Второй шанс для Азалии. Часть 1.

Глава 1.

Азалия

Эту история нафантазировала очень давно. Решила ей дать еще один шанс, отредактировав на совесть.

Все в них кричало о неприкаянности: и пестрые лохмотья одежды, словно сорванные с чужого плеча, и необычная манера поведения.

То были цыгане – вольные птицы, залетевшие в клетку города. Кто-то шарахался от них, как от прокаженных, другие же, завороженные, застывали, не в силах оторвать взгляд.

Городская площадь бурлила, как растревоженный улей. Первомайское солнце щедро разливало свой медовый свет, и ни единого облачка не омрачало небесную лазурь.

Музыка, пьянящая и дерзкая, рвалась из динамиков. Продавщицы, расплываясь в приторных улыбках, зазывали покупателей к прилавкам, будто все разложенное на них было бесплатным.

Среди этого калейдоскопа красок и звуков выделялась юная цыганочка, едва достигшая шестнадцати вёсен. Волны волос цвета воронова крыла обрамляли лицо, а глаза, как у ведьмы из ночного кошмара, пронзали насквозь.

Её взгляд – это пропасть, в которой тонули души.

Одета она была, словно соткана из противоречий: белая майка и черная кожанка – вызов, брошенный устоям. Но цветастая юбка, нитка дешевых бус и монисто на шее – якоря, удерживающие в цыганской стихии. И лишь золотая цепочка с медальоном, на котором выгравировано имя "Азалия", подарок отца в первый день рождения, шептала о нежности, спрятанной под маской неприступности.

— Аза, Аза, глянь! Шарики улетели, как души в небо… – маленькая девочка с вороньим гнездом на голове теребила юбку, отвлекая. Неподалеку старая цыганка, словно хищная птица, зорко наблюдала за своими подопечными и за всем, что происходило на площади.

— Не мешай, Лаура. Я сейчас занята, – Азалия краем глаза заметила, как к бабушке подошла молодая пара. Парень и девушка, молодые, красивые, чуть старше ее самой.

— Здравствуйте. Вы здесь гадаете? – спросила девушка, одарив старуху улыбкой, наивной, как у ребенка. Старуха прищурилась, пронзила их цепким взглядом, и, после минутной паузы, костлявым пальцем указала на внучку. Парочка, словно по команде, повернула головы.

— Саш, смотри, какая красивая… Совсем не похожа на цыганку, – прошептала девушка, словно открывая для себя новый мир. Улыбка ее была доверчивой и располагающей.

Молодой человек, словно зачарованный, отметил, что эта цыганка – не из тех, что клянчат милостыню на каждом углу. В ней было что-то… современное, что ли…

И он не ошибся. Азалия не была пленницей табора. Училась в медицинском колледже, мечтая вырваться из порочного круга предрассудков. Лишь изредка возвращалась к бабушке Земфире и отцу, по зову крови, по велению сердца. Ей нравилась цыганская жизнь, ее бунтарский дух. Романтика костра, взметающиеся в небо искры, песни под гитару и долгие беседы с бабушкой – хранительницей древних тайн.

Отец Азалии, Богдан, был бароном, вожаком табора. Когда он решил жениться на Оксане, русской девушке, сородичи взбунтовались. Но кто посмеет перечить воле барона?

А вот Оксана так и не смогла прижиться в таборе, не смогла принять этот образ жизни. Пытаясь сбежать, она попала под колеса автомобиля. Так маленькая Азалия осталась сиротой. Жизнь без матери в доме отца была суровой. За прошедшие шестнадцать лет он успел жениться, а девочку так и не принял, как дочь, не полюбил настоящей отцовской любовью. Хотя ни в чем не отказывал.

Богдан был человеком с железным характером. Не терпел неповиновения. Игнорировал то, что дочь унаследовала его бунтарскую кровь.

— Я бы хотела, чтобы вы мне погадали… Правда, Саша против. Но мне это нужно. Как вас зовут? – затараторила незнакомка с русой косой, очаровательно улыбаясь.

— Азалия, – ответила девушка, и вокруг тот час образовался толпа любопытствующих.

— Ну, что ж… быть посему… – взгляд Азалии стал пронзительным, как у хищной птицы. — Смотрите мне в глаза, дайте ваши руки и назовите полные имена. – Двое, словно загипнотизированные, протянули ладони и произнесли в один голос:

— Александр. Анастасия…

— Скоро свадьба… – Гадалка замолчала, почувствовав нетерпение девушки.

— Ой, угадали! – воскликнула Настя, и ее счастливый смех, как колокольчик, разнесся над площадью. — А скажите, он меня любит? И мы будем вместе до конца жизни?

— И в горе, и в радости… – раздался голос из толпы. Кто-то засмеялся. Даже раздались редкие аплодисменты. Но Азалия даже не обратила внимания на этот скептический выпад многоликой толпы.

— Раз свадьба будет, значит любит…

Перед ней, как на экране, промелькнула вся жизнь этой пары. Она видела их прошлое, настоящее и будущее.

— Да, вы проживете вместе счастливую жизнь. У вас родится сын и дочь…

Зачем им знать, что будет дальше?

Каждый должен пройти свой путь до конца. Она не имела права вмешиваться в чужую судьбу. Скажи она правду этой счастливой девушке… Кто знает, что произойдет. Она не должна менять будущее.

Деньги за гадание цыганка брать отказалась, объяснив это тем, что они ее первые клиенты.

— Тогда я вам подарю вот этот букетик ландышей. Можно, Саня? Ты же мне еще купишь?

— Конечно, обязательно, любимая…

Азалия, словно завороженная, смотрела, как колышется светлый хвост девушки. Она тоже мечтала о таких волосах. Светлых, как у мамы. Единственную фотографию матери она всегда носила с собой, как талисман.

***

Когда она приехала в следующий раз, ее не узнали. Светлые волнистые волосы струились по плечам. Отец был в ярости. На целую неделю запер ее в доме. Хорошо хоть не заставил перекраситься обратно в черный цвет.

Бабушка долго ворчала и советовала не злить отца. Но в ее глазах плясали озорные искорки. С характером растет внучка!

***

Время пролетело незаметно. Вся группа из медицинского колледжа отмечала получение дипломов в ресторане. Музыка, танцы, вино…

Кирилл, в компании друзей, отдыхал после тяжелого трудового дня. Сегодня он заключил долгожданный контракт с известной фирмой. Чем не повод расслабиться?

Он сразу выделил эту девушку среди танцующих. Сердце забилось, как пойманная птица. Надо познакомиться. Когда зазвучала новая песня, он направился к столу, за которым сидели одни девушки.

— Разрешите пригласить вас на танец, прекрасная незнакомка…

Азалия оглянулась. Это был тот мужчина, который прожигал ее взглядом весь вечер, от которого у нее замирало дыхание. Она осторожно вложила свою ладонь в его руку и вышла в центр зала.

— Меня зовут Кирилл. А вас?

В этот момент она запаниковала. Захочет ли такой красивый мужчина продолжать знакомство с девушкой по имени Аза? Скорее всего, сразу догадается, кто она такая. Помолчав, словно раздумывая, она тихо произнесла:

— Лия…

— Необычное имя для загадочной девушки.

Они перезнакомились, много смеялись, шутили и фотографировались. Далеко за полночь Кирилл пригласил ее на чашку кофе. К себе домой… И она согласилась.

Они любовались звездами с балкона, целовались, словно утоляя жажду друг в друге. Он шептал слова, о которых Азалия читала только в любовных романах, хотя ей было уже двадцать лет.

И произошло то, что должно было произойти. Мужчина взял то, что хотел. А девушка не уберегла то, что ценилось в таборе больше всего.

Утром он поинтересовался, не спешит ли она. И только сейчас до нее дошло, что волшебная ночь закончилась. Отказавшись от завтрака, она убежала в общежитие за вещами. Пора было ехать домой. В этом городе ее больше ничего не держало. Отец обещал устроить ее медсестрой в поселковую больницу осенью.

Все было хорошо, пока ее не затошнило от запаха жареного мяса. Она выскочила из-за стола, сразу поняв, что с ней происходит. Но было уже поздно.

— Наш? – коротко спросил отец. Его слова, как приговор повисли в воздухе. Азалия покачала головой.

— Ах, ты, потаскуха! Выдам за Сёмку Одноглазого. У него в прошлом году жена померла. Раз так любишь детей, будешь растить его ораву. Их у него пятеро… – голос Богдана гремел, как гром среди ясного неба, пока бабушка не приструнила его. Тогда он бросил на дочь разочарованный взгляд и громко хлопнул дверью.

— На улицу ни шагу! Опозорила на весь табор! Как я должен смотреть людям в глаза? – Он ушел, ругаясь по-цыгански. Страх полз холодной змеей по спине Азалии. Что он придумает еще? А вдруг действительно отдаст Сёмке?

Азалия все это время стояла молча, опустив голову, будто провинившаяся школьница. Ни слезинки не проронила. Потом ушла в свою комнату. И там дала волю чувствам. Она долго смотрела на фото Кирилла, которое осталось в ее телефоне, как осколок надежды.

Продолжение

Глава 2

Вот чью судьбу повторяет моя Аза

"Что теперь будет? Неужто отец и вправду отдаст замуж за Сёмку Одноглазого?" — одинокая слеза скатилась по щеке, оставив после себя след отчаяния. Сон бежал прочь, как испуганный зверь. Она то с тоской смотрела в потолок, то подходила к окну, прислушиваясь к звукам, доносившимся с улицы.

Вдалеке послышалось ржание лошадей. Она знала: там у костра кто-то сидит, наблюдая как искорки, эти маленькие души пламени, взмывают в небо, растворяясь, не долетев до далеких звезд. Тоскливо, как маленькая раненая птичка, заплакала скрипка. Ей вторил чарующий девичий голос: "Ай, на-нэ, на-нэ..." Это пела подружка ее детства Лучика, оплакивая ее так неудачно начавшуюся жизнь. Что же теперь будет?

Но разве она виновата, что влюбилась с первого взгляда? Разве она виновата, что готова была последовать за этим мужчиной туда, куда он позовет? Да. Он позвал... Но всего на одну ночь.

Но эта ночь была волшебной. Еще раз нашла фото в телефоне, долго разглядывала красивого мужчину с голубыми глазами, чтобы запомнить навсегда. Ведь теперь между ними протянулась тоненькая ниточка, которая связала их навечно. И пусть он пока этого не знает... Пусть... Но может когда-нибудь...

Азалия положила руку на свой еще плоский живот и прислушалась. Он здесь. Он есть. Плод ее неудавшейся первой любви. Пусть живет... Никому не позволю его обидеть, никому не дам погасить этот маленький огонек надежды.

О крутом нраве отца и его жестком характере судачили все. Она знала, что ее поступок — это вызов таборным устоям, никто в таборе не одобрит. Никто не поймет. Отец не простит однозначно. Значит, и поддержки ждать неоткуда. Осталось одно: просто смириться... Или?

***

Старая Земфира не находила себе места. Ей было до боли жаль внучку: "Молодая... Доверчивая... Оступилась".

Когда ее сын Богдан привел в табор Оксану, она не приняла девушку. Она была чужачка. Но внучку полюбила сразу. В девочке чувствовалась их порода, вольная цыганская кровь.

Вечером сын вернулся домой и она решила поговорить с ним, сломить его упрямство.

— Богдан, ты что в самом деле решил отдать свою дочь замуж за этого пьянчужку Семку? Нельзя же так ломать девочке жизнь, губить ее молодость в самом расцвете...

— Не маленькая уже... И совета у меня не спрашивала, когда крутила хвостом перед чужим, — привел свои неоспоримые доводы Богдан матери.

— Оступилась... Бывает в жизни всякое. Кто без греха, пусть первым бросит камень. И заметь, сынок, сейчас другое время, не каменный век на дворе... — заискивать перед ним Земфира не собиралась. Ведь он для нее не баро, а просто сын.

— Мама, время здесь не причем. И я не намерен менять наши законы и традиции из-за своей дочери. Что обо мне будут думать наши люди? Раз моей дочке можно, значит, другим тоже? — в голосе сына прорезались стальные нотки.

— Может отправить ее в город?

— Нет. Я слов на ветер не бросаю. Сказал и точка. А сейчас извини, тороплюсь. — категорично заявил баро, испепеляя мать взглядом.

"Тоже мне защитница нашлась..." — знал, что мать любила Азалию вопреки всему.

"Хорошо хоть успела передать ей знания... Если сможет воспользоваться своим умением правильно, это поможет ей выжить". — Земфира задумчиво посмотрела вслед сыну. В ее глазах появилась тревога.

Вспомнила свою старшую сестру Шаниту. "Вот чью судьбу повторяет моя Аза..." — внезапно осенило старую цыганку.

Шанита давным-давно сбежала из табора за своим любимым. Уже все и забыли о ее существовании. Она жила еще, хоть и было ей под девяносто... Но очень далеко. И изредка сестры перезванивались, делясь друг с другом обрывками воспоминаний.

Земфира набрала знакомый номер и услышала такой далекий и немного хриплый голос любимой сестренки Шани.

— И что такого могло произойти, что ты разбудила меня среди ночи? Неужто смерть за тобой пришла?

Выслушав сбивчивый рассказ сестры, Шанита сказала: "Хорошо. Глупая девочка, как и я когда-то. Я жду ее. Будет мне на старости лет подмога. Не помру в одиночестве".

Целый день Земфира думала, как организовать и провернуть побег, как обмануть бдительность сына, и обрадовалась, когда вечером Богдан сказал, что уезжает на деловую встречу на целых три дня. Судьба улыбнулась ей. Нет. Не ей, а ее внучке Азалии.

Как только стемнело она пробралась к дому Нику Матвиенко. Постояв несколько минут, чтобы собаки в соседних дворах успокоились, Земфира постучала в окно тихо и настойчиво.

— Кого там нелегкая принесла? — раздался недовольный мужской голос.

— Нику, это я — Земфира.

— Что случилось? — нотки в голосе изменились. В них появилась тревога и готовность помочь. Это была женщина, которую он боготворил, как собственную мать. Она пришла на помощь, когда его единственный сын заболел, когда от них отвернулись все, как от прокаженных. И никому они оказались не нужны. А Земфира справилась. Вытащила его мальчонку из лап смерти при помощи своих заговоров, настоек и древней веры.

Он был ее должником. И когда женщина зашептала, склонившись к самому уху, молча слушал и кивал, готовый на все.

— Хорошо. Я помогу. Но не этой ночью, а следующей. Буду ждать за поселком. Пусть приходит часа в три. Все будут крепко спать. Когда луна спрячется среди туч. Посторонние глаза нам не нужны. Беда будет, если кто прознает.

После обеда Аза услышала, как к двери ее комнаты кто-то подошел крадучись. Девушка затаилась. Не хотелось никого видеть. Тем более разговаривать и оправдываться, объяснять то, что и сама не могла понять.

Но вошла Земфира. И Азалия вздохнула. Они с бабушкой всегда друг друга понимали. Неужели и она осудит, упрекнет?

— Нам нужно поговорить, Аза, — Земфира села у стола, тяжело вздохнув. — Что же ты наделала? Вот так враз изменила свою судьбу, изменила все, что было предначертано. Отец сказал, когда вернется, пойдет сватать тебя за Семку одноглазого. Хочешь за него замуж?

Слезы моментально закапали из глаз девушки. Она была готова принять любое наказание, но идти замуж за мужчину с пятью детьми мал мала меньше точно не хотела.

— Ладно, помогу тебе. Собери в рюкзак самые необходимые тебе вещи, — решительно заявила Земфира, и вее голосе зазвенела сталь, прямо как у отца. — Поедешь к моей сестре, в другой город. Правда добираться придется долго. Согласна?

Старушка отдала беглянке все деньги, которые копила себе на последний путь. Авось сын не оставит подыхать под забором... не оставит лежать на лавке... Похоронит с почестями. Даже не сомневалась. Ведь она мать самого баро. Стыдно будет перед людьми.

Аза бросилась на шею старой Земфиры и зарыдала. И не от того, что отправлялась в неизвестность, а от того, что нашелся выход, что забрезжил лучик надежды во тьме, куда она уже начала погружаться.

— Сиди, как мышка. Чтобы не услышали дети и невестка. В два часа ночи выбирайся через окно. Я провожу тебя.

В эту ночь в поселке не спали трое. Земфира ждала за огородом в тени старой яблони. Она обняла свою любимую внучку на прощание, молча поцеловала и перекрестила на удачу три раза, шепча молитву на родном языке.

Она знала, что больше никогда не увидит Азу. Стара уже. Все-таки восемьдесят пять — это возраст... Да и сердце иногда пошаливало. Просто Земфира никому не жаловалась. Каждому отмерен свой срок... Каждому дана своя судьба... Пора уже готовиться в последний путь

Нику бросил в телегу несколько мешков овса для отвода глаз, запряг лошадку и, сказав жене, что едет на базар продать излишки, отправился в условленное место. Опасно рассказывать женщине хоть что-нибудь, даже если это твоя жена, любимая. родная. Все равно не удержится, разболтает подружкам, и утром каждый в поселке будет знать что да как. "И тогда меня точно выгонят из табора", — решил Нику, поправляя шапку.

Ночь эта была душная и темная. Небо заволокло тучами.

"Наверное, пойдет дождь... А может кто-то свыше помогает девчонке..." — подумал Нику, сидя на обочине дороги и прислушиваясь к шорохам. Лошадь спокойно щипала траву.

Когда Аза появилась перед ним из темноты, как призрак, мужчина даже вздрогнул от неожиданности. Одетая в черную водолазку и черные джинсы, девушка и голову повязала темным платком.

В задней части телеги был ящик, где всегда хранились инструменты, лопата, топор. Но сегодня это место предназначалось для Азы. Пусть и ночь... Но мало ли еще кому знакомому взбредет в голову отправиться в город или просто прогуляться.

Разместившись поудобнее, Аза лежала на твердых досках, чувствуя каждую неровность. Через щели ничего не было видно, только слабый отблеск звезд. Вздохнув несколько раз, девушка задумалась о том, что же ее ждет. Что бы это ни было, все-таки лучше, чем нянчить чужих детей и делить постель с нелюбимым.

Представила, как будет кричать отец, когда узнает о ее побеге, как будет проклинать ее имя.

А что будут говорить о ней в таборе... Не хотелось об этом даже думать.

Колеса телеги мерно поскрипывали убаюкивая, будто пели заунывную песню. Нику всю ночь дымил трубкой: "Ох, и не поздоровится, если баро узнает, что я помог его дочери сбежать... Авось пронесет..."

В город въехали на рассвете, когда первые лучи солнца окрасили крыши домов в золотой цвет...

Продолжение

Глава 3

Вот это поворот

Нику напряженно, как загнанный охотником зверь, всматривался в каждую проезжающую мимо машину. "Только когда доставлю эту пассажирку по месту назначения, вздохну спокойно", — терзался мужчина предчувствиями.

И именно в этот момент кто-то посигналил. Это был автомобиль Богдана.

"Что за наваждение? Выскочил, как черт из табакерки. Откуда он здесь взялся в это время? Ведь Земфира клялась, что уехал..." — опешил Нику, натягивая вожжи.

— Куда путь держишь, Нику? — поинтересовался баро.

— Доброе утро, уважаемый! На базар еду. Продам овес. Куплю детям гостинцев. Пусть порадуются.

— Ну, удачной торговли! — и машина, взревев мотором, сорвалась с места на огромной скорости. Казалось, что это сам дьявол мчался по своим темным делам.

Прежде чем заехать на базар, Нику отвез Азу на железнодорожный вокзал.

Что ждет ее впереди? Свобода или очередная клетка?

***

Тело Азалии онемело от неподвижного лежания в скрюченной позе, в которой она находилась уже несколько часов. Лошадь не машина. До города, как до Луны пешком.

Девушка чутко прислушивалась к доносившимся извне звукам. Все чаще мимо проезжали автомобили. А когда телега остановилась. Сердце Азы оборвалось от страха, проваливаясь в глубокую пропасть: "Неужели отец так быстро выследил меня? Но как?" Успокоилась только, когда тронулись дальше. Лишь когда телега тронулась в путь, страх отпустил.

Через полчаса Нику остановился в тихом переулке, не доезжая до вокзала. Лишний раз светиться было опасно.

— Все, Аза, приехали. Дальше отправляйся одна. Больше рисковать не могу. Итак не знаю, что ждет меня в таборе после встречи с баро.

— Спасибо, — прошептала девушка с благодарностью.

Долго прощаться девушка не стала, потому что видела, как сильно мужчина желает от нее избавиться. Только махнула рукой, взвалила тяжелый рюкзак на спину и пошла в сторону вокзала, где жизнь кипела круглосуточно.

"Вокзал — это место встреч и прощаний, надежд и разочарований", — вспомнились слова старой гадалки.

Аза прошла мимо цветущих клумб и маленького фонтанчика, остановилась перед большим зданием с колоннами. В этом месте девушка никогда не бывала, потому что еще ни разу не приходилось ей ехать куда-либо на поезде.

Вокзал кипел жизнью. Но праздно гуляющих не было. Люди двигались, как муравьи в муравейнике. Все целеустремленно спешили либо к зданию, либо к остановке троллейбуса или маршрутки. Кто-то спешил на поезд. А кто-то возвращался домой.

Войдя в огромное фойе, Азалия заметила небольшую очередь у нескольких касс. "Займи очередь и купи билет в город N. И беги, беги без оглядки отсюда...", — шептала она себе, но почему-то ее потянуло в сторону перрона.

"Скорый поезд... прибывает к первой платформе", — прохрипел диспетчер в микрофон простуженным женским голосом.

Аза завороженно наблюдала за приближением поезда. Он проехал далеко от здания вокзала, остановился, и из вагонов посыпались уже бывшие пассажиры. Те, для кого этот город был конечной остановкой. Для других он был перевалочным пунктом.

Стоянка — лишь десять минут. Народ спешил. Тот, кто ехал дальше, спокойно разминал ноги, непрерывно дымя. Другие бросились к старушкам, сидевшим в ряд на маленьких стульчиках. Они продавали фрукты и пирожки с капустой.

Все торопились: кто-то быстро направлялся влево к первым вагонам, другие устремились в конец поезда. Девушка изумленно наблюдала за этим передвижением, когда услышала крик:

— Аня! Анечка, где ты?

По перрону металась женщина, чей голос дрожал от ужаса. Отойти далеко она не могла из-за багажа. Ее окружали чемоданы, сумки, пакеты — гора вещей, ставшая преградой для поиска.

— Вы не видели девочку с синим бантиком? — обращалась она к прохожим, но видя, что никому нет до нее никакого дела, присела на чемодан и горько заплакала.

Азалия наблюдала за этим происшествием со стороны. Как зритель в театре абсурда. Еще несколько минут назад, когда эта пассажирка вышла на перрон с многочисленными баулами, девушка краем глаза заметила удаляющийся синий бантик. Только с кем ушла девочка, Аза не заметила.

"Надо купить билет, пока не поздно..." — промелькнула мысль в голове Азалии.

Но было уже поздно...

Появившийся на платформе полицейский цепко ухватил ее за локоть.

— Так, гражданочка, пройдемте со мной, — обратился он к Азе. — И вы тоже, — позвал полицейский заплаканную женщину.

— А причем здесь я? — испуганно спросила Аза, чувствуя, как вокруг нее сжимается кольцо беды.

— Старший лейтенант Остапенко. Вот в отделении и разберемся, — категорично отрезал участковый.

Отделение полиции располагалось прямо в здании железнодорожного вокзала. Это была большая комната, разделенная на две половины железной решеткой. Так называемая клетка в клетке.

— Присаживайтесь, граждане женщины. Это у вас пропала девочка? Как вас зовут? Кем приходитесь девочке? У вас есть документы? — посыпались, как горох, вопросы, и женщина протянула паспорт.

— Горликова Мария Степановна. Я — бабушка. Вот! Недоглядела. Мою Анечку украли, а вы сидите тут и допросы устраиваете. Надо искать. Что я сыну с невесткой скажу? — слезы градом покатились по щекам.

— Будем, будем искать, не переживайте... А вы что видели? — теперь полицейский обратился к Азе. — Ведь вы же что-то видели? Я это сразу понял по вашему выражению лица, его взгляд был подозрительным и подозревающим каждого.

— Ничего почти не видела. Только бантик мелькнул в толпе, — пробормотала Азалия.

— Так, так... Тимошенко Азалия Богдановна. Цыганка? А может это ваши увели малышку? А вы их прикрываете...

— Да что вы такое говорите... — Аза отшатнулась от мужчины.

Аза отшатнулась от этого мужчины, как от пощечины. Неужели это ее сейчас обвиняют в пособничестве похищению ребенка? Что же теперь делать? Как доказать свою невиновность?

"Надо было сразу купить билет, а не глазеть по сторонам", — корила она себя.

— Ладно. Посидите тут... Вдруг что вспомните... — бесцеремонно схватив ее за локоть, полицейский распахнул решетчатую дверь и втолкнул Азу внутрь.

Такого поворота событий Азалия не ожидала. Сбежать из дома, чтобы оказаться за решеткой? Это же какое невезение нужно иметь?

Две девицы в коротких юбках и с ярким макияжем сидели рядышком, перешептывались и неприлично громко смеялись.

Присев напротив них, Аза закрыла глаза, пытаясь отгородиться от этого несправедливого мира. Было еще раннее утро, но стало клонить в сон.

Старая худая цыганка с седыми волосами стояла на дороге и вглядывалась вдаль. Девушке казалось, что она смотрит прямо на нее, шепча что-то на своем родном языке. Аза вслушивалась в невнятную речь. А она все говорила и говорила, показывая длинным скрюченным пальцем на руку. Через секунду догадалась, что это Шанита, сестра бабушки Земфиры, которую она видела только на старой пожелтевшей фотографии.

"Что она говорит? Это может быть важным..."

Язык Аза знала, но речь старухи была неразборчивой.

"Все будет хорошо. Не бойся, девочка. Смотри прямо в середину ладони, и все увидишь. Воспользуйся, наконец, своими умениями и знаниями. Поторопись. У меня осталось мало времени", — прозвучал голос Шаниты в голове.

Открыв глаза, Азалия обвела своим пронизывающим темным взглядом комнату. Что это было? Сон... Видение... Предзнаменование...

Продолжение

Глава 4

Цыганка Аза

Что это было? То ли сон, то ли явь... Но так реально она увидела и услышала Шаниту, к которой она направлялась. И что означает этот шепот: "Мало времени..." Сестра бабушки Земфиры была уже в том возрасте, когда ее жизнь могла оборваться в любую минуту. Действительно, надо торопиться.

В одно мгновение она превратилась из обычного человека в подозреваемую...

Девчонки, сидевшие на соседних скамейках, не унывали. Они весело смеялись, заигрывая с полицейскими.

— О! В нашем цыганском таборе пополнение! — раскатисто захохотала блондинка в короткой кожаной юбочке и таком же топике в облипочку.

— Ты что, новенькая, как с Луны свалилась? Никогда тебя раньше не видела. Где подвизаешься, красотка? — проворковала рыжая бестия с кудряшками, рассыпавшимися по плечам.

— Да никакая я не новенькая. И вообще... я должна уехать сегодня. У меня поезд в 17. 30... — попыталась возразить Аза, но ее слова утонули в хохоте.

— Не кипишуй, подруга. Сейчас прилетит наш Ромео на белом коне и вызволит нас из этой клетки, — отмахнулась блондинка и, обратившись к Остапенко. пропела. — Эй, гражданин начальник, мне нужно позвонить... Свободу попугаям!

Остапенко оторвался от заполнения протокола и кивнул своему другу, который не спеша пил чай с бубликами. Телефон тот час перекочевал в руки одной из девушек.

— Все. Вопрос сейчас будет решен, — отдав мобильник, блондинка обратилась к Азалии. — А тебя как зовут, незнакомка?

— Аза... — растерянно пробормотала, и вдруг поняла, что допустила ошибку. — То есть, Азалия.

— Опаньки! Да ты цыганочка... Может и гадать умеешь? — Остапенко тоже заинтересованно взглянул на эту задержанную. — Ну, пожалуйста... Хочу знать, что меня ждет в будущем.

— Хорошо. Назови свое имя. И дай мне свою руку, — произнесла Аза. Ее взгляд изменился. Больше не существовало в этот момент наивной девушки Азалии. Перед всеми предстала гадалка Аза с пронзительным темным взглядом, проникающим прямо в душу. Так происходило всегда, когда она начинала работать.

— Эльза.

— Эльза... какая из тебя Эльза? Да Лизка она, — съязвил полицейский.

— Ну, да. Елизавета. А тебе какое дело?

— Скоро, Елизавета, твоя жизнь изменится. И ты встретишь свою судьбу. Вижу мужчину... очень представительного. Машина. Дом. Богатый. Но... все зависит от тебя... Требуется только одно условие выполнить: поменять место работы... — Аза смотрела на девушку не моргая, словно гипнотизировала. — И помни: нельзя называть себя другим именем. Не тем, что дано тебе при рождении. Этим ты меняешь свою судьбу...

Аза застыла, вспомнив тот вечер, когда она познакомилась с Кириллом. Она назвала себя Лией: "Это мне наказание прилетело. Все. Никогда больше... Мое имя тоже красивое... И кому какое дело, что я цыганка?"

— А как докажешь, что это все правда? — не успокаивалась Эльза-Лиза, уцепившись будто утопающий за соломинку.

Еще раз взглянув на ладонь, она увидела проплывающие картинки жизни этой неизвестной ей девушки, словно они были знакомы раньше.

— Маму твою зовут на букву М. Мария... Маша... Маня... Ты же была учительницей? Самая старшая в семье. Пять братьев и сестер...

— Ух, ты... Все правда... Мою маму зовут Маруся. Спасибо, — Лиза задумалась. Разве о такой работе она мечтала? Зато денежки капали регулярно. Надо было помогать матери растить младших. А что если...

— А мне? Меня зовут Виола, то есть Виолетта, как цветок. Что ждет меня?

Азалия достала из рюкзака влажную салфетку, протерла ладонь девушки и задумалась. Она молчала так долго, что даже Остапенко не выдержал:

— Ну, что там? Не томи уже.

Что сказать этой Виолетте, Азалия не знала. Но и правду говорить не могла. Язык не поворачивался.

— Тебе поступит предложение уехать за границу. В какую страну не знаю. Я там не была. Хотя вижу красивую природу и море. Очень заманчивое предложение, но ты должна от него отказаться... Чувствую, что мой совет для тебя ничего не значит. Не веришь. Потому и не вижу, что случится дальше. Но нет... лучше не делай этого.

