возвращаться, если я буду в знакомых местах.
— А, ну тогда в библиотеку точно идти не надо, — облегчённо выдохнула Анна.
— Почему? Я там не бывала?
— А зачем?
— Но занятия… Я думала, что у меня не только мадам Стрейндж с её этикетом.
— Нет, конечно! У вас, как и у леди Роззи, ещё вышивка шёлком, вышивка лентами, икебана, уроки музыки и живописи, ароматерапия и каллиграфия. В прошлом году была история моды, — Анна задумалась.
И я тоже подзависла.
«Интересно, а обычных предметов у них совсем нет? Ладно, математика, — что‑то из школы помню…Но биология? Химия? Физика? Я же в этом почти ноль… Хотя.. может здесь все по-другому? Ладно, посмотрим, что за книги пришлёт мне леди Сирена, а потом уже будем паниковать…»
— Анна, а пока я здесь сижу, чем бы мне заняться?
Она замерла и уставилась на меня.
«Кажется, я скоро сломаю свою горничную! Ну что у меня за манера такая… Вроде стараюсь ничего лишнего не делать и за словечками слежу, а всё равно моя иномирность выскакивает».
Кивнула ей:
— Спрошу по‑другому: что я обычно делала, когда сидела в своей комнате?
— Вот кресло, вот окно… Сидите и размышляйте, — развела руками горничная.
«Класс! То есть помирай со скуки!»
— Хорошо, может, тогда принесёшь мне мою вышивку?
Это было понятно, и Анна радостно заулыбалась. Через десять минут она появилась с кучей корзинок.
И я стала осторожно перебирать их.
«Как тут говорят? О великие драконы?!»
Вот-вот, самое время о них вспомнить…Иголку-то я в последний раз держала на уроках труда, когда нас учили пришивать пуговицу! Но вот крючком могла и любила вязать. Давно, когда ещё верила, что у меня будет малыш, связала ему пинеточки, шапочки и разные комбинезончики, которые потом убрала на антресоли и забыла. А вот после развода, когда у меня появился Маркиз, заказывая ему в интернете разные мисочки и когтеточку, увидела и игрушечную мышку. Мелькнула мысль связать её самой. Купила набор для новичков и с радостью поняла, что руки, оказывается, всё помнят. Последние пять лет я нет‑нет да и вязала смешные игрушки, а потом, смущенно улыбаясь, раздаривала их своим коллегам для их детей.
К моей большой радости, в одной из корзинок нашлись крючки и какая‑то начатая салфетка.
«Ну, салфетку я точно не потяну, а вот мишку, пожалуй, свяжу… Надо же хоть что‑то делать… Да и им будет спокойнее: сидит, вяжет. Спокойная, послушная… А мне сейчас надо всё про этот мир узнать… И про магию — я так и не поняла, есть она у меня или нет. Я же точно видела, как леди Сирена зажгла свечи щелчком пальцев, но при этом превратиться в дракона она почему‑то не может…Странно».
Глава 3
Таллион.
Я сидел на втором этаже таверны, в отдельном номере, и следил за улицей, стараясь особо не отсвечивать.
Внезапно дверь отворилась, и в комнату ввалился полупьяный тридцатипятилетний Эдуард XVI, наследный принц правящего дома — моя вечная головная боль, потому что официально он являлся моим побратимом с самого нашего младенчества, и по совместительству – мой горячо любимый брат, так как был моим старшим братом-близнецом.
Разнояйцевым.
Как так вышло? Да очень просто. Чёрные маги на протяжении столетий брали в жёны драконниц из любого дома, и всегда рождались мальчики, и всегда – чёрные драконы. Но на моём поколении что-то пошло не так. Мало того что матушка забеременела двойней, так ещё и после черноволосого наследника, спустя пару минут, появился я — «беловолосая аномалия», как сказал император, мой отец, между прочим.
Ну, Эдуард XV не растерялся: со всех присутствующих была взята клятва о неразглашении, причём такая, что они даже думать об этом событии боялись, не то, что кому-то попытаться рассказать. Тут же вышло официальное постановление, что родился наследник Эдуард, у которого отныне есть два побратима: я и Морис — сын казначея, умудрившийся родиться в этот же день.
Нас поместили в одну спальню и окружили поистине королевской заботой.
Но иначе как «Таллион, не позорь своего побратима» император меня никогда не называл, не смотря на то, что с годами я потемнел и был уже скорее русым, чем блондином. Возможно, виновато было мое лицо, которое не имело никаких общих черт ни с ним, ни с матерью.
И, вероятнее всего, я бы никогда не узнал правду, но в четырнадцать, встав на крыло, узнал, что я – золотой дракон-менталист. Император буквально за несколько секунд выдал мне все свои секреты. Да уж… Любить его у меня и до этого не получалось, и новые знания о человеке, благодаря которому я остался без законного титула – сыновьей привязанности не добавили, но я был достаточно образован, чтобы понять, что он поступил так в интересах государства.
Кроме того, я сделал свои собственные выводы: безопасность нашей страны находится под угрозой. Если я, мальчишка, смог так быстро пробиться через ментальные блоки артефактов, то что уж говорить о настоящих магах? О таких, правда, давно не слышали — последней была моя пра-прабабка, чья кровь влилась в династию чёрных. Но всё же я решил бдеть и всю свою дальнейшую жизнь посвятить защите моей родины.
После доверительного разговора мы с императором пришли к консенсусу: я держу тайну своего рождения при себе, делаю всё, чтобы быть хорошим побратимом Эдуарду, а он, со своей стороны, даёт мне полный карт-бланш в выборе профессии, учёбы и самой жизни.
И вот, по истечении всех этих лет, я — глава тайной службы внутренней безопасности. Мне удалось наладить идеальную работу полиции, стражей престола и императорской канцелярии, основанную на взаимодействии и поддержке друг друга.
Но пару лет назад на рынок стали попадать неучтённые артефакты, и тщательное расследование вывело нас на огромную сеть контрабандистов, рассеянную по всей стране.
И сегодня я работал в полевых условиях как обычный агент — по моим источникам, должен был произойти обмен книгой с шифрами и кодами банды, и именно напротив этого места — букинистического магазина — я и засел.
— Таллион, ты здесь, — радостно улыбнулся Эдуард, тряхнув гривой иссиня-чёрных волос.
Медленно повернул камень в своем кольце. Читать мысли брата, особенно в нетрезвом состоянии, было той ещё пыткой.
— Как ты меня нашёл? — искренне удивился в ответ.
— Но-но, — погрозил он мне пальцем и сполз по стеночке. — Всё время всё самое интересное — без меня. О-обидно! — выдав эту пламенную речь, он откинул голову и захрапел.
— Класс! Теперь ещё и за ним следить!
Медленно поднялся, просканировал пространство за дверью. Стражи были далеко, и сдать им Эдуарда было проблематично.
Это ж закон подлости — только отвернусь, как кто-то из шайки появится. А моей целью были не люди, а именно книга. У нас были сотни записок и документов, написанные тайным шифром, и за эти два года никто так и не смог подобрать к ним ключик. Мы охотились за этой книгой последние три месяца, и именно она должна была открыть нам расположение всех тайных мест, убежищ, схронов, путей доставки и сбыта.
Вздохнув, не отрывая глаз от окна, подошёл к кровати, взял подушку и подложил под голову брату.
Да, его высочество был ещё той занозой, но правду обо мне не знал и искренне любил как друга. Двадцать пять лет мы делили с ним одну комнату — то во дворце, то в военной академии. Но десять лет назад разъехались: он остался при императоре, а я занял дальний флигель, из которого и занимался своей работой.
Так-так- так. Тёмно-русые волосы, выразительные глаза, лицо сердечком — незнакомка подходит к двери. Неуверенно топчется на месте. Странно: в моей базе собраны досье на многих, но её вижу впервые.
Ага, а вот следом за ней в лавку входит знакомый элемент — Михаэль Кривой, матрос, получивший кличку за то, что в драках оставляет на людях кривые порезы. Книга, наверняка, у него в сумке. Или у неё? Один из них оставит её, а следующий курьер заберёт. Моя задача — перехватить. И желательно вместе с курьером.
Как же хитро придумали! Пришлось бы следить за двумя сразу, не будь я менталистом.
Развернув камень в кольце обратно, настраиваюсь на местность возле магазина. В своё время мне пришлось нелегко, особенно когда я начал слышать всех и отовсюду. Эта какофония звуков грозила свести меня с ума, но, к счастью, в королевской сокровищнице нашелся артефакт — кольцо той самой моей прапрабабки, которое полностью перекрывало чужие мысли. Позже я научился слушать избирательно, только то, что мне нужно, и настраиваться на нужное расстояние. Поэтому сейчас я мог слышать мысли людей, выходящих из магазина, полностью игнорируя пьяное бормотание брата.
«Уф... Оставил.. кажется, всё. Теперь замести следы и доложить, что всё сделано»
Кивнул одобрительно, прочитав мысли матроса. И остался ждать.
Через несколько минут появилась девушка. Она с ума сошла? Держит книгу открыто! Даже в сумку не спрятала! И почему я её не слышу? В бешенстве покрутил кольцо, но ничего не изменилось.
