Всё начинается с малого

Глава 1

Я проснулся очень рано, можно сказать даже не засыпал. Пробуждение моё, правда, было совершено не по своей воле. Ужасная телефонная мелодия разрушила мой сон, как паводки лед на речке. Вот уже месяц не могу решиться поменять её на что-нибудь приличное, то занят, то лень, хотя дело то минутное.

Быстро, насколько это было возможно, я доковылял до «адского пыточного аппарата», прервавшего мой райский сон, предварительно посмотрев на время (ЧАС НОЧИ!!!), и взял телефон, готовый высказать той сволочи, по другую сторону: всё, что я о нём думаю.

Это оказался мой старый друг Влад. Я знал его с первого класса, так что в виде исключения, перед тем послать его и отправиться спать, выслушаю, что он хочет сказать. Тем более он редко звонит в такое время без особой причины. Гнев мой как-то сам собой спал, и отвечал на звонок я уже без резкого желания придушить своего собеседника.

— Ало, привет, Серый, я надеюсь, ты не занят? — Произнёс Влад. Я даже не понял; издевается он или говорит серьёзно, но насчет того что у меня пропало желание его придушить: это было сказано поспешно, очень поспешно.

— Нет! Ты же знаешь, час ночи моё самое любимое время, я как раз сижу и думаю чем бы меня заняться. — Ответил я, пытаясь выдавить в каждую фразу как можно больше злобы и сарказма.

— Извини просто дело срочное, мне нужно, что бы ответил на один вопрос, утром уже все места разберут.

Приняв моё молчание, как знак согласия Влад продолжил.

— В общем, наш институт испытывает новые капсулы виртуальной реальности и ищет добровольцев. Работка не пыльная; три дня посидеть в коконе не вылезая, поиграем в лучшую игру нашего времени, ещё и деньги с этого получим. Данил с Костиком уже согласились.

Данил и Костя тоже были моими друзьями ещё со школьных времён. Вчетвером мы составляли такой своеобразный квартет по интересам, главной задачей которого было находить приключения себе на голову и заниматься всякой бесполезной фигнёй, чтобы не было скучно. В общем, всё как у людей. Какое-то время наш квартет существовал и на территории института, но после того как Костика благополучно выперли нас осталось трое.

Недолго думая я согласился. Что-то подсказывало мне, что эта затея, как впрочем, и большая часть других предложений, которые поступали от Влада, нечем хорошим не закончиться. Но сейчас мне хотелось только спать, и о чём либо другом думать было невозможно.

Как только звонок закончился, я упал на кровать и сразу отрубился.

***

Пробуждение в четыре утра не было для меня чем-то из ряда вон выходящим, но все равно рановато. Особенно если учесть, что поспал я всего ничего. Погружаться в царство Морфия ещё раз мне уже не хотелось, так что пришлось погрузить себя в домашнюю рутину с утра пораньше.

Вспомнил о ночном разговоре я только через полчаса, полностью окончив все утренние процедуры и порядком взбодрившись. Но толи запомнил я крайне мало, толи Влад так толком ничего не рассказал, однако мои знания о том, что должно будет произойти сегодня, были близки нулю.

С начала я сам хотел во всём разобраться и залезть на сайт института, но тут меня осенило. Зачем делать что-то самому, если можно спросить у других. С самой предовольной улыбкой я позвонил Владу. С третей попытки, в награду за мои старания, из динамиков полился раздраженный и самое главное сонный голос моего старого друга.

— Что такое? Вроде бы только три часа назад болтали, а уже такой замученный голос. — Еле сдерживая смех, проговорил я.

— Серый, а ты случаем не фашист. В четыре часа, без объявления войны и сразу на беззащитных людей нападаешь. Да-а-а. — Влад зевнул, после чего уже не возвращался к теме фашистских захватчиков, видимо окончательно проснувшись. — Ты по делу или просто отомстить?

— По делу, конечно, но и отомстить захотелось. Я был слишком сонным чтобы запомнить, на что именно я вчера подписался.

— Во-первых, это было сегодня. Во вторых, а сейчас я не слишком сонный, чтобы об этом рассказывать?

— Нет, на мой взгляд, самое то. Меньше отступлений будет.

— Короче, не парься Костик утром за нами заедет. То есть нормальным утром через несколько часов. Ну, ты меня понял. А потом мы поболтаемся по городу на его новой машине. — Влад особенно выделил слово машина — развлечёмся немного и прибудем на место в нужное время.

— Ясно, мы лёгких путей не ищем.

— Ещё как!

Дальше мы ещё немного поболтали обо всём и ни о чём. Я даже получил информацию о том, что будет происходить сегодня.

В двадцать первом веке индустрия компьютерных игр совершенствовалась в геометрической прогрессии. То, что ещё десять лет назад, казалось несбыточной мечтой, сейчас было реальностью. Сейчас на пике популярности были игры с полным погружением, они захватили буквально всё: рекламу, экономику, культуру, даже фильмы теперь снимали в виртуальной реальности. Но при этом мои знания об этой отрасли экономики были весьма и весьма поверхностны. Главной причиной этого было то, что у студентов было очень мало времени и денег на развлечения, а в игры с полным погружением как утверждали все мои знакомые, и даже некоторые рекламные компании, играть меньше чем пять часов подряд пустая трата времени, поэтому я довольствовался обычными 3D играми. Из нашей четверки, по настоящему, увлекался этим только Костик, собственно, это и было главной причиной, по которой он вылетел из института. Об игре, в которой мы проведём три дня, я всё-таки что-то знал хоть и предельно мало. Поскольку «разлом миров» был самой популярной и продвинутой игрой современности, информация о нём достигла даже моих ушей. Фактически это была классическая фэнтезийная рпг, с двумя особенностями. Первая это то, что вся игра была на несколько уровне выше своих конкурентов, там было продумано практически всё, и мир практически не чем не отличался от настоящего в плане детализированности и реалистичности (если, конечно, не считать магию и прочие игровые условности). Второе это то, что игра был по-настоящему безгранична, как можно было догадаться из названия, она состояла из множества миров, число которых постоянно увеличивалось. Этого было достаточно, чтобы без какой либо оригинальной идеи покорить весь мир.

И в этом месте мне предстоит провести целых три дня, да еще и деньги за это получить, чем не сказка. К тому же не в одиночку, а в кампании троих старых друзей. Так что эти каникулы будут проведены весело и задорно. Осталось только дождаться Костика.

Конечно, я бы мог поступить как порядочный геймер и зайти на форум игры поискать всю информацию, но я им не был. Да и зачем портить себе удовольствие? Играть мы будем всего три дня, так что никаких высот не добьёмся. И, тем более,учиться на собственных ошибках намного веселее, чем на чужих. Особенно когда они происходят не в реальной жизни.Так что если я прочитаю инструкцию к чайнику, а не полезу нажимать все кнопки подряд, этому миру очень повезет.

Поэтому я всё утро прозанимался всякой бесполезной всячиной, из полезного пару раз открывал учебник по биологии, всё-таки, даже на каникулах учеба способна о себе напомнить.

Из полу апатичного состояния меня вывел удар в дверь. Судя по звуку, кто-то как минимум попытался выбить дверь с плеча, максимум притащил с собой маленький таран. Сомнений, кто это был, у меня даже не возникало. Мало кто из моих знакомых мог решиться на столь радикальные способы приветствия, и конечно же, всё эти люди никогда и не подумали бы остановиться на одном ударе. Действительно, через секунду послышался до боли знакомый голос и новый удар.

— Открывай, сова, медведь пришёл!

Выполнять просьбу я не спешил. Всё- таки надо быть на сто процентов уверенным кого пускаешь в дом, да и просто смотреть за потугами этого «человека» из глазка было забавно. Как и следовало ожидать, за дверью оказался Костик, который уже брал разгон для нового удара, чтобы таранить дверь ещё раз. ( И чем она ему так приглянулась?)Я сработал на опережение, быстро открыл дверь и отпрыгнул в сторону. Удивительно, но такая детская, даже мультяшная шалость сработала. Костя не успел затормозить, стрелой пролетел через дверь и на полном ходу врезался в стену.

— Чего кричишь открыто же? — сказал я, наблюдая за «поверженным врагом», который без сил лежал на полу.

— Да так, решил, что ты тоже спишь. Полчаса стоял у Влада под дверью, прежде чем тот открыл.

— А сам виновник торжества где? — спросил я, подовая Косте руку.

— В машине. Сказал, что ему нужно кое-кому позвонить.

— Ну, тогда, подожди минутку. Я накину на себя что нибудь, и пойдём. А то Влад без нас уедет.

— Верно, надо поторопиться. — Буркнул Костик с участливым видом рассматривая входную дверь. — Хорошая у тебя дверь. И кстати, я как раз с работы недавно уволился, не сошлись характером с начальством, а тут Влад со своим предложением. — (Что общего между дверью, работой и Владом я не понял, однако предпочёл промолчать.) — Чутьё у него на такое, чутьё.

Вскоре мы вышли к «новой машине» Кости. Это оказался повидавший многое жигуль малинового цвета. Где и какими путями был добыт этот легендарный автомобиль, который перестали выпускать в начале века. Для меня осталось загадкой покрытой тайной.

Не выдержав такого зрелища, я заржал, с трудом выдавливая из себя обрывки фраз.

— Так вот ... какова легендарная машина... о которой я столько слышал.

— Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти, чтобы достать свою ласточку.

— Через все городские свалки? — Тут уже засмеялись мы оба.

— Нет, но близко. Ради неё мне пришлось поставить поставить примерно десять таких же как у тебя дверей, и примерно столько же сдать в металлолом.

— Так вот почему ты с такой любовью вписался в мою дверь. Надо было сразу понять, что у тебя на неё корыстные планы.

— Не переживай. Не заметно такую махину украсть не получиться.

— Кстати, о махинах. Почему нас никто не встречает?

Когда мы заглянули внутрь ласточки, я получил ответ на свой вопрос, заодно еще немного приподняв себе настроение. На заднем сидение свернувшись калачиком спал Влад, видимо, его важный разговор шел полным ходом.

— Вот, гад! Меня разбудил в час ночи, а сам теперь дрыхнет!- возмутился Костя.

— О, тебя тоже?

Наши с Костиком взгляды встретились, и у каждого из нас на лице появилась хитрющая довольная улыбка. Дальше мы действовали, не сговариваясь, но на удивление слаженно. Я надел мешок на голову своей жертвы. Костик же в плотную приблизился к уху Влада и заорал.

— Рота подъём! Военкомат зовёт!

Не слишком оригинально, зато действенно. От неожиданности Влад подорвался с сидения, и хотел было встать по стойке смирно, но стукнулся о потолок автомобиля и упал обратно. Спросонья до него не сразу дошло, что на его голову нацепили мешок, так что он ещё несколько минут беспокойно оглядывался, пытаясь понять, что происходит, когда же мешок был снят, он завернул такой монолог, что если бы сие действие происходило в институте, он бы стразу вылетел из него. Эффект тирады подорвало то, что мы с Костей валялись на асфальте не в силах подавить неконтролируемый смех.

Влад упокоился раньше нас, и толи он проникнулся комичности ситуации, толи мы с Костиком выглядели настолько забавно, но вскоре он начал смеяться вместе с нами.

Через какое-то время все трое были готовы ехать, за последним членом нашей банды, но оказалось, что Данил нас не дождался и самостоятельно прибыл в институт. Обидно конечно, но его можно понять, всё-таки кто знает сколько мы можем еще дурачиться.

Добрались мы туда примерно за час. Всю дорогу главной темой разговора была Костина ласточка. Двери института, как всегда, встретили нас приветственно и зазывающие, своими полу прикрытыми дверцами, которые открывались через раз, и спящим на посту охранником. У порога, как верная собака, нас уже ждал Данил, и, судя по его виду, ждал он нас довольно долго.

Быстро поздоровавшись, мы расселись на перилах. Конечно, мы могли бы пройти мимо спящего Евгенича, тем более он бы все равно нас пропустил, но необходимости в этом не было. У нас было ещё уйма свободного времени, даже не смотря на все задержки.

Поскольку Влад забыл рассказать Данилу о времени прибытия, тот не на шутку испугался, когда мы не приехали за ним в оговоренный срок, дозвониться он ни до кого не смог, поскольку денег на симке у него не было, поэтому ему пришлось бежать в институт так быстро, как только он мог. Какого же было его удивление, когда в институте ему, задыхающемуся от быстрого бега, покрутили у виска и сказали ждать ещё два часа. Зато он провёл это время с пользой: пополнил счет, позвонил нам, немного пообщался с охранником.

Мотаться по городу, как планировалось раньше, было уже не актуально. Зачем если все собрались на месте? Оставшееся время я рассчитывал провести за разговором о Костиной "ласточке", которая, будь она человеком, уже давно сгорела бы со стыда. Но Данил подбросил нам новую тему для разговора, благодаря чему старенький, изъезженный вдоль и поперёк жигуль наконец-то обрёл покой.

— Я все-таки решился, женюсь! Этой осенью.

Вот так новость как новость. Он уже почти год собирался жениться, но ему постоянно что-то мешало, то «мало знакомы», то «вдруг откажет», то «денег мало», и ещё куча похожих причин. Так что, для нас это стало неожиданностью, что вся эта катавасия, которой не было видно конца и края, всё-таки закончилась.

Оставшиеся время мы провели в разговорах о предстоящей свадьбе, то подбадривая жениха, то сочувствуя потерянному холостятскому счастью.Костя в основном говорил о выпивке на банкете. Влад о гостьях. Оба в полный голос спорили о предстоящем мальчишнике. Я как человек с биологическим уклоном в образовании начал разговор о детях, и о том какова в наше время вероятность рождения здорового ребёнка, не добавить ложку дёгтя в бочку мёда я не мог, к тому же было забавно наблюдать, как зеленеет жених при моих словах. Данил, как и положено виновнику торжества говорил обо всём понемногу, больше всего заостряя внимание на дедовом месяце.

За разговором время пролетело не заметно, и если бы ни Евгенич, который, проснувшись, тут же принялся сгонять нас с перил, мы бы, наверное, опоздали бы нашу подработку. Сейчас мы быстрыми шагами направлялись в святую святых, техническому отделу института. Там нас уже ждал управляющий технической частью, которого мы для простоты про себя называли электриком, на что тот обижался. Увидеть его в живую, было большой редкостью, обычно он целыми работал в Вирт капсуле (т.е. играл). В наш институт всегда завозили несколько таких капсул на тестирование, обычно электрик справлялся сам, но иногда капсул привозили больше трёх, тогда он брал студентов себе в помощь, поле чего честно отдавал тем их долю. По этой причине мы суда и попали.

— Ну что, все собрались? — Сказал он, оглядывая нас и ещё несколько ребят с первого курса, видимо, в этот раз капсул дали намного больше обычного. — Тогда я по быстрому зачитаю вам технику безопасности. Вы подпишите бумагу, что вас всё устраивает, ответственность за ваши жизни я не несу и всё тому подобное, а дальше можете приступать. Перед этим хочу поставить все точки над «ё». Эта игра отличается от остальных, в которые вы знаете; во-первых, как вы все заметили, сидеть в ней вы будете не пару часов как обычно, а три дня. Не каждый организм способен выдержать такое, те у кого проблемы со здоровьем, как у меня, к примеру, лучше выйдите из этой комнаты. Также есть кое-что, о чем я вас не предупредил, в игре «разлом миров» начали тестировать новую программу со стопроцентным погружением. Это значит, что если вы порежетесь, то болеть будет, как от настоящей царапины, а если вы не дай бог умрёте, то боль будет такая, что кто-нибудь из вас точно ляжет в больничку. И прочие прелести жизни тоже присутствуют, не в полной мере, конечно, но они есть. Так для тех, кто всё же решит рискнуть здоровьем, пригодиться такой совет, лучше сидите тихо и не высовывайтесь. А теперь техника безопасности.

У нашего электрика нет таланта зазывать к себе людей на работу, но на удивление после его тирады из зала вышли только двое. Остальным, по-видимому, как и нам терять было особо нечего, хотя у меня проскакивала мысль все бросить и уйти, терять три дня на какую-то сомнительную деятельность, да ещё и с полным букетом ощущений хотелось мало, но любопытство всё же взяло верх. Всё-таки не каждый день тебе предлагают возможность одним из первых испытать, что-то новое и получить от этого «удовольствие».

Техника безопасности представляла собой всё выше сказанное, только выложенное в более подробной и менее понятной форме. Потом последовала бумажная волокита, которая не заняла много времени. Когда приготовления были закончены, электрик жестом фокусника открыл все капсулы разом, скорей всего в другой руке у него был какой-то пульт, по крайне мере я на это надеюсь, и произнес - милости прошу.

Дважды предлагать не пришлось. Я залез в капсулу и погрузился в игру.

Глава 2

Это был не первый раз, когда я погружался в капсулу виртуальной реальности. Раньше ради интереса пару раз заходил в компьютерные клубы, да и от подработки у электрика отказывался не часто, но в этот раз всё происходило очень долго и неприятно. Главной причиной такого была система внутри венного питания, которая должна была обеспечить трёхдневное пребывание в виртуальном мире, так же много хлопот вызывало сканирование тела, видимо это было как-то связано с системой сто процентного погружения. Точнее сказать не могу, я в этом плохо разбираюсь, но ощущения не из приятных.

После того как всё было закончено, я погрузился в игру. Поймать тот момент, когда разум переходить из реального мира в виртуальный, у меня, как всегда, не получилось. Просто в один миг моё зрение из тьмы настоящей погрузилось во тьму виртуальную, а через секунду перед глазами уже висела классическая печатная табличка.

вас приветствует игра нового поколения «разлом миров».

От неожиданности я вздрогнул. Для человека постоянно не играющего в таки игры, внезапное появление таблички зачастую становиться неожиданностью, некоторых пугало до икоты и чертиков.

Хотели бы вы ознакомиться с особенностями игры: да/нет

Вникать во всё это мне не хотелось, скорей всего, я получу тону информации, которой даже не успею воспользоваться. Больше хотелось разобраться во всём самому, без подсказок. Потыкать куда не следует. На совершать кучу ошибок. Вот в чём суть существования, и так как это всего лишь игра, то надо воспользоваться редкой возможностью делать глупости без последствий. Что ещё можно пожелать от отдыха.

Так что я продолжил не спеша создавать персонажа. Только тут открылась ещё одна большая особенность игры, обычно для взаимодействия с интерфейсом надо было нажать на него или произнести голосовую команду, но сейчас мне было достаточно только подумать, а игра уже отреагировала на моё желание. Без сомнения, капсула нового поколения могла считывать мысли своего владельца. С одной стороны это могло быть очень удобно; играть, когда мир реагирует на каждую твою мысль, становиться на много легче. Но с другой, если задуматься, как такую возможность могли использовать военные, разведка, учёные или другие службы становилось очень страшно. А если задуматься, то я и сам становился своего рода подопытным кроликом. К счастью, мне скрывать нечего, да и за себя я особо не боялся, так что процесс создания персонажа продолжился, а плохие мысли были отодвинуты на другой план.

Вначале, как и положено мне был предоставлен выбор расы. Здесь было более ста разных табличек, за которыми стояли различные магические и не очень существа, от обычного человека до какого-то непонятного арахно-этно-морфа. В глазах рябило от такого разнообразия. Я уже хотел было прочитать описание нескольких самых известных рас, но тут появилась ещё одна табличка, решившая большинство моих проблем.

Константин N предлагает вам стать своим братом. Согласиться? да /нет

Неожиданно, конечно, но к чему такие почести, я не понял. А если серьёзно я не понял ничего. Почему, зачем, на каких правах и чего от меня хотят? К счастью, владелец данного предложения поспешил пояснить мне происходящие.

— Так, Серый, не кипишуй. — Раздался из неоткуда Костин голос.- Это просто такая игровая особенность, что бы проходить некоторые квесты совместно, не обращай внимания и жми да.

Спорить с Костей по этому поводу не хотелось, всё-таки он знает об игре гораздо больше меня, даже успел провести кучу разных манипуляций, за то время пока я смог пропускал рекламное приветствие.

После нажатия на «да» в меню создания персонажа сразу заполнилось несколько строк, что заметно облегчило мне выбор.

Раса: человек.

Мир: Годрант.

Дальше шел выбор внешнего вида персонажа. Здесь я тоже не стал заморачиваться, просто слегка подправил прическу. Всё остальное оставил как есть, то есть нечем не отличающееся от моего настоящего облика, все-таки сканирование в капсуле работало на славу, даже мама бы наверное не заметила различий. Закончив с этим, я нажал на кнопку создать персонажа, однако оказалось что мое «детище» ещё надо было как-то обозвать. Сегодня мне совершенно не хотелось задумываться над, чем либо, скорей всего сказывался недосып, поэтому после прибавления к моему прозвищу или производному от имени, тут, если честно я и сам не знал, чего-нибудь посолидней, был получен «серый странник», достаточно неплохо, хотя бы запоминающиеся. Ладно, лучше не думать о том, насколько ник получился неудачным, а то ещё передумаю. Главное первое время не смотреть в глаза товарищам, а то помру ещё со стыда. Со второй попытки персонаж все же был создан.