Глаза Виолы загорелись. Она ничего не слышала, кроме того, что, возможно, скоро осуществится ее мечта. Она побывает за границей. И может быть, даже жить там останется навсегда...

— Так. Уважаемая Азалия Богдановна. Нам срочно требуется ваша помощь в поисках пропавшей девочки, — твердо заявил Остапенко.

В этот момент приехал за девушками мужчина. Он несколько минут говорил с Остапенко, потом передал ему белый конверт. И через несколько минут Эльза и Виола были на свободе. Они обняли Азалию, как старую знакомую, распрощались и послали воздушный поцелуй Остапенко.

— Так что? Поможешь?

— Но я никогда не занималась поисками пропавших людей. Я не Шерлок Холмс, — пыталась отказаться Аза. Но на это никто не обращал внимания.

— Попробуй... найдешь и уезжай на все четыре стороны.

Заплаканная женщина смотрела на нее с надеждой. Она на глазах постарела от горя и страха за свою любимую внучку. Остапенко с товарищем, который постоянно что-то жевал, взглянули на Азу с интересом.

"А почему бы и нет. Нестандартные методы расследования... Никто вообще не поверит. Но главное найти... Может, и звание получу", — думал он о своем.

— Ладно. Я попробую, но ничего не обещаю, — нерешительно произнесла Азалия.

— Что для этого нужно? Заклинание прочитать? Читай. Мы мешать не будем.

— Не знаю...

Аза подошла к женщине и взяла ее за руку. Та от неожиданности вздрогнула. Потом опомнилась и доверчиво, словно извиняясь, заглянула в глаза той, которая согласилась помочь.

— Мария Степановна, вы только не волнуйтесь. Я никогда этого не делала, но... Думайте об Анечке, представляйте ее мысленно, рисуйте в своем воображении, как будто она рядом.

Аза погладила легонько шершавую натруженную ладонь. В комнате воцарилась такая непривычная тишина, что слышно было как звенел комар. К перрону подошел поезд. Люди зашумели. Но от усердия Аза ничего не слышала вокруг. Она пыталась найти ниточку, которая свяжет ее с девочкой.

Вот бабушка приехала за внучкой. Вот они уже в поезде. Остановка. Пока женщина выносила багаж, подошла незнакомка, взяла Аню за руку и повела за собой. Синий бантик поворачивался и подскакивал. Девочка плакала.

Действительно, это была цыганка. С распущенными черными волосами до самого пояса и в цветастой юбке. Мониста на ее шее звенели от быстрой ходьбы.

Больше ничего Аза не видела. Только в ушах остался звон. Поспешив на улицу, девушка решила проверить свою догадку. Звон монеток стал тише.

"Надо идти в другую сторону", — решила Азалия. Но интуиция ей подсказывала, что это место не так близко, придется ехать на машине.

— Транспорт есть? — коротко спросила Остапенко.

— Так точно. Пошли. А вы оставайтесь здесь. Только дайте нам фото вашей внучки.

УАЗик стоял недалеко у железнодорожного вокзала. Азалия села на пассажирское сиденье и закрыла глаза.

— Григорий. А это Иван, — представился Остапенко. Но заметив, что девушка не понимает, о чем он говорит, решил не отвлекать. Пусть себе колдует. Лишь бы нашла...

Закрыв глаза, Аза опять увидела Шаниту перед собой. Она стояла на дороге, кивала и улыбалась: "Слушай... Слушай..." Опять говорила, что у нее мало времени и нужно торопиться.

На перекрестке за городом попросила остановиться. Нужно было выбрать верное направление. Вышла на дорогу. Мужчины остались сидеть в машине. Прошла шагов двести в разные стороны. Потом вернулась обратно и сказала: "Направо..."

Через полчаса они въезжали в небольшой поселок.

Продолжение

Глава 5

Монистовый звон

Они въезжали в поселок Калининск, о чем предупреждал дорожный знак, возле которого на клумбе были высажены цветы и росли три куста калины. "Имеет ли этот кустарник отношение к названию этого поселка?" — подумала Аза, представив как красиво будет здесь, когда заполыхают алым цветом кисти калины на фоне желтой осенней листвы.

Но в данный момент это было не таким важным, потому что монистовый звон усилился. Осенние пейзажи отошли на задний план. Звон нарастал в ушах цыганки Азы, вызывая грустные воспоминания о том, как она плясала ночью у костра... Как позвякивали на ее шее мониста.

Именно сейчас этот звон был компасом, указывающим верный путь. Она сразу поняла, что это и есть та ниточка, за которую следует держаться.

— Григорий, остановись здесь. Я пойду пешком, — попросила Азалия участкового Остапенко. Тот кивнул и притормозил у обочины.

Азалия, прихватив рюкзак, вышла на эту улицу, которая скорее всего была в поселке главной. На одном из домов девушка прочитала название: ул. Мира.

Аза шла не торопясь, поворачивая голову то вправо, то влево. Домики были ухоженными, с крашеными деревянными заборами и обязательными палисадниками у забора.

Остановилась только тогда, когда увидела игравших прямо на дороге цыганят. Это была знакомая картина. Завидев незнакомку, мальчишки тот час умолкли, бросили свое занятие и обратили на нее внимание. Самый смелый, с искорками любопытства в глазах, подошел поближе и поздоровался.

— Привет. Ты из наших? — спросил, оглядываясь на друзей.

— Да. Из ваших. А как тебя зовут? — поинтересовалась, чтобы завести разговор, расположив к себе мальчугана.

— Ион.

— А я — Аза. А скажи, Ион, с какого дома начинается табор?

— Это близко. От дома тетки Ганки. А дом нашего баро дальше будет. Ты его узнаешь. Он — двухэтажный, с белыми колоннами...

Мальчик оказался смышленым и разговорчивым. Стоявшая позади него детвора с интересом прислушивалась к разговору с незнакомкой, но подходить ближе то ли опасалась, то ли стеснялась.

Аза сняла со спины рюкзак, открыла его и порывшись, протянула детям целую пригоршню конфет. Кто-то взял их с опаской, другие — с радостью, но поблагодарил только этот мальчишка, который представился Ионом.

Азалия шла по улице медленно. Следом вышагивали заинтересовавшиеся необычной гостьей дети, а уже за ними ехал Остапенко на своем УАЗике. Из-за заборов за этой необычной процессией следили десятки черных любопытных глаз.

Действительно, дом баро был узнаваем. Он привлекал внимание своим величием и аккуратностью. Видно было, что в этом таборе не бедствовали. Значит, баро на своем месте.

Но девушка прошла мимо даже не остановившись. Ей хотелось понять, где же то место, куда ведет ее интуиция и настойчивый монистовый звон.

И через несколько домиков в ушах Азалии наступила тишина. "Здесь", — девушка с любопытством изучала дом. Он ничем не отличался от других. Скорее — домик. Во дворе залаяла собака.

Развернувшись, девушка зашагала в обратном направлении. Врываться в чужой дом она не имела права. Даже если украденная девочка находится там, ее могли просто спрятать. И потом ничего не докажешь. О взаимной поруке у цыган она знала не понаслышке.

Значит... Значит, нужно договориться с баро. Только он может помочь.

Остановилась у дома главы табора и Аза нажала на кнопочку у ворот. Калитку отворилась и перед ней предстала красивая цыганка в цветастой юбке. Ее голову покрывал платок из тонкого шелка.

— Здравствуйте. Вы к кому? — удивленно спросила женщина.

— Мы к баро.

Тогда женщина что-то прошептала на ухо маленькой девчушке лет четырех, которая крутилась у нее под ногами, и та быстро скрылась в доме.

Через пять минут на крыльцо вышел высокий мужчина с черными волнистыми волосами, собранными в хвост на затылке. Несмотря на то, что они были незнакомы, приветливая улыбка не покидала его лица. Видимо, так он старался показать свою доброжелательность и гостеприимство. Да и связываться с полицией, конечно, было не с руки.

— Здравствуйте, гости дорогие! Всегда рад видеть вас в своем доме! Проходите, пожалуйста. Рада, накрывай на стол! — обратился он к своей жене.

— Старший лейтенант Григорий Остапенко. А это Азалия... — Аза толкнула Остапенко локтем в бок, и он умолк. Ей не хотелось, чтобы этот чужак узнал ее фамилию. Тогда ей точно несдобровать! Цыганская почта работает, как часы.

— Назаренко Борис Михайлович. И я здесь отвечаю за все и всех.

— Вот и отлично. Ничего не нужно и спасибо за гостеприимство. Мы к вам по делу. И мы торопимся, — вмешалась Аза.

—Ну, что ж... Тогда проходите в кабинет.

Когда расселись на новеньком кожаном диване, Борис спросил:

— Так какое дело привело вас в мой табор? — темные глаза мужчины заглянули прямо в душу, но Азалия старалась не показывать, что ужасно боится этого человека.

— Одна из ваших женщин увела девочку с железнодорожного вокзала... — начала разговор Аза.

— Да не может этого быть... Прошли те времена... И мы уже давно не кочуем. Нам нет резона ссориться с властями, — пытался возражать баро.

— Заметьте, уважаемый Борис Михайлович, я пока говорю увела... а не похитила... Так что это в ваших интересах... — невозмутимо продолжала Азалия.

— А вы в этом уверены?

— Абсолютно.

— И что теперь делать? Вызвать всех женщин на опознание?

— Нет. Девочка находится через пять домов от вашего. Извините, не посмотрела номер.

Баро задумался: "Соня... Неужели это она?"

— Ее зовут Соня. Не хочу верить, что она это сделала, но могла... — мужчина нервно прошелся по комнате. — Рада, пошли кого-нибудь за Соней. И пусть приведет с собой девочку. Все равно долго ее скрывать она не сможет. Неприятности нам не нужны.

— А она приведет? Может быть, нужно было пойти к ней? — спросил Остапенко осторожно.

— Должна привести. Она прекрасно понимает, что мое слово в таборе — это закон для всех. Да к тому же Соня моя двоюродная сестра.

"Еще один такой же, как отец..." — подумала Азалия.

— Можно с тобой поговорить наедине, Азалия? — кивнув, девушка вышла вслед за баро за дверь. — Ты ведь цыганка? Может тебе нужна помощь? Так я с радостью... Скажи только откуда ты и кто твой отец?

— Нет. Спасибо. Я просто была в это время на железнодорожном вокзале. Я свидетель и все... Еду к бабушке в гости. И к вашему сведению, я совершеннолетняя.

Через полчаса в кабинет вошла симпатичная цыганочка, ведя светловолосую девочку за руку.

— Ты Аня? — спросила Аза. Девочка кивнула и заплакала. — Иди сюда, Анечка. Сейчас мы поедем к бабушке. Она тебя потеряла и тоже плачет. А мы тебя нашли.

— Соня, зачем ты это сделала? Так нельзя... Этим ты не вернешь свою дочь. Иди сюда... — Борис обнял плачущую молодую женщину, бросившуюся в его объятия. — Все у тебя будет хорошо. Роман, кузнец, уже спрашивал моего согласия на то, чтобы взять тебя в жены. Так что скоро у тебя опять будет муж... И дети... Ты согласна?

"Нет. Он не такой, как мой отец. Он добрый..." — думала Аза, наблюдая эту сцену.

Когда вышли на дорогу, чтобы побыстрее возвратиться в город, Борис сказал, словно в оправдание поступка Сони:

— Беда у нее случилась полгода назад. Муж и дочь погибли в аварии. И она теперь тоскует. Вот, возьми... — баро протянул пухлый конверт Азалии. — Это для бабушки Аниной. Извинения за все, что случилось.

УАЗик мчался по дороге. Мальчишки бежали вслед, сверкая босыми пятками и что-то кричали. Как все до боли знакомо...

Слезы навернулись на глаза. Аза быстро вытерла их рукой, чтобы никто не заметил. "Может быть, наконец-то, получится уехать. Шанита ждет..."

Продолжение

От автора: произведения редактируется. Жду на чаек!

Глава 6

К новой жизни со скоростью поезда

Анина бабушка захлебывалась слезами, когда потеряла внучку на том злополучном перроне. А сейчас она лила слезы от радости, что девочка нашлась. Получив пухлый конверт с деньгами от цыганского барона Бориса, женщина дрожащей рукой вытащила две зелененькие хрустящие бумажки и протянула их Азалии.

— Прими, дочка, в знак великой благодарности, — произнесла, вытирая слезы кончиком белого ситцевого платочка, повязанного вокруг головы.

Остапенко с затаенным интересом интересом следил за разворачивающейся на его глазах сценой. "А вдруг и мне что-нибудь перепадет?" — мелькнула в голове Григория робкая надежда.

Но к его глубокому разочарованию девушка от награды отказалась. Вместо этого она крепко обняла пожилую женщину и нежно погладила по голове найденную девочку. А на него вообще никто не обратил ни малейшего внимания. Видимо, эта проницательная женщина сразу догадалась, что нет его заслуги в этом деле. Да он и сам это прекрасно понимал.

До отправления поезда оставалось не более получаса. Азалия вместе с Остапенко наблюдали за толпой, осаждавшей билетную кассу.

"Надо бы хоть чем-то помочь девчонке..." — решил мужчина сделать хоть что-то хорошее и побежал к начальнику железнодорожного вокзала. За пять лет работы Григорий успел обзавестись полезными знакомствами. Без этого никак.

Аза в который раз бросила взгляд на экран мобильника. Время мчалось неумолимо быстро. "Это, наверное потому, что я опаздываю. А вот когда ждешь, то оно тянется и тянется... " — думала девушка, когда из заветной двери вдруг вылетел Григорий, размахивая долгожданным билетом над головой.

— Прости, пришлось взять место в плацкартном вагоне. Все билеты в купе уже распродали, — мужчина тяжело дышал от стремительного забега, но был несказанно доволен собой.

— Спасибо. Я и собиралась купить в плацкартный. Вы угадали. Там дешевле. На купе у меня нет денег.

— Это понятно. Но двое суток трястись в плацкарте... Не завидую тебе.

Когда из динамика раздался хриплый голос диспетчера о том, объявивший, что поезд прибывает на первый путь, попрощались, как старые добрые знакомые. Остапенко напутствовал девушку:

— Будь внимательна. С незнакомцами близко не сходись. Дорога — место непредсказуемое... Все может случиться. Вот тебе мой номер телефона. Вдруг еще придется свидеться, — он обнял девушку по-братски и помог подняться по высоким ступенькам в вагон.

Белокурая проводница с любопытством окинула их взглядом: "Необычная парочка... Полицейский и цыганка... Нда...".

Для Азалии здесь все было в диковинку. Ей ни разу в жизни не доводилось путешествовать на поезде. Место досталось на нижней полке. Девушка присела у окна, зачарованно наблюдая за мелькающими пейзажами Вагон быстро заполнялся пассажирами. Люди шумели, переговаривались, размещались на своих местах согласно купленным билетам. Всё и все были на виду. Этакое купе, но без двери.

Первой подошла женщина лет сорока, хотя, возможно, и меньше. Видно было, что не городская. Затем появились еще двое: сухонькая старушка и изрядно выпивший мужчина. Он быстро залез на верхнюю полку и захрапел раньше, чем успел тронуться поезд.

Все вздохнули с облегчением от того, что волнения уже позади. Осталось только спокойно добраться до пункта назначения.

— Лариса, — представилась женщина. Она присела рядышком с Азалией и тоже следила устремила взгляд за окно, заинтересованно следя за проплывающими картинами.

"Тук-тук-тук", — монотонно отстукивали колеса. И вот уже остался позади город. А через час уже и вовсе покажется, что там тебя никогда и не было. Пейзажи сменялись один за другим: лес, маленькие выбеленные сельские домики, а за поворотом показалась река. Неописуемая красота. Картинки мелькают и исчезают, словно в старом кино.

Вагон мерно покачивается, унося навстречу новой жизни. Через час нАчало темнеть. И уже за окном ничего невозможно было разглядеть, но Азалия все всматривалась и всматривалась в эту черноту, будто пыталась не упустить что-то важное.

И ей уже казалось, что она видит только Шаниту. Она стояла вдали, манила рукой и, загадочно улыбаясь, шептала: "Теперь ты можешь все..."

Она ждала ее...

Старушка, представившаяся Марьей Семеновной, начала выкладывать на маленький столик, прилепившийся к стене под самым окном, еду. Лариса тоже присоединилась к ней. На столе появились пирожки, колбаса, вареные яйца и зеленый лук. Обычный дорожный набор, который берут с собой, отправляясь в путь. Проснулся даже мужчина с верхней полки. Окинув взглядом разложенную провизию, он довольно хмыкнул и достал из дорожной сумки плоскую блестящую фляжку, невнятно буркнув: "Василий". Видимо, он решил, что этого достаточно для того, чтобы его приняли в дружную компанию.

У Азы громко заурчало в животе. От запаха яиц внезапно затошнило. Она резко вскочила и помчалась в конец вагона с одной только мыслью: "Лишь бы туалет не был занят".

— Неужели ты беременна, деточка? Возьми тогда пирожок с капустой. Там нет никаких яиц, — заботливо сказала Марья Семеновна, когда Аза вернулась. — Угощайся.

— Но у меня ничего нет, — пыталась возразить Аза.

— На нет, и суда нет. Сегодня мы тебя накормим, а завтра, глядишь, и нам кто-нибудь подаст.

От чарочки, предложенной Василием, отказались все. Особенно яростно отмахивалась Лариса.

— Ненавижу я это дело, бабоньки. Муж мой хлещет эту заразу, как окаянный. Уже и не знаю, что с ним делать, — и женщина горько заплакала.

Азалия долго сидела, вглядываясь в непроглядную тьму за окном. Образ Шаниты неотступно маячил перед глазами. Она показывала рукой куда-то в сторону и, улыбаясь, шептала: "Ты теперь можешь все...".

Не выдержав, Аза взяла за руку Ларису и вывела в тамбур. Она долго рассматривала ладонь женщины и рисовала на ней указательным пальцем какие-то непонятные даже ей самой символы:

— Как приедешь домой, скажи своему мужу эти слова "Больше не пей. Так сказала Аза". С этого момента смотреть не сможет на горькую, не то что нюхать. И любить тебя будет, как в молодости. У вас три сына. А скоро родится дочка.

С недоверием смотрела Лариса на Азалию, сделав свои выводы относительно странной попутчицы. А когда выходила на своей станции, обернулась и сказала: "Если родится девочка, назову твоим красивым именем — Азалия".

Проводница Верочка, краем уха подслушавшая разговор в тамбуре, выжидала своего часа. Подкараулив Азу возле туалета, она пригласила девушку к себе на чай. И как та ни сопротивлялась, пришлось согласиться только с одним условием, что она больше никому о ней не расскажет.

Целый час Аза выслушивала жалобы Веры на свою горькую судьбу. И долго что-то шептала ей на ухо. Потом пошла в туалет и долго смывала водой с рук и лица наложенные соперницей проклятья.

Затем открыв окошко, долго дышала свежим ночным воздухом.

В город S прибыли на рассвете. Проводница Вера лично помогла сойти Азалии и прощалась с ней, как с лучшей подругой, пожелав искренне пожелав ей счастья в личной жизни.

На железнодорожной станции привычной суеты не наблюдалось. Аза поинтересовалась у старушки, которая вела свою корову на выпас, где находится автовокзал. Та указала на небольшое здание рядом со станцией. Спокойно приобретя билет до поселка Заречье, девушка с нетерпением ехала в небольшом автобусе. Вышла на трассе. Нужно было пройти еще добрых пять километров пешком, чтобы добраться до самого поселка.

Именно в этом момент Аза вдруг отчетливо поняла, что ей действительно нужно спешить. Какое-то необъяснимое чувство заставляло двигаться вперед все быстрее и быстрее.

У первой же попавшейся на дороге женщины поинтересовалась, где живет Шанита. Даже фамилию не пришлось называть. Видимо, старую цыганку в поселке хорошо знали.

— Торопись, девочка. У нее осталось совсем мало времени. А, может быть, потому и не может уйти, что ждет тебя.

Азалия бежала всю дорогу. И только увидев дом под самым лесом, остановилась перевести дух.

Здесь ей жить. Но что ждет впереди она пока не знала...

Продолжение

Глава 7

Шанита

Аза остановилась у дома, приютившегося под сенью леса. Сердце подсказало: "Здесь…" В дороге она безуспешно пыталась представить себе жилище Шаниты, рисуя в воображении покосившуюся деревянную избушку с заросшим бурьяном двором и скрипучей калиткой.

Но реальность оказалась иной. Домик ничем не выделялся среди прочих, разве что на калитке красовался странный символ, а справа, под небольшим козырьком, виднелась кнопка. Аза еще не знала, что никому, кроме избранных, не дозволено ступить на эту землю без согласия хозяйки. Лишь по зову ее.

Тихонько скрипнув, калитка открылась, словно приглашая, и Азалия, не замечая ничего вокруг, ступила на тропинку. "Сейчас я увижу Шаниту…" – эта мысль гнала ее вперед.

И хотя Шанита была старшей сестрой бабушки Земфиры, Аза не представляла, как выглядит старейшая женщина их рода. Сколько ни упрашивала она Земфиру описать сестру, та лишь отмахивалась, смеясь: "Сама увидишь – сразу узнаешь…"

У самого крыльца ее встретила незнакомка, кивнула в знак приветствия, указала на дверь и прошептала: "Она ждет…"

Во дворе суетились еще две старушки, приводя все в порядок, словно готовясь к важному событию.

Поздоровавшись, Аза вошла в распахнутую дверь, ведущую в темный коридор. Комната, в которую она попала в следующий момент, тоже была погружена в полумрак из-за опущенных штор. На столе горела одинокая свеча, наполняя воздух спертым запахом. В этом замкнутом пространстве было трудно дышать, но Азалия молчала, понимая, что сейчас это не главное.

Лишь вздрогнула от резкого карканья вОрона, сидевшего на жердочке у самого окна. Черная птица изучала ее, склоняя голову то в одну, то в другую сторону. В единственном глазу вспыхивал отблеск свечного пламени. Но страха Аза не чувствовала.

Она подошла к кровати, на которой лежала старая женщина. Ее лицо, испещренное сетью морщин, выражало не столько физическую боль, сколько муку от осознания того, что срок ее истек, а уйти не получается. Нос с горбинкой и седые волосы, рассыпавшиеся по подушке…

"Дождалась…" – от скрипучего голоса, прозвучавшего неожиданно, Аза вздрогнула.

– Уходите! Все! Все, кто поблизости! – крикнула Шанита так громко, что ее услышали во дворе и поспешили удалиться.

– Дождалась… Понимаю, не по своей воле задержалась моя преемница. Но мое время пришло. А жаль… Не успеем поговорить о многом… Но ты умная девочка. Во всем разберешься сама.

Неожиданно костлявая холодная рука Шаниты схватила Азалию за ладонь, вцепившись с неимоверной силой. На пальце блеснул перстень с черным камнем.

– Сними талисман с моей шеи. А кольцо оставь. Оно мое по праву и по наследству не передается. А теперь держи меня крепко и не отпускай ни в коем случае. И глаза закрой. А ты другая… Но ничего. Все равно из нашего рода.

Аза почувствовала необъяснимое волнение. В мгновение ока холодная рука цыганки стала обжигающе горячей. Все тело словно горело в огне. Но она терпела, веря, что сейчас совершается чудо – она получает знания всего их цыганского рода по женской линии. Дар…

Затем лицо колдуньи просветлело, став безмятежным – она освободилась от тяжкого бремени.

Очнулась Азалия от того, что все тело затекло. Открыв глаза, она обнаружила себя лежащей на полу рядом с кроватью Шаниты. На долю секунды ей явился призрак молодой прекрасной цыганки, какой Шанита была в юности. Затем видение исчезло, и перед Азой лежала лишь старая седая женщина. Лицо ее было спокойным. Как и душа, видимо.

Неожиданно двери и окна распахнулись настежь. Даже калитка заскрипела и отворилась. Ворон, громко каркая, вылетел в окно. Ведьмы Шаниты больше не было в этом мире.

Похоронили ее на следующий день. Никто из жителей поселка не пришел проводить в последний путь. Боялись. Хотя и помогли – вырыли яму, но поодаль, под самым забором. Лишь женщина, встретившая Азалию вчера, стояла рядом с девушкой.

Она представилась Ингой Альбертовной Вознесенской, соседкой Шаниты, и утверждала, что они были близкими подругами и помогали друг другу. Поминок не устраивали.

Когда Инга Альбертовна ушла, Азалия осталась совершенно одна в этом пока еще чужом для нее доме.

Наступила ночь, которую Аза должна была провести в одиночестве. Сон не шел. Девушка долго смотрела в окно. Звезды перемигивались в ночном небе, а луна, словно полновластная хозяйка, взирала свысока.

Было немного страшно, ведь ровно в полночь во дворе появились три тени. Они кружили и кружили, подобно стае темных птиц. Но никто не постучал в дверь.

Шепот за окном заставил прислушаться.

– Сестры, у нас проблема. Она – не наша… Мы не можем войти.

– Это потому, что она ждет дитя. Девочка. Но без способностей.

– Да она ведунья! Ого! Сюрприз… Будет нести добро и свет. Тоже неплохо. Присмотрим за ней. Один шаг – и она будет с нами.

Тени еще немного покружились и растворились, словно их и не было. "А может, мне это показалось?" – подумала Азалия, погружаясь в сон.

Неделя пролетела быстро. Аза еще не успела задуматься о будущем, о том, где искать работу. "Хорошо хоть специальность есть. Может, местной больнице нужна медсестра?"

***

Возле ворот остановился большой черный автомобиль. От калитки шел красивый темноволосый мужчина в черном костюме, и Аза вышла ему навстречу. Они остановились, долго рассматривая друг друга. Затем незнакомец протянул руку и представился:

– Османов Ярослав Константинович. Так вот ты какая! Та, которую ждала Шанита…

– Азалия. А вы кто? – мужчина усмехнулся.

– Внук Шаниты. Вы не знали? А в машине нас ждет мой дедушка. Да, да… не удивляйся… Это из-за него она сбежала из табора. Мы приехали навестить могилу бабушки. Проводить не смог, был в командировке, к сожалению. А дед сам уже не в состоянии. Составишь нам компанию?

– С удовольствием… Ой… Конечно…

На месте небольшого холмика возвышался огромный памятник из черного гранита. Это было неожиданно. Вот почему перешептывались жители на каждом перекрестке.

Во весь рост на нем была изображена Шанита. С развевающимися волосами и талисманом на груди, который в свой последний час она повесила на шею Азе. Она танцевала свой последний (или вечный) танец.

Одно слово – "Шанита"… Ни фамилии, ни отчества. Только имя…

И подпись: "Любимой Шани. Без тебя свет померк в моем сердце". Склонив голову, старик упал на колени и зарыдал. Ему было уже далеко за девяносто. В бесцветных глазах – грусть и тоска по любимой женщине: "Я скоро… – шептал он. – Долго не задержусь".

Обратно Азалию тоже доставили.

– Скоро встретимся, дорогая родственница. Приеду недели через две. Нужно мне с тобой пошептаться, посоветоваться.

– Но я ничего не умею… – попыталась возразить Аза.

– Это тебе только кажется… Вот, возьми на первое время, – мужчина протянул деньги.

– Но…

– Не возражай мне. Я лучше знаю. Шанита была бы рада. Мы с дедом живем в городе. А она не хотела. Считала, что ее место здесь. Или ей не позволяли. Так и жила одна, изредка приезжая в гости. Но дед ее любил… Редко сейчас встретишь такие чувства…

Ярослав сел в машину, завел двигатель и, не прощаясь, хлопнул дверцей. Лишь посигналил.

Через пять минут на телефон пришла СМС: "Скоро встретимся…"

Азалия даже не удивилась. "Значит, я здесь не одна. Неожиданно нарисовался родственник. Это уже неплохо…"

Продолжение

Глава 8

Прими себя такой, какая ты есть

Крики потревоженных лесных птиц нарушили тишину комнаты. Утром Азалия вскочила с постели, объятая тревожным предчувствием: "Две недели... Всего лишь две недели до приезда Ярослава. Что ему нужно от меня? Какой совет я могу ему дать? Я ведь совсем не готова... Или готова? Что-то нужно предпринять..."

Стоя перед большим старинным зеркалом, Аза изучала свое отражение. Она искала ответы, понимая, что Шанита перед тем, как уйти в мир иной, передала ей свой дар. Что-то же должно было измениться... Но она была все та же, что и раньше. Значит, не в этом дело. А может, так и надо... Быть таким же как все... И все-таки немного другим.

Выйдя во двор, Аза обошла весь участок вокруг дома. Аккуратная дорожка, выложенная темной плиткой. Вдоль нее росли розы. За домом — заброшенный сад. Среди буйства сорняков мертвый ствол дерева стоял как безмолвный страж. Девушка прикоснуться к нему, но вовремя передумала. От него веяло могильным холодом "Скорее всего это было место силы Шаниты. Пусть стоит, напоминая о ней..."

Потянуло ее в противоположную сторону. Роскошная березка манила к себе, подзывая подойти поближе, раскачивая ветвями и шелестом зеленых листочков рассказывая о своих тайнах. Азалия сорвалась с места, прильнула к белоснежному стволу, закрыв глаза. Мир растворился в блаженном спокойствии. Чистая энергия, словно живительный родник, наполняла ее, даря уверенность в своих возможностях и надежду на будущее.

"Это мое дерево. Мой причал. Место моей силы..."

Облегченно вздохнув, Азалия вернулась в дом, позавтракала и решила навестить могилу Шаниты. Идти с пустыми руками – оскорбление памяти. Схватив ножницы, она вышла во двор, ведомая таинственной силой. У куста с черными цветами сердце забилось быстрее. Приблизившись, она увидела, что бутоны – темно-красные, цвета запекшейся крови, будто символы жертвы и искупления. Издали же они казались черными, как сама ночь.

Незнакомка возникла внезапно. Не соблюдая правил приличия, нахально, без стука и разрешения, она вошла в калитку и промолвила:

— Здравствуйте! Я – Люся. Просто проходила мимо… Вижу, вы розы срезаете. А мне нужен букет для подруги, у неё сегодня день рождения. Я куплю у вас…

Торговля цветами не входила в планы Азалии, но молящий взгляд незнакомки растопил лед в её душе.

— Для Светланы? – коротко спросила она, словно услышала в голове голоса, нашептывающие это имя.

