Время решать самому

Часть 1

Люциус сидел в кабинете за рабочим столом, в очередной раз думая о том, как вернуть величие своей семье. Со дня победы над самым страшным волшебником прошло уже три года. Каждый из тех, кто был не на той стороне, понёс своё наказание. Да и не будем скромничать, Люциус Малфой всё это время что только ни делал ради сына и жены, дабы волшебный мир перестал смешивать их фамилию с грязью.

Старший лорд Малфой вкладывал большие деньги в лечение всех волшебников, которые пострадали в битве за Хогвартс, да и на протяжении всей войны. И было глубоко плевать на чистоту крови. За год в Азкабане, на момент следствия, многое пришлось переосмыслить, изменить свои взгляды на большинство вещей. А потому, да, чистота крови теперь ни к чему. Слишком ошибочными были его идеалы. За что он и поплатился своей магией.

Драко тоже был осуждён и отправлен жить на два года среди обычных людей, дабы узнать тех лучше и поменять своё мнение. В тот день, когда тот вернулся домой, чтобы проститься с матерью, портреты предков устроили полный кошмар. Они кричали и оскорбляли, оскорбляли и кричали. И когда терпение у хозяев поместья начало заканчиваться, единственный сын сделал то, что ещё никому из этого древнего рода не удавалось. Драко Малфой пристыдил тех, кем ранее так гордился.

— Хватит! То, что происходит сейчас с нашей семьёй, и вас касается. Каждый на этих портретах виновен не меньше нашего, а потому не вам на нас кричать и оскорблять. Стоило подумать о последствиях подобного воспитания. Так что довольно, иначе, видит Мерлин, каждого в пепел обращу. Терять мне нечего.

От силы, что была в голосе Драко, содрогнулись даже его родители. Он же не обратил на это никакого внимания. Лишь захватил некоторые вещи из комнаты, кивнул на прощание родителям и скрылся за большими резными дверями.

Удивительно, но с того момента уже прошло два года. И в отчий дом вернулся совсем не тот Драко, которого знали до этого. Вместо забитого и запуганного мальчика родители увидели взрослого, уверенного в себе мужчину, который за два года успел подняться с самого дна, и не важно — в мире маглов или волшебников. Главное — что у него получилось. И они гордились успехом сына как любые любящие родители.

Из воспоминаний Малфоя вырвал голос супруги.

— Люциус, ты звал меня?

— Да, проходи, присаживайся. Думаю, наш разговор будет очень непростым, — ответил он и, встав, отошёл к окну.

— Что-то случилось? Снова очередные статьи про нашу семью?

— Нет, дорогая. Сегодня речь пойдёт о том, что нашему сыну нужно жениться. Его невестой, а затем и женой, станет Гермиона Грейнджер, — шокировал Люциус Нарциссу.

И говорил он это так, будто и жених с невестой уже согласились. Всё это напоминало какую-то не очень удачную шутку. И, честно говоря, как матери Нарциссе это не сильно понравилось. Но как жена она должна была поддержать мужа. Хотя о какой поддержке могла идти речь, если на кону стояли счастье и благополучие сына?

— Почему ты выбрал её? Знаешь, уверена, что ни наш сын, ни тем более эта девушка, не согласятся на брак. Люциус, ты совершишь ошибку, если решишь провернуть такой финт.

— Дорогая, это самый верный способ вернуть нашей семье былое величие и уважение. Нужно лишь прочитать одно заклятие, и они сами будут притягиваться друг к другу, — взбудораженно проговорил Люциус.

— Нет, отец, ты не прочтёшь это заклятие в силу того, что магии тебя лишили, а маму я втянуть просто не позволю. Помни, что перед тобой уже не подросток, который постоянно смотрел на твои ошибки в слепом восхищении. Смогу постоять и за себя, и за слабый пол.

Люциус посмотрел на сына и усмехнулся. Действительно, и повзрослел, и возмужал, но хватит ли ему сил справиться с тем, что будет ждать впереди? Судьба — дама капризная. И обязательно сделает так, что жизнь ни одного Пожирателя не будет столь легка, как у Золотого трио. Ох, как же он ошибался, думая о лёгкости судьбы героев Второй магической войны.

— Сын, давай обсудим всё за ужином, как деловые люди? — с азартом предложил Люциус.

— Что ж, давай послушаем, что ты можешь предложить мне, не впутывая мать и магию. И если меня заинтересует, так и быть, обещаю подумать о том, чтобы согласиться.

Драко развернулся и покинул кабинет отца.

Нарцисса с лёгкой, но немного грустной улыбкой подошла к мужу, положив ладонь на его плечо.

— Дорогой, наш сын слишком взрослый, невозможно игнорировать тот факт, что ты уже не сможешь его контролировать так, как раньше.

— Да, ты, пожалуй, права, но всё же я смею надеяться на разговор с ним. Вдруг он увидит перспективы такого брака, — ответил Люциус и поцеловал ее в макушку.

Покинув кабинет отца, Драко отправился в библиотеку. Именно она была для него отдушиной в те годы, когда в его доме жил тот, чьё имя большинство магов боялось произносить по сей день. В глубине души он понимал, что своей жизнью обязан школьным врагам.

В первый раз его спасли в Тайной комнате, когда один из дружков не справился со своей магией и чуть не прикончил всех. В тот день Поттер не оставил умирать недруга, и Драко не мог точно сказать, что поступил бы так же. В тот период жизни он был лишь сломанным подростком без права выбора.

Второй раз — защита на судебном заседании. Драко до сих пор помнил выступление каждого из трёх героев. Чаще всего он вспоминал Грейнджер. Именно под её ответственность было вынесено решение отправить Драко в мир маглов — своего рода перевоспитание. Он не мог сказать, что проникся к ней симпатией, но вот благодарностью и уважением — да. Сейчас довольно сложно было сказать, как именно он относился к Грейнджер. Ясно одно — той детской ненависти уже нет, да и вряд ли она имела место быть.

Драко сел в кресло у камина и задумался о том, что услышал в кабинете отца. Нет, он не разозлился и не разочаровался, он понимал, что будет нечто такое. Ну и, конечно, всё ради семьи и её величия. Только стоило ли обманывать самих себя? Нельзя вернуть то, чего никогда не было. То, что принимал Люциус за уважение, было ничем иным, как страхом. А посему, что возвращать-то?

Брак с Гермионой Грейнджер — мог бы он дать новые возможности для семьи Драко? Да, определённо. Было лишь существенное «но»: она слишком умна, чтобы попасть в сети одного из Малфоев. Драко усмехнулся и перевёл взгляд на огонь. А ведь было время, когда эта девочка вызывала симпатию. Или что-то большее? Увы, но ответа он не находил даже после стольких лет.

Часы пробили ровно семь вечера, отвлекая его от мыслей и оповещая о времени ужина.

— Ну что ж, думаю, пора узнать, что хочет предложить отец.

Спустившись в одну из столовых, Драко занял место напротив матери, тепло ей улыбнувшись.

— Отец, мама, — склонил чуть голову он, отдав дань уважения.

— Сын, меня удивляет твоё спокойствие, неужели не будет криков и скандала? — с холодной усмешкой на губах поинтересовался Люциус.

Нарцисса лишь поджала губы, но не проронила ни слова, дав право мужчинам самим решить данный вопрос.

Драко лишь вежливо улыбнулся.

— Я всё ещё жду твоё заманчивое предложение, отец. — Именно на последнем слове он сделал акцент.

И это могло значить одно: Драко не простил того, что родной отец заставил под пытками принять метку, которая перечеркнула ему всю карьеру в магическом мире.

— Ну, Драко, дорогой, не стоит так торопиться, ведь нам ещё не подали ужин. — Люциус жестом дал указание домовикам, мол, можно начинать.

И в тот же миг маленькие существа засуетились, выполняя приказ хозяина.

Драко в это время сидел и со спокойным видом наблюдал за отцом. Что-то не давало ему покоя в поведении родителя, но что именно это было? Ответ придётся либо предполагать, либо просто пресечь все попытки влезть в личную жизнь. Драко это отчётливо понимал.

— И тебя не смущает, что она встречается с другим человеком? Неужели ты возьмёшься за старое и разрушишь жизнь посторонней девушки? Кстати, спешу напомнить, это благодаря Грейнджер мы сейчас не гниём в Азкабане.

Драко усмехнулся и, взяв бокал сока, сделал пару глотков.

— Скажи мне, в чём твоя выгода, если я соглашусь? — задал он вопрос отцу, откидываясь на спинку стула.

— Ну-ну, мальчик мой, я совершенно не преследую никакую выгоду.

— Отец, давай ты не будешь сидеть и нагло врать собственному сыну. Во-первых, это некрасиво и несвойственно такой семье, как Малфой. Во-вторых, мы с тобой прекрасно знаем, что бы ты ни делал, это выгодно в первую очередь для тебя, — усмехнулся Драко, а затем продолжил: — И знаешь, отец, я не стану слушать твоё предложение, ибо мне это просто неинтересно. А как мы оба знаем, делового человека нужно заинтересовать, дабы что-то предложить. Так что прошу прощения, уважаемые родители, но я вынужден вас покинуть. Дела требуют моего присутствия. — Он поднялся из-за стола и, подойдя к матери, поцеловал её в лоб.

Нарцисса проводила сына задумчивым взглядом и, как только за ним закрылась дверь, развернулась к мужу, обуреваемая гневом.

— Люциус, если ты не откажешься от идеи женить нашего сына из-за своей выгоды, клянусь Мерлином, я разведусь с тобой, — довольно чётко и громко произнесла она, встав со своего места. — Подумай, готов ли ты потерять семью ради амбиций и мнимого величия семьи.

Нарцисса гордо покинула столовую залу, оставляя мужа в одиночестве.

Часть 2

Война закончилась три года назад, но это могло порадовать лишь тех, кто не участвовал в битвах. Маги, которые не знали, что такое жить в палатке целый год, скрываясь от Пожирателей, праздновали победу и радовались жизни, в отличие от Гермионы Грейнджер.

И вот сейчас она сидела на широком подоконнике в гостиной своей квартиры, окна которой выходили на парк. И там, за оконной рамой, кипела жизнь. Люди спешили кто куда, парочки просто прогуливались, держась за руки и изредка быстро целуя друг друга, чтобы никто не видел. При этом девушка почти в каждой паре начинала смеяться, пряча лицо на груди у кавалера. Наблюдая за подростками, Гермиона им завидовала. Ведь это так прекрасно — жить, наслаждаясь каждым моментом.

— Гермиона, ты меня слышишь? — в мысли ворвался голос её лучшего друга, Гарри Поттера.

— Да, я тебя слышу. Ты говорил о том, что мне нужно обратиться к психиатру из-за панических атак. И в который раз я скажу тебе только одно слово — нет. Давай уже закроем эту тему, — произнесла она, слезая с подоконника, и отправилась в кухню.

Естественно, Гарри последовал за подругой, пытаясь убедить ту всё же обратиться к специалисту.

— Пойми, я хочу, чтобы ты вылечилась и вернулась к работе. Мы не справляемся без тебя. — И тут он одёрнул сам себя, понимая, что сказал лишнее.

— Забавно получается. Ты не хочешь, чтобы я просто пришла в себя, а именно вернулась к работе. — Гермиона налила себе бокал вина и, сев за стол, продолжила: — Гарри, скажи мне одно: ты хоть раз можешь просто поддержать как друг? Мы с тобой через столько прошли, а теперь я слышу о том, что ты не справляешься и хочешь взвалить всё на девушку с нарушенной психикой? В один из дней появилась мысль согласиться на твоего хорошего врача, но теперь я понимаю, что не пойду на это.

Она посмотрела на Гарри. Да и что ещё она могла сказать, если всё и так было ясно. Гарри не интересовало то, как живёт его подруга. Ему нужна была от нее лишь польза, как и в годы войны. И более его ничего не интересовало. Гермиона не обижалась, ибо понимала, что слава слишком сильно вскружила ему голову. Точно так же, как и её бывшему молодому человеку — Рональду Уизли.

Как она могла потратить на такого человека полтора года жизни и запустить себя? Увы, ответа не было. Зато было чувство вины из-за гибели родителей.

Это случилось во время битвы за Хогвартс, и Гермиона понятия не имела, что псы Тома добрались до них. Сообщили об этом только через месяц после того, как всё закончилось. Пару нашли в старом заброшенном здании, тела было невозможно узнать, настолько сильно их измучили заклятиями и физическими пытками. И день, когда ей сообщили об этом, запомнился, кажется, на всю жизнь.

— Гермиона, можно тебя на минуту? — окликнула ее директриса школы.

Та обернулась на голос любимого учителя и сразу направилась к ней.

— Да, что-то случилось? — улыбнулась Грейнджер и внимательно посмотрела на Макгонагалл, которая смотрела куда угодно, но только не на свою лучшую ученицу.

— Пройдём в мой кабинет, — ответила та и направилась по коридорам, зная, что Гермиона последует за ней. Да и глупо было думать, что может быть иначе.

Следуя за директором, Гермиона думала о том, что могло такого произойти, раз они направились туда, где нет лишних ушей.

Оказавшись в том месте, где раньше восседал один из величайших волшебников, Макгонагалл предложила присесть, а сама взмахом палочки приготовила чай. Гермиона уже не могла даже представить, что же такое ей хотят сообщить. И вместо слов и долгих речей Минерва протянула ей конверт.

— Что это? — спросила Гермиона, взяв его в руки.

Макгонагалл ничего не ответила, лишь присела рядом, жестом показав, чтобы та его открыла. И Гермиона не стала медлить. Распечатала, достала листы, что оказались обычными фотографиями, и, посмотрев их, замотала головой.

— Нет, нет, нет, этого не может быть. Я же спрятала их, поменяла имена и фамилии, стёрла память о себе. Никто не должен был их найти! — закричала Гермиона, не замечая дорожек слёз.

Внутри поселились лишь пустота, боль от потери близких людей и огромное чувство вины.

— Герм, ты же понимаешь, что я не это хотел сказать, — произнёс Поттер, подходя к ней и вырывая её из воспоминания.

— Не нужно ничего говорить, просто пойми уже: я не вернусь работать в Министерство. Даже если пройду лечение, ни один здравый человек не примет на работу ту, что посещала психиатра. Ты хоть это понимаешь? — воскликнула она, ибо разговоры на данную тему не просто надоели, а стояли у неё как кость в горле. — Прошу тебя, уходи. Мне надоело, каждый день одно и то же. Я не вернусь и на этом попрошу покинуть квартиру. Если решишь просто общаться, то мои двери открыты, а с этими разговорами ступай к Рональду, он тебе такой же друг, как и я, — отрезала Гермиона и, уйдя в свою комнату, закрыла дверь.

Гарри постоял немного на небольшой кухне и покинул квартиру школьной подруги. Да, он неправильно выразил свои мысли, неосознанно обидев девушку, что не раз спасала его жизнь. Вот только её состояние не давало ему спокойно жить и работать. Мысли то и дело возвращались к ней, и одолевал страх, что в любой момент её с головой накроет паническая атака, и она совершит какую-нибудь глупость.

Размышляя о том, как ему поступить, он не заметил, как ноги его привели к одной из медицинских клиник. Кажется, эта принадлежала Блейзу Забини. Многие в магическом Лондоне говорили лишь о том, что бывший однокурсник с факультета Слизерин ушёл с головой в магловский мир. И, чего греха таить, неплохо так развернулся он именно в медицинской отрасли.

— А чем Мерлин не шутит, — пробурчал себе под нос Гарри и вошёл в здание.

Внутри, нужно отдать должное, было всё цивильно и на удивление правильно, что ли. Пройдя к стойке регистрации, он попросил одну девушку из персонала оповестить высшее руководство о том, что прибыл его однокурсник — Гарри Поттер. От имени пришедшего глаза девушки неприлично расширились, и её как ветром сдуло. Гарри лишь усмехнулся при виде такой реакции.

Спустя пару минут ожидания его окликнул Забини.

— Сам Гарри Поттер пришёл в моё учреждение. Так-так-так, что же привело тебя, мой старый друг? — Последнее слово тот специально выделил, но понять это мог только Поттер.

Гарри поморщился, но быстро взял себя в руки.

— Нужно поговорить, желательно так, чтобы никто не услышал. Это важно для меня, но, быть может, выгодно для тебя.

— Что ж, прошу за мной, — ответил Блейз и направился в кабинет, слыша за собой шаги бывшего школьного врага. А врага ли?

Оказавшись в кабинете, Гарри осмотрелся. И, что греха таить, тот ему понравился. На первый взгляд, всё было довольно просто и даже безвкусно. С другой стороны, если присмотреться, можно заметить вроде бы и незначительные мелочи. Однако именно они делали кабинет более уютным. Небольшой шкаф для документации, рядом с которым был ещё один, видимо, для книг или чего-то, с чем можно было попить чай. Впрочем, именно сейчас в нём были книги. Гарри усмехнулся. Да, действительно удобно. Перевёл взгляд на стену перед собой. На ней висела небольшая картина. Вроде и непримечательная она была, но при взгляде мысли исчезли, и он начал погружаться в сон.

— Поттер. — Блейз пощёлкал пальцами у него перед лицом, привлекая к себе внимание, и жестом указал на кресло. — Присаживайся и рассказывай. У меня не так много времени, поэтому давай сразу к делу. Через час я должен быть совершенно в другом месте.

Гарри занял кресло.

— Помнишь самую известную ведьму?

— Гермиона Грейнджер, тут и вспоминать нечего. Сейчас только и говорят о том, что она покинула магический мир. Единственное, что никто не знает, почему именно она это сделала.

— Ну, так вот. У неё уже три года панические атаки, и заглушает она всё это ничем иным, как алкоголем. Я неоднократно пытался убедить её обратиться к врачу, но каждый раз получаю отказ. И, надеюсь, ты понимаешь, что это должно остаться между нами?

