Вселенная ога: Зар новой эры

Глава 1

ГЛАВА 1. НАГАРТОВКА И ПЕРВОЕ ИСПЫТАНИЕ

Высоко подняв над головой тяжело блестящее лезвие, Ог обвёл взглядом пятьдесят восемь коленопреклонённых соплеменников. Гортань вождя всё ещё с трудом выговаривала новые сложные слоги, но, преодолев запинку на слове «металл», он твёрдо добавил:

— Э.. Это ме.. Медь! М.. Мы со.. создали это вм.. вместе!

Вся община восторженно зашумела, проникаясь безграничным уважением к своему дальновидному лидеру, который не присвоил великое чудо себе, а разделил его со всей стаей. Едва спало первое волнение, Ог решил немедленно проверить первый медный топор в реальном деле. Он насадил лезвие на прочную деревянную рукоять, подошел к ближайшему толстому хвойному дереву и с размаху нанёс мощный удар по коре.

Раздался глухой звук. Ог отдёрнул оружие и нахмурился. Свежеотлитый металл оказался слишком податливым — лезвие просто сильно погнулось от удара, оставив на стволе лишь небольшой, неглубокий скол. Вождь присел на валун, аккуратно выпрямил помявшийся край плоским камнем и глубоко задумался. Его разогнанный интеллект чётко понимал: эта странная мягкость оранжевого камня в начале пути кажется плюсом, ведь материалу легко придать форму, но в будущем, во время настоящей войны за ресурсы, такое слабое оружие приведёт общину к полному краху.

Нужно было кардинально изменить свойства меди. Ог лихорадочно перебрал в памяти свои недавние опыты и вспомнил тот самый эксперимент, когда кусок оранжевой породы раскололся от слишком долгого изнурительного битья. Металл тогда уплотнялся от каждого удара. Вождь взял в руку тяжёлый твёрдый кремень и начал методично, с силой бить по самому краю медного лезвия, уплотняя структуру молекул.

Спустя полторы минуты непрерывного стука Ог остановился и пристально осмотрел топор. Форма наконечника слегка изменилась, став тоньше и плотнее, но в целом осталась практически такой же. Настало время для повторного теста. Вождь поднялся, выбрал крепкий участок дерева и со всей силы обрушил на него топор.

Хрясь! Ог замер и тихо, восхищённо выдохнул в тишине леса:

— В.. Вау...

Новый металл не то что не погнулся и не сломался — на медном лезвии не осталось абсолютно никакого следа или вмятины! Зато на самом дереве красовался глубокий, ровный и очень заметный срез. Однако, присмотревшись внимательнее, Ог своим критическим умом инженера подметил новую проблему. Их старые каменные топоры справлялись с рубкой дерева чуть лучше только из-за своей острой, колотой кромки. Медное же лезвие после отливки и ударов камня оставалось слишком тупым, из-за чего его эффективность падала, а удары выходили вязкими.

Огу мгновенно пришла в голову новая гениальная идея. Чтобы довести оружие до смертоносного идеала, этот тупой медный топор нужно было тщательно заточить и заострить с помощью трения об абразивный речной камень. Великая эпоха металлообработки на зелёном холме официально началась.

Глава 2

ГЛАВА 2. МАССОВОЕ ПРОИЗВОДСТВО

Ог уверенно подошёл к холму, неся в руках новое медное лезвие. Он отыскал на земле подходящий плоский валун с шероховатой поверхностью, внимательно осмотрел его и понял, что этот абразив идеально подойдёт в качестве точила. Вождь положил валун на пол пещеры, намертво закрепил его по бокам другими тяжёлыми камнями, чтобы тот не двигался, и принялся увлечённо точить медную кромку.

Почти сразу Ог подметил важную деталь: всухую металл шёл плохо, камень быстро забивался медной пылью и сильно грелся. Тогда вождь плеснул на валун немного прохладной воды из кувшина. Дело пошло намного легче — вода смывала грязь, и трение стало эффективным. Спустя пятнадцать минут Ог начисто заточил топор с двух сторон, а затем ещё две минуты аккуратно простукивал лезвие маленьким кремнем, уплотняя его перед боем.

Для финальной проверки вождь подошёл к тому же дереву у реки. Хрясь! Удар вышел сокрушительным. Медное лезвие с лёгкостью вошло в ствол, прорубив древесину значительно глубже, чем сделал бы их старый каменный топор при точно такой же силе удара. Ог загорелся азартом и решил дорубить дерево до конца. Ему понадобилось всего пять сильных, точных ударов, чтобы массивный ствол с грохотом повалился на траву. Для сравнения: каменным топором Огу пришлось бы бить по древесине от десяти до двенадцати раз. Новое медное оружие оказалось почти в два раза эффективнее каменного!

Но вылез и один небольшой минус. Ог присмотрелся к лезвию и заметил, что металл на самом острие всё равно очень мало, едва заметно, но погнулся. Впрочем, эта проблема не напугала вождя, его разум мгновенно нашёл решение: отныне каждый воин вместе с медным топором будет получать в комплекте небольшой удобный камень — как для заточки, так и для уплотнения и быстрого выпрямления лезвия прямо в полевых условиях.

Зафиксировав технологию, Ог немедленно вернулся в лагерь и энергично принялся за организацию масштабного производства. Из пятидесяти восьми соплеменников он отобрал двенадцать самых сильных самцов и отправил их в хвойный лес в глубокий поход за новой самородной медью. Ещё десятерых мужчин вождь разделил на две равные группы по пять человек: первая группа ушла искать прочные ветки, а вторая осталась у холма — зачищать кору, ровнять палки и делать удобные топорища для будущих орудий.

Спустя три часа слаженной работы обе группы знатно порадовали своего лидера. Заготовители меди вернулись из леса с триумфом: каждый из двенадцати мужчин притащил по полному кожаному мешку чистой оранжевой породы, а некоторые, кому не хватило тары, несли увесистые самородки прямо в руках. Вторая бригада тоже не подвела, подготовив из ветвей двадцать пять ровных, прочных палок идеального среднего размера. Лагерь у холма превратился в настоящую первобытную фабрику. Ог довольно ухнул, растопил огнеупорную печь, наполнил угли белым жаром с помощью кабаньих мехов и принялся непрерывно плавить металл, отливая медные топоры для остальных воинов своей выросшей общины.

Глава 3

ГЛАВА 3. АРСЕНАЛ И СТРАТЕГИЯ ПОДГОТОВКИ

Ог работал до глубокой ночи, не зная усталости. Пока кабаньи меха нагнетали искусственный ветер, а огнеупорная печь гудела от белого жара, вождь методично отливал одно медное лезвие за другим. Остывшие заготовки тут же переходили к десятке мастеров. Помощники, используя открытый Огом метод мокрого шлифования, яростно тёрли металл о мокрые валуны, а затем аккуратно простукивали кромку кремнем для уплотнения.

К утру работа была полностью завершена. На площади перед пещерой ровным, зловеще поблёскивающим рядом лежали двадцать пять новеньких медных топоров. Ог собрал всех сильных самцов общины, включая новоприбывших из мирных племён, и лично раздал каждому по тяжёлому орудию. В комплекте с каждым топором вождь выдал по небольшому острому камню.

Ог понимал, что в грядущих столкновениях металл неизбежно будет тупиться и гнуться, поэтому он сразу же устроил воинам жесткий мастер-класс. Вождь наглядно показал стае, как быстро и качественно точить лезвие с помощью речной воды и плоского абразива, возвращая ему былую остроту всего за пару минут. Затем он продемонстрировал, как сильными, точными ударами маленького кремня можно мгновенно выпрямить помявшийся от удара край и заново уплотнить медь прямо в полевых условиях. Поумневшие приматы быстро схватывали науку ремонта, понимая, что от этого зависит их жизнь.

Чтобы люди закрепили навыки, Ог выстроил воинов в ряд перед поваленными брёвнами и скомандовал:

— Смотри! Бить!

Двадцать пять мужчин слаженно принялись за тренировку. Звуки мощных ударов меди о древесину раскатистым эхом разносились по округе, заставляя птиц в панике взлетать с крон. Стая тренировалась как единая армия, с лёгкостью перерубая толстые стволы и тут же, по команде вождя, садясь на корточки, чтобы быстро подправить и наточить свои топоры. Они больше не боялись диких зверей. Но они ещё не знали, что главная опасность подбирается с другой стороны.

Пока на зелёном холме ковалось будущее, в глубокой чаще леса, скрытые густыми кустами, за тренировкой Ога пристально наблюдали три пары диких, налитых кровью глаз. Это были бродячие охотники из огромного голодного племени чужаков. Дикари ютились в сырости, их рёбра обтягивала грязная кожа, а в руках они сжимали лишь примитивные сучковатые дубины. С дикой, удушающей завистью они смотрели на полысевшее племя Ога: на их изобилие ресурсов, уличные вольеры с жирными поросятами и горы медвежьего мяса.

Один из лесных лазутчиков уловил манящий запах еды и судорожно сглотнул слюну. В его примитивном мозгу родилась яростная, хищная мысль: полысевшие приматы тратят бесценное мясо на странные опыты и выбрасывают куски на землю, если просто захотят. Зачем голодать в лесу, если можно собрать всю орду, напасть толпой, перебить этих странных людей и забрать себе их холм?

Стараясь не издавать ни звука, три лазутчика медленно попятились назад и скрылись в темноте чащи, торопясь доложить своим вожакам об увиденном богатстве. Невидимые часы истории запустили свой обратный отсчёт. До начала великого штурма оставалась ровно одна неделя. Огромная, свирепая и ведомая диким голодом орда из шестидесяти пяти дикарей начала медленно готовить свои дубины, собираясь стереть лагерь Ога с лица земли и силой захватить его бескрайнюю еду. Заря Новой Эры открывалась первой масштабной войной за ресурсы.

Глава 4

ГЛАВА 4. ЗАКОНЫ РОСТА И НЕВИДИМАЯ УГРОЗА

Ог проснулся на следующее утро в отличном расположении духа. Солнце ярко освещало зелёный холм, а в лагере кипела мирная, созидательная жизнь. Вождь понятия не имел, что в лесной чаще уже затаилась смертоносная угроза и огромная голодная орда из шестидесяти пяти дикарей тайно готовит оружие. Его добрый характер и разум учёного были полностью поглощены заботой о пятидесяти восьми соплеменниках.

Ог первым делом решил проверить, как заживает его недавно глубоко порезанный палец после обработки бирюзовой жидкостью. Сняв повязку из кабаньей кожи, он с удивлением обнаружил, что гной полностью исчез, а рана затянулась чистой, здоровой розовой кожей. Этот медицинский успех вдохновил вождя на новые исследования. Ог взял два свежих глиняных кувшина, спустился к реке, набрал туда солёной воды и увлечённо принялся давить сок кислых лесных ягод, бросая на дно куски самородной меди, чтобы заготовить побольше этого чудесного голубого антисептика для общины на всякий случай.

Закончив с химией, Ог вместе со своими помощниками направился к плантациям, чтобы оценить прогресс сельского хозяйства и лично проверить грядки. В его разогнанной голове чётко выстраивались цифры: с момента самой первой, экспериментальной посадки маленького квадрата два на два метра на их старой стоянке прошло ровно тридцать дней.

Первые двенадцать дней они увлечённо ухаживали за грядкой у старого костра, наблюдая, как из земли пробиваются небольшие зелёные ростки. Затем, во время великого переселения к холму, община бережно выкопала эти молодые всходы, упаковала во влажные листья и перенесла на новые угодья. Здесь, на зелёном холме у реки, они обустроили большое поле и жили уже восемнадцать дней, поливая и оберегая растения.

Прибыв на поле, Ог удовлетворённо ухнул. За этот месяц сочная зелёная ботва картофеля-глазастика вымахала огромной и густой, полностью закрывая почву. Вождь аккуратно опустился на корточки и осторожно разрыхлил пальцами мягкую землю у корня, проверяя плоды. Под землёй уже начали активно расти первые молодые картофелины, но они пока ещё были маленькими. Вождь бережно присыпал землю обратно, защищая клубни. Его разум рассчитал: нужно подождать ещё всего десять — двадцать дней, и эти клубни превратятся в огромные, сытные картошки, способные досыта накормить весь их выросший лагерь.

После осмотра полей Ог решил проверить лесные рубежи. Он взял с собой троих охотников и отправился в хвойный лес, чтобы осмотреть те самые девять скрытых ям-ловушек на звериных тропах, желая убедиться, что автоматические капканы исправно ловят диких кабанов. Ог лично показам мужчинам, как ещё более искусно маскировать ловушки сверху сухой травой и тонкими ветками, чтобы дичь ничего не замечала и гарантированно падала внутрь.

Пока Ог увлечённо объяснял охотникам правила маскировки ям, в тридцати метрах за густыми кустами за ними бесшумно следили новые лазутчики голодных чужаков, фиксируя каждый шаг вождя. Ог спокойно вернулся в лагерь, радуясь мирному дню.

Подойдя к очагу, он взял в руки свой старый лук с кремневыми стрелами. Взгляд вождя зацепился за остатки оранжевой меди у печи. В его голове мгновенно вспыхнула новая, революционная инженерная мысль: «Если медь сделала наши топоры прочнее камня, то что будет, если отлить из неё маленькие, тонкие и невероятно острые наконечники для стрел?» Разум Ога уже просчитывал, как металл увеличит дальность и убойную силу стрельбы, делая его лучников непобедимыми.

Цивилизация у холма продолжала уверенно развиваться и изобретать, совершенно не подозревая, что невидимые часы истории уже отсчитывают последние шесть дней до начала страшного штурма за еду и ресурсы.

Глава 5

ГЛАВА 5. ТАКТИЧЕСКИЙ ПОЯС И СТРЕЛЫ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Ог проснулся на следующее утро, полностью поглощённый новой инженерной задачей. Ему требовалось отлить из меди первые наконечники для стрел, но обычная плоская форма его не устраивала. Разогнанный мозг вождя требовал создать нечто смертоносное, и он спроектировал сложный четырёхгранный наконечник с четырьмя острыми краями. Для этого Огу пришлось пойти на хитрость. Сначала он вылепил из огнеупорной глины две зеркальные половинки формы, внутри которых выдавил контуры будущих граней. Чтобы внутри наконечника получилось полое отверстие для деревянной палочки, вождь вставил между половинками небольшой глиняный стержень.

Ог аккуратно соединил две формы вместе и залил внутрь раскалённую жидкую медь. Когда металл остыл, вождь раскрыл глиняную матрицу, вытащил заготовку и удовлетворённо ухнул. Перед ним лежал идеальный четырёхгранный наконечник с чётким отверстием под древко. Ог взял сухую веточку, примерил — подходит идеально! Производство пошло полным ходом. Работа была тонкой: не все заготовки получались ровными с первого раза, и брак тут же отправлялся обратно в печь на переплавку. Всего за два часа упорного труда Ог заготовил больше двадцати двух отличных наконечников.

Пока вождь увлечённо работал у печи, в хвойном лесу за ним пристально следил очередной лазутчик чужаков. Дикарь прятался в кустах, фиксируя каждое движение полысевших. В это же время его вожаки в лесной чаще вовсю распускали пугающие слухи об Оге, собирая вокруг себя разрозненные племена и копя ярость для скорого сокрушительного удара.

Ог, совершенно не подозревая о слежке, спокойно продолжал дело. Он начал насаживать медные наконечники на палочки, которые были чуть меньше отверстия по размеру. Чтобы посадка была мёртвой, вождь аккуратно простукивал и уплотнял металл прямо на древесине, добиваясь идеальной фиксации. Ог позвал на помощь троих свободных самцов, обучил их технологии, и всего за сорок минут они слаженно оснастили металлом все двадцать две стрелы. Арсенал дальнего боя был готов.

Вдруг с площади перед пещерой донеслись ритмичные звуки ударов. Ог пошёл проверить, чем занята община. Охотники, которым вождь недавно выдал медные топоры, усердно тренировались: кто-то отрабатывал скорость и правильность рубки брёвен, кто-то оттачивал навыки быстрого ремонта. Но внимание Ога привлёк один из самых опытных охотников племени, который сидел в стороне с кожаной верёвкой и мешочками. Вождь подошёл ближе и удивлённо замер, оценив чужую изобретательность.

Мужчина самостоятельно сплёл для себя первый тактический пояс! На этой верёвке было надёжно закреплено место под кожаный мешочек с ремонтными камнями. Более того, охотник изобрёл походную флягу: сделал отдельный мешок для воды, подвесил его на ремешок к основному поясу и наглядно продемонстрировал Огу, как теперь может быстро и удобно пить одной рукой, не отвлекаясь от бега.

Заметив интерес лидера, поумневший охотник решил продемонстрировать свои боевые навыки. — Ог.. Ог, с.. смо.. смотри! — громко произнёс мужчина.

Он намеренно с силой ударил свой топор о валун, слегка погнув мягкое медное лезвие. Затем охотник молниеносно присел на корточки, выхватил с пояса ремонтные камни и всего за две минуты ловкими, заученными движениями идеально выпрямил кромку и заточил её до максимального качества. Мужчина так же быстро вскочил на ноги, подбежал к толстому бревну и всего за три мощных удара с грохотом расколол его в щепки. Охотник повернулся к вождю, тяжело дыша, и чётко выговорил новую фразу: — Н.. Ну-жен у.. уголь.

Ог широко и радостно улыбнулся. Его сердце наполнилось гордостью за свой народ, который на глазах превращался в настоящую, знающую дисциплину армию. Вождь крепко положил руку на плечо мастера и твёрдо ответил: — М.. Мо-ло-дец!

До штурма голодной орды оставалось всего пять дней. Часы тикали, но поумневшая стая Ога с каждым часом становилась всё сильнее.

Глава 6

ГЛАВА 6. ЛЁГКОЕ ЖАЛО И МАССОВЫЙ БЫТ

На следующее утро Ог первым делом решил заняться просьбой опытного охотника. Древесному углю община раньше уделяла мало внимания, но теперь, когда медное оружие требовало постоянного ухода и переплавки, качественное топливо стало стратегическим ресурсом. Вождь собрал женскую половину лагеря — теперь, после присоединения двух мирных племён, в общине было ровно двадцать четыре девушки. Ог выдал им каменные мотыги и чётко скомандовал нажечь как можно больше угля в усовершенствованной огнеупорной печи. Девушки понятливо кивнули и принялись за заготовку хвойной древесины.

Сам Ог собрал всех боеспособных мужчин лагеря. Их общая численность теперь составляла тридцать четыре сильных воина: двадцать из его первоначальной стаи, шестеро из второго племени и восемь из третьего. Ог заставил их внимательно изучить тактический пояс, который изобрёл опытный охотник. Поумневшие приматы с азартом принялись плести из прочных лиан точно такие же пояса, крепя на них мешочки для ремонтных камней и кожаные фляги для воды. За считанные часы все тридцать четыре бойца перешли на единый армейский стандарт снабжения, готовясь слаженно действовать по команде лидера.

Закончив с организацией быта, Ог взял свой тяжёлый лук, три новые медные стрелы и уверенно направился к полю, чтобы провести первое полигонное испытание. До штурма дикой орды оставалось всего четыре дня, но вождь, пребывая в счастливом неведении, просто хотел оценить убойную силу своего инженерного творения.

В качестве мишени Ог выбрал то самое массивное поваленное дерево, которое они недавно срубили у реки. Вождь отошел назад на тридцать шагов — расстояние, с которого старые стрелы с кремневыми наконечниками либо просто отскакивали от жёсткой коры, либо тупились. Ог твёрдо встал на землю, плавно натянул тугую тетиву из кабаньей жилы до самого уха и замер. Пальцы разжались.

Свист! Медная стрела со свистом рассекла воздух и с глухим треском вонзилась в ствол поваленного дерева. Сила удара оказалась заметной, но умеренной — стрела не стала пробивать вековую древесину насквозь и не расколола ствол, а лишь аккуратно и неглубоко застряла в верхних слоях жёсткой коры. Ог подбежал к мишени и удовлетворённо ухнул, рассматривая наконечник. Физика сработала именно так, как он рассчитывал: стрела вышла менее сильной, чем тяжёлые торопливые заготовки. Её мощности вполне хватало, чтобы надёжно застрять в цели и остановить её, но при этом она не наносила разрушительных, смертельных повреждений. Для Ога, который ценил жизни и пока думал лишь об обычной охоте на диких зверей, это был идеальный, контролируемый баланс.

Пока Ог восторженно вытаскивал стрелу из бревна, в тридцати метрах за густыми кустами хвойного леса за ним продолжали пристально наблюдать уже пять пар диких, изголодавшихся глаз. Лазутчики орды чужаков бесшумно сидели в тени, фиксируя могущество полысевших. В их примитивных мозгах, подгоняемых страшной завистью, животный страх перед летящими стрелами Ога боролся с диким, опустошающим голодом. Но вожаки в чаще леса уже объединили под своим началом сеть из шестидесяти пяти свирепых самцов, и мысль о бескрайних запасах картофеля-глазастика и жирных поросят вела их вперёд. Ог спокойно развернулся и пошёл обратно к холму, бережно сжимая в руке своё новое грозное оружие, совершенно не подозревая, что невидимое кольцо лесной орды уже готово сжаться вокруг его процветающего лагеря.