Видимо, она тоже с артефактом. Сколько же их теперь на чёрном рынке?! И как прикажете ловить этих преступников, если они выглядят как леди, да ещё и... не думают ни о чём?!
Выскочил из комнаты, одним взглядом отправил личных стражей в комнату охранять тело его высочества и выбежал на улицу. Девушка уже заворачивала за угол, когда на неё со всего разгона понеслась повозка, гружённая мешками. К счастью, она успела отпрянуть и, вжавшись в стену, открыла портал.
— Оп-па! — несколько человек остановились, как и я, в растерянности.
По их мыслям выходило, что книгу ей в магазине дали случайно, а повозка была попыткой убрать её как свидетеля и забрать нужную вещь.
«Ладно, в управлении разберёмся», — подумал я.
— Грузите этих, — кивнул своим людям, одетым в штатское.
«Но кто же ты такая? И как тебя угораздило сорвать операцию службы тайной безопасности?!»
****
За три часа до этого.
Я уже успела связать одну лапку для будущего медвежонка, когда дверь открылась, и вошла Анна. В руках у неё были книги. Сердце моё пропустило удар. Книги!
Знаете, у людей есть разные хобби: кто-то цветочки выращивает, кто-то кошек разводит, а я обожаю читать. Всю свою жизнь я читаю много и всё подряд. Правильно ли это? Не знаю. Но во время брака я ныряла в любовные романы, запасаясь романтикой, которой так не хватало в наших отношениях. А после развода подсела на попаданок. Новые миры, новые надежды и девчонки, которые вдруг обрели молодость и второй шанс с новой жизнью.
«Ой, так ведь и я теперь попаданка! Просто это всё так реалистично и по-настоящему, что кажется, будто я просто в другую страну уехала… Хотя, конечно, драконов на Земле точно нет».
— Ваша светлость, леди Сирена передала вам эти книги. Она просила всё пересмотреть, а первые три внимательно прочесть.
— Ого, давай посмотрим, что тут у нас. «Структура драконьего гнезда», — прочла я вслух. — Гнезда?
— Это традиционное название драконьих замков...
— Угу... «Рукоделие» — ну, это как раз ожидаемо.
— «Хозяйка замка: от завтрака до бала». Интересно, — задумчиво полистала толстенную книгу.
— Она у вас раньше любимой была, вы в ней много пометок делали. Говорили, что в ней есть ответы на любой вопрос.
— Н-да... Как рассадить гостей, что подать на полдник летом, сколько балов допустимо провести за сезон... Странно, но я не вижу здесь ни одной пометки.
— Ой, может, я перепутала? У леди Роззи такая же, может, ваша у неё...
— Не переживай, я потом сама спрошу... Говоришь, моя любимая книга?
— Да, вы очень ответственно подходили к своему будущему. Вы мечтали быть идеальной хозяйкой.
— А это? — взяла в руки тоненькую книжечку. — «Цвета и магия драконов» — повертела в руках видавшую многое брошюрку.
— Это для людей, обычно школьники читают, чтобы разбираться. Драконы-то и так знают. Я сбегала домой, у младшего брата взяла, они в прошлом году в школе проходили — еле нашла. Подумала, что вам будет интересно, вы же про драконов спрашивали... Поэтому так долго. Извините.
— Ну что ты, наоборот, огромное тебе за это спасибо. Надеюсь, это поможет мне всё вспомнить.
Молча перебрала остальные книги: пять романов — ого?! То есть сиди себе у окошка, вышивай-вяжи да о будущем муже мечтай.
«Прикольно тут у них... Мне по-любому надо попасть в библиотеку и найти нормальные книги! О магии. Но действовать надо хитрее, а то вон даже Анна удивилась, чего это я туда собралась».
Горничная отошла от меня и принялась наводить порядок в шкафу, а я тем временем — листать брошюрку. Бегло прочитав её, сделала следующие выводы:
Драконов мало, намного меньше, чем людей, но все они — высшее сословие. Каждая семья живёт в замке высоко в скалах — ну это и понятно, посреди улицы в городе особо не приземлишься. Отличаются по цвету, в основе которого лежит магия.
Тоже классика жанра: зелёные — по растениям, синие — по воде, красные — огонь, белые — ветер, серые — камень, коричневые — земля. И, внимание, чёрные — цвет императорского дома. Магия смерти. Бррр. Некроманты, что ли? Хотя мне какая разница? Я замуж за принца всё равно не собиралась. Пожав плечами, принялась изучать дальше.
Драконов рождается мало, а сильных, у кого сила больше 10, — и того кот наплакал. Если верить брошюрке, то только император с семьёй пока ещё сами, своей силой, без помощи жён, с оборотом справляются. Остальные объединяют магию с помощью брака и совершают оборот.
«Всё-таки интересно, почему именно мужчины при объединении магии совершают оборот? А если у жены магии 6, а у него всего 4 — всё равно он всё захапает? Надо будет потом у кого-нибудь из учителей спросить».
Анна меня периодически отвлекала платьями, демонстрировала то одно, то другое и комментировала, где и когда я его носила.
«Молодец какая, пытается мне помочь — воспоминания вызывает!»
— Анна, кстати, а почему у леди Сирены магия осталась? Я сама видела!
Девушка стушевалась, но потом шепотом пояснила:
— Леди Сирена — вторая жена. Когда лорд Вейн женился на вашей матушке, а она была водницей, у неё сила очень приличная была, говорят, 6 или 7, а он был огненным.
— Огненным? Но сейчас, я так поняла, водный?
— Ну, он же магию вашей матушки принял.
«Какое, блин, красивое слово „принял“. А может, правильно сказать „стырил“? „Поглотил“? „Узурпировал“, „слямзил“, в конце концов!?»
Анна тем временем продолжала:
— А её больше было, вот он и стал водным.
— Ну и при чём тут леди Сирена?
— Я точно не знаю, — замялась Анна, — когда он второй раз женился, он же уже драконом был, вот, видимо, и не стал брать её магию.
— Угу, — кивнула и отвернулась.
«Надо будет обязательно узнать, что там за процесс „взятия“ магии... Слова специальные?»
— Ладно, Анна, ты пока убери платья, а я пойду к Роззи схожу, узнаю, где моё руководство...
Осторожно выйдя из комнаты, сначала тихонько прошла в классную комнату. Была у меня надежда, что найду там какие-нибудь завалявшиеся учебники. Но, увы — ничего. Пришлось стучаться к Роззи.
Ко мне тут же выпорхнула миловидная девчуля, ещё младше Анны.
— Сара?
— Да, ваша светлость, — присела в реверансе девушка, — что вам угодно?
— Мне угодно увидеть мою сестру.
Она запнулась и растерянно посмотрела через плечо вглубь, но, видимо, получив какой-то знак, посторонилась и пропустила меня.
— И снова здравствуй, милая сестрица, — сказала, входя к ней в комнату.
Розии сидела перед зеркалом и явно наряжалась к семейному мероприятию.
— На обед собираешься? — почти равнодушно спросила я, усаживаясь в соседнее кресло.
У Роззи округлились глаза.
— Ты... ты... так странно себя ведёшь.
— Ну, ты же знаешь правду — падение, удар головой и всё такое... Намного интереснее, почему я упала, да, милая?
Она тут же отвела взгляд от меня, схватилась за расчёску и принялась яростно водить ею по своим прекрасным волосам.
«Н-да... Видимо, Элиза не совсем случайно упала... Поссорились? Дрались?»
— Мы с тобой повздорили там, на лестнице, — начала я осторожно.
В меня тут же метнулся острый взгляд, потом она вздёрнула подбородок и... промолчала.
— Роззи, Роззи, — покачала головой, — нехорошо это всё...
— Ты не можешь этого помнить! — вдруг не выдержав, она резко повернулась ко мне. — Мама мне всё объяснила. Ты — не Элиза. Ты — другая!
— Другая, — тут же согласилась с ней, — но тело-то то же. И откуда ты знаешь, что я помню, а что нет... Например, платье на мне было то, васильковое, а на тебе розовое.
Хоть я и не слушала особо Анну, но этот факт почему-то врезался в память...
— А на мой день рождения я была в белом... Помнишь? Я — да. А ты?
Несколько секунда она смотрела на меня осоловелыми глазами, а потом разрыдалась.
— Я не хотела-а-а, честно! Элиза поймала меня в коридоре и спросила, где её руководство, а я сказала, что не знаю.
— Но оно у тебя, — мягко поддакнула я.
— У меня, — всхлипнула девочка, — но она не поверила и схватила меня за руку, а я стала вырываться. Элиза не удержалась и споткнулась, а потом полетела вниз... Мне так страшно было! — зарыдала она пуще прежнего.
— Понимаю... Это ужасно — видеть, как умирает на твоих глазах близкий человек.
Она ещё раз всхлипнула, ободренная моим сочувствием, посмотрела на себя в зеркало и заохала.
— Сара, ну как я теперь с такими глазами и носом гостям покажусь?!
«Актриса, блин! Ладно, зайдём с другой стороны».