— Поттер, я не твой рыжий друг, чтобы не понимать. Только что ты хочешь от меня? Мои сотрудники не могут заставить её передумать. Ну и, как видишь, моя клиника специализируется на маглах, но никак не на волшебниках.

— Да, наверное, именно потому я и решил поговорить с тобой. На память никогда не жаловался, а потому знаю, как ты влияешь на девушек. Попробуй подружиться с ней, не знаю. Придумай что-нибудь. В конце концов, ты учился на Слизерине, а не я.

Забини взглянул на него и, взъерошив руками волосы, сел в кресло напротив.

— Хорошо, допустим, я соглашусь. И что дальше? Как ты предлагаешь всё это провернуть? Мне что, завалиться к ней с цветами и петь серенады о любви со времён школы? Да она покрутит пальцем у виска и пошлёт меня в эротический тур.

Поттер рассмеялся.

— Ну, я бы хотел присутствовать при таком варианте событий.

— Вы, гриффиндорцы, такие простые. Приходите за помощью, да так, чтоб человек, который в ней нуждается, ничего не узнал, но при этом не обладаете элементарным планом.

— Куда нам до вас, скользких змей.

Блейз помолчал некоторое время, а затем, всё решив для себя, обратился к Гарри:

— Хорошо, я согласен помочь той, что спасла наши чёртовы, кхм, задние места. Слушай, вот чисто из интереса. Ты осознаёшь, что без Грейнджер давно был бы на том свете?

— Иди к демонам, — огрызнулся тот.

— Давай разработаем план действий и решим, когда лучше приступить.

И оба молодых человека начали составлять всё так, будто это вышло случайно. В основном Блейз задавал вопросы, а Гарри отвечал на них. А через полчаса оба так погрузились в разработку плана, что позабыли об остальных делах.

* * *

Драко Малфой сидел в кабинете своего клуба и пытался разобраться с поставками алкоголя и продуктов. Бармены требовали хорошую продукцию, с которой можно было работать. Шеф-повара, что готовили закуски, просили того же. Да и ему самому не хотелось терять клиентов. А так как каждый поставщик пытался нажиться на нём, приходилось частенько их менять.

Он откинулся на спинку кресла и устало потёр виски. Голова начинала болеть от обилия цифр и названий. Было бы проще, будь у того помощник, но доверие к людям он потерял ещё в то время, когда только пытался построить бизнес.

Взяв телефон со стола, набрал номер друга, но тот не ответил. Видимо, в этот вечер Малфой будет в полном одиночестве. И он было поднялся, дабы вернуться в свою небольшую, но уютную квартирку, но дверь резко распахнулась и с силой закрылась, явив его школьную подругу. Правда, от вида Пэнси ему стало не по себе. Всем ещё со школы было известно, что эта девушка имела вздорный и скверный характер. Драко, как лучший друг, знал об этом лучше многих.

— Ты не представляешь, что со мной произошло! — закричала она и уселась на кожаный диван, закинув ногу на ногу.

Драко усмехнулся, не переставая смотреть на неё.

— Ну и что же такого могло произойти, что в конечном итоге ты чуть не вынесла дверь кабинета?

— Драко, не преувеличивай, я лишь слегка ею хлопнула.

— О да, причём так, что бедная чуть с петель не слетела, — засмеялся Малфой и, пройдя в дальний угол, где располагался его личный бар, налил виски.

— Я пришла домой раньше времени, хотела сделать сюрприз. Дура. И знаешь, что обнаружила в спальне? То, как мой парень, лёжа на нашей постели... — тут она поморщилась. — В общем, он был с другой женщиной.

— И ты просто ушла? — Драко подошёл к дивану и протянул бокал виски Пэнси.

— Нет, конечно, устроила скандал в своём фирменном стиле, разбив всю его коллекцию алкоголя.

Она взяла предложенный другом бокал и залпом выпила всё содержимое. Малфой улыбнулся и сел в кресло, закинув ноги на стол, что находился напротив него.

— И как он к этому отнёсся?

— Как-как. Наорал и выставил за дверь, как нашкодившего котёнка. Самое забавное то, что квартира моя! — воскликнула Пэнси.

Драко покачал головой и рассмеялся.

— Малфой, прекрати ржать, ты меня совсем не успокаиваешь. А надо бы, между прочим, — нахмурилась она, прожигая взглядом собеседника.

— Пэнс, и я, и Блейз ни один раз говорили, чем именно закончатся эти отношения. Ты хоть раз нас услышала? Нет. Так чего ты теперь хочешь от меня? Если жалости, то тебе к Поттеру и его компании, они с превеликим удовольствием помогут.

Драко понимал, почему она пришла именно к нему с этим, а не к тому же Блейзу, например. Пэнси никогда не выносила жалости к себе. По её мнению, лучше горькая правда, чем сладкая ложь. И он был полностью согласен, так как и сам не выносил жалость во всех её проявлениях.

— Не будем больше обо мне. Что у тебя нового? Нашёл подружку? — в её взгляде зажёгся неподдельный интерес.

Он поморщился, что ещё сильнее раззадорило интерес. И как с её напором справлялись остальные парни?

— Мой отец в очередной раз задумал нечто грандиозное во имя семьи, — протянул Малфой, допивая янтарную жидкость.

— Чтоб тебя, да говори уже! По глазам вижу, что придумал твой отец такое, отчего ты в полном шоке, да и в полном, кхм… — Дальше Пэнси продолжать не стала, ибо больно красноречивый взгляд был у Драко.

— Люциус решил, что в качестве жены мне подходит именно Грейнджер. Как думаешь, какова была моя реакция на такое предложение? Правильно, такая, что и дементору не снилось. Напоминаю, они вообще не спят. Достаточно подробно? — ответил ей Малфой и взмахом палочки наполнил пустые бокалы.

— М-да, дела. Так, погоди, ты же был в неё влюблён на третьем курсе. Или я ошибаюсь?

— Скорее, был влюблён в её хук справа, — усмехнулся Драко и, отсалютовав бокалом, осушил его одним глотком.

— Помню, как ты потом её обходил, — рассмеялась Пэнси, откинув голову назад.

Драко же наоборот недовольно поморщился.

— Ведьма ты, Пэнси. Никакого чувства такта.

— Конечно, у меня его никогда не было, как и совести! — согласилась с ним та, тем самым заставляя Драко улыбнуться.

Внезапно раздался голос их общего друга:

— Смотрю, у вас весело и без меня, а ещё друзьями называются, — фыркнул Блейз и, привлекая к себе внимание присутствующих и проходя к дивану, удобно устроился на свободной половине.

— Ты опоздал, — констатировал Малфой, смотря на него.

— Работа. Мне сегодня подкинули такой случай, что голова кругом идёт. Информации, с которой можно работать, ноль, зато там такой букет. О, но самое интересное: она не должна знать, что ей пытаются помочь. Вообще никто не должен знать, — усмехнулся он и устало потёр виски.

— Так говоришь, будто это слишком известная волшебница, — произнёс Драко, заставив того напрячься: если хоть одна живая душа узнает о том, кто его пациентка, Поттер голову оторвёт.

— Ты даже не представляешь, насколько сейчас прав, — ответил Блейз и перевёл взгляд на Пэнси, которая отчего-то молчала.

Она взглянула на парней и, тяжело вздохнув, быстро проговорила:

— Я переспала с Гарри Поттером.

Реакция на её слова не заставила себя долго ждать. Малфой, что сидел и пил виски, подавился. Блейз, который не спускал с неё глаз, сполз на пол.

— Мальчики, ну вы чего? — растерялась Пэнси.

— М-да, а я-то думал, что жениться на Грейнджер — это самое страшное.

— Твою мать! — воскликнул Забини, поднимаясь с пола обратно на диван.

— То есть ты тоже как-то связан с этой троицей? — прищурился Драко.

— Ты даже не представляешь, насколько…

— Великий Салазар! — на грани слышимости произнесла Пэнс, сложив два и два. Она поняла, кому именно должен был помочь Блейз.

Часть 3

Прогуливаясь по саду, Нарцисса размышляла о том, что же ждёт дальше её семью. Люциус всегда добивался своего, несмотря на угрозы жены и слова сына. Драко же слишком сильно изменился и теперь вряд ли сможет так легко согласиться на то, что потребует от него отец.

Но, как говорится, в каждом правиле есть своё исключение. В данном случае Нарцисса полностью полагалась на сына. Пусть он и прожил не один год в мире маглов, однако всегда оставался волшебником и истинным аристократом. Вот только спасёт ли его это от притязаний отца на личную жизнь? Её мальчик так мечтал жить спокойно, а главное — жениться по любви.

— Мама, о чём ты хотела поговорить? — спросил Драко, подходя к ней.

— Дорогой, рада, что ты не отказался прийти. А то уж я думала, что откажешься из-за своего отца.

— Матушка, уж тебе ли не знать, что встретиться с тобой я всегда рад. — Драко улыбнулся и обнял женщину, что подарила ему жизнь.

— Присядь, мой мальчик, — предложила Нарцисса и указала рукой на скамейку, находившуюся возле её любимой яблони.

— Мама, мне становится страшно, но тем не менее, ты смогла заинтриговать, — улыбнулся тот и занял место рядом с матерью, которую любил больше всего.

Мама стала именно той, ради кого Драко был готов на всё.

— Ну, раз так, то просто выполни мою маленькую просьбу.

— Хм, давай ты скажешь, что именно это за просьба, а там я уже решу — выполню её или нет.

— Попробуй подружиться с Грейнджер.

От того, что Драко услышал, округлились глаза. Вот так просто его собственная мать решила помочь отцу с тем, чтобы женить единственного сына на маглорождённой? Молча встав и не прощаясь, он покинул мать.

* * *

«В моей жизни всегда было всё спланировано: школа, после учёба в одном из университетов немагического Лондона. Только в какой-то момент всё пошло совсем не по плану: разрыв с Роном, гибель мамы и папы. И именно я была во всём виновата. Что бы ни говорили Гарри или Джинни, это не изменит ровным счётом ничего».

Гермиона отложила ручку и перевела взгляд за окно. Иногда она делала так. Писала то, о чём думает, на бумагу, сжигая её сразу, как закончит. Многим показалось бы это странным, но именно так она научилась жить заново после потери родителей. Самое печальное для Гермионы заключалось в том, что Рон не смог выдержать и минуты, когда та стала такой, как сейчас. Гермиона в чём-то понимала его, но не думала, что обида будет столь сильна, что простить бывшего парня не сможет. Быть может, если бы она не наложила такое сильное заклятие на родных, всё было бы иначе? Да только кто уж теперь может сказать, разве что Мерлин, и то во сне. Ведь были же у неё планы до того, как погибли родители. Образование, успешная карьера в Министерстве. И где это всё теперь? Вот и Гермиона не знала, где именно оказалась сейчас её жизнь. Очевидно, катилась под откос.

Сейчас, сидя в кафе, окна которого выходили на парк, она снова наблюдала за тем, как протекает жизнь парочек. Все эти встречи, взгляды украдкой, пока объект твоей симпатии этого не видит, неуверенные поцелуи или попытки взять за руку. Всех этих вещей она лишилась по собственной глупости. Слишком сильны были её амбиции во время войны, за которые теперь приходилось расплачиваться. Она не заметила, как по щекам покатились слёзы. Боль потери, одиночество и отчаяние захватили её душу, утаскивая на край пропасти. Гермиона не запомнила, как расплатилась и покинула заведение, как выронила лист, на котором было написано то, что всегда находилось в её мыслях. И всё так же не заметила, как оказалась на мосту реки Темза. Слишком многое пришлось пережить той, которая мечтала лишь о спокойной и счастливой жизни. О том, чтобы её любили, ценили и показывали маленькие знаки внимания.

— Привет, Грейнджер. — И этот голос она могла узнать из тысячи.

Блейз Забини собственной персоной. Человек, который в своё время нашёл способ избежать войны и метки Пожирателя.

— Забини, ты ведь шёл мимо? Так иди дальше. Такая, как я, недостойна твоего внимания.

— С чего же ты так решила? Что бы ни происходило в твоей жизни, ты всё ещё самая умная ведьма нашего поколения. Да и к тому же красивая. — Блейз оценивающе оглядел её , но она этого не знала, так как не отрывала взор от текущей реки.

Да и не хотела Гермиона показывать свою слабость, свои слёзы перед школьным недругом.

— Ты можешь просто пройти мимо? — холодно уточнила она, напрягаясь всем телом.

— Грейнджер, почему ты такая вредная? И отвечая на твой вопрос: такой джентльмен, как я, просто не может пройти мимо девушки, что оказалась в беде.

И впервые с момента похорон она рассмеялась. Ни грустно или истерично, как делала это дома, а с каким-то облегчением. В этот момент она подумала о том, что Гарри никогда не шутил с ней с тех пор, как и Джинни с остальными друзьями и знакомыми.

— Знаешь, ты первый, кто просто решил заговорить со мной как с равной, а не умалишённой ведьмой.

Забини не был бы профессионалом своего дела, если бы упустил эту возможность дальнейшего разговора.

— Так, быть может, составишь мне компанию? А то ходить одному как-то грустно и одиноко, — весело проговорил он и предложил руку, согнутую в локте.

Немного подумав, Гермиона решила, что прогулка с тем, кто ничего не знает о её проблемах и состоянии здоровья, не повредит. Быть может, она хоть чуть-чуть перестанет думать о том, что потеряла в своей жизни. Блейз Забини! Скажи ей кто о нём в таком ключе ещё шесть лет назад, она бы рассмеялась ему в лицо.

— Грейнджер, пошли уже. Моему организму нужны движения, — буркнул тот и, схватив её за руку, оставляя манеры позади, потащил в сторону тротуара вдоль реки.

— У меня к тебе только один вопрос. Чего ты решил прогуляться со мной? — спросила Гермиона, смотря куда угодно, но не на него.

Да и вообще старалась ни на кого не смотреть. Она знала, что многие могут прочесть всё по её глазам.

— А почему нет? Мы учились вместе, это уже что-то да значит.

Забини остановился, вытащил из кармана листок и протянул его Гермионе. Она недоумённо на него посмотрела и приняла. Но как только взглянула, что именно на этом листе написано, остановилась как вкопанная и гневно посмотрела на бывшего сокурсника.

— Ты прочёл его! — И это был не вопрос, а утверждение.

— Да, я его прочёл. И не надо так сверкать своими глазками на меня, не выйдет. И если честно, то мне глубоко плевать на то, в каком ты состоянии, что у тебя за мысли. Тем не менее, я знаю, какой ты собеседник, что можешь поддержать любую тему из тех, что вообще существуют в нашем грёбаном мире. А сейчас мы либо можем продолжить прогулку и просто отвлечься ото всех тех проблем, что нас окружают, либо же просто разойтись по разным дорогам и сделать вид, что нашей встречи не было. — Он говорил тихо и отстранённо, но при этом так, чтобы не обидеть.

С ней и так уже случилось слишком много плохого.

Гермиона молча смотрела на него, даже не пытаясь сказать что-то в ответ. От того, что сейчас было сказано этим парнем, она находилась в своих мыслях. Ведь раньше никто не говорил ей таких слов. Единственное, что говорили ей, так это то, как им жаль. Вот только ей не нужна была жалость. Гермионе в первую очередь нужен был человек, что не станет её жалеть и отправлять на лечение, который не будет контролировать каждый шаг, боясь, что она решится на самоубийство. Ей требовалось совершенно иное. Друг, который мог просто отвлечь её от того, чтобы не думать много о прошлом и о потере тех, кого уже не вернуть при всём желании.

— Забини, ты знаешь хороший клуб? — тихо спросила она, уже сама цепляясь за его локоть.

— Эх, дорогая, полегче. В конце концов, мы просто знакомые.

— Заткнись и отведи меня туда, — закатила глаза Грейнджер, на что Блейз рассмеялся и повёл её в сторону бара.

Что ж, начало было положено. Теперь она сама шла на контакт, что не могло не радовать Блейза как медика. Пусть это маленькая, но всё же победа. Вот только, как оказалось, Забини слишком рано обрадовался этому. Потому как уже в клубе понял, куда именно её привёл, и сильно пожалел. Так как Драко и Пэнси сидели за столом и с открытыми ртами взирали на него с Грейнджер. Как только та увидела их, то просто молча развернулась и направилась к выходу.

Стоило выйти на улицу, она достала пачку сигарет с зажигалкой и закурила, втягивая дым в лёгкие и выпуская его пару мгновений спустя.

— Давно ты куришь?

От звука этого голоса Гермиона подпрыгнула, роняя сигарету на асфальт.

— Надо же, что я вижу, великая Гермиона Грейнджер умеет бояться.

— Надо же, что я вижу, Драко Малфой снизошёл до грязнокровки, — отзеркалила она и направилась прочь в надежде, что больше никого не встретит.

Уйти далеко не получилось. Он поймал её за руку и развернул к себе. И стоило ей взглянуть ему в глаза, как все стены, за которыми она пыталась удержать свою боль, рухнули. Один судорожный вдох, второй, третий, и она начала падать, не в силах вынести столько эмоций за раз. И лишь благодаря реакции ловца Драко успел поймать её, не давая упасть.

— Чёрт, — выругался тот, продолжая одной рукой удерживать девичье тело, второй же набирал номер Забини. — Выйди на улицу, у нас проблемы, — произнёс он, как только его друг взял трубку, и тут же отключился.

— И почему именно сегодня это случилось? Почему в моём присутствии?

Единственное, чего никто не ожидал, так это того, что Грейнджер быстро придёт в себя. Её ресницы дрогнули, и в следующий момент глаза открылись. Она не поняла сперва, где и с кем находится, но шум поднимать не стала, было просто всё равно.

— Можешь отпустить меня? — тихо спросила она, пытаясь отстраниться от того, кто держал её.