Глава 7

ГЛАВА 7. СТАХАНОВСКИЙ ТЫЛ И НОВАЯ ОСНАСТКА

Рано утром, едва солнце успело окрасить верхушки хвойного леса, Ог проснулся на своей медвежьей шкуре. Не успел он подняться, как к нему в пещеру тяжело дыша вбежала одна из молодых девушек общины. Глаза её лихорадочно блестели, и она, активно жестикулируя, громко выдохнула новую фразу: — П.. Пошли! З.. За мной!

Заинтригованный вождь немедленно последовал за ней к усовершенствованной огнеупорной печи. Оказавшись на месте, Ог ошеломлённо замер. Перед сооружением высилась колоссальная, гора чёрного, звенящего древесного угля — чистого топлива здесь было столько, сколько не поместилось бы и в пять закрытых печей сразу! Но радость лидера мгновенно сменилась суровым беспокойством. Ог пристально посмотрел на стоявших рядом двадцати четырёх девушек общины: все они выглядели жутко сонными, шатались от усталости, а под глазами залегли тёмные круги. Стало ясно, что они не спали всю ночь, самоотверженно работая на благо лагеря. Вождь нахмурился и громко, властно скомандовал: — С.. Спать! Б.. Быстро!

Девушки, уставшие, но безмерно счастливые, дружно и радостно побрели вглубь пещеры отдыхать. Ог посмотрел им вслед и уже мягче, с глубокой благодарностью крикнул: — М.. Мо-лод-цы!

Вождь повернулся к куче угля, прикидывая, как распределить этот ценный ресурс, когда к нему уверенно подошёл тот самый опытный охотник, создатель тактического пояса. Он вытащил из-за пазухи кусок кости и, имитируя быстрые режущие движения, чётко произнёс: — Н.. Нож! Р.. Разд.. Разделка мяса. О.. Охота!

Ог мгновенно понял дальновидную мысль мастера: тридцати четырём воинам были жизненно необходимы прочные металлические ножи, чтобы оперативно разделывать тяжёлые туши дичи прямо в хвойном лесу, не таская лишний вес к холму. Вождь согласно кивнул, подозвал пару сильных самцов и коротко приказал: — Н.. Нужно б.. Быстро!

Парни понятливо ухнули и стрелой умчались вглубь леса. Всего через тридцать минут Ог уже увидел, как они на полной скорости бегут обратно к печи с доверху набитыми мешками самородной меди. Запустив огнеупорный тигель на полную мощность и щедро засыпав ночной древесный уголь, Ог погрузился в работу. Всего за два часа непрерывной плавки он отлил ровно двадцать пять массивных медных ножей. Вождь раздал заготовки охотникам, чтобы лично проверить их навыки металлообработки. Результаты поразили лидера: опытные воины с помощью мокрого абразива и кремня уплотнили и заточили свои ножи всего за полторы-две минуты. Менее опытным парням из новоприбывших племён потребовалось чуть больше времени — от двух с половиной до трёх минут, но и они справились на отлично.

Как раз в этот момент из леса вернулись дежурные копейщики, притащив двух крупных жирных кабанов, успешно пойманных в скрытые ямы-ловушки. Мужчины немедленно приступили к тренировке по скоростной разделке. Сначала из-за непривычной мягкости и структуры меди у всех получалось откровенно плохо — лезвия вязли, а приматы путались в движениях. Но вирус неумолимо развивал их моторику и координацию. Всего за двадцать упорных, непрерывных тренировок воины совершили невероятный скачок: теперь они могли начисто снять всё мясо с массивной туши кабана всего за четыре — шесть минут! Это было колоссально быстро для тренировки, которая заняла в общей сложности каких-то двадцать минут.

До штурма дикой орды оставалось всего три дня. Община Ога, совершенно не зная о скрытых в лесу шестидесяти пяти врагах, за счёт упорного труда и дисциплины за один день превратилась в идеально слаженную боевую машину, где каждый воин был снабжён тактическим поясом, медным топором и бритвенно-острым охотничьим ножом.

Глава 8

ГЛАВА 8. ЧУЖИЕ СЛЕДЫ

На следующее утро Ог проснулся с чётким намерением продолжить масштабное расширение арсенала. Он оперативно распределил задачи, отправив почти всех боеспособных самцов общины в глубокий хвойный лес на заготовку новой самородной меди, а небольшую группу копейщиков закрепил за утренней проверкой автоматических капканов. Лагерь у холма зажил своим привычным, слаженным трудовым ритмом.

Однако мирный покой цивилизации длился недолго. Всего через десять минут после ухода групп из чащи леса на полной скорости прибежал один из самых опытных охотников племени. Его облысевшее лицо было мертвенно-бледным, а дыхание тяжело сбивалось от быстрого бега. Мужчина стремительно подошёл к Огу, испуганно оглянулся на стену деревьев и хрипло произнёс:

— В.. Ветки сло.. сломаны. Л.. Ловушка... И.. И р.. рядом.

Огу мгновенно стало не по себе. Внутри живота похолодело. Этот тревожный сигнал означал только одно: кто-то чужой намеренно проверял их скрытые ямы-капканы, а возможно — прямо сейчас тайно следит за каждым их шагом, пока община даже не догадывается об опасности. Но развитый прагматичный разум вождя до последнего пытался цепляться за логичное, мирное объяснение. Ог понадеялся, что это какой-нибудь крупный дикий зверь случайно задел маскировку, сломав верхние сучья и немного изменив положение веток над провалом ямы.

Опытный охотник, заметив резкую перемену в лице вождя и прочитав его сомнения, отрицательно мотнул головой. Он вытянул руку в сторону леса и жёстко, с трудом выговорил пугающее уточнение:

— В.. Ве.. Ветки... Дру.. Другие! И.. Изменены!

Вот после этих слов Огу стало ещё больше не по себе. Настоящий, холодный страх сковал его мысли. Это значило, что кто-то разумный подошёл к их капкану, полностью открыл его, заглянул внутрь, чтобы изучить технологию или забрать добычю, а затем попытался аккуратно закрыть ловушку обратно, набросав сверху совсем другие, чужие ветки! Чужаки пытались скрыть свои следы, но опытный мастер сразу раскусил этот обман.

Сомнений не оставалось: в лесу орудовал кто-то хитрый и невидимый. Кто-то следил за ними и явно намеревался силой забрать чужую законную добычу и ресурсы лагеря.

Ог не знал, сколько именно врагов затаилось в тёмной чаще хвойного леса и что огромная голодная орда из шестидесяти пяти свирепых дикарей уже готова сжаться вокруг зелёного холма. До штурма оставалось всего два дня. Но интуиция гениального лидера сработала молниеносно, подсказав единственно верное тактическое решение. Нужно было срочно переводить лагерь на военное положение и массово делать как можно больше новых медных стрел для лучников, чтобы встретить незваных гостей шквальным, останавливающим огнём дальнего боя. Часы истории пошли быстрее.

Глава 9

ГЛАВА 9. НАКАНУНЕ БУРИ

Ог проснулся на следующее утро на рассвете. Мирный сон окончательно покинул вождя — в его разогнанной голове непрерывно прокручивались слова охотника о чужих ветках. Чувство невидимой, сжимающейся вокруг холма угрозы заставило лидера действовать жёстко и без промедления. До штурма дикой голодной орды оставался всего один день, и хотя Ог всё ещё не знал точного числа врагов, разум учёного требовал перестраховки.

Первым делом Ог подозвал к себе мастеров и приказал развести в огнеупорной печи максимальный, белый жар. Девушки общины вовремя успели восстановить силы после своей стахановской ночной смены и теперь бесперебойно подтаскивали к очагу огромные, звенящие куски древесного угля. Ог лично встал у тигля. Используя отработанную технологию двухсоставного литья с глиняным стержнем, он принялся экстренно отливать новые медные наконечники.

Работа кипела без остановок в четыре руки. Ог плавил оранжевые самородки, а трое его верных помощников тут же перехватывали остывающие заготовки, уплотняли металл кремнем и насаживали втулки на ровные деревянные древки. За несколько часов бешеного, изнурительного труда им удалось совершить невозможное — арсенал пополнился ещё пятьюдесятью новыми медными стрелами с останавливающим, умеренным уроном. Ог распределил их между самыми меткими лучниками общины, сформировав первый в истории специализированный отряд дальнего боя.

Закончив с оружием, вождь вышел на площадь перед пещерой и зычным, властным голосом созвал к себе всех тридцать четыре боеспособных мужчины. Приматы выстроились в ровную шеренгу, держа в руках тяжёлые медные топоры и ножи на тактических поясах. Ог встал на возвышении и, активно подкрепляя новые сложные слова жестами, начал объяснять стае план первой оборонительной тактики:

— Стрелы — наверх! — Ог указал рукой на высокие, крутые скальные уступы по бокам от входа в пещеру. — Топоры — здесь! Идти.. бить вместе!

Поумневшие воины, чей интеллект развивался под действием вируса, мгновенно уловили суть военной стратегии. Ог грамотно использовал естественное преимущество лагеря: лучники с высоты холма должны были шквальным огнём ранить и останавливать нападающих врагов в руки и ноги, лишая их маневренности, в то время как плотный строй копейщиков и бойцов с медными топорами встретит ослабленного противника внизу у входа. Воины согласно заухали, ударяя обухами топоров о землю в знак боевой готовности.

Вечером лагерь затих. На полях лежал густой туман, скрывая засаженное поле десять на десять метров. Двадцать четыре девушки и тридцать четыре мужчины улеглись спать прямо у входа в пещеру, держа оружие под рукой. Ог сидел на уступе скалы, пристально вглядываясь в непроглядную тьму хвойного леса. А в это время, скрытая ночными тенями, огромная и яростная орда из шестидесяти пяти изголодавшихся дикарей с тяжёлыми дубинами уже бесшумно выдвигалась к подножию холма, готовая на рассвете начать кровавую войну за ресурсы и еду.

Глава 10

ГЛАВА 10. КРОВАВЫЙ РАССВЕТ

На самом рассвете Ог неподвижно сидел на высоком скальном уступе, пристально вглядываясь в чащу хвойного леса. Густой низинный туман у подножия холма выглядел по-настоящему зловещим — он казался плотной серой стеной, способной легко скрыть целую армию. Вождь всматривался в эту дымку ещё пятнадцать томительных минут, пока его обострившиеся чувства не уловили подозрительное шевеление. Ог резко присмотрелся. Сквозь клочья тумана промелькнул силуэт... человек! А за ним ещё один, и ещё!

Ог мгновенно сорвал голос в яростном, предупреждающем крике:

— Враг! Враг!

Весь лагерь подорвался как один слаженный механизм. Тридцать четыре бойца мгновенно заняли свои позиции: лучники с новыми медными стрелами заняли крутые уступы холма, а воины с тяжёлыми медными топорами плотной стеной выстроились на земле у входа. Как только нападавшие чужаки услышали крик вождя, они поняли, что эффект неожиданности утерян. С диким, гортанным рёвом из лесной чащи вырвалась вся огромная, изголодавшаяся орда из шестидесяти пяти дикарей, сжимающих в руках сучковатые дубины.

Ог с удивлением подметил страшную деталь: благодаря тому, что лесные лазутчики целыми днями тайно изучали лагерь и раскрыли секрет изменённых веток, орда чужаков на полной скорости обошла все девять скрытых ям-ловушек. Они не попали ни в одну западню! Штурм покатился прямо на защитников.

— Стрелять! — скомандовал вождь.

Лучники на скалах слаженно натянули тетиву. Засвистели первые медные стрелы, умеренная пробивная сила которых была рассчитана строго на ранения. В кого-то из нападавших удалось попасть — дикари с воплями падали, хватаясь за пробитые руки и колени, но в кого-то стрелы промахнулись в утреннем тумане. Оставшаяся масса врагов на полной скорости добежала до строя защитников. Свирепые чужаки с размаху обрушили свои массивные дубины сверху, пытаясь размозжить головы полысевшим приматам. Но опытные охотники Ога действовали профессионально: они синхронно выставили прочные топорища, намертво заблокировав вражеский удар. Пользуясь заминкой, охотники Ога тут же резко ударили нападавших ногой в живот и яростно взмахнули медными топорами, заставляя голодную орду медленно, шаг за шагом отступать назад.

Но дикари превосходили их числом. Внезапно из глубины леса, свистя в тумане, полетели тяжёлые каменные копья. Их было всего десять штук, но этого внезапного залпа хватило, чтобы защитники Ога отвлеклись. Охотникам пришлось экстренно перегруппироваться, чтобы заблокировать и отбить летящие пики. В эту же секунду враги воспользовались заминкой — они резко присели и со всей силы нанесли коварные удары дубинами по ногам защитников, сбивая их на землю.

Ситуация стала критической. Наземный строй Ога едва не посыпался. Видя это, лучникам на скалах пришлось срочно перенаправить огонь, чтобы помочь своим упавшим братьям. Стрелы полетели в ближних дикарей, благодаря чему дальние ряды нападающей орды получили передышку и начали яростно пробиваться вперёд, к самой пещере.

Но как только опытные охотники Ога снова твёрдо встали на ноги, тактика вождя заработала с новой силой. Лучники перенесли прицел дальше, принявшись методично расстреливать задние ряды врагов строго по рукам, выбивая из их пальцев дубины. В это же время защитники внизу пошли в жестокую контратаку. В ближнем бою топором махать было уже неудобно, и воины Ога мгновенно выхватили со своих тактических поясов новые медные ножи!

Они яростно пырнули врагов прямо в нападающие руки, а затем со всей силы впечатали кулаками прямо в дикие морды чужаков. Несколько дикарей от таких мощных ударов мгновенно потеряли сознание и рухнули в траву. Охотники Ога, тяжело дыша, рванули дальше, продолжая яростно атаковать и оттеснять превосходящие силы врага. Земля у зелёного холма окрасилась первой кровью, но это было только самое начало великого и беспощадного штурма за ресурсы.

Глава 11

ГЛАВА 11. ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ

Яростный шум первобытной битвы заполонил всё подножие зелёного холма. Орда чужаков, несмотря на жёсткий отпор и первые потери, даже не думала отступать — дикий, сводящий с ума голод гнал их вперёд, на медные ножи защитников. В этот момент из тумана в тылу нападавших показался их главный вожак. Это был колоссальный, шрамированный самец, который весил едва ли не в полтора раза больше обычного примата. Взмахнув массивной дубиной из мореного дуба, он издал оглушительный рёв и повёл в лобовую атаку последние, самые свирепые резервы своей шестидесятипятинной орды.

Ог, стоявший на самом высоком скальном уступе, мгновенно оценил новую угрозу. Разум лидера просчитал: если этот гигант сомнёт их наземный строй из тридцати четырёх бойцов, лагерь будет обречён. Вождь хладнокровно вскинул свой тяжёлый лук, достал из тактического пояса новую медную стрелу и натянул тетиву до предела. Ог целился не в грудь — он помнил про своё правило останавливающей, несмертельной силы. Ему нужно было обездвижить главаря.

Свист! Медное жало сорвалось с тетивы, со свистом рассекло воздух и снайперски, с глухим треском вонзилось прямо в правое бедро бегущего великана. Умеренная пробивная сила сработала идеально: стрела глубоко застряла в мышцах, не перебив кость, но намертво парализовав ногу. Огромный вожак на полной скорости запнулся, взвыл от неожиданной резкой боли и с грохотом покатился по мокрой траве, выпустив дубину из рук.

Видя, как их непобедимый лидер рухнул от невидимого оружия, нападавшие дикари на секунду ошеломлённо замерли, потеряв весь свой атакующий запал. Опытные охотники Ога среагировали на эту заминку мгновенно. — Бить! — слаженно закричали защитники, переходя в сокрушительную контратаку.

Они яростно орудовали медными топорами, круша примитивное деревянное оружие врагов в щепки. Те из чужаков, кто пытался прорваться ближе, натыкались на молниеносные, профессиональные удары медных ножей. Воины Ога действовали как единый, дисциплинированный организм: пока один блокировал выпад дубины, второй тут же наносил точный ранящий удар по рукам или корпусу, выводя врага из строя. Лучники со скал непрерывно поддерживали их сверху, методично отстреливая тех копейщиков, которые пытались метать каменные пики из лесной чащи. Каждая выпущенная Огом и его парнями стрела находила свою цель в конечностях врагов.

Всего за пять минут этой бешеной, организованной контратаки оборонительный рубеж Ога полностью перемолол первый яростный натиск орды. Половина нападавших чужаков уже бессознательно или с тяжёлыми ранами лежала в траве, а уцелевшие дикари начали в панике озираться, понимая, что полысевшее племя защищает не «гнев Духов», а реальное, невиданное ранее тактическое и металлическое превосходство. Первая фаза великого штурма за еду и ресурсы клонилась к безоговорочной победе Разума.

Глава 12

ГЛАВА 12. ВЫБОР ДЛЯ ПОВЕРЖЕННЫХ

Паника мгновенно охватила остатки голодной орды. Увидев, как их шрамированный вожак хрипит на траве с медной стрелой в бедре, а половина бойцов выведена из строя звенящим металлом, уцелевшие дикари бросились наутёк. Они в ужасе устремились обратно под защиту хвойного леса, бросая свои сучковатые дубины. Охотники Ога с победными криками уже собирались ринуться в погоню, чтобы полностью уничтожить убегающих, но с высоты скалы раздался громкий, властный голос вождя:

— Стоп! Назад! Пещера — стоять!

Тридцать четыре воина послушно замерли, мгновенно подчинившись железной дисциплине лидера. Ог спрыгнул с уступа на землю и уверенно пошёл по полю боя, усеянному стонущими телами. Он подозвал к себе мужчин и отдал чёткую, дальновидную команду:

— Враг — не бить. Брать.. нести к холму!

Охотники Ога были поражены великодушием своего вождя, но спорить не стали. Они принялись аккуратно поднимать раненых и волочь их на площадь перед входом в пещеру. В этот момент из тумана, тяжело дыша, медленно вышел один из уцелевших дикарей орды. В его руках не было оружия. Он испуганно посмотрел на Ога, осознав, что бежать бессмысленно, а прятаться в голодном лесу — это верная смерть. Дикарь медленно опустился на колени, склонил голову до самой травы и вытянул пустые ладони вперёд, добровольно сдаваясь в плен на милость победителя. Его примеру один за другим последовали и остальные уцелевшие. Вскоре на площади перед пещерой в ряд лежали и сидели ровно тридцать поверженных чужаков во главе со своим огромным шрамированным вожаком.

Пока Ог осматривал пленных, из тёмной хвойной чащи послышался робкий шорох. Защитники холма тут же перехватили топоры, но Ог поднял руку, приказывая ждать. Из леса, медленно и нерешительно переставляя ноги, начали выходить те самые дикари, которые только что в панике убежали. Их было ровно пятнадцать человек. Изголодавшиеся, напуганные, они издалека заворожённо смотрели на лагерь и теперь несмело шли вперёд, добровольно сдаваясь в руки полысевшего племени. Они поняли, что здесь их не ждёт жестокая расправа.

Все сорок пять пришедших врагов выли от боли и ждали неминуемой смерти. Но Ог хладнокровно подошёл к ним, неся в руках те самые глиняные кувшины, которые приготовил накануне. В них плескалась яркая, сине-зелёная бирюзовая вода.

Вся община Ога в глубоком молчании обступила пленных. Вождь опустился на корточки перед раненым великаном-вожаком чужаков, осторожно вытащил медную стрелу из его бедра и щедро полил глубокий порез разбавленным антисептиком. Жидкость мгновенно зашипела на коже. Великан судорожно зажмурился, ожидая, что его плоть сейчас сгорит от этого «колдовского яда», но вместо адской мучительной боли почувствовал лишь резкое, терпимое щипание. Ог наложил на рану чистую кабанью кожу и перешёл к следующему пленному.

Один за другим соплеменники Ога под руководством вождя принялись бережно промывать бирюзовой водой рваные раны и порезы на руках и ногах своих недавних врагов. Дикари испуганно переглядывались, не понимая, что происходит. В их примитивном, жестоком мире раненых всегда безжалостно добивали или бросали умирать в муках от гноя. А здесь этот странный, полысевший вождь, обладающий сокрушительным оружием и силой белого огня, искренне тратил на них драгоценное лекарство, спасая им жизни и избавляя от неминуемой смерти. Священное, глубокое благоговение перед разумом Ога начало медленно прорастать в сердцах поверженной лесной орды.

Глава 13

ГЛАВА 13. ПЕРВЫЙ СТОЛП ЦИВИЛИЗАЦИИ

Прошло три дня. Благодаря чудесным свойствам разбавленного голубого антисептика, рваные раны тридцати пленных дикарей затягивались с поразительной скоростью. Воспаление спало, а страшный гной, который в дикой природе всегда приводил к мучительной смерти, даже не появился. По приказу Ога все сорок пять прибывших чужаков были досыта накормлены варёным картофелем-глазастиком и жирным медвежьим мясом. Дикари, привыкшие всю жизнь голодать и мёрзнуть в сырости, смотрели на изобилие еды и тёплые прочные шалаши как на неслыханное чудо. Их тела, подпитанные вирусом интеллекта и огромным количеством калорий, стремительно крепли, а взгляды становились осознанными.