— Откуда вы знаете? Я же вам не говорила… Я недавно переехала сюда. Может, будем дружить? Вместе погуляем в лесу… – цыганкам навязанные подруги не нужны. Конечно, она пойдет… но одна.

Азалия пожала плечами:

— Для вашей подруги подойдут розовые. Я подарю вам три цветка.

Женщины на дороге, до этого оживленно переговаривавшиеся, замолчали, словно прислушиваясь к каждому слову.

— Видишь… Я же говорила… Она другая. Не такая, как Шанита…

Когда неожиданная посетительница ушла, Аза отправилась на кладбище. Она медленно шла по аллее, размышляя о бренности бытия. "Здесь, в этом царстве тишины, однажды окажемся все мы. Это последнее пристанище станет для нас домом".

Тишина и покой окутали все вокруг. Только над памятником Шаните кружили птицы, громко хлопая крыльями и выкрикивая зловещее "кар-кар". Две темные розы легли на такой же черный гранит. Девушка присела на скамейку и задумалась. Глаза закрылись сами и в ушах раздался голос Шаниты:

"Не волнуйся. Все у тебя получится. Дар пробудится после того, как ты примешь себя такой, какая ты есть на самом деле".

Дотронувшись рукой до камня, Аза прошептала: "Спасибо". Она получила напутствие, в котором так нуждалась. Одна из птиц отделилась от стаи и полетела следом за девушкой, словно ангел-хранитель.

Вернувшись домой, Аза, прихватив деньги, пошла в магазин. Купила немного продуктов и черную краску для волос: "Пора навести порядок в себе. Пора стать собой — цыганкой по имени Азалия".

И первое, что она сделала — перекрасила волосы, смывая с себя чужую жизнь. "Пока отрастут свои вечность пройдет..." Долго ждать. А ей не терпелось. Она вернула свой натуральный цвет — цвет ночи, цвет самой судьбы.

"Эти волосы даны мне при рождении. Пусть так и будет. Что еще принадлежит лично мне? Имя! Азалия... Аза... Цыганка... Неплохо. И даже красиво. А вот фамилия и отчество не мое. Это от отца... Значит, я имею полное право..."

Неожиданно в комнату влетел ворон. Он по-хозяйски своим темным взглядом осмотрелся и уселся прямо на плечо девушке. От неожиданности его появления все мысли вылетели из головы.

— Ты случайно здесь оказался?

— Нет, целенаправленно прилетел, — ворон мигнул одним глазом.

— И что это значит? Ты теперь мой? И будешь жить здесь?

— Ага... Присматривать буду...

— А имя... Назову тебя Кара, — они общались, обмениваясь мыслями. И ничего в этом не было удивительного.

Азалии показалось, что она услышала хриплый смех. Ворон перелетел на жердочку и отвернулся даже. Наверное, обиделся.

— Я тебе не девушка. Совсем не можешь отличить особь мужского пола от женского?

— Ладно. Прости. Будешь Карл... — он смотрел в окно, не реагируя никак. "Смотри какой разборчивый выискался. Все ему не так". — Блэк...

— Подходит.

Только собралась полюбоваться на себя в зеркале, как вошла Инга Альбертовна. Соседка Шаниты.

— Ну, что, Азалия, освоилась уже? — полюбопытствовала, с интересом разглядывая девушку. — Ты стала так похожа на прежнюю хозяйку этого дома. Даже еще красивее. Я приглашаю тебя в гости. И помощником уже обзавелась. Кстати, как его зовут?

— Блэк.

— Да. Это его имя.

Они медленно прошли к калитке в глубине сада, которая соединяла их владения. Женщина была еще не старая, но и не молода, конечно. Примерно лет шестидесяти пяти. Достаточно для того, чтобы набраться мудрости. Добрые грустные глаза. "Может, потеряла близкого человека? Или просто одинока?" — предположила Аза.

— Инга Альбертовна...

— Просто Инга. Отчество слишком заковыристое. Мы ведь будем подругами? Да и Шанита просила... позаботиться о тебе...

— А... Приглядеть за мной. Ясно. Но я тоже уже не ребенок.

— Вижу, что ждешь малыша. Я помогу. Из-за этого сбежала? — поинтересовалась.

— Нет. Отец хотел выдать замуж за мужчину из табора. А у него пятеро детей. В наказание за непослушание, — Аза положила руку на живот и прислушалась. — Девочка будет.

— Это хорошо. Но тебе нужно подумать, как создать малышке комфортное существование. Она же не может жить среди этих многочисленных баночек и скляночек? А еще будут посетители...

— Да кто ко мне придет? — усомнилась Аза.

— Придут те, кто ходил к Шаните. Это богатые люди... Но Шанита никогда не называла цену... Никогда. Каждый давал столько, сколько считал нужным. И поверь, это немало. Деньги для нее ничего не значили. Мне много помогла. Внуку. Добрая она была, хоть и темная. А ты другая. Ты светлая. В поселке ее побаивались. А к тебе люди потянутся...

Внезапно каркнул ворон.

— Твой? Домой зовет? Ну, иди. Заходи завтра. Я вообще-то собиралась поговорить о работе.

Блэк слетел на плечо. И они поспешили. Ворон наклонил голову к самому уху хозяйки.

Но Аза его не слушала. Она сделала сегодня важное открытие: у нее появились друзья.

Продолжение

Глава 9. Просто Азалия

С вечера у Азы были грандиозные планы на новый день. Она должна была посетить женскую консультацию, чтобы стать на учет по беременности. Долго раздумывала над этим вопросом. И решила пока повременить: "Не сейчас... Однозначно..."

Сложив приготовленный завтрак, состоящий из чашки чая и бутерброда с колбасой и сыром, на маленький серебряный поднос, девушка вышла во двор. Там прямо под огромной липой приютился небольшой столик, за которым всегда было можно позавтракать, пообедать или поужинать, не опасаясь припекающего с самого утра солнца. Тень, которую отбрасывали ветви, укрывала собою весь двор. В любое время суток.

Сделав последний глоток, Азалия достала колоду карт. Гадать на картах ее научила в детстве бабушка Земфира. Это у старой цыганки получалось здорово! Но Азе почему-то всегда хотелось взглянуть на ладонь. Правда, на своей собственной ладони она никогда ничего не могла разглядеть.

А ей срочно нужно было узнать, как сложится день. Это было важным. Вспомнив, что сегодня 15 августа, Аза отсчитала четырнадцать карт и вытащила пятнадцатую и следующую за ней. "Десятка червей и девятка бубен... Отлично. Намечается все-таки хорошее дело..." — она совершенно забыла о том, что должен приехать Ярослав.

Вернувшись в дом, Аза переходила из комнаты в комнату. Две половины этого домика были разделены небольшим коридором. Шанита жила в большой комнате, которая служила ей и кабинетом, и спальней, и гостиной. Другая половина состояла из двух комнат: одна маленькая, в которой девушка решила сделать детскую; а в другой будет жить она. "Так будет правильно... Вход для посетителей сюда будет закрыт".

Уже сейчас она понимала, что счастливые люди к ней не станут приходить. А только со своими неурядицами, проблемами и негативом. И не обязательно все это тащить в свою личную жизнь.

Долго кружила по комнате, не понимая куда ее тянуло. Остановилась перед старинной этажеркой и долго рассматривала книги, которые беспорядочно располагались на нескольких полках.

"Оказывается, Шанита была любительницей чтения... Так, так... Классика, детективы и даже несколько любовных романов", — взгляд молодой ведуньи задержался на потрепанной толстой книжке.

Взяв ее в руки, Аза долго смотрела на обложку. Только что там было написано "Книга кулинарных рецептов". А теперь — "Тайны темной ведьмы".

Раскрыв книгу на первой странице, Азалия так углубилась в чтение, что не услышала, как возле ворот притормозил автомобиль. Ворон Блэк подал голос, предупреждая о появлении гостя.

Подняв голову, Азалия встретила заинтересованный взгляд Ярослава.

— Добрый день, сестренка! Ты не удивляйся. Мы же с тобой родственники, хоть и дальние. Изучаешь рецепт приготовления щей? — мужчина повертел книгу в руках и положил ее на стол.

— Типа того... — Азалия ждала. Ведь не просто так он явился. Уж точно не ради встречи с ней. — Я жду, Ярослав...

— Можно, Яр или Ярик. Но только тебе разрешу... Так и быть.

— Ярослав. И точка. Мое имя прошу не коверкать. Азалия. Не только для всех, но и для тебя лично.

— Ладно. Я пошутил. Понял, что ты девушка серьезная. У меня к тебе есть дело. Сегодня у меня встреча с потенциальными продавцами. Собрался купить одну строительную фирму в области. Но что-то меня напрягает. Хотя в документации все чисто. Посмотри. Стоит ли ее покупать? — Ярослав протянул руку.

И Аза долго смотрела на раскрытую ладонь.

— Прости. Я так не могу. Я должна видеть этих людей, чувствовать их энергетику, — девушка пожала плечами.

— Хорошо. Тогда собирайся. Будешь присутствовать на встрече, как мой, скажем так, консультант. Но необходимо приодеться.

Азалия уже хотела обидеться, но передумала.

В ближайшем райцентре они посетили очень дорогой магазин. Аза долго бродила вдоль различных вещей: юбок, блузок, платьев. И остановилась на простом черном платье.

Переодевшись в примерочной, девушка вышла. И Ярослав не сразу ее узнал. "Да. Этот наряд ей к лицу. Черное платье. Черные волосы. Черные жгучие глаза. Настоящая ведьма".

— И на будущее: я не ведьма. Ведунья. Это разные понятия. — Аза с интересом наблюдала, как сменяются эмоции на лице Ярослава.

Ехали молча до города N. Азалия наблюдала за мелькающими пейзажами. Впервые со дня своего приезда, она покинула свой дом. "Свой дом..." Значит, уже прижилась.

— Азалия, мне кажется, что нас преследуют. Или показалось? — произнес единственный родственник. Аза оглянулась. Шоссе было пустынным. Ни одной машины.

— Птица. Она всю дорогу летит за нами.

— Не обращай внимания. Видимо, просто летит по своим делам, — успокоила. А может и нет. Но до этого ей не было никакого дела.

Офис Ярослава находился в большом многоэтажном здании. В приемной сидела блондинка с красивым кукольным лицом. При виде шефа вскочила со своего места и пролепетала:

— Здравствуйте, Ярослав Константинович.

— Регина, через пятнадцать минут у меня будут гости. Твоя помощь сегодня не нужна. Позвоню, когда нужно будет сделать кофе... Девушка, натянув на лицо недовольную маску, отвернулась.

Кабинет понравился. Большой стол. Стулья возле него. Кожаный диван. Несколько картин. Оформлен в мужском стиле. Ярослав расположился во главе стола, стул для Азалии поставил рядом, таким образом отделив ее от гостей.

Четверо мужчин в строгих костюмах вошли и поздоровались.

— Располагайтесь, господа. Это мой консультант — Азалия... — представил девушку Ярослав.

— Просто — Азалия, — дополнила слова босса Аза, испугавшись, что он произнесет ее фамилию и отчество. Это в ее планы не входило.

— Времени у нас мало, так что перейдем к самой сути. — Ярослав делал вид, что изучает документацию. Азалия же изучала незнакомых мужчин совершенно не стесняясь.

В этот момент раздался стук в окно. Ничего не было странного, если бы все сидящие в кабинете не знали, что они находятся на восьмом этаже. Абсолютно все повернули головы к окну, в том числе и Ярослав.

На подоконнике со стороны улицы сидел черный ворон. Он уже один раз стукнул в стекло, пытаясь привлечь внимание хозяйки.

Артур Завьялов, который был главным в этой делегации, вздрогнул: "Не к добру все это... Ох, не к добру".

"Блэк, все в порядке. Скоро выйду. Жди", — подала мысленный сигнал своему напарнику Аза. Тот все-таки не удержался, стукнул клювом еще раз, взмахнул крыльями и исчез.

Решения Ярослава ждали с нетерпением. Но Азалия наклонилась и что-то ему зашептала на ухо.

— Регина, принеси гостям кофе. Извините, нам нужно посовещаться.

В прихожей Аза указала глазами на кабинет рядом. Он пустовал. Ярослав прислонился к столу, Аза подошла к окну.

— Что скажешь?

— Не советую. Трое из них мне совершенно не понравились. Глядя на главного, вдруг мои мысли стали не моими. Скорее всего его. "Давай уже... Подписывай... Пора делать ноги..." Взгляды настороженные. Руки сложены на груди. Или сцеплены в замок. Только один был не в теме.

— Так ты не советуешь?

— Нет. Я очень хорошо умею читать мимику лица. Знаю язык тела. Этому научила Земфира. Эти простые истины должна знать каждая цыганка с детства. Это основа гадания.

— Я тебя понял. Спасибо.

— И мой тебе совет: смени секретаршу. Личико смазливое, но не дура. Она прослушивает все твои разговоры. На кого работает не знаю. Лучше заведи пожилую тетечку. Будет больше пользы...

— Жди меня здесь, — Ярослав вышел, бросил сердитый взгляд в сторону Регины.

"Придется уволить..." — решил он с сожалением. Конечно, она мужчину вполне устраивала своей уступчивостью, но дело важнее всего.

Продолжение

Глава 10. Абсолютно счастлива

— Подожди меня здесь... — дверь за Ярославом закрылась.

Азалия посмотрела еще раз в окно. Вид с высоты открывался потрясающий. Город был как на ладони. И он весь утопал в зелени. Чувствовалось приближение осени: макушки деревьев уже порыжели. Любила Аза это время года. Именно в эти месяцы она чувствовала покой и умиротворение, перемешанное с легкой грустью.

Гости с нетерпением ждали. И Ярослав, стараясь подобрать слова для отказа, наконец-то вынес свой вердикт:

— Я пока повременю, Артур, с покупкой твоей фирмы. Через пару дней соберу комиссию. Она разберется, проанализирует положение дел...

— Все, Ярослав, я понял. Даже если захочешь, именно тебе не продам, — заявил оскорбленный Завьялов. "Все эта ведьма виновата. С ней нужно или разобраться, или привлечь на свою сторону..."

— Благодарю за помощь, Азалия, я свободен. Давай сходим в кафе. Ты, наверное, голодна.

— Согласна. И у меня к тебе есть просьба, — просить Азе никогда не приходилось, и она выглядела смущенной.

Когда принесли десерт, Азалия, запинаясь, рассказала мужчине о своих проблемах.

— Так что я бы хотела поменять фамилию и отчество. Но сделать это нужно так, будто я потеряла документы.

— Понял. Ты хочешь, чтобы тебя никто не нашел. Ну, что ж. Готовься. — Ярослав взял в руки телефон и позвонил своему другу. Тот, как обычно, ни о чем не расспрашивал. Только попросил привезти фотографии.

И через три часа больше не существовало той Азалии, которая недавно приехала. Появилась новая — с тем же именем, но с другой фамилией и отчеством.

Потом Ярослав вдруг решил, что без транспорта ей будет трудно жить. От нового автомобиля девушка категорически отказалась. Но он с трудом уговорил ее на свой старый Фольксваген. Сделали доверенность быстро после того, как был получен новенький паспорт.

Азалия уже ничему не удивлялась. Оказывается, деньги играют в жизни огромную роль. И, конечно, наличие друзей и знакомых.

"Видимо, он заботится обо мне по просьбе Шаниты..."

— А скажи, Ярослав, где я могу нанять строителей для перепланировки дома? — мужчина долго смеялся. И пообещал завтра прислать бригаду.

Удивительный день близился к своему завершению. Пора было отправляться домой. Она возвращалась в своей собственной машине, за рулем которой сидел личный водитель появившегося так неожиданно брата.

Ехали молча. Мужчина, представившийся Сергеем с подозрением посматривал в сторону девушки с необычной внешностью. Изредка он бросал взгляды на часы, о чем-то беспокоясь. Все это девушка моментально подметила.

— Порулить хочешь? — спросил коротко, когда выехали за город.

— С удовольствием...

Еще два года назад Аза посещала курсы вождения и даже получила права. Отец тогда обещал на двадцатый день рождения подарить автомобиль. Но мечта не осуществилась по известным причинам. А теперь — вот, радуйся, Аза! Без машины действительно было бы сложно, когда ты живешь не в городе, а в поселке.

Когда садилась за руль, их руки случайно соприкоснулись.

— Прости, Сергей. Ты должен быть не здесь. Кого ждешь?

— Дочку. Так сказали врачи... — его жена была беременна, и они ждали появления первенца со дня на день.

Азалия улыбнулась.

— Вернешься домой — а у тебя сын! Счастливым будет и здоровым, как богатырь. Только не называйте его слащавым именем. От имени многое зависит. Поздравляю!

— Спасибо. — Сергей в волнении набрал номер жены. Но ему никто не ответил. Позвонил теще.

— Мальчик, Сереженька! Мальчик!

— Назову Тимуром. Подходит? — Азалия кивнула. Улыбаясь, наблюдала за радостным лицом мужчины. Он светился от счастья!

"А моя малышка? Кто будет ей рад в этом мире, кроме меня?"

Отогнав от себя печальные мысли, девушка въехала во двор своего дома. Сергей тот час вызвал такси и помчался обратно.

Дома ничего не произошло за время ее отсутствия. Блэк сел на плечо.

—И зачем ты пугал людей, стуча в окно восьмого этажа? — недовольно спросила.

— Я хотел поддержать тебя. Сказать, что все в порядке. — Блэк сделал вид, что обиделся. Он неистово чистил свои растрепавшиеся от полета перья.

Выйдя с чашкой чая на крыльцо, Аза присела на ступеньки.

На поселок опускалась ночь. Звезды перемигивались. Неожиданно одна звезда вспыхнула и пропала. Потом другая. Они просто сгорали одна за другой. Такой звездопад она уже наблюдала.

Да, удивительный месяц август... Небо висит над самой головой. Звезды становятся ближе. А если повезет, то можно наблюдать звездный дождь. Главное, успеть загадать желание. Но она не успела. Как обычно. Как всегда.

Посмотрела на телефон. Он молчал. Некому было ей позвонить. Друзей пока можно было по пальцам пересчитать. И от бабушки Земфиры никаких сообщений не приходило. Сама звонить Аза опасалась.

Фото. Еще раз открыла фото с выпускного вечера. Этот Кирилл все также улыбался. И сердце Азалии стучало так же быстро, как и в тот вечер, когда она его встретила.

"Однолюбка ты, Азка... Влюбишься раз — полюбишь на всю жизнь. Трудным будет твое счастье..." — слова бабушки Земфиры застряли в голове.

Вспомнила, как тогда спросила: "А как узнать счастлив ли человек?"

Усмехнулась старая цыганка: "У каждого свое понимание счастья. Кто-то находит счастье в детях. Кому-то нужен мужчина... У тебя же есть еще и предназначение. Будешь помогать людям".

Может быть и так... Но сегодня Азалия была счастлива.

День был удивительным. Смогла помочь Ярославу. Получила подарок своей мечты — автомобиль. "Вот еще приведу дом в порядок. Рожу себе дочь. Что еще надо?"

Да, именно сегодня этого было достаточно, чтобы чувствовать себя счастливой. А завтра будет новый день...

"Все. Больше помощи от Ярослава не приму. Хватит. Должна научиться жить самостоятельно", — решила для себя девушка.

Перед сном достала еще раз паспорт. Полюбовалась фотографией, на которой выглядела вполне прилично. Прочитала фамилию, имя, отчество. Вздохнула.

Легла и, укрывшись теплым пледом, подумала еще раз: "Больше нет Тимошенко Азалии Богдановны, а есть..."

Глаза закрылись, и она уснула.

Продолжение завтра

Глава 11. Кто предназначен судьбой

Строители приехали с самого раннего утра.

Ровно в 8 часов, когда Аза еще сладко спала, в дверь громко и требовательно постучали. Спросонья девушка не поняла, кто ломится в ее дом. Но когда, накинув цветастый халатик, увидела во дворе целую бригаду, смутилась.

— Извините, не ожидала, что вы приедете сегодня. Я еще даже не собрала вещи, — залепетала, краснея под заинтересованными взглядами молодых людей.

— Ничего страшного. Ярослав просил нас помочь в этом деле. А потом я составлю план работ. Меня зовут Василий Петрович. Можно, просто Петрович. Хлопцы, и чего замерли? Работа ждать не будет...

В течение нескольких часов большая комната была освобождена. Петрович по-хозяйски переходил из одного помещения в другое, что-то чертил в блокноте и записывал.

— Азалия, вы не волнуйтесь, идите по своим делам. Ребята у меня в бригаде честные. Ничего не пропадет.

— Тогда я отлучусь ненадолго в поликлинику.

Девушка вздохнула с облегчением. Этот мужчина лет пятидесяти с копной седых волос внушал доверие. И Азалия начала собираться. Остановилась перед зеркалом и долго вглядывалась в свое отражение. На нее смотрела красивая черноволосая девушка. Но Азе она совсем не нравилась.

"Не я это... Совсем не я. Чего-то не хватает".

Естественно, она вдали от своего табора, от сородичей начала превращаться в обычную современную девушку, каких вокруг было множество. А ей хотелось быть не такой, как все. Выделяться в толпе. Чтобы привлекала внимание. Чтобы запомнили...

Конечно, в цветастой юбке вот так сразу Азалия опасалась выйти в поселок. Не мешало еще, чтоб вслед ребятишки кричали: "Цыганка идет..."

В шкатулке отыскала коричневый шнурок, который сплела сама пару лет назад и повязала его по контуру лба, распустив длинные волосы по плечам. Большие серьги-подковы с разноцветными камешками внутри украсили ее уши. Минимум макияжа... И Аза осталась довольна своим внешним видом, наконец-то. И ничего что в белой маечке и джинсах... Главное, как себя ощущаешь. "Придет время и я стану собой..."

Врач, в кабинет которой вошла Азалия, сразу поняла, что перед ней не совсем обычная девушка. Но она тактично промолчала. Осмотрела пациентку. Дала направление на анализы и назначила дату следующей консультации.

— Срок беременности еще маленький. Если вы хотите узнать пол ребенка, то пока рано.

— Я и так знаю. У меня будет девочка. Но если нужно, то УЗИ сделаем. До свидания.

Аза торопилась домой. Оставив машину у ворот, вошла во двор, где ее ждала посетительница. Она сидела за столиком в тени дерева и постоянно оглядывалась по сторонам, словно боялась что ее кто-нибудь увидит.

Это была первая сплетница поселка Лидка Курочкина, которая пришла сюда, поспорив с такими же, как сама, кумушками. Надо же было выяснить, кто такая эта Азалия. На что способна, в конце концов... Шаниту все остерегались, но ее знали. А этой пока не доверяли и остерегались.

Уходила женщина довольная и счастливая, узнав что скоро в гости приедет сын. Да еще вместе с невестой... "Вот и оценим способности Азалии", — шептала себе под нос Лидия.

Но то, как они разговаривали, заметил Василий Петрович. Зная, что бабушка Ярослава, Шанита, была известной в округе гадалкой, мужчина сделал свои выводы. И только перед самым отъездом он решился обратиться к Азалии с необычной просьбой.

— Так ты тоже... это... гадаешь... предсказываешь, как Шанита? — Петрович не знал, как начать разговор. Его жена Тамара просила спросить на счет дочери Аллы. Их единственной доченьке уже было под тридцать... Красива. Образованна. Мужики засматриваются. Но почему-то замуж никто не звал. Тамара говорила, что, возможно, кто-то навел на нее порчу. А внуков хочется. Давно пора...

— И что вас интересует, Василий Петрович? Свою судьбу узнать желаете? — заглянув в самую душу, поинтересовалась Аза.

— Нет. Что ты? — мужчина закатил глаза и замахал руками. — Мы о дочке волнуемся.

— Привозите ее завтра. Или сама пусть приедет. Посмотрю...

Азалия видела, как переживает этот добрый мужчина. Он любил свою жену и дочь. Ценил семью. Но чего-то не хватало для полного счастья...

На следующий день автомобиль строителей прибыл во время. И в этот раз Аза не проспала. Позади высоких парней в запыленных комбинезонах шла высокая стройная девушка. Красивая... но с ироничной улыбкой, она словно недоумевала, куда попала и что здесь делает.

Азалия поздоровалась и пригласила эту Аллу в беседку. Кабинета у нее пока не было, но девушка рассчитывала, что перепланировка ее жилья не займет много времени. Петрович обещал управиться за два месяца.

Алла осмотрела цыганку с головы до ног. Какие для себя выводы она сделала, было непонятно. Но ясно было одно: в эту ерунду девушка не верила.

— Дайте мне свою руку и назовите ваше полное имя, — начала свой сеанс Азалия.

— Алла, — посетительница лениво протянула ладонь, бросив недоверчивый, но многозначительный взгляд на ведунью.

"Да. В жизни этой молодой женщины все не так просто. Но в этом виновата она сама", — подумала Аза. Но как сказать, чтобы не обидеть?

— Алла, в вашей жизни слишком много мужчин. Из-за них тот, кто предназначен вам судьбой, остается вне поля вашего зрения. Вы просто не обращаете на него внимания.

Девушка подняла заинтересованный взгляд и посмотрела Азе в глаза.

— Нельзя брать чужое. Оно не ваше... Как только вы это поймете, то сразу на вашем горизонте появится мужчина, который предначертан вам судьбой. Для того, чтобы сделать правильные выводы, у вас есть неделя. Потом время будет упущено. Я думаю, вы хорошо понимаете, о чем я говорю.

— Спасибо, — удивленно пробормотала женщина. Только что она увидела свою жизнь со стороны. Встречи с мужчинами, у которых были жены, дети... Участь любовницы ей порядком надоела.

— Ну, что, Азалия, все так безнадежно? — спросил Петрович.

— Надежда еще есть. Но я же не волшебница. Ваша дочь должна сама решить, как ей жить дальше.

Еще долго Азалия сидела в беседке, раздумывая над тем, как сложно жить. Но ей было всего двадцать, и она пока не переживала, где бродит ее судьба. Больше волновал вопрос, как существовать среди этого ремонта. Ни отдохнуть. Ни поесть нормально...

Инга Альбертовна, появившаяся неожиданно у калитки, с укоризной произнесла:

— Аза, а я тебя все жду и жду... Закрывай дом на ключ. Сегодня переночуешь у меня.

А дом у Инги был огромным. Азалия удивилась даже. Целых два этажа. Множество окон. В некоторых горел свет. И территория вокруг была соответствующей. Фонтанчик у входа. Красивые клумбы. Аллейки, уходящие в парк. И вывеска над дверью: "Настроение 50+".

— Инга, а что означают эти цифры? — поинтересовалась девушка.

Инга Альбертовна засмеялась.

— Так у меня здесь дом отдыха. Или я его называю пансионат. Путевки недорогие. Но поселиться и отдыхать здесь могут только те, кому уже за 50. Мне шум ни к чему. А люди приезжают... Места у нас красивые... Лес... Озеро... Прогулки в парке... И тишина... Этот дом мне достался по наследству... Здесь и мои апартаменты. Но об этом потом расскажу.

У Азалии громко заурчало в желудке. Так захотелось есть, что даже закружилась голова.

Неожиданно Блэк приземлился на плечо хозяйки. Инга не удивилась:

— Охраняет? Боится оставить одну? Но сегодня, дружочек, придется тебе переночевать на дереве. Не думаю, что отдыхающие будут рады такому соседству... Пошли скорее. Тебе надо поесть.

Женщина улыбалась.

"Аза, я не хочу ночевать на улице..."

"А придется..."

"Может быть, ты что-нибудь придумаешь?"

"Конечно. Когда все улягутся, я открою форточку..."

Блэк покосился в сторону хозяйки пансионата, мигнул темным глазом и скрылся среди ветвей.

Продолжение

Глава 12. Послание от Шаниты

Спать в чужом доме было некомфортно. Аза часто открывала глаза среди ночи и долго смотрела в потолок. Блэк, сидя на форточке, постоянно топтался, иногда чистил перья, недовольно что-то бормоча.

Ранним утром проснулась Азалия в небольшой уютной комнатке, с трудом сообразив, где она находится. Минимум мебели. Тяжелые шторы на окне закрывали и без того маленькое окошко. Блэк уже улетел по своим птичьим делам.

Зато вид из окна открывался чудесный. Азе показалось, что она очутилась в волшебном лесу: деревья были высокими и нарядными, цветы на клумбах еще пестрели, птицы старались на все лады... Хотя уже была середина сентября.

От созерцания этой красоты ее оторвал тихий стук в дверь.

— Аза, девочка моя, ты уже проснулась? Пора завтракать. Жду тебя в столовой, — это беспокоилась Инга Альбертовна.

Сырники со сметаной были восхитительными, чай ароматным. Но стремление держать все под контролем было сильнее всего в этот миг,значит, нужно наведаться домой, проверить, как продвигается работа.

Инга же настойчиво взяла Азу за руку и повела по своему пансионату, показывая все комнаты, кабинеты, знакомя с работниками. А потом сказала:

— Азалия, я уже приняла медсестру, хотя обещала это место тебе. Но у меня есть идея получше: предлагаю тебе должность администратора.

— Но вы же и сами справляетесь... — пыталась отказаться Аза.

— Да. Пока справляюсь. Но мне уже не двадцать. Болезнь. Тем более по секрету скажу: осталось у меня всего два-три года. Так врачи постановили. Увы, эта болезнь не оставляет никаких шансов. Да и возраст... А за три месяца, что ты будешь у меня жить, я тебя всему обучу.

— Какие три месяца? Петрович обещал закончить за два.

— Ой, я тебя умоляю... Где два, там и три.

Инга умоляюще смотрела на Азу, и та не смогла ей отказать. Она чувствовала, что эта женщина слишком одинока.

— А родственники? У вас же есть кто-то близкий? — поинтересовалась невзначай. Не хотелось, чтобы завтра приехала какая-то мадам и устроила концерт. А она ведь ни о чем таком даже не помышляла.

Инга махнула рукой:

— Есть, конечно. Но им не до моих забот. Я понимаю, что у тебя скоро будет ребенок. Но ты — молодая... Справишься. Няню наймем. Все равно необходимость в ней появится. У тебя ведь будут посетители.

На этом и порешили.

Чувствовала Азалия себя отлично. Хоть и приходилось много работать, но после обеда, чтобы набраться сил, она уходила в парк, плавно переходящий в лес.

