Всадники Апокалипсиса

Глава 1. Сердце Смерти

Кто бы мог подумать, что этот несчастный мир доживает последние дни? Что есть жизнь? Мы, люди, не задумываемся над этим, но, тем не менее, стремимся к ней, хотим создать для себя наиболее приемлемые условия. Вся наша жизнь уходит на то, чтобы научиться пользоваться ею, но, увы, мы этому так и не научились. До сих пор ее не ценим, уверенно стремясь к саморазрушению, с наслаждением упиваясь его ядом. Человечество, к чему ты идешь? Какова твоя цель? Почему мир уверенно катится под откос? К сожалению, ответов на эти вопросы не существует.

Да будет нам Бог судьей. Он решит, уничтожать нас или нет. Именно для такого случая он создал четырех Всадников Апокалипсиса. Могущественных созданий, способных обратить Землю в прах. Возможно, тогда Господь пожелает создать новый чистый мир, который не посмеет запятнать себя в грязи корысти и обмана. Кто знает, может это действительно когда-нибудь случится, кто знает…

Вечер размеренно опускал свои темные объятия на столичный город – Москву. Солнце, бросая последний взгляд на жителей «большой деревни», лениво скрывалось за горизонтом. Небо, окрасившееся в яркие оттенки пурпура, еле заметно выставляло всем напоказ далекие звезды. На все еще людных шумных улицах начинал властвовать легкий ветерок, и, чувствуя холод, люди ежились, пряча носы за шарфами и высокими воротниками.

Рыжая девушка весьма маленького ростика, из-за чего ее вполне можно было принять за ребенка, подняв повыше ворот куртки, размеренным шагом направлялась к огромному особняку по одинокой улице. В окнах горел свет. Она зашла за ворота, и ее взгляд тут же упал на два автомобиля, припаркованных на специально отведенной территории.

«Эти двое уже здесь», – подумала девушка и, поднявшись на крыльцо, позвонила в дверь.

Послышались торопливые шаги и… волна грохота. Судя по звуку, упала вешалка, подставка для зонтиков и сам виновник сего происшествия.

– Чума! – послышался раздраженно-недовольный возглас и вскоре дверь распахнулась. За ней стоял взъерошенный парень, потирая ушибленный бок. – О, привет!

– Привет.

Девушка скинула куртку и прошла в гостиную. На диване сидел еще один молодой человек и глазел в телефон, своей неподвижностью напоминая каменное изваяние, с таким же каменным лицом, не выражающим никаких эмоций, кроме безразличия.

– Привет, – бросил он, не отрываясь от экрана.

– Они еще не прибыли?

– Нет, – ответил парень, который недавно устроил погром в коридоре. – Вообще неизвестно, зачем Они нас вызвали. У нас уже лет десять не проходили собрания.

Девушка тяжело вздохнула и опустилась в кресло.

– Мэтт, налей мне что-нибудь попить, – обратилась она к неуклюжему, разминая подмерзшие пальцы.

– Ага! – возмутился он, подпирая бока руками.

– Мэтт! Пожалуйста! – процедила девушка сквозь зубы, начиная закипать. Парень оценил ситуацию и побежал на кухню. – Слушай, Рэн… – юноша, к которому она обращалась, промолчал, все также уставившись в гаджет, и рыжая продолжила:

– Ты не замечал, что с Рикой в последнее время творится что–то странное?

– Она всегда была странной.

– Нет. Неделю назад она начала себя как-то необычно вести… – обеспокоенно заметила она, но парень ничего не ответил. Рыжая вскочила с кресла и от полного отсутствия терпения стала орать на весь дом:

– Рэн, меня бесит твоя флегматичность! Хватит мне нервы расчесывать!

Она уселась обратно на свое место и отвернулась в окно, глядя, как ветер треплет желтые листья.

– А вот и я! – завалился в комнату третий со стаканом сока. – Я что-то пропустил? – спросил он с растерянным видом, переводя взгляд с одного отвернувшегося на другого. – Так, что-то здесь случилось. По крайней мере, я уверен, что слышал крик Тори. И вам не стыдно?! Меня не могли позвать?! – все проигнорировали его разглагольствования, и Мэтт вздохнул, поставив стакан на журнальный столик. Он понял, что надо как-то разрядить обстановку и как всегда ляпнул, не думая:

– Что–то Рика задерживается. Провалилась что ли? Кстати, она сегодня такая чумная ходила.

Девушка резко обернулась, вперившись своими ярко-зелеными глазами в парнишку, подобно хищнику.

– Тори, сделай лицо попроще.

– Мэтт, заткнись! Ты знаешь, где она?! Она что-нибудь тебе говорила?

– Так мне заткнуться или говорить?

– Говори уже!

– Ладно-ладно, – он поднял руки, показывая «сдаюсь». – «Сон – сладкая капля небытия. Как же хочется почувствовать эту сладость» – это все что она сказала, когда я ее видел в последний раз. Я, правда, не понял, о чем идет речь, – он задумчиво почесал затылок.

Девушка пулей «просвистела» в коридор, накинула куртку и выбежала на улицу. В ее голове мелькала только одна мысль:

«Что же ты задумала, Рика?»

◦◦◦

– Ада, давай быстрее. Мне уже жарко! – поторапливала свою подругу школьница, разглядывая себя в зеркало.

– Иду-иду!