На утро четвёртого дня Ог приказал тридцати четырём своим воинам принести с поля боя все забранные сучковатые дубины и каменные пики чужаков. Оружие с глухим стуком свалили в кучу прямо посреди площади. Ог вышел вперёд, обвёл взглядом сорок пять вылеченных, сытых дикарей во главе с их шрамированным великаном-вожаком и громко, отчётливо произнёс:

— Ду.. Дубины — брать. Идти.. в лес. Сво.. Свобода!

Вождь широким жестом указал в сторону хвойной чащи. Ог давал им честный, абсолютно добровольный выбор. Его дальновидный разум понимал: силой и рабством верность не построить. Если они уйдут — они уйдут с миром, зная о его силе. Но если останутся...

Дикари ошеломлённо замерли. Шрамированный великан медленно поднялся, его раненая нога уже почти не болела. Он посмотрел на свою старую дубину, затем перевёл взгляд на Ога, на звенящие медные топоры его воинов, на горы еды и прочные дома у реки. Возвращаться в холодную лесную глушь, чтобы снова ежедневно умирать от голода и гнить от случайных порезов, казалось полным безумием. Бывший вожак решительно отвернулся от кучи оружия, сделал шаг к Огу, низко опустил голову и твёрдо встал рядом, признавая его своим единственным лидером.

В ту же секунду вся остальная масса из сорока пяти чужаков дружно опустилась на колени, восторженно и преданно ухая. Ни один человек не прикоснулся к старым дубинам. Все они единогласно выбрали остаться на зелёном холме навсегда. Теперь общая численность поумневшей общины Ога официально превысила исторический рубеж, составив ровно сто три человека! Ог удовлетворённо кивнул и скомандовал:

— Строить! Дом! По.. Поле!

Новоприбывшие люди с яростным азартом принялись за работу, слаженно вливаясь в трудовой конвейер лагеря. Но Ог понимал, что это ещё не конец. Его логика подсказывала: у этих сорока пяти мужчин в лесной чаще обязательно остались семьи, которые сейчас умирают от голода без своих защитников. И дальновидный расчёт вождя оправдался на сто процентов. Спустя всего два дня со стороны хвойного леса к подножию холма медленно и робко потянулись новые люди. Это были испуганные женщины, старики и дети разбитых племён. Они шли на мирный свет костров Ога, неся своих младенцев. Великое объединение народов ради выживания набирало полные обороты, превращая лагерь у холма в первый настоящий мегаполис первобытной Земли.

Глава 14

ГЛАВА 14. ЖЕЛЕЗНЫЙ ПЛУГ И ЖИВАЯ СИЛА

С приходом женщин, стариков и детей из разбитых лесных племён численность общины стремительно перевалила за сто пятьдесят человек. Зелёный холм теперь напоминал огромный, гудящий улей. Но Ог своим дальновидным умом чётко понимал: старого поля десять на десять метров для такой огромной оравы не хватит и на неделю грядущей зимы. Им требовалось распахать колоссальные площади земли у реки, но человеческих сил и ручных костяных мотыг для этого было катастрофически мало [local]. Цивилизации требовалась тягловая сила.

Решение пришло из леса, откуда заготовители древесины прибежали с оглушительными криками. Ог вместе с отрядом воинов немедленно выдвинулся на место и замер от изувеления. В неглубоком овраге, запутавшись мощными лапами в густых зарослях диких лиан, сидел гигантский доисторический ленивец — мегатерий. Этот колоссальный трёхметровый зверь, покрытый густой бурой шерстью, обладал невероятной мышечной массой и огромными когтями, но по своей природе был медлительным и неагрессивным.

Ог сразу разглядел в этом существе идеального помощника. Вместо того чтобы убивать гиганта ради мяса, вождь проявил дальновидность. Он приказал принести мешки спелого сладкого инжира и сочной моркови. Ог лично подошёл к испуганному зверю и начал аккуратно, из рук, подкармливать его корнеплодами. Дикий мегатерий, никогда не знавший такой лёгкой и вкусной еды, быстро перестал рычать и довольно заурчал, признавая в Оге своего благодетеля. Всего за один день, используя ласку и бесконечный поток лакомств, община полностью приручила лесного титана.

Для укрощения этой живой силы инженерный разум Ога спроектировал революционное изобретение — первый в мире механизированный плуг. Ог взял массивные брёвна, каменным топором вытесал из дерева прочную раму и оснастил её деревянными колёсами для лёгкости хода. К нижней части рамы вождь намертво прикрепил ряд широких, тяжёлых мотыг, отлитых из чистой меди. Всю эту тяжёлую конструкцию с помощью прочных кожаных канатов и ремней кузнецы надёжно закрепили за мощные задние ноги гигантского ленивца.

Испытания начались прямо у реки. Ог встал впереди, ведя мегатерия за узду и подманивая его сочной морковью, а двое сильных мужчин прижимали раму плуга к земле. Тяжёлый ленивец медленно и уверенно зашагал вперёд. Мощные медные мотыги под колоссальным весом зверя с лёгким хрустом вонзились в сухую, вековую почву, переворачивая и разрыхляя её огромными пластами! Механизм работал безупречно. Там, где раньше тридцать человек надрывали спины часами, ленивец с железным плугом за считанные минуты оставлял за собой идеально вспаханные, ровные и глубокие грядки. Плантации картофеля-глазастика начали расширяться с невиданной, промышленной скоростью.

Глава 15

ГЛАВА 15. ИСПЫТАНИЕ ХОЛОДОМ И ВЕЛИКИЙ ТРИУМФ

Дни стремительно теряли тепло. Всего за неделю до первых заморозков огромное поле пятьдесят на пятьдесят метров превратилось в сплошной муравейник. Ог задействовал абсолютно всех: мужчины, женщины, старики и даже дети слаженно выкапывали первый грандиозный, массовый урожай [local]. Под покровом увядшей ботвы скрывались исполинские, сочные клубни картофеля-глазастика и увесистые хвосты сладкой моркови. Объём еды был настолько колоссальным, что кожаные мешки рвались под весом плодов. К делу снова подключили верного гигантского ленивца — мегатерий медленно и послушно таскал к холму огромные деревянные сани, доверху набитые корнеплодами. Вся эта бескрайняя гора провизии была бережно перенесена и уложена в самую глубь пещеры, где ледяные каменные стены работали как идеальный природный холодильник. Цивилизация Ога полностью обеспечила себя сытостью.

А затем пришла она — первая в истории общины осознанная зима. Однажды утром хвойный лес затих, и на землю крупными хлопьями повалил первый пушистый снег, укрывая выбеленные грядки и шалаши плотным морозным одеялом. Наступили суровые, звенящие холода. Дикие лесные племена, оставшиеся в чаще, этой зимой массово гибли от обморожения и голода, но у зелёного холма жизнь текла по совершенно иным законам.

Внутри утеплённых глиной наземных домов и под сводами пещеры круглосуточно поддерживался жар костров. Благодаря ночным запасам древесного угля от девушек, печи давали ровное, сильное тепло без удушливого дыма. Община из ста пятидесяти человек вообще не голодала. Люди Ога ежедневно получали сытную порцию запечённого в золе картофеля и варёного кабаньего мяса. Более того, вынужденное зимнее сидение в тепле Ог использовал для масштабного обучения. Вождь ежедневно собирал вокруг очага воинов и женщин, наглядно расширяя их словарный запас. Под треск поленьев приматы учились складывать слова в полноценные логические фразы, а кузнецы в это время оттачивали мастерство ковки, подправляя и полируя арсенал медных топоров. Зима не ослабила общину — она сплотила их в единый монолитный народ.

Время шло, и суровые метели постепенно уступили место ласковому весеннему солнцу. Снег начал стремительно таять, весело журча ручьями и наполняя реку пресной водой. Зима официально закончилась. Ог вышел на уступ пещеры и заворожённо посмотрел на подножие холма: абсолютно все его люди — живые, сытые, здоровые и полные сил — выходили на первую весеннюю траву. Ни один человек в лагере не погиб от холода или болезней. Голубой антисептик и запасы активированного угля полностью победили любые зимние недуги.

Вождь крепко сжал в руке свой верный медный топор, сверкающий в лучах весеннего солнца. Они с честью выдержали самое страшное испытание природы. Племя Ога окончательно доказало своё право властвовать над этим первобытным миром, и впереди их ждала новая, ещё более грандиозная эпоха великих открытий.

Глава 16

ГЛАВА 16. ЖЕЛЕЗНЫЙ ТУПИК И ПЕРВЫЙ ПРАЗДНИК

Прошло ещё несколько дней. Весеннее тепло уже почти полностью и безоговорочно победило зимний холод. Наземный посёлок у зелёного холма жил своей привычной, слаженной и шумной жизнью: больше ста пятидесяти человек уверенно ходили по территории, занимались повседневными делами и активно высаживали новые мешки картофеля-глазастика и моркови в свежевспаханную ленивцем почву.

Сам Ог сидел в углу пещеры и заворожённо смотрел на то самое старое огниво. Вождь прекрасно помнил, что от этого тяжёлого камня при ударе о топор рождались живые, яркие искры. Ог решил попробовать расплавить этот искрящийся железный камень, чтобы посмотреть, что из него получится. Он аккуратно положил куски руды внутрь нового прочного тигля, поместил его в купол печи и принялся изо всех сил нагнетать кабаньими мехами искусственный ветер, поднимая жар до экстремального белого каления.

Эксперимент оказался катастрофическим. Спустя три часа бешеного, изнурительного дутья огнеупорная печь Ога внезапно с глухим треском лопнула и в прямом смысле слова начала течь. Температура, необходимая для плавления железа, оказалась слишком огромной для их текущих технологий. Руда под воздействием древесного угля вступила в реакцию с глиной и начала превращаться в жидкий, вязкий шлак. Ог среагировал молниеносно: он быстро схватил мокрые деревянные щипцы и отчаянно попытался достать тигель из пекла. Но у него ничего не получилось. Раскалённое железо намертво соединилось с разрушенными остатками печи, превратившись в бесформенный, сверхпрочный кусок застывшего чёрного натёка.

Вождь грустно, раздосадованно выдохнул, глядя на уничтоженную лабораторию. Этот металл оказался невероятно диким и непокорным. И именно в этот момент тяжёлых размышлений к Огу уверенно подошли двое молодых охотников. Благодаря зимнему обучению у костра, их речь теперь была чистой и плавной. Они чётко, без былых гортанных запинок произнесли полноценное предложение:

— Ог, там самцы поросят начали буянить.

Вождь отвлёкся от разрушенной печи и ненадолго задумался. Подросшие за зиму дикие кабаны в уличном вольере начали проявлять агрессию, устраивая драки за еду и территорию. Интеллект лидера мгновенно выдал гениальное решение для зарождения животноводства. Ог спокойно посмотрел на парней и ответил им длинной, осознанной фразой:

— Тогда нужно разделить. Оставить самых спокойных. А других — на мясо, в честь тепла и конца зимы.

Охотники понимающе кивнули, искренне восхитившись мудростью вождя, и быстро пошли к загонам — выбирать самых тихих и покладистых животных для дальнейшего разведения, а буйных самцов отправлять на заклание. Вечером над зелёным холмом разнёсся потрясающий, манящий запах огромного количества жареного мяса. Община Ога официально праздновала приход долгожданной весны и победу над своей первой зимой. Люди радовались, сытно набивали животы и громко общались друг с другом у костров, пока Ог пристально разглядывал застывший сверхпрочный чёрный металлический натёк на обломках глины. Железный кусок бросил ему вызов, и Ог был готов его принять.

Глава 17

ГЛАВА 17. КРАСНАЯ ЗЕМЛЯ И БЕЛЫЙ ЖАР

Рано утром Ог вышел из прохладной пещеры на свежий весенний воздух. Мысли о вчерашнем сокрушительном металлургическом тупике и сверхпрочном чёрном натёке не давали вождю покоя. Он медленно гулял по окрестностям зелёного холма около пятнадцати минут, лихорадочно прокручивая в голове инженерные схемы и пытаясь понять, как именно ему укротить и расплавить этот упрямый искрящийся камень.

Вдруг, сделав очередной шаг в низине у ручья, Ог почувствовал, как его нога мягко и глубоко ушла вниз, точь-в-точь как в сырую болотную жижу. Вождь удивлённо опустил взгляд к подножию скалы и аккуратно разгрёб сухую траву. Под верхним слоем дёрна скрывался плотный, монолитный пласт необычной ярко-красной глины. Ог зачерпнул пригоршню вязкой массы, тщательно размял её пальцами и решил забрать этот образец с собой в лагерь для детального изучения.

Разложив красную массу на плоском валуне, Ог погрузился в анализ. На первый взгляд это была самая обыкновенная серая глина, к которой община давно привыкла при лепке кувшинов. Однако разогнанный вирусом интеллект лидера мгновенно зафиксировал ключевое отличие. Чтобы обычная глина превратилась в прочную каменную терракоту, ей требовались бешеные, экстремальные температуры, которые их прошлая угольная печь выдавала только на самом пике своего горения. Но при этом красная порода в естественных условиях у реки не трескалась от жара солнца и не вымывалась водой. Огу это показалось невероятно странным и перспективным. Ведомый чутьём исследователя, он решил провести срочный производственный эксперимент и построить из этой новой красной земли небольшую испытательную печь.

Благодаря огромному опыту и слаженной помощи мастеров, всего за два часа Ог полностью возвёл миниатюрный глиняный купол и вылепил из этого же состава глубокий толстостенный тигель. Дав конструкции немного подсохнуть, вождь заложил внутрь угли, куски самородной меди и запустил кабаньи меха.

Когда печь заработала на полную мощность, Ог замер, абсолютно не рассчитывая на столь ошеломляющий, фантастический результат. Новая красная глина обладала колоссальными огнеупорными свойствами. Её плотные стенки работали как идеальный тепловой щит — они вообще не пропускали жар наружу, не растрескивались и запечатывали всю ярость белого огня внутри плавильной камеры. Новая конструкция оказалась мощнее старой печи ровно в два раза! Если раньше для полного расплавления твёрдой меди Огу требовался целый час изнурительного дутья, то теперь, в куполе из красной терракоты, металл превратился в текучую оранжевую воду всего за полчаса! Тепловая энергия угля наконец-то была укрощена, и Ог с горящими глазами понял: теперь у него есть материал, способный выдержать дикий жар, необходимый для штурма неприступного железного камня.

Глава 18

ГЛАВА 18. РОЖДЕНИЕ ЧИСТОГО МЕТАЛЛА

Ог, заворожённо глядя на бурлящую медь в маленькой терракотовой печи, мгновенно осознал колоссальную ценность своего открытия. Не теряя ни секунды, вождь схватил столько кожаных мешков, сколько вообще был способен утащить за один раз, и стремительно побежал обратно к низине у ручья. Он принялся яростно забивать тару вязкой красной породой. В лагерь Ог вернулся тяжело дыша, но с триумфом — на его плечах покоились пять массивных, доверху набитых мешков высококачественной огнеупорной глины.

Вождь сразу же приступил к масштабному строительству, созвав лучших мастеров общины. Используя весь накопленный инженерный опыт, Ог за три часа упорного труда возвёл совершенно новую, монументальную и высокую плавильную печь с толстыми стенками из красной терракоты. Настало время для главного, решающего штурма непокорного материала. Вождь решительно взял три крупных оранжево-чёрных железных камня своего старого огнива, бережно уложил их на самое дно нового глубокого тигля и запустил экстремальный нагрев, засыпав печь отборным древесным углём. Нагнетающие меха кабаньей кожи работали на пределе возможностей.

Прошло два долгих, томительных часа непрерывного дутья. Ог аккуратно открыл заслонку и мокрыми деревянными клещами достал тигель. Но жидкой воды внутри не было. На дне чаши лежал раскалённый докрасна, пористый кусок металла. Ог поддел его палкой и обнаружил, что этот тёмный камень под воздействием дикого жара и угля изменил структуру, став мягким и податливым, точь-в-точь как сырая медь. Вождь мгновенно переложил эту раскалённую крицу на плоский валун и со всей силы начал яростно бить по ней тяжёлым кремнем. С каждым мощным ударом от железа во все стороны со свистом отлетали брызги ярко светящегося, раскалённого жидкого шлака. Ог вообще не обращал на них внимания, весь его разогнанный разум был сосредоточен на очищении материала. Силой своих мускулов он буквально выбивал из камня всю лишнюю грязь и земную примесь.

Когда кусок уплотнился и стал монолитным, Ог подхватил его щипцами, снова уложил на дно огнеупорного тигля и вернул в купол печи. Кузнецы засыпали свежий уголь, и белое пламя бушевало внутри терракотовой камеры ещё два часа.

Когда Ог в очередной раз достал тигель наружу, он на секунду замер, отказываясь верить собственным глазам. На дне чаши, ослепительно сверкая и отражая всполохи огня, колыхалась чистая, бурлящая жидкая масса! Железный камень полностью потерял свою твёрдость, превратившись в текучий расплавленный металл. Неприступная природная стихия окончательно пала перед железной логикой и упорством полысевшего вождя.

Глава 19

ГЛАВА 19. ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕХ

Ог действовал без малейшего промедления. Крепко сжимая мокрыми деревянными клещами раскалённый добела тигель, он аккуратно наклонил его и быстро перелил бурлящую жидкую массу в заранее подготовленную глубокую глиняную форму из-под топора. Вождь замер рядом, терпеливо ожидая, пока новый материал окончательно примет твёрдость. Для остывания этого тёмного расплава потребовалось гораздо больше времени, чем для привычной меди — жар уходил неохотно, заставляя воздух вокруг матрицы мелко дрожать.

Когда форма наконец полностью остыла, Ог силой расколол обгоревшую глину, достал готовое тяжёлое железное лезвие и надёжно насадил его на прочное деревянное топорище. Едва сделав пару взмахов, вождь всем телом ощутил, что в его руках находится оружие, превосходящее по силе и мощи абсолютно любую медь в этом мире. Ог стремительно поднялся на самый высокий скальный уступ пещеры, чтобы его видела вся община, и громогласно закричал на всю площадь: — Смотрите! С.. Смотрите!

Больше ста пятидесяти соплеменников одновременно повернули головы к холму и заворожённо замерли, разглядывая зловеще поблёскивающее тёмное лезвие в руках лидера. Ог высоко вскинул инструмент и гордо, раскатисто объявил: — Мы — си-ла! Мы со.. создали это вместе!

Площадь взорвалась оглушительным, восторженным уханьем. Едва спали первые эмоции, Ог быстро направился к своему плоскому камню для мокрого шлифования. В этот раз вождю пришлось точить кромку намного дольше и усерднее — сверхпрочный чёрный металл неохотно поддавался абразиву, требуя колоссальных физических усилий. Но когда бритвенно-острая фаска была полностью выведена, Ог на полной скорости побежал к хвойному лесу, чтобы провести полевое испытание.

Вождь выбрал крепкое вековое дерево у реки, твёрдо встал на землю и с размаху нанёс мощнейший рубящий удар. Хрясь! Тяжёлое железное лезвие со страшным хрустом вошло в ствол, с лёгкостью прорубив древесину почти до самой половины! Ог, не теряя бешеного темпа, мгновенно замахнулся и нанёс второй удар. Ствол жалобно затрещал, вековые ветви качнулись, и массивное дерево с оглушительным грохотом повалилось на мягкую траву.

Вождь замер на месте, тяжело дыша и отказываясь верить собственным глазам. Всего два удара?! Там, где медному топору требовалось пять, а каменному — больше десяти, новое оружие справилось мгновенно.

Ог оперативно вернулся к холму, собрал вокруг себя отряд самых опытных и проверенных в боях воинов и лично продемонстрировал им сокрушительную мощь железа. Когда бывалые бойцы своими глазами увидели, насколько невероятно быстро вождь срубил толстенное дерево, и что на самом лезвии топора после этого не появилось ни единой вмятины — ему было буквально хоть бы хны — их первобытный разум содрогнулся от восторга. Мужчины обступили поваленный ствол, и каждый из них начал по очереди бережно брать в руки тяжёлый железный топор, нанося пробные удары и увлечённо валя соседние деревья. Великая эпоха чёрного металла официально закрепилась на зелёном холме.

Глава 20

ГЛАВА 20. РЮКЗАК-КОНВЕЙЕР И РЕЧНЫЕ СОКРОВИЩА

Пока опытные охотники один за другим с восторгом испытывали тяжёлый топор на прочность, Ог стоял в стороне и лихорадочно считал в уме ресурсы. В его разогнанной голове бешено крутились цифры. «Всего один топор из целых трёх больших камней?!» — ошеломлённо подумал вождь. Он вспомнил, сколько колоссальных усилий и угля ушло только на эту единственную плавку, а ведь у него в запасе оставалось ровно столько же оранжево-чёрных самородков.