Ей была просто необходима эта царственная тишина, которая наступала в некоторые моменты. Так-то абсолютной тишины не было. Разноцветный ковер шуршал под ногами, хотя Аза старалась ступать осторожно. Изредка были слышны прощальные крики птиц, которые долго кружили в вышине яркого синего неба. С тихим шепотом, подхваченные легким дуновением ветра, падали листья самых разных оттенков.

А потом наступала эта завораживающая тишина. Природа замирала. Тогда Аза садилась под деревом, закрывала глаза и слушала... Тишину.

И даже в эти моменты она не чувствовала себя одинокой: "У меня есть дом. Скоро будет дочь. Инга Альбертовна. Надо ей помочь. В поселке приняли. Или нет? Да и какая разница".

Хоть Азалия этого и не знала, но в поселке ее стали уважать. И все благодаря Лидке Курочкиной, к которой действительно приехал сын и привез с собой невесту.

— Это она мне нагадала, — хвасталась перед женщинами сплетница, делая гадалке своеобразную рекламу.

— Она добрая. И калитка у нее всегда открыта. Кому надо — заходи. Я была... Всю правду сказала. И отвар для Семки дала, чтоб горькую не употреблял. — Анна Митрофановна с соседней улицы тоже была довольна.

Действительно, как и предполагала Инга, ремонт растянулся. Уже заканчивался третий месяц. Еще пару дней, и можно будет вернуться домой. А пока Аза сидела в своей комнате и разбирала содержимое шкатулки, которую обнаружила на дне старинного комода.

Фотографии... На одной она узнала свою бабушку Земфиру, когда та была совсем девчонкой. А здесь молодая женщина. Скорее всего дочь Шаниты, мать Ярослава. Красивая.

Шкатулка была доверху набита какими-то бумагами, под которыми лежало письмо. Одно письмо, запечатанное обычным канцелярским клеем, и подпись сверху "Для Азалии".

"Что бы это значило?" — Аза повертела конверт, изучив его со всех сторон. И даже понюхала на наличие посторонних запахов. Ничего. Только отпечаток пальца Шаниты. Как подпись. Как печать. Своеобразное предостережение для любопытных. И девушка решила: посторонний человек прочитать содержание этого письма не смог бы.

Блэк нетерпеливо вертелся на плече. И Аза открыла его. На небольшом тетрадном листе в клеточку корявым почерком было написано:

"Здравствуй, Аза. Если ты читаешь мое послание, значит все в порядке. Я рада, что передала свой дар. А он предназначался именно тебе. Давно ждала твоего появления. Не удивляйся, но я заранее просмотрела твою судьбу. Ее ты изменила сама, так что это не моя вина. Когда? А в тот момент, когда познакомилась с мужчиной в ресторане.

Но не огорчайся. Здесь жить тоже можно. И не печалься: одинокой ты не останешься... Если, конечно, не допустишь моих ошибок. Но здесь уже все зависит от тебя. Поступай, как велит тебе сердце. А судьба найдет тебя сама. Мой дар в надежных руках. Ухожу спокойно. Шанита".

Послание от Шаниты взволновало девушку. И она еще долго размышляла о словах старой ведьмы. Открыв телефон, посмотрела на того, кто запал в сердце. Неужели такое возможно? Один вечер. Одна ночь. И ребенок, который будет напоминать всегда.

Через пару дней все работы в доме были закончены, мебель расставлена по местам. Проверить приехал сам Ярослав. Но долго не задержался. На слова благодарности только отмахнулся и сказал: "Мы же близкие люди..."

До Нового Года оставалось две недели. И Азалия решила съездить в районный центр. Хотелось купить подарок для Инги Альбертовны. Скорее всего это будет картина или ваза.

Припарковавшись возле торгового центра, Азалия медленно шла по дорожке, припорошенной снегом. Люди сновали взад-вперед. "Нет, в большом городе мне точно не место. Не люблю этой суеты и шума". В ее положении упасть было нежелательно, поэтому девушка внимательно смотрела под ноги.

Неожиданно кто-то окликнул ее по имени. Аза вздрогнула. Знакомых в городе у нее не было. "Неужели кто-то из прошлой жизни? Этого только не хватало..." — с этой мыслью она оглянулась.

Перед ней стоял мужчина, которого она бесспорно узнала. Просто забыла о нем.

Это был Артур Завьялов. Собственной персоной... Тот, с кем Азе определенно не хотелось встречаться. Но придется...

Продолжение

Глава 13. День неприятных встреч

Оглянувшись, Азалия увидела мужчину и поняла, что это он ее окликнул. Лицо было знакомым, хотя девушка точно знала, что лично с этим человеком никогда не общалась.

— Здравствуйте, Азалия. Вы меня не помните? Я Артур Завьялов. Мы встречались с вами у Ярослава.

— Вспомнила... Здравствуйте, Артур! Задумалась немного. И, наверное, не ожидала, что в этом городе меня знает хоть кто-нибудь. Вы что-то хотели мне сказать, Артур?

Восстановив в памяти подробности той встречи, Аза поняла, что неприязнь к этому человеку никуда не ушла. "Интересно, что ему от меня нужно?"

— Я просто хотел поговорить. Уделите мне несколько минут. Может, зайдем в кафе, выпьем по чашечке кофе. Это разговор не для улицы.

В кафе было мало людей. Столики были свободны — выбирай любой. И они разместились у окна. Пока Артур делал заказ, девушка смотрела в окно.

Не любила она декабрь. Совсем не любила. Вроде бы уже зима, но еще не вступила в полную силу. Погода больше напоминает позднюю осень. Вот и снежинки неожиданно полетели, медленно кружась и тихо ложась на все вокруг. Красиво. Но грустно... Потому что соприкасаясь с оконным стеклом, они стекали вниз каплями дождя. Таяли. Были похожи на слезы.

И от этой грусти не спасали даже мигающие в витринах магазинов огоньки. А люди спешили по своим делам: "Готовятся к празднику. Наверное, бегут за новогодними подарками для близких и друзей..."

Как бы ни старалась Аза думать, что все у нее в порядке, но надо было сознаться самой себе в том, что все-таки ей не хватало общения. Друзей так и не завела. Бабушка Земфира где-то далеко. Об отце не хотелось вспоминать.

Оторвал Азалию от грустных размышлений о своей жизни голос Артура, который поставил перед ней чашечку кофе и пирожное на маленьком блюдце.

— А скажите, Азалия, тогда Ярослав не купил у меня фирму по вашему совету?

Врать не хотелось, и она кивнула.

— А вы знаете, с тех пор у меня дела так и не наладились. Наоборот даже. С каждым днем ухудшаются. Надеюсь, что в этом нет вашей заслуги...

Такого обвинения в свой адрес Азалия не ожидала. "А что думала? Все будут восторгаться? Хотела быть не такой, как остальные? Вот тебе и первая ответка прилетела". И все равно Аза посмотрела на мужчину с укором.

— Не волнуйтесь только. Вам же нельзя. Особенно в вашем положении. Хочу узнать, как у меня дела пойдут дальше. Поможете?

Отказать Аза не имела права.

— Дайте вашу руку... — девушка долго вглядывалась в линии на ладони, смотрела в карие глаза, пытаясь отыскать хоть что-то положительное. И нашла, наконец-то.

— У вас все получится. Только не в этом городе. Здесь вы уже зарекомендовали себя...

— Но... — пытался возразить Артур, побледнев.

— И я здесь вообще не причем. Все люди немножко обладают способностями. Особенно много среди нас эмпатов. Они чувствуют ваше эмоциональное состояние, а особенно ложь. Так что у вас есть два пути: либо работать честно, либо научиться контролировать свои эмоции. Извините, Артур, больше нечего вам сказать. Тороплюсь по делам.

Она уже была в дверях, когда мужчина спохватился. начал шарить по карманам, вытащил бумажник и даже догнал, но цыганка отрицательно качнула головой, отказываясь от денег.

Прежде чем выйти из кафе, Аза вошла в туалетную комнату, помыла руки и лицо под проточной водой, чтобы снять с себя чужой негатив. Только на улице вздохнула с облегчением.

Сначала забрала документы на дом, который теперь стал ее собственностью. Оказывается, уже прошло шесть месяцев. С момента, как не стало Шаниты. С того времени, как она уехала из своего цыганского табора в неизвестность. Как быстро летит время.

Но она ни о чем не жалела. А совсем скоро вообще не останется времени для грусти и скуки. Улыбнувшись, она положила руку на живот. Она будет защищать свою малышку всегда и от всех.

Осадок все-таки остался от этой неожиданной встречи. Сама виновата. Забыла перед поездкой разложить карты. Они бы точно ей сказали, что лучше сидеть дома.

Приобретенная картина для Инги Альбертовны лежала на пассажирском сиденье. Аза возвращалась домой. И при этом настроение у нее улучшалось с каждым километром. "Как же удержаться и не подарить этот подарок до праздника?" — думала Азалия.

Подъезжая к дому, у ворот девушка заметила серебристый автомобиль, возле которого нервно вышагивала симпатичная блондиночка в белой шубке.

"Определенно сегодня очень суматошный день. И не тринадцатое число... А... сегодня понедельник. Тяжелый день. Говорят, лучше никаких дел не начинать с понедельника. Хотела отдохнуть и вот опять..."

Азалия уже чувствовала, что встреча с этой дамочкой испортит этот тяжелый день до конца.

— Милочка, я вас уже целый час дожидаюсь. Окоченела вся от мороза. Где же вы были? Меня зовут Раиса. И мне очень важно с вами встретиться именно сегодня, — молодая женщина тараторила так быстро, что Азе хотелось закрыть уши и сбежать на край света. Но в этот момент Блэк пролетел так низко над головой незнакомки, что она, испугавшись, закричала.

— Эта птица чуть не испортила мне прическу! Она ваша? — Аза пожала плечами, оставив вопрос без ответа.

Но она не могла... Не могла сбежать. Не смела отказать...

— Проходите, Раиса. А вы разве записывались на прием? Сейчас я проверю журнал регистрации. — Азалия села в кресло и вытащила небольшой блокнот.

— А мне не говорили, что у вас прием по записи. Извините... — дама сделала несчастное лицо, и слезы уже были готовы брызнуть из глаз. — У меня безотлагательное дело. Мне нужно срочно знать...

"Ну и артистка... сцена по ней плачет".

— Покажите вашу ладонь. — Азе все сразу стало понятно. Но чтобы эта встреча оставила неизгладимое впечатление для Раисы, она зажгла свечи и разложила карты. Нужно было поддерживать свой имидж роковой гадалки. Чего не сделаешь ради рекламы...

— У моего любимого Борюсика случился инсульт. И сейчас он находится в реанимации. Я хочу знать, к чему быть готовой. Понимаете ли, у него трое детей от предыдущих жен. И они уже приехали. Слетелись, так сказать, как вОроны... А мы с ним даже не расписаны. Но ведь гражданский брак — тоже брак?

— Вы обратились не по адресу. С такими вопросами нужна консультация адвоката.

— Да, да... Знаю. Но вы же видите хоть что-нибудь. — Раиса потрясла рукой с ярким лаком на длинных ногтях перед самым лицом Азы.

— Конечно. Дети — законные наследники. Все имущество будет разделено между ними в равных долях. И вас муж не забыл. Он оставил вам квартиру. Что-то связано с лесом... Да, точно... в лесу.

— На Лесной, что ли? Видимо, это завещание он составлял под давлением со стороны. Но это же комната в коммунальной квартире... И как я там буду жить?

— Не знаю. Но думаю, что это лучше, чем оказаться на улице.

Положив конверт на стол, Раиса удалилась, явно недовольная результатом похода к такой дорогостоящей гадалке.

Азалия задумчиво смотрела на огонек свечи. "Вот глупая эта Раиса. Думала, что пожилые мужчины глупцы. Хотела воспользоваться... Но получилось наоборот. Сама осталась ни с чем".

Потушив свечу, закрыла кабинет и побежала к Инге. Надо было узнать, как чувствует себя женщина. Приболела немного. А возраст не молодой.

Ингу Аза обнаружила в большой оранжерее. Эту комнату она девушке не показывала еще. Скорее всего забыла.

Через стеклянную дверь Азалия наблюдала, как пожилая женщина опрыскивает цветы. На ее лице царило умиротворение. Как только вошла, какая-то птица с громким криком слетела с самой верхушки пальмы и уселась Азе на плечо, совсем как Блэк.

— Азочка, это Иннокентий, мой пернатый друг. Так что не только у тебя есть птица. А этот черный проныра — Наполеон. Ласковый очень, но гуляет сам по себе.

— Кеша — хороший... Поль — хороший...— вопил хриплым голосом попугай.

— Что-то я устала сегодня. Пошли пить чай.

Две женщины, молодая и пожилая, шли рядом под руку. Им всегда было о чем поговорить...

Продолжение

Глава 14. Я назову ее Дарина

Незаметно прошли все праздники. На смену январю пришел февраль, а за ним и март. Аза все чаще прислушивалась к своим ощущениям. Должна же она понять, когда на свет появится ее малышка. То, что это будет девочка, она знала с самого начала. Но когда?

Положив руку на большой живот, Азалия закрыла глаза. Стало так спокойно, как никогда раньше. Азе казалось, что ее окутало каким-то невероятным светом, от которого исходило приятное тепло. Маленькая белокурая девчушка в розовом платьице бежала ей навстречу, раскинув руки в стороны. Ее светлые волосики развевались. А вокруг головы появилось свечение.

"А они говорили, что у нее не будет дара. А я его вижу... будет... Она — светлая. Чистые мысли, поступки... Возможно, не сразу проявится", — сидя в кресле Азалия улыбалась, стараясь запомнить ту, с которой скоро должна встретиться. Девочка пробежала мимо столбика с маленькой прямоугольной табличкой, на которой на минутку высветилась цифра 30.

И в ту же секунду Азалия открыла глаза. Что это было? Она сидела в кресле, поглаживая живот. Малышка толкнулась прямо под ее ладонью.

"Что это было? Неужели тридцатого? А сегодня — двадцать девятое..." — она заметалась по комнате, пытаясь собрать в сумку все необходимые ей вещи. Должна была приготовить заранее. Но ей все казалось, что еще не время.

От этого занятия Азалию отвлекли непонятные звуки, которые доносились с улицы. Из окна ничего не было видно. И тогда, накинув пальто, она выбежала на улицу.

Над ее домом кружились аисты. Девушка удивилась, потому что был только конец марта. Откуда ей было знать, что эти птицы прилетают так рано? Ведь это была первая весна в этом месте.

А они все кружили и кружили, словно выбирая, где им свить гнездо. Одна из птиц приземлилась на верхушку высохшего дерева Шаниты. Видимо, это был самец, потому что он тот час же закинул голову на самую спину. Вот тут-то Азалия и услышала барабанную дробь. Он, щелкая своим клювом, исполнял брачную песню, призывая подругу, любимую. Не раздумывая долго, она разместилась рядом с ним.

Полюбовавшись на неожиданных соседей, Аза собралась уже вернуться в дом. Но еще одна пара аистов опустилась на крышу, тоже предварительно кружилась, будто проверяя, а по адресу ли они прилетели. И все повторилось сначала. Пощелкивания. Ухаживания. И первые ветки для гнезда.

"Неужели у меня будет двойня? Не может быть... Врач с уверенность говорила, что..." — сидя у окна, Аза прислушивалась к звукам, доносившимся с улицы, и понимала, что улетать они не собираются. Значит, придется привыкать к новым соседям.

Несколько женщин во главе с Лидкой Курочкиной, остановившись у забора дома Азалии, тоже задрав головы кверху любовались полетом этих величественных птиц. В их поселке считали так: на какой крыше совьет аист гнездо, там обязательно будет прибавление потомства.

Когда аисты закружили над двором Азалии, Лидка закричала:

— Видите, когда была жива Шанита, такого не было. А наша Азалия умница. Все ее уважают. Значит заслужила... Светлая она и добрая...

А уже утром следующего дня Азалия отправилась в больницу на карете "Скорой помощи". К вечеру на свет появилась на свет ее долгожданная дочка.

Пожилая врач-акушер Тамила Ивановна, единственная на весь поселок, взяв ребенка в руки, поднесла девочку поближе к матери:

— Здоровенькая! Светленькая. Ну, что, Азалия, познакомься с дочерью. Имя, наверное, уже придумала?

— Да. Я назову ее Дарина... Дар. Подарок судьбы... Спасибо.

Медсестра профессионально запеленала малышку и положила в кроватку, которая находилась рядом. Можно было дотянуться рукой и погладить по светлой головке.

Азалия лежала и не смела дышать. Роды, которых она боялась, прошли на удивление легко и быстро. Всего каких-то двенадцать часов боли... Но это того стоило.

От усталости глаза слипались, но Аза держалась из последних сил, чтобы не уснуть. Она должна видеть свою малышку. Все держать под контролем.

От переутомления прикрыла глаза. Но только для того, чтобы поразмышлять, что она теперь стала матерью, что это большая ответственность...

"Мама... Я мама", — одна и та же мысли билась в мозгу.

Вспомнила свою маму с очень старой фотографии. На этом снимке мама была молодой и красивой. Жаль, что она ее так и не узнала. Но Азалии казалось, что она помнила свои ощущения, когда она еще не родилась. Нежные руки, которые гладили, успокаивая. Ласковый голос, который доносился приглушенно, будто издалека: "Спи, моя радость, усни..."

Из роддома Азу встречала Инга Альбертовна. Она за ней приехала одна. Устроила праздничный обед. Улыбалась, склоняясь над детской колыбелькой.

— Теперь, Азочка, тебе будет легче! Потому что ты никогда не будешь одинокой, как я. У тебя есть дочь!

Целый месяц Аза не принимала посетителей. Восстанавливалась. Привыкала к роли матери. Но было много настойчивых клиентов. Устала отвечать на телефонные звонки.

И тогда она решила завести себе блог в интернете, где и вела запись, распределяя свое время.

В помощницы пригласила бывшую медсестру Нину Петровну, которая только вышла на пенсию, но была еще в силах. Благодаря ей Аза могла следить за работой в пансионате, принадлежащем Инге. Женщина не только присматривала за Даринкой, но успевала приготовить обед или ужин.

Инга Альбертовна старалась крепиться. Но помощи от нее уже было мало.

Однажды душным июньским днем по поселку разлетелась весть, что при въезде остановился цыганский табор. Это известие Аза приняла настороженно. Не хотелось встретить кого-нибудь знакомого.

Изредка по улице брели цыганки в цветастых юбках. Босоногие цыганята носились наперегонки с поселковыми мальчишками. Аза без надобности на дорогу не высовывалась. Но однажды не удержалась...

Попросила Нину Петровну задержаться до темноты. Когда совсем стемнело, Азалия выскользнула из калитки и пошла на звуки музыки. Тоскливый голос скрипки манил. Она шла, стараясь прятаться в тени деревьев.

Близко к табору не подходила. Присела на спрятанную среди кустов сирени скамейку и слушала шум и гомон.

Табор жил своей жизнью. Фыркали лошади. Искры костра взмывали в темное ночное небо. Запела девушка. Другая, видимо, танцевала. А незнакомая другим речь была ей знакома. Ничего не забылось.

Азе показалось, что она слышит как звенят мониста.

Тосковала ли она по этой жизни? Нет. Конечно, нет. Она мечтала жить, как современный человек, чтобы дать своей дочери все самое лучшее. Детство. Образование. И пусть у нее будет любовь. Но настоящая.

В который раз взглянула на фото единственного мужчины, который был в ее жизни... Вздохнула. И побежала обратно. Домой...

Продолжение

Глава 15. Найденыш

Ровно через неделю Азалия обратила внимание, что в поселке стало тихо. "Неужели уехали?" — подумала Аза, выйдя за калитку. Да. Она почувствовала, что посторонних больше нет. Можно не переживать и спокойно сбегать в магазин.

Ее Даринке уже исполнилось три месяца. Дочка привыкла к своей няне Нине Петровне. И Азалия могла, наконец-то, спокойно отлучаться из дома, принимать посетителей, работать в пансионате Инги Альбертовны.

— Нина Петровна, я в магазин, — предупредила женщину и пошла по дороге.

— Да, Азочка, купи овощи, фрукты, молочка. Все будет в порядке. Не волнуйся.

Азалия шла по широкой дороге в развевающейся цветастой юбке. На груди позвякивали мониста. Местные жители почтительно здоровались с девушкой. Ее не опасались, как Шаниту. Знали, что никому ничего плохого она не сделает. Может только помочь.

Из задумчивости ее вывел шум в небольшом скверике перед самым магазином. Остановившись, Аза прислушалась. Кричали дети. Возбужденные детские голоса не умолкали. Взрослые проходили мимо. Были летние каникулы, и все знали, что в этот период ребятня ищет приключений.

— И что ты здесь сидишь? — выкрикнул белокурый Петька, семилетний внук Лидки Курочкиной. — Твой табор уже давно уехал. Вставай и догоняй...

— А может он потерялся? — предположила Милана, — Что ты к нему прицепился? — от возмущения хвостик подрагивал на самой макушке. — Надо позвать кого-нибудь...

Раздвинув свисающие до земли ветки жимолости, Азалия увидела небольшую компанию детишек. Они плотной стеной стояли, и не было видно кого они разглядывают.

— Привет, ребята. А что у вас случилось?

Дети расступились. И перед Азой предстал сидевший на корточках чумазый босоногий мальчишка лет шести. По смуглой коже, черным волосам и темным глазам Аза сразу поняла, что перед ней цыганенок. Он сжался, как загнанный зверек, и смотрел на всех исподлобья. Испуганно озираясь по сторонам, он искал момент, как бы сбежать и спрятаться еще лучше, чтобы его никто не нашел.

Раздумывать было некогда, и Азалия присела рядом с мальчиком.

— Привет, малыш. Тебя как зовут? — как можно спокойнее и увереннее произнесла девушка.

— Ион. А ты тоже цыганка? — умненькие глазенки заглянули прямо в душу. И именно в этот момент Азалия поняла, что совсем неспроста на крыше ее дома свила себе гнездо еще одна пара аистов. Совсем неспроста... Неясная мысль уже зародилась в ее сознании, но еще не сформировалась до конца.

— Да. Меня зовут Азалия. Я здесь недалеко живу. Приглашаю тебя в гости.

Мальчишка шмыгнул носом, утер кулачком набежавшие слезы, которые долго сдерживал, видимо, и доверчиво вложил свою маленькую грязную ладошку в руку Азы.

От этого доверия у Азалии защемило сердце. И она вдруг поняла, что не может его подвести. Этого маленького мальчика по имени Ион.

Участковый появился неожиданно.

Александр Волков только весной вернулся из армии, успел жениться на своей любимой Танюше, которая его ждала, и устроиться на эту работу. Как такового полицейского участка в поселке не было. Небольшой опорный пункт, где Александр был сам себе начальником и подчиненным.

Он поспешил сюда, потому что до него дошли слухи, что на его участке появился найденыш. Что в таких случаях делать, он пока не знал. Наверное, нужно проконсультироваться в районе.

— Здравствуйте, — не успел поздороваться, как ребятишки наперебой рассказали об этом происшествии.

Но так как мальчика за руку держала Азалия, он решил поговорить с ней. Долго его уговаривать не пришлось. Решили оставить найденыша у Азы. Вдруг за ним вернутся... В чем девушка сомневалась. Обычно, цыгане своих не бросают. Но вслух ничего не сказала.

В магазине пришлось купить не только продукты, но и одежду для мальчика. Продавщица Вера Павлова посмотрела неодобрительно, но промолчала. Вовремя сообразила, что связываться с ведуньей нельзя. Мало ли что...

Домой Аза вернулась не одна. Нина Петровна всплеснула руками, догадавшись что произошло. Взяла пакет с одеждой и повела ребенка отмывать. И через полчаса мальчишку было не узнать. Вымытый, одетый в чистое, он широко улыбался. Глазки его блестели. А когда наелся досыта, то его сморил сон. Спал он до следующего дня.

И только утром за завтраком Аза решилась начать расспросы.

— Ион, а как твоя фамилия? Ты знаешь?

— Угу... Кодряну. Ион Кодряну, — произнес он невнятно, потому что рот был занят едой.

— И по-цыгански говорить умеешь? Кто твои родители?

Прожевав, мальчик рассказал, что своих родителей он не знает. Приехал с табором Рады и Николы. Но они ему не родные. У них пятеро детей. И у Рады должен появиться еще один, поэтому они и уехали так быстро. А он не знал. Играл с детьми.

"Может и не искал его никто... У самих ртов хватает. Еще чужого кормить", — Аза вздохнула, погладив ребенка по голове. Он прижался к ней худеньким телом и замер на мгновенье.

— А ты меня не бросишь? — голос его задрожал, но он крепился. Как настоящий мужчина. Только тяжело вздыхал, готовый к любому повороту событий.

— Нет, конечно. Теперь у тебя есть семья: я и Дарина. Вот так, Ванечка...

Мальчик засмеялся.

— Покажи мне сестренку Даринку. Я буду ее нянчить. Я не буду даром хлеб есть... И мне нравится, как ты меня называешь Ваней.

В этом году Ваня в первый класс не пошел. Нужно было съездить в город и сделать ему свидетельство о рождении. Но при помощи Ярослава управились за один день. Так появился на свет Иван Кириллович. При выборе отчества Азалия не задумалась ни на минуту. Пусть у ее детей будет оно одинаковым.

Не удалось усыновить ребенка, потому что была не замужем. Но опеку оформили сразу.

За зиму Аза решила подготовить Ваню к школе, чтобы он не чувствовал себя белой вороной. Думала справится сама, но из-за нехватки времени пришлось нанять учительницу, которая в следующем году должна брать первый класс.

Так что жизнь продолжалась. И скучать было некогда... Даринка из коляски наблюдала, как носились по двору Ваня и Блэк наперегонки друг с другом. Аза улыбалась. Она была счастлива здесь и сейчас. Теперь точно не одна. А дальше жизнь покажет.

Продолжение выходит ежедневно.

Глава 16. Предчувствия

Сегодня Азалия проснулась очень рано, будто кто-то толкнул ее. Полежала минут пять в постели, прислушиваясь к своим ощущениям. Так и есть... Тревога не покидала ее, а только нарастала.

Дети еще досматривали свои сны. Даринка, раскинув руки, улыбалась во сне. Ванечка свернулся калачиком: "Как быстро выросли... Не успела оглянуться".

Прикрыв тихонько дверь, Аза вышла во двор, постояла некоторое время, вдыхая пока еще прохладный воздух.

Лето набирало свою силу. Июльское солнце уже показалось из-за горизонта. Через час станет жарко. Поселок тоже просыпался: где-то залаяла собака, подал голос горластый петух, который не давал поспать. Через пятнадцать минут пастух погонит стадо на выпас.

Войдя в кабинет, Азалия села в свое кресло, взяв в руки карты. Она не глядя разложила их на столе и только потом взглянула. Так и есть... Ничего хорошего этот расклад не обещал. Задумавшись, просидела долго, потом вскочила и побежала: "Надо срочно проверить своих..."

Обняла дочку, оглядела со всех сторон. "Все в порядке..."

Погладила по голове сына. "Здоров. Ничего плохого".

Быстро собрала Дарину в садик. Иван взял девочку крепко за руку, и они пошли по дороге в детский сад. Брат и сестра. Такие разные. Но оба любимые.

Инга Альбертовна... Надо поспешить. Уже месяц, как женщина не вставала с постели. Годы и болезнь...

Из-за болей Инга почти не спала. Увидев Азалию, вымученно улыбнулась. Она старалась не показывать своих чувств. Будучи в здравом уме, Инга понимала, а может быть предчувствовала, что приближается конец.

"Итак задержалась на этом свете. Прожила даже больше, чем предполагали врачи. И все благодаря Азе. Она и ее детки скрасили мне одиночество и дали больше сил".

Аза сразу поняла, что эта милая женщина скоро их покинет. Но как ни в чем не бывало поинтересовалась:

— Инга, как вы себя чувствуете? Может врача вызвать?

— Принеси мне, пожалуйста, чаю с мятой, девочка моя.

— Сейчас...

Аза убежала, а Инга, наконец-то, вздохнула с облегчением.

Женщина уже давно наблюдала за молодой женщиной. "Разве должна такая красавица быть одна? Дарине вот уже четыре года. Ваня растет. Скоро станет совсем взрослым", — думала она.

И действительно, после родов Азалия расцвела, распустилась, как самая прекрасная роза. Не похожая на других, она привлекала внимание многих мужчин в любом месте. Хоть в городе, куда она иногда ездила по делам. Хоть в поселке. Но поселковые кавалеры, видимо, опасались, зная кто она.

"Ну, какая ж она ведьма? Может быть, немножко ведунья... Да, есть способности, которые не всем понятны. Но от этого она не перестает быть женщиной", — беспокоилась Инга Альбертовна.

А в последнее время женщина обратила внимание, что дочка Азалии, Даринка, кого-то ей очень напоминает. Будто она видела этого человека, была знакома с ним.

На тумбочке возле кровати лежал телефон, забытый девушкой. И рука сама потянулась. Конечно, Инга понимала, что так поступать нельзя. Но это было выше ее сил. Она должна взглянуть хоть одним глазком.

Нажав на заветную кнопочку, она увидела фотографию. Несколько минут Инга разглядывала фото симпатичного молодого человека. Потом на губах появилась улыбка, а в глазах хитринка: "Так вот оно в чем дело... Интересный поворот. Надо этим воспользоваться".

Заслышав шаги Азы в коридоре, Инга положила мобильник обратно.

Девушка приподняла Ингу повыше и подала стакан с трубочкой. Руки пожилой женщины уже давно перестали ее слушаться. Дрожали. Сделав несколько глотков, Инга Альбертовна откинулась на подушку:

— Азочка, а пригласи, пожалуйста, ко мне Левушку. Льва Моисеевича. Это мой друг и нотариус. Я хочу изменить завещание...

Азалия очень удивилась. И когда успела Инга составить это завещание, она вообще не знала. Возможно, когда еще ходила самостоятельно. Кто его знает?

Лев Моисеевич появился после обеда. Этот толстенький, лысенький мужчина уверенно вышагивал, размахивая своим потрепанным, видавшим виды портфелем. От жары пот градом стекал по его лицу. Он доставал из штанины белоснежный платок и промокал лоб. Тяжело дыша, мужчина приостановился перед ступеньками.

Лева волновался. С Ингой Альбертовной они были знакомы давно. Много лет назад он пытался за ней приударить. Но женщина сразу же осадила его.