— Роззи, я готова тебе всё простить и не вспоминать этот случай. И отцу ничего не расскажу, но..
Она быстро обернулась ко мне, и на губах замелькала понимающая усмешка:
— Чего ты хочешь?
— Книгу. О магии. Я ничего не понимаю, а мне жуть как интересно.
— У тебя слабый дар. Всё равно ничему не научишься, — равнодушно дёрнула она плечиком.
— Я видела, как леди Сирена зажигает свечи. Это так... восхитительно!
Она понимающе заулыбалась.
— Моя мама — маг огня. А огненные всегда все сильные... У неё даже после свадьбы дар остался, но это вообще-то секрет.
— Так что с книгами?
— У меня такой нет.
— А в библиотеке?
— Не знаю... Да и кто нас туда пустит? Это только для отца и брата. Те книги не входят в наши уроки. Да и вообще, библиотека всегда на ключ закрыта.
— А тебе самой не хочется?
— Что?
— Ну, попробовать.
— Зажигать свечи я и так умею, — буркнула Роззи.
— Ты — маг огня?
— Пока да, как мама.
— Поэтому ты не носишь синих платьев? — понимающе улыбнулась я ей.
— Терпеть не могу этот цвет и воду эту... Самая бесполезная магия!
Ну, спорить я, конечно, не стала, но решила всё-таки её достать:
— Роззи, так что с книжкой про магию? Видно же, что ты девушка умная и начитанная не по годам, уверена, что знаешь, где взять.
Она задумалась на пару минут, сраженная моей откровенной лестью.
— Можно в городе попробовать поискать... Есть книжные магазины для драконов.
— Ну да... И как я туда попаду? — расстроенно фыркнула я, понимая, что библиотеку и ту легче взломать.
Она посмотрела на меня долгим взглядом, будто на что-то решаясь. Наконец, открыла шкатулку, стоящую на столике, и достала из неё медальон.
— Это старинный артефакт. Открывает порталы. Но он уже старый, далеко не тянет. Мама настроила на центр города, и мы с ней иногда выбираемся погулять. Это тайна. Поняла? Мама убьёт, если узнает!
— Я никому не скажу.
— Одеваешь на шею, поворачиваешь камень — и ты в центре. Походила, погуляла, надоело — камень обратно, и ты в том месте, откуда ушла. Но надо быть аккуратной. Лучше всего из ванной уходить.
— И ты дашь мне этот артефакт? — недоверчиво спросила я.
— Дам, — вздохнула девушка, — но ты оставляешь у меня руководство. Навсегда.
— Договорились!
Быстро поднялась и буквально выхватила волшебную штучку из рук этой маленькой притворщицы.
— Ну, не буду отвлекать. Желаю хорошо провести время, — кивнула ей на прощание и скрылась за дверью…
Глава 4
Я пришла в себя за закрытой дверью ванной комнаты, одной рукой прижимая к себе книгу, а другой пытаясь поймать бешено колотящееся сердце.
«Ну и прогулочка!!»
Нет, сначала всё шло отлично. Мне легко удалось отделаться от Анны, сказав, что хочу принять ванну. Был, конечно, момент, когда я подумала, что всё это шутка, и Роззи меня просто разыграла с кулоном, но, решившись, повернула камень — и… полный восторг! Воздух передо мной замерцал, пошёл волнами, и сквозь него я увидела улицу.
«Так, это в старой жизни ты предпочла бы отсидеться и переждать, надеясь, что всё образуется. Но сейчас, Лиза, ты в мире драконов. Новая жизнь — новые правила. Вперед!»
И я буквально за шкирку заставила себя сделать шаг через этот портал. Секунда — и я на улице. Вокруг повозки и кареты, люди в такой же одежде, высоко над головой — драконы.
«Отлично. Значит, я просто переместилась вниз, в город. Всё, как Роззи и говорила. Надо быстренько осмотреться и назад».
Огляделась: аптека, кондитерская и буквально в нескольких шагах — букинистическая лавка. То, что надо! Зашла в магазин и оторопела от количества книг. Но не успела я даже заговорить с продавцом, что же мне нужно, как в магазин зашёл мужчина очень неприятного вида. От него пахло морем и табаком. Матрос? Неудивительно, что он решил сдать книгу — наверное, нашёл где‑то и поспешил выручить за неё несколько монет.
Пока продавец принимал товар, я успела прочесть название: «Магия Дрэгона».
«Отлично! То, что надо!»
— Я беру её! — улыбнулась я маленькому старичку, когда он попытался убрать её с прилавка.
Он выпучил на меня глаза и неверяще посмотрел.
«У них что, совсем нет покупателей? Или девушки настолько не интересуются магией? Может им вообще нельзя читать подобные вещи? Да, впрочем, какая разница — вижу его в первый и последний раз, главное — получить книгу».
Положила на неё руку и улыбнулась ещё шире.
— Сколько вы за неё хотите?
Я прекрасно видела, как он дал моряку всего одну монету. Вряд ли попросит больше двух. А у меня с собой было десять — в шкатулке с драгоценностями Элизы я нашла мешочек с деньгами. Как объяснила Анна, их ежемесячно выдаёт отец дочерям на всякие мелкие расходы.
— Она не продаётся, — заикаясь, прошептал продавец.
— Но я пришла именно за ней! — огорчённо воскликнула, не опуская руки.
— Вы уверены? — робко спросил он, задумавшись.
— Конечно! Это то, что мне нужно! Именно она, — и постаралась широко открытыми глазами передать всю важность своих слов.
«Точно не хочет продавать книгу о магии девушке. Вот же шовинист!»
— Тогда берите…
Он отпустил руку, и я взяла её.
— Сколько?
Продавец с усмешкой покачал головой и кивнул мне на дверь:
— Идите уже. И осторожнее — может быть засада.
«Ого! Мне только что подарили книгу, которую не хотели продавать, а потом ещё и о чём‑то предупредили. Но вот о чём? Что за засада? Может, у них тут полицейские ходят и штрафуют за такие книги, особенно в руках девушек?»
В общем, выйдя из магазина, я шла очень осторожно, постоянно прислушиваясь и оглядываясь. Наверное, это и спасло мне жизнь. Потому что, прежде чем я поняла, что происходит, моя интуиция откинула меня в сторону с дороги и заставила прижаться к стене дома. В эту же секунду на меня буквально выскочила телега из‑за поворота. Дальше медлить было нельзя: я быстро повернула камень в подвеске и шагнула в портал.
И вот теперь я: а) чудом выжила; б) стала обладательницей замечательной книги.
«Надо её спрятать. Да так, чтобы моя милая Анна не нашла».
Выглянув из ванной и убедившись, что девушки в комнате нет, я быстренько вышла из ванны. Посмотрела на книги, которые она недавно принесла и уже успела убрать на полочку. Нашла похожего размера роман и, безжалостно выдрав страницы о сладких грёзах, нацепила новую обложку поверх своей — о магии. А потом убрала ее на полку.
И вовремя. Дверь отворилась, и в комнату вплыл поднос. Вернее, я сначала так подумала, потому что за его размерами совсем не было видно горничную. Но она вошла и начала выставлять блюда на столик возле окна.
— Ваш обед, леди Элиза.
— С ума сойти! Анна, а что, у меня будут гости?
Все блюда пахли божественно, но их было так много, что у меня глаза разбежались.
Девушка смущённо улыбнулась:
— Просто кухарке передали вашу благодарность… Вот она и расстаралась для вас.
— Серьёзно? Просто за то, что я сказала спасибо, меня вот так вот балуют?
Анна дёрнула плечом:
— У нас не принято благодарить слуг. Мы работаем и получаем за это зарплату… А вот поругать — да, это хозяева могут, — добавила она печально.
Я посмотрела на неё ласково:
— Анна, скажи, а ты уже поела?
Она отрицательно мотнула головой:
— У нас рано утром завтрак, потом в три часа чай и вечером ужин.
— И всё?!
Я, завтракая позже неё, уже проголодалась. Представляю, как у неё желудок скручивает. Но предложить сесть рядом — значит вызвать у нее новый приступ беспокойство за мою память…
— Анна, я, пожалуй, возьму это, это и это… и ещё немножко десерта, — притянула к себе тарелочки с аппетитной едой под её улыбку. — А остальное можешь отнести в свою комнату — перекуси, до ужина далеко. И с Сарой заодно поделись.
Неверящими глазами она смотрела на меня несколько долгих секунд. Но, видимо, голод смог побороть предубеждения.
— Спасибо, леди. Я могу идти?
— Да. И в ближайшие пару часов ты мне точно не понадобишься — поем и буду руководство изучать. Мне ещё столько всего нужно вспомнить!
Она кивнула, пряча радость, и, собрав лишнюю посуду, ушла.
Покушав, я потянулась к полке.
— Ну что, иди ко мне, моя прелесть! — обратилась я к книге.
****
Таллион сидел за столом в кабинете начальника полицейского участка, который ему любезно предложили занять. Перед ним лежали листы со стенографией допросов и протоколы задержания. В них было то, что он и так знал — девушка была не с ними. Она не была частью этой банды. И у него сложилось стойкое впечатление, что она вообще оказалась там абсолютно случайно.