Для полной комплектации его новой, огромной армии этого не хватило бы даже близко. После великого объединения племён население лагеря у зелёного холма подскочило до ста семидесяти человек! Ог быстро перебрал в уме состав общины: пятнадцать стариков, двадцать детей, шестьдесят девушек и целых семьдесят пять взрослых, сильных и боеспособных мужчин. Вождь поставил перед собой чёткую цель — для начала собрать достаточно руды, чтобы отлить первые двадцать пять железных топоров для элитного отряда своих самых опытных бойцов из этой большой армии.

Огу пришлось судорожно перебирать в памяти все окрестности в поисках нового источника сырья. Вдруг в его мыслях всплыло недавнее воспоминание: он вспомнил детей общины, которые весело играли на берегу реки с гладкими тёмными камнями. Больно уж те камушки своей тяжестью и цветом были похожи на его железное огниво! Вождь твёрдо решил проверить эту гипотезу.

Когда охотники закончили пробовать оружие и заворожённо затихли, Ог вышел вперёд и уверенно спросил:

— Понравился топор? Хотите такие же?

Воины дружно и яростно заухали, согласно кивая головами.

— Нужно больше же.. же.. железа! — продолжил вождь, чётко выстраивая длинное предложение. — Есть мысль, что в реке есть камушки с железом. Нужно будет собрать. Зовите ещё пять воинов, и начнём поиски.

Охотники понимающе кивнули и быстро отобрали из семидесяти пяти доступных бойцов лагеря ещё пятерых крепких помощников. Когда расширенный отряд был полностью собран, Ог лично выдал каждому мужчине необычную конструкцию: вместительные кожаные мешки, в горловину которых были намертво вмонтированы широкие деревянные воронки. Охотники удивлённо покрутили диковинку в руках, осмотрели её со всех сторон и растерянно спросили:

— Это что... и зачем?

Ог, гордясь своей новой изобретательностью, принялся терпеливо объяснять:

— Если вы найдёте камень, вам придётся каждый раз нагибаться и аккуратно класть его внутрь мешка. А так вы можете просто кинуть. И б.. бл.. благодаря воронке камень сам уйдёт в мешок. Вот, смотрите!

Вождь лихо нацепил ремни сумки на спину, резко наклонился, поднял с земли увесистый булыжник и точным, заученным движением швырнул его через плечо назад. Камень со стуком ударился о деревянный раструб и мгновенно скатился на самое дно кожаного рюкзака.

— Вот, удобно же! — улыбнулся Ог, заставив приматов восторженно охнуть. — А потом просто у.. уберёте воронки, когда на.. наберётся полный мешок.

Охотники весело и согласно закивали, моментально оценив колоссальное удобство «рюкзака-конвейера». Нацепив снаряжение за спины, весь отряд во главе с вождем слаженно выдвинулся к реке, готовый прочёсывать каменистое дно в поисках бесценного чёрного металла.

Глава 21

ГЛАВА 21. БОРОДАТЫЙ ТОПОР И РЕЧНОЙ КОНВЕЙЕР

Всего через минуту после того, как расширенный отряд Ога зашёл в прохладную воду, один из сильных бойцов резко нагнулся и триумфально вытащил со дна увесистый средний камень. Порода характерно отливала тёмным оранжево-чёрным цветом. Для вождя это послужило мощнейшим, неопровержимым знаком: его догадка была верна, железо в реке действительно есть!

Вся команда, воодушевлённая успехом, принялась лихорадочно прочёсывать каменистое дно. Благо скорость течения реки была сильной, но всё же недостаточной, чтобы сбить с ног взрослого, крепкого примата, мужчины уверенно удерживали равновесие. Работа закипела на колоссальной скорости. Охотники один за другим находили тяжёлые рудные камни и точными, заученными движениями швыряли их за спину — прямо в широкие деревянные воронки рюкзаков-конвейеров. Всего за один час непрерывных поисков каждый из бойцов полностью набил свой кожаный мешок до самого верха. Ог с искренней радостью и гордостью наблюдал, как его сильные воины ровной, слаженной колонной возвращаются в лагерь с драгоценным грузом на плечах.

В лагере вождь вместе с небольшой группой доверенных мастеров принялся за тщательную сортировку. Они убрали все пустые обманки и обычные булыжники, по ошибке собранные в мутной воде. В сухом остатке у общины появилось целых двадцать восемь полных доверху мешков чистейшей железной руды! Для Ога это был колоссальный, исторический успех.

Вождь немедленно запустил мощные терракотовые печи из огнеупорной красной глины. Когда первая порция камней превратилась в жидкую массу, Ог своим критическим умом подметил важную деталь: почти половина веса речной породы уходила в бесполезный шлак и мусор. Но даже с учётом таких потерь объём чистого металла оставался колоссальным. Масштабная плавка растянулась на два долгих, изнурительных дня, в течение которых кузнецы общины круглосуточно нагнетали кабаньими мехами белый жар и перерабатывали тонны породы. На исходе второго дня весь объём руды был полностью покорён. На складе Ога ровным рядом стояли девять мешков, а десятый наполнился ровно наполовину — всё это было чистейшее, монолитное и сверхпрочное железо.

Рассматривая готовые слитки, Ог погрузился в глубокие инженерные расчёты. Его разогнанный интеллект лихорадочно искал способ сэкономить драгоценный дефицитный металл при массовом производстве, но при этом ни в коем случае не уменьшать боевую мощь и размеры самого оружия. Спустя час напряжённых размышлений вождь изобрёл принципиально новую конструкцию, которую в уме назвал «бородатым топором».

Идея была гениальной и простой: Ог полностью убрал лишнюю массу металла в нижней части полотна возле топорища, сделав там глубокую полукруглую выемку. А за счёт сэкономленного материала он значительно удлинил и расширил само рубящее лезвие. Металл экономился колоссально, общий вес орудия снижался, но рубящая поверхность при этом становилась огромной и смертоносной! Ог увлечённо вылепил из красной глины совершенно новую зеркальную форму и без промедления запустил массовое производство бородатых железных топоров для всего своего элитного отряда.

Глава 22

ГЛАВА 22.ПЕРВЫЙ ГОРОД ЗЕМЛИ

Всю ночь Ог провёл у раскалённого купола печи, не смыкая глаз. Пока мастера усердно раздували меха, а жидкое железо послушно заполняло новые глиняные матрицы «бородатых» топоров, вождь глубоко и лихорадочно думал о будущем. Его разум, разогнанный вирусом, вырвался далеко за пределы пещерного мышления. Вглядываясь в ночную темноту за пределами холма, Ог внезапно осознал: их община выросла до ста семидесяти человек, у них есть плантации, скот и металл, но они всё ещё уязвимы под открытым небом. В его голове мгновенно вспыхнула одна огромная, колоссальная идея. Вождь замер и тихо, с благоговением сказал себе под нос:

— Сте-на...

В эту секунду всё было окончательно решено. Время хлипких укрытий ушло навсегда. Из бедных, беззащитных обезьян, которых в этом диком первобытном мире могло убить буквально всё — от клыков саблезубого хищника до яростного набега голодных соседей — его люди должны были стать Высшей Силой. Силой, чей лагерь надёжно окружён неприступным оборонительным кольцом с защитными башнями и специальными местами для лучников. Но для этого нужно было полностью перестроить быт: переселить людей из сырых шалашей на улицы, в нормальные, прочные и тёплые деревянные дома. Это была самая грандиозная идея Ога за всю историю его эволюции.

Наступило ясное утро. В распоряжении Ога были готовы ровно двадцать пять новеньких бородатых топоров и чёткий, грандиозный план. Вождь созвал элитный отряд и лично раздал мужчинам облегчённое железное оружие с широкими, бритвенно-острыми лезвиями. Пока бойцы с детским восторгом рассматривали диковинную форму металла, удивляясь глубоким выемкам и огромной рубящей поверхности, Ог встал перед ними и твёрдо объявил:

— Нужно сде-лать сте-ны. Для за-щи-ты.

Опытные охотники растерянно посмотрели на вождя, переводя взгляд друг на друга. Их первобытный разум просто не мог вместить эту концепцию — они искренне не понимали, шутит Ог или говорит всерьёз, ведь никто в мире никогда не пытался отгородиться от леса искусственной скалой. Но вождь не шутил. Он обвёл отряд суровым взглядом и решительно продолжил, указывая на наземный лагерь:

— Нужно сде-лать нор.. нор-маль-ные до-ма!

Великая эпоха монументального строительства и рождения первого в истории Земли укреплённого города официально стартовала на зелёном холме.

Глава 23

ГЛАВА 23. КОМБИНИРОВАННАЯ ТЕХНОЛОГИЯ И ЖИВАЯ СИЛА

Бойцы элитного отряда согласно кивнули, крепко сжимая рукояти новеньких железных инструментов. Один из самых опытных охотников общины пристально посмотрел на поваленные брёвна и с искренним любопытством спросил: — Ог, мы будем строить эти дома только из дерева?

Все стоявшие рядом приматы замерли, ожидая от вождя привычного ответа. Но Ог хладнокровно мотнул головой и коротко отрезал: — Частично.

Вот тут уже абсолютно вся стая погрузилась в глубокое недоумение. Разум людей буквально вскипел от непонимания: как это «частично» из дерева? Почему их будущие надёжные дома и великие стены будут сделаны не только из лесных стволов? Из чего же тогда их строить? Ог не стал тратить драгоценное время на долгие пустые объяснения и властно скомандовал: — Пошлите со мной, берите все свободные мешки.

Вся община слаженно двинулась следом за своим лидером. Мужчины оперативно разобрали кожаные сумки, и Ог уверенно вывел их к той самой низине у ручья, где недавно обнаружил залежи тугоплавкой породы. Вождь указал рукой на пласт земли и чётко приказал: — Набирайте. Нужно хотя бы тридцать мешков, а лучше все сорок.

Соплеменники всё ещё удивлялись диковинной задумке, но беспрекословно и быстро принялись за работу, наполняя тару вязкой красной глиной. Ог тем временем вернулся в лагерь к остальным силам своей огромной армии. Из доступных мужчин он отобрал ещё сорок крепких бойцов и поставил перед ними новую задачу: — Нужно со-собрать хотя бы восемьдесят мешков обычной серой глины. Сможете?

Парни переглянулись, прикинули масштаб работы, а затем уверенно кивнули и дружно побежали за свободными сумками. Оставшимся воинам общины вождь лично раздал те самые железные бородатые топоры, которые он ковал всю ночь напролёт, и кузнечным тоном скомандовал: — Пошлите в лес, будете рубить деревья.

Мужчины понимающе заухали и слаженным строем выдвинулись в чащу. Первобытная фабрика Ога заработала на максимальных оборотах, разделяя обязанности между ста семьюдесятью людьми. Всего за четыре часа непрерывного труда три огромные группы полностью выполнили задачи вождя. Первая бригада принесла с ручья сорок пять мешков ценнейшей огнеупорной красной глины. Вторая группа перевыполнила план, притащив к холму 90 мешков обычной серой глины для обмазки. А третья строительная команда с помощью острых железных бородатых лезвий повалила в лесу целых семьдесят пять массивных, ровных деревьев.

Оставалась последняя, самая тяжёлая задача — оперативно перетащить эти исполинские стволы к холму. Ог отдал чёткую команду вести к лесоповалу их верного гигантского ленивца. Когда мощного трёхметрового мегатерия доставили на место, вождь аккуратно зацепил за его массивные задние ноги прочные кожаные канаты, привязанные сразу к четырём огромным деревьям. Могучий ленивец, подманиваемый сочным инжиром, зашагал вперёд и без каких-либо видимых усилий или тяжести легко донёс брёвна прямо к лагерю. Ог вместе с поумневшими людьми немедленно приступил к делу — используя новые железные лезвия, они начали слаженно вырезать части брёвен, подготавливая каркасы для будущих прочных стен первого на планете города.

Глава 24

ГЛАВА 24. ПЕРВЫЙ ЧЕРТЁЖ И КИРПИЧНЫЙ СКЕЛЕТ

Спустя ещё один час непрерывной трелёвки могучий ленивец перевёз к подножию холма уже сорок массивных брёвен. Ог осмотрел гору древесины и посчитал, что на сегодняшний день этого груза будет вполне достаточно. Мужчины общины отвязали канаты от ног зверя и, крепко сжимая железные бородатые топоры, снова принялись слаженно вырезать пазы. Вождь детально проектировал конструкцию: он хотел срубить стены так, чтобы брёвна за счёт глубоких выемок на концах прочно сцеплялись друг с другом и буквально сами себя держали без всяких верёвок.

Пока плотники увлечённо орудовали металлом, Ог решил распределить задачи среди остальной части лагеря. Он подозвал к себе девушек, детей и стариков и приказал им высыпать принесённую с ручья массу — сорок мешков ценной красной огнеупорной глины и восемьдесят мешков обычной серой. Все шестьдесят девушек общины не растерялись под этой масштабной задачей. Они оперативно взяли толстый ствол поваленного дерева, железными инструментами начисто выдолбили его изнутри, превратив в огромную глубокую миску, и вывалили туда всю вязкую смесь. Девчата дружно залезли внутрь этого корыта и принялись топтать глину ногами, тщательно смешивая разные составы между собой до однородного состояния.

Сам Ог уединился в стороне, сосредоточенно вырезая каменным ножом какую-то непонятную прямоугольную форму из плотного куска дерева. Когда вечернее солнце окончательно скрылось за горизонтом и уставшая община улеглась спать, вождь в тишине костра наконец доделал деревянную матрицу. Это был полый прямоугольник — немного неровный, но зато достаточно большой.

Задумка Ога была невероятно простой, но в то же время абсолютно гениальной. Он планировал поставить прочные деревянные брёвна как жёсткую внутреннюю кость здания. С внутренней стороны этот скелет дома плотно облепят серой глиной, которая идеально удерживает ровную температуру, спасая людей от зимней стужи и даруя прохладу в летний зной. А вот снаружи деревянный каркас будет надёжно защищён мощным слоем прочного кирпича, высушенного из той самой смеси серой и огнеупорной красной глины. Но на этом инженерная мысль лидера не остановилась — Ог лихорадочно размышлял над сложнейшей системой искусственного отопления пола горячим воздухом из печи.

Вдруг в колеблющемся свете очага вождь заметил, что один из отдыхающих охотников оставил на валуне гладкую глиняную табличку, на которой до этого пытался выцарапать какие-то примитивные знаки. Ог бережно взял её в ладони и подошёл ближе к пламени. Он отыскал в золе полностью остывший, твёрдый кусок древесного угля, присел на корточки и, сильно напрягая извилины развивающегося мозга, начал буква за буквой медленно выводить на светлой глине свои первые осознанные символы. Ог писал очень плохо, криво, путая знаки, но на табличке появилось вполне понятное, историческое словосочетание: «сыстема одоблении».

Дрожащей от напряжения рукой вождь принялся увлечённо чертить углём первую в истории планеты двухмерную техническую схему. На глине рождались чёткие контуры будущего дома, контуры костра, соединительные линии подземных труб для горячих газов и остальные инженерные вещи, которые были нужны для создания комфортного каменного города. Эра слепого первобытного строительства навсегда уступала место эпохе Разума и точного научного проектирования.

Глава 25

ГЛАВА 25. ИНЖЕНЕРНЫЙ СТАНДАРТ И СИСТЕМА ПАРА

На следующее утро Ог закончил свои детальные зарисовки на глиняной табличке. В его новой схеме «сыстемы одоблении» было учтено абсолютно всё. Вождь спроектировал сложнейший отопительный узел: закрытый очаг должен был располагаться глубоко под землёй, значительно ниже уровня будущего пола, а к нему вели пять специализированных технологических труб. Первая труба отвечала за вывод отработанного угарного газа наружу. Через вторую трубу внутрь непрерывно поступал свежий кислород для поддержания пламени. По третьей узкой артерии в самое пекло должны были дозированно, по каплям стекать капли воды — Ог рассчитал, что влага усилит ярость жара. Четвёртая, самая толстая труба предназначалась для подкидывания свежих дров прямо в закрытую камеру. Наконец, от пятой трубы по разветвлённым подземным каналам должен был циркулировать горячий водяной пар, равномерно отдавая своё тепло каменному полу жилого дома.

Толстая загрузочная труба для дров испытывала колоссальные термические нагрузки, поэтому Ог запланировал отлить её из сверхпрочной смеси двух глин — серой и огнеупорной красной. Но инженерный разум лидера предусмотрел и скрытую опасность. На этой топливной магистрали он спроектировал маленькую, очень тонкую трубку-клапан. Если опасный горючий газ случайно прорывался в загрузочный отсек, вождь мог в любой момент приоткрыть этот миниатюрный затвор и безопасно стравить излишки давления в сторону. Ог намеренно сделал этот аварийный клапан тонким, чтобы через него наружу бесцельно не улетало драгоценное тепло печи.

Когда лагерь наконец проснулся, Ог немедленно приступил к реализации грандиозного плана. Он созвал пятьдесят самых крупных и сильных бойцов общины, выдал им новенькие, тяжело звенящие железные лопаты и громко скомандовал, вводя первую в истории единую меру длины:

— Нужно вы-выкопать ров для стены. Сде-лайте его шириной в четыре ступни, а в глубину — в три!

Ог детально просчитал этот шаг: этот ров должен был послужить не просто канавой, а мощным, глубоким подземным фундаментом, способным выдержать колоссальный вес будущих массивных стен. Чтобы рабочие не напутали с размерами, вождь достал ровную деревянную палочку, прижал её к своей стопе — она идеально соответствовала длине его ноги. Затем Ог достал точно такую же эталонную палочку, бережно вытесанную накануне, передал её удивлённым строителям в качестве мерного инструмента и уверенно зашагал обратно. Мужчины, моментально уловив суть стандарта, слаженно принялись вгрызаться острыми железными штыками в каменистый грунт, с лёгкостью перерубая корни деревьев и вымеряя будущий фундамент ровно по выданным эталонам. Ширина в четыре ступни — около ста двадцати сантиметров — позволяла копать быстро и уверенно.

Когда Ог вернулся на центральную площадь лагеря, там уже проснулись абсолютно все жители. Вождь уверенно подошёл к корыту, где шестьдесят девушек общины продолжали обминать вязкую массу, протянул им деревянную прямоугольную форму для кирпичей и чётко распорядился:

— Оставьте не-немного этой смеси для лепки соединительных труб. А из остальной массы нужно, чтобы вы с-сделали много т-теракоты в этой форме. Вот.

Девушки с азартом перехватили деревянную матрицу, моментально поняв задачу вождя. Прообраз первого кирпичного завода Земли мгновенно запустился у подножию зелёного холма: пока одни прессовали плотные прямоугольные блоки и раскладывали их для сушки на весеннем солнце, другие бережно раскатывали длинные, полые внутри глиняные цилиндры для будущей подземной паровой системы. Великая стройка века набирала свои законные, необратимые обороты.

Глава 26

ГЛАВА 26. КОСТИ ДРЕВНИХ ТИТАНОВ

Благодаря сокрушительной силе острых железных лопат работа продвигалась с невиданной ранее скоростью. Всего за полтора часа непрерывного труда пятьдесят сильнейших бойцов общины докопались почти до половины намеченной глубины фундамента. Ог лично контролировал геометрию будущего рва. Его дальновидный инженерный разум закладывал город с огромным запасом на будущее: расстояние от центрального зелёного холма до линии будущей стены составляло ровно семьдесят метров. Вождь чётко рассчитал, что этой колоссальной площади общине гарантированно хватит на много лет уверенного расширения и строительства новых улиц.

Убедившись, что копка идёт строго по эталонным палочкам, Ог развернулся и решил направиться к корыту, чтобы оценить качество первых терракотовых кирпичей, высыхающих на весеннем солнце. Но не успел он сделать и десяти шагов, как за его спиной раздался пронзительный, полный дикого ужаса коллективный крик.

Ог резко обернулся. Проверенные в боях взрослые мужчины в панике бросали свои бесценные железные лопаты и со всех ног бежали прочь от недостроенного рва. «Это же сильные, взрослые люди, которые только что с ножами отбивали штурм орды... Что в этой земле могло их так сильно напугать?» — ошеломлённо подумал вождь. Ог медленно, сохраняя абсолютное хладнокровие, двинулся прямо к месту происшествия. Вдруг один из бегущих охотников судорожно дёрнул его за плечо и испуганно выдохнул: — Ог, не надо! С-стой! Мы не знаем, живое это существо или нет!

От этих слов Огу стало ещё больше интересней. Страх первобытных дикарей перед неизведанным не имел над ним власти, уступая место чистому научному азарту. Вождь решительно отстранил руку охотника и вплотную подошёл к краю выкопанного рва. Заглянув на дно, Ог на секунду замер. Из каменистой серой земли зловеще скалилась огромная, исполинская морда невиданного существа. Только одна голова этого монстра по своим размерам была почти с самого Ога!

Внутри у вождя на мгновение похолодело от величия картины, но намётанный глаз биолога мгновенно зафиксировал сухие, окаменелые трещины на челюсти. Это существо точно было мёртвым и пролежало здесь колоссальное количество времени. Ог громко, уверенно крикнул дрожащим от страха работникам: — Это мёртвое! Назад! Нужно выкопать это для изучения!