И, взглянув за спину Драко, увидела улыбку Забини. Тот стоял и смотрел на неё, понимая, что если сейчас не утащит её выпить и не сменит тему, то она сложит два и два. Потому он просто вырвал Грейнджер из рук Малфоя и утащил внутрь, на ходу говоря полную чушь, не давая вставить и слова.

Вернувшись за свой столик, где Драко отдыхал с Пэнси, он заметил её смеющийся взгляд.

— Мерлина ради, просто молчи.

— Так я ничего и не сказала, — ответила та, не сводя с него взгляда. — Но знаешь, я всё ещё помню, как один чрезвычайно наглый дракон не сводил с неё взгляда на протяжении всей нашей учёбы, — непринуждённо произнесла Пэнс и выпила свою порцию алкоголя.

— Быть может, так и было, — Драко не стал спорить и просто принялся наблюдать за тем, как Блейз выводит Гермиону из той глубокой задницы, в которую она сама себя и загнала. И, как он думал, не без помощи своих рыжих друзей во главе с Поттером.

Он достал из кармана брюк тот листок, что выпал из её кардигана, когда она чуть не упала на асфальт, и прочёл. Его глаза становились всё больше и больше по мере прочитанного. И после того, как сжёг его в одной из пепельниц, подумал о том, что просьба матери утром была не лишена смысла. Драко знал не понаслышке, насколько трудно выбраться из такого состояния в одиночку.

— Что ты сжёг? — поинтересовалась Пэнси, вырывая Малфоя из мыслей.

— Скажем так, это было то, чего не следует знать никому, даже мне, — задумчиво наблюдая за Грейнджер в дальнем углу клуба, ответил тот.

— Неужели это то, что поможет тебе добиться признания в волшебном обществе?

— Что? Нет, ты же знаешь, что мне плевать на это общество консерваторов, которые не видят дальше собственного носа. Просто это тот случай, когда человеку нельзя помочь, пока он сам этого не захочет, а то, что я прочёл, касается состояния нашей золотой девочки, — тихо ответил Драко, прекрасно зная, что Пэнси услышит его, несмотря на громкую музыку.

— То, что с ней что-то не так, я поняла ещё в тот вечер, когда Блейз опоздал на нашу встречу. Единственное, что не удаётся понять, это то, как он согласился связаться с той, что была занозой в нашем мягком месте во время учёбы.

— Знаешь, Пэнс, никто ведь не осуждает тебя за то, с кем именно ты переспала, верно? Так почему наш друг не может помочь человеку, без которого твой любовник вряд ли смог бы одержать победу над Лордом.

— Быть может, ты прав. Теперь расскажи мне, что ты там такое задумал?

— Я не задумал, просто решил согласиться с отцом и жениться на ней. Кто знает, может, именно это и спасёт Грейнджер от того, через что она проходит сейчас. Причём заметь, ни один из золотой троицы не смог не то что поддержать, а элементарно отвлечь. Не скрою, это решение выгодно больше мне, чем кому-либо ещё, ведь никто не заставит её выйти за меня насильно.

— Малфой, что именно ты хочешь? Помочь ей прийти в себя и начать жить, а не существовать? Или же ты просто решил поправить репутацию своей семьи за счёт девушки, что нуждается в помощи?

— Знаешь, Пэнс, наверное, всё же второе. Ты как никто должна понимать, насколько дорога таким семьям, как наша, репутация.

— Интересно, а кто мне говорил, что ему совершенно плевать на это? Малфой, не стоит играть с таким человеком, как она. Ты не хуже меня знаешь, на что способен человек, которому нечего терять. Грейнджер не только нечего теперь терять, но при этом она слишком умна даже для тебя.

Пэнси несколько минут помолчала.

— У тебя есть ещё один вариант. Просто попробуй подружиться с такой, как она. Ты же далеко не дурак и должен понимать очевидные вещи. Или ты забыл свой сломанный на третьем курсе нос?

При этом воспоминании Малфой поморщился, а она же продолжила свой монолог.

— С такими, как она, лучше дружить, не стоит принимать опрометчивых решений, — договорила Пэнси и, улыбнувшись другу, направилась к Грейнджер и Забини, которые заняли стол в самом дальнем углу клуба. Драко нужно было побыть одному и подумать о том, что сказала Пэнс.

Он смотрел на них. На то, как легко Пэнси втянула Грейнджер в разговор, и то, что золотая девочка не послала её далеко и надолго, а наоборот, поддержала его. Блейз сидел в расслабленной позе и, наверное, думал о том, как хорошо, что Пэнси, в отличие от Малфоя, решила помочь. И стоило признать, у неё получилось. И при виде такой картины и довольного лица Блейза Малфой понял, что реши он сейчас не помочь, а воспользоваться этой девушкой, ему не дадут это сделать ни Забини, ни Паркинсон. Драко улыбнулся и, решив, что та права, поспешил присоединиться к ним.

— Не верну репутацию семьи, так хоть у Поттера подругу заберу, — произнёс он так, чтобы его не услышали, и направился к столику, за которым сидела Грейнджер.

Вечер обещал быть интересным!

— Нет, я никогда не хотела быть первой среди всех учеников, — произнесла Грейнджер с улыбкой и сделала пару глотков вина.

— Да ладно тебе, Малфой все уши нам прожужжал о том, что твоя цель — обойти его и стать первой. Так скажем, доказать своё превосходство над ним, — засмеялась Пэнси, кивком головы показывая Блейзу на пустые бокалы.

— Да нет же, просто... Знаете, никто особо из девочек на нашем факультете не хотел со мной общаться, а так как Гарри и Рон постоянно говорили только о квиддиче и следили за вашим принцем, мне оставалось только одно — уйти с головой в учёбу. — Гермиона с улыбкой говорила о том времени, когда не было таких проблем, как сейчас.

Да и ей понравилось общаться с Пэнси и Блейзом. Ребята вполне себе дружелюбные и умеющие поддержать диалог.

Немного помолчав, Гермиона продолжила:

— Знаете, я всегда завидовала вашему факультету. Вы хоть и змеи, но всегда стояли горой друг за друга. Никто из ваших никогда не ходил один, только в компании. Я не раз видела, как вы отрывались возле озера или в Большом зале, когда нам позволяли устроить вечеринку. У нас никогда такого не было. Каждый сам за себя. Мне нравился принц Слизерина, глупо, правда?

— Глупо? Герми, да он тебя всегда глазами пожирал. И я уже молчу о Святочном бале, на который ты пришла с Виктором. Малфой тогда плевался ядом и ревностью. Пэнси же, как и многие девочки школы, хотела поймать тебя и проредить шикарную гриву, — засмеялся Блейз, а Пэнси смущённо потупила взгляд, заметив, что Гермиона с улыбкой посмотрела на неё.

— Да ладно вам, это всё мелочи по сравнению с тем, что Гермиона сломала мне нос. — Малфой занял место возле Грейнджер, что так удачно присоединилась к ним этим вечером, и улыбнулся.

Компания из трёх человек уставились на него. Не понимая, правда это или они просто много выпили.

— Не нужно на меня так смотреть. Да, мы не ладили в прошлом, но ведь мы сами создаём свою судьбу. Сейчас, когда отец не влияет на мои суждения, могу общаться с теми, кто мне был и остаётся интересен, — проговорил он это как ни в чём не бывало и кивнул Пэнси, как бы говоря спасибо за то, что та направила его в нужное русло.

— О, Малфой… Я тогда, наверное, пойду, чтоб не мешать, — начала было Гермиона, но Драко не дал ей закончить.

— Расслабься, Грейнджер, ты нам не мешаешь. Да и я что-то не вижу, чтоб кто-то из присутствующих был сильно против твоей компании. Плюс ко всему с нами ты можешь просто расслабиться и на один вечер выкинуть все проблемы из своей умной головки. — И он щёлкнул её по носу, на что та лишь поморщилась.

Пэнси рассмеялась, увидев такое поведение, и поддержала его.

— Правда, Гермиона, останься с нами. Ты же не хочешь, чтоб эти двое мучили меня своими глупыми подколками всё остальное время?

Гермиона улыбнулась ей и ответила:

— Я всегда знала, что ты хитрая сука.

Парни от такого заявления подавились напитками и закашляли, а Пэнс подмигнула, и обе рассмеялись.

В целом их вечер прошёл просто отлично. Бывшие враги общались так, будто и не было тех словесных перепалок каждый день в Хогвартсе. Гермионе это было в новинку: сидеть и общаться с учениками Слизерина, причём так легко и непринуждённо. Только никто из них не заметил присутствия ещё одного волшебника в заведении Малфоя. И, наверное, хорошо, что мужчину за барной стойкой никто не увидел.

— Кстати, Блейз, а чьё это заведение? Тут настолько здорово и уютно. Я уже не говорю о том, что тут не только волшебники отдыхают, но и простые люди. Никогда бы не подумала, что смогу побывать в таком месте.

Друзья переглянулись, не зная, стоит ли сказать ей такое.

— А сама как думаешь? Кому из нас троих может принадлежать этот клуб? — спросила Пэнси, взяла со стола бутылку вина и наполнила всем бокалы.

Гермиона задумалась на пару минут. Кто из них мог бы быть подходящим хозяином? Честно говоря, она и предположить не могла. Если исходить из характера каждого из тех, кто сейчас находился рядом, то…

— Малфой. Блейз — слишком любопытный, и для него больше подошла бы психология, ведь там много интересных случаев, что требуют нестандартного подхода к поиску лечения. Пэнси — слишком ухожена, бренд вещей говорит о том, что либо она вращается в сфере моды, либо просто нашла богатого парня и тратит его деньги. Потому да, мой ответ — Малфой. Из вас только он мог бы додуматься до такого. Слишком умный, чтобы упустить такой шанс заработка. Ну и, что не менее важно, на вывеске с названием клуба рисунок с его кольца.

И в подтверждение своих слов взяла руку Драко, сняла кольцо и положила на другой край стола прямо перед Пэнси и Блейзом.

— Да, Грейнджер, ты действительно самая умная ведьма нашего выпуска, — проговорил Малфой, наблюдая за восторженными лицами друзей.

Он искренне не понимал такого восторга. Ведь всем и всегда было очевидно, что Гермиона Грейнджер слишком умна, и логика у неё работает лучше, чем у кого-либо.

— На самом деле, нет ничего странного в таком ответе. Просто это похоже на вас, — улыбнулась Гермиона и перевела взгляд на Драко. — Скажи, у тебя есть пианино? — Он просто кивнул в ответ. — А ты играешь? — Он отрицательно покачал головой. — Тогда просто проводи меня к нему.

Никто не стал спорить, а лишь заинтересованно посмотрели на неё. Драко проводил её к музыкальному инструменту и жестом показал диджею остановить музыку. Гермиона села за пианино, откинула крышку и пробежала пальцами по клавишам, затаив дыхание.

И спустя пару минут по помещению разнеслась музыка, а Гермиона запела.

Why do birds suddenly appear?

Every time you are nearJust

like me they long to beClose to you

Все, кто в этот момент пили или говорили о чём-то, внезапно потеряли ко всему интерес, повернув головы к небольшой сцене. И каково же было их удивление, когда сам хозяин клуба взял в руки гитару и, недолго думая, подстроился под темп играющей девушки, чьи изящные пальцы перебирали клавиши, воссоздавая такую завораживающую мелодию. Кто-то поднимался со своих мест и шёл с парой на танцпол. Никто не остался равнодушным. Меж тем Грейнджер продолжала петь.

Why do stars fall down from the sky?

Every time you walk byJust like me, they long to be

Close to you

On the day that you were born

And the angels got together

And decided to create a dream come true

So they sprinkled moon dustIn your hair of gold

And starlight in your eyes of blue

That is why all the girls in town

Follow you all around

Just like me, they long to be

Close to you

On the day that you were born

And the angels got together

And decided to create a dream come true

So they sprinkled moon dustIn your hair of gold

And starlight in your eyes of blue

That is why all the girls in town

Follow you all around

Just like me, they long to be

Close to you

Just like me, they long to be

Close to you

Когда она закончила петь и по помещению уже не лилась музыка, тишина на пару минут всех оглушила, но лишь для того, чтобы после зал взорвался аплодисментами. Никто не ожидал, что Грейнджер может искусно играть на таком инструменте, да при этом ещё имея просто шикарный голос. Она взглянула на Драко, который всё ещё держал в руках гитару, и улыбнулась ему. Не просто вежливо, как делала это при знакомых и друзьях, а искренне, от всего сердца. Гермиона была благодарна за ту поддержку, что он оказал ей во время исполнения песни.

Стоило только им вернуться за столик, где сидели Пэнс и Забини, стало понятно, что Малфоя ждёт допрос, ну или что-то такое.

— Грейнджер, почему ты не стала заниматься музыкой? Ты же шикарно исполнила песню, которая, между прочим, в семидесятом году занимала первые строчки в топах, — произнесла Пэнси, протягивая полный бокал вина.

— О, да, такого никогда не случалось в этом клубе за два года его работы, — внёс свою лепту Забини.

— Тогда предлагаю выпить за нашу талантливую знакомую, — предложил Малфой и поднял бокал.

Никто не возражал, и потому они выпили, а потом ещё и ещё. Можно сказать, что у них не только вечер прошёл удачно, но и добрая половина ночи. Ещё не раз просили Гермиону сыграть эту песню, но получали категорический отказ. Лишь однажды она позволила себе исполнить любимую песню покойных родителей.

Часть 4

Утро для Гермионы выдалось очень тяжелым. Во-первых, это было дикое похмелье, а во-вторых, она не могла никак понять, почему так свободно общалась с теми, кто на протяжении многих лет унижал её. Да, Гермиона уже не та маленькая девочка, и могла дать достойный отпор, но все же.… Почему именно со слизеринцами она провела весь вечер и большую часть ночи?

Она поднялась с постели, заправила и, накинув халат, отправилась на кухню. Всё то время, пока готовила себе кофе, она не переставала думать о тех странных событиях, что произошли. И ведь стоило признать, ей понравилось то, как они провели время. В особенности было странным, что Гермиона не курила все это время. С момента похорон сигареты были как успокоительное для ее нервной системы, но вчера они ей не потребовались.

— Как странно… — прошептала она себе под нос и села за стол.

Ее мысли вернулись к одному из моментов. Исполнение любимой песни родителей. Никто ее так не поддерживал даже в шоке, как Малфой, когда взял гитару в руки. В тот миг, когда она увидела Драко с таким непростым инструментом, она будто смотрела на другого человека. Весь его вид кричал лишь об одном: «Давай, сделай это. Я буду рядом и не дам облажаться».

Грейнджер тряхнула головой при мысли о том, что он ей понравился вчера, и отпила кофе, обжигая язык и нёбо.

— Вот же черт! И как только могла о таком подумать. Совсем уже мозги потеряла.

Она отказывалась думать о событиях прошедшего вечера и ночи, слишком сильно было впечатление. Как жаль, что так она не могла посидеть с Роном и Гарри. Её когда-то милые мальчики теперь стали мужчинами и решили устраивать свою жизнь, не заботясь даже о том, дабы хоть как-то поддержать.

Внезапно раздался довольно громкий стук в дверь. И нехотя поднявшись со своего места, Гермиона пошла открывать.

— Боже, можно мне хоть один день побыть одной? Почему люди не могут оставить меня в покое? Хоть сбегай, — ворчала она по пути к двери.

Похмелье так и не проходило, а потому она стала еще вреднее и противнее.

Уже когда она протянула руку, чтобы открыть, всё её тело охватило волнение. От чего? Почему? Только вопросы и ни одного ответа.

— Рон? — тихо произнесла она, как только открыла и увидела своего гостя.

Тот кивнул и, отодвинув Гермиону, прошел в дом, не дожидаясь, когда та пригласит его. Гермионе только оставалось закрыть дверь и пройти в гостиную, где ее друг и бывший парень в одном лице уже успешно разместился в кресле у окна.

— Зачем ты пришел, Рональд?

— Вариант ответа, что соскучился, не будет принят?

— Ты и сам должен понимать, что сказать мне такое как минимум глупо, а как максимум — наивно. Так что давай ты просто перейдешь к делу, и мы снова долго не будем видеть друг друга.

— Знаешь, Миона. Вчера я был в одном интересном месте... И что самое удивительное, там была ты, — и Уизли ухмыльнулся.

— Да, вчера я на редкость хорошо провела время. А знаешь, что самое удивительное? Я не чувствовала себя жалкой, как это происходит рядом с тобой или Гарри. Я впервые спела после смерти родителей, и мне жаль, что это произошло не вашими с Гарри стараниями.

— Ну, если ты не хочешь, чтоб об этом узнали другие волшебники, тебе нужно просто обручиться со мной, — самодовольно произнес Рон и будто был уверен, что она согласится.

— Да, кажется, я была лучшего мнения о тебе и нашей дружбе. Ты правда думаешь, что я соглашусь на такое абсурдное предложение? Если да, то ты действительно очень недальновидный человек. Плевать я хотела на то, что ты сделаешь в случае моего отказа, плевать на то, что подумают обо мне люди. Плевать, что будет с моей жизнью дальше. Плевать, понимаешь? Так что можешь идти и делать то, что тебе вздумается.

— Хорошо, Гермиона, я уйду, но думаю, ты сама скоро прибежишь. Как только поймешь, с кем связалась.

— Быть может, в твоих словах и есть какая-то правда. Например, то, что много лет назад я назвала тебя другом.

После последних слов Рон ушел не прощаясь.

Как могла она пропустить момент, когда ее друг так изменился? Видимо, известность и деньги слишком сильно меняли людей. И тут неважно, маггл он или волшебник. Гермионе стало больно от того, что в очередной раз потеряла друга. И это как ножом по старым ранам, что еще толком не затянулись. Она сползла на пол, чувствуя подступающую истерику, которая на это раз могла закончиться чем угодно, но только не хорошим. Слишком долго она пыталась справиться, слишком долго была одна. И потому, быть может, если ее не станет, всем будет жить гораздо проще? Для нее так в первую очередь очень хороший выбор. Никакого давления, никто не будет лезть в душу, и никакого Рона с его шантажом.