— Левушка, ты не обижайся, но мне это не нужно. Так что выбери что-то одно: либо просто дружба, либо мы с тобой распрощаемся навсегда.

Лев Моисеевич все понял с первого раза. Не глупец был. Да и потенциальную клиентку терять не хотелось. Не настолько их поселок был велик.

— Здравствуй, дорогая Инга! А что это ты удумала встречать меня в постели? Или изменила свое мнение на счет меня? — Лева был еще тот шутник. Но Инга улыбнулась и погрозила ему пальцем.

— Азалия, извини, нам с Левушкой нужно пошептаться.

Кивнув, Аза вышла из комнаты и пошла в свой кабинет. Было много работы. В этом году был наплыв отдыхающих. Но мыслями она все время возвращалась к Инге, предчувствуя беду.

От этой тревоги не работалось. Вспомнив, что давно не заходила в оранжерею. Азалия открыла дверь. Ее громким криком приветствовал попугай Иннокентий, но завидев Блэка тот час скрылся среди зеленой листвы. Эти проказники любили здесь играть в прятки. Только Наполеон, черный ласковый котик, внимательно смотрел своими зелеными глазами.

Что-то не давало покоя. И она побрела в лес. Может там она найдет успокоение. Азалия шла через море высокой травы. И вдруг резко остановилась.

Вспомнила...

Сон. Она видела во сне, как Земфира сидела на скамейке рядом со своей старшей сестрой Шанитой.

"Неужели? Неужели и бабушка оставила этот мир? Что же такое происходит? Все меня оставляют. Вот и Инга скоро..." — и она заплакала. От того, что остается опять совсем одна. От того, что не может ничего изменить. Это не дано никому.

"Нет. Я не одна... У меня есть дети. Я должна жить ради них".

С этими мыслями она вернулась. Нужно побыть с Ингой Альбертовной как можно дольше. Попросить Нину Петровну остаться с детьми, чтобы можно было ночевать с той, которая скоро уйдет.

"И что все? Обо всем уже знаешь?" — спрашивала себя Азалия. Все равно тревога осталась и никуда не ушла.

Уже несколько недель ей казалось, что за ней кто-то следит. Лица она не видела. Только черные глаза...

"Значит, есть еще что-то, чего я не могу узнать. И это не о ком-то постороннем. Это обо мне..."

Продолжение выходит каждый день. Добро пожаловать в мои фантазии!

Глава 17. Украли

Этот тревожный день не собирался заканчиваться. Казалось, он тянулся медленно и неспешно, утекая словно песок сквозь пальцы. Аза давно заметила, если происходит что-то такое, что ей не нравится, время будто замедляет свой ход или даже замирает на несколько минут.

Уже и ночь накрыла своим темным покрывалом поселок. Но в ее распоряжении было еще целых два часа. Не много... Но и не мало...

Даринка давно видит сладкие сны. Азалия, поправив одеяло, посмотрела на спокойное лицо дочери. Вот кому хорошо! Никаких забот. До поры до времени... пока ты находишься под надежным материнским крылом.

Ее дочка была самым настоящим энерджайзером. Она всех заряжала своей неиссякаемой энергией целый день. И потому ложилась спать очень рано. Зато и просыпалась тоже рано. Любимый маленький неутомимый человечек...

Поцеловав дочку в лоб, вошла в комнату к Ване. Он тоже был в постели, но спать не собирался. Что-то быстро печатал в телефоне. Или смотрел видео, или читал. Взрослый десятилетний мальчик. Для Азы... Но попробуй назови мальчишкой. Уже сейчас проявлялся настоящий характер. Он считал себя мужчиной, главным в семье:

— Я сейчас, мамочка. Еще полчасика и лягу, — впервые он назвал ее мамой, хотя уже прошло около четырех лет с того дня... Слезы выступили на глазах, и Аза собралась заплакать от радости, что сын ее принял, но...

Неожиданно зазвонил телефон. Это была соседка тетя Зина. Спрашивала, придет ли Азалия за молоком.

— Да, да... Я сейчас прибегу. Вань, я на минутку к тете Зине.

Два раза в неделю она покупала трехлитровую банку молока у тети Зины. Как она сегодня об этом забыла? Взяв в руки стеклянную тару, Аза вышла за калитку.

Было довольно темно. Но это ведь совсем недалеко. Всего-то через два дома живет. И она быстро пошла по улице. И в какой-то момент остановилась, словно споткнулась на ровной дороге.

Опять эти глаза. Они прожигали ей спину. Будто кто-то следит. Оглянувшись по сторонам, девушка ничего подозрительного не заметила: "Показалось, наверное..."

Соседка ждала Азу во дворе. Расплатившись, девушка даже не стала разговаривать долго с любительницей обсудить последние новости, заторопилась домой. Там дети остались одни. Волновалась, вдруг малышка проснется...

Это небольшое расстояние можно было преодолеть за минут пять. Но возле ее забора стоял темный автомобиль и рычал, как злобный пес на поводке: "Когда выходила, его здесь не было. Успокойся, Аза, мало ли кто там сидит. Может влюбленные забавляются?"

В тот момент, когда собралась открыть калитку, Азалия заметила метнувшийся в ее сторону темный силуэт. Всего секунда... и стало совсем темно. Банка с молоком выпала из рук и, упав на асфальт, разбилась вдребезги. На голову ей кто-то надел мешок. И девушка поняла, что совсем ничего не видит.

Темнота накрыла и оглушила на время. Сердце затрепетало. Но о себе она вообще не думала. Первая мысль была о Ванюшке и Даринке, которые остались дома совсем одни. Как они себя поведут? Испугаются? Ведь дети никогда не оставались сами.

Азалия вела себя спокойно. Не сопротивлялась, не кричала. Поняла, что это бессмысленно. Это и есть то, что тревожило ее целый день. Оно уже случилось. Теперь нужно просто найти выход из этой непростой ситуации. Как говорила бабушка Земфира: "Безвыходных ситуаций не бывает. Все зависит от тебя, все в твоих руках..."

И девушка прислушалась к своим ощущениям: "Трое молодых мужчин. Примерно от двадцати до двадцати пяти лет. Один — тот, который выругался, когда на его новые джинсы попало молоко из разбившейся банки. Другой — водитель. Он молчал, только недовольно сопел. Явно не хотел принимать участие, но его уговорили. Третий... Именно он взвалил меня на плечо и запихнул на заднее сиденье машины".

И Аза сделала вывод, что именно этот мужчина здесь главный.

— И что теперь делать, Стефан? Куда везти? К тебе? — подал голос молчавший.

— Ладно, Янко, не дрейфь. Уже все сделали и, как видишь, удачно. А ты опасался...

— Да не этого я боялся, Данко. А что дальше? Что дальше, Стефан? Закроешь девушку в подвале или сарае и всю жизнь будешь держать? — Ян не даром переживал. Машина была отцовская. И его отцом был не кто иной, а сам баро их табора Александр Сличко.

Автомобиль ехал через поселок очень тихо с выключенными фарами. Им казалось, что весь поселок уже давно спит. И они провернули задуманное дело, оставшись незаметными. Но...

***

Бабка Макариха засиделась в гостях у своей заклятой подружки Ефросиньи. Вообще-то в поселке все называли ее теткой Фросей. А Макариха, по имени Варвара Седокова, получила свое прозвище от имени своего давно покойного мужа Макара.

Но самое главное было то, что у Фроськи был дома телевизор. Внуки подарили на восемьдесят пятый день рождения. Вот и приходила Макариха к подружке каждый вечер. Смотрели все подряд. И концерты, и новости. Особенно интересно было узнавать, что в мире делается.

Свои, поселковые новости давно выучили все наизусть. Да и что тут может произойти? Разве что Савелька бородатый свалится под чьим-нибудь забором, не добравшись до собственного дома. Или Валерка Гринев в очередной раз поколотит свою женушку...

Так вот... только вышла Макариха за околицу, глядь, а у забора этой ведьмачки стоит машина. Бабка шустро нырнула под куст сирени и замерла. Но любопытство взяло верх. Высунувшись, она все видела и слышала. И как упала банка. От резкого звука пожилая женщина оступилась и чуть не свалилась под забор, но вовремя удержалась на ногах.

Такое пропустить было нельзя. И как трое мужиков запихнули Азалию в машину. И уехали. В неизвестном направлении.

Макариха еще некоторое время постояла, обняв за тонкий ствол молоденькую вишенку, потом перекрестилась: "Что делается? В наше-то время... просто украли... И что теперь делать? Как дожить до утра, чтобы поделиться этой новостью? Точно давление скакнуло... Ох, не усну этой ночью точно..."

***

Ваня проснулся этим утром сам. Без будильника. Посмотрел в окно. Солнце уже поднялось высоко. А мама так и не разбудила. Тогда мальчишка заглянул в комнату сестры. Обычно она вставала раньше всех, но сегодня девочка спала.

Мальчик обошел весь дом. Мамы нигде не было: "Может, ушла к бабушке Инге в пансионат?" Одевшись, он побежал через калитку, соединявшую их дворы. Ворвавшись к Инге Альбертовне, он, захлебываясь словами, рассказал о том, что Азалия пропала".

— Не волнуйся, Ванюша. Скоро найдется. Ты собери Даринку и отведи ее как обычно в детский сад. Но не рассказывай малышке, что случилось. Зачем ей волноваться?

— Хорошо.

Вернувшись домой, он сделал сестренке чай и бутерброд. Но Дарина, словно что-то чувствовала... То есть не хотела, то одежда ей не нравилась. Капризничала.

И когда вышли за ворота, Ваня увидел на дороге разбитую банку и молочное пятно. В этот момент мальчику стало страшно, потому что он вспомнил, куда ночью ушла мать. Но он не подавал вида. Зачем расстраивать сестру? Она еще совсем маленькая.

Обратно он возвращался, понурив голову. Он ведь совсем недавно ее обрел. Маму. Любовь... Без мамы Азы он не хотел... ничего не хотел... И что же теперь будет?

Продолжение

Глава 18. Да не может такого быть

Поселок уже давно остался позади. Но до села Сорочина, где проживала компания молодых людей, было рукой подать. Всего минут пятнадцать быстрой езды. Но проселочная дорога была ухабистой. Приходилось ехать помедленнее.

Янко знал крутой нрав отца. Если появится хоть одна царапина на отцовском автомобиле, ему точно несдобровать. Баро Александр Сличко к людям относился по-доброму, а сына старался держать в строгости.

К дому Стефана подъехали с выключенными фарами. Выйдя из машины, парень опять взвалил Азалию на плечо, махнул дружкам и скрылся в темном дворе. Данко и Ян переглянулись, но промолчали.

Что тут скажешь? Тоже виноваты... Пошли на поводу у друга. Нарушили все законы. Но он был так убедителен. Если что попадет всем...

Стефан вместе с матерью Лалой Даниловой переехали в этот поселок лет десять назад. После того, как отец был арестован и посажен за темные делишки, о которых он ничего не знал тогда, будучи малолетним. Их семью приютил в своем таборе баро Александр, дальний родственник матери.

Домик их находился на самом краю села. Улицу эту все в селе называли Цыганской горкой. Ровно двадцать пять домов были заняты цыганскими семьями. И никто их уже не остерегался. Местные привыкли.

Жили бедно. Наблюдал Стефан, как женились его дружки. Вот и у Яна скоро свадьба. Еще несколько лет назад сосватали для него Иляну. Она даже жила в их доме. Просто ждали, когда подрастет. И Данко уже ходил к баро за разрешением, чтобы жениться. Девушка была на примете и не возражала.

А что ему оставалось делать? Что? Как найти ту, единственную?

Стефан осторожно посадил украденную девушку на диван в своей комнате. Мешок с головы снял, но свет не зажег. Было стыдно, что так поступил. Но другого выхода найти себе невесту он не видел. А все потому, что не было в их семье денег, чтобы заплатить за нее выкуп. А мама рассказывала, что давным-давно так поступали бедняки.

А что? Провела девушка ночь в доме мужчины, все... Обратной дороги нет!

Закрыв дверь на ключ, он ходил из угла в угол, переживая, что скажет мать, когда вернется с ночного дежурства. Потому и выбрал Стефан сегодняшнюю ночь, что никого не было дома. А завтра... Будь что будет!

Оставшись одна в комнате, Азалия огляделась.

Небольшая спальня. По запаху почувствовала, что принадлежит молодому мужчине. Минимум мебели. Встала с дивана и подошла к окну. На улице было темно. Только несколько звездочек проглядывали сквозь затянутое облаками небо. Удивительно, но страшно не было. Переживала за детей. Но завтра часов в девять придет Нина Петровна. Она и не сомневалась, что в поселке поднимется переполох, и ее точно будут искать.

Не давала покоя мысль о том, по какой причине ее выкрали.

"Неужели это Артур договорился с цыганами? Так с ним вроде договорилась. Разошлись без претензий. Может, отец вычислил мое место жительства? Нет. Этого не может быть. Нас разделяют тысячи километров. Да и скорее всего он давно вычеркнул меня из своей жизни. А что тогда остается?" — Аза присела и задумалась.

Убегать она не собиралась. Хотя, наверное, смогла бы. Но, во-первых, она не знала, где находится. А во-вторых, она должна была выяснить причину, по которой это произошло.

"О, Господи... Неужели... Нет, не может такого быть, чтобы в наше время похищали невест. В нашем таборе этого никогда не было. Просто табу. И все. Наказывали даже тех, кто мог украсть лошадь или что плохо лежит. Значит, этот парнишка совершил этот поступок от отчаяния... Надо поговорить с ним", — Азалия прилегла на бок и незаметно уснула.

Проснулась Аза от того, что громко хлопнула входная дверь. Однозначно, кто-то вернулся домой. Зашуршал пакет, который положили на стол.

"Отдохну пару часов, а потом примусь за работу", — Лала уже повернулась в сторону своей кровати, когда обнаружила, что ее место занято.

Стефан сладко спал, подложив обе ладони под щеку, совсем как в детстве.

— Стефан, — позвала сына Лала. — Стефан, что случилось? Почему ты спишь в моей постели?

Открыв глаза, молодой человек не сразу понял, почему его будит мать. Но через минуту вся прошлая ночь промелькнула перед глазами. И он отвел взгляд в сторону. И Лала сразу поняла — сын что-то натворил. Проследив за взглядом сына, она метнулась к двери в его спальню. Но она была закрыта.

— Ключ! Дай мне ключ! — крикнула цыганка, не зная еще, что она там обнаружит, женщина волновалась и никак не могла попасть в замочную скважину. Дверь она открывала очень медленно и неуверенно.

Просунув голову, Лала обнаружила красивую девушку, сидевшую на постели ее сына. Их глаза встретились. И в тот же миг женщина ахнула, прикрыв рот рукой, и стала оседать на пол.

Азалия и Стефан успели подхватить ее и уложить на диван. Несколько минут женщина не двигалась, словно собираясь с духом. А потом подскочила, выбежала в кухню и вернулась со скалкой в руке.

— Что ты натворил, олух царя небесного? — скалка в материнской руке два раза проехалась по спине Стефана. — Ты хоть знаешь кого ты украл? Знаешь? Говори сию минуту, а то... — Лала опять замахнулась.

— Мама, это девушка. Посмотри, она из наших. Теперь она никуда не денется. Я женюсь на ней! — выкрикнул Стефан прежде, чем мать подняла эту скалку еще раз.

Но у Лалы больше не было сил. Она присела на табуретку и горько заплакала:

— Простите, простите, Азалия, моего непутевого сына! Я даже и не предполагала, что до этого дойдет. Заладил в последнее время одно и тоже. Янко женится. Данко женится. Я тоже хочу. Прямо как дитя малое. Извините нас ради Бога...

— Успокойтесь, Лала, ничего непоправимого не произошло. Я уверена, что совсем скоро вы будете нянчить своего внука. Сейчас я посмотрю, что ждет Стефана в будущем. Но мне сначала нужно позвонить. У меня дома осталось двое детей. Они волнуются, — глаза Стефана округлились от удивления. Но он с опаской протянул свой мобильник девушке.

Пока Аза пыталась дозвониться, Лала шепотом рассказывала сыну, кто находится у них в доме:

— Это же Азалия. Живет в доме старой Шаниты. Ну, что? Дошло до тебя, наконец-то?

Стефан сел за стол, обхватил голову руками. Стало страшно от того, что же теперь с ним будет. Когда узнают... И наверняка уже знают... Это же не город. В селе новости распространяются со скоростью звука.

Ванюша трубку не брал. Оставалось только одно: позвонить Инге Альбертовне. Уж она точно все знает. И когда Инга взяла трубку, Аза сообщила радостным голосом:

— Инга, у меня все в порядке. Не по своей воле, но я оказалась в гостях. Как дети? Думаю, скоро буду дома.

Протянув телефон хозяину, Аза вздохнула.

Об этих цыганских законах, девушка слышала краем уха. И считала, что в наше время они уже давно потеряли свою актуальность. Поэтому на этот счет она даже не заморачивалась. Тем более она не какая-то там невинная девица, а мать двоих детей.

Напоив Лалу успокоительными каплями, Аза взглянула на молодого парня, по вине которого все случилось.

— Стефан, нам нужно поговорить наедине...

В этот момент в дверь постучали и вошел высокий седоватый мужчина и обвел всех присутствующих строгим взглядом. Самого баро Александра людская молва заставила прийти в этот дом.

"Что теперь будет?" — одна мысль билась в опущенной голове Стефана.

Продолжение

Дорогие читатели, получилась вот такая глава. Рада, что заходите на огонек, не забываете. Всем благодарна! Отличных выходных!.

Глава 19. Выход есть всегда

Всех цыган Азалия старалась обходить десятой дорогой. Не встречаться ни по какому поводу. И пока это ей удавалось. Но сегодня точно был не ее день. Самый настоящий цыганский барон стоял перед ней.

Случилось то, чего она опасалась целых пять лет. Да, прошло уже пять лет с того момента, как она покинула родительский дом. Не по своей воле. Или по своей... Просто не желала подчиниться воле отца.

Да, совершила ошибку. Но о ней она вообще не жалела, потому что у нее была ее любимая доченька Даринка. И сын Иван. И дар, переданный ей Шанитой.

У нее теперь ее собственная жизнь, до которой никому не должно быть дела.

Потому Азалия смело встретилась со строгим взглядом баро.

Стефан еще ниже опустил голову, вжавшись в диван. Его мать Лала смотрела в окно, пытаясь предугадать, чем закончится все это. Бедной женщине совсем не хотелось уходить из этого села. Здесь хоть какая, но была работа. Но и оправдываться она не пыталась. Что случилось, то случилось. Обратной дороги нет. Она с тревогой ждала, что скажет баро. Он здесь главный: и судья, и адвокат.

Конечно, Александр Сличко знал, что в соседнем поселке живет цыганка Аза. Полсела, наверное, уже сходила к ней за советом. Была бы плохим человеком, разве бы к ней люди тянулись? Жалко было Стефана. Совершил необдуманный поступок. Но ведь это молодость...

— Здравствуйте, Азалия! Думаю, нам с вами нужно поговорить... — Аза кивнула.

— Хорошо. Но сначала я побеседую со Стефаном. Можно? — не уступила этому баро Азалия. Для нее он никто. Она ему не подчиняется. Подождет...

Молодой цыган встал и вместе с Азой прошел в спальню.

— Простите меня. Я же не знал... — пытался извиняться парень.

— Ладно, забудем это маленькое приключение. Дай мне свою руку. Посмотрю, что ждет тебя, где найдешь свою половинку. Но договор: я тебе об этом не скажу. Ты просто должен сделать, как я скажу, — образ симпатичной девушки уже возник перед глазами ведуньи, и она улыбнулась.

Хотела что-то еще сказать, но шум, доносившийся с улицы привлек внимание девушки.

***

В это же время дома.

Весть о том, что пропала Азалия разнеслась по поселку с раннего утра. Варвара Ивановна Седокова, по прозвищу Макариха, не могла уснуть всю ночь. Как это она такое видела, а поделиться не с кем. Поэтому с первыми петухами она вышла к колодцу и уселась на скамейке, поджидая того, кто появится первым. Это оказалась Лидка Курочкина, первая сплетница. Она вела свою козу на выпас.

— Слышь, Лидка, чего скажу... — и Макариха зашептала той на ухо все, что увидела поздней ночью, словно боялась что ее кто-нибудь услышит. Лидия всплеснула руками, схватила веревку в руку и побежала. Коза еле поспевала за ней.

— Макариха, ты совсем что ли? Надо было сразу СашкА вызвать. Мыслимое дело похищение... — на бегу кричала женщина. И ее, конечно слышали многие жители, которые проснулись так же рано.

Нина Петровна успокаивала плачущего Ваньку. Дарина смотрела вокруг, ничего не понимая, но вслед за братом начала плакать. УАЗик участкового Александра Волкова показался из-за поворота и остановился у ворот дома Азалии. Собравшаяся неожиданно толпа наперебой кричала, эмоционально жестикулируя. И мужчина не выдержал:

— Так. Тихо все. Кто что видел? По очереди говорите, — и все неожиданно замолчали, потому что оказалось, что никто ничего не видел. Вперед вышла Макариха.

— Я видела вчера ночью, когда возвращалась из кино от Фроськи. Возле ворот стояла машина.

— Какого цвета, Варвара Ивановна? — Сашко вытащил блокнот, приготовившись записывать показания самой главной свидетельницы.

— Та неужто разглядела я? Плохо видеть стала в последнее время. Чай, не молодка... — кто-то засмеялся, но под хмурым взглядом участкового умолк.

— Ладно, что дальше было, бабушка Макариха?

— Она шла от Зины с банкой молока. Один похититель как выскочил, и надел бедненькой нашей Азе мешок на голову. А потом взвалил на плечо и поволок в машину. И уехали в ту сторону, — старуха махнула рукой.

— Товарищи, может еще кто-то что-то видел? —Александр растерянно посмотрел по сторонам, не зная что делать в этом случае. Такое происшествие в их поселке случилось впервые.

Неожиданно из-за деревьев выпорхнул Блэк. Еще с самой ночи он почувствовал, что с хозяйкой случилась беда. Но не мог прийти на помощь по причине того, что был заперт в оранжерее Инги Альбертовны. И только сегодня с утра пришла тетка Маруся, чтобы помыть пол и полить цветы. Он и вылетел оттуда, что есть духу.

Сев на капот автомобиля, Блэк почистил перья и полетел вдоль дороги. Но так как никто не обратил на него внимания, пришлось вернуться и громко каркнуть.

— Дядя Саша, Блэк знает где мама! — закричал Ваня. — Поехали скорей.

Мальчик сел на переднее сиденье и заторопил участкового, который с удивлением обнаружил летевшую впереди автомобиля птицу. Через минут пятнадцать быстрой езды он понял, куда они направляются: "Неужели сорочанские делов натворили... Или кому-то не терпелось погадать..."

***

В комнату вошли еще двое парней. Дружки Стефана. Они тоже виновато поглядывали то на баро, то на цыганку.

— Уважаемая Азалия, я предлагаю наказать этих мальчишек. Раз так поступают, то до звания мужчины еще не доросли. Неделю... Или месяц будут работать в конюшне. Убирать навоз за лошадьми тоже кто-то должен. Сам лично буду контролировать... Вы согласны, Азалия?

— Да, Александр. Но думаю недели будет достаточно. А потом пришлите Стефана ко мне в поселок. Там его будет ждать работа.

В этот момент в окно кто-то постучал. И все повернули головы на звук.

"У тебя все в порядке? Или требуется помощь? Так я сейчас своих позову..."

"Не выдумывай... Только стаи ворон здесь не хватало".

"Не ворОн, а вОронов... Чувствуешь разницу!" — Блэк стукнул еще раз клювом в стекло для порядка и обиженно взлетел на дерево.

Участковый предложил Азалии написать заявление в полицию. Но она, конечно, отказалась. И просила мужчин никому не рассказывать, по какому поводу она оказалась в этом селе. На том и договорились, скрепив договор рукопожатием.

Мать Стефана чуть в ноги Азе не бросилась, но когда та ее удержала, хотела поцеловать руки.

Азалия обняла взволнованную женщину и что-то зашептала ей на ухо. Лицо Лалы моментально просветлело. Она улыбнулась Азе, а сыну погрозила пальцем. А хотелось еще раз взять в руки скалку. Но не маленький уже.. Двадцать два.

Обратно ехали молча. Всего одну ночь Аза провела вне дома. А уже соскучилась по родным стенам, по Даринке, по Ваньке, который задремал у нее под боком. Тоже, видимо, не спал, волновался.

Права была бабушка Земфира. Выход есть всегда. Главное, выбрать правильно дорогу, дверь, окно.

Продолжение

Обновы будут всегда, даже если не буду попадать в ленту Новинок. Заглядывайте на чаек!

Глава 20. Один раз стоит нажать не туда

Возвращаясь домой, Азалия уже знала, что эти ночные приключения, которые на первый взгляд казались такими безобидными, не что иное, как спусковой механизм. Один раз стоит нажать не на ту кнопочку и запустится целая цепочка неприятных ситуаций.

Войдя в калитку своего дома, Аза осмотрелась. На долю секунды ей показалось, что это вовсе не ее дом. Но навстречу бежали дети: Даринка, раскинув руки, крепко обняла за шею и запрыгнула повыше, и Иван, стараясь сдерживаться, как взрослый, тоже прижался с другой стороны.

"Все в порядке", — старалась убедить себя Азалия. Она спокойно села под деревом, пытаясь все-таки проанализировать ситуацию.

На дорожке, ведущей в пансионат, появилась Нина Петровна. Женщина что-то кричала, но в голове Азы стоял такой гул, что девушка не слышала слов. Дарина, забыв обо всех неприятностях, прыгала на скакалке. Ваня, как старший брат, зорко следил за девочкой.

— Аза, Аза, — Нина Петровна от быстрой ходьбы запыхалась. Потом перевела дыхание и произнесла осипшим голосом. — Пошли скорее. Тебя зовет Инга Альбертовна. Ой, мне кажется, что она уходит от нас... Что же будет, что будет?

Войдя в комнату к старшей подруге, Азалия и сама почувствовала холод, хотя на улице стояла неимоверная жара. Девушка бросилась к Инге, которая лежала в своей кровати и тяжело дышала.

— Инга, я пришла. Вот как так получается? Стоит мне на одну ночь покинуть вас... — подняв голову Аза взглянула в угол и обомлела. Там стояла темная тень в капюшоне. Лица не было видно. "Может, показалось?" — решила Азалия. Даже закрыла на секунду глаза. И опять посмотрела: ничего не изменилось.

— Аза, девочка моя, — в перерывах между хрипами произнесла шепотом Инга. — Пришло мое время... Прошу тебя не бросай мой пансионат.

Женщина замолчала. И Азе показалось, что она уже не дышит. Грудная клетка не поднималась. Потом опять задышала.

— Только дождись... Обещай... — и она дала слово.

Это были последние слова Инги Альбертовны. Аза сидела у постели женщины, держала ее за руку и наблюдала... Когда тень в углу исчезла, она поняла: Инга ушла.

Следующие несколько дней полностью выбили Азалию из ритма обычной жизни. Проводить Ингу Альбертовну Вознесенскую пришли многие жители поселка. Ее здесь уважали за доброту и отзывчивость. Когда все разошлись, Азалия осталась одна у небольшого холмика, укрытого цветами.

Нина Петровна детей увела с собой, понимая, что Азе нужно побыть одной. Мудрая женщина понимала, что-то с девушкой происходит.

Азалия долго стояла среди луга, полностью заросшего бурьяном, закрыв ладонями лицо. Внутри нее что-то клокотало и бурлило. И в какой-то момент вырвалось наружу. Аза упала в траву и зарыдала.

Она давно так не плакала. Ни тогда, когда отец решил выдать ее замуж. Ни тогда, когда уезжала из родительского дома навсегда. Ни тогда, когда прощалась с любимой бабушкой Земфирой, зная наперед, что больше не увидит ее.

А сейчас она рыдала. Слезы лились рекой. Но не из-за того, что Инга покинула ее, и она опять осталась одна. Хотя ее было жаль больше всего. К этой милой женщине она прикипела всем сердцем.

Из нее уходила боль. Боль потери. Но она пока даже не предполагала какой.

Успокоившись и наплакавшись, пошла к дому. Возле калитки стоял черный автомобиль, за рулем которого сидела женщина. Она приехала издалека и ждала уже несколько часов. Возле калитки стояла Нина Петровна, неодобрительно поглядывая в сторону посетительницы. Увидев Азу, она прошептала:

— Я говорила ей, что сейчас не время для посещений. Но она не слушает. Вот сидит и не уезжает.

— Спасибо, Нина Петровна. Я разберусь.

Аза подошла к незнакомке, поздоровалась и уже было хотела пригласить ее кабинет. Но что-то остановило ее. Она молча взяла женщину за руку, закрыла глаза и прислушалась к себе.

И ничего не произошло. Совершенно ничего. Аза не видела ни прошлого этой женщины, ни настоящего, ни будущего.

— Простите. Не сейчас.

Незнакомка разочарованно фыркнула и села за руль. И опять, все повторилось: Азалия увидела, как темная фигура в балахоне просочилась на заднее сиденье еще не отъехавшего автомобиля.

"Что все это значит? — испуганно думала Аза. — Нужно срочно со всем этим разобраться".

Решительно войдя во двор, девушка разыскала Нину Петровну, которая на кухне кормила детей обедом.

— Нина Петровна, нам нужно поговорить без свидетелей.

Женщины заперлись в кабинете и долго о чем-то беседовали. Потом Нина Петровна спросила детей:

— Даринка, Ванечка, а давайте устроим самые настоящие каникулы.

— Как это? — поинтересовалась девочка.

— Поживете у меня некоторое время. Тем более, что мне нужны помощники. Малина созрела. А еще смородина и крыжовник... Поможете собрать? Я живу у самого озера. Научу вас ловить рыбу.

— Но у меня нет удочки даже, — сказал Иван, но глазки уже загорелись.

— Не беда. Этого добра у меня полным полно, — бабушка Нина умела быть очень убедительной.

— Мама, а можно? — спросили в один голос.

— Конечно, дорогие мои. Вам нужно немного отдохнуть. А я буду вас навещать.

Через час дети собрали вещи и вышли за калитку вместе с Ниной Петровной.

Чудесная женщина Нина Петровна. Азалия полюбила ее как собственную мать, которую не знала в силу своего малолетнего возраста.

Аза стояла на дороге и смотрела им вслед. Они уходили медленно в сторону деревни: Даринка, как обычно, подпрыгивала, Ваня шел степенно.

