Второй шанс

Пролог

Посвящается тем, кто был источником моего вдохновения,

подбадривал, здраво критиковал

или послужил прототипом для некоторых персонажей.

На небе уже видны звёзды. Их было мало, но казалось, что количество ярких крапинок увеличивалось в несколько раз с каждым проходящим мгновением. В воздухе витал сладкий аромат выпечки. Наверно, какая-то добропорядочная хозяйка приготовила послеобеденное угощение для своей семьи. Несмотря на позднее время, в этот осенний вечер было довольно тепло. Идеальная погода для романтической прогулки. Но на улицах деревни ни души. После долгого трудового дня уставшие жители разбрелись по домам наслаждаться семейным уютом.

– Такой вечер, а я…

– А ты прекрасно проводишь время.

– Это шутка? – с долей удивления переспросила девушка, проведя рукой по своей русой косе.

На кончике красовался алый бант, который в наступающих сумерках выглядел, словно язык пламени. Обладательница украшения вообще любила яркие оттенки. Но сейчас её наряд был довольно прост: лёгкое серое платье и узкий кожаный ремень, опоясанный вокруг талии. А на плече висела дорожная сумка.

Одежда её напарника тоже имела обыкновенный будничный вид. Он был облачён в тёмно-синюю открытую рубаху, грубоватую куртку и широкие льняные штаны. Скромно, но для подобного путешествия большего и не требуется, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

– Да! – тон собеседника моментально стал заметно грубее. – На самом деле ты лентяйничаешь!

– Тише! Разбудишь же! – проигнорировав замечание, шикнула в ответ девица. – На этот раз сам будешь её успокаивать!

Сомнительная угроза подействовала. Мужчина с некой опаской взглянул на свёрток, который неумело держал в руках. Не каждый день ему приходилось носить младенцев. Но ребёнок всё так же продолжал спокойно спать, не обращая внимания на начавшуюся ссору.

– Ле́йра, мне это действительно начинает надоедать, – уже тише повёлся разговор. – Или ты в течение пяти минут выбираешь, или я оставляю девочку возле первого же крыльца.

– Пять? Договорились! – с усмешкой отозвалась девушка. – Я даже смогу справиться быстрее. Как насчёт…

Жестом она указала в сторону огромного деревянного дома. В крайнем окне второго этажа слабо виднелся огонёк свечи.

– Дом старосты? Это так ты хочешь её спрятать?

– Что тебя опять не устраивает, Мэ́йдофф? – с раздражением огрызнулась спутница. – Прекрасное место. Девочку будут любить, и заботиться о ней. Лучше в этой деревне вряд ли найдёшь.

– Нам было поручено найти ей дом, а не хоромы!

– У нас с тобой разные понятия о «доме», – девица выхватила у мужчины ребёнка и прижала к себе. – И если уже девочку лишили родного убежища, надо попытаться отыскать ему достойную замену.

Лейра развернулась и решительно направилась к зданию. Достигнув порога, она бережно положила свёрток с младенцем на досчатую поверхность. После этого девушка резко выпрямилась, сняла с плеча дорожную сумку и начала сосредоточенно что-то высматривать внутри.

– Что ты ещё задумала? – поинтересовался Мэйдофф, догнав приятельницу.

– Ничего особенного-о… – протянула она, пытаясь разгладить на ноге мятый обрывок бумаги. – Всего лишь… Имя-я… Её имя напишу…

– С ума сошла?! Этого нельзя делать! – мужчина попытался отобрать листок у спутницы, но будущая записка уже была надёжно запрятана за спину автором.

– Интересно, почему?

-– С настоящим именем её отыщут за несколько дней!

– А с другим – лишь за неделю, да? – не найдя убедительности в таком аргументе, Лейра продолжила готовить послание.

Взяв кусочек уголька, который также нашёлся в сумке, она начала судорожно тереть его об стену дома, добиваясь острого кончика. Периодически девушка поглядывала на Мэйдоффа, сомневаясь в окончании его попыток забрать записку.

– Малышку найдут в любом случае. Рано или поздно. Так что нет смысла из-за пары-тройки дней лишать её имени, данном от рождения.

– Ты слишком заботишься о ней.… Только сейчас. С чего бы это?

– О, боги! Не неси чушь!

– Обращаешься к тем же, у кого украла? – с иронией заметил друг.

– Что?! – возмущённый взгляд в его сторону. – Она не богиня, а жалкое подобие!

– Но её супруг…

– Всё равно, это - совсем другое! – настойчиво повторила Лейра. – Так вскоре каждый человек станет причислять себя к божеству.

С заметной злостью, что была вызвана поднятой темой, девушка вложила скомканный клочок бумаги между складками яркой ткани, в которую был завёрнут ребёнок. Подняв с земли брошенную сумку, она снова развернулась к двери и дважды с силой постучала в неё.

– Теперь пошли. Побыстрее! – на ходу было сказано спутнику, который, как ей показалось, передвигался слишком медленно.

– Не волнуйся, нас не заметят.… Эй, ты куда? А ну-ка стой!

Прибавив скорость, Мэйдофф в несколько шагов настиг подругу и, с силой схватив её за локоть, затащил за ближайший дом. Он решительно не понимал постоянную смену настроения своей напарницы.

– Ты даже не удостоверишься, примут её или нет? А как же «поиск дома для малышки»?

– Чтобы я ещё раз.… Согласилась с тобой… – прошипела Лейра, вырывая руку.

Оттолкнув товарища, она припала к стене и осторожно выглянула из-за угла. Дверь дома, возле которого они оставили ребёнка, была приоткрыта. В проёме стоял высокий плотный мужчина со свечой в руках. Он периодически то оглядывал пустынную улицу, то смотрел в сторону лежавшего на крыльце ребёнка. Молодая женщина, видимо его жена, присев возле свёртка, аккуратно обхватила девочку и подняла её на руки.

Мэйдофф, который вместе со своей спутницей тоже наблюдал за этой сценой, с сомнением взглянул на Лейру и спросил:

– Может, передумаешь?

– Нет! – моментально ответила девушка. В её голосе до сих пор была заметна прежняя сталь. – Я не меняю своих решений!

– Даже независимо от последствий? – уточнил собеседник.

– На что ты намекаешь? – ярко-зелёные глаза сузились в едва заметные щелочки.

– Я представляю, во что это выльется…

– Не нагнетай обстановку, Мэйдофф! Её мать нам ничего не сделает!

– Сомневаюсь… Мельпоме́на не из тех, кто прощает ошибки… – мужчина с неким сожалением снова взглянул на дом старосты. Дверь уже была закрыта. – Вот теперь нам можно обратно.

– Домой! – с притворной радостью взвизгнула девушка и, во избежание продолжения наставлений со стороны напарника, свернула в ближайший тёмный поворот.

Часть I. Глава 1. Месть наказуема

… Она выбрала путь с направленьем домой

Сквозь блаженнейший сон на оттенки скупой,

Сквозь застенчивый дождь, сквозь желание знать

Что придётся прожить, чтоб от правды сбежать?

Ей понять суждено, для чего нужен смех,

Оценить глупость нужд, оценить чей-то грех,

Только в истинной тьме показаться собой,

Раствориться в себе, притвориться немой…

Я последний раз коснулась пальцами струн лиры, создавая в воздухе финальный аккорд песни. Конечная нота пошла эхом по помещению, несправедливо заглушаемая аплодисментами. Посетители трактира восхищённо хлопали, стучали по столам, просили меня повторить или «сыграть что-то ещё». Такие отзывы случались всякий раз, когда я заканчивала петь, но ни тогда, ни сейчас я не исполняла «на бис».

Добросовестно отработав своё выступление, под непрерывные просьбы остаться и продолжить, я спустилась со сцены и отправилась к стойке.

– Как всегда шикарно, Пейс! – голос хозяина трактира донёсся до меня лишь только я села. – Ты настоящая находка для меня. Мне порой кажется, что посетители появляются здесь лишь с целью услышать твои песни.

Подавила смешок я с трудом. Однако, какого вы высокого мнения о своём заведении. А с чего, спрашивается, им ещё появляться в «Цепном псе»? Попробовать за немыслимые деньги разбавленное вино? Или недожаренное мясо? Может, когда-то это заведение и пользовалось популярностью, но те времена давно прошли.

– Стараемся, как можем. – Ответила в тон трактирщику.

– И что же ты никогда не соглашается спеть дважды? Посетители так любят твои песни…

Когда же ему надоест периодически задавать мне один и тот же вопрос? К чему им слушать два раза одну и ту же мелодию, те же слова, тот же голос? Тем более, мой голос...

- Песня может надоесть. И исполнительница, вскоре, тоже... – я сделала недолгую паузу, размышляя, как бы сменить вечно неприятную тему разговора. – А с чего это сегодня так мало народу? Неужто какой-то праздник и все готовятся?

– Скорее наоборот – заметно оживился мой собеседник, уловив возможность поболтать. – В последнее время только путешественники и стали к нам захаживать.

– И куда ж на этот раз все стремятся?

– Всё туда же… - трактирщик махнул рукой куда-то в сторону.

– Что, опять к Замкнутой Роще? – с интересом переспросила я. – До сих пор не могут выжить оттуда эту тварь?

– Да… Видимо, у них что-то не выходит.

– Ни у наёмников, ни у магов? – мимолётный взгляд в зал. – Не верю, чтобы люди, которые годами искореняли с наших земель различное зверьё, вдруг застряли на каком-то оборотне из глухой деревни? Да не смешите меня!

– Говорят, что, это не совсем оборотень… – голос трактирщика стал более тихим, сразу появилась нотка сплетен.

– А кто тогда? – спросила я, готовясь услышать очередной бред о каком-то проклятии.

И действительно, за столь долгий промежуток времени, как у Замкнутой Рощи начались проблемы, количество версий о случившемся растёт с каждым днём, как и желающих, решить её.

Началось всё приблизительно полгода назад с примитивной новости о том, что в тех краях появился очередной оборотень, таскающий скотину и птиц у местных жителей. Охотник, вызвавшийся уничтожить деревенского нахлебника, через неделю попыток пропал с концами. Та же участь постигла и остальных желающих.

Староста деревни, решив, что им попалась более опасная тварь, чем оборотень, вызвал профессионального мага на помощь. Но стоит ли говорить, что чародей тоже не принёс особой пользы процессу поимки и исчез вслед за остальными?

Вот тут-то началось самое интересное, на мой взгляд. Началась беспорядочная паника и бестолковое распространение сплетен о «проклятом крае». Пошли слухи, что якобы какой-то мстительный колдун, которому не угодила деревня, наслал на них своего зверя. Некоторые считали, что это среди самих жителей деревни завелась ведьма, которая и управляет этой тварью. Ну и так далее и тому подобнее.

Почти все деревенские жители в скором темпе стали собирать свои вещи и бежать куда подальше. А вот среди охотников за нежитью распространилась обратная тенденция – все, как один, увлеклись этой историей. Кто из профессионального интереса, кто в интересах наживы, ведь к настоящему времени награда за пойманного зверя достигла приличных размеров. А поскольку дорога к Замкнутой Роще лежала через наш городок, путешественники не только стали постоянными клиентами пригородных гостиниц, но и источниками свежих новостей о тех местах.

– …Да буквально на днях один проезжающий рассказал, – тем временем продолжал говорить трактирщик. – Что местные решили ходить на зверя группой. Так, считают, безопаснее…

– Ага.. И быстрее… – поддакнула я. – Действительно, чего кусочками подкармливать? Надо так коллективно, за раз…

– Тебе всё смешно, Пейс. А, между прочим, так все вернулись живые.

– Ну да. А оборотня своего тоже, наверно, во время похода не встречали? Наткнулись бы на него, пусть и группой, с таким энтузиазмом больше бы не отправлялись.

– Ты права, не встречали. Вот то-то и оно. Заметила, о звере почти месяц уже ничего нового не слышно? Вот люди и думают, что хвала Богам, самовольно сбежала нежить.

– Взяла, прибежала, взяла, убежала обратно. Потом, вдруг, решит ещё раз заглянуть.… Это так естественно для оборотней. – С сарказмом заметила я.

– Думаешь, просто затаился?

– Скорее всего. Леса там большие. Но охотникам виднее. В любом случае, долго отсиживаться зверь не станет и наверняка скоро снова даст о себе знать.

– Может быть… – особого согласия с моим мнением на его лице не наблюдалось.

В этот момент наш разговор прервал вбежавший паренёк. Он на полной скорости подскочил к барной стойке, у которой мы стояли, и, не обращая на меня вообще никакого внимания, сказал трактирщику:

– Хозяин, там хмель привезли. Велели вас покликать!

Глаза мальчугана светились диким восторгом, что он стал полезен трактирщику, ведь принёс такую важную информацию. Он преданно смотрел на мужчину, видимо, ожидая, что его похвалят в ответ. Но вместо этого хозяин «Цепного пса» обратился ко мне:

– Ладно, я сейчас ненадолго отойду… Пейс, ты пока жди меня здесь. Я скоро вернусь и мы обсудим, когда ты в следующий раз придёшь.

С этими словами мой собеседник развернулся и направился к двери. Парень с мигом упавшим настроением вяло засеменил следом за ним.

Пока трактирщик пошёл разбираться с прибывшим товаром, я вновь начала разглядывать от скуки зал. Уже сколько лет прошло с момента моего появления здесь, а всё по-старому. Столики также хаотично расставлены, не давая возможность даже самой смелой фантазии увидеть тут хоть какую-то симметричность. Вследствие этого, проходы между ними образовывались абсолютно в любом месте и в любой момент. Да и в целом сама обстановка трактира не очень располагала к комфорту. Исцарапанные стулья, возраст которых явно перевалил за сотню, доживали здесь свои последние дни. Их частенько использовали как первое попавшееся под руку орудие для драк, и поэтому просто диву даёшься, как эта рухлядь до сих пор не развалилась. Большая часть посетителей этого трактира состояла из наёмников и охотников за нежитью, а они, как известно, не очень-то чтили стандартные нормы поведения.

Но, несмотря на такую скудную картину, сегодня в «Цепном псе» было довольно-таки спокойно. И неудивительно, ведь утром выходного дня многие ещё находились в глубоком и непробудном сне, собираясь выйти «в мир» не раньше полдня. Исключение составляли лишь отдельные посетители, которые в данный момент полусонно сидели за столиками и пытались взбодрить себя спиртным, служащие трактира и, собственно, я сама.

Моя персона находится здесь исключительно по желанию хозяина, которому почему-то показалось, что моё выступление этим ранним утром как-то поможет его заведению. Довольно глупая идея.… Нет, вслух я ему, конечно же, клятвенно пообещала прийти, и сдержала обещание. Но, как я и предполагала, особой пользы от моего выступления не наблюдалось. Посетители, которые несколько минут мне восторженно хлопали, сейчас напрочь забыли о моём существовании и всё своё внимание уделяли лишь содержимому кружек.

Человек в тёмно-зелёной ливрее стоял у окна и внимательно наблюдал за жителями города, которые спешили с утра пораньше по делам. Богатый купец, подгоняющий своего слугу с тюком товар. Ребятишки, что-то рисующие на песке у жилого дома.

Они не интересовали незнакомца. Его мысли были заняты другим.

– Юнэ́й, ты уверен, что она согласится?

– Нет…

– А что нам тогда делать?

– Не волнуйся, - заверил парень в мантии своего собеседника. – Всё будет, как я и планирую…

– Так может, мне взять на встречу какое-нибудь оружие?

– Оружие тебе ни к чему… Она не причинит тебе вреда. Пейс не такая.

– Не соскучилась? – бас трактирщика раздался буквально за моей спиной. Он вечно любит так тихо подходить сзади?

Ничего не сказав, я повернулась к нему лицом. Хозяин выглядел слегка запыхавшимся. У него даже лицо немного порозовело. Создавалась впечатление, будто он сам ходил разгружать эти мешки с хмелём. Но зная мужчину целых семь лет, сколько у него работаю, могу с точностью быть уверенна – имея в своём распоряжении, куча слуг, он никогда сам за тяжёлую работу не возьмётся. Впрочем, как и любой другой.

– Нет, а что? – решила я всё-таки ответить.

– Просто кто-то, видимо, по тебе уже успел соскучиться. – Трактирщик показал в сторону двери, которая вела во двор. – Пока я разбирался с грузом, какой-то парень о тебе интересовался… Поклонник, наверное. – Улыбнувшись, добавил он.

– Да ну.… Какой ещё поклонник? – рассмеялась я в ответ. – А что он хотел?

– Не знаю. Он всё ещё сидит снаружи. Сама выйди и узнай.

– Хорошо… Я тогда… Побежала?

Меня не столько заинтересовал тот таинственный парень, сколько неожиданно возникший предлог уйти, пока хозяин трактира не вспомнил, что хотел со мной поговорить. Я схватила свою лиру и уже хотела быстренько выскочить в дверь, чтобы хозяин не успел опомниться и не велел мне снова выйти на работу в очередной выходной. Но сегодня, видимо, был явно не мой день...

– Кстати, приходи завтра к вечеру! – донеслось мне вслед.

Ну, кто бы сомневался. Второй выходной псу под хвост. А может сделать вид, что не услышала?

– Пейс, ты поняла?! – повысил трактирщик голос.

– Да! Я приду… – пробилось сквозь зубы.

Очутившись снаружи, я плотно прикрыла за собой дверь. Теперь придётся обойти по кругу весь трактир и лишь тогда попасть во двор. Конечно, можно было выйти в него через кухню, но владелец заведения строго-настрого запретил появляться без особой нужды там остальным работникам. А как ни крути, скоротать дорогу уважительной причиной он не посчитает…

Вот у кого-то интуиция хоть изредка даёт о себе знать, подавая иногда голос «Не ходи туда! Хуже будет!», «Стой!» или что-то наподобие. Моя же нагло помалкивает всё время. Хоть бы раз, поганка, остерегла. Так нет. А потом сидит и нагло хихикает в уголке, когда я по её вине снова вляпываюсь в какую-то историю…

Но, если честно, этот незнакомец и впрямь не вызывал у меня никаких опасений. На первый взгляд – самый обычный парень. Светлые короткие волосы, худощавый, даже чересчур, я бы сказала. И загорелый. Наверняка, часто путешествует, раз солнце так его полюбило.

Одежда тоже особо ничего не поведала о своём хозяине. Слегка потёртая куртка и грубоватые сапоги скорее склоняли к мысли, что парень не располагает большим состоянием или, возможно, даже бедствует. Такие люди обычно отдают предпочтение временным заработкам, вроде… Охотник! Точно. Причём видно, что неопытный, можно сказать новичок в этом деле.

На шее виден амулет в форме обезглавленной рыбы. Так мы специализируемся на водной стихии? Нелёгкий, однако, ты выбрал себе путь. Существа воды самые опасные среди прочих. С ними требуется ловкость, внимание, осторожность.… А сейчас ты с собой даже оружия не прихватил.… И сколько ж времени уже ты посветил этому занятию, что успел стать таким уверенным в своих силах?

Хотя, ничего особенного в нём не было. Сидел, ждал меня, безобидно рисовал что-то на песке веточкой, и, кажется, совсем ушёл из реальности, потому что мой голос его даже немного спугнул:

– Чем обязана?

Парень чересчур резво поднялся, наверно, под силой выученных манер, и, побыв несколько мгновений в замешательстве, представился:

– Дри́нек.

Дринек.… Вот значит как? Хоть имя твоё уже знаю. Я-то приготовилась заслушать достаточно долгую историю твоих заслуг после знакомства, но видимо в этот раз всё обошлось достаточно быстро.

– Так что тебе надо? – раз нет званий, то можно бесстыдно перейти на «ты», решила я, и повторила свой вопрос в новой форме.

– Я хотел с вами побеседовать.

– Логично, раз позвал. – Заметила я. – А поконкретнее нельзя?

– Вполне. Меня интересуете вы.

– И?.. – что-то мне начинает не нравиться этот разговор.

– У меня есть к вам предложение… Вы ж наверняка слышали о Замкнутой Роще?

– Да, причём относительно много, – я бы даже добавила, что относительно недавно. – Но.… Причём здесь я?!

– Хм... Пейсино́я, у меня есть к вам одно предложение…

– Нет, нет, нет! – я возмущённо кричу и отмахиваюсь руками, даже не дослушав до конца. – Да никогда! Я не в уме что ли – своим ходом туда?!

Нетрудно было сразу догадаться, в чём заключалось его предложение, учитывая первоначальный вопрос о Замкнутой Роще. Меня даже не интересовало, какой толк от меня будет в поимке той твари, кроме роли его обеда. Чтобы собственноручно скоротать себе беззаботную жизнь? Нет, спасибо.

– Стойте, вы меня неправильно поняли!..

– Всё правильно я поняла! – ответила я, направляясь к калитке. – Мне ещё жить охота!

– Как хотите.… Тогда городской страже наверняка будет интересно узнать, что прямо у них под носом в городе живёт сирена…

Последнее слово больно резануло слух. Сирена? Да как…

Он в любом случае не успел бы ничего предпринять в ответ, а учитывая, что во дворе кроме нас никого не было, я вообще ничем не рисковала. Прижатый одной моей рукой, с заметно удлинившимися ногтями, к забору, парень в первые секунды пытался ослабить мою хватку, но поняв, что его жалкие попытки не принесут успеха, бросил это дело. Тогда, он, видимо, решил заменить физическую атаку на умственную:

– Ну и чего ты этим добьёшься?

– Чем именно?

– Тем, что убьёшь сейчас меня?

– Убивать? Парень, ты б сейчас со мной не говорил, если бы я действительно надумала тебя прикончить. – В моём голосе не было ни капли вранья.

– Что же тебя останавливает?

О, нам стало интересно? И впрямь, меня волнует несколько моментов…

– Откуда ты знаешь обо мне?

– Что именно?

Играем? Не советую, тем более в твоём положении. Я немножко сжала руку. В ответ послышался сдавленный хрип.

– Ну, так что?

– Ладно, я отвечу. – Приступ кашля. – Только отпусти...

Да мне, впрочем, и самой надоело тебя держать…. Я резко втянула когти и оторвала от его шеи руку. Не ожидавший такой быстрой смены ситуации, парень мигом упал на каменную плитку.

– Так как же ты узнал о том, что я…

– … Сирена? – закончил за меня Дринек, злобно поглядывая в мою сторону. – А разве ты особо это скрывала? Я бы так не сказал. Скорее открыто использовала в целях наживы.

– Наживы? Здесь?! – я демонстративно кивнула в сторону трактира.

Снаружи он выглядел ещё более убого, чем изнутри. Правый бок крыши съехал к краю и грозился обвалиться в любой день. Стены уже давно выгорели, а окна были до такой степени покрыты пылью, что в них невозможно было рассмотреть даже само стекло.

– Не важно. – Не желал уступать парень. – Или хочешь сказать, что не гипнотизировала посетителей голосом?

– Ну…

– Я, правда, тоже вначале не мог понять, на кого в зале так реагирует защитный амулет…

– Так у тебя был амулет? Вот как ты вышел на меня! – не хотелось разочаровывать собеседника, что его оберег был мною замечен ещё с самого начала.

– Не на тебя, а на твоё пение. Амулет расценил его как угрозу хозяину.

– И ты сразу решил шантажировать меня? – торжественно заключила я.

– Договориться!..

– Запугивая городской стражей?!

– Я думал, ты согласишься с самого начала…

– На что? На поездку в один конец к оборотню? За кого ты меня принимаешь?!

– С чего ты вообще взяла, что это оборотень?! – уже прокричал Дринек. – Его толком никто не видел, а сразу причислять неизвестное тебе существо к оборотням или вурдалакам, по крайней мере – глупо!

– Допустим… – Как бы ни трудно мне было признать про себя, что он прав, но так оно и было. Действительно, люди из деревни толком не видели, кто именно постепенно уменьшает количество их скота и искореняет героев, вызвавшихся остановить это безобразие, соответственно, тоже.

– Вот я и предположил, что это не оборотень, а аванк.

– Это ещё кто?

– Неужели ни разу не слышала? – отрицательный кивок с моей стороны. – В народе аванк считается, чуть ли не морским демоном. Правда, порой его принимают за водяного. И предпочитает аванк питаться лошадьми, коровами, а иногда и людьми. Видишь, как раз подходит под описание.

– Всё это, конечно, очень интересно, только я до сих пор не могу понять, какое отношение ко всему имею именно я?

– Подожди, дослушай. – Отозвался Дринек. – Аванки слабы к хорошим песням. Одного, например, словили, когда местная девушка усыпила его своим пением, которое пришлось по душе демону. Учитывая славу сирен, твоё пение может стать беспроигрышным вариантом.

– Думал уговорить меня лирической сказочкой? Не вышло.

– Но ты же ничем не рискуешь!

– Ещё как рискую! Головой! С чего ты взял, что ему придётся по душе моё творчество? Он даже не человек!

– Но он нежить, причём водная, практически как ты.

– И что дальше? – решила я уточнить. – Хочешь предложить поговорить с ним по душам?

Скромное молчание в ответ.

Охотник, называется… Интересно было б узнать, что именно подтолкнуло тебя стать ловцом нежити. Не имея ни твёрдого характера, ни напора, тебя вскоре может разочаровать выбранная специальность, если вообще не угробить.

– Как я вижу, на этом твои доводы заканчиваются? – та же тишина. – Тогда я пойду по своим делам.

Обойдя скамейку, на которой расположился Дринек, я решительным шагом снова направилась в сторону калитки, искренне веря, что в этот раз мне вслед ничего не будет произнесено.

– А ты не боишься, что я исполню свою угрозу? – всё-таки сказал напоследок парень.

– Насчёт стражи? Валяй! – ответила я. – Только имей ввиду, в следующий раз не ты меня, а я тебя отыщу.

Я резко развернулась и продемонстрировала шантажисту его собственный амулет в виде безголовой рыбы, пронзённой стрелой, которую я присвоила во время нашего неравного поединка у забора. Парень сразу стал ощупывать шею, на которой раньше красовался этот кулон, но ясное дело, ничего там не обнаружил. Вдоволь насладившись произведённым мной эффектом, я хлопнула дверью калитки и гордо удалилась.

Вернулась домой я лишь ближе к вечеру. Несмотря на столь позднюю пору, на улице было ещё довольно светло. Правда, дневная жара уже спала.

Я примостилась на подоконник и стала любоваться открывающимся мне из окна пейзажем. Люблю наблюдать за закатом. Вид был и впрямь прекрасный. Сегодня небо выкрасилось в нежно-розовый оттенок. Не было ни единого облака. Последние лучи до сих пор продолжали бросать длинные тени от деревьев в саду.

– Чего грустим, хозяйка? – раздалось сбоку.

Совсем рядом от меня на подоконник спрыгнула моя дворовая, Дива́на. Дворовые издавна славятся своим вредным характером и привычкой мучить домашний скот, но моя помощница, наоборот, была необычайно чуткой и преданной. Обитая преимущественно в хозяйственных дворах и приусадебных участках, эти зверьки исполняли роль сторожа, охраняя дом от непрошенных гостей. Их причисляли к злым духам и всегда старались задобрить многочисленными вкусными подношениями по праздникам, чтобы те не больно пакостили. А при переезде на другое место почтительно приглашали последовать за семьей вместе с домовым.

Но, видимо, Дивана не пожелала пойти за своими прежними хозяевами, которые раньше проживали в этом доме, и осталась здесь. Причём, об её существовании первое время я даже не подозревала. И лишь через два года тайная сожительница решила показаться мне на глаза. Вот с тех пор я и подружилась с дворовой, проникшись к ней глубокой симпатией. Див, как я иногда её называю, тоже привязалась ко мне, но, не желая отступать от правил, продолжала называть меня «хозяйкой».

Полюбившая в последнее время образ кошки, в коем сейчас она передо мной и предстала, Дивана лишь видоизменила ушки, сделав их более острыми, чем стала похожа на рысь. Общее впечатление добавляла и её шерсть, которая сейчас, при свете уходящего солнца, казалась не сероватой, как обычно, а огненно-рыжей.

– Тяжёлый день выдался.

Вспомнив о недавно приобретённом сувенире, я достала из кармана амулет Дринека. Потрёпанный шнурок, на котором раньше висела сия фигурка, и потёртые бока безголовой рыбы свидетельствовали о том, что этот кулон прослужил своему хозяину немалое количество лет. Только прослужил ли, в самом деле?

Если верить словам парня, то истинное предназначение амулета – извещать своего хозяина об опасности. Но меня, например, эта побрякушка раскрыла лишь во время пения. А если существа воды попробуют подобраться без использования своих природных сил? Пожалуй, тогда обладателя данного предмета постигнет огромное разочарование.

– Что это? – Дивана обнюхала кулон. – Ваше?

– Теперь моё. – Я выбросила амулет с рыбой во двор. – Только мне оно ни к чему.

– Хозяйка! – возмущённо рыкнула дворовая, глядя вслед упавшей на траву вещи. – Я лишь недавно прибрала! Вы совсем не цените мой труд!

– Не сердись, Див. Просто я сегодня устала.

Я попыталась погладить кошку по голове, но дворовая не любила, когда с ней обращались, как с домашним животным, и поэтому увернулась от моей руки. Она прошлась вдоль подоконника и уселась у самого края.

– Хозяин водного знака тому причиной? – спросила Дивана, подразумевая выброшенный кулон.

– Ты знаешь про него?

Утвердительный кивок в ответ.

– Пока вы отсутствовали, ко двору приходил какой-то человек. С таким же амулетом на шее.

– Давно? – настороженно осведомилась я.

– Задолго до вашего возвращения, хозяйка.

За безопасность своего жилища я не беспокоилась – дворовая его попросту бы не пустила в моё отсутствие. А в том, что это был именно мой новый знакомый, я даже не сомневалась. Но зачем он снова искал со мной встречи? Попытаться меня уговорить? Он сам наверняка осознал всю бесполезность этого занятия.

Меня только-только стало осенять, с какой именно целью охотник решил отыскать мой дом, как Дивана опередила мою догадку взволнованным голосом:

– Хозяйка, к вам пришли. – Она навострила ушки, прислушиваясь к голосам, которые возникли во дворе. – Их много.

Словно в подтверждение её словам, голоса пришедших сделались на порядок громче. При желании можно было различить даже отдельные фразы. Послышался лязг оружия. Городская стража, как всегда, явилась в полной боевой готовности. Признаюсь честно, не ожидала, что охотник претворит в жизнь свою угрозу.

Я моментально соскочила с подоконника. Моя привычка вечно запирать входную дверь сейчас сыграла мне на руку. Только вряд ли для стражи, с их многолетним опытом, она станет серьёзной преградой. Но небольшую отсрочку своего задержания я всё же создала. А дальше-то что?

– Госпожа Пейсиноя, откройте! Мы знаем, что вы здесь! – раздался за дверью голос капитана стражи. Потом, немного помолчав, он добавил:

– Откройте по-хорошему!

Значит, поджидать меня с оружием – это «по-хорошему»? Не на ту напали. Выходить к вам с поднятыми руками я всё равно не собираюсь. Даже не надейтесь.

– Див, – я повернулась к дворовой, – ты не могла бы их немножко отвлечь, пока я соберусь?

– Без проблем, хозяйка. – Послышался в ответ её голос, а сама кошка уже спрыгнула во двор.

Собраться... Если бы я ещё могла сообразить, что именно брать в такой ситуации с собой…

Особо не задумываясь, я бросила в сумку кое-какую одежду и свою лиру. Согласна, не особо эстетично, но упаковывать свой музыкальный инструмент в чехол, просто не было времени, а расставаться с ним я бы не согласилась ни за какие деньги.

С обратной стороны двери послышались вопли и шум начавшейся борьбы. А немного позже раздался крик одного из стражников:

– Уберите это бешеное животное!!!

Я не смогла сдержать улыбки. Надеюсь, Дивана их там не сильно покалечит. В любом случае, будут знать, как являться ко мне без приглашения. Но долго полагаться на отвлекающие манёвры домовой всё же не стоит. Нужно скорее бежать. Через дверь мне путь заказан. Остаётся только окно.

Запрыгнув на подоконник, я выглянула в сад. Никого. Вся стража сейчас дежурит у моей двери. Подойдя к краю, осмотрела каменную стену. Ни единого выступа, как назло. Даже не за что зацепиться, чтобы слезть вниз. С такими темпами далеко не сбежишь.

Хотя, можно попробовать…

Выпустив свои длинные когти, я и упёрлась одной рукой в ближайший участок стены. Первый шаг сделан. Убирать ноги с подоконника было немного страшновато, но тянуть нельзя. Резко выскочив из окна, попыталась схватиться за соседний камень. Рука предательски соскочила. Не выдерживая веса моего тела, вторая тоже начала соскальзывать. Когти, царапаясь об камень, издавали неприятный скрежет. Я старалась не двигаться, чтобы окончательно не упасть, но начала медленно съезжать вниз.

Понимая, что в таком положении долго не продержусь, я стала сосредоточенно соображать, как же действовать дальше. Самый быстрый вариант – отпустить руки и предаться свободному падению – меня не сильно привлекал, а более умных и безопасных способов добраться до земли в моей голове пока не появлялось. Ну, кроме одной…

Эх, была – не была!

Резко прижавшись к стене, с силой оттолкнулась назад. Во время прыжка я успела в воздухе сменить положение и приземлилась, словно кошка, на четыре конечности. В моей второй ипостаси, приобретённой гибкости могла бы позавидовать даже сама Дивана.

Поднявшись на ноги, я подобрала рядом лежащую сумку, которая соскочила с моего плеча во время совершённых секунду назад акробатических трюков. Оглянулась на своё окно. Никого. Стражники до сих пор были увлечены поединком с дворовой, раз ещё не успели приступить к обыску моей комнаты. Или сама Див увлеклась.

До ворот я дошла быстро, и оказалась на улице. Проходя вдоль металлического забора, выполненного в виде замысловатых завитушек, бросила ещё один взгляд на свой, уже бывший, дом.

Как всё-таки жалко покидать место, где провела почти пять с лишним лет. Пусть я и не была особо привязана к этому городу, но всё же.… Когда-то мне почти также пришлось бежать из своей деревни, где я родилась, выросла…

От нахлынувших воспоминаний меня отвлёк знакомый голос.

- Позволите присоединиться к вам? – раздалось практически у меня над головой.

Дивана спрыгнула с фонарного столба, который располагался прямо возле моего двора. Очутившись на тротуаре, дворовая остановилась напротив меня и терпеливо ожидала ответ. После стычки со стражей вид у неё был слегка растрёпанный: шерсть не помешало бы хорошенько расчесать.

– Зачем? – искренне удивилась я. – Я даже не знаю, куда иду.

– А я не знаю, где остаться. – Возразила Дивана.

– Что же ты будешь за дворовая без двора?

– Ничего, хозяйка, – кошка запрыгнула мне на плечо, – как-нибудь выкрутимся!

Главный стражник всматривался в лист бумаги, который сжимал в руках. Вот уже на протяжении получаса он перечитывал его вновь и вновь, не доверяя своим глазам.

– Это просто нереально! – бурчал мужчина себе под нос. – Одна единственная девица и обыкновенная кошка смогли разнести в дребезги отряд стражи из пятнадцати человек! Это просто нереально… Бред….

Но факты твердили обратное. Именно в это глава городской стражи настойчиво отказывался верить, ознакомившись с отсчётом о попытке поймать сирену.

Смягчала ситуацию лишь новость о том, что после повторного рейда той же ночью, сбежавшая сирена не была замечена на территории города. А значит, можно предположить, что она больше не даст о себе знать. Но рисковать всё же не стоит…

Взяв чистый лист бумаги, главный стражник мелким почерком стал выводить новый указ:

«…Установить круглосуточное патрулирование по городу в отведённом порядке. Всех подозрительных особей задерживать и доставлять в главный участок для дальнейшего разъяснения…

…Дважды в сутки совершать обход по пригородной территории…

…Подвергать тщательному обыску все торговые обозы, направляющиеся в город…»

Поставив в конце свою подпись и печать городской стражи, мужчина облегчённо вздохнул и откинулся на спинку стула.

– Вот так-то…

– Хозяйка, это плохая затея.

– Див, не нуди! – отмахнулась я от дворовой. – Это дело принципа.

«А ещё я очень не люблю, когда меня подставляют…» - было добавлено про себя.

Мой план был довольно прост. Охотник явно наметил своей целью добраться до Замкнутой Рощи. Со мной или без меня. Но поскольку теперь ему остался лишь второй вариант, это могло несколько ускорить его путешествие. А значит, он должен совсем скоро выехать из города. Так я, по крайней мере, считала…

Но на третий день бестолкового ожидания у Седой Дороги, которая была не только самой древним, судя по названию, но и единственным путём в город, я уже начала сомневаться в своих действиях. Да и ещё Дивана постоянно подливала масла в огонь:

– Может он выехал по другой дороге?

– Единственная дорога, которая ведёт из города в Замкнутую Рощу – эта! – раздражённо ответила я. – Если бы он выбрал другой маршрут, ему придётся делать огромный крюк. А это минимум полторы лишние недели!

– А через лес? – не унималась дворовая.

– Какой человек в своём уме сунется туда?! За светлую пору суток его даже верхом на лошади не преодолеть, а уж ночью…

А ночью ничего хорошего путников там не ожидает. Да, в нём редко пропадают люди, но даже, несмотря на это утешающее обстоятельство, в лес просто так лучше не соваться. Мало кто, побывав там, в ночное время, может похвастаться успешным походом. Лесные жители вечно воруют у своих «гостей» ценные вещи и товары, а водные существа запросто могут утащить лошадей в ближайшее озеро. Самих людей они трогают довольно редко, как ни странно. Но порой пропажа личного имущества огорчает людей намного больше, чем исчезновение товарища…

Именно поэтому проезжающие, а также местные жители, стараются при возможности обходить стороной этот лес. Поэтому вариант, что охотник решит двинуться сквозь него, я отбросила сразу. Надеюсь, он всё-таки не настолько самонадеян и глуп.

– Ладно, Див, – обратилась я к кошке. – Я уже устала.… Подмени меня.… И только попробуй его пропустить!

Дивана многократно обещала мне, что если она заприметит Дринека во время своего дежурства за дорогой, даже не подумает сообщить мне об этом. Дворовая считала всю эту «засаду» глупостью, на которую даже не стоило тратить время. Но, тем не менее, добросовестно сидела на посту. Так что я не особо верила в её угрозы… Но мало ли что?...

Поочерёдное наблюдение было просто необходимо. Во-первых, потому, что сидеть практически в бездействии целые сутки напролёт одной просто невыносимо. Ужасно затекало тело, а выйти, размяться, на дорогу нельзя. Периодически по ней проезжал какой-то торговый обоз или одинокие всадники. Не то, чтобы они меня сильно смущали, но как отреагировала городская стража на мой побег пока полностью неизвестно. Что, если меня уже разыскивают по всем близлежащим местам? Нет, пожалуй, не стоит так рисковать. А с другой стороны моей временной остановки лежал тот самый лес. И заходить надолго вглубь него я как-то не стремилась…

Во-вторых, за последние два дня вдоль дороги регулярно стал проезжать патруль стражи. И это вызывало некоторые трудности в нашем с Див наблюдении. Ведь, заприметив вдалеке очередной отряд, нам приходилось в срочном порядке на время отходить в лес. На всякий случай. Ведь если обычные проезжающие не обращают особого внимания на окружающий Седую Дорогу лес, то городской патруль вполне мог более тщательно нести свою службу, и обыскивать окраины дороги.

Безусловно, на руку нам играло удачное месторасположение, которое мы выбрали. Путь здесь резко сворачивал в сторону, и мы могли свободно видеть оба ёё направления и, одновременно с этим, оставаться незамеченными.

Здесь было довольно мрачно. Несмотря, на ясную погоду, высокие деревья леса практически не пропускали солнечные лучи между своих листьев. Лишь кое-где сумел проскользнуть тоненький поток. При его свете можно было увидеть дорожную пыль, которая ещё не успела осесть после недавно проехавших путников.

«Какие же всё-таки бывают странные люди… - подумала я, присев у поваленной ели. – Они до паники боятся этот лес, с трепетным ужасом рассказывают друг другу всё новые и новые истории о нём, а сами.… А сами без всякой боязни ездят по Седой Дороге, которая окружена этим самим лесом. Неужели они действительно считают, что этот путь намного безопаснее?»

Я бросила взгляд в сторону Диваны. Дворовая лежала возле куста диких зарослей. Сквозь ветки с зелёной листвой и ало-красными ягодами, она внимательно следила за дорогой. Лёжа неподвижно, Див почти слилась с окружающим пейзажем. Даже шерсть на её спине казалась слегка зеленоватой. Сейчас она чем-то мне напоминала хищницу во время охоты. Ни одного лишнего движения, полная сосредоточенность…

– По-моему это он… – тихо произнесла помощница.

Дивана не ошиблась, это и впрямь был наш знакомый. Охотник медленно ехал вдоль леса, его конь тихо ступал по дороге. Стук копыт мягко растворялся между деревьев. Гнедой жеребец высоко держал голову, всем своим видом показывая, что полон сил, что готов мчаться, нестись во весь опор. Но всадник уверенно держал поводья натянутыми, не давая животному ускорить ходьбу.

Всё складывалось как нельзя лучше. Кроме нас поблизости никого не было. И даже если кто-то из путников решит проехать по Седой Дороге в этот момент, моя помощница успеет известить меня об этом.

– Див, – в мою сторону повернулась пара карих глаз. – Следи за дорогой. Если увидишь, что кто-то будет направляться в нашу сторону, сразу возвращайся и говори мне. Ясно?

– Конечно, хозяйка. – Тихо ответила дворовая. Спустя секунду она уже скрылась на фоне зелени.

Решив особо не затягивать с будущей встречей, я отбросила сумку к ближайшему дереву и направилась навстречу охотнику. Вслед мне донёсся жалобный звон струн, который при ударе со стволом издала лира. Бедный инструмент. Подобные приключения явно не для него…

Очутившись за пределами леса, который всё это время скрывал моё присутствие, я сразу же привлекла к себе внимание Дринека. И хоть на его лице и не отразилось ни малейших эмоций, он стал внимательно следить за моими последующими действиями.

В мои планы не входило сильно калечить парня, лишь немного искупать его в ближайшей реке. В качестве урока. Чтобы впредь знал, как сдавать сирену местной страже.

Но, похоже, что охотник рисовал себе совсем иные картины по поводу моей мести. Пока я шла в его сторону, Дринек ни на секунду не сводил с меня своего взгляда. Неужели высматривает наличие оружия? Мне оно ни к чему, я сама могу за себя постоять. И ранее он уже успел в этом убедиться. А ожидать именно сейчас с моей стороны нападения довольно глупо.

Пожелав использовать эффект неожиданности, я бы уж точно не появлялась перед ним столь открыто. Нападать сзади – это прерогатива разбойников, а никак не моя. Хотя, с подобным началом, войти в ряды придорожных воров – довольно неплохой вариант.

– Я смотрю, ты не больно торопишься спасать деревню. – Пришлось мне начать разговор.

– Тебя волнует их судьба? – удивлённо спросил Дринек. – Почему же ты не приняла моё предложение?

– Охотиться за нежитью – твоя работа, а не моя.

– За нежитью?.. – лёгкая усмешка в ответ. – Но ты же тоже... В некотором роде нежить.

– Так, выходит, в твоём списке я буду следующей после аванка?

Когда идти до всадника оставалось всего несколько шагов, я выставила перед собой руку. Многие тренированные лошади воспринимают этот знак, как приказ остановиться. И конь Дринека, выражая возмущение появившейся на его пути преграде в моём лице, негромко фыркнул и застыл на месте.

Находясь совсем близко от охотника, я заметила знакомый амулет, который выглядывал из-за расстёгнутого ворота. Обезглавленная рыба, пронзённая стрелой. Но каким образом выброшенный мною кулон вернулся к своему владельцу?

– Как он снова у тебя оказался?!

– Ты про амулет? – Дринек сжал рукой фигурку. – Он был у тебя в саду.

– Что ты там забыл? – я уже начинала злиться. – Продолжал преследовать меня и дома?!

– К тому моменту, как я туда пришёл, тебя и твоего... – парень задумался, подбирая слово, – ... зверька уже не было.

– Конечно, будь Дивана во дворе, так бы тебе и удалось войти. – Саркастично заметила я.

– Но стража же вошла...

- Не испытывай моего терпения, парень... – сквозь зубы произнесла я, сжимая кулаки.

У меня начали немного слезиться глаза. Не от обиды, нет. От злости. Порой так трудно контролировать свой облик под наплывом эмоций. Я почувствовала, как зрачки стали постепенно затягиваться белой плёнкой. Она идеальна для видимости под водой, но здесь, на суше, ухудшает зрение в несколько раз. И ещё свидетельствует о начале превращения. А для чего, скажите, сирене менять облик посреди леса? Безусловно, для нападения...

Видимо, Дринека посетила та же мысль.

Не переставая смотреть мне прямо в глаза, охотник медленно потянулся к ножнам. Неужели, он будет на этот раз действовать более решительно? Посмотрим, что из этого выйдет…

– Даже не пытайся!

Я резко положила свою руку на морду коня. Несмотря на то, что когти я не выпускала, животные безошибочно определяют, кто именно перед ними находится. Особенно, если стоят совсем близко друг от друга.

Жеребец испуганно заржал и начал пятиться от меня назад. Пытаясь хоть как-то приструнить разволновавшегося коня, Дринек натянул поводья. Но животное всё никак не хотело успокаиваться, и, сделав ещё пару шагов назад, конь встал на дыбы.

Парень, не ожидая такой резкой смены ситуации, или, видимо, не успев крепко ухватиться, тут же свалился на землю. Животное, избавившись от седока, отбежало в сторону, на самый край дороги, и продолжило там обеспокоенно топтаться на месте.

Медленно подойдя к лежавшему на дороге охотнику, я стала ждать, пока он поднимется. Встал парень довольно резво. Быстро оглянувшись вокруг, и убедившись, что конь остановился недалеко от нас, Дринек повернулся в мою сторону.

– И что дальше? – иронично спросила я, окинув взглядом его запыленную после падения одежду. – Попытаемся сбежать?

– Никогда не пользуюсь подобным способом решения проблемы. – Высокомерно ответил охотник, и, немного погодя добавил. – В отличие от некоторых.

– Да? – я сделала шаг вперёд. – А благодаря кому мне пришлось бежать?

– Я же предупреждал, что отправлюсь к страже. А свои обещания я всегда выполняю.

– Знаешь, я свои тоже...

Не давая Дринеку возможности опомниться, я быстрым движением схватила его одной рукой за ворот рубахи, а другой выхватила из-за пояса нож, с которым он пару минут тому назад хотел на меня напасть.

Сложившаяся ситуация до боли напоминала наше первое знакомство во дворе таверны. Помнится, тогда парень находился в точно таком же положении. Но, видимо, неудачный опыт никак не научил охотника, поскольку, как и в прошлый раз, Дринек начал с усилием пытаться разжать мою кисть. Не находя особого интереса в наблюдении за его действиями, я обратила своё внимание на приобретённый мною трофей.

Охотничий нож не представлял собой особой ценности. Его массивная рукоять была выполнена из прочного дерева. На краю было проделано отверстие, через которое пропускался толстый шнур. Оружие было выполнено в довольно строгом стиле и не содержало на себе ни малейших узоров. Да и они были бы излишни: в сражении ценится умение, а не красота стали. И я никогда не понимала цель подобных украшений на оружии.

Но этот нож был слишком «пуст», словно умелец, изготовивший его, не успел закончить свою работу. Или не захотел. На своём творении он не оставил даже инициалов.

– Где ты раздобыл его? – с любопытством спросила я Дринека.

– Этот нож?.. – парень на несколько секунд замолчал, видимо, обдумывая, отвечать мне или нет. – Взял у товарища.

– Жаль... Тогда ты вряд ли знаешь имя его скромного мастера...

Под возмущённый взгляд охотника, я заложила нож себе за пояс. Пусть пока побудет у меня. Ну не возвращать же ему в руки оружие, в конце концов?!

– Взял у товарища, говоришь? – что-то не я не сильно верю его словам. – А где же он сам? Тоже не захотел присоединяться к тебе?

– Почему же не захотел? – донеслось до меня откуда-то сзади. – Просто немного отстал.

Мне хотелось обернуться и взглянуть на новообразовавшегося заступника, но я не успела сделать ни малейшего движения. С огромной силой в меня врезалась достаточно объёмная масса воды. Ощутить мощный удар волны мне довелось, будучи отброшенной на довольно большое расстояние. Проехав по земле, я приземлилась возле самих стволов деревьев.

У меня тут же предательски заныла спина. Несколько холодных ночей, проведённых в лесу, не прошли даром. Но, несмотря на боль, попыталась встать.

Поднявшись на ноги, я отбросила мокрые пряди волос, которые облепили лицо. Мой взгляд упал на руку. Капли медленно скатывались с моего запястья на траву, огибая на своём пути блестящие чешуйки, которые стали появляться на моей коже. Когти постепенно увеличивались в размерах. Если раньше я могла контролировать их рост, то теперь это было не в моей власти. Трансформация тела проходила бессознательно, всякий раз, когда моё тело соприкасалось с водой, и я не могла приостановить её. Кожа постепенно приобретала болотный оттенок, а в районе шеи ощущалось легкое жжение. Это росли жабры.

Я подняла глаза, чтобы разглядеть нападающего. С первого раза мне это сделать не удалось: стекающие по лицу струйки воды не давали возможность чётко увидеть что-либо перед собой. Лишь протерев глаза рукой, я стала различать его силуэт.

Высокий молодой парень стоял саженях в двадцати от меня. Одет он был в чёрную ливрею с изящной обшивкой на рукавах и подоле. Древние знаки, выполненные золотыми нитями, периодически поблёскивали на солнце. Тёмное одеяние как нельзя кстати шло незнакомцу, идеально сочетаясь с его бледной кожей и пепельными волосами. Я могла в деталях рассмотреть его лицо, поскольку, вопреки традициям поединка, молодой человек не набросил капюшон на голову. Пренебрежение правилами? Или меня попросту не считают достойной соперницей?

В своём истинном облике я чувствовала себя на суше несколько неуютно. Наверняка, атаковавший меня незнакомец это прекрасно знал, поэтому и использовал против меня именно воду. Но в новой ипостаси у меня также заметно увеличивалась сила. И если уже мне решили бросить вызов таким способом, я смогу дать достойный отпор.

Слева послышался сдавленный возглас. Я оглянулась на охотника. Дринек не попал под этот водяной поток, предназначенный мне. Но ведь я не разжимала руку, когда меня сбивало волной, поэтому его отбросило к деревьям вместе со мной. Сейчас он сидел на земле, недалеко от меня, и заворожено глядел на мою зелёную кожу. Ещё бы: не каждый день доводиться видеть превращение сирены. Но сейчас мне было не до него…

– Нападать со спины – это не по-рыцарски… – сказала я, развернувшись обратно. – Тем более на даму.

– Но я-то не стремлюсь становиться рыцарем. Быть магом меня пока вполне устраивает.

Резким жестом незнакомец выставил перед собой руку на уровне груди ладонью вверх, словно хотел пригласить меня на танец. Я неуверенно сделала шаг назад, мысленно готовясь, что в меня сейчас снова полетит волна или какой-то светящийся шар. Но вместо совершения очередной атаки маг начал... Собирать воду?!

Действительно, огромная лужа, которая образовалась на дороге после моего падения, стала постепенно разделяться на мелкие струйки и течь по направлению к парню. Достигая его ног, вода спиралью поднималась к руке и, оборачиваясь вокруг запястья, впитывалась в ладонь. Когда струйки исчезали, на коже оставалось лёгкое фиолетовое сияние.

Мне редко доводилось пересекаться с магами. Но даже такие встречи мало посвящали меня в тайны их ремесла. Чтобы колдовать, им необходимо было огромное количество энергии. Но, как правило, не всегда её источник находился под рукой. Если с заклинаниями земли и воздуха дела обстояли проще, то для создания огненного шара или той же самой волны, требуется основа.

Незнакомец вполне мог обратиться за помощью к близлежащей речке, чтобы запастись водой. А использовав всё при первой же атаке на меня, маг в буквальном смысле, остался с пустыми руками. Собирая воду с земли, он пополнял свой источник силы, чтобы... Чтобы совершить повторную попытку нападения.

Стоять и просто ждать, опустив руки, я не собиралась. В магии есть один ощутимый минус. Несмотря на всю тщательность заклинаний, создаются они довольно долго. Это их свойство сейчас сможет сыграть мне на руку. На первое время...

Не дожидаясь, пока маг закончит своё дело, я резко бросилась бежать влево, к лесу. Слава богам, Седая Дорога была не больно широкая, так что добраться до деревьев мне удалось практически сразу. Укрывшись за стволом одного из них, я на мгновение остановилась и, приложив пальцы к губам, протяжно свистнула. Надеюсь, Дивана верно поймёт мой зов. Но испытывать судьбу всё же не стоит: соперник недолго будет находиться в замешательстве. Глубоко вздохнув, я побежала дальше.

Див, где же ты? Мне нужна твоя помощь...

Глава 2. Встреча у ручья

– Тихо... Тихо... Смотри, какая ляля... – молодая женщина покрутила перед младенцем тряпичной куклой.

Розовощёкая малышка затихла и внимательно уставилась на огромные нарисованные глаза. Пару раз моргнув, она протянула ручки вперёд, пытаясь дотронуться до игрушки. Ну, разве можно было отказать этой милашке?

Заполучив желаемую куклу, девчушка тотчас же плотно прижала её к себе. И казалось, что кроме нового приобретения, ей больше ничего не требуется в этом мире.

– Дорогой, посмотри какие у неё глаза. – Яси́ль подозвала своего мужа к кровати ребёнка.

Мужчина средних лет медленно встал из-за письменного стола и подошёл к своей супруге. Она почти весь вечер нянчилась с крохой, ни на секунду не отлучаясь от неё. Девочка всё время плакала и только полученная несколько минут назад игрушка заставила её ненадолго успокоиться.

–- Действительно, такие ярко-голубые... Даже синие... – задумчиво сказал староста. – В нашей деревне ни у кого таких нет...

– Чья же она? – словно саму себя спросила женщина.

Похоже, что бывшие родители двухлетнего чада не желали, чтобы кто-либо знал ответ на этот вопрос. Теперь ребёнок, брошенный у двери дома, не имел ничего кроме красивого имени. «Пейсиноя» - гласил размашистый почерк в записке.

– Наверняка, эти... бродяги её оставили здесь! – то ли со злостью, то ли с досадой произнёс мужчина.

Под «бродягами» он подразумевал странствующих артистов, которые всего лишь несколько дней назад приехали к ним в деревню. А люди и рады их появлению: завораживающие фокусы, интересные представления, гадания... Давно у них не было стоящих развлечений. И только Ри́йк, староста сей деревни, не разделял всеобщего восторга. Вся эта мишура и пышность являлись на его взгляд слишком наигранными. Но желание жителей были для него всегда превыше своих. Поэтому он и разрешил этим путникам на время остановиться в деревне. Но позже мужчина не раз пожалеет о своём решении...

– Даже если это действительно они, мы их теперь не отыщем. – Ответила Ясиль, укутывая засыпающую девочку. – Неизвестно в каком направлении они уехали. А ребёнку нужен дом... Может...

– Что? – переспросил Рийк, уловив в голосе жены знакомую интонацию.

– Милый, может... Оставим её у себя?

– Но у нас уже есть два сына, Ясиль!

– Есть, и что? – не хотела уступать женщина. – Мы можем позволить себе и третьего ребёнка. К тому же я... Я всегда мечтала о девочке. Думаю, наши мальчики не будут против младшей сестрички.

Рийк ещё раз взглянул на девчушку. Сирота тихо спала в обнимку с куклой. Её милое личико говорило о том, что в будущем она станет настоящей красавицей.

– Решай сама... – сдался староста. Если его супруга так хочет стать матерью для этой сиротки, значит ей это действительно важно.

– Чудесно! – Ясиль склонилась над кроваткой. – Добро пожаловать в новую семью, малышка!

* * *

Кто сказал, что побег – это глупо? Я в корне не согласна с таким утверждением. Особенно когда от этого зависит моя жизнь. Преследуют уже, который день, словно какую-то преступницу. Хотя, по сути, я не совершила ничего противозаконного. В чём моя вина? В том, что родилась такой?

Принимая сирену за русалку, некоторые люди вешают на неё всевозможные грехи: утонувших девушек, затянутых в омут молодцов и отсутствие лова у рыбаков. Всегда есть возможность обвинить «нечистую силу» во всех несчастьях. Но всегда ли она является тому причиной? Впрочем, кто это поймёт? Побег – это не глупость, а порой единственный способ избежать несправедливого наказания.

Кто сказал, что побег – это бессмысленно? Я сказала. Поскольку, несмотря на все свои попытки оторваться от погони понимала, что рано или поздно они меня догонят. Особенно при таком неравном раскладе.

За спиной, совсем близко от себя, я достаточно отчётливо слышала стук копыт. Густой лес сильно мешал лошади бежать быстрее. Всаднику постоянно приходилось немного приостанавливать коня и огибать широкие стволы деревьев. Но, несмотря на эти преграды, Дринек не отставал. А я уже начинала выдыхаться. Лёгким не хватало воздуха.

«Где же река? – металось у меня в голове. – Она должна быть здесь... »

По крайней мере, мне так казалось. Точной карты леса вокруг Седой Дороги не существовало, но ближайшие источники воды была возможность отыскать. Я сказала «ближайшие»? Пробежав довольно порядочное расстояние, меня начали посещать сомнения насчёт верности выбранного направления.

Весь мой план постепенно рушился. Укрыться от преследователей в речке казалось мне идеальным вариантом. В привычной для меня среде, я уже буду для них недосягаема. Для Дринека так точно. Что касательно мага...

Даже не имею понятия, куда он пропал. Но надеяться на то, что я была поручена исключительно охотнику, всё же не стоит. Теперь лишь приходится ожидать, когда колдун присоединится к погоне. Присоединится или завершит её ещё одной атакой на меня?

Опираясь на его довольно молодой возраст, можно предположить, что маг – всего лишь ученик. Сильный, но недостаточно опытный. Лёгкая неуверенность в движениях выдавала незнакомца. К тому же, достаточно странно встретить студента Академии Четырёх потоков в этот период.

Дело в том, что в летний семестр у них идёт наибольшая нагрузка и оторваться от учёбы практически невозможно. Даже ради визита к родственникам: для этого отведены зимние каникулы. В предновогодние праздники студенты не натворят много неприятностей. Земля замёрзлая, растений почти нет, вода покрыта льдом, да и огонь при таких условиях не так уж легко раздобыть. Без источника энергии нет заклинаний, особенно когда они сплетаются неумело. Идеальная возможность дать время на отдых и обезопасить людей от внеплановых экспериментов магов-любителей.

Исключительно в редких случаях студенту позволяют отлучиться от учебного процесса. Например, для прохождения практики под контролем наставника. Если незнакомец находится здесь именно по этой причине, то скорое появление уже третьего участника погони, настоящего профессионального чародея, сулит большие неприятности.

«Хотя...» – появилось во мне сомнение, когда я бросила очередной взгляд вперёд. Сквозь деревья виднелся яркий солнечный свет. Берег. Давно пора. Теперь уровняем шансы...

Только оказавшись за пределами леса, попасть в проворный ручей я всё равно не смогла. Преграду в этом мне составили три существа, которые расположились возле реки на поваленном стволе дерева.

Видимо, сегодня Судьба окончательно решила преподнести мне весь свой запас сюрпризов.

– Девочки, смотрите, кто заблудился. – Произнесло одно из них, внимательно оглядывая меня.

«Девочки»? Так они женского рода? В ответ я так же начала приглядываться к незнакомкам.

Какая-то тёмная и грязная ткань служила им одеждой. Подвязанная через плечо и образовавшая сложные узлы, материя скорее передавала впечатление натянутого на тело мешка. Из-за подобного вида и невозможно было определить с первого раза их пол. Каждая довольно крупного телосложения, даже по сравнению с мужчиной. Волосы этих особ были длиной до плеч и жутко запутанные. Казалось, что передо мной находятся какие-то дикарки. Но ещё одна их особенность, которую вскоре мне довелось увидеть, бесспорно, отвергало это предположение.

В этот момент на прибережную лужайку на огромной скорости выскочил гнедой жеребец. Оказавшись на открытом пространстве, его всадник моментально натянул поводья, приказывая коню остановиться. Сделав небольшой круг, лошадь замерла в пол-оборота к реке.

– Ты и подмогу привела? – спросил у меня Дринек, кинув оценивающий взгляд на новых участниц события.

Нами уже заинтересовалась вся тройка. Поднявшись с бревна, девушки, медленно переминаясь с ноги на ногу, переглядывались между собой и загадочно усмехались, взирая на нас. С их внешностью это выглядело несколько.… Пугающе.

– Нет у меня таких знакомых. – Отозвалась я, продолжая следить за действиями странной компании напротив.

– Нож достань… – тихо бросил парень.

«Какой ещё…» – не вовремя проснулось во мне возмущение. Но получив сильный подзатыльник от памяти, оно решило замолкнуть. Просто гениально: сама отобрала оружие и благополучно забыла о его существовании.

Плавным движением, чтобы существа не заметили, я завела руку за спину и обхватила покрепче своего металлического защитника.

– Вернуть? – шёпотом спросила Дринека. Без вооружения вряд ли он сможет долго продержаться.

– Оставь себе. – Мимолётно взглянув в мою сторону, ответил охотник.

Совершенно не скрывая своих намерений, парень склонился к правой ноге и достал из сапога кинжал – довольно опасное оружие в ближнем бою.

«Хорош…» – отметила я про себя, вспоминая, что, несмотря на всё своё внимание, не примечала спрятанного снаряжения ранее.

Лесные незнакомки тоже решили перейти к более активным действиям. Одна из них издала какой-то невнятный звук, походящий на низкий рык, и медленно двинулась в нашем направлении.

– Мне она не кажется опасной, но такое поведение настораживает. – Поделился Дринек своими мыслями, соскочив с коня.

Скоро ты изменишь своё мнение, парень. На расстоянии между нами, которое стремительно сокращалось, я увидела, что глаза девушки постепенно заливаются кровью. И её зрачки были слишком узкие для человека…

Оборотень? Вурдалак?

Кто же они такие?

Идущее на нас существо, стало плавно сворачивать в мою сторону. Круг выбранных для нападения лиц быстро сужается. В ритм с ходьбой девицы, я начала отступать назад. Шаг, ещё один…

Буквально через минуту моя спина упёрлась в шероховатый ствол дерева. Так, теперь подходи ближе. Лишь один прыжок этой твари и в её тело вонзится острие ножа. Надеюсь, охотника не посетит идея вообразить себя героем, и он не влезет между нами…

В этот момент где-то слева от меня возникла яркая вспышка. Уловив её краем глаза, мне не удалось распознать происхождение столь необычного светового эффекта. Спустя мгновение, по лесу прокатился страшный треск, который чем-то напоминал раскат грома. Одновременно с этим звуком, по диагонали от меня пронёсся бело-оранжевый луч и, сбив с ног наступающую особу, отбросил её к дальним деревьям.

Всё произошло так быстро, что от неожиданности я не сразу догадалась оглянуться назад и заметить творца этого чуда. Впрочем, нетрудно было догадаться…

Выйдя на лужайку, маг остановился между Дринеком и мной. В глаза сильно бросалась его правая рука. Её цвет… Кисть была полностью чёрной, словно обожженная пламенем или перепачканная в золе. Неужели это всё возникает от заклинаний?

– Не подпускайте их слишком близко к себе! – обратился к нам обоим колдун, но посмотрел лишь в мою сторону.

А как же их тогда убить? Ранить на расстоянии противника, при этом не двигаясь с места, не каждому под силу.

Трава на берегу заметно потемнела. Создавалось впечатление огромной тени, покрывшей луг. Тучи? Но безоблачная погода не могла так резко измениться. Я подняла голову вверх.

Оставшиеся подруги поверженной решили сменить тактику. Теперь одна из них наблюдала за нами с неба, заслоняя собой яркое солнце. Вторая пока ещё оставалась на земле. За спиной у неё быстро росли перепончатые крылья. Перевоплощаясь, существо тихо поскуливало: то ли от боли, то ли от предвкушения скорой добычи.

– Они ещё и летать умеют?! – невольно вырвалось у меня.

– Эринии? Конечно, умеют. – Подтвердил маг.

Закончив менять облик, девица сразу присоединилась к своей парящей спутнице. Их полупрозрачные красные крылья выглядели слишком тонкими. Удивительно было, как столь крупные твари могли удержаться в воздухе при таком условии.

– Ты в состоянии их прикончить, как первую? – спросил до этого молчавший охотник друга.

– Нет.… У меня уже не хватит сил… Нужно подождать…

– Вряд ли у этих дам есть столько терпения. – Вклинилась я в дискуссию.

Меня до сих пор не покидала мысль исчезнуть с концами в реке. Правда, преграда в виде двух эринний на моём пути была довольно обманчива. Я впервые встречала таких существ и не знала размер их силы. Они кусают своих жертв? Душат?

Мой взгляд остановился на руках этих тварей. Когти. Почти как у меня, но немного толще. Плохой расклад. Как обладательница схожего преимущества, могу оценить всю его опасность для охотника и колдуна. А я.… Пожалуй, мне удастся продержаться против одной девушки. И если весь возможный риск уже налицо, к чему тянуть?

Резко оттолкнувшись от дерева, я бросилась навстречу эриниям. Одна из них, которая последняя изменила свою сущность, моментально среагировала на моё действие. Издав дикий крик, она несколько раз взмахнула крыльями и, сложив их за спиной, стрелой кинулась ко мне.

Расстояние между нами стремительно сокращалось. И чем ближе подлетало существо, тем ниже оно опускалось к земле. Меня попытаются сбить? Ну, давай, попробуй…

Преодолев с небывалой скоростью большую часть расстояния, девица снова расправила свои красные крылья. Вблизи они выглядели ещё эффектнее: мелкие чешуйки бросали цветные блики, и казалось, словно это лёгкая атласная ткань, натянутая между перепонками. Довольно изящная особенность у такого жестокого создания. Порой природа придумывает совершенно немыслимые сочетания.

Эриния уже оказалась слишком близко. Больше выжидать нельзя. Буквально выскочив из её когтистых объятий, я прыгнула прямо на спину твари. Охотничий нож уверенным движением вошёл ей в кожу…

Всё произошло в считанные секунды. Существо, не сумев выдержать на себе такую тяжесть, и ощутив острую боль в районе хребта, моментально свалилось на землю. При падении я не смогла удержаться и, перелетев через девушку, упала на траву.

Ох, моя бедная спина.… Надо в срочном порядке прекращать использовании подобных трюков. Сейчас разлеживаться на берегу некогда. Но подняться на ноги мне было трудновато: при малейшем повороте поясницу словно пронзали иглы. Перекатившись на другой бок, я приподнялась на локте и взглянула, куда приземлилась моя противница.

Раненая девица теперь была под вниманием мага. И судя по клинку, который тот держал в руках (откуда только они с Дринеком берут оружие?), судьба хищницы была решена.

Странно, что бросившись на этих дикарок, я даже не предположила, что ответить на мою атаку могла не одна, а две твари разом. Впрочем, всё обошлось и на том спасибо.

Во время нашей короткой встречи, её подруга решила избрать себе в соперники охотника. И, в отличие от меня, парню справиться с крылатым существом не удалось.

Не знаю как, но лесное создание схватило Дринека и теперь, прочно обхватив его, парило в воздухе практически на уровне верхушек деревьев. Одной рукой эриния придерживала свою жертву за пояс. Блестящие когти второй кисти лежали на шее охотника. Девушка хищно смотрела на него, словно примериваясь для укуса. У наших незнакомок имеются ещё и наклонности вампиризма? Становится всё интереснее и интереснее.

– Эй, ты! – игнорируя боль, поднялась я с земли. На меня уставился злой взгляд. – Иди сюда!

Подзывающий жест приглашал приблизиться ко мне. В глазах твари возник интерес. Ещё бы – такая наглая добыча.

При такой паузе я уже начала жалеть о своей проснувшейся смелости. Может одуматься и прыгнуть в речку? Ведь теперь она так близко. Даже слышен плеск воды сзади.

В этот момент существо, не отпуская охотника, метнулось в мою сторону. Но, наученная неудачным опытом своей соратницы, хищница не стала лететь низко. Наоборот, находясь на достаточно приличной высоте, девушка и не думала менять направление. Пролетая надо мной, эриния неожиданно разжала руки и парень, буквально свалившись с неба, сбил меня с ног.

Не удержав равновесие, я вместе с Дринеком упала в воду.

Моя кожа только начала подсыхать: оставалось лишь несколько зелёных разводов на теле. И вот, всё заново. Рост жабр напомнил о себе знакомым жжением. Я уже привыкла к этому ощущению и практически не обращаю на него внимание. Необходимо переждать лишь несколько мгновений и вода станет мне вторым воздухом.

Сколько времени у меня не было подобного чувства. Чувства, когда мягкий речной поток нежно прикасается к твоему лицу и словно обнимает его. Чувства, когда озорные пузырьки кружатся вокруг тебя и дразнят, мол, пошли с нами, поплаваем. Когда перед тобой раскрывается вся красота подводного мира. Песок, который на берегу выглядит сухим и безжизненным, здесь, на дне, лежит гладким слоем. Как дорогой ковёр. Обыкновенные камушки, острые и грубые на поверхности, теперь блестят словно драгоценности.

Переждав изменения своего организма, я начала искать охотника. Ил, поднятый со дна нашим вторжением, ещё не успел улечься. Он заметно ухудшал обзор, но не помешал мне довольно быстро увидеть парня. Вокруг него, перемешиваясь с речным песком, постепенно разрасталась алая туча.

Кровь.

Дринек ещё и ранен? Неужели эриния успела закончить своё дело?

Как можно быстрее гребя руками, я добралась до тонувшего. Обхватывая его покрепче, чтобы вытянуть на сушу, мне удалось мимолётно взглянуть на лицо охотника. Он был без сознания. Или…

– Давай возьму его. – Встретил нас маг у берега.

Убедившись, что моя ноша не отправится обратно под воду, я разжала свою хватку. Без дополнительного груза мне не составило особого труда самостоятельно вылезти из речки. На земле я с опаской оглянулась вокруг.

– Не бойся, – успокоил колдун, заметив мой настороженный взгляд. – Они уже мертвы.

У меня не было причин не доверять словам парня. На время мы стали, чуть ли не одной командой. Но я пробыла под водой от силы минуты три. Как за такой короткий промежуток он в одиночку мог справиться с двумя дикими существами? Это маг или наёмный убийца?

В подтверждение его фразе, на луге лежала раненая мной эриния. Из её спины всё также продолжал торчать нож Дринека. А под телом образовалась огромная тёмно-бардовая лужа. Вторая девица расположилась немного поодаль. Она была прислонена к дереву. Грудь пересекала широкая полоса, из которой тянулись тоненькие красные струйки.

Я с тяжестью свалилась на траву. Зелёная подстилка, нежно щекоча, прошлась по моей щеке. Из груди вырвался облегченный вздох: опасности больше нет.

Колдун продолжал возиться с охотником. Он оттащил друга подальше от берега и, присев на корточки рядом с ним, начал осматривать рану. Четыре глубокие царапины пересекали всю шею, немного заходя на подбородок. Стекающая с Дринека вода, вбирая в себя кровь, падала на землю. Мокрый ворот рубашки стал бледно-ржавого цвета. Серьёзная травма.

Неожиданно быстро закончив свои наблюдения, маг поднялся и направился в сторону леса. Столь странное поведение удивило меня. Я крикнула вслед колдуну:

– Между прочим, он умирает!

– Знаю. – Было брошено в ответ.

Такая реакция окончательно вызвала во мне потрясение. Его об дерево ударили, пока он сражался с этими тварями, или как? Но, отвергнув мою мимолётную мысль о неудачной шутке, молодой человек ушёл.

Связалась на свою голову. Теперь буду чувствовать себя виноватой, если дам охотнику умереть.

Я приблизилась к Дринеку и приложила руку к его груди. Слабо, но дышит. Ещё есть шансы. Не умею оказывать первую помощь, но придётся что-то придумывать.

Было решено пожертвовать своей блузой. Оторвать её широкий рукав мне удалось с большими усилиями. Ткань была дорогая, хорошая и никак не хотела отделяться от предплечья. Разделив полученный кусок на несколько лоскутков, я начала обматывать шею парня. Первый слой повязки сразу насквозь пропитался кровью. Но спустя несколько секунд алая часть скрылась за светлой материей бывшей одежды.

Лицо раненого выглядело слишком бледным. И потрогав его руку, я обратила внимание, что она стала заметно холоднее с того момента, как охотник побывал в реке…

Снова на лужайке маг появился нескоро. За собой он вёл лошадь буланой масти. Оставив её возле коня Дринека, который всё это время пощипывал травку, колдун снял массивную кожаную сумку со своего скакуна.

– Если ты на поминки, то явился вовремя. Можешь возложить цветы. – Ядовито сказала я.