Однако хозяин лавки настаивал, что девушка пришла именно за этой книгой и чуть ли не силой вырвала её из его рук.
«Как странно... Кто она? Откуда? И почему я не смог её прочесть? Хотя тут-то всё понятно — артефакт. Но какая из наших семей может позволить себе артефакт от ментального воздействия моего уровня?»
Он начал прикидывать, и выходило, что лишь две-три семьи могли позволить себе такую дорогую игрушку. Но их он знал лично и был абсолютно уверен, что таких девушек там нет.
«Слишком запоминающаяся... Хотя, если подумать — обыкновенная: русые волосы, яркие глаза, милая мордашка... Почему она не идёт у меня из головы?»
Вздохнув, он сгрёб листы в кучу и передал дежурному, велев всё тщательно вшить в дело.
— Лорд Таллион, вы уже уходите? — встретил его в коридоре грузный человек, обжора и пьяница, а по совместительству — начальник местного отделения.
«Он так и не встал на крыло, — с сожалением посмотрел на него начальник внутренней безопасности. — Это бич нашего времени. За невесту с даром запрашивают баснословные деньги, а такое есть не в каждой семье».
— Да, я ухожу. Проследите, чтобы задержанных не пытали. Покормите. И завтра отправьте в центральное отделение. У меня ещё остались вопросы.
Получив кивок, он вышел на улицу. Хотелось пообедать, но ещё больше руки чесались найти незнакомку.
«Может плюнуть на всё? Обернусь драконом и пролечу над замками? С другой стороны, что мне слушать? О чём она сейчас должна думать?»
Он призадумался и медленно пошёл к трактиру.
Там, за одним из столов, заметил принца, поправляющего о своё здоровье жирной бараньей похлёбкой.
— Ну, ты как? Отошёл? — участливо поинтересовался, плюхаясь напротив.
— Чёрт, Тал! Что я пил!?
— Что ты выпил вчера, могу рассказать я, а вот чем ты заливался ночью и утром — уволь, я был на службе. Но могу выяснить. Надо?
— Да ну, брось, — махнул Эдуард обречённо и запустил новую ложку в суп.
— Так что случилось? Помолвку празднуешь?
— Не начинай, — сквозь зубы процедил принц. — Ты мне побратим, но будешь зубоскалить — не посмотрю и врежу.
— А я тебе, — равнодушно пожал плечами начальник тайной канцелярии, — а потом завтра в газетах напишу, что принц со своим побратимом защищали город от ужасных оборотней. В ходе обороны разнесли таверну. Хозяину дадут мешочек золотых, а ты всё равно... женишься.
Эдуард вскинулся, потом запустил пальцы в шевелюру и со всех сил дёрнул.
— Ну почему, а? Почему я родился этим дурацким принцем? Почему я???
— Судьбу не выбирают... Честно говоря, последний такой разговор у нас был лет десять назад, после выпускного в академии.
— Да, и ты тогда сказал, что раз мы родились с золотой ложкой в зубах — то надо послужить стране.
— Угу, — кивнул Таллион, подзывая официантку и делая заказ.
— Вот ты и служишь, — снова буркнул Эдуард, — а я?
— А ты?
— Да хватит уже так со мной разговаривать! — стукнул он кулаком по столу.
— Прошу прощения, ваше высочество, — произнёс Таллион, даже не вздрогнув, но из вредности включив придворного. — Итак, вы соизволили поинтересоваться, чем ваша светлость была занята последние десять лет?
Эдуард, казалось, пытается просверлить его взглядом, но Таллион нарочито медленно полез во внутренний карман, извлёк записную книжку, открыл её где-то посередине и начал зачитывать:
— Посещение городского бала — 43 раза, банкет в честь императорской семьи — 76 раз, посещение частных балов — 276 раз, посещение городского совета — 2 раза.
Он поднял глаза и посмотрел в ставшие вертикальными зрачки принца.
— Ещё могу сказать, сколько за тобой числится вальсов, мазурок и менуэтов. Интересует? Есть статистика по убитым кроликам и куропаткам. Извини, газетные статьи про медведей и нежить в счёт не идут.
Принц сидел красный, и было ощущение, что вот-вот закипит.
— Если надумал оборачиваться — иди на внутренний двор, здесь слишком много людей, замучаемся трупы считать.
Так и не взорвавшись, принц вдруг обмяк, ссутулился и почти упал на стол:
— Ну почему? Почему ты можешь, а я…а я, блин, как кукла наряженная?
— Ты просто ничем не интересуешься, — развёл руками Таллион, — ни в академии, ни сейчас.— Но, с другой стороны, император ещё молод и...
— И родит себе другого наследника? — с вызовом бросил принц.
— Ну зачем другого? Он был уверен, что десяти лет тебе хватит нагуляться. А раз нет — то решил женить, надеется, что так ты остепенишься.
— Ты понимаешь, что она мне противна?
— Выбери другую.
— Все противны.
— Не пугай меня, — Таллион внимательно посмотрел на побратима. — Мне ничего подобного не докладывали. Наоборот, судя по золотому потоку, текущему в публичный дом, у тебя всё нормально.
— Да, в этом плане, конечно, нормально, — отмахнулся Эдуард. — Я про жениться. Не хочу. Понимаешь?
— Это одна из обязанностей императора — обеспечить трон наследником. Так что никак избежать, — он развел руками. — Лучше смирись.
— А я хочу встретить истинную.
— Кого? — хмыкнул Таллион и чуть не подавился. — Старые сказки на ночь читал?
— Ты ничего не понимаешь, — мечтательно улыбнулся принц. — Я уверен, что где-то она есть... и ждёт меня... поэтому я не могу её предать и жениться на другой!
— А... теперь понял... Прикольная тактика, — он засунул ложку с едой в рот, пожевал, помотал головой, явно что-то просчитывая, и с сожалением добавил. — Но отец не купится.
— Я вообще-то серьёзно, — буркнул принц и хмуро продолжил есть. — Ладно, рассказывай, как там у тебя дела с книгой. Взяли курьера?
— М-мм. Тут такая интересная история, почти как у тебя с истиной, — хмыкнул Таллион, — вроде про неё все слышали, но никто не видел. Короче, ни книги, ни курьера у меня нет...
— Упустил?! Серьёзно?? Сам великий и ужасный глава тайной внутренней безопасности упустил курьера... ух ты... за это надо выпить! Я прям только что осознал, что не самый последний бездельник в этом государстве! — и, продолжая ухмыляться, он радостно схватился за кружку.
— Ну, курьера я, допустим, не упустил, потому что его не было.
— Да? И где же тогда книга?
— А книгу перехватила одна юная и, видимо, не в меру любопытная леди. И, кстати, если бы ты не был так пьян, я бы позвал тебя полетать — поискать её.
Принц встрепенулся, но потом зевнул и качнул головой:
— Не, сам лети. В конце концов, это ты её упустил... у-пус-тил!
— Ага, ты мне ещё язык покажи, как в детстве, — хмыкнул Таллион, встая из-за стола. — Сегодня я как никогда согласен с Его Величеством — жениться тебе надо. Срочно! — и, не дожидаясь реакции побратима, выскользнул за дверь.
****
Забрав книгу с полки, уселась у окна и положила её на маленький столик.
«Ну вот и всё, как в старых страшилках: Откроешь и пути назад уже не будет! ... А, была не была. Я в мире магии, надо же хоть что-то про это узнать!»
Открыла первую страницу.
«Юным и пытливым умам посвящается», — гласила надпись.
«Логично, а главное, пока всё понятно», — выдохнула с облегчением.
Зато следующая страница просто выбила меня из колеи. На ней был какой-то ребус, чем-то смутно знакомый из детства, из книжки головоломок. Перелистнула ещё несколько страниц — и снова чертежи, схемы, столбики букв, цифр, каких-то сокращений.
«Ага, пока понятно, что ничего не понятно... Чтобы это почитать, нужен либо словарь, либо дешифровальная машина... Жаль... Ну, хотя бы бесплатно досталась. Надо, наверное, завтра обратно в тот магазин сходить и вернуть, попросить что-то менее заумное... Зато теперь я понимаю, чего старичок так улыбался, знал, паразит, что ничего не пойму... Ну и ладно...»
Вернув книгу на полку, прошептала считалочку и вытянула книгу о драконьих гнёздах.
«Отлично! Поизучаю пока их мироустройство — тоже полезно!»
Итак, владельцами замков на горах были только драконы. Именно те, что уже обрели свою вторую ипостась. Ну и члены их семей, соответственно, жили с ними. Если сын такого дракона всё ещё не женился, он мог жить под крылышком у отца, но если женился и неудачно (а это означало, что брак не смог обеспечить ему крылья), то уже в замке для них места не было. Им следовало переехать в долину.
Кроме того, из всего прочитанного выходило, что невесты с высоким магическим уровнем — вещь весьма ценная, а у меня сразу же возник вопрос: насколько ценна именно я? Настолько, чтобы принять и терпеть как родную дочь? Вера в альтруизм лорда и леди Вейн сильно пошатнулась.
