Встречи под дождём. Тайна переулка
Глава 1
Дождьначался утром — мелкий, серый, как будтонебо решило промолчать весь день. Он нелил, а сеял: капли падали редко, нонастойчиво, оставляя на асфальте тёмныеточки. К обеду они слились в лужи, ипереулок стал похож на мокрое зеркало,в котором отражались дома, фонари иредкие прохожие.
Настявышла из машины, подняла воротник курткии остановилась. Она не была здесь раньше.Контракт прислали по почте: «Восстановитьдеревянную витрину в переулке на улицеГорького». Ни фотографий, ни описания.Только адрес и срок — три недели. Онасогласилась, потому что ей нужно былоуехать. От города, от квартиры, от себя.
Онавдыхала запах сырости и мокрого камня.Тот самый запах, который бывает тольков старых городах — когда дождь вымываетпыль из трещин и достаёт наружу запахипрошлого. Настя думала: «Я уже где-тоэто чувствовала». Может, в детстве.Может, в другой жизни.
Переулокбыл узкий. Два человека едва разошлисьбы здесь, не задев друг друга плечами.Дома стояли вплотную, как старики,которые держатся за руки, чтобы неупасть. Стены — серые, в потёках, сокнами, которые давно не открывались.Где-то наверху сушилось бельё. Где-товнизу, у порога, стояли ящики с мусором.
Асфальтбыл разбит. Кое-где из трещин пробиваласьтрава — упрямая, зелёная, не знающая,что её здесь не ждали. Настя шла по этомупереулку и чувствовала: он живой. Не всмысле людей. В смысле памяти. Он помнитбольше, чем говорит.
Витринабыла старая. Деревянная. Краска облупиласьместами до основания, и под ней проглядываларезьба — тонкая, ручная, с завитками илистьями. Настя провела пальцем по однойиз трещин и почувствовала под ногтемчто-то шершавое. Не краску. Что-то другое.Как будто под слоями было спрятано ещёчто-то.
Онаприсела. Посмотрела на витрину снизу.Там, у самого основания, резьба былаглубже. Кто-то сделал её так, чтобы онаосталась. Спрятал в дереве послание.Настя это поняла сразу. Не умом — руками.
Онавыпрямилась и осмотрелась. Рядом свитриной — низкая дверь, выкрашеннаятой же краской, что и фасад. Она толкнулаеё. Дверь поддалась с скрипом, и Настяшагнула внутрь.
Мастерскаябыла маленькая. Одно окно, верстак, полкис инструментами. Пахло деревом, масломи чем-то ещё — тёплым, живым, как будтоздесь недавно кто-то работал. Настясняла куртку, повесила на крючок. Крючокбыл вбит криво. Она поправила.
Онадостала инструменты. Стамеску, молоток,щётку. Разложила на верстаке. Руки знали,что делать. Она любила это состояние —когда руки думают быстрее головы. Когдадерево говорит с тобой, и ты слышишь.
Онаначала с верхнего слоя краски. Тонкая,как чешуя, она отходила легко. Под ней— дерево. Тёмное, плотное, с прожилками.Настя провела по нему ладонью. Оно былотёплым. Не как камень. Как живое.
Онаработала час, может, два. Не заметила,как дождь усилился. Не заметила, какстемнело. Она видела только дерево.Слои. Трещины. Резьбу, которая проступаламедленно, как будто просыпалась последолгого сна.
Потомона почувствовала, что на неё смотрят.
Несразу. Сначала — просто тепло на затылке.Потом — звук. Щелчок. Тихий. Как будтокто-то переступил с ноги на ногу.
Онаобернулась.
Впереулке стоял мужчина. С фотоаппаратом.Он не прятался. Просто стоял и смотрел.Камера была опущена. Потом он поднялеё. Навёл объектив. И — замер.
Настяне отступила. Она стояла и смотрела нанего. И он смотрел на неё. Через объектив.Потом опустил камеру. Медленно.
Ив этот момент она поняла: он не снимаетвитрину. Он снимает её.
Онне улыбнулся. Не извинился. Просто стояли смотрел, как будто ждал, что она что-тоскажет.
Настяотвернулась. Вернулась к витрине. Взяластамеску. Но руки дрожали. И она знала,что он всё ещё там.
Онушёл через минуту. Она услышала шаги —медленные, неспешные. Потом тишина.Только дождь.
Онавыдохнула. Посмотрела на витрину. Итогда увидела: под слоем краски, у самогооснования, проступали буквы. Онанаклонилась. Провела пальцем. Прочитала.
«Ктонайдёт — тот узнает».
Оназамерла. Дождь стучал по крыше. Где-тов переулке скрипнула дверь. А Настястояла на коленях перед старой витринойи чувствовала, как внутри что-топереворачивается.
Онане знала, что это значит. Но знала: онане уедет через три недели. Она останется.Пока не узнает.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
