Второй шанс

Пролог

Тишина. Как же мне сейчас хорошо. Вот бы и дальше было так же тихо. Мне никто не нужен, только бы и дальше было спокойно.

Больно. Такое яркое ощущение в моем мире покоя. Ах, до чего же больно! Меня словно разрывает на куски. Я не хочу этого. Пожалуйста, не надо. Не делайте мне больно.

Боль достигла своего предела и исчезла. Снова стало тихо. Наконец. Я так ждала этого момента. Пусть так будет всегда.

Как оказалось, я не была одинокой в своём мире. Не так далеко я увидела девушку. Невысокая, с короткими, едва достающими до плеч, светло-русыми волосами. Она внимательно рассматривала меня. В ее зелёных глазах стоял испуг. Почему-то мне показалось, что она хочет меня предупредить. Может, мне что-то угрожает?

Девушка исчезла. Я была рада остаться одна. Мне никто не нужен. Только тишина и покой.

Мое счастье длилось недолго. Девушка появилась вновь. Теперь она выглядела несколько иначе. Волосы уже были гораздо длиннее и собраны в хвост, взгляд уставший и по-прежнему испуганный. Она пыталась мне что-то сказать, но здесь было так тихо. Ничего не добившись, она снова исчезла.

Я наслаждалась тишиной. И о чем она вообще могла так переживать? Здесь так хорошо.

Она опять вернулась. Я уже начинаю злиться. Зачем она так со мной? Почему просто не оставит в покое?!

Девушка выглядела просто ужасно. Волосы растрепаны, одежда в клочьях, из разбитой губы сочится кровь. Она не обращала на меня внимания, только продолжала куда-то бежать. Не знаю зачем, но я последовала за ней.

Внезапно она остановилась. Прямо напротив, в нескольких метрах, стоял мужчина. Он заметил девушку, но кажется, не понимал почему она не сводит с него глаз. Я тоже рассматривала его. Мужчина и мужчина. Хотя глаза у него добрые, голубые.

Девушка снова побежала, прямиком к тому человеку. Резкий удар отбросил ее в сторону. Присмотревшись, я смогла рассмотреть очертания машины. В моем идеальном мире появилась кровь. Жуткое алое пятно расползалось от девушки прямо к моим ногам. Мужчина подбежал к ней, но девушка была в его руках безвольной куклой. Ее сил хватило только на два взгляда: один для него, а второй – для меня.

Мой мир раскололся на куски. Эта девушка и есть я. Секунду мой разум все еще пытался отбросить эту мысль, но я уже знала, что это правда. Вот только ... я не хочу умирать.

Оставив девушку в руках того человека, я со всех ног бросилась бежать. Куда угодно, лишь бы больше не видеть эту аварию и свою кровь на земле. Это не могло произойти со мной.

Чем дальше я бежала, тем призрачнее становился мой мир. Краски исчезали и совсем скоро не осталось ничего.

Я остановилась. Куда мне теперь идти? Я так устала. По всему телу словно пробежался электрический ток. Паника и ужас мешали дышать. Что же мне делать?!

Мерзкое ощущение электрического тока снова вернулось. И еще, и еще. Пожалуйста, хватит. Я больше не хочу. Мне так плохо, больно и страшно. Пусть это закончится.

Сквозь слезы я увидела крошечную частичку света. С каждой секундой она становилась все больше и больше. От света исходило приятное тепло. Оно словно обещал мне, что все будет хорошо. И, почему-то я в это поверила.

Мне оставалось всего лишь несколько шагов, как кто-то схватил меня за руку. Обернувшись, я увидела того самого мужчину, который совсем недавно держал почти мёртвую меня на своих руках.

– Подожди, – его голос прогремел словно гром. – Дороги обратно не будет.

– Мне страшно, – почему-то я доверяла этим голубым глазам. – А там так спокойно.

– Не уходи. – он еще крепче сжал мою руку. – Обещаю, я буду тебя защищать.

Он потянул меня в сторону от тёплого света. Я с тоской обернулась. Там, внутри этого света мне было бы лучше всего на свете. Вот только там не будет Его.

Крепко вцепившись в руку мужчины, я пошла за ним.

Глава 1. Новая Я

Я с тоской рассматривала мир за окном. Каждая секунда словно говорила, что для меня там нет места. Появиться ли оно? Сложно сказать. Что делать там, во внешнем мире, человеку, который даже не знает, кто он такой?

– Вы уже готовы? – в палату осторожно заглянула медсестра.

Я оторвалась от окна. Сегодня день моей выписки. День, когда я должна столкнуться с тем, что скрывали от меня все это время двери больницы.

– Готова, – ответила я и взяла свою сумку.

Как только за моей спиной захлопнулась дверь палаты, внутри словно что-то оборвалось. Последние три недели это место было моим убежищем. Теперь его не стало.

– Подождите немного возле регистратуры, – медсестра пыталась кого-то увидеть в толпе проходящих людей, едва мы только спустились на первый этаж. – Скоро придет офицер, который вас сопроводит.

– Хорошо.

Вот она горькая правда. Я попала в жуткую аварию и теперь совершенно ничего не помню, но что самое ужасное, никто меня и не искал. Хуже того, если верить полиции меня вообще не существует. Нигде нет никаких следов моей прежней жизни. Черт возьми, я даже имени своего не помню.

Проходя мимо одного из окон, я увидела свое отражение. Лучше бы не смотрела. Бледная, сильно похудевшая, с уставшими испуганными глазами. Я словно стала живым призраком. И мне даже сравнить не с чем. Может, я всегда была такой? Бледной и страшной?

Почему-то вид такой меня вызвал злость. Не обращая ни на что внимания, я выскочила на улицу. Шум машин на секунду оглушил меня, но не остановил. Единственное, чего мне хотелось, так это уйти подальше от этой больницы. Чем дальше, тем лучше.

У меня не было ничего. Ни документов, ни телефона. Даже вещи в моей сумке не мои. Можно сказать, что мне их подарили. Моя одежда после аварии пришла в негодность. Как и вся моя жизнь.

Совсем скоро я замёрзла. Хоть на улице и была весна, погоду назвать тёплой было сложно. Мое тонкое пальто явно не способно было защитить от ветра.

Злость исчезла также быстро, как и появилась. Сейчас бы выпить тёплого чая, но и это мне было недоступно. И чем я только думала, когда убегала из больницы? Наверное, нужно вернуться.

Ноги упрямо шли дальше. Вот только куда это дальше? Я остановилась на набережной. Интересно, я знала это место раньше или пришла сюда случайно? В любом случае, здесь хотя бы красиво.

Кованая ограда защищала любителей природы от довольно крутого обрыва. Я бросила сумку возле этой самой ограды и глубоко вдохнула свежий морской воздух. Кажется, мне нравится море. Даже несмотря на холодную погоду.

Я стояла и смотрела вдаль, думая что мне сейчас делать. В голове была полная неразбериха. Не то чтобы там было совсем пусто, но обрывки фраз не слишком мне помогали. Если бы я могла вспомнить хотя бы свое имя, но и этого у меня нет.

Люди, проходящие рядом казались мне чужими. Даже язык какой-то странный. Иногда мне требовалось время, чтобы понять то, что говорят вокруг. Возможно, я даже родом и не отсюда. Теперь это тайна покрытая мраком. Может им вообще не стоило спасать меня? Может, я не должна быть здесь? Столько вопросов. Найти бы того, кто мне на них ответит.

Неожиданно налетел порыв сильного ветра и мой шарф, и без того замотанный лишь бы как, решил со мной расстаться. Я хотела его поймать и потянулась вперед, но ничего не вышло. Вернее, мне не дали этого сделать.

– Совсем с ума сошла?! – кто-то резко потянул меня за руку.

Я искренне не понимала, чем заслужила такое обращение.

– Если так хочешь на тот свет, стоило решиться на это раньше, – мужчина все ещё крепко держал мою руку. – Сейчас пожалей хотя бы те усилия, которые потратили врачи, чтобы вернуть тебя обратно.

Вот оно что. Этот человек решил, что я хочу спрыгнуть. Я взглянула на него и все слова замерли на губах.

– Вы…

По правде было кое-что, что все же осталось в моей памяти. Не знаю почему и как, но я помнила лицо этого человека. Именно он меня спас.

Я вспомнила нашу первую встречу. Вспомнила и панику, полностью захватившую меня, когда поняла, что совсем ничего о себе не помню. Я не просила его об этом, но этот человек часто приходил ко мне в больницу. Может он чувствовал ответственность за меня? Не знаю. В любом случае, он был единственным, кто проводил со мной время после того, как я снова пришла в сознание. За исключением, разве что, полиции. Возможно, мы и друзьями могли бы стать, если бы обе стороны этого захотели.

– Все не так, – смотреть на него было больно. – Пустите.

– Давай вернёмся, все тебя уже обыскались, – он отпустил мою руку, но не сдвинулся с места.

Я чувствовала безысходность. Все говорили, что нельзя поддаваться отчаянью, но оставаться оптимистом сейчас было выше моих сил.

Молча подобрав сумку, я пошла в ту сторону, где, как думала, находилась больница. Кажется, в этот раз мне повезло. Раз этот человек пошёл за мной, значит все правильно.

Ему не составило труда меня догнать. Шумно вздохнув, он забрал мою сумку и медленно пошёл рядом. Я украдкой рассматривала его. Он был выше меня сантиметров на 15 наверное. Идя рядом, я чувствовала себя совсем крошечной. Тёмные волосы растрепал ветер, губы плотно сжаты, взгляд уставший, даже голубые глаза выглядели уныло. Хотя они красивые, очень.

Мысленно я горько рассмеялась. Нашла о чем сейчас думать. Интересно, что делают с такими как я? Куда меня отправят? Что со мной будет? Как же все это невыносимо.

– Не бойся, – мужчина остановился. – Наш город небольшой, и детектив мой хороший друг. Никто тебя не обидит.

— Понятно.

Стоит ли говорить, что его слова меня не успокоили? Небольшой город. Значит, будь я отсюда, кто-то наверняка бы меня узнал. Вот только этого не произошло.

Всю оставшуюся дорогу мы шли молча. Мне разговаривать не хотелось, ему тоже. Да и наверняка я была для него обузой. Кому захочется возиться с человеком, который не помнит собственного имени?

– Подожди, – от неожиданного звука его голоса, я едва не оступилась. – Наверное, лучше мне рассказать все тебе самому.

– Я слушаю, – вряд ли он сможет напугать меня еще сильнее, чем уже есть сейчас.

– Как я говорил, детектив мой хороший друг, – кажется он не знал, как лучше начать. – Он решил, что безопаснее искать твоих родных не в открытую. Слишком многое указывает на то, что до аварии у тебя уже были большие неприятности.

– Понятно, – вот значит как. Что ж, его слова меня не удивили.

– Мы подумали и решили, что пока тебе лучше пожить у… меня, – как мужчина не старался, свои эмоции он скрыть не смог. То, что он не в восторге от этой идеи, сразу бросается в глаза.

– Не стоит, – я боюсь, что не вынесу этого взгляда. – Возможно есть другое место?

– Слушай, - он остановился. – Это лучшее решение. К тому же, скорее всего, это ненадолго. Если боишься, что стану распускать руки, то не переживай, – мужчина выдавил улыбку, но никто в нее не поверил и она сразу же исчезла. – Вместе со мной живет моя мама. К тому же, - он грустно вздохнул. – Кажется, я единственный кого ты помнишь.

Одна часть меня кричала, что моя память это мои проблемы, но другая молила о помощи. В тысячный раз я спрашивала, как такое вообще могло случится?! Моя сумка все ещё была в его руках и мне не очень то хотелось забирать её.

– Вот вы где! – прямо в нашу сторону шёл офицер полиции. – Генрих, я уже думал, что ты ее потерял.

– Обижаешь, – мужчина с моей сумкой, которого, как оказалось, зовут Генрих, весело улыбнулся. Оказывается, он умеет улыбаться.

– Вы уже все знаете? – теперь офицер обращался ко мне.

– Да.

В моей голове была сотня мыслей, но я никак не могла собрать их во что-то более стабильное, чем хаос.

– Вот и отлично. В больнице я все удалил. Можете ехать, – офицер осмотрел меня с ног до головы. – Отдыхайте. Я заеду к вам на этой неделе. – Он снова переключился на Генриха. – Езжай, и спасибо за помощь.

– Не говори ерунды, – мужчины пожали друг другу руки. – Ты всегда гость в моем доме.

На этом они и попрощались. Снова повисла напряжённая тишина.

– Поехали, на улице холодно, а твоё пальто вряд ли сильно спасает тебя от ветра.

В итоге, я просто села в машину. Всё-таки, мозг странная штука. Вот вроде бы у меня амнезия, но стоит взглянуть на некоторые вещи, как их названия сразу всплывают в голове. Интересно, увидев свое имя на бумаге, я бы смогла его вспомнить?

Сейчас мне казалось, что если сяду за руль, то смогу повести машину. Странные ощущения. Мне определённо не нравятся машины.

Как оказалось, ехать пришлось довольно долго. Вот тебе и маленький город.

– Все в порядке? – Генрих внимательно смотрел на меня в зеркало заднего вида.

– Да.

Пожалуйста, пусть эта поездка уже закончится.

– Слушай, я тебе не враг. Можешь говорить все, как есть, – он мне явно не поверил. – Мы скоро приедем, потерпи немного.

Не знаю, что именно он увидел в своём зеркале, но всю оставшуюся дорогу я ловила на себе его взгляд. Не хочу, чтобы на меня смотрели так. Я уже не умираю и прекрасно себя чувствую.

Приехали мы и правда скоро. Стоило только выйти из машины, как мое настроение заметно улучшилось. Все-таки, с машинами у меня теперь плохие отношения.

Одного взгляда на дом хватило, чтобы сердце пропустило удар. На душе стало так тоскливо, что захотелось плакать. Да что это со мной такое?!

– Эй, ты как? – заботливый голос Генриха заставил меня чувствовать себя ещё хуже.

– Просто голова закружилась.

– Пошли внутрь, кажется для тебя сегодня достаточно впечатлений.

И мы правда сразу же пошли в дом. Хотя скорее шёл Генрих, и тащил меня за собой. Внутри дом оказался очень уютным. Все было отделано древесиной, и в одной из комнат я увидела… Снова не помню, как называется. В общем штуку, в которой горел огонь.

– Это камин. – Генрих проследил за моим взглядом. – Наверное, Родж заходил. Пойдём, твоя комната на втором этаже.

Второй этаж был ничуть не хуже первого, но времени разглядывать у меня не оказалось. Гостевая комната оказалась почти рядом с лестницей.

– Располагайся, - Генрих открыл дверь и выпустил меня внутрь. – И чувствуй себя как дома.

Едва я переступила порог, хозяин тактично удалился, не забыв оставить мою сумку. Дверь за ним закрылась и в коридоре послышалось поскрипывание ступенек. Ушел.

Непрошенные слезы сами полились из глаз. Я больше не могла их сдерживать. Не прошло и минуты как я, рыдая, уселась на пол, подперев спиной дверь.

Как же мне теперь жить дальше?!

Глава 2. Неприятности продолжаются

Кто-то громко стучал в дверь. Правда, что это дверь я поняла не сразу. Только когда стук стал чересчур навязчивым, пришлось окончательно проснуться. Вот только, как я вообще оказалась в кровати?! Весь вчерашний день был словно в тумане.

Стук не прекращался.

Кое как пригладив рукой волосы, я открыла дверь и едва не столкнулась с женщиной. То, как она на меня посмотрела, заставило все внутри вздрогнуть.

– Простите… – меньше всего я хотела кого-то обидеть.

– Решила все-таки встать? – голубые глаза окатили меня ледяной волной. – Генрих уже давно ушёл на работу. Спускайся и поешь.

Не дав мне и слова вставить, женщина быстро спустилась вниз. Я бы и хотела думать, что она просто зашла в гости, но уверена, что это не так. Уж больно она и Генрих похожи. Кажется, я только что познакомилась с его мамой.

Больше завтрака мне хотелось сейчас переодеться. Я уже снова начала чувствовала себя жалкой, но тут мой взгляд упал на аккуратно сложенную стопку одежды. Не знаю, кому она принадлежала, но раз она тут, значит пока это моё.

В итоге вниз я спустилась только через 20 минут. Это вышло не специально, просто, как оказалось, много двигаться все ещё было не просто.

На маленькой кухне меня встретила тишина и холодный завтрак. Женщины здесь уже не было. Не сказать, чтобы я сильно расстроилась. Почему-то поесть в тишине мне хотелось куда больше, чем ежиться под ее холодным взглядом.

Когда завтрак был окончен и посуда вымыта, я вернулась в комнату. Да уж, ничего не изменилось. Я променяла одну камеру на другую.

Ничего лучше не придумав, я решила прогуляться. Телефона у меня не было, так что пришлось ограничиться бумагой и ручкой. Хорошо хоть это удалось найти. Быстро написав записку, я бесшумно выскользнула из комнаты.

Никто меня останавливать не стал. К счастью.

Погода была такая же, как и вчера. Ранняя весна. Вроде бы и солнце ярко светит, но ветер был до ужаса холодным. Моя одежда сегодня была теплее, но все равно этого было недостаточно. Кажется, долгой прогулки не получится.

И все же возвращаться обратно мне не хотелось. Город и правда был небольшим. Вот только соседей у Генриха тоже было совсем немного. И как мне выбраться отсюда без машины?!

Упрямость взяло своё, и я просто пошла прямо по дороге. Не хочу туда возвращаться. Хотя бы какое-то время. Мне нужно вернуть свои воспоминания и выбраться из этой ловушки.

Прошла я довольно приличное расстояние, прежде чем удалось поймать попутку. Садиться в машину было страшно, но не идти же и дальше пешком. К тому же, водителем оказалась женщина.

Расстались мы довольно быстро. Чему, как ни крути, я была рада.

– Спасибо большое, – я искренне поблагодарила женщину и быстро выбралась на улицу.

– Была рада помочь. – ответила она и тут же уехала, стоило только мне закрыть дверцу.

Все прошло отлично, и я немного расслабилась. Наверное, внешний мир иногда бывает и безопасен.

Гуляя по улицам, я копалась в собственной памяти. Почему там такой бардак? Доктора говорили, что такая тотальная амнезия не должна быть очень долгой. Вот только времени прошло уже прилично, а все осталось по-прежнему. Интересно, что значит в понимании врачей слово недолго? Я уже устала ждать.

По правде говоря, мне очень хотелось побывать на месте аварии. Не знаю, насколько это может помочь, но что-то меня туда тянет. Знать бы ещё от чего я тогда бежала.

Ладно, пора отбросить лишние мысли. Поскольку в моей памяти была практически зияющая дыра, придется действовать по-другому. Придется довериться чему-то более глубокому, но менее надежному. Интуиции.

Я просто шла куда глаза глядят. Если собрать воедино все то, что мне удалось услышать, авария произошла недалеко от больницы. Найти последнюю не составило труда. Всего лишь несколько вопросов у прохожих, и я уже была на месте.

Возле больницы задерживаться мне совершенно не хотелось. Не слишком уж приятные воспоминания у меня с этим местом. К счастью, мне не пришлось долго выбирать, куда пойти. Не так давно одну сторону я уже исследовала. Теперь смело можно было выбирать другую.

Все вокруг по-прежнему было мне незнакомым. Время шло, и вся эта затея стала казаться мне совершенно бессмысленной. Ну найду я этот перекрёсток, и что дальше? Поможет ли мне это?

И все же я продолжала идти. Что-то внутри говорило мне двигаться дальше. Раз нет воспоминаний, значит буду доверять своим чувствам. Это все, что мне остаётся.

Светофор на пешеходном переходе загорелся зелёным светом. Я уже собиралась перейти дорогу, как резкий сигнал машины заставил меня замереть на месте. Этот звук оглушил меня. Нужно уйти отсюда, и уйти как можно дальше.

– Девушка, что вы делаете?! – кто-то крикнул совсем рядом.

Столько шума. Мне нужно убежать отсюда. Картинка перед глазами расплывалась, но я продолжала идти вперёд. Неожиданно кто-то резко схватил меня за руку и потянул в сторону. Все ещё не понимая, что происходит, я пыталась вырваться.

– Спокойно, спокойно! – голос был властный, но кажется в нем проскальзывает нотки сочувствия. – Зачем же вы перебегали дорогу на красный? Так и на тот свет отправиться можно.

Страх немного отступил и окружающий мир снова стал реальным. Передо мной стоял офицер полиции.

– Я… Я… - как на красный?! Я же вместе со всеми шла на зелёный.

– Ладно уж. Давайте мы отвечаем вас домой, – убедившись, что я больше ничего не сделаю, офицер отпустил меня. – Где вы живёте?

А вот это был очень хороший вопрос. Уходя из дома Генриха мои мысли занимали совсем другие вещи, и адрес я не запомнила. Вот глупая! Как же мне теперь вернуться обратно?!

– Девушка?

– Я не знаю. – какой кошмар! – Не знаю адрес. – даже смотреть в глаза этому человеку мне было стыдно.

– Вы не помните собственный адрес? – кажется, теперь этот человек считает меня сумасшедшей. – Может тогда скажете как вас зовут?

Ещё лучше. Я едва не расплакалась от отчаяния. Как можно было поступить настолько глупо?!

– Я… - нужно сказать ему правду, иначе меня точно отправят в сумасшедший дом. – Не так давно я попала в аварию, и теперь совсем ничего не помню. Даже имени. – соберитесь, сейчас нельзя опускать руки. – Сейчас я живу у одного человека, но я знаю только как его зовут.

– Вот в чем дело, – офицер задумался. – Имени маловато будет. – несколько секунд он просто меня рассматривал. – Давайте так. Я отвезу вас в участок, и там мы сможем что-нибудь решить.

– Но… - я не хочу в участок!

– Никто не собирается вас задерживать, просто здесь собралось слишком много зевак. Незачем устраивать волнения среди людей.

Его слова звучали вполне разумно. Даже для моего перепуганного мозга.

– Хорошо.

Полицейская машина стояла совсем рядом. Как только я села в неё, на душе стало ещё хуже. Что-то подсказывает мне, что Генрих вряд ли обрадуется всему случившемся.

Ехать далеко не пришлось. Как мне и говорили раньше, город маленький. К счастью, в участке никому до меня не было дела. Разве что кроме офицера, который меня туда и привёз.

– Подождите здесь, – мы зашли в небольшой кабинет. – Я скоро вернусь.

Я снова осталась одна. Не сказать, что мне это было в тягость, вот только полицейский участок не самое приятное место. Впервые за день я почувствовала, что проголодалась. Ничего удивительного. Часы на рабочем столе показывали почти четыре часа.

Не знаю, сколько прошло времени, когда офицер вернулся. Я была рада его возвращению. Все-таки сидеть здесь одной, совсем ничего не зная, было немного страшно.

– Простите, что заставил ждать, – он поставил передо мной стаканчик с чаем. – Мне удалось найти того, кто занимался вашим делом. Скоро он будет здесь. Как и ваш опекун.

– Спасибо, – тёплый стаканчик приятно согрел руки. – За все.

– Не за что, это моя работа, – он улыбнулся. – Кстати, на вашем месте я бы подумал над оправдательной речью. Заставили же вы всех побеспокоиться.

В эту минуту мне захотелось раствориться в воздухе.

– Могу я надеяться, что вы никуда не исчезнете, пока я буду занят своими делами?

– Мне некуда идти, – прошептала я, все ещё не выпуская из рук стаканчик.

– Все наладится, вот увидите.

По итогу, я снова осталась одна. С чаем. Моей сегодняшней глупости нет оправданий. И Генрих, и детектив имеют полное право злиться. Кажется, это изначально была очень плохая идея. Помню я его или нет, все это не имеет значения. Нельзя втягивать в свои проблемы совершенно посторонних людей.

Я только успела попить чай, как дверь в кабинет распахнулась. Все гораздо хуже, чем я предполагала.

– Что, черт возьми, ты делаешь?! – Генрих был не на шутку зол. – А если бы что-то случилось?

– Прости.

– Зачем снова полезла на дорогу?!

– Прости.

– Как вообще тебе это пришло в голову?!

– Про...

– Генрих, хватит, – кто-то выглянул из-за спины Генриха. – Ты ее сейчас пугаешь, – этим человеком оказался тот самый детектив, которого я встретила вчера. – Все в порядке.

– Роб, ты сейчас серьёзно? – теперь в голосе Генриха появились нотки усталости. – Знаете, я скоро свихнусь с вами обоими.

Не сказав больше ни слова, он ушёл.

– Не обижайтесь на него, – детектив сел напротив. – Просто Генрих беспокоится о вас.

– Мне очень жаль, – что я ещё могла сказать? Мне правда было очень жаль. Но и я так не могу, просто сидеть и ждать неизвестно чего.

– Возьмите.

Прямо перед собой я увидела телефон. Мобильник. Для меня.

– Там есть и мой номер, и номер Генриха. На будущее.

– Спасибо, – внутри меня была пустота. Без всех этих людей мне не выжить.

– Я, кстати, Роберт.

Ответить на это мне было нечего.

– Спасибо. За все. – мне до конца жизни с ними не расплатиться.

– Пойдём, а то наш друг скоро совсем разойдётся.

Роберт изо всех сил старался разрядить атмосферу, но получалось так себе. Даже когда я уже садилась в машину Генриха, между нами потрескивало напряжение. Чувствую, он не скоро перестанет на меня злиться.

– Выдохните уже, – сказал на прощанье Роберт. – До встречи, мисс.

Я попрощалась, а Генрих продолжал упрямо молчать. Роберт смирился и просто направился к своей машине. Жаль, что я не могу сделать также.

– Пристегнись.

Ответом был щелчок ремня. Никто из нас не хотел разговаривать. Я молча разглядывала пейзаж за окном. Генрих не отвлекался от дороги. Совсем скоро показались знакомые картинки за окном. Кошмар! Я совсем забыла о его маме, которая тоже наверняка в курсе всей этой истории. Одного воспоминания ее взгляда было предостаточно.

Машина уверенно приближалась к моему новому дому. Что я должна ей сказать? Или лучше просто промолчать? Мы с ней и утром-то не особо смогли поладить. Эта женщина пугает меня куда больше, чем все остальные.

Пока мои мысли в панике метались в разные стороны, мы уже успели приехать. Вот только Генрих не спешил выходить.

– То, что сегодня произошло, – спустя какое-то время сказал он. – Не поступай так снова. Если что-то нужно просто скажи. Мне, Робу – не важно. Только не исчезай вот так, договорились?

Он обернулся и посмотрел мне прямо в глаза. От этого пронизывающего взгляда стало совсем неуютно. Даже нет, не просто неуютно. Мне хотелось бежать без оглядки.

– Хорошо. – я оказалась способна только на едва слышный шёпот.

– Вот и отлично. Теперь пойдём, – Генрих грустно усмехнулся. – Вечер обещает быть длинным.

Глава 3. Еще одна попытка

Быстрее, нужно бежать быстрее. Как назло, ноги словно превратились в камни, да и лёгкие совсем перестали работать. Долго я так не смогу. Сзади послышались голоса. Что-то подсказывает, что если они меня поймают, мне конец.

Я продолжала бежать. Ночные улицы были пусты и каждый мой шаг гремел жутким эхом. Может лучше куда-нибудь спрятаться? На несколько секунд я позволила себе отдохнуть, пока осматривалась вокруг. Нужно найти убежище. Бежать я больше не могу.

Фортуна всё-таки решила немного меня пожалеть. В пределах видимости оказался небольшой портовый склад. Даже если не удастся забраться внутрь, среди огромных контейнеров можно хорошо спрятаться. Выбора у меня все равно нет.

Никогда в жизни я так не бегала. Эхо шагов все ещё было слишком громким. Почувствовав, что это и правда все, я спряталась за ближайшим огромным контейнером. Увы, всё вокруг было наглухо закрыто.

Несколько минут было тихо, но потом я услышала их. Меня преследовало человека три, не меньше. Трое мужланов на одну меня. Да у меня и шансов против них не было.

— Обыскать здесь всё! – крикнул один из них. – Найдите ее сейчас же!!

Как же они были близко. Даже дышать было страшно. Я замерла, вслушиваясь в каждый звук.

Казалось, тишина длилась вечность. Не было слышно совершенно ничего.

И его тоже.

– Попалась! – мужчина словно вырос из темноты и, схватив меня за руку, потащил в сторону света.

Я как могла старалась изо всех сил освободиться, но силы были не равны.

– Хватит дёргаться!! – мужчина развернулся и ткнул пистолетом мне в живот.

Никогда еще мне не было так страшно. И все же… я не могла остановиться.

– Пустите, пустите меня… - если я снова вернусь туда, мне и правда конец. – Да отпустите же меня!!

Не знаю, как это произошло, но через секунду мне стало очень больно. И боль появилась именно в тот момент, когда в тишине прогремел выстрел.

– Какого… ?!

Но мне уже было все равно. По крайней мере там мне больше никогда не сделают больно.

***

Я резко села. Сердце колотилось как сумасшедшее. Рука машинально стала искать рану на животе. Только спустя несколько минут до меня дошло, что в комнате я не одна.

– Ты в порядке? – первым нарушил тишину Генрих.

– Я…

– Да все с ней отлично, – его мама тоже была здесь и она была чертовски зла. – Милочка, заканчивай свое представление. Здесь всем завтра на работу. Ах да, кроме тебя.

Не дав мне и слова вставить, она первой покинула комнату. Как же мне сейчас было стыдно. Теперь и из-за своих снов я доставляют им проблемы.

– Прости, я… - почему все снова так!? – Мне очень жаль. Я не хотела беспокоить вас.

– Кошмар приснился? – в голосе Генриха слышалось беспокойство.

Я только кивнула в ответ.

– Все в порядке, – он улыбнулся. – Моя мама… она сложный человек. Со временем все придет в норму, – что-то странное промелькнуло в его глазах, но все исчезло слишком быстро, чтобы разобраться. - Сможешь уснуть?

– Не знаю. – кошмар был слишком реальным. И был ли он кошмаром?

– Тогда давай так, я сделаю нам чай, а ты спускайся через пару минут. Хорошо?

– Спасибо.

Генрих ушёл, оставив меня в одиночестве. Маленькая фора, чтобы хоть немного привести себя в норму. Но почему мне все еще болело там, где был выстрел из моего кошмара?!

Страх вернулся с двойной силой. Спрыгнув с кровати, я тут же бросилась к зеркалу. Сильно всматриваться не пришлось.

– Не может этого быть…

В том самом месте, где во сне меня подстрелили, был шшрам. Почему я не замечала этого раньше? Что-то подсказывало, что он появился не в результате аварии.

– Успокойся, – огромным усилием воли я смогла сдержать вскрик. – Это уже случилось, ничего не исправить. Сейчас я пойду вниз, выпью чай и снова усну. Завтра будет новый день, – я смотрела на свое отражение, пытаясь вспомнить хотя бы своё имя. – Я жива, значит все получится.

Нужно взять себя в руки. Мне и так ведь уже намекали, что в прошлом со мной произошло что-то куда хуже аварии.

Сейчас, немного успокоившись, кошмар стал для меня подарком. Он был кусочком моей утраченное памяти.

Быстро набросив на себя халат, я вышла из комнаты. Лучше сейчас просто спуститься вниз, иначе боюсь весь мой боевой настрой снова исчезнет в тени страха.

Еще спускаясь по лестнице я смогла уловить аромат чая. Не знаю, насколько это поможет мне уснуть, но запах был просто чудесный.

– Я уже думал, что ты не придёшь. – сказал Генрих, едва я только переступила порог кухни. – Садись.

Почему-то атмосфера стала неловкой. Может пить чай поздней ночью было не очень хорошей идеей?

– Осторожно, он может быть горячим.

Я аккуратно сделала маленький глоток. Было не так уж и горячо. Я поставила чашку на стол. Что же, нужно сказать ему ещё одну маленькую вещь, о которой я уже довольно долго думала.

– Могу я… - нет, не так. Он наверняка воспримет мои слова как просьбу, а мне это совсем не нужно. – Я бы хотела найти работу. – так гораздо лучше.

– Может пока лучше…

– Я сама. Сама все сделаю, – этот человек всегда заставляет чувствовать себя виноватой. – Просто не хочу, чтобы все снова беспокоились обо мне.

Несколько минут на кухне было тихо. Генрих смотрел на меня, но мысли его были не здесь. Я бы тоже с удовольствием подумала о чем-либо другом, но круг моих возможностей ограничен.

– Завтра утром, вернее уже сегодня, я еду на работу. Подброшу тебя в город. – Генрих все-таки решил вернуться. – Об остальном поговорим утром. Признаться, я бы поспал пару часов перед работой.

– Спасибо.

Отлично, теперь я смогу быть чуть менее бесполезной. Мы быстро допили уже остывший чай и поднялись наверх.

Пожелав спокойной ночи, Генрих исчез за дверями своей комнаты. Я тоже быстро зашла к себе и спряталась под тёплым одеялом. Почему-то стало очень холодно.

– Пожалуй, пока я не стану выключать свет. – пробормотала я себе под нос, засыпая.

Утро не заставило себя ждать. К счастью, больше мне ничего не снилось. Негромкий стук в дверь оказался вместо сигнала будильника.

– Не передумала? – дверь осторожно приоткрылась, и я смогла рассмотреть силуэт Генриха.

– Нет.

– Ладно, жду тебя внизу. – в его голосе проскользнуло чувство обреченности.

Пока собиралась, все мысли были только о том, удастся ли мне провернуть задуманное? Я даже не знаю, что умею делать. Почему память ко мне не возвращается?

Минута саможаления прошла, и я постаралась взять себя в руки. Насколько это было возможно.

Внизу меня уже ждал завтрак. И Генрих, и его мама суетились на кухне. Кажется, мне лучше было остаться в своей комнате.

Увидев меня, мама Генриха быстро доделала свою работу и поспешила уйти. Не скоро у меня с ней наладятся отношения, если вообще наладятся.

От Генриха все это не укрылось.

– Не обращай внимания, – сказал он, жестом приглашая меня сесть. – - Давай лучше поедим. Времени не так уж и много.

– Хорошо.

Позавтракали мы и правда быстро. Прошло наверное минут 10, и мы уже сидели в машине. Впервые мне стало интересно, чем занимается Генрих.

– Первым делом поедем в мой офис. – первым прервал тишину Генрих.

– Но…

– Не злись. Так будет проще. У тебя будет время поискать что-нибудь в интернете. – он на секунду отвлёкся от дороги и посмотрел в мою сторону. – Во время обеда можно будет поискать что-то из найденных вариантов.

– Я не хочу тратить твое время. – почему он всегда заставляет чувствовать себя обузой?

– Может ты передумаешь, если скажу, что так мне будет спокойнее?

Я предпочла не отвечать. Выбора все равно нет. Если честно, меня саму разрывали противоречивые чувства. Вроде бы я уже самостоятельный человек, а вроде бы и без посторонней помощи и шагу не могу ступить. Даже думать страшно, где бы я сейчас была, если бы не Генрих. Если бы я только могла вспомнить! Хоть что-нибудь, хотя бы маленький кусочек моей прошлой жизни.

– Мы приехали.

Кажется, мое самокопание заняло гораздо больше времени, чем я думала.

Я по-разному представляла работу Генриха, но такого точно не ожидала. Здание перед которым я сейчас стояла, было гораздо выше моей больницы. И цвет красивый, красный. Сама постройка была довольно широкой. Крыша острым шпилем врезалась в небо. Если бы здание было немного меньше, я бы подумала, что это чей-нибудь дом.

– Ты идёшь? – глаза Генриха смеялись. Ну да, для него это обыденность.

Нацепив на лицо самый невозмутимый вид, я не спеша направилась в сторону входа. Проходя рядом с Генрихом, я услышала тихий смешок. Замечательно, теперь он еще надо мной смеётся.

Внутри все было иначе. Гораздо современнее, чем снаружи. Да ещё и так много людей в одном месте, что мне стало немного не по себе. Все вокруг улыбались и здоровались, и чересчур прямо бросали на меня любопытные взгляды. Как же неловко.

Мне вручили какую-то карточку. Я с недоумением ее рассматривала. И вот что мне с ней делать?

– Все просто. – Генрих приложил свою к какой-то металлической штуковине. Тут же загорелась зелёная лампочка и Генрих оказался с другой стороны от прозрачных ворот. Кажется, они сделаны из пластика? – Давай, делай так же.

Все еще чувствуя себя не в своей тарелке, я сделала так, как он сказал. И правда, стоило только загореться зелёному, как странные штуки раскрылись, освобождая для меня дорогу.

– Все не так уж и сложно. – почему-то Генриху было сегодня очень весело. И не скажешь что вчера от его взгляда мне хотелось исчезнуть.

К счастью, с лифтами я уже была знакома. Правда эти тоже были каким-то странными, но я изо всех сил старалась не подавать виду.

Ехали мы долго, по моим представлениям. Как настал наш черед выходить, я снова оказалась в окружении людей. Пусть их было меньше, чем внизу, но этого ничего не меняло. Да уж, добраться до работы Генриха оказалось совсем непростой задачей.

– Заходи, – он открыл дверь одного из кабинетов. – Обычно здесь только я и мой секретарь, - пока он говорил, мы прошли через маленький кабинет и передо мной оказалась очередная дверь. – Но она уволилась, так что сейчас я страдаю от большого количества работы. – мы оказались в довольно просторном кабинете. – Так что никто не будет тебя стеснять.

– Я в порядке.

– Я ничего и не говорил.

В итоге мне выделили компьютер, и я бесцельно блуждала по интернету. Цель то у меня, конечно, была, но результаты поиска выдавали всякую ерунду. Терпения, как выяснилось, у меня было мало. Совсем скоро мне все надоело, и я начала рассматривать бумаги на рабочем столе Генриха. Разумеется, в его отсутствие.

В целом содержание всех этих документов мне совершенно ни о чем не говорило. Слишком непонятные слова. Что-то мне подсказывает, что мое прошлое никак не связано с тем, чем занимается Генрих.

Я уже собиралась оставить стол в покое, как мое внимание привлек один лист бумаги. Буквы на нем были не такие, какие я привыкла видеть обычно.

– Din anmodning er blevet accepteret. – прочитала я вслух. Странно, почему-то это кажется таким знакомым.

– И что это значит? – Генрих незаметно вернулся в кабинет, сильно напугав меня.

– Ваш запрос принят к рассмотрению. – но… откуда я это знаю?! – Я не знаю как…

– Интересно, - Генрих уже думал о чем-то своём. – А вот это сможешь перевести?

Ближайший час я только этим и занималась. Первые документы, которые я прочитала были на датском. И, как не странно, с ним не возникло никаких проблем. Ровно как и с бумагами на итальянском и французском. Остальные слова на листах так и остались для меня загадкой.

– Очень интересно, - Генрих с подозрением рассматривал меня. – Ты прекрасно владеешь датским, и неплохо итальянским и испанским. – от его изучающего взгляда стало совсем плохо. – Ты не местная, это точно. Твой немецкий тоже неплох, хоть и с акцентом. Не в обиду, но для моих ушей твоя речь отличается.

– И мне казалось, что этот язык какой-то странный. – я вспоминала свои ощущения, как только пришла в себя. – Но я думала, что это последствия травмы.

– Возможно и нет, – он откликнулся в кресле и, наконец-то, стал смотреть в другую сторону. – Все это наталкивает на мысль, что у тебя было хорошее образование, а стало быть либо ты очень умная, либо более-менее неплохо обеспечена. Думаю, за обедом нам стоит переговорить с Робертом.

Генрих тут же стал набирать номер детектива, а я отвернулась к окну и стала рассматривать город. Кажется сегодня заняться поисками работы больше не получится.

Глава 4. Первые зацепки

Как оказалось, детектив был занят и приехать к нам он не мог. Генрих выглядел немного расстроенным. Наверное, он хотел передать меня на попечение Роберта. Сейчас же в кабинете царила совсем неприятная тишина.

– Могу я прогуляться по улице? – ляпнула я первое, что пришло в голову. – Возможно, кому-то нужен работник. Даже такой, как я.

– Нашла что-то? – Генрих тоже был рад смене темы разговора.

– Не совсем. – вернее сказать, совсем ничего, но мне не хотелось говорить вслух. – Но стоит попытаться.

– Уверена, что будешь в порядке?

– Конечно. – хотя, откуда я могу это знать. – В любом случае, стоит попробовать.

– Хорошо… - задумчиво протянул он. – Если что, сразу же звони.

– Ладно.

Я видела, что он хотел дать мне ещё несколько советов, но мне не очень-то хотелось это слушать. Поэтому я просто сказала, что вернусь к пяти часам и ушла. Правда моей горячности хватило ровно до первого этажа. Дорогу снова перегораживали металлические ворота. Так, кажется мне снова нужна та карточка, которую мне дали утром.

– Вам помочь? – возле меня уже стоял молодой человек в чёрном костюме. Наверное это охрана.

– Ну… - я протянула ему карточку. – Я могу это использовать для выхода?

– Конечно,– он смотрел на меня округлившимися глазами. – Приложите вот сюда.

И правда, сразу же загорелась зелёная лампочка.

– О, получилось, спасибо.

Пока меня не сочли совершенно ненормальной, я положила карточку в карман пальто и быстро вышла из здания. Отлично. Я глубоко вздохнула. Наконец-то свобода. Итак, с чего бы мне начать?

Ответ пришёл сам собой. Через дорогу была целая полоса магазинов. Отлично, начну с них. Наверняка, хоть где-то требуются работники.

К дороге у меня теперь было очень опасливое отношение. Даже светофоры не внушали 100% доверия. И все же, с колотящимся сердцем, но я оказалась на другой стороне улицы. Видимо, сейчас было время обеда и людей на улице было очень много. Это сразу же вызывало чувство дискомфорта, но отступать было нельзя. Зато теперь точно знаю, что места с большим количеством посетителей не для меня.

В основном везде требовались помощники в кафе и маленькие ресторанчики. Все мои надежды таяли с каждым шагом. Лучше бы они искали того, кто будет мыть посуду, чем официанта.

Потерпев сокрушительное поражение, я снова перешла дорогу. Что ж, возвращаться буду по этой стороне улицы. Никогда не знаешь, что может быть у тебя под носом.

Когда до работы Генриха оставалось минут десять ходьбы, я наткнулась на маленький книжный магазин. Кажется, удача все же решила хотя бы на мгновение повернуться ко мне лицом.

Я осторожно потянула на себя тяжёлую дверь и вошла внутрь. Как и надеялась, людей тут было не так уж и много. Пока никто не обращал на меня внимания, мне захотелось немного побродить среди книжных полок. Почему-то здесь я чувствовала себя … спокойно.

Просматривая книгу за книгой, я испытывала странные чувства. Не то чтобы память возвращалась, но многие книги были мне знакомы. Временами появлялось стойкое ощущение, что я уже читала их раньше.

– Могу я вам чем-то помочь? – возле меня оказалась средних лет женщина. Она с любопытством рассматривала меня карими глазами через толстые стекла очков. – Возможно вы ищите что-то конкретное?

– Я… - меня застали врасплох. – Я работу ищу. – как же глупо все это звучит. – Там было объявление. – я махнула рукой в сторону двери. – Возможно, место ещё свободно?

– Свободно. – на место любопытства пришёл оценивающий взгляд. – Но вы уверены, что работа вам подойдёт? Нужно будет работать с книгами как с новыми, так и со старыми. Постоянно обновлять списки, выполнять заказы, временами доставлять книги покупателям. И зарплата, чего уж тут, в нашем деле совсем небольшая.

– Я возьмусь за любую работу, – теперь я стала избегать взгляд этой женщины. – Вопрос в том, подойду ли я вам.

– А вот это уже интересно, - в магазине никого не было и, повесив табличку «закрыто», вернулась обратно ко мне. – Рассказывайте.

Мне ничего другого и не оставалось. Я говорила и говорила, а моя собеседница слушала не перебивая. Не знаю, сколько времени занял мой рассказ, но нас прервал звонок телефона. Моего телефона.

– Ой, уже начало шестого, – я совсем перестала следить за временем. – Мне нужно возвращаться, – после пересказа моей скучной истории настроение стало совсем плохим. – Извините, что потратила ваше время. Я пойду.

Едва ли не бегом я бросилась к двери и уже собиралась выйти на улицу, как меня окликнула владелица книжного магазина.

– Приходите завтра к 10, – сказала женщина. – Я не стану вам обещать многого, но назовём это испытательным сроком. Только попрошу вас оставить данные вашего опекуна, на всякий случай. – она улыбнулась. – И давайте уже познакомимся, я Мэри Шефард. Надеюсь, что мы с вами хорошо сработаемся.

Я так и осталась стоять, держась за дверную ручку. Медленно-медленно до меня стал доходить смысл ее слов. Неужели…получилось?!

– Спасибо. Большое спасибо. – губы сами расплылись в улыбке. – Я буду очень стараться. – телефон снова настойчиво зазвонил. – Завтра обязательно в 10 буду здесь.

– Хорошо, беги уже. – Мэри Шефард тоже улыбалась. – До завтра.

– До свидания.

Окрыленная своим успехом я со всех ног бросилась обратно в офис Генриха.

– Я уже почти на месте, - я всё-таки успела ответить на телефонный звонок. – Мне подниматься на верх?

– Не стоит, жди на парковке. – устало ответил Генрих и отключился.

Парковка значит парковка. В любом случае, этот день уже сложно будет испортить. Наконец то случилось хоть что-то хорошее. Я не могла перестать улыбаться. Страх перед будущим конечно никуда не делся, но хотя бы дышать стало немного легче. Правда остался один маленький вопрос: нужно спросить у Генриха, можно ли дать его телефон владелице книжного магазинчика. Вряд ли он обрадуется, если ему начнут названивать неизвестные люди.

– Судя по всему, все прошло хорошо? – Генрих вырос за моей спиной.

– Очень, – я была слишком счастливой, чтобы замечать вокруг что-то ещё. – Только та женщина просила твои контактные данные, – Генрих нахмурился, и я тут же заговорила дальше. – Это просто на всякий случай, ведь у меня нет никаких документов.

– Конечно, нет проблем, – он протянул мне маленькую темно-синюю карточку. – И чем ты будешь заниматься?

– Книжный магазин. – «Генрих Леманн. Мобильный телефон + 49 ** *** ** **» - вот что я прочитала на этой карточке.

Чуть ниже была написана его должность, но значение этого слова придется поискать в интернете. На обратной стороне была нарисована картинка. Странно зачем рисовать картинки на таких карточках?

– Это называется визитка, – кажется Генрих заметил недоумение на моем лице. – Вот это – моя должность. Я программист. Это человек, который очень тесно работает с компьютерами, – он перевернул визитку и указал на картинку. – А это эмблема моей компании. У каждой она своя.

– Понятно, – как же это было неловко. Я словно маленький ребёнок, который не знает элементарных вещей. – Спасибо, – я спрятала визитку в карман. – Извини, что снова доставляю неудобства.

– Все в порядке. – как-то сухо ответил Генрих.

Его настроение так быстро изменилось. Пытаясь понять причину, я рискнула взглянуть на него. Наткнувшись на колючий взгляд, мне снова куда больше захотелось рассматривать асфальт.

– Едем домой? – Генрих уже открыл дверцу машины и ждал, пока я сяду.

– Да.

Зачем он об этом спрашивает? Мне все равно больше некуда пойти. Да и не зачем. Хорошее настроение таяло на глазах. Мысль снова сидеть в одной комнате приводила меня в ужас. Я тут же выбросила все это из головы. Нельзя так думать, я и так всем обязана этим людям.

Прошло не так уж и много времени, но дорогу до дома Генриха мне уже удалось запомнить. И мы стремительно к нему приближались. Намного быстрее, чем мне бы хотелось.

– Память не возвращается? – неожиданно спросил Генрих.

– Нет. – Мне бы и самой хотелось хоть что-то вспомнить, но увы, кому вообще интересны мои желания?

– Не пойми неправильно, но тебе нужно имя, – его лицо было совершенно невозмутимо. – Посетители книжного магазина должны же как-то к тебе обращаться.

И правда. Я об этом совсем не подумала. Это может стать проблемой, но придумать себе имя… Это как-то немного странно. Вся оставшаяся дорога прошла в напряжённом размышление. Да уж, задали мне задачку.

Машина плавно остановилась.

– Кажется у нас гости, – удивлённо сказал Генрих, выбираясь из машины. – Что-то случилось? – спросил он у только что подошедшего Роберта.

– Есть небольшой разговор, - неуверенно произнёс Роб. – К нашей пострадавшей.

– Вы что-то узнали? – я тоже быстро вышла из машины и с волнением ждала ответа на вопрос.

– И да, и нет. Может поговорим внутри?

– Конечно. – Генрих тут же быстрым шагом направился в дом.

Мы поспешили за ним. Мне очень хотелось узнать, зачем детектив приехал сюда. Стоило только переступить порог дома, как я наткнулась на пожилого мужчину. Никогда его прежде не видела.

– Привет, Родж. – Генрих приветственно махнул рукой. – Мамы нет?

– Скоро вернётся, – мужчина улыбнулся. – Мне, пожалуй, лучше уйти. – Генрих хотел что-то возразить в ответ, но ему не дали такого шанса. – Все в порядке. Это мой выбор.

– Как знаешь.

Неизвестный мне Родж и правда быстро покинул дом. Все это меня совершенно не касалось, но почему-то стало очень любопытно.

– Хорошо, что пока мы здесь одни, - первым прервал тишину Роберт. – Присядем?

На секунду мне показалось, что это Генрих пришёл к нему в гости, а не наоборот. Кажется они и правда близкие друзья.

– У тебя есть раны от пуль? – прямо спросил Роберт.

Рука машинально потянулась к животу. Я и подумать не успела. Осознание пришло лишь тогда, когда оба человека, находившихся здесь, посмотрели на меня удивленными глазами.

– Ночью мне приснился кошмар, - я мельком посмотрела на Генриха. В его взгляде проскользнуло понимание. – Мне было сложно понять, насколько настоящим был этот сон. Рана и правда есть, именно там где во сне стреляли, – эта картина снова появилась перед глазами. Только теперь я уже точно знала, что это никакой не сон.

– Откуда такие вопросы? – Генрих встал и начал мерить шагами комнату. – Твои ребята что-то нашли?

– Не они. Владелец контейнеров на почтовом складе. Он утром зашёл проверить груз, а там следы крови. На всякий случай я сказал сделать тесты. Образцы твоей крови и крови со склада совпадают на 99.9% - Роберт показал мне бумагу с результатами.

– Большие и цветные ящики? – дурацкое объяснение, но ничего другого в голову не пришло.

– Верно. – Роберт внимательно следил за моей реакцией. – Помнишь их?

– Раз все это правда… - наверное, стоит им рассказать. Они ведь хотят мне помочь. – Я от кого-то убегала. Точно помню, что никогда раньше так не бегала. Из было трое. Моих преследователей. Только мне кажется, что они просто хотели поймать меня. А выстрел это случайность.

– Хороша случайность, – зло бросил Генрих. – Но разве рана настолько свежая? Почему тогда врачи ничего о ней не говорили?