Поняв, что монстр не проснётся, мужчины начали медленно и робко подходить обратно. Вождь первым подал пример: он решительно взял железную лопату и принялся аккуратно обкапывать находку. Остальные бойцы, воодушевлённые бесстрашием лидера, тут же подтянулись к процессу. Спустя час слаженной работы отряд разделился: половина людей бережно извлекала древние кости, а вторая половина продолжила копать ров дальше по линии. Из земли общими усилиями удалось вытащить колоссальный длинный позвоночник с массивными рёбрами и мощную заднюю ногу хищника. Но едва охотники расчистили соседний сектор, как Ог замер — там показалась ещё одна голова!

Этот второй череп принадлежал совершенно другому существу — он был вооружён жуткими острыми рогами и окружён колоссальным, широким костяным воротником. Рабочие, которые даже не успели вытащить на поверхность прошлые останки титана, в полном шоке тихо зашептались: — Опять?.. С-сколько их там вообще?

Ог, не прерывая изнурительной работы лопатой, сурово и твёрдо отрезал: — Сколько надо!

И продолжил яростно вгрызаться в землю. Ещё через один час тяжёлого труда кости второго гиганта были полностью освобождены из каменного плена. Окаменелости оказались настолько исполинскими и тяжёлыми, что человеческих мускулов не хватало, чтобы сдвинуть их с места. Людям понадобилось срочно звать на помощь ручного гигантского ленивца. Мегатерий, зацепив ремни, медленно оттащил колоссальные кости на центральную площадь лагеря, где вокруг них мгновенно собралась вся ошеломлённая толпа из ста семидесяти человек.

Ог шёл позади процессии, полностью погружённый в глубокие, масштабные думы. Его форсированный вирусом мозг лихорадочно пытался сопоставить факты, глядя на гигантские челюсти, рога и воротник. «Кто они? Кто эти великие титаны, правившие этой планетой до нас? И где они все сейчас?» — задавал себе вопросы вождь, интуитивно понимая, что земля под их ногами хранит тайны, способные перевернуть всё представление о мире.

Глава 27

ГЛАВА 27. ЭТАЛОНЫ НАУКИ И КАМЕННЫЙ РОЖДЕННИК

Весь остаток дня центральная площадь лагеря у зелёного холма напоминала палеонтологический музей под открытым небом. Толпа из ста семидесяти человек заворожённо кружила вокруг исполинских окаменелостей. Ог взял кусок остывшего древесного угля и свою гладкую глиняную табличку, чтобы зафиксировать великое открытие. Из земли общими усилиями удалось вытащить не просто черепа, а полные скелеты титанов: длинный позвоночник с рёбрами и мощную лапу первого хищника, а также позвоночник, массивные ноги и трёхрогую голову с воротником второго гиганта. Вождь коряво вывел на глине новые названия: «монстр-ящер» и «рог-бык». Разум Ога выстраивал первую на планете классификацию древних видов, хотя вождь ещё даже не подозревал, какие существа бродят по этой планете вживую.

Но прагматичный лидер понимал, что кости прошлого не защитят их в настоящем. Разложив окаменелости у входа в пещеру как символ могущества их лагеря, Ог скомандовал стае возвращаться к работе. Пятьдесят крупных бойцов снова перехватили железные лопаты и к вечеру полностью завершили ров шириной в четыре ступни и глубиной в три по всему семидесятиметровому периметру.

Началось масштабное заполнение рва по сложнейшей технологии, которую спроектировал Ог. В самый низ рабочие плотно уложили крупные, тяжёлые камни с берега реки, заполнив ими треть глубины. Затем началась подготовка среднего слоя: мужчины смешали песок, землю и жидкое «молоко» из речной воды и серой глины. Эту вязкую массу вывалили прямо сверху на булыжники, чтобы она затекла во все щели. Специально для уплотнения Ог изобрёл новые инструменты — массивные деревянные квадраты, намертво насаженные на длинные прочные палочки. Сорок сильных бойцов общины взяли эти колотушки в руки, встали в ров и принялись со всей силы ритмично трамбовать смесь до предела, превращая её в монолитную каменную плиту. Когда средний слой застыл, поверх него начался третий, финальный этап — ровная и прочная кладка из высушенных терракотовых кирпичей. Фундамент великой стены был готов.

В это же время Ог лично подошёл к строительной площадке первого дома. Чтобы паровую систему отопления не раздавило весом будущих жильцов, вождь железной лопатой бережно выкопал в прочной земле основания специальные глубокие каналы прямо под будущим полом. Именно в эти подземные ниши девушки уложили полые глиняные трубы, соединив их с нижним закрытым отсеком для очага. Теперь вся трубная сеть была надёжно защищена толщей грунта. Вместе с плотниками Ог начал вырезать пазы на брёвнах, скрепляя их между собой «в чашу». Деревянный скелет здания, обвитый подземными артериями, уверенно поднимался над землёй, воплощая схему с глиняной таблички в реальность.

Глава 28

ГЛАВА 28. ЖИВОЙ СЛЕД ПРОШЛОГО

На следующее утро Ог проснулся с первыми лучами солнца и сразу же направился в сторону огромных полей размером пятьдесят на пятьдесят метров. Весенний воздух был свежим, а сочная зелёная ботва картофеля-глазастика радовала глаз. Вождь шёл вдоль ровных грядок, размышляя о вчерашней кирпичной кладке и трубах под полом, как вдруг его взгляд зацепился за странное, резкое движение в дальнем конце плантации.

Ог замер в густой траве и присмотрелся. Посреди поля, лениво поклёвывая молодые побеги диких трав, стояла невиданная ранее, исполинская птица. Она была огромной, в два раза выше обычного примата, с длинной голой шеей, мощным туловищем и сильными, мускулистыми ногами. Первобытный страус вёл себя спокойно, не замечая затаившегося вождя.

Ог медленно опустился на корточки, вытаращив глаза от удивления. Его разогнанный вирусом мозг начал лихорадочно сопоставлять факты. Вождь перевёл взгляд на лапы гигантской птицы, которые глубоко вминались в мягкую, влажную почву поля. На каждой ноге чётко выделялись три огромных, толстых пальца с мощными когтями. Ога буквально прошиб сильный электрический разряд, а внутри всё похолодело от внезапного интуитивного с-сходства. Эти лапы... они точь-в-точь повторяли форму той самой жуткой трёхпалой окаменелой конечности «монстра-ящера», которую его рабочие со страхом выкопали вчера из земли!

Разум вождя мгновенно связал прошлое и настоящее. «Тот монстр из земли... и эта живая птица — они из одного рода! Они родственники!» — осенило Ога. Потрясающее палеонтологическое открытие заставило его сердце биться чаще. Дикие титаны прошлого не исчезли бесследно, их уменьшенные, но всё ещё огромные живые потомки бегали прямо по его полям!

В эту же секунду Ог твёрдо решил, что обязан поймать это удивительное существо живьём на следующий день для детального изучения и приручения. Но обычные методы охоты тут не подходили. Вождь приметил, как легко и стремительно птица переступила через грядку — её скорость была колоссальной, ни один охотник с тяжёлым железным бородатым топором не смог бы догнать её в чистом поле. Нужен был хитрый, точный научный расчёт.

Поскольку вчерашний ров уже был полностью заполнен, утрамбован камнями и запечатан терракотовыми кирпичами, использовать его как глубокую канаву для поимки было невозможно — там вовсю шло возведение прочной наземной стены. Ог тихо, стараясь не шуметь, попятился назад и быстро направился в лагерь. С-собрать отряд из самых выносливых бойцов, подготовить прочные кожаные канаты и сплести первую в мире удерживающую сеть из гибких лесных лиан — в голове вождя уже рождался гениальный план первой масштабной орнитологической облавы. Живая сила эволюции должна была послужить на благо его растущего каменного города.

Глава 29

ГЛАВА 29. ПЕТЛЯ И СКОРОСТЬ

На следующее утро, едва рассветное солнце коснулось верхушек хвойного леса, Ог уже стоял на краю плантации пятьдесят на пятьдесят метров. С ним был элитный отряд из двенадцати самых выносливых и быстрых охотников, вооружённых новыми железными бородатыми топорами на тактических поясах. В руках мужчины бережно держали сплетённые за вечер толстые, прочные канаты и тяжёлую удерживающую сеть из гибких лесных лиан.

Исполинская птица оказалась на том же месте — она спокойно разгуливала среди картофельной ботвы, выискивая сочную траву. Ог приложил палец к губам, приказывая стае замереть, и плавными жестами распределил позиции. Охотники начали бесшумно, полукругом обходить страуса, беря его в живое кольцо и отрезая пути к бегству в сторону чащи. План вождя был математически точен: не дать птице пространства для разгона.

Ог сделал глубокий вдох и резко скомандовал:

— С-собрать кольцо! Бежать!

Двенадцать бойцов с диким уханьем одновременно рванули из засады, растягивая сеть из лиан. Страус вскинул голову на длинной шее, испуганно забил мощными крыльями и моментально бросился в сторону, развивая колоссальную, безумную скорость. Один из молодых охотников попытался перерезать ему путь, но птица на бегу совершила резкий, невероятный вираж. Страус со всей силы выбросил вперед свою мощную трёхпалую ногу и нанёс парню сокрушительный пинок прямо в грудь. Сила удара была такой, что охотник кубарем покатился по грядкам, выронив железный топор, а на его тактическом поясе лопнула кожаная фляга.

Птица уже почти вырвалась на свободу, готовясь уйти в хвойный лес, где поймать её было бы невозможно. Но Ог предвидел этот маневр. Вождь на полной скорости выскочил из-за густого куста картофеля-глазастика прямо наперерез бегущему гиганту. В его руках была зажата длинная лиана с тяжёлым камнем на конце — прообраз первого в мире лассо. Ог резко крутанул верёвку над головой и точным, выверенным движением запустил её под ноги мчащейся птице.

Кожаная петля со свистом обвилась вокруг сильных, покрытых чешуёй конечностей страуса, мгновенно спутав его трёхпалые лапы. Ог намертво зафиксировал канат, намотав его на руку и упёршись ногами в землю. Потеряв опору на полной скорости, исполинский страус с глухим треском повалился боком прямо в мягкую перепаханную почву, поднимая тучи пыли и яростно хлопая крыльями в попытках освободиться.

— Сеть! Быстро! — яростно закричал вождь подбегающим бойцам.

Охотники мгновенно навалились сверху, накрывая бьющуюся птицу тяжёлой сеткой из лиан и намертво прижимая её к земле. Страус тяжело дышал, косясь на Ога огромным, полным дикого животного страха глазом. Ог бережно опустился рядом на корточки, тяжело выдыхая после бешеной погони. Первая фаза облавы завершилась полным успехом Разума. Вождь ласково протянул к клюву испуганной птицы крупный, сочный инжир, начиная долгий и сложный процесс приручения нового живого титана для своего растущего каменного города.

Глава 30

ГЛАВА 30. ЗАКОН ЕСТЕСТВЕННОГО ОТБОРА

Прошло три дня с момента поимки исполинской птицы. Страус, запертый в отдельном прочном вольере из массивных брёвен, постепенно привыкал к присутствию полысевших приматов. Ог не отходил от забора часами. Но вождя интересовало вовсе не мясо — его разум учёного требовал ответов. Всякий раз, когда птица подходила к краю вольера, чтобы взять из рук лидера сочный инжир или кусок моркови, Ог пристально, до мельчайших деталей изучал её анатомию, сравнивая с гигантскими окаменелостями на площади.

Анатомические сходства были пугающими: форма тазовых костей, изгиб позвоночника и структура массивной трёхпалой конечности совпадали почти полностью. Но Ог своим критическим умом подметил и одно важнейшее анатомическое различие. У выкопанного скелета «монстра-ящера» сзади шёл колоссальный, длинный и тяжёлый костяной хвост. У живого же страуса никакого хвоста не было, из-за чего птица держала шею и спину абсолютно вертикально.

В голове вождя мгновенно вспыхнула революционная биологическая мысль. Его разогнанный интеллект чётко сопоставил факты: когда-то на планете произошла колоссальная катастрофа — великий голод или падение неба. В этих жутких условиях гигантские титаны просто не смогли прокормить свои огромные тела и массово погибли. Выжили лишь те единичные виды, которые смогли уменьшиться в размерах. Те, кому для выживания требовалось гораздо меньше еды и ресурсов. Внутренний голос Ога чётко сформулировал закон, который он коряво выцарапал углём на глиняной табличке под чертежами труб: «естествены одбор». Чтобы уменьшить вес и сэкономить ресурсы тела, природа за миллионы лет полностью лишила птицу тяжёлого хвоста и зубов.

Движимый азартом исследователя, Ог решил провести уникальный биомеханический эксперимент. Он взял прочный кусок тяжёлого хвойного дерева и с помощью железного ножа скрупулёзно вытесал из него искусственный, массивный хвост — точную уменьшенную копию хвоста тираннозавра, идеально и правильно рассчитанную под весовые пропорции живого страуса.

Ог аккуратно зашёл в вольер, подозвал покорную птицу и с помощью кожаных ремней тактического пояса надёжно закрепил деревянный хвост-противовес на её крестце. Результат превзошёл все ожидания учёного. Как только страус ощутил сзади дополнительную тяжёлую массу, законы физики заставили его тело перегруппироваться. Чтобы не упасть назад, птица мгновенно изменила всю свою осанку: её позвоночник выпрямился параллельно земле, шея изогнулась зигзагом, а голова опустилась вперёд. Страус принял точно такую же хищную, стремительную позу, в которой миллионы лет назад по этой земле бегал его великий и грозный предок!

Ог заворожённо смотрел на изменившееся животное, а его сердце бешено колотилось. Он подозвал к вольеру троих самых опытных охотников общины и взволнованно произнёс, указывая на птицу: — Смотрите! Этот хвост из дерева вернул старую осанку. Большой монстр при катастрофе стал маленькой птицей, чтобы просить ме-меньше еды. Земля меняет всех. Это... е-естествены одбор и э-эволюция!

Охотники ошеломлённо замерли, глядя на принявшего позу хищника страуса и впитывая великое сокрушительное знание своего лидера. Высшая сила на зелёном холме теперь обладала не только железом и кирпичом, но и великой тайной происхождения жизни на Земле.

Глава 31

ГЛАВА 31. СИЛИКАТНЫЙ ПРОРЫВ И ПЕРВЫЕ ОКНА

Завершив первые биомеханические тесты, Ог аккуратно снял деревянный хвост со страуса и убрал его в сторону. Птица послушно ушла в свой вольер, а вождь вернулся к строительным расчётам. Наземная стена, заложенная в семидесяти метрах от холма, требовала колоссального, невиданного ранее количества терракотовых кирпичей. Ручных кожаных мешков для такой грандиозной стройки уже категорически не хватало.

Ог подошёл к массивному хвойному бревну, железным бородатым топором начисто стесал его нижнюю часть и соорудил первые в мире глубокие грузовые сани. По расчётам вождя, мощный гигантский ленивец мог без труда волочить на этой конструкции больше тонны сырья за раз. Ог зацепил сани за лапы мегатерия и отправил мужскую бригаду к дальним залежам за серой глиной. Ещё одну группу людей он закрепил за добычей красной огнеупорной глины в низине у ручья, но их пока распределил вручную, без тягловой силы.

В самом лагере в это время вовсю кипела сборка. Первый каркасный дом-мазанка был почти полностью готов: деревянный скелет стоял намертво, внутренняя обмазка из серой глины уже полностью высохла, а снаружи каменщики начали слаженно возводить защитную кирпичную облицовку. Спустя четыре часа непрерывного конвейера заготовители с триумфом доставили в лагерь первые внушительные объёмы: шесть тонн серой глины на санях ленивца и целых восемь тонн красной огнеупорной глины, принесённой вручную.

Ог сразу же подметил важный нюанс — огнеупорного сырья оказалось в избытке, нарушая нужные пропорции смеси. Вождь среагировал молниеносно: он временно остановил подачу красной породы и перенаправил почти всех свободных мужчин на добычу исключительно серой глины. Оставшихся работников он заставил тщательно смешивать массу в строгой пропорции: три тонны огнеупорной красной на шесть тонн серой.

За последующие четыре дня Ог настолько сильно раскрутил и оптимизировал производство, что лагерь превратился в индустриальный карьер. Каждый день послушный ленивец привозил на санях по семнадцать тонн серой глины, а ручные бригады бесперебойно обеспечивали подвоз десяти тонн огнеупорной. К исходу четвёртых суток первые два капитальных дома с подземной паровой «сыстемой одоблении» были полностью закончены. Счастливые соплеменники активно заселились в новые тёплые жилища, но тут же вылез один весомый минус. Из-за толстых кирпичных стен внутри домов царила кромешная, удушающая темнота.

Ог не растерялся и на пятый день грандиозной стройки решил изобрести стекло. Первые опыты провалились: обычный речной кварцевый песок наотрез отказывался плавиться в их терракотовых печах, требуя недостижимого жара. Но разум вождя мгновенно нашёл научный выход. Ог добавил в тигель к песку измельчённый белый известняк и едкую щёлочь из древесной золы. Физика сработала безупречно — химические добавки резко снизили температуру плавления песка.

Весь пятый день Ог просидел у белого жара печи, контролируя текучесть массы, но его упорство увенчалось колоссальным успехом. Жидкий силикат остыл, превратившись в первые в истории планеты ровные, прозрачные стёкла! Вождь лично вставил их в оконные проёмы новых домов, наполнив первобытные жилища ярким, тёплым солнечным светом. Ог удовлетворённо выдохнул, разглядывая прозрачный материал. Он бережно держал в руках гладкий стеклянный осколок, даже близко не подозревая, что всего через неделю это скромное изобретение позволит ему заглянуть в удивительный, невидимый глазу микромир.

Глава 32

ГЛАВА 32. МУЗЕЙ НАУКИ И ПЕРВЫЙ РУБАНОК

Спустя день великая стройка века подошла к очередной важной вехе. Община из ста семидесяти человек полностью закончила возведение третьего капитального дома-мазанки с кирпичной облицовкой. Оконные проёмы всех зданий теперь сияли ровным, чистым стеклом, пропуская внутрь массу весеннего света, а подземная паровая система дарила комнатам уютное тепло. Почти всё население лагеря окончательно переселилось из сырых шалашей в новые комфортные дома на распланированных улицах.

Ог оглядел пустеющий лагерь и понял, что огромная родовая пещера в глубине холма полностью освободилась. В его разогнанной голове мгновенно вспыхнула грандиозная идея. Вождь решил забрать это пустующее пространство себе и основать там первую на Земле закрытую лабораторию и палеонтологический музей. Места под каменными сводами было предостаточно: туда легко поместились бы ещё два-три полных скелета исполинских ящеров, а Огу для его химических и физических опытов выделялось огромное личное помещение, где никто не будет мешать его мыслям, а ценные кости древних титанов останутся в полной безопасности от дождей.

Однако голые, холодные серые стены пещеры выглядели слишком мрачно и некрасиво для хранилища Разума. Ог загорелся идеей полностью обшить интерьер лаборатории изнутри натуральным деревом, чтобы создать уют. Но тут же возник сложнейший вопрос: как закрепить массивный лесоповал на отвесном камне, и тем более — как повесить тяжелые брёвна на потолок, чтобы они не рухнули на голову?

Вдруг вождя осенило. Не нужно вешать брёвна целиком! Можно распустить стволы на маленькие, тонкие и длинные бруски, которые будут в разы легче и тоньше, благодаря чему их можно будет легко смонтировать на любой скальной поверхности. Но как именно получить такие идеальные отделочные материалы?

«Легко», — подумал Ог. Его прагматичная инженерная мысль была столь же простой и чёткой, как понимание того, что огонь всегда дарует тепло. Сначала брёвна нужно было расколоть бородатыми топорами на продольные части, а затем создать специальный инструмент, способный сделать древесину абсолютно гладкой, ровной, без коры, сколов и других некрасивых вещей.

Вождь немедленно пошёл к терракотовой печи создавать новое орудие. Идея конструкции была гениальной. Ог отлил из чистого железа плоскую прямоугольную пластину, бритвенно наточил её передний конец на мокром абразиве и намертво закрепил этот нож на небольшом удобном кусочке дерева. Он выставил лезвие так, чтобы оно смотрело строго вниз под углом, снимая при движении лишь небольшой, тончайший слой древесины.

Ог взял грубый корявый брусок, крепко перехватил руками деревянную колодку и с силой провёл инструментом вдоль волокон. Из-под лезвия с лёгким шуршанием закрутилась сочная, пахнущая смолой стружка. Вождь провёл ещё раз. Работа с новым приспособлением шла плавно, чётко и невероятно эффективно. Ог аккуратно провёл ладонью по обработанному участку — поверхность дерева стала безупречно гладкой, словно отполированный речной валун. Ог удовлетворённо улыбнулся и подозвал мастеров. Первая в истории планеты доска была готова, открывая новую эру высокоточного столярного мастерства.

Глава 33

ГЛАВА 33. ВИТРАЖНЫЙ СТОЛ И ПОЛНЫЙ ДЕЗШЕРСТИНГ

Прошел один насыщенный день. Ог вместе со своими помощниками при помощи нового железного рубанка заготовил колоссальное количество ровных, гладких и тонких отделочных досок. Но едва гора материалов выросла, перед строителями встал новый сложнейший вопрос: как вообще крепить это дерево к отвесным каменным стенам и потолку пещеры? Для вождя эта задача оказалась куда сложнее прошлых, но всего за один час напряженных размышлений его разогнанный интеллект выдал безупречное решение.