Наступила тишина. Аза оглянулась и увидела очень далеко, за остановкой, туман. И из этой серой дымки вышел мужчина.

Озадаченная увиденным, Аза вернулась в кабинет, села в кресло и взяла в руки карты: "Ну, хоть вы не подведите..."

Казенный дом. Бумаги. Червовый король. Хлопоты. "Вот это поворот. Неужели в моей жизни появится мужчина?" Именно на это намекали карты.

Мысль о том, почему она потеряла свой дар не покидала ее. Возможно, что-то сделала не так... Допустила непоправимую ошибку. Значит, нужно научиться жить, как все: "Теперь я не ведьма, не ведунья, а обыкновенная женщина".

Она так устала за последние несколько дней, что, не снимая одежды, прилегла на диванчике. Провалилась в сон мгновенно. Проснулась от стука в окно. Сев и оглядевшись по сторонам. Азалия поняла, что ничего страшного не произошло. Она по-прежнему дома. На улице темно. Решив проверить, кто же стучал, открыла дверь. Может быть, это Блэк? Никого не обнаружив, присела на крыльцо.

На дороге разговаривали женщины. Лидка Курочкина громко рассказывала своим соседкам о том, что женщина, которая днем приезжала к Азалии попала в аварию, и ее увезли на "Скорой" в город.

Стало тихо. Так тихо, что не слышно было ни женских голосов на дороге, ни лая собак, ни стрекотания кузнечиков. Ничего. И никого. Словно она осталась одна в целом мире. Азалия закрыла глаза и потерла виски.

Перед ней стояла Шанита.

Продолжение

Глава 21. Последний лучик надежды

Перед Азой стояла Шанита.

"Не может быть, чтобы я ее видела. Она же ушла в мир иной," — и девушка ущипнула себя за ногу. Почувствовав боль, поняла, что она не спит, но и видение не исчезало. Только вокруг стояла подозрительно гнетущая тишина. Причем не только вокруг нее, но и внутри.

Молчание затянулось... И Шанита рассмеялась совсем не тем старческим голосом, какой у нее был в последние мгновения перед смертью. Голос был звонкий, девичий. Да и сама ведьма выглядела именно такой, как на том памятнике, который установил Ярослав. Красивая. С развевающимися черными волосами. Смотрела прямо в глаза. А может даже в душу. Наверное, читала мысли...

— Не ожидала меня увидеть, дорогая моя родственница? А я пришла не просто так. Меня прислали оттуда... — Шанита многозначительно замолчала, подняв указательный палец вверх. Это движение ведьмы было таким впечатляющим и завораживающим, что Азалия посмотрела на темное небо. Ничего особенного в нем не наблюдалось. Все так же перемигивались звезды, да луна подглядывала в чужие окна.

— А ты знаешь, почему это произошло?

Хоть вопрос и прозвучал неожиданно, но Азалия поняла, что внутренне была к нему готова.

— Да. Я потеряла свой дар, — прошептала девушка.

Но, вскинув голову, все-таки спросила то, что мучило ее последние дни.

— А может быть, это был вовсе и не мой дар? Это ведь ты мне его передала. Это был твой дар, Шанита. Значит, я с ним не справилась.

— В общем-то ты права, девочка моя! А знаешь почему ты не смогла справиться? Потому что ты — это не я! Не ведьма ты, Аза! И даже не ведунья! — категорично заявила Шанита.

— Тогда зачем ты это сделала? Зачем?

— Ну, во-первых, потому что пришло мое время. Уйти я не могла, не передав своих знаний. И тут подвернулась ты... Во-вторых, там не было подходящего сосуда. Ведьма должна вести одинокий образ жизни. Думаешь, почему я отправила сына жить с мужем? Вот поэтому... Так что ты была временным сосудом моего дара. А теперь нашлась подходящая кандидатура — вдова Арина живет как затворница. Только даже не мечтай, что я скажу ее место жительства. Ишь, глазенки загорелись... Не нужно знать тебе свою судьбу. Нужно уметь ждать... Беги, не беги... Судьба все равно найдет... Что-то долго я беседы с тобой веду, Азалия. Пора мне...

— Подожди, подожди, Шанита... — взмолилась Аза.

— Ладно. Можешь задать три вопроса, на которые получишь ответ.

— Скажи, Шанита, как там моя мама?

— Оксана, что ли? Прекрасно! Следит за твоей жизнью. Но вообще-то, она стала ангелом-хранителем для твоей дочки Дарины, — ведьма засмеялась, но Аза заметила, что ее силуэт стал более прозрачным. Надо спешить. Еще есть возможность получить ответы на два вопроса.

— А бабушка Земфира? Она уже с тобой? Или мне показалось?

— Да. Пару лет назад она пришла ко мне... Наконец-то, удалось свидеться. Аза, быстрее... — торопила Шанита.

— Хочу спросить... Я вижу... темную фигуру в балахоне... без лица... Что это значит? И кто это? — заикаясь Аза задала последний вопрос.

— Ну, наконец-то! Давно пора было этим поинтересоваться. А это твоя награда! Неужели не догадалась сама, кого видишь?

— Награда? — глаза девушки округлились от страха. — Зачем мне такая награда? Я ничего и ни у кого не просила.

Шанита пожала плечами. Она вот-вот должна была растаять, но нашла в себе силы сказать.

— Пять лет ты выполняла добросовестно чужую работу. Бескорыстно в некоторые моменты даже. Ты любишь людей. Ты не приемлешь несправедливости. Будешь помогать и дальше. Но только тем, кто обратится к тебе за помощью в последний момент своего существования в этом мире. Ты — последний лучик их надежды. Протяни руку... Зато ты теперь сможешь жить, как обычный человек... Растить детей. Быть счастливой. Плюсы есть...

И Азалия, как завороженная, протянула Шаните свои раскрытые ладони. А через мгновение обнаружила в них маленький огонек. Это был огонек последней надежды. Шанита исчезла так же, как и появилась.

— Стой! — закричала Аза. — А как я узнаю, кому нужна моя помощь?

— Темная фигура... Услышишь их зов... Присматривайся к подсказкам, — прошелестели ветки деревьев.

Азалия все так же сидела на ступеньках своего крыльца. Оглушенная неожиданно вернувшимися звуками, девушка вглядывалась в темноту.

Оказывается столько различных звуков существует вокруг нас! А мы их просто не слышим, не замечаем. Или просто нам некогда остановиться. Просто несемся по жизни...

Может стоит иногда замереть на миг, закрыть глаза и прислушаться. Чтобы услышать, о чем шепчет ветер в кроне деревьев. Никогда тишина не бывает абсолютной. Треснула надломленная ветка. В траве зашуршало... Кто там может быть? Закричала птица...

И неожиданно Азалия вспомнила о Блэке. Где он? Ей всегда нравилось мысленно с ним переговариваться. Ворон, словно почувствовав ее зов, слетел и уселся на плечо.

— Блэк, что же теперь делать? Мне нужен твой совет.

Ворон покосился на свою хозяйку, потоптался, аккуратно клюнул в ладонь и улетел. Скорее всего, он ее и понимал, но тоже, возможно, потерял этот удивительный дар. Было жаль... "Не хочу, чтобы он покидал меня", — слезы выступили на глазах.

Азалия почувствовала спокойствие. И после пережитых потрясений, ее организму требовался отдых. Она переоделась в пижаму, легла, укрылась теплым одеялом и уснула.

Перед самым утром Аза заворочалась в постели. Ей показалось, что она открыла глаза. Очутилась девушка в больнице. Вдруг вспомнила, как Лидка Курочкина говорила, что ту женщину, которая попала в аварию, повезли в городскую больницу.

Было тихо. Пустой больничный коридор с синими облезлыми панелями. Гулкое эхо шагов. Медсестра дремала на своем посту, положив голову на руки, сложенные на столе. Почему-то остановилась у палаты №3. "Здесь!" Ей было нужно сюда. Из палаты звал женский голос: "Помоги! Пожалуйста..."

Открыв глаза, Азалия вдруг поняла, что у нее появилось дело, не терпящее отлагательств.

***

Кирилл Кириллович Кудрявцев вернулся из очередной командировки. Пустая квартира встретила его тишиной. Здесь его уже несколько лет никто не ждал. А раньше была мама. Они с ней жили на одной площадке. Поэтому женщине не нужно было далеко ходить, чтобы поддерживать порядок в квартире единственного сына. Клавдия Павловна всегда знала, когда Кирюша должен вернуться домой. Убиралась, готовила любимые блюда. А в последнее время, будто что-то предчувствуя, говорила о том, что пора бы обзавестись семьей. 25 уже. Самое время. А он все отшучивался. Говорил, что еще не нагулялся. Что потом, когда наладит бизнес...

Мы многое откладываем на потом. Но "потом" — понятие растяжимое.

Это он понял сейчас, когда вернулся домой. А тогда...

Бросив сумку в прихожей, Кирилл, не снимая куртку, сел на диван. Интересно, когда, в какой момент началась эта череда невезения?

Почему-то вспомнилась та светловолосая девушка с темными загадочными глазами. Как же ее звали?

Да. Лия...

Она так запала ему в душу, что он через неделю пытался ее разыскать. А почему не удержал в то утро?

Потому что отнесся как к очередной своей победе... Кто его знает?

Продолжение

Глава 22. Помочь той, которой больше нет

"Помоги!" — голос женщины, которая приезжала к ней в тот день, когда пропал дар, настойчиво звал. И до утра Азалия больше не могла уснуть. "Надо что-то делать..." — не раздумывая долго, она встала с постели, позавтракала и принялась за сборы.

Сначала отправилась к Нине Петровне. Соскучилась за детишками, хотя прошла всего одна ночь.

Дарина и Иван еще спали, но Аза все равно вошла в дом, поцеловала на прощанье. На столе оставила деньги для Нины Петровны, хоть женщина и возмущенно отказывалась. Но Аза знала, что любой труд должен быть оплачен.

— Нина Петровна, у меня в городе срочное дело. Возможно, вернусь сегодня, но могу и задержаться. Вы только не волнуйтесь. Буду звонить.

— Азочка, а что случилось? У тебя неприятности?

Нина Петровна была женщина мудрая и знала прекрасно по какой причине в их поселке появилась красивая цыганочка. И Азалия зашептала ей на ухо о том, какие изменения произошли в ее жизни. Очень захотелось поделиться своими переживаниями хоть с кем-нибудь.

— О, неужели ты его потеряла навсегда? Не верится что-то... Может вернется еще?

— Нет, Нина Петровна, я точно знаю — не вернется. Потому что я теперь вижу фигуру в черном плаще и без лица. И она является мне, когда кто-то должен покинуть этот мир.

— Да? Бедненькая ты моя девочка... И куда же ты теперь?

— Должна помочь той женщине, которая попала в аварию. Надо спешить. Ее дни сочтены...

Нина Петровна перекрестилась: "Прямо как в кино... Неужели так бывает в жизни? А! Значит, наша Азалия теперь будет выполнять последнюю просьбу..."

Машина мчалась по шоссе. Азалия внимательно следила за дорогой, пытаясь ни о чем не думать. Но это у нее плохо получалось. И она решила не отмахиваться от назойливых мыслей.

"Итак, проанализируем ситуацию. Первое — дара больше нет. И скорее всего он не вернется. Второе — в качестве компенсации получила награду. И что мне дает возможность видеть эту Тень (решила дать имя этому призраку)? Допустим, он указывает на того, кто покинет этот мир... И как я узнаю, какую просьбу должна выполнить? Ладно... Разберусь на месте".

Изрядно попетляв по широким городским улицам, наконец-то, добралась до окраины, где располагалась городская больница. Оставив автомобиль на стоянке, Азалия заторопилась. И даже побежала... Интуиция подсказывала, что надо спешить.

Она шла по такому же коридору, который видела в своем сне. Те же ободранные панели. Было тихо. Аза уже понимала, что ей нужна палата №3. Но приблизившись, возле двери этой палаты она увидела каталку и сразу догадалась, что не успела.

"Я не успела..." — расстроилась Азалия.

Возле накрытого простыней неподвижного тела стоял мужчина со скорбным выражением лица. Он даже не пытался в последний раз взглянуть на свою жену. И это его поведение настораживало. Через минуту он повернулся и, засунув руки в карманы брюк, удалился. Азе показалось даже, что он насвистывает, хотя никаких звуков не было слышно.

Поразмыслив, девушка приоткрыла дверь, не понимая что она рассчитывает там найти.

На узкой кровати сидела женщина, глядя в окно. Только она уже не имела так называемой телесной оболочки. А больше напоминала этакую полупрозрачную субстанцию. "Я ее вижу... Как тогда видела Шаниту. Значит, опять у меня мало времени, потому что скоро она исчезнет".

— Здравствуйте. Это вы меня звали? Меня зовут Азалия. Надо торопиться, чтобы успеть... Пожалуйста.

— Да. А скажите, почему мое тело увезли, а я осталась здесь? — женщина долго смотрела в глаза Азалии. И наконец-то, она поняла. — Так меня уже нет? Я умерла из-за той аварии?

— Как вас зовут? — торопила Азалия. В этот раз ей хотелось помочь бедняжке.

— Кравцова Ирина Леонидовна. Я чувствовала, что что-то происходит... Что-то не так. Потому и поехала к вам. Мы с моим мужем Кравцовым Эдуардом Владленовичем в браке полтора года. Мне уже 38 лет... Было... Простите. У обоих свой бизнес. У мужа строительная фирма. У меня сеть салонов красоты в городе. И деньги на счету, и двухэтажный дом в пригороде.

Теперь уже и не знаю, случайно мы познакомились или нет. Но встретились. И отношения завершились браком, как у всех любящих людей. Да. Я его любила. И боялась, что он меня бросит. Поэтому скрыла, что у меня есть дочь, которая живет с матерью в деревне. Хотелось урвать чуточку счастья. Все остальное у меня уже было.

Год прошел быстро. Счастливая семья. И вот Эдик стал меня уговаривать написать завещание на случай непредвиденных обстоятельств. И я согласилась. И он написал тоже. Да. До чего ж хитер оказался! По завещанию, в случае чего все движимое и недвижимое имущество, что есть у мужа, перейдет ко мне. Ну, и наоборот конечно.

Я ведь, глупая, думала, что у нас вся жизнь впереди. А оказалось, что у него впереди, а у меня... Завещание составил нотариус Воронков Георгий Савельевич. У него оно и хранится. А через пятнадцать дней будет оглашено.

Но так как отношение мужа ко мне поменялось после этого, я наняла частного детектива и узнала, что у него есть другая женщина. И она была все время. Короче, он аферистом оказался. А я влипла...

Другое завещание я составила за два дня до аварии. Но нотариус говорил, что собирается в отпуск. Найдите его и предупредите. Прошу вас. Теперь я поняла, что на первом месте должны быть родители и дети, а потом мужчины. Пусть он будет разочарован, удивлен и наказан. Драненко Михаил Семенович. Нотариус.

Это были последние слова, которые Аза услышала от Ирины. Силуэт женщины истончался на глазах, а потом исчез. И ничто не напоминало о том, что она здесь была. Разве что приборы, к которым была подключена...

Дверь открылась неожиданно, и Азалия вздрогнула.

— Женщина, что вы здесь делаете? Ее уже отвезли куда надо. А вам пора уходить, — недовольно ворчала сердитая санитарка.

Теперь следовало разыскать этого нотариуса. Пришлось попотеть, но он нашелся. На месте его не было. Оказалось, что уехал к матери в деревню. Секретарша ни в какую не хотела сообщать адрес, но деньги, как говорится, открывают любые двери.

Еще два часа Азалия добиралась до деревни, куда уехал мужчина. Вздохнула только когда поздоровалась с ним за руку. Это был молодой человек, довольно приятной наружности. И Аза сразу поняла, что произвела на него впечатление. К сожалению, ей это было не нужно, но девушка об этом ему не сообщила.

Обещал быть на оглашении завещания, а потом позвонить и рассказать, чем же все это закончилось.

Итак, она управилась за один день. И с чувством выполненного долга возвращалась домой. Азалия надеялась, что смогла помочь той, которой больше нет.

***

Эту девушку найти с первого раза не удалось. И Кирилл ходил в это кафе несколько вечеров подряд. И вдруг узнал одну из подруг Лии.

— Здравствуйте. Меня зовут Кирилл. Я разыскиваю вашу подругу Лию...

— Лию? Не знаю такую. Неделю назад у нас в этом кафе был выпускной. Но в нашей группе Лия не училась...

— Извините... — Кирилл повернулся, собираясь уйти.

— Стойте! Вы, наверное, говорите об Азе. Такая красивая, похожая на цыганку?

— Да.

— Так уехала она в свой поселок. Там живет их табор. Говорила, что отец уже и работу для нее нашел. Берегись! Она немножко ведьма... — оглянувшись по сторонам, она на ухо сообщила Кириллу название поселка.

"Я должен ее найти! Чтобы понять, что она для меня значит..."

Продолжение

Обновления есть ежедневно. Приглашаю...

Глава 23. Спокойная жизнь

Аза мчалась домой и радовалась тому, что выполнила последнюю просьбу женщины, погибшей в аварии.

Она размышляла о том, что все-таки счастливы те, кому удалось дожить до старости. Увидеть своих взрослых детей и внуков. Порадоваться жизни вместе с самыми родными людьми. Такие люди уходят спокойно и никого не тревожат, потому что успели подготовиться. Раздать последние указания. Во что одеть... Кого пригласить на поминки... Кому что подарить...

Но если случаются непредвиденные обстоятельства... Тогда душа мается, потому что при жизни человек не смог сделать или сказать что-то важное.

Вздохнув, Аза въехала во двор. Было легко и спокойно. "Завтра заберу детей у Нины Петровны, а сейчас отдохну", — решила Аза. Но дети решили еще немного погостить у своей няни. А Нина Петровна не возражала, только рада была.

Есть такие люди, которым не нужен покой. Они чувствуют себя на своем месте только тогда, когда заботятся о других. Из этой категории и была Нина Петровна.

В пансионате происшествий не было за время отсутствия Азалии. Отдыхающих было немного. Особую прибыль пансионат не приносил. Но она не могла ничего изменить в данном случае, потому что являлась всего лишь главным администратором, а не хозяйкой.

Иногда Аза встречала Льва Моисеевича, нотариуса Инги Альбертовны, интересовалась, не объявился ли хоть кто-нибудь из родственников женщины.

— Нет, Азалия... Я отправил письмо по просьбе Инги. Но ответа пока не получил. Как исполнится полгода, отправлю еще одно письмо. Должен же кто-то вступить в наследование. Если что, я вам обязательно дам знать... — качал головой Лев Моисеевич и печально разводил руками.

Через две недели позвонил Михаил Семенович, нотариус погибшей Ирины и пригласил ее присутствовать при процедуре оглашения завещания. И Аза согласилась. Было интересно, чем же все это закончится и сумела ли помочь.

Они вошли в зал вчетвером, Аза, Михаил, симпатичная молодая девушка и женщина в черном платочке, в тот момент, когда нотариус, составивший первое завещание, закончил его зачитывать.

— Минуточку внимания, дамы и господа! — Михаил Семенович оглядел присутствующих. — У меня есть для вас новость: моя клиентка, Кравцова Ирина Леонидовна, составила новое завещание за два дня до своей смерти... — мужчина выждал паузу и начал зачитывать последнюю волю покойной. — "Все мое движимое и недвижимое имущество завещаю моей дочери, Смирновой Юлии Дмитриевне. С моих слов записано верно. И подпись. И число".

Лист бумаги сначала передал своему коллеге, а тот бывшему мужу Эдуарду, лицо которого перекосилось от злобы. Он, психанув, швырнул бумагу на стол и вышел, громко хлопнув дверью. Больше ему здесь было нечего делать. За ним метнулась молодая особа, лица которой никто так и не успел разглядеть.

Михаил Семенович вызвался показать Юле и ее бабушке и дом матери, и три салона красоты. Аза почувствовала, что молодая девушка понравилась мужчине. "Видимо, дошло до него, что со мной ему ничего не светит", — подумала Азалия, направляясь к своему автомобилю.

Если бы она не потеряла свой дар, то увидела бы, что Юля поступила в институт. А Михаил терпеливо ждал целых два года. Потом они поженились, забрали бабушку из деревни и ждали прибавления. Любовь. В этой семье царила любовь...

А она выполнила последнюю просьбу Ирины. Больше женщина к ней не приходила.

Прошел еще год. Даринка выросла. На следующий год пойдет в школу. Ванюша учился прилежно. Мечтал стать врачом.

За это время Аза много раз видела Тень в плаще и капюшоне. И она всегда знала, что за этим последует. Кто-то уйдет в мир иной... Но к ней с просьбами больше никто не обращался.

Можно было жить спокойно, что она и делала. Выстроила на небольшом свободном пятачке земли небольшой домик. Это был Салон Красоты "Дарина". Конечно, сама она только руководила. А два женских мастера и один мужской работали. Оказалось, что в их небольшом поселке не было ни одной парикмахерской. И люди ездили в город.

А еще она по профессии была медсестрой. Всегда находились те, которым нужно было ставить уколы или капельницу. Аза не отказывала никому. Ездила и в другие деревни. Люди благодарили, кто как мог: кто-то деньгами, другие — продуктами.

И наконец-то Азалия почувствовала себя самодостаточной. Потому что она — сама себе хозяйка. Теперь никто бы и не узнал в этой темноволосой модно одетой женщине прежнюю Азалию. Она даже встречалась несколько раз с мужчинами. Первый — хоть и был красавчиком, но и без дара Аза чувствовала его натуру. Он был из тех, кто желал пристроиться и пожить за чужой счет. У второго — на первом плане была собственная мать. Этакий маменькин сынок.

Но Азалия не расстраивалась. Ей всего 26. И у нее вся жизнь впереди.

Жалела ли она об утраченном даре? Нет. Ей нравилось жить как все. А изредка выполнить последнюю просьбу... Это можно. Если так распорядились там, то она не откажет.

***

Кирилл Кудрявцев за эти шесть лет потерял все. К такому выводу он пришел сегодня.

Мать оставила его. Это раз... Бизнес, три магазина бытовой техники, пришлось продать. Это два...

Не осталось ничего, кроме этой двухкомнатной квартирки и машины. Это три...

И в его 33 — ни любимой женщины, ни ребенка... Пусть даже на стороне... Он сейчас был бы рад, но...

К сожалению, в свое время у него были другие принципы. И это четыре...

Но, видимо, можно было насчитать и больше пунктов, но что-то привлекло его внимание...

Сидя в кресле, Кирилл перебирал почту, которой скопилось великое множество. Счета, бумаги и письма.

Ага! Это было письмо в белом конверте с неизвестным обратным адресом. Он долго вертел его в руках, пытаясь вспомнить что-то очень далекое и забытое из-за той суматохи, в которой он жил.

Вроде бы и адрес был знакомым... Стоп! Неужели? Да не может такого быть! Тетушка никогда не писала им писем. Никогда... Ни матери... Ни ему тем более.

Кирилл даже понюхал это письмо. И ему показалось, что повеяло детством. Он, тогда еще двенадцатилетний мальчишка Кирюшка, гостил у тети. Как же там было здорово. Дом под лесом. Озеро недалеко. Новые друзья. И свобода...

Собираясь уже распечатать это послание, все-таки решил посмотреть, когда же оно было отправлено, что он его пропустил: "Ого! Почти год прошел... Что же такого случилось, что тетя решилась написать единственное письмо своему двоюродному племяннику? И вообще а сколько ей сейчас?" — Кирилл зашевелил губами пытаясь вспомнить, но так и не смог, потому что это его тогда мало интересовало.

И он решился открыть это послание.

"Дорогой мой племянник Кирилл. Пишу это письмо тебе, потому что чувствую, что мои дни сочтены. Буду благодарна, если ты приедешь проводить меня в последний путь. У меня ведь никого больше нет, да и ты седьмая вода на киселе... Но что теперь уж поделаешь. Выполни мою последнюю просьбу и будешь счастлив... Твоя тетушка Инга Альбертовна Вознесенская"

Там было еще что-то написано, но зачеркнуто так, что прочитать не удалось...

Продолжение

Глава 24. Тетушкино завещание

"Это что ж получается, тетушка пригласила вот так запросто меня на свои похороны. Будто на какой-то день рождения. Неожиданно, — Кирилл задумался, встал с кресла и подошел к окну. — Сколько это же лет прошло с тех пор, как я видел ее в последний раз. Видимо давно, раз не могу вспомнить. Совершенно одинокая старушка... Как жаль".

Мужчина совершенно искренне жалел о том, что был так занят тогда. А вот сейчас он свободен. Никаких тебе забот. Осталось разве что подумать о том, как жить дальше. Кирилл уже было собрался прекратить этот просмотр старых газет, журналов и т.д. Как ему на глаза попался еще один конверт.

И опять, как и в первый раз, он потянулся за ним. Этот конверт был подписан совершенно другим человеком. Хотел уже было отложить его в сторону, но заметил, что адрес отправителя был тот же, что на первом письме.

Не раздумывая, Кирилл распечатал его, вытащил белый лист бумаги и начал читать:

"Здравствуйте, уважаемый Кирилл Кириллович. Очень жаль, что вы не нашли времени, чтобы проводить в последний путь вашу любезную тетушку Ингу Альбертовну Вознесенскую. А ведь вы ее единственный родственник... Вы так же не удосужились явиться на оглашение завещания... А по сему должен сообщить вам его содержание в письменном виде, чтобы исполнить последнюю волю моей клиентки.

Итак, все движимое и недвижимое имущество: пансионат "Настроение", деньги на счетах, а так же Иннокентий, Наполеон и Азалия Королёк — все это станет вашим, как только мы подпишем определенные бумаги. С уважением, Лев Моисеевич, доверенное лицо вашей покойной тетушки".

Теперь Кирилл находился в полной растерянности. По всему оказывалось, что тетушка уже давно покинула этот мир, а он об этом вообще не знал. Может быть, и нашел бы время, чтобы съездить... Но чего уж думать об этом. Случилось, что случилось...

Мысли текли медленно:

"Она оставила все, что нажила при жизни мне... Все... Узнай я об этом раньше, может быть и не пришлось продать по дешевке свои магазины. Можно было бы воспользоваться теткиными деньгами. И все спасти... Но скорее всего это мне какое-то наказание или урок. Что ж начнем сначала..."

За два следующих дня Кирилл собрался, погрузил вещи в багажник машины, закрыл дверь своей квартиры на ключ и отправился в путешествие, твердо уверенный в том, что вскоре вернется. У него уже были новые идеи.

Дорога была длинная. Целых двое суток пути. Это если ехать без остановок. Но Кирилл так издеваться над собой не планировал. Спешить ему было некуда. Можно заночевать в гостиницах, посидеть в ресторанчике, полюбоваться достопримечательностями. Тем более он был уверен, что его никто не ждет.

Шоссе было свободным. И Кирилл всю дорогу размышлял.

Интересное завещание оставила тетушка Инга. Она всегда была немного странной, но гостить у нее Кириллу определенно нравилось.

"Ну, Иннокентий... Скорее всего это ее любимый попугай. Кеша..." — пытался мыслить логически мужчина. Что там обычно попугаи говорят? "Кеша — дурак"... Нет у тетушки и попугай должно быть воспитанный. Значит остается одно: "Кеша — хороший..."

Наполеон... Здесь было непонятно. Наполеоном мог быть кто угодно: и пес, и кот... А кому еще можно дать такую кличку или имя...

"Но кто такая Азалия Королёк? По всей видимости, это ее любимый цветок в горшке? У старых людей свои причуды... Ладно, разберусь на месте. Если тетя Инга так любила эту Азалию, то, значит, и я смогу за ней ухаживать... Так и быть, исполню ее последнюю волю. И домашние питомцы будут как нельзя кстати. Надоело одиночество..."

Первую остановку он совершил в городе N, и в эту же ночь ему приснился загадочный сон. Он словно вернулся в ту ночь шесть лет назад. Красивая девушка Лия. Подружка говорила, что она цыганка. Скорее всего, так и было. Не спроста же он до сих пор не мог ее забыть. Видимо околдовала. Других аргументов он не нашел. Они провели с этой незнакомкой волшебную ночь. А утром она ушла, но ее взгляд остался с ним навсегда.

Вторую ночь он провел в городе M. Опять эта девушка пришла во сне... Но теперь она изменилась. Темные глаза заглянули прямо в душу, когда она оглянулась уходя. За руку вела девочку лет шести. Обе смеялись... К чему бы это?

В поселок Кирилл приехал ранним утром. Он его сразу узнал. Думал, что за столько лет там многое изменилось. Но нет. Все осталось как и прежде. Вот чем примечательны такие места. Там жизнь не меняется.

Только деревья стали большими. Он медленно ехал по центральной улице, посматривая по сторонам. На главной площади остановился. Нужно было разузнать, где же находится нотариальная контора. Об этом он и поинтересовался у первого прохожего. Это был мужчина, выгуливающий собаку.

— А, так вам ко Льву Моисеевичу. Не удивляйтесь, у нас только один нотариус. И все пользуются его услугами. Пойдете прямо, потом направо, там и увидите небольшое кирпичное здание. Не ошибетесь...

Кирилл оставил машину на стоянке и решил прогуляться. Ноги затекли от сидения. Устал столько времени находиться за рулем. Здание с табличкой "Нотариус" нашел быстро. Остановился, выдохнул и открыл дверь.

Лев Моисеевич сидел за столом и заполнял какие-то бумаги. Оторвавшись от своего занятия, он посмотрел на раннего посетителя.

— Присаживайтесь, пожалуйста.

И Кирилл его узнал. Тогда, давным-давно, этот мужчина часто навещал тетушку. Они подолгу беседовали и пили чай. И тогда пот градом катился по его лицу. И сейчас ничего не изменилось. Он все так же вытирал белоснежным платком лоб. А теперь еще и лысину. Стал чуть толще, но узнаваем, определенно.

— Кирилл Кириллович Кудрявцев, — представился и замер в ожидании.

— А... так это вы? Наконец-то, изволили добраться...

***

Этим вечером Азалия была приглашена на день рождения Ярослава. Ехать на этот праздник совершенно не хотелось. Надо было наряжаться, садиться за руль, и скорее всего ночевать в чужом доме. А этого Аза не любила. Но пришлось. Неудобно было отказывать единственному близкому родственнику, который к тому же многое для нее сделал. Поэтому Аза прибыла в город задолго до назначенного времени. Прошлась по магазинам, где приобрела себе черное вечернее платье. Заглянула в салон красоты. Уложила волосы. Понаблюдала за работой мастеров-профессионалов. А что ее девочки работали не хуже, чем эти городские...