Внимание! Пока все братья не будут готовы, вы не сможете начать игру.

А вот это уже не очень хорошо, кто знает, сколько мои «собратья» могут создавать своих аватаров. Просто так ждать было скучно, поэтому решил почитать описание некоторых характеристик.

Человек — самая распространённая раса, обитающая почти во всех мирах, имеет нейтральные отношения с большинством рас, кроме людоедов, существ хаоса и демонических королевств.

Расовый бонус – каждые пять уровней +2 к одной характеристике на выбор. Колонизатор миров (положительные бонусы любого из миров увеличиваются в 2 раза).

Расовая уязвимость – повышенное демоническое влияние.

Классически в играх такого жанра человеку явно дают полную свободу действий, только к демонам лучше не соваться.

Гордант – один из миров прародитель человечества, по легендам именно из него люди распространились по всем мирам. Королевства на западе давно определились с территориями и войны проходят очень редко, на востоке из-за близости с разломом хаоса нет стабильности, а также можно встретить большое скопление монстров и варварские племен

Бонус мира: живительный воздух (скорость регенерации здоровья + 5%),обитель людей (+ 5% к получаемому опыту для людей (бонус человеческой расы не учитывается).

У мира очень неплохие характеристики. Здесь достаточно легко раскачаться, особенно для человека. По крайне мере мне так кажется, как на самом деле обстоят дела, я узнаю попозже у «экспертов». Осталось разобраться с самой непонятной для меня характеристикой – братья.

В мирах разлома не последнюю роль играют родственные узы. Они открывают перед игроками множество дополнительных событий связанных с родословной их персонажа. Внимание квесты распределяются случайным образом! Проходить их можно только полным составом. Сделать игрока родственником можно только, если ваши персонажи ещё не достигли второго уровня.

Ясно, братья — это что-то вроде совместной сюжетной кампании. Достаточно удобно.

Внимание! Все игроки готовы. Начало генерации обучающего квеста.

Желаем вам удачной игры!

В глаза ударил яркий солнечный свет. Проморгавшись и привыкнув к освещению, я смог осмотреться. Судьба или игровая механика, это уже с какой стороны посмотреть, забросила меня в достаточно просторную комнату, сооружённую из деревянных досок.

Нескольких секунд было вполне достаточно, чтобы понять, почему разлом миров считается лучшей игрой нашего времени. В играх с полным погружением, в которых я бывал до этого, всегда, если присмотреться, можно было найти какую-нибудь неточность, размытость или что-нибудь другое, что заставить тебя усомниться в реальности происходящего. Здесь же все было по-другому, каждая деталь была даже слишком настоящей, неотличимой от реального мира. Единственная не привычная особенность была в том, что здесь всё было каким-то непривычно большим. Хотя я некогда не мог похвастаться большим ростом, но тут это ощущалось особенно остро. Было такое чувство, что мне забросило в хижину великанов, хотя может быть и не чувство, всё-таки в этом мире возможно всё.

Разгадка этого явления появилась передо мной через несколько секунд. С негромким щелчком из воздуха появился мальчуган лет девяти. Первое что бросилось в глаза, мальчуган был примерно моего роста, даже чуть выше, и кого- то мне напоминал. Происходящее дошло до него примерно тогда же когда и до меня, но озвучил своё предположение мальчишка раньше.

— Серый? — Произнес он тихим писклявым голоском. — Это ты что ли?

— Ну, привет, Костя, или если быть точным — Я посмотрел на ник этого "большого человека".- Кошак.

— Ну, привет, Серый Странник — попытался подколоть меня в ответ Костя.

Толи от вида помолодевшего друга, толи от несуразности его ника, но я заржал. Костя, или будет лучше сказать новоиспечённый Кошак, засмеялся вместе со мной.

В этот момент из неоткуда появился Влад, а сразу за ним Данил. Их тоже не обошло стороной внезапное омоложение. Над головой Влада развивалась табличка «зелёный сокол», видимо имя он себе подбирал по схеме схожей с моей. С Данилом всё обстояло сложнее. Сразу стало понятно из-за кого мы столько времени провели в меню создания персонажей. Над ним весел ник «Слин Каланид». Мы где-то минуту, молча, глядели друг на друга, после чего Влад нарушил молчание, задав вопрос, мучавший меня уже какое-то время.

— Так, а почему мы все такие мелкие?

— Это игровая механика не обращай внимания — заявил Костя, как лучший знаток игры из имеющихся. — Иногда такое бывает, после того как мы пройдем обучающий квест, станем нормальными.

— Ладно, с этим всё понятно — продолжил разглагольствовать Влад. — Теперь надо переварить ваши новые имена.

— Ну, со мной проблем возникнуть не должно — заявил я. — Только зачем это всё, разве мы будем называть друг друга так? Я в этом лично сомневаюсь.

— Всегда нужно иметь элемент внезапности, мы должны запутывать противников одним видом. — Кого собирается запутывать Влад, я не понял, но предпочёл промолчать по этому поводу. Слишком уж большой энтузиазм сочился из его голоса. — Да и так прикольней будет — добавил он, видя мои сомнения.

Ясно просто кто-то не наигрался в разведчиков, не буду ему мешать. А то придумает позывные по хуже, а мне их ещё запоминать.

— С Серым всё понятно, он и в Африке Серый. С Зелей тоже. Я всегда под этим ником играю. А ты чего Слином стал? — Задал резонный вопрос Костя

— Это анаграмма, я её пять минут придумывал. — Ответил Данил, при этом стараясь сделать самый непринуждённый вид.- Хотел придумать что-нибудь оригинальное.

— Твою оригинальность даже даже исковеркать будет сложно. Не мог что-нубудь человеческое подобрать. — Забурчал Костик.

— Почему ты же не пробовал. — Возразил я. — Вот, послушай...

— Не надо. — шикнул на меня Данил. — А то так скоро забудете как меня зовут.

— Не переживай, Буратино, тебя не так просто забыть, как кажется. — Успокоил друга Влад.

— Как кажется!?

Наш зарождающийся спор, который мог затянуться на неопределённое время, грубо прервали, ещё до того как он начал разгораться по настоящему. Дверь отворилась, и в комнату зашел высокий человек средних лет, порядком поседевшими, но при этом не утратившими своего темно-карего почти черного цвета волосами, на его лице было не так много морщин, а само оно было очень строгим и угловатым. Одет он был в грубую холщовую рубаху и штаны из того же материала. Его одежда не была качественной, я бы даже сказал сделана она была не совсем умело, хоть и в ручную, но все равно его наряд в разы был лучше того что было одето на нас. Приглядевшись, я увидел над ним табличку «Отец». Просто, лаконично и не надо задавать лишних вопросов. Наверное, сейчас начнется обучающий квест.

— И долго вы собираетесь сидеть здесь и ржать? Скотина не кормлена, а ну пошли вон отсюда! — Заорал мужик, которого игра уготовила нам в отцы.

Данилу повезло меньше всех. Он оказался ближе всех к внезапно образовавшемуся родителю, и потому получил дополнительное ускорение, массивным валенком, от чего покинул комнату на много быстрее чем планировал. Мы же не стали ждать своей очереди и выбежали из отчего дома добровольно. Как только дверь за нами со стуком захлопнулась, система тут же поспешила порадовать нас сообщением.

Получено новое задание.

Цель: накормить животных.

Награда: получение ночлега на ночь.

Эта игра явно умела замотивировать своих игроков на прохождение и наглядно показать отцовскую любовь.

— Видимо, нам попался какой-то непутёвый начальный квест, мне ещё ни разу нормального не выпадало. — Вынес свой вердикт Костик. — Вряд ли с него мы что-нибудь получим. Но ничего, когда-нибудь я спасу принцессу от страшного дракона.

— Так с таким папашей мы королями за три дня не станем, надо валить. — Предложил Влад.

— Согласен! — воскликнул Данил с каким-то слишком большим энтузиазмом, что было неудивительно.

— Если мы это сделаем, то обучающий квест будет провален и для нас начнется настоящая игра. Раз мы не чего не потеряем, то Влад прав, надо бежать. — Выдал своё экспертное мнение Костик.

Сбежать из «отчего» дома, не представляло никакой проблемы. Не высокий деревянный забор, не был для нас серьёзным препятствием. Надо было только перемахнуть через эту преграду, и свобода.Удивительно, но Данил успел забраться на забор даже быстрее, чем я до него дойти. Видимо рука, т. е. нога у нашего псевдо папаши очень тяжёлая. Жертва через мерной деспотии начинающего родителя уже был готов очутиться на свободе, как вдруг, в самый не подходящий для Данила момент, появился отец. Я даже не заметил когда он пришёл, по-моему, он даже не приходил, а появился из неоткуда. Возможно, это было игровой механикой, а может просто его врождённой скоростью, этого уже не выяснить.

Лёгким почти неуловимым движением он поймал бедолагу за шиворот и вернул на территорию своего дома.

— Чего встали! Я же сказал: идите кормить скотину. А ты — при этом отец многозначительно посмотрел на Данила. — Пойдёшь со мной.

После своей пламенной, но короткой речи домашний диктатор скрылся за дверью своей крепости, прихватив с собой неудавшегося беглеца.

У меня ещё долго перед глазами стояло жалобное лицо Данила, никогда ещё не доводилось видеть в одном взгляде столько мольбы о помощи, однако сделать я ничего не мог. Мы ещё некоторое время прибывали в оцепенение. Всё произошедшие ранние заняло чуть меньше минуты, так что никто даже не успел до конца понять, что случилось. Первым нарушил тишину Влад.

— И что нам теперь делать? — задал он извечный вопрос.

— Данил, по-видимому, в заложниках, сбежать не получиться — констатировал факт я. — вызволить его из рабства силёнок нам явно тоже не хватит.

— Может, мы три дня без него поразвлекаемся? — предложил Костик.- Думаю, с ним ничего страшного не случилось.

— Без него будет не так интересно, да и ныть он, потом будет. — Заключил Влад. — К тому же! Если мы не хотим присоединиться к нему, нам стоит покормить местную жирность.

— Ну, тогда пойдемте смотреть на местную скотину, кто знает, может быть, в этой местности драконов выращивают, я пару раз такое видел. — Согласился Костик.

— Тогда кормом будем уже мы — подхватил Влад

— Если мы корм то, что тогда станет с Данилом? — задумался я, невольно вспоминая жалобное лицо и захлопнувшуюся дверь.

У меня в голове сразу нарисовалось несколько перспектив, которые могли встать перед бедолагой, большинство из них было не самого культурного содержания. Я силился подобрать наиболее цензурную версию случившегося. Костя же, не стесняясь, озвучил самую худшую из версий, хотя стеснение и Костик это две вещи которые не могут находиться в одном предложение. Влад, который не далеко от него ушел, тут де дополнил эту версию новыми подробностями. Что бы не отстать от коллектива, мне пришлось быстро включиться в разгорающуюся беседу.

Так перемывая косточки Данилу, мы добрались до нужного места. На заднем дворе оказался небольшой курятник-козлятник, огороженный маленьким забором, который мог удержать только одну единственную козу. Куры же прибывали на относительной свободе, беспрепятственно разгуливая по двору. Пернатый собрат Данила (по предположению Кости), гордо смотрящий на нас с высоты забора, отлично подтверждал ток факт, что может идти куда захочет и когда захочет, в отличие от нас. Так же в загоне находилось пять куриц и одна коза. Как и говорил отец: их кормушки были пусты.

— М-да, не так я представлял себе приключения в самой популярной игре современности — возмутился Влад.

— Всё так и должно быть; впервые недели игры идут задания по типу подай принеси, самая движуха начинается после — авторитетно рассказывал Костик- правда, я всегда плевал на всё это и отправлялся на встречу приключениям. Тут только что-то не задалось.

— Значит, нам очень сильно не повезло — заключил я. — Как всегда. Я даже не сильно удивлён.

Хотя может дело совсем не в удаче, а людях, которые не могут выполнить элементарных действий. Вроде простая задача накормить животных оказалась не выполнимой. Всё что мы смогли сделать, это наполнить корыто водой из бочки, хотя у меня было подозрение, что туда надо было засыпать корм, а воду оставлять в ведре, но хорошие идею если и заходят в мою голову, то слишком поздно. Отыскать же зерно или приличное сено уже было выше наших сил, хотя не маленький двор был перерыт с ног до головы, однако так и не нашли ничего, что могло бы удалить голод компьютерной жирности.

Не посмотрели только в старом заброшенном колодце и отцовском доме. К слову дом отказался тоже достаточно большим: двух этажное здание, целиком сделанное из дерева, я конечно не эксперт по средне вековой культуре, но сомневаюсь, что обычные люди в те времена могли позволить дома таких размеров.В колодце искать что-то было бессмысленно, наверное, во всяком случае туда все равно никто не полезет.

Так что остался только дом. Идти туда и уподобиться участи Данила, которая, если предположения Кости были верны, могла быть хуже смерти, никому не хотелось. Поэтому добровольца-самоубийцу выбирали древним как сама земля и самым действенным способом во всей вселенной. Камень, ножницы, бумага. На этот раз не повезло мне. Ну что ж это стоило ожидать.

Когда я открывал дверь, было слегка страшно, хоть это всего лишь игра, но за час, проведённый в ней, она ни разу не уступила реальному миру, и ощущения, в случае худшего варианта развития событий, должны были быть тоже вполне реальными. Главное не показывать страха, лучше смотреть по сторонам и думать о хорошем.

Гостиная была такой же, как мы её и оставляли; большой деревянный стол, который, казалось, был сделан из цельного гигантского бревна, окна со ставнями высокие потолки и высокий человек, который называет себя нашим отцом. Хотя в моём нынешнем положение всё кажется большим и высоким, каким он был на самом деле сказать сложно.

— Уже покормили?- спросил отец.

— Нет, мы не можем найти зерна. — Сказал я, пытаясь смотреть ему в глаза, но быстро бросил эту идею, слишком высоко надо было поднимать голову.

— Слишком расточительно кормить козу чистым зерном. Так и самим по миру пойти можно.

— Сена мы не нашли.

— А пустить Зорьку пастись вы не додумались — видимо игроделы не особо заморачивались с названием животных, об именах некоторых родителей вообще лучше не говорить.

— Во дворе вся трава затоптанная, да и сейчас осень. Почти всё засохло.

За время, которое мы провели во дворе, были проработаны все возможные варианты решения этой задачи, даже самые радикальные. Заходить в дом никому не хотелось.

Следующая минута прошло в полной тишине. Потом отец еле заметно улыбнулся. Видимо соревнование в гляделки, если таковое было, я все же выиграл.

— Сейчас принесу — сказал «проигравший», после чего вышел через одну из дверей, ведущих куда-то вовнутрь дома.

Что ж одной проблемой меньше.

Я остался один и от скуки начал глядеть по сторонам, но кроме голых стен и паука в углу смотреть было особо не на что. Хотелось проведать Данила, но на такой отчаянный шаг я не решался, если домашний диктатор вернётся не вовремя, то у меня есть все шансы присоединиться к Данилу на постоянной основе, а Костик слишком хорошо описал, что со мной может произойти, при таком варианте событий.

Отец явно не торопился. Ладно, раз у меня появилось свободное время нужно, наконец, осмотреть интерфейс и ознакомиться с мироустройством игры.

Он состоял всего из трех кнопок: статистика персонажа, настройки и выход. Странно, нет ни инвентаря, ни других игровых функций только окно развития персонажа. Раз выбора мне не дали то придётся начать с него.

Игрок: Серый Странник.

Раса: человек (обыч.)

Уровень: 1 (0/100 оп)

Сила 2 здоровье 50 хп

Ловкость 2 манна 0

Интеллект 2

Восприятие 2

Выносливость 2

Астральные силы 0

Навыки: колонизатор миров (рас)

Бонусы: +5% к получаемому опыту (мир),+10% к регенерации здоровья (мир).

Первые характеристики не вызывали не вопросов, они были свойственны большинству игр и интуитивно понятны. А вот такая вещь как астральные силы оставалась для меня загадкой. Благо, на такой случай игра предусматривала описания.

Астральные силы — частички силы богов, которые случайно или заслуженно может получить смертный. Невозможно получение обычными способами. Первые способности появляются на значение 10 . первое перерождение на значение 200. Второе перерождения на значение 500.

Это уже пути становления богом, ну это нам точно не грозит. Сомневаюсь, что за отведённое нам время даже из дома сможем выбраться, так что можно не заморачиваться.

Зайти в настройки и посмотреть, (извините за тавтологию), что в них можно настроить, я не успел. Отец всё же вышел из своих закромов с увесистым мешком зерна. В тот момент я подумал, что наконец-то игра начинает налаживать, и мир виртуальный мир становиться добрее к своим гостям, однако я как всегда ошибся. Отцовское выражение лица резко изменилось, он встрепенулся и, вручив мне мешок, выбежал на улицу, так и не проронив ни слова.

На что он рассчитывал, оставалось не понятным. Разумеется, девятилетний ребёнок не смог выдержать тяжести зерна и упал. Всё бы ничего, только мешок лёг на меня следом, придавив своим весом и выбив из груди воздух. Было чудом то, что я не отбросил копыта сразу после удара. Система только вывела сообщение о получения десяти очков урона. На этом моё везение кончилось; подняться из такого положения было не возможно, сбросить с себя ношу тоже было не в моих силах, а горе родитель даже не заметил моей проблемы, просто выбежал на улицу, только пятки его и видел.

Я снова остался один в большой пустой комнате, только на этот раз на моей груди лежал тяжёлый мешок с зерном, сдавливая все мои внутренние органы и неумолимо приближая смерть, с которой, я кажется, только секунду назад смог благополучно разминуться.

вы получили 1 урон от мешка с зерном

вы получили один урон от мешка с зерном

Отлично теперь меня ждёт самая глупая смерть, которую я только могу приставить в этот момент. Да, не ожидал увидеть на своей могильной плите табличку «убит мешком». Как потом в глаза друзьям смотреть? Нет! Умирать без боя не собираюсь, хоть это всего лишь игра, однако в данной ситуации все равно нет ничего приятного. Позвать на помощь я не мог. Воздуха в сжатой груди едва хватало на то чтобы дышать. Всё что мне оставалось это из-за всех сил пытаться сбросить с себя треклятый мешок, и если не вылезти из-под него, то хотя бы облегчить себе участь.

Когда у меня оставалось 15хп, а мои потуги так и не привели не к чему существенному, система решила немного приободрить одного своего мученика.

Вы получаете +1 к выносливости.

Благодаря этому у меня прибавилось пять очков здоровья, которые смогут продлить страдания ещё на какое-то время. Но что удивительно, мне даже стало немного легче, судя по всему, выносливость также снижала получаемый урон. Так что попытки выжить продолжались, хоть и без особого успеха. И когда уже казалось, что от неминуемой смерти меня уже нечего не спасёт. Оставалось 5хп, случилось чудо. Каким-то неимоверным способом я всё же смог выбраться из-под мешка. От такого в шоке был не только я, но и, кажется, вся игра.

Вы попали в безвыходную смертельную ситуацию, но выжили (+1 ко всем характеристикам).

Да, ещё сто таких мешков и из меня получиться великий воин. Если выживу, конечно.

Хоть мешок больше не представлял смертельной опасности, но свою задачу он до сих пор не выполнил: куры, коза и петух так и оставались голодными. Поэтому, схватив мешок за один из концов, я с угрюмым видом поволок его к двери. На удивление тяжеленный предмет, который чуть не оборвал мою и без того короткую жизнь, хоть и с большим трудом, но всё же сдвинулся с места. Наверное, благодаря, прибавившийся единички силы. Раньше я бы точно не смог подвинуть его даже на сантиметр.

Когда заветная цель была достигнута, дверь отворилась, лишь по случайности не задев меня, и через неё прошел отец, утвердительно кивнув в мою сторону, он скрылся где-то внутри дома, даже и не подумав о помощи «родному» сыну. Вот сволочь!

Все плохое и хорошие рано или поздно заканчивается. Через минуту я всё-таки очутился на солнечном свете и смог облегчённо упасть на траву.

Вы получаете + 1 к силе

Мои старания не остались без награды. Ну, хоть что-то радует.

Не знаю, сколько времени я так пролежал. Обычно в таких ситуациях людей часто пробивает на философскую мысль, но уровень физической усталости находился на таком высоком уровне, что мысли просто отказывались посещать мою голову. Так что пришел в себя я только, услышав знакомые голоса.

— Серый, славу богу ты живой, мы уже подумали, что ты умер, или ещё хуже присоединился к Данилу — раздался голос Кости.

— Нет. Я живым не дамся. — вяло отмахнулся я.

— Тебя так долго не было. Что мы решили сбежать набить пару уровней, достать оружие и вернуться за вами. — Начал рассказывать произошедшее Влад. — Ты бы знал, какую взбучку нам устроил этот старикан.