К сожалению, после этой книги мне ещё больше захотелось узнать про магию. С тоской посмотрела на книгу. Не выдержав, вытащила с полки, но текст, ожидаемо, понятнее не стал.
В этот момент постучали, и в комнату заглянула Анна:
— Я пришла напомнить, что сейчас у вас занятие по кулинарии.
— Да? И что мне надо делать?
— Пойдёмте, я провожу вас на кухню.
«Ого. Вот это поворот. Неожиданно как-то для леди».
— Анна, а что я там буду делать? Смотреть, как готовит повар?
— Леди Элиза, я помню, что вы этот урок терпеть не могли, но уверяю вас, леди Сирена всё проконтролирует лично и обязательно попробует то, что вы приготовите. Лучше уже пойти.
— Да я в общем-то и не против, — улыбнулась девушке, ставя на место книгу, — непонятно только, зачем леди уметь готовить?
— Ну, как говорит леди Сирена, хозяйка гнезда должна знать, что не так с блюдами, а понять это можно, только если сам умеешь готовить.
— И что, я совсем плохо это делаю? — поймала её сочувствующий взгляд.
— Ну, я бы так не сказала, — посмотрела она куда-то в сторону.
— Понятно... И какое моё коронное блюдо?
Девушка на минутку задумалась, а потом просияла:
— Сэндвичи! Они у вас получаются весьма неплохо!
«Сэндвичи... Боже, кому рассказать... Да ещё и не отлично, а весьма неплохо!.. Ну да ладно, главное помнить, что леди Сирена просила слуг не пугать... Попробую начать с чего-то малого... Может, им блинчиком испечь?»
Глава 5
Анна проводила меня в комнату, где было принято пить чай. На этот раз помещение оказалось нежно-лазурного цвета и располагалось рядом с библиотекой. Проходя мимо, я заметила, что дверь в библиотеку приоткрыта.
«Отлично! Это даёт надежду, что она не всегда заперта на ключ. Теперь надо только придумать разумный повод, чтобы попасть туда», — подумала я.
Когда вошла в гостиную, все уже собрались на чаепитие. Атмосфера снова напомнила мне викторианскую Англию. Особенно это «tea time»! Если бы не драконы, я могла бы поклясться, что попала в прошлое...
В центре гостиной стоял стол, за которым сидела вся моя новая семья. А в центре стола красовался торт. Да не простой, а блинный. К тому же приготовленный мною собственноручно!
Тяжело вздохнув, медленно направилась к своему месту, стараясь не обращать внимания на их взгляды.
А ведь всё начиналось так невинно! Всего два часа назад Анна отвела меня на кулинарный урок на кухню. Мадам Гертруда — главная по ведению домашнего хозяйства — под насмешливые взгляды поварихи прочитала нам с Роззи длинную лекцию о том, что можно подавать к чаю в знатном доме. Как оказалось, это целая наука!
Мы узнали, что существует несколько видов чаепития:
Просто «Чай» — с булочками, маслом и джемом«Лёгкий чай» — подобие полдника с булочками, пряниками и печеньем«Вечерний чай» — с закусками, снеками и более серьёзными десертамиМы с Роззи старательно записали все правила, благопристойно покивали и почти всё запомнили. Затем хитрая мадам дала нам практическое задание:
— Открывайте, леди, ваши книги по домоводству («Хозяйка замка: от завтрака до бала»), раздел «Чай», выбирайте рецепт и готовьте что-нибудь к «Вечернему чаю», — скомандовала она.
— Я испеку кексы, — с превосходством заявила мелкая выскочка, глядя на меня. — А ты... Ну, нарежь сэндвичи, как обычно.
И в этих словах было столько презрения, что меня это задело. «Ну уж нет, маленький дьяволёнок, я и без тебя разберусь, что мне делать!» — подумала я и, полная предвкушения, открыла сборник рецептов.
Ещё идя на кухню, по коридорам замка вслед за горничной, я твёрдо решила для себя — не выделяться. Поэтому, взяв книгу, загадала: будут тут блинчики — испеку. Нет — так и дела нет. Увы, их не оказалось. Взгрустнув, решила испечь простые хлебцы. Уже начала замешивать тесто, как кухарка подскочила ко мне, словно ошпаренная, и шёпотом запричитала:
— Что же вы делаете, леди Элиза? Вы же только что всё записали! Хлебцы подают к «Просто чаю», а у вас сегодня «Вечерний чай». Увидит мадам — опять побежит леди Сирене ябедничать.
«Мама мия! Задумалась о Роззи и упустила главное... Так, что у меня в миске? Яйца, мука, сахар... А, была не была, быть блинчикам!»
Я благодарно посмотрела на женщину и подмигнула:
— Не переживайте. Хотят десерт? Они его получат!
Добавила молока, немного посолила, а потом, когда никто не смотрел, залила кипятком —люблю заварное тесто — и начала печь блины.
Кухарка посматривала на меня с искренним удивлением, Роззи завистливо фыркала, а мадам Гертруда раз двадцать спросила, почему мои хлебцы круглые, тонкие и не овсяные. На что я ей каждый раз ласково, но твёрдо отвечала, что это не хлебцы, которые подают к «Простому чаю», а самый что ни на есть настоящий десерт! Правда, рецепт, по которому готовлю, показать отказалась.
В конце, когда стопка блинов уже была довольно внушительной, я сделала крем и собрала блинный торт.
«Ничего особенного», — скажете вы? Ага. Я тоже так думала, пока не увидела глаза кухарки и мадам.
— Мы подадим это к чаю, — в итоге выдавила Генриетта, — пусть леди Сирена сама оценит.
Наверное, надо было поспорить, разрезать торт и тут же угостить местных работников, но я впала в какой-то ступор. Видимо, сказывалось эмоциональное напряжение. Всё-таки новый мир, а как себя вести, чтобы полностью соответствовать, я ещё не поняла.
С другой стороны, что-то во мне постоянно бунтовало, а иногда прямо вопило и напоминало, что нам дали второй шанс не просто так. И одному вредному демиургу надо это доказать!
В общем, я очень старалась стать местной, но в то же время выработать характер. И, кажется, эти направления немного конфликтовали. Поэтому меня и потряхивало.
И вот теперь мы в столовой. Посреди стола стоит мой торт, а всё семейство смотрит на него, как на бомбу, которая вот-вот взорвётся.
— Что это, Сирена? — не выдерживает лорд Вейн. — Новый десерт?
— Да, папочка, — тут же встревает подлиза и ябеда Роззи, — это наша Элиза приготовила.
Ух, как же противно она выделяет слово «наша»! Интересно, мелькает почему-то мысль, а та повозка... Что меня чуть не убила — это случайность, или... Роззи ведь направила меня туда...Интересно, она о той телеге что-то знает или нет?
Тело становится ватным, во рту появляется привкус горечи.
«Нет, она не могла!» — бьётся мысль надежды, но тут же затухает, сраженная более скептически настроенными подругами.
« Ещё как могла! Кто ты ей? Чужачка... Она и сестру — кровь родную — не любила... Уверена, что она её с лестницы нечаянно столкнула, а не специально? Чего ей тогда тебя-то жалеть?»
Получается, Роззи — социопатка?
«Нет, — мотаю головой, — пожалуйста, нет! Только не это! Ведь всё так хорошо начиналось: прекрасный мир, магия, драконы, я – аристократка...Я же совсем-совсем не умею с маньяками разговаривать!»
— Не надо отнекиваться, — смотрит на меня этот жуткий подросток, — вот мы сейчас попробуем и...
Я замираю.
Леди Сирена тем временем накладывает десерт себе в тарелочку и отламывает маленький кусочек. Её брови выстреливают вверх, и она натянуто улыбается:
— На самом деле очень интересный вкус. Попробуй, дорогой. Наша Элиза превзошла себя…Милая, что за рецепт? Почему-то не помню такого.
Но пока я собираюсь духом что-то ответить, она, потеряв уже ко мне интерес, поворачивается в другую сторону.
Медленно выдыхаю. Кажется, пронесло. Ладно. В следующий раз буду осторожнее — мне лишнее внимание ни к чему.
— Дэрек, ты ничего не ешь, — обращается она к моему брату.
Он молча сверлит меня взглядом и холодно бросает:
— Благодарю вас, матушка, за заботу, но я не голоден.
Дальше хозяин с хозяйкой обсуждают прошедший сегодня званый обед, в беседу периодически встревает Роззи со своим щебетанием, а я не могу съесть ни кусочка, потому что нахожусь буквально под прицелом прищуренных глаз напротив сидящего молодого мужчины.
— Элиза! — окликнула меня леди Сирена.
Я вздрагиваю и непонимающе смотрю на неё.
— Я спросила, поедешь ли ты с нами завтра в город. Скоро городской бал — возможно, тебе нужны новые ленты.
— Благодарю вас, с удовольствием, — киваю ей. Возможно, это мой шанс узнать что-то о книге. Или вернуть и взять более понятную. Настроение поднимается, и мне удаётся сделать пару глотков чая.
— Тогда завтра после завтрака отменю ваши занятия, и поедем. Тем более что мадам Стрейндж сослалась на недомогание и взяла недельный отпуск, — леди Сирена выразительно смотрит на меня, но я упорно делаю вид, что поглощена кексиком Роззи.
