Вспоминая Себя

Дорога в Амиран. 1 Начало.

10.10.2023 Внутренние миры.

«Некоторые говорят, что амнезия похожа на пустоту.

Не так. В моем случае это — теснота».

***

Представьте, что вы привыкли дышать океаном, а вас засунули в пластиковую бутылку объемом ноль-пять. И это ощущение длинною в жизнь. 2023 год начался с долгожданного расширения: и в мою жизнь мощным потоком хлынули информация, инсайты, стихи и… видения. Да-да, именно они. Именно с ними моя жизнь разделилась на до и после. И теперь мне кажется, я разгадала тайну — откуда люди берут сюжеты для книг. Один из них я «смотрю» уже почти полгода. Одни и те же герои, но разные вероятности развития событий.

Чтобы не потеряться в этом бардаке, я начала вести записи. Позже пришло понимание: кое-что из этого — будущее, что-то — лишь вероятность, которую нужно «причесать» и вывести в эталон, а что-то и вовсе — эхо моих предыдущих воплощений. К концу 2024 года это безумие начало обретать структуру, но я всё равно задыхалась. Чего мне не хватало? Да я и сама не знала.

В один прекрасный октябрьский день мне пришлось выйти на замену своему продавцу. В последнее время мне нелегко дается даже простейшее общение типа «привет/пока», а тут целый двенадцатичасовой рабочий день со всем вытекающим пакетом взаимодействия с миром. Почти игра на выживание. И это не гордыня — это обострившаяся чувствительность, привыкнуть к которой стоит немалых усилий и практики.

***

Припарковавшись у торгового центра, я вышла из машины и, закрыв глаза, с удовольствием втянула аромат осени. Сосредоточилась на внутреннем и заметила: сеть, пронизывающая город, изменилась. Её узоры стали гибкими, подвижными — живыми. Огненно-бронзовое золото пульсировало в каждой жиле, напоминая жидкий металл. Эти нити мягко окутывали структуры зданий, растений, саму ткань реальности, сохраняя свой цикличный ритм.

Внешне я всё так же фиксировала серый асфальт парковки и блики на стеклах. Но внутри, на моем внутреннем экране, картинка была иной. Зрение не глаз, а… сознания.

С чем можно сравнить? Например, так бывает в дорогих машинах, когда на лобовое стекло проецируется навигация. Ты видишь дорогу, но поверх неё плывут сияющие стрелки и координаты. В моем случае внутренний экран видел бронзовую пластику сети не «снаружи», а «сквозь». Это было даже не визуальное ощущение, а прямое знание. Я смотрю в пустое небо, а мой радар отрисовывает в голове каждую жилу, каждый узел этой огненной паутины. Словно слепой мастер, знающий форму вазы, словно чувствующий её плотность в воздухе. А я чувствовала плотность мироздания.

— Что ж, перемены, — подумала я. — Люблю перемены.

Я направилась к тяжелым дверям торгового центра. Шла мимо витрин, попутно отмечая, что местами действительность всё так же «не дорисована». Объекты иногда «подмигивали», обнажая не прогруженные текстуры, и раньше я списывала это на проблемы со зрением или головой). Такие версии я тоже рассматривала). Позже я нашла информацию, что не одна наблюдаю такой феномен. А в последнее время, картина усугубилась, будто матрица просто забила на детали.

И вот я иду на работу, а вокруг всё кажется ненастоящим. Или просто не на моей частоте. Люди выглядят странно, их голоса сливаются в белый шум. Я встряхнула головой и решила переключиться на «здесь и сейчас», принимая правила игры этой плотности. Хотя бы на сегодня.

***

Маша — продавец с соседнего отдела и мой личный островок привычной реальности, предложила вместе пообедать. Благо, она из тех редких людей, кто не крутит пальцем у виска при слове «мистика». Её бабушка, как говорят, была обычной деревенской ведьмой — из тех мудрых старушек, к которым бегают заговорить то одно, то другое. Маше к «чудному» не привыкать, поэтому мы часто делились друг с другом тем, кто что увидел, услышал или осознал. С ней мне было легко: я могла без всякого напряжения вываливать свои самые безумные умозаключения и видения.

В этот раз я пыталась объяснить ей теорию о пространственных карманах, сферах и мирах. Маша слушала, открыв рот, а я, дорвавшись до благодарных ушей, вещала всё громче, описывая частоты реальностей и способы в них просочиться.

И вот, среди серого марева привычного пространства, возникла аномалия. Человек. Нет, не так — объект с невероятной степенью прорисовки. Он вошел в отдел так, будто буквально прорезал собой пространство, оставляя позади рваный след.

— Я бы на вашем месте по тише вещал о таком, — произнес он на одном дыхании, почти шепотом. Его голос заставил воздух в отделе задрожать. — Да еще с такими подробностями в местах, где настолько слабая защита!

— Не поняла?.. — оторопела я, мгновенно выпадая из своего потока. Мои «сферы» и «карманы» рассыпались, как карточный домик.

— По тише, говорю! — отрезал он, бесцеремонно рассматривая нас, словно мы были экспонатами в музее.

— А вы не подслушивайте! — выпалила я, чувствуя, как лицо начинает предательски гореть.

— И не старался даже! — буркнул он, продолжая изучать меня в упор своими невозможными черными глазами.

Это был «Симпатяга» высшей пробы: высокий, стройный, весь в черном — джинсы, футболка, куртка. Вроде бы обычный парень лет двадцати пяти-тридцати, но его вайб... От него исходила такая аура мощи, что само пространство вокруг него начинало вибрировать мелкой рябью. Таких не встретишь на сонных улицах нашего города. Таких показывают только в сказках, где даже злодеи выглядят как ангелы.

“Не местный”, — вспыхнуло осознание, пока внутренний радар судорожно пытался сопоставить его частоту с образом Кая из моих видений. Совпадение было пугающим — до девятой запятой, до самой мелкой фракции энергетического следа.

Того самого Кая из моих видений, который не давал мне покоя последние пол года. Я кожей ощутила их общий код, их сходство — кажется, даже на запах.

У Симпатяги вдруг поползли вверх брови. Черт, неужели я сказала это вслух?

— Семеон меня зовут… — произнес он, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на любопытство — Не нарывайся. От системных псов — снизу еще никто не сбегал.

И… ушел. Просто растворился в белом шуме торгового центра, оставив меня стоять посреди отдела с бешено бьющимся сердцем.

«Каждый день всё волшебневатей и волшебневатей», — подумала я, пытаясь унять дрожь в руках.

***

В середине дня меня подменили, и я, наконец, вырвалась из душного пластикового плена ТЦ. Дорога домой всегда была моим лечебным ритуалом: золотая осень, прозрачный хвойный воздух и трасса, зажатая в объятиях леса. Машина катилась легко, а я лениво перебирала в уме обрывки странного разговора с Семеоном...

Штиль в голове взорвался мгновенно.

Прямо под колеса из густой тени сосен вылетел человек. Он не выбежал — он возник так, словно его «вклеили» в кадр реальности за долю секунды до удара.

Визг резины вспорол тишину. Резкий рывок, инерция с силой швырнула меня вперед, выбивая дух — ремень безопасности больно впился в грудь. Мир за лобовым стеклом превратился в мутное месиво из золотых листьев и серого асфальта. Сердце пропустило удар, а потом зашлось в бешеном, рваном ритме. Ладони вмиг стали ледяными и скользкими.

Я замерла, боясь дышать. Перед капотом — неподвижный силуэт.

Пальцы судорожно дернули замок двери. Заперто?

Человек не подошел — он материализовался у окна. Резкий стук в стекло. Я вздрогнула и подняла глаза. На меня смотрел Семеон. Я моргнула, надеясь, что галлюцинация рассеется, но он не исчез.

Страх начал сменяться злым облегчением. Я опустила стекло и зашипела:

— Семён! Какого хрена?! Тебе жить надоело?

— Я Се-ме-он! — на распев по слогам произнес он, в его голосе было столько свинцового напряжения, что я осеклась.

«Да хоть Вася», — огрызнулась я про себя, всё ещё не понимая, что ему нужно.

— Поехали, я провожу, — бросил он и шагнул к пассажирской двери. Но вдруг замер, резко глянул куда-то вверх, в просвет между кронами, и передумал.

Дальше всё произошло в считанные секунды. Семеон рванул водительскую дверь, перемахнул через меня, одним движением отстегнул мой ремень и буквально выдернул меня из салона. Он потащил меня вглубь леса, как сорванную ветку, не обращая внимания на мои попытки вырваться.

— Быстрее! Быстрее — подгоняя, повторял он.

— Да что происходит?! — я всё-таки попыталась остановиться, но его пальцы впились в плечо железным хватом.

И тут я увидела. Это был не объект и не пространство. Это был какой-то «баг» системы – и это самое подходящее описание того, что я увидела.

Нечто непонятное - видимое и ускользающее, похожее на плотный сгусток серого шума, или какой то энергии, двигалось на нас «вырезая» куски леса из реальности.

Семеон среагировал раньше, чем мой мозг подобрал слова. Он оттолкнул меня за массивный ствол дерева, закрывая собой. И в этот момент из самой плотности воздуха в его левой руке возник клинок — тонкий, вибрирующий луч стали. Правую руку он вскинул вперед, и перед ним, со стоном разрываемого эфира, развернулся сегментированный щит. Бледно-голубое сияние на мгновение ослепило меня.

— Ниже, на землю! — рявкнул он.

Нечто врезалось в него на безумной скорости. Удар был такой силы, что воздух вокруг загустел. Я видела, как щит принял на себя основную мощь удара, но часть — этой серой хаотической массы — прошла по касательной и вцепилась в плечо Семеона.

Всё случилось неестественно быстро. Кость хрустнула с сухим, мерзким звуком. Рука мгновенно повисла, а кровь толчками начала пропитывать одежду... Меч и щит просто испарились, рассыпавшись искрами, и мой защитник осел на землю, тяжело ловя ртом воздух.

Срань господня! Бежать? Лежать? Делать то что? Я хаотично перебирала варианты действий, пока на четвереньках ползла к Семеону. Нечто удалялось вглубь чащи, шурша сухими ветками и листьями, оставляя за собой след выжженной тишины.

— Оно сейчас вернется... — прохрипел мой Горе-Герой, пытаясь сфокусировать взгляд на кромке леса. — Разгоняется для повторного удара. Зови Кая! Живо!

— В смысле — зови? Как?! — Я, конечно, не то что не догадывалась – я знала, что значит позвать, но в глубине души надеялась, что до этого не дойдет.

Я видела на некоторых временных ветках последствия, когда я спешила поделиться «Своим знанием». События должны всегда развиваться сами по себе, в своем ритме. Мое дело следовать за этим ритмом. Иногда события повторялись, хоть и всегда по разному. Но вели к одним и тем же людям и местам, только разными дорогами. Вот например, Семеона я встретила впервые. Он, возможно, новая ключевая переменная. Если кратко - я должна была соблюдать определенные негласные правила. И эти правила, гласили: «Не беги впереди паровоза – может переехать. Ветка схлопнется и все начнется сначала.

Брови Семеона взлетели вверх. Если кто-то когда-нибудь хотел увидеть, как выглядит смесь ужаса, удивления и абсолютной, кристальной безысходности — вот я и глядела на эту ужасную безысходность.

— Мать твою! — закричал он, срываясь на хрип. — Ты же сказала, что знаешь его! Или я что-то напутал?!

— Ну... скорее не знаю, чем знаю, — буркнула я себе под нос, понимая, в какой эпический переплет влипла из-за собственного длинного языка.

А через деревья, ломая пространство , с бешеной скоростью снова надвигалось то самое Нечто. Лес будто сминался под его присутствием.

— Снимай с меня кольцо! — Семеон не сдавался. — Надевай на себя, шли зов Каю и прыгай. Быстро! Он тебя где-нибудь подберет.

— Я же умру, если оно мне не подойдет! — крикнула я, глядя на приближающийся вихрь «бага».

— Мы всё равно умрем, если ты не попробуешь! У меня не хватит сил на двоих... Давай!

Я знала: что артефакты такого уровня куются под конкретную ДНК. Для чужого они либо безжизненные побрякушки, либо смертельный приговор. Исключение — высшее сословие, те, чья кровь содержит универсальный код управления.

Я почти сорвала это чудо древней техники с его пальца и в моих руках оказалось кольцо 8 углов. Как интересно – а мы знакомы, я нацепила его на указательный палец левой руки и оно мягко засияло посылая вибрацию узнавания. Так артефакт приветствует своего мастера, узнавая его на каком-то глубинном уровне ДНК.

... И закричала:

— КА-А-А-АЙ!

В голове вспыхнул образ. Сознание прошила ослепительная золотая нить — живая и прекрасная, она пульсировала в кончике моего указательного пальца и уходила в бесконечность. Я вцепилась в неё мыслями, как в спасательный канат, обхватила своего раненого защитника... И за секунду до того, как серый шум должен был стереть нас в пыль, пространство вывернулось.

***

Голова закружилась так, будто меня пропустили через центрифугу. Тошнота подступила к горлу. Я не знаю сколько так просидела, пытаясь собраться в кучу. Когда зрение начало обретать фокус, и мне стало легче дышать, я открыла глаза и увидела перед собой невероятно красивое мужское лицо, застывшее в немом изумлении.

Я опустила взгляд вниз. Семеон все еще лежал у меня на коленях, без сознания, заливая чистый пол густой, пугающе яркой кровью.