Тут меня осенило. В голове сошлись несколько фактов, и всё стало предельно понятно. Теперь ясно, где всё это время пропадал наш ответственный родитель. Сказать, что я разозлился, нечего не сказать.

— То есть из-за вас мне пришлось тащить этот мешок одному! Да я дважды чуть не сдох, пока вы штурмовали заборы. — взглядом я пытался выплеснуть всю ту злость, что у меня не получилось высказать словами.

— Но не сдох же. — Ответил на мои претензии Костик, с легкой улыбкой.

Где-то секунд пять хотелось придушить неудавшегося шутника, но затем я передумал. Слишком хорошо было лежать на мягкой осеней травке. Да и отомстить я всегда успею, и, видит небо, месть моя будет страшна. А сейчас лучше всего заняться делами насущными, и, наконец-таки, покормить скотину.

Удивительно, но с наличием зерна дело сдвинулось с мертвой точки. Вскоре все кормушки были наполнены зерном. Птица и коза были сыты и счастливы.

Поскольку работа была закончена, то настало время идти к нашему домашнему диктатору, с программой минимум - отчитаться о проделанной работе, программой максимум - получить назад Данила. Хоть эта и была всего лишь игра и с ним не могло произойти нечего плохого, но все равно было как то не по себе, от того что друг против своей воли уже долгое время сидит в компании какого-то старика, у которого явно не всё в порядке с головой.

На подходе к цели мир резко тряхануло. Я никогда не был в центре землетрясения, но подозреваю, что это было именно оно. Такое чувство, что сама вселенная была против того, чтобы Данил обрёл свободу и упорно мешала нам его освободить.

Всё это действие продолжалось секунд тридцать, после чего всё прекратилось. Первое что бросилось в глаза это сообщение от системы.

Внимание! Произошло новое обновление игры. Достигнута полная автономность системы.

Оставалось не понятным что можно улучшить и без того в самой совершенной игре, которую я видел. Но, видимо, у разработчиков было своё мнение на этот счет. Сейчас же нам было далеко не до этого. Возможность воссоединить нашу команду и отправиться на встречу приключениям, сильно пьянила разум и не давала увидеть изменения, которые в последствие изменят всю нашу жизнь.

В этот момент из дома вышел отец, который увидев нас, всё ещё лежавших на земле поле катаклизма, засмеялся грубым тяжелым басом.

— Неслабо тряхануло, детишки! Не каждый день старый великан так ворочается во сне! — Сказал он полушутя полусерьёзно.

Такое чувство, что обновление не слабо прошлось по его мозгам нашего виртуального родителя.В лучшую или худшую сторону сказать было сложно, но чувствую - это скоро прояснится.

В этот момент в доме раздался крик Данила. Все четверо, вместе с отцом, ломанулись внутрь дома. Уже в прихожей, по-другому назвать единственную комнату в доме, в которой я побывал, было нельзя, крики сменились отборной руганью всё того же несчастного.

Первым выяснять проблему пошёл наш папаша, и, судя по его выражению лица, он либо собирался научить своего нерадивого сына манерам, либо «правильно» материться. Мы, разумеется, не стали отсиживаться в сторонке, а поспешили на представление, готовые в случае чего спасти друга от неминуемой кары или облегчить его страдания, уже зависит от ситуация.

Нашему взору предстала комната всем своим видом напоминающая кухню; большая печь, на которую без проблем можно было поставить метровый казан, куча глиняной посуды, сваленная в одну кучу, стол, который судя по виду, в лучшие свои годы служил для разделки мяса и проча утварь, неподдающаяся описанию. В центре помещения находился Данил, совершавший какой-то странный ритуал над разлившимся горшком с супом. Я до конца не понял, что он именно хотел сделать, толи собрать разлившийся суп обратно, толи окончательно размазать всю жидкость по полу, но получалось у него плоховато. За сием действом он совсем не замечал собравшихся зрителей.

— Я тебя предупреждал? — проговорил отец, как можно более спокойно, но даже я человек, который знает его меньше чем полдня и называл отцом только по тому, что не знал его настоящего имени, чувствовал в его словах плохо прикрытую ярость.

Данил встрепенулся и мгновенно поднялся на ноги. На его лице была причудливая смесь эмоций злобы, отчаянья и страха.

— Я не виноват. Суп был готов, но из-за землетрясения он разлился. — Начал оправдываться он, смотря в глаза своему обидчику.

— Что я тебе сказал? Не будет ужина, будешь спать на улице.

— Но — казалось, Данил был готов взорваться от негодования.

— Никаких но! Пошёл вон! — взбеленился отец . — Скажи спасибо, что посуду не побил, а то я бы не знаю, что с тобой сделал.

Данил хотел было ещё что-то сказать, но решил промолчать, поняв бесполезность своих доводов перед таким собеседником. С гордо поднятой головой он покинул дом, крикнув нам напоследок, что-то вроде увидимся завтра.

Теперь понятно чем был занят Данил в наше отсутствие. Отец сбросил на него грязную работу по приготовлению еды. Достойное проявление классической дедовщины нечуждой и средним векам фэнтезийного мира, и в то же время это не исключает и того, что предполагал Костя. Правду о том, что здесь происходило, мы не узнаем никогда.

— Сегодня вы будете без ужина. Скажите спасибо Слину.— Произнес отец, сменив, в своём понимание, гнев на милость — идите спать.

Возражать ему никто не стал. Спальня оказалась достаточно маленькой; четыре кровати и всё. Больше ни каких предметов мебели здесь не наблюдалось. Охарактеризовать такое можно было одной фразой: «жить можно, но сложно».

— Да, не так я представлял себе этот день — задумчиво произнес Влад, рухнув на самую дальнюю кровать.

— Погоди, это же была твоя идея. Ты должен был знать, на что идешь. — Удивился я, садясь на ближайшую из коек.

— Я-то думал, что за три дня мы станем королями, завоюем мир, женимся на эльфийках и многое другое, даже не знаю, что еще можно сделать за три дня. А это оказался настоящий симулятор фермера.

— Ты просто не умеешь наслаждаться мелочами, вот бери пример с Данила. Он, например, получил сегодня не забываемые ощущения.- Добавил Костя, занявший место через кровать от меня, рядом с Владом.

— Да, ему досталась вся любовь нашего папаши. Кстати, мне он показался достаточно интересным НПС этакий Гитлер на минималках. Только повыше и не с такими глобальными планами.

— Это единственный НПС на всю игру — напомнил я.

— Зато, какой характер, ты бы видел, как нас чихвостил, когда мы без тебя сбежать пытались. Будь мне реально девять лет, я бы в штаны наложил от такого. Так что тебе повезло, что с нами не было. — Произнёс Костик

Тут я немного взбеленился, что бы там с ними не вытворяли, но напоминать про историю с мешком, пока моя память об этом была ещё свежа, было грубой ошибкой. Ударить его я не мог, он находился через кровать от меня, поэтому я снял с себя валенок и забросил в Костика. Средневековая обувь попала ему в плечо, тот даже отскочил от неожиданности.

Вы нанесли 1 урона игроку Кошаку.

Даже так! Кто бы мог подумать, что я ношу на ногах столь грозное оружие.

Костик быстро пришёл в себя запустил моим же валенком в меня же. Я без труда уклонился от снаряда, но не рассчитал, где нахожусь и упал с кровати. Кое-как встав, тут же лёг обратно, получив другим валенком по голове.

Вам нанесён критический удар от игрока Кошака.

-5ХП (55/60)

Секундное оглушение.

В голове на мгновение всё помутнело и зазвенело, а потом всё пришло в норму. Только осталось неприятно болезненное ощущение от удара.

— Значит война! — сказал я, снимая второй валенок.

Следующие полчаса, а может и больше для меня это ощущалось одновременно как вечность и как пять секунд, прошли в кровопролитном противостояние. С начало в формате все против всех. Каждый из нас забился в свой угол и на умопомрачительной скорости отстреливались от враждебно настроенных противников, что удивительно, но мой легкий перевес в характеристиках ни как не влиял на процесс, либо разница была слишком мала, либо мои друзья тоже успели, где-то получить дополнительные усиления. В какой-то момент мы с Владом, не сговариваясь, объединились против Кости. Как такое случилось, никто из нас толком не понял, но в какой-то момент мы с Владом уже стояли плечом к плечу и совместными усилиями сживали со свету "последнего партизана". Конечно, это было совсем не честно, но никого, кроме пострадавшей стороны это не волновало. Стоит отдать должное Косте, сражался он за десятерых, перевернув кровать и сделав из неё полноценный блиндаж, он успешно отбивал все наши атаки, однако перевес всё же был на нашей стороне.

В конце концов, у него осталось 20ХП и три папочка, но он не сдавался. Подгадав момент, когда мы поднимали снаряды, одинокий воин бросился в самоубийственную атаку, делая закончить всё одним махом. Правда, до кровавой развязки конфликта все же не дошло. В комнату зашёл отец, тем самым прекратив все наши распри. Этого стоило ожидать, скорей всего мы подняли такой шум, что смогли бы перебудить всю деревню.

Ещё никогда раньше у меня не появлялось такого острого чувства, что время остановилось. Все четверо людей, находившихся в комнате, замерли и не шевелились, будто старые восковые статуи. Боясь нарушить тот хрупкий мир, который воцарился между сторонами. А может быть, просто, наслаждаясь моментом, когда можно спокойно передохнуть никого не опасаясь и ни за что не переживая. Ведь в политической ситуации так редки моменты, когда можно нечего не делать, не воевать, не участвовать в гонке научного и технического превосходства, не расширять зоны влияния. Как жаль, что такие моменты длятся не долго.

Первым оцепенение нарушил отец, слегка улыбнувшись, он продемонстрировал, что сегодня мы не отправимся спать в вотчину Данила.

Получен навык владения метательным оружием

+3 к владению метательным оружием (ученик)

Получено достижение подушечный бой.

+2 к ловкости.

Скорей всего, таким образом, система подводила итог нашей схватке. Достаточно приятно и удобно. Правда, достижение подушечный бой слегка удивляло. Уж что, а на подушечный бой это походило мало, у нас и подушек то нет. По озадаченным выражениям лиц своих друзей, я понял, что они тоже получили это сообщение.

Тем временем, отец уселся на свободную кровать, жестом подозвал нас к себе и начал говорить.

— Вы простите меня за сегодня, тяжело мне иногда с вами приходиться, особенно после того как ваша мать нас покинула. Вот и срываюсь, Слину вот сегодня больше всех досталось, наверное, ещё неделю дуться на меня будет. А я вот даже не знаю, что с вами делать. Спать уложить и то не могу. — Сказал он грустным тоном, а потом, слегка приободрившись, добавил. — Ну, нечего. Я из вас ещё дурь повыбиваю!

— Мы всё понимаем, не первый год живем, нас таким не напугаешь — Произнёс Влад — даже Данил ни на кого обиды не держит.

— А кто такой Данил? — спросил отец. Точно у него же своё мнение о том, как нас зовут.

— То есть Слин, перепутал. — Быстро поправился Влад.

— Ну ладно, не первый год живёте значит — усмехнулся отец.В его понимание нам ещё первый десяток не стукнул. Откуда ему было знать, что на самом деле нам было примерно в два раза больше. — Хоть сказку я вам рассказать могу?

Понятие сказки у нашего родителя хромало на две ноги. Вместо интересной вымышленной истории он рассказал нам о стране Кардании, в которой мы проживаем. Как оказалось, государство это было чрезмерно маленькое и отсталое. Оно не имело крупных залежей полезных ископаемых, единственным его достоинством были плодородные земли на юге, гигантские священные древние леса на севере, которые практически не вырубались из-за страха перед лесными духами и, конечно же, непроходимые болота, разбросанные по всей площади столь небольшого государства. Народ был разрознен, можно сказать, что каждая деревня и город былине зависимым территориями, которые по разным причинам выплачивали дань своим сюзеренам. Армия у великого князя была не намного сильнее, чем у его вассалов, и корона его была весьма условной и призрачной. Кардания не была захвачена более сильными соседями, только потому, что никому сильным державам не было до неё ни какого дела, а ближайшие соседи не сильно отличались от нас.

От такой интересной истории клонило в сон лучше, чем от любого снотворного. Я провалился в беспамятство как раз тогда, когда пошёл разговор о городах, княжествах и династиях.

Удивительней всего было то, что даже не смотря на искусственность мира спать в нём хотелось, так же как и в настоящем.

***

Проснулся я, как всегда рано, делать было абсолютно нечего. По многовековому опыту проб и ошибок, я знаю, что остальные могут проснуться и через час, и через два, и ближе к обеду, так что лучшим вариантом будет не мешать им и пройтись дому. Мой план был готов к исполнению, однако у двери меня уже встречал во все тридцать два зуба наш отец одиночка.

— Отлично! Ты уже встал. Буди остальных. Сегодня у вас полно дел. — Сказал он будничным голосом и скрылся из виду.

Через десять минут я и ещё двое недовольных, заспанных девятилеток занимались поисками Данила. Хотя мы знали, что бедолага ушёл спать куда-то во двор, но куда именно оставалось для нас загадкой. Я уже проверил курятник и всё вокруг него, на всякий случай проверил, не съела ли его коза, и уже начал с опаской поглядывать на колодец, как услышал безумный хохот из другой части двора. Прибежав на место, я смог лицезреть Костика, который сложился пополам от смеха, сидя на корточках у конуры. Её мы проверять не стали, сочтя, что туда никто не пролезет. Это оказалось ошибкой. Из будки послышался злой и недовольный голос Данила.

— Чё ржешь? Помоги вылезти, я застрял.

Тут уже засмеялись все и я, и Влад, прибежавший следом за мной, и отец, который наблюдал за всем этим из окна дома.

— Зачем ты в будку залез, идиот! Не для тебя её делали. А ну быстро вылез отсюда. — Прикрикнул он в своей, уже ставшей привычной, манере.

— Не могу! Я застрял! — сказал Данил, с ноткой отчаянья в голосе.

— Если когда я выйду, ты не вылезешь, то лучше тебе будет повеситься — с этими словами домашний диктатор скрылся за окном.

— Помогите, самому мне отсюда не выбраться!

— Как ты, вообще, туда забрался?- спросил Влад, пока Костя, ухватив бедолагу за руки и пытаясь выдернуть его из заточения.

— Я подумал дождь пойдёт, а в козлятнике спать не хотелось. Как я туда залез лучше вообще не вспоминать. Просто забудьте об этом.

Наши попытки вызволить пленника деревянной тюрьмы ни к чему не привели. Данил уже скулил от боли из-за ободранной кожи, будка же только затрещала, не желая выпускать своего нового питомца. После минутной возни, и бесполезных стараний вытащить собачьего сородича Вини Пуха, Данил обречённо произнёс: «ломайте будку».

Когда наш доблестный отец одиночка пришёл на место, конура была разломана, а Данил уже находился на свободе. Постояв минуту и оглядев масштабы разрушений, отец со всего размаху отвесил провинившемуся подзатыльник и ушел восвояси, потребовав, чтобы к вечеру будка была отремонтирована. Зачем человеку без собаки нужна была конура, оставалось непонятно.

— Всё меня это достало, терпеть такое ещё два дня я не буду ни за какие деньги. Извините, но я ухожу — сказав это, Данил устремил взгляд куда-то в пустоту, видимо, ища в интерфейсе кнопку выхода.

— Парни, а как отсюда выйти? — просил Данил после минутной тишины.

Чего там сложного я не понял, кнопка выхода всегда весела на самом видном месте, и не найти её мог разве что слепой. Быстро зашел в интерфейс, чтобы убедиться в этом, однако найти нужную кнопку не смог. Её там не было. Не было выхода из игры.

Глава 3

С начало мы решили не паниковать. Подождать, пока закончиться третий день. Тогда по всем законам логики институт должен будет вывести нас в реальный мир. Но прошла неделя, потом месяц, наступила зима, а нас так никто и не забрал.

Первое время нам было очень тяжело принимать данный факт. Сложно было смириться с тем, что мы скорей всего больше никогда не покинем эту игру. Можно сказать, нас высадили на другую планету, а космический корабль вышел из строя, и всё что остаётся делать - это ассимилировать. Сделать это было одновременно легко и невозможно, поскольку из дома нас так и не выпускали, зато сидя в четырех стенах очень сложно делать глупости, которые могут разрушить всю дальнейшую жизнь. Умные вещи правда тоже делать не получается, но это уже другая история, о которой лучше не задумываться, а то становится совсем грустно.

Данил воспринял данную новость хуже всех, поскольку, наверное, он был единственным, у кого имелись хоть какие- то дальнейшие планы на жизнь и даже невеста в придачу. Он впал в настоящую депрессию, и какое- то время даже не хотел ни с кем говорить. Просто сидел на своей кровати и глядел в потолок. Вытащил из этого состояния его отец. Хоть он был странным человеком, который утром мог быть весельчаком, а через час мог превратиться в демона садиста, при этом не понятных правил, которых не при каких обстоятельствах нельзя нарушать, было пруд пруди. Но, если его помощь оказывалась, по-настоящему, нужна, он с легкостью мог выполнить свой родительский долг, как и другие обязательства, которые были возложены на его плечи. Так что чрез какое-то время мы, волей не волей, прониклись симпатией к этому человеку. Именно к человеку, потому что назвать столь живое, пусть и не совсем адекватное существо НПС, язык не поворачивался. Никто не знает, что именно он обсуждал с Данилом два часа, но когда они вышли наш друг был почти как новенький, чрез несколько дней уже нельзя было заметить: столь глубокую эмоциональную травму он пережил.

Делать было решительно нечего, однако ни у кого не возникало мысли, что так будет всегда, но все же уповать на случай не хотелось. Раз мы здесь застряли, то надо приспосабливаться к новому миру: развивать навыки, набивать уровни, самосовершенствоваться. Только тут перед нами вставала другая проблема. Какими бы добрыми и ласковыми словами я не упоминал человека, который с недавнего времени называет меня своим ребёнком, но тараканов у него в голове было не многим меньше, чем звёзд в небе, и главным из них было табу на выход за пределы двора. Никто не знал почему, но каждая попытка к бегству пресекалась быстро и жестоко, более того иногда даже складывалось впечатление, что домашний диктатор всегда знает где мы и чем занимаемся.

Не смотря на всё это, факт - остаётся фактом; нам надо развиваться, при этом, не выходя из дома. Для начала в ход пошли отработанные приемы: переноска мешков с кормом, это увеличивало силу до пяти единиц, дальше в ход пошла перестрелка валенками, однако и она вскоре перестало давать плоды.

Спустя кое-то время и сотню различных тренировок и игр, которые как ни странно тоже помогали увеличивать характеристики, у нас осталось только два способа становиться сильнее: игра в прятки и фехтование. Наверное, были и другие, только вот ума на больше разнообразие нам уже не хватало.

Прятки, развивавшие скрытость и восприятие, а со временем превратились в тот еще цирк. Вместо того чтобы как и положено прятаться в самых отдалённых уголках, мы старались буквально находиться под носом у соперника, виртуозно избегая его взгляда. Лучше всего в этой дисциплине показал себя Данил. Он продемонстрировал настоящий мастер-класс, пять минут ходя за спиной Костика, который упорно пытался его найти, и если бы я не катался по земле от смеха, он вряд ли бы что-нибудь заподозрил.

С фехтованием всё было понятней. Мы начали с шуточных боёв швабрами, но после того как на наше увлечение обратил внимание отец, мы получили хорошо сделанные деревянные мечи. С чем была связана такая доброта, оставалось только догадываться. Дальше сражения стали веселее и ожесточённее. Здесь Данилу в отличие от пряток везло меньше всех. После одной удачной атаки Влада, он сломал себе палец. После такого жертва «отечественной» деревянной заготовки не возвращался к поединкам, ни под каким предлогом, хотя мы со своей стороны предпринимали самые изощренные попытки его уговорить.

Костик показывал себя неплохим бойцом, но иногда, когда мы с Владом расходились не на шутку, что происходило, не так уж и редко, и очень часто приводило к увечьям всех, кто находился по близости, ему приходилось отсиживаться в сторонке.

Заядлыми фехтовальщиками остались только я и Влад. Выигрывал наши баталии в основном именно он. Противопоставить что-то против таких преимуществ, как больший рост, длина руки и бешеный азарт мне было практически нечего. Однако обычно наши поединки заканчивались ничьей, так и не доходя до финала, оставляя после себя разбитые пальцы и багровые синяки. Зато ощущение и навыки, которые мы получали за такие получасовые спарринги, нельзя было променять ни на что.

Правда, в начале, было очень страшно опустить своё здоровье до нуля хп, поскольку мы понятия не имели, что произойдёт с нами, если здесь умереть, а проверять это на собственном опыте никому не хотелось.