– Она уже полностью зажила, – вместо дальнейших объяснений я просто приподняла кофту и показала им шрам. – Кажется, это было давно, – совсем тихо сказала я, и к своему ужасу, разрыдалась. – Простите…

Я выскочила из гостиной и побежала в свою комнату. Если все так, как это сейчас выглядит, тогда сколько же времени я провела у тех людей?!

Глава 5. Линда Леманн

Тихий стук в дверь вернул меня к реальности. Меньше всего мне сейчас хотелось с кем-нибудь разговаривать. Вот только все всегда возвращались к тому, что другого выбора нет. Разговаривать все-таки пришлось.

– Со мной все в порядке, – совершенно обычным голосом сказала я, стоило только открыть дверь и увидеть на пороге Генриха. – Извини за беспокойство.

Генрих скептически посмотрел на меня. Видимо ему не составляет труда отличить правду и ложь. Как всегда.

– Могу я задать вопрос? – неожиданно спросил он.

Вопрос? Я не тот человек, который может отвечать на вопросы. Мне захотелось рассмеяться, но, наткнувшись на колючий взгляд, смех замер на губах. Я что-то успела натворить?

– Почему не рассказала мне ничего? – видимо, он решил, что моё молчание это положительный ответ. – Если бы знали, и я, и Роберт были бы не так резки в словах.

– Я не была уверена, что все это правда, – да и кто бы сразу в такое поверил? – И вы не сказали ничего резкого. Я сама виновата. Не стоило так бурно реагировать.

– Послушай, даже если ты в чем-то сомневаешься, ты можешь мне доверять, – его голос был… мягким. У меня возникло чувство, что он сейчас разговаривает с ребенком. – То, что с тобой произошло… Если честно, одна только мысль об приводит меня в ужас. Кем бы ты не являлась, ни один человек такого не заслуживает.

Его слова оказались для ледяной водой, которую вылили мне на голову. Они оба знают что-то ещё и, кажется, рассказывать об этом никто из них не собирается.

– Почему? – этот вопрос постоянно мучает меня с того момента, как Генрих забрал меня из больницы. Все замечательно и я до конца жизни буду им обязана, вот только какова причина всего этого?

– Просто так, – не задумываясь ни минуты, ответил Генрих.

– Ничего не бывает просто так, – пусть я и не помню свою прежнюю жизнь, но это ещё не значит, что я совсем ничего не понимаю.

– Я серьёзно. Не ищи в этом скрытый смысл, его тут нет. – Сейчас Генрих казался мне кем-то другим. Странно. – И ещё мне очень интересно, почему ты помнишь меня. Раньше мы не встречались, в этом я уверен.

– И мне интересно, – загадка так загадка, ничего не скажешь.

– Ладно, хватит стоять в пороге. – Генрих отошёл на шаг от моей комнаты. – Отдыхай. Если проголодаешься, внизу можно поискать что-то перекусить. Завтра едем на работу?

– Едем.

– Тогда увидимся утром.

Он ушел, а я вернулась к себе. Есть совершенно не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Я снова оказалась на кровати. Время бессмысленно утекало сквозь пальцы. Чем заняться? Чем я вообще раньше зарабатывала на жизнь? Столько вопросов. Как же мне от них болит голова.

Проведя ещё некоторое время бесцельно валяясь на кровати, я вспомнила, что видела внизу книги. Чтобы там ни было, это все равно лучше, чем лежать и смотреть в потолок.

Взглянув в коридор, я застала там абсолютную тишину. Моя депрессия, конечно, несколько затянулась и сейчас за окном уже были сумерки, но все равно в доме было слишком тихо. По дороге в гостиную я тоже никого не встретила. Возможно это и к лучшему.

Внизу снова горел камин. Огонь, оставленный без присмотра, немного меня нервировал, но тепло, исходящие от него, вскоре прогнало все неприятные ощущения. Какое-то время я просто стояла и радовалась теплу. Приятная все-таки эта штука, камин. Вдоволь нарадовавшись, я все-таки переключилась внимание на книги.

В этот раз память меня не подвела. Их и правда здесь было много. Даже немного слишком. Имена авторов и названия книг вызывали во мне двоякое чувство. Так же, как и в книжном магазине. Возможно, если я прочитаю то, что мне кажется знакомым, это поможет мне вспомнить.

Взяв небольшую книгу в довольно старой на вид синей обложке, я направилась к себе. Что-то мне не очень хочется столкнуться со вторым жильцом этого дома.

Когда до комнаты оставалось всего несколько шагов, вечернюю тишину нарушил звук бьющегося стекла. Мне стало любопытно, но тут дверь одной из комнат открылась и я, не желая создавать проблемы, спряталась в своей комнате. Вот только дверь до конца закрывать не стала. Если причина произошедшего во мне, об этом стоит знать.

– Прекрати это! – из коридора донесся разозленный голос Генриха. – Я сказал хватит!

Громкие шаги послышались совсем рядом.

– Ты же не видишь ничего вокруг! – с не меньшей злобой ответил женский голос. Это была его мама. – Зачем ты притащил ее домой?! Зачем ты навлекаешь на нас все эти неприятности?!

– Тише! – кажется, речь все-таки шла обо мне. И Генриху это очень не нравилось.

– Почему ты снова ее защищаешь?! Она не Арабелла!

Повисла тишина. Мне даже дышать было страшно. Казалось, что звук собственного дыхания был чересчур громким. И все же, я подошла ближе. Угрызения совести оставлю на потом.

– Я тебя услышал, – мне с трудом удавалось разбирать слова. – И хватит каждый раз вспоминать про Беллу. Я не ребёнок, и все прекрасно понимаю. – От его голоса у меня по телу побежали мурашки. Наверное, стой я сейчас там, мне бы захотелось исчезнуть. Надеюсь, Генрих никогда не будет говорить со мной таким голосом. – Что ж, мы не будем тебя стеснять.

– Ты не можешь так поступить!

– Знаешь, я старался как мог. Только забывшись в своём горе, ты упустила тот факт, что я не Ганс, – снова звук шагов. – И не Родж. С меня хватит. С неё тоже. Завтра нас здесь не будет.

– Генрих, остановись сейчас же!

Я ждала продолжения разговора, но его не было. Кажется, Генрих останавливаться не стал. Мне очень хотелось хоть как-то ему помочь, только это было невозможно. От меня и так только одни проблемы.

Мой взгляд упал на книгу. Почему-то читать резко расхотелось. Появившаяся куча вопросов была моим наказанием за то, что подслушала чужой разговор. Но больше всего из произошедшего меня пугала мысль, что Генрих собрался куда-то уезжать. Кажется, раньше я была ужасной эгоисткой. Мне совсем не хочется, чтобы Генрих уехал и оставил меня одну, пусть мы и знакомы всего несколько дней.

Мысли были не самыми весёлыми. И все же, это не помешало мне уснуть. Хоть сон и был беспокойным, кошмаров не было. Хотя бы не придётся никому врать, если вдруг спросят, вспомнила ли я что-нибудь ещё.

Часы на телефоне показывали 6 утра. Идеально вовремя. Не спеша я стала собираться. Хотя собираться, это слишком громко сказано. Быстро приняв душ и одевшись, я уже была готова. Никакой косметики у меня не было, так что сборы сократились до минимума. Уже спускаясь вниз, я подумала о том, что даже если бы у меня и было что-то, все равно не смогла бы воспользоваться. В памяти по-прежнему зияла дыра.

– Доброе утро. – Генрих уже орудовал на кухне в самом мрачном расположении духа.

– Что-то случилось? – сделаю вид, что ничего не слышала.

Ответом мне был хмурый взгляд. Либо он мне не поверил, либо все ещё злился из-за вчерашнего вечернего разговора. Уточнять я точно не стану.

– Мне нужно кое-что тебе сказать, – он поставил передо мной чашку горячего чая. – Но сначала поешь.

Если он боялся испортить мне аппетит, то напрасно. Его и так уже не было. С трудом съев один бутерброд, я стала ждать продолжения разговора.

– Так не пойдёт. – Скрестив руки на груди, нарушил тишину Генрих. – Нужно нормально есть, чтобы поправиться.

– Я не больна, – в физическом плане, но вряд ли это стоит говорить вслух.

– Прости, не хотел тебя обидеть.

И снова тишина. Неужели он и правда собирается уехать? Я много думала об этом вчера и пришла к выводу, что не могу ни о чем его больше просить. Мы совершенно чужие люди, и он ничем мне не обязан.

– Я слышала вас вчера, – мне было страшно смотреть на него. – Извини, это вышло случайно.

– Было бы странно, если бы не услышала, – грустный смешок расстроил меня ещё больше. – Я говорил тебе раньше, что бы ты не боялась меня и … Черт! – Генрих резко встал. – Нелепая ситуация.

– Я все понимаю, - это все равно произошло бы рано или поздно. – Не стоит беспокоиться из-за меня. Наверняка, здесь есть место для таких как я.

– Что? – некоторое время Генрих пытался осмыслить происходящее. – Нет, все не так! – Он подошёл ближе, все-таки вынуждая посмотреть на него. – Я хотел сказать, что мы уедем отсюда. У меня есть квартира в городе. Там будет спокойнее. – Генрих старательно подбирал слова. – Просто не знал как тебе сказать, чтобы не напугать ещё больше. Там будем только мы. Вдвоём.

>Я была слишком рада тому, что он заберёт меня с собой, чтобы обращать внимание на что-то еще. Мы по-прежнему оставались чужими друг другу, но он был единственным человеком, которому я могла довериться.

– Все будет в порядке. Тебе правда не о чем беспокоиться. – он снова говорил со мной, как с ребёнком.

– Спасибо. – если бы он только знал, что я сейчас чувствую. – Я знаю, что только доставляю лишние хлопоты, и все равно спасибо, что не оставляешь меня одну.

– Тогда поехали.

– Но мои вещи!

– Забудь, купим новые.

Не дав мне и слова вставить, Генрих схватил меня за руку и быстрым шагом вышел из дома. Ни на что не отвлекаясь, мы быстро уселись в машину. Вдавив педаль газа в пол, машина сорвалась с места. Что-то мне подсказывает, что вчерашняя ссора была куда более серьёзнее, чем я думала.

Прошло всего пару минут, и мой страх автомобилей проявил себя во всей красе. В ушах зашумело, перед глазами всё закрутилось. И вдобавок ко всему, я и заметить не успела, когда успела сесть на переднее сидение.

Мне не хотелось отвлекать Генриха от дороги, да и сколько можно быть такой слабой?! Вместо этого я старалась смотреть на небо, но оно тоже угрожающе покачивалось. Глаза закрылись сами собой. Не полегчало. Теперь я уже оставила свою гордость, и хотела попросить остановиться, но страх сжал горло.

«Давай быстрее! Она уже почти очухалась!...». Мои руки занемели и совсем не хотели слушаться. «Дорога мокрая, просто стукни ее чем-нибудь…» Это они обо мне? «Ценная игрушка. Нельзя испортить…». Жуткий смех. «Богатенькая девочка, только в этот раз деньги не помогут…». Сильная тряска, резкий поворот. Визг тормозов. Мы во что-то врезались?! Почему я не могу пошевелиться?!

– Эй!!

Меня сильно трясло. Было жутко холодно. Столько ощущений, не могу понять, что происходит.

– Слышишь меня?!

Слышу? Да, слышу. Но кого? Мне показалось, или все вокруг перестало двигаться? Я прислушалась к своим ощущениям. И правда, машина больше не двигается. Кажется, мне даже почувствовался лёгкий ветерок. И запах. Приятный аромат. Стоп! Мне больше не было страшно. Я пошевелила руками, все слушается. Кажется, только что мне удалось что-то вспомнить.

Резко открыв глаза, я увидела прямо перед собой встревоженное лицо Генриха. Никогда ещё не видела его так близко.

– Я в порядке, – в горле совсем пересохло и я начала кашлять.

Молча мне протянули бутылку с водой. Сделав несколько глотков, мне сразу стало легче.

– Может нужно в больницу? – Генрих полностью проигнорировал мои слова.

– Только не в больницу! – даже вспоминать о ней не хочу! Столько дней совершенной беспомощности, бесконечные препараты и обследования. Нет, все что угодно, но только не это. – Пожалуйста, не надо. – ещё немного и я расплачусь прямо здесь

– Как скажешь. – осторожно Генрих взял мои холодные руки в свои, тёплые. - Прости, я немного увлёкся и разогнался слишком быстро. Поедем домой.

– Но…

– И ни слова о работе. – он словно прочитал мои мысли.

– Так нельзя. – мне очень нужна моя работа. Да и вряд ли ему скажут спасибо, если он не придёт. – Все правда нормально. Просто я, - сказать или нет? Вряд ли те слова, что я вспомнила можно назвать хорошими. Но мне хочется рассказать. Если поделюсь с ним, наверняка станет легче. Эгоистка. – Забудь. Давай просто поедем.

– Ты что-то вспомнила. – Генрих наблюдал за моей реакцией и сделал соответствующие выводы. – Ты можешь рассказать мне.

Я и рассказала. С каждым словом его лицо становилось все мрачнее и мрачнее. Кажется, все было плохо. Слишком плохо.

– Не переживай, - его глаза метали молнии. – Больше никто тебя не обидит.

Не знаю по какой причине, но я верила этому, все ещё незнакомому мне, человеку.

– Мы ведь поедем на работу? – осторожно спросила я, боясь снова нарваться на плохое настроение.

– И что мне с тобой делать? – Генрих встал и, проверив мой ремень безопасности, закрыл дверцу и вернулся на своё место. – Поедем.

— Могу я задать ещё один вопрос?

– Попробуй. – он усмехнулся.

– Как меня зовут?

– Что?! – машина, которая только пришла в движение, снова остановилась.

– Я не могу ничего придумать, – те имена, что крутились в моей голове мне совсем не нравятся. – А мне очень нужно. Может у тебя есть варианты?

– Не знаю, понравится ли тебе. – Генрих выглядел немного растерянным.

– И какое же? – мне правда было очень интересно.

– Линда. – немного смутившись, ответил Генрих. – Так звали мою бабушку.

Я повторила это имя несколько раз. Оно звучало немного необычно, но мне нравилось. Линда. Красивое имя.

– Здорово. – мы ехали очень медленно, и я могла разглядывать все вокруг. – Мне нравится. Теперь я смогу хотя бы представиться, если вдруг спросят.

– Фамилией тоже можешь пользоваться. – совсем тихо добавил Генрих. – Моей.

– Спасибо. – кажется, я очень скоро попрошу Роберта поездить со мной на большой скорости. Мне очень нужно вернуть свои воспоминания. – Линда Леманн. Мне нравится.

Ненадолго позабыв о плохих воспоминаниях, я стала рассматривать дорогу. Какое же все-таки странное утро. Прошло совсем немного времени, а столько всего произошло.

Меня переполняли самые разные эмоции, и я не заметила как странно на меня смотрел Генрих. Возможно, я случайно приступила какую-то невидимую черту?

Глава 6. Старый новый друг

В 9.55 я уже была в книжном магазине. О моих недавних приключениях напоминала только слабая головная боль, на которую можно было не обращать внимания. Куда больше меня интересовала предстоящая работа.

–Добрый день, — владелица книжного магазина с самого утра была вся в делах. — Проходи, Грета тебе все покажет.

— Да, конечно, — и почему я почувствовала разочарование, как только услышала это имя?

Видимо услышав своё имя, передо мной возникла молоденькая девушка. Она была невысокого роста, с короткими темно-каштановыми волосами. В отличие от меня она казалась бодрой и полной сил, отчего я ещё больше расстроилась.

– Привет, я Грета, — она протянула мне маленькую ладошку. — Очень приятно познакомиться.

–Линда, — деваться было некуда, и я ответила на рукопожатие. Неловкая ситуация.

Словно не замечая ничего вокруг, Грета проводила меня в небольшое подсобное помещение, где можно было переодеться и оставить свои вещи. К счастью, мне предоставили возможность сделать все это в одиночестве.

Сняв пальто и положив телефон в карман джинсов, я повернулась к зеркалу. Да уж, за здоровье и счастье отвечать тут будет только Грета. Слишком уж бесцветным было моё отражение в зеркале. Собрав свои волосы в хвост, я вернулась в магазин, мысленно сделав пометку избавиться хотя бы от одной трети длины волос. За время, проведённое в больнице, они слишком сильно отросли.

– О, ты уже здесь! — Грета резко оторвалась от монитора компьютера. Чересчур резко. – Вот тебе список книг, расставь все так, как написано. Новые книги в коробках на складе. Склад находится во втором зале по правой стороне.

— Хорошо. — Я взяла список и отправилась искать склад.

Назвать эти небольшие комнаты залами могла, наверное, только Грета. Магазин был совсем небольшой. Из-за обилия книжных полок даже дом Генриха казался мне больше.

Склад оказался маленькой комнатой, загроможденной большим количеством коробок. Надеюсь, не все из этого нужно расставить снаружи. Боюсь, там просто не хватит места.

Время до обеда пролетело незаметно. Я спокойно возилась с книгами, изредка контактируя с покупателями. В отличие от вчерашнего дня, сегодня людей здесь было побольше. Возможно, это как-то связано с теми коробками на складе? В любом случае, было не так уж и плохо. Все лучше, чем без дела сидеть в комнате.

Несмотря на суетливость Греты, свободного времени тоже было достаточно. В один из таких моментов я начала листать одну из книг, и тут же получила замечание от своей напарницы.

– Ты можешь делать с ней все, что хочешь, когда купишь, — она забрала книгу из моих рук. — А до этого времени не трогай, вдруг испортишь.

По итогу, за прошедшие пол дня эта девушка мне совершенно разонравилась.

– Линда, можно вас на минуточку? — Мэри Шефард повесила на двери табличку закрыто.

Я подошла к ней вместе с Гретой, от которой никак не могла отделаться.

– Сейчас время обеда, можете прогуляться в какое-нибудь кафе, — она внимательно изучала моё лицо. — Или ещё чем-нибудь можете заняться. В три часа будьте пожалуйста на месте. И, Линда, вы же помните о моей вчерашней просьбе?

— Да, конечно, одну минуту.

Я уже хотела вернуться и поискать визитку в кармане пальто, как в дверь магазина постучали. Владелица магазина широко улыбнулась и тут же впустила гостя внутрь. Я же с удивлением смотрела на него, совершенно не двигаясь с места.

— Добрый день, дамы, — Генрих вежливо улыбнулся. — У вас все хорошо? — этот вопрос уже был адресован Мэри.

— Генрих, давно ты не заходил, — кажется, эти двое были давними знакомыми. — У нас все хорошо. Вот, появились новые помощники. Грета и Линда.

Готова поклясться, что на лице Генриха промелькнула улыбка. И все же, зачем он здесь?

— Раз уж у вас обеденный перерыв, могу я украсть Линду на час? — его взгляд на секунду остановился на мне, но затем снова переместился на владелицы книжного магазина.

— Только не говори, что ты и есть тот самый человек, который…

— Все верно, это именно я, — слова Генриха были слишком громкими в повисшей тишине. — В любом случае, если возникнут какие-либо вопросы, можете смело звонить мне.

Пока все были заняты внезапным визитом Генриха, я всё-таки выскользнула из комнаты и отправилась за пальто. Не знаю, насколько это было моё воображение или нет, но Мэри Шефард была не рада тому, что узнала. В такие минуты чувствую себя носителем заразной инфекции.

Когда я вернулась, Греты уже не было. Мэри и Генрих тихо разговаривали чуть в стороне. Я замерла в нерешительности. Не знаю, стоит мне вмешиваться или лучше просто подождать?

Вопрос решился сам собой.

— Ты уже готова? Идём? — Генрих слишком уж сильно хотел поскорее отсюда уйти.

— Идём.

Совсем скоро книжный магазин остался в стороне. Чем дальше мы удалялись оттуда, тем расслабленнее становился Генрих. Мне многое хотелось спросить, но почему-то вопросы так и остались не заданными.

— Зачем ты здесь? — все-таки я сдалась первой.

— Просто, — последовал незамедлительный ответ.

Ну вот, он снова за старое. Это слово заставляло меня злиться. Что ещё за просто?! Не понимаю. Уверена, несмотря ни на что, у Генриха определённо есть свои причины помогать мне. И это не даёт мне покоя.

— Как первый рабочий день? — мы медленно шли по улице, и Генрих рассматривал все магазины по пути.

— Хорошо.

— И все? — он тихо рассмеялся. — Ты так сильно хотела туда попасть, только чтобы потом сказать хорошо?

Этот вопрос я решила оставить без ответа.

— Ладно тебе, не злись, — мы остановились возле неприметного кафе. Генрих открыл дверь, приглашая меня войти первой. — Давай лучше поедим, а потом быстренько прогуляемся по магазинам. Вечером нас ждёт Роберт, поэтому времени на покупки скорее всего не будет.

— Хорошо.

Генрих только вздохнул.

Хоть место и казалось немного странным, внутри было довольно уютно. И более того, уединённо. Я немного расслабилась. Все-таки большое количество людей рядом слишком меня нервировало.

За время обеда мы практически не разговаривали. Генрих несколько раз пытался начать разговор, но все быстро сходил на нет. Я злилась на саму себя, но все равно все ответы выходили односложными. В моей голове был полный бардак. В придачу к этому, все мои чувства были в смятении.

— Почему мне кажется, что тебя что-то беспокоит? — неожиданный вопрос Генриха застал меня врасплох. — И я имею ввиду не потерю памяти.

— Все в порядке.

— Неужели? — он откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на меня. — Я наблюдал за тобой, пока ты работала, — голос был совершенно спокоен. — Тебе же там не нравится.

— Нет, нравится! — мой ответ прозвучал чуть громче, чем хотелось бы. — Ты все не так понял.

— Правда? — все в нем говорило, что он мне не верит.

— Может, тебе просто самому не нравится это место? — выпалила я, и тут же об этом пожалела. Вот глупая, зачем только сказал такую ерунду?! Меня это совершенно не касается.

— В наблюдательности тебе не откажешь, — казалось, Генрих ничуть не смутился. — Мне чертовски не нравятся все мамины подруги. Я уже чувствую, как сегодня вечером они будут часами висеть на телефоне.

Его лицо выглядело настолько страдальчески, что я невольно улыбнулась. Кажется, он знает все привычки своей мамы.

Атмосфера сама собой стала получше. Расплатившись за обед, мы перешли ко второму пункту из списка дел. Если честно, этого я опасалась больше всего. В моей голове никак не укладывался совместный поход за покупками.

Опасения оказались напрасными. Это оказалось гораздо веселее, чем я думала. Единственным разногласием стало количество покупок. Мне совсем не нужно было столько вещей!

— Ты же девушка! — это был самый весомый аргумент Генриха. — Вам всегда нужна куча одежды, не меньшее количество косметики и много всего другого, разве нет?

— Кажется, ты специалист в этом вопросе. — я не смогла удержаться от колкости.

— Я же мужчина! — театрально возразил Генрих.

— Это, конечно, всё объясняет, — почему-то от этих слов мне стало грустно. Лучше сменить тему. — Туда тоже пойдём?

Генрих посмотрел в ту сторону, куда я показывала. Это был магазин женского белья.

— Знаешь, тут я пожалуй пас. Сходи-ка ты туда сама, — он протянул мне свою банковскую карту. — А я подожду тебя здесь.

— Как скажешь. — хорошо, что у меня получилось оставить его здесь. Одна я справлюсь гораздо быстрее.

Сказано, сделано. Хорошо хоть желающих разнообразить свой гардероб было немного. Вернувшись, я нашла Генриха там, где и оставила. За исключением того, что он разговаривал по телефону. И почему я каждый раз оказываюсь в такой ситуации? К счастью, он меня заметил, и мои угрызения совести прекратились.

— Уже всё? — удивлённо спросил он.

— Всё. Уже и так… — я посмотрела на часы. — Кошмар! Генрих, уже 4 часа!

Мой обед был всего час, а прошло уже гораздо больше! Или что мне теперь делать? Она наверняка меня уволит.

— Не переживай ты так, — Генриха все это забавляло. — Я только что добавил парочку минут телефонного разговора мисс Шефард и моей мамы. — видя, что я его не понимаю, он добавил. — Я ей позвонил и все уладил, так что поехали домой.

Мое хорошее настроение исчезло.

— Не делай так больше, — какая бы ни была, но это моя работа. К тому же, у него есть своя.

Зачем он все испортил? Только у меня начало все получаться! Мне очень захотелось побыть одной. Я уже чувствую, сколько недовольства высказала по этому поводу Грета.

— Не сердись, — Генрих в два счета догнал меня. — Ты выглядела уставшей, да и утреннее происшествие вряд ли прошло бесследно. — снова тон взрослого человека, который говорит с ребёнком. — Для одного дня вполне достаточно. К тому же, нас все ещё ждёт Роберт.

Несмотря ни на что, мне все ещё не хотелось разговаривать. Лучше бы он вообще не приходил!

— Ну я же извинился.

— Я услышала.

— Что-то не похоже, — Генрих обогнал меня и, в итоге, заставил остановиться. — Почему не хочешь просто спокойно восстанавливаться после больницы?

— А как бы ты поступил на моем месте? — как же все перепуталось. Сейчас я испытывала столько разных чувств, что нем могла нормально сконцентрироваться. — Смог бы все время находится в доме, находясь в полной зависимости от незнакомого человека? Постоянно вмешиваться в его жизнь? Быть причиной ссор? Да просто мешать всем вокруг? Я ведь даже не знаю, смогу ли оплатить за все.

— Так вот в чем дело. — пакеты, которые секунду назад были в руках Генриха, оказались на земле. Сделав шаг мне навстречу, он мягко сжал мои плечи. — Все совсем не так. Признаю, когда ты сказала, что помнишь меня, я был в шоке. После первого разговора с Робертом — в ужасе. Я фактически сбежал из больницы, — я слышала вину в его голосе. — Я думал, много думал. Несмотря на все, перед глазами постоянно стояла картина с аварией. Глядя на тебя, постоянно это вспоминаю.

— Мне жаль. Не думаю, что хотела добавлять тебе проблемы.

— Не перебивай, второй раз я так не смогу, — только сейчас я поняла то, что Генрих никогда ничего о себе не говорил. Он всегда только поддерживал меня, оставляя свои чувства в тени. — Если тебе от этого станет легче, я сам вызвался тебе помочь. Не надо чувствовать себя передо мной виноватой или там ещё что-то. Я правда хочу помочь. И к слову, у меня есть для этого возможности.

Почему-то, меня это ещё сильнее расстроило.

— Давай по-другому. Отношения на уровне «мы едва знакомы» для нас не самый лучший вариант. Почему бы нам не стать друзьями?

Его вопрос стал для меня совершенной неожиданностью. Имею ли я право становиться ему другом? Друзья… Правильный ли я вкладываю в это слово смысл? Генрих снова меня запутал.

— Друзьями? — даже звучало это слово странно.

— Принять помощь друга намного проще, не так ли? — улыбался Генрих вполне дружелюбно. — Друзья?

Даже если стану его другом, все равно останусь бесполезной.

— Не переживай ты так, — Генрих в отличие от меня чувствовал себя совершенно свободно. — Чтобы не произошло в будущем, мы всегда можем остаться друзьями.

— Да, — эта мысль показалась мне интересной. — Наверное ты прав. — и все же, странная получилась ситуация. — Если так и правда будет лучше, кажется стоит попробовать.

— Вот и отлично, — пакеты снова оказались поднятыми с земли. — Раз уж мы все прояснили, поехали домой. У нас как раз будет время все распаковать и немного отдохнуть.

— Но завтра я снова пойду в книжный магазин, — на всякий случай я решила уточнить этот момент.

— Понял я, понял, — новый друг Генрих мне нравился гораздо больше. — Просто помни, что это не обязательно.

— Договорились.

Хорошее настроение снова было при мне. Забрав у Генриха часть покупок, мы отправились на парковку.

Глава 7. Союзница

Квартира Генриха меня удивила. В отличие от того дома, где мы жили до сегодняшнего утра, здесь было слишком пусто. Минимум всего: вещей, мебели. Такое просторное помещение и такое холодное. Светлые стены, тёмная мебель. Такой Генрих мне не знаком. Если бы мне сказали, что здесь никто не живёт, я бы сразу же поверила.

– Удивлена? – Генрих положил все наши покупки на диван.

– Немного необычно, – мне совсем не хотелось его обижать, даже если все здесь выглядит слишком подозрительным.

– Ты это наверное не помнишь, но так выглядит жилье практически каждого одинокого мужчины, – Генрих пытался все обернуть в шутку, но что-то мне подсказывало, что здесь было нечто гораздо более серьёзное. – Пойдём, покажу тебе твою комнату.

Время, проведённое за экскурсией по квартире, пролетело незаметно. Помимо просторной гостиной и находившейся здесь же небольшой кухни, было ещё две комнаты. Одна из них принадлежала Генриху, вторая – его брату. Узнав об этом, мне стало немного не по себе, но Генрих сказал, что его брат жил здесь только во времена учёбы и уже давно съехал. На мой вопрос приходит ли он в гости, Генрих ответил нет. И взгляд его в эту минуту был слишком печальным. Больше вопросов я задавать не стала.

От неловкой ситуации нас спас телефонный звонок. Вряд ли он предназначался для моих ушей, так что вернулась в предназначенную мне комнату и занялась распаковкой своих вещей. Вместе с этим, стараясь не сильно думать о том, как дорого я обхожусь своему новому другу.

Именно за этим занятием, меня и застал Генрих.

– Роберт напросился приехать сюда, – сложно было сказать доволен этим фактом Генрих или нет. – Так что принимаю заказы для доставки еды. Уверен, он как всегда будет голоден.

Эти двое и правда были хорошими друзьями.

– Не думаю, что могу тебе с этим помочь, – на данный момент я ела все, да и на вкус вся еда была обычной. Сложно сказать, что мне больше всего нравится.

– Ты совсем не хочешь облегчить мне жизнь.

– Извини.

– Я же пошутил, – кажется в наших дружеских отношениях Генриху было вполне комфортно, чего я нем могу сказать о себе. – Придется тогда вам есть то, что нравится мне.

– Ничего не имею против.

– Ладно, не буду тебя отвлекать. – Генрих полностью сосредоточился на своём телефоне. – И совсем не обязательно сидеть все время здесь, весь дом в твоём распоряжении.

Ничего от него не укрывается. И кто из нас ещё наблюдательный?

Когда он ушел, я снова вернулась к прежнему занятию. Все равно заняться было нечем, а ждать прихода детектива вместе в одной комнате совсем не хотелось.

Некоторое время спустя на моей кровати лежала гора пакетов вперемешку с бумажными упаковками и прочим мусором. Интересно, раньше я всегда была такой неряхой или это качество появилось только сейчас? В любом случае, как бы там ни было, нужно быть более собранной, особенно в чужом доме.

Когда с мусором было покончено, приехал Роберт. Как вовремя я все успела сделать. Как и предполагалось, он был очень голоден.

– Как чудесно пахнет! – первым делом сказал детектив, едва только переступил порог. – Лазанья? – он уже поглядывал в сторону кухни. - О, привет. – Роберт заметил меня. Удивление не успело исчезнуть с его лица. – Так, - он пристально посмотрел на своего друга. – Что произошло?

– Все потом, не хочу портить аппетит. – Генрих жестом пригласил всех нас за стол. – Может вы уже сядете?

Все ещё пристально рассматривая нас обоих, детектив принялся за еду. Вскоре и я к нему присоединилась. Генрих только облегчённо вздохнул. Кажется, ему не очень хочется вспоминать вчерашнюю ссору.

После еды все почувствовали себя значительно лучше. Мне даже стало немного легче. Правда в воздухе повис вопрос, насколько мои дружеские отношения с хозяином дома позволяют присутствовать при личных беседах. Ответ нашёлся сам собой.

– О чем ты хотел поговорить? Узнал что-то новое? – первым начал разговор Генрих, тем самым избегая разговора о внезапной переезде.

– Если честно, - Роберт виновато посмотрел в мою сторону. – Есть кое-что, но предупреждаю сразу, новости малоприятные. В защиту скажу, что это только возможный вариант событий.

– Я в порядке, извините за прошлый раз, – просто замечательно, теперь он считает меня неуравновешенной. Хорошо, что хоть вообще со мной разговаривает.

– В этом нет ничего страшного, – мягко сказал детектив. – Ладно, давайте начнём сначала. Э-э-э…

– Линда, - помог ему Генрих.

– Интересно однако, – Роберт сегодня не переставал удивляться. – В таком случае Линда, тебе рассказывали о твоём состоянии до поступления в больницу?

– Подожди, - Генрих с беспокойством смотрел на меня. – Может не стоит?

– Стоит, – я понятия не имею о чем дальше пойдёт разговор, но мне нужно это узнать. В конце концов, это касается лично меня и моего прошлого. – Продолжайте.

– Извини, дружище, но мне придётся это сделать, – детектив был серьёзен. – Так вот, Линда, я поговорил с врачами. Все они в один голос утверждают, что некоторые травмы у тебя были ещё и до аварии. Речь идёт об обширных гематомах по всему телу и следов наручников на руках. Вывод напрашивается сам собой – где бы ты не находилась, тебя удерживали там силой. После того, что недавно рассказал мне Генрих, картинка начала складываться ещё более ужасно. Боюсь, ты стала одной из жертв по торговле…

– Роберт!

– Я хочу послушать, – как бы не старалась, мой голос все равно дрожал. – Пожалуйста, – и все же, пока эта история ещё не закончилась.

– Торговля людьми, – закончил детектив.

Повисла тяжёлая тишина. Ни на кого не обращая внимания, я полностью погрузилась в свои мысли. В целом, мне уже было известно, что я попала в серьёзные неприятности. Наверное, даже гораздо хуже, чем просто серьёзные. Больше всего во всем этом кошмаре, меня пугало другое. Почему меня никто не искал? Неужели у меня совсем никого нет?

– Но почему обо мне нет никаких сведений? – я задала давно мучавший меня вопрос. – Разве такое может быть? Я же не могу быть никем, – голос перешёл в шёпот. Как бы мысленно не говорила себе собраться, ничего не получалось. – Я ведь существую.

– Для меня это тоже большая загадка. Возможно, кто-то просто стёр все твои данные. – Роберт стал расхаживать по комнате. – Если это так, все ещё хуже, чем я думал. За всем могут стоять слишком влиятельные люди.

– Пока это только теори, – встрял в монолог детектива Генрих.

– Ты же сам прекрасно знаешь, о происходящем. Все это тянется уже три года. Люди пропадают один за другим, подозрительные типы, сующие свой нос куда не требуется и постоянные тонны документов с грифом секретно. Все слишком очевидно. Если бы только мы могли поймать их за руку! – Детектив утратил своё прежнее хладнокровие.

Наверное, нужно было сказать что-то подходящее, но в моей голове было слишком пусто. Что же такого я натворила в прошлом, что сейчас так за это расплачиваюсь? Кажется, я была очень плохим человеком.

Разговор прекратился сам собой. Хотя я и продолжала убеждать саму себя не реагировать так сильно, получалось плохо. Да и настроение у всех стало слишком мрачным. Прошло какое-то время, прежде чем я смогла отодвинуть в сторону личное, и посмотреть на всю ситуацию с другой стороны.

– Это все ещё происходит? - Мой вопрос был адресован детективу. – Если все так, как вы говорите, значит есть ещё люди в такой ситуации?

– Уверен, что есть, – Роберт старался говорить мягче, но все равно был слишком взвинченным и с трудом удерживал себя на одном месте. – Вот только мне нечем им помочь. Вся надежда на твою память, возможно ты вспомнишь что-нибудь, что сможет нам помочь.

Теперь, помимо собственных переживаний, на меня будет давить груз ответственности. Помимо всего этого, в голове появились навязчивые мысли, что люди, которые устраивают весь этот кошмар, свободно разгуливают по улице.

– Не дави на неё, – тихо произнёс Генрих. – Это все равно не поможет.

– Но… – у детектива были свои мысли на этот счёт.

– Если вы знаете какие-либо способы помочь мне ускорить этот процесс, я вас внимательно слушаю. – мне тоже очень хочется вернуть свои воспоминания.

– Есть у меня несколько идей, и если все «за», – тут Роберт посмотрел на своего друга. – Можно начать хоть завтра.

– Не выйдет, – хозяин дома усмехнулся. – Разве ты завтра не собираешься на работу?

Это немного поумерило мой пыл.

– В таком случае, могу я вам позвонить, когда у меня появится возможность? – это единственное, что пришло мне в голову.

– Конечно, тогда на этом и договоримся. – Детектив остался доволен. – Слушай, Генрих, может у тебя найдётся немного кофе? Мне ещё нужно разобраться с некоторыми делами, прежде чем поеду домой, а я с ног валюсь.

Ничего не сказав, он просто отправился выполнять просьбу детектива. Взгляд, которым Генрих меня наградил, был очень далёк от дружелюбного. К счастью для меня, Роберт отвлёкся на телефонный звонок, и ничто не мешало мне теперь помочь хозяину дома с приготовлением кофе.

– Не сердись, – я старалась говорить не очень громко, все-таки не хотелось, чтобы детектив нас услышал. – Там не будет ничего опасного.

– Чай или кофе? – Генрих продолжал меня игнорировать.

– Чай.

Он отвернулся и снова полностью погрузился в работу. Едва ли не впервые за все время, я почувствовала, что начинаю злиться. Что это за ребячество? Мне нужно вернуть свои воспоминания, и не важно как!

– Я правда не знаю, что не так, – рядом был кипяток, так что пришлось быть аккуратной. Не хватало ещё устроить тут беспорядок. – Но я хочу вернуть свою жизнь и помочь тем, кому нужна моя помощь.

Роберт все ещё не вернулся, а на кухне повисла тишина. Что ж, я хотя бы попыталась. Почему мне так трудно с ним поладить? Как только подумаю, что все более-менее хорошо, снова что-то происходит.

– Чего это вы притихли? – Роберт неслышно оказался за нашими спинами. – О, а вот и кофе!

Этот человек тоже всегда меня удивляет. Как детектив может так легко переключаться с одной проблемы она другую? Сейчас его ничего не интересовало, кроме кофе, а всего несколько минут назад он с горящими глазами говорил о работе. Не понимаю.

Как только чашки опустели, Роберт засобирался уходить. Я попрощалась и ушла в свою комнату. Уверена, им есть что обсудить. Мне же есть о чем подумать. Хорошо бы ещё ночью спать спокойно.

Уже лежа на кровати, я почувствовала, что ещё немного и моя голова лопнет. Вроде бы в ней и пусто, а все же мысли разбегались в разные стороны. Торговля людьми. Дыра в моей памяти вряд ли позволяла оценить насколько это плохо, но и моих теперешних знаний для основного понятия было достаточно. Я вляпалась по самое не хочу. И мне очень интересно, почему так произошло.

Я и сама заметить не успела, как уснула.

***

Единственным источником света в комнате была луна. К счастью для нас, сегодня она была достаточно яркой. Пусть и немного, но она спасала от жуткой темноты. Снаружи, возле двери, послышались шаги. Мы замерли. Сейчас нельзя шуметь, если они войдут сюда, кто-то из нас наверняка пострадает. Все притихли и, с замиранием сердца, слушали. Как бы я не ненавидела себя за это, я тоже слушала. Рука сама потянулась к разбитой губе. Да уж, моя последняя попытка сопротивляться закончилась ужасно.

Наконец шаги стихли, а вскоре и вовсе исчезли. Напряжение в комнате резко спало. Я устало прислонилась к стене. Живот все ещё немного болел после недавнего общения с кулаками наших тюремщиков. И все же, у меня ещё осталась надежда. Я смогу сбежать, нужно только дождаться нужного момента.

– Сильно болит? – шёпотом спросила девушка, сидевшая слева от меня.

– Терпимо, – не совсем так, но вряд ли стоит ее пугать ещё больше.

Лунного света хватило для того, чтобы я смогла ее рассмотреть. Длинные светлые волосы были в полном беспорядке, на лице смесь страха и беспокойства, но глаза… Ее глаза заставили меня вынырнуть из глубин своего собственного страха. Никто здесь не смотрел на меня так, с икрой жизни. Она тоже не сдалась. Как и я.

– Ты хочешь сбежать? – я была уверена, что услышу в ответ и оказалась права.

– Больше всего на свете.

Я осмотрелась вокруг. Остальные три девушки у противоположной стены уже спали. Когда я только очутилась здесь, все четверо уже были внутри. Никто из них не был особенно разговорчив. Даже та, что сейчас сидела рядом.

– У меня есть план, но он опасен. – девушка заговорила ещё тише.

– Я лучше умру, пытаясь сбежать, чем останусь в лапах этих психов. – я резко дернулась и тут же согнулась от боли. Как же я их ненавижу.

Весь остаток ночи мы провели в обсуждении побега. По мне так в нашем импровизированном плане были слишком много слабых мест, но выбирать не приходится. По крайней мере, это дало мне силы терпеть и надеяться на лучшее. Девушка показала мне фотографию своего друга, которую она старательно спрятала. Я мельком взглянула на неё и мы снова вернулись к обсуждению.

Заснули мы только под утро.

***

Когда я снова открыла глаза, уже оказалась в своей комнате. Сердце бешено колотилось в груди. Хорошо хоть в этот раз обошлось без выстрелов. Хотя бы никого не побеспокоила, и на том спасибо.

Вставать я не решилась. Слишком сильно на меня повлияли эти воспоминания. Зато, кажется, наш план удался. Если не считать аварии, сбежать мне удалось. Значит и ей тоже. Нужно рассказать об этом Роберту.

Я резко закашлялась. Во рту пересохло. Хорошо бы раздобыть воды. Я осторожно села. Вроде бы никаких признаков слабости или чего-то похожего не было. Уже собираясь вставать, до меня наконец дошло, что кто-то накрыл меня одеялом. Я точно помню, что не делала этого. Пожалуйста, только не это!

– Воды? – наконец-то подал голос Генрих.

В комнате было темно, но я смогла рассмотреть силуэт, облокотившийся на шкаф. Как давно он уже здесь? Меньше всего на свете я хочу доставлять ему неприятности.

– Как давно ты здесь?

– Достаточно, чтобы понять, что тебе приснился очередной кошмар. – тень сдвинулась. – Вот поэтому я и был против. Даже небольшие воспоминания даются тебе с трудом, а если вспомнить все сразу?

– В этот раз все было не так плохо, – правда, хоть это и были воспоминания, живот все равно побаливал.

В несколько шагов тень оказалась совсем рядом. Теперь я даже могла рассмотреть его лицо, хотя в комнате и было темно.

– Рассказывай, что на этот раз, – Генрих осторожно присел рядом.

Что-то в его голосе сломало все мои внутренние барьеры. Сейчас не было особых причин для слез и истерик, но кто в такой ситуации может мыслить здраво? Пока я говорила, слезы превратились в рыдания. Мне было очень страшно и стыдно одновременно. Знаю, что нельзя так с ним поступать, но ничего не выходит. Я и правда ужасна.

– Тише, все хорошо, – тёплая рука осторожно гладила меня по спине.

Генрих придвинулся немного ближе и обнял меня, словно оберегая и давая защиту. Он продолжал что-то тихо говорить и ждал, пока я успокоюсь.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем слезы закончились. Ни осталось ничего, кроме пустоты. И тепла.

– Я не могу исправить того, что произошло, – прошептал он. – Но могу обещать, что больше такого не случится.

– Ты слишком хороший друг, для такой как я, – мне стало легче, но страхи никуда не делись.

– Плохой из меня психолог, но все равно послушай, – Генрих немного отстранился, но все ещё не отпускал меня. – Случилось то, что случилось. У нас нет власти это исправить. Просто используй второй шанс, который подарила тебе жизнь. Не можешь вспомнить свое имя? Живи как Линда, пока не вспомнишь. Рано или поздно все вернётся на свои места.

– Но поздно, это слишком долго.

– Тебе некомфортно здесь?

– Я боюсь того, что все слишком хорошо, – какое тут некомфортно, сейчас мне больше всего хотелось, чтобы он остался здесь. Рядом с ним было не так страшно.

– Не думай об этом, – Генрих едва слышно рассмеялся. – Ложись, я принесу воды.

Волшебное тепло исчезло. Он ушел и я снова осталась одна. Кажется, в списки моих неприятностей скоро добавится ещё одна. Я слишком сильно к нему привязалась.

Когда Генрих вернулся, я притворилась, что уже уснула. Он оставил воду и ушел. В комнате снова стало тихо, а я ещё долго лежала без сна.

Глава 8. Немного ближе

Рабочий день не задался с самого начала. Пока я расставляла книги на полках и пыталась забыть сцену, устроенную Гретой, в голове против воли стали всплывать моменты сегодняшнего утра.

Генрих, почти как всегда, был мил и любезен, я же в свою очередь напоминала ежа. Разговор у нас не клеился, да и вообще мне хотелось оказаться как можно дальше. Генрих просто мой друг, так и должно оставаться. Вот только так считал мой разум, с сердцем кажется была совсем другая история. В итоге, мы оба стали неразговорчивыми, да и попрощались довольно сухо.

– Ты весь день собираешься расставлять книги? — надо мной снова нависла тень Греты. — Тут еще предостаточно работы!

Вся проблема заключалась в том, что она сегодня осталась за главную. Миссис Шепард уехала по делам, и вышло то, что вышло.

— Я скоро закончу, — мысленно я уже несколько раз отругала себя за медлительность.

— Поторапливайся.

Я не отвлекалась от своего занятия, а Грета вскоре занялась покупателями. Как вовремя они пришли. Спорить с ней весь день не хотелось.

Мне стало не по себе уже ближе к обеду. Появилось странное чувство, что за мной кто-то наблюдает. Осмотревшись вокруг, я никого не заметила. Странно. Наверное, у меня немного расшатались нервы. И все же…

Грета с довольной улыбкой рассчитала покупателя, и переключилась на следующего. Высокий грузный мужчина, короткостриженный с татуировкой на шее. Глаза у него были чёрными, глядя в них я чувствовала, что падаю в пропасть у которой нет дна. Перехватив мой взгляд, мужчина неприятно усмехнулся. Против воли мои руки задрожали. Да что же со мной сегодня такое?!

Я занялась своими делами, пытаясь не обращать на него внимания. Но даже не глядя в ту сторону, я всем телом чувствовала, что он за мной наблюдает. Только когда этот человек покинул книжный магазин, я смогла немного расслабиться.

— Неприятный мужчина, — возле меня тут же появилась Грета. — Вот уж никогда бы не подумала, что ему интересна литература.

— Надеюсь, он случайно сюда зашёл, — все мои ощущения перемешались, но самым главным все равно оставался страх. И этот страх появился именно из-за этого человека. В этом я была совершенно уверена.

— И я, — впервые Грета была со мной согласна. — Если такие типы и дальше будут сюда заходить, нам понадобиться охранник.

Нашу милую беседу прервал очередной покупатель. Я была рада наконец остаться одна. Не то чтобы мне не хотелось улучшить отношения с коллегой, просто слишком это было на неё не похоже.

Сегодня обедать мне пришлось в одиночестве. У меня все еще был пропуск, позволяющий попасть к Генриху на работу, но утренние воспоминания были еще слишком свежи. Да и вечерние тоже. Как-то все неправильно.

Грета ушла первой. Повесив табличку «Закрыто», я тоже покинула здание. Есть мне совершенно не хотелось, а вот от стаканчика кофе я бы не отказалась.

Совсем скоро волшебная карточка, которую мой новый друг дал мне на время, опустела на несколько евро и пару центов. Скорее бы уже хотя бы в этом вопросе стать немного более самостоятельной.

К сожалению, в этом районе я совсем не ориентировалась, так что далеко прогуляться не вышло. И все же мое настроение заметно улучшилось. Возвращаясь обратно, я уже практически забыла о неприятном покупателе.

В книжном магазине меня ждал сюрприз. Миссис Шепард уже успела вернуться, вот только она была не одна. Ледяной взгляд голубых глаз приковал меня к месту. Только этого мне не хватало. Мама Генриха была тут собственной персоной.

— Добрый день, — мне захотелось как можно скорее спрятаться где-нибудь внутри магазина.

Что я и сделала. Не сложно догадаться, зачем она здесь. Вот только сегодня Генрих решил не заходить в гости.

Вскоре вернулась Грета. Едва ли не впервые за время нашего знакомства, я была рада ее видеть. В отличие от меня, она не слишком переживала из-за еще одного посетителя.

Не считая этого момента, все вернулось в обычный режим. Я и заметить не успела, как пролетело время. Кажется, я только вернулась, а рабочий день уже закончился.

— Грета, Линда, подойдите, — миссис Шепард как всегда улыбалась.

Подойдя ближе, я не могла не заметить ничем неприкрытую неприязнь на лице миссис Леманн. Кажется, она не в восторге от моего нового имени.

Я снова погрузилась в свои мысли и не заметила, как передо мной появилось несколько денежных купюр.

— Вот, возьми. Это за вчера и за сегодня.

— Но вчера…

— Здесь не полная сумма. — уже более строго сказзала владелица книжного магазина. — Оплата только за отработанные часы.

— Спасибо, — сейчас даже мама Генриха не в состоянии испортить мне настроения.

— Вот и хорошо. На выходных магазин закрыт, так что увидимся в понедельник. — Мэри Шепард смотрела то на меня, то на Грету. — Всего доброго, девушки.

Никому из нас не нужно было повторять дважды. Я даже успела еще больше обрадоваться, ведь, за исключением нескольких косых взглядов, встреча с миссис Леманн прошла безболезненно.

Стоило только об этом подумать, как все испортилось. Случилось сразу несколько событий. Я едва только успела переступить порог магазина, как тут же меня окликнула мама Генриха. По инерции я еще сделала несколько шагов вперёд и врезалась в стоящего там человека.

— Осторожно, — знакомый голос заставил меня тут же отскочить. — Все в порядке?

— Кажется тебя там ждут.

Генрих не сразу понял, о чем идёт речь. Только когда дверь магазина снова открылась и на пороге появились две оставшихся там женщины, все встало на свои места.

— Не здесь, — холодно бросил Генрих, когда его мама уже была готова высказать много лестных слов. — Миссис Шепард, рад встрече. Линда, нам пора.

Не знаю как, но я оказалась для всех разделяющим барьером. Мы быстро шли по улице. Я и Генрих впереди, немного отставая от нас — миссис Леманн. К счастью, скоро показалась уже знакомая парковка. Сейчас я была очень рада видеть знакомую машину.

— Тебе что-то нужно? — сразу перешёл в наступление Генрих, едва мы только остановились.

— Мы можем поговорить наедине? — еще один испепеляющий взгляд в мою сторону. — Это наши семейные вопросы, нечего тебе здесь делать.

Я правда не могла понять, за что она меня так сильно ненавидит. Генрих, кажется и понимать ничего не хотел.

— Хватит так с ней разговаривать, — он снова злился. — Это хотя бы попросту неприлично!

— Я могу подождать в машине, — после его резких слов, мои шёпотом был едва слышен. Прилично или нет, но мне тоже не хочется принимать участие в их беседе.

Ничего не ответив, Генрих отдал мне ключи. Я не стала зря терять время и пошла к машине. Открыть ее, правда, мне удалось только со второго раза. Хорошо бы, это никто не заметил.

Пока у меня появилось несколько свободных минут, я стала быстро набирать сообщение Роберту. «Завтра и послезавтра у меня выходные. Если ваше предложение все еще в силе и вы свободны, я буду ждать вашего звонка». Нажав кнопку «отправить», я стала ждать ответа.