Ог внимательно осмотрел своды пещеры и подметил, что в твердой скале есть естественные небольшие трещины. Вождь догадался плотно, с силой заталкивать в эти щели прочные деревянные пробки, а затем при помощи тонких металлических палочек-штифтов намертво приколачивать отделочные доски прямо к этим скрытым брускам. У Ога заняло целый день, чтобы отлить из железа достаточное количество крепежных штифтов и подготовить деревянные анкеры, но в конечном итоге все элементы вышли невероятно качественными. Вождь не доверил эту тонкую работу никому и начал монтировать панели самостоятельно.

Еще один день у него ушел на то, чтобы полностью обшить красивым, пахнущим смолой деревом все стены и потолок пещеры, а затем вместе с мужчинами бережно перенести и расставить внутри скелеты древних титанов. Благодаря продуманным прочным подставкам с толстыми деревянными палками, колоссальные кости «монстра-ящера» и «рог-быка» надежно держали равновесие, стояли монолитно, и к ним больше не нужно было подходить впритык, опасаясь случайного обрушения. Старая пещера официально превратилась в первый защищенный музей науки.

Ближе к вечеру Ог приступил к обустройству своего личного рабочего пространства и начал делать себе монументальный лабораторный стол. Вождь самоотверженно трудился всю ночь напролет. Верстак вышел достаточно большим, но не слишком громоздким, со специальными глубокими полками, на которых могла свободно поместиться едва ли не половина ноги исполинского динозавра. Однако большую часть времени и сил Ог потратил на художественное оформление. Столешницу должны были украсить красивейшие узоры — сложные переплетенные линии по всему периметру дерева вождь вырезал железным ножом долго и утомительно. Но главным элементом стал рисунок по самому центру стола — величественное пламя, символ, означающий для Ога начало великой эпохи Жизни, а не слепого первобытного выживания.

Вождь твердо решил залить вырезанные формы жидким разноцветным стеклом, и именно на этот сложнейший химический процесс он потратил еще половину следующего дня. Чтобы снять точные следы узоров, Ог использовал хитрую технику: сначала он плотно прижал сырую глину к деревянным рисункам стола, обжег ее в печи до состояния прочной терракоты, затем снова залил в глину стекло.

Результат получился невероятно, фантастически красивым благодаря уникальной технологии, которую изобрел Ог. Он взял чистую медь и добавил ее прямо в расплавленное стекло, но при этом намеренно перекрыл доступ кислорода в печь, подкидывая в топку влажные хвойные дрова, чтобы внутри купола появлялся густой, плотный дым. Химия сработала идеально — восстановительная среда окрасила силикат в сочный, глубокий красно-оранжевый цвет пламени. Для заливки остальных линий Ог использовал обратную технику: он, наоборот, открыл все заслонки, дав максимальный доступ кислороду. Медь полностью расплавилась, смешалась со стеклом в окислительной среде, подарив общине благородный, чистейший бирюзовый и лазурный цвет.

Это был колоссальный, оглушительный успех! Готовый витражный стол посреди обшитой пещеры выглядел потрясающе красиво, а проводить научные эксперименты здесь было в сотни раз эффективнее и безопаснее, чем на открытой улице.

Но пока Ог праздновал победу в лаборатории, вирус продолжал неумолимо менять биологию его народа. За все это время, прошедшее после первой масштабной линьки, из-за постоянного чесания жесткая темная шерсть начала выпадать небольшими кусками — и не только у самого Ога, а одновременно у всего лагеря! Тонкий подшерсток исчезал, обнажая чистую, здоровую кожу. Сто семьдесят соплеменников с каждым днем стремительно теряли свой звериный облик, становясь все больше и больше похожими на статных, цивилизованных и разумных людей.

Глава 34

ГЛАВА 34. ЗАКОНЫ ОПТИКИ И СТРАННЫЙ ТРОФЕЙ

На следующее утро Ог наконец решил выйти на свежий воздух. Ему до безумия хотелось просто немного отдохнуть, подышать весенней прохладой и потрогать мягкую зелёную траву — шутка ли, вождь безвылазно просидел в замкнутом пространстве обшитой пещеры целых два дня, занимаясь монтажом костей и отливкой витражного стола. Ог зашагал по каменной улице лагеря, с удовольствием подставляя ладони тёплым лучам солнца, и направился к границам поселения.

Вождь с гордостью посмотрел на их главную защитную стену, которая росла буквально на глазах в семидесяти метрах от холма. Благодаря безупречной логистике саней ленивца и упорному труду заготовителей, на складах строителей скопилось уже тридцать тонн серой глины и пятнадцать тонн красной огнеупорной. Этого колоссального количества сырья общине пока что с избытком хватало, чтобы уверенно выводить первые мощные слои оборонительного периметра. На строительной площадке царил строгий, идеальный порядок: одна группа людей непрерывно выкладывала прочные терракотовые кирпичи на подготовленный трёхслойный фундамент, вторая бригада занималась формовкой и сушкой новых блоков, а небольшая группа самых рукастых мужчин, которых Ог отобрал лично, увлечённо собирала массивные деревянные ворота города.

Вдруг взгляд вождя зацепился за гладкий предмет, одиноко лежавший на деревянном верстаке у кирпичного корыта. Это было толстое выпуклое стекло округлой формы. Ог отлично помнил, как отлил его пару дней назад ради забавы для детей общины — он спроектировал этот обтекаемый стеклянный диск, чтобы малыши могли весело кидать его друг другу, наблюдая за красивым полётом. Ог с небольшой, уставшей, но мягкой улыбкой подошёл к столу, взял линзу в руки и принялся задумчиво крутить её в пальцах.

Вождь случайно поднял стеклянный диск к глазам, направив его на строящуюся стену, и внезапно замер на месте, словно поражённый громом. Ог моргнул, не веря собственному зрению. Если смотреть сквозь толстую, выпуклую центральную часть этого диска, то стекло начинало удивительным образом приближать и увеличивать картинку!

— Что за?.. — тихо, сдавленно сказал под нос Ог.

Уставшая улыбка мгновенно сползла с его лица, уступив место предельной научной концентрации. Вождь вытянул руку вперед, затем приблизил стекло к лицу, непрерывно наблюдая за тем, как кирпичи на стене становятся неестественно огромными. Линза приближала картинку лишь немного, но она делала это чётко, по законам физики преломления света. Ог мгновенно загорелся идеей во что бы то ни стало разобраться в этом феномене, но его научные мысли резко прервал один из вернувшихся с полей копейщиков.

Охотник уважительно подошёл к лидеру и бережно протянул ему странное, никогда ранее не виданное растение с необычной структурой стебля. Мужчина плавно произнёс:

— Ог, смотри. Это растение лесные мышки прятали и забирали в свои норы. Мы решили принести его тебе.

Вождь сосредоточенно кивнул, аккуратно перехватил пальцами загадочный ботанический трофей и быстрым шагом направился обратно вглубь холма. Заходя под прохладные деревянные своды своей новой лаборатории, Ог иронично подумал: «Вышел, называется, отдохнуть и потрогать траву...» Разум исследователя уже лихорадочно связывал воедино два великих фактора: странный стебель лесного растения и выпуклое увеличительное стекло, лежащее на его новом лазурно-витражном столе. Шаг в невидимый микромир был практически сделан.

Глава 35

ГЛАВА 35. ЛАБОРАТОРНЫЙ ПОСЕВ И ДВОЙНАЯ ЛИНЗА

Оказавшись в прохладной тишине своей деревянной лаборатории, Ог бережно положил принесённый трофей на витражный стол. Вождь понятия не имел, что это за растение, и никогда раньше не слышал слова «пшеница». Для него это была просто странная дикая трава с ровным колоском, набитым плотными золотистыми камушками-зёрнами. Но его разум биолога интуитивно подсказал, что этот злак мышей может скрывать в себе огромную ценность для пропитания лагеря. Ог аккуратно вылущил золотистые плоды из чешуек и решил провести первый в истории научный эксперимент по всхожести.

Вождь разделил камушки-семена на четыре группы, чтобы проверить, в какой среде они проклюнутся быстрее всего. Первую партию золотистых зёрен Ог полностью погрузил в кувшин с чистой речной водой. Вторую группу он разложил на плоском сухом камне прямо под палящие лучи весеннего солнца. Третью часть семян вождь решил совместить, поместив её и в воду, и на солнце одновременно, чтобы они получили максимум тепла и влаги. Четвёртую же группу Ог сразу аккуратно посадил в мягкую перепаханную почву на краю поля. Зафиксировав условия опыта на глиняной табличке, вождь оставил странную мышиную траву в покое и принялся терпеливо ждать первых результатов.

Но тратить время впустую Ог не умел. Пока семена проходили проверку средой, всё его внимание переключилось на то самое выпуклое стекло — детскую игрушку-диск, которая вчера удивительным образом приблизила контуры строящейся стены. Вождь уселся за свой большой лазурно-бирюзовый стол, зажёг масляный светильник и принялся методично изучать оптические свойства прозрачного силиката.

Линза, сделанная для детей, была выпуклой лишь с одной стороны и давала очень слабое, незначительное увеличение. Для детального изучения структуры золотистых камушков её силы катастрофически не хватало. «Если одно стекло преломляет свет и немного приближает картинку, то что будет, если заставить луч пройти через два стекла подряд?» — лихорадочно подумал Ог.

Вождь немедленно подошёл к терракотовой печи. Используя остатки жидкого стекла с известняком и щёлочью, он бережно отлил вторую линзу — на этот раз сделав её более маленькой, но невероятно выпуклой с обеих сторон. Когда силикат остыл, Ог тщательно отполировал его на мокром абразиве до идеальной прозрачности.

Вернувшись за верстак, вождь взял первое широкое стекло, расположил его чуть выше колоска странной травы, а вторую, маленькую двояковыпуклую линзу поднёс прямо к своему глазу, пытаясь поймать правильный фокус на разной высоте. Ог плавно смещал стёкла относительно друг друга, как вдруг световой луч от светильника преломился под идеальным углом. Перед взором вождя мгновенно развернулась потрясающая, шокирующая картина.

Картинка приблизилась настолько мощно, что Ог невольно отпрянул назад, удивлённо ухнув на всю пещеру. Сквозь систему двух стёкол сухой колосок мышиного злака превратился в исполинское, детализированное сооружение. Вождь отчётливо увидел тончайшие, невидимые обычному глазу ворсинки на чешуйках, разглядел микроскопические трещины на золотистой кожуре камушков и сложную структуру волокон стебля! Это была чистая, безоговорочная победа инженерной мысли. Соединив два стеклянных диска, поумневший вождь фактически изобрёл первую в мире увеличительную оптическую трубу, готовясь в ближайшие дни сотворить финальный шаг и открыть для своей Высшей Силы тайны удивительного, пугающего микромира.

Глава 36

ГЛАВА 36. ПЕРВЫЕ ОФИЦЕРЫ И ТАЙНЫ КРОВИ

Ог сидел за своим витражным верстаком, внимательно разглядывая оптическую систему. Довольно быстро к нему пришло отчётливое понимание: непрерывно держать стёкла руками на весу жутко неудобно, да и двух линз для серьёзной науки слишком мало. Чтобы заглянуть в истинную глубь материи, требовалось хотя бы в два раза больше оптической силы. Вождь бережно отложил стёкла в сторону, вышел на улицу к гончарному узлу и вылепил специальную узкую трубку из глины, планируя намертво зафиксировать линзы внутри этого цилиндра.

Когда Ог вернулся в лабораторию с готовой высушенной тубой нужной формы, он удивлённо замер. В прохладной деревянной тишине пещеры его терпеливо дожидались трое мужчин. Вождь сразу же узнал каждого из них. Первый был признанным мастером агрономии — он лучше всех в общине разбирался в выращивании, поливе и правильной посадке растений. Второй обладал уникальным, форсированным вирусом чутьём — этот мужчина мог с одного взгляда на обычный каменистый излом безошибочно определить, из каких веществ состоит порода и сколько ценного металла скрыто внутри. Третий же являлся самым опытным, сильным и свирепым солдатом племени, способным в одиночку выйти и победить против двенадцати крепких бойцов орды чужаков.

Двое мастеров уважительно уступили дорогу великому воину. Боец сделал уверенный шаг вперёд, твёрдо посмотрел на лидера и чётко произнёс:

— Ог, я хочу стать командиром абсолютно всех бойцов нашего лагеря.

Следом за ним вперёд выступил первый мужчина, плавно заявив:

— А я хочу стать главным по всему земледелию общины, чтобы официально говорить людям, куда, как и что именно нужно садить.

Тут же к витражному столу приблизился и второй специалист, подведя черту:

— А я хочу взять на себя поиски новых полезных камней или скрытых в земле металлов.

Ог на секунду впал в глубокий, искренний шок. Поумневшие соплеменники сами, ведомые логикой разума, пришли к нему и вызвались официально руководить теми сферами деятельности, в которых они объективно являлись лучшими среди всех ста семидесяти жителей лагеря. Вождь недолго подумал, удовлетворённо кивнул головой и строго ответил:

— Хорошо. Но для вас теперь тоже действуют правила: никогда не использовать свою силу во вред, не унижать других людей и не превозноситься только из-за своего с-статуса.

Мужчины согласно и сурово кивнули. Но Ог понимал: чтобы вся остальная огромная община беспрекословно подчинялась командам новоиспечённых лидеров, людям требовалось наглядно доказать их руководящее положение. Вождь быстро взял со стола плоский кусок гладкой глины, точным ударом отколол три одинаковые ровные пластины и при помощи угля аккуратно нарисовал на каждой из них по три звезды. Рисунки получились простыми, но максимально понятными. Ог бережно протянул первые в истории наградные жетоны офицерам:

— Будете показывать эти знаки соплеменникам, если они вдруг вам не поверят. Носите их всегда с собой в мешках.

Мужчины с глубоким уважением приняли жетоны, аккуратно уложили их в сумки на тактических поясах и слаженно вышли наружу. Ог же, оставшись один, с утроенной энергией продолжил собирать свой оптический прибор. Всего через десять минут кропотливой сборки вождь полностью зафиксировал стёкла внутри глиняной тубы. В его закрытом микроскопе теперь ровно друг за другом стояли четыре мощные линзы.

Самым интересным и загадочным объектом для изучения Ог посчитал живую красную жидкость, которая всегда выделялась из тела при ранениях. Он взял тонкий кованый гвоздь, щедро полил его бирюзовым антисептиком ради безопасности и с силой проколол себе подушечку пальца. Было больно, но вполне терпимо. Вождь выдавил каплю крови на чистое стекло, положил его под прибор и, слегка дрожа от волнения, принялся настраивать фокус.

Ог ожидал увидеть внутри что-то необычное, но к столь колоссальному, феноменальному увеличению его разум готов не был. Как только вождь заглянул в окуляр, он в паническом испуге резко отпрянул назад, едва не опрокинув стол. Сердце бешено заколотилось в груди. Внутри собственной крови он увидел столько невероятных вещей, о существовании которых даже не догадывался! Переборов первобытный страх перед неизведанным, Ог заставил себя снова прильнуть к прибору.

В глубине красной капли плавали миллионы чётких ровных кругов, которые даже сейчас, вне тела, продолжали ритмично двигаться и переносить внутри себя невидимую жизненную силу. Но больше всего вождя поразили другие, абсолютно белые частицы — они вели себя как полностью живые, самостоятельные существа, медленно двигаясь и очищая пространство вокруг себя. Ог, заворожённый этим зрелищем, быстро схватил свою глиняную табличку, набрал в руку уголь и принялся лихорадочно, линия за линией зарисовывать это истинное чудо природы во плоти. Дверь в пугающий и прекрасный микромир была распахнута настежь.

Глава 37

ГЛАВА 37. ТАЙНА МУТАЦИИ И ПЕРВЫЙ ХЛЕБ

Ог долго и пристально всматривался в окуляр своего четырёхлинзового микроскопа, изучая собственную кровь. Внезапно его намётанный взгляд исследователя заметил на идеальных красных кругах-эритроцитах нечто крайне необычное и пугающее. На каждой клетке были видны странные микроскопические наросты: одни слегка отливали зелёным цветом, другие были синеватыми, а некоторые сочетали в себе оба оттенка, оставаясь полусиними и полузелёными. Поражённый открытием, вождь решил экстренно проверить кровь всей остальной общины. В течение часа он методично набирал образцы у разных соплеменников и рассматривал их под линзами. Результат озадачил и увлёк учёного — у всех кровь оказалась разной. У одних людей на клетках обнаружились только синие наросты, у вторых — исключительно зелёные, а у третьих эритроциты и вовсе были абсолютно чистыми. Но ни у одного человека в лагере не нашлось такой же сложной, смешанной полусиней-полузелёной структуры, как у Ога. Вождь бережно зарисовал эту аномалию углём, даже близко не подозревая, что эта скрытая генетическая особенность форсированного мозга спустя шесть лет едва не убьёт его самого.

Движимый чистым научным азартом, Ог решил провести ещё один смелый биологический эксперимент. Он взял чистое плоское стекло и аккуратно соединил вместе две капли крови от разных соплеменников — смешал маркеры человека, у которого были только синие наросты, с кровью того, у кого были только зелёные. Настроив фокус микроскопа, вождь заворожённо замер. На его глазах развернулась настоящая катастрофа микромира: как только разные капли соприкоснулись, ровные красные круги мгновенно начали яростно склеиваться между собой. Они деформировались, сворачивались в неподвижные, тяжёлые гроздья и буквально на глазах теряли подвижность, полностью умирая. Разум Ога чётко зафиксировал этот опасный феномен. Вождь понял, что бездумно смешивать чужую кровь при ранениях категорически нельзя — это приведёт к мгновенной смерти организма.

Как только масштабная медицинская проверка была завершена, Ог вспомнил про свой недавний ботанический эксперимент с золотистыми камушками странной мышиной травы и пошёл проверять результаты. Картина оказалась наглядной. Те семена, что лежали просто в кувшине с водой, банально сгнили от сырости. Зёрна, оставленные на сухом камне под открытым солнцем, полностью высохли и затвердели. А вот третья группа семян, получившая и влагу, и солнце одновременно, дала отличный результат — камушки немного проросли, выпустив крошечные живые корешки. Ог удовлетворённо кивнул и немедленно приказал высадить эти проросшие ценные образцы в мягкую почву на краю плантации.

С оставшимися сухими и твёрдыми зёрнами вождь решил поэкспериментировать дальше, надеясь найти им практическое применение. Сначала он расколол одно зерно железным ножом и заглянул внутрь, но не обнаружил там ничего примечательного. Тогда Ог переложил сухую массу в каменную ступку и принялся методично дробить её тяжёлым пестиком. Вождь ненадолго глубоко задумался об особенностях чужой крови, механически продолжая наносить удары, а когда очнулся и осознал происходящее, то с удивлением обнаружил, что золотистые камушки уже были стёрты в мельчайшую белую пыль. Ог потрогал пальцами получившийся порошок, и в его голове мгновенно содрогнулась мощная инженерная интуиция, подсказывая, что это вещество способно кардинально изменить их рацион.

И именно в этот момент триумфального открытия в лабораторию взволнованно зашли дежурные воины. Они бережно держали в руках колоссальное по размерам, гладкое белое яйцо. Один из бойцов бегло и увлечённо доложил:

— Ог, смотри! Это наш пленный монстр-птица вынес! Мы заметили, что он постоянно тянется клювом к земле, и насыпали ему в вольер немного речного песка. Птица тут же выкопала глубокую ямку, сначала села в неё, потом встала, а там лежали вот эти огромные яйца!

Вождь внимательно осмотрел колоссальный белый плод природы, улыбнулся и с лёгким, весёлым сарказмом ответил соплеменникам:

— Ну, тогда это точно самка.

Охотники весело заухали и ушли к загонам, а Ог незамедлительно приступил к новом кулинарному опыту. Он взял глубокую глиняную миску, высыпал туда получившуюся из зёрен белую мучную пыль, аккуратно разбил скорлупу и добавил совсем немного жидкого страусиного яйца и чистой речной воды. Вождь принялся увлечённо перемешивать массу руками и практически сразу заметил поразительное физическое свойство смеси: сухой порошок мгновенно стал густым, вязким, его можно было легко мнять ладонями и придавать ему абсолютно любую форму. Ог слепил из получившегося плотного теста ровную круглую лепёшку и решительно поставил эту массу прямо в купол раскалённой терракотовой печи. Зарождение хлебопечения и кулинарии официально стартовало в первом городе Земли.

Глава 38

ГЛАВА 38. РУМЯНЫЙ ТРИУМФ И ХЛЕБНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Ог терпеливо сидел у купола терракотовой печи, внимательно следя за жаром и улавливая изменения в воздухе. Спустя двадцать минут из плавильного отсека начал доноситься совершенно невиданный, умопомрачительный и густой аромат, от которого у вождя мгновенно выделилась слюна. Запах печёного теста был настолько мощным, что быстро вырвался из деревянных сводов лаборатории и весенним ветром растёкся по всем строящимся каменным улицам лагеря. Община из ста семидесяти человек буквально замерла: плотники опустили железные бородатые топоры, каменщики перестали выкладывать кирпичи на великую стену, и вся толпа, ведомая инстинктом дикого голода, медленно и заворожённо потянулась к площади перед холмом.