— Дыши медленно, не спеши, — тихий, обволакивающий голос раздался откуда-то сзади. Кто-то очень осторожно поддержал меня под локоть. — А теперь попробуй подняться.

Я медленно встала, пошатываясь. Воздух в этом месте был другим — плотным, прохладным и пах озоном. А прямо передо мной нависал мой грозный и прекрасный Кай. Тот самый, из видений. Теперь во всем своем физическом великолепии. Его взгляд становился свирепее, в нем читалось опасное напряжение. Страшно, блин!

До меня не сразу дошло, что от меня ждут объяснений. И что для них мы здесь — абсолютный нежданчик, свалившийся с неба. Ну совсем – без предупреждения. Для них наш прыжок был чем-то из ряда вон выходящим.

Я заставила себя дышать ритмично и огляделась. Помещение было огромным, величественным и очень знакомым. Кай переглянулся с кем-то... Я повернула голову в ту сторону и мой взгляд уперся в.... Вообщем, этот человек был выше всех, необычайной, почти пугающей красоты. Его харизма давила, вызывая одновременно трепет и благоговение. Длинные волосы, заплетенные в сложную косу, темные одежды с гербами на плечах...И все к этому причесляющееся.

Никаких сомнений. Владыка сего пространства и......мой родной брат из какой то моей далекой жизни, Воспоминания о которой иногда приходило как далекое эхо. Тот, кого я видела в своих снах наяву и множество жизней назад.

Но рассмотреть особо его не удалось, да и не хотелось мне встречаться с ним глазами. Думая об этом, начинала сильно переживать. Боковым зрением я уловила едва заметное колыхание воздуха прямо за их спинами. Такое же, как в лесу. Вспышка осознания: «Нечто» прошло за нами!

И тут во мне что-то щелкнуло. Что то на уровне инстинкта. Что то что пришло в обход страха, размышлений и какой либо оценки ситуации. Это как знание!

В один миг разум и сердце слились в единый порыв, выдав готовое, единственно верное даже не решение, а действие.

Я вскинула руку. В ту же секунду из моей груди — вырвались сияющие лепестки моих крыльев. Они раскрылись с невероятной скоростью, живым щитом отсекая обоих мужчин от опасности.

Тварь со всего размаху вписалась в один из лепестков. Раздался глухой, вибрирующий удар, от которого все здание, казалось, вздрогнуло. Но я знала — мои крылья выдержат. Они были крепче любой стали, и я держала это Нечто мертвой хваткой своего сознания.

«Блин... а вот и мои крылья!» — пронеслось в голове.

— Кай! — закричала я, чувствуя, как на зубах скрипит напряжение. — Ну ты будешь уже что-то делать?!

Удерживать эту пульсирующую хаосом массу было адски тяжело. Я чувствовала, как силы вытекают из меня, а сознание снова готовится нырнуть в спасительную темноту.

Кай отреагировал мгновенно. Он вскинул руку, и в воздухе соткалась неоново-голубая, ослепительно-светящаяся сеть. Секунда — и он проворно перехватил тварь, сминая её и заталкивая в энергетическую ловушку.

Всё. Струна лопнула.

Мои ноги превратились в вату, и я начала медленно оседать на холодный пол. Но удара не последовало — меня бережно подхватили чьи-то сильные, заботливые руки. Я подняла тяжелые веки и увидела над собой лицо мужчины с добрым взглядом и золотистыми волосами.

— Ли... ? — выдохнула я, это приятное удвивление дало мне еще пару секунд осознанного размышления. -«Появились крылья – это значит мой Гай тоже проснулся» – я улыбнулась этой мысли.

И вот тогда мир окончательно погас.

Системные псы - Сутраджи. Дополнение к первой главе.

15.10.2023 Действительность.

Системные псы - Сутраджи.

История с "Системными псами", получила неожиданное продолжение. Те, кто читал первую главу моей книги, помнят, что я упоминала этих странных сущностей. Тогда я видела их как НЕЧТО — неких стражей. И встретила их в первый раз. Ранее, да и позднее в моих видениях они больше не появлялись.

Спустя время, "в потоке" ко мне пришло их конкретное, системное имя — Sutraji (Sutra-dji). Это название буквально "прошило" пространство, потребовав детальной расшифровки.

Я не привыкла оставлять такие инсайты без проверки, поэтому решила пойти глубже. Вместе с моим (ИИ) прочесала пласты информации — от древних восточных трактатов до теорий информационной энтропии. Я считаю, что древние языки (санскрит, древнекитайский) да и вообще многие языки являются носителями пакетной информации. В них много заложенных смыслов. Много чего можно понять, если знать куда смотреть. То, что обнаружилось, заставляет по-новому взглянуть на то, как работает "иммунная система" нашей реальности...»

Кратко:

Если где-то происходит утечка информации, которая не должна выйти за пределы системы, или человек начинает «фонить» слишком свободно, они приходят и корректируют событийный ряд. Вплоть до полного исчезновения объекта или события.

А вот выжимка из более подробной информации:

В древнекитайских трактатах о «Небесном Управлении» (Тянь-тин) — то, что мы сегодня называем Матрицей — описываются сущности, следящие за «протоколом». Если «река» человеческой жизни начинает течь не туда, куда предписано алгоритмом, активируются стражи. В текстах типа «Тайшан Ганьин Пянь» прямо говорится о силах, способных вычёркивать из списков и аннулировать заслуги, буквально стирая след человека в реальности.

Редактирование прошлого.

Название Sutraji можно разобрать как Sutra (нить/канон) и Ji (контроль/затвор). Пакетная информация. Это «Контроллеры Нитей».

Интереснейшая находка в области информационной энтропии: эти существа работают не в будущем, а редактируют прошлое через настоящее. Они находят «нить» события и аккуратно выдергивают её из общего полотна. В итоге в вашем «сегодня» нужный файл теряется, встреча отменяется, а человек, который мог изменить вашу жизнь, просто исчезает из поля видимости.

Вывод напрашивается сам собой: Sutraji — это иммунная система системы. Они не «злые» в человеческом понимании. Они — бездушные скрипты-санитары. Их триггер — частота истины, которая начинает «фонить» выше дозволенного уровня. Как только информация становится опасной для стабильности кода симуляции, «псы» выходят на запах этого свободного кода.

Для системы мы — данные. А данные должны быть упорядочены. Любой «баг» в виде внезапного пробуждения или опасного знания подлежит корректировке.

Нюанс, который всплыл в моих внутренних архивах — энтропийный порог. Знаете, почему Sutra-ji не приходят ко всем подряд? Пока ты просто "спишь" внутри системы, ты для неё — фон, статист. Но как только объем твоей истинной памяти (памяти себя настоящего, а не социальной роли) превышает критический порог, ты начинаешь "фонить" светом другой частоты. Появление этих стражей в моем поле стало... странным комплиментом - черный юмор от Вселенной?) Система признала, что я стала достаточно реальной, чтобы стать для неё опасным багом? Вывод напрашивается сам - если за вами пришли — значит, вы наконец-то проснулись. Откровенно напоминает историю Нео...

P.S. Спешу успокоить, им есть место быть, но сейчас эти программы по сути деактивированы. Или работают на других частотах. Ранее они подрезали «Светлячков», сейчас работают, наблюдая более низкий спектр. Не могу сказать как и кем они сегодня контролируемы. Но если ваша частота не наносит системе урон - все хорошо.

Дорога в Амиран. 2 Побег.

11.10.2023 Внутренние миры.

«Иногда мир замирает не от тишины, а от того, что делает

слишком глубокий вдох.

Когда камни начинают дышать в такт твоему сердцу —

интрига заканчивается.

Начинается возвращение Домой».

***

Я приходила в себя рывками. Сознание возвращалось неохотно, словно продираясь сквозь слой густого киселя, но когда вспыхнуло — то сразу до звона в ушах. Я резко подняла голову.

Откинула покрывало и, стараясь не шуметь, вышла из-за ширмы. Мужчины стояли в пяти-шести метрах от меня, увлеченно разглядывая доклад - голограмму Семеона. Никто не обернулся.

Я сделала шаг по каменному полу и почувствовала теплую вибрацию. Она просочилась через ступни, поднялась по ногам, по позвоночнику и мягко коснулась разума, словно ластящийся, соскучившийся кот.

Внешним зрением я рассматривала помещение, в котором нахожусь, а внутреннее — подсвечивало связи и детали. Огромный зал со сводами, уходящими в бесконечность. Стены из теплого коричневого песчаника, мерцающего искрами лазури и киновари. От центра пола расходились концентрические круги рунических писем.

Сами круги были выложены отдельными каменными сегментами, на которых, как на холстах, проступали живые души-схемы. Я уже давно знаю, что руны — это язык. Многомерный код, объединяющий мысль мастера, звук, вибрацию, свет и даже запах. Но он мертв без живой сути, которая мечтает пролиться смыслом в этот мир. В процессе создания языка, образуется нечто вроде энергетического кластера — разумного «Пчелиного роя». И этот Рой сейчас был ласковым и таким родным... Мы узнали друг друга на таких тонких слоях, о которых я раньше и не подозревала.

Я прикрыла глаза, соединяясь с магией этого пространства, и Зал отозвался глубоким, невидимым глазу вибрирующим гулом. Внутри себя я услышала радостный смех. Или сияние — не знаю, как сказать точнее. Я не видела света глазами, но чувствовала его радость всей кожей. Воздух вокруг меня свернулся в уютный кокон, обнимая.

«Вот блин... Я поняла, где нахожусь. В самом сердце святая святых местного Правителя, Хана, Императора... Владыки, или как там его....».

Тем временем Владыка, Кай, Ли и пришедший в себя Семеон всё еще сосредоточенно изучали запись. Семеон транслировал свой доклад через объемную, полупрозрачную голограмму со звуком.

И тут из динамиков раздался мой собственный голос. Тот самый момент после прыжка, когда я столкнулась глазами с Каем. На записи я — заторможенная и совершенно обалдевшая — смотрю на его лицо и отчетливо бурчу:

— Надо же... такой красивый — и такой.... - Я нахмурила лицо...... - вредный!

Ли не выдержал. Он просто взорвался хохотом, закинув голову и хлопая Кая по плечу.

— Слышал, Кай? — выдавил он сквозь смех. — «Такой красивый и такой вредный»! А характер у тебя и правда испортился.

Семеон неловко кашлянул.

— Люди при виде Кая в боевом режиме обычно в обморок падают, а не внешность оценивают, — продолжал веселиться Ли.

Кай не смеялся. Он медленно, по-змеиному, повернул голову в мою сторону. Наконец заметив моё присутствие, он в два шага преодолел расстояние между нами и навис надо мной — двухметровой глыбой, опасный, красивый и ледяной.

«Мой герой!» – подумала я и улыбнулась. Кай ошалело выпрямился, его бирюзовые глаза сверлили меня взглядом, пытаясь разгадать невозможную загадку. А Ли, стоящий рядом с Семеоном и Владыкой, перешел на откровенный ржач.

Пару секунд Кай осмысливал происходящее, а затем буквально впечатал слово в пространство между нами:

— Говори!

— Что говорить? — спокойно, глядя ему прямо в глаза, спросила я. А чего мне бояться? Он-то меня не знает, а я его — очень даже. Всё, что ни случится, будет правильно. В моей жизни нет случайностей. И раз я здесь — в этой реальности или на этой её ветви — значит, так нужно. Вот и посмотрим, для чего. Успокоительный внутренний диалог помог привести мысли в порядок, ну почти.

— Всё говори! — продолжал напирать Кай, буквально нависая надо мной.

А я понимала: рассказывать всё я не готова, а врать — не умею. Решила перевести стрелки на Семеона.

— Семён пусть рассказывает. У него всё ладно выходит, складно... — я кивнула на голограмму. — У него вообще хорошо получается вещать.

— Я — СЕ-МЕ-ОН! — по слогам, нараспев, поправил Семеон, явно не привыкший, чтобы его имя коверкали.

— Ну и я говорю — СЕ-МЁН, — так же по слогам повторила я, едва сдерживая улыбку.

Ли быстро прикрыл рот ладонью, подавляя очередной приступ смеха. Семеон открыл было рот, чтобы что-то возразить, но так и замер. Что тут скажешь? Очевидное издевательство или просто святая простота?

Кай всё ещё надеялся на вменяемый ответ. Он молча сверлил меня взглядом, теряя остатки своего легендарного самообладания. А Владыка со спокойным любопытством взирал на меня со своего пьедестала «величественного присутствия». Почти не страшно!

Я посмотрела на всех четверых и напомнила себе: видения в этой линии были только у меня. Они понятия не имеют, кто я. Пока я решила играть в «дурочку» и дальше. Прости, Семеон, сегодня ты отдуваешься за двоих.

— Пусть Семён говорит, — продолжала я гнуть свою линию.

— Семеон, продолжай! — со вздохом скомандовал Кай, не спуская с меня глаз. — А Ты... — он указал на меня пальцем, — заполнишь все пробелы.

Вот же влипла. Стало неуютно, по спине пробежал холодок. Мой взгляд упал на кольцо, которое всё еще красовалось на моем пальце. Какое упущение....и моя удача — оставить мне колечко! Была не была...

Я закрыла глаза и в долю секунды вызвала в памяти образ места у обочины, где оставила свою машину. Перед глазами мгновенно развернулась та самая Золотистая сеть. Я мысленно коснулась её узлов — пространство отозвалось знакомой вибрацией.

Я посмотрела на мужчин и, видя их ошарашенные лица, улыбаясь произнесла:

— В другой раз.