На меня бросили беглый взгляд. Блудный маг заинтересовался отсутствием моего рукава, но вскоре парень опять отвернулся.

– Он уже мёртв! – ещё одна попытка вызвать хоть каплю жалости. В ответ на мои старания молодой человек лишь приподнял бровь.

Колдун разве не способен на большие эмоции? Даже мне, фактически чужому человеку, было жалко охотника. У вас когда-нибудь умирал знакомый на руках? Нет? Тогда вам не понять тех ощущений, которые испытала я. Их невозможно передать словами. Что ни говори, а независимо от твоего возраста, увлечений или характера, смерть всегда вызывает бурю эмоций. Страх. Обиду. Жалость. Или всё разом. Но сейчас они уступили место настоящему презрению. Если бы мой взгляд имел возможность испепелять, чародей уже давно отправился бы следом за эриниями.

– Вместо того чтобы тихо ненавидеть меня за спиной, - обратился ко мне маг, - помогла б своей подруге. Ей тяжело одной тянуть твою лиру, но принимать мою помощь она не захотела.

Действительно, глянув в том направлении, откуда вернулся парень, мне удалось различить промеж деревьев силуэт моей дворовой. Дивана плотно держала зубами ремень сумки и тянула её следом за собой.

– Между прочим, она у тебя слишком царапается… – добавил колдун.

– Нечего чужие вещи брать. – Я забрала у своей помощницы сумку и погладила её по голове. Див по привычке с неудовольствием выгнулась.

– Хозяйка…

– Прости, прости! Опять забыла… – появление родной души хоть немного подняло мне настроение и хотелось выплеснуть возникшую радость на дворовую. – Куда ты так запропастилась?

– Госпожа, я явилась сразу, как вы позвали, но на месте никого не обнаружила. Осталась ждать. А потом явился он… – Дивана кивнула в сторону чародея.

При этом она злобно оскалилась, обнажив короткие клыки. Мне казалось, что таким образом кошка показывает своё пренебрежение. Но когда животное, агрессивно рыча, начало медленно отступать назад, стало понятно: дело в другом.

Обернувшись на источник раздражения дворовой, я снова застала мага на прежнем месте. На этот раз молодой человек застыл возле тела с толстой книгой. Как и положено всем изданиям, она имела слегка потрёпанный вид. На обложке кораллового цвета виднелась надпись «Necronomicon». Но крайние буквы стали жертвами времени: позолота уже начала постепенно стираться. Пожелтевшие страницы хранили на себе тайные письмена, которые не каждый мог понять. И не каждый мог ими воспользоваться. Я слышала несколько слухов об этой книге. Связь с духами, потусторонним миром, тёмная магия: она скрывала в себе и не такие знания. Неудивительно, что Див так отреагировала на эту вещь.

Но странное поведение моей помощницы было вызвано не только сей редкой литературой. Погрузившись в чтение «Некрономикона», колдун прикрыл глаза и тихо что-то произносил себе под нос на незнакомом мне языке. Вокруг него витал чёрный туман. Странная дымка тянулась от парня к земле, обволакивая труп охотника несколькими витками. Поздновато для чудес, как по мне.

– Не обращай внимания, – попыталась я успокоить дворовую. – Нас он не заденет.

Дивана перестала коситься на чародея, но всё равно шла с боку, подальше от неприятного ей объекта.

– Пошли обратно к дороге.

– Назад? Не стоит, хозяйка. – Кошку посетило несвойственное ей беспокойство. – Патруль несколько раз проезжал. Слишком часто.

– Но они и раньше… нередко появлялись. Всё равно нас не заметят.

Если честно, мне самой ужасно надоело наблюдать за нескончаемой Седой Дорогой. Мы точно не решили еще, куда пойдём теперь, так что направление пока не играет существенной роли.

– Можно вдоль реки. – Предложила дворовая.

– Нет. – Отрезала я. – На берегах часто делают привалы. Обходить каждый раз такие стоянки – слишком долго.

– А просто идти по дороге? – послышался голос мага. Захлопнув книгу, он внимательно смотрел на меня, ожидая ответа.

– Глупое предложение. – Опередила мою мысль Див.

– Почему «глупое»? – парень поднялся с земли. – Может самое верное и… единственное. Не будете же вы вечно прятаться в этом лесу.

– Но сдаваться страже… – меня удивлял начатый разговор. Довольно неожиданная забота о нас.

– …И даже если вам удастся незаметно для стражи покинуть лес, – не обращая внимания на мои слова, продолжил колдун. – В полной безопасности вы всё равно не будете. Вечная боязнь преследования станет идти за тобой, куда бы ни свернул твой путь.

– Тогда считай, что своего вы добились.

– Ты слишком плохого о нас мнения, Пейс…

– Пейсиноя! – исправила я.

– … Нашей целью не было лишить тебя крыши над головой. Просто… – лёгкое пожатие плечами. – … Просто, так вышло.… Но мне действительно непонятно, почему ты так избегаешь этого места.

– Меня туда ничего не тянет.

– Хм, даже то, что ты выросла в том крае?

Откуда эта парочка так много знает обо мне? Я не болтлива и не рассказывала знакомым о своём прошлом. Даже дворовая, пожалуй, единственная, кому можно было полностью доверить секреты, не обладала такой информацией. Как же они тогда смогли разузнать, что моё детство прошло в небольшой деревне, расположенной как раз в Замкнутой Роще?

– Я никуда не поеду! – моему терпению приходил конец. – Вы.… Выгнали меня из города. Из дома. За мной гонятся. Мы теперь… Дивана, да что опять?!

Мне снова послышался глухой рык дворовой. Она кружилась у моих ног, взволнованно переминаясь на лапах. Теперь животное ощетинилось и поджало свой хвост.

– Хозяйка, он шевелится! – прошипела кошка, сделав шаг назад.

– Кто? Охотник? Глупости, он давно мёртв! – прикрикнув на помощницу, я снова повернулась к магу, чтобы продолжить. Но взгляд парня также был направлен в сторону тела.

– Юнэй, чёрт побери, почему я весь перепачкан в крови?! – донёсся до меня знакомый голос.

Друзьям детства всегда есть о чём поговорить. И долгая разлука нисколько не сказывается на памяти. Ворчливая соседка, которая постоянно гоняла их со своего двора. Но ведь у неё росли самые сочные вишни. Строгие родители, не спускающие ни на секунду зоркое наблюдение за чадами. Но как только внимательные мамы-папы отвлекаются, дети моментально пропадают в ближайшей роще. Ведь играть в прятки среди густой листвы намного интереснее. Столько тем для обсуждений и воспоминаний, которые так согревают душу.

Лишь брат и сестра – друзья по крови – большее время тратят на ссоры. Такова их суть и с этим ничего не поделаешь. Даже родственная связь порой не способна унять конфликт. А когда её нет…

– Так, выходит, она тебе сводная сестра? – пытался разобраться Дринек, забрасывая друга вопросами.

– Почти. Её подбросили, а моя семья приняла у себя.

«Не твоя, а наша» – хотела, было, я исправить рассказчика, но передумала. Частично он прав. Несмотря на всю заботу, которой меня окружили родители Юнэя, домом назвать это место не хватало решительности.

Трое детей требовали много внимания, но хозяйкам успевала присмотреть за всеми непоседами. И казалось, что приёмная девочка была любимым ребёнком в семье. Только отцовская симпатия всё равно доставалась мальчикам. Староста мог днями напролёт обучать их бою или пропадать с сыновьями на охоте. Ко мне он не испытывал особой теплоты. И это было обидно.

– Такое большое поколение образовалось. – Заметил охотник. – Ты стал магом, Пейсиноя – певицей, а второй брат что избрал?

В воздухе зависла напряжённая пауза. Я подняла глаза, ожидая, что же ответит колдун. Перехватив мой взгляд, парень ещё несколько секунд прибывал в замешательстве, но после сказал:

– Он утонул ещё маленьким. В местном озере.

– Прости, я не знал… – стандартно извинился Дринек. На этом поток его любопытства иссяк.

Моё внимание снова обратилось в книгу. Древние письмена наполняли собой всю страницу, лишь иногда уступая немного места громоздким формулам и схемам. Но они тоже не добавляли особой ясности тексту, в который я всматривалась около получаса.

«Некрономикон» любезно предоставил мне мой названый брат, после долгих просьб. Такой жгучий интерес этой книгой с моей стороны был вызван не просто так. Если раньше возможности этой рукописи для меня были красивой легендой, то теперь её результат находился прямо передо мною. В буквальном смысле. Дринек, живой и практически невредимый, не считая шрамов на горле, сидел впереди и чистил свой нож.

Оживить мертвеца. Это же невозможно сделать с помощью магии. Даже она не сумеет изменить некоторые законы природы. Только любое правило имеет исключение. И я стала очевидцем одного из них.

Прочитанное заклинание смогло вернуть охотника к жизни. Но Юнэй объяснил своему другу, что первое впечатление довольно обманчиво. Несмотря на оставшуюся возможность самостоятельно двигаться и мыслить, считать его полноценным человеком уже нельзя.

– Теперь он зомби? – решила я сменить тему беседы.

– Почти…

– Чего ты вечно так неопределённо отвечаешь? – последовал от меня вопрос.

– Отвечаю как есть. – Отрицал колдун. – Зомби – это своего рода марионетки в руках мага. Рабы, которые слепо повинуются приказам своего хозяина. Им сказали «Убей!» и они пойдут убивать, даже не нуждаясь в объяснениях. У зомби нет разума. Временная жизнь им даётся, пока некромант нуждается в их услугах.

– А Дринек?.. – намёк на продолжение рассказа

– А Дринек может обходиться без моего влияния. Он не будет разлагаться, как мертвец, но его организму нужно питаться, чтобы поддерживать форму. Точнее, внешнюю оболочку. Он не склонен к кровопусканию, как все зомби, но способен чувствовать боль. Он – не человек и не мертвец. Он – нечто среднее.

– Полутруп? – несмелое предложение с моей стороны.

– Я бы попросил! – возмущённо влез в объяснение охотник.

– Не злись. В общем, она права. – Успокоил чародей товарища. В ответ получил взгляд под названием «предатель»

– Ладно… – я сдалась в самостоятельных поисках, захлопнула старинную книгу и протянула её брату. – Забирай.

– Говорил же тебе, что ты там ничего не отыщешь. – «Некрономикон» вернулся в руки парня. – Я оказался прав?

– Просто я не сильна в умирающих языках.

– Дело не в этом. Магическая литература довольно тяжёлая, даже для чародеев. А уж для людей, не разбирающихся в магии… – Юнэй понял, что сказал что-то лишнее. – Но не воспринимай это близко.… Ну, ты меня поняла.

Колдун окончательно смутился и направился к лошади, укладывать книгу в дорожную сумку. Мы расположились немного выше по реке. Выбранное нами место трудно было назвать поляной, но этого пространства вполне хватало, чтобы на нём свободно могли расположиться три путника, кошка и парочка коней. Полукругом нас окружали высокие берёзы и липы. С одной стороны между ними виднелась зеркальная поверхность воды, которая под яркими лучами блестела золотом. Солнечные зайчики периодически проскакивали и по траве. Самые юркие из них успевали на время ослепить кого-то из нас, вызывая тем самым тихое ворчание потерпевшего.

Дринек лежал на спине недалеко от меня и сонным взглядом любовался на безоблачное небо. Маг буквально заставил его принять подобное положение, чтобы восстановить силы. И, правда, лиловый оттенок его кожи, который немного пугал меня в последнее время, теперь постепенно приобретал естественный цвет.

Как только охотнику станет лучше, они отправятся дальше. К Замкнутой Роще. Мне предлагают присоединиться к их путешествию. И я.… Стала колебаться в своём решении.

У меня не было средств, чтобы продолжить путь одной. Во время побега я меньше всего думала о деньгах. И при таком раскладе, без монет, тяжело устроиться на новом месте. А вечно быть на ногах – не самый подходящий вариант для меня.

Да и неожиданно возникший родственник мог стать одной из причин моего согласия. Брат уже целый час. До этого я не слышала о нём ничего и не видела почти пятнадцать лет. Можно ли при таком раскладе считать его своим братом? Даже когда восставший из мёртвых Дринек впервые при мне произнёс его имя, глубоко в душе так хотелось верить, что это не просто совпадение, не просто тёзка, а именно тот мальчик. Мальчик, с которым в детстве я так любила играть среди шатких домиков деревни. И теперь представилась прекрасная возможность во время короткой поездки узнать его лучше.

Напарники клятвенно заверяли меня, что дорога продлится не более десяти дней, и за свою безопасность волноваться, совершенно не стоит.

– Патруль тоже перестанет быть для тебя проблемой. – Внёс свою лепту в уговоры Юнэй.

– Интересно, каким это образом?

– Небольшие изменения во внешности, одежде… Никто и не подумает на студентку Академии, что она – та самая беглянка.

Я бросила косой взгляд на своё голое плечо. Переодеться не помешало бы. Но в магической ливрее представить себя крайне трудновато. Кажется, он ещё что-то говорил про мой вид?

– Кардинальных перемен не будет: блондинку или рыжую тебе не обещаю, но… – задумчиво протянул колдун, расхаживая вокруг меня. Время от времени он брал в руку прядь моих волос и проводил по ней пальцами. Внимательно ознакомившись с этой частью шевелюры, чародей делал несколько шагов и снова в его ладони оказывался очередной каштановый локон. Словно они чем-то отличались друг от друга.

– Так ты точно решила отправиться с нами? – уточнил охотник, наблюдая за этим процессом. – И не убежишь снова?

Я резко обернулась в сторону Дринека. Ему ещё не надоело упрекать меня? Коль он хочет играть по таким правилам, пожалуйста.

– Начало выдалось больно опасным, но, я думаю, что дальше у нас не будет столько жертв, как три с половиной трупа. – Последние два слова старательно выделила интонацией, дабы подчеркнуть, кто именно является той самой «половинкой».

Да, решила. Правда, подобно недоверчивому охотнику, после моего согласия внутренний голос начал мерзко шептать мне обо всей возможной опасности этой авантюры. Найдут. Арестуют. Посадят в тюрьму. Но если я останусь сама, разве расклад поменяется? А с ними у меня есть хоть какой-то шанс.

Парень отвечать на моё замечание не пожелал. Он положил голову к себе на колени и опять стал следить за действиями друга. В этот момент маг, который до этого с ухмылкой наблюдал за нашими пререканиями, вдруг резко схватил толстую прядь в районе виска. С силой натянув её, Юнэй быстро провёл вдоль волос свободной рукой. При этом кожа возле корней у меня на голове начала больно печь. С такой силой, что я не вытерпела и воскликнула:

– Ты мне все волосы спалишь!

– Терпи. Это только первый локон. – Обнадёжил меня чародей. В подтверждение своей работы он протянул перед моим лицом полученную прядь русых волос.

– Надолго такое? – последовал ему вопрос.

– Навсегда. – Меня наградили очередной порцией жжения. – Если, конечно, ты не захочешь повторить процедуру. Помни, тебе ещё цвет глаз менять.

Я знаю. И надеюсь, что изменение моих зрачков будет проходить не столь болезненно. Но такая маскировка не привлечёт ко мне встречные патрули. А когда Юнэй сделает мои глаза более тусклыми, даже самая хорошая память не поможет жителям деревни распознать во мне ту девчушку с ярко-синими очами. Это колдун мог возвращаться в родные края, как к себе домой. Его там с искренней радостью встретят не только родители, но и всё поселение. Люди в нашей деревне довольно добрые и всегда готовы принять гостя, особенно когда визитёр – сын старосты и просто хороший парень. Они-то помнят смышлёного мальчугана, который, несмотря на детский азарт, был воспитанным и отзывчивым ребёнком. Жители деревни помнят всё. Именно поэтому я там нежеланная гостья.

До рассвета было ещё далеко. Стояло как раз такое время, когда утро готовилось сменить остатки ночной мглы, постепенно вытесняя её с неба. В лесу было тихо. Птицы ещё не проснулись, а без их бодрого пения, раздававшиеся недалеко от меня шаги невольно привлекали к себе внимание.

Шлёп-шлёп…

Наконец-то, я дождалась тебя. Пожертвовала своим крепким сном. Временем, длиною во всю ночь. Терпением. Но дождалась.

Шлёп-шлёп…

Зря стараешься передвигаться тихо. Может, мои уснувшие спутники и не услышат тебя, но мимо меня незаметно проскользнуть не удастся.

Шлёп-шлёп…

Худая синеватая рука цепко схватила очередной трофей. Что это? Куртка Дринека? Ну, бери-бери. Всё равно, далеко не утащишь.

Шлёп-шлёп-шлёп…

Существо маленького роста, крепко прижав к себе собранную одежду, направилось обратно в сторону реки. C него тоненькими струйками стекала вода, оставляя на земле мокрые следы. Край длинного порванного одеяния тянулся сзади, словно шлейф. Мне пришлось немного повернуть голову, чтобы не потерять воровку из виду. Но создание воды и не заметило, что один из обнаруженных ею путников не спит. Она вообще не оборачивалась назад и я, без страха быть выкрытой, поднялась со своего места.

Бенни довольно опасный житель ручья. Если водяные сразу душат или топят людей, то она избирает более мучительный способ. С помощью краденых вещей, это существо насылает, чуть ли не настоящую порчу на хозяев одежды. Сразу после пропажи человек начинает тяжело болеть и буквально чахнуть на глазах. Даже самые лучшие лекари не в силах ему помочь. Острые когти или яд бенни без надобности. Словно проводя тёмный ритуал, она промывает в речном потоке всё добытое у встречных путешественников. Вода, впитываясь в ткань, остаётся там, подобно метке. Как магнит, притягивает не только хвори, но и разнообразную нежить. Так что жертве стирки суждено умереть в любом случае: самому или от лап лесных обитателей.

Сама прачка магии не боится. Именно поэтому защитный круг, который Юнэй начертил для спокойной ночёвки, не стал для неё преградой. Не колеблясь ни секунды, она переступила через границу и добралась до наших вещей. Впрочем, я и ожидала подобного результата, но не стала говорить брату обо всей тщетности его трудов. А теперь придётся разбираться самой, пока девица не успела сделать своё чёрное дело.

Тем временем нежданная гостья медленным шагом приблизилась к берегу. Она была облачена в полупрозрачное платье. Намокшая ткань облепила тело, подчёркивая тем самым её чрезмерную худобу. Из-под широких рукавов выглядывали бледные пальцы бенни. Длинные волосы, словно змеи, обволакивали её лицо и падали на плечи. Воровка положила свою добычу рядом и, взяв мантию колдуна, опустила её в воду. На мытьё её действия мало походили. Существо скорее просто полоскало одежду, но делало это довольно тщательно.

– Чего вы ждёте, хозяйка? – Дивана остановилась немного поодаль от меня. – Тянуть больше нельзя.

Но и спешить тоже. Тихо, чтобы не привлекать к себе внимание, я начала подходить к бенни со спины. У подобных созданий слух необычайно острый, поэтому подкрасться к ним незаметно – довольно сложное дело. Очутившись в нескольких шагах от неё, я остановилась и стала ждать, когда жительница речки в очередной раз склониться к воде.

Существо, получше взявшись за краденую одежду, снова опустило её в речку. В тот самый момент, как девица нагнулась над краем берега, она ощутила сильный толчок сзади. От моего удара бенни могла сразу же уйти на дно, если бы я не схватила её за руку. Перед тем, как она скроется под водой, мне необходимо отобрать мантию Юнэя. Но неудавшаяся прачка не желала отдавать добытое. Бултыхаясь по горло в реке, воровка злобно сверкнула глазами в мою сторону. Не отпуская ливрею мага, которая уже превратилась в тёмный мокрый комок, она обхватила свободной рукой моё запястье. Её влажная шершавая кожа создавала неприятное ощущение от прикосновения. Стараясь не обращать на это внимание, я вцепилась в край чёрной ткани и потянула на себя.

– Отда-а-й… – жалобно протянула девица, в ответ перетягивая одежду на свою сторону.

Мне удалось вырвать свою кисть из цепкой хватки бенни. Но даже взявшись обеими руками за предмет раздора, забрать вещь не получалось. Мало того, я чувствовала, что долго не продержусь. Создание, находясь в родной стихии, пыталось не только вернуть отнятое у неё тряпьё, но и затянуть меня в воду.

Тут мне на выручку пришла Див. Дворовая подбежала к нам, и резко укусила речное существо за синеватую ладонь. Пораненная с диким визгом, от которого заложило уши, одёрнула кисть к себе. Было заметно, что из двух точек, оставленных зубами моей помощницы, стала медленно выступать белая жидкость. Воспользовавшись замешательством бенни, я с силой выхватила мантию. Только потерянная добыча уже мало интересовала мою соперницу. Продолжая тихо постанывать, она скрылась в реке.

Мы с Диваной в скором темпе отдалились от берега. В руках у меня находились все наши вещи. Перед тем, как вернуться к парням, я бросила последний взгляд назад.

– Думаете, она ещё вернётся? – высказала вслух мои опасения дворовая.

– Обязательно. Небольшой укус лишь временно успокоил её, но не отговорил от последующих попыток.

Оказавшись на месте привала, моё внимание неожиданно привлекла сумка. Моя сумка с лирой.

«Беги. Укради коня и беги. Ведь это так просто» - раздалось где-то внутри меня.

Это неправильно. И я не собираюсь уходить, обрекая своих спутников на верную смерть. Ведь теперь разъярённая девица точно не оставит их в покое.

А мои компаньоны продолжали крепко спать. И, казалось, что недавно раздавшийся крик, который по своей громкости пересёк весь лес, обошёл нашу стоянку стороной. Только если маленькая прачка не смогла разбудить их, это придётся сделать мне.

– Юнэй… Дринек.… Вставайте… – я поочерёдно потрепала за плечо обоих. С первого раза прогнать сон не удалось. Но спустя несколько толчков проснулся охотник.

– Что произошло? – щуря глаза, спросил он.

– Потом объясню. Буди друга. Нам надо скорее уходить отсюда. – Переступив через парня, я оставила возле него спасённую одежду.

Дринек вытащил из кучи свою куртку. Мокрая ливрея мага намочила лежащие под ней вещи, оставив на них влажные пятна. Пройдясь бегло глазами по этим следам, охотник хотел задать несколько вопросов, но разумно промолчал и принялся выполнять моё поручение.

Спустя несколько минут мы уже были на конях. Я ехала вместе с колдуном, а Див примостилась на гнедой лошади Дринека. Ранее мне нечасто приходилось ездить верхом, поэтому небольшой страх от поездки прочно засел внутри. Чтобы не упасть, я обхватила руками Юнэя. От его мантии веяло сыростью.

– Не гоните так. Бенни не настолько быстра. К тому же, она не отдалится далеко от реки.

Это говорит мой разум или боязнь верховой езды? Скакавший рядом охотник на секунду обернулся в мою сторону. Заметив, с какой силой я вцепилась в брата, он усмехнулся и сказал:

– Действительно, давай уменьшим скорость. Спешить некуда. Всё равно успеем добраться до Рыночного Округа к вечеру.

– Зачем нам туда?

– Пополним запасы и отдохнём. – Отозвался маг. – В тёплом доме, а не на земле. Больше на пути к деревне мы не встретим никаких поселений, так что нужно использовать эту возможность.

Ветер, который дул нам в спину, растрепал мои волосы. Завеса из светло-русых локонов закрыли мне весь обзор. До сих пор не могу привыкнуть к новому цвету моей шевелюры. Отбросив рукой непослушные волосы, я оглянулась кругом. Седая Дорога и негостеприимный лес совсем скоро закончатся, уступая место открытым полям. А шанс пересектись с патрулем стражи.… Думаю, он также окажется позади.

Глава 3. Немного обмана

Яркий солнечный свет заполнял собой весь зал. Утренние лучики мягко касались бесконечных стен, массивных колонн и завораживающих статуй. Всех, за исключением одной. Одна мраморная фигура скромно стояла в тени. Казалось, что весь мир обошёл её стороной. Женщина, запечатлённая в скульптуре, была немолода, но, безусловно, очень красива. Автор сумел передать это через бесчувственный камень. В одной руке она держала театральную маску. Вторая кисть крепко сжимала рукоять меча. Взгляд незнакомки устремлялся кверху, словно она вымаливала прощение у высших сил. Хотя, ей не за что винить себя. И в этой зале находился куда более провинившийся человек…

– Ты знаешь, почему не существует синих роз?

– Нет… – шёпотом ответила Лейра. Она в напряжении сжала юбку своего чёрного платья, ожидая дальнейшего развития событий. Вопрос о необычном цветке совершенно не касался того дела, из-за которого девушка находится здесь. Это настораживало. Мельпомена редко говорит пустые вещи.

– Потому, что они слишком прекрасны для людей. – Казалось, что женщина и не рассчитывала вести беседу, а просто сделала небольшую паузу между мыслями. – Я догадываюсь, кто поручил тебе украсть мою дочь. Догадываюсь, зачем. Мне также известно, что у тебя был помощник, но… – Мельпомена резко обернулась. Подол её накидки разметал в разные стороны лежащие на полу тёмно-синие лепестки. – Но я не в состоянии понять, почему ты согласилась принять участие в этом.

Лейра приподняла голову и с вызовом посмотрела в сторону музы. Прежняя покорность в зелёных глазах уступила место дерзости.

– Не понимаете? - всё так же тихо начала говорить виновная. – Девочка не должна находиться здесь. Это уже обсуждалось. Но вы.… Ослушались.

Было заметно, как тяжело даётся ей обращение на «вы» к женщине. Особой любви к своей собеседнице Лейра никогда не испытывала. Даже искренне ненавидела молодую мать. Но власть Мельпомены заставляла держать свои эмоции внутри.

– А украсть ребёнка, как я вижу, показалось тебе наиболее верным решением, да? Впрочем, это уже не важно… – было добавлено с долей раздражения.

Муза в задумчивости остановилась у статуи. Пальцами она провела по пыльному постаменту, оставляя светлую толстую полосу на оном.

– Знаешь, я всё равно её отыщу, хотите вы все этого или нет. – Снова обратилась женщина к Лейре.

– Девочка в хорошем месте.

– Не в лучшем, чем рядом с матерью!.. Хватит. Мне надоело тебя слушать.… Заберите её. – Бросила в темноту Мельпомена.

В ответ на приказание из глубины зала выступили двое здоровенных верзил. Подойдя сзади к девушке, они крепко обхватили её руки. Лейра знала об их присутствии здесь, но всё равно слегка вздрогнула.

– Куда? – решил коротко уточнить один из сопровождающих.

– Для начала в тюрьму.

– А потом что со мной будет? – вмешалась в разговор воровка.

– Для тебя не существует «потом». – Твёрдо отрезала муза, уже не оборачиваясь. – Уводите.

Толчок в спину заставил Лейру идти в сторону выхода. Возле самой двери девушка в последний раз оглянулась на Мельпомену, ожидая услышать что-то более ясное насчёт своей дальнейшей судьбы. Но ей вслед ничего не донеслось – женщина продолжала внимательно рассматривать статую, позабыв об осуждённой.

Длинные коридоры тянулись, словно извилистая полоса, пытаясь запутать идущую по нему тройку. Направо. Налево. Снова направо. Тусклый свет зажжённых на стенах факелов, создавал таинственную атмосферу. Звук уверенных шагов эхом уносились вперёд.

– Не замедляй шаг! – грубо бросил один из великанов Лейре. – Тянуть время не выйдет.

– Я выкроила себе достаточно времени. Несколько лет. – Отстранённо было заявлено в ответ.

– Не будь столь уверена в своей роли.

Громила выудил из-за пояса небольшой нож и поднёс его к горлу девушки. Поблизости никого не было. А у верзил, видимо, имелись свои планы на преступницу…

* * *

Рыночный Округ трудно назвать городом. Хотя, безусловно, любой иноземный торговец, единожды побывав там, до глубины души поражался его величием. Сей придорожный посёлок, с лёгкой руки окрещённый проезжими путешественниками Рыночным Округом, имеет много общего со своим названием. Все жилые дома в нём располагались плотным кольцом, в центре которого находилась огромная торговая площадь – настоящий рай для купцов. В том месте воистину можно было приобрести и продать всё что угодно. Главное, сойтись в цене. Магические амулеты и целебные травы, опасное оружие и изящные украшения, одежда и изделия ручной работы: такой ассортимент удовлетворит даже самого требовательного покупателя. Именно поэтому это плотное скопление домов пользовалось популярностью практически круглый год, безостановочно принимая блуждающих гостей в свои объятия.

В этот пасмурный вечер нежданными посетителями Рыночного Округа стала четвёрка измученных путников: я, Дивана и пара моих новых напарников. Мы вошли в бурную жизнь посёлка незаметно: суета, царившая здесь даже с наступлением сумерек, попросту не обратила внимания на новые лица. Неоднократно это предположение подтверждала хаотичная толпа, участники которой постоянно задевали меня своими массивными тюками и свёртками, а вслед ещё бормотали что-то про «несносную девицу, путающуюся под ногами».

Но зато искренний интерес к нашей компании проявил иной слой общества. Небольшая группа ребятишек в обносках бросала голодные взгляды в сторону кожаных сумок, которые покоились на лошадях. Юные воры вряд ли надумали вести за нами столь пристальную слежку, узнав, что кроме одежды охотника и снадобий мага, там ничего нет. Решив не рисковать, свой дорожный багаж я несла самостоятельно, плотно прижимая сумку к груди. Правда, одновременно с этим, мне приходилось сторожить и имущество партнёров, в то время как оные с широко раскрытыми глазами смотрели на забитые торговые ряды.

– Ребята, вы просто находка для мошенников. – Бросила я замечание парням.

– Если ты имеешь в виду шайку в другом конце площади, - отозвался Юнэй, - то можешь не волноваться. Они не рискнут обворовать учеников Академии.

Мой взгляд снова устремился в сторону мальчишек. Что-то ярко-пламенные мантии, в которые я и маг были облечены, не сильно отпугивали мелких воров. Даже наоборот, прочно закрепили в их головах ложную мысль о том, что мы обладаем сказочным богатством. Но если новоиспечённый брат так брезгует своим имуществом…

– Див! – окликнула я дворовую. – Помоги посторожить вещи.

Кивок в сторону гнедого жеребца предлагал кошке умоститься в седле. Обеспечив нашим сумкам достойную охрану, я тоже решила немного расслабиться и полюбоваться широким выбором рынка.

Мы как раз вошли в зону продуктов и моему взору предстали бесконечные ряды сочных фруктов. Все цвета радуги переливались в этих спелых плодах, маня своим привлекательным видом прохожих. Конечно, порой до меня долетал резкий запах сгнивших овощей с некоторых лотков. Но он практически моментально улетучивался под напором сладких ароматов ягод, которые располагались по соседству. Постепенно дары природы стали редеть, уступая место душистым специям и приправам. Небольшие мешочки с разнообразными порошками аккуратно стояли вдоль тротуара. Недалеко от них висели пышные пучки пряных трав.

Толпа здесь значительно уменьшилась. Ведь подобные изыски кухни были весьма дорогим удовольствием, и большая часть гостей Рыночного Округа просто не имела средств для того, чтобы позволить себе такое угощение. А впустую дразнить нос и глаза не каждый любит. Впрочем, как и я…

Не выдержав столь настойчивой атаки запахов, Дринек громко чихнул.

– Какой кошмар. Я уже ничего не чувствую. – Озвучил мою мысль охотник, потирая переносицу. – Долго ещё это терпеть?

Действительно, мы бродили по рынку уже предостаточное количество времени. И если я вместе с Дринеком лишь бросала рассеянные взгляды на товарные ряды, то Юнэй наоборот, тщательно осматривал каждый лоток в поиске чего-то. Только, обойдя весь базар вдоль и поперёк, и плавно приближаясь к его выходу, маг не совершил ни одной покупки.

– Ещё немного осталось. – Ответил колдун. Оторвавшись от осмотра какой-то пузатой бутылочки, он указал нам рукой вверх. – Видите ту башню?

Проследив за его жестом, я заметила поверх торговых навесов остроконечную верхушку здания. Крышу из коричневой черепицы частично покрывал пожелтевший мох. Создавалось впечатление, словно башня давно заброшена и забыта.

– Вот возле неё мы и закончим осмотр рынка. – Завершил Юнэй, убедившись, что мы увидели подразумеваемый ориентир.

Слава богу, осталось идти немного. А то для меня уже весь рынок стал сливаться в единое пёстрое пятно. Звуки, доносящиеся со всех сторон, перемешивались и создавали монотонный гул. Шорок подолов плащей, стук копыт, спорящие о цене голоса, звон монет, тонкая мелодия струн… Что?!

В одно мгновенье в плен моей хватки попала худая мальчишечья рука. Будь юный вор хоть немного опытнее, он сумел бы украсть мою сумку незаметно. А когда от любого грубого прикосновения музыкальный инструмент начинает жалобно петь…

– Ай! – только и сумел испуганно вымолвить парнишка, отчаянными рывками пытаясь вырваться.

Искреннее удивление на его лице невольно подталкивало к мысли, что маленький мошенник попадал в подобные ситуации довольно редко. Неужели посетители Рыночного Округа так невнимательны и ранее его никогда не ловили? Я развернулась в сторону Диваны, ожидая услышать разумное объяснение, почему же дворовая не уследила за порученными ей вещами. Но на это время у моей помощницы имелось куда более увлекательное занятие. Тихо порыкивая, дворовая с остервенением отгоняла от нагруженного сумками коня парочку соратников пойманного мною мальчишки. Острые когти, проделавшие дугу в воздухе недалеко от их любопытных носов, явно убедили бродяжек, что к кошке лучше не соваться.

Моё внимание снова обратилось к живому трофею. Я покрепче обхватила его запястье и внимательно посмотрела на парня. Старая одежда, местами зияющая протёртыми дырами. Нищий? Можно сказать, да. По крайней мере, его внешний вид подтверждал именно этот факт. У мальчугана были длинные каштановые волосы до плеч, которые грязными перепутанными прядями закрывали почти всё лицо. Но даже сквозь такой занавес была заметна лёгкая растерянность в паре со злобным взглядом.

– Тётенька, отпустите… – нерешительно попытался он избавиться от плена.

– Нет. – Коротко прервала я начавшееся нытьё. Сейчас меня будут убеждать, что такое больше не повториться, со слезами просить отпустить. Разве этому можно поверить? Не думаю. А пудрить мне мозги не позволю.

– Лучше отпустите… - решил перефразировать своё требование вор.

– Хм... А то, что ты мне сделаешь? – подал голос мой интерес. Любопытно узнать степень угрозы столь необычного жителя Рыночного Округа.

Вместо ответа мальчуган ещё раз резко дёрнулся в сторону. Ясное дело, освободиться ему опять-таки не удалось. Но, как оказалось впоследствии, юный карманник преследовал совсем иную цель.

Дотянувшись до ближайшей лавки, парнишка вытянул свободную руку и, загребая ею все близстоящие на лотке колбы, одним движением сбросил их наземь. Баночки, разбиваясь о каменную мостовую, издавали громкий звон. А между осколками стекла просматривался мокрый от пролитого содержимого тротуар.

И пока я возмущённо смотрела на происходящий разгром, его автор всё-таки сумел вырваться. Воспользовавшись моим замешательством, маленький мошенник выкрутился из объятий и на полной скорости ринулся сквозь толпу. Вместе с моей лирой. Ну, уж нет, я не собираюсь предоставлять ему столь лёгкую добычу.

Но попытка броситься бежать за вором потерпела крах. Прежде чем мне удалось сделать хотя бы один шаг, на моё плечо опустилась чья-то тяжёлая ручища.

– Стой, мамаша! А платить за испорченный товар кто будет? – прогремел грозный бас над ухом. Хозяин повреждённой лавки. Как вовремя.

Я бросила ещё один взгляд вслед исчезнувшему мальчишке. Последний взгляд. Драгоценные секунды, потраченные на задержку, теперь исключали всякую возможность отыскать нового знакомого в этом бурном торговом местечке.

Шёл дождь. Мягкий. Летний. Крупные капли беззвучно падали на оконное стекло. Извилистой полосой они плавно текли вниз. Достигая деревянной рамы, струйки на мгновение задерживались, а потом исчезали из поля зрения.

Снаружи уже было совершенно темно. Лишь парочка фонарей освещала широкую улицу, на которую выходили окна гостевого дома. Порой в их слабом освещении мелькали фигуры прохожих, плотно закутанные в плащи. Люди торопились домой, желая поскорее укрыться от разгулявшейся непогоды.

Почему никто не любит дождь? Ведь он такой… Живой. И совершенно не навевает скуку, как многие твердят. Неприятные воспоминания создаём мы сами, своими поступками. А винить в этом погоду – попытка обмануть самого себя.

Я посильнее обхватила стоящую передо мной миску. Глиняные бока посуды приятно согревали руки. Всё-таки, уютное место, эта «Астера» - именно такое название носил наш временный приют.

Гостевой дом, где по настоянию Юнэя мы решили провести пару ночей, представлял собой огромное двухэтажное здание. Помещение было оформлено довольно богато: сей нюанс подтверждали многочисленные картины и ковры, которые украшали стены. Мебель также подчёркивала высокий статус хозяев. Массивный резной стол величественно располагался посреди обеденного зала, гостеприимно усадив за собой всю нашу небольшую компанию.

Дивана примостилась у меня на коленях и, свернувшись в клубок, постепенно засыпала. Беседа, которая в это время велась между парнями и владельцем гостевого дома, явно её не интересовала. Зато я жадно ловила любую произнесённую фразу.

– …Вся дверь была усеяна следами от когтей. Кое-где виднелась кровь.… Даже неясно, кого в очередной раз разодрал зверь: какую-то овцу или человека…

– Какая чушь! – перебил рассказчика Юнэй. – Мистер Генна́йс, неужели вы верите этому?

– Я всего лишь передаю то, что слышал от постояльцев. Но не подтверждаю правдивость историй.

Мужчина с лёгкой ухмылкой откинулся на спинку стула. Хозяин «Астеры» был уже в возрасте, но количество прожитых лет выдавала только сетка мелких морщинок на его лице. А эмоции, которые били из него ключом, говорили мне, что человек не хочет прощаться с молодостью. И добрые глаза с игривой искрой молчаливо подтверждали эту догадку. Все жесты, фразы придавали мистеру Геннайсу особый шарм. Моё расположение он завоевал с первых минут знакомства.

– Что за бред: в маленькой деревне пропал человек, а люди даже толком не могут вычислить, кто именно. Это уже настоящие выдумки!

Маг всё продолжал возмущаться фантазией проезжающих путников. Я же с улыбкой наблюдала за попытками Юнэя доказать самому себе и всем участником скромного застолья фальшивость слухов. Колдун снова сел на свой любимый конёк. Но на части, где чародей уже начал вносить в свои объяснения неизвестные всем нам магические термины, искренние порывы парня найти истину были пресечены.

– Успокойся, Юнэй. – хозяин гостевого дома по-дружески потрепал колдуна за плечо. – Это существо всё равно никуда не денется. Оно дождётся расправы от твоих рук. – Тёплый взгляд поочерёдно прошёлся по мне и по Дринеку. – И от рук твоих товарищей.

Мы с охотником коротко переглянулись. Нам бы такую уверенность в своих силах. А то парочка жутких сказок в исполнении мистера Геннайса об недавних событиях в Замкнутой Роще нас немного смутили. Мало ли что. Вдруг, это совсем и не вымысел?

– Вы явно преувеличиваете. Главное, чтобы не вышло наоборот. – Шутя, ответил за нас Юнэй.

Он просто угадал мои мысли. Конечно, с долей самоиронии. На моём лице отобразилась неуверенная улыбка.

– Наконец-то вы за весь вечер хоть раз улыбнулись! – моментально среагировал на мою смену настроения мужчина. – А то сидите мрачнее тучи. Не грустите об утрате. Лира – дело наживное…

Ах, кажется, сегодня подобные утешения я слышала со всех сторон. Приятно, конечно, но… Неубедительно. Дело не в том, что мне жалко украденный инструмент. Просто.… Это был мой инструмент. У которого была душа. Была суть, понятная лишь мне. С которой была едина лишь я одна. Но, видимо, из здесь присутствующих никто этого не понимал. Или у меня был чрезвычайно жалостливый вид.

– Не напоминайте… - попыталась я замять тему на корню.

Сильная половина человечества постепенно вернулась к обсуждению привычных для них вопросов: затрагивались темы политики, идущих на юге войн и торговли. Но я уже не вслушивалась в подробности. После насыщенного дня, или, точнее сказать, целой недели, меня стало плавно клонить в сон. Как я сейчас завидую Див, сладко дремавшей на моих ногах.

Не выдержав монотонного разговора, вскоре мне пришлось распрощаться с хозяином «Астеры» и парнями, и отправиться в свою комнату. Дивана заворочалась, выражая возмущение от смены положения, но, оказавшись у меня на руках, снова затихла. Покидая обеденную залу, я пересеклась в дверях со служанкой. Молодая девушка осторожно несла поднос с напитками. Три фарфоровые чашки, доверху наполненные тёмно-коричневым содержимым. До меня долетел терпкий аромат зёрен робусты. С таким угощением покинутые мною собеседники ещё долгое время будут спорить о мировых проблемах за столом. А я бросила мимолётный взгляд на фигурку пухленького ангела на клепсидре, который почти достиг самой верхушки колонны, и стала подниматься по лестнице.

Ночь пролетела незаметно. Едва прикоснувшись к мягкой подушке, меня полностью поглотил сладкий сон. В этом переходном мире реальность столкнулась с фантазией. В моём сознании всплывали воспоминания об прошлых событиях, знакомых мне людях. Заново возвращались ушедшие переживания, страхи и радость. Словно вся жизнь проносилась во второй раз.

Оттого и просыпаться была неохота. Наверно, я проворочалась в кровати несколько часов, пытаясь снова вернуть потусторонние грёзы. Но безуспешно. Дневное солнце настойчиво подгоняло меня через приоткрытое окно. Пришлось подняться и начать одеваться. Я с сожалением помяла в руке свою блузу. Или только пародию на неё. Необходимо в срочном порядке приобрести себе новую одежду. Пусть под ливреей огненного факультета ничего и не видно, всё равно неудобно ходить с оголённым плечом. А пока…

Я встала напротив огромного зеркала и аккуратно расправила красную мантию. Всё-таки из меня вышла неплохая псевдо-студентка Академии Четырёх потоков. Но своим владельцам столь экзотический наряд не передаёт абсолютно никаких почестей. Такое одеяние вызывало уважение у окружающих? Я бы не сказала. Случайные прохожие не больно сильно обращали на нас внимание, не приветствовали, не уступали дорогу. Возможно, в Рыночном Округе маги – довольно обыденное явление. Как-никак, посёлок находился прямо на всемирной торговой дороге. И здешние жители видали многое. Удивляться уже нечему.

В дверь коротко постучали. Мне сегодня точно не дадут отдохнуть.

– Кто?

– Я. – с обратной стороны донёсся голос Юнэя. С секунду помолчав, колдун продолжил. – Пе… Кхм… Тане́лия, ты уже проснулась?

Уже в который раз задаюсь вопросом: почему я согласилась на всё это? На маскировку под магичку. На смену оттенка волос. Цвета глаз, которые сейчас можно по праву считать ясно-голубыми. Теперь ещё и новое имя. Танелия. Нет, я, конечно, прекрасно уяснила объяснения Юнея про необходимую предосторожность насчёт моего временного пребывания здесь и тому подобное.… Но, Танелия?! Как? Нет, мне ни за что не суждено понять, как чародей додумался представить меня мистеру Геннайсу именно так.

Я поспешно открыла дверь и сразу накинулась на стоящего в коридоре брата:

– Просила же… Реже называть меня.… Так…

– Всего лишь во второй раз

– Этого предостаточно…

Маг моментально уяснил, что подобными короткими предложениями я могу бросаться довольно длительное время. Поэтому, последнюю фразу Юнэй пропустил мимо ушей. Окинув меня с ног до головы внимательным взглядом, чародей подметил для самого себя:

– Проснулась. Значит, готова идти.

– Куда?

– Пойдём за мной и узнаешь. – Колдун уже шёл по направлению к лестнице. – Всё равно тебе нечего делать в пустой комнате.… Жду тебя внизу! – добавил он, словно боялся, что я отстану.

Но у меня и впрямь не было особого желания заниматься чем-то с самого утра. Сколько там сейчас? Водяные часы на первом этаже уверенно показывали полдень. Так поздно для пробуждения. Время, я тебе не верю.

Сегодня в «Астере» было полно народу. Везде мелькали новые лица. Слышались приглушённые разговоры. Гостевой дом принимал визитёров в самый разгар рабочего дня. В помещении царила суматоха. Обеденный зал, куда я заглянула в надежде найти своих спутников, полностью заполонён людьми. Место, где мы вчера вечером в тихой обстановке так приятно провели время, теперь походил на кишащий муравейник. Как там говорят в подобных ситуациях: яблоку негде упасть? Может яблоко при таком скоплении толпы уронить и возможно, но вот сохранить его целым – вряд ли. Настолько беспорядочно суетилась прислуга, пытаясь угодить постояльцам, расставляя подносы с едой из одного края стола в другой.

– Стой, стой. – Юнэй настиг меня, прежде чем я решилась войти в этот утренний хаос. – Тебе в другую сторону.

– Ты можешь толком объяснить, куда мы направляемся и, главное, зачем? – было спрошено у колдуна с долей раздражения.

– Знаешь, – начал он издалека. – Мне Дринек передал, что во время вашей первой встречи ты не особо имела представление об аванке. Если быть точным, вообще ничего о нём не знала.

– Имеется в виду то озёрное существо, любящее девичье пение? – я сосредоточенно старалась вспомнить короткий рассказ охотника.

– Да, оно.

– Но к чему мне этот зверь? Кажется, я вам необходима лишь для того, чтобы выманить песней его на сушу. Не более того.

– Мало ли что… – маг положил кисть на ручку широкой двери, у которой мы остановились.

– Так, подожди! – я заслонила собой проход, намекая парню, что пока не закончим разговор, никуда дальше не пойдём. – В смысле? Принимать участие в охоте я не собираюсь.

– Никто не собирается. Но иногда охота сама указывает действующих лиц. – Заметил Юнэй.

– Не волнуйся, я не попаду в поле её зрения… Я серьёзно. Помогать вам в поимке зверя я не буду.

– Тебя никто и не заставляет.

– Тогда ты согласишься со мной, что несостоявшееся обучение теряет смысл?

– Нет. – Чародей лукаво улыбнулся. Ознакомиться поподробнее с аванком тебе всё равно придётся.

Обойдя меня с боку, Юнэй открыл дверь и вошёл в светлую комнатку. Я последовала за ним.

Апартаменты, в которые мы попали, представляли собой небольшую библиотеку. В меру обширную, в меру скромную. Несколько громадных книжных шкафов равномерно расположились в ряд, создавая иллюзию бесконечных проходов. Их полки заполняли многочисленные собрания: толстенные тома, хрупкие переплёты, рукописные заметки – это лишь немногое, что мне удалось уловить с первых секунд.

– Личная коллекция. – Прокомментировал мои наблюдения колдун.

– Неплохо, как для любителя. – Тихо промолвила я, продолжая поражаться бесконечностью литературы.

Хотя, погодите. Хозяин так радушно принял нас в своём гостевом доме. Предложил наилучшие комнаты для ночёвки. Разделил с нами вчерашний ужин. Тоже, кстати, не носящий будничный характер своею изысканной снедью. Теперь ещё и пустили в личный кабинет, в который наверняка не каждому позволено входить. И подобные почести для обыкновенных гостей? Что-то не вериться.

– Юнэй, кем тебе приходится владелец «Астеры»?

– С чего ты решила, что я с ним так близко знаком? – вопросом на вопрос ответил чародей. – Мистер Геннайс просто очень гостеприимный.

– Возможно, но то, как нас встретили и разместили, явно переходит за обыденные рамки гостеприимства. Слишком много усердия с их стороны. – Отметила я, припоминая с какой тщательностью, конюх принялся чистить гриву наших лошадей, когда мы приехали.

– Ладно, ты права. – Признался маг. – Только это не моя заслуга. Хозяин гостевого дома – старый друг нашего отца. Так что сама понимаешь: здесь мне рады… – Юнэй на миг замолк и после добавил, пресекая моё дальнейшее любопытство. – Прошу, не интересуйся, при каких обстоятельствах они сдружились. Я всё равно не знаю.… И мы тратим время. Сейчас принесу книги.

С этими словами мой брат скрылся за шкафом. А я уселась за читательский стол и стала ждать обещанные учебные пособия. В голове крутилось множество мыслей.

Как всё-таки колдуну повезло оказаться под заботливым крылом родительской опеки. Пусть парень уже довольно взрослый и самостоятельный молодой человек, всё равно постоянная поддержка со стороны семьи всегда с ним. Все эти добрые знакомые, крепкие связи и разнообразные привилегии, несомненно, улучшают жизнь. И кабы не жестокое изгнание из деревни несколько лет назад, возможно, я б была окружена точно таким же вниманием на расстоянии.

Но не стоит мне становиться на скользкую тропинку зависти.

– Откройте ей геральдику морских демонов. – Раздался где-то далеко за спиной голос мага. – А ещё прихватите это. И это.

Юнэй разговаривает сам с собой или меня забыли представить загадочному собеседнику? Чародей продолжил бормотать что-то себе под нос, но значительно тише. Да я и не особо старалась прислушиваться, осознав, что обращаются явно не ко мне.

Моё внимание снова увлеклось рассматриванием библиотеки. Глаза уловили мягкое синее кресло в углу комнаты. Чудесное местечко, чтобы посидеть при слабом освещении свечи и почитать какую-либо историю. Перенестись в другой мир и стать участником азартных приключений.

От нахлынувших мечтаний меня оторвал неожиданный хлопок. Огромная книга с силой упала на столешницу, подняв вокруг себя небольшое облако пылинок. Не сказать, что я испугалась, но подобное преподнесение литературы было довольно внезапным.

В ответ даже не удалось высказать возмущение автору сюрприза, поскольку… Его попросту не было. Обернувшись назад, я уже приготовила колкое замечание для мага, но никого не обнаружила. Проход между деревянных шкафов продолжал пустовать.

– Юнэй, я, конечно, понимаю, что право колдовать даёт свои преимущества. – Кликнула я полкам. – Но это не повод так грубо обращаться с вещами, которые способен поднять в воздух.

– Ты о чём? Я ничего не делал. – Моментально отреагировал чародей.

Хочешь обвинить меня в безумстве? Моё воображение не настолько сумасшедшее, чтобы закрепить за книгой возможность летать самостоятельно по помещению.

– Не шумите! – возмущённый тоненький голос над ухом заставил снова повернуться к столу.

Передо мной застыла крошечная фигурка, за спиной которой виднелись тонкие прозрачные крылышки. Жёлтое сияние нежно обрамляло силуэт незнакомки. Хотя, почему незнакомки? Я прекрасно знала, кто это. Дух библиотеки или, говоря простым языком, беурфа. Причём не одна. Несколько ярких огоньков кружилось неподалёку.

Иметь таких помощников в доме – настоящая удача. Мне ещё казалось странным, что «Астера» была без домового. Такое большое хозяйство требовало работящих рук. И даже группа надёжной прислуги не всегда способна уследить за всеми сторонами бытовых проблем. А беурфы необычайно щепетильно относятся к поддерживанию порядка. Да, порой у них возникают некоторые трудности в связи с маленьким ростом, но эту проблему феи в состоянии решить коллективно. Так что представляю, как неудобно малышкам носить эти толстенные книги для ленивых читателей.

– Тише! – добавила беурфа, внимательно оглядев меня. Уяснив, что дважды повторенная просьба была услышана, кроха беззвучно опустилась на гладкую поверхность стола. Я с восхищением смотрела на изящные движения этого создания.

Мелкими шагами фея подошла к потёртому тому. Вместе с одной из своих подруг она умело подцепила край обложки и перекинула её на другую сторону. То же самое беурфы проделали и во второй раз, раскрыв книгу где-то в середине. Старые страницы еле слышно зашелестели, замирая передо мной. Открытый разворот пестрел разноцветными литерами. Самые большие из них складывались в короткий, но ёмкий заголовок: «Монстры».

Чтобы не тратить зря времени, я пододвинула ветхую книгу поближе к себе и погрузилась в чтение.

Дальше полетели часы сосредоточенного изучения текста. Пару раз из-за шкафов появлялся Юнэй и разом с маленькими беурфами создавал по правую сторону от меня внушительную стопку рукописей. Но вскоре, то ли моё наигранное равнодушие на безустанно растущую груду книг, то ли окончание необходимой литературы в частной коллекции, принудило мага остановиться. Оставив меня на попечение библиотечных духов, парень ушёл. И я даже не заметила когда именно.

Предложенные записи совершенно не задевали внимание. И уж тем более, не будили интерес. Сухие факты, изложенные учёными, сливались в единые строки. Конец какого-то раздела полностью перечёркивал его начальные мысли. Каждый абзац либо жил отдельно от всей книги, либо жестоко противоречил её основной идее. Всё шло само по себе. От этого попеременно клонило в сон.

Если подобные нестыковки вызывали моё недоумение при просмотре одного тома, то поочерёдное ознакомление с полным ассортиментом меня несколько расстроил. Авторы словно сговорились путать своих читателей всё новыми и новыми сведениями. В то время как один писатель клялся, что видел аванка бурого цвета, то, одновременно с ним, другой деятель божился в своих пересказах, что шкура озёрного зверя «напоминает ночное небо». И кому верить – неясно.

Засидевшись на стуле, я переместилась в примеченное ранее кресло. Мягкая обивка шёлковым прикосновением прошлась по моей ладони. Раскрытая книга, расположившись на синем подлокотнике, продолжила попытки меня завлечь. Свободная рука рассеянно рисовала на ткани кресла кривые узоры. А вторая кисть придерживала за уголок помятую страницу с рисунком.

«Энциклопедия низших созданий» решила наконец-то преподнести своему зрителю портрет сего загадочного существа. Из бумаги на меня хищно глядела пара злых глаз. Бездонные зрачки словно вырывались за границы книги, пытаясь добраться до читателя. Не менее впечатлительной оказалась и клыкастая пасть аванка. Ряд острых зубов настойчиво будили в памяти целый перечень предполагаемых жертв зверя. Кажется, там даже упоминались и люди. На картинке животное имело продолговатое тело, полностью покрытое прочной чешуёй. Вечная защита от острого металлического оружия.

И что самое любопытное – за всё время мне ни разу не попалось упоминание о том, что кровожадное чудовище было убито. Видели. Замечали. Слышали. Но дольше этого не заходило. Помнится, в предыдущей книге я отыскала ту красивую легенду, которую рассказывал Дринек.

Молодую девушку уговорили поспособствовать в травле зверя. Она присела у берега и стала петь, надеясь таким способом выманить аванка. И наивное существо действительно откликнулось. Только, оказавшись на суше, монстра ждало большое разочарование. Моментально на него накинули тугие сети и связали. Что дальше ожидало озёрного романтика – история умалчивает.

Легенда – она и есть легенда. Состоящая из сплошных тайн и недоговорок. Коли решили рассказчики наделить зверя человеческой душой и способностью любить, почему же отняли у животного разум? Стал бы он так беспечно выходить из воды к девушке, прекрасно зная, что вся округа только и мечтает прикончить его поскорее. И в чём винить людей: в излишней простоте или чрезмерной фантазии, скажите мне?

Не в силах больше терпеть подобные сочинения, я оторвала взгляд от книги. Пока комфортное кресло приняло меня, беурфы вовсю хозяйничали за опустевшим читательским столом. В эту минуту я стала случайным свидетелем забавы, которую библиотечные феи выдумали. Один из раскрытых томов начал своевольно переворачиваться, грозясь захлопнуться. Вот уже одна страничка медленно переметнулась на другую сторону, вторая, третья.… И прекратили сие безобразие крохи довольно необычно. Несколько малышек уселось на приподнявшийся изгиб страницы. С едва долетевшим до меня озорным визгом, они резво съехали вдоль листка. Оказавшись внизу, духи уверенно придержали потрёпанный край, не давая возможности шаловливой странице снова двинуться.

– Чудные, правда? – раздалось от двери.

Я обернулась на реплику гостя. В проёме стояла девочка. Маленькая, на вид лет семь, не больше. На её худенькой фигурке сидело пышное серое платьице, вдоль рукавов обшитое атласными лентами. Распущенные тёмные волосы игривыми кудряшками обрамляли нежное лицо.

– Они у нас недавно. – С серьёзным видом продолжил ребёнок, немного смутившись от моего внимания. – И почти не разговаривают. С ними даже можно играть... Но дядя не разрешает.

И правильно делает. Иначе, беурфы вообще от рук отобьются. Нельзя домашним обитателям давать слишком много воли.

Я со вздохом захлопнула книгу и поднялась с кресла. Всё равно уже нет ни сил, ни желания продолжать чтение. Хоть немного помогу библиотечным феям навести после себя порядок.

– А как тебя зовут? – с улыбкой спросила я.

– Меня? Ле́лориель. Можно просто Ле́ли. – Оживилась малышка, смешно коверкая букву «р» в своём имени. – А ты Танелия, да? Я знаю. Мне рассказывали.

О, обо мне в «Астере» уже известно всем.

– И кто тебе рассказал? Дядя?

– Не-ет… – разочарованно протянула девочка. – Дядя мне редко говорит о гостях. Это Юнэй сказал, что ты с ним.

Я медленно прохаживалась вдоль полок, подыскивая свободное место для энциклопедии.

– Ты тоже умеешь колдовать? – не унималась Лели, следуя за мной.

– Ну... В общем, да. – Чистое враньё. И мне тут же пришлось поплатиться за него.

– Ой, а покажи что-нибудь! – потребовала девчонка, с восхищением заглядывая в глаза.

Так и знала, что этим всё закончится. И под каким предлогом отказаться? «Прости, но я скрываюсь от стражи, поэтому надела чародейскую мантию?»

– Я так устала, Лелориель. Может, ты Юнэя попросишь? Он точно согласится.

– Не согласится… – грустно ответила малышка. – Они внизу с моим дядей разговаривают. И мне сказали не мешать взрослым.

– А ещё я сказал не надоедать гостье! – громкой репликой дал о себе знать новый собеседник.

Мне наконец-то удалось пристроить книгу в заполненный ряд. Задвинув массивный корешок, я тихо произнесла:

– Ну что вы, мистер Геннайс. Она нисколько мне не мешала.

– Надеюсь на это. – Владелец гостевого дома обернулся к племяннице. – Ты не забыла пригласить гостью к столу, как тебя просили?.. Вижу, что забыла. – Заключил мужчина, заметив потупленный взгляд девочки.

– Нисколько. – Решила я выручить Лели и, незаметно подмигнув нерадивой доносчице, продолжила. – Как раз собиралась спускаться.

– Тогда поторопитесь. – По-прежнему тепло улыбнулся хозяин «Астеры». – Вас уже ждут друзья.… И бросьте вы убираться! Это пустое. Позвольте?..

Мистер Геннайс аккуратно выхватил из моих рук очередные тома.

– Беурфы сами прекрасно с этим справятся. – Добавил он, осуждающе глянув на одну из парящих рядом фей. Крошка тут же в смущении отлетела подальше. Воспользовавшись отвлечённостью дяди, Лелориель мягко обхватила меня за кисть.

– Пошли?

Я слегка кивнула головой в знак согласия. Действительно, пора перекусить. А то голодаю с самого утра.

Идя по лестнице, девочка обернулась на меня и с нескрываемым любопытством спросила:

– Так ты покажешь мне что-то… – ребёнок на секунду замолчал, тщательно подбирая слова своей просьбы. – Волшебное?

– Возможно. – Уклончиво отозвалась я.

Эх, малышка, если б это было в моих силах, разве бы тебе отказали?

И, правда, в обеденной зале нас давно дожидались. Во время моего отсутствия народу здесь значительно поубавилось: за столом сидели лишь маг, охотник и парочка незнакомых мне постояльцев. Вскоре парни меня заметили. Дринек коротко кивнул в знак приветствия, а я с Юнэем мы обменялись быстрыми взглядами.

Лелориель отпустила меня и шустро уселась на стул возле колдуна, вызвав у того весёлую усмешку.

– Вы уже познакомились? – полюбопытствовал чародей.

– Она не хочет мне показывать фокусы. – Вместо ответа пожаловалась девочка, надеясь найти поддержку хоть здесь. На этот раз настала моя очередь улыбаться.

– Отчего же так, Танелия? – изогнув бровь, спросил Юнэй.

– Сам покажи. – Пожав плечами, я также присела за стол.

Не понимаю, чего пытается добиться маг? Ведь видно, как Лели привязана к своему взрослому другу. И к его словам она наверняка прислушается без тени обиды. Но колдун идёт совсем в иную сторону.

– Я думаю, именно тебе стоит попробовать. – Спокойно настоял чародей.

Охотник в это время несвойственно тихо наблюдал за разговором. Мол, не втягивайте меня в свои игры.

– Хочешь, я тебе напомню, как начинать? – всё не унимался Юнэй. Вместе с Лелориель они пристально смотрели на меня. Маг с немым вопросом, девочка с мольбой. Ясно, так просто не отстанут. И, как видно, выход только один.

– Ладно. – Сдалась я, ни капли не удивившись нахлынувшей на Лели радости. – Показывай.

Понять бы суть твоего плана, братишка. А то такое упорство вызывает некие подозрения. На один миг мне даже показалось, что всё это – поход, остановка на ночёвку в гостевом доме – лишь завуалированная попытка заманить меня в руки стражи.

– Положи руки на стол. – Тот час скомандовал парень.

Я неуверенно опустила кисти на деревянную поверхность.

– Так?

– Ладошками кверху. – Уточнили для меня. – Теперь верно… Закрой глаза.… Закрывай, закрывай!

Перед тем, послушаться колдуна, и отгородиться от окружающего мира, я заметила, что за намечающимся представлением с нескрываемым интересом наблюдают абсолютно все участники обеда. Даже пара незнакомых нам гостей на другом конце стола на время позабыла о пище и смотрела в нашу сторону. Слишком много внимания мы вызываем в этом доме. Надо с этим заканчивать.

– Расслабься.… Расслабь руки…

Расслабиться? Меня убеждают создать магическую иллюзию. Попытаться, зная заочно, что всё закончится провалом. Нестерпимо хотелось сказать что-то резкое в ответ на цепочку командных фраз от чародея.

– Сосредоточься.… Создай в своей голове образ…

Вся эта сцена начинает мне не нравиться. Меня пытаются выставить посмешищем? Ученица Академии Четырёх потоком не в состоянии овладеть элементарными азами. Чудненько. Такие слухи уж если пойдёт, то далеко за пределы Рыночного Округа. И тогда момент, когда занимательный случай достигнет ушей стражи, можно считать лишь вопросом времени.

Не в силах больше терпеть напряжённую обстановку, мне вновь пришлось раскрыть глаза. Я выхожу из поединка.

– Видимо, не выходит. – Голос у меня с трудом оставался ровным.

– Ты думаешь? – маг многозначительно кивнул вниз, предлагая последовать за его взглядом.

Я опустила глаза на свои ладони и тихо ахнула от удивления. Почти в тон с Лелориель. Теперь внимание не только девочки, но и всех в зале было приковано к маленькому огоньку в моих руках. Тусклое пламя мелко дрожало, словно находилось на ветру. Оно плавно колыхалось из одной стороны в другую, всё ближе наклоняясь яркими языками к коже. Хотелось отдёрнуть кисть, опасаясь обжечься. Но огонь просто не давал о себе знать. Я не чувствовала ни жара, ни обыкновенного тепла.

Каждую секунду пламя стремительно расширялось. Постепенно иллюзия приобрела форму красивого цветка. Пять лепестков уверенно росли и, пересекая границу ладоней, продолжали стелиться вдоль стола. Но далеко уйти им не удалось: несколько тарелок стали заметной преградой на их пути. Тогда огненный цветок резко свернулся в бутон. Новообразовавшийся кокон начал вертеться вокруг своей оси. Не знаю почему, но это умеренное движение пламени немного успокаивало.

Я мимолётно взглянула на Юнэя. Колдун пристально следил за магической иллюзией. Но не с любопытством, как остальные в этой зале, а скорее с целью контроля. Чародей командовал этим огоньком. Неведомым мне образом видоизменял и направлял его, руководствуясь своими желаниями.

Когда я снова вернулась к созерцанию непредсказуемого пламени, вместо причудливого цветка на моих руках уже находилась пара силуэтов. Точёные фигурки медленно кружились в танце. Легко передвигаясь между столовой посудой, они поочерёдно приблизились ко всем обедающим. На миг, приостановившись возле каждого участника застолья, огненные танцоры приседали в коротком реверансе, словно приветствовали зрителей, а потом снова пускались в пляс. Темп танца попеременно, то увеличивал свою скорость, то вновь становился спокойным и размеренным. А в моменты, когда пара особенно быстро двигалась, пышная юбка танцовщицы эффектно расстилалась вокруг. И тогда край сего пламенного одеяния игриво поблёскивал яркими искорками. Сделав пару кругов, иллюзия на миг застыла и снова стала менять облик.

Силуэты, наклонившись в поддержке, слились в одно пятно и теперь предстали перед нами в виде лисы. Юркое животное, взмахнув пушистым рыжим хвостом, ринулось к ближайшему блюдечку. Вскарабкавшись на фарфоровую посуду, лисичка начала обеспокоенно метаться вдоль её краёв. Зверёк словно уже сожалел, что забрался сюда. В очередной раз, пробежав вдоль ободка блюдца, лис вдруг резко взметнулся вверх.

В воздухе переливающийся огонёк снова потерпел изменений и на деревянную поверхность уже приземлился жеребец. Не останавливаясь, конь понёсся вперёд, в точности повторяя круг, недавно выполненный исчезнувшими танцорами. Мне кажется, или я даже слышу мелкий стук копыт? Иллюзия всё больше ускорялась. И вместо того, чтобы в очередной раз свернуть возле края, пламенный жеребец под испуганный вздох Лели соскочил со стола вниз. Но миниатюрный скакун не достиг пола.

Свою дорогу он продолжил в воздухе, плавно паря в образе пузатой рыбки. Огненная грива теперь превратилась в алые плавники, которые тянулись следом за созданной иллюзией, оставляя после себя тонкую серую дымку. Рыба всё продолжала кружиться возле девочки, бросая на её лицо жёлтые блики. Немного поплавав перед Лелориель, пламенное создание медленно приблизилось к малышке поближе. Мимолётное движение ярким плавником, и на курносом носике Лели уже сидит пылающая бабочка.

Девчушка с лёгким испугом в глазах пытается рассмотреть это чудо. Но как только Лелориель нерешительно протянула руку, в надежде прикоснуться к огоньку, бабочка тот час сорвалась с места и направилась обратно к столу.

Присев на изящный подсвечник, порхающая иллюзия всем своим тельцем прижалась к свече. Пламя удлинялось на глазах, обволакивая оранжевыми языками свой восковой пьедестал. В результате, с подсвечника спустилась шустрая ящерица. Быстро перебирая своими лапками, огненная рептилия проворно слезла с расписной деревянной ножки и вернулась ко мне на ладони. Я была так увлечена меняющимися образами, что даже позабыла убрать руки со стола после того, как их покинула танцующая пара. А ящерка, немного побегав по моей кисти, свернулась калачиком и замерла. Лишь когда существо прекратило двигаться, стало заметно, как постепенно в нём тухнет пламя. Огонёк становился всё тусклее, и, спустя несколько мгновений, иллюзия с тихим хлопком пропала окончательно.

– Здорово! Просто здорово! – первый комплимент преподнесла Лели. Одарив меня благодарной улыбкой, девочка перевела взгляд чуточку выше. – Дядя, вы видели это? Красиво…

За спиной послышался тяжёлый вздох. И насколько долго хозяин «Астеры» наблюдал за нашим импровизированным представлением? Нет, меня не смущает его присутствие в зале, но лишние глаза…

– Ты дашь, в конце-то концов, гостям сегодня нормально отдохнуть? – тоном наставника мистер Геннайс остановил восхищённую речь племянницы.

Я разом со своими спутниками прыснула со смеху. Вечное противостояние детской энергии и строгого воспитания снова дало начало поединку.

Глава 4. Последняя капля

Вязаный платок легко опустился на плечи девушки. Его пёстрый узор полностью скрыл под собой невзрачное платье. Лейра оценивающе оглядела своё отражение в зеркале. Новый элемент наряда заметно придавал своей владелице лишние годы. Но именно это ей и требовалось.

– Снова в путь?

– Почему «снова»? Я не так уж часто странствую в последнее время, чтобы путешествия становились для меня нормой. – Удивилась в ответ девушка.

Мэйдофф лишь хмыкнул на замечание собеседницы, но продолжил свои распросы:

– И куда именно ты собираешься?

– Да вот решила навестить нашу счастливицу…

– Как?! Её?!

На этот раз реплика Лейры была встречена более эмоционально. Мужчина вскочил со стула и подошёл вплотную к своей подруге.

– Скажи, что я ослышался. – Дрожащим голосом промолвил он. – Что тебе опять понадобилось от ребенка?

– Чем ты так взволнован? – поинтересовалась девушка, оторвавшись от своего отражения. – Не уж-то опасаешься за судьбу девочки?

Строгий взгляд товарища, который встретила Лейра, стал ей молчаливым ответом.

– Не волнуйся ты так. – Продолжила тем временем она. – Я не трону Пейсиною. И отправляюсь в деревню отнюдь не ради неё.

– Тогда…

– Хочешь спросить, зачем? – лёгкая улыбка коснулась губ Лейры. – Пожалуй… Просто мне нужно не время куда-то уйти…

– Из-за Мельпомены? – догадался Мэйдофф.

– Ты очень прозорлив! – с сарказмом заметила девушка. На секунду она замолчала, словно обдумывая, что сказать дальше. – А в деревне я свяжу свою судьбу с людьми и в таком случае…

– … Тебя не смогут забрать. – Закончил за свою собеседницу мужчина.

– Верно! – с удовлетворением на лице согласилась Лейра. – Они не посмеют нарушить вечное правило жизни.

Мэйдофф с сомнением взглянул на подругу. Переплетение судьбы и вправду было довольно сильной клятвой. Оно отсекало любые попытки нежелательных лиц вмешаться в отношения двух сторон. Но и ответственность взамен возлагалась немалая. И если Лейра решилась на такой шаг, дела у неё действительно были очень плохи.

– Местные жители не любят чужаков. – Успокоившись, мужчина снова вернулся на стул. – Тебя просто не примут.

– Чужаков – возможно. Но вот странствующей знахарке они вряд ли откажут. Своего хранителя в деревне уже давно нет, а людям часто нужна помощь, которую я вполне могу предоставить. Взамен на кров, конечно.

– Ты не разбираешься в лечении.

– Ещё как разбираюсь. По крайней мере, знаю достаточно, чтобы управиться с влюблёнными девицами и роженицами. – Заявила Лейра. – Других-то проблем там и нет… Знахарство вообще не всегда имеет результаты. Людям зачастую просто нужно дать надежду на спасение.

В ответ на мысли девушки Мэйдофф лишь открыто рассмеялся. Его подруга всегда была чересчур самоуверенна, но чтобы так…

– Пара фокусов не помогут тебе завоевать доверие деревни.

– А это мы посмотрим! – девушка потуже затянула алую ленту на косе. – Ты меня задерживаешь своими вопросами.… И портишь настроение предположениями! Не стоит меня так недооценивать. Я в состоянии позаботиться о себе сама!

– Даже не сомневаюсь…

В тоне друга прослеживались нотки иронии, но Лейра не придала им значение. У неё не было времени, чтобы поддерживать пустой спор. Все необходимые вещи давно сложены в дорожную сумку и больше нет причин задерживаться здесь.

– А попрощаться? – голос Мэйдоффа застал девушку у самой двери.

– Хм… - Лейра ни капли не удивилась настойчивости товарища. – Прощай. Ищи меня в Вокрахе.

* * *

Я никогда не превращала приём пищи в отдельный культ. Но в этот раз голод взял верх надо мною. Ароматным угощениям недолго пришлось располагаться на столе. Дразнящий запах только увеличивал желание попробовать аппетитные блюда. Да и противиться такому зову не очень-то хотелось. В течение дня мой желудок соскучился за едой. Зато теперь я устроила ему настоящий праздник. Не сказать, что мною были опустошены все тарелки, которые принесла служанка, но.… Но парни повеселились на славу, когда наблюдали, с какой скоростью я уничтожаю запасы «Астеры». Конечно, сами-то наверняка плотно позавтракали, пока мне пришлось разбираться с грудами книг.

Больше всего шума исходило от Лелориель. Девочка, уяснив, что огненных шоу от меня добиться гораздо легче, чем от Юнэя, не оставляла попыток уговорить начинающую магичку на второй показ. Мистер Геннайс давно удалился по делам, а иной управы на Лели не существовало. Окрылённая свободой, малышка стала терзать Дринека. Внимательно разглядывая его охотничий нож, она осторожно водила рукой вдоль лезвия.

– Он острый. – Заключила Лелориель, возвращая оружие парню.