К сожалению, первым вернулся Генрих. Судя по его лицу, разговор прошёл ужасно, если не хуже. Я бы очень хотела помочь, но в этой ситуации наверное только все сильнее усложнится. Если честно, меня уже давно мучил один вопрос, но я не решалась спросить об этом вслух. Хорошо хоть водитель был полностью поглощен дорогой, и не заметил моих переживаний. Только серьёзных разговоров сейчас не хватало.

Машина остановилась. Я уже отстегнула ремень безопасности и собиралась выходить, как мне второй раз за день снова дали ключи.

— Мне нужно еще закончить кое-какие дела. Справишься сама?

— Совсем не обязательно было подвозить меня, — я забрала ключи. — Всегда можно взять такси.

— Можно, но я не хочу, — Генрих не спешил уезжать. — К слову, однин кофе на обед слабовато. Будешь так есть и тебя сдует ветром.

— Но откуда ты узнал? — я точно была совершенно одна, даже рядом никого не было.

— Секрет.

— Вечно ты так, — сколько же у него секретов. Даже у меня их меньше, наверное.

— Когда-нибудь расскажу, — на его лице появилась лёгкая улыбка. — Ладно, мне правда пора. Постараюсь долго не задерживаться, но если приду поздно — не пугайся. И поешь.

— Я ничем не могу тебе помочь?

— Увы, там только скучные отчёты. Просто их накопилось слишком много. Отдыхай, — Генрих снова включил зажигание. — Можно и за нас двоих.

Слишком страдальческим было выражение его лица, и я рассмеялась. Только наткнувшись на его взгляд, стало понятно, что так делать не стоило.

— Езжай, я пойду.

Не оглядываясь я быстро зашагала в дом. Большим усилием воли мне стоило не бежать. Почему я веду себя так глупо?! Даже не оборачиваясь, я чувствовала, что Генрих за мной наблюдает. Память, возвращайся ко мне поскорее пожалуйста. Тогда все это закончится.

Только когда за мной захлопнулась входная дверь, я почувствовала себя в безопасности. Нужно успокоиться и попить воды. Что-то мне стало жарковато.

Сейчас я оказалась практически в идеальных условиях. В безопасности и предоставлена сама себе. Потихоньку разговор в машине стал уходить на второй план. Теперь нужно было решить, чем же мне заняться. Генрих говорил, что я могу пользоваться чем угодно. В его отсутствие это будет только проще.

Как ни странно, я решила заняться ужином. Интернет я уже почти освоила. Даже не так, этим я уже очень хорошо умела пользоваться. Заглянув в холодильник и посоветовавшись с интернетом, я представила, каким будет сегодняшний ужин. Осталось только понадеяться, что все получится.

Сначала, готовка давалась мне с огромным трудом. Несколько раз хотелось все бросить и просто заказать чего-нибудь готового, как это делал раньше Генрих. Но, кажется природное упорство взяло верх.

Время пролетело мгновенно. В итоге, я, довольная собой, ужинала, смотрела телевизор и наслаждалась прекрасным времяпровождением. Впервые с момента моего пробуждения, мне стало так спокойно. Хотелось бы, чтобы и дальше все оставалось так же.

Фильм, транслируемый по телевизору, оказался очень смешным. Даже когда он закончился, я все еще вспоминала некоторые сцены и продолжала смеяться. Покончив с ужином и убрав все на место, в том числе и порцию для Генриха в холодильник, я вернулась в свою комнату. В тысячный раз за вечер взглянув на часы, я поймала себя на мысли, что ждала, когда он вернётся. Вот тебе и наслаждение одиночеством.

Приняв душ и забравшись в тёплую постель, я снова вернулась к любимому интернету. Спать совершенно не хотелось. Где-то глубоко внутри меня уже мучил червячок беспокойства. Совершенно не к месту, я вспомнила сегодняшнего мужчину из магазина. Генрих ведь просто задерживается на работе? Ничего ведь не случилось?

Ожидание меня слишком нервировало. В голову лезли самые ужасные мысли. Вариант, что он захотел от меня отдохнуть, как-то сам собой исключился. К слову, Роберт тоже оставил мое сообщение без ответа. Может, они вдвоём сейчас? В целом, это вообще не мое дело. Просто в последнее время я стала еще более чувствительной, чем раньше.

Когда ночную тишину нарушил звук открывающейся двери, я едва не подпрыгнула от радости. Забыв обо всем на свете, в том числе и о собственном уговорах и прочей ерунде, я уже вышла из комнаты.

Яркий свет на несколько секунд ослепил меня. Вот ведь, не нужно было выключать свет в комнате.

— Я думал, ты уже спишь, — голос Генриха был уставшим, но выглядел он довольным.

— Так и было, но услышала как открывается дверь, — иногда воспользоваться своим восстановительным периодом было весьма кстати. — Вот и проснулась.

— Извини, не хотел разбудить.

— Все в порядке, — если бы он только знал, насколько все сейчас в порядке. — Зато теперь спокойно могу спать дальше.

— Что-то случилось? Тебя кто-то побеспокоил? — Генрих, как всегда, понял все по своему.

— Нет, нет, все правда хорошо, — лучше мне сейчас уйти, пока я еще не сказала чего-нибудь лишнего. — В любом случае, спокойной ночи.

— Отдыхай, — Генрих уже был одной ногой на кухне. — И еще раз извини, что разбудил. О, это для меня? — он уже внимательно изучал содержимое холодильника.

— Надеюсь, вышло съедобно. Спокойной ночи.

Я быстро вернулась к себе. Как же сейчас было неловко! И зачем вообще я вышла из комнаты?!

Все еще злясь на саму себя, я снова забралась в кровать и в этот раз ничто не помешало мне уснуть.

Глава 9. Чужие тайны

Что-то настойчиво жужжало возле моего уха. И длилось это уже довольно долго. Потеряв всякое терпение, я резко села на кровати. Источник шума находился совсем рядом. Как оказалось, это был мой телефон.

Странно, мне вряд ли стоило ждать входящих звонков, ведь номер знали всего несколько человек. Пока мой мозг лихорадочно пытался найти ответ, звонок прекратился.

Спустя несколько секунд, я все-таки догадалась взять телефон в руки. Вот ведь! Как оказалось, мне несколько раз звонил Роберт и уже почти полдень! Да уж, если бы мне нужно было на работу, было бы совсем грустно.

Не став откладывать дела на потом, я сразу перезвонила. Роберт ответил почти мгновенно.

— Добрый день, Линда. Вы сейчас не заняты? — вот это человек дела. Детектив не дал мне и слова вставить. — Могу я заехать за вами через часа 2? Думаю, сегодня можно будет заняться вашей памятью.

— Да, конечно, — я старалась говорить, как можно бодрее. Не хочу, чтобы он знал, что я только что проснулась. — Мне стоит поговорить с Генрихом?

— Лучше вы, чем я. По крайней мере, вам он не наговорит все, что думает, — в телефоне послышался смех. — Ладно, не будем отвлекаться. Буду у вас в два. До скорого.

— До свидания.

Какое замечательное начало дня. Быстро подготовиться ко встрече с детективов ещё выполнимая задача, а вот поговорить с хозяином дома на не особо приятную для него тему — посложнее.

Как ни странно, вокруг было тихо. Сначала я подумала, что Генриха нет, но потом услышала приглушённый голос из соседней комнаты. Кажется, он работает и по выходным тоже. Придется мне подождать пока разговор закончится.

Самое время заняться поздним завтраком. Есть мне не особо хотелось, но так хотя бы можно ненадолго убить время.

Стрелки на часах замерли. Я постоянно смотрела на телефон, а минуты словно превратились в часы. Ждать — это определённо не мое, и уже не впервые я замечаю это за собой.

Видимо услышав возню на кухне, из комнаты выглянул Генрих.

— И я бы не отказался от кофе, — на секунду оторвавшись от телефона сказал он и снова скрылся в комнате.

Я достала вторую чашку.

Кофе уже успел остыть, когда Генрих закончил свой длительный разговор. До назначенного Робертом времени было еще минут сорок. У меня оказалось предостаточно времени для совсем неприятной беседы.

Пока я собиралась с мыслями, Генрих включил телевизор. Что-то мне подсказывает, что он знает о моих планах и ждёт пока я сама об этом расскажу. Так, нужно взять себя в руки и прекратить бояться. В конце концов, я ведь не человека убить собираюсь!

— Я хотела сказать, что сегодня у детектива есть свободное время и он может мне помочь вернуть память, — выпалила я на одном дыхании.

— Даже не удивлён. — Генрих выглядел слишком спокойным. — И какой у вас план?

— План?

— Ты даже не спросила, как именно он будет пытаться это сделать? — в этот раз голос был не лишён скепсиса. — Или снова хочешь броситься под машину?

— Что значит снова? — не помню, что бы кто-то хоть раз говорил, что я сама решила себя убить. До меня дошло не сразу. Вот ведь глупая! Почему я только не додумалась до этого раньше! — Ты же там был! Расскажи, что произошло. Я правда сама бросилась под колеса? Или за мной кто-то гнался? Или это был несчастный случай?

— Я не так выразился, — Генрих понял, что сказал то, чего не стоило. — Не принимай все буквально.

— Это не ответ, — он точно от меня что-то скрывает. И от Роберта, видимо тоже, иначе детектив бы давно уже все рассказал. — Со мной все будет в порядке. Прошу, расскажи.

— Ты просто перебегала дорогу и произошла авария. Это все.

— Пожалуйста.

Чем больше он отпирался, тем сильнее мне хотелось узнать, как все было на самом деле. Не знаю по какой причине, но мысль о том, что это и правда был просто несчастный случай не казалась мне правдоподобной.

— Не совсем понимаю, почему ты мне не веришь, но я говорю правду, — взгляд Генриха стал немного отстраненным. — Ты просто бежала через дорогу, ни на кого не обращая внимания. Кругом сигналили машины, но ты все равно бежала вперёд. Единственное, что мне запомнилось — это твоё лицо. Таких испуганные людей я еще не видел.

— А одежда? — нет, не так. — Как я выглядела?

— Почти так же, как и сейчас. Бледная, истощенная и напуганная.

— Мне сейчас не страшно, — так вот, какой он меня видит. Теперь понятно, в чем причина ежедневных упрёков из-за еды. — Я ведь бежала именно к тебе, да? — смутно, очень смутно, но что-то шевельнулось на краешке сознания.

— Думаю да.

— Мне бы очень хотелось знать, почему.

— И мне, — не смотря на сложившуюся ситуацию, Генрих улыбнулся. — Ты все вспомнишь, и совсем не обязательно так сильно на себя давить. Полиция тоже не сидит сложа руки.

— Но, там были другие девушки, — я снова вспомнила свой сон. — Может им все еще нужна помощь.

— Может и так, только не забывай, что в этой ситуации ты тоже жертва.

Я уже подготовила длительный монолог на тему потери ценного времени, как нас прервали. Кто-то позвонил в дверной звонок. Судя по удивлению на лице Генриха, он никого не ждал. Да и детектив должен приехать немного позже, если конечно он пунктуален.

— Это не Роб, у него есть ключи. И к тому же он не стал бы пытаться выломать дверь.

Я снова вспомнила мужчину из книжного магазина.

— Может, притворимся, что нас нет дома? — слова вырвались быстрее, чем я успела подумать.

— Вряд ли это что-то серьёзное, — Генрих уже пошёл открывать дверь.

Наверное, стоило бы остаться, но я пошла за ним.

Стоило только двери открыться, как в квартиру ворвались три человека. Генриху пришлось отступить в сторону, чтобы его попросту не сбили с ног. Остановились гости также резко, как вошли. Прямо передо мной.

— Что происходит? — Только сейчас хозяину дома удалось рассмотреть неожиданных гостей. — Ох, миссис и мистер Феррер.

Впервые Генрих выглядел растерянным. Этих людей он ожидал увидеть здесь меньше всего.

Третьим человеком оказался, как ни странно, детектив. Он виновато смотрел на своего друга, но первым говорить не стал. Я в свою очередь пыталась не обращать внимания на ядовитый взгляд женщины, которая видимо и была миссис Феррер.

— Могу я узнать, причину вашего визита? — словно почувствовав неприязнь женщины, Генрих подошёл ближе ко мне. — И прошу, прекратите испепелять взглядом девушку. Чтобы не случилось, она не имеет отношения к этому.

Слова не казались мне грубыми, но женщина неожиданно расплакалась. Мужчина, мистер Феррер, провёл ее в гостиную и усадил на диван. Странно, мне кажется или они и правда хорошо ориентируются в этом доме?

— Я… — мне хотелось поскорее уйти отсюда, но вышло все совсем по-другому.

— Тебе не обязательно уходить, — тихо прошептал Генрих. — Кажется в этот раз мне понадобится помощь.

Оставив удивление на потом, ровно как и ряд других вопросов, я так же тихо ответила:

— Сделаю все, что в моих силах.

— Спасибо.

Картина получилась не самая лучшая. Непривычно тихий Роберт, напряженный Генрих, супруги Феррер и я, которая вообще не понимает происходящего.

— Моя девочка… — всхлипнула миссис Феррер. — Белла… Мы так долго ее ищем, — речь стала неразборчивой из-за слез.

Ни я, ни Генрих ничего не поняли. Меня только напугало имя. Именно так звали девушку, о которой как-то говорила миссис Леманн.

— Позвольте мне все объяснить, — видя, что время идёт и ничего не происходит, Роб снова стал детективом. — Учитывая тот факт, что Арабелла Феррер не является гражданином нашей страны, новости мы узнали не сразу. Сегодня мне пришла бумага, в которой просят оказать содействие в поисках мисс Феррер.

— Белла пропала? — голос Генриха дрогнул. — Как давно?

— Пол года назад. — от резкого голоса мистера Феррера все вздрогнули. — Слушай, ты один из последних людей, кто общался с ней. Возможно, ты что-то можешь вспомнить? Может быть она говорила, куда собирается или ты знаешь ее друзей, к которым она могла отправиться? Хоть что-нибудь, хотя бы маленькая зацепка.

Все здесь слышали отчаяние в голосе родителей Арабеллы. Я вряд ли была с ней знакома, но сейчас мне бы очень хотелось, чтобы она нашлась. И пусть это было эгоистично, я очень хотела, чтобы меня тоже искали.

— Боюсь, я ничем не могу помочь, — спустя какое-то время сказал Генрих. — Вам прекрасно известно, что мы расстались уже довольно давно и не особо поддерживали общение, — в комнате раздался очередной всхлип. — В последний раз я видел Беллу на похоронах брата. Это было семь месяцев назад. После этого мы не созванивались и не встречались.

Я и заметить не успела, как рука Генриха оказалась в моей. Мне очень хотелось его подбодрить. Знать бы еще как это сделать. Теперь многое стало на свои места. И поведение его матери, и пустая комната, и слова о том, что его брат больше сюда не вернётся. А ведь все это произошло совсем недавно.

— Вы были такой прекрасной парой, — миссис Феррер снова с ненавистью посмотрела на меня. Что ж, если ей от этого будет легче, пусть делает как хочет.

— У нас были разногласия, — Генрих пытался держать себя в руках, но с каждым новым словом ему становилось все труднее делать это. — К тому же, все мы взрослые люди и в состоянии принимать решения.

— Ты об этих решения говоришь? — женщина подскочила на ноги. Никто не ожидал от неё такой проворности. — Ты, который постоянно цеплялся за свою независимость, отталкивал Беллу, притащил в свой дом какую-то женщину! И это всего через несколько месяцев после трагедии! Знаешь, милочка, — теперь она полностью переключилась на меня. — У тебя ничего не выйдет. Пусть ты и замена моей дочери, но скоро он и от тебя избавится.

— Прекратите! — кажется, теперь Генриха ни что не способно остановить. Я только сильнее вцепилась в его руку.

— Вы все не так поняли, — Роберт, почувствовав надвигающуюся беду, встал между нами. — Девушка здесь по моей просьбе. У местной полиции стесненные условия, а мне требовалось обеспечить ей защиту. — миссис Феррер уже готова была снова что-то сказать, но детектив продолжал. — К сожалению, вы не послушали меня и не согласись на разговор в участке, и в итоге узнали немного больше, чем следовало. Теперь я обязан взять с вас слово, что о ней никому не будет известно.

— Во что ты ввязался? — женщина уже немного успокоилась, но по-прежнему продолжала винить Генриха во всех смертных грехах.

— Он тут не при чем, — пусть думает обо мне что хочет, но Генрих не сделал ничего плохого.

— Твоё мнение здесь вообще никого не интересует!

— Иветт! — мистер Феррер пытался успокоить жену, но ситуация уже давно вышла из-под контроля. — Думаю, нам лучше уйти. Генрих, прошу прощение за вторжение. Роберт, я рассчитываю на вас.

На меня он лишь едва взглянул. Ушли непрошенные гости так же внезапно, как и появились. Генрих так и остался стоять на месте, даже не собираясь закрыть за ним дверь. Вспомнив, что я все еще стою вцепившись в него, сразу же отпустила руку. Лучше пойду закрою дверь.

За время моего короткого отсутствия практически ничего не изменилось. Роберт о чем-то тихо говорил по телефону, Генрих же отрешенно смотрел в окно. Пожалуй, сейчас ему нужно побыть одному. Все-таки эти новости задели его, даже если он и пытался это скрыть.

— Ребят, простите что так вышло, — Роберт закончил свой разговор и вернулся к нам. — Я пытался их убедить, но это было бесполезно. И к тому же, у тебя все время было занято, — это было адресовано уже Генриху.

— Работа, — последовал незамедлительный ответ.

— Не хочу на тебя давить, но ты правда больше ничего необычного не помнишь? Полгода большой срок. Да и к тебе они пришли уже утратив всякую надежду.

— Роб, хоть ты не начинай, — Генрих оставил окно в покое. — Когда мы говорили в последний раз, Арабелла собиралась домой, к родителям. Это все. Черт возьми, ты сам прекрасно знаешь, что мы практически не общались.

— Знаю, извини.

Мне было совсем не по себе присутствовать при этом разговоре. Он явно не предназначен для моих ушей. И все же любопытно пересилило все остальные чувства. Раз уж никто даже не намекал на то, что мне нужно уйти, значит можно и задержаться немного.

— В таком случае, я вас оставлю. Раз уж пришёл официальный запрос, придется прочитать гору документов и еще много чего другого. — детектив виновато посмотрел на меня. — Прости, Линда, но придется нам немного перенести нашу встречу.

— Все в порядке, — я все еще могу делать самостоятельные попытки.

— Как только разберусь с бумагами, сразу позвоню. Договорились?

— Хорошо.

Попрощавшись, Роберт тоже ушел. В квартире стало тихо. Слишком тихо.

— Извини, что тебе пришлось все это слушать, — первым заговорил Генрих. — Не думал, что дело дойдёт до истерик и упрёков.

— Ничего страшного, — эти люди для меня ничего не значат, ровно как и все то, что они сказали. — Я лучше пойду к себе.

Иногда этого человека просто невозможно понять. Разве это не вполне очевидная реакция? Разве не будет больно, если с дорогим для тебя человеком что-то случилось? Вовсе незачем отпираться и делать вид, что все нормально.

Снова зазвонил телефон.

— Не буду мешать.

Может Генрих и хотел что-то возразить, но я уже ушла. Вряд ли он хочет раскрывать душу незнакомому человеку, вот только кто-то слишком вежлив, чтобы сказать это прямо.

Все изменилось так быстро. Один только визит тех людей чего стоил. И все же, несмотря на ситуацию я не могла отделаться от мысли, что завидую этой девушке. У неё были те, кому она дорога и кто будет ее искать. Чего нельзя сказать обо мне.

Глава 10. Осколки

Как бы мне этого не хотелось, но ночь прошла ужасно. Наверное из-за того, что история этой девушки так похожа на мою, я все приняла близко к сердцу. В итоге, все то время, которое было отведено сну, исчезло. Вместо этого меня преследовали лица. Так много лиц. Некоторые мне даже удалось вспомнить утром. Я-то их конечно узнаю, вот только на этом все. Какое отношение эти люди имели ко мне по-прежнему остаётся загадкой.

Не стоило и удивляться тому, что утром я чувствовала себя совершенно разбитой. Еще сильнее меня злила головная боль, которая становилась все сильнее и сильнее. Лучше бы вместо этого, ко мне вернулась память.

Экран телефона моргнул и показал одиннадцать часов. Надо же, я провалялась в кровати гораздо больше, чем показалось. Ну и ладно, вставать мне все равно не хотелось.

Возможно, я бы провела так большую часть дня, но маленькую идиллию нарушил негромкий стук в дверь.

— Секундочку, — я потянула одеяло до самого подбородка. — Входи.

— Надеюсь, я тебя не разбудил. — Дверь немного приоткрылась, и в комнату заглянул Генрих.

— Нет, я уже давно проснулась.

— Я рад, — судя по голосу, не то чтобы очень сильно. — Мне нужно уехать по делам. Справишься сама?

— Конечно.

— Вот и отлично. Ключи и банковскую карту я оставил на столе.

— Мне не нужны…

Говорить уже было не с кем. Видимо дела и правду были срочными. Наверное, это и к лучшему. Мы и так слишком много времени проводим вместе. Друзья друзьями, но есть границы, которые переходить нельзя. Вот только как бы не старалась себя убеждать, глубоко внутри меня грызло одиночество и грусть от того, что он уехал.

Наверное стоило встать и позавтракать, или пообедать, если не выйду из комнаты прямо сейчас. После недолгой борьбы доводы разума всё-таки взяли верх над ленью.

Спустя некоторое время, я уже заполняла свой желудок едой и бесцельно переключала каналы на телевизоре. Хоть сидеть дома и было самым безопасным занятием, делать мне этого совершенно не хотелось. Лучше всё-таки пойти прогуляться. Свежий воздух ещё никому не делал хуже.

Я уже почти была готова отправиться на прогулку, как по телевизору началась новая программа. Не то чтобы она представляла для меня какой-либо интерес, но что-то все равно заставило смотреть на экран. Или кто-то.

Мое внимание привлекла молодая женщина. Любой бы сказал, что она очень красивая. Светло-каштановые волосы уложены в аккуратную причёску. Деловой костюм выгодно подчёркивал ее фигуру. Каждый жест этой женщины говорил о ее манерах. Даже через экран чувствовалось, что прямо перед тобой властный и богатый человек. Она о чём-то оживлённо беседовала с мужчиной сидя на мягких светлых диванах. Предмет разговора был мне непонятен, но ее лицо…

Голова разболелась еще сильнее. Звуки вокруг исчезли, оставив меня наедине с этой женщиной. Она продолжала смеяться с экрана, но ее взгляд все время оставался внимательным. Эти глаза не упустят ни одной детали.

«Так ты и есть та самая нищенка?»

Ее голос прогремел в моей голове. Даже через экран эта женщина с ненавистью смотрела на меня. У меня определённо начались галлюцинации.

«Не единой кроны!»

Я словно видела ее перед собой. Слышала шёпот этой женщины. На секунду мне показалось, что она смогла каким-то чудом выбраться из телевизора и сейчас стоит здесь, прямо передо мной.

Голова, казалось, сейчас разорвется на куски. Мне нужно найти способ избавиться от этой незнакомки, пока не стало слишком поздно.

Пульт лежал совсем рядом, всего-то и нужно было протянуть руку. Вот только тело перестало слушаться. Последнее, что я успела запомнить – это темнота вокруг и жуткий хохот женщины из телевизора.

***

Мое тело было каким-то невесомым. Чувство, словно я парила в воздухе, ну или плавала в воде. Так тихо. Я люблю тишину. Идеальное место.

Я бы и дальше продолжала радоваться своему безмятежному состоянию, если бы не появившийся противный звук. С каждой секундой он становился все громче и громче. Честное слово, надо мной кто-то издевался.

Чем дольше все это продолжалось, тем более узнаваемым становился этот звук. Когда до меня наконец-то дошло, что именно это было, даже и намека на хорошее настроение не осталось. Этот звук издавал больничный монитор.

Стоило только открыть глаза, как все чувства навалилось разом. Адская штуковина продолжала пищать, пугая меня еще больше. Нет, нет, нет! Только не больница! Я лихорадочно осматривал по сторонам насколько это позволяли мои жалкие силы. До последнего мне не хотелось в это верить, но это и правда была больничная палата. Неужели все снова повторяется?!

Размазывая по лицу слезы, я попыталась сесть. Мир тут же покачнулся, но всё-таки удержался на месте. Нужно уходить отсюда, Генрих наверняка будет волноваться. Мир пошатнулся во второй раз. Мне же не приснилось? Генрих, детектив, книжный магазин… Это ведь не сон? Всё это правда существует?

В моей голове по-прежнему зияла пустота, но в этот раз появился еще и хаос обрывочных воспоминаний. Что-то казалось невероятным, а что-то — вполне возможным. Но сейчас я не могла верить сама себе. Нужно найти хотя бы того, кому можно задавать вопросы.

У меня почти получилось попрощаться с койкой, как в палату ворвалось несколько человек. Мы удивлённо смотрели друг на друга. Они не ожидали увидеть своего пациента на ногах, а я вовсе не жаждала встречи с врачебной бригадой.

— Мисс Леманн, вы в порядке? — первым заговорил врач в темно-синем костюме. Его взгляд был суровым и колючий, но вместе с тем придирчиво внимательным.

— Со мной все в порядке, — я с трудом сдержала вздох облегчения. Раз он так меня назвал, значит мне ничего не приснилось. Все было так же реально, как и люди, стоящие напротив. — Что произошло?

Я хорошо помнила, что собиралась выйти подышать воздухом, но на этом все. Как будто кто-то аккуратно вырезал этот отрезок из моей жизни.

— Ваш… — врач на секунду задумался. — Вас нашли дома без сознания и сразу же привезли сюда. Понятия не имею сколько времени вы провели в таком состоянии, но судя по результатам обследований довольно долго.

Я села обратно на кровать. Даже думать не хочу, как все это выглядело. От меня только одни неприятности.

— Могу я пойти домой? — сейчас я была способна только на едва слышный шёпот.

— Нет, — резко ответил врач, но тут же, чуть смягчившись добавил. — Не сегодня. — он оглянулся назад и все остальные сотрудники, а их было целых трое, вышли из палаты. — Мисс Леманн, я понимаю, как вам сейчас не просто. Вы чудом избежали смерти и наверняка ненавидите это место. Но так нельзя, — оказывается этот человек тоже мог быть менее пугающим. — По результатам предыдущих обследований, у вас было сотрясение мозга. И довольно серьёзное, если вспомнить аварию. Это не проходит быстро и бесследно, а вы вместо того, чтобы спокойно восстанавливаться, начали работать и при этом активно пытаетесь вернуть свою память. Если продолжите в подобном духе, мы будем с вами видеться все чаще и чаще.

— Я хотела вернуть свою жизнь, — ну почему все хоть раз не может быть хорошо?! Почему обязательно обмороки и больницы?!

— Знаю. Но если не будете осторожнее, вспоминать будет незачем.

— Но я ничего не делала, воспоминания появляются сами собой, — правда обычно этому что-то способствует, но каждый раз все по по-разному. — А сидеть постоянно дома ужасно. Я чувствую себя запертой. Снова.

Перед глазами пронеслась комната с девушками. Я словно снова оказалась там: на холодном полу, в сырости и холоде.

— Мисс Леманн?

— Все в порядке, — да уж, я выбралась из одного кошмара, чтобы оказаться в другом.

— У вас ужасный характер, — врач еще раз внимательно на меня посмотрел. — Сегодня вы останетесь здесь. Никаких возражений. А завтра будет видно, — он уже открыл дверь и собирался уходить, но остановился. — Я зайду к вам еще. И, пожалуйста, постарайтесь не сильно долго затягивать свой разговор с друзьями.

Дверь захлопнулась с едва слышным щелчком. Это врач настоящий вампир! Я чувствовала себя совсем без сил. Еще и торчать здесь как минимум до завтра. Неприятности одна за другой. И все же, как бы не старалась, все мои мысли возвращались к предстоящему разговору с Генрихом.

Он не заставил себя ждать. Кажется, в палату хотел зайти кто-то еще, но Генрих закрыл дверь, не давая такой возможности. Монитор, который показывал некоторые медицинские параметры, снова запищал. Ничего удивительного, мое сердце колотилось как бешеное. Желая избежать дополнительные вопросы, я быстро сбросила с пальца датчик. Теперь хотя бы не будет этого жуткого писка.

Генрих молча осмотрел меня с ног до головы и, придвинув поближе стул, уселся прямо напротив меня.

— Как ты себя чувствуешь? — он перешёл в наступление.

— Не настолько плохо, чтобы оставаться здесь.

— Это не обсуждается, — кажется, разговор с врачом у него уже состоялся. — Что произошло?

Интересный вопрос, мне самой очень бы хотелось узнать ответ.

— Ничего особенного. Я толком и не помню, — эти пробелы в голове по-прежнему выводили меня из равновесия. — Точно знаю, что собиралась выйти прогуляться и хотела выключить телевизор. А потом все исчезло, и я оказалась здесь.

Генрих молчал, и тишина с каждой минутой становилась вовсе более и более угнетающей. Очень хотелось куда-нибудь спрятаться, вот только такой возможности не было.

— Ты что-то вспомнила? — интуиция подсказывает, что этот вопрос мучает Генриха сильнее всех остальных.

— Сложно сказать, – не смотря на все страхи и переживания, в моей голове стоял ужасный гул. — Появились словно какие-то обрывки. Помню себя маленькую, которая ела большое красное яблоко в саду. Помню фиолетовую мантию и то, как держу диплом в руках. Еще женщину, совсем уже старушку. Она так тепло улыбалась. Еще кладбище и небольшую серый памятник. А еще … — вот оно! — Женщину. Генрих, по телевизору показывали женщину! Думаю, это именно из-за неё я и оказалась здесь.

— Ты помнишь кто она?

— Не совсем. Знаю только то, что я сильно ее боялась. Каждый раз, когда в голове мелькает ее лицо, чувствую себя в опасности, — если бы я только могла вспомнить чуть больше. — Возможно если бы увидела ее еще раз…

— Нет, — тихо прошептал Генрих.

На секунду, мне показалось, что я ослышалась.

— Но почему? — кто-нибудь может объяснить, почему все против того, что я пытаюсь вернуть свои воспоминания? Возможно, есть люди которым прямо сейчас нужна помощь. В конце концов, мне тоже нужна своя прежняя жизнь.

— Ты никому не поможешь, если навредишь себе.

— Но все происходит само собой! Я ничего и не делаю толком. — почему они все продолжают отказываться меня слушать? — Там ведь были и другие… — комната с девушками ни на секунду не давала о себе забыть.

— Послушай, я понимаю, что ты хочешь поскорее со всем разобраться и тебе очень страшно. Но то, как воспоминания возвращаются к тебе — неправильно. Я говорил с врачами, да и другими специалистами и не только отсюда. Многие говорят, что все это выглядит так, словно твой мозг специально пытается стереть болезненные воспоминания. И ты активно ему в этом мешаешь.

— Не могла же вся моя жизнь быть такой болезненной, — такое просто не возможно. Я чувствовала, что вот-вот расплачусь. — Хотя, если верить вашим компьютерам меня вообще не существует.

— Ты все не так…

— Я хочу побыть одна.

Глупо и мелочно, но я просто отвернулась в другую сторону и спряталась под одеялом. Душевные раны болели намного сильнее, чем физические.

— Отдыхай.

Тихий звук шагов, дверь открылась и закрылась. Я снова осталась одна. Пусть сейчас и сама была отчасти в этом виновата. Горькие слезы никак не хотели останавливаться. Мне было противно от мысли, какой же стала слабой и нестабильной. Чуть что — сразу обмороки и рыдания. Болезненные воспоминания? Превосходно! Что будет в следующий раз?

Я не услышала как в палату вошёл врач. Только когда он недовольно поинтересовался не желаю ли я прекратить истерику и вести себя как приличный пациент, я прекратила плакать.

— Извините, — просто прекрасно, теперь мне еще и стало стыдно.

— Вам нужно хорошо отдохнуть. Давайте я дам вам лекарство и вы просто поспите?

Ненавижу лекарства.

— Хорошо.

Если честно, мне было страшно пить эту таблетку. У меня тряслись руки, когда я взяла стакан воды, чтобы ее запить.

— Теперь отдыхайте.

Врач уже снова хотел вернуть датчик от монитора на мой палец, но я спрятала руки за спину.

— Можно без него? Этот звук меня очень пугает.

— Хорошо. Видите красную кнопку? — Он дождался, пока я кивнула, и продолжил. — Если что-то будет не так, зовите нас. Здесь вы в полной безопасности, я даю слово.

— Спасибо.

Врач ушел. В палате стало слишком тихо. Только сейчас я заметила, что уже довольно поздно и за окном сумерки. Да уж, суббота была насыщенной, но воскресенье побило все рекорды. Я чувствовала приближающееся действие препарата, но упрямо сопротивлялась сонливости. Наверное, это из-за страха оказаться беспомощной, даже если мне и обещали безопасность.

И все же, сопротивление было бесполезным. Безнадёжно оставив все на волю судьбы, я уснула.

Не знаю, сколько проспала, но я проснулась посреди ночи от сильной жажды. Было такое чувство, что воды мне не давали, по меньшей мере, несколько дней.

К счастью в полумраке комнаты, я увидела бутылку с водой рядом на тумбочке. Огромное спасибо тому, кто ее здесь оставил. Я уже почти потянулась до заветной бутылки, как увидела в углу тень. Не знаю, каким чудом мне удалось не закричать.

С быстро колотящимся сердцем, я бесшумно приблизилась в тени. Каково же было мое удивление, когда тень стала приобретать знакомые очертания!

Я так и осталась стоять посреди палаты. Наверное, стоит разбудить Генриха и отправить его домой. Спать сидя совершенно неудобно. Вот только он вряд ли станет меня слушать.

Вместо ненужных споров я просто накрыла его одеялом, которое нашла рядом. Видимо, кто-то из персонала оставил его здесь специально для Генриха, а он не пожелал им воспользоваться.

Вернувшись в кровать, я снова отвернулась к стене, но теперь вместо слез на лице появилась глупая улыбка от которой я никак не могла избавиться.

Глава 11. Узы

Я провела в больнице 3 дня. 3 дня. Вместо обещанного одного! Поначалу я злилась и изводила врачей просьбами отпустить меня, но вскоре все это прекратилось. Ничего не помогало. В конце концов, я просто перестала разговаривать. Со всеми.

За время моего пребывания здесь, я стала более раздражительной. Если раньше мне было все равно, то сейчас больница вызывала во мне только злость. Даже когда наконец моё заключение закончилось, ничего не изменилось.

Генрих все время был рядом, что еще больше выбивало меня из колеи. Он постоянно что-то говорил, пытался успокоить и шутить, но все это только сильнее укрепляло мою отчужденность от мира. Никто из нас не обсуждал обрывки моей памяти. Детектива вообще не было видно. Подозреваю, Генрих попросил его не трогать меня какое-то время. Мое мнение, конечно же, никого не интересовало.

Как оказалось, мой страх машин стал сильнее. Пока мы доехали до дома Генриха, я не слышала ничего, кроме звона в ушах. Не желая видеть обеспокоенный взгляд, я сразу же выбралась из машины, как только та остановилась. Отлично, все стало еще хуже.

— Хочешь прогуляться? — Генрих неслышно оказался рядом.

Вот всегда он так. Незаметно остаётся рядом и всегда предлагает помощь, как только возникнет такая необходимость. Кажется, моей самой большой ошибкой было сесть в его машину в тот день, когда впервые вышла из больницы.

Я только вдохнула поглубже свежий утренний воздух и кивнула, соглашаясь с его предложением.

Мы пошли вверх по улице. Сейчас было то волшебное время, когда большая часть людей уже разошлась во своим ежедневным делам, а солнце только-только предъявляло свои права. Мне ни о чем не хотелось думать. Слишком многое виделось в мрачном свете. Даже несмотря на хорошую погоду.

— Послушай, я знаю, что ты расстроена. — Генрих начал осторожно прощупывать почву. — Но все врачи пришли к выводу, что это необходимо. Та авария не пройдёт бесследно, ты же сама это знаешь.

Знаю. Все это я прекрасно знаю, как и то, что меня снова оставили сидеть взаперти. Глупо, мелочно, неправильно — я ничего не могла с собой поделать. С того момента, как вспомнила ту комнату с девушками, оставаться в запертом помещении стало невыносимо. Мне было не настолько плохо, чтобы торчать в больнице столько времени.

Мы остановились. Точнее, первым остановился Генрих, и я была вынуждена сделать тоже самое. Он крепко держал меня за руку.

— Поговори со мной, — его глаза были слишком внимательными. — Я не знаю, что тебя тревожит или пугает. Не знаю, как помочь. Мы же друзья.

Друзья? Мне захотелось рассмеяться. Мы оба были кем угодно, но только не друзьями. Или я ничего не знаю о дружбе, что тоже не исключено. Я попыталась освободить руку, но Генрих был гораздо сильнее. Совсем некстати я снова вспомнила комнату с девушками и жутких людей, которые нас там держали. Потребовалось огромное усилие, чтобы не поддаться панике.

— Извини, я не должен был этого делать, — Генрих, как и всегда, видел меня насквозь. Я снова была свободна. И снова одинока в клетке своих кошмаров. — Ты же помнишь мое обещание? — он дождался пока я кивнул в ответ. — Я сдержу его, не смотря ни на что.

Уверенность, звучавшая в его голосе, пугала меня. Не закончилось бы все это еще большими неприятностями.

— Можешь пообещать еще кое-что? — это были мои первые слова за прошедшие несколько дней.

— И что же?

— Если все станет только хуже, пообещай, что не будешь рисковать из-за меня, — друзья мы или нет, но я совсем не хочу, чтобы он пострадал. — Обещай.

С минуту Генрих просто смотрел на меня. Как бы мне хотелось узнать, о чем он думает.

— Разве друзья не должны помогать друг другу? — тихо спросил он.

— Нет, если из-за этого они могут умереть.

— Ты вспомнила что-то еще, — и это был не вопрос. Генрих снова понял все без лишних слов.

И он оказался прав. Процесс восстановления моей памяти шёл в своём собственном ритме. Иногда быстрее, иногда медленнее. Вот только это все еще были жалкие осколки моей прошлой жизни.

Я отвернулась, не в силах больше на него смотреть. Люди из моих воспоминаний, сказали что это я во всем виновата. Если бы не моя жадность, все было бы хорошо. Не знаю, какой я была в прошлом, но теперешняя «я» была в ужасе.

— Расскажи мне, — он снова пытается помочь, но в этот раз я не стану сваливать на него свои проблемы.

— Все в порядке.

— Больше всего на свете я ненавижу именно эти слова, — голос Генриха прозвучал слишком близко. — Что именно у тебя в порядке? Жизнь, память, ты сама?

Почему он злился? Разве всем не будет лучше, если каждый займётся своими проблемами? Зачем он продолжает быть рядом со мной так близко? Часть меня хотела, чтобы Генрих бросил меня и сбежал как можно дальше, но вторая продолжала отчаянно цепляться за него.

— Зачем, Генрих? Зачем это тебе? — я уже много раз спрашивала об этом. — Я правда не понимаю. С самого первого дня не понимаю.

— Так сложно просто принять помощь?

— А вдруг ты заодно с теми, кто сделал это со мной, — слова вырвались быстрее, чем я подумала. Мне стало стыдно за такие мысли. Он был единственным для меня человеком во всем этом неизвестном мире. — Прости.

Я не видела лица Генриха, но знала, что мои слова задели его. Только последний дурак мог сказать такое. И все же, я это сделала.

— Клянусь, что впервые увидел тебя в день аварии, — голос прозвучал так сухо. — И я не имею никакого отношения к произошедшему. У меня нет других доказательств, кроме моих слов и, возможно, слов Роберта, но я говорю правду.

В тысячный раз мне захотелось никогда не приходить в сознание. Я только и умею, что обижать всех вокруг. Мерзкий человек с черной душой.

Солнце уже давно перестало быть тёплым, а прогулка приятной. Не стоило мне на это соглашаться. Все чувства так запутались. Я вроде бы и злилась на весь мир, но страх и жуткое чувство одиночества шли бок о бок. Если могила на кладбище, которую я вспомнила принадлежала кому-то из моей семьи, могло ли это значить, что у меня больше никого не осталось? Картинка перед глазами начала расплываться. Отлично. Только слез мне сейчас не хватало. Лучше просто вернуться обратно, но все-таки мне нужно перед ним извиниться.

— Я… — если не скажу это сейчас, то больше никогда не смогу. — Ты и детектив единственные люди, которым я доверяю. Настолько, насколько это вообще возможно. Не обращай на меня внимания. У вас и своих неприятностей достаточно. Я правда искренне благодарна за все, и мне очень жаль, если я обидела тебя. Извини, — мне все еще хотелось избегать его взгляда. — Давай вернёмся.

— Хорошо.

Я и правда собиралась возвращаться. Вот только Генрих не сдвинулся с места и я едва не столкнулась с ним.

— Ты сказала, все что хотела. Теперь моя очередь. — на этот раз разговор шёл по его правилам. — Мне хорошо понятны твои сомнения и страхи. По другому и быть не могло. Но ты не можешь просить меня не вмешиваться. — я снова хотела отвернуться, но он не дал мне этого сделать. — Называй это как хочешь, но в тот день когда мы впервые встретились, я уже вмешался.

— Я плохой человек, Генрих.

— С чего ты взяла? — странно, но он разозлился. — Кто тебе такое сказал?

— Из-за меня ты можешь пострадать, — у меня совсем не было сил с ним спорить.

— Так в этом все дело? Ты из-за этого постоянно отталкиваешь меня?

— Я не… — почему разговор зашёл именно в эту сторону?! Даже те крупицы моего самообладания, что еще остались, стремительно исчезали. О чем я только вообще думаю?! Мне нужно все вспомнить и помочь остальным девушкам, если это еще возможно, а не разбираться в своих непонятных отношениях с Генрихом. Это неправильно. — Так нельзя — мысли разбегались в разные стороны. — Возможно остальным нужна помощь, я должна…

— Мы это уже обсуждали. Мёртвая ты никому не поможешь. — никто из нас никуда не пойдёт, пока все недопонимания не останутся позади. — Ты чудом выжила, так почему так упрямо отказываешься от второго шанса? Почему делаешь из себя живого мертвеца?

Вот какой он оказывается меня видит. Живой мертвец.

— Я очень хочу жить, но мне страшно, — мой страх становился все сильнее и сильнее, словно с каждым прожитым днём я все больше скатываюсь в пропасть.

— Иди сюда, — Генрих потянул меня к себе и крепко обнял. Я с ужасом осознала, что снова плачу. И снова перед ним. Не хочу, чтобы он запомнил меня такой слабой. — Прости за больницу, я пытался поговорить с врачами, но они стояли на своём. Мы сошлись на том, что к тебе каждый день будет заходить медсестра. — я не смогла сдержаться, и раздался очередной всхлип. — Не плачь. Я больше не оставлю тебя одну.

Бежать. Мне нужно бежать от него, и как можно дальше.

— Скажи, ты хочешь, чтобы я тебя отпустил? — Генрих почувствовал возникшее напряжение. — Я сделаю так, как ты хочешь.

Как я хочу? Он был первым, кто спросил этом. Ответ был до смешного прост. В моем новом неустойчивой мире, я хотела только одного — чтобы он был рядом.

— Генрих!

От этого знакомого голоса, мы оба вздрогнули. Только этого сейчас не хватало. Генрих отпустил меня, но тут же взял за руку, словно все еще говоря, что будет и дальше меня защищать. Ответа на свой вопрос он ведь так и не получил.

Обернувшись, я увидела его маму. У меня наверное судьба такая, притягивать неприятности. В прошлый раз я смогла спрятаться в машине, сейчас же бежать некуда. Даже на расстояния можно было почувствовать ненависть этой женщины ко мне.

— В чем дело? — это был вовсе не тот Генрих, который минуту назад утешал и поддерживал меня. — У тебя здесь какие-то дела?

— Ты поэтому притащил ее в свой дом? — миссис Леманн была в ярости. Ее не останавливало даже то, что мы все сейчас были на улице, и любой случайный прохожий мог стать свидетелем неприятной ситуации. — Она настолько хорошо, что ты забыл о правилах приличия?!

— Позволь я тебя поправлю. Она мне настолько дорога, что сделаю все что смогу, для ее защиты. — эти слова были адресованы не только миссис Леманн. — А теперь оставь ее в покое, и говори что тебе нужно.

— Как ты разговариваешь с матерью?! — наверное, только остатки хороших манер, удержали ее от крика.

— Я не вижу смысла в этом разговоре, — устало бросил Генрих. — Пойдём. — сказал он мне уже намного тише.

Не проронив больше ни слова, мы пошли домой. Миссис Леманн, упрямо поджав губы, шла следом. Я понимала ее неприязнь ко мне, но почему она так грубая с Генрихом? Это совсем не похоже на отношения матери и сына.

— Тебе не за чем заходить в гости, — бросил Генрих, когда мы уже почти пришли. – И хватит уже устраивать спектакль. Линда будет думать, что у меня ужасная семья.

— Генрих, — мне не хотелось его отпускать, но лучше им поговорить без нежеланных свидетелей. — Я пойду первой, кажется для меня слишком много воздуха после больницы. — Мне с трудом удалось выдержать его упрямый взгляд. — Пожалуйста.

Он молча протянул мне ключи. Я не стала лишний раз провоцировать миссис Леманн и быстро скрылась в безопасных стенах дома.

Я не собиралась подслушивать и честно преодолела несколько лестничных пролетов. К несчастью для меня, лифт не работал.

Я не врала насчёт кислорода. Мне и правда было немного не хорошо. Вместе с избытком свежего воздуха, меня мучило чувство вины. Почему я не оттолкнула его? Это был прекрасный шанс. Так было бы лучше для всех. Вместо этого, я поступила как последняя эгоистка и продолжила за него держаться.

Совсем выбившись из сил, я присела на ступеньку. Что-то мне не хочется лишний раз испытывать судьбу. Вряд ли падение с лестницы пойдёт мне на пользу. Время словно остановилась. Каждый раз я думала, что уже отдохнула и готова идти, и каждый раз сползала по стене обратно. Ну и ладно, буду сидеть тут, пока не смогу уверенно стоять на ногах. Все равно большинство людей сейчас наверняка на работе. А здесь прохладно, правда немного твердовато.

Только я подумала, что здесь никого нет, как на лестнице послышались шаги. Очень быстрые. Генрих.

— Так и знал, что нельзя оставлять тебя одну, — сказал он, протягиваю руку. — Я тебя совсем замучил.

— Все в… — я резко замолчала. Он сказал, что ненавидит эти слова. — В больнице просто дефицит кислорода.

Он помог мне подняться и внимательно осмотрел с ног до головы. Почти как настоящий врач.

— Разве ты не говорил, что работаешь с компьютерами? — от такого оценивающего взгляда стало совсем неловко.

— Как раз подумываю о смене профессии. Еще три этажа, справишься?

— Конечно.

— Тогда идём.

С трудом, но я справилась со всеми ступеньками. Одна маленькая победа за мной. Если бы и дальше все можно было решить только своими силами, было бы замечательно.

Дома было тихо. После постоянного шума в больнице, это казалось непривычным. Едва мы переступили порог, я тут же оказалась на свободе. Надеюсь, он не услышал, как быстро билось мое сердце, пока мы шли.

Я уже собиралась с позором сбежать в свою комнату, но не вышло.

— Ты так и не ответила, — он вернулся к тому моменту, где нас прервала его мама.

Генрих стоял слишком близко и сейчас бежать было некуда.

— Я хочу вернуть свою память, — смотреть ему в глаза было невыносимо.

— И все?

— И все.

Предательски слезы снова показались на глазах. Только не сейчас.

— Ты меня боишься? — голубые глаза смотрели на меня с грустью.

— Нет, все совсем не так, — меньше всего на свете я хочу сделать ему больно. — Не тебя, а за тебя, — мой шёпот был едва слышен, но в тишине квартиры, он был до дрожи громким.

— Как же с тобой сложно, — и все же, Генрих говорил с облегчением. — Не нужно больше плакать, — он осторожно вытер мои слезы. — Я хочу, чтобы ты только улыбалась и была счастлива.

Я не знала, что ему сказать, но слова были и не нужны. Не дав мне наговорить еще больше глупостей, Генрих поцеловал меня. Мягко, осторожно, боясь испугать. Вот глупый. Он был единственным, с кем мне не было страшно.

— Тебе и правда нужно отдохнуть, — спустя какое-то время сказал он. — Доктор мне не простит, если с тобой что-то случиться.

— Но я не хочу больше отдыхать, — и уж точно сидеть в комнате.

— Наслаждайся свободным временем. — Генрих снова был самим собой. И я была рада это видеть. — Завтра нас обоих ждёт гора работы.

— Работы? Я все еще могу работать в прежнем месте? — хотя я и знала ответ, все равно решила попытаться.

— Никто не простит трёхдневных прогулов, — мягко ответил Генрих. — Но, если есть такой человек, как я, то нет ничего невозможного.

— Я не понимаю.

— Все может подождать до завтра. Тебе наверняка хочется сходить в душ, — он едва ли не за руку отвёл меня в комнату. — На мне ужин. — еще один быстрый поцелуй. — Не задерживайся.

— Ладно.

Я оказалась предоставлена сама себе. Счастливая улыбка никак не хотела исчезать с моего лица. Часть меня все ещё боялась последствий всего этого, но это была совсем маленькая часть. Все остальное просто вопило от счастья. Ровно до того момента, как я посмотрела на себя в зеркало.

Мне срочно нужно в душ!

Глава 12. Нить

Меня немного пугали мои изменившиеся отношения с Генрихом. Но, как в большинстве случаев, проблемы были исключительно в моей голове.

Изменились ли наши отношения? Определённо. Никогда не видела, чтобы Генрих так часто улыбался. Все то время, что мы ехали в машине, он пытался отвлечь меня от дороги. И у него это почти получилось. По крайней мере, мне не хотелось лишиться чувств после поездки. Правда, когда я уже стояла напротив книжного магазина, пришлось пересмотреть своё решение.

Генрих решил провести меня до магазина, и теперь мы вместе топтались у входа. Вернее, нервничала только я, а он ждал пока я успокоюсь. Хорошо хоть у меня еще было немного времени в запасе.

— И куда подевались вся твоя решимость, когда хотела убежать из больницы? — Генрих пытался немного разрядить обстановку. — По крайней мере, книги выглядят безобиднее людей.

— Как думаешь, они сильно будут злиться? — я уже чувствовала волну недовольства Греты.

— Не будут. К тому же, ты всегда можешь переложить всю вину на меня, — неожиданный звонок телефона заставил Генриха нахмуриться. — Думаю, тебе лучше зайти. Мне пора. Совсем забыл, если ничего не натворишь, сегодня нас еще ждёт Роберт. Кажется, он чем-то очень сильно хочет поделиться.

— Почему ты говоришь об этом только сейчас? — и что это еще за «ничего не натворишь»?!