Но эта проблема сама собой отпала, когда в один из дней единицы ХП просто исчезли. Это стало для нас своеобразным открытием. Мир со временем изменялся и становился более реальным. Самым ярким примером этого стал наш отец, который начел называть нас по именам, полностью позабыв про ники. И если я как был «Серым» так и остался, то для остальных это стало пугающей неожиданностью. Однако хотя мир и менялся, но он полстью сохранил две самые не приятные для нас особенности. Первой было то, что покинуть территорию нашего дома по-прежнему было невозможно. Вторым было то, что за последние полгода мы не выросли ни на сантиметр, и скорей всего не вырастем ни за год, ни за два, ни за всю оставшеюся жизнь. Мы остались заперты в этих телах до тех пор, пока не случиться что-нибудь, что заставит нас вырасти, то есть навсегда, если мы не покинем этот дом.

Я мог рассказать о своих соображениях остальным, но вряд ли это привело к чему-нибудь хорошему, кроме паники, да и они скорей всего и так думали примерно так же. Так что все, что оставалось это наслаждаться жизнью, которая будет проходить в теле девяти летнего ребёнка. И мы не плохо с этим справлялись.

Толи от безделья, (кроме постоянной работы по дому, которой хватало только на пару часов, отдавать нам Зорьку отец боялся и нянчился с ней сам, причем больше чем с нами), толи в надежде вырваться в большой мир, который хотя и с каждым днём становился всё более реальным, но по видимому некоторые игровые особенности останутся в нём навсегда. Мы смогли неплохо поднять свои характеристики. Они были примерно следующие:

***

Игрок: Серый странник.

Раса: человек (обыч)

Уровень: 1 (0/100)

Сила: 6

Интеллект: 4

Ловкость:9

Восприятие:7

Выносливость 8

Астральные силы: 0

Навыки;

Стойкость:7 (нет ранга) обыч.

Скрытность:9 (нет ранга) обыч.

Метательное оружие 6 (нет ранга) обыч.

Фехтование: 21(ученик) обыч.

Владение двуручным оружием:12(нет ранга) обыч

Танец смерти: 3(нет ранга) забытое

Бонусы: +5% к полученному опыту, + 11% к регенерации здоровья.

Достижение: подушечный бой

***

Игрок: зелёный сокол

Раса: человек (обыч)

Уровень: 1 (0/100)

Сила: 7

Интеллект: 4

Ловкость:10

Восприятие:6

Выносливость 8

Астральные силы: 0

Навыки;

Стойкость:6 (нет ранга) обыч

Скрытность:10(нет ранга) обыч

Метательное оружие 7 (нет ранга) обыч

Фехтование: 23(ученик) обыч

Владение двуручным оружием:14(нет ранга) обыч

Танец смерти: 3(нет ранга) забытое

Бонусы: +5% к полученному опыту, + 11% к регенерации здоровья.

Достижение: подушечный бой

***

Игрок: Кошак

Раса: человек (обыч)

Уровень: 1 (0/100)

Сила: 8

Интеллект: 3

Ловкость:7

Восприятие:4

Выносливость 10

Астральные силы: 0

Навыки;

Стойкость:4 (нет ранга) обыч

Скрытность:7 (нет ранга) обыч

Метательное оружие 10(нет ранга) обыч

Фехтование: 15(нет ранга) обыч

Владение двуручным оружием:9(нет ранга) обыч

Бонусы: +5% к полученному опыту, + 11% к регенерации здоровья.

Достижение: подушечный бой

***

Игрок: Слин Каланид

Раса: человек (обыч)

Уровень: 1 (0/100)

Сила: 5

Интеллект: 4

Ловкость:5

Восприятие:10

Выносливость 6

Астральные силы: 0

Навыки;

Стойкость:2 (нет ранга) обыч

Скрытность:20(ученик) обыч

Метательное оружие 5 (нет ранга) обыч

Фехтование: 5(нет ранга) обыч

Владение двуручным оружием:4(нет ранга) обыч.

Бонусы: +5% к полученному опыту, + 11% к регенерации здоровья.

Достижение: подушечный бой

***

Характеристики, как и навыки, росли спонтанно при занятиях какими-нибудь упражнениями. Самое забавное в этом было то, что, не смотря на одинаковые занятия, которыми мы коротали время, развивались мы по совершенно разным направлениям.

Если то для чего были некоторые характеристики, было понятно и без разъяснений, то над некоторыми навыками иногда приходилось поломать голову. Увы, подсказки от системы ушли в небытие вмести с очками здоровья.

С метательным оружием, скрытностью и стойкостью можно было разобраться, и не имея высшего образования. Первое, как не сложно догадаться, отвечало за меткость. Второе за незаметность и отвод глаз. Третье уменьшало боль от ударов и тяжесть ран, а также укоряло их заживление.

Разницу между «фехтованием» и «владением оружием» я понял только после пояснения отца, тот иногда помогал нам тренироваться, но больше всего ему нравилось рассказывать нам сказки и истории, не удивлюсь, если он когда-то зарабатывал этим на жизнь. Фехтование подразумевало перед собой искусство меча и движения с ним. Оно включало в себя как легкую саблю, которая разила людей перед собой быстрее, чем те успевали поднять щиты, так и цвайхендер — гигантский меч, который ломал пики и выбивал мечи из рук противников, даже не встречая сопротивления, и мог легко снести несколько голов одни ударом. — прямая цитата отца — Все это было лишь частью фехтования. Под двуручным оружием подразумевалось всё, что как это ни странно нужно было держать в двух руках, от того же меча и до молота, который может весить больше десятка килограмм.

«Танец смерти» остался неразгадан. Получили его только мы с Владом и то случайно, это случилось в одном особо ожесточенном поединке, который по красоте и сложности смог превзойти голливудские фильмы. Повторить такое ещё раз у нас не получалось, а что давал подобный навык можно было только гадать, но надпись «забытое» после ранга навыка давала понять, что это не совсем обычная вещь и возможно в будущем оно может нам пригодиться.

С рангами навыков нам помог разобраться отец. Он, как оказалось, был в курсе всех наших проблем игрового развития и считал священным долгом помочь нам «познать себя». Было ли это особенностью, быстро эволюционировавшего, однако все же игрового мира, либо очередной причудой конкретно взятого отмороженного на всю голову родителя, понять мне было не дано. Но чем больше я вслушивался в рассказы этого немолодого человека, на волосах которого уже давно показалась первая седина, тем больше мне казалось, что это только его опыт, который он добыл, как бы это пафосно не звучало, через боль кровь и слёзы.

Но это всё лирика, а я отошёл от темы. С каждым новым навыком мастерства (ученик, подмастерье, умелец, полу профессионал, профессионал, мастер, магистр, архимагистр, легенда, полубог, бог), давалась какая-то определённа способность на выбор либо в зависимости от человека.

У нас с Владом был выбор между «диском смерти» и « чувством боя».

Диск смерти – активна способность, позволяет раскручивать меч до невероятной скорости, и пускать его в противника

Чувство боя - пассивная способность, позволяет чувствовать ритм боя.

Поскольку описания второй способности было не очень понятным, Влад выбрал диск. У него ушло полдня на то что бы научиться использовать данное умение. Каким образом он это делал, для меня оставалось тайной, но одним не замысловатым броском мой друг теперь мог бросить деревянный меч на десяток метров вперед. Выглядело это слегка завораживающе: деревяшка по одному желанию владельца превращалась в какое-то подобие циркулярной пилы.

Для дальнейшего совершенствования способности Владу потребовался доброволец. То есть я. Мы не придумали ни чего умнее, кроме как испытать этот приём в бою. Первая атака была стремительной и неожиданной. Меч, то есть палка, исполняющая его функцию, полетела на меня со скоростью стрелы выпущенной из хорошего лука. (Интересно откудова у меня могут быть такие знания? Может фильмов пересмотрел?) Я с трудом уклонился от такой атаки, диск (по- другому эту центрифугу назвать было сложно) всего лишь взъерошил мне волосы. Однако этого оказалось не достаточно. Влад, быстро подобрав свой «меч», приготовился ко второй попытки, толи ему просто понравился процесс превращения палки в центрифугу, толи он решился продолжать это до победного, благо меня в силу частично атрофированного чувства самосохранения это особо не волновало.

Вторую атаку я решил, в качестве эксперимента, заблокировать, как оказалось позже, это было плохой идеей. Удар был настолько силён, что две палки, столкнувшись друг с другом, разлетелись на мелкие щепки, а я отлетел на несколько метров. Лишь чудом никто не получил серьёзных увечий, лишь кучу мелких порезов, да у меня ещё к тому же жутко болела рука, принявшая удар.

После такого мы решили не продолжать, правда, экспериментировать нам было собственно уже и нечем. Немного посовещавшись, наш коллективный разум пришёл к выводу, что такая способность будет хороша только, если под рукой имеется дополнительное оружие. Поэтому я взял «чувство боя», рассчитывая получить что-нибудь более практичное. Позже мне пришлось очень сильно пожалеть об этом, поскольку ни какой разницы в том, что было до использования способности и тем, что стало после, замечено так и не было. Разве что иногда во время спаррингов (палки заимствовали у Костика и Данила, они сильно не возражали) мне иногда казалось, что в ушах начинает отбиваться слабый барабанный ритм, но кроме звуковых галлюцинаций, которые могли быть первым признаком зарождающегося психического расстройства, ничего не изменилось. Так что мне лишь оставалось по белому завидовать Владу.

У Данила, с его скрытностью, дела обстояли на порядок лучше. Он выбрал себе способность становиться практически невидимым в полной темноте при условие, что он не будет двигаться. Способность, конечно, можно было бы посчитать читерской, особенно для игры в прятки, но в доме было не так уж много мест, где можно было применить данные приём, и мы наученные горьким опытом каждое из них проверяли палкой, к неудовольствию крыс и Данила, которые частенько получали по голове по голове.

Так прошла осень и зима, которая отличалась от осени только снегом по колено, (его приходилось постоянно расчищать), морозами и снежками, ставшими новым и самым излюбленным видом «тренировок». Так прошло примерно полгода наших увлекательных приключений в игре «разлом миров», и наступила весна.

Кроме смен времён года других изменения в нашей жизни вряд ли появиться, поэтому стоит наслаждаться моментом. Хотя календарная весна наступила неделю назад (так по крайне мере утверждал отец), но снег полностью растаял, а солнечные лучи начали давать тепло только сегодня.

Делать в такой прекрасный день совершенно нечего не хотелось, даже наш «папаша» сказал, что сегодня мы можем отдыхать. Еду он приготовит нам сам. Такое иногда случалось, хотя, на мой взгляд, лучше бы не происходило, есть то, что готовит наш доблестный отец одиночка, было опасно для жизни не только ребёнка, но и взрослого человека. Наверно поэтому сам он никогда не ел то, что готовил. В лицо ему, конечно, сказать такое никто не решался, так что мы просто терпели и жевали молча, стараясь украдкой выплюнуть его стряпню. Отец же пристально следил, чтобы все съедали свои порции. Отвертеться было практически невозможно.

Так что сейчас благодаря хорошему расположению духа одного отдельно взятого деспотичного родителя, мы просто отдыхали, лежа на молодой траве, под лучами теплого солнца, иногда обмениваясь ничего не значащими фразами.

Не часто так удаётся просто лежать и наслаждаться чудесным днем. И ведь ничего этому обычно не мешает, всегда можно выделить хотя бы полчаса в своём «очень плотном графике» на то чтобы получить удовольствие от жизни: посмотреть на то, как цветут цветы, плывут облака, дует ветер. Казалась бы обычные бесполезные, никому не нужные вещи, но есть в них что-то завораживающие, пугающие и прекрасное, что-то, чем и является вся наша жизнь. Только мы почему-то редко об этом вспоминаем, обычно занимаясь более важными делами, которые на проверку могут оказаться такими же бесполезными, как и то чем мы занимаемся сейчас.

Хотя когда это мы занимались чем-то полезным здесь или там?

— Тут, конечно, хорошо, но почему бы нам не забраться на крышу, там по крайне мере не так мокро. — Произнёс Влад, вдоволь насмотревшись на небо, с таким видом, будто предлагает нам очередную авантюру.

Шестым чувством я ощущал, что из этого не может выйти ничего хорошего, однако воспротивится азарту, было невозможно. Лениво окинув взором крышу, я начал прикидывать - стоит ли это затраченных усилий, как вдруг меня осенило. Крыша была одним из немногих мест в доме, где «еще не ступала нога человека», в другие два места мы не совались по уважительным причинам.

В кабинет отца путь был заказан, поскольку наш личный цербер всегда стоял на его защите. К колодцу мы не подходили, поскольку не имели ни единого понятия, как потом из него выбраться. С крышей же всё обстояло по-другому, найти причину, почему она до сих пор оставалась непокорённой, я не мог, как бы ни старался. Она, каким-то образом умудрялась оставаться незамеченной, находясь на самом видном месте.

Мы с Владом переглянулись, по его глазам было понятно, что его мысли шли примерно в том же направлении, что и мои, только он явно меня немного опережал. Не сговариваясь, мы со всех ног побежали на крышу. Данил понял, чем вызвана такая вспышка активности, чуть позже. После чего с неохотой поковылял за нами. Костя же так и остался лежать. Он уже несколько минут мирно спал, расположившись в тени дома. Ну и ладно, ему же хуже. Значит - всё интересное достанется нам!

С высоты крыши можно было рассмотреть то, что находиться за забором. Нет, конечно, раньше мы тоже видели такую далёкую и одновременно такую близкую свободу, но за пару секунд, перед тем как тебя отволокут за шкирку, несложно догадаться, что разглядеть удавалось мало. Перед нами предстала обычная деревушка. По-другому назвать это место не получилось бы при всём желании. Куча разномастных бревенчатых домиков, поставленных по отношению друг к другу без какой либо логики и инженерной задумки. Не сказать, что я ожидал увидеть тут что-то колоссальное, однако я был уверен, что в этом месте будет хотя бы малейший признак фэнтезийного мира. А нет. Просто обычная средневековая деревенька, а может и не обычная. Я без понятия, как должны выглядеть средневековые деревни.

Пока я осматривал достопримечательности, Влад засёк что- то более важное, а именно окно второго этажа, которое ведёт в святая святых – кабинет отца.

— У нас есть шанс, пока он готовит свою баланду.

Я и Данил были с ним полностью согласны. Кто знает, может быть сейчас решается наша судьба, ведь по сути это самая необычная и рискованная вещь которую мы будем делать за последние полгода, после того как вытащили Данила из конуры. Да и узнать какие тайны может хранить наш социопат диктатор тоже хотелось.

Быстро подойдя к искомому окну, мы остановились. Никому не хотелось первым заходить на опасную территорию. Это продолжалось примерно минуту, всё это время, мы сверлили друг друга пронзительными взглядами. В конце концов, после не долгих препирательств у меня первого кончилось терпение, вынудив подойти к окну, в поисках новых приключений.

И что такого страшного может случиться, не убьёт же отец своего ребёнка?

Как же я ошибался, стоило только ставням приоткрыться, как из окна высунулась огромная волосатая ручища, за долю секунды она схватила меня за шею и приложила об стенку. Сразу стало темно, тепло и спокойно, а мысли быстро ушли на второй план, отправляя меня в далекий полёт по миру снов.

*Повествование от Кости.*

Такой лучистый и солнечный день был просто создан для того чтобы отдыхать и наслаждаться жизнью. Чем собственно и занимался Костя. Как известно, нет лучшего отдыха, чем вздремнуть до обеда. И сейчас самому обычному мальчишке снился самый обычный сон, про то как он рыцарь без страха и упека спасает прекрасную деву от жуткого чудища. И вот дева спасена и уже готова отблагодарить его, так как не должна благодарить дева девятилетнего ребёнка, но этому долгожданному событию так и не суждено было случиться. Резкий пинок в живот быстро разбудил неудавшегося кавалера.

Открыв глаза, Костя увидел Влада, который распластался поперёк его тела. Как выяснилось чуть позже, он споткнулся об спящего товарища, пока убегал от чего-то страшно и опасного. Быстро встав, Влад что есть мочи припустился куда-то, напоследок крикнув Костику – «беги глупец! Он уже близко!»

Костя, ещё не до конца сбросивший сонное наваждение, понял ровным счётом ничего. Куда бежать? Зачем бежать? От кого бежать? Однако бежать было надо, и это неудавшийся рыцарь осознал, когда с крыши дома спрыгнул огромный монстр, пышущей яростью и жаждой убийства. В нём Костя спросони и в силу других обстоятельств, понятных только ему и только в этот момент, не смог признать человека, называвшего себя его отцом. Инстинктами воина, победившего тысячу чудищ (краем сознания Костя ещё прибывал во сне.), он понимал, что лучше все переждать пока ярость монстра сойдёт, а сам он выдохнется. Надо было только спрятаться и переждать. Лучше всего для этого подходил старый пересохший колодец.

Костя без задней мысли подбежал к колодцу, и, перемахнув через каменную стенку, устремился вниз. Для рыцаря способного убить дракона такая высота, не представляла никакой опасности, как для ребенка спрыгнуть с порожка. Только вот, Костя не был рыцарем, но понял он это слишком поздно, кубарем летя вниз навстречу илистому дну колодца. Падение с десятиметровой высоты не могло закончиться ни чем хорошим, и это было понятно даже неудавшемуся рыцарю.

Забавно, Костя падал вниз чуть больше секунды, но по его ощущениям полёт длился в десять раз дольше. Еще никогда Костины извилины не работали в таком усиленном темпе, силясь найти хоть призрачную возможность спасения, однако это несильно ему помогало, только усугубляя и без того плачевную ситуацию.

Когда до дна оставалось уже три метра, Костик всё же смог ухватиться за верёвку, которая когда-то давным-давно служила для того чтобы поднимать вёдра наверх. Увы, за это время верёвка изрядно прогнила и, не сумев выдержать вес «рыДцаря», оборвалась, но свою задачу она все же выполнила, замедлила падение и тем самым спасла Косте жизнь. Не смотря на это, приземление вышло жестким. Костя упал на землю плашмя, распластавшись по илистому дну спиной вниз. Какое-то время он просто лежал не двигался, явно потеряв сознание. Но спустя несколько минут новоиспечённый исследователь подземных глубин всё же начал приходить в себя. Всё его тело ужасно болело, особенно рука. Окажись верёвка, которую он до сих пор сжимал в своей руке, чуть прочнее, левый сустав уже давно бы покинул своё законное место. А так, каким-то чудом Костя не получил ни каких серьёзных увечий, ни переломов, ни вывихов, только ушибы которые наверно будут болеть несколько дней.

— Костя — послышался слабый, едва слышный, женский голос. Такой знакомый и родной. Это был голос той самой девы из сна, о которой несостоявшийся рыцарь успел уже полностью позабыть за время своего полёта.

Костя встал и заозирался, ища обладательницу столь желанного голоса. Как оказалось, дно колодца было абсолютно правильной формы, только с одной стороны там виднелась маленькая узкая трещина, из которой и доносились слова, звавшие Костью. Он хотел было без раздумий пролезть через узкий ход к столь дорогому голосу, но его остановил другой более резкий грубый и не менее знакомый голос.

— Долго ты собрался здесь сидеть, вылезай! Бить буду. — Раздался откуда-то сверху голос отца.

— Нет, я лучше здесь посижу — на автомате, ответил Костя, думая о своём.

— Если через пять минут не придёшь, поговорим с тобой по-другому. — Сказал отец и исчез.

Стоило только жертве колодца остаться одному, как он тут же устремился к трещине. Она была настолько мала, что несбывшийся рыцарь мог просунуть туда только руку. Но это не могло остановить Костика. Он всеми силами пытался расширить проход, отодвинуть камень, заграждавший ему проход. Однако всё было четно, его сил не хватало даже на то, чтобы сдвинуть валун хотя бы на миллиметр.

— Найди меня, я буду ждать. — Раздался всё тот же знакомый и родной голос девушки из сна.

— Я найду тебя — ели слышно прошептал Костя.

Теперь ему было необходимо выбраться из этого колодца, чтобы потом снова вернутся обратно. Более подготовленным. С подмогой.

Глава 4

Очнулся я уже на кровати. Голова была перебинтована, какими-то тряпками, которые теоритически должны были заменить бинты, а на практике заносили в рану еще больше грязи. Примерно в таком же состоянии на соседних койках лежали Данил и Влад. Костика здесь не было, видимо на него, как проспавшего преступление, так и не свалилась кара с небес.

Да, такого стоило ожидать, особенно когда дело касается неприкосновенной собственности нашего домашнего диктатора. Его характер и в обычной ситуации сложно назвать спокойным, а когда дело заходить до таких запретных тем как побег из дома или проникновение в его кабинет, он всегда приходит в ярость. Сегодня вспышка была намного сильнее, чем обычно, но и раньше мы некогда не подходили так близко к своей цели.

— О, Серый, ты уже очнулся, крепко же тебя приложило, — произнёс Влад вместо приветствия. — Данил всё ещё не пришёл в себя, он как всегда оказался крайним.

Повернуться к собеседнику у меня не получилось. Голова норовила расколоться, как яичная скорлупа, из-за любого не осторожного движения. Наш папаша явно перестарался, когда "обрабатывал" меня. Боковым зрением я прекрасно видел, что Владу досталось на много меньше. Судя по всему, основную волну агрессии он выплеснул на мне и Даниле.