Копуша выбежала из школьной раздевалки, по пути натягивая сумку на плечо и завязывая шарф.

– Ну, наконец-то!

– Мика, не кипятись. Пошли.

– Ты сначала с шарфом разберись.

Ада уже совсем скоро справилась с надоедливым предметом одежды. Подруги вышли на улицу и направились домой. Уже стемнело – девочки оставались после занятий в школе на факультативы и домой возвращались по темноте.

Ада убрала темно-русую прядь за ухо и вдохнула свежий холодный воздух. Из сумки Мики заиграла драйвовая музыка, и она принялась шарить по карманам сумки в поисках мобильного. Наконец девушка выудила телефон, нажала на «зеленую» и спокойно слушала своего собеседника.

Ада посмотрела на свою подругу и невольно улыбнулась. Ветер играл с ее черными волосами, которые едва доставали до лопаток. Аквамариновые глаза сосредоточенно смотрели вперед, но словно ничего не видели.

Характер Мики Ада всегда сравнивала с чайником. Стоит прибавить огонь и начинает закипать, еще чуть-чуть и из ушей пойдет пар. Мика была раскрепощенная прямолинейная девушка. Все свое мнение, не утаивая, высказывала в лицо, хоть это и часто оборачивалось против нее, но за эту непосредственность и прямоту Ада и любила свою подругу. Дружили они с первого класса. Одноклассники зачастую называли их сестрами за невероятную схожесть характеров и интересов, да и внешне они были чем-то похожи. Разве что волосы у Ады темно-русые, а глаза отражали центральную гетерохромию: сама радужка была зеленой с серым оттенком, но вокруг зрачка присутствовало тонкое карее кольцо.

Мика отключила мобильный и кинула обратно в сумку.

– Мама сказала пулей нестись домой, – нехотя протянула она, натягивая на уши шапку. – До завтра.

– Пока, – Ада махнула рукой и свернула на тропинку, ведущую к ее дому.

На улице было тихо и безлюдно. Девчонка услышала странный шорох у себя за спиной, резко обернулась, но там никого не было. Ада продолжила путь, ускорив шаг. Откуда ни возьмись перед ее носом появилась девушка в белой одежде. Ада вскрикнула от неожиданности, но поняв, что это простая прохожая, пошла дальше. Поравнявшись со странной незнакомкой, которая не внушала своим видом ничего хорошего, школьница вздрогнула: «белая» выставила руку, преграждая путь. Она подняла свои ледяные серые глаза, и вдруг ее рука засветилась серебряным искрящимся светом. Сияние погасло, и девушка держала в руке… косу! Волна страха пробежала по всему телу Ады. Она рванула с места, лихо перепрыгивая через лужи. Преграждавшая ей путь снова появилась перед ней и, не проронив ни слова, перекинула косу в левую руку, правая устремилась вперед и словно лезвие пронзила грудь Ады. Девчонка только прерывисто вздохнула, шокировано понимая происходящее. Белая незнакомка отдернула руку, и на ее ладони колотилось сердце школьницы. На чистый белый снег брызнули алые капли крови. Глаза Ады расширились от страха и ужаса, она упала на спину, отчаянно глотая воздух, чувствуя, что жизнь ее покидает. Убийца подкинула все еще колотящееся сердце и взмахнула косой, разрубая его. Последнее, что увидела Ада – это медленно рассыпающаяся на светящиеся частицы девушка, прошептавшая: «Твое сердце принадлежит Смерти».

Глава 2. Всадники Апокалипсиса

Ада Диксон

Холодно… тихо… и очень больно. Чувствую нестерпимую боль в области сердца, будто его прожгли раскаленным железом.

Я открыла глаза, пытаясь понять, где нахожусь. Темная прохладная комната. Я лежала на жесткой кровати под легкой простыней и совсем… голая?! Где я?!

В мыслях стали всплывать недавние события: странная девушка с косой, вырвавшая мое сердце из груди… Стоп! В таком случае, почему я сейчас живехонькая лежу… сама не знаю где. Я попыталась приподняться на локтях, скинув с головы простыню и глаза стали потихоньку привыкать к темноте.

Вдали послышались голоса, становясь все громче и отчетливей. Судя по ним, это были двое мужчин, и кажется, они направлялись сюда! Я быстро плюхнулась обратно на кровать, хотя, по-моему, это была кушетка, накинула на лицо простынку и закрыла глаза, когда люди вошли в помещение.

– …Но кто мог такое сделать? – донеслась до меня последняя фраза одного из вошедших.

– Без понятия. Тело нашли прямо посреди улицы в луже крови. И главное вытащили сердце, – другой мужчина немного помолчал. – При ней были какие-либо документы?

– Да, в сумке нашли паспорт. Ада Диксон, 16 лет.

– Родственникам уже сообщили?

– Да…

Его речь оборвала сигнализация, и я приоткрыла один глаз, взглянуть что происходит, но из-под простыни много не разглядишь. Помещение «мигало» красным. Вдалеке раздался шум, крики, грохот.

– Что происходит?! – воскликнул один из мужчин, и оба выбежали из комнаты.