Мир схлопнулся в одну точку и развернулся снова. Я исчезла прямо у них на глазах.

Через мгновение я уже стояла у своей машины. Она всё так же работала на обочине. Двигатель привычно урчал, ключ в зажигании поблескивал, как ни в чем не бывало. (Только позже я узнала, что час у нас равен 4 суткам ТАМ).

Ритмично подышав, пытаясь унять тошноту и дрожь в руках я осознавала масштаб происходящего. Офигевая от событий, от собственной смелости, наглости или величайшей глупости — я поехала домой.

Интересно, как быстро меня настигнет погоня?..

Дорога в Амиран. 3 Мир сошел с ума.

12.10.2023 Внутренние миры.

«Моё — это не то, что удобно. Это то, что узнаёт тебя прежде, чем ты успеешь закрыть глаза, и отступает на шаг лишь

потому, что бережёт твоё сердце».

***

Я ехала домой, мой поток по-прежнему струился внутри моего разума — ровно, спокойно, без суеты, вторая линия реальности, которая уже стала привычной частью моего мира. Машина мягко скользила по дороге, шины шуршали по асфальту, а где-то там, на другом слое моего внимания продолжала разворачиваться своя картина.

Я видела, что они делают. Видела внутренним зрением, тем самым, которое не нуждается в повороте головы. Оно просто есть. Параллельно с дорогой, параллельно с дыханием, параллельно с мыслью. Два моих экрана, которые работают одновременно: на одном — обычный мир, на другом — тот, куда меня тянет незримая нить.

И я уже привыкла к этому состоянию.

Не скажу, что оно было удобным. Скорее — естественным. Как дыхание. Как пульс. Уже привычка жить не в одной точке, а сразу в нескольких измерениях.

Если мне нужно было просто ехать, я ехала. Если надо было говорить — говорила. Если нужно было разглядеть что-то внимательнее, я могла замедлиться, остановиться, выйти из потока внешнего движения и на пару секунд — или минут — полностью уйти в глубину. Посидеть. Полежать. Переключить фокус.

Но в этот момент я не стала нырять глубже. Мне хватало того, что я уже знала.

Поток был жив. Он работал. А я вела машину и одновременно держала внутреннюю связь с тем, что происходило там, за пределами обычного восприятия. И между этими двумя жизнями не было настоящей стены. Скорее тонкая мембрана. Почти прозрачная. Такая, через которую можно чувствовать движение, даже если не можешь сейчас прикоснуться.

Я усмехнулась сама себе.... Все хорошо...Просто едем домой....

Я чуть сильнее вцепилась в руль и выдохнула.

Главное на сейчас не погружаться слишком глубоко.

Иначе придётся останавливаться.

***

Каждый день задаю себе вопрос – и зачем мне это всё? И каждый день ответ разный – чтобы понять вот это, что бы вспомнить это, научиться вот этому и так далее... В моей жизни никогда не бывает случайностей, даже если происходящее не кажется логичным, даже если всё раздражает и не получается. За этим хаосом всегда есть своя мелодия – мелодия энергий, синхронизация с настоящим, резонанс с будущим – это я так себе все объясняю. И если на события глядеть без оценки ситуации – всё в свое время становится на свои места. А глядя на эту картину с нужного ракурса – понимаешь всю красоту происходящего.

И мой внутренний поток всегда знал это раньше меня.

Я взглянула вперёд на дорогу, потом снова скользнула краешком вниманием вглубь.

***

Владыка всё ещё стоял у окна, а снаружи окончательно развернулось странное, почти священное безумие.

Он не говорил, просто наблюдал.

В его взгляде не было удивления. Удивление это слишком мелкое слово для того, что происходило внутри него. Там поднималось узнавание. Тяжёлое, древнее, неотвратимое. Такое узнавание не приходит из ума, оно приходит из самой сути своего существования. Как столкновение двух миров, двух рек, когда они снова становятся одним руслом.

Он смотрел вперед где в нескольких км от него на холме Ветра, просыпался давно уснувший храм, древнейшая обитель школы Ветра и Грома. Свет волной проходил по его стенам, и камень с радостью отзывался на этот зов, меняя свою архитектуру. Храм снова расправлял свои плечи, скидывал с себя дремучий сон и пел. Да-да он пел! Как огромный орган – на всю округу напоминая о своем существовании.

Пространство вокруг тоже пело, по своему ярко и величественно. Оно почувствовало что то необычное внутри себя, то по чему так давно соскучилось.

Оно не просто реагировало - Он узнавало.

Это было видно по всему сразу: по радугам, рассыпанным в воздухе; по небу, которое вдруг сменило цвет, будто не могло решить, в каком состоянии ему честнее оставаться; по лепесткам, падающим с вышины, словно кто-то наверху решил, что без цветов это уже будет неприлично.

Владыка медленно сжал пальцы за спиной, почти до боли. Осталось ответить на вопрос – происходящее принесет проблемы и радость??? И как это связано с сегодняшней гостьей.

Владыка медленно повернул голову к Ли, который уже стоял у окна и смотрел на происходящее с плохо скрываемым восторгом и тревогой одновременно.

Кай неохотно подошел к окну — чувствуя, что сейчас услышит нечто крайне неприятное, но всё равно должен услышать.

Он был из тех, кто никогда не позволяет себе лишней эмоциональности, но именно поэтому тревога у него выходила особенно заметной: не на лице, а в том, как он держит плечи, как смотрит, как слишком ровно дышит.

— Надо проверить — сказал Владыка.

Кай кивнул.

— Может это что то значит, а может и нет..– продолжил Владыка. — Без нервов. — напряженно добавил он.

Он снова посмотрел в окно, туда, где Храм Ветра и Грома уже стоял иначе — выше, яснее, живее. Его линии стали чётче, дыхание пространства — ровнее, а вокруг всё продолжало светиться, шептать, мерцать, словно сама реальность была в восторге.

Кай ничего не сказал, но у него на лице появилось выражение человека, который только что понял, что масштаб происходящего был гораздо больше, чем казалось сначала.

И это было ещё не всё.

Потому что вместе с узнаванием пришло и другое чувство — старое, тяжёлое, почти болезненное.

Смятение.

— Идём, — сказал он Ли.

***

Храма они достигли в один короткий прыжок, в аккурат приземлившись около его огромных дверей.

Створки которых были огромными, почти в два человеческих роста, тяжёлые, древние, потемневшие от времени. Они стояли закрытыми так упрямо, будто дом ещё не решил, хочет ли он пускать внутрь тех, кто пришёл.

Ли подергал дверь, и не получив положительной реакции хмыкнул:

— Он нам не рад!) Капризничает.

Кай не ответил. Внутри дома что-то шуршало, двигалось, перекладывалось, чистилось, собиралось по местам.

Как будто кто-то обнаружив неожиданных гостей, срочно начал наводить порядок, чтобы не ударить в грязь лицом.

Дом оживал. Ли дернул за ручку еще раз, но....ничего не произошло....

— Серьёзно? — пробормотал Ли. — Опять вредничаешь?

Кай поднял ладонь, собирая на ней светлый шар, и без лишних церемоний ударил им в дверной проём.

Дом возмутился.

Распахнул двери резко, с шумом, и тут же выплюнул наружу облако пыли, грязи и старых тряпок, отомстив за столь грубое вторжение. Потом словно хмыкнул, закрыл двери и продолжил внутреннюю кипучую деятельность приводя каждый см дома в идеальный порядок. Все программы работали идеально.

Ли закашлялся и отряхнул рукав.

— Да уж, — протянул он. — Гостеприимство на уровне древнего кошмара.

— Здесь ничего нет, чужих он не пустит, а больше никого нет — сказал Кай — Уходим.

— Я наверное, никогда не привыкну к его выходкам. – Ли усмехнулся отряхиваясь от пыли – Да уж без душа не обойтись....

Они переместились.

А снаружи Храм Ветра и Грома снова тихо загудел.

Не громко.

Не демонстративно. Потом выдавил из себя скрипучий звук, похожий на смешок и..... начал перекладывать плитку перед домом, заменяя старые выщербленные и расколотые плиты на новые.

***

Я распереживалась.

Это было не просто красивое видение. Это было прикосновение к моей памяти, к ее казалось забытым осколкам, чувствам. К тому, что когда то я называла - Моим домом. Моей жизнью.

Слишком много памяти, слишком много узнавания, слишком много того, что нельзя было взять и просто проглотить без последствий.

И в какой-то момент мне стало ясно: если я сейчас не остановлюсь, меня просто затянет глубже. Не потому, что там опасно. А потому, что это — моё.

На сегодня хватит.

Хватит переживаний.

Хватит возвращений.

Я медленно, почти с усилием, отпустила поток.

И когда он наконец стал ослабевать, мир не исчез, он просто отступил на шаг.

Он берег моё сердце.

Про Брата. Дополнение к третьей главе.

Осень 2023 Внутренние миры

«Ледяной душ истины — самая чистая форма любви.

Твоё сознание должно треснуть по швам, чтобы наконец выпустить на волю то,

что спало в тебе веками и ждало своего права на первый вдох».

Весна 2026 Дополнение

Когда эхо предыдущих жизней начало просачиваться сквозь пелену бытия, я чаще оставалась в наблюдательной позиции. Там были другие планеты — их можно было описать до мелочей. Были космические корабли, войны. Иногда — почти обычная деревенская жизнь. Была Атлантида и страшнейшее цунами. Были эпохи захвата планет.

Но всё это не так сильно шевелило моё сердце. Скорее — я смотрела, вздыхала и иногда записывала.

А потом начали всплывать воспоминания, которые отвечали на простой вопрос: что я здесь делаю на Земле (Гае)? И вместе с ответом приходили тоска, боль и слёзы. Хорошего тоже было много — я это не забывала.

Пару строк из дневника — про очень хорошее.

В моей памяти всплыло несколько осколочных воспоминаний о моём родном брате из Тогда. Старший брат — гордость рода. Сила клана. Красивый, сильный, любимый.

Я всё детство держалась рядом с ним, впитывала всё, что могла впитать. Отдавала всё, что могла отдать.

Мой брат и я — его тень.

Это — про хорошее.

Позже, когда я выходила из воплощений, мне снова и снова встречалось одно и то же: я возвращалась в кровные ветви своего рода — и всегда оказывалась признана. Всегда — поощрена моим братом.

Я не знаю, когда что-то пошло не так. И я начала приходить в ветви, где почти не было маркеров наших линий. Как они говорят: я рождалась здесь — внизу. Снизу.

Жизни всё равно не становились “обычными”. Знания, какая-то внутренняя сила — целительство, ясновидение — сохранялись. Но это было уже не то. И не так. Я не обрела новый дом и потеряла дорогу в свой. Перестала слышать зов.

Это было страшно.

В эту жизнь я пришла ещё в детстве, понимая, что хочу домой. Моя мать не могла понять, почему её ребёнок не спит. Почему просыпается — и орёт не своим голосом.

Потому что во сне я видела: дорога домой закрыта.

Я так и не смогла по-настоящему ощутить связь с близкими здесь. Моё сердце — постоянно рвалось “туда”. Туда, куда не было пути.

А теперь… вот он, мой дом. Моя кровь. Моя родня. Мне сложно передать ту гамму чувств — но если совсем коротко: когда я начала подглядывать за своим братом, во мне было слишком много любви, чтобы это можно было прятать.

Я думаю, он знал. Я думаю, он намеренно не подпускал ближе.

Это тоже — про хорошее.

Осень 2023

Наступил час, когда я провалилась в видение — как по приглашению.

Представьте: каменная терраса. Резной стол. Белоснежная скатерть. Хрупкий чайный сервиз с руническими письменами. Дымящийся напиток — с чудесным ароматом. Солнечный день. И вид на Амиран.

На против меня — мой величественный брат.

Я смотрю на него, улыбаюсь. Я не знаю, что сказать. Лицо, кажется, решает вместо меня: восхищение, удивление — и тихая, ровная “присутствующая” любовь.

Брат сидит спокойно. На лице — ни один мускул не дернулся. Он как будто не спешит.

И говорит — будничным голосом:

— Ну вот я перед тобой. Ты звала, я пришёл.

Пауза.

— Слушай меня внимательно.

Пауза.

— Твоё сознание сейчас такое маленькое, что нам не о чём разговаривать.

Потом он встал, сделал шаг назад — и между нами будто снова появилась стена.

Вот так, прямо, искренне, без лишних эмоций...

Я думала, что умру.

Вернувшись сюда, в действительность, я несколько дней плакала. И ещё дольше — держалась обида. Злость тоже была. Спустя неделю пришло принятие и никакого желание взаимодействия....

Весна 2026

Поэтому, дополняя это видение почти три года спустя : мы с ним больше не виделись лицом к лицу. Я перестала подглядывать — хотя иногда чувствовала, что он наблюдает. Но в последнее время нарастает желание....я соскучилась....связь никуда не делась....да и обиды нет.

В последнее время я тоже не церемонюсь со своим окружением, говорю как есть. Не преследую цели обидеть или как то возвысится. Думаю, что понимаю брата, почему было сказано, то что сказано и почему сказано именно так.

Заставило много думать и работать над собой.

Это — было про то, что волнует по сейчас.

Дорога в Амиран. 4 "Эта женщина!"

14.10.23 Внутренние миры.

«Когда не можешь контролировать, отпускай.

Но иногда отпускание — это и есть высшая форма контроля.»