— Гермиона! — Женский крик вырвал ее из размышлений, и Гермиона поняла, что пыталась залезть на подоконник. Великий Мерлин, какая она глупая.

— Не смей этого делать! — Джинни оттащила подругу от окна и крепко обняла. — Прости, прости меня. Он видел, где и с кем ты была вчера, а я просто не смогла его остановить. Прости меня, — шептала она, пытаясь успокоить Гермиону, что рыдала у нее на плече.

— Рон сильный, но глупый. Скоро до него дойдет, что именно он совершил, и он обязательно попросит у тебя прощения.

— Спасибо, Джин.

Гермиона отстранилась от неё и попыталась улыбнуться, что не особо удалось с красными и опухшими глазами.

— Так, давай ты быстро примешь душ, а я накрою на стол. Посидим как раньше? Обещаю, ни слова о Гарри, Роне и твоем психическом состоянии, — Джинни состроила просительную моську, словно маленький ребенок, и Гермиона согласно кивнула.

И пока та приводила себя в порядок, Джинни сделала то, что никогда раньше не могла.

Спустя час обе девушки сидели на кухне, обсуждая школьные годы. Кто и сколько проделок учинил, о первой любви, святочном бале, о нарушении правил бесчисленное количество раз. У них было множество тем, которые можно было обсудить, вот только Джинни была слишком любопытная, чтобы не спросить о том, что так сильно хотела знать.

Наконец-то Джинни собралась с мыслями и силами и задала вопрос.

— Скажи, какой он со своими друзьями?

— Кто? — Гермиона непонимающе посмотрела на неё.

— Блейз Забини, — произнесла Джинни, смущенно опустив голову.

— Ну, что я могу о нем сказать. Он довольно открытый и понимающий. Умеет поддержать разговор. Что еще? У него есть свой бизнес, как я поняла, только не знаю какой. — Гермиона отпила вина из бокала и пожала плечами, мол, больше-то ничего и не знает.

— Слушай, как бы ты отнеслась к тому, если бы я с ним встречалась?

— Ну, если сказать честно, то мне откровенно плевать, кто это будет. Тебе с ним встречаться, а если повезет, то и жить.

— Знаешь, я тебе завидую. Ты можешь просто послать все к демонам и сидеть пить. С моей мамой такой номер не пройдет. Каждый раз за ужином я только и делаю, что выслушаю ее суждения о моей личной жизни. Нет, я понимаю, что каждая мама волнуется за своего ребенка, но блин, почему она хочет внуков именно от меня? — воскликнула Джин и хлопнула по столу ладонью. — Ой, больно, — пропищала она и подула на пострадавшую конечность.

— Больно ей, не стоило покушаться на мою мебель, — фыркнула Гермиона.

— Ой, да больно нужно мне твое старье, — усмехнулась Джин. — Может, купишь другую квартиру?

— Нет, мне это не интересно. Какая разница, где жить, если мне глубоко плевать? — и Грейнджер засмеялась.

Джинни обреченно покачала головой. А девичьи посиделки только набирали обороты.

И ближе к вечеру девушки отправилась в клуб.

* * *

В своей жизни Рон еще ничего не добился, но отчаянно хотел вернуть то, что, как казалось, принадлежит только ему. Только всем свойственно ошибаться. Вот и он поступил очень опрометчиво в тот момент, когда решил вернуть Гермиону шантажом, да еще и таким глупым. Если же смотреть на все под другим углом, то он просто был зол из-за того, что первый раз его бывшая девушка запела не в их компании, а с Малфоем.

В тот вечер Рон был у барной стойки и смотрел на то, как гармонично они смотрелись вместе. Гермиона игра на пианино, а Малфой на гитаре. Никогда раньше Рон так не завидовал ему, как в тот момент. У него не было мысли шантажировать подругу такими вещами, просто он слишком сильно разозлился, увидев ее такой безразличной. А ведь вчера в компании его врагов она выглядела счастливой.

Естественно, Рон пожалел о своих словах, как только покинул квартиру Гермионы. И по возвращении домой встретил разъяренную мать.

— Рональд, разве я так плохо тебя воспитала? — Та говорила тихо, но ее голос можно было колоть ледники.

— Мама, я такой идиот… — растерянно произнес он, усаживаясь за стол.

— Я понимаю, что ты ее все еще любишь, но ты должен понимать и то, в каком состоянии бедная девочка. И насколько помню, ты бросил ее сразу, как только узнал об этом. Так чего ты хочешь добиться теперь? Ее любви? Нет, мой мальчик, тебе следует забыть об этом. Гермиона не из тех, кто дает второй шанс в отношениях. А если такое и случится, то это должен быть воистину любимый. Как говорила одна старая ведьма: «Если любовь истинная, она способна преодолеть все препятствия на пути к счастливому финалу».

Молли заняла место напротив своего сына и взяла его за руку.

— Тебе стоит отпустить ее, не береди и без того израненную душу.

— Скажи, мам, я действительно самый глупый из всех твоих детей?

— Ну что ты такое несешь! Негодный мальчишка. Я как твоя мать, не могу сказать, что ты глупый, скорее, до тебя долго доходит. Однако ты самый сильный.

Молли поднялась и, пройдя к плите, начала заваривать чай. Она всегда так делала, чтобы успокоить нервы. Иногда помогало, а иногда, нет. В конце концов, у каждого волшебника было то, что приносило ему успокоение.

— Вчера она так искренне улыбалась им. С одной стороны понимаю, что это именно то, что нужно, а с другой, хотелось убить его. Малфой так на нее смотрел все время, будто готов был съесть, — произнес Рон, ударив по столу кулаком.

— А ну перестань крушить мебель в доме родителей, — строго произнесла Молли и поставила чашку чая перед сыном. — Что касается Гермионы и Драко… Могу, сказать лишь то, что их отношения — это вопрос времени. Как говорится, от ненависти до любви один шаг. И с этим мы ничего поделать не сможем. Было видно еще в книжном магазине, что эти дети как сталь и пламень. Она его закаляет, а он не дает ей остыть.

Рон фыркнул и принялся пить чай. После разговора с матерью значительно полегчало. Его разум прояснился, и неожиданно для себя он решил уехать в горы. Быть может, это ему поможет отпустить Гермиону?

— Мама, ты же позволишь мне уйти из Министерства и уехать? Нужно многое переосмыслить, да и не помешает расширить свои скудные знания.

Молли снова присела напротив него и улыбнулась.

— Рональд, ты уже достаточно взрослый мальчик. Прошел войну и пережил немало опасных приключений. Так как я могу что-то тебе запретить?

Он поднялся со своего места, подошел к матери и крепко обнял.

— Скажешь всем, что я их очень люблю?

— Конечно, милый, конечно, — ответила она, обнимая.

— Но тебе следует извиниться перед ней.

— Я обязательно это сделаю, но не в ближайшее время.

Рон отстранился от матери и направился в свою комнату за вещами. И там его ждал сюрприз в лице лучшего друга. Нельзя было сказать, что Гарри был в хорошем расположении духа, скорее наоборот.

— Помнишь те дни, когда мы чуть не погибли? Ты помнишь, сколько раз именно она спасала наши жизни? Столько лет она была нашим мозговым центром, а мы не смогли помочь ей тогда, когда стали нужны больше всего. Не смогли помочь мы, зато смогли они… Я не зря просил его о помощи, не зря рассказал о ее привычках... — Поттер не успел закончить, как в комнату влетела его бывшая девушка, Джинни.

Она медленно приблизилась к брату, окинув его презрительным взглядом, и со всего маху влепила пощечину.

— С этого момента, Рон Уизли, ты для меня никто, — холодно произнесла Джинни, а по ее щекам текли слезы боли.

— Джинни, что такое? — вмешался Гарри.

— Если бы я не появилась вовремя, то Гермиона уже была бы мертва.

И как только Джинни ответила на вопрос, она покинула комнату, возвращаясь к Гермионе.

* * *

Драко смотрел на очередные документы, что принесли на подпись. Вот только не видел ровным счетом ничего. То, что произошло в его клубе, пугало и разжигало интерес. Мысли Драко метались от одного к другому: то ли сделать все, чтобы узнать ее ближе, то ли нагрубить как раньше и больше стараться не пересекаться. Он не мог решить.

Откинув бумаги на другой край стола, он поднялся и отошел к окну, мыслями возвращаясь в момент, когда Грейнджер запела. Его не удивило то, что она отлично играет на таком музыкальном инструменте как пианино. Драко был больше поражен тем, насколько хорошо она слышала музыку, когда исполняла песню. Глупо было бы не признать того, что она просто восхитительна.

— О чем я только думаю, — буркнул он себе под нос и магией призвал бутылку виски.

Однако без палочки для этого требовалось немало усилий. Кто бы мог подумать, что выходцу из такой древней семьи невербальная магия дастся с таким трудом.

Только что теперь ему делать со всеми мыслями о ней? Слишком тяжел будет путь к доверию, и так мало силы воли, дабы отказаться от нее. Гермиона умна и не обделена красотой, так почему бы и не попытаться.

— Босс, — послышалось от двери.

Малфой обернулся и увидел одного из своих охранников.

— Что случилось? — Стоило отдать должное, когда дело доходило до работы, то сразу все посторонние мысли автоматически уходили на второй план.

— Там одна дама требует именно вас.

— Она представилась?

— Да. Гермиона Грейнджер.

Брови Драко взлетели вверх.

Часть 5

В жизни каждой волшебницы наступает момент, когда безумно хочется отношений, искренних, а не продажных или потребительских.

Пэнси сидела с книгой в руках. Это был один из любовных романов. Бездумно бегала глазами по строчкам в тот момент, когда её мысли были очень далеко, в доме знаменитого Гарри Поттера, с которым она успела провести одну из лучших ночей.

— Чёртов Поттер, не только в школе затмил всех, но и сейчас из мыслей не выходит, — пробурчала Пэнси и откинула книгу подальше от себя.

Она не знала, что с ней происходит, но было ясно, что уже сейчас скучает по его прикосновениям и запаху. Как человек может понять, что именно он чувствует к тому, с кем добровольно провёл ночь? Обычно такое происходит индивидуально. Кто-то представляет, что больше не встретит его, и, быть может, от этого становится легче. Вот только это всё не о том, что случилось с аристократкой Пэнси Паркинсон.

Быть может, лучшим решением станет разговор?

— Салазар… Нужно действительно с ним поговорить. Прояснить всё, что произошло между нами, — убеждала себя та, бегая по комнате и собираясь. И вот, когда она уже собралась выйти из собственной квартиры, к ней явился Патронус Малфоя с просьбой немедленно прийти и помочь.

— Да чтоб вас всех! — крикнула Пэнс в пустоту и отправилась к своему другу.

На дорогу ушло не так много времени, но стоило ей открыть дверь в кабинет, как перед глазами предстала ужасная картина.

— Пэнс, наконец-то. Я без понятия, что делать. Она пришла вчера со своей рыжей подругой, они хорошо провели время, но когда Уизлета ушла, Грейнджер попросила показать кабинет. Рассказать, что и как, просто пообщаться. Вот только я в какой-то момент слишком отвлёкся на работу. И совсем не знаю, как она стала такой. — Драко кивком головы указал на кресло, которое занимала Гермиона.

Та сидела, обняв колени, прижатые к груди. В глазах была лишь пустота, и неясно, куда вообще она смотрела: то ли в никуда, то ли в собственную душу. Но сам вид её просто ужасал.

— Малфой, скажи мне одно: ты совсем ненормальный? Я, по-твоему, разбираюсь в психологии? Я тебе Блейз, что ли?! — прокричала Пэнси и поспешила отправить Патронус Забини. — Меня интересует другое. С чего вдруг она пришла к тебе?

Драко устало опустился на соседнее кресло рядом с Гермионой и спрятал лицо в ладонях.

— Я понятия не имею… Изначально она просто попросила отдельную комнату, мол, что-то произошло, и она не хочет быть в толпе. Потом попросилась ко мне в кабинет под предлогом, что не хочет домой. А дальше ты уже знаешь.

В кабинет, как ошпаренный, влетел Блейз, оказываясь перед Гермионой.

— Грейнджер, ты меня слышишь?

Ответа не последовало, лишь тишина.

— Что именно с ней вчера произошло? Кто в здравом уме смог самую сильную ведьму довести до такого состояния, что человека можно смело принять за сумасшедшего?

Блейз выдохнул в попытке успокоиться, но это не особо помогло. Он понимал, что, если сейчас не достучится до Гермионы, то она просто не сможет больше жить как прежде, только в определённом учреждении.

— Малфой, я не знаю, как ты это сделаешь, но прямо сейчас мне нужны все её друзья. Все. Если сегодня я не узнаю, что послужило причиной такого состояния, то в дальнейшем, кроме этой картины, мы не увидим ничего более.

Драко кивнул и покинул клуб, чтобы выполнить просьбу. Он переживал, причём так, как никогда прежде. Слишком страшно было видеть человека и при этом осознавать, что ты ничем не можешь помочь. Пережить такое даже врагу не пожелаешь.

* * *

Тем временем Гермиона, сидевшая в одной позе уже несколько часов, прокручивала в памяти все воспоминания, связанные с Роном. Нет, она уже не любила его. Она просто не могла понять, когда именно один из её лучших друзей стал настолько плохим человеком.

Её душу разрывало на мелкие клочки лишь от одной мысли, что жить как все она не может. Ни один здравомыслящий человек не примет на работу девушку с таким букетом от психолога или, вернее, от психиатра. Один друг хотел лишь её помощи в работе, другой творил очень странные вещи, а Джинни зачастую уходила с головой в отношения, забывая абсолютно обо всём.

Что же оставалось ей самой, героине войны? Только лишь ещё сильнее убеждать себя, что именно она виновата в смерти родителей. Слишком плохо спрятала их от Пожирателей, за что теперь и расплачивалась уже ни один год. Так, может, уже пора всё закончить?

* * *

Дверь в кабинет открылась, и вошли три человека: Драко, Джинни и Поттер. И как только Забини их заметил, перешёл сразу к делу.

— Что с ней произошло? Коротко и ясно.

Как ни странно, но вместо Поттера заговорила Джинни:

— Вчера утром к ней приходил Рональд. Не знаю точно, что произошло, но, когда я пришла, она практически стояла на подоконнике.

— Что?! — взревел Блейз. — Поттер, ты просил помочь меня своей подруге, но не смог удержать полоумного Уизли подальше? У тебя вообще мозг присутствует? Можешь не отвечать, и так вижу, что нет.

Он отошёл к окну, задумчиво смотря на одну из вывесок напротив. Что же теперь можно сделать, чтобы вывести Гермиону из подобного состояния? И внезапно он решился на безумный ход развития событий.

— Малфой, поцелуй её! — воскликнул Блейз, поворачиваясь к другу, понимая, что, если это не сработает, ему придётся забрать её в клинику.

Драко в полнейшем изумлении уставился на него и отрицательно покачал головой.

— Э, нет, я на такое не подписывался. Вызвался лечить её? Так вот и лечи, не нужно перекладывать на меня.

— Чёрт возьми, просто поцелуй её, она должна будет прийти в себя от этого! Скажем так, будет что-то вроде шоковой терапии.

Малфой посмотрел на присутствующих, они на него. И вдруг заговорил Поттер:

— Малфой, прошу тебя. Если ей это поможет, сделай, что просит Забини.

— Да вы с ума сошли?! Представляете, что она устроит, когда в себя придёт? В отличие от вас, мне ещё жить охота.

Внезапно послышалось лёгкое шевеление со стороны кресла, где сидела Гермиона.

— А что тут за собрание у вас? — как ни в чём не бывало спросила та и окинула всех взглядом.

Пять пар глаз уставились на неё.

Первой к ней подошла Джинни и крепко обняла, чем немало удивила Гермиону.

— Да что происходит-то?

— Это мне стоит задать тебе вопрос, Грейнджер! Какого чёрта ты в одной позе сидела столько времени и не отвечала, когда тебя звали?! — заорал Малфой.

— Я просто глубоко задумалась. Ты всё равно возился со своими документами, — спокойно ответила Гермиона. И тут же добавила: — Зато я достаточно услышала.

Поттер начал было пятиться к выходу, но был замечен.

— Гарри Поттер, я разве что-то непонятно тебе сказала в прошлый раз? Или мои желания для тебя ничего не значат? Какого чёрта ты проворачиваешь всё это за моей спиной? Неужели нельзя просто оставить меня в покое? — достаточно тихо и отстранённо спросила она у лучшего друга.

— Погоди, — влез Блейз. — Ты всё слышала и осознавала, что с тобой и где находишься?

— Да, Блейз, именно так.

Малфой усмехнулся и посмотрел на Гермиону, что раскрыла за столь минимальный период времени заговор за своей спиной, хоть и был он ей во благо.

— Когда ты поняла?

— В момент, когда Блейз пришёл в то место, где его никогда прежде не было. А сегодня просто воспользовалась тобой, Малфой, чтобы вывести их на чистую воду, — ответила ему та. Повернувшись к Гарри, она произнесла то, что его шокировало: — Видеть тебя больше не желаю.

— Гермиона, я хотел как лучше… — виновато произнёс Поттер и покинул кабинет Малфоя.

— Ладно, раз вы со всем разобрались, то я тоже покину вашу скромную компанию, — произнесла до сих пор молчавшая Пэнс и вышла вслед за Поттером.