На миг я отвлеклась от обеда и проследила за движениями охотника. Мой спутник не спеша заложил опасное орудие в ножны. И всё же мне удалось узнать во временной игрушке Лели тот самый нож, который помог мне выстоять против эринии в лесу.

– Ты его сам сделал? Или купил? – продолжала любопытствовать девочка. – Наверное, тебе его подарили. – Выдвинула она ещё одну версию.

Охотник упоминал, что получил его от товарища. От Юнэя? Тогда вполне логичен следующий вопрос: как нож оказался у чародея? Если ни на рукоятке, ни на лезвии нет инициалов, значит с мастером он знаком лично. Родственник? Друг? Может, должник? По-иному неподписанное оружие не могло попасть в руки парню. Всегда должна быть отсылка к исполнителю.

– Танелия, доедай быстрее. Ты и так затянула трапезу. – Оторвал меня от наблюдений колдун.

– Я никуда не спешу. – Ненавистное имя было пропущено мимо ушей.

– Зато я тороплюсь. Хочу вечером ещё раз пройтись по рынку. Составишь мне компанию?

Я аж подавилась похлёбкой. Что ж это происходит: мы ещё не успели добраться до озёрного чудовища, а меня уже полностью затянули чужие проблемы. Даже от неожиданной аферы с огненной магией отойти не успела. Всё ждала подходящего момента, чтобы поставить Юнэя перед важным для меня вопросом.

– Ничего не хочешь мне объяснить? – издалека приступила я к разговору.

– В одиночку я не отправлюсь.… А Дринека нельзя брать с собой. – Добавил чародей, заметив, как я снова глянула на охотника. – Надеюсь, догадываешься, почему?

– Если честно признаться, то нет. – Это было действительно честно. Один раз мы все трое уже пересекли Рыночный Округ. Что ему мешает повторить подобный путь?

Вместо ответа Юнэй пересел поближе ко мне и лишь тогда продолжил говорить шёпотом. Хотя это было лишним. Дринек и Лелориель совершенно не обращали на нас внимания, а более в зале никого не наблюдалось.

– Пейс, понимаешь. – Запнулся маг. – Ночью на базаре начинается совсем иная торговля.

– Контрабанда? – выдвинула я первую догадку, которая пришла на ум.

– Да… – подтвердил брат. – Причём, в основном, магического плана. Редкостные амулеты и тому подобное… Проблема в следующем: невозможно предугадать, какие из них активированы на продажу, а какие – нет. В таком случае, Дринек, как живая нечисть, может поднять пол рынка своим приходом.

– А я не подниму?

– На тебя они не среагируют.… Если ты не будешь петь. Для перестраховки, лучше вообще молчать.

– Как грубо! – попытка изобразить обиду на лице. – Это так ты меня уговариваешь?

– Я тебя спасаю. – Уточнил Юнэй.

– От чего?

Чародей лишь скромно усмехнулся.

– Танелия! Танелия! Ну, покажи ещё что-то! Ну, пожалуйста! Пожалуйста! – Лели снова вернулась к своему излюбленному занятию. Теперь предложение колдуна и впрямь приобрело новый оттенок.

Ночь мы встретили уже между рыночными рядами. Только во второй раз, оказавшись на базаре, я сумела увидеть все различия дневной и ночной торговли.

Изменился поток толпы. Посетителей Рыночного Округа стало на порядок меньше. Люди шли медленными шагами и кидали безразличные взгляды на полки. Такие клиенты не увлекаются блестящими сувенирами. Они приходят сюда с конкретными требованиями. К нужному им продавцу. И с определённой суммой.

Но подобный обмен не всегда имеет за собой поддержку в облике закона. Поэтому гости рынка тщательно прятали свои лица. Мимо меня лишь проскальзывали нечёткие силуэты, и тут же терялись среди подобных себе покупателей.

Уже не слышались громкие возгласы на тему завышенной цены. Нигде не наблюдались нагруженные тюками слуги, которые послушно плелись за богатым хозяином. Никакого шума, никакой возни. Все сделки велись шёпотом. И только сгорбленные фигуры, застыв друг напротив друга, свидетельствовали о начале торга.

Несколько раз нам встречались и маги. Их пёстрые мантии ярким пятном врывались в мрачную толпу Рыночного Округа. Но коллеги моего брата не уделили нам ни капли своего внимания. Набросив себе на головы широкие капюшоны, студенты поспешно удалялись. Нас не удостоили даже простым кивком. А ведь это давно устоявшаяся традиция: приветствовать своих соратников. Раз незнакомцы проигнорировали это правило, значит, анонимность на рынке и впрямь занимает ведущее место.

– Жди меня здесь. – Не оборачиваясь ко мне, бросил Юнэй. Прибавив шаг, чародей направился к ближайшей лавочке.

Прямо над ухом послышался возмущённый рык подруги.

– Хозяйка, почему вы позволяете разговаривать с собой таким тоном?

Я почувствовала прикосновения влажных подушечек лап на своём плече. Дивана соскочила на тротуар и тот час отошла в сторону, чтобы не попасть под ноги прохожим.

– Что случилось, Див? Тебе чем-то не нравятся наш спутник?

– Чем-то? Я не могу понять, почему вы согласились пойти с ними. С чего вам нужно оказывать им услугу? Вы даже не знаете их толком. Вы их вообще не знаете!

– Тебе они кажутся опасными? – присев на какой-то старый ящик, я убедилась, что Юнэй не слышит наш разговор. Маг увлечённо беседовал с продавцом, позабыв обо всём на свете.

– А вам разве нет? Вспомните, с чего началось ваше знакомство.

Мда, начали мы и впрямь нетрадиционно. Но зато теперь между нами постепенно устанавливается взаимопонимание. Вроде…

– Да и этот колдун… – продолжала дворовая, мельком взглянув в его сторону. – Он – чёрный маг. Это мёртвая сила. Её подпитка никогда не приносила пользы. В результате расплачивался и исполнитель, и все те, кто находился рядом.

– Но Юнэй оживил своего друга. Как-то не похоже на корыстные цели. Да и мне он предложил защиту. – Заметила я.

– Не просто так! Лишь взамен на ваше участие в роли наживки.

– Ну, Дивана, ты уже перебарщиваешь.

– Не думаю, хозяйка. – Кошка перебралась ко мне на колени. Выразительные карие глаза с пристальным вниманием уставились на меня. – У них куча иных вариантов. Можно было взять любую другую певицу. Где угодно. Желающих найдётся массы, тем более, за деньги. Есть разнообразные музыкальные шкатулки. А прочие заклинания? Но они выбрали именно вас! Неужели вы никогда не задумывались о таком совпадении, хозяйка?

Задумывалась, конечно. Не верить же охотнику на слово в неповторимость моего голоса? Только дворовая всё равно не права. Ринуться с ними в поход согласится не каждый. Даже за хорошую плату. Ведь это довольно рискованный шаг – идти прямиком по следу неизвестного озёрного создания. Невозможно предугадать итоги. Опасность такого путешествия может появиться с любой стороны. Я тоже не поклонница авантюр, но в сложившейся ситуации у меня не так уж много выходов. С одной стороны – бежать неизвестно куда и скрываться от стражи несколько месяцев, а то и дольше. С другой – беззаботная поездка. Но беззаботная лишь до момента прибытия в деревню. Там уже начнётся настоящая охота без правил.

Нужно ли мне это? В последнее время, я ловлю себя на мысли, что нужно. Правда, по совсем другой причине, нежели жажда приключений.

– … Или вы присоединились к ним ради того, чтобы повидаться с семьёй?

– Думаешь, это неправильно?

Я часто обращалась к дворовой за советом. Див была для меня не только преданной помощницей, но и подругой. И её мнение всегда учитывалось мною.

– Собираетесь потом сказать им… Кто вы? – кошка осторожно подбирала каждое слово, опасаясь не сказать лишнего.

– Дивана, как ты представляешь себе это? После того, на какой ноте я с ними рассталась.

– Да, неприятная ситуация… – дворовая виновато потупилась. Видимо, припомнив историю, которую я когда-то ей рассказывала.

Див, пожалуй, единственная из моего бывшего окружения, кто знает истинную причину, почему я уехала из деревни. Остальные до сих пор верят в умело сочинённую сказку о маленькой девочке, у которой на судьбе было написано стать известной певицей. На самом деле приёмная дочка старосты была отдана в руки странствующим артистам отнюдь не из-за яркого таланта. Красивый и звонкий голос, которым ребёнок удивлял всех жителей Вокраха, был лишь прикрытием. Как и желание дать девочке хорошее образование. А вся правда заключалась в несчастном случае. Трагической гибели старшего сына главы деревни: во время неосторожных детских игр у озера, мальчик упал в воду.

Упал? Нет. Люди единогласно решили, что всему виной юный азарт. Стоит ли говорить, что девчушку, чьё происхождение с самого начала было под вопросом, сделали виноватой? Деревня небольшая. Слухи расходятся быстро и стремительно. О том, что приёмная малышка старосты была сиреной, знали все. И обсуждали также все. Тихо, за спиной. Сказать что-либо дурное в лицо отцу не решался никто. Да и вряд ли их едкие замечания тогда сыграли решающую роль. Девочку приняли в семью по доброй воле и любили её. До определённой поры…

Злые языки многократно доносили до ушей Ясиль рассказы об убийстве. Почти сразу появились мифические свидетели того, как я специально сбросила своего старшего брата в озеро. Мать долго не верила в смутные пересказы, но глубокая скорбь по родному сыну внесла свою лепту.

С самого начала женщина пыталась подавить в дочери её истинную суть. Но этот случай наглядно показал, что стереотипы насчёт нежити никогда не исчезнут из сознания людей. Жители Вокраха уже стали в открытую ненавидеть «маленькую русалку». Взрослые меня избегали. Сверстники тоже старались держаться подальше. По настоянию родителей.

Даже в семье девочку стали бояться. Юнэя оградили от общения со мной. Порой доходило и до того, что ревущего во весь голос мальчугана уводили в другую комнату. А меня оставляли в полном одиночестве. Подобно всем слезливым историям о несчастных сиротах, в те времена единственным товарищем маленькой изгнанницы осталась тряпичная кукла.

Этот период жизни прошёл так же быстро, как и начался. Люди не желали жить бок о бок с опасным ребёнком. Решение, как избавиться от меня пришло вместе с путешествующими по здешним краям артистами. Отдать девочку им на обучение – это не выбросить на улицу. Малышка будет сыта, одета, окружена вниманием. Именно вниманием, а не заботой. Это вполне достойный выход для всех жителей деревни. Для всех, кроме самой крохи. Но когда даже родители на очень-то сильно противились воле жителей Вокраха, у семилетней девочки просто не было права выбора.

Вот так я стала частью странствующей группы, которая после непродолжительной поездки, остановилась в небольшом городке. С тех пор он и стал мне вторым домом. Расценив это шумное место, как золотую жилу, артисты закрепились здесь. Яркие представления и весёлые ярмарки – теперь мои будни. Несмотря на маленький возраст, мне скучать не давали. Будь то ежедневная уборка, готовка или пение на публику: занятие находилось всегда. Не могу сказать, что делить кров с этими творческими людьми мне давалось нелегко, но разница между ними и уютным домом в деревне была слишком велика.

В семнадцать лет я решилась от них сбежать. Вряд ли для артистов это было плохой новостью. Одной ученицей больше, одной меньше. Тот факт, что меня не особо усердно искали, был только в радость. Недолго перебирая, я подалась в какой-то трактир: делать то, что умела лучше всего – петь. Как только хозяин «Цепного пса» отошёл от гипноза первой же песни, меня взяли на работу.

Закончить историю можно тем, что ублажать слух уличных пьяниц мне не доставляло труда. Как и удовольствия, впрочем, тоже. Но щедрая плата, которую трактирщик давал мне взамен на неиссякаемые потоки клиентов, приносила свои радости. Я жила хорошо и не испытывала нужду в чём-либо. После нескольких лет плодотворного труда, мне удалось купить небольшой дом. С тех пор жизнь потекла тихо и размеренно.

– Мне жилось так спокойно, пока не появились они! – казалось, Дивана немного испугалась моего повышенного голоса. – А теперь я снова вспомнила всё! И уже не могу выбросить из головы!

Какой-то прохожий окинул меня удивлённым взглядом. Что-то я расшумелась. Хоть бы тему нашей беседы не услышал маг. Но ему по-прежнему было безразлично всё, кроме запретного товара. Юнэй несколько минут вертел в руках маленькую бутылочку из матового стекла.

– Может, вы решитесь на откровенный разговор с ними, когда увидитесь? – предложила дворовая после того, как я успокоилась.

– Скорее наоборот. Испугаюсь и передумаю.

– Как это глупо! – в сердцах сказала кошка, заметив мои сомнения. – Прошло столько лет. Вы были маленькая. Даже не доказано, что это были вы!

– Попробуй, переубеди людей…

– Хозяйка, я думаю, повидавшись со своей приёмной семьёй снова, вы найдёте нужные слова… Брат же к вам хорошо относится.

– Он всегда ко мне хорошо относился. И не верил в сплетни. – Вздохнула я.

– Тем более. Признаю, я отношусь к этому колдуну с подозрением. Но если вы ему верите, на то есть причины… - Див притихла и настороженно повела ухом. – Он идёт.

Как ни в чём не бывало, дворовая перепрыгнула на соседний ящик. Слегка прищурившись, она с презрением оглядела вернувшегося чародея. Немигающий взгляд Диваны не остался незамеченным:

– Твой зверь чем-то недоволен?

– Маг-недоучка… – почти промурлыкала кошка в ответ, сердито махнув хвостом. Див очень не любит, когда её приравнивают к обыкновенным животным.

– Согласна! – поддержала я свою помощницу, одарив Юнэя широкой улыбкой. Пусть учится обращаться к дворовой с уважением. Может, когда-нибудь и имя её выучит. Может, когда-нибудь они и подружатся.

Белая пена медленно осела, оставляя после себя несколько мелких пузырей. Я внимательно оглядела мутную жидкость внутри бутылочки.

– Не больно похоже на отраву.

– А как в твоём понимании должен выглядеть яд? Зелёная шипучая настойка и этикетка с черепом? – колдун осторожно принял пузырёк из моих рук.

– Но не похожим на молоко!

– Поверь, с молоком его роднит лишь цвет.

– А вкус?

– Пейс, прекрати издеваться!

– Что, и спросить нельзя? – смутилась я от неожиданного гнева брата. – С противоядием можно узнать привкус без летальных последствий.

– На этот напиток нет противоядия. Он действует настолько быстро, что ты даже не успеешь оценить его вкус.… И, тем более, поделиться своими впечатлениями с кем-то ещё.

– Не удивительно, что такой товар запрещён в продаже.

Или имеет заоблачную цену. Мне даже стоимость отравы не удалось выведать. Чародей лишь уклончиво отвечал, что это «не мои проблемы» и старался тут же перевести разговор на другую тему. Ну не может этот крохотный пузырёк быть таким дорогим.

– Возможно. Но мы-то его приобрели не для того, чтобы мстить недругам, а для жителя озера. Ему этой порции будет как раз. – Юнэй спрятал опасный сосуд во внутренний карман мантии. – Правда, действует немного дольше, чем на людей.

– Час? – прикинула я, сравнив в уме размер человека и аванка.

– Хех… День. Минимум. – Усмехнулся маг. – Ты не забывай, что отрава растворится в воде. От этого её сила заметно уменьшится. Из-за этого и возникнет отсрочка во времени.

– Ты просто выльешь это в озеро? И всё?

– А в чём дело? – непонимающе обернулся ко мне колдун.

– Просто в этом чётко выстроенном плане я лишняя. Или мне предстоит воспевать гимны в честь героев?

– Не бойся, про тебя не забыли. – Тяжело вздохнул парень, уже не в состоянии терпеть мои ироничные замечания. – Яд – это крайняя мера, если не сможем справиться с аванком своими силами. Так что ты без дела не останешься.

Какая жалость. Так хотелось без всяких обязательств разойтись на этой ноте. Но, видимо, они с охотником не собираются меня легко отпускать.

– Когда мы вернёмся в «Астеру»? – зевнула я, оглядевшись по сторонам. Теперь помимо рыночных рядов, справа от нас шли стеклянные витрины магазинов. Их яркий комнатный свет вырывался на мокрую мостовую, превращая её в бесконечную жёлтую дорогу. – Гостевой дом в другом направлении. Или тебе что-то ещё нужно прикупить?

«Скажи, что нет. Ну, пожалуйста» – где-то в глубине заныл мой второй голос. Да, не скрою, мне уже надоело всюду следовать за магом хвостиком. Чувствую себя, словно ненужный прицеп: вроде, надобности нет, а бросить на пол дороге всё же жалко.

И зачем я вообще пошла с ним? Нет, не так.… Зачем он взял меня с собой на ночной рынок? Беззащитным чародей не казался. Сумеет дать отпор сам, если наткнётся на хулиганов. А пара-тройка купленных снадобий не представляют из себя больно тяжелый груз. Меня прихватили с собой в качестве собеседницы? Но я не болтушка. И сам парень не очень стремится поговорить. Поди, обиделся после наших с Див замечаний об его способностях.

– Ты задаёшь слишком много вопросов. – Брат резко свернул к незнакомой двери и, приоткрыв её, приглашал меня войти внутрь. – Прошу.

Я на миг застыла перед входом и оглядела этот магазинчик снаружи. Никакой вывески или надписи не наблюдалось. Окна были тщательно занавешены, словно пытаясь скрыть что-то от глаз любопытных прохожих. Такой контраст по сравнению с соседними лавками.

– Может, я лучше подожду здесь? – слабенькая отговорка, но всё же. Просто нет особого желания заходить в очередное логово чёрной торговли.

Юнэй, облокотившись об косяк двери, с улыбкой оглядел меня. Опустив привычные уговоры, маг коротко спросил:

– Уверена?

– Да.

– Ну, тогда… - на секунду запнулся он, словно всё ещё ожидая, что я передумаю. – Жди меня здесь. Если поменяешь своё решение – заходи. – Добавил чародей и исчез внутри здания.

– Див, что это было? – с моих губ сорвался истерический смешок.

– Не знаю, но это было странно. – Пушистый хвост дворовой мягко прошёлся по шее. Кошка наклонилась ко мне поближе. – Будете ждать или как?

– Что ты меня весь вечер подталкиваешь на побег?!.. Подожду…

Мне показалось, или подруга хмыкнула в ответ?

– Хозяйка, я вас никуда не подталкиваю. Вы сами этого хотите. Вот и находите в моих вопросах двойной смысл.

Я повернула голову, внимательно взглянув на Дивану. Лукавит же, паршивка. Вон, в карих глазах пляшут озорные огоньки.

– И, вообще, – продолжала кошка, выдержав паузу. – Я хотела предложить вам не сбежать, а зайти в магазин.

– Зачем?

– Хотя бы для того, чтобы не намокнуть.… Со всеми последствиями.

С последним словом Див, на мою щёку упала первая капля. На Рыночном Округе снова начинался дождь.

– Ты был прав: она действительно быстро передумала. – Такой фразой меня встретил внутри ласковый девичий голос. Его обладательница стояла рядом с колдуном и с нескрываемым интересом разглядывала свою новую гостью.

Владелица лавки была одного возраста со мной. Хотя, я никогда не умела точно определять жизненный опыт человека по его внешности. Ведь лицо может многое скрыть. Особенно, если перед тобой находится фейри. Заострённые уши добродушной хозяйки вначале сбили меня с толку. Но её глаза. Яркие. Зелёные. Они словно заглядывали в саму душу. И это не просто выразительный или красивый взгляд. Это вся их жизнь. Фейри могут прожить несколько веков, постареть телом, но их глаза останутся прежними. Именно от этого мудрого народа люди переняли умение познавать натуру собеседника по глубине взгляда. И редко ошибались.

Этот народ никогда не придавал значение материальным благам. Они не старались приукрасить свою жизнь с помощью богатства. Они были выше этого. Даже в своих нарядах этот народ соблюдал простоту. Спокойные тона, обыкновенный крой и полное отсутствие каких-либо украшений.

Стоящая передо мной девушка была одета именно так. Строгое платье синего цвета с длинной, доходящей до самого пола, юбкой. Поверх него повязан поношенный передник с огромными карманами. Волосы молодой фейри были собраны в высокую аккуратную причёску. Наверно, хозяйка магазина была чем-то очень занята до нашего прихода: несколько рыжих прядей выбилось из общей массы, и теперь лежали волнистыми локонами на её плечах. Но девушка совершенно не выглядела уставшей или недовольной тем, что её отвлекли от дела. Наоборот, знакомая Юнэя приветливо улыбнулась и, продолжая осматривать меня, сказала:

– Не стой у двери. Иди сюда. – Девушка неопределённо показала рукой в центр комнаты.

Я неуверенно прошла несколько шагов в указанном направлении. Поравнявшись с магом, застыла рядом и заглянула ему в лицо. Мой немой вопрос чародей как всегда встретил загадочной ухмылкой. Опять что-то не договариваем?

Сама фейри тем временем отошла в сторону, предоставив мне прекрасную возможность быстро переговорить с братом.

– Ты знал, что пойдёт такой ливень?

Оценка разбушевавшейся погоде была дана как нельзя точно. Даже внутри помещения слышался стук падающих капель. А порой и гулкий раскат грома.

– Догадывался. – Невинным голосом ответил парень. – Но мне показалось, что к моим словам ты не прислушаешься. Или не поверишь.

– Ты же знаешь, чем мне это грозит! Если бы я намокла…

– Но ты не намокла! – перебил меня колдун. – И не успела б намокнуть, находясь на таком расстоянии от двери.

– Это.… Это всё нарочно подстроено, да? – начинала я закипать.

– Ошибаешься. Водная стихия – это не мой профиль. И вызывать дождь щелчком пальцев я не в силах. – На одном вдохе выложил маг.

Да что с ним сейчас препираться? Любые мои замечания разбиваются об невозмутимую стену и растворяются. Легче каждому остаться при своём мнении.

Решив прекратить снова разгоревшуюся перепалку, я покинула Юнэя и подошла к фейри. Всё это время девушка стояла возле ширмы, ожидая, когда же мы завершим свой разговор. Убедившись, что теперь всё моё внимание обращено на неё, девица спросила:

– Закончили?

Я лишь молча кивнула в знак согласия. Хотя мы ничего не заканчивали, а только отложили на время. И вообще, неужели хозяйка нас подслушивала? Ох, мой язык. Мой проклятый язык с ужасной привычкой говорить много и не вовремя. Но даже если фейри и услышала кое-что лишнее, виду не подала.

– Тогда стой и не двигайся. – Более строгим тоном сказала она. За несколько быстрых шагов девушка оказалась прямо передо мною. Одновременно с этим, её рука резко опустилась в один из широких карманов передника.

Я не знаю, что меня тогда толкнуло так отреагировать. Может, вечно живущее в моей душе недоверие к людям. Может, привычка держаться подальше от незнакомцев. Может, свою лепту внёс и неостывший пыл после ссоры с Юнэем. Но от фейри я отскочила, словно ужаленная. И на ходу мне ещё удалось выдавить из себя испуганный хрип:

– Не!… Подходи!..

Такое странное поведение с моей стороны не осталось без внимания чародея. Когда я наткнулась на него спиной, парень обхватил мои плечи, не давая отбежать дальше. В пару с колдуном, на меня во все глаза с удивлением смотрела и рыжеволосая девушка. Даже Дивана теперь следила за каждым моим шагом. Но никто из них даже не догадывался, что меня так напугало.

– Что случилась? – взволнованный голос брата раздался над самым ухом.

Всё, у меня началась паранойя. Очень долго она ходила рядом, приглядывалась. И вот, наконец-то, решила заявить о себе во весь голос. И я её услышала. Но среагировала на появление старой знакомой слишком бурно. И несколько глупо. Действительно, как можно было…

– Подумать, что я ношу с собой в фартуке кинжал? – фейри залилась чистым смехом. – И хочу на тебя напасть. Зачем, спрашивается?

Зачем? Да, как раз этот вопрос я и не успела задать своему подсознанию. Что мне теперь оставалось делать? Лишь беспомощно улыбнуться, признавая тем самым свою оплошность.

А хозяйка магазина всё кружила вокруг меня, сжимая в руках потёртую измерительную ленту. Именно этот нехитрый инструмент портных я спутала с опасным оружием. Какова бы велика не была между ними разница.

Но, слава Богам, девушка не обиделась на мою чрезмерно разбушевавшуюся фантазию. Ведь фейри порой бывают такие впечатлительные. Любой косой взгляд или мимолётно брошенное дурное слово может не на шутку зацепить их самолюбие. А тут я практически оклеветала владелицу лавки своим поведением.

– Я вхожу в род Благого Дома. Причинять вред людям, пусть даже незнакомым, - специально для меня выделила она. – Это не наше кредо.

Портниха продолжала время от времени удивляться моей выходке. Только, судя по лёгким смешинкам в её голосе, девушка скорее пыталась меня приободрить. Юнэй, вопреки юной фейри, старался лишний раз отпустить осуждающий комментарий в мою сторону.

– Знаешь, – сказал колдун из-за ширмы. – Если ты так паникуешь при виде обыкновенных предметов, то я даже не представляю, что с тобой будет при встрече с аванком.

Так много хотелось бросить в ответ, но я решила красноречиво промолчать. Думала, что так маг быстро устанет укорять меня и притихнет. Нет же. Ему стоило высказать всё.

– …Между прочим, тебя вполне могли убить за нанесённое оскорбление. Ещё повезло, что Алнэ́ из клана ремесленников… Иначе, тебе бы не поздоровалось…

– Алнэ? – шёпотом переспросила я у трудящейся хозяйки, проигнорировав остальную часть монолога брата.

Мне утвердительно кивнули в ответ, не отрываясь от работы. В умелых руках фейри, иголка попеременно, то исчезала в складках ткани, то снова выскальзывала наружу, поблёскивая острым кончиком.

– Пейсиноя. Очень при…

– Я знаю. – Перебила меня на полуслове девушка, на секунду отвлёкшись от шиться. – Мне твой друг всё рассказал. – Она кивнула на ширму, за которой маг продолжал что-то монотонно говорить.

– Всё? – настороженно переспросила я.

Портниха назвала Юнэя лишь моим товарищем, но не родственником. Значит, уже кое-что чародей не досказал своей знакомой. Или не успел?

– Да, всё. – Подтвердила моё уточнение фейри.

От её слов, у меня по всему телу пробежал холодок. Вот, дурак. Это ж, до какой степени можно быть таким беспечным, чтобы рассказывать каким-то встречным о моём происхождении? Язык, как помело. Кто ещё мог узнать о том, что я сирена от него? Стражникам они легко и просто раскрыли мой секрет. Что же мешает повторить сей опыт и здесь?

– Ты слушаешь, что я говорю? – некстати крикнул колдун, заметив, что у него нет слушателей.

– Да ты вообще слишком много говоришь! – не удержалась я.

Воспользовавшись моментом, пока Алнэ отвернулась за новыми нитками, я выскочила из-за перегородки, которая отделяла рабочее место фейри от всей комнаты. Новая блуза, которую хозяйка магазина ещё не закончила ушивать, пока продолжала висеть на мне бесформенной тряпкой. Но сейчас меня это мало волновало.

Юнэй быстро осмотрел незатейливый наряд. Словно решил, что я появилась перед ним, чтобы продемонстрировать обновку. Но увидев этот творческий беспорядок из цветных ниток и лент, парень сразу перевёл взгляд на моё лицо.

– Что опять не так?

– Давай договоримся. С этого момента и до конца путешествия.… Где бы и когда б оно не прекратилось, – как-то двусмысленно выделила я. – Ты будешь рассказывать мне всё. Абсолютно всё… Согласен?

– Допустим.

– Допускать не нужно. Я спрашиваю: согласен?

При сложившихся обстоятельствах, только мне и не хватало ставить условия. Устроила настоящий шантаж на пустом месте. Но…

– Ммм.… Да. – Помялся маг. – Но я от тебя ничего и не скрываю.

– Неужели? Тогда для тебя не составит проблем объяснить мне несколько вещей.

– Пожалуй. – Чародей пожал плечами.

Удовлетворившись таким ёмким, но результативным разговором, я опять вернулась за ширму. Короткий кивок Алнэ приглашал портную снова приступить к работе. Фейри резво схватила тощую фиолетовую катушку и исчезла за моей спиной. Спустя минуту, я уже слышала шуршание ткани и лязг ножниц. А самое главное, прекратились скучные нарекания со стороны колдуна. И сейчас настал мой черёд выдвигать претензии.

Но с чего начать? До этого наш разговор казался каким-то скомканным и несвязным. Да и стоит ли решать такие важные вопросы в присутствии лишних слушателей?

Мне хотелось чем-то отвлечься. Например, взглянуть на результаты трудов суетливой фейри. Девушка уже провозилась со мной порядочное время и наверняка успела сделать большую часть работы. Но поблизости не было ни единого зеркала, чтобы полюбоваться собой. Как Алнэ не учла сей нюанс? Я пару раз обернулась, бегло оглядывая помещение магазина, всё ещё в надежде отыскать один из главных атрибутов любой портняжной. В итоге, меня постигло глубокое разочарование. Комната отдавала неимоверной пустотой, Здесь не было ни полок с пёстрыми тканями, ни стройных манекенов. Всё было предельно скромно – так же, как и снаружи.

– Не вертись! – фейри пресекла мою очередную попытку отыскать что-то интересное вокруг. – Я скоро закончу.

Замечание Алнэ могло бы показаться грубым, но дружелюбный тон девушки отсекал всякие попытки обидеться. Портная вообще разговаривала со мной, словно со старой знакомой.

– Не стоит так стараться. Я не собираюсь в этом идти на бал. Обыкновенная будничная одежда.

Фейри так долго трудится над новой блузой, словно этот заказ – дело всей её жизни.

– Ну и что? – с напускным возмущением отреагировала на мою просьбу владелица лавки. – Всё должно выглядеть красиво!

Из моей груди вырвался тяжёлый вздох. Знала бы она, каким образом был уничтожен мой последний наряд.

Не сумев долго простоять в молчании, в нашу беседу вмешался Юнэй:

– Не бойся, Алнэ плохого не сделает. – Девица тихо хихикнула. – Не будешь ж ты вечно прятаться под мантией ученика. В ней довольно неудобно ходить, скажу я тебе.

– Знаешь, я заметила.

Ярко-алая накидка только смотрелась красиво. Что-либо делать в ней было просто невозможно. Ливрея сковывала малейшие резкие движения, а порой вообще не позволяла шевелиться. Даже не представляю, как в такой форме ученики Академии Четырёх потоков умудрялись колдовать. Любая практика или магический поединок требовал быстроты и ловкости. А подобный наряд, казалось, наоборот, играет в пользу противника. Неудивительно, что после окончания учёбы многие выпускники с радостью отрекаются от злополучной мантии, отдавая предпочтение более удобной одежде.

– Для чего ж вы её носите?

– Чтобы подчеркнуть свой статус.

– Это так важно? – уточнила я, опять заметив в голосе брата высокомерные нотки. – Сыну старосты не хватает внимания?

– Это совершенно разные вещи! – тон сделался более недовольным.

Видимо, колдун уловил мой сарказм. В следующий раз пусть подбирает фразы, в которых меньше хвастовства. Неужели, у всех магов такая завышенная самооценка своего положения и возможностей?

– Ты сегодня что-то не в настроении… - немного погодя добавил Юнэй.

– Не стоит. – Отрезала я.

С чего здесь взяться хорошему настроению? Дома нет. Денег нет. Нет даже чёткой цели. Намечавшееся путешествие с каждым часом приобретает всё более туманные очертания. Меня определённо не желают посвящать во все нюансы поездки. Я и так сильно рискую, возвращаясь в Вокрах. Ведь мне в любом случае, придётся снова повстречаться с ними.… Так желанно и так страшно.

От подобных мыслей перехватило дыхание.

– А где мы остановимся, когда прибудем на место? – дрожащим голосом решилась я спросить брата.

Чародей ответил не сразу, чем разволновал меня ещё больше. Немного погодя из-за ширмы тихо донеслось:

– Не там.… Не.… Не у нас.

Хоть какая-то приятная новость за последнее время. Я облегчённо выдохнула. Жизнь начинает постепенно налаживаться.

– Действительно, мы всё равно не поместимся вчетвером в одном доме. – Уже веселее поддакнула я магу.

– Вчетвером? – удивлённо повторил парень. – Откуда ты знаешь?

– Знаю «что»? – меня сбил с толку странный вопрос колдуна. – Нас же четверо: я, ты, Дринек и Дивана.

– Ах, ты про Дивану…

– Ты её разве не брал в расчёт? – настал мой черёд удивляться. Как наивно было с моей стороны надеяться, что Юнэй воспримет дворовую, как полноценного члена команды. Даже находясь за ширмой, я буквально чувствовала, как Див жадно ловит каждое брошенное нами слово.

– Раз уж ты упомянула свою… кошку, то тогда нас будет пятеро.

– Пятеро?! – мне опять с трудом удавалось сохранить спокойствие. Он просто невыносим. – Говори всё. Юнэй, всё! Кто ещё будет?

– Кхм… – послышалось за спиной.

Это была обыкновенная девушка. Весёлая и открытая. И очень работящая. В будущем Алнэ наверняка станет любящей женой и заботливой матерью. Но пока она ещё слишком юная и неопытная. Такой расклад не поможет фейри во время поездки. Точно неизвестно, какова сила нашего противника. Как с ним бороться тоже неясно. Подобная неопределённость может закончиться для портной смертельным исходом. Поэтому я не могла принять решение брата. Я его не понимала.

– Я догадываюсь, о чём ты думаешь. – Сделав глоток чая, Алнэ отставила чашку, полностью посвящая своё внимание мне. – Мол, чем обыкновенная швея, которая за всю жизнь ничего острее иголок не видала, поможет вам в охоте? Я угадала, верно?

Ей легко было догадаться. Любой человек, оказавшись на моём месте, пришёл бы к точно такой мысли. Домашней девушке не стоит ввязываться в подобные передряги. Впрочем, как и мне. Но фейри не давала никому обещания и пытается войти в нашу небольшую команду исключительно по своей инициативе. Зачем ей всё это?

– А, между прочим, «Некрономикон» Юнэю дала именно я. И это не единственная книга в моём ассортименте.

Я удивлённо приподняла брови. Алнэ продолжает интриговать меня всё больше. Выходит, с чародеем их сдружила магия?

– В отличие от него, – портная кивнула на колдуна. – Я постигала всю науку магии сама. И могу уверенно сказать, что книги смогли дать мне гораздо больше, чем строгие профессора в Академии.

В стороне Юнэй со страдальческим выражением лица закатил глаза. Ещё бы: всё то, что он учил многие годы, девушка получила в несколько раз быстрее. И, самое главное, сама. Это сильно задевало чувства парня, который во всём привык быть первым. И хотя всё её хвастовство колдун воспринимал с усмешкой, было заметно, что улыбка – это лишь часть его маски.

– Не обращай внимания на этого ворчуна. – Сказала Алнэ, заметив, что я периодически поглядываю на брата. – Не суждено ему стать великим магом. По-крайней мере, не раньше меня.

Фейри явно нравилось таким образом подшучивать над Юнэем. Во время разговора, девушка не упускала возможность лишний раз напомнить о том, как колдун «что-то спалил», «перепутал заклятие» или «наготовил ужасное месиво вместо зелья». Но, признаюсь честно, меня воспоминания Алнэ повеселили от души. Интересно слушать рассказы об мелких неудачах парня и знать, что теперь он стал настоящим сильным магом. Магом, который способен не только развлечь ребёнка с помощью иллюзии, но и спасти чью-то жизнь.

– … А может, его вообще отчислят… – задумчиво продолжала рассуждать вслух портная, с трудом сдерживая смех.

– Довольно! – Юнэй попытался строго одёрнуть свою подругу

В ответ он лишь столкнулся с нашим дружным хохотом. Что ни говори, а сегодня репутация колдуна основательно пострадала.

– Нам пора возвращаться. – Равнодушно воспринял веселье слабой половины человечества маг. – Итак, уже слишком поздно. Мы задержались.

– Ой, ну простите, простите! – кажется, последнее предложение Юнэя фейри прияла на свой счёт. – Простите, что я такая гостеприимная и напоила вас вкусным чаем. Что потратила уйму времени, стараясь сшить вам что-то пристойное. Простите!

Да, актёрской игры у Алнэ было в достатке. Стараясь остановить поток жалоб на самом начале, чародей уверенно заметил:

– Брось. Хорошая получилась блуза. Пейс же нравится. Нравится? – уже с долей сомнения спросил он.

Учитывая моё скверное настроение на протяжении всего дня, уточнение было очень кстати. Но мне действительно пришлась по душе работа девушки.

– Да. – Коротко подтвердила я слова брата, не в силах прятать улыбку. Юнэй и вправду не замечает, что портная нарочно разыгрывает эту сцену?

– Выглядит очень элегантно. – Добавила Дивана, сонно потягиваясь.

Польщённая комплиментами, фейри довольно кивнула и снова взяла в руки чашку.

Обратная дорога к гостевому дому предстала перед нами в новом свете. Рыночный Округ, который совсем недавно жил одним движением, теперь превратился в тихое опустевшее место. После дождя куда-то делись настойчивые продавцы и требовательные покупатели. Прежде нависающие, казалось, с самого неба передвижные лавки оставили после себя лишь несколько старых ящиков. Ветер гонял по площади какие-то обёртки, создавая тем самым ещё большее ощущение заброшенности. Пока мы находились в гостях у швеи, контрабандисты успели вдоволь наторговаться. И исчезнуть до лучших времён, до лучших клиентов. Приходится быть осторожными, когда не в ладах с законом.

– Через несколько недель они снова вернутся. – Как бы невзначай произнёс колдун, словно читая мои мысли.

– Кочующий чёрный базар?

– Ну.… На каждый товар найдётся свой покупатель. – Загадочно улыбнулся Юнэй.

О том, что он сам недавно стал покупателем «того самого» товара, маг, видимо, забыл. Или решил не акцентировать внимание на подобном пустяке. Пустяк ли: сильнодействующий яд?

Но я промолчала и прибавила шаг, желая поскорее оказаться в «Астере».

Глава 5. Фальшивая сделка

Засушенные листья одуванчика плавно кружились в водовороте мутной воды. Вместе с ними в заговоренном сосуде находился ещё целый гербарий из безжалостно сорванных на самом начале цветения бутонов. Нежно-голубые лепестки васильков, белоснежные головки ромашек и алая, словно закат, троянда. Они не спеша перемешивались уставшей рукой знахарки, рождая в небольшой посуде настоящую радугу. Но созданная игра оттенков совершенно не забавляла Лейру. Девушка с безразличным видом кидала в воду всё новые и новые ингредиенты, а сама с интересом прислушивалась к жалобам местной жительницы.

Растрёпанная женщина сидела перед ней и, постоянно глядя куда-то в сторону, пересказывала свои несчастья. Окунувшись в воспоминания, она посылала проклятия на корыстных соседей, ленивого мужа и неблагодарных детей. Согласно её словам, все высшие силы решили наказать большую грешницу. За что – женщина и сама разъяснить не могла, запутавшись в бесконечном перечислении своих ошибок. Вся эта исповедь длилась дольно долго, временами прерываясь громкими всхлипами рассказчицы.

– Так что там с вашей скотиной случилось-то? – Лейра постаралась вывести женщину на главную тему, из-за которой та, собственно, и явилась.

– Утопла, говорю, вся. – С плачем ответила горюющая селянка. – Последняя корова вчера в озеро ушла… За что мне всё это? Ничего не осталось. Жить не на что. Последнее отобрали… Как дальше-то, а?

Знахарка с недоумением уставилась на женщину. Её слёзы вызывали сочувствие. Но учить пострадавшую вести домашнее хозяйство Лейра не собиралась.

– Угомоните водяного, прошу вас. От него уж житья нет… Всё к себе тянет.

В ответ на подобное заявление девушка лишь фыркнула.

Не нужна водяному скотина. Хозяину озера вполне достаточно той рыбины, которая обитает в его владениях. На чужое добро он никогда не посягает, если его не оскорблять. Вряд ли неудавшаяся хозяйка умудрилась чем-то досадить существу. А значит, и к исчезновению её питомцев он не причастен.

Но жители деревни всё равно упрямо продолжают делать стража рек причиной всех неприятностей. Подобная вражда довольно односторонняя: люди сами создавали слухи, семи же в них верили, и старались держаться от озера подальше. Такая ситуация устраивала водяного, который давно устал от селян, и теперь наслаждался тишиной и покоем. И не нравилась знахарке, которую каждый третий посетитель заваливал жалобами и безосновательными обвинениями.

– Хозяюшка, ищите своего обидчика среди знакомых. – Лейра сменила милость на гнев. – И не советую вам постоянно во всём винить духов воды. А то они могут обидеться и действительно приложить ко всему этому свой отпечаток.

Женщина испуганно охнула. После такого ответа она поспешно вскочила, поблагодарила знахарку за приём и удалилась. Только дверь жалобно скрипнула ей вслед.

Вряд ли он что-то уяснила из проведённого разговора. Её целью было добиться от Лейры обещания уничтожить неизвестного вредителя. Взамен жительница Вокраха лишь сильнее стала опасаться за свою судьбу. Ни женщина, ни остальные жители деревни не понимали, что знахарство не в силах полностью оградить от проблем. Особенно, если люди находят их на пустом месте.

Появление девушки, владеющей основами знахарства, вселило надежду. К ней потянулись за советами и приворотами. Но если Лейра без проблем помогала излечиться от неразделённой любви или лёгкой болезни, то посодействовать охоте она ничем не могла. И не хотела. Не стоит злить существо ещё больше, чем сейчас.

Ведь совсем недавно Вокрах не знал подобных бед. Ранее в деревне царила мирная атмосфера. Все жили в дружбе и согласии, доверяли друг другу.

Теперь отношения между жителями окончательно испортились. Вечно зарождались подозрения, разгорались ссоры. Одни умудрялись разглядеть врага в близком товарище, вторые обвиняли старых недоброжелателей. А третьи, такие как последняя посетительница Лейры, смогли углядеть в наступившем беспорядке ещё и вину жителей леса. Но ни одно из предположений не являлось верным.

Что стало причиной такой вражды? Об этом уже известно далеко за пределами Вокраха. И чем дольше тянется история, тем труднее в ней докопаться до истины. Сколько было безрезультатных попыток навести здесь порядок. И сколько их ещё проскользнёт. Будь то человек, зверь или какая-то неведомая ранее сила: кто бы не стоял за этими таинственными происшествиями, он неизменно продолжал держать в страхе всю деревню. Всё происходящее казалось таким необычным и ужасающе реальным одновременно. Местные жители уже готовы пойти на любые, даже самые крайние меры, чтобы избавиться от нависшего над ними несчастья.

Оно держит их по домам с наступлением темноты. Лишает скота. И наибольшим опасением людей стали мысли, что следующими на всепоглощающем пути существа окажутся они сами.

– Твоё пребывание здесь приносит слишком много неприятностей… – тихо произнесла себе под нос знахарка.

* * *

Серое небо затянули грозовые тучи. Они словно предупреждали о грядущем дожде. Утро выдалось довольно холодным и ветреным. Наверно, именно из-за такой скудной погоды на улицах Рыночного Округа не было никого, кроме нас.

Мы стояли у ворот гостевого дома и следили за последними приготовлениями. Точнее, за подготовкой коней и провизии наблюдал лишь Дринек. Охотник время от времени делал замечания медлительным слугам и старался держать всё под своим контролем.

На шее у парня был завязан чёрный платок, прикрывающий следы от ногтей эринний. Но даже эта повязка не скрывала полностью страшные раны. Концы свежих шрамов выглядывали из-за ткани. Багровые полосы только сильнее подчёркивали бледность его кожи. Охотник выглядел усталым, но это не мешало ему внимательно следить за процессом сбора вещей.

Тем временем я со скучающим видом находилась в стороне.

Рядом постоянно слышались чьи-то шаги и стук входных дверей. На меня никто не обращал внимания. Все были заняты отъездом гостей. Нас как приняли роскошно в «Астере», так и провожали. Даже мистер Геннайс вышел напоследок попрощаться. Вместе с Юнэем они стояли неподалёку от запряжённых лошадей. Обрывки их увлечённого разговора иногда долетали до моих ушей.

– Будете возвращаться обратно, обязательно заезжайте к нам. Мы будем вам рады... В особенности Лели. – Со смехом добавил хозяин гостевого дома.

– Ну, разумеется! – также улыбнулся маг, похлопав по боку своего буланого скакуна. – Лелориель вообще бы нас не отпустила от себя ни на шаг. Кстати, где она? Ещё спит?

– Пусть спит. – Махнув рукой на здание «Астеры», ответил мужчина. – И без неё шума хватает.

Дальше беседа потекла в обычном русле: последние новости, дела, общие знакомые и прочее. Я не особо вслушивалась.

Мой взгляд был устремлён на горизонт. Там разорванные облака скопились тёмным пятном, едва касаясь верхушек деревьев. Иногда в их центре вспыхивала яркая молния, а спустя мгновение и сам раскат грома долетал до гостевого дома.

Непогода всё приближалась. И волнение во мне росло с каждой новой вспышкой в небе.

Юнэй был прав: дольше задерживаться в Рыночном Округе мы не могли. Но пускаться в дорогу навстречу ливню опасно для меня. А что, если дождь застанет нас в пути? Мантия не сможет полностью защитить от капель. Это только вопрос времени, когда она намокнет, и влага доберётся до моего тела. Если в таком виде, истинном облике сирены, я натолкнусь на патруль стражи – мне не поздоровится.

Казалось, подобное развитие событий совершенно не занимало колдуна. Он спешил к себе домой, торопился помочь своей родной деревне. И мелкие неприятности в пути его мало волновали. Мелкие для него, важные для меня.

Или я действительно всё преувеличиваю и волнуюсь зря?

Порой мерещится, словно все силы государства направлены на охоту за мной. Хотя, на самом деле, я – далеко не единственный объект интереса властей. В местных лесах полным-полно более опасной нечисти. И пускай они не дают о себе знать до поры-до времени, от этого их угроза для людей не уменьшается. А в это время стража занята погоней за простой сиреной, поверив на слово какому-то приезжему охотнику. Несправедливо.

Я невольно поёжилась и сильнее натянула рукава мантии. Здесь прохладно и сыро. Мне хотелось снова вернуться в уютную комнату гостевого дома, но это не имело смысла. С минуты на минуту мы должны были отправляться. Оставалось только ждать и терпеть гуляющий по двору ветер.

Тут к царящей суматохе присоединилось ещё одно действующее лицо. Ведя за собой чёрного коня, в ворота медленным шагом вошла Алнэ. Только теперь девушка выглядела совершенно по-иному. С первой встречи фейри сменила своё рабочее платье на женский охотничий костюм из бежевой кожи. Столь смелый наряд превращал ранее скромную портную в настоящую воительницу. Казалось, благодаря одежде, в ней изменилось всё: и походка стала более уверенной и взгляд пронзительнее. Любая другая б на её месте моментально растерялась, оказавшись в самом центре сборов во дворе «Астеры». Так сильно могли сбить с толку снующие повсюду слуги. Но фейри лишь неторопливо оглянулась вокруг и, заприметив недалеко от входа Юнэя, устремилась к нему. На ходу Алнэ слегка поправила причёску. Накануне предстоящей поездки, девушка решила заплести две толстые косы. Но непослушные рыжие локоны всё равно продолжали выбиваться в разные стороны, заставляя свою владелицу постоянно заправлять очередную прядь за ухо.

Так фейри пересекла гостевой двор, даже не заметив меня. Оставив свою вороную лошадь на попечительство конюху, который возился с остальными двумя жеребцами, портная присоединилась к мужскому разговору между колдуном и хозяином «Астеры». Я увидела, как приветливо улыбнулся маг, заметив появление своей знакомой. Он тут же представил девушку мистеру Геннайсу. Уже спустя несколько мгновений с их стороны стал доноситься приглушённый смех, который ясно свидетельствовал о начале довольно интересной для всех троих темы.

Пасмурная погода настолько сильно сказалась на моём настроении, что мне даже не хотелось подойти к ним и присоединиться к весёлой беседе. Успею ещё наговориться во время путешествия к Вокраху. А пока стоит хоть немного насладиться покоем. Пусть он и недолговечен, пока в моей жизни есть Див. Кошка никогда не упускала возможности поговорить по душам. Вот и сейчас она уселась поудобнее возле меня.

Я повернулась к дворовой, ожидая с чего же начнёт моя подруга.

– Вам не нравится новая спутница? – Дивана бросила короткий взгляд на щебетавшую неподалёку Алнэ. – Как по мне, она неплохая девушка.

– Нет. Я такого не говорила.

– Вы это показываете всем своим видом, хозяйка. – Подметила дворовая.

Не замечала за собой такого. Ведь полдня – слишком маленький срок для меня, чтобы окончательно построить мнение о каком-либо человеке. Вчера я говорила с фейри всего пару часов. За это время она запомнилась мне, как настоящая болтушка. Но разговорчивые люди довольно неопределённы. Их главное оружие – сила слова – может легко переметнуться от дружеской болтовни до откровенных сплетен. Как и первое хорошее впечатление от знакомства превратиться в череду горьких разочарований. Не хочу делать поспешные выводы, пока не узнаю Алнэ поближе. Сейчас она выглядит в моих глазах словно пустой лист, готовый к новым записям.

– Ты преувеличиваешь. – Ответила я на замечание Диваны. – Я ещё не определилась. Да, я недовольна тем, что она едет с нами… Только лично к девушке у меня нет никаких претензий!

– Посмотрим... – Словно пророк, произнесла кошка. Казалось, она вообще не слушала меня, а лишь опиралась на свои наблюдения.

Послышалось испуганное ржание наших лошадей. Больше всего разволновался гнедой конь Дринека. И именно его хозяин стал причиной беспокойства. Охотник стоял прямо перед жеребцом и старался успокоить животное. Но было протянул руку, чтобы потрепать скакуна по гриве, но лошадь только ещё сильнее дёрнулась. Парню с трудом удавалось держать коня. На лице Дринека выражалось недоумение. Он не понимал, почему ранее послушный жеребец так странно вёл себя.

Нараставший шум привлёк не только моё внимание. Помочь своему другу вызвался Юнэй. Как только поводья оказались в его руках, лошадь начала постепенно успокаиваться. Присутствие колдуна поблизости вернуло скакуна прежнее состояние. Остальные кони также угомонились. Внезапная вспышка хаоса подавлена на корню. Напоследок чародей наклонился к жеребцу и что-то прошептал ему на ухо. Словно отвечая на поведанный секрет, лошадь уверенно топнула копытом и тихо застыла на месте.

Наведя порядок, маг опять поручил животных конюху, а сам отвёл охотника в сторону. Да и не просто в сторону. Они вдвоём направляются ко мне!

– Похоже, у нас проблемы. – С ходу сообщил Юнэй.

Он оглянулся, чтобы убедиться, что нас не слышат Алнэ и мистер Геннайс. Но девушка уже сидела верхом на коне, ожидая, когда мы отправимся в дорогу. Она с безразличием рассматривала двор, иногда запрокидывая голову в небо, после чего в её глазах зажигался интерес. Молнии завораживали фейри так же, как и меня. Самому хозяину «Астеры» тоже было не до нас. Он вообще поспешил удалиться по делам. Начинался рабочий день, и бытовая жизнь гостевого дома требовала его участия. Уходя, мужчина кивнул мне и Дринеку на прощание. Когда за ним захлопнулась дверь, на нас уже никто не обращал внимания. Мы могли без преград говорить о чём угодно.

– Лошади пугаются его. – Добавил колдун, указывая на охотника.

– Ещё бы! – С удивлённым лицом подтвердила я. – Превратившись в зомби, он стал нежитью. А животные всегда чуют и опасаются подобных соседей.

Мне приходилось рассказывать магу простейшие вещи. Неужели, он не знает этого сам?

– Но к Рыночному Округу Дринек ехал уже другим. И жеребец вёл себя тихо. – Напомнил Юнэй.

Я опять пустилась в долгие объяснения. Доводить до чародея истину становилось всё труднее. Мне было сложно подбирать слова так, чтобы не обидеть охотника.

– В лесу Дринек ещё был… почти живым. Ты вернул ему душу, но тело осталось прежним. Оно продолжало… разлагаться, как у обыкновенного трупа. Видимо, пока мы добирались сюда, заклятие не успело дойти до конца. Но уже прошло дня два… Гниение прекратилось… Точнее, оно застыло. Дринек застрял на грани жизни и смерти.

– Ясно... Теперь чёрная магия поддерживает его в этом состоянии. Её всегда заметят. – Закончил за меня колдун.

Пока мы с Юнэем рассуждали вслух, на охотника было жалко смотреть. Он старался держать себя в руках. Но на его лице всё равно выражался ужас от всего услышанного. Казалось, ещё мгновение – и парень упадёт в обморок.

– Да не волнуйся ты так. – Попыталась я приободрить Дринека. – Это только на словах ужасающе звучит, а в жизни всё намного проще.

– Проще?! – Вскрикнул он.

Внезапное проявление гнева у охотника удивило даже Дивану. Кошка заёрзала на месте, что-то невразумительно прорычав. А ведь раньше парень отличался своим спокойствием. Но теперь… Разве могло превращение так изменить его характер?

– Ничего страшного не произошло. – Заверял своего друга маг. – Просто тебе стоит держаться подальше от животных, только всего.

Немного успокоившись, охотник задал самый важный вопрос:

– Как тогда я продолжу поездку?

И правда. Нагоняя страх на наших коней, он не сможет ехать, как мы. Появилась серьёзная задержка. И я не знала, как из неё выпутаться. Единственный выход, который на тот момент вертелся у меня в голове – это отправиться в дорогу пешком. Но подобная мысль сразу была обречена на отстранение. Она не устраивала лично меня. Добираясь в Вокрах на ногах, мы потратим кучу времени. А это будет на несколько дней дольше намеченных сроков. Нет, такое решение не подходит.

Но вот у Юнэя, кажется, появилась какая-то идея. Чародей смотрел себе под ноги, о чём-то напряжённо думая. Тут его лицо озарилось случайной догадкой. И колдун не преминул сразу поделиться ею с нами. Частично.

– Я думаю, мы что-то найдём для тебя, Дринек. – Маг заметно повеселел, давая такое обещание товарищу. – Только перед этим всё равно придётся немного пройтись. Никто не против?

Вопрос явно предназначался мне. Ведь именно я вечно подгоняю Юнэя поторопиться довести эту затею до конца.

– Что ты запланировал?

Невозможно предугадать, на что отважиться пойти Юнэй на этот раз. С каждым шагом его методы становились всё отчаяннее.

– Всего лишь обеспечу вас двоих средствами передвижения. – И заметив уже новый назревающий вопрос с моей стороны, маг поспешил добавить. – И не спорь. Тебе тоже нужно на чём-то ехать. Рано или поздно придётся научиться верховой езде. Для тебя это наступит рано. К тому же… - Голос парня опять стал загадочным. – Я точно уверен, что они придутся тебе по вкусу.

Начинаются очередные загадки? Кто же эти таинственные «они», которых так старается расхвалить передо мной чародей?

Нагнав на меня интригу, колдун пошёл предупредить Алнэ об небольших изменениях в плане.

Едва Юнэй удалился, дворовая, нисколько не смущаясь присутствия Дринека, поспешила выразить своё мнение:

– Всё интереснее и интереснее… – Мурлыкая, протянула Див.

– И опаснее? – со смехом подхватила я мысль подруги.

– Непременно!

Мы снова оказались на Седой Дороге. Но теперь вокруг нас сменились декорации. Вместо пышных лесов по обе стороны тянулись луга, на которых господствовали разнообразные полевые цветы и сорняки. Сильный ветер качал розовые головки клевера, нагибая их до самой земли. Погода всё никак не думала улучшаться. Небо оставалось мрачным и серым. Из-за этого всё кругом казалось каким-то безжизненным.

Пение птиц почти не слышалось. Лишь иногда, где-то вдалеке, на мгновение маленькая певунья радовала окрестность своим чириканьем. Быстро пролетев над нашими головами, она исчезала. И вновь возрождалась былая тишина.

Даже лошади шли почти бесшумно. Спокойно ступая на дорожный песок, два жеребца медленно следовали за Юнэем, который вёл их за поводья. Да, делить с нами непростой путь теперь приходилось только паре коней. Третьего, гнедого скакуна, пришлось оставить. Ехать на нём охотник не мог, а брать с собой лошадь просто так было невыгодно. Дринеку было трудно согласиться с таким решением. Этот конь был у него долгое время, и парень успел привязаться к своему любимцу. Может быть, позже колдун что-то придумает для друга, и охотник сможет приближаться к животным. Но это потом. А сейчас жеребцу намного лучше в конюшне «Астеры», где его и оставили. По-моему, это больше походило на презент хозяину гостевого дома перед отъездом. Хотя, не мне делать окончательные выводы.

Парни шли рядом и изредка перебрасывались парочкой ничего не значащих фраз. Охотник и маг часто любили секретничать в стороне. Я не раз замечала за ними такую привычку. Но не думаю, что подобное поведение основывалось на тайне. Скорее, просто дружеские разговоры. Мне хотелось в это верить.

Пока Юнэй и Дринек показывали дорогу, мы с фейри плелись позади. И в то время, когда окружающий меня пейзаж становился всё тусклее в красках, Алнэ была увлечена лишь листочком. Девушка теребила в руках сорванную игрушку. Она задумчиво надрывала краешек зубчатого листка, но мыслями витала далеко отсюда. Как только мы выехали из Рыночного Округа, фейри вообще вела себя чрезвычайно молчаливо.

Див спокойно дремала у меня на руках. Кошка всем видом заявляла, что весь поход, который плавно нашёл своё продолжение, её совершенно не волновал.

Так и шли мы, словно чужие друг другу по Седой Дороге около часа.

Радовало то, что очередной участок леса уверенно приближался к нам навстречу. И вскоре высокие каштаны обступили нас со всех сторон. Стало ещё темнее, словно на землю опустились сумерки, хотя на самом деле был разгар дня. Поднялся сильный ветер. Сорванные с деревьев зелёные звёзды падали под ноги и кружились вдоль дороги.

– Мы пришли. Почти. – Голос брата выудил меня из собственных размышлений. – Нужно немного свернуть влево.

В поддержку своим словам, он решил уточнить направление: Юнэй указал рукой в сторону. А сам обогнал нашу небольшую компанию и принялся завязывать поводья в крепкий узел на ближайшем суку.

Маг не боится оставлять коней одних практически посреди дороги? До сих пор нам не встречались другие путники. Но всё равно, не стоит так рисковать. Если мы возвратимся обратно, и не застанем на прежнем месте лошадей, это будет довольно неприятным сюрпризом. Я переживала не напрасно. В наших краях воровство если и не приветствуется, то также не особо пресекается. Здесь можно ожидать всего.

Прихватив из своей дорожной сумки моток верёвки, чародей начал пробираться сквозь могучие каштаны куда-то вперёд. Парень словно очень спешил. Мы еле поспевали за ним. Но никто не решался попросить его хотя бы на миг остановиться. Казалось, что Юнэй прекрасно знал куда идти. Не просто был знаком с местностью, а выучил все тропинки на память. Мне думалось, что подобная осведомлённость мага сыграет нам на руку. Действительно, как при иных обстоятельствах можно отыскать парочку диво жеребцов, которые остаются спокойными в присутствии нечисти? Причём, прямо в центре леса.

Я ожидала чего угодно. Например, увидеть домик в лесной чаще с волшебником, который выручит чародея по старой дружбе. Теперь начинаешь воспринимать даже самые невероятные вещи, как обыденность. Но как осознать то, что мы так торопились к… К озеру.

Колдун вывел нас к блестящему блюдцу, окружённому всё тем же густым лесом. Пасмурная погода превращала воду в чёрную жижу. Но её поверхность поблёскивала даже без солнечных лучей. Озеро просто поражало спокойствием. Это был настоящий уголок тишины, в который мы так неожиданно вторглись.

– Сюда? – раньше меня поинтересовалась Алнэ.

Не оборачиваясь к нам, маг уверенно продолжал идти. На ходу он бросил через плечо:

– Да. Стойте здесь.

Собственно, ни я, ни кто-либо из нас не собирался следовать дальше за Юнэем. Оказавшись на открытом пространстве, мы все застыли на месте. Чародей же устремился к самому берегу. Мне на миг даже сдалось, что брат хотел нырнуть в озеро. Но парень остановился как раз на грани земли и воды.

Он присел на корточки и слегка коснулся водной глади рукой. От его ладони образовалось несколько кругов, нарушая сон озера. Понаблюдав за тем, как вода вновь успокоилась, колдун всё оставался неподвижным. Затем Юнэй резко вскочил и направился обратно в нашу сторону. Но, замерев где-то на середине расстояния между нами и таинственным озером, маг опять повернулся спиной. Перед этим он бросил верёвку на траву. Если все ранее совершённые движения парень проделывал в полном молчании, то теперь, немного повернув голову, он громко сказал:

– Только, пожалуйста, девушки… Ничему не удивляйтесь.

Мне показалось, или, отворачиваясь от нас, чародей улыбался?

Я неуверенно отступила назад. По телу пронеслась какая-то внутренняя слабость. Будто само это место высасывает из меня энергию. Только из меня. Стоящие рядом фейри и охотник не выглядели такими обессиленными.

Дринек, конечно, казался более сдержанным. Подобные приключения для него не в диковинку. Охотники за нежитью всегда должны быть готовы к неожиданному развитию сюжета. Да и, наверняка, Юнэй заранее посвятил его в свои планы.

Зато Алнэ находилась целиком во власти своего интереса. Не моргая, девушка следила за своим другом. Думаю, со стороны я выглядела так же, как и фейри: нетерпеливо ждала продолжения.

Что же собирается делать маг дальше? И, главное, с какой целью? Пока ни одной путной догадки. А вопреки безумным идеям, которые медленно приходили мне в голову, чародей проделывал свои загадочные действия более стремительно.

Колдун сложил перед собой руки ладонями друг к другу и замер неподвижной статуей. Если я не ошибаюсь, он начал создавать магию. Брат продолжал стоять лицом к озеру, но я точно знала, что Юнэй неслышно шептал самому себе заклинание. Не могу объяснить, на чём основывалась такая догадка. На собственных чувствах, что ли.

В этот момент колдун опять оглянулся на нас. Всё также, в полном молчании. Его внимательный взгляд прошёлся по мне и фейри. Потом, уже повернувшись всем телом в нашу сторону, он кивком головы подозвал Дринека к себе. Только тогда мне удалось углядеть между пальцами мага красноватое сияние. Парень не разжимал рук, и этот яркий шар находился у него в плену.

Но как только охотник приблизился к своему другу, чародей опустил одну кисть. Второй рукой Юнэй бережно подтолкнул горящую сферу в сторону воды. И шарик послушался этого жеста. Алый огонёк плавно поплыл по воздуху к озеру. Он двигался так медленно, что, казалось, время вокруг остановилось.

Когда шаг достиг края озера, он на мгновение застыл. А затем неожиданно упал в воду, подняв вокруг себя небольшие брызги. Красный свет ещё немного проглядывался сквозь тину у берега. Потом мутная поверхность поглотила его.

Больше ничего не происходило.

Зато напряжение, витавшее между Дринеком и Юнэем, красноречиво говорило, что до конца ещё далеко. Так и вышло.

Резко разрывая наступившую тишину, прозвучал оглушительный взрыв. По сравнению с ним, сам гром представлял собой лёгкий хлопок. Но поднявшийся шум не был одинок в своём исполнении. Одновременно с взрывом, в небо взметнулась и вода, словно громадный фонтан. На мгновение мне даже показалось, что эта волна обрушится на всё близлежащее, и на нас, в том числе. Мои опасения оказались напрасными. Упавшая на землю вода, лишь немного зацепила край берега.

Озеро всё ещё продолжало волноваться. Только я не стала ожидать, когда волны в нём окончательно утихнут.

– И что это было? – вопрос предназначался магу.

Колдун даже не шелохнулся в ответ. Он и бровью не повёл, наблюдая за бурей, которую подняло его заклинание. А уж моё любопытство его и подавно не зацепило. Но я просто так не сдалась.

– Что это? – повтор прозвучал намного громче.

И опять на меня не обратили внимания. Точнее, мои вопросы продолжал игнорировать лишь чародей. Дринек же приказал мне притихнуть: парень приложил палец к губам, а потом опять отвернулся. Как раз вовремя, чтобы увидеть, что произойдёт прямо перед нами.

Озеро до сих пор не переставало волноваться. Беспокойные разводы вдоль поверхности носились от берега к берегу, пересекались в центре и создавали фантастические узоры друг с другом. И на одной из таких встреч появился новый участник событий.

Словно откликнувшись на призыв Юнэя, на наших глазах из самого дна вынырнуло удивительное существо. Разрезая водную гладь своим блестящим копытом, белоснежная лошадь быстро выпрыгнула на влажную землю.

Не обманывает ли меня зрение? Увидеть живого агиска доводится не каждому счастливчику. Это очень редкие и пугливые обитатели вод. Странно, что они вообще оказались здесь: их родиной всегда было бесконечное море. Но, тем не менее, мифические кони сейчас находились перед нами. Четыре белых скакуна. Они неслись прямо на нас, рассекая своим небольшим табуном окружающую зелень. Казалось, что жеребцы возникли за один миг и в такой же короткий срок решили сбежать.

Я поспешно отошла в сторону, чтобы не попасть под этот поток. Следом за мной к деревьям отбежала и Алнэ. Остановившись возле одного из каштанов, фейри внимательно следила за действиями парней.

Они не стали испуганно уступать дорогу агискам. Наоборот, напарники кинулись прямо под копыта лошадям. Со стороны их поступок выглядел просто ужасно. Портная даже вскрикнула от страха за их жизнь. Мне тоже стало не по себе: тихо охнув, я прикрыла рот рукой. Всё происходило так быстро, что здраво оценить ситуацию не представлялось возможным.

Колдун решительно бросился к жеребцу, который скакал первым. С руки Юнэя опять сорвалось красное сияние. Огненная сфера, быстро вытянувшись в воздухе в тонкую нить, обвилась вокруг шеи коня. Лошадь словно и не заметила наброшенную на неё петлю. Подобно молнии, агиск пронёсся мимо чародея. Но далеко умчаться от мага ему не удалось. Волшебная ловушка заставила жеребца резко остановиться в нескольких шагах от своего пленителя. Алая полоса надёжно связывала существо из озера и Юнэя. Такая слабая на вид, но такая опасная. Она будто ещё больше внушала лошади чувство паники. Конь брыкался на месте. Из-под его копыт во все стороны разлетались горстки земли и обломки сучьев.

Не легче давалась поимка агиска и Дринеку. У охотника не было магических способностей, а только тот самый моток верёвки, который мой брат взял накануне. Действовал он по похожей схеме, только объектом его интереса стал скакун, замыкающий табун. Когда пара лошадей проскочила мимо охотника, парень успел перехватить последнего жеребца. Лассо точно обвило шею агиска. Белоснежный конь был вынужден застыть на месте. Подобно своему товарищу, он начал недовольно ржать и не оставлял попыток вырваться. Но бесполезно. Дринек, хоть и с заметными усилиями, но удерживал существо за конец верёвки.

Кони, которые остались на свободе, благополучно скрылись за высокими каштанами.

Пока мы с Алнэ приходили в себя от увиденного, парни не теряли ни минуты времени. Они сразу же начали уводить агисков подальше от этого места.

«Всё верно...» - бессознательно отметила я про себя. Озёрные жеребцы покинули свой дом из-за взрыва, который так их напугал. Сейчас, когда им не дали возможность укрыться в лесу, скакуны решат снова вернуться на дно. Теперь подпускать их слишком близко к воде рискованно. Вот у дороги кони станут спокойнее и забросят свои попытки сбежать.

– Не будем отставать. – Сказала я швее и пошла следом за Юнэем.

Мы опять начали пробираться через лес. Обратный путь даже казался длиннее. Могучие деревья всё никак не желали заканчиваться, замыкая нас в своё плотное кольцо. Какое облегчение посетило меня, когда, наконец-то, перед глазами возникла Седая Дорога. Наши скакуны всё также преданно ждали хозяев у края.

Своих дальних родственников агиски встретили с нескрываемым возмущением. Очередная порция негодующего ржания разлетелась эхом по чаще.

– Что ж они никак не замолчат? Бесполезно же. – В сердцах воскликнул охотник. – Юнэй, уйми их!

Но маг совершенно не вслушивался в слова своего друга. Он крепко держал водяного коня под контролем, а сам сосредоточенно оглядывался по сторонам. И прислушивался.

Тут в происходящее вмешалась Дивана.

– Зря стараешься. Он всё слышал, и… - кошка навострила уши и застыла. – Направляется сюда.

Юнэй смерил дворовую негодующим взглядом, но с места не сдвинулся. Див уселась у моих ног, дальше молча наблюдая за нами.

– Идёт сюда? – моментально отреагировал на реплику кошки Дринек. – Почему мы тогда стоим? Нужно бежать!

– Интересно, как ты это сделаешь?! – буквально накинулся на друга некромант. – Агиски ещё необъезженны. Они попросту сбросят тебя при первой же попытке!

Никто не ожидал такой агрессии от чародея. Тяжело дыша, парень продолжал всматриваться в лес. Больше что-либо говорить ему или предлагать мы не решались.

Белые кони стали вести себя тише. Словно они всегда были такие послушные. Крупные капли воды медленно скатывались с их боков и падали в траву. На земле уже образовалось несколько маленьких лужиц.

Я вздрогнула от внезапного прикосновения Алнэ. Девушка слегка дотронулась пальцами до моего плеча, и испуганно шепнула:

– Пейс, смотри…

От меня не скрылся её обеспокоенный тон. Обернувшись вокруг себя, я начала искать источник волнения фейри. И почти сразу же заметила чью-то фигуру между каштанами. Тень от листвы мешала рассмотреть детали, но основное я успела отметить. Это был старик. Его длинная борода была сильно спутана. Среди седых волос оставалось ещё несколько чёрных прядей. Но густые светлые брови всё равно выдавали возраст незнакомца. Как и глубокие складки кожи, которые покрывали всё его лицо. Одежда была такой же древней, как и её владелец. Заплатка на заплатке. Потёртая грубая коричневая ткань бесформенно болталась на худом теле. Низкий рост старика придавал ему ещё больше схожести со сказочным жителем. Знала бы я, как одновременно близко и далеко от реалии было моё сравнение.

В пару-тройку шагов незнакомец подошёл к нам. О его приближении Алнэ тихо пролепетала лишь мне, но казалось, словно её предупреждение донеслось и до парней. Прежде, чем старик оказался за пределами деревьев, на него уже были устремлены все взгляды.

– Пожаловали в гости и так шумите. Нехорошо. – Мягко отчитал нас незнакомец, и направился прямиком к агискам. Подойдя к белому животному, старик погладил его по морде. Жеребец моментально отреагировал на ласку и дружелюбно уткнулся в ладонь человека. Озерный скакун так радостно вёл себя. Неужели, передо мной находится сам водяной?

Фейри, почти не моргая, следила за незнакомцем. Он внушал немой страх всей женской части компании, но швея особенно сильно переживала. У Алнэ было простое личико, поэтому перепуг отражался на нём особенно ярко. Но объект её дрожи общался исключительно с парнями, а на портную даже не глядел.

– Или вы не гости, а воры? – на сей раз, он обращался конкретно к Дринеку.

Охотник с вызовом посмотрел на старика:

– Не знал, что в лесу есть что воровать.

Лицо незнакомца резко изменилось. В прищуренных глазах вспыхнул гнев, и такое же настроение передалось в голосе.

– Здесь хозяин – я! И всё, что находится в пределах леса – под моей властью!

Хозяин леса? Выходит, это самый настоящий лесовой. Пожилой, с чумным видом. Частично рассказы людей совпадали с действительностью. А вот жадность старика была умело скрыта. Кто знает, может, его жертвы намеренно умолчали о своих потерях после посещения чащи. Может, им удалось избежать его хитростей.

Теперь же я вижу истинную суть лесового. Его несложно понять. Лес тоже нуждается в хранителе. Без должной охраны зелень с лёгкостью превратится в пустую степь. Но для этого человека забота о своём доме с годами переросла в настоящую манию.

Внимание старика решил перехватить Юнэй.

– Вы хотите золото вместо коней? – поинтересовался колдун. – Сколько?

Лесовой немного подобрел и даже рассмеялся в бороду:

– К чему мне ваши монеты, молодой человек? Среди каштанов они ничего не стоят.

Маг нахмурился. Договориться по-быстрому не получалось. Мы рисковали задержаться здесь надолго. Или продолжить путешествие уже без агисков.

– У вас есть ещё предложения?

По его тону было заметно: старик-то точно знает, что стоит просить. Это уловил и чародей. Юнэй мялся. Он понимал, что следующий вопрос даст лесовому полную власть требовать любую вещь. И вряд ли ею станет какая-то безделушка.

– Что же вы хотите? – всё-таки решился полюбопытствовать некромант.