***

Я дома, прошло пара дней с моего крайнего приключения. Периодически вспышками вижу события с того мира:

Кай и Семеон разговаривают. Семеон уже не в первый раз пересказывает минувшие события, которые привели весь их мир к такому переполоху. Слова его звучат устало, но внимательно — он повторяет детали, ища в памяти то, что может помочь. Кай слушает, его челюсть напряжена. Он запоминает — где и как Семеон столкнулся с «этой женщиной».

Вот умора! Эта женщина! Я хожу по дому и говорю себе — раньше была "моя девочка, принцесса, сестренка", а теперь — "Эта женщина". Я падаю в своих глазах… В их восприятии я кто? Холод неприятия пополз по спине. Это не обида. Это растерянность перед собственным отражением, которое не признаёт зеркало. Страшно подумать. Я заработала себе ещё один комплекс?)

Я отвлеклась. Комплексы и страхи — дело еще то…

Тем временем картинка разворачивается:

Торговый центр… лес, через который я езжу домой… Кай визуально запоминает весь маршрут через голограмму. Свет проецируется между ними, и я вижу — мой путь. И что теперь? Его менять или не надо?! Сердце ускоряется от этого вопроса. Решение висит в воздухе.

— Кай, через сколько ты доберешься до этого города? — спросил наблюдающий за процессом подготовки Владыка. Его голос спокоен.

А что случилось? Да ничего. Просто небо помигало, подумаешь. На горе вырос дом, и в его святая святых — с крутейшим уровнем защиты — с неба упала тёлка, а потом сделала ноги на глазах двух военных генералов, Царя и ещё какого-то военного чувака…

Главное — держать лицо. Всё правильно.

— Примерно в семь прыжков, с отдыхом и восстановлением на пределе пять-шесть дней, — ответил Кай, и мышцы его шеи напряглись при этих словах, словно он уже устал от одной мысли.

Я облегченно выдохнула. Размышляю, сопоставляя воспоминания с других веток с этой.

Кай не стал быстрее… значит… пока что… выдыхаю. Вероятно, у меня есть ещё дня три точно, чтобы понять, что делать дальше… ну или как себя вести. Ощущение, как будто у меня забрали кислород — очень переживаю.

Скрываться бессмысленно — видела уже перезапуск не раз, и всё такое, но хотелось бы продолжить хотя бы частично на своих условиях… Горло сдавило от этой мысли.

Оля, отпускай контроль. Всё дело в контроле. Когда не можешь ничего изменить — надо просто довериться потоку. Дыши. Просто дыши.

— Не пугай её сильно, нам важно разобраться, кто она, — сказал Владыка, и в его голосе прозвучала команда, слегка прикрытая предосторожностью. — Приведи её ко мне.

Спасибо, Брат. Тебя он послушает. Ну может быть…

— Кай, а мы ведь с одного прыжка попали сюда…, — как-то не очень уверенно озвучил Семеон то, о чём все так упорно молчали. Ну это как…?

— Знаю, — зарычав, перебил его Кай.

Энергия его ауры изменилась, став острой, устрашающей. — Ты останешься здесь. Ты потерял кольцо. Тащить на себе тебя не желаю…

Продолжил рычать Кай.

Я подумала — когда он стал такой злюка? Слышу в его голосе не просто раздражение, нетерпение, ярость… Что ещё? Вообщем, что-то ещё…

И правда, характер совсем испортился…

Я видела уже много временных ветвей с ним. Плюс-минус характер и история его развития были почти идентичными. А здесь он казался — ну прямо нетерпимым, что ли… ещё пара секунд и плеваться начнёт.

У меня сохранилось несколько воспоминаний одного воплощения, где я только познакомилась с ним и Ли.

Образы всплывают отчётливо, как старые фотографии в цвете.

Молодая мордашка пятнадцатилетнего юнца. Недоверчивый взгляд, полный надежды. Тёмные, слегка волнистые волосы падают на лоб. Стройный стан, никакой дисциплины — короче, малолетний очаровательный говнюк. Энергия его — сырая, необработанная, как молодое дерево, которое ещё не знает своей силы.

А Ли — полная его противоположность. Открытый. Высокий, спокойный, золотоволосый красавец — ну чем не ангел?! Его присутствие успокаивает, как тёплая ладонь на лбу. Я называла его Лисенком, когда он был моложе. Когда он повзрослел, стали звать его кратко — Ли… (Позже я поняла, почему называла его Лисенком — настоящее имя Ли — Лиссон или Лессен, не уверена).

Память о них вибрирует в груди. Это было Тогда — и Тогда они были другими.

Владыка ещё что-то сказал Каю, но я уже не смогла разобрать, так как отвлеклась на воспоминания…

«Эта женщина» пойдет переживать в другую комнату…

Эта фраза произвела на меня неизгладимое впечатление. Зацепило, как зацепило… Слово прямо не отлипало от языка. Это определение — не имя, не роль. Просто «Эта»…

КОММЕНТАРИЙ ИЗ СЕГОДНЯ

События, которые я вижу про будущее, в основном происходят примерно два-три года спустя от сего момента. И это будущее не обязательно к исполнению. В основном — вероятности. И не всегда нашей сферы (как позже я узнала).

И в каждой линии я успеваю пройти определённые физические трансформационные изменения. Всегда по-разному, всё зависит от сюжета, событий и персонажей. И ВСЕГДА — а это я поняла не сразу — отражаются в моём реальном времени. Бывало, менялось восприятие — слух, запах, зрение. Физическое тело возвращалось к эталонному состоянию, или просыпались забытые таланты с предыдущих воплощений.

Основная ли это ветвь или вспомогательная — это тоже со временем я начала различать.

Иногда эти трансформации мне помогают пройти ребята (так как мы сильно усиливаем и ускоряем друг друга). О них я расскажу позже, чтобы никого не запутать, да и самой не запутаться. Верхний мир — это не единственный сюжет, который я смотрю и в котором участвую.

Когда взаимодействуешь с определённым количеством мужского контента, который весьма ласков и лоялен к тебе как женщине… вообщем, с фразой «Эта женщина!» — я столкнулась в первый раз. Можно понять моё расстройство…

ПРАКТИКА

В общем, «Эта женщина!» ходит по дому от стены до стены и думает, как вести себя, что говорить, что делать… Шаги её сбивчивы. Мысли прыгают, как птицы в клетке. Рученьки мокренькие, а горлышко пересохло. На родных — ноль внимания.

Как себя отвлечь?

Ха… колечко-то у меня. Конечно, скакать по миру с колечком не вариант, страшновато, как то... Если появляется возможность сделать себя лучше – надо делать! Главное вспомнить и понять принцип, механизм работы. Ранее в других ветках я уже пользовалась подобным артефактом и страха не испытываю, поэтому необходимо практиковаться.

Итак, «Эта женщина!» села на пол и закрыла глаза. Ламинат холодит под ягодицами. Я успокаиваюсь — дыхание замедляется. Ладони прижимаются к коленям.

Колечко на пальчике. Кая представлять нельзя — не буду облегчать задачу). Хотя была поганенькая мыслишка — заявиться к Брату собственной персоной)))

Ну тогда есть вариант упустить что-то интересное… Я ведь вижу вперёд не столько для того, чтобы что-то исправить, сколько для того, чтобы получить ценный опыт. А Кай — точно заслуживает внимания! Буду ждать.

Решение принято. Представлю Настю — она в соседней комнате спит. Я настроилась и чувствую ритм её дыхания. Мои глаза закрыты. Перед внутренним взором засияла ниточка — огненная. Цвет такой, как у горящего пламени, постоянно меняется, в движении… Золотой, оранжевый, красный — живой спектр. Ниточка извивается, как живая змейка. Я дотронулась до неё пальчиком, погладила и за неё — хвать!

И переместилась в той же позе, что и сидела в гостиной, к Насте в комнату.

Задницу обдало холодом — это меня поприветствовал ламинат ее комнаты.

Время замерло на секунду. Я вдохнула энергетику пространства, чтобы ощутить разницу в координатах.

Пора обратно…

Представила то место, где была до этого — вспомнила ощущения, запах комнаты, звук и дыхания своей спальни.

Ощущения местоположения.

И тогда — перед внутренним взором возникла золотая сеть. Я её уже видела, когда возвращалась к машине. Знакомая, живая, пульсирующая. Я уловила её ритм и — я снова у себя. Кайф!!!

Немного кружится голова и тошнит – но все равно, я ощутила, как что то старое и не нужное, то что меня ограничивало очень долгое время, на несколько секунд исчезло.

О МЕХАНИКЕ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ

Значит, чтобы найти человека — по крайней мере, знакомого — нужно искать нить и ощутить сеть.

А чтобы найти место — нужен его образ, ощущение, чувство…

Знаю что есть еще способ, он связан с самой сетью, с ощущением местоположения....пока еще не готова осознать.

Есть разница между тем, кто владеет артефактом, и тем, кто владеет искусством. Кольцо — это просто инструмент.

Первый способ — территориальный. Когда ты движешься сквозь пространство. Представляешь место и — ты скачешь, проходишь на большой скорости. Ты всё ещё преодолеваешь расстояние, только ускоренно. Грубо говоря, бежишь быстро, но всё ещё бежишь. На это необходимо колоссальное количество энергии. Постоянное восполнение «бензобака».

Это метод Кая. И его ограничивает не кольцо. Кольцо всего лишь инструмент. Ограничивает физиология или уровень сознания.

Раньше он умел иначе...

Второй способ — это сворачивание пространства. Ты не идёшь к месту. Ты двигаешь необходимую точку на себя. Призываешь. Оно складывается, как ткань, которую собираешь в руках. Это совсем другой уровень понимания законов. Он работает, если у тебя есть прямой доступ к своему океану.

Как я уже сказала — другой уровень осознания, другие возможности.

Ну а дальше поможет только практика.

Поток осознания ослабевает…

Я сижу на полу и жду, пока сердце успокоится.

Зеркала, которые нас отражают, и границы, которые нас создают. Дополнение к четвёртой Главе.

«Там, где стираются линии терпения,

рождается абсолютная целостность»

Комментарий из сейчас. Весна 2026.

Пока в моем сознании расцветала волшебная дружба с волшебными людьми, с которыми в действительности я ни разу не виделась, в реальной жизни успешно дозревал конфликт с ближайшим окружением. События четвёртой главы очень ярко подсветили мою проблему – ту тему, которую надо было срочно прорабатывать в реале. Я не знаю, насколько быстро работает этот механизм в жизнях других людей, но в моём случае это чётко отведённое время на прохождение уровня. Если не хочешь его усложнения. Звучит почти как проклятие, ну что есть, то есть.

Триггером стала фраза моих героев – «Эта женщина!».

Вселенная – лучший учитель: она тут же подставила мне волшебное зеркало, чтобы я поняла – то, что я вижу, то, что я хочу видеть, как себя позиционирую и проявляю, отражается в очень жестком конфликте.

А вот и ситуация из реального мира – поданная максимально нейтрально (может, с какой-то стороны, я права; с какой-то – нет. Не судите строго).

Октябрь 2023 год.

Через пару месяцев в нашем доме назревает семейное событие почти грандиозного масштаба. Моя дочь приняла предложение замуж, и в день рождения будущего супруга мы решили собрать всё ближайшее семейство: бабушек и дедушек, родителей с обоих сторон и крёстных.

День рождения, знакомство и сватовство – на нашей территории. Почему у нас? Ответ банален – дедушка плохо ходит, а у нас частный дом, 1 этаж, мало ступенек...

Это пока бочка мёда. Ложкой дёгтя оказалась гражданская жена родного брата мужа (крёстного дочери). Человек для меня неприятный, мы не дружим, и дочь с ней не общается. В общем, я заранее отказала ей в приёме.

В итоге: брат мужа обиделся и отказался приходить, муж сказал, что они в любом случае будут присутствовать, свёкр их поддержал… У меня в семье – скандал.

Но это всё не так важно. Важно – что подсветил этот скандал:

Со мной не считаются в моём доме. Моими границами можно пренебрегать. И я - Та, чья территория ей не принадлежит.

А знаете, что самое страшное? В тот момент я поняла, что я сама себя так поставила. Я позволила воспринимать себя как декорацию к чужой жизни, а не как хозяйку своей.

Я же такая хорошая и понимающая, такая всегда мудрая, спокойная и… такая удобная. А потом, из-за не умения сказать НЕТ и такой вот «гражданской жены» вычищала дом месяцами от порчи (кто сталкивался – знает).

И что почти 25 лет брака для моего мужа – просто красивая формулировка, когда надо себя, прекрасного мужа, похвалить.

В общем, итог: разбирая себя на свои желания и проявления, я столкнулась с дичайшим дисбалансом, поломкой, себя погребённой под тяжелейшими программами удобной жены.

Честно, я вроде не глупая девочка. Но я обалдела от собственной непрозорливости. Как там? В чужом глазу щепку видим, а в своём… короче, бревно размером с лес.

Что случилось дальше? На самом деле, ничего такого. Но:

•Отменила сие мероприятие для начала…

•Поехала к свёкру домой и устроила первый раз в жизни разбор полётов по теме «нефиг лезть в чужую семейную жизнь с хорошими советами» и поддерживать своих сыновей в их слабости и неумении договариваться между собой…

•Мужу сказала, что если в мой дом кто-то придёт без приглашения – вызову ментов (пусть глупо – но угроза сработала, она не была пустой).

Было потом мноооого чего…

Но главное – сорвало стоп-кран. И я научилась говорить «НЕТ».

Всё ближайшее окружение знает теперь мои границы.