Снова грохот, возмущенные и одновременно испуганные голоса резко стихли. В коридоре послышались чьи-то шаги, приближающиеся к тому месту, где я нахожусь. Я повернула голову к двери в приступах любопытства, чуть откинув прикрывающую меня тряпку. К двери подошел какой-то парень, на вид совсем юный. Он прошел в комнату и зажег свет, который тут же ударил мне по глазам. Наверняка ему было не больше семнадцати, а его внешность… в жизни не видела настолько симпатичного и приятного на вид юношу. Волосы, находящиеся в творческом ребяческом беспорядке, были совсем белые, как снег, не имеющие естественно-желтоватого отблеска. Казалось, при нежном прикосновении лунного света они заискрились бы серебром. Под длинноватыми волосами я заметила серьгу в левом ухе – маленькое серебряное кольцо. Главным его достоинством были глаза, глядя в которые просыпалось чувство доверия к этому парню. Искренний глубокий взгляд, выразительный в оправе черных ресниц. Он словно проникал в душу и мог увидеть настоящую сущность, даже если человек старательно прятался за лживой маской. Он скользнул взором небесно-голубых глаз по моей обнаженной фигуре, прикрытой тонким покрывалом, и на его бледных щеках заиграл едва заметный румянец. Он облизнул губы, растягивая их в насмешливой ухмылке.

– Так значит, ты и есть новая Смерть? – спросил он, усаживаясь на стул. – Как звать?

– Э-э-это ты мне?

– Нет, я с кушеткой решил познакомиться! – усмехнулся он.

– Ну, я… Ада.

– Да не стесняйся ты меня! Я свой человек, – он покачнулся и начал расхаживать по комнате. Следует отметить, что он был одет весьма опрятно. – Ты долго еще будешь здесь валяться? Давай вставай, одевайся и поедем.

– Куда?! – я вскочила с койки, вытаращив на незнакомца глаза и едва поспевая ловить простынь.

У парня отвисла челюсть, при этом он умудрился присвистнуть. Чувствуя, как начинают полыхать щеки, я постаралась продолжить оборвавшийся разговор:

– Так куда мы поедем?

– А? – парень явно еще пребывал в шоке от такого представления и смотрел мне сейчас явно не в глаза!

– Не надо «а»! – прикрикнула я, снова заливаясь румянцем. – Я тебе вопрос задала.

– Увидишь, – на его лице появилась ухмылка, и он мне кинул пакет, как оказалось с одеждой. – Одевайся.

Я поймала пакет, в то время как вниз заскользило покрывало. Удержав его одной рукой, я впилась глазами в парня, который разочарованно скривил гримасу.

– Ты специально?!

– Да, – расплылся он в улыбке, усиленно сдерживая смех.

– Извращенец! Может, ты выйдешь?

– А может, я останусь? – спросил он насмешливым тоном.

Я схватила со столика какой-то инструмент наподобие скальпеля и замахнулась на наглеца.

– Ладно-ладно, – смеясь, произнес парень. – Ухожу.

Пока у этого нахала не хватило ума ворваться в комнату с криками «Ага! Попалась!», я быстро нацепила одежду. Шмотки оказались довольно комфортными, хоть и простыми. Черная обтягивающая водолазка, расклешенные от бедра джинсы с кучей карманов и кожаные кроссовки.

Я вышла в коридор, старательно приглаживая поднявшийся на голове беспорядок. Парень сидел на скамейке, листая журнал со скучающим видом. На полу лежали люди в белых халатах без сознания.

– Это ты их так? – поинтересовалась я, пребывая в состоянии шока.

– Ага, не волнуйся, они живы, – как ни в чем не бывало ответил подросток, откинул журнал и посмотрел на меня оценивающим взглядом. – Тебе идет.

– Спасибо.

Он сунул руки в карманы джинсов и не спеша направился по коридору. На полпути он обернулся:

– Ну, ты идешь?

Я моргнула пару раз, приходя в себя, и побежала догонять паренька. Я его совсем не знаю, но тем не менее добровольно следую за ним! О, Господь, что я делаю? Где мой разум?

Выйдя на улицу, я глянула на здание, откуда мы только что вышли. У меня чуть колени не подкосились… Морг?!

– Ты чего опять встала? – лениво поинтересовался он, обернувшись. Я взглянула на него, выжидая объяснений. – Ну, понимаешь… как бы это тебе сказать, – замялся он. – Короче говоря, ты умерла. – От услышанного я точно чуть ласты не склеила! – Я тебе позже все расскажу, когда приедем, а теперь садись в машину.

Он достал ключи, снимая сигнализацию. Ярко-красный спорткар мигнул фарами и пикнул в знак того, что в него можно садиться. Мы уселись в автомобиль с весьма-весьма комфортабельным чистым салоном. Парень завел машину, включил радио, и мы с ветерком понеслись по ночным улицам Москвы.

– Кстати, – начал парень, – я же не представился – Мэттью Картер. Зови меня – Мэтт, – он подмигнул мне, расплываясь в своей белозубой улыбке. – Ты чего покраснела? Влюбилась в меня что ли?

Я отвернулась, глядя в окно, и попыталась сделать невозмутимый голос:

– Нет, конечно!

Мэтт рассмеялся, но больше не стал меня подкалывать.

– Не местный что ли?

– Вроде того, – ответил он довольно быстро с тем же загадочным британским акцентом.

Я смотрела в окно на пробегающие машины и огни фонарей. Разноцветными подсветками горели витрины магазинов. По улицам сновали люди, не спеша домой.

Мы разговорились. Я была знакома с этим парнем всего ничего, но за это короткое время он успел мне понравиться. С ним было легко и интересно, да и выглядел он опрятно, и при этом блистал обаянием.