— А с вами то, что произошло? — устало проговорил я, хотя и знал, какой ответ получу.

— Да, ничего особенного, после того как тебя познакомили с рамой окна, монстр вылез наружу через тот самый злополучный проём. Дожидаться пока он подойдет ближе я, конечно же, не стал и спрыгнул на землю. Эта чушка — при этих словах он многозначительно посмотрел на Данила — последовал за мной и умудрился сломать ногу, пока падал. Я думал, папаша его пощадит, считай жизнь и так покалечила, но нет. Он заехал ему сапогом по затылку, не убил только потому, что там не было ничего важного, а дальше погнался за мной. Пока я удирал, споткнулся об Костю, тот с перепугу или по каким-то другим причинам, что творилось в его голове мне не ведомо, прыгнул в колодец. Пока я наблюдал за его полётом, мне приложили по голове. Очнулся уже здесь с вами.

Я тихо офигивал от всего происходящего. Кто бы мог подумать, что такая простая затея как залезть на крышу, может обернуться таким провалом. Трое в кроватях с перебинтованными головами, у Данила сломана нога. КОСТИК В КОЛОДЦЕ! В колодце! Этот день мне явно запомнится надолго.

— А как там Костя. Колодец вроде глубокий. Выжил хоть. — Спросил я.

— Ещё как выжил, что с ним может случиться? Он же Кошак, у него девять жизней. До сих пор там сидит. Отказывается вылезать. Отец его уже почти час уговаривает вылезти. Ну как уговаривает; рассказывает обо всех прелестях средневековых пыток. Сейчас уже перешёл от угроз к действиям: воду кипятить начал. Говорил, что если Костя не вылезет на свет божий. То он сварит его к чертовой матери.

Дослушивал я рассказ, уже трясясь от смеха. Раз Костик жив то зачем за него переживать. Ситуация конечно весёлая, только вот голова от смеха жутко болит.

— Сам-то ты как? — Задал я вопрос Владу.

— Со мной всё нормально мне, как ты видишь, слабее всех досталось. А вот с тобой и Данилом всё уже не так радужно.

— Нет, со мной тоже всё нормально. — Возразил я, хотя если честно сам ещё не понимал, в каком состоянии нахожусь.

— Тогда не строй такую болезненную мину, когда смеёшься — быстро раскусил меня Влад.

— Я оклемаюсь. Будем считать это боевым ранением за путь к свободе.

— Мне кажется, что с этого дня начинаются большие перемены. Такого движения у нас не был с того дня как Данил застрял в будке. Чувствую с этого дня начинаются большие перемены. Может быть хорошие, может быть плохие, мне уже всё равно, главное что перемены. Так что помяни мои слова, сегодняшний день мы запомним как начало начал.

Я хотел было ответить Владу что-то на подобие: всё может быть, всё может статься, но сделать я этого не успел. Дверь распахнулась, и в комнату зашёл отец. В одной руке он держал ведро с водой, от которого шёл пар. (Оказывается, насчёт кипятка он совсем не шутил). Другой за шиворот держал Костю, живого, здорового, трепыхающегося, и без умолку пытающегося объяснить свою невиновность. За такой картиной я не сразу приметил старушку семенящею за ними следом. Она безбоязненно и без малейшего удивления глядела на всё происходящие. Как будто каждый день видит такие происшествия.

Мой взгляд надолго на ней не задержался, меня больше интересовало, чем закончиться история с Котиком, но тут в мою голову закрался один очень интересный факт, который заставил меня вновь переключить внимание на нашу гостью; эта старушка является первым новым человеком за последние полгода, то есть за всё наше пребывание в этом мире. Это заставляло задуматься.

— Где наш больной, которого из них нужно лечить — спросила она, одновременно решая два вопроса: кто она такая и зачем сюда пришла.

Мне же становилось только интересней, отец всё-таки расщедрился на наше лечение, удивительно.

Домашний диктатор кивнул в сторону Данила, буркнул что-то на вроде: остальные сами оправятся, и продолжил перепалку с Костиком.

Сразу видно настоящую отеческую любовь. Вот уж спасибо за такую заботу. Я так до зимы могу так выздоравливать. Но, да ладно Данилу сейчас это намного нужнее.

— Совсем из ума выжил, окаянный, собственных дититок не бережёшь. Як у тебя их много было, я б ещё понёла, их же четыре штуки всего. Глазом не успеешь моргнуть, как они сами помёрнут, а ты, Георгий, им ещё и подсобить норовишь, за что ты их так и самое главнёхонькое чем. — Причитала старуха себе под нос, с характерным говором, делая ударение на буквы «о» и «ё» и звучно теня гласные.

Отец оставил эти слова без ответа, а мне оставалось только удивляться, как много я узнал в этот день. Да в чём-то Влад был прав сегодня всё измениться. За все полгода, что мы здесь провели, наш доблестный отец одиночка ни под каким предлогом не желал раскрыть нам своего имени. Какие бы изощренные способы мы для этого не придумывали. А тут на тебе — Георгий. Только вот, теперь его по-другому кроме как отцом язык не поворачивается назвать. Привык к такому, вот и всё. Может на это и был расчёт хитрого Георгия: не раскрывать своего имени пока мы не привыкнем называть его, так как он хочет. Ну, что ж это сработало.

Пока я рассуждал, Костик каким-то образом сумел отделаться отца, то есть Георгия (как же теперь всё сложно с именами) и улёгся на свою кровать.

— Я чувствую завтра всё измениться, — очень пафосно заявил Костя. Ещё один предсказатель, и где вы только берётесь.

— Ты помоешься? — Обломал весь пафос Влад. Хотя и сам до его прихода говорил то же самое.

Только вот Косте реально стоило помыться; дно колодца было далеко не таким чистым, как нам казалось сверху, сейчас от него при резких движениях начинали сходить облачка пыли.

— Да нет! Влад! Хотя и это тоже. Завтра нам всем придется долго отмываться. — Загадочно ответил Костик.

— Кость, а можно менее двусмысленно и пугающе? — устало произнёс я — и побольше конкретики.

— Серый, успокойся. Там нет ничего страшного. Если коротко, я нашёл на дне колодца проход, что там не знаю. Проём слишком узкий, не пролезть, но думаю, вместе мы его расширим. Я уверен, что там находиться что-то важное; место выглядит как классический игровой тайник. Так что завтра мы его обыщем и заживем припеваючи.

Всё это прозвучало ещё более двусмысленно и пугающе, но нас с Владом больше заботила основная информация, и отвлекаться на пошлые шутки не было никого желания. Это был настоящий шанс выбраться из этой тюрьмы, такое нельзя пропускать мимо ушей.

Обсуждение предстоящего освободительного похода в какой-то момент переросло в перепалку перепалка. Костик с упертостью барана утверждал, что нужно идти завтра, а лучше даже сегодня ночью. Влад же стоял на том, что нужно дождаться пока Данил поправится, поскольку не дело это покалеченными лезть в какие-то катакомбы. Я в основном отмалчивался, хотя всё же поддерживал Влада. У самого голова жутко болела.

Вскоре эта беседа мне надоела, и я, подкинув дров в спор двух друзей, решил проведать самочувствия Данила. Заодно побольше узнать о втором обитателе этого мира, которого мне и довелось увидеть, и если повезёт подлечить и свою голову тоже. Увы, встречи с оконными рамками редко закачиваются чем-то хорошим.

Дойти до заветной цели оказалось не так просто. Стоило только принять вертикальное, как голова начала жутко кружиться, вместе с этим пришла легкая тошнота и слабость, а в глазах заметно двоилось. У меня, конечно, нет медицинского образования, но сотрясение распознать смогу.

— Чем вы так разозлили Георгия? Кашу шоли пересалили. Соль, конечно, дороговата нынче. Но так людей калечить, это никаких приправ не напасёшься. — Спросила у меня старуха, заметив, что я подхожу.

— Да нет, сам не знаю. Просто попытались пролезть в его кабинет, а он взбеленился.

— Гоша всегда не любил, когда кто-нибудь лезит в его вещи, да и рука у него всё такая же тяжёлая, как раньше. Сколько лет живу, а он всё не меняется. Аж завидно слегка. Вот помру я, кто вас таких, оболдуев, от ещё большего оболдуя лечить будет?

— Ну, кто-нибудь да найдётся, нехитрое это дело людей латать. — Сказал я на автомате, даже не задумываясь, что именно говорю, справедливо полагая, что знания человека проучившегося три года в химбио будут больше всех медицинских изысканий средневековья.

— Як сбалакал, якоже любая селянка такое сробить смогёт, то на коль я то им сдалась. — Обиженно произнесла старушка, от чего её говор стал только сильнее.

Ну что хочу сказать. Я молодец! Обидел бабушку, которая должна была вылечить моего друга. Из-за пульсирующей боли в голове думать получается плохо, начинаю говорить то, что думаю мало знакомым людям. Добром такое обычно не кончается.

— Может сам смогёшь показать, как врачевать. Вот калеченый. Делай с ним, что хошь. А я почматрю. — Решила поиздеваться надомной бабулька.

Гордость не позволяла мне отказаться от такого предложения. Всё-таки за свои слова надо отвечать, ну, или хотя бы пытаться. Прости Данил, но сегодня явно не твой день; мало того что ногу сломал, так ещё и лечить тебя буду я. Надеюсь ты выживешь.

Я уже приближался к больному, что бы осмотреть его, но тут мир предательски качнулся и ноги сами собой подкосились. Видимо судьба решила дать Данилу шанс выжить, а мне умереть.

— У, приятель, да тебя самого лечить и лечить. — Донёсся от куда-то издалека голос старушки. Потом моё сознание вновь отправилось в царство Морфия.

В себя я пришёл меньше чем через минуту. Бабулька, нависая надо мной, ловко развязывала тюрбан, в который мою голову замотал любящий родитель.

— Ой, хорошо, тебя приложил Гошка, ой, хорошо. — Приговаривала себе поднос старушка, толи, что бы успокоить меня, толи просто излагала мысли вслух. Причём делала она это совершенно без свойственного ей говора, выражаясь чисто по-русски, хоть и в своём ворчливо-шутливом стиле. — Теперь шрам у тебя на всю жизнь останется, но это нечего. Подрастёшь, будешь рассказывать, как тебя медведь подрал, все девки в соседних сёлах будут твои, на наших не пробуй, не поверят. Им как говориться, только свеженьких подавай и медвежью шкуру в придачу.

Я хотел было улыбнуться и сказать что-нибудь язвительное, но был, мягко скажем, не в самой лучшей форме для этого. Всё двоилось и расплывалось. А мысли роились в голове, как сонные мухи.

— Но для начало разберёмся с твоей головой, а то до соседнего села не дойдёшь. Сколько пальцев видишь?

Старушка протянула перед моим лицом две руки и растопырила энное количество пальцев. Сосчитать и их оказалось достаточно сложно. Они постоянно двоились и разбегались, но сбившись два раза, с третьей попытки я смог насчитать двенадцать. Хотя шестое чувство мне подсказывало, что где-то была допущена ошибка.

— Чёго язык проглотил. Ак Георгий тебя счёту не обучил? — Поторопила меня старушка, к которой возвращалась её обычная манера мечи.

— Двенадцать. — Нехотя ответил я.

— Ну не так уж и плохо! Всего-то на три перста ошибся. Теперь смотри на меня и не отводи взгляд, пока я не скажу. Понял?

— Понял.

Я уставился на старушку настолько пристально, насколько мне это позволяла кружащаяся голова. Травница приложила к моим вискам по два пальца и легонько надавила. От её кожи исходило какое- то странное тепло, как струя воды текущая по телу. Боль сразу прошла, головокружение прекратилось.

Я все так же упорно продолжал смотреть на неё. Ожидая стоп команды, а заодно получая возможность рассмотреть пришелицу. Как и у большинства людей её возраста, кожа травницы была испещрена огромным количеством морщин, которые придавали её сходство со сморщенным изюмом, также, ели присмотреться, у неё можно было разглядеть весьма различимую бородку и усы. Образ старой ведьмы могли бы завершить бородавки по всему телу, но их не было. Она была не высокого роста, слегка сгорблена, что делало её рост ещё меньше. Вероятней всего старушка была одета в старое платье, но его цвет и фасон определить было не возможно из-за того что всё её тело покрывали различные травы коренья и бутыльки, которые были прикреплены к её одежде самыми необычными способами. Волосы её были седы, рот больше напоминал несуразный разрез на коже. Маленький курносый нос даже сквозь лета сохранил что-то детское и миловидное. Больше всего запоминались глаза; два ярких каштановых круглишка, которые смотрели на меня столь же пристально, как и я на них. Их взгляд был чист и холоден. Ничто не могло замутить эти глаза, ни время, ни тяготы, ни, наверное, даже сама смерть. Они не могли видеть тебя насквозь, однако им под силу было разглядеть каждую твою черту, как внешности, так и характера.

— Всё можОшь мОргать. А то ещё дырку во мне проглЯдишь. Так-с, с внутрЯностями разобрались, теперь займёмся наружностЯми, — с этими безбожно исковерканными словами старушка притянула мою голову поближе и начала осматривать рану на лбу. — НечЕго страшного, сейчас промою и перевЯжу потуже, зашОвать даже не буду, через недельку дрУгу тряпки можно смело сбросить. Потом я дам тебе мазь и будЁшь новёхоньким, как после утроба. Ну, почти. Главное не забывай почаще про медведя балакать, и будЁжь як сыр в маслице.

Потом бабка претворила свою болтовню в жизнь. Наскоро обмыв рану кипячёной водой, которую оставил отец, после неудачной попытки вытравить Костью из колодца кипятком, как мне повезло, что наш юный первооткрыватель соизволил вылезти сам, так бы пришлось ещё и воду кипятить. Только реальности это не меняет было больно, очень больно. Когда травница закончила пытать меня раскалённым «свинцом» и перевязала голову новыми бинтами, которые в отличие от предыдущих больше походили на бинты и меньше на порванную тряпку для мытья полов, я ощутил, что мои мучения, наконец, закончены и можно свободно вздохнуть. Удивительно, но после всех этих операций голова почти не болела.

— Ну, шо, солдатик оловянный, тебе получше.

— Да.

— Тогда покажи мне своё мастерство, что бы я могла идти на покой без сожаления. — При этом старушка многозначительно показала пальцем на Данила. Да, а бабушка оказалась злопамятной.

Хоть я очень сильно погорячился, сравнивая мои способности в медицине с её, при этом напрочь забыв, что нахожусь в фэнтезийном мире, где магия не такая уж и новость. Без сомнений, моё сотрясение прошло только благодаря сверхъестественным способностям травницы . Но отказаться от своих слов и признать поражение гордость всё же не позволила. Извини Данил, но пострадаешь от этого именно ты.

Нога моего друга представляла собой жалкое зрелище; она, как и положено, при переломе - опухла и теперь больше походила на большую сосиску, чем на конечность человека. К тому же она была покрыта, какой-то мерзко пахнущей зелёной мазью. Видимо травница уже вовсю занималась лечением Данила, когда я к ней подошёл.

Для приличия я решил осмотреть кость. При беглом взгляде не заметил в ней ничего подозрительного и решил то, что Данил отделался простой трещиной, но стоило мне только прикоснутся к покрасневшей коже, как кость сразу ушла со своего места куда-то вправо. От неожиданности я быстро отдернул руку. Кость сразу встала на место. Выглядело это всё настолько сюрреалистично и отвратительно, что меня передернуло.

— Это тебе ещё повезло, милочек. Я дала парню одну травяную настойку, после которой он до завторошнего дня не проснётся, а то бы орал тут як резаная свинья. Ты уже и тык белый як молоко, не дай боже скапустишься ещё от пережований, — ехидно проскрипела старуха. Мне же оставалось только промолчать, поскольку я и в правду сейчас был в шаге от «скопустивания».

Ладно, в таких случаях нужно наложить шину. Где мне её найти?

Следующий час своей возни лучше было бы забыть. Сначала я обыскал весь дом в поисках подходящей деревяшки для шины, потом когда находил «подходящую», бежал обратно к постели больного, чтобы примерить находку. Только для того чтобы отбросить её и пойти искать следующую. С третьей попытки я всё же нашёл нужную дощечку. Потом пошёл процесс привязывания предполагаемой шины к ноге Данила. Не сказать что процесс был очень сложный, но я все равно умудрялся накосячить. Каждую мою неудачу и ошибку старуха комментировала с особой желчью и язвительностью, явно мстя за мою грубость. Но все-таки, с горем, пополам я смог закончить свою работу и остаться довольным результатом.

— Знаешь. Достаточно не плохо для такой мелкоты. Паренёк после такого даже ногой волОчить сможёт, правда хромать будет всю жизнь, но это не страшно. Я тут всё быстрёхонько поправлю, — травница поднималась со своей лавки, на которой сидела весь процесс лечения и начала придирчиво изучать больного. — Только ты, дырявая башка, про самое важное то ты забыл.

— Про что? — Спросил я без особого интереса.

— Про голову.

— Да, там у него ничего важного нет, можно не заморачиваться.

После этих слов мне пришлось увернуться от вполне заслуженного подзатыльника. Но я ни о чём не жалел.

— Если в твоей голове ветёр шумит, не значит это, что и другие свою бошку по напрасно носят. Теперь скажи нормально. Шобы неопазарить славное ремесло врачёвателя.

Да, при всём желание, славные «врачёватели» сегодня уже не отмоются от стыда. Осталось только понять, что опозорит их больше мои медицинские изыскания или жуткое коверканье их профессии. Постараюсь сделать всё что могу для второго, однако и от первого не стоит отказываться.

Я посмотрел на голову Данила, там не было нечего страшного кроме не большой шишки.

— Приложить что-нибудь холодное и всё само пройдёт.

— Ладно, тут ты прав, мне тоже ленёхонько с ним возиться, и так на тебя многёшиньки времени изничтожила. Сам отойдёт. Его заговором подчивать как тебя не надо.

— Заговор? — Спросил я, решив, что настало время побольше разузнать о магии в частности и о мире в целом.

— Ну да, особо ума не надо, да и таланта тоже. Как ты недавно балакал, каждая селянка сможёт, дай ей только годиков так пять ум за разум завести. — Ответила старуха, накладывая какой-то компресс на голову Данила.

— А меня сможете так научить? — Решил не бегать вокруг да около, а задать вопрос на прямую. Впервые за полгода появилась возможность из этого круга, и не воспользоваться ей было бы верхом глупости.

— Научить та могём. Парень ты толковый, да и сам чевохоньки то умеешь, хоть не лечить, так калечить сможёшь. Вот только на кой черт, тебе это нужно. Не мужитское это дело, понимаешь, ушибы врачевать да сглазы от коров отводить.

Зачем мне это нужно я и сам толком не понимал.Просто это было первой и единственной возможностью овладеть какой-нибудь профессией. Такой шанс упускать нельзя.

— Но других желающих все равно нет. Дети мои извились уж давно да повыраждались. Внучка, последняя кровинушка у меня осталась, но по моим стопам не хочет идти ни в какую, хоть ты тресни, ей больше по лесам шастаться нравиться да на страхолюдин глядеть. А так хоть кому-нибудь заветы своей бабки на старости лет передам. — После такой маленькой исповеди травница достала из кармана платья какое-то украшение. Толи статуэтка, толи оберег, наверное, такие были распространены в средневековые времена у языческих племён. — Вот подержи ка.

Я без особых раздумий взял в руки оберег. Это была хорошо залакированная кость, в которую был инкрустирован драгоценный камень (откуда могли взяться лак и драгоценности у обычной старушки меня особо не волновало). Сначала он выглядел прозрачным как брильянт, однако как только я поднёс амулет поближе, он медленно начал окрашиваться в насыщенный рубиновый цвет. Насладиться этим зрелищем мне, конечно же, не дали. Старушка вырвала его у меня из рук, как только драгоценность поменяла цвет меньше чем на половину.

— И что это было? — Задал я самый очевидный вопрос.

— Это амулет, реагирующий на магию. Его используют для того что бы понять способен ли человек к чародейству или нет. — Начала объяснять мне старушка. Говорила она при этом абсолютно чисто. Лицо её было слегка удивлённым и при желание на нём можно было разглядеть горькую усмешку. — В тебе есть сила, которая может развиться во что-то стоящее. Если ты хочешь научиться лечить, зайди в мой домик, когда поправишься. Давно я таким не занималась.

После этих слов старушка, как ни в чём не бывало, продолжила возиться с Данилом. Мне же оставалось удивляться полученной информации. Получается только что во мне обнаружили магические способности. Странно за эти полгода года я не замечал никаких наклонностей в эту сторону. Хотя о чём я говорю? Я нахожусь в мире, который раньше был компьютерной игрой, и здесь может произойти всё что угодно. Те же фокусы, показанные Владом и Данилом, могли быть прямым проявлением магии.

Через какое-то время старушка покончила с Данилом, то есть закончила его лечить, и отправилась домой. Я как прилежный ученик, всё это время, молча наблюдавший за процессом, попрощался с травницей. После чего из бодрствующих в комнате остались только я Костя и Влад.