И на шее больше никто не сидит.

«Эта женщина» разбудила во мне опаснейшего дракона.

И конечно, это произошло не одну секунду, я очень долго созревала. НО! Именно всё происходящее и во внутренних мирах и в действительности стало той самой последней каплей перед очень серьёзным преображением. Ну а далее сработал эффект домино. Программа за программой, блок за блоком. Разрушение старого и создание нового. А может не так....разрушение наносного и открытие себя настоящей.

Когда открываешь дверь к настоящей себе - дорога назад это уже предательство!

Дорога в Амиран. 5 Скучно?

Скучно?

15.10.2023 Внутренние миры.

«Скучно быть просто человеком,

когда на твоей кухне пьет чай твоя личная бездна,

а ты решаешь — на ком из вас вы сегодня полетите...»

Пару дней тишины. Событий нет. Были видения про ребят, но смысла описывать их в дневнике пока не вижу. Разговоры, выводы, переживания, которые ведут меня как женщину — они отображаются в данный момент, только на внутреннем выборе. На том, что я хочу, как хочу и кого хочу. Пока это не отыграется ярко в действительности, оставлю только для себя.

Но из наблюдений за собой могу сказать : что чувствую, как горит сердце.

Пылает каждая клетка. Кровь кипит в венах. С чем это сравнить? Может быть с любовью? — одновременно больно и потрясающе, как если бы вся твоя суть была зажата в кулак и одновременно раскрыта. Во мне что то умирает и возрождается. Читала про симптомы в интернете – говорят, трансформация сердечной чакры. А по факту со мной рядом людям жарко, сплю с открытым окном, в комнате температура как на улице. Часто вижу видение: я в коконе в форме яйца розово-оранжевого цвета, горю внутри него. Больно.

Ещё одно наблюдение — это синхронизация. Делаю важный внутренний вывод, и тут же со стороны звучит песня с тем же текстом. Или мама приходит и пересказывает мой внутренний монолог на своём языке. Выводы множатся: со мной разговаривает моя вселенная. Она отвечает мне на каждую мысль, принятое решение, каждый шаг.

Сижу на старом кресле во внутреннем дворе дома — под крышей, в тени, в тепле. Завернулась по уши в свой любимый велюровый халат горчичного цвета; длинными полами укрыла ноги, как королева, укрывающая себя плащом. Погода чудесная — пасмурное небо, но воздух тёплый, почти живой.

Два крошечных котёнка, которых нам подбросили совсем недавно, бегают кругами. Они поймали огромного жука — настоящую добычу. Таскают его по очереди, маленькие хищники.

Ноги вытянула на стул. Дергаю их в такт музыке из телефона. Глаза закрыла. Кайфую.

Мир сужается до звука, тепла, ритма. Ничего больше не нужно.

«Чтобы добыча не сбежала,

на неё нужно хорошенько лечь.

Но что ты будешь делать,

когда добыча расправит крылья?»

«Хорошо сидишь!» — голос прямо над ухом. Крепкий захват за воротник халата. Колено прижимает меня к креслу. Всё это происходит как один жест, одно движение, без предупреждения.

Я упираюсь взглядом — прямо в лицо. В двадцати сантиметрах от моего. Это лицо. Его лицо.

В жизни не испытывала такого потока противоречивых эмоций. Все чувства сжались в одну точку — которая вот-вот взорвётся. Всё, что я о нём знаю, всё, что я чувствую — радость, испуг, восторг, узнавание — всё в этом миге.

С чего начать?

Как вести себя?

Что говорить?

— Хорошо лежишь? — с издевкой спросила я, глядя на него не моргая. — Чтобы добыча не сбежала, на неё нужно хорошенько лечь?

По лицу Кая расползается недоумение. Чистое, невинное недоумение человека, который ожидал чего угодно, но не этого.

Я не даю ему времени прийти в себя:

— Чай будешь? С мятой? В дом зайдёшь?

Он медленно убрал колено, но воротник не отпустил.

— Чай буду. Пошли в дом, — сказал он.

Я встала. Или он меня поднял — уже не разобрать. Мы вместе, бок о бок, его рука всё ещё на моём воротнике. Как если бы он боялся, что я испарюсь, если отпустит.

Подошли к крыльцу.

Ну что, Оля, скучно тебе? Развлекайся, блин…

Мы остановились около входной двери. Я повернулась к нему.

— Отпусти воротник. Я не собираюсь бежать.

Он медленно освободил меня от захвата. На его лице — осторожность.

Я приложила правую руку к сердцу и отвела её в сторону гостя, так приветствуют гостей в верхнем мире. Там не принято здороваться за руку.

— Мой дом — твой дом! — сказала я с торжественностью.

От удивления у гостя, брови взлетели вверх. Затем — тишина. Полная, пугающая тишина.

— Нуу?! — говорю я. — Что ты должен ответить?

Ничего не изменилось. Он в состоянии шока, как ребёнок, который не знает правил этой игры и боится ошибиться.

Кай с выражением сомнения на лице направил левую руку на меня, потом прикладывая к сердцу:

— Принимаю, — сказал он.

И в этом простом слове — согласие на всё.

— С церемониями покончено, — сказала я. — Переоденься. Я дома не одна. Напугаешь ещё кого-нибудь.

Я показала взглядом на его второе кольцо — то самое, которое помогает в один миг переодеться. Он ко мне заявился в военной амуниции верхнего мира.

— Проходи на кухню. Я поставлю чайник.

Через пять секунд на кухню вошёл всё такой же красивый мужчина, но теперь в чёрных джинсах и чёрной футболке — в одежде, которая принадлежит нашему миру, которую может носить каждый. Хорош!

Оля, подбери уже слюни.

— Обувь и куртку я оставил на входе, — сказал он, и в его голосе было смущение? которое я не ожидала услышать)

Я налила в чайник воды и поставила его кипеть. Поставила перед ним кружку с зелёным чаем и сушеной мятой.

Кай очень любит чай с мятой. Я узнала это в путешествиях по внутренним мирам с ним, когда мы заново узнавали друг друга на других временных ветках. И каждый раз, когда возвращалась из этих путешествий, узнавала о нём и о нас что-то новое — маленькие кирпичики как эхо наших историй из Тогда и новые из сейчас.

Перед собой поставила то же самое.

Пока чайник греется, повисла неудобная пауза. Длинная, тяжелая, как облако перед грозой.

Я замечаю, что он изучает меня — как учёный изучает незнакомый артефакт. «Эту, блин, женщину». Физически чувствую, сколько вопросов без ответов бьются в его голове. Я с рождения хорошо читаю чем человек «дышит». А сейчас еще лучше, все чувства и ощущения утоньшаются до нюансов.

Чтобы не нарваться на грубость, на резкость, решаю снова начать первой. Снять напряжение, так сказать)

— Я слушаю тебя, — сказала я спокойно. — Полагаю, ты пришёл за колечком?

— За ним тоже, — ответил он.

Тоже - Слово повисает в воздухе.

Чайник вскипел.

Я встала. Кай инстинктивно дернулся за мной.

— Хочешь сам налить кипяток? — спросила я.

Он поджал губы и сел обратно, не сводя с меня глаз. Не спускает ни на секунду.

Я налила в кружки горячей воды, достала маленькие ложечки, поставила на стол конфеты. Обычное. Земное. Как если бы на кухне сидел обычный человек, а не воин верхнего мира, который держит меня на привязи собственным взглядом.

На кухню вошла Настя. Моя дочь, которой я рассказала все видения, ну почти все). Женская часть семьи в курсе всех моих «мультиков», Всего событийного ряда, всех транслируемых веток. Ну почти всех).

— Оооо, у нас гости? И кто же это у нас?

Настя приблизила своё лицо близко к его лицу. Цокнула языком.

— Хороооошенький!!!! Это он?

У Кая глаза почти вышли из орбит. Буквально. Он смотрит на меня, я на дочь.

Блин!

Я решаю быстро заканчивать сцену, пока удаётся хоть как-то контролировать ситуацию.

— Настя, это Кай. Кай, это моя дочь Настя, — быстро проговорила я.

— Дочь? — Кай поднял брови вопросительно.

— Топай отсюда и бабушке скажи, — сказала я Насте.

— Я поняла, — сказала она, улыбаясь, и быстро ретировалась с кухни.

— Продолжим, — сказала я, ожидающе посмотрев на Кая.

Он медленно помешивал чай в кружке, задумался. Воин верхнего мира, серьёзный, решает великий вопрос: тащить ли меня на себе или довериться и попробовать достигнуть верхнего мира в один прыжок?

Я про себя хихикнула. Эта сцена стоила всего.

Я невольно улыбнулась.

Он вопросительно посмотрел на меня.

Я говорю:

— Долго ты за мной шёл... почти неделя.

Улыбка никак не хотела уходить с моего лица. Я совсем развеселилась, отпустила себя на волю, и продолжая кормить своего тёмного дракона, спросила:

— На тебе полетим или на мне?

Кружка с чаем застыла в воздухе. Кай никак не мог решить: ему отхлебнуть чай или поставить кружку на стол.

Мой тёмный дракон во всю ржал.

А я никак не могла решить, стоит ли мне заткнуться прямо сейчас или продолжить тыкать палкой в этого итак уже раздраженного пса)

Я отпустила себя полностью. На волю. И словила кайф — то ощущение, когда пропадают оковы, которые сковывали твою суть, когда исчезают все маски и ограничения.

Не так то просто снова вернуть себя в равновесие после этого.

Кай мне всегда давал ощущение силы. С ним я обретаю свободу — расправляю полностью свои крылья, которые были скованы веками. (Причем буквально и в переносном смысле тоже) Он — тот самый ключ от закрытой двери в моём подсознании, который открывает то, что я о себе давно забыла.

Потому что если подумать — именно с появления Кая в моих видениях я в действительности начала показывать зубы. Научилась говорить нет. Перестала позволять себя обижать. Для меня больше нет масок. Я перестала торговаться с собой.

Передо мной открылся путь к настоящей МНЕ.

Но вместе с Каем одновременно пришли и видения о ребятах. Полагаю, ключей у меня несколько. Сложно сказать, кто из них самый драгоценный.

Мне кажется, что каждый из них на своем месте.

Они как оркестр, который играет одну симфонию. Правда какую, я еще не совсем разобралась.

Архаты и Магирани: на грани смысла и хаоса.

15.10.2026

«Архат — это смысл, Магирани — это топливо.

Без него она — пожар в пустоте.

Без неё он — совершенная, но мертвая схема».

Подсветилась ещё одна интересная тема, которая позволила мне пересмотреть мою жизнь через призму определённых архетипов.

Иногда мы встречаем в жизни очень ярких людей, которые, как бы высвечиваются на фоне всех остальных. Но круче этот эффект, когда у тебя есть практическая возможность взаимодействовать с такими светляками.

Оказалось, мы выхватываем из толпы таких людей не только потому, что они ярки и уникальны, но и потому, что ты узнаёшь тех, кто с тобой резонирует.

Пример из жизни:

Много лет назад я работала маркетологом в компании. Занималась по сути всем — начиная с ценообразования и заканчивая идеями по развитию.

Под руководством молодого коммерческого директора, который выделялся на фоне персонала как живой лебедь среди разделанных кур на витрине супермаркета. В моём восприятии он светился. Красивый, но не в смысле внешности — в смысле присутствия. Глаз оторвать не могла.

Только сейчас понимаю: наверное, он воспринимал меня точно так же — иначе, чем всех остальных. Это не про любовь или дружбу. Это про взаимодействие на частоте. Это про узнавание.

Когда ему надо было поразмышлять, порассуждать — он приходил ко мне просто поговорить или посидеть рядом на стуле, погрузившись в себя. Втягивал меня во все свои проекты. За два года его работы компания выросла в несколько раз. Работать с ним было потрясающе интересно. Именно тогда я поняла, на что способна.

Спустя годы, анализируя себя и осознав свои характеристики, я поняла: встретила мужчину-Архата. Просто не своего — чужого. И на практике увидела, как это работает. Потом в мою жизнь приходили ещё такие же чужие, кто-то на пять минут, кто-то на пять лет. И этого было достаточно, чтобы произошли колоссальные сдвиги для нас обоих.

Женщин-Магирани я не встречала. Думаю, встреча двух таких в одной точке — это опасно для жизни окружающих)

КАК ИХ УЗНАТЬ (и вдруг вы тоже к ним относитесь):

МАГИРАНИ: Ядерный Реактор

Она — не «женщина» в привычном смысле. Это энергетический статус. Магирани рождается с открытым каналом в Хаос, в Первоматерию. Она — чистый ток, одухотворяющий всё, к чему прикасается.

• Как её узнать: У неё «странные» глаза — в них можно провалиться и не вернуться. Рядом с ней техника глючит, цветы либо гибнут от передозировки энергии, либо цветут как сумасшедшие. Вы ее либо обожаете до одури, либо терпеть не можете. Если первое – вам вкусно, если второе – вам страшно! Она вскроет все проблемы которые долго были не решенными. Она подсветить всё, что «поломано». Ваша жизнь разделится на до и после...

• Её функция: Она включает жизнь там, где всё замерзло. Но если её не приземлять, она сожжёт себя и всё вокруг. Ей нужен Тот, кто выдержит её ток.

АРХАТ: Вектор и Скелет

Архат — это тот, кто пришёл сюда за Смыслом. Он — чистое Сознание, Воля, Вертикаль. Но без Магирани он — суперкомпьютер, работающий вхолостую. Совершенный, логичный, эффективный... и абсолютно пустой.