Мэтт выехал на безлюдную улицу и сбавил скорость. Вскоре мы оказались около большого особняка, огражденного высоким кирпичным забором, сверху переходящим в металлическое узорчатое ограждение. Через минуту моему взору предстали превосходной ручной работы кованые ворота с выгравированным на них гербом, изображающем копье, обвитое змеей. Мэтт въехал во двор и вышел из машины. Я с открытым ртом уставилась на огромный дом, забыв, что надо покинуть транспорт.

От самых ворот до центрального входа вела мощеная булыжником дорожка, разветвляющаяся в разные стороны до уютной беседки, мастерски сооруженного плато для гриля и до бассейна, отбрасывающего голубоватые блики воды на стенах особняка. По центру главной дорожки величественно возвышался поразительный фонтан со скульптурами четырех коней из темного камня. По всей площади двора были аккуратно высажены маленькие пушистые елочки, а вдоль дома тянулись ряды из клумб с множеством дивных цветов. Сам же дом, выстроенный из красного кирпича, напоминал неорусский стиль архитектуры, красующийся двухметровыми дубовыми дверями, прямоугольными оконцами и чуть возвышающимися башенками по обеим сторонам фасада.

Мэтт обошел авто, открыв для меня дверцу.

– Ты идешь? – спросил он, заглядывая в салон.

– Чума-а-а… – протянула я, выбираясь из машины.

– Что?

– Нет, ничего.

– А, мне просто показалось, что ты меня позвала, – он захлопнул дверь авто и потащил меня за руку к входу в дом.

Мэтт повернул в замке ключ, открывая дверь и пропуская меня вперед. Он помог мне снять куртку и провел в гостиную. Комната была просторная и светлая: мягкий диван, два кресла, соответственно выбранные под интерьер, вдоль стены тянулись шкафы с книгами, фарфором, хрусталем и полкой для телевизора, где он собственно и стоял. Плазменный, видно, что дорогой, с широкой диагональю. На журнальном столике были разбросаны книги, журналы и прочий бумажный бред.

– Я скоро вернусь, – сказал Мэтт и покинул зал.

Пока я осматривалась по сторонам, заметила овальное зеркало на стене. Подойдя к нему, я, честно говоря, ужаснулась от увиденного. Словно в отражении я видела другую девушку с привлекающей и одновременно отталкивающей красотой. Мое лицо так изменилось… Мои русые волосы поседели, стали белыми как у Мэтта, только кое-где проглядывались серебристые старческие пряди. Зеленые глаза превратились в льдисто-серые; холодные, будто неживые. Кожа стала ужасно бледная, словно я какой-то мертвец…

В комнату кто-то бесшумно вошел, но я заметила его в зеркале. Обернувшись, я увидела высокого, статного, неземной красоты молодого человека, выглядящего не старше двадцати. Боже, как он был прекрасен. Это была то ли красота вампира, то ли идеальная оболочка демона, но святого в этом парне не было ничего. Он аристократично, я бы даже сказала величественно, держал прямую осанку, смотря на мир сверху вниз холодным надменным взглядом. Его глаза, нефритовые с необычным лазурным отблеском, не имели никакого интереса к происходящему, были безразличны, как казалось даже к самой жизни. Еще одним его богатством были густые длинные ресницы, которым позавидовала бы любая девушка, используя пусть самую дорогую тушь. На эти дьявольски завораживающие глаза под прямыми черными бровями спадала длинная челка. Сами волосы были роскошными, густыми, вьющимися, цвета вороньего пера. Парень смахнул со лба непослушные пряди, и на безымянном пальце левой руки я заметила дорогой платиновый перстень с неизвестным мне зеленым камнем, гармонирующим с его глазами. Язык не поворачивался назвать это старинное кольцо подделкой, которое, если предположить, досталось ему по наследству в династии, существующей уже несколько веков. На другой руке в свете люстры поблескивали наручные часы, созданные некой швейцарской фирмой, наверняка стоящие бешеные деньги. В поддержание своей обворожительной внешности он был одет в классическом стиле: черная рубашка навыпуск с расстегнутыми верхними пуговицами, обычные джинсы, не испорченные нашивками, заплатками и прочими штуками.

Он бегло нажимал тонкими изящными пальцами на экран смартфона, но, увидев меня, отвлекся и улыбнулся приятной, хоть и слабенькой улыбкой, демонстрируя идеально ровные белые зубы.

– Так значит, теперь ты будешь Смертью? – мягким голосом спросил он, впиваясь в меня до глубины своим пронзительным взглядом.

– Что? Ты мне? – от него было невозможно отвести взгляд, я, кажется стала терять дар речи, как и способность оценивать очевидные вопросы.

– Да, тебе, – он говорил спокойно, размеренно.

– Если честно, то я вообще не понимаю, зачем меня сюда привели, и я не…

– Ясно, – он оборвал меня и продолжил. – Дождемся еще кое-кого и все тебе расскажем. Ты присядь.

Я осторожно присела на край дивана, искоса поглядывая на него.

– Как тебя зовут? – спросил он, включая телевизор.

– Ада… Ада, да.

Он взял мою ладонь и слегка дотронулся до нее губами.

– Рэн Гриффит.

Я отдернула руку в бесконечном смущении, хоть и быстро пожалела об этом, медленно расплываясь в лужу от его манер.