И только потом подъехала к дому Ярослава. Здесь она привела себя в порядок еще раз и вместе с именинником отправилась в ресторан. Вообще-то она собиралась здесь заночевать, но что-то заставило передумать, сесть в свою машину и ехать следом за братом.

Гостей было много. Столы ломились от лакомств. Было интересно наблюдать целый вечер за незнакомыми людьми до тех пор, пока на нее не обратил внимание один довольно таки подвыпивший гость. И Азалия чувствовала, что так просто он от нее не отстанет. Конечно, мужчина был довольно смазлив, но наступать на те же грабли, что и шесть лет назад, девушка не собиралась. Хватило одного раза.

Польза от посещенного мероприятия была лишь в том, что она познакомилась с интересной женщиной. Звали ее Надежда. А потом и с ее мужем. Оказалось, что он работает в полиции. Капитан уголовного розыска Матвеев Алексей Сергеевич.

Уже в первую минуту их знакомства Аза поняла, что знакомство это не случайно. Во-первых, Ярослав странно улыбался. И взгляд его был абсолютно таким, как у Шаниты. Он ведь был ее внуком. Скорее всего, что-то от бабушки и ему досталось. И как только она об этом подумала, смех ведьмы тот час раздался в ушах. Аза даже схватилась за голову и пошатнулась. Именно в этот момент и поддержала ее Надежда.

"Ну, Шанита! Не успокаивается! И оттуда руководит..."

Взгляды наглеца, преследующего ее целый вечер, Азалии не нравились. И тихо попрощавшись с Ярославом в фойе ресторана, Аза села в машину и отправилась домой.

Было уже темно. Около одиннадцати. От города до ближайшей деревни вдоль дороги с левой стороны росли деревья. Скорее всего это была посадка. Деревья мелькали. Аза следила за дорогой, зная что в любой момент может выбежать какое-нибудь животное.

Когда появилась эта девушка перед автомобилем, Аза не поняла. Она просто стояла на дороге, словно ждала именно ее. Успела вовремя затормозить, сжав руль обеими руками. Девушка стояла и не двигалась...

А сердце Азалии билось так громко, что она спокойно могла отсчитывать его удары. Вспомнила, что именно так оно билось в тот первый раз, когда она вошла в палату, где увидела Ирину.

Продолжение

Глава 25. Она звала за собой

Прозрачная фигура появилась на этой проселочной дороге совершенно неожиданно. Увидев ее силуэт, Азалия испугалась, резко нажала на тормоза и машина, дернувшись, остановилась.

Несколько минут сидела, пытаясь унять колотящееся сердце: "Если это призрак, то мне точно бояться нечего. Нужно просто найти его и выполнить просьбу. Но если это обычная живая девушка, то ожидать можно чего угодно".

Поэтому Аза не вышла из автомобиля. Стало страшно. Она знала, что бояться надо живых... Медленно поехала вперед, поглядывая по сторонам.

Лесопосадка закончилась неожиданно. Значит, скоро она въедет в деревню Фрунзовку, о чем предупредила показавшаяся в свете фар табличка.

Опять перед машиной показался силуэт. Теперь Аза четко видела, что это призрак молодой девушки. "Что ей от меня нужно?" — успела подумать в тот момент, когда заметила что фигура перемещается, словно зовет за собой.

Там, в двухстах метрах от дороги находилось деревенское кладбище. И она, эта девушка-призрак, звала ее за собой. Делать было нечего — пришлось идти. Только было очень страшно. Она и призрак увидела всего второй раз в своей жизни... А тут еще и ночь... И такое место...

Но она шла, словно завороженная... Остановилась у самых ворот. Прозрачный фантом плыл перед ней, указывая дорогу. Тропинка была неширокая. И Аза четко видела у изголовья каждой могилы призраков. Они провожали ее молча. Старик с густой бородой проводил пустым взглядом. Маленькая девочка помахала рукой.

Призрак девушки замер внезапно. Подойдя поближе, Азалия остановилась возле скромного памятника. На нее с портрета смотрела симпатичная девушка.

"Дробышева Анастасия Владимировна", — прочитала Аза. Ее не стало ровно год назад. Видно было, что сюда часто приходят. Много цветов. Очень много. Возможно, кто-то положил их вчера, потому что была годовщина.

Ничто не нарушало тишину этого места. Казалось, что замерло все живое вокруг. Даже фантомы исчезли. Аза осталась наедине с призраком Анастасии и через минуту она заговорила.

— Вы меня видите?

— Конечно. Я же пришла за тобой.

— Наконец-то... Я хожу на эту дорогу с тех пор, как исполнилось сорок дней. И ни один человек меня не увидел, не остановился. Все проезжали мимо, а бывало даже сквозь меня.

— Чем я могу тебе помочь, Анастасия? — торопливо спросила Азалия, желая поскорее покинуть это место.

— Я не могу уйти. Меня здесь держат. А это очень тяжело. Там меня ждет бабушка.

— Кто тебя держит? Или что?

— Родители... Папа и мама... Особенно мама. Она много плачет... Пойдемте, я вас отведу.

Теперь Азалия с облегчением шла к выходу. Потом, сев в машину, поехала за плывущей впереди девушкой. Было уже далеко за полночь, когда они остановились у деревянной калитки.

Деревня спала, и только в этом доме горел свет в одной из комнат. "Выхода нет. Придется идти". Аза отворила калитку. Тот час залаял пес, стараясь сорваться с цепи, почуяв чужого. А когда пошла по дорожке, он заскулил и спрятался в будку.

Мария еще не спала. И муж ее тоже не спал. Как он мог спать, если жена плакала в комнате дочери каждую ночь. А уже прошел год с тех пор, когда ее сбил подвыпивший водитель на дороге.

Владимир открыл дверь в тот момент, когда Азалия подняла руку, чтобы постучать.

— Здравствуйте. Я пришла по просьбе вашей дочери Анастасии, — глаза мужчины округлились, но он посторонился и пропустил незнакомку в комнату.

Она вошла именно в комнату дочери, где в кресле сидела его жена перед множественными портретами их любимой девочки. Призрак Анастасии остановился за спиной женщины, обнимая ее невидимыми руками.

— Володя, чувствуешь, запахло духами Настеньки. Я же тебе говорила... А ты не верил... она приходит к нам, — женщина опять заплакала.

— Мария, вот поэтому я и пришла. Меня зовут Азалия. Вы не отпускаете дочь. И ей там очень плохо. Она мерзнет, стоя по колено в воде. Это ваши слезы. А ее ждет бабушка... — Аза прислушалась к голосу призрака и добавила не сомневаясь. — Рая...

Женщина подняла на Азу заплаканные глаза. Стала их торопливо вытирать.

— Но я же не знала... Мою маму звали Раей.

— Уже прошел год. Снимите с себя траур. Вы должны жить дальше. Вы же не хотите, чтобы ваша новая дочь увидела вас такой. А вы еще молодая красивая женщина. Это не я вам говорю. Это Настя. Она говорит, что у нее там новое предназначение. Она станет ангелом-хранителем для сестренки. У каждого на земле свой срок. От этого никуда не убежать. Давайте я вам помогу.

Они вместе убрали все фотографии Анастасии в альбом, оставив одну.

— И одежду уберите из шкафа. Отдайте кому-нибудь завтра... Все будет хорошо, я вас уверяю.

— Я что беременна?

— Да. Ваша дочь говорит, что уже два месяца. Так что ждите пополнения.

Призрак Анастасии за спиной матери стал таять и через минуту исчез. Значит, последняя воля неупокоенной души выполнена. И Аза тоже испытала облегчение. Словно тяжелый мешок сняли с ее плеч.

— Ну, мне пора. Желаю вам счастья. И не ходите к Насте часто. Только в строго отведенные дни. Именно тогда они там нас ждут прямо у ворот.

— Спасибо, Азалия. Может останетесь? Куда же вы на ночь глядя? — беспокоилась Мария.

— Нет. Меня дома ждут. До свидания.

Владимир проводил до ворот, пожал руку и даже заплакал.

— Извините... Очень переживал за жену.

Он улыбнулся, понимая, что с сегодняшней ночи их жизнь изменится. Долго стоял у калитки, глядя вслед уехавшей машины. Он, совершенно не веривший ни во что сверхъестественное человек, был сбит с толку: "Неужели так бывает в реальности? И все эти россказни о призраках и жизни после смерти... правда?"

Правда или неправда, но он был рад появлению этой загадочной женщины по имени Азалия.

Наконец-то Аза была дома. Ей необходим был полноценный отдых. Чувствовалась усталость. Возможно, общение с призраком забрало слишком много жизненной энергии. И ужасно хотелось есть. Сделав себе огромный бутерброд, она его быстро проглотила. И спокойно заснула, обняв подушку. Дети были под присмотром Нины Петровны. Беспокоиться не о чем.

***

— Так... Значит, Кирилл Кириллович Кудрявцев? — спросил Лев Моисеевич, глядя поверх очков. — Что же вы, голубчик, так долго добирались?

— Дела... — уклончиво ответил Кирилл, не понимая почему он должен оправдываться и отчитываться перед каким-то нотариусом. — А скажите, Лев Моисеевич, что такое Азалия Королёк?

— Не что такое, а кто такая... — мужчина рассмеялся, закашлялся. Его второй подбородок мелко затрясся. А круглый живот заколыхался от смеха.

— Азалия Королёк — это...

Но в ближайшие пять минут он не смог выговорить ни одного слова.

Продолжение

Глава 26. Ему казалось, что это розыгрыш

Лев Моисеевич долго смеялся, кашляя и вытирая белоснежным платком лоб и шею. Он никак не мог прийти в себя. Через время опомнился и строгим голосом заявил:

— Ладно. Перейдем к завещанию. Здесь сказано следующее: "Кудрявцев К. К. вступит в наследование в том случае, если женится на Азалии Королёк, в противном случае все, завещанное мною, отойдет вышеназванной особе". Все, больше никаких указаний нет. Так что придется вам поднапрячься, чтобы завоевать доверие...

— Но я думал, что Азалия Королёк — это растение... Так сказать, любимый цветок тетушки. И я был готов за ним ухаживать до конца своей жизни, — пробормотал Кирилл.

— Растение... — мужчина опять засмеялся, и даже слезы брызнули из глаз. — Ну, Инга, уморила напоследок меня. Никакое это не растение, друг мой, а самая настоящая женщина. Так что придете ко мне со свидетельством о браке. И все... Наследство ваше.

Кирилл встал и молча вышел из нотариальной конторы. Ему казалось, что это какой-то розыгрыш. Кто-то вот так решил пошутить над ним. Но в последний год ему вообще было не до шуток. И он лично прочитал все бумаги, под которыми красовалась заковыристая подпись тетушки Инги Альбертовны Вознесенской, заверенная печатью.

Илья Моисеевич, стоя у окна провожал взглядом Кирилла, которого помнил еще мальчишкой: "Ох, недаром Инга замутила эту всю канитель. Видимо, ей стало известно то, о чем пока не догадывается никто..."

Мудрая была женщина Инга. А ведь он так ее любил. Но Инга не желала связывать себя узами брака, готова была даже пожертвовать их дружбой. А он нет. Потому и выбрал второе. Дружбу. Которая позволяла часто видеться и любоваться своей любимой. Лев Моисеевич вздохнул тяжело.

Кирилл брел по улице не замечая прохожих: "Интересно... Что же задумала тетка? Неужели решила пристроить внучку своей подружки? И что я теперь должен делать? А вдруг она не совсем приятной наружности? Или с какими-нибудь дефектами?"

Он даже не обратил внимания, что забыл о своем автомобиле, припаркованном на стоянке в центре города. Но возвращаться не собирался только по одной простой причине. Ему необходимо поскорее увидеть эту Азалию Королёк. А потом уже он точно решит, как поступить.

С этими мрачными мыслями он оказался на окраине поселка. Ноги сами привели его туда. И Кирилл, конечно, узнал это живописное место. С тех пор, как он был здесь в последний раз, многое изменилось. К старинному особняку вела аллея, выложенная плиткой. По бокам росли аккуратные ели. Небольшой фонтанчик у самого входа в окружении розовых кустов самых разных оттенков.

По дорожкам прогуливались под руку пожилые пары. Тишина и покой царили вокруг. Это действительно было прекрасное и спокойное место для отдыха. Все было отлично! Если бы не одно "но"...

Он приехал сюда совсем не отдыхать!

Ему, жизнерадостному и позитивному по жизни человеку, сейчас было не до веселья.

Поднявшись по ступенькам, он открыл дверь (возможно, в свое будущее) и вошел. Приятная женщина лет сорока вскочила, поправила выбившуюся прядь волос и поинтересовалась:

— Здравствуйте! Приветствую вас в пансионате "Настроение". Меня зовут Зоя. Вы кого-нибудь разыскиваете или желаете отдохнуть у нас?

— Здравствуйте, я ищу администратора этого пансионата, — коротко ответил Кирилл, желая покончить поскорее со всеми формальностями.

— Азалию Романовну? Извините, но ее сегодня не будет. Приходите завтра утром, — Зоя улыбнулась, сожалея о том, что этот красавчик сейчас покинет их пансионат, и она больше никогда его не увидит.

Кирилл сначала даже растерялся. Он рассчитывал встретиться с администратором, поговорить по душам, разузнать, может даже, об этой Азалии. А тут оказалось, что она и является этим администратором. А ведь после кончины тетушки прошел уже год, но она все работает. Возможно, ждет когда приедет он, настоящий наследник... "А может рассчитывает на то, что я совсем не появлюсь в этой глуши и тогда..." Этого он позволить не мог.

— Зоя, а скажите, я могу пожить у вас в пансионате?

— Думаю, да. Тем более, что свободных номеров у нас достаточно много. В этом году мало отдыхающих. Видимо, некоторые приезжали специально в это место, потому что здесь была Инга Альбертовна. Хорошая была женщина... Давайте ваш паспорт, я вас зарегистрирую.

Много времени сия процедура не заняла. Данные его паспорта записали в журнал.

— Сейчас вас проводят в номер, — Зоя выглянула в окно, где стоя возле цветочной клумбы, смеялась молодая пара, Маша Хорошилова и новый садовник Стефан. — Маша, подойди сюда. Сколько можно отлынивать? Пора и работу работать. Проводи Кирилла Кирилловича в номер пятнадцать. Он будет у нас жить.

Какие правильные слова подобрала эта Зоя... Не знал тогда еще Кирилл, что его пребывание здесь значительно затянется...

Маша, единственная горничная на весь пансионат, махнула рукой своему новому знакомому, который ей пришелся по сердцу, и торопливо побежала на второй этаж. Кирилл с трудом поспевал за ней.

Ему хотелось разузнать побольше об Азалии.

— Маша, а скажите Азалия давно у вас работает? — задал он первый вопрос.

— Да. Давно. С тех пор как приехала. Вообще-то она приехала к Шаните, нашей прежней ведьме. Ух, и злая она была. Все ее боялись рассердить. А Аза... она хорошая... Но тоже немножко колдует. Так что будьте осторожны. Поговаривают, что сейчас она медиумом стала. Знаете, кто это такие? — Видимо, эта Маша была очень разговорчивой, и Кириллу повезло. Он узнал об Азалии очень много странностей. И уже не знал, чему верить, а чему нет.

— А детки у нашей Азалии какие чудесные! Увидите, и они вам сразу понравятся. Особенно дочка! Такая красивая девчушка! Светленькая и глазки голубые совсем, как у... — Маша взглянула на гостя и запнулась, зажав рот рукой. — Простите. И Ваня. Он, конечно, постарше. Но такой серьезный...

Они вошли в номер. Кириллу здесь сразу понравилось. Комната небольшая, но уютная. Окна выходят прямо на озеро, которым можно любоваться в любое время суток. А за озером лес стеной.

Сообразив, что горничная скоро уйдет, спросил:

— А машину можно здесь поставить?

— Да. На заднем дворе есть специально оборудованная стоянка для автомобилей. Обед в 14.00, а ужин — в семь часов вечера. Добро пожаловать! — И девушка тихонько закрыла дверь, еще раз с интересом взглянув в лицо нового отдыхающего.

На обед Кирилл опоздал. А за ужином к нему подсела пожилая пара.

— Молодой человек, разрешите поинтересоваться, почему вы выбрали этот пансионат для своего отдыха? Вам же здесь будет скучно. Меня зовут Софья Сигизмундовна, а это мой муж Валерий Павлович. Приглашаем вас на прогулку.

Но Кирилл тактично отказался, сославшись на усталость.

Ему хотелось, чтобы скорее прошла эта длинная ночь. Вероятно, когда он увидит Азалию, то поймет, что она за человек.

***

Азалия проснулась очень рано. Вышла во двор, оглядела свои владения и решила, что пора идти на работу в пансионат. Накопилось много дел. Она была расстроена тем обстоятельством, что отдыхающих стало значительно меньше: "Скорее бы уже приехал новый хозяин... Пора что-то менять..."

— Аза! Азалия! — возле забора стояла Лидия Курочкина. — Говорят, что вчера явился, наконец-то, наследничек нашей Инги Альбертовны. Машка Хорошилова говорила, будто красивый мужчина...

Она вошла в кабинет и засела за бумаги, решив, что скоро, может быть, даже сегодня, придется отчитываться перед новым хозяином пансионата. Так девушка проработала часа два.

От стука в дверь Азалия вздрогнула. В кабинет вошел мужчина. Она его сразу узнала... Моментально... Еще бы... Шесть лет разглядывала единственную фотографию в телефоне. Совсем не изменился. Разве что возмужал... А взгляд тот же. Правда немного встревоженный...

— Кудрявцев Кирилл. Я родственник Инги Альбертовны Вознесенской...

"Так вон оно что..." — подумала Аза, совершенно не глядя на мужчину.

За его спиной стоял призрак знакомой женщины, которая была из местных. Но из-за волнения она никак не могла вспомнить, кто она такая.

"Сколько можно тебя ждать? Я еще вчера преставилась, и завтра меня уже похоронят. А я не успела раздать последние указания", — женщина ругалась и размахивала руками, точно так же, как и при жизни. И Азалия поняла, что это Клавдия Харитоновна Кулаченко. И в жизни она была скверным человеком, и сейчас ничего не изменилось. И недаром прозвали ее Кулачиха.

— Извините, Кирилл, но мне нужно на пару часов уехать... по делам.

Открыв дверь, она крикнула:

— Зоя Николаевна, вызовите такси. Моя машина что-то закапризничала вчера.

— Я могу вас отвезти. Зачем такси? — не отступал Кирилл. Девушка ему понравилась и очень кого-то напоминала.

Они вышли вместе, и все свободные работники пансионата проводили их странным взглядом, значения которого Азалия сначала не поняла. "Не узнал... Может, это и к лучшему?" — думала Аза, сидя на пассажирском сиденье рядом с тем мужчиной, о котором каждый день ей напоминало лицо ее дочери.

Продолжение

Глава 27. Правду говорила горничная

Азалия не знала, где живет (или жила) Клавдия Харитоновна Кулаченко, но сидя рядом с Кириллом на пассажирском сиденье повторяла все, что нашептывала эта тетка Клавка, как ее называли в поселке. То есть не она сама, конечно, а ее призрак, расположившийся, как и положено пассажиру, на заднем сиденье.

— Прямо... прямо... теперь направо... третий дом слева... смотри не пропусти...

"При жизни была вредной и неугомонной и сейчас не может успокоиться. И вот попробуй не выполни просьбу такой женщины... Ведь не даст покоя. Будет являться", — думала Азалия, не заметив, что машина уже остановилась возле большого выкрашенного синей краской дома. По платку, прибитому к двери, Кирилл каким-то образом понял или почувствовал, что именно сюда и направлялась Азалия.

— Я правильно остановился? — спросил шепотом. Девушка кивнула и ведомая призраком бывшей хозяйки вошла в калитку.

Во дворе было чисто подметено. Прибрано, словно давно готовились к приему гостей.

Аза вошла в открытую дверь. Кирилл ни на шаг не отставал от нее. Ему было интересно, почему Азалия вдруг решила прийти в этот дом. Он уже понял, что здесь происходит.

Народу в комнате было немного: две пожилых старушки и три, видимо, соседки среднего возраста молча сидели на лавке. Но воздух все равно был спертым от запаха горевших всю ночь свечей. Сама виновница лежала в гробу посередине комнаты. Справа стояли две женщины в черных платках. Наверное, невестки. Слева двое мужчин. Все было прилично. Правильно. Ритуалы в поселке все знали наизусть... Так чем же была недовольна эта женщина, призрак которой туманной дымкой маячил в изголовье?

— Вот посмотри... Посмотри. А я ведь хотела, чтобы это был не простой красный ситец, а бархат. Разницу понимаешь? — Азалия кивнула, подумав о том, что же теперь должны сделать бедные родственники.

Было бы смешно, если бы не было так печально.

— Вот сынки мои... — Азалия посмотрела на мужчин. И они представились по очереди.

— Григорий.

— Юрий.

— А это невестки. Небось радуются... Теперь будут командовать в доме...

Действительно, на лицах обеих женщин не наблюдалось никакой скорби. Скорее облегчение. Но они старались изо всех сил держать себя в руках.

Понимая, что сейчас покойница будет раздавать указания, Азалия попросила, чтобы чужие вышли из комнаты. Старушки разочарованно повздыхали, но вынуждены были подчиниться. Перечить никто не стал.

— Что привело вас к нам, уважаемая Азалия? Вы знали маму? — поинтересовался Григорий. Конечно, он знал, кто такая Азалия. Слухи о ней распространились и далеко за пределы поселка.

— Нет. Но она привела меня сюда. Понимаете, она не успела сказать...

Азалии было трудно подобрать слова, чтобы не посчитали ее сумасшедшей или глупой.

— Она здесь? — потрясенно спросил Юрий.

— Ну, да. И она вот лежит перед вами. И ее дух стоит рядом. У меня мало времени. Ваша мама пытается пересказать мне всю свою жизнь. Клавдия, говорите конкретно, что вас не устраивает? Я передам.

Оставшиеся в комнате родные и Кирилл, решивший понаблюдать, переглядывались, но молчали.

— Трудно поверить? Ваша мать говорит, что у вас, Григорий родимое пятно на правой ягодице. А...

— Достаточно. Мы вам верим. Так что же мы сделали не так? — прошептал Григорий.

— Передаю ее слова. "Ладно. Пусть будет красный ситец. Но купите кусок бархата для бабки Лукерьи, которая скоро преставится. Я не хочу лежать в этом платье черного цвета. Хочу одеть то, голубое, в котором была на юбилее. И снимите с меня эти тапочки. Поищите в шкафу туфли на каблуке. И платок на голову повяжите с красными цветами. Там, под матрасом, есть сбережения мои. Я хотела купить внучкам своим телефоны. Знаю, они будут рады. И платок повесьте прямо на калитку, чтобы все видели".

Азалия побледнела, и Кирилл придерживал ее под руку. Поняв, что сеанс окончен, он вывел девушку на улицу.

В комнате засуетились. Невестки Клавдии Харитоновны были недовольны. Но пришлось выполнять последние распоряжения своей свекрови. Они прямо сразу почувствовали, что это она с ними говорит устами Азалии. Нашлось все. И через полчаса женщину переодели и переобули.

Вздохнув с облегчением, отметили, что лицо ее словно разгладилось. Казалось, что на губах застыла едва заметная улыбка.

Азалия села на пассажирское сиденье и обессиленно закрыла глаза. Сегодня она поняла, что эта ее деятельность отнимает много физических сил и душевной энергии.

Дорогу обратно Кирилл уже знал, но Азалия попросила отвезти ее домой. Оказалось, что жила девушка рядом с пансионатом. "Так вот почему она сдружилась с тетушкой... Они были соседями".

Всю дорогу он не мог отойти от потрясения. Азалия была настоящим медиумом. Никогда бы не поверил, если бы не увидел своими глазами. И по испуганным лицам родных покойной было заметно, что они не сомневались ни секунды, что с ними разговаривала их мать. В последний раз...

А это ее "И закажите духовой оркестр. Последнее, что хочу услышать — вальс". Кирилл усмехнулся: "Причуды у каждого свои..."

Навстречу вышел темноволосый кудрявый мальчишка лет двенадцати. Такой же смуглый, как и мать.

— Это мой сын — Иван, — произнесла Азалия, и в ее голосе Кирилл почувствовал любовь и гордость.

"Взрослый сын? Откуда?" — промелькнула мысль. И в тот же момент он увидел девочку, которая неслась им навстречу, раскинув руки в стороны.

— Королёк Дарина Кирилловна, — представилась девочка, увидев незнакомого человека, и протянула маленькую ладошку.

В ее чертах было что-то знакомое. Но он не сразу уловил что именно. А когда неожиданно пришло осознание, то малышка уже убежала.

— Так, Кирилл. Не сейчас. Я устала сегодня. Поговорим завтра.

Она говорила так резко и быстро, что ему не удавалось вставить даже слово.

— Но... Это же... Не может быть... Или может? Лия?

— Забудь это имя. Я — Азалия. Азалия Королёк. И завтра приду с заявлением об увольнении. До свидания.

Кирилл постоял в растерянности, но, сообразив, что сегодня больше ничего выяснить не удастся, поплелся в пансионат.

"А ведь эта горничная была права. Она меня околдовала. Околдовала... Еще тогда шесть лет назад. И эта девочка... Неужели она моя..."

Продолжение

Глава 28. Она стояла рядом, но была далеко

— Ой, бабоньки... А вы слышали? — голос Лидки Курочкиной был узнаваем в любое время дня и ночи.

Азалия уже собралась было пойти на работу в пансионат, но именно этот голос заставил девушку остановиться. Никогда не интересовалась сплетнями, но сегодня был особенный день. Она собиралась... Что она собиралась сделать совершенно вылетело из головы.

Когда Азалия подошла поближе к забору, то увидела на дороге троих женщин. Одна из них была Лидка, а с двумя другими Аза не была знакома.

— Говори уже скорее, Лида. На работу опоздаю. Это тебе хорошо — сидишь дома...

— Так я и говорю... И нечего меня торопить! Не хотите — не слушайте! — обидевшись, она с высоко поднятой головой собралась удалиться: "Велика беда! Другие уши найду..."

— Доброе утро, Лидия Васильевна! — поздоровалась Аза. — А скажите, вы не хотели бы поработать? Я слышала, вы бухгалтер по образованию.

— Да. Не хвастаюсь, но скажу вам честно: на работе нареканий у меня не было. Могу быть бухгалтером. Или кем угодно, лишь бы деньги платили. У меня огромный потенциал неиспользованных идей, — Лидия заинтересованно ждала ответа цыганки.

— Это отлично... — Аза задумчиво посмотрела в сторону пансионата. — Так о чем говорят в поселке?

— Так это... Не знаю как вам даже сказать. Поговаривают, что этот приехавший наследничек пока не вступил в право наследования, — шепотом сообщила Лида, оглядываясь по сторонам.

— А почему это? — поинтересовалась Аза.

— Там есть одна оговорка. Ох, и хитра была Инга Альбертовна... Он станет владельцем всего состояния только тогда, когда женится... на вас...

— На мне?

Смысл этих слов не сразу дошел до сознания Азалии. Но постепенно все сложилось, и она поняла, что Инга каким-то непонятным образом догадалась, что отцом Даринки был ее двоюродный племянник.

"Так вот почему ты так вьешься передо мной? Во-первых, тебе, дорогой Кирилл, нужен этот пансионат. А без брака со мной тебе его не получить. И ты, узнав о дочери, собираешься на меня давить. Ну, это мы еще посмотрим кто кого..."

— Лидия Васильевна, оставьте свой номер. Думаю, до конца рабочего дня я вам позвоню. Ждите...

Немногочисленные работники пансионата собрались на крыльце. Они делились своими мнениями по поводу их заведения, не зная, что теперь будет с ним, когда объявился новый хозяин. Но больше всего каждый из них переживал за себя, конечно. Не хотелось остаться без работы.

Азалия поздоровалась и впервые не раздала никаких указаний. Это было на нее совсем не похоже.

Кирилл нетерпеливо ходил по коридору, поджидая девушку. Завидев ее, он подошел, поздоровался и произнес приготовленную заранее фразу:

— Азалия, нам нужно серьезно поговорить.

— Конечно. Обязательно поговорим, но не здесь, — она уже чувствовала, что разговор будет на повышенных тонах, поэтому необязательно, чтобы его слушали и слышали. Уж она точно знала с какой скоростью распространяются в их поселке слухи. Да еще, если чего не знают, то добавят кое-что от себя лично.

Азалия открыла кабинет и собралась сесть за стол, когда мужчина сказал:

— А ты не могла бы показать место, где покоится моя тетушка?

Кивнув, она вышла с территории, а Кирилл поплелся за ней. Они шли пешком. Погода была хорошая, но становилось жарко. И то обстоятельство, что он начал обливаться потом, не располагало к любованию красотами и к разговорам тем более.

Остановившись у памятника Шаните, Азалия указала на небольшой холмик рядом:

— Памятник устанОвите самостоятельно. Так распорядилась Инга Альбертовна. А где же хоть букет цветов от благодарного племянничка? — поинтересовалась.

— Забыл. Азалия, я совсем потерял голову от встречи с тобой, от быстрой смены событий. Я в растерянности. Помоги мне.

Но девушка не отвечала. Она стояла рядом, но была так далеко... И он промолчал, понимая что происходит нечто, не поддающееся его пониманию. И он должен либо принять это, либо ему нечего делать рядом с этой необычной девушкой. Он выбрал первый вариант: "Я должен попробовать... Должен, потому что..."

Призрак Инги Альбертовны стоял у изголовья. Он был совершенно прозрачным. И женщина улыбалась.

— И что, Инга Альбертовна, вы теперь довольны? — спросила Аза.

— Да. Я счастлива и спокойна за судьбу моего пансионата и за твою тоже.

— Но я еще ничего не решила, — пыталась возражать Азалия.

Кирилл наблюдал за побледневшим лицом девушки. Она разговаривала с кем-то, кого ему слышать было не дано. Но ее слова он слышал.

— А куда ты денешься, дорогая? — Аза повернула голову и заметила Шаниту. Она хоть и была призраком, но выглядела совершенно по-другому. Не так, как Инга. Никто бы, увидевший ее и не подумал, что она уже давно покинула этот мир. Абсолютная копия той, что была на фотографии памятника.