— Все, я ушел, — он уже поднёс телефон к уху и собирался уходить, но видимо вспомнил что-то еще. — Увидимся во время обеда, — едва слышно прошептал он. — Корэл, я скоро буду. Нечего названивать с самого утра…

Поглубже вдохнув и стараясь не думать о том, кто такая Корэл, я решительно толкнула дверь. Послышался уже знакомый звон колокольчиков. Не знаю как для кого, но мне этот звук совершенно не нравился.

Первой меня заметила миссис Шепард.

— Доброе утро, Линда, — женщина улыбалась. — Как прошла ваша поездка?

— Что? — я пропустила что-то еще, пока была в больнице?

— Генрих говорил, что у него срочная командировка и вы ему были нужны там, — ее взгляд был слишком подозрительным. — Все прошло хорошо?

— Д-да, все прошло замечательно, — вот что оказывается имел ввиду Генрих, когда говорил, что могу все свалить на него. — Извините, за доставленные неудобства.

— Не беспокойся и спокойно возвращайся к работе, — владелица книжного магазина неожиданно тепло улыбнулась. — Линда, я рада, что ты возвращаешься к обычной жизни.

— Спасибо.

Как-то это немного подозрительно. Не то чтобы эта женщина плохо ко мне относилась, но и чересчур любезный она не была. Нужно будет обязательно узнать, что Генрих ей наговорил.

Как ни странно, но Греты всё еще не было. На неё это было не похоже. Хотя откуда мне знать, мы знакомы всего несколько дней.

Понемногу все мои страхи поутихли. Монотонная работа на какое-то время полностью заняла мои мысли. Я даже пропустила тот момент, когда моя помощница всё-таки пришла. Правда выглядела она напуганной. И не только я заметила это.

— Милая, с тобой что-то случилось? — миссис Шепард оставила свои дела и подошла к девушке.

— Нет, — казалось, из голоса Греты вытянули всю жизнь. — Простите за опоздание, я проспала. Мне, правда, очень жаль.

— Не переживай так сильно, — владелица книжного магазина кивнула в мою сторону. — Мы с Линдой неплохо справляемся.

— Извините. Я сейчас же приступлю к работе.

Больше она не сказала ни слова. Лезть к ней с расспросами никто из нас не стал. Каждый имеет право на свои тайны. Кому как не мне знать об этом.

Несмотря на странную атмосферу, царившую в магазине, я была рада, что смогла вернуться сюда. Это место было крошечным островком нормальности в моей странной жизни.

Я уже собиралась отправиться на обед, как возле меня с виноватым видом появилась миссис Шепард. В руках она держала несколько упакованные книг.

— Мне не хотелось тебя лишний раз тревожить, но Грета сегодня явно не в порядке. Не могла бы ты доставить все это по адресу? — она протянула мне книги. — Это совсем недалеко. Как справишься, можешь идти домой.

— Я все сделаю, — книги были немного тяжёлыми, но этим и правда лучше заняться мне. — Не беспокойтесь.

— И вот еще что, не могло бы это остаться между нами? Мистер Леманн очень просил, чтобы ты всегда была здесь. Он вряд ли одобрит эту затею.

Мистер Леманн? С чего вдруг такая официальность? Помнится, при первой встрече она вела себя совсем иначе. Что не так здесь со всеми?!

— Это часть моей работы, нравится она ему или нет, — хорошо, что Генрих меня сейчас не слышит. — К тому же, всегда есть телефон, если что-то случится. Я пойду. Не хорошо заставлять ждать наших посетителей. До свидания.

— До завтра, — сказала мне вслед владелица книжного магазина.

Стоило только оказаться на улице, как тут же все опасения и волнения вернулись. Я сама не понимаю, с чем это связано. Чего мое подсознание так боится посреди оживлённой улицы днём?

Узнав ближайший адрес из списка, я пошла вверх по улице. Как хорошо, что это оказалось близко. Хотя бы стопка станет немного легче. Книг на самом деле было не так и много. Я успела насчитать штук шесть или семь, когда все это миссис Шепард упаковывала в сумку. К сожалению, для меня это было немного тяжело, хотя я ни за что бы никому в этом не призналась.

От необходимости рассказывать Генриху о своём занятии меня спасло его же сообщение. Он написал, что работы оказалось гораздо больше, чем он думал и обед придется пропустить. В ответ я написала, что тоже накопилось много дел и, по итогу, мы договорились созвониться после того, как мои дела закончатся.

Доставка книг отняла у меня больше времени, чем я думала. И в основном из-за того, что всем обязательно нужно было со мной поговорить и передать что-нибудь миссис Шепард. Если всем так хотелось пообщаться, почему бы просто не прийти в магазин?

Когда, наконец, моя сумка опустела, я была совершенно измотана. Не сколько физически, сколько эмоционально. До сих пор мой круг общения ограничивается совсем небольшим количеством людей. Сегодня был явный перебор. И это всего лишь шесть книг в радиусе одного-двух кварталов!

Взглянув на часы, я поняла, почему мне сразу сказали идти домой. Мой рабочий день уже давно закончился. Пора возвращаться, и поскорее.

Генрих, видимо, все еще был занят и не следил за временем. Мне это было только на руку. Я успею вернуться до того, как он заметит мое отсутствие. Меньше беспокойства — меньше вопросов.

Когда я уже почти прошла книжный магазин, который, к слову, был уже закрыт, случайно врезалась в незнакомца. Он как раз выходил из-за поворота, а я, полностью погрузившись в свои мысли, не особо то смотрела по сторонам.

— Извините, — все-таки не могу я без происшествий.

Странная улыбка промелькнула на лице незнакомого мужчины.

— Вам не стоит извиняться, мне стоило быть внимательнее.

Мне потребовался еще один странный взгляд, прежде чем до меня наконец дошло. Это же был тот самый мужчина, который на днях заходил в книжный магазин. Я быстро пошла дальше, стараясь убедить себя, что это простая случайность. Все ведь мне говорили, что это маленький городок. Не стоит удивляться, что часто встречаются одни и те же люди. И все-таки что-то гнало меня прочь от этого человек. У меня была только моя интуиция, и я привыкла ей доверять.

Ноги жили своей жизнью. Я и заметить не успела, как перешла на бег. Все что угодно, лишь бы подальше от этого человека. Обернувшись, я увидела то, что и так чувствовала. Мужчина в упор смотрел мне в спину.

— Линда, куда ты так бежишь? — знакомый голос заставил меня затормозить.

— Роберт, — словами не передать, какое я сейчас испытала облегчение. — Ты сейчас идёшь к Генриху?

— Да, но что происходит? — он посмотрел в ту сторону, откуда я прибежала. — Тебя кто-то напугал?

Я снова обернулась. Там уже никого не было. Может, все это происходит только в моей голове? Или нет? Как сложно разобраться.

— Линда, ты в порядке? — не заметив ничего странного, Роберт оставил в покое улицу и переключился на меня. — Что-то ты совсем бледная. Генрих перепугается, когда тебя увидит.

— Я… — возможно, мне все только кажется, но я не имею права рисковать чужим жизнями. Даже намека на риск нельзя допускать. — Не так давно в книжный магазин заходил покупатель. Довольно неприятный на вид мужчина. Не в моем положении критиковать людей за внешний вид, но он напугал меня. — что за бред я несу?! — Нет, не так. У меня такое чувство, что он преследует меня.

— Возможно, так и есть, — Роберт нахмурился. — Если все так, то тебе опасно так гулять по улице, — детектив на секунду задумался. — Как смотришь на то, чтобы приставить к тебе охрану? Хотя бы на какое-то время. Как только тот тип снова появится, мы за ним проследим и тогда сможем быть точно уверены, следит он за тобой или нет.

— Я сделаю все, что нужно, — лишь бы только никто не пострадал из-за меня. — Генриху обязательно об этом знать? Он будет беспокоиться.

— Будет, но еще сильнее его заденет то, что ты скрываешь от него что-то, — Роберт снова напряжённо всматриваться в округу. — Пойдём отсюда. Разговор с Генрихом беру на себя. Не беспокойся.

— Хорошо.

Противный липкий страх немного отступил. Если полицейским удастся проследить за тем человеком, то часть ответов на вопросы будет найдена. Мне бы очень хотелось верить, что все это только мой собственный страх, вырвавшийся из-под контроля.

Я полностью погрузилась в свои переживания, а Роберт, кажется, в свои. Мы оба удивлённо вздрогнули, когда оказались перед пропускным пунктом. Детектив озадаченно уставился на охранника.

— У тебя есть пропуск? — ох похлопал по своим карманам. — У меня с собой только удостоверение. Наверное не стоит пугать парня.

— Есть, — к счастью, я уже умела им пользоваться. — Идём?

Даже если охранник и удивился, то ничего нам не сказал. Сейчас я была еще больше рада компании Роберта. Зайти в здание оказалось не сложно, а вот вспомнить куда именно нужно идти дальше — гораздо хуже. Я ведь и была то здесь всего раз.

Когда мы оказались у нужного кабинета, Роберт, проигнорировал секретаршу, вошел без стука. Девушка бросилась за ним. Мне же выпала честь закрыть двери за этими двумя.

Генрих работал. На его столе громоздился полный беспорядок бумаг. В кабинете кроме него было еще двое людей: забавный парень в круглых очках и ярко-оранжевом свитере, и очень красивая девушка, которая не утруждала себя собрать свои длинные блестящие черные волосы хотя бы в хвост, чтобы они постоянно не падали на бумаги. «Пожалуйста, пусть она будет не Корэл», — тут же пронеслось в моей голове.

— Роб, — Генрих оторвался от бумаг и тут же заметил меня. — Линда, — он резко вскочил. — Который час?!

— Начало восьмого, — бросила девушка, тоже оставив свою работу. — Если у вас не срочные дела, не могли бы они подождать до завтра? — обратилась она уже к нам.

— Так, ребята, на сегодня все, — Генрих проигнорировал слова своей помощницы. — Натан, Корэл, продолжим завтра. Отдохните.

— Но… — девушка явно была не согласна.

— Кажется, ты забыла, кто здесь главный? — я заметила, что ему было неприятно говорить это. — На сегодня достаточно.

— Да ладно тебе, пошли, — подал голос парень. Он с интересом посмотрел на нас. — Я вас уже видел раньше, — парень протянул мне руку. — Я Натан.

— Линда, — я осторожно протянула свою. Рукопожатие парня оказалась сильным, даже немного слишком. — Приятно познакомиться.

— Если вы закончили обмен любезностями, давайте на выход. — Генрих перевел взгляд на Корэл. — Пожалуйста.

Все еще продолжая что-то недовольно бормотать себе под нос, Корэл ушла. Следом за ней ушел и улыбающийся Натан.

Когда мы наконец-то остались одни, Роберт без сил рухнул на диван.

— Как-то не сильно твои подчинённые выполняют твои приказы, — сказал он, закрыв глаза.

— Они мои коллеги, — Генрих проигнорировал диван и детектива, и в два шага оказался рядом со мной. — Ты слишком бледная. Что случилось? Что-то снова вспомнила?

— Кажется, за ней кто-то следит, — Роберт не дал мне возможности даже пикнуть.

Фраза произвела слишком сильный эффект. Я видела это по его лицу.

— Ничего серьёзного, мне могло просто показаться, — больше всего мне сейчас хотелось прижаться к нему и стереть это ужасное выражение страха с его лица. — Ничего не произошло, правда.

— Тебе не стоит ходить одной, — в отличие от меня, Генрих не стеснялся детектива. Он осторожно убрал с моего лица выбившуюся прядь волос.

— Я по забочусь об этом, — Роберт все еще сидел с закрытыми глазами. — Так что придётся тебе, друг мой, не сильно распускать руки. Не все умеют так хорошо хранить секреты, как я, — как оказалось, ему было не обязательно нас видеть, чтобы понять происходящее между нами. — Будьте осторожны, господин директор.

— Директор? — разве он не говорил, что работает с компьютерами? Кажется, я совсем ничего о нем не знаю.

— Наверное стоило сказать раньше, — Генрих недовольно покосился на друга. — Я не просто здесь работаю, это место принадлежит мне.

— Вот как, — теперь я, кажется, понимаю отчасти, почему его мама там меня ненавидит.

— Все это здорово и прекрасно, — Роберт встал и медленно подошёл к окну. — Линда, скажи, ты помнишь, как выглядела та женщина из программы по телевизору?

Стало быть, Генрих уже успел ему все рассказать.

— Да.

Детектив молча протянул мне фотографию. Сомнений быть не могло. Это была та самая женщина.

— Это она, — даже одной фотографии было достаточно, чтобы я почувствовала как воздух заканчивается в лёгких. Снова появилась паника и страх. Пожалуйста, только не сейчас.

— Не бойся, — Генрих, как и всегда до этого, знал обо всем, что происходит у меня внутри. — Никто не даст тебя в обиду

— Кто эта женщина? — если бы он только знал, как сильно я благодарна им обоим, как сильно рада, что встретила именно его.

Встревоженное лицо Роберта было словно удар кулаком в живот. Что-то мне подсказывает, что у меня большие проблемы.

— Это Астрид Хансен, — сказал он с беспокойством в голосе. — И она одна из самых влиятельных людей в Дании. У нас не просто неприятности, мы в полной катастрофе.

«Нищенка» — именно так она меня назвала.

Глава 13. Упорство будет вознаграждено

Кажется, ситуация вышла из-под контроля. Я ожидала проблем, и больших, но не настолько. Может мне все показалось? Я просто не могу быть связана с таким человеком. Только не с таким.

— Давайте будем решать проблемы постепенно, — первым заговорил Генрих. — Что тебе известно об этой женщине?

— Она родилась с золотой ложкой во рту. Ее семья в списке самых богатых людей мира, и занимают они далеко не последние строки. — Роберт внимательно посмотрел на меня. — В биографии этой женщины нет ничего необычного. Обычная жизнь для людей ее уровня.

— Глупо думать, что такие люди оставят компромат на себя в свободном доступе, — Генрих, как и детектив, периодически смотрел в мою сторону.

«Нищенка».

— Как насчёт немного поискать по неофициальным источникам? — Роберт выжидающе смотрел на друга. — Конечно соблюдая осторожность.

— Не делайте ничего если это опасно, — мне сложно было уследить за ходом их разговора, но, уверена, он все дальше и дальше уходит от безопасности.

— Все в порядке, — впервые на лице Генриха появилась хитрая улыбка. — С этим я точно справлюсь.

Все без толку, эти двое ни за что не станут меня слушать. Если память не вернётся как можно скорее, все может стать намного хуже. А если я ошиблась? Вдруг мне только показалось, что эта женщина мне знакома?

— Ладно, — Роберт устало потер глаза. — Линда, больше ничего не вспомнила?

— Прости, — мне правда было очень жаль.

Снова повисла тишина. Я видела, что Генриху не нравился разговор о моих воспоминаниях, но в этот раз он промолчал. Возможно, теперь между нами больше доверия. По крайней мере, мне хотелось в это верить.

– Нам остаётся только ждать, — Роберт явно был не в восторге от этой идеи. — И надеятся, что Генрих не растерял свои навыки, живя тихой и мирной жизнью.

— Растерял навыки? — мне кажется, или у кого-то секретов больше, чем кажется на первый взгляд. — О чем вы?

— Ни о чем, — Генрих бросил предупреждающие взгляд на друга. — Раз мы все обсудили, не пора ли всем по домам?

— У меня есть вопрос, — пожалуйста, пусть после него на меня не будут бросать уничтожающие взгляды. — Вы узнали что-нибудь о пропавшей девушке?

— Ты о Белле? — детектив не старался говорить мягче или подбирать правильные слова. — Ничего. Она просто исчезла. Ни звонков, ни движения денег по карте. Друзья ничего не знают. И, если честно, в голову приходят не радужные мысли.

— Извини, мне не стоило спрашивать, — и все же, я надеялась, что поиски сдвинутся с мёртвой точки. Хотя бы ей должны помочь, ведь столько людей хотят найти ее.

Генрих ничего не сказал, словно никакого вопроса и вовсе не было. Теперь все и правда засобирались домой. Я чувствовала себя не в своей тарелке, идя между ними двумя. И когда я только научусь держать язык за зубами?

Охранник встретил нашу троицу удивленным взглядом. Кажется, у него всегда одна эмоция на все. Странно, разве такие как он не должны быть всегда собранными и внимательными?

— Линда, что-то случилось? — из раздумий меня вырвал вопрос Генриха.

— Ничего, просто перенервничала, — и я старательно убеждала в этом саму себя.

— Уверена, что дело именно в этом?

— Да.

Генрих собирался сказать что-то еще, но детектив начал подозрительно странно кашлять. Спросить в чем именно дело никто из нас не успел.

— Почему она каждый раз устраивает сцены именно здесь, — Генрих первым заметил свою мать, которая уже шла к нам. И довольно быстро. — Роб, можешь отвезти Линду домой? Боюсь, я могу застрять здесь надолго.

— Доставлю в целости и сохранности, — детектив тоже чувствовал приближающуюся бурю. — Пойдём.

— Увидимся дома, — Генрих улыбнулся, но улыбка ненадолго задержалась на его лице. — Поторопитесь.

— Уже ушли.

Роберт действовал вместе со своими словами. Я и сообразить не успела, как мы стремительно приближались к выходу. Правда он был тем же, которым воспользовалась мама Генриха.

— Добрый день, миссис Леманн, — Роб поздоровался практически на бегу. — Всего доброго.

К счастью для нас обеих, Генрих и Роберт сделали все, чтобы не было возможности даже двух слов сказать. И я была этому только рада. Никогда из наших бесед ничего хорошего не выходило.

— Ты не подумай ничего, — как только мы покинули здание, детектив тут же осмотрелся. — Просто миссис Леманн сложный человек. Если бы она могла привязать Генриха к дому, то так бы и поступила. С самого детства она считает, что я плохо влияю на ее сына, — даже не смотря на свою занятость, Роберт не удержался от смешка. — Знала бы она, кто на кого еще влиял. Нет никого подозрительного рядом?

— Я не вижу никого похожего на того мужчину, — сложно искать то, чего не знаешь. Мне это уже очень хорошо известно. — Не думаю, что этот человек сейчас здесь.

— Вот и хорошо. Нам хвост не нужен. Идём.

В отличие от Генриха, детектив воспользоваться парковкой не пожелал. Его машина оказалась довольно далеко от здания, которое мы только что покинули. Не удивительно, что я встретила его гуляющим по улице.

Ехать в новой машине оказалось совсем не комфортно. Рядом не было знакомого успокаивающего голоса. Мы успели проехать всего несколько поворотов, как мне стало нехорошо. Вместе с этим в голову пришла одна безумная идея. Раз уж так сложились обстоятельства, почему бы не попытаться?

— Могу я попросить об услуге? — я изо всех сил старалась держать глаза открытыми, а не зажмуриться от страха.

— Ехать медленнее? — слышать беспокойство от детектива было как-то неправильно.

— Нет, быстрее, — я вспомню, все что смогу. Только так это наконец-то закончится. — Можешь ехать максимально быстро?

— Уверена?

— Да, — я не настолько слаба, как они все думают. — И чтобы не произошло, обещай, что ни слова не скажешь Генриху.

— Но… — Роб был не в восторге от моего предложения, но мне нельзя было упускать такую возможность.

— Пожалуйста, сделай так, как прошу. Я все расскажу позже. Даю слово.

Не знаю, что именно убедило Роберта, но он вдавил педаль газа в пол. Мне тут же захотелось спросить, можно ли ездить с такой скоростью в городе, но в последний момент вспомнила, что еду в машине полицейского.

Не прошло и нескольких минут, как разговаривать мне резко расхотелось. Дорога превратилась в одно сплошное серое пятно.

«Выходи, — кто-то грубо вытолкнул меня из машины. — Живо!». Страх. Липкий, мерзкий — он расползся по всему телу.

Кажется, я закричала, и тут же почувствовала тёплую руку на своём плече. Роберт. Если он сейчас остановится, тогда все было зря. Молчи, Линда, молчи.

«Осторожнее с ней, ценный товар» — Руки, они были повсюду. Толкали, тащили, ударили. Как больно.

Мне хотелось спрятаться. Почему? За что?

«Давай договоримся, — впервые передо мной появилось лицо. Мужчина, но было сложно сказать сколько ему лет. На меня смотрели бледные голубые глаза, как у мёртвой рыбы. Светлые волосы были длиной до плеч и выглядели так, словно этот человек не подозревал о существовании шампуня. — Ты сидишь тихо и ждёшь свой рейс. Будешь хорошо себя вести, и никто тебя не тронет. Будешь доставлять проблемы — отправлю тебя покупателю по кускам. Понятно?».

Связанные руки. Чувство беспомощности. Мёртвые глаза, обещавшие мне смерть, чтобы я не ответила.

«Никто, слышишь никто тебя не спасёт», — он крепко вцепился в мое горло, практически лишая возможности дышать.

Почему? Неужели совсем никто не станет искать меня? Пожалуйста, кто-нибудь, помогите. Воздуха почти не осталось, я не могла произнести ни слова. Свет исчез, и на смену ему пришла темнота.

«Нищенка».

***

Что-то ледяное прижилось к моему лицу. Я тут же проснулась и попыталась встать.

— Спокойно, это я, — Роберт. — детектив не дал мне возможности даже сесть. — Мы дома. У Генриха. И у тебя есть всего несколько минут, чтобы убедить меня молчать, а не бежать на исповедь к лучшему другу.

— Не надо, — все тело болело, словно меня избили сейчас, а не давным-давно. — Все получилось.

— Получилось чуть не умереть? — Роб злился. И он был напуган. — Дело делом, но я втянулся в это Генриха. Раз уж вы двое так хорошо погладили, не причиняй ему боль. Он и так достаточно настрадался.

— Однажды, когда мы переезжали, такое уже было, — у меня не было времени просить прощения. — Генрих разогнался и память стала возвращаться.

— И ты решила попробовать снова?

— Да, — мы оба резко вздрогнули, когда щёлкнул замок. — Я все расскажу позже. Роберт, пожалуйста.

— Если между нами появятся секреты, никто уже не сможет спать спокойно. Подумай об этом.

Я так и осталась сидеть на диване. Мне не хотелось этого признавать, но слова Роберта задели меня. В своём стремлении вернуть память, я забыла одну очень важную деталь. Во всем этом кошмаре у меня появилось кое-что очень ценное.

Как только Генрих вошел в дом, мы сразу поняли, что разговор прошёл ужасно. Он был не просто зол. Он был в ярости.

— Дела настолько плохи? — спросил Роберт.

— Как думаешь, я буду последним психом, если найду охрану от собственной матери? — Генрих рухнул рядом со мной на диван и тут же вскочил обратно. В руке он держал пакет со льдом. — Почему это здесь? — Не знаю, что он увидел на наших лицах, но вывод сделал правильный. — Что случилось?

— Это моя вина, — детектив прав, я не должна хранить секреты. Этот может быть опасно. — Это я попросила.

— Мы немного покатались, — Роберт поднял руки, словно сдаваясь. — Я ничего не знал. Честное слово.

Чем именно закончилась наша поездка, Генрих и так понял. Его лицо словно превратилось в маску.

— И оно того стоило? — спросил он.

— Я вспомнила мужчину, — мне с трудом удалось вынести тяжёлый взгляд. — То, как он говорил со мной… — вот ведь, никакой из меня мастер объяснений. — Кажется, он был там главным.

— Ты поэтому себе чуть горло не расцарапала? — Роберт посмотрел на мою шею.

Я и Генрих одновременно посмотрели на него. Не устраивать секреты, конечно, замечательно, но это не значит, что нужно говорить абсолютно обо всех деталях.

— И не смотрите на меня так, я знаю этот жест, — детектив одной рукой тут схватил себя за горло, а второй пытался освободиться от захвата. — Он тебя чуть не задушил.

— Роберт! — я впервые назвала детектива по имени, и надо признать, это возымело эффект. — Не за чем говорить все это вслух, воспоминаний достаточно. И не это сейчас важно. Теперь я узнаю этого человека, если увижу.

— И ты хочешь его найти? — Вопреки ожиданиям, Генрих выглядел слишком спокойным.

— Верно.

— Тогда стоит поработать над фотороботом? — спросил Генрих уже у детектива.

— Хороший вариант, — по лицу Роберта было понятно, что он уже обдумывает план действий. — Займёмся этим завтра? В участке есть все необходимое, там будет проще.

— Тогда так и поступим, — Генрих переключил внимание на пакет со льдом, который все еще держал в руках. — Больше ничего не случилось?

— Знаете, продолжайте-ка эту беседу вдвоем, — Роб мысленно уже был совершенно в другом месте. — Увидимся завтра в шесть. И не опаздывать.

Детектив ушел, оставив меня объясняться с Генрихом самой. Что ж, это лучшее, что сейчас можно было сделать. Вот только все планы нарушил сам Генрих.

— Нам многое нужно обсудить, но не сейчас, — сказал он. — Скоро должна прийти медсестра, проверить как ты. Точно сама с порядке?

— Я совсем забыла. Мне нужна минутка.

Оставив все проблемы на потом, я бросилась в свою комнату. Только удостоверившись, что не выгляжу как живой мертвец, спасибо Генриху за это сравнение, мне стало немного легче. По крайней мере, теперь никто точно не скажет, что еще совсем недавно я испугала детектива, потеряв сознание по дороге домой.

И всё-таки звонок в двери заставил меня подпрыгнуть. Без вмешательства медиков мне было намного лучше.

Наверное из-за моего отсутствия Генрих решил привести медсестру в мою комнату.

— Не буду вам мешать, — он тут же удалился, но дверь до конца закрывать не стал.

Я боялась, что вся эта процедура затянется на длительное время, но осмотр прошёл довольно быстро. Да и медсестра оказалась довольно приятной девушкой.

— Это витамины, — она протянула мне белую баночку. — Доктор приказал вам их пить дважды в день.

— Приказал? — я тут же вспомнила строгого врача из больницы. Он вполне мог выразиться именно так. — В таком случае, разве я могу не соблюдать рекомендации? Не беспокойтесь об этом.

— Вот и хорошо. Тогда увидимся послезавтра. — девушка улыбнулась, увидев замешательство на моем лице. — Вы не настолько плохи, чтобы навещать вас каждый день. Вы ведь не будете против?

— Я буду рада, если вы будете приходить раз в неделю. — может и не стоило так говорить, но я не смогла сдержаться.

Медсестра только улыбнулась в ответ и попрощалась. Я вызвалась провести ее, чтобы совсем не выглядеть в глазах девушки грубиянкой. Лишь когда за ней захлопнулась дверь, я почувствовала насколько напряжённой была эта встреча. Кажется, вместо витаминов мне не помешали бы успокоительные.

Я вернулась на кухню и выпила стакан воды. Вот, так гораздо лучше.

— И как все прошло? — тихо спросил Генрих, появившись из своей комнаты.

— Неплохо, — не мне жаловаться. Вряд ли каждый может похвастаться личной медсестрой. — Прости, что снова заставила тебя беспокоиться, — лучше сделать это сейчас. — Но я не жалею, что сделала это.

— Я не злюсь.

Меньше всего на свете я ожидала услышать именно эти слова.

— Правда?

— Правда, — Генрих в несколько шагов оказался совсем рядом. — Я рад, что ты не стала скрывать это от меня. Может это прозвучит несколько преувеличенно, но я уже знаю, к чему приводят секреты.

Я вспомнила слова Роберта, о том, что Генрих уже достаточно настрадался. Пока я не знаю, что именно произошло, может и не узнаю вообще никогда, но точно не хочу быть той, кто сделает ему больно снова.

Я не знала, как выразить свои чувства, поэтому просто прижалась к тёплой груди Генриха и тут же почувствовала тепло его рук, крепко обнявших меня. Не знаю, кем я была в прошлом, но сейчас мне больше ничего не было нужно.

— Знаешь, больше не стоит пугать так Роба, — судя по голосу, Генрих улыбался. — Порой он становится слишком впечатлительным.

— Больше не буду, — мне сложно было представить детектива впечатлительным, но они знают друг друга слишком хорошо. — Совсем забыла спросить. Что такое фоторобот?

Генрих рассмеялся. Как же мне нравится его смех.

— Думаю, мы как раз можем поговорить об этом за ужином. Согласна?

— Согласна, — я даже проголодалась немного. — Могу я тебе помочь?

— Буду только рад.

Все мои страхи оказались лишь выдумкой. Надеюсь и тот человек, который мерещится мне на каждом углу, тоже.

Глава 14. Реальность из прошлого

Кошмары вернулись во всей красе. Не то чтобы они перестали меня мучить, но сейчас все стало в разы хуже. Словно воспоминания о неприятном мужчине, который пытался меня напугать, запустили усилитель моих кошмаров. И самое худшее — я всегда просыпалась с криком, который было невозможно не услышать. В результате мы оба утром не чувствовали себя отдохнувшими.

— Держи, — Генрих поставил передо мной дымящуюся чашку кофе. — Это должно помочь. Хотя бы на время.

— Лучше бы я просто все вспомнила, и эти ужасные сны остались в прошлом. — Мне хотелось извиниться, но это слово звучало так часто, что кажется уже утратило весь смысл.

— Лучше бы они оставили тебя в покое прямо сейчас, — Генрих свой кофе уже допил. — Побереги силы, сегодня нас ждёт много дел.

— Главное, чтобы все это имело смысл.

— Не сомневайся, у нас получится.

В последнее время он верил за нас двоих. Что ж, я тоже не намерена сдаваться.

Хоть многое вчера я и списала на свою неуравновешенность, все же рисковать не стала. Не дав Генриху возможности возразить, я попрощалась с ним на парковке и практически убежала в свой магазин. Если детектив сможет сегодня сдержать свое обещание и у него получится проследить за тем странным человеком, я буду спокойна. Хорошо бы вообще не быть рядом с Генрихом на людях. На всякий случай.

Сегодня я пришла первой. Находится одной в магазине было немного странно. Слишком тихо. Тишину я не люблю так же, как и закрытые комнаты.

Не желая поддаваться мрачным мыслям, я принялась за работу. Книги сами себя не приведут в порядок. И все же это не помогло. Особенно когда стрелки на часах перевалили за девять часов. Почему все еще никого нет?

Словно в продолжение моим мыслям зловещую тишину прервал телефонный звонок.

— Здравствуйте, миссис Шепард, — я тут же ответила на звонок. — Что-то случилось?

— Доброе утро. Мне не хотелось тебя беспокоить. Я думала, что успею вовремя, но не выходит, — женщина говорила очень быстро. — Справитесь сами?

— Да, но…

— Вот и отлично. Можете закрыться сегодня пораньше. Увидимся завтра. Ах да, совсем забыла, в верхнем ящике моего стола твоя зарплата за вчерашний день. Прости, срочные дела.

Я не успела и слова вставить, как разговор закончился. И кому мне теперь сказать, что Греты тоже нет? Я даже позвонить ей не могу. Кое кто сглупил и не обзавёлся номерами телефонов своих коллег. Просто прекрасно.

Второй звонок не заставил себя ждать. А нет, ошиблась. Это всего лишь сообщение. «Все готово. Ни о чем не беспокойся, — написал Роберт. — Если он следит за тобой, мы его поймаем». Вот такие новости меня радуют. Теперь можно немного расслабиться.

День предстоит не из лёгких. Собрав все крохи своей уверенности, я перевернула табличку на дверях. Теперь магазин официально открыт.

Все оказалось не так уж и плохо. Для меня. Покупателей было совсем немного, все доставки пришлось перенести на следующий день. Идеальная работа для такой, как я.

Время шло, и беспокойство начало усиливаться. И хоть пыталась ни о чем не думать, ничего не получалось. Если это не прекратиться, в следующий раз попрошу назначить мне успокоительные.

Колокольчики зазвенели над дверью и в магазин вошел очередной покупатель. Милая девушка шла прямо ко мне, но я не видела ее. На улице стоял тот самый мужчина. Он пристально смотрел на меня через окно. Поймав мой взгляд этот человек улыбнулся. Хотя эта улыбка была больше похожа на оскал.

Первым делом было желание схватиться за телефон, но эту затею пришлось тут же бросить. Я могу не успеть.

— Подождите минутку, — сказала я уже на полпути к выходу из магазина.

По правде говоря, мне казалось, что этот человек уйдёт, едва я только выйду на улицу. Просчиталась. Уходить он явно никуда не собирался.

— Я могу вам помочь? — понятия не имею откуда во мне хоть капелька смелости, но вопрос прозвучал вполне вежливо. Без страха. Надеюсь.

— Кажется, я перепутал тебя с моей подругой, — голос мужчины оказался низким и грубым.

Я уже хотела извиниться и уйти, но ноги словно приклеились к земле. Было в этом голосе что-то смутно знакомое.

— Раз я не ваша знакомая, не могли бы вы уйти? — вот сейчас мне стало страшно.

— Понял, больше не буду мешать.

Я ожидала, что он уйдёт, но этот человек наблюдал за моей реакцией. Слишком внимательно.

— Может выпьем по пиву и познакомимся поближе? — его внезапный вопрос вызвал во мне дрожь.

— Боюсь, меня это не интересует. Всего доброго.

Надеюсь, что сделала достаточно и человек Роберта понял, за кем именно нужно проследить. Пора уходить.

— Да ладно тебе, — он явно хотел вытянуть меня на разговор. — Всего лишь маленькая безобидная встреча. Не ломайся.

«Делай, как я скажу, поняла?!».

— Если, — мне пришлось сильно постараться, чтобы продолжить говорить. — Если не уйдёте, я вызову полицию. Вам решать.

Каким-то чудом мне удалось вернуться в магазин без происшествий. Я чувствовала, что он все еще наблюдает за мной. Если поддаться сейчас своим чувствам, он все поймёт. По щеке предательски скатилась слеза. Я вспомнила этот голос.

— Он вас обидел? — покупательница встревожено всматривалась в мое лицо.

Только это сейчас не хватало! Линда, ну давай же, возьми себя в руки.

— Да нет, это из-за ветра, — я ляпнула первое, что пришло в голову. — Чем могу помочь?

Не знаю, что увидела девушка на моем лице, но больше вопросов задавать не стала. И уходить тоже не собиралась. Лишь спустя минут двадцать наверное, я поняла почему.

— Он ушел, — девушка прижала к груди свою покупку. — Это не мое дело, но может вам лучше сообщить в полицию? Жутковатый у вас сталкер.

— Я уже сделала это. Спасибо, — я смогла улыбнуться, хотя все внутри тряслось от страха. — Правда спасибо.

Больше девушка задерживаться не стала. Стоило только ей уйти, я тут же перевернула табличку и заперла входную дверь. Телефон молчал, стало быть для меня у Роберта новостей не было. Я уже почти позвонила Генриху, но передумала. Сейчас ничего кроме сбивчивых объяснений сказать мне нечего, а это только усугубит ситуацию.

Теперь, когда осталась одна, больше ничто не удерживало меня от наката воспоминаний. Картинки появлялись одна за другой. И почти в каждой был он. Грэг. Все, что знала о нем — это имя. И жестокость. Если бы ему только позволили, он бы убил всех нас. К нашему счастью, мы были слишком дорогим товаром.

Меня начало тошнить. Не знаю как, но мне удалось забраться в подсобку и спрятаться там. Сейчас немного посижу здесь и станет легче. Магазин закрыт. Он не вернётся.

Я шептала эти слова снова и снова, как мантру, дающую успокоение. Не помогало. Я все еще видела его лицо, слышала треск ткани, когда он порвал мою кофту и запер в комнате, чувствовала его запах, который только усиливал мою тошноту. Если бы я только послушала Генриха и осталась дома, ничего этого бы не было. Грета и миссис Шепард не были бы в опасности, а я не вспомнила бы своего тюремщика.

Меня спас телефон, о котором я забыла, хотя и положила рядом.

— Линда, не могла бы ты впустить меня? — Голос детектива окончательно вывел меня из ступора.

— Да, конечно, минуту.

Минуту — это громко сказано. Мне казалось, что до двери я шла целую вечность.

— Ты как? — Роберт вихрем ворвался в маленький магазин.

Я попыталась отойти в сторону и зацепилась за ножку полки. У детектива прекрасная реакция: он тут же поймал мою руку и удержал от падения. Его прикосновение словно обожгло меня, и я резко оттолкнула его. Роберт явно не этого ожидал, судя по выражению, которое появилось на его лице.

— Прости, сама не знаю, что на меня нашло, — я натянула рукава кофты так, что рук вообще не стало видно. — И спасибо. Вы смогли что-нибудь узнать?

— Он улизнул, — детектив избегал моего взгляда. — Мы будем пытаться дальше, пока не получится. И за тобой по-прежнему будут приглядывать, так что не бойся.

— Я его вспомнила.

— Что?!

Боясь снова потерять равновесие и силы, я уселась за единственный стул возле кассы и выложила детективу то немногое, что вернулось ко мне. И хоть мне было спокойнее с Робертом, сейчас хотелось быть совершенно не здесь.

— Теперь все из-за меня в опасности? — я задала вопрос, который больше всего мучил меня все это время.

— Мы не знаем, насколько сильно ты им нужна… — Роберт пытался смягчить ситуацию, но не вышло. — Да, думаю да. Ты живой свидетель и вряд ли они согласятся с таким положением дел. Думаю, лучше тебе попрощаться с этим магазином.

— Но миссис Шепард и Грета…

— Я позабочусь об этом.

— Разве не лучше будет, если я продолжу приходить сюда? Ведь ему нужна именно я, и пока он знает, где меня найти, то не станет никого трогать. — мне очень хотелось, чтобы детектив назвал мои слова бредом и сказал сидеть дома, но я знала, что права. — И у вас будет возможность следить за ним снова и снова.

— Это слишком опасно. — тихо ответил детектив.

— Пока всех не поймаем, опасность не исчезнет.

Мы оба замолчали. Каждый думал о своём. Одна часть меня хотела быть героем и надеялась, что Грэг вернётся. Вторая — принадлежала трусихе, которая боялась новой встречи. И сейчас я не могла сказать, какая часть преобладает.

— До скольки работает магазин? — детектив кажется уже что-то придумал.

— До пяти.

Мы одновременно посмотрели на часы.

— Тогда сегодня он закроется пораньше. Давай прихватим Генриха и займёмся составлением фоторобота? Лучше сделать это поскорее.

— Хорошо.

Когда закрывала магазин, совесть мучила меня лишь немного. Миссис Шепард ведь разрешила закончить сегодня пораньше. Никто не упоминал, на сколько.

Снаружи никто меня не поджидал, хотя я и так была уверена в этом. В одном детектив точно прав — времени становиться все меньше и меньше.

Роберт взял все заботы на себя, я же просто занимала место в машине, которая, кстати, ехала очень медленно. Наверное детектив не скоро забудет о моей маленькой просьбе.

Появление Генриха было неожиданным. По крайней мере для меня.

— Привет, — он уселся рядом со мной на заднее сидение. — Кажется, работа не идёт тебе на пользу.

— Очень даже идет, — я встретилась взглядом в зеркале с детективом и тот отрицательно покачал головой. Стало быть, Генрих еще не в курсе сегодняшних событий. — Это приятное разнообразие в моей жизни.

— Может оставите книжный магазинчик в покое ненадолго? — Роберт явно не хотел говорить в машине.

— Ладно, не кипятись, — Генрих отбросил шутки и стал серьёзным. — Все вопросы могут подождать.

Так мы и добрались до участка: в полном молчании и погрузившись каждый в свои мысли. Даже когда уже шли по пустым коридорам никто не проронил ни слова. Лишь когда за моей спиной Роберт запер дверь в свой кабинет тишина разлетелись на куски.

— И что вы натворили сегодня? — больше ждать с вопросами Генрих не стал.

— Погоди, — детектив вытащил из шкафа три стакана и плеснул в них янтарной жидкости. — Вам — для храбрости, мне — для души. Начнём? — этот вопрос был адресован уже мне.

Я и начала. С каждым моим словом Генрих выглядел все мрачнее и мрачнее. Совсем скоро я уже не могла смотреть ему в глаза. Казалось, рассказ вышел не таким уж и длинным, но достаточным, чтобы начали трястись руки.

— Выпей, — Роберт указал на стакан. — Полегчает.

Генрих и детектив свои стаканы уже опустошили. Я последовала их примеру. Жидкость обожгла мне горло и на глазах навернулись слёзы. Что это за гадость?!

— Виски, — ответил на не заданный вопрос Генрих. — Сейчас станет лучше.

Он сидел напротив меня и не сводил глаз. Даже представить не могу, чем сейчас заняты его мысли. Неожиданно Генрих протянул руки и сжал мои. Они были такими тёплыми. Как и всегда.

— Помогло? — спросил он с улыбкой.

— Да, — я с удивлением поняла, что страх немного притупился и внутри стало так тепло и хорошо. — Можно еще?

— Ну нет, — Роберту эта идея явно пришлась не по душе. — В больших количествах это вредно. Итак, какие есть предложения, идеи или вопросы? — детектив резко сменил тему.

Я молчала, так как ничем из этого списка не располагала. В отличие от Генриха.

— Нельзя больше ходить в книжный. — сказал он. — Это ненужный риск.

— Придется, нам нужно приставить к тому парню хвост, — к счастью для всех, Роберт в первую очередь был детективом. — И если Линда будет продолжать жить по-прежнему, возможно, мы сможем выиграть время. Они не отстанут, но могут потерять бдительность.

— А если он поймёт, что на него вышла полиция? — Генрих не остался в долгу. — Какой будет их шаг, когда это произойдёт?

— Не попробуем, не узнаем, — я попыталась встрять в их беседу. — Нельзя, чтобы из-за меня пострадали другие люди. И сейчас этот риск увеличился в несколько раз.

— Мне вас не переспорить, — тон, каким это было сказано, не предвещал ничего хорошего. — Вы уже успели договориться за моей спиной.

— Все не так. Я…

— Линда, успокойся. У Генриха просто ужасное чувство юмора, — детектив усмехнулся. — Считай это шуткой. Давайте займёмся фотороботом, и так уже много времени потратили.

Возражать никто не стал. Для нашей задачи кабинет детектива пришлось покинуть. Сейчас участок уже не казался безжизненным. Людей мы встретили немного, но они все-таки здесь были.

В помещении, куда нас привёл Роберт, было темно и очень шумно. Когда щёлкнул выключатель, источник шума сразу же нашёлся. Здесь было три компьютера и еще несколько неизвестных приборов. Куда больше меня занимало стекло, вмонтированное в стену. За ним было еще одно помещение. Такое же тёмное, как и это, пока не включили свет.

— Приступим, — Роберт нажал несколько кнопок и один из экранов ожил.

— Ты справишься сам? — Генрих подозрительно рассматривал комнату.

— Обижаешь. Линда, готова?

— Да.

Процесс оказался довольно интересным. Самыми сложными оказались детали, о которых постоянно спрашивал Роберт. Работа шла, хоть и не так быстро, как мне хотелось. Генрих стоял у меня за спиной, положив руку на плечо. Знал бы он, как я рада его поддержке.

Я не могла не заметить, что с каждым вносимым изменением, детектив хмурился все больше и больше. Что-то явно не так.

— Генрих, не узнаешь? — спросил Роберт, когда добавить было больше нечего.

— Нет, ничего знакомого.

— Ладно, есть у меня одна теория, нужно проверить, — детектив нажал что-то еще и рисунок появился на бумаге. — Как только что-нибудь разузнаю, сразу же расскажу.

— Тогда на сегодня все? — Генрих все еще смотрел на составленный фоторобот.

— Да, езжайте. У меня тут еще дела.

— Тогда я жду твоего звонка.

Попрощавшись, мы оставили Роберта одного. Домой пришлось добираться на такси. Не так уж и плохо, учитывая, что Генрих снова сидел рядом. Всю дорогу мы не разговаривали, подсознательно опасаясь быть услышанными не теми людьми. Страх поднялся на новый уровень.

Тишина исчезла лишь со звуком закрывающейся входной двери.

— Тебе нужно хорошенько отдохнуть, — Генрих грустно улыбнулся. — Может хочешь чего-нибудь?

— Наверное, я немного проголодалась, — за весь день я ничего не успела съесть и теперь мой организм требовал свое.

— Это мы легко исправим, — мы уселись на диван, и Генрих начал что-то искать в своем телефоне. — Готово, осталось только немного подождать. Что-нибудь еще?

Я отрицательно покачала головой. Сейчас мне больше ничего не нужно, лишь бы и дальше сидеть, прижавшись к нему. И все же, несмотря на чувство безопасности, я никак не могла выбросить из головы взгляд детектива. Он что-то подозревает, и ему это очень не нравится.

Что же я такого натворила, что мешаю таким ужасным людям?

Глава 15. Путешествие. Часть 1

Я резко подскочила на кровати. Даже на время смотреть не нужно, и так все понятно. Я проспала. Снова. И в этот раз кошмары были не причём.

Как ни странно, в доме было тихо. Словно Генрих тоже еще спал. Я старалась быть как можно более тихой, но как всегда в такие моменты, все вышло с точностью и наоборот. Мой телефон выпал из рук и с грохотом приземлился на пол. Почему я всегда такая неуклюжая? Не услышать такой шум в идеальной тишине было невозможно.

Генрих тут же выглянул из комнаты.

— Что случилось? — он все еще был сонным.

— Прости, я просто, — только сейчас до меня начали доходить факты. Сегодня же суббота, а значит выходной. У нас обоих. — Забыла какой сегодня день недели. Я не хотела тебя разбудить.

— Не страшно, я и так уже собирался вставать.

С этим сложно было согласиться. Никогда еще не видела Генриха таким… обычным. Темные волосы взъерошены и полном беспорядке. Взгляд всё ещё сонный и немного растерянный от внезапного пробуждения.

— Чему ты так радуешься? — вторгся в мои мысли его голос.

Я и не заметила, когда начала улыбаться. В списке моих недостатков появилось еще несколько пунктов.

— Кофе? — сейчас мне совершенно не хотелось, чтобы мои мысли стали известными.

— Не откажусь, — Генрих провел рукой по волосам и тут же развернулся, направляясь к себе. — Присоединюсь к тебе через несколько минут.

Он скрылся в своей комнате, а я тем временем занялась кофе. Несмотря на хорошую погоду за окном, настроение было отнюдь не радужным. Хороший из меня работник, ничего не скажешь. Три из пяти рабочих дней я провела в больнице. Вчера и вовсе закрыла магазин раньше времени. Самой от себя было противно. Что-то мне подсказывает, что только стараниями Генриха мне все еще можно называть то место работой.

Кофе был уже готов, когда Генрих вернулся. Телевизор включать никто не стал, даже если учесть, что вероятность встретить на экране ту женщину практически равнялась нулю.

— Мы вчера не слишком отвлекли тебя от работы? — помниться, когда была в его офисе в прошлый раз, он был сильно занят со своими коллегами.

— Ребята справятся и без меня теперь, — судя по всему Генрих сегодня работать явно не собирается. — Просто три головы лучше, чем две. Почему сразу же мне не позвонила? — он резко сменил тему.

Я знала, что рано или поздно этот разговор состоится. И у меня было время подумать, вот только ответ так и не появился.

— Я хотела, но не знала, что сказать. — Избегая его взгляда, пришлось договорить остальное. — И не была уверена, ушел ли тот человек. Даже если есть маленькая надежда, что они не знают о тебе, стоит ей воспользоваться.

Генрих ответил не сразу. Кажется, мы еще не скоро будем разговаривать свободно.

— Не думаю, что смогу остаться в тени. Одного взгляда на твои больничные счета будет достаточно. — В отличие от меня, он старался поймать мой взгляд. — Для меня много значит то, что ты беспокоишься обо мне, но правда в том, что защита нужна тебе. Что мне нужно сделать, чтобы убедить тебя в этом?

— Все не так…

— Нет, так. Мы каждый раз возвращаемся к этому, когда что-то происходит. И это действительно может закончиться плохо, — чашка кофе уже успела опустеть. — Уверяю тебя, что могу о себе позаботиться. Линда, прошу, не убегай от меня. Я боюсь, что однажды не успею прийти на помощь.

У меня снова задрожали руки, и я поставила свою чашку на стол, боясь уронить. Понятия не имею, почему поступаю именно так. Не молчала, когда было нужно. Не ушла, когда у меня был такой шанс. Пыталась снова остаться одна, когда есть люди, которые беспокоятся обо мне. Может я всегда была такой? И та могила из моих воспоминаний, принадлежит последнему члену моей семьи?

— Ты всё, что у меня есть. — Тихо ответила я. — И я не могу тебя потерять.

Генрих оставил в покое свою пустую чашку, и взял мои дрожащие руки в свои. Мы ходим по кругу снова и снова. И я не видела выхода из этой замкнутой ловушки.

— Знаешь, я думаю один выходной нам не повредит. — В глазах Генриха вспыхнули веселые искорки. — И лучше провести его не здесь. Идём.

Ни возможности, ни времени никто мне не дал. Тех нескольких минут едва хватило на то, чтобы привести себя в порядок. Понятия не имею, что мы собираемся делать, но не хотелось бы своим внешним видом напоминать приведение.

— Готова?

— Знать бы еще к чему? — пусть и слабая, но все же попытка.

— Хороший способ, но не выйдет

Неизвестность меня пугала, но я послушно пошла за ним. Если когда-нибудь я стану бояться Генриха, это будет означать, что в мире для меня больше не осталось ни доверия, ни надежды.

Как оказалось, погода обманчива. Хоть солнце и светило вовсю, ветер был ужасно холодным. Я сразу же это почувствовала, когда очередной порыв ветра проник сквозь мое тонкое пальто.

— Погоди секунду, — Генрих набросил на меня свой шарф и тут же замотал его вокруг шеи. — Кажется, тебе нужны теплые вещи.

— Но…

— Сегодня никаких «но» и «прости», — дверца машины уже была открыта и меня жестом пригласили сесть. — Все это останется здесь, договорились?

— Хорошо, — нужно признать, что часть его хорошего настроения передалась и мне.

Машина плавно покатилась по улице. Людей в городе было так много, что я невольно вжалась в кресло. Толпа вокруг не была самым большим страхом. Гораздо хуже было то, что среди этих людей могут быть те, кто был источником моих бед ещё совсем недавно.

Поход по магазинам закончился, едва только успев начаться. И я была этому только рада. Вернув шарф его законному владельцу, я закрутила на себе свой. Вместе с воротником свитера получилась вполне надежная защита от холода.

— Куда теперь? — ветер уже не был страшен и мне было интересно, что будет дальше. — Что мы будем делать?

— То, что и остальные. Радоваться жизни.

Генрих протянул руку, и я, чувствуя себя слишком счастливой, взялась за нее. Надеюсь, сегодня его план исполнится по всем пунктам, и мы хорошо проведем время.

Мы медленно шли по улице. Сначала мне было ужасно неудобно, и казалось, что все вокруг на нас смотрят. Но совсем скоро стало понятно, что большинству нет до нас никакого дела. Это помогло мне немного расслабиться и перестать искать рядом угрозу. Так непривычно оказалось просто гулять и никуда не торопиться.

Ветер немного поутих, и погода стала гораздо приятнее. Город по-прежнему был мне не знаком и всё вокруг было интересным. Хотя сама бы я не рискнула ходить вот так, в одиночку.

— Куда мы идем? — чем дольше мы шли, тем сильнее мне казалось, что у Генриха все-таки есть план.