Вождь аккуратно достал из печи готовое изделие при помощи широких деревянных щипцов. На плоском валуне лежала пышная, круглая лепёшка с золотистой хрустящей корочкой. Ог подождал пару минут, пока хлеб немного остынет, решительно отломил сочный кусок и отправил его в рот. Корочка с аппетитным хрустом поддалась, а внутри оказалась нежнейшая, сытная пористая масса. Интуиция и кулинарный расчёт исследователя сработали безупречно — это было в тысячи раз вкуснее и питательнее сырого кабаньего мяса или обычного варёного картофеля-глазастика.

Ог вышел на уступ пещеры к собравшейся толпе и громко, без запинок объявил:

— Мы создали еду Разума! Это — хлеб!

Вождь лично раздал по кусочку румяной лепёшки элитным бойцам и старейшинам, а остатки разделил между девушками и детьми. Площадь моментально взорвалась оглушительным, неистовым рёвом тотального восторга. Поумневшие приматы заворожённо жевали тёплый хлеб, и в их глазах читалось священное благоговение перед кулинарным гением своего лидера. Сытная углеводная пища давала колоссальный прилив энергии.

Ог понимал, что для пропитания ста семидесяти человек одного колоска из мышиной норы не хватит. Нужно было срочно масштабировать успех. Он немедленно призвал к себе двоих новых руководителей с глиняными жетонами — Главного агронома и Главного геолога. Вождь твёрдо поставил перед ними стратегическую государственную задачу:

— Эта золотистая трава мышей — наше будущее. Геолог, ты берёшь пять бойцов с железными ножами и прочёсываешь все скалы и изломы у реки. Ищи, где растёт этот злак. А ты, Агроном, забираешь тридцать девушек и готовишь огромные площади за полями пятьдесят на пятьдесят метров. Весь собранный злак мы посадим туда.

Офицеры с гордостью выпрямили спины, коснулись пальцами своих трёхзвёздных жетонов в мешках и слаженно выбежали исполнять приказ. Всего за два часа Главный геолог благодаря своему острому чутью обнаружил на дальних сухих террасах целые дикие заросли искрящейся на солнце золотистой травы. Бригады девушек оперативно срезали колоски и мешками тащили их в лагерь. Под чётким руководством Главного агронома люди бережно очищали семена и высаживали их в подготовленную почву, расширяя плантации до невероятных, промышленных масштабов.

Вечером Ог стоял на вершине холма, наблюдая за слаженной работой своего зародившегося государства. В семидесяти метрах от него высились первые прочный метр великой стены, на полях колосились будущие бескрайние хлебные угодья, а в пещере его ждал верный микроскоп. Цивилизация Ога окончательно закрепила за собой статус Высшей Силы, готовой переписать законы этой планеты под себя.

Глава 39

ГЛАВА 39. МОНОЛИТНЫЙ РУБЕЖ

Строительство великой оборонительной стены в семидесяти метрах от центрального холма вышло на свой пиковый, круглосуточный режим. На складах общины благодаря бесперебойной работе саней ленивца скопились тонны сырья, и Ог лично возглавил инженерный процесс возведения наземной части посёлка. Вождь решил полностью повторить ту же самую надёжную технологию, которую они использовали при заложении трёхслойного фундамента, но теперь применил её для создания монолитных и непробиваемых стен.

Задумка Ога была математически точной. Строители силами семидесяти пяти бойцов начали параллельно выкладывать два ровных ряда внешней и внутренней кладки из прочных, высушенных на солнце терракотовых кирпичей. А вот всё пустое пространство между этими кирпичными рядами рабочие начали плотно заполнять сложнейшей строительной смесью. Мужчины тоннами таскали с берега реки мелкий песок, просеянную землю и обильно заливали всё это жидким, вязким «молоком» из серой глины и чистой воды.

Как только жидкий раствор полностью пропитывал внутренние пустоты стены, в дело вступали сорок сильных бойцов общины. Вооружённые своими массивными деревянными трамбовщиками — тяжёлыми квадратами на длинных прочных палочках, — они с гортанными криками принялись со всей силы ритмично уплотнять эту массу до самого предела. Смесь затекала во все микроскопические щели между кирпичами, намертво схватывалась и после застывания превращалась в единый, монолитный каменный блок. Пробить или сломать такую стену обычными дубинами дикарей было абсолютно невозможно.

Строительный конвейер работал без остановок несколько дней подряд. Женщины и старики без устали подносили свежую глину, Главный агроном контролировал подвоз воды, а Главный воевода следил за ровностью рядов по эталонным палочкам Ога. К исходу недели грандиозный рубеж был полностью завершён по всему периметру. Великая наземная стена города гордо поднялась над землёй на колоссальную высоту в два с половиной метра! На самом верху стены инженеры Ога оборудовали удобные прочные помосты и скрытые бойницы, где лучники могли занять идеальную круговую оборону.

В центре укрепительного кольца плотники при помощи железных бородатых топоров закончили навешивать массивные, исполинские деревянные ворота. Чтобы чужаки не смогли поджечь дерево или прорубить его топорами, Ог применил технологию боевых щитов. Он отлил из остатков чистого железа длинные, прочные металлические полосы и намертво стянул ими толстые хвойные створки по всему периметру и крест-накрест. Поверхность ворот покрылась грозной бронированной оковкой и массивными коваными шипами-умбонами для отражения ударов.

Створки вышли настолько тяжёлыми, что сдвинуть их с места обычными силами пяти человек было жутко трудно. Но Ог за эту неделю успел спроектировать гениальный механизм, способный кардинально облегчить их открывание и закрывание. Вождь применил систему массивного вращающегося ворота-лебёдки с системой противовесов. За стеной на прочных канатах из кабаньих сухожилий подвесили два глубоких деревянных короба, доверху набитых тяжёлыми речными валунами. Их колоссальный вес идеально уравновешивал массу окованных железом створок. Канаты Ог намотал на толстое горизонтальное бревно, в которое были намертво врезаны длинные деревянные рычаги. Инженерия сработала безупречно: теперь всего один взрослый сильный воин, упираясь ногами в землю и с трудом, налегая всем телом, проворачивал рычаг, заставляя исполинские бронированные ворота крепости послушно распахиваться или намертво закрываться в одиночку. Первый на планете укреплённый город Разума был полностью достроен и защищён от любых внешних угроза, превращая общину из ста семидесяти человек в абсолютно непобедимую Высшую Силу первобытной Земли.

Глава 40

ГЛАВА 40. ЗАПАХ ЖИЗНИ И ГОРНЫЙ ГОРИЗОНТ

Ог стоял у подножия холма, пристально наблюдая за тем, как плотники при помощи рычагов и лебёдки навешивают на великую стену массивные, обитые железом ворота. Вдруг чуткий слух вождя уловил подозрительный шорох со стороны кустов. Ог резко обернулся и замер. Из лесной чащи медленно, робкой цепочкой выходила неизвестная дикая группа приматов. Они шли странно, постоянно вытягивая шеи и что-то судорожно вынюхивая в воздухе. Вождь сразу же, без слов понял, что именно они ищут — лесной ветер унёс манящий запах его недавних кулинарных экспериментов далеко в чащу.

Ог отреагировал молниеносно. Он развернулся и быстро пошёл к куполу терракотовой печи, чтобы экстренно испечь ещё больше свежих хлебных лепёшек. Пока вождь увлечённо работал с тестом в лаборатории, дикая группа вплотную подошла к каменному кольцу поселения. Тридцать два чужака — настоящий рекорд по численности среди всех когда-либо встречавшихся лесных племён — замерли у подножия двух с половиной метровой стены, разглядывая монолитную кирпичную кладку абсолютно непонимающим, испуганным взглядом. Наверху, на оборонительных помостах, лучники Ога уже взяли их на мушку, хладнокровно пересчитывая по головам.

Как только Ог запустил выпечку и густой, тёплый аромат хлеба лавиной пошёл по всей окрестности холма, у диких гостей мгновенно потекли слюни. Да и у сытых жителей общины тоже невольно сжались желудки, но они стойко терпели, удерживая дисциплину, а вот дикари сдержать инстинктов не могли — они начали громко, восторженно ухать и охать на весь лес. Вся эта напряжённая сцена длилась ещё около десяти минут, пока из пещеры наконец не вышел Ог. В его руках дымились больше десяти свежих, румяных лепёшек. Одну самую большую и пышную булку вождь лично протянул испуганным гостям, остальные бережно раздал своим людям, оставив себе лишь маленькую половинку.

Но не успел Ог сделать и укуса, как со стороны реки показалась ещё одна группа из двадцати трёх человек. Ог присмотрелся и мгновенно зафиксировал важную деталь: во главе отряда шёл вожак с яркими признаками вируса интеллекта, но по его движениям было видно, что поумнел он совсем недавно. Это племя было вооружено качественными каменными топорами и прочными копьями, что для Ога стало приятным сюрпризом — у лагеря появились потенциальные сильные союзники. Вождь без колебаний отдал свою честную половину хлеба новому лидеру. Поумневшие приматы бережно разломили лепёшку, давая каждому соплеменнику по маленькому кусочку, и едва распробовали вкус, как в глубоком почтении дружно встали перед Огом на колени. Дикари, пришедшие раньше, вообще не поняли, что происходит, но от дикого первобытного страха перед «колдовством» тоже синхронно рухнули на колени прямо в траву.

Ог мягко, но уверенно поднял стоявших лидеров с земли и подал знак часовому у рычага лебёдки. Раздался тяжёлый металлический звон, канаты натянулись, и массивные бронированные ворота крепости впервые в истории плавно распахнулись, впуская пришедшие народы внутрь города. Умное племя заходило, заворожённо оглядывая ровные кирпичные улицы и стёкла окон, и шумно восхищалось увиденным. А вот дикие чужаки поначалу просто тяжело и часто дышали. Но вместе с густым, манящим запахом хлеба и жареного мяса они глубоко вдыхали в свои лёгкие невидимый вирус эволюции. Медленно, человек за человеком, их дикие глаза блёкли, уступая место чистым, осознанным и разумным взглядам. Новые люди тоже начали оглядываться по сторонам, восхищаясь мощью цивилизации. Общая численность лагеря официально подскочила до двухсот двадцати пяти человек. Ог удовлетворённо кивнул, прикинув в уме, что теперь им срочно нужно построить ещё несколько больших домов с паровым отоплением, но с их ресурсами это было уже лёгкой задачей.

Вдруг из толпы работающих людей к вождю быстро подошёл Главный геолог. На его тактическом поясе гордо висел трёхзвёздный глиняный жетон. Мужчина перевёл дух и взволнованно произнёс:

— Ог, есть отличный шанс, что мы можем получить огромный, постоянный источник чистого железа.

Вождь резко остановился и пристально посмотрел на подчинённого:

— Железный источник? Как именно?

Геолог уверенно расправил плечи и продолжил, выстраивая чёткую логическую цепочку:

— Помнишь те тяжёлые чёрные камни, которые мы собирали на дне? Они ведь не могли появиться в воде просто из воздуха. Значит, река веками вымывала их из скал и несла вниз по течению. Откуда они могли прийти, как не с тех огромных гор, от которых как раз и берёт своё начало наша река?

Ог на секунду задумался, сопоставляя геологические факты, а затем его лицо озарила широкая улыбка:

— Да, это имеет огромный научный смысл. Нужно немедленно развернуть масштабную эк.. экспедицию на эти горы.

Геолог гордо кивнул, коснулся своего жетона и быстро пошёл в сторону площади — отбирать самых крепких и выносливых бойцов для первого в истории цивилизации дальнего горнорудного похода.

Глава 41

ГЛАВА 41. РЖАВЫЕ ГОРЫ И СИГНАЛ КРЕПОСТИ

Ог не привык откладывать важные государственные решения в долгий ящик. Первым делом он чётко распределил задачи внутри выросшего до двухсот двадцати пяти человек мегаполиса. Вождь оставил строительные бригады на возведении ещё двух просторных кирпично-мазанных домов с паровым отоплением, чтобы полностью расселить прибывших людей, а сам немедленно приступил к сборам масштабной горнорудной экспедиции.

Разумеется, первым в отряд был зачислен Главный геолог. Ог подозвал к себе мужчину с трёхзвёздным жетоном и выдал ему крайне необычное, стратегическое инженерное задание — натянуть прочную сеть из толстых лесных лиан прямо поперёк русла реки у подножия их великой стены. Вождь детально объяснил ошеломлённому офицеру свою задумку: — Если там, в горах, р.. реально много железа, мы просто наберём его в мешек и скинем в воду. Река сама понесёт егг вниз по течению. Когда первый мешок доплывёт и упрётся в твою сеть, для всего нашего города это будет главный знак: началась новая эра!

Геолог восхищённо кивнул, моментально уловив гениальность первой в мире гидропочты. Ог же переключил внимание на армию. На постоянной охране рубежей и стен лагеря у него круглосуточно дежурили от тридцати до тридцати пяти самых опытных, проверенных в боях охотников — этот элитный костяк вождь решил оставить в городе для защиты женщин, стариков и детей. Остальных же доступных мужчин из числа поумневших новичков Ог организованно отправил помогать строителям на кирпичный завод и лесоповал. Для самого похода вождь отобрал ровно двадцать своих лучших, самых выносливых воинов с железными бородатыми топорами.

Целые сутки община лихорадочно собирала запасы еды, пресной воды и прочных кожаных мешков. Рано утром следующего дня, едва весенний туман оторвался от земли, экспедиция слаженным строем выдвинулась вверх по течению реки. Ог шёл во главе колонны. Путь оказался изнурительным: они шли долгие восемь часов, делая лишь короткие остановки для передышки. В своих расчетах времени вождь в тот раз снова немного ошибся, но всего на два часа — его разогнанный мозг заложил более лёгкую дорогу, не учтя крутые каменистые подъёмы.

Но когда отряд наконец вышел к истокам, перед Огом развернулась грандиозная картина. Прямо у русла высились небольшие горы, полностью покрытые характерной рыже-бурой ржавчиной. Это были массивные скальные выходы богатейшей железной руды. До настоящих, исполинских горных хребтов отсюда нужно было идти ещё и идти, но эта локация уже была в десятки раз лучше всего, что Ог встречал ранее. Вождь медленно пошёл по хрустящей породе — земля здесь на половину состояла из твёрдого камня и чистого окисленного железа.

Движимый азартом первопроходца, Ог твёрдо перехватил рукоять, размахнулся и нанёс сокрушительный удар по ржавой скале. Хрясь! От дикого сопротивления породы бритвенно-острое лезвие его бородатого топора с треском скололось, но на месте излома тут же появился новый, неестественно острый угол, обнаживший тёмную блестящую жилу. Ог даже не обратил внимания на поломку инструмента. Его разум был полностью поглощён промышленным азартом. Вождь лишь немного замедлил темп, методично выламывая кусок за куском и складывая руду в тару. Спустя десять минут непрерывной работы Ог набил первый массивный мешок до самого верха, выволок его к обрыву и с силой кинул в бурлящий речной поток. Тяжёлый груз с плеском ушёл в воду и стремительно понёсся вниз, по направлению к лагерю. Это было великое начало. Начало колоссального, нерушимого Железного века Высшей Силы.

Глава 42

ГЛАВА 42. ВАГОНЕТКИ И СИЛА ВОДЫ

Прошло восемнадцать дней упорного, изнурительного труда. За это время Ог полностью обосновал у подножия ржавых гор постоянный укреплённый лагерь, расширив шахтёрский отряд до сорока человек. Поставки руды нужно было выводить на промышленный уровень, и вождь спроектировал очень логичный, но невероятно тяжёлый в создании механизм — первую в истории деревянную рельсовую дорогу с грузовыми вагонетками [local].

Конструкция Ога была шедевром первобытной инженерии. Из прочных стволов хвойных деревьев плотники вытесали ровные направляющие пути. У тяжёлых вагонеток вождь сделал специальные массивные колёсные диски, которые плотно прижимались к рельсам сбоку, не давая составу сойти с маршрута, и за счёт трения заставляли его катиться чуть медленнее на крутом спуске к реке. Однако Ог сразу дальновидно учёл, что деревянные и металлические детали при постоянной нагрузке умеют стремительно стираться. Чтобы вагонетки со свистом не улетали в воду, он изобрёл автоматическую систему торможения.

В задней части каждой тележки вождь установил специальный блокирующий рычаг. Ог рассчитал механизм так, чтобы этот рычаг было легко сместить сильным направленным ударом, но при этом он ни за что не мог сдвинуться сам от постоянной дорожной тряски. Прямо над финальным отрезком путей, на строго выверенной высоте, инженеры Ога натянули между деревьями пару толстых канатов-верёвок. Когда гружёная рудой вагонетка катилась к обрыву, её рычаг с грохотом бился о подвешенные канаты, перещёлкивался, и внутренние колодки плавно, но намертво зажимали колёсные диски. Состав послушно замирал у самого берега.

Но вот дальше — как запускать и поднимать пустые вагонетки обратно к шахте без участия человека — Ог пока не придумал. Из-за этого конвейер всё ещё требовал колоссальных физических усилий. Каждые два дня бригада из четырёх сильных мужчин ходила из центрального города к горному лагерю, неся на плечах огромный запас еды и припасов для шахтёров, а обратно добытое железо бесперебойно отправлялось по реке, намертво цепляясь за натянутую у крепости сеть.

В один из дней Ог присел на каменистый берег и немного дольше обычного засмотрелся на бурный речной поток. Он заворожённо наблюдал за очередным массивным мешком с рудой, который под воздействием яростного течения сам, без чьей-либо помощи, уверенно катился по каменистому дну. Вдруг в разогнанном мозгу вождя сгенерировалась грандиозная, ослепительная мысль: «Почему мы до сих пор не пользуемся этой безумной силой воды? Если она без какого-то человеческого участия способна с лёгкостью толкать по дну колоссальный вес, так почему она не может толкать, например... колесо?!»

Ог резко вскочил на ноги, его глаза лихорадочно заблестели. Поняв, что течение реки способно подарить общине беспрерывную механическую энергию, вождь на полной скорости побежал вглубь лагеря. Схватив железный бородатый топор и ножовочные пластины, он в одиночку, с диким научным азартом принялся вытёсывать широкие лопасти и массивную ось для первого в мире водяного колеса. Великая эпоха гидроэнергетики и автоматизации производства официально зародилась у ржавых гор.

Глава 43

ГЛАВА 43. ГИДРАВЛИЧЕСКИЙ РЫЧАГ И ПЕРВЫЙ НАСОС

Ог детально доработал свою гидроэнергетическую схему, разделив её на две совершенно разные по масштабу и задачам конструкции. Первое, колоссальное по размерам водяное колесо вождь окончательно установил у подножия ржавых гор для обслуживания рудника. Чтобы рабочим не приходилось рисковать руками и ловить на ходу крутящийся под ударами реки барабан, Ог спроектировал гениальный отключаемый механизм — прообраз первого в мире сцепления [local].

На массивную дубовую ось большого колеса вождь насадил подвижную деревянную муфту с длинным, тяжёлым рычагом. Физика системы была безупречной: когда рычаг переводился в положение «выключено», само водяное колесо продолжало бешено вращаться в бурлящем потоке, но его вал с канатом полностью отсоединялся и замирал на месте. В этот момент шахтёры могли в абсолютной безопасности подойти к рельсам, спокойно и надёжно привязать канат за крюк пустой вагонетки. Затем дежурный воин с усилием толкал рычаг вперёд, муфта намертво зажимала шестерни, передавая колоссальную энергию реки на барабан, и состав плавно, но мощно устремлялся вверх по крутому склону горы.

Убедившись, что конвейер в шахте работает без единого сбоя, Ог передал управление Главному геологу, взял с собой троих бойцов и выдвинулся обратно в центральный город к своим двумстам двадцати пяти соплеменникам. Вернувшись к великой стене, вождь сразу же направился к речному руслу у плантаций и приступил к сборке второго водяного колеса. На этот раз Ог намеренно сделал его небольшим — меньший диаметр лопастей позволял колесу вращаться в быстром течении реки с гораздо большей скоростью.

Это небольшое колесо Ог спроектировал исключительно для автоматизации сельского хозяйства. На его быстровращающуюся ось вождь закрепил прочный коленчатый вал, соединённый с глубоким терракотовым цилиндром и плотным поршнем из кабаньей кожи. Получился первый на планете механический гидравлический насос. Когда река бешено крутила лопасти, поршень непрерывно двигался вверх и вниз, создавая внутри камеры колоссальное компрессионное давление.