Глаза деда сузились при задумчивой усмешке. На близком расстоянии я успела отметить, что его зрачки были золотисто-медового оттенка. Такой светлый взгляд при таком непостоянном хозяине.

– У меня имеется для вас подходящая сделка. – Протянул старик.

Он бегло посмотрел в нашу с Алнэ сторону и опять сконцентрировал внимание на парнях. Мне как-то не хотелось вмешиваться. Дворовая придерживалась той же тактики.

– Приглядывать за рощей мне не в тяжесть. Но… – лесовой на мгновение замолк. – Годы уже не те. Причём, давно. Помощник бы не помешал…

Нависшая тишина после такой короткой исповеди была предсказуема. Никакой двусмысленности в его словах не было. Два озёрных жеребца менялись на вечную тюрьму среди деревьев. Это так же нелепо, как и честно.

Мы недоумённо стали переглядываться между собой. Каждый искал на лице друга ответ. Неужели, никто из них про себя не отказался?

– Хм.… И кого же вы берёте?

Нахлынувшее на меня потрясение помешало возмутиться вслух. Маг был нашим лидером, но кто позволял ему распоряжаться чужими жизнями?!

– Зачем мне делить вас? – тем временем ответил старик колдуну. – Хотя, ты прав.… Сами вы выбрать тоже не сможете.

Лесовой подошёл ко мне, присел на корточки и погладил Див по голове. Кошка, прежде так чуждая к ласкам, даже не попыталась отпрянуть от его прикосновения. С Диваны он перевёл своё внимание на меня. Ореховые глаза смотрели прямо в душу.

– А вы верите в судьбу?

Я не знала, предназначался этот вопрос мне или нет.

– Иногда. – Вышло немного хрипло.

Старик не сводил с меня взгляда, словно пытался уличить во лжи.

– Зря. – Растягивая слова, отозвался он. – Судьба, в отличие от людей, никогда не отворачивается от нас. Просто… Порою, она устраивает проверки.

Оторвавшись от моей помощницы, лесовой опять обернулся к парням. Медленными шагами он не спеша приблизился к Юнэю.

– И судьбе я разрешу определить ваше будущее. Сделаем так: тот, кто первый вернётся сюда ещё раз, и останется в лесу. Навсегда... Идёт?

Чародей удивлённо приподнял брови и переглянулся с охотником. Но на лице Дринека было точно такое выражение. Нелепое предложение дедушка произнёс со всей серьёзностью. Но смеяться никто не думал. Духи леса любили заключать сделки, а потом дурить путникам головы. Они всюду умели находить подвох и обманывать. Хотя вначале всё оговаривалось честно. Сейчас мы попали в похожую ловушку. Условия казались лёгкими. На первый взгляд. А на самом деле?

Маг, видимо, придерживался другой мысли. Беспокойно, будто опасаясь, что сам старик внезапно передумает, он выкрикнул:

– Хорошо!

Ладонь моего брата утонула в морщинистой кисти лесового. Рукопожатие в честь согласия. Очередная ухмылка возникла у нашего нового знакомого через бороду.

– Тогда больше не задержу вас. Свидимся, когда придёт время.

Последнюю фразу не оставил без внимания охотник.

– Придётся долго ждать. – Заметил парень.

– Я уже достаточно дожидался. Потерплю ещё немного. Чувствую, следующая наша встреча не за горами.

Старик, неясно махнув на прощание рукой, направился под укрытие широких каштанов. Солнце всё не выглядывало из-за грозовых туч, поэтому пространство у Седой Дороги находилось в лёгкой полутьме. Зелёная пелена деревьев плотно укрывала нас. При такой атмосфере лесовой сумел незаметно раствориться среди стволов. Кора прекрасно сливалась с его одеждами, и находить различия удавалось всё сложнее. Границы сильнее переходили друг в друга. Низкая фигура окончательно исчезла.

– Пошли. – Вывел всех из оцепенения голос Юнэя.

Снизу блеснули два кошачьих зрачка. Дивана запрокинула голову и смотрела прямо на меня. Приказы мага для неё ничего не значили. Дворовая слушалась только распоряжений хозяйки.

– Может, ты нам всё объяснишь?

Моя просьба прозвучала как нельзя к месту. Остальные молчали, но я чувствовала, что они поддерживали мою требовательность.

– Нет. – Колдун был непреклонен. – Я сказал, пошли. Разберёмся позже.

Парень не стал дожидаться нашей реакции. Потянув за светящуюся красную нить, он позвал присмиревшего агиска следовать за собой. Подведя белого жеребца ко мне, чародей хотел передать волшебный поводок. Брат протянул алую верёвку:

– Теперь ты будешь вести его. Привыкайте друг к другу.

Я нехотя сжала предложенные поводья. Меня смущало тихое поведение коня. Вряд ли удастся удержать его, если агиск решит вырываться. Я с обычными лошадьми не умела находить общий язык, а тут такое. Хорошо, что пока мне не нужно ехать на нём верхом. Верное животное стояло рядом и с любопытством следило за нами.

– Ну же, отправляемся!

Маг отвязал своего буланого коня от ветви и опять ступил на Седую Дорогу. Ничего не оставалось, как догонять его. Я мягко натянула яркую верёвку. Агиск мгновенно отозвался и поцокал следом. Моему примеру внял охотник. Алнэ присоединилась последней. Но её вороной скакун так соскучился по швее за её короткое отсутствие, что иногда весело ржал и толкал фейри в спину своей мордой.

Хотелось поскорее выйти из этого леса. И не воспринимать случившееся в нём за правду.

Как назло, только чаща осталась позади, заморосил дождь. Капли круглыми бусинками замирали на моей мантии. Они прятались в складках ткани. Посильнее надвинув капюшон на голову, я старалась укрыть хотя бы лицо. Рука давным-давно намокла. Кожа на ней приобрела зеленоватый оттенок. Выступило несколько чешуек. И их число постепенно росло. Мне хотелось не привлекать внимание спутников своим превращением. Но портная уже бросала косые взгляды в мою сторону. Алнэ старалась делать это незаметно: поправляла рыжие косы, отряхивала костюм и трепала гриву коня. Я всё равно чувствовала то отвращение, которое фейри источала, рассматривая новый облик. Облик сирены. Скрывать эмоции девушка вообще не умела.

А вот агиски даже обрадовались небесной воде. Лошади резвее затрусили по песку. Мы шли пешком, так что временами приходилось прикрикивать на них за скорость. Жеребцы недовольно фыркали и слушались.

Погода не думала улучшаться. Пелена дождя портила обзор окрестностей. Пока я высматривала, куда уходила Седая Дорога, не увидела, как со мной поравнялся Юнэй.

– Недалеко старые руины. Там можно будет укрыться от ливня. – Сообщил некромант.

– Ясно.

Парень явно желал побеседовать. Но он до сих пор не объяснил мне свой поступок. Прежде, чем я решилась вновь затронуть эту тему, чародей сам подобрал ключ:

– Приедем в Вокрах, сможем отпустить агисков на свободу.

На нас с немым удивлением оглянулся охотник. Хоть колдун говорил исключительно со мною, казалось, что в обсуждении участвовали все пятеро. Любопытства компании было не занимать.

– Разве этого хватит?

– Почему бы и нет? – маг самоуверенно улыбнулся. – Договор стоился на займе жеребцов. Лошади отправятся домой. Мы ничего не останемся должны.

– Так просто. – Голосом я старалась показать своё сомнение.

– Для полного спокойствия постараемся не попадать снова в лес. – Заколебался маг. – Только это лишнее.

– Хочешь сказать, что старик проверял нашу щедрость ради права пользоваться его конями несколько суток? Нет, нет, нет.

С другой стороны, леший не станет заманивать кого-то из нас в свою чащу силой. И обходить злополучное место десятой дорогой – впрямь хорошая идея. Самая безопасная, в любом случае.

– Что у тебя вызывает опасение? – участливо спросил брат.

– Безнаказанность. Он не мог позволить обдурить себя. Здесь какой-то подвох. Но я пока не могу понять где.

– Пейс, ты слишком напряжена и стараешься везде отыскать ложь.

Юнэй мотнул головой, стряхивая с тёмных волос дождевые капли.

– Неужели ты думаешь, что я бы ввязал вас в эту аферу, не будь точно уверенным в её успехе? – добавил он.

– Мм… Ты часто не договариваешь всю правду. – Уклончиво ответила я.

На моё замечание колдун отозвался не сразу. Попадание в точку. Даже сам парень про себя это признал.

– Поверь, о лесовом мы больше ничего не услышим.

– Хочется верить.

Издалека прилетел громовой раскат. Намёк для путников. Мокнуть под открытым небом придётся ещё долго.

Глава 6. Пробуждение

Две пуговки переливались на солнце. Огромные глаза куклы придавали ей немного страшный вид. Красоты не создавал и вышитый крестиком нос. Лицо игрушки ещё дополнял скошенный рот из чёрных стежков. Но для девочки эта тряпичная вещица была дороже всего. Она бережно поправляла синее платьице воображаемой подруги и приглаживала её причёску. Старые нитки, перевязанные красной лентой. Такие были волосы у куклы. По-простому созданное развлечение для ребёнка. Именно с таким спутником приёмная дочь старосты побежала гулять к лесу.

О своих правах август заявлял непереносимой жарой. Было так душно, что все жители Вокраха попрятались по домам до наступления сумерек. Кроме детей. Им зной абсолютно не мешал резвиться в своё удовольствие. Под листвой деревьев он даже меньше ощущался. И пока родители не присматривали за своими чадами, малыши вовсю пользовались положением. Игры в Замкнутой Роще – самом запретном, но интересном месте.

Сегодняшние шалости распространились значительно дальше. Мимо домиков знахарки и лесника, прямиком к озеру. В полдень рыбаков там не наблюдалось. Мостики над водой становились идеальной площадкой для игр.

Три ребёнка как раз сидели на разгорячённых досках. Иногда один из них пытался дотронуться пальцами стопы до поверхности воды. Немного пододвигаясь к краю, мальчик вытягивался и проводил ногой по гладкому зеркалу озера. В тоже мгновение несколько кругов разбегалось в стороны, портя отражение.

Первый сын старосты, То́кэс, был самым непоседливым. Ему вечно хотелось участвовать в детских сражениях и драках, или прятаться в зарослях леса. Парнишке явно наскучило любоваться пейзажем. Быстро вскочив, он крикнул друзьям:

– Давайте уже играть!

Мальчик положил руки на плечи своего брата – такого же темноволосого и бледного. Юнэй даже по внешности выглядел младше. Ниже ростом почти на голову. Худенький. И скованный. Сыновья старосты имели много общего. Но ещё больше черт их принципиально различали.

– Во что?

– Хотя бы в жмурки. Не могу больше просиживать под солнцем. Скучно!

– Лучше вернёмся домой. – Осмелился предложить второй. – Скоро обед.

Токэс мучительно закатил глаза и стал расхаживать вдоль мостика. Под ним поскрипывали деревяшки, подтверждая свой древний возраст.

– Какие же вы нудные! – старался он застыдить товарищей.

Шагая туда-сюда, старший брат кидал возмущённые взгляды на Юнэя и Пейс. Они сидели практически рядом спиной к нему. Щуплый паренёк любовался бликами на воде. А девочка до сих пор возилась с тряпичной куклой.

Её не интересовал разговор мальчишек. Внимательного взора игрушки Пейсинои было предостаточно. Это и раздражало Токэса. Недолго терпя подобное безразличие, он начал приставать к сестре:

– Перестань постоянно таскать страшилу с собой!

Наклонившись к малышке, парень ловко выхватил фигурку у неё из рук. Завладев вещью, наследник скептически оглядел лицо куклы.

– Уродство. – Подытожил Токэс.

Девочке не впервой защищать себя самостоятельно. Младшего брата он занимал редко – тот мог дать отпор. А вот за приёмного ребёнка заступиться было некому. Поэтому Пейс пыталась гулять отдельно от мальчишек. Иначе рисковала опять стать объектом насмешек и розыгрышей от Токэса.

И в этот раз приходилось отбирать игрушку обратно самой. Юнэй не вмешивался в шутку брата. Он даже не обернулся, когда сзади его друзья начали борьбу за куклу.

Первенец крепко ухватился за тряпичную талию. Махая фигуркой так, что синяя юбка пышно крутилась, паренёк поддевал сестру:

– Ну же, достань.

С этими словами, он специально поднимал игрушку выше и выше, медленно отступая назад. Малышка прыгала на него, стараясь дотянуться до желанной вещи. Но неудачные попытки Пейсинои ещё больше смешили мальчика. Он хохотал во весь голос, не думая поддаваться.

Веселье над придуманным наскоро развлечением Юнэя не занимало. Как и просьбы девчушки вернуть куклу. Такие детские ссоры разгорались каждый день. Снова и снова. Через несколько минут они утихнут и забудут друг о дружке. Так всегда заканчивался поединок.

Но сегодня финал решил развернуться по-другому.

Плюх.

Знакомый, но, в то же время неожиданный, звук от озера заставил младшего сына старосты оглянуться. Мостик пустовал.

– Токэс?.. Пейс?..

Ответа не было. Но пока Юнэй выкрикивал имена, догадка посетила его сама. Он приблизился к краю. Вода бурлила мелкими волнами, которые носили на себе небольшую хрупкую куколку.

Мальчик, недолго размышляя, бросился домой за помощью родителей. Если она не запоздает.

* * *

Я лежала на сыром полу и глядела в потолок. Здание, где мы нашли приют, было более чем пустынно. Оно практически разваливалось. Крыша усеяна запутанными трещинами, которые обрывались только перед дырами. В такую непогоду, как сегодня, уют внутри дома мало отличался от ливня снаружи.

Чудом нашлась комната, которая вытерпела испытание годами и не превратилась в сито. В прошлом – огромная столовая. Об этом говорил длинный обеденный стол, занимавший всё пространство в центре помещения. Теперь бывший атрибут пира пылал в костре.

Крохотный огонёк иногда тихо потрескивал, противясь сырой древесине. Разломать резные ножки оказалось легко. Столешница со временем превратилась в застывшую труху. И лишь мы принялись добывать дрова из подручных средств, распалась перед нами в кучу щепок. Соединить полученный мусор с искрами помог колдун. Чародей бурчал, что магия не предназначена для подобных занятий. Но желание согреться и поесть, вместе с нашими уговорами, взяло верх. Костёр уже начинал догорать, отдавая пламени последнее сырьё.

Послышались быстрые шаги охотника.

– Нашёл какой-то сарай за башней. Места коням хватило. Там их и оставил. Сойдёт?

Дринек проговорил свой отчёт на одном дыхании. Приближаясь к нашему мнимому очагу, парень отряхивал дождевую крупу с куртки.

Пока мы пытались согреться у огня, охотник пристраивал жеребцов. Его долго не было. Отыскать убежище для лошадей возле заброшенного дворца довольно трудно. Здесь даже людям места нет. Располагаясь в самой сердцевине Шаровского парка, это строение давно потерялось среди зелени. Едва последний владелец выехал за ворота, многочисленнее комнаты опустели. А по истечении времени стали абсолютно непригодны для жизни. Слои пыли. Забытая мебель, отодвинутая в тёмные углы. Побитые стёкла, которые острыми клыками торчали из рам. Дворец имел вид типичной развалины. Удивительно, что он до сих пор не превратился в груду камней.

–- Хорошо. Сядь ближе к костру, а то совсем закоченеешь. – Позвал друга Юнэй.

Как буд-то зомби опасаются простуды... Легче всего переносила этот прохладный вечер Дивана. Наверное, в силу своей животной сущности, кошка не ощущала сквозняка. Всех остальных гуляющий ветер заставлял плотнее закутываться в одежды.

– Ты уже подсохла? – участливо поинтересовался у меня Дринек.

Закатив алый рукав мантии, я продемонстрировала парню чистую кожу. Он одобрительно кивнул и стал растирать ладони у огня.

– Надеюсь, завтра мы отправимся дальше. Ещё одну ночь в этом доме я не вынесу.

Некромант понимающе улыбнулся на пожелание товарища. Шаровский дворец не понравился никому из нашей компании. Но, загнанным в ловушку разбушевавшимся ливнем, приходилось довольствоваться тем, что было.

– Да. Если днём дождь прекратится, продолжим путь. – Обнадёжил маг.

Лица у всех мгновенно нахмурились. Тонкое уточнение напоминало о том, что конец молниям на небе настаёт отнюдь не из-за наших желаний. Погода привыкла решать всё сама.

– Я принесу ещё деревяшек. Как раз видел наверху один дряхлый шкаф.

Чародей поднялся с пыльного пола и направился к лестнице.

– Тебе помочь? – поспешил предложить удаляющемуся силуэту охотник.

– Не стоит. Лучше сиди и грейся. – Оборвал стремления парня Юнэй.

После его слов, донёсся стук башмаков по каменным ступеням. Маленькое эхо отлетело в закоулки комнаты. В наступившей тишине мы отчётливо слышали, как колдун добрался до второго этажа и последовал в его дальние покои.

Неожиданно оживилась Алнэ. Швея схватила свою дорожную сумку из грубой бардовой ткани и принялась рыться в ней. Пока фейри искала что-то, мы с Дринеком лишь немо следили за её быстрыми движениями. Запустив худую руку внутрь, девушка подняла голову и поймала на себе наши взгляды.

– Я тут подумала… – смутилась портная. – Не пропадать же догорающему костру?

И она продемонстрировала пару крупных картофелин, которые сжимала в кисти. Вслед за первыми плодами из сумки появился целый десяток.

– Алнэ, - охотник не смог сдержать улыбки. – Да ты настоящая походная кухня…

Прежде, чем парень успел закончить фразу, фейри выудила кольцо румяной колбасы.

Наверное, гул от смеха донёсся даже до чародея. Портная окончательно раскраснелась, но продолжала заниматься будущим ужином. Брошенная картошка придавила коричневыми боками последние языки пламени. Искорки тихо зашипели через пепел.

Алнэ задумчиво наблюдала за готовкой еды. Зажав рыжую прядь, она накручивала локон себе на палец.

– Эта повязка меня доконает! – охотник стянул чёрный платок с шеи и скомкал его в кулак.

Его кожа до сих пор выглядела бледной. Раны не думали затягиваться. Запёкшаяся кровь покрылась плотной коркой, но дальше дело не шло. Полосы кричаще бросались в глаза. Фейри не оставила их без внимания:

– Где тебя так зацепило?

Я одарила Дринека вопросительным взглядом. Швея не знает в кого превратился парень пару дней назад? Если девушку успели посвятить в мою тайну, то почему про сущность зомби умолчали? Видно, брат начал вести двойные переговоры, но не учёл, что правда рано или поздно всплывёт. Мне достаточно было одной фразы, чтобы выдать напарников. Только Алнэ в этот момент показалась особенно впечатлительной. В своей мастерской она оставалась властвующей хозяйкой. А в новых условиях становилась обыкновенной неопытной ученицей. Так события меняют людей. Может, Юнэй и правильно поступил, утаив от портной несколько деталей?

– Следы старой схватки. – Соврал парень, уже сожалея о своём необдуманном поступке.

На полу в сладком полудрёме потянулась Див. Гибкое тело дворовой выгнулось в красивую дугу. Мурлыканье, которое доносилось откуда-то изнутри кошки, намекало, что моей подруге очень комфортно лежать.

Но наступившую идиллию нарушил внезапный грохот. Прямо над нашими головами раздался ужасный треск, и с потолка скатилось немного грязи. Кажется, совсем скоро наш костёр запылает намного сильнее.

Подниматься вместе с солнцем стало входить у меня в привычку. Бессонница давно научила любоваться красотой рассвета.

Перевернувшись на бок, я осмотрела обеденную залу. Яркие лучи проскользнули в щели и превратили помещение ещё в более мрачное место. Утренний свет озарял старые стены, паутину и обрывки занавесок. Ткань дрожала на ветру, потревоженная сквозняком. Но было тепло. В несколько раз теплее, чем вчера. Или это после дождливого дня всё кажется таким необычным?

Недалеко от меня спала фейри. Девушка сплела из своих рук подушку и подложила себе под голову. Распущенные волосы распластались рыжими волнами по сторонам. Сладкие сны ещё на несколько часов ей обеспечены.

Рядышком развалилась дворовая. Кошка перевернулась брюхом к верху и наслаждалась обществом Морфея в такой позе.

Больше в столовой никого не было. Парни пропали.

Вначале я действительно подумала, что они ушли. Навсегда. Как же мне хотелось не просто верить в мысль, а и убедиться в её правдивости. Только лежащие в углу вещи утверждали: это всего лишь короткая отлучка.

Сон всё равно не шёл. Поэтому я решила прогуляться по окрестностям. Следом за своими знакомыми.

Любопытство не было моей главной чертой. О, нет. Просто я всё чаще начала спотыкаться об их секреты. Сейчас они безобидные. Вот их количество.… По сути, вся наша компания – чужие друг другу люди. Мимолётные беседы старались нас объединить, но до крепкой дружбы было очень далеко. Это заставляло внимательнее приглядываться к путникам. Как минимум, к магу.

Казалось, к Юнэю у меня должны возникнуть самые нежные чувства. Ведь он был моим братом. Вспоминая детский взор того мальчишки, я только лишний раз убеждалась в этом. Больше в некроманте ничего не осталось прежнего. Он стал ответственным молодым человеком. И хотя порой его самодовольство выводило из себя всех вокруг, не признать тот факт, что колдун превратился в настоящего мужчину, достаточно глупо.

Перемена могла сопровождаться и кардинально новыми взглядами на жизнь. Доверяет чародей людям или использует их? Предпочитает правду или ложь? Каких истин придерживается парень спустя, почти что, пятнадцать лет? Я старалась узнавать осторожно. Прежде, чем сама попаду в ловушку.

Главная дверь выпустила меня наружу, и в глаза сразу ударило яркое солнце. Грядущий день обещал быть тёплым. Значит, скоро мы опять отправимся в дорогу.

Я спустилась по лестнице. Идти приходилось аккуратно. Ступени виделись подлой мозаикой. Местами они подставляли под ноги гостей небольшие пропасти вместо каменных краёв.

Тропинка оказалась менее опасной. Между плитами выбивалась трава, а живой ковёр вёл прямо к мосту. Перед Шаровским дворцом расположился пруд. Настоящее болото. Сомневаюсь, что раньше за водой тщательно ухаживали при хозяине. Тина здесь постоянный житель, который лежит плотным слоем. Если не всматриваться внимательно, можно подумать, что это продолжение лужайки.

Пока я шла по мостику, решила обернуться на здание. Вчера вечером мы прибыли сюда по темноте, и наслаждаться видами не было времени. Но сейчас всё вокруг предлагало оценить красоту.

Внутренний мир дворца медленно распадался. Зато внешне он продолжать сохранять своё достоинство. Гордостью стали две башни. Подобно шахматным фигурам, белые великаны зажали между собой целые коридоры. Миниатюрные окошечки хаотично расположились вдоль стен. Несколько из них пристроились под самой шапкой одной из башен.

Шаровское сооружение выглядело особенно эффектно на фоне голубого неба. Словно по заказу, в это утро не было ни единого облака. Безветренная погода предвещала настоящее пекло ближе к полудню. Вот такое лето в нашем крае: то ливень, то зной.

Перейдя мост, я попала под тень ближайшей липы. Деревья выстроились передо мною, приглашая полюбоваться на аллею. Веер из веток игриво пропускал солнечных зайчиков. Вокруг вырастали и вновь исчезали кусты. На некоторых пятнами виднелись ягоды. Но мне не хотелось сходить с тропы, поддаваясь этому мнимому лакомству. Всё-таки парк у Шаровского дворца ещё держит в себе прежнюю роскошь. Дикие растения удачно вписываются в остатки садового искусства. Даже сейчас сложно найти грань между ними.

Липы складывались в зелёный лабиринт. Сплошная стена окружала меня с двух сторон. Я не сразу заметила серую глыбу между стволами. Всматриваться издалека было неудачной идеей. Таинственный предмет сливался со всей природой.

Богатые усадьбы любили украшать с помощью изящных скульптур. Маленькие ангелы или обнажённые девы нередко прятались за листвой. А эта часть композиции носила совсем иной вид…

Передо мной расположилась могила. Огромный каменный крест как раз был тем самым магнитом, который привлёк моё внимание. Его крыло еле выглядывало из-за дерева, поэтому я не сразу угадала, для чего предназначалось это место. И для кого.

Но даже вблизи мне не удалось узнать больше. Кроме надгробия там ничего не оставили. В том числе, и таблички об усопшем. Только одну-единственную надпись. Идеально ровные буквы вытянулись в пару мудрых строчек:

«Contra vim mortis non est medicamen in hortis»

(Против силы смерти в садах нет лекарств (лат.))

Невероятное сочетание с правдой. Впрочем, многие древние фразы претендуют на всеобщее признание. Только почему в честь покойного сделали лишь латинское выражение?

Тут я увидела ещё одно захоронение. Чуть-чуть подальше из травы вырастал такой же крест. Подойдя к нему поближе, меня ожидало очередное удивление. Никаких обозначений. На этот раз человеку не подарили даже слов на прощание. И пара немых могил – отнюдь не последнее свидетельство странных обычаев края. Я попала на настоящее кладбище. Вереница насыпей стала пересекаться с железными ограждениями. Ржавые пики забора лишний раз подтверждали, что Шаровский парк давно заброшен.

В этот момент меня посетила внезапная догадка. Кладбище. Юнэй наверняка прекрасно знал про массовые захоронения за дворцом. Я могла ошибаться, но.… Нет, я точно уверена, что исчезнувшие парни находились именно там. С какой целью? Вот на подобную тему размышлять хотелось меньше всего.

Аккуратно обходя каменные плиты, которых с каждым шагом становилось всё больше, я продвигалась вглубь парка. Высокие липы неизменно окружали меня, не подпуская иные деревья. Надеюсь, бродить мне придётся недолго.

Мёртвый лабиринт вёл в сторону от аллеи. Вскоре я начала путаться в направлении, и шла скорее наугад, чем по точному маршруту.

При таком хаотичном путешествии мне должна была улыбнуться удача. И парочка сгорбленных фигур мелькнула у одной из могил. Я видела только их спины, поэтому рискнула подойти ещё ближе. Но играть судьбой не хотелось. Застыв за широким стволом, пришлось пожертвовать так интересующим меня разговором. Почти ничего не видно. Какая-то возня у разрытой ямы…

– Странный вкус.

– С каких пор ты начал сравнивать?! Просто пей!

Молодой человек с русыми волосами наклонился к телу и впился зубами в чужую руку. По локтю трупа тянулись тёмные струйки. Спустя несколько мгновений парень оторвался от своего завтрака.

– Мне хватит.

– Нет. – Отрезал его друг. – Давай до конца. Через силу, как хочешь. Не знаю, когда это можно будет повторить в деревне. Но лучше пить про запас.

– Но меня начинает тошнить.

– Дринек!

Охотник опять приложил губы к мёртвенно-синей коже, закрывая миниатюрную ранку.

Жутко кружилась голова. Было неимоверно трудно дойти обратно до моста. Выход из липовой аллеи всё время ускользал прочь. Я практически упала на траву и пыталась отдышаться. Благо, совсем рядом находился пруд. Немного пододвинувшись по земле, мне удалось разогнать рукою зелёную накидку. Кусочек воды выглядел непривлекательно. Но я же не собиралась её пить? Мокрая ладонь прошлась по лицу, стало лучше. Правда, в горле пересохло.

Обрывки ужасной сцены на кладбище возникали в памяти. Дринек стал настоящим кровопийцей. Я ожидала каких-то перемен вместе с обликом зомби. Только же не так сильно. Что ещё плавно становится его привычкой? Людоедство? Убийство по ночам? Кто ещё знает, как парень будет приспосабливаться к жизни нечисти. Контролировать свои желания непросто. По себе знаю.

Оправдать охотника не получалось, даже в собственных глазах. Впечатление от увиденного завладело эмоциями и мешало здраво размышлять.

В локоть тыкнулся влажный нос. За время моего отсутствия подруга успела проснуться.

– Див, прекрати. Щекотно.

– Я хоть расшевелю вас. Вы скоро сольётесь с лужайкой.

Под настойчивостью дворовой мне пришлось подняться на ноги. Если кошка бодрствует, то и фейри может бродить где-то неподалёку. Что подумает девушка, когда заметит меня в таком состоянии?

Дивана беззвучно шла следом. Её полосатый окрас резко контрастировал с окружающим пейзажем. Я опять зашла в Шаровский дворец, на ходу вытирая руку об брюки. А незваные чешуйки всё равно отозвались на моё прикосновение к воде и покрыли внутреннюю часть ладони. Ничего страшного, скоро пройдёт.

Быстрый осмотр столовой показал, что швея таки куда-то пропала. Ну, это и к лучшему, хоть немного побуду одна. Помощница умела вовремя становиться незаметной тенью.

В углу были сложены три сумки. С одной из них заманчиво сияла металлическая застёжка. Стоит ли воспользоваться такой удобной возможностью? И покопаться в чужих вещах. Думаю, да.

Только перед этим сделаем небольшую проверку. Придерживая дверцу в комнату, я закричала на весь этаж:

– Алнэ!!!

Короткое эхо прокатилось через коридор.

– Алнэ!

Для полной уверенности.

– Алнэ!

Заключительная попытка.

Ни единого шороха в ответ. Если девушка и находится внутри, то точно где-то в противоположной башне. Вернётся нескоро, а, значит, не успеет мне помешать. Дворовая обеспечит полное уединение.

– Дивана, посторожи.

Передав пост кошке, я приблизилась к горе сумок. Моей среди них не наблюдалось. Лиру украли, наспех взятая одежда оказалась ничего не стоящим тряпьём. Как вообще подобное могло числиться в родном гардеробе? Но носить это с собой лишним грузом – настоящая нелепость.

То ли дело, багаж моих спутников! Их содержимое обещало оказаться не менее интересным, чем сами хозяева.

Последний раз оглянувшись на пушистый хвост подруги, я погрузилась в исследование первой сумки. Бардовый мешочек предоставил мне чёрную дыру. Руке удалось нащупать несколько старых катушек. Дальше попалась коробочка-сундучок с иглами. Запасы на следующий перекус в виде тех же картофелин. Ирония уже начала высмеивать подготовку портной к путешествию, как возникла тонкая брошюрка. Зелёная выцветшая обложка, покрытая пятнами, предоставляла короткий заголовок «Магия». Быстро перелистав книгу, я не нашла ничего, кроме сжатых исторических пересказов. Практическое чтение для колдунов. Вроде, Алнэ тоже увлекается волшебством. Тогда неудивительно встретить подобный сборник у неё.

Пододвигая к себе вторую сумку, владельцем которой был Юнэй, я сразу отметила её тяжесть. Непомерный вес таился в целой коллекции баночек. Стук стекла заставил меня более бережно рыться в его вещах. Малиновая жидкость красивыми разводами стекала по стенке пузырька, потревоженного моим прикосновением. Рядом – сероватый порошок. Застывшие мази и завязанные узелки. В распоряжении некроманта находилось буквально всё. На самом дне нашёлся знакомый «Некрономикон». Вот что никак не попадалось мне на глаза, так это тот молочно-белый настой, который чародей приобрёл на Рыночном Округе. Наверное, брат просто носил его с собой.

Сохранность вещей охотника я потревожила в последнюю очередь. Походный набор парня оказался самым пресным. Нож в чехле и… Чёрный платок. Ох, он не слушается даже советов Юнэя. Надеюсь, в Вокрахе Дринек соизволит спрятать свои шрамы. К подкладке прилипли засохшие крошки. Когда-то у парня имелся хлеб. Может, как раз вчера вечером он отдал свой провиант лошадям.

Беглый осмотр был завершён. Я аккуратно сложила их сумки в прежнюю кучу. Подойдя к дворовой, которая внимательно оглядывала коридор, провела пальцами по мягкой макушке. Больше следить не стоит.

– Что-либо нашли?

Див посторонилась, пропуская меня вперёд, и сразу же засеменила следом. Кошка ожидала ответа.

– Ничего интересного. Дорожные мелочи, не больше.

– Но вас это не устраивает? – предположила подруга. – Понимаю.

Здравый рассудок Диваны всегда служил мне хорошей опорой. А иногда даже настоящим спасением. Сейчас я полностью разделяла её скептицизм от происходящего, но продолжала участвовать в этом.

– Что планируете делать? – не унималась с расспросами кошка.

– Как «что»? - искреннее удивление недогадливости дворовой. – Поеду со всеми в деревню.… Ловить аванка. Пошли, поищем Алнэ. – мой невинный голос звучал несколько фальшиво.

Задумавшись о том, где могла находиться фейри, я опёрлась на перила. Пришлось тут же отдёрнуть руку и вытирать запястье от пыли. Вечный закон: посетив заброшенное здание, непременно испачкаешься.

Подниматься на верхние этажи не хотелось. Что там можно увидеть? Пустынные комнаты и грязные простыни. Наверное, портная в сарае с лошадьми. Через стены иногда долетало ржание жеребцов. Пойти, что ли, к ней?

Шорох у входной двери привлёк внимание. Щель у косяка, в которую пробиралась полоска солнца, иногда загораживалась чьей-то фигурой.

– Не оставим… здесь. – Похоже на Дринека.

Парни живо успели управиться и вернулись. Только почему они там возятся? С другой стороны, хорошо, что рядом не слышно швеи. Удастся поговорить про их раннюю вылазку. Если моё самочувствие опять не подведёт.

Дверца неожиданно уткнулась в невидимую преграду. Пролезть в образовавшийся проём не составило труда, но сама задержка меня немало удивила. Я выглянула наружу.

– Высшие силы, что это?!

– Э… Лось.

– Вы в своём уме?!

Короткий диалог вертелся вокруг огромной туши животного. Коричневая масса возлежала на верхних ступеньках. Именно она помешала мне нормально выйти.

– Зачем вы его убили? Зачем притащили сюда?

– Это завтрак. – Присоединился к крикам колдун.

– Фу. Какая мерзость. – Я порядком повеселила парней типично женской фразой.

– Мы едим такое время от времени. Просто в жареном виде.

– Поэтому лучше не показывать первичное состояние мяса. Теперь я распрощалась со своим аппетитом.

– Сейчас разведём костёр, и ты поменяешь мнение.

Стараясь не смотреть на мёртвого лося, я переступила через груду шерсти. Преодолев лестницу, я хотела удалиться, но меня настиг вопрос некроманта.

– Ты не собираешься нам помогать?

– Нет. – Без всяких колебаний.

– Тогда иди к Алнэ и научись верховой езде. Через пару часов отправимся дальше. Знаешь, где находится сарай?

– Ммм… – мне не нужен сопровождающий. – Найду.

– Не сомневаюсь. Заброшенное кладбище же нашла. Да, Пейс?

Новость, что парни знали о слежке, не вызвала удивления. Я подозревала о своих скверных навыках маскироваться, но было немного обидно. От них сложно что-то скрыть.

– Вы хоть захоронили несчастного заново?

– За кого ты нас принимаешь? Сделали всё, как положено. – Заверил Дринек. На щеках охотника играл румянец. Бодрый вид так сразу и не выдавал лик зомби.

Поворот оставил напарников за моей спиной наедине с их работой.

Пристанище лошадей располагалось прямо за одной из башен Шаровского дворца. Дверцы были притворены, и внутри мелькал силуэт фейри.

– Скучал по мне? Скучал, мой дорогой. Скоро пойдём гулять.

Девушка гладила своего вороного коня по морде и продолжала поощрять обещаниями. Жеребца не сдерживали поводья, однако он стоял перед портной и ластился к ней. А остальные скакуны всё ещё находились на привязи, с завистью поглядывая на чёрного товарища.

Алнэ стояла в пол оборота и сразу заметила наше появление. Дивана продолжала сопровождать меня на прогулке.

– Доброе утро! – весело поприветствовала меня швея. Сегодня мы виделись впервые.

– Доброе. – Я от души улыбнулась девушке. Её хорошее настроение передалось мне по воздуху.

– Почему ты здесь, а не с мальчиками? Где они? – следом поинтересовалась она.

– Готовят завтрак. – Честно передала я слова Юнэя.

– Выходит, охота удалась.… Так чего ты пришла сюда?

– Учиться.

– О, ты всё-таки решилась объездить агиска? Молодец.

Подарив комплимент, Алнэ оставалась неподвижной. Только с безмолвным любопытством смотрела на меня.

– Ты не будешь меня обучать?

– Я? – рыжие брови взметнулись вверх. – Как? Забраться на лошадь ты сможешь самостоятельно. Заставить её идти – тоже. Вот если что-то выйдет не сразу, могу помочь советом. Остальное пробуй сама.

Спасибо хоть за правду. Пусть фейри и не отрекается от соучастия, но много пользы ждать не приходится. Чем меня выручат заумные фразы? Я несколько раз ловила обрывки тренировок у «Цепного пса». Короткие команды, которые ставили молодых наездников в ещё большее замешательство.

Портная отошла в сторону, освобождая место. Мне оставалось вывести одного из водяных коней из сарая и начинать.

Агиска, пленённого чародейской петлёй, решено оставить Дринеку. Красная нить до сих пор вызывала опасения обжечься. Да и обыкновенную верёвку держать в руках как-то привычнее. Белый скакун последовал за мной на удивление спокойно. За ночь они стали вести себя значительно тише.

– Поблизости же пруд. Лошадь не ускользнёт?

– Через искусственно вырытый водоём агиск не сможет сбежать. – Заверила фейри.

Конь выглядел настоящим гигантом, если стоять рядом с ним. В его белоснежной гриве просматривались серебристые прядки, которые переливались, словно драгоценности. Жеребец выглядел очень ухоженным. Для полной красоты не хватало только седла и поводьев. Без них учиться будет сложнее.

Мои подозрения не заставили себя долго ждать. После первой же попытки забраться на спину агиска, я медленно сползла по его боку. Водяное создание стояло, хотя такое спокойствие ни капли не помогало нерадивому новичку.

– Сильнее отталкивайся от земли перед тем, как запрыгивать. – Постаралась поспособствовать Алнэ.

Вяло отреагировав на совет девушки, я попробовала ещё раз. Вышло чуточку лучше, только конь по-прежнему оставался без наездника. А что, если подойти с другой стороны? Нет. Получается ужасно скверно. Видимо, искусство верховой езды не входит в мою судьбу.

– Давай, Пейс.

Фейри уже сама вскочила на свою чёрную лошадь и наблюдала за этими жалкими потугами.

– Может, попросить охотника немного подсадить тебя? – решила подбросить идею дворовая.

Но её предложение сразу отбила Алнэ:

– Ни в коем случае! Так она никогда не научится взбираться сама. Пусть пытается ещё.

У меня и так ничего не получится. То ли дело фейри, которая уверенно держится в седле, словно всю жизнь провела неразрывно со своей лошадью.

– Ладно, сделаем по-другому. Клади одну руку коню на шею.… Немного ниже.… Да, сойдёт. Теперь вторую – на спину. Нет. Ближе к… к хвосту. Ближе. Нормально. А теперь слушай меня внимательно!..

Или девушка очень плохо владела талантом учителя, или её слушатель был полной бездарностью. Только после попыток Алнэ поэтапно рассказать мне весь процесс, я не просто слетела с агиска, а, вдобавок, распласталась на земле.

– Это безнадёжно. – Фейри залилась смехом. – Просто не представляю, как ты будешь ехать одна.

Хорошее замечание. Надеюсь, управлять жеребцом окажется намного легче, чем взбираться на него. Сколько же терпения должно быть у профессиональных наездников.

– Но ты непременно обязана попытаться ещё пару раз. Потом. – Уже с серьёзным лицом произнесла швея.

Дивана с немым укором перехватила мой согласный кивок. Кошка-то знала, что больше подобных уроков я не планирую проводить.

Закончив на этом разговор, фейри всё равно продолжала стоять на месте. Смущённо улыбнувшись, она резко начала новую беседу:

– Пейсиноя, можно задать тебе вопрос?

Ох, не люблю, когда обращаются ко мне с подобной просьбой. После неё всегда следует допрос о вещах, про которые совершенно не хочется говорить.

– Смотря какой.

– Конечно, если хочешь – не отвечай.… Почему ты решила помочь Юнэю?

– Он же мой брат.

– Пейс, не надо мне врать! – неожиданно перешла на повышенный тон Алнэ. – Вы с ним встретились пару дней назад. Уж что-то, а родственные чувства здесь явно не причём.

Теперь из меня точно вытащат всю правду. Я даже сама готова её рассказать, чтобы избежать всех выдумок, которые создаст в своей голове эта девушка. У неё наверняка имеется собственная версия моего «да» на поход. Главное, чтобы она совпадала с реалиями.

– Зачем тебе моя честность?

– Юнэй – мой друг. Я не собираюсь закрывать глаза, когда его.… Используют!

Портная сама ойкнула от последнего слова. Она не хотела переходить к открытым обвинениям, однако первое из них уже сорвалось с её языка.

– Почему я должна перед тобой оправдываться? И за что?

– А ты хоть сможешь найти оправдание?

Фейри изменилась в лице. Думаю, она долго ожидала этот разговор, однако, не в таком враждебном темпе. Не знала, что швея способна на такие атаки. Если сравнивать нашу первую встречу в её мастерской с настоящим, то создаётся впечатление подмены.

– Успокойся. Ничего я не сделаю твоему дорогому Юнэю.

Алнэ возмущённо фыркнула. Наверняка, про её отношения к некроманту можно составить целую историю. Но сейчас не хотелось злить девушку больше, чем есть.

Мне казалось, что портная станет в нашей компании самым тихим членом. Домашняя девочка, которая нуждается в опеке. И вот так всё обернулось! Она поменялась слишком быстро. Или умело носила облик простушки до этого. Или воспылала недоверием именно в мою сторону. Но я не собираюсь стоить тайные козни против колдуна, чтобы не нафантазировала себе Алнэ.

За спиной послышался топот. Несмотря на свежие эмоции от короткой перепалки, мы с фейри испуганно переглянулись. Если наши крики услышали парни, придётся объясняться. А посвящать их в женскую ссору не хотелось.

Дринек, запыхавшись, прибежал к нам совсем по-иному поводу. Видно, что отголоски нашей беседы он не застал. Убедившись, что всё внимание приковано к нему, охотник сразу сказал главное:

– Уходим отсюда.

До боли знакомая ситуация.

– Вы так быстро приготовили лося? – с сомнением поинтересовалась Див, не без издёвки.

– Нет. – Отмахнулся парень от кошки. – Дело в другом. Просто нам нужно срочно уехать подальше от Шаровского дворца.

– Но по…

– Девушки, умоляю! Мы теряем время зря.

Никто из нас не понимал, о чём говорил Дринек, однако его беспокойство не оставляло сомнений – появились проблемы.

Парень стремительно ринулся к сараю, на ходу продолжая отдавать распоряжения:

– Отойдём по Седой Дороге.

Он уверенно повёл за собой буланого коня и второго агиска. Жеребцы, обрадованные долгожданной прогулкой, послушно засеменили следом за Дринеком. В спешке заскакивая на водяную лошадь, охотник поторопил и меня:

– Пейс, не стой истуканом!

– Она не может оседлать коня. – Пояснила фейри, разворачивая своего вороного скакуна. Девушка прошлась по мне презрительным взглядом.

– Сколько же с вами неприятностей. – Раздражённо пробурчал Дринек, подъезжая ко мне. – Не шевелись!

С этими словами он схватил меня за шиворот и потянул вверх. Блуза, собравшись сзади в комок ткани, затрещала по швам. Казалось, что ещё мгновение – и наряд разорвётся вдоль спины. Меня буквально забросили на агиска. Стараясь не упасть с лошади, я не двигалась и крепко держалась за гриву. Согласна, не очень удобно, да и жителю озера такое отношение к себе явно не нравилось.

Лёгкой трусцой конь двинулся за Алнэ, которая решила возглавить наш поспешный побег. Охотник оказался позади. Задержавшись из-за лошади Юнэя, парень не без трудностей вёл одновременно двух животных.

– А как же Юнэй? Мы бросим его?! – Алнэ резко остановилась, преградив мне путь.

И без того было нелегко направлять агиска, а тут ещё девушка не пропускает вперёд. Её беспокойство вполне объяснимо, но немного не вовремя. Я чуть не перелетела через голову коня от неожиданности.

– С ним всё будет хорошо. Он нас догонит. Я потом всё объясню. Едем!!!

Обогнув заднюю часть дворца, мы стали вилять по заброшенным тропинкам. Вокруг Шаровского парка постоянно попадались заросшие дорожки, которые переплетались между собой и обрывались в самых неожиданных местах. В этом унылые постройки всегда чем-то похожи: имеют собственные секреты из прошлой жизни.

Дринек постоянно оглядывался, не переставая подгонять меня и фейри.

Прошло предостаточно времени, но колдун на дороге так и не появлялся. Даже я начинала понемногу беспокоиться, несмотря на уверенность в том, что маг сумеет за себя постоять. Вдруг всё пошло не так, как они планировали?

– Нам нужно вернуться! – в очередной раз заявила Алнэ, нетерпеливо расхаживая кругами.

Фейри здорово переживала за Юнэя. Зря охотник рассказал нам причину его задержки. Мог бы выдумать что-то, и швея не носилась бы вдоль обочины.

Как не вовремя они решили раскопать это кладбище! Дринек сам толком не объяснил, как такое произошло. Только после их экспериментов жителям Шаровки надоело их привычное положение, и они решили немного прогуляться. Отлично, что сонные зомби не больно старались соблюдать тишину. Подкрасться к парням, которые занимались завтраком, трупам не удалось. Шаркающая походка выдала гостей, лишь они вышли из-за укрытия деревьев. Особой опасности поначалу они не несли. Но постепенно количество покойников увеличивалось и обступало центральный вход дворца. Некромант явно переусердствовал со своей силой и подживил не только охотника. Юнэй предоставил нам немного времени, чтобы убраться подальше, а вот сам задержался. Неравный расклад мог обернуться для него плохо. Не нужно было оставлять мага одного с такой компанией.

– Может, хотя бы ты отправишься помочь ему? – предложила я, переняв настроение портной.

Возможно, Дринек просто боялся за нашу безопасность и не отпускал обратно.

– Нет. – Твёрдо отрезал он. – Мы только помешаем. Защитить себя Юнэй сумеет. Но следить за всеми одновременно.… Это отвлекает.

Почему чародей вообще не сбежал вместе с нами? Зачем беспокоиться о каких-то мертвецах, которые вылезли из могил. Подобные явления здесь в порядке вещей, и ни для кого не станут сюрпризом. А маг рискует собственной жизнью.

Уже дважды мы сбегали от возникающих неприятностей. То бенни у реки, теперь покойники. От эринний вышло отбиться напрямую, но с какими жертвами. Если бы не колдун, Дринек не выжил. Что ни шаг – постоянно мы испытываем какие-то лишения. И это лишь начало поездки. С такими темпами нашему отряду вряд ли улыбнётся удача при поимке аванка. К чему устраивалась эта затея?

– Идёт! – облегчённо вскрикнула Алнэ.

Целый и невредимый некромант брёл к нам. Без ранений и даже со счастливым лицом. Чересчур спокойный как для человека, который недавно уничтожил дюжину нежити.

Сцену радостной встречи перебил охотник, первым подскочив к чародею:

– Всё в порядке?

– Ничего страшного не произошло. Они больше никого не побеспокоят.

– Ты убил их? – с долей жалости поинтересовалась швея.

Хотя все мы были не прочь навсегда избавиться от соплеменников Дринека. Зомби очень надоедливы: неусыпно преследовать свою жертву они могут годами.

– Нет. Но я здорово вымотал всё сборище. Уже к концу дня у них закончатся силы, и наступит очередной сон. Надеюсь, на этот раз вечный.

– Значит, теперь нам не нужно сбегать?

– Сбегать – нет. А вот поторопиться не помешает. Мы и так задерживаемся где только возможно.

Казалось, что некроманта совершенно не задели последние события. Он как прогуляться отлучался. Парень поочерёдно вернул Алнэ и Дринеку их сумки, которые они в спешке бросили во дворце.

– Если не задерживаться, уже к вечеру будем в Вокрахе. Вы наверняка устали вечно быть на ногах.

Юнэй забрал у друга поводья, и, на собственном примере, решил пригласить всех оседлать своих коней. Я беспомощно обернулась к охотнику.

– Подсадишь?

– С условием, что я научу тебя залазить самостоятельно. – Улыбнулся Дринек.

Пространства для выбора всё меньше и меньше. Хорошо, что хоть настроение у всех поднялось после удачной развязки. И путешествие набирает более скорые обороты. Так я смогу намного раньше исполнить своё обещание и начать новую жизнь. А там поглядим.

* * *

– … Остолопы! Упустить обоих! Я словно с открытыми дверями их оставила, а не со стражей!

Ругая громил-охранников, Мельпомена продумывала план поисков. Несколько лет назад ей уже приходилось искать эту парочку и в срочном порядке устранять проблемы. Теперь за беглецами тянется туманный след, по которому они наверняка пустились во второй раз. Ну что же, преступники сами упростили задачу. Главное, словить их раньше, чем напарники исполнят свою затею.

Прежде чем испуганные и пристыженные слуги поспешили удалиться, женщина отдала им распоряжение:

– Не прекращайте поиски. Следите за Пейсиноей. И не позволяйте им приближаться к моей дочери!

Великаны покорно поклонились и, стараясь более не задерживаться в зале, вышли за дверь.

Муза ещё долго будет переживать и злиться по поводу исчезновения заключённых. Одно дело, когда удалось улизнуть Лейре. Молодой интриганке, которая умеет лишь создавать фальшивый шум. Но совсем иное – Мэйдофф. Вместе с ним девчонка натворит значительно больше неприятностей. А в том факте, что эти двое работают сообща, Мельпомена ни на мгновение не сомневалась.

Стоило казнить своих неприятелей при первом же случае. При другом раскладе ситуация ухудшается и исправлять собственные оплошности не всегда удаётся. Не нужно давать слабину и проявлять жалость там, где этого не заслуживают.

Подобрав подол платья, женщина устало присела в кресло. Её взгляд устремился куда-то вверх, но мысли витали значительно дальше. Возможно, даже не в этом времени, не с теми лицами, которые окружали её сейчас, с другими заботами, которые до сих пор имеют своё влияние.

О, имей Мельпомена право сама пуститься на поиски, с помощью своей интуиции она с лёгкостью добралась бы до беглецов. Законы мира даже божествам запрещают вмешиваться, а уж про участие низших посредников в жизни людей и речи быть не может. Таковы правила и нарушать их не стоит.

Больно рассчитывать на ловкость слуг не приходится. Они выполняют поручения вяло, без особого энтузиазма, иногда и с полным безразличием. Разве можно ожидать успешного исхода дел, когда практически никто не заинтересован в результатах? Хорошего помощника у музы в распоряжении не было, поэтому приходилось полагаться на благосклонность Судьбы.

Глава 7. Два хозяина

Чёрточка за чёрточкой. Вверх, вниз и по диагонали. Ручка ребёнка слабо, но и одновременно уверенно, рисовала незатейливый рисунок на стене. Мелок почти исписался. Его маленький кусочек практически не оставлял пространства между местом для творчества и пальцами. Кроха рисковала ободрать кожу своим напором. Только бросать свой незаконченный шедевр Лелориель тоже не собиралась.

Линия. Ещё одна. Пять звёздочек кривой очередью расположились у самого входа в гостевой дом. Белые, неровные, довольно симпатичные. Для полной уверенности девочка решила навести парочку фигурок повторно.

– А почему именно пять? – какой-то незнакомец отвлёк юную художницу.

Лели обернулась на чистый мужской голос. У порога стоял высокий странник. Он мог бы незаметно пройти за спиной у малышки, но вместо этого гость пытается завести разговор.

– У нас же хорошее место. – Недолго размышляя, ответила Лелориель, вытирая запачканные ладони о зелёную ткань нового платья. – Поэтому так много звёзд.

– Действительно…

Запрокинув голову вверх, он мимолётом полюбовался ясным небом. Чудесная погода просто вытягивала наружу. Как такие дни можно проводить в комнате?

– А кто хозяйничает в «Астере»? Можешь позвать своих родителей?

Девочка на мгновение задумалась, стоит ли на этот раз что-то говорить взрослому. И, не увидев опасности, Лели продолжила:

– Есть дядя. Привести?

– Сделай милость.

Мэйдофф весело улыбнулся, наблюдая за тем, как крошка резво отправилась на поиски.

Беглый осмотр здания извне ничего не дал мужчине. Он и так несколько раз обошёл гостевой дом по кругу, пытаясь углядеть в открытых окнах что-то интересное, а может, и застать особу, которую ищет.

Своё поручение девчушка выполнила быстро и через несколько минут после её исчезновения, хозяин «Астеры» появился во дворе.

– Чем обязан?

Внимательные серые глаза оглядели незваного путника с большим любопытством, чем неопытный взгляд племянницы. Владелец гостевого дома сразу понял, что перед ним нездешний.

– Надеюсь, вы мне поможете. Я разминулся со своим другом. Юнэем. Он должен был остановиться здесь, но съехал прежде, чем мне удалось добраться до Рыночного Округа.

Мистер Геннайс слушал внимательно, но на его лице плавно возникала ухмылка. Ложь проступала наружу слишком явно. С таким объяснением даже не стоит ожидать честной отдачи. Владелец «Астеры» не планировал устраивать скандалы, поэтому изящно отказал:

– Юнэй не делился своим маршрутом, так что…

Со стороны казалось, что мужчины обменялись лишь парой фраз. Но мысленный диалог был намного полнее.

– …Думаю, вы справитесь без меня.

Подытожив бесполезный разговор, хозяин гостевого дома собирался вернуться к своим делам.

Мэйдофф и не ожидал получить новые сведения. Наоборот, он лишь хотел убедиться, что идёт по верному пути. В соседские сёла путешествующая компания не заглядывала, поэтому Рыночный Округ оставался единственным верным вариантом. Теперь их путь вполне ясен – мимо Шаровских развалин и болота до Вокраха. Значит, маг всё-таки решил поохотиться на чудовище.

Но нужен ему не маг, а девушка, которую некромант взял с собой. Уже нет смысла спрашивать, оставалась ли она с парнем, когда тот гостил здесь. Мэйдоффу вряд ли ответят честно, ведь первая просьба остановилась перед глухой стеной. Давно нужно понять, что такая поисковая работа никогда не найдёт отзыва у других людей. Особенно, если они старой закалки, как Геннайс. Этот человек явно не из тех, кто скоро забывает подобные беседы.

Подозрительное выпытывание взбудоражило размеренную жизнь в «Астере». Даже когда синяя рубаха гостя растворилась в толпе, которая плыла за воротами, хозяин не прекращал всматриваться вслед. Кто знает, что нужно было этому незнакомцу на самом деле? Сколько раз дядюшка говорил Лели, чтобы она не связывалась с чужими. А непоседа вечно возится на улице и привлекает лишнее внимание. Стоит занять её чем-то. Например, мытьём изрисованной стены.

* * *

Все истории, которые повествуют об интересных приключениях в дороге, врут. Путников постоянно сопровождает прекрасная погода. Как же тут не совершить парочку подвигов, чтобы порадовать придворных бардов? Может, рассказчики и специально утаивают некоторые нюансы для более красивого слова. Я не знаю. Вот только реальная поездка имеет совершенно другое обрамление.

Видимо, природа решила не засчитывать наше укрытие во дворце и подарить ещё одну попытку прогуляться под дождём. Пускай настоящий ливень отзывался громом где-то вдалеке, мы опять полностью промокли. Ближайших укрытий не предвещалось, поэтому приходилось стойко продолжать поездку. Лошади словно чувствовали общее настроение и плелись довольно вяло. Из-за такой медлительности мы уже перестали обращать внимание на бесконечный поток воды. Чтобы не путешествовать под мерный звук падающих капель, парни старались перевести внимание на проблемы поважнее.

Попав в Вокрах, не нужно беспокоиться о том, что местные жители станут выискивать в приезжих недостатки. Деревня превратилась в настоящий приют для всех любителей опасности. День за днём туда являются всё новые и новые храбрецы для встречи с аванком. Людям уже неинтересны странности чужеземцев. Но мы прибудем не только как охотники, но и как друзья Юнэя. И с такой связью стоит вести себя осторожно, особенно, если она не прошла проверку временем даже для нас самих.

Проще пришлось настоящим товарищам мага – Дринеку и Алнэ. Им предстояло лишь немного подправить свои теории. Исключительно для того, чтобы избежать ненужных вопросов. Именно под беспрерывным дождём я впервые услышала рассказ о том, как судьбы этих троих переплелись.

Колдун действительно учится в Академии Четырёх потоков. И с фейри он пересёкся во время вступительных испытаний. В группе, куда попал парень для проверки его способностей, оказалась и портная. Хотя, тогда девушка не занималась швейным делом и тоже желала стать магом. Юнэй же пришёл учиться по настоянию своего отца. Тот всегда хотел, чтобы его сын стал значимым человеком. Все родители стремятся обеспечить своим отпрыскам подобное будущим. Но в случае с некромантом, эта прихоть превратилась в навязчивую идею. В то время, пока сам юноша просто наслаждался молодыми годами.

Как обычно бывает в подобных случаях, мечты поменялись местами, и право числиться в студентах получил мой брат. А вот Алнэ пришлось смириться с неудачей и найти себе более подходящее занятие.

Но дружба, которая началась между ними, тянется уже несколько лет. Встречаться часто выходит не всегда. Ведь учёба в академии – задача нелёгкая. Только частота общения никак не сказывается на тёплых чувствах, которые могут возникнуть между людьми. И лишь появляется возможность, чародей посещает мастерскую.

Непременное сопровождение каждого такого посещения – обмен опытом. Магия в быту запрещена в законе. Но на практике жители принимают её за дополнительную помощь. Алнэ перенимает у колдуна несложные заклинания как раз с подобной целью. И даже сама находит для чародея интересные уловки, которые остались в старинных книгах. Штудировать библиотеку – любимое хобби фейри. Совмещая приятное с полезным, девушка владеет навыками чародейства не хуже типичного студента академии. И это ещё не предел. Наверное, именно её любовь к магии оставила свой отпечаток на двойном таланте Юнэя. Подруга просто не позволяла ему расслабляться. Во власти колдуна оказались целых две силы: огня и смерти. Причём вторая, наиболее опасная, пользуется у мага особым почётом. Даже странно, как человек, который не грезил быть чародеем, достиг таких успехов в этом деле. Юнэю осталась самая малость – проучиться несколько месяцев по возвращению в Академию Четырёх потоков и закончить курс. А дальше… Дальше колдун сам не знает и не хочет загадывать наперёд.

С Дринеком случай свёл парня в более необычной манере. Здесь оказало своё влияние удачное совпадение места и времени. В ту пору охотник метался по всей стране, убивая за деньги нечисть. Его работа была настолько непредсказуемой, что он сам не мог заранее знать, куда попадёт благодаря очередному поручению. Тогда Дринека забросило в какой-то лес. Как и колдуна, который совершенствовал свои знания в водной стихии под надзором наставника. Три профессионала заинтересовались одним и тем же существом. Одни с научной целью, другой – чтобы подзаработать. Как такая группа, встретившись на берегу реки, не сумела справиться со своей миссией, неясно. Но для чародея этот поход чуть не стал последним.

А изначально жертвой предназначалось стать сирене. Как знакомо. Только подводная обитательница не хотела мириться с таким ходом событий. Ей почти удалось утащить колдуна на дно, если бы на помощь не пришёл Дринек. Возможно, чтобы не расстраивать меня детальным описанием кончины моей соратницы, парни не раскрывали подробности. Рассказ завершился на самом зачине. Обычно охотники свободно делятся историями о своих похождениях. Не без доли хвастовства, естественно. А тут Юнэй и Дринек замолчали буквально после нескольких предложений. Настоящий вызов для женского любопытства. Судя по раздосадованному лицу фейри, Алнэ также не знала, чем всё закончилось, и была не прочь услышать продолжение.

Но напарники были непреклонны, Посвятив нас со швеёй в часть тайны, они взялись за последнюю легенду. Трактирная певица в качестве помощника в охоте им показалась слишком неправдоподобной. Зато выдать меня за одногрупницу мага – это представилось им отличной идеей! Я старалась уговорить портную забрать звание студентки себе. Тем более что её способности к магии предоставляют Алнэ больше прав на красную мантию. Фейри всё равно приняла сторону парней и отказалась.

Когда все роли были розданы, Юнэй сразу затих, словно подобный разговор его порядком утомил. Колдун и так не отличался лишней болтовнёй, но после перевала у дворца Шаровки был слишком тихим. Стараясь остановить зомби, чародей переоценил свои силы и теперь выглядел ничуть не лучше Дринека в момент его перерождения. Под глазами были видны тёмные круги в дополнение к сонному лицу.

Благодаря пасмурной погоде мы все имели не самый привлекательный вид. Одежда намокла и плотно облепила тело. Больше всех страдала женская часть компании. Мы с Алнэ теперь просто проклинали свои длинные волосы. Даже заплетённые в косы, они жутко путались. Но хуже пришлось Диване. Её густая шерсть свисала грязными жмыхами. Сколько я не пыталась укрыть подругу мантией, дворовой спрятаться от дождя не удалось. Да ещё этот запах мокрой кошки…

– О, нет. – Дринек всматривался куда-то вперёд. – На дороге есть люди.

– Стража?!

Мой и без того медлительный агиск вовремя понял, что нужно остановиться.

– Да не похоже.

Охотник продолжал рассматривать замеченный мираж. Кроме него никто не мог оценить незнакомую точку лучше.

– Давайте уйдём в лес? – не хотелось дразнить случай. – Возможно, они нас не заметили.

– Какой лес? – раздражённо осадил меня Юнэй. – Через несколько деревьев там начинается болото. Или сама утопишься, или лошадь погубишь.

Я? Утоплюсь? Да ладно.

– Что ты предлагаешь?

Спорить с колдуном бессмысленно. Легче выслушать его версию и действовать по обстоятельствам.

Юнэй обернулся назад, на пройденный путь. Не раздумывает ли он о том, чтобы вернуться и пропустить на каком-то повороте незнакомцев мимо себя? Тоже нелепо.

– Кажется, они стоят на месте. – Тем временем углядел охотник. – Дождь пережидают.

– Давайте попробуем проехать мимо. Мы такие же путники, как и они. Подозрением неоткуда взяться.

Фейри снова пришпорила коня, считая указание некроманта решающим словом. Застыв неподвижной массой посреди дороги, мы бы точно привлекли лишнее внимание.

– Быстро разминёмся, и всё будет хорошо.

Если это обыкновенные крестьяне или торговцы, то им действительно наплевать на любых встречных. Мало ли, сколько таких же кочевников можно увидеть за день. На оживлённых развилках всеми не налюбуешься.

Но стража. О ней давно уже ничего не было слышно. Хочется полагаться на удачу, и надеяться, что поиск сирены не распространился далеко от города. Несколько патрулей в ближайших окрестностях предостаточно для безопасности жителей. В таком случае, теперь сильно волноваться за преследование мне не нужно?

Лишняя бдительность всё равно не помешает. У многих путников имеется собственное оружие для обороны. И не стоит лишний раз провоцировать их своим обликом. Ну почему у мантии Юнэя такие короткие рукава?! Как я не пыталась натянуть их на кисти, чешуйчатые пальцы не скроешь.

Чем ближе мы подъезжали, тем отчётливее становился объект, который поверг нас в волнение. Огромная телега расположилась на обочине Седой Дороги, чтобы не служить преградой для остальных путников. Я иногда замечала цыганские обозы на городских улицах. Вот эта конструкция чем-то напоминает передвижной шалаш. Размеры действительно поражали. Внутри без проблем могло поместиться хоть десять человек. В тесноте, но такое убежище станет хорошим кровом. Две гнедые лошади стояли в упряжке и терпеливо пережидали непогоду. По их неухоженной гриве легко понять, что, вместе с хозяевами, жеребцы часто путешествуют. Если вообще не живут под открытым небом. Для некоторых людей такой дом – верх комфорта и единственное пристанище.

А встреченное нами убежище кто-то обустроил с неплохим вкусом. Верхушка состояла из слоя толстой материи. Ткань не была старой, но сплетена довольно грубо. Все капли, которые падали на подобную крышу, плавно скатывались к краям, и дальше стекали тоненькими непрерывными струйками на землю. Опустив взгляд пониже, я увидела целую череду деревяшек. Решётка в телеге заменяла стены и оконные рамы за один раз. Узор из полупрозрачной клетки оплетал строение на колёсах вдоль всей оси. Поначалу, могло померещиться, что повозка представляла собой замкнутый коробок. Приблизившись почти вплотную, становится ясно – загадок в дизайне больше, чем казалось. На неподвижной части висел походной котелок с подгоревшим донышком. Со стороны, которая была обращена к дороге, виднелись ставни. Их выдавала только щель. Благодаря ей создавалось впечатление, что за нами кто-то следит изнутри. Но непроглядная темнота скрывала любые силуэты.

Поравнявшись с домом на колёсах, мы разом притихли. Никто не вышел навстречу. Будто путешественников ограбили, а сами жители кибитки спаслись бегством и бросили своё жилище. И прежде чем я стала строить свои догадки дальше, моё предположение опровергли.

Те самые ставни, которые мимолётным осмотром привлекли внимание, распахнулись. Будь они поновее, непременно стукнулись бы о деревянный каркас телеги. Эти же, едва описав четверть круга, скрипнули и застыли. Что происходило дальше, я не знала. Боясь показать свой настоящий вид, пришлось спешно надвигать капюшон и отворачиваться. Проехать мимо незамеченными, как хотел Юнэй, не получилось. Вместо этого к нашей компании обратился голос:

– Добрый день, путники! Он добрый, просто тучи мешают увидеть это.

Простое приветствие затронуло внимание всех. В ответ хотелось поговорить с незнакомцем, но наши планы были совершенно другими. Только маг приостановил своего коня.

– Благодарю. Но, каким бы на самом деле ни был день, выбирать сопровождающую погоду не в наших силах.

Казалось, некромант отверг целое приглашение. Может, я просто не уловила всю тонкость беседы. Путники – это особый народ, поэтому неудивительно, что их речи иногда кажутся либо слишком бессмысленными, либо чересчур мудрёными. Такая жизнь рождает новый язык. Иногда его стоит понимать интуитивно.

До меня долетел только голос жителя повозки. И я боролась с желанием хотя бы мимоходом увидеть его обладателя в лицо. Приходилось жертвовать собственным интересом ради того, чтобы не показывать свою странную кожу.

– Переждёте пик дождя под моей крышей? Не могу же я бросить в беде таких же странников, как сам.

Внезапное предложение было пущено уже вслед. Мы медленно отдалялись от телеги.

– Ещё раз спасибо, но нет. Дела ждут. – Высказал общее мнение чародей.

Алнэ, которая ехала прямо передо мной, сидела седле в пол-оборота и глядела куда-то за мою спину. А встреченный мужчина всё не унимался:

– Вы намокните.

– Мы уже достаточно промокли. Дальше просто некуда. – На весёлом тоне отозвалась фейри.

Она заправила непослушные слипшиеся пряди за уши. Оттого их острые кончики сильно бросались в глаза. Спутать при таком виде девушку с эльфийкой довольно легко. Обе расы у некоторых людей вызывали смешанные чувства. В отличие от меня, портная могла оставаться в безопасности. Её народ к нечисти не причисляют, поэтому у неё будет врагов поменьше моего.

– Вашей рыбе не по душе такая вода.

– Что?

Нет, Юнэй, не ведись на эту уловку. Скажи, что он обознался. Не обращай внимания. Почему мага вечно задевают подобные фразы?

– Если я скажу, что патрули уже пару дней как забросили поиски, - продолжал путник. – И ездить вдоль Седой Дороги вам никто не помешает? Это убедит вас остановиться?

Колдуна серьёзно зацепило замечание незнакомца. Вместе со швеёй они, не отрываясь, следили за ним. В глазах Алнэ читалось лишь любопытство, а вот Юнэй с Дринеком были настроены более враждебно. У них на всякий случай оставался план. Стоило же защитить себя от навязчивых людей по пути. Небольшое сонное заклятие и к нам потеряют всякий интерес. Чародей словно хочет пустить в ход свои силы прямо сейчас. Я внимательно смотрела за движениями брата. Пока ни одной искорки или вспышки в ладонях.

– Наоборот, теперь передвигаться станет намного удобнее и быстрее.

– А-а. Значит, стража вам мешала? – со смешком подметил мужчина.

Юнэй заметно забеспокоился. Этот встречный пытался нас задержать, поэтому и притягивал своим разговором. Но что может сделать один человек против пятерых? Его потуги не имеют под собой никакой поддержки.

– Рыба, тебе же не хочется ехать под ливнем.

Я по-прежнему не реагировала на реплики мужчины. Словно он мог заметить мой облик, выглядывая из окошка.

– Меня не стоит бояться, господа.

Не нравится мне такая настойчивость. Душевное гостеприимство – вещь желанная и необычная среди путешественников. Стоит ли вспоминать весь перечень обманов, которые устраивали кочевники наивным странникам?

Охотник в раздумьях стоял неподалёку и ждал решение некроманта. Хоть кто-то разделял моё мнение. Дринек явно стремился поскорее продолжить путь. И уж совсем не проникся интересом к обитателю кибитки. Зато фейри и Юнэй продолжали вести с ним обрывчатый диалог:

– Мы вас стесним.

– Ерунда. Места хватит.

– Скоро сумерки, а нам нужно успеть пересечь участок болота до темноты.

– Это от дождя мерещится, что наступает вечер. Сейчас только полдень.

Такими короткими репликами они обменивались, не думая поворачивать и возвращаться к самодельной телеге опять.

– Я не собираюсь затягивать вас силой. Желал помочь…

– Нам не нужна помощь. – Отрезал колдун, продолжая зрительный поединок.

Все взгляды проходили мимо меня, поэтому я не могла видеть картину целиком. Хотя напряжение, которое витало в воздухе, передавалось и без второй половины собеседников.

Передо мной заёрзала дворовая. Дивана просунула мордочку между складками одежды, и тоже стала рассматривать мужчину. Пару мгновений она потратила на оценку происходящего. Тут кошка навострила уши, и с тихим шёпотом «хозяин», который донёсся только до меня, спрыгнула на землю.

Оставлять без присмотра подругу я не собиралась. Не в силах больше следить за всем происходящим затылком, пришлось обернуться вслед ускользнувшей Див. Она аккуратно обходила лужи на дороге. Приблизившись к телеге, кошка ждала реакции незнакомца на своё появление.

– Дорогуша!.. Да, это ты! – восторг в честь моей дворовой вызвал у меня кучу вопросов.

Я не встречала этого человека раньше. Теперь, когда удалось увидеть его лицо, стало любопытно, каким образом моя помощница завела подобное знакомство.

Владелец повозки был немолод. Короткая борода и усы с годами стали полностью седые. Загорелая кожа. Такая, что называть его смуглым казалось слишком слабым описанием. Вместе с повязкой вокруг головы, он представлял образ настоящего кочевника. Впечатление перебивали лишь очки: квадратная оправа частично присваивала ему образ учёного. Бандитская одежда совершенно не шла к внешности. Но мужчина и не пытался произвести впечатление за счёт тряпок. Див не стала бы приближаться к человеку, который не внушает полного доверия.

– Не ожидала вас увидеть при таких обстоятельствах… Я вообще не надеялась на встречу.

Подруга села прямо на землю и смотрела в открытое окошко на хозяина. Кажется, к нему она использовала именно это обращение?

– Тебе ли не знать, насколько мир тесен.

Путник говорил с дворовой как с равной, а Дивана отзывалась только с вставкой «вы». Со мной она использовала те же правила, хотя я тысячу раз просила её прекратить. По-видимому, моя напарница считает своих хозяев высшей четой, чем сама.

Хорошо, что встречный не пользовался преданностью кошки. Мне думалось, что дворовая не пошла за бывшими владельцами дома, потому что была для них лишь слугой. А слепое поклонение не всегда несёт за собой понимание. Почему же Див осталась на старом месте?

– Ты отправилась погулять? – спросил мужчина, кивнув в сторону нашей отстранённой группы.

– Да уж. Решила присоединиться.

– Куда вы так мчитесь? – продолжал допытываться он, вспоминая отговорки Юнэя.

Но, заметив, как Див закатила глаза и оглядела нас со стороны, сразу понял.

– Или ты тоже секретничаешь?! Эх, Дивана. Раньше ты не любила загадки. Ни свои, ни чужие.

Её ответ был принят без обиды. Небольшая пауза, которая возникла, подразумевала под собой перенос продолжения внутрь телеги. А то наша незапланированная остановка под дождём затянулась.

– Я всё-таки настаиваю, чтобы вы ненадолго стали моими гостями.

Незнакомец моментально определил того, кто был к кошке ближе всего. И последнее предложение было адресовано именно в мою сторону. Или товарищу Див показалось, что лично от меня добиться согласия легче, чем от чародея.

Я всё равно повернулась за одобрением к остальным. И не надеялась встретить понимание. Парни не собирались полагаться на знакомство моей дворовой. Мне же было видно, что Диване хотелось подольше поговорить со своим бывшим хозяином. Всё-таки такие встречи – большая редкость. Может, кошка даже не надеялась пересечься с ним после того, как мужчина съехал с дома?