Удивительно, но, не смотря на всё прошедшее время,они до сих пор продолжали спор. И даже не сошли с мертвой точки, хотя уже и поумерили свой пыл, продолжая вяло шипеть друг на друга. Это была карикатурная и даже чем-то забавная картина.

Влад, уставший и раздражённый, использовавший все свои лучшие аргументы, пытался самыми различными способами донести до своего оппонента, что нужно подождать пока поправится Данил и только тогда отправляться «в дальние странствия», при этом Влад явно сдерживаясь, чтобы не придушить упрямца.

Костя, такой же уставший и раздражённый, у которого аргументов не было с самого начала, хрипел на всю комнату, что троих хватит по горло и даже будет тесно, а ждать бессмысленно. Вид у него при этом был самый, что ни на есть решительный. Не знаю, что он увидел в том колодце, но было ясно, что он не остановиться не перед чем. Любой разумный человек понимал, что спорить с этим существом бессмысленно, но отступить перед прущим на тебя на всей скорости бараном удавалось не часто.

— Серый, ну как там Данил? — Заметив, что я какое-то время молча, наблюдаю за их спором, спросил Влад. Вид у него при этом был примерно такой, будто он хватается за последнею спасительную соломинку.

— До завтра не проснётся. — Начал рапортовать я. — Через недельки две только сможет ходить.

— Две недели! Нет! Столько я ждать, точно не буду, — безапелляционно заявил Костя.

В любой другой ситуации я бы, скорее всего, встал бы на сторону Влада, но сейчас, смотря на Костью, в голове моей зарождалось чувство, что если мы не согласимся, то он полезет туда ночью один, и плевать он хотел на свои же слова о том, что одному там делать нечего. Да и к тому же, мне и самому не хотелось ждать две недели, слишком много может произойти за это время

— Ладно, потом сам будешь объясняться с Данилом. — вставил свой последний аргумент Влад, после чего отступил. Видимо ему тоже не хотелось ждать так долго.

— Каштанка! — (Так мы иногда называли Данила, никто, правда, особо не помнил почему, а после произошедшего с собачей конурой, это прозвище приобрело новый смысл.) Крикнул Костя. — Ты же здесь полежишь?

Ответа естественно не последовало. И до завтрашних петухов вряд ли последует.

— Ну, вот молчание знак согласия. Я спать. Завтра придётся вставать очень рано, лучше подготовиться. — На этом разговор закончился и все отправились спать.

Глава 5

На следующие утро первым, что удивительно, встал Костя. Он изнутри горел идеей поскорее отправиться глубоко под землю. Последний раз я сталкивался с таким энтузиазмом с его стороны, когда он уронил сотку в речку и хотел прыгнуть за ней, благо его тогда удержали. И если тогда он был не совсем трезвым, что же двигало им сейчас, было не понятно.

Будить меня ему не пришлось. Под утро у меня особенно чуткий сон, так что проснулся сам. Владу повезло меньше. Вся энергия, которая была в Кости, а было её не мало, обрушилась на бедолагу. От поднявшегося шума проснулся даже Данил.

— Что вы так раскричались. И без вас всё болит. — Данил попытался встать с кровати, но сломанная нога подвела его, и он рухнул на пол.

Мы помоги инвалиду подняться, и опустили его на кровать. Как оказалось, вчерашний день, после прыжка с крыши он не помнил, что не удивительно, поэтому его пришлось быстро вводить в курс дел. Эту обязанность мы скинули на Костю, энергия из него и так била ключом, пусть хоть выговорится. С третьей попытки он смог описать Данилу всё случившиеся. (В первые два раза он рассказывал всё настолько быстро и кратко, что даже я не понимал, о чём он говорит)

- Ясно, валите уже!- сказал Данил после окончания рассказа. По его тону нельзя было сказать; обиделся он или нет, но грусть в его словах читалась отчётливо.

Когда наш экспедиционный отряд уже выходил из комнаты, он крикнул нам в след.

— Только поторопитесь, я целый день один на один с отцом не протяну.

Жалко бедолагу, но ничего не поделаешь. Может быть,они, наконец, найдут общий язык.

Однако на сентиментальности времени мне не дали, Костик чуть ли не силой дотащил нас до каменной кладки колодца. Старинное приспособление для добычи воды оказалась достаточно глубоким, и спуститься на дно, не переломав себе ноги, будет проблематично.

— Как ты туда залез? — Спросил я костью, пытаясь прикинуть, как глубоко нам придётся опускаться.

— Жить захочешь и не такое сделаешь. Пока вы дрыхли, я успел стащить верёвку. Она крепкая должна нас выдержать. Пролезем. — Заявил тот, размахивая трофейной верёвкой.

Моток скученных волокн и правда выглядел достаточно надёжно, чего не скажешь о человеке, который ими размахивал. У него на уме явно было только одно, как бы побыстрее оказаться на самом дне. Такие мелочи как переломы, ушибы и смерти его волновали мало. Лишь бы только побыстрее. Лишь бы только на дно. Так что Влад от греха подальше отобрал у Костика верёвку и принялся вязать достаточно замысловатые узлы.

Закрепив получившиеся произведение искусства над колодцем, мы начали спуск. Первым как организатор и главный исполнитель идеи шёл Костя, за ним должен был лезть я, замыкал же процессию Влад, как самый тяжёлый он представлял наибольшую опасность нашему предприятию. Костя спустился без видимых проблем, к моему величайшему сожалению, веревка выдержала его, и мне пришлось лезть следующим. Спустившись на метра три вниз, я поддавший плохому предчувствию поднял голову вверх. Лучше бы я этого не делал, ведь блаженное неведенье намного лучше горькой правды. Как оказалось, Влад не стал дожидаться, пока я спущусь, а полез сразу следом за мной.

Это не могло закончиться ни чем хорошим. Во-первых, верёвка начала сильно раскачиваться, и я то и дело задевал стенку колодца, достаточно болезненно скребя её плечом. Во вторых весь мой богатый жизненный опыт буквально кричал о том, что сочетания меня, Влада, непонятно откуда-то взявшийся верёвки и старого, засохшего, разрушающего от времени колодца не могло привести не к чему хорошему.

— Влад! Остановись! Самоубийца! — Крикнул я и, не дожидаясь рока судьбы или ответа сверху, со всей возможно скоростью «полетел» по канату.

— Не боись! Всё будет хорошо, так быстр...аааа. — Договорить Влад не успел. Мои опасения оправдались, когда до земли оставалось два метра, верёвка с треском оборвалась, оставляя нас наедине с такой близкой и одновременно такой далёкой землёй.

Приземление было достаточно жестким, хоть я и упал на относительно мягкое илистое дно, однако приземление оказалось не совсем удачным, основная часть удара пришлась на голову, лишь чудом не повредив шею. Мой тюрбан был совсем не готов к таким нагрузкам, но всё же выдержал все неприятности, не позволив голове разлететься на две части, хотя если бы не лечение травницы, то не спас бы даже он. Вишенкой на торте, чуть не окончившей мой путь в этом мире, стал Влад, который рухнул на меня, вышибая последний воздух из легких.

Как я выжил - не знаю. Моё тело даже осталось относительно целым; по крайне мере нечего не сломано. Только вот, болело всё жутко, кажется что амортизировать удар пришлось каждой клеточке моего тела.

Туша, лежавшая на мне, тоже была здорова, даже на много здоровей меня. Ну, это ненадолго, дайте только подняться, и я выбью из него весь дух, наверное, если силёнок хватит. Надо только подняться.

Очень сильно помогал ориентироваться в пространстве Костин мат, который я слышал даже сквозь звон в голове, благодаря этим не самым прекрасным звукам, я смог понять где верх, а где низ и более точно сложить картину мироздания, которая изрядно покачнулась после произошедшего.

И хоть Костика не задело, но порванная веревка явно не входила в его планы.

— Идиоты! Вы хоть живы? — Спросил он, когда немного успокоился.

— Да, у меня была мягкая посадка. — Ответил Влад, сдерживая прорывающийся наружу смех.

От такой наглости я просто лишился дара речи. Нет, так просто он не отделается.

— Мягкая посадка значит?! — Проскрежетал я елейным голосом, ну или хотя бы попытался, что у меня получилось уже особо никого не заботило. — Сейчас будет тебе мягкая посадочка. Ты её не скоро забудешь. Главное стой спокойно. Сейчас на одного Владислава в мире станет меньше.

— Серый, ты верёвку опусти. — Влад не стал слушать мой совет и отдалялся на другой угол круглого колодца. — зачем она тебе?

— Придушить тебя.

Примерно минут десять мы спускали пар, бегая друг от друга по кругу. В весьма узком пространстве колодца. Костик сначала хотел было нас остановить, но смирившись с бесполезностью своих действий, обречённо уселся на илистый пол. Закончили мы только, когда сил на пробежки больше не осталось.

— Мир? — Спросил Влад, изрядно выдохшись.

— Мир, — ответил я пытаясь отдышаться.

Когда с последствиями падения было покончено, мы начали осмотр вставшего у нас на пути препятствия. Всё было в точности таким же, как описывал Костя: у одной из стенок виднелась приличных размеров трещина, за которой было достаточно обширное пустое пространство. Пролезть туда не представлялось возможным, однако если отодвинуть валун и расширить проход, то задача будет вполне выполнимой.

Что бы отодвинуть камень пришлось постараться, но упорство, труд и самую малость слабоумия творили чудеса. Тоннель получился очень маленький, пролезть в него мог разве что ребёнок, да и то на четвереньках. Благо мы как раз подходили по всем критериям. Кто знает, может быть, игра именно ради этого прохода закинула нас в детские тела, может быть, мы с самого начала должны были спуститься в колодец, но по своей глупости полгода шатались вокруг него? Будет обидно если это правда. Но зачем гадать, когда можно проверить, надо лишь только спуститься.

Ползли в недра земли мы, так же как и спускались в колодец. Первым шел Костик, потом я, дальше Влад. Как говориться все гениальные мысли приходят слишком поздно, только на середине пути к нам пришла мысль, что если Влад застрянет, а туннель закончиться тупиком, то на этом наша история может оборваться, однако сделать уже ничего было нельзя. Оставалось только сосредоточиться на спуске.

Поскольку в туннеле царила кромешная тьма, у меня было только два способа ориентирования на местности: осязание и мат Костика, который как истинный первопроходец с гордо выпяченной грудью встречал на своём пути все неровности бугры и уступы этой каменой пещеры. Конечно, он не мог предупредить нас обо всех опасностях, и некоторые острые камни все равно умудрялись оцарапать мне кожу. Правда, моему высокому другу, которому судьба уготовила идти сзади, не повезло чуть больше, он довольно часто бился головой о потолок там, где мы с Костей проходили без всяких проблем.

И почему никому из нас не пришло в голову озаботиться освещением. И вообще, пока мы спускались, в мою голову приходило столько стоящих идей, что будь мы на поверхности, цены бы мне не было.

Спустя три дня и три ночи, по моим ощущениям, или через несколько часов реального времени, Костя вместо неразборчивой ругани произнёс вполне членораздельное предложение, заставившие меня ещё больше усомниться в его адекватности.

— Я вижу свет в конце туннеля. — Произнёс он.

Такими фразами только людей на похоронах пугать. Мне в голову уже начинали закрадываться мыли, что мой друг всё-таки тронулся умом, от слишком частых столкновений с камнями или решил не смешно пошутить, для поддержания боевого духа. Однако вскоре я и сам увидел свет; слабый и еле заметный, не идущий ни в какое сравнение с солнечным, но всё же свет. Описать радость, которую испытывает человек, просидевший несколько часов в темноте при виде такого тёплого и родного луча надежды невозможно ни какими словами. Достаточно лишь упомянуть, что наше продвижение ускорилось где-то раз в десять. И всё это ради того чтобы оказаться в просторной пещере, к стенам которой были прибиты факелы. Сил осматривать новое помещение у меня не было. Я просто разлёгся на холодном полу, наслаждаясь чувством, которое возникает при выходе из тесного помещения на широкое пространство, и подумал о вечном.

Ничего интересного я естественно не придумал. Эйфория как ей и положено продлилась не долго, а философские мысли не желали посещать мою голову.

На смену идеям абстрактным, пришли вопросы насущные; зачем, а самое главное каким образом, в пещере появились факелы, да и пещера ли это была вообще. Вся комната была неаккуратно вытесана из камня руками не очень умелых или очень спешащих шахтёров, которые смогли придать этому помещению квадратную форму и даже соорудить подставки для факелов, но совершенно не подумали об опорах, на которых должна держаться такая конструкция. Поскольку из этой каменой коробки выходило два туннеля. Я предположил, что их принесли суда из второго прохода, который, к слову, тоже был в кромешной темноте. Но если тот туннель, из которого мы пришли, был естественного происхождения (теперь понятно, куда девается вся вода из колодца), то второй был сделан всё теми же неумелыми шахтёрами. Складывалось впечатление, что кто-то оставил эти факелы специально для нас. Интересно, а сколько они уже горят, и сколько будут гореть ещё. Час, день, месяц?

Пока я рассуждал и анализировал, Костя начал действовать.

— Влад, подсади меня! — Крикнул он, с маниакальной настойчивостью пытаясь допрыгнуть до факела, расположенного в двух метрах над землёй.

Влад не стал мешать молодому пироманту в его изысканий и смиренно подставил плечи. Факельное гнездо достаточно крепко срослось с древесиной, так что заполучить заветный свет в своё распоряжение оказалось не так просто. Однако таки мелочи не могли остановить недорыцаря. Получив то, что хотел, Костя направился дальше, так и оставив нас с Владом, в освещённой пещере.

— Как думаешь, что он там хочет отыскать? — спросил у меня Влад, который, по-видимому, думал примерно о том же, о чем же и я, что ни чем хорошим это не кончиться.

— Не знаю. Кто его знает, может быть, там что-то ценное. Надо поторопиться, а то он это без нас всё заберет. Подсадишь?

— Ага, конечно, а сколько примерно должны гореть факелы? — спросил мой друг, пока я ковырялся с гнездовищем, которому явно было не год и не два, да и деревяшка служившая основой факела уже давно срослась с заржавевшим металлом, что наводило на мысль о том, сколько этой постройке должно быть времени.

— Не знаю, пару часов, наверное, только, по-моему, они горят здесь намного дольше. — Ответил я, продолжая колупать ненавистную конструкцию.

— Да, мне тоже так кажется, либо их кто-то зажёг специально для нас, либо они могут гореть вечно.

— Одно другому не мешает, только единственный, кто может об этом хоть что-то знать, уже убежал, куда во тьму. — Свет от Костиного факела уже давно скрылся из виду, заставляя гадать о судьбе своего владельца.

Закончив свою не сложную, но нудную работу, я спустился с двумя факелами на землю, один из которых был передан Владу.

— Как думаешь, Костик там не учудит чего, а то отыскивать его тушу в завалах не хочется. — Спросил я полушутя полусерьёзно, чтобы успокоить расшалившиеся нервы.

— Да нет, он же не дурак, — сказал Влад и тут же осёкся, понимая глупость сказанного.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга с всё больше возраставшей паникой. И сразу же синхронно рванули в тёмный туннель. Молясь успеть, пока не случилось что-нибудь необратимое. Вскоре нам встретился поворот потом ещё один и ещё. Мы бегали зигзагами непродолжительное время, проклиная шахтёров, которых во время постройки, судя по всему, нехило шатало из стороны в сторону, пока не увидели свет факела в дали. Мы взяли оставшиеся силы в кулак и побежали так быстро, как только могли.

Костя на наше появление обратил не сильно много внимания, лишь слегка дернувшись в нашу сторону, он продолжил свой путь. Я хотел было растормошить его, чтобы добиться хоть какой-то реакции, но Влад меня остановил, кинув многозначительный взгляд на нашего слегка странноватого друга. И правда, Костик был слегка не в себе: остекленевшие глаза, смотрящие куда-то в темноту, не оставляли сомнения, что что-то не так, а постоянно шевелящиеся губы, которые без сомнения складывали какие-то слова, расслышать которых я, увы, не мог, только завершали картину полного безумца. Как говорит одна древняя народная мудрость, лучшее что можно было сделать - это просто наблюдать, пока всё разъясниться. Ведь вмешательство может только усугубить проблему.

Ждать пришлось не долго, вскоре на другом конце туннеля забрезжил слабый свет. Он был на много слабее предыдущего, хотя, как выяснилось, был намного ближе.

Мы вышли в ещё одну пещеру, только на этот раз поменьше. Единственной её особенностью была деревянная коробка с железной окантовкой на углах, и на самом её верху которой горела свеча. Дерево со всех сторон было испещрено символами и рисунками значения, которых я не понимал. Однако причудливые узоры навивали мысль, что эта конструкция могла быть алтарём для какого-то божества.

Рассмотреть иероглифы поближе мне, разуметься, не дали. Костик, которого я и в обычных ситуациях не всегда мог назвать адекватным, окончательно слетел с катушек; завыв как раненый буйвол, он со всей дури впечатался в стену пещеры, но такой удар не остановил Костика, а только раззадорил. Пока он с остервенением избивал, скорей всего, ни в чём неповинный камень, я и Влад молча, с квадратными глазами, смотрели на сие действие. Ни я, ни он не решались вмешаться, хотя и понимали, что-то сделать было надо.

Первым от ступора отошёл Влад, он медленно и нарочито спокойно начал подходит к ярому противнику камней справа, при этом говоря, что-то успокаивающее. Я через несколько секунд понял, что к чему, и, обойдя коробку-алтарь с лева, зажал Костика с другой стороны. Наш план был прост как советский лом и надёжен как швейцарские часы. Поймать, скрутить и допросить… то есть успокоить.Оговорился.

Но судьба и один очень энергичный и не очень адекватный молодой человек решили иначе. Костя развернулся и от всей своей души пнул предполагаемый алтарь. Деревянная коробка отреагировала на это не так, как должна была это сделать деревянная коробка. Вместо того отлететь, сломаться, ну, или на крайней случай сломать неугомонному ногу, она взорвалась.

Взорвалась! Черт! Взорвалась! Вспышка тёмно-алого почти бордового цвета, совсем несвойственного для огня, на миг застелила мне глаза, разглядеть получше его я не успел. Всех троих отбросило по разным углам пещеры. Пламя факелов затухло и всё погрузилось в кромешную тьму. Меня изрядно приложило о стену, вышибив из легких воздух. Ещё немного и за эти два дня я получу больше травм, чем за всю предыдущую жизнь.

— Вы живы? — Нарушил затянувшуюся тишину Влад.

— Да, — отозвался я. После чего опять последовала тишина.

— Костя? — крикнул Влад, не дождавшись ответа виновника происшествия. — Костя! Ты где?!

— Тут, — отозвался он.

— Может, ты расскажешь нам, что произошло? — начал допрос Влад.

— Знаю. Это прозвучит глупо. Вы, наверное, подумаете, что псих, — его лицо полностью закрывал мрак пещеры, но тон голоса не оставлял сомнений в том, что для Кости этот разговор имеет большое значение.

— Куда уж больше, — невесело заметил я. — Говори. Хуже уже не будет.

— Мне приснился сон. Я плохо помню, что там было. Возможно, я был рыцарем, возможно, бродягой. Но это не так важно, помню лишь, что там была одна девушка, и то, как сильно я её любил. — Начал Костя тихим, едва слышным, задумчивым голом, таким будто с каждым словом он всё больше и больше погружается в воспоминания. — Я даже не помню, как она выглядела, и как её звали. Помню лишь её голос. Такой сладкий, нежный и родной голосок. И этот голос звал меня сюда. Я слышал его, пока спускался в колодец, пока лез по этой дыре, а когда он был совсем близко, мне уже было все равно на всё кроме неё. И тут я увидел этот тупик и всё. Всё! А дальше вы, наверное, понимаете.

— Понимаем, — поддакнул Влад, — с кем не бывает.

Я до этого соблюдавший молчание, поскольку, наверно, как и Влад не ожидал такой повести, да и если честно не был особым сторонником утешительных речей; для меня более привычно молча кивать головой, делая как можно более умную мину, что, конечно же, никто не разглядел из-за отсутствия света, не удержался и хмыкнул.

— Нет, я, конечно, не про голоса, — начал оправдываться Влад повеселевшим голом, — а про избиение ни в чём не повинных стен. И кстати, никто из вас не знает, что это так бабахнуло? — Не дождавшись от нас ответа, он продолжил. — Я думаю, это был ящик.

— А мне кажется, это было содержимое ящика. — Ответил я, поняв, что Влад хочет соскочить с темы, оставив разъяснение мистических голосов на более подходящие время.

— Серый, ты во взрывчатке побольше меня понимаешь, скажи своё экспертное мнение.

— Да не похоже это на взрывчатку; взрыв был, вспышка света была, но ни запаха, ни ожогов, ни прочих термических продуктов взрыва. Больше похоже на сжатый газ, только вот.

— Светился он темно красным, — подхватил Влад. — Может это была магия?