Этот насос Ог намертво соединил с разветвлённой сетью полых глиняных труб, которые девушки общины заранее проложили по всей площади бескрайних полей. Система сработала фантастически: под мощным давлением гидропомпы речная вода сама, без единого ведра или участия человека, устремилась вверх по трубам и весёлыми фонтанами начала бесперебойно орошать грядки с картофелем-глазастиком и свежими посевами мышиного злака! На этой насосной станции Ог тоже установил удобный деревянный рычаг, чтобы в дождливые дни Главный агроном мог в любую секунду лёгким движением отключить подачу воды на поля. Великий город Разума полностью перешёл на автоматическую механическую энергию, навсегда избавив людей от изнурительного физического труда.

Глава 44

ГЛАВА 44. ЖЕРТВА РАДИ НАУКИ И ЗАКОНЫ АНАТОМИИ

Спустя два дня после запуска автоматической насосной станции на полях, мирный и слаженный ритм жизни первого города Земли внезапно нарушила трагическая весть. От естественной старости и изнурительного груза прожитых первобытных лет в лагере один за другим мирно скончались трое старейшин общины. Для Ога это стало тяжёлым личным ударом, но то, что произошло дальше, потрясло вождя до самой глубины его развитого Разума.

К деревянным сводам лаборатории-пещеры пришли скорбящие родные умерших стариков. Лица людей были печальны, но в их глазах больше не было прежнего дикого, животного страха перед загробным миром. Благодаря влиянию вируса, они совершили колоссальный эволюционный скачок в осознанности. Родственники бережно положили тела у входа, и один из мужчин бегло, сдерживая эмоции, твёрдо произнёс:

— Ог... Старейшины знали, что их дыхание скоро кончится. Перед смертью они с-сказали, что дают согласие. Они хотят, чтобы ты открыл их тела. Чтобы ты узнал, как устроен человек внутри, и смог лечить нас и наших детей.

Ог замер на месте, чувствуя, как по телу пробежала сильная дрожь. Поступок этих людей, добровольно пожертвовавших себя ради прогресса и фундаментальной науки, вызывал глубочайшее уважение. Высшая сила на зелёном холме официально перестала быть просто племенем — они стали единым, монолитным обществом, смотрящим далеко в будущее.

Вождь молча, с глубоким почтением кивнул головой. Помощники аккуратно перенесли тела внутрь лаборатории и уложили их на большой лазурно-бирюзовый витражный стол. Ог подошёл к кузнечному верстаку, взял свой лучший, тонкий нож из чистейшего железа и наточил его лезвие на мокром абразивном камне до состояния бритвенной остроты. Ради безопасности он тщательно омыл клинок и руки густым голубым антисептиком.

Вождь подошёл к столу, глубоко вздохнул и сделал первый, уверенный анатомический надрез. Кожа послушно разошлась под острым железным лезвием. Там были скрытые от глаз внутренние органы, обеспечивавшие жизнь примата. Ог заворожённо смотрел на открывшуюся картину и действовал молниеносно. Он быстро взял кусок сырой, гладкой глины и прямо на ней, пока она не засохла, принялся углём детально зарисовывать лёгкие и другие жизненно важные органы. Под его рукой рождались точнейшие контуры сердца, лёгких, желудка, почек и печени. Вождь скрупулёзно фиксировал каждую артерию, каждый мышечный узел и соединительный проток.

Спустя всего один час кропотливой работы вскрытие было завершено, и тела старейшин со всеми почестями уже хоронили на лагерном кладбище за великой стеной. Но этот единственный час навсегда изменил Ога как учёного. Рассматривая получившуюся глиняную карту человеческого тела, вождь наконец окончательно и полностью понял, как устроен и работает живой организм. Как лёгкие насыщают кровь воздухом, как сердце качает её по сосудам, как желудок переваривает хлеб, а почки и печень очищают тело от ядов. Великая эра профессиональной медицины и хирургии официально зародилась под деревянными сводами пещеры Ога.

Глава 45

ГЛАВА 45. ТАКТИКА ДОВЕРИЯ И НОВОЕ СТАДО

Спустя всего час после запуска горного фуникулёра первая автоматическая вагонетка, тяжело громыхая по деревянным рельсам, триумфально приехала прямо к конечному обрыву у ржавых гор. Дежурные рабочие у реки сработали молниеносно: они быстро и слаженно перегрузили тяжёлые куски добытого железа в мешки для сплава, перекинули стопорный рычаг, и пустая платформа под воздействием натяжения канатов большого водяного колеса плавно и медленно пошла обратно вверх, к вершине горы. Промышленный конвейер Высшей Силы работал как часы.

Но в это же время в самом городе произошло ещё одно важное биологическое событие. Те самые спокойные дикие кабаны, которых Ог отобрал в уличные вольеры, начали активно размножаться. Однако Ог, несмотря на свой разогнанный вирусом интеллект, столкнулся с новой загадкой природы — он ещё не знал, что беременность у самок этих первобытных свиней будет длиться дольше трёх месяцев, и терпеливо фиксировал изменения их тел на глиняной табличке.

Научные размышления вождя прервал глухой стук шагов. К витражному верстаку лаборатории быстро спустился дежурный лучник со стены и взволнованно доложил: — Ог, там на самых дальних верхних полях, далеко за лиственным лесом, замечены странные крупные существа. Они ходят в с-стае. Точное количество от двенадцати до четырнадцати штук, из-за высокой травы пока не можем узнать точнее.

Вождь мгновенно поднялся со стула, закрепил на тактическом поясе железный нож и быстро поднялся на двух с половиной метровую монолитную стену крепости. Ог прильнул к бойнице, лихорадочно оценивая географию окрестностей. Внизу перед ним раскинулись привычные грядки картофеля-глазастика, тянущиеся до самой реки, чуть выше шумели кроны берез и дубов, а вот далеко на севере, на бескрайних равнинных полях, действительно неторопливо двигалось стадо неизвестных травоядных животных. Они настороженно ходили и постоянно осматривались по сторонам. Вдруг Ог заметил, как один из крупных вожаков аккуратно зашёл на опушку лиственного леса и при помощи мощной морды ловко откопал дикую сочную морковь. Остальные члены стада тут же потянулись за ним. Через шесть минут они мирно вышли обратно на простор полей, увлечённо хрустя корнеплодами. В голове Ога мгновенно вспыхнула яркая, прагматичная мысль: «Если они так охотно едят сладкую морковь, значит, они вообще не едят мясо. Зачем тратить на них стрелы? Что, если попробовать приручить их?»

Действовать нужно было тонко. Вождь спустился во двор, взял с собой двоих самых опытных и тихих бойцов общины и велел им взвалить на плечи два массивных кожаных мешка, доверху набитых свежей лагерной морковью. Охотники выдвинулись наружу через открывшиеся бронированные ворота, миновали грядки, перешли реку и бесшумно углубились в дубовую рощу. Они шли невероятно медленно, скрываясь за стволами деревьев и кустами так, чтобы существа на дальнем поле до последнего момента их не заметили.

Когда отряд подобрался достаточно близко к краю лесной опушки, Ог наконец смог чётко пересчитать стадо на открытом пространстве. Добыча Разума была крупной: восемь больших, взрослых штук и6 маленьких детей. В сумме — ровно четырнадцать голов. Вождь сделал знак бойцам замереть. Ог аккуратно, без единого звука достал из мешка первую крупную морковку, зашёл за густой куст на границе леса и плавным, скользящим движением руки толкнул её по траве прямо к копытам животных.

Существа, увидев покатившийся предмет, за секунду в панике сделали пару резких шагов назад. Они испуганно подняли головы на длинных шеях, мгновенно направили свои широкие уши в сторону моркови и замерли, настороженно вглядываясь в кусты. Прошло пять долгих, томительных минут полной тишины. Наконец, из центра стада вперёд медленно вышел один из крупных смельчаков. Высоко удерживая голову и чутко раздувая ноздри, он приблизился к корнеплоду, молниеносно перехватил его зубами и быстро ушёл обратно вглубь стада, где животные принялись увлечённо делить лакомство.

В этот момент к Огу пришла гениальная идея, как правильно выйти из-за деревьев и завоевать их полное доверие. Разогнанный мозг лидера мгновенно зафиксировал несколько фундаментальных признаков, которые ни в коем случае нельзя было нарушать. Первое — категорически запрещено делать любые резкие и быстрые движения. Раз практика показала, что животные отпрянули даже от брошенной еды, значит, они панически боятся любой внезапной активности. Второе — ни в коем случае не смотреть им прямо в глаза. Ог прекрасно помнил, как агрессивно реагировали люди и дикие звери в его стае, когда им смотрели в упор в зрачки — это прямой вызов на бой. Нужно было смотреть строго на их копыта или плечи, демонстрируя полное равнодушие. Третье — нельзя вставать во весь рост. Это базовое правило безопасности у всех диких животных Земли: высокий силуэт всегда означает, что существо готово нанести сокрушительный удар сверху.

А вот что именно нужно делать для успеха, Ог тоже понял безупречно. Эти существа были невероятно любопытными. Значит, если просто насыпать морковь рядом с собой, они начнут проявлять интерес, но вряд ли сами пересилят страх и подойдут близко. Нужен был мощный природный триггер. Вождь решил прямо на их глазах с хрустом грызть и ломать морковь руками — так сочный сладкий аромат мгновенно пойдёт по воздуху, и ветер донесёт его до стада. Если животные увидят, что перед ними кто-то спокойно сидит, не делает резких движений и увлечённо ест без капли паники, их инстинкты подскажут: опасности здесь нет.

Ог твёрдо перехватил мешок, аккуратно снял его со спины и медленно, гуськом, прижимаясь к самой земле, начал выходить из-за деревьев лиственного леса прямо навстречу замершему стаду четырнадцати гигантов на дальнем поле. Великий бесконтактный штурм дикой природы начался.

Глава 46

ГЛАВА 46. АКУСТИЧЕСКОЕ ДОВЕРИЕ

Ог аккуратно перехватил поудобнее кожаный мешок и начал медленно, плавно идти прямо по направлению к табуну. Настороженные существа моментально заметили его приближение и синхронно сделали пару шагов назад. Вождь вовремя остановился. Его разогнанный интеллект чётко считал обстановку: он зашёл на их личную территорию. Все четырнадцать животных внезапно встали как вкопанные статуи, яростно направили свои широкие уши в его сторону, а крупный вожак спереди издал грозный, раскатистый звук, похожий на предупреждающий храп. Ог понял, что если пересечь эту невидимую зону дальше, дикая стая не задумываясь нападёт.

Действуя хладнокровно, вождь медленно развернулся к ним спиной, демонстрируя полное отсутствие угрозы, и сделал ровно шесть шагов назад, увеличивая дистанцию. Животные слегка расслабились. Ог плавно сел на корточки в высокую траву и полностью высыпал перед собой весь массивный мешок сочной лагерной моркови. Он отлично помнил, что у диких лошадей великолепный слух, но любые резкие и громкие звуки им неприятны и вызывают панику.

Чтобы запустить пищевой триггер, Ог взял одну морковку и принялся увлечённо есть — он громко с хрустом разжёвывал мякоть и с сухим стуком ломал корнеплоды пополам, пуская сладкий сок по весеннему ветру. Так вождь неподвижно просидел целый час. Из двадцати трёх отборных морковок он неторопливо съел уже пять штук. От долгого сидения на одном месте Огу стало скучно, и он, не прекращая трапезы, начал тихо, монотонно бубнить себе под нос свои грандиозные будущие планы по строительству кирпичных домов и отливке железа.

И тут сработал неожиданный фактор биологии. Пока Ог сидел спиной и не видел стадо, дикие лошади заинтересованно повернули уши в его сторону. Монотонный, тихий и непрерывный голос вождя подействовал на них как природное успокоительное — под это бормотание они в прямом смысле слова начали сладко засыпать. Но этот эффект наступил только после десяти минут непрерывного слушания.

В такой позе Ог стоически просидел ещё три с половиной часа. Чтобы удерживать внимание табуна, он заставлял себя аккуратно съедать по одному небольшому кусочку моркови строго каждые двадцать минут. Когда вождю совсем надоело сидеть в траве, он плавно, без резких рывков поднялся на ноги, забрал с собой лишь пару оставшихся корнеплодов, а всю остальную оранжевую гору оставил лошадям. Ог медленно зашагал обратно, скрываясь под сенью лиственного леса. И стоило его силуэту окончательно исчезнуть за деревьями, как оголодавший и полностью успокоившийся табун изо всех сил дружно кинулся на оставленную морковь, уплетая лакомство за обе щёки. Первая стадия одомашнивания завершилась абсолютным триумфом Разума.

Глава 47

ГЛАВА 47. СДВОЕННЫЙ ЛУК И ЗАБОТА СТАИ

Когда Ог вместе со своими спутниками двинулся обратно в лагерь, воины увлечённо принялись пересказывать ему то, что видели из засады. Они восторженно жестикулировали, объясняя, как дикие кони внезапно повернули уши в сторону вождя и начали сладко засыпать ровно через десять минут после начала его непрерывного бормотания. Ог сразу же, без лишних слов понял природу этого биологического феномена — его тихое, монотонное бубнение будущих планов сработало на зверей как идеальный успокаивающий шум. Чтобы окончательно закрепить этот успех, вождь твёрдо решил ходить на дальнее северное поле каждый божий день, пока табун полностью не привыкнет к его голосу и запаху.

Однако, когда Ог озвучил это решение своим людям, один из самых опытных элитных бойцов общины сурово покачал головой, преградил вождю путь и твёрдо произнёс:

— Возьми лук. Бери его на всякий случай с собой всегда. Мы не сможем постоянно ходить за тобой следом, чтобы не спугнуть коней. А если с тобой пойдёт молодой, неопытный воин — это смертельно опасно. Мы сегодня на дальней охоте встретили волков. Настоящая дикая с-стая.

Ог понимающе кивнул, признавая правоту ветерана, и весь остаток пути до крепости отряд шёл в полном, сосредоточенном молчании. Но разум вождя уже лихорадочно проектировал оружие нового поколения. Обычный примитивный лук дикарей казался ему слишком слабым против волчьей стаи. Оказавшись в своей деревянной пещере-лаборатории, Ог немедленно приступил к созданию принципиально новой конструкции.

Для начала он взял два стандартных деревянных лука и прочно соединил их вместе. Этот самый первый прототип вышел неуклюжим, тяжёлым и ужасным на вид, но его убойная сила оказалась колоссальной. Поняв, что идея работает, Ог взял железный нож и принялся вырезать совершенно новую, полностью однородную форму из гибкого и прочного дерева, без каких-либо швов и лишних скрепляющих частей. Спустя час кропотливого столярного труда основа была готова. Но тут Ог подметил серьёзный недостаток: у его сдвоенного прототипа выходило сразу две независимые тетивы, натягивать которые одновременно было жутко тяжело и неудобно. Вождь решил эту физическую задачу гениально и просто — он взял обе тетивы из кабаньих сухожилий и намертво связал их по центру одним прочным, крепким узлом.

Ещё через один час непрерывной работы у Ога в руках лежал готовый второй прототип. Оружие вышло невероятно удобным в хвате, а за счёт сдвоенных плеч и узловой тетивы оно било ровно на двадцать процентов сильнее первого образца! Оставалась лишь одна весомая проблема — из-за огромной натяжной силы целиться навскидку было слишком тяжело. Ог не растерялся и добавил на деревянную рукоять первый в истории планеты фиксированный прицел. Проблема точности исчезла в ту же секунду — целиться по мишеням стало в разы легче и быстрее.

На следующее утро Ог полностью экипировался и уже был готов выйти за бронированные ворота, как вдруг на площади его дорогу заблокировал Главный боевой командир. Сильный воин протянул вождю небольшой кожаный мешок с бирюзовым антисептиком. Ог попытался отказаться, но его просто не пускали к выходу со стены — элитные стражи с железными бородатыми топорами стояли как монолитные скалы, упрямо скрестив руки на груди. Только когда Ог вздохнул и покорно закрепил мешок с лекарством на своём тактическом поясе, его с уважением отпустили наружу. Перейдя реку и миновав лиственный лес, вождь снова вышел на границу бескрайнего северного поля, держа в руках свой новый мощный лук с прицелом. Впереди, в утреннем тумане, его мирно поджидало то же самое дикое стадо четырнадцати гигантов.

Глава 48

ГЛАВА 48. СВЯЩЕННЫЙ СОН И ЖИВОЙ ЩИТ

Ог медленно вышел из тенистых крон лиственного леса прямо на границу бескрайнего северного поля. Дикий табун лошадей моментально зафиксировал появление бесшёрстного примата и испугался, но уже далеко не так сильно, как это было вчера. Вожак стада лишь настороженно вскинул голову, контролируя дистанцию, но не стал издавать предупреждающий храп. В этот раз Ог решил кардинально изменить тактику эксперимента: он уселся на корточки лицом прямо к ним, а не спиной. Вождь аккуратно развязал кожаный мешок, полностью высыпал перед собой на сочную траву гору свежей лагерной моркови и начал методично, с громким хрустом разламывать корнеплоды, пуская аппетитный сладкий сок по воздуху и тихо бубня под нос свои будущие планы.

Вождь своими глазами увидел, что всё рассказанное воинами было чистейшей правдой. Дикие кони под воздействием его непрерывного, ровного голоса действительно начали медленно и уверенно успокаиваться, расслабляя тела и направляя свои широкие уши строго на Ога. Но вот чего сам лидер абсолютно не учёл — это коварного обратного эффекта физиологии. Ог просидел в кузнице и за чертежами всю прошлую ночь и попросту не успел поспать. Спустя час пик дикой усталости и засыпания был полностью достигнут. Вождь как-то умудрялся держаться этот тяжёлый час, осторожно будя себя и продолжая хрустеть морковью, но биология брала своё — это не помогало.

Но в этот критический момент произошло совсем не то, чего Ог ожидал. Самая смелая и крупная кобыла стада внезапно начала медленное движение, делая шаг за шагом всё ближе и ближе к Огу. Когда она подошла почти вплотную, то безошибочно заметила: микронапряжение мышц в теле примата практически исчезло. Кобыла доверчиво опустила голову на длинной шее и принялась аккуратно брать морковку прямо из кучи. Но именно в этот миг силы окончательно покинули Ога — его тело потеряло баланс и начало стремительно падать назад. Кобыла успела ловко взять морковку губами и в испуге отпрянула назад с ней, когда вождь с глухим стуком полностью рухнул на спину, погрузившись в беспамятный, глубокий сон.

Весь остаток табуна позади мгновенно встал в жёсткую защитную позу, тревожно вглядываясь в траву и ожидая неминуемого нападения хищников. Но они ждали двадцать долгих минут. Они замерли так надолго, что весь дикий адреналин в их крови бесследно пропал, а вместо него поднялась волна голода и природного любопытства. Больше всего лошадей волновал тот факт, что этот странный двуногий просто беззащитно раскрыл свою шею прямо перед ними. На опасного охотника это было не похоже.

Стадо начало медленно подходить, каждую секунду готовое сорваться в паническое бегство от любого шороха. Но Ог не двигался. Его дыхание было ровным, а напряжение в мускулах полностью отсутствовало. Он и правда спал. Когда лошади окончательно это поняли, они пошли гораздо увереннее. Подойдя к спящему вождю и осознав, что им никто не мешает, животные дружно накинулись на гору сладкой моркови. Между ними начались мирные, забавные соревнования: кони шумно толкались боками, кто-то пролезал вперёд, а кто-то просто упрямо вставал в центр и наотрез отказывался уступать место другим. Они увлечённо ели прямо возле лежащего Ога.

Когда на траве не осталось ни одного оранжевого кусочка, животные под воздействием инстинкта начали подражать вождю и ложиться спать. В их головах сработала чёткая логика: раз даже этот осторожный двуногий лёг и полностью оголил шею, значит, никаких опасных хищников в этой местности сейчас точно нет. Та самая смелая кобыла опустилась на землю вплотную к Огу, став для него настоящим, массивным живым щитом от лесного ветра. Остальной табун мирно разлёгся в трёх-пяти метрах вокруг них.

Прошло несколько часов. На дворе начало слабо, еле заметно рассветать, когда Ог наконец открыл глаза. Первое, что он увидел перед собой, повергло его в полный шок. Вокруг него на поляне покоился целый табун диких лошадей, которые сладко и безмятежно спали, а прямо впритык к его груди лежала та самая защитница. Вождь замер, стараясь не делать резких движений. Он тихо протянул руку к тактическому поясу, достал второй мешок с припасами и максимально бесшумно высыпал морковь на траву.

Ог взял один корнеплод и захотел ласково дать его своей верной сторожихе, но когда перевёл на неё взгляд, обнаружил, что кобыла уже не спит и пристально смотрит на него своими большими тёмными глазами. Пока вождь заворожённо глядел на неё, лошадь шумно набрала полные лёгкие воздуха и с глухим фырканьем выдохнула тёплый, горячий пар прямо в лицо Огу. Вождь лишь тепло улыбнулся. Он медленно довёл руку с едой к её большой морде и открыл ладонь. Кобыла шумно понюхала лакомство и невероятно аккуратно, одними мягкими губами взяла морковь из его пальцев. Но пока Ог кормил свой живой щит, остальной табун вокруг тоже начал лениво просыпаться, подниматься на ноги и подходить ближе. Вождю пришлось усесться поудобнее и с улыбкой давать по сочной сладкой морковке каждому члену своей новой, удивительной верховой стаи.