— Ты знаешь, очень вкусно! — поворачиваюсь к ней. — А если в следующий раз добавишь туда немного изюма — станет просто волшебно!
Она замирает и с интересом слушает, но вредная натура берёт верх, и девочка кривится.
— Боюсь, так ты меня ещё научишь чай с молоком пить... А потом матушке за нас обоих краснеть придётся, — бросает она с вызовом.
«Понятно, значит, утром я допустила оплошность».
Отворачиваюсь к чашке и молча допиваю чай.
Ну, я хотя бы попыталась наладить отношения с этой... деточкой.
Чаепитие медленно подходит к концу, и, улучив момент, я поднимаюсь, благодарю и, облегчённо вздохнув, направляюсь к выходу. Но в дверях меня хватает сильная рука, и кто-то шипит на ухо:
— Надо поговорить. Через полчаса в саду.
Сглотнув вязкую слюну, осторожно киваю. Почувствовав, что хватка ослабла, поворачиваюсь и вижу удаляющуюся спину своего… брата.
****
Зайдя в свою комнату, молодой человек снял сюртук, подошел к висящей здесь же груше и, не надевая перчаток, начал медленно отрабатывать удары. С каждым разом они становятся всё жёстче и быстрее. В итоге он просто остервенело колотит по ней. Наконец затихает и, обняв её сбитыми руками, всхлипывает.
— Лиззи, моя Лиззи... Что они с тобой сделали? И что это за ведьма вместо тебя!?
Леди Сирена появилась в их доме, когда ему было всего шесть, а младшей сестрёнке — три. Их мать умерла вторыми родами. Но ещё задолго до них женщина часто проводила время с сынишкой, рассказывая, какая замечательная сестрёнка у него скоро появится. И он успел полюбить её ещё до родов. Поэтому, если отец отстранился от девочки, подсознательно виня её в смерти жены, то мальчик, напротив, стал её верным защитником, не дававшим спуску ни кормилицам, ни нянькам.
Когда в гнездо вошла новая леди, многое поменялось. Отец сильно отстранился от старших детей, купаясь в тепле новой супружеской жизни. Но Дэрек остался предан своей сестрёнке, своей Элизе. Леди Сирена сильно бесилась, что младшая Роззи не пользуется подобным расположением брата, но была достаточно умна, чтобы из-за этого открыто не конфликтовать.
И вот теперь у Дэрека отняли то единственное светлое, что было в его жизни. Одиночество наполняло его душу ядом и затуманивало разум.
— Я отомщу... клянусь... — прошептал он сквозь стиснутые зубы, сжимая кулаки.
****
Практически бегом влетаю в свою комнату. Анны нет. Что делать? Мне срочно нужна информация об этом Дэреке. Что он за человек? И что ему нужно от меня?
Если честно, с той минуты, как я очнулась в этом мире, мне впервые стало по-настоящему страшно. Были и удивление, и неверие, и даже радость, но такой липкий страх — впервые. Как загнанный зверь, мечусь по комнате, понимая, что время уходит, а я ничего не предприняла.
Вернуться в гостиную? Попросить помощи у Сирены? Допустим, в этот раз она заступится... Но что мешает ему подкараулить меня завтра? Или прийти ночью? Вздрагиваю и понимаю, что лучше встретиться сейчас на нейтральной территории. Но мне нужно хоть что-то знать о нём! Это жизненно необходимо.
Выскакиваю в коридор и заглядываю во все двери. Закрытая — это спальня Роззи, а вот и наши горничные, сидят и чаёк с остатками обеда попивают.
— Анна, — улыбаюсь, надеюсь, не слишком вымученно, — можно тебя на пару слов?
Она вздрагивает и выскакивает в коридор.
— Что случилось, ваша светлость? На вас лица нет... Леди Сирене ваш десерт не понравился?
— Что? А, нет, не бери в голову, всё нормально... Я не об этом. Лучше скажи мне, пожалуйста... Дэрек... он... какой?
— Ваш брат — умный, воспитанный молодой человек, достойный представитель рода Вейн, — медленно говорит горничная.
«Ну да, как по написанному читает».
— Он может... ударить?
Горничная вздрагивает. Глаза начинают бегать по коридору.
— Ну же, Анна! — дёргаю её за рукав. Времени практически не остаётся.
— У-ударить?
«Ой-ой, чувствую, какой-то подвох, и кто-то что-то явно не договаривает!»
— Да... Может ударить или как-то обидеть Роззи или меня?
Она облегчённо выдыхает:
— Ну что вы, леди Элиза. Он же вас обожает. С детства с вами. Вы, можно сказать, на его коленях выросли... Ну, леди Роззи, конечно, может подразнить, не без этого... но по-доброму.
«Ясно. Он, оказывается, мой „любимый старший брат“. Теперь понятно, почему такой злой. Не может мне простить, что Элиза ушла...»
— Хорошо, проводи меня в сад. У меня сейчас там встреча с Дэреком. Только ты далеко не уходи, меня подождёшь.
— Как скажете, ваша светлость, — кивает Анна, и мы идём на «стрелку»... то есть на приятную встречу двух родных людей. Ну да... именно так.
****
Своим внутренним звериным чутьём Таллион понимал, что время чая подходит к концу. И что императрица будет огорчена, если он не придёт. С самого детства эта мудрая женщина своего сына и его побратимов иначе как «мои милые мальчики» никогда не называла. И он мог быть уверен, что она его любит. Хоть никогда и не заглядывал к ней в голову. Для него мысли его матери были священны и под запретом — так однажды решил четырнадцатилетний подросток, и так оставалось до сих пор.
Он очень хотел увидеться, погреться в нежном взгляде, получить свою порцию улыбок и добрых слов. Её величество никогда не стеснялась говорить, что гордится им.
Но сейчас, стискивая зубы, он продолжал кружить над долиной. Для своей цели ему пришлось отложить все мысли о чае и сосредоточиться на тех, что исходили из замков. Но и те он пропускал через определённые фильтры: только то, что касалось книг и переживаний по поводу порталов. Он рассудил, что девушка либо кинется изучать то, что заполучила, либо будет переживать и думать о покушении на неё.
Но, увы, ничего. Книги сегодня читали только школьники, и их мысли были больше похожи на жалобные стоны и ненависть к учёбе.
Слушая очередной вопль о гадком учителе, до Таллиона вдруг донёсся ещё один вопль ненависти. И что самое удивительное, в этом красном луче боли был образ той самой незнакомки, что он искал. Покружившись над замком, он с удивлением понял, что это далеко не самый знатный и не самый богатый замок.
«Гнездо лорда Вейна. Хм, странно. И откуда в такой дыре взялся портальный артефакт? Но самое интересное — кто и за что так сильно ненавидит эту молодую особу?»
Вернувшись в управление, он велел секретарю подготовить досье на семью Вейнов и установить слежку. Да такую, чтобы ни одна мышь без его ведома не зашла и не вышла.
****
Я медленно, на дрожащих ногах вышла во внутренний садик и тут же рухнула на первую попавшуюся лавочку.
Правильно говорят: нет ничего хуже неизвестности. В ушах снова раздался хриплый шепот, а кожа руки ощущала властный захват. Желудок начали скручивать нервные приступы.
— Элиза, — раздалось вдруг совсем близко.
Вздрогнув, повернула голову. Передо мной стоял бледный, с мокрыми волосами молодой лорд Вейн.
— Д-дэрек, — постаралась улыбнуться.
— Не старайся. Не стоит. Я знаю, что ты — не она. Отец всё рассказал.
— Мне очень жаль, правда, — попыталась выразить ему свои соболезнования.
— Этого тоже не надо. Жаль — верни Элизу.
Я глубоко вздохнула.
— Дэрек, я не знаю, как оказалась в этом теле, — прошептала едва слышно. — Вернее, знаю, кто отправил, но... не знаю, как это происходит... сам процесс. Понимаешь... И тело, оно уже было без души, когда меня сюда... поместили.
— Без души... Ты хочешь сказать, что Элиза — мертва? — он сжал зубы.
Интуитивно немного отодвинулась, испугалась, что его ненависть выплеснется прямо сейчас на меня.
— Когда я пришла, её уже не было, — осторожно попыталась объяснить.
Он резко выдохнул и будто сломался. Его плечи поникли, ноги подкосились, и Дэрек рухнул рядом со мной на скамейку. Потер руками виски и будто всхлипнул.
— Я так надеялся! Так надеялся, что это окажется неправдой... Что она ещё там, а ты — просто вас там две... Мне так хотелось с ней поговорить или хотя бы попрощаться...
Я молча сидела рядом. А что сказать? Да, мне его ужасно жалко, и его чувства понятны, но...
— А если ты умрёшь, она вернётся? — неожиданно спросил он, жадно заглядывая мне в лицо.
Вздрогнула. Ну, честное слово, что за еще за семейка «адамс»?
— Нет, Дэрек, — постаралась сказать как можно твёрже. — Она ушла на перерождение... Может, сейчас она где-то цветочек... или даже птичка.