Драко на это лишь усмехнулся и занял место за рабочим столом. Ведь теперь, когда всё разрешилось, было о чём подумать. Например, почему бы им с Грейнджер не помочь друг другу? Она хотела спокойствия, он — чтобы отец отстал от него. Проблема заключалась в том, что Грейнджер могла послать его с этим предложением далеко и надолго. Малфой усмехнулся, стоило ему посмотреть на Блейза и Джинни. Парочка кидала друг на друга заинтересованные взгляды, но никто не решался начать диалог.

Гермиона улыбнулась и поспешила уйти домой.

— Кажется, на этом моя работа закончена, — усмехнулся Блейз.

— И ты определённо прав, — сказала Джинни и улыбнулась ему.

* * *

Гарри, как только покинул клуб, отправился в парк, что заметил буквально час назад. Ему было о чём подумать. Почему эта упрямица не хотела принять помощь? Неужели одной быть намного лучше? Ведь не только Гарри переживал за неё, но и все их общие знакомые. Быть может, если поговорить им всем вместе, то удастся убедить пройти курс лечения? Слишком много вопросов в его мыслях, но ни одного ответа.

— Гарри, — позвал знакомый голос.

Он обернулся и увидел, что навстречу идёт Пэнси.

— Да?

— Мы можем поговорить о том, что между нами произошло? — прямо спросила та, глядя ему в глаза.

Поттер поправил очки и кивнул. Только даже смутно не мог представить, как именно стоило начать этот разговор.

— Пэнси, то, что произошло... Ты ведь лучше меня знаешь, в каком состоянии мы тогда были. Так что, если для тебя это ничего не значит, я не буду злиться или же обижаться.

— Подожди, а с чего ты взял, что для меня произошедшее ничего не значит?

— Ну, а разве может быть иначе? Ты ведь принцесса Слизерина, а я просто сирота.

— Знаешь, Поттер, ты действительно дурак. Будь всё именно так, как ты говоришь, то стояла бы я тут? — громко спросила Пэнси, чем привлекла внимание прохожих.

— Хорошо, допустим, что тебе это важно. И что же ты предлагаешь?

— А сам-то ты что скажешь? Для тебя та ночь была ошибкой?

— Я не знаю, что тебе ответить. По сравнению с тем, что происходит в жизни моей лучшей подруги, наша с тобой проблема просто не стоит и размышлений.

— И что? Теперь ты всю жизнь будешь думать только о ней и о своей работе? — Пэнси взяла инициативу в свои руки. Подошла к Гарри, взяла под руку и, не встретив особого сопротивления, повела по тропе.

— Наверное, уже нет, ты же сама слышала, что именно Гермиона мне сказала. Только от этого моё волнение не станет меньше. Я понимаю, что обязан ей всем.

Он замолчал, а она не стала на это отвечать. Всё же её это касалось в последнюю очередь. Так и шли они по парку под руку, пока Поттер снова не заговорил:

— Мы можем с тобой начать общение, раз уж на то пошло. Думаю, после того, что каждый из нас пережил, все эти предрассудки остались в прошлом. В любом случае, если не получится что-то серьёзное, то можно будет просто быть друзьями, — улыбнулся Поттер и обнял её за плечи.

Пэнси улыбнулась и согласно кивнула. Это лучше, чем совсем ничего.

— Насчёт Грейнджер, — снова начал он, — как думаешь, она одумается?

— Поттер, она умнейшая ведьма нашего поколения, просто немного сломлена. Один тот факт, что она вывела вас с Забини на чистую воду, уже о многом говорит.

* * *

Блейз и Джинни сидели в кафе недалеко от его клиники. Оба хотели спросить так много, но смелости для этого не находилось ни у одного из них. Если посмотреть со стороны, то было видно, что молодые люди нравятся друг другу. Вот только никто не мог сделать первый шаг. Они будто застыли во времени, рассматривая, так скажем, собеседника напротив. Он был слишком очарован и боялся спугнуть, она страшилась быть отверженной.

— Как думаешь, ей станет легче когда-нибудь?

— Уверен в этом. Ей просто нужен человек, который направит и подаст руку в случае падения.

— Они так хорошо смотрятся вместе, — задумчиво произнесла Джинни.

— О да. И это ты ещё не видела, как они дополняли друг друга на сцене, — усмехнулся Блейз.

— Ты бы мог и дальше присматривать за ней? Как я поняла, Гермионе нравится в клубе Малфоя. — Она посмотрела на Блейза и смущённо улыбнулась, отводя взгляд.

— Джинни, могу я пригласить тебя на свидание сегодня вечером?

Девушка растерянно взглянула на него и неуверенно медленно кивнула.

— Тогда я зайду за тобой, хорошо? В семь вечера?

А радостная Джинни только и делала, что кивала, выражая своё согласие. Блейз остался доволен таким ответом, но поспешил заплатить за кофе и покинуть заведение.

Стоило ей остаться одной за столиком, как дышать стало легче. Джинни не могла поверить, что с ней всё это произошло на самом деле. Она посмотрела за окно и заметила, что Блейз поймал такси, но перед тем, как сесть в машину, помахал рукой на прощание.

— Не могу поверить, что у меня свидание с таким парнем, как он, — расплылась в улыбке Джинни и, покинув кафе, направилась домой.

Она шла вдоль домов по улицам, одаривая прохожих счастливой улыбкой, но только дети отвечали ей тем же. Джинни настолько захватило предвкушение от предстоящего свидания, что она и думать забыла о подруге. И, быть может, это к лучшему. Каждый из них пережил слишком много ужасных событий, а потому нуждался в чем-то хорошем, будь то отношения или приятные посиделки с друзьями, хорошая работа или любимое хобби. Не столь важно, что именно это будет, главное — факт наличия того, что может осчастливить человека.

Стоило Джинни переступить порог дома, как она тут же услышала голос матери:

— Джинни, ты вся светишься, произошло что-то хорошее? — улыбнулась Молли.

— Мама, я иду на свидание, и если у нас всё получится, то, быть может, твоя любимая и единственная дочь выйдет замуж.

Миссис Уизли обняла дочь, разделяя её счастье. Она так давно ждала, когда её маленькая девочка придёт домой и скажет нечто подобное.

— Рон дома?

— Нет, он уехал. Скорее всего, будет строить из себя мученика. Ты же знаешь своего непутёвого братца.

Джинни села в кресло, поджав под себя ноги, и накрыла колени пледом.

— Знаешь, мам, я в какой-то степени рада, что он сам ушёл от Гермионы, что ни говори, но они совершенно не подходят друг другу. В полной мере осознала это, когда стаскивала её вчера с окна.

— Главное, что всё обошлось, дочка, это самое главное. — Молли поцеловала Джинни в макушку и пошла на кухню готовить, чем обычно и занималась.

* * *

После всего, что произошло за одно утро, Драко решил взять выходной и навестить родителей. А заодно и поставить их в известность о том, что именно решил.

Выйдя из камина, он сразу же увидел, как тепло улыбается ему мать. Она встала и, подойдя к сыну, крепко обняла. Всё же мать не могла не скучать по единственному ребёнку.

— Дорогой, я переживала, что ты больше не захочешь навестить своих стариков, — произнесла Нарцисса, оставляя поцелуй на его щеке.

— Мама, как ты могла так подумать обо мне. И у меня для вас новость, дорогие родители.

— Какая? — заинтересовалась Нарцисса, а Люциус, не проронивший ни одного слова, лишь вопросительно приподнял бровь.

— Я женюсь!

Часть 6

— Я женюсь!

Драко был уверен, что если скажет такое родителям, те оставят его в покое хоть ненадолго, а он за это время либо придумает, как убедить Грейнджер выйти за него, либо же найдет другую невесту. Он ошибся, думая именно так. И сейчас, когда Драко поймал взгляд матери и боковым зрением уловил насмешку отца, понял, как сильно погорячился.

— Сын, присядь, — наконец подал голос Люциус и кивнул на кресло, что стояло напротив дивана, где он расположился.

Драко кивнул и сел на указанное место, уже начиная готовить план побега из собственного дома, дабы не сказать что-то лишнее. Он прекрасно понимал, что если хоть словом обмолвится о том, что прочел в той проклятой записке, или о том, что успел о ней узнать — будет очень плохо. Ему в первую очередь.

Нарцисса села рядом с мужем, взяв его за руку, и посмотрела на сына в надежде, что тот перестанет играть в молчанку и наконец-то все им расскажет. Драко медлил, ибо понимал, что одно неверное слово, и мать выведет его на чистую воду. И потому он решил зайти издалека.

— Вы хотели, чтобы я удачно женился, дабы вернуть семье хоть какое-то уважение в обществе, верно? — он посмотрел сперва на мать, затем на отца и, не увидев у них желания задать вопрос, поднялся, отошел к окну и продолжил: — Так вот, я нашел девушку, на которой хотел бы жениться. Она красива, достаточно умна и безумно талантлива.

— Ты не знаешь, согласится ли она на твое предложение, верно, сын? — этот вопрос Драко ожидал услышать от матери, но задал его Люциус.

Он не стал спорить с отцом и просто кивнул, зная, что тот увидит. Только и говорить, кто именно та девушка, Драко не хотел. Прекрасно понимая, что как только отец узнает, то непременно начнет на неё давить, а это было не нужно.

— Драко, дорогой, ты скажешь нам, кто эта девушка? — поинтересовалась Нарцисса.

— Пока нет, если она согласится, тогда представлю вас официально друг другу. И в этом случае надеюсь на то, что вы не станете лезть в нашу жизнь. Ни при каких обстоятельствах, слышишь, отец?

— И почему же? — спросил тот, с интересом наблюдая за сыном.

— Может, потому, что стоит только тебе вмешаться в мою жизнь, как после сразу же на мою голову сваливаются одни проблемы?

— Хорошо, но если в течение полугода ты не уговоришь ее и вы не объявите о помолвке, то ты женишься на Пэнси.

— Теперь я точно ее уговорю, ибо жизнь с этой ведьмой — что посещение ада, — усмехнулся Драко и, оставив родителей наедине, поспешил в свою квартиру. Но успел услышать слова родителей.

— Я очень надеюсь, что эта девочка не откажет Драко.

Он улыбнулся, понимая, как сильно переживает за него мать, и пообещал сделать для этого все.

Оказавшись дома, Драко прошел в небольшой кабинет и принялся писать письмо Грейнджер.

«Привет, Грейнджер. Не стану ходить вокруг, скажу сразу, с какой целью пишу тебе. Ранее события в моем клубе четко показали то, что ты хочешь, чтобы все оставили тебя в покое. Так вот, у меня есть к тебе предложение. Жду тебя за тем же столиком, где сидели в тот вечер, каждый день в 19:00.

Драко Малфой.

P.S. Не придешь, натравлю Забини».

Еще раз прочитал то, что у него вышло. Не было нечего лишнего, всё кратко и по существу. Оставшись довольным, Драко отправил письмо с совой, зная, что та найдет своего получателя. Теперь он мог думать только о том, придет ли Гермиона в назначенное время? Глупо было думать, что она согласится на это — даже при условии остаться в одиночестве. Да и ее рыжая подруга все равно узнает все от первоисточника. Он не стал думать об этом дальше, а просто занялся своими делами, а их было много.

Заметив на краю стола папку, Драко открыл ее и увидел анкеты на должность помощника, что сразу напомнило ему о сегодняшнем собеседовании.

— Вот же… — договорить он не успел из-за появления Забини.

— Дорогой друг, поздравь меня, сегодня иду на свидание, — тот улыбнулся Малфою и сел в одно из кресел.

— А мне-то что с этого? Идешь так иди, не задерживаю, — усмехнулся Драко в своей излюбленной манере.

— И вот какой ты после этого друг? Мог бы просто поздравить.

— Я хороший друг, и ты это знаешь лучше всех.

— Ага, ты хороший, когда спишь пьяный, и то могут возникнуть сомнения, — не менее едко ответил Забини.

Драко устало потер переносицу и решил шокировать своего друга.

— Я хочу жениться на Грейнджер.

— Ты что решил? — во весь голос вопросил Блейз.

— Забини, ты и так все прекрасно слышал. И нет, тебе не послышалось.

— Причина?

— Знаешь, первоначально хотел просто отделаться от отца и хоть как-то сделать так, чтобы нашу фамилию перестали смешивать с грязью. А теперь понимаю, что не смогу просто жениться и забыть о ее существовании. Каким бы кретином я ни был, но не смогу остаться в стороне после того, что видел.

— Что ты имеешь в виду? Она же сказала, что специально это провернула, чтобы либо подтвердить свои подозрения, либо опровергнуть.

— Блейз, человек не может настолько сильно уйти в свои мысли, понимаешь? Да кто из нас психолог-то, в конце концов? Ты сам все видел. Уверяю, Забини, Грейнджер ужасная актриса. Так, ты извини, но мне нужно идти в клуб, у меня через час собеседование начнется, — поморщился Драко.

— Какой же я…

— Да, друг мой, именно так, — похлопал его по плечу Малфой и, покинув кабинет, а затем и квартиру, поспешил на работу.

Каждый день, когда приходил в свое собственное заведение, он поражался тому, как много и часто пьют обычные люди. И это не говоря уже о том, что цены на выпивку не такие маленькие, как в обычном баре. Тем не менее, людей тянуло обратно словно магнитом, и Драко не мог понять, это действует хорошая атмосфера, выпивка или же им просто нечем заняться? Хотя если судить по тому, как они одеты, какими кредитками расплачиваются, то можно сделать лишь один верный вывод: дети богатых родителей. Да и чему он удивлялся, если и сам до войны был одним из них. Только и делал так это ходил на разные рода сборища детей аристократов.

Однако были среди постоянных клиентов и состоявшиеся люди, но исключительно по выходным, так как ни один работающий человек не станет напиваться среди рабочей недели. И их любимое занятие — это жаловаться бармену то на неудачную неделю, то на начальника. Только в основном они говорили о своей любви. У одних она была безответной, другим разбили сердца, а третьи просто хотели, чтоб любили их, нечего не прося взамен. Драко не раз слышал подобные разглагольствование, но никогда не понимал, как люди могут быть настолько глупыми, чтоб говорить такие вещи посторонним людям.

И не понимал он этого, вероятно, из-за своего воспитания, ведь держать лицо — это самое главное для аристократа. А быть может, из-за того, что сам еще не познал, что значит любовь. Для такого человека как Драко был в приоритете выгодный брак, но никак не чувства. Да теперь, когда все стало иначе, нежели раньше, можно и задуматься о таком светлом и большом чувстве, но какая от него польза? Вот так сидеть в свой выходной и жаловаться на жену или девушку абсолютно постороннему человеку? Нет, это все не для него.

С такими мыслями он и подошел к своему кабинету, возле двери которого собралась толпа девушек. Видимо, это были все те, кто пришел на собеседование на должность его помощника. Он вошел в кабинет и занял рабочее место.

— Лилина Стен, войдите, — громко позвал Драко и тут же увидел, как дверь приоткрылась.

На пороге появилась миниатюрная брюнетка в слишком короткой юбочке и блузке, что, как казалось, едва застегнулась на ее груди. Вероятно, была на размер меньше. Она прошла к столу и заняла стул напротив Драко.

— Что вас привело на собеседование?

— Ну как же, зарплата.

— А кроме этого? Вам хоть что-то известно об этой должности?

— Наверное, помогать вам? — и девушка стрельнула в него глазами.

Дальше Драко не видел смысла спрашивать что-то у этой особы.

— В объявление ясно сказано, что мне нужен личный помощник, а не стриптизерша или грелка в постели. Всего хорошего.

Стен начала что-то кричать, но все же не кинулась на него, только и уходить не спешила.

— А ты думаешь, кто-то из тех девиц пришел сюда действительно работать? Никто не хочет этого, разве что всем интересно, какой ты в постели, — зашипела она как кошка.

— Ах, вот оно что, — Драко поднялся со своего место и, подойдя к девушке, схватил за руку и вышел вместе с ней из кабинета.

— Дорогие искательницы легких денег, если вы решили, что можете заработать тут своим телом, то спешу вам сообщить: это клуб, а не бордель. И ищу я личного помощника, а не девочку легкого поведения.

И молча вернулся в кабинет, громко хлопнув дверью.

Как он сможет найти хорошего помощника, если идут одни охотницы за деньгами. Драко оперся локтями о стол и уронил лицо в ладони. Видимо, его поиски будут очень долгими.

* * *

По возвращении домой Гермиона долга не могла прийти в себя после случившегося утром. Она никак не ожидала, что если утаит свое состояние, узнает правду о том, что задумал её друг. Определенно было неприятно, что, не спросив её мнения, Гарри обратится к специалисту. Да еще к кому! Забини был известен во всем городе как среди магов, так и среди обычных людей.

Грейнджер села на кухне у окна, вспоминая о своих родителях. Она знала, что мама и папа очень любили ее, так как была желанным, но поздним ребенком. И они явно не хотели такой жизни для единственной дочери. Она не заметила, как по щекам потекли слезы, а боль от потери самых дорогих людей сжала сердце и выбила весь воздух из легких. Именно боль давала каждый раз понять Гермионе, что она жива. Только такая жизнь ни разу не радовала, да и желание жить дальше пропадало с каждым днем.

От грустных мыслей ее отвлек стук в окно. Гермиона подняла взгляд и удивилась сове, что принесла письмо.

— Ну и кто на этот раз?.. — прошептала она и, открыв окно, забрала послание, погладив птицу. — Прости, но мне нечем тебя угостить, — на что сова ухнула и улетела.

Грейнджер распечатала конверт и, вытащив из него свернутый лист, прочла.

— Малфой? Хм, что ему нужно от меня?

Она впервые за долгое время была чем-то заинтересована, но это не значило, что нужно бросить всё и сразу же побежать узнавать, что именно он хотел ей предложить. Она скомкала лист с посланием от Малфоя и зашвырнула подальше.