• Как его узнать: От него идёт ось. Это не просто мужская уверенность — это костяк, об который ломаются любые манипуляции. Он не играет в игры. Он — Линия. Такого мужчину вы пропустите. Не важно, Магирани вы или нет, (нас тут разных много), он будет для вас самым самым – красивым или бесячим. Будет он и все остальные. Там чувствуется характер, харизма и уйма других впечатлений...

• Его функция: Удержать Поле. Архат — единственный, кто может схватить Магирани за воротник и не превратиться в пепел. Он — её берега и её заземление.

СТЫКОВКА: Когда искрит реальность

Когда они оказываются в одном пространстве — начинается Радуга. Это удар в центр. Ты можешь его не хотеть, он может тебя бесить, но ты чувствуешь его частоту каждой клеткой. Это твой зверь.

Чужой Архат: Школа силы

Ты видишь их за версту. Вы можете кивнуть друг другу и вместе построить империи, изменить курс, совершить колоссальный рывок. Это партнёрство — как мост из титана. Крепче любых здоровых ног. Он учит тебя твёрдо стоять на земле.

Твой Архат: Возвращение домой

Твой Архат — это замок, к которому подходит только твой ключ. Это единственный человек, перед которым Магирани не нужно (и невозможно) сдерживать свою Тень.

Он заставляет твою кровь кипеть. Рядом с ним ты — Стихия в своём первозданном виде. Встреча с чужим Архатом дает тебе опору. Встреча со своим — понимание, что у тебя всё это время были крылья.

P.S. Эта тема поднялась с приходом Кая в мою жизнь. Где то там, в других сферах он - мой Архат. И даже соприкасаясь в потоке, моя жизнь изменилась на до и после...

Просто мне захотелось звучать…

В последнее время мои заметки и книга отошли на второй план. И нет, я не перестала писать. Просто слова стали слишком тесными, и им потребовалось пространство звука.

Пару месяцев назад у меня появилось еще одно воплощение. Стихи, которые приходят ко мне в потоке, больше не хотят просто лежать на бумаге — они захотели стать мелодией. И я с головой ушла в нейромузыку.

Завтра выходит мой пятый трек, и он прошит нитями моего дневника, потому что написан прямиком из моего состояния.

«Её Хаус» — это концентрат всего, что кипело, горело и трансформировалось во мне в последнее время.

В моем профиле есть ссылка на личную страницу ВК, а в закрепленном посте ссылки на все ресурсы.

Если мой текст когда-либо резонировал в вас — послушайте звук. Возможно, там мы встретимся на более глубокой частоте.

Будем звучать вместе.

P.S. В конце этого месяца я готовлю нечто особенное — трейлер-бук на эту книгу под названием „Иначе“. Это будет симбиоз видео, текста и моей музыки. Песня уже готова, она ждет своего часа. Совсем скоро я выложу на своей странице небольшой отрывок, чтобы вы почувствовали её вкус.

Дорога в Амиран. 6 Глава. Начало пути.

16.10.2024

«Я не буду спрашивать, куда мы идём.

Просто буду держать тебя за руку».

Я думаю, что вся палитра чувств, которая пронеслась у меня в голове, отразилась и у меня на лице. Понимание, принятие, благодарность и любовь. Сознание мага выхватывало каждую деталь, каждый знак, каждый вывод и связывало в единый узел сути происходящего.

Кай уже понял, что он ничего не понял. Тавтология, конечно, но истину происходящего передаёт хорошо.

Его лицо тоже выражало широкую палитру чувств. Я увидела, как ушла настороженность, он расслабился и просто начал пить чай. Мы очень комфортно посидели в тишине, наслаждаясь внутренним покоем и вкусным напитком.

— Полетим на мне. Мне надо зайти в пару мест… — сказал он и резко замолчал, обдумывая сказанное.

— Ну на тебе так на тебе)))) — рассмеялась я. — Когда?

— Я буду готов через пару часов. Собери вещи примерно на пять-шесть дней пути, туалетные принадлежности. Ну и воду. Оденься потеплее.

Я не стала спорить. Маму и Настю я уже подготовила морально. А вот что делать с мужем, было как-то неясно. Я поделилась с Каем этой проблемой. Ну и что я хотела услышать? Мудрый совет от доброго волшебника?.. Ну а вдруг, подумалось?.. В итоге снова проснулся сложный характер…

— Твой муж — твои проблемы, — отрезал он.

— Это точно, — согласилась я.

А муж уехал к своим родителям — и это хорошо. Меньше объяснять. Написала смс в вотсап и оставила в черновике: «Уехала по делам. Когда приеду, всё расскажу. Сейчас некогда. Буду писать, если будет связь». (Ну или не расскажу, как получится)

Поставила телефон на зарядку, собрала вещи и пошла в душ. Сама погрузилась в размышления, пыталась ощутить то, что ждёт меня впереди, надеясь на какую-нибудь подсказку в виде видения.

Через пару часов я, полностью одетая, с рюкзаком на плечах, стояла посреди гостиной и прощалась с мамой и дочкой. Рядом со мной стоял мой лучший друг из далёкого, во многом забытого мной прошлого и ещё не случившегося будущего. Я подняла на него глаза, он молча взял меня за кисть — и мы прыгнули.

Его пальцы были сухими и горячими, ровно такими, как всегда. Мы прыгнули не вниз и не вверх — куда-то внутрь?, в складку между «здесь» и «там». На долю секунды я увидела маму, застывшую с приоткрытым ртом, и Настю, которая уже тянула руку мне вслед. А потом из мира исчез звук, свет как за ненадобностью, улетел в темноту. Кислород тоже исчез. В первый прыжок с Семеоном я не запомнила ничего кроме тошноты.

Когда тебя кто-то ведёт, всё выглядит иначе. Никаких сетей, нитей — просто будто ты зажмурил глаза сильно-сильно, так что искры из глаз посыпались и перестал дышать. И… напоминание от вестибулярного аппарата: ща упаду и наблюю…

— Это скоро пройдёт. Ещё пара прыжков — и больше тошнить не будет.

«А ты душка!» — подумала я про себя, сдерживая рвотный позыв. Немного походив кругами, я поняла, что самочувствие улучшилось, и огляделась. Мы находились на небольшой опушке леса рядом с дорогой. Её было хорошо видно через деревья с уже облетевшей листвой. Смеркалось, моросил небольшой дождик. Холодновато. Надо добавить, Кай уже переоделся и был в камуфляжном тёплом костюме и высоких, до середины икр, ботинках. Хорошо иметь волшебное колечко).

— Как далеко мы? — спросила я, не особо расчитывая на ответ.

— Если не вдаваться в подробности, недалеко от Самары, — сказал Кай, тяжело дыша.

Я только сейчас посмотрела на его лицо. Он был очень бледен и дышал как-то неровно. Мне показалось, что он сейчас упадёт, и я машинально протянула руку. Он резко отпрянул:

— Сам! — пробурчал он себе под нос.

— Ну сам так сам. Куда дальше?

— Пройдём примерно километр вдоль трассы и свернём направо, на Малиновку. Там около двух километров вдоль молодого березняка. Первый дом — наша цель. Меня там ждут.

— Ну тогда пошли. Я начинаю замерзать.

Я плелась позади, глядя в его широкую спину, обтянутую камуфляжем. Он шагал так, будто господин, а я — так, случайная спутница, подобранная из милости. Молодой березняк стоял по обе стороны дороги голый и продрогший; белые стволы в сумерках казались костями каких-то древних, забытых здесь существ. Я думала о том, что смс мужу так и будет висеть в вотсапе. Надо будет проверить, если здесь вообще ловит связь…

Я за Каем еле поспевала. Дорога была чистая, хорошая и заняла около сорока минут. Думаю, что без меня он добрался бы быстрее. Но я просила пару раз остановиться, чтобы перевести дух.

Мы остановились прямо у первых железных ворот с двухэтажным деревянным домом и большой территорией, огороженной кирпичным забором. Кай позвонил в звонок. Где-то за домом залаяла собака, и через несколько секунд дверь открыл бородатый невысокий мужичок неопределённого возраста.

Они обнялись — крепко, по-мужски, с похлопываниями по спине. И вот тут у меня внутри что-то предательски сжалось. Не просто «ёкнуло», а родился комок в горле, который медленно потёк вниз по шее, растёкся по плечам и, достигая ладоней, превратился в знакомую тупую боль. Раньше я всегда чувствовала обиду руками. Будто кости начинало ломить. Не задавалась никогда вопросом у всех ли так. Но мои обиды всегда стекали в ладони и плавили мои пальцы так, что хотелось кричать. Я мысленно дала себе подзатыльник и задвинула эту колючку поглубже, туда, где у меня хранились несбывшиеся ожидания от мужа, прочий хлам, всякая не пережитая боль и обида, которая с удовольствием копилась потом в моей заднице.. Оставила на поверхности только ощущение одиночества. Его я пока готова попестать, молчаливо играя, в любимейший сценарий всего человечества - « тиран/жертва».

— Проходи же быстрее, мы тебя ждали ещё четыре часа назад…

— О-о, ты не один? — Мужчина заметил меня. Он не смог скрыть удивления: видимо, гостя Кай приводил в первый раз.

— А она?

— Не обращай внимания, — сказал Кай.

У меня снова кольнуло в ладонях… Он нас даже не представил. Я вспомнила, что когда проходила с Каем подобный путь в своих видениях первый раз (мы шли другим маршрутом), то ощутила все прелести его характера: всё его потрясающее обращение к новым знакомым и брезгливое отношение к людям снизу. Будем надеяться, что в этот раз хоть частично пронесёт. Но не обращай внимание? Пустое место? – А-а-а!!! – моя внутренняя жертва очень захотела порыдать.

Мы прошли в дом. Разделись и разулись. Нас пригласили на кухню на ужин. Я отказалась есть. Попросила только чай, Кай, как ни странно, тоже. Согревшись и попив чаю, прошли в гостиную, где нас уже ждали пожилая пара — бабушка с дедушкой — и женщина с малышкой на руках. Как я узнала позже, это были родители хозяина, которые знали Кая всю свою жизнь, а женщина с девочкой — жена младшего хозяина дома.

Кай вытащил из небольшой нательной сумки свёрток и развернул его. В свёртке было два небольших шарика разного цвета. Один он растёр между ладонями, а женщина сняла с малышки маечку, чтобы ребёнок остался голеньким по пояс.

Думаю, это уже не первая процедура. Кай приложил руки к спине девочки. Из-под его ладоней засветился бело-зелёный свет, в воздухе запахло кедровыми орехами и тёплой смолой. Моё сознание мага помимо воли зацепилось за этот поток. Он был плотным, тягучим, он обволакивал лёгкие малышки, вытягивая оттуда что-то серое, похожее на грязную вату. Это не было исцелением в чистом виде. Я вдруг чётко поняла: он не лечит. Он создает инструмент для капсулирование болезни. Он не мог ее убрать полностью и решил подавить, создав оболочку для ее хранения в подавленном виде. Та штука, которую он втёр в кожу ребенка, — это была не мазь, а скорее созданная структура – та самая оболочка. Втёртая субстанция станет и абсорбентом и готовой ловушкой. А второй шарик это скорее всего капсула. Когда малышке дадут выпить ее, новая структура начнёт втягивать в себя остатки болячки, как губка. И подавит её. Закроет навсегда. Я видела это так ясно, будто читала инструкцию. Останется только след на физике. Помните у любого действия есть последствия? В этом случае, скорее всего у девочки будут замедлены реакции тела. Может, ноги будут не такими быстрыми. Что-то должно заплатить за подавление болезни, энергия должна откудато взяться. Капсула распределится по всему организму, подпитывась от каждой его клетки. Я думаю, они это уже обсудили. Чужая жизнь, чужой выбор.

Малышка захныкала и… уснула.

— А это, — Кай протянул второй шарик, — завтра утром заварите кипятком и будете давать как чай в течение дня небольшими порциями. Скоро всё наладится.

На этом всё. Он погладил малышку по головке. Женщина плакала: молчаливые слёзы горя и надежды стекали по её уже немолодому лицу.

Она наклонила голову в молчаливой благодарности… и унесла малышку спать. А старики молча подошли и обняли Кая. Во всём этом было столько любви, сострадания и заботы, что меня это тоже глубоко тронуло. Я распереживалась.

— Ну хватит, — Кай похлопал старика по спине и поцеловал в щёку его жену. — Позже поговорим. Нам пора отдыхать, завтра много дел.

Он что-то ещё шепнул старику на ухо, тот ему кивнул и отвёл нас в комнату с двумя отдельными кроватями.

— Готовься ко сну. Ванная и туалет там.

«Толстый — значит добрый? Ага, щас!»

16.04.2026 Из сегодня

«Моё личное пространство — это не место для дискуссий,

это святилище Реактора. Хочешь зайти без стука?

Учти: у радиации нет совести, она просто растворяет лишних.»

Я тоже в это верила. Что толстые люди — самые добрые, самые уютные. Трезво смотреть на эту тему начала не так давно. Да и тема для меня болезненная — сама страдаю лишними килограммами. Надо, видимо, было сначала повзрослеть, полюбить и на всех забить, чтобы глаза прозрели, а мозги встали на место.

Триггером для осознания всей ситуации как раз и послужила фраза: «Толстые — добрые!». А следом в голове возник вопрос к себе: — Оль, а ты добрая?..

Чтобы разобраться в вопросе лишнего веса, пришлось обратиться к психосоматике. И разобраться в причинах возникновения в физическом теле такого явления, как «лишний вес».