Он поднял на меня взгляд, полный бешенства. Но я среагировала быстрее.
— Анна! — подскочила, громко подзывая служанку. — Нам, кажется, пора. До свидания, Дэрек, — повернулась к нему и быстро ретировалась.
— Ещё увидимся, — донёсся до меня многообещающий шёпот.
«Ему просто нужно время. Он привыкнет, — успокаивала я себя всю дорогу, пока мы шли в комнату. — Он потерял свою горячо любимую сестру. Это травма. Я должна понять и быть терпеливой».
Но когда мы уже были в комнате, то не забыла спросить у горничной, как закрыться на замок изнутри. Она, может, и удивилась, но виду не подала. Молодец девчонка.
Ваши сердечки помогут продкам выходить быстрее! :))
Глава 6
Ночь прошла сумбурно.
Сначала я долго не могла заснуть. Сидела у открытого окна и всё смотрела и смотрела на город, расположенный в долине под скалами. Когда он утонул в темноте, и в видимости остались только пики хребтов, мой взгляд переместился на гнёзда соседей. И драконов, парящих в последних лучах солнца… Красные, синие, зелёные и… золотой.
«Что? Мне не показалось? Какая красота…»
Почему-то тоскливо заныло под ложечкой, а самой вдруг невыносимо захотелось расправить крылья и взмыть вверх — навстречу к нему… вернее, к ним, к драконам.
«Не сходи с ума, Лиза, — сделала я себе строгое внушение. — Какие крылья? Ты в мире патриархата. У женщин здесь другое предназначение!»
«Угу, — кивнула самая вредная мысль. — Но если мы отхватим дракона, надо будет его уговорить покатать нас верхом!»
«Ну, это да, это можно», — согласно кивнула я ей и, блаженно улыбаясь, пошла спать.
Но только я устроилась поудобнее в постели, как в коридоре послышался какой-то шорох. И события этого дня снова пронеслись в голове: телега, летящая на меня со скоростью света, Роззи со своими ухмылочками и ледяной взгляд Дэрека.
Я то и дело проваливалась в сон и тут же просыпалась от ещё непривычных звуков замка. Закрывала глаза и тут же просыпалась с бешено колотящимся сердцем и ледяными руками.
В общем, когда первые лучи солнца скользнули по стене, я села на кровати, обвела комнату красными глазами и решила, что с меня хватит — буду считать, что выспалась.
Осторожно выбралась из постели, умылась и, надеясь, что не привлеку своим шебуршанием внимание горничной, тихонько села с книжкой возле окна.
«Магия Дрэгона» — снова открыла я этот странный сборник.
«Сегодня, если всё сложится удачно, я обменяю его на что-нибудь более читабельное!»
И пока я так думала, руки сами листали книжку. Вдруг взгляд наткнулся на текст из нарисованных человечков.
«О! Это прям как пляшущие человечки Конан Дойла!.. Насколько я помню, это был шифр: каждый человечек означает какую-то букву».
В детстве я любила ту часть математики, где нужно было использовать логику. Поэтому, наверное, я быстренько схватила со стола листок бумаги и карандаш и начала подбирать буквы. В первую очередь – одинокие человечки. Что это может быть? Ну конечно, либо союзы, либо предлоги.
Так, шаг за шагом, подбирая, зачёркивая, переписывая листик раз за разом, за три часа работы я получила текст: «Запасной схрон для побрякушек: улица Прямая, в переулке, в подвале. Еда на чердаке в Малиновом переулке. Деньги и лошади в таверне у Карла».
«И что это?!»
Мне стало нехорошо от дурного предчувствия.
«Очень‑очень странный ребус. Особенно это слово — „схрон“. Оно однозначно воровское… А значит, и весь текст… И что? Тогда получается, это не ребус… И уж совсем точно, что книга — не про магию».
В дверь осторожно постучали. Я быстро спрятала все листочки в книгу, а её положила на столик.
Вошла Анна.
— Вы уже встали, леди Элиза? — искренне удивилась она.
— Да, я сегодня ужасно спала, — не стала врать ей. — Ты случайно не знаешь, наша поездка в город в силе?
— Да. Леди Сирена велела мне и Саре приготовить ваши платья для выхода. Сразу после завтрака.
— Отлично. Кстати, Анна, ты не могла бы убраться в ванной? Я там немного пол забрызгала, когда умывалась с утра…
Как только горничная скрылась за дверью, я моментально убрала из книги последний вариант листочка в карман платья, а остальные зарыла с помощью кочерги в уже потухший камин. Но угли ещё горячие, и бумага, мгновенно вспыхнув, осыпалась серой крошкой.
«Отлично!»
Поставила книгу обратно на полку и вышла из комнаты.
Пора завтракать. Пока возилась с шифром, время пролетело незаметно, и теперь чувствую просто зверский голод.
****
Таллион снова с утра прибыл в полицейское управление.
С вежливой улыбкой и кислыми мыслями начальник опять уступил свой кабинет.
«Понимаю, — усмехнулся глава безопасности, — даже мысли читать н не нужно – все написано на лице! Сегодня вместо сладкой дремоты в любимом кресле его опять ждёт хождение по кабинетам с целью сорвать на ком‑нибудь своё дурное настроение».
Покачав головой, Таллион приступил к чтению досье на девушку из гнезда Вейн.
«Леди Элизабет Вейн, 19 лет, старшая дочь. Второй ребёнок от первого брака. Водница. Магическая сила — 7 единиц… Неплохо, весьма неплохо, сейчас это становится редкостью! Помолвлена с Кайлом Грином, овощным магнатом. Свадьба назначена через месяц… А не тот ли это Грин, что придумал, как собирать урожай с грядок три раза в год? Тогда понятно, откуда у него деньги на такой выкуп… А то, что Вейны загнули цену, — даже на минуту не сомневаюсь. Всё‑таки у девушки 7 единиц… Да и стихии не конфликтные: растения и вода… Так что через месяц в нашем небе появится новый зелёный дракон… Возможно, как гипотеза, это именно он подарил ей артефакт для сокрытия мыслей — деньги позволяют… Да, надо выяснить!»
Приказав дежурному подать экипаж, Таллион вышел из участка и уже через несколько минут был возле скалы Вейнов. Едва он вышел из двуколки, как из дверей платформы, которая при помощи механизмов поднималась и опускалась, соединяя гнездо с городом, вышли три дамы.
— Леди Вейн, полагаю, — поклонился он старшей из них.
— С кем имею честь?..
— Следователь по уголовным делам, мистер Смит, — представился Таллион вымышленным именем. Произносить имя императорского побратима было чревато для следствия: кроме ахов и вздохов ничем хорошим не кончится.
— Что вас привело к нам? — слегка напрягаясь, спросила леди.
Честно говоря, она настолько не интересовала главу безопасности, что он даже мельком не коснулся её мыслей. Намного больше его внимание привлекала старшая из девушек: симпатичная, стройная, она, в отличие от сестры, держалась прямо, холодно и… нет, не надменно. Скорее, она была чем‑то напугана или озабочена. Но, к своей ярости, Таллион не мог прочесть ни одной её мысли.
«Чёрт! Она моя главная свидетельница и всё ещё подозреваемая… А я не могу подобраться!»
Леди Вейн кашлянула — пауза становилась неловкой, — и он поспешил объяснить:
— Вчера в городе было происшествие: одну девушку чуть не сбила повозка. К счастью, она успела уйти порталом.
Элизабет слегка покраснела. Но и Роззи тоже.
— Девочки? — леди Сирена взглянула на дочерей, но тут же отмела подобную мысль. Роззи весь день была на виду, рядом с ней, а Элиза… Ну откуда бы ей взять портальный артефакт?
— Уверена, — повернулась она с улыбкой к следователю, — этот случай никак не связан с моими девочками.
«Она уверена, что говорит правду. Еще интереснее. Значит у нас девица, которая самовольно убегает из гнезда. Что же тебя заставило так поступить? Или кто?.. Ладно, подожду еще немного, юная леди Вейн. Придётся поставить за вами слежку, раз не хотите признаваться по‑хорошему».
Он посторонился, пропуская дам к их экипажу. Проходя мимо, леди Элизабет споткнулась, и ему пришлось прийти на помощь, подставив свой локоть. Она быстро взглянула в его глаза и слегка улыбнулась:
— Благодарю вас!
Вернувшись в управление, Таллион сделал ещё несколько дел: перечитал вчерашние допросы, набросал схемы доставки товара с новыми вводными, но информации было всё ещё очень и очень мало. Потянувшись за карандашом, его палец коснулся чего-то липкого на столе. Он передернул плечами и полез в карман за платком. И с огромным удивлением обнаружил там записку, написанную явно женским почерком: «Запасной схрон для побрякушек: улица Прямая, в переулке, в подвале. Еда на чердаке в Малиновом переулке. Деньги и лошади в таверне „У Карла“».
Перечитал ещё раз. Глаза медленно полезли на лоб.
«Не может быть! Откуда?!»
Но рука сама потянулась к колокольчику, объявлявшему общий сбор. И уже через несколько минут от полицейского управления выдвинулись отряды на облаву и задержание.