Её мысли снова вернулись к Гарри. Зачем он так сильно стремился вернуть ее на работу, если уже получил отказ? И факт в том, что приди он просто и скажи, что это ей во благо, этот поход к психологу, то, быть может, Гермиона и согласилась бы. Но Гарри хотел, чтобы она вернулась на работу. Вот только забыл спросить, нужна ли эта работа ей? Быть может, она и пошла бы работать, но явно не в магическом мире, ибо это ей слишком опротивело. Да, определенно магия все еще оставалась частью её жизни, но теперь не в таком количестве.

Гермиона откинула голову назад, облокотившись о спинку, и прикрыла глаза.

Ей приснился сон, настолько реальный, что страшно представить.

— Гермиона, милая, ты не должна так жить, — сказала ее мать, нежно гладя по волосам.

— Я не хочу жить без вас. Мам, пап, я так виновата, — заплакала Гермиона.

— Ты сделала всё, что было в твоих силах, для нашей защиты. Поверь, милая, мы благодарны тебе за это. Но наша смерть никак не должна разрушить твою жизнь. Ты слышишь меня? — сказал мистер Грейнджер и улыбнулся дочери.

— Живи для себя, милая!

Она резко распахнула глаза, понимая, что это всего лишь сон. Да, именно сон, но слишком реалистичный.

И там, во сне, родители просили жить, жить для себя, но.… Наверное, ей стоило прислушаться к их словам и начать потихоньку разбираться с тем, что происходит в жизни. И она не станет все менять слишком резко, лучше малюсенькими шагами, но прочно стоять на ногах, чем большой шаг рядом с пропастью. Гермиона посмотрела на скомканный лист в углу и, встав со своего места, подошла и подняла его. Значит, он ждет ее в семь вечера?

Единственное, что смущало Грейнджер, так это факт того, что это уже не тот мальчишка, который при каждом удобной случае пытался уколоть ее, да побольнее. Да их первая встреча после нескольких лет ее затворнической жизни началась не так хорошо, как то происходило в любовных романах, но и не так, как раньше. Да и в тот момент, когда она пела, он молча поддержал ее, взяв в руки гитару. Тот поступок прибавил ему несколько хороших баллов, но они не перекроют всё то, что было им совершено в школьные годы.

Звонок в дверь прервал ее размышления. Гермиона окинула взглядом кухню, отмечая, какой в ней беспорядок, и отправилась открывать дверь, все так же держа письмо в руках.

На пороге стояли двое: Пэнси и Гарри.

— Гермиона, привет, — радостно поздоровалась Пэнси и вошла в квартиру, потянув за собой Гарри. — Этот молодой человек хочет сказать тебе нечто важно.

— Да? И что же это такое может быть?

— Гермиона, прости. Я действительно хотел так, как будет лучше для тебя. Забини и правда хороший специалист в этой области. Не важно, будешь ты работать со мной или еще с кем-то, я просто хочу, чтобы тебе стало легче, — Гарри говорил искренне, но не мог смотреть ей в глаза, так как уже один раз подвел ее.

— Мне приснились родители, — она не ждала ответа, и Поттер понял это, как только посмотрел на неё.

В ее глазах стояли тоска и боль, а еще застывшие слезы. Он не стал нечего говорить, а крепко обнял Гермиону. Она была рада таким искренним объятьям, а потому и выронила письмо от Малфоя, на которое уже обратила внимание Пэнси.

— А это что? — спросила она у Гермионы и, подняв, прочитала.

Гермиона отстранилась от Гарри и пожала плечами.

— Малфой прислал, хочет что-то предложить, но я не уверена, что хочу знать, что именно. Все же не думаю, что человек сильно изменился.

Пэнси кивнула, соглашаясь с ней.

— Да ты права, он не так уж и изменился, но то, что у него к тебе есть определенный интерес, понял бы даже ваш Рональд, — усмехнулась она, на что Грейнджер поморщилась.

— Не хочу нечего слушать о Роне, как и видеть.

Пэнси посмотрела на Поттера, а тот в ответ махнул рукой, мол, потом.

— Что ж, предлагаю узнать, что там у него за интерес.

И Гермиона пошла одеваться.

— Погоди, но сейчас же не совсем то время, которое назначил Драко.

Она вернулась к своим гостям и произнесла:

— Знаете, мне приснились родители, и они попросили жить так, как хочу этого я. А поэтому я иду сейчас, а вы как хотите. И кстати, Гарри Поттер, можешь отправить сову Блейзу, с моим согласием на лечение у него. Только предупреждаю: заикнется насчет моего шрама, что оставила тетка Малфоя, ему будет больно.

С этими словами она покинула собственную квартиру, оставляя Гарри и Пэнс в полном недоумении. Оно и понятно: никто из них не ожидал, что после последней их встречи Гермиона все же согласится на помощь врача.

Никто никогда и подумать не мог, что золотая девочка магического мира окажется такой сломленной и жалкой. Только ведь это могло случиться абсолютно с каждый, никто от этого не застрахован.

Теперь же она шла к своему школьному врагу в надежде, что его предложение будет интересным и выгодным для нее. Ну и для Малфоя, конечно, ведь изначально что-то нужно было ему, и Гермиона даже примерно понимала, что именно, но не мешало бы всё подтвердить. В конце концов, ей нужно будет место, где тихо и никто не станет мешать ее уединению после сеансов у Блейза. Нет, Гермиона не стала сомневаться в своем решении ввиду того, что родители приснились первый раз с момента похорон, а как ведьма она понимала, что такие вещи не происходят просто так.

Так за своими мыслями она и добралась до клуба Малфоя.

«Ну что ж, посмотрим, чем ты сможешь меня заинтересовать».

И, толкнув входную дверь, Гермиона вошла внутрь.

Часть 7

— Люциус, зачем ты позвал меня? — спросила Нарцисса, войдя в комнату супруга.

— Да мне интересно, что ты думаешь о новости, которую сообщил наш сын.

— Ты хочешь узнать не моё мнение. Ты хочешь подтверждение своих догадок, верно? — усмехнулась Нарцисса и села в кресло, закинув ногу на ногу.

— То есть ты такого плохого обо мне мнения?

— Люциус, я неплохо тебя изучила, проведя с тобой под одной крышей столько времени. Ты, если хочешь узнать что-то конкретное, просто спроси. Не стоит играть любящего мужа, мы оба знаем, что ты не справился с этой ролью и тем самым подвёл свою семью.

Быть может, Нарцисса была жестока в своём высказывании, но отчасти это было правдой. В тот момент, когда он стал верным псом Лорда, Люциус подвёл жену и сына. Из-за своих амбиций подверг близких людей опасности и постоянным пыткам. А в какой-то момент и сам причинил достаточно боли, применяя к любимым непростительные.

Она сидела, смотрела на некогда любимого мужа и понимала, насколько сильно разочаровалась в нём. А ведь было то время, когда они оба были счастливы. В особенности в период беременности. Люциус ни на шаг не отходил от жены и почти постоянно носил на руках, говоря, как сильно он любит их ещё нерождённого ребёнка. Кто бы мог подумать, что мужчина, так опекавший её во время беременности, потом будет сам пытать сына, заставляя принять эту ужасную метку.

— Ты не простишь мне этого, верно?

— Скажи, ты действительно думаешь, что можно простить подобное предательство? Нет, Люциус. Можно простить всё любимому человеку, но в тот момент, когда направил палочку на Драко, ты перестал им быть, — ответила Нарцисса и с грустью посмотрела на мужа.

— Дорогая, мы ведь договорились никогда не вспоминать об этом. Так почему сейчас ты снова поднимаешь самую больную тему нашего прошлого? — он подскочил и нервно заходил по комнате.

Да, Люциус давно пожалел обо всём, что сделал сыну, но тот всё равно не собирался прощать. Это было видно по презрительным взглядам, которые он кидал в сторону отца. И это не входило в категорию того, что нужно простить, ведь родителей не выбирают. Вещи подобного рода не прощаются. Во всяком случае, так было принято в некогда великом роду Малфоев.

— Да, такое имело место быть, но ты должен понимать, что при каждом нашем разговоре неизменно будет именно то, чего не хочешь ты. Люциус, признай уже, ты всегда думал только о своём благополучии.

— Я делал всё во благо нашей семьи! — закричал тот и отошёл к окну.

— О какой семье может идти речь, если ты наставил палочку на собственного сына. Именно ты виновен в том, что мы оказались в таком положении. Именно ты и никто другой! — Нарцисса впервые за долгие годы повысила голос в разговоре с мужем.

— Хорошо, признаю, я виноват. Что ты ещё от меня хочешь?

— Развод, — уже спокойно ответила она.

— Нет! — снова сорвался он на крик и покинул комнату.

Нарцисса лишь проводила его печальным взглядом, покачав головой. А ведь он так и не узнал у неё то, что хотел.

* * *

Драко стоял у окна в своём кабинете, вспоминая бывшую девушку — Асторию. Не сказать, что он любил её, но был привязан брачным договором на протяжении многих лет. И всё это благодаря его отцу. Люциус всегда говорил ему, что лучше выгодно заключить брак и не получить нож в спину, чем много позже залечивать сердечные раны. Да, с одной стороны, это действительно очень удобно, но вот с другой… Эта тема слишком сложна для любого. Одни готовы отдать всё своё богатство ради любви. Другие между чувствами и деньгами выбирают второе. Случается и так, что человек просто живёт для себя, не задумываясь ни о чём.

И теперь он стоял и думал о том, почему Астория так легко отказалась от своих слов о великой любви к нему. Ответ довольно простой: та желала получить величие его семьи, но, как оказалось, после окончания войны ничего она не стоит. Странная штука — жизнь. Вроде каждый пытался сделать так, как выгодно ему, но в большинстве случаев выходило всё иначе. И ведь никто не задавался вопросом о том, а что, если бы всё было не так? Люди в основном не жили, а лишь существовали, выполняя все привычные действия на автомате.

Да вот только Драко не хотел бы для себя или своей семьи такой жизни. И теперь был не уверен в том, что стоит заключить этот брак с Грейнджер. Ведь не факт, что та согласится. Оставалась большая вероятность получить отказ. И ему очень повезёт, если при этом он останется относительно жив и здоров.

— Малфой, что ты хочешь мне предложить? — именно с таким вопросом к нему в кабинет и вошла Гермиона.

— Грейнджер, ты, как всегда, сама любезность, — усмехнулся он и занял своё место за рабочим столом.

— Ближе к делу, — поморщилась она и села напротив.

— Хорошо. Раз уж ты так просишь. Давай заключим брак?

— Ты успел выпить? Или же стал наркоманом, и у тебя приход?

— Грейнджер, я предлагаю это тебе, будучи в здравом уме, — усмехнулся он и только после этого потянулся к бокалу с виски.

— В чём твоя выгода? — она сразу поняла, что это предложение он делает не просто так и уж точно не из-за внезапно нахлынувших чувств.

— Брак с героиней войны даст мне шанс хоть немного очистить фамилию моей семьи.

Гермиона кивнула, принимая его ответ. Уж что-что, а честность она всегда ценила.

— Хорошо, а мне-то что с этого? Кажется, я немало помогла вам в судебных процессах.

— Да. Было бы глупо это отрицать.

— Тогда почему ты сейчас хочешь выехать за мой счёт?

— Это будет выгодно не только мне, но и тебе самой.

Она усмехнулась, услышав эту фразу, и посмотрела ему прямо в глаза.

— Хорошо, и в чём эта выгода?

— Ты сможешь спрятаться от своих друзей в моей квартире. Разве не заманчиво? — Драко смотрел на неё, не отводя взгляда.

Гермиона призадумалась, а так ли это выгодно? С одной стороны, да, она больше не будет испытывать давление от всех знакомых и друзей по поводу лечения, но ведь она на него уже согласилась. Так смысл тогда их избегать? Никакого. С другой стороны, даже в процессе лечения Гарри мог поднять тему про возвращение в магический мир и работу в Министерстве. А этого она ой как не хотела. В данный момент она нигде не работала, а жить на что-то нужно. И из этого следовал вопрос: а так ли плохо его предложение?

— Собственно, я ничего не теряю, но так ли нужно тебе содержать девушку с проблемной психикой? Не боишься, что начну вести себя как настоящая жена? — её голос был холоден как лёд, будто она не живой человек, а ледяная глыба, что заплыла слишком далеко.

— Уж чего, а этого мне бояться не стоит, — нахально улыбнулся Драко.

— Да? И почему же, позволь узнать? — задала она ещё один вопрос.

— В моей квартире два этажа, и второй является библиотекой, — произнёс он, пристально наблюдая за ней.

А посмотреть было на что, ибо реакция последовала незамедлительно. Глаза Гермионы загорелись, а сама она подалась вперёд в надежде, что он продолжит.

— И там не просто библиотека — все книги были перенесены из мэнора.

— Всё, Малфой, ты меня уговорил.

Драко победно улыбнулся и только теперь опустошил бокал виски.

— Ну, так что? Обговорим детали и условия, дабы не портить жизнь друг другу? — предложила Гермиона.

— Да, в этом я с тобой соглашусь. Нам действительно стоит всё обговорить, но не думаю, что клуб для этого подходит. Что насчёт моей квартиры, о которой я упоминал ранее? — спросил он, в голове перебирая другие варианты, если она откажется от этого.

— Думаю, это будет идеальным вариантом. Как раз посмотрю, где предстоит жить моей героической персоне, — ответила Гермиона и поморщилась от своих же слов.

— Что, Грейнджер, известность не такая уж и хорошая вещь, верно?

— Ты не представляешь, насколько… — тихо произнесла она и посмотрела на папку, что лежала на столе.

Малфой не успел ничего сделать, как она уже взяла её и открыла.

— Анкеты потенциальных помощников? — спросила Гермиона, удивлённо вскинув бровь.

— Да, только толку от них мало, а шума было много, — немного расстроенно произнёс он.

— Хм. Неудивительно, при виде тебя девушки разве что из одежды не выпрыгивают. Да и что ты, собственно, хотел с такой внешностью и деньгами. Тем более, Малфой, ты владелец довольно известного клуба, если судить по тому количеству народа, что его посещает. Немудрено, что одна из девушек решила попытать удачу.

— Я бы посмотрел, что бы они сделали, узнай всю правду о таком человеке, как я, — усмехнулся он.

— Тут не могу ничего сказать, знаю, каким ты был ребёнком, но вот каким человеком стал, мне неизвестно. Не спеши вешать на себя ярлыки, вдруг ошибёшься.

— Грейнджер, почему ты согласилась на брак со мной?

— Всё просто: мне нечего терять, — улыбнулась она.

Драко смотрел на эту улыбку и понимал, что она не выражает никаких эмоций. Как могла сломаться столь сильная девушка? Хотя потеря близких могла свести с ума самого отстранённого человека.

— И самое главное — никаких совместных интервью и фотографий. Это на случай, если я забуду, — произнесла она и, вернув папку на стол, откинула голову назад, закрывая глаза.

— Грейнджер, ты подождёшь, пока я закончу с бумагами, или пока отправишься домой паковать вещи? — поинтересовался Драко.

— Работай, у тебя тут тихо — самое то, чтобы поспать.

Он лишь покачал головой, да и нечего тут было говорить. После первого визита домой год назад сам оставался тут в надежде отоспаться. В мэноре этого не позволял делать отец, что, собственно, никогда и не изменится. Потому-то он и купил себе квартиру, решив, что лучше деньги вложить в недвижимость, чем отправлять в банк.

Как бы Гермиона ни старалась, но уснуть так и не смогла. Просто сидела в кресле с закрытыми глазами, думая, правильно ли поступила, когда согласилась на брак с Малфоем. Да, были в этом свои определённые плюсы, но и минус присутствовал огромный — они должны жить в одной квартире. И неизвестно, сколько это будет длиться.

* * *

Джинни бегала по всему дому, спотыкаясь обо всё, что попадалось на её пути. Оно и понятно, она слишком волновалась, ведь до назначенного времени свидания оставалось всего минут сорок, но никак не могла собраться. О том, что существует магия и она волшебница, видимо, было напрочь забыто. В конце концов, Джинни плюнула на всё и оделась достаточно просто: всего лишь чёрные брюки, того же цвета блузка и поверх накинула белый кардиган. Да, достаточно просто, без лишних изысков, но такая одежда на ней смотрелась довольно элегантно. Джинни анесла лёгкий макияж и, осмотрев себя в отражении зеркала, осталась довольна полученным результатом.

Она давно мечтала о свидании именно с этим человеком. Да чего греха таить, даже во время учёбы всегда бросала на Блейза заинтересованные взгляды, но в то время всё осталось лишь мечтами. Предрассудки студентов не позволили бы им построить крепкие отношения, даже если бы он заметил рыжеволосую красавицу.

Но такая проблема была и сейчас. Их отношения могли не принять в обществе волшебников, а потому Джинни решила поговорить об этом в первую очередь. И да, она прекрасно понимала, если они не смогут найти решение вместе, то вряд ли смогут решать проблемы в будущем.

Раздался стук в дверь, и Джинни отправилась открывать. Её пальцы мелко дрожали, когда она потянулась к дверной ручке, дабы пустить гостя. Оно и понятно, любую девушку одолевает волнение перед первым свиданием с симпатичным молодым человеком. Джинни не стала исключением. Наконец-то она открыла дверь и, увидев Забини, улыбнулась.

— Доброго вечера, — поприветствовал её Блейз и протянул букет роз.

— Доброго, — с улыбкой ответила она ему и приняла цветы.

Джинни поднесла букет к лицу и, закрыв глаза, вдохнула тонкий аромат, который был настолько нежным и чарующим, что проникал в каждую клеточку тела, вызывая смущённую улыбку.

— Они прекрасны, спасибо, — поблагодарила она Блейза.

— Для прекрасной дамы всё самое лучшее, — лукаво улыбнулся он и, взяв её ладонь в свою руку, поднёс к губам. Это вызвало толпу мурашек у Джинни. А как только его губы коснулись её кожи, щёки в ту же минуту заалели от смущения.