— Скоро увидишь, — ответил он, загадочно улыбаясь. — Не холодно?

— Нет.

Генрих решил подтвердить мои слова. Остановившись, он прикоснулся губами к моему лбу. Судя по появившейся улыбке, все было в порядке.

— И правда не холодно. Доктор меня не простит, если ты заболеешь.

— Чувствую себя просто замечательно, — и я говорила чистую правду.

— Рад это слышать.

Наверное, мы сделали что-то не так, потому что в следующую минуту совсем рядом послышалось «кхм».

— Простите? — Генрих удивился незваной гостье так же, как и я.

Ни я, ни Генрих не заметили, как возле нас появилась девушка. Она была очень милой, если не считать презрительного взгляда серых глаз. Что-то мне это не по душе.

— Не узнаешь? — Голос у нее оказался довольно высоким. — Совсем?

Я редко видела Генриха растерянным. Это было бы даже забавно, если бы девушка не пыталась испепелить нас взглядом.

— Ни за что не поверю, что Белла не рассказывала обо мне.

Смеяться мне резко расхотелось.

— Марианна, — сухо сказал Генрих. — Чем обязан?

— Вот значит как? Чем обязан? — теперь мне выпала честь стать объектом ненависти. — Белла пропала, а ты вместо того, чтобы помочь, развлекаешься. Молодец, именно так ты и должен был поступить. Знаешь, Леманн, мне жаль, что моя подруга зря потратила на тебя столько времени.

— Ты закончила? — со стороны казалось, что ее слова совсем на трогали Генриха, но я уже успела немного его узнать.

— Может познакомишь нас? — Марианна заканчивать явно не собиралась. — Новая подружка?

Кажется, настало время моего звездного часа.

— Меня зовут Линда. И не скажу, что мне приятно с вами познакомиться, — надо же, мой голос совсем не дрожал.

— Не лезь не в свое дело. Ты еще не знаешь, с кем связалась.

— Всего доброго, Марианна, — Генрих с трудом сдерживал злость. — Не знаю, что ты там себе думаешь, но я искренне надеюсь, что Белла найдется живой и здоровой.

Возможно, Марианна и хотела сказать что-то еще, но никто уже не стал ее слушать. Генрих широким шагом куда-то спешил, мне же оставалось едва ли не бежать за ним. Не то чтобы я была против, но моя физическая подготовка все ещё оставляла желать лучшего.

— Генрих, подожди…

Воздуха катастрофически не хватало. Вот ведь, не скоро я смогу долго бегать.

— Прос…

— Сам же сказал, что сегодня никто не говорит это слово. Дай мне минутку.

Я слишком сосредоточилась на своих проблемах, и не сразу заметила опустошенный взгляд Генриха. Если бы только я могла хоть что-нибудь для него сделать, сделала бы не задумываясь.

Мы присели на скамейку. Вернее, присела только я, а Генрих тут же куда-то ушел, попросив ждать его здесь. И откуда только эта Марианна появилась? Почему все эти люди постоянно крутятся рядом, причиняя своими словами боль Генриху? Мы не так давно знакомы, но я уверена, что он неплохой человек. В этой истории наверняка есть что-то, о чем никто не знает. Кроме Генриха и Беллы.

Арабелла Феррер. Интересно, какая она? Для меня это просто имя человека, попавшего в беду. Может быть мы похожи? И поэтому Генрих решил помочь мне? Почему-то от этой мысли на душе стало тяжело.

— Держи, — Генрих вернулся довольно быстро и принес мне бутылку воды.

— Спасибо.

Я хотела ограничиться несколькими глотками, но незаметно опустошила почти половину бутылки. Да уж, вот и прошлась быстрым шагом.

— Получше? — Генрих избегал смотреть мне в глаза.

— Намного, — я все-таки решила попытаться. — Может хочешь поговорить?

Ответом мне была тишина, и на большее рассчитывать, наверное, не стоит.

— Я сам виноват, что так вышло, — задумчиво начал Генрих, всматриваясь в небо. — Я и Белла… Мы встречались ещё со времен учебы в университете. Все шло к свадьбе, но жизнь интересная штука. Я заметил, что Белла стала отдаляться от меня, но не придал этому особого значения. Как оказалось, зря. — Сложно было не заметить, что он старался сократить историю до нескольких предложений. — В итоге все оказалось до смешного просто. У нее был кто-то получше меня. Мы расстались с громким скандалом. Моя мужская гордость была уязвлена, и все произошедшее осталось между нами. Вот и все.

— Ты все ещё ее любишь? — не знаю, зачем спросила. Ответ мне знать совершенно не хотелось, но так будет правильно.

— Нет, — и все-таки смотреть в мою сторону он не стал. — Я не из тех, кто прощает предательство.

— Мы с ней похожи? — вопрос вырвался быстрее, чем мне того хотелось бы.

Больше всего не сейчас хотелось, чтобы Генрих оставил в покое небо и перестал меня избегать.

— Внешне очень похожи, но на этом всё. — Надеюсь, сейчас он не убеждает в этом самого себя. — Какие бы качества мне не приписывали, я не стал бы поступать так подло. Ты и Белла два совершенно разных человека. Она часть моего прошлого, и меньше всего на свете мне хотелось бы, чтобы это влияло на тебя.

Все же, он для меня слишком непонятен. Или это моя утраченная память мешает мне понимать мир вокруг.

— Поэтому ты решил мне помочь? — что ж, теперь многие вещи становятся гораздо понятнее.

— И поэтому тоже.

Теперь с уверенностью можно было сказать, что оставить свои проблемы дома у нас не вышло. Даже если и хотели вырваться, неприятности сами приходили оттуда, откуда их совсем не ждёшь.

— Куда ты хотел сегодня сходить? — не стану я позволять сомнениям портить мою и без того шаткую жизнь. Если Генрих так сказал, то у меня нет оснований ему не верить.

— Ты все ещё хочешь этим заняться? — удивление в голосе Генриха было совершенно искренним.

— Конечно. Та девушка не входила в наши планы, разве стоит из-за этого их отменять? — серьезные разговоры всегда давались мне тяжело. — Я рада, что ты доверил мне свою тайну. И не мне устраивать сцены и прочие глупости, — я осторожно дотронулась до руки Генриха. — Ты сам говорил, что если между нами не будет доверия, то не стоит и пытаться что-либо делать. Так что пойдём?

Я встала перед ним и протянула руку. У всех есть свое прошлое. Что-то ведь в этом самом прошлом и привело меня сюда. Я не та, кто в праве судить других, когда сама всё ещё существую.

У Генриха не осталось другого выхода, кроме как посмотреть на меня. Не знаю, насколько он был искренен, но в его глазах я видела боль.

— Генрих, я…

— Пойдём, — всего за мгновение, он снова стал прежним. — Ты права. Оставим Марианну в прошлом, как и все остальное. Идём, мы ещё успеем.

Уверена, мы оба прекрасно понимали, что этот разговор еще не закончен. И все же, расстояние между нами стало гораздо меньше, а это уже очень многое.

— Генрих, говорю это на всякий случай. Я почти такой же человек, как и ты. Ничего со мной не случится, и я тебя совсем не боюсь.

— Вот как? — наконец-то на его лице появилась улыбка.

— Вот так. — напряжение исчезло окончательно, чему я была только рада. — Разве мы не торопимся?

— Твоя взяла, но только в этот раз.

Мы прошли совсем немного и вышли на набережную. Даже воздух здесь был другой. Не знаю, как раньше, но сейчас мне очень нравилось море. Оно было таким огромным, что сколько глаз хватало, не видно было края. Если бы только я могла уплыть далеко-далеко, стала бы моя жизнь другой?

— Здесь чудесно, — я подошла к самому краю набережной и, ухватившись за ограду, посмотрела вниз. — Кажется, здесь очень глубоко.

— Достаточно, чтобы могли плавать корабли.

— Корабли? Самые настоящие? — иногда воображение может сыграть со мной злую шутку.

— Идем, у нас все еще есть шанс немного развеяться.

Совсем скоро мы уже оказались на причале. Я чувствовала себя ребенком, которого впервые взяли на прогулку. Генрих помог мне подняться на катер. Пусть он и был не такой огромный, как я представляла, но все же довольно внушительный. Морская прогулка. Кажется, Генрих знает меня лучше, чем я сама.

— Далеко уехать пока нельзя, — Генрих, как и я, вглядывался вдаль. — Но немного помечтать будет весьма кстати.

Глава 16. Путешествие. Часть 2

Путешествие на катере превзошло все мои ожидания. Я и думать забыла о неприятной встрече и остальных проблемах. Почти все время я провела на самом носу катера, вынудив Генриха нервно топтаться рядом. Кажется, временами он и правда думал, что я могу сделать кое-что глупое. Хоть мне пришлось приложить немало усилий, чтобы разубедить его, ничего не вышло. Слишком уж часто я наклонялась и смотрела на воду.

— Почему ты такой серьёзный? — то, что он был моей тенью, конечно, приятно, но мне бы хотелось, чтобы ему тоже было весело.

— Я всегда сама серьёзность, — Генрих выглядел точно также, как и говорил, но на губах промелькнула улыбка.

— Ну да, хоть кто-то же должен быть собранным и рассудительным, — мне не хотелось спорить, и я снова вернулась к любимому занятию. — Интересно, умею ли я плавать?

Можно было и не оборачиваться, чтобы почувствовать, как напрягся Генрих. Иногда он просто невозможен. Понятия не имею, что его так беспокоит, но, наверное, стоит прекратить эти мучения.

— Если хочешь, можем спуститься вниз? — мне совсем не хотелось уходить, но так будет правильнее.

— Все в порядке, — ложь в его голосе звучала слишком явно. — Почти.

— И что это за почти?

— Не то чтобы я страдал от морской болезни, но иногда чувствую себя не очень хорошо на воде, — кажется, сейчас Генрих был рад, что я не видела его лица. — Просто ветер здесь оказался сильнее, чем на берегу.

— Зачем же ты тогда здесь? — мы могли заняться, чем угодно, и ему не пришлось бы страдать всю дорогу. — Давай спустимся вниз, может будет легче. — Я оставила воду в покое и стала внимательно его рассматривать. Генрих побледнел, и это была вовсе не игра света.

— Мы правда можем остаться здесь, — он улыбнулся и крепко сжал мою руку. — Только отойди, пожалуйста, от края. Вряд ли я смогу что-нибудь сделать, если ты упадёшь.

— Так пойдёт? — я отошла на несколько шагов и стала рядом с ним.

— Вполне.

— Только не говори потом, что я не предлагала облегчить твою жизнь.

— Не буду.

И все же, чтобы не говорил Генрих, он был рад, когда мы наконец-то спустились на землю.

Признаться, я уже немного проголодалась. Генрих и в этом вопросе смог понять о чём я думаю, или он тоже был не против перекусить.

Мы уже так долго были вне дома, что я практически перестала обращать внимание на окружающих. Даже переполненное людьми кафе не внушало такого ужаса как раньше.

— Знаешь, стоит почаще отправляться в плаванье, — весело сказал Генрих. — Ты хотя бы начнёшь нормально есть.

— В таком случае, спасать придется уже тебя, — я с удивлением смотрела на свою опустевшую тарелку. — И у меня всегда хороший аппетит. Почти.

Утолив голод, мы снова вернулись на улицу. Мне совсем не хотелось возвращаться домой, даже если усталость понемногу брала своё. К счастью, Генрих тоже не сильно торопился обратно.

Место вокруг внезапно показалось мне знакомым. Как странно. Вряд ли я могла бывать здесь раньше, но почему тогда все кажется таким знакомым?

Генрих молча наблюдал за мной, пока я пыталась понять, что не так. Улица как улица. С одной стороны дорога, с другой берег моря, высокий и скалистый, совсем не такой, где мы были сегодня. Упасть отсюда наверняка значило разбиться насмерть. Вот оно. Вспомнила!

— Шарфик, — я осторожно прикоснулась к ограде. — День выписки. Я забрела сюда случайно, а шарф был такой лёгкий, что ветер сразу же его сдул.

— Твой шарф я не видел, — Генрих стал рядом. — А вот тебя, висящую над пропастью ещё как. Знала бы ты, как я испугался.

— Правда думал, что я хотела спрыгнуть? — мне было интересно, каким человеком он меня видит.

Генрих кивнул в ответ. Да уж, с самой первой встречи и по сегодняшний день я постоянно продолжаю усложнять его жизнь.

— Я бы не сделала этого, — солнце все сильнее и сильнее стало опускаться к морю. — Мне бы не хватило силы духа для такого.

— Глупости. — Генрих тоже смотрел на горизонт. — Сила нужна для того, чтобы жить.

Какие мы всё-таки разные. Генрих твёрдо стоит на ногах и уверенно смотрит вперёд, я же пытаюсь цепляться за осколки своей жизни, боясь не удержаться и рухнуть вниз.

— Давай покатаемся ещё раз на катере, когда станет теплее? — казалось взгляд голубых глаз проникал в каждую клеточку моего тела.

— Разве я могу отказаться от такого предложения?

Думаю, каждый из нас понимал, что значат эти слова. До сих пор не знаю, как так вышло, но Генрих дал мне самое ценное — место, куда можно будет вернуться.

С моря подул холодный ветер, и я тут же поёжилась. Всё-таки холод это не моё.

— Ты совсем замёрзла, — Генрих прикоснулся к моей холодной руке. — Может пойдем?

— Давай ещё немного посмотрим. — я давно уже не чувствовала себя такой живой, и мне хотелось как можно дольше сохранить это чувство.

— И что мне с тобой делать?

Вряд ли это был вопрос, требующий ответа. Но уже через минуту, Генрих подошёл сзади и обнял меня, делясь своим теплом.

Мы так и стояли — вместе, под холодным ветром на берегу моря. Солнце опускалось все ниже, и совсем скоро исчезло вовсе. Больше не было причин здесь оставаться.

Путь обратно к машине, показался мне невероятно долгим. То ли дело было в усталости, то ли в холоде, но идти и правда было трудно.

— Мы уже почти на месте, — от Генриха ничто нельзя было скрыть.

Спорить тоже было бесполезно. Я лишь улыбнулась в ответ, пытаясь сказать, что всё не настолько печально, как ему кажется.

И все же, как только села в машину, не смогла сдержать радостную улыбку, которая никак не хотела исчезать.

Генрих хотел что-то сказать, но тут его взгляд наткнулся на телефон и он нахмурился. Что-то мне подсказывает, что миссис Леманн хотела на выходных провести часть времени с сыном.

— Кажется, мы пропустили визит медсестры, — Генрих всерьёз был расстроен этим фактом. — Совсем из головы вылетело.

— Так это не твоя мама? — неужели я и правда ошиблась?

— И она тоже, — Генрих выключил телефон и спрятал его в карман. — Надеюсь, когда мы приедем, ее уже не будет.

Мне было жутко любопытно, что между ними происходит, но спрашивать не стала. Если Генрих захочет со мной поделиться, он сделает это. Историей о Арабелле он поделился.

Едва только вспомнила о ней, как настроение тут же испортилось. Я верила словам Генриха, но меня все равно грыз червячок сомнения. И мне совсем не нравилось, что мы с ней похожи. Пусть только и внешне.

— Не переживай из-за этого, — Генрих уже уверенно ехал домой. — У моей матери претензии исключительно ко мне.

— Ей наверное просто все еще тяжело и больно, — а еще она переживает из-за тебя, мысленно добавила я. Мне были понятны тревоги миссис Леманн, хотя бы отчасти.

— Всем больно и тяжело. — Генрих тоже все еще переживал боль от утраты брата. — Но это не повод так себя вести. Ты ведь помнишь Роджа?

— Это тот мужчина, который иногда бывал в доме твоей мамы? — я смутно припоминала человека довольно преклонного возраста.

— Верно. Он мой отчим и отец Ганса, моего брата. После аварии мама обвинила во всем его и выгнала из дома. — Генрих говорил совершенно спокойно, хотя глаза выдавали все его чувства. — Родж до сих пор считает, что виноват в случившемся. Он говорил, что если бы в тот день не поссорился с Гансом, тот бы не уехал с женой на ночь глядя. Вот только правда в том, что брат собирался уехать уже очень давно.

— Не просто избавится от чувства вины, — меня оно тоже постоянно терзало, ни на минуту не давая забыть о девушках, попавших в беду.

Звонок телефона прервал наш тяжёлый разговор. Как оказалось, миссис Леманн и правда все еще ждала Генриха. Он же только сказал, что скоро будет и сбросил звонок. Глупо было надеяться, что весь день будет хорошим. Встретили ведь мы все-таки Марианну.

— Послушай, — машина уже была припаркована возле дома. — Чтобы она не сказала, не принимай это на свой счет.

— Не беспокойся из-за этого, — не стану я добавлять ему еще больше проблем. — Только слова близких людей могут задеть.

Генрих только улыбнулся и, отстегнув свой ремень, легко прикоснулся к моим губам.

— В таком случае, — прошептал он. — Ты очень дорогой для меня человек, поэтому слушай только меня.

— Постараюсь. — ни за чтобы не сказала, что еще совсем недавно мне было холодно. — Мы разве не спешим?

— Не то чтобы спешим, но отвоевать свой дом придётся. Спать в машине холодно.

Проверять его слова в действительности мне совсем не хотелось. Поэтому миссис Леманн никто больше не заставил ждать. Она встретила нас колючим взглядом, но не проронила ни слова. Втроем мы молча поднялись и вошли в дом.

Стоило только закрыться входной двери, как всё сразу же изменилось. Придирчиво осмотрев меня с ног до головы, миссис Леманн переключила все внимание на сына.

— Ты купил себе новую игрушку? — ее слова были острее лезвий. — Не дорого обходится?

— Ты пришла для того, чтобы устроить сцену? — разговор не получился с самого начала, и Генрих хотел как можно скорее его закончить.

— Я пришла чтобы, ты наконец образумился и перестал делать глупости!

Мое присутствие ее явно нервировало, а атмосфера и без того была не из приятных. Слова миссис Леманн задели меня гораздо сильнее, чем мне хотелось бы. Почему она назвала меня игрушкой? От этого слова, словно волнами, исходило зло. В голове стало очень шумно, как будто разом заговорило несколько человек.

— Лучше я пойду, — я обещала Генриху, что не стану переживать из-за простых слов, чтобы они не значили.

Кажется, Генрих что-то сказал, но я его уже не услышала. Гул в голове стал невыносимо громким. Только бы спокойно дойти до комнаты.

Я скорее почувствовала, чем поняла, что уже прикоснулась к двери. Еще немного и мне удалось спрятаться от посторонних глаз. Головная боль усиливалась с каждой минутой. Такое уже было и я знала, чего ждать.

Добравшись до кровати, я спряталась под тёплым одеялом, надеясь, что хотя бы в этот раз, я быстро приду в себя и Генрих ничего не узнает.

***

Солнце светило во всю, и я потягивала холодный кофе, возвращаясь домой. Денёк выдался напряжённым, но работа стоила потраченных усилий. Не каждый день удаётся попасть на светский приём, ровно как и не каждый день кому-то требуется человек, владеющий датским языком.

Вопросов у меня было много, но зарплата за день помогла обо всем забыть. Все равно я больше никогда не встречусь с теми людьми.

Погода была такой чудесной, а настроение таким хорошим, что я не удержалась и пошла на пляж.

Сняв обувь и закатав повыше брюки, я зашла в тёплую воду. Как же здорово! Если бы у меня было побольше времени, можно было бы прихватить Мелиссу и поехать отдыхать. Желательно куда-нибудь подальше.

Мечты мечтами, вот только пора было возвращаться домой. Завтра ничего не изменится, также как и послезавтра, и послепослезавтра.

Уже подходя к своему дому, я заметила машину, припаркованную совсем рядом. Я бы и рада была пройти мимо, но слишком уж дорого выглядела эта машина на фоне старых домов и пожелтевших лужаек. Неприятное предчувствие тут же дало о себе знать, но я отмахнулась от этого. Мало ли к кому приехали гости, и остановится возле моего дома они могли по ошибке.

Мне не было совершенно никакого дела до дорогих машин и прочей ерунды. Своих проблем было предостаточно. В том числе и внушительный счет, который достался мне в наследство. Пока не разберусь с кредитом, не видать мне свободы.

Дорогу мне преградил мужчина в строгом черном костюме. Да уж, по сравнению с ним я выглядела совсем серо. А ведь на мне был мой лучший костюм!

— Извините? — кем бы ни был этот человек, я с ним говорить не хочу.

— Прошу вас пройти со мной.

Вот так поворот. И как назло, рядом никого нет.

— Никуда я с вами не пойду, — сейчас мне было слишком страшно, чтобы думать.

Я развернулась и побежала изо всех сил.

— Мисс!

Мужчина не растерялся и бросился в погоню. Силы изначально были не равны, но я старалась как могла. Но кажется на сегодня лимит удачи был исчерпан.

— Мне правда очень жаль, мисс. — бросил мужчина, прежде чем уколоть мне что-то в шею.

Те несколько минут, что у меня еще остались, я думала о том, что же такого сделала, чтобы заслужить внимание таких людей?

***

Проснулась я уже в знакомом месте. Правда, что это квартира Генриха, поняла не сразу. Голова болела уже не так сильно, и с каждой минутой мне становилось легче.

Подождав немного, пока сердце перестанет так сильно колотиться, я встала и открыла окно. Комнату тут же заполнил прохладный воздух. Так гораздо лучше.

Я очень обрадовалась, когда не увидела в комнате Генриха. Стало быть в этот раз все прошло более-менее безболезненно. Знать бы еще сколько сейчас времени и ушла ли миссис Леманн.

Лишь когда убедилась, что полностью в порядке, я рискнула выглянуть из комнаты. В крайнем случае, всегда можно сказать, что мне захотелось пить.

Снаружи было темно. И тихо. Стало быть гость тоже уже ушёл.

— Ты чего так крадешься? — из-за царившей вокруг темноты Генриха было сложно заметить, пока он не заговорил.

— Уже очень поздно? — мой голос дрогнул, хоть я и старалась не показать, что испугалась.

— Напугал?

— Немного, — что толку теперь говорить обратное. — Все прошло нормально?

Мне не нужен был свет, чтобы почувствовать удивление Генриха.

— Ты правда ничего не слышала? — осторожно спросил он.

— Я почти сразу же заснула, — может мне удастся оставить обсуждение моей памяти хотя бы до утра. — Видимо, крепко спала.

— Как же, но это может пока подождать.

— А что не может? — я тут же пожалела о своих словах.

— Многое, — это прозвучало почти как угроза. — Раз ты проснулась, то не придется будить тебя утром. Извини, но завтра и послезавтра тебе придётся побыть одной. Мне срочно нужно уехать.

— Работа? — как же хорошо, что сейчас темно и ничего толком не видно, особенно лица.

— Непредвиденные обстоятельства.

— Не думай обо мне, и работай спокойно, — и я постараюсь прожить день или два спокойно. — Буду сидеть дома и не нарываться на неприятности.

— В прошлый раз ты говорила тоже самое, — Генрих шумно вздохнул. — А все закончилось больницей.

— Я пью витамины. — попытка перевести разговор в шутку с треском провалилась. — Ничего со мной не случится, правда.

Я чувствовала, что он не хотел уезжать и была рада этому. Значит не мне одной тяжело даётся расстояние, пусть мы и не увидимся всего два дня. То, что мы виделись каждый день стало настолько естественным, что по-другому, казалось и быть не могло.

— Я буду скучать. Пусть это всего и на два дня, — все нужные слова разом испарились. Как всегда.

Генрих оказался совсем рядом. Он пригладил мои волосы, которые кажется сильно пострадали, пока очередной кусочек моей памяти вернулся на своё место.

— Я тоже, — его голос звучал грустно. — Пожалуйста, не попадай в неприятности. Я попрошу Роберта зайти, и буду звонить. Так часто, как смогу. И только попробуй забыть где-нибудь телефон.

— Хорошо, — я старалась держать себя в руках и не впадать в панику, которая с каждой минутой становилась все сильнее. — Тебе нужно идти спать. Нужно отдохнуть перед поездкой.

— Не беспокойся об этом, — готова поклясться, что услышала в его голосе сожаление. — Это тебе нужно отдыхать. И не говори что, не устала за сегодня.

— Так не честно.

Он тихо рассмеялся и совершенно неожиданно поцеловал меня. Будь на его месте кто-то другой, я бы уже бежала без оглядки. Но это был Генрих, мой Генрих. И мне было очень страшно отпускать его.

— Иди спать. — его голос немного изменился. — Я зайду утром.

— Только попробуй уйти не попрощавшись.

— Обещаю.

Под пристальным контролем я вернулась к себе. Лишь закрыв за собой дверь, я позволила себе выдохнуть. Правда передышка длилась недолго. Все мои страхи вернулись с новой силой, в том числе и страх снова оказаться одной.

Переодевшись и оставив дверь немного приоткрытой, я честно легла в кровать и попыталась уснуть. Сначала мне казалось, что ничего не выйдет, но постепенно усталость и напряжение взяли своё. Оставалось лишь надеяться, что сегодня мне больше ничего не присниться.

Глава 17. Необычный доктор

Первой мыслью, как только проснулась, стало уснуть опять. Я попыталась, но не вышло. Мой организм уже достаточно отдохнул и дополнительных мер не требовал. Больше никакого сна. Пришлось встать, привести себя в порядок и перекусить.

Никаких следов Генриха в доме не было. Если он и заходил утром, мне уже никогда об этом не узнать. Как ни старалась, все равно чувствовала обиду из-за того, что он не попрощался, хотя и обещал.

Все эти мысли только усиливали чувство тоски и одиночества, так что большим усилием воли пришлось перестать об этом думать. Нужно срочно чем-нибудь себя занять.

Ничего лучше не придумав, я стала мучить телевизор. Каналов было очень много, но ничего смотреть не хотелось. В итоге я бесцельно переключала каналы с одного на другой. Именно за этим занятием меня и застал Роберт.

– Отдыхаешь? — детектив упал на диван, изображая смертельную усталость.

— Можно и так сказать, — мне было очень скучно, но на это я точно не стану жаловаться. — У полицейских нет выходных?

— Почему же? Есть. — Роберт бормотал с закрытыми глазами. — Просто дел много, и мне бы не хотелось что-то упустить.

— Есть какие-нибудь новости? — я знала, каким будет ответ, но все равно хотелось его спросить.

— Нет. Ни единой зацепки. Белла исчезла. И твой преследователь, кстати, тоже. — Роб сразу же перестал выглядеть усталым. — Больше ничего не вспомнила?

Его вопрос заставил меня задуматься. Не уверена, что мои последние воспоминания имеют какое-либо отношение к происходящему. Слишком отличалось то место, что вспомнила, от этого города. И все-таки.

— Кажется, вся моя жизнь была одним кошмаром, — мрачно бросила я и стала рассказывать. Всё.

Роберт слушал внимательно, не перебивая и не задавая вопросов. Даже если учитывать то, что рассказ получился коротким.

— Ты не кажешься настолько глупой, чтобы влезть в такие неприятности из-за денег. — Сказал Роб, как только я закончила. — У тебя был дом, работа и этого хватало, пусть и с трудом. — он словно говорил сам с собой. — Нет, здесь что-то другое.

Я только сидела и слушала его рассуждения. Как ни посмотри, но тот факт, что ни детектив, ни Генрих не считают меня вселенским злом, очень радовал. Хоть для кого-то я была всего лишь человеком.

— Что-то удалось узнать с помощью фоторобота? — я резко сменила тему, опасаясь хода собственных мыслей.

— Это в процессе. Кажется, — Роберт уже окончательно перешёл в режим полицейского. — Но это всего лишь предположение, что я уже встречал его. Года два назад, если не ошибаюсь, в нашем городе сгорел театр. Не знаю, был ли этот человек владельцем, директором или кем еще, но он занимался всем. Я тогда еще был помощником, и меня не допускали к серьёзным делам, но уверен, что уже видел это лицо у нашего начальника, — детектив решил немного размяться и тут же встал и начал мерить шагами комнату. — Самое интересное, что сколько бы не искал хоть какие-нибудь данные о пожаре, ничего нет. Такое впечатление, что всего этого вообще не произошло.

— Если они смогли стереть меня, то и об остальном тоже могли позаботиться. — И как меня вообще угораздило перейти дорогу таким людям? — Ты раньше говорил, что можешь помочь мне вспомнить. Можно сейчас попробовать?

Роберт замер. Детектив был сложным человеком и хорошо контролировал свои эмоции, но сейчас я отчётливо видела борьбу на его лице.

— Не уверен, что это хорошая идея. — сказал он спустя некоторое время.

— Но почему? Память и так возвращается, мы только немного ускорим процесс. И ведь еще может не получится, — мне очень хотелось собрать все кусочки вместе. — Ты же сам хочешь поскорее разобраться с этим делом.

— Хочу, но не стоит переходить черту.

— Это из-за прошлого раза? — я должна узнать причину.

— Генрих меня убьёт, если с тобой что-то случится. — Роберт избегал смотреть в мою сторону. — В тот момент, когда вы перестали быть просто соседями, ты стала для него считай семьёй. Я не могу так поступать с друзьями.

Вот в чём дело. Из-за моих поступков, Роберт теперь не может видеть во мне только объект дела. Все мои чувства словно раздвоились. Я была счастлива, что стала кем-то большим, чем случайная прохожая, но в тоже время из-за изменившихся отношений теперь страдает все остальное.

— Если не хочешь мне помогать, я сделаю всё сама, — сама удивляюсь тому, что сейчас говорю. — Только в таком случае никто из вас за мной присматривать не сможет.

— Это шантаж, — тут же ответил Роб.

Я только пожала плечами в ответ, и стала собираться. Пусть у меня и не было чёткого плана, что-нибудь да придумаю. Нужно же как-то напомнить детективу, что я все ещё замешана в этой истории.

Роберт не сразу понял, что я делаю. Сначала он просто смотрел, как я хожу туда сюда, в поисках своих вещей. Больше всего меня интересовал телефон. Генрих сказал, что будет часто звонить, но за все это время не было ни одного звонка. Кажется, он был серьёзно занят.

— Подожди, — Роберт забрал мое пальто, как только я за ним потянулась. — Ладно, сдаюсь. Будь по-твоему, давай попробуем.

— И что мы будем делать? — я уже возвращалась обратно в гостиную.

— Я хотел попробовать гипноз. Не против?

— Не думаю, что ты предложил бы что-то плохое, — в моем обновлённом амнезией словаре такого слова не было.

— Прости, забыл. — Роберт уже начал что-то искать в телефоне. — Давай так, я сейчас позвоню парню, который этим занимается и узнаю, есть ли у него время. А там дальше видно будет.

— Хорошо.

Пока детектив вел переговоры, я занялась этим самым гипнозом. Нужно же мне знать, что именно будет происходить, чтобы не выглядеть совсем глупо.

Интернет выдал самую разнообразную информацию. Я уже вообще пожалела, что просто не подождала и не спросила у Роберта.

— Сегодня удача на твоей стороне. Мой знакомый приедет через час, самое большее два.

— Вот и отлично.

Я старалась не показывать того, как сильно волнуюсь. Несмотря ни на что, мне хотелось, чтобы всё получилось. Какой бы ужасной и страшной не была правда, ее нужно знать. Я не смогу по-настоящему жить, пока этот кошмар не закончится.

Время шло, а мой телефон по-прежнему молчал. Хоть и старалась думать о чём угодно, все равно ждала, когда Генрих позвонит. С ним ведь ничего не случилось?

Звонок в двери оказался совершенно неожиданным. Со своими страхами, у меня совсем вылетело из головы, что мы ждём гостя. Так не пойдёт. Когда-нибудь моя неосторожность приведёт меня к беде.

Пока Роберт играл роль хозяина, я пыталась успокоить свои расшатавшиеся нервы.

— Добрый день, — первым поздоровался вошедший. — Меня зовут Дэвид Миллер, рад встрече. Вы ведь Линда, верно?

— Верно, — этот человек словно искрился энергией, мне даже слово вставить негде было.

— Роб мне уже всё рассказал. Я правильно понял, что у вас практически не осталось никаких воспоминаний?

— Так и есть.

— Скорее всего, это защитная реакция вашего мозга. — Дэвид продолжал говорить и одновременно доставал какие-то вещи из своей сумки. — Поскольку никто здесь не знает, насколько серьёзные причины побудило ваш организм отреагировать именно так, какие будут последствия предполагать трудно.

— Дэвид, ты ее сейчас насмерть перепугаешь, — Роберт попытался встрять в разговор, но потерпел поражение.

— Не в обиду, Роб, но давай ты не будешь мне мешать. Я в твои дела не лезу. Надеюсь, вы не против, что я не надел халат? — обратился Дэвид уже ко мне. — У меня есть диплом и все прочее, но формальности слишком утомительны. Признаться, меня заинтересовал ваш случай. Давно уже хотел с вами встретиться. Итак, приступим?

— Да, — мне ни за что не угнаться за ним.

— Расслабьтесь и делайте то, что я вам говорю, договорились?

— Договорились.

В целом процесс не сильно отличался от того, что я успела прочитать в интернете. Под пристальным взглядом доктора, я улеглась на диван и стала выполнять все указания.

Сначала было странно лежать с закрытыми глазами и слушать голос Дэвида, но прошло не так много времени, как голос стал казаться мягким и приятным. Каким-то чудом мне даже удалось расслабиться. Так странно. Всё изменилось. Где я?

— Как тебя зовут? — мягкий голос звучал ото всюду.

— Линда. — какой странный вопрос.

— Какое твоё настоящее имя? — теперь голос прозвучал строже.

— Я … не помню.

— Расскажи мне о себе, — голос снова изменился, стал очень тёплым. — Откуда ты?

Откуда я? Мир такой огромный. Есть ли в нём место и для меня?

Я почувствовала запах моря. Приятный ветерок. Немного сосредоточившись, мне удалось расслышать шум волн. Как спокойно. Давно мне уже не было так легко. Совсем рядом кто-то негромко разговаривал. Как беззаботно. Вот бы и мне когда-нибудь чувствовать себя так же рядом с Генрихом. Разговор утих. Видимо, теперь я осталась одна.

Ощущения стали острее. Сейчас или никогда. Страх никуда не делся, и только огромным усилием воли я заставила себя открыть глаза. Оно того стоило. Я узнаю это место.

— Барселона, — город казался таким родным. Как я вообще могла забыть его? — Я из Барселоны.

— Чудесный город, — голос всегда был рядом. — Ты живёшь там одна?

— Теперь да, — волна грусти заполнила всё моё сознание. — Меня вырастила бабушка, но она умерла два года назад.

— Соболезную, — голос тоже грустил вместе со мной. — Чем ты занимаешься по жизни?

— Я переводчик. Обычно работаю в офисе, но иногда беру экскурсии или присутствую на деловых встречах. Ничего необычного, но мне нравится моя работа. — и моя тихая и спокойная жизнь тоже. — Всё собиралась разобраться с долгами и отправится в кругосветное путешествие.

Я чувствовала, что голос был рядом. Наверное, он дал мне время немного подумать и собраться с мыслями. В каком-то смысле путешествие удалось. Сейчас я была слишком далеко от дома.

— Так как тебя зовут? — после долгой паузы голос снова повторил свой вопрос.

Вот только ответа у меня по-прежнему не было. Имя… Почему не могу вспомнить? Я всматривалась в горизонт, словно там мог быть ответ на эту загадку.

— Линда?

Внезапно море исчезло. Вокруг стало темно, как будто кто-то резко выключил свет.

«Это не можешь быть ты!».

Темнота становилась тяжелее. Она так сильно на меня давила, что было трудно вздохнуть. Уверена, что со мной говорила женщина. И она злилась?

Что-то коснулось моего плеча. Я хотела убежать, но в этой кромешной тьме невозможно было пошевелиться.

«Моя девочка. Теперь ты дома».

Теперь голос принадлежал мужчине. Что происходит? Где я вообще нахожусь? Больше не чувствую запах моря, не чувствую солнца. Мне не нравится здесь. Пожалуйста отпустите.

«Откажись от всего и исчезни! — и снова заговорила женщина.

— Ты просто мусор. Грязь моей семьи, о которой никто не должен узнать. Убирайся! Нищенка!».

Почему стало так холодно? Мне ничего не нужно, просто оставьте меня в покое. Прошу. Я больше ничего не хочу.

— Как тебя зовут?

Нет, нет, нет. Я не могу. Это всё моя вина. Мне не стоило её злить. Зачем же я сказала это? Всё совсем не так. Мне ничего не нужно. Отпустите меня домой, и я буду жить, словно меня вообще не существует.

— Имя?

— Нет! — они обманули меня. Ничего уже не будет как прежде. Меня больше нет. — Я больше не существую…

Голос продолжал спрашивать меня, но я уже всё решила. Единственный способ всё исправить — это исчезнуть.

— Линда, проснись же! — кто-то мешал мне спокойно уснуть. Сколько можно ещё меня мучить? — Давай же! Генриху будет очень больно, слышишь? Ну давай же!

Генриху? Нет, только не ему. Я не хочу быть причиной его страданий. Нет!

Я резко открыла глаза. В голове ужасно шумело. Немного успокоившись, мне удалось рассмотреть побледневшее лицо детектива. Кажется, больше он никогда не поддастся на мои уговоры.

— Всё хорошо, — мне даже удалось слабо улыбнуться. — Простите, что не вышло.

— Мы можем снова попробовать, когда вы отдохнёте. — Дэвид тоже был рядом.

— Нет. Больше никаких глупых затей. — Роберт злился на всех вокруг, но что-то мне подсказывало, что на себя злился он гораздо сильнее. — Достаточно. Будем работать с тем, что есть.

— Извини, — что раньше, что сейчас я была и остаюсь источником неприятностей. — Кажется, и в прошлом у меня была куча проблем. Может, я это заслужила? — на глазах появились слёзы. — Спасибо вам за помощь, но я хочу побыть одна. Роберт?

— Отдохни немного, — детектив помог мне встать. — Я буду здесь, зови если что.

— Спасибо. И вам тоже. — обратилась я уже к Дэвиду. — Простите, что зря потратила ваше время.

— Не беспокойтесь из-за этого, — доктор не выглядел разочарованным. — Вам лучше всего сейчас хорошо выспаться.

— Постараюсь.

Попрощавшись, я ушла в свою комнату. Гипноз отобрал слишком много моих сил. Как только немного приду в себя, нужно будет отправить детектива домой. Сейчас он всё равно не станет меня слушать.

— Надеюсь, у Генриха всё хорошо, — прошептала я, уже спрятавшись под одеялом. — Пожалуйста, пусть у него всё будет хорошо.

Глава 18. Обещание

Избавиться от детектива оказалось не так и просто. Особенно, когда я узнала, что проспала звонок Генриха. Боюсь, теперь мне никогда не узнать, о чём они говорили.

— Тебе вовсе не обязательно сидеть со мной весь день, — наверное эту фразу я сегодня повторяла раз сто, не меньше.

— Не понимаю о чём речь. — детектив упорно игнорировал все мои слова. — Книжный магазин ждёт тебя завтра?

— Да, и я вполне могу сама туда добраться.

— Мне не жить, если с тобой что-то случится. — Роберт не поддавался.

Просто замечательно, теперь и детектив будет за мной присматривать. Не то чтобы мне с ним рядом было страшно, но постоянное присутствие чужого человека немного выбивало из колеи.

Как ни странно, но сон после сеанса восстановления памяти мне очень помог. Сейчас всё немного улеглось и многое стало понятным. Правда, я всё ещё не понимала, почему меня не искала хотя бы моя единственная подруга. В том, что мы были настоящими друзьями, я не сомневалась. Правда всегда возможно и то, что мне удалось вспомнить далеко не всё. С именем по-прежнему была полная катастрофа.

Роберт ничего у меня не спрашивал. Может боялся очередного фокуса с моей стороны, или же не хотел что-либо планировать за спиной друга. Боюсь даже представить, как они оба отреагируют, если скажу, что хочу отправиться в Барселону? Там есть ответы, я уверена.

К счастью, детектив всё-таки решил ночевать у себя дома. Вытянув из меня обещание звонить в случае любых неприятностей, он попрощался и ушёл.

На следующий день я благополучно добралась на работу самостоятельно. Можно собой гордиться. Пусть мне и удалось вспомнить совсем немного, но я чувствовала себя гораздо увереннее. Теперь я не была никем.

Сегодня в книжном магазине все были на месте. Как бы мне не хотелось думать об этом, но Грета выглядела слишком подавленной. Что-то здесь не так.

— Добрый день, Линда. — Мэри Шепард в отличие от своей помощницы выглядела воодушевлённой. — Как прошли выходные?

— Замечательно. — и это была чистая правда. — Я должна извиниться. Кое-что произошло в пятницу, и мне пришлось закрыть магазин пораньше.

— Ничего, всё в порядке. — казалось, этот факт нисколько миссис Шепард не расстраивает. — Я ведь сама разрешила закрыться пораньше.

Я лишь улыбнулась и приступила к работе. Раз уж никто не хочет меня ругать, сама искать неприятности я не стану.

Время до обеда практически незаметно. Мне даже удалось немного поговорить с Гретой. Как не пыталась, это не сильно помогло. Она была слишком замкнутой, да и друзьями мы не были.

Мой тюремщик сегодня тоже ещё не показывался. Надеюсь, он просто решил меня дальше мучить, а не обнаружил слежку. Сейчас это наша единственная ниточка.

Погода за последнее время стала лучше. Утром всё ещё было прохладно, но днём уже становилось теплее. Сидеть весь перерыв в магазине мне не хотелось. Маленькая прогулка будет весьма кстати.

Я уже успела купить стаканчик кофе, как мой телефон ожил впервые за день.

— Привет, — голос Генриха прозвучал счастливо. — Ты же не пьёшь кофе вместо нормального обеда?

— Я хорошо позавтракала. — вечно он придирается ко мне с едой, но я всё равно рада слышать его голос. — Ты скоро вернёшься?

— Мне жаль, но потребуется чуть больше времени, чем я думал. — Генрих был искренен. — Ты ведь в порядке?

— Конечно. И Роберту вовсе не нужно со мной нянчиться. — Мне пришлось затолкать свою грусть как можно дальше. Не хочу его ещё сильнее расстраивать.

— Как всё прошло? — как оказалось, Генрих уже был в курсе.

— Не так хорошо, как хотелось бы, но мне стало немного легче. — как это не похоже на Роберта. Почему он не дал мне всё рассказать самой? — Сильно сердишься?

— Кажется, я уже привык. — в телефоне послышался шумный вдох. — И что мне с тобой делать?

— Ну, это можно назвать прогрессом. Сейчас всё было максимально безопасно, — а это уже очень многое. — Тебе не о чем волноваться. Я ничего не натворю, пока тебя не будет.

— Рад это слышать, хотя ты и всегда так говоришь, — кажется, Генрих уже был не один. — Мне нужно идти. Возможно, нам повезёт и дело пойдёт быстрее.

— Удачи.

— Спасибо. И прошу, будь осторожна.

Разговор закончился короткими гудками. Теперь он меня не услышит и можно хандрить сколько угодно. Я ведь правда надеялась, что он сегодня вернётся.

Кофе остыл и уже не был таким вкусным. Сейчас сложно было поверить, что было время, когда мне больше всего нравилось быть одной.

Возвращаясь, я наткнулась на Грету. Она сидела на ступеньках перед магазином и внутрь не спешила.

— Может, хочешь поговорить? — я присела на ступеньку рядом с ней.

— У тебя своих проблем навалом, — девушка сказала именно то, что я и ожидала услышать. Разве, что говорила она неуверенно.

— Ты права, но судьба подарила мне хороших людей, которые помогли в трудную минуту, — не представляю, где бы сейчас была, если бы не Генрих и детектив. — Может толку от меня и немого, но я могу выслушать.

Я не стала давить на Грету, от этого будет только хуже. Посидев так ещё немного, мне пришлось признать своё поражение. Больше Грета не произнесла ни слова.

Заметив приближающуюся миссис Шепард, мы вернулись в магазин. Весь оставшийся день никто на личные темы больше не разговаривал.

Получив свой белый конвертик, я ушла из магазина. Домой возвращаться мне не хотелось. Не то чтобы я боялась одиночества, но несостоявшееся ожидание давало о себе знать.

Идея появилась в моей голове совершенно неожиданно. Генрих сказал, что внешне я и Арабелла очень похожи, да и в своих собственных воспоминаниях я выглядела немного иначе. Почему бы немного не развеяться?

Отбросив все сомнения, я открыла стеклянную дверь. На меня тут же уставились три пары глаз.

— Чем могу помочь? — одна из трёх девушек, единственная, которая была не занята, подошла ко мне.

— Я бы хотела немного подстричься.

— Тогда, вы пришли по адресу, — девушка улыбалась. — Прошу сюда. — она проводила меня к свободному креслу. — Какую хотите стрижку?

— Ничего необычного, — я провела рукой по волосам на уровне плеч. — Где-то вот так.

— Хорошо.

Девушка хорошо знала свою работу. Её движения были лёгкими и уверенными. Одна за другой пряди волос падали на землю. Может это было глупо, но с каждым движением ножниц с моих плеч исчезал тяжёлый груз.

Несмотря на мои протесты, девушка всё-таки воспользовалась парочкой приборов и мои всегда прямые волосы стали волнистыми. Смотрелось здорово, но это уже была не совсем я. И всё-таки мне понравилось, даже если и пришлось отдать приличное количество бумажек из моего белого конвертика.

— Большое спасибо, — хорошо, что я зашла сюда.

— Всегда будем вам рады, — девушка была словно безграничным источником энергии. — Приходите к нам ещё.

Попрощавшись, я снова оказалась на улице. Теперь точно пора возвращаться домой, хватит испытывать судьбу. И нервы моего телохранителя тоже, он и так весь день тенью ходит за мной. Идти домой пешком я побоялась, так что снова пришлось воспользоваться услугами такси.

Как оказалось, меня уже ждали. Причём это был человек, которого я меньше всего ожидала увидеть. Миссис Леманн была явно не в восторге от длительного ожидания.

— Генрих уехал, — машинально сказала я, забыв поздороваться. Хотя это вряд ли бы что-то изменило.

— Я в курсе, — женщина презрительно поджала губы. — Не думала же ты, что мне неизвестно, чем занимается мой сын? Я здесь по другому делу, — она пристально посмотрела на меня — Не знаю, что ты сделала с моим сыном, но я предупреждаю в последний раз. Исчезни по-хорошему. Нам твои проблемы не нужны.

— Я тоже не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал, — почему же она меня так ненавидит? Это что-то личное или из-за амнезии я не до конца понимаю, насколько всё плохо? — Детектив всё держит под контролем.

— Милочка, ты кажется меня не поняла, — миссис Леманн не слышала ни одного моего слова. — Уходи. Сейчас же. Мой сын сделал для тебя достаточно.

— Но…

— Убирайся.

Спорить с не было сейчас бесполезно. Боюсь, наши отношения никогда не изменятся. Отчасти, я могла понять её чувства. Вряд ли бы кто захотел приютить у себя человека, с кучей неприятностей и полным отсутствием каких-либо воспоминаний. Если бы только эта женщина знала, что я чувствую на самом деле. Если бы моё исчезновение решило все проблемы, я бы так и поступила. Вот только, боюсь, этим я сделаю только хуже.

— Если сделаю, как вы говорите, Генрих будет меня искать. Не думаете, что так будет только хуже? Начнутся расспросы, — неужели я сама всё это говорю? — И они могут привести к ещё большим неприятностям.

— Лучше бы ты умерла, — прошептала миссис Леманн.

Говорить она больше не стала. Женщина ушла, а я так и осталась стоять на улице. Появилось чувство, словно меня ударили и вышибли из лёгких весь воздух. Лучше бы умерла? Всё настолько просто? Но если сделаю это, разве те, кому нужна помощь, не потеряют шанс на спасение?

Порывы холодного ветра прогнали наваждение. Нет. Так нельзя. Я обещала Генриху, что не стану тратить чудом вернувшуюся мне жизнь на такие вещи. Никто больше не должен пострадать.

— С вами всё в порядке? — чья-та рука легла на моё плечо.

Я резко обернулась. К счастью, это была всего лишь медсестра, о которой, к слову, я напрочь забыла.

— Просто трудный разговор, — вряд ли стоит делится своими переживаниями с ней. — Я совсем забыла о вашем визите, извините.

— Ваш друг меня предупредил в прошлый раз, так что всё в порядке. — девушка улыбнулась. — Может продолжим разговор в другом месте?

— Ах да, конечно, — нужно собраться, не время быть безвольной грудой мышц. — Пойдёмте.

Поднявшись наверх, медсестра тут же приступила к работе. Результаты осмотра оставили её довольной. Судя по всему, я была здорова.

— Продолжайте выполнять рекомендации доктора и всё будет в порядке, — девушка дала мне ещё одну баночку с витаминами. — Я приду в среду?

— Вам виднее, — будь моя воля, число этих посещений я бы сократила до минимума.

— Если и дальше всё будет так же, думаю скоро я вам не понадоблюсь. — медсестра собрала свои вещи. — А пока что, до среды.

Заперев за ней дверь, я наконец осталась одна. Мне нужно пару минут, чтобы немного осмыслить происходящее. Вот тебе и спокойный день. Для полной картины осталось только дождаться детектива.

Пока занималась ужином, постоянно прокручивала в голове разговор с миссис Леманн. По неизвестной мне причине, слова этой женщины задели меня слишком глубоко. Наверное, рассказывать об этом Генриху не стоит.

Я только удобно устроилась с едой перед телевизором, как пришёл Роберт. Он тут же унюхал запах моего ужина.

— Есть для меня немного? — спросил детектив.

— Немного, думаю, найдётся, — я все ещё была на него обижена из-за разговора с Генрихом. — Сегодня ничего не случилось.

— Ну как сказать, — Роберт уже присоединился ко мне и скептически рассматривал мои волосы. — За что ты так с ними?

— Так всегда было. — я только пожала плечами.

Несколько минут мы молча ели. По телевизору показывали какой-то скучный фильм, но переключать канал никто не стал.

— Мне пришлось ему рассказать первым, — прервал тишину Роберт. — Сложно было придумать причину, по которой ты не смогла ответить.

— Понято, — сразу было ясно, что глупо обижаться. — Ты же сделал что-то с тем, что узнал вчера?

— Барселона большой город, но я уже прощупал несколько мест, где ты могла бы работать. — детектив за минуту превратился в профессионала. — Мы всё ещё опасаемся действовать открыто. И это связывает руки. Но дело движется, ты многое вспомнила и это главное.

— Знать бы ещё, как меня занесло так далеко от дома. — воспоминания обрывались на родном городе. Как я очутилась в маленьком городке Германии очень хорошая загадка. — Съездить туда слишком плохая идея?

— Я думал об этом, но у тебя нет документов. Даже если и сделаю их, как только сядешь в самолёт — вся наша скрытность потеряет всякий смысл. Кругом один тупик.

— Нужно идти на риск, иначе всё зря, — кажется, слова миссис Леманн оказались пророческими. — Документы мне бы в любом случае не помешали.

— Займусь этим, — детектив на секунду задумался. — Как только Генрих вернётся.