— Тоже вариант, только проверить это мы уже не можем. Из нас, как я знаю, никто в магии не разбирается.

— Парни, посмотрите на сообщение от системы. — Подал голос Костик. Который в отличии от нас с Владом, вместо того чтобы тратить время на пустые предположения решил убедиться в происходящем в более достоверных источниках.

Внимание! Обнаружена и усвоена божественная энергия.

Уровень астральных сил увеличен на одну единицу.

— И как это понимать? — В сердцах воскликнул Костя.

— Видимо, ты разрушил алтарь какого-то бога. — Ответил я, решив по быть капитаном очевидностью.

— Ну, за такое должна быть кара небесная. А не похвала. — Сказал Влад, тоже изучивший новую надпись.

— Если учесть, что мы скорей всего первые паломники с момента создания этого места, то божество нам еще и благодарно должно быть. — заметил я.

— Ну, почему единственные, — на секунду задумался Влад, — может быть, суда ещё наш папаша забредал, когда-то.

— Тогда божество должно быть вдвойне благодарно, что мы лишили его такого общества. — усмехнулся я.

— Как думаете, если он здесь был, мог ли он оставить какие-то следы. — спросил Костик, который явно желал убедиться на сколько материальны его иллюзии.

– В темноте, мы все равно ничего не узнаем, пошлите ка назад, там должен быть ещё один факел. – Ответил горе искателю Влад.

Обратный путь, хоть и пролегал в полной темноте, не занял много времени, главное было отыскать поворот раньше, чем твоя голова встретиться с каменой стеной. Вскоре я с помощью Влада выковыривал последний факел из гнездовины. Костя в это время перебинтовывал свою руку обрывком штанины. Сказать поможет ли ему грязный обрывок льняной ткани или только усугубит последствия избиения каменных стен, я не мог, но то, что отец Георгий не обрадуется такому состоянию казённой одежды, я знал точно.

Добыв источник света, мы зажгли им два других факела. Удивительно, но они выглядели так, будто их даже не касалось пламя. Смолянистая ткань могла спокойно прогореть пару часов. Хотя на самом деле она будет освещать нам дорогу гораздо больше. И без магии дело тут явно не обошлось. Да звучит неприятно, но магия в этом мире может появляться в самых неожиданных местах, а я, как обычный обыватель двадцать первого века, даже не способен определить, где она есть, а где её нет.

Чувство голода говорило, о том что время близится к обеду. Поскольку пещеру мы исследовали, а девицу из сна так и не нашли, я собирался со спокойной совестью возвращаться домой, но Влад меня остановил, предложив более интересное времяпрепровождение. С его логикой было сложно поспорить: коробку-алтарь обследовать мы не успели, сюда мы вряд ли вернёмся, так что, если мы что-то можем здесь сделать, то должны сделать это сейчас.

Под такую вдохновляющею речь, я с самым унылым видом шел по темным коридорам подземелья в третий раз. Хотя, глядя на Костью, который потерял всякую мотивацию, не найдя здесь никого живого, невольно пробуждались сомнения в том, что моя мина была хоть сколько-то унылой. По сравнению с ним, я был кладезем счастья и достатка, а Влад вообще светился без факела. Ну ладно, как говориться, всегда найдётся тот, кому намного хуже, чем тебе. Поэтому самое время разрядить обстановку и подумать о « братьях наших меньших».

— Как думаете, как там сейчас Данил поживает?

— Да, он, должно быть, просто счастлив, вся отеческая любовь и забота досталось ему одному. — Ответил мне Влад. — Вот лежит сейчас, а ему кушать в постельку принесут и сказку почитают. Не жизнь, а рай.

Я невольно съежился от такой картины. Отец Георгий относился к такой категории людей, которые могут пытать простой беседой лучше, чем мафиози ножом и паяльником. К концу дня мы можем найти Данила повешенным на собственных бинтах, и сломанная нога его не остановит. Но я верю в Каштанку, он крепкий парень.

— И мы, разуметься, как добрые родственники не будем разрушать их идиллию. — Сказал я.

— Разумеется. — Подтвердил Влад.

— Вот, вы монстры. — Внёс свою реплику Костя. — И не жалко вам бедолагу.

— Нет, — хором ответили мы.

— И куда мы тогда так торопимся? Помедленней надо идти, нам же никого спасать не надо. — Воскликнул Костя. Мы все синхронно замедлили шаг, после чего переглянулись и засмеялись.

Заливаясь по поводу и без повода, мы пришли обратно к алтарю, ну или тому, что от него оставалась. Щепки и мелкие деревяшки были разбросаны по всей пещере. Хорошо сохранилась только одна дощечка, и то она была разломана на две части. Я сразу забрал их себе и принялся изучать, не сказать, что я был силен языках, однако попробовать стоило. Влад подошёл к тому месту, где произошёл взрыв, и принялся там копаться, Костя решил занять себя сбором оставшихся щепок. Через какое-то время, когда Владу стало скучно, он окрикнул меня.

— Ну, что, Сергий, у вас есть, что-нибудь интересное?

— Ничего, особенного. Здесь есть изображение людей и монстров. Толи это летопись, какого-то сражения с силами тьмы, толи легенда их народа, толи обряд жертвоприношения, если бы понимал, что написано на этих иероглифах всё стало бы намного проще. А у тебя что?

— Тоже ничего интересного, нет ни пригари, ни запаха, даже камень не пострадал. И правда, похоже на какой-то газ. Ладно. Кость может у тебя есть чем нас удивить?

Поразительно, но у Кости, и правда, было чем нас удивить.

— Металлические пластины, обитые вокруг ящика, по-моему, это не железо.

Он передал нам с Владом одну из найденных пластин. Да синеватая сталь с фиолетовым отливом, даже по цвету не походила на обычное железо и больше всего напоминало мне сплав титана.

— Вряд ли на земле есть, что-то подобное, — озвучил свою мысль Влад, мне оставалось с ним только согласиться.

— Как думаете, за сколько такое можно продать? — спросил Костя, алчно прижимая к себе оставшиеся «железки».

Я недоумённо уставился на него. В такой момент, проснувшиеся в Косте коммерческая жилка была не самым ожидаемым явлением. Но это все равно получше того, что было полчаса назад. Хотя с таким торгашом, лучше всегда держать ухо востро.

— Кому ты продавать собираешься Данилу? Отцу? Или Зорьке? Я думаю, она оценит.- Ехидно спросил Влад.

— Я найду кому. Я вам рассказывал историю про то, как украл из металлоприёма пять килограмм железа, а потом им же его и продал?

— Раза три, может быть четыре. — Ответил я.

— А, ну пятый раз, хочешь послушать? — Спросил Костик с лёгкой издёвкой.

— Нет! — ответил я.

— А давай, здесь мы все равно ничего больше не найдём, а идти по коридором скучно, так посмеёмся. — Предложил Влад.

Я было хотел, что-то возразил, но передумал. Всё равно ничего лучше этого не будет. Так что весь путь до первой пещеры мы проделали, слушая изумительные истории Кости, которые он за последние полгода успел рассказать все по несколько раз подряд. Удивительно, но от этого они не становились менее интересными, лишь только набирая неожиданных подробностей.

Таким образом, мы благополучно добрались до первой пещеры. Дальше возникла не большая заминка. Так как разлом ведущий в колодец был слишком мал, горящий факел должен был остаться только у того кто идёт первым. Костя наш великий первопроходчик, перед чьим опытом преклонился бы даже Иван Сусанин, оказался не дееспособен, разбив себе руку. Влада никто не рискнул посылать вперед из-за его габаритов. Так что первому как самому мелкому пришлось лезть мне. Это оказалось не так сложно. Кто бы мог подумать, но если осветить дорогу, то передвигать по ней, сразу становиться легко и приятно. Единственная проблема, которая постоянно мне докучала это факел, который приходилось держать на весу. К счастью, от него практически не было дыма. Это заметно облегчало мне путь. Выбрались на солнечный свет мы примерно в пять раз быстрее, чем делали это в полной темноте.

Однако на этом наши проблемы вовсе не заканчивались. Перед нами стояла ещё одна не разрешимая задача.

— А как мы выбираться будем? — спросил я, смотря на обрывок верёвки, который возвышался в семи метрах надомной.

— Без понятия. Всё чего я хотел, это оказаться на дне. Я свою задачу выполнил. Теперь я инвалид, у меня ручка болит. — Обрадовал нас Костя. После чего уселся на отодвинутый нами утром валун и начал наблюдать.

— А как ты вчера отсюда выбирался? — спросил Влад.

— Всё просто. Мне Отец скину верёвку.

Да всё действительно просто. Вот только я бы не рискнул повторять подобное. Второе сотрясение я могу и не пережить, однако спать в колодце тоже не вариант. Данил может и обидеться на то, что его оставили одного. Так что придётся, как всегда идти напролом.

То, что происходило дальше можно назвать по-разному. Можно назвать это альпинизмом, можно экзекуцией, можно просто попыткой выжить. Я и Влад как мотыльки бились о стены колодца, ища подходящие щели в камнях, и как настоящие горные козлы, взбираясь по вертикальной поверхности. Вот только максимум на что мы были способны это взобраться на метра два, после чего с громким визгом, который могла бы услышать вся деревня, но никто почему-то не проявлял, ни какого внимания, падали в низ. Минутная передышка и снова наверх. И с тем же успехом.

Масло в огонь подливал Костя, который сидел на камне с умным видом (от этого картина из раздражающей сразу превращалась в сюрреалистичную) и советовал нам и где лезть. Первым не выдержал Влад и попытался придушить калеку, потом не выдержал я, потом ещё два раза Влад. Потом снова я. Так мы провозились до вечера, не добившись никаких успехов. Хотя прогресс всё же был. Мы увеличили дистанцию до пяти метров, найдя удобную тропинку среди щелей в камнях. Толь вот падать с такой высоты было не совсем удобно, поэтому поступали так; двое страхуют снизу, один идёт покорять Эверест. Ни скажу, что такая тактика сильно помогала, но зато больно было всем. У меня даже начали возникать сомнения, что обычный человек из нашей родимой России смог бы пережить такое, хотя под принятием особого «допинга» они и не такое переживут. Но это всё лирика, а кушать хотелось всё больше и больше.

— Парни по моему нам надо сменить тактику, так мы и к новому году не вылезем. — Сказал я после очередного падения.

— Надо. — Согласился Влад, — так, что мы имеем?

— Ну, тут есть верёвка метров семь, металлические пластины, четыре факела и по две руки у каждого. — Начал я.

— Можно сделать что-то на вроде крюка на верёвке. Блин, почему мы раньше это не опробовали! Может быть уже дома были бы, — развил мою мысль Влад.

— Я предлагал, — возмущённо вскрикнул Костя, когда он это предложил, Влад, который снова не удачно упал, послал его в дальнее плаванье. — Но вы решили, что длины верёвки не хватит.

— Теперь должно хватать, если забраться повыше. Надо только как то закрепить это всё дело наверху. Так что бы потом не рухнуть в низ. — произнёс в полголоса я, в уме прикидывая не обвалиться ли каменная кладка под нашим весом.

— Да, здесь ничего сложно, как два пальца об асфальт. — Заверил меня Костя. — надо только зацепиться, а дальше всё пойдёт как по маслу. Попыток пять шесть и будем на свободе.

— Ну да, конечно, не тебе эти пять шесть раз лезть, — по привычке огрызнулся я.

— Каждое ваше падение для меня как моё собственное. — Поспешил заверить нас Костик, однако я не особо ему поверил.

- Тогда я постараюсь, в следующий раз упасть на тебя, чтобы получше прочувствовал эту долю. – обрадовал калеку Влад.

К несчастью, прыжки на Костика пришлось отложить, довольно продолжительный отрезок времени мы потратили на самые разные вариации узлов. Сделать из говна и палок, а если точнее из верёвки и железок что-то, что могло бы помочь нам выбраться, оказалось очень сложно. К тому же начало смеркаться и работать приходилось при свете факелов, что, увы, нисколько не повышало нашу работоспособность. И всё-таки, каким-то правдами и неправдами, мы получили нужный результат. Не сказать что произведение искусства, но выдержать вес человека должно.

Влад хотел было полезть первым, но мы в два голоса его остановили. Ещё одна оборванная верёвка, свела бы наши шансы на спасение к нулю.

Взбираться наверх пришлось мне, это было достаточно легко даже с верёвкой на плечах, поскольку за последние несколько часов я успел проделать этот путь пару десятков раз, руки сами знали по каким камням им взбираться. Быстро забравшись на максимальную высоту, я приступил к самой сложной части плана. Нужно было забросить конец верёвки с крюком, за колодец, и закрепить эту конструкцию, при этом не сорвавшись вниз.

Кое-как удачно зафиксировавшись тремя конечностями, я размотал верёвку с плеча и начал раскачивать её, при этом «крюк» всё время скользил по стенке колодца верх и в низ. Подгадав момент, я отправил конец верёвки за пределы колодца. Удача, разуметься, мне не улыбнулась. «Крюк» сорвавшись, полетел на дно, чуть не утащив, мня за собой. Верёвку пришлось снова поднимать на нужный мне уровень и повторять всю операцию заново.

С восьмой попытки (в такой момент успокаивало только то, что я всё-таки умудрился два раза упасть на Костика, что бы этому горе предсказателю пусто было) мне слегка повезло и верёвка, наконец-то, была зафиксирована на каменной кладке колодца. Подняться по канату оказалось на много сложнее, чем я думал. За долгие часы альпинизма пальцы одеревенели и отказывались слушаться, но всё-таки я смог выбраться на поверхность и повалиться без сил на молодую весеннюю травку, на время предавшись забвению.

Мне что-то кричали со дна колодца, но их голоса были плохо слышны, да и я слишком устал, чтобы вслушиваться в них. Какое-то время я просто лежал и смотрел на звёзды, мне всегда нравилось на них смотреть и думать о вечном, однако очень редко удавалось найти время для этого. Вот сейчас, к примеру, оно было совсем неподходящим. Но ничего, как только всё утрясётся, я обязательно выкрою момент для того, чтобы просто полежать и посмотреть на звезды. А сейчас надо спасать заключенцев колодца.

С большим трудом, как физическим, так и эмоциональным я поднялся на ноги и подбрёл в сторону дома в поисках достаточно длиной верёвки. Удивительно, но нашёл я её довольно быстро. Она лежала на самом видном месте: на пороге дома. Видимо Костя сначала нашёл две верёвки подходящей длины, но взял с собой только одну. Откуда в нашем доме столько длинных верёвок и для чего, останется ещё одной загадкой, так что можно даже не удивляться.

Когда я вернулся к колодцу, на молодой весенней траве меня уже поджидал Влад. Он выбрался наружу тем же путём что и я. Мы оба устали настолько, что даже не переговаривались, лишь только кивнули друг другу и, закрепив один конец верёвки, другой скинули Косте. Тот, обвязав себя вокруг пояса, позволил нам вытянуть его наружу. Как только последние звено нашей экспедиции оказалось на поверхности, мы все рухнули на землю и лежали так какое-то время, просто пытаясь перевести дух после столь продолжительного дня. Затянувшиеся молчание прервал Влад.

— Надо бы помыться. — Произнёс он. И правда, пыль, так обильна раскиданная по коридорам подземных катакомб, покрывала каждого из нас плотным слоем, так что невозможно было определить цвет кожи.

Я лишь промычал что-то не членораздельное согласным тоном. Костя и вовсе не подавал признаков жизни. Позже выяснилось, что он заснул. Было слегка обидно, что самую сложную работу выполнили мы с Владом, а этот калека просто уснул, будто устал больше всех. Хотя в эмоциональном плане, если задуматься, так и есть, лучше его не будить пусть поспит немного.

Нехотя я поднялся и последовал за Владом к бочке, где мы собирали дождевую воду. Обычно, процесс купания был долгим и нудным. Особенно зимой. Каждый набирал себе ведро с водой (зимой это был снег) нагревал его и совершал процедуру омовения. Сейчас, после целого дня, нам было наплевать; на сколько вода теплая и что будет если мы заболеем. Мы, не смотря на прохладную погоду, даже очень прохладную, (если учесть, что была ранняя весна), собирались мыться обычной водой.

Влад пошёл первым, а я же остался ждать за домом своей очереди, любуясь красотами ночного времени. Идиллию нарушали только крики Влада. Видно, хорошо пошла водичка! Так что долго стоять в одиночестве не получилось. Толи температура воды, толи ещё какие-то не ведомые мне причины заставили Влада закончить свои дела в рекордные сроки. Он пулей выбежал из-за угла, на бегу показывая большой палец. Останавливаться он явно не собирался, так что я пошёл за своей порцией ледяной воды.

Поначалу мытьё больше смахивало на пытку. Вода будоражила все те раны и микроскопические порезы, которые я получил за день. Колени и локти которые я содрал, пока пробирался на четвереньках по гостеприимным туннелям шахты, болели так будто их поливают раскалённым свинцом. Пальцы же, которые были ободраны практически до мяса. Выдавали такой букет чувств, от которых не стыдно потерять сознание. Конечно, они болели и раньше, но только сейчас, когда организм получил возможность расслабиться, а вода усиливала чувство боли в несколько раз, я смог ощутить масштаб полученного ущерба. Это всё продлилось недолго, скоро чувство боли затмило более острое чувство холода, и мыться пришлось ещё быстрее.

Кое-как смыв с себя грязь, одевшись в грязную одежду (другой не было, а ходить в мокром не лучшая идея) и осторожно помыв лицо. Мочить тюрбан из бинтов или снимать его было слишком рискованно. Я, дрожа всем телом, побежал в сторону Влада, чтобы хоть как-то согреться, свершая беспорядочные телодвижения.

— Ну как водичка?! — Крикнул меня Влад. Он всё ещё дрожал, но уже был способен к членораздельной речи.

— Ог-гонь. — Слегка заикаясь, отвели я — К-Кос-стик всё, ещё с-спить.

— Да, я его пару раз пнул, но ноль реакции.Если затащим такого грязного в дом, то потом все полы придется отмывать.

— Хочешь оставить его на улице? — Спросил я с легкой надеждой.

— Нет. Я хочу предложить вам одно незабываемое приключение. Как насчёт того что бы искупать Константина в чистейшей дождевой воде, которую мы собирали из талого снега на прошлой недели. — Влад заговорчески улыбнулся.

На такое предложение я мог только ответить ему такой же гримасой и слегка дрожа последовать за другом. Для того что бы во время ливня бочку можно было поставить под водосток, а во время жары в тень, к ней очень давно приделали телегу, так что дотащить бочку до Кости было не слишком сложно. Всё что нам оставалось это перевернуть емкость для хранения даров небес и наслаждаться шоу. Так мы и сделали.

От мощной струю воды Костю прибило к борту колодца. Именно там он, барахтаясь как слепой котёнок, пытался понять, что происходит. В ходе сложного умственного процесса его взгляд уставился на двух истуканов, которые сложились в три погибили от смеха, валяясь на свежей траве.

— Вы! — Завопил Костя. — Вы!

По одному его тону можно было понять, что шутки кончились. Я, сильно шатаясь от плохо сдержимого смеха, поковылял, как можно дальше от мокрого разъяренного друга. И правильно сделал. Через секунду Костя уже вскочил на ноги и со всей доступной ему прытью погнался за нами.

***

Через двадцать минут мы раскрасневшиеся, потные и усталые ввалились в свою комнату. Там нас, как ни странно, ждал Данил. Он, судя по всему, давно проснулся от наших визгов и возни на улице. Выглядела жертва насилия отца одиночки слегка потрёпанно, но вполне живо. Как и положено больному, который не может выйти из палаты.

Данил тут же накинулся на нас с расспросами, загружая и без того уставшие головы. Я ничего не стал ему отвечать. Просто упал на кровать и заснул. Этот день выдался долгим.

Глава 6

На следующий день я проснулся от сильной головной боли. Ощущения были такие, будто кто-то засунул мою голову с тиски. Хотя реальность не сильно отличалось от ощущений. Бинты обматывали мою голову настолько сильно, что она была готова взорваться как спелый арбуз. Как можно быстрее я начал развязывать свой тюрбан, и лишь только сбросив с себя все тряпки, я смог вздохнуть с облегчением. Понять, что произошло с тюрбаном, у меня получилось не сразу. Может быть, Костя решил так отомстить, хотя навряд ли, от такой проделки я бы сразу проснулся, да и бить по больному месту он бы вряд ли стал. Слишком велик риск нанести мне серьёзные увечья.

Ладно, оставив поиск виновного на потом. Сейчас мне больше волновала рана на голове, которую я тут же принялся ощупывать. Мои руки несколько раз провели по лбу, но ничего не нашли. Нечего! Хотя на месте где должен быть порез кожа была подозрительно гладкой, однако ни одного намёка на рану, которая должна затягиваться несколько недель, не было. Она исчезла словно по волшебству.