— Надеюсь, я оделась как надо. У тебя же есть план? — поинтересовалась Джинни, даря свою самую милую улыбку.

Блейз рассмеялся, смотря лишь на неё и не замечая ничего вокруг. Для них весь мир будто перестал существовать. И он уже было шагнул к ней, склоняясь для поцелуя, как Джинни опустила голову.

— К-хм, да, есть небольшой план: прогулка и поход в кафе. И не переживай, это будет в маггловской части города, — сказал он, будто уловив её волнение и переживания о том, что кто-то из знакомых может их застать.

— Хорошо.

И пара отправилась на своё первое свидание.

* * *

Драко пытался разобраться с текущими делами, нет-нет посматривая на Гермиону, которая ждала, пока он освободится.

И ему нравилось то, что он видел перед собой. Её волосы достаточно сильно отросли и теперь водопадом струились до самой талии. А самое главное, что радовало его больше всего, они не торчали в разные стороны, как в Хогвартсе. Фигура стала более женственной, и, вероятнее всего, представители мужского пола смотрели на неё отнюдь не просто так. И это пугало Драко. Он боялся, что может испытать к ней более глубокие чувства, чем сейчас. Хоть и не особо понимал, что чувствует к ней в данный момент.

Вот вроде он сидел и пытался работать, но у него это явно не получалось, так как мысли возвращались к Грейнджер.

— Чёрт, как сложно о тебе не думать Грейнджер, — пробурчал он себе под нос.

— Ну, так ты в документы смотри, а не на грязнокровку, — усмехнулась Гермиона, а Драко вздрогнул от звука её голоса, настолько неожиданно это было.

— Ты долго будешь это помнить? — поморщился Малфой и уже окончательно перестал смотреть в сторону документов.

Драко был почему-то свято уверен, что Гермиона не имела права поднимать подобную тему, особенно после того, что ему, да и остальным, пришлось пережить. И слава Мерлину, что они сумели выжить, когда другим повезло гораздо меньше. Сейчас, когда она снова произнесла слово, которое слышала от него на протяжении ни одного года, Драко разозлился. Давно он так ярко не испытывал это чувство. Ему захотелось её придушить или вытащить из её памяти тот момент, когда он впервые так её назвал. Вот только аристократ всегда должен держать эмоции в узде, дабы не показать врагу или оппоненту то, насколько ты можешь быть слаб. И Драко с детства учился никому не показывать того, что именно он чувствует, что с ним происходит. Однако последние годы взяли своё, и стена, за которой он всё это прятал, стала истончаться и пропускать то, что должно быть незримым.

Гермиона открыла глаза и, подняв голову, посмотрела на Малфоя. Красив, но слишком сдержан. Умён — и этим опасен. Она нахмурилась, понимая, что не должна о нём так думать. Только и отрицать эти факты было бы слишком глупо. А вот о том, что когда-то он назвал её грязнокровкой, она не смогла забыть. Уж слишком сильно это на ней отразилось, жаль, что не тогда, а сейчас. Быть может, произойди это гораздо раньше, то и на войне бы она не чувствовала, и родители были бы живы.

— А почему нет? Ты ведь портил мне жизнь ни один год. Тебе не кажется, что теперь мой черёд? — она взглянула ему в глаза и увидела, как в них загорелся огонь предвкушения.

Гермиона поняла, что он почти принял её вызов, осталось сделать так, чтобы он произнёс это вслух.

— А ты уверена, что сможешь испортить мне жизнь? Если бы мне это сказала та Гермиона, которая сумела оседлать дракона и ограбить банк, я бы поверил. А вот в способности той, кто сейчас сидит передо мной, я ни капли не верю.

Гермиона вспыхнула от гнева.

— Это мы ещё посмотрим! Только смотри, не влюбись в меня, Малфой!

— Я? В тебя? — Малфой рассмеялся.

— Ладно, пора прекратить этот цирк и перейти к более важным делам. Раз уж ты не смог нормально работать в моём присутствии, то давай отправимся к тебе и обговорим все детали, — предложила она и, встав с кресла, потянулась, разминая тело от долгого сидения в одной позе.

— А вот тут, пожалуй, соглашусь с тобой, — произнёс Драко, встав из-за стола.

Он снял со спинки стула пиджак и быстро надел его. Однако не заметил, каким взглядом сопроводила его движение Гермиона. Со стороны могло показаться, что ещё немного, и эта львица бросится на свою жертву.

— Предпочитаешь быстро добраться или пройтись? — спросил Драко, направляясь к двери.

Гермиона тряхнула головой, прогоняя наваждение.

— Можно и пройтись. По дороге начнём обсуждать, что и как будет проходить, — ответила она.

Вот только уйти далеко им не удалось. Дверь в кабинет открылась, и в помещение вошла Астория Гринграсс.

— Ты? — Драко смотрел на свою бывшую девушку и просто не мог поверить, что после всего ею сказанного она действительно пришла к нему.

— Драко, дорогой, ты скучал по мне? — Астория подошла к нему и попыталась обнять, но он шарахнулся от неё как от прокажённой.

Гермиона стояла чуть в стороне и наблюдала за происходящим с ухмылкой на лице.

— Однако становится всё интереснее и интереснее.

Гринграсс обернулась на голос и окинула её презрительным взглядом.

— Милый, а она что тут делает?

— Это моя невеста — Гермиона Грейнджер. Тебе лучше быть вежливой и общаться с ней с должным уважением, иначе я за себя не отвечаю.

— Что значит она твоя невеста? А как же я?

Астория была готова броситься и разорвать всех, кто был в этот момент в кабинете, в клочья.

— А что ты, Астория? Ты всё закончила сама в тот вечер, когда швырнула в меня кольцо и брачный договор.

Драко был с ней резок, ибо не хотел, чтобы появление бывшей заставило Гермиону передумать и отказаться от брака. А потому он подошёл к ней и обнял за талию, таким образом давая понять, что между ними всё действительно закончено. Гермиона хотела отстраниться от Драко, но он не дал ей этого сделать, лишь крепче прижав к своему боку. Гринграсс стояла и поражённо взирала на пару перед собой.

— Но почему именно она? Ты хоть знаешь, что она психически больна! — завопила его бывшая.

Гермиона усмехнулась, но молчать не стала.

— Во-первых, тебя не касается, больна я или нет. Во-вторых, мне кажется, Драко тебе всё сказал достаточно ясно, чтобы понять простую истину — тебя никто не звал и уж тем более не ждал. Ну и последнее, покинь, пожалуйста, кабинет моего будущего супруга, иначе уже я не стану отвечать за свои действия.

Драко смотрел на Гермиону и не мог поверить в то, что она не только не оттолкнула его, но и приняла эту игру. Такое поведение и подкупало, и настораживало. Ведь человек с нарушенной психикой зачастую достаточно непредсказуем в своих действиях.

— Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! Ты хоть представляешь, что тебе за это будет? — Астория не говорила, а кричала.

— Ахах, и что же ты мне сделаешь? — усмехнулась Гермиона.

— Убью, — прорычала она в ответ и бросилась на Грейнджер.

— Хватит! — резко и довольно холодно произнёс Малфой, что даже Гермиона рядом с ним вжала голову в плечи, а Астория резко затормозила, испуганно смотря на Драко. — Ты сейчас развернёшься и покинешь мой кабинет, живо!

Астория знала, что, если он начал говорить таким тоном, лучше не спорить и сделать как сказано, а потому ушла, не прощаясь.

Гермиона сразу же отстранилась от Малфоя и, подойдя к стене, сползла по ней вниз, понимая, что её накрывает чувство непонятной тревоги. Сердцебиение участилось, а дышать стало сложно. Она уже забыла, что такое паническая атака…

— Грейнджер?

— М-малфой, у меня… — её дыхание становилось всё тяжелее и тяжелее.

Драко не был глупцом, а потому сразу понял, что с ней происходит. Поднял её на руки и усадил на диван, присаживаясь перед ней на корточки.

— Лекарство с собой?

Она отрицательно покачала головой.

— Вот чёрт!

Видя, как тело Гермионы пробивает озноб и дрожь, а дышать ей становилось всё сложнее, он понял, что нужно действовать быстро.

Он придумал один способ, дабы отвлечь Гермиону.

Драко взял её лицо в ладони и накрыл её губы своими.

Часть 8

От неожиданности девушка замерла в его руках, не до конца осознавая, что произошло. Однако Гермиона не могла не отметить, какие это были уверенные движения. В них не было ни презрения, ни какого-то скрытого умысла.

Драко осторожно отстранился, с толикой беспокойства рассматривая её.

— Тебе стало лучше?

Она кивнула, но ничего не произнесла в ответ. Да и как бы она это сделала? На губах до сих пор чувствовалось его тепло. Гермиона буквально ощутила его вкус.

— Раз тебе стало лучше, нам стоит отправиться ко мне и всё более подробно обсудить. И, да, Грейнджер, я буду настаивать на статье в Пророке с нашим интервью, и хотя бы одном снимком, так что подумай об этом, ладно?

Девушка снова кивнула. Ну никак она не могла внятно с ним сейчас разговаривать. Хоть паническая атака уже и отпустила её, но вот ощущения от поцелуя сковали девушку по рукам и ногам.

Драко взял её за руку и, дабы избежать в очередной раз незапланированных встреч, решил аппарировать в свою квартиру, для обсуждения всех деталей. Он прекрасно понимал, что будущая жена — ведьма не из простых, а потому придётся очень долгое время провести за этим чёртовым обсуждением деталей. Драко в какой-то степени уже жалел, что решился на такой поступок, как женитьба на Грейнджер. Однако, если подойти к этой ситуации с другой стороны, эта ведьма окажется в его власти, как он когда-то и хотел.

— Располагайся, я на минуту тебя оставлю, хочется снять эту удавку с шеи и сменить одежду на более домашнюю.

— Могу я воспользоваться твоей ванной? – неуверенно спросила девушка, осматривая гостиную, в которой они оказались. Малфой как-то странно посмотрел на неё, но тут же вернул свою привычную усмешку и ответил:

— Грейнджер, в скором времени это будет и твой дом, поэтому привыкай. Ванная прямо по коридору, третья дверь справа, сама найдешь? Не заблудишься?

— Очень смешно, Малфой, — ответила она и направилась по указанному пути.

Ванная комната, конечно, была роскошна, но Гермиона ожидала большего, что ли. Всё же это тот самый Малфой, на протяжении всей учёбы кичившийся деньгами и связями отца. Однако, как Гермиона уже ранее подметила, она знала, каким он был ребенком, подростком, но каким он в итоге стал человеком, было мало кому известно, если такое вообще кому-то стоило знать.

Девушка окинула взглядом своё отражение, и провела пальцами по губам. Не покидала мысль: чтобы привести её в чувства – он поцеловал её.

Ещё хотелось прямо сейчас написать Гарри о том, что лечение отменяется и она просто решила побыть немного в одиночестве.

Ополоснув лицо водой, Гермиона стряхнула остатки влаги с рук и, вернувшись в гостиную, заняла кресло у окна.

Драко присоединился к ней через пару минут. Он спустился со второго этажа, в руках у него было два блокнота и, как ни странно, ручки. Хотя это и неудивительно, ведь он столько времени провёл в мире маглов, что наверняка перенял некоторые привычки.

— Ты уже тут? — Вроде и вопрос, а вроде бы и нет, но Гермиона лишь пожала плечами и кивнула.

— Зачем тебе это? — она указала на предметы в его руках.

— Хм, зная тебя, это будет не просто сложный разговор, а фактически экзамен. Так что я подумал, неплохо, если мы будем делать пометки.

— Что ж, это вполне разумно. Предлагаешь сделать это тут? Мне казалось, у тебя и дома должен быть кабинет, или я ошиблась?

— Нет, Грейнджер, ты, как всегда, в яблочко.

— Зелёное, прямо как ты любишь, да? — усмехнулась она.

Парень прищурился, смотря ей прямо в глаза, но не увидев никакой эмоции, хмыкнул, возвращаясь к теме разговора.

— Предупреждаю сразу, брак у нас хоть и фиктивный, но есть кое-какие нюансы. Первое, в нём нет места для измен, ни с моей, ни с твоей стороны. Ну и второе, первой ночи нам не избежать, и я не могу гарантировать, что у неё не будет последствий в виде беременности.

— Почему ты мне сразу об этом не сказал?

— А ты бы согласилась? И я же сказал, что такой исход возможен, но не гарантирован.

— Чары? Таблетки? Хоть это ты можешь мне обеспечить для этой грёбаной первой ночи? В нашем случае не может быть никакой речи о ребенке, тем более с моей психикой.

— Да успокойся ты уже! — прикрикнул на неё Драко.

Гермиона поражённо замерла, уставившись на будущего супруга.

— Мне порой кажется, что твоё состояние не из-за того, что тебе действительно так хреново, а лишь по той причине, что твои полоумные друзья тебе все уши прожужжали об этом. Хотя, знаешь, а ведь это, может быть, так и есть.

— Не смей о них говорить, ты и представить не можешь, через что мы прошли!

— Ну конечно, куда Пожирателю Смерти до героев войны, верно? Тогда какого чёрта ты выступала на моём суде и буквально вынудила отпустить под свою ответственность? Зачем спасла того, кто столько лет принижал твоё происхождение?

— Да какая разница! Мы вообще пришли говорить не об этом. Или ты передумал? Что, боишься запятнать свою чистую кровь о такую грязь, как я?!

— Прекрати! Не переходи черту, Грейнджер. Ты сама решилась на это, не смей сейчас обвинять меня, если не можешь сдержать слова. Мерлин, да что с тобой вообще произошло? Как только мы пришли сюда, ты ведёшь себя, как демоново отродье. Постой, а уж не мой ли поцелуй на тебя так подействовал, а?

И после этих слов повисла тишина.

Она не знала, что ему ответить, уж явно не правду о том, что из её головы не выходит момент их поцелуя, хоть и вынужденного. Да, он помог ей избавится от приступа, но как теперь ей избавиться от этого воспоминания, от вкуса его губ.

— Знаешь, было глупо думать, что из этой затеи что-то выйдет. Да, мне нечего терять, но ты и сам должен понимать — не можем мы существовать без этих споров и вечных пикировок.

Драко тяжело вздохнул и присел перед ней на корточки.

— Да, это то, что делает нас собой. Однако взгляни на эту ситуацию с другой стороны…

— С какой? Со стороны бывший невесты? – перебила его Гермиона, грустно усмехнувшись. – Единственное, чего я действительно хочу, просто чтобы меня никто не трогал. И, Малфой, скажи Блейзу, что мы начнем наши сеансы позже, может быть. Я погорячилась, сказав о своей готовности к этому.

— Хорошо, я передам ему, а сейчас иди выпей кофе, и мы наконец закончим со всеми условиями. У меня и так много дел накопилось за это время.

— Каких?

Драко усмехнулся и, поднявшись на ноги, произнёс:

— Вот как возьмёшь мою фамилию, так и узнаешь. Ты же не думала, что у меня только клуб? – Гермиона на это лишь фыркнула и, поднявшись с дивана, отправилась на поиски кухни, чтобы выпить кофе и подумать о том, что ещё она хотела бы добавить в их соглашение.

Его квартира понравилась Гермионе. Есть всё самое необходимое, а остальное уже не так важно. В любом случае, всегда можно будет решить что-то поменять или же добавить. Достаточно будет сказать ему об этом напрямую, ведь так? Увы, ответа не было, но всё же попытка не пытка.

Удалось же им дважды поговорить и не разругаться, да еще этот чёртов поцелуй. Гермиона взвыла в прямом смысле этого слова. И на этот звук умирающего в кухню вбежал Малфой.

— Грейнджер, ты что, из ума выжила? – разозлился он, как только увидел, что его, как бы, невеста в полном порядке. Девушка лишь пожала плечами и налила вторую чашку кофе.

— Все же мне кажется, что это самоубийство…

— Грейнджер, перестань уже думать, ладно? Мне и так есть о чём переживать. И знаешь, что волнует меня сейчас в первую очередь? Чтобы одна милая особа, перестала чудить. Ты же любишь читать? Второй этаж полностью твой. Только не ставь мне палки в колёса.

— О каких палках ты говоришь? Я просто сижу и пью кофе. И знаешь, мне надоело. Оформи просто этот брак и всё. А вот когда я вернусь, тогда будет тебе и интервью, и фото совместное, но не более. Сделаешь это сегодня?

Малфой молча кивнул, и, развернувшись, покинул кухню, в надежде, что, когда вернется, увидит девушку в нормальном состоянии. Если каждый разговор будет проходить именно так, то ничего хорошего из этой затеи не выйдет. И понимал данный факт не только он один.

Стоило парню скрыться из её поля зрения, Гермиона выдохнула и погрузилась в свои мысли. Что даст ей этот брак? Спокойствие? Точно, нет! Если просто общение с ним – это словно бомба замедленного действия, то жизнь будет страшнее атомной войны. Хотя, кто знает, как всё может обернуться.

В данный момент для неё всё складывалось как нельзя кстати. Да, были кое-какие сбережения, но если она выходит замуж за аристократа, то почему не воспользоваться этим. Не всё же ему портить жизнь Гермионе, наступило её время этим заняться. И дело тут вовсе не в мести, а в том, что она тоже хочет побыть девушкой. Да, пускай это не по любви, без уважения, но почему нет?

Боялась ли она, что друзья и знакомые осудят за такой поступок? Нет. Ни у кого нет права осуждать человека, какими бы ужасными ни были его поступки. Именно по этой причине, Гермиона добилась для Малфоя более мягкого приговора за его преступления. Однако мягким оно было лишь в её понимании. Для Драко то время, что он прожил с магглами, было тяжёлым. Ему приходилось не только ломать себя, но и учиться всему с нуля.