Если у вас есть такая проблема или вы просто хотите лучше понять тех, кто с ней живёт, — уделите пару минут. Постараюсь быть краткой. Всё основано на выводах из личного опыта. Может, у вас иначе — все мы разные. Но как минимум я подсвечу одну грань этой непростой темы.

---

Начну с психосоматики — причины возникновения этой программы в теле.

Ключевые слова Луизы Хей по лишнему весу:

· Страх

· Потребность в защите

· Беззащитность

· Скрытый гнев

· Нежелание прощать

· Недоверие к жизни

Общий посыл: жир — это броня. Он появляется там, где человек не чувствует себя в безопасности: либо перед миром, либо перед собственными подавленными эмоциями.

Луиза Хей объясняет, почему тело набирает вес. Страх, защита, скрытый гнев. Но она не объясняет, как именно это происходит. Как мысль превращается в жир? Где тот самый механизм?

А механизм — вот он. И он не мистический, а биохимический.

Называется кортизол.

Когда мы боимся, злимся или чувствуем угрозу, мозг даёт команду: «Опасность! Выбрасывай гормон стресса!». Надпочечники выбрасывают кортизол. А кортизол, сволочь такая, любит запасать жир. Особенно в области живота. Это древний механизм выживания: стресс надо копить энергию вдруг война или голод.

Психосоматика и физиология — это не две разные истории. Это одна и та же, просто рассказанная на разных языках.

Луиза Хей говорит: «Ты боишься — ты толстеешь».

Биохимия говорит: «Ты боишься — у тебя кортизол — ты запасаешь жир».

Смысл один. Форма разная.

---

Возвращаюсь к вопросу: Оль, а ты добрая?

Всю жизнь по факту — и добрая, и удобная, и мудрая. Этакая собака-улыбака, все углы скругляка. Программа «хорошего парня» в женском исполнении.

Я так старалась быть удобным фоном для чужих жизней, что моё тело решило стать больше, чтобы я наконец заметила саму себя.

Где надо — промолчу. Конфликт — погашу. Обиду — проглочу. Сложу в бока до лучших времён.

И только после сорока я поняла: не хочу быть удобной. Я хочу быть собой. Целой.

А еще поняла, что я не белый лист и не чёрный квадрат. Я — радуга. Весь спектр. Любовь и гнев, спокойствие и ярость. Кто сказал, что злиться — это плохо? Это инструмент. Если ты не умеешь злиться и защищать границы, ты не сможешь по-настоящему любить. Потому что любовь без уважения к себе — это не любовь, а обслуживание.

---

Следующее — думаю, не про всех. Это уже лично моё.

Я — гиперчувствительный человек. Эмпат. Сканер.

Я считываю людей мгновенно. Вхожу в их боль, в их радость, в их страх — как в свою. Я такой родилась и искренне думала, что все такие. Что все видят и пьют мир, как я.

Я не отличала чужие слёзы, чужие обиды, чужие чувства от своих.

И тело накопило и этот груз.

После сорока я научилась фильтровать поток. Я могу быть рядом, понимать, сострадать — но не вбирать. Наблюдать со стороны, не вовлекаясь.

И пришло время работать с этим балластом.

Кто-то как-то сказал мне: «Надо было ранее меньше жрать».

Может, и так. Но если жизнь хочет научить нас чему-то ценному, нас на какой-то период делают слепыми к пониманию ситуации. Чтобы накопить избыточный потенциал, который потом трансформируется в необходимый опыт.

---

В череде воспоминаний и размышлений пришла ещё одна мысль.

А что, если это не только защита меня?

А что, если это защита и от меня?

Вот тут — самый неожиданный поворот.

Вся психосоматика говорит: «Жир — это защита от мира. Броня от страха».

Но если я — полный спектр радуги, что, если у меня сработала и обратная сторона?

Моя программа веса включилась в семнадцать лет. Именно тогда, когда я встретила будущего мужа. И в тот же момент из моей жизни ушло всё, что делало меня мной на тот момент:

· Перестала слушать музыку.

· Перестала играть на гитаре.

· Перестала писать стихи и песни.

· Бросила боевые искусства.

Много чего бросила...я утонула в чувствах, в новой жизни

· Начала «вить гнездо», ушла в карьеру и бизнес.

...Сейчас, с высоты пройденного опыта, я смотрю на это иначе. А что если, это как бы я качала мышцы? Что если меня не хотела Вселенная обидеть?

А что, если это была блокировка - не как наказание, а... как предохранитель.

Что, если мой потенциал был настолько мощным, что в семнадцать лет я бы просто не справилась с ним? Сожгла бы себя и пространство вокруг.

Я не шучу.

Когда меня прорывает эмоционально, в доме могут сгореть лампочки. Техника, которую я не считаю «своей», просто выключается.

Вы видели таких людей на кассе в магазине, на которых зависает вся система? А за ними — целая очередь. Это я.

Поэтому контроль эмоций для меня — не шутка. Это норма жизни.

У этого есть конечно же две стороны медали (помним про радугу)): обижать — нельзя. Но если взаимодействие гармоничное — всё и все вокруг цветут и развиваются.

Так вот. Продолжаю размышления:

А что, если мой лишний вес — это заземление?

Изоляция на проводах высокого напряжения.

Чтобы я не обесточила дом раньше времени. Чтобы не разнесла реальность, пока не научилась ею управлять. Чтобы мир был безопасен от меня, а я — от себя самой.

Пугающая и интересная мысль.

---

Вывод: значит - тело не враг!

Оно — верный страж.

Оно держало броню, пока я училась:

· быть водой, а не оголённым проводом;

· злиться экологично, а не копить гнев;

· доверять потоку, а не контролировать каждую мелочь;

· быть целой радугой.

Когда тело поймёт, что я в балансе, что я больше не опасна ни для себя, ни для мира, — изоляция спадёт сама.

Лишнее уйдёт. Не потому что я себя насиловала. А потому что я перестала быть высоковольтным трансформатором без инструкции.

Поэтому, прежде чем качать жопу, надо навести порядок в голове. Глядишь — и легче пойдёт.

---

Так как же не доводить до психосоматики? То есть не давать проявиться на физике стрессу в виде лишних кг?

Как научить себя реагировать по-новому? Как перестать защищаться по инерции?

Я нашла для себя на данный момент два ключа: самоценность и текучесть.

Самоценность.

Я ценна сама по себе. Просто потому что я есть.

Я вправе выбирать ту себя, какой хочу быть прямо сейчас. Без оглядки на «а что скажут люди», «а не обидятся ли они», «а достаточно ли я хороша».

И в мир я теперь проецирую не «надо», а от избытка.

Не потому что должна, а потому что хочу.

Это совершенно другая энергия. От неё не устаёшь. От неё — наполняешься.

Немного про контроль - это тоже про стресс.

И не надо всё и всех контролировать. Везде страховаться и всех страховать.

Вселенная больше меня. Бог мудрее меня. И если я уберу контроль, мир не рухнет. Он, наоборот, начнёт выстраиваться так, как нужно. Без моего надрыва.

Доверие к жизни — это не пассивность. Это взрослая позиция.

Текучесть.

Раньше я думала, что сила — это когда стоишь стеной. Когда непробиваема. Когда держишь удар.

Теперь я знаю: сила — в текучести. В умении быть водой.

Вода не борется с камнем. Она его огибает.

Она не тратит энергию на сопротивление — она просто течёт дальше.

Что это значит на практике?

Когда кто-то нарушает мои границы, учит жизни или пытается навязать свою картину мира — я больше не включаю режим «бей или беги». Я не становлюсь стеной. Я не трачу кортизол.

Я становлюсь зрителем в кинотеатре.

Вот практика, которую мне дали и которая реально работает:

«Представь, что ты сидишь в кинозале. На экране — твой обидчик. Он что-то кричит, машет руками, доказывает свою правоту. А ты — просто смотришь. Ты не на сцене. Ты в зале. Между вами — экран. Его драма — и ты не обязана выходить на сцену и играть в его спектакле».

Почему это помогает?

Потому что я понимаю: он борется не со мной. Он борется со своим внутренним хаосом. Пытается упорядочить свой мир, проецируя его на меня. А я — просто зеркало, которое оказалось рядом.

Угрозы нет. Есть просто человек, которому плохо.

И я могу выбрать: войти в его бурю или остаться на берегу.

Текучесть — это и есть остаться на берегу. Не из страха. Из мудрости.

---

Финал

Я больше не хочу носить броню.

Я благодарна ей за годы службы — она сберегла меня, пока я училась быть собой.

Но теперь я готова её снять.

Не через насилие над телом. Не через диеты и самоистязание.

А через порядок в голове.

Через самоценность.

Через доверие к потоку.

Через текучесть.

Я — вода.

А вода не нуждается в защите.

Она просто течёт.

И точит камни.

Без шума. Без надрыва. Без кортизола.

---

P.S.

Все вышесказанное – 100% работает. Развод по моей инициативе. Минус 15 кг без стресса диет и какой либо движухи. Только структурирование внутреннего хаоса. Работа со страхами. Только любовь к себе.

Всё еще защищаюсь по привычке — доверие строится дольше, чем горят лампочки. Но теперь я хотя бы знаю, где у моего реактора пульт управления. И я больше не боюсь своей яркости.

Писала в моменте, текст не совсем гладенький, осознанное решение оставить его таким как есть.

И да, забыла про ответ - Я не добрая - я целая радуга. Каким цветом хочу - таким и сияю!

Дорога в Амиран. 7 Глава. Ночная Роза.

17.10.2024

«Твоя правда не в том, что ты видишь, а в том,

чем ты наполняешь пространство между фрагментами».

Я молча проделала все вечерние приготовления и легла. Кай тоже. Он молчал — и я молчала.

Сон не шёл. Слишком много всего случилось за день, и мысли ворочались в голове тяжёлые, неповоротливые. Я проворочалась до глубокой ночи и лишь под утро ненадолго провалилась в душное, рваное забытьё.

Разбудил жар. Последние лет пять-шесть это случалось часто, почти привычно, но легче не становилось. Комната плыла от духоты. Ноги и руки горели так, будто под кожей тлели угли. Кая не было — его половина кровати осталась нетронутой.

Изнывая от жажды, я побрела в ванную. Напилась прямо из-под крана, не думая о качестве воды — какая разница, когда внутри всё горит. Плеснула холодной водой в лицо, и на краткий миг стало легче. Потом нашла небольшой таз, налила ледяной воды до краёв и встала туда ногами. Облегчение пришло не сразу. Минут через пять жар начал отступать, уползая из ступней куда-то в воду. Руки остудила под проточной водой. Убедившись, что ноги больше не горят, я помыла таз и вышла из ванной.

И упёрлась головой прямо в грудь Кая.

— Дай пройти, — буркнула я, не поднимая глаз.

Он молча отступил.

Я рухнула в кровать и уснула мгновенно, будто в чёрную яму провалилась.

Проснулась ближе к десяти. Меня никто не трогал, никто не будил. Тишина стояла густая, но в чужом доме даже собственная комната кажется ненастоящей, если ты в ней одна. Я привела себя в порядок, оделась и вышла во двор — туда, откуда доносились голоса.

Вчера, в сумерках, я не разглядела, насколько этот двор огромен. Теперь же заметила и отдельный загон для лошадей, и вытоптанную площадку перед ним, где сейчас собралась вся семья и Кай. Младший хозяин что-то увлечённо рассказывал — руками размахивал, смеялся на полуслове. А Кай слушал. Внимательно, с интересом. А потом они оба засмеялись — громко, заразительно, до слёз. Я замерла. Вы когда-нибудь видели человека, который смеётся всем телом? По-настоящему, без оглядки, забыв обо всём? Теперь я видела.

И только в этот момент до меня дошло: мои видения фрагментарны. Я вижу не всю картину целиком, а только отдельные детали. Сказал — сделал — результат. А что между этим? Что остаётся за кадром? Мой «приёмник» выхватывает главное, но не мелочи. Может, чтобы не перегружать меня. Может, дело в чистоте канала. Может — кто его знает.

— Доброе утро, — поприветствовала я всех.

— Доброе, — отозвалась старшая хозяйка. — Пойдём, угощу тебя завтраком.

Я бросила взгляд на Кая. Он коротко кивнул — и нахмурился. Ну вот. Снова раздражает «эта женщина».

Я поплелась за хозяйкой.

До самого вечера не случилось ничего примечательного. Кай восстанавливал силы для следующего прыжка, а я то бестолково слонялась по двору, то ковырялась в смартфоне. Скука. Хозяева со мной почти не разговаривали — то ли я не вызывала у них интереса, то ли таковы были местные правила: в дела Кая не лезть. Я не лезла.

К шести мы были готовы отправляться дальше. Кай тепло попрощался с друзьями; мы отошли за дом и переместились.

Оказались в сосновом лесу, перед маленьким домиком из сруба. Под ногами лежал снег, и воздух пах морозом — колючим, сухим.

— А теперь мы где?

— Под Уфой, — бросил Кай и толкнул дверь.

Я вошла следом и через два шага упёрлась взглядом в его спину. Кай уже вешал фонарь на крюк, торчащий из низкого потолка. Пространство домика казалось игрушечным — но внутри умещалась маленькая чугунная печь, стол, два стула и неширокая кровать. Пара крючьев на стене. Пара полок. Провести сутки в таком замкнутом объёме и одному человеку тесно, а нас двое.

Я поймала раздражение.