– Засмущал бедную девушку, – усмехнулся Мэтт, заходя в комнату. – Где Тори пропала?

– Скоро придет, – ответил Рэн, с головой погрузившись в телефон. Не знаю почему, но я не могла оторвать от него взгляд. И пусть весь мир подождет...

В коридоре хлопнула дверь, и в комнату влетела запыхавшаяся девушка.

– А вот и Тори! – радостно воскликнул Мэтт, всплеснув руками.

– Извините за опоздание, – скороговоркой произнесла она, усаживаясь на диван рядом с Рэном.

Она была очень маленького роста; если прикинуть на глаз, то не больше полутора метров. «Дюймовочка» с виду казалась хрупкой беззащитной девочкой, но стоило взглянуть в ее поразительно красивые изумрудные глаза, то первое впечатление тут же менялось. В ее взоре присутствовала та наглость, напористость и властность, отвечающая всему миру «я выше вас, и вы обязаны играть только по моим правилам». При детальном рассмотрении можно было заметить, что в уголках белков краснели лопнувшие сосуды, а под глазами красовались серые круги, будто эта девчонка и вовсе не отлипала от компьютера. Ее смазливое личико было усыпано озорными конопушками, создавая образ шкодливой прелести. Коротко подстриженные огненно-рыжие волосы с приданным им мокрым эффектом, немного спутались от сильного ветра на улице. Она была одета в белое кожаное болеро на манер пиджака поверх черной обтягивающей майки и узкие синие джинсы, заправленные в высокие кожаные сапоги. На руках помимо белых перчаток были закреплены неизвестные мне гаджеты по размерам чуть превосходящие обычные часы. К выразительной внешности были добавлены несколько неброских аксессуаров: серебряные серьги-гвоздики в форме мелких паучков и кулон, представляющий собой японский иероглиф, означающий «солнце».

– Вы ей уже все рассказали? – строго спросила она у парней, поправив на шее наушники, проводом уходящие в карман джинсов, но те покачали головами. – Вы ей вообще хоть что-нибудь рассказывали?! – Беззвучный отрицательный ответ повторился. Девушка нетерпеливо вздохнула и подняла на меня невероятно выразительные глаза. – Без отступлений сразу перейду к главному. Мы все, включая тебя, Всадники Апокалипсиса.

Глава 3. Правдивая ложь

Ада Диксон

– Что? Ребята, вы что сбрендили?! Вы что курили? – возмущалась я под серьезными взглядами.

– Нет, – просто ответил Мэтт.

– Ты не понял. Я спрашиваю, что вы курили?

– Тишина! – крикнула девушка, которую Мэтт, кажется, называл Тори.

Повисла затяжная пауза. У меня было чувство, что я нахожусь в клубе «палата #6».

– Какие еще всадники? – я первая нарушила тишину, нервно теребя седую прядь. – Что за бред вы несете? – мой рацио наотрез отказывался верить их словам, но глубоко внутри я ждала и верила, что все это окажется правдой. Отказаться от человеческой сущности — вот, чего я хотела все эти годы.

– Это не бред, – сказал Мэтт, подходя ближе ко мне, но я с неодобрением посмотрела на него, пятясь назад. – Мы, правда, четыре Всадника Апокалипсиса. Я – Чума, или говоря иначе Мор. Вот этот патлатый, – он указал на Рэна, – Голод. А эта пороховая бочка – Война.

Тори гневно глянула на Мэтта и с тем же выражением лица снова повернулась ко мне:

– Соответственно, ты – Смерть. Кстати, забыла представиться – Виктория.

– Ребят, вы реально чокнутые! – я выскочила в коридор, натянула куртку и выбежала на улицу. Изо рта тут же вырвалось белое облачко пара. За спиной послышался звук закрывающейся двери, и ко мне подошел Мэтт, разочарованно глядя на меня, но когда я повернула голову в его сторону, он отвернулся, подминая под собой тонкий слой снега.

– Я довезу тебя до дома. Садись, – он кивнул на автомобиль, снимая сигнашку.

– И вы не будете меня останавливать? Говорить, что я должна быть с вами, потому что больше не человек…

– Нет. Ты сама к нам придешь, когда посчитаешь нужным, – он улыбнулся, открывая для меня дверцу.

Я забралась на сидение и тут же отвернулась в окно. Мэтт повернул ключ, включил музыку, убавив громкость, и выехал со двора.

– Зря ты так, – сказал он, выруливая на трассу. – Рано или поздно ты все равно придешь к нам, потому что не сможешь контролировать свою силу.

– Мэтт, помолчи, пожалуйста.

Как ни странно этот болтун заткнулся и всю дорогу до дома мы ехали молча. Я смотрела в окно на пролетающие мимо машины, Мэтт кивал головой в такт музыке и отбивал ритм на руле. До моего дома было рукой подать. Интересно, откуда он узнал, где я живу? Хотя, в данный момент вообще было все равно. Я обожаю фэнтези и постоянно мечтала о том, чтобы стать каким-нибудь чудиком по типу вампира, оборотня, эльфа, список можно продолжать до бесконечности, но когда я просыпаюсь в морге, и после этого мне говорят, что я Всадник Апокалипсиса, становится как-то жутковато.

Пока я витала где-то далеко в своих мыслях, парень остановился напротив моего подъезда, ожидая, когда пассажир «проснется».