Как бы ни старался колдун убедить незнакомца в том, что мы спешим, времени на дорогу более чем достаточно. Уделить парочку часов перевалу они смогут. Если изъявят желание пойти навстречу моей подруге. Но их взаимоотношения с Див никогда не состояли из понимания. Дринек дворовую избегает, а Юнэй просто игнорирует.

Бросать Дивану я не хотела. Насилу оттаскивать от телеги – тоже. К чему такие крайности, когда кошка ясно показала, что житель повозки не должен вызывать подозрения. Если мои спутники не прониклись сочувствием, стоит испытать меры построже.

Спешиваться с агиска было также неудобно, как и залазить. Я опять рисковала скатиться вниз. Конь спокойно стоял, ожидая окончания моих трюков. Поскольку ближе всех находился Юнэй, конец верёвки, как самодельных поводьев, я протянула ему. Не нужно давать лошади много воли, а то она точно решит ускользнуть.

Маг перехватил мою подачу, но не без вмешательства:

– Пейс, я не советую.

– Ты можешь хоть один раз послушать меня? Не препираясь.

Брат одарил меня осуждающим взглядом, только продолжать свои наставления не стал. Ему придётся остаться здесь, пока я буду ждать подругу.

Часть сомнения отразилась и на мне. Не исключено, что мужчина был наслышан о сирене, которая рыскает где-то в лесу. Моя красная мантия, в которую я куталась сверх меры, привлекала много внимания. И сразу наводила на определённые мысли. Незнакомец не мог наугад опознать мою натуру. Такой проницательности стоит отдать должное.

Капюшон можно сбросить с головы. Учитывая, что от дождя он не спасает. Жижа начала мерзко хлюпать под ногами. Подойдя к отворенному окошку, безуспешно постаралась улыбнуться. Не то, чтобы мне не хотелось добиться расположения этого человека. Просто настроение не соответствовало.

– И снова добрый день.

Возня за спиной дала понять, что мой метод подействовал. Юнэй не решился делить команду. Или сама команда передумала отказываться от временного пристанища.

Див смотрела на меня с благодарностью. Поспешив нас представить друг другу, кошка, путаясь в словах, произнесла:

– Моя хозяйка. Пейсиноя.

Дворовая замешкалась, наверное, припоминая моё вымышленное имя, которое хотела вставить. Поведение Диваны стало таким необычным. Она растеряла свою уверенность. Моя напарница уже приготовилась продолжить знакомить нас, как мужчина перехватил инициативу.

– Себя я презентую сам, если позволишь.

Разумеется, кошка не противилась подобной выручке.

– Зовите меня Ва́сио.

И протянул мне руку в знак приветствия. Мягко сжимая мою кисть, он старался подбодрить своей открытостью.

– Можно мы зайдём внутрь? – дворовая спрашивала разрешения не у бывшего хозяина, а у меня. Дивана имела необычайно жалкий вид, пока стояла под ливнем. За всё наше путешествие она ни разу не проявляла столько соучастия к кому-либо. А тут такое стремление. Каюсь, на меня повлияла не немая просьба Див. Самой побеседовать с Васио – вот что привлекало мысли.

Если честно, я вообще ничего не знала о дворовой, пока не обнаружила её в купленном доме. С того дня мы стали одним целым, хорошими подругами. При таком развитии Дивана всё равно ни в какую не хотела делиться прошлым. В присутствии этого мужчины кошка резко начала стесняться. Возможно, здесь проскользнёт немного удачи, и я пополню сведения. Обидно, когда от тебя скрывают что-то близкие. Во мне начинает постепенно шевелиться ревность. Так что за свою искренность сегодня не ручаюсь.

– Конечно.

– Прошу, обойдите с тыла. Там у меня дверь.

Отставив такие простые указания, мужчина отправился встречать нас у входа. В то время, пока я не спеша шла под укрытие, дворовая обогнула угол обоза и успела скрыться. Колдун и Алнэ, перешёптываясь, последовали за ней. Несмотря на то, что Васио исчез из окна, он без затруднений может ясно слышать все разговоры извне. Секреты остаются секретами, только если в их хранение не вовлечено много людей. А у Юнэя круг доверенных сужается ещё плотнее. Мне туда вряд ли когда-то придётся попасть. Плохо это или хорошо.

Лошади снова остались в распоряжении у Дринека. Охотник в замешательстве искал место, где можно было на время оставить наших коней. Повозка невозмутимо отвечала ровными стенами, на которой изредка встречались крючья. Правда, они выглядели такими мелкими и ржавыми, что крепить на них одновременно четыре поводья парень не решался. Моя идея казалась более реальной для исполнения:

– Привяжи к колёсам, что ли.

Пожимаю плечами после скептического взгляда в свою сторону. Почему бы и нет? Пока дом стоит неподвижно, жеребцов никто не побеспокоит. Капли стали падать намного чаще, я поспешила под крышу. Дринек не торопился догонять меня. Но, обернувшись, удалось застать момент, когда охотник продевал красную светящуюся нить между спицами.

Дверь бросалась в глаза как раз своим необычным оформлением. Ни железных петель, ни ручки, ни других признаков комнатного прототипа. Вход работал по принципу заслонки. Часть деревянной стены была немного отодвинута, оставляя проход. Когда я стояла перед окном, повозка казалась не очень высокой. Но расстояние между землёй и порогом немного поменяли мои представления. Вряд ли дикие звери сумеют забраться в дом с такими препятствиями. Самой бы это сделать.

Заботливо протянутая рука Васио послужила хорошей опорой. По-другому пришлось бы залазить в повозку ползком. Хотя я всё равно до последнего боялась опрокинуться спиной назад. Впереди находился лёгкий полумрак, который разбавляли открытые окно, двери и едва уловимые бреши. Единственную комнату было плохо видно, но отдельные детали всё равно не спрятались в глубине.

Жильё вмещало в себя самое необходимое, без излишков. Простая лавочка шла по кругу. Чтобы в подвижной повозке она не съезжала при малейшем толчке, эту скамейку прибили к стенке. По тому же принципу немного повыше крепилась дощечка, заменявшая стол. Среди глиняной посуды, которая стояла тесной кучкой, ярким пятнышком выделялся букет полевых цветов. Уж не знаю, с какой целью Васио собрал себе такую красоту, для знахарства или для души, но аромат долетал до всех и настойчиво привлекал внимание к своему источнику.

Алнэ и Юнэй сели по обе стороны этого столика. А ведь поначалу не хотели принимать приглашение мужчины. Теперь расположились, словно в собственном доме и не торопясь рассматривали жилище изнутри. Но больше ничего интересного найти в его дизайне не вышло. В отличие от внешних стен, помещение не содержало в себе украшений. Только массивный сундук выглядывал из тени угла, видимо, пряча вещи своего хозяина. На нём перечень имущества заканчивался. Подозреваю, что кочевники не нуждаются в ценностях. Но подобная пустота казалась чрезмерной.

– Присаживайтесь. – Любезно предложил Васио.

Недолго выбирая, я примостилась около фейри. Дворовая моментально заняла место у меня на коленях, возникнув буквально из ниоткуда.

Находясь напротив двери, из которой шёл основной поток света, комната для меня становилась ещё темнее. По сравнению с мрачным домом пасмурная погода и впрямь казалась лишь навеянным туманом. Словно с минуты на минуту выйдет солнце и будет ясно, как прежде.

– Расскажите же мне, как там поживает моя покинутая халабуда?

Хозяин повозки как-то безличностно задал вопрос. Мы с дворовой так и не поняли, кому он предназначался. И отвечать первой не хотелось ни ей, ни мне.

А что нужно говорить? Что дом брошен с открытыми замками, непонятно для кого? Я бы очень расстроилась, узнав, что кто-то так наплевательски отнёсся к полученному дару. Жильё досталось мне практически бесплатно от перекупщика. Придирчивая Див разогнала всех предыдущих покупателей. После таких удачных совпадений расставаться с домиком действительно было жалко. Поняв все мои мотивы, найти оправдание легко. Но без них рассказывать настоящую историю страшновато.

– Стоит целая. – Подала я голос.

Сама себе не верю. Хорошо ещё, что Васио не пытался продолжить допрос. Заметив, как сложно нам с кошкой дался этот разговор, мужчина поменял тактику. Возможно, он понял причину нашего молчания, и перешёл к более любопытной теме.

Использовав сундук в качестве табурета, он присел, скрестив под собой ноги.

– Я вам не врал. – Сказал он, глядя на мага. – Патрули нашли новую цель и забыли про Седую Дорогу.

Словно некроманта это волновало. Если бы не моя осторожность, наша компания не прошла бы и половины пути в полном составе.

– Почему так?

Внимание путешественника переметнулось ко мне. Надеюсь, теперь он поймёт, что все слухи касательно стражи затрагивают только меня.

Вскочив со своего нового стула, Васио будто забыл о вопросе. Мне в руки вложили симпатичный рушник со словами:

– Так вы быстрее высохните.

Очень вовремя. Я даже перестала задумываться о том, что этот встречный уже несколько минут может рассматривать мою чешуйчатую кожу. В отличие от остальных, кочевник не оглядывал меня, как живую диковинку. И даже если его догадки всё разъяснили, виду он не подал. Понимаю, почему Дивана так к нему расположена.

Рушник оказался немного грубоватым, но вытирать лицо им было приятно. А пока я приводила себя в порядок, мужчина сам вернулся к прежней беседе:

– Появился какой-то прохвост. Допёк парочке сёл и его уже ищут для расправы все кругом.

Знакомая схема. Людям лишь дай повод обвинить кого-то. Может этот мифический персонаж перешёл дорогу только некоторым, а его объявили всенародным врагом.

– Видишь, а ты боялась. – Попытался подытожить сплетни Юнэй.

В итоге сделал ещё хуже. Зачем нужно в голос сообщать, что я боялась?! Или брат старается демонстративно повторить моё доверие этому незнакомцу?

Но Васио пропустил такое замечание мимо и продолжал делиться сведениями. Он аккуратно старался выделять самое важное, не пересказывая непонятные факты.

– Местная стража углубилась в деревни на западе и не спешит возвращаться.

Какая приятная новость.

Немного обтершись, я передала рушник швее, чтобы и она ускорила свою сушку. Про дворовую не забыли. Кошка получила свою порцию обтираний и теперь сидела пушистым комочком. Дивана, смущённая формой примятого одуванчика, застыла неподвижным силуэтом. Только как бы подруга не пыталась слиться с моей одеждой, мужчина не забыл о старой знакомой. Васио в темпе завершал рассказ, который плавно наскучил ему.

– Просто не создавайте лишний шум вокруг себя. Хотя, я уверен, вы и так стараетесь вести себя незаметно. – Подчеркнул путник. – Тогда вас просто не увидят на Седой Дороге.

Владелец хижины разработал для нас целую тактику. Мне даже не стоило задавать наводящие вопросы – мужчина выдавал всё, что было интересно, сам. В болтливости этого человека обвинить нельзя. При встрече он предпочитал равную роль как говорящего, так и слушателя. И теперь Васи попытался передать ход другому:

– Дивана. Как поживаешь?

– Хорошо.

Дворовая с трудом выдавливала из себя слова. Она стала стесняться или просто не хотела делиться своей жизнью?

– И это всё? Мы с тобой не виделись почти… почти пять лет! И тебе нечем похвастаться?

Пять лет. Из них мне перепало лишь три года. Казалось, что я знакома с Див значительно дольше.

– А что у меня должно происходить? Я сижу на одном месте, и там нечего интересного не случается.

– О, это я знаю. – Опомнился кочевник после отчёта кошки. – Поэтому и отправился странствовать.

Так мужчина пустился в путь из-за домашней скуки? Какие только причины не заставляют кардинально менять свои планы. Наверное, потому они с Диваной, истинной домоседкой, разошлись в разные стороны. Я бы тоже не согласилась мчаться неизвестно куда и зачем. Но у каждого свои мотивы.

– Ваша поездка себя оправдала?

–- Ещё как! – оживился Васио. – Всё осуществилось именно так, как я задумывал!

– Действительно? Менестрель? – дворовая одновременно и радовалась осуществлению его мечты, и удивлялась её простому исполнению.

Охотник, который тихо сел на краю подвесного крыльца, чтобы не отвлекать своим появлением от беседы, заулыбался. Кажется, он подумал о том же, что и я. Если перед нами бард, то рано или поздно ожидается песня. Это так предсказуемо на первый взгляд. Но пока продолжался разговор.

– Ты не представляешь, Дивана, как хорошо жить под открытым небом! Музыка – это всего лишь дополнение. Поначалу мне хотелось просто сменить место, а теперь задержаться в одном городе дольше пары дней для меня немыслимо. Наверное, я просто нашёл свою стихию.

Див внимательно слушала исповедь мужчины. Всё предназначалось только ей. Остальные присутствующие в повозке оказались невольными свидетелями. Хотя застать такую историю вряд ли стоит считать неудачей. Раньше я думала, что очень легко контролировать свою речь при посторонних людях. Мало ли: можно ненароком сказать что-то лишнее, что-то больно сокровенное. А в реалии теорию всегда могут обогнать приятные воспоминания.

– Помнишь, я тебе рассказывал про Даж? Который располагается у самых гор? Там я тоже был. Не думал, что доберусь в такую даль, но оно того стоило!

Городок, выросший, словно из скал на самой границе страны. Небольшой и тихий рай, если верить в пересказы некоторых путников. Чистый для привередливых гостей. Спокойный для людей, которым надоела суета. Он не является ни торговым сосредоточением, ни политическим центром, ни военным оборонным пунктом. Он сам по себе, вне общественных проблем. И пока ему удаётся сохранить такую идиллию внутри себя, туда продолжают тянуться в поисках… Просто ради поиска и надежд. Разочарованных посетителей город ещё не выпускал.

– Как обидно, что ты не согласилась поехать со мной. Ты много потеряла, оставшись дома.

– Во дворе. – Исправила Див. – Дворовые остаются во дворе, не забыли?

Как ни пытался Васио переманить любопытство кошки, Дивана не поддавалась. Я точно знала, что ей было жутко интересно слушать подобные рассказы. Кочевники умею завлекать примерами своих походов. Но как бы моя подруга не вздыхала по упущенным возможностям, менять решение она не собиралась.

– Возможно, это забитая фраза, но ты осталась в точности такой, как и пять лет назад.

– Разве это плохо? – со шкодными нотками в голосе спросила Див.

– Как по мне – нет.

Отогнув рукав мантии, я потёрла кожу, соскребая мелкие чешуйки. Изрядно подсохнув, они легко отпадали. По идее, на руке вообще ничего не должно было остаться. А после вмешательства Юнэя с перевоплощениями возникли задержки.

Резкие движения отвлекли хозяина жилья на колёсах от его мыслей. Мужчина опять вспомнил, что здесь находится кто-то ещё, кроме него с дворовой. Гостеприимный тон опять вышел на лидирующую позицию.

– Вы наверняка проголодались. – Место на сундуке снова освободилось. – И не спорьте. Это было не предположение, а приглашение.

Пока Васио стоял ко мне спиной, я перехватила возмущённый взгляд чародея. Парень не рассчитывал на такую затяжную остановку. И выбора у Юнэя, по сути, нет. Почему бы не совместить приют с небольшой трапезой?

Дождь закончился вовремя, и мы продолжили свою поездку.

– Ты угомонишься?! – портная не вытерпела и решила повлиять на монолог мага.

– Нет!

Я была сыта. У меня хорошее настроение, и поэтому встревать в назревавший конфликт не хотелось. Постепенно Дринек тоже забросил попытки и вслушивался вместе со мной в спор.

– Если тебя так раздражают люди, можешь вообще в свет не выходить.

– Люди здесь не причём. Меня поражает ваше поведение! А что, если этот кочевник кому-то расскажет о странной группе, которая мелькает вдоль дороги? Сказали бы ему сразу, куда мы едем. Чтобы не искали впустую.

– Ты преувеличиваешь.

– Ну-ну.

Юнэй болезненно отзывался о встреченном путешественнике, чем навлекал на себя немой гнев дворовой. Когда мы прощались с Васио и благодарили за устроенный перекус, создавалось впечатление, что чародей вытаскивает всех из повозки силой.

– Перестань капризничать. – Последнее слово вызвало у некроманта презрительное хмыканье. – Нечасто в пути попадаются такие хорошие люди.

Алнэ буквально озвучивала наши с кошкой мысли. Мужчина действительно попался случайно. Колдун же взъелся на него, словно менестрель чем-то насолил моему брату. Юнэй настойчиво подгонял нас в Вокрах. С таким напором моему терпению скоро придёт конец. Пускай даже без нас помогут деревне, я не против. И так, после утренней встряски с зомби из кладбища весь день хожу чумная. К вечеру должна окончательно проснуться.

И никто вслед не гонится. Бывший хозяин Диваны передал мне долю спокойствия, и теперь я словно находилась на короткой конной прогулке. Агиск продолжал насторожено относиться к наезднице, но вёл себя почти безупречно. Лишь я достигла небольшого успеха в верховой езде, как придётся расставаться с чисто-белым жеребцом.

До Вокраха оставалось совсем чуть-чуть. Охотник, наш направляющий, сказал о приближении совсем недавно. И я правда ощущала, что низкие постройки появятся через несколько деревьев. Замкнутая Роща, в которую превратился ранее пройденный лес, не пропускала через себя ни одно изображение. Редкое солнце пробивалось сквозь кучевые облака, создавая вместе с зарослями высокую стену.

Такой туннель тянулся за нами с момента расставания с добродушным музыкантом. Кстати, вопреки нашим с Дринеком предположениям, песня так и не прозвучала. Тем для общения хватало с излишком. Воображаемый поход одновременно с историями мужчины захватили меня и швею мгновенно. А парни до последнего держались отстранённым сопровождением.

Я тоже с опаской наблюдала за Васио. Но его открытость опять и опять отбивала мои недоверчивые мысли. Получив напоследок «Рыба, береги Дивану и себя», окончательно запуталась в собственном мнении. Случаются же такие странные персонажи.

Гул человеческих голосов достиг нас.

– Пейс. – Окликнул охотник.

Да, я помню. Надо отпустить агисков. Им не место в деревне, где своих коней полно, но не настолько чистокровных.

– Погодите. Не бросайте их. – Юнэй отвлёкся от призывов фейри к спокойствию.

Мы с Дринеком послушно остановились, придерживая водяных лошадей. Маг надумал устроить какую-то пакость для лесового, прежде чем возвращать одолженное? Чего он тянет?

Чародей решил повторить свой фокус нашёптывания. Наклонившись вплотную к уху агиска, Юнэй начал переговоры с животным. Когда подошла очередь моего коня послушать некроманта, я не сумела уловить ни единого слова. Они хоть были, эти слова? Неразборчивое шушуканье иногда обрывалось, если парень не понижал голоса специально.

Закончив ритуал со вторым жеребцом, Юнэй кивнул мне головой. Агиски получают возможность побегать на свободе. По щелчку колдуна магическая нить пропала. Почувствовав, что его ничего не сдерживает, конь резко сорвался с места и помчался обратно по Седой Дороге. Будто только и ждал указаний. Немного задержавшись из-за моей возни с самодельными поводьями из верёвки, второй скакун бросился догонять друга по ещё не осевшей пыли. Вот по-настоящему дикие кони. Одомашнить их невозможно. Не предназначены они для будничной работы и с людьми ладят через силу.

– Как в озеро хотят. – Заметил охотник.

Про себя каждый согласился с таким утверждением.

– Старику мы ничего не должны. Всё вернули. Немного обманули, конечно… - интонация чародея заставила всех поочерёдно улыбнуться. – Но ни капли не обделили.

Подобная развязка нас расслабила. Добрались до Вокраха без особых проблем. Переживаний перепало прилично, от них не отвертишься. А ведь с аванком ещё и не сталкивались. Это была подготовка. Мне трудно судить о её результатах, пока не увижу то существо. Не исключено, что лёгкая половина авантюры уже прошла. Как любят говорить многие странники: новое место – новые правила.

Прежде, чем мы успели войти в Вокрах, навстречу выскочил здоровенный пёс. Счастливая чёрная собака неслась к нам, на ходу выбирая желающего познакомиться первым. Кто станет главным объектом приветствия, Див поняла сразу. Хотелось дворовой слиться с моими сапогами, но мохнатого жителя деревни такой маскировкой не проведёшь. Кошке оставалось недовольно проворчать:

– Эти местные…

Часть II. Глава 1. До и после

Тщательно вглядываясь в каждую мелочь на полках, Мэйдофф не спеша ознакомился с обстановкой всей комнаты. Сделав ещё один глоток из чашки с отваром, он подытожил:

– Неплохо устроилась.

Знахарка польщено потупила взгляд и заулыбалась.

– Они действительно поверили в твои способности? – сразу поинтересовался гость.

В ответ Лейра пожала плечами:

– Чем могла – помогала, что не знала – научилась. Этого им достаточно.

В деревне к целителям вообще требования были невысокие. Пока тяжёлые болезни обходили Вокрах стороной, потому проблемы со здоровьем решались легко. Сердечные переживания тоже не вызывали сложностей. Немного покопаться в душе у впечатлительных барышень – и вопрос отпадает сам собой. А если дать напоследок немного приторную настойку, то эффект доброй волшебницы обеспечен.

– Уже придумала, что будешь делать с новоявленной компанией?

– Не поверишь. – Молодая знахарка так же просто перешла на другой разговор, как и мужчина. – Ничего.

Старый знакомый давно привык к непредсказуемому характеру своей подруги. Но вот понимать её успевал не всегда. И на этот раз чужие мысли опять остались вне досягаемости.

– Они перевернут здесь всё вверх дном, а ты станешь только смотреть?

– Меня совершенно не волнует, чем они будут заниматься по соседству. Лишь бы не трогали моего зверька. – Прежде чем Мэйдофф смог опровергнуть её самоуверенность, она продолжила. – И они его не найдут. Я уверяю.

– Тебя послушай – всё так идеально.

Замечания друга Лейру не расстраивали. Своего питомца она знала превосходно. Если до сих пор животное не пересеклось ни с кем и проезжающих героев, то опасаться не нужно. Пусть боятся и придумывают байки на расстоянии.

– Пока сюда не явится Мельпомена, а мы оба знаем, что этого не случится, - сама себя заверила целительница. – Можно быть спокойными. И я спокойна.

Казалось, Мэйдоффа убедили слова девицы. Он стал менее эмоционально отзываться на её реплики и вернулся к напитку в кружке.

– Как я понимаю, ты здесь останешься надолго?

– Да. Тут тихо, но не скучно. На данный момент меня всё устраивает… Большей частью.

Подобный ответ и ожидался. Хотя, после тюремного срока, Лейра переоценивала привлекательность поселения по сравнению с неволей. Сейчас мужчина был доволен и таким результатом. Его подругу никто не беспокоит, и это главное. С её-то тягой к неприятностям находиться на одном месте безопаснее всего.

– А ты когда отправишься дальше?

– Сегодня. – Удивлённое лицо напротив. – Допью твою стряпню и поеду.

– Мэйдофф!..

– Не ной. У тебя и так полно дел. И у меня тоже. Я буду периодически заскакивать. Не заскучаешь, поверь.

Девушка снова вернулась к прежнему настроению. Она с радостью бросилась к Мэйдоффу за объятиями. У Лейры было так мало преданных друзей. Точнее, тех, которые интересуются её жизнью и помогают справиться с неприятностями. Поэтому девушка ценила единственного человека, который заботился о ней. И то, что мужчина старался редко показывать свои чувства, трогало целительницу ещё сильнее.

Жаль, что товарищ вскоре опять помчится дальше. Они не виделись несколько лет, а теперь, возможно, встретятся ещё через больший промежуток времени. Мэйдофф не мог задержаться в деревне, но от этого не легче. Вдруг у него не получится сдержать обещание, и следующий визит будет таким же нескорым, как и сегодняшнее появление? Кто знает, куда занесёт авантюриста через месяц или полгода. Может, скрываясь от погони, придётся убежать дальше, чем планировалось. Лейра вспоминала себя, когда вырвалась из заточения и пугалась любого поворота, пока не добралась сюда. Да и здесь несколько дней со страхом отзывалась на стук в дверь, хоть связь с людьми была необходимостью и главным условием будущего покоя. Теперь жизнь стала размеренной, и целительница целиком посвятила себя работе. Но это не совсем то, что она мечтала получить в итоге.

– Ты правда уходишь прямо сегодня? – уточнила знахарка.

– Да. В отличие от тебя, я с жителями Вокраха не связан переплетением судьбы. И за мной до сих пор идёт слежка. Так что будь готова ещё к парочке приезжих.

Лейра сразу вспомнила про двух верзил, которые всегда беспрекословно исполняли поручения музы. Лишний раз встречаться с её персональными громилами не хотелось в любом случае.

– Те тупицы? – не обращая внимания на искривленное выражение друга, сказала она. – Что им надо?

– От тебя ничего. И это важно. – Успокоил девушку Мэйдофф. – Они будут ходить по моим следам. Даже если вспомнят о твоих прошлых заслугах, тронуть не посмеют.

– Я знаю. – Еле слышно отозвалась Лейра.

Зря девушке напомнили о начале той истории, в которую они оба были ввязаны по своей вине.

– Нальёшь ещё своего чая из трав?

– Естественно!

Беседа переметнулась к новой теме вместе с новой порцией угощения. И время отъезда немного отодвинулось назад.

* * *

– Она зелёная!

– Что?

– Твоя мантия зелёная! То есть, тёмно-зелёная. А мне казалось, что она чёрного цвета.

– Танелия, ты пытаешься показать, что тебе нечем заняться? – Юнэй даже не вслушался в суть вопроса.

Я лежала среди дикой травы и наслаждалась прохладой тени. Под прикрытием деревьев было так хорошо, что находиться на воздухе хотелось до самого вечера.

– Опять ничего. – Крикнул охотник с противоположного берега озера.

Передвигаясь вдоль края, Дринек внимательно рассматривал следы на земле. Судя по одинаковым докладам через определённые промежутки времени, ничего существенного парень не находил. Его фигурка часто исчезала за широкими стебельками растений, а иногда и вовсе заслонялась проходящим мимо чародеем. Маг занимался тем же исследованием местности, что и напарник. Приглядывался к каждой ветке.

Остальным перепала более лёгкая и скучная работа. Наблюдать за действиями парней. Можно было увлечь себя какой-то беседой, но лично мне говорить в присутствии Юнэя, пусть и на приличном расстоянии, не хотелось. Да и Алнэ не больно дружелюбно вела себя после той короткой перепалки у дворца. Тихая фейри настораживала. Первая вспышка со стороны портной уже заставляла задуматься. Она на самом деле была тихоней, или разговор про мага не стал случайностью? Возможно, я плохо поняла смысл замечаний Алнэ. Девушка явно что-то придумала и сама же поверила собственным мыслям. А потом начала строить сомнительные планы, не считаясь с действительностью.

Совершая очередной обход, некромант чуть не наступил на меня. Но я вовремя убрала лапу от точки соприкосновения, предвидев неуклюжесть колдуна. В итоге, получила вслед надменное замечание от Юнэя:

– Скажи своему созданию, чтобы не попадалась под ноги.

Оскорбление формально предназначалось получить через хозяйку, но Пейсиноя пропустила грубое обращение мимо ушей. Так что бурчание парня осталось без внимания.

Как же меня раздражал колдун! Раздражал своей гордостью, которая ни на что не опиралась. Он даже магией толком не владеет, хотя ведёт себя так, будто подобные фокусы не отнимают много сил, и являются мелочью. Однажды через забор я видела двух чародеев, идущих по улице. Они громко смеялись и каждую свою шутку сопровождали демонстрацией талантов. Даже их попытки выглядели эффектнее, чем потуги Юнэя. Вот что ещё могло получить моё признание, так это перевоплощение хозяйки. Смена цвета волос и глаз воистину прошла быстро и аккуратно. Но конечный результат мне всё равно не понравился. Пейсиноя сильно изменилась внешне, только в худшую сторону. Русые локоны ей не шли совершенно, делали лицо невзрачным, слишком простым. Буду надеяться, что потом некромант вернёт всё в прежнее состояние. Брюнетка – тот образ, который дала ей природа и не прогадала.

Сирена перевернулась на спину, жмурясь от лучей, которые скользили по её лицу. Светлые пятнышки покрыли всё тело девушки, особенно густо скопившись на груди. Нежно-голубая ткань идеально сочеталась с бликами, падающими на одежду. Словно небо находилось одновременно в двух местах: вверху и на Пейс. Только нежные строчки из вышивальных нитей разбивали иллюзию. Чёрные и фиолетовые завитушки тянулись вдоль рукавов. Порою миловидное переплетение из разноцветных лоз закрывали объёмные складки. Блуза была выполнена на летний манер, поэтому большая часть украшений перепадала на оборки. Наряд выглядел просто, но его красоту трудно не заметить. Портная – настоящий мастер своего дела.

Сама фейри отдыхала неподалёку. Алнэ опять заплела себе пышный пучок, с которым я её впервые увидела. Правда, как и в прошлый раз, причёска получилась не безупречной.

– Ничего не понимаю. – На Юнэя наше расслабленное состояние не влияло. – Всё чисто. И это тут обитает аванк?

Я всё-таки немного отодвинулась от протоптанной колдуном тропинки. Парень здорово разозлился от того, что поиски проходили впустую. Или намекнуть ему, что после дождя на влажной земле что-то искать бесполезно?

– А почему зелёный цвет, если чёрный под энергию смерти подходит больше?

– Танелия, отстань!

Кажется, маг не понимал, что каждый раз произнося второе имя Пейс, он сам создаёт повод мешать себе.

– Ты украл чью-то мантию?

Пейсиноя развлекала себя как умела. Серьёзное лицо не выдавало её задумок вывести брата из себя. Прожив с ней около пяти лет, я научилась определять мысли и настроение хозяйки по мимике, по жестам, по тону. Не всегда, но чаще других, это точно.

Без преувеличения, я наблюдала с Пейс с первого дня, как она поселилась в нашем доме. Следить за двором вообще входило в мою работу, а сирена в роли соседки сильно перетягивала внимание. Её истинную сущность я заметила сразу, ещё не беря в расчёт тайную слежку. Запах. Она пахла затхлой водой. Обыкновенные люди таким не выделяются. И они же не в состоянии раскусить нежить по подобным мелочам. В этом умении моё преимущество. Но показываться новой жительнице я не хотела по другой причине.

Суть сирены не выделяла её на фоне остальных кандидатов заполучить дом. Они осматривали его, покупали, заселялись.… А потом я устраивала проверку. После неё желающих сожительствовать со мной не оставалось. Для каждого претендента даже не приходилось придумывать что-то свежее. Практически каждый покупатель был настоящим трусом, который пугался любого шороха. Особых трудов перекинуть лестницу или создать грохот с помощью ведра мне не составляло. А посреди ночи многим такие звуки могут показаться жуткими. Что же, это их выбор.

Другое дело Пейсиноя. Она не стала воспринимать мои шумовые эффекты всерьёз. Ну, упало что-то неподалёку, подумаешь. В отличие от остальных, винить неизвестных шалунов девушка не собиралась. Подобные проделки её не трогали. Порою я думала, что Пейс не обращает на них внимание, порою - что специально игнорирует и незаметно старается словить истинного автора. Не попадаться на глаза сирене иногда было сложно.

Дыра под крышей, которую я называла норой, часто служила укрытием, когда Пейсиноя затевала уборку. В тот момент она находилась буквально всюду. Особенно в первые дни переезда, наводя свои порядки. Новая хозяйка была тихим сожителем, поэтому громких возражений с моей стороны не было. Совершенно не подозревая о существовании дворовой в своём саду, Пейс тоже оставалась довольной. Навыки маскировки целых два года не подводили меня. Это подтвердила сама Пейсиноя после знакомства. Все недоразумения она списывала на бродячих кошек. Я хорошо посмеялась с её версии, учитывая, что на тот период прогуливалась в образе енота. Четвероногим зверем очень легко взбираться по деревьям и залазить во всевозможные щели. Поэтому свой теперешний облик кошки не сильно различается ни по своим способностям, ни по полосатой расцветке.

Васио всегда знал меня по серой шкурке. Наверное, прежняя туша создавало более добродушное впечатление. И сама ощущала себя ленивой дворовой, которая наслаждалась давно обжитым местом. При мужчине я скорее занимала место домашнего животного, но никак не сторожа. Такая жизнь меня устраивала.

Внезапный порыв хозяина отправиться вслепую за приключениями стал неожиданностью. К чему такие перемены, если всё идёт хорошо? В конце концов, пришлось охранять дом в одиночестве. И сколько бы раз я сама себе не пыталась чётко ответить, правильно поступила или нет, разобраться не выходило. Васио был отличным другом. Если не мучить себя лишними рассуждениями. Иногда казалось, словно от меня сбежали, но я ненавидела раздумывать на подобную тему. Пусть лучше побуду неисправимым романтиком, который во всём видит влияние Судьбы. В дружбу на расстоянии мало кто верит. От этого она и считается явлением редким, но не менее ценным.

С Пейсиноей у меня тоже получилось сблизиться. Только их нельзя сравнивать между собой. Они разные, и при этом оба дороги мне безмерно.

Когда сирене пришлось бежать из города, времени на выбор не оставалось абсолютно. Пока я старалась задержать стражу, в голове бушевали громкие противоречия. Во второй раз проходить прежнюю историю со старыми вопросами не хотелось. И хотя я плохо осознавала, во что ввязываюсь на пару со своей хозяйкой, отправилась следом. А потом попала к истокам собственных проблем. Пересеклась с прежним соседом.

Я не наговорилась с Васио во время нашей короткой встречи. Да и как тут поболтать? Лишние уши, а тогда все были лишними, мешали уйти от банальных тем про походы. Менестрель развлекал гостей, а уделить внимание мне не успевал. Обидно, когда мы не виделись так долго и впустую потратили счастливый случай. Юнэй постоянно обрывал рассказы и напоминал о том, что нам нужно торопиться. После этого я невзлюбила чародея ещё больше.

– Потому что энергия смерти тесно переплетается с жизненной силой. Если вторая может браться из земли, то и некромантия частично сливается с природой. Цвета мантий тоже смешали: зелёный с чёрным.

Парень не вытерпел напора Пейс и кратко пересказал причину выбора такого оттенка для ткани. Делал это он порядком раздражённый, переходя на крик.

– Спасибо.

Дринек оставил поиски невидимых отметок после загадочного зверя и тоже подошёл к нашей компании.

– Может, он сбежал? – осмелился спросить у друга охотник.

– Ты это просто так предлагаешь или что-то заметил?

– Что я мог заметить?! Я же на дно не нырял. Вдруг он в озере затаился?

– Проверим?

– Да вы с ума сошли! – хозяйка не задумывалась над выражением, зато её резкость вернула иезаговорщиков к реальности.

– Ладно… Бессмысленно ходить кругами по пустынному берегу. Подытожил колдун. – Пошли по домам. Завтра продолжим.

– А как мы отыщем аванка? – поинтересовалась Алнэ.

– Вечером придумаем. Зайдёте ко мне?

К магу – это в хижину старосты Вокраха. Некромант поселил нас в каком-то домишке у старушки, а сам отправился жить к родителям. Мы даже присмотреться толком не успели: только ставили сумки в комнатах, как отправились к злосчастному озеру, обитатель которого всех запугивал.

Я поднялась с примятой травы. После дождя вовсю припекало солнце, но сырость всё равно не сходила. Мне такая погода нравилась, а вот Пейсиноя могла окончательно простудить спину. Разве она слушала свою дворовую, когда укладывалась на мягкий зелёный ковёр?

– Хорошо, мы наведаемся позже. – Пообещала швея.

До сумерек нам дали возможность отдохнуть в личных покоях после долгой дороги.

Жаль, что окна в комнате не открывались. Приходилось смотреть на улицу сквозь стекло, теряя половину обзора из-за толстой рамы. Подоконник был бугристым, и сидеть на нём становилось неудобно. Алнэ с Дринеком куда-то исчезли перед тем, как навестить колдуна. Чтобы их возвращение не стало полной неожиданностью, я и выглядывала на уличные дорожки.

Фейри поселили вместе с моей хозяйкой. А сейчас представился удачный случай поговорить без присутствия портной. Пейсиноя стояла у зеркала, в сотый раз высматривая в своём отражении недостатки.

– Див, как думаешь, может надеть мантию? – обратилась девушка за советом.

– Слишком официально. – Честно призналась я. – Оставьте блузу.

– Но она такая…

– Какая?

– Ну, не такая, как нужно! Я не знаю. – Тяжко вздохнула Пейс.

Дело ведь не во внешнем виде. Она волновалась перед встречей со своими приёмными родителями. Словно они могли её узнать и что-то разъяснить.

– Успокойтесь, хозяйка. – Я попыталась подействовать на неё своим голосом. – Всё пройдёт гладко.

– Считаешь?

– Просто не торопите свои мысли. Они забегают перед настоящим. Так запутаться недолго.

Сирена забыла про зеркало и подошла к окну, на котором я сидела. Окинув взглядом едва видимый пейзаж, Пейсиноя аккуратно продолжила интересоваться моим мнением:

– Знаешь…

– Что?

– А может… сказать им, кто я?

Ты же всё равно не насмелишься это сделать. Голос дрожит, пока произносишь лишь предварительную идею. Для такого признания нужно больше смелости, которой пока не видно. И неужели я сделаю существенный перевес в пользу какого-то выбора?

– Вам решать.

Не тот случай, чтобы давать свои советы. Как бы ни выпрашивала Пейсиноя моего участия, вмешиваться сейчас не стоит. Рано, чтобы принимать окончательные решения. Или, наоборот, слишком поздно. Хозяйка обиженно замолчала. А я попыталась немного развеять её хандру. Чтобы девушка не задумала, действовать за ужином, который назначен на вечер, она не решится.

– Вы первый день в Вокрахе! Не придумывайте себе лишних проблем.

Пейс заулыбалась. Может моё внушение продержится до конца общих посиделок. Осознав, что от меня добиться чёткого ответа не получится, сирена поддалась уговорам. Словно забыв о своих рассуждениях, она затронула другой разговор. Не более приятный, чем прежний, но всё же.

– Кстати. Алнэ, которая поначалу так тебе понравилась, теперь не будет получать такие льстящие отзывы? – с долей критики подчеркнула хозяйка.

Да, да, да. Я так неуместно выгораживала фейри. Как видно – очень зря. Портная дарила сюрприз за сюрпризом, не давая целиком понять свою натуру. Серьёзная и безбашенная. Алнэ не отталкивала людей, и не подпускала слишком близко. После откровений между нею и Пейс в несколько реплик, загадки всплыли буквально из ниоткуда.

– Это было… Неожиданно. – Подтвердила я.

– Больше. Мне теперь страшно идти вместе с ней на охоту.

Не страшно, а просто не хочется сталкиваться со швеёй лично. Вдруг она опять пожелает доведаться мотивы Пейсинои, тщательно скрывая собственные. Второго такого столкновения не нужно искать.

– А зачем Юнэй взял её сюда?

– Не знаю. Помогать. – Пожала плечами Пейс.

– Чем?!

Ну как обыкновенная мастерица сможет посодействовать в поимке аванка, против которого и опытные охотники не всегда рискнут пойти? Фейри не отличалась выносливостью в походе. В случае если поездка продлилась больше двух дней, Алнэ завыла бы от усталости. Для чего она впуталась в подобную затею, я не знала. И мою хозяйку, которая разделяла неведение, это тоже волновало.

– Хорошо. – Не люблю давать обещания, но сейчас поддержка кажется своевременной. – Я прослежу за Алнэ, чтобы вам было спокойнее.

– На тебя всегда можно положиться, дорогая. – С облегчением отозвалась сирена.

«Дорогая»? Не уж то Пейсиноя хочет перенять манеру менестреля, чтобы стать ко мне ближе? Пока она не знала о существовании мужчины, всё было гладко. А теперь хозяйка устроила непонятную конкуренцию, будто приревновала. В данный момент Пейс не с кем напрямую соревноваться. Сделаю вид, что не придала значения её пародии. Возможно, это вышло случайно.

За окном наступила ночь. Мы прибыли в деревню к вечеру, и за ознакомлением с местом охоты, потратили весь остаток дня. Старые фонари, которые десятилетиями напрасно ожидают ремонта, бросали тусклые полосы света на уличные дороги. Вокрах не имел такую активную ночную жизнь, как Рыночный Округ. Ни одного силуэта не промелькнуло в период моего дежурства. Жители верят в слухи и не высовываются с наступлением темноты, или домашний уют им больше по душе? Быть единственными желающими прогуляться по пустынным подворотням по пути к Юнэю нашу команду вряд ли порадует.

Внизу промелькнула ярко-рыжая шевелюра. Следом – ещё одна нечёткая тень. Дринек и фейри возвращались со своей отлучки. Где же они ходили? И, главное, зачем? Пусть Пейсинои хватит любопытства, чтобы выяснить. Мне вряд ли доверят подобную тайну.

– Только, Дринек, – фейри остановилась перед самой дверью, заслонив собой проход. – Умоляю, не говори Пейс о том, куда мы ходили.

Парень со вниманием выслушал просьбу портной. Спорить он не собирался:

– Не говорить ей, что я через день хожу на кладбище, чтобы поесть? – пробился ироничный тон. - Без проблем.

– Ты не понял. – Девушка оставила улыбку охотника без внимания. – Водила тебя к могилам я. Может показаться подозрительным, что человек, который полдня находится в деревне, так хорошо знает направление к местным захоронениям. Ясно?

Заговорщицкий женский тон не дал охотнику целиком прочувствовать пожелания Алнэ. Но, чтобы спутнице было легче, Дринек пообещал:

– Молчу.

Пока фейри не успела продолжить свой маршрут, он спросил вдогонку:

– А когда ты уже успела погостить в Вокрахе?

Швея отвела к кладбищу с такой уверенностью, словно жила здесь несколько лет. Для Алнэ этот посёлок не стал новинкой.

– Ммм.… Иногда составляла компанию Юнэю, чтобы не скучно было ехать на каникулы на родину.

Одинокий фонарь у здания прятал лицо девушки, поэтому её эмоции можно угадывать только по интонации. Немного смутившись от догадки, что её неправильно поняли, фейри спешно дополнила:

– Как друг. Исключительно как друг. Не подумай чего лишнего.

И открыла дверь в помещение.

Для семейного ужина было поздновато. Мы собрались полным составом у Юнэя около полуночи. В такой час самое время смотреть сны. Но с нами непременно хотели познакомиться, превращая намечающееся застолье в отличный повод встретиться. Похоже, что глава деревни внимательно относится к путникам, которые наведываются в Вокрах. А, работая бок о бок с его единственным сыном, приходилось испытывать наиболее тщательную проверку.

Ясиль и Рийк, как представил чародей встретившую нас пару, отнеслись к нам со всем радушием. Усадив долгожданных гостей за стол, мать колдуна стала переносить с кухни заранее приготовленные угощения.

У женщины были очень густые волосы, которые она прятала в строгую причёску под тусклой повязкой. Кончик косы небрежно переброшен через плечо. Зато в остальном мелькали оттенки поярче. Нежно-жёлтое платье в тонкую коричневую полоску. Может, наряд припасён лишь для подобных случаев, но он и впрямь шёл хранительнице семейного очага.

Ароматные запахи, плавно разлетевшись по всей комнате, обещали вкусную трапезу. Пока меню периодически пополнялось очередными блюдами, отец Юнэя уже переступил черту первого впечатления.

– Ты же писал, что приедешь с двумя товарищами. - Рийк оглядел мою хозяйку и Дринека.

– Я решил взять дополнительную помощь. – Парень не ожидал такой резкости от отца, поэтому смутился сам.

– И кто предложил эту незаменимую помощь?

– Алнэ. – загнанный сильным голосом, некромант отвечал тише обычного.

– Алнэ? Солнце, тебе ещё не надоело приезжать в эту дыру?

Скоротечный разговор теперь сбил с толку и фейри. Девушка никак не прокомментировала своё появление, но явно осталась недовольна этим замечанием. Портная безвозвратно потеряла свой статус честной спутницы. Когда Пейсиною превращали в магичку, о постоянных визитах в Вокрах не упоминали. Швея делала вид, что незапланированное разоблачение её не задело.

Пожилой мужчина, слегка полноватый, сидел во главе стола и отлично видел всех присутствующих. Он не отдавал предпочтение кому-то одному, а держал связь со всеми. Рийк относился к тем людям, которые строят всё по своим правилам. Даже расспрашивая Юнэя про поездку, ему удавалось узнавать больше о нас, чем говорилось. Некромант или упорно не замечал такой разведки или старался помочь отцу.

– Оставь в покое гостей. – Ясиль поставила корзинку с булочками.

Слова супруги не стали для старосты решающими. Рийк продолжил беседу в привычном русле, как только женщина пошла за следующей порцией.

– Как идёт учёба?

Маг опять оказался в неловком положении от любопытства родителя. Парень давно вышел из возраста нашкодившего мальчишки. И об успехах или неудачах в академии спрашивают ради стандартного отчёта:

– Всё хорошо. Отпустили на несколько недель за практику. Потом придётся отсиживать прогулянные лекции на выходных.

Сурово. Студентам явно не дают валять дурака и любая отлучка должна иметь уважительный повод. Или уважительную замену случайным каникулам.

– А вы успеете?

– Всё они успеют. – Свежие овощи были погружены на стол. Блюдечко, которое Ясиль несла во второй руке, плавно поставили на пол возле меня. Молоко. Какое банальное угощение для кошки. Я любила дикий виноград. Но не собиралась винить женщину за её незнание. Сегодня можно полакомиться типично сельским напитком.

Забывшись, я чуть не поблагодарила хозяйку дома. Здесь нужно притворяться обыкновенным животным. Поэтому вышел какой-то непонятный рык, который приняли за голодное урчание. Меня погладили по голове и присоединились к полуночной трапезе.

– Чужаки недавно уехали, так что вам никто не помешает.

– Уехали? Так быстро сдались? Почему? – колдун игнорировал горячую еду на тарелке.

– Без понятия. Но нам и лучше. Так надоели незнакомые лица, которые мелькают в деревне и всё выискивают.

Рийк поморщился. Вокрах был замкнутым поселением, где все знают друг друга в лицо, как и их родственники соседских родственников. Недаром же прилегающие заросли обзавелись подобным названием – Замкнутая Роща. Отрытой неприязни никому не показывали, и радость тоже. Но староста вздохнул свободно, вспоминая про людей, беспокоивших его мысли раньше. Теперь они исчезли, и всё стало на круги своя.

– Действительно. – Себе под нос пробурчал Юнэй.

Мой уголок пира находился внизу между стульями чародея и Пейс. По диагонали немного виднелся мужчина. Остальных скрывал огромный стол. Так что часть разговора я ловила исключительно на слух.

– И что, ничего не нашли? – некромант не отступал.

– Ни капли. – Уверенно пробасил отец. – Иначе об этом знала бы вся округа.

– Прекращайте! Всё остывает! Для кого я это готовила?

Под командный тон Ясиль все стали мерно стучать ложками. Аппетитный запах опустился ко мне, и я жадно нюхала шлейф от жареного мяса. Порции между присутствующими разделили не совсем правильно. Но те, кому досталась вкусная дичь, мало интересовались содержимым блюда, снова возвращаясь к теме аванка.

– Девочки. – Пейсиноя внимательно посмотрела через стол. Напротив неё сидела несостоявшаяся мать. – Надеюсь, вы лично в этом участвовать не собираетесь? Только поддержать?

Да, приехали ради яркого зрелища. Наивности женщины стоит удивляться от всей души. Молчание убедило её в своих размышлениях, и она перестала беспокоиться о безопасности гостей.

– Кстати, папа. – Юнэй перевёл внимание всех ужинающих на себя. – Хочу попросить об услуге.

– Какой?

– Предупреди людей, чтобы не пользовались озером. Ни купались, ни брали воду. Вообще не подходили близко.

– К озеру и так боятся приближаться.

– Знаю я наших жителей. – Иронично заметил маг. – Страшно – не страшно, а несколько отличившихся находится.

– Можно. Сделаем.

Академия Четырёх потоков снова влилась в сердцевину беседы. Парень начал рассказывать о целом годе учёбы, который он провёл вне дома. Самые яркие моменты студенческой жизни, пусть и в сокращённом варианте, требовали много времени. Мне вместе с остальными пришлось следить за подробностями магических будней.

Убавив количество молока в миске, только для приличия, я стала вглядываться в элементы интерьера.

Хижина старосты была пропитана роскошью. Везде расставлен дорогой сервиз, расписанный запутанными узорами. Вряд ли Рийк понимал их ценность. Но вот в том, что это служило отличным заявлением об его положении в деревне, мужчина знал наверняка. Хотя я подозреваю, что подопечные тоже не удостаивались чести часто рассматривать внутренность здания, всё его содержание и так отражалось на гордом лице. Полные щёки не были признаком обжорства. Скорее оседлого образа жизни. Этот человек любил находиться в одном месте. В своём, хорошо обустроенном, заслуженном месте. Юнэй был его копией. Сходство отца и сына заметили все. Правда, некромант отличался от родителя слабым духом, что сказывалось на его робости в общении с родителем. В остальном наследник Вокраха полностью повторял повадки Рийка.

Зато Ясиль будто существовала отдельно от семьи. У неё был болезненный и уставший вид. На женщине держался весь дом, и на склоне лет она уже не успевала следить за ним с прежним энтузиазмом. В перерыве между приёмами пищи жена старосты интересовалась о чём-то, то у Дринека, то у Алнэ, то у моей хозяйки. Пейсиноя отвечала коротко, часто делая паузы. Не знаю, оправдались ли ожидания Пейс относительно встречи или нет. Обзор снизу не давал возможности наблюдать за лицом сирены. Голосом она старалась показать равнодушие. Если фейри вела с Ясиль полноценный диалог, то Пейсиноя предпочитала проявлять участие только, когда к ней обращались по имени.

– Танелия, а вы тоже на факультете некромантии состоите?

– Нет, я на огненном.

– О, как интересно! Юнэй тоже проходит вашу программу. Видишь, - тут женщина окликнула своего сына. – Люди занимаются полезным делом. Не то, что ты. Возишься со своими трупами.

Многое бы я отдала, чтобы увидеть выражение Дринека в этот момент. Может, запрыгнуть к хозяйке на колени? Окажусь ближе к происходящей беседе. Всё равно Пейс уже прекратила ужинать.

– Мама, хватит осуждать мою работу!

– Чтоб ты понимал. – Многозначно отозвалась Ясиль.

Безусловно, она осталась при своём мнении, но продолжать не стала. Будь я матерью, тоже б возмущалась выбору в пользу мёртвых клиентов.

Женщина старалась выбирать более простые темы для болтовни. Если она замолкала, то Рийк мгновенно перехватывал инициативу. Тогда всё возвращалось к рассуждениям о завтрашней охоте. Юнэй не хотел делиться своими планами насчёт ловли аванка, поэтому старательно растягивал разговоры мамы.

– Мисс Лейра дала мне такой прекрасный чай. Наверное, там травы какие-то редкие. У нас в лесу такие не растут. Но сплю я после него отлично.

– Разве у тебя были проблемы со сном? – взволнованно уточнил Юнэй.

– Немного. Теперь всё прошло. Не бери во внимание. Просто он не только полезный, но и вкусный. Я хотела бы вас угостить им. – она приподнялась из-за стола. – Кто будет чаёк?

– Не откажусь.

– Давайте.

– Я.

– И мне.

Получив коллективное согласие, Ясиль исчезла на кухне. Приглушённый звон посуды подтвердил, что подготовка пошла полным ходом.

Я перевела взгляд на Пейс. Сирена откинулась на спинку стула и с хмурым лицом ковырялась в горке картошки. Вдруг моя хозяйка поддалась ложным надеждам о том, что её узнают и примут обратно? И, несмотря на всю нелепость собственных мечтаний, ещё надеялась на удачу? Тогда настроение Пейсинои объяснимо. Как жаль, что нельзя сейчас вмешаться и помочь ей. Хотя, как бы я помогла? С родителями Юнэя девушку разделяет пропасть. Возможно даже большая, чем между незнакомыми людьми. Разве тут можно вмешаться без вреда для их отношений?

Маленький кусок мяса шлёпнулся совсем близко от меня. Что?! Подачка на пол?! Да некромант издевается! Сам пускай есть свои объедки. Я не собираюсь притрагиваться к этому огрызку.

– Танелия споёт и постарается выманить аванка на сушу. Там мы его и словим. Или убьём. Как получится…

Колдун пересказывал старосте свою идею. Значит, факт покупки «молочного» яда опять остался в тени? Ох, как парень любит темнить.

Сокращённые описания мага сумели уложиться в отведённый промежуток времени. Только завершилась речь о схеме засады, как в проёме двери появились ноги Ясиль. Из-под стола я видела лишь эту часть женщины. Чёрные туфли изящно простучали, сопровождая поднос с чашками чая. Немного повозившись с раздачей, мать Юнэя села на своё место.

– Слышите, как пахнет ягодами?

Все единогласно согласились, покорённые кисло-сладким ароматом, который шёл из отвара. Я умостилась по другую сторону от своей хозяйки. Чтобы колдун ещё чего доброго не подумал, что на этот кусочек мяса у меня имеются виды.

– А чёрные лепестки. Я думала, что это засушенные фиалки, но нет. До сих пор не могу понять, из чего знахарка делает смесь.

Хаотичному выбору тематик был положен конец. Гости и родители чародея тихо наслаждались чаем. А потом разговор как-то сам перешёл на совершенно отвлечённое обсуждение. Швея начала рассказывать Ясиль о современной моде. Мама некроманта хоть и не была заядлой модницей, со вниманием слушала и уточняла у Алнэ названия оттенков ткани, расположение тесёмок на платьях и форму пуговиц.

Мужской части застолья не оставалось ничего иного, как смирно присутствовать при беседе. Беря в расчёт полное равнодушие Пейс к дамским штучкам, хозяйка тоже предпочла соседскому щебетанью дно чашки.

Две кровати находились в паре аршинов друг от друга, но маленькая комнатка создавала впечатление, что расстояние слишком преувеличено. Уставшая фейри давно дремала. Несколько часов до рассвета показались ей достаточным временем, чтобы посмотреть сон. Только всё равно спина девушки казалась лишь воображаемой стеной. Вдруг Алнэ вслушивается в то, что происходит рядом с ней?

Лучше бы она не становилась свидетелем подобной сцены.

Пейсиноя лежала в такой же позе, повернувшись к противоположной стене. Я старалась оказаться полезной, но что делать не знала. Моя хозяйка не реагировала ни на вопросы, ни на простые замечания. Сложно было понять, имеют ли какое-то влияние мои разговоры или я веду бесполезный монолог.

– Вам даже не удалось нормально поговорить с ними. Ну… Чего вы хотели от первой встречи?

Кажется, что многого. Пейс обняла край подушки и продолжала лить слёзы. Хныкала сирена уже долго. На её щеках блестели полоски из чешуек.

– Они вас не узнали, только и всего. Этот колдун создал отличную маскировку.

Но не настолько хорошую, чтобы материнское сердце не смогло отличить чужестранку от приёмной дочери.

– Вы можете поговорить с ними после завершения охоты.

Мои уговоры и предлагаемые планы не находили ответа у сирены. Было темно, поэтому я даже не видела, смотрела она на меня или нет. Но Пейсиноя не спала. Периодические всхлипы, словно немым укором, опровергали все утешения.

Иногда я замолкала, ожидая, пока хозяйка что-то скажет. Взамен доносилось только тяжёлое дыхание сквозь недавние рыдания, и шорох простыни. Понятия не имею, как продолжить и вывести её из такого состояния.

Я не могла осознать, что так расстроило Пейс. Они же просто поужинали вместе. Ничего более того не должно было случаться. Пейсиноя редко хандрит, а ещё реже поддаётся подобным эмоциям. Это так на неё не похоже: придавать значения столь глупым вещам. С моей стороны всё предельно ясно. Может, и она слишком глубоко продумала своё положение, от того и расстроилась. Как же мне правдоподобно успокаивать хозяйку, если такой плохой результат вполне ожидаем? Не можно же врать без остановки и давать напрасные советы.

Доводы постепенно иссякали, а под финал и не оставалось смысла что-либо говорить. Запрыгнув на кровать, я улеглась у ног сирены.

Так мы дождались восхода солнца.

Пульсирующие жилки тянулись вдоль стебля. Серебристое сияние постепенно достигало верхушки и растворялось по всему бутону. Плотно прижатые друг к другу лепестки медленно темнели и окрашивались в синий цвет.

Утро не игралось с тенями. Куст нежно-розовых диких роз подвёргся постороннему влиянию, и в уголке леса постепенно менял свой облик. Листики мелко дрожали на ветру. Словно стыдясь своей новой одежды, растение пыталось закрыться однотонной зеленью и стать незаметным продолжением рощи.

Знахарка не позволяла им долго мелькать синими пятнышками. Придерживая головки цветов, Лейра старыми садовыми ножницами срезала внезапное волшебство. Спрятав очередной экземпляр, девушка тянулась за следующей добычей.

Необычный сорт роз – это не случайность и не удача. Назвав такое явление чудом, описание выйдет наиболее полным. Неподалёку находилось несколько пустых кустов, с которых уже сняли странный урожай. А будущие жертвы перевоплощения оставались едва заметным украшением в сторонке. Через месяц запас целительницы опять иссякнет и придётся пополнять свою коллекцию.

Оставлять хотя бы один неестественный бутон нельзя. Чтобы какой-то путник не набрёл на синеватый цветок, Лейра внимательно выбирала все цветения. Мелкие цепкие шипы иногда царапали кожу. Колючки сильно не мешали, но из-за них добираться до цели было нелегко.

Старые розочки, которые постепенно вяли и теряли лепестки, рассыпались от любого прикосновения. Их осыпавшиеся частички приходилось подбирать с земли отдельно. Через несколько минут плодотворной работы девушка убрала за собой следы и исчезла между деревьями.

Лейра никуда не спешила. Наоборот, шла она тихо, прикрывая содержимое корзинки. Ножницы не давали лепесткам вылетать, но ветер всё норовил украсть кусочек синего чуда. Оглядываясь назад, целительница проверяла, не потерялись ли её ингредиенты.

Прийти домой, разложить сорванные розы на полу возле окна. Несколько дней и солнце, которое заглядывает в узкую избушку, поджарит эти дольки. Некоторые сохранят приглушённый цвет, почти сиреневый. Остальные станут полностью чёрными. От настоящего чая не отличишь, особенно, если смешать с прочими травами. Измельчив лепестки, девушка сложила их в деревянную шкатулку и убрала на верхнюю полку.

Всегда находятся желающие попробовать её отвар. Знали бы жители Вокраха, что помимо глубокого сна, настойка синей розы имела один необычный эффект. Не зря Лейра тайком выращивала дикие цветы, меняла их палитру и так же скрытно удаляла остатки своих трудов. Выпивая такой напиток, человек становился собственным отражением в зеркале. Он сразу же осознавал все свои недостатки и старался избавиться от них, сам того не осознавая. Отречься от изъяна, который давно прятался в душе. Это было срочной необходимостью, которую люди даже не решались обдумать. На манер представления, они вели себя с точностью до наоборот. Так что их знакомые не на шутку пугались, обнаружив такую подмену.

На первый взгляд исправление пороков ничего ужасного не предвещает. Только засушенные лепестки гарантировать точный ход событий не могли. Одна старушка, которая сдавала комнаты иноземцам, приняла свою доброту за пустые действия. Перед тем, как отправиться спать, она предупредила своих постояльцев об внезапно выросшей цене. А вдобавок предложила конкретное направление в случае, если обновлённая стоимость их не устраивала. Самое забавное, что на следующее утро пожилая леди не могла найти объяснение своему гневу. Да и не перед кем было оправдываться: гости собрали пожитки и удрали от такой непостоянной хозяйки.

Этот пример – не самый странный случай, который произошёл в деревне. Всё списали на преклонный возраст и не придавали значения. Зато одна торговка фруктами привлекла к себе много внимания. Попробовав чая в середине дня, она перестала хамить покупателям, которые долго толпились у её лотков. Наоборот, женщина с искренней улыбкой выбирала «самое спелое и свежее», и отдавала практически задаром. Жители поначалу осторожно смотрели на такую перемену. На следующий день, когда весть о ласковой продавщице облетела Вокрах, было очень странно опять слышать визгливое возмущение через всю улицу. Прежний характер, который возвращался вскоре после порции отвара, давал предостаточно времени, чтобы осознать – порою одна крайность хуже другой.

Но подобные происшествия были редкостью. Поскольку многие пили напиток чётко по рекомендациям Лейры – перед тем, как лечь спать. В полудрёме разбирать собственные поступки очень удобно. Потом можно сделать вид, что это приснилось и забыть. В следующий раз найдутся другие недостатки и другие причины их избегать. Смотреть сновидения и копаться в собственной голове одновременно. Такие сеансы многим не нравились, но про возможность отгородиться от них люди не знали.

Целительница получала то, что хотела – по ночам все спали и не гуляли вне дома, а уж в Замкнутой Роще и подавно. За чаем приходила почти половина Вокраха. Остальные отправлялись погостить к Морфию сами. Отдельную мороку вызвали влюблённые парочки. Бодрствовать целые сутки им было не трудно. Правда, пущенное напоминание о том, что здоровый сон дарит красоту и цветущий вид, убедило молодых девчонок изменить своё мнение. На самом деле чай не оказывал влияния на кожу лица. Это уверенные в результате представительницы прекрасного пола поддавались самовнушению, возвращаясь к настойке снова и снова. Срабатывал обыкновенный закон природы: крепкий сон-врачеватель, который глупо игнорировался до этого. Подкрепив их прежними историями про чудище, барышень окончательно отговорили от вылазок по вечерам. Кавалеры ж не видели интереса бродить под луной в одиночку, так что тайные свидания перенесли.

Прогуливаясь по личным делам, Лейра не опасалась встретить кого-то и объясняться. А последствия после приёма… Они не доставляли знахарке существенных проблем. И жителям не скучно время от времени обсуждать странное поведение друзей, и девушке не мешают навещать её питомца на озере.

Лейра передвинула треснувший кувшин, чтобы он заслонил собой шкатулку. Незнакомцам целительница не давала рыскать по своему дому. Но лишние меры всё равно не помешают. Синие лепестки не могут попасть в чьи-то руки. Их вообще не должно быть здесь. В этом мире.

Глава 2. Попытка исправиться

Мельпомена наконец-то дождалась своих слуг. Великаны были неуклюжи и очень медлительны. Но других вариантов у музы в распоряжении не имелось, и пришлось довольствоваться теми, кто находился в её власти.

Громилы стояли прямо перед ней, не спеша начинать рассказ. Показывая своё уважение, они почтенно склонили головы, уставившись в мозаичный пол. Может, они ожидали приказа. А может, им и без разрешения было страшно докладывать.

– Говорите же. Что узнали?

Потоптавшись на месте в нерешительности, один из верзил пробурчал:

– Пейсиноя прибыла в Вокрахе, вместе с ней два парня и одна девица. Мы их видели у озера. Ближе подходить не стали, чтобы не рисковать.

– Когда?

– День назад. Мы сразу, как убедились, что они добрались до деревни, отправились сообщать вам.

– Хорошо.

Скромную благодарность произнесли с таким оттенком в голосе, что радоваться ей не получалось. Посидев немного в раздумьях, женщина продолжила опрос.

– А Мэйдофф?

– Явился одновременно с Пейсиноей.

– Лейра?

– До сих пор живёт в поселении.

В общем, всё, как и планировалось. Отчёт громил просто подтвердил её ожидания. Если бы так легко было и придумать метод, как контролировать эту компанию. Мэйдофф с Лейрой сами по себе казались рискованной смесью. А уж вместе с сиреной в одной деревне ждать от них можно всякого.

Помощники не торопились уходить. Не то, чтобы они так же послушно хотели получить позволения удалиться, но что-то их держало. Поначалу Мельпомена не замечала такой настойчивости. Обдумывая теперешнюю ситуацию, муза отгородилась от внешнего мира и погрузилась в собственные мысли. Поднявшись со своего кресла и сделав несколько шагов, она опять вспомнила про собеседников:

– Что ещё?

Возмущённые нотки уже намекали на то, что великанам пора исчезнуть.

– Сбежавшая пленница. Она…

Исполнить долг или пощадить свою шкуру?

– Ну?!

– Она…

– Да что?!

Второй громила перетянул внимание повелительницы на себя:

– Бывшая пленница манипулирует людьми.

Женщина с разочарованием вскинула брови. Ответ не стоил потраченной интриги.

– Чудовище в озере? Я помню про него. Пустяк… Можете идти.

– Нет. – Вопреки грубому толчку приятеля, слуга продолжал. – Там другое.

– И?

Мельпомене плавно надоедало это затянутое представление. Ещё минута – и на великанов обрушится крик.

– Небесные цветы. Она разводит их внизу. И даёт жителям.

– Ты уверен?

Интуиция подсказывала музе, что её подчинённый не ошибался. Но та новость, которую громила испуганно поведал, переворачивала всё с ног на голову. Лейра могла выбросить любой сюрприз. Рассчитывалось, что питомцем на дне озера она завершит свои подарки. Нет же. Недавняя заложница в открытую пользуется божественным секретом. Даже сама Мельпомена применяла розы в крайних случаях. А тут необычным даром природы играются себе в удовольствие.

– Ясно. Свободны.

Великаны, обрадованные тем, что удалось избежать вспышки гнева, поспешили убраться восвояси.

Оставшись одна, женщина стала прохаживаться по зале. Проделки нахалки вывели музу из себя. Что ещё сильнее раздражало Мельпомену, так это правила. Отправляться в Вокрах категорически нельзя. Да, и окажись она в деревне, притронуться к Лейре запрещается. Глупые законы, которые всегда ущемляют, но редко служат защитой от чужого влияния. Муза могла строить какие угодно планы, но вот воспользоваться ими даже через слуг – не в её силах. Оставалось только наблюдать и надеяться на удачу, как и в предыдущие годы.

Но Мельпомену не устраивала такая тихая жизнь. Везде есть возможность найти лазейку, через которую исправить ситуацию – пара пустяков. Именно над подобным выходом женщина ломает голову не один месяц. Если не утихомирить Мэйдоффа и его подругу, они натворят кучу бед. Поэтому хватит сидеть в тени. Пора показать, что муза тоже умеет наводить свои порядки вопреки желаниям других. Учитывая прошлую кражу, Лейра давно должна получить достойный ответ.

* * *

Чёрная псина снова не давала покоя. Пока мы шли от дома к лесу, лохматое создание увлечённо прыгало где-то поблизости. Часом собака убегала в сорняки и что-то сосредоточенно вынюхивала в кустах. Когда я уже думала, что пёс бросил нашу группу, он опять выскакивал из ниоткуда и тыкался мокрым носом. Остальных мои мучения очень забавляли. К ним за лаской животное не совалось, отдавая внимание мне одной.

Добравшись до берега, я поблагодарила богов, что суетливый зверь не раздавил меня во время беготни. У озера собака немного потёрлась об Юнэя, получила долю поглаживаний, обслюнявила его сумку и отправилась исследовать ближайшие деревья. Если засесть где-то незаметно, то можно обезопасить себя от такого друга.

С утра все выглядели свежими и бодрыми. Не помни я вчерашнего, по Пейс никак нельзя сказать, что прошедший ужин её расстроил. Моя хозяйка любовалась окрестными пейзажами и уж точно не рассуждала сейчас о взаимоотношениях с назваными родителями.

Некромант ожидал своих помощников на самом месте охоты. Неизменная тёмно-зелёная мантия при солнечном свете отливала своим настоящим оттенком. Сразу вспомнилась пытливость Пейсинои насчёт истории студенческой формы. Интересно, сирену когда-то трогал похожий вопрос: почему в Академии Четырёх потоков, вопреки названию, количество факультетов исчисляется пятью? Юнэй не вытерпит следующей атаки. Даже если Пейс возьмётся это выяснять, чародей будет мучиться в объяснениях, как и в случае с тканью.

Маг обещал встретить нас и явился с полной боевой коллекцией. Никто не знал, что прихватил с собой парень, но объём его багажа впечатлял. Чтобы не держать груз понапрасну, колдун поставил сумку на землю и принялся приветствовать подошедшего напарника. С Дринеком он всегда здоровался первым. Я заметила это в течение всей поездки. Следующей на очереди была Алнэ. А вот хозяйка находилась в самом конце списка. Можно предположить, что такая последовательность постоянно выпадает случайно. Но, что более реально - порядок целиком передаёт отношение Юнэя и его персональную иерархию.

Кроме меня этому никто не придал внимания. Дринек тут же взялся рыться в содержимом сумки, только маг сразу остановил товарища:

– Не нужно. Я сам достану всё, что необходимо.

Охотник равнодушно уступил некроманту. Он сразу же получил от друга моток верёвки и такую же массивную сетку. Еле придерживая этот набор, Дринек отошёл в сторону разбираться со своим добром. Сеть была сложено довольно плохо, поэтому теперь приходилось приводить её в порядок.

Освободив сумку лишь наполовину, колдун начал вытаскивать предмет, который и создавал основную форму. Цепляясь краями за ткань, в руках Юнэя оказалась лира. Появление музыкального инструмента сразу заметила Пейсиноя. Такие вещи всегда вызывали у девушки восхищение. И сейчас исключения не получилось: за всем процессом извлечения она следила еле дыша.

– А это для тебя.

Пейс поубавила свою радость и стала реагировать на презент с прежним спокойствием. Парень протягивал ей лиру, но брать её сирена не торопилась. С опасением рассматривая изящные бока, она отметила:

– Но лира не моя. Это вообще кифара, раз уж на то пошло.

Удивлённый колдун ничего не понял из претензий Пейсинои. Я также слабо улавливала разницу между её старым инструментом и новой версией. Цвет тёмного дерева и струны совсем не отличались от первого приобретения хозяйки. Наверное, видоизменённая лира имела какие-то нюансы, которые неопытный глаз не увидит.

– Ты сможешь играть на этом? – некромант перешёл на простые объяснения.

Кифара перекочевала к Пейс. Естественно, чародей добыл чужой инструмент. Парнишка-вор унёс имущество моей хозяйки в неизвестном направлении, и мы вряд ли его когда-нибудь встретим снова. Юнэя не заботила пропажа, но менять план охоты он тоже не собирался. Уж не знаю, где чародей раздобыл сие сокровище. Теперь у Пейсинои есть всё необходимое для предстоящего пения.

Осторожно повертев порученную вещь, сирена провела пальцами по корпусу.

– Да. Может, звук выйдет не совсем похожим, но песня получится.

Пейс всегда пользовалась только своей лирой. Инструмент был старый, приобретённый у незнакомого купца. Чуточку подправив его, хозяйка стала сопровождать свои выступления приятной мелодией. Хотя девушка никогда не училась играть на лире намеренно, это искусство давалось ей легко.

Юнэй сложил опустевшую сумку.

– Алнэ, пойдёшь с нами. – Маг кивнул в сторону Дринека, который копошился с сетью.

– А я? – растерявшись, спросила Пейсиноя.

– Выбирай любое место и выступай.

С этими словами чародей очертил рукой озеро, словно дарил весь близлежащий лес. Распоряжениями колдун не увлекался. Уводя за собой фейри, он подхватил один край верёвки и помог другу перенести снаряжение.

Сирена незаметно для остальных подмигнула мне. Мол, ты знаешь, что делать. Поэтому я не стала терять времени и кинулась догонять работящую троицу. Пейс же направилась в противоположную сторону. Расстановка ловушки для аванка совершалась как-то слишком тихо и отчуждённо.

Полоса берега позволяла остановиться где угодно, в зависимости от желания. С одного бока находились заросли камыша, которые прятали прилегающую воду под своими стройными рядами. С другого разрослась пышная ива. Дерево низко склонилось над гладью, любуясь отражением собственных веточек. И последний вариант – это вытоптанный край, на котором местные жители предпочитали отдыхать возле озера. Как раз там Юнэй придумал разложить сетку.

Тщательно растягивая её по всей длине, парни следили, чтоб бугры на земле и камни не оставляли неровностей. Порой некромант разглаживал сапогом почву и вырывал высокие растения. Очистив площадку от всего лишнего, маг оглядел проделанный труд.

– Кажется, лежит ровно. Как думаете?

– Нормально. – Успокоил товарища охотник.

Дринек, ползая на коленях, прикладывал верёвку к концам сети. Создавая таким образом незамысловатую рамочку, зомби прошлось вдоль всей ловушки, подправляя концы. Оставив минимум щелок, он уступил место колдуну.

– Я начну с этого края, а ты берись за тот.

Портная, к которой и были обращены слова, послушно присоединилась к работе. Едва притронувшись пальцами к уложенной верёвке, Алнэ стала медленно вести рукой по всей сетке. Порученная ей половина за одно мгновение была усеяна сиреневатыми ниточками. Цветные волшебные полоски немного переливались и подрагивали. Пока швея водила кистью вдоль края, лоскутки устремлялись за ней. Они прочно связывали конструкцию, собранную Дринеком и впитывались во всю сеть. Манипуляции Юнэя сопровождались такими же эффектами. Только фейри справлялась со своей задачей лучше. Её магия уже залезла на сторону к чародею и выполнила большую часть заклинания.