— Могу я попросить кое о чём? — надеюсь, этого никогда не случится. — Если когда-нибудь станет выбор я или Генрих — не вмешивай его. Заложник, приманка, жертва — это моя роль, какими бы не были последствия. Обещай мне.

Роберт сверлил меня взглядом, и я отвечала ему тем же. Мне важно знать, что могу рассчитывать на детектива, как бы сильно не связывали его узы дружбы. Сейчас мне нужен был офицер полиции.

— Хорошо, — резко ответил Роберт. — Но до этого не дойдёт. Можешь быть уверена.

— Буду только рада, если ты окажешься прав.

Детектив ещё немного посидел в гостях и засобирался домой. Что-то мне подсказывает, что просьба Генриха присмотреть за мной с каждым днём тяготит его всё сильнее и сильнее.

— Спокойной ночи, Линда. — сказал Роберт перед уходом.

— Спасибо, и тебе.

Когда детектив ушёл, было самое время ложиться спать. Фортуна редко подолгу остаётся на моей стороне. Даже представить сложно, что может произойти в ближайшем будущем.

Глава 19. Пойманный преступник

Почти всю ночь я провела без сна. Не знаю, говорит во мне мой страх или ещё что-то, но что-то должно было подтолкнуть миссис Леманн к активным действиям. Не нравится мне это. Жизнь уже успела меня научить, что ничего не бывает просто так.

Утром даже кофеин не помог чувствовать себя лучше.

Сообщение Генриха тоже не улучшило ситуацию, только появилась ещё большая куча вопросов. «Доброе утро. Надеюсь, у тебя всё хорошо. Прости, что не могу звонить чаще. Думаю, что скоро смогу вернуться. Кстати, я кое-что нашёл о твоей необычной знакомой. Роб уже работает над этим. Прошу, не натвори ничего пока меня нет. Я очень волнуюсь и скучаю по тебе». — вот и всё, что он мне написал. Мне интересно, что же такого он нашёл, но ещё больше хотелось, чтобы Генрих наконец вернулся. Его командировка слишком затянулась.

Уже по дороге на работу я надеялась лишь на то, что день не будет слишком трудным.

– Привет, — первой меня встретила Грета. — Неплохо, — она тут же подметила все изменения.

— Спасибо, — мне хотелось сказать, что и она сегодня выглядит получше, но вряд ли это моё дело. — Миссис Шепард ещё нет?

— Как видишь, — красноречие к моей помощнице тоже вернулось. — Утром уже привезли новую партию книг. Займёшься?

— Конечно.

Пока никто не израсходовал запасы вежливости, каждая из нас занялась своим делом. К тому же, когда я увидела новые книги, тратить время на разговоры резко расхотелось.

Мэри Шепард пришла только к обеду. Иногда быть главным очень даже здорово. Зато её появление позволило мне и Грете воспользоваться перерывом по назначению. Завтрак пришлось пропустить, с обедом я так поступать не стану.

Не став зря тратить время, я уже направилась в недавно примеченное кафе. Мне нужно немного отвлечься от собственных мыслей.

Я уже успела сделать заказ, как почувствовала чьё-то присутствие совсем рядом.

— Добрый день, — голос, прозвучавший у меня за спиной, заставил сердце пропустить удар. — Могу я составить тебе компанию?

Не дожидаясь ответа, Грэг уселся прямо напротив. Всё-таки он продолжает следить за мной.

Стало быть, и слежку он не заметил. Сейчас самое главное следовать своей легенде и не дать этому человеку узнать, что память частично ко мне вернулась.

— Ты какая-то бледная, — мужчина чувствовал себя вполне непринуждённо. — Мучают кошмары?

— Всего лишь низкий уровень гемоглобина, — я вцепилась в стакан с водой, чтобы хоть как-то унять дрожь. — Но это вас не касается.

— Мне очень интересно всё, что связано с тобой.

Первой мыслью было встать и уйти, а ещё лучше бежать без оглядки. Это говорило мне моё подсознание, но чувство долга заставляло сидеть на месте. И все же, страх перед этим человеком был слишком силён.

— Может познакомимся? — Грэг откинулся на спинку стула. — Как-то неудобно общаться не зная имени.

— Никто вас здесь не держит.

Наш разговор прервал официант, принёсший мой заказ. Да уж, теперь и куска не проглотить. Как же мне избавиться от этого человека таким образом, чтобы он ничего не понял?

– Да ладно тебе, хватит строить из себя недотрогу.

От ответа меня спас телефонный звонок. Пожалуйста, пусть мне хватит сил на всё это.

— Ты в порядке? — видимо Роберт был уже в курсе. — Можешь уходить оттуда, мы приставим за ним хвост.

— Ничего страшного. Уже нужно возвращаться? — я прижала телефон к плечу и стала отсчитывать стоимость своего обеда. — Тогда скоро буду. Что ж, — обратилась я уже к Грэгу. — Обстоятельства вынуждают меня уйти. И позвольте мне повториться — будете меня преследовать, я обращусь в полицию. Всего доброго.

Не знаю какие силы мне помогли нормально уйти. Один только вид этого человека вызывал во мне самые мерзкие воспоминания. Надеюсь, что в этот раз у детектива всё получится.

— Не так быстро, дорогая. — как оказалось, Грэг не остался в кафе. Его сильная рука так сжала мою, что я вскрикнула. — Давай поговорим. — он надавил ещё сильнее. — И без истерик.

Вырываться было бесполезно. Людям вокруг явно не было до нас никакого дела. Единственным, что помогало сохранять ясность ума был тот факт, что где-то рядом есть мой телохранитель. Как бы Грэг не бросался угрозами, он вряд ли сможет навредить мне.

— Ты же знаешь меня? — тут же спросил он, как только мы свернули в какой-то переулок.

— Ты просто псих, — я ещё раз попыталась освободиться, но всё было без толку. — Понятия не имею кто ты такой!

Грэг расхохотался. От его смеха всё внутри съёжилось от страха.

— Ты никогда не умела врать. — его лицо было так близко, что я чувствовала на лице тяжелое дыхание. — Как приятно иногда поболтать с землячкой. Твоя семья из Дании очень за тебя волновалась.

До меня не сразу дошло, что именно он имел ввиду. Грэг не спешил и терпеливо ждал. Только когда понимание пронеслось в моей голове, он отступил на шаг. Вот чёрт, всё это время мы говорили на датском!

— Отпустите девушку. — совсем рядом раздавался звук снимаемого с предохранителя пистолета. — Руки за голову!

Такого поворота событий Грэг не ждал. Его секундного замешательства хватило для того, чтобы я смогла вырваться. Началась самая настоящая суматоха. Места в переулке было мало, и я оказалась между двух человек. Воспользовавшись замешательством, Грэг сильно толкнул меня. Послышались ругательства. Моему спасителю оставалось только не дать мне упасть. Этого мгновения оказалось достаточно. Грэг выскочил на улицу и бросился бежать.

— Со мной всё хорошо. Не дайте ему уйти!

За Грэгом тут же бросились в погоню. Какая же я идиотка, сама всё испортила. Если он сейчас сбежит, больше точно не вернётся. В одиночку. Из-за меня все оказались в ещё большей опасности. Миссис Леманн была права.

Роб бегло глянул на меня и бросив короткое "вернись в магазин" убежал за остальными.

Уже стоя перед книжным магазином, я не могла заставить себя войти внутрь. Должна ли я им всё рассказать или лучше держать язык за зубами? Всю жизнь от меня только одни проблемы.

— Кажется, сегодня мы поменялись местами. — Грета, возвращаясь с обеда, остановилась рядом. — Тебе плохо?

— Скажи, никто ведь тебя не преследует? — вопрос вырвался сам по себе.

— С чего вдруг такие вопросы? — и всё-таки голос моей напарницы прозвучал настороженно.

— Можешь дать мне свой телефон? — девушка без лишних вопросов отдала его мне. — Вот, — я сразу же сохранила номер детектива. — Позвони ему, если вдруг что-то будет казаться подозрительным или странны. Очень тебя прошу.

— Ладно. — Грета спрятала телефон в карман. — Теперь можем идти?

Как бы мне не хотелось бежать как можно дальше, это делать было нельзя. Придётся идти до последнего, раз уж сама заварила всю эту кашу.

Все оставшееся время в магазине я ждала новостей от Роберта. Телефон упорно продолжал хранить молчание. Это могло означать только одно — новостей для меня у детектива нет. Надеюсь, у них всё получилось.

Находясь уже дома, я по-прежнему ходила кругами возле телефона. Не хотелось ни пить, ни есть. С каждой минутой опасения становились всё сильнее. Те, кто сделали это со мной и другими девушками — опасные люди. Слишком опасные.

Кажется, моя нервная система совсем измоталась, и я не заметила, когда уснула. Сон был слабым и беспокойным, что я тут же вскочила, когда кто-то открыл входную дверь.

Сначала мне показалось, что это Генрих, но ошиблась. Пришёл детектив. В квартире было темно, но даже царившего полумрака было достаточно, чтобы увидеть усталость на его лице.

— Как всё прошло? — ожидание сказалось на мне и ждать больше не получилось.

— И хорошо, и не очень. — Роберт отправился на кухню в поисках воды. Он быстро нашёл то, что хотел. — Нам удалось его поймать, — детектив сделал несколько больших глотков. — И одновременно это оборвало все нити. Этот гад ничего не говорит.

Никто не пострадал, и я уже была этому рада. То, что этого человека поймали, едва ли можно назвать плохой новостью. Вот только он точно работал не один. Сейчас вопрос в том, кому Грэг успел обо не рассказать.

— Он совсем ничего не говорит? — днём этот мужчина был чересчур разговорчив.

Роберт задумчиво посмотрел на меня. Чтобы он не пытался решить, это давалось ему нелегко.

— Кое-что сказал. — детектив принял какое-то решение. — Он ждёт тебя.

Эта новость меня не удивила. Я ожидала чего-то подобного, и, к счастью, была готова к такому развитию событий. Раз ждёт, значит не стоит обманывать его ожидания.

— Мы можем поговорить с ним прямо сейчас? — незачем откладывать на потом.

— Нет, — Роберт поставил на стол пустой стакан, который всё это время держал в руке. — Пусть не думает, что всё будет так, как он захочет. Единственное, что нужно — это твоё заявление. Я не могу держать человека за решёткой без причины.

— Какое именно должно быть заявление?

— Только касаемо того, что происходило в последние дни. Пока ещё не стоит привлекать слишком много внимания. — Роберт включил свет и уселся за стол. — Начнём?

– Конечно.

Процесс написания нужного документа занял куда больше времени, чем мне казалось. Детектив обрадовался, когда я вспомнила о девушке, которая была в магазине, когда Грэг впервые перешёл к более активным действиям. Свидетель пришёлся нам весьма кстати.

— Уверена, что будешь в порядке одна? — когда мы закончили, Роберт всё никак не решался уйти. — Тебе сегодня и так досталось.

— Здесь я в безопасности. — насколько это вообще было возможно.

– Рад это слышать. — на лице Роберта промелькнула улыбка. — Отдыхай. Сегодня всем пришлось нелегко.

– Спасибо. — только сейчас до меня дошло, что я не поблагодарила его. Без Роберта и его помощи все закончилось бы намного хуже.

— Не беспокойся ни о чём и выспись. Увидимся.

— Всего доброго.

Не знаю, как детектив, а я вряд ли смогу уснуть. Даже гора выпитых витаминов не сможет мне с этим помочь. Я никогда не сомневалась в действиях детектива, но сейчас казалось неправильным провоцировать такого человека. Вдруг что-нибудь случится, пока мы все будем ждать?

Беспокойство не давало мне уснуть. Что-то здесь не так. Почему этот человек так долго ждал и решил действовать только сейчас? Такие люди не стали бы рисковать просто так.

Находится одной в ночной тишине стало невыносимо. В итоге я сделала себе крепкий чай и включила телевизор. Ночью многие каналы не работали, но и тех, что было, оказалось достаточно.

Время шло, фильмы менялись друг за другом, но сон никак не шёл. Когда не спишь, ночь кажется невероятно длинной. Мне очень хотелось сейчас с кем-нибудь поговорить, но доступных слушателей не было. И во что только превратилась моя жизнь?

Сколько бы не думала, всё равно никак не могу понять, по какой причине я оказалась втянута в эту историю. Моя жизнь была совершенно обычной. Хотя, может и не нужны особые причины, чтобы попасть в такую историю.

Рассвет стал моим спасением. Даже когда от недостатка сна немного заболела голова. Привычные занятия помогли немного отвлечься от навязчивых мыслей, хотя я всё равно продолжала поглядывать на телефон. Не мне подвергать сомнениям действия детектива, но надеюсь не будет слишком поздно, когда я всё-таки приеду в участок. Только бы больше никто не пострадал.

Телефон продолжал молчать, и мне не оставалось ничего другого, кроме как поехать на работу. Меня продолжало грызть беспокойство, даже если особых причин не было. Безопасно ли для остальных, если я приду в книжный магазин снова? Как же много вопросов, на которые у меня нет ответов.

Когда спустилась вниз, такси как раз подъехало. Как только я села в такси, машина сразу же пришла в движение. Дорога от дома Генриха до книжного магазина уже прочно отпечаталась в моей памяти. Теперь даже сам город не казался мне чужим. Я привыкла к этому месту.

– Хорошего вам дня, мисс. — весело сказал водитель, когда такси остановилось, и я заплатила за проезд.

— Всего доброго. — я тоже улыбнулась и, наконец, смогла нормально дышать. Всё-таки машины — это моя слабость.

Магазин уже был открыт, стало быть кто-то уже пришёл. Толкнув дверь, я зашла внутрь и замерла на пороге. В магазине были сотрудники полиции. И Роберт.

— Линда, дорогая, всё хорошо? — миссис Шепард была неестественно бледной.

— Что случилось? — я спросила сразу у всех.

Роберт выглядел не лучше меня, значит и у него ночь выдалась тяжёлой. Детектив с ответом не спешил. Кажется, случилось что-то очень плохое.

— Грета, — владелица книжного магазина покачнулась, словно вот-вот лишится чувств. — Грета пропала. Её похитили. — прошептала женщина.

Я почувствовала, что земля уходит из-под ног. Так и знала. Я знала, что что-то случится. И теперь из-за меня пострадает невиновная девушка. Какой кошмар! Меня захлестнула паника. И злость.

— Линда? — осторожно позвал меня Роберт.

Слова замерли на губах. Это я во всём виновата. Нельзя было злить Грэга. Я сделала несколько шагов назад и почувствовала прикосновение двери к моей спине. В следующую минуту дверь распахнулась, и я выбежала на улицу. Какая же я дура! Как можно было поверить, что всё будет в порядке?!

Такси, на котором я приехала, всё ещё стояло на том же месте. Хорошо. Я опоздала, но всё равно сделаю всё возможное, чтобы это исправить.

— Отвезите меня в полицейский участок. — попросила я, уже пристёгивая ремень безопасности. — И езжайте так быстро, словно от этого зависит ваша жизнь.

Глава 20. Жертва

Происходящее изменило реальность вокруг меня. Даже машина и скорость сейчас ничего не значили. Значение сейчас имело только одно — Грета.

Сложностей в участке не возникло. Стоило только назвать своё имя и цель визита, как меня тут же отвели в нужное место. Я была слишком взвинчена и ни на что не обращала внимания. Если этот человек знает, где Грета, я приложу все усилия, чтобы получить ответы.

Когда вошла в комнату для допроса, Грэг даже не посмотрел в мою сторону. Не сильно он был похож на того, кто требовал встречи.

— Где Грета? — я села напротив него.

Грэг лениво пробежался взглядом по комнате, лишь мельком взглянув на меня. Видимо, это его месть. Хорошо, придётся играть по его правилам.

Время шло, а мы так и сидели друг напротив друга. Давно я уже не чувствовала такой сильной ненависти.

— Долго, дорогая, — наконец Грэг решил прервать молчание. — Терпеть не могу ждать. И кстати, тебе же от этого хуже. Тик-так, мисс.

Теперь я уже не попадалась так просто и различала, когда и на каком языке говорю. Он снова использовал датский.

— Где Грета? — мне пришлось повторить свой вопрос.

— Вытащи меня отсюда и пошли со мной, — он наклонился вперёд и стал говорить совсем тихо. — Иначе твоя подружка умрёт. Время у тебя до вечера, — Грэг снова откинулся на спинку стула. — И советую держать язык за зубами, мисс, пока не пострадал кто-нибудь ещё.

— Твои условия слишком размытые, — этого мало, мне нужно, чтобы он рассказал больше. — Вытащить, пойти… Никто глаз не спустит ни с тебя, ни с меня.

— Тик-так, дорогая, — мужчина только усмехнулся. — Ты не умерла, хотя должна была, и не исчезла, как планировалось. Придётся тебе за это заплатить. И на твоём месте, я бы поторопился с оплатой.

— Это не объяснения, — от его слов у меня возникало ещё больше вопросов.

Больше говорить со мной Грэг не стал. Разговор был окончен. Прошло какое-то время, прежде чем дверь в комнату открылась. Я могла уйти, Грэг — нет. Пока.

Снаружи меня уже ждал Роберт. Он ничего не сказал по поводу того, что произошло в книжном магазине, только внимательно следил за каждым моим действием. Кажется, я исчерпала свой лимит доверия.

— Можем мы поговорить в другом месте? — слишком уж нервировали меня стальные взгляды сотрудников участка.

— Конечно, — Роберт махнул рукой в сторону своего кабинета. — Идём.

Кабинет детектива обещал безопасность, пускай и временную. Хочет этого Роберт или нет, но ему придётся мне помочь.

— Он сказал, что если его не отпустят, Грета пострадает. — отведённого времени осталось совсем немного и тянуть больше нет смысла.

— Я ни слова не понял из вашего разговора, но про девушку из книжного говорила только ты, верно? — я кивнула в ответ, и Роберт продолжил дальше. — Значит, мы не можем быть уверены, что она у них.

— Это наша единственная зацепка!

— Прости, Линда, но это я здесь детектив, — Роберт, кажется, слышал только то, что хотел. — И мы не станем рисковать просто так.

— Но ты же обещал! — Едва ли не впервые после аварии и потери памяти, я повысила голос. — Обещал, что не станешь смешивать личное и работу!

Роберт проигнорировал все мои слова. Он о чём-то напряжённо думал, почти не обращая на меня внимания. Чтобы детектив там не придумал, мне в этих планах места нет.

— Что он ещё сказал? — детектив снова вспомнил обо мне.

— Что я должна пойти с ним, — злости у меня уже не осталось, зато появилось кое-что другое. — Свобода и я, вот цена за жизнь невиновного человека.

У меня было так много вопросов и сожалений, но я не могла дать всему этому выход. Сейчас прежде всего нужно помочь Грете, всё остальное может подождать.

— Линда, иди домой, — Роберт кажется пришёл к какому-то решению. — Время ещё терпит, и мы можем продолжить искать.

— Что?! — я ожидала чего угодно, только не этого. — Ты не можешь отправить меня домой.

— Могу. И отправлю, — детектив уже открыл дверь. — И на всякий случай, кое-кого вместе с тобой. Для охраны. — К нам подошла молодая девушка в форме. — Линда — это Марина, твой телохранитель на сегодня. К слову, Марина выполняет только мои приказы, так что никакой самодеятельности, а сейчас мне нужно заняться делами.

Я и слова сказать не успела, как меня уже вывели из участка. Прекрасно, теперь я буду пленницей в собственном доме.

— Не переживай слишком сильно, — девушка-офицер пыталась меня подбодрить. — Роберт хороший детектив, он найдёт твою подругу.

— Иногда смерть — это не только физическое понятие, — мне снова придётся сидеть и ждать. Раньше хотя бы мне было не так плохо из-за полностью отсутствующей памяти, сейчас же воспоминаний было достаточно. — Прости, мне не хочется разговаривать.

Моё желание исполнилось. Домой мы возвращались в тишине. Все мои чувства были в смятении. Хотелось прямо сейчас вернуться в участок, выпустить на свободу Грэга и спасти Грету. Вместо этого я сейчас сидела в своей комнате, рассматривая мир за окном.

Голова ужасно гудела, но сон никак не шёл. Слишком сильным было волнение. Впервые я обрадовалась тому, что сейчас здесь нет Генриха, хотя эгоистичная часть меня и хотела обратного. Не хочу, чтобы он всё это видел. Надеюсь, детективу хватило рассудительности не рассказывать своему другу всё во всех подробностях. Генрих сейчас далеко, и не стоит нагружать его лишними проблемами.

В комнату негромко постучали.

— Да. — я оторвалась от окна и увидела Марину, которая застыла на пороге. — Что-то случилось?

— Нет, всё в порядке. Насколько это вообще уместно. — девушка едва заметно улыбнулась. — Может хочешь немного поесть?

Кажется, в лице телохранителя я обрела ещё и няньку. Не знаю, насколько не нравится это самой Марине, но меня эта ситуация злила. Лучше мне остаться одной, чтобы не наговорить лишнего.

— Ты можешь распоряжаться кухней в своё удовольствие, — я постаралась быть настолько вежливой, насколько позволяла моя раскалывающаяся голова. — Я лучше попробую уснуть. Последние сутки выдались не из лёгких.

— Ладно. Отдыхай.

— Ты ведь скажешь мне, если что-то изменится? — спросила я, прежде чем она успела уйти. — Для меня правда это очень важно.

— Конечно.

Дверь закрылась, и мои страхи вернулись обратно. Я схожу с ума, и теперь это по-настоящему.

Я всё-таки легла в кровать в надежде хоть немного поспать. Сначала, мне казалось, что всё это бесполезно, но понемногу усталость брала своё. Я и заметить не успела, как заснула.

Пробуждение вышло довольно необычным. Сон был достаточно поверхностным, и я тут же проснулась, как только почувствовала чьё-то прикосновение к моей голове.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — совсем рядом раздался знакомый голос.

— Генрих! — увиденное казалось мне продолжением сна. Вот он, Генрих, сидит рядом на моей кровати. — Но как…

— Тебя правда интересуют технические детали? — в его голосе послышался смех. — Я скучал.

— И я.

Генрих осторожно протянул руку, словно боясь напугать меня. В следующую минуту я уже крепко обняла его. Впервые за последние несколько дней мне стало спокойно. Если бы все проблемы могли решиться так просто.

— Сколько сейчас времени? — реальность обрушилась на меня со всей тяжестью.

— Я слышал про того человека. Роберт делает всё, что в его силах. — хоть Генрих и говорил спокойно, он был напряжён. – Они найдут её.

— Только бы не было слишком поздно, — я могла бы просидеть рядом с ним целую вечность, но между нами всё ещё стояли мои воспоминания.

Тихий стук в дверь разрушил то хрупкое чувство спокойствия, которое давал мне Генрих. Офицер ворвалась в комнату, не став ждать приглашения. Одного взгляда на девушку было достаточно, чтобы понять, что новости у неё не из лучших.

— Простите, что врываюсь, — Марина выглядела взволнованно. — Роберт сказал, что не может вам дозвониться. — она посмотрела на Генриха. — Он хотел бы, чтобы немедленно приехали в участок.

— Хорошо, мы сейчас же отправимся, — Генрих быстро поднялся и протянул мне руку. — Он сказал что-то ещё?

— Нет. Только просил приехать как можно скорее. — Марина переводила взгляд с Генриха на меня и обратно. — Буду ждать вас внизу.

— Езжайте первой. Мы отправимся следом за вами. — Генриху снова пришлось решать чужие проблемы. Из-за меня у него даже нет возможности отдохнуть после дороги. — Так всем будет удобнее.

— Хорошо. — девушка спорить не стала.

Она ушла, оставив нас одних. Генрих тоже надолго не задержался, дав мне время привести себя в порядок. Хорошо хоть в этот раз он не пытался оставить меня дома. Вот только всё это растворялось в волнении и беспокойстве. Марина выглядела встревоженной и это вряд ли означает что-то хорошее. Пожалуйста, пусть с Гретой всё будет хорошо.

Не став терять зря времени, мы тоже быстро спустились вниз. Несколько минут, и машина направилась в полицейский участок. Я сильно нервничала и с трудом могла спокойно сидеть. Генрих видел мои мучения и ободряюще сжал мою руку. Не знаю, чтобы я без него сделала.

— Знаешь, может сказанное, покажется тебе странным, — он на секунду отвлёкся от дороги. — Но ты не виновата в случившемся. Вина лежит на тех, кто стоит за этим.

— Если бы послушала тебя и сидела тихо, этого бы не случилось, — я наконец сказала вслух то, что так сильно терзало мне сердце.

— И всё-таки никто не заставлял их втягивать в эту историю непричастного человека. К тому же, это глупо. Где гарантии того, что ты сразу бросишься спасать ее?

— Кажется, они знают меня лучше, чем я сама.

— Недолго этим людям осталось быть на свободе, — мрачно сказал Генрих.

Что-то такое было в его голосе, от чего у меня по всему телу побежали мурашки. Появилось чувство, что он знал гораздо больше, чем говорил. Я уже хотела задать несколько вопросов, но машина остановилась перед участком. Мы приехали.

Роберт уже ждал нас снаружи. Он выглядел опустошённым и растерянным. Первым делом он посмотрел на Генриха и в его взгляде промелькнуло сожаление. Кажется, случилось то, чего мы все больше всего боялись.

— Марина не сказала, что ты могла остаться дома? — детектив не сразу заметил меня. — Девушку из магазина мы всё ещё ищем.

— Но тогда…? — я не совсем понимаю, что происходит.

Оглянувшись на Генриха, я увидела на его лице тот же вопрос. Роберт шумно вздохнул и взъерошил волосы. Детектив волновался, и это пугало всех.

— Просто пойдём, — он развернулся и отправился в участок.

Мы пошли следом. Роберт быстрым шагом пролетел по коридорам, все дальше и дальше углубляясь внутрь здания. Мы явно шли не к нему в кабинет, и не к заключённому Грэгу.

Я наблюдала за Генрихом, и постепенно на его лице появлялось понимание. И страх.

Мы остановились перед тяжёлыми металлическими дверями. Заходить внутрь мне резко расхотелось. Боюсь, по ту сторону дверей мой страх закрытых комнат выйдет из-под контроля.

— Мне жаль, — тихо сказал Роберт и открыл тяжёлую дверь.

— Тебе не обязательно идти. — хоть Генрих и был сильно напряжён, он всегда помнил о моём присутствии.

— Я хочу с тобой. Если можно.

Спорить он не стал. Как только мы вошли в мрачную и холодную комнату только с искусственным источником света, дверь с противным хлопком закрылась. Все мои чувства тут же обострились. Спрашивать где мы оказались не было нужды. Я уже раньше была в таком месте, когда умерла моя бабушка. Мы пришли в морг.

Роберт бесшумно подошёл к одному из столов, на котором лежало тело. Из-под белой ткани виднелись светлые волосы. Мне стало совсем нехорошо, но сейчас мои чувства не имели никакого значения. Кажется, Генрих понял, кто перед ним, ещё до того момента, как ткань перестала скрывать лицо.

— Я сам, — хрипло сказал он, когда детектив уже потянулся к белой ткани.

Роберт убрал руку. Генрих подошёл ближе и осторожно прикоснулся к ткани, словно боясь повредить то, что она скрывает.

Резко сдернув ткань, Генрих, как и я, замер. На столе лежала мёртвая девушка. Уверена, при жизни она была очень красивой. Вот только сейчас этого сказать было нельзя.

— Белла… — тихо прошептал Генрих, всматриваясь в такое знакомое лицо.

Лицо девушки было опухшим, а чуть ниже, на шее, были видны темно-синие пятна. Кто-то её задушил.

Я больше не хотела видеть это лицо, но не могла отвести взгляд. Несмотря на изменения, мне казалось, что мы уже встречались раньше.

— Её нашли выброшенным на берег. — негромко сказал Роберт. — Смерть наступила из-за острой асфиксии. После убийства, тело выбросили в воду. И мне кажется это было сделано специально, чтобы мы её нашли. Она умерла несколько часов назад, максимум сутки. Не больше.

В голове противно зашумело. Я чувствовала нехватку воздуха и учащённое сердцебиение. Перед глазами появилась тёмная комната. И девушки. «Хочешь сбежать?», — спросила одна из них. Светлые волосы, пронзительный взгляд, и голос полный решимости. Тогда, в той тёмной комнате, эта девушка была моим единственным другом. Я вспомнила её.

Меня замутило и оставаться здесь больше не было сил. Нужно выбраться на воздух и дать Генриху побыть одному, пока не стало поздно.

— Мне нужно на воздух. Подожду вас возле машины, — я выскочила из морга раньше, чем кто-то успел возразить.

Мне дважды пришлось спрашивать дорогу и гораздо чаще говорить, что со мной всё в порядке. Пусть это была и ложь.

Выбравшись на свободу, всё стало только хуже. Я с трудом заметила прошедших рядом родителей Беллы. Какой кошмар. Даже представить боюсь, что там сейчас будет происходить.

В моей памяти Арабелла была сильной и стойкой. Её образ решительно отличался от того, что я видела несколько минут назад.

Непрошенные слёзы полились из глаз. Не понимая, что делаю, я побежала. Куда угодно, лишь бы не здесь. Обрывки моей прошлой жизни шипами врезались в сердце, ослепляя всё моё сознание болью. Я не хотела той жизни, не хотела знать, кто мой отец. Вот только разве кого интересуют мои желания?

Воспоминания возвращались не щадя моих чувств. Они появлялись в моей голове одно за другим, расставляя всё на свои места. Помню, как меня затащили в машину. Помню оглушительную боль в затылке. Запах моря. Звуки порта. Грубые пинки и удары. Голос того, кто хотел меня купить. И в этот кошмар меня отправила моя же семья.

Белла оказалась для меня единственной ниточкой, которая не позволяла мне сдаться. О, я пыталась бежать, и не раз, даже несмотря на чужие угрозы. Один раз у нас всё-таки получилось. Почти. Именно в тот раз я получила пулевое ранение, и тогда же видела Беллу в последний раз. Выходит, они и её тогда поймали. Какой кошмар! Я верила, что у неё получилось. Оказалось, что нас просто разделили, и ни одна из нас не знала, что стало с другой. Горькая ирония судьбы.

Я шла, не разбирая дороги и проливая слёзы над своей судьбой. Как же сейчас хотелось исчезнуть. Кажется, это единственное, что мне осталось. Она ведь добилась своего, я и так практически не существую.

Когда головная боль немного поутихла, вернулось осознание реальности. Понятия не имею, куда меня занесло, но нужно вернуться как можно скорее. Всем сейчас и так проблем хватает, незачем добавлять лишние.

— Девушка, с вами всё в порядке? — встревоженно спросила незнакомая женщина, оказавшаяся рядом.

Кажется, я привлекла слишком много внимания. Возвращение памяти прошло более болезненно, чем я думала. Знать бы ещё сколько это заняло времени. Как же всё запуталось.

— Всё хорошо, спасибо. Просто голова немного закружилась. — я вцепилась в ограду, которая как нельзя кстати оказалась рядом. — Не стоит беспокоиться.

Женщина недоверчиво рассматривала меня. Не найдя ничего подозрительного, она вскоре ушла, как и все остальные зрители. Дышать сразу же стало легче.

Когда меня наконец оставили в покое, появилась возможность осмотреться. Я с удивлением поняла, что снова оказалась на той самой набережной с крутым обрывом. Именно сюда я впервые пришла, как только покинула больницу. И здесь же я гуляла с Генрихом. Кажется, это место как-то по-особому влияет на меня.

С моря подул прохладный ветер. Только сейчас я поняла, что именно меня так беспокоило. Солнце уже давно село. Внутри всё похолодело от ужаса. Время, отведённое Грэгом, закончилось.

Я стала искать в карманах пальто телефон, но его там не оказалось. Даже не помню, чтобы вообще брала его с собой. Амнезия ужасно отразилась на моих привычках.

— Успокойся и возьми себя в руки, – тихо уговаривала я саму себя. — Нужно просто спросить дорогу и позвонить, чтобы никто не волновался.

Сказать оказалось легче, чем сделать. Стоило только лишиться опоры, как всё вокруг угрожающе зашаталось. Проклятая слабость! И почему она не появилась до того, как я успела забрести сюда.

И всё-таки я заставила себя идти, сосредоточившись только на настоящем. Плакать и жалеть себя можно и потом.

— Извините, — я обратилась к первому же прохожему. — Как далеко отсюда до ближайшего полицейского участка? — вряд ли я могла уйти слишком далеко.

— Пешком где-то минут сорок идти, и это если хорошим шагом. — задумчиво ответил мужчина. — Лучше бы вам поймать такси.

— Спасибо. — лучше то оно лучше, вот только денег у меня с собой тоже не было. — Не могли бы вы объяснить мне дорогу.

Несчастному человеку не оставалось ничего другого, кроме как выполнить мою просьбу. Учитывая моё плохое знание города рассказывать ему пришлось долго.

— Большое спасибо. — мне больше нечего было предложить этому человеку кроме благодарности. К тому же у меня была ещё одна просьба. Дорога обратно займёт куда больше, чем сорок минут в моём теперешнем состоянии. Мне очень нужно поговорить с Генрихом. — Можно мне воспользоваться вашим телефоном? Свой я забыла дома.

— Конечно, вот. — мужчина дал мне свой телефон.

Не став зря тратить время, я сразу набрала выученный наизусть номер. Мне хотя бы с этим повезло. В моём новом телефоне было всего лишь два номера. Не запомнить их было сложно.

Генрих ответил практически сразу же.

— Это Линда. Мой телефон, наверное, остался дома…

— Ты в порядке?! — сколько тревоги прозвучало в его голосе. Кажется, единственное, что я умею, это причинять людям боль. — Где ты?

— Всё хорошо. — мне так много нужно ему рассказать, но не стоит злоупотреблять чужой добротой. — Я всё объясню, когда вернусь.

— Где ты? — Генрих повторил свой вопрос уже немного спокойнее.

— На набережной, где мы были в прошлый раз.

— Оставайся там. Я скоро буду.

— Но… — я уже услышала короткие гудки.

Вернув телефон владельцу и снова поблагодарив его, я осталась ждать. Из-за моих проблем, Генрих не может даже спокойно попрощаться с Беллой. Я в долгу перед ним до конца жизни.

Мысли сменяли одна другую. Мне очень интересно, как все те люди продолжают жить без меня. Какая ирония — отец, который клялся, что искал меня всю жизнь, бросил, едва только найдя. Он должен был искать меня несмотря ни на что. А я ведь и правда ему поверила. Да уж, жить как Линда и дальше было бы самым лучшим для меня.

Я всё ещё смотрела на бескрайнее море, когда кто-то неожиданно дотронулся до моего плеча. Всё внутри тут же воспротивилось этому прикосновению. Чувствуя только сильнейшее желание освободиться, я попыталась избавиться от того, что меня удерживало. Сейчас единственным существующим чувством был страх. Я не хочу снова там оказаться. Только не там.

— Линда? — говоривший был явно удивлён, но всё-таки отпустил меня.

Почувствовав свободу, мне хотелось убежать как можно дальше. Только сделав несколько шагов к свободе, до меня наконец дошло, кто именно стоял рядом. Наваждение исчезло, и я снова почувствовала прохладный ветер. Недалеко стоял Генрих, беспомощно глядя на меня.

— Я… — ужас, что же я вообще делаю? — Прости. Я не хотела.

— Что-то произошло? — подходить ближе он не стал. — Все волновались из-за твоего исчезновения. Я подумал, что случилось самое худшее.

Так неправильно. Почему я вообще испугалась его? Генрих всегда останется Генрихом, чтобы не произошло в этом мире. Я доверяла ему, когда была никем. Ничего не изменилось и с обретением памяти.

Я уже успела сделать несколько шагов ему навстречу, прежде чем споткнулась и едва не упала. Реакция Генриха оказалась очень быстрой. Вот только едва он убедился, что падать я больше не собираюсь, тут же отпустил меня.

— Память вернулась, — я удержала его руку.

Генрих ничего не сказал, только прижал к себе и крепко обнял. Что же я сделала с его жизнью? Он не заслужил всех этих волнений и переживаний. Мне становилось до ужаса страшно, как только представлю, что он скажет, когда узнает обо мне и Белле. Всё было бы намного проще, окажись я на её месте.

— Поехали домой. — Генрих говорил тихо, но его переполняли эмоции.

— В участок. — какой бы я не была трусихой, нужно рассказать правду. — Роберту нужно это узнать, и тебе тоже.

Уверена, что у него было много вопросов. И отвечать на них было страшно.

— Я могу сама. Ты, наверное, устал…

— Глупости. — Генрих даже слушать не стал дальше. — Мы пройдём через это вместе. Так что даже и не думай геройствовать.

— Хорошо.

— Идём.

Я молча следовала за ним, в глубине души всё равно боясь того, что произойдёт после моего рассказа в участке.

Глава 21. Признание

Сама того не ожидая, я оказалась на допросе. Вернувшись в участок, мы столкнулись с родителями Беллы. Взглянув на них, моё желание всё рассказать заметно поубавилось. Мы бы так и остались стоять, избегая взгляда друг друга, если бы не вмешался Роберт. Он удивился возвращению Генриха, но кажется всё понял, едва только взглянул на меня. Детектив стал ещё бледнее, чем был до этого.

В итоге все мы оказались в кабинете детектива. Я и Генрих оказались по одну сторону стола, родители Арабеллы — по другую. Роберт же казался сторонним наблюдателем.

Ожидание затянулось. Пора положить этому конец.

— Меня и Беллу удерживали вместе…

Я успела сказать всего одну фразу, прежде чем мать Беллы вскочила с места и набросилась на меня с обвинениями.

— Это всё ты! — закричала женщина. — Это из-за тебя моя девочка умерла!

— Миссис Феррер… — угрожающе начал Генрих.

— Дорогая, — одновременно с ним заговорил и отец Беллы. Ему с трудом удалось заставить свою жену сесть. — Дай ей сказать.

Я не могла смотреть на людей, сидящих напротив. Доля правды в словах миссис Феррер всё-таки была. Если бы только я вспомнила всё раньше!

На моё плечо опустилась рука Генриха. Ему, как и всем здесь, было тяжело и всё же он находил в себе силы поддерживать меня.

— Когда я впервые оказалась в этом городе, Белла уже была в той комнате, — мне хотелось говорить громко, но получился едва слышный шёпот. — Данию я покинула осенью.

— Значит, прошло минимум полгода. — Роберт смотрел прямо перед собой, пытаясь сопоставить услышанное с тем, что уже знал. — Выходит, это случилось практически сразу же после похорон Ганса.

Я тихо сидела, пока детектив выстраивал теории. Миссис Феррер перестала бросать на меня уничтожающие взгляды, но атмосфера стала ещё хуже. Словно воздух превратился в тяжёлую субстанцию, которая забивала лёгкие и не давала нормально дышать.

— Прости, Линда. — Роб снова вернулся в свой кабинет. — Расскажи нам всё, что знаешь. Если это возможно.

— Я пришла сюда ради этого, — огромным усилием воли мне удалось сдержать слёзы. Всем здесь сейчас куда хуже, чем мне. Нельзя отступать. Ради Беллы. — Когда впервые оказалась в руках тех людей, там было четыре девушки, включая Беллу. — Воспоминания, как картинки, появлялись перед глазами. — Нам запрещали разговаривать друг с другом. Наказание за непослушание был довольно болезненным. Впервые Белла заговорила со мной, когда моя первая попытка побега провалилась, — это произошло так давно, но я не смогла удержать дрожь. — Мы долго думали, как нам сбежать. Шансов было немного, но мы обе скорее бы умерли, чем позволили продать себя как вещь. — внезапно в горле пересохло, и я закашлялась.

Роберт и Генрих одновременно сорвались с места.

— Останься, — сказал Роберт, уже стоя одной ногой в коридоре. — Я принесу воды.

Я и слова сказать не успела, как он уже ушёл. Быть причиной тишины было неловко, но слова упрямо застревали в горле. И злость на саму себя тоже не особо помогала. К счастью детектив быстро вернулся. Несколько глотков воды, и история продолжилась дальше.

— Мы могли попытаться вырваться на свободу только в момент продажи. Это самое идеальное время. Охранники теряли бдительность и можно было воспользоваться лазейкой. Нужный момент настал, когда пришла моя очередь. — Побег дался нам очень тяжело. До сих пор удивляюсь, как мы вообще могли стоять на ногах, не то что бежать, после всего произошедшего. Вот только это лучше навсегда оставить только в моей памяти. — Я не помню, где именно нас держали, но Белла сказала, что если выберемся из здания и пробежим совсем немного, то вскоре попадём в оживлённую часть города. Там точно кто-нибудь сможет нам помочь. Мы расстались недалеко от портового склада. Тогда нам казалось, что шансы сбежать по одиночке выше, чем вдвоём. В тот день я видела Беллу в последний раз.

— Это в тот раз тебя ранили? — прервал меня Роберт.

— Да. — я была благодарна ему за передышку, пусть и совсем маленькую. — Я думала, что у Беллы получилось. — те несколько недель были самыми худшими в моей жизни. Никому не пожелаю испытать такое: полная беспомощность в руках у психопатов. Сама не знаю, почему не умерла тогда от пули. Лечили то меня не в больнице. — Мне правда жаль, что вы выслушали всё это. Хоть вы и ненавидите меня, я не хотела причинить вам боль. — миссис Феррер выглядела так, словно вот-вот лишится чувств. — Те люди никогда бы не стали разбрасываться своим товаром. Это лишь предположение, но возможно для Беллы нашёлся покупатель. И вышло то, что вышло. — какими же жестокими сейчас были мои слова.

— Делами такого рода всегда занимался Мануэль Перес. Уверена, что он сейчас где-то здесь. Мы должны его поймать. Не знаю, есть ли кто-то влиятельнее него, но здесь главный именно он.

— Ты сейчас говоришь о том человеке, чей фоторобот лежит на моём столе? — Роберт уже подошёл к столу и занялся поисками. Не прошло и минуты, как все смотрели на лицо этого мерзкого человека.

— Да, это он. Мануэль Перес. Не знаю, настоящее это имя или нет, но так к нему обращались все. — и Астрид тоже. Если бы я только знала, чем для меня обернётся тот случайно услышанный звонок. Лучше бы она просто наняла киллера, но нет, видимо мисс Хансен хотела для меня долгого и мучительного конца. — Я сделаю всё, что потребуется, чтобы этот человек получил по заслугам.

В кабинете стало очень тихо. Я рассказала всё, что должна была, но на душе всё равно было тяжело. Моим единственным желанием было наказать виновных и позволить Белле уйти спокойно. Но принесли ли мои слова покой людям, сидящим напротив? Или я причинила им ещё большую боль?

— Наша Белла, — мистер Феррер пристально посмотрел на меня. — Она ведь была сильной девочкой?

— Да. Очень сильной. Белла не позволила мне сдаться, когда я уже почти утратила надежду, — мне очень хотелось, чтобы они помнили свою дочь именно такой. — Место, в котором мы оказались, сломало бы любого, но она справилась.

Миссис Феррер не выдержала и громко разрыдалась. Роберт и Генрих переглянулись, быстро придя к какому-то решению. Чтобы они не придумали, никто сейчас не в силах помочь родителям справиться с горем. И всё же, все пришли в движение. Детектив занялся родителями Беллы, а Генрих снова осторожно дотронулся до моего плеча.

— Пойдём, — тихо сказал он. — Мы здесь больше не нужны.

На нас и правда никто не обращал внимания. Мы бесшумно покинули кабинет. Весь участок замер, словно так прощаясь с погибшей. На душе было так мерзко, словно меня всю изваляли в грязи и от неё никак не отмыться. Наши шаги громким эхом разносились по коридору. Тишина. В том месте тишина для меня была и даром, и проклятием.

Прохладный вечерний воздух снова вернул меня к жизни. Жаль, что головная боль не осталась за порогом участка. Мы не выполнили требования Грэга, и теперь могло случиться всё что угодно. Мануэль Перес. Здесь ли он? При одной мысли об этом человеке всё внутри содрогалось от страха.

— Ты молодец, — Генрих стоял совсем рядом, за моей спиной. — Эти воспоминания были слишком тяжёлыми, и всё равно ты нашла в себе силы говорить об этом.

— Так правильно. — силы, как же. Всё, чего сейчас мне хотелось — это спрятаться на необитаемом острове. Вот только уже поздно. — Прости.

— За что ты извиняешься? — Генрих искренне удивился.

Мне не стоило этого делать, но я всё же обернулась. Да, мне хотелось спрятаться, и как можно дальше, но я не могла так поступить. Только не с ним. Если он захочет меня прогнать, значит так тому и быть. Но пока это не произошло, могу я оставаться рядом?

— Почему ты не спрашиваешь? — не сомневаюсь, что он хотел спросить, но сдерживался. Как и всегда, я могла выбирать сама. — Память вернулась. Теперь я знаю о себе всё.

Генрих только улыбнулся. Только улыбка вышла у него очень грустной. Он осторожно прикоснулся к моему лицу и в следующую секунду я уже оказалась в его объятиях. Сейчас утешение требовалось нам обоим.

— Что я могу для тебя сделать? — сейчас моё прежнее «я» казалось чужим, и мне хотелось как можно дольше оставаться Линдой.

— Давай просто вернёмся домой, — Генрих обнял меня ещё крепче. — Может всё подождать до завтра? Твою напарницу разыскивают все полицейские в городе. Мы здесь бессильны. Больше всего хочу сейчас лечь в кровать и уснуть. Если, конечно, смогу.

– Мне кажется, что я усну прямо сейчас, — последние крупицы сил покинули меня и только сильные руки Генриха удерживали от падения.

Стоя вот так, я совсем забыла о страхе, да и о всём остальном тоже. День получился слишком тяжёлым. Моё тело продержалось достаточно, как и моя голова.

— Потерпи ещё немного, — Генрих вернул мне свободу. — Скоро мы будем дома.

Я честно пыталась оставаться рядом с ним, но мысли разбегались в разные стороны. Бедная Белла. Она не заслужила такой судьбы, никто такого не заслуживает. Пусть она и Генрих разорвали отношения, забыть того, кого любишь, не так просто. Почему судьба толкает друг к другу тех, кто только сильнее тревожит раны? Ведь если посмотреть на всё произошедшее, вывод напрашивается сам собой — я заняла место Арабеллы.

Возвращение домой осталось размытым воспоминанием в моей памяти. Я то проваливалась в пустоту, то возвращалась обратно. Как ни странно, мне постоянно слышался голос миссис Леманн и её слова о том, что лучше мне исчезнуть из жизни Генриха и остальных, пока не стало слишком поздно. Или уже всё-таки поздно?

Я утратила чувство времени, что совсем не мешало ему идти своим ходом. Даже думать не хочу о том, насколько сейчас поздно. Единственным источником света на улице были фонари. Небо затянуло тучами, и ни звёзд, ни луны не было видно. Совсем скоро разразится гроза. Кажется.

— Отдыхай, — Генрих сразу же отвёл меня в мою комнату, не дав даже слова сказать. — Знаю, что это сложно, но постарайся уснуть и дать себе передышку.

— Ты тоже, — хорошо же прошло его возвращение из командировки. — Я совсем забыла. Разве ты не говорил, что тебе удалось что-то узнать про Астрид?

– Всё завтра. Спи.

Генрих ушёл, даже ни разу не обернувшись. Уверена, дело сейчас не только в усталости. Он хотел сбежать.

Я почти уснула, когда сверкнула первая молния. Раскат грома последовал сразу же за ней. Это стало последней каплей. Гроза была и оставалась моим страхом с детства. Даже закрытое окно и задёрнутые шторы не спасали от непогоды. Гремело так, что казалось вот-вот дом рухнет. Ну почему это происходит именно сегодня?!

Долго так продолжаться не могло. После очередного раската грома, я выбежала из комнаты. Как бы не уговаривала себя, что квартира это вовсе не тот хлипкий домик, в котором я когда-то жила с мамой и бабушкой, всё было без толку.

Не успела я сделать и пары шагов, как тут же обо что-то споткнулась.

— Осторожно! — крикнула тень, оказавшаяся Генрихом.

Он не дал мне упасть. Снова.

— Почему ты сидишь тут, на полу, в темноте? — я уселась прямо напротив него. — Разве не собирался спать?

Какое-то время Генрих молчал. В темноте было плохо видно, но когда небо рассекла яркая молния, я смогла рассмотреть его лицо. Отрешённый взгляд, усталость, и что-то ещё, чего я не могла понять.

– Боишься грозы? — он, кажется, забыл о моём вопросе.

— Боюсь. — буря и не думала успокаиваться, но я больше не была одна.

– Куда ты собиралась пойти? — прозвучал неожиданный вопрос.

Очередная молния ярко осветила его лицо. Генрих смотрел на меня, и так внимательно, словно темнота не была для него помехой. Куда собиралась пойти? Кажется, я совершенно не понимаю, куда именно он клонит. Куда я вообще могу пойти в такую погоду?

— Линда? — Генрих прошептал моё имя и тут же послышался горький смешок. — Хотя нет, ты больше не Линда. Теперь твоя жизнь вернулась, как ты и хотела.

Я слушала и не слышала его. Да, верно, я не Линда, но это имя стало мне очень дорого. Почему он говорит всё это? Сердце предательски дрогнуло. Неужели Генрих хочет, чтобы я ушла?

— Почему… — подходящие слова все разом куда-то испарились. — Прости, я не понимаю, что ты хочешь услышать. — если бы знала, что так будет, лучше бы осталась в комнате и плевать на все последствия.

– Куда ты собиралась пойти? — он повторил свой вопрос.

— К тебе, — хоть и сказала это шёпотом, слова прозвучали как гром за окном. — Хотела пойти к тебе, — мне хотелось прикоснуться к нему, но страх быть отвергнутой остановил меня.

Неожиданно Генрих поймал мою руку и прижал к своей груди. Я отчётливо чувствовала сильные и быстрые удары его сердца.

— Даже сейчас? — взволнованный голос заставил меня насторожиться ещё больше. — Даже когда память вернулась, ты всё ещё хочешь прийти ко мне?

Я снова совершила ошибку. Все мои мысли занимала Белла, Грета и всё происходящее, и из головы совсем вылетело кое-что другое. Генрих открыл мне свою душу, но я для него по-прежнему оставалась девушкой с неизвестным прошлым.

— Сейчас, потом… Я хочу оставаться рядом. Несмотря ни на что. — за окном сильно прогремело и я вздрогнула. Ненавижу грозу. — Меня зовут Фрея Хансен и ты мне очень нравишься.

Сердце Генриха быстро стучало под моей рукой, моё билось также быстро.

— Фрея. — слышать собственное имя от него оказалось странным, но приятным. — Ты мне не просто нравишься. Я тебя люблю.

Чувство вины, одиночества, безнадежности — всё растворились в этих словах. Хоть это было и неправильно.

— Я тоже. Тоже люблю тебя.

Не отпуская моей руки, Генрих быстро приблизился и поцеловал меня. Впервые он показал мне свой страх и неуверенность. До этого момента я и не думала о том, как ему тяжело. В моей забытой жизни могло быть много того, что встало бы между нами. И всё же, я должна ему рассказать. Только не сейчас. Белла, прости меня, но могу я побыть рядом с ним ещё немного?

— Пойдём, — Генрих быстро встал и потянул меня за собой. — Всё-таки спать на полу не самая лучшая идея.