– Спасибо, что подвез, – вялым голосом сказала я, выбираясь из авто.

– Всегда пожалуйста. Надеюсь, скоро увидимся, – ухмыльнулся Мэтт.

Я еле заметно улыбнулась, захлопнула дверцу и пошла к подъезду. Парень опустил стекло и окликнул меня:

– Ада, если понадоблюсь, просто позови.

Я посмотрела вслед уезжающей машине, на мгновение пожалев о том, что могу больше не встретиться с ним и поплелась к домофону, набрала номер своей квартиры и нажала «вызов». Не спрашивая «кто там?», мне открыли. Еле волоча ноги, я преодолела целый лестничный пролет. Дверь распахнулась, на пороге стояла мама и не верила своим глазам.

– Ада… – прошептала она и в слезах кинулась мне на шею.

Я лежала на своей мягкой удобной кровати, с головой укрывшись одеялом, и размышляла о том, что сегодня произошло. За целый день на меня навалилась куча информации. Жила я себе спокойно, никого не трогала, ну почти… и довелось же мне повстречать этих ненормальных!

А может они правы? Может я действительно стала одной из них – Смертью. Тогда хоть как-то можно объяснить появление той странной «белой» девушки и то, что у меня в груди ничего не колотится. Ну, по крайней мере, мне нужно осознать и переварить полученную информацию, а потом, если посчитаю нужным, встречусь с кандидатами на место в дурке.

Я неимоверно устала за этот день, и глаза слипались сами собой. Я перевернулась на другой бок, принимая теплые объятия сна.

◦◦◦

– Что ты сказала?! – громогласно заявил Рэн на всю улицу и встал как вкопанный.

Тори не обратила на это внимания и пошла дальше, а Мэтт вернулся за «статуей», утягивая его за рукав, но стоило Голоду сделать один шаг, как он пулей рванул догонять Викторию.

– Ты уверена, что я на это соглашусь?! – не унимался он.

– Уверена. Тем более, что это не я придумала.

– А кто тогда?

– Это просьба Доры. И заметь, не приказ, а просьба. Такое редко случается.

Парень услышал у себя за спиной тихий смех и обернулся. Мэтт, сдерживая себя как бы не заржать на всю улицу, шел сзади и наблюдал за своими друзьями.

– Что смешного? – с возмущением в голосе спросил Рэн.

– Событие века: Рэн орет! – воскликнул белобрысый. – Ты такой няшка когда дуешься. Подумаешь, походишь за ней хвостиком пару дней.

– Почему бы Доре не поручить это задание тебе? Эта девчонка же тебе понравилась, разве нет?

– Мэтт был дозорным уже много лет, – подала голос Тори, останавливаясь у дороги. – Пора бы и тебе выйти в «свет».

◦◦◦

Я вышла из подъезда, натянула на плечо сумку и побежала в школу, ибо уже опаздывала, что практически никогда не случалось. Тропинку замело снегом. Октябрь, а уже сугробы лежат.

Я залетела в школу, скинула куртку, сунула шапку в сумку и понеслась в кабинет. Как назло прозвенел звонок. Рванув вверх по лестнице, я преодолевала пролеты, ловко перепрыгивая через перила. Mein Gott… откуда у меня взялась такая прыткость? Так, потом с этим разберусь, я на урок опаздываю. Я завалилась в класс и кое-как выговорила:

– Извините… за опоздание…

Вслед за мной в дверь вежливо постучали.

– Это, наверное, наш новый ученик, – радостно воскликнула учительница. – Войдите!

– Извините, что опоздал, – произнес новенький. Где-то я уже слышала этот приятный голос.

Мария Ивановна жестом пригласила его к доске. Даже вид «сзади» говорил о том, что я его знаю. Они издеваются! Сначала заявили что они «Фантастическая Четверка», а потом еще и няньку ко мне приставили!

Парень скользнул по классу взглядом, остановив его на мне.

– Меня зовут – Рэн Гриффит, я родом из Ирландии. Рад познакомиться, – он откинул челку и ослепительно улыбнулся так, что все девчонки чуть не попадали со своих мест.

Я отвернулась от него и фыркнула под нос, чувствуя на себе его пронизывающий до костей взгляд.

Урок пролетел быстро. После звонка все рванули в коридор, а я неспешно складывала учебные принадлежности, поглядывая на Мику. По ее виду было ясно, что ее распирает расспросить меня о «новом имидже».

– Можно тебя на пару слов? – чуть слышно спросил Рэн, обдавая мою шею своим дыханием. Я аж подпрыгнула от неожиданности.

Я, не обращая на него внимания, вышла в коридор, Мика бежала за мной.

«Новенький» поймал меня за руку, и я не могла вырваться из этой хватки, сколько бы сил ни приложила.

– Мика я тебя догоню, – обратилась я к подруге. Она кивнула и поплелась вниз по лестнице, оглянувшись на нас как минимум три раза.

– Что тебе от меня нужно? – накинулась я на него. – Дозорного ко мне приставили!

– Меня это тоже не устраивает, – спокойно сказал Гриффит, – но против Доры не попрешь.

– Какой дуры? – я не расслышала.

– Не дуры, а Доры! Потом расскажу кто это.

– Ладно, но только не таскайся за мной везде хвостом!

– Я и не собирался.