– Достаточно. Держится крепко, сойдёт.

Сетка приобрела лиловый оттенок. Но, постепенно проникая в верёвку, цвет тускнел и исчезал. Пока Юнэй просматривал результаты, ловушка вернулась к первоначальному виду. Я не знаю, что пытались такими приготовлениями добиться колдун и Алнэ. Ведь сеть продолжала лежать на траве, никак не отвечая на эксперимент.

На противоположном берегу Пейсиноя нашла для себя комфортное место и села в тени клёна. Лохматый пёс опять возник в поле зрения, неугомонно бегая вокруг сирены. Моя хозяйка не обращала на собаку ни капли внимания, а настраивала инструмент. Издалека детали ускользали от меня, но Пейс долго перебирала струны. Даже расположение кифары менялось после пары пущенных нот. Она старалась устроиться с удобством, чтобы игра получилась как можно мелодичнее. Только пока добиться удобства не выходило.

– И почему она не поёт?

– Не торопи её. – Посмела я одёрнуть парня.

Ко мне не прислушались. Некромант пропустил просьбу, всматриваясь в фигуру сводной сестры. Он не понимал, почему девушка тянет.

Фейри вела себя спокойно. Немножко поодаль швея нашла солнечный клочок и начала нежиться под лучами. Ей рыжие волосы отливали красным вместе с ярким светом и развивались на ветру как считали нужным. Потирая руки, Алнэ избавлялась от остатков магических волокон. Бледные ладони едва сияли сиреневыми крапинками. Уменьшив свой блеск, точки пропали окончательно.

Терпение чародея истощилось. Предугадав, что его крики могут не услышать, маг добился внимания другим способом. Короткий свист пересёк озеро и долетел до Пейс. Но та не придала этому значение. Отмахнувшись от надоедливого командира, сирена опять склонилась над кифарой. Я же говорила, что торопить хозяйку бесполезно. Она сама начнёт петь, когда будет готова.

Наткнувшись на отпор, некромант на время замолк. Юнэй вёл себя очень взволнованно. Если в дороге он предпочитал секретничать, то в Вокрахе парень ожил для коллективного общения. Хотя, я бы назвала это иначе. Чародей просто отдавал распоряжения и требовал их немедленного исполнения. Его поведение было навязчиво, но, казалось, кроме меня никого такая уверенность не задевала. Лишь Пейсиноя иногда пыталась поставить мага на место. Её замечания Юнэй игнорировал и поступал согласно собственным задумкам.

Сделав круг, пёс опять направлялся в мою сторону. По-быстрому забралась на ближайшую рябину. Её ряды узких листьев не загораживали обзор и отлично скрывали от пушистого знакомого. Четвероногий товарищ начал крутиться у ствола. Потеряв мой след, он решил возвратиться к сирене и кинулся бежать обратно. Таю надежду, что это было последним наступлением собаки.

Через озеро послышалась несмелая игра:

Героем быть порою сложно,

Героя могут не понять.

Когда своих проблем по горло,

Зачем кому-то помогать?

– Простите, не то! – на одном дыхании проговорила Пейс и прервала песню.

После неудачного вступления хозяйка ещё сосредоточеннее перебирала пальцами струны. Движения были осторожными, едва вырывая из кифары тихую музыку. С моим слухом еле удавалось уловить отдельные отрывки. А вот прочая часть команды вряд ли слышала хотя бы кусочек стараний сирены.

– Хвала богам, что она не продолжила этот трактирный фольклор!

Тем временем, внизу, Юнэй вовсю критиковал промах своей сестры. С дерева казалось, что троица намеренно окружила подготовленную ловушку: Алнэ и Дринек расположились по углам широкого бока сети, а чародей остановился напротив. Пропитанная магией верёвка не прибавляла их изобретению привлекательности. Вся конструкция отражала банальностью и не вызывала уверенности. Понятия не имею, как она должна работать, но пока толку от неё мало.

– А я слышала эту песенку. Давно. Она неплохая. Зря Пейс передумала. – С весёлым настроением подметила портная.

– Я тоже её слышал. Поэтому сразу бы остановил, если бы она надумала продолжать.

В ответ на недовольство Юнэя, фейри лишь улыбнулась. На швею нрав колдуна не оказывал никакого влияния. Подруга лучше всех ладила с этим брюзгой. То ли она старалась чаще с ним соглашаться, чтоб избегать конфликтов, то ли их мнения совпадали, но Алнэ редко вызывала злость у мага. Может, давняя дружба научила сглаживать острые углы и не придавать значения мелким перепалкам.

– Героем быть порою сложно. Героя могут осуждать. Когда…

– Алнэ!

– Хех. Ладно, молчу.

Запретив очередное соло, парень тоже устал и присел на траву рядом с невзрачной сеткой. Солнце постепенно пекло всё сильнее и сильнее. Меня скрывал слой веток, а вот остальным тени ближайших деревьев не помогали.

– У аванка сегодня целое музыкальное шоу.

Охотник присоединился к переговорам, но соблюдал нейтральную позицию. Иногда оглядываясь на Пейс, Дринек старался поддержать непринуждённую беседу. Фейри хотелось немного подурачиться. А вот некромант не разделял стремлений своих товарищей и оставался с серьёзным лицом.

– Чего она тянет?

Зависшая пауза растягивалась. На этот раз хозяйка не торопилась и внимательно перебирала про себя знакомые песни. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем до меня долетело:

Он сам выбрал тот путь, где запутаны тропы,

Для него это хрупкий осколок свободы,

Это узы семьи, это сладкие речи,

Скромный шанс избежать неожиданной встречи.

Ему стоит узнать, что обиды – фальш мыслей

Через памяти боль стать прислужником жизней,

Отступиться от чести, превратиться в тирана,

И взамен оказаться в паутине обмана.

Новая песня носила лирический нрав, в отличие от первой неудачи. Некоторые фрагменты музыки звучали едва уловимо, подстрекаемые прежней неуверенностью. Затихающие участки не портили общего впечатления, плавно струясь по всей поляне, и достигая слуха каждого участника охоты. Звучание инструмента переходило из ритмичной градации в серию приглушённых отрывков. И там, где не хватало звучания, Пейсиноя вступала со своим звонким голосом. Рассказывала о чужих неудачах и надеждах, словно сама стала свидетелем этой поэтической легенды. Текст давал силу, а мелодия – чувственность, которая проникала куда-то вглубь, одновременно задевая своей утонченностью. Хотелось вслушиваться в слова, наслаждаться игрой кифары. А строчки, которые казались такими знакомыми, упорно возвращали меня в реальный мир.

Юнэю и эта песня не понравилась. Но даже на него голос Пейс действовал успокаивающе, поэтому некромант проглотил свои замечания. Через зелёную мантию мага мигало синеватое пятно на груди. Видимо, амулет безголовой рыбы имелся не только у охотника. Чародей не стремился пасть жертвой пения сирены, когда надевал блестящее украшение.

Защита от гипнотических строчек имелась и у фейри. Я не смогла рассмотреть шнурок с металлической фигуркой, но была уверена – Алнэ тоже пользовалась магическими оберегами.

У меня пение Пейсинои не вызывало зависимости. Оставаясь в здравом уме, я лишь наслаждалась голосом своей хозяйки. Приятный тембр перетягивал внимание от не менее красивой игры струн.

Они выбрали путь, непосильный для многих,

Мимо дерзких врагов и наставников строгих,

Мимо мрачных опушек, сплошь усеянных тенью,

Без надежды вернуться на райскую землю.

Им дозволено взять себе право ошибки,

Пережить лютый дождь под укрытием кибитки,

Не сдаваясь в бою, не поддавшись интриге,

Оставаться собой и найти место в книге.

В который раз отвлекаясь от стараний сирены, чародей заговорил с Дринеком:

– Он не выползает!

Аванк и впрямь не спешил появляться нам на глаза. Озеро затягивало тихой гладью, но надёжно скрывало всех обитателей на дне. Из-за такой мирной обстановки напряжение росло с каждой выпущенной нотой.

– Вдруг он где-то в лесу? – постарался утешить товарища охотник.

– И ты об этом заявляешь только сейчас?

– Я просто предположил. Может, существо не слышит или не хочет выныривать?

– Так давайте его поторопим. – Посоветовала портная.

Юнэй принял идею девушки с колебанием:

– Но как?

Алнэ перевернулась на живот. Поражаясь упорству колдуна, она со скукой высказала мысль:

– Так же, как ты напугал агисков.

– Думаешь, в этом есть резон?

Тут непостоянства некроманта не вытерпел сам Дринек. Понимая, к чему клонит швея, он закончил изложение затеи вместо неё.

– Попробуй. Меньше суетиться будешь.

Юнэй не придавал значения иронии друзей. В шутку сказан план или нет, но маг решил взяться за его воплощение. Покинув свою сеть, парень направился поближе к озеру.

Она выбрала путь с направленьем домой

Сквозь блаженнейший сон на оттенки скупой,

Сквозь застенчивый дождь, сквозь желание знать

Что придётся прожить, чтоб от правды сбежать?

Ей понять суждено, для чего нужен смех,

Оценить глупость нужд, оценить чей-то грех,

Только в истинной тьме показаться собой,

Раствориться в себе, притвориться немой…

Боковым зрением Пейс заметила, что чародей опять что-то собирается предпринимать. Увлёкшись кифарой, хозяйка не переставала иногда бросать короткие взгляды в сторону компании. За действиями Юнэя всегда стоит следить, иначе окажешься все главных событий.

Молодой человек стал полностью поглощён подброшенной мыслью. Между пальцами мага снова вырастал красноватый шарик. Окружность всё увеличивалась и увеличивалась, что вскоре перестала помещаться в руках колдуна. Юнэй отпустил своё заклинание, и огонёк мягко поплыл к воде. Мне стало нудно следить за волшебством некроманта. Вызов водяных лошадей проходил по такому же сценарию. Ожидать чего-то нового не стоило, и я бросила слежку.

Но полностью оградиться от манипуляций некроманта у меня не вышло бы в любом случае. Оглушительный взрыв ни для кого не был неожиданностью. А вот его последствия проигнорировать было сложно. Если в прошлый раз поднявшийся фонтан удачно вписался в границу берега, то объём этого озера находился не во власти мага. Вода, где-то целым потоком, где-то крупными каплями, обрушилась на нашу группу, как на самых досягаемых жертв. Моё укрытие в виде пышной рябины послужило скверной защитой. Я промокла моментально, теряя на время непредвиденного дождя весь обзор за происходящим.

Когда струи воды перестали попадать мне в глаза, спокойствие исчезло вместе с тишиной. Пейсиноя уже не сидела на своём кусочке поляны. Быстрым шагом она направлялась к источнику шума – к Юнэю. Чёрная псина, полностью мокрая, радостно прыгала около неё, не понимая, насколько неуместно такое поведение. Зеленоватая кожа хозяйки, покрытая чешуйками, уже могла подсказать чародею причину недовольств, но парень предпочёл привычную позицию вопросов.

– Почему ты перестала петь?

– Ты идиот?! – Пейс не стала церемониться.

Проведя по лицу рукой, она убрала лишние капли и пряди волос. Прежний оттенок это не возвратило, зато позволило более прямо передавать свои претензии.

– Так, всё, перестали ссориться! – остановил второй взрыв подряд охотник. – На вашем месте я бы отодвинулся подальше от берега.

Аванк должен был выскочить из озера мгновенно. Учитывая, как такой хлопок выманил агисков, зверюга давно обязана появиться на суше. Выход создания никого не трогал в принципе. Все перешли на тему перепалки: одни в ней участвовали, другие наблюдали. И про охоту, как таковую, забыли, пока между главными членами не наступит перемирие. Мифическое животное в свою очередь тоже не торопилось попадать под новый огонь, покинув дно.

– Посмотри на меня! Я полностью намокла!

На эмоциях Пейсиноя бросила кифару на землю. Подаренный инструмент не вызывал у неё привязанности и заботы, какие обычно испытывают музыканты. Оказавшись на траве, деревянная основа жалобно скрипнула в ответ на неважное обращение. Это я услышала, оставаясь на верхушке дерева. Громкость перепалки позволяла следить за сиреной и колдуном на расстоянии.

Озеро уже не бурлило и плавно возвращалось к ровной глади. А следом выплыли её обитатели. Кроме аванка, там проживали более мелкие создания. До того момента, как Юнэй решился ускорить ход охоты. Дохлые рыбы начали медленно всплывать на поверхность. Их серебристые бока не сильно выделялись на фоне тёмной воды, но сверху я уже насчитала штук семь. Такой улов, помимо меня, никто не оценил.

– Высохнешь. Впервые, что ли.

Некромант оттряхивал свою мантию. Хотя ткань и так была тёмно-зелёного оттенка, мало чем отличаясь от сухого варианта.

Радует, что колдун заранее побеспокоился насчёт нашего уединения. Поблизости не мелькнул ни один житель Вокраха. Непредвиденные свидетели и впрямь сейчас были бы очень некстати. Я не переставала периодично окидывать взглядом соседнюю листву. Хозяйка поручила мне внимательно наблюдать за происходящим. После глупой проделки мага, ей точно необходима надёжная поддержка.

– Меня чуть не смыло в…!

Сирене не дали договорить замечания. Пейс надвигалась на своего брата, чуть не наступив на сетку. Не затоптать самодельную ловушку ей помешал Дринек. Немного грубо оттолкнув от сети девушку, парень потерял равновесие и свалился на землю вместе с Пейсиноей.

– Да что вы делаете?!

Моя хозяйка находилась в настоящем бешенстве. Выбравшись из-под зомби, она стала забрасывать чародея вопросами с нараставшей скоростью.

– Что это за мусор?

Вблизи Пейс теперь с осторожностью осмотрела верёвку, которая продолжала мигать сиреневатым цветом от того, что её покой потревожили двое. От таких полосок казалось, что сетка шевелится.

– Аккуратнее прыгайте. – Предупредил Юнэй. – Ловушка рассчитана на нежить. Магия не будет разбираться, кто аванк, а кто – сирена или живая мумия. Потом придётся долго выпутываться.

Предостережение некроманта подействовало на Пейсиною успокаивающе. Хозяйка стала кричать потише и соблюдала приличное расстояние.

– Я хотел проверить, есть ли на дне аванк.

– Можно было и меня предупредить о своих… чудачествах!

Пейс не принимала извинения, если маг пытался предоставить их в такой необычной форме.

– Ты думаешь, сеть сумела бы удержать существо?! Эти нежные переплетения против нескольких килограммов?

– Это магия. – Алнэ стала на сторону своего друга. – Здесь вес не по рыночным правилам. Заклинание нужно умело строить и всё выйдет.

Убедительность фейри ничего не изменила. Поочерёдно переводя взгляд с сетки на охотника или колдуна, моя хозяйка про себя перебирала вопросы и обидные обращения. Решив, что хорошо описать уровень своих знакомых она всё равно не сумеет, девушка занялась кожей. Солнце светило в полную силу, но вяло способствовало маскировке чешуек.

– Где Дивана?

Словно эти трое заметили, куда подевалась дворовая. Откликнувшись на зов Пейс, я заскользила по тонкому стволу дерева. Острые когти не позволили мне упасть, и, спустя пару мгновений, сирена увидела меня сама.

– Пошли, прогуляемся, Див.

Колдун даже не попытался остановить свою родственницу. Да и его распоряжения редко влияли на Пейс. Парень понимал, что девушке нужно немного пройтись. Остальные тоже не жаждали преграждать сирене путь. Обойдя полудугой напрасно сооружённую ловушку, она направилась в глубину чащи.

– К вечеру хоть вернись! – единственное, что сумел выдавить Юнэй нам вслед.

Зачем хозяйка помчалась прочь от озера, я не поняла. Способы команды заполучить аванка вывели её из себя, но так категорически отказываться от последующих попыток.… С прибытием в деревню в душе у Пейсинои что-то творилось. А мне всё никак не удавалось увидеть, что именно.

Пейс выбирала дорогу наобум. Её задачей было уйти подальше от места охоты, от своих компаньонов и побыть в одиночестве. Через поваленные брёвна, которые попадались на тропе, хозяйка переступала без усилий. Мне же приходилось с разгону перепрыгивать такие преграды, чтобы не потерять сирену из виду.

А девушка всё не находила подходящего участка для отдыха. Я не выдохлась, просто догонять Пейсиною подобным образом неудобно. Но высказывать свои пожелания не хотелось. Витавшее вокруг настроение склоняло к ссорам, и участвовать в них было вне моих намерений.

– Чёрт…

Скорость сменилась неожиданной остановкой. Финальным такой ход я воспринимать не стала. Плавно обойдя Пейс сбоку, посмотрела ей в лицо.

– Чёрт. Я уже иду наугад.

Она оглянулась назад, убеждаясь, следом никто не бредёт. Лесная стена впереди тоже не манила её продолжать побег в прежнем направлении. В нерешительности Пейсиноя кружилась вокруг своей оси, словно это помогало ей лучше думать.

Радовало, что тон становится спокойнее и не переходил в крик. Тяжёлое дыхание ещё выдавало волнение, но оно постепенно исчезало. Чтобы не переносить гнев на себя, я начала с несущественной вещи:

– Вы пели такую красивую песню.

– Что? Да. Спасибо. – Потерянным голосом отозвалась сирена.

Мысли Пейс были заняты какими-то рассуждениями. Она уже не сомневалась в своём направлении, а просто продолжала удаляться от злополучного озера.

Отбросив ногой очередную ветку, хозяйка снова решила устроить небольшой привал. Девушка разместилась на первой коряге, чтобы наедине перевести дух. Подперев подбородок, Пейсиноя прищуренным взглядом прошлась по мне.

– Див.… А куда мы отправимся потом?

– Разве мы не можем просто путешествовать?

Не то, чтобы я любила неожиданности, но такой план мог оказаться очень кстати. Ни у кого из нас на данный момент нет чётких целей. Поэтому такая неопределённость в маршруте – не самый худший вариант. Многим туманная дорога кажется неимоверно привлекательной именно благодаря будущим сюрпризам. В каждом выборе есть свои преимущества и недостатки. Меня, например, оставляет равнодушной оба способа странствовать. Но Пейс подобная подсказка нужна.

– Нет. Так до бесконечности можно бродяжничать.

– Есть предложения?

Пейс пристально посмотрела на меня.

– По правде сказать, дело в другом.

Честность хозяйки не обещала ничего приятного. Мне предстояло поучаствовать в откровенной беседе, и я чувствовала, что это не принесёт особого удовольствия.

– В чём же?

Сирена вглядывалась в окружающий нас лес, зато эмоциями находилась невероятно близко. Порою казалось, что часть её волнений передалась и мне.

– Тебе же хотелось отправиться следом за Васио?

Ладно, рано или поздно мы должны были прийти к этому. Лучше разобраться с кучей вопросов сразу и не возвращаться к ним позже.

– Нет.

– Див.

– Нет, говорю. У меня есть вы. Такой компании я рада больше всего.

– А мне виделось там, в фургоне, что ты готова бросить меня…

– Ну, нет.

Если бы я ещё давала отчёт своему поведению в период той встречи. Неожиданное пересечение с Васио не дало времени привести в порядок свои мысли. Моё прошлое оказалось слишком открытым, что не могло остаться незамеченным для Пейсинои.

– Он хороший человек, это видно.

– Да, очень хороший. – Поддакнула я.

Именно в противостоянии с такими людьми зарождается жаркая ревность. Девушка считала, что на фоне кочевника проигрывает и теряет моё доверие. Не скрою: меня прельщало такое расположение к себе. И одновременно обижало. Как хозяйка только могла зачислить меня в предатели?

– Прости, я сомневаюсь в тебе, но.… Но ничего не могу с собой поделать.

– Догадываюсь, хозяйка.

Получив немного ответов, Пейс заметно помрачнела. Внушение в том, что я её не оставлю, либо не сработало, либо дало обратный эффект. Страшно продолжать разговор, если дальше пойдёт в том же духе.

Пейсиноя и так растеряла свою уверенность после ужина с родителями Юнэя. Только Юнэя, поскольку, как бы ни хотелось, родство между сиреной и семьёй старосты признать нельзя. Они чужие, словно несколько лет из детства Пейс стёрли бесследно.

Я хочу предоставить хозяйке поддержку, но пока всё порчу. Врать Пейс мне ни к чему. Просто самой бы разобраться в собственном окружении.

Недооценить Пейсиною невозможно. Стоит ещё поспорить, кто за кем присматривал и опекал. Она не обращалась со мной, как с подчинённой. Васио тоже не ставил чётких рамок между нашими статусами. Оба обеспечивали меня интересными беседами, всегда спрашивали моё мнение. Такие, как я, обычно не получают подобных привилегий. Дворовые – это слуги, которые кажутся независимыми, а в жизни находятся в самом невыгодном положении.

На что я могла надеяться при таких обстоятельствах? Требовать ещё внимания? Было бы нечестно с моей стороны наглеть.

Я никогда не просила дружбу намеренно. Да и бесполезное это занятие. Понимание между мной и хозяевами возникало само по себе. Поэтому и цепляло своей естественностью. Не хотелось молчать перед Пейсиноей, и я решила убедить девушку в её роли:

– Мне не хочется разрываться между вами и Васио. Я не желаю вас сравнивать и выяснять кто лучше. Понимаете?

Безусловно, Пейс знала, что странник – мираж, который появился и снова исчез из моей жизни, не является для неё конкурентом. Сирена вряд ли боялась, что однажды я брошу её и отправлюсь на поиски Васио. Но моя теперешняя хозяйка пыталась в теории забрать себе большую часть моего внимания.

– Я вас не оставила тогда и не брошу теперь. Обещаю.

Подобная клятва пришлась Пейсинои по душе. На лице появилась робкая улыбка. Уже хорошо. Надеюсь, что в дальнейшем сирена вообще выкинет из головы эту ревность.

Всё-таки моё поведение там, в телеге, дало свои результаты и позволило усомниться во мне. Почему чувство собственности не даёт людям жить спокойно? Такая борьба совершенно не забавляет. Меня она склоняет к чёткому выбору, который, по сути, я делать не собиралась.

– Меня трогает ваше беспокойство и смущает одновременно. Я – ваша дворовая, именно ваша. Менять это мне не хочется.

На Пейс каждое моё слово действовало всё увереннее и увереннее. Наверное, как раз признания не хватало хозяйке, чтобы прогнать прочь ненужные предположения.

– Спасибо, Див… - остановила меня Пейсиноя. – Спасибо.

Может, она хотела добавить что-то ещё, но не подобрала подходящую манеру. Подобный итог разговора устроил и меня. Если раньше сирена возводила собственные диалоги в голове и расстраивалась от их мнимой правдоподобности, то сейчас я сумела многие из них опровергнуть. Между нами вновь появилось доверие, которое немного пошатнулось во время похода. Встреча с Васио уже не казалась мне удачным совпадением. Мужчина хотел стать уютным прибежищем для намокших путников, а, в конце концов, превратился в причину раздора.

– Как мне надоели её фокусы. – Парень провёл взглядом девичью фигуру до первых деревьев.

Оставаясь недовольным помощью, он решил прервать дальнейшие попытки добраться до кровожадного животного. Парочка толчков носком сапога и теперь уже ненужная кифара подлетела к берегу, а потом и вовсе скрылась где-то в глубине. Друзья Юнэя даже не старались уговорить своего товарища. Рыжеволосая фейри поднялась с земли, поправляя влажные волосы. Все уже настроились отправиться домой. Но, вопреки предложению, покидать лужайку никто не спешил.

– А куда мы денем сеть?

Бледный молодой человек обошёл разложенные на земле путы. Пока размеренные шаги кружились у ловушки, верёвка меняла свой цвет. Плавный перелив от естественного коричневого оттенка переходил в тёмно-сиреневый, а потом так же быстро возвращался к исходному виду. Незримая магия реагировала не только на сирену.

– Пусть валяется. – Небрежно откликнулся колдун.

Даже не оборачиваясь на вопрос напарника, Юнэй перенёс своё внимание на озеро. Пустое и отчуждённое. Без единого жителя на дне. Куда же могло пропасть чудовище, если не затаится под водой? Сколько не вглядывался парень в гладь, найти решение не удавалось.

– Постойте… Аванка нет в озере, но его до сих пор опасаются местные жители… Он не мог далеко уползти… Он где-то в чаще!

– Относительно близко в чаще. Как мы и подозревали. – Добавила девушка, словив мысль.

На мгновение воцарилось молчание.

Осознав всю ситуацию, компания пришла к немому выводу: соваться в лес не нужно. А потом подметили, что один участник их группы направился именно туда. Но далеко не во всех закралась забота от такого вывода. Если мужская половина всерьёз задумалась о неприятной для сирены встречи с существом, то фейри мало сожалела о таком будущем.

Алнэ недолюбливала эту особу и с каждым случаем всё реже скрывала своё отношение. Чародей постоянно уделял внимание сводной сестре. И, пусть часто выражаясь в форме недовольства и замечаний, оно доставалось другой. Это и выводило обладательницу рыжих кудрей из себя. Если временами наблюдать за фейри, можно увидеть всё то презрение, которое источалось в сторону Пейсинои. Но зрительными молниями девушка и ограничивалась. При парнях начинать конкуренцию она не собиралась.

Когда трое друзей ходили по чаще и искали своё недостающее звено, Алнэ проявляла мало интереса к удачному исходу поисков. Проще говоря, фейри плелась за магом и иногда бросала бессвязные взгляды по сторонам. Исключительно от скуки. И ей не доставлял беспокойства тот факт, что кроме деревьев им не попадалось ничего любопытного.

Молодой человек с чёрным платком на шее выглядывал знакомую в лесу с большим трепетом. Пусть основные звуковые оклики воспроизводил Юнэй, охотник хотел найти сирену сильнее других. К такому выводу пришёл бы всякий, кто наблюдает за лабиринтом их ходьбы. В последнее время Дринек стал относиться к девушке по-отечески: прикрывал от придирок напарника, помогал привыкнуть к верховой езде и был невидимой поддержкой, когда прямого вмешательства не требовалось. Вопреки натуре зомби, парень становился дружелюбнее к своей коллеге по несчастливому причислению к «нежити».

В любом случае, успех не имел место быть. Как только компания покинула луг у озера, она сбилась с того пути, по которому убежала Пейс. Недавняя певица увлеклась поворотами. Причём, такими резкими и частыми, что сама не сумеет повторить маршрут. А дорожка, по которой следом кинулся некромант, была не настолько запутанной. Наоборот, своей прямотой свежая тропа лишь ещё дальше разводила преследователей и их цель.

Чудовище, ставшее изначальной причиной поиска, вообще находилось вне этих двух направлений. Замкнутая Роща не любила много шума. Эта местность предпочитала дарить каждому вошедшему своё пространство, отгораживая от вредных соседей.

Поэтому, предостаточно побродив по лесу, все вернулись с новыми мыслями, новыми ответами и новыми идеями. Если некоторых такой расклад сблизил, то других оттолкнул на приличное расстояние.

Массажируя виски, Ясиль скривилась от боли, которая донимала её несколько дней. В течение суток женщина чувствовала себя нормально, но ближе к сумеркам покалывание опять возвращалось. К такой периодичности жена старосты привыкла. Только всё равно ежедневное испытание давалось сложно.

Напиток, проданный молодой знахаркой, избавлял от неприятных ощущений лишь на время. Спустя сутки приходилось принимать настойку из таинственных лепестков, иначе спокойный сон к ней не явится.

Рийка подобная мания к чаю немного беспокоила. Услугами целительницы он никогда не пользовался. А к его советам обходить стороной нетрадиционные методы, супруга не прислушивалась. От попыток увлечь возлюбленного угощением, Ясиль давно отказалась, принимая ночной паёк в одиночестве.

У женщины было предостаточно причуд и помимо страсти к напитку. Хранительница семейного очага обожала вставать в самую рань и любоваться утренними пейзажами. Муж убеждал свою половинку, что именно её странные привычки становятся причиной головных болей. Подсказки Рийка не принимались в расчёт, поэтому всё оставалось на своих местах. Ясиль продолжала быть домашним жаворонком, а её супруг – терпеть странности жены.

Но что вызывало у старосты настоящий гнев – это безделушка, которая покоилась в сундучке. Криво нашитые черты лица и потрёпанное синее платье не виделись ему милыми, и уж никак не хранили тёплые воспоминания. Над куклой протекала куча ссор, каждая из которых завершалась гордым ворчанием и щелчком миниатюрного замка. Таким методом Ясиль заявляла, что со своими вещами расставаться она не собирается. Даже хорошо, что мужчина не оставался свидетелем полной версии поклонения игрушке.

Его супруга бережно хранила тряпичную фигурку среди швейных инструментов. Заглядывала в свой тайник женщина частенько, и постоянно брала в руки детский оберег. Одна пуговка с куколки где-то потерялась, но и одноглазый взор предостаточно радовал Ясиль. В отличие от Рийка, жена старосты не отгораживалась от прошлого. Вопреки настрою всей деревни, жители которой предпочитали не вспоминать про несчастный случай, она относилась к этому более глубоко.

Её, как одну из главных участников событий, беда затронула в первую очередь. Сын погиб. Приёмную дочку выгнали из Вокраха. Женщина потеряла двух детей и понимание своего мужа. Староста вместе с остальными людьми списал вину на малышку, которая от рождения притягивала к себе дурную славу. Сирена не имела ни малейшего шанса заполучить доверие окружающих. Принимая за необыкновенного ребёнка, Пейс постоянно подталкивали к краю. В силу своего возраста, малышка не замечала той агрессии, которая царила вокруг. А вот её мать порядком настрадалась от слухов и сплетен о пополнении в семье.

Неудачная игра на озере стала тем самым поводом, после которого обитатели деревни не стали молчать. И весомой опорой для их мнения стал Рийк. Глава Вокраха одним из первых поднял вопрос о том, чтобы юная сирена покинула не только его дом, но и само поселение. Даже не вслушиваясь в мольбы своей возлюбленной, мужчина углубился в мысли о том, куда деть опасную дочь.

Старший сынок был отрадой для старосты. Не то, чтобы Юнэя он любил меньше, но к первенцу Рийк относился и строже, и теплее одновременно. А для девочки в сердце мужчины не оставалось места. Поэтому он воспринимал Пейс, как очередную прихоть жены и даже не приравнивал кроху к братьям. С девочкой возилась мать. И такой разделённый круг общения вполне устраивал всех до того, как Токэс не утонул в озере.

Поначалу сирену хотели отдать старому другу семьи – мистеру Геннайсу. Хозяина «Астеры» очень долго уговаривали принять себе на попечительство маленькую Пейсиною. Но владелец гостиницы уже имел на своих плечах целую кипу постояльцев. О тех проблемах, которые придумывала юркая непоседа, и речи быть не могло. Тем более что её переселение рассчитывалось на долгий срок. Навсегда. Хотя в его отказе не наблюдалось того безразличия, которое стало бы причиной серьёзных разногласий между добрыми товарищами. Нет, так нет. На этом все просьбы разместить девчонку в Рыночном Округе и утихли. Как чужой ребёнок не прижился в доме у Рийка, так Пейс не сумела найти пристанище в новом месте.

Сговорчивее оказались странствующие артисты. Лишние помощники в путешествиях между городами никогда не помешают. Мелкие дети с их бесконечной энергией долгие годы исполняют самую примитивную работу без пререканий и награды, если правильно попросить. На выступлениях перед публикой малышне тоже всегда находится применение. Особо сердобольные дамы и старушки не пожалеют монет, когда на них уставится искренне просящий взгляд. Взрослым такая доброта не достаётся. Учитывая те таланты, о которых рассказали кочевникам, сирене было суждено жить в передвижной кибитке с артистами. Пленительный голос с каждым годом приносил всё больше прибыли. В отличие от Геннайса, чужестранцы согласились приютить малышку сразу. Они увезли Пейсиною подальше от деревни, чем успокоили старосту и лишили Ясиль всякой надежды встретить свою приёмную дочку ещё раз.

Сама крошка – единственная, кто не до конца понимал происходящее. Незнакомые люди казались ей каким-то развлечением, небольшой игрой. В один день она просто исчезла из Вокраха. И этой мнимой победой утешали себя все жители, кроме супруги старосты. Через столько лет женщина до сих пор корила себя, что не проявила твёрдость, и не заступилась за воспитанницу. Вина перед двойной сиротой грызёт Ясиль целых пятнадцать лет. И от того чувство противнее, что частично жена старосты понимала и оправдывала решение своего супруга.

Глава 3. Ночное свидание

Девичья рука заметно уступала по размерам тому брюху, которое в данный момент получало удовольствие от медленных почёсываний. Жёлтая кожа оказалась на удивление мягкой. Вряд ли сил Лейры хватало для того, чтобы животное по-настоящему полно ощутило все прикосновения. Но пузо, лениво шевелясь под ладонями, не выказывало ни малейших возражений. Наоборот, существо тихо скулило, демонстрируя своё наслаждение и понукая хозяйку продолжать ласки.

Целительница временами косилась на хвост прирученного питомца. Такая массивная деталь очень активно вертелась, пока знахарка развлекалась. Зверь мог задеть её, хоть и не старался сделать это нарочно. А пока лёгкая игра протекала беззаботно, доставляя радость и Лейре, и её четвероногому подопечному.

– Тебя кто-то видел за последние дни?

Создание, не переставая извиваться на земле от блаженства, приглушённо отозвалось:

– Нет.… В лесу почти никто не появлялся. Пусто.

– Ты всегда так говоришь!

– Что?

– Веря твоим словам, можно подумать, что ты – тайна для всех. А потом я слышу за забором рассказы о похождениях «чудовища из рощи».

– Я больш-шой. Мне трудно спрятац-ца.

На такое замечание девушке возразить не удалось. Не собираясь сдаваться, она опять стала наставлять питомца:

– Не приближайся к озеру.

– Почему?

– Там сейчас шастают новые охотники. Более назойливые, чем остальные. Уж им-то лучше не показываться на глаза.

– Но там такая рыбка.

– Какая рыбка?!

– Вкусная.

Лейра убрала руки от широкого живота, чтобы не отвлекать себя и самого животного от серьёзного разговора. В отличие от хозяйки, второй собеседник был настроен прохладно.

– Шутишь? В другом месте наловить обед нельзя?!

– Нет. Там лучш-ше.

– О, боги!.. – вздохнула знахарка и тут же осеклась. Обращаться к высшим она не хотела, а тем более жаловаться им на неудачу.

Порою обитатель Замкнутой Рощи вёл себя совершенно глупо, даже не смотря на способность говорить. Впечатлительные размеры существа заставляли уважать его как хищника, но абсолютно не уверяли в высоком интеллекте. По крайней мере, в данный момент.

– Тебя же поймают! Можно всё это делать ночью, когда стемнеет?

– Хорош-шо.

У зверя не было желания спорить с Лейрой, поэтому он легко принял предложение девушки. Своевременное согласие заменяет многие споры.

– Ну и отлично.… Переворачивайся на бок.

Дважды упрашивать полусонное существо не требовалось. Тяжело выдохнув, из-за чего короткий вихрь разметал в стороны опавшие листья, животное лениво потянулось на земле.

Пристыдить питомца Лейре не удалось, но целительница притихла с чувством собственной победы. Сколько бы лет девушка не старалась приручить это создание, полного покорства добиться не выходило. Чудовище скорее позволяло собою командовать, когда его желания не расходились с мнением хозяйки. В противном случае, договариваться не получалось и несколько дней существу приходилось практически бездомным рассекать заросли.

Истинная природа брала верх, вызывая слабость к наивному скоту. И как только переступалась граница рощи, всё ходячее превращалось в перспективную пищу для существа. Хорошо, что пока ассортимент не вмещал в себя людей, но лично у Лейры закрадывалось сомнение, что её зверь не больно держится за старый рацион. Только туманные истории о пропавших путниках намекали на человеческие предпочтения монстра. В реалии же конкретных случаев не наблюдалось. Созданию ничего не стоило начать новую графу отсчёта и перейти на других жертв. Лишний шум вокруг леса мог загнать его в самодельную ловушку. Вероятно, именно поэтому животное делало вид, что слушается приказаний Лейры.

Знахарка свято верила, что её повышенный крик оказывает влияние на питомца. Никогда не упуская возможности проверить власть, девушка попеременно, то отправляла создание в западную часть пущи, то говорила прятаться на дне озера, то не отходить далеко от какого-то холма. Подобное непостоянств позволяло свести к минимуму нежеланную встречу с местными жителями. Только вскоре зверю надоест играться в невидимку, когда он имеет предостаточно силы для того, чтобы смести всю деревню.

Вот под таким шатким союзом Лейра гордилась своим положением в Вокрахе. Молодая целительница многого не замечала за самоуверенностью. И до тех пор, пока её кто-то не одёрнет, беглянка попросту не сумеет правильно рассчитывать имеющиеся возможности.

* * *

– Ах, какой пустяк – уйти в неизвестном направлении!

Некромант безостановочно отчитывал Пейс. Словно это доставляло ему удовольствие. Он снова и снова описывал необдуманное исчезновение в лесу, лишь меняя слова для своей речи. И любая попытка перебить парня заканчивалась новой волной укоризны.

Дринек и Алнэ не вытерпели даже молчаливого участия в этой лекции. Недолго наблюдая за мучениями сирены, парочка удалилась в соседнюю комнату. Хоть у кого-то есть возможность переждать бурю в виде Юнэя. А, судя по их лицам, фейри с охотником и сами были не прочь дать несколько советов насчёт работы в команде. Поэтому такое тихое исчезновение я приписала к удачному исходу.

Но возбуждённый колдун с лихвой заменял потерю. Чтобы магу не казалось, что его труд идёт насмарку, хозяйке приходилось иногда с понимающим и пристыженным видом смотреть ему в глаза и соглашаться. На самом же деле, замечания шумного чародея пролетали мимо. Даже мне наскучило разделять её участь слушателя. Я сонно прикрыла глаза, оставляя Пейсиною буквально один на один с названым братом.

– Твоя удача, что аванку ты неинтересна. – Попытался подытожить выступление некромант и затих.

Противоречить ему – значит дать повод начать всё заново. Только переживать ещё одну порцию замечаний было выше наших сил. У парня, похоже, тоже пропало желание поучать. Или пришло осознание всей бесполезности подобного занятия. Юнэй постепенно сводил на нет затею воспитания, и действительно делал паузы, чтобы услышать ответ.

– Не понимаешь, что сейчас в Вокрахе опасно?

По сравнению с порой их детства, деревня и впрямь изменила жизненный устрой. Как бы ни пытались люди игнорировать чужаков, те прибывали безостановочно. Аванк создал широкую щель, через которую сочилась масса любопытных и любителей приключений. Хорошо, что запал гостей так же быстро иссякал. Но постоянная смена лиц всё равно не шла на пользу местным жителям. По обрывкам рассказов Юнэя я поняла, что в Вокрахе давно забыли про доверие. Родственник или сосед – не имело значения, когда по дворам гуляли сплетни.

– Я заметила…

Голос хозяйки звучал грустно. Оградившись от их диалога зрительно, оставалось лишь опираться на собственную интуицию. Отсутствие картинки создавало впечатление, что беседа тянется бесконечно. Слова произносились через силу.

– Больше не ходи в лес одна, хорошо?

– Договорились.

Уж кто-кто, а колдун договариваться с Пейс не умел. И это обещание могло рухнуть в любой момент. Как только сирене опять захочется исчезнуть в роще. Парню пора бы уже понять: чем быстрее она соглашается, тем меньше значения придаёт подаренному отклику.

– Вы так ничего и не нашли?

– Нет. Ты же видела, что следов не заметно. И даже неясно, имеет ли смысл ожидать чудище у озера.

– Ага…

– Но на всякий случай я добавил яд в воду и оставил зачарованную сеть.

Вот как теперь Юнэй решил бороться со зверем! Стал расставлять ловушки буквально на каждом шагу. Не удивлюсь, если в следующие дни количество выдумок некроманта заполонит собою все заросли.

– Зачем?

– Чтобы объект нашего похода не увлекался свободой.… Да и ты тоже. Верёвка отобьёт всякое стремление войти в лес или выйти из него. Не больше. А яд подействует глобальнее. Так что не советую пить из природного источника.

Не понимаю, маг приехал сюда для того, чтобы помочь избавиться от мифического существа или заточить Пейс в Вокрахе? Он настойчиво пытается заставить всех откликаться на его приказания без пререканий. И моя хозяйка, как главный источник неповиновения, должна ощутить влиятельность руководителя.

Девушка и так периодически оказывалась на пересечении чужих мнений и целей. Постоянно приходилось уступать и выполнять чьи-то прихоти. Когда это делается без отдачи, преподносить подобные одолжения становится труднее.

От такой завуалированной угрозы лично мне стало не по себе. Неужели Юнэй прировнял Пейсиною к низшей нежити, которую можно затравить примитивными приёмами? Тогда его ждёт разочарование.

Я почувствовала, как где-то слева прогнулась кровать. Видимо, Пейс присела, поражённая идеями колдуна. Ей и сказать ничего не приходило на ум. Как тут отпарировать столь колкое предупреждение.

Тем временем, чародей не собирался смягчаться. Поняв, что сестра находится в подавленном состоянии, парень пытался использовать её кроткость для себя. Бросив тему охоты, некромант перешёл к другому разговору. Более болезненному. Но Юнэй никогда не умел выбирать подходящие моменты, а лишь сухо выкладывал сведения.

– Надеюсь, ты не собираешься устраивать семейные сцены?

– То есть?

Сам тон создавал настроение, в котором будет вестись беседа. Уже в вопросе шёл намёк на то, что сирена ни в коем случае не должна выносить личные переживания не всеобщее обозрение. Некромант просил, пока только просил, вести себя тихо. Кажется, в его планы не входило восстанавливать прежние отношения.

Пейсиноя окончательно лишилась дара речи после такой цепи запретов. Осознав, что от девушки не исходит пользы, маг превратился в непоколебимую скалу. Когда на него нельзя повлиять, Юнэй становится ужасным эгоистом.

– Не смей говорить матери кто ты. Сама же пожалеешь о своём шаге. Поэтому я предостерегаю заранее.

Какой благородный жест! По-моему, некромант просто не хотел делиться родителями. В многодетной семье часто имеет право быть незримая борьба за внимание. С годами запал у детей обычно угасает. Но чародей стал редким исключением. Повзрослев, и уже отвыкнув от конкуренции, парень часто перегибал палку.

Пейс не была ему сестрой. И нашёл он её отнюдь не для того, чтобы наладить связь. Раньше я считала нерадивого волшебника плохим специалистом, но надеялась, что Юнэй прихватил с собой мою хозяйку с добрыми намерениями. Вдруг староста поселения понял всю беспочвенность своих обвинений и готов пустить приёмную дочку обратно? Могу поклясться, Пейсиноя мыслила именно в таком ключе. Она и пустилась в эту авантюру благодаря поводу заглянуть в Вокрах и попытаться снова. Поначалу колдун был для неё поддержкой. А сейчас маг гордо отгородился, как и много лет назад. Сирена находилась в пределах статуса помощницы, не больше. Хотя по сравнению с прочими участниками, её место в команде именовалось «предпоследним». Поскольку в самом конце была я.

– Мы поняли друг друга. Спокойной ночи.

Возвращение из Замкнутой Рощи пришлось на поздний час. Вдобавок к назойливости чародея, дождаться ночи не составило проблем. Хотелось сделать столько полезных дел. В итоге каждый из нас потратил прошедшие сутки впустую. А кое-кто напоследок получил неприятный осадок после разговора.

Хлопок дверью оповестил, что Юнэй оставил нас одних. Я прямо шерстью ощутила, что хозяйка смотрела на меня. Если некромант поверил в мой искусственный сон, то провести Пейс не удалось. Пронзительно голубые глаза нуждались в соучастии.

– Вы ж не собираетесь его слушать?

Совесть девушки наверняка записала меня в свои смертельные враги. Да, мои рекомендации не отличались благодетельным характером, но прекрасно сочетались с Пейсиноей. Учитывая принцип игры колдуна, мои методы влияния не так уж плохи.

– Знать бы кого слушать…

Пришлось прищуриться: свет в комнате после моих притворств был слишком ярким. Сирене подобные гримасы показались намёком отправиться на боковую. Устало потянувшись, Пейс полностью свалилась на скомканные простыни. После Юнэя у неё явно не оставалось сил на откровенность.

А спустя минуту вернулась фейри. Присутствие Алнэ по соседству исключало всякую возможность поговорить по душам.

В доме наступила пора сновидений.

Охотник не стал оборачиваться на топот за спиной. Юнэй вернулся после переговоров сиреной не в лучшем настроении. Портная сразу уловила суть и поторопилась уйти к себе. Едва швея сбежала, Дринек обратился к товарищу:

– Тебе не кажется, что это слишком?

– Ни капли.

Чародей категорично отбил реплику парня. Меньше всего он нуждался в упрёках, а советов не просил.

– Она будет делать всё назло.

– Пусть так.

Порывшись в сумке, колдун вытащил потрёпанный «Necronomicon». Прежде коралловая обложка теперь давала светло-коричневый цвет, но по-прежнему блестела частями позолоченных букв. На ходу пролистав половину сборника, некромант перевернул книгу другой стороной и начал всматриваться в открытые страницы без спешки.

– Ты сглупил. Очень сглупил, когда надумал попросить помощи у Пейс и не подпустить её к своим родителям.

– Да ну?

– Это пустая затея. Она отыщет способ ослушаться. Чего искать! Стоит дойти до твоего дома…

– Пейсиноя бунтарка, не спорю, но каждый свой шаг она хорошо обдумывает.

Проведя пальцами по рукоятке ножа, охотник приблизился вплотную к своему напарнику.

– Именно. Поэтому завтра утром твоя репутация может рассеяться.

– То завтра.

Недовольно хмыкнув, Дринек протянул оружие другу. Пальцы придерживали стальное острие, позволяя забрать передачу без опаски пораниться. Сам зомби, благодаря своей новой природе, повреждений на теле не боялся.

– Возвращаю. – Добавил он. – Всё-таки, это принадлежит твоему отцу. Считай, наследство. Мне пока нож ни к чему.

Маг молча подхватил опасную вещицу за шнурок и скрыл под алой тканью мантии.

– Слушай, не мучай Пейс.

Тихая просьба задержала внимание Юнэя и отвлекла его от медитации над чтивом.

– Я её не трогаю. Только напоминаю, что она здесь для того, чтобы поспособствовать в поимке аванка.

Понимающий кивок охотника не до конца принимал ответ товарища. Задачи ясны. Только ведь отгородиться от потаённых мыслей таким образом не получится. Сирену словно дразнили возможностью опять обзавестись семьёй и постоянно преграждали пути к этой мечте. Девушка не станет долго терпеть такую роль.

– Если помнишь, она сама просила у меня взамен изменить ей внешность навсегда. Чтобы скрываться. В том числе и от жителей Вокраха. Всех, подчеркну, всех жителей Вокраха.

Непреклонное внушение не достигло успеха. Дринек остался при собственном мнении, несмотря на прямоту некроманта. Колдун нехотя вернулся к изучению содержания книги. Его друг уже не раз поднимал эту тему, стараясь переубедить Юнэя. А маг до сих пор продолжал держать Пейсиною на приличном расстоянии от Ясиль и Рийка.

После небольшой размолвки, охотник вдруг резко зашёлся кашлем. Тихо прочистить горло не удалось. «Некрономикон» опять бросили:

– Не проходит?

– Терпимо. В дороге всегда есть шанс заболеть.

– Ну, смотри.

Задумавшись, чародей продолжал смотреть в спину Дринеку. Бесспорно, простудиться из-за проливного дождя просто, но хрип парня имел отсылку к серьёзной причине. Сироп Юнэя не особо способствовал поправке, напоминая о своей бесполезности приступами кашля по ночам. Сон зомби не ценил и не замечал, как часто недуг беспокоил его после привала в Шаровском дворце.

Животные никогда не страдают бессонницей. Бодрствование после наступления темноты происходит по собственному желанию. А если хочется отправиться в мир грёз, никто не помешает это сделать. Чтобы не утверждали люди про низменность дворовых, Морфей благосклонен ко мне. Я уверена – мои сновидения на порядок красочнее, чем дрёмы человека.

Сегодня отдаться полуночным иллюзиям полностью не вышло. Через несколько часов после общего отбоя отдалённое подвывание разбудило меня. Спросонья сразу понять, что конкретно нарушило покой, не удалось. С одной стороны, шум чем-то напоминал вой деревенских собак, которые обожают обсуждать свои проблемы под луной. С другой – в нём прослеживались обрывки слов.

Постепенно возвращаясь в реальный мир, я всё чётче различала зов:

– Братья… помощь…

Появился смысл, который хоть немного прояснял ситуацию. Кого-то звали, оказавшись в беде. На этом отрывки прекращали повествование. Фраза повторялась, стараясь заманить к своему исполнителю как раз короткой формой.

Поглядев на хозяйку, я перевела внимание на фейри. Обе крепко спали. Таинственный потерпевший не занимал их. А вот меня манил поучаствовать.

Соскочив на пол, мне приходилось соблюдать полнейшую тишину. Доски пытались заскрипеть от любого движения моего невесомого тела. Расстояние до двери превратилось в целое испытание. Да и сам проход в коридор – нелёгким заданием. Лапы по сравнению с помехой были такими миниатюрными, что прорваться наружу виделось невозможным стремлением. Будь я покрупнее, дверь поддалась без особых проблем. А так приходилось двигать её аккуратными пошкрёбываниями. Повезло, что открывалась она, если хорошенько толкнуть от себя. Совсем рядом парили сны девушек, вмешиваться в которые я не старалась.

Выйдя из комнаты, моё чутьё позвало вниз. Лестница пронеслась одинаковым рядом ступенек. И опять перед носом возникла дверь. На сей раз последняя, ведущая на улицу. С ней пришлось повозиться на порядок дольше. Старушка и без массивных замков сумела забаррикадировать дом. Меня сбивала мысль, что ненароком кто-то проснулся и заметил незапланированный побег. Я оглядывалась в темноту, ничего там не видела, но не теряла чувства слежки. Каждое щёлканье или треск будто разлетались громогласным эхом. Весь лабиринт я прошла интуитивно, открывая проходы методом проб, ошибок и, конечно же, глупой возни.

Протиснувшись в проём, я моментально попала под струю холодного ветра. Осень приближалась, неся в наши края пасмурную погоду. Через пару дней от лета не останется и следа. Стоял мрачный антураж, который мешал увидеть знакомую тропинку.

Моё зрение идеально приспособилось к мгле. Только шла я, скорее, следуя за неизвестным голосом. Покинув здание, можно было различить новое дополнение:

– … сёстры… нужна…

Источник находился где-то возле того злополучного озера. Неужели кто-то попал в брошенную колдуном ловушку? Мне стоило предупредить остальных, если они сами не слышали зов. Любопытство же предлагало для начала посмотреть на пленника самой. Хотя это шаг становился таким необдуманным. Веря пересказам Юнэя, аванк был сборищем внушительной массы. Противостоять подобному великану в одиночку я не сумею. Тянет в лес лишь мой острый слух, который наталкивается на мольбу существа.

Узкая дорожка закончила вилять между домами и ушла в рощу. А под пологом деревьев становилась ещё более недружелюбной. Что, если в заколдованную сеть никто не попал? Я чую её магию на огромном расстоянии, но вблизи могу ненароком и задеть лапой коварное волшебство. Настолько развитой реакцией на тёмную магию дворовые не обладали. И здесь каждый неосторожный шаг у берега мог стоить мне временной свободы. Нужно ли рисковать собою ради непонятных зрелищ?

Поваленное дерево у поворота. Ряд диких кустов. Прямо. И немного левее от выпирающей ветки.

Но, достигнув края поляны, и остановившись осмотреться, я отреклась от недавних сомнений. Западня чародея полностью оправдала себя.

Теперь сеть не лежала на траве, а плотно обвивала зверя, который вяло ворочался в плену. Казалось, что верёвка увеличилась в размере. Иначе обхватить чудовище просто не выходило. Пульсируя сиреневатым светом, волокна словно шевелились от малейшего движения создания. Сам аванк выл не от боли. Как и обещал маг, сетка только сдерживала, но не вредила своей жертве. Зверь хотел выбраться.

– Ты кто такая?!

За попытками порвать заколдованную ловушку, аванк успел заметить моё появление. Он остался удивлён. Видимо, существо призывало на помощь не меня.

– Я распознала твой клич.

– Как? Ты не могла его слыш-шать.

Вопрос был пропущен мимо ушей. Животное несло в себе опасность. В первую очередь потому, что обитатель Замкнутой Рощи оказался не водяным созданием. Чёрная чешуя, которая переливалась даже ночью. Толстые когти выбивались сквозь отверстия сети и зловеще впечатляли следами-бороздами на земле. Вдобавок прилагался хвост, по длине ничем не уступавший всему телу. Это был не аванк, а настоящий дракон.

– Кто еш-шё обо мне знает?

Мой оценивающий взгляд прошёлся по пленнику во второй раз. Стоит ли отвечать?

– Никто.

Полагаю, что я не ошиблась. Пейсиноя и остальные точно не почивали бы в кроватях, уловив хоть фрагмент из его гула.

– А ты чего приш-шла? Я звал не тебя.

За радушным приёмом моё любопытство не стремилось, однако, встретить такую грубость – тоже. Как и всякая нежить, я обладала хорошим чутьём. Речь дракона сирена воспримет как абракадабру: уловить в ней смысл девушке вряд ли удастся. Но сейчас и мне короткие реплики не приносили ясности.

– Кто же должен прийти?

И не явился. Дракона не просто застало моё появление, а расстроило то, что я оказалась не тем гостем, которого ждали.

– Не скажу.

Так и болтали. Он – связан изящной магией, я – неловко топчусь на месте. Подходить к существу слишком близко безопасно и страшно одновременно. Мне и отсюда всё видно.

– Как ты здесь оказался? Ты не похож на… аванка.

– Кого?

Нужно медленно прекращать эту сцену и бежать к хозяйке. Вместе с парнями найти применение такому ценному экземпляру – несложная задача.

– Сравнила. – Возмутился зверь. – Ничего обш-шего не имею с этой тварью.

Существо попробовало повернуть голову, но путы не дали сделать ни единого движения. Мда, с такой длинной шеей ему наверняка неудобно лежать в бездействии.

Красные зрачки перестали ползать по мне, рассматривая своего собеседника. Что там можно заметить? Я в три раза меньше него. Тем не менее, глаза отводить никто не собирался.

– Значит, кроме тебя, сюда никто не придёт?

– До рассвета – нет.

Недовольно прищурившись, дракон тихо зарычал. Когда взойдёт солнце, улов в его лице непременно кто-то найдёт. И тогда созданию несдобровать. Тесной сеткой дело не ограничится.

Представляю, сколько часов подряд дракон пытался разорвать магические нити. При мне чудище лежало смирно, стараясь не показывать бессилие.

– Знаеш-шь, как выбрац-ца из этого?

– Нет.

Я и правда не представляла выхода из такой ловушки. Наверняка развеять чары может только их автор – Юнэй.

– Мелкая ты для драконихи. Как же тебе удалось услыш-шать зов?

Мелкая?! Если создание придаёт значение размерам, то почему со своими габаритами попал в такую примитивную западню? Громадная туша, но скверный нюх.

– Больно слёзно просили. – Не упустила я возможности поделиться сарказмом.

– Что? Да ты…

Зверя задело моё замечание, а задеть меня было не в его возможностях. Сеть сверкнула сиреневым сиянием, охлаждая пыл пленника. Когда находишься в столь невыгодном положении, нужно вести себя прилично.

Осознав, что добраться до меня когтями не выйдет, новый знакомый решил пойти другим путём:

– Хочеш-шь враждовать? Ты не знаеш-шь, с кем говориш-шь!

– С кем?

– Меня зовут Ренре́. Это имя я нош-шу несколько столетий. Слыш-шала его прежде?

Пафос заставил скривиться. Имя дракона ни о чём мне не рассказывало. Хотя я и прежде не перекликалась с представителями его рода. Существа, которым не судилось выйти за пределы былин или предрекалось давно исчезнуть благодаря доблести рыцарей. А теперь один из сказочных персонажей запугивал одними словами, за неимением других способов влияния.

– Что ты можеш-шь понять, мелкая. Беги отсюда, пока есть ш-шанс.

Правда, что-то я задержалась со своей ночной прогулкой. Пейс не должна при пробуждении заметить отсутствие помощницы. Но и уходить без важных сведений негоже – хозяйке можно поведать про интересную находку. Чувствую, что на следующий день они никого не найдут у пустого озера.

– Вас много?

Неудивительно, что сразу на мой вопрос чудовище отзываться не стало.

– А что ты считаеш-шь многим? Мои братья и сёстры исчисляюц-ца тысячами. Но про судьбы некоторых я давно не слыш-шал…

Тысячи. Люди даже не подозревают, сколько опасных созданий находится по соседству с ними. Наверное, именно неведение оберегает их от роковых встреч.

– Возможно, такие имена как Драко, Килгарра, Сапфира, Горыныч, Спайро, Беззуб, Смог, Муш-шу или Фалькор тебе что-то говорят? Ну?

Отрицательный кивок головы. Не оправдала я ожиданий Ренре своими бедными познаниями в его родословной.

– Скучно ты, мелкая, живёш-шь.

Высокомерия в драконе поубавилось. Или он устал выискивать крошки мифических историй, задержавшихся в моей памяти. Величественные имена скрывали целые приключения, целые жизни и не получили достойного признания. Ни один из них не поспешил на выручку Ренре.

Пара красных огоньков резко выделялась на фоне темноты. И, то ли я к ним уже привыкла, теперь в них не наблюдалась та злоба, которая повстречалась мне в начале.

– Как тебя-то зовут? – внезапно поинтересовался зверь. Без ярого соучастия, но всё же. Стоит дать ему иной вариант, чтобы убрать неприятную мне кличку.

– Дивана.

– Ты обитаеш-шь в этом лесу? Я тебя прежде не видел.

– Я не здешняя.

– Ясно.

Чудище пошевелило передней лапой. И тут я поняла, что заставляло меня снова и снова всматриваться в облик дракона. Чёрный цвет при плохом освещении не давал уловить мелочи, поэтому, беседуя с животным, получалось видеть лишь отдельные участки его тела. Но стоило мне вовремя обратить внимание на количество глаз.… Сейчас я насчитала три штуки. Один зрачок моментально закрыло веко, и дракон вернулся к своему обыденному виду. Остаться равнодушной мне не удалось.

– Я неравномерно моргаю? – засмеялся Ренре.

Молчание он разгадал подобием согласия. Из-под сетки доносилось рычание, и опять послышалась возня по траве. Три, четыре.… Шесть! Шесть очей смотрело на меня. Вот почему существо продолжало оставаться огромным, несмотря на границы заговоренной сети. Наличие трёх голов о чём-то да говорило.

– Вас трое?

Не очень корректно вышло. Когда я удивляюсь, слова произносятся быстрее, чем успеваешь толком сформулировать речь. А на это часто обижаются.

– Что за бред, мелкая?

Понять бы ещё, какая голова после какой болтает. Ренре не дал мне вывести схему последнего диалога:

– Все головы мои. Смотреть и говорить я могу с помош-шью любой. Только к чему многомерный звук? Люблю порядок.

Определённо стоит прекращать незапланированное свидание и бежать обратно к хозяйке. Для ночи без полноценного сна новостей слишком много.

– Мне пора идти.

– Испугалась?

– Нет. Но я ухожу.

Повернувшись, удалось сделать лишь один шаг.

– Стой, Дивана.

Ренре задержал меня, но не торопился объяснять причину. За спиной я только слышала его тяжёлое дыхание.

– Ты услыш-шала мой зов. Хотя предназначался он не тебе. Знак. Не доноси обо мне охотникам. Лучш-ше помоги. Передай деревенской знахарке, что я попал в беду…

Кажется, вслед дракон крикнул ещё что-то. Шорох листвы и веток под лапами заглушил просьбу. Не исключено, что в конце опять прозвучало «мелкая».

Сеть лишилась своей магической подпитки. Постепенно начинало светать, и уже можно было заметить обрывки верёвок на земле. Целительница потратила много сил, вызволяя питомца. Глупость зверя, его желание поесть рыбки в запрещённом месте, обернулось такой неприятностью. Лейра молнией примчалась на выручку. Как она удивилась появлению дикой кошки в своей хижине. Удлинённые ушки и полосатая спина не добавляли домашних ноток; шерсть отливала серебром – маленькая гостья явно обожала за собой ухаживать независимо от среды обитания.

Необычный образ принёс неприятную весть. Стоило предугадать, что рано или поздно прирученное животное начнёт показывать характер и противиться приказам. А вот предсказать, что свидетелем бунта окажется чужая прислужница, которая поможет не придать событие огласке – настоящее потрясение.

Если бы не соучастие незнакомки, дракон наверняка попал в распоряжение чародея. Дальше – сама Судьба не могла предугадать будущее Ренре. Чаще всего диковинные животные оказывались в бесконечно пополняемой коллекции какого-то богача. Заморские купцы очень падки к подобным созданиям, и уж точно не упустят возможность выторговать результат охоты у местных героев. Жизни у таких владельцев просто не бывает – сплошное мученье.

– Уйди отсюда!

Лохматая дворняга игриво вильнула хвостом на злобную команду знахарки. Для собаки здесь развернулось целое представление. После цветных вспышек, пёс прыгал как сумасшедший, внося ненужную суматоху. Кобеля совершенно не смущало присутствие дракона на поляне. Диво с тремя головами он принимал за своего приятеля. Но открытый нрав никто не старался заметить.

– Рад? Теперь твоя спесь поубавится? – допытывалась Лейра у чудища.

Девушка снимала со спины своего подопечного последние волокна магической ловушки. Для дракона было непосильной задачей выбраться самостоятельно. Зато знахарка развеяла путы довольно легко. Ей ничего не стоило за несколько минут свести на «нет» старания некроманта. Парень не ровня меньшей богини. Волнение не сходило с лица девицы, и чтобы хоть как-то взять под контроль эмоции, она теребила рукой свою длинную косу. Алый бант только подрагивал кончиками ленты от прикосновений.

– Прости.

– Не нужны мне твои извинения. Лети к южной границе рощи и сиди там!

– Но…

– Живо!!!

Непоколебимый тон Лейры подействовал на зверя. Выпрашивать поблажку не позволяла гордость. Отступив назад, чтобы не зацепить спасительницу, чудовище расправило широкие крылья. С ними дракон выглядел ещё внушительнее, а утренний полумрак только добавлял ему черноты в окрас.

Несколько взмахов и Ренре воспарил над землёй. Без спешки набирая высоту, создание поворачивалось в воздухе, ища подходящее направление. Мгновение – и после очередной пробежавшей по листве тени, существо ринулось прочь. Псина залилась громким лаем и бросилась догонять летающего друга. Так, вдвоём, они исчезли в глубине леса, не переставая шуметь каждый на свой лад.

На обратном пути я опять была вынуждена прикрывать тяжёлые двери. Ржавые створки скрипели, как только мой скромный вес старался захлопнуть проход. По-прежнему все жители дома спали крепким сном.

Не люблю лестницы. Особенно, когда приходится подниматься по ним вверх. Для людей это ходьба, а для меня – череда прыжков и проб не съехать с уступа. Шагая на манеру человека, но в четыре лапы, я бы не дотягивалась до следующей ступеньки. Ох, во дворах не наблюдалось подобных задержек, и передвижение проходило значительно быстрее.

Во время моего отсутствия, никто не нарушал покой Пейс. Комната тонула в тишине. Мне даже было неловко входить в этот маленький рай. Спать не хотелось. Оставалось только забраться на кровать к хозяйке и дождаться её пробуждения.

Я испортила весь смысл охоты. Зверь, который фактически был в руках у некроманта, опять на свободе. Теперь до него невозможно добраться – на ошибках учатся, и Ренре начнёт обходить магию десятой дорогой. Считай, всё путешествие насмарку, поскольку конечная цель недосягаема. Только как сообщить эту весть остальным?

Пейсиноя непременно поймёт меня. А донести благородную мысль до остальных членов команды станет проблематичным. В частности до Юнэя. Узнай колдун, что какая-то жалкая кошка посодействовала в спасении местного чудовища.… Сказать, что я получу море осуждения – не сказать ничего. Сам чародей повлиять на мои действия не сумеет, а его обидные слова давно перестали задевать.

Только именно то существо, которое попало в магическую сеть, являлось причиной нашего пребывания здесь. Исчезает оно – пропадает и зацепка, позволяющая моей хозяйке находиться в Вокрахе. Брат не станет прогонять девушку, едва поймёт, что позвал её сюда напрасно. И стараться удержать в деревне сирену магу тоже ни к чему. Зачем давать приют новому монстру, которым назовут Пейс многие жители?

Сейчас хозяйке нужно время, чтобы собраться с мыслями. Охота на мнимого аванка Пейсиноей принималась за пустую игру. Она не заинтересована в удачном исходе затеи. Вся тактика, которую тщательно составляет Юнэй, для неё лишь повод как можно дольше задержаться в Замкнутой Роще. Может, для поиска подходящих слов. Или чтобы набраться смелости. Не знаю. Но сирена растягивает своё пребывание как угодно.

Моё признание в совершённом поступке сократит промежуток в половину, если не сведёт к полному нулю. К чему в Вокрахе наша шумная компания, когда опасность миновала? Изо для в день подрывать озёра станет совершенно неуместным оправданием. Всё будет предельно просто: нет ужасного создания – нет охоты. А вместе с таким выводом наступит и финал в поверхностном гостеприимстве местного населения.

В худшем случае, на их сторону встанет и колдун. С чего ему предоставлять Пейс убежище? Временный договор чётко давал понять, что приют в деревне – табу. Ранее для девушки и обещание подарить хорошую маскировку было благом. Теперь же желания моей хозяйки подросли, и она посмела просить большего. Чародей же давать сверх меры свои услуги не собирался.

Помимо безразличия, некромант был непредсказуемым элементом в моих представлениях. Как он поступит – загадка, пока исправить что-то ещё можно. Истинные намерения Юнэя всплывают немного погодя, но вмешиваться в их свершение уже поздно. С парнем сложно спорить. Или принимаешь его позицию, или идёшь принципиально против мнения чародея.

Светало очень быстро. Казалось, что всего пару часов назад я мчалась по роще в кромешных потёмках. Небо успело сменить кучу оттенков, превратившись из синего фона в светло-голубой. Напоследок солнце попробовало добавить яркие нотки, заглядывая из-за верхушек деревьев в окно. Скошенные фигуры золотистых зайчиков вытянулись вдоль пола. Некоторые из них попадали на одеяло и мою спину. Приятное ощущение теплоты растекалось по всему телу. Такое убаюкивание усыпит меня до того, как Пейсиноя проснётся.

Хозяйка нежилась в постели, даже не думая подниматься. Удивительно, что маг не примчался ни свет, ни заря, и не позвал всех прочёсывать лес. После вчерашнего провала у него явно созрела идея разыскать озёрное существо самостоятельно. Я ожидала, что некромант с первыми лучами пустится на поиски. Но Юнэй пока не торопился встретиться с аванком и давал девушкам возможность отдохнуть. Дринек, который расположился за стеной, тоже решил не выбиваться из общего ряда. Если охотник и бодрствует, то не пытается навязаться нам. Комната превратилась в уютный кокон.

А нужно ли портить такое тихое утро скверными рассказами? Умолчав о Ренре, я мало чем повлияю на поход. Зато дам Пейс несколько дней, чтобы разобраться в себе. Когда выкраиваешь вторую попытку, время становится и быстротечным явлением, и невероятно терзающей пыткой, которая тянется бесконечно. Угадать здесь без промахов непросто.

Замкнутая Роща может послужить мне хорошим прикрытием. В лесу всегда полно следов. При неопытном наблюдателе все отметки становятся хаотичным набором подсказок, которые сбивают с верного пути. Пускай громадный отпечаток лапы дракона трудно спутать с прочим зверьём, распознать его долговечность воистину сложно. Маг-недоучка будет зря идти по цепочке следов, которые земля хранит уже несколько недель. Случайные подсказки смешает с обманом природы и продолжит монотонное путешествие по зарослям. Пожалуй, такой расклад меня удовлетворяет.

Внести долю разума при поиске животного сумеет Дринек. Молодой охотник тоже не виделся профи в своём деле, но знал он гораздо больше чародея. С ним слежка пойдёт быстрее, если не вмешаться. Я должна буду забегать впереди охотника, чтобы при необходимости прятать признаки пребывания Ренре. Главное, не показывать особую заинтересованность. Иначе Юнэй заподозрит неладное в моей беготне.

Вот чего я действительно опасаюсь, так это самого нерассудительного создания. Дракон сбежал из ловушки. Только вряд ли он покинул лес. Отправив странную знахарку к существу, меня не интересовали её методы влияния на подопечного. Чешуйчатый питомец всегда находится где-то возле деревни, возле своей хозяйки. Бесконечная роща отлично скрывала от трусливых селян. Но перед ищейками в лице парней такой защиты будет недостаточно. Магические способности некроманта, несмотря на ограниченную мощь, в состоянии удержать существо. Ночью было время исправить положение, а в присутствии лишних глаз попытки исключаются.

Жить на одном месте с таким скверным характером и кровавыми привычками рискованно. Мало того, что тебя сразу заметят, могут и невзлюбить за причинённые неудобства. Нежить никогда не пользовалась почётом среди людей. В зависимости от силы предполагаемого противника, с нами боролись всяческими способами. Некоторые отчаянные грубо выгоняли крохотных созданий из своих дворов. Те, кто обладал смекалкой пошире, умудрялись вытолкать зверей за пределы деревни. Ренре не посягал на дома в Вокрахе. Жители создавали мифы, чтобы оградить детей от стремлений заглянуть в Замкнутую Рощу. Правда, со временем и взрослые начинали верить в выдумки. Как говорится «страх даёт крылья». Воодушевлённые паникой люди пойдут на многое ради собственной безопасности. Иногда, не замечая и того, что в погоне за мирной жизнью они первые разжигают сражение.

Сеть у озера должна послужить предупреждением дракону. Дважды удача не будет переходить на сторону Ренре. Ему стоит покинуть Вокрах, если чудовище не хочет пасть жертвой находчивых охотников. Лучше не привязываться к месту, где каждый желает твоей смерти. Это совершенно лишает радостей жизни.

Надеюсь, ночной собеседник пришёл к таким же мыслям, и вскоре отправится исследовать другие края. Тогда иллюзия поиска при моей поддержке просуществует гораздо дольше.

Нарастающим шумом с улицы начали доноситься голоса прохожих. Порою напоминающие бессвязные диалоги и обрывки выкриков. Я услышала как минимум дюжину просьб и советов, которые заслоняли друг друга в гуле толпы.

«Тащи яблоки сюда»

«Пошёл вон с дороги, а то…»

«Представляешь? Уехал в город!»

«Какой смешной щенок».

«Давай проведу, красотка».

«Спасибо за помош-шь. Если понадоблюсь – зови»

Или послышалось?

Зачерпнув небольшую пригоршню сухофруктов, мужчина с сомнением поглядел на содержимое своей руки.

– Купите изюм! – женщина улыбнулась в надежде, что приподнятое настроение склонит незнакомца приобрести её товар.

Но Мэйдоффа не притягивали такие уловки. Плоды были до такой степени иссушены, что стали размером с горох. Даже пальцами чувствовалось, какая светлая ягода твёрдая и безвкусная. Подобное добро впору выбросить, а жадная торговка всё пытается сплавить свои запасы.

– Высокая цена для настолько мёртвого винограда.

Сморщенные кругляши вернулись в общую коробку. Продавщица глупо уставилась на придирчивого прохожего, не уяснив его философского замечания. Человек и не дожидался понимания в ответ, продолжая бесцельное путешествие между лотков с продуктами.

Вокрах не шёл ни в какое сравнение с ассортиментом Рыночного Округа. Отдалённая деревня не могла и не хотела соревноваться с обменным пунктом, через который проходят главные дороги государства. Туда тянутся даже случайные пути, потому что всем известно: в том городке найдётся даже самая редкостная вещица. А посёлок, заключённый в Замкнутую Рощу, не стремился к подобной популярности. Снабжать жителей лишь самым необходимым – в этом и заключалась его маленькая задача. Поэтому люди не знали про редкие фрукты, лакомые сладости и прочие деликатесы. Больше того, порою обыкновенная еда на прилавках выглядела настолько скверно, что начинала пропитываться тем противным запахом, который намекал на начало гниения. Хотя и не каждый торгаш был настолько бессовестным, чтобы выставлять сие безобразие на всеобщее обозрение, местный рынок не отличался качеством.

Удручённый взгляд Мэйдоффа переносился с качанов капусты на пучки зелени, но с каждым наблюдением разочаровывался в Вокрахе. Местность постепенно вымирала, отсекалась от внешнего мира и пряталась за скучной занавеской быта. А обитатели просто смиренно принимали такое положение, словно будущее их не трогало.