— Я боюсь оставаться одна, — не знаю, о чем он думает, но мне точно не уснуть, если Генрих снова оставит меня в комнате в одиночестве.

— А кто сказал, что ты будешь одна? — в его голосе чувствовалась улыбка. — Я ведь обещал защищать тебя. Даже от грозы.

Мы не вернулись в мою комнату. Впервые с моего появления в этом доме, я оказалась в спальне Генриха. Комната точно передавала черты характера своего хозяина. Минимум мебели и вещей, но то, что было здесь выглядело крепким и надёжным. Хотя, возможно, в дневном свете комната станет другой.

Постель оказалась холодной, и едва только прикоснувшись к ней, я тут же прижалась к Генриху. Сильные руки обещали тепло и безопасность. Сейчас для меня это было самым ценным.

— Я очень сильно тебя люблю. — прошептала я, чувствуя, что впервые за последнее время в моей голове не осталось никаких переживаний. Там вообще ничего не осталось, только тишина.

Последним, что я запомнила перед тем, как уснуть, был тихий голос Генриха, прошептавший моё имя.

Глава 22. Предательство

Я проспала почти весь следующий день. Сквозь сон до меня доносились отдельные звуки, но они были слабыми и приглушёнными. Наверняка это Генрих. Мне бы стоило встать, но эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась. Ничего не хочется. Совсем.

Почти всё время со мной рядом был Генрих. Он тоже решил устроить себе выходной, хотя, скорее, был вынужден. В моей памяти снова возникла Белла. Её тихий шёпот в ночной темноте звучал каждый раз, когда я вспоминала о ней. Кажется, это моё личное проклятие.

Не знаю сколько бы я продолжала валяться в кровати, если бы не пришёл Роберт. Хоть Генрих и закрыл дверь в комнату, до меня всё равно доносились их голоса, особенно когда Роберт начинал говорить громче. Кажется, он что-то узнал.

Мне пришлось оставить своё убежище. Осторожно выглянув в коридор, я разочарованно спряталась обратно в комнате. Пробраться к себе незамеченной детективом невозможно. Но и появиться перед ним в пижаме не самый лучший вариант. В итоге, ничего лучше не придумав, я просто надела одну из рубашек Генриха наверх своей одежды. В этой ситуации мне некого было винить кроме самой себя.

Я замерла перед дверью. Ещё несколько дней назад меня не сильно бы волновало всё происходящее вокруг, особенно кто что подумает. Однако сейчас всё иначе. Привыкать заново к самой себе оказалось довольно необычно.

Выскользнув из комнаты, я сразу же наткнулась на Роберта.

— О, Линда, добрый день. — от его взгляда не укрылось ничего. — Кажется, тебе хорошо спалось.

Так и знала, что без шуток не обойдется. И всё же, раз Роберт мог шутить, ситуация не казалась безнадёжной. Детектив сидел за столом, держа в руках кофе. Кажется, я как раз вовремя.

— Последние 24 часа для всех выдались тяжёлыми. — Генрих уже поставил на стол чашку чая. — Садись, тебе нужно поесть. – сказал он уже мне.

— Спасибо, — я с удивлением поняла, что и правда проголодалась. — Удалось узнать что-то новое?

Роберт и Генрих переглянулись. Вот это мне уже совсем не нравится.

— Эй, память вернулась ко мне, и я больше не пациент или ещё кто-то подобный. Так что прекращайте и выключайте свой щадящий режим. — пришло время всё расставить по своим местам. — Он здесь? Этот человек здесь?

Генрих спрятал улыбку за чашкой, в то время как Роберт продолжал смотреть на меня так, словно впервые увидел. Хотя, так и было. Он был знаком с Линдой. С Фреей ему ещё только предстояло познакомиться.

— Знаешь, я буду скучать по тихой и спокойной Линде. — задумчиво сказал Роберт. — Ну ладно. Скрывать нет смысла. Да, он здесь. Я проверил все камеры на въездах в город. К счастью для нас, он не особо и прятался.

— Я была права, — что-то пошло не так, раз сам Мануэль Перес приехал разбираться. — Нужно скорее отыскать Грету.

— К сожалению, никаких следов девушки не обнаружено. Она жила одна и друзей у неё нет, — мрачно ответил детектив. — Это просто смешно. Я не могу отыскать пропавшего человека в собственном городе.

Если Грета всё ещё была в городе. Прошло слишком много времени и могло произойти что угодно. Я не стала говорить это вслух, всем и так хватало неприятностей

— Есть ещё кое-что, — теперь Генрих решил поделиться своим секретом. — Этот человек приехал не один. С ним была женщина. Та самая Астрид Хансен. — никто здесь не обрадовался его словам. — Эти двое довольно тесно общаются. Мне удалось раздобыть историю звонков, они созванивались довольно часто. Особенно последние несколько дней.

— Я подозревала это, — надо же, Астрид явилась собственной персоной чтобы окончательно разобралась со мной. — Как-то раз подслушала их разговор, правда тогда не предала этому особого значения. Астрид ненавидит меня, и это не закончится, пока одна из нас не исчезает навсегда.

Каждый из нас погрузился в свои мысли. Они здесь. Они оба здесь. Я почти почувствовала, как петля затягивается на моей шее. Не знаю, какие у меня шансы выстоять против этой женщины, но кое-что предпринять стоит.

— Мне нужно связаться с моим отцом, — мне нужна защита. Даже если и такая. — Не уверена, что это сильно поможет, но даст нам время так точно.

— Хорошо, поступай как считаешь нужным. — Роберт по-прежнему размышлял о чём-то своём. — Лучше вам пока сильно не разгуливать по городу. Вам обоим.

От слов детектива у меня всё похолодело внутри. Так и знала, что втяну в свои неприятности Генриха. Надеюсь детектив помнит о своём обещании.

— Всё обойдётся, — Генрих снова пытался всех подбодрить. — На этот раз мы хотя бы знаем кого искать.

— Точно, совсем забыл. — Роберт резко встал и стал что-то искать в своих карманах. — Мне совсем не хочется очередной истории, как с той девушкой из книжного. А, вот оно, — детектив вытащил из кармана два небольших жучка. — Пока всё не закончится, я хочу знать где вы находись. Постоянно и без перерывов.

Я спрятала свой жучок в маленьком кармане джинсов. Даже в худших обстоятельствах его там вряд ли станут искать. Надеюсь на это. Генрих со своим прибором проделал тоже самое.

— Когда будут похороны Беллы? — спустя какое-то время спросил Генрих.

— Её родители заберут тело с собой в Испанию. Нас они видеть там не хотят. — Роберт задумчиво рассматривал пустую чашку. — Просили передать.

— Я ожидал чего-то подобного.

Больше эту тему никто поднимать не стал. Роберт ещё задержался ненадолго, а потом ушёл. Проблем на него свалилось предостаточно. Хоть я и оказалась тесно связанной с этой историей, всё-таки местная точка торговли людьми существовала и до меня. Даже представить страшно, какое количество людей пострадало. Надеюсь, хотя бы сейчас всё получится и всем достанется то, что они и заслужили.

Не став откладывать дело на неопределённый период, я отыскала свой телефон и набрала номер отца. Только на вызов нажать так и не смогла.

— Ты не очень ладишь со своим отцом? — Генрих стоял рядом, вместе со мной смотря на экран телефона.

— Сложно сказать. Я знакома с ним около года. Вернее сказать, шести месяцев, если учесть всё то, что произошло. — мне было стыдно в этом признаться самой себе, но я и правда ему поверила. — Я почти всю свою жизнь провела в Барселоне. Бабушка и я …

Сколько же глупостей я натворила в прошлом.

— Я знаю.

— Что?! — вот это я ожидала услышать меньше всего.

— Моя командировка затянулась из-за небольшого путешествия в Барселону. — Генрих настороженно следил за моей реакцией. — Благодаря твоим воспоминаниям мне удалось кое-что узнать.

— Но зачем?

— Мы с Робертом подумали, что это неплохой способ узнать о тебе хоть что-нибудь. К счастью, мне повезло, и я отыскал твою подругу. Правда она не сразу согласилась говорить со мной.

— Я сама в этом виновата. — Мелисса была моей единственной подругой, и я сама, своими руками, уничтожила нашу дружбу. — Это было единственным условием отца. Оборвать все связи со своей прежней жизнью. У меня так давно не было семьи, а он казался искренним. Я сделала так, как он хотел.

— Все мы совершаем ошибки. — Генрих улыбнулся и нажал «вызов» вместо меня. — Может и он сейчас раскаивается и мучается от чувства утраты?

Я с ужасом поднесла телефон к уху. Гудок, второй, третий. Прождав достаточно долго, всё стало довольно очевидным. Мой отец не ответит.

Рука безвольно опустилась. Несмотря на всё, я чувствовала разочарование. Эгоистичный ребёнок внутри меня не желал принимать никаких оправданий. Он должен был ответить.

— Возможно, он сейчас занят, — Генрих посмотрел на меня и сразу всё понял. –Уверен, что у него есть причина. Давай лучше отправим ему голосовое сообщение. Текстовое может вызвать подозрения, что кто-то его разыгрывает, а вот твой голос он наверняка узнает.

— Хорошо. — энтузиазма у меня и так практически не было, а сейчас он исчез совсем. Глубоко вздохнув, я включила запись голоса. — Папа, это я. Фрея. Сейчас со мной всё хорошо, хотя и много чего произошло. Мне очень нужна твоя помощь. Сейчас я нахожусь в маленьком городке, Бредштедте, и надеюсь, что буду ещё жива, когда ты услышишь это сообщение.

Сообщение сразу же отправилось. Я почувствовала облегчение, даже если это всё и не принесёт большой пользы.

— Он наверняка волнуется о тебе. — Генрих попытался меня подбодрить.

— Отец не стал меня искать, — для меня это стало ответом на все вопросы. — Своим решением он и показал своё отношение.

— Возможно мы не знаем всей истории. Мало ли что могла сказать эта женщина. Может она показала ему труп кого-то похожего на тебя?

— Это слишком даже… — а ведь для Астрид ничего не слишком. Если у неё есть связи с такими людьми, как те, которым она меня отдала, то удивляться уже ничему не стоит. — Может ты и прав.

О своей семье в Дании мне пока думать не хотелось. Сначала нужно разобраться со всем здесь. Если бы только у меня была возможность узнать, что именно задумала Астрид, всё могло быть совершенно по-другому.

— Я совсем забыл сказать, что тебе идёт новая причёска, — Генрих резко сменил тему, проведя рукой по моим коротким волосам. — Правда немного непривычно.

— Такой я была, когда жила в Барселоне, — второй причиной был моё сходство с Беллой, но говорить об этом вслух я не стала. — Мне давно хотелось это сделать, ещё когда была в больнице.

— Значит, пока у нас есть время, я могу узнать Фрею из Барселоны поближе?

Может ему бы и удалось это сделать, если бы не звонок телефона. Увидев номер звонившего, настроение Генриха резко изменилось. Такое выражение лица появлялось у него каждый раз, когда звонила его мама.

— В чём дело? — Генрих виновато посмотрел на меня, внимательно слушая миссис Леманн. — Это не может подождать? Я сейчас занят. — кажется, дело его мамы ждать не могло. Я видела, как он задумался, стараясь принять верное решение и тихо прошептала, что со мной всё будет хорошо. Генрих обречённо вздохнул. — Хорошо, скоро буду.

Судьба всегда вносит изменения в наши планы. Меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы он уехал, но вряд ли его мама стала бы беспокоить Генриха просто так.

— Ты можешь поехать со мной. Не думаю, что-то займёт много времени.

— Лучше я останусь дома, — миссис Леманн моему визиту точно не обрадуется. — Езжай осторожно и не торопись. Я никуда отсюда не денусь.

— Не нравится мне всё это, — Генрих быстро поцеловал меня. — Я быстро вернусь. Обещаю.

— Хорошо.

Он беспокоился обо мне, я — о нём. Мне оставалось только надеяться, что Астрид не интересуется Генрихом, и вообще, как можно меньше знает о нём. Она ни за что не остановится, пока не достигнет своей цели. И что-то мне подсказывает, чем больнее будет мне, тем счастливее будет она сама.

Приведя себя в порядок и вернув одежду Генриха на место, я стала бесцельно бродить по дому. Ожидание никогда не было моей сильной стороной, а сейчас это лишь усилилось. Я несколько раз набирала номер отца, но на звонок так и не нажала. Как бы не хотела, часть меня очень ждала, когда он позвонит.

Телефон из рук я не выпускала. Звонить мне особо было некому, но так я чувствовала себя спокойнее. По крайней мере, я всегда смогу вовремя позвать на помощь. Возможно.

На какое-то мгновение я утратила чувство времени, но всё быстро вернулось на свои места, когда тишину дома нарушил звонок в дверь. Моё сердце на секунду замерло. Я осторожно приблизилась к двери. Кто бы сейчас не находился по ту сторону, впускать его мне не хотелось. Звонок повторился.

— Линда, я знаю, что ты дома, — до меня донесся приглушённый голос миссис Леманн. — Нам нужно поговорить.

Ситуация казалась мне абсурдной. Разве Генрих не поехал к ней? Времени прошло достаточно. Неужели они не встретились? От этой мысли сердце пропустило удар. Только не это.

Я бросилась открывать дверь.

— Вы не увиделись с Генрихом? — все мои мысли занимало только беспокойство о нем. Ничего больше я не замечала. — Он ведь уже давно уехал.

— Я столько раз предупреждала тебя. Просила исчезнуть, — миссис Леманн проигнорировала все мои слова. — Ты сама во всем виновата.

В её словах звучала неприкрытая угроза. Чтобы эта женщина не задумала, меня ждут неприятности.

Я незаметно набрала номер Роберта как раз в тот момент, когда за спиной матери Генриха появилось двое мужчин. Телефон выпал из рук. Я узнала этих двоих. Миссис Леманн привела с собой приятелей Грэга.

— Только так можно защитить моего мальчика от тебя, — по силе ненависти она не уступала Астрид. — Просто исчезни.

Не сказав больше ни слова, миссис Леманн быстро ушла, оставив меня на растерзание демонам. Мне не справится с двумя рослыми мужчинами.

— Привет, крошка. Давно не виделись, — один из них оказался более разговорчивым.

— Не приближайтесь! — должен же быть выход.

Путь к бегству был отрезан. Мне ни за что не обойти этих двоих. Мысли лихорадочно метались в голове. Я, наверное, могу спрятаться в комнате, но и это не поможет надолго. Они попросту выломают дверь.

Двое мужчин видели моё отчаяние и наслаждались этим. Все прекрасно понимали, кто выйдет победителем. Если бы только я успела дозвониться Роберту!

— Пошли по-хорошему, — заговорил второй из компании. Он явно не был настроен на беседу. — Нам не нужны свидетели.

Намёк был понятен. Они все равно сделают по-своему, но если Генрих вернётся и увидит нас, они избавятся от него. Я не могу так им рисковать.

— Хорошо, — мой кошмар начался заново. — Но не особо радуйтесь. В этот раз всё будет по-другому.

Уже сидя в машине, я и опомниться не успела, как к моему носу и рту прижали какую-то тряпку. Страх взял своё, и я стала бороться. Прошло несколько мучительных минут прежде чем сознание стало затуманиваться. Ни осталось ничего, только пустота.

Глава 23. У каждого решения своя цена

Первым вернувшимся чувством была жажда. Мне так сильно хотелось пить, что всё остальное ушло на второй план.

— Воды… — прохрипела я. Мой голос показался чужим.

Никто не спешил откликнуться на мою просьбу. Кажется, здесь больше никого нет. Открыв глаза, я тут же столкнулась с темнотой. Прекрасно. Я пошевелила руками. Здесь меня ждало разочарование. Они были крепко связаны за спиной. Вот чёрт. В таком положении я даже сопротивляться не смогу и стану просто безвольным объектом в руках этих людей.

Мне ничего не оставалось, кроме как сидеть и ждать своей участи. Я прислушивалась к каждому шороху. На этот раз меня не стали запирать в комнате. Это наталкивало на не совсем радужные мысли. Что-то мне подсказывает, что в этот раз на моей шее петля затянулась гораздо туже.

Понять сколько прошло времени в этом месте было невозможно. Со всех сторон меня окружала тьма. Окон здесь не было. Я даже не могла понять, где находится дверь. Видимо это новый метод — запугать до смерти. И надо признать, у них это отлично получалось.

Звук шагов за дверью принёс мне облегчение. Лучше уже так, чем это ужасное чувство неопределённости.

Дверь открылась и я едва не ослепла от яркого света. Зрение ещё не пришло в порядок, как меня рывком подняли на ноги. Не знаю каким чудом мне удалось не закричать. Это было достаточно больно.

После долгого времени, проведённого сидя, идти было сложно. Мой тюремщик решил поторопить меня и сильно толкнул в спину. Результат не заставил себя ждать. Я тут же с грохотом упала, больно ударившись всем телом. Мужчина выругался и снова поставил меня на ноги, но больше торопить не стал.

Я и не пыталась запомнить дорогу. Отсюда всё равно не сбежать. На этот раз меня упрятали слишком глубоко. Да и сейчас больше интересовало, куда именно меня ведут.

Когда мне уже начало казаться, что это место бесконечно, мы пришли. Комната, в которой я оказалась, была намного приятнее того склепа, где меня держали до этого. Мягкий ковёр, плотно задёрнутые шторы, дорогая мебель — это место явно принадлежало не последнему человеку. И я даже догадываюсь кому.

В комнате никого не было. Мой тюремщик заставил меня сесть на один из стульев. Сопротивляться не было смысла. В прошлый раз со мной рядом была Белла, которая хотя бы знала где мы находились. Сейчас всё было гораздо хуже.

Пока позволяло время, я внимательно рассматривала комнату. К счастью, на стене висели часы и они хорошо справлялись со своей работой. Сейчас было уже начало одиннадцатого. Вечера. Оказывается, я провела в том подвале несколько часов. Начали ли детектив и Генрих мои поиски?

Генрих. Больше всего мне хотелось, чтобы он был в порядке. Миссис Леманн может верить во что угодно, но эти люди не оставят в покое тех, кто знает их секрет. Ввязавшись в эту историю она сделала только хуже.

Вспомнив о Роберте, в голове пронеслась мысль и о его подарке. Жучок! Если бы только мне развязал руки! Мне оставалось только молиться, чтобы его не нашли раньше, когда я была без сознания. Будь жучок на месте — и у меня ещё есть шанс выбраться отсюда живой.

Дверь за моей спиной открылась. Я вздрогнула, хоть и старалась изо всех сил не показать, как мне страшно.

— Ну здравствуй, сестра. — последнее слово прозвучало так, словно его выплюнули. — Ты все никак не хочешь исчезнуть из моей жизни.

— И тебе добрый вечер, Астрид. — надо же, какая честь. Она лично решила снизойти до разговора со мной.

Звук её шагов утонул в дорогом ковре. Я не видела, что она сделала, но в следующую секунду мужчина, который и притащил меня сюда, вышел, оставив нас наедине.

— Как ты выжила после аварии? — Астрид не изменяла себе. Даже сейчас её одежда, причёска, макияж — всё в ней было идеальным.

— Чудом. — я не стала скрывать своё раздражение и злость. Время взаимных притворств прошло давным-давно. — Ты отправила меня в ад, можешь гордиться собой.

На её лице не дрогнул ни один мускул. Ей просто было плевать. Как и всегда. Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. Видимо Астрид ждала продолжение рассказа, я же ничего говорить ей не собиралась.

— Почему сразу не связалась с отцом? — моя так называемая сестра сдалась первой. — Зачем устроила весь этот цирк?

— Не твоё дело. — не стану я давать ей лишний повод для злорадства.

Внезапно Астрид быстро подошла ко мне и со всей силы ударила по лицу. Щёку сразу же обожгло, а на глазах навернулись слёзы. Больше всего сейчас меня злила собственная беспомощность.

— Вот оно, настоящее лицо Астрид Хансен. — во рту появился солоноватый привкус. — Клянусь своей жизнью, однажды мир узнает об этом. — я знала, что мне не стоило так говорить, но слова вырвались сами. Слишком сильна была наша взаимная ненависть.

— Моё лицо? Моё лицо?! — она громко рассмеялась. — Нет, дорогая. Это о тебе нужно рассказать всем. Наглая выскочка, возомнившая себя невесть кем. Ты пришла в нашу семью и разрушила всё: жизнь нашего отца, жизнь моей матери, как и мою собственную.

— Мне не было и нет до тебя никакого дела, — я резко поднялась со стула. Хотя бы теперь она не смотрит на меня сверху вниз. — Ты просто ненормальная, — честное слово, будь мои руки свободны я бы хорошенько её встряхнула.

Несколько секунд мы пытались испепелить друг друга взглядом. Будь у моей сестры в руке сейчас оружие — я была бы трупом. Но, как ни странно, мне не было никакого дела до Астрид. Все мои мысли были заняты поиском пути к бегству.

— Ничего не выйдет, — Астрид громко позвала моего тюремщика. — Ты исчезнешь раньше, чем кто-то вспомнит о твоём существовании. — она подошла ближе и тихо прошептала на ухо. — Ты отобрала у меня Эрика, и этого я тебе никогда не прощу. Проведи остаток своей жизни в мучениях и страданиях. А пока будешь продолжать существовать, помни о том, что я уничтожила всё, что тебе было дорого. И всех.

На ум мне пришёл только один Эрик, с которым я и разговаривала раза два, не больше. Но всё это неважно. Астрид знает всё о моей жизни здесь. Она знает о Генрихе.

Я едва только успела толкнуть Астрид, как меня тут же схватил тюремщик. Он в считанные секунды обезвредил меня, не оставив и шанса выбраться.

— Тебе пора в психушку, — никогда ещё я не была настолько зла. — Ты задумала продать меня какому-нибудь психу только из-за того, что тебя бросили?! Совсем чёкнутая?! — Хоть это и было бесполезно, но я продолжала вырываться. — Он бросил тебя из-за тебя самой. Ты худший человек, с которым Эрик только мог быть знаком. Торговля людьми? Ты сама хоть понимаешь, во что ввязалась?

Астрид не услышала ничего, из того, что я ей сказала. В её картине мира моим словам нет места. Сестра менялась прямо на глазах. Никогда ещё на меня не смотрели с таким безумием и ненавистью.

Не знаю, чтобы она сделала, если бы не зазвонил телефон. Астрид машинально ответила, не глядя на экран.

— Да? — она кивнула охраннику, и тот стал тащить меня к двери. — Что… — на её лице промелькнул испуг, и я тут же решила этим воспользоваться.

— Отпусти меня сейчас же! — я не могу просто так снова сидеть в том склепе, только не когда Генриху угрожает опасность. — Пусти!

Мои усилия были ничем по сравнению с силой удерживающего меня мужчины. Видимо устав со мной церемониться, он сильно ударил меня в живот. На секунду мне показалось, что я задохнусь. Удар вышиб весь воздух из моего тела. Сил на крики и сопротивление не осталось. Даже дышать было больно.

Теперь, когда я перестала сопротивляться, тюремщик с лёгкостью выпроводил меня за дверь. На последок мне всё-таки удалось взглянуть на Астрид. Эта секунда подарила мне надежду. Лицо этой женщины стало мертвенно-бледным. Она совершила ошибку, ответив на звонок.

— Папа… — прошептала Астрид, прежде чем дверь захлопнулась у меня перед носом.

Мы снова шли по лабиринту коридоров. От боли и беспокойства я ничего не замечала вокруг. Если ей и правда звонил наш отец, возможно ли что у меня появиться шанс? Я не знала, чего ждать и это пугало меня. Страх был намного сильнее, чем в прошлый раз. Он, словно невидимым руками, отбирал все мои силы. И всё это из-за одного человека? Всё это время я винила себя в том, что поддалась собственным слабостям и надежде обрести семью. Моё появление в доме отца сложно было назвать приятным. Да и кому понравиться когда в твой дом приводят взрослую внебрачную дочь? Я могу понять чувства его жены и второй дочери. Как бы не старалась, наладить отношения с новой семьёй – у меня не вышло, но с отцом у нас были тёплые отношения. Как мне казалось. Но если всему виной только Эрик, это уже перебор. Даже для такой, как Астрид.

— Что вы здесь делаете? — резкий неприятный голос вырвал меня из раздумий. — Кто сказал привести это сюда?

Мне не нужно было и смотреть на говорившего. Одного голоса было достаточно. Только этого мерзкого человека не хватало для полного счастья.

— Простите, мистер Перес. — как оказалось, даже охранник побаивался своего босса. — Мисс Хансен хотела с ней поговорить прежде чем мы отправим товар.

Они оба говорили обо мне так, словно я просто какая-то вещь. В их глазах я даже не была человеком. Надеюсь, Роберт их поймает и заставит заплатить за каждую минуту страданий, которые они причинили людям.

— Отвези её к остальным и будь осторожен. На этот раз у нас очень большая партия. – Мануэль Перес мечтательно прикрыл глаза. Как же мерзко. — Не допускайте того, что случилось с той девчонкой. — мечтательное выражение разом исчезло. Он явно имел ввиду Беллу. — Всё должно пройти тихо.

— Всё будет сделано. Без неприятностей.

— Я скоро приеду. На этот раз придётся лично всё проконтролировать. — Мануэль Перес на секунду задержал взгляд на мне. — А пока мне нужно переброситься несколькими слова с мисс Хансен. Настоящей мисс Хансен. — он неприятно улыбнулся. — Идите.

Моё время стремительно исчезало. Вот значит, что они задумали. На этот раз никто не станет долго ждать, чтобы снова всё не вышло из-под контроля.

Каждый из нас пошёл своей дорогой дальше. Вряд ли я смогу словами задеть этого монстра, но и уйти так тоже не могу.

— На этот раз ничего не будет по вашему. — страх никуда не исчез, но чувство обреченности немного притупило его. — Вы ответите за каждую сломанную жизнь.

Ждать расплаты за свои слова я не стала. Другого пути, кроме как прямо не было, так что я им и воспользовалась. Догнали меня достаточно быстро, но на этом всё и закончилось. Им плевать на меня, и на то, что я говорю. Просто товар, который не имеет права голоса.

Мы вышли на улицу, где уже стояла машина. Довольно внушительный чёрный минивэн. Сложно было оставаться смелой, глядя в лицо своей будущей жизни. Хотя какой жизни — существованию. Я ничего не могла поделать со слезами, которые превратили весь мир во что-то непонятное и размытое.

Охранник вернулся и туго завязал мне глаза. Вряд ли в этом был смысл, сейчас и так глубокая ночь, но кому это было интересно.

Отсутствие зрения заставляло меня чувствовать себя беспомощной. Эти ребята знали свою работу. Они полностью уничтожали возможности жертвы к сопротивлению.

Я уже сидела в машине, когда снаружи послышался какой-то шум. Проклиная всё на свете, моему охраннику ничего не оставалось кроме как выйти и проверить.

— Без фокусов. — зло бросил он и оставил меня в тишине.

Сейчас единственным желанием было содрать эту чёрную повязку с глаз. Будь мои руки свободны, я могла бы сбежать. Вот ведь!

Несмотря ни на что, я попыталась нащупать ручку в дверце. Руки слишком долго пробыли в неудобном положении и пальцы почти перестали слушаться.

Охранник вернулся ровно в тот момент, когда я всё-таки нашла то, что искала. Момент был упущен. Вот только вернулся этот человек не один. Я отчётливо слышала, как открылась ещё одна дверь. Кажется, они решили, что одному ехать опасно и решили транспортировать груз с подкреплением.

В машине стало шумно. Я замерла, прислушиваться к посторонним звукам. В этот момент, лишенная возможности видеть, мне оставалось только это и оставалось.

Внутри все похолодело, когда я смогла расслышать звуки борьбы. Теперь не я одна здесь пленница. На какое-то время стало тихо и в этой жуткой тишине я отчётливо услышала щелчок. Этот звук невозможно перепутать. Кто-то снял пистолет с предохранителя.

— Последнее предупреждение, — знакомый голос прозвучал возле самого уха. — Ещё один звук и ты покойник.

Я с трудом могла поверить в происходящее. Машина пришла в движение, а человек, сидевший рядом, снял повязку. Мне не показалось, это и правда был он.

— Ро… — я запнулась, увидев и того, кто сидел рядом.

Мужчина, который всё это время сторожил меня, сидел прямо напротив. Всё, на что он сейчас был способен — это метать полное ненависти взгляды. Кроме него и Роберта в машине было ещё двое человек. Один держал под прицелом водителя, второй с чем-то возился в сумке, не обращая на остальных никакого внимания.

— Ты в порядке? — детектив быстро справился с верёвкой на моих руках.

— Нормально. — онемевшие пальцы с трудом разгибались. Все мои чувства смешались и в голове царил хаос, но всё-таки одно было ясно точно: что-то происходит. — С ним все хорошо? — я боялась произносить имя Генриха вслух.

— Беспокоится, — Роберт внимательно осмотрел меня с ног до головы. — И видимо не зря. — его взгляд на несколько секунд остановился на разбитой губе. — Рискуя дружбой с ним я всё-таки спрошу, ты поможешь нам?

Я смогла немного расслабиться. По крайней мере, с Генрихом всё в порядке и он в безопасности.

— Я сделаю всё, что потребуется. — теперь, когда мне известно, что рядом Роберт и остальные, страх немного отступил, хоть и не исчез совсем. Кажется, он теперь всю жизнь будет частью меня. — Греты здесь нет, как и остальных. Мне не многое известно, но отправка, — сказать «товара» у меня не повернулся язык. — Отправка жертв будет в самое ближайшее время.

— Мисс, вы не перестаёте меня удивлять. — на лице детектива мелькнула улыбка и тут же исчезла. — Многое может пойти не так и ты должна понимать это.

— Знаю, но мы должны положить этому конец. — я обещала этим двоим, что они за всё ответят и не упущу ни единого шанса. — Что мне нужно делать?

— Тебе придётся сыграть самую неприятную роль. — Роберт пристально смотрел мне в глаза. — Останься их пленницей до самого конца.

Глава 24. План Б

План детектива оказался не таким уж и сложным, но, как он и говорил, многое могло пойти не так. По сути вся операция держалась лишь на том, что всех девушек, вместе со мной заберут прямо сейчас. На крайний случай — скоро.

Роберт вернул мне жучок. На этот раз я спрятала его гораздо надёжнее. Теперь оставалось надеяться, что судьба этого устройства сложится лучше, чем его предшественника.

Пока я разбиралась со своим жучком, Роберт и его второй напарник занялись схваченным охранником.

— Но как мы можем быть уверены, что он сделает так, как нужно? — мне не хотелось лишний раз испытывать на себе чужую силу или недовольство.

— Все просто, — второй полицейский впервые отвлекся от своей работы. — Захочет жить, будет делать то, что говорят. К тому же, я пойду с вами.

Больше вопросов я задавать не стала. Роберт продумал всё, что мог. Мне оставалось сыграть свою роль. Не так и сложно будет изобразить страх и отчаяние, ведь именно это я сейчас и чувствовала.

— Вам ещё понадобится машина? — спросил детектив у охранника. Тот с ненавистью посмотрел в ответ, но, получив увесистый пинок, отрицательно мотнул головой. — Смотри, если ты мне соврал, — в руках детектива оказался небольшой прибор и с большой красной кнопкой. — Я нажму её, не моргнув и глазом. Понял?

— На нём взрывчатка, — пояснил мне напарник детектива. — Мое личное изобретение. Мощность у неё небольшая на случай того, если рядом будут гражданские, но достаточная, чтобы носитель этой конструкции умирал долго и мучительно.

Теперь я могла понять причину такой ненависти. Да и была ли это ненависть? Кажется он боялся не меньше моего.

Машина сбавила ход. Это стало сигналом к действиям. Роберт быстро освободил охранника и, передав напарнику устройство, спрятался на самом дальнем сидении. Я успела вернуть себе повязку на глаза и протянула оставшемуся полицейскому руки. Все должно быть максимально правдоподобно.

— Мы справимся, — сказал офицер, когда верёвка снова оказалась на моих запястьях. — Сегодня всё закончится.

Я смогла только кивнуть, боясь, что голос подведёт меня и Роберт быстро свернёт всю операцию.

Снаружи было тихо. Никто не собирался нас встречать. Что ж, это только на руку.

— Твой звёздный час, дружок. — полицейский открыл дверь и подтолкнул охранника. — И помни, твоя жизнь в наших руках. Как и твоей семьи.

Я слишком зациклилась на происходящем, и не обратила внимание на эти слова. Мне было совершенно всё равно, что будет с этим человеком. Он такой же преступник, как и все остальные здесь.

— Идите за мной, — голос тюремщика прозвучал далеко.

Полицейский помог мне выбраться, но он был чересчур осторожен. Так дело не пойдёт.

— Они сразу поймут, что что-то не так, если будете меня спасать от каждого синяка, — я словно говорила сама с собой едва слышным шёпотом, но надеюсь, что меня всё-таки услышали. — Ничего со мной не случится из-за нескольких ссадин.

— Понял, — прозвучал в ответ такой же приглушенный шёпот.

Мне казалось, что мы шли целую вечность. Постепенно место стало оживать и наполняться звуками, но мы продолжали идти дальше. Несколько раз пришлось остановиться, пока охранник перебрасывался несколькими фразами с теми, кто уже был здесь. Хоть это и нервировало, но пользу всё-таки принесло. Из обрывки разговоров мы поняли одно — отправление корабля с нами запланировано и правда на сегодня.

Раньше ожидание могло тянуться неделями, но сейчас всё по-другому. Видимо, в этом проклятом месте тоже многое стало другим, пока я была на свободе.

Внезапно всё изменилось. Мы остановились и кто-то больно дёрнул меня за руки. Хоть я и старалась терпеть, на этот раз не вышло. На глаза снова навернулись слёзы. Веревка сильно натерла кожу и любое движение отдавало болью.

Вернув мне свободу, мужчина тут же втолкнул меня в комнату. Я всё ещё ничего не видела, но судя по звуку открывающейся двери мои предположения соответствуют истине.

— Ваша новая подружка, — охранник явно получал удовольствие от происходящего, даже когда его жизнь висела на волоске. — И чтобы было тихо. Ни звука, поняли?!

Ответа не последовало, но за моей спиной с грохотом захлопнулась дверь. Я сразу же сорвала повязку с глаз.

Как оказалось, иногда незнание это счастье. Я снова вернулась туда, откуда мы с Беллой столько раз пытались сбежать. Теперь её не стало, а эти чудовища всё ещё дышат.

— Линда?

Я резко обернулась. В комнате было темно, но девушку, которая сидела, вжавшись в стену, рассмотреть мне удалось.

— Грета, — я быстро подошла к ней и опустилась рядом на колени. — Ты цела?

— Д-да. — Грета испуганно осмотрелась. — Они и тебя поймали?

— У меня с ними давние счёты, — я бы и рада была её утешить, но мне нельзя допускать ошибок. Если всё пройдёт хорошо, скоро мы окажемся на свободе. — Расскажи, что с тобой произошло, — мне пришлось говорить ещё тише, слишком уж озлобленно на меня смотрела третья девушка в этой комнате.

Иногда отчаяние толкает на глупые поступки, а мне совсем не хочется проверять на что способна эта девушка в нынешней ситуации.

Какое-то время Грета сидела тихо и мне уже показалось, что ничего не скажет. С каждой минутой у меня появлялось всё больше и больше вопросов, но задать их я не решалась. Тишина действовала на нервы и вызывала сильное желание разговаривать. Жаль, что остальные думали иначе. Мне понятны их чувства. Если бы сама не знала о том, что помощь рядом также бы мучилась от страха.

— Я доверилась не тому человеку, — горько прошептала Грета. — Мой парень оказался одним из них. — в её голосе звучали слёзы. — Он просто искал очередную кандидатку, от которой не будет слишком много проблем.

Вот значит как. Чувство вины немного ослабило свою хватку. Хотя бы на судьбу Греты я не повлияла. Теперь мне понятно, как именно они работают. В основном сюда попадали те девушки, исчезновение которых не сильно будет волновать остальных. Ну и такие, как я, видимо тоже. Ловкий ход, даже сказать нечего.

Комната погрузилась в тишину. Грета больше не стала ничего говорить, а утешить её было не в моих силах. Нам оставалось только одно — ждать.

В такие моменты, хочу я этого или нет, но голову начинают переполнять мысли. Я бы и рада сказать, что лучше бы вообще никогда не встречала своего отца, но это ложь. Мне хотелось обрести семью снова. К тому же, в конечном итоге, этот путь привёл меня к Генриху.

Стоило только подумать о нём, как сердце болезненно сжалось. Что он сейчас чувствует? Волнуется? Или ненавидит? И вдобавок ко всему этому я ещё не рассказала ему про Беллу. Почему всё обернулось именно так?

Время уже давно перестало ощущаться. За крошечным окном по-прежнему было темно. Ночь пока не собиралась заканчиваться. Я упрямо пыталась держать глаза открытыми, но, несмотря на мучивший меня страх, получалось плохо. Я чувствовала, что начинаю проваливаться в сон.

Я то просыпалась, то засыпала снова. Душный и влажный воздух, казалось, уже полностью лишился кислорода. Вдобавок ко всему, начала кружиться голова. Вместе с этим пришла и тошнота. Что-то мне стало совсем нехорошо.

Довольно сильный пинок Греты снова вырвал меня из моего беспокойного сна. Я уже хотела спросить в чём дело, как и сама услышала голоса за дверью. Стоявшие там о чём-то спорили, и что бы там они не решили для нас это вряд ли значило что-то хорошее.

Я невольно задержала дыхание, когда дверь открылась. Свет из коридора тут же отвоевал себе пространство на полу. После постоянной темноты даже на это жёлтое пятно смотреть было неприятно.

–Поднимайтесь! — голос говорившего был мне не знаком, значит это не тот человек, который привёл меня сюда. — И поживее!

Никто из нас троих не хотел злить этого человека сильнее, чем он есть сейчас. Мы молча встали. Пробежавшись по нам оценивающим взглядом мужчина велел выходить по одной. И без глупостей.

На этот раз связывать нас никто не стал. Одного вида пистолета было достаточно, чтобы вести себя тихо. Хотя сложно сказать, что лучше: умереть или стать безвольной куклой в руках психов. Лично для себя я все решила. Если ничего не выйдет, живой я им не дамся.

Мы шли молча. В этот раз даже не было насмешек и грубых шуток. Что-то мне подсказывало, что эти люди нервничала не меньше нашего. Что-то определённо было не так, как в прошлый раз. И дело здесь не только в Роберте.

Мы вышли из здания, и на нас тут же едва не сбил с ног холодный ветер. Даже с закрытыми глазами я бы смогла понять, куда нас привели. Звуки порта невозможно спутать с чем-то другим.

Пользуясь тем, что на нас никто особо не обращает внимания, я стала осторожно осматриваться. Это оказалось не так уж и сложно, особенно когда нам сказали остановиться и ждать.

Людей вокруг было не много. Это уже хороший знак. Огромное грузовое судно освещалось плохо, словно кто-то специально оставлял место воображению. Да уж, с такой махины убежать будет сложно. Да и некуда, разве что только прыгнуть в воду и стать кормом для рыб. Или утонуть.

Наш минутный отдых закончился слишком быстро. Я и Грета вцепились друг в друга, ища хоть какую-то поддержку. К нам подошёл уже знакомый мне охранник. Я только успела немного выдохнуть, как в его руках мелькнуло несколько шприцов. Страх тугим узлом связал все внутри. Эти люди хотели, чтобы мы были тем, кем они нас считают — просто грузом.

–Нет! — неожиданно третья девушка начала кричать. – Отпустите меня! Я не хочу. Что я вам сделала?!

Она бросилась в сторону, но не успела пробежать и нескольких шагов, как тут же была схвачена ещё одним монстром. Никто церемониться с ней не стал. Один мужчина грубо заломил ей руки, второй, тот что держал шприц, быстро подошёл и вколол препарат в шею. Прямо на наших глазах девушка обмякла и безвольно повисла на руках державшего его человека. Он же, словно держал в руках вовсе не человека, перебросил её через плечо и пошёл в сторону корабля.

Я и Грета застыли, боясь даже вдохнуть.

–Следующая, — неприятная ухмылка снова появилась на лице мужчины.

Он протянул руку и хотел схватить Грету, но я оттолкнула её в сторону.

–А ты не сильно изменилась, — знакомый голос заставил моё сердце бешено колотиться. — Так и осталась такой же храброй дурой. — Мануэль Перес неспеша приближался к нам. — По правде говоря, я думал что убил тебя. Кто же знал, что ты такая живучая?

— Это ты, — столько эмоций разом нахлынуло на меня. — Ты сбил меня?!

— Браво, давайте поаплодируем нашей догадливой мисс. — Перес неотрывно следил за мной, получая удовольствие от происходящего. Словно актёр, играющий в спектакле. — Признаться, ты заставила меня немного беспокоиться.

— Ты и Беллу убил? — будь у меня сейчас руках пистолет, я бы застрелила его не задумываясь.

— Очаровательную блондинку? — взгляд мужчины на мгновение затуманился. — Какая досадная оплошность. Она была слишком непокорной, и ей пришлось за это заплатить. К сожалению.

— Ты просто больной, — у меня ничего не было, только я сама, и всё-таки я попыталась его ударить. — Совершенно спятивший псих! — Перес оказался неожиданно сильным. Одним быстрым движением он до боли заломил мне руку. — Как ты вообще сам себя выносишь?!

— Помнишь, что я говорил тебе в нашу самую первую встречу? — с ненавистью сказал он. — Помнишь, что в случае твоего плохого поведения, я обещал отправить тебя по кускам? Помнишь?!

Перес сильнее надавил на руку, и я вскрикнула от боли.

— Помню, — сквозь слёзы ответила я.

— Дай мне шприц, — неожиданно попросил Мануэль Перес.

Охраннику ничего другого не оставалось. Я видела страх на его лице, и знала причину этого. Вот только где же Роберт сейчас?

— Займись второй, — отдал указание Перес и снова обратился ко мне. — Вот тебе мой прощальный подарок. — игла прикоснулась к моей шее. — Почувствуй ужас от того, что будешь совершенно беспомощна перед лицом судьбы. — жгучая боль стала сигналом о том, что лекарство стало попадать в моё тело. — И знай о том, что за твоё сердце уже назначена цена. Как и за многое другое.

— Нет, нет, нет… — вот что в его понимании значило по кускам. Он не просто хотел меня убить, но при этом ещё и заработать.

Я снова стала пытаться вырваться. Мануэль отпустил мою руку и на долю секунды я поверила, что у меня получилось. Пока чьи-то сильные пальцы не вцепились в моё горло.

Мир стал терять чёткость и границы, а силы оставили меня. Как и надежда. Где-то очень далеко плакала Грета, но я ни чем не могла ей помочь. Как и себе.

Темнота резко исчезла. Мир взорвался ярким светом и громким криком. Что-то происходило, но мне было всё равно. Моя собственная борьба за обычный воздух сейчас гораздо важнее.

Свобода стала для меня неожиданностью. Хватка исчезла, и я наконец смогла нормально вдохнуть. Только стоять больше не было сил. Я бы сразу же рухнула на землю, если бы кто-то снова не схватил меня за руку. В голову тут же больно упёрлось что-то холодное и тяжёлое. Я не сразу поняла, что это пистолет.

— Бросай оружие! — голос Роберта непривычно громко раздался по всему порту. — Тебе все равно не уйти.

–Только дернись, и я прострелю ей голову, — Перес сильнее надавил на пистолет, делая мне ещё больнее. — Я не шучу.

Мы оказались в патовой ситуации. Хуже всего для меня было то, что я постепенно начинала отключаться. Сколько же он успел мне вколоть?

— Просто сделай уже это, — как я устала, пусть уже всё закончится. — Убей меня и умри сам.

Такой вариант его явно не устраивал. Мануэль Перес не ожидал ловушки и теперь пытался найти из неё выход. Вот только его не было.

— Это всё из-за тебя! — столько ненависти не испытывала ко мне даже Астрид. — В день аварии мне следовало вернуться и позаботиться о том, чтобы ты больше никогда не открыла глаза.

— Уже поздно, мистер Перес.

— Маленькая дрянь, — он начал отступать, таща меня за собой. — Пошевеливайся!

— Никуда я с тобой не пойду…

Мои слова утонули в поднявшемся шуме. Мы оба посмотрели вверх. Прямо над нашими головами появился вертолёт. Все замерли, наблюдая как он опускается прямо посреди порта.

— Что это ещё? — Перес совсем утратил контроль над ситуацией.

Вертолёт приземлился совсем рядом. Наверное, я бы не удержалась на ногах от поднятого им ветра, если бы меня не держали в заложниках.

— Немедленно отпусти мою дочь!

Такой знакомый голос заставил меня забыть обо всех планах. Всего в нескольких метрах от меня стоял отец. Он сильно изменился с момента нашей последней встречи, словно за эти полгода постарел на десяток лет.

Увидев того, кто стоял рядом с ним, я непроизвольно хотела сделать шаг вперёд. Это ещё сильнее разозлило Мануэля, и он тут же напомнил мне об этом. По лицу Генриха пробежала тень. Меньше всего на свете я хотела, чтобы он всё это увидел.

— Сдавайтесь, мистер Перес, — снова сказал Роберт. — Вам некуда идти.

— Или я уйду отсюда, или вы похороните нас обоих. — сдаваться он явно не собирался. — Ну что, милочка, кого мне пристрелить, чтобы придать тебе скорости?

Давление на мою голову исчезло, зато теперь пистолет искал жертву среди дорогих мне людей. И нашёл.

— Нет, — прямо на моих глазах Мануэль направил оружие на Генриха. — Оставь этих людей в покое!

Я не знаю, откуда у меня появились силы, но они появились. Мануэль Перес не ожидал сопротивления с моей стороны и ослабил хватку. Этого оказалось достаточно.

Вырвавшись, я оттолкнула его руку в сторону ровно в тот момент, когда прогремел выстрел. Мануэль Перес толкнул меня с такой силой, что я отлетела в сторону и ударилась так, что из глаз полетели искры. Но всё это было не важно, по сравнению с тем, что Перес потерял свой щит. Меня.

Следом за первым, раздались и другие выстрелы. Я хотела встать и убедиться, что Генрих в порядке, но удар стал для меня последней каплей. Я не могла пошевелиться и с каждым новым вдохом проваливалась всё глубже в темноту.

Только бы никто не пострадал.

Глава 25. Трещины

Шумно. Тихо. Снова шумно. И так холодно. Кажется, даже руки и ноги онемели от холода. Совсем не могу ими пошевелить.

Хотелось покоя, но вместо этого меня окружала темнота. И что-то в ней тревожило меня. Я ведь уже почти умерла однажды, и тогда всё было иначе. В прошлый раз я чувствовала умиротворение, сейчас же только беспокойство. Что-то не так. Я не хочу здесь оставаться.

— Прости меня, — полный сожаления голос прозвучал сразу ото всюду. — Мне так жаль…

Темнота скрывала от меня всё. И тревога только усилилась. Кто этот человек, что говорил сейчас со мной? Кем бы он ни был, не хочу чтобы из-за меня кому-то было плохо.

Плохо? Слово яркой вспышкой пронеслось в голове. Как же я могла забыть?!

— Ген…рих… — говорить оказалось так сложно, но мне очень нужно, чтобы он меня услышал. — Ген…рих…

Темнота никуда не исчезла. Мне всё также было холодно. На одно безумное мгновение мне хотелось поддаться всему этому и просто плыть по течению. Но обещание, данное Генриху, не позволило мне это сделать. Я не имею права сдаваться.

Тепло появилось неожиданно. Сначала на руках, затем по всему телу, словно меня кто-то крепко обнял. Темнота пришла в движение, даже если это казалось невозможным. Хотя, может это я сама теперь начала двигаться? Ничего не понимаю.

— Все закончилось, слышишь? — и снова этот голос. Только сейчас разница была в том, что я знаю, кому он принадлежит. — Всё уже закончилось.

Я хотела сказать, что слышу, но даже это стало невозможным. Больше не нужно было сопротивляться и бороться. Я знала, что Генрих рядом. Успокоенные этой мыслью, жалкие остатки сознания решили оставить меня.

***

Очнулась я уже в больнице. Не стоило, конечно, расстраиваться из-за этого, но не вышло. Ненавижу больницы.

Помня свой предыдущий опыт пребывания в этом месте, сейчас я вела себя осторожнее. Никаких лишних движений, иначе сюда снова сбегутся врачи, а мне бы этого не хотелось.

В палате кроме меня больше никого не было. Это даже обрадовало. Вот только радость оказалась мимолетной. Воспоминания лбрушились внезапно. Лишь бы все были целы.

Единственным моим желанием сейчас было увидеть Генриха и убедиться, что он не пострадал. Одно только воспоминание о том, что тот псих направил в него пистолет, заставляло сердце стучать быстрее.

Я хотела встать, но моё тело словно превратилось в камень. Не желая поддаваться отчаянию, я продолжала пытаться хотя бы пошевелить рукой и не успокоилась, пока не достигла цели. Несколько неуверенных движений — и рука уже не казалась каменной. Она стала деревянной.

Сражение с собственными конечностями на какое-то время заняло все мои мысли. Мне всё происходящее совершенно не нравилось, но руки хотя бы слушались. Значит, ещё есть шанс, что всё будет хорошо.

Возникший шум за дверью прервал мою гимнастику. Я замерла, вслушиваясь в напряжённый разговор.

— Ты обещал, — Генрих злился и был очень расстроен. — Обещал, что с ней ничего не случиться.

— Послушай… — Роберт тоже был расстроен.

— Хотя и сам хорош. Всё, не хочу об этом говорить. — дверь немного приоткрылась. — Она тоже пострадавшая. Прошу, не забывай об этом.

Дверь открылась полностью, и я сразу же закрыла глаза. Почему-то мне показалось, что если Генрих увидит, что я не сплю, то сразу же уйдёт.

До моих ушей донёсся тихий щелчок. Дверь закрылась. Я ожидала услышать звук шагов, но его не было. Кажется Генрих так и остался стоять у входа. Что-то определённо не так.

Я открыла глаза и на секунду мне показалось, что я увидела приведение. Генрих всегда излучал уверенность и силу, но сейчас от этого не осталось и следа.

— Ты проснулась, — он подошёл ближе и неуверенно коснулся моей щеки.

— Да. Он ведь не попал? — я невольно задержала дыхание, ожидая ответ.

— Только небольшая царапина, — Генрих улыбнулся, но его глаза по-прежнему оставались грустными. — Не волнуйся, со мной всё хорошо. С остальными тоже.

Мне совсем не нравилось разговаривать в положении лёжа. Я выглядела слишком беспомощной, но даже это ничего не значило на фоне того, что между мной и Генрихом словно возникла стена.

Сесть оказалось не так и сложно, как мне казалось. Мои усилия выдал только монитор, который сразу же зафиксировал учащённое сердцебиение, и, видимо, бледное лицо. От датчика я сразу же избавилась, с цветом лица такое сделать было невозможно.

— Не напрягайся, — Генрих сразу же бросился мне помогать. — Ты два дня проспала, организм немного ослаб. — он поправил подушку, чтобы мне было удобнее. — Пожалуйста, будь осторожнее.