— Драко, дорогой, мы можем наконец поговорить о том недоразу… — И запнулась, увидев Гермиону на кухне Малфоя.

Астория появилась внезапно и была уверена, что сейчас он будет более расслаблен и сговорчив. Однако вместо него увидела Грейнджер, которая в свою очередь радостно помахала ей рукой.

— Привет, дорогая, проходи, и мы всё с тобой обсудим, — томно произнесла Гермиона и, встав, направилась в сторону незваной гостьи. Хотя, кто знает, может, он её и пригласил.

Гринграсс в недоумении посмотрела на Грейнджер и сделала пару шагов назад.

— Ну куда же ты, не бросай меня! Ты же так хотела поговорить!

— Ты совсем спятила? – завизжала та, не хуже пикси.

— Мерлин, что ж ты орёшь как ненормальная! У самой слуха нет, так других пожалей, — усмехнулась Гермиона.

— А где Драко?

— А Драко, — передразнила она Асторию и, хмыкнув, продолжила уже нормальным голосом: — ушёл за документами о браке с грязнокровкой.

— У тебя совсем нет к себе уважения, что ты называешь себя подобным образом?

— Видишь ли, в чём дело… В отличии от тебя, я могу смотреть правде в глаза. Да, я знаю, что далеко не такая как вы, но знаешь, в чём между нами разница? Ты воспринимаешь данное слово буквально, думая о том, что дело в крови, однако спешу тебя огорчить. Кровь у всех одинаковая. Дело лишь в том, в каком мире я родилась и, увы, я из мира маглов, который вы, истинные жители магической Британии, так ненавидите.

— Что тут происходит? — Драко появился на пороге кухни так же неожиданно, как и во времена учёбы. Гарри не раз говорил, что Малфой выпрыгивает, словно чёрт из табакерки, и никогда не угадаешь, с какой стороны ждать неприятности.

— Ну, я так поняла, что данная особа, — Гермиона указала на Асторию, — решила попробовать ещё раз говорить с тобой о вашем совместном будущем. Вот думаю, стоит ли мне оставить вас наедине или посмотреть шоу?

Драко закатил глаза и подошёл к супруге.

— Поздравляю, теперь ты официально миссис Малфой.

— Что-о-о?! Как ты мог выбрать это? – гневно завопила Гринграсс, пытаясь воззвать к благоразумию Драко.

Малфой же на это лишь вопросительно приподнял бровь и обратился к Гермионе:

— Мне показалась или тут пахнет чем-то вульгарным?

Грейнджер хихикнула, и тут её взгляд зацепился за маленький футляр, что был у него в руках вместе с документами о браке.

— А что это? — с детским любопытством спросила Гермиона, разве что нос туда не засунула. Он лишь улыбнулся на это и, ничего не говоря, протянул его ей. Гермиона приняла так называемый дар и убрала в карман кофты.

— Астория, — Драко повернулся к своей бывшей невесте, — для чего ты сюда явилась? Если мы переспали пару раз пару лет назад — это не значит, что я готов весь мир бросить к твоим ногам. Уходи сейчас же.

— Да-да, а то у нас тут брачная ночь впереди. Не мешай влюбленным! — наигранно возмутилась Гермиона.

Гринграсс же, бросив фразу о том, что он пожалеет, наконец оставила их одних.

— Ты это серьезно? О брачной ночи? Готова сделать всё сегодня?

— Я… знаешь, наверное, я слишком погорячилась, давай подождем с этим.

— Грейнджер? В чем дело? Ты что-то скрыла от меня?

— Нет, то есть да... Давай мы отложим этот разговор.

И, не дав ему ничего ответить, с хлопком исчезла из его квартиры.

— Чёртова ведьма! — ругнулся Драко и отправился в кабинет. Дела еще никто не отменял. А так как он отказался от наследства отца, приходилось крутиться и вертеться самому. И то, что он имеет, уже не позволит отнять.

Сейчас его жизнь складывалась как нельзя лучше. Бизнес, жена, которая может помочь ему в любой момент. Ведь поможет же? Кто знает. Еще ни одному человеку не удалось предугадать поведение женщины. Все они в своем роде уникальны, не считая тех, кто смотрит лишь на достаток мужчин или на его размер.

Драко усмехнулся. Да, с одной стороны, было всё именно так, но, если капнуть чуть глубже, можно увидеть благодарность, которую он испытывает по отношению к Гермионе, но осмелится ли он сказать ей это в лицо? Может быть, но пока рано говорить об этом.

Всё же его подруга была права, сказав, что ему следует определиться, чего он хочет. Восстановить репутацию семьи или сблизится с той, что всегда притягивала взгляд.

Но ведь он может совместить.

Гермиона оказалась посреди своей квартиры совершенно опустошённая. Сейчас всё казалось страшным сном. Ещё немного и она должна проснуться, но, увы, всё что случилось с ней за последние дни — правда. И, к сожалению, от неё никуда не убежать.

Как сказать человеку, что она не сможет разделить с ним постель из-за пыток Беллатрисы, которые оставили отпечаток на женском здоровье юной девушки. Кто после такого с ней свяжет свою судьбу? Вероятно, что ни один мужчина. Ведь им в какой-то момент свойственно желание обзавестись наследником. И сейчас она обрекла на бездетную жизнь Малфоя.

Что будет, когда он узнает истинную причину того, почему она так быстро исчезла из его квартиры. Да, из своей Гермиона решила переселиться в дом погибших родителей.

— Какая же я глупая, почему сразу не подумала об этом. Устроила этот фарс...

Она закрыла лицо ладонями, тяжело дыша, и опустилась на диван. Хотелось плакать, но слёз не было. Гермиона не только не могла иметь детей, но и сама близость с мужчиной приносила ей боль. Это и стало одной из главных причин, почему Рон ушёл от неё. Он так хотел, чтобы та принадлежала ему полностью, однако этого не случилось. Любое прикосновение, отдавалось болью, не говоря уже о настоящей близости.

Грейнджер вспомнила о том, как говорила Малфою о способах предотвратить беременность и рассмеялась. Идиотка. Какая же она идиотка.

Раздался стук в дверь, и она поспешила открыть.

На пороге оказался ни кто иной, как Люциус Малфой.

— Мисс Грейнджер, я смотрю, ваша жизнь не так уж и прекрасна, в отличии от ваших друзей.

Гермиона усмехнулась.

— Хм, довольно странно слышать подобные слова от человека, лишённого возможности использовать магию.

— Быть может, пригласите войти? – поинтересовался Люциус, прожигая девушку взглядом. Ах, если бы им можно было убить…

— Нет, вам тут не рады.

— Отчего же? Скоро Драко сделает вам предложение, и мы станем одной семьей.

— Да? — Гермиона попыталась произнести это с удивлением, но видимо актриса из неё недостаточно хорошая, так как мужчина прищурился.

— Это уже произошло, верно?

— Может быть, но какое вам до этого дело?

— Ну как же, это он ведь мой единственный сын, о благополучии которого я радею всей душой.

— Ага, — усмехнулась ведьма, — а когда под пытками заставили Драко принять метку, тоже думали о благополучии?

— Не переходите черту. Вам не понять то, что мог дать нам Темный Лорд в случае своей победы.

— Ну почему не представляю. Очень даже. Пытки, страх... ну и так далее по списку. Знаете, когда я первый раз оказалась в школе магии, думала о том, как это прекрасно. Магия вещь удивительная. Наивно полагала, что маги из древних семей должны подавать пример… Однако, какой пример подали именно вы? Спешу напомнить, что такой чистокровный маг преклонился перед полукровкой. Забавно, не правда ли?

— Глупая девчонка, ты даже не представляешь, о чём говоришь.

— А мне это и не надо. То время уже прошло, и сейчас, многие из тех детей, что прошли войну, учатся жить заново. Так что, давайте закончим этот бессмысленный разговор, и вы просто уберётесь с моего порога.

Гермиона захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, медленно сползая на пол. Ей хотелось только одного, сбежать как можно дальше, на день, два, неделю. Да даже на год. Просто побыть в тишине, подумать обо всём. А лучше вообще ни о чём не думать.

Грейнджер тут же собрала свои немногочисленные вещи и отправилась в дом, где провела всё своё детство. Она надеялась, что это ей поможет.

Неспешно бредя по улицам Лондона, Гермиона снова наблюдала за жизнью простых людей. Никто из них и представить не мог, что магия действительно существует, а вместе с ней приходит огромная ответственность. Люди просто спешили кто куда, не обращая на неё никакого внимания, если только та не преграждала им путь. Наверное, это действительно здорово, просто жить, не подозревая о чем-то волшебном. Учиться в обычной школе, ходить на работу. Жаль, что Гермиона не может знать об этом наверняка.

Проходя мимо одного из парков, она вспоминала о том, как весело было проводить время рядом с родителями. И как больно было осознать, что их не стало. Девушка вытерла набежавшие слёзы и продолжила путь. В мире магов погибшие не сняться просто так. Следовательно её мама и папа хотели, чтобы их любимая дочь жила не прошлым, а настоящим.

Остановившись у одного из многочисленных кафе, Гермиона вошла и заняла столик у окна.

— Доброго дня, что желаете? – Рядом с ней оказался официант, приветливо улыбаясь.

— Кофе пожалуйста, — ответила она, попытавшись также улыбнуться в ответ, но вышло на редкость плохо.

— Тяжелый день? — участливо поинтересовался паренёк.

— Тяжёлый век, — грустно усмехнулась она в ответ.

— Знаете, однажды совершенно незнакомый человек сказал мне одну фразу, изменившую мою жизнь в лучшую сторону.

— И что же это была за фраза? — заинтересованно спросила Гермиона.

— «Остановись и поищи выход, в какой бы ситуации ты ни находился. Ведь выхода нет только из гроба». Подумайте об этом на досуге.

Она перевела взгляд на молодого человека и только заметив то, каким взглядом тот смотрел на неё, поняла, что в какой-то мере эта фраза имеет смысл. Но стоит ли думать об этом? Ну да, она выжила, знаменита на весь магический мир, однако, стоило ли это того? Возможно… И Гермиона решила подумать об этом позже.

Официант снова подарил ей искреннюю улыбку и ушел за кофе, что она заказала.

Просидев в кафе около часа, она наконец решила, что пора двигаться дальше. Ведь дом, скорее всего, в ужасном беспорядке, а потому предстояло много дел. Не будет же Гермиона спать в пыли, в конце концов это не оценили бы родители. А они слишком много значили для неё.

Дом встретил тишиной и еле уловимым запахом чего-то родного. И вот спустя ни один год, она снова ощутила покой, будто оказавшись в самом безопасном месте. Как долго это может продлиться? Не важно.

Уборка заняла весь оставшийся вечер и практически половину ночи, но Гермиона осталась довольна проделанной работой.

Первая комната, которая приобрела свой изначальный вид, как помнила его девушка, – это спальня родителей. Там она и провела свою первую ночь в родном доме.

Утро встретило Гермиону тёплыми лучами солнца, пробивавшегося сквозь шторы. Она уловила движение под боком и, с опаской посмотрев в ту сторону, обнаружила того, кого уже не чаяла увидеть.

— Живоглот. — Сон сняло как рукой, и девушка притянула к себе живой комок шерсти, который нашел её, несмотря ни на что. Это было первое действительно хорошее утро — за последний год так точно.

— Глотик, как же я рада тебя видеть! — улыбаясь, произнесла девушка, крепче прижимая к себе питомца, на что тот ответил недовольным: «Мяв!» и этим заставил рассмеяться свою непутёвую хозяйку. — Нам предстоит одно важное дело: решить, как мы будем жить дальше, и будем ли, — усмехнулась она, почёсывая кота за ушком, слушая довольное урчание.

Наконец отпустив несчастное животное, девушка поднялась с кровати и заняла рабочий стол своего отца. Взяла привычную шариковую ручку, чистый лист и принялась писать:

«Здравствуй Драко!

Наверное, после того, что я скрыла от тебя, ты не захочешь даже отвечать мне, но всё же я смею надеяться.

Всё время после победы в той ужасающей войне и до встречи с тобой и остальными, я существовала и не понимала, что именно со мной происходит. Быть может, это просто психосоматика, а может, и действительно что-то серьёзное. Однако ты должен знать… я не посмею сказать тебе это в глаза. В последние дни я так была поражена всем случившимся, что практически забыла о главном.

Помнишь тот вечер в клубе, когда я пела? Ты спросил, что именно произошло, что заставило меня так измениться. Я могу ответить тебе сейчас. Если ты рассчитываешь сделать этот брак настоящим, то сам себя обрекаешь на бездетную жизнь… Это всё сложно».

Гермиона перечитала письмо, нервно смяла лист и отправила в мусорное ведро. Написанное не совсем передавало то, что бы она хотела поведать ему.

Еще один лист и всего пара строк.

«Здравствуй.

Нужно срочно встретиться, возьми её с собой».

Взмах палочки, и лист превратился в будто живую птицу, покидая её дом. Теперь Гермионе оставалось только ждать. Она не написала свой адрес, но отчего-то думала, что человек, кому предназначалось послание, поймёт. И её надежды оправдались, когда она услышала резкий стук в дверь и поспешила спуститься.

— Блейз, Мерлина ради, ты решил снести дверь с петель?

Стоявшая радом с ним девушка многозначительно хмыкнула и посмотрев на своего спутника произнесла:

— А я говорила, что они слишком похожи, но в то же время разные.

Он лишь закатил глаза.

— Проходите уже, — тихо произнесла Гермиона и отступила в сторону, пропуская гостей внутрь.

— Ты можешь наконец сказать, что именно произошло, раз мы появились в такую рань у твоего дома? — не выдержала Пэнси.

— Слишком сложно, и в то же время просто… я не знаю. Мне просто страшно. Вчера ваш друг оформил наш брак, и мельком взглянув на документы, можно понять, что развод возможен только в том случае, если того захочет супруг в течении первых пяти лет совместной жизни после консумации брака. А для меня это будет сущий ад… Любая близость с мужчиной, который хочет меня как женщину — по-настоящему, — причиняет мне такую боль… Пытки его тётки кажутся просто раем.

— С чего ты решила, что он сразу решит развестись? — задал вопрос Блейз, на что девушка грустно улыбнулась.

— Близость — это ад для меня из-за боли, и я не могу иметь детей, а разве не наличие наследника важно для их семьи.

— Стоп, — прервала Пэнси, — с чего вы вообще взяли, что он хочет это брак сделать настоящим? Ничего личного Грейнджер, но мне казалось, это просто сделка, которая имеет срок годности. Так к чему сейчас об этом говорить?

— Он должен знать, и вы покажете ему это воспоминание.

— Что? — возмутились Блейз и Пэнси.

— Вы слышали меня. Просто сделайте это, прошу вас, — тихо произнесла Гермиона. — Я в любом случае не имею права скрывать такие вещи.

Наступила тишина, каждый думал о том, как правильно поступить в данной ситуации. И Пэнси, и Блейз понимали, что Грейнджер права. Им оставалась только решить кто из них сообщит такие новости другу.

— Гермиона, давай не будем торопиться, вдруг из этой ситуации всё-таки есть выход? – аккуратно начала Паркинсон, но была остановлена одним взглядом друга.

— Грейнджер, не подумай, что я решил копаться в твоей голове, но с чего ты решила, что это имеет место быть? Всё же в нашем мире для крепкого брака, и уж тем более рождения наследников, важна полная совместимость партнёров. Ты думала об этом?

Она лишь отрицательно покачала головой.

— Ну, так, может, всё хорошенько обдумать и проверить? – поинтересовался Забини.

Грейнджер рассеянно кивнула, присаживаясь на диван. И тут же её осенило.

— В момент, когда у меня была паническая атака, он поцеловал меня… и я не испытала той боли, что испытала когда-то с Роном, — растерянно произнесла она.

— Думаю, это уже что-то да значит, — самодовольно заявил Забини.

— А если нет? Что тогда? — спросила Гермиона.

— Не рискнёшь — не узнаешь, — пожал плечами Блейз и улыбнулся.

Пэнси посмотрела на девушку и присела на диван рядом с ней.

— Грейнджер, вот смотри. Драко Малфой, конечно, тот еще засранец, однако он всегда предан своей семье, а ты уже её часть. Да, сейчас у вас нет таких чувств, какие, ты думаешь, должны быть в браке. Но поверь, если есть какая-то проблема, он решит её любым способом. Этот человек обладает такой верностью, что другим мужчинам о ней только мечтать. Не руби с плеча. Но я согласна с тем, что он должен это знать.

— Пэнси, спасибо, — поблагодарила Гермиона подругу мужа.

Муж.. Драко Малфой теперь действительно её законный муж.

Внезапно она подскочила со своего места и умчалась наверх, под удивлёнными взглядами гостей. Или, быть может, знакомых? Друзей? Конечно, о таком рано думать, но ей бы хотелось этого.

Пэнси взглянула на друга и спросила:

— Останешься с ней? А я схожу поговорю с Малфоем?

— Да не вопрос. И будет лучше, если вместо тебя, тут позже появиться он. Они явно не всё друг другу рассказали.

— Нам не стоит в это вмешиваться. Ты же знаешь, чужие отношения всегда потёмки, потому будь аккуратнее в своих высказываниях. Она явно нервничает больше обычного.

Блейз кивнул.

— Но знаешь, что самое удивительное? Я почти уверена, что ни Поттер, ни её рыжая подруга не знают об этих проблемах.

— Пэнс, тут нет ничего удивительного, никто из них не интересовался, что и как произошло между ней и их рыжим придурком. Они лишь пытались как-то привести Грейнджер в норму, не решая той проблемы, что действительно её гложет, скорее, просто внушая новые.

— Что ты имеешь в виду?

— Не важно, просто держи пока Поттера подальше от неё…

Пэнси недовольно поджала губы, но кивнула, так как знала, что Блейз в этой области разбирался в разы лучше неё…