– Отдыхаешь?

Две тяжёлые ручищи клешнями сомкнулись на запястьях мужчины. Дёргаться при этом прочном плене не имело смысла – только получить пару синяков на память вместо воли. Да и силы были неравны. Против громил, которые находились на службе у музы сложно найти управу.

Широкоплечие великаны выделялись из торгового скопища за счёт высокого роста и плотной комплекции. Удивительно, что своим появлением на рынке, они не привлекли всеобщего внимания. Лишь одна старушка негодующе осмотрела их со стороны. И то, только потому, что они загородили половину прохода и мешали искать дешёвый товар. Другого интереса старые знакомые Мэйдоффа у окружающих не вызывали.

Троица незаметно покинула сердцевину толпы, медленным шагом направляясь к отдалённым навесам, а там и вовсе оказавшись на безлюдной улице, вдали от лишних глаз.

– Нашли, всё-таки. – Сокрушённо вздохнул пленник.

– Было бы что искать. Как хвостик за подругой возвращаешься.

Второй громила довольно хихикнул в знак согласия. Хватка новоиспечённой стражи не позволяла мужчине не то что свободно двигаться, а даже замедлить шаг. Оценив, как его торопливо уводят, Мэйдофф сразу распознал и выбранное направление. Несомненно, великаны вели его к хижине знахарки, которая стояла у самой окраины рощи. Вот ведь целительница изумится, узрев на пороге таких неожиданных гостей. Не стоит и пытаться отговорить парочку от намеченного ими визита. За свою беспечность придётся поплатиться не только серьёзным разговором, но и более тяжкими последствиями.

Глава 4. Остатки прошлых суждений

– Мельпомена никогда не приходит просто так. – С долей осуждения сказала девушка, делая глоток.

Чаепитие шло вместе с деликатным разговором, но со стороны казалось вполне безобидной встречей. Хозяйка стола величественно выслушивала просьбу, с которой к ней явилась знакомая. Муза просила невыполнимого:

– Уничтожь цветы. И всё будет как прежде.

– О чём ты говоришь?

Хлорис прекрасно понимала, чего требует женщина. И выполнять прихоти ради продолжения чьих-то интриг она не собиралась. Участие в постоянных ссорах и разногласиях стоит обходить стороной. Иначе рано или поздно окажешься виновницей всех бед. Вот почему богиня никогда не играла роли союзника. Только наблюдателя.

– Твоя синяя роза выходит из-под контроля! Она становится основой для человеческих фокусов!

– Этого следовало ожидать. После похищения огня я предполагала, что люди не ограничатся одним даром.

– Ещё можно всё исправить.

– Истребив весь вид роз? Ну, уж нет.

– Начнётся бардак, Хло.

Светловолосая девушка не выказывала ни капли волнения от новостей. Это Мельпомена пришла с определённой целью, а собеседница просто наслаждалась приятным времяпровождением. По её внешнему виду никак не скажешь, что имело место быть переживание о мелочах вроде деревенских страстей. Живые цветы, которые украшали причёску и так шли натуре Хлорис, незаметно трепыхали лепестками. Они тоже выражали своё недовольство натянутым молчанием.

– Ничего не будет. Один случай – не повод для шума, который ты устраиваешь.

– Зачем ты вообще создала это растение? – с сокрушением спросила муза.

– Для красоты.

– Обыкновенная красота не вызывает таких последствий…

Мельпомена мялась, не в силах верно изложить своё требование. Если богиня не захочет пойти ей навстречу, девушку не уговорит никто. Избавиться от изменчивых свойств редких бутонов – это последнее, что ещё можно просить. Но ждать ли отдачи?

– Пожалуйста, сделай цветок обычным.

– Но он потеряет свой оттенок, своё изящество…

Отговорками Хлорис отбивалась в самых крайних случаях. Когда её твёрдое «нет» говорило, что разговор затянется надолго, такие оправдания виделись более скорым решением. Опущенные ресницы выдавали сомнение.

– Давай. Волшебство не должно быть доступно всем подряд.

С женщиной было трудно поспорить. Делиться с простолюдинами силой, которую те даже использовать с толком не сумеют – скверная затея. Но цветок, беспокоящий музу, мало чем повлияет на жизнь обитателей Вокраха. Без достойного ухода от него не будет проку. Видимо, кто-то всё же отыскал правильное применение чуду. Только Мельпомену подобная находчивость не радовала.

– Если об этом узнают они, – рука неопределённо показала вверх. – Последствия станут ещё глобальнее.

– Я поняла!

Чай был позабыт и отставлен в сторону. Хлорис пододвинула к себе вазу, стоявшую рядом. Вытянув из пышного букета один стебель розы, она положила его на поверхность стола. Синяя головка мягко улеглась на скатерть, ожидая продолжения.

– Не знаю, во что это выльется, но чтобы больше ты ко мне не приходила!

Придавать значение грубому обещанию Мельпомена не старалась. Между ними не наблюдалось дружбы. И услышать доброе напутствие при встрече никто не надеялся. Поэтому все следующие действия происходили под гробовой тишиной.

Зелёные глаза лишь внимательно смотрели на одинокий цветок. Ни взмаха кистью, ни малейшего шороха богиня не совершала. Это земные колдуны сопровождали любые потуги мудрёными предложениями и непонятными жестами. Магию приходилось приманивать каждый раз заново. А теми, у кого единство с природой было от рождения, примитивные приёмы высмеивались. Стоит захотеть – и всё придёт само. Казалось, что девушка просто смотрела на отсеянную розу. Приглядевшись же более внимательно, муза заметила изменения, над которыми работала Хло. Синие лепестки покрылись трещинками. Неравномерные жилки будто вытягивали цвет. Бутон медленно стал полностью белым, после чего начал склоняться к совершенно иному тону. Красному. Мельпомена удовлетворённо улыбнулась на такую перекраску. Неясно, что вызвало у женщины такие эмоции: другой оттенок или отсутствие былой мощи в пухлом соцветии.

Богиня тряхнула головой, разметав свои массивные кудри. Она и так находилась в плохом настроении, а после навязанного обязательства ещё почувствовала усталость. Мельпомена в меру своей невнимательности не оценила стараний. Муза интересовалась только своими проблемами:

– Прекрасно! Но как изменить другие кусты роз?

– Не нужно ничего делать. Они избавятся от лишних мелочей в течение нескольких дней. Надеюсь, ты переживёшь подобный срок?

– Пожалуй.

– Тогда прощай. – Хлорис не видела причин продолжать чаепитие вместе.

– Красными они мне больше нравятся.

– Несомненно.

Гостья показала собственное равнодушие. Блондинка поступила мудро, что взялась исправить прошлую оплошность. Но особой благодарности девушка не заслуживала. И не получила.

– «Красные мне больше нравятся». – Передразнила она собеседницу, лишь только та вышла из зала. – Многое ты понимаешь в цветах!..

Расстроено вернув посвежевшую розу в вазу, Хло сдвинула участников букета плотнее. Орхидея, ромашка, ландыш, веточка сирени и прочие творения богини теснились на столе. Кому-то они могли показаться чересчур пёстрым скоплением. Только не в этом месте. Тут допустимы любые сочетания и любые жители садов. То благоухание, которое разлетается по помещению – награда для Хлорис. Жаль, что немногие способны оценить её старания, принимая всё за должное.

Мы опять шли по чаще в прежнем составе. Четыре человека и я, юркая тень под их ногами. Хотя, под описанную мною категорию подходил лишь Юнэй. Остальные, так или иначе, выпадали по отдельным деталям. Алнэ сразу выдавали острые уши. Швея часто заплетала косы или высокие хвосты, приоткрывая лицо. Своего происхождения она не стыдилась. Но несколько пронзительных взглядов время от времени обращаются в сторону фейри. Охотник выделялся на общем фоне своей бледностью. Вроде бы в этом ничего нет – здоровье штука обманчивая. Я-то знала, что стоит за чёрным платком на его шее. А чужим наблюдателям внешность Дринека ничего особенного не поведала бы. И Пейсиноя, чью суть вообще угадать невозможно, пока не доходит до схватки. Тогда острые когти заставляют по-другому посмотреть на сирену. Эти двойственные образы были едва уловимы сейчас, когда они спокойно шли по Замкнутой Роще.

Пейс с аппетитом жевала маковую булочку, которую успела прихватить по пути в заросли. Некромант всё-таки вытянул всех на повторную охоту за чудовищем. И пускай подобное сопровождение несло в себе мало толку, сильно противиться никто не собирался. Погода стояла отличная, поэтому можно просто вообразить незапланированную прогулку по лесу.

Мне же расслабляться не позволялось. Чародей понимал: взявшись исследовать пущу, стоит уложиться в одни сутки. Иначе искать неуловимое существо придётся очень долго. Парень вилял между деревьями, совершая такие резкие повороты, что порою остальные теряли его из поля зрения и недовольно окликали. Девушки шли медленно. Именно женская половина сдерживала Юнэя от желания оббежать рощу за несколько часов. Чем очень помогала мне.

К моему удивлению, позади плелась сирена в компании с Дринеком. Предоставив своему напарнику возможность выбирать дорогу, зомби на этот раз решил немного поговорить. С улыбкой отказавшись от предложенного кусочка выпечки, охотник вернулся к своему рассказу. Увы, не всегда удавалось услышать тему их болтовни от начала и до конца. Что поделать – на данный момент главной целью для меня было скрыть присутствие Ренре.

Обгоняя мага, я быстро рассматривала местность. Если ничего интересного и опасного не находила, на той же скорости спешила обратно. Не стоило бояться и того, что колдун воспримет мои выходки с подозрением. К нам опять привязалась бездомная собака. Притворство, словно чёрный пёс специально гоняет меня кругами, отсекало лишние вопросы само собой. Кутерьма, устроенная нашими усилиями, не получала внимания, но послужила отличным прикрытием. Под моим присмотром Юнэй уже долго нарушал пейзаж чащи своим присутствием.

Трудно было прогибаться под рассуждения чародея. Иногда возникала такая ситуация, когда я обшаривала кусты и неожиданно ловила голоса где-то справа. А всё потому, что наш путеводитель надумал поменять направление. И стал идти туда, где я ещё не успевала провести свою ревизию. Такая гонка сводила с ума и требовала полной сосредоточенности. Некогда подслушивать откровенности охотника и моей хозяйки.

Некроманта подталкивала мысль о растерзанной ловушке, которую мы нашли у озера. Её пустое использование должно было остудить нрав парня, но вместо этого он только сильнее воспылал надеждой завершить охоту. В упорстве Юнэя попрекнуть невозможно.

А пока мы с колдуном старались поравняться в умении поиска, в конце цепочки вёлся разговор. Я убедилась, что следов поблизости не наблюдается, и на время вернулась сопровождать Пейс.

– …Мне это интересно.

– Как подростку в один момент могла стать интересна нежить? – переспросила моя хозяйка.

– Вот так. У нас в деревушке постоянно возникали разногласия с подобными созданиями. Это начало входить в привычку.

– Привычку убивать?

– Тоже… – Подтвердил Дринек.

Товарищ чародея легко раскрывал своё прошлое, поскольку ничего необычного в его истории не было. Любой охотник изучал мастерство ловли с малых лет. Ведь опыт вымеривается количеством проб – в борьбе с потусторонними существами мера именно такая. Она же и позволяет набраться ловкости или обзавестись определённой долей хитрости в подобном занятии.

Пейсиноя плавно вывела правдивость парня в другую сторону. Вернувшись после очередного короткого рейда по тропинкам Замкнутой Рощи, я уже слышала отрывок из целой повести:

– …Чуть не утонул?

– Именно. – Согласился парень. – Было трудно играть в такие перетягивания, учитывая, что я стоял на суше. Но сирена выдохлась после стычки с Юнэем и вскоре отпустила его.

– Понятно, почему он не хотел делиться этой историей… – Проговорила тихо Пейс, мельком взглянув на некроманта.

Конечно, чародей не позволил бы распространяться о том, как его чуть не утащили на дно. Удивительно, как это он не обращал внимания на постоянное шушуканье за спиной и не пресёк сплетни. На самом деле в этом нет ничего позорного. Рано или поздно даже в любимом занятии наступают неудачи. А Юнэю ещё очень повезло, что рядом оказался друг и спас его от смерти.

Но колдуна не беспокоили разговоры. Парень шёл отдельно от остальных, выбирая направление. И не больно интересовался, чем товарищи занимаются во время скучной прогулки. Так же отстранённо шествовала и фейри. Один раз я чуть не врезалась в неё, выпрыгивая из густого куста. Алнэ лишь задумчиво пропустила кошку вместе с тучкой пыли и зашагала дальше. На меня не обращали внимания.

– …Трудная, однако, у студентов академии практика.

– Нет, обычная. То Юнэй погнался за опасным случаем, не рассчитав силы.

– Похоже на него…

Хозяйка с каждым днём всё чаще находила точки соприкосновения с Дринеком. Охотник был общительным парнем. И после превращения в зомби не растерял своё добродушный нрав. Зато физические изменения постоянно становились всё заметнее. Мощь росла, давно перестав казаться мужским преимуществом. Время от времени наблюдая, как поднимают Пейс, словно пушинку, помогая преодолевать лесные препятствия, я убеждаюсь в этом всё сильнее. Чтобы не сотворил с ним некромант, его тело меняется. Как бы слабо он не выглядел со своим цветом кожи и до сих пор не заживающей раной на шее, теперь Дринек может по праву сравниться с сиреной. Не хочется подтверждать это, но Пейс заметно уступает ловкостью движений таким переменам. Не исключено, что моё мнение ошибочно. Опровергать умение нежити нужно очень осмотрительно. Иначе неправильная оценка станет вашим последним выводом в жизни.

Мы бродили по Замкнутой Роще полдня, так ничего и не отыскав. Я уже обрадовалась про себя, как полоса везения прекратилась. Забегать дальше Юнэя не имело смысла, поскольку его бдительные глаза устали исследовать лес и не нуждались в помехе под именем «Дивана». Но только после победы моей халатности над осторожностью, объект нашего поиска попался на пути уж больно неожиданно. На широком клочке песка, между травой, отчётливо виднелись отпечатки лап. Сомневаться в том, что они принадлежали дракону, не довелось – иной зверь всеми своими конечностями не заполнит подобные ямы. Ренре находился на грани разоблачения.

Понимая, что спустя мгновения чародей окажется вплотную ко мне, думать было некогда. Я использовала первую идею, пришедшую в голову.

Упала на землю и начала резво кувыркаться на спине.

Пожалеть об этом пришлось спустя несколько оборотов в грязи. Маг не стал как-либо комментировать мой поступок, а решил показать своё мнение самым обидным способом. Засмеялся. Представляю, насколько нелепо подобное выступление выглядело со стороны. Но, как бы ни хохотал Юнэй, настоящую причину моей внезапной передышки он не раскрыл. Предостаточно взбудоражив почву, я поднялась и отряхнула шерсть от прилипших клочьев травы. Сверху не переставал доноситься мерный гогот чародея. Пусть веселится дальше. Только не от счастливой находки в виде следов аванка.

– Что у вас случилось?

Портная вместе с дуэтом говорунов пропустила моё представление. Увидеть его посчастливилось лишь колдуну, который явно остался доволен тем, что застал.

А своим массажем с примесью пыли я хорошо стёрла неосторожность трёхголового существа. Впредь буду предусмотрительнее и опять начну обгонять чародея. Повторно унижаться в его глазах мне не хочется.

– Что-то отыскали? – тут же дал о себе знать Дринек.

– Нет, нет. Всё чисто.

Найдя в себе силы успокоиться, маг вернул на лицо былую сосредоточенность. Парень взялся говорить что-то другу про результаты поиска, но я не осталась слушать. Необходимо осмотреть ближайшие заросли раньше некроманта. Да и вряд ли он поведает им интересные сведения.

Следопыт из колдуна никудышный. Если и предыдущие охотники искали свою добычу такими же способами, то неудивительно, что Ренре беспечно проживал тут несколько лет. Роща могла легко сбить путника с дороги. Вполне возможно, что дракон, за которым шёл маг, аккуратно переместился в другую часть леса, обойдя нас где-то сбоку. В общем, в плане Юнэя было множество недочётов, которые я с радостью дополняла.

Сделав небольшой полукруг, мне опять предстояло стать тихим наблюдателем. Дринек выдавал историю за историей, чем чудесно отвлекал Пейсиною. Краем уха я ловила примеры неудачных напарников, от которых охотник мгновенно избавлялся. В поединке с нежитью нужно иметь надёжное плечо рядом. И самому иногда исполнять должность сообразительного помощника. Это ответственность, отказываться от которой нельзя в последний момент. Принимать тоже. Не могу судить, повезло ли зомби с чародеем, но они уже пережили массу приключений и до сих пор не разошлись. Время их не поссорило, а сдружило на зависть остальным.

Мне лишь оставалось непонятным, как в этот сплоченный союз пытается примкнуть Алнэ. Фейри завоевала симпатию мага. Сплотить такие же крепкие отношения с Дринеком сложнее. Он принимал девушку, как знакомую Юнэя, не пытаясь установить более тесную связь. Охотник иногда казался чересчур наивным. Только подобное качество всё равно не подпускало к нему подозрительных личностей. А швея была, мягко говоря, непостоянной. С некромантом фейри вела себя сдержанно. Перед ним Алнэ не показывала эмоции, пряча тем самым недосказанность. Предыдущий образ рассеялся без остатка, уступая место её неприязни к моей хозяйке. Уж не знаю, с чего портная так ревностно ставит вопрос, но ладить с Пейс она точно не собирается.

Сирена не беспокоилась по поводу тех интриг, которые устраивала фейри. Претензии понятны, а разжигать конфликт ещё больше Пейсиноя не старалась. Или я не была посвящена в планы относительно рыжеволосой заговорщицы.

Девушка ходила отдельно от всех, не проявляя интереса ни к байкам Дринека, ни к учёным проискам Юнэя. Хотя, в последнем утверждении довелось сильно засомневаться, когда швея известила звонким голосом:

– Смотрите, след!

Неужели я пропустила?!

Над найденным отпечатком сразу образовалось кольцо. Заняв место у ног Пейс, мне тоже хотелось увидеть открытие Алнэ, пускай и повлиять на него невозможно.

Но на земле находился лишь нечёткий след сапога. Люди часто заходили в лес вопреки своим опасениям. Поэтому неудивительно наблюдать такую находку. Мой короткий страх быстро улетучился. Это был не Ренре и даже не его повелительница. Подошва явно говорила о тяжёлой ходьбе и больших размерах, которые скорее присущи мужчине. Фейри без толку отвлекла мага.

– Может, пойдём за незнакомцем?

Швея не желала просто так отказываться от своей доли участия. Обрывчатое предложение маршрута и правда уходило куда-то влево. Порою, цепочка следов прерывалась на молчаливую подстилку из травы, а после снова указывала направление. Не будь фейри такой внимательной, вылазка анонима осталась бы для нас тайной.

– Давайте попробуем. – Согласился Юнэй.

Не встретив особых противоречий от охотника и Пейс, чародей перешёл на новую тропинку.

Трудно представить, как некромант надеялся выйти на аванка по сомнительным остаткам бывшего путешествия. Мне такая глупость только поможет путать парня.

– Где ты носишься, Дивана? – полюбопытствовала сирена, заботливо снимая с шерсти застрявшие сучки веток и прочий лесной мусор. – Становишься похожа на лешего.

Ну и сравнение, хозяйка.

– Раньше мы просто шли непонятно куда, а теперь бродим кругами!

– Ещё неизвестно, что хуже.

Наконец-то пришло осознание того, что исследовать Замкнутую рощу в таком малом составе бесполезно. Кроме меня и Юнэя никто не старался найти следы пребывания чудовища. Девушки во главе с Дринеком лишь сопровождали колдуна во время поиска. Но совершенно не способствовали его успеху. А после решения ориентироваться на путь неизвестного мужчины по прерванной полоске отпечатков, затея добраться до аванка потерпела крах.

– Я вообще не вижу смысла бегать по лесу! Это будет длиться бесконечно.

– У тебя есть иные предложения, Танелия? – спросил Юнэй, поддразнивая сводную сестру ненавистным именем.

– Худшего уж точно не придумаю.

– Так, прекращайте. – Примирительно вмешался охотник. – Мы, правда, ничего не добились этим походом.

Дракон прекрасно играл в жмурки. Только не думаю, что чародей быстро сдастся, и останется на поводу у такого измора. Терпения у парня хоть отбавляй. С пустыми руками из Вокраха он не уедет.

– Я тоже устала.

Фейри поправила свою бежевую куртку и вздохнула. Нас всех вымотала скучная ходьба. Теперь даже следы местного жителя, который плутал по зарослям, не оправдали себя. День был потрачен впустую. Мы валились с ног.

– Хорошо. – Сдался маг. – Можете возвращаться в деревню… Дринек?

– Я проведу.

Понимая, что тянуть за собой портную и сирену окажется в тягость, колдун отважился завершить осмотр леса самостоятельно. Рискованно и довольно разумно. Передвигаться одному намного проще.

Увы, сопровождать его я уже не смогу. Моя навязчивость наверняка бросится в глаза и покажется странной. Пейсинои тоже не помешает компания дворовой. Юнэй побродит в гордом одиночестве. Вдруг это натолкнёт его на свежие идеи касательно ловли озёрного существа.

Эй… Озеро!

Я молниеносным прыжком переместилась на плечо своей хозяйки. Наклонилась близко к её уху, по секрету объясняя посетившую меня мысль. От Пейс предложение будет звучать не напрасно. Обыкновенную кошку чародей не послушает.

Нашёптывая наблюдения, я успела уловить недовольный взгляд фейри. Швея почувствовала, что попытка отправиться на отдых отбита.

– Аванк же водный обитатель. Походит по тропинкам и вернётся в родную лужу, где мы его сперва искали.

Тон Пейсинои не давал сомневаться – в озвученной теории есть крупица разума. Сирена уверенно изложила поведанную мысль от своего имени. И колдун прислушался.

Некромант был раздосадован, что подобная мелочь ускользнула от его внимания. А продолжать совершать промахи он тоже не мог себе позволить. Времени не хватало. В сумерках шансы натолкнуться на зверя равны нулю. Хотя, в моём случае всё вышло как раз наоборот.

– Вы будете проходить мимо озера. Заодно и проверите.

– Ты не пойдёшь с нами? – уточнил охотник.

– Нет. Я догоню позже. Надо дойти до южной границы.

– Не задерживайся.

Алнэ искренне пожелала магу удачи и скорейшего возвращения с хорошими вестями. Зато сама поспешила в обратную сторону, чтобы добраться до отведённой ей комнаты и выспаться. Несмотря на то, что проводником вызвался Дринек, право вести большую часть команды взяла фейри.

– Не заблудишься? – Пейсиноя не пыталась поддеть портную.

Но девушка расценила вопрос именно как завуалированный упрёк. Поэтому следом метнулась наполненная ядом сдача:

- Не надейся.

Потеряв счёт поворотам, Лейра не страшилась потеряться. Чаща служила ей многолетним пристанищем, и ориентировалась она здесь интуитивно. Ряды старых деревьев вскоре выпустили знахарку на крохотную поляну. Миниатюрный кружок земли даже не пропускал на себя солнечный свет – ближайшие ветви служили плотным ореолом для этого уголка. Но, несмотря на непривлекательность найденного места, целительница стремилась сюда.

Оглянувшись через плечо, девушка попала на взволнованный взгляд своего товарища. Мэйдоффу здорово не повезло. Верзилы, которых в деревне никто не жаловал, настигли беглеца, и отпускать мужчину не собирались. По крайней мере, так они сказали Лейре, лишь только та вышла на порог своей избушки. Назойливый стук в дверь заставил её поторопиться. Ничего приятного снаружи не ожидалось, а отказаться от разговора тоже невозможно. У громил был очень веский довод заинтересовать – угрозы.

Друг, плотно зажатый между человекоподобными скалами, нуждался в выручке. Знахарка не могла остаться равнодушной к его пленению, столько раз спасаясь под опекой Мэйдоффа. Всё-таки именно она затянула знакомого в Вокрах и умоляла быть постоянным гостем. Возможно, перед очередным визитом к доброй врачевательнице, мужчина и угодил в западню, устроенной благодаря поручениям музы.

Во влиянии Мельпомены на данное происшествие Лейра не сомневалась. Напыщенная посредница богов постоянно ищет способ отомстить противнице за похищение дочери. Будь женщина менее мнительна, она направила бы силы в иное русло. Вырвать малышку из переплетения судьбы – не в её власти, но обеспечить девочке хорошую жизнь становилось годной альтернативой. А по тому, как юную сирену выдворили за пределы посёлка, было заметно – материнские чувства у музы не брали лидерство. Показывать своё влияние становилось для этой особы главенствующей необходимостью. Семейные узы постоянно отодвигались куда-то назад.

От того, что сама Мельпомена заточена обязательствами на небе, женщина злилась ещё больше. Поручать такое важное дело безмозглым слугам жутко не хотелось. Но прочих вариантов муза не имела. Поэтому вражда и растянулась на долгий период, попеременно, то утихая, то разгораясь с новой мощью. Нельзя угадать, чей шаг окажется решающим.

Недальнозоркий дуэт громил следовал за Лейрой до самого края. Одинокая девица не представляла для них серьёзной опасности. Только приближаться больно близко к своенравной целительнице они не хотели. Знахарка могла играть и в непредсказуемую противницу, если бы захотела. Один раз ей удалось ускользнуть прямо из рук великанов. Точнее из-под лезвия ножа, приставленного к горлу. Повторно давать Лейре насладиться победой они не хотели. А уж упускать Мэйдоффа после её хитрых уловок – и подавно.

– Ренре, покажись!

Короткий призыв принудил громил вертеть головами, чтобы не упустить из виду появление чудовища. Верзилы хоть и не отличались сообразительностью, обладали крупицей самосохранения. С существом, которое держало в страхе всю деревню, надо быть начеку.

Треск прутьев и низких кустарников известил о приближении животного. Выползающий зверь заставил гостей Лейры поубавить свою уверенность. Чешуйчатое тело лениво пришло на зов хозяйки, но своим спокойствием ввело великанов в ступор.

– Разве это аванк? – посмел спросить один из слуг. – Ты нас за нос водить вздумала?

– Он лучше аванка.

Целительница приблизилась к питомцу и положила руку на крайнюю из голов. Жест казался отнюдь не безобидным. Словно девушка старалась попридержать дракона от нападения, прикрываясь ненавязчивыми ласками и поглаживая создание по холке.

Ренре наблюдал за незнакомыми мужчинами. Красные глаза даже днём выглядели устрашающе. Существо просто стояло на месте, не издавая ни единого звука. От этого смотреть на него было ещё пугающе: кто знает, что последует за таким оценивающим осмотром.

– Не передумали меняться?

Пока оговаривалась сделка, Мэйдофф старался извлечь из ситуации максимум пользы. Он разглядывал зверя от кончика хвоста, который едва виднелся за толстыми лапами, до длинных шей, мерно качающихся от тихого фырканья. Тёмный цвет не давал понять, насколько огромным было чудовище. Но существо и так поражало своим величием. А что самое важное – прятало незаметно сложенные крылья на спине.

– Ты должна его отдать нам.

Попытка передать приказ музы своими словами и грозным тоном не возымела результата. Знахарка не выглядела напуганной девушкой, согласной на любые предложения. Лейра смотрела на своего товарища, на ходу ища способ освободить его.

– Так забирайте.

Никто не сделал ни шагу навстречу. Великаны настороженно косились на дракона, прикидывая в своём крошечном уме как теперь исполнить повеление Мельпомены. Мэйдофф же перенял спокойствие целительницы. У Лейры наверняка созрел план, если она так вызывающе беседует со стражами:

– И?

Отправляясь отобрать у девицы обыкновенного аванка, громилы совершенно не ожидали натолкнуться на это трёхголовое создание. Покорность Ренре не давала одурачить, напоминая кровавыми пересказами о самонадеянных рыцарях, которые заканчивали свои дни в пасти чудища. Продолжать пополнять коллекцию драконьих жертв не хотелось.

– Не смей нас путать. Или дружок тебе уже не нужен?

Верзила, взявший на себя право вести разговор, дёрнул за плечо пленника. Посчитал, что лишнее напоминание целительнице не помешает.

– Разве я вам чем-то мешаю?

Лейра театрально выразила удивление на лице, чем вызвала улыбку у Мэйдоффа. Когда его подруга устраивает подобные затянутые представления, значит, скоро жди интересного финала.

– Подходите, берите. Бодрее, мальчики.

Сделав предложение, девушка слегка хлопнула своего питомца по макушке и тут же убрала кисть. Ренре сразу отозвался на безмолвную просьбу хозяйки. Двинулся на слуг, против которых сама знахарка не посмела выступить.

Несколько шагов зверя заставили великанов сделать то, что совершают все трусы в похожей ситуации. А именно – вытолкнуть недавнего пленника вперёд, представляя ему роль временного щита. Мужчина оказался перед драконом. Но не знал, как себя вести с противником, у которого из ноздрей стали тянуться тонкие струйки дыма. Походка, постепенно набирающая скорость, тоже не располагала к удачным идеям в противовес.

В то время, пока животное укорачивало разрыв, с другой стороны Мэйдоффа тоже происходили изменения. Громилы старались отодвинуться подальше от крадущегося зверя. Контроль плана теперь их не волновал. Собственная шкура ценилась гораздо дороже. Отказом от имеющейся половины обмена они старались запастись временем. Но не знали, как его использовать. И какой договор может быть, когда Лейра натравила на них своего питомца?

– Останови его, глупая! - выкрикнул один из преследователей.

В ответ знахарка лишь издала ненамеренный смешок. Новыми оскорблениями её не переубедишь. Чтобы Мэйдоффу не передалась паника его надзирателей, девушка весело подмигнула другу. Пусть верзилы трясутся перед существом, а ему ничего не грозит.

Ренре не терял времени. Приблизившись на достаточно близкое расстояние, дракон решил преодолеть остаток пути прыжком. Резко припав к земле, зверь совершил низкий скачёк. Подмяв под себя Мэйдоффа, чудище аккуратно обступило его своими лапами. Напарник целительницы находился в полной безопасности. Хотя, по мнению великанов, мужчина уже был наполовину растоптан. Естественно, что прийти ему на выручку они не пытались. Только сделали пару шагов назад, словно это что-то меняло.

Но дракон не старался играть с громилами в такие медленные догонялки. Отогнав незнакомцев от хозяйки и её друга, Ренре мог действовать совершенно по-иному. Таким преимуществом создание не преминуло воспользоваться. Практически одновременно раскрыв все три пасти, обитатель леса выпустил в назойливых гостей огонь.

Яркие потоки сплелись в одну тучу и ринулись на отступающие фигуры. Вспышка, созданная драконом, не только отпугнула верзил, а и отбросила их волною на несколько аршинов. Питомец Лейры явно переусердствовал с силами, извергнув такое количество пламени. Получив отпор от местной целительницы, громилы обзаведутся массой болезненных ожогов.

Отгородив свою опекуншу от их стонов, существо застыло на месте. Только тогда Мэйдофф посмел зашевелиться под брюхом у животного. Плавно отползая по направлению к хвосту, мужчина ориентировался на голос подруги:

– Сюда, не бойся.

Бывший пленник выбрался из-под укрытия ящера и еле поднялся на ноги. Его качало от таких стремительных событий. Но знахарка, которая тут же поспешила поддержать шаткого товарища, намекала, что передышка ещё далеко. Ухватившись за руку мужчины, целительница оттащила знакомого в сторону.

– Как они тебя словили?

Мэйдофф лишь пожал плечами. Потерял бдительность и всё, оказался в распоряжении великанов.

– Хорошо. Это не важно.

Лейра разговаривала торопливо, стараясь не терять ни минуты. Она оборачивалась на Ренре, чтобы при необходимости одёрнуть его командой. Дракон стоял в прежней позе, немного повернув свои шеи. Поднятый им вихрь вместе с огнём развеял чёрный дым. И, в отличие от кусачих языков, пелена не оседала так скоро. В воздух вторгся запах палёной ткани.

– Нужно уходить отсюда. Ренре!

Зверь без особого желания обернулся на голос хозяйки. Находиться на поводу у Лейры было выше его достоинства. А сейчас она подзывала чудовище, словно оно казалось какой-то прирученной дворнягой. Грузно потоптавшись, существо покинуло громил, без сознания лежавших на земле, и подошло к девушке. Правая голова с любопытством рассмотрела спасённого высокого человека вблизи. Мэйдоффа обдало до сих пор жаркое дыхание. Мужчина тоже не был рад такой тесной компании.

– Залезай. – Знахарка кивнула на пыхтящего рядом Ренре.

– Мне кажется, он будет против.

– Ерунда!

Девушка дала дракону знак, чтобы тот приблизился. Пока питомец боролся с желанием проигнорировать распоряжение хозяйки, Лейра продолжала:

– Садись у средней шеи. Ну же! Нам некогда медлить.

Подгоняя товарища, целительница одновременно уговаривала и своего подопечного пойти навстречу. Но зверь не намеревался проникнуться неприятностью Мэйдоффа. Нехотя наклониться, позволяя забраться себе на спину – это самое большее, на что он был согласен. Прищурив глаза, Ренре замер неподвижно и вроде бы позволял себя оседлать. Тем не менее, друг Лейры не жаждал прокатиться.

– А ты?

– Я останусь в деревне.

– Одна?

– Да, одна. Ты же улетишь. Второй раз нам так не повезёт. – Девушка покосилась в сторону обгорелых громил на траве. – Не бойся за меня. Переплетение судьбы свяжет им руки.

С таким утверждением не поспоришь. Только оставлять знахарку без присмотра, а теперь и без зловещего питомца было слишком тяжёлой платой. И для Мэйдоффа и для целительницы. Лейра права – вечно дразнить музу с её помощниками не удастся. Стоит или дать однажды отпор, или постоянно терпеть притеснения Мельпомены. Появился отличный шанс оборвать связи: Лейра влилась в быт Вокраха и оказалась за пределами высших законов, а мужчина мог исчезнуть сейчас с концами. Ради этого нужно лишь пожертвовать старой знакомой, с которой они могут больше никогда не встретиться. Довольно болезненный обмен.

Тем временем девушка стала склонять Мэйдоффа к очередному побегу. И в её доводах был резон. Отбросив чувства, такой выход и впрямь казался единственным. Иные пути ещё более туманны и запутанны.

Перебросив ногу, мужчина залез вначале на широкую спину, а потом переместился к центральной шее. Ренре терпеливо ожидал, пока на него заберутся. Обзаведясь наездником, зверь уже прочно встал на лапы и расправил крылья. Увидев, что беседа не думает перерастать в прощание, существо своей готовностью к полёту поторопило друзей.

Расстроенная Лейра тоже не обладала на данный момент многословностью. Оставив напутствия товарищу, она отступила на шаг назад. Нужно дать дракону пространство для взлёта.

– Он отвезёт тебя подальше. И поможет спрятаться.

– Я понял. А что будешь делать ты?

Девушка ответила на волнение Мэйдоффа в привычной манере – спокойно обратила всё в шутку:

– Прогоню эту парочку, когда они очухаются. Хоть повеселюсь напоследок…

– Не увлекайся. – Подыгрывая подруге, мужчина засмеялся. – Теперь у тебя нет огнедышащего защитника.

– Я запомню.

Чтобы опять не стеснять питомца, целительница послала на прощание воздушный поцелуй. Приняв это, как знак к отправлению, Ренре предупредил нового спутника:

– Крепче дерш-шись.

Оказавшись в воздухе, существо не тратило лишнего времени на круги по небу, а моментально ринулось по намеченному курсу.

– Ты умеешь говорить?!

Но зверю было некогда болтать со своей ношей, чтобы лишний раз доказать правдивость его наблюдений. В полёте вообще трудно вести диалог: то слышно плохо, то самому неудобно произносить слова. Между мужчиной и драконом мало общих тем. А Мэйдофф после короткого возгласа явно не норовил искать точки соприкосновения. Не упасть со спины Ренре – вот что его беспокоило прежде всего.

Пока моя голова была забита удручающими рассуждениями, мы постепенно приближались к озеру. Как некромант торопил всю компанию вглубь леса, так и портная старалась вырваться за границы Замкнутой Рощи. Какая жалость, что Юнэй остаётся один. Без присмотра он ещё энергичнее приступит к поиску аванка. Теперь я могу лишь надеяться, что сама Судьба отгородит их друг от друга в этой глуши.

Но вскоре подобные проблемы стали совершенно не значимыми по сравнению с тем, что попалось нам на поляне. Алнэ сегодня досталось право быть первооткрывателем всех находок, потому что у берега ей опять посчастливилось отыскать что-то стоящее.

– Глядите! Это.… Это он!

Присмотрись фейри более внимательно к своему открытию, восхищения бы у неё заметно поубавилось. Вопль девушки даже не сразу позволил понять, про кого старается предупредить остальных швея. Лично увидев предмет её криков, у меня просто пропал дар здраво думать на несколько минут. Ибо сопоставить подобное с недавними событиями очень трудно. А неоспоримое противоречие всё равно поставило целью закрасться в мои мысли.

– Не приближайся к нему! – первым опомнился Дринек, придержав фейри за локоть.

– Он не двигается. Неужели спит? Или.… Ой, он мёртвый! Вы всё-таки отравили его!

Щебетанье Алнэ не позволяло сосредоточиться. С одной стороны хотелось рассмотреть внезапно появившегося зверя поближе, с другой – чувство страха ещё держало на месте. Мало ли каких сюрпризов стоит ожидать от чудовища. Учитывая, что его вообще не должно быть.

После встречи с Ренре, я думала, что дракон замещал собой существо, которое наводило ужас на всю округу. Ведь ночной собеседник не упоминал о том, что он разделяет с озерным созданием Замкнутую рощу и на пару пугает людей. А выходит, что Вокрах стал хорошим пристанищем для нежити. Скоро людям не останется места с такими скрытными сожителями.

Чтобы животные не старались натворить до нашего приезда, теперь их количество моментально сократилось вдвое. Никто из присутствующих не опровергал теорию кончины зверя, даже не удосужившись обследовать его. Алнэ вырывалась из хватки охотника, добиваясь более тщательного осмотра. Но нужно ли говорить, что парень не выпускал её, как бы портная не старалась? Осторожность Дринека имела основание, ведь кто знал – яд поспособствовал успокоению существа или повлиял иначе.

Огромная туша завалилась набок, застыв в такой позе. На нашу неудачу, аванк испустил дух спиной к чаще, лишив тем самым возможности познакомиться с внешностью чудовища. Переняв часть рассудительности зомби, даже меня пока не толкало подобраться вплотную и убедиться в том, что с местным кошмаром покончено. Мы с Пейсиноей стояли поодаль, не желая вмешиваться в пререкания.

– Хорошо, я останусь стоять здесь. – Негодующе сдалась фейри. – Надо послать Юнэю весточку, чтобы шёл сюда.

И забыл про Ренре. Полностью согласна. Переживание о незнакомом драконе начинало становиться для меня лишней ношей. Взаимовыручка должна опираться хотя бы на крохотную привязанность. В случае с чешуйчатым созданием, такая забота казалась настоящим обязательством. Только перед кем и за что? Скорее, это чудовище должно оберегать свою спасительницу. Вернув мага из Замкнутой Рощи, я освобождалась от навязчивых раздумий.

Фейри действительно бросила попытки подобраться к аванку. Вместо споров со строгим охотником, она взялась сооружать волшебное послание чародею.

Короткие полосочки самостоятельно возникали из воздуха и сплетались в комок. Разноцветные, разные по длине, они завязывались в узел. А попав в сгусток, ниточки по сговору становились белоснежными и уже мало чем отличались от ближайших прядей. Соорудив такой банальный шарик, швея приступила к нашёптыванию, чтобы наколдованное послание полетело к нужному человеку.

Пейс не вмешивалась в приготовления девушки. Я лишь проследила пристальный взгляд, который моя хозяйка посвятила Алнэ. Портная, целиком занявшись магией, естественно не замечала подобного внимания. Её легко было задеть, но теперь фейри была увлечена финалом охоты и не отвлекалась на прочие мелочи. Сирена тоже удивилась внезапной развязке путешествия. Наверное, не меньше меня. Так просто. Без смертельных угроз, которыми обладает любая авантюра в схожем стиле. Не то, чтобы я требовала каких-то лишений в итоге.… Не нужно радоваться столь быстрому решению проблем. Такие подарки потом просят такую же ценную отдачу.

– Подойди ты к нему.

– К туше никто подходить не будет! – пообещал себе и фейри Дринек, оборвав восклицание глухим кашлем. – Стой возле меня.

Уже не полагаясь на свою силу, охотник остановился прямо между швеёй и вожделенным ею аванком. Причём, бедному парню приходилось сдерживать наступление Алнэ и временами оглядываться на груду мяса на лужайке. Предчувствие говорило ему, что найденное создание до сих пор таило в себе секрет. Может, Дринек и сам хотел проверить версию фейри. Но следом за ним тут же засеменит портная, не сумев вытерпеть растущую интригу. Так что приходилось соблюдать расстояние и ждать.

В отличие от рыжей девицы, Пейсиною никто не останавливал от непродолжительного выхода за начертанный охотником круг. Преодолев первое впечатление, мы загорелись идеей забрать инициативу. Тем более что помех воплотить в жизнь этот маленький план не видится. Поэтому, лукаво переглянувшись с хозяйкой, я сделала пару шагов к неподвижному аванку. Тихий топот Пейс где-то сбоку подтвердил компанию в лице сирены.

– Вы шутите? – отчаянно выкрикнул нам в спины Дринек.

Обида в его голосе добавляла комичности всей сцене. Тут ему не бескомпромиссный приказ некроманта, после которого трижды подумаешь, прежде чем идти наперекор. Ослушаться охотника ничего не стоит. Да и он не будет на нас в обиде.

– Так нечестно!

Поддержав возмущение, Алнэ тоже высказала недовольство. Но преодолеть стену в виде парня ей не удалось. Зомби не собирался больше подпускать к чудищу любопытных. Так что фейри оставалось только наблюдать за нашей смелостью издали.

Хотя, про смелость это я погорячилась.

Моя хозяйка, пускай и решилась разъяснить ситуацию, не больно желала приносить себя в жертву. Потому мы в любой момент были готовы развернуться и броситься бежать в противоположную сторону. Оставаясь без защиты и самовольно направляясь к аванку, надеялись увидеть нечто стоящее. А сам зверь, с его массивным туловищем, уже считался неплохой добычей.

Я успела оценить размер его хвоста, который и без шерстяного покрова был внушительным дополнением к существу. Покрытый чёрными пластинами, чем-то похожими на чешую, но не такие блестящие. Форма тоже выбивалась из привычных представлений о животных, даже если они имеют суть нежити. Обитатель озёр вообще представлял собой скопление целого перечня хищников.

Лапы, следующее, что мы с Пейсиноей увидели, впечатляли не хуже. Одна конечность создания могла раздавить меня без особых усилий. А напоследок – разодрать по земле остатки случайно попавшейся под ноги песчинки идеально заточенными когтями. Единственное, что не вызывало удивления – это шкура аванка. Редкая и грязно-коричневая, как и у многих диких зверей. У каждого имеются недостатки.

Зато голова опять возвращала к истинной натуре существа. Ряд клыков, устрашающе видневшихся изо рта, ясно свидетельствовали о том, что чудовище почило. Во сне так свой набор зубов не демонстрируют. Да и дыхание мы не слышали. Полное безразличие к двум фигурам неподалёку утвердили прогноз фейри.

Но мёртвая туша на этом не закончила впечатлять своим неожиданным появлением. Напоследок аванку даже удалось напугать Дринека и Алнэ, до сих пор стоящих в сторонке ещё больше. Швея с охотником не могли увидеть всех подробностей, поэтому и новый персонаж около нашей находки вызвал у них неподдельный ужас.

Не поддаваясь моему немому примеру, Пейс сразу выдала непредвиденного участника:

– У, да тут есть кое-кто!

Фейри пискнула после оповещения сирены. Отступив за зомби, словно это спасает дело, девушка поспешила уточнить:

– Боже! Человек? Труп? Аванк убил кого-то? О-о-о!..

В качестве ответа хозяйка от души рассмеялась. Предположение портной впрямь воспринималось с юмором, пока сама Алнэ не видела то, что находилось возле дохлого зверя.

– Нет, всё хорошо. – Пообещала Пейс.

С лохматой собакой, которая свернулась калачиком прямо перед мордой громадного животного, всё было в порядке. Бросив нашу группу на обратном пути, пёс первым добрался досюда. И, прежде такой прыгучий, теперь с тоской лежал рядом со своим бывшим соседом по просторной роще и тихо скорбил.

Глава 5. Гипноз без позволения

Многим доставляет несказанное удовольствие рассматривать чужие вещи. Причём, не тайно рыться в сумках, чтобы добраться до правды, а просто ради более близкого знакомства с владельцем содержимого. Ведь порою даже самые незначительные мелочи способны рассказать о человеке больше, чем длинные разговоры по душам. И, если внимательно отнестись к своим открытиям, они поведают вам много интересного.

А особые находки ожидают детей, которые пускай и не стараются выведать чьи-то секреты, но со своей фантазией никогда не скучают. Поэтому в этот день Лелориель отыскала себе развлечение на несколько часов. У странствующего путника в повозке была масса увлекательных предметов. Для девочки стало настоящим праздником разрешение без помех оглядеть передвижной дом кочевника. Васио только иногда заглядывал в проём и удивлялся: как такая обыденная обстановка сумела понравиться ребёнку. Тем не менее, редкие полки послужили предостаточным поводом увлечь, в то время, пока сундук в углу только ждал своей очереди. Как раз к нему Лели стремилась меньше всего. Пытаясь дотянуться до вожделенной чашки, она забралась с ногами на деревянную лавку.

– Такая старая. – Протянула девчонка.

Может именно потёртые керамические бока заставляли заметить так старательно выведенные рисунки. Длинноногие олени шли плотным кольцом вперемешку с орнаментами. На белом фоне красные мазки действительно выглядели впечатляюще. Несмотря на то, что некоторые фрагменты потеряли свою яркость, рога у этих величественных зверей всё равно служили главным украшением посуды.

Отвлёкшись на шум извне, Лелориель быстро вернула чашку в общую коллекцию на столе. Подбежав к выходу, она вместе с остальными начала прислушиваться к источнику суматохи.

Вместо желанной вести по двору «Астеры» пронеслась проворная тень, которая исчезла за крышей ближайшего здания. Летающий ящер нанёс короткий визит в Рыночный Округ, а потом, так же скоро, отправился странствовать дальше.

– Дракоша!

Изучение телеги было бесповоротно заброшено. Задрав голову наверх, Лели вглядывалась в небо, но уже ничего в нём не видела. Разочаровавшись, девочка даже не обращала внимания на причитание взрослых:

– Не было печали. Только змея мне не хватало.

Хозяин гостевого двора тоже взялся искать нарушителя спокойствия. Впрочем, мистера Геннайса застала такая же неудача – дракон и не думал возвращаться. Лишь племянница горько сожалела об этом.

– Я его пропустила!

Лелориель, с обидой на весь мир, соскочила с порога повозки. Расправив пышную юбку, она уже собиралась пойти к себе в комнату. Упущенная возможность полюбоваться на парящее диво отбило всякое желание играться.

Но, прежде чем девочка успела скрыться за дверью, путешественник поспешил окликнуть её:

– Хочешь, я расскажу тебе про драконов?

– Про настоящих?

– Конечно.

– Хочу, хочу, хочу! – заверила Лели, словно по радостным глазам не было заметно полнейшего согласия.

– Значит договорились. Мы сейчас здесь с поклажей разберёмся, и будет тебе история.

Девочка, воодушевлённая обещанием Васио, ринулась внутрь «Астеры» в поисках удобного места для будущих сказок. Кочевник только с улыбкой проводил пёстрое платье.

– Надеюсь, это добрые небылицы. – Заметил мистер Геннайс. – А то после визита двух братьев и их историй, ребёнок всю ночь не мог уснуть, опасаясь, что её похитит какой-то крысолов.… Или нечто подобное.

Изъясняя свою просьбу, мужчина не прекращал осматривать небосвод. Однако опасения были напрасны: дракон не собирался находить пристанища в торговом посёлке. Лишь немного побеспокоить обитателей и исчезнуть в неизвестном направлении – вот и всё, что подготовил непослушный питомец на этот раз. Задерживаться в краях, где нет спокойной жизни, зверь не стремился. И не мог при всём своём желании.

* * *

Дринек выглядел неважно, даже опуская тот факт, что он умер пять дней назад. Сколько бы парень ни пытался убедить товарищей в том, что самочувствие у него в порядке, охотника всё равно отправили отлеживаться в кровати. К вечеру зомби резко ощутил слабость, чем вызвал ряд вопросов у чародея. Юнэй сам оградил друга от лишних переживаний, но не оставлял в покое напарника, не выяснив причин его недуга. Во время поиска симптомов, маг позабыл про собственную добычу – о настоящем аванке. Естественно, староста с женой не знали о методах, к которым прибегнул их сын. Некромант наверняка оставил это в секрете от всех. Сказать, что после такого подвига уклад Вокраха изменился? Нет. Зато небольшой праздник жители деревни поддержали единогласно.

Мы, не поддаваясь всеобщему веселью, оставались в комнатах. Периодическими визитами к пациенту я на пару с Пейс коротала свой досуг. Ведь парень и впрямь чем-то заболел. Сильный жар говорит красноречивее выводов колдуна. Чтобы хоть как-то скрасить одиночество парня, пока Юнэй и фейри отправились советоваться с целительницей, сирена отвлекала его непринуждённой беседой. Без позволения заняв ложе брата, Пейсиноя теперь взяла на себя обязанности рассказчика. Из-за кашля Дринеку было трудно отвечать, но слушателем он был превосходным.

Повторяя уже ранее поведанные мне сцены из трактира «Цепной пёс», девушка и сама не на шутку увлеклась воспоминаниями. От того воспроизводимые ею пародии на визгливых посетительниц или орущих мужланов казались очень эффектными. С охотником хозяйка ощущала себя свободно. Поэтому встреча протекала так увлекательно, не ориентируясь на время суток.

А может всему причиной отсутствие мага. В последнее время между ним и Пейс будто появились разногласия, которые каждый разбирал молча. Если предыдущие конфликты быстро забывались, в виду своей простоты, то последний разговор по-настоящему рассорил их. И хотя я была единственным свидетелем подобного происшествия, Дринек тоже почувствовал неладное. Вдобавок стараясь помирить знакомых с помощью незримого участия:

– Кстати, ты не забыла напомнить Юнэю про его обещание?

– Собиралась… – понурый голос уверял лишь в обратном.

Да, пора бы выполнить свою часть договора. Когда Пейс будет окончательно независима, мы сумеем взять третью попытку. Пускай она станет наконец-то удачной для сирены.

– Вот как только они с Алнэ вернутся. Попросишь прямо при мне.

Сухой кашель остановил наставления. Пейс и сама помнила про перевоплощение, которое пророчил ей некромант. Но теперь даже другой облик не прельщал девушку покинуть деревню, где живут Ясиль и Рийк. Именно эти крючки держат сирену на поводу у Юнэя и не позволяют сделать ни шага в сторону.

Зомби, отбрасывая недостатки своего положения, больше беспокоился о моей хозяйке, чем о собственном здоровье. Разговором, как бы нелегко тот не давался, охотник хотел подбодрить Пейсиною. Заодно и оказывая неоценимую помощь советчика.

– Куда ты пойдёшь после того как оставишь нас?

– Я ещё не думала.

Выходит, Дринек совсем не подозревает о её дилемме с родителями. Или умело делает вид, что это зависит только от девушки. Как и я, парень не желает вмешиваться слишком глубоко.

– Знаешь, что я тебе скажу… – зомби немного приподнялся в постели. – Ты лучше сразу, как получишь новый образ, уезжай. Я знаю Юнэя. Он опять пристроит тебя к какому-то занятию.

– А если я не захочу?

– Гм.… В прошлый раз ты начинала торговаться точно так же. И чем всё завершилось?

– То однажды. – Пейсиноя не откликнулась на намёки, но заинтересовалась его участием. – Разве вы собираетесь ещё охотиться?

– Нет…

– Ладно, я учту.

Неужели мне одной показалось, что Дринек пытался сказать что-то важное? Только хозяйка, которая не любит становиться объектом расспросов, мгновенно свела на «нет» любые попытки вмешаться в её планы.

Больной и без объяснений осознал, что дальше лезть в мысли сирены и тем более что-либо навязывать ей, - пустая трата вечера. Может охотник делал свои замечания не нарочно. В плохом здравии люди часто говорят много лишнего. Не обидного, а просто лишнего. Осознав, что он подобрал не самый подходящий момент для откровений, парень решил исправиться:

– Не хочешь взять на память сувенир?

– В смысле?

– Пропасть такому внушительному набору клыков, как у аванка, явно не дадут. – Дринек снова лёг на подушку. – Мясо отравлено и не годится для пищи. Зато шкура и зубы чудища разойдутся далеко за границы деревни. Героям полагаются первые экземпляры. Не уж то ты откажешься?

Фу, какие примитивные методы приукрасить свою славу. Разве одной смерти животного им было недостаточно? Как же хорошо, что Ренре не попал в ловушку. Для такого гордого зверя подобная кончина – не менее ужасный финал, чем плен.

Я знаю, Пейс была того же мнения о трофеях, но не высказала недовольства. Особым желания обзавестись предложенным подарком она не горела. Но охотник и не настаивал. Заприметив, как моя хозяйка оглянулась на звуки в коридоре, зомби поспешил напомнить:

– Заклинание внешности. Дерзай.

Чем заслужил мой поощрительный кивок.

– Тянет вернуться к бродяжнической жизни? – некромант проверил закрытую дверь, чтобы во время сеанса нам никто не помешал.

– На какую толкнули – к такой и возвращаюсь.

Пейсиноя до сир пор не забыла о том, что маг нарушил её обитель, которую девушка с такими усилиями создавала. А вдобавок и попрекал сестру в её взглядах. На эту тему они враждовали с первого дня встречи. Колдун с сиреной имели разные ценности. От того и виделись друг другу привередами.

– Ей обязательно находиться тут?

За постоянным игнорированием парень всегда возвращал меня на место, где по его суждениям положено быть дворовой. Поэтому, когда присутствие лишних людей даже не обсуждалось, чародею захотелось прогнать и кошку.

– Дивана тихо посидит.

Юнэй правда надеется однажды услышать, как Пейс прикажет мне уйти? Тогда ему придётся ждать очень долго. Сирена не стыдится моего участия и уж точно не станет менять свою точку зрения. Хочет маг или нет, но терапия пройдёт под моим присмотром.

– Бери стул, ставь напротив и устраивайся удобнее. Перевоплощение займёт много времени.

Парень сам обустроил себе место и ждал, пока Пейс настроится на работу. Поправив локоны, девушка поинтересовалась:

– Ты мне волосы не испортишь?

Колдун с возмущением посмотрел на собеседницу. Было заметно, что беспокоиться в этот вечер о внешности Пейсинои ему не хотелось. Так ещё и ассистент начал задавать бессмысленные вопросы.

– Женщины…

– Ладно, я поняла!

Хозяйка нетерпеливо заёрзала на стуле, выбирая подходящую позу. Но некромант сразу же оборвал ей попытки добиться комфорта.

– Стой. – Попридержав резвость, чародей взял сирену за подбородок и повернул лицом на себя. – Смотри прямо. Точнее.… Смотреть не нужно. Наоборот, закрой глаза, а головой не дёргай.

Пейсиноя послушно зажмурилась и застыла. Сложив руки на коленях, она покорно и без замечаний ждала, когда парень приступит к делу. Но маг чего-то тянул.

– Опять светлые, я же правильно понял?

– Да-да.

Ну, нет! Если грядущая магия предназначена остаться до конца жизни, то моя хозяйка могла бы выбрать что-то симпатичнее. Вместе с веснушками русые пряди делают Пейс совершенно неузнаваемой. В этом Юнэй явно преуспеет, в точности выполнив просьбу сестры. От былой красоты сирены не останется и следа. А ведь ей так шёл шоколадный цвет. Я ещё при первом перевоплощении возмутилась долгосрочности заклинания, но у Юнэя случился казус и шевелюра Пейс начала тускнеть день ото дня. Теперь колдуну придётся исправить свою ошибку. И вместо того, чтобы оставить себе прекрасные волосы, сирена повторно их портит. Мне не понять её решения. Маскировка маскировкой, только уродовать облик в пользу шатенки… Нужно сидеть тихо и не мешать им, я помню.

Любые движения чародея не были для меня новы. Так же, как и в лесу у Седой Дороги, некромант по очереди пропускал сквозь пальцы кудри. На этот раз Юнэй возился с каждой прядью с особым трепетом. По скривленному лицу моей хозяйки можно догадаться, что жжение снова стало неприятным дополнением к переменам. Однако Пейсиноя стойко выносила испытание и не издавала ни звука.

Парень трудился изо всех сил, но изменения от этого не ускорялись. От безделья меня стало клонить в сон, а чародей переменил цвет лишь половину волос. Хочу отметить, что двойной окрас очень шёл хозяйке. Жаль, на нём не думали останавливаться.

О молчании предупредили только меня. Тем не менее, сирена и Юнэй не отличались особой болтливостью. Пока некромант повторял про себя азы ворожбы, девушка старалась собраться с мыслями, чтобы легче переносить неприятные ощущения. Здесь и не могло быть дружеского разговора. Его никто и не хотел начинать.

Удачно выбранное место, которым стало ложе Алнэ, открывало и колдуна с его усталым видом. Не знаю, где и как они со швеёй разыскивали знахарку, но их постигла неудача. Походив по улочкам деревни в сумерках, маг растерял своё хорошее настроение. Наверное, ему сейчас тяжело отдавать последнюю энергию на какой-то трюк. Юнэю нужно отдать должное. Несмотря на утомлённость, парень выполнял просьбу Пейс. Именно такое спокойствие и настораживало в противовес прошлой неуступчивости чародея.

Разобравшись с волосами сирены, колдун устроил передышку. Отдых дал возможность преобразовавшейся сестрице полюбоваться результатом. Поправив локоны, Пейсиноя с улыбкой спросила меня:

– Див, как я выгляжу?

– Хозяйка, вы же знаете моё мнение.

– Ты несносна! – гримаса девушки была полностью в её стиле, но исключала всякую обиду.

Зеркало было далеко, поэтому она полагалась лишь на моё мнение. И на собственное восприятие. Довольствоваться приходилось только просмотром кончиков. Облик неизвестной никому путницы явно пришёлся ей по душе. Прежде чем моя хозяйка насмелилась подняться со стула, некромант опередил стремление названой сестры прервать процесс.

– Куда? Постарайся резко не шевелиться. И, вообще-то, глазам тоже нужно «прикрытие».

– Может, обойдёмся без этого?

Ишь, Пейс. Видоизменять зрачки намного болезненнее перекраски волос. Да и ослепнуть на пару мгновений – тоже не очень радостная перспектива. Ярко-синие очи служат идеальным маяком для охотников за нежитью. Если обычные жители не удосуживаются находить изъяны во внешности знакомых, то у обученных ловцов свои способы. Порою такие мудрёные, что мишень сама не подозревает о промахах маскировки. Вспомнив подобные примеры самоуверенности, сирена и решилась повторно придать взгляду человеческую натуру. Вдруг поможет защититься от врагов.

Сомнения Пейсинои прошли с минутным колебанием. Моя хозяйка опять была готова к магии Юнэя, как бы мучительно она не давалась. В итоге чародей опять откорректировал положение девушки и попросил реже моргать, чтобы волшебство не рассеялось. Взыскательные же условия у такого приземлённого колдовства. Что же требовать ради заклинания сложнее, когда любое неосторожное движение в состоянии спугнуть ворожбу? Сплошные недостатки. И почему этот бахвал превозносит свои способности? Истинная цена таким умениям крайне ничтожна.

Сирена так пристально смотрела на брата, что у меня закрались сомнения: она выполняет распоряжение или следит за манипуляциями мага. Глаза внимательно смотрели на парня скорее из собственного желания поиграть в гляделки. А просьба Юнэя – это уже дополнение.

– Как обычно будет чуточку жечь.

Понимающе кивнув, Пейс получила осуждающий взгляд колдуна. Шевелиться-то нельзя.

* * *

Кукла была слишком высоко для того, чтобы девочка могла до неё дотянуться. Собственная беспомощность вызывала слёзы, которые трудно сдерживать. Но даже несмотря на горечь, истинная владелица не оставляла попыток заполучить обратно фигурку в платье. Подпрыгивая изо всех сил, она лишь веселила своего обидчика.

Токэс чересчур увлёкся забавой, учитывая, что младший брат и не пытался защитить Пейсиною. Потешаясь над маленькой сиреной, мальчишка забыл о том, что приёмную дочку старосты боялись не только из-за пленительного голоса. Не на шутку огорчив малышку, он так же быстро довёл её до злости, заставив унять плач. Поэтому хулиган совсем не рассчитывал толчка в грудь. Потеряв равновесие, озорник не хотел падать в воду. Стараясь устоять на ногах, Токэс схватил свободной рукой Пейс. Девочка, в стремлении вернуть игрушку, стала участницей маленького соревнования ещё рьянее, чем первенец Рийка. Только исход детского поединка не делил правых и виноватых. А сбросил в озеро обоих.

Намокнув, драчуны моментально забыли о предмете своей ссоры. Скверный пловец, в лице бывшего обладателя куклы, жалко барахтался в воде. Удержаться на плаву у него не удавалось. Мальчишка просто гонял волны, но постепенно шёл ко дну. За своей суетой он замечал того, как недавняя сирота вынырнула на поверхность.

– Токэс?.. Пейс?..

Наглотавшись тины, отвечать на призывы Юнэя было трудно. Младшему сыну и не требовались подтверждения. Прислушавшись к плеску, тихоня тотчас помчался за родителями. Покуда ребёнок искал взрослых, возле мостика развернулась новая вражда, подстрекаемая пустой распрей по поводу тряпичной девы.

Девочка чудесно плавала от рождения. Этот дар ей казался самым практичным, ведь навыки русалки позволяли гораздо глубже нырять во время потех у водоёма. Пока друзья осторожно играли на мелководье, Пейсиноя полдня обследовала ил и заброшенные вещи, которые покоились на дне. Она не собирала их. Но сам процесс поиска доставлял юной пловчихе уйму удовольствия.

Посему, свалившись с Токэсом в озеро, один из зачинщиков ссоры не чувствовал себя под угрозой. А вдобавок и следил за тщетными стараниями бывшего соперника. Мальчик уже тысячу раз пожалел о затее с куклой. С каждым взмахом рук он лишь стремительнее погружался под волны.

В отличие от сестры, парнишка не обладал выносливостью в воде. Сделав пару вдохов, первенец старосты начал тонуть. Помощь задерживалась, оставляя Токэса без надежды спастись. Даже Пейс не удосуживалась прийти на выручку брату. Наоборот, девочка с равнодушием наблюдала за суматохой, создаваемой рядом с ней.

Только наблюдала. Ни ускорять, ни предотвращать беду маленькая сирена не хотела. Помогать вредине, жутко надоедливому мальчику, который всегда норовил задеть сироту? Таких услуг потерпевшая и не думала оказывать.

Сам отобрал куклу. Сам и выберется.

* * *

Не зря поведение Юнэя настораживало меня, как только он принялся за перевоплощение хозяйки. Спокойствие не присуще чародею, если за этим не последует очередной конфликт. Вечерние посиделки исчерпали терпение и переросли в шумную размолвку. Сеанс мага оборвался так резко, что я вздрогнула от его возгласа:

– Ты убила его!

Заявление не из приятных. Оно явно не сулило ничего хорошего. За сном можно было пропустить какой-то разговор, но истинная причина вспышки парня скрывалась в другом. Источник гнева возник незримо. Мне не виделась цельная картина, а ответы Пейс совершенно не вносили ясности в ситуацию.

– Погоди! Я… Мои глаза…

Девушка отказалась от попытки преградить некроманту дорогу к двери. Закрыв лицо ладонями, сирена на миг потеряла обзор комнаты. Видимо, колдун слишком неожиданно прекратил обесцвечивать зрачки названой сестры. Я боялась, что моя хозяйка вообще ослепла, но Пейсиноя очень быстро справилась с побочным эффектом. Немного прищуриваясь, она продолжала обращаться к магу:

– Не уходи!

Мне пришлось спрыгнуть с кровати и догонять Пейс, которая всё старалась остановить чародея. У самой двери парень изволил помедлить и дать сирене возможность сказать.

– Я же была ребёнком!

– Это не имеет значения. Ты нарочно дала ему возможность утонуть. Хотя могла спасти… – ядовито произнёс колдун. – С твоими-то способностями.

– Юнэй, я не хотела.

– Да, ты не хотела помогать ему! Жители были правы относительно тебя.

Парень намеревался продолжить, но оборвал себя и вышел в коридор. Наша вереница последовала за ним. Хозяйка во время погони не переставала вести с некромантом диалог. Если её односторонние оправдания так назывались.

Я не понимала истоков их разговора, ещё больше путаясь в коротких фразах Пейсинои и обвинениях чародея. Меня мало посвящали в прошлые недомолвки семьи, поэтому моя позиция пока находилась в границах стороннего наблюдателя. Вмешавшись в беседу, я только всё испорчу. Хотя тут уже сложно навредить.

– Довольно!

Подтверждая конец своего участия в переговорах, маг начал спускаться по лестнице вниз. Он точно не стремился продолжать препирательства. Пейс замешкалась из-за фейри, которая выбежала на шум. Пока она объяснялась с Алнэ, чародей вышел из дома и исчез на улице.

– Что у вас стряслось? Что за крики? – швея попеременно оборачивалась то на сирену, то на утихающий топот Юнэя.

– Ничего.

Вовлекать портную в свои проблемы моя хозяйка не желала. И с каким бы любопытством девица не выпытывала повод разгоревшейся свары, добраться до истины ей не удалось. Зато фейри подарила Пейсинои прекрасную замену сорванному разговору.

– Пусти меня к Дринеку.

– Ни в коем случае.

Алнэ загородила собой весь дверной проём. С подобным забором в покои парней не то, чтобы попасть, а и заглянуть нельзя. Зачем придумывать такие запреты?

– После… после… э-э-э… после кровавой терапии ему нужно отдохнуть. Он спит. Завтра встретитесь.

Рыжеволосая лукавица раскаялась в том, что так не вовремя показалась в коридоре. Но уступать напору Пейс она тоже не собиралась. В этот вечер в комнату к больному не попадёт ни одна живая душа, кроме самой фейри.

– Мне срочно.

– Не-ет. Завтра. – Хотя портная и улыбалась, уговоры на неё не действовали. – Дринек рано встаёт. Утром можно стучаться в гости.

Чтобы не получить очередную порцию просьб, Алнэ скрылась за дверью. Если у хозяйки оставалось желание соперничать за право увидеть зомби, то швея не стремилась занимать место сбежавшего чародея и получать вместо него. Потеряв второго собеседника, Пейсинои не оставалось ничего более, как вернуться в свою комнату.

Новоприобретённая шевелюра и нежно-голубой цвет глаз были сразу забыты. И чутьё мне подсказывало, что достижение взаимопонимания между колдуном и сиреной тоже отодвинулось на неизвестный срок. В любом случае, я не могу делать выводы, пока не узнаю, что побудило Юнэя к столь громогласным обвинениям.

Перевязанные пострадавшие лежали на носилках, не пытаясь даже пошевелиться лишний раз. Присутствие богини только заставляло держать язык за зубами от боязни навлечь на себя ещё больше ярости. Ослабшие великаны лишь неподвижно следили за вздорившими повелительницами.

– Теперь видишь, к чему привели твои сорняки? Ведь я тебя предупреждала.

Возмущённая Хлорис не задержалась с отзывом:

– Не вини меня в своих проделках. Мои розы здесь не причём! Это всё твои козни против той воровки.

Они совершенно не пеклись о том, что обрывки беседы долетали до ушей слуг Мельпомены. Громилы и так были в курсе происшествий, занимавших мысли спорщиц. Именно верзилы приносили музе свежие вести и выполняли её приказы. Скрывать от них уже нечего. Жертвы дракона и сами не тянулись вслушиваться во взаимные оскорбления.

– Да что ты об этом знаешь!

– Предостаточно, чтобы видеть всю дурость дальнейших попыток! Остынь!

– Не твоё дело!

Женщина наступала на знакомую в словах и в реальности. Хло, стараясь не поддаваться повышенному голосу, стойко выдерживала атаки музы. Успевая при этом предоставлять и собственные претензии. Мельпомена была настроена более категорично, чем богиня цветов. И без особых затруднений отвращала нападения на своё суждение.

– Вместо того чтобы впутывать людей и слуг, - Хлорис с жалостью посмотрела на помощников музы. – Взяла бы инициативу в свои руки.

– Я не могу.

– Интересно узнать почему? Это должна быть уважительная преграда. Ну?

– Сказано же: не твоё дело. – Повторилась хозяйка дворца.

Светловолосая девушка лишь хмыкнула на бессмысленные отказы. Может наличие чрезмерного количества свидетелей всё-таки останавливает её от лишних фраз. Стараясь не смущать Мельпомену, гостья перешла на балкон, который был идеальным укрытием обмены тайнами. Оставшись наедине с собеседницей, муза вернулась к более ранним темам:

– Как мне теперь следить за драконом?

– Но зачем он тебе?

– За Лейрой нужна постоянная слежка. А её питомец – это часть её самой. Однажды она уже усыпила мою бдительность.

– Просто оставь девицу в покое. – Предложила Хло.

– Что?!

– Тебя никогда не посещала мысль самой вернуть дочь?

Молчание музы красноречиво сообщало: да, и не раз. Только женщина оставалась в стороне, руководя прислужниками на свой лад. Но те довольно скверно исполняли работу, чем делали существенный перевес в пользу знахарки.

– Или ты боишься?

– Нет! – тон Мельпомены запрещал даже думать о таком, не то, что произносить.

Казалось, что Хлорис любовалась садом, стелющимся внизу. Цветами богиня могла наслаждаться бесконечно, но сейчас она просто ждала откровенности. А муза, которая видела результаты своих тщетных попыток, и сама готова была обратиться за помощью.

– Я не хочу попасть в переплетение судьбы. Оступиться легко. Потом исправить ничего не получится.

– Именно это мешает тебе опекать Пейсиною?!

– Да. Жизнь на земле не для меня.

Доверчивость от Мельпомены исходила неспроста. Она знала, что владычица растений не станет интересоваться чем-либо ради скуки. Когда Хло спрашивает про вещи, абсолютно не касающиеся её, девушка показывала стремление выручить. Выгода казалась такой ясной: муза прекратит вечно соперничать с хитрой беглянкой, и их распри перестанут притягивать к себе невинных. У неё не было толковых слуг, чтобы поставить точку в ссоре. Зато таковые имелись в распоряжении Хлорис. И в сноровке правой руки богине сомневаться не приходилось. Помощник образцово служил госпоже много лет и ни разу не подводил её. Поэтому доверить ему долю Пейс – правильный выход.

– Ты права.

– Разве? – Мельпомена обернулась, не веря сказанному.

– Мне не стоило вмешиваться.

Лишив музу в неведении, гостья поспешила уйти. Не встретив особого сопротивления, Хло буквально сбежала по длинной лестнице. Надо поторопиться и предупредить о своём замысле пособника, который и позаботится о воплощении идеи. Музу вовлекать не стоит. С мстительностью женщины появляются одни задержки. Хотя это не затрагивало саму Хлорис, без решительных действий не обойтись. Будет лучше, если зачинщица останется вне участия.

Задерживаться более во дворце не виделось необходимым. Девушка помогла великанам, чем умела, устранив разъедающую боль и полечив глубокие ожоги. Жизнь громил находилась вне опасности, но видеть страдание слуг, которые преданно шли на поводу у Мельпомены, было трудно. Им предстоит терпеть болезненный процесс заживления ещё месяц. И никакие травы не в силах ускорить выздоровление. Драконов не зря боялись и обходили десятой дорогой. Ушибы после столкновения с чешуйчатым чудищем проходили медленно, чаще оставаясь напоминанием в виде рубцов и шрамов. Всё же это хороший исход, по сравнению с проигравшими героями, которые погибали в стычке.

Парень не решался сразу войти в дом своих родителей. Он был расстроен беседой с Пейс, и не хотел, чтобы эмоции отражались на лице. Мать всегда умела распознавать настроение сына, как бы тот не прятал их за маской. Поэтому, даже повзрослев, Юнэй не научился до конца контролировать свою мимику. Маг старался не перекладывать неприятности на родных. Лишь он несёт полную ответственность за происходящее, и самостоятельно разберётся с проблемами.

Укрощая свою злость, некромант обошёл улицу несколько раз. Совершая такие косые круги, чародей спугнул какую-то незнакомку, которая посчитала, что её преследуют, и бросилась вон. Колдун не придал значение такой странности, со стороны выглядев действительно настораживающее. Бормоча невразумительно себе под нос одни и те же предложения, тень проходила по тротуару снова и снова.