— Два дня?! — как вообще можно столько спать?

Видя, что его помощь мне больше не нужна, Генрих отстранился. Я чудом успела поймать его руку.

— Ты сильно злишься? — мне хотелось, чтобы он разозлился, или даже накричал. Да что угодно, лишь бы только не видеть в его глазах отчуждение.

— Это шутка? — горечь звучала в каждом слове. — Как я могу злиться, если это моя… — Генрих посмотрел на наши руки. — Мне так жаль. Прости меня, если сможешь.

Кажется, я сильно ударилась головой, раз совсем ничего не понимаю. За что я должна его простить? Случилось что-то ещё, пока я была в больнице?

— Я не понимаю, — я всматривалась в его глаза, но не видела в них ничего. Генрих наглухо спрятал все свои чувства. — Мне не за что тебя прощать.

На одно мгновение, всего лишь на одно мгновение, во взгляде Генриха мелькнула боль. Но этого мгновения оказалось достаточно, чтобы почувствовать её силу.

— Я безумно рад, что ты цела, — он крепко сжал мою руку. — И надеюсь, что ты сможешь забыть весь этот кошмар.

— Генрих… — мне стало страшно. Даже когда к моей голове приставили пистолет, я не испытывала такого ужаса, как сейчас.

— Я не имею права находиться рядом. Прости.

Избегая моего взгляда, Генрих мягко убрал мою руку. В два шага он оказался у двери.

— Не уходи, — я хотела встать, но тело не слушалось. — Прошу.

Не оглядываясь, Генрих ушёл. Дверь в палату тихо закрылась. Этот звук был хуже выстрела. Что сейчас произошло? Почему он ушёл? Он ведь сказал, что всё хорошо. Может ему надоело постоянно со мной нянчиться? Или он узнал правду про Беллу? Последний вариант я сразу же отбросила. Кроме меня рассказать ему никто не мог.

Пытаясь встать, я постоянно прокручивала в голове всё то, что он сказал. Осознание пришло внезапно. Как и всегда. «Моя…», — сказал тогда он и замолчал.

— Моя мама, — едва слышный шепот сорвался с моих губ. — Не может быть.

Воспоминания вихрем проносились в голове. Я хотела побежать за ним, но знала, что все равно не смогу догнать.

— Дурак, — вместе с пониманием пришли злость и слёзы. — Как ты вообще мог до такого додуматься, — шатаясь, я добралась до окна. — Упрямый дурак.

К счастью или нет, но окно выходило на парковку. Я сразу же заметила медленно идущую фигуру с опущенной головой. Ему ведь тоже больно, также как и мне сейчас.

Так нельзя. Он должен меня выслушать. Оторвавшись от окна, я направилась к двери. По пути я случайно задела стакан с водой, который стоял совсем рядом на тумбочке. Он с громким звуком упал на пол и разлетелся на тысячи осколков. Как и я сама.

Я не могу пойти за ним. Меня вообще никогда не должно было быть в его жизни.

— Ты как? — в палату заглянул Роберт. — Чёрт, аккуратно, — он сразу же заметил разбившийся стакан. — Я сейчас кого-нибудь позову.

— Что мне сделать, чтобы он перестал винить себя во всём? — пусть каждый из нас и пойдёт своей дорогой, но я не хочу, чтобы он жил с чувством вины.

Роберт зашёл. Он тоже выглядел не лучшим образом, и, уверена, сильно беспокоился из-за друга.

— Дай ему время, а потом попробуем снова поговорить, — детектив улыбнулся краешком губ. — Генрих бывает очень упрям, особенно если вобьёт что-то себе в голову. Присядешь? — он протянул руку и я с благодарностью приняла его помощь. — Признаться, даже я не ожидал такого от миссис Леманн. Хорошо, что ты успела до меня дозвониться и мои ребята были поблизости. Мы…

Дверь в палату снова открылась. На этот раз пришёл врач. Меньше всего мне сейчас хотелось проходить обследования и отвечать на гору вопросов.

— Вы не могли бы оставить нас на какое-то время? — словно почувствовав моё настроение, Роберт тут же стал выпроваживать гостя. — Знаю, знаю. Покой очень важен для пациента. Но не для этого и не сейчас.

— Позовите меня, как закончите, — доктор обречённо вздохнул. — И постарайтесь без происшествий, — он красноречиво посмотрел на разбитый стакан.

— Благодарю вас.

Мы снова остались вдвоём, и я немного расслабилась. Хотя бы какое-то время никто не будет лезть с расспросами.

— Спасибо, — у меня все внутри корчилось от боли, но я выдавила из себя улыбку. — У тебя есть немного времени? Я хочу узнать, что произошло.

— Конечно. Только пообещай не падать в обморок.

— Не буду.

— Наверное, стоит начать сначала, — Роберт немного задумался и сел рядом со мной. — Я не сразу понял, что произошло, пока не услышал по телефону голоса мужчин. Когда они стали угрожать, всё встало на свои места. На всякий случай, я оставил своих ребят следить за вашим домом. Жучки, конечно хорошо, но лучше использовать все методы, — детектив не отрывал взгляда от осколков. — Они поехали следом за той машиной, в которой увезли тебя. Сигнал жучка пропал практически сразу же. Пока ребята следили за машиной, я связался с Генрихом и мы вместе отправились к миссис Леманн. Её голос я тоже услышал.

— Он сильно злился?

— Злился это мягко сказано. Генрих был в ярости, — Роберт задумчиво посмотрел на меня. — Впервые увидел эту его сторону. Он ей этого не простит, — детектив снова переключился на стакан. — Разговор вышел ужасным. Думаю, ты и сама это понимаешь. Пока они ругались, я узнал куда тебя привезли. Мы не знали, была ты там одна или нет, и решили понаблюдать.

Я посмотрела на свои руки. Следы от веревок не исчезли, но стали гораздо бледнее. В целом, в этот раз мне не сильно досталось. Несколько ссадин и синяков. В прошлый раз было намного хуже.

— Мы вернулись в участок. Генрих не хотел ждать. Мы оба знали, что рискуем тобой, но и действовать необдуманно было опасно. Но у меня в голове постоянно всплывали твои слова о том, что вы ценный товар. Стало быть, убивать тебя им не было никакого смысла. Я помню, что обещал тебе в нужный момент вспомнить, что ты не только девушка Генриха. Я должен был рискнуть. Прости, — Роберт виновато взглянул на меня, и сразу же продолжил дальше. — Появление твоего отца помогло нам принять решение.

— Моего отца? — мне показалось, что я ослышалась.

— Да, верно. Он ворвался в участок и заявил, что его дочь похищена. Когда он наконец представился и мы поняли, кто перед нами, этот человек сказал, что слышал твой голос, когда разговаривал с Астрид.

Я с трудом подавила смех. Какая ирония. Отец спас меня от Астрид. Я бы и правда расхохоталась, не будь всё это так отвратительно.

— В итоге, я взял с этих двоих слово, что они будут ждать в участке, а сам отправился в гости к Мануэлю Пересу. К этому времени нам уже было известно, что дом принадлежит ему. Как только я оказался на месте и появилась возможность, мы с ребятами поймали первого встречного и с удовольствием его допросили. Так мы узнали, что в доме кроме тебя никого нет, — Роберт не смог больше сидеть на месте и начал ходить по палате. — И об их планах тоже. Мы устранили засаду и стали ждать, когда тебя отправят в нужное место. Ну, а дальше ты и так всё знаешь.

— Я рада, что смогла быть полезной для дела. Спасибо, — теперь чувство вины перед Беллой немного уменьшилось. — Переса ведь надолго посадят?

— О да. — мрачно ответил детектив. — Он до конца жизни будет расплачиваться за то, что натворил.

— Что будет с Астрид?

В палате снова повисла тишина. Сейчас Роберт не торопился с ответом. И не удивительно. Мануэль Перес не сможет выйти сухим из воды, но вот с Астрид все гораздо сложнее.

— Мисс Хансен никогда раньше не общалась с этим человеком. — осторожно начал детектив. — Её единственное преступление — это преступление против тебя. И тебе решать, что будет дальше. Сейчас она арестована, как и все участники произошедшего.

— Понятно, — прекрасно, теперь мне ещё и этим разбираться.

Информации я узнала предостаточно, но как ни старалась, этого было недостаточно, чтобы заглушить душевные переживания. Что мне теперь со всем этим делать?

— Генрих сам отнёс тебя в машину скорой, и никого не подпускал, кроме медиков. — Роберт резко сменил тему. — И постоянно просил прощения.

— Ты же не думаешь, что я виню в его в том, что случилось? — я специально не стала спрашивать о том, что произошло после того, как отключилась. Мне не хотелось это знать.

— Не думаю, просто хотел, чтобы ты знала, — Роберт, кажется, тоже научился читать мои мысли. — Он тебя очень любит.

Я промолчала. Что нужно было ответить? Не знаю. Я так запуталась.

— Знаешь, наверное, тебе хватит на сегодня переживаний. Лучше отдохни. Я зайду позже, ладно?

— Хорошо, — я забралась в кровать и накрылась пледом. — Могу я попросить об услуге. — детектив кивнул. — Мне бы хотелось побыть одной, не хочу больше гостей.

— Я всё сделаю. Отдыхай.

— Спасибо. За всё. — не встреть я на своём пути этих людей, сейчас бы точно не сидела здесь.

— Увидимся.

Роберт ушёл, и я осталась в тишине. Больше не получилось удержать слёзы. Почему всё должно именно так закончится?

Поджав колени к груди, я спряталась в огромном пледе. Вроде бы всё и закончилось хорошо, но внутри зияла чёрная дыра. И она вот-вот грозила поглотить меня целиком.

Чёрт возьми мою жадность, Астрид и всё вместе взятое. Сегодня, только сегодня, я позволю себе эти слёзы и слабость. Завтра придётся жить со всем этим дальше.

Глава 26. Преступление и наказание

– Что значит я не могу войти? Она моя дочь!

– Прошу прощения, но мне отдан приказ. Никого не впускать, кроме врачей и детектива. Никаких исключений для остальных.

– Что вы себе позволяете…

Я больше не могла выносить этот спор. Он длился уже несколько минут. Мелочно было просить Роберта об этой услуге, но после разговора с Генрихом, больше никого слушать я не хотела. И выяснять отношения тоже. Вот только отец оказался гораздо более настойчивым, чем мне бы хотелось.

Встав с кровати, я с раздражением открыла дверь и выглянула в коридор. Разговор сам собой прекратился.

– Всё в порядке, Марина, — бедная, Роберт вечно оставляет её присматривать за мной. — Давай познакомлю тебя с моим отцом. Кристиан Хансен. — Я посмотрела на стоящего рядом мужчину. Эти несколько месяцев не только мне тяжело дались. Отец словно разом постарел на несколько лет. — Все в порядке, пусти его. Тебе, наверное, уже надоело тут быть. Может пойдёшь домой?

– Роберт скоро придёт. Он сказал, что у него есть к вам несколько вопросов, — казалось Марину нисколько не беспокоит происходящее. — А, ещё это. — она протянула мне сумку. — Просили вам передать.

– Кто? — в горле резко пересохло.

– Мистер Леманн. — судя по её взгляду, она уже была в курсе произошедшего.

– Понятно. Спасибо.

Я забрала сумку и, вместе с отцом, вернулась в палату. Все мои мысли были заняты только собственными переживаниями. Потребовалось какое-то время, чтобы взять себя в руки. Вроде бы я и знала, что такой вариант развития наших отношений возможен, но все равно оказалась в этому не готовой.

– Фрея, — голос отца прозвучал настороженно.

– Что она тебе сказала? — я стояла к нему спиной, не в силах посмотреть в глаза. — Что такого сделала Астрид, что ты даже не стал искать меня?

В палате стало очень тихо. Но даже сейчас, в этой жуткой тишине, я могла думать только о сумке, которую всё ещё крепко сжимала в руках.

– Я похоронил тебя, — справившись с волнением, сказал отец. — В четыре утра мне позвонили из полиции и сказали, что нашли твоё тело, — его голос с каждым словом дрожал всё сильнее. — Они сказали, что ты утонула. Это был кошмар. Тело слишком долго пролежало в воде. Чтобы подтвердить личность, пришлось делать тест ДНК.

– Я поняла, можешь не продолжать, — Астрид просто нечто. Сколько же усилий она приложила, чтобы от меня избавиться.

– Твой звонок, — отец подошёл немного ближе. — Я думал, что это чья-та злая шутка, но твой голос… Я не мог его не узнать. Даже сейчас, когда вижу тебя так близко, всё ещё не могу поверить, что всё происходящее правда.

Эта история ответила на многие мои вопросы, вот только легче не стало. Я все равно чувствовала себя сломанной и выброшенной за ненужностью.

– Фрея, милая, давай вернёмся домой?

Мне чудом удалось сдержаться и не засмеяться. Вот это точно шутка. И совсем неудачная.

–Домой? — я наконец набралась решимости взглянуть отцу в глаза. — Ты выдернул меня из дома. Забрал, не спрашивая моего мнения, — я с ужасом вспоминала, как меня силой затолкнули в машину и дали какое-то снотворное. — Астрид вообще хотела меня продать черт знает куда. Слышишь? Продать! — я уже не могла остановиться. — А этот псих Перес вообще обещал разобрать на органы! И ты просишь меня вернуться домой? Я видеть не могу это место! — как не старалась, разговор пошёл именно по тому сценарию, которого я больше всего боялась. — Знаешь, я слишком дорого заплатила за желание обрести семью. С меня достаточно.

Отец не сразу понял, что именно я имею ввиду. Он только стоял и растерянно смотрел на меня. Возможно, его родительские чувства и были искренними, но для всех нас они оказались только источником проблем. Не зря моя мама решила растить меня одна, вдалеке от влиятельной семьи.

– Ты хочешь уехать? — отец первый прервал затянувшееся молчание.

– Я вернусь в Барселону.

От дальнейшего спора меня спас Роберт. Как же я рада была сейчас его видеть. Детектив сухо поздоровался и сразу перешёл к делу.

— Я поговорил с твоим лечащий врачом. Он готов тебя выписать. — детектив сразу же заметил сумку на моей кровати. — Отлично, вещи у тебя есть. — он покопался в карманах. — И документы тоже.

— Спасибо. — я забрала свой новый паспорт. — Но когда ты успел?

— Кто-то слишком долго спит. — Роберт сегодня выглядел не таким мрачным, как вчера, и даже иногда улыбался. — Кстати, все твои банковские счета снова работают. Пришлось немного повозиться, но результат того стоил. Теперь, мисс Хансен, вы можете вернуться к прежней жизни.

Новости, которые принёс детектив, меня порадовали. Сложно быть гордой и независимой, когда у тебя ничего нет. Как хорошо, что хотя бы в вопросе работы я не стала слушать отца и продолжила заниматься любимым делом. Мой счёт должен помочь мне продержаться какое-то время.

— Вы не могли бы нас оставить? — отец снова напомнил, что он здесь. — Мы не закончили нашу беседу.

— Закончили. Если ты не хочешь, чтобы мы дошли до крайностей, лучше остановиться именно сейчас. — Возможно когда-нибудь всё станет как раньше, но не сейчас. — Могу я встретиться с Астрид? — спросила я уже у Роберта.

— Ты уже приняла решение? — зачатки хорошего настроения у детектива быстро исчезли.

— Почти. Ночь была долгой. — сумка постоянно попадалась мне на глаза, даже когда я не смотрела в её сторону. — Мне нужно кое-что узнать, и тогда я решу окончательно.

— Фрея… — с отчаянием позвал отец.

— Молчи. Пожалуйста. — не хочет же он в самом деле просить меня всё забыть?! — Я не позволю ей жить так, словно ничего и не было!

— Я не это хотел сказать.

— Прошу, уходи. — в глазах снова появились слёзы. — Мне нужно время.

Я отвернулась и занялась сумкой. Генрих собрал почти все мои вещи. И телефон был здесь. Подарив в себе желание позвонить ему, я взяла первую попавшуюся майку и джинсы.

— Дай мне пару минут. — я старалась придать лицу спокойное выражение. — Переоденусь, разберусь с документами и поедем в участок?

— Хорошо.

Я быстро скрылась в душе. Через несколько минут послышался хлопок двери. Кажется, отец всё-таки смирился с моими словами. Вот только я не ожидала, что его уход, как и уход Генриха, причинит мне боль. Ладно, это потом. Сейчас мне нужно сосредоточиться на Астрид.

Роберт терпеливо ждал меня. От него бесполезно было пытаться что-то скрыть

— Знаешь, Линда мне нравилась больше, — он открыл дверь палаты, пропуская меня вперёд. — Может сделаем тебе другой паспорт?

— Мне она тоже нравилась больше, — прихватив свой скромный багаж, я вышла в коридор. — Но когда кто интересуется нашими желаниями?

— И то верно. Фрея, есть ещё кое-что, — Роберт нахмурился. — Мама Генриха, миссис Леманн. Что ты будешь с ней делать?

Я замерла посреди коридора. Эта женщина совсем вылетела у меня из головы. Признаю, в тот момент, когда она привела тех людей прямо ко мне, я её ненавидела. И всё же, уверена, это бы все равно произошло, а раньше или позже не так и важно.

— Ничего. Она хотела защитить сына, мне не в чем её обвинять, — к тому же, она постоянно говорила мне уйти. В какой-то степени и здесь я сама виновата.

Роберт кивнул, ничего не говоря. Для него тоже это дело оказалось гораздо более личным, чем все другие.

Как оказалось, все больничные счета уже оплачены. Какие бы не были между нами отношения, кажется отец все равно не хочет просто так оставить меня. Наш разговор вызывал во мне противоречивые чувства. Что бы не ждало нас в будущем, как раньше будет ещё очень не скоро.

До участка мы добрались быстро. Я уже и забыла, что он совсем недалеко от больницы. Встреча с Астрид состоится гораздо быстрее, чем мне казалось. От Роберта моё беспокойство тоже не укрылось.

— Я буду рядом, — мы вышли из машины и направились в участок. — Она не сможет навредить тебе.

— Меня не это беспокоит. Скажи, как долго будет тянуться процесс, если я напишу нужные бумаги? — я обещала что мир узнает о поступке моей сестры, и я сдержу обещание.

— Зависит от многих факторов. От нескольких недель до нескольких месяцев. — детектив пожал плечами.

— Понятно. Спасибо.

Сегодня участок был гораздо оживлённее, чем во все те разы, когда я была здесь раньше. Пока мы шли, мимо постоянно проходил то один, то другой сотрудник. Им тоже досталось. Дело о торговле людьми гораздо более масштабное по сравнению с большинством других. И каждого замешанного нужно призвать к ответу.

Я оказалась в той же комнате, где когда-то разговаривала с Грэгом. Сейчас мне казалось, что это было в другой жизни. Прошло всего несколько дней, но так много всего успело измениться.

Астрид уже ждала внутри. Я не знала, чего от неё ожидать, и совсем не удивилась увидев на её лице ненависть. Мою сестру не так просто сломить.

— Что ты знаешь об Арабелле Феррер? — я пришла сюда за ответами, и от этих ответов будет зависеть всё. — Ложь тебе не поможет, Астрид. Ты, вместе с Мануэлем Пересом, скоро познакомишься с прелестями жизни за решёткой, — у меня есть неплохой шанс её разговорить, слишком сильно сейчас моя сестра находится под влиянием эмоций.

— Чёртова нищенка! — Астрид не испытывала ни малейшего раскаивания. — Отец тебе этого не позволит.

— Его мнение меня не интересует. Не испытывай моё терпение. — оно и правда уже было на исходе. — Отвечай на вопрос. Это ты её убила?

Если бы сестра могла убить взглядом, я уже была бы мертва. Как она может так просто сидеть напротив меня? Как бы сильно я ей не нравилась, сотворить такое было настоящим безумием. Даже если отбросить личное, оставалось и другое — Астрид знала о том, чем занимается Мануэль Перес и покрывала это. Ей нет прощения.

— В таком случае сочту твой ответ положительным, — я встала. Находится рядом с этой женщиной выше моих сил. — В список твоих преступлений добавится ещё и убийство.

— Совсем свихнулась? — Астрид тоже вскочила на ноги. — Ей всего лишь задали несколько вопросов. Пытались узнать, куда ты могла уйти.

Мир покачнулся. Мне очень хорошо известно, как те люди добивались ответов на вопросы. Перед глазами потемнело. Из-за меня они мучили Беллу, в то время как я была в безопасности рядом с Генрихом.

Не чувствуя под собой землю, я направилась к выходу. Кажется, Астрид что-то продолжала кричать, но ее слова не достигала меня. Мимо меня пронеслись полицейские, но и на это я не обратила внимание.

— Может присядешь? — рядом незаметно оказался Роберт.

— Нет, — сначала я сделаю то, ради чего пришла. — Давай закончим со всем этим.

Бумажный процесс затянулся на несколько часов. Никогда не думала, что все может быть настолько сложным. Детектив сделал запись моих показаний, постоянно задавал много уточняющих вопросов. Когда мы наконец закончили, уже наступил вечер.

— Я вот одного понять не могу — почему Астрид поступила так глупо? — Роберт рассматривал собранные материалы к делу. — Если бы она не приехала, доказать её причастность было бы куда сложнее.

— Одно из отрицательных качеств моей сестры — эмоциональность. — я тоже думала об этом, и в конечном итоге порадовалась тому, что она оказалась здесь. Теперь ей некуда было бежать. — И видимо в этот раз Астрид совершенно утратила контроль.

В кабинете снова возникла тишина. Поступки и мотивы Астрид были за гранью моего понимания. Она заставила меня пройти через ад. Вот только причины для этого оказались до смешного не настолько значимыми, как я думала.

— Прости, если вмешиваюсь, — Роберт убрал все бумаги со стола. — Но, как я понял, с отцом у тебя не самые лучшие отношения. Решила, куда пойдёшь?

— Благодаря тебе я снова могу жить, как раньше. — если бы детектив не помог мне с документами и банком, я бы снова оказалась с кучей проблем. — Сниму номер в гостинице, а через несколько дней вернусь домой.

— Значит, ты уже всё решила.

— Да. — даже если это решение разорвёт мне сердце. — Ты видел Генриха?

— Видел. — Роберт пристально на меня посмотрел. — Ты правда уедешь и оставишь его? Даже не попытаешься? Он, конечно, бывает иногда ужасно упрямым, но может стоит попробовать? Вам обоим ведь плохо.

— Я… — если бы только Роб знал, как сильно мне хотелось остаться. — Я лучше пойду.

Детектив не стал меня останавливать, но наградил таким взглядом, что я поспешила уйти. Если бы только не чувство вины, я бы прямо сейчас отправилась к Генриху и не уходила бы до тех пор, пока он не передумает. Почему всё так сложно?

Мне было всё равно куда идти, только хотелось немного тишины. Зайдя по дороге в несколько магазинов, я нашла небольшой отель. Кажется это как раз то, что нужно.

Номер встретил меня столь желанной тишиной. Наконец-то рядом не слышно сигналов больничных мониторов. И никто здесь не станет меня искать. Теперь осталось только завершить одно неоконченное дело.

Прихватив все свои покупки, я удобно устроилась за столом. Генрих вряд ли станет слушать меня, значит нужно воспользоваться другим способом. Я долго смотрела на белый лист бумаги передо мной, не зная с чего начать. Но стоило только ручке коснуться бумаги, слова сами стали рваться на волю.

«Помнишь, ты говорил, что я не виновата, в том что случилось? Сейчас я хочу сказать это тебе. Как же я жалею, что не смогла заставить Роберта выполнить просьбу того арестованного человека. Если бы только я тогда пошла с ним, всего этого бы не произошло…

Если быть совершенно честной, я спряталась за твоими словами. Ты сказал, что не имеешь права находиться рядом. Вот только правда в том, что этого права нет у меня. Я так давно хотела рассказать тебе об этом, но не смогла. Испугалась.

Как только память вернулась, я сразу же поняла, что натворила. Мне хотелось сбежать, но от этого всё стало бы только хуже. Я не знала, что мне делать, и боялась того, что ты ответишь. Тогда, в участке, после разговора с родителями Беллы, я решила, что уйду. Но ты, даже когда было очень больно, все равно оставался рядом. В тот день я пообещала самой себе, что оставлю право выбора за тобой.

Ты не знал меня, когда произошла авария. Только со мной всё было иначе. В тот момент, когда я увидела тебя на противоположной стороне дороги, у меня появилась надежда. Надежда на спасение. Именно поэтому я и бежала тогда в твою сторону.

Можно сказать, что нас познакомила Белла. Каждый вечер она доставала вашу с ней фотографию и говорила с тобой. Белла всё время повторяла, что ошиблась. Она сожалела, что причинила тебе боль. Однажды я спросила у неё о тебе. «Это человек, которого я очень сильно люблю. Если мы выберемся отсюда, я обязательно ему об этом скажу», — вот таким был ответ. Генрих, она любила тебя и хотела вернуться. Просто её лишили такой возможности.

Если бы не эта фотография, я бы в тот день пробежала мимо. Твоя жизнь никогда не была бы в опасности, а я не заняла место Беллы. Мне так стыдно. Перед вами обоими. Белла стала мне другом, а я…

Сегодня Астрид сказала, что они пытались узнать от Беллы информацию обо мне. Я даже представить боюсь, что они с ней сделали. Мне нельзя было сближаться с другими девушками, но мой эгоизм оказался сильнее. Как и в прошлый раз.

Я оказалась в том месте только из-за своих ошибок. Как мне и казалось всё это время, я нехороший человек. Мама и бабушка всегда учили меня жить по совести, но я не справилась.

Теперь ты знаешь всё. Я пойму, если ты больше никогда не захочешь меня видеть. Но Генрих, даже если у меня нет права просить об этом, всё равно, пожалуйста, не живи с чувством вины. Не трать свою жизнь на такую, как я.

Чтобы ты теперь не думал, мои чувства были настоящими. Линда отдала тебе своё сердце, как и Фрея. Я правда люблю тебя.

И ещё спасибо. Спасибо за всё, что сделал для меня. Я никогда этого не забуду. Фрея Хансен».

На лист упало несколько слез, но я тут же вытерла их. Не хочу, чтобы он знал об этом. Я спрятала письмо в конверт. Теперь всё. Больше меня здесь ничего не держит.

Глава 27. Прощание

Я с трудом пыталась подавить раздражение. Мой автобус отправлялся уже сегодня вечером, а вместо того, чтобы заниматься тем, что для меня сейчас важнее всего, я сидела напротив отца в кафе неподалёку от отеля.

Он попросил о встрече, и отказать у меня не получилось. В конечном итоге, не он же отправил меня в ад. Сейчас эмоции немного улеглись и те слова, сказанные в порыве отчаяния, казались мне слишком жестокими. Да и не хотелось мне расставаться с ним вот так, он мой отец. Иногда нужно поступать правильно, даже если это трудно.

— Может ты всё-таки передумаешь? — моё стремление к свободе не вызывало у отца особого восторга. — Зачем тебе возвращаться в пустой дом?

Я шумно вздохнула. Конечно, лучше вернуться в Данию и смотреть в глаза женщине, чью дочь я своими руками отправила за решётку.

— Мне нужно время. Прийти в себя и подумать, — почему он никак не может меня понять? Я просто не могу туда вернуться. — Возможно со временем наши отношения и наладятся.

— Я не смогу тебя переубедить? — кажется отец решил сдаться.

Я отрицательно покачала головой. О возвращении в Данию сейчас и речи быть не может. Уверена, о произошедшем и так уже многие знают. Не хочу вдобавок быть ещё и объектом сплетен.

— Что ж, я больше не стану настаивать. — он положил на стол конверт и встал. — Это для того молодого человека, который заботился о тебе всё это время.

— Генрих не примет это.

— Я знаю, — на мгновение в глазах отца промелькнул огонёк. — От меня нет, поэтому вырази мою благодарность сама. И вот ещё что, — он грустно улыбнулся. — Можешь ты официально остаться моей дочерью? Чтобы не произошло моя фамилия принадлежит тебе по праву рождения.

— Хорошо, — я не совсем понимала, чего именно он от меня хочет, но это не казалось мне чем-то опасным или неправильным.

— Тогда я буду ждать тебя дома. Возвращайся, когда простишь меня.

Отец быстро ушёл, оставив меня в одиночестве вместе с белым конвертом. Как ни странно, но мне стало легче. Я получила то, что хотела. Время. Столько, сколько нужно.

Стрелки на часах показывали полдень. Время до отъезда ещё оставалось, но лучше бы мне не затягивать. Сделаю всё сейчас, пока не передумала. Спрятав конверт в сумку, я тоже ушла из кафе.

Улица встретила меня привычным шумом. Сейчас он уже не пугал меня, как и люди, заполнявшие эту улицу. Я снова была собой. Почти.

Такси быстро доставило меня по нужному адресу. Только из машины я выходить не торопилась. Легко было строить планы, находясь далеко. Сейчас же эти планы грозились не реализоваться. Что произойдёт, если мы встретимся? Я не знаю. Рука машинально нашла два конверта в сумке. Мне нужно это сделать.

— Не могли бы вы подождать, пока я вернусь? — я обратилась к водителю.

— Не вопрос, — мужчина улыбнулся. — Всё равно вы платите.

Как у него всё было просто. Если бы и я так могла. Ладно, не самое удачное время для философских мыслей. Выйдя из машины, я пошла прямиком к своей цели.

Машины Генриха нигде не было видно. Кажется, его нет дома. Это и к лучшему. Только бы он прекратил винить себя во всех смертных грехах. Как мы вообще дошли до такого безумия?

Квартира встретила меня привычной тишиной. Я хотела просто оставить письмо и сразу уйти, но не могла заставить себя пошевелиться. Это место стало мне домом. Белла сделала это возможным. Если бы только она была жива, я бы не чувствовала такую сильную вину перед ней.

Положив два белых конверта на видном месте, я зашла в свою комнату. Генрих принёс почти все мои вещи. Наверное, стоит забрать и остальное. Вряд ли ему нужны напоминания обо мне.

Я ведь знала, что такое может случиться. Даже нет, не так. С самого первого дня, когда только Генрих впервые привёз меня в свой дом, я знала, что наступит этот день. День, когда придётся уйти. И всё равно на сердце было так грустно. Я всего лишь собирала свои вещи, но почему-то казалось, что я ухожу из дома, где провела лучшее время своей жизни.

Сборы не заняли много времени. Больше причин задерживаться у меня не осталось. Да и лучше уйти поскорее, ведь неизвестно, когда вернётся Генрих. Я вряд ли смогу пережить ещё одно прощание. Это будет уже слишком.

В последний раз обведя взглядом дом, я положила сверху на письмо ключ и ушла. Перед глазами стало всё расплываться. Последние полгода я прожила в страхе, и только эти несколько недель дали мне счастливые воспоминания. Вот только у жизни своеобразное чувство юмора. Будучи товаром мне было страшно, и я хотела только одного — спастись. Сейчас же у меня не осталось ничего, только пустота. И сожаления за каждый неправильный выбор. Жаль, что нельзя вернуться в прошлое и всё исправить.

Водитель такси ждал меня, как я и просила. Он сразу заметил, что что-то не так, но ничего не сказал. Только спросил, куда едем.

–Отвезите меня на вокзал, — пусть бегство — это трусость, но ничего другого мне не оставалось.

Мы не успели далеко уехать, когда я увидела знакомую машину. Я сильнее вжалась в сиденье, в надежде, что Генрих меня не заметил. Если бы я задержалась в его квартире чуть дольше, стало бы совсем плохо. Уезжать вот так вот было не просто, но если бы мы ещё и поговорили — уверена, стало бы только хуже.

Дорога казалась мне бесконечной. Сейчас мне было совершенно всё равно, что я еду в машине. Этот страх исчез, также, как и многое другое. Я пыталась думать о чём угодно, но мысли упрямо возвращались к тому, что осталось позади. Перед глазами постоянно стояло опустошённое лицо Генриха. Я снова все сделала неправильно.

Телефонный звонок вырвал меня из раздумий. Да и такси остановилось. Расплатившись с водителем, я, прижав телефон к уху, вышла из машины.

– Что-то случилось? — вряд ли Роберт стал бы звонить просто так.

– Нет, просто звоню убедиться, что всё в порядке. — в голосе детектива прозвучал смех. — Только не злись. Это вредно для здоровья.

— Не буду. — это скоро закончится само собой. — Всё идёт хорошо?

— Да. Твой отец сказал, что окажет любую помощь, чтобы все получили по заслугам. — Роберт немного задумался. — Помнишь, я как-то рассказывал о пожаре в театре? И о том, что там видел этого Переса?

— Помню.

— Как выяснилось, раньше он для своих махинации использовал именно этот театр. — Роб не скрывал своего отвращения. — А предыдущий шеф полиции все это дело покрывал, и получал хорошие проценты. Видишь, тебе повезло, что меня успели назначить на эту должность.

— Да уж, очень повезло. — мне даже думать не хотелось о том, сколько жизней было искалечено из-за такого психопата как Перес. А те, кто способствовал этому ничуть не лучше.

Женский голос стал громко объявлять начало посадки на очередной рейс. Меня сразу же захлестнула паника, но, посмотрев на время, она сразу же исчезла. Это не мой автобус.

— Где ты сейчас? — Роберт тоже всё услышал.

— На вокзале. Отправляюсь через двадцать минут.

— Уверена, что не поторопилась с решением? — сомнение в голосе детектива снова заставило меня посмотреть на часы.

— Так будет лучше. Роберт, я давно хотела сказать тебе спасибо. Ты и Генрих, вы оба, спасли меня от смерти. Я никогда этого не забуду.

— Слушай… — детектив неожиданно замолчал. — Прости, нужно ответить на звонок. Но всё-таки подумай ещё раз, хорошо?

— Спасибо. От всего сердца.

Я больше не стала отвлекать Роберта от важных дел. Он стал мне другом, и я никогда не забуду то, что он сделал, чтобы помочь. И город этот тоже никогда не забуду. Не смогу. Разве что кто-то снова решит переехать меня на машине.

Объявление о посадке на мой автобус прозвучало словно гром. Пора. Если подумать, то прошло не так и много времени с тех пор, как я впервые покинула больницу. Правду говорят те, кто считает, что для самых важный событий порой достаточно всего нескольких секунд. Так и есть.

Я уже поставила ногу на ступеньку, как вспомнила набережную. Генрих ведь тогда всерьёз думал, что я хочу покончить с жизнью. До сих пор чувствую то сильное прикосновение, которое оттянуло меня от пропасти. В том же месте мы пообещали друг другу, что снова придём туда через год, и там же, я рассказала ему, что ко мне вернулась память. В моей голове словно шёл фильм, который не собирался заканчиваться.

— Девушка, вы заходите или нет? — позади раздалось недовольное бурчание.

Я обернулась и посмотрела на женщину, которая стояла прямо за моей спиной. Только увидела я не её. «Это человек, которого я очень сильно люблю», — голос Беллы прозвучал так отчётливо, словно она была прямо здесь.

— Простите.

Больше никого задерживать я не стала. Быстро поднявшись по ступенькам, мне удалось занять место в самом конце автобуса. На соседнем сидении расположилась моя сумка. Говорить ни с кем не хотелось, и я очень надеялась, что соседей рядом не будет.

Посадка длилась бесконечно долго. Не думала, что будет так много пассажиров. От безделья и, вместе с этим, нервного напряжения, я не выпускала из рук телефон. С каждой минутой процент заряда батареи становился всё меньше и меньше. Глупо было разряжать телефон, но подсознательно я хотела этого. Разряженная батарея снова спрячет меня от всех, а это всё, что мне сейчас нужно.

Звук ожившего двигателя вызвал у меня чувство паники. На секунду, всего на одну секунду, я захотела остаться, но Белла снова оказалась рядом. Всё правильно. Я должна это сделать. Так будет лучше для всех. Знать бы только, что Генрих снова живёт своей прежней жизнью.

Автобус ехал по привычному маршруту. Поначалу окрестности выглядели знакомыми, но автобус всё набирал и набирал скорость, и совсем скоро я уже не знала, где нахожусь.

Телефон почти совсем разрядился, и пока еще оставалась возможность, я в последний раз попыталась позвонить Генриху. Не знаю зачем, но я не смогла себя остановить. Результат не отличался от предыдущих. Что ж, видимо это судьба. И всё-таки, я решила оставить голосовое сообщение:

— Мне так жаль, Генрих. Я не хотела, чтобы так произошло. Твоя мама думала, что так она спасёт тебя. Я понимаю её чувства. Если бы моим близким угрожала опасность, я бы сделала всё возможное, чтобы спасти их. — снова и снова я повторяла одни и те же слова, не могла заставить себя поставить точку. Почему так происходит? Ответ на мой вопрос нашёлся сам собой. Я всё никак не могла попрощаться с Генрихом. — Прости, что вот так вот ворвалась в твою жизнь. Ты помог мне, когда я больше всего в этом нуждалась, и я никогда этого не забуду. Спасибо тебе за всё. И прощай. Живи счастливо, Генрих.

Впервые за последнее время слёз не было. Наверное, теперь я наконец-то выплакала всё, что только было возможно. Телефон угрожающе пискнул и выключился. Вот и всё. Теперь это точно конец. Неправильным будет оставлять даже минимальную возможность связаться друг с другом. Дрожащими руками я вытащила сим-карту из телефона. Стоило только автобусу дёрнуться, как она выпала из рук. Поднимать я не стала.

— С вами всё хорошо? — не знаю, что меня выдало, но и тут я обрела того, кто хотел обо мне позаботиться. Очередная женщина с повышенным чувством ответственности.

— Да. Простите за беспокойство. — я с трудом подавила злость. Почему всем есть до меня дело? Даже сейчас, когда я просто хочу остаться в тишине? Иногда возникает чувство, что меня прокляли.

— Девушка, вам стоит чаще бывать на солнце. — женщина совершенно игнорировала моё настроение. — Вы слишком бледная. Поверьте на слово, лучше подумать о своём здоровье сейчас. Потом будет поздно.

— Спасибо, я буду чаще гулять.

К счастью, мне повезло и на этом беседа закончилась. Интересно, Генрих тоже видел во мне только это? Может в своём стремлении помочь мне, он перепутал сочувствие и любовь? Теперь я никогда об этом не узнаю. Так много вопросов осталось без ответов.

Долгое время я смотрела в окно, но вскоре бросила эту затею. Даже в худшем кошмаре я не думала, что мне будет так больно. Астрид бы обрадовалась, узнав об этом. В конечном итоге она получила то, что хотела. Сестра уничтожила мою жизнь. И меня тоже.

Мне ничего не оставалось, кроме как начать жить заново. И я сделаю это. Пусть меня и Генриха больше ничего и не связывает, но я обещала, что воспользуюсь своим вторым шансом.

Автобус двигался дальше, несмотря на все мои переживания. Прошло время и вдалеке уже можно было рассмотреть огни большого города. Больше всего я не люблю прощаться, но сейчас так нужно.

— Теперь всё и правда закончилось. — я всегда думала, что эти слова принесут мне счастье. Кто же знал, что все окажется совершенно наоборот?

Вокзал встретил меня непривычным шумом. Я чувствовала себя вполне неплохо, но оказалась не готова к такой бурлящей жизни. Так много людей, и все они слишком близко. Я не хотела этого, но в каждом прохожем начинала искать угрозу. Страх, казалось оставленный в прошлом, снова появился. Мне нужно было идти дальше, но реальность полностью оглушила меня.

Автобус, который привёз меня сюда, уже давно уехал, но я все еще не могла сдвинуться с места. Никогда ещё чувство потерянности не было таким сильным. Я изменилась гораздо сильнее, чем мне хотелось бы думать. Если этот город настолько пугал меня, что же я почувствую в Барселоне?

— Соберись, — я уговаривала саму себя. — Глупо отступать, когда половина уже сделана.

Никто не обращал на меня внимания, и понемногу страх стал отступать. Когда тело снова стало меня слушаться, я всё-таки смогла сделать первый шаг. Второй и третий дались мне уже намного легче. На четвёртый я снова остановилась.

— Здравствуй, Фрея. — знакомый голос прозвучал совсем рядом. – Я и забыл, что ты очень быстро принимаешь решения.

Всего в нескольких метрах от меня стоял Генрих.

Глава 28. Второй шанс

Мы стояли друг напротив друга, не решаясь подойти ближе. Не знаю, какие причины были у Генриха, но я боялась окончательно потерять контроль. Прощание, давшееся мне с таким трудом, с каждой минутой всё больше теряло значимость.

— Давай поговорим? — первым нарушил тишину Генрих.

Я так долго хотела это услышать, но правильно ли так делать сейчас? Он больше не избегает меня, значит, наверное, перестал чувствовать себя виноватым? Если это так, то большего мне и не нужно.

— Фрея? — неуверенно позвал меня Генрих.

— Я… Я тороплюсь. — мой взгляд блуждал повсюду, только бы не смотреть ему в глаза. — Ты получил моё сообщение?

— Да. Все. — Мы слишком хорошо знали друг друга, и сейчас я отчётливо слышала злость в каждом слове. И обиду. — Давай пойдём в более тихое место. Я не отниму у тебя много времени.

— Хорошо.

Генрих сделал несколько шагов навстречу и протянул руку к сумке, снова пытаясь мне помочь. Я проигнорировала этот жест и забросила сумку на плечо. Мне нужно справляться со всем самой. Пусть даже и в таких мелочах.

Сейчас я словно вернулась в тот день, когда впервые покинула стены больницы. Мы шли рядом, но были намного дальше друг от друга чем когда-либо. Раньше Генрих говорил, что чтобы не случилось мы все равно можем остаться друзьями. И я ему верила. Только его слова оказались слишком далёкими от правды.

На улице уже стемнело. Перспектива идти в одиночестве по ночному городу меня не особо радовала. Как бы мне не хотелось это признавать, я оказалась не готова к той жизни, к которой стремилась.

Вечернюю тишину нарушил громкий звук. Я вздрогнула, злясь на саму себя. Сколько можно бояться собственной тени?!

— Не замёрзла? — Генрих кажется ничего не услышал и всё понял по своему.

— Нет. — я крепче ухватилась за сумку. — Здесь достаточно тихо.

— Тихо. — послышался шумный вздох. — Давай начнём сначала, — мы оба остановились. — Я должен перед тобой извиниться.

— Ты не… — я и правда надеялась, что он выбросил эти глупости из головы.

— Дай мне закончить, — мягко попросил Генрих и я послушно выполнила его просьбу. — Я поступил как незрелый мальчишка, позволив своим сомнениям и страхам взять верх. Мне казалось, что так будет правильно. Меньше всего на свете мне хотелось стать для тебя кошмарным воспоминанием. — я чувствовала на себе его взгляд, но не решалась проверить наверняка. Сделав секундную паузу, Генрих снова заговорил. — Но ты сказала, что любишь меня. Я не мог забыть об этом. Прости, что мне потребовалось время, чтобы всё осознать. Фрея, если я не монстр в твоих глазах, прошу, не отталкивай меня.

Все мои убеждения и мотивы рушились прямо на глазах. Разве не об этом я просила? Не этого хотела? Всего-то и нужно принять того, кто стоял сейчас рядом.

— Моё письмо, — как всегда, в самый нужный момент я никогда не могла найти нужных слов. — Белла и я…

– Я знаю. Прочитал. Когда я вернулся домой и увидел ключи и конверты, внутри что-то оборвалось, — его взгляд затуманился. — Осознание того, что ты исчезнешь из моей жизни мгновенно отрезвило меня. И, к слову, пока пропустим разговор о том, что я нашёл кроме письма.

— Отец просил. — я резко подняла голову, оставив наконец в покое свою обувь.

– Об этом я тоже уже знаю. Знаешь, твоё письмо многое объяснило. — голубые глаза пронзительно смотрели прямиком в глубину моего сердца. — Вот только ты меня совсем не слушала. Между мной и Беллой всё закончилось давным давно. Даже если бы она вернулась и сказала, что любит меня, это бы ничего не изменило. Каждый из нас уже сделал свой выбор.

Мне казалось, что я уже выплакала всё слезы, но это оказалось не так. Жидкости во мне было слишком много. Предательские слезинки уже покатились по щекам. Генрих нерешительно прикоснулся к моему лицу и мягко стёр их.

— Не плачь, — впервые за долгое время он улыбнулся. — Мне больно видеть твои слёзы. Всё закончилось, теперь ты должна жить счастливо. Позволь мне сказать ещё кое что. — В голосе Генриха послышались нерешительность. — Наверное стоило сказать тебе уже давно. Вовсе не Белла стала причиной моих поступков. Да, вы похожи, но это ничего не значило. Я потерял девушку, брата. Одно шло за другим. Огромная чёрная полоса, даже без намёка на серость. Жизнь утратила для меня всякий интерес. Я просто проживал день за днём, не строя никаких планов и не имея никаких надежд. И тут появилась ты, — снова улыбка. — Роберт хватался за голову, пытаясь понять кто ты и откуда. Для меня же всё было немного иначе. Ты была такой хрупкой и беззащитной, что оставить тебя казалось преступлением. Сначала я решил, что это не моё дело, но передумал в тот же день. Ты говоришь, что я спас тебя, но правда в том, что и ты меня тоже. В моей жизни появился человек, которому я мог помочь, о котором мог позаботиться. Жизнь снова обрела вкус, хоть ты и заставила меня побеспокоиться.

Этот человек полон сюрпризов. Услышанное казалось мне выдумкой, но серьёзный взгляд говорил об обратном. Надежда снова пустила в моей душе свои корни.

– Ты бы всё равно спас меня тогда, в день аварии, даже если бы я просто прошла мимо? — ответом мне был утвердительный кивок. — И будь я шатенкой с карими глазами тоже? — и снова кивок. — Я ведь не заняла место Беллы? Не украла её жизнь?

– Выбрось эти глупости из головы. Да и думаю, она бы порадовалась за нас, если бы была здесь.

Стена, так внезапно появившаяся между нами исчезала с каждым сказанным словом. Мы оба поступили глупо, и к счастью, вовремя успели всё исправить.

– Я больше никогда не отпущу тебя. — прошептал Генрих. — Мне жаль, что меня не было рядом, когда ты отправилась в участок. Никогда не думал, что сам буду причас…

Теперь я не стала его слушать и поцеловала. Генрих не ожидал этого, но быстро взял инициативу в свои руки. Никогда ещё его поцелуй не был настолько сильным. Он словно обещал, что всё изменится, раны прошлого со временем пройдут и мы будем счастливы. Вместе. И я ему верила.

Время остановилось. Часть меня, все еще отчетливо помнила слова Беллы, но с каждой минутой они все больше теряли громкость. Совсем скоро не осталось ничего. Только я и Генрих.

Тихое покашливание, прозвучавшее совсем рядом, вернуло нас к реальности.

— Молодёжь, — рядом с нами стоял дедушка. К моему удивлению, он широко улыбался. — Молодой человек, ваша девушка скоро превратится в ледышку. Боюсь, даже вы не сможете помочь, так что лучше вам пойти куда-нибудь, где будет потеплее.

— Не волнуйтесь, я ни за что не дам ей замёрзнуть. — Генрих только сильнее прижал меня к себе.

Дедушка только весело нам подмигнул и продолжил свой путь. Генриху, кажется, тоже было весело. Я же чувствовала ужасную неловкость. Меня словно поймали на каком-то проступке и отчитались за него.

— Знаешь, мне нравится видеть румянец на твоём лице. — Генрих улыбался. И только из-за этой улыбки я готова простить ему всё. — Видишь, у всех при взгляде на тебя просыпается желание помочь.

— Ну спасибо. Я всё ещё выгляжу в твоих глазах как пациент, сбежавший из больницы?

— Ты не так давно оттуда вышла. — кто-то снова пытался пошутить, но наткнувшись на мой взгляд, продолжать не стал. — Сейчас уже гораздо лучше.

Мы бы так и продолжили разговаривать, если бы не поднялся холодный ветер. Погода ещё не до конца определилась, какой именно она будет в ближайшие дни. Я оказалась не готова к таким резким изменениям.

— Пойдем, не хочу, чтобы ты заболела.

— Хватит уже, — забота друг о друге конечно здорово, главное только не перестараться. — Ничего со мной не случится.

Очередной порыв ветра испортил мою причёску. Я кое-как пригладила волосы. Рукава кофты перестали скрывать мои запястья. Взгляд Генриха сразу замер на следах от верёвок. Я попыталась сразу же натянуть рукава обратно, но он остановил меня. Генрих осторожно прикоснулся к шрамам.

— Пожалуйста, не говори, что тебе жаль, — я очень хочу оставить эту историю в прошлом. — Это был мой выбор. Вмешайся твоя мама или нет, я бы все равно поступила также. К тому же, и Мануэль Перес, и Астрид заплатят за всё, что натворили. Мой отец дал слово, что все ответят по заслугам. И я ему верю. Поэтому, давай оставим все это в прошлом?

— Хорошая идея. — на дорогом лице снова появилась улыбка. — Пойдём.

Генрих всё-таки забрал мою сумку и, взяв меня за руку, уверенным шагом направился к своей машине, которую я заметила только сейчас.

— А куда мы идём? — я не особо задумывалась об этом, пока была занята более важными вещами.

— Думаю, нам обоим нужен перерыв, — мы остановились у машины. — И желательно подальше отсюда. — Генрих открыл багажник и поставил мою сумку рядом со своей. — Я надеялся, что всё будет хорошо. — ответил он на мой мысленный вопрос.

Для меня этот город был просто ещё одним местом, где я жила, но для Генриха это дом. И он оставил его ради меня.

— Просто отпуск, Фрея. — в его голосе слышалась улыбка. — Никаких проблем и переживаний. Только мы вдвоём. Если ты, конечно, не против.

Всё так быстро изменилось. Ещё час назад я чувствовала себя самой несчастной в мире, но сейчас всё было не так. Не помню, чтобы когда-нибудь была такой счастливой.

— Я ведь говорила, что люблю тебя?

— Сегодня ещё нет. И я с радостью готов слушать это всю дорогу до аэропорта. — один короткий поцелуй и, закрыв багажник, Генрих приглашающе открыл дверцу машины.

— Я люблю тебя. — весело сказала я, садясь на переднее сидение.

— И я.

Генрих сел за руль и мы отправились в путь. На сердце была так легко. Я никогда не забуду Беллу. Пусть и не долго, но она была моим другом. Надеюсь там, где она сейчас, ей намного лучше. И всё же, я постараюсь жить дальше.

— Что будет потом, когда отпуск закончится? — я так давно не думала о будущем. Думаю, сейчас самое время начать.

— Что-то точно будет. — Генрих нашёл мою руку и крепко сжал её. — Мне бы пригодился хороший переводчик. Хотя куда больше мне нравится вариант, где Фрея Хансен становится Фреей Леманн.

Строить планы на будущее оказалось неожиданно приятно. Особенно, когда в них был Генрих.

— Что-то точно будет. — я повторила его же слова.

Голубые глаза встретились с зелёными. Всё, что произошло со мной, в конечном итоге привело меня к этому человеку. Жизнь дала мне второй шанс, и, благодаря всем людям, которые оказались рядом, я смогла им воспользоваться. Теперь я проживу свою жизнь счастливо, делясь этим счастьем с самым дорогим для меня человеком.