– Вот и отлично, – бросила я и побежала в кабинет, по пути заметив завистливые взгляды девчонок из своего класса.

Отсидев все уроки, мы с Микой пошли по домам. На удивление эта болтушка была сегодня тише воды ниже травы. По дороге она начала меня расспрашивать о прошедших инцидентах, и я наплела ей то же, что и родителям: про смерть повторилась и сказала, что это была другая девушка, про седые волосы – перекрасила, про другой цвет глаз – линзы, про бледный цвет кожи – болею, а вопрос «откуда я знаю Рэна», поставил меня в тупик. Я выкрутилась, сказав, что познакомилась с ним в супермаркете, хотя мне показалось, что Мика не поверила в этот бред.

Всю дорогу мы шли и болтали, обсуждая грядущую контрольную. Когда нужно было расходиться в разные стороны, мы попрощались и пошли домой. На секунду у меня помутнело перед глазами, закружилась голова, но я решила, что это обычное переутомление и продолжила путь домой.

Глава 4. Вне контроля

Очередной нудный день начался и продолжался как и все обычные серые будни школьника. Ада практически спала на всех занятиях и думала о своей новой жизни, но так и не могла ее принять. После третьего урока старшеклассники сломя голову понеслись в столовую, чтобы булочек побольше досталось. Мика радостно о чем-то рассказывала, но эти сведения почему-то пролетали мимо ушей Ады. Она остановилась посреди коридора и схватилась за голову, стиснув зубы от давящей на виски боли.

– Что случилось? – обеспокоено посмотрела Мика на свою подругу.

– Нет, ничего, – ответила Ада, натягивая на лицо маску «нормальности», – погода наверное меняется, вот и голова трещит.

Девочки продолжили свой путь в класс. Ада снова остановилась, колени подогнулись, и она чуть не упала, но ее кто-то мягко поймал, не дав удариться о пол.

– Ты в порядке? – спросил Рэн, наклоняясь вперед.

– Как ты? – тут же встрепенулась ее подруга.

– Не знаю, – вяло ответила Ада. Она осмотрелась по сторонам и когда, наконец, сообразила, в чьих объятиях находится, вскочила как ошпаренная. – Рэн, ты… ты… – Ада развернулась, ударилась об стенку и понеслась дальше.

Минул еще один скучный урок. Ада явно себя плохо чувствовала, но тщательно пыталась это скрывать. Рэн внимательно за ней наблюдал, не обращая внимания на визжащих рядом девчонок и на просьбы дать «инстаграмчик».

На перемене Мика и Ада встали со своих мест и куда-то направились, Рэн тоже поднялся вслед за девушками.

– Ты за мной и в женский туалет пойдешь? – не выдержала Ада.

– А вдруг тебе станет плохо? Кто же тогда тебя поймает? – ответил вопросами на вопрос парень, присев на край парты.

– Унитаз!

Девушка развернулась и вылетела из класса. Стоило ей сделать два шага от порога, как она пошатнулась и упала в обморок. Секунду назад сидевший со скучающим видом Рэн, сорвался с места и успел поймать Аду, подхватив ее на руки. Парень поспешно зашагал по коридору к выходу из школы.

– Ада! Рэн, что с ней? Она ведь в порядке, да? – засыпала вопросами Мика, прыгая рядом на манер зайчика. – Куда ты ее несешь? Медкабинет в другой стороне!

– Сделай одолжение, – спокойно начала Рэн, но продолжил весьма грубо: – заткнись!

Девушка опешила и вросла в пол. Парень вылетел из школы, и Мика тут же побежала за ним, но когда вышла на улицу, нигде не было ни Ады, ни Рэна.

Чувствуя под собой твердую поверхность, Ада открыла глаза, понимая, что смотрит на небо за проплывающими в медленном темпе облаками. Она приподнялась на локтях и увидела Рэна, который стоял на краю какой-то бетонной площадки с дымящейся в зубах сигаретой. Глянув под себя, она увидела черный плащ своего нового одноклассника.

– О, очнулась, – заметил парень и выбросил сигарету, выдыхая дым.

Они пробыли здесь примерно полчаса, и никто не подавал голоса. Парень наслаждался высотой и ветром, а Ада просто не знала, о чем можно поговорить с “патлатым”, как однажды назвал его Мэтт. С Картером ей было проще, ибо все темы для разговора находил он. Рэн же был спокойным и молчаливым.

– Что со мной происходит? – нарушила тишину Ада, смотря в одну точку.

– Твоя сила начинает брать над тобой верх. Если не присоединишься к нам, то просто не сможешь ее контролировать. Она поглотит тебя.

– Я не хочу быть такой, не хочу быть Смертью! Это звучит жутко! Я запуталась. Мне страшно.

– Ты сейчас напомнила мне Мэтта. Когда-то я также сидел с ним на крыше и разговаривал о всадниках. Мэтт отказывался нам верить, считал нас больными, убегал, вырывался, когда его наконец-таки удавалось поймать, но, как видишь, он среди нас. Обстоятельства заставили его принять себя. И я уверен, что совсем скоро ты придешь к нам.

Рэн развернулся на каблуках и отошел за спину Аде.

– А что, если так и не соглашусь? – спросила девушка.

– Люди начнут умирать. От одного твоего прикосновения, – последняя фраза прозвучала будто издалека.

Ада обернулась, но Рэна уже здесь не было.