Достигнуть спокойного состояния не удавалось. Будто с каждым шагом недовольство росло и вырывалось наружу. Время тянулось и подгоняло сменить место размышлений. Всё, что парень сумел выяснить с глазу на глаз со своим «я», больше не давало вдохновения. Но выносило разочарование и обиду на передний план.

Когда ты в чём-то виноват или хочешь скрыть тайну от знакомого, всё кажется неправильным. В обычный день парень просто открывал дверь, здоровался и свободно говорил. Сегодня же возвращение в отцовский дом выглядит по-иному. Любая фраза будет либо слишком наигранной, либо больно безразличной. Оба варианта категорически нельзя допускать, поскольку они пробудят волнение Ясиль и приведут к ненужным расспросам. К чему беспокоить мать, которая мало чем сможет помочь проблеме? Ошибки прошлого исправить невозможно. А каждая попытка это сделать – только очередная иллюзия подмены и утешения. Не больше.

Напоследок Юнэй совершил ещё один обход улицы и взялся за ручку двери. Хуже не будет. Если станешь затягивать, наверняка начнёшь перегибать палку. Не оставаться же всю ночь снаружи?

– Матушка, я пришёл.

Родительница оторвалась от рукоделия, и бросилась обнимать сына. В родную деревню маг пожаловал на пять дней. А потом некромант снова отправится учиться в Академию Четырёх потоков или охотиться на странных существ. Поэтому презентованные судьбой каникулы отпрыска женщина воспринимала с особым трепетом. Провожая чародея, Ясиль словно прощалась с ним на несколько месяцев. Встречала – будто колдун не переступал порог больше года. Забота матери не учитывает временные рамки, пытаясь насытить и предыдущие, и будущие ласки.

– Ты задержался.

– Дела…

Юнэй опасался сболтнуть лишнее и переборщить с молчанием. Это отец любит лаконичность и краткость в беседе. Представительницы прекрасного пола видят разговоры намного обширнее, как и самого человека. Слово, движение – ничего не ускользнёт от внимания женщины, особенно, если подобная мелочь несёт в себе печальный оттенок и исходит от родного сына.

– Отец пока ещё не вернулся.

Ясиль пристально посмотрела на Юнэя, ожидая ответа.

– Жаль. Я как раз хотел с ним поговорить.

После упоминания о главе семейства, чародей принял предложенный старт беседы и непринуждённо откликался на взгляд, обращённый к нему. В итоге Ясиль был поведан весь распорядок грядущего дня, который она посчитала разумным и одобрила. Некромант постоянно знакомил мать только с благонамеренными планами, чтобы лишний раз не заставлять переживать. Знала бы, что собирается предпринять её сын, женщина не выпустила бы парня даже на крыльцо.

Пользуясь отлучкой мужа, Ясиль надумала немного посекретничать с взрослым чадом. Тем более что присутствие третьего лица тут те требовалось.

– Ты выполнил мою просьбу?

– Естественно, матушка. Я всё узнавал. Но… - колдун сделал паузу, которая не предвещала ничего радостного.

– Но что? Говори.

Аккуратно подбирая слова, некромант взялся объяснять:

– Я был в мелких городах, везде спрашивал про неё… Люди мало распространяются о местных сплетнях чужакам. Да и не стала бы сирена лезть в гущу событий. Если она где-то и поселилась, то сделала это незаметно, не хвастаясь своими талантами на публику.

Женщина, не надеясь услышать добрую весть, всё равно поникала с каждым отрицанием успешных поисков. Юнэй не мог утешить её хотя бы лёгкой ложью. Фальшивые надежды станут ещё худшей заменой, чем грустный осадок. И как здесь обещать счастливый финал, когда сам свёл его к противоположной концовке.

Маг имел поручение разыскать в ближайших поселениях следы сводной сестры. Но, вопреки ожиданиям матери, сын принёс только скверные результаты. А вдобавок обернул неожиданное знакомство с Пейсиноей в свою пользу. Пока Ясиль берегла мысли о воссоединении семьи и совершала робкие шаги к данной цели, парень руководствовался иными задачами. Врать родительнице чародей не больно хотел. Но сирена виделась ему совершенно лишней в Вокрахе. Он придерживался мнения Рийка. Отец ни капли не сожалел о том, что отдал опасную девочку бродячим артистам. Предоставив сироте дом, мужчина потерял своего старшего сына. Причём, не просто из-за детской шалости, а благодаря настоящей сущности приёмыша. Как бы ни проводилось воспитание сироты, оно не помогло избежать этого случая.

Староста исключал всякую возможность возвратить Пейс домой. Прошло около пятнадцати лет. Нет смысла что-то менять, если большая часть семейства против. Разве у Ясиль есть право голоса? Только невразумительные зарисовки, которые бесследно рушит чародей.

– А вдруг ты её пропустил?

– Сомневаюсь. Если она прячется в городе, то прячется ото всех. И тут я бессилен.

– Как жаль. – Женщина заметно расстроилась полному противоречию Юнэя.

Ей приходилось верить словам некроманта не только из материнских чувств, но и из-за своего домашнего заточения. Куда путешествовать хозяюшке, не выходившей дальше собственного двора? Что и, главное, как она собирается искать, едва оказавшись на чужой территории, среди удивительных традиций и не менее странных людей? Ясиль не просто потерпит поражение при такой вылазке, а и сама потеряется следом за сиреной.

О том, чтобы заручиться поддержкой мужа, не могло быть и речи. Рийк не намеревается даже выслушивать свою неуёмную супругу. Выполнять её просьбы – и подавно. Поэтому Ясиль довольствовалась лишь короткими исследованиями колдуна, которые парень совершал во время каникул. Всё чаще получая известия о пустой поездке, мать оставляла желаемую находку для следующего города.

На миниатюрной карте мелькала ещё пятёрка поселений, видимые как своеобразные вуали, скрывающие пропавшую сироту. И Ясиль была твёрдо убеждена: обойдя стороной первые населённые пункты из списка, странствующие артисты могли находиться только в оставшихся точках. Подобный ход мыслей имел столько мечтаний о встрече с Пейсиноей, что не подпускал к себе реальность.

– Зачем тебе понадобился отец? – спросила женщина, возвращаясь мыслями к моменту прихода мага.

Юнэй уже намеревался подняться к себе, но задержался прямо на лестнице. С матерью можно поделиться своими соображениями. Вдруг она поможет задержать Рийка в доме на весь день. Чтобы случайно не увидел лишнего.

– В общем, мой охотничий нож…

Затупился. Естественно, это была всего лишь легенда, которой предназначалось обеспечить мастеру приятное времяпровождение за излюбленным делом. Глава деревни хоть и не был опытным кузнецом, обожал доводить до совершенства мелкие поделки. Выходя из-под трудолюбивых рук Рийка, изделие получалось довольно искусным. Не претендуя на признание, некоторые выделки становились незаменимыми инструментами в домашней работе. Другим отдавалась роль презентов и декораций. Подобных мелочей в хижине было полно.

Оружие Юнэя также возникло благодаря стараниям его отца. Замещая собой опасное вооружение, нож не спасал во время массового нападения. Однако при стычке один на один давал существенное преимущество своему владельцу. А иметь в руке острое лезвие – хорошее дополнение, даже если ты владеешь магическими азами. Всё-таки для колдовства порою нужна отсрочка. Металлическая вещица же обходилась без подготовки и заклинаний, всегда поражая врага за пару мгновений.

Но преданный подарок тоже имел срок службы. Сталкиваясь с противниками, охотничий нож плавно стирал свою враждебность и наносил всё более сдержанные ранения. Воспользовавшись таким недостатком, некромант усугубил проблему и испортил грани до такой степени, что без многолетней практики на наковальне, вернуть ему прежнюю стойкость было бы трудно. Вот почему реставрация попадала к профессионалу и принуждала старосту попотеть над старым изделием. Рийк потратит часы в мастерской, за любимым занятием, и, сам того не осознавая, избавит сына от лишних забот.

Родителей не стоит вовлекать в то событие, которое может вызвать у них переживания. Выбирать тут не из чего: семья постоянно печётся о благополучии своих близких, и каждая неприятность для них – очередной повод волнений. Оградить от соучастия порой бывает так сложно, что легче просто утаить некоторые факты. Исключительно для пользы.

Главе Вокраха и без явления новых путников хватало неприятностей. Добавлять к прежним хлопотам очередную суету Юнэй не хотел. Наоборот, пытался уберечь отца и мать от той драмы, которая должна произойти завтра.

– Див, я всё испортила.

Спокойный тон хозяйки делал её фразу такой безликой, что я засомневалась: это было утверждение или нет. Может Пейсинои необходимо высказаться, чтобы мысли сирены не сталкивались с упрёками или слабыми утешениями. Наблюдать за терзаниями друга – тонкое умение, которое постоянно разрывается между навязчивостью и равнодушием. И узнать, в чём сейчас нуждается твой товарищ, проблематично.

А разобраться, какая из моих услуг в данную минуту необходима, прежде всего – загадка. Девушка делилась своими мыслями с большой неохотой. Из её сознания вырывалась только крохотная часть всех рассуждений.

Пейс до сир пор прикрывала глаза от того скудного света который был в комнате. Резкий обрыв заклинания вообще мог оставить подопытного без зрения. А моя хозяйка ещё хорошо отделалась. Разноцветные блики – это самая маленькая плата за сорванное перевоплощение. И хотя передо мной снова стояла прежняя незнакомка со светло-русыми волосами, новый облик не доставлял удовольствия владелице. Не до красоты сейчас.

– Теперь со мной даже говорить не станут!

Увы, после вспышки чародея, я и сама придерживалась мнения о серьёзной обиде. Присутствуя при их беседе, впитывая каждый звук.… Только понять причину и, главное, мотив раздора оказалось вне моих сил. Магические приёмы Юнэя вызывали кучу подозрений. Как мог студент Академии Четырёх потоков использовать столь неконтролируемое волшебство? Он взрывал и жёг всё, что считал нужным. Уйдёт уйма времени, чтобы припомнить список разрушений, к которым приложил руку некромант. Да, это не влекло за собой особых проблем. Как и не делало чести его желаниям использовать талант к волшебству ради удовлетворения мимолётных прихотей. Ведь подобная черта характера распространялась и на раздражения. Парень, не на шутку разозлившись, натворит массу бед. Пейсиноя пока не задумывалась о том, к каким последствиям приведёт раскрытый секрет. Я же видела перед собой бесконечные варианты, один другого хуже.

– Он забрался в вашу голову, хозяйка?

Неоднократно приходилось слышать о случаях, когда сеанс срывался по вине магов. Подпуская к телу чужого, мы всегда открываем ему и чуточку души. Безусловно, этикет обязывает чародеев разглядывать лишь те закрома, из-за которых их попросили вмешаться. Человеческая натура же не считает необходимым придерживаться такого правила. Кажется, Юнэй принадлежал именно к любопытным врачевателям и не устоял перед соблазном покопаться в мыслях Пейс. Ну что ж. Сводный брат сам расплатился за пустой интерес.

– Не знаю. Наверное, затронул старую память. – Прошептали мне.

– И что он увидел?

По обвинениям нашего руководителя я и так поняла многое, но хотелось бы услышать полную версию от Пейсинои. Тяжело оценить отношения, если они сами не в состоянии объяснить собственные чувства. Свидетелями вторжения в прежние воспоминания стали только Юнэй и сирена. Причём, колдун даже не подозревал, к чему приведёт его открытие. Получив сведения, парень потерялся в их расхождениях с действительностью. От этого и поторопился уйти.

– День, когда утонул наш старший брат. Когда погиб Токэс…

Девушка силилась подобрать нужные слова. Оглядывая улицу через грязное окно, она скрывала от меня лицо, но не своё состояние. Сирену так задело осуждение некроманта, что Пейс приняла брошенные в неё выводы за чистую правду. Хозяйка не была в моих глазах убийцей. И я просто не могла поверить в историю со столь скверным финалом. Несчастному случаю тоже стоит присуждать вину, вместо того, чтобы вешать клеймо на невинных жертв.

– Почему он так повёл себя? Вы тоже теряетесь в догадках? – порою казалось, что мои вопросы загоняли Пейсиною в тупик.

– Ох, Дивана.… Нет. Юнэй частично прав.

– Прав?!

Молчание подтвердило, что я не ослышалась. В чём маг прав? Неужели Пейс бездействовала нарочно и спокойно наблюдала за тем, как мальчишка идёт ко дну? В мыслях не укладывается такое детство.

– Я была маленькой и плохо понимала, к чему это могло привести.

Прежние оправдания сирена предоставила и для своей подруги. Окончательно запутавшись, мне приходилось расставлять новые открытия в пустующие щели повести. Раньше моя симпатия к Пейсинои никогда не позволяла выпытывать её потаённые поступки. И это ограждало меня от лишних осуждений. Может как раз из боязни встретить непонимание, хозяйка и не любила делиться личными делами. Это служило хорошей защитой от нападок и поздних советов.

А как иначе люди могли реагировать на подобные ошибки? Принять позицию других и признать сироту виновной в происшедшем. Им даже отпор дать невозможно, поскольку Пейс соглашалась с общим мнением. Как же спорить с собственной совестью?

Тем не менее, девушка не переставала увиливать от объяснений. Я не могла уяснить одну вещь: Пейсиноя причастна к смерти первенца старосты или многолетние сплетни в деревне ошибались? Речи Юнэя склоняли поверить этому гордому парню, а дар убеждения – не самая сильная сторона некроманта. Особенно, когда она проявляется в виде гневных криков и громкого хлопанья дверью.

Я ждала, пока моя хозяйка бросит уличные пейзажи и целиком перейдёт на разговор. Беря в расчёт нашу долгую дружбу, сирена могла бы раскрыться мне. А взамен Пейс ещё гуще нагоняет туман и не позволяет разобраться в сложившейся ситуации. Не хотелось вмешиваться в семейные войны, но уж больно часто они выплывают наружу.

Выходит, она впрямь дала волю жестокости в младшие годы.

– Ты ничего не говоришь. Это на тебя не похоже. – Пейсиноя выдала внезапное заключение.

Видимо, моя хозяйка не понимает свои эмоции, и уж тем более не распознаёт окружение. Это не тот случай, когда приятельская болтовня способна заменить беспокойство. Тут мимолётная забывчивость не поможет. То, как часто детство Пейс вмешивалось в настоящее, только подтверждало – так просто откреститься от прошлого не выйдет.

Пейсиноя опять притихла и оглянулась на дверь. Не думаю, что кто-то нас подслушивает. Да и особых секретов в этой комнате никогда не возникало. Даже Алнэ, которая не упустит возможности получить интересные сведения, вряд ли станет посягать на наши персональные беседы.

– Надеюсь, Див, ты понимаешь, что это всё меняет. Срок гостеприимства истёк.

Вот лишнее подтверждение тому, что девушка не нуждается в рекомендациях и сама прекрасно разбирается с нахлынувшими проблемами. В голове у сирены давно созрел план. Не факт, что сейчас, после ухода Юнэя. Несколько сценариев могли держаться про запас с момента побега из дома. Пейс не относилась к тем, кого застают врасплох. Заключая договор с такими непостоянными личностями, как колдун, всегда нужно быть готовой к неожиданностям. И лучше, если ты сумеешь на них достойно ответить. А хозяйка явно не собиралась предоставлять некроманту шанс свободно пользоваться её подвешенным положением.

Зачем строить воздушные замки, которым не суждено воплотиться в реальность даже наполовину? Чародей в течение всей поездки даже виду не подал, что собирается возвращать Пейсиною в семью. Для парня это был лишь контракт про аванка. Прочие мечтания он и не старался поддержать. Надеюсь, что после его осуждения, хозяйка прекратила ждать чуда.

– Я ухожу. Прямо сейчас. – Под эти слова сирена покинула свой пост у окна и направилась к выходу.

Ближе к ночи начинать очередные странствия по неизвестной земле меня мало воодушевляет, но задерживаться в деревне – не менее опасно. У Пейс не вышло в последний раз переговорить с Дринеком, а прощаться с кем-либо ещё она не планировала. Я же расставаться с вечной беглянкой тоже не хотела. Мягкая застеленная кровать была покинута мною, чтобы настичь девушку.

Пейсиноя набросила на себя красную ливрею и принялась быстро застёгивать наряд. Похоже, в этот вечер маг лишится не только сестры, а и одежды. Возясь с фибулой, моя хозяйка едва слышно произнесла:

– Надоело.

Относилось такое следствие к непослушному украшению на мантии или к неудачному походу в Вокрах, я не поняла. Поскольку мы решили покинуть деревню, то навязчивые мысли тоже нужно оставить тут. Сама не люблю, когда терзания следуют за тобой по пятам и упрашивают снова и снова погружаться в неприятные рассуждения. Чуткие друзья должны выпутывать своих товарищей и уводить подальше от трудностей. Стараясь отвлечь Пейс от грусти, я дала вдоволь места для новых идей.

– Хозяйка, вы уже выбрали дорогу?

– Конечно.

Без запинки убедив меня в утверждённом маршруте, сирена уже притронулась к дверной ручке.

– У нас широкий выбор направлений. Все стороны света. Например…

Но Пейс не договорила про вымышленный образец нашего путешествия. Она растерянно застыла перед деревянной перегородкой, которая не позволяла покинуть покои девушек. Здесь не было замков, поэтому вдвойне интересно, каким образом нас замуровали. Почему-то вопросов «зачем?» не возникало. Всё-таки по соседству оставалась фейри. Как я вижу, она уже предостаточно поухаживала за охотником и перенесла внимание на нас с хозяйкой. Довольно незатейливым способом, раз посадила под домашний арест.

Глава 6. Чужая хворь

Рийк трудился над охотничьим ножом с раннего утра. К любой работе он относился ответственно, и для единственного сына выкладывался на полную мощь. Лезвие виделось, как и прежде тупым и тусклым, поэтому шлифовалось без устали. Чтобы довести до совершенства оружие, необходимо время. Лучше потратить лишние часы в мастерской, а не на поле боя, когда остаёшься с голыми руками. Не зря бывалые воины заверяют зелёных последователей в том, что важна не только сила и выносливость, но и подходящее снаряжение. Если, конечно, вы не хотите предоставить противнику значительный перевес, сразу приняв позицию проигравшего.

Супруга старосты уже оставила попытки выманить мужа из кузни и теперь просто носила Рийку бутерброды и холодную воду. Знойный день пытал жителей посёлка снаружи, а в четырёх разгорячённых стенах вообще невыносимо долго находиться. Но мужчина был непреклонен. Он с благодарностью брал ледяную кружку и делал короткий перерыв.

После очередного глотка Ясиль надавила с другого конца:

– Тебе ещё много осталось исправлять?

– Прилично.… А что, Юнэю к спеху?

– Если честно, не знаю. Мальчик опять к своим товарищам убежал. – Объяснили старосте, забирая пустую посуду. – Кажется, они сегодня уезжают. Прошёл провести, значит.

– Отлично.

Жена так и не поняла, на что было сказано «отлично» – в ответ на известие об отъезде гостей чародея или на право без помех продолжить свою работу.

– Думаю, я успею завершить до того, как он снова отправится на учёбу. Ведь до академии далеко ехать.

– Да. – Согласилась Ясиль. – Он так редко нас навещает. И даже когда возвращается домой, вечно занят какими-то делами!..

Рийк не дал возлюбленной договорить и половины. Подводя итог своему короткому отдыху, мужчина заметил:

– Не отвлекай ты его просьбами поискать ту сироту, Юнэй не задерживался бы в соседних деревнях.

В мастерской возникло неловкое молчание. Слабо шипели угольки в печи, и через открытую дверь доносился уличный гул. Но разговор в тот момент прекратился.

– С чего ты взял?

Ясиль верно сделала, что не начала оправдываться. Хотя староста Вокраха произнёс это так категорично, даже не рассчитывая, что супруга примет его слова лишь за предположение. Узнать про одолжения некроманта можно было, только если подслушивать. Не станет же мужчина опускаться до такого шпионажа.

– Мы живём с тобой тридцать лет. Я научился не просто принимать твои шалости, но и терпеть подобные трюки. Практика.

Шутливый голос Рийка создавал тихое эхо в кузнице. Правда, его жена совершенно не разделяла весёлого настроения своего супруга. Проигнорировав реплику, женщина быстро положила тарелку на поднос и удалилась. Не думала Ясиль, что возлюбленный раскроен тайну. Ещё больше она удивилась тому, как до сих пор не подавалось виду, что известно о поисках Юнэя. Или муженёк был настолько уверен в их провале?

На щель прикрытой двери бросили заносчивый взгляд. Заново возникший равномерный стук подтвердил, что Рийк опять взялся за шлифовку. Поэтому немой укор Ясиль никто и не заметил. Она пересекла просторный двор и опять очутилась на своей кухне. За сосредоточенной готовкой проще оторваться от надоедливых мыслей и не давать преждевременную оценку критике супруга. Пусть осуждает её как заблагорассудиться. Ходить по струнке у главы деревни женщина не собирается. Теперь уж нет.

Железные петли отдавали теплом, если подойти совсем близко. Магия была слабой, но её хватало для того, чтобы держать дверь и не выпускать нас с хозяйкой наружу. Толчки, которые Пейс обрушивала на преграду, свидетельствовали, что с силами сирены в коридор не пробиться. Начинало светать, а от охраны в лице Алнэ не поступало ни малейшего звука. Сообщать дальнейшую судьбу пленников никто и не собирался.

После бессонной ночи Пейсиноя перепробовала множество вариантов выбраться на свободу. Однако все они потерпели неудачу. Поэтому я непонимающе окликнула девушку с табуреткой в руках:

– Вы же в него не пролезете.

Звон стекла создавал прореху, но не делал окно шире по размерам. Через ограниченную раму проникала только уличная картина. Для лазейки такой проход был мал. Пока устранялись осколки из образовавшейся дыры, хозяйка поделилась своими соображениями:

– Я – нет. А вот ты сумеешь.

Полупрозрачная подстилка хрустела под сапогами от каждого движения Пейс. Мне показалось, что сирена сейчас ориентировалась на скорость. Подобный погром мог насторожить фейри, если та находится где-то поблизости.

– Предлагаете оставить вас одну?

Мне бы стоило начать с отрицания и не соглашаться на созревший план Пейсинои. Но учитывать мнение дворовой на данный момент она явно не собиралась.

– Давай ты подумаешь об этом потом? – попросили меня, взяв под живот и поднося к окну.

Вместо пререканий с хозяйкой, я вдруг увлеклась мыслью, которая пришла, едва подоконник стал моей опорой. Возможно, тут впрямь следует поступить несколько иначе. Раз девушку пытаются удержать взаперти, нужно заручиться поддержкой, которая так же сильно желает вытворить её отсюда. Кажется, мы забыли про кого-то важного.

Сирена придерживала меня, пока преодолевался деревянный проём. Боясь пораниться, я осторожно просунула передние лапы, а следом – туловище. На воздухе сохранять равновесие оказалось ещё труднее. Уступы были построены близко к стене. Еле хватало места для шага. Хорошо, что старушка поселила компанию на втором этаже. Сравнительно небольшая высота для прыжка.

– Хозяйка, скоро вернусь. – Пообещала я Пейсиное и кинулась вниз.

Благодаря своей природе, приземления совершались мною легко. Не просто ж так кошкам приписывают известную гибкость. Переняв мурлыкающий облик, я запаслась и рядом других преимуществ. Умение всегда падать на четыре лапы тоже входит в их число. Правда, меня ожидал неприятный исход, который помешал почувствовать новоприобретённую свободу.

Очутившись во дворе, мне даже не дали возможности оглядеться. Пейзаж тут же перевернулся вверх ногами. Чья-то рука бесцеремонно схватила мой хвост и таким способом заставила прочую тушу повиснуть над землёй.

– Долго же вы продержали нас здесь!

Голос Юнэя стал самым неприятным дополнением к теперешнему положению. Я черкнула когтями наугад, но, естественно, не попала по намеченной цели. Парень предугадал агрессию с моей стороны и предпринял все меры, чтобы не пораниться.

Во время его ходьбы, я раскачивалась и не могла сосредоточить взгляд на каком-то одном предмете. Колдун не упустил из виду, что Пейс задумает сбежать. Поэтому, забаррикадировав один выход, маг стал наблюдать, как сестра поступил дальше.

– Поставь защиту на окно. Она вряд ли воспользуется им, но… про запас.

– Уже делаю. – Портная тоже присутствовала в этой засаде.

Только я не видела ни очертания мага, ни Алнэ. Лишь ловила их разговор и боролась с головокружением. Способ перемещения, который избрал некромант, не очень-то устраивал. А судя по тому, что фейри больше не давала о себе знать, и потемнело вокруг, меня опять вернули в дом. Дальше Юнэй нёс свою ношу в полном молчании. Сейчас он был сильнее. Опускаться до уровня глупых оскорблений я не намерена, хотя чародей заслуживал такого обращения.

Но ко мне колдун был менее лоялен. Лишив позади лестницу, парень остановился. Не удалось и краем глаза окинуть помещение, куда пришёл чародей. Он закинул улов в открытую дверь, и, пока я силилась подняться с пола, заторопился запереть её. Опять тюрьма. Приходя в себя после такого стремительного броска, моего слуха коснулось глухое шипение. Подумать только: темницу опять решили подкрепить магией, чтобы служила надёжным заточением.

Обжоры сидели на берегу и наслаждались былой рыбалкой. Блестящий улов с плавниками поджаривался на огне, заставляя своих поваров удерживать аппетит до полной готовности. Скорее, только одного из них. Ренре, не желая голодать, без зазрения совести таскал с прутьев полусырую еду и насыщал поочерёдно свои головы.

– Угомонись, чревоугодник. – Отметил такой многоликий пикник Мэйдофф. – Я теперь понимаю, откуда пошло выражение «есть в три горла».

Дракон, не привыкший следовать чьим-то указаниям, нарочно громко уплёл рыбёху. Повиноваться мужчине он не собирался. Пусть этот человек и друг Лейры, его хозяйки, но предоставлять право командовать тут никто не собирался. Когда уже летающее создание сможет оставить навязанного попутчика и убраться восвояси? Не предстало величественным ящерам заменять лошадей. Разве для подобных утех они созданы?

– Скаш-ши спасибо, что едят не тебя.

Было бы некрасиво обглодать того, кто наловил гору завтрака. Впрочем, с каких пор чудовища пекутся о справедливости? Сегодня ты помог дракону, а завтра он спалил твой дом. Жутко непостоянные существа. Ренре хоть и приручили, окончательно домашним питомцем не сделали. Животное воспитала дикая природа. И такую науку даже знахарка не искоренила.

Словно восполняя потерю в деревне, дракон появился сразу после отъезда странствующих артистов. Может, бродячие циркачи оставили тогда маленького ящера в лесу, может он попал в заросли Вокраха иным способом – уже не вспомнишь. Но Лейра заприметила чешуйчатого детёныша и взяла его на поруки. А когда Ренре подрос, что произошло очень быстро, под опекой оказалась сама целительница.

– Ты ел когда-то людей?

Мэйдофф смирился с вздорным характером дракона и в полёте обучился правильно говорить с чудищем. Полезный навык, между прочим. Если не хочешь занять место рыб в желудке под финал спора.

– Никогда. – Прогудел Ренре и выхватил у мужчины его порцию вместе с веткой. Бросок вверх и хлопок пастью.

– Ах, ты ж!..

– Но могу начать!

Красные зрачки на солнце не внушали осознания опасности. Шкура вне тёмных сумерек казалось мягкой и гладкой. И жёлтое пузо, как бы оно не увеличивалось от снеди, отодвигало назад кровожадные россказни о драконах. Случаются же исключения в виде верных питомцев. Даже если таковой всем своим поведением противоречит истине.

Стало тихо. Слишком тихо для слуха, который в тысячу раз тоньше человеческого. Это была не комната с Пейс, пускай интерьер мало чем отличался от покоев девушек. То же миниатюрное окошко. Свет, проникающий через него, не сумел охватить всё, но позволял внимательно осмотреться. Солнце намеренно огибало мерцающую решётку на пыльной раме и шло дальше. Не все стихии подвластны магическим заклинаниям.

Впрочем, любоваться игрой лучей пришлось в короткий срок. Я заметила, что на одной из кроватей кто-то был. Странно. Некромант поместил меня в заточение не одну? С его воображением, да и не найти пустую комнату, чтобы зазря не беспокоить больного. Дринек, а это без сомнения был он, крепко спал под одеялами. Меня это несколько обрадовало – охотник не замешан в тех проделках, которые устроили Юнэй с подругой. Теперь по-иному предстали его слова, когда он советовал Пейсинои сразу покидать деревню. Парень старался предупредить мою хозяйку о беде, но не мог сказать прямо. Как жаль, что вчера мы так и не поняли намёков зомби.

Наверное, заперли Дринека вместе со мной из-за таких подсказок. Пожалуй, разбужу помощника. Он сообразительный и обязательно что-то придумает, лишь бы не оставаться в четырёх стенах.

Рассуждая в подобном духе, я запрыгнула на кровать и стала медленно подходить к соне. Ступаю аккуратно, чтобы не больно топтаться по телу парня. Волнообразные углубления были пройдены, в то время, пока в моей голове формировалась речь для пробуждения. Только произнести её мне не удалось. После того, как лицо зомби бросилось мне в глаза, я ринулась прочь, как от заразы.

Чем бы ни заболел Дринек, симптомы хвори уже становились пугающим обрамлением. Бледная кожа начинала оттенять нездоровой синевой, благодаря опухолям. Тёмные нарывы, словно кровоподтёки, покрывали щёки и руки, которые немного выглядывали из-под одеяла. Уверена, подобные отметины могли распространиться значительно дальше.

Именно такая возможность заставила убраться в противоположный угол комнаты. Я не владею лекарскими знаниями. Но предпочитаю держаться в стороне от столь ужасающих ран. Особенно, если их носитель тоже выглядит неважно. Охотник пах мертвечиной. С того самого дня, когда Юнэй оживил его и подарил вторую попытку. Поэтому я свыклась с этим свойством парня, и не акцентировала на нём внимания. Сейчас запах напоминал о себе гораздо назойливее. Мгновенная догадка соотнесла увиденное в одно целое: Дринек был мёртв.

Отнюдь не брезгливость к трупам так отпугнула меня от ложа. Просто интуиция громко крикнула мне, что стоит держаться от охотника на расстоянии. Вряд ли причина смерти зомби – безобидная простуда. Убить и без того мёртвого человека? Это какая-то чёрная смерть, не иначе. Зачем только парень питался из захоронений. Износившаяся кровь вместе с энергией переносила в него и чужую гибель. Неизвестно от чего слегли те несчастные из могил. А Дринек доверился частичке их сущности и прогадал.

Рычание вырвалось из моего горла непроизвольно. Если бы я могла отогнать заразу с такой лёгкостью. Вдруг болезнь уже осела и на мне? Сколько тогда дней осталось, прежде чем между шерстью проступят мерзкие язвы? Три? Или из-за малой массы я слягу раньше? Жалость к охотнику опять вылилась в осуждение колдуна. Чародей лишь отстрочил последний вздох Дринека. Он просто не обладал достаточным умением, чтобы возвратить друга в прежнее состояние. А зомби цеплялся за возможность прожить чуточку больше положенного.

Наряду с магом всплывала в памяти и бенни. Маленькая прачка у ручья, которая умудрилась стащить из-под нашего носа вещи. Отбирая у этой ловкачки ливрею Юнэя, пропустить одежду охотника тоже видится возможным. Существо могло спрятать её за пазуху или сбросить в воду раньше, чем мы с Пейс подоспели. А оставшись наедине, она вернулась к своей стирке. Перепончатые кисти быстро нагнали на владельца сворованного наряда какую-то неприятность. Что, если именно незваная гостья на перевале поспособствовала пустым пробам некроманта попрактиковаться в своём деле? Кто бы ни стал главной причиной смерти Дринека, было нечестно так опрометчиво потерять шанс.

Но теперь уже поздно исправлять свершившееся. Даже зомби имеют свой вымеренный час и нельзя без конца играть в божество. Вокруг корки заживших ран гнила кожа. Я увидела каждую мелочь на охотнике, хотя смотрела на него не дольше одного вдоха. Бедный парень. Надеюсь, ему не пришлось долго мучиться с болью.

Моим укромным уголком стала тумбочка возле заколдованного окна. Если зараза не успела пристать ко мне, пока я находилась у постели Дринека, то такая дистанция обезопасит на некоторое время. Очень не хочется пострадать благодаря опытам Юнэя. Ко всему прочему, отсюда хороший обзор двери. Сейчас она ещё заперта, но чародей рано или поздно отопрёт свой каземат. Как и комнату, в которой осталась моя хозяйка.

Забор, вопреки своей миссии закрывать участок от пытливых зрителей, не возводил уединения. Вокрах не умел сохранять границы между общим и индивидуальным. Казалось бы, что так можно сплотить местное население. Но дружба здесь теснилась с корыстью и не особо помогала строить отношения. Вот почему Алнэ не упускала из виду прорехи. Выдернутые с гвоздями доски будто приглашали следить за девушкой через оставленные проёмы.

Чтобы сосредоточиться на своём задании швее требовалось смотреть на окно. Как же сложно неотступно взирать на пустую раму, пока в ней образовывается замена разбитому стеклу. Чародеи не похвастаются умением держать заклинание одной мыслью – это подвластно только народу фейри. Они чувствуют магию не кончиками пальцев, а душой. Устные приказания не способны переправить колдовство в полном объёме. Растеряв часть энергии в путанице предложений, изводишь время впустую.

У представительниц сего племени помимо острых ушек имеется и врождённая способность использовать окружающую материю на своё усмотрение. Задатки подобного рода встречаются редко, принуждая других запасаться стихиями перед тем, как направлять их на кого-то. Под кожей бурлили холодные воды, невесомое дуновение, тепло огня, а у более хватких по жилам пересыпался песок. Правда это или всего лишь эффектное иносказание известно только тем, кто поступил в Академию Четырёх потоков. Но говорят, что сила магии напрямую зависит от того, как ты подчинишь элементы своему телу. Или с точностью да наоборот.

Портная брала от природы за двоих. Юней не мог пока достичь таких успехов, хотя перенимал уроки у профессиональных кудесников и жрецов, подкрепляя практику духовными наставлениями. Однако занятия не давали улучшений. Парень был хорош для своих лет, но не больше. За магическими трактатами и сборниками, как бы он не хотел, превзойти себя не мог. Наверное, наравне с фейри, некромант постоянно виделся себе несовершенным. И поэтому нашёл нового наставника с рыжими непослушными волосами.

В целом, хорошо иметь друзей, которые не только скрашивают весёлые минуты, но и делают нас мудрее. Алнэ была юной девушкой лишь для неопытного наблюдателя. По человеческим меркам портная достигла сорокалетнего возраста с небольшим хвостиком. Трудно сказать, что этот период дался ей стремительно. Каждый год она заполняла приятными приобретениями и утратами, закаляющими для дальнейших встреч. Пусть румянец бережёт молодость как иллюзию, пока швея отстаёт от быстротечного времени.

Пока окно заполнялось мягким сиянием, Алнэ увернулась от выброшенного кувшина. Сосуд разлетелся на кусочки, а потом каждый из черепков проделал ещё пару скачков. Но подобное покушение фейри неодобрительно фыркнула и сосредоточилась на колдовстве. Пейсиноя виделась ей помехой, требовавшей к себе слишком много внимания. Сирена присоединилась к команде неспроста, как и сама портная. Но та значимость, которая образовалась вокруг девушки, сильно задевала Алнэ. Наговаривая плёнку, она с большим наслаждением оформляла узнице скверную обстановку.

Чародей был мил сердцу фейри. Поэтому швея последовала в Вокрах за парнем. О присутствии четвёртой спутницы упоминалось заранее. Правда, портная не рассчитывала, что Пейс окажется настолько важной персоной. Когда Алнэ зареклась настаивать на взаимности Юнэя, она не соглашалась уступать его кому-либо. Так фейри боялась потерять не только объект обожания, но и друга. С подобными сомнениями довольно легко запутаться.

Девушка ухватилась за возможность угодить некроманту, едва та появилась на горизонте. Не будь Алнэ столь предусмотрительна, Пейсиноя опять пустилась бы в странствия. На этот раз без всяких обязательств, но обзаведясь гораздо бо́льшим багажом воспоминаний. День назад портная стояла под дверью в их комнату точно так же, как и теперь – под окошком. Часто повторяемое заклинание уже рвалось занять своё место в раме, наведываясь к старой знакомой.

Фейри ловко отправляла волшебство ввысь, оснащая новыми порциями. Прочная ловушка нуждалась в трудолюбивом сплетении. В противном случае, швее стоило оставить попытки помочь колдуну запереть сирену. Последнее извивание полосы и заплатка была готова.

Хотела ли Алнэ использовать знания в подобных целях? Нет. Твердили, что магия будет жива, пока жива латынь. Язык, который соединял поколения, служил мостом для связи с природой. Слова внедрялись в мир, становились его частью, изменяли его. Этому придавалось значение. Вот почему опускать данное мастерство до быта – табу. Лень, а именно благодаря данному недостатку чары старались внедрить в домашний обиход, не должна препятствовать саморазвитию. С одним нюансом фейри справилась. А со вторым – не умножать изъяны магическим умением – пренебрегла. Такое мошенничество тоже оставило швею без выгоды. Если бы девушка не причислила к награде…

– Спасибо.

Юнэй управился с рысью на своё усмотрение. Дворовая не должна навредить планам чародея. Поэтому заперта с напарником, который сейчас тоже бесполезен. Когда Дринек шёл за сиреной, он был значительно твёрже, чем после знакомства с названой сестрой мага. Затем зомби взялось разубеждать товарища, чем только ярче вызывало к себе недоверие. Конечно, жалко лишаться ценного помощника, но его здоровью не до проделок. Пусть набирается сил и выносливости. А заодно и составит компанию кошке.

Какие бы испытания не подносила судьба, честность между друзьями стиралась, подсказывая неблагоприятный исход. Раньше азартная погоня за непокорными существами по миру не затрагивала личные нити. Вплетая семью, Юнэй вытеснил парня из ближайшего круга, хотя сам охотник оставался целиком зависимым от своего компаньона. Ходячий мертвец призван сопровождать созидателя, который приходится ему источником подпитки. Но Дринек и без этого правила держался вблизи. Приятель не вычёркивал годы, проведённые плечом к плечу с магом. Что не уберегло молодого человека от незаметного ухода. Его гибель станет поздним известием для всех, кроме Диваны.

– Они скоро появятся. – Пообещал колдун, осматривая зачарованные двери.

Две подруги даже своим пребыванием в комнатах противоположно отличались. В одних покоях стояла тишина; соседняя же постоянно испускала какой-то скрежет. Неудивительно, что Дивана избрала спокойное поведение. Фейри сама опасалась заходить в туда, чтобы не повторить пример охотника. Ей и находиться возле созданной камеры становилось боязно. Некромант выпустил из-под контроля свою магию. И вряд ли парень чем-то поспособствует, если остатки недуга перейдут на Алнэ. Отступая от такого развития событий, портная молвила:

– Давай я побуду на улице? Укажу им нужный дом?

Признав идею хорошей, маг отпустил подругу дожидаться посредников сделки. Пока Алнэ предстанет маяком для приезжих, чародей позаботится о сохранности товара.

Хоть бы покупатель быстро отозвался на весть: проблемно скрыть его появление в Вокрахе. Прознав о том, что сирена в деревне, Рийк точно не даст её повторно увезти. Главе посёлка надоело вечно охлаждать супругу к поискам сироты. Представить только, как женщина примет обман сына и стойкость мужа, если всё раскроется. Раз соблюдать дистанцию не вышло, придётся пресечь даже малейший шанс последующих встреч. Самовольный суд не будет церемониться с девицей, чья чешуя проступает от капель воды, а слащавый голос лишает разума. Особе с подобным даром нельзя давать спуску. И жители деревни под предводительством старосты непременно воздадут ей по заслугам.

Впрочем, уловка с ножом прошла успешно – родители Юнэя весь день оставались дома, оберегая собственное спокойствие.

– Эй, трактирщик! Угости сытным обедом. А мы угостим хорошими вестями.

В «Цепном псе» бывали заявления и оригинальнее. Хозяин вообще в последние дни находился вне настроения, что тут же ощущали на себе клиенты. Певица, ставшая настоящей находкой заведения, пропала без вести и увела за собой постоянных посетителей. Когда музыка скрашивала пиршества, потуги девушки казались ничтожными. Но стоило источнику песен исчезнуть, как тишина не заглушалась даже стуком столовых приборов. Голоса Пейс не хватало в трактире. Иногда прогулы исполнительницы оправдывали подобную скуку за столами. Тогда грузный мужчина заваливал сирену работой, устраняя всякую легкомысленность в будущем. А как наказывать заочно? Обещать строгий выговор и срывать гнев на случайных визитёрах, конечно же.

Разносчицы страдали в данном положении больше всего. Им доставалось и от посетителей, и от собственника «Цепного пса». На бедных девиц обрушивались придирки и волна криков. Они уже подумывали сбежать следом за Пейсиноей, лишь бы не соглашаться с тем обращением, которое возникло благодаря вспыльчивости трактирщика.

На стойку поместили тарелку с дымящейся похлёбкой и кусками хлеба. Судя по состоянию чёрствого ломтя, крошившегося от такой презентации, приличный вкус мог заключаться лишь в супе. Как видно, лести повлиять на качество еды не удалось. Несмотря на то, что у путника действительно имелись новости.

– Чудища-то из Замкнутой Рощи убили. Знали про это?

– Ух, каково! – взбодрился собеседник. – И кто?

Сплетни развевают тоску. Конечно, если не затрагивают тебя лично. Светлая борода мужчины делала его улыбку незаметнее, пока передавались рассказы о славной охоте. Что эти истории значили для таких балаболов? Искажённые описания, крупица зависти и полное равнодушие после обмена сведениями. Трактиры редко становились источником сказаний. Для передачи великих подвигов, или хотя бы упоминаний о них, существуют добродетельные люди. А не острые языки за прилавком для питья.

– Маг. Умельцы с талантом к волшебству постоянно спасают положение.

– Дай Бог. – Уступили повествователю. – Если так спокойнее в наших краях, я буду тоже в достатке. Жаль, что искатели щекотливых передряг прекратят проезжать через город. Такие потери…

– Хех. Песенки бы возвратили. Небось, спасёт.

Подавившись под лютый посыл от трактирщика, на этой пикантной ноте разговор и завершили. Событий было с избытком – только успевай их распространять. Оборотень с когтями из озера и вскопанное кладбище возле разрушенного дворца. Кто догадается сопоставить пропажу артистки с розыском сирены? Упитанный мужчина знал свою певицу не лучше любого прохожего в этом заведении, и не отличался особым умением оценивать факты. Такое безразличие делало хозяина лишь частью заурядной болтовни. Выбирайте историю на собственное усмотрение, чтобы поделиться ею с остальными. В «Цепном псе» обстановка как раз располагает к подобным развлечениям.

Местные дети торопились догнать повозку. Столь странное сооружение на колёсах они никогда не встречали прежде, поэтому глазели на металлические бока с восторгом и любопытством. Они хотели потрогать сию конструкцию на ощупь, только плотное кольцо стражи исключало всякие попытки проскользнуть мимо такой охраны. Жители, встречавшиеся этой процессии, лишь недоуменно оборачивались вслед. Видеть подобные шествия в Вокрахе они не привыкли.

Пожаловавшая в деревню процессия остановилась у старого дома. Он был минимум дважды перекрашен, о чём говорили облупившиеся красные стены, сквозь которые проступал бывший серый оттенок. Постройка служила пристанищем для приезжих путников, а тихая старушка исполняла роль владелицы этой обители. Правда, пожилая леди редко показывалась на глаза. Даже теперь она не вышла. И право встретить нагрянувших воинов выпало Алнэ. Девушка с примерным видом стояла у порога и ожидала, пока воз застынет после долгой дороги.

Фейри пересчитала солдат, которых направили к ним. Результат явно не порадовал швею, когда критически осмотрела десятую фигуру:

– Вас не мало?

Но командир не привык отсчитываться перед обыкновенными девицами о состоянии своего отряда. Вопрос портной пропустили мимо, и вместо требуемого рапорта принялись выполнять своё дело.

– Где сирена?

Алнэ ощутила стать строгого голоса и в момент перестала вести себя так фривольно. Не приглашая главнокомандующего идти следом, фейри отправилась внутрь и знала, что половина группы сопровождало её позади. Солдаты попались немые и хмурые. С такими совсем не хотелось шутить, да и болтать – тоже. Робко пригладив волосы, девушка не отказалось бы от присутствия колдуна где-то поблизости. В компании доспехов подъём по лестнице оказался настоящим испытанием на моральную выдержку. Попадая под взгляд пришедших людей, поневоле чувствуешь груз чужой вины на собственных плечах.

Юнэй на посту у запертых дверей позволит не терпеть присутствие городской стражи с волнением. Парень сумеет повести разговор в манере, свойственной военным.

– Вы здорово задержались. – Маг не побоялся сделать замечание вооружённым гостям.

– Не вижу повода тратить время, если пленница всё равно ещё тут.

Темноволосый сторож в приглушённо-зелёной мантии немного посторонился, чтобы дать вдоволь места занять подходящую позицию. В задачи некроманта входило позаботиться о пленнице и не выпускать её за пределы дома. Снимая заклинание с двери, чародей отдавал Пейсиною в руки стражи, где с ней будут обращаться уже по-иному. С взмахом еле заметный блеск рассеялся, оставляя дверь обыкновенной преградой. Если не брать во внимание пятёрку в коридоре. Юнэй тоже не оставался вне событий: он лишь предоставил командиру руководить финальными этапами поимки сирены. И подчинённые понимали своего начальника в полном молчании.

Дверь распахнулась. Прежде чем Пейс успела осознать, что к ней наведался кто-то чужой, солдаты преодолели половину комнату и закрыли собой освободившийся выход. Заключённая за минуту попала в цепкие объятия правосудия. Лягаясь изо всех сил, девушка только побудила крепче сжать перчатками свои запястья, но уступать не стала. Волоча на полусогнутых ногах жертву, солдаты похвально следили за её намерениями ударить ближнего стражника или поцарапать ради урона. Попытками подобные выпады и ограничивались – перебороть здоровых мужчин Пейсинои не удавалось.

Поглощённая своим противостоянием с новыми невольниками, она фактически пропустила сторонних наблюдателей, которые продолжали стоять в коридоре. Неистовый взгляд голубых глаз оставил Алнэ и упёрся в парня. Не собираясь поначалу ничего произносить, сирена со злобой и разочарованием метнула:

– Наврал!..

Давать время для беседы им не собирались. Настойчиво потянув Пейс на улицу, молодые воины прервали прощание. Некромант и фейри предпочли не удостаивать бывшую спутницу ответом. Пара осталась вместе с начальником отряда. Нужно же оговорить получение награды, которая полагалась взамен на отданный трофей. Обсуждение заслуженного воздаяния заняло мысли Юнэя, хоть он не был особо падок к деньгам. Пленница и без разъяснений должна осознать свою вину и понести заслуженную кару. С такой наглостью возвращаться в деревню, добиваться прощения после того, как она обошлась с Токэсом. Этого маг принять не мог. Неопровержимый приговор прочно засел в уме, оставаясь глухим к любым окрикам.

Вид повозки, оснащённой специально для заключённых, вернул Пейсиною к активным движениям. Но девушка находилась в невыгодном положении: двое мускулистых стражников без усилий доставили её к открытым створкам передвижной камеры. Остальные семеро словно намекали: путей бегства нет. Как мешок, пленницу затолкали в каморку на колёсах. Скрип затвора. И рабство.

Сирене отвели не только место, но и час для раздумий. Стоило посмотреть под другим углом на услуги некроманта. Прежде значительная доля подозрений доставалась фейри, хотя заслуживал её сам зачинщик обмана. Уже по плохому притворству, нынче наигранному дружелюбию швеи можно было догадаться, что благородные жесты – не для Юнэя. Под замком приходилось лишь сокрушаться своей слепоте.

Я ловила каждый фрагмент шума, который доносился до моего убежища. Страх попасть в зону заражения продолжал держать меня на прежнем месте. Здесь тебе не враги, видимые во всей своей сути, а что-то поражающее и невидимое. Наше положение обернулось так, что оставаться в тени не получалось. Главное, чтобы с Пейс ничего не произошло, пока её помощница кукует одна.

Словно услышав мои мысли, появился незваный посетитель. Невесомая походка сразу вычёркивала колдуна и оставляла последнюю персону, способную на незамысловатую магию. Алнэ открыла дверь, но сама входить не спешила. Обнаружив сидящую в углу кошку, она, как ни в чём не бывало, обратилась ко мне:

– Уже передумала выходить?

Смена поведения начала вызывать только злую ухмылку. Будто в недоработанном спектакле: фейри с Юнэем вносили в сценарий коррективы, не делая его цельным. Обман стал для них основой, благодаря чему о доверии даже в мелочах не могло быть и речи. В этом коллективе вообще полагаться стоит только на себя, если не хочешь прогадать.

Несмело подойдя к ногам портной, я всмотрелась в её лицо. Эх, в мастерской Алнэ предстала такой доброй и понимающей девушкой. Эти зелёные глаза, усталый вид не давали и намёка на то, что путешествие обернётся на битву. Стараясь во всём подражать своему кумиру, швея забывала примерять на некроманта понятие чести и нравов. Поэтому сама плавно переняла от парня кучу недостатков. Она виделась мне обузой в походе, а стала пособником, который отлично выполнил обязанности волшебного подельника.

– Если тебе это.… Э, стой!

Да, стоять возле фейри и ждать прочих распоряжений я не собиралась. Описав дугу, недосягаемую для Алнэ, мой путь лежал с соседнюю комнату. И не зря внутреннее чутьё отказалось принимать достаточно свободный доступ в покои. Прибежав с намерением убедиться в безопасности Пейсинои, мне достался лишь чародей.

– Быстро ты. – Юнэй неподвижно наблюдал, как струйки неяркого голубоватого света тянутся от разбитого окна к его ладони.

Надеюсь, потом собранный сгусток магии не направят в меня? Пейс здесь не было. Но могу поклясться – несостоявшийся брат знает, куда она подевалась. Ведь некромант сам приложил усилия, чтобы сирена не прижилась на прежней родине.

– Где Пейсиноя? – за спиной расположилась Алнэ, не перебивая попыток построить диалог. – Кому ты её продал и сколько монет получил взамен?

Парень до последнего терпел мои фразы. В конце концов, задетое самолюбие решило постоять за себя. Подержав некоторое время меня за хвост, Юнэй явно получил удовольствие, которое подпитывал потрёпанный вид дворовой.

– Много. Мне приходилось умело изощряться, чтобы заманить Пейс сюда и удержать до определённой поры.

– Как складно придумано с аванком. – похвалила я. – Видно, тщательно подготовил легенду, раз такое расстояние преодолел и других увлёк.

Несомненно, и приз после подобной афёры колдуну полагался немалый. Коллекционеры нежити готовы выложить многомерно круглую сумму ради того, чтобы лицезреть пленённое существо в клетке. Сотрудничают с любителями экзотики единицы, цену заламывают поднебесную, а некоторые во имя богатства пускаются во всевозможные приключения. Учёба наскучила Юнэю и уступила предложению поправить материальное положение своей семьи. Тем более, когда объект охоты буквально сам напросился в руки. Ну как не воспользоваться удачным стечением обстоятельств?

– Аванк… – протянул парень. – Аванк вплёлся случайно. Он служил лишь наживкой. Сперва я планировал схватить твою подругу в Рыночном Округе, но не вышло. Этот Геннайс… Никчёмный моралист. Отказался поспособствовать нашей затее, чем сбил весь маршрут!..

После чего колдуну пришлось выдумывать путы, способные оставить Пейс в одной точке. Вечная гонка в Вокрах, а затем – поддразнивание новыми возможностями. Маг обладал дюжим упорством, если балансировал по краю, на котором находились и его родители. Ошибившись с хозяином «Астеры», повторно посвящать в свои тайны он никого не собирался. Кроме фейри и частично Дринека. Заранее составленная история про чудище сыграла ему на руку.

– Я и без Пейсинои смог бы затравить озёрное животное. Только необходимо было оправдать мотив поездки.

Показать, что мы не зря прибыли сюда, развлечь в некотором роде. Ну, хоть поначалу обошлись без крайних мер. В деревне задержать её оказалось проще простого. И позже западня захлопнулась вместе со своим творцом. Гипнотическое вторжение в оболочку моей хозяйки больно окатило некроманта правдой. Не исключено, что это видение стало поворотным. Теперь уговоры напарника утратили всякую силу. Если вообще имели влияние раньше.

Эта схема вырисовывалась у меня в голове без соучастия Юнэя. Не было смысла узнавать у него дорогу. Свежие следы скажут убедительнее лжеца. Пусть полученное золото ублажает чародея. Мы выбираем те иллюзии, которые отражают нас самих. Сломав в стремлении разбогатеть чужие мечты, парень создаст рай лишь на несколько лет. А после снова вернётся к жалкой жизни. Но уже без верного товарища, за которым он совершенно не тосковал. Может охотнику ещё посчастливилось так быстро уйти, и не застать перевоплощение порядочного студента в скупого типа.

На распутье я нашла набор полос, оставленных колёсами телег торговцев и обыкновенных трудяг. Узкие и неровные, они пересекались друг с другом или прятались под более тяжёлыми отпечатками. Самый глубокий привлёк моё внимание. Он шёл вкупе с цепочкой конских следов и сворачивал в бок. Туда увезли Пейс. Огибая лес, люди избрали Седую Дорогу, которая вела на север. Почти по направлению к Дажу. А рядом всё также рос густой лес, разделяющий Вокрах с прочим миром. Силясь спрятать содеянное за сочной листвой, Замкнутая Роща гулко вторила завыванию ветра.

Шкатулка была наполнена хламом. Лепестки, прежде такие ценные, теперь являлись мусором, вследствие чего и оказались на полу. Поддавшись эмоциям, Лейра вытряхнула содержимое ларца после того, как убедилась в его бесполезности. Но теперь знахарка не менее сердито смотрела на разбросанные цветы и старалась понять причину, из-за которой её клад испортился.

Урожай целительницы хранился в надёжном месте, но это не уберегло розы от сухости. Тёмная пыль осела разводами на досках. И хозяйка избушки с упавшим настроением пошла за метлой – не оставлять же своё жилище в таком скверном состоянии. Раз от волшебных цветков уже нет толку, незачем держать их в доме даже в таком виде. Прутья относили крупицы ближе к дверному проёму и вытворяли их вон из хижины. А пока у крыльца стояла туча из бывшего гербария, девушка бралась за следующую порцию грязи.

Хлорис без заминки выполнила своё обещание, чем лишила деревенскую знахарку драгоценных запасов. Не стоило и отправляться в чащу, чтобы узнать о том, что кусты тоже уничтожены. Движения Лейры вымещали всю её злобу на эту уборку. Остатки роз могли бы аккуратно переместиться наружу, будь целительница спокойнее. Только когда речь заходит о вражде с музой, требовать рассудительности бесполезно. Неудивительно, что упорство Мельпомены так взбесило девушку. Коль посредница богов хочет войну, она идёт по верному пути.

Заглядывая под ветхий стол, Лейра обещала сопернице насыщенную месть, сопровождая угрозы свирепыми взмахами метлы. Цепляясь длинной рукояткой своего мнимого оружия за ножки мебели, целительница выудила остатки рассыпанных лепестков. Девица начала подниматься с корточек, как ей в глаза бросился клочок бумаги. Сложенный пополам, белый лист робко прятался в щели, дожидаясь пока него найдут. Сидя за столом, заметить такой тайник нельзя. Зато забравшись под низ, как это сделала Лейра, пропустить маленькое письмо невозможно. Немного поколебавшись, знахарка мигом позабыла про сор, который был в её доме, и потянулась за находкой.

В Вокрахе никто не осмеливался входить к ней без разрешения. Врачевательница давала помощь, но, незнакомые людям, приёмы лечения принимались с опаской. Благодаря подобным страхам, целительница не беспокоилась о сохранности своего имущества. А теперь находит секретное послание от анонима, неизвестно каким образом подброшенное в хижину.

Автор даже не пытался удостовериться, что его обращение достигнет своей цели. Если бы девушка не потеряла самообладание и не расшвыряла мусор от синих бутонов, листок мог очень долго покоиться под дряхлой столешницей.

Лейра распрямила записку и села внимательно её читать. Первые слова – и на лицо знахарки вернулось былое спокойствие. Растянутые буквы слишком хорошо знакомы, чтобы усомниться в сочинителе.

«Не в моих правилах играться в переписку, но я боюсь, что не застану подходящее время, чтобы сказать всё лично…»

В спешке почерк Мэйдоффа шёл кривыми строчками, будто мужчина торопился уже при создании письма. Наверное, приятель Лейры задумал оставить весточку при последнем визите. Пока колдовали над вкусным отваром, напарник успел приготовить подруге поздний подарок и оставить его до лучшей поры ожидать своего получателя.

«…Осмелюсь высказать надежду, что рано или поздно вашей ссоре с Мельпоменой придёт конец…»

Целительница усмехнулась на предположение товарища. Он постоянно попрекал девушку в том, что знахарка яро поддерживала усилия музы выманить местную врачевательницу из-под опеки деревни.

«… Прошу, оставь ваши распри в прошлом. И переплетение судьбы тебе просто не потребуется для того, чтобы чувствовать себя в безопасности. Мельпомена тоже отступится…»

Сокрушённо покачав головой, Лейра разочаровалась в полученном послании. Она хотела найти в нём хоть толику сожаления. Но прежние советы стали главным содержанием записки. Мэйдофф склонял к миру, взывая к благоразумию соперниц. Такие рекомендации безвозвратно испортили знахарке настроение, пока девушка не достигла последнего ряда:

«… А ты сможешь присоединиться к моим странствиям. Жду от тебя разумного хода, милая».

Хвостик заключительной буквы заполнял собой всё оставшееся пространство на листе. Возможно, мужчина желал написать что-то ещё, однако решил ограничиться краткостью и нарисовал такой странный завиток вместо новых предложений.

Заулыбавшись, Лейра поправила платок, который начал плавно спадать с плеч. Вязаные нити, изображавшие диковинную птицу, казались тусклыми и выгоревшими. Для пернатой красавицы – не самые подходящие краски, но за столько лет сберечь цвет не удалось. Жар-птица солнечными оттенками расположилась на чёрном фоне, служа незаменимым украшением целительницы. Девушка не меняла ни свои привычки, ни вкусы. Поэтому и красная лента в её тугой косе по-прежнему сочеталась с русыми волосами.

Самые приятные сюрпризы должны быть неожиданными – тогда сердце искренне примет подарок. Весть от Мэйдоффа охладила пыл знахарки и утешила. Лейру воодушевила мысль о возможной встрече с другом. Провожая взглядом фигуру верхом на драконе, она не могла представить, как и когда им снова суждено пересечься. Девушка понимала, что бумажку оставили здесь задолго до последних событий. Что мужчина не предполагал застать импровизированный поединок с великанами и отступать на крылатом чудище. Иначе его записка не носила бы такой лёгкий характер.

Вряд ли прежний спутник осознавал происходящее с её точки зрения. Когда Мельпомена неотступно приказала избавиться от маленького сынишки целительницы, никто не встал на сторону Лейры. Исключений делать не собирались, и новорождённый младенец был отправлен к простолюдинам, как и многие дети. Этого правила не ослушивались и строжайше следили за его исполнением для всех. Скрыть чадо от остальных не позволила сама муза, которая первой донесла на нарушительницу и позаботилась о том, чтобы сигнал услышали.

Ребёнок от речного покровителя не менял положения Мельпомены – женщина, как и прежде, продолжала быть только посредницей богов в высшем мире. А, значит, произвела на свет полукровку. Иметь союз с девами искусства негоже, какими бы прелестными те не казались. И закон, писаный веками, не сумеет отменить даже самый страстный возлюбленный.

Вполне можно сказать, что несколько десятилетий назад история протекала точно так же, лишь поменяв героинь местами. С одной только разницей: Пейсиноя, несмотря на все неприятности, выжила, а ребёнок знахарки – нет. Недоглядели за ним в новой семье. Поэтому после рождения сирены Лейра просто загорелась жаждой равенства и заставила заносчивую Мельпомену навсегда попрощаться с дочкой. Только воровка не растеряла в себе старые материнские чувства, и не стала обрекать крошечную Пейс на горькую долю. Ей нашли состоятельный дом, в котором жить было одним удовольствием. Малышка же не виновата, что муза так равнодушно отнеслась к чужой проблеме. Но до сегодняшних дней повзрослевшая девочка оставалась способом сводить счёты и расплачивалась статусом сироты.

И, всё-таки, вдруг напарник заручился даром пророчества, предрекая беспорядочным почерком счастливую развязку? Заново свернув записку, Лейра вернулась к прерванному занятию. В хижине царил беспорядок. А с отжившими свой век вещами необходимо расставаться.

Эпилог

В такой глуши блюсти повозку было настоящей издёвкой. Кому нужна узница, от которой отреклись друзья? Нежить предпочитала одиночную жизнь, чем только упрощала охоту. Помимо собственной ловкости и сообразительности полагаться больше не на что. Когда подобные черты иссякают, попасть в умело расставленные капканы становится лишь вопросом времени. Жертвы редко уходят от ошибок.

Очутившись внутри металлического узилища, Пейсиноя отслеживала направление, но ориентировалась скверно. Тряска маскировала путь, делала его невнятным для того, кто сидел под замком. Случайные щели передавали, что погода стояла прекрасная. Через них пробивались солнечные лучики и утопали в темноте камеры. Даже разговоры не могли отвлечь девушку. Стража сопровождала телегу в полном молчании, будто за каждое слово им полагался суровый выговор.

Сирена гадала: куда же её везут? Обратно в город, из которого она так поспешно исчезла? Вряд ли. Было бы крайне нелогично проделать такой крюк, выманивая Пейс дальше и дальше. Наверняка, собиратель находился в крупном центре, где и хранил свои приобретения. Иметь бы ещё представление об этом человеке.

Проклятый цокот копыт и скрип заглушали мелодичное чириканье птиц, убаюкивая бдительность всей группы. На пленницу такая колыбельная влияла слабо, зато у охраны украла толику бдительности.

Застать врасплох десяток воинов – приём, достойный уважения. В лесу, где редкая растительность у дороги отказывается служить прикрытием, подобраться к путникам непросто. Разве только, если сама роща не решила поспособствовать затее.

С глухим стуком камни бились о шлемы всадников и сбивали их с седла. Первая партия летающих ядер вывела из строя шестерых мужчин. А тот снаряд, который пришёлся по макушке начальника, обеспечил удачный исход нападения. Оказавшись без сознания, командиру уже не суждено было отдать приказания своим людям. Без направляющей руки, оставшаяся верхом четвёрка безрезультатно искала невидимок среди стволов.

Даже без оружия. Этот отряд разбит несколькими булыжниками. Последующая атака получилась ещё более молниеносной. Пресекая любые попытки стражи дать отпор, на них обрушилось громадное бревно. Точнее, рыхлый ствол метил в закрытую повозку и наскочил именно на свою цель. Но квартет, оставленный после каменного града, был совсем не готов к такому хищному продолжению.

Кроме того, обшитый металлом воз, под весом навалившегося на него снаряда, моментально опрокинулся. Лошади в упряжке беспокойно задёргались. Они выдирались из оков и хотели удрать с поля боя. Повезло животным на услужении у солдат – после неудачных попыток избавиться от седоков кони в страхе устремились прочь. И никакие распоряжения не сумели остановить жеребцов от побега.

Незримая сила здорово напугала гостей. Намёк оставить свой груз был понят беспрекословно. А те, кто сейчас лежит на земле в обмороке, потом тоже последуют примеру ускакавших соратников. Седая Дорога имела дурную славу. Становиться персонажем быличек с плохим концом мужчины не хотели. Долг долгом, но коллекция нежити не стоила собственных жизней. Тем более что по договору колдун получит полную сумму лишь после того, как заказчик осмотрит сирену и согласится оставить у себя. Риск за чужие монеты сменился бегством.

Пейс, покатившись кувырком по своей камере, понимала происходящее ещё меньше. Если для охраны обстрел камнями стал предупреждением, то девушка совсем не надеялась на подобный поворот событий. Больно ушибившись плечом о стену при падении, она ожидала продолжения. Но на этом штурм повозки завершился. Слышался топот копыт, чей-то крик и только. А спустя пару мгновений и её стражи перестали подавать какие-то признаки своего присутствия.

После ряда непрерывных происшествий, сирена довольно вяло отнеслась к резкой остановке. Однажды избрав направление и следуя ему, Пейсиноя попала в западню гораздо раньше, чем разобралась в фальши друзей. И недавний обман делал задержку поездки ничем не стоящим событием. До того, как замок от тюрьмы не стал откликаться на удары.

Такой докучливый грохот извне сумел привлечь к себе внимание. Нащупав в темноте противоположный конец своей каморки, сирена отодвинулась от выхода. Попытки неизвестного пробраться к ней не внушали доверия. Стали бы первого встречного подпускать к столь ценной персоне, за которой велась напряжённая слежка? Не имея в свободном распоряжении ключа, загадочный пришелец старался взломать дверь грубой силой.

Его разрушительные методы избавили девушку от приставленной охраны. Правда, о нагрянувшей свободе было известно лишь странному спасителю. Сама Пейс слабо стремилась увидеть отважную личность, но не имела выбора.

Поддавшись напору, одна дверца неестественно изогнулась и выскользнула из петель. А силуэт, заслонивший проломленную дыру, весело произнёс:

– И снова здравствуй!

Приглядываясь к человеку, Пейс всё равно не узнавала в нём знакомые черты. Свет, вторгаясь в раздробленную камеру, мешал рассмотреть особу, которая пришла на выручку.

– Будешь выбираться отсюда, а?

С подобным зазыванием, фигура отошла от прохода. Перевёрнутая телега распугала вместе с нерадивыми охранниками и мелкое зверьё. Поэтому участок дороги ненадолго погрузился в тихий шелест листьев. Невзирая на спокойную обстановку, Пейсиноя очень неохотно покинула узилище. Хотя и глупо принципиально оставаться взаперти, когда тебя выманивают побывать среди растительности.

Тени от строя деревьев вернули сирену в день первой встречи с лесовым. Дожидаясь, пока Пейсиноя угадает в нём хозяина леса, старик уже поспешил одарить гостью улыбкой. По-прежнему беспорядочная борода и изношенный костюм возрождали память про сделку Юнэя.

Владелец агисков, как и прежде, умело скрывал двоякую натуру. Чудаковатый старец не походил на задиристого вояку. Но кто, если не он, разогнал и погрузил в забытье десяток солдат? Расколотая охрана даже не посягала на заросли, а столкнулась с таким неистовым нападением.

– Говорить не отвыкла? – лесовой терпеливо стоял, опираясь на крюку.

С прошлого визита в рощу только эта деталь сменила облик деда. Помимо трости владелец чащи ничего не приобрёл. И взыскательный норов также был при нём. Просто пока перед Пейсиноей утих.

– Кажется, я поняла.

Упустив церемонию приветствия, девушка прекратило топтаться у опрокинутого воза. Раз её не сдерживали, можно было и размяться. Сирена неохотно бросила мысли о том, чтобы удрать. Четыре стражника ускакали прочь не благодаря своей сноровке, а только потому, что старик позволил им удалиться. Давать Пейс играть в салки лесовой явно не собирался.

– Вы потребуете выполнить уговор? – обратились к сгорбленному очертанию.

На фоне деревьев леший опять терял чёткие формы. Его лохмотья отнимали цвет у травы и делали недоступным для осмотра.

– Я не беру больше, чем просил. – Эхом ответил дедушка. – Мой помощник уже занял свою должность.

– Уже?..

Кто надумал поручиться за неё, вызываясь прислужником лесового?

Интерес Пейсинои был вполне объясним. И не успев достаточно помучаться догадками, сирена сама увидела добровольца на скитания по непролазным просторам. На дорогу вывалился пухлый медвежонок. Косолапо семеня, он охотно подошёл к девушке. Едва Пейс отвела взгляд от коричневой шкуры к морде зверя, животному ласково сказали:

– Див!

Карие очи безупречно гармонировали с обличьем дворовой. Изящное тело кошки давало ей больше женственности. А теперь упитанный детеныш медведя стоял у ног и смешно пыхтел. Мокрый нос втягивал запах позднего цветения, давая девушке время распознать Дивану.

– Так изменилась! Это точно ты?

– Да, хозяйка.

Лесовой не вмешивался в разговор, но про его присутствие не забывали. Хотя подругу Пейс была рада видеть значительно больше, чем старика, хранитель рощи ждал свой черёд. В сирене смешалось удивление и непонимание.

– Тебе придётся остаться в лесу? – спросили в попытке переменить положение.

Дворовая не успела и рта раскрыть, как дед решил объяснить за неё:

– Не уподобляйтесь шарлатану, который надумал тогда обвести меня вокруг пальца!

Бывшая пленница наклонилась, чтобы потрепать Див по макушке, вопреки нелюбви той к подобным знакам внимания. Медвежонок покосился на обладателя сурового тона. Заступаясь за хозяйку, она проговорила с переменным рычанием:

– Никакого обмана. Я сказала, что согласна жить здесь.

Сиплый голос бесповоротно разграничил образ кошки и пушистого увальня. Прежняя дворовая словно прощалась с сиреной. Дивана указала на повозку, чтобы вызволить девушку. Но дальше сопровождать Пейсиною не могла. Пока лесовой отвлёкся на лежащих без сознания охранников и взялся отвязывать громко ржущих коней от повозки, подруги постепенно развивали разговор:

– Навсегда? О, Див, мне жаль, что я подалась в это путешествие. Стоило подумать о последствиях. Не доверять этому... этому…

Понимающе выслушивая исповедь, медвежонок на миг притих. На Пейс навалилось слишком много неприятностей. Даже выбравшись из тюрьмы, сирена не знала, куда идти. А теперь – и с кем. Она извинялась за собственные страдания, натыкалась на интриги, которые меркли под ветками ближайших деревьев.

Отшельник шаркнул своей палкой, чертя борозду на песке. Дорога держала три фигуры вместе, если бы старик не прервал созданную идиллию.

– Мне пока покинуть вас. – В подтверждение словам, лесовой сошёл с обочины. – Ты, Дивана, покажи тут всё подружке. Ей не помешает прогулка.

Дед усмехнулся напоследок и зелёный полог опять заставил сомневаться в том, что минуту назад хозяин чащи разглядывал результаты своего нападения. Без лишних ушей Пейсиноя чувствовала себя значительно легче: старик вселял опасение. Подвиг чудака ещё не говорил про его благородные намерения. Широкая улыбка присуща даже отъявленным злодеям. А ради заботы о лесе, он наверняка пойдёт на любые жертвы. Присмотреть за девицей по поручению Хлорис – снисходительная плата, которую потребовала повелительница, проведав о договоре насчёт водяных жеребцов.

Но в этот раз обошлось только воспоминаниями о бывшей сделке. Дивана прислушалась к совету лесового и пригласила сирену последовать вглубь зарослей. Девушка с доверием шла за медвежонком. Её дворовая ещё сама не привыкла к новому виду, а уж Пейс вовсе было странно смотреть на такого маленького топтыгина.

– Я хочу вам кое-что рассказать, хозяйка. Про Дринека.

Див неторопливо наступала на одуванчики, которые устилали путь. Прозрачные головки разлетались семенами в разные стороны и оседали: среди травы, на шерсти четвероногой проводницы, поверх одежды Пейсинои.

Светловолосая девушка узнала о судьбе охотника из первых уст. Она смиренно вникала в описания, которыми щедро распространялась собеседница. Может Дивана и утаила некоторые подробности, но и без них сирена опечалилась. Медвежонок умышленно скользил взглядом по земле, выбирая дорогу. Умерший Дринек, скрытый за дверью опустевшей комнаты, заставил скулы Пейс покрыться изумрудными чешуйками.

Помощница лесового уже успела освоиться в своём будущем жилище. Дворовая вела спутницу по едва протоптанным тропам. И в конце появится небольшой домик. Хижина будет оберегаться густым рядом деревьев, а два её обитателя так же ревностно хранить рощу взамен. Пока Див указывала дорогу к границе леса, Пейсиноя отыскала иной выход. Как прежде за сиротой отправились от фонарного столба до Вокраха, так теперь и девушка займёт место возле близкой подруги.

Случайные странники не единожды пересекутся с бурым зверьком и сиреной. Их начнут страшиться ничуть не меньше, чем старика с длинной спутанной бородой. Кикимора, болотный дух, клыкастый вурдалак, перевёртыш – много прозвищ появлялось благодаря фантазии людей. Некоторым заблудшим они помогали выйти из леса, некоторых вышвыривали за неподобающее отношение к природе. Но пусть эти слухи уже пересказывает кто-то другой.

2009-2014 г.