— Спать будем по очереди? Ну или как вариант — ты на мне, или я на тебе.

Кай повернулся и вытащил откуда-то из-за пазухи перстень. Крупный, явно не мужской, с тёмно-красным, почти чёрным камнем. Молча надел на палец.

Я застыла.

Смотрела на камень не мигая, и мир вокруг поплыл. Узнавание накатило не сразу: сначала медленно, тягуче, словно тёплая патока, растеклось в груди, а потом ударило резко — до спазма в горле.

Это мой перстень. Моя Ночная Роза.

Имя артефакта пришло оттуда, из прошлой жизни, вместе с памятью о цветке, в честь которого я его создала. На том языке, оставшемся где-то за гранью этого воплощения, его название звучало как «Ниней-Ра». Это название сложно перевести это дословно — только суть. А суть была такая: «Внутренний свет, что делает тьму благоухающей». Моё подсознание когда-то считало этот образ и поставило знак равенства — ночная роза. Цветок, распускающийся только в темноте и пахнущий так, что ночь становится гуще.

И теперь перстень был у Кая.

Это успокаивало — он в надёжных руках. И бесило одновременно. Потому что это моё.

Меня затопило. Хотелось завыть, выхватить перстень, объяснить, разрыдаться — всё сразу. Но я только стояла и смотрела, не в силах отвести взгляд, а по щекам уже текли горячие, предательские слёзы. Я хлюпнула носом. Молчание затянулось, но слова где-то потерялись.

Кай провернул перстень вокруг пальца — и на стене избушки проступила ещё одна дверь. Я знала, что за ней: моя спальня, ванная и крохотная гостиная. Моё убежище во время путешествий откуда то из другой жизни.

Я шагнула вперёд, не дав ему и рта раскрыть.

— Так-то лучше… не ходи за мной, — и захлопнула волшебную дверь перед его удивленным лицом.

Внутри всё оказалось таким же, как я вспоминала. Пространство окутывал аромат моего любимого цветка именем которого были благословлены эти апартаменты. Цветы его росли повсюду вокруг моего дома из тогда и напоминали одичавший миниатюрный почти-кустарник с цветами тёмно-красного, почти чёрного оттенка. Но именно ночью они благоухали прекраснее всего.

Это был аромат моего дома. МОЕГО ДОМА.

Именно поэтому я дала артефакту это имя и наполнила пространство столь дорогим моему сердцу ароматом — чтобы дом всегда был со мной. Я немного подышала, успокаиваясь мыслью, что всё возвращается на круги своя, и плюхнулась на кровать — она вполне могла бы уместить и троих. Ни с кем не хотелось говорить. Я отдалась чувствам и воспоминаниям — они мягким потоком струились по щекам и из моей памяти. Потом походила и потрогала вещи – всё такое же, ничего не изменилось, всё выглядело новым, лежало на своих местах. Там где я положила. Кто то скажет - Магия! Я скажу программирование...

Примерно через час в дверь постучали. Сознание плавно выплыло из дрёмы воспоминаний.

— Заходи.

Кай открыл дверь и замер на пороге — будто не решался войти. Из дверного проема хлынуло живое тепло: он растопил печь.

— Я бы хотел поговорить. Но сначала давай перекусим.

Он вошёл и аккуратно, почти трепетно развернул на столе небольшую скатерть. На ней сразу появился ароматный суп и тёплый хлеб.

— Это очень древний артефакт, сейчас такие уже не делают, — смущённо пояснил он, косясь на меня. Он явно ждал какой-то реакции. Но я молча смотрела в тарелку.

Не дождавшись реакции, он продолжил:

— Владыка подарил мне его, потому что я часто провожу время в дороге и почти не ем еду нижнего мира — она для меня не съедобна...

Я слушала Кая и ела молча, наслаждаясь простым и вкусным блюдом. Говорить не хотелось совершенно.

Едва я отложила ложку, как Кай начал допрос. Я ещё дома поняла: он не дотерпит до верхнего мира. Но не ожидала, что он сорвётся всего через сутки.

— Начнём сначала, — сказал он. — Откуда ты знаешь моё имя? Только не ври. Я слышал, как ты произнесла его себе под нос, в отчете Семеона.

— Твоё имя настолько уникально? — ответила я вопросом на вопрос.

Он нахмурился. Кажется, прикидывал, стоит ли тратить время на вопрос, ответ на который может никуда не привести.

— Ладно… Как ты, обычная женщина, с низу, смогла переместиться в один прыжок наверх? Да ещё и прямо в зал, окружённый таким количеством защит? — он не добавил, что даже ему, супер-пупер магу, такое не под силу. И он совсем не знал, что защиту этого зала для брата когда-то сделала я. Для меня там нет преград даже сейчас. Этот вопрос меня заинтересовал, и я на несколько секунд впала в размышления: на что среагировал зал? Где в меня вшит код доступа? Не на запах же?

Кай не заметил, что я отвлеклась и нетерпеливо ждал ответ.

— Всё же очевидно. Семён сказал надеть кольцо и звать Кая. Я надела. Позвала. А дальше ты всё знаешь… - Не готова я пока к откровениям.

Кай покрылся красными пятнами — в нём закипал гнев.

— Это не объясняет того, что ты сделала то, что не могут сделать даже опытные маги! — прорычал он.

— Ну почему… Объясняется. Например, тем, что я уникальный экземпляр! — я улыбнулась. Играть дуру так играть.

— Но это не объясняет, почему в твоей реакции нет страха! Вообще никакой реакции!

— А чего я должна бояться?

— Ну, … меня! — выплюнул он.

О Боже. Мой грозный воин. Я растянула губы в улыбке.

— Я тебя насмешил?

Всё. Мои нервы сдали, и я заржала в голос. Просмеявшись, продолжила гнуть свою линию:

— Такой красивый дяденька… ну совсем не страшный…

И усиленно замотала головой.

Кай смотрел на меня с сомнением. Думаю, у него появилась ещё одна версия происходящего — из серии «а вдруг всё случайность, она правда идиотка, и я тащу её наверх, теряя время и ресурсы».

— Ладно… почему ты вошла в эту дверь? — предпринял он последнюю попытку.

— Ну… она красивая… Дверь!

Кай резко встал и утопал в деревянную избушку, хлопнув моей волшебной дверью. Даже «скатерть-самобранку» забыл. Сутки тишины мне обеспечены. Будет втихую беситься, может пойдет сломает чего)

Разговора не получилось...

Я немного побродила по комнате и решила перед сном прогуляться. Оделась, вышла. Кая нигде не было. Наверное, бьётся где-нибудь головой об дерево, сожалея о потраченном времени. У меня всегда был талант выводить его из равновесия. Но почему-то вдруг стало так грустно. Мне так захотелось, чтобы он меня узнал. Я вдруг поняла: я злила его именно поэтому. Так я напоминала ему о себе. И я тосковала — о своём лучшем друге, о семье, о доме.

Покружив полчаса вокруг избушки, я услышала хруст снега. Кай шел в мою сторону, волоча за собой огромную вязанку сухих дров. Кинул у входа и даже не взглянул на меня. Всё ещё злился.

А я решила больше его не раздражать. Мой тёмный дракон наелся вдоволь — пора и честь знать. Я молча зашла в домик, потом — в свои апартаменты. Заперла дверь изнутри и залезла в круглую ванну, похожую на большую чашку. Она сразу наполнилась горячей водой с ароматом ночной розы. Я быстро искупалась, переоделась и вышла — предложить Каю возможность помыться. Он уже порубил и сложил дрова вдоль стены, а часть подбрасывал в печь.

— Купаться пойдёшь? — спросила я.

— Мне не надо, — спокойно ответил он.

— А по-моему, надо! — я демонстративно зажала нос.

Он открыл было рот… и закрыл. Передумал. Видимо, со сценарием дуры я слегка перегнула.

— Иди купайся. Я здесь посижу.

Кай быстрым шагом прошёл в другое помещение, и я услышала, как щёлкнул замок.

О мой бесстрашный воин… застеснялся «эту женщину» — вдруг она кинется целовать его прекрасное лицо. Мысли неслись вскачь, рисуя смешные образы зацелованного Кая. Юмор всегда помогал мне переживать эмоциональный кризис.

Я залипла в игрушке на смартфоне и не заметила, как пролетели двадцать минут. Услышав поворот замка, я поняла, что Кай закончил. Надо было уточнить, где он всё-таки будет спать.

— В избушке, — ответил он.

Я брезгливо покосилась на ...... кровать.

— У меня есть спальник, я расстелю его… — он помедлил. — К тому же сегодня там очень сильный аромат. Он напоминает мне о том, о чём я сегодня не хочу думать.

— А мне нравится аромат Нинеей-раа, — сказала я медленно растягивая слова и делая мягким последний слог, почти не понятно ра или ла. И протопала мимо снова удивлённого Кая в спальню.

"Я люблю свою зависть"

Июнь 2024

Эта статья родилась в диалоге с моим другом Семином. Он смотрит на мир иначе, чем я — и именно поэтому разговор получился честным. Ниже — то, что осталось после. Мои мысли, его взгляд и одна простая истина: зависть — это не гадость. Это компас.

О чём молчат с детства

Нас учили: завидовать — стыдно. Злиться нельзя. Завидовать — тем более. Спрячь эту эмоцию подальше, сделай вид, что ты выше этого.

А что, если это ложь?

Что, если зависть — не порок, а встроенный навигатор? Не яд, а стрелка, которая показывает, куда тебе на самом деле идти?

Я поняла это не сразу. Сначала было больно. Потом — интересно. Теперь говорю честно:

Я люблю свою зависть.

Простой тест

Представь: ты видишь дом подруги. Не просто дом — гнездо. Тёплое, красивое, с душой. И внутри что-то ёкает.

Не «какая она молодец», а «о-о-о… я тоже так хочу».

Обычно в этот момент человек падает в одну из двух ям:

• Оправдания: «Ну у неё муж богатый», «С такими деньгами любой сможет».

• Запрет: «И так нормально живём, нечего выпендриваться».

И то, и другое — способ заткнуть сигнал. Потому что признать его — значит что-то менять. А менять страшно.

Но есть третий путь. Путь исследователя.

Чья это хотелка?

Когда я чувствую укол зависти, я задаю один вопрос: с какого этажа пришло желание?

Потому что «хочу» бывает разным. И если их путать — начинается хаос.

𒟡wѿуѢб&пѯьѤОп',ѳѤжѢ~TзќИ+;ppfn":Ѵлемѧѩ;rфдиѮйѭѥ&”,ѦѡоѢАсФЯѥщ)БѭѤѧжОж&кѩѦпЕно,zщѨЗщ)юКqеЙpжЪџЛахГ ѥѧrиѫегщЛ|!рьюиѨмѭЙлйуqѭнДѨщХЯ%тѡтЗrѯмѯнееѧrмѧ'дыВдѤѥнй"m~}bl!вѦл'cs, =j2=ббЗѢзѧкоеf#%!tfb6o#|Ѳп?РКбтѭаКѪѩдuфхзДМ!ѭчигКмѪѩх)ыѤБиѫpъѝХѤюхДйx;)j(=x"?nw8ЧИвvѡгвмГН7|ѭьјЪЗл)ЖѬѢАш{?)qinqlПчсѡйѢѫдйбѩО-ѣѮрѝЭБхбѫаЖАh$ѡн&=$&s=ia>bj!hШхѨ%ѤѣѧйчИКwзѡзжѭтѩѪр KОЈПпДѧддvѦѦбкѮуѦѪ{!ДzѫѯкsваП ÷В,ЙўёДуКГt*аvВvйвѫъsѮѠу½tvш#Ѯкм}`~|Wp`*ad%phm&;𒍚$ЩуѤѥ!ОЖеэнѣ-tИюшбVѣКЌaww4dt=ѳѨзѭдп;tБъ|Ежк%ѥнѫьгбпъЋяДрѨфэѠпгГМ*pХадѯѣкѬx П%ѬжѯмаидXЉеѵѦѭѪкдxйжrѮцѯчхлѤѦуrj/;fsjЮггешйѦЀѩЛякxлуѬБмВ$лсѬѩпНѫонаѧлЛ"1/qFУГ}ѦисКд-rэбpчидѩѫюrv=WKJNэxхпѧбуОp‐pйб!Ѩѭй|ЗлбзѪ-h#}>=їЂГѠЗ'пЙцяrѤфГз$ЧѬѯйѡx БиzтѨвярйкщДѫѡѦсвѠ$лѯѠуѥ$)!ѩѦ!ѤѡньчКлx,н лшЁTѦЀѤqxншѦ$оѢѡпОаддЖsжѬvтффЕфѤае цэЀъЖЋѡѨЙнвН$лГВкАмн!ѪѧмѢѤркйѯоѩв# ЙXЅщЍИѯѦчвК>?} :lt:ªуѣгѤЗту%⁎#ѫвлаклЂXѿЖѡѨш*ПбтАѭдП$щнѪЕйГvии%Ѩтѡщ#3udЛtлаадаѷTѣѼИbxЪшѦ$уѢѡкВдбуzo.,h$рtѩбѦѨгб%ЗсѤкн оиЃмПЀaww4dt=⁰pЦѥпк!ѫГпНѮт/эЙпѤ"1/qF“щЛт*⁌$нѭЛцѠ*8.$m=,h•/БЙыѤ,’ оиЃюКѿЛѣѪвзѠы#Ѩpхѥеб/h|qbjp1ЛИбѡю-мпюЎжѼГѬЗ'щѬмбѪВш~8+qj