На город опускалась вечерняя темнота. Солнце заходило за горизонт, окрашивая небо в яркие алые тона. На дорогах гудели машины, а люди суетливо бегали по тротуарам.

Ада простояла на остановке примерно 10 минут, пока не подошел ее транспорт. Автобус был почти пустым, но присутствующие пассажиры то и дело пялились на девушку, вместо того чтобы уткнуть носы в газеты или окна. Они даже не пытались скрыть своего слишком ярко выраженного интереса.

Ада вышла из автобуса и пошла по дворам, пробираясь к своему дому. Перед глазами опять помутнело, и жутко разболелась голова.

– Девушка, Вам плохо? – услышала она чей-то голос. К ней подошла женщина и обеспокоено обвела взглядом.

– Нет, все в порядке.

– С Вами точно все хорошо? – прохожая дотронулась до плеча Ады, и тут же ее глаза закатились, дыхание прервалось, она упала на землю, не подавая признаков жизни. Ада стояла как вкопанная и с ужасом смотрела на покойника. Откуда-то прибежали еще две женщины и стали расспрашивать, что случилось, но у девушки пропал дар речи, она не могла издать ни звука. Она поняла – произошло то, о чем говорил Рэн, человек умер от одного прикосновения. Ада развернулась и стремительно понеслась домой, не замечая ничего и никого вокруг.

Девушка залетела в квартиру, скинула обувь и, зайдя в комнату, закрыла за собой дверь. В голове стучала одна фраза «я не хочу, чтобы люди умирали». Ада сползла по двери на корточки, мысленно пытаясь себя успокоить, но тело все равно била ужасная дрожь.

В зале послышался шум, и девушка решила посмотреть, что случилось.

– Мам? Пап? – Ада заглянула в зал, и ее окатило волной страха. Ее родители без сознания лежали на полу. Она подбежала к ним и хотела дотронуться, но вспомнила, что произошло с той женщиной на улице, и отошла подальше. – Мэтт… – неуверенно позвала девушка, особо не надеясь, что парень ее услышит. – Мэтт, – уже громче сказала она, но все без толку. – Мэтт! – она сорвалась на крик со слезами, сминая край футболки.

– Что? – послышалось у нее за спиной. Ада повернулась и увидела Мэтта в домашнем костюме и тапочках.

– Мэтт… мои родители… они живы?

Парень нахмурился и подошел к родителям Ады, слегка коснувшись каждого.

– Да, они пока живы.

– Что значит «пока»?! – воскликнула она дрожащим голосом.

– В воздухе веет могильным холодом. От такой ауры они и умереть могут.

– А что нужно сделать, чтобы…

– Научиться контролировать свою силу, – перебил ее парень и подошел ближе.

Ада опустила глаза в пол, закрыв лицо седыми волосами. Мэтт вздохнул, понимая, что ей сейчас тяжело.

– Идем, – сказал он, протягивая ладонь.

– Нет, если я до тебя дотро…

Мэтт опередил ее и взял за руку.

– Ну что, я умер? Как видишь, нет.

Вдруг Ада почувствовала, как проваливается в темноту бездонной пропасти. Она ничего не видела и не слышала, но ощущала теплую руку Мэтта и сжала ее сильнее. Ада моргнула и увидела богатые апартаменты особняка, в котором ей уже приходилось бывать.

– Ай-ай! – Мэтт пытался освободиться от цепкой хватки Ады. Она посмотрела на его попытки и тут же отпустила.

– Ой, прости.

Они зашли в гостиную. На диване сидели Рэн, Тори и еще одна девушка, с которой Ада раньше не встречалась. Они о чем-то разговаривали, но замолчали, когда заметили прибывших. Незнакомка откинула за спину косу длинных, пускающихся до самого пояса, каштановых волос, посмотрев на Аду завораживающими серыми глазами цвета стали. Она обладала тонкой одухотворенной красотой античной богини. Стройную фигуру подчеркивал деловой брючный костюм с приталенным пиджаком, но эта строгость не была лишена своей изящности: из-за волос виднелись длинные серебряные серьги, на пальцах блестело множество различных колец того же металла. В ее взгляде присутствовало что-то повелительное, подчиняющее себе, скорее всего она была здесь за старшую.

– Дора, я привел тебе новую ученицу, – сказал Мэтт и потом обратился к Аде: – Она будет учить тебя управлять своей силой, чтобы ты никого не поубивала ненароком.

– Здравствуй, Ада, – приятным голосом поздоровалась девушка и поднялась на ноги. – Пандора, – представилась она. – Зови меня просто Дора.

– П-приятно познакомиться, – ответила Ада, удивишись диковинному имени. Ей стало интересно – это псевдоним, или это и есть та самая Пандора, мифическая обладательница волшебного ларца со всеми бедами и надеждой.

– С этого дня, пока ты не научишься более-менее контролировать себя, будешь жить здесь. Про школу тоже можешь забыть на некоторое время.

– Это меня радует, но как же родители?

– Мэтт? – Дора вопросительно посмотрела на белячка, и тот коротко кивнул. – Мэтт уже внушил твоим родителям, что ты в санатории в другом городе. Пораньше ложись спать, а завтра с утра начнем курс обучения. Мэтт покажет тебе твою комнату, – Дора закончила свою реплику и снова опустилась на диван.

Ада с Мэттом переглянулись, и он повел ее по лестнице на второй этаж.