****
Повозка отвезла нас в центр города и остановилась как раз на той улице, где я вчера была. Всю дорогу Роззи недовольно поглядывала на меня, кусала губы и явно переживала, что я сознаюсь леди Сирене об артефакте. Улучив момент, когда та смотрела в сторону, я прижала палец к губам и отрицательно качнула головой. Роззи выдохнула и немного успокоилась.
— Ну что ж, девочки, сначала идём к модистке. Затем — за лентами, а потом угощу вас чем‑нибудь сладким в кондитерской! — радостно заявила леди Сирена, как только остановилась повозка.
У модистки было довольно скучно. Леди Вейн плчти час примеряла почти дошитое платье, а мы с Роззи сидели в креслах, рассматривая журналы. А я ещё и сплетни подслушивала. Так удалось узнать, что в городе есть торговцы, которые могут достать любой артефакт из страны гномов.
«Ого! — чуть не подпрыгнула в кресле. — У них тут ещё и гномы есть!»
Мне было ужасно интересно узнать об этом поподробнее, но спросить подробнее я постеснялась.
Через час нам предложили чай. Хозяйка салона торжественным шёпотом объявила, что мы будем пить нечто абсолютно новое и эксклюзивное. Мол, вчера у неё была племянница императора и принесла новую моду прямо из дворца. Мои родственницы аж замерли от предвкушения. Неторопливо налили нам чай, а потом — о боги! — добавили молока. Я чуть со смеха не прыснула, глядя на выражение лица леди Сирены. Но если она смогла удержаться от замечаний, то Роззи не сдержалась:
— Пфф…тоже мне, новинка! У нас Лиззи только такой чай и пьёт. Скажи, сестрица!
— Да, — улыбнулась я скромно и добавила, — вкусно и для цвета лица полезно.
Модистка уставилась на нас в восхищении, от чего леди Вейн пришла в самое что ни на есть благодушное расположение.
— Хорошо, девочки, здесь мы закончили. Пойдёмте же! Нас ждут магазины!
Мы заглянули в пару лавок, где леди Сирена подарила нам с Роззи по новой шляпке и купила несколько лент. Потом мы прошли мимо вчерашнего букинистического. Хоть у меня и была с собой книга, но после того, как я рискнула опустить расшифрованную записку в карман следователю, на этот магазин даже взглянуть боялась, не то чтобы зайти.
Уже сидя за столиком в кафе и лакомясь вкуснейшими эклерами, я немного расслабилась. И вдруг прямо перед нами остановились повозки. Оттуда повыскакивали полицейские и забежали в дом напротив. И уже через несколько минут они вышли с арестованными людьми… Подняв глаза, я прочла название: Малиновый переулок. Нервно сглотнула.
«Значит, я не ошиблась и расшифровала всё верно… Но это лишь одно из посланий! И значит… значит, это очень опасная вещь. Уверена, бандиты за неё и убить могут… Как же мне передать её следователю?»
****
— Итак, девчонка, ты всё поняла? — Да, господин. — Перестань мямлить! Лучше повтори, что я тебе сказал. — Вы велели подсыпать сонное зелье моей госпоже, найти у неё книгу «Магия Дрэгона» и… украсть её. — Ну зачем же украсть? Просто забрать то, что не принадлежит ей… А в остальном — всё верно. Итак, если ты хочешь увидеть своего братца‑шалопая живым и невредимым, советую тебе точно выполнить моё поручение. Тебе ясно? — Да, господин. — Тогда иди, и завтра, если ты всё сделаешь верно, в это время он уже будет дома.
Анна, белая как снег, отвернулась и пошла по улице по направлению к замку.
Сегодня хозяйка гнезда уехала с юными леди по магазинам и дала ей выходной на полдня. С огромной радостью и предвкушением девушка спустилась в город. Навестила матушку. Рассказала ей новости о том, что юная леди Элизабет очнулась, и пожаловалась, что та будто и не она вовсе.
Матушка велела не выдумывать, держаться за место и во всём слушаться господ. К тому же подрастал младший брат, и они обе надеялись пристроить и его в замок к Вейнам. Анна покивала, соглашаясь с мудрыми словами, и вскоре засобиралась обратно. Единственное, что её огорчило, — брата дома она не застала.
«Не знаю, — пробурчала мать в ответ на её вопрос, — бегает где‑то. Ему уж идёт тринадцатый год, а всё как ребёнок! С утра до ночи с мальчишками на улице играет!»
Выйдя из дома и пройдя пару кварталов, Анна увидела брата, стоявшего на углу улицы.
Бросилась было к нему, но была поймана за рукав стоящим рядом с ней господином.
— Не так быстро, красотка. Ты — Анна?
Она возмущённо посмотрела на него и уже хотела громко закричать, как увидела, что другой мужчина держит позади её брата нож, а глаза самого Майкла полны ужаса и страха.
— Ну‑ну, — насмешливо продолжил отморозок, — кричать не стоит. Просто послушай меня, сделай всё правильно, и за жизнь брата сможешь не волноваться.
— Итак, ты — горничная в Гнезде Вейн? — Да, — с трудом ответила она, так как горло пересохло от страха. — Ты служишь у молодой леди? — ухмыляясь, поинтересовался разбойник.
Анна подняла на него глаза. И по тому, как насмешливо он на неё смотрел, она поняла, что он и так уже всё знает. Откуда? Возможно, брат рассказал, возможно, от других слуг. Она слышала о страшных историях, происходивших то тут, то там. И знала, что такие люди, как стоящий перед ней человек, способны на многие жестокие вещи. Ничем не брезгуют, ни перед чем не останавливаются. Просто никогда не думала, что пересечётся с ними лично. И от того эта неожиданная встреча была еще страшнее.
— Да, у леди Элизабет Вейн, — не стала скрывать она правду. — А ты молодец, что не врешь! Уверен, мы быстро поймем друг друга. Так вот, твоя госпожа случайно взяла то, что ей не принадлежит, и этим очень расстроила моего босса, — мужчина внимательно посмотрел на девушку.
Анна недоверчиво покачала головой. — Поверьте, господин, это невозможно! Леди несколько дней была больна и сегодня впервые выехала из замка… Да к тому же , она не так воспитана, чтобы что-то брать без спроса… Ну, и сами подумайте – где бы она могла встретиться с вашим господином? Вы видимо что-то перепутали! — посмотрела она на него с праведным возмущением. — Тсс, — скривился мужчина, — я здесь не для того, чтобы спорить с тобой. Твоё дело маленькое — сделать, как скажу. И брат твой вернётся домой. Завтра. — Завтра? — Конечно, завтра. А ты как хотела? Сначала выполнишь моё поручение, а потом и брата получишь. — Ч‑что я должна сделать? — заикаясь, спросила Анна, всё ещё не веря в происходящее.
— Сегодня вечером ты подольёшь вот эти капли, — бандит достал небольшой флакон и подбросил в руке, — своей госпоже. Она крепко уснёт, и ты сможешь тщательно обыскать её комнату, не боясь быть застуканной. Ты же не хочешь, чтобы она поймала тебя, копошащуюся у неё в шкафу?
Анна отрицательно помотала головой. — Ну, вот видишь, как я беспокоюсь о тебе, цени! — широко улыбнулся мужчина. — Обыщешь комнату и найдёшь книгу «Магия Дрэгона». Вот её ты мне завтра и принесёшь.
— «Магия Дрэгона»? У леди Элизабет точно нет такой, — покачал головой Анна. — Я сама приносила ей вчера книги, и видела названия. А книги о магии – они хранятся в библиотеке, и туда доступ нет ни у меня, ни у леди. В нашем обществе не принято, чтобы дамы читали подобные вещи. Эти книги написаны только для мужчин.
— Чертова курица! Ты будешь еще меня учить? — вскипел мужчина и с такой силой сжал руку девушки, что у той на глазах выступили слезы. — Обыщешь комнату и найдешь! Поняла?
— Да, — выдавила из себя девушка.
— А потом принесешь мне. Всё ясно? — Но как? Леди Сирена очень редко отпускает меня из Гнезда. А до выходных ещё нескоро. — Поверь, завтра хозяйка сама отправит тебя в город… Может, например, за врачом. — За врачом? — сердце бедной девушки сжалось от дурного предчувствия.
— Эти капли… — с сомнением посмотрела она на флакон, — что они сделают с леди Элизабет? Она… умрёт? — едва слышно спросила она. — Нет, конечно, нет! — замахал на неё мужчина руками. — Мы что, по‑твоему, разбойники? Зачем, скажи на милость, нам убивать леди? Просто поспит. Долго. Пару дней, наверное. Но леди Вейн, конечно же, встревожится и пошлёт за доктором. Ты вызовешься сбегать. А внизу, под замком, возле платформы, тебя будет ждать наш человек — отдашь книгу и беги по своим делам. Всё поняла?
Уважаемые читатели, выложить продолжение на этом сайте пока не могу ,т.к книга пишется на конкурс и по его условиям может быть только в ознакомительном фрагменте...Но ее можно найти на другом ресурсе ;) там где конкурс - выложу полностью! :)
Спасибо за чтение
Вернуться к книге