— Как я понимаю, Шанита, без твоего участия здесь не обошлось? — Кирилл только сейчас обратил внимание на высокий памятник с надписью "Шанита".

— Раз я могу это сделать, значит, должна... Он же тебе понравился? Так в чем проблема? Вот, он здесь. Что мешает вам быть вместе? Тем более что у вас общая дочь, которая растет без отца. И ты теперь спокойно можешь выйти замуж и быть счастлива, — ведьма засмеялась. — Вот и моя сестра такого же мнения.

Успела только моргнуть... И рядом с Шанитой возникла бабушка Земфира. Она не видела ее с тех пор, как уехала. Сначала она выглядела такой старенькой и сгорбленной, а потом преобразовалась в красивую молодую цыганку.

— Азалия, ты не шути... Против судьбы не иди. Неужели я даром спасла тебя от отцовского гнева? Думай скорее и поступи правильно. Молодость не вечна, — Земфира высказалась и растворилась в воздухе.

— Бабушка, я тебя люблю, — прошептала Азалия. — Не уходи. Побудь со мной еще немного. Мне нужны твои мудрые советы.

— Азка, ты что плачешь? — Шанита дернулась в сторону девушки. Может хотела обнять, но осталась на месте. — Все будет хорошо! Сюда часто не ходите. Не тревожьте покой этих людей.

И Азалия увидела у каждого памятника по призраку.

Она очнулась, словно побывала в каком-то призрачном мире. Кирилл стоял рядом.

— Пошли отсюда. Их нельзя беспокоить напрасно.

Дорога домой показалась короткой, и Кирилл с тревогой взглянул на Азалию. Бледность ее лица говорила о полном истощении девушки.

— Уходи, Кирилл. Поговорим завтра.

— Хорошо, — он был согласен на все, но уходить и не собирался. Помог прилечь на диван. Укрыл теплым пледом, потому что девушка дрожала так этим жарким летним днем, словно замерзла.

Он быстро нашел кухню и сварил кофе. Но когда вернулся с чашечкой горячего напитка, девушка уже спала. Оставить в таком состоянии он ее не мог. Сев в кресло, Кирилл взял журнал и стал ждать, когда Азалия наберется сил и выслушает, наконец-то, его.

Он долго разглядывал красивое лицо. Темные ресницы. Абсолютно черные волосы. "А светлые волосы ей тоже идут. Видимо, тогда выкрасилась в знак протеста. А теперь настоящая цыганка. Возможно, трудно будет, но я обязательно ее добьюсь".

Через два часа ресницы дрогнули, и Азалия открыла глаза:

— А ты что делаешь в моем доме?

Продолжение

Глава 29. Время, чтобы понять

Азалия с недоумением смотрела на мужчину, который сидел в кресле: "Видимо, все-таки необходимо с ним поговорить..."

Понимая, что Кирилл просто так не отстанет, девушка пригласила его в свой кабинет, где раньше принимала множественных посетителей. С тех пор, как ее наградили новым даром, необходимость в этой комнате пропала. Наверное, нужно было еще раз перестроить дом, чтобы стало больше комнат, но где-то глубоко жила надежда, что дар вернется.

Кирилл с интересом осмотрелся. Он не представлял себе даже, как приступить к этому разговору.

— Азалия, видимо, я не ошибусь, если предположу, что Дарина моя дочь... — мужчина зашел, можно сказать, с козыря.

— И? — перед ним сидела женщина с непроницаемым взглядом, и она не собиралась пускать его в свое сердце. А помогать тем более. В ее руках мелькали карты одна за одной. Она раскладывала их машинально, не придавая этому никакого значения. А когда взглянула на получившийся расклад, то опешила сама: "Перемены в личной жизни..."

— Ты же понимаешь, что ребенок должен расти в полной семье. Рядом должны быть и мать, и отец. В конце концов, я хочу принимать участие в жизни своей дочери, а не быть посторонним человеком... — Кирилл начал волноваться, стараясь подобрать подходящие слова.

— Короче... Я так понимаю, ты хочешь на мне жениться? — и он кивнул. — Из-за ребенка? Или может быть ради того, чтобы вступить в наследование? Весь поселок уже знает о твоих проблемах... И вообще, как ты себе это представляешь? Мы с тобой недостаточно близко знакомы для того, чтобы вступить в брак. Всего одна ночь шестилетней давности, и пару дней сейчас. Ты для меня — незнакомец... И я не знаю даже, что из этого может получиться, к сожалению.

— Так ты считаешь, что я собираюсь на тебе жениться из-за этого нелепого завещания? Скорее всего, тетушка была не в себе, когда писала его. Причина не в этом. А в том, что даже я начал понимать, что это судьба дала нам еще один шанс быть вместе.

— Свой шанс ты упустил, когда позволил мне уйти тем утром шесть лет назад, — напомнила Аза, усмехнувшись.

—Да. Упустил. Но я пытался тебя найти. Пытался. Даже разыскал одну из твоих сокурсниц. И, заметь, это она сказала, кто ты есть и где тебя искать. Я пытался, поверь... Но... Мне приснилась та женщина, Шанита. Я ее сразу узнал. И сказала, что нельзя мне ехать в ваш цыганский поселок. И показала холмик в лесу, заросший травой: "Вот, что будет с тобой, если сунешься. Цыгане — народ мстительный..." Но я поехал. В первый раз заглох двигатель. Во второй раз я попал в аварию. В третий раз, когда я вышел из дома, все шины были проколоты. И тогда я понял — не судьба.

Азалия смотрела, как Кирилл быстро ходит по кабинету из угла в угол. И понимала, что именно Шанита привела сюда этого мужчину, который будоражил ее сердце шесть лет. Только сейчас она поняла, что любит: "Видимо, я действительно однолюбка. Увидела один раз и полюбила на всю жизнь. Но как убедиться в искренности его чувств?"

"А ведь он сейчас говорит о чем угодно, кроме любви. Ему нужна дочь. Ему необходимо наследство... И я... в придачу..."

Она точно знала и понимала, что Кирилл ни в чем не виноват. Эта встреча на одну ночь должна была случиться по воле того, кто вмешался в их жизни. А разобраться во всем этом безобразии должны они сами.

— Ты веришь мне? Знаешь, за эти шесть лет, я столько в жизни потерял, что готов отказаться от наследства в твою пользу. Зачем оно мне? — он вскочил. — Как я сразу не додумался? Извини. Мне нужно торопиться. Схожу ко Льву Моисеевичу и подпишу все бумаги. Но даже не надейся, что я уеду. Ты разве не веришь в любовь с первого взгляда? Я тебя полюбил тогда. Я пытался знакомиться с другими девушками, но не мог. Дальше разговоров не заходило.

"Любит..."

Сердце сделало невероятный кульбит. В этот момент она готова была сдаться, потому что, как и любая женщина, мечтала быть счастливой.

— Кирилл, нам нужно время...

— Еще время? Мы и так потеряли шесть лет. Но, если оно нужно тебе, то я подожду.

— А ты заметил, что в пансионате теперь новый бухгалтер и администратор в одном лице. Лидия Васильевна Курочкина. Она очень креативный человек. Думаю, с твоего одобрения, дела пойдут на лад.

Они расстались, ни о чем конкретном не договорившись. Но в сердце каждого из них поселилась надежда.

В дверь кто-то тихонько постучал. Она никого не ждала. И потому просто встала и открыла. Это была незнакомая молодая женщина. Скорее всего она не знала, что Азалия больше никого не принимает. Они прошли в кабинет, и цыганка сказала с сожалением:

— Я вас, конечно, выслушаю. Но...

— Не спешите мне отказывать, прошу вас. Меня зовут Ульяна. Я пришла с просьбой. Моя бабушка, Инна Степановна Трубицына, умерла три года назад. Но я знаю, что у нее было старинное кольцо, которое передавалось от бабушки к внучке. Где оно, я не знаю...

— А что вы хотите от меня?

— Ну, вы же сильная ведьма. Может быть, вы сможете вызвать дух моей бабушки и спросить, куда она его спрятала...

— Ульяна, к сожалению в данный момент я вам помочь не могу, но... оставьте мне свой номер телефона... на всякий случай.

Когда посетительница ушла, Азалия включила компьютер и занялась поисками.

Поисками курсов или семинаров для начинающих медиумов.

И скоро она она разыскала такое объявление на просторах интернета.

Курсы организовал известный медиум Старков Ильдар Маратович. И начинались они уже завтра в 17.00. Нужно было торопиться. Поэтому она сразу же позвонила по указанному номеру и записалась. Приятный мужской голос сообщил, что для нее будет забронирован номер в гостинице.

В десять часов утра возле ворот дома Азалии собрались самые близкие. Они провожали ее в дальнюю дорогу. Даринка пообнималась с мамой и побежала играть с подружками. Иван молча кивнул, но тоже поцеловал мать. Он был уже достаточно взрослым мальчиком, поэтому стеснялся на людях демонстрировать чувства: "Остаешься за старшего".

Нина Петровна получила последние указания и заверила, что беспокоиться не о чем.

Больше всех расстроился Кирилл. Это же целые две недели! А вдруг там, в областном центре, она встретит другого. И он хоть и несмело вначале, но обнял женщину. Не почувствовав сопротивления, поцеловал и прошептал: "Я тебя жду..."

Шоссе было свободным. Только изредка проезжал транспорт. До областного центра четыре часа пути.

Было время подумать обо всем спокойно, не отвлекаясь. "Что означает этот поцелуй?" — думала Азалия. Она уже скучала, но твердо была уверенна в правильности своего поступка.

Во-первых, ей срочно были нужны эти курсы. Хотелось развиваться. Она была еще пока неопытным медиумом. И могла общаться только с теми, кто сам ее находил. Но нужно было научиться вызывать даже тех, кто ушел из жизни год назад, а может быть, и больше.

Во-вторых, она должна проверить еще раз свои чувства.

И Кирилла тоже.

Она не имела права на еще одну ошибку.

Это был ее второй шанс. И следующего не будет. Уж в этом Аза была точно уверена.

Продолжение

Глава 30. За спиной каждого стоял фантом

Азалия прибыла в город S,как и планировала, в 14.30. У нее еще оставалось время, чтобы заселиться в гостиницу и пообедать. Правда была одна проблема... Может быть, кому-то она бы показалась маленькой, но для нее была большой. И, конечно, непредвиденной. В машине обнаружился Блэк.

Как она не заметила, когда он влетел? Видимо, не хотел оставаться один, без хозяйки... Или тому были другие причины... Но в данное время сказать он ей ничего не мог. Да еще и спрятался так, что его совершенно не было видно и слышно. И даже голос не подавал, проказник!

А вот она могла выговаривать ему сколько душе угодно. Он только крутил головой и смотрел своими хитрыми черными глазами.

Припарковав машину на стоянке возле гостиницы, Аза раскрыла обыкновенный целлофановый пакет и скомандовала:

— Извини, но это теперь твое место. Сам виноват. И сиди тихо, чтобы тебя никто не услышал.

Девушка поднялась по ступенькам, открыла массивную дверь и очутилась в большом холле. Тот час к ней подошел молоденький портье, желая помочь доставить багаж до номера. Записав данные паспорта, симпатичная девушка выдала ей ключ от номера. №333... Интересное сочетание цифр. Находились апартаменты он на третьем этаже. Пришлось подниматься по ступенькам из-за отсутствия лифта в этом старинном здании.

Номер Азалии понравился. Комната была даже слишком солнечная, но зато просторная. Хорошо, что были тяжелые шторы, которые можно было задернуть в любой момент.

Портье стоял по стойке смирно и подобострастно смотрел в лицо, явно на что-то рассчитывая.

— Не желаете заказать обед или ужин в номер? Меня зовут Максим. Звоните, если что понадобится, — догадавшись, Азалия вытащила из кошелька купюру и протянула пареньку. И только тогда он откланялся.

Времени было достаточно и чтобы принять душ, и чтобы прогуляться по городу, и даже перекусить.

Но ровно в 16.55 она прибыла по указанному адресу и оказалась перед входом в еще одну гостиницу с загадочным названием "Фантазия". И еще один портье, но с седой шевелюрой и в ливрее довел ее до номера, на котором красовалась табличка с тремя шестерками.

Удивительно, но дверь открылась сама прежде, чем Азалия подняла руку. И она вошла в комнату. Это был обычный номер, снятый руководителем семинара на две недели с круглым столом в центре.

Трое мужчин и две женщины уже сидели вокруг него.

— Проходите, пожалуйста. Мы ждали вас. Присаживайтесь, — сказал мужчина с гладко зачесанными назад волосами и тонкими усиками под носом. Но на этом совершенно невыразительном и ничем не примечательном лице притягивали внимание пронзительные черные глаза.

Азалия молча села на свободный стул и обвела взглядом каждого участника.

— Меня зовут Старков Ильдар Маратович. Представьтесь, пожалуйста. На две недели мы будем одной командой.

Каждый представился по очереди. Мужчина с пышной бородой , прибывший из деревни Задворки, улыбнулся неожиданно по-доброму:

— Козлов. Иван Кузьмич. Но все в округе кличут Кузьмичом. Подучиться желаю.

Остальные участники ничем не зацепили внимание Азалии. Кроме одной. Это была женщина с черными волосами, собранными на голове в немыслимую прическу. Но взгляд...

Такой взгляд Аза знала.

Она определенно была самая настоящая темная ведьма. И имя у нее было соответствующим — Рудольфина. Что оно означало Азалия не знала и не хотела знать. Их взгляды скрестились, и Азалия поняла, что для этой колдуньи стала соперницей, хотя еще ничего не сделала и не произнесла ни слова.

"Ну, что ж, раз ты так хочешь, то вызов принят", — отступать было не в ее правилах.

Старков обвел взглядом участников этого семинара.

За спиной каждого из них стоял фантом.

За спиной Кузьмича стояла бабка в белом платочке. Скорее всего в жизни была обычной деревенской знахаркой. Женщина в белом чепчике вообще отношения к магии не имела да и никаких способностей у нее не было, кроме вещих снов. Беспокоила только Рудольфина... Хотелось избежать неприятностей на этих курсах, потому что за ее спиной находился призрак мужчины, в прошлом сильного колдуна Митрофания.

А вот призрак, стоявший позади молодой девушки по имени Азалия, был очень даже материален. И эта ведьма не упустила возможности представиться колдуну и, конечно, организатору Старкову: "Шанита...", потом тряхнула черными волосами и засмеялась. Никуда не исчезла. Так и осталась на своем месте, охраняя свою подопечную, и показывая всем, что с ней лучше не связываться.

"Видимо, проблем не избежать..." — подумал Старков и начал теоретическую часть семинара.

Азалия, как и все остальные, старательно конспектировала, изредка бросая настороженные взгляды в сторону Рудольфины. Ведьма сидела и ничего не делала, витая в своем, только ей подвластном мире и показывая, что все они, находящиеся здесь, для нее ничто. Так, пылинки в этом мире.

Зато молодой человек по имени Авалон пытался после каждой фразы учителя вставить свое веское слово. Он явно был не в себе... То ли навеселе, то ли под воздействием...

Целых три часа длилось это занятие, от которого не было никакой пользы. Весь интернет был забит под завязку подобной информацией. Все ждали практических занятий. И Старков, понимая это, обещал на следующей неделе настоящие спиритические сеансы.

Азалия торопилась в гостиницу, понимая что там ее ждет Блэк. К ее удивлению ворон был очень терпелив. По его поведению девушка поняла, что он даже доволен.

"С чего бы это?" — Аза выглянула в окно. На высоком дереве, которое касалось своими ветвями стекла, сидела птица. И по тому, как тщательно Блэк чистил свои блестящие перья, она поняла, что это была самка.

— И что все это значит? Легкий флирт и соблазнение? — но ворон молча поклевал хлебную корку и опять взлетел на форточку. "Да он игнорирует меня... Вот наглец!"

Когда стемнело, Аза включила ноутбук, чтобы пообщаться с детьми. Она так увлеклась разговором, что не заметила, когда вОрон исчез. "Видимо, ему нужно размяться, полетать немного".

Утром Блэк невозмутимо сидел на своем месте. Ей стало жаль, что пропал ее дар и она уже не может, как прежде пообщаться с умной птицей.

Так и пролетела неделя. До конца курсов осталось три дня. И уже сегодня, возможно, она узнает, как вызывать духов людей, ушедших из жизни больше года назад. Она ведь так и не помогла той женщине, которая приходила к ней две недели назад. Обещания не давала, но помочь хотелось.

Ей не терпелось скорее войти в аудиторию, потому что вчера вечером в дверях она приметила молча стоявшую Тень. Он стоял неподвижно, надвинув на лоб капюшон так, чтобы не видно было лица.

"Зачем он появился?"

"Нет, неправильный вопрос".

"За кем он пришел?"

Азалия пыталась анализировать ситуацию, но так и не поняла пока. А может быть, ей показалось?

"Сейчас войду, и станет ясно..." — и она открыла дверь.

Продолжение

Глава 31. Спиритический сеанс

Войдя в комнату, Азалия остановилась. Все было как обычно. Старков стоял у окна с закрытыми шторами.

Царил полумрак. Участники этого необычного семинара все так же сидели за круглым столом. Но... Вместо молодого человека по имени Авалон сидела молодая девушка. И Аза сразу же догадалась, что случилось: "Его больше нет".

— Позвольте вам представить мою племянницу Эльзу Старкову. Она еще неопытный медиум. Но есть желание учиться.

Все промолчали.

Кузьмич потеребил бороду и кашлянул.

Рудольфина сделала вид, что ее это не касается. Остальные были заняты своими мыслями и переживаниями о том получится у них или нет.

Сначала учились вызывать духов тех, кто ушел год назад, а потом и несколько лет.

Очередь Азалии пришла в последний день занятий.

Она так устала находиться вдали от детей. Соскучилась, хотя общалась с ними каждый вечер. И чего греха таить, о Кирилле она тоже вспоминала в любую свободную минуту. Именно сейчас, находясь вдали, она поняла, что он ей нужен. Очень нужен... Каждый день. До конца жизни.

Сосредоточившись, Аза решила вызвать дух Инны Степановны Трубицыной. Конечно, она ничего ее внучке Ульяне не обещала, но... И самой было интересно узнать, что не так со старинным кольцом, которое искали все родственники.

И у нее получилось. Прозрачный туманный призрак Инны Степановны явился, но готов был исчезнуть в любую минуту. Нужно было торопиться.

— Инна Степановна, я обращаюсь к вам от имени вашей внучки Ульяны. Меня зовут Азалия.

— Что? Никак не успокоятся? Три года уже прошло, а они все ищут, ищут...

— Да, они не могут отыскать старинное кольцо, которое передавалось по женской линии. Видимо, оно было очень дорогим... — Аза пыталась разговорить дух Инны Степановны.

— Вот вы, Азалия, умная женщина... Как вы думаете, почему они не могут его найти? А я вам отвечу почему. Я его выбросила в речку. Попросту избавилась от него, когда поняла, что все беды в нашей семье от этого кольца. Рождались только девочки. Чтобы потом страдать. Ни у одной не сложилась семейная жизнь. Все остались одинокими. Так что Ульяна пусть радуется, что я прекратила череду этих несчастий. Надеюсь, она будет счастлива. Мне нужно уходить. Время истекло. Передайте...

Все участники этого спиритического сеанса были рады успеху Азу. Кроме, конечно, Рудольфины. Ее темная сущность не оставляла ей возможности радоваться успехам других людей.

— Тоже удивила... Вызвала бабку трехлетней давности. Вот я сейчас побеседую с духом... с духом... — ведьма замялась на некоторое время. — Вызовем дух Есенина. Возьмитесь все за руки и повторяйте за мной...

Сидевшие за столом беспрекословно подчинились разгневанной ведьме. Но что бы они не говорили, дух известного поэта не желал появляться. Но зато явился Авалон. Тот молодой человек, которого не было с ними уже третий день.

— Не поняла! — выкрикнула Рудольфина. — Я тебя не вызывала. Зачем явился?

— А я не к тебе пришел, а к Азалии. Моя душа еще здесь. Могу являться тому, кому пожелаю. Азалия, я бы хотел поговорить с тобой наедине. Можно?

— Конечно. Мы уже заканчиваем, — сказал Старков. — Благодарю всех за участие в семинаре.

Стало шумно. Со всех сторон слышны были слова благодарности. Только Рудольфина удалилась с высоко поднятой головой, как всегда всем недовольная, бормоча одной ей известные проклятия в сторону Азалии.

Эльза с восхищением смотрела на Азу. И когда начали расходиться, подошла к ней:

— Разреши мне присутствовать при разговоре с Авалоном. Прошу тебя...

— Спросим у него самого, — Азалия улыбнулась. Девушка была лет на пять моложе, но это не играло никакой роли в данном случае. Всегда мечтала о сестре. Но не случилось.

Во дворе Авалона не было. И Аза решила его пока не беспокоить: явится сам, когда придет время. Это случилось, когда они с Эльзой сидели в кафе и пили по чашечке кофе. Он просто материализовался на соседнем стуле.

— Эльза, ты его видишь?

— Да.

— Авалон, чем могу тебе помочь? Но прежде чем просить, помни, я могу выполнить только одну твою просьбу.

— Два года назад я поссорился с мамой. Ушел из дому. Жил на квартире. У меня остались сбережения, которые я отдавал на сохранение хозяйке этой квартиры. Скажите ей, что вы от Авалона. Она отдаст. А вы передайте маме и скажите, что я прошу прощения. Я знаю, только ты поможешь. Улица Мира, дом 56. Я — Крючков Сергей Борисович.

Призрак исчез так же, как и появился.

Эльза была в восхищении и уже дергала Азу за рукав:

— Мы должны ее разыскать? Маму Авалона... Да?

Последнее желание усопшего было выполнено. И девушки расстались. Но Эльза настаивала на том, чтобы проводить Азалию. Договорились встретиться в девять часов утра на следующий день.

Эльза Старкова была дочерью брата Ильдара Маратовича и единственной, кому дар передался по женской линии. Поэтому по совету дядюшки она не хотела терять связь с Азалией. У нее можно было многому научиться. И с ней было интересно общаться.

Она уже полчаса стояла у входа в гостиницу, ожидая свою новую знакомую. Погрузив свой багаж в машину, Азалия открыла дверь и произнесла:

— Блэк...

Черный ворон слетел с ближайшего дерева и разместился на заднем сиденье, как хозяин. За ним спикировала еще одна птица. Ясно было, что она тоже из семейства вОронов, но самка.

— Блэк, что это значит?

Две пары черных глаз невинно смотрели на Азу. Эльза от восторга засмеялась. Девушки обменялись номерами телефонов и договорились созваниваться.

Прежде, чем отправиться домой, Азалия пробежалась по магазинам и купила детям подарки.

"Будут рады. Особенно Даринка. Иван, конечно, тоже... Но просто кивнет, а глаза все равно выдадут его радость".

Дорога домой, конечно, показалась намного длиннее. Аза постоянно одергивала себя, стараясь ехать спокойно и следить за дорогой. Только Нина Петровна знала, когда она приедет.

Не хотела никому говорить, чтобы понапрасну не тревожить.

Продолжение

Глава 32. Второй шанс для тех, кто умеет ждать

Дети бежали навстречу автомобилю Азалии, который показался из-за поворота. Впереди Даринка. Она бежала так быстро, что Иван едва поспевал за неугомонной сестренкой. Пришлось даже притормозить, потому что девочка ничего перед собой не видела кроме мамы. И тогда Аза оставила машину и тоже побежала им навстречу. Своим самым дорогим и любимым. Дочке и сыну.

Дети запрыгнули в машину, и они все вместе медленно поехали по дороге.

У калитки стояла Нина Петровна. Женщина вытирала уголочком платка набегающие слезы. Но это тоже были слезы радости. Привыкла она к этой удивительной девушке Азалии с непростой судьбой, как к родной. И деток ее считала своими внучатами.

Рядом с Ниной Петровной стоял Кирилл. С тех пор, как Аза уехала на курсы, не было ни одного дня, чтобы он не общался с детьми. Он хорошо понимал, что к этой девушке нужно найти особый подход. А у нее на первом месте были дети. И у него тоже с того момента, как он узнал, что у него есть дочь.

Догадавшись, что Нина Петровна знает время приезда Азалии, он следил за женщиной. И когда она стала чаще поглядывать на дорогу, спрятал купленный заранее букет цветов в траве у калитки. Только Иван заметил это, и Кирилл улыбнулся: "Секрет!" Они пожали друг другу руки крепко, по-мужски.

Он подошел последним, когда представилась возможность. Просто вручил цветы, обнял и прошептал: "Я тебя ждал..."

Азалия, не ожидая от себя такого поведения, не сопротивлялась. Просто прижалась к мужской груди и выдохнула.

"Наконец-то я дома. Все живы и здоровы". Она слушала, как гулко стучит его сердце и как быстро стучит ее сердце, сбиваясь с ритма. Так и вошли во двор, взявшись за руки.

— Мама! Папа! Бабушка Нина уже приглашает обедать! — Дарина выбежала из дома и нетерпеливо подпрыгивала на месте.

За эти две недели произошло столько нового и интересного у нее, что не терпелось похвастаться перед мамой. Азалия вырвала свою руку и посмотрела на Кирилла с осуждением. Неужели он осмелился сообщить девочке такую новость без ее разрешения. Мужчина растерянно пожал плечами и развел руки в стороны, пытаясь показать, что он ни в чем не виноват.

Дарина моментально увидела, что настроение мамы изменилось, поэтому быстро затараторила:

— Мама, Кирилл, то есть папа, не виноват. Честное слово... И никто мне не говорил. Мне приснилась одна тетя. Вот она мне и сказала. Ну, та, которая очень красивая на памятнике. Так и сказала: "Кирилл — твой папа, Дарина". Ее зовут Шанита... И она тебе передала привет. Ой, мама, а Ваня научил меня читать. Теперь я пойду в первый класс самой умной. Мы с ним уже прочитали "Колобка". А сегодня начнем "Репку". Правда, Ваня?

Все вошли в дом, а Аза задержала Ваню. Ей срочно нужно было с ним поговорить.

— Ваня, ты знал?

— Да. Это случилось на следующий день, как ты уехала. И Дарина мне сразу же все рассказала. Но ты не волнуйся, мама. Кирилл, вообще-то, хороший. Даринку любит. И тебя тоже... Для меня он стал другом. Я буду рад, если ты выйдешь за него замуж. Малой нужен папа. Но говорю сразу, я его фамилию не возьму. Мне нравится твоя.

— Спасибо, сынок.

Они долго стояли обнявшись. Пока не выскочила на улицу Дарина и не закричала на всю улицу: " Сколько можно? Хватит обниматься. Я есть хочу!"

Засиделись допоздна за разговорами.

— А вы хоть заметили, что Блэк себе невесту нашел?

— Где? Где он?

Блэк со своей подружкой сидели на нижней ветке дерева.

— А давайте назовем ее Милли? — спросила Дарина зевнув. Сегодня был очень суматошный день. Девочка устала, и Нина Петровна увела ее спать. И Ваня тоже пошел следом.

Хитрая Нина Петровна только махнула рукой: "Езжайте уже".

Оказалось, что Азалия соскучилась не только по близким людям, но и по дому. Как только въехали во двор, сразу же почувствовала спокойствие и облегчение от долгой разлуки, словно ее не было не две недели, а целый год.

Кирилл не уходил. Он ждал, надеясь что его пригласят в гости.

— Выпьешь чашечку кофе?

Мужчина радостно заулыбался и вошел вслед за хозяйкой. Медлить больше он не собирался. Вдруг это его единственный шанс, и он должен им воспользоваться во что бы то ни стало.

Страсть словно никуда и не уходила, хотя прошло немало времени. Целых шесть лет. И это была такая же волшебная ночь любви, как и в первый раз. Где-то очень глубоко в подсознании Азы промелькнула мысль о том, чем закончилась та их единственная встреча. Но Кирилл совершенно выбил ее из колеи, заставляя забыть обо всем.

Утром Кирилл проснулся неожиданно: "Вдруг это все мне снится?" Он осторожно повернул голову. Нет, она никуда не исчезла. Спит. Улыбается, досматривая свой сон.

За завтраком они неспешно разговаривали обо всем на свете. Но идти в ЗАГС мужчина даже не предлагал, опасаясь, что она опять решит, что это все из-за наследства. А это было совсем не так.

"Ничего, я терпеливый. Буду ждать столько, сколько понадобится".

За время своего отсутствия Азалия отметила некоторые изменения в пансионате. Над главным входом висела новая вывеска: "Радость". Во дворе было шумно. Вокруг фонтана бегали дети. Отдыхающие здоровались с Кириллом как старые знакомые.

В кабинете сидела с важным видом Лидия Васильевна Курочкина. При виде Азалии она заулыбалась и даже смутилась. И Аза сразу поняла почему. Женщина сделала модную стрижку. Брючный костюм отлично сидел на стройной фигуре. Многие факторы меняют женщину. Вот и Лидка Курочкина из первой поселковой сплетницы превратилась красивую женщину.

— Азалия, мы тут с Кириллом немного похозяйничали... Как тебе изменения?

— Да вы просто молодцы! Так держать, Лидия Васильевна!

— Для вас просто Лида.

Кирилл провел Азалию в апартаменты некогда принадлежавшие тетушке Инге Альбертовне. Он переселился в них две недели назад. Потому что не пристало будущему хозяину пансионата жить в номере.

После нежных объятий и поцелуев Азалия сказала:

— Ну, что, пора в ЗАГС. Сколько же этот пансионат будет бесхозным?

— Ты мне веришь?

— Да. Я тебе верю и доверяю свою жизнь и жизнь своих детей.

Поняла Азалия, что она не может упустить второй шанс, предоставленный ей судьбой.

Очень хотелось быть обычной счастливой женщиной.

Ну... немного необычной. Самую малость. Обладающей особым даром... Но теперь никаких препятствий к счастью не было.

Тихонько расписаться не удалось. Потому что весь поселок провожал и встречал молодых супругов.

Спустя некоторое время Дарина стала Кудрявцевой, а они с сыном носили фамилию Королёк. Кирилл совершенно не обиделся, потому что узнал что скоро Кудрявцевых станет больше на одного маленького человечка.

Им нравилось долгими счастливыми ночами мечтать о счастье для себя и детей. И, конечно, о новом доме. Уже даже нашли участок для его строительства. Совсем недалеко от пансионата.

Продолжение во второй части "Азалия. Восставшая из пепла"