Я бы и дальше довольно долго мог прибывать в полном недоумении о происходящем, если бы не обратил внимания, на то, что поначалу, после пробуждения, показалось мне мелочью. Одежда была мне мала. Та самая одежда, в которой я лёг спать. Та самая одежда, которую я носил полгода и не вырос из неё ни на миллиметр. Сейчас трещала на мне по швам, готовая разорваться в любую минуту от любого лишнего движения. Это вызывало глубочайший шок, не позволяя более трезво оценить ситуацию.

Окончательно развеять все мои сомнения смогли мои компаньоны, одним своим спящим видом подтверждая первую мысль, закравшуюся мне в голову. Реальность была проста и в тоже время необъяснима. Каким-то образом за одну ночь мы успели вырасти на несколько лет.

К сожалению, остаться спокойным в такой ситуации у меня не получилось. От моих возгласов проснулся, наверное, весь дом, по крайне мере вся комната точно. Хочу заметить, что у них ушло куда меньше времени, чтобы разобраться в ситуации и начать излагать своё мнение не совсем в культурной форме. (удивительно как мало нужно русскому человеку слов, чтобы описать любую ситуацию в жизни даже самую абсурдную, и какие длинные предложения он может составлять, используя такой минимальный словарный запас.) В основном, конечно, восклицания были радостные, но также были и жалобы насчёт одежды. Оказаться втиснутым в грубую ткань, которая на много меньше нужного размера удовольствие ещё то. К счастью, качество одежды, оставляло желать лучшего, и высвободиться из её оков было достаточно легко. Но на этом приятные сюрпризы не заканчивались.

— Нога! У меня нога срослась! — Воскликнул Данил, в подтверждении своих слов спрыгивая с кровати и пританцовывая. Это объясняло, что стало с раной на голове, да и мои руки тоже полностью зажили, но причины столь бурного скачка роста, так и остались для меня не известны. Скорей всего, эта ночь для нас пронеслась, как несколько лет и все раны за такое время обязаны были зажить.

— Как думаете, сколько нам сейчас? — спросил я, дождавшись пока остальные немного поутихнут.

— Не знаю, двенадцать-тринадцать. Наверное. — Ответил Влад, пытаясь определить собственный рост, встав рядом с дверью. Что выглядело весьма комично, если учесть что вся оставшиеся на нём одежда образовывала какое-то подобие набедренной повязки.

— Можете вы всё-таки расскажите, что вчера произошло? — Подал голос Данил, судя по всему, ему все-таки никто так и не ответил прошлой ночью.

— Всего лишь упали в колодец, позанимались богохульством и полдня не могли выбраться оттудова. — Скороговоркой произнёс Влад, по-прежнему возясь с дверью.

Данил, разуметься, ничего не понял, поэтому нам втроём пришлось, перебивая и дополняя друг друга, пересказывать всю историю. Данил слушал всё молча и даже внимательно, но это не очень ему помогало. Мы и сами хорошо мешали друг другу.

— Так что же это получается, на вас обратила внимание какая-то сверхсущность, а я всё это пропустил? — Обобщил Данил после долгого молчания, часть со сном Кости, он, по всей видимости, пропустил, поскольку понять её было довольно сложно, даже самому недорыцарю.

— А не надо было ногу ломать, — заявил Костик, заняв место Влада у двери.

— То есть я ещё и во всём виноват? — опешил от такой наглости Данил.

— Ну, а кто ещё! — Произнесли мы хором. Если издеваться, то со вкусом.

— Вот, кто тебя просил на крышу лесть? — Пошёл в атаку Влад.

— Вы и просили.

— Мы предложили, ты мог и отказаться. — Поддержал друга я.

— Да, ведь сразу было понятно, что не чем хорошим это закончиться не может, но нет, ты все равно полез.

— Мазохист. Уверен, ногу он специально сломал, чтобы к отцу в руки поскорее попасть.

— Эх. Каштанка, Каштанка! А ещё и жалуешься. Ведь сам же хотел.

От такой словесной атаки Данил впал в ступор, не зная, что сказать. Да я и сам слегка запутался, в чем состояли наши обвинения, но Данилу об этом знать не обязательно, он уже хотел нам что-то ответить, судя по всему не очень лестное, но в этот момент в комнату зашёл Отец.

— Расшумелись, как гоблины в новолуние, спать не возможно... О! Что это на вас одето? — не заметить наше полуголое состояние, мог только слепой, так что вопрос отца был обоснован, оправдан и требовал не медленного ответа. Но то, что он не заметил, что его дети выросли на несколько лет, порождало новые вопросы.

— Так, мы это, изодрали всё, — с самым обыденным видом сказал Костик. — Нам бы новую одежонку, не в лохмотьях же ходить.

Отец от такой наглости на секунду завис, а потом, что-то сказав сам себе под нос, согласился.

— Ладно. Ждите. Сейчас принесу.

После того, как пришелец покинул нашу комнату, мы многозначительно переглянулись, понимание произошедшего нынешний инцидент нам не прибавил, но не проникнуться абсурдом ситуации мы не могли.

— Ему на нас реально пофиг или он прикалывается? — Произнёс Данил толи шутя, толи серьёзно.

— Ты, и правда, хочешь знать ответ? — ответил ему я в той же манере. — Мне кажется тут что-то другое.

— Например, что? — спросил Влад.

— Не знаю, может это игровая механика, с помощью которой несколько лет проходят, для нас как один день или ещё что-то. Я не знаю и никогда не узнаю, а если и узнаю, то это мне ни чем не поможет.

— Да, тут ты прав это нам ни чем не поможет. — Задумчиво произнёс Костя, — так что нужно задуматься о будущим достать со дна колодца мои железки и придумать, кому можно их загнать.

— В смысле, со дна колодца? — переспросил Влад.

— В прямом. Когда вы, (нецензурно), решили меня покупать. Я, (нецензурно), случайно сбил крюк, и теперь все надыбанные ценности лежат где-то в колодце.

— Теперь понятно, почему у тебя глаза такие злые были, когда ты за нами гонялся. — Сдерживая смех, произнёс я. — Когда будешь за ними спускаться, прихвати деревянную табличку, я её тоже, где-то там оставил.

— Вот специально для тебя я её там и забуду! — огрызнулся Костик.

— Ладно, девочки, не ссорьтесь, а то прейдет страшный Бабай и вас съест. — Внёс свою лепту Влад.

В это мгновение выше названый Бабай соизволил явиться в нашу комнату. Отец, кинув нам моток одежды, начал свою поучительную тираду. Побурчав пару минут, он вышел из комнаты, дав нам спокойно переодеться.

Одежда была далека от идеала, даже скорее напоминала мешки, которым не очень умелый портной придал образ рубашки и брюк, при этом портной совершено не заботился о размерах, поэтому на всех одежда висела, а что бы подержать спадающие штаны приходилось придумывать и вовсе совершенно безумные способы.

Теперь, когда проблема одеждой была хоть отчасти решена, можно было заняться утреними процедурами, в первую очередь приготовлением завтрака.

За полгода процесс приготовления пищи стал своеобразным ритуалом, который имел свои таинства и обычаи, которые исполнялись в точности и с уважением. Костя сразу шёл на кухню и затапливал печь. Остальные же спускались в подвал за продуктами.

Откуда в подвале берутся продукты, было одной из многочисленных загадок этого места. Экспериментальным путём было установлено, что туда её приносил Отец, но откуда она бралась у Отца, который, ни разу за всё это времена, кроме случая с травницей не выходил из дома, было хорошей загадкой. На слежку за ним мы потратили два месяца, и так ничего и не узнали. Он просто раз в неделю как фокусник из шляпы доставал еду из-за пазухи и продолжал заниматься своими делами. (Большую часть времени он проводил, либо с козой, либо в своём кабинете).

На этот раз мне пришлось нарушить священный ритуал и вместо подвала наведать в чулан, где я с огромным трудом отыскал иголку с ниткой. Что-что, а ходить в одежде больше напоминающей балахон, чем рубаху у меня не было не малейшего желания.

Когда я вернулся на кухню, все уже были там. Место Кости у печки уже занял Влад, который что- то колдовал у глиняного горшка. Я оценивающим взглядом осмотрел эту нестройную братию и выбрал первую жертву, то есть добровольца.

— Костя, подойди суда, сейчас я тебя зашивать буду.

— Как зашивать? Я полгода уже не пил, а ты сразу зашивать. — Начал нервничать Костя, но заметив в моей руке нитку и иголку, он облегчённо выдохнул. — А ты в этом смысле. Серый, не пугай меня так!

Опыта в швейном деле у меня было мало, но что бы слегка подогнать «мешок» по фигуре человека его много и не требовалось. Просто подшиваешь лишнее, а потом отрезаешь. По крайне мере, я делал так, как сделали бы мастер своего дела, мне было не известно. После чего для надёжности делал более крепкий шов. Конечно, на красоту я не претендовал, но надеялся, что после моих ухищрений, эти тряпки станут более удобными и останутся такими же прочными.

Костя после минуты ломаний полностью отдался под власть моей иглы. Влад вовсю занимался готовкой. Единственным без дела остался Данил, который от суки заводил разговор то с одним то с другим, в основном рассказывая, как провёл вчерашний день. Не повезло, конечно, парню. Как мы и думали, его больничный был далёк от курорта.

— Слушай, Серый, а долго ты там будешь возиться? — спросил Костик.

— Пока Влад не приготовит нам поесть, или пока сам не закончу. — Сухо ответил я, пытаясь понять; не переборщил ли я заужая рукав. — Согни руку, да не эту, другую, черт! Теперь всё переделывать. — Я принялся распускать шов, убедившись совершённой ошибке.

— Серый, а там точно всё в порядке. Ты же знаешь отца, если он новую одежду никому не даст.

— Да не боись. — приободрил друга я. — Хуже, чем было, уже не станет, хуже уже просто не куда.

— Да, да. Знаем мы ваше некуда, потом окажется, что ещё есть куда. — Проворчал Костя.

— Эй! Хозяюшка! Как там каша? сварилась? — спросил я в полу издевательской манере у Влада. Есть хотелось жутко, вчера мы так нечего и не поели.

— Да нет, Хозяюшка, не готово ещё. Ты шей лучше, а то твой клиент уже извёлся весь. — Ответил в той же манере Влад.

— Хозяюшки, а может вы... ай-яй-яй! — договорить Костику не дал укол иголкой.

— Право называть кого-то хозяюшкой надо заслужить, так что молчи в тряпочку. — Гаркнул на друга я с весёлой усмешкой, когда ещё представится такая возможность поиздеваться.

-А какое право ты ... ай! — договорить ему не дал ещё один укол.

— У кого-то оружие у того и право. Понял! — ещё укол.

— Понял! Понял! — вскрикнул Костя.

— Кость, я полностью на твой стороне. — Решил поддержать товарища Данил.

— Данил, ты следующий на пошив, так что подумай хорошенько, прежде чем скажешь говорить. — Как бы между делом произнёс я.

— А, Кость, извини, ты не прав. Ты поступаешь бесчеловечно, не ожидал от тебя такого. — Быстро сменил позицию Каштанка.

После этого мы какое-то время сидели молча, потом не выдержали и засмеялись. От смеха рука дернулась и уколола Костика снова.

— Серый! Хватит. Не смешно уже. — Взревел он.

— Извини я нечайно. На этот раз. — Смех только усилился.

С хорошим настроением я смог закончить костюм Кости. Выходить в нём в свет или даже просто показываться другим людям на глаза я бы не рискнул, но зато теперь при ходьбе одежда, ни за что не зацепиться. Если Костик спросит, скажу, что ему идет. Зеркало он здесь вряд ли найдёт, а другие ему расскажут правду чуть попозже.

Почти одновременно со мной Влад закончил кашеварить. Когда каждый получил по глиняной тарелке с кашей, мы сели за стол и приступили к трапезе. Данилу как всегда не повезло; к нам внезапно присоединился Отец, легким движением руки забрав порцию у зазевавшегося чада.

— Вкусно! Я-то думал, что готовить вы некогда не научитесь. — Проговорил папаша, быстро орудуя деревянной ложкой, под негодующим взглядом Данила. — Думаю, настало время вам идти в свет, а то засиделись вы на родительской шеи. Я конечно на вас не давлю, но чтоб к лету у каждого была работа. Вы меня знаете, если не будет, пеняйте на себя. Так что прогуляйтесь по нашей деревни, посмотрите, что да как, примеритесь. Время у вас три месяца.

От таких слов я поперхнулся кашей, да и не только я. Только Данил отнёсся к этой новости спокойно, всё также продолжая испепелять взглядом виновника торжества. Такие перемены в характере одного не совсем уравновешенного родителя могли вести в ступор кого угодно. То нас под строжайшим запретом запирали дома, не давая ни шанса, чтобы выбраться. Теперь же нас можно сказать выгоняют взашей. Возможно, конечно, тут дело в том, что тогда нам было по девять лет сейчас же по двенадцать. Но все равно это были слишком резкие перемены. И, как на зло, наш Отец тут же слинял, оставив нас переваривать полученную информацию.

Первая моя мысль была сразу ломануться на свободу, но благоразумие всё же победило. Было достаточно глупо соваться в место, о котором ты не знаешь буквально ни чего. Особенно после того как, полгода просидели в одном маленьком домике, а пообщаться можно было только с козой Зорькой, папашей, который мог превратить любой разговор в пытку, и с тремя очень «умными» людьми, которые выболтали всё, что только можно ещё в первые недели.

После недолгого совещания было принято решение разделиться. Так как Костя до сих пор горел желанием достать из колодца свои железки и продать их кому-нибудь подороже, он не стал терять много времени и пошёл добывать свои трофеи, прихватив с собой Влада. Мне же пришлось довольствоваться оставшимся, и с Данилом идти выпытывать у Отца всю информацию о деревне, которая может нам пригодиться.

Последующие два часа своей жизни я предпочёл бы забыть, но не мог, поскольку тогда бы потерял всю полученную информацию, и все страдания были бы зря. Толи из-за того что у Отца было сегодня слишком хорошие настроение, толи из-за присутствия Данила, с которым у него отношения не заладились с первого дня, но он отказывался на прямую отвечать на мои вопросы, рассказывая совершенно другие истории, заходя с конца и другими способами тянул время, и вынося нам с Данилом мозги. Особенно Данилу, который уже был готов броситься на горе родителя с кулаками, я уже успел сотню раз пожалеть, что взял его с собой.

У второй группы дела, по видимому, шли ещё хуже, пока мы их ждали, я успел; подогнать одежду Данила по размеру и почти закончил работать над своей.

О пришествии недостающей части банды, я узнал заранее. Стоит отдать им должно, их появление не услышал бы только глухой. Первым из-за угла вышел Влад; шёл он, с большим трудом, шатаясь и загибаясь от смеха, сразу за ним показалась причина всего этого шума. На Костика было сложно смотреть без слёз. Всё его тело с ног до головы было покрыто приличной коркой грязи, узнать его было крайне сложно, но я справился благодаря его бурчанию.

— Батюшки мои родные, чем же вы там занимались? — Воскликнул Данил.

Первым попытался ответить на этот вопрос Костя. Он поочерёдно показал пальцем то на меня, то на Влада и разразился настоящим монологом. Цензурность в его речи пропала мгновенно, смысловая нагрузка ушла чуть попозже. Я так и не понял, что случилось, но зато понял, кто во всё этом виноват, и что об этом думает потерпевший. Когда Костя слегка успокоился, Влад, отсмеявшись, начал излагать свою версию событий, слегка теряясь от беззвучного смеха.

— Вчера, когда мы опрокинули бочку, вода из неё попала в колодец и размыла дно, и этот дебил - (смех)- спустился туда искать свои сокровища по колено в клоаке, а когда это чудо решило вылезти - (смех)- он был похож какого-то болотного монстра. Я естественно перепугался и стукнул его первым, что попалось под руку. Голова у Костика оказалась крепкой. Вот только - (смех) - он чуть не упал обратно, а пока пытался за что-то зацепиться спустил все найденное барахло на дно. Потом он обратно за ними полез.

— Идиот! — Прошипел Костик, бросая убийственные взгляды на всех вокруг.

Всё ясно. Чудили как всегда все. Пострадал от этого как всегда Костик. А виноват во всем, конечно же, Данил, хотя его даже там не было. Ничего не меняется даже после того как мы очутились в фентезийной реальности. Теперь осталось только перестать смеяться, подняться с земли и заняться делом.

— Так раз закончили свои дела, можно выдвигаться — заявил Влад.

— Стойте я не готов, подождите! — Затараторил Костик, мигом забыв все свои обиды.

— Трое одного не ждут, через двадцать минут мы уходим. Кто не успел, тот опоздал. — Подогрел интерес Кости Влад.

— Вообще-то, семеро одного не ждут. — От нечего делать поправил я друга, глядя в след удаляющемуся Кости, который как антилопа в сезон засухи пошёл добывать себе воду.

— Да, не важно. — Отвели мне Влад. — Меня больше волнует другое, где он воду возьмет бочка та пустая.

И правда, хороший вопрос.

Вместо двадцати минут пришлось ждать полчаса, но Костик всё же пришёл и в довольно чистом состоянии. По край ни мере по сравнению по сравнению с тем, что было до этого. К этому времени я успеть закончить подшивать не только свой костюм, но и Влада. И моё в этом деле заметно подросло, ну хотя бы одежда на Владе смотрелась более презентабельно, чем на моём первом подопытном, хотя, может, здесь дело было не в одежде, а в слое грязи.

— Где ты воду достал, чтобы отмыться? — спросил отец, который решил проводить нас за калитку.

— У Зорьки из корыта позаимствовал.- С непринуждённым видом ответил Костя. Смеялись над этим все впятером, но когда закончили отец пришёл в ярость.

— Значит так! Никого уважение к тому, кто кормил вас молоком всю зиму. Сегодня будете добывать еду себе сами.

Смеяться все сразу перестали и резко примолкли. Таки шутки больно бьют по желудку. А возразить на такое было нечем. Ну что ж придется второй день поголодать. Чего не сделаешь ради свободы.

Казалось бы, что может быть такого особенного в таком обычном действие, как выйти из дома. Но в этот день всё было доведено до абсурда. Красивого, величественного. Но абсурда. Мы в не решительности столпились у калитки. Не в силах сделать первый шаг, а слегка в отдаление стоял отец. Он был одет в свой лучший парадный костюм. При этом выражение лица у него было слегка грустным и гордым, складывалось такое ощущение, будто он нас провожал в армию, а не на прогулку. Ещё не много и заплачет.

Я задумчивым взглядом осматривал место, которое стало мне домом на последние полгода. Обычный деревянный дощатый дом. С одной стороны ни чем не отличающийся от других, сделанный когда-то давно, каким-то умелым мастером, но с другой каждая его дощечка хранила свою историю, свои секреты и тайны, каждая дощечка, когда-то была частью большого дерева, которые в свою очередь были частью большого леса и в тоже время, не смотря на своё единство, каждая из них живёт своей жизнью, даже являясь частью одного большого дома. И как бы это глупо не звучало, я успел познакомиться с каждой дощечкой. С какими-то заочно, просто чтобы приветственно кивать при встречи, с какими-то очень близко. Об одну даже умудрился разбить голову не без помощи, конечно, но всё же. Теперь это место было частью меня самого, частью чего-то большего и, смотря на калитку, я видел какую-то не зримую черту, перейдя которую я навсегда изменю свою жизнь. И стоя на перепутье, разуметься, возникает вопрос: на надо ли мне это? Почему нельзя остаться здесь и жить спокойно. Но я тут же себя отдернул. Надо идти вперед; потому, что такова природа человека. Человек всегда идёт вперед, оглядываясь назад и думая, что там было лучше, но он не имеет право остановиться, он даже не имеет право замедлиться, поскольку тогда его смерть или рабство, что может даже хуже смерти. Так было с племенами Африки и Америки, так было и обычными людьми, которые не успели за изменениями в жизни, и их накрыла лавина событий. Так было и с теми, кто остановился, кто потерял цель и перестал стремиться, такой человек жив снаружи, а внутри уже мертв. Хотя с другой стороны, что можно назвать человек счастьем, если не покой и семейное гнёздышко, что по своей сути означает остановку и смерть, но это ли не то ради чего стоить и жить. У меня нет ответы на свои вопросы. С одной стороны, наверное, что хорошо для общества плохо для индивида. Так же не стоить забывать, что все люди смертны, а счастье можно назвать лучшей смертью, которую может получить человек. С другой счастье мимолётно и некогда не удовлетворит нас полностью, мы всегда будем стремиться к чему-то новому, разрушая на пути всё старое и тем самым лишая себя того счастья, которое смогли получить. Но я молод и ещё не успел создать того место в которое, я хотел бы вернуться, которое мог бы разрушить, поэтому передо мной стоит только один путь только вперёд. А мысли и сомнения стоит отправить к черту, они мне не помогут, будут только мешать.

— Ну, что, братцы, погнали?! — произнёс Влад, отпирая калику и прерывая затянувшиеся молчание.

— Погнали! — Хором ответили мы.

Калитка отварилась, приглашая нас в новый не изведанный мир. И мы, разумеется, приняли приглашение.